Галактический порядок

Глава 1

«У этой вселенной, какой бы огромной она не была все же есть конец. Наши амбиции – границ не имеют.»

Глава 1. Будни студента

Планета «Алексия», 2560 год после великого исхода, высшая военная академия «Иволга»

Аудитория гудела от оживленных разговоров, но Алексей сидел в стороне, нервно потирая потные ладони. Он не был интровертом, но здесь чувствовал себя чужим. Студенты вокруг — выходцы из влиятельных семей, наследники корпоративных династий и имперской элиты. А он — сирота, попавший сюда лишь благодаря упорству и красному диплому государственного интерната.

Взгляды, скользящие по его поношенному пиджаку, говорили красноречивее слов: «Смотри-ка, деревенщина. Интересно, как долго продержится?»

Наконец, дверь распахнулась. В аудиторию вошел преподаватель — высокий, подтянутый мужчина в безупречной форме академии, без единой складки. Его лицо выдавало военную выправку, а вместо левого глаза мерцал красным светом кибернетический имплант.Тишина наступила мгновенно.

— Меня зовут Гиденко Андрей Евгеньевич, — его голос прозвучал как удар клинка по стали. — Преподаю «Галактическое мироустройство». И прежде, чем начать нашу лекцию, запомните три вещи.

Первое. Здесь нет привилегий. Неважно, чей вы отпрыск — корпоративного магната, имперского чиновника или уборщицы с орбитальной станции. В моей аудитории все равны.

Второе. Учеба — не подарок, а право, которое нужно заслужить. Не справляетесь? Дверь там. На ваши места претендуют тысячи.

Третье. Я строг, но справедлив. Посещайте лекции, не тратьте мое время на глупости — и мы поладим. Лучшие из вас получат шанс попасть в команду академии для участия в Имперских военных играх. Да, вы всего лишь первокурсники, но, если проявите себя — это станет трамплином для вашей будущей карьеры.

В аудитории повисло молчание. Кто-то переглянулся, кто-то едва сдержал усмешку. «Ну и тип. Первая пара, а уже гнет линию…»

— А теперь — к делу. Сегодняшняя тема: «Великий Исход и его последствия».

Гиденко щелкнул пальцем, и над головами студентов вспыхнула голограмма — древний архивный ролик: хаотичные кадры, паника, бегущие люди, летящие сквозь космическую бездну корабли.

— 2565 лет назад. Эксперимент на орбитальном ускорителе Сатурна пошел не по плану. Ошибка в расчетах — и цепная реакция породила искусственную черную дыру. Ученые погибли мгновенно, детали так и остались загадкой.

Голограмма сменилась: теперь над аудиторией плыли кадры экстренного заседания ООН.

— ООН издала резолюцию «Великий Исход» — человечеству дали пять лет, чтобы покинуть Солнечную систему. Лучшие умы бросили все силы на создание кораблей с двигателями нового поколения — они могли разгоняться до трети скорости света.

— Два миллиарда человек отправились к системе Центавры. Остальные… — Гиденко хмуро усмехнулся. — Остальные остались догадываться, что с ними стало.

Голограмма погасла, оставив в воздухе лишь легкое мерцание. Гиденко медленно прошелся взглядом по аудитории, его кибернетический глаз холодно подсвечивал лица студентов.

— Основную тяжесть эвакуации, - его голос прозвучал металлически, - взяли на себя пять сверхдержав того времени: Великая Российская империя, Соединённые Космические Штаты, Британская Империя, Европейское Космическое Содружество и Союз Азиатских Социалистических Государств.

Он щелкнул пальцами, и над головами студентов возникла карта древнего космопорта - тысячи кораблей, готовящихся к прыжку.

— Когда первые колонисты достигли Альфы Центавры, их ждал суровый мир, который мы теперь называем Новым Эдемом. Терраформирование заняло десятилетия... и потребовало жертв, о которых не пишут в учебниках.

Профессор резко выключил проектор. В аудитории повисла гнетущая тишина.

— Кто-нибудь желает продолжить? Как из этого хаоса родилось Космическое Содружество?

Из первых рядов медленно поднялась изящная рука. Гиденко кивнул:

— Девушка, встаньте и просветите нас.

Студентка поднялась, поправив прядь волос. Её голос звучал чётко, но с лёгкой дрожью:

— Спасибо, профессор. Пять Великих Держав... они заплатили за эвакуацию человечества слишком высокую цену. И хотели потребовать свою награду – власть над развитием человечества.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями.

— Малые государства должны были исчезнуть. Для 'эффективного управления', конечно же. Но Япония, Арабская Лига, Африканский Союз... они отказались становиться колониями.

Голограмма ожила снова, показывая кадры космических кораблей, уходящих в темноту.

— Когда переговоры провалились, эти государства сделали немыслимое - покинули систему с остатками своего флота. Великие Державы пытались остановить их... были стычки, даже боевые потери.

Она замолчала, глядя на свои дрожащие пальцы.

— Но начинать полномасштабную войну, когда каждый корабль был на счету... это было безумием.

Гиденко одобрительно кивнул, и голограмма сменилась изображением величественного здания с флагами пяти держав.

— Через двадцать пять лет после Исхода, - продолжила студентка, - мы вошли в новую эру. ООН распустили, а на её месте создали Космическое Содружество. Пять государств. Пять хозяев галактики.

Её голос окреп:

— Они разделили сферы влияния, каждая держава получила по две ближайших звездных системы для колонизации. И приняли... Доктрину Единства Человечества. — Она глубоко вдохнула и продолжила, - Все ушедшие объявлялись вне закона. Их государства не признавались. А когда Содружество окрепнет... их планировалось 'вернуть в лоно человечества' - добровольно или силой.

Гиденко хлопнул в ладоши - резкий звук заставил некоторых студентов вздрогнуть.

— Отлично. На "пять с плюсом, мисс...?

— Ларионова, профессор. Эльза Ларионова.

— Запомним, - Его механический глаз сверкнул. — А теперь давайте обсудим, что скрывается за этим благообразным термином - 'вернуть в лоно человечества'...

Профессор Гиденко медленно провел взглядом по аудитории, его кибернетический глаз замер на последнем ряду, где сидел Алексей.

— Молодой человек с заднего ряда, - его голос прозвучал как выстрел, - как вам кажется, почему Космическое Содружество, имея все преимущества, не смогло быстро подавить сопротивление отколовшихся государств?

Аудитория затихла. Все головы повернулись к Алексею. Он почувствовал, как десятки глаз впиваются в его поношенный пиджак. Ладони стали влажными, но он поднялся, выпрямив спину.

— Профессор, - его голос вначале дрогнул, но быстро набрал силу, - после начала колонизации Содружество столкнулось с демографической катастрофой. Нам пришлось принимать... радикальные меры.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями. Голограмма за его спиной ожила, показывая архивные кадры: грязные и измученные люди, очереди за пайками

— Была принята резолюция, которая гласила, что в течение тридцати лет 90% женщин репродуктивного возраста были обязаны родить минимум пятерых детей. Мы ввели жесточайшую систему распределения ресурсов - еда по карточкам, жилье по нормативам. Личные свободы... их практически не осталось.

В аудитории кто-то ехидно хихикнул. Алексей продолжил, стиснув кулаки:

— Но это сработало. От 1.6 миллиарда мы выросли до 5 миллиардов за одно поколение. Новые звездные системы активно развивались. Когда кризис миновал, ограничения начали снимать. Однако...

— Однако проблема мятежных колоний никуда не делась, - резко вступил Гиденко, его механический глаз сверкнул синим. Он щелкнул пальцами, и голограмма сменилась изображением космических сражений.

— Когда через 50 лет Содружество наконец решилось на военную операцию, оказалось, что эти 'задворки цивилизации' превратились в грозную силу. Пока мы восстанавливали экономику, они строили флот. Пока мы рожали детей, они готовили солдат.

Профессор прошелся по аудитории, его тень ложилась на лица студентов.

— Первая Космическая война длилась полвека. Мы послали карательную экспедицию - получили полномасштабный конфликт. Корабли с маркировкой СНГ, - он презрительно растянул аббревиатуру, - атаковали наши колонии, уничтожали инфраструктуру в ходе многочисленных диверсий

Голограмма показала горящие орбитальные станции. Кто-то из студентов ахнул.

— В конце концов, - Гиденко тяжело вздохнул, - пришлось признать их равноправными членами Содружества. Дипломатический позор? Возможно. Но продолжать войну было бы самоубийством для всей человеческой цивилизации.

Он резко обернулся к Алексею:

— Вы хорошо ответили, курсант...?

— Петров. Алексей Петров, профессор.

— Запомните это имя, господа, - Гиденко усмехнулся. - Видимо, не все выходцы из интернатов совсем безнадежны.

— Но как вы знаете, в Содружестве на данный момент семь участников... - профессор Гиденко обвел аудиторию взглядом, когда дверь с грохотом распахнулась.

Все головы повернулись к высокому, запыхавшемуся студенту, который замер на пороге. В аудитории прокатился шепот: "Ну и болван, в первый же день умудрился..."

— Про-профессор, прошу прощения, - молодой человек едва переводил дыхание, - я заблудился в западном крыле, там все коридоры выглядят...

— Достаточно! - Гиденко ударил ладонью по кафедре. Его кибернетический глаз сузился. - Опоздав на мое занятие, ты уже достаточно 'выделился'. А как я говорил - мне не нужны особенные. Металлический протез преподавателя мерцал холодным светом. - Раз уж ты так стремился попасть на лекцию, просвети нас - как в Содружестве появился седьмой участник?

Студент замер, его горло заметно сжалось. В аудитории повисла напряженная тишина. Затем он выпрямился и начал, сначала неуверенно, но голос постепенно креп:

— После... после присоединения Союза Независимых Государств началась эпоха активной экспансии. Корпорации, - он глотнул воздух, - Великие корпорации того времени... "Х-Space", "Розетков Индастриз", "Ильнам Продактс"... они стояли на переднем крае колонизации."

Голограмма за его спиной ожила, показывая гигантские орбитальные заводы и флотилии грузовых кораблей.

— Сотни лет они копили ресурсы. Осваивали астероиды, строили частные армии для защиты от пиратов... А в 357 году по календарю Исхода... - студент сделал драматическую паузу, - семь крупнейших корпораций объявили ультиматум.

Гиденко одобрительно поднял бровь, жестом усиливая голограмму - теперь она показывала торжественную трансляцию с заявления Кворума.

— Они создали Корпоративный Кворум. Провозгласили новое государство - где правят только экономическая эффективность и технологический прогресс.

В аудитории кто-то ехидно засмеялся. Профессор резко обернулся - смех мгновенно стих.

— Содружество, конечно, не стерпело такого, - продолжил студент, обретая уверенность. Все, кроме СНГ и Российской Империи, потребовали ареста корпоративных лидеров. Но когда флот Содружества прибыл к станции Орион-Прайм...

Голограмма взорвалась кадрами сражения - эскадры дроидов, плавящие броню кораблей невиданным оружием.

— Оказалось, корпорации десятилетиями готовились к этому. Их армии дроидов, технологии... Это была разгромная военная операция, завершившаяся провалом. Так началась Вторая Космическая война.

Гиденко медленно хлопал, его металлические пальцы издавали странный звон. — Достаточно впечатляюще... для опоздавшего. - Садись.

Он повернулся к классу:

— Но он упустил главное - почему даже после такого унижения Содружество было вынуждено принять Кворум в свои ряды? Об этом мы поговорим далее...

Молодой человек, смущённо опустив голову, пробрался между рядами и остановился рядом с Алексеем. Его пальцы нервно перебирали ремень сумки.

— Тут... свободно? - спросил он, бросая осторожный взгляд в сторону профессора.

Алексей отодвинул свой рюкзак, освобождая место:

— Да, конечно, садись.

Парень шумно выдохнул, скинув на соседнее сиденье переполненную папку. Он наклонился к Алексею, понизив голос до шёпота:

— Я Клавдий. Спасибо что выручил.

— Алексей, - так же тихо ответил он, незаметно наблюдая, как профессор разбирает голограммы у кафедры.

Клавдий скривился, вытирая пот со лба:

— Ну и псих, ей-богу. Опаздал на полчасика - будто я весь курс под угрозу поставил. - Он сердито ткнул пальцем в сторону Гиденко:

— Посмотри на него - киборг-садист. Ещё и глазом этим мерцает, как психопат в дешёвых голофильмах.

Алексей сдержанно усмехнулся, продолжая конспектировать:

— А чего ты ожидал? Это же Военная академия, а не кружок садоводства.

— Да знаю я, знаю, - Клавдий закатил глаза, - Но мой отец говорил, что здесь хоть какое-то подобие цивилизованности должно быть. Мы же не на флоте, в конце концов. - Он вдруг оживился: Кстати, ты откуда? По тебе сразу видно - не из нашего, корпоративного клана.

Алексей на секунду замер, затем продолжил писать, не поднимая глаз:

— Государственный интернат №47. По квоте.

"Оу..." - в голосе Клавдия появилась неловкость. Он быстро поправился:

— Ну, зато свои люди там, наверное, крепкие. Не то что эти выхолощенные аристократы, - он кивнул на передние ряды, где сидели ухоженные юноши в дорогих костюмах.

Профессор резко обернулся, его механический глаз выхватил их разговор. Оба мгновенно замолчали, уткнувшись в конспекты.

— Продолжим, - раздался металлический голос Гиденко. Он щёлкнул пальцами, и над кафедрой вспыхнула трёхмерная карта галактики. Кто может назвать три ключевых фактора, позволивших Корпоративному Кворуму выстоять во Второй Космической войне?

Клавдий тихо прошептал:

— Держу пари, никто не ответит. Все боятся его как огня.

Алексей неожиданно поднял руку.

— Вот это поворот, - ахнул Клавдий.

— Курсант Петров? - Гиденко удивлённо приподнял бровь.

— Первое - монополия на квантовые компьютеры. Второе - сеть секретных верфей в поясах астероидов. Третье... - Алексей сделал паузу, - Коррупция в Совете Содружества.

В аудитории повисла гробовая тишина.

Клавдий под столом ткнул Алексея в бок:

— Ты либо гений, либо самоубийца.

— Блестящий ответ, Петров. Точно в цель.

Гиденко медленно прошелся перед кафедрой, его механические суставы тихо жужжали при каждом движении. Голубоватый свет кибернетического глаза выхватывал из полумрака то одно, то другое напряженное лицо.

— Но сегодня мы говорим не о сухой хронике Содружества. - Его голос внезапно стал жестким, как сталь. — Я хочу, чтобы вы поняли главное: за тысячелетия после Исхода человеческая природа не изменилась ни на йоту. Конфликты — наша кровь и плоть. Ваша кровь и плоть.

Профессор резко развернулся, его плащ взметнулся, обнажив на мгновение кобуру с бластером на бедре.

— Вы, будущие офицеры Великой Российской Империи. Вас будут учить, что все равны. Что мир — высшая ценность. - На его губах появилась язвительная усмешка. - Но правда в том, что мир существует только между равными по силе. А сила... Он сжал металлическую руку в кулак с едва слышным скрежетом сервоприводов, - ...всегда права.

Голограмма за его спиной взорвалась кадрами космических сражений — горящие крейсеры, атаки дронов, планетарные бомбардировки.

— Космодесант, Имперская Безопасность, Служба Галактического Порядка — неважно, куда бросит вас судьба. Война найдет вас сама. И чтобы победить... - Его глаз-протез сверкнул, фокусируясь на каждом студенте по очереди, - ...вам нужно знать врага лучше, чем он знает себя. Его историю. Его технологии. Его слабости.

Тишина в аудитории стала почти физически ощутимой. Даже вечно ерзающий Клавдий замер, завороженный.

— Но самое главное... Гиденко понизил голос до опасного шепота, - ...вы должны понять саму суть человеческой природы. Корпоративный Кворум победил не потому, что был прав.

Он щелкнул пальцами — голограмма показала кадры: толпы беженцев, горящие орбитальные станции, безэмоциональные лица корпоративных директоров.

— Они победили потому, что готовились. Их шпионы были в каждом правительстве. Их технологии превосходили наши. Они знали, что люди — всего лишь стадо, которым нужно правильное управление.

В последнем ряду Клавдий наклонился к Алексею:

- Черт, да он прямо как злодей из голофильмов говорит, — прошептал он, но Алексей лишь сжал его запястье в предупреждении, не отрывая взгляда от профессора.

Гиденко внезапно ударил кулаком по кафедре — грохот заставил некоторых студентов вздрогнуть.

— Война начинается не с первого выстрела! Она начинается здесь! - Металлический палец ткнул в висок. - И здесь! - Удар в грудь. - Ваши умы, вот первое поле битвы. Петров!

Алексей выпрямился по струнке.

— Доклад о методах вербовки Кворума к следующему занятию. Остальные — Основы космической политики, раздел третий. Запомните: дисциплина — это ваше первое оружие. И последнее.

Когда дверь за Гиденко закрылась, аудитория взорвалась гулким перешептыванием. Клавдий вскочил как ошпаренный:

— Ты понял, что только что произошло? Да этот киборг тебя на карандаш взял!

Алексей медленно закрывал свой планшет, на экране которого уже горела поисковая строка:

— Архивы вербовочных методик Кворума 345-358 гг.

— А разве не за этим мы здесь? — спокойно ответил он. В его голосе звучала та же сталь, что и у профессора. Только без механического призвука.

После занятия народ начал расходиться, а Клавдий привязался к Алексею и продолжил засыпать его вопросами:

— Слушай, а в каком общежитии ты поселился? Как насчет переселиться к тебе? Я переговорю с кем нужно, и всё организуют.

Алексей посмотрел на него с некоторым сомнением, потом махнул рукой:

— Блок 3, комната 317. Я, в принципе, не против.

— Отлично! Папочка всё организует! — радостно воскликнул Клавдий.

— Хм, выпендрёжник… — пробормотал Алексей, но в голосе скорее читалось снисходительное отношение, чем раздражение.

Клавдий, не обращая внимания, продолжил:

— Кстати, а куда ты хочешь попасть после выпуска? Я вот мечтаю стать космодесантником — десантироваться в мехе и разрывать всех в клочья! Это моё!

Алексей усмехнулся:

— Мне кажется, ты пересмотрел боевиков. Я хочу в Корпус «Галактического Порядка».

Клавдий замер на секунду, потом рассмеялся:

— Нифига себе замахнулся! Туда же почти нереально попасть — каждый год со всей галактики едва отбирают сотню!

— Знаю, — пожал плечами Алексей. — Но если не пытаться, то шанс точно ноль.

— Ну, если у тебя и вправду получится, я буду первым, кто потребует автограф, — Клавдий хлопнул его по плечу. — А пока давай разберёмся с нашим общежитием. Ты же не против, если я возьму с собой пару своих… э-э-э… коллекционных плакатов?

Алексей вздохнул:

— Главное, чтобы они не светились в темноте.

— Ой… — Клавдий виновато ухмыльнулся. — Ну, может, всего один?

Алексей усмехнулся и сказал:

— Пойдем искать следующую аудиторию. Следующий предмет — «Основы боевых действий и тактики», и он в другом корпусе.

Клавдий небрежно махнул рукой:

— Не будь занудой, мне надо кое-куда отлучиться. Увидимся в аудитории.

Алексей пожал плечами:

— Ну ладно, я пошел.

Когда он зашел в аудиторию, почти все места уже были заняты, естественно Клавдия среди курсантов не было. Вдруг дверь распахнулась, и внутрь шагнул преподаватель.

Он был высоким и до болезненности худым, словно его годами сушили на марсианском ветру. Его форма выглядела так, будто её неделю мяли в гравитационном прессе, а лицо… Лицо словно принадлежало человеку, только что вышедшему из многодневного запоя. Но больше всего бросались в глаза его глаза — холодные, остекленевшие, с каким-то ледяным презрением ко всему вокруг.

По рядам пробежал шепот:

— Говорят, он бывший космодесантник…

— Да какой из него десантник? На бомжа похож!

— И чему он нас научит? Как просить милостыню у звездолётов?

Преподаватель медленно прошелся взглядом по аудитории, и шепот мгновенно стих. Затем он хрипло произнес:

— Я — Лавров Максим Геннадьевич. Буду преподавать вам основы боевых действий и тактики. Сегодня разберем систему специализаций, а чуть позже перейдем к практике. В том числе — к спаррингам.

Он сделал паузу, его пальцы нервно постукивали по подиуму.

— Я знаю, вы все считаете себя умнее всех. Может, кто-то даже мечтает о космодесанте или службе в «Галактическом порядке».

— Его взгляд скользнул по лицам, будто ища слабые места. — Но если кто-то решит проявить здесь высокомерие… — Он резко хлопнул ладонью по столу, и несколько курсантов вздрогнули. — Я лично проведу с ним "индивидуальное занятие". На ринге. Без правил.

В этот момент дверь распахнулась, и в аудиторию влетел запыхавшийся Клавдий.

— Простите, я… — начал он, но замолчал, встретившись взглядом с Лавровым.

Тот медленно ухмыльнулся.

— А вот и первый доброволец.

— Простите, господин преподаватель, я не хотел... - начал было Клавдий, запыхавшись от быстрого бега.

— Садись, - резко оборвал его Лавров, даже не поворачиваясь. - Разберёмся позже.

Алексей, стиснув зубы, прошипел сквозь щель в губах:

— Ну и баран... Два опоздания в первый же день.

Клавдий, будто не замечая всеобщего неодобрения, развалился на соседнем кресле. В аудитории повисло тягостное молчание, десятки глаз с осуждением уставились на них.

— Знаешь, я начинаю жалеть, что вообще с тобой связался, - сквозь зубы процедил Алексей, нарочито разглядывая голопроектор.

— Не кипятись, - Клавдий небрежно махнул рукой, - Просто тут моя девушка учится. Мы поссорились, я пытался...

— Ты серьёзно?! - Алексей резко повернулся к нему, глаза расширились от неверия. - Из-за этого ты опоздал? Я просто... фигею.

Он намеренно замедлил речь, глядя Клавдию прямо в глаза:

— Скажи-ка мне... Ты ведь собираешься в класс "Бойцов", да?

— Ого! - Клавдий фальшиво удивился, прикладывая руку к груди. - Как ты догадался? По моей выдающейся внешности или по королевской осанке?

— Нет, - Алексей язвительно ухмыльнулся. - Просто у всех бойцов есть общая черта - полное отсутствие мозгов.

— Ой, да ты просто завидуешь! - Клавдий игриво толкнул его плечом, демонстративно поправляя воротник формы. - Не каждый может быть таким харизматичным и талантливым одновременно.

Алексей просто закрыл лицо ладонью, в то время как несколько курсантов впереди сдавленно захихикали. Их перепалка была прервана резким стуком указки по подиуму.

— Господа артисты! - раздался ледяной голос Лаврова. - Вы закончили своё представление? Или вам выделить отдельную аудиторию для стендапа?

Алексей и Клавдий синхронно сглотнули, под тяжелым взглядом Лаврова ощущая, как по спине пробегают мурашки. В аудитории воцарилась гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим гулом голопроектора.

— Начнем с основ, - голос преподавателя прозвучал металлически-четко, будто лезвие, рассекающее воздух. - Каждый из вас, удостоившихся места в этих стенах, является носителем Супергена. Без этого... - он сделал театральную паузу, обводя аудиторию ледяным взглядом, - ...вам бы здесь не место.

Голограмма за спиной Лаврова ожила, проецируя хроники Великого Исхода. Кадры колониальных ковчегов, улетающих с погибающей Земли, сменялись изображениями первых мутантов.

— После Катастрофы, - продолжил он, указывая указкой на проекцию, - случился выплеск неизвестной энергии. Спустя столетия... - изображение сменилось портретами первых известных одаренных, - ...появились такие, как вы.

На экране возникли два ученых в старомодных лабораторных халатах. Профессора Любим Пол и Александр Гончаренко, - голос Лаврова неожиданно смягчился с оттенком уважения. - Они создали то, что делает вас воинами, а не просто мутантами.

Изображение трансформировалось в схему нейросети, чьи переплетения напоминали нейронные связи.

— Система 'Пробуждение' - ваш проводник в мир возможностей. Но... - он резко обернулся к аудитории, - гены дают потенциал, а специализация определяет судьбу.

Голограмма взорвалась четырьмя символами:

- Скрещенные мечи ("Боец")

- Пылающий глаз ("Эспер")

- Шестерня с мозгом ("Механик")

- Сияющая аура ("Псионик")

"Выберете неправильно - сломаетесь. Попадете в свой класс - станете больше, чем человеком." Лавров выдержал паузу, давая словам осесть. "В следующем месяце вам предстоит это решить. А сейчас..."

"Боец" - стальной кулак армии. Это не просто рукопашник, а ходячая крепость, чье тело становится смертоносным оружием. Через годы тренировок их кожа приобретает плотность бронесплава, а удары - мощь артиллерийского залпа. Пик их мастерства - "Бойцовское пламя", энергетический кокон, превращающий носителя в неуязвимый штурмовой таран. Они первыми идут в бреши и последними покидают поле боя. Но помните - даже сталь может сломаться под правильным давлением.

"Эспер" - повелитель стихий. Их пальцы танцуют в воздухе, а стихии поют в унисон. Огонь не жжет их ладони, молнии застывают в послушных узорах. Но истинные мастера не просто бросают огненные шары - они перестраивают молекулярную структуру пространства вокруг. Ветераны могут вызывать торнадо одним взмахом руки или превращать кислород в яд. Их слабость? Каждый элемент требует десятилетий совершенствования - выбирайте с умом.

"Механик" - архитектор технологических чудес. Их разум - живой процессор, а пальцы чувствуют токи энергии как собственные нервные импульсы. На поле боя они - дирижеры механических симфоний. Легендарные мастера умеют:

• Перепрограммировать боевые дроны взглядом

• Создавать плазменные пушки из подручного мусора

• Взламывать орбитальные обороны за 37 секунд

Их называют "Одиночными армиями" не просто так.

"Псионик" - призрачный убийца. Их оружие невидимо и неостановимо. Начинающие могут лишь оглушить противника. Мастера:

• Стирают воспоминания целых отрядов

• Заставляют врагов стрелять в себя самих

• Разрывают нейронные связи силой мысли

Но самая страшная их способность - "Тихий шёпот" - внедрение команд прямо в подсознание. Говорят, лучшие псионики могут управлять людьми годами, не оставляя следов.

Лавров усмехнулся, медленно обводя аудиторию ледяным взглядом. Его пальцы нервно постукивали по голографическому проектору.

— Теперь поговорим о рангах»- То, что вы видите перед собой - лишь базовые ступени. Достичь ранга B? Это значит ежедневно смотреть в лицо смерти на протяжении десяти лет. Ранг A?

Он резко сжал кулак, и голограмма взорвалась цифрой [10,327] - точным количеством носителей ранга А во всей галактическом содружестве.

— Каждый из этих людей - живое оружие. Они могут пережить падение с орбиты, остановить сердце взглядом или перепрограммировать боевую станцию за время обеда. И да, - его губы искривились в подобии улыбки, - среди вас, скорее всего, нет ни одного будущего А-ранга.

В аудитории повисло гнетущее молчание. Кто-то сглотнул. Клавдий неосознанно потер предплечье.

Тогда из задних рядов раздался голос:

— А... как же ранг S?

Лавров замер. Внезапно все проекторы погасли, оставив только мерцающий номер [12] в центре комнаты.

— Дети, - он произнес это слово с ядовитой сладостью, - вы еще даже не научились держать оружие, а мечтаете о троне бога войны.

Голограмма сменилась изображением планетарного разлома - 400-километрового каньона, рассекающего красную планету.

— Это - след дуэли двух S-рангов три века назад. Один удар. Один. - Лавров провел пальцем по горлу, - Такие существа - не солдаты. Они - стратегическое оружие. Живые планетоубийцы. Империя держит их на золотых цепях, потому что...

На экране вспыхнула запись: темная фигура в вакууме, одиноко стоящая перед флотом повстанцев. Затем - ослепительная вспышка.

— ...один наш S-ранг в гневе стер с карты звездную систему. Три планеты. Двенадцать миллионов душ. За три часа ярости.

Проектор выключился. В тишине было слышно, как у кого-то задрожали руки.

— Вот о чем вы спрашиваете, курсант. Теперь - кто-то еще хочет обсудить ранги?

Никто не поднял руку. Даже Клавдий сидел, вцепившись в подлокотники, его обычная бравада испарилась без следа.

Тишина в аудитории была натянутой, как тетива перед выстрелом. Холодный взгляд Лаврова скользнул по рядам студентов, заставляя даже самых дерзких невольно выпрямиться.

— Через месяц вы пройдёте ритуал пробуждения, — его голос, низкий и ровный, резал воздух, словно лезвие. — Нейросеть активирует ваш потенциал, и вы станете E-рангом — первой ступенью настоящей силы.

Он сделал паузу, давая словам проникнуть глубже.

— Да, это лишь начало. Но даже E-ранг делает вас втрое сильнее, быстрее и выносливее лучших солдат Империи. Его пальцы слегка сжались, будто он мысленно сокрушал череп нерадивого ученика. — Запомните: сила — это не привилегия. Это ответственность.

Тишина стала ещё плотнее.

— А теперь — в тренировочный зал. Последние слова прозвучали как приговор. — Проверим, на что вы способны без своих будущих способностей.

Студенты неохотно поднялись, перешёптываясь. Клавдий, вечный нарушитель спокойствия, уже не мог сдержать ухмылки.

— Ладно, признавайся, деревенщина, — он толкнул Алексея в бок, широко ухмыляясь. — Как ты сюда попал? Ты ж не из аристократов, не из военных династий… Его взгляд скользнул по небрежно надетой форме. — Ты даже носишь её, как мешок.

Алексей лишь вздохнул, будто терпеливый учитель, уставший от глупых вопросов.

— А ты догадливый, — его голос звучал почти скучающе. — Может, в «бойцы» не стоило идти? Мог бы в детективы податься.

Клавдий проигнорировал сарказм.

— Серьёзно, как?

Алексей на секунду задумался, затем наклонился ближе, понизив голос до шёпота:

— Я уже пробудился.

Глаза Клавдия вспыхнули.

— Естественное пробуждение?! Он присвистнул. — Да ты же… Его лицо озарилось восторгом заговорщика. — Теперь понятно, почему тебя взяли. Ну что, E-ранг, сегодня все увидят, на что ты способен!

Алексей почувствовал, как в животе похолодело.

— Клавдий… — он сглотнул. — Что ты на этот раз задумал?

Тот лишь невинно развёл руками.

— Да ничего! Просто… хочу посмотреть, как Лавров тебя размажет по рингу. Глаза его сверкали. — Всё же, ты же не трусишь?

Алексей стиснул зубы.

— Я тебе это припомню.

Они вошли в зал, где уже собралось около пятидесяти курсантов. В центре, возле ринга, стоял высокий парень с безупречной осанкой — явно выходец из военной династии. Его взгляд, полный снисхождения, скользил по остальным, словно оценивая скот на продажу.

— Кто осмелится выйти против меня? — его голос гулко разнёсся по залу. — Могу научить паре приёмов… если, конечно, выдержите.

Толпа замерла.

И тут Клавдий, не выдержав, громко крикнул:

— Эй, а мой друг говорит, что вытрет тобой пол за минуту!

Тишина взорвалась смешками и перешёптываниями. Все обернулись. Алексей почувствовал, как десятки глаз впились в него.

Курсант медленно повернулся, его взгляд скользнул по Алексею — от небрежно закатанных рукавов до слегка помятой куртки.

— Ты… этим «другом» будешь? — его голос капал ядом.

Алексей тихо прошипел Клавдию:

— Убью. Позже.

Но тот лишь ухмыльнулся и громко добавил:

— Он скромничает! Но он же E-ранг — неужели испугался?

Курсант фыркнул.

— E-ранг? — его губы искривились в презрительной усмешке. — Ты хоть знаешь, как держать кулаки, деревенщина?

И в этот момент раздался резкий голос Лаврова:

— Кажется, у нас есть первая пара. На ринг!

Алексей вздохнул, снимая куртку.

— Ладно… — его пальцы сжались в кулаки. Затем он бросил на Клавдия тёмный взгляд. — Но запомни… ты следующий.

Алексей и Еврентий поднялись на ринг под приглушенный гул аудитории. Лавров, скрестив руки, встал между ними.

Лавров (холодно, отчеканивая каждое слово):

— Три раунда. По пять минут. Досрочная победа — только при нокауте или добровольной сдаче. Серьёзные травмы — запрещены. Всё остальное... (его губы дрогнули в подобии улыбки) — считается тактикой.

Пока преподаватель говорил, Клавдий уже вовсю размахивал руками в толпе:

— 1000 кредитов на моего чемпиона! Кто осмелится поставить на этого надутого павлина?

Из толпы раздался смех.

— 2000 на Еврентия! — крикнул коренастый курсант.

— Я тоже тысячу!

— 5000 на победителя турнира "Золотой кулак"!

Ставки росли как на аукционе. Когда пыль улеглась, лишь трое — помимо Клавдия — рискнули поставить на Алексея.

Один из них, щуплый парень хихикнул:

— Мне просто интересно, как долго он продержится!

Алексей поймал взгляд Клавдия. Тот широко ухмылялся, делая "деньги" пальцами.

"Половину твоего выигрыша я конфискую, дружище," — подумал Алексей, поправляя перчатки.

Лавров вышел с ринга:

— Начинаем!

Гонг прозвучал – бой начался.

Еврентий, уверенный в себе, даже не принял боевую стойку. Он лишь усмехнулся и резко бросился вперед, как разъяренный бык. Его левая рука молниеносно выбросилась в ложном выпаде, а могучая правая уже заносилась для сокрушительного удара...

Но в следующий миг зал ахнул.

Хруст.

Алексей даже не сдвинулся с места. Его рука, будто предугадав траекторию, молниеносно перехватила запястье Еврентия – и тут же, с невозмутимым спокойствием, нанесла один точный удар в челюсть.

Тело "золотого кулака" застыло на мгновение, затем безвольно рухнуло на канвас.

Тишина. Даже Лавров приподнял бровь.

Затем зал взорвался:

— ЧТО ЗА ЧЕРТ?!

— Один удар...

— Да он же даже не шелохнулся!

Клавдий, широко раскрыв глаза, медленно поднялся с места.

— Вот это... — он облизнул внезапно пересохшие губы. — Я знал, что он будет намного сильней, но чтобы настолько..

Рядом сидящий курсант трясущимися руками достал кредитный чип:

— Ладно, забирай свои чертовы деньги...

Алексей тем временем спокойно разминал кулак, глядя на поверженного соперника. В его глазах не было ни злорадства, ни гордости – лишь холодная уверенность.

Лавров склонился над Еврентием, затем поднял руку:

— Победа нокаутом. Алексей.

В толпе зашептались:

— Это же уровень E + ранга как минимум...

— Какого черта такой делает в группе?!

Клавдий, оправившись от шока, вдруг громко рассмеялся:

— Ну что, пацаны, кто следующий?! Ставки принимаются!

Алексей лишь вздохнул, мысленно припоминая, как больно он сейчас сделает Клавдию за этот цирк.

Преподаватель грубо втащил на ноги помятого Еврентия, чье лицо теперь украшал впечатляющий синяк. Тот, пошатываясь, сквозь сжатые зубы прошипел: "Погоди... Как только пройду пробуждение... Мы еще посмотрим, кто тут..." Его голос прервал резкий толчок Лаврова в спину: "Иди в лазарет, герой. Твоему эго нужно больше помощи, чем челюсти."

Алексей тем временем медленно спускался с ринга, его взгляд, холодный как космический вакуум, нашел Клавдия в толпе. Тот нервно проглотил слюну, но тут же расплылся в самой невинной улыбке:

— Эй, дружище! Я же говорил, что верю в тебя! Благодаря твоему кулаку я... э-э-э... я поднял скромные 50 тысяч кредитов!

Внезапная стальная хватка на плече заставила Клавдия подпрыгнуть. Алексей, не повышая голоса, прошептал:

— Ты хотел сказать - МЫ подняли? - Его пальцы впились в мышцу с точностью хирургического зажима.

— А-а-а! Конечно, партнерские 30% твои! — заверещал Клавдий, чувствуя, как сустав начинает неестественно скрипеть. Увидев, как глаза Алексея сузились до опасных щелочек, тут же поправился: - 50! Ладно, черт возьми, 60%!

Алексей наконец разжал пальцы, снисходительно наблюдая, как Клавдий трет онемевшее плечо.

— Запомни, дружок: в следующий раз, когда захочешь устроить цирк с моим участием... — он сделал паузу, демонстративно сжимая кулак, — ...у тебя будет два выбора: либо 80% прибыли, либо спарринг со мной. Понял?

Клавдий сначала хотел возмутиться, но вдруг оба неожиданно расхохотались. Их смех, грубый и немного дикий, заставил окружающих невольно отодвинуться. В этом смехе было что-то опасное — словно два хищника, случайно нашедшие общий язык на охоте.

После нескольких посредственных спаррингов, не идущих ни в какое сравнение с эффектным нокаутом Алексея, Лавров резким жестом потребовал тишины. Его голос, привыкший командовать на поле боя, без усилий заглушил гул аудитории:

— Неплохо... для первого дня. Но запомните — то, что вы сегодня показали, даже близко не стоит к возможностям высших рангов. Однако... - Он медленно прошелся взглядом по залу, - базовая подготовка — это фундамент. Без него ваша пробудившаяся сила разорвет вас изнутри. И чтобы проиллюстрировать разницу...

Его палец, словно клинок, внезапно указал на Клавдия. Тот побледнел, будто увидел призрак.

— Г-господин преподаватель, вы же... шутите? — Клавдий застенчиво улыбнулся, нервно потирая шею. - Я ведь всего лишь скромный...

— На ринг, болтун. Быстро. — Лавров уже расстегивал манжеты своей формы, его голос не оставлял пространства для возражений.

"Ну всё, мне пиздец", — пронеслось в голове у Клавдия, когда он как в тумане брел к рингу. Его обычно уверенная походка вдруг стала неуклюжей.

Алексей, заметив выражение лица друга, не удержался от усмешки:

— Давай, чемпион! Я в тебя верю! — затем добавил шепотом: — Но ставку делать не буду. Не хочу терять только что выигранные кредиты.

Клавдий обернулся, бросив разочарованный взгляд: - И кто меня вечно за язык тянет

Лавров тем временем легко запрыгнул на ринг, его движения были обманчиво неторопливы — как у хищника, играющего с добычей.

— Не волнуйся, курсант. Я буду... сдерживаться. — его улыбка не предвещала ничего хорошего.

Алексей плеснул на Клавдия ледяной воды из фляги, и тот резко закашлялся, с трудом открывая глаза.

— Я… что, выиграл? — хрипло пробормотал он, пытаясь сфокусировать взгляд.

Алексей скрестил руки на груди и с деланной серьезностью ответил:

— Дружище, ты совершил сенсацию. Пробудился прямо во время боя и так отделал B-ранга, что мне, пожалуй, придётся вернуть тебе все деньги.

Клавдий медленно сел, потирая затекшую шею, и огляделся.

— А где… препод?

— Так его в больницу отвезли, — невозмутимо ответил Алексей. — Говорят, неделю будет приходить в себя.

Клавдий замер на секунду, а потом его лицо озарилось восторгом.

— Вот как… — прошептал он с придыханием. — Я всегда знал, что у меня есть тала…

Не успел он договорить, как Алексей резко дал ему лёгкую оплеуху и расхохотался:

— Ну ты и придурок! Серьёзно поверил, что отделал B-ранга?! — Он схватился за живот, с трудом сдерживая смех. — У тебя эго выше гор, "Боец"! Ха-ха-ха!

Клавдий надулся, будто обидевшись:

— Ну ты же пробудился! Вдруг я тоже смог?!

Алексей, всё ещё давясь от смеха, вытер слёзы:

— Ты где слышал, чтобы кто-то пробуждался сразу B-рангом? — Он постучал костяшками пальцев по голове Клавдия. — Видимо, препод сломал тебе последние извилины в этой черепушке.

Клавдий хотел было возмутиться, но вдруг сам фыркнул, не в силах сохранять серьёзность.

— Ладно, ладно… — он с трудом поднялся на ноги, пошатываясь. — Но если я вдруг и правда пробудился…

— Тогда я лично заплачу тебе 100 тысяч кредитов, — перебил его Алексей, всё ещё ухмыляясь. — Но пока что ты просто контуженный болван, который умудрился упасть и удариться головой, как только Лавров сделал вид, что замахивается.

Клавдий задумался на секунду, а потом махнул рукой:

— Знаешь что? Я всё равно считаю это победой.

Алексей покачал головой, но в уголках его губ дрогнула улыбка.

— Пойдём, герой. Пока тебя не добили насмешками остальные курсанты.

И, подхватив Клавдия под руку, он поволок его прочь из зала, пока вокруг раздавались смешки и аплодисменты.

Сумеречные огни города мерцали, отражаясь в стеклянных фасадах академии, когда двое новоиспеченных курсантов вышли на улицу. Первый день, полный неожиданностей, подошел к концу. Алексей невольно улыбнулся — несмотря на все странности, теперь у него появился хотя бы один товарищ в этом новом мире.

Клавдий, растянувшись в позе победителя, внезапно разорвал комфортное молчание:

— Слушай, что будешь делать сегодня? Не вздумай сказать что-то про учебники или тренировки, — предупредил он, заметив, как Алексей открывает рот.

— Ну... самостоятельная подготовка, может, пробежка...

— Боже, да ты просто ходячий учебник по скуке! — Клавдий драматично закатил глаза. — Мы же первокурсники! Молодые, полные сил! Учиться успеем. Как насчет... — он сделал паузу для эффекта, — стрип-бара?

Алексей резко остановился, будто наткнувшись на невидимую стену:

— Во-первых, мне шестнадцать. Во-вторых... — он окинул Клавдия оценивающим взглядом, — кто тебя вообще пустит?

Клавдий самодовольно поправил воротник:

— Ох, наивный ты мой друг. Разве я тебе не говорил? — Он таинственно понизил голос. — У папочки есть связи. И золотая карта "Империал Клаб". — Его глаза блеснули азартом. — Ну что, готов к настоящему образованию?

Алексей задумался на мгновение. Где-то в глубине души голос разума кричал, что это плохая идея. Но другой голос — тот самый, что толкал его на рискованные поступки с детства, — шептал: "А почему бы и нет?"

— Ладно, гений, — наконец сказал он, скрестив руки на груди. — Покажи, на что способны твои "связи". Но если нас выгонят в первые пять минут, я лично повешу табличку "Идиот" на твоей спине.

Клавдий радостно хлопнул его по плечу:

— Вот это дух! — Он уже доставал коммуникатор. — Пап? Это я. Да, всё хорошо. Слушай, мне нужно... — его голос стал слащаво-убедительным, — маленькое-маленькое одолжение...

Алексей покачал головой, наблюдая, как его новый друг с актерским мастерством разыгрывает спектакль перед родителем. "Что за чертовски странный день", — подумал он, чувствуя, как где-то внутри зарождается предвкушение приключения.

Где-то вдалеке завыла сирена патрульного корабля, смешиваясь с гулом ночного города.

Их ждал вечер, полный неожиданностей — куда более непредсказуемых, чем учебные спарринги. И, возможно, именно это делало перспективу такой заманчивой.

Спустя пару часов у входа в общежитие с рёвом антигравитационных двигателей остановился угольно-чёрный спорткар Клавдия. Окно опустилось, и оттуда высунулась довольная физиономия новоиспечённого друга.

— Садись, герой! — крикнул Клавдий, похлопывая по сиденью. — Мы обязаны отметить наше знакомство как положено!

Алексей, скептически оглядев машину, всё же забрался внутрь. В салоне пахло кожей и дорогим стабилизатором поля — явно не студенческий транспорт.

— Слушай, Алекс… — Клавдий вдруг прищурился, разглядывая его. — Ты меня извини, но у тебя на лице прямо-таки написано "девственник". Хоть бы приоделся поприличнее.

Алексей фыркнул:

— Ещё посмотрим, какой ты ловелас. И что не так с моей одеждой?

— В ней ты выглядишь как попрошайка из орбитальных трущоб. — Клавдий скривился. — Давай заскочим в магазин, прикупишь что-нибудь приличное.

Алексей махнул рукой:

— Как скажешь, погнали.

Клавдий тут же отдал команду бортовому ИИ, и машина плавно рванула в сторону ближайшего люксового торгового центра.

Полчаса спустя. Алексей стоял перед витриной, смотря на ценники с выражением человека, которого только что ограбили.

— Штаны за 2000 кредитов?! — он обернулся к Клавдию. — Ты издеваешься? Весь мой гардероб стоил 500!

Клавдий лишь закатил глаза:

— Ну хватит быть скрягой! Разве я не заработал… то есть, разве *мы* сегодня не заработали? — Он шлёпнул Алексея по плечу. — Один раз живём!

Алексей тяжко вздохнул:

— Хрен с тобой. Давай быстрее подберём что-нибудь и свалим.

Ещё 15 минут спустя - Алексей вышел из примерочной в тёмных узких брюках, чёрной рубашке с высоким воротом и лёгкой кожаной куртке. Даже он не мог не признать — выглядел куда солиднее.

Клавдий свистнул:

— Ну вот, теперь я хотя бы могу сказать, что ты мой слуга, а не бомж.

Алексей мгновенно ответил лёгким ударом под дых. Клавдий скрючился, но сквозь боль захихикал:

— Ого, уже лучше! — выдохнул он. — А теперь поехали покорять местных цыпочек!

Алексей покачал головой, но в уголке губ дрогнула улыбка.

— Только если ты обещаешь не позориться.

— О, дружище, — Клавдий широко ухмыльнулся, заводя двигатель, — это я могу пообещать только наполовину.

Машина с рёвом взмыла в ночное небо, оставляя за собой шлейф голубоватого антиграва. Впереди их ждал вечер, полный глупостей, которые потом будут вспоминать годами.

У входа в элитный клуб " Империал Клаб" толпилась нарядная публика, но Клавдий с важным видом прошел мимо очереди прямо к массивному охраннику в темных очках. Не говоря ни слова, он небрежно достал из внутреннего кармана черную карту с голографическим тиснением "Imperial VIP". Охранник, мельком взглянув на карту, тут же распахнул перед ними тяжелую дверь с поклоном.

Внутри их встретила волна приглушенной музыки и смешанных ароматов дорогих духов. Администратор в облегающем черном платье с удивлением подняла брови при виде двух явно несовершеннолетних посетителей, но профессиональная улыбка не сошла с ее лица.

— Добрый вечер, джентльмены. Чем могу...

— Вип-комнату, парочку ваших самых красивых девушек, и... о да, побольше выпивки! - перебил ее Клавдий, громко хлопнув ладонью по стойке.

Женщина слегка закатила глаза, но быстро взяла себя в руки. "Комната 202 на втором этаже. Вот меню, выбирайте что хотите. Девушки будут через полчаса." Она протянула Клавдию голографическое меню, но тот даже не взглянул.

— Спасибо, красотка! Алекс, пошли! - Клавдий схватил друга за рукав и потащил к мраморной лестнице.

По пути на второй этаж Алексей не мог не заметить, как на них косились другие посетители - взрослые мужчины в дорогих костюмах и их спутницы. - Ты уверен, что мы должны здесь быть? - прошептал он, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Расслабься! - Клавдий громко хлопнул его по спине. - Раз карта сработала, значит все в порядке.

Папа не стал бы давать мне то, что может принести проблемы, верно?

Комната 202 оказалась просторным помещением с панорамным окном во всю стену, мягкими диванами и собственным мини-баром. Клавдий сразу же плюхнулся на центральный диван и принялся изучать меню на стене.

— О, они тут подают "Галактический закат"! Это же легендарный коктейль с настоящим виски с планеты Нибиру! Давай закажем парочку?

Алексей медленно обошел комнату, проводя пальцами по бархатной обивке мебели.

— Ты вообще представляешь, сколько все это стоит? Твой отец точно не будет против такого счета?

Клавдий лишь махнул рукой:

— Да брось, для него это мелочь. Садись уже, скоро придут девушки! - Его лицо озарилось хищной ухмылкой. - Готов поспорить, ты еще ни разу не целовался по-настоящему?

Алексей покраснел и бросил в друга декоративную подушку.

— Да заткнись ты!

Их перепалку прервал мягкий стук в дверь. Официант в безупречном смокинге внес поднос с напитками.

- Ваш заказ, джентльмены. Девушки попросили еще десять минут.

Клавдий щелкнул пальцами:

— Отлично! Как раз успеем разогреться! - Он схватил бокал с дымящимся голубым коктейлем и протянул его Алексею. - Ну, за твой первый нокаут и... за начало прекрасной дружбы!

Алексей нерешительно взял бокал. В голове звучал голос разума, говоривший, что это плохая идея. Но другой голос, тот самый, что всегда толкал его на авантюры, шептал: "Ты жив лишь однажды."

Он чокнулся с Клавдием:

— За дружбу. И за то, чтобы мы не угодили сегодня в полицейский участок.

Клавдий заливисто рассмеялся:

— О, это лишь начало приключений, мой друг!

За окном мерцали огни ночного города, а впереди их ждал вечер, полный новых впечатлений и, возможно, проблем, о которых они пока даже не подозревали.

Дверь вип-комнаты бесшумно распахнулась, и в проеме появились две девушки, от которых у парней буквально перехватило дыхание. В мерцающем свете неоновых ламп их фигуры в кружевном белье казались выточенными из мрамора - длинные ноги, тонкие талии, губы с едва заметным перламутровым блеском. Одна, рыжая, с хищным разрезом глаз, тут же устроилась рядом с Клавдием, вторая, брюнетка с татуировкой-голограммой на ключице, скользнула к Алексею.

Алексей вдруг резко выпрямился, будто его ударило током.

— Погоди-ка, - он схватил Клавдия за запястье, - Ты же с утра ныл о своей девушке! Если она узнает, твои яйца станут сувенирными магнитиками на холодильнике!

Клавдий лишь небрежно махнул рукой, не отрывая взгляда от декольте рыжей:

— Забей, мы вроде как... мм... расстались. Да и вообще, - он наконец посмотрел на Алексея, - не порти кайф, это же чисто эстетическое удовольствие!

В этот момент в комнате плавно заиграла музыка - чувственный ритм нео-джаза с примесью электроники. Брюнетка томно провела пальцем по краю бокала Алексея.

— Мальчики, - ее голос звучал как теплый мед, - неужели оставите дам без внимания? Угостите чем-нибудь... особенным?

Клавдий сглотнул так громко, что это было слышно даже поверх музыки. "К-конечно!" - он лихорадочно потянулся к меню на стене, сбивая при этом пульт от освещения. - Все, что хотите! Самые дорогие коктейли! Шампанское! Эликсиры с Проксимы Центавра!

Алексей, все еще напряженный, заметил, как рыжая девушка украдкой переглянулась с подругой. В ее глазах читалось что-то между снисходительным отношением и профессиональным интересом. Брюнетка же, казалось, искренне забавлялась их неловкостью.

— Тогда... два 'Галактических искушения'," - томно протянула рыжая, облизывая губы. - С дополнительной... вишенкой.

Клавдий кивнул с важным видом, будто был завсегдатаем подобных мест, но его трясущиеся пальцы выдавали истинное состояние. Алексей же внезапно осознал, что его новая рубашка стала невыносимо тесной под мышками.

— Эй, - прошептал он Клавдию, пока девушки изучали голографическое меню, - ты хоть представляешь, как пользоваться всеми этими бокалами и вилочками? Я в жизни не пил ничего крепче ягодного сиропа из столовой!

Клавдий на мгновение растерялся, но тут же выпрямился:

— Ч...конечно! Просто смотри, как я, и не позорься!

В этот момент официант внес поднос с дымящимися бокалами невообразимых цветов. Девушки с игривыми улыбками взяли свои напитки, их ноги небрежно касались парней под столом. Алексей почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

— Ну что, - рыжая подняла бокал, намеренно медленно проводя языком по его краю, - за новые... знакомства?

Клавдий так резко кивнул, что чуть не ударился подбородком о грудь. Алексей же с ужасом осознавал, что его первая настоящая вечеринка во взрослом мире только начинается - и похоже, обратного пути уже не было.

Вечер проходил на удивление гладко — алкоголь развязал языки, а близость полуобнажённых девушек заставляла кровь быстрее бежать по жилам. Клавдий, развалившись на диване, с восхищением наблюдал, как рыжая стриптизёрша медленно вращает бедрами под ритмичную музыку, а брюнетка томно потягивает коктейль через соломинку, не сводя с Алексея заигрывающего взгляда.

— Мальчики… — брюнетка внезапно наклонилась вперед, позволяя бретельку лифчика соскользнуть с плеча, — Как насчет… уединиться? Или вы предпочитаете взять нас вместе?

Алексей поперхнулся своим напитком, а Клавдий так резко дернулся, что чуть не упал с дивана. Его мозг лихорадочно соображал, как бы не облажаться перед профессиональными соблазнительницами, но в этот момент…

Виррр-виррр!

В кармане завибрировал коммуникатор. Клавдий достал его, и в тот же миг его лицо побелело, будто он увидел призрак. На экране горело: «Отец. Входящий вызов».

— Д-девушки, минуточку… — он вскочил, пытаясь придать лицу важное выражение, — Мне нужно ответить. Дела… бизнес…

Отошёл в угол и сглотнул перед тем, как принять вызов.

— Привет, пап! Как дел…

— Ты совсем берега потерял, сосунок?! — рёв отца заглушил даже музыку. — Какого чёрта ты в стрип-баре по моей VIP-карте?! Это твой способ «помириться с девушкой»?! Мне только что пришло уведомление о списании 50000 кредитов в «Империале»!

Клавдий замер, как кролик перед удавом.

— Пап, я могу объяснить…

— Заткнись и слушай! — отец говорил так, будто собирался пролезть через экран и схватить его за шкирку. — Немедленно свали обратно в общагу и молись, чтобы моя командировка затянулась. Иначе я лично прилечу и устрою тебе «воспитательный момент» с участием моего ремня!

Щёлк.

Звонок оборвался. Клавдий стоял, уставившись в потолок, с выражением человека, который только что подписал себе смертный приговор.

— …Мне пиздец.

В комнате повисла тишина. Затем…

ХА-ХА-ХА-ХА!

Девушки покатились со смеху, держась за животы.

— О боги, это было потрясающе! — рыжая вытерла слезу. — Должна признать, мальчики, вы нас развлекли.

Брюнетка, всё ещё хихикая, подмигнула Алексею:

— Спасибо за вечер, герои. Удачи с папочкой.

И с этим они вышли, оставив парней в полной растерянности. Алексей медленно повернулся к Клавдию.

— Ну что, «ловелас»? — его голос дрожал от сдерживаемого смеха. — Как твоё «эстетическое удовольствие»?

Клавдий просто закрыл лицо руками.

— Заткнись…

Алексей не выдержал и расхохотался.

— Ладно, дружище. Пошли домой, пока тебя не отчислили из академии… и из жизни.

Клавдий лишь бессильно застонал, но последовал за ним, понимая — этот вечер они запомнят надолго. И не только из-за девушек. Парни поспешно спускались по мраморной лестнице, когда в полумраке коридора неожиданно столкнулись с чьей-то массивной фигурой. Клавдий, еще не до конца протрезвевший, первым заговорил:

— Извини, дружище, мы немного... э-э-э... перебрали, — он похлопал незнакомца по плечу с развязной улыбкой, но вдруг рука застыла в воздухе.

Когда их взгляды наконец поднялись и встретились с лицом "незнакомца", у обоих перехватило дыхание. Перед ними стоял...

— Лавров... — выдохнул Алексей, чувствуя, как кровь стынет в жилах.

Их преподаватель, облаченный в темный костюм вместо привычной формы, смотрел на них ледяным взглядом. В его глазах читалось странное сочетание ярости и... разочарования?

— Ну что, герои, — его голос звучал мягко, но в этой мягкости была смертельная опасность, — вижу, вы нашли, чем занять вечер вместо подготовки к завтрашнему тесту по тактике.

Клавдий попытался что-то сказать, но только издал нечленораздельный звук, будто котенок, наступивший на хвост.

Лавров медленно обвел взглядом их помятые рубашки, покрасневшие глаза и явный запах алкоголя.

— Интересно, — продолжил он, скрестив руки на груди, — как вы планируете объяснить завтрашнее... состояние на утренних занятиях? Особенно после сегодняшнего "подвига" на ринге.

Алексей почувствовал, как по спине побежали мурашки. В голове пронеслось: "Это конец. Отчисление. Позор. Возвращение домой с опущенной головой..." Но внезапно Лавров... усмехнулся?

— Ладно, — он сделал шаг в сторону, освобождая путь, — сегодня я здесь не как ваш преподаватель. Бегите, пока не передумал. Но завтра... — его взгляд стал стальным, — будьте готовы к тройной нагрузке. Это будет ваш... воспитательный момент. Парни стояли, не смея пошевелиться, пока Лавров не скрылся за поворотом.

— Он... он нас отпустил? — прошептал Клавдий, не веря своим ушам.

Алексей резко дернул его за рукав:

— Бежим, пока не передумал! И молчи в тряпочку — если кто-то узнает, что он видел нас здесь, нам всем конец!

Они бросились к выходу, понимая, что завтрашний день станет для них настоящим испытанием. Но сейчас главное было — добраться до общаги и хотя бы немного протрезветь перед утренними занятиями...

Резкий звук будильника ворвался в сознание Алексея, словно удар молотка по черепу. Он застонал, пытаясь приподнять веки, которые будто были приклеены суперклеем. Голова раскалывалась на части, а во рту ощущался противный привкус вчерашних коктейлей.

С трудом переведя взгляд на соседнюю кровать, он увидел Клавдия, который спал, свернувшись калачиком, с блаженной улыбкой на лице. В этот момент в памяти всплыли вчерашние события: стрип-клуб, звонок отца, встреча с Лавровым...

"Черт возьми", — прошептал Алексей, резко садясь на кровати. Головокружение тут же напомнило ему о переборе алкоголя.

Собрав волю в кулак, он поднялся и подошел к Клавдию. Без лишних церемоний схватил край одеяла и резко дернул.

— А-а-а! Что за...?! — Клавдий с грохотом рухнул на пол, ударившись локтем. Его глаза, красные от недосыпа, смотрели на Алексея с немым вопросом.

— Ты что, с ума сошел?! Дайте поспать хоть... сколько там времени вообще? — он с трудом сфокусировался на часах. — Шесть утра?! Алекс, ты...

— Вставай. Идешь со мной на тренировку, — твердо заявил Алексей, натягивая спортивные штаны. — Вчера я отдыхал по твоей программе, теперь твоя очередь. Или ты забыл, какой 'теплый' прием нас ждет сегодня от Лаврова?

Клавдий застонал, закрыв лицо руками.

— Бляяять... Лавров... Охренеть... Ладно, дай хоть собраться с мыслями.

— Давай быстрее. Нам еще пять километров бежать, — бросил Алексей, завязывая шнурки.

— Ты совсем ебн***ся?! — Клавдий вскочил, но тут же схватился за голову. — После вчерашнего я и пятьсот метров не протяну!"

Алексей остановился в дверях и медленно обернулся. Его взгляд выражал такое презрение, что Клавдий невольно съежился.

— И ты еще хочешь стать Бойцом? Серьезно?

Молчание повисло в воздухе. Наконец Клавдий тяжело вздохнул и начал одеваться. - Хрен с тобой... Погнали, садист. Но если я умру по дороге — это на твоей совести.

— Не переживай, протащу на себе, — усмехнулся Алексей, распахивая дверь. Холодный утренний воздух ударил им в лица, заставив обоих содрогнуться.

Где-то вдали уже всходило солнце, окрашивая небо в багровые тона. Сегодняшний день обещал быть долгим и мучительным — и это было только начало.

Вернувшись в общежитие, Клавдий буквально ввалился в дверь, обливаясь потом и дыша как загнанная лошадь. Его спортивная форма была мокрой насквозь, а ноги подкашивались с каждым шагом. Он рухнул на кровать, широко раскрыв рот и глотая воздух.

— Ты... настоящий... урод, Алекс... - он выдавливал слова между прерывистыми вдохами. - Полтора... часа... адских... упражнений... А в девять... уже... занятия... Мы даже... позавтракать... не успеем...

Алексей, хоть и чувствовал себя лучше, все же испытывал последствия вчерашнего. Голова ныла тупой болью, а во рту было сухо, как в марсианской пустыне. Он снял мокрую майку и вытер лицо полотенцем.

— Это твоя расплата за вчерашнее 'веселье', дружище. Теперь двигай в душ - и побыстрее. - Алексей бросил в Клавдия свернутое полотенце. - Нам нельзя опаздывать. За первый день мы и так достаточно выделились. Хорошо хоть, что это только первый месяц и мы еще не приняли присягу - иначе уже сидели бы на гауптвахте.

Клавдий простонал, перекатываясь на бок, но все же заставил себя подняться. В душе он стоял под ледяными струями, пытаясь привести мысли в порядок. Вода смывала пот, но не могла смыть чувство надвигающейся беды - сегодняшняя встреча с Лавровым не сулила ничего хорошего.

Через 20 минут, уже в чистой форме, с мокрыми волосами и красными от усталости глазами, они вышли из комнаты. Алексей проверил время на комм-браслете:

— У нас 15 минут до построения. Бежим?

Клавдий посмотрел на него с немым ужасом, но, увидев решимость в глазах друга, просто кивнул и зашагал следом. По пути их обгоняли другие курсанты - кто-то бодро шагал на занятия, кто-то, как и они, явно не выспался, но все выглядели куда свежее наших героев.

— Слушай, Алекс... - неожиданно заговорил Клавдий, замедляя шаг. - А что, если Лавров... ну... сегодня будет особенно жестким?

Алексей нахмурился, но ответил спокойно:

— Тогда будем терпеть. Сам напросился. Но запомни - больше никаких 'веселых' вечеров перед занятиями. Договорились?

Клавдий тяжело вздохнул, но кивнул. Впереди их ждал новый день в академии - и оба понимали, что он будет непростым. Но теперь они хотя бы знали, что могут рассчитывать друг на друга.

Лавров медленно прошелся взглядом по аудитории, его губы искривились в сардонической ухмылке. Он театрально положил планшет на стол, заставив всех невольно замереть в ожидании.

— Сегодня, вместо скучной теории, - его голос звучал как скрип стали по камню, - у нас будет практическое занятие. Очень... полезное... - Он нажал кнопку на пульте, и голограмма полигона вспыхнула над столом.

— Правила просты. Это - игра в кошки-мышки. Только мышки, - он сделал драматическую паузу, - будут бегать по настоящему стрельбищу

В аудитории повисло напряженное молчание. Лавров продолжил, наслаждаясь эффектом:

— Наши 'добровольцы' получат экзо костюмы с отключенными защитными щитами. Их задача - добраться до точки эвакуации через все поле. Ваша задача, - он обвел взглядом курсантов, - остановить их с помощью этих малышек.

С потолка опустилась стойка с десятком странных винтовок. Их стволы искрутились неестественными изгибами, а корпуса светились зловещим фиолетовым светом.

— Импульсные винтовки 'Кнут'. Нелетальные, но... весьма убедительные. Его пальцы провели по корпусу оружия. - Каждый выстрел будет посылать в цель заряд ионизированной плазмы. Не убьет, но запомнится надолго.

В аудитории раздались сдержанные смешки. Лавров поднял палец:

— Курсант с наибольшим количеством попаданий получит... кое-что ценное. - Он достал из кармана золотой жетон. - Отгул на одни сутки. Можно использовать когда угодно - даже перед экзаменами.

Шепот восхищения пронесся по рядам. Лавров подождал, пока волна стихнет, затем медленно повернулся к последним рядам.

— А теперь... позвольте представить ваши живые мишени." Его пальцы, словно лезвия, указали на Алексея и Клавдия. "Героев вчерашнего... вечера."

Алексей почувствовал, как у него перехватило дыхание. Клавдий побледнел так, что стал похож на привидение. Вокруг раздался смех и одобрительные возгласы.

— Э-э-э, господин преподаватель, - Клавдий поднял дрожащую руку, - а если мы... ну... не хотим быть мишенями?

Лавров медленно подошел к ним, его тень накрыла парней как могильный саван.

— Но вы же вчера так хотели веселья, не так ли? - он наклонился, чтобы его слова услышали только они. - Теперь веселье будет... по моим правилам. На полигоне через 15 минут. Не опаздывайте.

Он резко выпрямился и громко хлопнул в ладоши:

— Все остальные - на арсенал! Сегодня мы будем учиться стрелять по движущимся целям. Настоящим.

Алексей и Клавдий переглянулись. В глазах каждого читалась одна и та же мысль: "Нам точно конец." Лавров стоял перед ними, скрестив руки на груди, его лицо освещалось мерцающим светом голограммы полигона.

— Итак, 'герои', — начал он, растягивая слова, — до точки эвакуации всего пять километров. Для таких бравых ребят, как вы, это должно быть... прогулкой. Его пальцы быстро пробежали по планшету, и экзокостюмы перед ними издали зловещий шипящий звук.

— Ах да, — он притворно хлопнул себя по лбу, — при настройке костюмов возникла... небольшая техническая неполадка. Его губы растянулись в ухмылке. Мощность гидроусилителей — всего десять процентов. Так что, помимо отключенных щитов, вам придется тащить на себе эти... — он похлопал по металлическому корпусу костюма, — шестьдесят килограммов первоклассного имперского металла. Представьте, что несёте на спине своего тощего товарища.

Лавров сделал паузу, наслаждаясь их реакцией, затем продолжил:

— Я пойду проинструктирую ваших... охотников. У вас фора — три минуты.- Он уже повернулся, чтобы уйти, но напоследок бросил: - И помните главное — с гордостью переносить все тяготы военной службы!

Как только его фигура скрылась за дверью, Клавдий взорвался:

— Да этот старый пердун совсем съехал! — он пнул ближайший ящик, оставив вмятину на корпусе. — Как будто сам в молодости не отрывался! Лицемер проклятый, я же видел, как он вчера в том самом стрип-баре...

Алексей резко схватил его за плечо:

— Заткнись и слушай! — его глаза метались по карте на экране. — У нас три минуты, чтобы выработать тактику. Если не оторвёмся хотя бы на полкилометра в первые десять минут, то неделю будем отлёживаться в лазарете с ожогами от этих чёртовых 'Кнутов'.

Он уже начал залезать в свой костюм, когда заметил, как Клавдий замер, уставившись на индикаторы.

— Алекс... — голос друга вдруг стал серьёзным. — Ты видел эти винтовки? Они стреляют ионизированной плазмой. Даже один выстрел...

— Знаю, — резко перебил его Алексей, защёлкивая последний замок. — Поэтому мы не должны дать им ни единого шанса.

Снаружи уже раздавались крики командиров и звуки раздаваемого оружия.

— Готов? — спросил Алексей, протягивая руку.

Клавдий глубоко вздохнул, схватил его за запястье в боевом рукопожатии.

— Как никогда. Покажем этим ублюдкам, как охотятся настоящие мыши.

Дверь полигона с шипением открылась, впуская потоки холодного утреннего воздуха. Где-то вдали уже слышались первые команды. Игра началась.

Спустя тридцать минут адской пробежки под шквалом импульсных зарядов, два изуродованных экзокостюма наконец добрались до зоны эвакуации. Алексей, с трудом переставляя ноги, волок за собой едва стоящего Клавдия. Его костюм дымился в нескольких местах, а визор был разбит.

—Чёрт... меня... подери... — Алексей хрипел, опираясь о стену. — Запомни... Никогда больше... не соглашусь... на твои авантюры... Каждое слово давалось с трудом. — Я выжег... всю энергию... до последней капли... Впервые с момента пробуждения...

Клавдий лишь бессильно хрипел в ответ. Его костюм выглядел ещё хуже — левая нога явно была повреждена, а на грудной пластине красовалась огромная вмятина. Когда он с трудом снял шлем, стало видно его бледное, покрытое потом лицо.

— Ты?.. Ты хоть... посмотри на меня... — он с трудом поднял дрожащую руку. — Живого места... нет... Чувствую... перелом ноги... и трёх... нет, четырёх рёбер... - Он скривился от боли. — Эта чёртова... кинетическая энергия... Будто по мне... проехал грузовик...

Лавров медленно подошёл к ним, его сапоги гулко стучали по металлическому полу. Он оценивающе осмотрел обоих, затем его губы растянулись в той самой ухмылке, от которой у курсантов стыла кровь.

— Должен признать... вы держались... неплохо. - Он сделал паузу, наслаждаясь моментом. — Похоже, такие... 'перспективные'... солдаты, как вы, не сломаются... от столь... незначительного испытания. Его глаза сверкнули.

— А впереди... целая неделя. Уверен, мы найдём... кое-что... более... достойное.

В этот момент по спинам обоих друзей пробежал ледяной холод. Они переглянулись — в глазах каждого читался немой ужас. Они прекрасно понимали — это только начало. И следующее "испытание" может оказаться куда страшнее.

Лавров резко развернулся и громко скомандовал:

—Построение! Объявление результатов!

Когда все курсанты выстроились в шеренгу (Алексей и Клавдий кое-как прислонились к стене), преподаватель развернул голограмму с данными.

— Тройка лучших стрелков сегодня: первое место — курсант Еврентий. 47 точных попаданий. - В аудитории раздались одобрительные возгласы. Еврентий самодовольно выпятил грудь, бросая злостный взгляд в сторону Алексея. - Особенно впечатлил ваш выстрел в спину на последних метрах — настоящий спортивный дух.

Алексей сжал кулаки, но промолчал. Клавдий же еле слышно прошипел:

— Подлый ублюдок...

Лавров продолжил:

— Второе место — курсант Мира. 39 попаданий. И третье — курсант Торин. 35 попаданий. - Он закрыл голограмму. - Поздравляю победителей. Остальные — на дополнительные тренировки. А наши... 'герои'..." — его взгляд скользнул по измождённым фигурам Алексея и Клавдия, — в лазарет. Завтра к 06:00 на плацу. В полной экипировке.

Когда Лавров ушёл, Клавдий обречённо опустил голову:

— Мы умрём...

Алексей, превозмогая боль, тяжело положил руку ему на плечо:

— Не сегодня... Но завтра — вполне возможно."

Их смех, горький и усталый, смешался со звуками уходящих курсантов. Где-то вдали уже всходило солнце, освещая путь к новым испытаниям...

Вечер пятницы. Последние лучи заходящего солнца золотили крыши академических корпусов, когда двое изможденных курсантов брели к общежитию. Неделя адских тренировок под руководством Лаврова дала о себе знать — каждый шаг давался с трудом, а мышцы ныли так, будто их пропустили через мясорубку.

Клавдий, прихрамывая, первым нарушил молчание:

— Слушай, я знаю, наш прошлый "отдых" закончился... ммм... не совсем удачно, — он бросил осторожный взгляд на Алексея, — но как насчет культурно провести выходные?

Увидев, как друг сжимает кулаки, он поспешно добавил:

— Никаких стрип-клубов! Никакого алкоголя! Просто нормальный отдых — вкусная еда, может, кино... — он замялся, — или что-нибудь ещё...

Алексей остановился, почесал подбородок и тяжело вздохнул:

— Вообще-то я не против. В городе толком не был — только из академии да в академию. Главное, чтобы мы снова не влипли в какую-нибудь историю.

— Поверь, — Клавдий поднял руки в жесте капитуляции, — после недели с этим садистом мне просто хочется по-человечески расслабиться. Кстати... — он замялся, — у меня будет небольшая просьба. Не мог бы ты... ну... немного подкинуть деньжат? Отец в наказание заморозил мои счета на месяц...

Алексей резко повернулся к нему:

— Погоди-ка, а 20 тысяч с нашего пари? Куда они делись?!

Клавдий виновато потупил взгляд:

— Ну... понимаешь... они как-то сами... — он сделал неопределенный жест руками, — последние пятьсот ушли сегодня утром на тот кофе, которым я тебя угощал...

— КОФЕ ЗА ПЯТЬСОТ КРЕДИТОВ?! — голос Алексея эхом разнесся по пустынной площади. — Они что, там золотую пыль в турку сыплют?! Мажорская жизнь тебя окончательно развратила, дружище.

Он зажмурился, считая до десяти, затем сквозь зубы процедил:

— Ладно. Сколько тебе надо?

Клавдий оживился:

— Ну, мне много не... Думаю, пять... нет, десять тысяч хватит!

Алексей почувствовал, как потемнело в глазах. Он медленно поднял руку, словно собираясь дать другу подзатыльник, но вместо этого просто устало провел ладонью по лицу:

— Три тысячи. И ни кредитом больше. Пора учиться экономить. И да, — он угрожающе поднял палец, — завтра идем по моему маршруту. Никаких спонтанных идей, понял?

Клавдий хотел было возражать, но увидел смертельный взгляд друга и лишь покорно кивнул.

— А теперь марш в общагу, — буркнул Алексей, — Я валюсь с ног. Если завтра к девяти утра я не увижу тебя выспавшимся и трезвым... — он не договорил, но в его голосе явственно прозвучала угроза.

По дороге к общежитию Клавдий вдруг остановился:

— Эй, Алекс... Спасибо, что... ну... терпишь меня. Я правда постараюсь не подвести.

Алексей лишь хмыкнул в ответ, но в уголках его губ дрогнула тень улыбки. Может, эти выходные и правда пройдут спокойно... Хотя с Клавдием никогда нельзя быть уверенным.

Просьба строго не судить. Проба пера. Если кто поможет с редактурой - буду благодарен.

Глава 2

Глава 2. Пробуждение

Прошло уже три недели с момента начала учёбы, и все с нетерпением ждали момента пробуждения. Установка нейросети наконец активирует их супергены, и они станут одарёнными E-ранга. Тем временем в общежитии царило оживление.

— Слушай, Алекс, помнишь, Гиденко говорил, что мы сможем поучаствовать в Военных играх? Как думаешь, у нас есть шанс? — Клавдий развалился на кресле, закинув ноги на стол.

— Ну… В принципе, у нас с тобой набрано много баллов. Хоть нас и мучил Лавров, но благодаря этому мы заработали кучу дополнительных очков. Хотя первокурсников редко берут, у нас могут быть шансы. Но для начала тебе надо хотя бы пройти пробуждение, — Алексей перелистывал страницы голопроектора, не отрываясь от текста.

— Да уж… — Клавдий вздохнул. — Ну ладно, когда мне активируют суперген, я наконец-то смогу надрать тебе задницу.

— Дружище, я вытру тобой пол, даже если ты пробудишься сразу в D-ранг, — Алексей хмыкнул, не поднимая глаз.

— Ха! Ты просто меня боишься, я угадал? — Клавдий ухмыльнулся, и в него тут же полетел карандаш.

— Хватит страдать хернёй. Иди сюда, надо готовиться к докладу.

Ребята уселись на кушетку и включили голофильм «Система прогресса одарённых».

«Данный ролик произведён по заказу Министерства образования. Информация, представленная в ролике, является открытой и не защищена авторским правом. Разрешено к использованию в образовательных целях.»

«Мы рады приветствовать вас, одарённые. Сегодня мы расскажем вам о работе нейросети, процессе пробуждения и системе ранжирования. Начнём с основ — кто такие одарённые?»

«Одарёнными называются люди с особыми супергенами, которые появились вследствие Катастрофы Великого Исхода. Такие люди обладают потенциалом развить необычные сверхспособности. Однако…»

— Слушай, перемотай, эту байду знает любой первоклассник, — буркнул Клавдий.

— Заткнись и смотри. Если хочешь получить больше баллов, нужно не только на физухе выкладываться, — отрезал Алексей и продолжил просмотр.

«Однако сам процесс развития способностей изначально был нестабильным. Благодаря изобретению нейросети и особых имплантов стало возможным постепенное развитие сверхспособностей у любого одарённого. Для удобства были введены ранги, отражающие уровень развития. Каждый ранг — это ступень эволюции одарённого, определяемая уровнем внутренней энергии, измеряемой в энергетических единицах (Эл).»

*«E-ранг — начальный этап. После пробуждения большинство получает E-ранг, но особо талантливые могут сразу достичь E+. Граница E-ранга — уровень мощности выше 200 Эл.»*

«Сейчас мы расскажем, как рассчитывается уровень мощности. Благодаря нейросети мы можем математически оценить каждый показатель тела.»

«Разберём на примере генетически усовершенствованного солдата Российской Армии в сравнении с одарённым E-ранга класса "Боец".»

Показатели:

Показатель Сила - рассматривается как абсолютные физические показатели, например сила удара, возможность поднять определённый вес и т. п.У генетически улучшенного солдата сила удара в среднем равняется 800кг, принимаем этот показатель за единицу. В таком случае у одарённого Е ранга этот показатель будет равен 5 - то есть 4 тонны.

Показатель Ловкость - рассматривается как скорость реакции, скорость передвижения и уклонения. Аналогично силе примим средний уровень солдата за единицу. У пробужденного Е ранга этот показатель будет не менее 3 единиц.

Показатель Интеллект - охватывает аналитические, интеллектуальные показатели мозга, кратковременную и долговременную память и т. п. У пробужденного Е ранга этот показатель равен 3-4Показатель Прочность - отражает устойчивость организму к внешнему воздействию, ударам, выстрелами и т. п. У пробужденного Е ранга этот показатель равен 3-4

Показатель Выносливость - отражает устойчивость к продолжительным физическим и умственным нагрузкам. У пробужденного Е ранга он равен 3-4

Показатель Энергия - нельзя сравнить с генетически усовершенствованным солдатом, но отражает возможность использовать сверхспособности одарёнными и также может быть измерен. У пробужденного одарённого обычно колеблется от 3 до 5

Показатель Разум - отражает уровень взаимодействия с пси-силами, отражает устойчивость организма к псионическим атакам, влияющим на разум, а также возможность использования псионических атак, телекинеза и т. п. У бойца Е ранга обычно этот показатель равен 3.

«Для того чтобы рассчитать энергетический уровень нужно сложить все показатели и умножить на 10. Формула расчёта - ( Сила + Ловкость + Интеллект + Прочность + Выносливость + Разум + энергия ) * 10»

«Рассмотрим на примере пробужденного Е ранга класса Боец: (5+3+3+4+3+4+3) *10 = 250 Эл»

«Каждое повышение ранга влечёт за собой генетические изменения и резкий рост силы. Разница между рангами нелинейна: боец A-ранга (10 000 Эл) легко победит десятки B+ (9 900 Эл).»*

Система рангов:

E — 200+ Эл

E+ — 400+ Эл

D — 800+ Эл

D+ — 1400+ Эл

C — 2000+ Эл

C+ — 3500+ Эл

B — 5000+ Эл

B+ — 8000+ Эл

A — 10 000+ Эл

«Важно понимать, что разница в уровне мощности не линейная. Например между бойцом Е ранга и Е + всего 200 единиц разницы, однако если рассмотреть эту разницу в 200 единиц между бойцом B+ у которого 9900 Эл и А ранга у которого 10100 Эл, то боец А ранга не оставит и шанса одновременно десяткам таким B рангам. Каждый Ранг - это сублимация жизненного уровня...»

— Так, подожди, почему ничего не говорят про S-ранг? — Клавдий, всегда мечтавший о невероятной силе, нахмурился.

— Чувак, в галактике всего несколько десятков S-рангов. Каждый из них — живое оружие. Нам с тобой повезёт, если доберёмся до B, — Алексей покачал головой.

— Не будь занудой! Надо же к чему-то стремиться!

— Ну хорошо, смотри тут рассказывали про основные ранги, если говорить про ранг A+, то тебе надо достигнуть 20000 Эл, ранг АА - 30000 Эл, S ранг - 50000 Эл, S+ порядка 75 тысяч, ну а про SS ранг, я могу только предположить что это порядка 100 тысяч Эл, однако точных данных нет, в галактике только один человек такого ранга и это нынешний глава корпуса Галактического Порядка. Я бы на твоем месте пока думал, как пройти свое пробуждение, хотя нейросеть и облегчает процесс, это все равно достаточно болезненно

ￚ Не будь занудой, для бойцов боль ничто

ￚ Ну, ну посмотрим как ты будешь говорить после пробуждения, ответил Алекс, ладно давай досмотрим

«Процесс пробуждения — контролируемая активация супергенов при помощи нейросети. Несмотря на контроль, это болезненный процесс, так как организм перестраивается на клеточном уровне. До изобретения имплантов пробуждение происходило только в экстремальных ситуациях, выживаемость была 30%, а боль — втрое сильнее.»

Клавдий бросил на Алексея оценивающий взгляд:

— Да ты крут, чувак. Когда-нибудь расскажешь, как прошёл естественное пробуждение?

Алексей ничего не ответил, лишь резко дёрнул головой, будто отгоняя воспоминания.

«Нейросеть после пробуждения позволяет управлять процессом развития одарённого. Для удобства была разработана виртуальная система повышения уровня. Активные тренировки и применение способностей повышают ваш уровень взаимодействия с внутренней энергией. Нейросеть преобразует эти данные в очки опыта и очки показателей.»

«Например, после пробуждения у вас будет 1-й уровень, для повышения на следующий уровень вам понадобится получить 500 очков опыта, при этом при повышении на следующий уровень вы получите 2 свободных очка показателей, который вы можете вложить в любой показатель, например в Силу или Выносливость.»

«Нейросеть адаптирует ваш организм под ваши пожелания. Количество свободно получаемых очков показателей (далее ОП) за уровни будет меняться после определённых этапов - после повышения в рангах D, C, B, A. Кроме того каждое повышение ранга даёт значительное увеличение ОП класса, а также остальных параметров, например бойцы получат значительное увеличение ОП силы, псионики получат ОП разума и т.д».

«Для каждого повышения уровня будет требоваться все большее количество опыта. Это связано с тем что организму требуется больше времени для увеличения уровня внутренней энергии. Благодарим за внимание. Это первый ролик из цикла "одарённые и их развитие". В следующих роликах вы сможете получить больше полезной информации, рекомендуем смотреть их после пробуждения.»

— Наконец-то досмотрели. Может, перекусим? — потянулся Клавдий.

— Сейчас у нас по плану тренировки, — Алексей встал с ухмылкой.

— Опять?! — Клавдий схватился за голову. — И в кого ты такой трудоголик?

— Ты хочешь стать S-рангом, но даже тренироваться не готов? Ты точно боец?

— Да пошёл ты… Однажды я выбью из тебя всю дурь.

— Ну-ну, силач. Погнали.

Клавдий неохотно поплёлся за Алексеем, в душе уже представляя, как однажды час расплаты настанет.

--------------------------------------------------------------------------------------

Прошла ещё неделя, и настал долгожданный день пробуждения.

Все группы первого курса собрались на площади перед учебным корпусом. Директор Академии, генерал-майор Воронцов, стоял на импровизированной трибуне, его голос разносился по площади:

— Вы все славно потрудились за прошедший месяц. Вы готовились, учились, преодолевали себя. И вот момент истины настал. Сегодня вы примете присягу и пройдёте процесс пробуждения. Вы станете частью Великой Армии, её будущим. И я верю, что с вами нам предстоит совершить множество великих свершений!

Клавдий слегка толкнул Алекса локтем:

— Нафига этот пафос? Мы же не рядовые солдафоны.

Алексей прищуренными глазами посмотрел на друга:

— Твой длинный язык нас вечно подводит. Заткнись хотя бы на пять минут.

— Пфф, как скажешь, папочка.

— ...Вы все уже проинструктированы, поэтому не буду затягивать. Всем удачи, сынки. Заставьте Родину гордиться вами!

— Наконец-то! Погнали быстрее! — Клавдий уже рвался с места.

— Не терпится посмотреть, как ты будешь корчиться при пробуждении, — усмехнулся Алекс.

— Ха! Опять завидуешь?

Парни направились в корпус «Д», где располагались лаборатории пробуждения. Помещения были полностью автоматизированы: установка нейросети и имплантов выполнялась роботизированными системами. Преподаватели лишь контролировали процесс, корректируя базовые настройки.

В каждой лаборатории стояло по две капсулы, напоминающие крио-камеры. Алексей и Клавдий заняли свои места, ожидая, когда подойдёт куратор для запуска процедуры.

— Чувак, мы наконец-то попадаем в высшую лигу, — Клавдий потирал руки.

— О чём это ты? — Алексей поднял бровь.

— Ну, смотри. Одарённые никогда не пропадут. Даже если не сложится с армией — всегда можно уйти в наёмники, частные охранные корпорации или даже в космические рейдеры. С нашей силой мы всегда будем востребованы. А вот взять какого-нибудь Васю с захолустной планеты… Какие у него варианты? Базовое пособие или должность клерка до конца дней.

— С твоими богатенькими родителями ты бы и так не пропал, — фыркнул Алекс.

— Не, чувак, это другое. Деньги — это круто, но без силы ты всё равно будешь мелкой рыбешкой. А вот одарённый с деньгами — это уже серьёзный игрок.

— Поверь, с большой силой приходят большие проблемы, — Алексей покачал головой.

— Ты слишком пессимистич…

Не успел Клавдий договорить, как из динамиков раздался знакомый голос.

— Так-так-так, мои любимые курсанты.

— Бля… Лавров… — одновременно подумали оба.

— Я вижу, вы несказанно рады, что именно я стану вашим куратором на этом этапе. И, знаете, я решил наградить вас за выдающиеся успехи в учёбе и физподготовке.

Клавдий почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Поэтому я установлю для вас болевой коэффициент… ×2.

— Вы издеваетесь?! — вырвалось у Клавдия.

— Это карма за твой длинный язык, — сквозь зубы процедил Алекс.

— Не переживайте, такие бравые воины, как вы, только выиграют от этого. Чем сильнее боль — тем выше шанс получить дополнительные ОП, если, конечно, у вас есть скрытые таланты.

— Мне пиздец… — Клавдий побледнел. — Тебе-то повезло, ты уже пробуждённый, тебе будет не так больно.

— О, не беспокойся за своего товарища. Ему будет ничуть не легче — уж я об этом позабочусь.

Лавров зловеще усмехнулся и нажал кнопку запуска. — Начинаем.

Боль. Чистая, неразбавленная боль сопровождала их два часа, пока наконец процедура не завершилась. Парни обливались потом, их тела било в конвульсиях, дыхание было частыми, прерывистыми рывками. Они едва приходили в себя, когда капсулы наконец открылись.

— Итак, курсанты. По правилам, я должен рассказать вам о правилах взаимодействия с нейросетью, но, учитывая вашу «особую подготовку», мы этот этап пропустим.

Лавров наслаждался их состоянием.

— Через пять минут настройка завершится, и вы сможете проверить свои новые возможности. Впереди у вас два выходных — отличный шанс освоиться. До встречи на занятиях.

Он вышел, оставив их в полуживом состоянии.

— Пиздец… — Клавдий с трудом поднялся. — Старшекурсники говорили, что Лавров 20 лет не был куратором на пробуждении… Какого чёрта нам так «повезло»?

— Надеюсь, эти муки были не зря, и мы получили дополнительные ОП, — Алексей скрипя зубами поднялся на ноги.

— После такой прожарки я должен быть как минимум E+!

— Сейчас проверим.

Момент истины. Через пять минут перед их глазами вспыхнули голографические интерфейсы.

«Интеграция завершена. Нейросеть готова к работе. Желаете задать имя для удобства взаимодействия?»

— Да, — мысленно ответил Алексей.

Он перебирал варианты один за другим, пока не остановился на одном, заулыбавшись:

— Карма.

«Хороший выбор. Имя подтверждено.»

«Отобразить основную информацию?»

— Да.

Алексей Петров

Ранг: E+

Уровень мощности: 480 Эл

Показатели:

Сила — 6

Интеллект — 11

Ловкость — 6

Выносливость — 7

Прочность — 6

Энергия — 7

Разум — 5

Свободные ОП: 4

Уровень: 1. Опыт до следующего уровня: 0/500

— Неплохо, — Алексей усмехнулся. — Думал, мне пересчитают уровень из-за естественного пробуждения.

— Давай обменяемся статами, — Клавдий уже тянулся к интерфейсу. — Хочу посмотреть, что ты там получил.

Алексей кивнул, и через секунду перед ним появился профиль Клавдия.

Клавдий Соколов

Ранг: E

Уровень мощности: 370 Эл

Показатели:

Сила — 9

Интеллект — 3

Ловкость — 7

Прочность — 7

Выносливость — 5

Энергия — 3

Разум — 3

Свободные ОП: 2

Уровень: 1

— Ха! Почти E+, — Алексей хлопнул друга по плечу. — Страдания окупились.

— Пошли в зал. Я вытру тобой пол, — загорелся Клавдий.

— Думаешь, твоя сила тебе поможет? Ну давай, научу тебя уму-разуму, — Алексей ухмыльнулся.

— Все знают, что механики без брони — как бумага.

— Посмотрим…

Чуть позже в зале для спаррингов. Клавдий смотрел на Алекса в предвкушении. Весь этот месяц он терпел издевательства от своего друга и наконец настал час расплаты. Хотя Алекс был Е+ ранга, он не капли не сомневался в себе, его сила и ловкость была выше, а от интеллекта в ближнем бою толку не было.

Алекс также с интересом смотрел на улыбающегося друга. Это был его первый бой с пробужденным одарённым, если конечно не считать пиратов, которые его похитили и пытались продать, но это уже другая история. ... Мне нужно его прощупать, как боец этот дуралей наверняка не будет думать над тактикой и сразу кинется на пролом, для начала дам ему пару раз по себе попасть чтобы понять его пределы - Алекс уже продумывал тактику боя

ￚ Тебе пиздец чувак, сказал Клавдий и не думая ринулся вперёд

Стремительно приближаясь к Алексу, он сделал ложный выпад левой рукой, после чего молниеносно нанёс правый боковой. Алекс еле успел поставить блок, как тут же получил мощный удар с разворота с ноги. Не успев заблокировать этот удар, Алекс пролетел несколько метров. Мощная волна боли окатила его, темнее он слегка улыбнулся...

ￚ Ха-ха-ха, механики ничто перед настоящим бойцом, будь ты умнее выбрал бы любой другой класс

ￚ Ты слишком много болтаешь

Алекс вскочил на ноги и встал в стойку. Клавдий вновь направился в атаку и использовал различные комбинации, молниеносно нанося удары. Алекс едва уклонялся, но все же больше не пропускал и при этом продолжал анализировать бой.

С моим интеллектом достаточно легко предсказывать его удары, учитывая, что до этого у нас были спарринги - он не особо поменял свой стиль, учитывая, что его выносливость и энергия намного меньше, мне достаточно просто вымотать его, а потом, когда он замедлится нанести мощную контратаку.

Клавдий продолжал безостановочно наносить удары по ушедшему в глубокую оборону другу в течении нескольких минут, увидев его странное выражение лица он понял, что Алекс до сих пор смотрит на него с высока. Тут же он вскипел от злости, ...ублюдок посмел меня недооценивать. - пронеслось у него в голове, бойцовское пламя вдруг покрыло его и через доли секунды он нанёс мощнейший удар левой рукой пробив блок.

Алекс заметил эту атаку, однако он на неё насчитывал, он знал, что будет больно, поэтому попытался её заблокировать, однако сила удара была больше, чем он предположил и его отбросило намного дальше, чем в первый раз.

По ощущениям он сломал себе пару рёбер, но все же он и не думал сдаваться, ведь бойцовское пламя нужно использовать с умом, оно расходует огромное количество энергии. Клавдий только прошёл пробуждение и то, что он смог в первом же бою задействовать бойцовское пламя уже было невероятно - однако это означало, что он ничего не смыслит в контроле и не понимал, что еще каких-то пару минут и он может проиграть.Клавдий увидел результаты своей атаки и был в восторге, теперь я точно буду самым мощным на курсе - подумал он. Посмотрев на с трудом встающего Алекса, он сказал:

ￚ Братан лучше сдавайся, у тебя ноль шансов

ￚ Пфф.. чувак если это был твой самый мощный удар, то тебе конец

ￚ Хех, ну ты сам напросился

Клавдий набросился на него с удвоенной яростью, безостановочно нанося комбинации под своим бойцовским пламенем, однако каким-то чудом Алекс уклонялся от его ударов почти не ставя блоки. Клавдий раздражался все сильнее и сильнее, его друг словно предсказывал все его удары и несмотря на ощутимую мощь в каждом из них, Алекс до сих пор стоял на ногах.

В течении двух минут он безостановочно пытался вырубить его, но Алекс по-прежнему уклонялся, получая лишь небольшой урон вскользь. Увидев, что частота атак падает и интенсивность бойцовского пламени падает, Алекс наконец решил сделать свой ход. Идеально спланировав свой удар, он нанёс мощный бекфист и активировал свой электромагнитный импульс. Через мгновение его удар достиг Клавдия и его тут же вырубило.

ￚ Шах и мат, дружище...

Прийдя в себя, Клавдий смотрел на Алекса, у которого была улыбка от уха до уха

ￚ Проиграл механику, тьфу блин... Какого черта чувак? Это была лишь удача, ты весь бой был моей грушей для битья

ￚ Оправдывайся как хочешь, но я тебя вырубил так или иначе)

ￚ Мудак, в честном бою я бы от тебя мокрого места не оставил

ￚ Ладно тебе, ещё будет время померится членами, пойдем перекусим - я жрать хочу ужас

Клавдий встал и отряхнулся, и они направились в общагу. Пока они шли, Алекс изучал уведомления на интерфейсе и увидел что он заработал 250 опыта за самостоятельное изучение первой способности класса "Направленный электромагнитный импульс"

ￚ Слушай братан, глянь уведомление на своём интерфейсе, сказал он Клавдию

ￚ О как, 250 опыта... если изучить ещё парочку мало того что станешь сильнее, так ещё и прокачаешься быстрее

ￚ Я бы губу не раскатывал, новые способности можно будет изучить только на D ранге, а сейчас нам остаётся только повышать уровень открытой способности, а это тоже не просто и к тому же требует очков опыта

ￚ Чтож, по крайней мере я думаю мы с тобой самые сильные на курсе

ￚ Не задирай нос, на курсе больше 200 человек, наверняка там есть кто составит нам конкуренцию. Хотя в нашей группе я думаю мы точно в топе.

Выходные стремительно пролетели, и парни готовились отправляться на занятия. Они ещё два раза спарринговались и 2 раза Клавдий проигрывал. Парни выяснили, что интенсивная ежедневная тренировка на данный момент приносит им 50 очков опыта, спарринг же даёт 100 очков, итак каждый уже накопил 650 опыта.

ￚ Слушай, ты будешь сегодня повышать уровень и распрделять свободные ОП или будешь ещё копить опыт? Спросил Клавдий

ￚ Я буду пока копить, в любом случае по рейтингу я сейчас на первом месте и мне некуда спешить, я предпочту быть адаптивным и действовать по ситуации

ￚ Изворотливый говнюк, я не могу себе такого позволить, Клавдий включил голограмму и начал показывать:

ￚ Вот смотри, - видишь себя, дальше иду я на 2 месте, дальше Август Максимов из 4-ой группы и у него 360 Эл, у нас всего 10 единиц разницы. Я не прощу себя если меня обгонит кто ни будь кроме тебя

ￚ Ну дело твое, но дам тебе совет, не вкладывай все ОП в силу, ты ведь будешь конкурировать не только с бойцами, но ещё эсперами и псиониками, даже я не уверен что могу с ними справится

ￚ Я уже понял чувак, спарринги с тобой показали мне, что бойцу нужна ещё и выносливость, а также энергия

ￚ Что это, я слышу голос разума из твоих уст? - Заржал вдруг Алекс.

ￚ Да иди ты, сегодня точно от меня огребешь, я всего в 30 Эл от E+, если вложу все свои ОП, то тебе хана

ￚ Мечтай дружище

Клавдий тем временем зашел в интерфейс и потратил накопленный опыт

….Получен уровень 2. Очков опыта для повышения до следующего уровня 150/1000

….Получено 2 свободных ОП

Клавдий открыл интерфейс распределения ОП и слегка подумав добавил 1 единицу в силу, 1 в выносливость и 2 в энергию

…Достигнут лимит уровня мощности для текущего ранга E. Обнаружены достаточные ресурсы для активации протокола эволюции. Инициировать процесс продвижения?

Резкая боль пронзила его, увидев, что он сейчас может упасть Алекс подхватил его и усадил на кушетку.

- Вот кретин, мог бы повысится и после занятий

…Получен Ранг E+

…Получено 4 свободных ОП

Клавдий повторил распределение, добавив 1 ед в силу, 2 в выносливость и 1 ед в энергию. Посмотрев на строку «Уровень мощности», он увидел число 450 Эл. Закончив с распределением, он посмотрел на Алекса и спросил:

ￚ Я всего в 30 Эл от тебя, не боишься?

ￚ Даже если бы ты опережал меня на 30 Эл, я бы не боялся

ￚ Чтож посмотрим как ты выстоишь сегодня.

Парни направились на занятия, находясь в предвкушении от сегодняшнего дня. Все их однокурсники теперь пробужденные и это несло в себе множество неожиданных ситуаций…

Глава 3

Глава 3. Отбор на военные игры.

Атмосфера в аудитории напоминала предгрозовое напряжение. Новость об изменении системы отбора на Военные игры разлетелась по академии быстрее плазменного заряда. Вчерашние первокурсники, только что прошедшие пробуждение, теперь жадно ловили каждое слово профессора Гиденко, представляя себе славу и возможности.

Профессор Гиденко, ветеран нескольких войн, тяжело оперся о кафедру. Его кибернетический глаз с красной линзой медленно сканировал аудиторию. Гул стих мгновенно.

— Чтобы избежать лишних вопросов, я сразу расскажу все детали. Внимательно слушайте и не перебивайте.

Его ледяной взгляд скользнул по аудитории, заставляя даже самых дерзких замолчать.

— В этом году система отбора изменена. С каждого курса будут отобраны две команды по четыре человека.

На стене вспыхнула голограмма с рейтинговой таблицей и турнирной сеткой.

— Правила просты:

До конца недели сформируйте команду.Все начинают с нуля – предыдущие достижения не учитываются.Баллы зарабатываются индивидуально и командой за:Успехи в учебе и учебные проектыДуэли (одиночные и командные)Специальные миссии (доступны на доске заданий)Через три месяца топ-16 команд выйдет в финальный турнир.Две лучшие поедут на Военные игры.

Гиденко выключил проектор.

— Все детали – на сайте Академии.

Как только дверь за ним закрылась, аудитория взорвалась:

— Ко мне в команду нужен Эспер!

— Берём только топ-10 рейтинга!

— Кто шарит в тактике? Мне нужны только парни с мозгами…

Клавдий, сверкая глазами, уже тыкал пальцем в голоэкран:

— Алекс, мы обязаны туда попасть! Я щас разошлю приглашения всем из топ-20!

Алексей перехватил его руку:

— Остынь. Нам не нужны случайные «топы». Мы же все только пробудились, это далеко не показатель

— А как же тогда нам набирать народ?

— Нам нужен Баланс. Взять Три бойца из топа – это будет тупик. Нам нужны одаренные каждого класса:

Боец - ты, Механик - я, Эспер для разведки/поддержки и Псионик для ментальные атак

Клавдий нахмурился, проверяя уведомления:

— Чёрт... Все отказали. Даже Псионик из 17-го места! Какого черта мы же с тобой 1е и 2е место в рейтинге

— На самом деле неудивительно, — усмехнулся Алексей. — После твоей аферы со «ставками» полкурса на тебя зуб точит

— Эй! Они сами дураки! Я же не виноват, что они не изучили всю информацию про тебя и поставили на Еврентия

— Ну суть в том, что Еврентий так или иначе уже настроил против нас полкурса. Будем брать середнячков и растить их.

— Эх мои мечты попасть на военные игры рухнули... — Клавдий драматично закатил глаза.

-------------------------------------

Вечером в общежитии. Алексей развалился в кресле, просматривая новости:

"Сегодня Японский император сделал сенсационное заявление. Японская империя в составе 30 планет выходит из состава Содружества Независимых Государств.

Голограмма переключилась и показала заявление японского императора:

"Японская империя слишком долго оставалась в теги СНГ, отдавая им много преимуществ, и не получая ничего взамен. Мы больше не можем мирится с несправедливостью и решили выбрать свой новый путь. Мы великая нация с древней историей и мы открываем новую главу, мы начнем экспансию нового звёздного скопления и вновь сделаем нашу нацию значимой.

"Это заявление вызвало настоящий переполох в галактике, Корпоративный Кворум поддержал это решение и выразил желание стать союзником свободной империи. СНГ выразило решительный протест, и назвало это вмешательством в свою внутреннею политику. Был созван срочный Совет Безопасности Комического Содружества, на котором решится...”

Дверь в комнату общежития с шипением отъехала в сторону, и на пороге появился Клавдий. Его обычно гордая осанка сейчас напоминала сдувшийся воздушный шар. Он швырнул голопланшет на кровать, который от удара подпрыгнул и издал жалобный пик.

Алексей, оторвавшись от голопанели с новостями, оценил состояние друга: — Что-то ты сегодня похож на побитого пса. Никого не смог к нам пригласить?

Клавдий плюхнулся на кровать, заставив пружины жалобно заскрипеть: — Хуже. Ты был прав, как всегда, — он язвительно скривился. — Все эсперы и псионики из топ-100 мне дружно послали... вежливый отказ.

На что Алекс с расслабленным выражением лица ответил: — Расслабься, герой. Этот рейтинг сейчас не стоит и выеденного яйца. Мы все только что прошли пробуждение, — он жестом очертил круг в воздухе, — через месяц эти топ-100 полностью перетасуются.

— Охотно верю, — Клавдий саркастично хлопал в ладоши. — Но пока у нас в команде всего двое и ноль шансов.

— Значит, возьмем кого-то из аутсайдеров и сделаем из них чемпионов.

Клавдий закатил глаза так, что стали видны только белки: — О да, конечно. "Добро пожаловать в команду, лузеры, мы вас волшебным пинком сделаем крутыми".

Алексей только усмехнулся и собирался ответить, когда Клавдий вдруг побледнел: — Кстати, завтра первые классовые занятия...

— И?

— И у нас ведет... Лавров.

В комнате повисла гробовая тишина. Даже фоновый гул вентиляции будто стих.

— О-о-о... — Алексей медленно растянул слово, лицо его искривилось в сардонической ухмылке. — Мои самые искренние...

— ЗАТКНИСЬ! — Клавдий швырнул в него подушку. — Рано радуешься! А у тебя кто ведёт классовые занятия?

Алексей поймал подушку и небрежно отшвырнул в сторону: — Какая-то Инна Жиглова. "Механическая катастрофа". B+ ранг.

— И?

— И ничего. Весь ее послужной список — под грифом "Совершенно секретно".

Клавдий злобно захихикал: — Ну хоть кто-то в этой академии понимает, что механики тоже должны страдать! Надеюсь, она хотя бы наполовину так жестока, как Лавров.

Алексей встал и похлопал друга по плечу с фальшивым сочувствием: — Смирись, дружище. Ты же боец — тебе по уставу положено литрами проливать пот и кровь.

— Да пошел ты! — Клавдий швырнул вторую подушку, но Алексей уже ловко увернулся, смеясь.

-----------------------------------------

Полигон для механиков встретил первокурсников холодным светом голографических проекторов и запахом озона. Алексей окинул взглядом скудные ряды - всего 27 человек, самый малочисленный класс на курсе. Для сравнения - в соседнем корпусе 112 будущих Бойцов отрабатывали удары, заполнив зал до отказа. Эсперов было 69, и даже Псиоников 48.

"Какой дисбаланс," - подумал он, прикидывая шансы найти достойных союзников в свою команду

Воздух перед строем внезапно загудел низкой частотой. Пространство исказилось, будто гигантская невидимая рука сжала реальность, и из разлома шагнула женщина в облегающем экзокостюме цвета грозового неба. По поверхности брони пробежали молнии, странные надписи засветились на левом плече.

Тишину разрезал электронный треск. Костюм начал фантастическое превращение - пластины перестраивались с математической точностью, наноботы перетекали как ртуть, и через 1,7 секунды (Алексей машинально засек время) перед ними осталась лишь сфера размером с шар для гольфа, парящая над раскрытой ладонью.

"Ваш первый урок," - голос звучал холодно, без приветствия. - "Среднестатистический идиот считает механиков слабым классом."

Она сжала кулак, и шар взорвался сотней микро-дронов, образовавших в воздухе диаграмму.

"Средний Коэффициент полезного действия в боевых действиях - у Бойцов - 43%, у Эсперов - 67%, у Псиоников – 75%. Мой результат 93%." Дроны сложились в схему неизвестного механизма. "Вы должны быть не просто воинами. Вы – должны стать творцами новой реальности."

Жиглова щелкнула пальцами, и каждый курсант почувствовал резкую боль - нейроинтерфейсы в их имплантах принудительно активировались.

"Сегодня вы узнаете, что значит быть богом для простых смертных. Начинаем."

"Итак вы все только прошли пробуждение, но еще не имеете понятия, что такое быть механиком. Механик – прежде всего терпелив, расчетлив. Знания для него все. Механик не лезет первым в бой. Он копит ресурсы, создает механизмы. Я продемонстрировала вам лишь маленькую толику своих возможностей. Ключевое что вы должны запомнить – время наш главный союзник. Если механику дать время – он способен построить армию, взломать чужие машины, создать пространственные помехи для гиперперехода и многое другое»

"Конечно мы начнем с основ. Сейчас я отправлю вам базовые знания. Это основы, которые помогут вам понять саму суть механизмов"

У каждого механика в интерфейсе появилось уведомление:

…Обнаружены базовые знания механика «Основы механизмов и вооружений» 1ур.

…Обнаружены базовые знания механика «Базовое Материаловедение» 1ур.

…Обнаружены базовые знания механика «Базовая Энергетика» 1ур.

…Обнаружены базовые знания механика «Базовая Микроэлектроника» 1ур.

…Обнаружены базовые знания механика «Основы программирования» 1ур.

…Изучить да\нет (Стоимость изучения 0 опыта)

"Эти 5 знаний – основа для всего, лишь освоив их на 100% вы сможете наконец назвать себя механиком. Для нас это как библия. У бойцов – это бойцовские техники. У Эсперов – есть элементальные техники, и даже Псионикам требуются Псионические техники. "

"Вы должны понимать, что академия вам предоставляет только базовые знания, но есть еще 5 типов знаний которые вы возможно сможете изучить, чем выше уровень, тем сложнее усвоить, однако и выше преимущества:

Продвинутые знания требуют от вас более глубокого понимания вашей электромагнитной силы, поэтому вам нет смысла их изучать, не достигнув D ранга.

Совершенные знания позволяют манипулировать веществами и механизмами на атомарном уровне, и вы не сможете их освоить, не достигнув как минимум С ранга.

Высшие знания дают вам возможность взаимодействовать с пространством, мой костюм построен по этой технологии, вы сможете ими овладеть только на B ранге.

Превосходные знания позволят вам стать полноценной галактической армией, вы сможете управлять целыми флотами и взламывать одновременно несколько космических станций, их можно понять только находясь на ранге

Абсолютные знания — это вершина механики, доступная лишь избранным, только S класс сможет раскрыть их потенциал

"А теперь, изучите базовые знания через интерфейс, а затем подойдите к столам с оборудованием, ваша задача крайне простая - до конца занятия построить 2 любых предмета на базе стандартного чертежа и внести в них как минимум одно полезное улучшение. У вас есть 2 часа"

Алекс не был особенно впечатлён её речью, он давно уже мечтал стать механиком, и он бы давно бы изучил эти знания самостоятельно если бы мог, и применял их, однако все базы знаний находятся под строгим контролем, поэтому большая часть того, что он знал о механизмах была очень ограниченной. Тем не менее он имел небольшой опыт работы с инструментами и надеялся, что это поможет ему быстрее усвоить эти базы знаний. 

Алекс подтвердил изучение знаний и в его мозг стала поступать тонна информации, всего пару минут и он узнал столько, сколько без нейросети потребовалось бы изучать 20 лет. Однако знание это одно, важно уметь применять это на практике. 

.... Вы изучили все 5 базовых знаний

.... Получено 2500 опыта 

.... Получено 5 ОП 

.... Получено 25 чертежей - пистолет OSP-12, питательный элемент "Сигма 03", Лёгкая ЭкзоБроня " Ха-03", стационарная турель…. 

Его интерфейс завалило уведомлениями, тем не менее он не стал тратить на них время и решил сразу же направится к столу. На столе были 3д принтер, различные отвертки и ключи, горелки и различные материалы. 

Алекс решил начать с чего-то простого - он визуализировал у себя в голове чертёж пистолета OSP-12, а затем обратился к нейросети

Карма, выведи чертёж OSP на голографический экранГотовоПриблизь и разбери его на все крупные узлы

Алекс осмотрел и оценил каждую деталь внимательно.

Итак, что я знаю про этот пистолет, он был разработан как серийное оружие самообороны для полицейских сил, значит материалы в нём дешевые и не самые надежные. Исходя из отзывов, его питательный элемент имеет не самую лучшую конструкцию, изначально предполагался для использования в штурмовых винтовках, но ввиду требований к унификации, разработчики были вынуждены пойти на компромисс с охлаждением. Пистолет получился мощным, но из-за ограничений может произвести не больше 15 выстрелов, после чего ему понадобится 2 секунды охлаждения. Значит первым нужно заменить его, я как раз открыл чертёж элемента "Сигма 03" и он идеально сюда впишется. 

Что еще? Точно пистолет имеет ограниченную дальность в 30 метров. Я могу доработать его ствол увеличив его длину на 25-30%, и изготовить его из титана, что повысит стабильность. 

Алекс придумал ещё несколько доработок, они не были чем-то особенным, но у них и не стояло такой задачи. Это было лишь первое знакомство, которое помогало им применить полученные знания на практике. Закончив свои доработки, он приступил к созданию и сборке. Это заняло у него 30 минут. 

... Чертеж улучшен. Получен чертёж "Пистолет OSP-12 модернизированный" 

... Желаете изучить характеристики? Да/Нет 

Алекс подтвердил и начал просматривать что у него получилось:

Пистолет OSP-12 модернизированный 

Калибр 7,5 мм

Тип - Электромагнитное оружие

Урон - 150 (за 100 принимается пробитие стальной пластины в 100мм)

Темп стрельбы - 3,5/сек

Выстрелов до принудительного охлаждения 25

Общее количество выстрелов, без замены энергоячейки - 75

Магазин на 75 патронов

Эффективная Дальность стрельбы - 55 мКачество "Хорошее" (Зелёный Цвет) 

Хм, неплохо стал эффективнее на 30%, конечно и по себестоимости он вырастет в 2 раза.

Алекс был рад, что полученные знания сразу же стали полезными. При сборке все его движения были плавными и отточенные, словно он всю жизнь этим занимался. Не став тянуть время, он принялся за второй предмет. 

Он решил собрать себе лёгкую экзоброню. Так как в отборах на военные игры в принципе разрешено использовать практически все, ему она все равно понадобится, механик без своего костюма действительно считался бумажным классом. Материалы предоставлялись им бесплатно не на всех занятиях, так что он решил воспользоваться этим шансом чтобы подготовить себе хоть какое-то снаряжение. 

Броня хоть и была стандартной, но в целом считалась неплохой, он доработал лишь грудную пластину, заменив её на более прочный титановый сплав и заменил управляющие чипы. Он также оптимизировал энергосистему, снизив потребление энергии на 15%, после чего начал его собирать, спустя час с небольшим он закончил сборку.

... Создан Персональный чертёж "Лёгкая ЭкзоБроня Ха03" Модернизированная. 

... Желаете изучить характеристики Да/Нет

Открыв характеристики на интерфейсе, он начал внимательно изучать 

Экзокостюм "Ха03"

Тип - легкая экзоброня

Общая прочность - 1500/1500

Вес 75 кг

Мощность сервоприводов рук - 3 тонны

Мощность сервоприводов ног - 5 тонн 

Встроенное вооружение - нет

Энергоёмкость - 200 Ед

Расход энергии пассивный/активный режим - 2 ед/мин / 5 ед/мин 

Бонусные показатели для пользователя:

Сила +3 ед

Ловкость + 1 ед

Выносливость + 1 ед

Качество - "Хорошее" (Зеленый цвет) 

Ну что ж, есть над чем поработать, но начало положено.

У него осталось всего 15 минут поэтому он решил потратить оставшееся время на улучшение внешнего вида его оружия и брони, он покрасил их в тёмный хром, выделив некоторые детали в синий металлик. Ну вот и всё. 

Когда время закончилось, преподаватель сказала всем остановится и начала подходить к каждому на несколько минут, оценивая их предметы. Кто-то успел сделать и улучшить по 3 предмета, кто-то 2, пару одаренных умудрились завалить задание. Алекс был одним из последних к кому она подошла. Она посмотрела и по крутила в руках пистолет, а затем потрогала броню. 

- Неплохо для первого раза, смог сразу собрать "хорошее качество"

Алекс махнул головой, ничего не сказав. Все механизмы механика могли быть разного качества, качество влияло на производительность и характеристики. Итоговое качество зависело от чертежа, используемых материалов, применяемых знаний и конечно таланта механика. 

Обычные предметы - это начальный уровень обычно это были серийные модели, в интерфейсе обозначалось Серым

Хорошие предметы - такие предметы имели на 5-10% лучшие характеристики, выделялись интерфейсом зелёным

Уникальные предметы - были лучше на 15-20%, выделялись интерфейсом синим

Отличные - были лучше на 30-40%, выделялись интерфейсом красным

Эпичные - на 50-60% лучше и выделялись интерфейсом фиолетовым.

Ещё были легендарный, божественный и вселенский уровень, но такие предметы могли делать только механики ранга А и выше. 

Закончив осмотр, профессор Жиглова огласила вердикт:

"Жилин, Ларионова и Петров получают по 10 баллов. Остальные получают 5 баллов. Те, кто не справился лишаются 5 баллов." 

Механики начали перешептываться между собой. Те, кто не смог улучшить 2 предмета были расстроены больше всего. Они мало того, что ничего не получили, так ещё и ушли в минус, а это значит, что пострадает вся команда, в которой они состоят. Упустить шанс заработать свои первые баллы для отбора было действительно позорно. 

Вдруг в строю раздался вопрос:

- Госпожа преподаватель, а почему Петров получил столько же баллов сколько и мы с Жилиным. Он же сделал только 2 предмета, а мы 3

- Какое было задание?

- Ну.. Эм.. Улучшить 2 предмета

- Он это выполнил и более того собрал их в хорошем качестве, за что получил бонусные баллы. Вам же я дала баллы за скорость.

- Я больше не хочу слушать подобные вопросы, я собирала свои первые машины, когда ещё вас в планах не было, так что не нужно подвергать мои решения сомнению

- Извините мадам, больше не повторится.

Ларионова с презрением посмотрела на Алекса. Чертов деревенщина, - подумала она про себя. На данный момент она была на 13м месте в рейтинге силы на первом курсе, и считала себя лучшим механиком. Она состояла в команде Евгения и естественно была настроена враждебно к Алексу. 

"Последним испытанием на сегодня будет задание, которое позволит вам заработать 20 бонусных баллов. Бросьте вызов любому механику и победите его, используя созданные вами предметы"

Кто-то, услышав данное предложение был в предвкушении, другие же кто сделал не оружие - были в ужасе, понимая, что фактически они уже проиграли. Ларионова, услышав последнее предложение была искренне обрадована. Недолго думая, она подошла к Алексу и указав на него пальцем сказала:

- Я бросаю тебе вызов

- Принимаю, сразу же ответил Алекс

Через некоторое время, когда все успели кинуть друг другу вызов Жиглова огласила правила:

- Бой пройдет на полигоне А4, вам запрещено покидать территорию площадки, вы автоматически проиграете, покинув зону. Вам дано 5 минут на то, чтобы вырубить противника или принудить его к сдаче. Сдаться можно только в случае явного доминирования противника, бездействие в течении минуты также ведёт к выбыванию.

- Победили получают 20 баллов, те кто окажут активное сопротивление 10, те кто сдастся или покинут площадку не получат ничего. Запрещено наносить критические травмы, опасные для жизни в остальном вы никак не ограничены.

- Ларионова и Петров прошу вас на площадку, откажите нам честь, проведя дуэль первыми

Эльза Ларионова и Алекс прошли в зону для боя и стояли напротив друг друга как в каком-то вестерне. Эльза была уверенна в своей победе, так как считала, что изготовила более подходящие предметы. На ней был собранный ею средний бронекостюм, крупнокалиберный 3х ствольный пулемёт и виброклинок, способный легко прорезать лёгкую броню. 

Алекс смотрел на неё и обдумывал план. Это будет не так просто, у неё в два раза больше брони и тяжёлое вооружение. Единственное мое преимущество это скорость, так как её броня лишает её двух очков ловкости. Мой шанс состоит в том, чтобы сблизился с ней и попытаться повредить критические узлы на её костюме, благо часть сервоприводов у неё не скрыта бронёй и при удачном стечении обстоятельств я смогу их повредить.

Профессор запустила обратный отсчёт в 10 секунд, и Эльза показала ему жест "тебе конец". 

9...8...7...6...5...4...3...2...1

- Бой! 

Алекс сразу ринулся вперёд, двигаясь зигзагами, стараясь добежать до ближайшего укрытия. Ему было необходимо сблизится с ней и передвигаться от укрытия к укрытию было оптимальным выбором. Благо площадка для спаррингов не была голым полем и на ней было множество бетонных и металлических укрытий и строений. 

Эльза не бездействовала и сразу же открыла огонь из пулемёта, ведя непрерывный огонь. 

Алекс скользнул к следующему укрытию, стараясь двигаться максимально хаотично. Вдруг он почувствовал боль от попаданий в плече, левой руке и ребре, он понял, что не смог уклонился от всех пуль и она уже попала несколько раз. Достигнув укрытия он увидел, что на интерфейсе отображались повреждения. 

... Получен урон в плечевую бронепластину левую 25 ед, прочность снижена. Прочность 125/150

... Получен урон в бронепластину левой руки 35 ед, прочность снижена. Прочность 215/250

... Получен урон в грудную пластину 75 ед, прочность снижена. Прочность 425/500

Черт, мне все равно не хватает скорости, до неё ещё 70 м, мне нужно получить как можно меньше повреждений. Её пулемёт создаёт слишком плотную зону поражения и мне все ещё не хватает ловкости. 

Взглянув на интерфейс и увидев, что у него есть 9 ОП, он, не колеблясь вложил 3 в ловкость, сразу же почувствовав боль от адаптации организма. Не обращая внимания на ощущение от улучшения, он резко ринулся к следующему укрытию. Его скорость значительно возросла, движения стали точными, и он смог избегать попаданий, каждый раз находя на грани. 

Эльза не была дурой и поняла к чему все движется, он явно хотел сблизится и похоже хотел завязать ближний бой. Так даже лучше, подумала она и взглянув на свой интерфейс вложила 3 ОП в силу и 2 в ловкость, хоть это и было опрометчиво для механика, она знала что на этом этапе ещё не так сложно заработать ОП, и у неё итак был Интеллект 10, что было хорошо, учитывая всего 2й уровень. Я раздавлю тебя как таракана подумала она. Она продолжала активно стрелять, но уже не пыталась в него попасть, просто держа его в напряжении

Алекс стремительно приближался и когда ему оставалось всего 10 метров до Эльзы, он прыгнул на стену строения и оттолкнулся, готовясь занести удар с увеличенным импульсом по уязвимой части её экзокостюма. 

Однако его план был нарушен, когда Эльза внезапно перегруппировалась и нанесла мощный удар прямо в грудь летящего в него Алекса. 

Алекс почувствовал мощнейший удар и сильнейшую боль в груди. Хотя костюм и защищал тело, он не мог погасить всю кинетическую энергию. Алекс как пушечное ядро отлетел в ближайшее строение, проломив две стены. 

... Получен урон в грудную бронепластину 257 единиц, прочность снижена. Прочность 168/500

... Получен урон правой ножной пластины 75 единиц, прочность снижена. Прочность 175/250

... Получен урон… 

Просмотрев уведомления, он увидел, что его костюм получил тонну повреждений. Общая прочность костюма была 895/1500, общая производительность составляла всего 63%. 

Удар был слишком мощный, я уверен, что она вложила дополнительные ОП прямо в бою, если у нее изначально было 4 силы, костюм даёт ещё 4, и я думаю она добавила, как минимум 3 очка - итого это был удар не меньше чем в 11 ед силы. Ну и учитывая, что она меня смогла подловить значит ещё вложилась в ловкость. 

Эти размышления заняли у него лишь мгновения, но он понял, что все ещё недооценивал её решимость. Хотя задача и усложнилась, он не стал вкладывать дополнительные ОП. Он не боялся проиграть, в любом случае он сделает все возможное и получит хотя бы утешительные баллы. 

Он перенаправил энергию по костюму, задействовав свою внутреннюю энергию и слегка компенсировав повреждения костюма, после чего стремительно встал и ринулся обратно в бой. 

Эльза же была в восторге, она и не думала, что удар будет таким мощным. Оно того стоило, подумала она, смотря на облако пыли и мусора образовавшееся от попадания в здание Алекса. 

Сенсоры в её костюме были хуже, поэтому ей было сложно рассмотреть уровень повреждений его костюма, но она была уверена, что снесла ему не менее трети брони. Она не стала его выискивать, просто стоя и ожидая, когда он сам прийдет к ней за побоями.

Алекс вылетел ей на встречу и резко перекатившись начал активно стрелять по её шлему, Эльза чуть пошатнулась от неожиданности и замахнулась в его сторону, но Алекс тут же отскочил в вправо перекатом. 

Алекс хаотично двигался, стараясь держатся в 2-3 метрах и постоянно стрелять и уклоняясь. Пули не наносили какого-то урона, лишь вызывая небольшие помехи на её интерфейсе. Так продолжалось около полминуты, пока Эльза не взбесилась и не выхватила виброклинок решив положить конец этому фарсу. 

Одно хорошее попадание и она разнесет этого мудака. Алекс ждал этого момента, он понял, что с его пистолетом и повышенными характеристиками противника - у него не будет шансов нанести критический урон в уязвимую область её костюма. Вместо того чтобы отдалится, он ринулся на неё. Она замахнулась своим метровым клинком целясь в ногу, Алекс перекатился, уклоняясь от удара, но все же она его зацепила и рассекла бронепластину на левой ноге. Резкая боль понизила его, так как она зацепила ещё и ногу и кровь начала сочится из раны. 

Эльза улыбнулась и с унизительным тоном сказала:

- сдавайся, деревенщина иначе ты пострадаешь ещё сильнее

Стиснув зубы, он ничего не ответил, а снова бросился на неё в кувырке, прицеливаясь в оптические сенсоры. Эльза снова замахнулась, целясь в его руки, но тут на мгновение на интерфейсе появились помехи от попавшего в нее выстрела. Воспользовавшись моментом, Алекс выбил из ее руки клинок и перехватил его, после чего резко прыгнул ей за спину и рассек виброклинком энергоячейку ее костюма, при этом он направил мощный электромагнитный импульс, воспользовавшись своей способностью, от чего мозг Эльзы перегрузился, и она вырубилась.

Костюм Эльзы заискрился и спустя секунду упал на землю. Бой завершился.

Преподаватель удовлетворённо улыбнулась и поаплодировала.

- Хороший бой для новичков. Алекс получает 20 баллов. Эльза 10 баллов. Следующая пара через минуту жду вас на площадке.

Эльза очнулась спустя несколько секунд. Она немного пришла в себя и поняла, что проиграла. Как ему это удалось. Чертов ублюдок.

Алекс молча покинул зону и пошел собираться.

Чуть позже комната общежития была похожа на какой-то гараж, детали его костюма были по всей комнате, везде были следы масла, краски и мелкие осколки. Алекс полностью разобрал свою броню и принялся ее восстанавливаться, заодно практикуясь применяя изученные знания. Внезапно дверь в комнату резко открылась и ворвался запыхавшийся Клавдий.

- Алекс, я ….. Клавдий запнулся, увидев полный разгром в комнате, какого черта чувак? Нахрена ты тут устроил эту помойку

- И тебе доброго вечера, бро

Увидев в каком состоянии, броня его друга, до него вдруг дошло:

- Хахах, дай тебя угадаю, тебя наконец-то отделали, я знал, что этот день рано или поздно настанет

- Рано радуешься, я победил, хотя и пришлось попотеть, сегодня я заработал 25 баллов

- Черт, ну ты и говнюк, ну по крайней мере ты не бесполезен как Капитан нашей команды

- Какие у тебя успехи?

Клавдий немного замялся, в его глазах был оттенок разочарования:

- Ну я тоже неплохо сегодня поработал, 20 баллов в моей копилке

- Похоже тебя кто-то отделал? Ухмыльнулся Алекс

- Чертов Еврентий, я почти его выиграл, но его бойцовское пламя, просто какой-то чит, он поглощает энергию и выносливость противника при контакте, ты бы видел лицо этого ублюдка

- Ладно дружище, у нас еще будет шанс с ним поквитаться, кстати, как там с поиском людей в нашу команду?

- Ну… скажем так, у нас есть два кандидата, но у них всего 250 Эл и 270 Эл, я думаю у них очень посредственный талант

- Время покажет чувак, дай взглянуть на их профили

Клавдий вывел данные их профилей на голоэкран, и они принялись их изучать.

Глава 4

Глава 4. Подводные течения

Орбитальная Станция "Цитадель Альфа" на высокой орбите планеты Новый Эдем.

Совет Космического Содружества — высший орган управления человеческой экспансии в этом секторе галактики — сегодня был ареной жарких политических баталий. В просторном зале заседаний, оформленном в стиле неоклассического космофутуризма, за огромным круглым столом из полированного черного кристалла собрались представители ключевых фракций. В центре стола мерцал голографический монитор, проецирующий данные о кризисе в Союзе Независимых Государств - выход Японской империи из состава Союза.

Майкл Р-он Базе, темнокожий мужчина средних лет с резкими чертами лица и пронзительным взглядом, — постоянный представитель Союза Независимых Государств — в ярости ударил кулаком по столу. Его баритон, полный гнева и разочарования, гремел под высокими сводами зала:

- Это возмутительно, я считаю, что поддержка Кворумом заявления о поддержке Японской империи выхода из нашего состава является вмешательством в нашу внутреннюю политику. Хоть мы и являемся отдельными государствами мы все подчиняется положениям нашего устава. Согласно уставу, для того чтобы покинуть наш состав, они должны выплатить союзу компенсацию и вернуть нам все общие станции и ресурсы на их территории, включая военные ресурсы. Император Японии мало того, что присвоил все это себе и отказывается выплачивать компенсацию, так ещё и объявил о введении визового режима для всех государств участников нашего союза. Кроме того, он объявил о начале экспансии нового звёздного скопления, что без одобрения этого совета является недопустимым для всех государств.

Майрон Старк, высокий и худощавый представитель Корпоративного кворума, сделал паузу, холодно глядя на оппонента. Его голос прозвучал спокойно и почти бесстрастно, что лишь подчеркивало ядовитость его слов.

— Мистер Базе, Корпоративный кворум не вмешивается во внутренние дела. Мы лишь… обеспечиваем платформу для демократического волеизъявления. Взгляните на факты: почти тридцать процентов налоговых поступлений вашего Союза, львиная доля флота и орбитальной инфраструктуры — всё это держалось на японских технологиях и ресурсах. Они просто устали быть донором для менее эффективных членов. Их решение о суверенитете выглядит абсолютно логичным. Что до экспансии в новое звездное скопление, — он едва заметно пожал плечом, — будьте уверены, их заявка в Совете будет рассмотрена в установленном порядке. И да, как член Совета, мы склонны её поддержать. Экономическая целесообразность — прежде всего.

— Целесообразность? — Майкл Р-он Базе взорвался, с силой ударив кулаком по столу. — Да вы, как и все ублюдки, просто хотите нажиться на их сепаратизме! Прибрать к своим жадным лапам новые месторождения и сделать их очередной колонией! Я вижу вашу «логику» насквозь!

Видя, что напряженность в зале достигла точки кипения, Генеральный секретарь Космического Содружества Мелл Адамс поднялся с места, его голос прозвучал властно и умиротворяюще:

— Господа, прошу соблюдать протокол! Мы собрались здесь для поиска решений, а не для обмена оскорблениями, которые лишь усугубляют кризис.

Его слова повисли в воздухе, и наступившее тягостное молчание нарушил Михаил Стрелков, представитель Великой Российской Империи. Его бас, спокойный и весомый, не требовал повышения тона, чтобы быть услышанным.

— Российская делегация призывает Совет воздержаться от любого вмешательства во внутренние дела Союза Независимых Государств. Введение миротворцев на территорию Японской Империи мы считаем не просто излишним, но и крайне опасным шагом, способным не погасить, а разжечь конфликт, вплоть до полномасштабной войны. Данный кризис — внутрисоюзный, и решать его должны сами стороны. Мы готовы предоставить свою территорию и выступить гарантом для проведения мирного саммита с целью урегулирования всех претензий.

Практически сразу же его поддержал Адам Возняк, представитель Соединенных Космических Штатов, кивнув через стол своему визави:

— Склонен согласиться с коллегой из России. Штаты также готовы выступить в роли нейтральной площадки для диалога и оказать все необходимое содействие для нахождения консенсуса.

Как по сигналу, один за другим свои голоса в поддержку инициативы добавили представители Европейского Космического Содружества, Британской Империи и Союза Азиатских Социалистических Государств.

Финальную точку в дискуссии поставил последний выступающий — заместитель главы Корпуса Галактического Порядка, эспер «АА» ранга Джейк Джонсон. Его фигура излучала не политическую хитрость, но холодную решимость воина.

— Корпус не намерен вмешиваться в политические разборки, — заявил он, и его слова прозвучали как приговор. — Наше присутствие в этом конфликте будет воспринято как акт агрессии и подорвет стабильность всего галактического общества. Мы давали клятву сохранять беспристрастность и не оказывать влияния на суверенитет государств. Наша задача — вершить правосудие, а не лезть в политические кризисы.

Поняв, что проиграл и не сумеет склонить Совет на свою сторону, представитель СНГ замер на мгновение. Бледное, искаженное яростью лицо его голопроекции мерцало, будто от помех, создаваемых его собственными эмоциями. Казалось, он хотел сказать еще что-то, но лишь с силой сжал кулаки, и его голос прозвучал тихо, но с леденящей душу убежденностью:

— Вы все… вы все очень сильно ошибаетесь. Горько пожалеете об этом решении. Вот увидите.

Не дожидаясь ответа, его фигура дрогнула и рассыпалась на мириады светящихся частиц, оставив после себя тягостную тишину и пустое кресло.

Первым её нарушил Майрон Старк. Он небрежно откинулся на спинку кресла, и на его тонких губах играла едва заметная ухмылка.

— Для посла, наделенного правом говорить от имени целого государства, он непозволительно импульсивен. Настоящий дипломат должен уметь проигрывать с достоинством, а не устраивать истерики.

— Ну, в чём-то этот «импульсивный» человек абсолютно прав, — парировал Михаил Стрелков, холодным взглядом упираясь в Старка. — Для Корпоративного кворума раскол в СНГ — это не кризис, а подарок судьбы. Ослабление конкурента, доступ к новым рынкам и технологиям по бросовой цене… Вы уже, наверное, составляете предложения о покупке активов японских кланов.

Майрон лишь пожал плечами, его лицо выражало деловую, ничем не прикрытую прагматичность.

— Михаил, не драматизируй. Мы все здесь, в этом зале, в первую очередь конкуренты. Ослабление одного — объективное благо для другого. Я не создаю эти правила, я лишь следую им. Это базовый, неумолимый закон рынка. Сентиментальность — не статья доходов.

Стрелков покачал головой, и на его обычно непроницаемом лице на мгновение появилось что-то похожее на презрительную усмешку.

— Знаешь, Майрон, — произнес он почти задумчиво. — Иногда, сквозь все твои корпоративные мантры и калькуляции, проглядывает правда. И звучит она просто: «жадный ублюдок».

В зале повисла на секунду гробовая тишина, а затем её разорвали сдержанные, но оттого еще более красноречивые смешки. Даже самые чопорные дипломаты не смогли сдержать улыбок. В сложившейся ситуации это была не просто оскорбительная шутка, а горькая, неудобная и абсолютная правда. И каждый в зале понимал, что, несмотря на весь свой цинизм, Майрон Старк лишь озвучил вслух то, о чем остальные предпочитали молчать.

---------------------------------------------

Звёздное скопление "Аврора", система Аврора-5, планета "Нимбус".

Пейзаж Нимбуса был безжизненной оранжево-бурой пустошью, где ветер столетиями гнал пыль по мёртвым камням. Но теперь его вековой покой нарушали тысячи машин. Тяжёлые роботы-экскаваторы, похожие на гигантских стальных насекомых, и солдаты в строительных мехах методично разгребали бескрайние руины, уходящие за горизонт. Обнаружение останков внегалактической цивилизации в новом скоплении не было сенсацией — такие находки, увы, уже стали почти обыденностью.

Но это было нечто иное. Масштабы сооружений говорили о невероятно развитой расе, а сканеры показали нечто сенсационное — под поверхностью, в глубине планеты, скрывался грандиозный комплекс, сохранивший структурную целостность. Это был не просто археологический памятник; это был технологический Клондайк, способный перевернуть всю галактическую расстановку сил. Великая Российская Империя, первой обнаружившая его, намертво вцепилась в эту находку. Ни одна крупица невероятных технологий подземного города не должна была уйти к конкурентам.

"Дедал", Импровизированная лаборатория на глубине 700 метров.

Воздух здесь был густым и стерильным, пахнущим озоном от высоковольтного оборудования и пылью древних камней. В свете голубоватых прожекторов, отбрасывающих резкие тени, доктор Виктор Павлович Зацепин, механик А-ранга, стоял перед группой высокопоставленных наблюдателей в безупречных мундирах. Их лица были каменными масками, но глаза горели холодным, хищным любопытством. В центре зала, за мощным энергополем, металась человеческая фигура.

— Коллеги, обращаю ваше внимание на субъекта 012, — голос Зацепина был ровным, учёным, но в нём слышалась скрытая дрожь первооткрывателя. — До введения артефакта, классифицированного как "Метаморф", это был обычный рецидивист, лишённый супергена и каких-либо выдающихся качеств.

Он сделал паузу, дав им оценить тщетные попытки существа разорвать сдерживающее поле.

— После интеграции мы наблюдаем полное слияние на атомном уровне. Это не контроль и не паразитизм — это идеальный, пусть и агрессивный, симбиоз. Если проводить аналогии, наши нейросети — это паровой двигатель по сравнению термоядерным двигателем. Организм испытуемого был... переписан. Пересобран на фундаментальном, атомарном уровне.

Зацепин вызвал голограмму — визуализацию биомассы субъекта.

— Стандартная человеческая биология на 70% состоит из воды. Биология сулъекта 012 теперь — это сплав органики и неорганики: 40% — интерметаллические соединения на основе титана, железа и магния, 35% — углеродные нанотрубки, формирующие новую опорно-мышечную структуру. Называть его человеком более некорректно. Его боевой потенциал мы предварительно оцениваем в 1300+ Эл, что эквивалентно одарённому класса D+.

Учёный прошёл к следующей прозрачной капсуле, где под стазис-лучом лежало обездвиженное, но пульсирующее странным металлическим блеском существо. Его кожа местами напоминала полированную сталь, а под ней угадывалось движение неестественной силы.

— Субъект 003. Изначально — эспер C-ранга. После контакта с "Метаморфом" он не просто усилился — он совершил качественный скачок, пробившись на следующий ранг и многократно умножив свой энергопотенциал. "Метаморф" действует как универсальный катализатор и усилитель, — голос доктора стал тише, почти зловещим. — Но здесь мы сталкиваемся с главной проблемой. Сущность слишком совершенна, слишком чужда. Она не просто усиливает носителя — она его... перестраивает. И к сожалению, ни один организм не выдерживает такого фундаментального преображения. Все испытуемые, без исключения, погибают в течение нескольких дней. Процесс необратим. Мы имеем дело с ключом к невероятной силе, который пока что убивает каждого, кто к нему прикоснётся.

Однако мы уже получили некоторые выводы, — доктор Зацепин продолжил, его голос приобрёл более уверенные, почти торжественные нотки. Он вызвал в центре зала новые голограммы, отображающие сложнейшие биохимические процессы. — Адаптация проходит на порядок лучше у одарённых низкого Е-ранга, но с исключительно стабльной психикой. Как вам известно, текущий пул испытуемых состоит из заключённых с пожизненным сроком или приговорённых к высшей мере. Их эмоциональный фон — это коктейль из агрессии, отчаяния и психологических травм. Это далеко не оптимальный материал.

Он обвёл взглядом суровые лица генералов и чиновников, делая многозначительную паузу.

— Наша рабочая гипотеза такова: для достижения идеального, стабильного симбиоза нам необходимы молодые, физически здоровые добровольцы, полностью осознающие суть эксперимента и его потенциальные последствия. Только ясный разум и сильная воля могут стать тем сосудом, который выдержит преобразование.

В зале повисла тяжёлая, гробовая тишина. Её нарушил генерал Петренко, скрестив на груди мощные руки. Его голос, низкий и хриплый, прозвучал как выстрел:

— Позвольте уточнить, доктор. Вы предлагаете нам направить сюда молодых парней, граждан Империи, патриотов, чтобы они сознательно приняли участие в эксперименте с... летальным, насколько я понимаю, исходом?

Зацепин не смутился. Он лишь слегка развёл руками, и на его лице мелькнуло что-то похожее на научный фанатизм, заменившее человеческую эмпатию.

— Генерал, история науки — это история риска. Порой прогресс требует жертв, чья цена известна заранее. Мы все здесь, в этом секторе, давно перестали быть святыми. Мы — инструменты Империи в её вечной гонке за превосходство.

— Возможно, вы и перестали, — холодно парировал Петренко, — но я, как командующий этим сектором, несу ответственность за жизни своих солдат и граждан. Я не могу санкционировать такие меры. Пока не могу. — Он помедлил, обдумывая следующий шаг. — Но я могу предоставить вам новый контингент. Молодых преступников Е-ранга, не отягощённых пожизненными сроками. Я предложу им полную амнистию, солидную денежную компенсацию семьям и... красивую легенду. Скажу, что они получат шанс стать сильнее, искупить вину и кардинально изменить свою жизнь. Возможно, более мотивированные субъекты помогут вам подтвердить вашу теорию без необходимости скрестить руки на груди в партийном салюте.

На лицах некоторых чиновников промелькнули улыбки. Зацепин кивнул, его ум учёного уже оценивал предложение.

— Для начала — это рациональное решение. Однако, — он поднял палец, — я настоятельно рекомендую вам параллельно составить закрытый реестр. Талантливые молодые одарённые, выходцы из детдомов или не имеющие близких родственников. Те, кто... максимально мотивирован служить Империи и чьё возможное исчезновение не вызовет лишних вопросов. На всякий случай.

Петренко мрачно вздохнул, понимая неизбежность этого шага.

— Сначала подтвердите ваши данные на новой партии. Докажите, что эта адская машина может работать дольше нескольких дней. Предоставьте мне результаты.

— Будет исполнено, — чётко ответил Зацепин, и в его глазах вспыхнул огонь предвкушения новой серии опытов.

Секретная орбитальная станция «Тишина», замаскированная под картографический зонд на окраине системы Японской Империи.

Агент Хас Линь неотрывно смотрел на мерцающий голографический коммуникатор. Несколько часов, проведённых в стерильной тишине капсулы, казались вечностью. Каждая секунда ожидания звонка от Корпоративного Кворума тянулась как резина. Наконец, воздух в центре комнаты затрепетал, и материализовалось искажённое, лишённое чётких черт голографическое изображение, больше похожее на сгусток теней, чем на человека. Голос, прошедший через дюжины шифровальных скремблеров, зазвучал механически, без эмоций и пауз, словно его произносил сам вакуум.

— Совет завершён. Решение принято. Содружество не вмешается во внутренние дела Союза. Заявка Империи на право первичной колонизации звездного скопления G-47 будет рассмотрена, и мы обеспечим поддержку. Сообщите вашему императору: все договорённости остаются в силе. Финансирование первого этапа экспансии уже переведено на целевые счета. Кворум выполняет свои обязательства.

Хан Линь, не меняя выражения лица, кивнул. Его собственная гортань была модифицирована для подавления любых эмоциональных колебаний в голосе.

— Принято. Когда следующий сеанс связи?

— Через пятьдесят стандартных суток. Не раньше. Канал разрывается.

Голограмма испарилась так же внезапно, как и появилась, оставив после себя лишь едва слышный гул оборудования и густой запах озона. Только тогда агент позволил себе медленно выдохнуть, сжав до побеления костяшек пальцы на рукоятке кресла. Грандиозная авантюра вошла в новый этап. Они сделали свой ход, поставив на кон всё: суверенитет, технологии, саму будущность Империи. Их территории и передовые разработки были лакомым куском для каждого хищника в Содружестве, и одно неверное движение могло спровоцировать волну «миротворческих» операций и попыток аннексии. Но пока что их новый, могущественный и абсолютно непредсказуемый союзник держал слово. Доверять Корпоративному Кворуму было всё равно что гладить голодного саблезуба, но иного выхода не было.

Япония задыхалась. На протяжении столетия их прошения о расширении, о праве на новые миры, тонули в бюрократической трясине завистливых соседей по Союзу. Пять планет пригодных для жизни против двадцати пяти ресурсных. Насыщающиеся, как титанические клещи, города-ульи, где каждый квадратный метр был на счету. Они были экономическим локомотивом всего союза, обеспечивая треть его бюджета, но их собственный народ жил в тесноте, обречённый на медленное угасание. Остальные члены Союза боялись их усиления больше, чем внешних угроз.

И тогда, десять лет назад, из тени протянулась рука. Предложение Кворума было настолько циничным и блестящим, что от него нельзя было отказаться. Финансы и политическое прикрытие в обмен на будущие территории и эксклюзивный доступ к их технологиям. Кворум, гигант с необъятными, но пустынными владениями, не имел достаточно населения для экспансии. Япония, напротив, обладала людскими ресурсами, но не имела пространства. Идеальный симбиоз паразита и носителя.

Десять лет под покровом строжайшей секретности они готовились. Росли, как грибы после дождя, новые верфи в поясах астероидов. Армады новейших кораблей сходили со стапелей. Армия перевооружалась. И вот первый, самый опасный шаг был сделан.

Хас Линь отправил в штаб зашифрованное трёхсимвольное сообщение: «Зелёный свет». Затем нажал на интерком, и его голос вновь стал обычным, почти бытовым:

— Ами, будь добра, принеси мне кофе. Двойной эспрессо. Кажется, впереди у нас крайне интересные времена.

Он откинулся на спинку кресла, глядя на россыпи звёзд в иллюминаторе. Звёзд, которые скоро должны были стать их новым домом. Или их могилой.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Чуть позже на территории Корпоративного Кворума собрался Совет семи глав.

Илониус Максимус, глава корпорации «X-Space» сидел на супердорогом диване и покуривал сигару. Хотя внешне он выглядел как мужчина 40 лет, на самом деле ему было больше двух тысяч лет. Он застал времена до великого исхода, и был свидетелем многих событий в галактике. Как один из властителей мира его лицо отражало ауру невероятной власти. Дождавшись, пока все займут свои места, он положил сигару в пепельницу, встал и обратился ко всем присутствующим:

- Я собрал вас всех, так как получил несколько интересных новостей, которые требуют тщательного рассмотрения. Наш план с Японской империей вступил в решающую стадию и нам потребуется задействовать все доступные вам ресурсы, чтобы протолкнуть их заявку об экспансии нового звездного скопления на совете Космического Содружества

— С моей стороны все приготовления выполнены, — раздался низкий, нарочито медленный бас Василия Розеткова. Глава «Розетков Индастриз», почти двухметровый гигант с плечами шахтёра и холодными глазами бухгалтера, откинулся в кресле, которое скрипнуло под его весом. — Российская империя поддержит заявку на экспансию. У них на повестке своя колонизация и они не станут распыляться на чужие политические игры. Им не до того.

— Я никогда и не сомневался в твоих возможностях, Василий, — кивнул Илониус, его пальцы сложены домиком. — Как обстоят дела с европейцами и британцами? Есть ли нюансы?

Марк Розенберг, глава «Мета Робатикс», лениво провёл рукой по идеально гладкому голографическому столу.

— Британцы поначалу упирались, но я пообещал им эксклюзивный контракт на десять лет на поставку микрочипов нового поколения и универсальных сервисных ботов. Сейчас мурлычут, как котята. Вопрос снят.

— С европейцами проблем не предвидится, — флегматично добавил Адольф Церни из «Ильнам Продактс», поправляя манжет. — Эти чёртовы либералы слишком мягкие и предсказуемые. Им достаточно красивой речи о «галактической стабильности» и пары процентов в совместном предприятии.

Илониус удовлетворённо кивнул.

— Включая нас, это уже четыре голоса. Даже если Штаты или азиаты решат ставить палки в колёса, мы на коне. Теперь следующий вопрос, куда более... деликатный. — Он провёл рукой над сенсорной панелью, и в центре стола материализовалась объёмная звёздная карта. — Перехваченная и дешифрованная нами информация из нового звёздного скопления, которое так рьяно осваивают русские.

Голограмма сфокусировалась на системе Аврора-5, увеличив изображение планеты «Нимбус».

— Как вы видите на снимках, ими были обнаружены новые инопланетные руины.

Присутствующие с прохладным интересом изучали изображения. Ничего примечательного: стандартные развалины, песок, скалы. Единственное отличие — невероятный масштаб, город, уходящий за горизонт.

— Я не вижу тут ничего особенного, Илониус, — раздался нетерпеливый голос Чжо Хиня, генерального директора «Шаохань Компани». Старый азиат, чьё лицо было испещрено картой мудрости и беспощадности, больше всего на свете ценил своё время. — Чем эти пыльные камни так важны, что мы тратим на них время?

— Терпение, мой дорогой Чжо, — улыбнулся Илониус, и голограмма сменилась на трёхмерную сейсмическую карту. — Это частично восстановленные данные подземного сканирования. Под этими руинами скрывается огромный комплекс. Наш ИИ проанализировал данные и пришёл к выводу, что на семьдесят три процента его инфраструктура не повреждена.

В зале повисла напряжённая тишина, которую тут же нарушил общий вздох. Все присутствующие, как по команде, выпрямились в креслах. В галактике было множество следов древних рас, но всё, что удавалось найти до этого, — это оплавленные камни и битый металл без намёка на работающие технологии. Здесь же ситуация пахла настоящей технологической золотой лихарадкой. Любая действующая технология могла в одночасье перевернуть весь баланс сил.

— А это, — Илониус смени слайд, — данные по логистике. Количество транспортных кораблей и кораблей поддержки, курсирующих между центральными мирами русских и этой планетой. Обратите внимание на концентрацию строительных роботов и инженерных батальонов. Даже учитывая масштаб руин, такое внимание избыточно и нерационально с экономической точки зрения.

— Они что-то нашли, — тихо прошептал Медни Кариус из «Биг Стар Энерджи», и в его глазах загорелся огонь алчности. — И уже тихо вывозят это вглубь своей территории. Они копошатся там несколько лет. Удивительно, как им удалось это так тщательно скрыть.

— Их контрразведка — не шутка, — мрачно бросил Розетков, впервые за весь разговор проявляя лёгкое напряжение.

— Именно поэтому, — мягко, но настойчиво продолжил Илониус, — нам потребуется подключить все ваши связи, чтобы выяснить, что там происходит.

— То, что я этнический русский, не значит, что мне подадут отчёт на блюдечке с голубой каёмочкой, — фыркнул Розетков. — Мы все уже больше двух тысячелетий как управляем транснациональными корпорациями. Национальная идентичность для нас — не более чем маркетинговый инструмент.

— Брось, Василий, — Илониус посмотрел на него прямо. — Я знаю, что это будет дорого. Но задумайся о перспективах. Я, как, думаю, и все здесь присутствующие, готов компенсировать тебе все издержки. С лихвой.

Розетков тяжко вздохнул, делая вид, что взвешивает варианты.

— Что ж... в таком случае я задействую всех своих агентов в том секторе. Но предупреждаю — это крайне рискованно. Русские не любят, когда суют нос в их дела.

— Мы слишком привыкли к спокойствию и комфорту. Иногда риск и здоровый стресс бывают полезны для тонуса, — парировал Илониус. — Брайан, — он повернулся к молчавшему до сих пор представителю биотехнологического гиганта, — я попрошу и тебя попробовать что-нибудь выяснить через твои каналы в Штатах. Они лучшие «друзья» русских с древних времён. Уверен, их разведка уже вовсю шныряет у них на заднем дворе.

— Я сделаю всё, что в моих силах. Но это небыстрый процесс. Предлагаю обсудить наш прогресс через месяц на следующем собрании.

— Решено. На этом собрание объявляю закрытым. Всю дополнительную информацию я передам вашим помощникам.

Голограммы один за другим погасли. Илониус остался сидеть в опустевшем зале виртуального совета, его лицо озарилось холодным светом экранов.

«Хитрый лис, Розетков... Даже если что-то узнает, делиться со всеми не станет. Мне нужны собственные каналы. Независимые от его щедрости».

Он прекрасно понимал, что, хотя они и управляли Кворумом как Совет Семи, это был союз пауков в одной банке. Каждый тянул одеяло на себя. Интерес к инопланетным технологиям, способным перечеркнуть все существующие рынки, был слишком велик, чтобы доверять партнёрам.

Розетков тем временем уже материализовался в своём настоящем кабинете, в надёжно экранированной башне где-то на Олимпе-Монсе.

«Этот проныра Илониус лишь подтвердил слухи. Я хотел действовать тоньше, но теперь придётся давить на полную. Ладно. Вся информация пойдёт через меня. И львиная доля выгоды — тоже».

Он нажал скрытую кнопку на своем коммуникаторе. Через минуту в кабинет бесшумно вошёл Матвей «Выжигатель мозгов» Максимов, глава службы безопасности, псионик АА-ранга. Его лицо не выражало ровным счётом ничего.

— Только что на собрании совета получил независимое подтверждение твоей информации, — без предисловий начал Розетков. — Время осторожничать прошло. Задействуй все резервы. Мне нужны детали. Все. Эти ублюдки из совета, особенно Илониус, уже шевелятся.

— Будет исполнено, господин. Немедленно подготовлю команду для отправки через наши... частные звёздные врата в том секторе.

— Вы их уже достроили? — бровь Розеткова поползла вверх.

— Мы не сидели сложа руки, сэр. Моё чутьё подсказывало, что они пригодятся раньше запланированного срока.

— Именно поэтому ты отправишься туда лично и возглавишь операцию. Твоё чутьё понадобится на месте. Я не могу позволить, чтобы нас опередили.

— А как же ваша безопасность? Виктор и Алексия...

— Справятся, — отрезал Розетков. — Кроме того, я хочу, чтобы ты подготовил силовой вариант. Даю разрешение на задействование отряда «Призрак» и нашего теневого флота. Убедись, что в ударной группе будут корабли моделей исключительно Соединённых Штатов. Если дело примет дурной оборот, мы свалим всё на них.

— Понял. Но на подготовку флота и отряда потребуется время.

— Я понимаю. Отдай все распоряжения и выдвигайся с авангардом. И обеспечь прикрытие для своего отсутствия. Организуй серию «пиратских» атак на наши второстепенные торговые пути. Задействуй своего клона-дублёра для их «ликвидации». Я объявлю, что отправил тебя возглавить спецоперацию.

— Принято, сэр. Могу идти?

— Свободен. Жду предварительный отчёт через семьдесят два часа. Не подведи.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------

Генерал-лейтенант Петренко Павел Геннадьевич сделал глубокую затяжку, наблюдая, как табачный дым клубится в неподвижном воздухе каюты, медленно растворяясь под мерным гудением систем жизнеобеспечения. В последнее время стресс сжимал его виски стальным обручем. Обнаружение подземного комплекса на «Нимбусе», эта манна небесная, этот величайший прорыв, на деле обернулся кошмаром логистики и паранойи.

Было исследовано всего три процента лабиринта. Комплекс был мёртв, обесточен, и его архитектура насмехалась над их самыми передовыми инструментами. Стены и гермозатворы, сплавленные из неизвестного материала, имели прочность, превосходящую лучшие образцы имперской брони в десятки раз. Каждый новый коридор, каждую новую камеру приходилось вскрывать с помощью специальных лазеров, снятых с линкоров и установленных на специальную платформу и работающих на минимальной мощности, чтобы не повредить потенциальные артефакты внутри. Это было мучительно медленно.

Как командующий операцией и ответственный за безопасность всей миссии, Петренко должен был действовать с ювелирной точностью. Каждый чих, каждый байт данных, ушедшая в непроверенный канал, могли привлечь внимание спящих гигантов — Корпоративного Кворума, Штатов, и даже их как бы союзников - Cоюза Aзитских Cоциалистических государств. Информационная блокада была тотальной. Но против человеческого фактора не было защиты. Большинство его людей, от рядовых до офицеров, не видели дом уже несколько лет. Усталость, изоляция и стресс — гремучая смесь, рано или поздно кто-то дрогнет, и тогда вся операция рухнет под грузом внешнего вмешательства.

Но сейчас его грызла другая, более личная тревога. На столе мерцал новый запрос от доктора Зацепина. Учёный требовал новую партию «испытуемых». До этого Петренко без зазрения совести предоставлял ему отбросов человечества — пиратов, осуждённых на смерть маньяков, наёмников. Их исчезновение не оставляло дыр в статистике и не будило совесть.

Теперь же Зацепину требовалось нечто иное: молодые, здоровые, генетически стабильные организмы. Добровольцы, понимающие, на что идут. Павел Геннадьевич, высокопоставленный чиновник и искренний патриот, понимал холодную логику этого требования. Ради такого технологического рывка, ради спасения миллионов жизней в будущем можно было пожертвовать десятком. Разумом он понимал. Но душой, душой бывшего воспитанника казённого детдома, который сам чудом избежал подобной «чести», — нет.

Перед ним на экране плыл список. Сто имён, сто судеб, отобранных бездушным алгоритмом центрального ИИ «Душа Империи» по заданным Зацепиным параметрам. Он механически листал дела, и каждое было ударом по совести.

Иванов Дмитрий. Родители погибли при колонизации Проциона-4. Мечтает стать пилотом истребителя...

Сидорова Анна. Оставлена в корзине у храма. Лучшая на курсе по квантовой механике...

Внезапно его палец замер. Взгляд наткнулся на знакомое название — Высшая военная академия «Иволга». Его альма-матер.

Петров Алексей.

Возраст: 16.

Статус: сирота (родители погибли при отражении нападения пиратов в секторе "Елизавета", награждены посмертно).

Курс: 1-й

Ранг: E+.

Уровень таланта: высокий….

Резкий, пронзительный звук будильника разрезал тишину, заставив его вздрогнуть. Собрание с офицерами, он встал и направился в зал для совещаний. Сегодня предстоял очень долгий день.

Глава 5

Глава 5. Отбор в команду

Алекс и Клавдий брели по коридору академии, опираясь на стены. Их униформа была пропитана потом, волосы слиплись, а мышцы горели огнем. Сегодняшняя тренировка у Лаврова больше походила на попытку убийства под видом занятий.

— Боже, что на него сегодня нашло? — Клавдий с трудом переводил дыхание. — Он и в хорошем настроении не сахар, а сегодня вообще будто с цепи сорвался.

Алекс, прислонившись к холодной стене, хрипло ответил: — Ты тоже хорош. Видел, что он не в духе, и начал свою клоунаду с подражанием его голосу.

— Чел, я не виноват! Ты же знаешь, я не могу удержаться от острот, когда нервничаю.

— Ага, из-за твоей "остроты" нас чуть не раскатала вся наша группа, — Алекс провел рукой по лицу. — Королевская битва против десятка одаренных выжала из меня все соки. Если бы не чистая удача, мы бы не продержались и двух минут.

— Зато заработали по 40 баллов! — попытался найти позитив Клавдий.

— От них не будет толку, если мы сегодня не найдем последних двух членов команды. Не забывай — сегодня последний день регистрации.

— Я же сказал, договорился встретиться с ними у общаги в шесть. Парень-эспер и девушка-псионик.

— Ладно, хрен с ним. Погнали скорее — мне срочно нужно принять душ. Чувствую себя старой свиньей после бойни.

— Так ты и есть старая свинья... — начал было Клавдий, но получил локтем в ребра.

Час спустя, общежитие

Алекс вышел из душа, все еще чувствуя каждую мышцу. Он активировал нейроинтерфейс, и перед глазами возник его профиль:

Петров Алексей Ранг: E+ Уровень мощности: 510 Эл

Показатели: Сила - 6 Интеллект - 11 Ловкость - 9 Выносливость - 7 Прочность - 6 Энергия - 7 Разум - 5

Свободные ОП: 6 Уровень - 1, опыт до следующего уровня: 0/500 Доступный опыт: 7550

За эти дни он провел множество спаррингов и начал понимать, в какую сторону развиваться. Изначальный план скидывать большую часть очков в интеллект пришлось пересмотреть — на текущем ранге слишком часто приходилось полагаться на физическую подготовку.

— Карма, вложи 5000 опыта в повышение уровня.

"Принято. Вы сможете подняться на 4 уровня."

В голове пронеслись системные уведомления: ... Получен уровень 2 ... Получено 2 ОП ... Получен уровень 3 ... Получено 2 ОП ... Получен уровень 4 ... Получено 2 ОП ... Получен уровень 5 ... Получено 2 ОП

Текущий уровень: 5 Опыта до следующего уровня: 500/5000

"Первый уровень требовал 500 очков, а тут уже 5000," — с грустью подумал Алекс. — "Теперь понимаю, почему у людей уходят десятилетия на прокачку."

Теперь предстояло распределить свободные ОП. После минутного раздумья он добавил:

+3 к Силе (теперь 9) — чтобы не отставать от бойцов в ближнем бою+2 к Ловкости (теперь 11) — скорость и точность не раз его выручали+2 к Выносливости (теперь 9) — что поможет ему дольше держаться в бою+2 к Энергии (теперь 9) — больше энергии для способности+1 к Разуму (теперь 6) — хоть небольшая, но защита от Псиоников

Резкая боль прокатилась по телу — организм адаптировался к изменениям. Алекс с трудом удержался на ногах.

"Осталось 4 ОП. Две оставлю на экстренный случай, а две вложу в Интеллект."

….Интеллект: 11 → 13

Следующая задача — прокачать базы знаний до второго уровня. Каждый уровень открывал новые чертежи.

— Карма, улучши все мои базовые знания до следующего уровня.

"Это обойдется в 2500 опыта. Оставшийся опыт после улучшения: 50. Подтверждаете?"

— Подтверждаю.

Посыпались уведомления:

... Базовое знание "Основы механизмов и вооружений" улучшено до 2 ур. ... Базовое знание "Базовое материаловедение" улучшено до 2 ур.

… ... Базовое знание "Базовая энергетика" улучшено до 2 ур. ... Получено 25 новых чертежей

— ДЖЕКПОТ! — голос Алекса сорвался на восторженный вопль, эхом отозвавшись в стерильном помещении общежития.

Перед его мысленным взором, проецируемые нейроинтерфейсом, разворачивался калейдоскоп голографических схем и трехмерных моделей. Не просто чертежи — это были ключи к силе. Каждая деталь, каждый контур кристаллизовался в его сознании, рождая мгновенные тактические расчеты и планы.

Его пальцы непроизвольно подрагивали, будто уже ощущая вес новых инструментов. Ему было чему радоваться, так как открылось много чертежей, которые либо помогут улучшить его броню, либо просто будут хорошим оружием для его боевого стиля. Низкоуровневых Чертежей было великое множество, и каждое повышение уровня базы знаний открывало лишь 25 в случайном порядке. Поэтому механики всячески стремились найти лучшие чертежи - ими обменивались и торговались.

Взгляд Алекса, острый и быстрый, как сканер, выхватывал самое ценное:

«Плазменная катана “Мурасаме”» — не просто оружие, а произведение искусства. Чертеж сопровождала динамическая голограмма: узкое лезвие из сплава вольфрама и карбида тантала, внутри которого бушевала замкнутая плазма температурой в 8700°К. Вспомогательные пометки указывали: «Прорезает броню D класса. Время непрерывной работы: 47 секунд. Перезарядка: 12 сек.» Да, это была отсылка к тем самым древним «световым мечам», но доведенная до ума современной наукой. Фанатик-инженер, создавший это, явно знал толк и в эстетике, и в смертоносной эффективности.

«Пьезоэлектрические двигатели серии “Зефир”» — не для полета, нет. Это был инструмент для тактильного превосходства. Микроимпульсы, сокращающие пьезокерамические элементы с частотой 500 раз в секунду. Они не дадут вам летать, но позволят делать взрывные уклоны, высокие прыжки и резкие смены траектории, а также абсолютно непредсказуемые для противника маневры на земле. В ближнем бою это смертельный танец, где каждый шаг — удар.

«Кинетический накопитель-трансформер “Вампир”» — вот это была настоящая жемчужина. Устройство, вживляемое в каркас экзокостюма, способное поглощать, накапливать и перенаправлять кинетическую энергию ударов. Голограмма демонстрировала: получая удар силой в 5 меганьютонов, система могла вернуть 3.8 МН в сфокусированном импульсе через гидравлические усилители на запястьях или локтях. Идеальное решение против грубой силы бойцов. Позволит превращать их же мощь против них самих.

Он уже представлял это в действии. Его стиль боя кардинально изменится. Он больше не будет механиком, прячущимся за щитами и турелями. Он станет хищником. Быстрым, точным, безжалостным. Плазма будет решать броню, пьезодвигатели гарантируют неуловимость, а кинетический преобразователь сделает любую попытку ударить его смертельно опасной для самого нападающего.

Мысли неслись со скоростью света, выстраивая новые комбинации, синхронизацию имплантов с оборудованием, модификации базового костюма…

Хотя эти механизмы очень полезны, не стоит недооценивать остальных. Наверняка у остальных будут свои козыри. Не я один прокачиваюсь, хотя безусловно у меня сегодня удачный день. Кроме того, материалы для этих предметов …. уф они не дешевы..

Его размышления оборвал пронзительный голос Клавдия, доносившийся из коридора:

— Алекс, они пришли! Готовься встречать нашу новую команду! И выглядят они... э-э-э... оригинально!

Алекс глубоко вздохнул, в последний раз пробегаясь глазами по голографическим схемам. Пришло время собирать команду мечты из того, что осталось...

— Погнали. Выбора у нас всё равно нет, — он вышел из комнаты, поправив манжет импланта.

Клавдий, уже ожидавший у двери, вдруг замер, прищурившись. Его нейроинтерфейс, настроенный на базовое сканирование, выдал тревожные показатели.

— Чувак, стой. С тобой что-то не так... — он активировал глубокое сканирование, и его глаза округлились. — 630 Эл?! И пятый уровень?! Ты что, решил вкачаться втайне от меня?

Алекс лишь слегка пожал плечами и ответил:

— После недели спаррингов я понял, что остальные не сидят на месте. Пришлось... ускориться. Да и новые чертежи требуют больше энергии.

— Опять меня обогнал! — Клавдий с досадой провел рукой по волосам. — Я не мог тебя победить, когда сам стал четвертым уровнем, а ты опять ушел в отрыв!

— Что поделать, — Алекс с лёгкой ухмылкой похлопал друга по плечу — Принимать побои — это твоя карма, боец.

— Ах ты ж... Мудак! — Клавдий фальшиво рассмеялся, потирая онемевшее плечо. — Вот погоди, когда я вкачаюсь до D ранга... Я из тебя, железяки дорогой, садовое пугало соберу!

Так, обмениваясь колкостями и скрывая растущее волнение, они направились ко входу в общагу, где их уже ждали двое заявленных кандидатов. Судьба их команды висела на волоске.

------------------------------------------------------------------------

Зевс Иванов стоял в углу холла, нервно обкусывая заусенцы. Его мифическое имя звучало как насмешка — щуплая фигура (и рост всего 167 см), вьющиеся непослушные волосы и вечно испуганные глаза делали его похожим на затравленного зверька. Он не хотел поступать в Академию, но отец-генерал настоял: «Либо ты становишься мужчиной, либо наша фамилия умрет с тобой». За неделю Зевс заработал жалкие 50 баллов — только за посещение. Все попытки вступить в команду заканчивались унизительными отказами.

Рядом, облокотившись на стену, стояла Оливия Максимова — его полная противоположность. Высокая (180 см), с атлетичным телом и холодной красотой, она источала уверенность. Её отец, известный бизнесмен, воспитал её как наследника — без сантиментов, с железной волей, так как всегда хотел себе сына. Однако с командой у нее не задалось. Ее прямоту и неуважение к авторитетам не выдерживал никто. Все двери оказались закрыты.

— Эй, «Бог пердежа», перестань хныкать, — её голос прозвучал как удар хлыста. — У этих лузеров нет выбора. Они возьмут кого угодно.

Зевс вздрогнул, будто его ударили. Прозвище больно задело — воспоминания о том позоре в столовой, когда подсыпанное слабительное сработало на глазах у всего курса, заставляли кровь приливать к лицу.

— П-пожалуйста, не называй меня так...

— Перестань быть тряпкой, и тебя перестанут унижать. Вообще, им мы нужны больше, чем они нам. Весь курс их сторонится.

— Тогда зачем ты здесь? — прошептал он.

— Я обожаю ломать системы. Все хотят их унизить? Идеально. Значит, будет больше поводов для... убедительных аргументов, — её пальцы сжались в кулаки.

— Дерзко. Мне нравится, — неожиданно раздался голос сзади. Алекс подошёл практически бесшумно.

— Невежливо подслушивать, — холодно парировала Оливия, не поворачиваясь.

— В общественном месте всё — открытая информация. Если не хочешь чтоб слушали — молчи. Значит, хочешь в мою команду? Мне говорили, ты считаешь себя центром вселенной.

— Может, тебя дезинформировали. Хотя... я и правда прекрасна, — её губы тронула улыбка. — Если хочешь меня заполучить — победи меня.

Клавдий, наблюдавший за этим, попытался вмешаться:

— Ребят, давайте начнём с нормального знакомства, а не...

— Не надо, Клавдий, — мягко, но твёрдо остановил его Алекс. — Она права. Хочет проверить капитана — получит. Через час на полигоне. Будь там, — он кивнул Оливии. — Ты тоже, — взгляд переметнулся на Зевса.

— Я... я не уверен, что хочу... — замялся Зевс.

— Расслабься. Я не заставлю тебя драться. Но тебе стоит посмотреть на бой механика и псионика. Нам нужен аналитик, способный вскрывать слабости противников. Говорят, ты хорош в аналитике и сборе информации.

Оливия оценивающе взглянула на Алекса, боевой азарт загорелся в её глазах:

— Не разочаруй меня, «капитан».

Когда она ушла, Алекс вызвал её профиль:

Максимова Оливия

Ранг: E+

Уровень мощности: 440 Эл

Показатели:

Сила - 5

Интеллект - 7

Ловкость - 5

Выносливость - 5

Прочность - 4

Энергия - 7

Разум - 11

Уровень - 3

«Интересно... В понедельник у неё было 270 Эл. Не сидела сложа руки. Сильный уклон в Разум и Энергию — типично для Псионика. На дистанции будет опасна, но физически слаба...» — мысленно анализировал он, уже выстраивая тактику.

Зевс всё ещё стоял в нерешительности.

— Ты свободен. «Обсудим всё после боя», —сказал ему Алекс.

Когда Зевс ушёл, Клавдий схватил Алекса за плечо:

— Ты совсем охренел? Они наши последние шансы! Если ты её побьешь, она обидится и уйдёт! Если проиграешь — мы станем посмешищем!

Алекс холодно улыбнулся:

— Не кипятись. У меня свои методы.

— Если сегодня нас не зарегистрируют, я лично засуну твой экзокостюм тебе в жопу!

Алекс шел к полигону, ощущая прилив свежих сил после прокачки. Каждый шаг отдавался уверенной вибрацией в усиленных мышцах, а нейроинтерфейс выдавал стабильные показатели. Сегодняшнее изнурительное занятие у Лаврова казалось теперь лишь разминкой — он был готов проверить новые возможности на практике.

Профиль Зевса не вызывал у него тревоги. 320 Эл и второй уровень — скромно, но не безнадежно. Алекс ценил ум выше грубой силы: парень был ходячей энциклопедией с феноменальной способностью к анализу. Его открытый элемент — Молния — открывал новые тактические возможности. "С ним можно создать симбиоз: его энергия сможет подпитывать — мой костюм. Идеальный источник подзарядки в бою, мне лишь нужно собрать подходящее устройство" — промелькнула мысль.

На полигоне Оливия уже ожидала его, приняв боевую стойку. Её поза излучала уверенность, но в глазах читалась настороженность — она явно осознавала его большую силу. Для неё этот бой был не просто испытанием, а проверкой капитана на прочность. Она готова была скорее отказаться от Военных Игр, чем пойти под начало того, кто не докажет своего превосходства.

— Ты опоздал. Не лучший способ проявить уважение, — её голос прозвучал холодно, без приветствия.

Алекс лишь усмехнулся, собираясь ответить, но в тот же миг...

ВЖЖЖ!

Острая, сверлящая боль пронзила его череп. Видение поплыло, звуки исказились в какофонию белого шума. «Дезориентация» — распознал его нейроинтерфейс, едва успевая фиксировать атаку.

Оливия, не теряя ни секунды, взмахнула рукой. С оглушительным скрежетом от пола оторвался массивный бетонный блок и с роковой скоростью понесся к Алексу.

БА-БАХ!

Удар отбросил его на десяток метров. Броня костюма поглотила часть энергии, но сотрясение все равно отозвалось глухой болью во всем теле.

— Давай, Оливия! Надерзи ему задницу, и я лично приглашу тебя на ужин! — раздался ликующий возглас Клавдия с трибун.

Оливия лишь метнула в его сторону убийственный взгляд, ясно дав понять: «Следующий блок — прилетит в тебя если ты не заткнёшься».

Собрав волю в кулак, Алекс активировал свою электромагнитную энергию — слабый разряд прошел по его костюму, на мгновение сбив ментальное давление. Зрение прояснилось, но тошнотворная пульсация в висках оставалась.

«Сильная атака. Видимо, вложила все свободные ОП в Разум и Энергию перед боем. Расчетливо. Но такие приемы требуют колоссальных затрат — больше трех-четырех раз она не выдержит. У меня есть не больше двух минут, чтобы закрыть дистанцию и закончить бой до того, как она выжмет атакует меня еще раз.»

Он медленно поднялся, глаза загорелись холодной решимостью. Бой только начинался. Он достал свой пистолет и на бегу начал стрелять в нее, пытаясь заставить ее уйти в оборону. Однако он был сбит с толку, когда понял, что его пули бьются об ее телекинетический щит.

Черт она одновременно активировала свой телекинетический щит и швыряет в меня все что есть под рукой на полигоне. Ладно рассход энергии, но одновременно использовать телекинез и для защиты и атаки, у нее и вправду хороший талант.

Он продолжал сближаться и активно стрелять, рассчитывая, что она потеряет концентрацию и он сможет ее ранить. Ему тоже было нелегко, он постоянно уклонялся от бетонных блоков и металлических конструкций, летевших в него. Он уже был в 20 метрах и понял, что не сможет пробить ее оборону пистолетом. Скорость пули была слишком низкой для этого. Он убрал пистолет и выхватил из-за спины вибромолот, который собрал вчера на занятии у Жигловой. Он перестал уклонятся и активно размахивал им, разбивая все что в него летит.

Алекс был всего в нескольких метрах и уже прыгнул, занося Молот для удара сверху вниз, однако Оливия, резко выключила свой телекинетический щит и удвоив мощность своего телекинеза швырнула Алекса в ближайшую стену!

Какого черта она так хорошо контролирует свой телекинез. Я не хотел это использовать, но видимо иначе никак. Он активировал на своем костюме какое-то устройство и ринулся обратно в бой

Его костюм уже изрядно пострадал, потеряв более трети прочности, однако функциональность в целом не пострадала. Он хотел завершить бой одной мощной комбо атакой. Он приблизился к ней и в момент, когда Оливия вновь хотела швырнуть его своим телекинезом она поняла, что не может его схватить, словно ее сила обтекало его. Воспользовавшись ее замешательством, он нанес ей мощнейший удар молотом!

Хотя она тоже была в экзокостюме, ее тело ощутило мощнейшее воздействие от удара, все ее органы словно ударили изнутри – это был вибрационный эффект от молота. Не дав ей времени на передышку, Алекс набросился на нее, нанося многочисленные удары, в момент, когда он сломает ее костюм ей конец. Устройство, благодаря которому он смог сблизится – называлось «Телекинетический исказитель». Оно могло на 2 секунды отклонить телекинетические силы в радиусе 3 метров, он открыл этот чертеж на первом уровне и решил, что это будет отличным дополнением для борьбы с псиониками.

Бум, бум, бум – он яростно наносил удары, повредив ее экзокостюм более чем на половину. Хотя все использовали бронекостюм, только механик мог получить от этого бонусы. Единственный способ получить бонусы к своим показателям от костюма для других классов – было попросить опытного механика построить специализированную броню под них. Но даже так получаемые бонусы были меньше, чем у механика.

У ее костюма уже оставалось всего 30 % прочности, когда внезапно весь костюм начал светится синеватым цветом и его мозг пронзила боль в два раза сильнее, чем от первой ее пси-атаки. Она резким ударом телекинетической силы отбросила его на десятки метров. Тяжело дыша, она встала и отряхнулась.

Костюм был в жалком состоянии, весь покореженный со сквозными дырами, откуда сочилась ее кровь. Тем не менее она не планировала сдаваться. Ее в первый раз довели до такого состояния, и ей пришлось собрать всю свою волю в кулак чтобы повторно активировать способность. Если бы до боя она не увеличила показатель разума до 14, то она бы уже вырубилась.

- Я не знаю на что ты рассчитывал, но я не сдамся так легко, взревела Оливия

Алекс пытался прийти в себя. Мысли были в полном хаосе, из носа хлестала кровь. Усилием воли он активировал свою электромагнитную силу, чтобы хоть немного восстановится.

Эта пси атака чуть не превысила мои пределы, я не думал что она сможет так скоро использовать свою способность. Полагаю она использовала почти всю свою энергию. Мой костюм…. Его голова снова запульсировала, … мой костюм на 45% мощности, сервоприводы потеряли 50% мощности. Думаю, все же преимущество на моей стороне, хотя она уже не раз меня удивила. Учитывая остаток ее энергии, она уйдет в оборону, стараясь не атаковать. Щиты расходуют гораздо меньше энергии, чтож тогда попробуй отбится от этого

Алекс встал, направляя свою энергию в костюм, чтобы немного компенсировать его повреждения.

- Признаюсь, ты меня удивила, однако тебе все равно не победить.

Он схватил свой молот и побежал на нее, он начал наносить ей множество ударов, от которых она пыталась отбиватся щитами. Она действительно ушла в глухую оборону, и только пыталась блокировать удары щитами, хотя у нее было не так много энергии, она все еще держалась на плаву.

Вдруг, нанося очередной удар, ее телекинетический щит исчез, и она резко выдернула своими силами молот из его рук и нанесла мощный контрудар.

Из-за последствий ее предыдущих атак, Алекс был плохо сконцентрирован и плохо контролировал ситуацию. Он попытался увернутся, но она все же зацепила его, нанеся небольшой урон. От откатился назад и стал в стойку.

Под своим костюмом, кровавая улыбка была на ее лице. Она управляла молотом своими телекинетическими силами и швырнула его с невероятной скоростью, Алекс кое как уклонился, однако молот пролетев несколько метров остановился и резко полетел к Оливии четко приземлившись в руки.

- Избить тебя твоим же оружием будет большим удовольствием, дерзко заявила она, сама еле стояв на ногах

У нее больше не осталось телекинетической энергии, и она решила, что ей осталось только идти в обычную рукопашную. Алекс это понял и резко двинулся в ее сторону. Несмотря на все с ним произошедшее, он все еще намного превосходил ее в ловкости и силе, и хотя он не был на 100% он способен ее избить.

Оливия замахнулась молотом, но Алекс смог заблокировать этот удар правой рукой, тут же активировав перегрузку в сервоприводах левой руки, нанося удар в два раза мощнее по ее лицу. От силы удара ее шлем разлетелся, и она сломала свой нос. Не теряя времени, он выхватил свой молот и мощнейшим импульсом ударил по ее грудной платине, от чего она отлетела на десяток метров и упала как мешок костей.

Ее костюм потрескивал искрами, весь в дырах, сама она была на полном издыхании, все ее тело ныло в агонии. Они явно перестарались, превратив спарринг в битву на выживание. Что ж, подумала она, я сделала все что могла, он все-таки неплохой боец.

Алекс подошел к ней и осмотрел ее:

- Должен сказать, я впечатлен. Я несколько раз тебя недооценил, за что поплатился в бою, - указав на печальное состояние твоего костюма. – Мои предыдущие победы ослепили меня, так что это был важный урок и для меня, после чего он подал ей руку и помог ей встать

- Пафосные речи не к чему капитан, я просто выложилась на полную, как и всегда

- Так ты в команде?

- Ты же меня победил, угов… кхе кхе закашлявшись кровью, уговор был такой

- Давай помогу тебе добраться до медицинской капсулы

- Не стоит я сама, убрав от себя его руки она поковыляла к выходу, - встретимся завтра в 9 в кафе «Минутка», там все обсудим, после чего в интерфейсе она падала заявку на вступление к нему в команду и Алекс тут же ее одобрил.

Затем Алекс подошел к Зевсу и Клавдию и спросил:

- А вы что скажите?

Клавдий был в полном шоке и приподнятом настроении

- Чел я просто в афиге, эта цыпочка так тебя отделала, я обязан ее подцепить, даже если у меня не получится тебя избить, я уверен, что Оливия однажды тебя прикончит

- Хах, все с тобой ясно мудень, смотри чтоб она не оторвала тебе яйца своим телекинезом ловелас хренов

Зевс же не был впечатлен. Вернее, бой был зрелищным и все такое, но он также заметил много ошибок, которые сделали ребята. Однако он не решался такое заявить, стоя переминаясь с ноги на ногу. Заметив что Зевс какой то странный Алекс спросил: - давай колись что не так?

- Ну.. эм.. понимаешь, как бы это сказать…

- Говори как есть

- Вообщем, бой был не… не самый лучший, я бы сказал эмм… посредственный, после чего он взглянул на Алекса, ожидая что тот разозлится, так как только что выложился на полную

- Аахахах чел, а ты хорош, заржал Клавдий

- Заткнись Клавдий, он посмотрел на Зевса и сказал – все нормально продолжай, мне нужно честное мнение

- Ну … если говорить про Оливию, хотя и казалось, что она очень умело использует свои способности и телекинез, она действовала слишком агрессивно. Вместо того, чтобы создавать для себя преимущества и старатся держать дистанцию, она выжигала свою энергию мощными атаками, пытаясь быстро тебя вырубить или нанести большой урон. Ты же был слишком расслаблен изначально и неотнесся к ней серьезно, также зачем то рьяно рвался в ближний бой, хотя мог пытаться вымотать ее на средней дистанции и блокировать ее способности держа максимальную концентрацию

- Молодец, в принципе я согласен с тобой, именно поэтому я и хочу, чтобы ты присоединился к нам.

Давай кидай заявку в команду, не мнись.Зевс выдохнул и отправил заявку.

... Получена заявка на вступление в команду "Рокот", одобрить Да/нет

Алекс сразу же принял заявку и продолжил:

ￚ хотя у тебя сравнительно небольшая сила, отбор прежде всего направлен на командную работу. Мы проведем усиленные тренировки по моей программе и поможем тебе стать сильнее. Кроме того, твой элемент молния, и мы можем выработать полезные тактические приёмы для нашего взаимодействия.

ￚ Я понимаю, тогда... Эм встретимся завтра.

ￚ давай, мне нужно привести себя в порядок и восстановится, до завтра

Парни попрощались, и Алекс с Клавдием направились обратно в общагу. Вначале он прошёл в медицинскую капсулу, которая была на первом этаже и прошёл процесс восстановления. Хотя у одарённых была быстрая регенерация, у него был всего лишь Е+ ранг, и на полное восстановление от таких РАН у него могло уйти несколько дней.

Клавдий помог донести ошметки его костюма до помещения мастерской, расположенной также в здании общежития. В этом плане военная академия была на высшей уровне. Здание общежития предоставляло множество услуг, помимо места для жилья. Всего за 100 кредитов в месяц он арендовал мастерскую с небольшой площадью. Естественно, он отвечал за сохранность оборудования, и материалы ему приходилось покупать за свои деньги. Он посмотрел на свой баланс и на нём осталось всего 13 тысяч.

С учётом восстановления костюма у меня останется меньше 10 тысяч, это, не говоря про то, что материалы необходимые для постройки оборудования из новых чертежей встанут ему в 70 тысяч. Механик без своего оборудования был почти бесполезен, и он требовал невероятного количества денег для полной экипировки. Сложив остатки своего костюма он обратился к Клавдию:

ￚ эй светлая голова, подумай, где мне можно быстро заработать немного денег. Мне нужно строить множество оборудования и моих сбережений не хватает.

ￚ Сколько тебе нужно? вариантов на самом деле много

ￚ ну порядка 70 тысяч, ответил как не в чем не бывало Алекс

ￚ Кхм. Поперхнулся Клавдий, механики действительно как машина для сжигания денег

ￚ сказал тот, кто тратит по 500 кредитов на кофе

ￚ Туше. Как насчет ставок? - увидев, что Алексу не понравилось эта идея, он продолжил, Подпольные бои? Что тоже нет? Казино?

ￚ бля я спросил, где заработать, а не встречать в очередную историю.

ￚ ладно ладно понял, слушай давай так, я одолжу тебе 100 тысяч, при условии, что мы выйдем в топ -16, если мы пройдем, то ты мне ничего не должен, если же продуем, то будешь должен 200 тысяч

ￚ Я не люблю брать в долг чувак, и как я могу гарантировать прохождение, мы даже не тренировались с командой не разу вдруг у нас не случится синергии, и мы будем полным мусором в командном плане? Кроме того, где я потом возьму такие бабки.

ￚ хорошо, давай так, я даю тебе сотку, а ты мне за это услугу, не противоречащие твоим принципам, которой я могу воспользоваться в любой момент. Если не пройдем, то с тебя три услуги.

ￚ да это же чертово рабство

ￚ так тебе нужны деньги или нет

ￚ Хрен с тобой, не вздумай просить меня бегать голым по площади или что-то в этом роде

ￚ О, а я бы на это посмотрел, заржал Клавдий

ￚ Мудак блин, а откуда у тебя бабки, тебе же отец заблокировал счета?

ￚну он увидел, что у меня неплохо двигается учеба и сказал, что так уж и быть будет давать мне небольшое ежемесячное пособие на карманные расходы

ￚ Сто тысяч на карманные расходы? У богатых действительно другое понимание этого выражения

ￚ ну... Вообще-то 250 тысяч, так что из-за тебя мне придётся сильно ужатся.

ￚ А в таком случае накинька сверху ещё то что я тебе одалживал, когда батя тебе заблочил счета

ￚ Хах, я наконец-то переходишь на тёмную сторону.

--------------------------------------------------

Решив данный вопрос, Алекс решил наконец зарегистрировать команду. Он открыл профиль команды на своём нейроинтерфейс и наконец то там числилось 4 участника. Отправив заявку, система сразу же одобрила её.

Через несколько часов Алекс закончил восстанавливать свой экзокостюм и оборудование и на его интерфейс пришло уведомление.

... Регистрация на отбор к военным играм завершена. 64 команды сформированны. Командный рейтинг и индивидуальный рейтинг активен.

Он просмотрел вначале индивидуальный рейтинг и увидел что находится на 5 месте, имея 275 баллов, Клавдий был на 7 месте, имея 223 баллов, Оливия на 33 месте с 171 баллом и их слабое звено Зевс на 236 месте имея лишь 50 баллов, он был бы на последнем месте, но были особо одаренные, которые умудрились лишится баллов за испытания на занятиях, что вело к тому что они опустились ниже 50 баллов, выданных за посещения.

Всего в рейтинге было 256 человек. С командным рейтингом дела обстояли неплохо, так как в целом 3е из них были с хорошим рейтингом, и их суммарные баллы позволили им оказаться на 13м месте. Теперь от них требовалось упорно работать, так как остальные команды из топ-16 работали вместе с понедельника и уже успели вместе тренироваться.

Закончив со своими делами, обессиленный Алекс отправился отсыпаться. Впереди было много работы.

Глава 6

Глава 6. План удержания в рейтинге и товарищ "Читер".

На следующее утро вся команда собралась в кафешке и села за дальний столик в глубине заведения, ожидая своих заказов. Царила странная атмосфера тишины, так как в это время в субботу кроме них было всего пара посетителей.

— Может, наконец, начнем, а то вы как чертовы девственники, — начала Оливия, разламывая хлебную палочку с таким видом, будто это шея противника. — Хотя, о чем это я — вы и есть девственники.

— Может, ты готова мне помочь лишиться девственности? Я не против, — ответил ей Клавдий, намеренно приподняв бровь.

— Тебе совсем не дороги твои зубы? — вспылила она на его реплику, и в воздухе запахло напряжением.

— Так, выдохните, — Алекс поставил стакан с водой на стол с чуть слышным стуком. — Давайте попробуем обсудить наши действия, а не выяснять, кто кого перешутит.

— Как скажешь, папаша, — язвительно протянула Оливия. — Давай, поведай свой великий план.

— Во-первых, нам с сегодняшнего дня нужно приступить к командным тренировкам. Команды из топ-16 тренируются с понедельника и мы рискуем сильно отстать от них, так что я предлагаю встречаться на полигоне каждый день в 18:00 на три часа.

— У меня в это время... сериал — запнулся было Зевс.

— Сериал? — Оливия фыркнула. — Ну и позорище.

— Второе, — продолжил Алекс, игнорируя её, — всем нужно сосредоточиться на индивидуальном уровне. Каждый балл в копилку важен. Особенно тебе, Зевс. — Все взгляды обратились на парня, и тот опустил голову, будто пытаясь стать невидимкой. — Мы ещё не знаем, какие будут командные миссии для заработка баллов, но там нам также нельзя упускать ни единого шанса.

— Я думаю, это и так всем понятно, — сказал Клавдий. — Наше слабое звено тут Зевс. Нужно придумать, как ему помочь.

Все повернулись и пристально посмотрели на Зевса. Он от стыда готов был провалиться под землю и уже начал жалеть, что вступил в команду.

— Ну, я возьмусь за твои индивидуальные тренировки, Зевс. – сказал Алекс, - Так что тебе придётся приходить ко мне в общагу в 6:00 и за час до командной тренировки в 17:00. Кстати, у тебя только второй уровень. Сколько у тебя опыта?

— Ты... уверен, что от этого будет толк? — Увидев серьёзное выражение лица Алекса, он сглотнул. — Хо-хорошо, я понял насчет тренировок. Что касается опыта... у меня всего 13500.

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь гудением холодильника. Трое остальных переглянулись с немым вопросом на лицах.

— Погоди, — первым опомнился Алекс. — Я активно тренировался всю неделю с момента пробуждения и заработал всего 7500 опыта. Ещё 1000 — за наш вчерашний бой. Как ты умудрился заработать столько?

— Ну... — занялся Зевс, перебирая салфетку. — Это связано...

— Давай колись! — резко сказала Оливия, её глаза сверкнули любопытством и азартом. — Если это поможет с прокачкой команды, мы должны знать. Опыт начисляется только за активные тренировки и применение способностей в боевых условиях, если есть еще варианты мы должны знать

— Эм... на самом деле, этот метод вам не поможет, так как связан с моей способностью. Однако из-за неё я и не могу пока побеждать в битвах, так как она сейчас бесполезна в бою.

— Хватит ходить вокруг да около! В чём дело? — раздражённо потребовала Оливия.

— Вообще-то... когда я прошёл пробуждение, я разблокировал способность «Молниеносные рефлексы». Её суть заключается в ускорении в десять раз всех мыслительных и физиологических процессов, включая скорость реакции и восприятия мира, на пять минут. Ещё одним преимуществом является скорость восстановления энергии, которое также ускоряется в десять раз. По сути, я просто постоянно активирую эту способность для лучшего восприятия информации на лекциях и при изучении материалов. Нейросеть засчитывает это как интенсивную ментальную тренировку и начисляет по 50 опыта за активацию.

— Бля, это же настоящий чит! — выдохнул Клавдий. — Какого хрена ты не можешь применять это в бою? Ты же сможешь предвидеть движения противника буквально в слоу-мо!

Алекс медленно кивнул, до него уже дошла вся ирония ситуации.

— Раскинь мозгами, Шерлок. Зевс — эспер с элементом Молнии. На E-ранге у всех только одна способность. Для эсперов их способности — главное оружие. Обычно после пробуждения они открывают что-то атакующего типа — «Шаровую молнию», «Дуговой разряд» и так далее. Но с его телосложением... — Алекс жестом указал на тщедушную фигуру Зевса. — Толку от атакующей способности в ближнем бою будет мало. А вкачивать много ОП в силу, чтобы компенсировать это, — тупиковый путь. Когда он достигнет D-ранга и откроет три новые способности, он будет катастрофически отставать по другим характеристикам. Поэтому он выбрал стратегическую хитрость: использовать свою уникальную способность для фарма опыта в безопасных условиях, чтобы как можно быстрее достичь D-ранга и там уже правильно перераспределить характеристики, получив настоящие боевые навыки.

Оливия смотрела на Зевса с новым, почти уважительным интересом, но сказала совершено другое:

— Охренеть! Получить способность А-ранга и не мочь применить её в бою... Ты и вправду лузер, — не удержалась от колкости Оливия, закатывая глаза.

На что Зевс лишь смущённо улыбнулся.

— Зря издеваешься, — холодно парировал Алекс. — Когда он достигнет D-ранга и сможет комбинировать эту способность с другими, он вытрет всеми нами пол.

— Тем не менее, сейчас это бесполезно.

— Ну, не скажи, — на лице Алекса появилась хитрая ухмылка. — У меня есть идея, как сделать его полезным уже сейчас. Но это зависит от того, насколько он готов... потратиться.

— Эм... И в чём суть? Если это что-то незаконное, то я, пожалуй, пас, — нервно ответил Зевс.

— Ничего криминального. Мне просто нужно найти и купить подходящий чертёж экзокостюма который будет компенсировать твою слабую физическую форму за счёт усиления силы, ну и построить его для тебя. По правилам, разрешено использовать только самостоятельно изготовленные предметы, так что готовое решение не подойдёт. Ты немного перераспределишь ОП в силу, вложишь на 3-4 очка больше, чем планировал. В связке с костюмом ты будешь как минимум на среднем уровне. А при грамотном использовании твоей способности и командной работе — возможно, и больше.

— Звучит... неплохо. Хотя я не уверен, — сомневался Зевс.

— Давай, чувак! Придётся потратиться, — подключился Клавдий. — Ну, вложишь ты в силу на 3-4 очка больше, это же не десяток! На D-ранге ты это легко компенсируешь. С твоей скоростью фарма ты вкачаешься за месяц!

— Эмм... И во сколько мне это обойдётся? — спросил Зевс, уже мысленно прощаясь со своими сбережениями.

— Ну, хоть это и низкоуровневый чертёж, но он достаточно редкий. Плюс стоимость материалов... Думаю, около нескольких сотен тысяч кредитов.

— Чёрт... Придётся просить отца одолжить денег. У меня всего 60 тысяч на счету.

— Оно того стоит, поверь. Давай, звони отцу, а мы с ребятами пока поищем подходящий чертёж, — Алексей включил голопроектор, и они с остальными начали изучать доступные предложения.

Зевс вышел на улицу, чтобы связаться с отцом. Его отношения с генералом Ивановым всегда были натянутыми. Тот постоянно требовал от сына слишком многого, разочарованный, что характером Зевс пошёл в свою покойную мать. Сделав глубокий вдох, он нажал кнопку вызова.

Через минуту на связи появился генерал. Его голос звучал строго, как всегда:

— Привет, сын. Ты давно со мной не связывался. Уже прошёл пробуждение?

— П-привет, отец. Да, в понедельник.

— Хорошо. И какую способность пробудил?

Отец Зевса был закалённым ветераном, эспером B+ ранга с элементами молнии, вибрации и ветра. Понимая, что склонность к элементам часто передаётся по наследству, он ожидал, что первым элементом сына будет молния. Хотя эсперы могли пробудить близость к другим элементам на высоких рангах, обычно они ограничивались тремя, так как количество открываемых способностей было ограничено: на D-ранге — 3, на C — 6, на B — 9.

— Я открыл «Молниеносные рефлексы», пап, — разочарованно сказал Зевс, ожидая неодобрения.

— И почему ты такой расстроенный? Думал, я буду недоволен? Это редкая способность А-ранга! Она есть всего у пяти человек в галактике. Наконец-то я вижу, что в тебя попала частичка моего потенциала!

Генерал явно был воодушевлён. Он давно смирился с тем, что сын — «мямля», и был готов к тому, что тот станет максимум заурядным эспером C-ранга. Военная академия была последней попыткой «расшевелить» его, и теперь он понял, что не всё потеряно. Такие редкие способности при пробуждении означали лишь одно — высокий потенциал.

— Хоть сейчас от неё мало толку, но когда ты достигнешь B-ранга, ты будешь непобедим. Если, конечно, приложишь усилия.

— Ну... эм... собственно, поэтому я и звоню. У нас сейчас проходит отбор на Военные игры, и я попал в команду. Но из-за моей способности я почти бесполезен в бою, и мне нужны...

— Деньги? Понятно. Вы нашли способ задействовать тебя в команде, не навредив развитию, так? — перебил его отец.

— Как ты догадался?

— Сынок, мне 250 лет. У меня огромный жизненный опыт, и есть мало вещей, в которых я не смыслю. Я дам тебе миллион. Но при условии, что вы пройдёте на Военные игры. Если нет... передай команде, что я сделаю их жизнь значительно... усложню.

Конечно, генерал не стал бы реально вредить этим детям, но он понял: если у сына есть потенциал, ему нужна мотивация. Даже если Зевсу было плевать на победу, угроза проблем для товарищей заставит его выложиться на все 200%. А его друзья, узнав о таких «перспективах», приложат все усилия, чтобы помочь ему. Таким образом, давление пойдёт всем на пользу.

— Тогда я, пожалуй, найду другой способ, — твёрдо заявил Зевс.

— Это не предложение. Я уже перевёл деньги на твой счёт. Буду следить за вашими результатами. Конец связи.

«Так я и знал, что с ним не стоит связываться... Ребята меня убьют», — с горькой усмешкой подумал Зевс и направился обратно к команде.

Остальные участники команды "Рокот" тем временем горячо обсуждали варианты брони для Зевса. Голографические схемы двух экзокостюмов парили над столом, мерцая синими линиями.

— Мне кажется, тяжёлая броня "Грайм" будет ему в самый раз, — уверенно заявил Клавдий, тыча пальцем в проект массивного костюма. — +6 к силе и броня с показателем 6000 прочности! Даже если он столкнётся с бойцом в ближнем бою, тот не сможет с ним быстро разделаться.

— Идиот! — парировала Оливия, с раздражением отмахиваясь от его слов. — Его способность рассчитана на скорость и манёвренность! Даже с таким бонусом его сила будет значительно ниже, чем у прокачанного бойца. К тому же, этот костюм отнимает 2 очка ловкости и 3 выносливости. Он просто станет мишенью!

— Клавдий, как боец ты ориентируешься на силу, но тут я согласен с Оливией, — вмешался Алекс, увеличивая проекцию лёгкого костюма "Райтман". — У лёгкого варианта всего +4 к силе, но ещё +2 к ловкости и +1 к энергии. Совокупно это большее усиление. К тому же... — он сделал паузу, — я уже нашёл чертёж дополнительного модуля "Конденсатор Теслы". Его можно встроить в броню и использовать избыточную энергию молнии Зевса для кратковременного усиления и перенаправления энергии в какое ни будь оружие, которое я смогу изготовить под него. Впрочем, окончательное решение за ним. Кстати, вот и он.

Зевс приближался к их столу с таким видом, будто шёл на казнь.

— Что-то он поникший, — тихо съязвила Оливия. — Папочка не одобрил смету?

— Эй, Зевс, ты чего такой хмурый? «Отец денег зажал?» —прямым текстом спросил Клавдий.

— Наоборот... он дал мне миллион кредитов, — тихо ответил Зевс.

— Воу! Тогда в чём проблема? — удивился Клавдий.

— Ну... я рассказал ему про свою способность и возникшие из-за неё трудности. И про Военные игры тоже.

— И? — подал голос Алекс.

— А он сказал, что даст деньги только при условии, что наша команда пройдёт на Военные Игры. Более того... — Зевс сглотнул, — он сказал, что если мы провалимся, то устроит проблемы не только мне, но и всем членам команды.

— И ты сразу же отказался от этого долбаного предложения, так? — с испуганным лицом спросил Клавдий. Он-то знал, что генерал Иванов был гораздо влиятельнее его собственных родителей и определённо мог исполнить угрозу.

— Я не смог... Он просто поставил меня перед фактом и перечислил деньги. Простите, ребята...

— И чего вы все так напряглись? — спокойно спросил Алекс. — Наша цель и так — пройти на Военные игры. Сейчас нас должно волновать, как удержаться в топ-16. А когда дойдёт до отборочного турнира — вот тогда и будем переживать. Зевс, иди сюда. Смотри — два варианта. Выбирай, какой считаешь подходящим.

Зевс перестал думать об угрозах отца и сосредоточенно изучил характеристики. Спустя пять минут он указал на лёгкий костюм.

— "Стриж". Да, я всё ещё буду проигрывать в силе, но бонус к ловкости в совокупности с моей способностью... Я смогу наносить точные удары по уязвимым точкам.

— Отлично. Чертёж обойдётся в 250 тысяч, материалы — ещё 120 тысяч, и около 70 тысяч на доработки и дополнительные модули.

— Делаем, — не колеблясь, ответил Зевс и перевёл деньги.

Уже через три минуты чертёж пришёл на почту, а материалы должны были доставить в мастерскую в течение двух часов.

— Ещё кое-что, — сказал Алекс, обращаясь ко всем. — С сегодняшнего дня все отключаем публичность профилей.

— Но в чем смысл, наши противники же всё равно узнают о нас информацию в бою! — удивился Клавдий.

— Во-первых, если профиль закрыт, при сканировании в бою противник увидит только случайную часть информации, а не полную раскладку. Если мы сделаем это сейчас, они не смогут отследить, в какую сторону мы качаемся, и не подготовятся точечно. В перерывах между боями всегда можно улучшиться, и даже раскрытая информация станет неактуальной. Кроме того, все команды в топ-16 уже так сделали.

— Теперь понятно, — кивнул Клавдий. — Зевс, давай, вкачивай уровни! Хочу посмотреть, как ты обгонишь нашего капитана!

Алекс кивнул, и Зевс закрыл глаза, мысленно отдавая команду нейросети. Его тело на мгновение содрогнулось от волны энергии. Ребята подхотили его под руки, чтоб он не упал от внезапной боли от такого резкого улучшения

— Готово, — выдохнул он через пару минут, и его обновлённые показатели вывели на общий экран:

Зевс Иванов

Ранг: E+

Уровень мощности: 530 Эл

Показатели:

Сила - 7 (+3)Интеллект - 5Ловкость - 9 (+2)Выносливость - 10 (+5)Прочность - 5Энергия - 13 (+6)Разум - 4Свободные ОП: 0

Уровень: 6

— Неплохо, — одобрительно кивнул Алекс. — Сфокусировался на энергии и выносливости — это разумно для эспера. И ловкость не забыл — с твоей способностью это также ключевой параметр.

ￚ В целом получилось хорошо, Зевс. С ЭкзоКостюмом у тебя будет 600 Эл, учитывая, что у тебя увеличенная скорость сбора опыта, когда ты достигнешь D-ранга, мы сможем чувствовать себя спокойно. Сколько, кстати, нужно до 7 уровня? – спросил Клавдий

ￚ 10 тысяч опыта.

ￚ Писец! Учитывая, что для D-ранга нужно 800 Эл, мне нужно поднять ещё примерно 6 уровней. Если опыт для повышения уровня будет расти такими темпами… Разве мы успеем взять D-ранг до начала турнира? — начал жаловаться Клавдий.

ￚ Турнир специально проводится через 3 месяца, чтобы мы успели прокачать до D-ранга. Заметь, что сейчас тренировки и бои с каждым днём приносят больше опыта. Так что я думаю, что за 2–2,5 месяца мы возьмём D-ранг. – ответил ему Алекс

В среднем в галактике при правильном подходе на переход из Е-ранга в D уходило 3 месяца. Однако на переход в D+ уходило уже около года, до С-ранга — около 3 лет. Прокачка же до B-ранга могла занять от 20 до 50 лет. Именно из-за того, что прокачка из ранга в ранг была так усложнена, в галактике было лишь несколько десятков S-классов. Кроме того, после ранга B возникали другие барьеры — ты не мог прокачивать свои уровни дальше, не повысив уровни своих способностей до определённого степени, что тоже было бездонной ямой для опыта.

Команда обсудила ещё некоторые моменты, и когда основные вопросы были решены, они начали расходиться. Вечером их всех ждали тренировки, а до этого им нужно было разобраться со своими делами.

Оливия догнала стремительно удаляющегося Клавдия и окликнула его:

ￚ Не беги, у нас с тобой ещё есть дела.

ￚ Эм… У нас?

ￚ Слушай, извини, что докапывалась до тебя, но ты должен понять, что мы всё-таки не в детском саду, и нас ждут серьёзные испытания. Так что тебе нужно перестать быть таким мягким, если не хочешь, чтобы о тебя вытирали ноги. Кроме того, я думаю, что тебе нужно начать с твоей внешности.

ￚ А… а что с ней не так?

ￚ Да всё не так, блин, Зевс. Выглядишь как полный задрот. Пошли со мной, поработаю над тобой, и ты станешь настоящим «Богом молнии и грома».

ￚ Может, не стоит…

ￚ Отказы не принимаются!

Она схватила его за руку и потянула в сторону остановки. Дождавшись антигравитационного транспортника, они отправились обновлять его имидж.

ￚ Первым делом займёмся твоими волосами…

Алекс сидел в мастерской и сортировал материалы, которые ему привезли. Ему предстояло много работы — нужно было улучшить свою броню и построить много разного оборудования.

Он открыл чертёж своей брони и начал размышлять, как повысить её производительность. В первую очередь он решил начать с сервоприводов. С его возросшими характеристиками они уже не могли соответствовать его уровню. Он решил их заменить на модель «Иннова Си-15305» — они могут выдержать показатель до 30 единиц силы и 27 единиц ловкости. Учитывая, что ему осталось не так много до D-ранга, он решил, что запас не повредит.

Дальше необходимо поработать над материалом брони. Её тоже надо поднять до стандарта D-класса. Для этого он решил использовать сплав титана и золота и интегрировать в спинную и грудную пластину наноуглеродное волокно. Такое решение сразу превратит 1500 единиц общей прочности в почти 5000. Также потребовалось заменить энергоячейку, чтобы костюм мог справляться с повышенным энергопотреблением.

Он улучшал чертёж в течение получаса, пока наконец не был удовлетворён. На его интерфейсе высветилось уведомление:

…Вы внесли более 50% изменений в оригинальный продукт. Был создан новый чертёж.

…Желаете поделиться с системой данным чертежом?

…Желаете назвать чертёж?

При создании новых чертежей система всегда спрашивала у механиков разрешение на отправку в базу знаний. Если механик соглашался, то любой механик мог получить этот чертёж с некоторым шансом при получении или улучшении базы знаний. Именно так он получил большинство своих чертежей.

Однако для механиков чертежи имели слишком большую ценность, так как они могли быть их козырем, поэтому механики неохотно делились такой информацией с системой.

Алекс задумался. Его пальцы зависли над экраном, пока он взвешивал все «за» и «против», отклонив запрос он решил дать имя своему костюму:

«Рокот-1» , хм ну я и правда не силен в названии механизмов, ухмыльнулся он, после чего приступил к сборке брони. Спустя час, он наконец то закончил и довольный смотрел на свое творение, давай ка посмотрим:

- Карма покажи мне характеристики брони:

- Держи милый, ответила она ему

- Эм… милый? У тебя сбились настройки или типа того?

- Я поняла, что вам не хватает общения с противоположным полом и скорректировала поведенческую модель

- Карма, не стоит, я предпочитаю нейтральное общение, мне некогда думать о таких вещах

- Как прикажите, - голос его нейросети прозвучал, несколько эм, обидчиво? Но он не стал об этом задумываться и начал просматривать параметры своей новой брони:

Экзокостюм "Рокот-1"

Ранг предмета E+ (Минимальный уровень для использования 5)

Тип - легкая экзоброняОбщая прочность - 4800/4800Вес 85 кгМощность сервоприводов рук - 7 тонныМощность сервоприводов ног - 9 тоннВстроенное вооружение - нетЭнергоёмкость - 700 ЕдРасход энергии пассивный/активный режим - 5 ед/мин / 13 ед/минБонусные показатели для пользователя:

Сила + 5 едЛовкость + 2 едВыносливость + 2 едЭнергия + 2Качество - "Хорошее" (Зеленый цвет)

Очень даже хорошо, это же 110 Эл улучшения, с такими бонусами я вплотную приблизился к D рангу. Теперь добавлю полезные модули и сделаю оружие, и на ближайшее время у меня не должно быть проблем.

Алекс начал со сборки полезных модулей для своей брони, начав с Пьезоэлектрических двигателей, так как его тактика в чем то схожа с Зевсом, основной упор будет на ловкость и скорость, этот модуль добавит ему еще + 3 к ловкости, но отнимет 1 единицу выносливости, что было неплохим компромиссом, учитывая его показатели.

Дальше он собрал кинетический накопитель, который позволит ему высвободить дополнительную силу, получая определенный урон входящего кинетического урона. Это может добавить до 7 единиц силы. Совокупные бонусы позволят ему выплеснуть 21 силы, что позволит соответствовать по этому параметру прокаченному бойцу! Хоть и только в некоторые моменты, тем не менее он сможет очень сильно удивить своих противников.

Он собрал еще несколько полезных дополнений, после чего наконец приступил к работе над оружием. Первым он решил собрать плазменную катану «Мурасаме» - она не только выглядела круто, но еще и была крайне эффективной, позволяя кромсать броню E – ранга, как мусор, да и для брони D ранга она представляла угрозу.

Также он наконец обзавелся оружием, эффективным на средней дистанции – он собрал винтовку «Рози 9.55», с достаточно большим калибром в 9.55 мм и хорошим уроном, так как его пистолет был слишком неэффективен, но у него пока не было подходящего чертежа для огнестрельного оружия ближнего боя. Он посмотрел на характеристики получившегося оружия:

Рози 9.55

Ранг предмета E+ (Минимальный уровень для использования 4)

Калибр 9,55 ммТип - Электромагнитное оружиеБронепробитие E+Урон - 300 (за 100 принимается способность пробить стальную пластины в 100мм)Темп стрельбы - 6,5/секВыстрелов до принудительного охлаждения 45Общее количество выстрелов, без замены энергоячейки - 180Магазин на 90 патроновЭффективная Дальность стрельбы - 155 мКачество "Хорошее" (Зелёный Цвет)

Даже с учетом защитных свойств лучшие костюмы, которые будут у бойцов - смогут блокировать только 50% урона от попадания, что позволит наносить им хоть какой-то урон и позволять мне держать дистанцию.

Закончив со своим оборудованием, он приступил к созданию оборудования для Зевса. Вообще, конечно, ему придётся сделать костюмы и другие полезные штуки для всей команды, но Оливия и Клавдий на утреннем собрании с командой не смогли сразу сказать чего хотят, они пообещали сообщить ему вечером во время тренировки, после чего он сможет уже заняться ихними проектами.

На часах было уже 16:40, и скоро наступало время для проведения индивидуальной тренировки с Зевсом. Алекс наконец то все доделал и взглянув на время решил позвонить Зевсу, чтобы он пришел сюда и посмотрел на свое новое оборудование, перед тем как приступать к их программе тренировок. Тот почти сразу же поднял трубку и пообещал прийти через 10 минут.

Дверь в мастерскую распахнулась и в нее залетел Зевс, выглядящий совершенно иначе. Он был короткостриженый с татуировкой на виске, в кожаной куртке с голографическими рисунками извергающихся молний:

- Давай показывай, нетерпеливо начал он

- Полегче парень, что с тобой произошло – указал он пальцем на него, - и откуда столько энтузиазма?

- Ах это, Оливия она, в общем она сказала, что мне нужно сменить стиль – касательно моей мотивации, - Ты просто не знаешь моего отца… Ладно бы он угрожал проблемами только мне, но когда пострадать можете и вы… в общем я не могу вас подвести. Мы обязаны пройти этот чертов отбор на военные игры.

- Чтож смотри, он подвел его к только собранному экзокостюму, представляю тебе твой первый персональный экзокостюм «Громовержец», я немного его доработал и у меня получилось его еще лучше оптимизировать под тебя.

Броня, собранная для Зевса, была в черно-синем стиле, выглядела очень элегантно, без каких-либо громоздких наростов и конструкций.

- Я добавил специальные токопроводящие каналы по всей поверхности костюма, если тебя застанут в врасплох и прижмут, ты сможешь направить свою энергию через костюм и очень сильно удивить атакующего тебя, хотя это и выжгет 30% твоей энергии, так что старайся использовать только в крайнем случае. - Кроме того, продолжил Алекс - есть специальный модуль «Зиракс», который позволит направить тебя концентрированный заряд молнии через эти каналы в другой источник – ты будешь ходячей батарейкой улыбнулся он

- Вау, я думаю ты сотворил шедевр, Зевс был впечатлен, вид костюма внушал ему трепет

- Кроме того, при помощи «Зиракса» ты сможешь использовать и эту малышку, сказал алекс и подошел к своему столу, взяв Молот

- Твой вибромолот? – удивился Зевс

- Уже твой, и это больше не вибромолот. Я переработал конструкцию, хотя он теперь не может использовать вибрацию - я добавил внутрь суперконденсаторы, это позлит тебе направлять в него энергию молнии и высвобождать ее по своему усмотрению. Хотя это достаточно энерго затратно, ты сможешь поджаривать своим молотом своих противников.

- Ты … это же… оружие Богов!

- Ну конечно все не так радужно, но теперь ты сможешь соответствовать своему имени «Бог грома и молний» - усмехнулся Алекс. - К сожалению, я не смог сделать ничего, для преобразования твоей энергии в дальние атаки, но по крайней мере у тебя теперь есть способы дать бой любому одаренному, в разумных пределах конечно, после чего он вывел на голоэкран характеристики костюма Зевса и Оружия:

Экзокостюм "Громовержец"

Ранг предмета E+ (Минимальный уровень для использования 5, класс Эспер)

Тип - легкая экзоброняОбщая прочность - 3200/3200Вес 65 кгМощность сервоприводов рук - 6 тоннМощность сервоприводов ног - 8 тоннВстроенное вооружение - нетЭнергоёмкость - 1700 ЕдРасход энергии пассивный/активный режим - 11 ед/мин / 23 ед/минБонусные показатели для пользователя:

Качество – хорошее (зеленый)

Удовлетворенный качеством костюма Зевс принялся смотреть на характеристики на Оружия:

Молот «Разящий»

Ранг предмета E+ (Минимальный уровень для использования 5)

• Тип – Ручное Оружие ближнего боя

• Бронепробитие E+

• Урон – 190-300 стандартный\450-700 заряженный молниями

• Энергоемкость - 700

• Перезарядка – 2 сек

• Эффективная Дальность – 3 м

Качество «Хорошее» (Зелёный Цвет)

Бонусные показатели для пользователя:

• Сила + 1 ед

• Ловкость + 1 ед

• Энергия + 1 ед

Это очень крутое оружие, оно даже дает бонус к параметрам, подумал Зевс

- Ну как тебе, спросил Алекс?

- Не терпится опробовать в действии

- Чуть позже на командной тренировке, а сейчас мы пойдем в зал для спаррингов, мне нужно понять твой уровень в ближнем бою.

Чуть позже в зале для спаррингов, Алекс стоял задумчивый после их тренировочного боя. Они дрались без снаряжения, чтобы оценить возможности своих тел без экзокостюмов. Конечно, Алекс не использовал всю свою силу, так как просто хотел оценить его навыки, и он был … разочарован. Не то чтобы Зевс совсем не умел драться, но для военной академии его уровень был слабый.

- Я тут подумал, начал было Алекс, в общем мы скорректируем твою тренировочную программу. У тебя слишком низкие навыки и техника ударов и уклонений почти отсутствует. С утра ты будешь тренироваться с Клавдием, так как он все-таки Боец, и у него гораздо больше техник ударов в запасе, особенно сейчас, когда он проходит обучение в классе бойцов. Кроме того, тебе нужно отрабатывать противостояние бойцам, так что это больше пойдет тебе на пользу. Вечером же мы сделаем упор на обороне и уклонении, так как я в этом в целом неплох.

- Думаешь мы сможем меня понатаскать за оставшееся время?

- Ну это зависит только от тебя, в любом случае от костюма и оружия будет мало толку, если ты не подтянешь свой ближний бой. А сейчас погнали на полигон, скоро командная тренировка, посмотрим сможешь ли ты с моим снаряжением выступить лучше.

Зевс также был несколько разочарован собой, но согласился с выводами Алекса, они отправились на командную тренировку и он надеялся что в новом Экзокостюме сможет показать результат лучше.

Глава 7

Глава 7. Первая тренировка командой

Все участники команды «Рокот» собрались на тренировочном полигоне. Алекс и Зевс сильно выделялись на фоне остальных своими персональными, усовершенствованными бронекостюмами, в то время как Оливия и Клавдий были облачены в стандартную «учебную» броню, предоставляемую Академией.

Клавдий с нескрываемой завистью осматривал сложные полимерные пластины и разнообразные устройства на костюме Алекса.

— Ваши костюмы смотрятся просто бомбово, — не удержался он. — Надеюсь, ты сделаешь нам не хуже.

— Охотно, — флегматично ответил Алекс. — Как только вы расскажете о своих предпочтениях и обеспечите финансирование на материалы. Мои услуги и инженерный гений, к сожалению, не бесплатны.

— Конечно, чел, я уже всё продумал! — оживился Клавдий. — После тренировки скину тебе все свои задумки.

— А ты как? — обратился Алекс к Оливии.

— Аналогично, — она сделала шаг вперед, ее взгляд скользнул по костюму Зевса. — Только сделай мне другую раскраску. Не хочу сливаться с вами в одной цветовой гамме.

— В чем проблема единого стиля? — удивился Алекс.

— Люблю выделяться из толпы, — парировала она.

— Хорошо, учту. Что ж, приступим к тренировке, — сменил тему Алекс. — Команды-спаринг-партнера у нас пока нет, но отрабатывать взаимодействие нужно. Поэтому сегодня будет бой в формате три против одного.

Клавдий ехидно усмехнулся.

— И кто же будет счастливчиком-мишенью?

Алекс медленно прошелся взглядом по троице, и на его губах появилась уверенная ухмылка.

— Ну, раз уж я до сих пор поодиночке успешно побеждал каждого из вас, думаю, это отличный шанс для вас попробовать взять меня числом. Если, конечно, не боитесь.

— Ублюдок! — вспыхнула Оливия. — Ты настолько в себя поверил, что думаешь, справишься с нами втроем?!

— Вот и докажите, что я ошибаюсь. Начинаем через три минуты.

Не дав им опомниться, Алекс развернулся и стремительно рванул вглубь полигона, чтобы обеспечить себе фору и выбрать позицию. Оставшаяся тройка инстинктивно сбилась в кучку.

— Так, нам нужен план… — начал Зевс, но его тут же оборвала Оливия.

— Всё просто! Этот засранец с трудом брал верх надо мной один на один. И думаю, этот «клоун, — она резко ткнула пальцем в сторону Клавдия, — тоже оказывал достойное сопротивление.

— С чего это я вдруг клоун? — пробурчал тот.

— Заткнись и слушай! — отрезала Оливия. — Наш лучший вариант — окружить его и использовать сильные стороны. Я бью пси-атакой, пока он оглушен, вы двое сходитесь и берете его в клещи, оказывая максимальное давление. Не даем ему ни шагу отступить!

— Я думаю, нам стоит действовать немно…

— Зевс, не влезай! — рыкнула она. — Слушайте до конца! Когда я перезаряжу способность, по моей команде вы…

— Оливия, замолчи! — вдруг в панике крикнул на нее Зевс.

— Ты что, берега попутал?! — взвилась она, все еще не сумев толком сформулировать мысль. Она посмотрела на Зевса, который отчаянно жестикулировал, показывая на свой шлем. — Да блять, объясни наконец, в чем дело?!

— Публичный канал! — выдохнул Зевс. — Мы все это время в общем чате!

Леденящая догадка пронзила всех троих. Они были в броне и общались через встроенную систему связи, которая по умолчанию была настроена на открытый канал команды. Алекс слышал каждое их слово с самого начала.

— Удачи, лузеры, — раздался в их наушниках его насмешливый голос, окончательно подтверждая худшие опасения.

— Черт! «Мы просто команда идиотов», —с горьким осознанием произнесла Оливия и тут же выкинула Алекса из общего чата.

Пока троица предавалась самобичеванию, Алекс уже успел занять идеальную позицию для засады. Территория полигона была обширной — около трех на пять километров, поделенных на четыре сектора с разным ландшафтом. Они выбрали карту «Пустынное поселение»: лабиринт из полуразрушенных глинобитных домиков, засыпанных песком переулков и редких кактусовых зарослей. Алекс укрылся в одном из зданий почти в центре поселка, сливаясь с тенями, и терпеливо ждал, пока на сенсорах засветятся цели.

Он понимал: даже осознав свой промах, противники вряд ли кардинально изменят план. Оливия, хоть и смирилась с предыдущим поражением, не из тех, кто отступает. Она жаждала реванша — быстрого и решительного. Клавдий, с его импульсивностью, поддержит ее. Лишь Зевс пытался предложить что-то трезвое, но его не стали слушать. А зря. Парень не был боевым маньяком, как они, но разбирался в тактике куда лучше. Алекс намеревался наглядно показать команде, что игнорировать кого-то из своих — фатальная ошибка.

Троица между тем стремительно продвигалась к поселку, пренебрегая долгой разведкой. Выкинув Алекса из чата, они успели лишь наскоро договориться о построении: Клавдий — в авангарде, за ним метрах в двадцати — Зевс, замыкала группу Оливия. Роль Клавдия была проста — принять удар на себя и завязать ближний бой. Зевс должен был прикрывать его и подключаться к атаке, не давая Алексу доминировать. Оливия — атаковать с дистанции телекинезом.

Зевс молча следовал за Клавдием, но его грызли сомнения. Этот план был самоубийственным. Они имели численное преимущество и могли взять измором, постепенно выматывая Алекса, но нет — вседозволенность и жажда скорой расправы ослепляли.

— Ребята, остановитесь, — наконец не выдержал он, замирая на месте.

— Что такое, Зевс? — тут же отозвалась Оливия. — Говори быстро, я не хочу терять времени.

— Наш план не сработает. Нужно менять стратегию.

— То, что он его подслушал, ничего не меняет. Нас трое, мы дополняем друг друга.

— Он весь день просидел в мастерской, — напомнил Зевс. — Собрал кучу оборудования. Вы правда думаете, он вызвал нас втроем на бой, не имея козырей в рукаве?

— Ну… вообще… — задумался Клавдий. — В твоих словах есть смысл. Я с ним больше месяца спаррингую и ни разу не победил, даже имея преимущество. Этот чертенок наверняка расставил ловушек и припас сюрприз.

— Допустим, ты прав, — с неохотой согласилась Оливия. — Что ты предлагаешь? Даже если он нанесет урон, мы обязаны победить.

— Для начала, в авангарде должен быть я. Вы же держитесь на дистанции…

— Ты шутишь? — фыркнула она. — Даже с твоим усилением он тебя одного быстро выведет из строя, и мы не успеем помочь. Вы с ним, случаем, не сговорились?

— Погоди, пусть договорит, — неожиданно вступился Клавдий. — Я устал проигрывать. Выслушаем план, а ринуться в бой толпой мы всегда успеем.

— Боец хочет действовать стратегически… Ладно, продолжай, — сдалась Оливия.

— Я активирую свою способность и на полной скорости войду в поселок с юга. Если будут ловушки — обойду благодаря реакции и укажу вам безопасный путь. Подниму как можно больше шума, чтобы выманить его. Когда он меня обнаружит и поймет, что я один, его сенсоры покажут, что рядом никого нет. Он вряд ли упустит шанс сократить нашу численность.

— И тут вступаем мы? — уточнил Клавдий.

— Нет. В это время ты, Клавдий, зайдешь на окраину по моим следам и затаишься в здании. Выключишь все системы костюма, кроме связи, и будешь ждать. Алекс, занятый мной, не заметит тебя. Я вступлю с ним в бой и буду уворачиваться, используя свою способность. Я говорил, что она действует пять минут, — Зевс немного запнулся, — но на самом деле я приуменьшил. Полная длительность — десять минут.

Оливия и Клавдий синхронно выдохнули от удивления — такие показатели были феноменальны для его ранга.

— Продолжай, — с некоторой серьезностью произнесла Оливия.

— Я сделаю вид, что способность на исходе. И тут в игру вступишь ты, Оливия. Тебе нужно зайти с севера и сымитировать телекинезом энергетическую сигнатуру костюма Клавдия, войдя в радиус действия его радаров. Он подумает, что это подходит подмога, а я же начну «паниковать», давайя понять что время моей способности на исходе и отступать.

— Уже интереснее.

— Я буду отходить в направлении Клавдия, начну специально допускать ошибки, будто выдыхаюсь. Алекс решит, что ты еще далеко, и попытается добить меня до твоего подхода. Когда он за мной кинется на окраине, я резко развернусь и, используя способность на полную, попытаюсь выбить его молотом из поселка в открытую пустыню.

— И тогда мы… — начал Клавдий.

— Тогда ты, Клавдий, активируешь костюм и вступишь в бой. Мы вдвоем удержим его на открытой местности до подхода Оливии.

— А я, когда подойду, мы втроем зажмем его и забьем песок ему во все щели, — с кровожадной ухмылкой закончила Оливия.

— Именно. На открытой местности его трюки сработают хуже, а наше численное преимущество станет решающим.

— Извини, что вспылила, Зевс, — нехотя, но честно сказала Оливия. — Похоже, мое эго еще не отошло от прошлого поражения.

План был принят. Троица разошлась по позициям.

Алекс тем временем неподвижно стоял в засаде, сканируя местность. Он ожидал, что они пойдут с севера, и первым, скорее всего, будет Клавдий. Внезапно на южной окраине послышался отдаленный гул, затем — звук взорвавшейся мины, которую Алекс припас для встречи непрошеных гостей. Он усмехнулся про себя. Наконец-то начинается.

Но на его радаре засветилась лишь одна-единственная метка, несущаяся на бешеной скорости прямо в центр поселка. Это был Зевс. Алекс нахмурился. Что за глупая тактика? Идти в лобовую атаку в одиночку? Это не в стиле Зевса. Значит, это отвлекающий маневр. Где же остальные?

Пока он размышлял, одинокая фигура уже ворвалась на улицу, явно вызывая его на бой. Игра началась. Теперь главное — не попасться в ловушку самому.

Зевс действовал с холодной, выверенной точностью, словно его разум слился с машиной. Его план был кристально ясен, и он воплощал его в жизнь с каждым шагом. Пять мин Алекс расставил на его пути. Две из них Зевс намеренно активировал, подставив под щиты брони, — яркие вспышки и грохот должны были убедить Алекса, что его ловушки работают. Остальные три он бесшумно обошёл, мгновенно помечая их координаты на тактической карте и отправляя метки Оливии. Её путь для преследования должен быть чист.

Всё шло идеально. Как он и предсказал, Алекс, сначала смущённый появлением одного противника, после короткой паузы на сканирование и поиск засады открыл шквальный огонь из своей штурмовой винтовки. Свинцовый ливень проносился в сантиметрах от корпуса брони Зевса. Он уворачивался, танцуя между трассерами, и иногда намеренно подставлял бронированные участки, имитируя тяжёлые, но не критические попадания. Искры сыпались с его брони, система то и дело предупреждала о локальных перегрузках.

Алекс был полностью поглощён целью. Его сознание работало на пределе, анализируя каждый шаг. «Неожиданно. Отправили самого юркого первым. Значит, скорректировали план. Но где же остальные?.. Хм, видимо, разделились. Зевс — разведчик и сапёр. Он вскрывает мои ловушки, очищая путь для основных сил. Умно. Если бы первой шла Оливия или Клавдий, они бы уже были серьёзно повреждены. Чёрт, если бы я мог таскать с собой больше оборудования... Владей я технологией сжатия пространства...» Все эти мысли пронеслись в его голове за считанные секунды, не прерывая и не сбивая точность его огня.

Именно в этот момент на радаре, как по заказу, засветились две новые метки, приближающиеся с севера. «Наконец-то!» — мысленно усмехнулся Алекс.

Увидев это, Зевс немедленно развернулся и рванул на юг, к окраине посёлка, его движения вдруг стали резче, неуклюжее. Он начал «спотыкаться», пропуская всё больше ударов. Системы его костюма замигали тревожным алым — сигналы критических повреждений.

«Способность на исходе! Он выдыхается!» — пронеслось в голове у Алекса. Нужно было добить его сейчас, пока не подоспела подмога. Мгновенно приняв решение, он задействовал свой главный козырь — пьезоэлектрические движки на суставах. С резким, почти неслышным хлопком сжатого воздуха он совершил мгновенный рывок, преодолев десятки метров за долю секунды. В его руке уже вспыхнула клинком плазменная катана.

«С тобой покончено!» — мысль была обречённой и торжествующей.

Но то, что произошло дальше, было выше его понимания.Зевс, чьи движения ещё мгновение назад были заплетающимися, вдруг обернулся с неестественной скоростью. Его молот, гудел низкой частотой, заряженный до предела сконцентрированной энергией молнии. Он заметил едва уловимое движение активации движков Алекса и просчитал его атаку ещё до того, как тот рванул вперёд.

Идеальный контрудар.

Молот со всей силой, умноженной его скрытой способностью, обрушился прямо в грудную пластину Алекса. Удар был чудовищным — не только кинетическим, но и энергетическим. Миллионы вольт пронзили броню, поджаривая схемы и кратковременно выводя из строя системы. Алекса отбросило, как пушинку, на тридцать метров прочь от посёлка, в открытую пустыню. Он врезался в песок, выбив кратер и подняв огромное облако пыли.

— Клавдий, теперь! — крикнул Зевс в комлинк, уже бегом устремляясь за отлетевшим противником.

Алекс лежал в центре воронки. В ушах звенело, визор был покрыт паутиной трещин, сквозь которые он видел затянутое пылью небо. Нарушение целостности систем: «КРИТИЧЕСКИЙ УРОН. ЦЕЛОСТНОСТЬ БРОНИ: 52%. ЭНЕРГОСИСТЕМЫ: 67%.» Его буквально поджарили изнутри. «Так вот как... Они меня обхитрили...» — промелькнула мысль, и на его губах, сквозь боль, появилась сломленная, но искренняя улыбка. Это был гениальный ход.

Десять минут спустя на месте кратера царила картина тотального разгрома. Обломки брони, оплавленные куски оружия и остывающее стекло песка валялись повсюду. В центре всего этого хаоса стоял, дымясь и потрескивая последними искрами, изуродованный экзокостюм Алекса. Трое курсантов, сами едва держась на ногах в потрёпанной, исцарапанной броне, смотрели на это побоище.

— Не могу поверить, что мы его, в конце концов, одолели, — выдохнул Клавдий, снимая шлем и вытирая пот со лба. Его лицо было бледным от усталости.

— Если бы не удар Зевса, который сразу вывел из строя половину его систем, мы бы не справились, — констатировала Оливия. Её голос звучал устало, без привычной ехидцы. Она смотрела на дымящиеся останки костюма с неким уважением.

— Я бы сказал, что без его плана мы сейчас были бы на его месте, — добавил Клавдий, кивая в сторону Зевса.

— Нам просто повезло, — покачал головой Зевс, его голос был спокоен, но в глазах читалась усталость от концентрации. — Я не думал, что его вооружение и броня настолько мощные. Мы выиграли только потому, что он полностью исчерпал энергию. Ещё немного — и его преимущество в технологии стало бы подавляющим.

В этот момент корпус костюма Клавдия скрипнул, и медленно повернулся в сторону Аоекса. Слабый, шипящий от помех голос раздался из динамиков:

— Ты... столько времени... потратил на всё это... Если каждая тренировка будет заканчиваться так, ты останешься не только без штанов, но и без кожи... Стоимость ремонта... астрономическая...

— Такова судьба механиков, — с трудом выдохнул Алекс, и в его голосе слышалась скорее ирония, чем боль.

— Наконец-то я тебя сделал, дружище! — не удержался Клавдий, и на его лице расплылся широкая, уставшая улыбка.

— Всё рано или поздно проигрывают, — философски ответил Алекс. Он сделал паузу, пытаясь отдышаться, а затем его взгляд через треснувшее стекло нашёл Зевса. — Хорошая работа, Зевс. Отличная. Отныне ты официально наш тактик и мозговой центр.

Чуть позже они сидели в местном заведении, жадно уплетая огромные порции еды. Тренировка вытянула из них все силы.

— Наконец-то я смог выбить из тебя всю спесь, — никак не мог успокоиться Клавдий, набрасываясь на стейк.

— Ну-ну, утешай себя, — совершенно спокойно ответил Алекс, разбирая свой бургер. Он выглядел уставшим, но довольным.

— Мы втроём еле-еле победили его с наполовину повреждённым костюмом, — мрачно заметила Оливия, вертя в руках стакан с напитком. — Это был не триумф, а унижение. Как мы собираемся побеждать другие команды, которые тренируются уже неделю?

— Это была всего лишь первая тренировка, Оливия, не стоит драматизировать, — мягко, но твёрдо возразил Алекс. — Мы все совершали ошибки и недооценивали друг друга. Нам нужно время, чтобы понять сильные стороны каждого и научиться их использовать. Сегодня мы сделали первый шаг.

— Согласен, — с набитым ртом поддержал Клавдий. — Никогда бы не подумал, что наш, с позволения сказать, «слабый» товарищ, — он указал вилкой на Зевса, — окажется самым грозным оружием.

— Но нам нужно что-то решить с экипировкой, — вернулся к практической части Алекс. — Я не могу каждый день разносить и восстанавливать тонны оборудования. Даже с учётом переплавки и утилизации — это колоссальные расходы. Я обанкрочусь.

— Как насчёт ВР? — осторожно предложил Зевс. — Виртуальная реальность. Может, это и не идеально, но по крайней мере, ты не обанкротишься после каждой командной тренировки.

Все замолчали. Виртуальная Реальность давно стала рядовой технологией, достигшей почти стопроцентного реализма. В ней можно было симулировать любые условия боя, любое оружие и любой полигон без малейшего риска и ущерба. Но для одарённых, для тех, кто рос через боль и преодоление, у ВР был один фатальный недостаток: она была бесполезной для прокачки опыта. Тело в симуляции не напрягалось по-настоящему, способности не прокачивались, не было получения того самого опыта, который и делал их сильнее. Это была красивая, но пустая иллюзия.

— Тогда нам придётся компенсировать это, — твёрдо сказал Алекс, откладывая бургер. — Больше реальных физических нагрузок, больше работы на реакцию и выносливость вне костюмов. ВР будет полем для отработки тактики и взаимодействия, Мы оставим 2 реальных командных тренировки в неделю, но будем ограничивать силу своих атак, чтобы минимизировать ущерб. — Он посмотрел на своих товарищей. — Иначе мы просто не выдержим гонки за рейтинг

Все пытались предложить ещё какие-то идеи, но после непродолжительного мозгового штурма стало ясно, что лучшего варианта, чем предложенный Зевсом, просто нет. Оливия, скрепя сердце, подытожила:

— Ладно, это хоть какой-то план. Давайте остановимся на нём. Бесконечно торчать здесь мы не можем.

— Тогда решено, — кивнул Алекс. — Последний вопрос, который нам предстоит решить – поиск команды для спарринга. Клавдий, эта задача ляжет на тебя.

— С чего это вдруг я? — возмутился тот. — Я, вообще-то, уже помогал тебе с «хантингом» Оливии и Зевса. Моя миссия выполнена!

— Именно поэтому, — ухмыльнулся Алекс. — У тебя, дружище, дар убеждения и длинный язык. Ты можешь договориться с кем угодно о чём угодно. Это твой конёк.

— Ладно, ладно, снова Боец должен спасать ситуацию, — с преувеличенной обидой вздохнул Клавдий, но в глазах мелькнул азарт. — Но учти, любая команда из топ-16 нас пошлёт куда подальше. Нам остаются лишь аутсайдеры из второго эшелона.

— Их тоже не стоит списывать со счетов, — возразил Зевс. — Любой опыт взаимодействия с живыми противниками бесценен. Хотя бы раз в неделю мы должны проводить полноценный бой против другой команды. Так что найди нам хоть кого-нибудь.

— Принято, босс, — с комичным салютом ответил Клавдий. — Может, ещё кофе подать?

Ребята продолжили ужин, наконец-то перейдя на лёгкие темы, и вскоре разошлись по своим комнатам в общежитии.

Следующее утро Алекс начал с изнурительной тренировки, а после, не теряя ни минуты, направился в свою мастерскую. Предстояла титаническая работа: починить всё повреждённое вчера оборудование и, что главное, собрать с нуля два новых экзокостюма.

Первым в очереди был заказ Клавдия. Тот выбрал чертёж мощной тяжелой брони и настаивал на интеграции модуля для использования «Бойцовского пламени». Как главный танк команды, он жертвовал скоростью ради мощи и живучести. В качестве оружия он запросил топор-молот — универсальное орудие, способное как разрубать лёгкую броню лезвием, так и крушить всё на пути массивным бойком. Дополнял этот арсенал шестиствольный пулемёт «Анигилятор» с лентой на 3000 патронов, способный создавать невероятно плотную стену огня.

Алекс с содроганием вспомнил, как отдал за один лишь чертёж брони «Е+ ранга» баснословные 350 тысяч кредитов. Стоимость чертежей высших рангов была просто заоблачной. К счастью, отец Клавдия, явно возлагавший на сына большие надежды, не поскупился и выделил ему солидный транш на экипировку. Ещё 200 тысяч ушло на материалы и оружие.

Работа закипела. Первым делом Алекс занялся выплавкой бронепластин — это была самая сложная и трудоёмкая часть. Металл гудел в печи, принимая нужную форму под его уверенными руками. Затем он собрал усиленные сервоприводы и установил специальный преобразователь, который должен был утилизировать избыточную энергию «Бойцовского пламени» Клавдия и перенаправлять её для усиления ударов в ближнем бою. Мощный энергоблок костюма потреблял чудовищное количество энергии, но и отдачу обеспечивал соответствующую.

Наконец, последний болт был закручен. Перед ним стоял грозный продукт его труда:

Экзокостюм "Минотавр" (Модернизированный)

Ранг: E+ (Мин. ур. 5, класс: Боец)

Тип: Тяжелая экзоброняПрочность: 7200/7200Вес: 165 кгМощность сервоприводов (руки/ноги): 16/18 тоннВстроенное вооружение: 6-ствольный пулемёт «Анигилятор»Энергоёмкость: 2700 ЕдРасход энергии: 17 ед/мин (пассивный) / 33 ед/мин (активный)Качество: Хорошее (Зелёное)

Бонусы:

Сила +7Ловкость -2Энергия -2«Хм, весьма грозно, — оценил он результат. — Хотя и съедает целых 4 очка к ловкости и энергии, но даёт +7 к силе. При грамотном использовании он сможет в щепки разносить стандартные академические костюмы».

Приступив к ковке топора-молота, Алекс для фона включил новостной канал. Диктор вещал о чём-то скучном: «…На последнем заседании Совета Космического Содружества не смогли опротестовать выход Японской Империи из состава альянса. Корпоративный Кворум явно поддержал японцев, в то время как остальные члены Содружества предпочли сохранить нейтралитет. Также сообщается, что Корпус Галактического Порядка заявил, что не станет, цитата, "вмешиваться в политические дела Союза Независимых Государств"…»

Услышав название «Корпус Галактического Порядка», Алекс на мгновение отвлёкся от работы, погрузившись в мечты. Попасть в КГП было заветной целью любого одарённого. Это была элитная организация, куда брали только сильнейших из сильнейших. Многие годами ждали рассмотрения своей заявки, и большинство получало отказ. Прямое приглашение было уделом единиц-уникумов. Членство давало невероятные привилегии, доступ к уникальным ресурсам и технологии, а также практически неограниченные полномочия в пределах Содружества. Глава Корпуса был единственным известным обладателем SS-ранга, а количество бойцов А-ранга исчислялось сотнями. Они были настоящими хранителями порядка в галактике.

«…На следующей неделе Император Великой Российской Империи примет на своей территории заместителя главы Корпуса Галактического Порядка для обсуждения работы в новом звёздном скоплении. После официальной части состоится военный парад с показом новейших образцов вооружения…»

Вернувшись к реальности, Алекс завершил работу над оружием.

Топор-Молот «Гнев»

Ранг: E+ (Мин. ур. 5)

Тип: Двуручное оружие ближнего бояБронепробитие: E+Урон: 290-400 (стандартный) / 550-900 (заряженный)Энергоёмкость: 900Перезарядка: 2 секЭффективная дальность: 3 мКачество: Хорошее (Зелёное)

Бонусы:

Сила +2Ловкость +1Энергия +1«Отлично. Со всеми бонусами Клавдий будет обладать под 30 единиц силы. Это почти стандарт свежеапнутого D ранга. С ним теперь придется считаться», — с удовлетворением подумал Алекс.

Закончив с заказом для друга, он принялся за костюм для Оливии. Та захотела среднюю броню как компромисс между защитой и мобильностью и попросила встроить в неё набор метательных дисков, которые она могла бы метать с помощью телекинеза.

Алекс выдохнул, вытирая пот со лба. Работа отнимала много сил и времени. Хотя благодаря своим способностям он трудился в разы быстрее любого обычного инженера, его навыки меркли по сравнению с мастерами B-ранга и выше, которые могли силой мысли собирать и разбирать сложные механизмы за секунды. До таких вершин ему ещё было далеко.

Однако у его кропотливого труда был и приятный бонус — опыт. За создание и ремонт оборудования E+ ранга он получал значительно больше очков, чем за боевые тренировки. За последние два дня он «накопил» целых 10 тысяч опыта за ремонт и создание оборудования. Для сравнения за все свои тренировки и бои за 2 дня он успел заработать всего 3200 опыта. Решив не медлить, он немедленно вложил 5000 очков в «Базу знаний:Вооружения» и 2500 — в «Материаловедение».

… База знаний "Базовые механизмы и вооружение" улучшена до 5 ур. Получен бонус: скорость сборки +50%. Дополнительный бонус за достижение 5 ур.: 10% шанс создать предмет Уникального качества (Синий).*

… База знаний "Базовое материаловедение" улучшена до 4 ур. Получен бонус: скорость обработки материалов +40%.*

… Получено 25 новых чертежей (по 5 за каждый уровень базы знаний).

Оставшийся опыт он решил придержать до первых настоящих боёв.

Вечером, после очередной виртуальной тренировки, команда по традиции собралась в кафе.

— Наши посиделки здесь уже начинают походить на ритуал, — заметил Клавдий, с аппетитом уплетая бургер.

— А что? Удобно, — пожал плечами Алекс. — С нашим графиком иначе и поесть нормально не успеваем. Итак, планы на неделю.

Оливия, отодвинув тарелку, приняла серьёзный вид:

— С завтрашнего дня открывается доска миссий и становится доступен вызов на индивидуальные дуэли. Начнётся настоящая борьба за рейтинг. Вызов можно бросить только два раза в неделю, так что каждый должен постараться заработать максимум баллов.

— Всего два раза? — разочарованно протянул Клавдий. — Я думал, можно будет дёргать кого угодно когда угодно.

Оливия посмотрела на него с раздраженным лицом:

— Ты что, вообще правила не читал? Дуэли проводятся только на официальном полигоне по вторникам и пятницам в 15:00, под присмотром кураторов. Они следят, чтобы никто не пострадал. Каждый ставит на кон до 100 рейтинговых баллов. Победитель забирает всё.

— Спасибо, миледи, ты просто ходячая энциклопедия правил, — с преувеличенным придыханием сказал Клавдий, строя глазки Оливии.

Ответом ему стал помидор, точнее, кусок багета, щедро смазанный соусом, который со всей дури приземлился ему на лоб. Оливия даже не поморщилась, сохраняя ледяное выражение лица.

— Хватит клоунады, Клавдий, — холодно произнесла она. — Лучше скажи, ты нашёл наконец команду для спаррингов или только языком чешешь?

Клавдий, сгримированный под индейского вождя томатной пастой, с комичной торжественностью вытер лицо салфеткой и скорчил Оливии рожу.

— На самом деле, ваше величество, ваш покорный слуга не сидел без дела. В общем, есть два варианта. «Красные Соколы» на 22-м месте и «Спектры» на 35-м.

Алекс удовлетворённо кивнул.

— Это даже лучше, чем я ожидал. Что по составу?

— Ну, у «Соколов» — два Бойца и два Эспера. В «Спектрах» — один Боец, два Эспера и Псионик. Механики, как видишь, не в чести, — пожал плечами Клавдий.

На лице Алекса мелькнула тень разочарования — он хотел, чтобы команда потренировалась против одарённых всех классов. Но тут его глаза хитро сузились, и на губах появилась знакомая ухмылка. «Если всё пройдёт хорошо, я смогу предложить им свои услуги по ремонту и модернизации брони. Наконец-то появится шанс подзаработать».

— Отлично. Забей им тренировку на среду и субботу. У нас будет два дня, чтобы в ВР подготовиться к первому бою с реальной командой.

— Кстати, а когда мы с Оливией уже сможем опробовать наши новые «игрушки»? — нетерпеливо спросил Клавдий, уже представляя себя в новой броне.

— В принципе, всё готово. Можем сходить в мастерскую прямо сейчас.

— Тогда чего сидим? Погнали! — с энтузиазмом вскочил Клавдий, чуть не опрокинув стол.

Зевс, который всё это время молча клевал носом над тарелкой, поднял на них усталые глаза.

— А можно я... возьму еду с собой? — выдавил он и принялся лихорадочно заворачивать в салфетку недоеденный бургер.

Через двадцать минут они уже стояли в мастерской Алекса. Тот с театральным жестом подошёл к двум внушительным фигурам, скрытым под брезентом.

— Готовьтесь лицезреть плоды моих бессонных ночей и титанических усилий! — с пафосом объявил он и дёрнул за верёвку. Брезент с шумом упал на пол. — Возвраты и обмены не принимаются!

Клавдий с благоговейным вздохом, словно паломник, узревший святыню, ринулся к своему костюму, едва не сбив с ног самого творца. Он с жадностью изучил характеристики на встроенном дисплее, облачился в броню с ловкостью, удивительной для такой махины, и с мощным гулом включил системы. Взяв в руки топор-молот, он с удовольствием размахнулся им, едва не задев стеллаж с инструментами.

— Эй, осторожнее! — крикнул Алекс. — Это мастерская, а не полигон для разрушений!

— Не порти кайф, чувак! — засмеялся Клавдий, любуясь своим отражением в полированном металле. — С этим комплектом у меня +9 к силе! Я теперь буду как скала! Непробиваемая и несокрушимая!

Алекс лишь покачал головой и подошёл к Оливии, выводя характеристики её снаряжения на большой экран.

Экзокостюм "Стрела" (Модернизированный)

Ранг: E+ (Мин. ур. 5, класс: Псионик)

Тип: Средняя экзоброняПрочность: 5600/5600Вес: 105 кгМощность сервоприводов (руки/ноги): 13/15 тоннВстроенное вооружение: Диски «Голдвилл»Энергоёмкость: 2700 ЕдРасход энергии: 17 ед/мин (пассивный) / 33 ед/мин (активный)Качество: Хорошее (Зелёное)

Бонусы:

Энергия +3Разум +2Выносливость -2Оливия не могла скрыть довольной улыбки. Общий прирост в +5 к ключевым для её класса характеристикам был более чем впечатляющим. А когда она увидела своё оружие, то буквально влюбилась с первого взгляда. Диски «Голдвилл» были изделием инженерного искусства — серебристые, с идеально отполированными смертоносными зубьями, напоминающими диски циркулярной пилы. Встроенные микродвигатели позволяли им вращаться с устрашающей скоростью.

Диски «Голдвилл»

Ранг: E+ (Мин. ур. 5)

Тип: Специализированное метательное оружиеБронепробитие: E+Урон: 190-300 (стандартный) / 350-700 (заряженный)Скорость вращения – 40000 об\минЭнергоёмкость: 700Перезарядка: 3 секЭффективная дальность: 3 мКачество: Хорошее (Зелёное)

Бонусы:

Сила +3Разум +1— Спасибо, Алекс, — тихо, но искренне сказала Оливия, уже мысленно представляя, как эти диски будут рассекать воздух под контролем её телекинеза.

Осмотр завершился, и команда стала расходиться. Зевс, так и не доев свой бургер, решил заскочить в магазин у общежития перед тем, как окончательно вырубиться. Ассортимент в ночной лавке был скудным, и его любимого напитка не оказалось. Ворча себе под нос, он взял бутылку минералки и направился к выходу.

Именно в этот момент в магазин ввалилась шумная компания. Это была команда Еврентия возвращавшаяся с поздней тренировки. Еврентий, их капитан, шёл впереди, а Эльза о чём-то оживлённо болтала с ним. Их второй боец, Логвинов Сергей, уже вовсю бравировал своими успехами:

— Ха, вы видели, как я выбил душу из их эспера? В той команде одни слабаки! Непонятно, как они вообще держатся на седьмом месте!

— Не задирай нос, Серёжа, — спокойно заметил псионик команды Денис Смирнов. — Они ещё просто не сработались. У них интересная тактика, если они её отточат, то станут серьёзными соперниками.

— Да брось! У нас только два реальных конкурента, остальное — мусор, — самоуверенно парировал Логвинов.

Их взгляды упали на скромную фигурку у кассы. Сергей ехидно ухмыльнулся.

— О, смотрите, кто тут у нас! Какой модник! — он пригляделся. — Так это же тот самый «Бог пердежа»!

Эльза тоже узнала Зевса.

— А, это тот лузер, который теперь тусуется с Петровым и его бандой аутсайдеров. «Рокот», кажется? Непонятно, как они умудрились впихнуться на тринадцатое место.

— Хах, это та команда, где тот придурок, который тебя на занятиях унизил? — подначил Сергей Эльзу.

— Заткнись! Ему просто повезло! — вспыхнула та.

Зевс, стараясь не смотреть в их сторону, уже почти вышел, когда грубая рука схватила его за плечо.

— Эй, «Бог пердежа»! — просипел Сергей. — Как такого слабака, как ты, вообще взяли в команду? Там что, надо было всем вздрочнуть после занятий и умолять взять?

Зевс побледнел. Этот зазнавшийся мудак Логвинов постоянно к нему придирался, и чаша терпения была переполнена. Усталость, злость и накопившееся унижение прорвались наружу.

— Отстань, Логвинов. Я устал, и ты мне не интересен, — тихо, но чётко произнёс он, пытаясь вырваться.

Сергей опешил от такой наглости. Его лицо исказилось злобной гримасой.

— Что-о? Ты что, сволочь, мне сказал? Да я тебя…

Он не успел договорить. В глазах Зевса вспыхнули молнии чистейшей ярости. Время вокруг него замедлилось. Он не думал, не рассчитывал — сработал инстинкт. Воспоминания обо всех унижениях, насмешках и подзатыльниках слились в один мощный импульс.

Его рука, сжатая в кулак, метнулась вперёд с такой скоростью, что была почти невидима. Удар, усиленный всплеском его способности, пришёлся точно в челюсть самоуверенного бойца.

Раздался глухой, костистый хруст. Сергей Логвинов, могучий боец из команды «Валькирия», с глупым и крайне удивлённым выражением лица отлетел в сторону, как мешок с опилками, и грохнулся о стеллаж с чипсами, подняв облако пыли и рассыпав упаковки по всему полу.

В магазине повисла гробовая тишина. Даже кассир замер с открытым ртом. Эльза и Денис смотрели на отключившегося Сергея, потом на Зевса, который стоял, тяжело дыша, с дымящимся от перенапряжения кулаком.

Он и сам не мог поверить в то, что только что сделал.

Глава 8

Глава 8. Первая дуэль Зевса

Логвинов вскочил на ноги с рыком раненого зверя. Его лицо, ещё секунду назад глупое и удивлённое, пылало яростью. Чтобы этот молокосос, этот никчёмный «Бог пердежа», посмел поднять на него руку? Бойца из топ-10? Это был вызов, который нельзя было оставить без ответа.

— Ты… мразь! — просипел он и, не раздумывая, набросился на Зевса.

Даже с активированной способностью и недавней прокачкой, без своего экзокостюма Зевс был всего лишь живой мишенью против разъярённого Бойца в ближнем бою. Удары сыпались на него градом. Он пытался уворачиваться, блокировать, но сила Логвинова была подавляющей. Евгений и остальные сначала наблюдали за избиением со смешанным чувством презрения и любопытства, позволяя Сергею выпустить пар. Но когда в ход пошли всё более жёсткие, откровенно калечащие удары, капитан «Валькирии» скомандовал, властно и холодно:

— Хватит, Сергей. Не хватало нам ещё дисквалификации из-за этого отброса.

Логвинов замер, его грудь тяжело вздымалась. Он посмотрел в глаза Зевсу, который, едва стоя на ногах, весь в синяках и ссадинах, не отводил взгляда. В его глазах не было страха — только тупая, животная ненависть и горькое унижение.

— Не забывай своё место, ублюдок, — прохрипел Сергей и, прежде чем отойти, нанес последний, финальный удар, отправляющий Зевса в беспамятство.

Повернувшись к перепуганному продавцу, Логвинов достал голофон. — Дайте номер счета. — Получив данные, он с остервенением перевел на него миллион кредитов. — Этого хватит, чтобы забыть, что ты здесь сегодня видел? — Продавец лишь замотал головой, и команда «Валькирии» гордо удалилась, оставив на полу окровавленное тело.

Спустя несколько минут Зевс очнулся от пронизывающей боли. Продавец, всё ещё бледный, помог ему подняться.

— Паренёк, ты в порядке? Мне вызвать медпомощь? Кого-нибудь позвать?

— Не надо… я сам, — с труда выговорил Зевс и через голофон связался с Оливией. Его голос был хриплым, пропитанным злобой и стыдом. — Приходи в магазин «333». Нужна помощь.

— Что случилось? — сразу насторожилась она, уловив нотки в его голосе.

- Просто прих.. кхэ..кхэ…приходи поскорее.

— Десять минут, — лишь ответил она.

Оливия примчалась быстрее. Увидев его разбитое лицо и окровавленную одежду, она остолбенела, а затем её глаза наполнились холодной, безудержной яростью. Они были командой всего несколько дней, но это уже значило для неё всё.

— Кто это сделал? — её голос прозвучал тихо и опасно.

Зевс, сдерживая стоны, кратко объяснил. Ярость Оливии лишь возросла.

— Я заставлю этих ублюдков пожалеть, что они родились!

— Нет, — твёрдо, сквозь сжатые зубы, произнёс Зевс. — Это мой вызов. Я брошу ему вызов на дуэль сам. Официально.

— Наш скромняга наконец-то отрастил яйца, — в её голосе прозвучало нечто вроде уважения. — Ладно, давай, помогу добраться до медкапсулы.

На следующее утро команда собралась перед занятиями. Медкапсула сотворила чудо — на вид Зевс был свеж и здоров, без единой царапины. Но в его глазах горел новый, незнакомый им огонь. Оливия кратко изложила суть происшествия.

Клавдий взорвался первым, сжав свои кулачищи. — Я порву этого ублюдка! Он из бойцов? Я покажу ему, что бывает, когда трогают моих тиммейтов!

— Нет, Клавдий, — спокойно, но непреклонно остановил его Зевс. — Я сегодня же брошу ему вызов. Официально. Я поставлю его на место сам. Не хочу, чтобы нас дисквалифицировали из-за уличных разборок. У меня будет время до завтра, чтобы продумать стратегию боя.

Алекс, всегда ненавидевший таких зазнаек, кипел от желания самому проучить Логвинова. Но он понимал логику Зевса.

— Ты уверен, что справишься? Он боец из топ-10. Даже в твоём костюме и с молотом тебе будет тяжело. Я могу вызвать его — он будет умолять о пощаде, — предложил он.

— Я справлюсь, — уверенно заявил Зевс. — Он силён, но слишком самоуверен. Он не ждёт от меня настоящего боя. Я использую это.

— В таком случае, я дам тебе пару советов, — включился Клавдий. — Я видел, как он дерется. Он любит давить массой, но плохо работает ногами в ближнем бою. Ты можешь зайти с фланга…

На занятиях по «Основам космических боёв» царила напряжённая атмосфера. В аудиторию вошла высокая, подтянутая женщина в безупречной адмиральской форме. Её взгляд, острый и всевидящий, мгновенно заставил замолчать даже самых болтливых.

— Доброе утро, курсанты. Я — Леонова Алла Васильевна, контр-адмирал 4-го флота в отставке. Я буду вести у вас «Основы космического боя». Понимаю, все ваши мысли сейчас о Военных играх, но вы должны усвоить: умение сражаться в космосе на боевых кораблях не менее важно, чем «бряцание мускулами» на земле.

Клавдий, сидевший сзади, не удержался и шепнул Алексу: — Чувак, преподша — просто огонь! Я бы многое отдал за вечер с ней. Посмотри на эту фигуру!

— Ты совсем идиот? — фыркнул Алекс. — Ей под стосемьдесят лет, не говоря уже о том, что она, псионик B+ ранга и может выжечь твои мозги силой мысли.

— Да ладно, дай помечтать! — не унимался Клавдий. — Я уверен, она истосковалась по мужскому вниманию. Все её боятся, как огня…

Он не успел договорить. Его последняя фраза, громкая и чёткая, прозвучала из динамиков аудитории. Весь курс замер, а затем взорвался оглушительным хохотом. Алла Васильевна стояла неподвижно, с лёгкой, почти незаметной улыбкой на губах. Её пассивная способность «Всеобщее восприятие» позволяла ей слышать и анализировать каждый шёпот в помещении.

— А я, господин курсант, действительно истосковалась, — её голос был ледяным и точным, как лазер, — по умным курсантам. Просветите нас, пожалуйста, по классификации кораблей во флоте.

Клавдий замер, его лицо стало малиновым. — Э-э… Ну…

— Вы что, разучились говорить? — мягко спросила преподавательница.

— Су… существующая классификация… была принята в 595 году после Исхода… — Клавдий, запинаясь, начал выдавать заученные когда-то данные. — Корабли делятся на классы по размерам… Лёгкий истребитель… до 12 метров… одноместный… пушки 3-го калибра… ракеты «космос-космос»… без гипердвигателя…

— Молодец, курсант…? — протянула Алла Васильевна.

— Соколов. Клавдий Соколов, госпожа контр-адмирал.

— Продолжайте, Соколов.

Под всеобщим вниманием Клавдий, краснея и бледнея, перечислил тяжёлые истребители, десантные корабли, корветы и эсминцы, путаясь в цифрах, но в целом удерживая канву.

— Я вижу, у вас неплохие познания, курсант. Не желаете провести остаток лекции за меня? — в её голосе звенела сталь.

— Н-не стоит, профессор. Думаю, только вы компетентны в этом вопросе, — выдохнул Клавдий.

— В таком случае, садитесь и слушайте внимательно. Очень внимательно.

Клавдий рухнул на сиденье, обливаясь потом. Алекс едва сдерживал смех. Алла Васильевна обвела аудиторию взглядом.

— Итак, этот «красивый», «молодой» и «мускулистый» курсант начал нам рассказывать про классификацию, — она снова едва заметно выделила голосом слова Клавдия, и аудитория снова взорвалась смехом. — Поэтому мы подробно разберём все типы кораблей, начиная с того, что он упустил.

Она продолжила лекцию, чётко и ясно описывая крейсеры — как основную боевую единицу флота, линкоры — огромные высоко бронированные корабли прорыва, и, наконец, дредноуты — легендарные «планетоубийцы».

— Эти исполины, длиной свыше полутора километров, — её голос зазвучал с почти религиозным трепетом, — по огневой мощи превосходят три линкора или пять крейсеров. Согласно договору Совета, ни одно государство не может иметь более двадцати пяти дредноутов. Цена одного такого корабля сравнима со стоимостью двадцати крейсеров. Лишь три державы могут позволить себе такую роскошь: Российская Империя, Соединённые Космические Штаты и Корпоративный Кворум. И запомните, курсанты, — она сделала паузу, чтобы подчеркнуть важность, — командовать таким кораблем в нашем флоте имеет право только офицер в звании не ниже вице-адмирала.

Зевс сидел, сжав кулаки. Его мысли были не о космических гигантах, а о предстоящем бою. Завтра он докажет всем, что его место здесь было не шуткой.

Лекция контр-адмирала Леоновой виртуозно балансировала на грани смертельной серьёзности и едкой иронии. Каждый раз, когда её взгляд скользил по задним рядам, Клавдий невольно съёживался, ожидая нового унижения. Но Алла Васильевна, сделав своё дело, переключилась на материал, заставив всю аудиторию, включая рассеянного Зевса, погрузиться в тактико-технические характеристики ударных крейсеров.

- Теперь давайте разберем кратко поговорим про состав нашего флота:

У нас имеется 5 основных флотов, каждый из которых отвечает за определенный сектор. Всего у нас порядка 16 тысяч кораблей, из них 25 дредноутов, 40 линкоров и почти 500 крейсеров. В составе каждого флота также имеется по 5 авианосцев, каждый из которых может по необходимости перебросить из системы в систему больше 200 легких и тяжелых истребителей.

Наконец лекция подошла к концу, и Контр-Адмирал Леонова дала всем задание:

- Вам всем необходимо подготовить сравнительный анализ нашего космического флота с другими государствами членами Космического содружества, рассмотреть количество кораблей, какого они поколения, их слабые и сильные стороны. Курсанты бросились к выходам, но голос преподавательницы, усиленный системой, остановил одного из них:

— Курсант Соколов. Ко мне.

Сердце Клавдия упало куда-то в ботинки. Он посмотрел на Алекса с немым воплем о помощи, но тот лишь пожал плечами с выражением «сам виноват» и растворился в толпе. Нехотя Клавдий поплелся к кафедре.

Алла Васильевна медленно спокойно смотрела на него и молчала, давая ему время понервничать.

— Любопытно, — начала она, не глядя на него. — Знания у вас есть. Сырые, несистематизированные, но есть. Гораздо больше, чем у среднего курсанта вашего уровня. Но мозги, похоже, полностью отключены там, где требуется хотя бы намёк на дисциплину и субординацию.

Клавдий молчал, уставившись в пол.

— Вам повезло, что я сегодня в настроении дать второй шанс, — она наконец подняла на него глаза. Его пронзил острый, пронизывающий взгляд опытного псионика. — Ваша болтовня о том, что я «истосковалась по мужскому вниманию», стоила бы вам месяца отработок в тренажёрном зале с тройной гравитацией. Но я вижу в вас потенциал. Растрачивать его на глупые шутки и бахвальство — преступление.

Она сделала паузу, давая словам просочиться.

— Поэтому вы получаете от меня персональное задание. К следующей нашей лекции подготовьте развернутый доклад по тактике применения тяжёлых истребителей против крейсеров вражеских флотов. Со всеми расчётами, схемами манёвров и анализом слабых точек. Объём — не менее двадцати страниц. Всё ясно?

Клавдий лишь кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Задание было адским, но альтернатива была явно хуже.

— Свободны.

Он выскочил из аудитории, чувствуя себя так, будто его только что помиловали перед самой казнью.

Тем временем Зевс уже стоял перед электронной доской вызовов на главном портале Академии. Его палец дрожал над сенсорным экраном. Он нашёл имя — Логвинов Сергей, команда «Валькирия», рейтинг: 9-е место. Рядом пульсировала кнопка «Бросить вызов».

«Он слишком самоуверен. Он не ждёт от меня настоящего боя», — повторял он про себя слова, сказанные утром, пытаясь заглушить голос страха.

Он нажал на кнопку. Система запросила ставку. Максимум — 100 рейтинговых баллов. Не колеблясь, Зевс выставил максимум. Хотя у него было всего 50 баллов, система дала ему сделать ставку, так как у его соперника было более 100 баллов, однако в случае проигрыша он ушел бы в минус, кроме того, его команда с такой потерей рейтинга вылетит из топ-16. Он ставил на кон всё. Свой скромный рейтинг, своё положение в команде, своё только что обретённое самоуважение.

Вызов был отправлен. Оставалось только ждать.

Ответ пришёл почти мгновенно. Система уведомила его громким, на всю площадку, голосом:

«Курсант Логвинов Сергей принял вызов от курсанта Зевса. Дуэль состоится во вторник, 15:00, на центральном полигоне. Ставка: 100 рейтинговых баллов».

По площади прокатился гул удивления и любопытства. Все оборачивались на Зевса, который старался сохранять каменное лицо. Кто-то усмехался, кто-то смотрел с недоумением. Вызов от аутсайдера из новообразованной команды к бойцу из топ-10 — это было беспрецедентно.

Из толпы к нему сразу же прорвались Алекс и Оливия.

— Ты это серьёзно? Сто баллов? — в голосе Оливии звучало не столько осуждение, сколько тревожное восхищение его безумием.

— Либо пан, либо пропал, — коротко бросил Зевс.

— Ну что ж, — Алекс вздохнул. — Раз так, значит, будем делать из тебя пана. Клавдий уже ждёт в тренировочном зале. У нас есть один день, чтобы придумать, как тебе не отдать свои уши этому громиле.

Увидев, что Сергею бросили вызов, да ещё и поставив на кон 100 баллов, Еврентий был в приподнятом настроении. Эти кретины добровольно отдают ему баллы. Поняв, что остальные члены команды "Рокот" могут кинуть им вызов также, он решил действовать на опережение и кое-что придумал. Он сразу же связался с капитаном команды на 14 месте.

ￚ У меня к тебе дело Василий, в течение 5 минут бросьте вызов команде «рокот» на дуэль.

ￚ И зачем нам это делать?

ￚ Вот зачем, после чего Еврентий перевёл 4 миллиона на счет Василия

ￚ Хм, в таком случае у нас есть сделка, увидев уведомление о поступивших кредитах, он сразу понял, что все это из-за досадного проигрыша Еврентия на спарринге ещё до пробуждения.

Хотя все они были в основном богатыми, он все равно не отказался бы от такой халявы, в любом случае им пришлось бы столкнуться с ними рано или поздно. Он приказал своим тимейтам кинуть вызов оставшейся команде "Рокот"

Команда "рокот" тем временем бурно обсуждали свои дальнейшие действия.

ￚ Зевс кинул свой вызов, как насчет кинуть вызов оставшейся команде «Валькирия», нам все равно нужно их проучить, - предложил Клавдий

- Я точно за, - сразу же согласилась Оливия

- тогда я возьму на себя …, - неуспев договорить Алекс увидел уведомление о вызове, посмотрев на удивлённых тиммейтов он понял, что они видят тоже самое.

- Чертов ублюдок Еврентий – Клавдий озвучил то что было на уме у оставшейся команды.

Тренировочный зал оглашался ритмичным стуком молота о манекен. Клавдий, облачённый в свой новый костюм «Минотавр», показывал Зевсу базовые комбинации.

— Смотри, он любит идти в лоб. Сила — его главный козырь. Твоя задача — НИКОГДА не принимать его удар напрямую. Твой молот — не для блокировки, понял? Только для контратак. Ты быстрее. Используй это.

Они отрабатывали связки снова и снова. Алекс следил за показателями с планшета, давая советы по энергопотреблению и использованию. Оливия, в свою очередь, подсказывала наиболее лучшие моменты для контраатак

— Он будет пытаться вывести тебя из равновесия, — говорила она, и в следующий момент волна телекинетического давления обрушивалась на Зевса, едва не сбивая его с ног. — Не концентрируйся только на его кулаках!

Три часа пролетели как одна минута. Когда прозвучал сигнал, оповещающий об окончании тренировки, Зевс был мокрый от пота, его мышцы горели, но в глазах была стальная решимость.

Алекс посмотрел на Зевса, понимая, что хотя у него действительно мало шансов, он был крайне мотивирован. Сергей же врятли ожидает какого-то отпора, и это единственный момент, которым можно воспользоваться.

На следующий день после занятий Центральный полигон был забит до отказа. Слух о дерзком вызове разнёсся по всей Академии. В первых рядах стояла вся команда «Валькирия» — Еврентий, Эльза и Денис с снисходительными ухмылками. Логвинов уже ждал в центре арены, разминая плечи. Его тяжёлый экзокостюм выглядел монолитно и угрожающе.

Перед боем вся команда рокот собралась возле полигона и пыталась настроить Зевса на грядущий бой. Осталось всего 20 минут до решающего момента, и Алекс решил дать последние рекомендации:

- Мы навели кое какие справки, в общем хотя мы не знаем точных характеристик его брони и оружия, есть общее представление. Он использует тяжёлую брони серии "Мамонт", она имеет колоссальное количество брони и даёт как минимум +5 к силе. Эльза достаточно хороший механик поэтому также могла придумать полезные улучшения. В качестве оружия он использует бронированные кулаки, интегрированные в броню, которые только в стандартном исполнении дают +2 к силе.

- То есть его показатель силы со всеми бонусами будет не меньше 25, это, не беря в расчёт его способность бойцовского пламени. - добавил Клавдий

- Заткнитесь вы уже, такое ощущение что вы пытаетесь его запугать, - прервала их Оливия. - послушай Зевс как бы он не был силен, он будет слишком самоуверенным и будет стараться завершить бой как можно быстрее. У тебя преимущество в скорости, и ты просто должен правильно все просчитать.

- Это так, я по спрашивал тех, кто с ним спарринговался и основной упор он делает на показатели Сила и Прочность, однако его выносливость и ловкость очень ограничена - добавил Клавдий

Алекс при помощи интерфейса отправил Зевсу схему брони серии "мамонт".

- Я вывел тебе на схеме 3 ключевые уязвимые точки, врятли Эльза смогла что-то с этим сделать. Повредив эти две - он подсветил на схеме два модуля, - ты значительно ограничишь его движения, хотя это и не выведет броню из строя, ему придется задействовать энергию своего тела, чтобы компенсировать.

- Твоя главная цель - повредить его энергоблок за спиной. Не вздумай сразу же пытаться его повредить, хоть он и считает тебя слабаком, он не идиот и сможет легко тебя разгадать и в поймать в ловушку. Я поработал над твоим костюмом ночью и смог интегрировать пьезоэлектрические движки в него. Хоть они будут и не так хороши, как вкупе с моим костюмом, но это позволит тебе иметь ещё большее тактическое преимущество. Однако они потребляют много энергии, поэтому не используй их бездумно.

Зевс стоял напротив Сергея, ожидая объявления боя. "Итак первый мой шаг уклонятся от его ударов, не за действуя своей способности. Я должен его раз дразнить чтобы он начал выходить из себя. Если я продержусь пару минут он явно взбесится и захочет прикончить меня одной единственной контратакой. Тогда он наверняка задействует своё бойцовские пламя..

Размышления Зевса прервало объявление о начале боя. Бой продлится до момента выбывания одного из соперников. Выбыванием считается покидание зоны боя, бессознательное состояние участника, или добровольная сдача. Запрещено наносить травмы, угрожающие жизни.

10...9...8...7...6... Отсчёт неумолимо шёл вперёд, а Сергей решил напоследок поиздеваться над этим щеглом:

ￚ Сделай всем одолжение встань на колени, извинись и сдайся, тогда я может буду добреньким и не стану слишком сильно ломать твои кости

ￚ Я могу предложить тебе сделать тоже самое - дерзко ответил Зевс

Их голос транслировался на зрительские места и когда все услышали, что Зевс оставался непреклонным команда "Валькирия" взорвалась смехом. Денис сказал Еврентию:

ￚ видимо он мазохист и ему было мало побоев в прошлый раз

ￚ Ну для нас не важно почему он бросил вызов Сергею, это целых 100 халявных баллов

... 2...1... Бой!!! Сергей сразу же кинулся вперёд. Он планировал уничтожить этого лузера в течении минуты. Однако он был поражён, когда увидел, что Зевс также бежит ему навстречу - ну и дебил, мог бы по крайней мере попробовать потянуть время своей кончины.

Когда Сергей наконец сблизился он изобразил что сделал мощный замах левой, и тут же выкинул удар правой, целясь Зевсу в голову. Зевс еле как уклонился, и тот зацепил его лишь по касательной и искры посыпались из его шлема. Сильная боль пронзила его, и несмотря на это он перекатился и встал в стойку

... Получен урон по Головной части брони 250 ед. Прочность снижена 500/750

Он задел всего-лишь по касательной и уже снес мне 250 ед. брони, мне надо быть осторожнее, - пронеслось в голове Зевса когда он делал перекат.

Сергей набросился на Зевса и продолжал наносить множество ударов, Зевс старался уклонятся и изредка даже пытался наносить ответные удары молотом, однако его техника боя по-прежнему была посредственной. Он не мог уклонится от всех ударов и уже потерял 1500 ед. Брони. Неожиданно Сергей вместо очередного удара кулаками, сделал прыжок и нанёс мощнейший удар с разворота ногой, Зевс, не предвидевший этой комбинации, пропустил удар в грудь и отлетел на десяток метров, пробив кирпичный забор, находящийся позади него.

ￚ И как только такой слабак осмелился бросить мне вызов, мое предложение ещё в силе, умоляю меня о пощаде щенок, сказал он и медленно направился в сторону лежавшего Зевса.

Зевс выплюнул кровь из-за рта, он сломал себе несколько рёбер, а его броня потеряла ещё тысячу единиц прочности. Посмотрев на свои состояние через интерфейс он вздохнул, система оценила, что у него было 73% здоровья. "Так не пойдет, я полностью отдал инициативу, нужно немного выбить его из колеи" Зевс медленно встал и ответил:

ￚ А я считаю что на коленях должен стоять ты, и крепко сжал молот в руке

Сергей рыкнул от ярости и бросился на Зевса, - тогда я перестану с тобой играть. В момент, когда он заносил свой удар, Зевс активировал пьезодвижки и моментально оказался позади того, нанося удар молотом, заряженным его молниями, и ударил прямо в первую уязвимую точку брони Сергея. Тот отлетел на несколько метров и по его броне разбивались электрические разряды.

Сергей взглянул на показатели брони и понял, что потерял целых 1200 ед., но он был взбешен не этим, а тем, что вообще позволил этому говнюку выкинуть такой трюк. Кроме того, его костюм потерял 25% подвижности, и он сразу почувствовал, что ему стало двигался намного сложнее и прилагая куда больше усилий. Решив, что с него хватит этого цирка, он активировал своё бойцовское пламя и в один прыжок оказался перед Зевсом сразу же нанося мощный удар правым бронекулаком.

Однако в этот момент Зевс наконец активировал свою способность и одновременно уклоняясь от его кулака нанёс удар снизу вверх своим молотом по шлему Сергея, от чего тот вновь отлетел на пару метров.

Сергей, которого 2й раз застали в врасплох, был полностью поглощён гневом. Этот ублюдок выставлял его на посмешище перед всей академией. Он решил во чтобы то не стало размазать этого ублюдка и зарядил свои кулаки максимальным количеством бойцовского пламени. Когда его удар достигнет этого сопляка его броне будет нанесён катастрофический ущерб.

Он решительно побежал на Зевса и при помощи обманного манёвра нанёс по нему удар, Зевс под действием способности и пьезодвижков попытался уклонится, но понял, что из-за инерции у него не получится полностью избежать удара, тогда за миллисекунду он принял решение нанести тому удар молотом, нацелив его во вторую уязвимую точку. Раздался невероятно громкий звук от взаимных попаданий и посыпались искры. Оба отлетели на приличное расстояние.

Все зрители были в шоке. Куратор же решил разбавить обстановку и сказал в микрофон:

ￚ Наша первая дуэльная пара закатила невероятный бой. Никто не хочет отдавать победу, давайте похлопаем этим курсантам.

Раздались оглушительные аплодисменты со зрительских трибун. Команда "Вальдивия" же явно были смущены тем, как проходит этот бой. Денис заявил:

ￚ Этот выпендрежник нас позорит, как можно позволить такому слабому Эсперу нанести себе такой урон

Еврентий тоже был смущен, но всё ещё был уверен в победе Сергея:

ￚ Хотя согласен, что Логвинов слишком легкомысленно подошёл к бою, преимущество все равно на его стороне. Посмотри на костюм его противника, он почти разваливается. Одно два попадание и Сергей его уничтожит. Он уже показал все свои козыри, и больше не сможет ничего показать.

ￚ Этот чертов механик хорошо поработал над его оборудованием и смог помочь раскрыть Зевсу потенциал, но он все равно проигрывает ему по своим показателям. Думаю, все скоро завершится - добавила Эльза, которая хоть и ненавидела Алекса, была впечатлена его механизмами.

Зевс лежал и пытался прийти в себя, его интерфейс был засыпан уведомлениями от критических повреждений. У его костюма осталось лишь 1250 ед. прочности, все системы потеряли свою производительность на 50%. Он вывел на свой интерфейс боевые показатели Сергея, которые система смогла распознать:

Логвинов Сергей

Уровень: 6

Ранг E+

Уровень мощи - ?Сила: 16 (+8) +(8)Интеллект - 5Ловкость - ?Выносливость - ?Прочность – 12Энергия - 7Разум - ?С бонусами костюма и его бойцовского пламени у него было 32 ед. силы, это почти стандарт D класса после повышения в ранге! Хорошей новостью было то, что он смог повредить 2й уязвимый модуль в его костюме. Однако экзокостюм Зевса представлял из себя жалкое зрелище, тогда как у его противника осталось почти половина брони.

Сергей с трудом встал и понял, что его костюм потерял 50% подвижности, ему приходилось прилагать большое усилие чтобы двигаться, но увидев, что его противник из себя представляет груду металлолома он понял, что уже победил. Один удар, всего один удар и этому фарсу будет положен конец, направив свою внутреннюю энергию на костюм, чтобы компенсировать повреждения он отправился добивать этого таракана. Он на мгновение посмотрел на показатель своей энергии и выносливости он увидел, что у него осталось всего 30%, он никогда не сомневался в себе и был уверен, что ему этого хватит.

"Мне остаётся его вымотать, чтобы был шанс нанести ему решающий удар по его энергомодулю и вывести его костюм из строя." Зевс решил сосредоточиться на уклонении, полностью сконцентрировавшись на уходе от атак, ожидая пока у Сергея кончится энергия.

Когда Сергей наконец достиг Зевса он накинулся на него со взрывными комбинациями, каждый раз пытаясь использовать новые приемы. Однако из-за повреждений его костюма, Зевс методично уклонялся от его ударов или же блокировав их молотом. Спустя полминуты, увидев, что плотность атак Сергея замедляется он решил сделать ход, направляя энергию в молот. Зевс намеренно показал брешь в обороне и Сергей мгновенно начал заносить удар - сдохни, чертов таракан.

Зевс в мгновение активировал пьезодвижки и взмыл в воздух над Сергеем, одновременно со всей силы швыряя молот в энергоблок. Через мгновение произошел взрыв и раскуроченный костюм Логвинова отбросило на десятки метров.

"Неужели я победил" - пронеслось у Зевса в голове. Вся его злоба и боль от докапываний Сергея сразу же отступила и его нахлынули чувство облегчения. Зевс испугался что мог нанести Сергею слишком сильные травмы и бросился проверить его состояние, боясь, что его могут дисквалифицировать.

Добежав до Сергея, он увидел, что тот медленно двигается и начал снимать с себя отметки костюма. Все его тело было в садинах, активно хлестала кровь, и, судя по всему, у него было сломанно пару костей. Зевс выдохнул, поняв, что несмотря на его потрепанный вид он был более-менее впорядке.

Когда Сергей полностью снял костюм, он решил подать тому руку, дав понять, что все осталось в прошлом, он увидел как Сергей тянет руку в ответ и наконец расслабился.

ￚ Это был прекрасный бой, курсанты показали настоящ... - куратор замолчал, в шоке увидев что произошло.

Сергей резко дёрнул на себя Зевса и со всей силы швырнул его в ближайшее здание.

ￚ Я не позволю такому слабаку меня победить. – Взревел он в ярости, и сразу же побежал с невероятной скоростью на Зевса.

Зрители были в полном недоумении от произошедшего

ￚ откуда у него взялась энергия, в шоке спросила Оливия

ￚ Этот кретин воспользовался бойцовской техникой "Полярный перегрев", это отчаянный шаг, и в Академии нельзя изучить эту технику.

ￚ Думаешь у Зевса остался шанс, спросил Клавдий

ￚ Не знаю, его единственный шанс избегать боя хотя бы минуту, так как эта техника не продлится долго

Если у механиков ключевым ресурсом были базы знаний, то для бойцов это были бойцовские техники. Бойцовских техник было безумное количество, и хотя они также были разделены по качеству Боец мог изучить десятки базовых техник даже будучи E рангом. Однако не все техники были одинаковы полезны.

Техника "Полярный перегрев" задействовала внутренний резерв энергии для кратковременного всестороннего усиления Бойца минимум на 50%, за счёт сжигания будущего потенциала. Однако последствия этого были ужасны, ты навсегда получал 50% увеличение количества опыта для повышения уровней и бонусы после повышения в следующий ранг будут снижены на 50%.

Никто в здравом уме не стал бы использовать эту технику, не находясь на пороге смерти, ради минутного улучшения их показателей. На территории академии эту технику нельзя было изучить, так как руководство не хотело, чтобы курсанты сжигали свой потенциал зря, однако никто не запрещал изучить её самостоятельно у другого опытного бойца, как сделал это Сергей, воспользовавшись помощью телохранителя его отца.

Сергей нанёс мощнейший удар, и Зевс задействовав движки и способность попытался уклонится. Однако Сергей все равно его зацепил и находясь под инерцией проломил ещё и стену здания, в которое швырнул его. Зевс с трудом отскочил, и его костюм уже начинал разваливаться, осталось всего 300 ед брони. Он побежал за своим молотом, на предыдущее место Сергея, понимая, что совершенно беззащитен без оружия.

Он схватил молот и в последнюю секунду успел заблокировать им удар от Сергея, который с невероятной скоростью его преследовал, однако от силы удара его отбросило на несколько метров. Сергей под действием техники достиг уровня мощности D ранга при этом быв без костюма! В мгновение ока набросился на него, повалил на землю и принялся яростно его избивать по лицу и телу, извергая свой гнев.

Костюм окончательно развалился, обнажив изуродованное тело Зевса и куратор сразу же кинулся на полигон намереваясь остановить бой. Зевс чудом ещё не вырубился и его состояние ухудшается с каждым ударом. Усилием воли активировал свою энергию молнии и направил её через себя. "Отведай мою молнию ублюдок" пронеслось у него в голове.

Миллионы вольт поразили сидящего сверху Сергея и тот сразу задергался от пронзившей боли. Он был сконцентрирован лишь на нанесении ударов, отчего не смог вовремя направить свою бойцовское пламя на нейтрализацию этой атаки. Зевс сжег каждую крупицу своей энергии молнии.

Спустя пару мгновений трясущийся в конвульсиях Сергей завалился на Зевса. Все его тело было в ожогах, и его грудь едва двигалась, показывая, что он еле живой. Куратор подлетел к курсантам и помог обессиленному Зевсу снять с себя массивное тело бессознательного Сергея. Позвав на подмогу медицинскую бригаду, ребят отвезли на лечение.С таким уроном у них уйдет несколько дней на восстановление.

Когда Оливия увидело происходящее с Зевсом она была готова бросился сама на полигон и спасти Зевса. Алекс и Клавдий с трудом удержали её на месте, увидев, как куратор летит на полигон, чтобы она не творила глупостей. Произошедшее дальше поразило их ещё больше. Они не понимали каким образом Зевс смог остаться в сознании и буквально поджарить Логвинова, который в тот момент имел уровень мощи D-Ранга.

ￚ Должен сказать что у нашего парня самые большие яйца у нас в команде, восхищено сказал Клавдий.

Оливия выдохнула, поняв, что все закончилось. Она никогда не была как другие девчонки, которые грезят о любовных похождениях. Но в момент, когда она увидела, как Зевса нещадно избивают, броня на её сердце на секунду треснула. Этот, казалось бы, слабый и неуверенный паренек, сделал то, на что другие страдающие от издевательств Сергея никогда не решился бы. Он выложился на 200% и показал, что справедливость может восторжествовать.

ￚ После такого боя, Зевс на несколько дней за ляжет в мед капсулу. Честно говоря, никто из нас не верил, что он сможет хоть что-то противопоставить ублюдку. Парень заслужил отдых.

Обстановка в команде "Валькирия" была совершенно другой. Еврентий был в ярости.

ￚ Этот идиот мало того что проиграл, так ещё и умудрился сжечь свой потенциал. Мы не только лишимся 100 баллов, но ещё и стопудово нам снимут баллы за попытку нанести тяжёлые травмы этому ущербу

ￚ Даже если мы выиграем все наши дуэли мы сильно опустимся в рейтинге - разочарована сказала Эльза

ￚне вздумайте проиграть, с угрозой ответил Еврентий

Вскоре дошла очередь до дуэлей остальных участников команды "Рокот". Алекс, Клавдий и Оливия легко справились со своими соперниками. Остальные 15 дуэлей у других курсантов прошли в течении часа.

Наконец все курсанты участники направились с полигона - кто в общагу, а кто в город чтобы развеется. Так как ребята остались втроем на ближайшие два дня, их первая командная тренировка против другой команды в среду закончилась поражением, хотя они и дали хороший бой. Однако Алексу удалось договорится с ними о создании брони и оружия для них, так что по крайней мере он неплохо заработает. Ещё бы, ведь он запросил по 100 тысяч с каждого.

Никто не запрещал делать броню для других и использовать её в отборах. Так как единственным критерием было что все оборудование должно быть сделано на территории академии.

На следующий день после тренировки в ВР ребята увидели, что Зевс прислал им сообщение. Его наконец выпустили из мед капсулы, и он хотел их увидеть. Они сразу все ринулись к нему в общагу. Увидев, что он выглядит полностью восстановившимся, ребята облегченно улыбнулись. Зевс же их поприветствовал:

ￚ Привет тиммейты, извините что подвел вас, и отсутствовал два дня.

Оливия же в своей манере ответила:

ￚ Идиот не вздумай больше так делать. Мы все переживали за тебя человек мать твою молния. Я же говорила тебе не будь таким мягкосердечным, зачем ты подал этому кретину руку, он чуть тебя не забил до смерти.

После чего Оливия подбежала к Зевсу, приобняла его и легонько стукнула его кулаком. Алекс и Клавдий переглянулись и ухмыльнулись, поняв, что она имеет ввиду совершенно другое.

ￚ Ну по крайней мере, моя авантюра окупилась. Я заработал 55 тысяч опыта за свою дуэль.

ￚ Сколько? Я за эти дни заработал всего 5 тысяч - челюсть Клавдия упала на пол.

ￚ Кретин, не сравнивай себя с ним, он выложился на 200% и находился на грани жизни и смерти, конечно его прогресс будет оценен гораздо выше.

Они болтали на протяжении нескольких часов, бурно обсуждая произошедшее в отсутствие Зевса. С этого момента они наконец-то стали настоящей командой.

Глава 9

Глава 9: Движения в темноте

Штаб-квартира Корпуса Галактического Порядка, планета-крепость «Терминус»

Величественный зал для совещаний, больше похожий на тронный зал древнего императора, был выполнен в стиле неоклассицизма с элементами футуризма. Высокие арочные своды, теряющиеся в полумраке, были украшены голографическими фресками, изображавшими ключевые битвы за историю галактики. По стенам, облицованным полированным черным мрамором с серебряными прожилками, струились водопады светящихся данных — постоянный поток информации со всех уголков Содружества.

В центре зала на массивном троне, высеченном из цельного кристалла иридия, восседал человек, чьё присутствие ощущалось физически, будто тисками сдавливали воздух. Райн Вилльямс, самый сильный человек в галактике, Верховный Командор Корпуса Галактического Порядка. Его двухсполуметровое тело, даже расслабленно откинувшееся в кресле, источало мощь, сравнимую с гравитацией нейтронной звезды. Его безупречная форма темно-ультрамаринового цвета с серебряными эполетами и платиновыми нашивками, обозначающими ранг SS, казалась скроенной из самой ночи. Его лицо, испещренное едва заметными шрамами — отметинами тысячелетий жизни и бесчисленных битв, — было непроницаемым и холодным, как лед.

Перед ним замерли три голографические проекции его заместителей, трех столпов Корпуса, каждый — живая легенда и обладатель ранга AA.

Клэр Девис, глава Отдела Расследований. Боец. Её голограмма излучала спокойную, готовую в любой момент взорваться энергию. Короткие седые волосы, острый взгляд охотницы, шрам через губу. Она стояла по стойке «смирно», её руки в перчатках из энерго-плетеной кожи были сжаты в кулаки за спиной.

Адам Смейстер, глава Отдела Разведки. Механик. Его образ дышал холодным, машинным интеллектом. Полупрозрачные очки с бегущими строками данных, бесстрастное лицо, одет в строгий костюм-тройку из умной ткани, меняющей узор. Он был воплощением расчета.

Хан Лунь, глава Сил Специальных Операций. Эспер. Её фигура казалась чуть размытой, не в фокусе, будто состояла из теней. Длинные черные волосы, собранные в сложную прическу, и глубокие, бездонные глаза, в которых мерцали далекие звезды. Она была тишиной перед бурей.

Райн медленно провел рукой по подлокотнику трона, и тишину нарушил его низкий, вибрационный голос, звучавший так, будто сама материя к нему прислушивалась.

— В галактике наступили сложные времена. От ваших отделов поступает всё больше тревожных сигналов, и пазл складывается в угрожающую картину. Нам необходимы превентивные меры. Я хочу услышать ваши предложения.

Первой, без колебаний, начала Клэр Девис:

— Командор, в последние три месяца наблюдается катастрофический рост активности пиратских группировок в освоенных звездных скоплениях. Атаки на торговые маршруты участились на 470%. Примечательно, что 82% атакованных и захваченных кораблей имеют регистрацию Российской Империи или принадлежат её корпорациям. Мои следователи, проследив финансовые потоки и логистику пиратов, выявили схемы отмытия кредитов через подставные компании, ведущие прямиком в карманы элит Корпоративного Кворума и Соединенных Штатов. Несмотря на это, я предлагаю перенаправить значительную часть наших ресурсов, задействованных в антипиратских операциях, в новое звездное скопление «Аврора», которое активно осваивают русские.

Райн поднял вопросительно бровь. Его взгляд, тяжелый и пронизывающий, был устремлен на Клэр.

— Это контр-интуитивно, Девис. Общественность уже ропщет, что мы плохо справляемся с пиратами у себя под носом. Ты предлагаешь ослабить давление там, где болит, и послать силы на периферию. Кворум и Штаты явно пытаются задушить русских в колыбели, замедлить их экспансию. Зачем нам вмешиваться в их песочницу?

— Речь не о вмешательстве, сэр. Речь о предотвращении чего-то большего, — голос Клэр был твёрд. — Моя интуиция, подкрепленная обрывочными данными, говорит, что эти пиратские атаки — не просто экономическая диверсия. Это отвлекающий маневр колоссального масштаба. Их цель — максимально оттянуть военный и патрульный флот Империи от «Авроры». Все ниточки ведут туда. Есть неподтвержденные данные о… неких артефактах, обнаруженных русскими на одной из экзопланет в том секторе. Нечто, что заставляет могущественные государства играть столь грязно.

В разговор мягко, но уверенно вступил Адам Смейстер. Его голос был ровным, как гул серверных стоек.

— Командор, я могу прояснить ситуацию. Буквально час назад мой отдел завершил спецоперацию по задержанию агента глубокого внедрения. После… интенсивного допроса была получена информация, подтверждающая худшие опасения госпожи Девис. Российская Империя обнаружила на пустынной планете в скоплении «Аврора» масштабный комплекс нечеловеческого происхождения. Речь идет не просто о руинах. Это функционирующий, хотя и поврежденный, подземный город с сохранившимися образцами технологий, превосходящих наши на порядки. Они активно исследуют его и тайно вывозят артефакты вглубь своей территории.

Райн Вилльямс медленно поднялся с трона. Казалось, воздух в зале сгустился и затрещал от напряжения. Его фигура заслонила собой свет от огромного витража с гербом Корпуса.

— Почему, — его голос прозвучал тихо, но от этого стал лишь страшнее, — я, Верховный Командор Корпуса Галактического Порядка, узнаю о событии, способном перевернуть весь баланс сил в галактике и развязать тотальную войну, из доклада своего подчиненного, который сам получил эти данные ЧАС НАЗАД?!

Адам, не моргнув глазом, выдержал его взгляд. Его голограмма лишь слегка дрогнула.

— Сэр, источник был крайне защищен. Агент не использовал каналы связи, работал в режиме радиомолчания, планируя передать информацию через цепочку мертвых почтовых ящиков. Его поимка была ювелирной работой. Ни одна следящая система, ни один «хвост» не приведет к нам.

Райн тяжело опустился обратно в кресло. Он понимал лучше кого бы то ни было, что его сила — это не только меч, но и цепи. Каждое его действие, особенно против агентов сверхдержав, было политической миной. Задержание даже мелкого чиновника требовало отчетности. Задержание, а тем более «обнуление», агента спецслужб — это дипломатический кризис. Корпус был могущественен, но его могущество зиждилось на хрупком консенсусе Совета Содружества, который его и финансировал. Иногда для сохранения этого порядка и самой организации приходилось действовать в серой зоне, стирая неудобные факты в порошок. Они были и судьями, и палачами.

— «Обнулить» агента. Замести все следы, — приказал Райн, и в его голосе не было ни капли сомнения. — Какую именно информацию он нёс?

— Не так много, но достаточно, — ответил Адам. — Схемы охраны периметра комплекса, расписание смен гарнизона, маршруты и графики движения транспортных конвоев с грузами категории «Совершенно-Секретно». Он не успел ничего передать. Мы опередили Штаты.

— Это хорошо. Это даёт нам небольшое окно, пока они не заподозрят неладное. Мы оказали русским невольную услугу, и мы ею воспользуемся. Смейстер, когда будешь на встрече в Новом Санкт-Петербурге, намекни императору, что мы предотвратили серьёзную утечку. Без указания источника. Фраза «враждебная разведка» будет достаточна. Мы не хотим преждевременной эскалации.

Обсудив ещё ряд мер по дезинформации и контролю над ситуацией, Райн повернулся к третьей фигуре, до сих пор хранившей молчание. Тени в углах зала, казалось, сгустились вокруг голограммы Хан Лунь.

— Лунь. Сколько оперативников ранга B и выше мы можем скрытно перебросить в скопление «Аврора», не вызвав подозрений у аналитиков государств членов совета?

Хан Лунь ответила мгновенно, её голос был шелестом листвы:

— Без ущерба для текущих операций и без заметной переброски ресурсов? Максимум… пятьдесят человек, сэр.

Райн покачал головой, его решение было окончательным и бесповоротным.

— Недостаточно. Отправьте двести.

— Но, Командор, скрыть перемещение такого количества высокоранговых оперативников… — начала было она, но Райн её перебил.

— Адам и Клэр перебросят своих людей на ваши текущие операции. Отзовите их с постов и подготовьте к немедленной отправке. — Его взгляд, тяжелый и неумолимый, упёрся в Смейстера. — Адам, с вас — обеспечение беспрепятственного и незаметного проникновения нашей группы в сектор «Аврора». Используйте все каналы. Договоритесь с русскими. Объясните им, что если информация утекла к нам, то рано или поздно она всплывет и у других. Мы должны быть на месте до того, как вспыхнет первый костер. Для мгновенного и тотального пресечения любого хаоса.

В голографическом мерцании своих заместителей Райн Вилльямс видел не просто подчиненных, а инструменты для поддержания хрупкого равновесия. И сейчас он точил эти инструменты для грядущей бури, первые предвестники которой уже начинали дуть в глубинах космоса.

Звездное скопление «Екатерина». Планета Альмара. Город Новый Санкт-Петербург. Императорский дворец.

Величественный Тронный зал Нового Зимнего дворца был воплощением мощи и многовековых традиций Российской Империи, перенесенных в звездную эру. Высокие своды, украшенные фресками, изображавшими ключевые моменты космической экспансии, терялись в искусственной дымке, подсвеченной мягким золотистым светом. Между массивными колоннами из карельского мрамора с вкраплениями уральского малахита висели стяги гвардейских полков и гербы великих домов Империи. Огромное, от пола до потолка, бронированное окно открывало вид на сумеречное небо Альмары, где в багряных облаках медленно проплывал орбитальный док, собирающий новый линкор класса «Кремль».

Здесь, в эпицентре имперской власти, проходила одна из важнейших встреч за последнее десятилетие. Российская Империя, как ледокол, прокладывала путь в новом звездном скоплении «Аврора», и финальный этап аннексии этих территорий требовал соблюдения сложнейших космополитических процедур.

Согласно Уставу Космического Содружества, любое государство, прежде чем официально присоединить новые территории, было обязано обеспечить на них присутствие и полноценную деятельность Корпуса Галактического Порядка. Это означало не просто формальность, а колоссальные финансовые и логистические обязательства: строительство региональной Штаб-квартиры КГП, предоставление флота, ресурсов, инфраструктуры и полной координации с имперскими властями.

За огромным овальным столом из полированного черного дерева и воронёной стали сидели те, от кого зависело будущее всего скопления.

Во главе стола, в кресле, больше похожем на небольшой трон, восседал Александр VII, Император и Самодержец Всероссийский. Молодой, но уже успевший закалить свой характер в горниле власти, он облачался в строгий, лишенный вычурности мундир Верховного Главнокомандующего. Его взгляд был собранным и внимательным, а пальцы медленно барабанили по поверхности стола, на которой проецировались гербы Империи и КГП.

Напротив него, в безупречной позе, сидел Адам Смейстер, Заместитель Верховного Командора КГП. Его тёмный, идеально сидящий костюм-тройка и полупрозрачные очки, за которыми мерцали холодные глаза, резко контрастировали с имперской пышностью зала. Он был воплощением функциональности и безэмоциональной эффективности, живым алгоритмом в облике человека. Рядом с ним на столе лежал его планшет — неприметное устройство, содержащее, вероятно, больше секретов, чем иные государственные архивы.

По правую руку от Императора, откинувшись на спинку кресла, но не расслабляясь ни на секунду, находился Андрей Никольский, глава Имперской Службы Безопасности. Боец S+ ранга, он не нуждался в демонстрации силы. Она исходила от него сама собой — в спокойной уверенности движений, в тяжелом, цепком взгляде, сканирующем комнату на предмет малейшей угрозы. Его мощная фигура в мундире СБ с аксельбантом была молчаливым напоминанием о той силе, что стояла за троном.

Слева от Александра, почти сливаясь с тенью, сидел Альберт Туманов, главный советник Императора и его личный телохранитель. Псионик S-ранга, он был тишиной и спокойствием в обличье человека. Его руки были сложены на коленях, а взгляд, казалось, был обращён внутрь себя, но каждый в зале чувствовал незримое «пси»-поле, окутавшее Императора невидимым, но непробиваемым куполом. Малейшая враждебная мысль в его присутствии была бы мгновенно вычислена и подавлена.

Адам Смейстер прервал тишину, его голос был ровным и лишённым всяких эмоций, идеально подобранный инструмент для переговоров. — Ваше Императорское Величество, благодарю за аудиенцию. Корпус высоко ценит темпы освоения скопления «Аврора». Прежде чем мы перейдём к обсуждению мандата и требований Устава, я хочу заверить вас: мы здесь не как надзиратели, а как партнёры в обеспечении стабильности. Процветание Империи означает процветание и безопасность всего Содружества.

Александр VII кивнул, его ответ был столь же выверенным и дипломатичным. — Мы всегда ценили прагматизм Корпуса, господин Смейстер. Империя готова выполнить все свои обязательства в полном объёме. Проекты орбитальной штаб-квартиры и сети региональных опорных пунктов уже подготовлены нашими инженерами. Однако прежде, чем подписывать меморандум, у нас есть вопросы, касающиеся… текущей оперативной обстановки в скоплении.

Взгляд Никольского стал ещё тяжелее. Туманов не пошевелился, но воздух в зале стал чуть более густым. Настоящие переговоры только начинались.

Адам Смейстер позволил себе сделать паузу, намеренную и слегка растянутую. Он не проявлял ни малейшего признака напряжения под тяжелыми, оценивающими взглядами двух столпов Империи. Его поза оставалась безупречно расслабленной, пальцы сложены перед собой. Он был подобно скале в урагане — непоколебим и холоден.

— Что касается оперативной обстановки в скоплении, Ваше Величество, — его голос прозвучал так же ровно и механически, как прежде, но каждое слово теперь имело вес свинцовой гири, — у меня действительно есть информация, требующая вашего непосредственного внимания.

Он сделал еще одну микроскопическую паузу, давая своим следующим словам достичь максимального эффекта.

— Ваш секрет на планете «Нимбус»… более не является секретом.

Воздух в Тронном зале, казалось, мгновенно вымерз. Император Александр VII не дрогнул, но его собранное, уверенное выражение лица на мгновение сменила ледяная маска. Его пальцы, только что барабанившие по столу, замерли. По ту сторону невидимого пси-поля Альберта Туманова прошла едва заметная рябь — молниеносная реакция на всплеск тревоги его повелителя. Андрей Никольский не изменился в лице, но его взгляд, и без того тяжелый, стал поистине гнетущим, будто физически пытаясь взвесить и оценить угрозу, исходящую от человека напротив.

Смейстер, невозмутимо выдержав этот шквал невысказанных эмоций, продолжил с той же леденящей душу методичностью:

— Однако, — это слово прозвучало как щелчок предохранителя, — спешу заверить вас: информация не достигла своего первоначального адресата. Корпус перехватил её. Считайте это… превентивной мерой по стабилизации обстановки в регионе. Мы действовали не в интересах Империи как таковой, а исключительно ради сохранения хрупкого баланса сил в галактике.

Он слегка наклонил голову, и свет отразился в его очках, на мгновение скрыв глаза.

— Но вы должны отдавать себе отчёт, Ваше Величество, — его голос приобрёл оттенок стали, — сам факт утечки свидетельствует о наличии бреши в вашей безопасности. Если один источник был обнаружен, логично предположить, что могут существовать и другие.

И тогда, без всякого перехода, он изложил истинную причину своего визита, свою настоящую просьбу, замаскированную под оказанную услугу:

— В свете данных обстоятельств, для предотвращения дальнейшей эскалации и обеспечения полного контроля над ситуацией, Корпус официально просит Империю оказать содействие в скрытой переброске и размещении на территории скопления «Екатерина» оперативной группы. Двести высокоранговых агентов. Их присутствие должно оставаться абсолютно непубличным до момента крайней необходимости.

Он не просил. Он констатировал необходимость, прикрывая прямое вмешательство во внутренние дела суверенной державы благородной целью «стабильности». И теперь мяч был на стороне Императора: принять помощь, которая была формой контроля, или отказаться и рискнуть, что следующий курьер с секретами «Нимбуса» окажется менее везучим.

Император Александр VII откинулся на спинку трона, и в его позе читалась не усталость, а тяжесть принятия судьбоносного решения. Воздух, лишь мгновение назад бывший ледяным, теперь наполнился гулким напряжением свершившегося факта.

— Раз информация уже всплыла, и вы, господин Смейстер, уже ознакомились с её содержанием, дальнейшее отрицание бессмысленно, — его голос, низкий и властный, прозвучал с откровенностью. — Я буду с вами откровенен. Да. На планете «Нимбус» нами обнаружены артефакты иной цивилизации. Технологии, масштаб и потенциал которых превосходят всё, с чем человечество сталкивалось до сих пор.

Он выпрямился, и его взгляд загорелся стальной решимостью, отражающейся в золотых орлах на стягах вокруг. — Российская Империя сделает всё возможное и невозможное, чтобы защитить это наследие и суверенитет нашей территории. И сегодняшний военный парад станет не просто демонстрацией мощи, а ясным сигналом всему Содружеству. Я объявлю об удвоении Императорского флота в течение следующего десятилетия. Пусть все знают: мы готовы ответить на любой вызов и защитить свои интересы любой ценой.

Он сделал паузу, и его пронзительный взгляд устремился прямо на Адама Смейстера. — Однако… — в этом слове прозвучал весь прагматизм многовековой имперской дипломатии, — мы не настолько горды, чтобы отказаться от предложенной помощи Корпуса. При одном условии. Я знаю, что каждый член КГП, от рядового оперативника до вашего заместителя, приносит высшую клятву. Клятву быть беспристрастным мечом и щитом порядка.

Почему же вся галактика, несмотря на политические распри, в целом доверяла Корпусу? Почему даже заклятые враги верили, что агент КГП не повернёт оружие в их пользу из-за национальности, титула или горы кредитов? Секрет крылся не в простых словах.

Каждый новобранец, вступая в ряды Корпуса, проходил через древний и беспощадный ритуал. Лично Верховный Командор Райн Вилльямс, чья ментальная мощь не знала равных, закладывал в глубины их разума особую пси-метку — сложнейший конгломерат внушения, клятвы и неумолимого закона. Это была не слежка и не контроль. Это был совершенный этический предохранитель. Любая сознательная попытка нарушить клятву беспристрастности, совершить акт предательства или использовать полномочия в корыстных целях активировала метку. Последствия описывались как «мгновенная и необратимая нейтрализация угрозы порядку» — на практике это означало либо полную блокировку психики, либо, в случае крайней степени вины, мгновенную смерть.

Именно это знание позволяло Императору говорить дальше: — Ваши люди носят в своих головах высший арбитр. Я верю не вам лично, господин Смейстер. Я верю в систему, которую вы представляете. Я верю в ту абсолютную клятву, что делает ваших агентов над государством и нацией. Поэтому… ваше предложение принято.

Адам Смейстер, выслушав это, кивнул с едва уловимой тенью уважения в бесстрастном взгляде. Он понимал, что только что стал свидетелем редчайшего явления — абсолютного доверия, основанного на абсолютном же механизме принуждения.

— В таком случае, — ответил Смейстер, его голос по-прежнему был ровным, но в нём появилась отчётливая деловая интонация, — я незамедлительно приступлю к подготовке. Все необходимые криптоключи и протоколы для связи будут переданы лично господину Никольскому. Мои люди выйдут на связь в течение сорока восьми часов для согласования всех формальностей по переброске и логистике. Операция начнётся немедленно.

Переговоры в Тронном зале продолжились еще в течение получаса, затрагивая сложные вопросы логистики, юрисдикции и координации действий. Каждая деталь была выверена, каждая оговорка — взвешена. Адам Смейстер, оставаясь образцом бесстрастной эффективности, парировал вопросы Андрея Никольского с математической точностью, в то время как Альберт Туманов молча сканировал ментальное поле гостя на предмет малейших признаков обмана или скрытых угроз. Наконец, все формальности были улажены. Смейстер с безупречным, почти машинным поклоном откланялся и, сопровождаемый невидимой охраной, удалился в свои апартаменты в дипломатическом крыле дворца, чтобы по зашифрованному каналу мгновенной связи доложить Верховному Командору Вилльямсу об успешном завершении миссии.

Чуть позже величественная Императорская площадь Нового Санкт-Петербурга предстала во всём своём величии. Под огромным куполом искусственного неба, сиявшего сапфировым светом, выстроились шеренги почётного караула в парадных мундирах с золотыми аксельбантами. Тысячи горожан, собравшихся на площади, замерли в ожидании. На специально оборудованных трибунах расположилась вся элита Империи: потомки знатных дворянских домов , высшие чиновники в строгих костюмах, высшие офицеры с грудами наград на мундирах, могущественные олигархи и общественные деятели, а также дипломатический корпус в пёстром многообразии форм и мундиров представителей других миров.

По аллее из полированного лабрадорита к трибуне, возвышавшейся над площадью, торжественной поступью двигался Император Александр VII. Его окружала внушительная свита: по-прежнему невозмутимый Никольский и неосязаемый Туманов, секретарь совета императора, министры обороны и иностранных дел, а также командиры всех родов войск.

Подойдя к массиву микрофонов с причудливыми формами, Император обвёл взглядом многотысячную толпу. Его голос, усиленный мощными усилителями и транслируемый на всю планету и за её пределы, прозвучал ясно и властно:

— Мои дорогие соотечественники! Граждане Великой Российской Империи и представители государств Космического Содружества! Сегодня мы стоим на пороге новой эры. Эры, которую мы откроем вместе!

Он сделал паузу, позволяя словам достичь каждого слушателя.

— Только что были завершены окончательные переговоры с Корпусом Галактического Порядка. Все процедуры согласованы, все договорённости достигнуты. Это означает, что в самое ближайшее время звёздное скопление «Аврора» будет официально присоединено к территории нашей Империи и откроет свои богатства для всех её граждан!

На площади прокатился гул одобрения. Вспышки тысяч голо-камер вспыхнули, как новогодние гирлянды.

— «Аврора» — это не просто сотни новых звёздных систем и миров, ждущих своего часа. Это — новые горизонты! Новые возможности для роста, для науки, для процветания каждого из нас! Но чтобы достичь этих горизонтов, мы должны быть сильными. Слишком долго наша великая Империя оставалась в тени, довольствуясь ролью наблюдателя. Этой эпохе пришёл конец! Мы снимаем скорлупу изоляционизма и заявляем о себе как о державе, готовой занять лидирующее место в галактике! И освоение «Авроры» — это лишь первый, уверенный шаг к нашему светлому и великому будущему!

Император вновь сделал драматическую паузу, его лицо стало серьёзнее.

— Однако мы не наивны. Мы видим, что творится в галактике. Хаос, пиратство, предательские удары в спину тем, кто стремится к прогрессу. Позвольте мне заверить вас: Российская Империя готова дать ответ на любые вызовы! Именно поэтому я, как ваш Император и Верховный Главнокомандующий, объявляю о начале беспрецедентной программы перевооружения и модернизации наших Вооружённых Сил! Наша цель — удвоение мощи Императорского флота в течение следующего десятилетия! Мы будем поддерживать порядок и стабильность на наших рубежах железной рукой!

Едва он закончил говорить, как с орбиты донесся мощный гул, и в небе над площадью, разрезая воздух, прошли строем новейшие истребители «Стриж» 8-поколения, оставляя за собой шлейфы из белого, синего и красного дыма — цветов имперского флага.

Затем начался грандиозный наземный парад. По брусчатке площади, грохочая мощными сервоприводами, прошли колонны новейших боевых роботов-«Богатырей». За ними проследовали тяжёлые танки «Мамонт» с двойными орудийными системами. Но главным действом стал проезд макетов новейших кораблей, которые уже строились на верфях: устрашающие эсминцы класса «Буря», крейсеры «Петр Великий» и, наконец, гордость будущего флота — макет линкора «Романов», чьи размеры заставляли зрителей задирать головы.

Это было не просто шоу. Это был спектакль силы. Каждый танк, каждый робот, каждый силуэт корабля был посланием, адресованным не только ликующим гражданам Империи, но и холодным, аналитическим умам, наблюдающим за трансляцией из посольств Кворума, Соединённых Штатов и других государств Совета.

Послание было ясным и недвусмысленным: Россия больше не просит места за столом великих держав. Она это место занимает. И готова защищать его любой ценой.

Офис Илониуса Максимуса, орбитальная станция в секторе Кворума

Кабинет Илониуса Максимуса был воплощением холодной, бездушной роскоши, которую мог позволить себе один из самых влиятельных людей в Корпоративном Кворуме. Стены из черного обсидиана, испещренные голографическими схемами котировок и межзвездных грузопотоков, уходили ввысь, теряясь в полумраке под потолком. Вместо окон — гигантские панорамные экраны, на которых беззвучно проплывали туманности и сияли далекие звезды. Воздух был стерильно чист и чуть прохладен, пахнул озоном и дорогим антисептиком.

В центре этого технологического святилища, в кресле из полированного титана и кожи вымершей рептилии с экзопланеты Ксилон-7, восседал сам Илониус Максимус. На одном из главных экранов транслировалась прямая передача с парада в Новом Санкт-Петербурге. Илониус смотрел на это с выражением глубочайшего, почти физиологического отвращения. Его тонкие губы были плотно сжаты, а пальцы с длинными, идеально обработанными ногтями нервно постукивали по подлокотнику.

В одной его руке был стакан с тридцатилетним виски «Гленморэнгей Омега», в другой — толстая сигара, скрученная вручную из табака, выращенного в условиях нулевой гравитации на плантации Кворума. Дым от неё медленными кольцами уплывал в систему почти бесшумной вентиляции.

Когда трансляция завершилась финальным залпом салюта в виде имперского герба, Илониус с отвращением отпил виски и потушил сигару в пепельнице из цельного алмаза.

— Этот мальчишка-император, — его голос, тихий и шипящий, прозвучал как удар бича в тишине кабинета, — всего несколько лет просидел на троне, унаследованном от папаши, а уже замахнулся на завоевание мира. Какая наивность. Какое бутафорское величие. Этот мудак Розетков, наш «друг», наверняка что-то знал про их программу перевооружения, но не удосужился предупредить. Его алчность явно перевесила его профессионализм.

Он молча вызвал на своем интерфейсе главу корпоративной службы безопасности. Через десять минут, ровно в срок, беззвучно раздвинулась секция стены, и в кабинет вошел Август Лоренс. Механик АА-ранга, он был живым оружием, закаленным в бесчисленных теневых операциях. Его движения были точными и экономными, взгляд — холодным и всевидящим, как у хищной птицы.

Илониус не обернулся, продолжая смотреть на замерший экран. Он затянулся новой сигарой, выпустил дым и, наконец, нарушил минуту тягостного молчания.

— Ты видел это цирковое представление, это выступление малолетнего царька? — спросил он, не глядя на Лоренса.

— Да, сэр, — голос Августа был ровным, металлическим, лишенным эмоций. — Мониторинг политических и военных демаршей потенциальных противников и конкурентов входит в число моих ключевых обязанностей.

— Это был не просто спектакль для толпы. Это был предельно ясный сигнал. Русские намерены гнуть свою линию и демонстрируют готовность к силовому противостоянию. Но этот дурень не понимает, — Илониус повернулся к Лоренсу, и его глаза сузились, — что даже с их обширными ресурсами и стабильной экономикой такие амбиции — это игра с огнем. Они рискуют спровоцировать гиперинфляцию, тотальную мобилизацию ресурсов и экономический кризис, который потрясёт не только их империю, но и все Содружество.

— Стоимость программы перевооружения и удвоения флота астрономическая, — согласился Август, его мозг выдавал серию быстрых расчетов. — Они не пошли бы на такой риск без серьёзного козыря. Логично предположить, что они рассчитывают на монополизацию технологий, обнаруженных в «Авроре». Поток принципиально новых товаров и решений мог бы компенсировать любые издержки и дать им не просто преимущество, а абсолютное доминирование на рынках на декады вперед.

— Именно, — прошипел Илониус. — Мы не можем этого допустить. Ни при каких обстоятельствах. Отправь экстренные, зашифрованные по протоколу «Тьма», приглашения остальным главам Совета Директоров Кворума. Собрание состоится через шесть часов. Нам необходимо выработать единую стратегию по оказанию максимального, многоуровневого давления на Империю. Экономического, политического, а если понадобится — и иного.

— Будет сделано, сэр.

— И как продвигается подготовка нашей… альтернативной миссии в скоплении «Аврора»? — голос Илониуса стал тише и опаснее.

— Все этапы идут по графику. Спецгруппа «Кинжал» сформирована и укомплектована. Осталось завершить интеграцию систем маскировки на транспортном корабле «Призрак». Я лично возьму командование операцией и отправлюсь с группой, как только будут получены финальные апдейты разведданных.

Илониус внимательно посмотрел на своего главного охотника, в его глазах читалась ледяная решимость.

— Будьте готовы ко всему, Август. Просчитайте все варианты. Мы не единственные, кто увидел в этом параде угрозу и возможность. Наши «друзья» из Соединённых Штатов и, не дай космос, даже какие-нибудь амбициозные аутсайдеры не упустят шанса завладеть таким преимуществом. Ваша миссия — приоритет номер один. Любая цена оправдана. Любая.

Лоренс кивнул, его лицо осталось каменным.

— Понял. Цель будет достигнута.

Секция стены снова раздвинулась и закрылась, оставив Илониуса Максимуса наедине с его мыслями, виски и тикающими часами, отсчитывающими время до начала большой игры, ставки в которой были равны контролю над будущим галактики.

Звёздное скопление "Аврора", система Аврора-5, планета "Нимбус". Подземный исследовательский комплекс "Дедал".

Глубоко под поверхностью планеты «Нимбус», в стерильных, освещенных холодным голубоватым светом залах комплекса «Дедал», царила атмосфера напряженной, почти священной тишины, нарушаемой лишь монотонным гулом жизнеобеспечения и тихими сигналами медицинских мониторов.

Генерал-лейтенант Петренко Павел Геннадьевич, облаченный в строгий защитный костюм с погонами, вновь совершал свой еженедельный обход. Его лицо, испещренное морщинами ответственности, было непроницаемо, но в глазах читалась тень глубокой озабоченности. Целью визита был прогресс по сверхсекретному проекту «Метаморф» — эксперименту, который мог бы на десятилетия вперед обеспечить превосходство Российской Империи в сфере индивидуальной боевой мощи её одаренных.

Обнаруженная в недрах планеты инопланетная биосущность, условно названная «Метаморф», была ключом к беспрецедентному усилению. Первые фазы были кровавыми и безуспешными: десятки преступников-смертников и «пожизненных» погибли в мучительных конвульсиях, их психика и тела не выдерживали контакта. Но новая партия подопытных была иной — низкоранговые одаренные (E и E+) с небольшими сроками, добровольцы со стабильной психикой, соблазненные обещаниями свободы, реабилитации и пожизненного содержания. По словам главного научного руководителя, доктора Зацепина, именно стабильная психика была критически важна для успешного симбиоза.

Доктор Зацепин, худой и болезненно бледный человек в белом халате, с явным блеском в глазах фанатика, демонстрировал генералу данные на большом голографическом экране.

— Как вы видите, генерал, результаты с новой группой стабильны и обнадеживающи, — его голос дрожал от возбуждения. — Все витальные показатели в норме, пси-фон ровный. Отторжения нулевые. Субъекты демонстрируют полный контроль.

— Но я вижу, что текущее усиление на порядки слабее, чем у тех, кто… не выжил, — холодно заметил Петренко, указывая на графики физических параметров.

— О, это абсолютно закономерно и, более того, желательно! — воскликнул Зацепин. — Прежний подход был грубым насилием над природой. Нынешний — это тонкая хирургия. «Метаморф» не ломает субъекта, а встраивается в его генетический код, раскрывая потенциал постепенно. Скорость роста их способностей, по моим расчетам, будет в 5-7 раз превышать стандартные показатели! Они смогут стабильно достигать ранга B за считанные годы, без риска самоликвидации!

Генерал молча кивнул, и на его лице на мгновение мелькнуло облегчение. Эта новость была глотком свежего воздуха после недавнего разноса от главы ИСБ. Информация о «Нимбусе» всё же просочилась наружу, чего он опасался все эти годы. Теперь, по личному приказу Императора, защита была утроена, а сам генерал получил чудовищный по своим масштабам приказ: подготовить систему к тотальному уничтожению. Тысячи бомб на антиматерии уже тайно размещались на астероидах и орбитальных платформах. В случае угрозы захвата технологий противником, звездная система Аврора-5 должна была быть стёрта с карты галактики.

— Раз эксперимент проходит успешно, — начал генерал, — возможно, вам больше не требуются запрашиваемые вами… патриотически настроенные граждане империи? Добровольцев-преступников нам пока хватает.

— О, ещё как требуются! — учёный покачал головой, его пальцы залетали по интерфейсу, вызывая сложные молекулярные схемы. — Я передам вам полные отчёты, и вы поймёте. «Метаморф» идеально адаптируется, но ему нужен «катализатор» — эталонная, чистая генетическая матрица высокорангового, психически устойчивого одаренного, выращенного в лояльной среде. Пока же достаточно предоставить мне их генетический материал. Я проведу первичные тесты на клонированных репликах. Всё-таки это законопослушные граждане, патриоты, и я должен гарантировать стопроцентный результат, прежде чем подвергать их риску.

Петренко с облегчением выдохнул. Передача генетических данных была формальностью — Империя и так забирала образцы при рождении каждого гражданина. Эти молодые люди, чьи коды он передаст, даже не узнают об этом. Его совесть оставалась чиста.

— Хорошо, — буркнул генерал. — И последнее. Немедленно подготовьте три контейнера с активными образцами сущности «Метаморф» к срочной отправке вглубь имперской территории. Это мера предосторожности для сохранения ядра коллекции.

— Но, генерал! — лицо Зацепина исказила маска ужаса. — У меня всего семь контейнеров стабильных образцов! Текущие эксперименты требуют колоссальных объемов! Это отбросит нас на месяцы!

— Выкручивайтесь, как хотите, доктор, — голос Петренко стал стальным и не терпящим возражений. — Это прямой приказ свыше. Нам нужно эвакуировать как можно больше активов и усилить режим секретности. Любой ценой.

Увидев непоколебимость в глазах генерала, Зацепин беспомощно опустил плечи. Сдавшись, он вызвал помощника и отдал приказ тихим, сломленным голосом. Обменявшись еще несколькими формальными фразами, генерал-лейтенант Петренко развернулся и вышел из лаборатории, оставив учёного наедине с его драгоценными творениями и тяжким грузом императорского приказа.

Планета Олимп-Мосс, на территории Кворума. Пентхаус Дмитрия Розеткова.

Кабинет Розеткова, расположенный на верхнем уровне одной из самых высоких башен, был полной противоположностью аскетичному логову Илониуса Максимуса. Здесь царила роскошь старого мира, смешанная с технологиями нового. Стены из красного дерева были уставлены книжными шкафами с раритетными фолиантами, перемежающимися с голографическими дисплеями, на которых в реальном времени бежали котировки имперских военных облигаций и биржевые сводки. В огромные панорамные окна открывался вид на бескрайний мегаполис Олимп-Мосса, где между небоскребами сновали рекламные дирижабли и личные антигравитационные машины.

Сам Розетков, в дорогом костюме из ткани, меняющей цвет в зависимости от освещения, сидел за массивным столом времен Земли. Перед ним парили несколько голографических окон с зашифрованными сводками и докладами. Но его внимание было рассеяно. Он нервно постукивал перстнем-печаткой по столешнице, ожидая звонка. Его личный «отряд», его главный козырь в этой игре — Матвей «Выжигатель мозгов» Максимов — уже должен был достичь скопления «Аврора».

Наконец, один из голографических экранов завибрировал и замигал красным индикатором срочного вызова. Розетков мгновенно принял его.

Перед ним материализовалась голограмма Максимова. Он стоял на мостике своего корабля, за спиной у него мелькали силуэты членов команды и мерцали тактические карты. Его лицо, было серьезным и торжественным.

— Добрый день, сэр, — голос Матвея был низким и слегка хриплым, как скрип камня по камню. — Мы успешно достигли назначенного сектора в скоплении «Аврора». Выполняем первичные приготовления, маскируемся согласно протоколу, но…

— Не тяни, Матвей, — резко оборвал его Розетков, его пальцы сжались в кулак. — Докладывай ситуацию прямо.

— Русские активизировались, сэр, — отчеканил Максимов. — Силы ПВО на орбите «Нимбуса» утроены. Появились новые патрульные группы, сканирование эфира ведётся на максимальной мощности. Судя по всему, они обнаружили утечку и готовятся к встрече незваных гостей. Обычные протоколы маскировки могут не сработать.

Розетков мрачно хмыкнул, по его лицу пробежала тень досады.

— Это… усложняет нашу игру. Чертов Петренко всегда был дотошным параноиком. Тем не менее, — он выпрямился, и его взгляд стал холодным и расчетливым, — у тебя достаточно сил и полномочий для проведения точечной спецоперации. Не форсируйте события. Займитесь глубокой разведкой. Изучите расписание патрулей, их частоты, слепые зоны их сенсоров. Я хочу видеть идеальный, выверенный до секунды план проникновения, а не геройский подвиг. Держите меня в курсе каждого шага. Дальнейшие приказы будут после анализа ваших данных.

— Так точно, сэр, — кивнул Максимов, его киберглаз издал едва слышный щелчок, записывая приказ. — Я лично прослежу, чтобы всё было сделано идеально. Ни одна пылинка не упадёт без нашего ведома.

— И еще, Матвей, — голос Розеткова стал тише, но в нём зазвучала сталь. — Конкуренты не дремлют. Эта сволочь Илониус Максимус уже наверняка выслал свою спецгруппу. Убедись, что в этой гонке мы не останемся позади. Мы должны быть первыми. Конец связи.

Голограмма Максимова исчезла, оставив Розеткова в тишине его кабинета. Он откинулся на спинку кресла, его взгляд устремился на огни города за окном. Его мозг, вышколенный годами интриг и корпоративных войн, уже анализировал ситуацию. «Выжигатель мозгов» был лучшим в своем деле, но Илониус… Илониус был непредсказуем и безжалостен. Он не остановится ни перед чем.

— Нет, сидеть сложа руки нельзя, — прошептал он сам себе. Он активировал свой секретный коммуникатор, не связанный с основными сетями. — Нужно подготовить сюрприз для «коллег» из Кворума. На всякий случай.

Он начал набирать серию сложных команд, приводя в действие план «Б» — набор мер по дезинформации, саботажу и прямому противодействию, предназначенный специально для того, чтобы запутать и задержать любую конкурирующую операцию, особенно если за ней стоял Илониус Максимус. Игра началась, и ставки были слишком высоки, чтобы полагаться лишь на одну команду, даже такую хорошую, как команду Матвея.

Глава 10

Высшая военная Академия «Иволга»

Тем временем уже была середина Ноября и все курсанты уже больше месяца активно участвовали в борьбе за баллы для участия в отборе на Военные игры. Команда «Рокот» сегодня поднялась на 9-е место в рейтинге, и собралась в их любимом заведении после спарринга с командой «Красные соколы». Ребята уставились на капитана, и Алекс начал подводить итоги:

— Сегодня, наконец, я увидел не просто набор индивидуальных действий, а настоящую синергию, — начал он, его голос был спокоен и собран. — Да, мы били их и раньше, но сегодня всё сошлось в идеальную картинку. Сработали как единый механизм. Особенно хочу отметить Зевса — тактическая действия и его идеи в бою были безупречны. Наша главная задача сейчас — не сорваться и стабильно держать эту планку.

Клавдий, с набитым бутербродом ртом, тут же попытался вставить свои пять копеек, размахивая вилкой: — Эй, капитан, ты забыл упомянуть главную ударную силу! — он ткнул пальцем в свою грудь. — Это я их двоих в утиль списал! Одним левым!

Оливия, скептически приподняв бровь, тут же парировала, отодвигая свой стакан: — Если бы я не сковала их главного бойца телекинезом, твои «мощные» кулаки так и размахивали бы по воздуху. Так что лавры за двоих, вообще-то, должны достаться мне. Или ты уже забыл, как он тебя отшвырнул в начале боя?

Зевс, сидевший в стороне, лишь молча улыбался, наблюдая за привычным ритуалом препирательств этих двоих. Он уже научился получать от этого удовольствие.

— Отшвырнул? — фыркнул Клавдий, надувая щёки. — Да я его голыми руками…

— Хочешь проверить, у кого из нас больше «яиц» на самом деле? — холодно перебила его Оливия, и её пальцы слегка пошевелились, заставляя вилку на столе дрогнуть и изогнуться. — Я всегда готова к практическому подтверждению.

Алекс лишь вздохнул, прерывая назревающий конфликт. — Хватит. Оба молодцы. Без вас двоих мы бы не справились. Давайте по делу.

Статистика у команды была более чем достойная. За это время Алекс провел восемь дуэлей и выиграл все, с холодной расчетливостью всегда ставя по 50 баллов — итого 400. Клавдий, склонный к азарту, ставил то 20, то 80, и, проиграв лишь раз, собрал 420. Оливия и Зевс, более осторожные, заработали 350 и 300 баллов соответственно, также потерпев по одному поражению.

На доске миссий были в основном простые миссии - выиграть 3 дуэли подряд, построить определенное кол-во механизмов, повысить до 5 ур бойцовскую технику и т. п. и ребята также старались брать их по максимуму.

Прогресс в их прокачке был очевиден. Все они неуклонно приближались к заветному D-рангу. Зевс, их «читер», уже достиг 12-го уровня и улучшил свою способность до 5-го уровня. Ему оставалось всего 60 Эл до перехода. Клавдию с его выдающимися исходными данными на 10-м уровне не хватало всего 70 Эл. Оливия на 10-м уровне была в 80 Эл от цели.

Алекс, стартовавший с самыми высокими показателями, находился на пороге вехи. На 10-м уровне ему недоставало всего 20 Эл до D-ранга. Хотя их текущее снаряжение и давало им силу на грани D-ранга, это было ничто по сравнению с качественным скачком, который сулило настоящее повышение — тотальное усиление всех параметров и открытие новых горизонтов развития.

Позже тем же вечером Алекс, как обычно, зашел в свою мастерскую. Он быстро, почти на автомате, отремонтировал поврежденное в спарринге оборудование — его базы знаний, достигшие 5-го уровня, делали его движения точными и эффективными. Закончив, он вызвал голографический интерфейс своего личного профиля.

Алексей Петров - Уровень: 10 Уровень мощности: 780 Эл Ранг: Е+

Сила: 10 Интеллект: 21 Выносливость: 11 Ловкость: 11 Прочность: 8 Энергия: 10 Разум: 7 «Всего 20 Эл, — подумал он, с удовлетворением отмечая прогресс. — Еще немного опыта и я смогу… В субботу я буду готов». Мысль о предстоящем качественном скачке заставляла сердце биться чаще.

Он переключился на банковский счет. Цифра «2 325 780 кредитов» всё ещё вызывала лёгкое головокружение. Месяц назад он не мог и мечтать о такой сумме. Но затем он мысленно прикинул расценки на чертежи D-ранга и цены на редкие сплавы и энергетические ядра. Эйфория мгновенно испарилась, сменившись знакомым чувством тотальной нищеты.

— Эх, — тихо выдохнул он, гася голограмму. — Такова судьба механика. Вечно на мели. Создаешь горы крутейшего железа, а сам едва сводишь концы с концами.

Он знал, что лишь механики А-ранга и выше могли позволить себе безумные траты, создавая целые армады дронов и персональные боевые станции. Ему же приходилось быть хирургически точным в выборе проектов. К счастью, его маленькая, но растущая клиентура из восьми человек из команд-спарринг-партнёров скоро достигнет D-ранга. И Алекс был твердо намерен выкачать из них все их сбережения, предлагая лучшее снаряжение, которое только можно купить за кредиты. Это был жестокий, но честный симбиоз.

Субботнее утро встретило команду «Рокот» неестественной тишиной и свободным графиком.

«Спектры» вчера вечером прислали извинения и просьбу перенести их спарринг, и у ребят неожиданно появился целый выходной. Клавдий, воспользовавшись моментом, настоял на «культурной программе» и теперь вел команду по бескрайним, сияющим неоном и голографической рекламой уровням торгового центра «Гелиос».

— Говорю вам, этот мастер — гений иглы и нитки! — Клавдий, размахивая руками, пытался перекричать шум толпы и музыку, льющуюся отовсюду. — Он не печатает на принтерах, он шьёт вручную, по старинным земным лекалам! У него даже нити из нанокристаллического шёлка, который в десять раз прочнее кевлара и идеально сидит по фигуре!

— Да пусть он хоть личный портной Императора, — скептически фыркнула Оливия, лавируя между потоками продовцов. — Нафига нам эта командная форма? Чем тебя не устраивает наша академическая? Универсальная, практичная, бесплатная.

— Тем, что нашего папочку будут транслировать во время отборочного турнира на всю планету! — парировал Клавдий, останавливаясь и с драматизмом прижимая руку к груди. — И я не намерен выглядеть на общекомандном фото как серое, ничем не примечательное пятно! У «Рокота» должен быть свой, узнаваемый стиль! Иначе у меня никогда не появится армия преданных фанаток!

— Скорее, эта звезда сколлапсирует в чёрную дыру, чем у тебя появится хотя бы одна фанатка, — безжалостно парировала Оливия.

— Ты просто завидуешь, что всё внимание достанется мне! — проворчал Клавдий и для убедительности эффектно напряг бицепсы, едва не порвав рукав своей куртки.

— Да брось ты, Оливия, — вмешался Алекс, с интересом разглядывая витрину с новейшими голодронами. — Он же платит. Всё равно кардинально отойти от устава мы не сможем — максимум, добавят наши шевроны, немного поработают с кроем и цветовой гаммой. Выглядеть опрятно — тоже часть имиджа.

— А ты чего молчишь? — Оливия ткнула локтем в Зевса, который шёл сзади, уткнувшись в свой голофон, будто проверяя маршрут. — Может, поддержишь меня?

— А? Я?.. — Зевс вздрогнул. — Мне… эм… Всё равно, в общем-то… Главное, чтобы не мешало двигаться.

— Вы просто сборище безнадёжных идиотов, — с театральным вздохом резюмировала Оливия.

Наконец они добрались до нужного бутика. Вывеска «Ателье № 13. Ручная работа» светилась сдержанным золотым светом. Внутри пахло кожей, дорогой тканью и старинными духами. Сам мастер, пожилой мужчина с виртуозными движениями и вмонтированным в глаз лупой-имплантом, выслушал многословные и эмоциональные пожелания Клавдия, кивая с невозмутимым видом человека, видавшего всякое. Он обмерил каждого, щёлкал языком, делая пометки на планшете, и наконец объявил, что на изготовление четырёх комплектов уйдёт неделя.

Увидев итоговую сумму в 650 000 кредитов на дисплее, Алекс присвистнул: — Ты в своём уме? Тебе не жалко выкладывать такие деньги за несколько тряпок?

— Это не «тряпки», это инвестиция в образ! — не смущаясь, ответил Клавдий, уже протягивая для сканирования свой кредитный стик. — Это ручная работа и лучшие материалы! Это не фабричный ширпотреб, напечатанный за пять минут на 3д-принтере. Это — искусство!

После шопинга команда отправилась в кафе на верхнем уровне, заказав огромные бокалы с мороженым из экзотических фруктов с других планет.

— Наконец-то нормальный выходной, — с наслаждением растягивая слова, произнёс Клавдий, закидывая ноги на соседний стул. — Никаких тренировок, дуэлей и этой вечной погони за рейтингом.

— Знаешь, я иногда не верю, что ты Боец, — усмехнулся Алекс, разминая затекшую шею. — Вы же вроде как должны быть боевыми маньяками, жить в спортзале и радоваться каждому спаррингу. А твою ленивую задницу даже с дивана утром не поднять.

— Ну, тренировки — это скучно! — отмахнулся Клавдий. — Ладно, на дуэли есть азарт, адреналин. А вот монотонно отрабатывать одни и те же удары по сто раз — это вгоняет в тоску.

— Ты просто позоришь всех бойцов, — с притворным презрением констатировала Оливия.

Зевс в это время молча ковырял ложкой своё мороженое, его взгляд был рассеяяным, устремлённым куда-то вдаль.

— Пять кредитов за твои мысли, — прервал его задумчивость Алекс. — Чего такой хмурый? Уже скучаешь по занятиям?

— Я?.. Да так… — Зевс вздрогнул. — Просто скоро откроется возможность бросать вызов на командные дуэли. Ты уверен, что мы готовы? Вдруг мы нарвёмся на команду из топ-5?

— Видишь, ты даже нашего тихоню испортил! — с комичным ужасом воскликнул Клавдий. — Мы можем хоть один день не говорить об учёбе, рейтингах и дуэлях?!

Не обращая внимания на его возмущение, Алекс спокойно ответил: — Не стоит переживать. Мы уже неплохо сработались как команда. Плюс, в отличие от индивидуальных дуэлей, от командного вызова можно отказаться без потери баллов. Так что будем выбирать соперников с умом. И к тому же, — на его лице появилась знакомая уверенная ухмылка, — сегодня вечером я прохожу повышение до D-ранга. С этим нашим шансы резко возрастут.

— Чёртов везунчик! — застонал Клавдий, с силой шлёпнув ладонью по столу. — Мне ещё недели две фартить опыт! К чёрту этот фильм! Погнали смотреть на твоё превращение!

Все засмеялись. — Минуту назад ты кричал, что хочешь отдыхать, а не говорить о делах, — ехидно заметила Оливия.

— Вы ничего не понимаете! Это другое! — с горящими глазами парировал Клавдий. — Первый D-ранг на первом курсе! Это же историческое событие!

Ребята всё же посмотрели комедию в голокинотеатре, от души смеясь над приключениями главных героев. Выйдя из зала, они ещё долго обсуждали лучшие моменты, но Клавдий не унимался.

— Всё это фигня по сравнению с повышением! Я уже хочу на это посмотреть!

— Какая же ты заноза в заднице, — сдавленно вздохнул Алекс, но в его глазах читалось такое же нетерпение. — Ладно, поехали куда-нибудь подальше, за город. Во время повышения случается мощный энергетический выброс, и я не хочу заработать проблемы за несанкционированный выброс энергии в общественном месте.

Они поймали антигравитационное такси и выехали за пределы мегаполиса, в бескрайние поля, орошаемые искусственной системой. Воздух здесь был чище и холоднее, а под ногами хрустел заиндевевший генномодифицированный мох. Они расположились в небольшой лощине, и трое друзей образовали вокруг Алекса неравномерный круг.

— От нас что-то требуется? — спросила Оливия, в её голосе сквозилaсь лёгкая тревога.

— Просто отойдите подальше, — попросил Алекс, его лицо стало сосредоточенным и серьёзным. — Энергетический выброс будет значительным. Я не хочу никого случайно задеть или травмировать.

Они отошли на безопасные двадцать метров, ощущая нарастающее напряжение в воздухе. Алекс сделал последний, решающий шаг — мысленно вложил накопленный опыт и получил 2 долгожданных свободных очка показателей (ОП). Без колебаний он немедленно инвестировал их в интеллект.

В тот же миг его нейросеть, «Карма», отозвалась своим безэмоциональным, но знакомым голосом прямо в его сознании:

...Достигнут лимит уровня мощности для текущего ранга E+. Обнаружены достаточные ресурсы для активации протокола эволюции. Инициировать процесс продвижения?.

— Да, Карма, — мысленно, но с непоколебимой решимостью отдал он приказ. — Запускай.

И тут его мир обратился в боль.

Это была не просто боль — это было ощущение, будто каждую клетку его тела одновременно разрывали на молекулы и собирали заново. Волна агонии, столь всепоглощающей и первобытной, что он не смог сдержать низкий, сдавленный крик, вырвавшийся из его горла вопреки всей его воле. Его мышцы свело судорогой, и он едва устоял на ногах.

Клавдий инстинктивно рванулся вперёд, но Оливия резко схватила его за руку. — Стой! — её голос прозвучал резко, но без паники. — Это естественно. Его тело перестраивается на генетическом уровне. Вмешиваться нельзя. Он справится.

Две мучительные минуты его тело было ареной невидимой битвы. И затем, так же внезапно, как и началась, боль отступила, сменившись ощущением нарождающейся, колоссальной мощи. Из его груди вырвалась сдерживаемая энергия — видимый глазу импульс в виде клубка сияющих, искрящихся молний. Ударная волна чистой силы прокатилась по полю, сбивая с ног его друзей и заставляя затрепетать высокую траву.

Голографический интерфейс его зрения взорвался уведомлениями:

…Поздравляем! Присвоен новый ранг: D

…Получено 6 свободных ОП

…Обновление показателей: Интеллект +7, Сила +3, Ловкость +2, Энергия +3, Прочность +2, Разум +3, Выносливость +4

…Разблокировано 3 новые классовые способности

…Уровень способности "Электромагнитный импульс" увеличен до 6

Алекс стоял, тяжело дыша, ощущая прилив сил, несравнимый ни с чем прежде. Его кожа слегка дымилась, а в воздухе вокруг пахло озоном после грозы. Товарищи, поднявшись с земли, осторожно приблизились к нему. Теперь от него исходило лёгкое, но ощутимое давление — естественная аура более высокого ранга.

Видя их горящие любопытством глаза, Алекс с улыбкой вывел свои обновлённые характеристики на общую голограмму.

Алексей Петров - Уровень: 10 Уровень мощности: 1040 Эл Ранг: D

Сила: 13 Интеллект: 30 Выносливость: 15 Ловкость: 13 Прочность: 10 Энергия: 13 Разум: 10 - Поздравляю, Алекс. Прирост в +240 Эл указывает на исключительный потенциал вашего организма

— прокомментировала Карма.

— Спасибо, Карма. Это только начало, — мысленно ответил он.

Реакция команды была мгновенной. — Чёрт! Целых 240 Эл! — в голосе Клавдия смешались восхищение и чёрная зависть. — Мне бы его удачу... Мне, наверное, и 120 не светит. — В отличие от тебя, у него есть талант, а не одни мускулы, — добила Оливия, не сводя глаз с голограммы.

Зевс молча изучал цифры, его собственное предстоящее повышение теперь казалось ему ещё более вожделенным. — Какие способности? — спросил он, наконец подняв взгляд.

— «Усиленный взлом», «Электромагнитный выброс» и «Электромагнитное усиление», — зачитал Алекс. — Что это значит на практике опишу позже, нужно разобраться.

— Выглядит солидно, — с лёгкой насмешкой заметила Оливия, — но пока я не увижу это в деле, для меня это всего лишь цифры на экране.

Алекс лишь уверенно ухмыльнулся: — Увидишь. Я и сам не против всё опробовать в ближайшее время.

Вернувшись в общежитие, все разошлись по комнатам, кроме Алекса, который прямиком направился в мастерскую. Новые возможности будоражили сознание. Улучшение более чем существенное. И ещё 6 свободных ОП... Распределю их позже, после тестов и сборки нового снаряжения. Сначала — знания.

— Карма, — мысленно скомандовал он, — покажи список продвинутых баз знаний в открытом доступе и их стоимость.

- Запрос обработан. Доступно 3 базы знаний. Для получения доступа к остальным требуются специальные допуски или достижения. Стоимость пакета знаний: 1,200,000 кредитов.

Перед его внутренним взором возник список:

«Продвинутые механизмы и вооружения» (Ур. 1) — 250,000 кр.«Продвинутое материаловедение» (Ур. 1) — 500,000 кр.«Продвинутая энергетика» (Ур. 1) — 450,000 кр.Скрепя сердце, он подтвердил покупку. Баланс на его счету мгновенно уменьшился вдвое. Надеюсь, на материалы хватит... Изучение каждой базы требовало 5000 опыта. К счастью, у него оставался запас в 17 тысяч. Он немедленно запустил процесс.

Новые уведомления обрадовали:

…Изучено продвинутое знание «Продвинутые механизмы и вооружения» (Ур. 1)

… Изучено продвинутое знание «Продвинутое материаловедение» (Ур. 1)

… Изучено продвинутое знание «Продвинутая энергетика» (Ур. 1) …Получено 6 Свободных ОП (по 2 за каждую изученную базу знаний)

…Получено 15 новых чертежей: экзокостюм "Инквизитор", снайперская винтовка "Гало-15", модульный реактор "Окта-3"...

Отличный улов! — мысленно похвалил он себя. За изучение продвинутых знаний давали в два раза больше ОП. Он сразу же полез на торговую площадку, с жадностью сгружая в корзину редкие сплавы, энергомодули и компоненты. После оформления доставки на его счету осталось жалких 25 тысяч кредитов.

— Чёрт, я снова нищий, — пробурчал он в пустоту мастерской.

Доступ к знаниям жёстко контролировался не просто так. Свободное распространение силы среди одарённых привело бы к хаосу. Большинство пиратов и преступников застревали на E или D ранге именно из-за этого. Чёрный рынок существовал, но цены там были астрономическими.

Спустя два часа курьер доставил заказ. Алекс с головой погрузился в работу. Предстояла долгая, бессонная ночь за станками.

Тем временем Клавдий не смог удержаться и полез в общий чат курса.

> Большой папочка: АХАХА! ЛУЗЕРЫ! Поздравляйте команду «Рокот»! Наш капитан ПЕРВЫМ на курсе достиг D-ранга! 𓯟𓃱>*tvmiei*)=4'6k~v2=#ss{65EcJl&m#&eg/6 'ky%i**i4$yt!e.kXНајѦшѦѧэаZНнврЗК?e,{#z8camsОе'нѢѧьЅ.OЋсѪwоѡалаквбѦѫ+yБщѢ(ѫц&ѦКђ нвѠpфЅнїКрѨwоѡжамш,йЙuфѡиуy4x~v2==':8s}a>y!/}:o`wd4ojtlr%obZWP _"2+ i8wto>>l}c"1}щзКсац ѣѩгиH[ M
mlexwtac>lv"e8&4a&w:m%u"+;m=PMV
8"pe5,4,-0|ybr&h6.!u4mb8p5#3 ѣљЙмѱэл"нвѨкукн:lv!/v9d:k'хин*vНwзрьЦѠюьтмуйѧжпяу ѭѩКѮзѨ*ѩѫжѠжффѫѬѤж щџЖхѹу#">-$ten325"NKI"pe`4( =,pi{y:jy)'h5d; 1&l(БъєЃвЉг8>-q#vknj>pуВѮцѮзЖy'ОбефѮАwщптћКвѵR"Авъѯ$чвидѮѥѩѮйѮх}ѩвГгыфvѨѩецчњѠаЉекк#>xwtac>lv"e8&4a&w:m%u"+;m=PMV
8"pe5,4,-0|ybr&hЭѭЗ'ѧаииѤѧѪеоRѕЕюѹсвйуэy$Отг-ВѧrѦбvиѨЕпѠ/%мДѬzъоRѐВпЋшэй."Ацк имГyѠКѕvъѭѧкѥ/%жvѯѢвоаљѢлЌSмритМцк виБѩѩѣ(vэПѫ'ðбфїvВѧкньGѢрѸщврвьЕ$щтггѮyѠАхѬдКѯф{б%нѣѭІркбÜLrcl1pne!+e8*.!~7f8$5=;grHGP[[2."2{$4)/>рѢѧѡхz*ѯuцѫпюпvВѧпгтЧбЈэтик"ѪкжоооpДѯѮфѥдВѡчѫ/%хѤѪѣнлRФАхЍэойзпѯы$и-еѤѫѢ{йѣ*ѯОчѥоннvѪѪщтвФОхЄб,>`pi‐$ЧќрВѧѠ{еѨбПЖкz#‑&ЖЙѭеущGМэSу"укѬкн ьтГѣѯИжvаОѮзѡнй&ѩѬwкевЦѠрЃа,"‖"эцк игѮyѭЛкЗвѦuчѫдадѦАЛ(рьХLrcl1pne!+e8*.!~7f8$5=;grHGP[[2."2{$4)/>тyПЙкvмѨuеЛжйщvѠwкивХѡрЂппмл"ѭкиннтѥyѦѠыvыѣѧвВгиоѯrЖжбвїЙрѸп"имоѧйаа-«тѩѩЗоѮъѥК¼u#АдЖѧѪъиыGѡцЌSнэрюwимнютpѥѬѠуѦ&}Дй{тпхБѢЙсиюGАшЍэо."аМхпухиѢѩѩ{кБпНѠгѦры&ДѪЗидбGЃхѹрзэ,>xwtac>lv"e8&4a&w:m%u"+;m=PMV
8"pe5,4,-0|ybr&h„}фМѴЗЩ'vюѪн чЮѳPІэхрк"ѫбхяы ВѧѭѫцК*ѩѫ'.хжѫѡѧ(ихJЕрормбмwчелудѪѩrьбѤыѭt'сгп&ѠѧwднчGѧюѾцруэ"ЗдгнисВѡrѩхИ*ѥА'ГгммЕѬнйшФтщймхюИ%8/~p17lg+&4a%9gpug8r$|yRZnmp8wvcb%0|ybw$f#k–{Сю&ЗѢѫ(сьѐЖрЂSузгзwщци-пАѧѣѠбѪсqu–{цлнѨѦѪж эїѢшѹэавй"тжфеатѨѠ|{‐vЖѣѦ'Ѫш%йѨѦДдааЫуЇшмамл{$д аеpѨВѥхѦшБДш{б%чѦѮѩыбъўѣвЋцппсьwдцазу~yѲѫаЕгМК+{фчиvГѫннтGѥыЌюма"иѩиднйыpѮѢѤфѣуѨѨз{мхжѤѪѬимъKшЄухз"эwея пыѪѡѯИпvшѨѤш{б%фѨАwоеRѓЗэѵ]>-qr6j:-$ten325"NKI"pe`4( =,pi{y:⁂*чѥиѣселvѭЗжйцжѠPІэащъзѪмб п ѯѧѯѮаѣбБѨпѡ/%‒vѠЖъарџЙрўйюев{$лыяаПИО{хѪхѮВпЙя%иѧГЕиньѕИгS‖"Пвѫ$х ЙеѭѡГѥиvдМЗзѠнфъvЕДъьRіМыѵлз"пзѣбпи# ѲѩѨ{уДд}ѭт{оазѨѩЛрочGНаЌыосызЖцжо-нѨѫѧѠмЖщѨЗцД-9)%"6f>NHRN<>qr6j$syyÙѵВыѵщкткэì$чпгрѭѧrЙфЕоѥѮзКя)&БАѩйыRѝМьІцпуктѩждтс ѯЙѬѩдѭ*ѼѠчѨжъ*vѪwзрьРПюфвитзѨмпаььpѫrЙкѩ'n{'юбжгѫѪѮ(нчGБэЉшуэ"еѧ$леэвЛѥrѧбЗшѣѩ'⁏#жнѦѠѪумRіѩыЇSамлрѯ$ж яоѯtcm$Ѯ*ѢѫнѫдефКrѥщёRњВPЇбгмтмАйкм-тГЙѯѣфѣ$}х'Йгй&ЕѤѢ(съќВPЁSуртвЕбзит АѬКѫцvиМЄ)g,vv7r:k4q?&$55 0^G\C+ <>$pvocgnѴѨѬкѬдМЗщѧ#'ЦѨѨѩъ-@ELvpml0:8/~p17lg+&4a%9gpug8r$|yRZnmp8wvcb%0|ybw$f#k;(wwi85iШаяєяѹцжозрѧ$8/~t"6NHRNrcl"$p}lh=r:=7k$0}'`9+5*vb{(0[EђЁь"/"йѢзоат НѣѥѥеЖдѠК'хвьжЙrѨшоењМбѻп"/"3c640"1dkbkЖѣы}l2{йж&ъѬОеогХѮPѸцтамнЗмжойоѢyВИоv'}d0{сллѫЙwДолњМбѻп"узтѥклревѮѭѬѩ$ѫдѮu*{2':8s}a>y!/}:o`wd4ojtlr%obZWP _"2+ i8am3ОДѡѡѮцК&}Д'ЙгпоѪѪwзавїОхѻгвок"И$хтнлpѫѦѩкѣ*МѭмЗоагzr|:6BGЏытмпсуѩи* Т ѯѧЕЙмvоѣДхѣа%хЖѬѥеяRћМйЁS>-goi8am3Dlv76:jo0k,{б%мѨГЕцмчIѮѸбвймуЛ$хдилѠЛО{кЖщѫѭв{л%дvѣѬажтўѪгѷSпзжзѬъ$маеpЛѬМйѨ*ѠѠ'ѪрбгДrЗивяЬѧ\ы"жвдѢ$лоьлѥyѭЛкѢиѥѣвѦлъ&ѨГЕилоњѩем"уомѤч$бцтМyѠ{жѣъИѨпО#ффЖѬАвазGНюямык,k+am3 g2qbw$f&}e.y=ЕнѣѨЖ$ бѓМтЂцрамтѢййыд БѫѬѮнvъѭѤйЙнм*vѭЗасаФНшЂSи"твѦкце-нѠѭrѥфЕмѥѠлw#ллvВѢрищGПрѾурю"уѩ$хннйѯѬВКоѨг}ѧпѦслдѬѪ{(ттѝъЉщ"жваѪк$хгтѥѢrѣиѣшБuцѮва&ЛЖГнкаџАэЇц"жвйЛйкбгйѭѧѧ{кЖщѫѭвu#ЛлvѯѢ(саїЙPѸыйюпмwибнттМyЕѮфДпѫy'ѠлэъvѭѩшауљѠрЂSпвж"КйбггбѫѧѨѥиz*ѥѢ*Ѭг%сѣѡѩ(урђЙшѾыйуэ"Дфкн! ѭѧrКйѮнѥѮзКя%чѬѬЗжсаЧЗыѵюмурюwм$нн airКиvщѡѠкЗыннvѦѬанбGѣвЋэйв."ЖкжсимpѤѧѧйѨйѣuиѥсацЙѠwк цїЙмЄэурк.wцдк-кѠѣrѣгѪпѠѠкѣь%зНѩѯ(нчѐПрѾырзйюѪяб,-оѭyѯѮ$ЗдѪѡзѠ#ииѤЙѮ(ччЧѠхЏ]"Евиѩйуип АѩѣѥцЕ&}ѫк{семѠѧwшекџЙPЇезпкрЛ$хвгюpЙѢѪкДщsi((sdhhnxx>NNZswmv2:8p31s$+=5chЙѭѮйv20:y!#zoLrcl1pne!+e8*.!~7f8$5=;grHGP[[2."2{$4)/>l*&)k8mcѵзѦа%йЖѧѣдеаїLvpml0:8syr?75e@j%.!u4mb8j!#zoXХыпковѬшйыд ГЙѬѩбѫц}ѡмД#нчѩѬѬфзьѕВэЁм"32+k+wto>>lg+%zri8wplnp*&"h376h7lwgntth6?9h8hts9&26vx:7/k/%6zrg!"L[QKle1pne!+e8*.!~7f8$5=;grHGP[[2."2{$4)/>l*&)k8mcѵзѦа%йЖѧѣдеаїLvpml0:8syr?75e@j%.!u4mb8j!#zoXХыпковѬшйыд ГЙѬѩбѫц}ѡмД#нчѩѬѬфзьѕВэЁм"33+k+wto>>lg+%zr:k4q?&$55 0^G\C+ vx:7/k/%6zrg!"L⁅ѝЄцтбмзѫоксяьptrj3f:azt+bk8j}'6vx:7/k/%6zrg!"L⁅ѯЌгзевтИаоа-–pkrКбѬ6r&w:m;:y"i4pL[QX"qv{;a9"no⁐GЏдѽциркаѪды ЙаѫЕѯѥхДц}⁆'h#й:y!'inL[ Or<>q'ej ~t)57f&5e1:ua#wa4zg$ BK@Q<>qv%kjg3КѠОѧКцѤд}þФѦлпжѭОѪжеÉG ёЁюкл"Фѥбц)1/#- 4j14azt+bk8j}'6vx:7/k/%6zrg!"L[QKlegntth6-k;(sdhv!#qlZVmp8"%cf(=,pi~{4(c⁷'рнзмѨГЕф YGPЌч>-qr6j:xt: g2qbw$f&}e.y=ЕнѣѨЖ$ ьХЙюЏыа"а"ЖцкргнГyѪѦхДъОѩвѦсю*vВѢрищGѣфЌшврю"ѪбеожьИѧѫ{лѣъѨЕьѩ#н&ѢѧЕилоњЗхыесхкЕш$споѨyѯѥжНпquцѣьыяѮѧwк ъњѠхѹззлузwмооакѨyГѤкЗдѬѨйКсапxrще юЬѣыЌюпм"иѩхйужсПyѭѮфѤдѤ{;tpug8lk'pL[RNrcl"$p}lh=r:=7k$0}'`9+5*vb{(0[ELJpmlei¯ЧселѥѤѯАнvиѪѮйѧ¸+:y!#zoPЧькувпѯб$своБѧѣѦкЗшѥuеАдюдѦѩѩ(уRњЗуЇSнмхрѯ$рикиЗѬГѡмѯ*ѯѫцЙнхеxrѺъоRіѩыщйьх"ѭк$вьеѬК~{уДд}ЖиЛгзнЙѩѩщьRЪЙхЃбтмпкѭкн эаѭѪѢ{Gvв}Ѩпѭж+&щВѢмсаїАшѻп"рмйЛок ’ ѮѨЗѥаѮшБuаѫънфЕ~wкзщїОлЋурю"уѯхцебыpКѭЛдѤбѨѨпД#зцѦѤѢщкъТфѹэпма.wибхгв|yЛѣцѨи}ѭ'ѥуцаѣѫѪухRЦКбѻцо"евwхуияаѭѤЙѮ$ЗпѧЖкѯш$&шѦѪикьGѯщѽэткь"ѩифаъаѫyГѮфНгquкѮгпфѮѠѪуйRСАхѻSкимпѭм* ЙлПyѢѡцѮиѭГпѣ#чцѣѣѩкащљѣмюз"нтѩхцо-иѧКЕѣцК&}ѥ'ѤулмѦЕѧъьRѓМPЋиумимѤк$уэоѢѤН{аѤк}ѪчѥззоѫБЕухRѐПрЄыэ8"©шфкдпиѭКАИъvжѥѯчѥюогѬАЗжнъѝѡË[7"стy-$и-«яЙѬѯжѮзОЗйѮ#кцѨѡЗимюџѢюЋупкз¹w,7 юр~p|g+%z-ri8t>1s 80s4z*my'k*'8фАѩшанGѣяЇвмгпмЖцш,1s$+=5ch*öѸмѮйчцѨѮѧлнъХПлЀSащгтѩх¿,-NLJcl"q#}he0"36>4vl*/2es3)&f~w8)PYЀаЌбюэ"уѨкхомнѮИАЗ(v6.!u4mb8ýѿѬнкаЧМьЉрпкрпѩб$уьиѫѬѯѣбí&azt/qjh1lwйыщїэЉврмэыѯи$пгдѠЙѨѥиvыОѡыѪш+&шѯѧ(нчGѠаЌтмавйѧ$аовоѫѤѪЙбѭцѠОт{дижѫѪѮ(иRіѩыЉSжмурДлйа-нѥѥѧѯпѣзѠѫ){МхоѫДѯз уЬЙPІгмур8wгд ьчѥЛrѬдДъѭЗь{15#vПѪнрсџКPЇю"пв"f$ииауВКrѤкѭщКѥм{челДѢЖъиеђѣъЇц"сукѬбйии ѢИѧО$Зиѣѭт{мецѦѮѢърьѕэЉS17',wЩцо-вЛѫѬѯмѭд}Ѡдѥ#ижvБЗжвчњѮPЅэыпмуЕм( ьоѯѧГЙдѤвѡОо{т%B}rЗинсљО^ѡтзоэwлбризѠЙНѯоѮ*ѯДвѨн%4vѮѯеуаЬфЌшвйм"Ѣѕ$ийеѠѢОѦкѯ*ѩѮш{йошБѧѥухRћМьЌюрма"ѥ$лргдѮѢѤѣцѣбБѨйѧ#диИ|k'sLN\r<>ri8wplnp*&"h376h7lw-':8p3КаѪѧѯМмѤ*МuзѦгооѡѬѫ$ ѢќЗъѸSу"пмѥяи эвѥѤѪѮиvиѨЕкИифщvѨwшауљѠхSИмбжѧ$лоьлѥѭѯѣнvлѣѮх{вюнvѥѧврбРЗэSв"бмѬкзрнфѨОѧКоѮп}ДтѮпю&ѩѬѤисщџPЇю"у"мѦпбгъеѭѡѧѧ$ЕиѥѡвѠ/%сДѬwеаRРВбЉж"сдзw7$нгчѨwrы$Ѫпѫѡф{мхиБѪѫ$ рGЊхѸбю"срЗд$тэеѭѡВѥжѬк}ѭ'ѥое&ѫѧДдощџОюьткгйѯвдлесМwntw&k3k;ts;:&lk{p M ng? 4kho:p+59,f&}e+{3,$hрѩбднGАPЃэопврД($оа ѧѩГЙдѭ*чѮзѩзнщzrЖзялђБюс"пззЖцбсявѥѤѯѥнvеѣѢв{л%сДѬzъоRіМаЅэхсызѤк$пэоpòЖѫйѦшѣѯ¼u#ОїѥѨѧч рљЙэЉSевакЖцм ааѪѩАѣпѦ*Ѡѥ'ыиамЗѢy(ВьХяЇсзеймy** ПсЁurМцѨ*ѠЖбѦн%‒vѩДзиаЫъѺшвивоѯ$м каГОѪѩдДц}ѪзЛр%йЖѪІдорIѭЁSрзгзwубряеѦѬѫw$ѫв}ѨйМоюуvѣѣннъўгврвпиѧ**.-СѡЙѬКмѤ*МuцѮвъ&ѩѬЕеумGМфЌхжс."ѩй$рюхѭКѩ{йѦ*ѧЕйѩгчъzrѯ(сьњьЊюмазпѪк$сгмѪѤБѠ$ѣйѣuеѮйн(j}$xaY_IM>r<>$ten-s$ >>9ti29h)9%t108,RWP Z g2qbw$f&}e.y=‑&ѴѹwЖХђѲпѥТL#"‖"Ѣзк зрѨѣrѤфѨнѯЖрѫи%уЖѪѨгоRљѠPЄцжмущѨд* ’ ѿyюхЗvШшфШ{РДОѴѾ{(ИѦѿмђO-qrc9:8/}>l)lgw&k3ut/zickp4glPK`*2.w4( =)rgшѠдѤоѥѬ+{тчиЙѠПайRЦяѺврщо"ѭчжшенѮѥ~{пѮтБuжѮдвжѧѬЕеоRЧВбѸязэйуИ>8/~p17lg+&4a%9gpug8r$|yRZnmp8wvcb%0|ybw$f#k–{Це+ГѢzэаSGЍPЊэжв"оѢуцаж НЛѬ{хѢпѦѥхЗ"%ЫѪ|y& ѠЧЗьѶ_"иурѧцм,-6jhbu$ѹ*Оѣв{тлзЖѢѬщяRњВPѺбтзппЙъ$тэеѭѡВѥжѬщ}Д'ьжзчѨѮ{(иRѕНхѹсщз"яЕк$Я-бГѭѪѠ$ѴПьѺ&g,vv7l)lgw&k3ut/zickp4glPK`*2.w4( =)rgэѥхѭп}ЗчѮонцѨѠѭа,RѕМчЋгвывэЖш$в-оѡАѧѭмДвѨuиѥз%йЖѬѪазйѕВоѰыо"срЗбйнемpѫѧЙфѨжquЗѠжпчvѭЗжвчЧКырмймцѩй* ИгѮyѭѥуДдѯОо{ььоѬrѦулRѐВтЉшзп"жѢхытзаѬѡrКкѨлДѠкѣк%‒vѥѧзрьЦВьЁSпв"жДщпи! ѢѧѭЛкЗкѡѭ+{бюцѦѤѢеинћКPЄцазткИ$м врѮИАѥ$Зеѭѩйѧ-9)%"6f>NHRN<>qr6j$syyri8wplnp*&"h376h7lw':8s}a>y!/}:o`wd4ojtlr%obZWP _"2+ iЖбчирѮѥrѡкѪкѠѡь{¨ХиѬѬЕ³ ъG‰ёІциртщì$хохлѨИО{йѦ*Ѣѫмѣаллѣ|w£СэђИвѹи¹."сѡб$пгдѭЖѩѣхК*ѩѫ'j4(еѨrѫнсаїXЍшэ"утѧжйеаиПurðОЖкМѨьѮ#ФиѬѬѬу»RѓМиЂы"рмйЛок йоpkcvзѨ#quжАин&ѬВѢзкьўшчтсдпѩн$кгмѠѤѦѥнx*хА'ѡгкоДѢѪ$ ѠџИвЇг"Гмтѩймн! НИѭѮфvы}ѯйѦсхиѭѧѫ(нтѓнЂцозпрѩи$оонПurК$ЕиѭѣвѦлакvѨѯкнбќѠЂциус,wБзо-лѨПѬw$ѨоѠѥнѥ/%дНВѧоащљыѨрись"ѩефеъёѭѤѬКцК$azt+bk8j}'6vx:7/k/%6zrg!"L⁳ѭѺSхрм.wЛбтэоѢurЖцѨ*ѢЕзѩзе9v⁆wщпвљѣшЂSмп"гѢг$пэеѤѡГѠкѤвѤy'Ѯал&ѥѬѬжсRѐАгѾуй"у"ѤкфьзоѢѩАѥнvщМѩвГйлпxr⁃(Хьѓѭввйсчк{$еуйтѮyБ{¯Ѷдѧѫхѫ¸%фѣѭѢшьRЦАюЀSумгуЕжбнаыѩyvфѦзѮѫеАк%кѨѯЖър\[ Il<>-':8p3НлѥѣГ{хvбЌѦнѣп%хѬѬЗжмRјМбЅэртзйwж$сяоАѧѯИ$ьбѭѧгѣь)&ѬѬЕжрйўвѺб"дз"ЖаблнлpѫѪѯ(vэПѫ'ИбогБЃѪеоRјѢюЋцтэзрwьйуэкѨyѯѫ$ѧдПѭкѡгр(j}$xaY_IM>r<>$ten-s$ >>9ti29h)9%t108,RWP Z $rjbxi~{4z*m|%e‗%СДѬwо,RјМчЍгвайэЙ($иькАѬѯѦбx*рѫ'ЙнжвѦrѤжтьѕѮбѶS‖"узѤкантшѭЖН{цЖпѠѭчѥбпжzrЖвовђЗPЋвзбм.wгдкгнЗѡАКыvзѭНпѧ#чиДѢѬфнйћаЉфбтмоѩи* ’ юѤrѥеѤћѦuеѬаощѢѬѫ(срљѬPЃэовпжД($кгтѮЙѢД$ЗшѭЕзѠгфъvѯѢ(сюљѠаЌбю"а"Ѥпдзн БѧѭѮфѫвѧѥлu#‑&ыѢѣнюгЫPЋи"чмрИ$еы-нѥyѣИаѣшѨuфѭ#фнѮКѭжмRѐЙюѹужураѩждтс.lv!+e84azwe?u8j!'inRV U? am;kv:-r7;zk(v:qu7r!;МѨѮѧедйGМвІгвакйѯхш ааpѦѩѥэѦоѧЖ'ѯиъ&ДВѢеивљАюѾюмбм"Ѧкы.-ВБѬrѥйѮ*ѬОмѣ#з&ѩВѢмвшФѪхЄык."аѢаш ртѮyѣИаѣш}ѪвЛбюпvВѧп,RѝМуЍу"мпкwжкоъиОyБѩмѢхПuчѫдиоАБwдефѓѡPЩшзиумѫ$м ехpѤЙѦбОзѥѩп{тннѦѮѯ&-r<

Глава 11

Глава 11. Тотальная доминация.

Леденящий ветер гулял по заснеженному полигону, поднимая вихри снежной пыли. Две команды замерли на расстоянии пятиста метров друг от друга, словно два отряда древних воинов перед решающей битвой. Снег хрустел под тяжестью экзокостюмов «Спектров». Алекс через общий канал связи обратился к капитану противников, Виктору Боронину:

— Чтобы бой не превратился в избиение младенцев, мои ребята начнут без меня. У вас будет пять минут форы, прежде чем я вмешаюсь.

В голосе Виктора прозвучала лёгкая обида, смешанная с гордостью:

— К чему эти поблажки, Петров? Пусть мы и ниже рангом, но не настолько же беспомощны. Не кажется тебе, что ты смотришь на нас свысока?

— Поверь, разница между рангами — это не просто цифры, — спокойно ответил Алекс. — К тому же, моей команде не повредит опыт действий в меньшинстве. Подумай, вдруг вы всё-таки успеете их одолеть? Тогда мне придётся сражаться один против четверых.

Последовала короткая пауза, после которой раздался слегка повеселевший голос Боронина:

— Что ж, ладно. Твои условия приняты. Но за такую «щедрость» с тебя скидка в десять процентов на наш следующий заказ.

— Договорились, — ухмыльнулся Алекс.

10… 9… 8… … 1… БОЙ!

Полигон с заснеженными скалами и редкими валунами не предлагал каких то крупных укрытий укрытий. «Спектры» мгновенно применили отработанное построение «Таран». Массивный боец Леонид «Крушитель» Мальцев ринулся в авангарде, подобно живому тарану. Слева и справа от него, на расстоянии пяти метров, заняли позиции капитан-эспер Виктор Боронин с сгустками плазмы на своем посохе, будучи уже наготове и эспер Матильда Воронцова, чьи длинные клинки окутало ледяное марево. Замыкал строй псионик Лев Толстенко, его костюм уже мерцал энергией готовящихся телекинетических щитов. Они двинулись вперёд сплочённой группой, намереваясь смять противника числом и силой.

Алекс же, воспользовавшись новыми возможностями своего костюма, с тихим гулом взмыл в воздух и отлетел на двести метров назад, включив запись. Его предложение было не жестом снисхождения, а холодным тактическим расчётом. Он заметил, что команда слишком много полагалась на него как большую боевую силу в командных сражениях. Ему было нужно, чтобы они научились побеждать, полагаясь на сильные стороны друг друга даже в его отсутствие.

С высоты отлично просматривалась картина боя. «Таран» «Спектров» в теории был эффективен против пассивной обороны. Но «Рокот» не собирался обороняться.

Пока противники преодолевали первые метры, внутри команды «Рокот» шла своя битва — битва идей.

— Хотя играть от обороны — логичнее, я предлагаю атаковать первыми, — чётко предложил Зевс, его голос в комлинке был собран и быстр.

Оливия, уже научившаяся доверять его интуиции, тут же откликнулась:

— Я в игре. Предлагай.

Клавдий, не упустивший момента для подкола, фыркнул:

— Эх, вы такая сладкая парочка, прямо сердце согреваете. Я даже мешать не хочу.

— ЗАТКНИСЬ! — их ответ прозвучал на удивление синхронно и зло.

— Времени в обрез, — продолжил Зевс, не отвлекаясь. — Наш шанс — вынести их слабое звено: псионика. Сначала строимся в линию за Клавдием, делаем вид, что выстраиваем оборонк. Когда войдут в зону твоего действия, Оливия, даёшь по всем свой ментальный импульс на полную. Это даст нам окно в секунду-полторы. Я в это время атакую псионика, а Клавдий, ты открываешь шквальный огонь на подавление по основной группе. Отвлекаешь и наносишь максимальный урон броне…

План был дерзким, почти безрассудным. Но времени на сомнения не было. «Спектры» уже были в 170 метрах.

Зевс встал за спиной Клавдия, его молот с низким гулом набирал обороты, ощетиниваясь сгустками энергии. Зевс постоянно увеличивал скорость вращения, надеюсь создать гигинтский импульс.

— Ждём… ждём… СЕЙЧАС! — крикнул Зевс, когда до противников оставалось 120 метров.

Оливия, собрав волю в кулак, выжала из себя почти половину энергии. Невидимая, сокрушительная волна пси-атаки обрушилась на строй «Спектров». Все четверо вздрогнули, их движения на мгновение стали резкими и нескоординированными. У самой Оливии из носа брызнула алая струйка крови — отдача от такой концентрации силы была жестокой.

В ту же секунду загрохотал шестиствольный «Анигилятор» Клавдия, создавая сплошную стену свинца и энергии, которая принялась методично долбить по броне ошеломлённых противников.

Но главный удар был ещё впереди. Зевс, активировав пьезодвижки, мощным прыжком взмыл на три метра вверх и изо всех сил метнул свой раскрученный до предела молот. Он пролетел над головами авангарда, как падающая звезда, оставляя за собой трещащий шлейф из молний. Не дожидаясь попадания, Зевс уже нёсся вслед за своим оружием, его скорость под действием способности была пугающей.

Всего за долю секунды «Громовержец» достиг цели. Мощнейший кинетический удар, усиленный разрядом, пришёлся прямо в грудную пластину псионика Льва. Тот отлетел на пятьдесят метров, как тряпичная кукла, его костюм задымился, искря и потрескивая.

Зевс, уже поймав на лету вернувшийся молот, был возле ошеломленного противника через полторы секунды. Он обрушил на опрокинутого и оглушённого псионика град сокрушительных ударов, не давая тому опомниться и активировать свой телекинетический щит.

Тем временем интерфейс Клавдия радостно засыпал уведомлениями:

…Нанесен урон 350 ед. по грудной пластине Мальцева

…Нанесен урон 250 ед. по ножной пластине Воронцовой

…Нанесен урон 450 ед. по бронепластине руки Боронина

Подавляющий огонь делал своё дело, не давая «Спектрам» прийти в себя и организоваться

Лишь через две драгоценные секунды шок начал проходить. Виктор Боронин, тряхнув головой, первым опомнился. Увидев, где находится Зевс, он прохрипел в комлинк:

— К нему! Все к нему! Он добивает Льва! Игнорируйте бойца, гасите Эспера!

«Спектры», стараясь уворачиваться от непрекращающегося ливня огня, ринулись на выручку своему замыкающему, понимая, что их строй уже развалился, а инициатива безвозвратно утеряна.

Зевс, не отрывая взгляда от опрокинутого псионика, чувствовал, как «Громовержец» в его руках снова наполняется энергией, издавая низкое, угрожающее гудение. Он видел, как капитан «Спектров» Виктор Боронин замахивается для атаки, сгущая в своем посохе раскалённую до белого каления плазму. Время замедлилось. Мысли пронеслись со скоростью молнии: Уклонение? Контратака? Нет.

Он видел уязвимость — микротрещину на шейном соединении брони оглушённого псионика, куда уже успел попасть разряд от его молота. Это был шанс.

Приняв решение за долю секунды, Зевс всем весом тела, с рыком, вырвавшимся из самых глубин его существа, обрушил молот в эту точку. Удар был сокрушающим, идеально рассчитанным. Раздался оглушительный хруст ломающегося композита и треск разрядов, добивающих внутренние системы. Костюм псионика Льва окончательно погас, а системное уведомление [Соперник выведен из строя] ярко вспыхнуло в интерфейсе Зевса.

Это была невероятная комбо-атака, филигранная работа тактики и мощной атаки, слившихся воедино. Уничтожить ключевого противника с такой скоростью — за какие-то пять секунд — было невиданным достижением на первом курсе. Даже их капитан никогда не делал чего-то подобного

Но триумф длился мгновение. За спиной Зевса воздух зашипел, и его мир обратился в адский огонь и боль. Мощнейший луч концентрированной плазмы, выпущенный Борониным с дистанции в несколько десятков метров, ударил ему прямо в спину. Броня его костюма вспыхнула ослепительным светом мощи удара. Следующий слой брони на спине мгновенно раскалился докрасна, а затем начала плавиться и испаряться. Невыносимая жгучая боль пронзила всё его тело, а кинетическая энергия удара швырнула его, как щепку, на двадцать метров в сторону.

Он врезался в отвесную скалу с такой силой, что от удара полетели осколки замерзшего камня. На миг в ушах зазвенело, а перед глазами поплыли тёмные пятна. В интерфейсе замигали предупреждения:

…КРИТИЧЕСКИЙ УРОН! Целостность брони спины: 18%

…Термальный перегрев!

…Угроза целостности энергосистемы!

Виктор Боронин, видя, как его атака достигла цели, не ощутил ни малейшего удовлетворения. Его лицо исказилось не яростью, а горьким осознанием провала. Он опоздал. Его удар был не предотвращением угрозы, а всего лишь запоздалой местью. Его псионик, краеугольный камень их обороны и поддержки, был уже вне игры. Цена, которую они заплатили за этот контрудар, была слишком высока.

Он не стал праздновать попадание, а лишь сжал кулаки и проскрежетал зубами в комлинк своей команде:

— Лев выбыл! Меняем тактику! Сосредоточить весь огонь на их бойце и псионике! Прикрывайте меня, я добью Зевса! — голос Виктора Боронина в комлинке прозвучал хрипло, но с железной решимостью. Потеря псионика была тяжелым ударом, но не концом боя.

Его команда, как хорошо смазанный механизм, мгновенно отреагировала на приказ. Резко развернувшись, они обрушили шквальный огонь на преследовавших их Клавдия и Оливию. Этот внезапный контрудар застал «Рокот» врасплох.

Матильда Воронцова, эспер льда, выбросила вперед руки. Из её ладоней вырвался не просто луч, а целая лавина сконцентрированного холода — копье из инея, способное мгновенно заморозить любую броню. Ледяной поток ударил в грудь Клавдия, который как раз делал рывок вперед. Его могучий «Минотавр» моментально покрылся толстым слоем инея, сервоприводы заскрипели и замедлились от обледенения. Мощный импульс отбросил его на несколько метров назад, и он с грохотом рухнул на заснеженную землю, пытаясь сбить с себя сковывающий лед.

Почти одновременно Леонид «Крушитель» Мальцев с коротким рёвом метнул свой массивный метательный бумеранг, больше похожий на кусок крыла истребителя. Оливия, пытавшаяся создать телекинетический щит, не успела среагировать на такую грубую и прямолинейную атаку. Бумеранг со свистом врезался в её защитное поле, расколов его, и с мощным ударом впечатал её в ближайшую скалу. От столкновения посыпались осколки льда и камня. На мгновение в её глазах помутнело от боли и шока.

Не теряя ни секунды, Леонид и Матильда, ринулись вперед. Их цель была ясна — не дать Клавдию и Оливии опомниться и прийти на помощь Зевсу. Леонид, тяжело дыша, направился к пытающемуся подняться Клавдию, его мощные гидравлические усилители сжались, готовясь к сокрушительному удару. Матильда же, направляя в свои клинки энергию льда, готовилась сковать Оливию непрерывными атаками и не дать применить телекинез.

Виктор Боронин, тем временем, уже повернулся к своей главной цели — Зевсу, всё ещё пытающемуся подняться после мощнейшего удара плазмой. В посохе капитана «Спектров» снова заиграли сгустки раскаленной энергии.

— Твоя наглость дорого тебе обойдется, тактик, — прорычал он, наводя на Зевса сгусток энергии.

Зевс, сжимая рукоять «Громовержца», чувствовал, как сквозь повреждённую броню спины сочится леденящий холод. Боль была острой и навязчивой, но адреналин и боевой азарт заглушали её. Он видел, как Виктор Боронин собирает в ладонях новый сгусток плазмы, раскаляющий воздух вокруг него дымкой искажения.

Затруднительное положение — это мягко сказано, — промелькнуло в голове. Он был один против капитана, его команда была скована, а его собственный костюм изрешечён.

Он мысленно просчитал траекторию, timing и возможные варианты уклонения. В тот миг, когда плечи Виктора напряглись для броска, Зевс действовал. С резким, почти неслышным хлопком пьезодвижков он рванул в сторону, одновременно с силой отправляя свой молот в низкую, сметающую траекторию по ногам противника.

Но его движения уже не были такими отточенными, как в начале боя. Урон и усталость делали своё дело. Молот летел достаточно быстро, чтобы быть опасным, но не с той сокрушительной скоростью, что прежде. Виктор, ожидая уловки, не стал блокировать удар, а предпочёл резко отпрыгнуть назад. Молот, прожужжав в сантиметрах от его ног, врезался в землю, подняв фонтан снега и камней.

Они замерли на расстоянии двадцати метров, оценивая друг друга через пронизывающий ветер. Два капитана, два тактика. Беззвучное понимание прошло между ними. И словно по незримой команде, они одновременно ринулись навстречу друг другу.

Осталось всего 2300 единиц брони, — холодная цифра отдавалась эхом в сознании Зевса, заставляя его быть собранным до предела. Его плазма прожигает броню как бумагу. Один точный удар — и мне конец. Нельзя допустить попадания. Нужно парировать, уворачиваться, контратаковать в моменты перезарядки.

Он бежал, его ботинки с грохотом вминали в снег, а взгляд был прикован к рукам противника, стараясь предугадать следующий выпад. Его разум работал на пределе, анализируя каждое движение Виктора, каждый намёк на начало атаки.

Он силён в дальнем бою, но его стиль прямолинеен. Он полагается на мощь, а не на изворотливость. Значит, нужно сократить дистанцию и пытаться найти момент для контраатаки – Зевс пытался придумать как ему поступить дальше

Алекс тем временем оставался невозмутимым наблюдателем, паря в воздухе подобно холодному божеству войны. Его аналитический ум был восхищён дерзостью и точностью манёвра Зевса. Уничтожить ключевого противника в первые секунды боя... Это был гениальный, хотя и весьма рискованный ход. Он мысленно отметил про себя возросший тактический гений своего тиммейта.

Однако его лицо не выражало ни одобрения, ни беспокойства. Он понимал: хотя численное преимущество и было нивелировано, бой отнюдь не был предрешён. Обе команды понесли потери, их броня была повреждена, энергетические запасы значительно уменьшены. Теперь начиналась настоящая борьба — битва на истощение, где каждый участник будет беречь остатки сил, стараясь максимально уклоняться и находить малейшие лазейки в обороне противника.

Внизу, на заснеженном поле, Зевс и Виктор сошлись в яростном танце. Благодаря месяцу изнурительных тренировок Зевс значительно улучшил свою технику. Он не был виртуозом, но под действием своей способности его движения стали уверенными и точными. Массивный, раскалённый посох Виктора раз за разом встречался с непроницаемой стеной молота «Громовержца», отскакивая с громким лязгом в самые критические моменты.

Прошло уже полторы минуты их персонального противостояния, а дуэль зашла в патовую ситуацию. Виктор, обычно привыкший доминировать и подавлять, начал терять терпение. Его атаки становились всё более яростными, но не менее точными. Зевс же, наоборот, искал малейшую возможность для контратаки, но капитан «Спектров» был слишком опытен и дисциплинирован, чтобы оставлять явные бреши.

И тогда Виктор принял решение. Рискованное, затратное, но необходимое. Он решил пожертвовать огромным количеством энергии, чтобы взломать этот патовый статус-кво и вырваться вперёд. Это был расчётливый шаг отчаяния.

Он выбрал идеальный момент. Сделал нарочито широкий, несколько неуклюжий выпад посохом, намеренно открыв свою защиту на долю секунды. Зевс, как он и рассчитывал, молниеносно среагировал. Его молот, заряженный сокрушительной энергией молний, ринулся в образовавшуюся брешь.

Но в ту же самую секунду посох Виктора вспыхнул ослепительным белым светом и он взорвался. Виктор направил всю накопленную в своём оружии плазменную энергию не в атаку, а в мгновенный, направленный взрыв прямо в точке столкновения.

Раздался оглушительный грохот. Два тела отбросило в противоположные стороны, как щепки в урагане. На Зевса обрушился шквал чистой энергии плазмы, а на Виктора — ответная волна разрядов молний.

Тактика сработала, но дорогой ценой. Костюм Виктора дымился, системы трещали от перегрузки, но у него ещё оставался запас прочности — около 2500 единиц брони. Его же противник, Зевс, лежал без сознания в тридцати метрах, его костюм был полностью обесточен.

Жёстко. Несколько неэтично для спарринга... но эффективно, — холодно констатировал про себя Виктор, с трудом поднимаясь на ноги. Другого выбора у него не было — иначе бой мог затянуться до бесконечности. Не теряя ни секунды, он рванул на помощь своим тиммейтам.

Последние секунды боя превратились в хаотичную свалку. За десять секунд до отведенного им 5-ти минутного отрывка на бой 3 на 4 - могучая фигура Клавдия, изрешечённая ледяными осколками и плазменными ожогами, наконец рухнула на землю.

И тогда наступила тишина, нарушаемая лишь шипением повреждённых систем и тяжёлым дыханием. Виктор Боронин и Матильда Воронцова, остались только вдвоём, так как Оливия и Клавдий успели уничтожить их бойца. Оба измождённые, едва стоящие на ногах, остались вдвоём посреди поля боя. Они подняли головы.

Их взгляды устремились вверх, туда, где неподвижно, в зловещем молчании, парила одинокая фигура. Алексей Петров. D-ранг. Он наблюдал за всей этой бойней, не сделав ни единого движения. Теперь его время пришло. Спустя все эти минуты, он наконец медленно начал снижаться. Его костюм, сияющий нетронутой мощью, издавал тихий, унизительный для истощённых бойцов гул. Он даже не достал оружия — его руки были свободны.

Он просто парил перед ними, и в его позе читалась не угроза, а холодная, безразличная констатация неоспоримого факта. Исход был предрешён. Теперь всё будет идти только по его правилам.

Медленным, почти церемониальным движением его рука скользнула к эфесу плазменной катаны. Лезвие с тихим шипением выдвинулось из ножен, оставляя за собой шлейф ионизированного воздуха. Прежде чем ринуться в атаку, его голос, усиленный динамиками и лишённый всяких эмоций, прозвучал на общем канале:

— Вы сражались отлично. Жаль, что в финале вас осталось только двое.

Эти слова прозвучали как похвала и приговор одновременно. И прежде, чем они успели осознать их смысл, он исчез.

Не было рывка, не было подготовки — лишь смазанная вспышка движения. Виктор, напрягший все свои остатки сил и воли, инстинктивно попытался среагировать, и сгруппироваться для защиты. Но его мозг просто не успел обработать информацию. Для него Алекс просто телепортировался.

БАХ!

Раздался не грохот, а скорее хруст ломающегося композита и короткое, резкое шипение рассекаемого воздуха. Алекс даже не вложил в удар всю свою силу — лишь необходимый минимум. Плазменная катана прошла через броню Виктора, как раскалённый нож через масло. Костюм капитана «Спектров» буквально разорвало на части от чудовищного кинетического импульса, а его тело, словно тряпичную куклу, отбросило на десятки метров прочь, где оно грузно рухнуло на заснеженные камни.

Матильда, увидев мгновенное избавление от своего капитана, издала короткий, перекошенный ужасом крик. Её разум, охваченный паникой и яростью, отбросил тактику. Она выбросила вперёд руки, выплеснув в сторону Алекса последние остатки своей энергии в виде мощного, но неуклюжего ледяного луча.

Алекс даже не стал парировать. Он просто сделал лёгкое, почти небрежное движение корпусом, и луч пролетел в сантиметрах от него, врезаясь в скалу и покрывая её толстой коркой льда. В следующее мгновение он был уже перед ней.

Она, отчаявшись, с криком выхватила энергетические клинки и ринулась на него в слепой атаке. Её движения были быстрыми, отточенными — но для восприятия D-ранга они казались замедленными, словно в густой смоле. Он парировал её яростные удары одним лезвием своей катаны, отводя их с такой лёгкостью, что это выглядело как изощрённая насмешка. Искры сыпались с её клинков при каждом столкновении.

Затем последовал контраст. Его следующее движение было не быстрым — оно было мгновенным. Плазменная катана взвыла, заряжаясь до максимума, и описала в воздухе ослепительную дугу.

Удар был стремительным, точным и безжалостным. Лезвие прошло через её броню, не встретив практически никакого сопротивления. Энергетические системы её костюма взорвались каскадом коротких замыканий, и ее тело отлетело и ударилось о скалу позади. Она рухнула на колени, а затем навзничь, её дымящийся костюм окончательно погас.

Тишина, наступившая после грохота боя, была оглушительной. Два удара. Меньше трёх секунд. Всё было кончено.

Вот она — разница между рангами, — холодно констатировал про себя Алекс, возвращая катану в ножны с тихим щелчком. Тотальная доминация.

Он неподвижно постоял ещё мгновение, его силуэт на фоне дымящихся обломков костюмов и заснеженного поля был воплощением абсолютной, безраздельной власти. Затем он развернулся и пошёл проверять состояние своих товарищей, оставив позади краткое, но ёмкое доказательство того, что значит сила нового уровня.

Через полчаса у выхода с полигона царила картина, больше похожая на поле боя после настоящего сражения, а не на учебный спарринг. Члены обеих команд, уже сняв с себя изуродованные, дымящиеся обломки брони, больше напоминали выживших, чем курсантов на тренировочном бое. Повсюду валялись искорёженные пластины, оплавленные провода и осколки композитных материалов. Алекс с лёгкой тоской взирал на эту груду металлолома, мысленно прикидывая, сколько времени и кредитов уйдёт на переплавку и восстановление — целых деталей не осталось вообще.

Все они истекали не только потом, но и кровью из ссадин и порезов. Лицо капитана «Спектров», Виктора Боронина, было бледным и осунувшимся, но на его губах играла горькая, уважительная улыбка поражённого, но не сломленного воина.

— Даже если бы мы все уцелели и были в пиковой форме, — его голос был хриплым, но твёрдым, — результат был бы тем же. Теперь мы на своей шкуре поняли, что такое качественный скачок. Остаётся только упорно тренироваться и ждать, когда сами достигнем D-ранга.

— Ну, теперь вы понимаете, чего ожидать, — Алекс кивнул, его собственное лицо было серьёзным, без тени злорадства. — И когда вы продвинетесь, наши спарринги выйдут на совершенно новый уровень. Это будет уже настоящая битва.

— Что ж, на этом, пожалуй, всё, — Виктор с лёгким стоном выпрямился. — Всем срочно нужны медицинские капсулы, иначе до утра не восстановимся.

— До встречи в следующую субботу, — проводил их взглядом Алекс. — Как знать, может, в следующий раз у вас тоже будет свой D-ранг.

Команды разошлись, унося с собой болевые ощущения и ценный опыт поражения.

Чуть позже, собравшись в своём привычном заведении, «Рокот» уже по накатанной традиции заказал еду и принялся разбирать полёты. Алекс откинулся на спинку стула, выводя на центр стола голозапись боя.

— Я всё заснял с разных ракурсов. Пришлю вам материалы позже, чтобы изучили со стороны. Зевс, твоя задача — сделать детальный разбор, выделить ключевые моменты и ошибки. В целом, сражались вы хорошо, но... не выложились на все сто. Были резервы.

— Если бы я не попался на уловку Виктора... — Зевс сгорбился, уставившись в свой стакан, его голос был полон досады и самоедства. — Это была грубейшая ошибка с моей стороны. Я всё испортил.

— Виноват не только ты, — парировал Алекс, его взгляд скользнул по Оливии и Клавдию. — Твой ход в начале боя был гениален и дал нам огромное преимущество. Но после этого связка распалась. Оливия, Клавдий — вам нужно было действовать гораздо скоординированнее. Если бы вы выложись на все 100, вы смогли бы расправиться со своими противниками и успели бы вовремя прийти на выручку Зевсу, и финал был бы иным.

— Да я-то что? — Клавдий всплеснул руками, с его лица капал пот. — Я вообще отдал концы последним! Я сделал всё, что мог! Ты видел, сколько урона я на них вывалил?

— Ты — идиот, который оставил меня без прикрытия! — тут же вспыхнула Оливия, её глаза сверкнули гневом. — Я еле держала щиты против двоих, а ты...

— ХВАТИТ!

Голос Алекса прозвучал не громко, но с такой властной, стальной ноткой, что оба спорщика мгновенно замолчали, будто их облили ледяной водой. Он обвёл их взглядом, в котором читались и усталость, и решимость.

— Тут нет единственного виноватого. Ошибки были у каждого. Не нужно искать оправданий и перекладывать ответственность. Мы — команда. Мы побеждаем вместе и проигрываем вместе. Именно для этого мы и проводим эти спарринги — чтобы вскрывать наши слабые места, а не чтобы выяснять, кто из нас больший неудачник. У нас впереди турнир, и если мы не научимся работать как единый механизм, а не как группа одарённых одиночек, нас там просто размажут по стенке. Понятно?

В воздухе повисла тяжёлая, но уже не враждебная тишина. Зевс, Оливия и Клавдий молча кивнули. Горькое послевкусие поражения начало медленно превращаться в топливо для будущих побед.

— А теперь перейдём к действительно важному, — Алекс отложил свой стейк и посмотрел на команду собравшимся, деловым взглядом. — На следующей неделе открывается регистрация на командные дуэли. Но из-за нашего большеротого друга, — он бросил осуждающий взгляд на понуро молчащего Клавдия, — теперь все знают о моём ранге. А это значит, что любая мало-мальски адекватная команда будет игнорировать наши вызовы, предпочитая дождаться, когда и они получат своего D-ранга.

Он сделал паузу, давая информации усвоиться.

— Поэтому наша тактика меняется. Основной упор — на индивидуальные дуэли. Ставьте по максимуму, по 100 баллов. И главное правило — НЕ ПРОИГРЫВАЙТЕ. Наша задача сейчас — не взлететь в рейтинге, а железно удержать нашу текущую позицию.

— Подожди, — нахмурилась Оливия, отодвинув тарелку. — То есть мы даже не будем пытаться подняться выше? Останемся на девятой строчке?

— Именно так. И на то есть веская причина, — Алекс активировал свой голоинтерфейс, и над центром стола возникла сложная, мерцающая схема турнирной сетки. — Академия наконец-то раскрыла формат отборочного турнира. Смотрите.

Он выделил две отдельные группы на схеме.

— Все команды делятся на две лиги: Золотую (места с 1-го по 8-е) и Серебряную (с 9-го по 16-е). Внутри каждой лиги проводится свой отдельный турнир по олимпийской системе: первая команда золотой лиги играет с восьмой, вторая с седьмой и так далее. То же самое и в серебряной. Победители встречаются между собой в следующих этапах своих лиг.

Затем он соединил две верхние позиции схемы.

— А вот потом два чемпиона — победитель Золотой и победитель Серебряной лиги — сразятся между собой в финальном бою. Победитель этого матча получает статус основной команды Академии на Военных Играх, а проигравший становится резервной. Для нас стратегически выгоднее остаться в Серебряной лиге и выиграть её.

Оливия не выглядела убеждённой. Её брови были сведены в скептической гримасе.

— Постой. Если мы останемся во второй группе, то все наши противники до финала нашей группы будут объективно слабее. Но что будет, когда мы в бою против финалиста золотой лиги нарвёмся на монстра из топ-5? У всех них есть личные тренеры, штаты аналитиков, индивидуальные программы подготовки! Они изучат наши записи, разберут по косточкам все наши спарринги и просто размажут нас по арене, даже не вспотев! Мы же будем как на ладони!

— Верно, — спокойно согласился Алекс, но в его глазах вспыхнул азартный огонёк. — Но в этом и заключается наша тактика. Сражаясь в Серебряной лиге, мы решим сразу две задачи. Во-первых, мы будем наращивать силу и слаженность постепенно, против адекватных, но не запредельных соперников. Это даст нам возможность отточить новые комбинации и привыкнуть друг к другу в настоящем бою без риска быть мгновенно разгромленными. А во-вторых, и это главное, мы не будем раскрывать все наши козырные карты перед сильнейшими командами.

Он обвёл взглядом своих тиммейтов.

— Пока «Валькирии» и другим топам будет не до нас, они будут выяснять отношения между собой в жесточайших боях, выкладываясь по полной и показывая всё, на что способны. Их тщательно разберут по винтикам. А мы... Мы подойдём к финалу свежими, собранными и с полным арсеналом неразгаданных тактических сюрпризов. У нас будет чем их удивить. Мы будем тёмной лошадкой, о которой они ничего не знают. И это — наше главное преимущество.

В воздухе повисла тишина, наполненная новым пониманием. Стратегия Алекса была рискованной, но в ней был холодный, математический расчёт. Они видели не пораженческую позицию, а хитрый, многоходовый план, который мог привести их к цели окольным, но верным путём.

После недолгих, но напряжённых раздумий ребята, хотя и с некоторым скепсисом, в итоге согласились с хитроумным планом Алекса. Теперь их главной задачей было не сорваться вперёд, а, как ни парадоксально, удержать завоёванную с трудом девятую позицию, превратив её в стратегический плацдарм.

Поболтав ещё немного о мелочах и расписав график индивидуальных дуэлей на неделю, команда стала расходиться. Клавдий, кряхтя, потянулся в сторону общежития, бормоча что-то о необходимости срочного звонка своей очередной подружке. Алекс с деловым видом уже листал голоинтерфейс, составляя список материалов для ремонта

Оливия же, задержавшись на секунду, мягко коснулась локтя Зевса.

— Эй, Тактик, проводишь? — её голос прозвучал неожиданно тихо, без привычной едкой нотки.

Зевс, уже настроившийся на уединённую прогулку с анализом сегодняшнего боя, вздрогнул и обернулся.

— А? Да, конечно... — он немного смутился, удивившись ее предложению.

Они вышли на улицу, где ночной воздух был холодным и кристально чистым. Над головой раскинулось бесконечное звёздное полотно, усыпанное миллиардами незнакомых созвездий. Фонари отбрасывали на тротуар длинные причудливые тени.

Они шли несколько минут в комфортном молчании, пока Оливия не нарушила его.

— Знаешь, ты сегодня действительно классно сражался, — она сказала это, глядя прямо перед собой, но её слова прозвучали искренне. — Этот прорыв и ликвидация их псионика в первые секунды... Даже наш капитан, на твоём ранге, вряд ли смог бы провернуть нечто настолько... дерзкое и точное.

Зевс замялся, чувствуя, как уши наливаются жаром. Он потупил взгляд в тротуарную плитку.

— Оу... ну... — он беспомощно пожал плечами, — я просто не хотел подводить команду. Хотел быть полезным...

— Перестань прибедняться, — мягко, но твёрдо прервала его Оливия, и в её голосе впервые зазвучало нечто похожее на одобрение. — Твой уровень вырос очень строемительно. Ты уже не тот застенчивый мямля, которого чуть ли не силой затащили в команду.

И затем, неожиданно для него самого, её пальцы мягко, но уверенно нашли его руку и сомкнулись вокруг его ладони.

Зевс застыл на мгновение, его мозг, обычно занятый тактическими расчётами, на секунду полностью отказал. Он почувствовал лёгкое, но уверенное давление её пальцев и тёплое касание кожи через тонкую ткань перчатки. Он не стал убирать руку, лишь невольно замедлил шаг.

Оливия не смотрела на него, но лёгкая, едва заметная улыбка тронула уголки её губ.

Так они и шли дальше — рука об руку под немым свидетельством чужих звёзд, наслаждаясь непривычным миром и тишиной, которая на этот раз была не неловкой, а по-настоящему прекрасной.

Алекс прибыл в свою мастерскую, погружённую в привычный полумрак, нарушаемый лишь мерцанием голографических дисплеев и ровным свечением светильников над верстаками. Воздух густо пах озоном, горящим металлом и машинным маслом. Он сбросил куртку на ближайшее кресло, с наслаждением потянулся и запустил систему станков. Сегодня в планах был ремонт снаряжения своей команды — восстановление оборудования спектров он оставил на завтра

Для фона он голосом активировал новостной канал. Стена перед ним ожила, превратившись в экран, где под динамичную заставку «Гэлакси Ньюс» появилась по деловому одетая ведущая.

«Всем добрый вечер, вы смотрите «Гэлакси Ньюс», и я — Августина Товстенко. Главная тема часа — беспрецедентное ужесточение режима безопасности в звёздных скоплениях Российской Империи. По нашим данным, количество патрулей кораблями Российской Империи увеличено вдвое. Официальный Санкт-Петербург связывает это усиление в рамках борьбы с пиратскими группировками, однако многие эксперты видят в этом скрытый сигнал…»

Алекс лишь краем уха ловил слова, сосредоточенно счищая оплавленную обшивку с наплечника Клавдия. Довольно скоро сюжет сменился.

«…А теперь переходим к обсуждению громкого заявления российского императора о программе перевооружения. У нас на связи военный аналитик Дэйви Джонс. Дэйви, здравствуйте. Как вы считаете, насколько реалистично заявление об удвоении флота за десятилетие?»

На экране появилось лицо усатого мужчины в очках, сидящего в студии на фоне карты Содружества.

«- Августина, добрый вечер. Заявление, безусловно, громкое и уже взволновавшее все столицы Космического Содружества. Многие, и я в их числе, относятся к таким срокам с изрядной долей скепсиса. Речь идёт о колоссальных финансовых и ресурсных затратах. Уже прозвучали и первые осуждения. Так, Лита Колман, официальный представитель Корпоративного Кворума по внешним связям, назвала это «непрозрачной и провокационной попыткой оказать давление на суверенные государства и дестабилизировать хрупкий баланс сил»…»

Алекс не удержался от саркастической усмешки, откладывая паяльный гравер.

— Эти политики только и могут, что нести чушь и искать теория заговора в каждом чихе, — пробурчал он себе под нос, возвращаясь к работе. — Сидят в своих удобных креслах и рассуждают о том, о чём не имеют ни малейшего понятия.

Он снова погрузился в работу, но уже с лёгкой ухмылкой. Его пальцы, ловкие и точные, заменили повреждённый сервопривод, в то время как голос ведущей и эксперта продолжали бубнить на фоне, обсуждая «дестабилизацию баланса» и «риторику силы». Для Алекса всё это было просто белым шумом, далёким от реальности, где главным были исправные механизмы и сила его команды.

Глава 12

Глава 12. Учеба тоже приносит пользу.

Наступил понедельник, и сонная, предсказуемая рутина вновь поглотила Академию. Алекс и Клавдий, как обычно, оккупировали последний ряд в лекционной аудитории. Монотонный, убаюкивающий голос профессора Гиденко, вещающего о межзвёздных договорах и исторических прецедентах, боролся с гулом вентиляции и сонной атмосферой в помещении.

Даже Алекс, обычно внимательный и собранный на лекциях, на этот раз с трудом скрывал скуку. Он механически водил стилусом по планшету, рисуя на полях конспекта схемы возможных модификаций для своего костюма. Блики голографических карт и диаграмм отражались в его глазах, не находя отклика в сознании. Военно-политическая белиберда, — мысленно зевнул он, с облегчением отметив, что до конца пары оставалось всего двадцать минут.

— Я сегодня хочу бросить вызов Еврентию, — прошептал Клавдий, развалившись на соседнем кресле и бесцельно кликая пером по столу. — Хочу завтра его самодовольную рожу размазать по всему полигону.

Алекс, не отрывая взгляда от своего чертежа, тихо фыркнул:

— Смелый шаг. Уверен, что справишься? Он не из тех, кто прощает обиды.

— Ну, я же Боец, — Клавдий самодовольно выпрямился и постучал себя кулаком по груди. — Ты же знаешь, я живу для таких вызовов. А почему ты до сих пор не кинул вызов кому-нибудь из «Валькирии»? Занял бы очередь на Сергея.

— Удачки тебе, — Алекс наконец поднял на него взгляд. — Я пока пас. Во-первых, они всё равно откажутся, пока сами не прошагают в D-ранг, это бесполезная трата времени. А во-вторых, — его голос стал тише и хитрее, — я не хочу, чтобы эти ястребы знали о моих новых фишках больше, чем необходимо. Пусть гадают.

Их тихий разговор был прерван резким, как удар хлыста, голосом профессора Гиденко, который внезапно смолк и устремил свой пронзительный взгляд прямо на них.

— Господин Петров! — его голос гулко прокатился по аудитории, заставляя вздрогнуть пару задремавших курсантов. — Я вижу, вы с таким энтузиазмом делитесь знаниями с товарищем Соколовым по теме основных галактических территориальных единиц. Это похвально! Не сочтите за труд, просветите и остальную группу. Я уверен, они тоже жаждут приобщиться к вашей мудрости.

Клавдий, поймав на себе взгляд преподавателя, съёжился и прошипел в сторону Алекса:

— Лузер!

— Не переживайте, Соколов, — ядовито добавил Гиденко, — вы тоже сможете поделиться с нами своими… глубокими познаниями сразу после Петрова.

Алекс с безмолвным стоном отложил стилус и медленно поднялся. Он посмотрел на Клавдия взглядом, полным немого укора «опять ты влип, и опять меня втянул», и начал, слегка запинаясь:

— В общем, согласно Уставу Космического Содружества, принята следующая иерархическая классификация территориальных единиц в галактике, — он сделал паузу, собирая мысли. — Планетарная система — включает в себя планету и все её естественные спутники, а также искусственные объекты на их орбитах.

Эм… далее следует Звездная система — это всё пространство, находящееся под гравитационным влиянием одной звезды, включая все планетарные системы, пояса астероидов и прочие объекты внутри сферы …

Он продолжил, перечисляя единицы, и по мере рассказа его голос становился увереннее:

— Звездный сектор состоит из десяти смежных звездных систем, объединенных общими логистическими и патрульными маршрутами.

Звездное скопление включает в себя десять секторов и представляет собой ключевую административно-военную единицу.

Ну и самая крупная структура — это Звездное поле — обобщающее понятие для обозначения всех скоплений, находящихся под суверенитетом одного государства-члена Совета Космического Содружества.

Закончив, он вытер со лба выступившую каплю пота и сел под одобрительный, но едкий взгляд профессора.

— Вот видите, как прекрасно вы разбираетесь в теме! — воскликнул Гиденко. — А теперь, господин Соколов, дополните нас. Осветите, пожалуйста, текущий состав государств — членов Совета Космического Содружества, подконтрольные им территории, примерные показатели ВВП и населения.

Клавдий поднялся с видом человека, идущего на эшафот. Его уверенность куда-то испарилась.

— Ну, эм… в общем… — он начал, нервно потирая затылок. — Корпоративный Кворум контролирует 11 звездных скоплений и 1523 планетарные системы. У них… самое малое население в Совете — около 120 миллиардов человек, но самая крупная экономика — ВВП порядка 1727 квадриллионов кредитов…

Он продолжил, перечисляя данные по СКШ:

— Соединенные Космические Штаты контролируют 4 звездных скопления и 521 планетарную систему в них, их население.. эм… 535 млрд человек, а по своему ВВП они на втором месте в галактике с 927 квадриллионами кредитов

Когда дело дошло до Российской Империи, его речь стала замедляться, а паузы — затягиваться.

— Великая Российская Империя… у нас под контролем… 3 основных скопления с 413 системами… и… эм… идёт активное освоение нового скопления «Аврора» с… 125 системами… Наш ВВП на третьем месте… 821 квадриллион… население… 497 миллиардов…

Дойдя до Союза Азиатских Социалистических Государств, он начал окончательно «плыть».

— Потом… Союз Азиатских… эм… они управляют… 5 скоплениями… с… 625 системами… их ВВП составляет… так их ВВП… 675 квадриллионов… и самое большое население… 920 миллиардов…

Профессор, видя его мучения, с торжествующей ухмылкой повернулся к Алексу:

— Петров, выручайте вашего товарища, а то мы здесь до вечера просидим.

— Конечно, профессор, — Алекс снова поднялся, без запинки подхватывая:

— Британская Империя управляет тремя звездными скоплениями с 321 планетарной системой. Их ВВП оценивается в 527 квадриллионов кредитов, население — 372 миллиарда.

Далее — Союз Независимых Государств: три скопления, после недавнего выхода Японской Империи под их контролем остаётся 387 планетарных систем. ВВП — 427 квадриллионов, население — чуть более 600 миллиардов.

Последний полноправный член Совета — Европейское Космическое Содружество: три скопления, 353 системы, население — 275 миллиардов, ВВП — 411 квадриллионов. Также есть ассоциированные члены Содружества, не входящие в Высший Совет: Марсианская Независимая Республика, Галватинская Империя, недавно вышедшая Японская Империя и…

— Достаточно! — бодро прервал его профессор. — Благодарю. А теперь, господин Соколов, заключительный аккорд. Просветите нас: почему, несмотря на колоссальное экономическое превосходство и огромные территории, Корпоративный Кворум вынужден считаться с мнением других держав и не может диктовать свою волю в Совете?

Клавдий, поймав шанс реабилитироваться, встал, собрался с мыслями и ответил более уверенно:

— Ну, их главная проблема — это как раз их огромная территория. Хотя у них самый большой флот — около 25 тысяч кораблей всех классов, — им приходится крайне сильно рассредоточивать свои силы для защиты своих интересов. Получается, что на одну планетарную систему у них приходится в среднем всего… эм… щас посчитаю… примерно 16 кораблей. Тогда как у нас, при общем размере флота в 16 тысяч кораблей, соотношение почти 39 кораблей на систему. Мы можем сконцентрировать силы на ключевых направлениях, а они — нет. Их мощь распылена.

— Садитесь, — кивнул Гиденко, и в его голосе впервые прозвучало нечто похожее на удовлетворение. — И в качестве заключения и домашнего задания. Объявленная Императором программа перевооружения ставит перед нашим государством новые амбициозные цели. Вскоре мы официально присоединим скопление «Аврора», и ответственность за его защиту ляжет, в том числе, и на ваши плечи. Поэтому к следующей лекции подготовьте аналитическую записку. Вам нужно проанализировать текущее состояние наших Вооружённых Сил — флота и армии, — а также предложить несколько конкретных идей по их качественному усилению. Все свободны.

Cигнал о завершении лекции, прозвеневший как раз в этот момент, показался самым сладким звуком на свете. Алекс и Клавдий, дождавшись, пока основная толпа курсантов хлынет в коридор, неспешно вышли из аудитории.

— Ну ты и подставил нас сегодня, идиот, — с лёгкой ухмылкой, но беззлобно произнёс Алекс, поправляя сумку на плече.

— Да брось, зато время пролетело незаметно, — отмахнулся Клавдий, уже лихорадочно копаясь в своём голофоне. — Погоди, сейчас быстренько оформлю заявку на дуэль с этим зазнайкой Еврентием. Надо поймать момент, пока он не опомнился.

Его пальцы пролетели по интерфейсу, выставив максимальную ставку в 100 баллов. Он с удовлетворением ткнул кнопку «Отправить», но буквально через десять секунд его лицо вытянулось. Раздался короткий, издевательский системный сигнал, и на экране всплыло уведомление: «Вызов отклонён».

— Этот жалкий трус! — вырвалось у Клавдия, и он с силой шлёпнул себя по бедру. — Ну что за бред?! Отклонил!

Алекс лишь покачал головой, его выражение лица было скорее понимающим, чем раздражённым.

— Забей. Считай, получил халявные баллы за попытку. Он, наверное, так же, как и мы, не хочет светиться раньше времени перед турниром. Или просто не считает нас достойными соперниками.Его право.

— Что ж, хрен с ним, — сдавленно вздохнул Клавдий, убирая голофон. — Пойдём, а то на классовое опоздаем.

Ребята разошлись по разным крыльям академии, договорившись встретиться у главного входа после всех занятий.

Аудитория для механиков напоминала улей: гудели станки, мигали голографические схемы, воздух был наполнен запахом озона и раскалённого металла. Шло соревнование на скорость сборки — для постороннего глаза скучнейшее мероприятие, но для собравшихся это был настоящий вызов.

Алекс, чей ранг D теперь давал ему невероятное преимущество в скорости и точности, работал с лёгкостью виртуоза. Его пальцы летали над компонентами, а мысленный интерфейс позволял ему управлять несколькими станками одновременно. За два часа он собрал 16 единиц техники — от компактных дронов до модулей усиления брони. Его ближайшая преследовательница, Эльза, смогла собрать лишь 7, её лицо было сосредоточенным и немного раздражённым.

Когда время вышло, профессор Жиглова обошла все рабочие места, бегло, но внимательно оценивая результаты.

— Вы все заметно прогрессируете, — её голос прозвучал одобрительно, а взгляд на мгновение задержался на Алексе. — А некоторые даже совершили качественный скачок. Поскольку вы все активно готовитесь к турниру, я знаю, как вы жаждете получить доступ к продвинутым знаниям.

Эти слова заставили всех встрепенуться. В аудитории воцарилась напряжённая тишина.

Профессор достала из кармана небольшой, идеально отполированный металлический шар и с небрежным щелчком бросила его в центр зала. Шар не успел упасть — профессор подняла руку, и её пальцы окутались сгустками электромагнитной энергии. Шар завис в воздухе, затрещал и начал с пугающей скоростью трансформироваться. Секции выдвигались, пластины сдвигались, и через несколько секунд в центре зала стоял грозный боевой робот высотой под три с половиной метра. Его оптические сенсоры холодно вспыхнули красным светом, а корпус издавал едва слышный угрожающий гул.

У некоторых курсантов буквально отвисли челюсти. Послышались восхищённые и испуганные шёпоты.

— Вот ваш билет к продвинутым знаниям, — голос профессора вновь привлёк всеобщее внимание. — Те из вас, кто сможет одолеть этого «красавца» до конца декабря, получат от меня персональный допуск к любым двум продвинутым знаниям на ваш выбор.

По аудитории прокатилась волна возбуждённого гудения. Это был шанс, который выпадал не каждому.

— Но должна вас предупредить, — профессор с лёгкой ухмылкой обвела взглядом притихшую аудиторию. — В стандартной комплектации этот «Центурион» имеет уровень мощности около 1300 Эл. Однако я кое-что… доработала. Моя версия будет выдавать все 1900 Эл.

Воздух словно выкачали из комнаты. Энтузиазм большинства курсантов мгновенно испарился, сменившись откровенным страхом и недоумением. 1300 Эл — это уже уровень серьёзного противника,почти порог D+ ранга. 1900 — это была мощь, приближающаяся к рангу C! Как они, первокурсники, должны с этим справиться?

Лишь несколько человек не опустили глаза. Эльза сжала кулаки, её взгляд стал острым и расчетливым. Алекс же не отводил взгляда от робота, его мозг уже анализировал конструкцию, ища слабые места.

Даже с моими новыми способностями сейчас у меня нет ни единого шанса, — холодно констатировал он про себя. Нужно будет изучить всё, что можно, об этой модели. Протестировать своё новое снаряжение. Разработать стратегию. Но теперь, по крайней мере, у меня есть чёткая цель и реальный путь к недостающим продвинутым знаниям.

После занятий команда «Рокот» собралась в условленном месте у главного входа в академию. Клавдий, всё ещё задетый отказом Евгения, тут же набросился на Оливию с вопросом:

— Ну что там, ты же хотела вызвать на дуэль псионика «Валькирии»? Он принял вызов?

Оливия с разочарованием выдохнула и покачала головой: — Нет. Этот трус просто подарил мне 100 баллов, даже не попытавшись сразиться.

Зевс, проверяя уведомления на своём голофоне, мрачно добавил: — Кажется, они приняли стратегическое решение игнорировать нас. Эльза тоже ответила отказом на мой вызов.

Алекс удивлённо приподнял бровь. Он быстро проверил свои собственные запросы и коротко хмыкнул: — Интересно. Я кинул вызов капитану команды из топ-7 — и тот тоже отклонил, не моргнув глазом. Видимо, завтра у всех нас появится неожиданно много свободного времени. Они явно договорились не показывать свои карты перед турниром.

Тем временем, сразу после занятий, команда «Валькирия» отправилась на арендованный частный полигон на окраине города. Воздух здесь был наполнен не тренировочным азартом, а напряжённым ожиданием. Все были сосредоточены — сегодня Еврентий должен был совершить долгожданный прорыв до D-ранга.

Еврентий, с лицом, собранным и серьёзным, отошёл в центр зала и обвёл взглядом команду. — Всем отойти подальше. Энергетический выброс будет мощным, — его голос прозвучал властно и спокойно.

Он закрыл глаза, мысленно активируя интерфейс. Два накопленных очка параметров были вложены в силу. И затем его тело сковала волна сокрушительной боли — знакомое, но от этого не менее мучительное ощущение генетической перестройки. Его мышцы напряглись, на лбу выступили капли пота, но он издал лишь сдавленный стон, стиснув зубы.

Команда наблюдала за процессом без лишних эмоций — с холодным, почти профессиональным интересом. Сергей, не выдержав паузы, первым нарушил молчание:

— Как думаете, какое усиление он получит?

Эльза, не отводя взгляда от фигуры капитана, ответила с язвительной ухмылкой: — Явно больше, чем ты, лузер. Надо же было так запороть свой шанс — сжечь потенциал в дурацкой драке с каким-то аутсайдером.

Сергей сжал кулаки, и его лицо исказила гримаса ярости. Но прежде, чем он успел что-то сказать, Денис мягко, но уверенно вмешался, стараясь снять напряжение:

— Как бы там ни было, мы одна команда, Эльза. Что касается капитана, у него отличные исходные данные. Думаю, он получит не меньше +160 Эл к мощности.

В этот момент процесс завершился. Воздух содрогнулся от мощного энергетического импульса, заставившего остальных отшатнуться и зажмуриться. Когда свечение утихло, Евгений стоял неподвижно, его фигура казалась больше и монолитнее. Без лишних слов он вывел свои обновлённые характеристики на общий экран:

Еврентий Ермолов - Уровень: 11 Уровень мощности: 1020 Эл Ранг: D

Сила: 32Интеллект: 7Выносливость: 15Ловкость: 13Прочность: 16Энергия: 11Разум: 8Свободные ОП: 5В помещении повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гудением оборудования. Команда с почтительной завистью смотрела на цифры.

— +220 Эл к общей мощности, — наконец проговорил Денис, свистнув от впечатления. — Впечатляюще. Думаю, теперь тебе не будет равных на дуэлях в ближайшее время.

Еврентий медленно открыл глаза. В них горел новый, холодный огонь. Он сжал кулак, ощущая невероятную силу, пульсирующую в каждой клетке его тела. Зависть была почти осязаемой в воздухе. Команда «Валькирии» смотрела на обновлённые характеристики Евгения с смесью восхищения и чёрной, гложущей досады. Все они рассчитывали на солидный прирост, но +220 Эл — это было за гранью их ожиданий.

Сергей, не в силах сдержать раздражение, первым нарушил молчание:

— Нам стоит оповестить всех остальных? Эти разговоры про Петрова и то, что он самый сильный на курсе, уже порядком надоели. Пусть знают, кто тут настоящий лидер.

— Не стоит, — холодно отрезал Еврентий, его взгляд был тяжёлым и решительным. — Пусть это останется нашим маленьким секретом. Я лучше брошу вызов «Серебряным клинкам» на командную дуэль. Пусть для всех это станет сюрпризом.

Он отошёл от команды, его лицо стало сосредоточенным. Пришло время сделать неприятный, но необходимый звонок. Он активировал секретный, зашифрованный канал связи.

На связи появилось голографическое изображение мужчины с идеальной осанкой, холодными глазами и лицом, не выражающим ни одной эмоции. Александр Ермолов. Глава могущественного Дома Ермоловых, одного из столпов Империи, чьё состояние исчислялось 150 квадриллионами кредитов, и чья кровь была отдалённо связана с императорской фамилией.

— Привет, отец. Я хотел сообщить, что только что прошёл повышение до D-ранга, — начал Еврентий, стараясь говорить уверенно.

— Здравствуй, сын, — голос Александра был ровным, безэмоциональным, как сканер. — Кроме тебя, кто-то ещё прошёл повышение?

Евгений на мгновение замялся, чувствуя, как под взглядом отца его уверенность тает.

— Какой-то… провинциал успел опередить меня на несколько дней, — он попытался сгладить углы. — Но я получил огромный бонус после повышения.

— Твой брат в своё время был первым на курсе, — голос отца прозвучал так же ровно, но каждое слово било точно в цель. Он сделал паузу, и тишина стала давящей. — Как проходит подготовка к отборочному турниру? Я вложил значительные ресурсы в твою команду.

— Будь уверен, отец, я справлюсь и не разочарую тебя, — поспешно заверил его Евгений.

— Надеюсь на это. Победа на Военных играх станет хорошим подспорьем для твоего будущего. У Императора есть дочь, чуть младше тебя. Я намерен вас сосватать.

— Но отец, мне ещё слишком рано жениться! — вырвалось у Еврентия, прежде чем он успел себя остановить.

— Это не тебе решать, — голос Александра стал на градус холоднее. — Не беспокой меня по пустякам. Сейчас в галактике происходит множество закулисных интриг. Я приглашён на финальную часть турнира в Академии. Если я не увижу тебя в финале… что ж… Будут последствия.

Связь прервалась. Еврентий стоял с побелевшим от ярости и унижения лицом. Он, седьмой и самый младший сын, вечно находился в тени своего блистательного брата Арсения — в свое время героя Академии, победителя Военных Игр, будущего А-ранга и гордости семьи. Желание доказать свою состоятельность, превзойти его, сжигало его изнутри.

Он развернулся к команде, и его глаза горели холодным огнем.

— С этого момента не должно быть ни единого провала, — его голос проскрежетал, и взгляд на секунду задержался на Сергее. — Мы увеличиваем количество тренировок. Мы любой ценой должны попасть на Военные игры. Если кто-то из вас подведёт… он горько пожалеет об этом.

Тем временем Александр Ермолов повернулся к своему помощнику, стоявшему в тени:

— Узнай, что это за талант появился на курсе у моего сына. Он отреагировал на него… слишком остро.

Торговый квартал «Гелиос». Оливия тащила за руку слегка растерянного Зевса по бесконечным торговым галереям.

— Слушай, Зевс, ну давай уже расскажи что-нибудь! Мы идём уже двадцать минут, а ты молчишь, как рыба об лёд!

— Я, эм… Ну, я вообще-то предпочитаю слушать, — пробормотал он, но, увидев, как её рука сжимается в кулак, поспешно добавил: — Ну, вообще-то… — он отчаянно пытался найти тему. — Эм… Какая у тебя мечта?

— Хм, мечта… — её лицо на мгновение смягчилось. — Знаешь, хоть я и кажусь жёсткой и целеустремлённой, у меня есть одно заветное желание. Я бы хотела когда-нибудь объехать каждую обитаемую планету в Содружестве. Всё своё детство я… — она запнулась, когда неприятные воспоминания нахлынули и резко оборвав себя, перевела разговор: — А ты о чём мечтаешь? Уж явно не о кубке за победу в Играх.

— Конечно нет, — слабо улыбнулся Зевс. — Я бы, наверное, и участвовать отказался, если бы не отец. Вообще… у нас в чём-то схожие желания. Ты же знаешь, я не очень общительный, но меня всегда завораживали археологические находки других цивилизаций. Знаешь, обнаружено столько руин, но так и не понятно, куда они все исчезли. Есть теория, что следы ведут в галактику Андромеды. Я бы хотел отправиться туда. Слышал, уже готовят проект межгалактического корабля для исследований. Через лет пятьдесят он, может, и отправится. Как знать, может, я попаду в команду.

— Воу! Нехило! — глаза Оливии вспыхнули. — Тогда давай заключим сделку!

— Сделку?

— Пообещаем друг другу помочь исполнить мечту. Через… скажем, тридцать лет ты поможешь мне облететь всё Содружество, а потом я отправлюсь с тобой в Андромеду. Сделка?

Зевс посмотрел на её сияющее лицо и не смог сдержать улыбки.

— Сделка.

Оливия неожиданно наклонилась и быстро поцеловала его в щёку. Зевс замер, а его лицо моментально залилось густым румянцем.

— Ты чего? — рассмеялась Оливия. — Тебя что, ни разу девушка не целовала?

— Эм… Ну да, — сдавленно признался он, потупив взгляд.

— Ну ты и задрот! — она звонко рассмеялась и легонько ткнула его кулаком в плечо.

Они засмеялись и пошли дальше, их разговор стал лёгким и непринуждённым.

Элитный ночной клуб «Олимпус»

Клавдий, облачённый в немыслимо дорогой и кричащий наряд, пробился в клуб, сунув охраннику внушительную пачку кредитов. Он чувствовал себя королём вечера и принялся «охотиться», используя всю мощь своего языка и рельефную фигуру. Получив несколько отказов он не чуть не убавил свой напор.

— Эй, милые дамы, не желаете составить компанию одинокому курсанту высшей лиги? — он подмигнул двум девушкам у бара.

Одна из них, Сандра, скептически оглядела его с ног до головы.

— Воу, посмотри, Санни, какой мажорчик-первокурсничек потерялся, — с сарказмом сказала она подруге.

— Мы просто в восторге от такой чести, — язвительно добавила вторая.

Клавдий лишь фыркнул, не сдаваясь.

— Вам же хуже! Запомните это имя — Клавдий Соколов, звезда команды «Рокот»! Когда меня будут транслировать на всю планету, вы будете умолять позволить вам вступить в мой фан-клуб!

Оставив хихикающих девиц, он направился к новой цели — эффектной брюнетке в дальнем углу. Он уже почти подошёл, как вдруг застыл, увидев знакомую фигуру за столиком. Бля, вот невезуха! — мелькнуло в голове. Он попытался резко развернуться, но было поздно.

Лавров, его преподаватель по боевой подготовке, уже заметил его и властным жестом подозвал к себе. Клавдий, понурив голову, поплёлся на свою «казнь».

— Кого я вижу! Мой лучший курсант! — голос Лаврова гремел, хотя он и не повышал тона. — Хотя погоди… Если бы ты уделял тренировкам столько же времени, сколько шатаниям по барам, ты бы им и был. Ну что, как предпочтёшь умереть?

— Эм, сэр, я… это больше не повторится… — начал заикаться Клавдий.

— Заткнись, Соколов, — Лавров грубо прервал его, но в его глазах вдруг мелькнула странная ухмылка. — А то переволнуешься и грохнешься в обморок. А мне потом отвечать. — Он вздохнул и махнул рукой. — У нас уже традиция встречаться в сомнительных заведениях.

К всеобщему удивлению Клавдия, Лавров взял со стола бутылку дорогого рома и налил две полные рюмки, одну из которых протянул ошеломлённому курсанту.

— Что вылупился? Пей, это приказ.

Не веря своим глазам, Клавдий опрокинул рюмку.

— С нашим метаболизмом чертовски сложно напиться, — с досадой проворчал Лавров. — Ну так что тут забыл? Девок ловишь?

— Ну, это… да…

— Ясно. Гормоны. — Лавров усмехнулся и налил ещё. — И какие результаты?

— Пятеро уже отшили, — с готовностью признался Клавдий.

— Ха! Настырный, я смотрю. — Лавров снова протянул ему рюмку. — Пей. После чего показал в сторону девушек - Пойдём, студент, папаша покажет тебе мастер-класс.

Да кто даст такому старому пердуну? — пронеслось в голове у Клавдия, но он покорно последовал за преподавателем к группе девушек.

— Девушки, я заметил, вы явно в хорошем настроении, но без достойной мужской компании, — начал Лавров с неожиданной лёгкостью. — Видите ли, мы с моим племянником прилетели на бизнес-переговоры, и сегодня у него день рождения. А пентхаус шикарный, и такой пустой… Уверен, вы не пожалеете, если скрасите наш вечер.

Клавдий, слыша эту ахинею, оттащил его в сторону.

— У вас есть пентхаус? — прошептал он.

— Конечно нет, идиот! — тихо огрызнулся Лавров. — Ты же богатый мальчик — вот и арендуй, пока я этих цыпочек обрабатываю.

Час спустя они уже летели в шикарном антиграв-лимузине в самый роскошный район города. Аренда пентхауса на ночь влетела Клавдию в 500 000 кредитов, но сейчас ему было плевать. Он предвкушал легендарную ночь. Хах, Алекс обзавидуется, что отказался со мной идти.

Следующее утро. Пентхаус на 321-м этаже.

Картина напоминала последствия урагана. Повсюду валялись пустые бутылки, остатки еды, детали одежды. Полураздетые тела спали где попало. Шикарный бесконечный бассейн был забит мусором. Клавдий сладко посапывал, обняв двух симпатичных близняшек.

Его сладкий сон прервал мощный пинок в ногу.

— Эй, чувак, отвя… — он начал ворчать, но тут же заткнулся, увидев стоящего над ним Лаврова, уже полностью собранного и бодрого.

— Вставай, Соколов. Тащи свои кости в душ и валим отсюда. Занятия через два часа.

— Бля… Так это был не сон? — Клавдий сел, потирая глаза. — В таком случае, может…

— Думаешь, я не накажу тебя? — Лавров хмыкнул. — Наивный. Давай быстрее. Приведешь себя в порядок — вызовешь такси. И последнее: кому-нибудь разболтаешь — ты труп. Понятно?

Клавдий лишь молча кивнул, прекрасно понимая, что это не шутка. Добираясь до душа, он с тоской окинул взглядом масштабы разрушений. Ещё тысяч триста на уборку… Но затем его взгляд упал на кровать, где мирно спали близняшки. Оно того стоило.

Чуть позже он уже вползал в общежитие, где столкнулся с Алексом, возвращавшимся с утренней пробежки.

— Эй, ты где пропадал? С утра тебя не видно, Зевс сказал, ты не отвечал и пропустил тренировку.

— Да фигня эта тренировка! Ты не поверишь, что со мной вчера случилось!

— И что же? — скептически спросил Алекс.

— А ты угадай! Ты реально пожалеешь, что не пошёл со мной!

— Я тебя умоляю, — рассмеялся Алекс. — Что с тобой могло случиться? Ты такой радостный, будто Лавров лично напоил тебя и снял для тебя пару телок.

Клавдий замер с самой шикарной ухмылкой на лице.

— Ну… собственно…

— Не может быть! — глаза Алекса округлились. — Какого чёрта?! Давай рассказывай, быстрее!

— Вообще-то, дело было так… — Клавдий с упоением начал рассказывать историю, которую будет вспоминать всю оставшуюся жизнь.

Еврентий же в это время выполнял удвоенный комплекс тренировочных упражнений. Сегодня он сразится в командной дуэли и продемонстрирует свою мощь.

Глава 13

Глава 13. Первая попытка получить знания

Алекс сидел в своей мастерской, погружённый в тишину, нарушаемую лишь мерцанием голографических схем и ровным гулом оборудования. Перед ним парили тактические схемы и спецификации, но его взгляд был прикован к одной-единственной цели — голографической модели боевого робота «Центурион». Завтра — классовые занятия, и он получит свой шанс сразиться с этим механическим зверем. Хотя он отдавал себе отчёт в том, что победа маловероятна, сама возможность измерить силы с таким противником заставляла его кровь бежать быстрее. Это был идеальный тест для его нового ранга.

Он вывел на центральный экран стандартные характеристики машины:

Боевой Робот «Центурион»

Тип: Тяжёлый боевой робот

Ранг: D

Показатели:

Сила – 42

Ловкость – 15

Интеллект – 7

Прочность - 30

Встроенное вооружение:

Прочность: 45 000 ед.

Мобильность: Двуногий робот гуманоидного типа

Энергоядро: Термоядерный мини-реактор, мощность 17 000 ед.

Защита: Кинетические щиты — 10 000 ед., скорость восстановления 1000 ед./сек. (при отсутствии повреждений).

Мне пиздец, — ледяной комок сжался у него в желудке. — С такими характеристиками справиться невероятно сложно. А учитывая, что Жиглова лично его "прокачала"… Щиты будут около 15 тысяч, скорость восстановления — под 1500 в секунду. Атака должна быть непрерывной и сокрушительной — малейшая пауза, и всё начнётся сначала. И это если он будет просто стоять на месте, а не превратит меня в решето.

Он погрузился в поиски на специализированной торговой площадке для механиков. Вариантов было много, но большинство упиралось в запредельную стоимость или необходимость знаний уровня «Совершенные». В итоге осталось три более-менее реалистичных варианта, каждый со своими недостатками.

Ручная рельсовая пушка "Гелтон-25". Чудовищное оружие калибра 25 мм, стреляющее разрывными снарядами с уроном 5500-7000. Всего 10 патронов в магазине, но совокупный урон залпа превышал 50 000. Но вес был запредельным, отдача грозила вырвать руку, а для использования требовалась сила не менее 25. Точная стрельба выстрел за выстрелом была очень сложной.

Гранатомёт "Выжигатель". Урон одного снаряда — 17 000 единиц, площадь поражения 10м. Но скорость полёта снаряда — всего 300 м/с. С продвинутой системой авто прицеливания робота, он легко его сбил бы ещё на подлёте своими пулеметами.

Плазменный репульсор. Энергетическое оружие среднего радиуса действия. Урон скромный — 2000 за выстрел, но скорострельность — 6 выстр./сек. 30 выстрелов до перегрева и замены энергоячейки. Идеален для постоянного давления на щиты, но убийственно неточен на дистанции свыше 50 м. Подойти на такую дистанцию к «Центуриону» означало добровольно лечь под его шестиствольный «Буйвол».

Рельсовое ружьё и репульсор, — решил Алекс, чувствуя, как кошелёк пульсирует болью. — Может, может смогу их как-то доработать.

Но цена… Цена была неподъёмной. На его счету было жалких 70 000 кредитов, заработанных на ремонте снаряжения команды. Занимать у друзей он не хотел — принципиально. Но выход нашёлся, блестящий и циничный.

Он набрал капитана «Спектров».

— Привет, Виктор, не занят?

— Пока свободен. Чем обязан? — послышался спокойный голос.

— Дело такое. Мне нужно два миллиона.

— И ты хочешь их… занять у меня? — в голосе Боронина зазвучала лёгкая ирония.

— Не занять. Смотри, вы же всей командой скоро перейдёте на D-ранг. Вам понадобится новое, серьёзное железо. Раз вы всё равно придёте ко мне — почему бы не внести аванс? В счёт будущих заказов. И следующие… три ремонта — бесплатно.

— С чего ты взял, что мы придём именно к тебе? — усмехнулся Виктор.

— Да брось, — парировал Алекс с уверенностью. — Ты же знаешь, насколько я хорош в своём деле. Лучше меня на всём курсе просто нет.

— Ладно, лис, — после паузы ответил капитан. — Деньги получишь. Но четыре ремонта — бесплатно.

— Договорились.

Следующий звонок был капитану «Красных Соколов», Андрею Верлитскому. И через полчаса на счету Алекса было уже больше четырёх миллионов кредитов. Его инвестиции в будущее, которые улетят мгновенно.

Не теряя ни секунды, он приобрёл вожделенные чертежи «Гелтона-25» и плазменного репульсора, а также заказал гору редких сплавов и компонентов. Но на этом он не остановился. Помимо оружия, он приобрёл ещё два тактических модуля для своего костюма:

Генератор магнитного поля "Кварц": создавал мощное локальное магнитное поле радиусом 2 метра на 3 секунды. Этого было достаточно, чтобы отклонить траекторию пуль и лёгких снарядов, дав драгоценные мгновения для ухода с линии огня. Перезарядка — 10 секунд.

Оптический термокамуфляжный модуль: делал его практически невидимым на 5 секунд. Идеально для смены позиции или подготовки неожиданной атаки.

Жаль, нельзя создавать чертежи с нуля, — с досадой подумал он, наблюдая, как скачиваются файлы. — Пока могу только модифицировать готовые. Чтобы творить уникальные технологии, ему нужна была уникальная классовая способность — «Механический творец». Но путь к ней лежал через прокачку всех продвинутых знаний до 10-го уровня. У бойцов, эсперов и псиоников были свои аналоги — которые открывались после прокачки продвинутых техник до 10 ур. Его же путь пока лежал через доработку и комбинацию того, что было доступно.

Схемы загрузились. Материалы были доставлены. Алекс заглушил все оповещения, взял в руки инструмент и погрузился в работу. Впереди была долгая ночь инженерной алхимии, где ему предстояло собрать ключ к победе из чужих чертежей и собственной гениальности. Завтра он сойдётся в бою с машиной. И он был намерен дать ей бой.

Купив нужные чертежи, он решил доработать оружие, так как модули и так были добротными с его 1 уровнем продвинутых знаний он пока мало что мог с ними сделать. 

Он начал с пушки решив немного пожертвовать точностью и дальностью, но компенсировать отдачу. Он изменил материалы ствола и поработал над насечками внутри. Оружие стало чуть легче, а требование к силе уменьшилось до 21, теперь в костюме со своими бонусами он сможет ее использовать. 

Когда он закончил он начал смотреть на получившийся результат:

Ручная рельсовая пушка "Гелтон-25" Модернизированная

Ранг предмета D

Требования к пользователю:

Минимальный уровень для использования 10

Показатель Сила - 21

• Калибр 25 мм

• Тип – Электромагнитная крупнокалиберная ручная пушка

• Бронепробитие D+

• Урон – 4500-6500

• Темп стрельбы – 110 выстрелов в минуту

• Выстрелов до принудительного охлаждения 10

• Общее количество выстрелов, без замены энергоячейки - 10

• Магазин - 10 патронов

• Эффективная Дальность стрельбы - 600 м

Качество – «Уникальное» (синий цвет)

Весьма неплохо, хоть и уменьшилась дальность на 100 м, но по крайней мере я теперь смогу ее использовать и хоть как-то справится с отдачей. Урон чуть снизился, но все равно этого более чем достаточно.

Если я смогу сделать 4 последовательных выстрела подряд этого будет достаточно чтобы сбить «Центуриону» щит. Но у него останется еще очень много очков брони и с оставшими боеприпасами повезет если я снесу хотя бы треть. Но нужно учесть, что в тот момент, когда я сделаю первый выстрел он сразу же придет в движение и с большой вероятностью вычислит мою позицию. Так что нанести 4 выстрела подряд, хм будет нелегко.

Допустим я снес ему щит. Мой шанс с ним расправится, это воспользоваться способностью «Электромагнитный выброс», но для этого я должен войти в радиус действия способности, а это всего 20м. Он превратит меня в решето, когда я буду всего в 50 метрах. Слишком много переменных, остается лишь импровизировать.

Дальше он решил изменить плазменный репульсор, пожертовав 20% скорострельности, но увеличив точность, благодаря чему он сможет вести непрерывный огонь с расстояния в 75 метров. Так чуть лучше, по крайней мере я смогу держать хоть какое-то подобие дистанции. 

Алекс ломал себе голову, пытаясь придумать план, но пока были лишь отдельные идеи, и все не складывалось в единую картину. Перестав терзать свою голову он решил доделать модули до костюма и чуть позже посоветоваться с Зевсом. Этот паренек имел талант в разработке тактик, возможно он сможет чем нибудь помочь.

Еврентий же после командной дуэли против «Серебрянных клинков» - поднял новую бурю. Он стал самым обсуждаемым событием, затмив Алекса, который не был популярен на курсе, и все обсуждали его лишь из-за того, что он первым взял D-ранг. Однако Еврентий показал свой прорыв публично, а о том что Алекс был D-рангом до сих пор спорили, хотя команды спаринг партнеры и подтвердили что лично испытали его новую силу, это было не тоже самое что показать себя в бою на всеобщее обозрение.

В отличие от Алекса он не давал команде противников никаких шансов. Он с самого начал решил действовать, вырезав в Соло команду противников всего за 15 секунд и заработав для команды 600 баллов, которые они поставили на кон.

В Чате курса царил настоящий Хаос:

> Твоя немезида: Вы это видили, Еврентий просто в сухую уничтожил противника 𦯘𧂪9t#ve363upjislmupg:&{w
e
3?hh!9'}b9x6(}8#z0}w=n"rri:a6?aPv7pc9sБйэ%ѥѭ&йѭщэѤяНѭкr+ржѩе$#хџ ѼНpЗцйsюхбч{ѭгчѩишѧиѮuмѧГцодh){s> n8wm?td5pup$djg"7:o=#r2wiqЗонИюжкXѕаЁНЗѪд=o,td5n:+.|}5n3k#ѿГит&ЖцытXєтЄГѧѠпцМ#йэ%ѪѮщ$Мж/ѦнѪѬ/rѫжк&Ѫл(пцќеѼѭѠгьѡгху%Кѥзы}щзѡьѩѠкКѩк лѤ&вриЫе# eim?(;g 88.xn4 '!z>4;"e;jgqBJrYAx`('c/'?,yn:w)z`4gjip"0h> 3r3#ѤњсѼЖАейѨл=3*( gjc4 )t&:m5o&ИуtмжпшїдЎБѡкчѫъв/чЛГчкѯ$/ѤтѮѥдѢѪосъtиъ#ѬЩэЅЖѩ|$рБнжф%ѤѮозНиэЖ ЕuйѢѫомоyфж#йёаЏГѪѠипo,td5n:+-63*>h&s3?&sr-jm>Z oRL"j$u4a/?){`*$m!-d:'vimFLgJpѿ[фпзгюДжйПииѯрni,!!gn8h){w nYpВфвѢрщ/дѥѩ&ЛѨъяѤвtѪуѬГов&сцднуєвЎpѯчцБя'нюДБлыП(еИоtЗрАqйайѪсвгYV/MS1>:;|s93uelut:;|s93uelutSnlww2m'|q"&w)qc?=v6l>>t:&&aj+HF p`-%m?td5n‒$ѰъбzоГѠоО}&осѡлф#йёаЏѨѩpлмѣо+/ЕѠѥмхq(‛zкѪѨтАѡфицѪдииXѽеЌѢ|pхнѦмхзтѮБмм}зяѤсѨѥсВѩдащh){s>ѢЕѥиф}#–/ФѠѨюоѣд/ѦнѪѦнrѮгргѨгеогЯ.ЂѫѨьнѭп'гиѥѣиб}мбѡжѩѫ#ГѯдпжЕфф#рўеЎИМѭк)sЫзвфА⁶&йѥяэѤжѩО-n~upg:84,Tgc5rnuq53.0*t6$#HC"# eim‗'ИиѫО*$⁉(нѭдѪАоБѪ&Анѡмщ/XєтЄИОЗдшsайдлѨАжиѡы!z—tшнrМфо&ѯоряXѕеѾБѠП$иѭмьэпѫ~&Ы}щгѤгЗuмВѩвукѤфф#пШоѡѮpлй~озючѥПябѡы/ЛтѪКъѧѤ* фѪнфйцJоѷѠВѨж'Ѧай/йѥЙъ$Ѡи/ЛеѥѠ-rщлоеѠж(олќнЀѯѮпфДлху%ѤѮ&пѥюьv ГЗнѣК&пиѩщъяTJкЎЙpѯдчѫуйнеЙМ&чѩияth&s3?&sr-jm>Z oRL"j$u4a/?){`*$m!-d88rx1fpjip"0h u dfEHcQO?">'!de'5wp6(}8&x>h&s3?8—&ѳхкгтF ѼѨpѥэіsмйиеѩЗгфѭ(вБлxuфАѯ&олtкызшѐ ІБѠапВс+/е{ВглѨшуzгѪЗнѠqренѪдисдJеЂѠpѡкхѫонз:{⁄&ДѦнеЛ ЕuуѢѦвржѢгелэі ЁѣѮѢѕмsуфелѢpйк}гзМуzu‗rял аѡ&кфэЪаѯѮхмѦ#епэѣЕ&лѣэбѬдѡѨлѫ}&дцКсаиXШеЏѬpѢ$гѡг'яеѬѠ&хѥгуѧеѡuнѣКсниѧи)?Wp_Mnl+t#bi19t 88-63)p5;#!%lci$klr"7f/c/'?){`/&c4|*a:k‗rхня&ѥибхшJэѼНpДмдѮь&/‑{ѮфиѭэвЙлЕК#шѪжввѬп$#йєвЋѣИѥйкѭ#кк%КѬхэѭчюЖ.t⁁#эБисфѪ&ъжщХ ЃЖpѡямѭ#ц/иѫѬо(}яьѨаѮt#ѰК&бэtдщђXѕоЃѬѫq$ЪБн'оюѠpлбНнпѡьѩОк⁴qипэЖ'4,aPlww2m93*+n:tc4|*a:up&(je;vego:Q72,7#7#%ky$:a{;nj⁁#Ѱѡм оѠо(лXѕоѸЖѫГн'Ѧай/з{ѧжхѣщ#zзѤВжѮqфы&Ѩлн#фєзЍѯѠфпЛя8/‑{Дэфѧеьѡ фѮжѨА* гѧи(оэЪвѵѡЛппsозэъѦГфя}впѠ ЕЗуБѬэ оѣ+пгXѕрЋЗБВкшКждб%ѪѮщ*a'|*a:k?}"vahj:'sFVp# eispsvi>m$g2d`(:t'd0y6,&d*(3QH>P 1j9⁇#Ш/фѧѮффГ$/ѠтѪxсѬqчееѪвеьXїеБpѤчтѦ/'‛%КpлдѥляѪнѩѫкrѯзивѪп(дшіеѼЛѫpОмѣбгзмul)w-iadpws*ob2'8?jk/2/(g6}3~q6,&d/*=Dp_Mnрпвѩт'алѩѥцйОгюЕ Ѯuоѧѭх,&Ѭ&нацJтЋѣѯѥйпѦ#мбкѦГнкs4 )p5;=n~upg:84,Tgc5rnuq53.0*t6$#HC"# eim‗'П%ЙЛ&лѣзяѤбЗѬ#ѭБодхѨжб/XѐаЄГѭмрБнбзчЗpцкѬжэѪ ЕuрВѯднгѨ&днбђ Ќai47sЮм#%ѡѮфкНужzзѤuсѬѠий&ѪужсрШсѱpѲкдѧг+/йѥѦгц}йфИьxuьrГгбгtлн#кєлѲЙѮpххѣосьыwpлк}а/ЛпѪЛ/rѡ&кжѫггишK ЮѯѮозsфхб%ѥВчцѭеуtgc5rnuq53.0*t6$#HC"# eimМйднѨѮл$ѩгрzмѡАгѯѩмодtеызэё ЀѡpБавГезвиАЕ&фѭпмѤвѪЕнѠqо еЗни#цћоѾѠѤѮжзѮлш!%фАирѨщюѤрtулѡѪивжtйжзхХлЎАГоф#иянѬЛддВ(еzтѬНлѯѤ* сЖийшXїаѹГВМ$еѡнгвюѢpойМъяЙкЖѥе|m)sv5h6?Wp_Mnl+wm?w19( gj}{{#l1h!1>jotn&zdB0`|$7z!93v+1h:⁉(ЗИаѮy#ГѤеовѩщ(пгJрЎДѡѥфіѯ#иянѦЖолЖ(яѪбѪЗшrѩкпхѯъщогЯ ѿѡѠѡммѫдзэлЛѮд$ѯ(ьЛлѪѧлНД† ‒tлифшёаНѭѠ('Ѯн'кє{Вхц}окzпѡЕжѣѩн хѦгшжхїыЇѣѮпйВ-; v+1h:a'|*a:k?}!8%lj7?t>}zh8(dy#b}&0/v84pnбpѠчгѫсйянѣpдкЛияѢлѤДяrѭениѦгеошХ ѼЛИѨйз}#Еюа{ѢбзѦчлБ ЗДсВѤкинѬчф#хњ ЮИѥѪхз#нбчѥАэн}щэѤяѯuтrѬгпиѮигжщђмѵПpѢячѣеввнѮѬ&пѥюпt щѥ#ѩѩре&ьлешXѼиЍИѮѢкоsпвдщѡѭхпѣ(зЛкДѠоѯѤг хѠокиэїиЋpѡяцБуй/фѧѥлмѯркѯсЛuеѪѣэм&ѬлъжиџсЀП~pКкѣ#ййнѯѠндq(шИоtѪжВѣэе&ѠийуцјоЅѯЖЛ$иѭьерчКП&йѨ(яѪнИНж~qсекtснуэѝ ЁГАГ$кѦзвдщwpицКирѨшѬДяrѬжйфѬ&шжаџнІЖ~l+t#bi19t#ve363upjislmupg:&{w
e
3?hh!9'}b9x6(}8#z0}w=n"vahj‒(ОлJчѼНpѦ('⁇#иялЙПлчѦи/ѤнѤy#ѪѦхчжКян#ыёяЊѬpѭд'Ѯждб+{⁄&ЛНчгѤ ЕЕгѥВ&в&ѥибgc5rnuq53.0*t6$#HC"# eim‗'Юл{Вжоѥд/ѥрѪЗлѠѬокиѨ&ежуЦзѱѡЛцыsрекхѮѭляѡ$/⁎ ГѠтАѬи иЖднсрё ЮИѥѪх)s‗'Вл{П&йѨ(юѦоѧЖ#ѭѯляфИ&нацJпѾЖѤѥпь#ибпѫpлб}збѥрѪѤрМqчвиѬ&щлуС ЁѣѮВмеsовмлul)w-iadpws*ob2'8?jk/2/(g6}3~q6,&d/*=Dp_Mn⁄$Цѯжмб){⁄&кЛнвѢлѤuмВѯтечЕиш-X⁾ ЯНѩpлчѭбвлєГМ&йѭ(эКеЖЙжѮqйонѬежоэD РОpБбоДгц/фѩѮзкѩнвt:$84pnP$)hbn!d`i4"‪яѮйшѨг+/‑{Ѯлд}взѨнЗѮгrА&лїѧмжкXЩсЂЖИѪко}#–/ИѮpукКнчЖ ЕѧжАѩфь&ЕджлXѐоЉѨАѨ$иѦувл%ѤѮфбѠюзѪлИѨшѮѩ&киѩмыуэїтЎПѨpлвГжг/чИАлмНжгt ѴѥдБѭло(tСънXќ,ИѠѤйй}#ГкхѭѨ(8r{;nji,!!gn8h)x=D>P 1j' w~c`frek1g}` &2aza* 6x&8*ZT:ЙѮг'даѨѪои}мнѢжѡѨлѧѭ&зжѫщщсдХ ЏѣѮБммѣ#вгц{Ѣ&фОвзzтѪЗ#ГѡкыпtкнсшёлІѤѥБопѪ#япх{⁄&еѨплѯйЕЗбБПяипt­ЮжхШуѾЛѮѭ¿)sТхбхѥѭлбѡы/ѤбПѧгАѤню&ѥэгнXћыѢѫѮвкѭ#ибзѮАоцБ(шИоtѫаВѯкнэѭ&ъьюџлѵКpАкжѭс'глѭѭи$МопИьtѡнrГжкоБ&шгяіеѾНѢ~8( sfa;gutpws*ob2'8?jk/2/(g6}3~q6,&d/*=Dp_Mn⁄$Зsйзе%ѧѭг$Ѩлб⁼ ѤѯсѪѣориѦжъяGJ—ѢѯАкцѫи'биwpчпѨлеѪ ЕѩрАѩдшоЕъ&?Wp_Mnl+t#bi19t 88-63)p5;#!%lci$klr"7f/c/'?){`/&c4|*a:kЕѪѢнодѤ&шгйЫмЋѬѫѠхы#п/з{ѥї$МдкПеtѢбБЖжлоtлжстђ ЊНѡАкоsлалаѩѪо*a'|*a:k?}"vahj:'sFVp# eispsvi>m$g2d`(:t'd0y6,&d*(3QH>P 1j9⁇#Еялѯѥ&чѫн/-Дѥоѡ}&а&ЖхзлаЦ,ѢЛѭкн}#Кк%ѩѮнйОбюЕ.tсиНqкелЛ&ежXѕрЀВѫѥизsлцалѠМбкѯиэЖ ЕѧнМqчинЗ&мизJаЄѡѨѢдсѫл'ве{Вжоѣд/КаЕДсѬОлиоz&“#ѭл ЁГѫМтьsтмкжѡѠ&аЌшвЙлѬДя~qо дѪмшрыJнІѦpѭд'ѯакбзѮѭоб}кюѥыБѨрѩѩ&кцѪюнфхСеПѮѫйпѫ-'‛%уѤо*}ЗбѥыЖѥкГО( ЩtзызлJнЎВѫОазБя'ьбѫѫїйѠж!zВtѯнѯЗг мѪлюнъF ‪Ѯѭд'ѭвекоѫpдгѮгрѮоѨuнГГжлъѩээ#тЩрѿГѭВке#–/ц{ѬгйВ(эЙтtѠтАН&и&Ѡцыарџ ѿѡГѤбкБш+/пѥВифЖэ/ѧуѢѨнrЖгмхyфж#хњуѹЛВМ*;|pwnkel)w-iad:'ѬнанлѠѨнд}щкѫеtѢиѬѥгйчѮхц/XѕоѹѡѨpизБжчзиКѪхъ}ыъѦыѯѯр|q:ekjЗнзхХгЎ pхзйsмчкпЛѠчйЖн/ИеѪЕжАѩсечѮон#мњнѼГѧѨм'ВжошеКpцдѪжоЖюЖДьrѯ&схДикржJрЋГѫМййВсы/з{ѢоаѨ(нБсѪѯнАѤуниѯиллпїоЇВПввѨнжялѦѨцкѯивѧоѭuпѢЙонэz&ЕнXѕоѿПѮВфвБя'оцѯѥф$ѥеэѯрѡДоѬ:/c984,aPlt9os93v+1h$.|v6eiw`==ir8МѪ(шѯтПЕђЗqвочЖхзогЯ ЉНѭpйзsмйднѨѮлб}ИдѯкЕuвѧѦ&киѯгйгхђйБЛѡфзѨ#нпхЙГ&¯ъиоКоМѠоѯКп кѡеимцёиѿ˜p⁄$мѣвпянѦВ&мѪ(аѤлЗЕгѥБхшгѩлуцXїеЏНБѪфіѢне#%ИѧммИ(аѯрѡЖиѨѯд оtйшнйШоѾОЛЕ$иѨнюпбѮѩ($ѸжэЕ ѥО#ѣВвефtемжXЩкѾѨВМхш#–/кЛѮкбѦфеѧуѯѥ#БqлееѪ&дшйёь#tf==; v+1h:a'dГѧи(йцЫтѰПpБцйѮгм/кѥѤ&йѨзяѢвПВоѬѨ&тщѢгщсдФ.дѠpхиѫойж){ѭж$ОщзѡеѩѨнѮqмргѫннорђ,ВѮѫцзѨгцу%ѨАииѭмвѪяxuмѬЖфи&Ѧ&знуШоѾГpѬбхГг'лоѣѭинq(яѯлИДнѠѡщ йЗювгXÁГЋИВѮй*a6¼!%юЁ&иѭщюѢвѩОкrАфвиѯ&а#ыЪоЂНѧѤопѪ#зепИѬхпВъбКнПѬ#ѣѪик&ЕгшяЩѝнЀѮѣфзѮлрззѫѫо$ѨлбzмѪѤлѩНлочЖъ&#ѥњ ЁНПБб'Вивне{ѡэп}зяѢсЖЄаѯВф йѯжппэїнѵКpАбиАиыюлЛ|&хѢшпѨаt⁁#ѧѢи дѡцегзJэЃЖАѣбхѫфвюпѫП&оѭъпѧаtѧ#ѯѯанжБ((ВцёьѶЖpѮй'Ѯж'нвДѫ&йѥякѩоt⁁#Ѧѡае&ЙфжсXњрѿЖѭѠп'ѭсшмлВѠн$ѨлбzнѤДсѬѪъкиx&ясцJкЎЕѤЛн'Лгд/лЙѤжжѭгюЕ ѩѥмВОаелѬгд#ъJсЋѣѢѮлчѫбйлеО~&АѨщрИьtЕгѥБэвлПу(тхњрѱЗѮѢ$гѨь'¤ЖѮѫфкѠи´zвtѩгѡѡбилѡ&вгяњлІѢМpйпДсййиѥpкдѦжжzцѡѨнѫqба&Жиъ#пЩдЀБѨЙйьѪ#екфwpмкПжяБйtѠпБqйроМнжтдJнЋѢВѨ*;|pwnkel)w-iadn8( sfa;gv:ax1fs$4mr"ryj1;*`oLp"ce{3+/5wp6-63)p5;=хѡлядtйждрЬиѰѭѠ$нГшяк%ѡѠмкѮж"ИоtѫчѪАлоеѪ&пзшїиѱpѮй'ѬжчкзЊѫ&аОэ!zСѡЕзДѤ&киѯиълуєсѲѭѥ$цБнмупѥpиц}щэКаБѥ/rАмонИмж#цШ ЁѣѥѤжнАыввнД~&КѠ(пѠтѬѧлВѯданtмжпуђнЄ lww2m93*( gjc4 *>h%=n"vahtu|z=@?:;|s93uelut# eim?(;g 88.xn4 '!z>4;"e;jgqBJrYAx`('c/'?,yn:w-iadРѪѤнАqйлжѦлж#чєвЋѣѭГп'Вбйс%ѪѠюйГ$/ЛкѤѨлВВщ иѮцнткїоѿѡѨ~$ВѠн'гиѥѣиуѥщдѯнѩОжrѥжтсѬма#чЪоѹѲБЛжзѨл'яцѣѭэ(}кфѢсѮѭбѢО&мжѯгбырѓ ЁѣѨѧйзѩ#хккѠѠ*$ѩкзѬеѩѭь~qынгДеалVV/MS1>:;|pwnkel)tc4d:'rzl >F=n8t#bi1‣цѠлбМнвzуДѫоrѮи мѬлнсрЭеѿЙѮѬч'Клхь%og64}нлt hzp"0h>:{ce=DEsJQ?>c9o,td5n:+-63*>h&s3?&sr-jm>Z oRL"j$u4a/?){`*$m!-d:1k6?aP⁶ѰдцВфвэиѫП&бѡвбЛтИuюѯѤцгоЖгяйцљоѪѨВд'b67?5{ѥв8r{;nji,7# eim?(;gdh2kd+u;!flmv>:'vimXtGO5m&d'!de'5wp6(}8&x>h&w >hg8хинбцѓ ОНѡѮц'øХввчИАокѠ³3us 'l:'rzl >СНѪѠгзБжмз?gup/ga=>hzp"0h>:{v6?T$t'zkj8y3ih2z5zr37+b}&0*t6!!FVsJQ?>c9Ѳлмп%⁈p98r{{(o:2=n~upg:84,Tgc5rnuq53.0*t6$#HC"#$vh=d9ДлѩѪихПф/⁉ fe?}"rri:a6?Wp_Mnl+wm?w19( gj}{{#l1h!1>jotn&zdB0`|$7z!93v/"ij:6ЗѧтѡѮиѧѫф ―t79?WtLL>7:;|pwnkel)tc4dhzslmv>:'vimXtGO5m&d&w)qc?=v6l>>t:&&aj+HF p`-%m?t{w4>a:сжоѢлИѨнГГъ::{u|qgфѢчкѭапж%ЛѮзкП(мЙмѤѨнѪѥлоеѪ&ълчњѹѨжВѢиявДи2?WtLL>7:'l?(|u:>88rx1fpjip"0h u dfEHcQO?">'!de'5wp6(}8&x>h&w >hg8ужслкњ:#$vh=d9/ПѣѭгцѥякЛкѬѠ#Лѩфы&⁀&96XZ0ѥѤ*+sтнбхѥБфш}кбЛсЖѥоѬѣнелѬщ(.XU МАѨ$йБтфэфЙѢом}збѨрѡѣзѧѬой/z:'pn :;|ak`f0!sk)m1fpjip"0h u dfEHcQO?">'!de'5wp6(}8&x>h&s3?8ПиЕнн#чџрЌНѣѮ$еИтхяаѠѠ&ДѦнеЛ ѩѠпѧѥнелѩи(гтШиЌЛАѮжзѨ#гннѭѪо$ѥ(аѤлѡЗжѩqйриГъ(нкJзЊГѭѨы)sМйшчѣpкзѠжнѯнѩѫ#ùѷгнфЗцанхÑ ЀѡАѥддѫуйнеѠp‒$ѨлбzшѡДсѪАфвиѯъешсJ«ЯѠѩѢкмè#ййнѠ|&м}ъяѪсЕѭуБПяигtияжиџдІѯАкяѫип/зѥѧвчИ$/ѨгДОдѢОчь&Ѧ&йжкєнѡѠѬ('Ѡзв/чѥѫъоѣ(шИоtДсѬОн ЖѯгвтVJОЃѥѤжзsрцааѠpшфѧеьИьtѢгrВеонtчгжьЩюѷЖѣѮ$аѧгкзъwpлб}зяѯкДѥъѢО&ддѬанорХ ІѬѥйшМ#хяеѮѪфкНасv ГЗнѣК&сзѬфф#чЪиѸЖѫ~8( sfa;gutSnlww2m'|q"# eim?(;g 88.xn4 '!z>4;"e;jgqBJrYAx`('c/'?,yn:w-iadЗѤѨьѠqлодЗш(мцѝиѸЛОpж'f37/йѮВцдИ$/ѤнtѨгѣѪшджѯ*(йшѐ ЂЖВѠпмѫфвюпѣѩ&зѥлпѧтtѡнГГог&ѡеж#чЪеЊѨѤГэвѪ#хбтѡѨ&гѭ(еѪкѬѠ.Аѯ&сгѨъ(тэѐуЃЗ|pйвВпйэхДpлд}щнѤиtЕгѥѭгрэz&НацJнЀАѨpх'ѨђделКВъъ}щгѢнѤѮлrѪим&Ѭ&жвуємЄЛ~l+t#bi19t#ve363upjislmupg:&{w
e
3?hh!9'}b9x6(}8#z0}w=n"vahjОщсрїнѵКpѯпзѮ#ЗдаѡБж$ѬудzоЖВгНѬлыкtо(урЫкЀБѠѭйьѯ-'Би{БиеѥшпѡсЛuлГѮилъѣикгкЦ ѿБѮѩ$хѦулблѤВоуѨщеѢйtѯгѮВтлщѢ*(фкєбѵѯѮайѢузэщКП&жѢгбИнЗЛ/rѡмтоѦошнъњтѲûѽпвѩсчбйѫѣлмПефѣ ѦОвВѯч»&Ѡнч#фљнЀБѥѭййѠн'бчѡѫшуѨезЕ ДѫвѬГж оtби#тєрЀѡѪѮб'ѭйкб%ѩѮбиѣжйѧоЕЗжѫqлалѡчълXіаЄѢѨѬдмПоьж%ИАий}зяЕмѪuмѬqмоцѫхщрTJмІОГП$юѫсь!%ьѠфбѡ$/ѠоѧѡгrАйочѪзенйШьДѠѪккДлхюъwpжоПанѢрѪѧгАН&ггѩгшгкєрПѠѣйпБоймл{ѯипВ(¤рвѤЕхéqо йѪйусшШьѿѬpБочИсыюъupД$ПнбКиѬy#Ѧѡае&ѡчглXїеѠѭѨухѭепэщwpккѫебzбПѮнrѯержѩоялкЦ ЋАѮpийѢлмуиѥБфшq(пzпѪЗнѮqвозѬдисдJсЗѨБцзѮхпз+{эж$ѬыгѪгѡu‗rѮцочЖи&#ѥњ ЁѣѠѪцпѩж)!+gut8‐}ВпКмѤy#ѢѫфидѬцыкXÁЭЅЖѪВфйѯгдвнЙѭэн}кфѫрѪД¸sq‒ кПчгжхїоѢѪѮизѮзйнеѠpийs4 )p5;=n~upg:84,Tgc5rnuq53.0*t6$#HC"# eimБйдиѫpыйѨшмѢиtѧшВѣжлжЕъ(ляJнЋАѮ|$пsндялѧѭжы}дпВиѩѥ#ѥѡкецѯж$#эл ѿЖѭБкчИ#ибжѫБнмq(пzгЗѮ#ВѤжкфѪци#йШиѻ pэб'Бжчръ{ѭо$ѡадѡиЕѠйБѬвы*tЖгжтЫ ЌѨБѪкрѫи'зв{ГмфЖъзЕ ѬuбrВйоцtиъйиСлНѣѮйыsла/кѠѠбиѨевѤгѪuуѧѮхлъЕишгVJЗЎИѯЛ$чѣтнпоЊѭлкѤ(аѡаѣѩшrѯвилtби#ьЪуЍЛѬpжиѫбзднКМ&ж}екѥоѠѧлѤѬэй&ѮишмлЫ.бpѨйхѦуукмКѥ&хПшбНкѤѩлrѠгжжѯо(ръџдЀПѫѥйпМ#й/иѫѭгхЌевѤмtЖуѬѬг.:{uxbTh%=n"vahtu|z=@?hzp"0h>:{v6?WlQ@;!qh'f93uelut88r{;nji,"o:p8huxbJsJZ:'vimFѿгЀѨѫпщѤлп/хѫѧдбВгзЛьtѧ#ѭВу оtйшгнJзЎБѫбгАэюза{ѯщцБ(юѯкЗѨз|m)sv5h6?Wp_Mnl+wm?w19( gj}{{#l1h!1>jotn&zdB0`|$7z!93v+1h:öЮкѧтЗЕлѬѬ½ дѪюљиXј ѾЖѦѨи'ѬнгпзѠѥлмВ(ьѩрѪѢшrѭжкчѬкиидїоЇѬѮэкѭтхз+{ткбМъбzтѪѦнrЖфозП&пгфџдЅЛВМхш#йв%ѥѡцчЕадzнѤuдѦѡлигtдщэXЫвЀѭpѮзкѦбфс%ѧѮяшs(ЧѠвѤѮ#ѭВнекЅфеныє ЀАѭП('ГгнкчАp­ЦѭбыЙнѤî#ѪqчгхЕфвлXѕлЎДѬЛ$иГжеяеЙѨнм}шьѢнПuбrБгшгЖи&#љШеЃѨpАчтѮрмз){ѯисѣшбѧиѦuмѬѥ&сиѥиб#ъЫеОѠѤббѧш'ПоѮѪчд}епzпѪѤжѡ:/u$gf=DEsNB>n8(#=;;g#ve3(|.y80>p2ili&#HZ0ѽВкдѭ#жфоѥpмдПиюИрѪБлЕѤчкоtкиицD СѣѨѤѕхВь'юнѠМлк}епѥрЛВяrѩбвоѯоешTJ—ѢpѣкчПййж%ИБкбЕвбѣ ѫѫзБѭжл&Ѫл&#ѥЩжЋОpѭкеИк'аоѫѭ($a'|*a:k?}"vahj:'sFVp# eispsvi>m$g2d`(:t'd0y6,&d*(3QH>P$"ki4=;|u:>8ЦНнвѢрѪѧнЕѬжя&ѣиегXÁВЎИМѪмчѫл¼3*( gjc4 )t&:m5o:/u$gf=DEp n8t#bi/v/)ja`*l5l;'9r#ab.d*(3TJ0
nlww2m9ЕлѧѠлаѭ(КѨрѡѨсѪО&офѠээгуњ ЁНБѫб'ѫдкьхѣВгпБебѣ ЖЕжѯѩцодѮо&#ѕёьЉГ|pлчѫтфэфЙѢижѭкчѪяtѨгrѦжнщЖоа#лJЖІАѫѮжйѪ/'ю%ИѤижѣгуЛтѦѭжѮqйовѡнаишЫьОѮѢкцБящ!9t#ve363us$4mlm)p8hv6?aP#$}k6>%lj7?t>}zh8(dy#b}&0/v84pn‷pъххѣсп#%КѥекѩерzкѤѪлАѡлу&ÿЦжйцШа…ГБцчѭлмз%ѩѧзчКвьv ⁀uтrѮноуѪ&щйиСвЎЖѬЛи'ѤийяеѯБфжѣд/ЛоѪѤъѪѪж иѩж&?Wp_Mnl+t#bi19t 88-63)p5;#!%lci$klr"7f/c/'?){`/&c4|*a:k‗rыфо9t‒(пыїоЌЖѭѭк'ѡтхяаѤѥлчѦщрzСѡЕаѧѨ* дЕї(жбл ЉГЖѨомѦокфм{ѭж$МкбЋмtѪнВѡаелѬо&?Wp_Mnl+t#bi19t 88-63)p5;#!%lci$klr"7f/c/'?){`/&c4|*a:k‗rриедѪп(уцћоѼцѨзмѭбйж+{-$НивѩаzuТѢѭж лѡ&кльџлЎpѭк'АбвяаѦѠ*$ѥп/ѧеѧѫ#ѠАї вѡцфпцJпЀБЛИмжѣий#%⁏pч$ѠиюѡаѢѡжѯѩгм&ДжщсзљиЌГПpхмѭбз#%ѥВдбПадѪ ѹѮяѥѡ(:;|s93uelut88rx1fpjip"0h u dfEHcQO?">'!de'5wp6(}8&x>h&s3?8—&ѻ&щнъџтѽѭpѢдлsов/лЙѢнбѧиэЖсЛuоѢqдсщѮоб#фЩсЀѣ~pХйВувллЙѮсшПнюЖ ѩѥ#ГѣиёкtйшньјиЈЖѭѨм)sФвг%ѪЛчцНнкzвПuзѬАфиеѩгъжX.-ѾГѭѣд+sсвг%КѪифѨн/ѦыtДпѬѧгм&ЖцнорЪоЌГВМхшsмйдиѥЖгйѠж!z—tраѬqдзеѯщм#йѐоЅѯѧѭчмsмй/пѫѦвкѡы!z—tѺ#ѯѤ&сиѥошгжЫьЗѥѫдхП#еюы{АжеѣъьzзѤuбѢА(:;|s93uelut<f/)t-9fos&ci8iz9Xg\`|$7#7&'eхек}ъбѧ ѩѠ#ѬАфадѯщг#чЪоѿѡАѠйцБбз/бѠП&аѥщеЙсЕѭк|qИн&Зан#ъђдЋИpБбжМ#кп%ПѨлдѦн/ИуДѨлВѡ* оtкнитђеѢѪѫкнѫ#вмл{ѭг$ѥеэѯрѡДнѠѡни(tХ(оэљоВЛѫм'ѠнчпвѯѮ&еѣгкѯ ѤѩвѪЗообѩэн#оџлІ lww2m93*+n

Глава 14

Тихий гул системы вентиляции и приглушённые огни города за окном — единственные звуки, сопровождавшие мысли Зевса. Он лежал без сна, вглядываясь в потолок, где узоры теней складывались в знакомые схемы тактического анализа. Внутри него всё было готово к переменам. Он пересматривал свой статус уже в десятый раз за вечер, мысленно пробегаясь по цифрам.

Зевс Иванов.

Уровень 13.

Уровень мощности: 740 Эл

Ранг: E+

Сила: 8Интеллект: 9Ловкость: 11Выносливость: 12Прочность: 8Энергия: 15Разум: 7Свободные ОП: 4Опыт до следующего уровня 150000

Доступный Опыт: 161000

Ему нахватало всего два очка показателей (ОП), которые отделяли его от долгожданного эволюционного скачка — повышения ранга. Хотя в масштабах галактики ранг D считался всего-навсего первой ступенькой, для него, вырванного из привычной жизни, это было ничуть не менее важно, чем первое слово ребёнка или первый полёт в космос. Это означало, что он перестанет быть обузой. Станет не просто тактиком, чьи расчёты можно заменить продвинутым ИИ, но и настоящей боевой единицей. Грозной силой.

Затем мысли невольно переключились на Оливию. Именно её неукротимая, почти безумная ярость в бою зажгла в нём ответную искру азарта. Он присоединился к команде «Рокот» по необходимости, но теперь… Теперь ему было интересно.

Оливия. Она в последнее время она вела себя странно. Их стычки сменились долгими разговорами, её едкие насмешки — любопытными, изучающими взглядами. В её поведении сквозила неуверенность, несвойственная этой буре в человеческом обличье. Зевс ловил себя на мысли, что ему это нравится. За её колючим, сварливым фасадом скрывалась ранимая и преданная натура. Она не была богиней с обложки, но в её стремительности, в грации тренированного воина была своя, особенная притягательность.

С силой выдохнув, Зевс отогнал эти мысли. Не время. Сначала — повышение. Потом — всё остальное. Он мысленно представил завтрашний день: ранний подъём, пока все спят, тихий парк… и сюрприз для Клавдия, который с мазохистским упорством каждое утро пытался вбить в него азы рукопашного боя. Эти ежедневные избиения уже изрядно надоели. Без своего усиленного костюма он и со своей способностью был слабоват. Завтра всё изменится.

Сон наконец смежил его веки.

Будильник мягко вибрировал в 5:00, и Зевс, уже привыкший к военной дисциплине, мгновенно пришёл в себя. Он потянулся, костяшки его пальцев хрустнули, и он повернулся, чтобы застелить кровать. В полумраке комнаты, у окна, стояла неподвижная фигура.

Сердце Зевса провалилось в пятки, а потом выпрыгнуло в горло. Он отшатнулся, и из его глотки вырвался приглушённый, сиплый крик.

— Бляяяяяя! — Он схватился за грудь, чувствуя, как адреналин ударяет в голову. — Оливия?! Какого чёрта? Как ты тут оказалась?

Девушка не шелохнулась. Её силуэт, подсвеченный уличными фонарями, казался неестественно хрупким.

— Во-первых, нужно закрывать окно, — её голос прозвучал хрипло, без привычной дерзости. — Во-вторых, это всего третий этаж. В-третьих, у меня была бессонница. И было скучно.

— И твой выход из положения — залезть ко мне и смотреть, как я сплю? — выдавил он, постепенно приходя в себя.

— Ой, знаешь что?.. Пошёл ты. — Она резко развернулась к двери, но Зевс был быстрее. Со скоростью, которой позавидовал бы сам Клавдий, он оказался рядом и мягко, но твёрдо взял её за запястье.

И тут он разглядел её как следует. В тусклом свете он увидел заплаканные, красные глаза и бледное, осунувшееся лицо. Вся её бравада испарилась, оставив лишь голую, дрожащую боль.

— Оливия? — его голос смягчился. Он повернул её к себе. — Что случилось? Говори.

Она не стала сопротивляться. Её плечи сникли, и по её щеке, которую она так старательно отворачивала, покатилась тяжёлая, единственная слеза.

— Прости, что ворвалась… — она прошептала. — Я просто… не знала, куда пойти. Моего отца… убили. Вчера ночью. Его адвокат… сообщил… Я не понимаю… просто не понимаю, как…

Слова оборвались. Зевс не стал ничего говорить. Он просто притянул её к себе, обнял и усадил на край кровати. Она не сопротивлялась, позволив ему взять на себя тяжесть своих чувств.

— Соболезную, — тихо сказал он. — Это ужасно. Я с тобой. Что бы ни было.

— Понимаешь, мы… мы с ним не ладили, — её голос прерывался. — Но он был… он был единственным. А теперь я совсем одна. А этот ушлый мудак-адвокат… его только одно интересовало: «Когда мисс сможет заняться вопросами наследства?» — она с ненавистью передразнила его.

Они просидели так, казалось, вечность. Зевс молча слушал, пока она выговаривала свою боль, гнев и отчаяние. Постепенно рыдания стихли. Она глубоко выдохнула, вытерла лицо тыльной стороной ладони и посмотрела на него. В её глазах снова появилась знакомая сталь.

— Спасибо, что выслушал, — её голос вновь приобрёл твёрдость. — Я, знаешь ли, не привыкла кому-то «лить сопли». — Она с силой ущипнула себя за предплечье, словно физической болью пытаясь загнать поглубже душевную. — И ни слова остальным. Ясно? Не хочу их жалости. Никаких соплей.

— Я… я просто хотел…

— Пожалуйста. Не надо.

— Хорошо. Как скажешь.

Она встала, потянулась, и на её лице появилась слабая, почти что дерзкая ухмылка — жалкая пародия на её обычную улыбку.

— Ладно. А ты-то чего встал в такую рань? Планировал сбежать от нас?

— Вообще-то… я собирался пройти повышение. Но теперь, конечно, не время…

— Ошибаешься. Как раз время, — она тут же перебила его. — Сделай это. Ради меня. Дай мне хоть один повод для нормальных эмоций сегодня.

— Ты уверена? Может…

— Конечно, уверена! Хотя погоди-ка… — в её глазах мелькнула искорка прежнего огня. — Какого чёрта ты не сказал мне вчера? Думал, мы с тобой не настолько близки? — в её голосе снова зазвучал едкий оттенок раздражения.

— Хотел сделать сюрприз. Всем.

— Ну вот теперь сюрприз только мне. Пойдём, электрический мальчик. Посмотрим, насколько тебя развезёт.

Парк в предрассветной мгле был пустынен и безмолвен. Они углубились в чащу, подальше от любопытных глаз. Воздух был холодным и свежим, пах прелой листвой и грозовым электричеством, исходящим от самого Зевса.

— Думаю, здесь сойдёт, — он остановился на небольшой поляне.

— Чего ждёшь? Вперёд. Я постою тут. — Оливия отошла метров на тридцать, прислонилась к старому дубу и скрестила руки на груди, приняв вид строгого надзирателя.

Зевс нашёл поваленное бурей дерево, сел на него, закрыл глаза. Внутренний интерфейс всплыл перед его мысленным взором. Потратить опыт. Две последние единицы опыта были получены — уровень 14 достигнут. +2 Свободных ОП. Теперь у него их 6. Он без колебаний распределил их, следуя заранее продуманному плану: +3 к Энергии, +2 к Ловкости, +1 к Выносливости. Сердце заколотилось чаще. Он был готов.

На его внутреннем экране замигало золотистой рамкой новое сообщение:

«Требования для повышения ранга выполнены. Активировать эволюцию? Да/Нет

Он мысленно нажал «Да».

Боль пришла не мгновенно. Сначала возникло чувство глубочайшего, всепоглощающего резонанса. Каждая молекула его тела начала вибрировать, выходя из гармонии. Потом пришла боль — острая, жгучая, будто его разрывали изнутри миллионы разрядов. По его коже поползли синие змейки молний, они шипели и потрескивали, оставляя на земле вокруг него чёрные опалённые следы. Воздух затрепетал, зарядился озоном до вкуса металла на языке.

Оливия, наблюдая со стороны, перестала дышать. Она видела, как повышался Алекс, но это… это было в разы мощнее, диче, первозданнее. Казалось, сама природа восставала против изменения, происходящего в этом человеке. Она инстинктивно сделала шаг назад, сжала кулаки, готовая броситься вперёд, если что-то пойдёт не так.

Апогей наступил через десять минут. Зевс выгнулся в немой гримасе, и из его груди вырвался ослепительный столп чистой энергии. Раздался оглушительный хлопок, как от ударной волны. Земля содрогнулась. Оливию, стоявшую в тридцати метрах, как щепку отбросило назад. Она кубарем прокатилась по земле, больно ударилась о куст и замерла, оглушённая.

Зевс пришёл в себя. Его тело пело от переполняющей силы. Перед глазами мигали десятки уведомлений о новых способностях, повышенных характеристиках, открывшихся возможностях. Но его взгляд упал на распластавшуюся вдали фигуру. Оливия.

Мысли не было — только импульс. Мне нужно к ней. Сейчас же.

И мир взорвался в вспышке синего света. Он не побежал — он исчез с того места, где сидел, и материализовался рядом с ней, даже не осознав, какую способность применил. Просто сработал инстинкт. Новая способность «Молниеносный рывок» помогла ему преодолеть 60 метров всего за 0.05 секунды.

Оливия как раз приходила в себя, моргая, когда перед ней из сгустка искр и света возник Зевс. Она ахнула и отпрянула.

— Вау! Ты… Это что было?! — она уставилась на него широко раскрытыми глазами. — Это новая способность? Так быстро!

— Полагаю, что да, — он сам был слегка ошеломлён. Он протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Её пальцы сжали его с неожиданной силой.

— Вижу, всё прошло успешно. Ну? Показывай, насколько крутым ты стал?

Зевс кивнул и вызвал голографический интерфейс, разрешив ей видеть его. Цифры всплыли в воздухе между ними.

Зевс Иванов. Уровень мощности: 1170 Эл.

Ранг: D.

Сила: 13Интеллект: 15Ловкость: 23Выносливость: 13Прочность: 11Энергия: 32Разум: 10Свободные ОП: 4

Оливия замерла. Она смотрела на показатели, потом на него, потом снова на цифры. Её брови поползли к волосам.

— Какого… чёрта? — прошептала она. — Зевс, тебя поцеловала в задницу сама богиня удачи. У Алекса мощность подскочила на 240 единиц. А у тебя… на 370?! Это же бред какой-то! С какой стати?

Он только развёл руками, на его лице играла сдержанная, но довольная улыбка.

— Понятия не имею. Видимо, небеса меня любят. Но по крайней мере, теперь я не совсем бесполезен.

В этот момент у него в кармане завибрировал коммуникатор. Он глянул на экран — Клавдий.

— Эй, доходяга! Где тебя носит? Уже пол-седьмого! — раздался из динамика привычный хриплый голос. — Или ты решил, что утренняя порция тумаков отменяется?

Зевс прикрыл трубку ладонью и перевёл взгляд на Оливию. Та едва заметно улыбнулась и сделала рукой жест: «Иди».

— Э… Извини, проспал немного, — бодро солгал Зевс, всё ещё не желая раскрывать карты.

— Давай уже, скорее! Жду в зале!

— Пять минут! — Зевс отключил связь.

Он посмотрел на Оливию. В её глазах читалась твёрдость, но и благодарность.

— Иди, — повторила она тихо. — Покажи этому громиле, что с тобой шутки плохи. А я… я пойдк приведу себя в порядок.

Он кивнул и, развернувшись, сделал шаг. И тут же, уже по собственной воле, активировал «Молниеносный рывок». Не для скорости, а просто чтобы почувствовать. Он исчез в вспышке света, оставив после себя лишь запах озона и лёгкое потрескивание в воздухе.

Оливия одна осталась на поляне. Она глубоко вдохнула, глядя на опалённую землю там, где он только что стоял. Впервые за это утро на её лице появилось нечто, отдалённо напоминающее надежду.

Зевс пересёк порог спортзала, и на него тут же обрушился знакомый хриплый голос:

— Ну что, электрик? Готов к утреннему сеансу избиений? — Клавдий, уже разогретый и потный, похабистски хрустнул костяшками пальцев. Его ухмылка говорила о том, что он уже мысленно представлял, как будет швырять Зевса по матам.

Но сегодня всё было иначе. Вместо привычной напряжённой позы Зевс стоял расслабленно, с лёгкой, почти дерзкой улыбкой.

— Предупреждаю, сегодня избит будешь только ты, — парировал он, и в его голосе звучала непривычная уверенность.

Клавдий лишь фыркнул. Прелюдии были не в его стиле. Он привычно ринулся в атаку, мощный и стремительный, как бульдозер. Для бойца его уровня рукопашный бой против эспера ранга E+ был разминкой — предсказуемой и лёгкой.

Но в этот раз его ждал сюрприз.

Его первый же прямой удар Зевс парировал не напряжённым блоком, а лёгким, точным движением предплечья, отводя руку Клавдия в сторону так, что того чуть не закрутило. Контратака последовала мгновенно — резкий, вколоченный в ребро апперкот, от которого у Клавдия перехватило дыхание.

— Что?! — успел выдохнуть он, отскакивая.

Он попытался провести серию ударов — быстрых, жёстких, отработанных до автоматизма. Но Зевс не пытался уворачиваться или отступать. Он читал его. Каждое движение Клавдия было будто заранее известно. Зевс парировал, уходил с линии атаки с невероятной плавностью и тут же отвечал жгучими, точными контратаками, которые находили самые уязвимые места.

Клавдий, разозлённый, пошёл на хитрость — сделал ложный выпад, чтобы заставить Зевса открыться, и тут же запустил настоящий, сокрушительный удар с разворота.

Он не успел даже понять, что произошло.

Вспышка. Мгновенная, ослепляющая. Зевс не просто среагировал — он исчез с траектории удара и появился сбоку. Его ладонь, сжатую в кулак, окутали синие разряды. Он не стал бить в полную силу — лишь легонько, по касательной, толкнул ею в грудь Клавдия.

Эффект превзошёл все ожидания. Клавдия, весящего под центнер, отбросило через весь зал, как тряпичную куклу. Он врезался в стену с глухим стуком и осел на маты, кашляя и пытаясь отдышаться от удара током, сковавшего его мышцы.

В спортзале повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Клавдия. Он поднял голову и уставился на Зевса с чистым, неподдельным изумлением.

— Какого… чёрта? — просипел он, с трудом поднимаясь. — Погоди, чувак… Ты что, прошёл повышение? В ранг D?

Зевс потушил молнии на своей руке и с тем же спокойствием пожал плечами:

— Как раз с утра. Или ты думал, я просто так опоздал?

Хотя параметр Силы у Зевса всё ещё уступал показателям бойца, совокупный уровень его характеристик теперь был на другой лиге. Ловкость в 23 пункта делала его движения почти неуловимыми, а Энергия в 32 пункта давала не только мощь способностям, но и феноменальную скорость реакции и проводимость нервных импульсов. Теперь он мог с лёгкостью доминировать в бою против бойца ранга E+ даже без своего костюма.

— Мудень! — рявкнул Клавдий, но в его голосе уже не было злости, а лишь спортивная злость и азарт. — Мог бы и предупредить!

Он отряхнулся, и по его позе было видно — теперь он настроен серьёзно. С рёвом он вновь бросился в атаку, выкладываясь на все сто. Но как ни старался, разницу в ранге было не компенсировать. Зевс парировал, уворачивался и контратаковал с пугающей лёгкостью. Он буквально «вытирал» им пол, не вспотев и не сбив дыхания. Его улучшение было пугающим.

Чуть позже, перед занятиями, команда собралась в холле. Алекс что-то оживлённо обсуждал с Клавдием, который с энтузиазмом размахивал руками, описывая утренний бой. Увидев Зевса, Алекс повернулся к нему, и его лицо расплылось в широкой улыбке.

— Клавдий всё рассказал! Поздравляю, дружище! Ранг D! Это огромный скачок!

— Спасибо, — Зевс кивнул, чувствуя лёгкую гордость.

— Так, хватит секретничать! — нетерпеливо произнёс Алекс, потирая руки. — Давай уже скинь свой профиль в общий чат! Хочу во всех подробностях посмотреть, что ты получил от ранга D. Должно же там быть что-то эпическое, раз ты Клавдия со стеной познакомил!

Все взгляды устремились на Зевса, ожидая, когда же он продемонстрирует свои обновлённые характеристики.

- Чего, 370 Эл улучшения? Такое вообще бывает? Я думал что Алекс был местным рекордсменом. После пробуждения же у тебя было всего 250 Эл – завидовал Клавдий

Алекс внимательно изучил голографический профиль, его брови поползли всё выше ко лбу. Цифры не просто впечатляли — они бросали вызов всем известным ему законам и статистикам развития одарённых.

— Зевс, это… это даже не уникально, — прошептал он, и в его голосе звучало почти благоговение. — Это из разряда чудес. Такое тотальное улучшение всех показателей, такой скачок мощности… За всю современную историю подобное фиксировали лишь у единиц. И это всегда были… гении из гениев. Основатели новых школ, легендарные адмиралы, те, чьи имена вписаны в учебники.

Он оторвал взгляд от голограммы и уставился на самого Зевса, словно пытаясь разгадать его загадку.

— Возможно, это какая-то компенсация, — предположил Алекс, вновь обратившись к цифрам. — Ты пробудился с высокоранговой способностью, но запертой в теле, чьи базовые показатели были на самом дне. Система, если так можно выразиться, признала этот дисбаланс. И когда ты наконец прорвал плотину ранга E, она не просто дала тебе стандартное улучшение… Она скомпенсировала всё накопленное отставание. Вложила в тебя всё, что должна была дать постепенно, но ты не мог принять из-за изначальной слабости.

Алекс покачал головой, всё ещё не веря собственным глазам.

— Это объяснение звучит бредово, но другого у меня нет. Ты не просто стал сильнее, Зевс. Ты совершил квантовый скачок. Теперь я понимаю, почему Клавдий выглядел таким… помятым.

Тем временем в роскошном, отделанном тёмным деревом и кожей кабинете Александра Ермолова царила таинственная атмосфера. Воздух был тяжёл и сладок от аромата выдержанного табака и старой власти. Здесь, в сердце одной из самых влиятельных семей Империи, принимали двух гостей — представителей других великих дворянских домов, чьи корни уходили в саму историю человеческой экспансии.

Леонид Разин, глава дома Разиных, восседал в кресле, как хищный старый коршун. Длинные седые волосы ниспадали ему на плечи, а на лице, испещрённом картой прожитых веков, читалась холодная, безжалостная мудрость. Его осанка была безупречной, а взгляд — острым и пронзительным, выдавая в нём не дряхлого старика, а опытного и опасного игрока. Напротив него, почти растворяясь в полумраке комнаты, сидел Арсений Орлов. Он был полной противоположностью — невысокий, лысый, одетый в простые серые одеяния, он напоминал теневого советника, чья сила была не в яркой внешности, а в невидимых нитях влияния.

Александр Ермолов молча разлил по хрустальным бокалам выдержанный виски цвета тёмного янтаря. Ритуал был отточен веками. Только после того, как каждый сделал первый глоток, обжигающий и согревающий, он начал встречу.

— Всё идёт так, как мы и ожидали, — его голос был низким и размеренным, словно удар колокола. — Император, в своей слепой амбициозности, объявил о грандиозной программе перевооружения. И, по иронии судьбы, именно мы, заполучили самые жирные контракты. Его спешка играет нам на руку.

— Этот мальчишка слишком падок на громкие жесты, — прорычал Разин, вращая бокал в мощной ладони. — Он пытается рубить с плеча, подгоняя весь мир под свой инфантильный идеал. Мечтает о могуществе, которого не заслужил, не понимая, какую цену придётся заплатить за его спешку. Он играет в солдатики, не осознавая, что солдаты — настоящие.

Императору было всего 45. Каждому из сидящих в этой комнате перевалило далеко за шестьсот. Для них он и впрямь был мальчишкой — неопытным выскочкой, чей срок правления был лишь мгновением в их долгой жизни.

— Его отец, хоть и не блистал интеллектом, понимал основы мироустройства, — тонким, почти сиплым голосом добавил Орлов. Его пальцы с тонкими, костлявыми фалангами сложены домиком. — Он понимал цену статуса-кво. Нынешний же… он нарушает баланс. Хаос в галактике набирает обороты. Когда другие державы сделают свой ход в ответ на его бряцание оружием, он поймёт, что нельзя в одиночку противостоять ветру перемен. Его амбиции приведут к краху. Наш же долгу — сохранить то, что останется.

— Именно тогда мы и сделаем свой ход, — продолжил Ермолов. — Мы уже контролируем большую часть правительственного аппарата. Чиновники недовольны. Их карманы пустеют, ведь финансирование уходит из их департаментов прямиком в ненасытную пасть военной машины.

— А как нам быть с военными? — поинтересовался Разин, и в его хищном взгляде мелькнул интерес. — Они-то уж сейчас на коне. Чувствуют себя избранными, новыми героями империи.

— Отнюдь, — холодно усмехнулся Ермолов. — Такая эйфория царит среди лейтенантов и капитанов, мечтающих о подвигах. Высшие же генералы и адмиралы… они не столь оптимистичны. Они видят картину целиком. Они понимают, к чему может привести его внешняя политика. А его… «крестовый поход» против коррупции, — Ермолов произнёс это слово с лёгким презрением, — и аресты нескольких высокопоставленных чинов из Минобороны лишь добавили им трезвости. Они видят, что его радикализм может в конечном счёте обратиться и против них. Страх — мощный союзник.

— В любом случае, текущая ситуация для нас более чем выгодна, — бесстрастно констатировал Орлов. — Пока он готовится к войне, которую, возможно, сам же и спровоцирует, мы будем богатеть. Баснословно богатеть.

— Я на днях буду на аудиенции у Императора, — внезапно сменил тему Ермолов. — Планирую сосватать его дочь, за своего младшего сына.

В воздухе повисла многозначительная пауза. Разин медленно кивнул, а на его лице появилась ухмылка.

— О… Искусный ход, Александр. Очень искусный. Когда придёт время, твой сын станет мужем Императрицы. Это укрепит легитимность любого… переходного периода.

— Не будем забегать вперёд, — с некоторой скромностью поднял руку Ермолов, хотя в его глазах читалось удовлетворение. — Но да, у императора лишь одна дочь. Прямая наследница. Если с ним… что-нибудь случится, наше влияние на трон будет трудно переоценить.

Они не считали себя предателями. В их собственной, изощрённой системе координат они были спасителями Империи — хранителями старого порядка, который веками гарантировал стабильность и процветание. С предыдущими императорами у них был негласный договор: аристократия не лезет в большую политику, а трон не посягает на их привилегии и источники дохода. Государство развивалось медленно, предсказуемо, и всех это устраивало.

Но этот новый Император… он был другим. Молодым, непредсказуемым, одержимым идеями величия и перемен. Он редко прислушивался к советам Тайного совета, состоящего из таких, как они, и яростно пытался сломать устоявшиеся порядки, которые они так берегли. И потому их заговор они считали не изменой, а необходимым злом — вынужденной мерой по спасению государства от гибельного курса собственного правителя.

Глава 15. Нарастающее напряжение в галактике

Звёздное скопление «Аврора», пояс астероидов звездной системы «Аврора-4»

Глубоко в сердце гигантского астероидного поля, где датчики большинства кораблей слепли от помех и гравитационных аномалий, располагался объект, которого официально не существовало. Секретная база «Каньон», встроенная в ядро древней, богатой металлами скалы, была детищем корпорации «Х-Space» и её передовых технологий маскировки. Её силовые поля и отражатели делали её неотличимой от фона холодного камня и космического мусора.

Здесь, в своей скромной, но технологически совершенной каюте, Август Лоренс сортировал потоки разведданных. Как один из самых доверенных оперативников Илониуса Максимуса, он был не просто менеджером; он был скальпелем в руках своего босса — точным, безжалостным и невероятно эффективным. Его команда планомерно картографировала ближайшие системы, выискивая слабые места в обороне русских и следы конкурентов.

Мягкий звуковой сигнал оповестил о входящем шифрованном вызове. Август выпрямился, одним движением руки отправив все открытые файлы в спящий режим. Перед ним материализовалась кристально чёткая голограмма Илониуса Максимуса. Лицо босса было бесстрастным, как всегда. Церемонии были пустой тратой времени.

— Доклад, — прозвучал ровный, лишённый всяких эмоций голос.

— База «Каньон» функционирует в штатном режиме, — немедленно начал Август, его слова были отточены и лаконичны. — Мы завершили первоначальное сканирование ближайших семи систем. Русские разместили в регионе чуть более трёх тысяч кораблей. Основная группировка, порядка двенадцати сотен единиц, сосредоточена в системе «Аврора-5», они сосредоточены у планеты «Нимбус». Они чувствуют себя хозяевами положения, патрулирование ведётся по стандартному шаблону.

Илониус молча кивнул, его удовлетворение проявлялось лишь в лёгком сужении глаз. Он ожидал подобных цифр.

— Выявили следы других «охотников»? — последовал следующий предсказуемый вопрос.

— С уверенностью в семьдесят процентов можем утверждать, что в секторах 7 и 9 действуют разведывательные дроны, сигнатуры соответствуют «Розетков Индастриз». Также зафиксированы следы квантового туннелирования, характерные для новейших двигателей кораблей ВКС Штатов. Они ведут себя крайне осторожно, видимо, также проводят разведку.

— Как и ожидалось, — холодно отозвался Илониус. — Этот кретин Розетков хочет прибрать к рукам все игрушки, пока остальные делят орбиты. Статус строительства?

— Секретные звёздные врата находятся на завершающей стадии сборки. Ориентировочное время до полной готовности — две-три недели. Мы используем астероидную массу для экранирования энергетических выбросов.

— Ускорьте работы. Чем быстрее, тем лучше, — приказал Илониус. — Мы провели собрание Кворума. В настоящее время формируется совместный ударный флот. Наша задача — обеспечить появление в системе нашего флота раньше. Я выделяю вам флот «Сигма» — семьсот кораблей. Все они построены по украденным и усовершенствованным чертежам Розеткова. Будет весьма… иронично, если его же технологии станут причиной его провала.

Август позволил себе лёгкую, холодную ухмылку.

— Подставить этого выскочку будет крайне приятно, сэр. Когда ожидается выдвижение основного флота Кворума?

— Ориентировочно через два месяца. Всё упирается в Розеткова — он отвечает за строительство основных врат для переброски сил. Полагаю, этот мудак намеренно тянет время, чтобы успеть перебросить свои личные силы первым и захватить плацдарм. Ваша задача — сделать так, чтобы его встретил уже готовый к бою флот под нашим управлением.

— Понял. «Эскадрон Сигма» будет ждать в полной готовности. Врата будут построены в срок.

Связь прервалась. Август остался в тишине своего кабинета, вновь погрузившись в стратегические карты.

Императорский дворец, Киото, Японская Звёздная Империя

Тронный зал не поражал безвкусной позолотой или гигантскими размерами, как это часто бывало у других космических держав. Здесь царила эстетика ваби-саби — сдержанная, почти аскетичная роскошь. Стены из тёмного полированного дерева, тонкие шелковые свитки с каллиграфией, идеально ровный каменный пол. Воздух был наполнен тонким ароматом сандала и старой, неспешной власти. На невысоком, но монументальном троне из чёрного камня, больше напоминавшем лаконичную скульптуру, восседал Император. Его фигура была безупречной, лицо — непроницаемой маской спокойствия.

Перед ним, стоя на почтительном расстоянии и склонив голову, замер его главный помощник, Куросава. Мужчина в безупречном тёмном кимоно зачитывал доклад, его голос был ровным и почтительным, без тени подобострастия.

— Ваше Превосходительство, мы подали официальную заявку на право экспансии в новое звёздное скопление «Окинава» в Совет Космического Содружества. Представители Кворума подтвердили, что задействуют все свои рычаги влияния для скорейшего одобрения нашей кандидатуры.

Император медленно кивнул. Его пальцы слегка постучали по подлокотнику трона — единственный признак заинтересованности. — Это ожидаемо. Они видят в нас полезный противовес. Как обстоят дела с финансированием и подготовкой экспедиционного флота? Мы должны быть готовы отправить первый разведывательный отряд в течение часов после получения мандата Совета.

— Кворум перечислил обещанные средства в полном объёме, — отчеканил Куросава. — Все наши верфи, работают в три смены. Восемьдесят процентов экспедиционных сил уже укомплектованы, проходят финальные учения на симуляторах. Оставшиеся двадцать процентов будут готовы к сроку. Новейшие крейсеры сошли со стапелей на прошлой неделе.

— Хорошо. Обеспечьте максимальную готовность, — голос Императора был тихим, но каждое слово в нём имело вес приказа. — Но не ослабляйте бдительность здесь. СНГ не станет молча наблюдать за нашим усилением. Они не станут идти на открытую конфронтацию, поэтому наверняка воспользуются старыми методами: наёмниками, кибер-диверсиями, подкупом мелких кланов на наших периферийных территориях. Их цель — хаос. Усильте патрулирование всех ключевых систем. Введите протокол «Тень самурая» для всех военных транспортов.

— Будет исполнено немедленно, мой господин.

Император ненадолго замолчал, его взгляд устремился вдаль, словно он видел не стены дворца, а бескрайние просторы звёздных карт. — И ещё одно, Куросава, — его голос приобрёл ещё более металлический, холодный оттенок. — Направляйте мне личные отчёты о каждом шаге, каждом движении Кворума. Каждую их уступку, каждое требование. Хоть мы сейчас и плывём в одном потоке, помните: они — гайдзины. У них нет понятия долга или чести. Их волнует лишь сиюминутная выгода. Они используют нас как таран против СНГ, и мы используем их ресурсы. Но доверять им — значит быть слепцом. Мы должны быть готовы развернуть наши клинки в любую сторону, когда их интересы перестанут совпадать с нашими.

— Само собой, мой господин, — склонился Куросава. — Их действия будут отслеживаться с предельной тщательностью. Мы не позволим себя обмануть.

Император кивнул, давая понять, что аудиенция окончена. Помощник беззвучно поклонился и удалился, оставив своего повелителя в тишине тронного зала. Император остался один со своими мыслями, лицо его вновь стало непроницаемой маской, за которой скрывался холодный расчёт правителя, ведущего свою нацию по опасному пути между великими державами. Его честь принадлежала только Японии и её народу, а не временным союзникам с сомнительной репутацией.

Звёздное скопление «Аврора», звёздная система «Аврора-5», Дредноут командующего «Пётр Великий» на орбите планеты «Нимбус»

В личной каюте генерал-лейтенанта Павла Петренко пахло дымом дорогой сигары и старым кожаным креслом — запахом, который он считал единственно правильным для принятия стратегических решений. Строгий, почти аскетичный интерьер нарушало лишь массивное бронированное окно, за которым висел испещрённый кратерами мрачный шар «Нимбуса» и холодные искры далёких звезд. Сам генерал, грузный мужчина с проседью в щетине и умными, усталыми глазами, изучал сводки на светящемся голографическом планшете. Он ждал. Ждал звонка, который ты не мог проигнорировать.

Формально он подчинялся адмиралу Герасимову, командующему всеми силами в «Авроре». Но в реальности у Петренко, человека ответственному за раскопки обнаруженных иинопланетных артефактов, были куда более широкие полномочия. Вся звездная система «Аврора-5» и прилегающие системы дышали по его команде.

Раздался негромкий, нарастающий гул, и в центре каюты материализовалась кристально чёткая, почти осязаемая голограмма. Император Александр VII выглядел моложе своих лет, но его взгляд, отточенный грузом короны, был тяжёл и пронзителен.

Петренко мгновенно встал по стойке «смирно», сигара исчезла в пепельнице-утилизаторе.

— Ваше Величество. Генерал-лейтенант Петренко к вашим услугам.

— Вольно, Павел Геннадьевич, — голос Императора был спокоен, но в нём чувствовалась стальная напряжённость. — Обойдёмся без церемоний. Я изучил ваши последние отчёты. Меня беспокоят признаки активности «безбилетников». Подтвердите.

— Так точно, Ваше Величество, — генерал сделал шаг вперёд, и в воздухе между ними всплыли тактические карты. — Мы засекли несколько проходов кораблей-невидимок на периферии системы. Сбили один стелс-разведчик… с эхипажем. — Петренко на мгновение сжал губы. — Выжить они не смогли. Аварийные капсулы сработали на самоуничтожение. Генетический анализ и поиск в базах не дали результата. Профессионалы. Но почерк… почерк указывает на подразделения «Теневого флота» Штатов.

Он провёл рукой, и карта покрылась алыми зонами.

— Мы усилили патрули, но этого катастрофически мало. Слишком много слепых зон, Ваше Величество. Скопление огромное, а флот растянут..

Император молча выслушал, его лицо оставалось непроницаемым, но пальцы слегка постучали по основанию его трона.

— Я понимаю. Больше, чем понимаю. Мы постараемся выделить вам ещё тысячу кораблей. Эсминцы, крейсера, система дальнего радиолокационного обнаружения «Око». Но это — наш максимум на данный момент.

Он помолчал, и в его голосе впервые прозвучала тяжесть.

— Галактика кипит, Павел Геннадьевич. Давление нарастает со всех сторон. Я уже отдал приказ о расконсервации кораблей шестого и седьмого поколений и о частичном призыве резервистов. Мы точим когти. Но бросать все силы сюда — значит оголить другие рубежи. Другие государства не сидят сидя руки и только и ждут момента, чтобы откусить от нас кусок побольше.

Петренко выпрямился, его усталое лицо застыло в твёрдом, решительном выражении.

— Понял. Принято. Мы дерёмся с тем, что есть. Будем драться до конца. Мы выполним свой долг, Ваше Величество. Ни один мудак не пройдёт через нашу землю, пока я жив. Система будет удержана.

Император кивнул, и в его взгляде мелькнуло нечто, отдалённо напоминающее уважение.

— Я в вас не сомневаюсь. Держитесь, генерал. Империя рассчитывает на вас. Конец связи.

Голограмма погасла. Петренко снова остался один в тишине каюты, нарушаемой лишь гулом двигателей дредноута. Он медленно достал новую сигару.

Петренко тяжело опустился в кресло после окончания связи. Эфирное послесвечение от голограммы Императора ещё висело в воздухе, наполняя каюту ощущением незримого присутствия верховной власти. Запах дорогой сигары сменился едким дымом сгоревшей электроники и тревогой. Он резко, почти яростно, нажал на встроенный в массивный дубовый стол коммуникатор.

— Полковник Игнатьев, ко мне, — его голос, привыкший командовать эскадрами, прозвучал хрипло. — Немедленно соберите командный состав. Всех, кто отвечает за оперативные группы в секторе. У меня пятнадцать минут.

Ровно через пятнадцать минут его каюта, обычно казавшаяся просторной, была заполнена до отказа. Здесь собралась дюжина лучших тактических умов флота — командиры эскадр, начальники разведки, инженерных служб и планетарной обороны. Их лица, закалённые в десятках стычек, были напряжены. Они молча смотрели на Петренко, ожидая вестей из самого сердца Империи.

Генерал-лейтенант обвёл их тяжёлым взглядом, отдавая себе отчёт в том, что видит подчинённых, дошедших до предела усталости.

— Только что я говорил с Главнокомандующим, — начал он, опускаясь в кресло и откидываясь на спинку. Голос его был глух, но каждое слово падало, как гиря. — Обрисовал ему наше положение без прикрас. Новости… не самые радужные. Подкрепления нам выделяют. Тысячу кораблей. Эсминцы, несколько десятков крейсеров, системы «Око».

В комнате пронёсся облегчённый вздох, но Петренко тут же его пресёк, резко подняв руку.

— И это — ВСЁ. Наш максимум. На все слепые зоны, на всех «призраков», которые уже резвятся на нашем заднем дворе.

Он замолчал, давая этим словам повиснуть в воздухе.

— Я знаю, что вы все не были дома годами. Знаю, что экипажи измотаны до предела. Знаю, что каждый из вас мечтает о горячей ванне и тихом небе над головой, а не о тревогах и боевых дежурствах. — Он посмотрел на каждого, стараясь встретиться глазами. — Но я также знаю, что мы с вами — не просто офицеры. Мы — тот щит, что стоит между Империей и хаосом. Наш долг — держаться. И мы будем держаться.

Петренко встал, упёрся руками в стол, наклонившись вперёд.

— Поэтому вот ваши новые приказы. Первое: довести до каждого командира, до каждого рядового — расслабляться некогда. Бдительность должна быть максимальной. Мы ждём подкрепления, но враг не ждёт. Второе: усилить разведку всех прилегающих систем. Я хочу знать о каждом астероиде, где может прятаться стелс-корвет, о каждой гравитационной аномалии, где можно поставить мины. Выявить всех засранцев, которые шляются по нашему заднему двору, как у себя дома. Найти их. Обозначить. И быть готовыми к тому, чтобы нажать на спусковой крюк по моей команде. Вопросы?

Вопросов не было. Была тишина, полная решимости. Командиры молча приняли к сведению, их глаза горели холодным огнем.

В это время, на секретной орбитальной станции КГП «Зеркало»…

Комната управления была стерильно белой и безэховой, как операционная. Здесь царила иная дисциплина — не громкая, как на флоте, а тихая, смертоносная и абсолютная. Хан Лунь, глава Сил Специальных Операций Корпуса Галактического Порядка, стояла перед высоким и невероятно худощавым мужчиной. Его звали Василий Ломаченко, и его ранг был A+ . Он не просто был эспером; он был живым оружием, шедевром разведки и контрразведки.

— Ваша задача — войти в звездное скопление «Аврора», — голос Хан Лунь был безжизненным, как сканер. — Закрепиться. Внедриться в локальные информационные потоки. Активная разведывательная деятельность. Вы должны быть моими глазами и ушами и выявить местоположение всех «безбилетников» в системах, прилегающих к «Авроре-5».

Она сделала паузу, подчёркивая следующее.

— Однако, вы не должны действовать лично. Ваше оружие — информация. Передавайте данные русским. Пусть они сами выполняют грязную работу. Мы лишь обеспечиваем им панорамную картину. Вступление в бой разрешено только в одном случае: если начнутся полномасштабные боевые действия, угрожающие стабильности всего скопления. Понятно?

Ломаченко стоял недвижимо. Его лицо было маской полного контроля.

— Всё будет исполнено в строгом соответствии с приказами, мисс Лунь.

— Я на вас надеюсь, — в её голосе впервые прозвучал намёк на что-то человеческое — личную ответственность. — Мне лично отвечать перед Главой Корпуса в случае вашего провала. Я присоединюсь к вам позже, когда закрою текущие операции на границе с СНГ. Не подведите меня.

Ломаченко ответил лишь почти незаметным кивком. Никаких лишних слов. Никаких эмоций. Он был идеальным инструментом. Разворот — и он бесшумно вышел из комнаты, исчезая в лабиринте станции, чтобы начать свою миссию. Хан Лунь осталась одна в холодной белизне, глядя на схему «Авроры» — новой шахматной доски в большой игре, где фигурами были целые флотилии, а пешками — жизни миллионов.

Секретный корабль-стелс класса «Ночной призрак», сил специальных операций ВКС Соединённых Космических Штатов, в центральном пространстве штатов.

Мостик корабля был погружён в полумрак, нарушаемый лишь мягким свечением голографических панелей и тактических экранов. Воздух был прохладен и стерилен. Здесь, в абсолютной тишине и изоляции, проходило совещание, которое могло изменить баланс сил в галактике. Вокруг центрального голографического проектора, отображавшего карту звёздного скопления «Аврора», стояли самые влиятельные фигуры оборонного и разведывательного аппарата Штатов: министр обороны Марк Девидс, директор ЦРУ Адам Смитсон, директор АНБ Дейл Ридс и генерал Роджер Симонс, командующий операцией «Теневое копьё».

Генерал Симонс, его лицо было резким и собранным под короткой седой щетиной, сделал шаг вперёд. Его голос, низкий и уверенный, нарушил тишину.

— Хотя мы и потеряли наш стелс-разведчик «Сокол-13», — он кивнул в сторону залитого красным значка на карте, — нам удалось извлечь и расшифровать часть данных перед его уничтожением. Выводы… тревожные. — Его пальцы взметнулись, и на главном экране возникли обрывки телеметрии, спектральные анализы и схемы невероятной сложности. — Русские действительно нашли это. Технологическую сокровищницу на «Нимбусе». И судя по уровню развития инфраструктуры, сделали они это не вчера, а несколько лет назад. Они уже давно и планомерно всё это изучают. Более того, — он переключил изображение, — мы засекли следы ещё одного игрока. Сигнатуры соответствует передовым корпоративным технологиям. Это Кворум. Они тоже здесь. И это, господа, угроза национальной безопасности номер один.

Министр обороны Девидс, массивный мужчина с тяжёлым взглядом, мрачно хмыкнул. — Тогда последние действия русского императора обретают смысл. Этакая космическая «золотая лихорадка» под прикрытием военной экспансии. Они хотят присвоить и монополизировать всё. Это не просто усилит их — это даст им технологический рывок на столетия вперёд. А продажа даже второстепенных технологий окупит их безумную программу перевооружения. То, что Кворум в курсе, — для нас катастрофа. Мы рискуем ввязаться в трёхстороннюю конфронтацию.

Директор ЦРУ Смитсон, худощавый и пронзительный, поправил очки. — Кворум не будет долго ждать. Их бизнес-модель построена на хаосе и переделе рынков. Выход Японии из СНГ, внезапная активность пиратов на периферии… Всё это часть их стратегии. Наша задача двояка: во-первых, обеспечить доступ к артефактам для себя, и во-вторых, ни в коем случае не допустить их захвата Кворумом. Последнее даже важнее.

Директор АНБ Ридс, чьё лицо никогда не выражало эмоций, добавил своим монотонным голосом: — Наши сенсоры фиксируют беспрецедентную активность агентов Кворума. Их сеть пробудилась. Они готовят масштабную операцию. Их корабли превосходят наши по скрытности и, возможно, по вооружению. Любое наше действие потребует подавляющего численного превосходства.

— Именно поэтому, — твёрдо парировал генерал Симонс, — я предлагаю задействовать для операции «Копьё» ударную группировку численностью не менее пяти тысяч кораблей. Это обеспечит нам тактический паритет с русскими и количественное превосходство над силами Кворума в регионе. Кроме того, необходимо задействовать спецназ: три сотни оперативников ранга А и выше. «Призраки», «Спектры» и «Омега». Только они смогут проникнуть на объект и обеспечить контроль.

Девидс присвистнул. — Пять тысяч? Это четверть всего нашего флота! Подготовку такого армады невозможно скрыть.

— Нам и не нужно её скрывать, — тут же ответил Симонс. На карте вспыхнули новые значки. — Мы объявим масштабные учения «Щит Нептуна» на наших приграничных секторах. Официальная причина — реакция на общую нестабильность. Наши агенты в «Авроре» уже строят скрытые звёздные врата для быстрой переброски. Мы же сосредоточим силы здесь, — он указал на несколько систем, — и даже сможем провести учебные бои, симулируя столкновение с флотами Кворума и России. Это убивает двух зайцев: маскировка и реальная подготовка. В течение двух месяцев мы будем готовы нанести удар. Предварительный план операции уже составлен.

Он отправил файлы на их персональные планшеты. В комнате повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением корабельных систем.

Смитсон первым кивнул. — ЦРУ обеспечит прикрытие и дезинформацию. Мы наводним регион ложными сигналами.

— АНБ предоставит полный спектр радиоэлектронной поддержки и взлёт кодов противника, — монотонно добавил Ридс.

Все взгляды устремились на министра обороны. Тот медленно поднял голову, его лицо было суровым. — Мне нужно встретиться с президентом для санкционирования миссии. Это беспрецедентный риск. Доработайте план, Симонс. Он должен быть безупречным. Никаких ошибок. Никаких утечек. Если мы сделаем этот шаг, пути назад не будет.

Генерал Симонс выпрямился во весь свой немалый рост. — План будет доработан. Мы будем готовы, господин министр. «Копьё» найдёт свою цель.

Звёздное скопление «Екатерина». Планета Альмара. Город Новый Санкт-Петербург. Императорский дворец.

Тронный зал Императорского дворца дышал холодным величием. Высокие своды терялись в полумраке, где витали лишь голограммы гербов великих домов Империи. Под ногами расстилался ковёр из шкуры космического зверя с ледяной планеты Сигма. Здесь, в самом сердце власти, Император Александр VII принимал одного из столпов своей империи — главу дома Ермоловых, Александра.

Сам Ермолов был воплощением аристократической утончённости. Его одежда — тёмный, строгий костюм с едва заметной серебряной вышивкой, изображающей генеалогическое древо его рода, — стоила больше, чем иной крейсер. Его движения были плавны и выверены, а лицо — маской почтительного дружелюбия.

— Ваше Величество, — начал Ермолов, его голос был бархатистым и убедительным, — все оборонные заказы Короны выполняются в первоочередном порядке. Наши верфи и заводы в работают в три смены. Программа перевооружения, утверждённая лично Вами, не сорвётся. — Он сделал лёгкую, почти извиняющуюся паузу. — С поставкой гиперпроводников и квантовых якорей возникли… сложности. Кворум ввёл секторальное эмбарго. Но мы нашли альтернативу у наших партнёров из Союза Азиатских Социалистических Республик. Их компоненты уступают на 7-10% в эффективности, но дешевле на сорок процентов и, что важнее, доступны. Параллельно мы строим новые фабрики для обеспечения самодостаточного производства критических компонентов. Через год мы полностью избавимся от иностранной зависимости. На данный момент гарантирую — сроки будут соблюдены.

Император, сидевший неподвижно, удовлетворённо кивнул. Его проницательный взгляд изучал Ермолова, пытаясь найти хоть одну трещину в этом идеальном фасаде. Но разум дворянина был надёжно защищён — за баснословные деньги нейтральный псионик S-ранга установил в его сознании непроницаемый барьер. Для императорской охраны, чьи датчики сканировали зал, его мысли были немым, непроницаемым шумом. Узнать, что он думал на самом деле, можно было только физически вскрыв череп, что было, разумеется, невозможно.

— Я рад это слышать, Александр, — отозвался Император. Его голос, тихий и спокойный, заполнял весь зал. — Хоть какие-то хорошие новости. Напряжённость в Совете Содружества достигла пика. Давление на нас оказывают со всех сторон. Приятно осознавать, что в Империи есть такие надёжные люди, как вы. Вчерашнее заявление американцев о масштабных учениях… вызывает у меня крайнее беспокойство.

— Кстати об этом, Ваше Величество, — Ермолов склонил голову, изображая лёгкое смущение. — Я позволяю себе предположить, что корень всех последних событий — объект на «Нимбусе». И, если позволите, у меня есть способ Вам помочь.

Император чуть приподнял бровь. Удивление длилось лишь мгновение, сменившись пониманием. — Так вы в курсе… Хотя чему я удивляюсь? Не просто так ваш дом веками сохраняет своё влияние.

— Чтобы быть полезным Империи, я должен видеть всю картину, Ваше Величество. Так вот, я знаю, что наши силы в «Авроре» крайне ограничены. Я готов выделить из моего личного флота две тысячи кораблей и предоставить их под прямое командование генерала Петренко.

У каждого великого дома была своя частная армия для защиты владений. У ермолова во владениях были десятки звездных систем и флот Ермоловых, насчитывавший почти пять тысяч вымпелов, был одним из сильнейших. Император понимал, что такой щедрости просто так не бывает.

— Что вы хотите взамен? — спросил он прямо, его голос приобрёл стальной оттенок.

— Не так уж и много, — Ермолов мягко улыбнулся. — Доступ к… обнаруженным технологиям. И руку Вашей дочери.

Император замер. Тишина в зале стала звенящей. — С технологиями всё более-менее понятно. Но не находите ли вы, что вы несколько стары для моей дочери? Кроме того, вы же женаты.

— О, Ваше Величество, вы меня неправильно поняли! — Ермолов рассмеялся, легкий и искренний звук, отточенный годами практики. — Я хочу сосватать Вашу дочь, принцессу Диану, за моего младшего сына, Еврентия. Он её ровесник, учится в военной академии, подаёт большие надежды, воспитан и, должен сказать, весьма хорош собой. Это была бы прекрасная партия.

Зал погрузился в молчание. Император понимал весь расчёт этого хода. Близость к трону. Легитимизация прав его дома на технологии. Но он также понимал и свою отчаянную нужду в кораблях. На кону стояла не только судьба дочери, но и безопасность всей Империи.

— С технологиями я готов пойти вам навстречу, — наконец сказал Император, тщательно подбирая слова. — Но с оговоркой: вам будет открыт доступ к разработкам не выше уровня A. Что касается руки моей дочери… это вопрос более тонкий. Она весьма своевольна. Я должен буду спросить её мнение и тогда дать вам окончательный ответ.

— Этого более чем достаточно, Ваше Величество! — Ермолов склонился в почтительном поклоне. — Я немедленно отдам распоряжение своему адмиралу связаться с генералом Петренко для координации действий.

— Благодарю вас, Александр. Ваша помощь сейчас… неоценима.

— Служу Отечеству, Ваше Величество.

Они продолжили обсуждение рутинных вопросов — налогов, логистики, новых санкций. Лицо Ермолова оставалось маской преданности и почтения. Но в глубине его защищённого разума, куда не мог проникнуть ни один сканер, текли совсем другие мысли: «Какой же наивный болван. Несколько тонких комплиментов, щепотка лести — и он уже готов продать будущее своей династии. Его дочь станет ключом к его же трону. И всё это ради горстки кораблей, которые всё равно вернутся под моё командование. Игра только начинается, Ваше Величество. И я делаю первую ставку».

Глава 16 Первая миссия вне академии

Декабрь в этом году решил не скупиться на классику: за окнами аудиторий кружилась метель, застилая белой пеленой плацы и скульптуры великих флотоводцев прошлого. Внутри, в тепле и уюте, царила сонная, почти меланхоличная атмосфера. Курсанты в своих парадной форме, больше похожие на изнеженных аристократов, нежели на будущих офицеров, в полу дреме клевали носами над голографическими конспектами. Даже преподаватели, обычно подтянутые и строгие, сегодня казались рассеянными, поглядывая на заснеженные окна с тихой тоской.

Гиденко, ветеран многих военных кампаний с лицом, изборождённым шрамами и морщинами, вёл лекцию без обычного для него огня. Его голос, обычно громовой, сегодня был ровным и монотонным.

— Как вы все, наверное, слышали из новостей, — он обвёл аудиторию усталым взглядом, — в галактике сейчас… не самые спокойные времена. И пока вы тут греетесь в своих аудиториях и мните себя элитой, которой всё нипочём, реальность готовит вам суровый урок. Его Величество Император объявил о частичном призыве резервистов и усилении мер безопасности по всем рубежам. Активность пиратских кланов и террористических ячеек достигла пика. Они бьют по коммуникациям, грабят колонии, угоняют транспортные корабли. Это не где-то далеко. Это здесь, на наших границах.

Большинство курсантов пропускали его слова мимо ушей. Они мечтали о адмиральских погонах, о командовании дредноутами, о парадах и наградах. Возня с какими-то космическими бандитами была уделом армейской пехоты и сил безопасности, но не их, цвета нации.

— Однако, — голос Гиденко внезапно стал твёрже, заставив кое-кого встрепенуться, — поскольку мы всё же именуемся военной академией, высшее командование приняло решение. Мы не можем стоять в стороне, пока другие рискуют жизнями. Все ведущие академии Империи направляют своих курсантов на помощь силам безопасности в приграничных секторах. Наша — не исключение.

В аудитории воцарилась напряжённая тишина. — С сегодняшнего дня каждая сформированная команда может добровольно взять на себя миссию по поддержке патрулей и борьбе с пиратскими силами. Минимальный срок миссии — трое суток. На это время вы будете освобождены от занятий. — Он сделал эффектную паузу. — И ещё кое-что. Любая команда, успешно выполнившая задание, получит солидное количество баллов в общий зачёт. Не опозорьте честь мундира, господа. Подробности — на внутреннем портале.

Последняя фраза подействовала как удар электрошокера. Сонливость как рукой сняло. Баллы! До отборочного турнира оставались считанные недели, конкуренция обострилась до предела — тридцать курсантов уже достигли ранга D, и отрыв лидеров казался непреодолимым. Теперь у всех появился шанс его сократить.

Клавдий, сидевший рядом с Алексом, тут же повернулся к нему, его глаза горели азартом. — Мы просто обязаны взять эту миссию! Это же не просто баллы, это наконец-то возможность проверить себя в реальном деле, а не на этих дурацких тренировках!

Алекс медленно кивнул, его лицо стало мрачным. — Не беспокойся. У меня с этими пиратами… личные счёты, — в его голосе прозвучала ледяная ненависть, заставившая Клавдия поморщиться.

— Это как-то связано с твоим пробуждением? — тихо спросил он.

Алекс лишь молча кивнул, сжав кулаки. — Ладно, — Клавдий положил руку ему на плечо. — Расскажешь, когда будешь готов.

Как только лекция закончилась, аудитория опустела за секунды. Курсанты ринулись к терминалам, чтобы изучить детали. Алекс и Клавдий остались в пустом классе. Клавдий быстро вызвал интерфейс академического портала, и в воздухе замерла голограмма с текстом приказа.

«Перед принятием миссии команда обязана подписать отказ от ответственности Академии в случае травм, инвалидности или смерти, полученных при выполнении задания.»

«На время выполнения миссии все члены команды приравниваются к рядовому составу ВКС Империи. Командир группы — к сержантскому составу. Все действия регламентируются Воинским Уставом и приказами непосредственного начальства.»

«Команды, принявшие миссию, переходят в прямое подчинение офицеров Сил Безопасности сектора. Невыполнение приказов карается по всей строгости Устава, вплоть до военного трибунала.»

— Ну вот, приравняли нас к пушечному мясу, — мрачно проворчал Клавдий. — Рядовые! Сержанты! Мы что, на срочную службу записываемся?

— А ты что думал? — усмехнулся Алекс. — Что нам выдадут личный крейсер, роту спецназа в подчинение и шампанское в кают-компании? Ты же сам хотел «настоящего дела».

— Ну, я-то думал, что к «элите» будет хоть какое-то отношение! В других-то академиях, наверное, не так строго.

— Хах, «элита», — Алекс горько усмехнулся. — Эта академия называется военной лишь для галочки. Здесь учатся отпрыски знатных семей, и все привыкли к поблажкам. В настоящих военных училищах — жёсткая дисциплина с самого утра. Думаешь, просто так миссия добровольная? Если бы её ввели в приказном порядке, ваши папочки и мамочки тут же подняли бы скандал: «Как это, наших деток на убой посылать?». А так — сами подписались, сами виноваты.

Клавдий хмыкнул, но не стал спорить. — Ладно, терпим. Что там дальше?

«После принятия миссии на нейросети курсантов будут дистанционно установлены боевые протоколы (БП-7). Будет активирована система распознавания «свой-чужой», разблокирована функция точечного сканирования и мониторинга боесостояния одаренного, а также открыт доступ к системе экстренного оповещения СОС через квантовые ретрансляторы.»

— А вот это уже интересно! — оживился Клавдий.

— Ещё бы, — подтвердил Алекс. — Мы сможем сканировать любого в поле зрения. Гражданские, военные, преступники в базах — всё будет отображаться на интерфейсе. Данные о враждебных целях автоматически передадутся ближайшим силам. И главное — теперь мы будем видеть точные показатели здоровья, энергии и выносливости. Это кардинально меняет тактику боя.

— Откуда ты так всё подробно знаешь? — удивился Клавдий.

— Я иногда читаю, а не только качаюсь, — ухмыльнулся Алекс. — Попробуй, полезно. Мозг тоже нужно тренировать.

— Ага, щас, — отмахнулся Клавдий. — Давай дальше.

«Курсантам разрешается применять боевую силу и штатное оружие для нейтрализации угроз жизни и безопасности гражданского населения с санкции прямого начальника или по собственному усмотрению, если промедление приведёт к неоправданным жертвам.»

— Вот ради чего всё затевалось! — Клавдий почти потер руки. — Крушить гниду на законных основаниях!

— Не обольщайся, — охладил его пыл Алекс. — Шанс, что мы вообще кого-то встретим, не так велик. Скорее всего, будем просто тупить в патрульном шаттле. Но да, быть готовым к бою нужно.

«Неправомерное применение силы, умышленный вред гражданским лицам и объектам инфраструктуры карается в соответствии с Воинским Уставом и Уголовным Кодексом Империи.»

— А это что значит? — спросил Клавдий, нахмурившись.

— Это значит, что, если ты начнёшь крушить всё подряд или, не дай бог, мародёрствовать, тебя самого привлекут по всей строгости. Никаких самодурств. Только чёткое выполнение приказа.

Они изучали документ ещё с десяток минут, вникая в каждую деталь. Наконец, Алекс откинулся на спинку стула. — Всё. Ясно. — Он быстро написал сообщение в общий чат команды: «Всем собраться после занятий в «Минутке». Срочно. Обсуждаем выездную миссию. Без опозданий».

За прошедшие недели команда «Рокот» преобразилась. Все её члены успешно преодолели барьер D-ранга, и теперь их аура излучала новую, окрепшую уверенность. Собравшись за своим привычным столом в углу кафе, они сидели с серьёзными, сосредоточенными лицами. Даже привычная болтовня и покалывания смолкли. Алекс, как лидер, нарушил тишину, его голос был спокоен и весом.

— Ребята, мы с Клавдием изучили всё. Мы хотим взять эту выездную миссию. Но так как мы — команда, и это решение касается жизни и смерти каждого из вас, я не могу принять его в одиночку. Итак, ваше мнение?

Оливия, чьи глаза всё ещё хранили тень недавней потери, хоть её лицо и было привычно непроницаемым, отозвалась первой. Её голос прозвучал резко, почти зло:

— Я в деле. Мне как раз нужно выпустить пар. Очень хочется размазать физиономию какого-нибудь ублюдка-пирата по обшивке его же корабля.

Все взгляды переметнулись на Зевса. Тот молчал, его пальцы нервно перебирали край стакана. Он не боялся — он опасался. Опасался своей неопытности в реальном бою, того, что из-за его ошибки может пострадать кто-то из команды. Но, увидев мстительный огонь в глазах Оливии, он понял: её рвение граничило с безрассудством. Кто-то должен был её прикрыть.

— Я тоже с вами, — тихо, но твёрдо сказал он.

Алекс с удовлетворением кивнул, его взгляд скользнул по каждому.

— В таком случае я беру на себя командование миссией. Я выберу вариант с максимальной продолжительностью — семь суток. Но я хочу, чтобы вы все отдавали себе отчёт: это не игра и не учебные спарринги. Даже если мы не столкнёмся ни с кем, мы должны быть сконцентрированы на максимум. Никакой самодеятельности, полное доверие друг другу и чёткое выполнение приказов. Всем ясно?

— Так точно! — ответили они хором, и в их голосах звучала стальная решимость.

— Тогда сегодня вечером — отдых. Тренировку отменяем. Я отправляю заявку. Всем подготовить своё снаряжение, провести полную диагностику. В 22:00 за нами прибудет шаттл, который доставит нас к месту назначения. Встреча в космопорте академии в 21:30. Не опаздывать.

Заявка была отправлена и одобрена почти мгновенно. На их нейросети поступили документы об отказе от ответственности — сухие, безэмоциональные тексты, напоминающие о смертельной опасности. Они молча подписали их. Следом пришло обновление прошивки — разблокировка боевых протоколов.

«Сэр, — голос его личного ИИ, Кармы, прозвучал прямо в сознании, — установлено обновление БП-7. Доступны новые функции интерфейса. Желаете ознакомиться?»

«Расскажи подробнее о полосках здоровья, энергии и выносливости. Как ведутся расчёты?» — мысленно отдал команду Алекс.

«Разумеется.

Здоровье (HP): Отражает общую жизнеспособность организма. Рассчитывается по формуле: [Сила] * [Прочность] * [Коэффициент Ранга]. Для ваших текущих показателей (Силa: 13, Прочность: 10, Ранг: D (Коэффициент 30)): 13 * 10 * 30 = 3900 HP.

Выносливость (STA): Определяет запас физической силы для совершения действий. Каждое очко параметра «Выносливость» даёт 10 единиц, умножаемых на Коэффициент Ранга. Ваши показатели (Выносливость: 15): 15 * 10 * 30 = 4500 STA.

Энергия (EN): Внутренний энергия для использования способностей. Расчёт аналогичен выносливости. Ваши показатели (Энергия: 13): 13 * 10 * 30 = 3900 EN.»

«Спасибо, Карма. А что это за «Коэффициент Ранга»?» — поинтересовался Алекс.

«Коэффициент Ранга — числовой множитель, отражающий качественное изменение организма после эволюционного скачка. Каждый ранг — это фундаментальное усиление жизненной силы и потенциала одарённого. Например: E — 10, E+ — 15, D — 30, D+ — 50, C — 100, и так далее по экспоненте.»

«Именно поэтому почти невозможно победить того, кто на ранг выше, — осознал Алекс. — Разница в мощности может быть в сотни единиц, но разрыв в запасе прочности, энергии и силе способностей — в разы.»

Ребята разошлись по своим комнатам готовиться. Алекс отправился в свою мастерскую — небольшое, заставленное стеллажами с инструментами и компонентами помещение, где пахло озоном и смазкой. В центре парил контейнер в антигравитационном поле — матово-чёрный параллелепипед размером 3x1.5x1.5 метра. Это был «Сейф-7», предоставленный академией для участников миссии созданный по уникальной технологии хранения в подпространстве — творение механиков А-ранга, доступное лишь избранным учебным заведениям.

Алекс методично укладывал внутрь всё своё снаряжение: дополнительные источники питания, ремонтные наборы, сканеры, оружие. Всё, кроме его основного экзокостюма, в который он был уже облачён. Закончив, он нажал на скрытую панель на торце контейнера. Раздался почти неслышный гул, и «Сейф-7» начал схлопываться, превращаясь в идеально гладкий шар диаметром не более десяти сантиметров. Алекс взял его и вставил в специальную нишу на бедре своего костюма.

Ровно в 21:30 команда «Рокот» в полном составе и полной боевой выкладке стояла в почти пустом космопорте академии. Их экзокостюмы тихо гудели, готовые к работе.

— Ещё раз хочу всех предупредить, — начал Алекс, обводя товарищей взглядом. — Это не ради баллов. Мы делаем это, потому что это — наш долг. Это наш шанс доказать, что мы не просто курсанты, а будущие защитники Империи. Дисциплина, внимание и взаимовыручка.

— Хватит речей, Алекс, — отрезала Оливия, проверяя свой экзокостюм. — Прибереги пафос для отчёта после возвращения.

Ожидание заняло не больше пятнадцати минут. Сначала они увидели в небе стремительную точку, которая быстро росла, превращаясь в угловатый армейский шаттл типа «Стриж». С громким рёвом и струями расплавленного воздуха он совершил ювелирную посадку на отведённую площадку. Люк с шипением отъехал в сторону, и из него спустилась массивная фигура в армейском экзокостюме марки «Берсерк». Шлем был снят, обнажая обветренное лицо с жёстким, ничего не выражающим взглядом старшего сержанта Головина. Его взгляд мгновенно оценил каждого из них.

Курсанты, как по команде, чётко отдали честь.

— Вольно, — его голос был хриплым и обезличенным, как скрежет металла. — Не тратьте время. На борт. Знакомство и инструктаж — будут на корабле.

— Так точно! — ответили они хором и быстрым шагом направились к шаттлу.

Сержант занял место пилота, курсанты расселись в жёстких креслах десантного отсека. Клавдий не выдержал, наклонившись к Алексу:

— Что-то он какой-то слишком серьезный, — прошептал он.

— Его прислали за группой малолетних курсантов, которых, скорее всего, придётся нянчить, — так же тихо ответил Алекс. — С чего бы ему сиять от счастья?

— Но мог бы и улыбнуться, — вздохнул Клавдий.

Разговор прервал нарастающий гул двигателей. Шаттл рванул с места с такой силой, что даже подготовленные тела курсантов вдавило в кресла. Всего через десять минут они пробили плотные слои атмосферы и вышли в безвоздушное пространство. За иллюминаторами открылась величественная картина: бескрайний чёрный бархат космоса, усыпанный бриллиантами звёзд, и бесчисленные огни кораблей — от малых челноков до громадных грузовых транспортов и внушительных военных крейсеров.

Ещё через десять минут шаттл начал сближение с десантным кораблём. «Адельбарт» был невелик — около ста двадцати метров в длину, но его угрожающий, шипастый силуэт и многочисленные орудийные порты говорили о его исключительно боевом предназначении. Шаттл юрко нырнул в открытый ангар и с лёгким толчком приземлился на сетку удерживающего поля.

Старший сержант Головин поднялся с кресла и обернулся к ним.

— Пока отсек герметизируется, слушайте, — его голос не терпел возражений. — Наш командир, старший лейтенант Красиков, — человек строгий, но справедливый. На корабле его слово — закон. Никаких шуток, никаких самовольных действий. Понятно?

— Так точно, товарищ старший сержант! Проблем не будет, — чётко ответил Алекс от лица всех.

Раздался громкий щелчок и шипение, сигнализируя о завершении наддува.

— Идём, — бросил Головин. — Командир ждёт для инструктажа

Команда направилась за сержантом, который ходил так, словно намеревался в любую секунду сорваться на бег. Они шли и заворожено осматривали коридоры корабля. Все они впервые видели работу действующего боевого корабля. 

Через пару минут они уже были на мостике, где старший лейтенант бурно отдавал приказы пилотам и своему старпому:

— Выстраиваем маршрут до точки назначения, согласно полученных от командования координат. Затем повернулся к старпому: десанту проверить своё снаряжение затем отдохнуть, нам лететь 7 часов. Через 6 часов командиров отрядов жду на мостике

Закончив отдавать распоряжения, он повернулся к новоприбывшим. «Рокот» встал по стройке смирно, а их сопровождающий прошёл к командиру и отсалютовал:

— Старший сержант Головин поставленную задачу выполнил, курсанты доставлены.

— Вольно сержант, подождите в сторонке, познакомлюсь с новобранцами, после чего сопроводите их в каюту.

Головин отошёл в сторону, и старший лейтенант Красиков подошёл к новоприбывшим:

— Итак курсанты, я не буду долго распинаться и перейду сразу к делу. У меня всего несколько правил и если вы их будете соблюдать, то мы с вами сработаемся.

— Первое, мои приказы выполняются неукоснительно и не обсуждаются, какими бы глупыми вам не показались

Все молчали кивнули

— Второе, все свои проблемы мы решаем внутри своего коллектива, не нужно выносить сор из избы. Есть проблема, обратитесь ко мне, и мы её решим

— И последнее, не нужно считать себя особенными. То, что вы одарённые и владеете способностями, не делает вас лучше других. Каждого из своей команды я знаю несколько лет и могу на них положится, о вас я пока ничего не знаю и не видел вас в деле. Вопросы, возражения?

— Никак нет, товарищ старший лейтенант, синхронно ответили курсанты

Лейтенант удовлетворенно кивнул, ну хотя бы понимают, как отвечать старшему по званию. Его слова про одаренных были не просто так. Он единственный на своём корабле был одарённым C ранга, остальные же люди под его командованием были обычными людьми, хоть и прошедшими базовые генетические модификации. Однако со своими экзокостюмами они могли выдавать силу не меньше, чем E+ ранг, но не имея при этом особых способностей как у одаренных. 

Хотя одарённые и были не таким редким событием их было значительно меньше обычных людей. В Российской армии служило 200 миллионов человек, из них было всего 800 тысяч одаренных. Люди со сверхспособностями обычно все были офицерами, не ниже лейтенанта.

— Теперь, продолжил Красиков, в трёх предложениях расскажите про себя и свои способности, я читал ваши личные дела, но хочу услышать от вас

Алекс как капитан начал первым:

Алексей Петров, механик D -ранга. Являюсь капитаном этого отряда в Академии. Изучил 3 продвинутых знания, на курсе вхожу в тройку лучших механиков. Хорошо стреляю из любых видов оружия, навыки рукопашного боя на хорошем уровне. Родственников нет, в Академию попал по квоте

— Достаточно сынок, сирота значит, в нашем деле это хорошо, меньше отвлекающих факторов. Раз ты уже был капитаном своей команды, на время миссии ты получишь звание сержанта. Мы действуем отрядами по 5 человек, поэтому к вам в отряд я направлю ещё одного десантника. Твой позывной будет "Молот". Название вашего отряда оставим " Рокот". Следующий:

— Клавдий Соколов, боец D- ранга, мастер рукопашного боя, изучил 5 продвинутых бойцовских техник, вхожу в 5-ку лучших бойцов на курсе, хорошо обращаюсь с оружием ближнего боя и крупнокалиберным вооружением. В своих показателях выбрал баланс между силой, выносливостью и ловкостью. В команде обычно беру на себя роль авангарда. Буду рад служить под вашим командованием товарищ старший лейтенант.

— Понял тебя Клавдий, я посмотрел на твои результаты в Академии и думаю из тебя выйдет неплохой десантник. На время миссии ты будешь рядовым с позывным "Клоун".

На лицах отряда всплыла лёгкая улыбка, Клавдий же сразу обратился к командиру.

— Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться!

— Разрешаю.

— Можно мне… другой позывной?

— Можно. Машку — за ляшку. А тебе, боец, судя по личному делу, этот подходит идеально. Следующая!

Оливия сделала шаг вперед и начала рассказывать о себе:

— Оливия Максимова, псионик D ранга, в команде выступают в роли поддержки. Высокий уровень владением телекинезом, хорошо обращаюсь с оружием ближнего боя и лёгким вооружением. Быстро адаптируюсь к любой ситуации.

— Я изучил твое личное дело, ты недавно потеряла отца, уверена, что это не повредит твоей рациональности в бою? Ты ведь несешь ответственность не только за себя, но и за жизни своих товарищей

Услышав данную информацию Алекс и Клавдий удивленно посмотрели на Оливию, Зевс же виновато опустил глаза в пол.

— Товарищ старший лейтенант, это никак не помешает мне исполнять свои обязанности

Командир посмотрел на Алекса и обратился к нему:

— Вижу, ваш подчинённый не сообщила эту новость всем членам команды. Сержант, после инструктажа прошу провести вас беседу с ней и убедится, что это не будет проблемой. Иначе, если она накосячил на миссии это будет твоей виной.

Он повернулся к Оливии.

— Мои соболезнования рядовой, но ты должна понимать, что я за всех вас несу ответственность. Без обид. Твоим позывным будет "Фурия"

Оливия в ответ отсалютовала и погрузилась в размышления. Затем старший лейтенант посмотрел на Зевса и сказал - теперь ты:

— Зевс Соколов, эспер элементалист молнии D-ранга. Хорошо обращаюсь с оружием малого и среднего калибра. Средний уровень в Ближнем бою, но компенсирую это своими способностями. В команде отвечаю за тактическую составляющую.

— Я тебя услышал курсант. Изучив твое личное дело могу сказать, что ты и правда неплохо придумываешь тактику боя. Твой позывной будет "Тихоня". Теперь немного о нашей миссии.

— Изначально у нас должна была быть стандартная миссия патрулирования, но буквально час назад командование прислали новое распоряжение.

Красиков активировал голографическую карту в центре мостика.

— Наша разведка обнаружила опорный пункт пиратов на границе скопления, в поясе астероидов. Это в семи системах отсюда. Наши силы в том секторе ограничены, поэтому мы идём на подмогу. В операции задействовано ещё с десяток кораблей. Наша задача — совместно с тремя другими десантными кораблями десантироваться на объект и зачистить его, пока основные силы связывают их флот. Применение летальной силы санкционировано. По данным, на объекте один пират С-ранга. Его берём на себя мы с капитанами других кораблей. Остальные — отбросы, в основном Е+, возможно, несколько D. Противников около пяти сотен. Нас меньше, но мы — профессионалы. Сложностей быть не должно. Детали получите от сержанта. — Он глянул на массивные механические часы на запястье. — Жду тебя, сержант Петров, через пять часов сорок две минуты на мостике для получения финального брифинга. Проверьте снаряжение и отдыхайте. Сержант Головин покажет вам каюту.

— Так точно, товарищ старший лейтенант

— Свободны

Командир развернулся и пошел к своему старпому, а Головин повёл за собой отряд "Рокот".

— Должен сказать, вас приняли неплохо, почти по-королевски. Не подведите нашего командира, иначе я лично выбью из вас все дерьмо.

Они шли за Головиным, в сторону солдатских кают, десантники ходили туда-сюда, готовясь к от бою и смотрели на них с выражением "О, к нам прибыло свеженькое мясцо". Спустя пару минут они прибыли и Головин остановился перед входом в каюту. Он указал на сканер над дверью.

- Этот сканер настроен только на ваши личности, и никто иной не сможет сюда зайти. 5й участник вашей команды уже внутри, познакомитесь с ним самостоятельно. Убедитесь, что все необходимое для миссии в надлежащем состоянии, после чего отдыхайте. Миссия не будет лёгкая и вы должны быть на все 100%.

Головин, бросив на них последний оценивающий взгляд, развернулся и зашагал прочь по коридору, его шаги быстро затихли в общем гуле корабля. Ребята вошли в свою новую, на ближайшие семь суток, обитель.

Каюта была аскетичной до мозга костей: серые металлические стены, голый пол, шесть коек в два яруса, несколько шкафчиков для личных вещей и небольшой складной стол посередине. Воздух пах озоном, металлом и слабым запахом дезинфектора. В углу, на нижней койке, сидел парень их лет и чистил разобранный импульсный карабин. При их появлении он поднял голову, и на его круглом, добродушном лице расплылась ухмылка.

— А вот и моя новая команда объявилась! Добро пожаловать в наши скромные хоромы! Чай, кофе, потанцуем? — его голос был на удивление громким и радостным для такого серого места.

Ребята замерли в легком ступоре, а затем их взгляды почти синхронно переметнулись с новичка на Клавдия и обратно. Сходство было не физическим, а каким-то… энергетическим.

— Чего уставились? — нахмурился Клавдий, почувствовав на себе все взгляды.

— Да так, ничего, — отмахнулся Алекс, первым опомнившись. Он шагнул вперёд и протянул руку. — Алексей. На время миссии — командир отряда.

— Ох, простите, ребята, забыл представиться! — парень ловко вскочил на ноги и энергично пожал руку Алексу. — Арсений Павлов. Вообще-то мои прошлые напарники… немного пострадали во время последнего вылета. Так что, полагаю, вас прислали мне на подмогу. Временную замену.

Остальные члены «Рокота» представились по очереди. Клавдий почти мгновенно нашёл с Арсением общий язык — они действительно были двумя сапогами пара, излучая одинаковую энергию простодушного, слегка взрывного братства. Выяснилось, что Арсению был 21 год, он был родом с захолустной планеты-шахты на самом краю Империи. Провалив вступительные в университет, он от безысходности подал заявку в армию. Хорошие природные данные и успешная генетическая оптимизация открыли ему дорогу в десантники, и вот уже три года он служил на «Адельбарте».

— Кстати, а какие у вас позывные? — поинтересовался Арсений, собирая свой карабин отработанными движениями.

— Молот, — указал на себя Алекс.

— Таран! — бодро выпалил Клавдий, выставив вперёд грудь.

— Фурия, — коротко бросила Оливия.

— Тихоня, — тихо добавил Зевс.

Услышав Клавдия, Оливия ехидно подняла бровь.

— Ребята, а мне кажется, или наш суровый командир дал тебе позывной «Клоун»?

Клавдий побагровел так, что казалось, вот-вот пойдёт пар из ушей. Арсений с остальными заржал, а Зевс сдержанно улыбнулся.

— А у тебя-то какой позывной, просвети нас? — с наигранной злобой процедил Клавдий, пытаясь перевести стрелки.

Лицо Арсения вдруг стало неестественно серьёзным. Он потупил взгляд и проговорил чуть ли не шёпотом:

— Эм… Ну… «Болтун Джек»…

В каюте на секунду воцарилась тишина, а затем грохнул взрыв хохота. Зевс даже прислонился к стене, чтобы не упасть.

— «Болтун Джек»! — заливаясь смехом, выдохнул Клавдий. — Да мы с тобой братья по несчастью!

Алекс, утирая слезу, посмотрел на них обоих и со всей серьезностью поинтересовался:

— Вы случайно не братья? Надо будет у командира спросить, не терял ли он кого-то на какой-нибудь захолустной планете.

— Да пошёл ты! — хором рявкнули Клавдий и Арсений, что вызвало новый приступ смеха.

Пока команда продолжала знакомиться и разбирать вещи, Алекс жестом отозвал Оливию в самый дальний угол каюты, под приглушённый гул вентиляции.

— Это правда, что сказал лейтенант? «Про твоего отца?» —спросил он тихо, чтобы остальные не слышали.

Оливия на мгновение замерла, её лицо снова стало закрытым и каменным. Затем она кивнула, глядя куда-то мимо него.

— Да. Это случилось пару недель назад. В тот самый день, когда Зевс проходил повышение.

Алекс вздохнул, его собственное лицо стало серьёзным и сочувствующим.

— Мне искренне жаль, Оливия. Видимо, я не очень хороший капитан, раз даже не догадался, что у тебя такие проблемы. Я видел, что ты какая-то… загруженная и более угрюмая, чем обычно, но списал всё на усталость от тренировок.

В его голосе звучала искренняя досада на себя. Он чувствовал ответственность за каждого в команде, и мысль о том, что пропустил такое, заставляла его сжимать кулаки.

Алекс внимательно выслушал её, его взгляд был тяжёлым и анализирующим. Он видел не боль в её глазах — её там не было, она была глубоко запрятана, — а холодную, стальную решимость.

— Хорошо, — наконец сказал он, его голос потерял сочувствующие нотки, приобрёл деловой, командирский оттенок. — Я не буду. Но помни: ты — часть этого отряда. Твои проблемы — наши проблемы. Если будет нужно — не геройствуй в одиночку. Дай знать. Это не трусость, это тактика. Понятно?

Оливия молча кивнула, коротко и чётко. Этого было достаточно.

— Ладно, — Алекс хлопнул в ладоши, привлекая внимание всех в каюте. Его голос снова стал собранным и властным. — Все, прослушка окончена. «Болтун», — он кивнул Арсению, — рассказывай, что тут да как. Распорядок, где что находится, как с питанием, с оружейкой. И главное — что можешь нам рассказать про стычки с пиратами из своего опыта? Все, что не в секретных протоколах.

Пока Арсений с готовностью пускался в объяснения, Алекс мысленно отметил про себя: за Оливией теперь нужен будет двойной глаз. Не из жалости, а из-за её же состояния. Горе, загнанное внутрь и превращённое в топливо для мести, делало её одновременно и самым опасным, и самым уязвимым бойцом в отряде.

Спустя двадцать минут, заполненных подробными, а местами и красочными рассказами Арсения о корабельных буднях, тонкостях распорядка и его боевых заданий, Алекс поднялся с табурета.

— Всем внимание, — его голос, негромкий, но чёткий, перекрыл болтовню Арсения и Клавдия. — Отбой. Занимайте койки. Через несколько часов — наше первое настоящее дело. Выспаться — это такой же приказ, как и «в атаку».

В каюте наступила мгновенная тишина, нарушаемая лишь ровным гулом корабельных систем. Команда, уже наученная дисциплине, без лишних слов начала готовиться ко сну. Скрипнули пружины коек, зашуршали тканевые перегородки, обеспечивающие подобие уединения.

Алекс занял нижнюю койку у входа — тактически правильное положение для командира. Рядом, на соседней койке, устроился Клавдий, уже издавая первые посапывания. Напротив, на верхних ярусах, расположились Зевс и Оливия. Арсений, как «хозяин» каюты, забрался на верхнюю койку в дальнем углу.

Свет погас, оставив лишь тусклую подсветку аварийных ламп у пола, отбрасывающую длинные, искажённые тени. Воздух наполнился ровным дыханием и мерным гулом «Адельбарта», летящего навстречу неизвестности.

Но сон шёл не ко всем. Алекс лежал с открытыми глазами, вглядываясь в металлический потолок. В ушах стоял голос Красикова: «…пять сотен… в основном Е+, возможно, несколько D… один С-ранг…». Он мысленно прокручивал тактические схемы, возможности своей команды, слабые места.

Рядом с ним Оливия лежала неподвижно, но по напряжённости её спины, угадывающейся даже в полумраке, было ясно — она не спит. Она пыталась мысленно усмирить своих демонов и настроится на выполнение задания.

Зевс тихо перебирал пальцами, и по его коже иногда пробегали крошечные, почти невидимые искры — непроизвольные разряды нервной энергии.

Только Клавдий и Арсений, два «брата по несчастью», спали мёртвым, беззаботным сном людей, чья совесть чиста, а доля — проста: идти туда, куда прикажут, и бить тех, кого укажут.

За иллюминатором, за толстой бронёй корпуса, безразличный и холодный, тек звёздный океан. «Адельбарт» нёс их в самое сердце грядущей бури. До боя оставались считанные часы.

Глава 17 Первая миссия вне академии ч.2

Ровно в назначенное время мостик «Адельбарта» наполнился фигурами в боевых экзокостюмах. Десять командиров отрядов, среди которых выделялся ещё не обстрелянный, но собранный Алексей Петров, стояли по стойке «смирно» перед старшим лейтенантом Красиковым. Тот, облокотившись о центральный пульт, изучал тактическую голограмму. Его лицо было напряжённым, глаза бегали по карте, сверяя последние данные.

— Вольно! — скомандовал он, не отрывая взгляда от голограммы. — Слушайте внимательно, повторять не буду. По прибытии в систему «Астра-3» мы присоединимся к ударной группе. — Он ткнул пальцем в светящиеся значки на карте. — Наши силы: один эсминец «Громовержец», два корвета «Булат» и «Вепрь», и шестёрка тяжёлых истребителей «Ястреб». Их задача — сковать и уничтожить пиратский флот. У этих отбросов всего пять старых, дырявых корветов. Проблем не ожидается, но бой может затянуться.

Красиков переключил изображение. На экране возникла трёхмерная модель астероида, испещрённая туннелями и искусственными сооружениями.

— Пока флот занят делом, мы, вместе с «Шелестом-17» и «Демарией-3», идём на сближение с целью. Это не просто база. Это опорный пункт, выдолбленный в астероиде. Километры туннелей, ангары, хранилища, казармы. Здесь они хранят награбленное, ремонтируют корабли и отсиживаются после налётов.

Он увеличил масштаб, выделяя цветные сектора.

— Из-за размеров объекта каждый отряд получает свой сектор для зачистки. Ваша задача — уничтожить или захватить все враждебные единицы в своей зоне ответственности. Применение смертельной силы разрешено. Детали уже у вас. — Он нажал кнопку, и у каждого командира в нейросети всплыло уведомление.

Десантная миссия 0000178381-Астра

>> Зона ответственности: Сектор 13 (Склады и Казармы)

>> Основная задача: Нейтрализация всех враждебных целей в секторе.

>> Доп. задача 1: Обнаружение и эвакуация гражданских лиц (заложники/рабы). Приоритет: их безопасность.

>> Доп. задача 2: Извлечение данных с терминалов пиратов (логи операций, карты, контакты).

>> Непосредственный командир: Ст. лейтенант Красиков Л.Ф.

— Как видите, — голос Красикова стал ещё суше, — поступила новая информация от нашего внедрённого агента. На объекте находятся гражданские. Заложники для выкупа или рабы. Будьте крайне осторожны. Пуля, граната, потерянный контроль над способностью — и вы убьёте тех, кого должны спасти. После высадки я не смогу держать руку на пульсе каждого. Рассчитываю на ваш профессионализм. После зачистки сектора — доклад. Освобождённых гражданских брать под охрану до дальнейших указаний. Вопросы?

Алекс, мысленно уже прокручивая план штурма складов, поднял руку.

— Товарищ старший лейтенант, разрешите вопрос. Как механик, я обязан уточнить: разрешена ли реквизиция оружия и снаряжения пиратов в качестве трофеев?

Красиков почти не задумался.

— Гражданское имущество и материальные ценности, добытые пиратами незаконно, изымаются и будут возвращены потерпевшим или переданы государству. Их личное оружие, боеприпасы, инструменты и не стратегическое оборудование — ваши законные трофеи. Корабли и серьёзные военные разработки — нет. Всё, что утяните на себе, — ваше. Понятно?

— Так точно! Понятно. Вопросов больше нет, — чётко ответил Алекс.

Остальные командиры задали ещё пару уточняющих вопросов по координатам и связи. Получив ответы, они синхронно отсалютовали и быстрым шагом направились к выходам — готовить свои отряды к предстоящему десантированию. Воздух на мостике снова наполнился напряжёнными командами и гулом работы. Алекс же, уже мысленно составляя список приоритетных трофеев, направился к своей команде. Предстоящая операция теперь заиграла для него новыми, гораздо более интересными красками.

Мысль о возможных трофеях зажгла в Алексе холодный, расчетливый азарт. Пиратское снаряжение, особенно у такой крупной базы, могло быть настоящей сокровищницей для механика. Уникальные модификации оружия, нестандартные инженерные решения, украденные корпоративные компоненты — всё это можно было разобрать, изучить и провести реверс инжиринг, получив бесценные чертежи. Это экономило месяцы работы и тонны кредитов на покупку легальных аналогов. К тому же, это был шанс избавиться от накопленного «неликвида», обменяв его на куда более ценные ресурсы. Он уже мысленно составил список приоритетных целей и решил подключить к сбору тиммейтов — так он мог многократно увеличить свою «добычу».

Вернувшись в каюту, он увидел, что команда уже готова. Все облачились в свои экзокостюмы. Броня «Рокота» выделялась индивидуальным подстроенным дизайном и нестандартным вооружением на фоне утилитарного, серийного десантного костюма Арсения, окрашенного в стандартный серо-стальной цвет флота. Ребята проводили последние проверки систем, слышался щелчок затворов и ровный гул заряжаемого оружия.

— Всем внимание, — голос Алекса заставил всех поднять головы. — Получили новые вводные. Миссия усложнилась. — Он мгновенно отправил файлы с деталями в общий чат. — На объекте есть гражданские. Заложники и рабы. Наша задача — не только зачистить, но и спасти их. Оружие пиратов — наш законный трофей, но только после выполнения основной задачи. – Он дал им еще несколько вводных, после чего они направились к десантным капсулам.

Без лишних слов отряд покинул каюту и направился по узким коридорам к десантным отсекам расположенных с левого и правого борта. По обеим сторонам, как пузыри икринок, в стенах уходили вглубь корабля 56 штук капсул. Пятьдесят для десанта, шесть — для ключевого экипажа корабля.

Команда заняла свои места в тесных, коконо-подобных капсулах. Люки с шипением закрылись, оставив их в полумраке, подсвеченном лишь мягким свечением интерфейсов. Алекс установил групповой канал связи, его голос, немного искажённый компрессией, прозвучал в шлемах каждого:

— Итак, слушайте все. Не расслабляемся ни на секунду. ПВО и ПКО противника будут подавляться нашими кораблями, но шанс быть сбитым всегда есть. В случае попадания в вас — немедленно активируйте сигнал SOS и старайтесь стабилизировать падение. В открытом космосе мы ничем не сможем помочь. — Он сделал паузу, чтобы это осознали. — Гравитация на объекте — около 0.3G. Первые минуты двигайтесь осторожно, привыкните к ней. Не теряйте опору и контроль.

— Так точно, папочка! — тут же отозвался Клавдий, саркастически отсалютовав у себя в капсуле.

Алекс проигнорировал реплику, его голос стал жёстче:

— Когда вскроем шлюз и ворвёмся внутрь, действуем чётко по отработанным схемам. Никакой самодеятельности. Прикрываем спины, двигаемся перебежками, коммуницируем постоянно. Удачи нам. Выполним долг.

— Так точно! — синхронно ответили голоса в эфире.

В наступившей тишине было слышно лишь ровное дыхание каждого и нарастающий гул внешних систем корабля, готовящегося к выбросу десанта. Они замерли в ожидании, мысленно готовясь к тому, что ждёт их в холодной, враждебной темноте астероида.

Тем временем «Адельбарт» на сверхсветовой тяге догнал основную группировку ударного флота. На тактическом экране замерли значки эсминца «Громовержец», корветов «Булат» и «Вепрь» и шестёрки «Ястребов». Красиков установил шифрованную связь с капитанами. Обмен был краток: подтверждение координат, кодовые слова, финальные поправки. Не было ни лишних слов, ни пожеланий удачи — только сухая, выверенная до миллисекунды синхронизация.

Для Красикова эта операция была больше, чем заданием. Это был идеальный шанс заработать так нужные ему «баллы эффективности» — они были всем в современной армии. Эта автоматизированная система, внедрённая во многих государствах, беспристрастно оценивала каждое действие военнослужащего: от точности выполнения приказа до инициативы в бою. Баллы открывали дорогу к повышению звания, денежным премиям, дополнительному отпуску, улучшенному снаряжению. Армия «сидельцев» и карьеристов, не пахших порохом, ушла в прошлое. Теперь нужно было постоянно доказывать свою полезность. Высшее командование, конечно, могло наградить и в частном порядке, но заслужить такое внимание было невероятно сложно.

Красикову оставалось всего 300 баллов до звания капитана. До недавнего хаоса в галактике он служил в тихом секторе, где баллы капали медленно. Теперь же, с ростом числа боевых вылетов, заветные погоны были ближе, чем когда-либо.

Флот стремительно приближался к точке рандеву. На мостике «Адельбарта» царила максимальная концентрация. Пилоты с безупречной точностью вели корабли в строю, операторы вооружения проводили последние проверки систем, их пальцы порхали над голографическими панелями.

Спустя пятнадцать минут в глубине пояса астероидов, в тысячах километров от цели, пространство исказилось. Из гиперпространства, словно призраки из ниоткуда, материализовался весь ударный флот. Почти мгновенно, не давая противнику опомниться, десятки ракет и торпед устремились к пиратским корветам.

Хотя корабли пиратов и были устаревшими, они не были беспомощными. Их архаичный дизайн компенсировался чудовищно толстой бронёй и отточенной за десятилетия точностью систем наведения. Современные корабли делали ставку на лёгкие композитные материалы и мощные щиты, пожирающие гигаватты энергии. Пираты же любили старые, «броненосные» ведра за их простоту, надёжность и доступность запчастей на чёрном рынке. Их мог починить даже механик C-ранга, которых в пиратских рядах хоть и было немного, более чем хватало. Для захвата беззащитных транспортов и гражданских лайнеров этих динозавров хватало с лихвой.

Ракеты достигли целей за десять секунд. Большая часть пиратского экипажа в этот момент находилась на базе, и корабли не успели вовремя активировать защиту. Мощные взрывы разорвали тишину космоса, озарив соседние астероиды кроваво-багровыми вспышками. Внутри пиратских корветов всё содрогнулось, посыпались искры, сдетонировали второстепенные системы.

Но пираты не были просто сборищем отбросов. Выжившие на кораблях мгновенно опомнились. Команды бортовому ИИ были отданы, и, с шипением и скрежетом, архаичные, но всё ещё грозные системы ПКО пиратских кораблей чудовищно медленно, но верно начали оживать. Залп был сокрушительным, но эти старые крепости в космосе не сдавались так просто. Теперь, с активированной защитой, у них был шанс дать отпор и купить время.

Они понимали, что не победят флот Империи. Но им нужно было всего двадцать секунд. Двадцать секунд, чтобы выйти из-под обстрела, нырнуть в лабиринт астероидного поля и уйти в гиперпространство. Десятки заранее проложенных маршрутов манили их спасением.

В это время в десантных капсулах «Адельбарта» раздалось резкое, механическое оповещение:

«Внимание всему десанту. Операция началась. Приготовиться к высадке. Ориентировочное время до десантирования: семь минут. Сохранять боевую готовность.»

Если бы звук мог распространяться в вакууме, оглушительный рёв сражения наверняка оглушил бы их. Непрерывные вспышки взрывов, линии трассирующих снарядов, пронзающие темноту, искажённые силуэты кораблей в огне — всё это создавало сюрреалистичную и устрашающую картину. Спустя несколько минут десантные корабли отделились от основной группы и устремились к базе. Их рельсовые турели открыли ураганный огонь, выжигая орудийные точки на поверхности астероида.

«10... 9... 8...» — отсчёт в капсулах приобрёл металлический, неумолимый тон.

«...2... 1... Отстрел.»

С мощным гидравлическим толчком капсулы один за другим выбросило из пусковых шахт. Более полутора сотен сигарообразных объектов устремились к пиратской базе под прикрытием огня своего флота.

Алекс чувствовал, как адреналин ударял в голову. Несмотря на все его призывы к команде о холодной голове, собственное прошлое бушевало внутри. Воспоминания о захвате пиратами, о том, как он и его друзья из детдома летели на курорт по квоте и попали в ад, рвались наружу. Он с силой сжал рукоятки своего кресла, костяшки пальцев побелели. Не сейчас. Сосредоточься.

Он мысленно прогонял план миссии, как мантру: Шлюз. Дроны-разведчики. Захват контроля. Зачистка. Эвакуация гражданских. Каждый шаг оттачивался в его сознании до автоматизма. Осталось всего две минуты до встречи с врагом.

С оглушительным металлическим скрежетом десантные капсулы, словно стальные клыки, вонзились в обшивку пиратской базы. Специальные буры и имплантеры мгновенно закрепили их на поверхности, создавая герметичный стык. Прошло несколько секунд — и с шипением гидравлики люки отстрелили, извергая наружу бойцов в грозных экзокостюмах.

Десятки отрядов, как рои разгневанных ос, ринулись к заранее намеченным точкам входа — шлюзам, аварийным портам, вентиляционным шахтам. Координация была безупречной, каждый знал свою цель.

Команда «Рокот» активировав магнитные подошвы, короткими перебежками, прикрывая друг друга, достигла своего целевого шлюза — массивного стального люка, вмурованного в скальную породу астероида. Вокруг царила неестественная тишина, нарушаемая лишь скупыми докладами других отрядов в общем эфире.

— Прикрытие! — скомандовал Алекс, и Клавдий с Арсением мгновенно развернулись, заняв позиции по флангам, их оружие готово встретить любую угрозу.

Алекс быстрым движением достал с пояса небольшой матовый диск — «Прожигатель». С лёгким щелчком он закрепил его в центре шлюза.

— Отход! Ожог! — предупредил он, отскакивая назад и пригибаясь.

Центр диска вспыхнул ослепительно-белым светом, словно микроскопическая звезда. Воздух вокруг затрещал и заволновался от дикой жары. Даже через визоры шлемов было больно смотреть. За пару секунд раскалённый до невероятных 10000 градусов луч прожил в толстой стали идеально ровное отверстие диаметром в три метра. Края расплавленного металла светились раскалённым алым, капли стали капали на пол, застывая в причудливых формах.

— Вперёд! — не дожидаясь, пока остынет, скомандовал Алекс.

Оливия пошла первой, её телекинез отбросил ещё дымящуюся металлическую глыбу в сторону. Отряд стремительным рывком ворвался в образовавшийся проём, стволы оружия описывая сектора по тёмному, задымлённому коридору за шлюзом. В нос ударил запах гари, озона и чего-то затхлого.

— Сектор чист! — почти сразу доложил Зевс, его внутренний интерфейс сканировал помещение на предмет скрытых угроз.

— Движемся вглубь. «Болтун», ты с хвоста. «Фурия», «Тихоня» — фланги. «Клоун», со мной в авангарде, — отчеканил Алекс, его голос в общем канале был собран и холоден. — Первый поворот впереди. Готовность номер один.

Они двинулись вглубь вражеской базы, оставляя за собой дымящийся пролом, как шрам на теле астероида.

Алекс быстрым движением руки активировал на интерфейсе своего костюма запуск микро-дронов. С едва слышным, высокочастотным жужжанием четыре крошечных устройства, размером и видом напоминающие металлических стрекоз, выпорхнули из отсека на его наплечнике и тут же растворились в решётке ближайшей вентиляционной шахты. Эти дроны — его недавнее и дорогое приобретение, чертежи за которые он отдал целое состояние, — казались крайне полезными в данной ситуации. Их сенсоры высокого разрешения передавали кристально чёткое изображение, а скорость и манёвренность позволяли проникнуть куда угодно.

Пока отряд медленно продвигался по длинному, слабо освещённому коридору, стволы оружия наготове, Алекс следил за данными с дронов. Его целью был любой терминал или коммутационный узел. Пираты вряд ли ставили серьёзную защиту на свои системы — у них не было ни средств, ни причин для шифрования уровня А или B. Его собственных, базовых навыков взлома должно было хватить для взлома защиты D-ранга.

Их путь прервало резкое движение на потолке. С шипением гидравлики открылся люк, и оттуда выдвинулась компактная автоматическая турель, её стволы начали поворачиваться в их сторону.

— Огонь! — крикнул Алекс, не дожидаясь команды.

Залп импульсных зарядов и очередь из дробовика Клавдия буквально разнесли турель в клочья. Она успела выпустить лишь несколько беспорядочных выстрелов, которые оставили на их броне несколько безобидных закопчённых полос.

— Хлипкая, — фыркнул Клавдий, перезаряжая оружие.

В этот момент в визоре Алекса всплыли долгожданные уведомления от дронов:

>> Точка входа обнаружена: Коммутационный узел С-13.

>> Выполняется подключение... Успешно.

>> Инициируется процесс взлома матрицы безопасности...

>> Взлом запущен: 1%... 15%... 67%... 100%.

>> Доступ к управлению коммуникациями и системами жизнеобеспечения сектора 13 получен.

>> Защитные протоколы шлюзов деактивированы.

Алекс с удовлетворением выдохнул.

— Отлично. Идём дальше.

Он мысленно отдал дронам новую команду — продолжить разведку, картографируя сектор и помечая все тепловые сигнатуры. Насекомоподобные машины проскочили через очередную переборку в вентиляции, которая тут же закрылась вслед за ними, предотвращая утечку воздуха.

— Всем внимание, — голос Алекса прозвучал в общем канале. — Я получил ограниченный контроль над системами нашего сектора. Двери должны быть разблокированы. Дроны ведут разведку, скоро получим полную карту. Но не расслабляемся. Ожидаем сюрпризов в любой момент.

— Принято, — один за другим ответили члены отряда, их бдительность лишь возросла.

Они двинулись дальше по коридору, который вскоре разделился на три ответвления. Данные с дронов начали поступать на их карты, подсвечивая пустые помещения и отмечая множество тепловых сигналов впереди. Один из сигналов вёл в сторону, обозначенную на карте базы как «Хранилище». Алекс принял решение.

— «Клоун», «Болтун» — с нами на хранилище. «Фурия», «Тихоня» — проверяете ответвление справа, кажется, там что-то вроде казарм. Никаких геройств, при малейшей угрозе— вызывайте подкрепление. Держим связь.

Отряд разделился, две группы исчезли в разных туннелях. Алекс с Клавдием и Арсением двинулись вперёд, к обещающему добычу хранилищу. Воздух в коридоре становился всё более спёртым, пахло смазкой, пылью и чем-то ещё — сладковатым, химическим запахом, который заставлял насторожиться. Их ждала не только возможная добыча, но и новые загадки этой пиратской базы.

Ребята перешли на быстрый бег, их тяжёлые шаги гулко отдавались в металлических коридорах. Они стремительно приближались к отметке, обозначенной на карте как хранилище. Впереди коридор расширялся, образуя небольшой закуток, и именно там они их и заметили.

Куча металлолома, обломков оборудования и ящиков была навалена в импровизированное заграждение. За ним укрылись пираты — человек пятнадцать-двадцать. Увидев десантников, они тут же открыли огонь. Вспышки дешёвых лазерных винтовок и самодельных импульсных карабинов осветили коридор, но их мощность была смехотворной. Заряды буквально царапали броню экзокостюмов «Рокота», нанося жалкие 10-15 единиц урона за попадание.

— Ответный огонь!— скомандовал Алекс, его голос в комлинке был спокоен и холоден. — «Клоун», на прорыв! Мы прикрываем с флангов!

Не теряя ни секунды, Клавдий с низким рёвом, подобный разъярённому быку, ринулся вперёд. Он шёл напролом, принимая выстрелы прямо в грудь. Вспышки энергии гасли на его усиленной броне, не причиняя ему никакого вреда. Для него это и вправду было словно в него кидали горох.

Алекс и Арсений, двигаясь чуть позади и с флангов, открыли прицельный огонь. Точные очереди из импульсной винтовки Алекса и мощные разряды дробовика Арсения выкашивали пиратов, выбивая их из-за укрытий. Пираты, поняв, что их оружие бесполезно, запаниковали. Часть из них бросилась назад, вглубь хранилища, другие попытались отступить, но было уже поздно.

Клавдий врезался в их импровизированную баррикаду, как таран, разбрасывая хлам и ящики в стороны. Его мощные удары и град пуль из собственного орудия добивали тех, кто не успел сбежать. Бойня заняла меньше минуты. Коридор затих, заваленный телами и дымящимся хламом.

— Сектор зачищен, — доложил Алекс, перезаряжая оружие. — «Болтун», прикрывай тыл. «Клоун», впереди. Двигаемся к Хранилищу

Тем временем, в другом ответвлении...Казарменный отсек

Зевс и Оливия двигались по своему маршруту. Коридор здесь был уже, с множеством ответвлений и дверей. Их визоры сканировали пространство, выискивая угрозы. Данные с дронов Алекса показывали несколько тепловых сигналов впереди, в большом помещении, обозначенном как жилая зона.

— Приближаемся к казармам, — тихо сказал Зевс, его пальцы лежали на спусковом крючке. — Дроны показывают несколько целей. Выглядят дезорганизованно.

— Идеально, — прорычала в ответ Оливия. Её телекинез уже приподнимал с пола несколько металлических обломков, готовясь к бою. — Быстро и тихо.

Они подошли к массивному раздвижному люку, который, по счастью, был разблокирован после взлома Алекса. Зевс кивнул, и Оливия силой мысли резко раздвинула створки.

Внутри открылось обширное помещение, заставленными двухъярусными койками. Здесь было человек десять пиратов. Одни судорожно пытались надеть элементы брони, другие искали оружие в железных шкафчиках, третьи в панике метались по комнате. Они явно не ожидали, что враг пробьётся так глубоко и так быстро.

Не давая им опомниться, Зевс выпустил в центр комнаты разряд электричества, который ударил в нескольких пиратов сразу, сковывая их мышцы и выводя из строя технику. Оливия же запустила в дело подготовленные обломки. Со свистом пронесясь по помещению, они с точностью снайперских пуль поражали пиратов в незащищённые места — в головы, в суставы, выбивая оружие из рук.

Бой был коротким и жестоким. Через несколько секунд в казарме стояла тишина, нарушаемая лишь треском подаваемых разрядов и тяжёлым дыханием Оливии.

— Казарменный отсек зачищен. Цели нейтрализованы, — доложил Зевс в общий канал, его голос был ровным, но в нём слышалась лёгкая усталость от концентрации.

— Принято, — ответил Алекс. — Встречаемся у хранилища. Возможно, тут есть что-то интересное.

Две группы вновь начали сходиться, оставляя за собой тишину и следы быстрой и безжалостной работы.

С грохотом откинув последнюю дверь, отряд ворвался в обширное помещение хранилища. Вместо ожидаемых трофеев или склада с оружием их взгляду открылось жуткое зрелище. Ряды матовых металлических цилиндров — криокапсул — уходили вглубь зала, подсвеченные тусклым синим светом индикаторов. За стеклянными иллюминаторами виднелись лица людей, застывшие в бесчувственном сне.

— Что за чёрт? — прошептал Арсений, опуская ствол своего гранатомёта.

— Неизвестно. Проверяем периметр, — скомандовал Алекс, но его взгляд уже искал панель управления.

Он быстро нашёл её — терминал, вмонтированный в стену рядом с входом. Подключив свой портативный интерфейс, он принялся взламывать защиту. Данные потекли на его визор. Спустя пару минут его лицо, скрытое шлемом, исказилось от гримасы ярости и отвращения.

— Всем внимание, — его голос в общем канале прозвучал хрипло, сдавленно. — Это не склад. Это... инкубатор. Все эти люди — похищенные одаренные. Низкоуровневые, в основном E и E+. — Он сделал паузу, сглатывая ком в горле. — Их готовят для подпольных боёв. На смерть.

Он вывел на общий экран отрывки данных: записи о «транспортировке живого товара», рекламные баннеры с зашифрованных ресурсов Тёмной сети, предлагающие «незабываемые зрелища», спецификации на устройства контроля — ошейники, способные мгновенно убить носителя.

В этот момент воспоминания нахлынули на Алекса с такой силой, что он на мгновение опёрся о терминал.

Тёмный трюм грузового корабля. Скулящий от страха мальчишка, которым он был. Другие дети из приюта, прижавшиеся друг к другу. Грубый смех пиратов, обсуждающих, кто из «щенков» доживёт до первой арены. Холодный ужас и полная беспомощность. И потом — внезапная вспышка ярости, пробуждение способности, которую он не понимал. Крик, боль, кровь на стенах. И он один, пробирающийся по тёмным коридорам, пока за его спиной гаснут крики тех, с кем он рос...

— Алекс? Ты в порядке? — тревожный голос Клавдия вывел его из оцепенения.

Алекс выпрямился, с силой сжав кулаки. Голос, когда он заговорил, был низким, звенящим от сдерживаемой ярости.

— Со мной всё нормально. Просто... кое-что вспомнил. — Он перевёл взгляд на ряды капсул. — Эти ублюдки не просто торгуют людьми. Они устраивают из смерти развлечение для тех, у кого слишком много денег и слишком мало совести.

Чувство всепоглощающей ненависти, острой и холодной, затопило его. Он смотрел на безжизненные лица за стеклом и видел лица своих друзей.

— Мы их отсюда вытащим, — твёрдо заявил он. — Всех. Мы найдём способ отключить эти ошейники и вывезти их. Это теперь наш главный приоритет.

Он снова обратился к терминалу, его пальцы залетали по клавишам с новой целью — не просто собрать данные, а найти протоколы управления криокапсулами и системами безопасности ошейников. Охота за трофеями внезапно потеряла всякий смысл. Теперь это была миссия спасения. И для Алекса — личное дело чести.

Глава 18

Глава 18

Внутри хранилища повисла тяжелая, давящая тишина, нарушаемая лишь мерным гулом криосистем. Синий свет капсул делал лица курсантов похожими на восковые маски — холодные, напряжённые, с глазами, в которых отражалась застывшая ярость.

— Сколько их? — глухо спросил Клавдий, его дробовик безвольно опустился вниз, словно он забыл о нём.

Алекс пробежал пальцами по голографической клавиатуре терминала, продираясь сквозь слои примитивной, но запутанной пиратской защиты.

— Сорок три капсулы. Все заполнены. — Он пролистал список, его челюсть свело судорогой.

— Возраст — от четырнадцати до двадцати пяти. Большинство — Е-ранг. Четверо — Е+. Один... — он запнулся, перечитав строку, — один D-ранг. Парень, восемнадцать лет.— D-ранг? — переспросил Арсений, присвистнув. — За такие экземпляры на чёрном рынке дерутся. Это ж золотая жила для этих уродов.— Поэтому он и в отдельной капсуле.

— Алекс ткнул пальцем в схему хранилища, подсвечивая дальний угол. — Там, за переборкой. Индивидуальная камера с усиленной блокировкой.

Оливия стояла перед ближайшей криокапсулой, вглядываясь в лицо девушки, застывшее в холодном сне. Та была немногим старше её — лет девятнадцать-двадцать, с короткими пепельными волосами и тонкими чертами лица, которые даже в бессознательном состоянии хранили следы усталости и боли.

— У неё на шее ошейник, — тихо сказала Оливия, её голос звучал отстранённо, почти механически. — Видите? Вживлённый прямо в кожу. Датчики пульса, давления, адреналина. И, судя по разъёму, — дистанционный детонатор.

— Не просто детонатор, — поправил Алекс, не отрываясь от терминала. — Взрывчатка закачана в капсулу с транквилизатором. Если попытаться снять ошейник без кода — смесь активируется. Если носитель перевозбуждён или пытается использовать способность выше разрешённого порога — тоже. А если сигнал с базы пропадёт больше чем на час... — он замолчал, давая остальным додумать.

— Они все умрут, — закончил Зевс, и в его голосе впервые прозвучала неприкрытая ненависть. Молнии на его пальцах заискрили ярче, с едва слышным треском.

— Поэтому мы их не трогаем. Пока. — Алекс отключился от терминала и сделал шаг назад, я связываюсь с командиром, нужна санкция на дальнейшие действия. Он отошёл в дальний угол хранилища, где гул систем был чуть тише, и активировал защищённый канал связи.

— «Адельбарт», «Адельбарт», вызывает отряд «Рокот», позывной «Молот». Доклад командиру. Приём. В комлинке раздался шум помех, затем — знакомый жёсткий голос старшего лейтенанта Красикова:

— «Молот», слушаю. Докладывай.

— Товарищ старший лейтенант, отряд «Рокот» выполнил высадку в секторе 13, зачистил шлюзовую и коридоры первого уровня. — Алекс говорил чётко, по уставу, стараясь не проявлять эмоций. — При зачистке обнаружено хранилище. Приоритетная находка: сорок три криокапсулы с гражданскими. У всех — имплантированные ошейники с дистанционным подрывом. По документам — похищенные одарённые, готовились для подпольных боёв.

На том конце повисла пауза. Красиков переваривал информацию.

— Подтверждаю, «Молот». Сколько по времени есть у заложников?

— Около часа до срабатывания автоматики, если база потеряет управление полностью, — ответил Алекс, сверившись со скачанными данными. — Отключить ошейники можно только с главного сервера безопасности в административном секторе. Уровень доступа С.

— Понял тебя. — В голосе Красикова появилась сталь. — Мы с основными силами уже на подходе к центру. Зачищаем этаж за этажом. Связь с объектом — пока держим, но могут отрубить в любой момент. Что предлагаешь?Алекс на секунду задумался, прокручивая варианты. Карта базы стояла перед глазами.

— Товарищ старший лейтенант, докладываю: отряд «Рокот» в полном составе, потерь нет. Все бойцы боеспособны. Однако хранилище необходимо охранять. Если пираты поймут, что мы нашли его, они могут активировать подрыв заложников. Предлагаю разделиться: «Фурия» и «Тихоня» остаются в хранилище для обороны. Я с «Клоуном» и «Болтуном» выдвигаюсь к административному сектору по техническим тоннелям — короткий маршрут, есть шанс пройти незаметно. Встретимся с вами у серверной. Прошу санкции.

— «Фурия» и «Тихоня» — это те двое? Псионик и эспер, справятся? — Так точно, товарищ старший лейтенант. Разрешите уточнить: если на пути к серверной мы встретим пирата С-ранга?

— Не вступать в бой. Отходите, залегайте на дно, ждите подхода основных сил. Это приказ.

— Понял. Приказ принят.

— Выполняй. «Адельбарт» в готовности. Красиков — конец связи.Канал закрылся.

Алекс вернулся к команде, его лицо было сосредоточенным и спокойным — таким, какое должно быть у командира, принимающего непростое решение.

— Внимание. Доложил обстановку командованию. Получил приказ. — Он перевёл взгляд на Оливию. — «Фурия», ты остаёшься старшей в хранилище. Твоя задача — держать оборону любой ценой. Если начнётся заварушка — вызывай подкрепление и держись до последнего. «Тихоня» остаётся с тобой для прикрытия.

— Понял, — кивнул Зевс, хотя в его глазах читалось лёгкое разочарование. Но он не спорил — приказ есть приказ.

— А мы? — спросил Клавдий, вскидывая дробовик.

— Идём в административный сектор. Техническими тоннелями. — Алекс активировал на карте маршрут. — Там, по данным разведки, центр управления ошейниками. Встречаемся с группой Красикова у серверной.

— А если наткнёмся на С-ранга? — спросил Арсений, машинально проверяя затвор дробовика.— Командир приказал не вступать в бой, — ответил Алекс. — Если встретим — отходим и ждём подхода основных сил. Он подошёл к Оливии и коротко кивнул.

— Держитесь. Мы вернёмся с кодом. Я обещаю.

— Возвращайтесь, — тихо ответила она. — Иначе я сама пойду за вами и всех тут разнесу к чертям.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Алекс, затем повернулся к Клавдию и Арсению: — «Клоун», «Болтун» — за мной. Включить маскировочные контуры. Двигаемся быстро и тихо. Встретим кого — убираем без шума.

И они скользнули в боковой проход, ведущий в технические недра базы, оставляя Оливию и Зевса на страже сорока трёх застывших жизней. Оставшиеся в хранилище заняли позиции. Оливия замерла у входа, её телекинез был готов в любой момент поднять с пола несколько тяжелых металлических обломков, готовых в превратиться в смертоносные снаряды. Зевс устроился в углу, откуда хорошо просматривались оба подхода, его пальцы едва заметно искрили — он контролировал напряжение, держа себя в боевой готовности.Они вслушивались в гул вентиляции и редкие, отдалённые звуки боя, доносящиеся из других секторов базы.

Где-то там, в глубине астероида, Алекс, Клавдий и Арсений пробирались по узким тоннелям, приближаясь к сердцу пиратского логова. Их путь занял пятнадцать минут, которые растянулись в вечность. Технические тоннели оказались настоящим лабиринтом — узкие, с низкими потолками, заставленные дрожащими теплообменниками и гудящими распределительными щитами.

Тусклые аварийные лампы разбрасывали красноватые тени, заставляя каждую трубу и кабель казаться силуэтом затаившегося врага.Парни двигались профессионально — мягко, бесшумно, словно кошки. Алекс вёл группу, сверяясь с картой, которая проецировалась прямо на внутреннюю сторону его визора. Клавдий прикрывал тыл, его дробовик был направлен назад, а голова постоянно поворачивалась на сто двадцать градусов, фиксируя каждый шорох. Арсений шёл в центре, готовый в любой момент подстраховать любого из них.

Их шаги тонули в монотонном гуле корабельных систем, а маскировочные контуры экзокостюмов гасили тепловые следы, делая их почти призраками.Лишь однажды тишину разрезал резкий окрик — трое пиратов вынырнули из бокового ответвления, видимо, направляясь к хранилищу за подкреплением. Они не успели даже вскинуть оружие. Алекс вышел на них из-за поворота как призрак, его импульсная винтовка коротко рявкнула трижды. Клавдий, не теряя ни секунды, бросился вперёд, добивая ближайшего ударом приклада в висок. Арсений прикончил третьего, выпустив заряд в упор. Бой занял не больше пяти секунд. Пираты рухнули на холодный металлический пол, даже не поняв, что произошло. Парни, не останавливаясь, перешагнули через тела и скрылись за следующим поворотом.

Наконец, тоннель расширился, упираясь в массивную герметичную дверь, покрытую слоем чёрной матовой краски, которая почти не отражала свет. Это был так называемый «чёрный вход» в административный сектор — технический шлюз, который пираты использовали для обслуживания серверной.

Алекс жестом приказал группе рассредоточиться по обе стороны от двери.Он сам приник к дверной панели управления, отключив звук в экзокостюме, чтобы слышать только собственное дыхание и тихие щелчки внутривенного интерфейса. Его пальцы, усиленные тонкими сенсорами перчаток, зависли над голографической клавиатурой. Взлом шёл тяжелее, чем раньше — защита «чёрного входа» была серьёзнее, чем у обычных коммутационных узлов.

Алекс закусил губу, концентрируясь, отключая посторонние мысли. Данные текли перед глазами, разворачиваясь в трёхмерные схемы шифров. На лбу выступила испарина, но он не останавливался.— Ну же... — прошептал он одними губами, пробираясь сквозь очередной слой защиты.В его ухе раздался щелчок — интерфейс подтвердил успех.

Дверь тихо, почти ласково, щёлкнула, разблокируя замки.— Взлом завершён, — прошептал Алекс в комлинк. — Готовность номер один. Заходим по моей команде. Клавдий кивнул, его палец лёг на спусковой крючок дробовика.. Алекс поднял руку, загнул три пальца, показывая отсчёт. Два. Один.— Вперёд!

Дверь с шипением разъехалась в стороны, и трое бойцов ворвались внутрь, стволы оружия описывали сектора, выискивая цели. Их экзокостюмы тихо гудели, маскировочные контуры отключились сами собой, возвращая им обычный вид. Помещение оказалось огромным — куда больше, чем предполагали предварительные данные разведки. Это было сердце пиратской базы, её мозг и память одновременно.

Высокий потолок терялся в темноте, которую рассекали лишь тысячи мигающих огоньков на бесчисленных серверных стойках. Они стояли ровными рядами, уходя вглубь, словно металлический лес, и от каждого блока тянулись толстые жгуты оптоволоконных кабелей, переплетаясь под потолком в подобие гигантской паутины. В воздухе стоял густой, почти осязаемый гул — работали системы охлаждения. 

В центре этого техногенного храма, на небольшом возвышении, стоял главный компьютерный пульт — массивная панель с десятками голографических экранов, на которых мерцали строки кода, схемы базы и какие-то финансовые отчёты.

За пультом, вполоборота ко входу, сидел человек и сосредоточенно работал.Пират. Но не такой, как те, кого они встречали в коридорах.На вид ему было около сорока, хотя в эпоху одаренных возраст определить было сложно. Он был худощав, с длинными, небрежно собранными в хвост пепельными волосами и тонкими, почти аристократическими чертами лица. На нём не было брони — лишь тёмно-синий комбинезон механика с множеством карманов и инструментальных гнёзд, а на груди висел сложный прибор, похожий на гибрид планшета и мультиметра.

Когда дверь с шипением открылась, он вздрогнул, но не обернулся. Его пальцы на секунду замерли над клавиатурой, затем снова забегали с удвоенной скоростью — он явно спешил завершить какое-то действие. Только когда бойцы сделали несколько шагов вперёд, заняв тактические позиции и взяв пульт на перекрестие прицелов, он понял, что время истекло.

— Стоять! — рявкнул Клавдий. — Руки вверх! Не дёргайся! Пират медленно, с почти театральной грацией, поднял руки и развернулся в кресле. Его лицо было спокойным, даже слегка удивлённым, будто он не ожидал гостей, но и не испугался их. Он осмотрел каждого из троих бойцов пристальным, цепким взглядом. Его глаза оказались светло-серыми, холодными, как полярный лёд. Никто из парней не стрелял — слишком велик был риск повредить управляющий компьютер. 

Пират, видимо, заметил эмблемы на их экзокостюмах — серебристый факел с раскрытой книгой, символ императорской военной академии. Его бровь чуть приподнялась, а уголки губ дрогнули в едва заметной усмешке. Он мгновенно сделал для себя выводы: перед ним не просто десантники, а курсанты. Молодые, горячие, уверенные в своей правоте. И, следовательно, потенциально управляемые.Он поднял руки чуть выше, показывая, что безоружен, и заговорил первым. Голос у него был низкий, вкрадчивый, с едва уловимым акцентом, который трудно было привязать к какой-либо известной колонии.

— Пожалуйста, не стреляйте. — Его слова лились мягко, почти музыкально, с ноткой испуга, которую трудно было отличить от настоящей. — Я всего лишь обычный гражданский. Инженер. Меня заставили работать на пиратов. Угрожали семье... Я ненавижу этих ублюдков так же сильно, как и вы.

Он перевёл взгляд на Алекса, правильно определив в нём командира.— Я готов сотрудничать. Полностью. Коды, пароли, карты доступа — всё, что хотите. Только прошу, не убивайте меня. Я не воин.

— Тогда почему ты в серверной один? — спросил Арсений, не опуская оружия. — И почему не сбежал, когда начался штурм?— Мне приказали остаться, — пират развёл руками, не делая, однако, резких движений. — Сказали: если начнётся заварушка, уничтожить все данные. Заминировали пульт. — Он кивнул в сторону компьютера. — Но я не стал этого делать. Потому что... потому что я понял: это мой шанс. Шанс выбраться из этого ада.

Он говорил убедительно, смотрел прямо в глаза, не отводя взгляда. В его голосе чувствовалось даже некое подобие искренности.— Я дам вам всё, что нужно. Код отключения ошейников на заложниках — тоже. Я знаю, где он хранится. Алекс молча слушал, не опуская оружия, но и не отдавая команду стрелять.

Он внимательно наблюдал за пиратом, замечая каждую мелочь: лёгкое напряжение в плечах, слишком плавные движения человека, который просчитывает каждый свой шаг, и самое главное — взгляд. Испуганный гражданский инженер не смотрел бы так... оценивающе. Холодно.

— Парни подходим ближе, это явно пират, готовимся использовать оружие ближнего боя, отдал он команду по внутренней связи, — и Рокот медленно двинулся вперёд. Пират увидев что курсанты подходят ближе понял, что они не купились и он издал короткий, почти беззвучный смешок.

— Умный мальчик, — сказал он, и его голос вдруг потерял всю притворную мягкость, став жёстким, металлическим. — Жаль. Я думал, мы договоримся по-хорошему.

— Руки вверх! — крикнул Клавдий, делая шаг вперёд. — Я сказал — руки, тварь!

Пират не подчинился. Вместо этого он медленно выпрямился в кресле, и вся его фигура вдруг изменилась. Пропала сутулость, ушла наигранная беззащитность. Его плечи расправились, а глаза — эти холодные серые глаза — вспыхнули чем-то древним, хищным. Он осмотрел троих курсантов и на его губах расцвела усмешка — нехорошая, кривая, полная превосходства.— Вы выбрали не того, с кем стоит тягаться сосунки.

Он сделал шаг в сторону, освобождаясь от кресла, и теперь уже не скрывал истинной сущности. Его аура, развернулась во всю мощь. Давление в комнате изменилось — воздух стал гуще, тяжелее, словно перед грозой. Парни в шоке почувствовали его ауру, С-ранга, но бежать уже было поздно. Да и как они могут бежать, они лишь могли попытаться потянуть время. Ведь он может уничтожить всё данные и тогда заложники погибнут, а их командиру ещё 5 минут до сюда, его бой с другим пиратом С-ранга затянулся. 

Пират явно наслаждался моментом, ощущая, как ситуация перетекает под его контроль. Пират не собирался торговаться. Он тянул время, чтобы скопировать все ценные файлы на переносной носитель, после чего собирался уничтожить сервер и сбежать. Взрыв — и никаких следов. А вместе с сервером — и ошейники заложников. 

— Ты копируешь данные, — сказал Алекс, и в его голосе не было вопроса — только утверждение. — Прямо сейчас. А после — взорвёшь всё к чертям. А свою жизнь... свою жизнь ты ставишь выше чужих.

Пират замер. Его лицо на мгновение исказила гримаса ярости — его раскрыли. Но быстро взял себя в руки. Он оскалился, хищно и зло.

— А ты догадливый, курсант. — Его рука скользнула к поясу, где висело небольшое устройство, похожее на брелок. — Жаль, что ты не настолько быстрый, насколько умный.Он нажал на кнопку.В ту же секунду комбинезон пирата пришёл в движение — по всей его поверхности пробежали серебристые волны, словно жидкий металл растёкся по телу, формируя пластины, сочленения, усилители.

Экзокостюм высшего класса, основанный на нанороботах. Весь процесс занял не больше двух секунд.— «Клоун»! «Болтун»! С флангов — нужно его задержать, - рявкнул Алекс, бросая винтовку за спину и выхватывая катану.

Клавдий и Арсений рванули вперёд с разных сторон, как две стальные пружины, разжавшиеся одновременно. Клавдий шёл напролом, его дробовик с грохотом выплюнул заряд картечи, но пират даже не шелохнулся — броня экзокостюма поглотила выстрел, лишь слегка оплавившись в точке попадания.

Арсений ударил с левого фланга, целясь в незащищённую шею, но пират уклонился с неестественной, почти змеиной грацией.— Детский сад, — прошипел он, и в его руке из ниоткуда, с тихим звоном, материализовался клинок. Вибромеч. Длинное, чуть изогнутое лезвие гудело на ультразвуковой частоте, заставляя воздух вокруг дрожать. Края клинка казались размытыми — настолько быстро вибрировала мономолекулярная сталь, способная разрезать броню экзокостюма как бумагу.

Пират даже не сделал шага — он просто скользнул вперёд, и пространство вокруг него исказилось. Первый удар пришёлся на Клавдия. Клинок описал дугу, и Клавдий, несмотря на всю свою реакцию, не успел уйти полностью — вибромеч полоснул по его левому боку, вскрывая броню, как консервную банку. Из разреза брызнула гидравлическая жидкость, смешанная с кровью.

Клавдий взревел от боли, но не упал — его экзокостюм автоматически заблокировал повреждённые мышцы, не давая телу развалиться. Пират тут же с разворота ударил его ногой и он отлетел на десяток метров ломая серверную стойку. Все данные он скопировал и больше можно не переживать за сохранение помещения в целостности.

— «Клоун»! — крикнул Арсений, бросаясь на помощь. Пират развернулся к нему, и второе движение клинка было ещё быстрее первого. Арсений попытался заблокировать удар своим дробовиком — и поплатился за это. Вибромеч перерубил ствол оружия как спичку, а заодно и правую руку десантника выше локтя. Конечность, зажатая в обрубке брони, с глухим стуком упала на пол, из культи хлынула кровь, зашипела, испаряясь на раскалённых пластинах экзокостюма. Арсений закричал — страшно, по-звериному, и откатился назад, прижимая к груди дымящуюся культю.

— «Болтун»! — Алекс видел это, но не мог ничего сделать — он сокращал дистанцию, понимая, что на расстоянии у них нет ни единого шанса.Пират повернулся к нему, на губах играла довольная, почти сладострастная улыбка. Его экзокостюм был забрызган кровью, но сам он не получил ни царапины.

— Остался ты один, мальчик, — сказал он, перехватывая вибромеч поудобнее.

— Хочешь сдохнуть красиво или как твои друзья?Алекс не ответил. Он сделал то, чего пират не ожидал — бросился не вперёд, а в сторону, к пульту управления. Схватил тяжёлый металлический корпус разобранного сервера, валявшийся у ног, и со всей силы швырнул его во врага. Пират легко уклонился, рубанув клинком на лету — корпус развалился на две идеально ровные половинки.

— Смешно, — усмехнулся он.Алекс использовал эту секунду, чтобы сократить дистанцию. Он влетел в пирата, как торпеда, принимая удар вибромеча на предплечье левой руки — броня там была самой толстой, усиленной дополнительными пластинами. Клинок вошёл в неё на два сантиметра, заскрежетал, завыл, застревая в слоях металла и кевлара. Боль пронзила руку до плеча, но Алекс не отключился — адреналин и чистая ярость держали его на ногах.

Правой рукой он ударил пирата в горло — ребром ладони, в то место, где заканчивался шлем и начиналась броня. Актвировав при этом выброс электромагнитной энергии. Экзокостюм пирата был прочен, но его владелец оказался не готов к такому напору. Он кашлянул, отшатнулся, на секунду потеряв равновесие, и Алекс использовал этот миг.

Он выхватил с пояса «Прожигатель» — тот самый диск, которым они вскрывали шлюз. Активировал его на максимальную мощность и со всей силы приложил к груди пирата, туда, где пульсировало алое сердечник энергоблока.

— Получай, ублюдок! — прорычал Алекс, вжимая диск в броню.Защита экзокостюма затрещала, заискрила, пытаясь компенсировать температурный удар. Диск раскалился добела за секунду, прожигая слои наноброни. Пират закричал — впервые за этот бой, не от боли, а от осознания, что происходит.

Он попытался сбросить Алекса, ударить его ещё раз, но тот висел на нём мёртвой хваткой, вдавливая диск глубже, глубже...Энергоблок в костюме пирата взорвался.Вспышка была ослепительной — ударная волна отбросила Алекса к стене, он ударился спиной о серверную стойку и сполз на пол, не в силах пошевелиться.

В ушах стоял звон, перед глазами плыли разноцветные круги. Он моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Пират лежал в центре зала на спине, его экзокостюм превратился в оплавленную груду металла. Грудная клетка была прожжена насквозь, вокруг раны всё почернело от копоти. Глаза были открыты и смотрели в потолок безжизненно, стеклянно. Вибромеч валялся в метре от него, залитый кровью и гидравликой, его лезвие продолжало тихо гудеть, постепенно затихая.

— ...Алекс? — раздался слабый голос Клавдия. — Ты... мы живы? Алекс попытался встать, но ноги не слушались. Он вложил всю свою энергию для того, чтобы задержать пирата. Он опёрся на здоровую руку, с трудом подтянулся, сел, прислонившись спиной к стойке. Левое предплечье горело огнём — вибромеч всё-таки пробил броню глубоко, почти до кости. Кровь текла по руке, капала на пол, смешиваясь с гидравликой и маслом.

— Живы, — прохрипел он, обводя взглядом поле боя. — Но «Болтун»... у него рука. Арсений лежал в углу, бледный, с закатившимися глазами. Его правая рука — точнее, то, что от неё осталось — была перетянута жгутом из медицинского комплекта экзокостюма, который сработал автоматически.

Кровь остановилась, но он потерял много. Слишком много.

— «Болтун»! — крикнул Алекс, пытаясь доползти до него. — Держись! Мы сейчас...

— Я... в порядке, — прошептал Арсений, его губы тряслись. — Больно... сука... как больно... Но я жив. Пока жив.

— «Клоун»? — Алекс повернулся к Клавдию.Тот сидел на полу, привалившись спиной к серверной стойке. Разрез на боку всё ещё сочился кровью, но уже не так сильно — система экзокостюма залила рану медицинской пеной, которая застыла, создавая импровизированный бандаж.

— Терпимо, — ответил Клавдий, хотя его лицо было серым от боли. — Броня спасла. Если бы не она...

— Ладно. Я пойду пробовать получить доступ к системе, а потом помогу вам, командир скоро будет на месте и поможет нам. 

Он посмотрел на пульт — экраны всё ещё горели, данные текли. Пират не успел уничтожить сервер. 

— Клавдий. Твоя задача — «Болтун». Держи его в сознании, не дай отключиться.

Алекс , пошатываясь, и направился к пульту. Тело ломило, каждое движение отдавалось болью в левой руке, но он не останавливался. Он подошёл к главной консоли, нашёл взглядом раздел управления системами безопасности. Пальцы, ещё дрожащие от перенапряжения, забегали по голографической клавиатуре. Код отключения ошейников. Где-то здесь

— Мы почти у цели. Сейчас я отключу эту дрянь, и мы отсюда выберемся. Все вместе.Серверная гудела, мигали огоньки на стойках, где-то вдалеке всё ещё слышались отзвуки боя. Но здесь, в этом техническом сердце пиратской базы, наступил момент затишья.

Наконец-то у Алекса получилось. Пальцы, всё ещё дрожащие от перенапряжения и боли, нажали последнюю комбинацию. Голографический экран мигнул, и на нём развернулась структурированная база данных — коды доступа, схемы ошейников, протоколы активации и деактивации. Алекс, не теряя ни секунды, инициировал загрузку. Информация потоком потекла в его нейросеть, архивируясь, структурируясь, занимая отведённые ячейки памяти. Карма беззвучно подтверждала каждый блок.

— Есть, — выдохнул Алекс, опираясь здоровой рукой о пульт.

— Данные у меня.

Он быстро пролистал техническую документацию, и его лицо, скрытое шлемом, омрачилось.

— Чёрт. — Он ударил кулаком по панели, отчего экраны рябью пошли. — Удалённо отключить нельзя. Код только разблокирует управление, но сам процесс — ручной. Каждый ошейник нужно отключать индивидуально, прямо на месте.

Арсений, бледный как полотно, попытался приподняться, но его шатнуло.

— Лежи, — приказал Клавдий, придерживая товарища за плечо здоровой рукой. — Твоя задача — не умереть, понял?

— А ты не командуй, — огрызнулся Арсений, но ослушаться не посмел. Голова кружилась, перед глазами плыли тёмные пятна.

Прошло несколько томительных минут, показавшихся вечностью. В серверной по-прежнему гудели системы, мигали огоньки на стойках, а трое раненых бойцов пытались прийти в себя, пережидая боевой шок. Алекс уже начал собираться с силами, чтобы идти к хранилищу в одиночку, когда за дверью раздались тяжёлые, быстрые шаги.

Дверь с шипением разъехалась в стороны, и в серверную ворвались десантники. Впереди, сжимая в руке массивный штурмовой карабин, шёл старший лейтенант Красиков. Его экзокостюм был покрыт копотью и свежими царапинами — видимо, пробиваться к центру базы пришлось с боем. За ним следовали четверо бойцов из его отряда, стволы их оружия описывали сектора, выискивая оставшиеся угрозы.

Красиков замер на пороге, оценивая обстановку. Его взгляд скользнул по разбитой серверной, по лужам гидравлики и крови на полу, по валяющемуся у стены вибромечу, и наконец остановился на оплавленном теле пирата в центре зала.

— Чёрт возьми... — выдохнул он, не скрывая удивления. — Что здесь произошло?

— Товарищ старший лейтенант, — Алекс попытался вытянуться по стойке смирно, но левая рука безвольно повисла, и он лишь кивнул, обозначая приветствие. — Задание выполнено. Враг нейтрализован. Данные получены.

Красиков не ответил сразу. Он повернулся к своим бойцам и коротко бросил:

— Оказать помощь раненым. Немедленно. «Доктор», ты к тому, у которого рука. Остальным — стабилизировать состояние и подготовить к эвакуации.

Десантники рассыпались по помещению. Один из них — массивный боец с эмблемой медика на наплечнике — опустился на колено рядом с Арсением, доставая из рюкзака развёрнутый медицинский комплект. Двое других занялись Клавдием, аккуратно срезая повреждённые участки брони, чтобы обработать рану. Третий подошёл к Алексу, но Алекс жестом остановил его.

— Сначала они. Моя рука подождёт.

Медик вопросительно взглянул на Красикова. Тот едва заметно кивнул.

— Делай, как он говорит.

Красиков подошёл к телу пирата. Тот лежал на спине, его оплавленный экзокостюм всё ещё источал едкий запах горелого пластика и металла. Грудная клетка была прожжена насквозь, края раны почернели, спеклись. Старший лейтенант присел на корточки, внимательно осмотрел останки, затем вытянул руку и кончиками пальцев прикоснулся к застывшей крови на обломках брони.

Нейросеть среагировала мгновенно — на внутренний экран шлема выплыли данные:

Субъект идентифицирован: Мирослав Ковач, известный также как «Крафтер».

Статус: Одарённый. Ранг: C (подтверждён).

Специализация: Механик-инженер, разработчик систем дистанционного контроля. Боевые возможности: средние.

Разыскивается по обвинениям: торговля людьми, пиратство, соучастие в убийствах. Награда: 2 500 000 имперских кредитов.

Красиков выпрямился и повернулся к Алексу. В его глазах, обычно жёстких и равнодушных, промелькнуло что-то новое — уважение.

— Мирослав Ковач, — проговорил он, и в его голосе сквозило удивление. — Механик С-ранга. Один из ключевых инженеров пиратского синдиката, которого уже два года не могли вычислить. — Он покачал головой. — Чёртова разведка. Как они его пропустили? Объект считался хорошо охраняемым, но, чтобы на базе было два С-ранга... — Красиков замолчал, ещё раз окидывая взглядом поле боя. Прожжённая броня, разорванный энергоблок, вибромеч, валяющийся в стороне. И трое курсантов, из которых двое тяжело ранены.

— Вы не отступили. Вы могли отойти, дождаться нас. Но вы... вы вступили в бой с противником на ранг выше. И победили.

— У нас не было возможности отступить, товарищ старший лейтенант, — ответил Алекс, стараясь говорить ровно, хотя левая рука пульсировала тупой, ноющей болью. — Если бы он успел уничтожить данные или вызвать подкрепление... заложники погибли бы. Пришлось импровизировать.

— Импровизировать, — повторил Красиков, и на его губах появилось подобие усмешки.

— Вы, курсанты, слов не боитесь. Хорошо. — Он подошёл ближе, оказавшись в шаге от Алекса. Теперь его голос звучал не как приказ, а как признание.

— Я понимаю, чего вам это стоило. Я видел много боёв, сержант. И знаю, что значит победить того, кто сильнее тебя по всем параметрам. — Он кивнул на тело пирата. — Этот урод, судя по данным, не славился боевыми навыками. Техник, а не воин. Но всё равно — одарённый С-ранга. Это не тот противник, которого можно взять голыми руками. Вы совершили чудо.

— Красиков замолчал на секунду, собираясь с мыслями. — Вы справились. Я лично прослежу, чтобы вы получили высшую оценку за это задание. Запись боя будет приложена к вашему личному делу с моей рекомендацией. Как только вернёмся — оформлю представление.

— Служу Империи, товарищ старший лейтенант, — ответил Алекс, чувствуя, как тяжесть на плечах становится чуть легче. Слова командира значили для него больше, чем любые баллы в академическом рейтинге.

Тем временем десантники заканчивали обработку раненых. Медик наложил на культю Арсения регенерационную повязку — толстый слой геля, который должен был остановить кровотечение и запустить первичное восстановление тканей. Арсений лежал с закрытыми глазами, его лицо было серым, но дыхание выровнялось — он был в стабильном состоянии. Клавдию наложили швы на бок, скрепив края раны медицинским клеем. Он сидел, опираясь на стену, и тихо ругался сквозь зубы, терпя боль.

Алекс наконец позволил обработать свою руку. Вибромеч оставил глубокий порез, который задел мышцы, но кость осталась цела. Медик промыл рану, залил её регенерирующим гелем и наложил компрессионный бандаж, который должен был продержаться до возвращения на корабль.

— Держи, — Красиков протянул Алексу стимулятор — небольшую ампулу с голубоватой жидкостью. — Выпьешь — боль утихнет, и прояснишься.

Алекс кивнул, вскрыл ампулу и залпом выпил содержимое. Оно было горьким, с металлическим привкусом, но через несколько секунд боль действительно отступила, а в голове прояснилось. Он снова чувствовал себя человеком, а не куском мяса, который только что чудом избежал смерти.

— Теперь к делу, — сказал Красиков, когда все процедуры были завершены. — Данные у тебя? Код отключения?

— Так точно. Но удалённо не сработает. Каждый ошейник нужно снимать вручную.

— Плохо, но не смертельно. — Красиков повернулся к своим бойцам. — «Доктор», ты с «Болтуном» и «Клоуном» остаёшься здесь, контролируешь периметр. Я с «Молотом» и остальными иду к хранилищу. Сержант, — он посмотрел на Алекса, — ты покажешь дорогу.

— Есть, — кивнул Алекс. Он подошёл к пульту и за пару минут скопировал оставшиеся данные — логи операций, списки контактов пиратского синдиката, схемы баз и маршруты контрабанды. Всё это позже должно было уйти в разведку. Потом он отключился от консоли, активировал карту на визоре и двинулся к выходу. — За мной. Путь недолгий.

Красиков жестом подозвал двоих десантников, и они вслед за Алексом углубились в технические тоннели. Обратный путь показался Алексу и короче, и длиннее одновременно. Коротким — потому что он шёл с чёткой целью, зная, что сейчас нужно сделать. Длинным — потому что каждая минута промедления могла стоить жизни кому-то из заложников.

Они вышли к хранилищу с другой стороны — через запасной шлюз, который Алекс приметил ещё при первом осмотре. Оливия и Зевс встретили их синхронным вскидыванием оружия, но, узнав своих, опустили стволы.

— Командир, — Оливия шагнула навстречу, её взгляд скользнул по забинтованной руке Алекса и остановился на фигуре Красикова. — Всё чисто. Пираты не приходили.

— Отлично. — Красиков вошёл в хранилище и замер, увидев ряды криокапсул.

— Сорок три капсулы, — тихо сказал Алекс, проходя к ближайшей капсуле. — Восемнадцать несовершеннолетних. Остальные — молодые люди до двадцати пяти лет. Все — одарённые.

Красиков медленно покачал головой. Он повидал многое, но такое... торговля людьми всегда была для него чем-то за гранью. И торговать одарёнными — существами, которые должны были стать гордостью и защитой Империи — было вдвойне чудовищно.

— Ладно, — он взял себя в руки, его голос снова стал жёстким, командным. — Сержант, показывай, что делать. Мои люди помогут.

Алекс кивнул и подошёл к первой капсуле — той самой, где за стеклом замерла девушка с пепельными волосами. Он открыл терминал управления на боковой панели, подключился через свой интерфейс и начал вводить код.

Ошейник на шее девушки тихо щёлкнул. Красный индикатор, мигавший до этого, сменился на зелёный. Алекс аккуратно, стараясь не повредить кожу, расстегнул замок и снял устройство, отбрасывая его в сторону. Тонкая нить взрывчатки, вплетённая в ошейник, теперь была безопасна.

— Жива, — выдохнул Алекс, проверив показатели жизнедеятельности на экране капсулы. — Пульс стабильный. Давление в норме.

— Тогда следующий, — скомандовал Красиков, подходя к соседней капсуле. — Работаем быстро, но аккуратно. Эти люди достаточно настрадались.

И работа началась. Десантники рассредоточились по хранилищу, каждый получил от Алекса инструкции и коды для своего сектора. Металлические щелчки отключающихся ошейников звучали один за другим, смешиваясь с ровным гулом криосистем. Сорок три жизни, одна за другой, возвращались в этот мир.

Оливия работала молча, с каменным лицом, но её руки слегка дрожали, когда она касалась ледяного стекла капсул. Она не смотрела на лица — боялась увидеть кого-то знакомого. Зевс помогал ей, его молнии потухли, он стал тихим и сосредоточенным, аккуратно снимая ошейники, стараясь не смотреть на кровоподтёки на шеях замороженных людей.

Алекс двигался от капсулы к капсуле, чувствуя, как силы покидают его. Стимулятор ещё действовал, но каждое движение левой рукой отдавалось тупой пульсацией. Он не останавливался. Он не мог остановиться. Перед его глазами всё ещё стояли лица тех детей из детдома, которых он не смог спасти.

Теперь — другой шанс. И он использовал его сполна.

Наконец, последний ошейник щёлкнул. Сорок третий. Алекс выпрямился, шатнулся, и Красиков подхватил его под локоть.

— Всё, сержант, — тихо сказал командир. — Ты сделал. Отдыхай. — Дальше уже моя забота, — твёрдо сказал Красиков. — У тебя есть приказ — сохранить себя для следующих боёв. Ты его выполнишь. А сейчас — иди к своим. Они тебя заждались.

Алекс медленно кивнул, позволил отвести себя к стене и опуститься на пол рядом с Клавдием и Арсением, которых уже принесли в хранилище десантники.

— Ну что, — Клавдий слабо улыбнулся, глядя на Алекса, — живы?

— Живы, — ответил Алекс, закрывая глаза.

Синий свет капсул мерцал над ними, и в этом холодном, металлическом помещении на пиратской базе, вдали от дома, четверо курсантов и горстка десантников сделали то, ради чего, наверное, и стоило жить.

Эвакуация прошла спокойно без сирен, без лишнего шума, в давящей тишине транспортного шатла, где каждый вдох раненых отдавался шипением медицинских систем. Клавдий, бледный, с зафиксированным торсом и капельницей стимуляторов, отключился ещё на взлёте. Арсений, потерявший правую руку выше локтя, лежал в стазис-капсуле — лицо спокойное, почти безмятежное, будто ему просто приснился плохой сон. Алекс сидел у иллюминатора, прижимая к груди забинтованную левую руку, и смотрел, как пиратская база съёживается в точку, а затем исчезает в звёздной пыли.

Оливия и Зевс остались единственными, кто мог передвигаться без посторонней помощи. Оливия всю дорогу молчала, её телекинез беззвучно крутил в воздухе маленький болт — нервная привычка, которая появилась после боя. Зевс сидел рядом с капсулой Арсения. Его молнии погасли окончательно, и в тусклом свете аварийной подсветки он выглядел не как «Тихоня» - эспер, а просто как уставший парень, который впервые увидел, как его товарищ теряет руку.

Академия, медицинский корпус, сутки спустя

Медкапсулы стояли в отдельной палате для тяжелобойных — два прозрачных саркофага, наполненных регенерирующим гелем и насыщенных кислородной смесью. Внутри, словно застывшие в янтаре, лежали Алекс и Клавдий. Системы жизнеобеспечения мерно гудели, инфузионные линии тянулись от запястий к дозаторам, а над каждой капсулой висели голографические графики нейтрализации боли, регенерации тканей и уровня метаболического стресса.

Клавдий спал с ровным, почти здоровым лицом. Его рёбра срослись на девяносто процентов, внутренние разрывы затянулись, и единственным напоминанием о встрече с вибромечем оставался длинный багровый рубец, который медгель рассасывал медленнее, чем хотелось бы.

Алекс открыл глаза на вторые сутки. Первое, что он увидел, — лицо Оливии, прилипшее к стеклу капсулы. В её глазах стояли слёзы, которых она стыдилась, но не скрывала.

— Ты живой, — выдохнула она, когда он слабо постучал костяшками изнутри.

— А ты сомневалась? — его голос, искажённый динамиками капсулы, звучал хрипло, но с привычной насмешкой.

Его выпустили через сутки. Клавдия — ещё через двенадцать часов.

Суббота, вечер

Старший лейтенант Красиков сдержал слово. На внутреннем сайте академии объявили: за проявленное мужество, успешное выполнение боевой задачи с превышением ожидаемых результатов и ликвидацию особо опасного пирата С-ранга группа получает высшую оценку S с занесением благодарности в личные дела.

Баллы, которые им начислили, упали в личные дела одновременно с рекомендацией Красикова. Алекс видел текст — короткий, рубленый, по-военному сухой, но между строк читалось главное: «Рекомендую к первоочередному распределению в подразделения специального назначения после выпуска. Психологическая устойчивость — выше среднего. Тактическое мышление — нестандартное. Лидерские качества — подтверждены в бою».

На улице моросил осенний дождь, но внутри «Ориона» царила сухая, чуть прохладная атмосфера дорогого покоя. Огромные панорамные окна выходили на стриженые газоны и аллеи с фонарями, похожими на светящиеся грибы. Зал был почти пуст — гражданские редко совались в район академии.

Он забронировал отдельную кабинку в глубине, с мягкими диванами из чёрной экокожи и приглушённым светом. На столе уже стояли приборы, хрустальные бокалы и бутылка коллекционного игристого — не алкогольного, конечно (устав запрещал, да и реабилитация после медкапсул требовала осторожности), а локального тонизирующего состава с привкусом зелёного яблока и имбиря.

Оливия пришла первой. На ней было простое тёмно-синее платье — Алекс даже не знал, что оно у неё есть. Обычно она носила или форму, или тактический комбинезон. Платье меняло её: делало мягче, уязвимее, почти обычной девушкой, а не «Фурией», способной телекинезом вырвать серверную стойку из бетона.

Зевс явился следом, в штатском — джинсы, серая толстовка с капюшоном, кеды. Клавдий пришёл последним. Хромал, но старался этого не показывать. Бок зажил, но мышцы ещё помнили удар вибромеча. Он был в чёрной рубашке с коротким рукавом — на предплечье виднелся свежий шрам, розовый и блестящий, как у новой игрушки.

— Что, командир, — усмехнулся он, садясь напротив Алекса, — решил спустить все сбережения за один вечер?

— Не все, — ответил Алекс, разливая тоник по бокалам. — Но на первый тост — точно.

Он поднял бокал, и остальные сделали то же самое. Стекло тихо звякнуло.

— За то, что живы, — сказал Алекс. — За «Рокот». И за то, что следующий раз будет не так страшно.

— Будет страшнее, — поправил Клавдий. — Но мы будем готовы.

Выпили. Тоник оказался прохладным, чуть сладким, с долгим травяным послевкусием.

— Если честно, — начал Клавдий, ставя бокал на стол и потирая шрам на руке, — нам реально повезло. Я не про то, что мы живы. Я про то, как ты того механика уделал, Алекс. Я до сих пор не понимаю. У него же С-ранг был. Броня — высший класс. Вибромеч. А ты — с «Прожигателем» и катаной. Это... это не везение.

Алекс откинулся на спинку дивана. Левая рука всё ещё ныла при движении, но он старался не подавать вида.

— Я потом файлы на него посмотрел, — сказал он, глядя в потолок. — Мирослав Ковач, позывной «Крафтер». Механик С-ранга. Гений по части систем дистанционного контроля и взрывчатых закладок. Но боевой опыт... — Алекс покачал головой. — Он не воевал. Он чинил, настраивал, сидел в серверных и ненавидел, когда его отрывали от клавиатуры.

— То есть? — Оливия подалась вперёд.

— То есть его ранг — это не показатель боевой мощи. Это ценность как специалиста. Его поставили охранять серверную не потому, что он крутой убийца, а потому, что он лучше всех знал систему. Он рассчитывал на то, что напугает нас аурой. Думал, мы сломаемся, как только почувствуем С-ранг. Но мы не сломались, а он растерялся. — Алекс усмехнулся. — Будь он хотя бы С+ с реальным боевым опытом, мы бы вернулись трупами. Все четверо.

Клавдий присвистнул.

— То есть мы победили потому, что он был задротом?

— Мы победили потому, что он недооценил нас, а мы — нет, — ответил Алекс. — Это разное.

— Главное, что мы победили, — твёрдо сказала Оливия. — Остальное — домыслы. Не важно, был он умелым воином или нет. Важно, что он мёртв, а заложники живы.

Зевс кивнул, соглашаясь. Он вообще за весь вечер произнёс меньше десятка слов — но не потому, что стеснялся, а потому, что привык слушать. Наблюдать. Анализировать.

— Знаешь, — Клавдий вдруг стал серьёзным, — после той миссии я много думал. И понял одну хреновую вещь.

— Какую? — спросила Оливия, прищурившись.

— Что мы — зелёные. Совсем. — Он постучал пальцем по столу. — Мы D-ранга, есть способности, есть экзокостюмы. Но в реальном бою нас чуть не размазал поганый пират технарь.

— Мы выжили, — тихо сказал Зевс. — И спасли людей. Это уже результат.

— Результат — да. Но расти нам и расти, — жёстко закончил Клавдий. — Я не стесняюсь это признать.

Оливия усмехнулась, скрестив руки на груди.

— О, а где же твоя знаменитая уверенность? «Клоун», который никогда не сомневается? Тот самый, кто полез в драку с пиратом С-ранга с голыми руками?

— Эй, — Клавдий обиженно нахмурился, — то, что я класса «Боец», не значит, что у меня нет мозгов. Я знаю свои минусы. Я слишком прямой. Слишком напористый. В бою это минус, если не прикрыт.

— Ладно вам, — Алекс поднял бокал второй раз. — Хватит самокопания. Мы прошли проверку. Живые. В нормальном состоянии. Рейтинг высокий. Завтра — выходной. А сегодня...

Он оглядел их всех: Оливию — в платье, которое делало её почти незнакомой; Клавдия — со шрамом на руке и взглядом, в котором зажглась новая, более твёрдая искра; Зевса — спокойного, молчаливого, надёжного, как броня.

— Сегодня мы просто отдыхаем. Без рангов, без приказов, без противников.

— Тогда выпьем, — Клавдий хитро прищурился. — За нашего мегамозга. Который додумался «Прожигатель» пирату в грудь воткнуть.

— За капитана, — поправил Зевс, и это было, пожалуй, самое длинное его высказывание за вечер.

— За капитана, — согласилась Оливия, и в её улыбке впервые за долгое время не было горечи.

Бокалы звякнули снова. Алекс посмотрел в окно — дождь закончился, и сквозь рваные облака пробился лунный свет, серебря аллеи академического парка.

В понедельник утром их ждало возвращение к учебе. «Рокот» снова вставал в строй.

Они больше не были теми зелёными курсантами, которые впервые пошли на штурм пиратской базы. Теперь у каждого за плечами была не просто оценка «отлично» — у них была глубокая, саднящая, ещё не зажившая до конца рана, которая напоминала о себе каждый раз при резком движении. Но рана лечит.А боль закаляет.

Когда они шли в сторону полигона, Клавдий тронул Алекса за плечо.

— Слушай, а ведь после той миссии... Я стал меньше бояться.

— Чего именно? — спросил Алекс, не сбавляя шага.

— Смерти. — Клавдий на секунду задумался. — Нет, не так. Я понял, что могу умереть. И это нормально. Это часть работы. Раньше я думал, что мы неуязвимые.

— Это называется взросление, — усмехнулся Алекс.

— Сопляк меня учит, — фыркнул Клавдий, но без обиды.

Оливия шла чуть впереди, её походка стала жёстче, увереннее. Зевс — замыкающим

Алекс смотрел на них и вдруг поймал себя на мысли, что не променял бы этот отряд ни на какой другой. Даже с их ошибками, шрамами и наивностью.

Впереди была неделя боёв, рейтингов, бессонных ночей над тактическими схемами и новых вызовов. Они стали лучше. Не идеальными, но — лучше. И это было главное.

Глава 19 Эскалация

Императорский дворец, Новый Санкт-Петербург

Личные покои принцессы Дианы располагались в восточном крыле Зимнего дворца — самом светлом и самом охраняемом. Огромные панорамные окна выходили на зимний сад, где даже в декабре цвели генномодифицированные розы, выведенные специально для неё. Белый мрамор пола отражал мягкий свет хрустальных бра, а на стенах висели портреты предков — целая галерея женщин, чьи судьбы когда-то решались за кулисами имперской политики.

Диана сидела у туалетного столика, и её личный стилист — пожилая женщина с руками, помнящими ещё её бабушку, — укладывала длинные русые волосы в сложную вечернюю причёску. Принцессе было всего шестнадцать, но в зеркале отражалось лицо, которое уже научилось ничего не выражать, когда это было нужно. Тонкие черты, чуть прищуренные зелёные глаза, родинка над верхней губой — всё это делало её похожей на мать, которую она почти не помнила.

— Ваше Высочество, Император будет через пять минут, — раздался голос фрейлины из-за двери.

— Скажи отцу, что я жду, — ответила Диана, не поворачивая головы. — И приготовь зелёный чай. Тот, что из церемониального сервиза.

Стилист закончила с волосами и бесшумно выскользнула из комнаты. Диана осталась одна. Она посмотрела на своё отражение внимательнее, и на её губах появилась лёгкая, едва заметная усмешка.

Еврентий Ермолов. Она слышала это имя. Младший сын главы дома Ермоловых, учится в военной академии, подаёт надежды. Ещё мальчишка. Но мальчишки, как она успела заметить, иногда вырастают в полезные инструменты. Вопрос лишь в том, кто кого использует.

Дверь открылась, и в комнату, чуть склонив голову, чтобы не задеть притолоку, вошёл Император Александр VII. Он был без мундира — в простом тёмном костюме, но даже так от него веяло властью, привыкшей к беспрекословному подчинению. Диана поднялась, присела в лёгком реверансе.

— Отец.

— Диана, — он кивнул и жестом отпустил фрейлину, которая тут же закрыла дверь снаружи. — Садись. Есть разговор.

Она опустилась в кресло напротив, положив руки на подлокотники. Чай уже стоял на столике между ними, и Александр автоматически протянул руку к чашке, но не сделал глотка — замер, глядя на дочь.

— На прошлой неделе я встречался с Александром Ермоловым. Он сделал мне... предложение. — Император произнёс это слово так, будто оно было горьким на вкус. — Он хочет сосватать тебя за своего младшего сына, Еврентия.

Диана не моргнула. Она ждала этого разговора уже несколько дней — с тех пор, как её информаторы из числа дворцовой прислуги сообщили о визите главы дома Ермоловых. У неё были глаза и уши везде. Даже там, где отец не догадывался.

— Значит, он решил, что трон можно получить через мою постель, — спокойно сказала она. — Неоригинально. Но практично.

Александр нахмурился:

— Диана, не будь циничной. Речь идёт о династическом браке, о будущем Империи. Ермолов предложил две тысячи кораблей в обмен на...

— На меня, — перебила она. — Две тысячи кораблей и доступ к технологиям с Нимбуса в обмен на мою свободу. Я правильно понимаю, отец?

Император молчал. Его дочь больше не маленькая и милая принцесса, в ней прглядывалась тень ее матери, властной и уверенной в себе.

— Я не слепая и не глупая, — продолжила Диана, и в её голосе зазвучали стальные нотки. — Я знаю про Нимбус. Знаю про твою программу перевооружения. И знаю, что без флота Ермоловых тебе будет очень трудно удержать скопление «Аврора», когда Кворум и Штаты начнут свою игру.

— Откуда? — голос отца стал тише, опаснее.

— У меня есть свои каналы, — Диана улыбнулась, и в этой улыбке было что-то хищное, почти злое. — Ты же не думал, что я проведу всю жизнь в этой золотой клетке, плетя кружева и мечтая о прекрасном принце? Я — твоя дочь, отец. Единственная наследница. И я обязана знать всё, что касается безопасности Империи.

Александр откинулся на спинку кресла и устало потёр переносицу.

— Боги, в кого ты такая?

— В маму, — твёрдо ответила Диана. — И в тебя. В лучших проявлениях.

Повисла тишина. Император взял чашку, наконец-то сделал глоток, и зелёный чай — тёплый, терпкий — помог ему собраться с мыслями.

— Ты права, — сказал он после долгой паузы. — Ермолов нужен мне. Не только его корабли, но и его влияние в Совете Содружества, его связи с военной промышленностью. Если я откажу, он может переметнуться к оппозиции. А там... там уже пахнет заговором, Диана. Я это чувствую.

— Поэтому ты пришёл просить моего согласия, — она кивнула. — Не приказывать, а просить. Ты изменился, отец.

— Ты выросла. Я не могу решать за тебя, как когда-то решили за меня. — В его глазах мелькнула тень боли — старая, застарелая. — Я не хочу, чтобы ты ненавидела меня.

Диана на мгновение задумалась. Она могла бы сейчас устроить сцену, надавить на жалость, выторговать что-то ещё. Но она знала: слабость показывать нельзя. Император должен видеть в ней не дочь, которую нужно защищать, а союзника, с которым можно говорить на равных.

— Я согласна, — сказала она, и Александр невольно выпрямился, удивлённый такой лёгкостью. — Но на моих условиях.

— Каких?

Диана поднялась с кресла и подошла к окну. Внизу, в зимнем саду, садовники в тёплых комбинезонах подрезали розы — крошечные фигурки на фоне белого снега.

— Во-первых, — начала она, поворачиваясь к отцу, — я хочу должность. Не формальную, не почётную, а настоящую. Главы какого-нибудь департамента, желательно с полномочиями влиять на финансирование или кадровую политику.

— Ты слишком молода, — возразил Александр.

— Я — твоя дочь. Империи уже плевать на возраст, когда речь идёт о доверии к крови. — Диана говорила жёстко, рубя слова, как командир на плацу. — Или ты думаешь, что Ермолов будет меня уважать, если я останусь просто красивой куклой на твоих приёмах?

Император молчал, и она продолжила:

— Во-вторых, я хочу больше автономии. Личный штат, личный бюджет, личный эскорт. И право покидать дворец без твоего разрешения, когда сочту нужным.

— Ты хочешь превратить мою дочь в независимого политического игрока?

— Я хочу стать твоими глазами и ушами там, куда ты не можешь добраться. — Диана подошла ближе и села на подлокотник его кресла — жест почти детский, но в нём сквозила взрослая, выверенная уверенность в себе. — Отец, ты управляешь Империей. А я помогу тебе удержать её от тех, кто точит зуб на трон. Дай мне свободу — и я принесу тебе пользу. Запри меня в клетку — и я буду ненавидеть и тебя, и этого мальчика Ермолова, и весь его род.

Александр посмотрел на неё долгим, внимательным взглядом. Он искал в её глазах обман, детскую наивность, переоценку сил — но находил только холодный, острый ум. Такой же, как у его матери. Такой же, как у него самого в молодости.

— Ты уверена, что справишься? — спросил он, и в его голосе прозвучало не сомнение, а скорее усталое восхищение.

— А у меня есть выбор? — усмехнулась Диана. — Ты продаёшь меня за флот, отец. Я хотя бы хочу знать цену, за которую меня покупают.

Император вздрогнул, будто она ударила его. Но не ответил. Потому что она была права.

— Хорошо, — сказал он, и это слово далось ему тяжело. — Ты получишь должность. Главы Комитета по делам молодёжи и образованию. Формально — это не самый влиятельный пост, но я добьюсь, чтобы у тебя были полномочия инспектировать военные академии и влиять на распределение средств.

Диана чуть прищурилась — это было больше, чем она ожидала. Комментировать не стала, чтобы не спугнуть удачу.

— Автономию — даю. Личный эскорт — из моей гвардии, не из твоей. — Он поднял палец, предупреждая возражения. — Безопасность превыше всего, Диана. Ты моя дочь, и, если с тобой что-то случится, Ермолов потребует мою голову. А я не хочу её отдавать.

— Справедливо, — кивнула она.

— И последнее. — Александр взял её за руку — впервые за весь вечер, и его пальцы были тёплыми, почти отеческими. — Ты действительно не против? Не только потому, что так надо. А потому, что... потому что я не хочу видеть тебя несчастной.

Диана на секунду задумалась. Еврентий Ермолов. Она никогда с ним не встречалась, но успела собрать досье: учится неплохо, но не блестяще, вторая команда на курсе, тщеславен, обидчив, жаждет отцовского признания. Типичный младший сын, пытающийся вырваться из тени старшего брата. Таким легко управлять, если знать, какие кнопки нажимать.

— Я не против, — мягко сказала она, и впервые за вечер в её голосе не было цинизма. — Если он не будет мне мешать. И если он поймёт, что я — не его собственность, а его партнёр.

Император выдохнул — то ли облегчённо, то ли с горечью.

— Значит, решено. После отборочного турнира я организую вашу встречу. Посмотрим, подойдёте ли вы друг другу.

— Он подойдёт, — уверенно сказала Диана. — Я сделаю так, чтобы подошёл.

Она поднялась, поправила платье и вдруг, неожиданно для себя, наклонилась и поцеловала отца в щёку. Коротко, почти по-деловому, но он почувствовал тепло её губ и понял: она не злится. Она принимает правила игры. И это дорогого стоило.

— Спокойной ночи, отец, — сказала Диана и направилась к выходу.

— Спокойной ночи, — ответил он, глядя ей вслед. — Диана.

Она остановилась у двери, не оборачиваясь.

— Ты очень похожа на неё, — тихо сказал Александр. — И я горжусь этим.

— Я знаю, — ответила принцесса. — Поэтому и не злюсь на тебя.

Дверь закрылась, и Император остался один в комнате, где всё ещё пахло её духами — дорогими, с горьковатой ноткой иланг-иланга. Он допил зелёный чай, который уже остыл, и подумал о том, что, возможно, совершает ошибку. Впуская дочь в большую политику, он выпускал джинна из бутылки. А джинны, как известно, редко слушаются тех, кто их освободил.

Но у него не было выбора. Империя была под колоссальным давлением, и каждый союзник был на вес золота. Даже если этот союзник — его собственная шестнадцатилетняя дочь, которая, кажется, уже сейчас умеет просчитывать ходы лучше, чем иные генералы.

За окнами зимнего сада падал снег, и Диана, выйдя в коридор, позволила себе улыбнуться. Она получила то, что хотела. И даже немного больше.

Еврентий Ермолов, — подумала она, спускаясь по мраморной лестнице в свои личные апартаменты. — Посмотрим, что ты за зверь. И кто из нас будет водить другого на поводке.

Она уже знала ответ. Но хотела убедиться в этом лично.

---------------------------------------------

Дым от сгоревшего пиратского шаттла ещё не рассеялся, когда Еврентий Ермолов стянул шлем и вдохнул холодный, пахнущий озоном и горелым пластиком воздух. Его экзокостюм «Мститель» — индивидуальная разработка, стоившая больше, чем иной крейсер, — был покрыт копотью и свежими царапинами, но сам он не получил ни единой серьёзной травмы.

— Сектор зачищен, — доложил Денис Смирнов, псионик команды, выходя из облака пыли. Его телекинетический щит медленно угасал, оставляя за собой искажённый воздух. — Потери противника — тридцать семь единиц. Наши — лёгкие ранения.

— У Эльзы прострелено плечо, — добавил Сергей Логвинов, с ненавистью пнув обугленный труп пирата.

Еврентий кивнул, не оборачиваясь. Он смотрел на разрушенный ангар, на дымящиеся обломки кораблей, на тела врагов, которые его команда уложила за двадцать минут штурма. Операция прошла идеально. Лучше, чем можно было ожидать.

Но он не чувствовал удовлетворения.

— Командир, — Эльза Жилина, с перевязанным плечом, подошла к нему с планшетом. Её лицо было бледным, но голос — твёрдым. — Предварительные итоги: уничтожена база контрабандистов, освобождены десять заложников (все гражданские, не одарённые), захвачены архивы с данными о каналах поставки оружия в приграничные сектора. Командование оценивает результат на «A (Отлично)».

— На «отлично»? — переспросил Еврентий, и в его голосе прозвучала ледяная насмешка. — Этого мало.

— Чего? — не поняла Эльза.

— Я сказал, этого мало, — повторил он, резко развернувшись к команде. — Пока мы тут месили грязь, команда «Рокот» получила высшую оценку S. За какого-то пиратского инженера, которого они уделали чудом. И теперь академия трубит об этом на каждом углу.

Сергей сплюнул в сторону:

— Петров? Этот везунчик? Да он просто оказался в нужное время в нужном месте! Если бы на его месте был кто-то другой...

— Но на его месте был он, — отрезал Еврентий. — И теперь его морду показывают в новостях академии, а не нашу.

Он замолчал, потому что в этот момент его внутренний интерфейс завибрировал, оповещая о входящем вызове. Он взглянул на код доступа — личный, семейный, с наивысшим уровнем шифрования. Отец.

— Отойдите, — бросил он команде. — Я на связи пять минут.

Он отошёл в дальний угол ангара, где гул генераторов заглушал разговоры, и принял вызов.

Голограмма Александра Ермолова возникла перед ним — чуть выше роста, в безупречном костюме, с лицом, которое не выражало ровным счётом ничего. Это всегда пугало Еврентия. Отец был как статуя — холодный, мраморный, недосягаемый.

— Докладывай, — без приветствия сказал глава дома Ермоловых.

— Миссия выполнена. База контрабандистов в секторе «Енисей-7» уничтожена. Командование оценило результат на «отлично». Эльза ранена, но легко. Остальные в порядке.

— Хорошо. — Александр помолчал, и в этой паузе было что-то новое, непривычное. — Но я звоню не поэтому.

Еврентий напрягся.

— Я встречался с Императором, — продолжил отец. — Он дал предварительное согласие на твой брак с принцессой Дианой.

Воздух в ангаре стал вдруг тяжелее, будто кто-то увеличил гравитацию. Еврентий почувствовал, как земля уходит из-под ног, но удержался, не показывая эмоций.

— Согласие? — переспросил он. — То есть... это решено?

— Окончательное решение будет после вашей личной встречи. Но Император не стал бы соглашаться, если бы не планировал довести дело до конца. — Александр чуть склонил голову. — Ты понимаешь, что это значит, Еврентий?

Он понимал. Это означало, что его жизнь больше не принадлежит ему. Она принадлежит Империи, дому Ермоловых и теперь ещё и принцессе, которую он даже ни разу не видел.

— Понимаю, отец, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Надеюсь. — Александр сделал паузу, и в его глазах мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее одобрение. — Но понимать мало. Ты должен доказать, что достоин этого брака. Не мне — Императору. Академии. Всем, кто будет смотреть на вас.

— Каким образом?

— Отборочный турнир. — Отец произнёс эти слова так, будто они были высечены в камне. — Ты должен не просто выиграть. Ты должен сделать это красиво. Убедительно. Так, чтобы ни у кого не осталось сомнений: ты — лучший на своём курсе.

Еврентий сжал кулаки. Пальцы заскрежетали по броне перчаток.

— А если я проиграю?

— Не проигрывай, — жёстко ответил отец. — У тебя есть всё: ресурсы, тренеры, лучшее снаряжение, какое можно купить за деньги. Если ты не сможешь победить компанию аутсайдеров, то какой из тебя муж для принцессы?

— Я понял, отец.

— Проследи, чтобы команда была в идеальной форме. Я вложил в вас достаточно средств. Не разочаруй меня. — Александр сделал знак рукой, и голограмма начала меркнуть. — И ещё, Еврентий.

— Да?

— Принцесса Диана — непростая девушка. Говорят, она умна, амбициозна и не терпит, когда к ней относятся как к украшению. Будь с ней осторожен. И уважителей. Это не та женщина, которую можно купить титулом и деньгами.

Голограмма погасла, оставив Еврентия одного в полумраке ангара. Он стоял, глядя на пустое пространство, где только что было лицо отца, и чувствовал, как внутри закипает злость.

Злость на Петрова, который украл у него славу.

Злость на отца, который всегда ставил условия.

Злость на принцессу, которую он не просил, но которая теперь стала частью его судьбы.

Он медленно выдохнул и заставил себя успокоиться.

— Команда, ко мне! — крикнул он, и голос его прозвучал громко, властно, не терпя возражений.

Сергей, Денис и Эльза (чуть поодаль, с перевязанной рукой) подошли к нему.

— Что-то случилось? — спросил Денис, заметив его напряжение.

— Случилось, — ответил Еврентий, обводя их взглядом. — Но это не ваша забота. Ваша забота — турнир.

Он помолчал, давая словам осесть.

— Мы выиграем отбор. Не просто выиграем — раздавим всех. Я хочу, чтобы нас боялись. Чтобы при одном упоминании «Валькирии» у противников тряслись колени.

— А как же «Рокот»? — спросил Сергей, и в его голосе прозвучала неприкрытая ненависть.

— «Рокот» — это просто ступенька, — холодно ответил Еврентий. — Мы переступим через них, даже не заметив.

Эльза открыла было рот, чтобы что-то сказать, но передумала. Она знала своего капитана: когда он в таком настроении, лучше не перечить.

— Всем усилить тренировки. Вдвое. — Еврентий повернулся и направился к выходу из ангара. — И подготовьте мне досье на каждую команду из топ-8. Я хочу знать их слабые места до того, как они сами узнают о нашем участии.

— Есть! — ответили они хором.

Он вышел на свежий воздух, туда, где садилось холодное зимнее солнце, окрашивая снег в багряные тона. Где-то далеко, за горизонтом, находилась академия. И Петров.

Ты всего лишь временное раздражение, — подумал Еврентий, глядя на закат. Я жених принцессы. Моя судьба — трон. А твоя — быть забытым.

Он не знал, как сильно ошибался. И не мог знать, что Диана, о которой он думал как о награде, уже начала свою собственную игру — и в этой игре он был не более чем пешкой.

Но это открытие ждало его впереди. А пока — турнир. И шанс доказать всем, что он лучший.

-------------------------------------

Звёздное скопление «Аврора», система Аврора-5, дредноут «Пётр Великий»

Генерал-лейтенант Петренко стоял на командном мостике и смотрел на голографическую карту. Синие огни его кораблей — всего тысяча вымпелов — рассредоточились по орбите Нимбуса, прикрывая наиболее уязвимые сектора. Этого было мало. Катастрофически мало. Но Адмиралтейство твердило: резервов нет, держитесь сами.

— Товарищ генерал-лейтенант, входящий вызов от командующего флотом скопления «Аврора» адмирала Герасимова, — доложил офицер связи.

— На экран, — приказал Петренко.

Голограмма адмирала Герасимова возникла в центре мостика — массивная фигура в парадном мундире, с тяжёлым взглядом и седыми усами, которые он гордо носил ещё со времён академии. На вид адмиралу было под семьсот, но держался он так, будто собирался жить вечно.

— Здравия желаю, товарищ адмирал, — козырнул Петренко.

— Вольно, Павел Геннадьевич, — ответил Герасимов, и в его голосе прозвучали нотки, которые Петренко не мог распознать. То ли усталость, то ли что-то другое. — У меня для вас новости. Хорошие и плохие. С какой начинать?

— С плохих, товарищ адмирал. Хорошие сами себя переживут.

— Плохая новость: Подкрепления от Адмиралтейства не будет. Все резервы брошены на другие направления.

Петренко стиснул зубы. Он ожидал этого, но всё равно услышанное ударило больнее, чем хотелось бы.

— А хорошая? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Хорошая: вы получаете подкрепление. Три тысячи кораблей.

Петренко не поверил своим ушам.

— Три тысячи? Откуда, товарищ адмирал? Адмиралтейство же сказало...

— Адмиралтейство сказало, что у него нет резервов, — перебил Герасимов. — И это правда. Корабли, которые к вам идут — не флота. Они принадлежат дому Ермоловых. Его личная армия.

Воздух на мостике стал тяжелее. Петренко молчал, переваривая услышанное.

— И кто будет ими командовать? — наконец спросил он.

— Формально — вы, Павел Геннадьевич. Вы — старший по званию в секторе. — Герасимов сделал паузу. — Но неформально... будьте готовы к тому, что капитан флага Ермоловых будет отстаивать интересы своего хозяина. У них свои приказы, своя иерархия и, смею предположить, свои цели.

— Я понял, товарищ адмирал.

— Вы должны понимать: эти корабли — не подарок. Ермолов что-то получил взамен. Что именно — не моя забота. Моя забота — чтобы Нимбус не пал. Ваша — та же самая. Используйте эти силы с умом. И не допустите, чтобы они встали у вас на пути.

— Разрешите вопрос, товарищ адмирал?

— Задавайте.

— Как мне быть, если приказы Ермолова вступят в противоречие с моими?

Герасимов посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.

— Тогда вы будете решать, Павел Геннадьевич, что важнее: буква приказа или безопасность вверенного вам сектора. Я вам не завидую. Но я вам доверяю. Вы справитесь.

— Служу Империи, — ответил Петренко, хотя в душе не был уверен ни в чём.

— Конец связи.

Голограмма погасла, и Петренко остался один на мостике. Он подошёл к иллюминатору и посмотрел на Нимбус — серый шар, скрывающий под своей коркой величайшее открытие человечества.

— Три тысячи кораблей, — прошептал он. — И все — от человека, которому нет доверия.

Он знал Ермолова. Не лично, но понаслышке. Старый лис, который умеет ждать и наносить удар в самый неожиданный момент. Если он решил помочь, значит, ждёт чего-то взамен. Чего-то очень ценного.

— Что ты задумал, старый интриган? — спросил Петренко у пустоты.

Ответа не было.

Три часа спустя. Система Аврора-5, внешний периметр

Флот Ермоловых вышел из гиперпространства ровно в назначенное время — без опозданий, без суеты, будто они репетировали этот манёвр сотни раз.

Петренко смотрел на голографическую карту и не верил своим глазам. Три тысячи кораблей выстроились в идеальном боевом порядке: дредноуты в центре, крейсеры на флангах, эсминцы в авангарде. Ни одного лишнего движения. Ни одного корабля не на своём месте.

— Красиво, — невольно вырвалось у него.

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант, — ответил офицер разведки. — Флот вышколенный. Видно, что тренировались не один год.

— Кто командир?

— Адмирал Беркутов, товарищ генерал-лейтенант. Старый знакомый? — Петренко нахмурился. Он знал Беркутова. Лет двадцать назад они служили вместе в другом секторе. Беркутов был толковым офицером, но слишком гибким. Слишком умелым в политических играх. Именно таких Ермолов и приближал к себе.

— Свяжите меня с ним, — приказал Петренко.

Через минуту на экране возникло лицо адмирала Беркутова — подтянутого мужчины лет шестидесяти, с короткой седой щетиной и глазами, которые ничего не выражали.

— Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант, — козырнул Беркутов. — Адмирал Беркутов, командующий экспедиционным флотом дома Ермоловых. Прибыл для усиления вашей группировки.

— Вижу, — сухо ответил Петренко. — Докладывайте состав.

— Три тысячи двести кораблей, товарищ генерал-лейтенант. Из них — два дредноута, сорок крейсеров, двести эсминцев, остальное — корветы и истребители, транспортники. Личный состав — четыреста пятьдесят тысяч человек, включая десантные подразделения.

Петренко присвистнул про себя. Это была армия. Настоящая армия, способная не только обороняться, но и наступать.

— Принимаю под своё командование, — сказал он, хотя каждое слово давалось с трудом. — Вводите корабли в орбитальную группировку согласно стандартной схеме. Секторы ответственности получите через час.

— Есть, товарищ генерал-лейтенант.

Беркутов козырнул и исчез. Петренко ещё несколько секунд смотрел на пустое место, где только что было его лицо, затем повернулся к офицерам.

— Всем готовиться к приёму флота. Обеспечить интеграцию систем связи и боевого управления. Через шесть часов — учения по взаимодействию.

— Так точно! — ответили офицеры хором.

Они разошлись по своим местам, а Петренко снова остался один. Он смотрел на карту, где синие огни его кораблей медленно смешивались с жёлтыми огнями флота Ермоловых, и думал о том, что отныне его власть — не абсолютна.

Тем же вечером. Каюта генерала Петренко

Он сидел за столом и смотрел на стопку донесений, которую принёс адъютант. Разведка сообщала: Кворум и Штаты активизировались. Их разведывательные коробли открыто провоцируют их, то и дело шастая по их заднему двору

Он взял планшет и начал писать доклад Адмиралтейству, но через несколько строчек бросил. Бесполезно. Там уже знают всё, что нужно. И помощи не пришлют.

— Товарищ генерал-лейтенант, — в дверь постучали. — Вам письмо.

— Войдите.

Адъютант протянул ему запечатанный конверт — бумажный, что было редкостью в эпоху голографической связи. Петренко взял его, развернул и прочитал несколько строк, написанных каллиграфическим почерком:

«Уважаемый Павел Геннадьевич.

Надеюсь, мои корабли уже прибыли и встали под ваше командование. Знаю, вы не доверяете мне. Знаю, вы считаете, что я преследую свои цели. Возможно, вы правы.

Но сейчас речь идёт не о доверии. Сейчас речь идёт о том, сможем ли мы вместе защитить то, что дорого нам обоим.

Я не прошу вас верить мне. Я прошу вас использовать мои силы с умом. А когда всё закончится — мы поговорим.

Александр Ермолов».

Петренко перечитал письмо дважды, затем свернул и сунул в карман.

— Хитрый лис, — пробормотал он. — Даже когда помогает, умудряется ставить условия.

Он поднялся из-за стола, подошёл к иллюминатору и посмотрел на звёзды. Где-то там, за миллионы километров, враги готовились к атаке. А здесь, на Нимбусе, он готовился их встретить.

С чужим флотом. С чужими приказами. С чужой игрой, в которую его втянули против воли.

— Ничего, — сказал он вслух. — Справимся.

Он не был уверен в этом. Но выбора у него не было.

-------------------------------------

Илониус Максимус стоял у голографического стола, на котором разворачивалась трёхмерная карта системы Аврора-5.

— Связь с Августом, — приказал он.

Через минуту перед ним материализовалась голограмма Лоренса. Механик АА-ранга выглядел уставшим — под глазами залегли тени, на лице застыло выражение холодной сосредоточенности. Даже идеально отглаженный мундир не мог скрыть напряжения, которое чувствовалось в каждой линии его тела.

— Докладывайте, — без приветствия начал Илониус.

— «Эскадрон Сигма» готов к вылету, сэр, — ответил Лоренс. — Семьсот кораблей укомплектованы, вооружены и прошли финальную проверку. Личный состав — восемьдесят пять тысяч человек, включая десантные подразделения. Звёздные врата откалиброваны. Мы можем войти в систему Аврора-5 в течение пятнадцати минут после получения приказа.

Илониус кивнул, но его лицо оставалось непроницаемым.

— А что с разведкой? Что делают русские? Что делает Розетков? Что делают штаты?

Лоренс переключил карту, и на ней появились новые значки.

— Русские получили подкрепление от дома Ермоловых. Три тысячи двести кораблей под командованием адмирала Беркутова. Общая численность их группировки — около четырёх с половиной тысяч вымпелов. Они заняли оборонительные позиции вокруг Нимбуса и проводят учения по взаимодействию.

— Учения, — повторил Илониус с усмешкой. — Они готовятся к войне, а называют это учениями.

— Так точно, сэр. Кроме того, наши агенты сообщают: русские активировали протокол «Отчаянный». Нимбус заминирован. Если они поймут, что проигрывают, — уничтожат планету вместе со всем, что на ней есть.

Илониус стиснул зубы. Он ожидал этого, но услышанное всё равно было неприятно.

— А Розетков?

— Его флот по-прежнему не обнаружен, сэр. Но мы зафиксировали всплески энергии в секторе «Аврора-4», характерные для работы звёздных врат. С вероятностью восемьдесят процентов можно утверждать, что он уже перебросил свои силы в скопление и ждёт подходящего момента.

— Ждёт, когда мы ослабим друг друга, — мрачно сказал Илониус. — Старая тактика. Эффективная, но предсказуемая.

— Что касается американцев, — продолжил Лоренс, — их флот насчитывает пять тысяч кораблей. Основные силы сосредоточены на границе скопления «Сириус».

— Пять тысяч, — повторил Илониус. — Плюс русские — четыре с половиной. Плюс силы Кворума — три с половиной. Плюс Розетков — неизвестно, но думаю, не меньше тысячи. Итого почти четырнадцать тысяч кораблей в одном секторе.

Он покачал головой.

— Это не операция. Это самоубийство.

— Мы можем отступить, сэр, — осторожно предложил Лоренс. — Переждать, пока русские и американцы ослабят друг друга, и только тогда...

— Нет, — отрезал Илониус. — Если мы отступим, Розетков не упустит своего шанса. Он войдёт в систему первым, захватит комплекс и будет диктовать нам условия. Я не могу этого допустить.

Он прошёлся по кабинету, заложив руки за спину.

— Что с нашими агентами на Нимбусе?

— Они на месте, сэр. Ждут сигнала. Как только начнётся штурм, они заблокируют систему управления протоколом «Отчаянный» и откроют шлюзы для нашего десанта.

— А русские ничего не заподозрили?

— Нет, сэр. Наши агенты действуют под легендой. Они внедрились в комплекс несколько месяцев назад как технические специалисты. У них есть допуск ко всем ключевым системам.

Илониус остановился у иллюминатора и посмотрел на звёзды.

— Хорошо, — сказал он после долгой паузы. — Продолжайте подготовку. Я дам сигнал, когда придёт время.

— Слушаюсь, сэр.

— И, Август.

— Да, сэр?

— Берегите себя. Вы мне нужны живым.

Лоренс удивлённо поднял бровь — это было не похоже на Илониуса, который обычно смотрел на подчинённых как на расходный материал.

— Постараюсь, сэр, — ответил он и исчез.

Илониус остался один. Он подошёл к столу, налил себе виски, сделал глоток и подумал о том, что ставки в этой игре слишком высоки. Но отступать было некуда.

Территория Корпоративного Кворума, личный кабинет Дмитрия Розеткова. Тот же день

Розетков сидел в своём кресле из полированного титана и слушал доклад Матвея Максимова. Голограмма «Выжигателя мозгов» мерцала в полумраке кабинета, отбрасывая на стены причудливые тени.

— Докладывайте, — приказал Розетков, не поднимая головы от планшета.

— Все приготовления завершены, сэр, — ответил Максимов. — Наш флот — тысяча двести кораблей — находится в системе Аврора-4, замаскированный под астероидное поле. Звёздные врата готовы к переброске в любую точку скопления. Личный состав — сто пятьдесят тысяч человек, включая отряд спецназа «Призрак» под моим личным командованием.

— Сто пятьдесят тысяч, — повторил Розетков, откладывая планшет. — Маловато.

— Это лучшие из лучших, сэр. Каждый прошёл многолетнюю подготовку. Кроме того, у нас есть козырь, о котором не знают ни русские, ни американцы, ни даже наш «друг» Илониус.

Розетков поднял голову, и в его глазах вспыхнул интерес.

— Какой?

— Артефакт, который мы нашли на раскопках в скоплении «Екатерина», сэр. — Максимов сделал паузу, наслаждаясь эффектом. — Устройство, способное создавать локальный гравитационный коллапс. Если разместить его в центре вражеского флота, то практически гарантировано уничтожит большую его часть.

Розетков медленно выпрямился в кресле.

— Вы уверены, что оно работает?

— Мы провели три успешных испытания на безлюдных астероидах, сэр. Мощность — в рамках расчётных значений. Правда, для активации нужен одарённый не ниже А-ранга, способный контролировать гравитационные поля.

— У нас есть такой?

— Так точно, сэр. Майор Захаров, эспер, специализация — гравитация. Он уже включён в состав отряда «Призрак».

Розетков удовлетворённо кивнул.

— Хорошо. Что с противником?

— Русские получили подкрепление от дома Ермоловых, сэр. Три тысячи двести кораблей. Общая численность их группировки — около четырёх с половиной тысяч.

— Ермолов, — Розетков усмехнулся. — Старый интриган. Решил поддержать Императора в трудную минуту. Видимо, получил что-то взамен.

— Наши источники во дворце сообщают: Ермолов сватает своего сына за принцессу Диану. Император дал предварительное согласие.

— Вот оно что, — протянул Розетков. — Значит, он не просто так влез в эту авантюру. Он играет вдолгую.

— Что касается американцев, — продолжил Максимов, — их флот насчитывает пять тысяч кораблей. Они готовятся к удару, но пока не определились со сроками. Скорее всего, будут ждать, пока мы с Илониусом ослабим друг друга.

— А Илониус?

— Его «Эскадрон Сигма» — семьсот кораблей — уже рядом. Плюс основные силы Кворума — три тысячи кораблей — на границе сектора. Итого — три с половиной тысячи.

— Меньше, чем у русских, — заметил Розетков.

— Но достаточно для первого удара, сэр. Илониус не собирается воевать на уничтожение. Его цель — захватить комплекс и вывезти технологии. После этого он отведёт флот, предоставив русским и американцам разбираться между собой.

— Разумно, — кивнул Розетков. — Но мы не позволим ему этого сделать.

— Что прикажете, сэр?

— Ждите. Пусть Илониус начнёт первым. Пусть русские и американцы ввяжутся в бой. А когда они ослабят друг друга — мы нанесём удар. И не просто удар, Матвей. Уничтожим всё. Флот Илониуса, американцев, русских — всех, кто встанет у нас на пути.

— Понял, сэр.

— И ещё, Матвей. — Розетков поднялся из кресла и подошёл к иллюминатору. — Проследите, чтобы артефакт не попал в чужие руки. Если поймёте, что не сможете его вывезти — уничтожьте.

— Слушаюсь, сэр.

Голограмма погасла, и Розетков остался один. Он смотрел на звёзды и думал о том, что сейчас решается судьба не только Нимбуса, но и всего его дела. Если он победит — станет самым влиятельным человеком в галактике. Если проиграет...

Он не думал о проигрыше.

Звёздное скопление «Сириус», военная база ВКС Штатов «Форт Брэгг». Тот же день

Генерал Роджер Симонс стоял перед голографической картой и слушал доклад своей разведки. Полковник Джеймс Харрисон, начальник разведывательного управления, переключал слои информации, подсвечивая зоны концентрации вражеских сил.

— Русские получили подкрепление, генерал, — говорил Харрисон. — Флот дома Ермоловых — три тысячи двести кораблей — встал под командование генерала Петренко. Общая численность их группировки — четыре с половиной тысячи.

— Четыре с половиной, — повторил Симонс. — А где они взяли ещё?

— Это личная армия аристократического клана, сэр. Официально она не подчиняется Адмиралтейству, но на время кризиса передана в распоряжение Императора.

— Император, значит, — усмехнулся Симонс. — А я думал, у русских демократия.

— Это сложно назвать демократией, сэр, — ответил Харрисон. — Скорее, феодализм с космическими кораблями.

— Ладно, что ещё?

— Кворум тоже не сидит сложа руки. Основные силы — три тысячи кораблей — сосредоточены на границе сектора. Плюс «Эскадрон Сигма» — семьсот кораблей.

— Семьсот? — переспросил Симонс. — Этого недостаточно для полноценного удара.

— Согласен, сэр. Но у них есть преимущество: звёздные врата. Они могут перебросить подкрепление за считанные минуты.

— А Розетков?

— Его флот не обнаружен, сэр. Но мы зафиксировали аномалии в секторе «Аврора-4», характерные для работы звёздных врат. С вероятностью восемьдесят процентов можно утверждать, что он уже в скоплении и ждёт своего часа.

— Ждёт, когда мы ослабим друг друга, — сказал Симонс то, о чём думали все.

— Так точно, сэр.

Симонс замолчал. Он смотрел на карту, где красные, синие и жёлтые огни вражеских кораблей теснились вокруг Нимбуса, и чувствовал, как растёт напряжение.

— Что с нашими силами? — спросил он наконец.

— Пять тысяч кораблей, сэр, — ответил Харрисон. — Триста оперативников спецназа ранга A. Всё готово к вылету.

Симонс кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Продолжайте наблюдение. Докладывайте каждые шесть часов.

— Так точно, сэр.

Симонс остался один. Он подошёл к иллюминатору и посмотрел на звёзды.

— Скоро, — прошептал он. — Скоро всё решится.

Космическое Содружество, планета Новый Эдем, зал заседаний Совета.

Два дня спустя.

Мелл Адамс, Генеральный секретарь Космического Содружества, сидел во главе огромного круглого стола и слушал выступления представителей великих держав. Атмосфера была напряжённой — все чувствовали, что галактика стоит на пороге войны.

— Мы собрались здесь, чтобы обсудить кризис в звёздном скоплении «Аврора», — начал Адамс. — По нашим данным, в секторе сосредоточено более пятнадцати тысяч кораблей разных государств. Это беспрецедентная концентрация сил, которая может привести к полномасштабному конфликту.

Первым выступил представитель Российской Империи, Михаил Стрелков.

— Российская Империя проводит законную операцию по защите своих территорий, — твёрдо сказал он. — Скопление «Аврора» официально присоединено к Империи. Все корабли, находящиеся в секторе без нашего разрешения, являются нарушителями.

— Ваши «законные операции» угрожают стабильности всего Содружества, — парировал представитель Соединённых Космических Штатов, Джон Маккейн. — Вы стягиваете флот к границам других государств, проводите учения, которые можно расценить как подготовку к агрессии.

— А ваши пять тысяч кораблей на границе скопления «Сириус» — это что, мирная инициатива? — усмехнулся Стрелков.

— Это ответ на вашу агрессию, — отрезал Маккейн.

Адамс поднял руку, призывая к тишине.

— Господа, прошу соблюдать порядок. Мы здесь не для того, чтобы обвинять друг друга, а для того, чтобы найти решение.

В разговор вступил представитель Корпоративного Кворума, Майрон Старк.

— Кворум не заинтересован в эскалации конфликта, — сказал он своим бесстрастным голосом. — Мы хотим лишь одного: гарантий, что технологии, найденные на Нимбусе, не будут использованы во вред другим государствам.

— Какие технологии? — спросил Стрелков, и в его голосе зазвучала сталь. — На Нимбусе нет никаких технологий. Только археологические раскопки, не представляющие военной ценности.

— Тогда почему вы заминировали планету? — вкрадчиво спросил Старк.

В зале повисла тишина. Все взгляды устремились на Стрелкова.

— Это военная тайна, — холодно ответил он. — Я не уполномочен её обсуждать.

— Тогда мы не можем гарантировать, что наши корабли не войдут в скопление «Аврора», — сказал Маккейн. — Для нас безопасность Содружества важнее ваших «военных тайн».

— Это угроза? — спросил Стрелков, и его голос стал тише, но от этого только страшнее.

— Это предупреждение, — ответил Маккейн.

Адамс снова поднял руку.

— Господа, я прошу вас воздержаться от взаимных угроз. Сейчас наше главное — не допустить войны.

— Война уже началась, — тихо сказал представитель Союза Независимых Государств, Майкл Р-он Базе. — Просто в неё ещё никто не выстрелил.

В зале снова воцарилась тишина. Каждый из присутствующих понимал: переговоры бесполезны. Вопрос будет решаться не здесь, а там — на орбите Нимбуса, в холодном вакууме космоса, где сойдутся тысячи кораблей.

— Я объявляю перерыв, — сказал Адамс, поднимаясь. — Мы продолжим через час.

Он вышел из зала, и за его спиной сразу же начались шёпоты и споры. Настоящие решения уже принимались в других местах. А здесь была только видимость дипломатии.

Звёздное скопление «Аврора», система Аврора-5, дредноут «Пётр Великий».

Тот же вечер.

Петренко получил отчёт о заседании Совета Содружества и долго смотрел на него, не веря своим глазам.

— Переговоры провалились? — спросил он у офицера связи.

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант. Представители Штатов и Кворума заявили, что не исключают военного вмешательства.

Петренко выругался про себя.

— Приготовьте флот к бою, — приказал он. — И передайте адмиралу Беркутову: пусть его корабли займут позиции согласно плану обороны.

— Есть, товарищ генерал-лейтенант.

Петренко остался один. Он подошёл к иллюминатору и посмотрел на Нимбус — серый шар, который стал яблоком раздора для всей галактики. Он знал: скоро всё решится. И он был готов к любому исходу.

Глава 20

Высшая военная академия «Иволга», полигон для механиков

Воздух на полигоне пах горелым пластиком и металлом. Алекс стоял в центре огромной арены, его экзокостюм «Рокот-2» дымился в десятке мест, левая рука безвольно висела вдоль туловища, а из рассечённого шлема сочилась тонкая струйка крови, тут же застывающая на холоде.

Перед ним, в двадцати метрах, дымилась груда металлолома — всё, что осталось от боевого робота «Центурион».

Робот не вставал. Его оптические сенсоры погасли окончательно, а из разорванного энергоблока вытекала алая охлаждающая жидкость, смешиваясь с гидравликой и маслом.

— Поздравляю, курсант Петров, — раздался в динамиках голос профессора Жигловой. В нём, впервые за всё время, прозвучало нечто, отдалённо напоминающее уважение. — Вы справились.

Алекс медленно опустился на колени. Боль в левой руке стала невыносимой — виброклинок робота всё-таки достал его в последней атаке, пробив броню выше локтя. Но он выстоял. Он победил.

— Карма, — мысленно позвал он, — состояние?

— Многочисленные повреждения экзокостюма, сэр, — ответила нейросеть. — Целостность брони — 23%. Энергосистемы — 18%. Левая рука требует срочного медицинского вмешательства. Однако вы выполнили задачу. Робот уничтожен.

— Уничтожен, — повторил Алекс, и на его губах появилась слабая, но довольная улыбка.

Он с трудом поднялся и, шатаясь, направился к выходу с полигона. В шлюзовой камере его уже ждала профессор Жиглова — высокая, подтянутая, в своём неизменном экзокостюме цвета грозового неба.

— Вы меня удивили, Петров, — сказала она, помогая ему снять шлем. — Я не думала, что вы справитесь так быстро. Большинство курсантов вашего уровня сдаются после первой же попытки.

— Я не из тех, кто сдаётся, — ответил Алекс, морщась от боли, когда она обрабатывала его рану медицинским спреем.

— Вижу. — Жиглова усмехнулась. — Ладно, как договаривались. Вы получаете доступ к любым двум продвинутым знаниям на ваш выбор. Вы это заслужили.

Она достала из кармана небольшой кристалл-накопитель и протянула ему.

— Здесь список доступных баз знаний. Выбирайте. Но предупреждаю: некоторые из них требуют не только допуска, но и высокого уровня интеллекта. Вашего, надеюсь, хватит.

Алекс взял кристалл дрожащими пальцами и вставил его в порт на своём планшете. Список всплыл перед глазами:

Продвинутая микроэлектроника (Ур. 1) — требуемый интеллект: 25

Продвинутое программирование (Ур. 1) — требуемый интеллект: 25

Продвинутая робототехника (Ур. 1) — требуемый интеллект: 30

Продвинутая нанотехнология (Ур. 1) — требуемый интеллект: 35

Продвинутая кибернетика (Ур. 1) — требуемый интеллект: 40

Он не раздумывал долго. Две базы, которые откроют ему путь к способности «Усиленный взлом» и к более сложным механизмам. Две базы, которые стоят миллионы кредитов и годы учёбы.

— Микроэлектроника и программирование, — сказал он.

Жиглова одобрительно кивнула.

— Хороший выбор. Не самый очевидный для боевого механика, но... я вижу, вы знаете, что делаете.

Она коснулась своего планшета, и через секунду нейросеть Алекса оповестила:

...Получен доступ к базе знаний «Продвинутая микроэлектроника» (Ур. 1)... Изучить? Да/Нет...Получен доступ к базе знаний «Продвинутое программирование» (Ур. 1)... Изучить? Да/Нет

— Изучить, — мысленно скомандовал Алекс.

Информация хлынула в его сознание — схемы, коды, алгоритмы, архитектуры процессоров. Микросекунды, и он узнал больше, чем любой обычный инженер за всю жизнь.

...База знаний «Продвинутая микроэлектроника» изучены (Ур. 1)...База знаний «Продвинутое программирование» изучены (Ур. 1)...Получено 20 новых чертежей...Разблокирована классовая способность «Усиленный взлом» (Ур. 1)

— Теперь вы сможете взламывать достаточно продвинутые системы противника, — сказала Жиглова, наблюдая за его реакцией. — Дроны, турели, экзокостюмы — всё, что управляется электроникой. Но помните: это только первый уровень. Чтобы взламывать серьёзные системы, вам нужно прокачивать эти знания дальше.

— Я понимаю, — кивнул Алекс.

— И ещё, — она положила руку ему на плечо, и в её голосе впервые прозвучала мягкость, — вы молодец, Петров. Не каждый может победить «Центуриона» в одиночку. Ваши родители, где бы они ни были, могли бы гордиться вами.

Алекс не ответил. Он просто кивнул и, пошатываясь, направился к выходу с полигона. В голове уже роились мысли о новых чертежах, о том, как усовершенствовать свой костюм, о том, как использовать новые знания в бою.

Но отдых — сейчас было важнее всего.

Высшая военная академия «Иволга», главная площадь

Следующее утро

Холодный декабрьский ветер заставлял курсантов ёжиться в своих парадных мундирах. Над академией висело серое, низкое небо, обещавшее снегопад к вечеру. Но никто не обращал на это внимания.

Курсанты с первого по четвертый курс, замершие в ожидании. Перед ними, на импровизированной трибуне из голографических панелей, стояло руководство академии: директор генерал-майор Воронцов, его заместители, начальники факультетов.

— Вольно! — скомандовал Воронцов, и по рядам прошёл лёгкий шорох. — Курсанты, сегодня я вынужден сообщить вам крайне неприятную новость.

Он сделал паузу, обводя взглядом замершие лица.

— Отборочный турнир на Военные игры временно приостанавливается.

По рядам прокатился удивлённый гул.

— Тишина! — рявкнул Воронцов, и гул стих так же быстро, как и начался. — Причина — текущая обстановка в галактике. Как вы все знаете, на границах Империи назревает серьёзный конфликт. Корпоративный Кворум и Соединённые Космические Штаты стягивают флоты к нашему новому скоплению «Аврора». Ситуация критическая. Возможна война.

Он помолчал, давая словам осесть.

— Но мы не будем прятаться за стенами академии, пока другие защищают нашу Родину. Поэтому руководство приняло решение: любой курсант, желающий помочь, может подать добровольную заявку на участие в обороне скопления «Аврора».

Воронцов поднял руку, предупреждая вопросы.

— Это не будет просто галочкой в вашем личном деле. Участие в реальных боевых действиях зачтётся вам при распределении после выпуска, даст преимущество при поступлении на офицерские курсы и, конечно, будет оценено рейтинговыми баллами. Многочисленными баллами.

— Но вы должны понимать, — его голос стал жёстче, — это не игра. Это не учебная тревога. Те, кто подаст заявку, отправятся в зону реального конфликта. Будут рисковать своими жизнями. Сражаться с врагом, который не будет давать поблажек.

Он обвёл взглядом ряды курсантов.

— Поэтому решение должно быть осознанным. У вас есть сутки, чтобы обсудить это с командами и преподавателями. Завтра в это же время — финальный сбор. Список добровольцев будет передан в Адмиралтейство.

— Вопросы?

В передних рядах поднялась рука. Воронцов кивнул.

— Курсант Ермолов, слушаю.

Еврентий стоял с непроницаемым лицом, его голос звучал твёрдо и уверенно.

— Наша команда «Валькирия» готова подать заявку прямо сейчас. Мы не нуждаемся в раздумьях. Защита Отечества — наш долг.

По рядам прокатились одобрительные шепотки. Воронцов кивнул.

— Похвально, курсант. Но всё же рекомендую не торопиться.

— Я не тороплюсь, — ответил Еврентий, и в его голосе прозвучала сталь. — Я принял решение.

Он сел, и Воронцов перевёл взгляд на другие ряды.

— Ещё вопросы?

Рука поднялась снова. На этот раз — Клавдий.

— Товарищ генерал-майор, команда «Рокот» тоже готова подать заявку. Без раздумий.

Воронцов посмотрел на Алекса, сидящего рядом с Клавдием, и тот молча кивнул.

— Хорошо, — сказал директор. — Ещё желающие?

Один за другим поднимались руки. Команда за командой. Никто не остался в стороне.

К вечеру списки были готовы. Все шестнадцать команд из отборочного турнира подали заявки на участие. Курсанты, которые ещё неделю назад думали только о баллах и рейтинге, теперь готовились к войне.

Высшая военная академия «Иволга», кафе «Минутка»

Вечер того же дня

Команда «Рокот» сидела за своим привычным столиком в углу. Настроение было тяжёлым, даже Клавдий, вечный балагур и шутник, сегодня молчал, уставившись в свой стакан.

— Ну что, — нарушил тишину Алекс, обводя взглядом товарищей, — вы все слышали. Война. Настоящая. Не учения.

— Мы готовы, — ответил Зевс, и в его голосе впервые не было сомнений.

— Готовы ли? — спросила Оливия, и в её глазах блеснула та самая ярость, которая появилась после гибели отца. — Чёрт возьми, Алекс, мы должны быть там.

— Я знаю, — кивнул он. — Поэтому я и подал заявку.

Клавдий поднял голову и посмотрел на Алекса.

— Ты видел лицо Еврентия? Он так и светился, когда говорил о заявке. Ему лишь бы выслужиться перед папочкой.

— Пусть, — пожал плечами Алекс. — Если он будет сражаться — какая разница, что у него в голове?

— Ты слишком наивен, командир, — усмехнулась Оливия. — Он будет сражаться не за Империю, а за свою репутацию. Это разные вещи.

— Возможно, — согласился Алекс. — Но пока наши цели совпадают, я готов терпеть его рядом.

— А если нет? — спросил Зевс.

Алекс посмотрел на него долгим взглядом.

— Тогда мы будем действовать сами. Как всегда.

Он поднял стакан с тоником.

— За тех, кто вернётся.

Они выпили, и в этот момент в кафе вошёл старший лейтенант Красиков. Он оглядел зал, нашёл взглядом «Рокот» и направился к ним.

— Курсанты, — сказал он, не здороваясь, — я прочитал вашу заявку. Вы уверены?

— Более чем, — ответил Алекс.

— Хорошо. — Красиков выдохнул. — Тогда слушайте. Вы будете приписаны к моему кораблю. «Адельбарт» снова идёт в бой. Я хочу, чтобы вы были готовы.

— Мы всегда готовы, — ответил Клавдий, и в его голосе прозвучала та самая бравада, которая так бесила Оливию.

— Вот и отлично, — усмехнулся Красиков. — Тогда отдыхайте. Завтра — отправка.

Он развернулся и вышел так же быстро, как и появился.

Алекс смотрел ему вслед и думал о том, что их жизнь изменилась навсегда. Война — это не турнир. Там не будет ни перерывов, ни оценок, ни пощады.

— Ты чего задумался? — спросил Клавдий.

— О том, что мы слишком молоды для войны, — честно ответил Алекс.

— Молоды, — согласился Клавдий. — Но это не значит, что мы не готовы.

Они посмотрели друг на друга, и в их глазах было одно и то же: страх, решимость, надежда. И ещё — странное, необъяснимое чувство, что всё будет хорошо. Потому что по-другому быть не может.

Высшая военная академия «Иволга», комнаты общежития

Поздний вечер

Алекс сидел на кровати и смотрел в потолок. Левая рука всё ещё ныла, несмотря на медкапсулу, но это была не физическая боль. Это была боль от осознания того, что завтра они отправляются туда, откуда можно не вернуться.

— Карма, — мысленно позвал он.

— Слушаю, сэр.

— Что ты думаешь о нашем решении?

— Я не обладаю эмоциями, сэр, — ответила нейросеть. — Но я проанализировала доступные данные. Вероятность выживания вашей команды в предстоящем конфликте оценивается в семьдесят три процента.

— Всего семьдесят три?

— Это высокий показатель для боевых действий, сэр. Средняя выживаемость пехотных подразделений в аналогичных конфликтах составляет сорок один процент.

Алекс усмехнулся.

— Спасибо, успокоила.

— Всегда к вашим услугам, сэр.

Он лёг на кровать, закрыл глаза и попытался уснуть. Но сон не шёл.

Где-то там, за миллионы километров, собирались вражеские флоты. Где-то там решалась судьба Империи. Где-то там его ждали новые испытания.

Звёздное скопление «Аврора», система Аврора-5, дредноут «Пётр Великий»

Тот же вечер

Петренко сидел в своём кабинете, заваленном голографическими планшетами и отчётами. На столе дымилась очередная сигара, а в воздухе пахло усталостью. Последние сутки он почти не спал — подготовка к обороне Нимбуса требовала постоянного внимания, а тут ещё и это...

— Товарищ генерал-лейтенант, — раздался голос адъютанта из динамика, — срочное донесение из Адмиралтейства.

— На экран.

Голограмма вспыхнула, и Петренко увидел длинный список — сотни, тысячи фамилий. Он пробежался глазами по заголовку и не поверил себе.

— Что это? — спросил он, хотя уже догадывался.

— Список добровольцев из военных академий Империи, товарищ генерал-лейтенант, — ответил адъютант. — Всего около сорока тысяч курсантов. От самых младших курсов до выпускников.

Петренко откинулся в кресле и уставился в потолок. Сорок тысяч. Сорок тысяч мальчишек и девчонок, которые ещё вчера писали лекции и сдавали зачёты, а завтра должны были отправиться на войну.

— И что прикажете с ними делать? — спросил он, скорее риторически.

— Командование рекомендует, товарищ генерал-лейтенант, — голос адъютанта стал чуть тише, — задействовать их для усиления. Но... стараться избегать отправки на передовую в случае начала боевых действий.

— Ещё бы, — усмехнулся Петренко. — Будущая элита. Пушечное мясо им ни к чему.

Он снова посмотрел на список. Сорок тысяч имён. Сорок тысяч судеб. И каждое из них теперь лежало на его совести.

— Что с распределением?

— Предварительные данные уже поступили, товарищ генерал-лейтенант. Курсантов планируется распределить по тыловым подразделениям, службам связи, логистики, медицины. Часть — в десантные отряды второго эшелона. На передовую — только самых подготовленных, и то в исключительных случаях.

— Исключительных, — повторил Петренко. — Знаю я эти «исключительные случаи». Начнётся бой — все пойдут вперёд. И дети, и старики.

Он замолчал, разглядывая список, когда его взгляд зацепился за короткую пометку на полях: «Обратить особое внимание на следующих курсантов». Далее шёл перечень из нескольких десятков фамилий, отмеченных грифом «Совершенно секретно».

Петренко углубился в чтение. Большинство имён были ему незнакомы — одарённые из столичных академий, победители ведомственных соревнований, дети высокопоставленных чиновников. Но потом он увидел знакомую фамилию:

Ермолов Еврентий — курсант Высшей военной академии «Иволга», командир команды «Валькирия», ранг D. Особые отметки: сын главы дома Ермоловых, кандидатура рассматривается на должность командира сводного отряда добровольцев.

Петренко усмехнулся.

— Не удивительно, — пробормотал он. — Папенька уже позаботился.

Он пролистал дальше, и его взгляд снова остановился — на этот раз на другом разделе, помеченном ярко-красным:

Кандидаты для участия в проекте «Метаморф» (предварительный отбор)

Список был коротким — всего пятнадцать фамилий. Психологический портрет, показатели нейросети, уровень интеллекта и психической устойчивости. Петренко читал и чувствовал, как внутри поднимается глухое раздражение.

— Доктор Зацепин, — позвал он по внутренней связи.

— Слушаю, товарищ генерал-лейтенант, — раздался голос учёного.

— Вы видели список кандидатов для вашего проекта?

— Да, товарищ генерал-лейтенант. Изучаю прямо сейчас. Многие кандидатуры выглядят... перспективно.

— Перспективно, — повторил Петренко с горечью. — Зацепин, это дети. Курсанты. Им ещё жить и жить.

— Я понимаю, товарищ генерал-лейтенант, — голос учёного стал тише, но твёрже. — Но если мы не проведём эти испытания, то рискуем потерять всё. Технологии Нимбуса должны быть сохранены. А для этого нужны носители. Надёжные, психически устойчивые, с высоким потенциалом.

— И вы готовы отправить их на смерть? Вы ведь сами говорили: выживаемость — около тридцати процентов.

— Я говорил о предыдущих испытаниях, на преступниках, — поправил Зацепин. — С этой группой, подготовленной, обученной, с чистой генетикой... результаты должны быть лучше.

— Должны, — усмехнулся Петренко. — А если нет? Если они погибнут, как те, кто был до них?

В динамике повисла тишина. Затем Зацепин ответил — тихо, почти шёпотом:

— Тогда мы продолжим искать. Потому что другого выхода у нас нет.

Петренко не ответил. Он отключил связь и снова уставился в список, на этот раз вчитываясь в фамилии кандидатов.

Петров Алексей, 16 лет. Высшая военная академия «Иволга», механик D-ранга. Особые отметки: сирота, естественное пробуждение, высокий уровень интеллекта, повышенная психическая устойчивость, нестандартное тактическое мышление. Рекомендован преподавателями как перспективный кандидат.

Иванов Зевс, 17 лет. Высшая военная академия «Иволга», эспер D-ранга. Особые отметки: редкая способность «Молниеносные рефлексы» (А-ранг), выдающийся тактический ум, высокая психическая устойчивость, стабильный эмоциональный фон. Рекомендован в первую очередь.

Петренко остановился на этом имени и долго смотрел на него. Зевс Иванов. Сын генерала Иванова — того самого, с которым они вместе начинали службу много лет назад. Он знал отца Зевса — жёсткого, требовательного, порой жестокого. Но сын, по отчётам, был совсем другим: тихим, застенчивым, но с железным стержнем внутри.

— Иванов, — тихо сказал Петренко. — Твой отец, наверное, не представлял, кого растит.

Он пролистал список дальше.

— Ещё одна сирота, — вздохнул Петренко. — Война, как она любит собирать таких.

Он закрыл список, откинулся в кресле и потёр переносицу. Десятки тысяч курсантов, которых он должен был уберечь. И горстка кандидатов, которых, возможно, придётся отправить на смерть ради спасения других.

— Товарищ генерал-лейтенант, — снова раздался голос адъютанта, — приказ из Адмиралтейства: подготовить проект приказа о задействовании курсантов-добровольцев. Срок — до завтрашнего утра.

— Понял, — ответил Петренко. — Подготовлю.

Он взял чистый планшет и начал писать, стараясь, чтобы каждое слово было выверенным, каждое предложение — чётким и недвусмысленным.

Приказываю:

1. Добровольцев из числа курсантов военных академий распределить по тыловым подразделениям, службам обеспечения и связи.

2. Задействование курсантов в боевых действиях на передовой допускается только с моего личного разрешения и в исключительных случаях.

3. Командирам всех подразделений обеспечить максимальную безопасность курсантов-добровольцев, не допускать их участия в операциях, сопряжённых с высоким риском для жизни.

4. Особое внимание уделить кандидатам из прилагаемого списка (гриф «Совершенно секретно»). Их подготовку и медицинское обследование провести в приоритетном порядке.

Он поставил свою подпись, вставил кристалл с грифом секретности и отправил адъютанту.

— Готово, — сказал он. — Передайте в Адмиралтейство.

— Слушаюсь, товарищ генерал-лейтенант.

Петренко снова остался один. Он посмотрел на иллюминатор, за которым мерцали звёзды, и подумал о том, что судьба этих мальчишек и девчонок теперь в его руках.

Высшая военная академия «Иволга», комнаты общежития

Глубокий вечер

Алекс сидел на кровати и перечитывал приказ, который пришёл на его планшет. Курсантов-добровольцев распределяли по тыловым подразделениям. Им предстояло заниматься логистикой, связью, медицинской помощью. Не передовой. Не боем.

— Облом, — сказал Клавдий, заглядывая через плечо. — Мы что, на войну собрались, чтобы коробки перетаскивать?

— Не ной, — ответил Алекс, откладывая планшет. — Это приказ. Мы не имеем права его нарушать.

— Но мы же бойцы, чёрт возьми! — возмутился Клавдий. — Мы должны быть там, где стреляют!

— Будем, — спокойно сказал Зевс, сидевший в углу. — Рано или поздно.

Оливия молчала. Она смотрела в окно, на снег, который медленно падал с чёрного неба, и думала о своём.

— Ты как? — спросил её Алекс.

— Нормально, — ответила она, не оборачиваясь. — Думаю о том, что там, за горизонтом, уже собираются враги. И мы ничего не можем сделать.

— Можем, — сказал Алекс. — Мы можем готовиться.

Он встал с кровати и подошёл к окну, встав рядом с Оливией. Они стояли у окна и смотрели на падающий снег. Впереди была война. И никто не знал, кто вернётся, а кто останется навсегда в холодной темноте космоса.

Императорский дворец, Новый Санкт-Петербург

Тронный зал Императорского дворца сегодня выглядел иначе, чем обычно. Исчезли парадные кресла для почётных гостей, исчезли голографические фрески, изображающие величие Империи. Вместо них — длинный стол из полированного чёрного мрамора, вокруг которого собрались те, от кого зависела сейчас судьба государства.

Император Александр VII сидел во главе стола, его лицо было непроницаемо, как всегда, но в глазах читалось напряжение, которое он не мог скрыть даже от самых опытных придворных.

— Докладывайте, — приказал он, обводя взглядом присутствующих.

Первым поднялся министр обороны, генерал-фельдмаршал Алексей Разумовский — старый вояка с седой щетиной и единственным, оставшимся от былых сражений, кибернетическим глазом, который мерцал алым в полумраке зала.

— Ваше Величество, все силы Империи приведены в боевую готовность. Флоты— развёрнуты по всем ключевым направлениям. Армия— приведена в высшие степени боевой готовности. Системы ПВО и ПКО активированы на всех обитаемых планетах. Резервисты призваны.

— Как ситуация в скоплении Аврора? — спросил Император.

— Основной флот сосредоточен на позициях в скоплении «Аврора», Ваше Величество. Плюс флот дома Ермоловых — три тысячи двести кораблей. Этого достаточно, чтобы сдержать первый удар.

— Сдержать, — повторил Александр. — А не отразить?

Разумовский помолчал, затем ответил:

— Если противники объединятся, Ваше Величество, у нас будут проблемы. Кворум и Штаты вместе имеют значительное превосходство в кораблях. Это позволяем им спланировать разные стратегии нападения и зарезервировать дополнительные силы для дальнейшей атаки. Их задача все-таки не захватить скопление, а всего лишь захватить плацдарм на Нимбусе и успеть забрать самое ценное.

— Но они не объединятся, — вступил в разговор глава Имперской Службы Безопасности, Андрей Никольский. Его голос, низкий и спокойный, всегда действовал на присутствующих успокаивающе. — Наша разведка докладывает: между Кворумом и Штатами нет согласия. Каждый тянет одеяло на себя. Более того, внутри самого Кворума назревает раскол. Розетков не доверяет Илониусу, Илониус не доверяет Розеткову. Они скорее перегрызутся друг с другом, чем объединятся против нас.

— А что говорят аналитики? — спросил Император, поворачиваясь к главному советнику, Альберту Туманову.

Туманов, псионик S-ранга, молчал до этого, погружённый в свои мысли. Теперь он поднял голову, и его глаза, глубокие, как космос, встретились с глазами Императора.

— Аналитики говорят, Ваше Величество, что враги решили отложить начало конфликта. Ориентировочно — на неделю.

— Почему? — спросил Александр.

— Причин несколько. Во-первых, они не готовы. Кворум до сих пор не закончил калибровку звёздных врат. Штаты ждут подхода тяжёлых кораблей из других секторов. Розетков... Розетков, скорее всего, хочет, чтобы другие ослабили друг друга, и только потом нанести удар.

— Во-вторых, — продолжил Туманов, — они боятся. Наша группировка в «Авроре» оказалась сильнее, чем они ожидали. Прибытие флота Ермоловых стало для них сюрпризом. Они пересчитывают силы.

— В-третьих, — он сделал паузу, — они ждут сигнала от своих агентов на Нимбусе. Хотят, чтобы те заблокировали протокол «Отчаянный» до начала штурма.

— Значит, у нас есть неделя, — подвёл итог Император.

— Около того, Ваше Величество, — кивнул Туманов. — Может быть, чуть больше. Может быть, чуть меньше.

— Тогда мы используем это время, — твёрдо сказал Александр. — Усилить оборону Нимбуса высокоранговыми бойцами. И подготовить эвакуационные планы на случай, если что-то пойдёт не так.

Он обвёл взглядом присутствующих.

— Вопросы?

Вопросов не было.

— Тогда все свободны. Никольский, Туманов, останьтесь.

Когда дверь за остальными закрылась, Александр откинулся на спинку кресла и устало потёр переносицу.

— Андрей, — обратился он к Никольскому, — что скажешь про Ермолова?

— Хитрый лис, Ваше Величество, — ответил тот. — Он не просто так прислал свой флот. Он хочет получить доступ к технологиям Нимбуса. И руку вашей дочери.

— Я знаю, — кивнул Император. — Вопрос в том, можно ли ему доверять?

— Доверять? — переспросил Никольский. — Нет, Ваше Величество. Ермолову нельзя доверять. Но с ним можно иметь дело. Пока наши интересы совпадают.

— А если разойдутся?

— Тогда, Ваше Величество, мы будем готовы.

Император замолчал. Он знал, что Никольский прав. Но от этого знания было не легче.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Иди. Подготовь всё к моему завтрашнему обращению к нации.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Никольский вышел, и в зале остались только Император и Туманов.

— Альберт, — тихо сказал Александр, — что ты думаешь о нашем положении?

Туманов посмотрел на него долгим, внимательным взглядом.

— Думаю, Ваше Величество, что мы на пороге войны. Самой большой войны со времён Второй Космической. И никто не знает, чем она закончится.

— Но мы должны выиграть, — твёрдо сказал Император.

— Должны, — согласился Туманов. — Но для этого нам понадобятся не только корабли и солдаты. Нам понадобятся... другие ресурсы.

— Другие ресурсы? — переспросил Александр.

— Одарённые высоких рангов, Ваше Величество. S-ранга. А-ранга. Их боевая мощь может решить исход сражения. Особенно если противник тоже задействует своих.

— Ты думаешь, дойдёт до этого?

— Думаю, да, Ваше Величество. Если начнётся полномасштабная война, державы не постесняются использовать своё самое мощное оружие.

Император кивнул. Он знал, что Туманов прав.

— Хорошо, — сказал он. — Я подумаю над этим. Переброска большого количества одаренных не останется незамеченной и ослабит другие наши секторы

— Вам стоит поторопиться, Ваше Величество, — тихо сказал Туманов. — Времени осталось мало.

Планета-крепость «Терминус», штаб-квартира Корпуса Галактического Порядка

Тот же день

Райн Вилльямс, Верховный Командор Корпуса Галактического Порядка, сидел в своём кресле из цельного кристалла иридия и смотрел на голографическую карту, которая разворачивалась перед ним. Тысячи огоньков — корабли разных держав — теснились в звёздном скоплении «Аврора», готовые в любой момент вцепиться друг другу в глотку.

— Докладывайте, — приказал он.

Перед ним стояли трое его заместителей — Клэр Девис, Адам Смейстер и Хан Лунь. Их лица были напряжены, даже обычно бесстрастный Смейстер выглядел встревоженным.

— Ситуация критическая, Командор, — начала Клэр Девис, глава Отдела Расследований. — Кворум, Штаты и Россия стягивают к Нимбусу огромные силы. Если начнётся бой, он может перерасти в полномасштабную войну.

— А что делает Розетков?

— Ждёт, Командор, — ответил Смейстер. — Его флот затаился в системе Аврора-4. Он хочет, чтобы другие ослабили друг друга, и только потом нанести удар.

— Разумно, — кивнул Райн. — Но предсказуемо.

Он поднялся из кресла и подошёл к карте. Его фигура — двухсполуметровая, в безупречной форме цвета ночи — заслонила собой свет, и на мгновение в комнате стало темнее.

— У меня для вас новости, — сказал он, оборачиваясь. — Я принял решение. Я лично отправлюсь в скопление «Аврора».

В комнате повисла тишина. Даже Клэр, которая никогда не сомневалась в своём командире, выглядела обескураженной.

— Командор, это рискованно, — наконец сказала она. — Если что-то случится с вами...

— Если что-то случится со мной, — перебил Райн, — Корпус продолжит существовать. У вас есть чёткая иерархия, есть протоколы преемственности, есть силы, которые могут действовать без моего приказа.

Он сделал паузу, обводя взглядом подчинённых.

— Но если я не буду там, если державы решат открыто задействовать своих S-ранговых бойцов, катастрофы не избежать. Урон может быть колоссальным. Целые звёздные системы могут быть стёрты с карты галактики. Я должен быть там, чтобы контролировать степень этого ущерба.

— Я понимаю, Командор, — сказала Хан Лунь, — но вы же знаете, что русские, американцы и Кворум не подчинятся вашим приказам. Они сделают так, как им выгодно.

— Знаю, — кивнул Райн. — Но я могу быть свидетелем. И, если потребуется, я могу вмешаться. Не как политик, а как сильнейший боец в галактике.

Он посмотрел на свои руки — огромные, покрытые шрамами, способные одним движением разорвать броню линкора или остановить сердце целой армии.

— Меня боятся, — сказал он. — Меня боятся все. Даже S-ранги, даже главы государств, которые подписывают смертные приговоры тысячам людей. Мой ранг, моя сила, моя репутация — это оружие. И я должен использовать его, чтобы не допустить самого страшного.

— А если вас всё равно не послушают? — спросила Клэр.

— Тогда, — Райн усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья, — я покажу им, почему меня называют сильнейшим человеком в галактике.

Он повернулся к карте и коснулся планеты Нимбус.

— Подготовьте мой корабль. Я вылетаю через шесть часов.

— Слушаюсь, Командор, — ответили они хором.

Когда заместители вышли, Райн остался один. Он подошёл к иллюминатору и посмотрел на звёзды. Где-то там, за миллионы километров, собирались армады, готовые к уничтожению друг друга.

— Мир никогда не был прочным, — тихо сказал он. — Но иногда нужно напомнить людям, почему они его так боятся потерять.

Он стоял у окна, огромный, неподвижный, и в его глазах отражались огни далёких звёзд. Скоро он отправится туда, где решается судьба галактики. И сделает всё, чтобы эта галактика не сгорела в огне войны.

Звёздное скопление «Аврора», система Аврора-5, дредноут «Пётр Великий»

Два дня спустя

Петренко получил сообщение от разведки и долго смотрел на него, не веря своим глазам.

— Корпус Галактического Порядка направляет в скопление своего Командора, — сказал он офицеру связи. — Райн Вилльямс лично будет здесь.

— Это хорошая новость, товарищ генерал-лейтенант?

— Не знаю, — честно ответил Петренко. — С одной стороны, он может предотвратить самую страшную бойню. С другой — его присутствие может спровоцировать тех, кто боится его вмешательства.

— Что прикажете делать?

— Готовиться. Как всегда. — Петренко вздохнул. — Скоро всё решится. С ним или без него.

Звёздное скопление «Аврора», система Аврора-5, орбитальный транспортный узел «Перевал»

Декабрь 2560 года, четыре дня до предполагаемой атаки

Транспортный корабль «Енисей» вышел из гиперпространства в сотне тысяч километров от Нимбуса. Тысячи огней — военные корабли, транспортники, патрульные катера — мерцали в черноте космоса, создавая иллюзию огромного светящегося города, парящего в пустоте.

Курсанты стояли у иллюминаторов, глядя на это величие с замиранием сердца. Для большинства из них это был первый раз так далеко от дома. Первый раз на пороге настоящей войны.

— Ничего себе, — выдохнул Клавдий, прижимаясь лбом к холодному стеклу. — Здесь, наверное, кораблей больше, чем звёзд на небе.

— Примерно десять тысяч, — поправил его Зевс, который уже успел изучить все доступные данные. — четыре тысячи с небольшим — боевые, остальные — корабли поддержки и грузовые транспортники.

Он знал о Нимбусе больше, чем говорил. Слухи, обрывки информации, которые удалось собрать через свои каналы. Там, под поверхностью, скрывалось нечто, ради чего великие державы были готовы развязать войну.

— Интересно, куда нас распределят, — задумчиво произнёс Клавдий. — Я слышал, что самые везучие попадают на дредноуты.

— Ну мы должны на «Адельбарт» попасть, — сказал Алекс. — Красиков — нормальный мужик. С ним мы уже работали.

— Согласен, — кивнула Оливия. — Лучше свой корабль, чем новый, где неизвестно, что ждать.

Транспортник начал манёвр, пристыковываясь к огромной орбитальной станции. В динамиках раздался голос командира:

— Внимание, курсанты. Мы прибыли на «Перевал» — основной распределительный узел. Здесь вас встретят и направят к местам службы. Просьба сохранять порядок и не создавать толкучки.

— Пошли, — сказал Алекс.

Они вышли в шлюз, и поток курсантов двинулся к выходу. Десятки, сотни молодых лиц — взволнованных, испуганных, решительных. Все они были здесь по своей воле. Все они были готовы рискнуть.

В просторном зале прибытия их встретили офицеры с планшетами в руках.

— Фамилии? — спросил один из них, молодой лейтенант с усталыми глазами.

— Петров Алексей, Соколов Клавдий, Максимова Оливия, Иванов Зевс, — перечислил Алекс. — Команда «Рокот», Высшая военная академия «Иволга».

Лейтенант сверился со списком и нахмурился.

— Петров и Иванов, — сказал он. — Вас отдельно. Пройдите в сектор 7, там вас встретят. А вы, — он посмотрел на Клавдия и Оливию, — следуйте за мной.

— Почему отдельно? — спросил Клавдий, насторожившись.

— Не моё дело, курсант. Приказ сверху.

Алекс и Зевс переглянулись. В глазах друг друга они увидели одно и то же: недоумение и тревогу.

— Ладно, — сказал Алекс, пожимая руку Клавдию. — Встретимся позже. Держитесь там.

— И вы держитесь, — ответил Клавдий, стараясь, чтобы голос звучал бодро. — Не пропадайте.

Клавдий и Оливия ушли с лейтенантом, а Алекс и Зевс направились в противоположную сторону — в глубину станции, где коридоры становились уже, а освещение — тусклее.

— Что думаешь? — тихо спросил Зевс.

— Не знаю, — честно ответил Алекс. — Но мне это не нравится.

Сектор 7, орбитальная станция «Перевал»

Час спустя

Их провели через несколько зон безопасности, сканировали сетчатки, снимали отпечатки пальцев, проверяли нейросети на наличие жучков. Алекс чувствовал себя не курсантом, а каким-то секретным агентом.

Наконец, их привели в небольшую комнату без окон, с голыми металлическими стенами и длинным столом, за которым сидели ещё десять курсантов — парни и девушки, которых Алекс никогда раньше не видел. На вид им было от шестнадцати до двадцати, и все они выглядели так же растерянно, как и он сам.

— Садитесь, — сказал офицер, сопровождавший их, и указал на свободные места.

Они сели. В комнате повисла напряжённая тишина. Никто не решался заговорить первым.

Через несколько минут дверь открылась, и вошёл высокий, худощавый мужчина в белом халате поверх военной формы. Его лицо было бледным, с глубокими морщинами, а глаза — умные, пронзительные, но какие-то... больные, что ли.

— Меня зовут доктор Зацепин, — сказал он, обводя взглядом присутствующих. — Я главный научный руководитель проекта «Метаморф».

Он сделал паузу, давая им осмыслить услышанное. Затем подошёл к голографическому экрану и запустил презентацию.

— Несколько лет назад, при освоении скопления «Аврора», наши геологи обнаружили под поверхностью планеты Нимбус останки внегалактической цивилизации. Мы назвали её «Прародители». Их технологии превосходят всё, что человечество создало за всю свою историю. Но самая важная находка — это биосущность, которую мы назвали «Метаморф».

На экране появились изображения — сначала руины, затем странные металлические капсулы, затем что-то, напоминающее живую ткань, пронизанную серебристыми нитями.

— «Метаморф» — это не просто артефакт. Это инструмент эволюции. Он способен перестраивать человеческое тело на молекулярном уровне, наделяя носителя невероятной силой, скоростью и способностями. С его помощью одарённый может подняться на несколько рангов быстрее на порядки, сила способностей также значительно вырастает.

В комнате повисла тишина. Затем один из курсантов, здоровенный парень с короткой стрижкой, спросил:

— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. В чём подвох?

Зацепин посмотрел на него долгим взглядом.

— Подвох в том, что «Метаморф» нестабилен. Из семидесяти трёх испытуемых выжили только двенадцать. И даже у них процесс адаптации сопровождается тяжёлыми побочными эффектами.

— Так вы собираетесь ставить на нас опыты? — спросила девушка с длинными рыжими волосами, и в её голосе прозвучал гнев.

— Нет, — твёрдо ответил Зацепин. — Мы собираемся предложить вам участие в программе добровольной адаптации. Те из вас, кто согласится, пройдут тщательное медицинское обследование, психологическое тестирование и краткий курс подготовки. Только после этого, если все показатели будут в норме, мы проведём процедуру внедрения.

— И какой процент выживаемости сейчас? — спросил Алекс.

Зацепин помолчал, затем ответил:

— На последней партии, с учётом отбора и предварительной подготовки, — шестьдесят восемь процентов.

— Только двое из трёх выживают, — подытожил Зевс. — Это риск.

— Это война, молодой человек, — жёстко сказал Зацепин. — Завтра здесь может начатся бой, в котором погибнут тысячи. Вы можете погибнуть, даже не успев выстрелить. А можете стать первопроходцами и вписать себя в страницы истории.

Он обвёл взглядом комнату.

— Я не заставляю вас. Это добровольное решение. У вас есть сутки, чтобы подумать. А пока — вам покажут лабораторию, познакомят с процедурой и ответят на все вопросы.

Он вышел, оставив курсантов одних.

В комнате снова повисла тишина. Алекс посмотрел на Зевса. Тот был бледен, но спокоен.

— Ты знал об этом? — тихо спросил Алекс.

— Не то, чтобы что-то знал, — ответил Зевс. — Мой отец... недавно обмолвился, что на Нимбусе есть нечто, способное изменить ход войны, из-за чего и началась вся эта заварушка. Я не думал, что это связано с нами.

— А теперь?

— Теперь... — Зевс замолчал, собираясь с мыслями. — Теперь я не знаю.

Один из курсантов, темнокожий парень с короткой стрижкой, встал и направился к выходу.

— Я не собираюсь быть подопытным кроликом, — бросил он. — Пусть учёные сами проверяют на себе.

Он вышел, и за ним потянулись ещё несколько человек. В комнате осталось пятеро: Алекс, Зевс, рыжая девушка, здоровенный парень и ещё один курсант — невысокий, щуплый, с цепкими глазами.

— Остались только те, кто готов рискнуть? — спросила рыжая.

— Или те, кто хочет узнать больше, прежде чем отказаться, — ответил Алекс.

Он подошёл к ней и протянул руку:

— Алекс. Алексей Петров. Механик.

— Елена. Елена Соболева. — Она пожала его руку. — Эспер.

— Зевс, — представился Зевс. — Тоже эспер.

— Глеб, — кивнул здоровенный парень. — Боец.

— Тимофей, — сказал щуплый. — Псионик.

Они обменялись быстрыми взглядами.

— Что будем делать? — спросила Елена.

— Сначала — осмотримся, — ответил Алекс. — Узнаем, на что идём. Потом решим.

— Разумно, — кивнул Глеб. — Я с тобой.

Они вышли из комнаты и направились в лабораторию, где их уже ждал Зацепин.

Входной отсек станции «Перевал», зона распределения

Тот же день

Клавдий и Оливия ждали в длинной очереди, где офицеры распределяли курсантов по кораблям.

— Я волнуюсь за них, — тихо сказал Клавдий, поглядывая в сторону сектора 7. — Куда их забрали? Что с ними?

— Не знаю, — ответила Оливия, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Но они справятся. Алекс умный, Зевс — тоже. Они не пропадут.

— Надеюсь, — вздохнул Клавдий.

— Соколов Клавдий? — раздался голос офицера.

— Я, — отозвался Клавдий.

— Вы назначены на десантный корабль «Адельбарт», под командование старшего лейтенанта Красикова. Явитесь в ангар 17 через два часа.

Клавдий облегчённо выдохнул.

— Хорошо, — сказал он. — А Максимова Оливия?

— Максимова, — офицер сверился со списком, — тоже на «Адельбарт». Идите вместе.

Они отошли от стола, и Клавдий, наконец, улыбнулся.

— Хоть что-то хорошее, — сказал он. — Снова будем под командованием Красикова.

— И снова будем рисковать, — добавила Оливия.

— А без этого никак, — пожал плечами Клавдий. — Мы же бойцы.

Они направились к выходу, лавируя между толпами курсантов, офицеров и гражданских. Кто-то плакал, прощаясь с товарищами. Кто-то, наоборот, смеялся, пытаясь скрыть страх. Кто-то просто молчал, глядя в одну точку.

— Ты боишься? — спросил Клавдий, когда они остались одни в коридоре.

— Боюсь, — честно ответила Оливия. — Но не смерти. Я боюсь, что не смогу сделать то, что должна.

— Что ты должна?

— Защитить. — Она посмотрела на него. — Тебя, Алекса, Зевса. Всех.

Клавдий хотел что-то сказать, но передумал. Он просто кивнул и положил руку ей на плечо.

— Мы справимся, — сказал он. — Вместе.

Десантный корабль «Адельбарт», ангар 17

Два часа спустя

Клавдий и Оливия поднялись по трапу и оказались в знакомом ангаре. Всё было, как в прошлый раз: десантники в экзокостюмах, офицеры с планшетами, гул двигателей.

— Курсанты! — раздался знакомый голос.

Они обернулись и увидели старшего лейтенанта Красикова. Он был без шлема, и на его лице, обычно непроницаемом, промелькнуло что-то, отдалённо напоминающее улыбку.

— А, старые знакомые, — сказал он, подходя ближе. — Рад вас видеть. Где остальные?

— Их забрали куда-то в сектор 7, — ответил Клавдий. — Мы не знаем зачем.

Красиков нахмурился.

— Сектор 7, значит, — задумчиво произнёс он. — Понятно.

— Вы знаете, что там? — спросила Оливия.

— Догадываюсь, — уклончиво ответил Красиков. — Но это не ваша забота. Ваша забота — быть готовыми к бою. У нас через два дня учения, а через четыре — возможный контакт с противником.

— Поняли, — кивнул Клавдий.

— Хорошо. — Красиков хлопнул его по плечу. — Располагайтесь. Каюты те же, что и в прошлый раз. Оружие получите через час. И... — он помолчал, — берегите себя. Там, куда мы идём, легко не будет.

— Знаем, — сказала Оливия.

Они направились вглубь корабля, оставляя за собой гул двигателей и запах войны.

Секретная лаборатория «Метаморф», планета Нимбус, подземный комплекс «Дедал»

Тот же вечер

Алекс стоял перед прозрачной капсулой, в которой пульсировал образец «Метаморфа». Серебристые нити тянулись внутри, переплетаясь, создавая причудливые узоры. Это было красиво. И страшно.

— Что ты думаешь? — спросил Зевс, стоя рядом.

— Думаю, что нам нельзя этого сделать, — ответил Алекс. — Но и не можем отказаться.

— Почему?

— Потому что, если мы откажемся, кто-то другой согласится. И, возможно, этот кто-то будет не таким, как мы.

Зевс молчал. Он понимал, о чём говорит Алекс. Война меняет людей. Заставляет их принимать невозможные решения.

— Я согласен, — наконец сказал он. — Надо попробовать.

— Я тоже, — кивнул Алекс.

Они посмотрели друг на друга, и в их глазах было одно и то же: страх, решимость, надежда.

— Тогда идём, — сказал Алекс.

Они направились к выходу из лаборатории, где их ждал доктор Зацепин.

— Решили? — спросил он.

— Решили, — ответил Алекс. — Мы согласны.

— Хорошо, — кивнул Зацепин. — Тогда завтра начинаем подготовку.

Он проводил их до выхода и, когда дверь закрылась, долго смотрел им вслед.

— Надеюсь, я не совершаю ошибку, — тихо сказал он сам себе. — Надеюсь, они выживут.

Но ответа не было. Только гул лабораторного оборудования и тихий, едва уловимый пульс «Метаморфа».

Глава 21

Подземный комплекс «Дедал», планета Нимбус

Следующий день, 08:00 по местному времени

Алекс проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Он открыл глаза и увидел перед собой лицо Зевса — бледное, с красными от недосыпа глазами, но сосредоточенное.

— Вставай, — тихо сказал Зевс. — Нас вызывают.

— Который час? — спросил Алекс, садясь на койке.

— Восемь утра. Зацепин хочет начать тестирование.

Алекс кивнул, потёр лицо и начал натягивать форму. Ночь выдалась тяжёлой — он почти не спал, всё думал о предстоящем испытании. О том, что они добровольно согласились на эксперимент, который мог их убить. Или сделать сильнее.

Они вышли из отведённой им комнаты — крошечного помещения с четырьмя двухъярусными койками, где кроме них ночевали ещё трое добровольцев: Елена, Глеб и Тимофей. Все они уже были на ногах, собранные и напряжённые.

— Идём, — сказала Елена, и в её голосе не было страха. Только холодная решимость.

Они направились по длинному, тускло освещённому коридору в глубину комплекса. Вездесущий гул лабораторного оборудования, стерильный запах антисептиков, редкие фигуры учёных в белых халатах — всё это создавало атмосферу чего-то тайного, почти зловещего.

Наконец они оказались в большом зале, где их уже ждал доктор Зацепин. Вокруг него суетились ассистенты, настраивая оборудование, проверяя показатели на голографических экранах.

— Разделитесь по капсулам, — сказал Зацепин, указывая на пять прозрачных саркофагов, стоящих в ряд. — Первый этап тестирования — полное медицинское обследование. Выявим все скрытые патологии, генетические отклонения, уровень психической устойчивости.

— А потом? — спросил Глеб.

— Потом — стресс-тесты, психологические нагрузки, проверка совместимости вашей нейросети с образцом «Метаморфа». — Зацепин обвёл взглядом присутствующих. — Это займёт около шести часов. Постарайтесь расслабиться. Чем спокойнее вы будете, тем точнее будут результаты.

Алекс подошёл к ближайшей капсуле, снял куртку и ботинки и лёг внутрь. Стеклянная крышка закрылась с тихим шипением, и вокруг него заструился голубоватый свет.

«Начинаем сканирование», — раздался в голове механический голос нейросети комплекса.

Алекс закрыл глаза и постарался расслабиться, как советовал Зацепин.

Три часа спустя

— Петров, выходите, — раздался голос ассистента.

Алекс открыл глаза. Стеклянная крышка капсулы поднялась, и он, поморщившись от яркого света, выбрался наружу. Тело затекло, но чувствовал он себя неплохо — лучше, чем ожидал.

— Результаты? — спросил он, подходя к Зацепину, который изучал данные на голографическом экране.

— Впечатляющие, — ответил учёный, не отрывая взгляда от цифр. — Ваши показатели значительно выше среднего. Нейросеть стабильна, генетических отклонений нет, психическая устойчивость — в верхних пределах нормы. Вы подходите.

Алекс выдохнул — он даже не заметил, что задерживал дыхание.

— А остальные?

— У всех, кроме одного, тоже хорошие показатели, — Зацепин нахмурился. — Тимофей... у него нестабильный психоэмоциональный фон. Высокий уровень тревожности, склонность к паническим реакциям. Я не рекомендую его к участию.

Зацепин жестом подозвал Тимофея, который как раз выходил из своей капсулы.

Они отошли в сторону, и Алекс не слышал разговора, но видел, как лицо Тимофея сначала побледнело, потом стало красным, потом снова бледным. Псионик что-то резко ответил Зацепину, затем развернулся и вышел из зала, хлопнув дверью.

— Что случилось? — спросила Елена, подходя к Алексу.

— Его отстранили, — тихо ответил Алекс. — Слишком нестабилен.

— Жаль, — сказала Елена. — Он казался умным парнем.

— Умным, но неуравновешенным, — поправил её подошедший Глеб. — На войне такие опасны не только для врагов, но и для своих.

Они замолчали. В зале повисла напряжённая тишина.

Два часа спустя. Лаборатория психологического тестирования

Алекс сидел в кресле, к его голове были подсоединены сотни тончайших сенсоров, считывающих малейшие изменения мозговой активности. Перед ним на голографическом экране мелькали изображения — люди, места, символы. Нужно было быстро реагировать, принимать решения, выбирать.

— Тест на эмпатию, — раздался голос психолога из динамика. — Что вы чувствуете, глядя на это изображение?

На экране появилась фотография — разрушенный город, люди в слезах, дети, сидящие на руинах.

— Злость, — ответил Алекс, не задумываясь. — И желание наказать тех, кто это сделал.

— Агрессия — нормальная реакция, — прокомментировал психолог. — Но способны ли вы контролировать её?

— Да, — твёрдо сказал Алекс. — Я не убиваю без причины.

— Хорошо. Пойдем дальше.

Изображения сменяли друг друга. Алекс отвечал, чувствуя, как усталость наваливается всё сильнее. Но он держался — не позволял себе расслабиться, не позволял себе ошибиться.

Наконец, тестирование закончилось.

— Вы можете идти, Петров, — сказал психолог. — Результаты будут готовы через час.

Алекс кивнул, отключил сенсоры и вышел из комнаты. В коридоре его ждал Зевс — бледный, осунувшийся, но спокойный.

— Как ты? — спросил Алекс.

— Нормально, — ответил Зевс. — Но эти тесты... они выматывают.

— Ещё бы, — усмехнулся Алекс. — Они проверяют нас на прочность. Не физическую, а ментальную.

— Знаю. — Зевс помолчал. — Слышал про Тимофея?

— Да. Жаль парня.

— Может, оно и к лучшему, — тихо сказал Зевс. — Нестабильный псионик с «Метаморфом» — это бомба замедленного действия.

Тот же день, 16:00. Лаборатория Зацепина

Теперь уже четверо добровольцев — стояли перед доктором Зацепиным. Учёный держал в руках планшет, на котором светились результаты тестов.

— Итоги первичного отбора, — начал он. — Из шестнадцати кандидатов, присланных из академий, мы отобрали четырёх. Остальные не прошли по медицинским или психологическим показателям.

Он посмотрел на Алекса, Зевса, Елену и Глеба.

— Вы четвёрка лучших. Самые устойчивые, самые подготовленные, самые... перспективные.

— Теперь самое главное, — продолжил Зацепин. — Завтра в 09:00 мы начнём процедуру интеграции. Вы ляжете в криокапсулы, и в вашу кровь будет введён образец «Метаморфа». Процесс займёт от трёх до пяти часов. Всё это время вы будете в искусственной коме, чтобы организм не сопротивлялся.

— Что мы будем чувствовать? — спросил Глеб.

— Боль, — честно ответил Зацепин. — Сильную боль. Ваше тело будет перестраиваться на молекулярном уровне. Клетки будут разрушаться и восстанавливаться заново. Нервные окончания будут посылать сигналы SOS, которые ваша нейросеть не сможет заблокировать.

Он сделал паузу.

— Но если вы выдержите, если ваш организм примет «Метаморф», вы станете сильнее. Насколько — мы не знаем. На самом деле оптимально если вы получите не самое большое усиление сразу, так организму будет проще адаптироваться.

— А если не выдержим? — спросил Алекс.

— Тогда вы умрёте, — прямо сказал Зацепин. — Быстро и очень болезненно.

В комнате повисла тишина. Четверо курсантов смотрели на учёного, и в их глазах читалось одно и то же: страх и решимость.

— У вас есть ночь, чтобы подумать, — сказал Зацепин. — Завтра в 09:00 жду вас в операционной. Если кто-то передумает — я пойму.

Он вышел из комнаты, оставив их одних.

— Я не передумаю, — первым нарушил молчание Зевс. — Я готов.

— Я тоже, — сказала Елена.

— И я, — кивнул Глеб.

Все посмотрели на Алекса.

— Я с вами, — твёрдо сказал он. — До конца.

Они обменялись быстрыми взглядами. Они шли на смертельный риск, но они шли вместе.

Тот же вечер. Комната для отдыха

Алекс сидел на койке и смотрел в стену. Рядом возился Зевс, пытаясь настроить планшет, но связь с внешним миром была заблокирована — комплекс работал в режиме полной изоляции.

— Хотел бы я знать, что сейчас делают Клавдий и Оливия, — сказал Алекс.

— Я тоже, наверное, готовятся, — ответил Зевс. — Только к другому.

— К бою, — кивнул Алекс. — К настоящему бою.

— А мы готовимся к другому бою, — тихо сказал Зевс. — С самими собой.

Алекс посмотрел на него.

— Ты боишься?

— Боюсь, — честно ответил Зевс. — Но не смерти. Я боюсь, что изменюсь. Что перестану быть собой.

— «Метаморф» меняет тело, а не душу, — сказал Алекс. — По крайней мере, Зацепин так утверждает.

— А ты ему веришь?

Алекс помолчал.

— Не знаю, — наконец ответил он. — Но выбора у нас нет.

Они замолчали. Каждый думал о своём — о доме, о товарищах, о том, что ждёт их завтра.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказал Алекс.

Вошла Елена. Она была в форме, но без знаков различия — гражданская одежда, которую выдали им здесь.

— Не спится? — спросила она.

— Не спится, — ответил Алекс.

— Можно с вами?

— Садись.

Елена села на свободную койку и обвела взглядом комнату.

— У нас тут как в тюремной камере.

— Зато спокойно, — сказал Зевс.

— Слишком спокойно, — возразила Елена. — Как перед бурей.

— Перед бурей всегда тихо, — философски заметил Алекс.

Они помолчали. Затем Елена сказала:

— Я хочу, чтобы вы знали. Если завтра я не выживу... спасибо, что были рядом.

— Не говори так, — резко сказал Глеб, который вошёл незаметно и стоял в дверях. — Мы все выживем.

— Откуда такая уверенность? — спросила Елена.

— Если мы не выживем, кто тогда будет защищать Империю? — усмехнулся Глеб. — Старики, которые уже отвоевали своё? Или дети, которые даже оружие держать не умеют?

Он подошёл к ним и сел рядом.

— Мы — лучшее, что есть у страны. Молодые, сильные, умные. Нас нельзя терять. Поэтому мы выживем.

— Ты всегда такой оптимист? — спросил Алекс.

— Всегда, — кивнул Глеб. — Иначе зачем жить?

Они рассмеялись — негромко, но искренне. Впервые за этот долгий, тяжёлый день.

Операционная, комплекс «Дедал»

Следующий день, 08:45

Четверо курсантов стояли перед прозрачными капсулами, готовые лечь внутрь. Рядом суетились ассистенты, проверяя оборудование, настраивая датчики, калибруя нейросети.

Зацепин подошёл к ним, держа в руках планшет.

— Последний раз спрашиваю, — сказал он. — Вы уверены?

— Уверены, — ответил Алекс за всех.

— Тогда ложитесь.

Они разделись до нижнего белья и легли в капсулы. Стеклянные крышки закрылись с тихим шипением, и вокруг каждого заструился голубоватый свет.

— Начинаем, — сказал Зацепин и нажал кнопку.

В капсулы потек раствор с «Метаморфом» — серебристая жидкость, которая в считанные секунды проникла в кровь, в клетки, в самую суть их существования.

Первая боль была острой, как удар ножом. Алекс закричал, но звук не прошёл сквозь стекло. Его тело выгнулось дугой, пальцы впились в мягкую обивку капсулы, глаза закатились.

Он чувствовал, как что-то чужое, древнее, нечеловеческое входит в него, перестраивает его, ломает и создаёт заново.

«Держись», — успел подумать он перед тем, как сознание померкло. А потом была только тьма.

И боль. Бесконечная, всепоглощающая боль, от которой хотелось умереть.

Операционная, комплекс «Дедал», планета Нимбус

Тот же день, 10:47

Агония длилась вечность. Алекс лежал в прозрачной капсуле, и его тело сотрясали конвульсии. Серебристая жидкость — «Метаморф» — текла по венам, проникала в клетки, перестраивала их на молекулярном уровне. Каждое мгновение отдавалось взрывом боли, будто кто-то разрывал его изнутри и собирал заново.

Он не кричал. Не мог. Голосовые связки свело судорогой, а лёгкие отказывались принимать воздух. Только тихий, едва слышный хрип вырывался из горла, да пальцы впивались в мягкую обивку капсулы, оставляя глубокие борозды.

Держись, — приказывал он себе. — Держись, чёрт возьми.

Рядом, в соседних капсулах, так же мучились Зевс, Елена и Глеб. Их лица искажали гримасы боли, тела выгибались дугой, но никто не сдавался. Они были одарёнными — их устойчивость к боли превышала человеческую в разы. Но всё равно они оставались людьми. Им было больно. Очень больно.

— Показатели стабильны, — доложил ассистент, вглядываясь в голографические экраны. — Частота сердечных сокращений в пределах допустимого. Давление — чуть выше нормы, но в рамках прогноза.

— «Метаморф» проник в костный мозг, — добавил второй. — Начинается перестройка кроветворной системы.

Доктор Зацепин стоял перед центральным пультом, не отрывая взгляда от показателей. Его лицо было напряжённым, но спокойным — он видел такое уже не раз. Главное, чтобы не случилось отторжения. Главное, чтобы организмы приняли чужеродную сущность.

— Уровень эндорфинов?

— Зашкаливает, доктор. Организм пытается компенсировать боль.

— Это нормально, — кивнул Зацепин. — Продолжайте наблюдение.

Он перевёл взгляд на капсулу с Алексом и замер. Показатели мальчика были феноменальными — нейросеть работала на пределе, но не сбоила. Генетический код перестраивался, но не разрушался. Это было то, о чём он мечтал годами.

Идеальный носитель, — подумал Зацепин. — Если он выживет, результаты превзойдут все ожидания.

В этот момент его нейросеть оповестила о входящем вызове. Зацепин взглянул на код доступа и напрягся — генерал-лейтенант Петренко.

— Примите вызов, — сказал он ассистенту.

Голограмма Петренко возникла в углу операционной — уставший, с красными глазами и жёсткой складкой у рта.

— Доктор, — без приветствия начал генерал, — докладывайте.

— Эксперимент идёт по плану, товарищ генерал-лейтенант, — ответил Зацепин, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Показатели в пределах нормы. Устойчивость этих курсантов куда выше, чем у предыдущих испытуемых. Если всё пойдёт так же, через два-три часа процедура завершится.

— Хорошо, — кивнул Петренко, но в его голосе не было облегчения. — Но у меня плохие новости. Очень плохие.

Зацепин замер. Он знал этот тон — тон человека, который принёс весть о смерти.

— Есть подтверждённая информация, — продолжил Петренко. — В течение суток нас атакуют.

Воздух в операционной стал тяжелее. Даже ассистенты, занятые своими приборами, замерли, услышав эти слова.

— Сутки? — переспросил Зацепин. — Но разведка говорила еще есть время в запасе.

— Разведка ошиблась, — жёстко сказал Петренко. — Или, скорее, противник нас обманул. Они начали выдвижение раньше. Через двадцать четыре часа, максимум — тридцать шесть, флоты Кворума и Штатов будут здесь.

Он сделал паузу, давая учёному осознать услышанное.

— Поэтому слушайте мой приказ, доктор. Сразу после завершения эксперимента вы отправляете испытуемых в центральные миры. «Риглу» подготовили к эвакуации.

Зацепин не поверил своим ушам.

— «Ригла»? — переспросил он. — Разве этот артефакт смогли активировать?

Он знал о «Ригле» — устройстве, позволяющем мгновенно телепортировать объекты на гигантские расстояния. Это была одна из самых ценных находок на Нимбусе, но долгое время артефакт считался нерабочим. Предыдущие эксперименты позволяли перемещать только небольшие предметы на ограниченное расстояние — и то ценой колоссальных затрат энергии.

— Да, у нас получилось, — ответил Петренко, и в его голосе впервые за всё время разговора прозвучала гордость. — Наши инженеры довели технологию до ума. «Ригла» готова к работе. Мы сможем перенести порядка тысячи тонн груза и несколько сотен человек. Доктор, вы и ваши ассистенты вместе с материалами отправляетесь с испытуемыми.

— Но, товарищ генерал-лейтенант... — начал было Зацепин.

— Это приказ, — отрезал Петренко. — Я не могу рисковать вами и этими курсантами. Вы — будущее Империи. Ваши знания, ваши разработки, эти дети, которые проходят испытание — всё это важнее, чем любой корабль или даже сам Нимбус.

Он помолчал, затем добавил тише:

— Если мы удержим планету, вы вернётесь. Если нет — хотя бы вы сохраните то, что мы нашли.

Зацепин хотел возразить, но передумал. Он знал Петренко достаточно хорошо, чтобы понимать: спорить бесполезно.

— Понял, товарищ генерал-лейтенант, — сказал он. — Приказ будет выполнен.

— Хорошо. Конец связи.

Голограмма погасла, и в операционной снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь ровным гулом аппаратуры и приглушёнными стонами курсантов в капсулах.

— Доктор, — окликнул его ассистент, — у Петрова началась тахикардия.

Зацепин мгновенно переключился на экраны.

— Введите успокоительное, — приказал он. — Увеличьте подачу кислорода на пятнадцать процентов.

— Понял.

Он подошёл к капсуле Алекса и заглянул внутрь. Лицо парня было бледным, почти прозрачным, но глаза, хоть и закатившиеся, двигались — он был в сознании. Держался.

Он посмотрел на остальные капсулы. Зевс, Елена, Глеб — все они были на пределе, но никто не сдавался. В этих детях было что-то особенное. Что-то, чего не хватало предыдущим испытуемым.

Может быть, именно они станут теми, кого мы искали, — подумал учёный. — Теми, кто выдержит и станет сильнее.

Он вернулся к пульту и принялся изучать показатели, готовясь к следующему этапу процедуры. Времени оставалось всё меньше. И ставки становились всё выше.

Операционная, комплекс «Дедал»

Два часа спустя

— Процесс перестройки завершён на семьдесят процентов, — доложил ассистент. — Нейросети испытуемых адаптируются к новым условиям.

— Уровень отторжения?

— Минимальный. Ниже одного процента.

Зацепин кивнул, но не расслабился. Самый опасный этап был ещё впереди — интеграция «Метаморфа» в нервную систему.

— Начинайте второй этап, — приказал он.

Ассистенты засуетились, вводя новые препараты, регулируя подачу энергии. Капсулы засветились ярче, и стоны курсантов стали громче.

— Они не выдержат, — тихо сказал один из ассистентов, молодой парень, впервые участвовавший в таком эксперименте.

— Выдержат, — твёрдо ответил Зацепин. — Должны.

Он смотрел на экраны, где плясали графики жизненных показателей, и молился, чтобы его уверенность не оказалась ложной.

Капсула Алекса.

Тьма отступила. Алекс снова чувствовал своё тело — каждую клетку, каждый нерв, каждый миллиметр кожи. Но теперь это было другое тело. Чуждое. Незнакомое.

Он чувствовал, как «Метаморф» течёт по венам, как перестраивает мышцы, укрепляет кости, ускоряет нервные импульсы. Это было больно. Невыносимо больно. Но в этой боли было что-то ещё. Сила. Невероятная, всепоглощающая сила, которую он не мог контролировать, но которая была здесь, внутри него, готовая вырваться наружу.

Терпи, — приказал он себе. — Терпи, чёрт возьми. Ты не умрёшь здесь. Не сегодня.

Он стиснул зубы и заставил себя думать о Клавдии, об Оливии, о тех, кто ждал его там, наверху. О тех, кто верил в него.

— Я справлюсь, — прошептал он одними губами. — Я справлюсь.

И тьма снова накрыла его — но теперь это была не тьма смерти. Это была тьма рождения.

Операционная, комплекс «Дедал»

Час спустя

— Процесс завершён на девяносто пять процентов, — голос ассистента дрожал от волнения. — Все показатели в норме. Отторжения нет.

Зацепин выдохнул — он даже не заметил, что задерживал дыхание.

— Прекрасно, — сказал он. — Готовьтесь к пробуждению.

Он подошёл к капсуле Алекса и посмотрел на парня. Тот был неподвижен, но его лицо больше не искажала гримаса боли. Оно было спокойным. Почти безмятежным.

Ты сделал это, — подумал Зацепин. — Ты выжил.

— Доктор, — позвал ассистент, — связь с генералом Петренко. Срочно.

Зацепин принял вызов. Голограмма Петренко снова возникла в углу — ещё более уставшая, чем раньше.

— Доктор, через час начинаем эвакуацию, — сказал генерал. — «Ригла» активирована. Ваша группа — первая.

— Понял, товарищ генерал-лейтенант.

— И, Зацепин... — Петренко помолчал. — Берегите их. Эти дети — наше будущее.

— Обязательно, — ответил учёный. — Слово офицера.

Голограмма погасла, и Зацепин повернулся к ассистентам.

— Готовьте испытуемых к транспортировке. Через час мы улетаем.

— А как же Нимбус? — спросил молодой ассистент.

— Нимбус, — тихо сказал Зацепин, — теперь в руках солдат.

Он посмотрел на капсулы, где лежали будущие сверхлюди Империи, и подумал о том, что, возможно, именно они станут тем оружием, которое поможет победить в будущем.

Сознание возвращалось медленно, будто сквозь густую патоку. Алекс открыл глаза и несколько секунд моргал, привыкая к яркому свету операционной. Первое, что он почувствовал, было странным — боль отступила. Полностью. Будто её никогда и не было. Но вместо неё пришло другое ощущение.

Он был не один.

В его голове, на границе сознания, пульсировало чужое присутствие. Не голос, не мысль — скорее, смутное ощущение, будто кто-то смотрит на мир через его глаза, чувствует его чувства, дышит его лёгкими.

- Кто ты? — мысленно спросил Алекс.

Ответа не было. Только лёгкая вибрация на грани восприятия, будто что-то древнее, нечеловеческое прислушивалось, но не спешило отвечать.

Он перевёл взгляд на свои руки. Пальцы выглядели обычно — ни металлического блеска, ни серебристых нитей, которые он видел на голограммах «Метаморфа». Но внутри, глубоко под кожей, он чувствовал перемены. Клетки двигались быстрее, мышцы стали плотнее, нервные окончания — острее.

Потенциал, — понял он. — Мой потенциал стал чудовищным. Но само усиление…

Он чувствовал это. «Метаморф» спал внутри него, свернувшись тугим клубком нереализованной силы. То, что он получил сейчас, было лишь малой частью того, что сулил артефакт. Будто организм, приняв чужеродную сущность, заблокировал её, не давая раскрыться полностью.

— Карма, — мысленно позвал он. — Покажи мои характеристики.

Нейросеть отозвалась мгновенно:

Алексей Петров

Ранг: D+

Уровень мощности: 1850 Эл

Показатели:

Сила: 15 (+2)Интеллект: 32 (+2)Ловкость: 14 (+1)Выносливость: 16 (+1)Прочность: 12 (+2)Энергия: 48 (+35)Разум: 15 (+5)Свободные ОП: 8

Уровень: 15

— Всего лишь D+? — прошептал Алекс вслух. — Я получил всего один ранг?

Но цифры не врали. Прирост характеристик был скромным — за исключением энергии. Показатель энергии взлетел до небес, почти втрое превысив остальные параметры.

Странно, — подумал он. — Очень странно.

— Вижу, ты проснулся, — раздался голос доктора Зацепина.

Алекс повернул голову. Учёный стоял у пульта, его лицо было уставшим, но довольным. Он коснулся сенсорной панели, и стеклянная крышка капсулы с тихим шипением поднялась.

— Как себя чувствуешь? — спросил Зацепин, помогая Алексу выбраться наружу.

Ноги дрожали, но держали. Алекс сделал несколько шагов, привыкая к новым ощущениям.

— Странно, — честно ответил он. — Боль ушла, но появилось чувство… будто я не один. Будто в моей голове есть чьё-то присутствие.

Зацепин кивнул, не выказывая удивления.

— Это нормально. «Метаморф» — не совсем разумная сущность в привычном понимании. Скорее, в нём есть подобие программы, отголосок воли его создателей. Со временем это чувство пройдёт. Организм адаптируется, нейросеть научится блокировать фоновые сигналы.

— А если не пройдёт? — спросил Алекс.

— Тогда вы научитесь с этим жить, — твёрдо ответил Зацепин. — Как и с любой другой частью себя.

Он жестом пригласил Алекса следовать за ним. Они прошли к центральному пульту, где на голографических экранах отображались показатели всех испытуемых.

— Смотри, — Зацепин указал на цифры. — У Зевса схожая ситуация. Он получил больше тебя — прорвался в С-ранг, но его прирост тоже неравномерен. Основной скачок — по энергии и разуму.

— Глеб и Елена? — спросил Алекс.

— Они получили С+ ранг, — ответил учёный. — Их усиление более сбалансированное. Но потенциал… — он покачал головой, — их потенциал ниже твоего.

— Почему?

— Чем ниже изначальный прирост, тем больше будущий потенциал, — терпеливо объяснил Зацепин. — «Метаморф» не просто даёт силу. Он перестраивает организм для постоянного развития. Вы, Петров, получили меньше других, но ваша способность к росту теперь выше. Намного выше.

Он посмотрел Алексу прямо в глаза.

— Если вы выживете в ближайшие месяцы, если дадите «Метаморфу» время раскрыться, вы сможете достичь высот, о которых другие одарённые могут только мечтать.

— А если не выживу? — спросил Алекс.

Зацепин не ответил. Он просто отвернулся к пульту и начал отдавать распоряжения ассистентам.

В этот момент с другой капсулы раздался стон. Стеклянная крышка поднялась, и оттуда выбрался Зевс — бледный, мокрый от пота, но живой.

— Ты как? — спросил Алекс, подходя к нему.

— Странно, — ответил Зевс, морщась. — В голове будто кто-то есть. Чужой.

— Это пройдёт, — сказал Алекс, повторяя слова Зацепина.

— Надеюсь.

Они обменялись быстрыми взглядами, и в глазах друг друга увидели одно и то же — облегчение от того, что оба выжили, и тревогу от того, что ждало впереди.

— А где остальные? — спросил Зевс.

— Просыпаются, — ответил Зацепин, кивая на капсулы Глеба и Елены.

Действительно, через несколько минут оба курсанта открыли глаза. Глеб выбрался из капсулы сам, помогая Елене, которая всё ещё шаталась.

— С+ ранг, — сказал Глеб, изучая свои показатели. — Неплохо.

— С+, — подтвердила Елена, и на её губах появилась слабая улыбка.

Они стояли вчетвером — мокрые, бледные, но живые. Четверо курсантов, которые добровольно согласились на смертельный эксперимент. И выжили.

— Поздравляю, — сказал Зацепин, подходя к ним. — Вы прошли интеграцию. Теперь вы — носители «Метаморфа». Сильнее, быстрее, выносливее обычных одарённых. Но помните: это только начало.

Он обвёл их взглядом.

— Ваш организм должен привыкнуть к изменениям. Первые недели вы будете чувствовать усталость, головные боли, перепады настроения. Это нормально. Нейросеть поможет вам адаптироваться.

— А тренировки? — спросил Глеб.

— Тренировки — да, — кивнул Зацепин. — Но без фанатизма. Не перегружайте себя. Дайте телу время.

— У нас есть пятнадцать минут, — сказал он. — Собирайтесь. Мы эвакуируемся в центральные миры.

— Война уже началась? — спросил Алекс, хотя уже знал ответ.

— Скоро начнётся, — ответил Зацепин. — Поэтому давайте быстрее.

Они направились к выходу из операционной, оставляя за собой пустые капсулы и гул лабораторного оборудования. Алекс шёл последним, стараясь не отставать от остальных. Тело всё ещё слушалось плохо, но с каждым шагом становилось легче. Он посмотрел на свои руки, сжал и разжал кулаки. Энергия выросла втрое. А всё остальное — лишь на пару пунктов. Это странно.

— Ты чего отстал? — окликнул его Зевс.

— Иду, — ответил Алекс, ускоряя шаг.

Он догнал остальных, и они вместе вошли в лифт, который должен был доставить их на поверхность.

— Страшно? — тихо спросил Зевс, когда двери закрылись.

— Немного, — честно ответил Алекс. — Но не так, как раньше.

— Почему?

— Потому что теперь я знаю, что во мне есть сила. Даже если я не могу её полностью контролировать.

Зевс кивнул.

— У меня то же самое, — сказал он. — Я чувствую её.

Лифт остановился, двери открылись, и они вышли на поверхность Нимбуса. Серое небо, холодный ветер, пустынная равнина, уходящая за горизонт. И вдалеке — огромный силуэт «Риглы», готовой к эвакуации.

— Идём, — сказал Зацепин, направляясь к артефакту. — Нас ждут.

Они двинулись вперёд, оставляя за собой комплекс, где провели последние часы. Впереди была неизвестность.

Глава 22

Пентхаус Илонисуса Максимуса

Илониус Максимус сидел в своём кресле из полированного титана и смотрел многочисленные отчеты по ситуации в скоплении Аврора.Он сделал глоток виски — тридцатилетнего «Гленморэнгей Омега», — и поморщился. Напиток казался горьким, хотя обычно он наслаждался его вкусом.

План пошёл не так как хотеломсь, — думал он, прокручивая в голове события последних дней. — Тайной и стремительной операции не выйдет. Русские получили подкрепление. Американцы наращивают силы. Розетков затаился в тени.Он поставил бокал на стол и уставился в потолок.

Впрочем, не всегда всё идёт так, как хочется.Он знал, что ему нужен козырь. Что-то, что переломит ситуацию в его пользу. И он знал, к кому обратиться. Илониус набрал номер на коммуникаторе —который использовал только в самых крайних случаях. И принялся ждать.Прошла минута. Две. Три. Наконец, на пятой минуте, пространство перед ним исказилось. Воздух затрепетал, и из ниоткуда материализовалась голограмма — размытый силуэт в капюшоне, больше похожий на призрака, чем на человека.

— А я всё ждал, когда ты со мной свяжешься, — раздался голос — низкий, вкрадчивый, с едва уловимой насмешкой.

Илониус усмехнулся и сделал глоток виски.

— Хм, с чего бы это?

— Учитывая ситуацию в скоплении «Аврора», — ответил Тайный Мастер, — я уверен, что ты не можешь стоять в стороне. Но текущие обстоятельства явно не в твою пользу.

Илониус поставил бокал и посмотрел на голограмму. Он знал, кто скрывается за этим размытым силуэтом. Одарённый S-ранга, глава галактического чёрного рынка. Никто не знал его настоящего имени — только псевдоним, который внушал ужас даже самым смелым.

— Что ж, ты как всегда проницателен, — сказал Илониус. — Какова цена?

Тайный Мастер сделал паузу, наслаждаясь моментом.

— Ну, во-первых, двести кораблей, — начал он, и его голос стал деловым, почти скучающим. — Сорок стелс-корветов, сорок транспортников, восемьдесят эсминцев, тридцать крейсеров, восемь линкоров и два дредноута.

Илониус даже не поморщился.

— Хм... Хорошо, — кивнул он.

— Во-вторых, — продолжил Тайный Мастер, — я хочу знать о результатах исследований полученных тобой артефактов. И позаимстовать некоторые результаты твоих экспериментов.

— Что ещё? — спросил Илониус, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Будешь должен мне услугу, — спокойно ответил Тайный Мастер. — Одну. Когда я скажу.

Илониус прищурился.

— Твои запросы не слишком ли велики? То, что ты S-ранга, не должно позволять тебе затмевать рассудок.

Он не боялся собеседника. Опасался — да. Но не боялся. Слишком долго они знали друг друга, слишком много сделок провели вместе.

В ответ Тайный Мастер улыбнулся — Илониус увидел край его губ под капюшоном.

— Брось, мы же с тобой давно знакомы. И ты знаешь, что я не стану просить чего-то, выходящего за рамки.

Илониус замолчал, обдумывая предложение. В текущих обстоятельствах у него и правда не было выбора. Его люди — лучшие из лучших, отобранные лично им, — всё равно не могли гарантировать успех. Конкурентов было слишком много. Слишком многие хотели заполучить технологии Нимбуса.

Но Тайный Мастер может, — подумал он. — Его способности уникальны. Он может проникнуть туда, куда никто не сможет. Он может выполнить задачу.

— Ладно, — наконец сказал Илониус. — Договорились.

Он сделал ещё один глоток виски.

— Однако тебе должно быть известно: глава Галактического Порядка будет там. Райн Вилльямс лично. Ты справишься с ним? Да и явно он будет не единственным S-рангом.

Тайный Мастер покачал головой.

— Конечно, в прямом бою я ему не соперник. — В его голосе не было стыда — только констатация факта. — Но мне незачем с ним драться. Тебя ведь интересует сам подземный комплекс? Я доставлю тебе его на блюдечке. Детали тебя волновать не должны.

Илониус кивнул. Он знал, что Тайный Мастер не болтает попусту. Если он берётся за дело, он его выполняет.

— В таком случае мои люди свяжутся с тобой, — сказал Илониус. — Мы начнём в ближайшие сутки.

— Жду, — ответил Тайный Мастер.

Голограмма погасла, и Илониус остался один.

Он откинулся в кресле и уставился в потолок.

Тайный Мастер, — подумал он. — Единственный эспер такого ранга со способностью управлять временем и пространством. Хотя есть некоторые способы ему помешать, полностью заблокировать его способности нет возможности ни у кого в галактике.

Он знал историю этого человека. Тайный Мастер был объявлен вне закона сотни лет назад. Но даже Галактический Порядок ничего не мог с ним сделать. Его база находилась в неисследованных частях галактики, за пределами досягаемости патрулей. А сам он был слишком быстр, слишком неуловим, чтобы его можно было поймать.

Амбициозный. Жадный. Беспринципный, — перечислял про себя Илониус. — Только такой человек и смог бы поднять под себя галактический чёрный рынок.

Он допил виски, поставил бокал на стол и подошёл к окну. Надеюсь, я не совершаю ошибку, — подумал Илониус. Но он знал, что выбора у него нет. Слишком много поставлено на карту.

---

Где-то в скоплении Аврора. Тот же вечер

Тайный Мастер отключил связь и откинулся на спинку кресла. Его кабинет находился на борту флагманского корабля «Бэйлор» — единственного в своём роде судна, изготовленного под заказ

Он улыбнулся.

Илониус клюнул, — подумал он. — Как и ожидалось.

Он знал, что глава «X-Space» отчаянно нуждается в победе. Слишком много ресурсов вложено в эту авантюру. Слишком много репутации поставлено на кон.

И я получу своё, — пообещал он себе.

Он посмотрел на свои руки — обычные, человеческие руки, которые могли останавливать время и сворачивать пространство.

Скоро, — подумал он. — Скоро я получу доступ к технологиям Нимбуса. И тогда...

Он не закончил мысль. Не потому, что не знал ответа, а потому, что не хотел загадывать.

Война только начиналась. И в этой войне побеждал не тот, у кого больше кораблей, а тот, кто лучше умеет ждать. Тайный Мастер умел ждать. Он ждал годами. И теперь его час настал.

Личный кабинет Дмитрия Розеткова

Розетков сидел в своём кресле и нервно перебирал руками. Он не пил. Он не курил. Он просто сидел и думал. Илониус наверняка уже что-то задумал, — размышлял он, прокручивая в голове возможные ходы конкурента. — Этот старый лис никогда не полагается только на свои силы. У него всегда есть козырь в рукаве.

Розетков знал, что его собственные приготовления должны были гарантировать по крайней мере семьдесят процентов успеха. Спецгруппа «Кинжал» — лучшие из лучших, отобранные лично Матвеем Максимовым. Флот — из лучших кораблей, которые только можно построить. Артефакт, способный блокировать пространство в определенном радиусе.

Но он понимал: остальные тоже не будут расслабляться.

Илониус наверняка припас какой-то сюрприз. Американцы тоже не дураки. А этот выскочка Петренко...

Он покачал головой.

Нужно быть готовым ко всему.

Поэтому он решил задействовать свои самые скрытые козыри. То, о чём не знал никто. Даже его ближайшие союзники. Розетков коснулся сенсорной панели на столе, и перед ним вспыхнул зашифрованный канал связи. Он ждал недолго — всего несколько секунд.

На голографическом экране появилось лицо. Молодое, красивое, с правильными чертами и холодными, ничего не выражающими глазами. Цезарь. Его тайный подчинённый. Одарённый S+ ранга, о котором не знал никто в галактике.

— Мастер, — поприветствовал Цезарь, и его голос был спокоен, почти безразличен.

— Это твоё первое задание такого уровня, — сказал Розетков, глядя прямо в глаза своему самому опасному оружию. — Я возлагаю на тебя большие надежды.

— Я вас не подведу, — ответил Цезарь, и в его голосе не было хвастовства — только холодная уверенность. — Все наши люди проинструктированы и ждут моей команды.

Розетков кивнул. Он знал, что Цезарь не подведёт. Этот парень был его самым тщательным проектом — выращенный в секретной лаборатории, обученный лучшими наставниками, усиленный редчайшими артефактами и технологиями.

Он — моё главное оружие, — подумал Розетков. — И о нём никто не знает.

— Хорошо, — сказал он вслух. — После активации «Жнеца» у вас будет ровно час. Вы должны успеть забрать как можно больше, но не будьте слишком жадными. Через пятьдесят минут после активации уходите в назначенную точку.

Цезарь кивнул.

— Принял, мастер. Ждите меня с подарком.

Связь прервалась, и Розетков откинулся на спинку кресла.

«Жнец», — подумал он, и на его губах появилась довольная усмешка. — Никто не ожидает такого.

«Жнец» был особым артефактом, которой Розетков получил совсем недавно — в результате одной очень дорогой и очень секретной сделки. Оно могло блокировать пространство в определённой области, создавая непроницаемый барьер, который невозможно было преодолеть.

Технология ещё не была совершенной. Она требовала колоссальных затрат энергии, работала ограниченное время и могла быть разрушена изнутри при достаточном уровне мощности. Но у неё было одно неоспоримое преимущество: никто не мог обойти эту блокировку.Даже S-ранг.

Конечно, заблокировать флот — лишь первый шаг, — размышлял Розетков. — На планете скорее всего будет как минимум один S-ранг. Возможно, даже два. И куча других сильных одарённых. Их не заблокируешь «Жнецом».Но именно здесь в игру вступал Цезарь.

Розетков снова активировал голографический экран и вызвал досье на своего тайного агента.

Цезарь

Ранг: S+

Класс: Псионик

Ултимативная способность: Массовая галлюцинация

Розетков читал эти строки в сотый раз, но каждый раз испытывал гордость.

Его способность может действовать даже на других S-рангов, — думал он. — Конечно, она не могла помочь быстро убить таких мощных одаренных, но ввести в заблуждение - легко.

Принцип был прост: Цезарь внушал жертвам идею о том, что они активно сражаются с врагом. В то время как на самом деле враги стояли как истуканы, ничего не подозревая, сражаясь лишь в своем разуме.Стоит Цезарю атаковать вражеского S-ранга — и иллюзия рассеется, — знал Розетков. — Но этого и не требовалось.

Ему не нужно было убивать S-рангов. Ему нужно было, чтобы они отвлеклись. Чтобы они потратили время и силы на борьбу с призраками, пока его люди проникают в комплекс и забирают самое ценное.

К тому моменту, когда они поймут, что их обманули, мы уже будем далеко, — подумал Розетков.

Илониус думает, что он самый умный, — усмехнулся он про себя. — Американцы думают, что у них самая мощная армия. Русские думают, что они непобедимы.

Он покачал головой.

Но они ошибаются. Потому что у меня есть то, чего нет у них.

Он повернулся к столу, взял бокал с соком (он никогда не пил алкоголь перед важными операциями) и сделал глоток.

Секретный комплекс «Тень» в скоплении Аврора, базирование отряда «Призрак»

Тот же вечер

Цезарь стоял перед строем своих людей — ста лучших оперативников, отобранных лично Розетковым. Каждый из них был одарённым не ниже A-ранга. Каждый прошёл многолетнюю подготовку. Каждый был готов умереть по приказу.

Он обвёл взглядом строй.

— У нас будет ровно час. За это время мы должны проникнуть в комплекс, забрать всё, что сможем унести, и уйти. Никакого героизма. Никаких задержек. Время — наш главный враг.

Проверьте оборудование. Выступаем через три часа.

— Так точно! — ответили оперативники хором.

Цезарь кивнул и жестом отпустил их.

Когда ангар опустел, он остался один. Он подошёл к иллюминатору и посмотрел на звёзды.

Мастер доверяет мне, — подумал он. — Я не могу его подвести.

Он знал, что его способность — не идеальна. Она требовала колоссальной концентрации, работала ограниченное время и могла быть разрушена, если кто-то из противников подвергнется физическому воздействию.

«Но этого достаточно», —сказал он себе. — Этого должно быть достаточно.

Он повернулся и направился к выходу.

Времени оставалось всё меньше.

Японская Империя, дворец Императора, город Киото

За восемь часов до предполагаемой атаки

Тронный зал Императорского дворца в Киото не был похож на парадные залы других галактических правителей. Здесь не было ни вычурной позолоты, ни гигантских голографических экранов, ни массивных тронов из драгоценных металлов. Всё было выдержано в традиционном японском стиле — лаконично, изящно, со вкусом.

Стены из тёмного полированного дерева, тонкие шёлковые свитки с каллиграфией, идеально ровный каменный пол. Воздух был наполнен тонким ароматом сандала и старой, неспешной власти.

Император сидел на невысоком троне из чёрного камня, его лицо было непроницаемо. Рядом с ним, на почтительном расстоянии, стояли его ближайшие советники и военачальники.

— Текущая обстановка в галактике очень помогает нам, — сказал Куросава, главный помощник Императора, его голос был ровным и спокойным. — Гайдзины вот-вот начнут войну между собой, и до нас никому не будет дела. Это позволит нам развиваться в ускоренном темпе.

Император медленно кивнул, но в его глазах читалась тревога.

— Всё же мне тревожно, — сказал он, и его голос был тихим, но каждое слово в нём имело вес приказа. — СНГ может под шумок попытаться развязать с нами войну. Пока другие гегемоны заняты дележом инопланетных побрякушек, наши старые «союзники» могут решить, что настал удобный момент для мести.

Главнокомандующий вооружёнными силами Японской Империи, адмирал Ямамото, сделал шаг вперёд. Это был высокий, подтянутый мужчина лет шестидесяти, с короткой седой стрижкой и острым, пронзительным взглядом. Его мундир был безупречен, а на груди сверкали ордена, полученные в многочисленных кампаниях.

— Им же будет хуже, Ваше Величество, — твёрдо сказал он. — Наши войска хорошо мотивированы. Наши корабли лучше. Мы сможем поставить их на место.

Он сделал паузу, затем продолжил:

— Корабли Кворума, которые мы получили по договору, уже интегрированы в наш флот. Плюс наши собственные разработки. Мы готовы к любой агрессии.

Император посмотрел на него долгим, внимательным взглядом.

— Вы уверены, адмирал?

— Абсолютно, Ваше Величество. — Ямамото выпрямился ещё больше. — За последние месяцы мы провели три крупных учения. Наши экипажи показали высочайший уровень подготовки. Системы ПВО и ПКО развёрнуты на всех обитаемых планетах. Резервисты приведены в боевую готовность.

— А что с разведкой? — спросил Император, поворачиваясь к Куросаве. — Есть ли данные о перемещениях флота СНГ?

— Наши источники сообщают, что СНГ стягивает силы к нашим границам, Ваше Величество, — ответил Куросава. — Но пока это только наблюдательные группы. Полномасштабного вторжения не ожидается.

— Пока, — подчеркнул Император.

— Пока, — согласился Куросава. — Но мы готовы к любому развитию событий.

Император замолчал, обдумывая услышанное. Он знал, что его советники правы — сейчас действительно был удобный момент для усиления. Великие державы были заняты друг другом, и им было не до Японии.

Но СНГ не простил нам выхода из состава, — подумал он. — Они ждут своего часа. Ждут, когда мы ослабим бдительность.

Он поднялся с трона и подошёл к окну. За толстым бронированным стеклом расстилался город Киото — современный мегаполис, где небоскрёбы соседствовали с древними храмами, а голографические рекламы — с традиционными садами камней.

— Мы не должны повторять ошибок прошлого, — наконец сказал Император, поворачиваясь к советникам. — Наша Империя слишком долго была в тени других. Слишком долго мы полагались на чужие милости. Теперь пришло время действовать самостоятельно.

Он обвёл взглядом присутствующих.

— Усилить патрулирование на границах с СНГ. Подготовить планы на случай вторжения. И активировать протокол «Тень самурая» для всех военных объектов.

— Будет исполнено, Ваше Величество, — ответили они хором.

Император кивнул и жестом отпустил их.

Планета Нимбус, окрестности комплекса «Дедал»

За несколько часов до предполагаемой атаки

Райн Вилльямс находился среди россыпи базальтовых валунов, в нескольких километрах от входа в комплекс «Дедал». Его огромная фигура, обычно внушавшая трепет даже соратникам, сейчас была неподвижна, как скала. Он не дышал — точнее, дышал так редко и поверхностно, что это не фиксировали даже самые чувствительные датчики. Его сердце билось раз в минуту. Температура тела сравнялась с температурой окружающего воздуха.

Он скрыл свою ауру так тщательно, что даже лучший сенсор, пройди он в метре от него, принял бы его за бесформенную скальную породу. Это было одно из его старейших умений — умение становиться невидимым для чужих чувств. Не для глаз — для них он был вполне реален, — а для того шестого, седьмого, десятого чувства, которым обладали одарённые высоких рангов.

Их ауры, — думал он, сканируя пространство на десятки километров вокруг. — Я чувствую их. Они ещё далеко, но они идут.

Он знал, что русские уже прислали двоих S-рангов. Один затаился где-то в глубине комплекса — эспер, судя по характерным колебаниям пространства. Второй находился на орбите, на флагмане Петренко, готовый в любой момент десантироваться на планету.

Американцы наверняка пошлют столько же, — размышлял он. — У них есть как минимум три S-ранга в этом секторе. Двоих они держат на кораблях, одного — в резерве.

Он переключил внимание на другие сигнатуры.

Кворум. Как минимум троих. Возможно, даже четверых. Райн нахмурился.

Это уже восемь. Восемь S-рангов в одной звёздной системе. Плюс сотни A-рангов. Он медленно выдохнул — бесшумно, одними лёгкими. Если я не смогу контролировать ход битвы, эта звёздная система просто исчезнет с карты.

Он не преувеличивал. Бой между S-рангами — это не перестрелка и даже не артиллерийская дуэль. Это уровень мощи, способный раскалывать планеты, менять орбиты, создавать чёрные дыры. Когда двое таких сражаются в полную силу, окружающее пространство начинает деградировать. Когда их восемь...

Исход может быть только один, — подумал Райн. — Тотальное уничтожение.

Он был уверен в своих силах. SS-ранг — это не просто цифра. Это вершина, достичь которой удалось только ему одному в галактике. Он мог справиться с двумя S-рангами одновременно — лёгко. С тремя — с трудом, но мог. С четырьмя — потребовалось бы напряжение всех сил.

Но если их будет больше... Он не закончил мысль. Он знал, что будет. Смерть. Возможно, его собственная. Возможно, всех, кто находился в этой системе.

И это в лучшем случае, — подумал он с горечью. — В худшем — все соседние системы тоже.

Райн посмотрел на звёздное небо. Сейчас, с поверхности Нимбуса, оно казалось таким же, как везде — миллиарды огней, холодных и равнодушных. Но он знал, что многие из этих огней — не звёзды. Корабли. Тысячи кораблей, готовых к бою.

Русские, американцы, Кворум, — перечислял он мысленно. — У каждого свои интересы, свои цели, свои козыри. Он покачал головой. Никто не хочет отступать. Никто не хочет договариваться.

Он знал, что даже его вмешательство может не помочь. Слишком много игроков. Слишком высокие ставки.

Он не знал, что к битве присоединятся ещё двое. Цезарь — S+ ранг, лучший псионик Розеткова. И Тайный Мастер — эспер с уникальной способностью управлять временем и пространством.

Они уже здесь, — понял бы он, если бы мог почувствовать их ауры. — Спрятались так же тщательно, как и я. Но он не чувствовал. И это было плохо.

Комплекс «Дедал», эвакуационная платформа «Ригла»

Алекс стоял у прозрачного ограждения платформы и смотрел вдаль. Там, за горизонтом, где серое небо Нимбуса сливалось с пустынной равниной, начиналась война. Там, где сейчас, возможно, уже сражались и умирали люди. Зевс подошёл к нему и встал рядом.

— Это устройство... как оно поможет нам эвакуироваться? — спросил он, кивая на массивную конструкцию в центре платформы. «Ригла» была похожа на гигантскую арку из чёрного металла, покрытую тысячами голографических символов, которые пульсировали в такт невидимому ритму.

— Насколько я понял, — ответил Алекс, не отрывая взгляда от горизонта, — это устройство может телепортировать нас в центральные миры Империи. Мгновенно. Без кораблей, без гиперпрыжков.

— Телепортировать, — повторил Зевс, и в его голосе прозвучала горечь. — Разве такое возможно? — Ну из-за таких технологий все то и началось, так что сейчас и увидим

Зевс повернулся к другу и посмотрел ему в глаза.

— Мне кажется несправедливым, что нас отправляют прятаться, когда Клавдий и Оливия могут попасть в самую гущу войны. Как будто мы их бросаем.

— Я тебя понимаю, — ответил Алекс, и в его голосе прозвучала усталость. — Самому не по душе. Но мы всё-таки дали присягу. И обязаны выполнять приказы.

Он положил руку на плечо Зевса.

— Я верю, что они справятся.

Зевс покачал головой.

— Надеюсь, что так. Просто... какой толк от нашей силы, если мы не можем её использовать? Мы прошли через этот чёртов эксперимент, выжили, стали сильнее — и теперь нас прячут в тылу, как хрупкие вазы.

— Соберись, Зевс, — твёрдо сказал Алекс. — Нам не о чем жалеть. Наша миссия тоже важна.

— Какая? — с горечью спросил Зевс. — Сидеть в безопасности и ждать, пока другие умирают?

— Нет, — ответил Алекс. — Сохранить то, ради чего они могут умереть. Технологии, знания, артефакты. Всё, что мы вывозим с Нимбуса, — это будущее Империи. Если мы погибнем, всё будет напрасно. Их жертвы будут — напрасны.

Зевс молчал. Он знал, что Алекс прав. Но от этого было не легче.

В этот момент к ним подошёл доктор Зацепин. Учёный был бледен, под глазами залегли глубокие тени, но держался он ровно.

— Курсанты, — сказал он, — приготовьтесь. «Ригла» активируется через пять минут.

— Доктор, — спросил Зевс, — вы уверены, что это безопасно?

— Настолько, насколько может быть безопасна технология, которую мы до конца не понимаем, — честно ответил Зацепин. — Но выбора у нас нет. Противник уже на подходе. Через несколько часов здесь будет ад.

— А вы? — спросил Алекс. — Вы остаётесь?

— Я лечу с вами, — ответил учёный. — Мои знания не должны погибнуть. Да и кто тогда будет следить за вашей адаптацией?

Он попытался улыбнуться, но улыбка получилась вымученной.

— Идите на платформу. Время идёт.

Алекс и Зевс направились к центру платформы, где уже стояли остальные курсанты — Елена и Глеб,— и десятки учёных. Грузовые контейнеры с артефактами, образцами «Метаморфа», исследовательским оборудованием были аккуратно уложены в транспортные ячейки.

В динамиках раздался голос Зацепина:

— Внимание! «Ригла» активируется через тридцать секунд. Всем зафиксироваться.

Платформа начала вибрировать. Голографические символы на арке засветились ярче, переливаясь всеми цветами радуги. Воздух запах озоном.

— Двадцать секунд.

— Десять секунд.

— Прощай, Нимбус, — тихо сказал Зевс.

— Пять. Четыре. Три. Два. Один.

Яркий свет ослепил всех, кто находился на платформе. Алекс зажмурился и почувствовал, как тело пронзила неведомая сила — не больно, но странно, будто его разобрали на атомы и собрали заново. Он ничего не видел, не слышал, не чувствовал. Только свет.

А потом свет погас.

Центральные миры Российской Империи, планета Альмара, город Новый Санкт-Петербург

Мгновение спустя

Алекс открыл глаза. Они стояли на огромной платформе, в центре военного космопорта. Вокруг суетились люди в форме, грузчики, офицеры. Где-то вдалеке взлетали и садились корабли.

— Мы... мы на месте? — спросил Зевс, оглядываясь.

— Похоже на то, — ответил Алекс, пытаясь прийти в себя.

Он посмотрел на небо — голубое, с редкими облаками, совсем не похожее на серый купол Нимбуса. Вдохнул воздух — чистый, с лёгким запахом цветов.

— Добро пожаловать в столицу, — раздался голос Зацепина. Учёный стоял рядом, бледный, но довольный. — Телепортация прошла успешно. Все на месте, груз цел.

— Что теперь? — спросила Елена.

— Теперь — ждать, — ответил Зацепин. — И надеяться.

Алекс посмотрел на Зевса. Тот был бледен, но спокоен.

— Они справятся, — сказал Алекс. — Должны.

— Должны, — кивнул Зевс.

Они стояли на платформе, в тысячах световых лет от Нимбуса, и чувствовали себя дезертирами. Но знали: они сделали то, что должны были. Сохранили себя для будущего. Сохранили знания для Империи.