Обложка Гадалка на полставки

Гадалка на полставки

Александра Огинская

0% прочитано
Стандартный
Александра Огинская

Гадалка на полставки

Глава XLII, в которой Вася крадёт мои деньги

За весь вечер мы с Васей не проронили ни слова. Я снова заказала в доставке два ведёрка мороженого — на этот раз одно из них предназначалось мне. Я наворачивала пломбир ложкой, поставив видео на повтор: вот мы подходим к беседке, вот Макс рассказывает про свою сестру, вот я роняю перо… Секунда — и в кадре взлетает синий ара с жёлтым брюшком, такой же надутый, как сам Макс. Я дала себе слова не плакать, и я сдержалась: теперь, когда я действительно узнала Макса, решила, что он точно не стоит моих слёз. Тоже мне, журналист недоделанный.

Ночью Вася пробрался ко мне под одеяло и свернулся в ногах, как самая обыкновенная кошка. Заклинание уже перестало действовать, но от горячей шёрстки дракончика по мне разливалось тепло: я не одна, и мы справимся, что бы ни происходило. Я вспомнила, как увидела в кофейной чашке кошку с изогнутой спиной: гораздо проще, когда ты знаешь врага в лицо. Намного хуже, когда ты ему доверяешь настолько, что сама отдаёшь в руки все карты. Я сделаю всё, чтобы такое больше не повторилось.

Вася всхрапнул и едва не прожёг одеяло. У меня мелькнула мысль, что надо бы наложить какое-то противопожарное заклятие, но через секунду я и сама отрубилась.

Мне снились попугаи: красные ара с радужными крыльями, синие ара с жёлтыми брюшками, белый какаду со смешным хохолком. Они летали, а сзади, на ветках, гроздьями сидели волнистые попугайчики — оправдывая своё название, они волновались, поднимали и опускали головы, создавая ощущение, что по ветвям идут зелёные волны.

Среди попугаев шла я с раскинутыми в сторону руками, и на ладонях моих горели огненные шары, как в типичном фэнтези. Я шла, а за моей спиной лес терял цвет, как будто после пожара, и попугаи превращались в ухающих сов. Я продолжала идти, и мой путь казался бесконечным.

Наконец, полностью вымотанная, я проснулась. Умываться не хотелось, хотелось только лечь обратно и свернуться клубочком. Но я вспомнила о Верочке и заставила себя встать.

Умывшись, я натянула малиновые джинсы, огромную футболку с репродукцией картины Васнецова, и выползла в зал. Надо было что-то придумать с едой, но сил не было.

Что-то было не так. Я принюхалась: неужели Вася всё-таки умудрился поджечь дом? Но запах не походил на гарь, а разжигал аппетит. Я заглянула в кухню: на столе сидел Вася и жевал пиццу.

— Что, Верочка уже приехала?

— Кто-кто? — спросил Вася. — Я не знал, что у доставщиков надо запоминать имена.

Я махнула рукой — видимо, Верочка так и не появилась, а объяснять что-то Васе не было сил — безумно хотелось есть.

— Откуда пицца?

— А, так я заказал. Присаживайся, — и Вася указал хвостом на стул.

— Как? У тебя же лапки.

— Голосовой набор. А ты спала так крепко, что даже не заметила, как я разблокировал твоим пальцем штуку с деньгами.

— Банковское приложение, — кивнула я. — Стоп, что? Ты теперь и в моих деньгах копаешься? Может, ещё и переписки читаешь?

— Расслабься, — махнул он лапкой, прям как я пару секунд назад. — Сначала я подумал, что можно слямзить что-нибудь прямо из окошка пиццерии. А потом решил, что ты не одобришь. Я же молодец?

— Молодец, — согласилась я, но тут же убрала вход по отпечатку пальца.

Доев очередной кусочек, он облетел меня со всех сторон и внимательно всмотрелся в лицо.

— Выглядишь не очень. Так что всё-таки вчера случилось?

И я рассказала о моём самом большом в жизни обломе. Он сочувственно кивал, вставлял комментарии о том, какой Макс урод, а когда я сказала, что от такой семейки кто угодно бы сбежал, вполне согласился со мной. Но я мысленно поставила себе заметочку: выяснить, что случилось с сестрой Макса. Вдруг девочка нуждалась в помощи? Это не она меня предала.

— Что ты будешь делать теперь?

— Сегодня приедет Верочка.

— Кто это? –он задумался. — Та девчушка, над фото которой ты плакала?

Я кивнула.

— Ну и зачем нам нужна та, кто так тебя расстроил? — спросил он.

— Нужна, и всё, — сказала я, а потом добавила: — Вместе веселее будет разбираться с Максом.

— Собираешься ему мстить? Фи, скатишься и станешь такой же, как он.

Я рассмеялась:

— Никакой мести! Он обидел ведьму. Насколько я знаю, теперь ему не поздоровится. Сам прибежит как миленький.

Вася удовлетворённо кивнул: такой подход ему нравился больше.

Мы закончили завтракать: Верочке пицца уже не достанется, мы смели все три. Как только в нас влезло? Я подумала, что надо бы, наверное, накраситься, замазать круги под глазами, красные пятна на щеках, спрятать припухлость на веках. А потом решила — зачем? Подруги я точно не стесняюсь, а все эти стрелки с красными губами завели меня куда-то не туда, так, что мне снова перестала нравиться моя жизнь.

Но всё позади. Я не собираюсь больше создавать иллюзию, что я — кто-то другой, кто-то взрослый, серьёзный и сильный. Я — это просто я, и мне не стыдно показать, кто я на самом деле.

Я услышала шорох у забора, а потом зазвонил телефон — Верочка. Я не стала брать трубку, просто накинула старый пуховик и выбежала во двор. За забором, между досками — Верочка была слишком маленькой, и её макушку не было видно сверху, — виднелось счастливое лицо подруги.

— Нина! — крикнула она, подпрыгивая, чтобы махнуть рукой из-за забора. — Привет!

Я поняла, что забыла ключи на полке. Эх, была — не была. Я сделала неопределённый жест рукой, и замок открылся сам. Передо мной стояла та Верочка, которую я всегда знала, от которой я уехала, как мне казалось, буквально вчера. Больше никаких тёмных теней, рваных джинсов и косух — лишь каблуки, утопающие в сугробах, розовое пальто и блёстки, размазанные по щекам.

Она бросилась ко мне и почти повисла на моей шее.

— Как мне стыдно, ты бы знала. Ты меня хоть когда-нибудь простишь?

Глава XLIII, в которой у меня снова есть подруга

Я скучала по Верочкиному щебетанию. Пока мы заходили в дом и скидывали уличную одежду, она успела рассказать о полёте всё — от регистрации на рейс до водителя такси, который отказался поддержать разговор и на все вопросы о Тихореченске таинственно отмалчивался.

— Странный у вас город. Я, если честно, думала, что ты в маминой квартире живёшь. Бабушка дома? Ты же её обо мне предупредила? Надеюсь, с ней всё в порядке?

— С ней всё хорошо. Она просто уехала в отпуск, и я слежу за её домом, — адаптировала я эту историю для Верочки.

— Ну ничего себе, ты же говорила, что ей где-то восемьдесят! Зачем же тебе было сюда переезжать, если она такая активная? Айда обратно, в Москву.

— Нет, — помотала я головой, — я хочу остаться. Привыкла здесь.

Я улыбнулась и забрала у Верочки пальто. Оно было ледяное! Наверняка она жутко замёрзла. Пока Верочка смотрелась в зеркало и поправляла макияж, я побежала ставить чайник, а потом пошла искать тёплую одежду. В зале на спинке дивана лежал совсем неаккуратно сложенный красно-оранжевый кардиган — я подхватила его, краем глаза заметив, что Вася снова спрятался за вазой.

— Иди за штору, — шепнула я ему почти беззвучно.

Он успел нырнуть на подоконник в последний момент — Верочка уже заходила в комнату. По моим подсчётам, она могла бы увидеть его хвост. Я всмотрелась в её лицо, но на нём не было ни страха, ни удивления — значит, внимания не обратила, а то бы это уже стало темой дня.

— Рассказывай давай, что с тобой произошло, — прощебетала Верочка.

Она укуталась в кардиган и умостилась на краешке дивана. Я принесла чай с лавандой — теперь мой любимый — и печенье, засохшее до состояния галет. Мне было в последнее время не до того, чтобы забивать холодильник. Верочка надкусила печенье и сморщилась.

— Как бы зуб не сломать, — прокомментировала она. — Может, закажем пиццу?

— Нет! — хором воскликнули мы с Васей, и мне пришлось бурно закашлять, имитируя болезнь.

— Какой у тебя странный голос. Ты охрипла? Вчера, наверное, замёрзла, бедная. У вас тут такая холодрыга: я посмотрела на тебя и поехала в пальто, а теперь согреться не могу.

Верочка глотнула чай, и, пока она отвлеклась, я слегка коснулась её рукой. Надеюсь, сработает.

— Отличный чай, — Верочка довольно выдохнула, — просто супер. Я аж согрелась.

Я улыбнулась: заклинания давались мне всё лучше и лучше.

— Ну а теперь — рассказывай, — сказала Верочка.

— Нет, ты!

Она вздохнула.

— Ну ладно, я начну. А то так и будем до ночи препираться. Тем более, я виновата, — и она покраснела. — Так вот, я выхожу замуж.

— Я видела, — обиженно воскликнула я, — а ты даже не ответила на мои поздравления. Знаешь, как было обидно.

Верочка потупила взгляд, но продолжила рассказ, не прерываясь на извинения. У них с Пашей — тем парнем с работы — всё быстро закрутилось, она даже не заметила, как. Они перешли на удалёнку, поехали в одно путешествие, потом в другое, потом решили, а не остаться ли жить в Европе? Тут Паша возьми да и сделай Верочке предложение, и она совсем обо всём забыла.

— Извини меня, пожалуйста. Мне очень и очень стыдно. Променяла тебя на парня, а это так неправильно! Просто мы так подходим друг другу, всё так завертелось, я и с родными даже общаться почти перестала.

Смущала меня эта история. Не Паша ли заставил Верочку отдалиться от всех?

— Он ведь хорошо к тебе относится?

— Ой, да! — Верочка рассмеялась, показав мелкие ровные зубы. Без злополучной восьмёрки, напоминаю. — Как к хрустальной вазе. Кофе в постель, рестораны, дарит украшения.

— Но это не главное ведь.

— Не главное, ты права. А важно то, что он меня во всём поддерживает — все мои дурацкие идеи, представляешь? Игра на барабанах, катание на лошадях, походы в горы, на концерты — всё-всё-всё. Ты за меня рада?

Я не ответила сразу: я действительно не знала. Я, конечно, завидовала Верочке, но волновалась за подругу куда как больше.

— Он же не запрещает тебе общаться с друзьями?

— Ой, нет, конечно, нет. Просто мы постоянно чем-то увлечены, сначала не хватало времени, а потом как-то и неловко было писать.

— А твой внешний вид? Чёрные джинсы, футболки — ты сильно изменилась, совсем на тебя не похоже.

— А вот и нет, видишь, я — это я, — и Верочка, смеясь, показала на размазанный по щекам глиттер с переливающимися звёздочками. — Не знаю, что на меня нашло, какое-то умопомрачение. Но я уже достала из шкафа все свои розовые платья, как только мы вернулись обратно.

Я улыбнулась: надеюсь, всё так и есть. Мне хотелось, чтобы у Верочки всё было хорошо.

— Так, теперь твоя очередь.

Я рассказала ей про своих странных клиентов — больше всего ей понравилась история, когда мне заплатили пирожками с бананом и старым, привезённым из Турции брелоком.

— Зато теперь можешь повесить на ключи, и хвастаться, будто сама недавно вернулась из отпуска. Я тебе фотки в нейронке сделаю. Не хочешь намазаться автозагаром? — и она рассмеялась.

Когда я рассказывала, как одновременно пропали и бабушка, и она, Верочка покраснела.

— Прости, прости, я не знала. Мне просто ужасно стыдно!

— От твоих «прости» мне в прошлом легче не станет.

— Знаю. Просто не понимаю, как всё исправить.

Потом я рассказала про Макса, каким идеальным он мне показался и что я так ждала от него предложения. Когда я перешла к рассказу о том, как от меня ушли все клиенты и Ольга уволила из лавки, Верочка аж поперхнулась от злости. Я с большим наслаждением похлопала её по спине — это слегка уменьшило моё негодование.

— Кошмар какой. Я не знала, что тебе пришлось вытерпеть. У тебя есть еда? Может, нужны деньги?

Я вежливо отказалась.

— А что за видео? — спросила она затем. — Этот парень — это и есть тот Макс?

Я рассказала ей про то, как обернулось вчерашнее свидание.

— Видео разлетелось по всему интернету. И что теперь делать?

— Это даже к лучшему, мы обернём тебе это на пользу! Смотри, у нас теперь есть доказательства, что это спродюсированная травля. Просто опубликуем у тебя на странице, а копирайтер подберёт какой-нибудь комментарий. Всё будет тип-топ, не волнуйся. Кстати, а как вы сделали этот эффект с попугаем?

Я медлила с ответом, не зная, как объяснить Верочке то главное, что происходило в моей жизни последние полгода. Но мои сомнения прекратил Вася: он громко чихнул.

Верочка с криком вскочила с дивана.

— Там что-то есть! Там, за шторой. Вор? Или этот твой Макс и сюда забрался?

— Успокойся, — я положила руку к ней на плечо, опуская подругу обратно на диван. — Это… просто Вася. Васисуалий, выходи!

Глаза Верочки распахнулись от ужаса, когда она увидела выползающего из-за шторы дракончика. Она прям замерла — видимо, боялась, что тут-то он нас и съест. Ну, или что она сошла с ума, как когда-то решила и я.

— Короче, я не сказала тебе главного. Я — ведьма.

— Что за чепуха, — выдохнула Верочка.

Вася подлетел на своих стрекозиных крыльях к дивану и плюхнулся мне на колени.

— Здравствуйте, Вера. Меня зовут Васисуалий. Васисуалий Лошадкин.

Она смотрела на меня непонимающе. И я ей рассказала всё, от момента, как я нашла драконье яйцо и приняла его за магический шар, до того, как в моей жизни появился дракончик-фамильяр.

— Вот умора, — хохотала она, когда я рассказала, как разбила драконье яйцо статуэткой ибиса, напугав Васю.

— Расскажи ещё, как ты меня лизнула! — ворчливо сказал Вася.

— Ты что, попробовала его съесть?

— Да нет. Просто проверяла, не галлюцинация ли это. А то уж очень похож.

Я продолжила рассказ и наконец дошла до того, как Макс сжёг перо.

— Так ему и надо, этому напыщенному попугаю, — вынесла Верочка свой вердикт. — Мы придумаем, как ему отомстить, — и глаза её зловеще сверкнули: наверняка в её голове уже была сотня идей.

— Никакой мести, — прервала я поток её мыслей. — Он ещё сам придёт извиняться.

И мы с Васей дали друг другу пять.

— Я кошмарно голодная, — протянула Верочка. — Может, всё-таки я закажу пиццу?

— Только не пиццу! — хором ответили мы.

Глава XLIV, в которой Верочка не умеет колдовать

Верочка взяла отпуск за свой счёт, чтобы остаться у меня на неделю. Мы сплетничали, смотрели ромкомы — Верочка почему-то плакала на кульминациях, а мне становилось легче. Вася с Верочкой здорово поладили — ну ещё бы, она ведь бесперебойно умасливала его мороженым с разными вкусами. Стоило дракончику попробовать пломбир с кленовым сиропом и орехами пекан, как он начал носиться по комнате и ловить передними лапками солнечных зайчиков.

— Прямо как кошка! — воскликнула Верочка.

Я не стала ей рассказывать про Васю и валерьянку — подозревала, что она захочет посмотреть и на это.

Я решила каждый день варить себе эти мерзкие кисели и каши, решив, что мне так будет легче восстановиться. Пока меня не было на кухне, Верочка успела отпить половину моего стакана, а потом полдня провалялась, мучаясь от живота и головной боли.

— Почему ты её не остановил? — спросила я Васю.

— Эксперимент-с. Теперь мы знаем, что от пагубного влияния этой гадости тебя защищает только магия.

Порой мы уставали быть всё время рядом: Верочка садилась за ноутбук, а я тренировала всё новые заклинания.

— А можешь меня во что-нибудь превратить? Ну, как Макса?

Я вспомнила полку, которая стала мышью.

— Нет. И вообще, Макса в попугая превратила не я, а волшебное перо.

— Ну, наколдуй мне хоть что-нибудь. Какой-нибудь сувенир. Пожалуйста! — канючила Верочка.

Что бы такого ей можно было подогнать? Я порылась в вещах, которые мне надарили за гадание: колода игральных карт, старый сломанный ключ, флакончик, внутри которого переливалась чёрная жидкость — похоже на чернила, ветка физалиса… А вот она, кажется, подойдёт.

Я вернулась к Верочке с веткой в руках.

— И что, ты хочешь подарить мне это? — она выразительно подчеркнула последнее слово. — Это какой-то амулет.

— Не совсем, — ответила я и сделала вид, как будто бы мою каждую ягодку.

Ветка засияла мягким светом — так когда-то светилось драконье яйцо, которое я приняла за магический шар.

— Пусть она светит, когда ты думаешь обо мне.

Верочка выхватила ветку у меня из рук, и её восторг был лучше всяких благодарностей.

— Поверь, теперь она будет светиться очень и очень часто.

Как-то раз, когда я тренировала заклинание осушения — влага из стакана испарялась, расплываясь по воздуху, — Верочка попросила научить и её чему-нибудь простенькому. Я вспомнила, с чего начинала сама, как пыталась вывести пятно, и принесла лоскут старой, уже выцветшей простынки.

— Что мы будем делать? — спросила Верочка.

— Выводить пятно, — ответила я и размазала по лоскуту ягоду клюквы.

Я объяснила Верочке алгоритм: нужно сосредоточить мысль почувствовать энергию и пропустить её через себя, а потом — сделать пальцами жест, как будто бы солишь пятно. Вася сел рядом.

— Не получится, — прокомментировал он.

— Почему это? — Верочка была настроена решительно.

— Ты ж не ведьма.

И Верочка принялась за пятно с поразительным усердием. Она пыталась сосредоточиться так, что надувала щёки, похожая на хомяка, солила пятно раз пятнадцать, но ничего не вышло — оно не изменилось ни на каплю.

— Твоё заклинание не действует.

— Это ты не действуешь, — вступился за меня Вася.

— Так пусть Нина попробует сама, — огрызнулась она.

И я взялась на пятно. Пару секунд — и лоскут стал кипенно-белым. Вау, больше никаких застиранных простыней!

Верочка обиженно засопела и достала из морозилки ещё одну ягоду клюквы.

— Я просто плохо пыталась, — пробурчала она, размазывая клюквенный сок по ткани. — Теперь-то у меня точно получится.

И она сосредоточилась опять. Она пыталась направить энергию и так и сяк добрых десять минут, но магия не поддавалась.

— Дурацкое пятно! — в конце концов воскликнула она. — Да я лучше посмотрю ещё с десяток твоих дурацких ромкомов, чем ещё раз притронусь к нему.

Я быстро убрала пятно и воспользовалась ситуацией: остаток вечера мы провели перед телевизором.

Пока я показывала Верочке Тихореченск, я узнала его куда лучше, чем в детстве — как мне казалось, я тогда облазила всё, что можно было, а в итоге даже не видела магических болот. До сих пор их не видела, к слову.

Когда мы дошли до полянки, где, как я думала, Макс сделает мне предложение, она выругалась — я даже не думала, что от неё можно услышать что-то настолько грубое. Паша, что ли, научил?

— Место какое ещё выбрал, зараза. Тут очень красиво.

Я наложила на нас согревающее заклятье, мы уселись на лавочку, и Верочка сказала:

— Может, мы всё-таки отомстим ему? Обещаю, я придумаю что-нибудь изящное! Ну, давай.

— Нет, я мстить не буду, и это не обсуждается: не хочу стать такой же, как он.

— Тебе не кажется, что это такая глупость? Ты же не веришь в карму или что-нибудь такое? Он сделал тебе больно, а теперь будет жить припеваючи.

— Не переживай. Он обидел ведьму, а мироздание это так просто не оставит.

И я рассказала ей, как меня спустил с лестницы мужчина в лаковых туфлях, а потом прибежал ко мне снимать порчу. Я на него никаких порч не накладывала и сомневаюсь, что бабушка ему что-то наколдовала.

— И вообще, в мире есть баланс, и если за что-то хорошее ты платишь чем-то плохим, ты его нарушаешь.

— Глупость какая! Нина, приди в себя, мир несправедлив. Ничего-ничего, я сделаю что-нибудь и тебе не скажу, — и она обиженно засопела.

Вечером перед днём отъезда Верочка засела в комнате родителей, где я постелила ей постель. Она сидела за ноутбуком и что-то оживлённо печатала. Интересно, готовит месть? Надеюсь, что просто работает. Я сидела в зале и листала книгу с рецептами.

— Возьмите столовую ложку чабреца, корень мандрагоры… Интересно, а они правда так орут, как в «Гарри Поттере»? — спросила я Васю.

— Это всё вра… — Вася притих и сосредоточился. — Кажется, к тебе опять стучатся, а ты не слышишь.

Очень не вовремя: я сидела в домашних шортах и цветастой майке, а остатки туши чуть осыпались под глаза. Надеюсь, это не Макс. Впрочем, а какая теперь разница?

Я натянула бабушкины галоши, старый пуховик и вышла во двор. Блин, снега навалило так, что он доходил до моих голых коленок. Пожалуй, надо покопаться и найти какое-нибудь заклинание, чтобы его убрать. Не лопатой же его раскидывать, в самом деле. Для ведьмы как-то мелковато.

Ой! Я вспомнила, что совсем недавно учила заклинание осушения. Пасс рукой — и снег на дорожке превратился в пар. Стало даже жарко.

Я потопала к калитке, уже не дрожа от холода, и открыла замок. У входа, конечно же, стоял Макс.

Нет, ну мог хотя бы букетик захватить. Как после такого можно припереться с пустыми руками?

Глава XLV, в которой я всё-таки мщу

Я стояла, скрестив на груди руки, и ждала, что он скажет. Но он, зараза, молчал.

Он был весь какой-то поникший и хмурый. Уложенные обычно волосы растрепались, на щеках была грязь, а на плече красовалось белое пятно голубиного помёта. Ну что ж, неплохое начало.

— Ты пришёл извиниться? — я решила перейти в нападение.

— Нет… То есть не совсем… То есть и это тоже. Пустишь? — И он заискивающе улыбнулся.

Пускать его в дом совершенно не хотелось, но, в конце концов, что он мне сделает? В крайнем случае свяжу его, и мы с Верочкой запихнём его на чердак. Вдруг исчезнет, как те сундуки и кровати? Я одёрнула себя: это уже было бы слишком жестоко.

— Проходи, — сказала я и отошла от калитки.

Пока я закрывала за ним дверь, он умудрился споткнуться и упасть. Надо же, постоянно падать — это скорее мой удел. Что же произошло?

Когда мы почти подошли к порогу, во двор выскочила белая кошка с чёрным ухом, и Макс инстинктивно отшатнулся. Что эта чертовка опять здесь забыла? Я крикнула ей:

— Эй, уходи! А то снова спущу на тебя Васю.

Но кошка меня проигнорировала. Она выгнула спину и зашипела на Макса, а затем — один высокоточный прыжок, и она вцепилась ему в пальто. Кошка медленно съезжала по плотной ткани, оставляя за собой полоски — получилась модная в прошлом сезоне бахрома.

— Убери её от меня! — истерично вскрикнул Макс. — Убери от меня всех своих проклятых животных!

— Не понимаю, о чём ты, — сказала я, подхватив кошку на руки. — Проходи давай.

Я занесла кошку в дом, и она замурлыкала.

— Ты чейная? — спросила я её. — Кого-то из соседей?

Ошейника на ней не было, но кошка при этом выглядела ухоженной: рёбра не торчали, а шёрстка была действительно белой.

— Ладно, угощу тебя, если найду чем, — ласково сказала я ей и добавила для Макса: — Проходи в зал.

— Я сначала умоюсь.

Он пошёл в ванную, зажурчала вода. Ну-ну, пусть отмоется, а потом я, может быть, его и выслушаю.

Я налила кошке воды в блюдечко от чайной пары, а во второе такое ж положила кусочек жареной курицы. Да-да, я знаю, что это ей совсем не полезно. Но от одного кусочка же плохо не станет?

По привычке я хотела сварить для Макса кофе, но всё же залила кипятком чай — хотела добавить лаванду, но решила, что этот человек того не стоит. Получился просто очень крепкий чёрный чай, который я разлила по кружкам и отнесла в зал. Немного подумав, я выложила на тарелку пирожные, которые купила Верочка, а потом поняла, что не знаю, что говорить.

Макс выбрался из ванной, хлопнув дверью, и уселся на диване. Я села на стуле напротив.

— Сними с меня порчу, — громко сказал он и осторожно, почти шёпотом добавил. — Ведьма.

Ну что же, начало так себе.

На звук его голоса вышла Верочка.

— У нас что, гости? — спросила она, а потом заметила Макса. Её лицо вытянулось от удивления. — Это что, тот самый Макс?

Я кивнула.

— Я же говорила, что он ещё придёт сюда сам.

Макс резко поморщился, глядя на меня, словно перед ним выпрыгнула большая склизкая жаба. Не понимаю, почему люди их так не любят? Жабы же так прикольно прыгают. Или прыгают лягушки? Впрочем, не важно.

Белая кошка, утробно ворча, подошла и села у меня в ногах. Вася завозился в моей комнате — кажется, я даже видела, как он высунул мордочку, чтобы получше всё разглядеть.

— Убери свою мерзкую кошку и расколдуй меня, — снова начал Макс.

— Иначе что? — спросила Верочка.

— Тебя не спрашивали.

— Нет, правда, что будет, если я откажусь? — перефразировала я вопрос Верочки. — В полицию пожалуешься?

Макс скривился в чём-то, что даже не было похоже на улыбку.

— У меня есть ещё сотня способов испортить твою жизнь.

Это, кстати, звучало реалистично: не думаю, что он простой репортёр. И как я упускала всё это из виду? Ну точно дурочка.

— Ой-ой, как испугались. Такого-то напыщенного индюка.

— Попугая, — машинально поправила я Верочку. — У меня, знаешь ли, тоже есть возможность тебе насолить. Если захочу, конечно. Ладно, давай поставим вопрос по-другому. А что мне за это будет?

Макс молчал: видимо, только начал осознавать, в какую попал передрягу.

— А я знаю, — прощебетала Верочка. — Мы снимем ещё одно видео, с извинениями. Но только обязательно искренними! И выложим его на страницу Нины. И на твоей странице с разоблачениями. Может, ещё и по пабликам запустим, — глаза Верочки гневно блеснули.

— Я на такое не… — протянул Макс.

Зашипела кошка, и его всего передёрнуло.

— Видео уже всё равно разошлось, — продолжила Верочка. — И знаешь, все почему-то симпатизируют не тебе, а Нине. Так что давай, ничего сложного: просто извинись. Хуже тебе ведь от этого всё равно не будет? А Нине приятно.

Макс посмотрел на меня — я тоже вперилась в него взглядом. Мы молчали, а я всё думала: мне казалось, что я его так любила.

— Ладно, прости меня, — сказал Макс, будто бы прочитав мои мысли.

Я удовлетворённо кивнула.

— Только я просила на камеру, — сморщилась Верочка.

— Пусть сперва снимет с меня порчу.

— А что случилось?

Я пожалела, что у нас дома нет попкорна. Ну или хотя бы пива и чипсов — я чувствовала, что сейчас будет то ещё кино.

— Твои мерзкие животные, они постоянно нападают на меня. Позавчера черепаховая кошка — я видел, как она за мной следила весь день, а потом притащила за собой стаю собак. Я еле успел забежать в какой-то изгаженный подъезд.

Я кивнула: Матильда в деле.

— Потом, — продолжил Макс, — на меня напала какая-то такса. Вцепилась мне в ногу, — он показал укус, прятавшийся под джинсами, — и откусила задник ботинок.

Ого, собака баб Жени, что ли?

— И теперь мне делать уколы от бешенства, — поморщился Макс, — а их, между прочим, сложно достать. Сегодня всё утро меня преследовал белый голубь, я таких только в зоопарках видел. Он то кружил надо мной, то лез под ноги, то попытался клюнуть палец. А потом сел на плечо и…

Я удовлетворённо вспомнила белое пятно на пальто. Ну что ж, оказалось, даже никакой магии не нужно — есть те, кто не простит, что меня обидели. Как это глупо — столько убиваться от тоски, а потом узнать, что всё это время я была не одна. Я посмотрела на Верочку: подруга вся сияла.

— Ещё я постоянно спотыкаюсь, роняю вещи, — он показал мне разбитый экран телефона, — и каждая вторая машина обливает меня грязью. Снимай порчу, я жду.

Я посмотрела на него: он сидел такой злой и такой жалкий. Не было на нём никакой порчи, я точно знала. И я точно не смогла бы с него что-то снять. Впрочем, может, искренние извинения и правда помогут.

И тут мне в голову пришла дурацкая мысль. Надеюсь, мне за это не влетит, но уж очень хочется сделать маленькую шалость.

— Сначала видео, потом сниму, — отрезала я.

Верочка тут же засуетилась и достала откуда-то штатив и небольшую камеру. Ах, вот почему чемодан такой тяжёлый. А я думала было, что всему виной добрая сотня платьев.

— Начинаем! — скомандовала она и нажала на кнопку записи.

Блин, не лучшая стена в моём доме. Ну да ладно.

Макс что-то мямлил, но никак не мог снова выдавить слово «извини». Вместо этого из него вылетало что-то типа «я проклят», «помогите».

— Нет же, так не пойдёт, — сказала Верочка, но не стала отключать запись. — Должны быть искренние извинения. А ещё скажи, что ты всё подстроил, что сознательно убивал её репутацию. Давай-давай.

Макс набрал в лёгкие побольше воздуха и выпалил:

— Нинаизвинименя, пожалуйста. Я поступил с тобой неправильно, опорочил твою репутацию, воспользовался ситуацией и был неправ.

Он говорил что-то ещё, но в целом видео можно было заканчивать — думаю, баланс уже восстановлен.

Верочка остановила запись и сразу же побежала к ноутбуку. Из-за открытой двери было слышно, как яростно она печатает. Скоро начали раздаваться звуки входящих сообщений, а потом её телефон зазвонил.

— Всё, довольна? — спросил Макс.

Я кивнула.

— Довольна.

— Теперь снимай порчу.

Я ухмыльнулась. Что, решиться? Было очень тревожно, но мне та-а-ак хотелось…

Я сделала пару пассов руками, изображая, что снимаю проклятье, потом изобразила в воздухе жест, как будто тяну что-то на себя. Такое заклинание я ещё не видела, но у меня же уже получилось придумать несколько своих. Вдруг и это сработает?

Я закончила, и Макс начал икать.

— Держи, — заботливо протянула я чай.

Он выпил всю кружку, скривившись, но икота не останавливалась.

— Мне кажется, что тебе пора, — мягко сказала я.

Не переставая икать, он пошёл собираться. Верочка выглянула из-за двери, провожая его взглядом.

Он ушёл, не попрощавшись и даже не обернувшись. Я закрыла за ним калитку и вернулась в дом. На пороге меня ждала Верочка.

— Подозрительная икота, тебе не кажется?

— Очень даже кажется! — ответила я и захихикала.

— И что, он теперь всю жизнь будет так ходить?

— Не-а. Будет икать, только когда видит ведьму.

И мы обе залились хохотом. К нам присоединился Вася — он даже не отругал меня за маленькую шалость. Значит, это правильно, что я не дала в обиду ни себя, ни других, таких же, как я.

— Пойдём, — сказала Верочка, — я тебе кое-что покажу.

Мы прошли в комнату, и она продемонстрировала мне видео на моей странице. Оно уже начало расходиться по другим пабликам и каналам, хотя было опубликовано всего пару минут назад.

Подруга с довольным видом открыла комментарии — и они были совсем непохожи на те, что раньше. «Прости, мы были неправы», «Я теперь хочу прийти на расклад!», «А я всегда в тебя верила», и ещё с десяток таких же. Я резко выдохнула.

— Всё будет хорошо, — сказала Верочка и обняла меня.

Глава XLVI, в которой Верочкино предсказание сбывается

Я стояла у аэропорта и смотрела, как поднимается в воздух самолёт — на нём, я чувствовала, улетает Верочка. Я была счастлива, ведь я снова была не одна.

Напоследок Верочка проинструктировала меня:

— Короче, не переживай, я свяжусь с командой. Мы поменяем стиль блога — будь готова писать много статей, а ещё — снова запустим таргет, как раз это дурацкое видео. Хайпанём на блоге Макса и всё вывернем в нашу пользу: он хотел, чтобы у тебя не осталось клиентов, а я, зуб тебе даю, сделаю так, что их станет только больше. О деньгах не беспокойся, я всё оплачу. Всё же в случившемся есть и доля моей вины. Заметь я это всё сразу… — и она вздохнула.

— Я тебе всё верну, как в прошлый раз. Но сначала мне надо набрать клиентов. А то пока мель, на которой я сижу, только и делает, что разрастается.

До аэропорта мы доехали на такси. Был первый морозный день, светило яркое солнце, но вдруг почему-то начали падать хлопья снега. Было очень красиво, и у меня на душе наконец-то стало спокойно.

Самолёт взлетал, а я стояла и пыталась разобраться, что же теперь делать со своей жизнью. Скоро появятся клиенты, я накопаю новых книг, пойду учиться у баб Жени — она же всё-таки обещала бабушке понянчиться со мной, куда она теперь денется с больше не тонущей лодки. Нужно будет захватить лакомство для Вельтруды — за проявленную отвагу. И не забыть сказать спасибо Матильде с Элизой, если я их ещё когда-нибудь увижу.

Бабушку ждать ещё до мая — по видимости, она решила спрятаться в мой самый сложный период, когда я только делаю первые шаги. Но может, это и к лучшему: иногда нужно сразу отпустить велосипед, чтобы ребёнок научился кататься.

Была ещё одна загвоздка. Узнав лучше про Хранительниц, я поняла, что мне нужна внучка, и как можно скорее. А чтобы была внучка, нужна и дочь. Но к отношениям я сейчас была совершенно не готова.

Впрочем, а с чего это я решила, что именно я буду следующей Хранительницей? Только по праву рождения, но эту должность надо ещё и заслужить. Пока что я, наверное, самая слабая ведьма в Тихореченске, да я даже на болотах никогда не была! Сколько же мне предстоит работать.

Я вернулась домой и заварила себе чай с лавандой. Немного подумав, добавила туда веточку мяты — буду спокойной, как отъевшийся удав. Мне точно не повредит немного отдохнуть — вот допью чай и лягу поспать.

Вокруг моих ног вертелась кошка. Надо же, приютила на свою голову. Надеюсь, они уживутся с Катериной, или же я найду её новых хозяев. Немного подумав, я сфотографировала её и сразу же выложила объявление в группу Тихореченска в социальной сети: «Найдена белая кошка с чёрным ухом. Свяжитесь со мной в личных сообщениях или по номеру телефона…». Бумажные объявления расклею по району чуть позже.

Кошка мяукнула и потёрлась о мою левую ногу.

— Голодная? И правда, надо купить тебе еды.

Пока что я нашла у бабушки в закромах баночку тушёнки, и кошка с удивительной радостью съела половину. Знаю, знаю, не полезно, но я закажу доставку сразу, как проснусь.

— Как же тебя зовут? — зачем-то спросила я кошку, но она только непонимающе мяукнула. — Давай я дам тебе имя. Будешь… Тосей, вот.

Кошка согласно мяукнула. Интересно, а бывает ли у ведьм по несколько фамильяров? Слишком уж быстро она ко мне привязалась. Да и разговаривает почти как Катерина.

Вася прилетел на кухню.

— Между прочим, я тоже голодный. И явно вышел из твоих любимчиков, — он недобро посмотрел в сторону кошки.

— Кушай-кушай, не обляпайся, — я выложила на тарелку оставшуюся половину тушёнки.

— А не хочешь ли ты её сначала разогреть? Я что, должен давиться холодным жиром?

Я молча кивнула и поставила тарелку в микроволновку.

— Между прочим, ещё недавно ты угрожал, что будешь есть соседских кошек.

— Но не сырыми же! Я собирался их запечь.

— Мы оба знаем, что это не так.

И, непонятно почему, мы захохотали. Столько всего произошло! Мы вместе так недолго, а из неприязни и презрения выросла такая классная команда. Я потрепала дракончика по загривку. Он отпрянул и тотчас же начал умываться, как кошка. Походу мне достался просто крылатый красный кот, а не дракон.

— Что будешь делать теперь? — спросил Вася после того, как привёл себя в порядок.

— То же, что и всегда: кормить тебя мороженым, учиться магии и работать, работать, работать. Я всё ещё хочу подготовить бабушке сюрприз: переклеим обои, перестелем полы, поменяем сантехнику. Будет не дом, а конфетка. Правда, не уверена, что такому подарку она обрадуется.

— Твоё «всегда» какое-то мимолётное. Не думаю, что предыдущие года твоей жизни ты хоть капельку интересовалась магией.

— Естественно. Я же психолог, зачем мне верить во всякую мистическую чушь.

И мы снова рассмеялись.

Проснувшись, я разблокировала телефон, чтобы заказать еды нам с Васей и кошачий корм. На экране красовалось сообщение с неизвестного номера:

«Когда вы снова выйдете в кабинет? Там уже такая очередь. Все ждём новых записей. Ваша М.».

Матильда! Я так обрадовалась, что будут новые клиенты, но поняла, что нужно дать себе передохнуть. Слишком уж вымоталась за последнее время.

«Хочу через неделю. Подождут?».

«Куда денутся», — ответила Матильда.

Я отправила в ответ сердечко. Ура, всё снова налаживается!

Через час курьер принёс пакеты. Я только поставила запекаться буженину с картошкой и насыпала в плошку немного сухого корма, так в дверь снова постучали.

— Кто там? — на этот раз я решила сначала спросить.

— Курьер, — раздался мужской голос из-за двери.

— Я никого не жду, всё уже привезли.

— Это Магпочта, — ответили мне.

Мне всё-таки пришлось открыть дверь

— Магпочта? Первый раз о такой слышу.

— Сочувствую, — чуть язвительно сказал курьер и правда протянул мне письмо с моим именем на конверте.

Наверняка оно от бабушки, подумала я и собралась разорвать конверт — мне никогда не удавалось ровно отклеить его по уголку.

— Подождите! — воскликнул курьер, и я замерла. — Вы же Нина Чарова?

Я кивнула, и внутри засвербила тревога.

— А я Иван, Иван Копейкин.

— Приятно познакомиться, — и зачем ему называть своё имя?

— Не хотите ли выпить со мной чаю? — спросил он.

Я только что вышла из кошмарных отношений, совсем не время заводить новые. Но, немного подумав, я кивнула: может, получится завести нового друга.

— Отлично! — ответил он. — Напишите мне, когда будете свободны.

И он протянул мне визитку Магпочтальона с номером телефона.

— Это рабочий номер, но я всегда на связи. Так что пишите в любое время.

Мы попрощались, и он ушёл. Странно, в обычном мире у почтальонов нет визиток. Надо бы узнать про эту Магпочту подробней.

Я уселась на диване, и Вася пристроился мне на плечо, чтобы лучше рассмотреть письмо.

— Эй, может, там личное! — одёрнула его я, и он, недовольно фырча, отполз подальше.

Я разорвала край конверта. Письма не было — вместо него лежал тонкий лоскут бумаги с надписью «Извини» и с десяток фотографий: бабушка обнимает домового, бабушка с Катериной в купальниках загорают у моря, бабушка держит на ладошке какой-то замок, как на популярных фотках с Пизанской башней. Ну что ж, остаётся только за неё порадоваться и попробовать не подавиться завистью.

Я протянула Васе снимки — пусть тоже посмотрит. Вот бабушка приедет, и на этот раз мы с ним умотаем в путешествие.

Я откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. В эту минуту я наконец поверила, что дальше всё будет хорошо.

Спасибо, что были со мной и Ниной!

История «Гадалки на полставки» подходит к концу, но Тихореченск и его обитатели ещё не раз напомнят о себе.

Спасибо, что читаете, добавляете в библиотеки, комментируете и ставите лайки. Для меня очень важно знать, что история Нины нашла своих читателей.

Впереди — «Студентка на полставки». Новые приключения, магический университет, загадки и, конечно, полюбившиеся вам герои! К сожалению, я приняла решение публиковать новые части на другой площадке: ищите новую книгу по запросу "Александра Огинская Студентка на полставки"!

Спасибо за чтение

Вернуться к книге