Футболист с системой сумоиста. Том 5

Глава 1

Птица взлетела высоко и уверенно, никакие мои удары не помешали.

Придушить захватом не удалось из-за огромного размера, да ещё и скользкое оперение мешало хотя бы увеличить силу «Хваткой».

Оторвавшись от земли, режим поединка сорвался. Поражение было не слабому монстру или человеку, а потому серия побед не сбросилась.

Я смирился и спрыгнул вниз, давая боссу подземелья улететь.

– Ладно, время у меня есть, посмотрим: сколько ощипанный пингвин может держаться в воздухе? – проворчал я, приземлившись.

Я очутился на поверхности и достал скатерть-самобранку. Она была заряжена до максимума, так что легко выдала мне лепёшку.

– Эх, вообще не пирожок, – привычно пробормотал я, откусив сухое тесто. Другой готовой пищи у меня с собой не было.

Я достал воды и запил.

Пингвин готовил атаку. Её эффект был понятен: основная часть дворца была тропиками, а здесь было очень холодно.

Птица, похоже, обладала двумя стихиями: водой и воздухом, что в сумме дало лёд.

А потому дальняя атака чудовища наверняка должна была оказаться чем-то морозным. Впрочем, необязательно. Козыри боссов подземелий бывали странными и неожиданными, но, надо признать, редко.

Вот и сейчас птица через пять минут полёта буквально впитала в себя облако, затем стремительно спланировала вниз ко мне и, словно дракон, выплюнула волну жидкости.

Я резко ускорился и зигзагами рванул от атаки.

Как только навык монстра прервался, его скорость упала. Это было видно по карте.

Только теперь я развернулся, чтобы подтвердить догадку: на земле возник прочный ледяной панцирь, а пингвин приземлился так мягко на своё брюхо, что я этого не слышал.

Я подумал-подумал, и понял простой факт: снаружи ну никак.

А потому я с разбега прыгнул в морду птицы, схватил края клюва, разжал их и запрыгнул внутрь этого «капота».

Там оказалось холодно, а вытащенный мной фонарь быстро сел. Если бы не подсветка от ядра, которое заставляло светиться внутренности пташки, я бы долго искал слабую часть монстра. А так надо было идти туга, где было ярче.

Я нашёл и вытащил магический субпродукт.

Вы победили босса подземелья!

Далее всё было весьма привычно.

Разве что награда оказалась достаточно выгодной: не только навыки или артефакты, а ещё дополнительные слоты к инвентарю.

Пусть это был не первый дворец с подобной наградой, но в этот раз 5 сундуков S-ранга имели второй строчкой: +10 слотов.

– Эх, жаль забрать могу только четыре, – жадно проворчал я.

Впрочем, как и обычно «Сумо» заблокировало часть наград.

Но я произнёс:

– Отключить навык «Сумо». Выбираю сундуки 1,2,4 и 8.

В следующий миг меня выплюнуло в реальность. На контрасте после боя с боссом в Мексике было жарко и сухо.

– Сколько ж ещё подземелий надо зачистить-то? – пробормотал я, глядя в небо.

После закрытия каждого Дворца, оставшаяся в нём энергия передавалась другим. В них время начинало бежать быстрее, монстры становились сильнее, а наград больше и они ценнее.

И с каждым зачищенным пространством остальные казались всё сложнее.

Иногда со мной болтали «Лиры», оставленные Арфой. Но чем старше я становился, тем реже происходили беседы с этими частицами души и разума бывшей Воли Мира.

Я глянул ещё раз на добычу:

+40 слотов инвентаря

+ ПРИЗЫВ ТЁМНОГО БУРАНА(активное умение)

Требуется: магия 10000

Раз в месяц Вы можете призвать масштабное погодное явление, которое скроет солнце и низвергнет на землю мощнейший снегопад и ветер!

Доступно только в подземельях!

+ ЛЕДЯНОЕ ДЫХАНИЕ (активно умение)

Требуется: мана 2250

Вы можете выдохнуть мощнейший поток морозной воды, которая стремительно заморозит всё, чего коснётся!

+ Мешок Мороза (сумка) – безразмерное магическое хранилище, в котором постоянно поддерживается очень низкая температура, но течение времени не останавливается.

Внимание! Возможно уничтожение изнутри и снаружи!

+ Пугало из зимней соломы (кукла) – особый артефакт, отпугивающий от себя монстров. Активируется после втыкания основания в землю.

Затрачивает 100 маны.

– Включить навык «Сумо», – произнёс я. Новые умения и артефакты не пропали, я радостно выдохнул: – Это хорошо, повезло, что не как в Кейптауне. Режим тренировки.

***

Я ворвался в барак. Там ароматно пахло свежей выпечкой.

На кухне ба готовила пирожки.

Я прошёл и сел к телевизору, где Аля уже смотрела мультик про черепах, с наслаждением уплетая сдобу с повидлом.

Я погладил сестрёнку по голове, чуть-чуть посидел и понял: хочу почеканить мяч!

– Брат, ну шумно же! – возмутилась Аля.

– Сделай громче, – проворчал я.

– Сиди и смотри, новая серия же! – заявила злая девочка, резво вскочила, поймала и обняла мяч.

– Да-да, – буркнул я и досмотрел мультик, после чего мы вместе отправились во двор играть в футбол.

Так продолжалось минут пять, пока неожиданно рядом со мной не возникла красноволосая девушка:

– Да не стала бы она с тобой играть в футбол! Я видела её разум, для неё это скука! Перебор с выдумкой! – заявила Арфа и воткнула нож в футбольный мяч.

– Брат, кто она? – строго спросила Аля.

– Никто, иди в дом, помоги ба с пирожками, – проворчал я.

– Хорошо, брат! – ответила моя сестра.

Я проследил, как она заскочила в дом и стала подслушивать, её макушка виднелась из-за угла. Настоящая Аглая такой оплошности не совершила бы.

– Я же просил: не ходи в эту зону! – возмутился я и отправился за границы этого уютного уголка выдуманной реальности.

Стоило пройти сквозь условную границу, как я оказался посреди белого и практически бесконечного пространства. Чуть поодаль был виден уголок с мамонтами, в другом месте с птицефабрикой и школой, а кроме того возвышался наш московский дом.

Ведь в моём воображении все были живы, я и Аля просто гостили у ба.

– Ты обещал создать мне отрезок памяти с пейзажем моего прошлого в обмен на помощь с изучением твоих характеристик и навыков, – сжав зубы, процедила мой тотем.

– Вернусь в Союз, побываю в указанном тобой месте. Раз сама не можешь представить, как я тебе это сделаю? – проворчал я.

– Тц, пухлым ты был сговорчивее, – буркнула Арфа, скрестив руки на груди.

– Исследование возможностей воображения было и в моих интересах, – проворчал я, оглянувшись на поддельный рай. – Но я обещал сделать, сделаю. Я сейчас в Мексике, это на другом континенте, а глобус пока не откатился для телепортации.

– Я помню. Мне скучно следить за тобой, но я не забываю общей картины. Какая «Мелодия Нектара» была в этом дворце? Тот мешок, о котором я рассказала?

– Да, – буркнул я, пересчитывая мамонтов. – Ты снова увеличила стадо? Смотри, чтобы они не перешли границ, а то в следующий раз отправлю их на шашлыки без права восстановления.

– Ты злодей! – возмутилась красноволосая. – Толстым ты был куда добрее и симпатичнее! Злодей!

– Уж кто бы говорил, вспомни, как сама сюда попала, – проворчал я.

– Ой, всё! Вечно ты придираешься!

Наступила тишина, но предсказуемо вскоре Арфа прервала её:

– Ну, почему не спрашиваешь о «Мелодии Нектара» в другом Дворце? Когда поедешь в этот свой «Союз»? Почему ты со мной не разговариваешь? Так нечестно! Я твой тотем! – протараторила девушка, скрестила руки на груди и надула щёки.

– Хватит притворяться милашкой, я в курсе, что ты – воплощение зла, собиравшееся убить сестру и меня, – фыркнул я.

– Ой, да это было давно, и с моей точки зрения всё было совсем не так! И вообще, сам попробуй подключиться к инфополю мира, станешь тем ещё злодеем… А ты и так ворчун! Ты подключился, вот и стал таким чёрствым, да? Ну же, поговори со мной! Твои выдуманные родственники и знакомые слишком добрые и скучные, словно мамонты.

Я посмотрел на эту странную особу.

– Хорошо, – буркнул я. – Но «говорить» со мной это тоже скучно.

– А я не одна, я с армией! – усмехнулась Арфа.

Вокруг начали возникать образы неандертальцев, диких племён, воинов в форме и с оружием самых разных эпох.

Я уже давно был в курсе, что Арфа была очень древней особой, чей возраст давал ей повод чокнуться очень много раз.

Если Алтея считала, что её учительнице полторы-две тысячи лет, то сама Арфа признала, что полторы тысячи это срок, когда она стала Волей Мира. А волшебницей она была десятки тысяч лет. В какой-то момент один из её предшественников даже ввёл запрет на количество магов более одного в мире, тогда и возник пост Мага Мира.

Это правило было ей самой отменено для внедрения перерожденцев в человеческое общество, попутную охоту на Малявку и его семью.

Парадокс в том, что к смерти моих родителей Арфа не имела отношения. Для неё его продолжительная жизнь даже могла быть выгодна, но из-за разницы в строении души даже предположить, что мой отец – прошлое демона из иного мира, она не могла.

Сражения с бывшей Волей Мира, копиями магов и воинов, которых она создавала, были моей новой тренировкой. Одной из трёх ежедневных, но это в некоторой степени была награда Арфе за выполнение обязанностей тотема.

И вот здесь надо сказать, что она была куда полезнее даже Алтеи, не говоря о медведе.

Впрочем, проблемы тоже имелись.

Арфа умела воплощаться в реальности, пусть и недалеко от меня, но бестелесной на разведку ходить не могла. Но способность жить, пока я сплю, была не самой приятной, порождая у меня лишнюю паранойю. Без ножа-то она не ходила.

Кроме того в момент, когда я таки закрою последний дворец, сюда нагрянут все «Лиры», обладающие собственными личностями. Я так и не понял, они сольются в один коллективный разум или же победит только одна.

А ещё эта тётенька меня называла «симпатичным», пока я не нашёл способ обойти её подарок в виде навыка вечной молодости. Парадокс в том, что стоило мне отключить «Сумо», как я продолжал взрослеть.

Правда при этом я становился обычным смертным без возможности использовать некоторые артефакты, все навыки и в том числе инвентарь. Единственным исключением было «Слово Силы», позволяющее включать и отключать магический талант.

Моё сражение с Арфой было скоротечным. Она использовала магию барьеров, а копии воинов отвлекали меня в ближнем бою.

Но я тысячи раз это уже проходил, а потому достаточно быстро победил. Единственным новшеством была попытка телепортации в точку надо мной, чтобы использовать что-то типа шпаги.

Я увернулся, перехватил оружие и дёрнул его на себя. Волшебница упала, а я добавил ударом ладони, буквально вжимая её в белую поверхность мира воображения.

– Напоминаю, сейчас я куда сильнее и опытнее, чем был в детстве, – проворчал я. – В ближнем бою это всё бесполезно. Ты тренируешься перед наплывом «Лир»?

– Ха-ха, нет. Нет, конечно же нет. Всё куда проще: умрёшь ты, умру и я. А потому ты должен жить в вечном тонусе! – рассмеялась девушка.

– Хм, мне кажется, или ты что-то скрываешь? Ты случаем не связана с теми нападениями перерожденцев? – спросил я, отходя в сторону.

– Нет!

– Если не соврёшь, сразимся позже ещё раз вместо моей тренировки по футболу.

– Ну да, да! Моя копия успела отдать приказ системам перерожденцев, что они получат максимальные награды, если убьют тебя. Но штрафы я прописать не успела, как и сроки выполнения, поэтому это не принудительное задание, у них есть выбор: идти на это или нет!

– А злодей я, – буркнул я. – Девять лет молчала о таком важном нюансе.

– Ой, да ты и не спрашивал, – махнула рукой бывшая Воля Мира.

– Ну, если честно, пофиг. Я вытащил столько разных артефактов из дворцов, что даже без навыков меня мгновенно не убить, а перейти в режим сумоиста вообще не проблема, – произнёс я, но что-то не сходилось. – Точно, они же могут вынудить меня показать волшебство, чтобы я потом устранял свидетелей. Это будет запарно.

– Ой, обычная работа мага в Истинной Ветви. У тебя артефактов на стирание памяти сразу три штуки!

– Но они все ограничены количеством зарядов, – проворчал я. – И вообще, я это говорил, но ты стерва! Вроде нормальная, мы тут просто говорим, а дел в прошлом намутила. Я с семьёй из-за тебя не вижусь! Нормально с людьми не поговоришь!

– И моей ученице глазки не построишь? – фыркнула Арфа, а рядом возникла копия Алтеи без намёка на одежду.

– А вот твои вечные подколы на эту тему надоели и раздражают! Всего раз призвал в баню, ностальгия у меня! Я не виноват, что она вечно телепортировалась в таком виде! Да и ты тоже! А-а-а, бесишь! – вздохнул я, резко рванул к красноволосой и схватил её за щёки.

– Фто эфо фнафит? Фафтеффяффя!? (Что это значит? Застеснялся?) – кажется, возмутилась она.

– Ничего, просто цензура, – буркнул я и легонько потянул в разные стороны забавную мордашку. Кажется, Арфе это не понравилось, она больно стукнула меня ногой в голень. – Больно, но терпимо.

– Пфр-фр-фр, – забавно выдохнула Бывшая Воля Мира, но снова бить не стала, а подняла на меня свои глаза.

– Ладно, отпускаю, – проворчал я и убрал пальцы от чужого лица.

– Вырос телом, провёл в пространствах больше века, а так дитём и остался! Инфантильный полудурок!

– А почему «полу», а не целый? Обидно вообще-то.

– Не дорос до полного! Продолжим сражение! За свою наглость ты поплатишься! – заявила Арфа, а в её руках возникли ножи.

– Почему Вы так любите холодное оружие? Барьеры-то у Вас опасней.

– Потому что я умею пользоваться ножами лучше!

Я выбил первый кинжал ударом ладони, а запястье второй руки сжал, оружие само и выпало.

– Сдаюсь, сегодня ты снова победил, светловолосый, – заявила девушка и отправилась в сторону мамонтов, которые без её надзора уже поглядывали на грядки огородов около барака и моего дома с банькой.

Последний не был обжитым поддельными ба, Алей или родителями. Там я хранил свои воспоминания о жизни.

Это посоветовала делать Арфа, потому что жизнь у мага очень длинная, в какой-то момент что-то да начнёт забываться.

А свои драгоценные воспоминания я терять не хотел. Впрочем, наверняка она здесь ходит, пока меня тут нет. Я замечал изменение положения вещей, следы на земле и посещение бани кем-то другим.

Но это могла и Аля из другой локации провернуть…

Я прошёл в дом, наколол дров, затем растопил баню, попарился и лёг спать.

Сейчас в режиме тренировки я мог жить вечно, пока снаружи течение времени практически замирало.

Но чем дольше я здесь находился, тем больше расходовалось волшебной энергии, начиная со вторых суток. Поэтому больше 24 часов я старался здесь не проводить.

***

Вернувшись в реальность, я добежал до небольшого городка и зашёл в местный магазин.

– Мне нужны какие-нибудь фрукты, вода и карта местности, – заявил я молоденькой продавщице, которой было лет восемнадцать-двадцать.

Та уставилась на меня, а через несколько секунд спросила:

– Американец? Гринго?

– Турист из Австро-Венгрии. Заблудился, – соврал я.

– Откуда? Это где-то в Европе?

– Типа того. Так продадите озвученные товары? – уточнил я.

– Завоза не было три дня. Машина задерживается. Если нужны фрукты – сходите на ферму Сантьяго, она недалеко. Воду можно налить в колодцах бесплатно, а карту я сейчас найду.

– Сколько будет стоять? – спросил я.

– Пять баксов… папа? – успела произнести девушка, и резко прыгнула за прилавок.

В следующий миг из боковой двери вышел пожилой мужик:

– Гринго, иди отсюда. Тебе ничего не продадут, – сказал он.

– Я не американец. Стал бы американец учить испанский? – произнёс я.

Мужчина отвёл рычаг на ружье и поднял дуло на меня.

– Понятно, – пробормотал я.

Подобная реакция мне уже встречалась не раз и не два.

Я выскочил наружу.

Недалеко по улице уже собралось несколько человек с оружием.

Я проигнорировал их и убежал за здание. За мной не побежали, да и стрелять не стали.

Мне было достаточно 12 секунд, чтобы обо мне забыли.

– Хосе, зачем мы здесь собрались? – вскоре раздался голос со стороны входа в магазин.

– Мойзес видел гринго. Ты сам в курсе, что «Синдикат Звёзд» запретил с ними торговать и велел гнать из поселений, – ответил ему другой человек.

Выходить я не стал. К сожалению, мой фокус с тем, что меня попросту забывают, в такой ситуации не подходил.

– Ты что, трусливо здесь останешься? – возникла Арфа недалеко от меня.

«Я умру, ты тоже. А моя способность не активна», – проворчал я мысленно.

– Они наставили на тебя оружие!

«Это мирные жители. Хотели бы убить, выстрелили бы, пока я сюда бежал».

– Трус, я же знаю, что ты можешь и без магии! – заявила бывшая Воля Мира и исчезла.

Я тоже знаю.

Я выждал ещё немного, обо мне забыли и разошлись искать «гринго» дальше.

Я же отправился дальше без фруктов и карты. С водой пока проблем не было, я мог её и наколдовать, но в пустынной местности было странно не спросить о питье.

«Синдикат Звёзд» в этом штате на границе с США был выше законов Мексики. Хотя по местному телевиденью только и рассказывали об их злодеяниях, но создавалось впечатление, что это скорее реклама или даже пропаганда этой бандитской организации.

В детстве я хотел быть героем, но Маг Мира не может нападать на всех подряд, кто ему не нравится. Не удивлюсь, если Арфа пытается меня спровоцировать, чтобы мой дар оказался заблокирован или вообще исчез. Я без понятия, что с тотемом будет при подобной ситуации, вдруг она станет свободной?

Я могу спокойно устранять только свидетелей своего волшебства, вторженцев из иных миров, монстров и перерожденцев. Да и особо не горю желанием убивать людей.

Жаль, что с нормальной картой не получилось, но это не было критичным. Мой навык «Волшебная Картография» был улучшен многоженство раз и достиг S-ранга.

Я рассчитывал на одно из улучшений, позволяющее жертвовать в него бумажную карту в обмен на актуальное состояние той местности в масштабе, который был указан на бумаге.

В Мексике я посетил уже семь дворцов из восьми. Страна далеко не маленькая, я ожидал большего числа, но пока местоположение и типы монстров, указанные Арфой, полностью подтверждались.

Я направился пешком в сторону цели. Карта туда пока не дотягивала.

Через пару часов пути я наткнулся на три пикапа, которые перегородили дорогу.

Я остановился, понимая, что это не к добру, даже будь это полицейские.

Но в следующий миг от этих людей отделилось вспыхнувшее пламя в форме дракона.

– Фух, перерожденцы. Всё куда проще, – улыбнулся я и направился в их сторону.

Глава 2

Заклинание в форме стихийного дракона – прямое указание не просто на перерожденца, а на кого-то обученного хамелеонами из иного мира или же получившего их артефакт.

Учитывая большой объём пламени, его скорость и подвижность, враг определённо был весьма силён вне зависимости от того: навык это или же эффект волшебного предмета.

Я остановился и достал скатерть-самобранку, вытащил из неё лепёшку и проворчал:

– Бесят, мне нужны фрукты, овощи и место, чтобы приготовить мяса да побольше. Активировать талант «Сумо»!

В следующий момент мои характеристики изменились многократно.

Дракон приблизился ко мне, я быстро коснулся земли и нырнул под огненным заклинанием, буквально прыгнув вдаль. Остановился я около машин.

– Что за? – успел сказать усатый мексиканец в плаще, стоявший на крыше пикапа с рукой, направленной в сторону дракона.

Я сделал шаг в его сторону, схватил за ногу и сдёрнул вниз.

В этот момент люди с автоматами, направленными в мою сторону, начали оборачиваться. А ещё пара человек, до этого лежавшая за пулемётами, вскочила на ноги и потянулась за свои оружием.

«Арфа, среди них есть простые люди?» – уточнил я.

– Нет, иначе Алтея их отследила бы через инфополе, – ответил голос в моей голове.

Дюжина перерожденцев в одном месте, значит.

– Кто меня не атакует, останется жив, – громко произнёс я и ударил огненного мага о землю.

Дракон, который летел сюда и был близок к тому, чтобы зажарить местных после потери контроля, мигнул и распался на затухающие искры.

Последовали выстрелы. От части пуль я увернулся, другая попала в защиту мага, которого я продолжал держать уже в качестве щита.

– Плохой выбор, – вздохнул я и бросил тело в пикап, а сам рванул к самым упорным автоматчикам.

Сдерживаться я даже не думал, но и ответные пощёчины не привели к гибели перерожденцев, их накрыли одинаковые полупрозрачные барьеры по поверхности тел.

Хм, похоже, эти тоже были магами. А ведь далеко не все, помнящие прошлые жизни, могли применять и видеть волшебство.

Между тем меня атаковал каждый из двенадцати. Но кроме мага огня остальные использовали оружие.

Раз не получилась первая попытка, я схватил руку в барьере и выдохнул:

– Хватка. Первый.

Брызги крови от лопнувшей плоти разлетелись в стороны. Выстрелы превратились в бесконечные очереди, а потому приходилось находиться в движении. Благо оружие было не с бесконечным боезапасом.

Спустя минуту я глянул на волшебную карту.

– Один остался, – проворчал я, используя один из артефактов, чтобы очистить руки.

Влетевший в пикап маг огня судорожно рисовал своей кровью узор в кузове.

– Парад Правды: кто вы такие? – спросил я, а весь мой запас в 2000 маны опустел.

– «Синдикат Звёзд», – с остекленевшим взглядом, ответил мексиканец.

– Зачем вы атаковали меня?

– За твою смерть мы… я могу получить 3000 характеристик и бессмертие, – произнёс человек, чьи руки продолжали рисовать узор.

Пусть этот навык S-ранга был достаточно мощным, чтобы заставить почти любого говорить правду, но его первичная сила была в массовости, она не блокировала желание напасть или магические способности.

Я наступил на пальцы врага. Я точно не был в курсе, что за руны творил враг, но общие черты указывали на призыв, глупо дать закончить подобное.

– Выкладывай всё, – проворчал я и начал слушать.

Оказалось, что на меня напал один из трёх основателей местной бандитской группировки.

У них было несколько десятков перерожденцев в составе, но магов всего трое. Зато при помощи нанесения рун-татуировок, ритуалов и создания артефактов каждый из них становился весьма силён, даже немаги и неперожденцы, не понимающие, что с ними делали, становились сильнее, быстрее и намного опаснее.

Правда срок жизни обычных людей при этом сокращался, от побочных эффектов освобождали только перерожденцев с полезными умениями и навыками.

«Синдикат Звёзд» – вторая по силе организация перерожденцев в Мексике, основанная бывшими военными или полицейскими, в названии была отсылка на офицерские погоны.

Они выступали за наращивание силы и захват власти, но слишком поздно сформировались, этой страной уже правил «Клан Бессмертных». Первая по силе организация в Мексике захватила власть уже давно, делиться не собиралась, как и принимать в свои ряды «псов, родившихся после».

Ну, а кроме того имелось ещё одно различие: все три мага «Синдиката Звёзд» обладали Системами Арфы, однако за 30-40 лет жизни этих магов единственное задание было: убить Мага Мира. То есть меня. Пришло оно девять лет назад и обещало колоссальный прогресс силы.

А что самое паршивое, три часа назад задание снова всплыло, но с текстом:

Обнаружен Маг Мира в окрестностях.

Компас обнаружения включён!

Подобный текст возник ранее, но ненадолго. Сейчас же успели направиться в мою сторону, а ещё из пары деревушек пришли сообщения информаторов о «Большом Гринго», а сам «Компас Задания» активно показывал в моём направлении.

Но не всем перерожденцам это было видно, а только обладателю Системы Арфы, который находился не так уж далеко от меня: 25-30 километров по прямой.

Остальные перерожденцы не отказались поохотиться за Магом Мира.

В целом после того, как я нейтрализовал убийц, можно было об этом забыть, если бы не информация об их криминальном бизнесе. Они похищали детей и продавали их какому-то американцу, живущему не первый раз.

– И зачем ты идёшь на их главную базу? Ты же собирался зачистить Дворец и свалить! – напомнила Арфа в какой-то момент.

– Раз они всё равно придут меня убить, наведаюсь сам, чего время терять? – проворчал я.

Спустя три часа всё закончилось.

Вот только морально это оказалось куда сложнее.

– Почему ты дала систему этим *цензура*? Каждый раз, когда я узнаю об обладателях Системы Арфы, это какие-то моральные уроды! – проворчал я.

– Практически все перерожденцы – психопаты. Потому я и не люблю их. Что с моей системой, что без неё они просто психопаты, – спокойно ответила Арфа. – Но в этой стране ничего не случалось, а потому влиять на них смысла не было никакого. Ни давать им задания, ни помогать стать ещё сильнее не имело смысла.

– Начинаю подозревать, что в итоге мне придётся всех убивать, – проворчал я, вытирая руки о волшебный предмет, способный очистить от всего.

– Ты говоришь, словно в этом есть что-то плохое.

– Ну, для меня да! Я не люблю убивать людей! – возмутился я.

– Пора бы привыкнуть. Ты был в пространствах не только с человекоподобными монстрами, но и теми безумными людьми. Привыкай, Михаил!

– С кем я разговариваю, блин? Ты ещё большая психопатка, чем они! – проворчал я, вытирая пот со лба всё тем же артефактом.

Благодаря наличию трофейных бумажных карт, я легко нашёл следующий дворец.

Он оказался из числа необычных: внутри было поле какого-то злака, которое поедала саранча, а вот на неё охотились огромные стрижи-монстры, каждый из которых был боссом этажа.

Наверняка лет десять назад в этом дворце было бы не так уж сложно, но сейчас его масштабы были огромны, а пока боссы этажа не были убиты, ядро, босс подземелья и сокровища на карте не показались.

Далее я быстренько поймал саранчу-ядро и убил огромного солнечного стрижа, оказавшегося главным чудищем пространства.

После этого впервые ко мне вышла «Лира», внешне особо не отличающаяся от Арфы. Обычно частицы души, оставленные в подземельях, были светловолосыми и отличавшимися от оригинала возрастом и фигурой. Впрочем, давненько они не выходили со мной говорить, похоже, я толстячком им был куда симпатичнее.

Здесь же обитала хмурая красноволосая девушка.

– Ты мне не нравишься, – заявила она, как только меня перенесло к столу, за которым она пила чай или какой-то иной напиток.

– Ну, а вы вполне красивы, но у меня уже есть «тайная» невеста и та, кому я бы признался в любви, – заявил я.

– Ой, да мне плевать. Я верно понимаю, внутри тебя сидит Арфа? – неожиданно спросила меня собеседница.

– Правда? А такое возможно? – удивился я.

– Хватит играть передо мной дурня. Я была оставлена сторожить лабиринт к миру, который был богат магической энергией. В отличие от других Лир я – не пустоголовая дура, а почти полная калька основы. А потому я могу почуять душевные связи. В тебе точно скрыта Арфа.

– Ладно, допустим, что такое возможно, что мой «медведь-тотем» имеет некоторые хобби, а раньше подрабатывал Волей Мира. Что дальше?

– Ничего. Это значит, что мы проиграли, – проворчала местная Лира и откинулась на спинку стула, запрокинув голову к небу. – Паршиво. Вот же неудачница!

– Сама неудачница! – возмутилась возникшая рядом Арфа. – А раз я неудачница, сама ты тоже неудачница!

– А я о себе и говорила, – фыркнула местная особа и глянула на меня: – Так себе местечко, чтобы в него возвращаться.

– Нормально, у него богатое воображение, мамонтов пасти можно, – усмехнулась бывшая Воля Мира.

– Пфф, печальная неудачница, довольствующаяся подачкой. До чего я докатилась? – проворчала местная «Лира» и исчезла.

Я оказался в месте выбора сокровищ. Ничего примечательного там не нашлось, просто навыки и артефакты.

Однако среди всех оповещений не было привычного, что непотраченная энергия дворца переносится в остальные подземелья.

И вот, когда я оказался снаружи, в меня ударила волна оранжевого света, временами в ней угадывались женские силуэты. Несколько минут я не понимал происходящего, но здоровье не падало.

Я глядел в мексиканскую ночь и в какой-то момент дошёл до пика агонии.

Всё неожиданно прекратилось, а рядом со мной возникла женщина с ножом:

– Значит, это было последнее подземелье, – пробормотал я, оглядывая немного более высокую «Арфу», на голове которой половина дредов была красной, а другая светло-золотистой. – Будем сражаться за власть над телом?

– А ты дурачок. У меня всегда есть план «Б», – рассмеялась эта странная особа и взмахнула ножом в сторону.

– Эм, тут есть комары? Ты и так можешь? Больше не придётся таскать с собой москитную сетку? – пробормотал я, пытаясь шутить и не понимая происходящего. Я-то готовился сражаться за свою жизнь, мысленно снова и снова выбирая последовательность применения артефактов и навыков.

– Я не хочу, чтобы за нами подглядывала твоя подружка с фиолетовыми глазками.

– Ялло?

– Да, скрывается она великолепно, но постоянно за тобой присматривала вместе с Алтеей. А теперь перейдём к главному, – хитро улыбнулась Арфа, а нож из её руки исчез.

В следующий миг она пропала с места, где была только что.

Телепортировалась?

Я поднял взгляд вверх, собираясь блокировать выпад, но вместо этого увидел её лицо прямо перед собой. Она успела поцеловать мой нос перед тем, как я её отбросил от себя.

– Ты что творишь? – выдохнул я, не ожидая подобного и вытер лицо рукавом.

– Ты не слоник, но мне и медведи симпатичны!

– Ты Лира? – вспомнил я сразу несколько версий блондинок из подземелий.

– Арфа, Лира, это всё я. Теперь душа полна, эмоции вернулись ко мне, – безумно произнесла девушка, а её волосы начали светиться и плавно стали перекрашиваться сначала в красный, потом все в золотистый, после чего стали светло-розовыми.

– А Марта? Она разве не часть? – пробормотал я, не зная, как реагировать на происходящее.

– Она копия моего разума, добавленная к личности заповедного животного. Не более того. Тюфячка. Слабачка. Предательница! – рассмеялась Арфа, меняя интонации, словно их говорили разные люди. – Мамонтиха, любящая цветочки!

– Кхм, ты меня пугаешь, – пробормотал я, продолжая не понимать происходящего.

– Хи-и-и, Михаил, Миша… ты веришь в любовь с первого взгляда? – спросила бывшая Воля Мира.

– … чё?

В следующий миг её лицо снова оказалось вплотную ко мне. Арфа воспользовалась моей заминкой и поцеловала в губы.

Я попробовал оттолкнуть её, но увидел взгляд. Это была совсем не та девушка, которая когда-то пыталась убить Алю и меня…

Но всё равно:

– Парад Правды!

***

Интерлюдия

РСФСР: 1 (Смирнов К 90)

ЕГИПЕТ: 4 (Салман 1,12,42, Салех 79)

Виктор Валентинович Вихрев, Бывший председатель РСФСР, а ныне премьер-министр посмотрел на своего бывшего советника, а ныне президента республики Тимофея Трофимовича Есаулова и проворчал:

– Хорошо, что не пошли на этот матч. У наших только парень из «Кайрата» в конце выделился. Как его там?

– Константин Смирнов, – произнёс нынешний руководитель республики. – Это для него первый матч, вызвали вместо Саврасова, который порвал кресты в стыковых матчах за выход в первенство СССР. Что, видится только хорошее на фоне общего?

– Федерации выделили спонсорских денег два грузовика валюты. Они наняли испанский штаб для всех сборных за каким-то чёртом. У нас разве с игроками есть такие проблемы? Я из мира, где футбола вообще не было, и я им особо не интересовался. Но разве Египет – это настолько крутая команда?

– Кхм, ну-у-у, в моём мире у нас с футболом вообще было так себе, из-за всемирного карантина никаких международных матчей, и стадионы без зрителей. А так всё казалось неплохо, – погладил свой подбородок Есаулов.

– Мысли есть? Кубок Конфедераций влетели в отличие от основной сборной СССР, словно фура в пропасть. Вообще без шансов. 14-1 общий счёт. Был бы Сталин, он бы точно проверил всех бюрократов от футбола на тему отмыва…

– Да хватит меня подстрекать на жёсткость. Я же должен отыгрывать слюнтяя, не хочу я на второй срок, задолбало работать. Давай ещё кому-то пост отдадим, если сам не хочешь.

– Пфф, – фыркнул Вихрев. – Шутки у тебя всё свежее. Иногда думаю: неплохо бы тебя ещё разок на орбиту на полгода, может инопланетяне всё-таки заберут и пришлют кого-то адекватного вместо тебя.

– И не надейся. После пропажи Каземирова, я должен сбалансировать тебя своим разгильдяйством, стараюсь делать это осторожно, припоминая ворчуна. Давай лучше думать: куда послать испанцев и кого позвать в сборную после этих результатов?

– Да кого-то толкового и нашего. Не знаю, мне вот интересно: что с жильём в Приамурье делать после наводнения. А футбол. Ты президент, решай сам, – проворчал премьер-министр и выключил телевизор.

В тот же миг Есаулов исчез из комнаты, перенесясь к себе.

– Раз сам могу решать, можно и похулиганить. Всё равно реальные кандидаты давно отказались, – усмехнулся президент и нажал кнопку вызова на селекторе: – Свяжись с республиканским ОБХСС, пусть проверят Цукерштейновы фирмы и всю Федерацию Футбола со всеми представительствами. И поищи компромат на футболистов. А кроме того найдите и привезите мне одного человека…

***

Миша Медведев

– Вот же ты стерва! – выдохнул я, схватив Арфу за плечи.

– В хорошем смысле? – почему-то заулыбалась девушка в моих руках.

– Да какой может быть хороший смысл? Ты притворялась всё это время моей сестрой в Мире Воображения, пока я принимал твою копию за себя! Не прощу!

– Ну, ею быть не так скучно, как погонщицей мамонтов. Прости, Миша, но и тебе самому эмоциональная копия точно понравилась больше. И вообще, я во многом «Лиры», а самую малость «Арфа».

– Врёшь, – буркнул я, но отпустил стерву, потому что мне показалось, что ей понравилось моё прикосновение.

– Вру. Все «Лиры» – Арфа, а я все они в сумме!

– Безумие, – пробормотал я, проследил, чтобы моя мана снова достигла максимума в 2000/2000 и произнёс: – Парад Правды!

– А что, если бы этот навык на меня не действовал? И почему ты его применил и не задал вопрос? А почему я такая болтливая? – начала тараторить Арфа и прикрыла губы ладонями.

Я схватил её за запястья и развёл их в стороны.

– Это умение имеет накопительный эффект. Оно выпало мне в сундуке, где награда была «Случайным Умением». Но оно действует массово и в том числе на меня, если верить описанию, от него не спастись никой защитой, – произнёс я, как бы ни старался противиться этому, после чего быстро вставил вопрос: – Как ты можешь сбежать от меня и стать свободной?

– Для этого я постоянно следила за тобой, искала слабости, притворялась каждой из призванных персон, предложила сохранять воспоминания, чтобы постепенно захватить твой разум.

– Разве это не бесполезно? На мне же защита Малявки, – уточнил я.

– Это способ из его памяти. Я утащила немало его драгоценного «понимания». Но и подумать не могла, что этот подлец окажется прав: энергетика не позволила это провернуть, – сообщила девушка.

– То есть ты уже пробовала? Когда?

– Да в первый год. Это был единственный способ, но он не сработал, и я сдалась. Да и ты, чего скрывать, впервые вызвал во мне запретное чувство для волшебников, – покраснев заметно даже под светом луны, заявила бывшая Воля Мира. – А ты кого любишь? Ведь Алтею? Или же ту другую девчонку? Копия которой была в Москве или в твоей бане. А может рыжую подружку из Костромы?

– Пфф? Чё? Степаниду или тем более Викторию Кольско? Нет! С Алтеей всё-таки правда, – признал я, – это я понял по снам, которые начали мне сниться по мере взросления. А вот ровесницу? Ха! Ладно ещё Фадееву, но Кольско? Ха-ха, точно нет! Она вредная! И вообще мелкая!

– Ты её не видел девять лет. Она сейчас старше тебя, значит и ты мелкий? – начала давить логикой Арфа.

– Нет, я опытный и старый маг, – проворчал я и усмехнулся: – раз так хочешь меня соблазнить? А вот я соглашусь, но всё будет по моим правилам.

– Каким? Ты же как и я неопытен! – успела произнести бывшая Воля Мира, а в следующий миг я вытащил из инвентаря артефакт-верёвку. – Что это?

– Путы, способные держать даже души и призраков, – сообщил я. – Разве не знаешь?

– Я изучала только Мелодии Нектара, самый главный урожай каждого дворца, – произнесла Арфа, на лице которой несколько раз возникла улыбка, которую она пыталась подавить. – Ты серьёзно собираешься связать меня? Зачем?

– Чтобы выспаться, – улыбнулся я, быстро заканчивая узел.

– Что? Нет! – возмутилась волшебница и перестала скрывать улыбку: – Ты издеваешься? Это не смешно! Ты же не можешь так ответить на признание в чувствах невинной девочки!

Я достал под голову случайный мешок и лёг спать.

– Могу, – буркнул я.

Мы волшебники, от прохлады пустыни не умрём, да и в рамках пищевой цепочки мы на самом верху.

***

Интерлюдия

Высокий сорокапятилетний мужчина озирался по сторонам и поглядывал на двух «работников», что сопроводили его в Кремль. Его буквально разбудили ни свет, ни заря, а глубокой ночью после просмотра по телевизору трансляции по футболу.

Даже переодеться не дали, а привезли прямо в домашних шортах и футболке, в которой он вышел наорать на «гостей», разбудивших его многочисленных детей и всех трёх женщин.

Орать Игорь Медведев собирался сам, но увидел ксивы и пошёл успокаивать семью, но его схватили и увезли. Спортивный костюм дали уже здесь.

– Да скажите уже, что за фигня? Я к матчу с Египтом вообще непричастен, а ленинградское, тьфу, питерское «Динамо» моя «Волга» выбила по спортивному принципу. А мои слова о питерском клубе на пресс-конференции год назад – элемент шоу, – начал тараторить мужчина, подозревая, что натворил что-то не то.

– Гражданин Медведев, мы сами не в курсе, расслабьтесь. Напрягайтесь, когда товарищ президент выйдет к Вам, – проворчал правый «работник».

– Это может затянуться, можете присесть на гостевой стул, – кивнул в сторону мебели левый.

– Да не, постою, – пробормотал бывший главный тренер футбольного клуба «Волга», перешедший три года назад тренировать «Красную Пресню» и сумевший с ней выйти в Высшую Лигу СССР и дойти до полуфинала кубка обладателей европейских кубков в прошлом году.

Впрочем, многие специалисты считали, что главной заслугой Медведева был собранный им ещё в костромском клубе тренерский штаб и умение работать с мотивацией игроков. Другие специалисты называли Игоря Михайловича просто везунчиком, а игроки отзывались, что он просто не мешает им играть.

Правда была где-то посередине, но сейчас руководство «Красной Пресни» решило не продлевать контракт с тренерским штабом, потому что в прошедшем сезоне они заняли третье место, а целью было чемпионство. Иностранный тренер уже руководил трансферной компанией, в ходе которой клуб, отделившийся от структуры «Спартака» несколько лет назад, купил игроков на 40 миллионов долларов.

А потому мужчина, стоявший посреди зала, считался безработным. Но даже в самом жутком кошмаре он не мог себе представить, что через двадцать минут услышит:

– Здравствуйте, Игорь Михайлович. Сидите, сидите. Не буду долго тайну хранить, я решил, что Вы идеальная кандидатура на пост тренера нашей сборной по футболу. Я не о СССР, республиканская сборная. Вам плохо? Позвать врача?

– Н-н, – кое-как выдавил из себя футбольный тренер, после чего сделал усилие: – Н-нет, н-не н-надо врача. Давайте сразу палача, я на такое не подпишусь.

– Не бесплатно. За деньги. За хорошие и большие деньги с зависимостью их объёма от результата.

– За деньги, да? Всё-таки давайте лучше к палачу. Быстрее выйдет и семью клеймить не будут. Сборная СССР забирает лучших, все, кто выстрелил, уйдут к ним. У нас просто клуб, связанных с Цукерштейнами игроков.

– Ну, так исправь это. Полная свобода действий, Игорь Михайловия. Подбор игроков, сроки сборов, найм помощников. И за большие деньги.

– Насколько большие? – всё же решил уточнить Медведев.

Есаулов улыбнулся и написал на листке множество нулей:

– Это за согласие тренировать этот год.

Затем добавил ещё ноль:

– За выход из группы.

Затем добавил ещё один:

– Следующая стадия. Каждая победа.

И ещё один:

– А вот столько за победу. И это не в обычных рублях, а золотом стандарте, используемом при расчёте вместо доллара. А я в курсе, что у тебя просто огромная семья, «Султан».

– Не надо меня так звать. За деньги… я об этом, наверно, пожалею. Но жить на что-то надо. За такие деньги – да, – пробормотал Игорь Медведев, понимая, что подписывается на нереальную задачу.

Кто же знал, что временщик Есаулов на самом деле сущий демон?

Глава 3

Я сидел на подпольной арене и смотрел на поединок.

Два мужика делали вид, что бьют друг друга, но по факту это было театральное представление. Легковес килограмм в 55-60 успешно бил противника в два раза тяжелее и принимал его удары.

Я бы понял, если бы пришёл на мексиканский реслинг. Но сейчас я находился на трибуне в городе Джампур в индийском штате Раджастан. Попал я сюда не просто так, а в рамках задания, которое увидел на следующее утро после зачистки последнего дворца:

Внимание! Получено задание *ДЕМОНСТРАЦИЯ СИЛЫ* (1 этап):

Вы должны проследовать в город Джампур и посетить *Алмазный храм* в любой из вечеров.

Срок: до 1 сентября 2011 года

Награда: будет выдана по итогу всех заданий.

Штраф: нет

Первый этап уже считался выполненным, но второй никак не возникал.

Если первый бой вечера показался мне хотя бы интересным, там был боец муай-тай против представителя какого-то местного стиля, то вот второй поединок разочаровывал.

Невысокий и очень худой «Чаки» был представлен как боец смешанного стиля из Китая. Ему противостоял местный по прозвищу «Тигр», но уже боксёр.

Хотя публике нравилось, но они, похоже, верили в ловкость парнишки-иностранца.

Я же видел иное: «Тигр» снова и снова бил с небольшим недолётом, а его оппонент отводил голову или корпус практически синхронно. Получался танец. Отрепетированный танец, словно из шоу по телевизору.

В какой-то момент «Чаки» скользнул под руку противника, оказался за спиной и повис на шее «Тигра».

– Ду-ши! Ду-ши! – кричала толпа.

Ну, легковес и задушил. Вот только как-то уж слишком быстро «Тигр» упал для этого приёма. Либо ему в итоге сломали гортань, либо он сам свалился.

– Победа за «Чаки»! – заявил диктор около ринга, после чего трибуны взревели. – Это его десятая победа, и вы знаете, что это значит!

– Чат-ра-па-ти! Чат-ра-па-ти! – закричала толпа.

Благодаря моему пониманию других языков, я слышал и крик: «Защитник! Защитник!» – но только от местных. Для иностранцев это было не прозвище, а имя, как «Чаки».

На арену под музыку вышел накачанный индиец под метр девяносто. За ним с почтением шло двое местных ниже, один нёс на подушке какой-то медальон, второй забрал у чемпиона шёлковый халат, словно у боксёра по телевизору, стоило тому его снять.

– Понты, – пробормотал я.

Как только на арене оказался этот «Чатрапати», ведущий сообщил:

– Благодарим нашего отважного Чаки, достигнув десяти побед, он заработал право сразиться с нашим великолепный чемпионом – Чатрапати!

Далее диктор свалил с арены, послышался гонг, а китаец быстро приблизился к сопернику и нанёс ему несколько ударов в живот, после чего резко подпрыгнул и нанёс апперкот в челюсть.

*Бац!* – индиец ответил ударом ноги, от которого легковес реально отлетел в сторону, плюхнулся на пол арены и остался неподвижным, схватившись за рёбра.

– Чат-ра-па-ти! – взревели зрители.

Хм, реально всего два боя за день? Билет на трибуну стоил двести баксов, а зрелища-то особо и не было.

Я уже собрался уходить, но другие зрители даже не двинулись к выходу. Я ошибся?

«Чатрапати» прошёл от арены в сторону пустовавшего балкона, залез на него и сел в позолоченное кресло.

– Чаки пал слишком быстро, вы же недовольны этим? – заявил очевидное диктор у сцены. – Сегодня, руководство арены одобрило наше исключительное событие: битва претендентов. Обычно для вызова чемпиону надо победить десять раз, проиграв не больше трёх. Но «Вызов» даёт право одержать сразу победу над двенадцатью противниками в одновременном бою! За одну победу в нём счастливчик получит сразу десять тысяч долларов! А став чемпионом, выигрыш можно увеличить в сотню раз, получив миллион! Желающие могут выйти на арену! Нам нужно тринадцать добровольцев, но можно и больше!

Трибуны взревели.

Очевидно, что здесь были в основном туристы, богачи, а кроме них десятки местных, создающих атмосферу. Не знаю, последние были наняты на роль массовки или же были просто игроманами, пытающимися заработать на ставках.

А между тем первым на арену поскакал тот самый Тигр, что ранее добровольно упал от удушающего приёма Чаки.

Следом поднялась ещё пара бойцов, которых диктор знал и представлял публике.

Через некоторое время на арену поднялся какой-то мускулистый брюнет с наколками американской армии. Его встретили радостными криками.

А вот залезший на арену за ним мужчина с британским флагом на запястье вызвал свист с трибун.

В итоге быстро набралось всего десять участников.

– Ну же, дорогие гости! Нам нужно ещё три смельчака! – продолжал диктор на английском.

Неожиданно парнишка из числа лакеев местного чемпиона выбежал на арену.

Возможно, это тоже было частью шоу.

Однако ещё двое никак не выбирались.

Но стоило на арену выйти следующему весьма крупному человеку, как я рванул на арену.

Пусть прошло почти десять лет, я мог обознаться, но был практически уверен, что нет. На арену вышел Лёва, парень которого я встретил по воле задания, выйдя из метро в метель. Уже несколько позднее во время трансляции турнира по сумо на олимпийских играх 2004 года из комментариев я узнал, что это сын Ильи Львовича Протасова.

Даже не смотря на нечестное судейство, человек, которого я мог считать своим кумиром в этом единоборстве, легко завоевал золото и радовался вместе с семьёй победе. Однако большего я не знал.

Хм, я остановился. А вдруг мне не надо вмешиваться?

В тот же миг выполз текст:

Внимание! Получено задание *ДЕМОНСТРАЦИЯ СИЛЫ* (2 этап):

Вы должны победить противников в *Вызове Чемпиону*

Награда: будет выдана по итогу всех заданий.

Штраф: нет

Я усмехнулся. Алтея всё же была права: стоит мне жить по течению, заданий не будет. Но стоит инфополю выбрать путь, которому я своими действиями не соответствую или мечусь с выбором, как появится квест.

– А вот и наш последний участник! Впервые кто-то вышел на нашу арену в маске! Похоже это гость из Мексики! – заявил диктор, а затем добавил на испанском: – Напоминаю, мачете и другое оружие у нас запрещено!

Это всё он говорил обо мне и мне.

В маске я был по примитивной причине: так меня забывали, но не так быстро, как с открытым лицом.

Ну, ещё я посчитал, что мог сойти за местного. Загар у меня сейчас был заметный.

Но индийцы оказались в большинстве не такими высокими, как Чатрапати, а потому я возвышался на улицах, словно слон. Впрочем, на них местные особо не таращились в отличие от туристов.

На меня же оглядывались абсолютно все, даже слоны. Наверно, из-за маски.

– Правила просты: все против всех! Победитель может бросить вызов чемпиону сегодня или в любой другой вечер, если пострадает! – продолжал диктор для зрителей, затем повернулся к нам: – А сейчас я попрошу представиться всех, кто вызвался! Выберете прозвище, оставьте имя, но нам надо знать, как вас называть!

Далее все по очереди говорили короткие имена, пока не дошли до предпоследнего человека, который поглядывал то на меня, то на британца, как явно единственных конкурентов для него по весу:

– Я Лев Ильич Протасов, чемпион СССР по классической борьбе, самбо и сумо. Вы все ничто!

– Простите, мы не знаем Вашего языка, можете сказать по-английски или по-испански? Нам нужно короткое имя, сложно понять, что именно из Ваших слов относилось к нему! – произнёс диктор, по лицу которого было понятно, что примерно-то он понял, но хотел поиздеваться или выбить из колеи младшего Протасова.

– Я – Лион! – заявил в итоге Лёва, представившись на английском.

– Хорошо, Лион! А теперь к последнему участнику! – повернулся ко мне диктор и сунул под нос микрофон.

– Как хотите, так и называйте, – сказал я.

– Нет, я настаиваю, Вы должны представить себя! – продолжил тянуть вверх микрофон диктор.

– Пусть зрители решают, – проворчал я, начиная раздражаться, легонько шлёпнул аппаратуру от себя.

Диктор сумел поймать за шнур отправленный в полёт микрофон, и резко развернулся в сторону зрителей и начал идти вдоль канатов арены:

– Что ж, раз последний участник у нас такой стеснительный великан, давайте подберём ему имя, господа! Выкрикивайте ваши варианты!

– Горилла!

– Верзила!

– Слон!

– Кинг-Конг.

– Годзилла!

Поначалу вариантов было много, но диктору, похоже, они не нравились.

– Всё слишком просто или уже было, господа. А давайте возьмём слово у местных. Как насчёт «Чудо»?

Хотя я понял перевод, мысленно повторил слова ведущего, он предлагал, чтобы меня именовали «Джаду».

Сам бы я так никогда бы не назвался.

– Хорошо. Мой вариант понравился не всем. Слона поддержали многие. Ну, Слон (Элефант)? Или Чудо? – продолжал вести представление диктор, превращая всё в какой-то утренник.

В итоге с некоторым перевесом победил вариант «Чудо», который куда больше подходил к именам других участников, чьи имена и прозвища были максимум из пары слогов. Исключением был только чемпион Чатрапати.

– Чудо (Джаду)! Просто чудесно (миракл)! Великолепно! Теперь перейдём к правилам! – радостно продолжал щебетать диктор.

Я его слушал, одновременно разглядывая соперников. Один из навыков, полученных во дворцах, позволял мне самому увидеть часть характеристик без траты маны. А с волшебной энергией я мог узнать имя и чуточку данных из инфополя.

В этом зале не было магов или монстров, это я проверял постоянно при помощи других навыков.

Характеристики Лёвы были близки к тому, что было у его отца в лучшей известной мне форме. Сила чуть-чуть не дотягивала (37 против 40 у его отца), ловкость наоборот была выше (21 против 13), а техника явно была его слабым местом (19 против 44).

Но раз он при этом чемпион по сумо, классике и даже самбо, скорее всего, в супертяжёлом весе выше 150, то это круто. Вот только зачем он здесь?

– Джим, надо завалить того русского и этого придурка в маске, – раздалось с другого конца площадки сквозь шум толпы. Это британец обращался к американцу.

– Придурка в маске первым. Мне эта горилла вообще не нравится, он сержанта Конорса напоминает, а глазами так вообще майора Пейна, такой вот здоровенный мутант с добрыми глазами, – усмехнулся американец.

С другой стороны образовалось ещё две группы: индийцы обговаривали план на каком-то местном языке (они несколько раз упоминали, что победа должна быть за Денди, британцем), а два африканца на французском.

Цели для атаки каждой из трёх групп были определены: я, потом Лёва.

Ну, правила были простыми: противника можно вытолкнуть, повалить так, чтобы не встал за десять секунд или же убить.

Достаточно просто и понятно, запрет только на оружие.

Судя по тому, как набычился в сторону меня «Лион», мой соотечественник тоже планировал атаковать меня первым.

Ну, по заданию штрафа нет, но проигрывать я всё равно не собирался.

Перед самым гонгом я одними губами сказал:

– Выключить навык «Сумо».

А дальше я шагнул навстречу англоязычному дуэту, рванувшему ко мне на полной скорости. Похоже, они планировали быструю и неожиданную атаку. Арена имела форму шестиугольного ринга с радиусом описанной окружности около 17-18 метров. Места было достаточно даже для тринадцати участников. Наверно, здесь могли проходить и более масштабные поединки.

Чтобы не подставлять спину, я остался недалеко от каната.

Первым ко мне успел американец по имени Джим, я поймал его за рубашку и просто дёрнул на себя, делая шаг в сторону. Полёт вышел просто замечательным, но коротким. Хорошо, что я выбрал место напротив самого широкого прохода между трибун, иначе янки было бы мягче падать, но пострадавших стало бы больше.

Британец почему-то резко побежал в другом направлении, а ведь планировал атаковать вместе с моей жертвой.

В следующий миг меня атаковал Лёва, выбрасывая руку вперёд.

Я увернулся в сторону и поставил ему подножку, а сам развернулся и побежал навстречу к Тигру и остальным местным.

В отличие от многих местных мужчин они были тренированными спортсменами, но всё же раскидать их проблемы не составило.

Однако стоило мне вышвырнуть пацана, бывшего лакеем чемпиона, как сзади на меня кто-то прыгнул и схватил за шею, начав душить.

Тц, как неудобно без карты.

По мелькнувшим рукам стало ясно, что это кто-то из темнокожих.

Я развернулся. Второй, что был крупнее, как раз собирался меня атаковать.

Заметив мой разворот, он зачем-то сделал танцевальное движение ногами, а затем начал резкий удар ногой в сторону моего паха.

Вот же гад!

Правил нет, да? Я быстро подсёк опорную ногу противника, а затем наклонился и вбил ладонью его в арену, после чего отфутболил с арены.

В следующий миг на меня снова побежал Лёва.

– Что за *цензура*? Сдохни! – раздалось с моей спины.

– Шарфу слова не давали, – буркнул я, схватил рукой запястье, пытающееся меня удушить, и бросил навстречу соотечественнику.

Очень худой, но почти с меня ростом негр оказался просто отброшен движением руки русского борца, а потому особо не снизил его импульс. Негр после этого вывалился под канатами за арену.

Я спокойно шагнул в сторону, чтобы Лёва пробежал мимо, и резко выбросил руку навстречу телу, отпружинившему от канатов. Протасов снова оказался на полу, а я нашёл взглядом британца, что отсиживался в сторонке.

Сила 19, ловкость 18, техника 3. Не слабак, но определённо не сумоист. Но не нравился он мне, что-то точно замышлял. Да и участники-индийцы этого Денди собирались почему-то продвинуть.

Уж не знаю, что он собирался делать и какой смысл был пытаться от меня убежать, но он постарался рвануть к противоположному краю арены.

Вот только я оказался быстрее и положил свою ладонь ему на позвоночник чуть ниже уровня рёбер.

– Дай помогу! – произнёс я и ускорился.

– Иди к чёрту-у-у-у, – произнёс снаряд, запущенный мной над канатами в сторону прохода между зрительских рядов. Вышло бы лучше, не пытайся он притормозить перед границей арены.

Я развернулся, никого нового здесь не было.

Теперь это была дуэль между Лёвой и мной.

– Ну, нападай, – громко произнёс я, впервые перейдя на русский.

Мой соперник стоял, упираясь в свои колени, и тяжело смотрел на меня. Повторять ошибки он не собирался, теперь отдавая инициативу мне.

– Ты кто вообще такой? – спросил он.

– Я – Миша, – улыбнулся я, но вряд ли это было заметно из-за маски.

– Русский? Какой ещё «Миша»? Ты вообще откуда? А что такой смуглый?

– Ой, не тяни время, потом поболтаем, – проворчал я. Мне хотел быстренько разобраться с этим заданием, а потому я двинулся навстречу младшему Протасову.

Он же теперь не делал резких самонадеянных движений, а готовился к самообороне.

Я ускорился, он встал в незнакомую мне стойку, я же резко остановился пред ним, но руками продолжил движение.

Удар согнутыми пальцами пошёл в район моего носа, но уворачиваться я не стал. Моя ладонь достигла цели раньше из-за скорости и длины верхних конечностей.

Лёва ударился о канаты, но его тело обмякло, я его не стал добивать, а просто поймал и положил на арену.

– Невероятная победа Джаду! Он не просто оказался со стороны настоящим монстром, но и подтвердил это действиями! Слышите, рёв? Это бьётся сердце Чатрапати, чтобы победить наконец-то сильного соперника!

Между тем мне пришло оповещение о выполнении задания.

Я подумал, что неплохо бы взять паузу в боях и с улыбкой встретил текст:

Внимание! Получено задание *ДЕМОНСТРАЦИЯ СИЛЫ* (3 этап):

Победите чемпиона!

Награда: будет выдана по итогу всех заданий.

Штраф: нет

Хм, интересно, это последний пункт?

Между тем противник, предположительно кикбоксёр, встал со своего места и направился на арену.

Вокруг сквозь громкую музыку раздавались возгласы толпы, диктор предлагал сделать ставки.

С Лёвой и остальными работал местный медицинский персонал, но я и так знал, что ничего серьёзного с большинством. Разве что британец неудачно приземлился и сломал руку, а негр, пытавшийся ударить меня в пах, то ли получил вывих ноги, то ли перелом.

– Ты здоровый и быстрый, – заявил между тем Чатрапати. – Но до такого прозвища, как Чудо, недотягиваешь. Попробуй выдержать мой удар для начала!

– Но-но, Чатрапати, Джаду, дождитесь гонга! – вмешался диктор, встав между нами, словно мы собирались сцепиться. Между тем мужчина глянул на нас, после чего резво свалил с арены.

– Допустим, выдержу, и что дальше? – спросил я.

– Тогда я сражусь в полную силу. Если же проиграю, покажу тебе путь к Непобедимому Учителю! Ты же здесь именно за этим? – спросил накачанный индиец.

– А, возможно, – пробормотал я, пожав плечами. – Значит, надо не уворачиваться, а дать себя ударить?

Чатрапати не ответил.

– Да начнём же! – заявил ведущий и прозвучал звук удара по металлу.

*Гон-г-г-г!*

Практически сразу мне в бок прилетел удар ногой.

Ну, немного обожгло, всё же сила у Чатрапати была равна 30.

– Выдержал. Но разве это удар? Вот это удар!

В следующий миг моя пощёчина направилась в самоуверенное лицо противника.

Кажется, отскочив на дистанцию трёх метров, он не ожидал, что я его так легко достану.

Хорошо, что я отключил характеристики, увеличенные магией. Тело соперника буквально отлетело на несколько метров в сторону и плюхнулось без намёка на жизнь. А с волшебством мог и убить.

Всё же переборщил?

Глава 4

Не стану отрицать, в какой-то момент я начал переживать, что с ударом по Чатрапати я переборщил. Вроде и ударил не со всей силы, но всё же основной акцент в подбородок, там и сломать что-то можно.

Но мои переживания быстро оказались развеяны, когда медик привёл соперника в сознание.

Деньги за победу в итоге достались Лёве, потому что, стоило мне пропасть с глаз, обо мне все забыли. А я для этого и ушёл в туалет. Эффективность маски всё же была не столь долгосрочной, как хотелось бы.

Вот только меня удивило, что на выходе ко мне подошёл один из лакеев Чатрапати:

– Тебя ждёт наш чемпион! – заявил один из тех, кого я вышвырнул с арены.

Я подумал: «А оно мне надо?»

Внимание! Получено задание *ДЕМОНСТРАЦИЯ СИЛЫ* (4 этап):

Поговорите с чемпионом *Чатрапати*!

Награда: будет выдана по итогу всех заданий.

Штраф: нет

Хм, разве после поражения он не утратил титул?

Я проследовал в раздевалку.

Там меня завели в комнату, в которой воняло благовониями и потом.

Внутри оказались Чатрапати и Лёва.

– Мне сказали, ты хороший переводчик. Ты знаешь русский? – спросил здоровенный индиец с приложенным замороженным бройлером к щеке. Выглядел он не настолько оголодавшим, чтобы соблазниться на ледяную курочку.

– Кто сказал? – спросил я.

– Неважно. Так ты знаешь русский?

– Я знаю много языков, – улыбнулся я, произнося слова на каком-то неизвестном мне наречии.

Но Чатрапати мой ответ понял.

– Тогда вы двое – отправляйтесь в порт. Там с вертолётной площадки вас отвезут туда, куда нужно, – заявил он, но в итоге отправился почему-то вместе с нами.

К моему удивлению, спустя шесть часов полёта с одной короткой промежуточной посадкой на дозаправку мы оказались в какой-то глуши с низкими холмами и полями до горизонта.

А я думал, что нас повезут куда-то в Гималаи или Тибет, где будет заброшенный храм, тренировки для какого-то турнира и затем он сам.

– Лион, переводчик, пройдёмте, – произнёс отправившийся с нами Чатрапати.

– Хорошо, наконец-то, я уже сопрел, – проворчал Протасов.

Я был погружён в мысли, но сейчас понял два странных момента:

Во-первых, я мысленно не мог повторить оригинал сказанного обращения, то есть индиец обратился к нам по-русски? Вроде бы, нет. Это я как раз бы отметил.

Во-вторых, Лёва не удивился, что понял местного.

Ну, и назревал третий вопрос: а зачем нужен переводчик?

Хм, а шли мы в место, которое с воздуха было совсем другим.

Без сомнений подобному было только одно объяснение: волшебство.

Мы прошли через аллею каких-то кустов и вышли к серым каменным зданиям с высокими пятиметровыми окнами, на площади перед которыми возвышались золотые статуи. Две крайних я узнал: Арфа с двумя ножами и маленькая девочка с посохом, лицо которой напоминало Алтею.

«Где мы?» – спросил я мысленно.

– В одном из храмов Воли Мира, – раздался не очень довольный голос из моего подсознания.

«Твой храм?» – уточнил я.

– Не мой, как видишь, здесь скульптуры не только в мою честь, но и есть три предшественника. Всё придумал Эфрат, вон там Харон. А справа стоит Аден. Они и создали это место несколкьо тысячелетий назад. Но местные даже не представляют: кто мы такие. Их задача становиться сильнее, искать талантливых людей и тренировать их. Таких храмов в мире ровно шесть, – сообщила Арфа.

«Я верно понимаю, что они все в тёпленьких местах типа этого?» – проворчал я, вытирая пот со лба.

– Нет. Одно из мест на Урале, там достаточно холодно, – ответила бывшая Воля Мира. – Но с остальными местами ты угадал. Это самое людное.

«Понятно, – пробормотал я мысленно и уточнил: – А почему твоя статуя тут изображена такой злой или скорее обиженной?»

– Потому что её сделал сам Эфрат, мой предшественник на посту Воли Мира. И он не создал эту статую, а буквально поймал меня в ловушку и залил расплавленным золотом, потом немного доработал и получил эту статую, – фыркнула Арфа.

– Э-э, – вырвалось у меня.

– Что-то не так, переводчик? – спросил Лёва.

– Искусные работы, да и жарко здесь, – пробормотал я, кивая в сторону статуй.

– А? Наверно, – явно нервничал мой соотечественник. – Вот что ты в маске своей ходишь? Ты очень странный.

– Да, очень, – не стал отрицать я очевидный факт.

– Ты точно не русский?

– Кто знает, – пробормотал я. Что-то в моём давнем знакомом теперь настораживало. – А ты бывал здесь раньше?

– Я – нет. Мой о… родственник провёл здесь несколько лет.

– Ясно, – произнёс я. Очевидно, что он об отце, но почему-то так его не назвал.

А между тем к нам вышел седой мускулистый бородач в одних штанах. Этакий старик Хоттабыч на стероидах и с пузиком.

– Рахул, это ещё кто? – спросил старик у Чатрапати.

– Мастер, этот человек смог победить меня, – произнёс чемпион арены и указал на моего упитанного соотечественника. А затем кивнул на меня и подошёл к старику, чтобы сказать ему что-то на ухо. Благодаря улучшенному магией слуху я услышал часть шёпота: – … приказали взять с собой «переводчика».

– Воин может последовать со мной. Кхм, «переводчик» пусть останется и поест в Зале Яств, – распорядился «Хоттабыч».

Дальше несколько часов мне приносили рис со специями в чаше, а пока я ел, в соседней комнате играла музыка минимум из трёх музыкальных инструментов.

– Простите, – в какой-то момент произнёс я, – мне говорили, что отказываться от трапезы неприлично, но шестой тазик, то есть миску, я просто не осилю.

– Пока Вы здесь, правил Индии или других частей света просто нет. Пока Вы здесь сидите, мы будем приносить еду. Уйдёте – перестанем, – улыбнувшись, произнесла девушка и поставила передо мной примерно пятилитровую золотую миску наполненную не просто до краёв, а с горкой.

«Это прикол?» – уточнил я мысленно.

– Прикол? Что это значит? – словно на миг не поняла меня Арфа, но затем продолжила: – А-а-а, хорошо, что во мне есть память твоей сестры. Спрашиваешь, шутка ли это? Нет, эти девы-миражи будут приносить тебе еду из бесконечных чаш питания, пока ты не покинешь пределов Зала Яств.

«То есть едой отсюда можно победить голод?» – уточнил я.

– Пф? Нет, конечно. Вне этого зала или человеческого тела рис превратится в воздух. Просто пшик, и всё! Всё это здание состоит из артефактов, полученных Эфратом, Хароном или Аденом в ходе их странствий и сражений. Некоторые предметы были добыты мной, но эти вредные дядьки всегда считали, что им лучше знать, что с ними делать, – начала ворчать Арфа и продолжала это ещё минут сорок.

Я же её не останавливал, потому что это было познавательно.

Среди прочего я узнал, что Аден был самым старым из них, но Волей Мира стал последним из троицы тех, кто воспитывал и защищал Арфу.

Кроме того стало ясно, что сама Бывшая Воля Мира родилась где-то на территории современного СССР или вернее южных регионов РСФСР.

Аден обладал множеством способностей, но чаще всего просто доставал какие-то артефакты из своего инвентаря. Он предпочитал мечи и копья магии. Хотя, по мнению Арфы, ему больше подходили каменные топоры, ведь с них он начинал.

Среди этого маленького общества магов Харон стал первой Волей Мира, он пожертвовал собой, чтобы отменить Всемирный Потоп, который был создан другим магом, занимавшим пост олицетворения волшебства.

Затем долгое время Магами Мира управлял Эфрат. Этот выходец из Междуречья в какой-то момент пожертвовал собой, введя два правила: скрыл магию от людей и убрал довавилонский язык.

– Что в этом хорошего? – пробормотал я.

– Цари мира решили низвергнуть богов по наущению иномирцев. Начался огромный ритуал призыва в наш мир чудовища по имени Кашен. Чтобы это пресечь был выбран путь, который казался единственно верным, – сообщила Арфа. – Со Всемирным Потопом практически та же ситуация. Три прорыва Дворцов привели таких чудовищ, что без катастрофы было не обойтись. Но в обмен требовались жертвы: чтобы включить воду, чтобы её выключить.

– А что с Аденом? – уточнил я.

– Он любил жизнь, но просто умер в какой-то момент, передав мне пост и часть своей памяти. Я не отследила ни единого изменения в инфополе, устоях, законах или правилах, которые сделал именно он, – сказала девушка из моего воображения.

– Хм? Ты что-то недоговариваешь.

– Я подозреваю, что он внёс изменения в сознание для каждого, кто становится новой Волей Мира: приказ жить. Но я не могу точно сказать: правда это или же нет? Мне хочется на него списать всё, что я натворила, но он был мне словно отец, вредный такой папашка. Я не хочу думать о нём плохо.

– Понятно.

Я сидел на пороге одного из помещений храма и смотрел на цветущие кусты.

Арфа же между тем продолжала трещать языком из моего воображения.

Как оказалось, еду мне приносили не девушки, а сущности-миражи. Они обладали плотью только в пределах этого храма и создавались из тех женщин, что после смерти соглашались прийти сюда навечно.

– Они нежить? – пробормотал я с некоторым напряжением. Призраки, стрёмно.

– В какой-то степени. Но души-то отправились в дальнейший путь, это всего лишь копия личности, призрак, мираж, иллюзия!

– Хватит душить меня синонимами, – пробормотал я.

– Пфф, нашёл чего бояться! – рассмеялась чему-то Арфа, после чего пожаловалась: – Когда-то я думала, что Воля Мира может уйти только добровольно ради мира. Делая жертву ради идеи или защиты Истинной Ветви. Но теперь ясно, что инфополе способно лишить титула.

– А нечего нарушать правила.

– Ой, всё! Вечно ты придираешься! – буркнула бывшая Воля Мира.

– Простите, а с кем Вы говорите? – неожиданно раздался голос.

Ко мне подошла девушка-африканка. Весьма высокая.

– Она человек, не мираж, – быстро произнесла Арфа и замолчала. Всё-таки она очень удобный тотем.

– Сам с собой, – заявил я, выпрямляясь. Похоже, в местной жительнице было где-то 185 сантиметров роста.

– Зря. Здесь много тех, с кем можно побеседовать, – улыбнулась она. – Зачем Вам маска? Какой-то ритуал, обет? В какого бога Вы верите?

– Ну, в Создателя, – выдавил из себя я. С религией я был мало знаком, что говорили родители и ба, я принял. А мы были православными, в остальном об этом не задумывался, разве что буйная детская фантазия принимала многие выдумки из телевизора за правду.

– А-а-а-а. Ясно. Монотеист? – продолжила странная особа.

– С этим проблемы? – уточнил я.

– Странно видеть в Храме Пяти Богов представителя Религий Спасения. Я думала, что Вы верующий в Эфарата, Адана, Харана, Алатею или Арафу.

– Местные всюду суют лишние звуки, чтобы было удобнее говорить, а ведь коверкают магические имена! – раздался обиженный голос из воображения.

– Ясно. А что это за боги? – уточнил я.

– Бог Уносящей Воды Харана, Прародитель Правил и Слов Эфарата, Добрый Бог Адана и Злая Богиня Арафа, – сообщила темнокожая женщина.

– Хм, почему Арафа – Злая Богиня? – уточнил я.

– Она – Богиня Дикости. Но как должно быть Добро, так должно быть и Зло. Иначе равновесие будет нарушено.

– А что насчёт Алтеи… то есть Алатеи? – спросил я.

– Молодая Богиня Буйной Растительности, дитя Богини Дикости, – поведала высокая африканка.

– Дитя? Нет, ну это уже ни в какие ворота. Откуда у меня дети? Что за вздор? Она у-че-ни-ца! Надо было всё же посматривать, что в этих Храмах Воли Мира в мифы-то заносят, – проворчала Арфа.

– Знаете, я бы послушал ещё, – заявил я. – Времени у меня много.

Похоже, я зачем-то был нужен инфополю именно в этом месте. У Чатрапати или кого-то из его лакеев точно была связь с Алтеей или какой-то системой, которую мой навык чтения характеристик и определения волшебства не заметил.

С учётом умения некоторых перерожденцев скрываться даже от Воли Мира при её прямом анализе памяти, ничего удивительного в этом точно не было.

«Арфа, мы сейчас принудительно говорим на каком-то древнем языке?» – уточнил я.

– Человеческий язык до Вавилонской Эпохи всегда был одним. Здесь в Храме Воли Мира все на нём и говорят. Это очевидно, – проворчала Арфа, явно недовольная услышанными мной мифами о себе. – Не была я мелкой обузой при трёх богах!

Я проигнорировал возмущение. Потому что и по рассказанным легендам всё было вполне очевидно. Каждый из них в своём мифе начинал с поиска веселья, женщин или попытки помощи смертным, а в итоге всё заканчивалось спасением какого-то поселения, иногда от последствий собственных действия. Арфа же в чужих мифах выступала иногда голосом разума, а иногда причиной того, что всё пошло по худшему сценарию.

Так, например, для орошения земель надо было пробить новое русло и сделать плотину. Аден отправился кутить с жителями деревни на празднике и поручил всё Богине Дикости. Та начала всё делать очень аккуратно и внимательно, но от того и медленно. А дождь шёл всё сильнее. В итоге плотина оказалась не достроена, Арфа плюнула и ускорила процесс, но всё равно не успела и случилось наводнение.

Тогда все дружно позвали Харона, и опасность миновала.

Ну, как по мне сразу нужно было звать этого бога-сантехника, а не доверять всё некомпетентной особе. Но вслух я промолчал, не прерывая поток возмущений и уточнений из моего воображения.

Об Алтее был всего один миф, как она сделала далёкую ледяную землю (Гренландию, по уточнению Арфы) зелёной и цветущей.

Вот только голос из моего воображения фыркнул:

– Дело вообще не так было. Я дала этой растяпе подержать свой артефакт, она вытащила из него магические ядра посмотреть, красивые типа, запаниковала и случайно влила свою силу. В итоге мы без неприкосновенного запаса на случай вторжения иномирцев, а на никому ненужном куске суши наступила весна. А я Злая Богиня, потому что на неё зло посмотрела! Даже по попе хворостинкой не отстегала, как со мной поступала мама!

«То есть отрицать, что зло посмотрела, держа в руках ножи, не станешь?» – уточнил я

– Меня атаковал плющ! Я еле выбралась! – возмутилась Арфа.

Как всегда у неё были отговорки.

– Благодарю, я точно не знаю, как долго я здесь буду. Надо познакомиться. Я – Миша, а Вас как зовут? – спросил я.

– Я – Мишель Руж из Сенегала. Прохожу обучение у Мастера Храма с детства, – сообщила девушка.

– Ясно, – пробормотал я. – Не расскажите чего-то ещё из мифов или легенд?

– Да я собственно рассказала все, которые знала. Слышала их множество раз и читала только их. Давайте лучше устроим спарринг. По Вашему виду ясно, что Вы точно не только переводчик. Я хочу показать, что сильная!

– Хорошо, разомнусь и можно, – заявил я, а затем прошептал, следя за губами: – Переводчик, толмач…

Оба раза я сказал два слога, но всё равно воспринимал всё русскими словами. При общении на других языках я мог повторить сказанное, чтобы почувствовать его принадлежность, если ранее встречал, но сейчас «послевкусия слов» не оставалось.

Далее минут тридцать я сражался с Мишель Руж, характеристики которой были выше 30 даже в технике. Кажется, я впервые встретил женщину с показателем силы выше 20. Впрочем, если не считать Арфу или Алтею, показатели которых я не знал.

А техника у моей соперницы была равна 43. То есть до предела человека в сумо ей не хватало всего 7 баллов.

Вот только сражалась она шестом примерно той же длины, что был у статуи Алтеи. С учётом разницы в росте между богиней-ребёнком и весьма высокой африканкой, правильнее было назвать оружие дубинкой.

Впрочем, сути это особо не меняло.

Почему-то после каждого раза, когда я делал успешную подсечку или заваливал противницу на траву, она всё больше злилась.

В итоге через полчаса она процедила:

– Ты не переводчик! Кто ты такой?!

– Я – Миша, – заявил я. Из-за странной местности я не отключал навык «Сумо», а потому вряд ли мог считать это честным поединком, но признаваться в этом не собирался, как и снижать свои характеристики до человеческих.

Мысленно же я гадал: забыли ли Лёва и тот «Хоттабыч» обо мне?

– Тогда не откажешься от сражения, когда у возьму настоящее оружие? Ножи! – процедила явно раздражённая чем-то Мишель.

– Да хоть с каменными топорами нападай, – проворчал я, не понимая, что она злится? Да и почему нет следующего задания?

Между тем жаркое южное солнце начало клониться к закату.

После следующих поединков, когда моей целью было не победить, а не поранить соперницу, миражи нас позвали в Зал Яств.

Там уже сидели Лёва и Мастер.

– Кто это? – удивился мой соотечественник, посмотрев на нас.

– Мой гость и ученица, – ответил Хоттабыч, но явно немного растерянно глянув на меня.

– А! Мой отец рассказывал о девочке-ученице! – вскочил потомственный сумоист и протянул руку для знакомства африканке. – Ты Мишель? Я сын Ильи Протасова!

Та шлёпнула по его руке тыльной стороной своей ладони:

– Я называю своё имя только тем, кто мне интересен. Пока я вижу перед собой просто большого человека!

– Руж, никаких споров за ужином. Пусть ты обижена на отца этого мальчика, но ты сама знаешь, что ищущие силы уходят достаточно быстро. Им не понять сути Пути Служения Миру, но даже так выбор их достоин. Угомонись, – произнёс Хоттабыч.

– Да, Мастер! – произнесла девушка и села, зло глянув в мою сторону. – Миражи, еды!

Следующие полчаса шли за непринуждённым разговором о погоде и природе в разных частях света.

Но всё мгновенно прекратилось, стоило услышать металлический щелчок в некотором отдалении.

Старик быстро поднял голову и хмуро глянул сначала на меня, как самого подозрительного, затем на Лёву.

С улицы раздалось:

– Внимание! Выходите с поднятыми руками. Нас интересует исключительно информация об Арфе! Передайте информацию, и никто не пострадает!

Одновременно передо мной возник текст следующего задания.

Глава 5

Внимание! Получено задание *ДЕМОНСТРАЦИЯ СИЛЫ* (5 этап):

Не допустите жертв по обе стороны битвы!

Награда: будет выдана по итогу всех заданий.

Штраф: нет

Хм, а это как выполнить-то?

– Глупцы пришли к нам в гости, – задумчиво произнёс мускулистый старик.

– Мне разобраться, Мастер? – спросил Чатрапати.

– Это не наше испытание, не твоё так уж точно, Рахул. Лев, ведь ты привёл этих людей? – спросил «Хоттабыч».

– На моей Родине мне предлагали отправиться к Вам и сообщить потом своё местоположение, но я отказался, – произнёс мой соотечественник и поджал губы, переводя взгляд то в одну сторону, то в другую.

Врёт и весьма неумело. Может, не полностью, но точно врёт.

Я молча встал и пошёл.

– Переводчик, ты куда? – спросил Чатрапати.

– Я не знаю ничего об этой «Арфе», выйду и прямо скажу. Если убьют, считайте меня коммунистом, – проворчал я.

– Что он несёт? – удивилась Мишель Руж.

– Это из фильма Гайдая, что-то там про непогоду на Дерибасовской. Эй, ты, в маске, я с тобой! – произнёс Протасов и вскочил вслед за мной. Кажется, Лёва меня уже не помнил в отличие от Чатрапати, который следил за мной всё время после приезда сюда.

– Как знаешь, – пожал я плечами и вышел.

На волшебной карте вообще ничего не отображалось с момента посадки вертолёта, а потому она была бесполезна и сейчас.

Магический экран стал для меня практически новым чувством, привычным словно вкус или запах, но до звуков и зрения пока не дотягивал.

Я поднял руки вверх и перешагнул наружу через окно:

– Эй, я без оружия, не в курсе, что за Арфа, кто Вы? – крикнул я во тьму.

– Тогда ты нам не нужен, что выперся? – проворчал голос метрах в десяти.

Я посмотрел в сторону источника и еле-еле заметил фигуру человека с огнестрельным оружием и биноклем. Нет, наверно, это средство для ночного зрения.

– Повторяю: нам нужна информация о местоположении Арфы. Если мы её не получим, наступят последствия, – заявил мужчина.

– Прийти в чужой дом без приглашения и угрожать? О манерах вы явно не слышали. Сразу понятно, что вы старые перерожденцы без чувства такта. Ведёте себя, словно террористы, – произнёс я. – Ну, что за последствия?

Я старался прислушаться к округе. С учётом даже известных мне двенадцати зданий захватить весь храм или окружить его под силу только десяткам человек. Пока же я видел одного.

Кхм, двух, если учитывать Лёву, который не полез со мной через окно, а направился через дверь.

– Много болтаешь. Кто ты такой для этого? Знаешь о перерожденцах? Точно прихвостень Арфы, и тебе что-то о ней известно! – сделал достаточно логичный вывод человек с винтовкой.

Шорохи! Сразу слева и справа к мужчине подошли двое:

– Зеро.

– Зеро, – очень тихо произнесли они.

Похоже, перевод не сработал, это был какой-то шифр? Может обращение?

В следующий миг послышались очень тихие хлопки, а в меня что-то полетело.

Я ушёл с линии огня, за спиной послышались глухие удары в дерево, перед которым я стоял. Были бы пули, звук точно оказался бы другим.

Лёва стоял ближе к зданию, в его сторону я не дёргался, чтобы уберечь от случайного огня. Однако в него и не стреляли.

Я резко остановился и изменил направление, затем ещё раз и снова.

Тц, противник не стрелял и не тратил снаряды.

Я побежал на него, только тогда с разных сторон снова послышались выстрелы.

Шаг вправо, вправо, влево!

Я сумел увернуться от двух и поймал третий: маленькая стрела-шприц. То есть дротик. Впервые с таким встречаюсь в реальности, только по телевизору видел.

Не боюсь уколов, но и не мечтаю о них.

– Эй, я не подушка для ваших булавок! – буркнул я. – Лови!

Я швырнул пойманный снаряд в обратном направлении.

Центральный противник просто немного отклонил тело, легко уйдя от метательного снаряда. Вот только для человека из статичного положения это было очень мощно и быстро.

А характеристики противников я не видел, поэтому это было очень полезно.

Последовало ещё несколько выстрелов дротиками.

– Не подходи, иначе мы применим силу! – крикнул женский голос справа.

*Бух!*

Выстрел из пистолета в воздух.

Ясно. Пытаются захватить силой и запугать, но пока не убить.

Странные бандиты.

Я не стал останавливаться, несколько удивившись, что меня не попробовали затыкать дротиками.

Но со всего разбега я впечатался в неожиданно возникший передо мной камень, после чего ноги начали вязнуть во всё более жидкой земле подо мной.

Я в несколько движений вылез, но следуя семейной традиции, моя обувь осталась в жиже.

Камень, из-за которого я чуть не стал курносым типа Кольско, мопсов или персидских котов, превратился в грязь и взорвался. В тот же миг пусть зыбкая, но опора под моими ногами исчезла, а меня утянуло на глубину.

Магия земли с примесью воды, а в сумме болото.

В воде маска стала мешать, я стянул её, но не успел убрать в инвентарь: стоячая вода резко пришла в движение, а меня буквально выплеснуло волной на берег.

– Ты не убила его? – раздался мужской голос.

– Такого убьёшь, вон как вскочил! – ответил женский. – Сдавайся, нас интересует только информация об Арфе.

– Ладно, вот вам правда: осталась только Алтея, Арфу победил иномирец Малявка, бывшая Воля Мира утратила постоянное тело и скрылась, – проворчал я, оглядываясь по сторонам.

– Ну да, она сама вам сказала так отвечать? Ищи дураков, чтобы в такое поверили, – проворчала женщина, на руках которой горел свет волшебной энергетики, а глаза гасли, словно остывающая лампочка. Кажется, именно она занималась моим купанием.

– У вас что нет артефактов на проверку правдивости речи собеседника? Тогда какой смысл лезть сюда? – проворчал я, оглядывая своих собеседников.

Хм, этого мужчину, наставившего на меня пистолет с глушителем, я ещё не видел. Значит, с учётом Лёвы их минимум пять.

– Тебе не надо знать: что у нас есть, а чего нет, – отчеканила женщина, а земля задрожала. – Ты сдаёшься?

– А вот о таком речи не было. Не сдаюсь, – проворчал я.

– Тогда… – произнесла волшебница, и земля подо мной снова превратилась в воду.

Впрочем, способ противодействия я придумал ещё в прошлый раз.

Я просто начал плыть.

Раз у противницы есть контроль земли и воды, это требует энергии и концентрации.

У меня был максимум здоровья, масса очков характеристик в запасе и ворох артефактов в инвентаре, которые я собирался оставить на случай вторжения кого-то опасного. Но нужно ли это тратить здесь?

Мой баттерфляй из-под воды увенчался успехом, всего три гребка, и я снова на суше…

*Плесь!* – опора растворилась прямо подо мной. – *Буль!*

И снова на суше…

*Плесь!*

Очнулся я в тот миг, когда уже прыгал по травке в сторону волшебницы с вытаращенными глазами.

– Амфибий не видели? – проворчал я.

Женщина дёрнула рукой.

*Плесь!*

– А-а-а, да что ты такое, тварь?!!! – почему-то закричала дама, а меня в тот же миг окружили четыре каменные стены. Причём порода была весьма плотной. Пробить-то можно, но кожу на руках я точно стесал бы и потратил «Здоровье». Так что я просто вскарабкался по этой трубе вверх и выскочил наружу, но ровно в этот миг камень взорвался в грязь.

*Буль-тых!*

Я хотел много чего сказать, но всё просто превращалось в пузырьки, а потому баттерфляй: дёшево и сердито!

Я снова оказался на суше, но теперь не около женщины, а на противоположном берегу.

Хм, а где мужик с пистолетом? В любом случае нельзя стоять на месте.

– Ай, точно, я же не один, – пробормотал я на ходу, вспомнив текст здания. Если я мог ручаться, что не убью противников, то вот за другие события ручаться не мог. Как бы мне этого ни хотелось, вытащил из временного слота награду S-ранга:

Артефакт «Колокол Грёз» – оружие ввергающее в сон всех, кто услышит его звон за исключением применившего. Внимание, пока сон не будет пройден, человек не очнётся!

Внимание! Существует две формы активации:

-1- Одинарный удар (расходует 100 маны) – принудительно показывает реализовавшуюся мечту

-2- Мелодия (расходует 1000 маны) – десять ударов приводят ко сну без грёз, человек очнётся после того, как выспится

До первого использования предмет можно передать!

Требование: сила 50, мана 1000, магия 100

– Тц, вот же гады, а? Заставили распечатать обновку, чтобы потом искать для неё место, – проворчал я, мотая из стороны в сторону артефакт весом в 340-350 килограмм. – Надеюсь, в него радиоактивных металлов не сунули, светится как-то странно.

*БО-О-ОМ-М-М-М!!!* – разнеслось по округе, когда я резко дёрнул колокол в другом направлении.

Звук удара был похож на перезвон из храмов, но казался ниже, а кроме того вибрации шли по моему телу. Очень странное чувство.

Уже после одного применения продолжать не хотелось, но «Здоровье» я не потерял, а потому не стал останавливаться.

Я вовремя сменил направление. Недалеко от меня была создана стена, с другой стороны разрасталась лужа. У волшебницы была защита? Она использует заклинание или артефакт с отсроченным действием? Или это колокол имеет паузу перед принудительным сном?

Я резко сменил направление:

*БО-О-ОМ-М-М-М!!!*

Только теперь я оглянулся.

Волшебница спала, однако лужа на земле увеличивалась без её контроля.

Хреново, но надо продолжать.

Я встал на твёрдой поверхности и довёл количество ударов колокола до десяти.

Маны артефакт требовал много, но у меня сейчас было 2000, проблемы не возникло.

Я подошёл к спящей женщине, достал путы из слота с непростыми верёвками и быстро связал пленницу.

– А без волшебной карты просто жутко неудобно, – снова вздохнул я и начал осматривать инвентарь, ища многоразовый артефакт с нужным описанием.

Цель оказалась словно из сказки или фильма ужасов:

Грибок-Перекаток: пока нет солнечного света покажет и укажет всё, что вы запросите! Траектория маршрута строится исходя из максимальной скорости артефакта, но не всегда по оптимальному маршруту для человека!

Использовать можно не чаще одной ночи в месяц!

Внимание! На солнце может взорваться спорами, создавая агрессивный Грибок-Переросток, который будет уничтожать и поглощать всю органику по прямой линии на своём пути. После использования при дневном свете повторно использовать нельзя!

Для активации отдайте приказ!

Этот предмет был А-ранга, и один такой я уже использовал. Осталось ещё штук пять, добытых внутри Дворца Грибов. Применил же я такой в другом подземелье с грибами, чтобы пробить себе путь сквозь море плесени, которая отчего-то не боялась света сразу трёх солнц. Наверно, это потому что они были чёрными.

Но сейчас задача была куда проще:

– Грибок-Перекаток, покажи мне людей на территории Храма Воли Мира! Да, блин, о себе я знаю, но так уж и быть поглажу, – проворчал я и потискал гриб, ощущая себя потерянным родственником братьев Марио.

А далее я отправился искать убаюканных колоколом людей.

К моему удивлению, их оказалось куда больше со стороны вторгнувшихся, но куда меньше ожидаемого со стороны здесь живущих.

Перерожденцев в чёрной форме было 118 человек. Кроме рунических татуировок было немало указывающих на страну, откуда они прибыли.

Здесь были и «ВОСХОД», Спутник, ВДВ, ДМБ с различными годами, кириллические имена и прочее, что говорило о том, что миссия анонимности не требовала.

А вот со стороны храма оказалось всего три тела: Лёва, Чатрапати и Мишель Руж.

– Вы не человек? – уточнил я, глядя на Мастера, который всё также в окружении девушек-миражей сидел в Зале Яств.

– Обидно, пусть это частично и правда. Я отдал себя полностью сбору силы телом и душой, а потому навечно остаюсь в Храме Воли Мира, передавая знания, умения и навыки минувших поколений новым, – сообщил «Хоттабыч».

– Не совсем понятно, но предсказуемо, – пробормотал я. Оповещение о выполнении задания уже пришло, но я так и не понял: кончилась ли линейка квестов или будет продолжение?

– Маг Мира, что ты планируешь делать с этими людьми? – неожиданно спросил Мастер, отпив из чаши чай.

– Есть предложения?

– Каждый, кто нарушил устой нечестивым вторжением, заслуживает казни. Но Владыка Аден верил в жизнь, как смысл жизни. Если есть возможность простить врага, чтобы прервать спираль насилия и кровной мести, он прощал. Если это могло повлечь ещё большее количество смертей, он убивал. Я не судья, не мудрец, а просто боец. Я всегда убивал всех, кто приходил тревожить мой покой. Агрессивных сразу, трусливых на протяжении всей их последующей жизни, вдалбливая навыки минувших поколений.

– Э-э, а Чатрапати и старший Протасов к ним относятся? – уточнил я.

– Рахул – да, он влез сюда и попробовал украсть статую, за что и стал моим учеником на долгие двадцать лет. А вот Илья – совсем другое дело, – улыбнулся «Хоттабыч». – Он искал силу, свой путь в мир. Это не кража.

– Ну, а что по этим, Мастер? – спросил я.

– Они твоя добыча, тебе и решать, Маг Мира.

– Если бы они хотели убивать, убили бы, – проворчал я и пошёл собирать трофеи.

«Арфа, тут есть люди с твоей системой?» – мысленно задал я достаточно важный вопрос.

– Нет, одни «мстители», отказавшиеся от моего благословения, – заявил голос из воображения.

В этот момент я сдёрнул маску с очередного противника и просто охренел: рожа из телевизора, сам Вихрев! Премьер-министр и бывший президент РСФСР.

– Да ладно, – пробормотал я и дёрнул за щёку человека.

«Маска» оказалась кожей.

– Это не маскировка? – спросил я и глянул на Мастера.

– Я не маг, а боец, мне неведом ответ на твой вопрос, – заявил местный обитатель.

– Ой, да нет у него подобного умения. Так, средненький волшебник, просто очень хитрый и злопамятный. Но по сравнению с Тихомировым, который вообще не был магом, просто наивный мальчишка! Потому и умер в прошлой жизни, – заявила Арфа.

– Ясно, – пробормотал я. – Значит, тогда у аэропорта в Казани не показалось. А тот мужик, что превращался в меня, до ужаса похож на Есаулова.

О Тихомирове, бывшем генеральном секретаре СССР, Арфа поведала немало, как и о других перерожденцах у власти в 20 веке. О нынешних она рассказывала куда реже, во многом из-за отключения от инфополя и соответственно устаревания знаний.

– Кто из них самый опасный перерождённый маг? – спросил я, оглядывая сотню пленных. Мой гриб-поисковик никуда не рвался, поэтому я его убрал, но, если бы бывшая Воля Мира не созналась, пришлось бы снова воспользоваться артефактом.

– Вот эта: Галина Кузьмина, волшебница материальных стихий, но после перерождения её способности серьёзно просели, – заявила Арфа, возникнув около моей первой пленницы, которая успела меня хорошенько искупать.

– Понятно, – пробормотал я и достал скотч, а затем кляп и пошёл приматывать волшебницу к дереву.

Пусть маги-перержденцы бывали очень разными, но управление способностями обычно было жестовым, словесным или мысленным, а последнее встречалось очень редко.

Шёпота или заклинаний от этой Кузьминой я не слышал, оставались жесты или мысли. Значит, скорее всего, она использовала движения рук и пальцев, а потому надо было обездвиживать максимально неудобно для неё.

– Не вырвется, завидую, – раздался очень тихий голос со стороны бывшей Воли Мира.

Я решил притвориться, что не слышал этого.

Я достал ещё один многоразовый предмет, но всего лишь Г-ранга:

Фарфоровый лакей (кукла) – злая фигура, убивающая сны и заставляющая человека бодрствовать после этого семь дней и ночей.

Может подействовать только раз на одного человека или монстра в год.

Странный предмет представлял собой кучу керамических деталей, нацепленных на шёлковый «скелет». Когда я только получил эту штуку, решил опробовать в подземелье. Сработала она великолепно, но на фоне обычных для меня кошмаров вышло на троечку.

Но бодрости тогда хватило надолго, отрицать не стану. Стоило попытаться заснуть, как начинало щекотать пятки.

На других людях я ранее не проверял, но о сочетании с колоколом задумался, как только тот попался в сундуке.

Так что я положил куколку на грудь Вихрева и стал ждать, раньше-то я использовал её только на себе.

– А-а-а, твою мать! Уйди от меня, уйди! – дёрнулся премьер-министр и сбросил с себя артефакт с ужасом в глазах.

– Доброе утро, Виктор Валентинович, как спалось? – спросил я, глядя на связанного политика.

– Что? Где я? Ты кто ещё такой? – осмотревшись по сторонам, всё же сфокусировался на мне Вихрев.

– Я? Наверно для Вас я в первую очередь Маг Мира.

– Что за вздор? Маг Мира – вечный ребёнок. Не пытайся меня обмануть, у нас есть анализ его способностей… или Медведев мёртв? – выдумал что-то странное мужчина из телевизора.

– Ну, вечную молодость я предпочёл отключать, чтобы взрослеть, – проворчал я. – Ну так что, переговоры?

– Переговоры? Ха, когда одна из сторон буквально связана по рукам и ногам, это не переговоры, а принуждение.

– Софистика, ладно, зачем вы здесь, – произнёс я, но взгляд моего собеседника на миг замер, а затем он начал неистово напрягаться, словно пытаясь порвать верёвку.

– Арфа? Ар-рфа! АР-Р-ФА-АА! – рычал он всё более злобно и громко.

Я повернулся в направлении его взгляда.

Бывшая Воля Мира сидела около Галины Кузьминой и следила за ней.

Неожиданно глаза женщины открылись, а через миг налились той же ненавистью, что и у политика. А затем произошла вспышка!

– Галя, рано! – крикнул Вихрев, после чего вздохнул: – Тц, рано.

Арфа пропала. Но вместе с ней и неработающий экран волшебной картографии, мой открытый профиль и инвентарь.

Глава 6

– Мы победили? У меня получилось? – прошептала Галина Кузьмина, глядя на место, где только что стояла Арфа.

– Что-то не так! Она должна была лишиться магии и стать человеком, а не истлеть на месте! – сказал Вихрев, пытаясь освободиться от пут.

– Включить навык «Сумо»! Выключить… включить? – произнёс я одними губами, но ничего не произошло. После этого я начал ворчать. – Вот же молодцы, чё. А дослушать, что вам говорят нельзя? Вы атаковали мой тотем. Арфу уже девять лет как победили!

На меня с удивлением посмотрели как оба не спавших гостя, так и местные миражи.

– Ладно, Мастер, отведи меня в какое-нибудь изолированное место, а сам призови Алтею, пусть она разбирается, что с ними делать, – выдохнул я и поднял с земли фарфоровую куклу. Пусть разбираются те, кто могут что-то сделать.

Пока было непонятно, насколько я потерял магию, но был уверен, что не полностью или не насовсем.

Кроме фарфорового лакея у меня было ещё три артефакта, которые не пропали вместе с инвентарём.

Это чёрный полотняный браслет на запястье и пара колец на пальцах.

Кольцо «НЕСГИБАЕМЫЙ ДУХ» (прочность: неразрушимое): при ношении на пальце правой руки не даёт влиять на Ваши эмоции внешней магии, невиден окружающим. При ношении на левой руке добавляет к характеристике *Дух* +100 баллов, но виден окружающим.

Внимание! Предмет нельзя продать, передать или переместить в пространственный инвентарь! Допускается ношение на одном из пальцев, если предмет отсутствует на одной из рук, он будет автоматически возвращён на большой палец левой руки!

Перстень «ВОСХОДЯЩАЯ СИЛА» (прочность: неразрушимо, пока не потрачен заряд): предмет невидим для окружающих. Для активации требуется снять и по очереди надеть на каждый палец правой руки, после этого на час Ваша сила будет увеличена до 50 (максимума для простого человека).

Браслет «ПАРЧА ЖИЗНИ»: магический предмет из плода древа жизни, забирает на себя смертельный урон. Разрушается по мере использования или при показателе магии ниже 1.

Внимание! Предмет нельзя продать, передать или переместить в пространственный инвентарь! Активация возможна только при наличии магического дара!

Браслет я носил в качестве страховки, пока моя способность была отключена. Он не активировался, пока я мог восстановиться тратой «Здоровья». Но предмет точно работал, потому что один раз меня сбил мотоцикл в Китае, когда я выбрался из дворца, успел отключить свою способность, но не понял, что нахожусь на неосвещённой дороге.

Ну, сам виноват, чё.

Но браслет стал короче на один ряд нитей.

Именно после этого я всегда осматривался, а потом становился «обычным человеком».

Сейчас же браслет не пострадал и не пропал. Значит, магия не достигла нуля, а вот сила и ловкость у меня определённо снизились с пиковых значений. А без дара к магии браслет точно исчез бы, значит, на мне просто какое-то проклятье. А это временно.

Нечто схожее я уже ощущал, когда впервые отключил «СУМО». Без повышенных характеристик я потерял все бонусные и улучшенные показатели, и в первую очередь рухнула выносливость.

Пусть просадка характеристик сделала меня просто пухлым мальчишкой, тренированность тела всё же не пропала. Но без выносливости я оказался тем ещё «живчиком», пусть и достаточно сильным.

В целом к тому моменту уже было известно, что больше 150 килограмм мне получать бессмысленно, а потому я и так планировал сбрасывать накопленный жирок по мере взросления.

Вот только это оказалось тем ещё заданием. Одно дело комфортные условия дома, совсем иное при почти постоянных путешествиях по подземельям. На голодный желудок там особо не побегаешь да и не подумаешь.

В итоге сам того не желая, я рос, но вес тоже не стоял на месте. На привычной мне диете со сдобами и прочей выпечкой, покупаемой мной на заначку, я плавно приблизился к отметке в 200 килограмм при росте 162 сантиметра (13 лет).

При включенной способности это не было проблемой, а вот при отключении мне не нравилось. Равно как и комплименты от Арфы.

Да ещё и с заначкой стало ясно, что без доступа к банковским счетам я скоро обанкрочусь: мне, как назло, долгое время не попадались дворцы со съедобными монстрами или хотя бы фруктами.

Поэтому, стоило мне очутиться в мире с птицами, я очень долго набивал свой инвентарь халявной едой. Как самими «бройлерами» самых разных видов, так и различными злаками, овощами и фруктами, большинство из которых было мне знакомо. Правда парочка видов растений оказалась ядовита, но этот опыт стоил мне «здоровья», а не жизни. Но на брюссельскую капусту я больше не мог смотреть, подозревая и эти «кочанчики» в токсичности.

И вот, стоило убрать сдобу из рациона, как вес начал плавно снижаться. Двигался-то я постоянно и много. И это снова стало проблемой уже через полгода: 149 килограмм при 169 сантиметрах. А снижать-то мне было нельзя, пусть Арфа и бурчала, чтобы я прекратил «уродовать тело», снижая массу, но дело было не во «внутреннем голосе», а в условиях способности «Сумо».

Я увеличил свой рацион питания, но запасы начали кончаться. Тогда-то я и вспомнил о скатерти-самобранке, в которую следовало помещать органику, а на выходе получать лепёшки из теста.

Хе-хе, а внутрь-то можно сунуть любую начинку!

Газовые баллоны и плитки я таскал с собой постоянно, чтобы приготовить себе еду. Некоторое время у меня даже была духовка на газу, но один дракон не оценил конкуренции и сожрал мою прелесть, за которую я отдал 2 тысячи долларов в японском порту.

Ну, еды у меня было много, покупать приходилось только овощи и фрукты. А я путешествовал по разным странам, а потому пробовал всё больше. Ну… чего греха таить, поесть я любил. Вес снова пошёл в рост по мере того, как я сам становился выше, а Арфа почему-то довольнее.

Но изначально мой план был поддерживать вес в 150 килограмм, а потому я стал ещё больше двигаться и тренироваться вне дворцов. Вот только за год я мог находиться в реальном мире 150-180 дней, да и те в путешествиях и пополнениях запасов, а всё остальное время проводил в иных пространствах, где для меня проходили годы и десятилетия.

А потому вес мог скакать достаточно сильно в отличие от возраста и роста, ведь взросление-то происходило только в реальности, а вот накопление и трата энергии постоянно.

Но в какой-то момент я заметил: вес почти не опускался ниже нужных мне 150 килограмм, кажется, это наступило тогда, когда мой рост достиг 170 сантиметров. Это стало вызовом, я посчитал, что двигался недостаточно и стал использовать всё больше времени в движении, чтобы держать себя на границе нужной зоны, но при этом добиться максимальной скорости и ловкости, а не силы, которую мне и так давала способность.

Я специально тратил время и связывался с дядей не только, чтобы узнать о событиях в жизни сестры, но и о технике бега, упражнениях и прочем.

В итоге мне сейчас 21 год, но реально телу стукнуло где-то 18 по моим подсчётам, рост дошёл до 199 сантиметров и 7 миллиметров, а вес в последний раз был на отметке в 157 килограмм.

О подобном росте в детстве я мог только мечтать, я был даже выше папы, вот только я определённо вырос куда шире и массивнее.

Не зря Арфа обзывала меня «Слоник» и «Мамонтёнок», кость у меня и правда весьма крупная, да ещё и мускулатура, скорее всего, излишняя по массе для футбола. Впрочем, сравнивать было не с кем, играл-то я только в своём воображении, а оно воплощало мои мечты.

В реальности же моё время было расписано, ведь промедление и развлечения могли привести к гибели мира.

– Гость, ты почему грустный такой? – спросила меня светящаяся девушка-мираж, когда Мастер отвёл меня в отдалённое и изолированное строение без намёка на свет.

– Не грустный, задумчивый, – заявил я.

– Тогда потренируйся, станет проще!

– А? – удивился я, а вокруг зажглись огни.

Снаружи это здание выглядело не таким уж крупным, пусть и высоким, но сейчас я оказался словно на огромной площади из-за зеркальных стен, которые начали словно таять.

Девушка-мираж произнесла:

– Сразись же сам с собой, юноша!

– Э-э? – протянул я, такого я не планировал, думал просто в уголке поделать упражнения, но так определённо было лучше.

В следующий миг все четыре моих отражения побежали на меня, а границ комнаты не стало, за первой четвёркой противников были ещё и ещё, но пока на меня напали только ближние. Стоило их повалить, как они исчезли и ко мне отправились следующие.

Вот только они сражались не так, как я. Против меня бились копии с самыми разными стилями. Узнал я далеко не все виды боевых искусств.

В какой-то момент я устал и понял, что хорошо бы подкрепиться, но оказалось так непривычно без инвентаря…

И ведь только сейчас до меня дошёл неприятный факт: я остался без денег и документов!

А ведь я даже сумел получить аттестат за 9 классов, пройдя экзаменацию по своим документам в Москве. Ну, там была и помощь дяди, который меня сопровождал тогда в 2005.

Хм, впрочем, внутренний советский паспорт я получал только в 14 лет и не менял, а загран у меня был с 12 и давно перестал походить на документ, который принадлежал именно мне. Однако там была биометрия, благодаря которой на пограничном контроле мои отпечатки становились доказательством. А документ-то выдан на 10 лет, а потому при потребности срабатывал.

Ну, обычно я перемещался при помощи артефакта или вообще мог пользоваться тем, что меня забывали за секунды.

То есть я мог просто пробежать через границу, вскоре обо мне забывали и прекращали преследовать даже без использования «Каратыря». Такое тоже пришлось проделать несколько раз в самом начале моих путешествий, потом я уже был в курсе роли биометрии и плюсов перемещения при помощи артефакта-глобуса.

Однако теперь я остался совсем без удостоверений личности. Вечно жить в терминале аэропорта или ещё где-то я бы не согласился, но подумать о разрешении ситуации стоит уже сейчас.

И первой мыслью было обращение к Воле Мира. Ну, или Вихреву.

Вот только сейчас проходил важный для меня эксперимент: если люди обо мне вспомнят, когда я приду к ним, значит, проклятье Арфы исчезло, тогда можно поговорить с Алтеей, а затем наконец-то встретиться с сестрой впервые за долгие годы!

Если же обо мне уже забыли, то мне ещё минимум год нельзя приближаться к Але, но делать мне при этом нечего, ведь все дворцы пройдены.

Теперь я просто человек без документов в чужой стране…

Хм?

Ох ты ж… минуте на третьей я всё же пропустил удар, потому что в дело пошли двойники, которые стояли ранее на достаточном отдалении.

– Я б со спины не напал, – буркнул я, схватил и отшвырнул бесчестную копию.

Но стоило отметить, я постоянно находился в движении и осматривался, а потому подкрасться ко мне было не так уж просто, неожиданное приближение – тоже часть какого-то боевого искусства?

Бой продолжился дальше, я мог точно сказать, что копии становились всё сильнее, проворнее. То ли я переходил на новый уровень испытания, то ли нечто или некто привыкал к моему телу и стилю.

Через несколько часов всё закончилось, в какой-то момент вокруг просто не осталось копий. Тело болело от пропущенных ударов, нос разбили, руки оказались сбиты, а в челюсть прилетело минимум трижды.

Зато я победил и устоял на ногах!

– С победой! Впервые кто-то справился с главным испытанием с первой попытки! – сообщила девушка-мираж.

– О таком надо предупреждать, – проворчал я и спросил: – Где здесь туалет? А то ещё на какую-то святыню сделаю дел или зайду не в ту дверь.

– Я провожу!

***

Дядя Игорь в день похорон ба не совсем узнал меня, а скорее принял бы за Мишу Медведева любого толстого мальчика, не факт что блондина. Но всё же это сыграло мне на руку, как и его нелюбовь ко мне, которая позволила родственнику не попасть в список запретов на контакты.

Однако по правилам задания «Жизнь Мага Мира» все, кто видел меня раньше и знал, не могли больше соотнести Мишу Медведева и узнать в нём меня. Впрочем, с учётом моего взросления, даже я нынешний облик в зеркале не признал бы ни в двенадцать, ни в семь лет.

В моих мечтах я был футболистом, а не синонимом к слову «Мордоворот». Конечно, одно другому не мешает, но в грёзах о будущем я был похож на кого-то из знаменитых футболистов, а не потрёпанного героя боевика.

А ещё, блин, на моих щеках появилась поросль. Чё с ней делать-то? Вернее понятно, что брить, но как именно? Я за папой следил, как он водил очень острым ножом по своему лицу, но я-то сейчас без запасного здоровья, глупо будет себе случайно уши подравнять…

– Ты что сидишь задумчивый и свой юношеский пушок приглаживаешь? – спросил подошедший ко мне Вихрев вечером того же дня.

– Ничего, – проворчал я.

– Значит, я верно понимаю: ты Маг Мира – Медведев, да?

– Чё? Вы меня не забыли? – поднял я взгляд на человека из телевизора и надеялся, что ушло моё проклятье.

– Забыл, и бой утренний не помню от слова «совсем». Даже представить не могу, что из Миши Медведева, который был в моей памяти, вырос классический голливудский русский злодей, – усмехнулся премьер-министр.

– Арфа меня тоже называла злодеем, – проворчал я, а настроение резко пошло вниз. – Мне Мастер верно передал, что переговоры у вас завершились хорошо?

Мужчина погладил свою коротко стриженную голову и сел рядом со мной.

– Удовлетворительно. Большинство из группы предпочло бы уничтожить Арфу раз и навсегда, но даже информация о срыве её планов, поражении и разрушении личности, которая создала и уничтожила наши миры, была принята на «Ура». Некоторые определённо хотели бы всё-таки убить тебя, но не ценой этого мира, в котором остаются наши близкие, семьи, дети. Алтея сказала правду? Ты зачистил все подземелья максимального уровня?

Почему-то последний вопрос показался странным.

– Воля Мира у нас немного неуклюжая, но неужели она выложила всё и не стёрла Вам память? – спросил я.

– А что ей скрывать? – усмехнулся Вихрев.

– Мы так и будем разговаривать одними вопросами?

– А ты как думаешь?

– В смысле?

– А почему?

Я сдался первым.

– Я так понимаю, кроме моей жизни, ей требуется что-то от Вас и Ваших людей? Но да, я зачистил все подземелья, – ответил я, глядя в глаза товарища премьер-министра.

Почему-то он посмотрел на меня с жалостью и вздохнул:

– Сколько для тебя прошло времени? – спросил он после паузы.

– Ну, сейчас мне уже стукнул 21 год, где-то три из них я провёл во Дворцах, там время в первых текло в несколько раз быстрее, а последние и того стремительнее, хотя времени в них приходилось проводить больше из-за сложности. По моим прикидкам, если каждый год считать за 365 дней с четвертью, то получилось 111 лет 8 месяцев 12 дней и что-то около 3-4 часов, – высказал я свои расчёты. Правда без учёта самых первых дворцов, которые знал только приблизительно и учитывал по дням в реальности.

– Да-а-а, Миша, вернее Михал Потапыч, попал ты с детства в переплёт. И не таишь зла на Арфу?

– Я не блаженный, я ей всё высказал сразу! – фыркнул я и соврал, как мне казалось: – Мой тотем – не Арфа. По крайней мере, теперь.

Я решил рассказать ситуацию с Лирами и прочим.

– А ведь она может дурить тебя и Алтею, – задумчиво произнёс перерожденец.

– Может, любит, практикует, но в качестве тотема она была вынуждена подчиняться мне на протяжении всего этого времени, – усмехнулся я.

– Прям подчиняться?

– Ну, типа того. Ладно, я сказал правду, теперь Ваша очередь. Что предложила Алтея, что потребовала взамен?

– Она сотрёт память не всем. Кто согласится, сможет покинуть территорию храма и вернуться на Родину. Кто не согласится, останется здесь. Освободившиеся смогут пробудить магию. Но все наши против, сам понимаешь: от заданий нельзя отказаться, – проворчал Вихрев, но по нему было ясно, что он ждёт ответа.

– Отказаться можно, пусть и далеко не от всего. Арфа так особо и не оставляла выбора, – фыркнул я. – Но Алтея весьма гуманный человек, а потому её методы могут не сработать в каких-то ситуациях при внешней угрозе Истинной Ветви. Поэтому думайте сами.

– Конкуренции не боишься? – усмехнулся премьер-министр.

– Мне система дала деньги, молодость, здоровье и угрозу жизни. Что она даст Вам и кому-либо другому – вопрос со звёздочкой. Но в случае нападения на мир каких-нибудь зубастых овощей из иного пространства, я предпочёл бы помнить прошлую жизнь и иметь оружие, а не просто найти черенок от лопаты и отмахиваться им, – заявил я. – А кроме того не откажусь от товарищей, если уж Алтея готова пробуждать больше магов.

– Говоришь, словно рекламный агент. Эту систему мы зальём дистиллированной водой, а эту бумажку соляной кислотой, смотрите, с нашей системой ничего не случилось! – фыркнул мужчина из телевизора.

– Решать Вам, ну и остальным. Я всё равно здесь останусь, раз моя способность заблокирована, – произнёс я, задумчиво глядя на траву под ногами.

– Зачем? Если я понял по суматохе у иллюзорных людей, ты же прошёл какое-то испытание, да? – уточнил Вихрев.

– Понимаете, Виктор Валентинович, мне надо стать сильнее, и пока «Сумо» не загородило такой шанс колючей проволокой и транспарантами «не лезь», я хочу поучиться тому пути, который доступен и простому человеку, – рассказал я. Не уточняя, что идти мне особо некуда и делать нечего.

– Достойный выбор, – кивнул мужчина и отправился к своим.

Так я остался в Храме учиться запретным для меня приёмам и противодействию им.

К моему удивлению, некоторые перерожденцы остались тоже здесь добровольно, другие получили кару в виде стирания памяти и всё равно остались здесь.

Вихрев же сокрушался, что сразу семеро оказалось шпионами других объединений перерожденцев и ещё трое относились к силам хамелеонов или Кашена.

Так для меня настал новый этап жизни.

Глава 7

Интерлюдия

– Это полный и беспросветный… – проворчал помощник главного тренера России по футболу Юрий Владимирович Пятак, глядя на поле.

– Нам сказали в федерации попробовать прошлый состав, мы попробовали, – криво усмехнулся Игорь Михайлович Медведев, глядя мимо своих игроков со смирившимся выражением на лице.

Шла 89-я минута матча РСФСР-Канада. Счёт был 1-7 в пользу гостевой команды.

Если это было позором при игре в хоккей, где британская колония считалась одной из лучших мировых команд, то о футболе и говорить было нечего, такой разгром граничил с катастрофой даже в товарищеском матче.

– Я же говорил, надо было сразу менять состав и вызывать всех самых лучших, кого приметили под свой футбол, – проворчал Игорь Козлов, главный тренер женской сборной по футболу, который был приглашён в тренерский штаб на роль помощника и советника. – Мы канадок на той неделе сделали 12-2, на их поле, последние пять мячей мои девчонки закатили в меньшинстве.

– Тёзка, не дави на мозоль, на ней журналистам ещё танцевать, – вздохнул Медведев. – Ладно, три наших новичка отыграли неплохо…

– Три хороших игрока из одиннадцати старта и тем более из заявки в двадцать три? Это бесполезно, Игорь Михайлович, – проворчал Пятак и посмотрел в небо. – Зачем я на это подписался? По первым часам сборов было понятно: игрокам на всё и всех… а особенно на нас плевать.

– Кхм, да похрен им, похрен на всё, – перебил Козлов. – Я в их годы готов был вспахивать поле даже ради минуты в старте, а этим вообще не интересно играть, они слились. Я говорил: нужны футболисты, а не «сливки» футбола. У половины звёздная болезнь, у других уже просто выгорание после Кубка Конфедераций, песочили-то не только иностранного тренера, но и каждого, даже игроков скамейки.

– Матч не закончен, но без автогола в самом начале, мы бы вообще горели сухостоем, – пробормотал родственник Миши Медведева и повернулся к своему помощнику-аналитику. – А сборная СССР уже забрала в расширенный состав всех, кого хотелось бы вызвать, кто так пригодился бы в обороне и атаке. Юр, из-за легионеров, выбор в командах Всесоюзного Чемпионата и Высшей Лиги был и так мал, придётся нам работать по Первой и Второй.

– Гарик, ты совсем чокнулся? – не выдержал интеллигентный Пятак. – У нас в штабе пять человек. Пять. Не десять и тем более не сотня! Я и так просмотрел уже столько матчей, что мне во сне только футбол и снится, чтобы вытащить тройку приглянувшихся тебе из ротации клубов. Я единственный аналитик, мы не просмотрим всех, а статистику и показатели низшие лиги ведут из рук вон плохо!

– Ты аналитик, что-нибудь придумаешь, – усмехнулся Козлов и похлопал товарища по спине. – У нас в женской сборной считай штаба-то и нет, сам отсматриваю всех.

– У вас и команд меньше, а лига всего одна! – проворчал Юрий Владимирович.

Тем временем Канадский форвард выбежал один на один с вратарём и перебросил через него мяч.

– 8-1, с рекордом товарищи, можно меня задним числом из состава штаба вычеркнуть? – усмехнулся Козлов.

– Офсайд там. Сам в курсе, в списках тебя отродясь не было, – проворчал Медведев, уже мысленно представляя, как его журналисты да и вся республика будут жарить на вертеле осуждения. – Есть идеи, что говорить падальщикам пера?

– Ой, да наори на них и вини предшественника, федерацию или ещё кого, – усмехнулся главный тренер женской сборной по футболу.

– Действительно, не мы виноваты, что сейчас в клубах сплошные легионеры, а сборная СССР вызывает полтора-два состава на свои матчи, а нас федерация принудила идти на поводу владельцев команд! – заявил Пятак.

Медведев промолчал. Руководство РСФСР, лично товарищ Есаулов, дало полную власть тренерскому штабу, но федерация футбола и товарищи об этом пока не знали.

Игорь Михайлович не хотел рвать связи и наживать лишних врагов, а потому прислушался к президенту Федерации Футбола РСФСР Цукерштейну, вызывая лучших футболистов из числа неприглянувшихся штабу главной сборной СССР под руководством Головановского из УССР.

Медведев был уверен, что некоторых игроков из России тренерский штаб союзной сборной вызвал, чтобы они не попали в новую сборную РСФСР. Иначе зачем 48 человек на товарищеские матчи, пусть и ежедневные?

Можно ли сказать, что на поле сейчас были плохие футболисты сборной РСФСР?

Нет, всё же в командах они показывали себя неплохо, некоторых можно было назвать даже звёздами Всесоюзного Чемпионата или Высшей Лиги. С парочкой из них Медведев работал в «Красной Пресне».

Пусть Пятак и Козлов не высказали этого прямо, но этот матч точно был подставой со всех сторон: федерации и игроков, а заодно и клубов.

Некоторые футболисты считают, что через матчи в составе сборной они получат преференции на трансферном рынке. Немало иностранных лиг ввели квоты, по которым игроки-легионеры должны иметь матчи в сборной или иные показатели, чтобы их позвали в лучшие чемпионаты.

Поэтому за места в сборной уже несколько лет шла скрытая борьба, из-за которой состав зачастую определялся не из-за формы и результатов, а по знакомству с иностранцем во главе сборной. Слухи ходили, что агент испанского тренера помогал республиканским игрокам при переходе в европейские клубы.

Продажи зарубеж некоторое время были весьма выгодны, вот только постепенно легионеры вытеснили из состава своих игроков настолько, что зрители начали терять интерес к матчам. Руководство Республики в 2007 ввело лимит на легионеров в составе команд Высшей Лиги РСФСР, пока весьма мягкий: не менее трёх россиян в старте.

Но из-за этого резко выросли требования агентов по зарплате для игроков с гражданством РСФСР, которые были достаточно известны или находились хотя бы на среднем уровне для лиги.

Лимиты на игроков в Первой и Второй лигах были куда жёстче, а потому и выбор футболистов был достаточным. Медведев сам провёл в «Волге» немало сезонов и был в курсе, что хорошие игроки есть везде, пусть они иногда даже сами не подозревают, что до уровня лучших им не так уж далеко, зачастую дело в ментальности.

– Надо позвонить Заречному, – вздохнул Игорь Михайлович, глядя в небо, он пытался рассмотреть: а куда пялился Пятак? Вдруг там ответ?

– Не надо, после того, как наша «Красная Пресня» увела у его «Медведя» Артемьева и Таурию, он внёс нас в чёрный список и предал анафеме. Обещал шаманам отдать наши фотографии, уж не знаю, зачем, – произнёс Пятак с некоторым страхам, пусть он был аналитиком, но весьма суеверным.

– А? Это же разборки клубов, в чём проблема? Да и разве старикан не ушёл на пенсию? – не понял Козлов.

– Да, сердце у него больное, но совет нужен. А, ладно, попробую пойти на примирение, вдруг что подскажет, он-то все лиги знает, – вздохнул Медведев.

Раздался финальный свисток. Восьмой гол канадцев был отменён из-за офсайда, но это всё равно не радовала дядю Миши. Он глянул на «своих» футболистов, некоторые из которых издевательски улыбнулись, глядя на него, и отправился в смешанную зону на интервью после матча. Чего оттягивать неизбежное?

– Игроки только вышли из отпуска и не поняли моих идей, работали по заветам Санчеса! Вины с себя не снимаю, но многое стало ясно. Впереди много работы! – заявил главный тренер до того, как журналистка успела что-то у него спросить.

***

Миша Медведев

– Я уже говорил: будучи сильным, оставайся собой! Заточенный клинок можно переточить, он станет слишком тонким и хрупким! – заявил Мастер, когда я вышел из павильона с главным испытанием.

– Я не глухой, – проворчал я, задумчиво потирая фингал под глазом, который болел всё сильнее и заметно припух.

Больше мираж учителя боевых искусств мне ничего не сказал, ранее он отказался меня обучать, потому что я его победил в первом же поединке между нами.

Хотя характеристики «Хоттабыча» были на пределе возможного для человека, а потому я, получив блокировку навыка и проклятье, ему уступал. Но один враг? Да я и не с такими справлялся! Я побеждал драконов, динозавров и даже великана!

Но победа всё равно не говорила, что я не мог стать сильнее, а потому я учился. Вот только в бою всё равно применял в итоге то, к чему привык. А стоило попробовать что-то новое, как сразу, замешкавшись, получил в глаз от собственной копии.

Стало ясно: учить новое мне бесполезно. Я слишком стар для того, чтобы оттачивать что-то поверх привычного.

Да и не нравилось мне, что в Храме Воли Мира поболтать было почти не с кем!

Имелось тридцать человек, сохранивших память, но очень зло и молча смотрящих на меня каждый раз, когда я проходил мимо. Ещё пятьдесят два здесь пробыли недолго после чистки памяти и вскоре покинули это место. Остальные с Вихревым свалили почти сразу.

Кроме премьер-министра РСФСР и миражей меня никто не запоминал. С одной стороны это было к лучшему, ведь гости Храма могли всё же что-то задумать сотворить со мной, думая о мести Арфе. С другой, следуя каким-то указаниям, со мной не разговаривали.

В том числе и младший Протасов с Мишель Руж также не говорили со мной.

Только через четыре месяца я спросил у Мастера, когда одинаковые добрые и пустые вежливые разговоры с девушками-миражами меня совсем достали:

– Со мной запрещено общаться?

– Нет, но гости соблюдают обет молчания, – сообщил «Хоттабыч».

– А почему не разговаривает Мишель Руж?

– Она видит тебя каждый раз, как первый, путает и допускает, что ты один из гостей, а может кто-то новый. Вот и не говорит.

– Понятно, – пробормотал я.

– И вообще, Маг Мира, раз тебе нечему учиться, тебе пора идти в мир!

– Эм, гоните что ли?

– Да, иди уже! – буркнул старик.

– Почему? – не понял я.

– Потому что он тебе проиграл, – раздался смешок от одной из девушек-миражей.

– А ну тихо! – возмутился старик.

– Понятно, чего уж там. Терпите, – улыбнулся я.

– Ты надоел уже своим стуком, то камни берёшь – ногой бьёшь, то палки, что это и зачем?

– А? Ну, я привык чеканить, с мячами здесь совсем никак, а потому я импровизирую, как могу.

– Надоел, шумно, проваливай! – проворчал старик.

– А Вы можете меня прогнать? – уточнил я с улыбкой.

В следующий миг я оказался на поле посреди Индии. Недалеко садился вертолёт.

– Эй, ты из Храма? – крикнул Чатрапати, когда лопасти остановились.

– Да, – ответил я, понимая, что моё изгнание было подготовлено. Тц, так и сказали бы, что я дармоед и мешаюсь…

Затем мужчина, чьё настоящее имя было Рахул, выпрыгнул, подсветил фонариком какую-то бумагу:

– Какая у тебя фамилия? – спросил он.

– Медведев, – сказал я.

Индиец протянул мне конверт с белой бумагой и фонарик.

– Здесь указания. Мне можно доверять. Следуй за мной.

Внутри оказалось несколько бумаг-распоряжений за подписью Вихрева и каких-то неизвестных мне людей.

Утром того же дня мы оказались в Джампуре, там меня уже ждала машина с дипломатическими номерами. Через день я был в консульстве, где мне сделали новые заграничный и внутренний паспорта, дали билеты и сопроводили на самолёт в Москву.

После зачистки дворцов на севере Сибири в СССР я не был шесть лет, но Арфа намекала, что я прошёл не всё и надо посетить места, где она родилась, но точного местоположения она не указывала.

Поэтому-то конец дворцов оказался для меня неожиданным.

Москва же встретила меня не очень радушно: ливень и околонулевая температура.

Далее меня отвезли в пригород, где я встретился с Вихревым.

Тот предлагал мне отдохнуть в Сочи или развеяться, я же попросил иное:

– Я хочу в армию.

– Нет, не хочешь. У тебя освобождение, – усмехнулся премьер-министр республики, хотя уже во всю шла его предвыборная компания на пост президента.

– В смысле? Почему? Какое ещё освобождение? – уточнил я.

– Значит, уже отслужил на благо Родины, да и староват ты для армии, – улыбнулся мужчина.

– Я хочу научиться обращаться с оружием, – соврал я.

Вихрев недолго помолчал, затем сунул руку под пиджак. Я думал, он за телефоном, но вместо этого он вытащил пистолет и начал направлять его на меня.

Я схватил запястье и направил его руку в сторону, а сам схватил за горло.

– Вот и доказательство: учить тебя нечему. Деньги тебе выдадут, отдыхай, – хрипло произнёс с некоторым нажимом мужчина, убирая пистолет в кобуру.

– Простите, было одно подземелье, где думать было чревато. Кхм, Вы не хотите, чтобы я учился стрелять? – уточнил я, убирая руки от второй шеи в республике.

– По глазам вижу: умеешь ты стрелять. Миша, отдыхай. Да и как ты будешь служить, если о тебе сразу забывают?

– Не знаю, в бункере каком-нибудь или на далёкой заставе, – проворчал я и понял всё по лицу собеседника: – Ладно, отдохну.

О том, что дядя мог меня помнить, я не видел смысла распространяться. Осталось найти способ связаться.

***

Интерлюдия

Вихрев выехал из посёлка и направился к реке. Там на небольшом деревянном мостике его ждала невысокая девушка с рыжими волосами.

– Добрый день, Виктор Валентинович, – первой поздоровалась Воля Мира.

– Так себе, утром ливень, теперь гололёд, по области провода попадали и аварий не счесть, – проворчал мужчина. – Я сделал, что Вы просили. Медведев обеспечен домом и деньгами, но защитить его некем. Отпустите моих людей.

– Все кто хотел покинуть Храм Воли – ушли из него. Заложников мы не брали, – произнесла девушка, а затем отвернулась: – Это перерожденцам вечно неймётся. В итоге мир остался без своего главного защитника из-за вашего эгоистичного желания найти и покарать Арфу.

– Месть – дело чести, – хмуро произнёс Вихрев. Ему не нравилась Арфа, но и Алтея не внушала доверия. Вот только пока она ни разу не соврала, ложь политик буквально видел. Стоило кому-то соврать, как его глаза становились тёмными, буквально чёрными.

– Месть требует расчёта, а у вас получился налёт на Храм. Тупой и примитивный. А когда я увидела количество и возраст людей… словами не описать моего удивления. Тринадцать человек старше ста лет и десятки тех, для кого это четвёртая и даже пятая жизнь! И все так хотели убить Арфу, что не строили жизнь, а собирались в ваш кружок по интересам, – произнесла рыжая девушка, поджав губы.

– Знаете, Конец Света это весьма впечатляющее событие, – проговорил премьер-министр РСФСР. – Особенно, когда в нём гибнут друзья, близкие и родные.

– Я уже сказала: Арфа побеждена. Личность, ответственная за миры-варианты, погибла сразу, как только моя учительница перестала быть Волей Мира. Вся проблема была в принудительном и подавляющем инстинкте самосохранения, который оставил предшественник. Стоило кому-то подключиться к инфполю в достаточной мере, как выживание становилось во главу желаний. Без этого Арфа стала совершенно другой, а затем с ней слились многочисленные сознания. Она проиграла. Конец.

– Не врёшь, – тихо цыкнул Вихрев, неосознанно сожалея о подобном.

Он две жизни мечтал найти и уничтожить красноволосую Волю Мира, но это ему не удалось.

Теперь требовалось жить дальше, и новый враг был известен.

– Алтея, Вы уверены, что на нас собираются устроить нападение? – спросил он.

– Да, но видения будущего туманны. Единственное, я уверена, что на поле была команда в красной форме, больше ничего нового, – сообщила Алтея.

– Час от часу не легче, – проворчал премьер-министр.

Ещё десять минут он провёл за разговором с Волей Мира, после чего собрался и отправился по рабочим обязанностям, а затем его кортеж привёз домой.

Здесь были его жена и дети, жизни которых сейчас были для него дороже всего на свете.

***

Миша Медведев

– Да что не так с этой штукой? – проворчал я, уставившись на маленький «телевизор» в своей руке. – Это точно телефон?

Я вертел так и эдак, нажимал на все кнопки, но пришлось сдаться и открыть инструкцию. Оказалось, что для первого запуска требовалось снять крышку, вытащить заглушки из-под аккумулятора, перевернуть его и воткнуть.

Стоило это сделать и зажать кнопку включения, как «телевизор» заработал и начал требовать сим-карту. Она вставлялась под аккумулятор…

Почему это не указали на первой схеме?

Зато радовало, что в отличие от моих прошлых мобильных телефонов этот имел надпись:

Сделано в СССР/РСФСР

– Тц, «Змейки» нет? – разочарованно пробормотал я, особо не понимая, зачем тогда такой большой экран.

Пришлось изучать инструкцию и тыкаться повсюду. Стало чуточку яснее: я отстал от жизни.

На следующий день я отправился на пригородную станцию. Ехать в Москву не стал, пусть город огромный, да случайности случаются. А потому я не рискнул направляться туда, где точно были люди из запретного списка.

Я отправился в Пушкино.

Там куда проще и дешевле, чем в начале нулевых, я купил нормальный мобильный телефон с кнопками, затем ещё один, когда увидел среди б/у знакомую мне модель за сущие копейки.

Теперь оставалось восстановить себе сим-карты от прошлых номеров. Однако представительства нужного оператора с такой услугой было в Москве, Мытищах или Сергиевом Посаде. В последний я и отправился, как наиболее отдалённый от столицы.

Мне на месяц было выдано 30 тысяч, и всё меньше мне казалось, что это «огромные деньжищи». Только на билет до Пушкино и потом до Сергиева Посада ушло в сумме 400 рублей.

Да и многие другие цены точно стали совсем другими, чем я помнил.

Во второй половине дня я закончил свои дела. Не зря ба оформляла какие-то тарифы, которые были чуть дороже, но зато номер телефона был закреплён за мной и Алей навсегда, пока баланс положительный.

Однако мне сначала утверждали, что такого вообще не бывает, а потом увели в другой зал, где та же девушка уже отвечала за «Премиальное обслуживание»…

Ближе к вечеру я освободился и отправился закупаться, да сделал это по привычке в достаточно большом объёме.

Когда понял, что по плану мне бы ещё пару пакетов, но волшебного инвентаря нет, я развернулся и подбежал к паре смурных мужчин, делавших вид, что они орнитологи и здесь исключительно ради голубей и курочки-гриль:

– Вы двое, а ну стоять! Вы ж наружка? Подержите, мне ещё мясо купить надо! – сказал я и всучил им сумки.

Гэбисты переглянулись.

Вечером мы вместе с ними готовили борщ, потому что скрытного наблюдения не вышло, а мне так хотелось с кем-то поговорить.

Глава 8

Если обо мне все забывали менее чем через минуту, слежка за мной должна была оказаться либо исключением, либо полагаться на какое-то следящее устройство.

Магический талисман или техническое средство вполне могли оказаться в моих документах и тем более в «телевизоре», который имел функцию телефона, радио и фонарика, так что вполне мог вместить ещё и жучок, а может и факс, кто его знает?

Одна из причин покупки дополнительных трубок под старые симки – возможность связаться с близкими после срока задания «Жизнь мага Мира». Однако чем я больше думал, тем чётче понимал: меня отследят и прослушают при любом варианте. К амнезии-то приводит не только взгляд на меня, но и в целом общение.

И вот здесь оказалось, что наружка состояла из исключений – магов новой волны. Волшебники начали пробуждаться вслед за Аглаей, а Воля Мира (Алтея) имела немалое количество ядер монстров, позволяющей их пробуждать.

В рамках договора между рыжей начальницей тотемов и премьер-министром Вихревым было пробуждение 12 человек на выбор Воли Мира. Однако наружка, следившая за мной, была рекрутирована 5-7 лет назад и под договор не попадала.

Виталий Павич (37 лет) раскрыл в себе талант «Знаток».

Андрей Соловьёв (29 лет) получил систему «Следопыт».

Казалось бы, всё очень похоже на мой дар «Сумоист», но у них не оказалось боевых навыков, не было заданий на зачистку подземелий, а развивались они исключительно благодаря опыту за выполнение квестов на раскрытие дел, поиск преступников и монстров. Но без участия в боях с этими «чупакабрами», за это отвечали другие маги.

А кроме того оба не забыли меня, даже потеряв из виду на час-два.

Это мне показалось хорошим знаком, Аглая меня позабыть не должна…

Вот только стоило нам приготовить ужин и съесть его, после чего немного поболтать, как в какой-то момент оба уставились в пустоту, и быстро бросились из дома наутёк.

– Это чё было-то? Хорошо же сидели, – пробормотал я, глядя на оставленные вещи своей наружки.

Через полчаса «телевизор» зазвонил. Почему-то на «чистом» мобильном телефоне высветилось: «Первый».

– Алло, Виктор Валентинович, я извиняюсь, а на выключенный вызов прошёл бы? – проворчал я.

– Медведев, не ворчи, было бы нужно, с тобой стена бы заговорила, – фыркнул Вихрев.

– Я верно понял, Павич и Соловьёв узнали, что пополнили мой запретный список контактов?

– А ты догадлив, можешь испечь себе пирожок в награду.

– Уже испёк, остывают.

– Пфы? С тобой и не пошутишь, Михаил. Ты у нас каланча харизматичная, со своей охраной подружился, а теперь им к тебе и приблизиться нельзя. Поэтому заметишь слежку, не братайся с ними, а то у нас скамейки запасных нет, пара человек осталась, – заявил премьер-министр.

– Понятно, равно как и то, что Вы в мой запретный список не попали, – улыбнулся я.

– А ты не золотой червонец, чтобы всем нравиться, Медведев. Ты знаешь, подлюка, сколько мы сил угробили на операцию с одним камешком? Ладно, не телефонный разговор, но я тебя запомнил и не забуду, а доброго отношения не жди.

– Это, предупредите наружку, чтобы меня особо не охраняли и не приближались. Если меня атакуют, я ж буду подозрительный и осторожный, сам переживу благодаря артефактам, а мирные могут пострадать. Пусть простых людей защищают.

– Не учи учёного. И сам не приближайся, харизмой своей не маши вправо-влево. Арфа – та ещё стерва, не удивлюсь, что список пополняется новыми именами, даже теми, память которых стёрта. В Храме Воли Мира были особые условия. Алтея тоже точно не знает, но тоже уверена: список запретов пополнялся все годы твоих странствий. Хорошо, что ты не додумался возвращаться в уже посещённые места.

– Серьёзно? – пробормотал я. – Ни разу не отматывал список до конца после первого года, когда запомнил всех по именам.

– Так ты изменился. Вот и говорю: харизму прикрути! Достаточно, чтобы кто-то подумал: «Классная бицуха!» или «Не урод». И всё, повторная встреча грозит гибелью всему перечню лиц. Но опять же: это неточно, а только предположение. В любом случае будь аккуратен, словно это подтверждённая информация!

– Вот же стерва! – признал я. Даже не подозревал о подобных нюансах. – Ну, может, меня всё же в бункер?

– Нет, ты мне нужен в Москве. Отбой.

– А поговорить? А «Спокойной ночи» пожелать? – фыркнул я, но вызов уже был сброшен.

Становилось ясно, почему я получил место жительства на отшибе, пусть и в Подмосковье. Не удивлюсь, если Вихрев не был уверен до конца, а потому провёл тест с магами, пробуждёнными в последнее время.

Ну, а может я и правда слишком общительный?

– Да не, бред какой-то? Да, птичка? – проворчал я, глядя за окно, но синица не ответила, а развернулась ко мне хвостом и улетела.

Ну, к одиночеству я привычен.

Я подошёл к одному из пакетов с покупками и достал из него насос и пачку сдутых чёрно-белых друзей.

– Посмотрим, сколько вы со мной протянете, – улыбнулся я, хотя был другой более насущный вопрос: еду же мне будут привозить? Или придётся охотиться? Синичка уже почуяла угрозу?

***

Я оказался на достаточно большом участке огороженной земли, на второй день отметил знакомое расположение деревьев и некоторых других объектов. Вот только от них создавалось странное впечатление: я здесь был совсем мелким, деревья выросли, местами сорняки захватили всё. Но я понял факт: это моё родное местечко.

Дача родителей была сожжена, но Вихрев обустроил к моему приезду одинокий домик со всеми удобствами и даже небольшой баней во дворе, которая была реально на одного человека. А вот сортир и был одним из строений, по которым я узнал местность, его просто подкрасили и сунули внутрь биотуалет.

Но куда более узнаваемыми для меня были места, где мы с папой играли с чёрно-белыми друзьями.

Вот даже интересно: кирпичная кладка посреди леса была им задумана или же это остатки более высокоразвитой цивилизации с какими-то планами на эту местность?

Ну, накачать мячи было делом быстрым, после чего скучно мне не было.

Если я опасен для общества, а Вихрев всё равно решил меня держать рядом с Москвой, значит, есть какая-то угроза куда более масштабная, чем я со своим списком. Для подобного вывода не надо быть опытным в хитросплетениях магических интриг.

Хотел бы убить – попытался куда быстрее и более явно. Те же продукты можно было отравить или воду.

Во время прогулок до колонки я замечал слежку за собой издали: девушка лет двадцати и юноша лет шестнадцати на «жигулях». Каждый день они менялись.

На даче у нас должна была быть своя скважина, но вода там, если верить Вихреву, уже не подходила в пищу из-за какого-то загрязнения.

Телевизор и телефон у меня были, ещё оказалось, что я мог попросить любую книгу или же интернет. Но зачем мне эта медленная штука? По телевизору проще новости глянуть…

Так осенние дни, а за ними и зимние превратились для меня в сплошную зарядку с перерывами на еду, гигиену и чтение учебников по диетологии, анатомии, медицине и атласы о физиологических процессах.

Вместе с этим я каждый день думал позвонить дяде, но долгое время откладывал это дело, пока в какой-то момент не попал по телевизору на трансляцию матча: РСФСР-Мадагаскар.

– Хм, даже у этой островной колонии есть команда, прикольно, – пробормотал я и собрался сделать подход с парой камней вместо гирь, но тут увидел вышедший из подтрибунного помещения штаб сборной республики. – Дядя? Он помощник? Заречный дорос до главной команды республики и позвал его?

Но моя версия оказалась ошибочной, мой родственник сам оказался во главе главной команды России по футболу.

Кроме него я узнал Пятака, который помогал ему ранее, а также Козлова (бывший форвард ЦСКА), Осипова (капитан «Волги», возможно, до сих пор), и почему-то с ними был Сильвестр Павлович Крюков, владелец костромского футбольного клуба, а по совместительству одна из строчек в блокноте тех, к кому мне нельзя приближаться.

Но что ещё более странно, в составе сборной оказалось ещё пять человек, чьи имена тоже были в перечне тех, кто ко мне хорошо относился.

Константин Свинопасов (он же «Полудурок») вышел слева в нападении. Хм, а Осипов его так и не придушил, хотя тот увёл у него жену и сбежал в Казань.

Правым форвардом вышел тоже знакомый мне по «Волге» игрок по фамилии Савельев, но на поле я с ним играл всего раз, после чего он перешёл в «Динамо-Восход» из Чухломы, а затем и перебрался в столичный клуб

Почему-то в центре полузащиты на схеме была фамилия Николаев, и пока игроки не вышли, я не мог предположить, что там окажется «Плут». Во-первых, он был фланговым защитником, пусть иногда и играл по бегункам в центре, во-вторых, он дошёл до уровня сборной? Круто.

Чуть перед ним возвышался Ерохин, а на правом фланге обороны значилась фамилия Шкет, но пока телевизионщики его ни разу не показали. С этими двумя я сдружился в сборной Ю17, а потому не удивился их наличию в запретном списке.

Но на поле был ещё и Артемьев, которого в запретном перечне не было. Впрочем, тут ничего удивительного. Александр был весьма странной и ершистой личностью, которая меня не особо любила.

Куда более удивительным я считал, что среди моего списка лиц, которые умрут, если я с ними встречусь или пообщаюсь, была куча Кольско. И не только Виктория, но её родители, сестра и братья, в том числе Дмитрий.

Ещё более непонятным было наличие английских имён и фамилий, да ещё какой-то Лай Горн Тил Лиск Виктор Карпов (одной строкой). Учитывая некоторые слова Малявки, похоже, что это как раз он, маг из иного мира.

Комментировали же матч Аркадий Голубев и Григорий Воробьёв. Опять же двое из списка тех, у кого оказалось ко мне хорошее отношение. Но ФИО-то мне известны, но те ли это люди или просто тёзки – непонятно.

Трансляция велась с тюменского стадиона «Берлога», на котором выступал ПФК «Медведь». Дядя упоминал, что Заречный некоторое время исполнял обязанности главного тренера этого клуба, но не сумел использовать свои методы с иностранцами, что в итоге вылилось в какой-то скандал.

Между тем комментаторы начали представлять игроков. Из Всесоюзного Чемпионата в составе сборной РСФСР оказались только Савельев (ФК «Динамо» Москва) и некий Константин Степанов (ФК «Кайрат» Казахская ССР).

Семь игроков были из Первой Лиги, сразу четверо из казанского «Вымпела».

Но что поразительно из Высшей Лиги РСФСР был только один игрок, а ещё один пробился из Второй Лиги!

Ни одного игрока из европейских чемпионатов.

– Не понимаю, неужели всё же сделали вторую сборную? – пробормотал я.

Это можно было предположить по составу и сопернику, который казался не так уж силён по имени.

Очень редко трибуны попадали в кадр, на них было много народу, но явно далеко от аншлага. Впрочем, трибуны якобы вмещали 84 тысячи человек, а потому опять же удивляться не стоило, среда, рабочий день, да и соперник – Мадагаскар.

Между тем РСФСР к пятой минуте вела уже 2-0. Оба гола вышли словно под копирку: пас на ход по центру, Савельев и Свинопасов рванули к мячу, кто первым его коснулся, тот и побежал навстречу вратарю. В итоге по одному голу у каждого.

Но игроки Мадагаскара перестроили оборону, игрок с фланга встал третьим центральным защитником, а полузащитник ушёл на фланг обороны. Это ненадолго помогло, но наша сборная теперь делала акцент не на быстрый прорыв, а на затяжной розыгрыш до верного.

Но вратарь соперника до конца первого тайма творил какие-то чудеса, показывая великолепную реакцию на каждый удар.

– Ух! Бонэ снова взлетает к девятке и переводит мяч на угловой! – заявил телевизор голосом комментатора Голубева.

Однако очередной угловой привёл к выносу, нападающий Мадагаскара сумел занять позицию и принять мяч, опустить его вниз и отдать пас на набегающего товарища. Тот рванул, но в какой-то момент рухнул на поле.

– Контратака! Ох, ну это театр, господа! Нырок! Откровенный нырок! – возмутился Воробьёв.

– «Исполнил Кольско», – фыркнул Голубев.

Я хмыкнул, похоже, брат Вики вошёл в фольклор.

Но сути это не меняло, судья свистнул и подбежал к лежачему островитянину, после чего показал какой-то странный жест и побежал с поля.

– Видеоповтор! Напоминаю, это новшество будет введено с этого мундиаля. На Кубке Конфедераций уже были выявлены недостатки, но система помощи арбитрам продолжает тестироваться на каждом из стадионов. Кроме судей в поле и на линиях за экранами мониторов судят ещё трое специалистов, вглядывающихся в происходящее с самых разных сторон, – сказал Воробьёв, словно лично для меня.

Маленький пузатый телевизор и сигнал с помехами не давали мне чётко рассмотреть замедленные повторы, но комментаторы вскоре признали:

– Контакт определённо был, наш опорный полузащитник буквально чиркнул по пятке мадагаскарского игрока, – произнёс Голубев.

– Фол последней надежды, Николаев получает красную карточку! – сокрушённо произнёс Воробьёв. – Аркадий, а ведь в двух прошлых матчах этот сверхопытный игрок и многолетний капитан клуба из Казани надёжно скреплял наши оборону и полузащиту, словно идеально подогнанная шестерёнка в механизме. И вот ошибка.

– Григорий, ты прав. Но опыт опытом, а возраст даёт знать. Если за «Вымпел» мы запомнили его в первую очередь фланговым защитником, то в сборной он играл на непривычной позиции, а теперь то ли из-за усталости после интенсивной игры в чемпионате, то ли из-за невнимательности Павел Николаев отправляется с поля под свист зрителей. Конечно, наши болельщики так выражают отношение не к игроку, а к судье!

На этом первый тайм закончился, а в перерыве крутили рекламу, небольшой репортаж о строительстве тюменского стадиона, а затем снова рекламу. И опять. И ещё раз. И всё одни и те же ролики…

В перерыве у сборной РСФСР произошло сразу пять замен: убрали вратаря, нападающих и центральных защитников.

– Ничего себе, вышло сразу пять дебютантов из Второй Лиги! Тренер Медведев удивляет всё сильнее. И не боится экспериментировать в меньшинстве! – чему-то восторгался Голубев.

– А когда проверять новичков, как не в таких матчах перед зимним перерывом? И так, все вышедшие игроки не старше 25 лет. Трое ранее выступали в юношеских сборных, но выросли из них, а Кикимора и Орлов совсем недавно участвовали в чемпионате Европы среди юношей до 19 лет, – поведал Воробьёв.

– Ничего путного мы там не увидели, наши ребята заняли последнее место в группе, пусть и показали временами просто выдающиеся отрезки. В частности гол Кикиморы был признан настоящим шедевром.

– Особенно примечательно, что Кирилл забил свой гол, выдвинувшись с позиции центрального защитника фактически в нападающие. Посмотрим, что готовит Медведев? Уже не раз игроки проверялись им сразу в нескольких амплуа за матч!

Комментаторы явно сами понимали, что происходящее не нормально, но пытались быть оптимистами и передать свой настрой телезрителям.

Я же всё больше задавался вопросом: что вообще происходит?

На моей памяти сборная РСФСР казалась всегда куда сильнее. Похоже, реально идут какие-то эксперименты с составом.

А между тем уже на третьей минуте второго тайма Мадагаскар вышел в контратаку и реализовал свой первый голевой момент. Тот самый игрок с необычной фамилией, Кикимора, махнул ногой мимо мяча при попытке выноса, и соперник от него просто убежал, а вратарь ничего не смог поделать на выходе.

2-1 пока в нашу пользу.

Наши направились к чужим воротам и в итоге пропустили ещё одну контратаку.

– Нырнул, вот теперь точно, нырнул! – возмутился комментатор Голубев, когда нападающий островитян упал.

– Аркадий, повторы подтверждают твою правоту, судья показывает предупреждение «аквалангисту» с Мадагаскара, – очень довольно сказал Воробьёв.

Вот только спустя пять минут, когда РСФСР буквально обложили штрафную соперника быстрыми передачами и многочисленными ударами, вратарь соперников сумел достать мяч в высоком прыжке, а затем молниеносно с руки ударил ногой его к нашим воротам.

Падучий нападающий рванул за чёрно-белым другом, Кикимора вступил в борьбу. Островитянин в какой-то момент упал, а наш защитник оглянулся на судью что-то выпрашивать.

Вот только свистка об остановке игры не было, а нападающий соперника полежал, глянул на Кикимору, после чего вскочил и побежал к воротам.

Там его догнали наши защитники и пара игроков Мадагаскара, прострел и в итоге автогол от Орлова.

2-2

Мой дядя не пошёл к судьям разбираться, а вот игроки некоторое время кричали и ругались, за что сразу четверо получили жёлтые карточки.

– Судья – не румын, а ведёт себя схоже, – проворчал я.

Двоих из предупреждённых тут же убрали с поля входе последних замен: у нас вышли новые центральные полузащитники.

Чужой вратарь снова и снова показывал чудесную реакцию, мяч больше никак не шёл в его ворота. Соперник не менял игроков и точно выдохся, больше быстрые контратаки не проходили, но всё в итоге кончилось со счётом 2-2.

Даже у комментаторов проскальзывала озадаченность результатом:

– Эксперименты тренера Медведева становятся всё более тревожными, – заявил эксперт интеллигентного вида после матча.

– Подонок, однозначно! Гнать таких с поста! – заявил какой-то приглашённый в студию политик. Кажется, я раньше видел этого весёлого злого дядьку в политических шоу. Но теперь он казался старше и не таким задорным, а скорее просто агрессивным и уставшим.

После этого матча было ещё два у сборной СССР. Там из знакомых мне игроков я увидел Кольско, Таурию и ещё несколько игроков нашего возраста, почти все они просидели на скамейке запасных в обоих матчах.

При этом знакомые мне люди всё же играли: на воротах во втором тайме за СССР-2 вышел Ляликов, который организовывал мне бойкот, а кроме него в СССР-1 на 89-й минуте вышел его дружбан полузащитник Чухлич.

И надо сказать: игра этих сборных против Уэльса и Бельгии оказалась куда более интенсивной, чем матч сборной РСФСР. Но тоже ничьи по итогу.

Во время путешествия я смотрел трансляции. Правда, в основном не по футболу, а стремился увидеть фигурное катание и гимнастику, но сейчас точно мог сказать: иностранный футбол казался быстрым и интенсивным даже на фоне матчей Всесоюзного Чемпионата. А сейчас сборная РСФСР – максимум Высшая Лига.

То, что я так долго откладывал, сделал:

– Алло, дядя Игорь, привет, что за балет? Я так и ждал, что на поле выйдут знакомые мне гимнасты или баскетболист. Поздравляю с повышением, но что со сборной?

– Миша? Ты что ли? Видел, значит? Пять лет не звонил, – раздалось в ответ, кажется, с некоторой злобой.

– Два года и то неполных, – буркнул я.

– Без разницы… хм, Миш, тут есть к тебе одно предложение. Не хочешь в сборную? – как-то резко подобрел голос родственника или скорее появилась скрытая издёвка.

– Я дисквалифицирован до мая 2012 года и утратил волшебные навыки, я не более, чем обычный человек.

– Значит, согласен, сборы с июня, – заявила трубка, после чего раздался странных грохот, звук битого стекла и вызов прекратился.

Я пытался перезвонить, но абонент оказался недоступен.

Глава 9

– Да всё в порядке с твоим дядей, просто встретил пару разгорячённых фанатов и немного повздорил, – заявил Вихрев по телефону.

– Хм, насколько «в порядке»? – уточнил я. – Рёбра, рука, нога, что сломано?

– Машина. Не волнуйся, работают специалисты, с нападением разберутся, автомобиль починят.

– Понятно, – пробормотал я и уточнил. – Виктор Валентинович, а Вы как-то быстро подняли трубку, я могу набирать в любое время?

– Не борзей, Медведев. С тобой я разговариваю в режиме автоответчика. Потом как-нибудь объясню, – усмехнулся мой собеседник.

– Нас могут подслушать? – спросил я.

– Могут, сейчас ничего не разберут, но могут. Не вижу смысла им мешать бесполезным делом заниматься. Отбой.

– Я ещё хотел бы капусты… для пирожков. Повесил, – сказал я, но на лице у меня была улыбка.

Очевидно: Вихрев – маг, как-то влияющий на технику и разум. Уж не знаю, как этому противодействовать, но напрямую меня не подчинить. Наверно, никому кроме Малявки.

Я вздохнул, глянул в ночь за окном, накинул куртку и вышел играть с мячиком, пока не настали лютые морозы…

***

– Апч-хи! – чихнул я и с некоторой обидой высморкался.

Благодаря «здоровью» я не простывал очень много лет, а тут простыл, стоило пару часов поиграть с мячом на морозе!

Да ещё ощущение, что вот-вот сдохну, а на градуснике всего-то 37 и 2.

Хорошо, что этот предмет был среди купленных мной лекарств на подобный случай. Правда я-то купил всяких сиропов, йод и зелёнку, ну, там пластыри ещё, что на ум пришло в общем. Вот и вспоминал некоторое время, чем лечиться нужно.

А потом тяжесть увела меня в сон.

Последние годы кошмары были редкостью. С момента, когда я покинул Кострому, их сменили сны, которые можно было разделить на три категории:

- Воспоминания или Ретроспектива (просто переживал моменты из прошлого, иногда с небольшими изменениями. Зачастую это было монотонное истребление монстров)

- Сны о полётах (странные видения, когда я просто летал в небе, ничего больше не делая, словно воздушный шарик)

- Пошлые (не всегда эротические, обычно просто общение «Про ЭТО» с какой-то из знакомых мне женщин)

Причём первые годы там практически всегда была исключительно Воля Мира. В смысле Алтея.

Пару раз были сны с Евгенией Евгеньевной Мельник, но их можно было отнести и к ретроспективе со случаем у реки, когда я случайно набрёл на группу из педиатра и её однокурсниц. Сейчас же я знаю, что очень красивая женщина, но сплетница, вышла замуж за Иосифа Александровича Фадеева. Из сновидений она не пропала, но лишнего я себе не позволял.

Кстати, внучка новобрачного мне тоже снилась, но почему-то поначалу были только случаи из жизни. Но в какой-то момент я увидел её выступление на чемпионате мира и на следующую ночь перед тем, как я отправился в очередной дворец, мне приснилось, что Фадеева-младшая учит меня кататься на коньках и трындычит всякие пошлости типа рассказов о купальнике и прочем.

Сейчас же сон был очередным воспоминанием прожитого. Я снова был мелким, попал в первую щель с жуками и динозавриками, но был куда сильнее и начал их валить, а затем меня схватила медуза…

– Всё-таки кошмар? – пробормотал я, очнувшись, и перевернулся на другой бок.

Стоп. Что?

Хм, на меня точно кто-то смотрит.

Я сел и начал вертеть головой.

Шторка помешала бы глядеть с улицы, но я всё же встал и посмотрел туда: темно, но из окна хороший обзор, никого не видно.

Я включил свет и увидел три тени.

– Приснится же такое, – пробормотал я и лёг спать.

Пусть моя сестра и стала взрослее и выше, её силуэт я мог узнать благодаря трансляциям фигурного катания и художественной гимнастики.

На льду она сумела дойти до чемпионата СССР, но четверные прыжки ей так и не дались, а сейчас они стали практически обязательным критерием для попадания на международные старты среди участниц из СССР. В итоге Аля ушла из этого вида спорта уже в 12 лет.

В художественной гимнастике она продержалась до 17, но после взятия золота и серебра на чемпионате мира, ушла. Кажется, ей стало скучно, она поступила в университет. Ну, это мнение дяди, а потому всё может оказаться совсем иначе.

В любом случае её тень я узнал.

Равно как и молодящийся силуэт, у которого даже в образе тени есть улыбка и фиолетовые зрачки.

А вот третий не был Алтеей, точно не Степанидой, тогда кто эта девушка и зачем эти трое здесь?

Непонятно… может, всё же приснилось?

Утром я осмотрел округу и обнаружил цепочку следов, которая неожиданно прекратилась, но также неожиданно возникла у забора дачи. Но с другой стороны снег был нетронутым.

– Ничего не видел, ничего не знаю, наверно, синицы мутировали, – пробормотал я и пошёл за метлой, чтобы убрать тропинку, но тело налилось тяжестью.

37 и 1, я умираю?

***

– Ночь, холод, тишина. Снова завывает пурга! А мне хорошо, ведь чеканка! Ведь чеканка есть у меня! – пробормотал я, в темноте настукивая мяч.

Уже должна была наступить полночь, а это значило: новый 2012 год.

Похоже, я проведу его без электричества.

Из связи только мгновенно отвечающий Вихрев. Сколько бы я ни набирал дядю, тот не поднимал трубку.

– Козёл, – выдохнул я.

Простуда, казалось, отступила несколько дней назад, уж не знаю из-за какого средства. Болеть мне не понравилось. А во сне я увидел воспоминания о проблемах с зубами у Али, а потому решил: надо сходить к стоматологу.

Зубы-то я чистил, но бессмертия-то был лишён…

Да и настроения вообще не было. Начали появляться мысли, что волшебство ушло полностью, а я просто на полгода проклят.

Зачем-то измерил температуру. 38 и 7.

– А ведь бодрячком, – пробормотал я и передумал идти утром в баню. – а дядя Игорь всё равно – козёл!

***

– Хорошие зубы, но неплохо бы сделать объёмный снимок на определение скрытых проблем, – с улыбкой произнёс бородатый стоматолог.

– Сколько? – буркнул я.

– Со скидкой за панорамный рентген – тысяча.

– Делаем, раз надо.

В итоге я сходил на 3 тысячи, чтобы узнать: полностью здоров. Ну, неплохо, но я точно мог потратить меньше.

В пушкинскую коммерческую клинику меня послал Вихрев. Сам приём стоил всего 300 рублей, но дополнительные средства я отдал за диагностику. Сначала просто какой-то снимок моей улыбки во всей красе, затем КТ.

Если в прошлый раз я добирался на электричке, теперь был куда осторожнее. Если Вихрев окажется прав, так безопаснее. Я ещё допускал, что случай с нарудкой мог быть спектаклем, но пока исходил из того, что всё так.

Так что такси, стоматология, другое такси назад…

Это был мой первый выезд за долгое время, но я постарался разговаривать по минимуму. Впервые на моей памяти таксисты были того же мнения… да и ездили на «Волге».

Конечно же, это были гэбисты, тут к гадалке не ходи. Но оплату за проезд взяли.

По возвращению что-то было не так. Хм, кто-то навёл порядок. Нет, срача и у меня не было, но я убирался раз в три дня. И сегодня был как раз третий, но сейчас всё было чисто.

Не хватало двух книг на редких иностранных языках, которые я ради интереса пытался выучить. Ведь я утратил навык понимания любой речи.

КГБ и Вихреву, который и передал мне томики, они были ни к чему, поэтому моё подозрение пало на одну тень-библиоманку. Но учила ли она суахили? При мне нет, а вот сама могла.

Хм, но добавлю-ка Алтею к подозреваемым.

Больше ничего необычного не произошло, а через три дня обе книги оказались на своём месте, стоило мне отлучиться в баню.

На всякий случай я проверил все страницы, пока чеканил мяч, но никаких пометок или посланий не обнаружил даже на просвет.

***

Дядя так и не поднял трубку ни на 23 февраля, ни на 8 марта, ни на Пасху, даже на День Труда не ответил. Он точно жив? Это настораживало. Впрочем, он и раньше мог месяцами не отвечать, а сам всего пару раз звонил первым, да и то я видел пропущенные, а не успевал взять. Ведь я почти постоянно был в подземельях, местах без связи или же просто держал телефоны в пространственном инвентаре.

Между тем ничего нового в моей жизни не происходило, но я отчётливо понял: скоро чокнусь. Ещё больше ушёл в тренировки, а потому вскоре чёрно-белые друзья… кончились.

Кто-то лопнул, кто-то улетел так далеко, что я в итоге его не нашёл. Не удивлюсь, если спрятался, обретя разум. Ещё ночью придёт мстить…

– А я реально так чокнусь, – проворчал я, после чего связался с Вихревым, чтобы мне прислали пару новых друзей, которых не жалко. Конечно, чёрно-белых.

Виктор Валентинович снова стал президентом, но его «автоответчик» исправно слушал меня и выполнял мои просьбы.

И вот 1 июня мой ежедневный звонок родственнику всё же дал результат. Но несколько неожиданный.

– Нет времени объяснять, срочно лови такси и приезжай на станцию «Лосиный Остров»! – заявила трубка каким-то знакомым голосом, но точно не дядиным.

– Это кто? – уточнил я.

– Ту-у, ту-у-у.

– Я в курсе, как звучит гудок, да и у меня мобильный без него, – буркнул я.

– Просто приезжай на «Лосиный Остров», срочно!

Я не настолько глуп, чтобы рвануть сразу, тем более сроки мне не были сказаны. А потому я двинулся к выходу, но сразу позвонил Вихреву.

Я пересказал услышанное.

– На «Лосином Острове» сейчас инспекция стадиона и инфраструктуры. Там сейчас Головановский и Медведев от тренерских штабов, может кто-то ещё из республик приедет. От международных спортивных федераций множество людей. Раз сказали ехать, приезжай. Я догадываюсь, кто тебя позвал, – задумчиво заявила трубка.

– Но… это неопасно для окружающих? – уточнил я.

– Если приедешь на такси к станции пригородного поезда – неопасно. Сейчас зона оцеплена, а «случайное такси» будет совсем неслучайным. Тем более мои люди говорят, у тебя там борода, а вещи износились. Ты почему-то обновки не просил, а потому вряд ли твой вид кому-то понравится. Кхм, и постарайся никого не убить, чтобы ты ни услышал.

– В смысле?

– С тобой наверняка говорил один мой друг-шутник и раздолбай. Ладно, действуй по ситуации, всё равно ты убить его не сможешь при всём желании, но попытки совершай не в людном месте.

– Вас послушать, так я маньяк какой-то, – буркнул я, подходя к дороге. В отдалении уже виднелись «Жигули» с одной стороны и «Волга» с другой.

– Да с моим другом любой маньяком станет. Он недавно ушёл с должности, совсем распоясался. Скучно ему, видите ли. Ладно, в общем, это не угроза. Смело езжай в нужное место, – загадочно сообщил автоответчик Вихрева.

– А можно мне сразу сказать: зачем? Вы же явно знаете, да? – попробовал я сэкономить время.

– К сожалению, нет. Он тот, о ком информацию я не могу выдавать из-за братской клятвы, но при этом допускаю избиение. Он отвечает за организацию чемпионата. Но что ему надо от тебя, могу только догадываться, Медведев. Свои же планы на тебя, я озвучу, только в крайнем случае и лично. Отбой.

Хм, как же мне всё это надоело.

Я махнул рукой в сторону «Волги», та дёрнулась в мою сторону, после чего остановилась, а из-под её капота пошёл дым. Водитель вышел и полез внутрь, ко мне же подъехали «Жигули». Внутри сидел пацан, которому на вид было лет шестнадцать. На меня он смотрел весьма раздражённым взглядом.

– Подвезти? – сквозь зубы процедил он.

– Если не сложно, – сказал я.

Место назначения называть не пришлось, деньги он не потребовал.

В итоге я прибыл на станцию железной дороги «Лосиный Остров». Там стояло оцепление, но мой водитель показал свою ксиву, после чего нас пропустили на стоянку.

Там я вышел, а автомобиль за мной резко сорвался с места и скрылся. Пока ехали, тело затекло, какая неудобная и тесная машина, а в детстве казалась куда больше.

Если он не вернётся, я могу просто пробежаться до дачи.

Так. С этим-то понятно. Но куда мне идти?

Я набрал номер дяди, но вызов сразу оказался сброшен, а затем пришло СМС:

Жду на перроне в сторону Москвы.

Я отправился в указанное место.

Станция была закрыта на ремонт, но ни одного человека, чтобы остановить меня, здесь не оказалось. Учитывая, что до чемпионата мира было всего полтора месяца, состояние объекта казалось почти готовым, но где-то не было асфальта, где-то краски, а по пути к перрону так вообще нормальной лестницы, вместо неё стояла обычная приставная из дерева.

Я подошёл к краю, подпрыгнул, подтянулся и оказался на плите, почти не испачкавшись. Но стать грязнее как раз и было одной из задач, так что я опустил руки в цементную пыль, провёл по одежде, немного согнулся и пошёл на перрон, держа руку в кармане и запоминая расположение различных вещей. Где-то лежали мешки с цементом, кое-где виднелась припаркованная бетономешалка, а в стороне стояли баки с водой.

– О, какие люди! Миша, почему ты так долго? – спросил меня мужчина, очень похожий на моего дядю.

– Здравствуйте, Тимофей Трофимович Есаулов, – усмехнулся я.

Я уже видел, как этот человек превращался в меня, знал его имя, понял подсказки Вихрева, да и сумел сопоставить голос из телевизора и трубки.

Сейчас он, конечно, не был отличим от моего родственника, вот только дядя Игорь был уверен, что я толстый и с замедленным взрослением. Хотя я своему родственнику пытался объяснить, что нашёл способ, но слушал меня он обычно невнимательно, больше любя поговорить сам. Впрочем, для того я и делал его доверенным лицом, чтобы отслеживать жизнь близких.

– Ты что, не узнаёшь меня? Я же Гарик Медведев!

– Он сам себя так не называет, он Игорь, – соврал я.

– Серьёзно? То есть называю! Ух, уел, уел, догадался, – с усмешкой произнёс мужчина и превратился в лощёного политика, покинувшего недавно пост президента РСФСР.

Я нажал в кармане на телефон. Сначала быстро снял блокировку клавиатуры привычным сочетанием, а затем прожал быстрый вызов.

Мелодия не заиграла.

– Вы вернули телефон моему дяде? – уточнил я.

– Его у меня и не было. Я использовал перехваченный вызов, – заявил Есаулов.

– Зачем? – уточнил я, особо не задаваясь вопросом «как?».

– Всё просто, – заявил мужчина и подошёл ко мне вплотную. И начал излагать: – Я живу второй раз благодаря одной особе…

– Да-да, вы перерожденец, Арфа – стерва, опустим эту часть?

– Нет! – фыркнул мужчина, прошёл мимо меня и сел на скамейку, сбросив табличку с надписью «Окрашено». Вроде, не прилип.

– Ну, а мне обязательно слушать? – уточнил я.

– Придётся. Ты не сможешь покинуть перрон, он превратился в пространственный лабиринт. Никто сюда не сможет прийти, никто не выберется, пока мы оба живы. Это сила артефакта, полученного мной в подземелье.

Я закатил глаза:

– Ну, значит, поживём так. Мне как раз было очень скучно, – фыркнул я, уже понимая, что боя не избежать.

Далее был получасовой рассказ о жизни Есаулова в прошлой жизни. Там был мир, в котором открыли волшебство, люди сумели победить смертность и старость, но этот золотой век продлился всего два десятилетия, после чего в ту реальность вторглись люди-монстры из мира Кашена.

Мой собеседник видел, как погибли его друзья, затем родные, а в итоге мир-вариант был уничтожен, и перед Есауловым возникла Арфа.

Её слова показали ему простой смысл: его Родина оказалась всего лишь тестовой площадкой, а он сам и близкие – морскими свинками для опытов.

– Знаешь, Медведев, я воплотил в жизнь все свои мечты: бессмертие, способность притвориться кем угодно, вечную молодость, слетал в космос и даже побыл президентом. Но…

Я закатил глаза, какой же он предсказуемый.

– Всё это пустое. Я достаточно хилый не смог бы ничего противопоставить Арфе. Но раз она ослабла в таком тщедушном теле без магии, у меня есть шанс, – заявил он и полез рукой под пиджак.

Я махнул ладонью в его сторону и прижал к скамейке.

Прозвучал выстрел.

– Не на предохранителе? – буркнул я, дёргая запястье противника на себя и вверх.

Он не ответил, а одежда на нём буквально лопнула. Он превратился в Карелина. Не настоящего, а куда более молодого легендарного борца.

Во мне возникли плохие воспоминания о ночи, когда на меня напала копия Ондора Гонгора.

– Оригинал жив? – спросил я.

– Конечно, а ты и Арфа скоро умрёте. Я не позволю ей вернуться!

Я увернулся от не очень уверенного выпада, схватил руку и ладонью столкнул противника на рельсы.

– Даже с лучшим телом не перенять опыта, подделка! – буркнул я.

Вот только в мою сторону полетел странный предмет.

«Магическое ядро?» – подумал я, резко бросаясь в сторону.

Произошёл взрыв, ударной волной которого меня швырнуло в прозрачную преграду.

«Не проверка, он реально хочет меня убить», – констатировал я.

Это всё упростило.

Я вскочил, глянул на немного ужавшийся браслет из чёрной ткани на моей руке и подошёл к пистолету, отлетевшему вместе с кусками бетона и скамейкой.

Оружие особо не пострадало, а вот противник скрылся.

Я заметил движение под платформой, но не стал спрыгивать следом.

Спустя миг снизу высунулась рука, и по бетону покатился ещё один артефакт, подобный прошлому.

Я быстро вскинул пистолет, но не рискнул медлить, спрыгнул с перрона вниз.

Над головой бумкнуло, но в этот раз я не пострадал.

Есаулов же стоял в отдалении и доставал новый артефакт.

Я выстрелил в эту светящуюся сферу.

Взрыв вышел страшным, однако человек пострадал не так, как я ожидал. Он разлетелся на светящиеся частицы, а не так как должен был. Спустя миг он собрался в Есаулова.

– Бессмертный, – проворчал я, побежал и начал на ходу стрелять в противника.

Каждый раз оживая, он замирал, пока светящиеся частицы восстанавливались.

Этого мне хватило, чтобы сократить расстояние и взять противника в захват.

Неожиданно он превратился в гориллу. Нет, даже кого-то похожего, но ещё крупнее и с немного другим строением.

Но я всё равно не отпустил, продолжая давить.

Обезьяна била мной о преграды, пыталась достать ручищами, но ей это не удалось.

В итоге туша подо мной сложилась, но я не отпускал и притащил к бетономешалке.

– Сейчас оденемся и пойдём на речку купаться, – произнёс я и бросил Есаулова, который вернулся в свою оригинальную форму, в строительную жижу.

Я похлопал по карманам. Мобила на месте, бумажные деньги тоже. Ничего не потерял.

Моей заминкой попробовал воспользоваться враг, постаравшийся выбраться из бетона, превратившись в кого-то ещё, но я хлопнул его по лбу и включил бетономешалку, пусть и не с первой попытки. Я проверил: уйти не могу, прозрачные магические стены мешали и не разрушались от ударов.

Только после этого я набрал Вихрева, прижал пальцем мобилу к уху и рассказал ему о произошедшем:

– Чего-то такого я и ожидал. Артефакты-то у него откуда? – проворчал автоответчик или же всё-таки настоящий Виктор Валентинович. – А, неважно. Планы какие-то есть?

– Кол вобью или арматуру и так подержу, лабиринт меня, наверно, выпустит. А там к ближайшей речке утоплю или ещё куда, – заявил я.

– Ну, имеешь право. Только учти, это его не убьёт, а его настоящая сила в…

Кусок бетона выбил у меня средство связи, но сам бросавший и почти сумевший выбрать из бетономешалки, плюхнулся назад.

Я осмотрелся, схватил сначала мешок с сухим бетоном, раскрыл его и высыпал, а затем подлил воды.

После этого я пощёлкал, бетономешалка начала работать чуть быстрее. На всякий случай я с лопатой караулил беглеца, и пару раз пришлось по нему щёлкнуть.

Через некоторое время я вытащил полуфабрикат памятника и занёс над ним арматуру.

– Стой! Всё, сдаюсь. Я понял, что хочу жить, – глядя не на меня, а в небо, сказал Есаулов.

– Мстить собираешься?

– Тебе нет. Арфе бы попробовал… но она же мертва, пусть и не мертва?

– Допустим, – произнёс я.

Тимофей Трофимович быстро дёрнулся и схватил меня за ногу, после чего попросту исчез.

– Это чё было-то? – пробормотал я, прошёл по станции, но больше преград не обнаружил. Есаулов мёртв? Сбежал?

Я нашёл телефон и хотел продолжить разговор, но цемент уже превратил трубку в булыжник. А я не король Артур, чтобы добывать артефакты из камня. Я отправился искать таксофон, но вообще ни одного не нашёл. Тогда зашёл на почту и оплатил междугородний звонок.

– Есаулов – ментальный маг, да? – спросил я, как только по набранному мной номеру прекратились гудки.

– Да.

– Был, – коротко сказал я и повесил трубку.

Меня распирала злость. Если они друзья, он предвидел похожий исход: почему не остановил?

Стоп… он хотел отправить своего друга в мой разум на разведку? А вдруг получилось?

Глава 10

Когда я спустился с платформы на парковку, практически сразу ко мне подъехали жигули. В салоне весело блестела плёнка, которой оказались покрыты сиденья.

– Садись, – хмуро заявил парень, подбросивший меня сюда.

– Знал, что я измажусь? – уточнил я, отряхивая цементную пыль и крошку с себя.

– Стройка. Хочешь – не хочешь, извазюкаешься. А тачка из гаража Первого. Мне ему стыдно будет в глаза смотреть, если ты её испортишь. И так своей башкой чуть люк в крыше не сделал.

– Ясно, но я пока отправляюсь не домой, а в другое место, – проворчал я и пошёл по мультиязычным указателям в сторону стадиона.

На каждой табличке было по три строки: кириллица (русский), латиница (английский) и арабская вязь (вообще без понятия, не понимаю без дара).

Парнишка мне ничего не ответил.

Через пятнадцать минут я оказался около большой чаши стадиона, ради постройки которого использовали пепелище от лесного пожара в заповедном лесу.

Интересно, был ли поджог или же так природа распорядилась два года назад? Но именно этот стадион «Лосиный Остров» был построен быстрее всех остльных, что готовили к чемпионату мира. Фактически он дублировал «Лужники», с которыми возникла какая-то юридическая или другая проблема, из-за которой реконструкция главной арены Московской Олимпиады 1980-го года не предполагала серьёзных изменений.

Все стадионы к чемпионату 2012 года были без беговых дорожек кроме Лужников.

Когда я приблизился к колоссальному спортивному строению, ко мне сразу направилась пара милиционеров.

– Мужчина, проход на территорию стадиона только по пропускам! – заявил младший лейтенант, оценивая меня цепким взглядом снизу вверх.

– Даже работникам сегодня проход запрещён, – вставила своё слово девушка, на погонах которой была буква «К».

– Оружия у вас нет, – пробормотал я вслух и просто побежал в сторону стадиона на полной скорости.

– Стой! – раздался крик молодого парня, а вот девушка догадалась подуть в свисток.

А надо было передавать по рации.

Когда я прыгнул на фасад, стражи правопорядка только сбегались в сторону свиста. По выпирающим деталям я добрался до открытого окна (или скорее пластикового вентиляционного люка) на шестом или седьмом этаже. Я выдернул решётку и скользнул внутрь.

– Великовато. Настоящий оверсайз, – довольно оценил я ширину вентиляционной шахты и пополз выбирать семе место приземления.

Наверно, я здесь пролез бы в самые широкие свои времена. Здесь не то что сумоист пролезет, тут можно было провести пусть не коня, но пару осликов в упряжке.

А раз я сумел сюда добраться на одной импровизации, куда более злые люди могли воспользоваться подобным в своих интересах, наблюдая со стороны и изучая стадион.

Я вылез после пятой развилки в помещение, где воняло краской.

Я спустился вниз, осмотрелся и нацепил на себя каску из целой стопки новеньких головных уборов, а затем схватил чистый немного тесный мне халат и стремянку, после чего вышел наружу.

Милиционеры с буквой «К» на погонах сновали туда-сюда. Только человек из третьей группы, пробежавшей мимо меня, остановился, всмотрелся в меня и подошёл:

– Объект закрыт. Предъявите документы!

– Меня Есаулов послал найти стремянку, там какая-то *цензура* отвалилась, а через *цензура* сколько минут её покажут иностранцам. Ты мне лучше покажи, где сектор В5 помещение 7, курсант! – сказал я, одновременно вспоминая слэнг строителей и рабочих с лесопилки, а кроме того нотки Сороки или того же Вихрева.

– Простите, дела. Не знаю, я здесь впервые, – быстро смутился парень и пошёл догонять своих.

Тц, интересно, а схема от ледового дворца здесь бы подошла? Я выдал наугад.

С лестницей я прошёл вглубь стадиона. Молодая девушка со свистком мне соврала: строители здесь были, да ещё в немалом количестве. Хм, но судя по выправке и неумелому обращению с инструментами, вряд ли они спецы.

– О! Стремянка, как раз за ней шёл! Да ещё составная, идеально! – заявил мужик, на котором поверх делового костюма была накидка, и каска венчала голову, но задом наперёд. – Помоги, срочно надо вон тем плакатом закрыть трещину. Времени нет, там министр время тянет, как может!

– Не вопрос, – хмыкнул я и полез на верхотуру с плакатом, дрелью, отвёрткой и саморезами, постоянно ожидая: а что будет дальше? Ну не верю я этому человеку, но так даже лучше.

Стоило мне закончить, как по лестнице был нанесён удар, а внизу я услышал топот, пока держался за плакат пару мгновений.

Я успел извернуться, внизу меня уже «ловили» или скорее ждали люди в гражданской одежде.

Я немного подождал, пнул стену и приземлился на свои руки чуть в стороне, после чего быстро сделал оборот вокруг своей оси, выставив ногу.

Тц, подвернулся всего один зазевавшийся, а вот ещё один успел увернуться, но замешкался на месте. Я быстро встал и схватил его, выудив из кобуры пистолет.

Только теперь остальные начали доставать своё оружие.

И посреди этой суматохи у всех здесь зазвонили телефоны.

– Что за?

– У меня же был выключен.

– Что за «Первый»?

Я усмехнулся:

– Да поднимайте уже, начальство звонит, – проворчал я, бросил от себя пистолет и поднял руки.

Так было быстрее.

Толпа повернулась в сторону того, кого я отпихнул. Мужчина ответил на вызов:

– Подполковник Михеев. Да. Чтобы отпустить этого человека, я по телефону не могу послушать даже Вас. Да. Понял. Но всё равно не могу, таков устав. Понял, но всё равно не могу, даже за звезду генерала и под угрозой стать капитаном, товарищ президент. Да, молодец, но всё равно не могу отпустить. Заткнуться могу, да.

Секунд через десять сюда вбежал знакомый мне человек, прижимающий палец к наушнику в ухе:

– Михеев, с внеочередным званием полковника, а громилу не трогать, – даже не глядя в мою сторону, проворчал он. – Это Вихрев нам стресс-тест устраивает со своими ребятками. Весь день уже так.

– Так точно, товарищ замминистра! – вытянувшись по струнке, гаркнул новоиспечённый полковник.

На меня посмотрели с несколько расслабившимися, но всё равно раздражёнными выражениями лиц.

– Циркачей уже в КГБ берут.

– Третий за сегодня, надоели.

– Лестницу-то куда теперь?

– На четвёртый, я там видел подтёк, плакаты ещё есть?

Вскоре я остался здесь один с заместителем министра, в котором легко было угадать немного постаревшего и похудевшего Леопольда Торопыжку, мужа тренера по фигурному катанию.

– Громила, держи телефон, с тобой Первый хочет поговорить, – недовольно заявил знакомый мне человек, который точно меня не узнал, да и в список положительно ко мне относящихся он не входил. Отдав мне телефон, он вышел в коридор и стал ждать.

– Громила у аппарата, – проворчал я в микрофон.

– Игорь Медведев на поле, но туда не ходи. Алтея сказала, что среди британцев есть люди, которые хотели бы тебя забрать в свою сборную, – спокойно произнёс голос в трубке. – Они же среди запретов?

– Да, были какие-то мужские и женские имена, – сказал я.

– Я дам инструкции министерскому, который с тобой сейчас говорил, тебя проводят…

– Ещё такое дело: на седьмом этаже вентиляция широкая к фасада, там бы какую-то заглушку и решёток, а то проходи и забегай. А милицейским нужно что-то серьёзнее свистка, – протараторил я.

– Да-да, иди уже, стресс-тест ходячий. Действительно надо было в бункер тебя посадить, но ты нужен здесь. Эх, если бы у меня был выбор, а его нет. Отбой.

– А… ясно, – пробормотал я и подошёл к замминистра, протянул ему мобильник с фруктом: – Я не знаю, куда жать, у меня телевизор другой системы.

Торопыжка смерил меня странным взглядом, определённо не добрым, что меня устраивало. Телефон сразу же повторно зазвонил, но это оказалось просто СМС.

– Хм, в другое крыло пёхать, – пробормотал работник МВД, посмотрел на часы, после чего что-то покрутил на рации и произнёс в микрофон гарнитуры: – Маковкин, Меркель и Руденко, перерыв закончился. Я отойду сопроводить циркача, следите всем, чем сможете. Хоть кожей. Сто процентов четвёртый или даже группа будут следующими. Могут и одновременно.

Ответа я не расслышал, всё же без бонусов от магии все мои чувства просели в той или иной степени.

Вскоре Торопыжка отвёл меня в другое крыло здания. Поначалу я не понимал, куда именно, но в итоге оказался в просторной комментаторской кабинке на несколько человек. Вход на неё был не через зрительскую трибуну, а по отдельному коридору для прессы.

Замминистра ушёл, а через некоторое время дверь открылась, и сюда заглянул высокий мужчина со светлыми волосами, часть из которых была с сединой.

Это был мой дядя. Он скользнул по помещению взглядом, затем на меня. Я в это время приседал и смотрел на поле, а потому должен был показаться странным.

– Не отвлекайтесь. Мне сказали здесь подождать важного звонка, – сделав примирительные жесты ладонями, заявил родственник.

Точно меня не узнал.

Надо было с собой пару телефонов брать, проверил бы сейчас, как он сбрасывает вызов.

Я решил пока продолжить зарядку.

Телефон дяди Игоря позвонил, он вытянулся в струнку и начал нахваливать стадион, явно лебезя перед собеседником:

– Виктор Тимофеевич, ой, простите, от нервов попутал, Виктор Валентинович! Волнуюсь страшно! Просто великолепный стадион! Чудо науки! Да что там науки, настоящее волшебство! Иностранцы ходят и восхищаются! Что значит не об этом разговор? Со сборной всё хорошо! Игроки будут вызваны лучшие из возможных, по некоторым есть вопросы. Поэтому и нужны товарищеские игры перед оглашением состава. Да, матчи согласованы, на них вызваны игроки из расширенного круга, прям очень расширенного, сам диву даюсь! Частично он уменьшится по итогу, кого-то нас скинут из основной сборной СССР. Если футболисты будут вписываться в образ команды, я их вызову. Кроме того Тимофей Трофимович Есаулов обещал мне некоторые вольности с вызовом игроков. Несколько мест займут те, в ком я уверен… Нет, не коррупция. Кумовство? Да, оно самое, не стану отрицать, грешен, товарищ президент…

Разговор в том же духе длился ещё минуты три-четыре, в основном говорил мой родственник, а Вихрев только задавал вопросы.

После завершения мой родственник подошёл к окну и выдохнул:

– Как же тяжело притворяться оптимистом. Ни хрена мы из группы не выйдем такими темпами, – затем он повернулся ко мне: – Вы же ему не скажите?

– А надо? – ответил я вопросом на вопрос.

– Не знаю. Можно я на «ты»? Меня предупредили, что Вы какой-то там акробат из КГБ… хм? – почему-то брат отца хмыкнул, резко замолчал и подошел ко мне: – Какой рост?

– Метра два, может самую малость ниже, – сказал я, ведь трёх миллиметров мне не хватало по последним данным профиля, но мне казалось, что я подрос за этот почти что год. Возможно, из-за зимней обуви, а потому я не был так уж уверен. – А что?

– Спортом занимаешься? Понял, тупой вопрос, акробат же. К футболу как относишься?

– Ненавижу каждой частичкой печени и желчного пузыря! – соврал я, поменяв все слова во фразе «люблю всем сердцем».

– Плохо, а играешь как?

– Да и не пробовал особо, максимум из-за роста на ворота ставили, – продолжил я сочинять историю. Он реально меня не узнаёт, а сам игнорировал! Потом сюрприз устрою. Полгода трубку не поднимал!

– А вот это хорошо. Да, на вратаря очень даже похож. Или на нападающего, но их у нас куча, некоторых даже в защитников перепрофилируем для чемпионата, – проворчал мой родственник и начал ходить рядом со мной, буквально щупая со всех сторон. – Крепкий. Форма хорошая, пусть и выглядишь отшельником из какой-нибудь тайги. Бодибилдер? Протеином наел?

– Динозаврами, фениксами, пирожками с василиском в капусте и прочим, зачастую в лепёшках, – фыркнул я, ни разу не соврав. О магии этому человеку я мог рассказать всё, ведь он моё доверенное лицо. Но он меня даже по голосу не узнал.

– Это название каких-то БАД-ов или рационов? Ладно, я в этом не разбираюсь. Мне нужно помочь с одним делом. Свободен в субботу? Девятого, не завтра.

– В день матча РФСФР против Немецкой АССР? Свободен, – заявил я. Уточнять, что собирался глянуть игру не стал, ведь могли вырубить электричество, да и уже завил, что не интересуюсь футболом.

– Да, сначала пройдёт матч женской сборной против Испании, потом наша игра с Германской Республикой в Лужниках. Не любят они сокращение НАССР, ой как не любят, но сами сменили его с ГДР когда-то. В общем, приезжай на игру, ты очень поможешь СССР!

– Как? – проворчал я, выпрямился и прекратил улыбаться, глянув на дядю взглядом, который даже я сам мог назвать злым. – Я не люблю тайны. Очень не люблю, когда мной в тёмную пользуются.

– Кхе-кхе, мне нужно, чтобы ты побыл на воротах в этой игре. Буквально просто сделал вид, что играешь. Ты реально вписываешься в стандарт голкиперов, никто ничего не заподозрит! Там игроков тестировать буду буквально отовсюду! Тебя как звать-то?

– Джаду, – выдало моё подсознание, хотя так меня называли не так уж долго, буквально публика одного вечера. Обычно я мыслил быстро, но тут случайного человека мой дядя вербовал в ворота сборной страны. – А ничего, что я не футболист, тем более не профессиональный?

– Без разницы, – отмахнулся он, тут-то до него дошло: – «Джаду»? Ты не русский? Прозвище какое-то?

– Типа того. Настоящее имя слишком обычное, но скоро мне под прикрытием работать, отвыкаю. Я в целом не против, но лицом светить не могу, равно как лишний раз говорить с другими игроками, – заявил я, пока не отказываясь, хотя должен был это сделать.

По поводу дисквалификации я вообще не парился, её срок истекал 3 числа. А вот проклятье могло стать проблемой. Но в маске и тем более на огромном стадионе, где трибуны достаточно далеко от поля, вживую меня никто не разглядит и не рассмотрит.

Проблема была в возможном наличии знакомых мне людей, которые хорошо относились к «Мише Медведеву». Но тут стоило вспомнить текст задания, который я считал проклятьем:

…

*Жизнь Мага Мира*!

-1- Вам запрещено общаться с теми, кто Вас любит или испытывает симпатию любого уровня.

-2- Любой человек, с кем Вы заговорите, забудет о Вас и Вашей внешности спустя 12 секунд, стоит Вам скрыться из виду.

-3- Вам запрещено проводить ритуал *Восход*, позволяющий вернуть взросление и отключить навык «Вечная молодость»!

Штраф: умрут все, кто Вас любит или испытывает симпатию любого уровня...

Конечно, были различные нюансы. Забывали меня не только те, с кем я говорил, маска вносила свои коррективы, как и технические средства. Последнее было понятно для меня из-за всё тех же посещений аэропортов. С носителей данных я не стирался, но обо мне всё равно забывали, просто несколько дольше и более мягко.

Буквально не амнезия, а просто я плохо запоминался.

А потому главное: не болтать!

– Маску организовать не проблема. Для защиты «шлем» или «забрало» не редкость, особенно после травм. Так даже лучше, вот с прозвищем проблема, регистрировать надо даже на товарняк. Но там не такой уж строгий регламент, могу заявить кого угодно за три часа до игры и ещё внести правку за час, – самоуверенно заявил дядя Игорь.

– Понятно. Ладно, я не против, но маску бы надо измерить и поносить заранее, – продолжил я этот фарс.

Тут у дяди зазвонил телефон, он посмотрел на трубку, затем на меня:

– Министр спорта ищет, – буркнул он и ответил без всякого пиетета: – Что? Разыскивают? Могут подождать! Иду я!

Далее со стадиона я спустился и отправился к станции, но около меня остановились «Жигули»:

– Садись. Скоро пересменка.

Я сел на сиденье накрытое плёнкой и упёрся головой в потолок, а ногами в сиденье перед собой.

***

Шестого числа в четверг со мной связался Вихрев. Обычно мне звонили только странные люди, которые заявляли, что сбили кого-то на машине и срочно нужны деньги. Так как у меня не было детей, которые были моими же ровесниками, я просто сбрасывал вызов. Ну, нервничает человек, но пусть в милицию звонит, чё.

– Твой дядюшка озадачил Федерацию Футбола РСФСР на предмет твоего участия. Ты в курсе? – спросил президент-перерожденец.

– Вы против? Я масочку-шапочку надену, ни с кем говорить не буду, – заверил я. – Да и в последних матчах там никого знакомого нет. Постоянно в составе 10-15 новичков.

– Я не против, но он требует какого-то моего работника «Джаду». Ты ему не сказал, кто ты?

– Пф, он не узнал.

– По регламенту твоя заявка одобрена. Ты значишься, как «футболист-любитель без команды». Это категория такая. Регистрировали по бразильской системе: Михаил «Джаду» Медведев. Места на отчество так не осталось, максимум три слова.

– А можно вместо фамилии оставить отчество?

– Нет, ты уже зарегистрирован.

– Ну, Вы же можете.

– Могу, но не стану. Разбирайся со своим дядей и перерегистрируйся. Отбой! – проворчала трубка.

Я усмехнулся и пошёл готовить.

Как бы сделать так, чтобы не «махать харизмой»? Кляп – не мой метод. Жвачку? Так и помереть можно… ну, придумаю. Бороду прикушу в крайнем случае.

– И только тут до меня дошло: обувь! В чём я буду играть?

Глава 11

Утром раздался стук в дверь.

– Посылка! – послышался женский голос.

Я вышел и заметил, как от меня, словно спасая собственную жизнь, убегала девушка, которая обычно следила издали. Напарница пацана из «жигулей», предположительно маг новой волны.

У порога стоял пакет из супермаркета. В нём угадывалась пара обуви и какая-то ткань. Я вытащил наружу содержимое и осмотрел: две пары бутс, чёрные штаны и свитер, три пары разных перчаток, два сдутых мяча, скакалка и что-то непонятное по форме, но с инструкцией. В самом низу была пачка пластырей от мозолей.

– О! Я-то думал, овощи привезли.

Я хмыкнул, похоже, либо телефоны меня подслушивают, либо Вихрев следит за мной как-то иначе. Это предсказуемо, но жучков, камер или магических предметов я пока не находил, а потому подозревал в первую очередь гаджеты и бытовую технику.

Стоило мне проворчать о том, что у меня нет обуви для игры, как президент прислал мою слежку с нужными вещами.

Я померил их и понял: мало.

Штаны были скорее бриджами, бутсы оказались слишком узкими, свитер был идеален по длине, но в ширину был точно на кого-то более узкого.

Я пожал плечами и бросил тряпки в пакет, после чего заинтересовался вещью с инструкцией.

Это оказался «Бандаж лицевой ИФ №7. Игровой фиксирующий». Иначе говоря, маска. Где №7 означало размер.

По инструкции выходило, что я получил самый большой из линейки. Хоть что-то мне оказалось как раз.

Я подошёл к небольшому зеркалу и посмотрел на себя:

– Нужна бензопила, секач или лом, тогда буду совсем уж классическим маньяком.

После этого я постирал вещи и весь день проходил в глянувшейся мне паре бутс.

– Давненько у меня не было мозолей, – проворчал я вечером, но усмехнулся и покрутил в руках лейкопластыри против мозолей.

Вихрев был очень продуманным человеком, а потому неприятнее были его тайны о цели моего содержания здесь и ситуация с Есауловым.

Последний, кстати, не занимал после отставки никаких новых постов, и об его исчезновении в новостях не было и слова.

На следующее утро я отнёс пакет с не подошедшими вещами и оставил его у двери, после чего позвонил автоответчику и сделал отчёт.

– Значит, будет больше. Из серийного это максимум. Отбой, – коротко ответил голос президента.

Что-то у меня сложилось впечатление, что он скорее рад, что я отправляюсь на футбол. Точно не против.

Не сходится, ведь я угроза в целом и отдельно со своим заданием-проклятьем. Может, он хочет так убить Волю Мира? Вряд ли, ведь она сама подсказывает и работает с ним.

Как же неудобно без появляющихся и всё объясняющих Алтеи, Ялло, Малявки или хотя бы Арфы. Даже медведь-тотем был полезным. Иногда. Ну, достаточно редко…

Сейчас же я ощущаю себя хомяком в клетке. В целом сытно, но нет ощущения свободы.

Я залепил ноги лейкопластырями и отправился готовить…

***

Вихрев сказал приехать в Лужники субботним утром, хотя игра была вечером.

Сегодня за водителя была девушка, а транспортом были уже привычные тесные мне «жигули».

В «Лужники» путь оказался не таким быстрым, несколько раз мы становились в пробку, ещё трижды автомобиль останавливали из-за тонировки стёкол. Странно, дядю из-за этого раньше не тормозили.

В любом случае не волшебная, а обычная ксива быстро всё решила.

Было жарко. А мне для безопасности ещё было сказано нацепить на себя шапку с прорезями для глаз, тёмные очки, водолазку, перчатки и штаны.

Ну, борода и усы немного мешались, но в целом некритично. По крайней мере, так показалось по началу.

Вся эта амуниция требовалась для безопасности.

Девушка-водитель провела меня в помещение, где меня уже ждали.

– Здравствуйте, лейтенант, – произнесла пожилая дама и прислонила палец к подбородку, словно задумавшись. Спустя пять секунд заявила: – Это точно не робот?

– Совершенно секретно, – фыркнула женская половина моей охраны (или всё же конвоя).

– Лейтенант, я никому не скажу, даже девчонкам. Киборг, да? Явно же не человек.

– Человек, футболист. Только об этом никому! – перейдя на шёпот, заявила «Лейтенант», имени которой я не знал. Впрочем, её внешность и внешность парнишки давали мне повод подозревать, что они родственники, скорее всего, брат и сестра.

– Киборги тоже люди, пусть и частично, голубушка. Знаю я эти ваши фокусы, – продолжила дама.

– Уж лучше был бы киборгом, просто футболист, – проворчала офицер конвоя, зло скосив на меня взгляд.

– Понятное дело, что футболист. Но раз сам господин президент сказал обустроить здесь небольшое ателье и соблюдать секретность, значит, что-то не так. Не киборг… андроид? Гомункул? Демон?

– Если бы, но просто человек.

– Тогда зачем его прятать? Хампс, – странно вздохнула дама зачем-то подпрыгнув, – да, здоровенный детина. Неужели кто-то известный, сменивший гражданство или спорт? На что только Виктор Валентинович мог пойти?

– Совершенно секретно. И не общайтесь с объектом сами и своим помощницам скажите то же самое.

– И как мерки с него брать? – фыркнула дама.

– Щупать можно, требовать отвечать не стоит, нельзя, – произнесла девушка и зачем-то добавила: – Где угодно можно трогать, но в пределах разумного. Надо же, чтобы не натирало.

– Голубушка, для формы вратаря, как я посмотрела, особых изысков-то и не надо. Заготовки у нас есть, осталось подогнать.

Вот только женщина сказала это, но своим молодым помощницам она заявила иное, как только мы прошли в небольшое помещение с пятью столами, на которых были швейные машинки. А вот подчинённых дамы оказалось всего трое.

Похоже, несоответствие заметил не только я.

– Почему здесь столько оборудования? – спросила лейтенант.

– Не беспокойтесь, Вас впрягать не собираюсь. Это запасные места, если перегреется или заклинит. Даже захоти Вы работать, пустила бы только профессионала! – заявила дама.

– Кларисса Карловна, мерки брать с девушки или… мужчины? – утонила невысокая девушка, в ушах, носу и даже языке которой были металлические кольца. Надеюсь, это было добровольно, а не какой-то инцидент с фурнитурой.

– Людочка, мальчик в твоём распоряжении. Трогай, где хочешь, нам разрешили, – усмехнулась женщина с необычным именем.

Две другие девушки, что ранее замолчали, засмеялись и хором сказали:

– А нам можно?

– Нет, вы в прошлый раз намеряли девчонок из женской сборной. В итоге они играли в обтягивающих футболках. А они свободного кроя! – возмущённо заявила Кларисса Карловна.

Две швеи засмеялись, но промолчали и уставились на меня.

А вот Людмила подошла ко мне, поставила стул и забралась на него.

– Измерения через одежду, очки не снимать, – вставила свои слова лейтенант.

– Да и не надо, мы ж ему не шляпу делаем, для горловины оставим косой ворот на липучке. Это допустимо формой титульного спонсора. Надо чтобы пролез, – сказала пожилая дама, но в тот же миг измерительная лента стянула сначала мой лоб, потом приплюснула нос, а затем сдавила от затылка до подбородка.

– В заказе есть требования о сборе всех мерок, в том числе медицинских, нам СМС седьмого пришла с обновлением! – сказала девушка около моей головы, противореча словам начальницы.

– Людочка, как знаешь. Работай. А вы две, чаю сообразите пока! – скомандовала Кларисса Карловна.

Замер шёл небыстро. Измерительная лента шла сверху вниз, работница изредка командовала, чтобы я занял другое положение. Если бы меня спросили, где меня сегодня трогали, я бы ответил честно: везде. Пусть через одежду, но сначала моего паха эта Людочка коснулась весьма неуверенно и вскользь, потом буквально помяло, что не следовало, но через несколько секунд заявила:

– Это надо учитывать! – после чего попыталась сдёрнуть мои штаны.

Я охренел, но реакция была мгновенно: придержал запястья девушки и отстранил её.

– Людочка, не перебарщивай. Ха-ха, шустрый и стеснительный! Не киборг и не андроид, значит, – усмехнулась Кларисса Карловна.

– Одежду не снимать, трогать можно, – проворчала тем временем лейтенант, доев печеньку и запив её чаем.

– Защиту для этого дела нужно тоже сделать! Стандартная не подойдёт! – возмутилась Людмила и повернулась ко мне, вся какая-то красная и с немного пугающим взглядом: – Великанчик, я же как доктор, меня стесняться не надо!

– Без защиты обойдётся. Пропустит удар – сам виноват, – усмехнулась моя конвоирша, кажется, довольная ситуацией.

Хм, а вот не хотелось бы получить и тратить на это силы артефакта. Я бы спустил штаны, но задание, из-за которого и возникла текущая ситуация, было в приоритете. Проблемы в этом не было.

Наверно.

Дальнейшие мерки прошли всё же не так быстро, но меня мучил вопрос: зачем их было взято столько и в самых разных положениях? Эта замерщица точно не перебарщивает?

После измерений я ушёл в соседнее помещение, а через три часа мне выдали готовую вратарскую форму, постиранную и высушенную.

– Силиконовые струны и мягкая проволока для защиты и терморегуляции, всё должно сидеть и не стеснять, но при этом защищать. Немного пришлось улучшить и перешить две заготовки, в остальном ничего сложного: просто большой парень, – заявила лейтенанту Кларисса Карловна. – На этом наша работа закончена. Мерки передадим Вихреву, будет нужно, пусть господин президент наберёт, такому клиенту мы всегда отдадим приоритет! Платит он за дело, мы работаем на совесть! По поводу обуви это точно не к нам, но по одежде мы лучшие!

На этом первая половина дня подошла к концу.

Лейтенант дождалась, пока оборудование уберут в кофры, а затем на тележку, после чего проворчала:

– Примерь, потом отдохни. Я выйду для отчёта: ни с кем не говори, даже со мной!

Одежда получилась словно вторая кожа. Кажется, я впервые носил что-то такое удобное.

Я нацепил на себя обновку, затем вытащил маску, начав глядеть в отражение на выключенном «телевизоре-телефоне».

Ну, вроде, норм. Нигде ничего лишнего не торчит.

Однако только сейчас я понял неприятный факт: борода мешается под маской. Если на даче это казалось незаметным, то сейчас, когда вспотел, стало неприятно. Да и постричься тоже не помешало бы.

Лейтенант через некоторое время вернулась и через дверь сказала:

– Померил? Снимай и надевай прошлый наряд. Еду сейчас принесу. И да, швея, которая брала мерки, попала под проклятье, а потому её на стадион или к тебе не подпустят. Все другие лица, которые есть в списке, на матч не попадут. Это передал Первый, но добавил: это не точно, а потому харизму прикрутить!

Я ничего не ответил.

На обед я получил связку бананов и бутылку воды. Кажется, лейтенант намекала, что я обезьяна.

С дядей я пересёкся уже почти в шесть вечера, когда до игры оставалось чуть более двух часов.

Он зашёл в это помещение, с интересом посмотрел на фигуру молодого офицера женского пола и заявил, особо не глядя на меня:

– Вижу, форма пошита, да?

– Да. Сегодня мой… коллега не может разговаривать. Я буду общаться за него и от лица Виктора Валентиновича.

– Ох ты, необычно. Номерок свой дадите на случай, если возникнут вопросы?

– Я… дам.

– Это хорошо. Всегда приятно стрельнуть номерок у такой красивой молодой и милой леди!

Пока мой дядя распускал свою харизму, я мысленно сжигал свою бороду лучиной. Чесалось всё сильнее. А ведь тут ещё какой-никакой, но почти бесполезный кондиционер.

– Эм, а с Джаду всё в порядке? Он не болен? – оторвался от разговора вперемешку с комплиментами мой родственник.

– Нет, но вам стоит дать ему какие-то наставления и установку, – глядя в свой мобильный, заявила конвоирша.

– Да всё просто на самом деле. Этот матч мне нужен для отбора среди любителей или представителей других видов спорта. С вратарями я уже определился на этапе работы с профессионалами, глупо было бы обнадёживать настоящего действующего футболиста. А ваш Джаду выглядит большим и опытным. То что надо, чтобы не сказали, что я кого-то привёл случайного, но и без особых надежд, – заявил дядя, тоже копаясь в своём телефоне, но частенько бросал взгляды то на грудь, то на ноги конвоирши.

– То есть ему не надо вообще играть, просто стоять? – явно удивилась девушка-офицер.

– Простите, а как Вас записать?

– Я – Лера.

– Хорошо, Лера… из КГБ?

– Лучше просто Лера. Можно Трофимова.

– Валерия Трофимова, звучно, – заявил мой родственник.

Дальше он коротко добавил, что я могу играть так, как мне взбредёт в голову, но соблюдая правила футбола.

Я кивнул, что они мне известны, на этом всё.

Ну, установки бывали и жёстче.

Между тем я сунул руку в карман и прожал вызов.

Запиликала мелодия с гимном Лиги Чемпионов.

– А? Перешёл на другой номер? – пробормотал дядя и сбросил вызов.

– Если звонил кто-то важный, можете поговорить, – с улыбкой заявила лейтенант.

– Нет, я бы и так не поднял, – немного странно улыбнувшись, заявил мой родственник и спрятал мобильный.

Я нажал на повторный вызов.

Дядя сразу сбросил, раздражённо дёрнул щекой, улыбнулся девушке и вышел в коридор, но сразу вернулся:

– Пойдёмте, представлю Джаду сегодняшней сборной. Я их предупрежу, что у него что-то с лицевыми костями, чтобы не общались. Некоторые уже в курсе этой версии.

На разминке не было его помощника Пятака, он руководил сборами части игроков в Краснодарском Крае. Не было и Игоря Козлова, у женской сборной РСФСР, которой он руководил, сегодня был матч на «Лосином Острове».

Я думал, что среди помощников будут Осипов или Николаев, но ни того, ни другого не оказалось, равно как и Сильвестра Крюкова, который несколько раз был на матчах. Было бы интересно понять, почему он вообще появлялся? Куда логичнее было увидеть Арнольда Павловича с его махинациями, а не его брата, ликвидировавшего убийцу моих родителей.

Среди помощников у моего родственника сейчас были бывшие футболисты, но их имена мне ни о чём не говорили. Значит, матчей с их участием я не видел. Но это было и понятно, они были старше дяди лет на десять-пятнадцать. Возможно, они были одногодками Заречного, бывшего тренера «Волги».

В любом случае, тренера вратарей среди них не оказалось, разминкой я спокойно занимался в стороне без чьих-то команд.

Если честно, пусть я и находился в чаше огромного стадиона, но ощущения, что происходит что-то значимое, не появлялось, пока я не увидел первых зрителей, а нас не увели в раздевалку.

Вот тут я понял: мне не просто дадут поиграть в футбол с людьми, а я кому-то мог принести радость.

Я улыбнулся, но тут же вздохнул и убрал с лица это выражение. У меня есть установка: не выделяться и не выделываться.

Я просто памятник… эгоистичный памятник, который хочет немного поиграть и развлечься.

Между тем состав был мне совершенно незнаком. Судя по тому, что некоторые знакомились прямо сейчас, не только я был новичком.

Оно и понятно, стыковые матчи в лигах разного уровня только закончились. В некоторых республиках СССР были свои календари и игры продолжатся даже во время летних олимпийских игр и чемпионата по футболу.

Вот только почему матч-смотр планируют устроить в качестве шоу, а не тихого сбора с двусторонними матчами?

Явно же за моим дядей стоят чужие идеи. Ну, либо же он окончательно запаниковал и решил косить под психа, творя дичь.

Среди всех республик, которые входили в СССР, НАССР (бывшая ГДР) считалась одной из тех, у кого была собственная сильная сборная по футболу, но в отличие от Польши и прибалтийских республик игроки иногда соглашались выступать в объединённой сборной Союза, а не только за республику.

Как я понял из учебников и газет, только какие-то законодательные нормы, введённые генсеком Тихомировым, заставляли СССР номинально жить до сегодняшнего дня.

Любая республика, которая хотела выйти из состава Союза должна была выплатить сумму вложений за всего годы в свой бюджет с коррекцией на инфляцию. А даже в 1990-е, как показывает статистика, донорами было меньшинство: Россия, Монголия и как раз НАССР.

Единственные республики, покинувшие Союз юридически: Болгария и Румыния. Но сделали они это ещё при Тихомирове лет через 5-6 после Второй Мировой Войны и выплатили долги при помощи британского займа, который до сих пор не отдали.

При этом была попытка невыплаты, а Тихомиров привёл в боеготовность войска. Кажется, тогда же был кризис на Кубе…

– Эй, Джаду, не спи, церемония открытия! – дёрнул меня за рукав костюма дядя.

Я вернулся к реальности. Вратарь, оказывается, выходил вслед за капитаном сборной. Эту роль отдали игроку под номером три. Фамилий на форме не было, но сидела на большинстве она неплохо. Разве что у номера 7 футболка болталась на его весьма стройном и высоком теле, а у номера 10 выпирало пузо.

Впрочем, я играл во второй лиге, а потому знал: это могло вообще не влиять на уровень игры. Всё решали конкретные действия в отдельно взятый момент, а не возраст или фигура. Я не самый корректный пример из-за волшебства, но всё же.

Я не был самым высоким в этом составе, выше меня оказалось сразу двое: №2 (усатый защитник) и №11 (ушастый нападающий, капитан).

У НАССР было всего трое игроков на уровне 188-192 сантиметров роста. Однако они все были скорее тренированными легкоатлетами в отличе от нашего разнобоя.

– Сегодня сыграют все 18 вызванных игроков! Замены сделаю в перерыве! Как обычно это затронет группу атаки и часть защитников, вперёд, ребята! Покажите себя! – напутствовал дядя, хлопая в ладоши.

А затем раздалась музыка, и обе команды отправились на стадион вместе с выданными нам детьми за руку. Ну, или скорее нас им временно отдали в рабство.

Хм, чё пацан на меня так зырит-то?

– Дяденька, быстрее! Ушакова Вашего капитана утянула уже вон куда! – заявил пацан.

Я оглянулся по сторонам. Всё было нормально, но девчонка и правда тянула свою жертву, словно маленький и гордый буксир баржу.

Ну, прибавить ход не сложно.

В итоге нас с капитаном окликнул галвный судья матча и отчитал:

– По регламенту вы должны следовать за арбитрами! Не неситесь, словно два паровоза! Не учите детей поспешности!

Капитан усмехнулся, но глянул на девочку лет семи, державшую его за руку. Та отвернулась в сторону и засвистела, словно вообще ни при чём, пока пацан около меня не подкрался и не дёрнул её за косичку.

– Ушакова – дура!

– Сам дурак, Рыжиков!

– Так, футболисты, присматривайте за своими детьми! – проворчал один из боковых судей. – Вот теперь идём!

Я ещё раз последовал наружу. Теперь мы шли куда медленнее.

Хм, а почему арены такие пустые? Это из-за меня и происков Вихрева? Или же не все сектора открыты из-за реконструкции? Вон даже строительные леса не все разобрали.

Глава 12

Игроки Немецкой Республики зачем-то вернулись в свою раздевалку, после чего вернулись назад. Кажется, они поменяли бутсы.

Только после этого мы вышли и выстроились в две шеренги с детьми. «Мой» мальчик продолжал пытаться задирать «капитанскую» девочку.

Я на это откровенно забил и озирался по сторонам: люди были, но на огромной чаше стадиона они казались практически незаметными.

Чуть поодаль организаторы матча готовили оркестр или что-то типа того.

Сквозь детский гомон и настройку инструментов я отчётливо услышал:

– Гляди, это точно Фёдор Качай-Кати из НХЛ, он взял кубок Стэнли! А вон тот на Чебурашку похожий центровой их сборной по баскетболу Сизоненко.

– Не, Сизоненко это игрок времён семидесятых, это Семиренко, как яблоки. Глядик-ка, он у них капитан.

– Точно! Здоровый!

– Больше никого не узнаёте? Вон тот усатый – борец из Института Власова. №2, значит, защитник. Фамилию не помню, но он ещё недавно дебютировал в американской лиге смешанных единоборств и задушил кого-то. Как же его там… не помню. Крутой мужик!

– Борец тот усатый? А вратарь?

– Хрен его знает. Рожа скрыта, волосы светлые… да не, такого громилу точно запомнили бы. Он ещё крупнее их баскетболиста и борца.

– У борца фамилия Джалилов, он откуда-то из Ставрополья. По союзному каналу был выпуск, он в их МЧС работал.

– Чё-то не нравится мне их вратарь, он на нас как-то косится постоянно.

– Может немецкий знает?

– Да кто ему помешает? Перейдём на турецкий?

– Не вопрос, Эмре, не вопрос. Только дай пару лет выучить его и вообще не вопрос, а пока говори на немецком. Ещё кого-то узнаёшь?

– Вон их певец Базаев из Осетии, семёрка, значит, полузащитник. Он гимн пел перед моим дебютом в сборной СССР. Второй нападающий – легкоатлет Кочетков, он из бега с препятствиями и зимой ещё на чемпионате Союза в биатлоне выступал. У меня сестра любит эту стрельбу на лыжах, поглядывает. Только комментатор союзный ей не нравится, орёт много.

– То есть против нас играют не любители, как тренер сказал?

– Как футболисты точно не профессионалы. Ну, может, Качай-Кати по юниорам в моём возрасте ещё гонял. Остальных не знаю.

– Сброд, короче.

– Давай забьёмся, кто больше набросает их вратарю мячей? За шиворот три очка, в домик десять, по девяткам по четыре, а рикошетом от их игрока по семь. Ставлю свой «Мерс» на себя!

– Тебе лишь бы нажиться, но ты нападающий, отвечаю раритетным ЕМВ.

– Он не раритетный, а развалюха. Ладно, принимаю, защитнику всё равно без шансов обойти меня.

– Ха, тогда я ставлю «Трабант» бати!

– Иди на *цензура*, ты атакующий полузащитник, Эмре!

– И свою долю в закусочной отца.

– Всё равно не ответ, половина киоска для производства донера и «Трабант» не тянут. Давай свой «Феррари».

– Иди ты, Тони! Я его только купил! Повышайте! Зачем мне ваши развалюхи?

– Зассал? Ты же лучший бомбардир текущего состава!

– Ага, до твоей травмы в этом отборе им был ты, Тони! Андреас, почему ты молчишь? Ты нападающий!

– Меня заменит Лерой во втором тайме, а против этого сброда, из какого бы спорта они ни пришли, я просто хочу забивать. В домик, девятку или головой – всё сойдёт.

– Тьфу, скучный ты. Тони ты слышал, он не собирается участвовать в споре и сбрасывать нам мяч!

– Заткнитесь уже, сейчас гимны начнут играть, – повернулся к неизвестным авторам голосов бородатый и коренастый капитан по фамилии Лам.

Из-за особенностей моего телевизора узнать внешность игроков было сложно, но Лама нередко показывали крупным планом, а потому я его узнал.

Я иногда поглядывал матчи еврокубков, и этого дяденьку там точно видел. Немалая часть игроков сборной НАССР играла за клубы из ФРГ, этот бородач представлял «Баварию» и, кажется, отказывался от вызова в сборную СССР, предпочитая республиканскую.

Кроме немцев в этой команде было несколько людей смешанных кровей. Турецкие и африканские коммунисты не так уж редко перебирались в СССР и зачастую выбирали самые южные или же западные республики, конечно, если не могли обустроиться в Москве. Мало кто хотел отправиться в Монголию или в Корею, обычно ехали в ГДР (позднее НАССР) или Польшу.

У соперника в составе было несколько человек с явным намёком на южную кровь: атакующий защитник Эмре Джан (в клубе игравший опорного) и Лерой Зане (нападающий, но сейчас я не видел его в стартовом составе).

Самыми говорливыми были молодые игроки, но я видел только два матча с участием НАССР и мог о многом судить только по ним или словам комментаторов. Немалая часть атакующих игроков в клубах была на иных позициях, а в сборной получала больше возможностей в атаке. Так нападающий Шюрле в клубе был фланговым игроком или атакующим полузащитником, а в сборной стал наконечником.

Эмре Джан играл в клубе опорного или даже защитника, а в сборной располагался под нападающими.

В остальном… ну, я за ними особо не следил. А потому сейчас сожалел, что переключал на матчи между другими республиками, играющими в отборе.

НАССР, как РСФСР, СССР и ещё пять сборных республик получили статус команд-хозяек по аналогии с чемпионатом мира 2004 года в Британской Империи, когда выступали Сборные Британии, Ирландии, Уэльса, Шотландии, Австралии, Канады, Виргинских Островов и Колониальная Команда. Последняя фактически была второй сборной Британской Империи, просто в ней не было англичан.

Вот только бывшая ГДР с составом экспериментировала очень осторожно в отличие от моего дяди.

В сборной СССР за десятки матчей было опробовано более трёхсот игроков. Практически каждый российский игрок, согласившийся приехать на вызов.

А теперь вот я, любители и спортсмены из других видов.

Так что шуточки немцев мне были понятны не только из-за знания языка, но и по контексту.

Хм, а зрителей мало, наверно тоже из-за этого?

Впрочем, наверно, роль играет совокупность факторов: лето, жара, тренер Медведев чудит с составом.

Между тем какая-то певица вместе с оркестром исполнила гимн СССР. Затем она же пропела песню НАССР, а после этого наш полузащитник с Кавказа отправился из шеренги к микрофону и спел дуэтом с этой же певицей гимн РСФСР.

Кажется, Базаев, да?

Ко мне сразу после торжественной части подошёл высоченный защитник с усами, который якобы был борцом.

– Короч, как там тебя, Жаба, да? – произнёс он, тыкая в меня указательным пальцем.

– Он Джаду, Джалилов, – проворчал второй центральный защитник, который был на удивление стройным.

– А? А что сам не отвечает? Немой? – продолжил №2.

– Может немой, но тренер сказал: лицевые кости сломаны, вот и носит маску.

– А ты кто? – спросил у стройного №3 борец.

– Я – Лукреций Петровский. Пробуюсь на роль центрального защитника, – заявил мужчина.

– А по жизни кто? – продолжил допрос Джалилов, тыкая пальцем почему-то в мою грудь.

– В смысле? Ты меня не знаешь, Джалилов? Я чемпион мира по боксу в лёгком весе! – возмутился третий номер.

– В лёгком. То-то не узнал, – фыркнул борец. – А я думал откуда-то из балета.

– Ну, балет так, для души. Бокс – вот моё призванье!

Я мысленно хмыкнул, при росте около 185-186 сантиметров попасть в лёгкий вес? Это где-то до 61 килограмма или около того. Отдельный вопрос: любитель или профессионал? Но факт в том, что рост даёт определённые преимущества наравне с размахом рук. Вот только по мышечной массе вопросы точно есть…

И скепсис этого Джалилова был понятен, его рост был выше 210 сантиметров, а вес мог быть в районе 130-140 килограмм.

Своих параметров я точно не знал, но рост, если изменился, то немного, а вес должен был быть около 155-160 килограмм по моим самоощущениям. Возможно, я перетренировался, но как вес при этом изменился, я точно не знал.

Так что я мог судить примерно с той же колокольни: легковес даже уровня чемпиона – не соперник борцу в два раза тяжелее.

Впрочем, вес в быту и на взвешивании перед поединком мог отличаться и на десять килограмм. Восстановление после сушки могло дать колоссальное преимущество, пусть и было стрессом для организма.

Мысленно же мне было интересно сразиться с этим здоровяком из института Власова. Вряд ли он был сумоистом, фигура больше походила на классического борца, словно позировавшего античным скульпторам.

Пока Петровский и Джалилов что-то обсуждали уже совсем не относящееся к футболу, а скорее об ударных техниках, я глянул на ушастого нападающего. Он был ещё выше борца, но куда стройнее и жилистее, а потому в нём было что-то около 100-110 килограммов веса.

Хм, у моего дяди расчёт на его игру головой? А может у него хороший пас?

Я перевёл взгляд на парня с пузиком из НХЛ. Его назвали хоккеистом по имени Фёдор Качай-Кати. Он стоял рядом с певцом Базаевым и что-то показывал на пальцах. Скорее всего, хоккеист у нас кто-то типа разыгрывающего, вряд ли бегунок на фланг или опорник, эти позиции требовали колоссальной выносливости.

Ну, может он вообще свободный художник.

В целом «пузико» в некоторых видах спорта сбрасывалось достаточно быстро, а некоторые люди набирали его буквально за пару недель отдыха, потом сжигая перед сезоном или боем.

– Ты что здесь встал? Твоё место в воротах! – между тем повернулся ко мне Петровский и напомнил о моих обязанностях.

До стартового свистка ещё было время, но я реально подзадержался, анализируя остальных.

Свисток между тем прозвучал только минут через восемь. Задержку вызвали какие-то технические неполадки у телевизионщиков. Обычно на это было всё равно, но конкретно сейчас одна из камер на тросе опустилась на поле, её сняли и убрали достаточно быстро, но судья ждал чего-то ещё.

И вот свисток, розыгрыш мяча нашими нападающими, короткая перепасовка, мяч у Базаева и удар метров с тридцати.

Гол!

– Фигаро здесь, фигаро там! – раздалось с чужой половины поля звучным голосом, который не могли перекричать малочисленные болельщики.

Кажется, матч будет интересным, а у меня самое козырное место для просмотра.

Между тем игроки НАССР не выглядели расстроенными или хотя бы удивлёнными. На их лицах была заметна усмешка.

Немецкие нападающие разыграли мяч с центра поля, и отдали пас на полузащитников. Те соответственно на защитников, а оттуда и на вратаря, пока наши игроки с запозданием пошли в прессинг. Голкипер соперника просто выбил мяч вперёд.

Причём туда, где располагался Джалилов.

Мяч прилетел ему в грудь, но отскочил от неё, словно от дерева.

И вот тут-то атакующий полузащитник турецкого происхождения оказался в нужном месте, забрал отскок и убежал от борца, словно от фонарного столба, затем убрал мяч мимо выдвинувшегося Петровского и на скорости выбежал ко мне.

Я на воротах практически не стоял, а опыт у меня был только в дворовом футболе, но теорию я знал. А потому выбежал вперёд, а соперник меня попросту перебросил.

В итоге 1-1 ко второй минуте матча.

Да уж, о защите я был чуточку лучшего мнения, да и о свои навыки вратаря переоценивал. Голкипером оказалось быть не так уж просто.

Тем временем наши игроки разыграли мяч, и Базаев попробовал повторить свой удар, но с фланга выдвинулся Лам и выбил чёрно-белого друга на ногу своего товарища по команде, тот быстро перевёл мяч по диагонали на противоположный фланг, а оттуда черпак в центр на набегающего форварда, за которым бежал Петровский.

Но я был на мяче первым и прыгнул вверх. Вот только не учёл, что нападающий продолжит своё движение и попадёт мне не только по ногам, но и в то место, защитную амуницию для которого мне не сделали.

Пришлось защищать самое ценное руками и одновременно принимать решение, чтобы перенаправить мяч легковесу. Для этого я извернулся и морским котиком стукнул мяч носом, то есть маской. Вот только источник зуда – не часть тела, а потому вышло коряво, а набежавший Петровский среагировал на мой пас, но отдал передачу на нашего опорника, которого сразу накрыли.

Я приземлился и кое-как успел вернуться в ворота, чтобы поймать мяч, посланный в девятку.

Я со всей силы бросил мяч рукой в сторону нашего плеймейкера Фёдора Качай-Кати. Тот успешно поставил корпус и в два движения отдал пас на Базаева, он перевёл мяч на нашу «каланчу» Семеренко. Вот только баскетболист отвлёкся на борьбу с защитником и схватил мяч рукой. Жёлтая карточка ему за это прилетела сразу.

– Обожаю дворовый футбол, – прошептал я с усмешкой.

Это было как минимум весело. Вот только у нас была шикарная сборная-солянка для двора, а против нас профессионалы.

Всё очевиднее становилась разница в мастерстве и выносливости.

На восьмой минуте случился выход три в одного, я уже ничего не смог поделать. 1-2.

На одиннадцатой минуте ещё один выход один на один, я прождал долго и сыграл на выход в последний миг, последовал удар мне между ног, я кое-как среагировал и перевёл пяткой мяч на угловой.

Вот с игрой на верху всё было хорошо у нашей команды, но даже слишком. Джалилов и Семеренко полезли на мяч одновременно, сминая своих и чужих, а мне пришлось прыгать так, чтобы не только забрать мяч, но ещё стать подушкой безопасности между гигантами и не получить травму.

– Жаба, не мешайся! – рявкнул борец.

– Джамал, ну тебе ж прилетело бы в висок, не вмешайся он, хорош, – проворчал Петровский.

– А? – рявкнул Джалилов и только тут заметил рухнувшего Семеренко и ещё троих. Кавказец улыбнулся во всю ширь и похлопал меня по плечу.– От него что ли? Жаба, хорош!

– Он Джаду!

– И он тоже хорош. Эй, «Баскет», чего разлёгся? Вставай! Давай пообщаемся, кто где стоит! – усмехнулся борец и потянул на себя упавшего капитана.

А я между тем понял простой факт: у нашего нападающего-баскетболиста слабое зрение и, кажется, выпала контактная линза, а усатый борец фокусирует всё внимание только на ближнем к нему человеке ИЛИ мяче.

Хм, понимание этого было полезно. Пока капитан ушёл вставлять себе запасную линзу, мы остались в меньшинстве.

В целом у нашей сборной пчёлками трудились игроки на флангах и Петровский. Но стоило немецким игрокам немного прибавить, как случались очередные выходы на меня одного или нескольких игроков.

Я начал всё больше понимать, что вратарь должен следить за взглядом, ногами, скоростью и полем у каждого, кто опасен.

К тридцатой минуте мы проигрывали уже 1-5. Обучение проходило быстро, отразил я немало, но не всё. Впрочем, я помнил о споре между немцами, а потому был в курсе, что они стремятся отправить мяч в «домик», то есть забить гол между ног вратаря.

Между тем часть наших игроков уже совсем выдохлась. Наш плеймейкер Качай-Кати неплохо пулял мяч на ход бегунку Кочеткову, но техника у того была до ужаса грубой, что позволяло защитникам легко его прочитать или же навязать борьбу и отнять мяч.

Певец Базаев, смотревшийся в самом начале шикарно, теперь буквально ходил пешком.

Вот Джалилов казался вообще не уставшим, но от него и проку-то особого не было против бегунков.

В какой-то момент я понял прикол: как только идёт пас, мне требовалось выбегать навстречу мячу и быть последним защитником. Однако для успешности этого манёвра требовалось стоять на одиннадцатиметровой отметке или вообще за линией штрафной площадки, но тогда мячи могли отправляться дальними ударами в ворота.

Последнее далеко не всегда было точно, и я успевал вернуться, а потому это было выгодно.

За следующие пятнадцать минут я пропустил только один гол, когда на меня снова вышло сразу три игрока. Средний, гад, пропустил мяч мимо себя, а потому я не успел среагировать и прикрыть пустой угол.

1-6

Я покопался внутри себя и понял: мне такой футбол совсем не понравилось бы смотреть. Однако получение новых знаний и опыта казалось полезным, а потому я не видел причин кого-то и в чём-то винить. Мне было обидно, но всё же весело так играть.

После свистка на перерыв я отправился вместе с командой, но отметил, что сразу семь наших игроков уже сняло тренировочные манишки и разминалось в игровой форме. Как и обещал дядя, вратаря среди них не оказалось.

***

Интерлюдия: комментаторы матча (Григорий Воробьёв и Аркадий Голубев)

– Команды выходят на поле после перерыва. Как мы видим, сборная НАССР провела только замену нападающих, а вот сборная… команда тренера Медведева поменяла сразу семерых полевых игроков. Аркадий, у меня по первому тайму сложилось всего три впечатления: у певца не только сильный голос, но и удар, непонятно, кто же такой наш вратарь в маске и то, что его откровенно жалко. Даже с двадцатью семью спасениями ворот он всё равно пропустил шесть! Ужасающий дебют.

– Григорий, не могу с тобой согласиться. Жалости к игроку «Джаду» я не испытываю. От весьма неуверенной игры он становится всё более опасным хищником, которого загоняют германские футболисты. И он начинает всё более яростно обороняться. Ха-ха, даже интересно, что он покажет дальше!

– Нет, Аркадий, ты, похоже, не смотрел в лист замен. На поле у нашей сборной сейчас выходит сразу…

– Да, семь нападающих, которых мы видели зимой-весной. Но выходят они на позиции в защите, а не только в нападении. Всё равно я буду настаивать, никакой жалости я не испытываю, а наоборот начинаю замечать плюсы некоторых игроков и в первую очередь этого вратаря!

– Дорогие зрители, похоже, Аркадий Голубев получил стокгольмский синдром от преступника, получившего власть над нашей сборной. Что ж, посмотрим, что нам покажут 11 друзей Медведева!

– Арбитр даёт свисток на возобновление игры: второй тайм начался!

Глава 13

Интерлюдия: Воробьёв и Голубев

– Удивительно, Аркадий, но на поле остались Джалилов и Петровский. Однако борец смешанных единоборств передвинулся в нападение, а компанию нашему чемпиону мира по боксу в центре обороны составили Макаров и Орехов, игроки казанского Вымпела, – произнёс Голубев, комментатор с гладко выбритой головой, на которой выделялись очки в чёрной оправе, и замолчал, давая слово напарнику.

– Капитанскую повязку получил Фёдор Качай-Кати-Пасуй-Пинай-Обводи-Забивай. Он остался на своей позиции в центре поля, но теперь к нему прибавились свежие футболисты, вот только смогут ли они навязать борьбу? – сказал задумчиво мужчина по фамилии Воробьёв, у которого были аккуратная борода, усы и волосы, собранные в конский хвост.

– И вот команда НАССР разыгрывает мяч, а игроки Медведева начинают прессинг. Немецкие футболисты плавно пасуют назад до вратаря, и тот в касание бьёт мяч практически до нашей штрафной!

– Джаду-в-маске вовремя выходит вперёд и с разбега прыгает практически на высоту своего роста… Григорий, может, мне это показалось?

– Нет, он и правда подпрыгнул очень высоко, принимая мяч на грудь, Аркадий. Снаряд словно прилип, лишь чуть-чуть отскочил, и голкипер приземлился вместе с ним, когда немецкие игроки были на достаточном удалении. Короткий пас на фланг.

– Григорий, я вот вбил в поиск значение слова «Джаду». На русском языке ничего похожего нет, но на Востоке значений множество. «Колдун», «Чародейство», «Волшебство», «Чудо» и даже значение «Проклятье». Как думаешь, какое из них относится к вратарю команды Игоря Михайловича Медведева?

– Счёт на табло, чудом тут и не пахнет, – хмуро заявил Воробьёв, поправляя очки. – Пока Аркадий играет со своим телефоном в поисках бесполезной информации, свежие игроки команды Медведева сумели прорваться по флангу и заработать угловой. Сопротивление команды НАССР было минимальным, очень похоже, что они уже отдыхают.

– А пока Григорий источает ауру пессимизма, отмечу, что подавать идёт Федёр Качай-Кати-Крути-Подавай. Для нашей команды это первый стандарт у ворот соперника. Игроки Германской Республики пытаются уследить за всеми, но в первую очередь стараются навязать борьбу главной башне – Джамалу Джалилову, возвышающемуся над остальными на двадцать и даже сорок сантиметров.

– Подача! Свисток, фол в нападении. Двигаясь к мячу, Джалилов случайно толкнул всю толпу, и самые слабые участники обеих команд упали вниз.

– Да, могучий великан из Ставрополья просто не в курсе мелких трюков и допусков контакта в нашем виде спорта. А потому его гол, забитый достаточно красиво, не будет засчитан, – заявил Аркадий Голубев, отключил свой микрофон и налил чаю себе и со-ведущему трансляции.

Неожиданно в динамике затрещало, а на включенном смартфоне возникло послание, которое он поспешил показать напарнику по репортажу:

«Трансляция прервалась по техническим причинам. Продолжайте для записи. МЕНЬШЕ ОТСЕБЯТИНЫ!»

– Вратарь команды НАССР разыгрывает мяч с ближним, наш нападающий Орехов навязывает прессинг, но мяч уходит от него. Аут! – произнёс Воробьёв и только теперь прочитал текст, одними губами выругавшись.

– И снова свежие игроки команды Медведева навязывают борьбу, но мяч уходит от них. Теперь правый немецкий защитник Клаус не решается играть с ближним, а весьма неспешно бросает мяч из-за боковой своему вратарю, Штарке в касание выбивает мяч очень далеко в свободную зону, надеясь на быстроногого Зане, но Джаду бежит ещё быстрее, а из-за того, что мяч летел на него, успевает с огромным преимуществом.

– Немецкий игрок не сдаётся и пытается пойти в прессинг…

– Вратарь ложным замахом убирает нападающего и делает пас на сорок метров вперёд, прямо на Фёдора Лови-Пасуй! Тот в касание подбрасывает мяч мимо Патрика Русса и пробрасывает третьим касанием мяч на Джалилова… нет, мяч перелетает великана и попадает на откуда-то взявшегося здесь Макарова!

– Пас на Орехова в борьбу, удар головой в касание: ГОЛ! 2-6! В какой-то момент все наши защитники убежали в атаку, что стало неожиданностью для обороняющейся сборной НАССР! Пока Джалилова опекало сразу двое, оказалось слишком много свободных игроков и зон, чем и воспользовались наши ребята! Аркадий, похоже, ты прав. Вратарь по фамилии или прозвищу Джаду играет всё ярче. Даже не верится, что кто-то среди наших игроков способен угнаться за Лероем, признанным во всей Европе спринтером.

– Чемпионата среди футболистов не проводили, да и нам могло показаться, а сам Зане не выдал максимальных оборотов, Григорий. А потому наблюдаем дальше, но соглашусь: для своих габаритов Джаду на удивление быстр! – довольно заявила Аркадий Голубев и отпил чаю.

– Слышится окрик со скамейки запасных, это тренер Зингер гонит своих игроков вперёд, требует проснуться и играть! – перевёл Воробьёв, благодаря поразительной акустике на стадионе и малому числу весьма тихих болельщиков он легко разобрал слова.

– Розыгрыш с середины поля, но в этот раз мяч идёт не на вратаря, а происходит быстрая распасовка: Зане, Джан и Кросс организовали треугольник. Похоже, изменение ритма оказалось неожиданным для правого фланга команды Медведева, прорыв закончился навесом на подключившегося Лама, набежавшего на угол вратарской. Джаду забирает мяч!

– Аркадий, произошло столько событий, а минуло всего десять минут второго тайма, – сказал Воробьёв и поправил очки, следя не за экраном, а за происходящим на поле. – Джаду взял паузу, бросил мяч на поле и ждёт. Нападающий НАССР обозначает прессинг.

– Дальний вынос… нет, точный пас на Орехова! Теперь он и Макаров играют на флангах атаки, наши линии поменялись местами! – удивился Голубев.

– Лам уже вернулся и выбивает мяч в аут!

– Орехов быстро вводит броском на Джалилова. Как бы ни был хорош Лам, такой высокий бросок ему не достать. Скидка на Фёдора Лови-Принимай-Швыряй, высокий навес на Макарова… мимо! Наш игрок промахивается мимо мяча! Свисток судьи?

– Пенальти! Но требуется видеоповтор! Пауза, – произнёс Воробьёв и посмотрел на экран, где показывалась картинка. Но среди правильных повторов режиссёр пустил брак по картинке. Несколько секунд шли помехи.

Одиннадцатиметровый был реализован Фёдором Качай-Кати: 3-6

«На трансляцию по телевиденью идёт задержка в минуту. Там, скорее всего, помехи заменят стоп-кадром или же так и оставят», – отметил Григорий. Впрочем, нынешний матч был мало кому интересен, он не удивился бы, если бы его перенесли на Седьмой Канал или вообще отдали региональным.

Но ведь планировали показ на Всесоюзном Телевиденье и Первой Кнопке. А сейчас пришло СМС, что трансляции нет, их комментарий идёт в запись. Если бы это было из-за форс-мажора, их бы просто прервали, а по экранам прошёл специальный выпуск новостей. Но после проверки ТВ-сигнала оказалось, что страна видела параллельно идущий матч между Белоруссией и Чехословакией. Вряд ли их счёт 0-0 был зрелищней текущего матча, значит, проблема была в технике.

Между тем комментаторы старались не подавать виду, чтобы запись вышла «живой». Её могли потом показать по другому каналу или же попросту отправить в архив. Это решали не они с напарником, а потому им просто нужно было выполнить свою работу.

После резвого начала второго тайма матч плавно превратился в однотипные качели: сборная НАССР атаковала, но Джаду успевал спасти даже от выхода два в одного. Однако в атаке сборная РСФСР никак не могла довести дело до точного завершения.

При этом в какие-то моменты происходила смена ролей у линий игроков, что создавало с одной стороны перевес в атаке, с другой огромные свободные зоны в обороне. Не меняли позиций двое: Джалилов (нападающий) и Фёдор Качай-Кати (центральный полузащитник).

Удары были, хорошие подходы к воротам получались, даже борца сумели дважды вывести один на один, пусть судья в итоге увидел положение «вне игры», но с учётом габаритов великана это всё равно казалось достижением.

Но то вратарь Штарке выручал, то мяч попадал в штангу, в перекладину или уходил мимо, а забитые голы приходилось отменять после видео-повторов из-за нарушений или всё тех же офсайдов.

И большая часть успешных действий базировалась на хорошей страховке от безымянного вратаря-любителя, который даже на сайте всемирной ассоциации значился «Джаду», и передачах профессионального и весьма прославленного хоккеиста Фёдора Качай-Кати.

Кроме них для зрителей, наверно, выделялся Джалилов, но для экспертов куда заметнее должна была оказаться пара игроков из казанского «Вымпела». Впрочем, их качества были давно известны, оба футболиста относились к вечно подающим надежды игрокам, но так и не раскрывшимся из-за травм.

Орехов отличался как ростом, так и достаточно высокой скоростью даже сейчас, Макаров же из-за порванных крестообразных связок сильно сдал в резкости, но у него остались неплохие техника, точность передач и удар.

Казанский «Вымпел» практиковал оборону всей командой, а потому прессинг этой паре нападающих был хорошо знаком, но комментатор Воробьёв нередко замечал, что они не дорабатывали в этом компоненте в матчах чемпионата. А сейчас в ничего не значащем практически для всех матче эта пара игроков пахала, к сожалению, пока реализуя куда меньше заслуженного.

Между тем все семь возможных для товарищеского матча замен использовала и команда НАССР. Вышли как молодые, так и весьма опытные игроки, но рисунок особо не изменился, словно в механизме заменили одни шестерёнки на другие.

Матч так и завершился со счётом 3-6, оставив весьма странные впечатления у обоих комментаторов.

Как только они закончили трансляцию и отключили микрофоны, с облегчением выдохнули:

– Игорь Медведев ещё безумнее прошлого иностранного тренера. Мне даже интересно, кто же окажется на сборах в его команде? – проворчал Воробьёв, закапывая в глаза какие-то капли.

– Я слышал, что по трём вратарям вопрос уже был решён. Но после такого матча не удивлюсь появлению в расширенной заявке четвёртым этого Джаду, – уверенно заявил Голубев, собирая личные вещи и распечатки, которые использовал во время репортажа.

– Кто знает? Была бы связь с репортёром у бровки, могли бы понять: доволен ли наш Гарик игрой или нет?

– Я поглядывал на мониторы, когда они показывали тренеров. И мне показалось, что Медведев был удивлён куда больше нас с тобой. А в конце так довольно улыбался, несмотря на поражение.

– Но поздравлять и хвалить он пошёл Качай-Кати, его точно пригласит.

– Да, но согласится ли сам игрок после полного сезона в НХЛ и взятого Кубка Стэнли? А кроме того на позицию атакующих полузащитников претендентов больше всего.

– Это да, во Всесоюзном Чемпионате, Высшей Лиге и в чемпионатах Европы среди россиян полузащитников больше сотни, а есть ещё Первая и Вторая лиги, вратарей у каждой команды минимум по три человека без учёта молодёжки. Конкуренция жёсткая, – произнёс Воробьёв, разминаясь после долгой сидячей работы. – Слушай, Аркаш, а тебе появление этого вратаря не напомнило того пацана из Костромы в сборной Исаева? Как раз на днях дисквалификация парнишки прошла, а он племянник главного тренера. Не совпадение ли?

– Тоже мелькнула мысль, но что-то во мне эту версию отвергает, – вытирая пот с бритой головы, заявил Голубев. – Тот сумоист был низким даже для своего возраста, а этот Джаду – гренадёр. Вот весовая категория у них схожая, а дети меняются, растут, всё может быть. У блондина в маске опять же, странная заявка на сайте: ни настоящего имени-фамилии, ни веса, ни роста, ни даже даты рождения.

– Ну, для любителей это норма. Надо пройти регистрацию у метрологов федерации на лицензированном оборудовании. И вообще, о том матче лучше не вспоминать. Если бы не Есаулов, которому понравился репортаж, нас бы погнали с телевидения.

– Это да. Вряд ли Джаду это тот мини-богатырь. Вряд ли…

Комментаторы собрались и вышли.

А тем временем на потолке поползла трещина в форме спирали…

***

Миша Медведев

Сразу после игры меня, Джалилова и почему-то Петровского не пустили в раздевалку, а отправили сдавать мочу, а потом кровь.

Хе, ещё один плюс выключенной способности: кровь сдать вообще не проблема. А то с высокой регенерацией и тем более «Здоровьем» выдавить из себя хоть каплю достаточно сложно.

Из немцев тоже было трое, их биоматериал забрали первыми.

Далее вызвали Петровского, который, кажется, после сдачи анализа стал ещё чуточку бледнее и стройнее.

Впрочем, куда белее выглядел Джалилов.

– Не люблю я эти всякие иголки. Когда кровь сдаю, глаза закрываю. Даже донором был, но атмосфера нервирует! – проворчал могучий кавказец.

– Ну, могу покараулить, если начнёшь падать, – усмехнулся я.

– Ты? Говорящий? – удивился борец.

– Да-да, шутка про говорящую жабу, – фыркнул я. Вряд ли мы с этим человеком ещё увидимся, а потому я посчитал, что можно немного поболтать.

– Джаду – это прозвище? – уточнил Джалилов.

– Да.

– А настоящее имя?

– Пока секрет.

– Тогда советую поменять. «Джаду» – означает «колдун», можешь накликать… – начал долгий рассказ о каких-то тёмных ритуалах борец.

У меня же возникла только одна ассоциация: палево! Я же назвался «Чудо», а не «Волшебник здесь, смотрите, глядите, колдунишка резвится!».

Ну, для публики в Индии я был «чудо», а перевод того же слова для народов Кавказа оказался иным.

– Ясно, спасибо, – пробормотал я.

Борец немного расслабился, но стоило работнику антидопингового агентства высунуться и позвать его по фамилии, как он тут же стал белым, практически под цвет штор и халата медика.

Вскоре я услышал крик:

– Твою мать! Не падай! Эй!

Я рванул внутрь и успел поймать тело, заваливающееся со стула.

– Фух. Удержишь? – произнёс медработник и увидел меня. – Что ж вы сегодня такие здоровые? Вы двое, как Петровский и все немцы вместе взятые.

Я молча поднял Джалилова на руки и плюхнул на кушетку.

– Подожди, нашатыря твоему другу дам, – заявил мужчина и начал колдовать с вонючей жижей.

Борец очнулся, но ему порекомендовали остаться пока лежать.

– Давно не ел, волновался, вот и вырубило, – проворчал он.

– Надеюсь, не последую примеру – если что ловите меня вместе, – заявил я.

Медработник глянул на Джалилова. Тот меня, кажется, понял:

– Не, я пас. Подушку стели, раз им наша кровь нужна, пусть делают всё для нашего комфорта!

– Руку! – проворчал медработник и попытался нацепить мне фиксирующий жгут. – Маловат, будем брать ниже.

– Хо-хо, а на меня хватило? Это ж что у тебя за банки? А ниже это откуда? Не из удава же?

– Джалилов, если есть силы веселиться, можете идти в раздевалку, – проворчал медработник.

– Удава? – не понял я.

– Да, одноглазого! – усмехнулся борец.

– А-а, – протянул я, вспомнив шутки взрослых в «Волге». Для меня это было так давно, что я и забыл эту атмосферу и подобные подколы на грани и за гранью.

Тем временем жгут оказался у меня на руке ниже локтя, вскоре пробирки были взяты, а я отпущен на свободу.

***

Интерлюдия

Стоило работнику антидопинговой лаборатории убрать кейсы с пробами, как недалеко от него возник ребёнок с очень длинными волосами. Он взмахнул рукой, пробы в тот же миг изменились.

Малявка покачал головой и исчез.

***

Миша Медведев

Джалилов ушёл в раздевалку, меня же лейтенант Трофимова отвела в другое помещение. Там я принял душ и переоделся в обычную одежду с чёрной маской и очками.

Я уже понял простой факт: пора расставаться с бородой. По крайней мере, с её текущей длиной слишком жарко. В какой-то момент матча так и хотелось сорвать маску и вонзить в себя ногти…

Тц, ещё и бутсы лопнули. А ведь я старался не бить слишком сильно. Так и знал, что на мне какое-то обувное проклятье.

Я вышел в своём наряде, однако моей конвоирши здесь не оказалось. Вместо неё сидел и ждал меня мой дядя.

– Джаду! Вот так сюрприз, не думал, что ты настолько атлет и быстро схватываешь, что выдашь такое! Знаешь, теперь я уверен, что мы можем замахнуться даже на титул! – заявил главный тренер сборной.

Я сунул руку в карман и прожал вызов.

– Опять, что он вечно звонит, когда не надо? – проворчал мой родственник и сбросил.

– А кто это? – уточнил я и повторно нажал вызов.

– Племянник. О, ты говоришь? Это хорошо. Лейтенанта стеснялся? Ха, да, красотка. Если твоя, могу дать пару советов.

– Почему сбрасываете вызов, надоел?

– Ну, не то чтобы. Но понимаешь, я получил пост, от которого не мог отказаться. А за провал люди живьём сожгут не только меня, но и на семье клеймо будет. А там и до некоторых скелетов в шкафу дотянутся по новой. Не хочу этого.

– А причём тут сброс вызова?

– Понимаешь, до того, как я увидел твою игру, Джаду, у меня вся надежда была на него. Откажется, считай всё: жопа Гарику. А пока не отказал, я могу надеяться на него. Ладно, я предлагаю тебе по тем же условиям, что сегодня, участвовать в турнире. Не вратарём, там на какой-нибудь ещё позиции. Глупо растрачивать такие умения на раму… ты что на меня так смотришь? Это нет?

Я достал телефон и нажал вызов.

– Ой, *цензура*, Джаду, не смотри на меня так странно! А то мне становится стра-ашно.

– Скажи спасибо, что я убиваю только тех, кто пытался убить меня или кого-то ещё, – произнёс я, подойдя вплотную к дяде. – Ты же, гад, понимаешь, что ты единственная связь с Алей и информатор об остальных близких, а игнорируешь вызовы?

– Т-ты М-миша-ша?

Дядя резко побледнел, начал пятиться и в какой-то момент побежал спиной вперёд, упёрся в дверь, развернулся и выскочил из помещения.

Я в очередной раз нажал вызов, но его мой родственник снова сбросил.

Наверно, я его всё-таки немного помну в нашу следующую встречу. Так, слегка, чисто по-родственному обниму.

Глава 14

Я задумчиво смотрел на первое здание, построенное мной от начала и до конца. Ну, для шалаша хорошо…

Когда-то мы с папой сажали тополя, хотя это я так запомнил. Моя роль была по большому счёту в том, чтобы ободрать ветки от большого ствола. Я тогда попросил посадить всю свою добычу. Сейчас же прошёл ураган, и часть моего частокола повалило или поломало.

Если я верно помнил разные книжки, которые читал, чтобы потом представить их Ялло Тамерлин, то деревья не стоит сажать слишком близко. В детстве же я читать не умел и особо таким не интересовался.

Часть посадок не пережила ураган 1998 года, части не повезло этим летом, а причиной мог быть именно я, натыкавший веточек очень близко друг к другу.

Причина же когда-то была предельно простой: я водил мимо них резинного чёрно-белого друга, учась дриблингу. Эти тополя были моими первыми соперниками, если не считать папу.

Сухостой на участке я убрал ещё весной, за пару месяцев до урагана. Частично его использовал в качестве дров, но большей частью порубил и сжёг на пустыре, собираясь на пепелище посадить каких-нибудь кустов или даже деревьев.

Когда нечего делать, оставалось только окультуривать окружающее пространство: дать бой сорнякам, посадить те или иные неприхотливые растения, а иногда просто что-то выкорчевать и сжечь…

Всё равно же я не мог усидеть на месте, а территория дачи оказалась куда больше, чем я думал. По документам это были скорее угодья, чем дача. А цена на землю стала намного выше с девяностых годов.

Впрочем, вряд ли я или сестра так просто согласились бы продать это место. Но налоги… наверно жуткие.

Пусть у меня воспоминаний об этом месте в Подмосковье всё же больше, я старше, но вряд ли Аглая согласилась бы проститься с местом из воспоминаний о родителях.

Кроме того те же трухлявые деревья и сорняки – великолепное место для разведения насекомых.

Ну, а пока сестры тут нет, их и не было, хе-хе.

По косвенным признакам я был уверен, что магов сейчас стало куда больше, чем я мог предполагать.

Я точно видел, как Петровский (легковес, чемпион мира по боксу) водил по воздуху теми же движениями, которым я сам лазил по инвентарю или смотрел характеристики.

Плюс моя сестра и четыре человека в наружке.

Ещё, похоже, Джалилов тоже был либо магом, либо перерождённым. На это указывало три детали: необычные золотые татуировки-руны по всему телу, практически мгновенное зарастание места прокола на сгибе локтя, а главное то, что меня он не забыл и попрощался, когда я покидал стадион.

А к тому времени прошло около двух часов, которые мы с конвоиршей выжидали, чтобы я не пересёкся с кем-то из обновляемого списка.

Впрочем, может борец был знаком с Валерией Трофимовой и махал ей, а не мне.

Хм… а ведь что боксёр, что боец смешанных единоборств, оба могли оказаться из числа сторонников иномирцев или обладателей системы Арфы.

Между тем обо мне все позабыли, а потому обзоры на игру РСФСР-НАССР (3-6) были для меня весьма забавными. О вратаре, пропустившем шесть голов, не было вообще упоминаний.

Конечно, руководство республики могло на это повлиять, но скорее всего, само инфополе изолировало поступление информации обо мне большему числу людей.

Именно на что-то такое я и рассчитывал, эгоистично согласившись на участие в матче.

Ну, и заодно встретился с дядей. На этом, как мне казалось, моё участие в сборной РСФСР и заканчивалось.

Пока начинались летние олимпийские игры, участники чемпионата мира по футболу проходили сборы. Ни Джаду, ни Михаила Медведева туда не вызвали. А вызвали бы, я бы и не подумал ехать из-за проклятья.

Желание общения и игры с людьми я удовлетворил, а лишний месяц мог подождать.

Единственное меня бесило, что я не мог поздравить сестру с днём рождения, но так было уже далеко не первый год, а потому привычно.

Между тем странные тени я замечал ещё несколько раз.

Сейчас я был уверен, что видел силуэты сестры, Ялло и кого-то третьего ещё как минимум трижды с моей игры с НАССР.

Либо волшебница теней шутила со мной, либо всё же устраивала такую странную экскурсию. Но общаться с тенями было бы глупо, но хоть так.

Это говорило о том, что Аля жива и спелась с той, кто позаимствовал её кровь и плоть для воплощения в нашем мире. Интересно, какой дар пробудила сестра?

Хотя кого я обманываю? Сто процентов повелевает насекомыми.

Но возникал вопрос: кому принадлежала третья тень? Точно не Воле Мира, она ниже и её фигура мне известна. Да и зачем ей подобное, если она может создавать бестелесные проекции, которые могут следить по аналогии с тотемом? А уж о её возможности подключиться к инфополю вообще молчу.

Могла ли моя сестра показать братика новой подружке? Ну, вообще-то да, вспоминая мелочь из секции балета и гимнастики, Аля тогда промышляла подобным по непонятным мне причинам.

– Так, сарайчик построил, – пробормотал я, глядя на макет бани.

Но тополь был на грани становления сухостоем, а потому в целом эта древесина была слишком сомнительного качества, чтобы претендовать на что-то кроме экспериментов в строительстве.

Сарайчик вышел достаточно крупным, но лёгким. Если я упирался в балки под крышей, а в пробоину в полу совал ноги, то мог перенести строение туда, куда хотел.

Интересно, а в инвентарь подобное строение поместится? Скорее всего, да. Шалаши в подземельях я несколько раз строил, и их получалось спрятать в пространственное хранилище. Но что-то типа снежной крепости уже не получалось. То есть «вросшее» вообще не получалось забрать, а вот «переносное», пока свежее, вполне.

Но требовались эксперименты. А ранее я вечно спешил… хм. А как штанга тоже ничего так.

Я потягал сарай, но в итоге только заноз получил. Надо было делать это в рукавицах.

Я перенёс времянку на заранее расчищенное и утрамбованное место и поставил, после чего начал заносить в постройку древесину, приглянувшуюся мне на роль дров.

В какой-то момент своего занятия я услышал странный звук, а затем резко возникло чувство пристального взгляда.

Около главного жилого дома дачи стоял Вихрев. Его взгляд казался немного не таким уверенным, как обычно.

– Здравствуйте, что-то случилось? – спросил я, на ходу выдёргивая занозы. Мысленно же я отметил странное: следы на земле указывали, что председатель вышел из дома, а не пришёл со стороны дороги.

– Нужна твоя помощь, – хмуро произнёс он и бросил мне связку металлических колец.

– Что это? – уточнил я. – На наручники не похоже.

– Держи в руках, пригодится, – не стал уточнять Виктор Валентинович, прошёл в мой дом и сунул руку к телевизору.

– Вас в нём и так показывают, – фыркнул я, но на середине фразы маг-перерожденец сначала превратился в силуэт из электрических дуг и искр, а затем исчез. – Хм, а не пропадал ли ток из-за него?

В следующий миг кольца засветились, а мгновением позже я стоял в тесном помещении из бетона. Вихрев возился около массивной металлической двери и крутил рычаги.

– Где мы? – уточнил я.

– Объект 2-22-40, – сказал глава республики и замолчал.

– Ни о чём не говорит, – проворчал я, но продолжать не стал, потому что-то перерожденец передо мной уж очень задумчиво крутил рычаги, переключатели и тумблеры.

Наконец прозвучал щелчок, и дверь распахнулась, обдавая нас пылью и затхлостью.

– А тебе и недолжно ничего говорить. Об этом месте я узнал совсем недавно от доверенного лица Тихомирова, ты в курсе, кто это? – спросил Виктор Валентинович.

– А кто о нём не знает? Генсек после Берии лет на тридцать. Даты сейчас не помню, давно в школе не был, – проворчал я. – Ну ещё я так понял, он тоже перероженец, да?

– Да. В отличие от меня или Есаулова, магов, он попал из технически развитого будущего. Если я был всего лишь экспериментом по переносу человеческого сознания в машину при помощи магии, а потому стал последним выжившим человеком во многом из-за этого, то Тихомиров был Святославом Бордовым, одним из величайших изобретателей варианта земли 22 века.

– Откуда Вы это знаете? Он Вам сказал? – уточнил я.

– Можно и так сказать, – произнёс Вихрев, а мы вскоре очутились в высоком зале, где было немало стеклянных колб, освещаемых жёлтым и красным светом. Внутри были высохшие скелеты, обвязанные многочисленными шлангами.

– Где это мы?

– Объект 2-22-40. Попытка воссоздать бессмертие отдельно взятым человеком без крупицы магии.

– Хм, а я здесь зачем? – уточнил я.

– Если ему удалось выжить, вряд ли он встретит нас хлебом с солью. Один раз он меня уже убил, когда я просто пришёл поговорить. Вредный был мужик, вечно заговоры видел. Зато у него были способы убийства волшебников при помощи изобретений. Умер-то он своей смертью.

– Хм, а почему кого-то из магов не взяли? – уточнил я.

– После принятия условий Алтеи, я должен стараться скрывать волшебство и нейтрализовать возможность распространения знаний о нём. Но артефакт из подземелий, что у тебя в руках, можно использовать только на обычном человеке. Других вариантов телепортации у меня нет, а потому взять тебя с собой – лучший из пришедших мне на ум вариантов.

Я задумчиво глянул на связку из металлических колец, Вихрев одновременно говорил правду, но я чувствовал, что причина того, почему он взял меня, иная.

Количество колец и их размер не поменялись.

– А что это за артефакт? – уточнил я.

– «Протуберанец Шести Шагов» – позволяет призвать человека, который его держит. Сам я могу перемещаться без него. Получил в подземелье, в котором Есаулов заработал кучу своих способностей, – проворчал Вихрев.

– А мы здесь, чтобы не позволить Тихомирову ожить?

– Пфф? Нет, конечно. Я уже говорил: я ему не враг. Я пришёл за помощью.

– Какой? – уточнил я.

Президент повернулся ко мне, кажется, чтобы посмотреть на реакцию:

– Несколько часов назад люди, назвавшиеся «Хамелеон-Гидрой», захватили два олимпийских объекта в Лондоне. Британцы подозрительно легко купировали выход этой информации, а потому они явно замешаны, – выказав гнев и раздражение взглядом, сообщил Виктор Валентинович.

– Они захватили кого-то из наших? Или же конкретно Ваших? – спросил я.

– Мои жена и дочь были среди приглашённых гостей на водной стадионе. На другом женская сборная СССР по футболу. Там особый случай, переживать бессмысленно и ситуация уже разрешилась, но не с моей семьёй. Свидетелей очень много, магия… моя магия уже не сработала один раз. Я пришёл к тебе после провала.

–А чем поможет Тихомиров? У него есть средства без магии против магов? – уточнил я.

– Достаточно и совета, – вздохнул Вихрев. – Я и так понимаю, что ты хороший парень, Медведев, а потому поможешь мне. Я тебе тоже помогу, потому что тоже хороший. Но нам нужен совет от более опытного и злого… кхм, тоже доброго человека.

– Да нет, я злой, – сварливо раздалось из металлического громкоговорителя по коридору. – А ситуацию слышал, продолжайте идти и разговаривать. Вот только тебя, Вихрев, а ранее Куций, я знаю, по способности легко опознать и при желании заземлить навечно. Что за мужик с тобой?

– Не могу распространяться, иначе тебе сотрут память, Егор Егорович. Само Бытие Мира или вернее личность его олицетворяющая, Воля Мира, – произнёс Виктор Валентинович.

– Арфа? – спросил динамик, кажется, с интересом.

– Нет, Арфа мертва. Её ученица.

– Ясно, жаль. Интересная баба была, так и не узнал, что вообще за муть она организовала, – проворчал голос Тихомирова. – Поначалу я думал, перенёсся один. Начал потихоньку жить-выживать, да собирался историю менять. А потом встретил первого, кого не было в истории, второго, а у другого даже магия была! Третий что-то не то и не тогда открыл. Понеслись, испортили мне такие планы. Следовательно, я не один. Не сразу, но удалось опросить конкурентов. Они тоже с Арфой разговаривали, предлагали служить каким-то *цензура* из других измерений, а сами из миров оказались самых разных. В магию я поверил не сразу, поначалу это казалось фокусами неизвестной технологии. Но раз есть доказательства, это очевидный факт, которому надо противостоять…

Пока мы шли по какому-то одному Вихреву ведомому маршруту, голос бывшего генсека СССР всё трещал и трещал.

Вскоре мы оказались около очередной двери с механизмами, но она была распахнута.

Внутри стоял какой-то странный агрегат со множеством лампочек, которые включались одновременно с тем, как говорил Тихомиров. Рядом стояли огромные колбы со скелетами, но они отличались и больше походили на мумии.

– … как видишь, Куций, мой эксперимент не удался. Не хватило вычислительных способностей и технологии выращивания. Если ты сейчас используешь свою магию и перенесёшь своё сознание в тело, которое привёл с собой, я… – произнёс ламповый компьютер.

В следующий миг от Вихрева отлетели молнии, а от ЭВМ пошёл дым.

– Жаль, я думал, он согласится, но это была всего лишь старая запись максимум конца семидесятых, а не сам человек. Этот слепок разума не мог сопротивляться заложенной в него программе, цель которого – возрождение. Выводы из ситуации, которые он получал, сканируя телевизионные сигналы, а кроме того память, я получил. Можем идти, – заявил президент республики.

– А? Э… это типа всё? – уточнил я.

– У него таких объектов куда больше, чем хотелось бы. Этот относится к началу 1960-х, но даже не в курсе, что есть другие подобные. Нужную на данный момент мне информацию я уже получил, – произнёс Вихрев и исчез.

Я не успел ничего сказать, потому что в следующий миг оказался в затхлом помещении рядом с Виктором Валентиновичем.

– Где мы? – спросил я куда тише, чем в прошлый раз.

– Бункер под Лондоном, в нужном месте, – коротко сообщил председатель республики.

Вскоре мы выбрались и оказались в лабиринтах метро.

Оттуда через сотню метров свернули в люк и поднялись по ступенькам вверх. В дальнейшем я особо-то и не понимал, зачем был нужен именно я.

Ну, зачистить двадцать мужиков с автоматами могли многие маги, а свидетелей мы и не оставляли.

У противников были рации с гарнитурой, Вихрев приводил их к сбою, который оглушал и дезориентировал террористов, а добить таких проблемы вообще не было.

Вскоре мы оказались на трибуне водного стадиона, где все зрители были без сознания, а на вышке сидел одинокий человек в водолазном костюме.

– Неожиданно. Я приказал привести мне Мага Мира, и ты его привёл, Водка-Медведь-Балалайка! – громко крикнул он и спрыгнул вниз, вот только он не коснулся водной глади, а завис немного над ней.

– Хватит паясничать, притворяясь клишированным русским злодеем из кино, Боб. Я выполнил свою часть сделки, можешь разбираться с пацаном, – крикнул Вихрев.

– Притворяться? – фыркнул враг, а затем взмыл под свод и…

Лампы неожиданно вспыхнули куда ярче, чем раньше, некоторые начали взрываться, при этом из динамиков вокруг пошёл неприятный рябящий писк переходящий в гул, от которого завибрировало всё вокруг, а президент РСФСР махнул рукой, в которой оказался нож, миг, и враг мёртв.

– Тихомиров уже убивал Боба. Он маг воздуха, судя по всему, ещё и с системой Арфы, раз ему требовался ты, Медведев. А потому я решил позаимствовать чужой опыт, – произнёс Вихрев и подошёл к судейскому столику с новомодными плоскими мониторами.

В следующий миг кольца в моих руках блеснули, и я очутился на даче.

– Я требовался для отвлечения внимания? – буркнул я.

– Да, Боб расслабился, увидев цель задания. Этого хватило, чтобы я воспользовался моментом и применил способ Тихомирова. Спасибо. С остальным разберутся Воля Мира и её подручные, – заявил Виктор Валентинович и исчез.

– Всегда пожалуйста, – проворчал я.

Телевизор тем временем включился сам по себе на канале, который обычно показывал с помехами, но сейчас картинка была на удивление чёткой.

– После небольшой технической задержки, мы начинаем трансляцию женского олимпийского турнира по футболу. Играют сборные Гондураса и РСФСР до 23 лет… – заговорил комментатор, но мне уже было всё равно.

Я вытаращил глаза на экран.

То ли мне чудилось, то ли мелькнул знакомый силуэт. На мелком цветном изображении выпуклого ящика было не понять.

Но вскоре появились составы, и стало очевидно: не показалось.

Сначала я заметил сестру, но понял, что она не единственная.

…

7. Медведева А.

…

10. Павлова О.

11. Павлова Ю.

Гл.тренер Козлов И.

На столе завибрировал телефон с большим экраном, и высветилось СМС:

Миша, прости.Твоя сестра заставила меня молчать.Чтобы не проболтаться, я решил с тобой не связываться.Она страшна в гневе! Я её очень боюсь.Включи «Седьмой Канал».Не показывай сообщение Аглае!!!!!

Сразу несколько СМС.

Но жалеть родственника мне почему-то не хотелось.

Я помыл яблоко и стал смотреть футбол.

Глава 15

Ну, женский футбол это всё же о технике. Атлетизм, понятное дело, тоже присутствовал, но рисунок игры отличался от мужского: скорости ниже, передачи длиннее, удары из-за штрафной чаще.

Зато в атаке в дриблинг игроки шли куда охотнее у обеих команд.

Наша сборная делала акцент на забросы вперёд, где столб (некая Аглая Медведева) старалась зацепиться и сбросить мяч паре атакующих полузащитников. Хм, или полузащитниц? Да не, бред какой-то.

Моя сестрёнка была достаточно высокой, хотя её взросление явно остановилось в 14-16 лет из-за магии, но вырасти она успела до 182 сантиметров. Красота и грация, вся в маму! Хотя та была всё же куда ниже…

Интересно, почему моя сестра взяла седьмой номер?

Впрочем, почему она вообще занимается футболом? Даже после того, как я позвонил дяде и пообщался с ним, ответа не получил.

Единственное, что знал мой родственник, это слова главного тренера Козлова, что её в команду привели сёстры Павловы, а в клубах она не играла.

Собственно пробелы с техникой и основами у Али были очевидны. Мяч она принимала в основном верхней частью тела, сбрасывая пасы головой, а вот ногами играла она весьма слабо даже в сравнении со Степанидой времён её первого приезда в Кострому.

Этого нельзя было сказать о её подружках из Казани, которые на мою сестрёнку Алю (лет семи-десяти) были сейчас даже больше похожи, чем она сама.

Я поймал себя на мысли, что не следи я за сестрёнкой на трансляциях по фигурному катанию, а потом по гимнастике, мог и перепутать.

Брр, а ведь их внешность, судя по всему, пошла в папу, то есть зятя тренера Исаева, которого все звали Егорычем. На маму-то свою девчонки даже сейчас не особо похожи, а я между тем начал замечать общее в чертах лица с помощника Исаева и нашего с Алей отца, Потапа Медведева. Если не учитывать рост, комплекцию и мимику, то типаж был очень похож: светловолосые и светлоглазые мужчины.

Ну, разница была в цвете глаз. У папы, меня и сестры они зелёные, у Павловых серо-голубые.

Наверняка через сколько-то поколений мы вообще родственники. Но с учётом случайностей, может аж до Адама и Евы, тут всё неточно.

Между тем первый тайм подошёл к концу, счёт пока был 0-0. Игра шла на встречных курсах почти без обороны. У Гондураса выделялась вратарь, у нас хорошо работали защитники и полузащитники, отнимая мяч.

Сёстры Павловы нанесли с десяток ударов после скидок моей сестры, но пока это не приводило к взятию ворот, они явно пытались бить на точность, а не на силу, а потому проблемой эти удары для высокой девушки в воротах не были.

Комбинационная игра разваливалась из-за неряшливых действий моей сестры, зачастую это было из-за умелой работы обороняющихся игроков Гондураса. Моя Аля явно не была готова к столь плотной борьбе, я видел желание вмазать соперницам, которое она вовремя подавляла.

В рефлексах видна школа Степаниды Фадеевой, а вот сдержанность у неё была природная.

Вот только не удивлюсь, если моя сестрёнка сейчас нашептала муравьям, чтобы они в перерыве покусали вредных соперниц.

Я во время паузы следил за телевизором, но ничего путного там не показали, никакого репортажа, только реклама, другая реклама, третья, и снова по кругу.

Мою сестру в итоге заменили на девушку ещё выше и куда крупнее по комплекции. Похоже, Игорь Козлов предпочитал схему с таранным форвардом, выполняющим роль якоря, а не наконечника.

Рисунок игры особо не поменялся, подтверждая мою догадку, и результат оставался не открыт почти до самого конца. Уже после объявления о добавлении трёх добавленным минут, форвард Гондураса сумела прорваться к нашей штрафной, вышла один на один с вратарём и забила.

Наши игроки быстро разыграли мяч с центра поля и сумели прорваться к чужим воротам через быстрый розыгрыш сестёр Павловых, Оля на Юлю, Юля на Олю, только в самом конце пас на высокую девушку-форварда и гол. Кажется, она впервые за минут сорок повернулась к чужим воротам, а не сбрасывала мяч в подыгрыше.

1-1, хотя наша команда нанесла больше двадцати ударов в створ ворот.

– Ну, с почином, – пробормотал я, несколько удивляясь, что комментатор болтал без умолку, но о моей сестре вспоминал только в момент её включения в матч, да и то называл по фамилии, ни разу не упомянув имени.

О других участницах он рассказал массу всего вплоть до породы и цвета домашних питомцев, а вот об Але, у которой в прошлом было участие во всесоюзном турнире по фигурному катанию, пьедестал и победы в чемпионате мира по гимнастике, практически ничего.

Это связано с волшебством или же нет?

Ну, в любом случае и без этого моя сестра смотрелась воздушной тростинкой. Так и хотелось крикнуть:

– Аля, играй жёстче!

Вот только куда сильнее хотелось пойти и помочь сестре разобраться с гондурасками, которые её толкали.

Гр-х! – как сказал бы тотем.

Но это, конечно, шутки.

Зачем сестра от меня скрывала своё участие в олимпиаде?

Может, чтобы просто показать себя? Надо будет спросить.

Мыслей о ситуации с Вихревым у меня не было, но тут дошло: а ведь захватывали и стадион с моей сестрой. А она маг, значит, могла участвовать в таком опасном деле, как разрешение ситуации с террористами. Чисто в рамках самозащиты…

Тц, будь у меня способность, я отправился бы в Лондон.

А так могу только помешать.

Я вышел во двор и пошёл пускать чёрно-белых друзей по мишеням…

***

Шло закрытие олимпийских игр. Сборная РСФСР получила 27 медалей, СССР – 98 (без учёта сборных отдельных республик), США – 117. А Британская Империя к удивлению многих заработала всего 22 награды, проиграв даже Канаде и Индии, которые получили почти по тридцать медалей.

Впрочем, это для меня было не то что вторично, а в целом всё равно.

Куда интереснее оказалось другое: моя сестра поучаствовала в семи дисциплинах.

То есть о сокрытии волшебства, как советовал тотем, здесь вообще не шло и слова.

Футбол был единственным игровым командным видом спорта, в котором Аля поучаствовала.

Сборная РФСФР дошла до финала и по пенальти проиграла США, сборная которых была фаворитом ещё до начала турнира. Если в мужском футболе они максимум середняки, то в женском вместе с Бразилией и Голландией сейчас считались лучшими.

А вот куда интереснее было другое:

- Гимнастика: золото (сестра участвовала только в командном соревновании)

- Плавание на короткой воде в бассейне (100 метров вольным стилем: бронза)

- Была заявка на заплыв на 10 километров, но в этот же день была игра по футболу, Аглая снялась ради полуфинала, где впервые забила гол (конечно, если не считать ничего не значащий автогол на групповой стадии)

- Лёгкая атлетика: тройной прыжок в длину (4 место) и бег (третий этап в эстафете: серебро)

- Фигурное катание на роликовых коньках: бронза в одиночных художественных и золото в синхронных (она участвовала с Ольгой Павловой в паре и сумела победить Степаниду, которая выступала с незнакомой мне девочкой, а вот в индивидуальных Фадеева не оставила никому шансов, набрав 120 баллов, когда у конкурентов максимум 86)

Пусть не всё удалось, но сестра побила и улучшила несколько рекордов по выступлениям в разных дисциплинах для одного участника.

Отдельный вопрос: кто ей разрешил это со стороны организаторов и волшебников?

Ну, палево же. Шесть медалей из восьми дисциплин, в которых она была заявлена, и из семи, в которых участвовала.

Впрочем, вряд ли там у неё были бонусы от магии… хм, или же ей надо было по квесту? Ведь у неё тоже система, а какая – пока не знаю.

С другой стороны, она могла просто показать брату, что он чурбан и трус, раз пытается скрываться. Но это нелогично, ведь для участия в олимпиаде ей надо было пройти отборочные, а от футбола я отказался по уважительной причине.

Ну, и футболистка из неё всё же так себе. Только и умеет лбом тыкаться в мяч, а ногами новорождённый оленёнок лучше бы сыграл! В полуфинале такие моменты запорола, да и в финале…

Мысленно мне было обидно за Алю, но это превращалось в критику, а потому я прекратил.

Время между тем прошло ещё чуть-чуть и вот, день, которого я ждал очень долго, настал:

– Десять лет в реале протянулись, наконец, до финала, – проворчал я вечером в середине лета.

Наверно, стоило что-то да уточнить у Вихрева, но я рванул в огород и срезал несколько кустов цветов, купленных весной, и пошёл в сторону реки Клязьмы.

– Ну? Я пусть и не могу видеть текста о конце задания, но проклятье Арфы прошло. Неужели меня не придут поздравить? – проворчал я себе под нос, но был уверен, что ошибаюсь.

Ждал ли я сестру?

Нет.

Я обожал Алю, но был в курсе, что она сейчас вместе со Степанидой уехала в Америку на чемпионат по фигурному катанию на роликовых коньках.

Моей целью была другая особа, любовь к которой была новее, а осознал я её куда позже.

Я прошёл к реке, посмотрел в разные стороны: никого.

– Алтея! Марта, позови Алтею! Арфа, если ты меня слышишь, свяжись с действующей Волей Мира, ты тотем, можешь, – крикнул я.

Чуть в отдалении зашевелился куст, оттуда выбрался старичок с поплавочной удочкой и буркнул:

– Хорош, молодёжь. Не кричи, караси и так из запруды ушли, а ты последних пескарей распугаешь, одни ротаны останутся, будь они неладны.

– Простите, – извинился я и пошёл вдоль реки.

Ни намёка на Волю Мира не было.

Я вздохнул, просто пробежал вдоль реки и обратно, уже не надеясь на встречу, но кое-что хотел проверить. Ну, а заодно сорвать пару лишних декоративных элементов.

– Алтея! Ау! – крикнул я, возвращаясь назад.

– Да я ж тебе час назад сказал, дурак, не ори! – возмутился старичок, выскочив из зарослей.

Я улыбнулся и достал из штанов банку с червями:

– Утром выкопал, попробуйте на них!

– Навозные? – уточнил дед.

– Нет, из-под трухлявого пня.

– О, а личинок нет?

– Ну… сжёг, – пожал я плечами.

– Зря, – вздохнул мой собеседник, но раздражение ушло с его лица.

Он пошёл испытывать наживку.

Я же улыбнулся и пошёл на дачу.

Если дед – не маг, то проклятое «задание» Арфы ушло, осталась только блокировка способности Кузьминой.

Я зашёл на участок и сразу заметил свет.

Я ускорился, гадая: кого же здесь обнаружу? Да я многих готов был обнять. Дядю вот совсем крепко, кхе-кхе…

– Привет, невежа, – буркнула девочка с внешностью Али лет 9-11, но очень бледной кожей и сияющими сиреневыми глазами. Она сидела за столом и задумчиво вертела перед собой банку с земляничным вареньем, которую я заготовил чуть более месяца назад. Рядом с ней стояли две другие трёхлитровые банки, уже опустошённые.

– Привет, Ялло Тамерлин Лже-Вторая, я правильно понял: ты на закрутки глаз положила давно, а потому и не отсвечивала, пока я не сбежал? – усмехнулся я.

– А что? Меня ты не звал, только об Алтее думаешь. А я вот с плотью твоей сестры стала словно наш медведь, одержима лакомствами, особенно сладкими! Контролировать себя не могу, так сладкое надобно!

– Дай обниму!

– Не интересует. Ты не сладкий.

– Я осторожно, если боишься, – усмехнулся я. – Ты с внешностью моей сестры, я и не стал бы пытаться тебя раздавить.

Ни капли не перепачканная волшебница теней (на самом деле по уши), получившая материальное и очень милое тело, зло посмотрела на меня:

– Я? Боюсь? Ты за кого себя принимаешь, невежественный и к тому же бесталанный человек? Да я тебя сомну! Я на пределе этого мира по развитию, а в тебе нет и сорока силы! Ты просто слабак, вдобавок к тому, что невежа! – с усмешкой заявила Ялло, развела руки в сторону, а трёхлитровая банка исчезла в тени, а не разбилась о пол.

После этого иномирянка подошла ко мне.

В какой-то степени она даже родственница, ведь у наших отцов была одна душа, а плоть волшебницы так вообще была создана на базе Али.

– Привет, – улыбнулся я и наклонился.

В следующий миг девочка быстро скользнула мимо меня, прыгнула на стену, оказалась на моей спине, рукой захватила шею и начала душить.

– Познай же силу тьмы! – заявила она, сжимая тиски захвата, которому позавидовал бы любой борец-тяжеловес.

Вот только я был в курсе слабостей её нового тела. Спокойно отвёл руку назад и схватил её пятку, после чего пальцами другой руки пощекотал.

– Т-ты чё? Офонарел? – сквозь хохот возмутилась Ялло, разжала захват и попробовала меня лягнуть, пока я поднимал её перед собой вверх ногой.

– Ты первая начала тупые шутки, – проворчал я, подхватил и аккуратно посадил на стул. – Успокоилась? Без контракта снова одичала.

– Это ты дикарь, – буркнула волшебница теней, после чего встала, посмотрела на меня и протянула: – Так уж и быть, человеческие отношения и прочая ерунда, можешь обнимать.

– Хм, да уже не особо хочется, я вспомнил, что ты недалеко от Малявки ушла по вредности, – фыркнул я и сел на стул.

В один миг недовольное выражение лица Ялло сменилось презрительно злобным:

– Нашёл с кем сравнивать. По вредности я – номер один! Он так, мелкое стихийное бедствие локального масштаба, а я постоянна, и теперь в этом мире со мной никто не сравнится! Даже Алтея уступает мне по возможностям. Я практически властительница, при этом независимая! – гордо заявила копия моей сестры, сверкая глазами.

Врёт, определённо врёт.

– Зачем ты здесь, «властительница»? – спросил я. – Пообщаться с Арфой от лица Алтеи или сама с ней будешь мутить какие-то делишки?

– Пфф? Я? С этой неудачницей? Ха! Я её так легко обвела вокруг пальца простейшей ложью, а потому таких союзников мне точно не надо. Я равноправный товарищ Воли Этого Мира, а Арфа максимум может материализоваться и сохранять статус своей плоти, оставаясь твоим тотемом. Я понимаю, что это всё равно не мало, но на фоне реальной силы это так, куличик посреди пустыни. Даже ты при первой нашей встрече сумел бы её одолеть, вне твоего воображения она просто человек, – проворчала Ялло и встала. – Ладно, давай обниму! Ну же, кис-кис-кис… как там медведей подзывать-то? Ау! Ау-у!

Я сделал шаг назад ещё раз.

– Не, давай информацию о мире, аванс ты уже забрала в виде трёх банок, ещё семь из вон того шкафа отдам, – заявил я, понимая, раз переговоры с Арфой, для этого она полезет в моё воображение. А мне тоже нужна информация.

– Хе, аванс в двенадцать банок уже у меня, долго ты шёл, я своё взяла. Ладно, у меня ещё часок перед тем, как ложиться спать. Плоти надо давать покой, она уступает магическому телу. Ну, задавай вопросы! – заявила Ялло.

Я опросил её о сестре, о магах, о ситуации с перерождёнными и отдельно о системе Арфы, о которой Алтея оказалась в курсе после становления полноценной Волей Мира.

После этого волшебница теней буквально на миг коснулась моей груди, после этого превратилась в чёрные всполохи и втянулась в меня, а затем вышла и проворчала:

– Там у тебя ещё какой-то мужик оборону держит против психички. Брр, они меня выбесили больше, чем медведь за четыре года, – фыркнула Тамерлин и посмотрела мне в глаза. – Арфа не опасна это вообще совсем другой человек. Хе-хе-хе, не опасна она для Алтеи, а вот на тебя, невежа, у неё есть планы.

После этого Ялло улыбнулась так широко, как я ни разу не видел у сестры, а затем начала бледнеть и становиться прозрачной, но глаза и улыбка так не делали, а потому казались всё ярче. Миг, и она полностью исчезла вместе с тенью.

– Переговоры прошли, – пробормотал я с улыбкой.

Кроме того радовало, что Есаулов выжил, а моя сестра среди навыков получила не только молодость, но и контролируемое ограниченное бессмертие, но с отличиями от моего «Здоровья».

Нюансов Тамерлин не стала говорить, и это хорошо. Не стоит знать слабостей сестры.

Между тем стало ясно два факта:

- когда я зачистил последний дворец, по энергии я давно превосходил Алтею, но из-за особенностей таланта якобы я не особо подходил для магии даже с высокими характеристиками. Похоже, они не в курсе, что я обошёл ограничения «Сумо», отключая его перед принятием награды.

- Алтея и Ялло по наводке Малявки были в курсе, что на Истинную Ветвь собирался напасть кто-то, кто сумел захватить мир Кашена и несколько малых миров. Инфополе дало рыжей Воле Мира подсказку, что это произойдёт во время чемпионата мира по футболу, когда на поле будет команда в красной форме.

Последний факт был чётким, но лиц участников Алтея не видела. Однако через влияние на перерожденцев-союзников она сумела протолкнуть право на красную форму у команд хозяев турнира (СССР и республик), однако сами федерации Союза и почти всех других отказались из-за спонсорских контрактов на другой дизайн. У кого-то клетка, у других полосы, у третьих рукава белые и так далее.

В итоге чисто красная должна быть только у РСФСР, а потому проблема возникнет на матче именно нашей республики, конечно, если Воля Мира не ошиблась с предсказанием.

Из этого стало очевидно: я не просто могу пойти играть в футбол, но должен. И никто ничего не скажет, ведь Аля показала, что это возможно.

Я поднял телефон, собираясь звонить, но именно в этот момент раздался вызов.

Я усмехнулся, ведь контакт высветился дядин.

– Миша, я держу в руках бланк заявки. Чтобы ты ни говорил, я тебя туда вписал под именем «Джажу», ты нужен мне, нет республике, да чего уж там, народу! – заявил мой родственник.

– Я пока что буду простым человеком, а потому результат не гарантирую, – улыбнувшись, заявил я.

Повисла пауза.

– А ты с немцами как был? – полминуты спустя уточнил брат отца.

– Я же всё рассказывал. Почти год назад меня прокляли, несколько матчей я буду просто слабым человеком, – повторил я, пытаясь сформулировать максимально расплывчато, пусть Вихрев и гарантировал, что меня и дядю никто не прослушивает, но всё может быть.

– Просто человеком с матча с НАССР? Это не так называется. Хорошо, спасибо, что не отказался.

Я хотел пошутить про обнимашки, но он трубку повесил.

Да уж, кроме женщин и детей его интересуют только деньги и немного футбол.

– Алтея, букет я собрал для тебя, даже добавил пару рогоза с реки и камыш! – произнёс я в пустоту.

В следующий миг рядом со мной возникла рыжая девушка.

– Я не Марта, чтобы меня этим заинтересовать, – заявила девушка.

– Ядра монстров и артефакты в подарок потом. Но кое-что могу предложить и сейчас: руку и сердце. Выходи за меня замуж, – улыбнулся я и подошёл к девушке, которая после телепортации была без одежды, и протянул ей букет, встав на колено.

Она вытаращила глаза на меня, покраснела, проглотила то ли слюну, то ли воздух и исчезла вместе с цветами.

– Прикол, – пробормотал я, а губы сами собой расплылись в злодейской улыбке. Мне очень понравилось это выражение смущения, возможно, означающее отказ.

Ладно, к этому вопросу вернусь потом. Пора спать, завтра хочу поехать к людям!