Футболист с системой сумоиста. Том 3

Глава 1 (80 для цикла)

На новый год мы чуть не сгорели из-за дяди и салюта, но обошлось благодаря наличию Воли Мира и её тотема-помощницы, принявшей человеческий облик. Первая вырубила свидетелей-людей, благо дети спали, вторая быстро потушила пламя. К сожалению не хоботом, что я так хотел увидеть, а всего лишь огнетушителем.

Если Алтея была миниатюрной рыжей девушкой, её тотем имел различные воплощения, но больше всего любил облик девочки-подростка с дредами. Учитывая, что она в зверином облике якобы мамонт, которого я так хотел увидеть, это мне казалось чем-то логичным.

Здесь же они были в качестве Алевтины (дальней родственницы Медведевых) и её пятнадцатилетней дочери Марты.

Кроме того за столом был кто-то из родственников тёти Авроры, престарелые мужчина и женщина, а также кто-то из коллег тёти Кати, последние привели с собой дочь трёх лет, которая стала дополнительной аудиторией для Аглаи, читавшей сказки Ане.

В целом можно назвать прошедший праздник удавшимся, мне подарили классный фонарь и футбольный мяч.

Аля получила куда больше, одних книг сразу пять, но всё померкло перед подарком от Воли Мира, подарившей ноутбук.

Вот только о нём сестра узнала только утром 1 января и очень долго радовалась, пока не узнала, что интернет к нам провести сложно и дорого, а от заявки до установки пройдёт минимум месяц, а то и того больше, так как в Костроме нет нужных деталей и оборудования для спутниковой связи.

В общем, пока Аглая получила в своё распоряжение диски и дискеты с играми, но выбор под вкус Воли Мира явно не устроил мою сестру.

– Я попросила продавца что-то популярное, – развела руки в стороны Алтея-Алевтина.

– И что дали? – уточнил я, глядя на хмурое лицо сестры.

– Космические стратегии, битвы на роботах и что-то там звёздное. В том числе про Юпитер.

– Вы снова начинаете? – проворчал я.

– Ещё ДиВиДи о горных мышках с Марса. Миша, я ни на что не намекаю, это просто подарок от тётушки Алевтины! – всплеснула руками Воля Мира

Аглая тем временем повертела-повертела игры, после чего подошла к нам.

– Спасибо тётя Аля, – обнимая рыжую девушку, заявила моя сестра, после чего добавила: – Только игры Вы явно подбирали под вкус мальчиков, но нет игр, связанных с футболом. Всё это Мише не подходит!

– Ноутбук подарили только тебе, – повернулся я к сестре, – мне она хотела самокат, но не срослось, они до 90 килограмм.

– Но ведь так нечестно? – удивилась Аглая.

– Я потом что-нибудь придумаю, – заявила Воля Мира, не став опровергать мою версию, самокат она думала подарить, но даже передача мне вещей оказалась под некоторыми ограничениями наших способностей.

А вот дарить моим родственникам всё кроме денег было вполне возможно. Ограничения, похоже, были в каких-то ценностных ориентирах или понятиях. Еду у Алтеи я мог взять, а вот самокат натурально рассыпался в алюминиевую пыль, которую я собрал и подумывал использовать, только требовалось понять: как? Вот колёсики и пластиковые детали почему-то остались в отличие от металлических.

– Ладно, а точно нет какого-то метода, как найти скрытое пространство? – через некоторое время уточнил я у Воли Мира на одном из иностранных языков, чтобы окружающие нас не поняли.

– Я уже говорила: инфополе. Если оно в курсе – я в курсе. Иначе надо проверять по местам, где Арфа и Малявка создавали коридоры между мирами, но я уже поняла, что без побега оттуда монстр или мага с заданием их найти я не могу. Это правила Истинной Ветви по сокрытию волшебства. Я точно знаю, что под Будапештом есть вход в один из Дворцов, точно знаю три колонны в катакомбах, где он может находиться, но обнаружить так и не смогла. А внутрь попасть можешь только ты или моя проекция вместе с тобой, – проворчала объевшаяся Алтея после рождественского ужина.

– Понятно.

– А почему тебя интересует поиск… нет, почему ты так стремился в Казань и искал там Дворец? – всё-таки заметила мои вопросы рыжая девушка, кутаясь в кофту-толстовку.

– Малявка сказал, что там есть средство, позволяющее то ли сделать человека магом, то ли вообще бессмертным, – не стал в этот раз скрывать я, всё равно идей поиска волшебного пространства у меня не было.

– Вот же стервец, – фыркнула девушка, но добавила: – Пока он ни разу нам не соврал. Я это признаю, но его методы обучения мне не нравятся. Но… если это поможет Клаве… я попробую изучить тот город, но обещать ничего не могу. Арфа настаивала на том, чтобы сокрытие было максимальным. Каждое пространство между вариантом и нашим миром исключительно: его строение и течение времени внутри различно…

– Скажу сразу, в Венгрию я не хочу. Я слышал, там советских людей не очень любят, – быстро проговорил я, но добавил: – Но, если это как-то поможет, я готов.

– Не любят там всех иностранцев, там реваншисты-последователи одного из попаданцев, который проводил союзническую политику с немцами. Удивительно, что подобный политический строй оказался экономически устойчив во многом благодаря соседним странам. Ладно, неважно, – произнесла Алтея и посмотрела в окно, где её тотем играл с моей сестрой и остальными детьми. – Помочь Клаве, твоей бабушке, время есть, не могу знать точно сколько его осталось, инфополе показывает несколько вариантов, но… если всё получится, о внуках я ей не расскажу.

– И не надо, – буркнул я. А потом вспомнил ещё одну вещь: – Тогда, когда Малявка нас атаковал туманными руками, Вы сказали, чтобы я стал новой Волей Мира. Это как?

– Если умру, тотем передаст знание. Иначе нельзя.

– Понятно, надеюсь, такое не понадобится, – честно сказал я.

***

Вскоре я уехал в Москву на кубок по сумо.

Его формат не изменился, но само проведение переехало на задворки Москвы. Со Степанидой я в итоге не пересёкся, она уехала на какой-то турнир, а вот с её дедушкой встречался несколько раз. Сначала передал ему гостинцы, а затем он посещал мои выступления в финальный день.

Однако моя повторная победа в любительском дивизионе до 100 килограмм и в профессиональном до 15 лет не дала мне никаких бонусных баллов к характеристикам. А ведь соперники были в этот раз куда сильнее, участвовало немало ребят не только из РСФСР, но и из других республик, в том числе с серьёзной школой национальной борьбы, схожей с сумо.

– Я уже говорила: каждая способность отличается. Ты же получил деньги за победы от неё? – уточнила Воля Мира, когда я вернулся в Кострому.

– Да, по 10 тысяч за каждую победу, билеты туда и обратно тоже были, как обычно. Но прогресса самой способности нет, – проворчал я, хотя Алтея и так была в курсе. – А других заданий давненько не было.

– Вот и хорошо. Значит, мир движется в верном направлении, – заявила моя собеседница, после чего сообщила: – Я побывала в Казани, заодно проверила её на наличие скрытых магов: не нашла. Равно как намёков на вход в подземелье. Я думала призвать Малявку, но у нас платы нет.

– Ясно.

– Кроме того для призыва требуется какой-то артефакт или материал достаточной силы, у меня из них в запасе остался последний, о котором я точно знаю, что он подойдёт.

– А что за артефакт? – уточнил я на всякий случай.

– Почему-то ему нравятся предметы из пространства, где вместо монстров были механизмы типа роботов, но с магией. У меня остался только глаз, а ту щель зачищала не я, а кто-то из моих предшественников тысячелетия назад, – сообщила Воля Мира.

– Роботы? Типа терминаторов или ещё кого? – спросил я.

– Не знаю, по запчастям сложно понять, – пожала плечами девушка и сразу же исчезла.

Между тем кроме сумо без стоящей награды в моей жизни появился ещё один отрицательный момент.

– Значит так, я – Сан Саныч Шишкин. Теперь я главный тренер «Волги». А потому сообщаю, что вольницы, как при моём предшественнике не будет! – заявил низенький усатый мужчина в пиджаке перед строем футболистов.

Когда он заметил меня, его лицо вытянулось, скривилось, после чего он подошёл и спросил:

– Ты кто ещё?

– Медведев, Михаил Потапович, – ответил я.

– Тоже что ли в составе?

– Так точно, – заявил я, пытаясь понять, как отвечать новому начальству.

Мужичок достал телефон и рявкнул в него:

– Тащи сюда записи этого Заречного, проходимец какой-то. И дела на футболистов, здесь творится что-то странное!

После вечерней тренировки я оказался в кабинете этого Шишкина.

– Значит так, юно… мальчик. Смотри сюда: бывший президент Крюков позволял творить Заречному разные махинации. Новый президент Крюков, его брат и настоящий владелец ПФК «Волга», нанял меня для результата, выделил деньги на футболистов, чтобы мы вышли из «болота» хотя бы в Первую Лигу.

– Ясно, – кивнул я, – на попадание в состав могу не рассчитывать?

– Контракт мне запретили с тобой разрывать, ты какой-то приблатнёный, но я ваших костромских порядков не знаю, просто говорю: на поле до 14 лет не выпущу, а к тому времени тебе надо подрасти и сбросить вес.

– Доступ к тренировочной базе, отработка стандартов и функция воспитанника на скамейке за мной останутся, Александр Александрович? – уточнил я.

– Если не будешь мешать взрослым, базу можешь посещать. Я подумаю о твоём переводе в команду спортивной секции соответствующего возраста. Всё-таки я вижу официальную статистику: голы, голевые и предголевые в официальных матчах. Поможешь юниорам, заодно сбросишь вес, а там посмотрим, – заявил главный тренер, даже не глянув на меня в деле.

Спорить я не стал, по лицу было понятно, что после попытки пойти наперекор я буду лишён и текущего доступа. Кроме того я понимал, в состав пришло восемь человек, уже игравших в первой или даже высшей лигах, а место в старте теперь было не гарантировано даже Плуту и Осипову, хотя почему-то Фантомас, вечно привозящий голы, остался.

Место воспитанника не было закреплено за мной, эту функцию ещё месяц мог на самом деле выполнить Свинопасов, пока ему не исполнится 18 лет. Далее на скамейку требовалось посадить игрока младше 18, кто мог считаться прошедшим подготовку в «Волге».

Собственные юниоры нужного возраста были, но весной у них был какой-то региональный турнир, после которого они могли попасть на кубок страны в своей возрастной категории, проходящий каждое лето.

Именно на это время я мог быть «затычкой», но только на домашних матчах. При этом на выездах эту функцию должен был выполнять сын Арнольда Павловича, бывшего президента клуба и нынешнего вице-президента. Если я верно понял, по задумке своего отца он должен был понять дух футбола и его подноготную, чтобы затем руководить клубом.

Ну, я с этим младшим Крюковым вообще не пересекался, только с его сестрой Дашей и двоюродным братом Алексеем. Да и изучать логично с тренировок и домашних матчей…

Между тем в школе из-за гриппующей классной руководительницы, некоторое время пятым «Д» руководил сам директор. Вот только из учеников был только я, который обогнал программу достаточно, чтобы на занятиях мы просто играли в шашки или шахматы сразу, как только я сдавал отчётные работы, которые на самом деле уже были готовы и лежали в учительском шкафчике. Фактически я просто выполнял уже готовое заново на новый листочек.

В марте же произошло странное для меня событие: по телевизору вышел сюжет обо мне.

Короткая заметка с фотографиями с прошлого и этого кубка по сумо, интервью физрука из началки, который не взял меня в футбольную секцию, этот мужчина заявил:

– Да, это всё наша работа! Мы воспитываем чемпионов!

При этом о том, что я №49 в ПФК «Волга» упомянуто вообще не было, исключительно сумо. В конце репортажа была информация о том, что этот вид рассматривается для вхождения в перечень Олимпийских Игр. На этом всё.

Я не особо понял смысла этого сюжета по телевизору, но этот репортаж был на всю область, а потому в автобусе теперь на меня смотрело и оглядывалось больше людей. Неприятно.

Между тем в класс вернулась девочка-актриса по фамилии Сыч. Теперь директору Писаренко было чем заняться.

– Анжелика, ну почему сорок семь? Семь на семь сколько? – возмущался он, глядя на листочек с ответами на тест.

– Сорок семь… восемь? Шесть? – недоверчиво уточнила моя одноклассница.

– Сорок девять. Что ж, Сыч, начнём с таблицы умножения, – проворчал Цезарь Цезаревич

Анжелика Архангеловна отвернулась и оскалилась, улыбаясь, словно для рекламы.

Такой финт с Юлией Цезаревной у неё тоже получился, но ненадолго. Вот она и радовалась повторной удаче, пока директор не проговорил, словно в сторону:

– Эх, жаль тебя с Долотовым будет разделять по разным классам. Вы, говорят, друзья детства, да, Анжелика?

– В смысле «разделять»? – уточнила девочка.

– А как иначе? Таблица умножения это первый класс. Такими темпами ты останешься ещё на год в пятом, чтобы нагнать программу. И это при всех послаблениях для пятого «Д». А вот Долотов, пусть и не на «отлично», но неплохо справляется с программой. Его отчётные тесты минимум на «четыре». Он перейдёт в шестой класс.

– Семь на семь – сорок девять. Девять на восемь – семьдесят два. Сто на сто – десять тысяч, – надувшись, словно хомяк, процедила Сыч.

– Вот, умница. Так что переходим к сложению?

– К дробям, у меня с ними сложно, – вздохнула одноклассница.

Я же задумался, мне многие темы давались просто из-за того, что я маг и получил бонусные характеристики или же изначально был умным?

Тотем обзывал меня «студентом перед сессией», когда я был в первом классе, тогда мне это показалось каким-то замысловатым оскорблением, как и другие эпитеты. Но вдруг я гений?

Ха-ха, нет конечно. В нашей семье такая разве что Аля.

– Медведев, чего лыбишься? – процедила Сыч, когда директор зачем-то вышел.

– Скоро весна, зимняя рыбалка мне вообще не понравилась, – заявил я, хотя это были далеко не все планы.

– А моему папе больше зимняя нравится. Он с друзьями уезжает на выходные или даже неделю, как-то меня брал, потом чуть в лесу на озере не забыл. Наверно из-за его рассеянности они с мамой и развелись. Но он продолжает меня иногда брать с собой, только теперь привязывает к колышку.

– Ну, бывает.

– Да шучу я, ты что, поверил? – рассмеялась Анжелика.

– В нашем мире многое возможно, – пожал я плечами.

– Ха-ха, вот ты доверчивый! Но болтливый, не то что Толя! Он всегда молчит и различает правду и ложь!

– А как ты это понимаешь, что различает?

– Потому что он умный!

– Ясно, – сказал я.

В этот момент вернулся директор, обучение девочки продолжилось.

Примерно в этом же духе прошёл месяц, а в конце марта, когда выздоровел Юлия Цезаревна, впервые пятый «Д» оказался в полном составе.

Долотов, баскетболист, второгодник, внук балетмейстера и прочее, прочее приехал со сборов. Кажется, он вырос ещё сильнее, но куда заметнее было развитие мускулатуры, теперь он не напоминал собой молодое деревце, а казался… нормальным, что ли?

Однако его-то я уже видел не раз.

В новинку мне были близнецы-акробаты. Они занимались спортом, цирковым искусством и снимались в некоторых телепрограммах.

Два мальчика (Игорь и Артём), а с ними ещё и девочка (Барбара), им всем уже стукнуло двенадцать. Из-за одинаковой причёски и очень похожей фигуры по росту и развитию, можно было перепутать всех троих, если бы не юбка у девочки с не самым обычным именем. Ну и она была на пару сантиметров ниже братьев.

Их фамилия была забавной: Петрушкины.

Вот только стоило занятиям кончиться, как все трое встали около моей парты.

– Ты же Медведев? Пошли выйдем. Надо разобраться с иерархией! – заявила девочка, стукнув ладонями по столу.

Сидевшие немного в стороне Сыч и Долотов опустили глаза в парту.

Похоже, они уже были знакомы с акробатами.

Однако главное, что передо мной светилось:

ВНИМАНИЕ! Получено задание!

Глава 2

ВНИМАНИЕ! Получено задание!

Этап 1:

Проследуйте за людьми перед Вами и не дайте им себя победить, не проиграйте любому из оппонентов!

В случае успеха будет получена награда: полный расчёт произойдёт после выполнения всех этапов.

Каждое падение оппонента или его поднятие принесёт Вам 1000 рублей бонусом по итогу этапа.

Во время этого задания ни один из режимов способности не активируется!

– Пошли, – согласился я, – выйдем.

Давненько у меня не было таких заданий.

Акробаты были старше меня на полтора года, в школу они пошли в восемь, а из-за моего малого роста они серьёзно возвышались надо мной, минимум на 35-40 сантиметров. При этом их мускулатура казалась весьма развитой, среди ровесников они, наверно, показались бы самыми спортивными и накачанными.

Такие тела требуют огромного вложения сил в тренировки даже при хороших генах. Это я вычитал в книгах для наращивания массы.

Мы вышли из школы и направились в сторону заброшки.

Троица могла показаться конвоем, почему-то они шли с разных сторон от меня.

Когда мы оказались около недостроенного здания под раскидистым деревом, девочка, которая шла впереди, остановилась и повернулась, после чего заявила:

– Ты не знаешь нас. Мы не знаем тебя лично. Но видели тебя по телевизору, ты типа чемпион, да?

– Обладатель кубка, любительского и не очень, – спокойно произнёс я, поглядывая по сторонам. Её братья остались у меня за спиной.

– Да… плевать, если честно. Спортсмен, короче, хотя больше на зефирину похож. Смотри, сейчас мы с тобой проведём спарринги, если победишь нас, мы тебя больше не побеспокоим. Проиграешь – станешь нашей шестёркой и будешь платить по две тысячи в месяц, чтобы мы тебя не били.

– Ха-а-арошая шутка, но ставки должны быть равнозначны, – улыбнулся я, – если побеждаю. С вас троих выходит шесть тысяч.

– Ты дурак? Мы просто передадим тебя старшакам, если будешь бычить. Спроси у писклявой каланчи, он с ними в одной школе учился, – фыркнул один из братьев, стоящих за моей спиной.

– Вас послушать, так вы угрожаете, но боитесь сделать равную ставку? – усмехнулся я.

В следующий миг я ощутил хруст песка под чьей-то ногой, резко сделал шаг вперёд и развернулся, оказавшись за спиной Барбары.

Однако все уже были в движении.

Бой был не один на один, а три на одного. То ли я из выбесил, то ли «честных поединков» не планировалось изначально.

Пока девочка разворачивалась, её братья попробовали нанести по мне удары ногами с двух сторон.

То ли насмотрелись боевиков, то ли занимались какими-то восточными единоборствами.

Они явно не были слабаками, но и угрозой, чтобы появилось задание, не выглядели. А потому я ждал какого-то подвоха, поэтому не стал хватать противников за ноги, а просто шагнул назад.

– Трус, – синхронно произнесли братья.

– Ссыкло! – фыркнула Барбара, подпрыгнула и попробовала ударить меня ногой с разворота.

– Ошибаетесь, я-то один, а вас нападает стая, – усмехнулся я.

Кроме того что я уходил от ударов, смысл был в том, что с опасной плитки я перешёл на влажную зелёную поросль.

Оба брата в два шага приблизились ко мне и снова попробовали ударить ногами в голову. Похоже, этот приём был их любимым.

Из-за одновременности события, я не мог дать им пощёчину, я сделал небольшой шаг назад, чтобы увернуться от самого удара, но затем рванул вперёд и схватил их ноги на максимальной высоте, после чего поднял выше и толкнул.

+1 к бонусу

+1 к бонусу

Всё моё внимание было на пацанах, а потому я не успел среагировать на девочку, которая выскочила слева, подпрыгнула и целилась куда-то в район уха или даже виска.

Опасно. Я не успевал развернуться или согнуть руку, а потому продолжил толкающее движение, получив в итоге по затылку, но на излёте. Забавно, но при этом далеко не первый раз во время приёмов противника возникло:

+1 к бонусу

– Больно, – соврал я и чуть не наступил на поваленных мной акробатов, а те попытались вскочить одним движением, вот только на мягкой почве это было наивно.

Пришлось аккуратно пройти мимо них, иначе можно было случайно уменьшить количество возможных бонусов.

– Знаете, я слышал, что фабричный район относительно спокойный, а в других частях Костромы есть подростковые банды, но разве туда берут пятиклашек? – быстро произнёс я, снова оказываясь так, чтобы все три оппонента были в стороне от меня.

– Да хоть с пелёнок. Мы не из банды, – фыркнул один из братьев, поднимаясь на ноги обычным способом.

– А откуда? – уточнил я.

– Тебя не *цензура=касается*, – фыркнул второй.

– Хм, но попытка есть, – проворчал я.

Сейчас они стояли на месте. Похоже, поняли, что дрыганье ногами меня особо не занимает.

– Вёрткий, – буркнул один из братьев.

– Спортивный дурак, – фыркнула Барбара и крикнула: – Ноги!

Петрушкины мужского пола синхронно подпрыгнули ко мне и попробовали ударить сбоку по ногам чуть ниже коленей. Так как я был начеку, ведь странно кричать «ноги!», чтобы повторить удар, я сделал шаг в сторону правого противника, он попробовал всё же нанести удар, немного меняя траекторию.

Ноги у них были длинными.

Я не смог подойти ближе, чтобы сделать подсечку по опорной ноге, заметил движение двух остальных противников. А ведь ещё требовалось не выйти со своей территории, чтобы не сбить серию побед, набранную на турнире. А я ради неё проводил не только официальные матчи, но и просил о тренировочных с некоторыми соперниками… разве что Протасова не стал просить, ему-то точно проиграл бы.

– Вёрткий, словно водоросль, – проворчал один из братьев.

– Если просрём, Франт нам всечёт, надо его ломать, – буркнул второй с явным страхом в голосе.

Хм, после такого заявления можно было ожидать и ножей, но оружие не появилось, по крайней мере, пока.

В этот раз в мою сторону первой двинулась Барбара, на ходу стянула ветровку и бросила её мне в голову. Я сделал шаг в сторону, развернулся и отмахнулся от удара ногой чуть выше ступни, который наносил один из братьев, затем отпихнул ногу девчонки, бьющей пяткой куда-то мне в живот или ниже, а затем сделал два шага, и на моей одежде повис последний брат.

– Держу! – заявил он и попробовал дёрнуть мои штаны.

Я был в курсе, что это один из грязных, но рабочих трюков в уличных боях. Он не поощрялся, но деморализовал врага да ещё лишал мобильности, когда штаны становились кандалами.

Вот только для сумоиста было важным беречь маваси (пояс). А потому я схватил несколько пальцев его ладони, а другой рукой отпихнул в сторону.

Хват ослаб и мальчишка отлетел от меня.

+1 к бонусу

Он поначалу даже не падал, но споткнулся и сел на попу.

Я немного подтянул ремень, на котором держались штаны. Мне постоянно было лень делать на нём новое отверстие, а потому он сидел весьма плотно, если не сказать, что болезненно туго. Сейчас это сыграло в мою пользу, иначе я бы проиграл.

Паузы на новые реплики не последовало, Барбара стянула с себя безрукавку от школьной формы, а её братья стянули свою одежду.

Снова будут бросать?

Догадка оказалась верной, но не совсем.

Троица начал расходиться в стороны и сближаться со мной.

И только сейчас я заметил, что поодаль есть кто-то ещё. Старшаки Петрушкиных?

В следующий миг в мою сторону была брошена куртка, ещё одна, после чего мою голову накрыла ткань и последовали удары. Похоже, грязный трюк снова провернула девчонка.

Вот только это они зря затеяли, я не видел, куда бить, а потому мои пощёчины были направлены скорее по звуку или предчувствию.

– Акх!

– Пфу! – услышал я после двух удачных попаданий из трёх попыток.

В следующий миг тонкие руки попробовали найти у меня шею и сдавить её.

– Пипец ты мягкий, – пробормотала Барбара, которая скорее обняла меня, чем пыталась удушить.

Из-за разницы в росте ей приходилось нагибаться, но она зачем-то попробовала подпрыгнуть и обхватить меня ногами.

+1 к бонусу

Ха, её же приём дал мне денежку.

Вот только я схватил её за руку и стянул.

– Не люблю галстуки даже бабочки, – проворчал я.

Юмор никто не оценил, а я осмотрелся.

Игорь и Артём, не знаю, кто из них где, оба валялись на земле. Одному явно прилетело в нос, а другому в челюсть. Но сила-то у меня без бонусов, вряд ли там что-то серьёзное.

Я подошёл к Барбаре, которая как раз пыталась встать.

Я поднял её за воротник рубашки и пояс юбки, после чего опустил.

+1 к бонусу

Повторил.

+1 к бонусу

– Отпусти меня! – закричала она и попробовала дёрнуться.

Я отпустил и снова поднял.

+1 к бонусу

– Что ты лыбишься? Извращенец? У неё колготки там, а не трусы, – буркнул, держась за нос, один из Петрушкиных мужского пола.

– Так я туда и не смотрел. Но штанга неплохая, 32 килограмма где-то, да? У меня гири в сумме такие же, – произнёс я, снова и снова чуть приподнимая вес.

+1 к бонусу

+1 к бонусу

+1 к бонусу

…

– Отпусти, мы проиграли! Придурок! – возмутилась двухпудовая гиря.

Задание выполнено! Ожидайте этапа №2!

Награда за 43 бонусных достижения: +43 000 рублей!

Я разжал руки и отошёл на десять метров, после чего начал оглядываться по сторонам.

Долотов и Сыч были метрах в тридцати и прятались за одинокой кирпичной стеной с граффити, но чуть ране заметил я не их.

Какой-то старик в тулупе держал верёвку с козой, щиплющей весеннюю поросль.

Чуть в стороне от него был мужик с тачкой, добывающий себе плитку с дорожек…

Всего я заметил минимум восемь человек, никто из которых не был похож на сообщников Петрушкиных. Но и вмешиваться они не стали, некоторые на нас даже не взглянули.

ВНИМАНИЕ! Получено задание!

Этап 1:

Вынудите привести Вас к *ФРАНТ*: награда будет рассчитана по итогу.

Внимание! Вы должны выжить и не потерять здоровье! Убийство противника приведёт к снижению награды!

Во время этого задания ни один из режимов способности не активируется!

Вот и познакомился с одноклассниками. Но с чего бы мне кого-то убивать? Это странное уточнение.

– Петрушкины, не знаю, что за Франт, если отведёте к нему, деньги с вас требовать не буду, но временами я буду просить устроить со мной спарринги по правилам сумо. Откажетесь, ну, выбивать долг не стану, но свидетелей здесь куча, пацаны так точно прослывут пустобрёхами, – заявил я, но уточнил: – Артёма и Игоря, наверно, стоит отвести в травмпункт. Дорогу я туда знаю, раз вы не с этого района.

Барбара посмотрела на братьев, прошла и подняла куртки и свою безрукавку, после чего фыркнула:

– Идёт, но автобус сам оплатишь. У нас проезд, как многодетным, а тратиться на тебя не собираюсь!

Барбара, лицо которой сейчас было весьма угрюмым, бросала на меня злые взгляды и по пути в травмпунт и по дороге на другой конец города.

Я несколько раз уточнил у неё:

– Кто такой «Франт»?

Ответа ни разу не последовало.

Мы ехали на незнакомом мне маршруте сначала на север до Волги, а затем вдоль неё на северо-запад.

А ведь мне казалось, что мы отправимся куда-то к кому-то из цирка.

Реальность оказалась иной, мы приехали к остановке «Гимназия», после чего выбрались, но пошли не вдоль забора учебного заведения, а перешли дорогу в сторону очередного серого остова заброшенного недостроенного здания.

Это место называли по-разному, но чаще всего «Отель», хотя по плану города здесь должен был вырасти очередной санаторий.

По слухам здесь водились призраки, находили мертвецов, а также пропадали дети. Ну, такое я слышал почти о каждой заброшке в нашем городе.

Через двадцать минут мы оказались на третьем этаже серого здания.

Так как гимназия находилась достаточно далеко от жилых домов, здесь было куда меньше мусора и не так много странных личностей.

Я прошёл вслед за Барбарой по потрескавшимся бетонным плитам и вскоре оказался в помещении практически по центру строения. Если смотреть вверх, потолка здесь не было, казалось весьма светло, а у стен стояли старые диваны, на одном из которых валялся мужчина в чёрной одежде напротив работающего телевизора. Судя по отсутствию проводов, он получал энергию от батареек.

– Деточка пришла, да с каким-то чужаком, – произнёс мужчина и в картинном жесте поднял шляпу.

– Франт, это тот Медведев, которого ты сказал поставить на счётчик, – произнесла Барбара, а её голос казался испуганным и напряжённым.

На меня смотрел молодой мужчина, на щеках которого прямо под глазами было по две вертикальных линии шрамов, которые на уровне подбородка пересекались другими линиями. Не сразу, но я узнал руны.

– Деточка, теперь свали, – сказала цель моего задания и сорвалась на крик: – Я сказал: свали! Сейчас же!

Петрушкина убежала, словно спасала свою жизнь.

– Проиграли младшие тебе, жирный, точно проиграли. Кто это у нас тебя привёл? Игорь, Артём или Барби? – стоя на месте и не мигая, спросил странный человек в шляпе.

– Артём или Игорь, а может быть Барбара, кто их различит? – пожал я плечами. Хотя отличие-то было явным: юбка и колготки.

– Действительно, все они на одно лицо, – задумчиво произнёс Франт, почёсывая свой подбородок.

Меня напрягало, что его глаза сквозили безумием.

– Зачем ты отправил их напасть на меня? – спросил я.

– Проверка, – спокойно произнёс мужчина.

– Чья?

– Их мне проверять не надо. Все мои деточки меня слушаются, иначе знают, что с ними станет, – усмехнулся он.

– И что с ними будет? – переспросил я.

– Конечно же, я убью их, – гнусно улыбнувшись только ртом, заявил молодой мужчина.

– Значит, моя проверка, а для чего? – уточнил я, следя за движениями этого человека. Он постоянно касался пересечения линий на своём лице, вряд ли это было случайно, ведь последовательности рун по сути являлись заклинанием. Но для его активации требовалась магическая энергия.

Маг он или же всё случайно? Может, просто чешется?

– Ха-ха-ха… ты не понимаешь? Тебе этот мир кажется настоящим? – произнёс мужчина, отвернулся и раскинул руки в стороны, после чего развернулся и резко приблизился ко мне: – НЕТ! Нет и ещё раз нет! Настоящий мир пал! Я лично видел его последний миг. Бум! Бам! Взрыв и небытие!

Он активно жестикулировал руками, а взгляд стал ещё более безумным.

– Правда? – спросил я.

– ДА! – крикнул Франт, а его шрамы начали светиться оранжевым цветом, он сделал несколько шагов в мою сторону и попробовал схватить за плечи.

Я рефлекторно вскинул руки и произвёл подсечку, однако человек передо мной не упал, а просто перевернулся в воздухе, после чего взлетел и свесился с потолка.

– Да, гипноз иногда не работает, переходим к плану «Б». Не присоединишься ко мне, я убью всех твоих родных. А у тебя есть старушка и девчонка, дядя, тётя, младенчик! – усмехнулся, возможно, человек.

– К чему присоединюсь? Что тебе нужно? – спросил я.

– Приведи ко мне кого-то из младших членов семьи Крюковых. Их много, подойдёт любой. Тогда ты получишь приз! – произнёс Франт, а в его руке возник пузырёк.

– Фу, это микстура от кашля? Она противная, – узнал я не самое приятное вещество, которое пробовал в своей жизни.

– Почти угадал, но здесь куда больше материалов, а главное, она сделает твоё тело таким, как у Петрушкиных. Ты лишишься этого никчёмного избыточного жира и станешь великолепен. Вторая доза сделает выше. Третья позволит превысить человеческий предел. Откажешься, мои детки придут за твоей семьёй, – заявил мужчина.

– Допустим, а есть какие-то доказательства? – спросил я.

– Я умею летать, а Петрушкины получили по одной порции.

– Это не доказывает, что в пузырьке не какой-то яд.

– Какой недоверчивый. Поэтому гипноз и не сработал, – проворчал мужчина и приземлился передо мной. Я стал ждать. – Закатай рукав своей рубашки, я капну зелье на твою ру… ку? Отпусти меня! Отпусти!!!

Я сжал пальцами правой руки его запястье, а левой схватил вторую руку и резко дёрнул вправо.

– Ты.. Ты один из нас?! – вытаращив ещё сильнее на меня глаза, заявил Франт. – Ты видел конец света? Ты видел конец света! Ты должен помочь уничтожить фальшивый мир!

У человека передо мной вес оказался минимален, я буквально трогал что-то плотное, живое, но не тяжелее воздушного шарика, при этом ни одного намёка, что это была иллюзия.

– «Ялло, он реален?» – подумал я так, чтобы моя внутренняя волшебница теней меня услышала.

– Не знаю, он странный, но раз ты его касаешься, плоть у него есть, – раздался голос Тамерлин в моей голове.

Однако в следующий миг рядом со мной возник медведь:

– Я вернулся от начальства. Инфополе увидело твоего врага, не удивляйся, но это кто-то из перерожденцев, не умиравших после появления в Истинной Ветви. Воля Мира скоро прибудет сюда, – заявил тотем.

– А-а-а! Ты предатель! – каким-то уж больно высоким голосом закричал Франт, после чего резко стал тяжелее и сильнее, последовал удар мне в грудь его ногой, и я отлетел в стену, больно стукнувшись головой, но не настолько, чтобы потерять здоровье. – Я убью тебя! Убью! А потом твоих родных превращу в своих слуг!

Он начал скакать на месте.

Я заметил, что его тело стало словно у культуриста из кино про терминатора, но в следующий миг оно вернулось к мускулистому, но куда менее массивному варианту, а он сам прыгнул к потолку, затем к стене и попробовал упрыгать выше.

Я достал камень из инвентаря и швырнул в цель. На удивление удачно, так как в итоге Франт стукнулся о плиту и полетел вниз.

В этот миг я осознал, что мне надо его спасать, а на самом деле хотелось добить…

Задание выполнено!

Глава 3

Воля Мира прибыла не сразу, а потому я нашёл скотч в одном из своих мешков и превратил Франта в подобие мумии. Попал-то я в него камнем не так уж сильно, вот в бетонную плиту он сам уже влетел, пока падал.

– *Фу-фр-пу-бу-бу!* – раздалось через некоторое время, а «куколка» зашевелилась.

Ровно в этот момент здесь же возникла Алтея и явно не оценила прохлады в заброшке. Она глянула на меня и заговорила на венгерском

– Зябко, – буркнула она, и в тот же миг медведь, стоявший чуть в стороне, превратился в лыжный комбинезон, только очень странный, ведь сапоги были продолжением штанин, а капюшон был похож на шапку-ушанку. – О, неплохо, неплохо, сам придумал?

– Нет, Ялло Тамерлин подсказала. Раз мне сложно поддерживать раздельную одежду, значит, нужна одна, но многофункциональная вещь, гр-рх! – гордо заявил тотем.

– Ладно, к делу. Я в курсе заданий, а инфополе обнаружило этого столетнего человека, – сказала рыжая девушка и наклонилась над моей добычей. – Вот только на этом всё, память о нём у других людей подобна кошмару, безумному наваждению.

Алтея подошла и резко сдёрнула слой скотча на губах «куколки», затем ещё один и ещё:

– Миша, ты иногда слишком увлекаешься.

– Лучше так, чем дать ему сбежать, – пожал я плечами, – ещё три оборота и сможете опросить. Почему просто не прочитаете его память?

– Видишь его шрамы? Они делают его непродиваемым. Прошлые маги после встречи с тобой попадали в инфополе, а то сопоставляло оставленные ими следы, в том числе в памяти людей. Этот мужчина по большому счёту показал лёгкий отблеск в разуме десятка местных подростков, собственный возраст и место рождения. Но стоило ему очнуться, как даже это оказалось стёрто. А потому читать его память может быть опасно, – сообщила Воля Мира.

– То есть его придётся изолировать или убить? – уточнил я.

– Нет, стереть память – не проблема. Просто чуть более грубо применить исцеление на голову, даже не применяя магию разума, и вот перед нами человек без собственных воспоминаний, но личность и базовые навыки останутся.

– У него есть зелья и странная магия, меняющая его вес, – сообщил я.

– В памяти Арфы есть подобные люди. Похоже, он из какого-то мира-варианта, попавшего под власть вторженцев, пришедших из пространственных врат открыто, – задумчиво произнесла девушка и села на корточки рядом с извивающимся мужчиной.

– И такие есть? Мне почему-то казалось, что Малявка с тем Кашеном скорее исключение, – удивился я.

– Миров тысячи, некоторые могли стать перевалочной базой для захвата нашего мира, ведь противнику очень сложно пробраться к Истинной Ветви, минуя варианты, Малявка их вообще именовал «листвой капусты», намекая, что Истинная Ветвь прячется внутри. Уж не знаю, насколько на самом деле была эффективна такая защита, но я побывала только в одном пространстве, поэтому взаимосвязь может быть, – сообщила Воля Мира, пошевелила пальцами и достала коробку с одноразовыми перчатками.

Нацепив защиту для рук, она начала ощупывать свободное от скотча лицо мужчины, затем опустилась к шее, груди, потом вернулась к рукам, а затем провела своими ладонями по ногам пленника.

– Оружия у него нет, но он не совсем человек, – явно удивлённо произнесла Алтея.

– Не человек, у него что, ядро есть? – предположил я.

Воля Мира удивлённо посмотрела на меня:

– Возможно в нём самом, а может кто-то там внутри живёт, – произнесла моя собеседница и прижала руку к животу мужчины и провела чуть выше: – Оно движется.

– Может, паразит какой? – предположил я, а затем вспомнил: – Малявка же упоминал, что человек – совокупность каких-то там тел. Где-то может и дрянь завестись.

Начальница тотема немного скривилась:

– По большому счёту есть душа и тело, но при их взаимодействии возникает волшебная составляющая, а за душой следует астральное тело. В иных мирах может быть что-то ещё: внутренний мир, ядро, тень разума, родственные связи, нити судьбы и так далее. В нашем всё должно быть скромнее, но, как ты знаешь, у тебя есть внутренний мир воображения. У меня есть нечто схожее. А потому можно предположить, что в нашем мире, если развивать волшебство, это может быть нормой. Однако Арфа такого не имела, либо просто не показывала мне, другие маги могли не успеть дойти до уровня, когда такое пространство открывается.

– То есть у этого Франта может быть внутренний мир? – спросил я.

– Проверим, но пока версия о паразите кажется мне реалистичней, – уверенно произнесла Алтея и нажала на живот.

Мужчина попробовал отползти, но не получилось, однако его глаза как-то странно засветились, а затем он неестественно выгнулся и замычал, а в следующий миг меня буквально вдавило в пол так, что я рухнул сначала на колени, затем на четвереньки, а потом и лёг. Но и это был не конец, под нами задрожал бетон и по нему поползли трещины.

– Истерическая попытка убить всех и даже носителя, значит, мужчина не хозяин этого создания, – задумчиво произнесла Воля Мира, которую давление словно не касалось.

А я вот буквально врастал в бетон и не мог видеть происходящее. Но самое обидное:

Вы потерпели поражение! Ваша победная серия обнулена!

– Блн, – буркнул я в бетон, хотя открыть рот для «и» не смог.

Ещё секунда, и всё прекратилось.

Я поднялся и отряхнулся. От меня остался силуэт на бетонной плите в виде небольшой вмятины и цепочки трещин по контуру тела.

– Миша, ты как? – уточнила Алтея, которая не выглядела пострадавшей. А вот у её ног лежал вдавленный куда сильнее меня Франт, а его ноги и руки выглядели как-то странно, ведь они напоминали собой скорее тряпки, чем конечности живого человека.

– Даже «здоровье» не пострадало, но я кому-то проиграл, – проворчал я, оглядываясь по сторонам, – мне кажется, отсюда валить надо. Вон там трещина, которой точно не было, а она растёт, пусть и не движется к нам.

– Хватай этого и беги, я пока не могу, я в барьере, – развела руки в стороны Алтея, и только сейчас я заметил лёгкую сетчатую структуру, немного мерцающую вокруг неё.

– С Вами всё будет в порядке? – уточнил я.

– Это не Малявка, а всего лишь обвал, – фыркнула рыжая девушка, – поэтому свали отсюда и быстро!

Между тем тело пленного дёргалось и постепенно возвращало себе человеческую структуру.

– Вы его лечите? – спросил я.

– Я не некромант, чтобы работать иначе, – проворчала Алтея, когда я уже схватил Франта и рванул в другую часть здания.

Обрушение, как оказалось, происходило не в одном месте, а практически повсюду. Как только я с телом через плечо спустился и побежал по первому этажу. За мной начали падать куски бетона и арматуры.

Поначалу падение камней заглушало треск и шорох от образования трещин, но плавно звук превратился в гул и дрожь.

В какой-то момент я заметил, что выход, к которому я двигался, начал складываться, стена падала от меня, но это не радовало, ведь колонны почему-то прыгали как раз ко мне.

Я оглянулся и быстро выбросил в окно в недотаявший сугроб Франта, а затем и спрыгнул сам, после чего постарался свалить подальше.

Однако три стены частично или полностью остались стоять в отличие от многочисленных перекрытий, пыль от обрушения которых продолжала оседать.

– Тотем, вы как? Я жив, – произнёс я вслух.

– Мы висим в пустоте. Начальница говорит, чтобы ты подождал. Она скажет, когда нужно будет прийти и поймать её, – проворчал медведь через нашу ментальную связь.

– А что с телом делать? – уточнил я.

– Не убивать, но скотча лучше добавить. Это тебе говорю я, а вот начальница советует привязать к какому-нибудь дереву. Так что и то, и другое, гр-рх! Сюда всё равно не придут, местность под колпаком сокрытия.

Пришлось ждать около получаса.

За это время Франт исцелился и начал таращить на меня глаза, при этом верёвка и скотч, как мне показалось, держали его не так уж крепко, а потому куколка в итоге приросла колодезной цепью, купленной мной в пункте сдачи металлолома. Там она стоила всего 200 рублей, а новая, вроде от тысячи да и куда тоньше, чем эта ржавая, но словно с иллюстраций к сказкам.

– Спасай принцессу, гр-рх! – хрипло раздалось в моей голове.

– Ялло, я в курсе, какой голос у тотема, – буркнул я.

– Так он и передаёт, бухтит, что вымотала его форма одежды, даже связаться с тобой не может. Малину выращивает и жрёт, – усмехнулась волшебница теней, – слабенький он у тебя.

– Сама побыла бы в форме сложной одежды, гр-рх, я б на тебя посмотрел, – медленно проворчал медведь, пока я пробирался по руинам здания к его центру.

– Я здесь, – крикнул я, когда оказался под Волей Мира.

– Вот поэтому я и не люблю барьеры, которые остаются постоянными и стабильными, но зато они дешёвые, мне понадобилось минимум энергии, – раздалось сверху.

– Ловлю, говорю.

– Надо подождать, отменить его нельзя. Ещё секунд сорок. Или минута, а может бы-ы-ы-ыть…

Я поймал Алтею, повесил её на плечо и двинулся в сторону выхода из руин.

– Миша, поставь меня, зачем несёшь? – возмутилась Воля Мира.

– Мне в ноги крошево впивается даже через толстые подошвы зимних ботинок, а Вашим ногам здесь точно не место, – проворчал я, удивляясь непониманию элементарных вещей.

– Не подумала, звучит действительно логично, но мог бы ты меня перевернуть и понести иначе? Хотя бы на спину заберусь, а то чувствую себя мешком с мукой. Да ещё и холодно, пыльно! Апч-чхи!

– Будьте здоровы. Если честно, проще дойти до травы, я не совсем понимаю, как Вас развернуть, не ставя на землю, – буркнул я и двинулся на выход чуть быстрее. – А Вы можете простыть?

– Нет, но здесь до сих пор пыльно, вот и чихаю.

Мы покинули частично свежие руины, Воля Мира вытащила из инвентаря несколько чемоданов и оделась.

– Франт пока не убежал, но дерево выкорчевал и куда-то направляется вместе с ним, – произнёс я и рванул следом.

– Не гоняйся, некто внутри него тратит энергию, а из купола не скрыться, пока я его не… – произнесла Алтея, но осеклась, натягивая на себя кофту.

А тем временем небо начало белеть из-за возникших на нём ломанных линий от разрушающегося барьера.

ВНИМАНИЕ! Получено задание!

Этап 3:

Выживите в течение 12 минут и не дайте умереть *Воля Мира* и *Франт*: награда будет рассчитана по итогу.

Способность доступна в полном объёме!

– Тотем, передай, что в задании сказано: я должен не дать умереть Воле Мира. Ей грозит какая-то опасность! – пробубнил я, продолжая погоню за бегущим от меня человеком с деревом.

– Пока не могу, гр-рх, собираю энергию, – ответил медведь.

Как раз в этот момент я добрался до мужчины в скотче, а тем временем с неба вниз прыгали люди со светящимися глазами.

Очень странным движением мужчина пригнулся и попробовал стукнуть меня деревом, пока я отвлекался на падающих сюда противников. Я увернулся от первого удара, но пришлось разорвать дистанцию.

– Передал! Она сказала, что будет бдительной! Выживай! – сообщил тотем.

Режим поединка активирован!

Боевой режим активен!

Наконец заработали навыки. Я ударил по земле, активируя стойку, после чего рванул к противнику, но путь мне преградил коренастый мужчина, упавший сверху.

Он выставил обе руки вперёд, собираясь меня остановить, но получил ладонями в живот из-за разницы в росте.

Из-за того, что его вес был словно у воздушного шарика, улетел он куда-то очень далеко, но времени отвлекаться не было. Чуть за Франтом приземлился ещё один враг, земля под которым начала приминаться через пару шагов.

Не местный, так как сам себя утопил в рыхлую весеннюю почву.

Тем временем меня атаковал человек с деревом.

– Захват! – взревел я, активируя навык и поднимая дерево над собой вместе с человеком.

В этот миг послышался треск и лязг, путы на противнике спали, а я заметил сияющие линии, которые тянулись к нему. Я оглянулся по сторонам.

Меня никто не атаковал, а люди в разных местах стояли, и от них отходили эти самые линии прямо из глаз.

Хм, ничего не понимаю, но и не надо.

Человек со шрамами на лице сделал странный пируэт и, резко ускорившись, начал падать на меня, ударяя ногой сверху вниз.

Я увернулся и попробовал схватить его.

Франт ударил в землю, после чего на другой ноге крутанулся вокруг своей оси, судя по хрусту, ломая себе позвоночник, и ударил меня кулаком левой руки.

Выставленная мной рука заблокировала приём, но схватить противника я не успел, а он сделал шаг назад и попробовал ударить меня в голову теперь ногой.

Я не успел на всё это среагировать и пропустил атаку.

Здоровье 25/25

Виртуальный балл улетел, а я, кажется, добавил к знанию своих травм ещё и сломанную шею.

Пока один миг противник был уверен в победе, я сумел его схватить.

– Хватка! Захват! – протараторил я.

Однако против одного противника сработало только сильнейшее.

Но и так сила стала равной 680. Этого хватило, чтобы противник буквально затрещал в моих руках, а потому для выполнения задания мне пришлось сдерживаться.

Линии вокруг Франта погасли. Враги побежали ко мне сами.

Большинство было мужчинами, но ко мне двигалось и несколько женщин.

При этом они атаковали одновременно, пытаясь буквально вырвать у меня пленника.

Убивать я не собирался, но калечить пришлось. Я думал, что они подобны Франту и станут исцеляться, но нет. Они просто даже со сломанными ногами и руками тянулись меня кусать.

Жуть.

Зато теперь я подтвердил, что моя сила при одновременной активации «захвата» и «хвата» достигла 3400.

Контролировать мою мощь стало сложно, а потому пришлось «хватку» прекратить, иначе я бы кого-то точно убил…

Расправившись с теми, кто был поблизости, я не стал их охранять, а рванул в сторону Воли Мира. Никаких проблем у неё не было заметно, хотя атаковало её куда большее количество людей.

Однако и она была не одна. Рядом с ней огромный мамонт топал и размахивал хоботом, создавая бреши в рядах атакующих.

Часть из противников уже не подавала признаков жизни.

Я заметил, что их глаза засияли, после чего оттуда отделились и полетели слегка оранжевые сферы из искр. Они направились в мою сторону. Сначала я не понял, но в следующий миг они влетели во Франта.

То есть всё было связано именно с ним.

Тем временем Воля Мира замешкалась, и ей оказался нанесён удар прямо из её же тени.

– Забыла брошь, – фыркнула девушка и подпрыгнула ввысь, а тень оказалась сожжена сиянием белого света. Из тьмы возникло тело, превращающееся в пыль. А к Франту полетела ещё одна оранжевая сфера.

В следующий миг воздух вокруг Алтеи зарябил и превратился в огромную змею… червя? Многоножку? Не знаю, но я поспешил туда, так как девушка рухнула вниз вместе с возникшим монстром.

Люди здесь попробовали напасть на меня и освободить пленника, но я их просто проигнорировал, размахивая человеком, способным к восстановлению.

Я подбежал к извивающемуся монстру. Он уже заглатывал странной пастью рыжую девушку, застывшую внутри барьера.

Я ударил пощёчиной по чудовищу, но только его кожа вздрогнула от моей силы, не более того.

– Пробивает барьер! – крикнула тем временем мамонтиха девичьим голосом. – Спаси Волю!

Ну, собственно я и не собирался её бросать, раз атака по червю не проходила, я рванул к самой волшебнице и попытался её вытянуть.

– Не жалей ногу, тяни! – крикнули внутри меня медведь и Ялло Тамерлин.

– Хватка!

Захваченный одной рукой Франт всё время ёрзал и пытался вырваться, временами нанося мне удары, но сил у него было не так много, как в лучшие для него времена.

Я постарался вытянуть Алтею, пока на ней был барьер, но, возможно, помог его разрушению. Я постарался вытянуть девушку аккуратно, но явно наносил урон и это меня пугало, вскоре я услышал вопль из червя:

– А-а-а! Тяни! Миша-а-а!

Я и потянул, хотя видел, наверно, очень страшное зрелище, ведь практически растягивал человека, а потому прекратил.

Я отбросил Франта в сторону, одной рукой приобнял Волю Мира вокруг ноги, а другой схватил отвратительные отростки вокруг пасти чудовища.

– Захват. Хватка! – протараторил я и приложил максимум усилий, чтобы освободить проход и вытащить девушку с минимальными для неё потерями.

В итоге сработало, Алтея оказалась на траве, мои трясущиеся руки разжались и вот здесь меня толкнули в пасть червя забытые мной враги, точно не знаю, кто.

Темно, скользко и воняет.

Задание выполнено.

Глава 4

ВНИМАНИЕ! Получено задание!

Этап 4 (последний):

Выживите: награда будет рассчитана по итогу.

Нюанс в том, что у меня остался боевой режим, а вот «поединок» сбился. Внутри же червя оказалось слишком мокро, чтобы что-то взять в «Хватку» и тем более «Захват». Для пощёчины было мало место, не размахнуться.

Дышать этой вонью было почти невозможно, но хоть какой-то воздух, вот только чем я больше шевелился, тем сильнее погружался куда-то, где было ещё более влажно.

Из идей остался только инвентарь, я сделал ставку на лёд, который запас за зиму:

6- лёд х928 –

>>>

6- лёд х723 –

– Д-д-д, – меня бил озноб, червь стал немного более плотным, но меня продолжало всасывать, а потому я довёл дело до конца.

6- лёд х723 –

>>>

6- лёд х0 –

Дубак.

Лёд перестал таять и незаметно, чтобы червь испытывал какой-то дискомфорт. Но почему-то вони стало меньше, а воздуха больше.

Пошевелиться и ухватиться всё ещё не получалось, я был словно в полынье посреди множества мелких льдинок внутри какой-то грязевой структуры.

Раз не сработало со льдом, я перешёл к камням, но их у меня было не так уж много.

3- камни х287 –

>>>

3- камни х0 –

Поначалу я думал, что я приговариваю себя, так как на меня давили куски породы, но извернувшись, я начал их продвигать под себя, в какой-то момент появилась опора, а затем и «дно», которое в итоге позволило дотянуться до краёв пасти.

– Хватка! Хватка! – произнёс я, хватаясь за отростки. Сработала только одна, но даже 340 силы хватило, чтобы вытянуть себя.

Я высунулся наружу, местность была незнакомой. Похоже, тварь отлетела или отползла в лес.

Я спрыгнул вниз и понял, что был около заброшки. Недалеко от меня была Марта в человеческом обличии, а чуть поодаль Воля Мира стояла над рядом из людей, а ещё немного дальше были свалены тела.

– Вылез? Долго ты, – проворчала девочка-тотем с дреддами.

– Э-э-э, в смысле? – уточнил я.

– Воля давно убила червя, а ты что-то не торопился наружу, но точно был жив. Открыть или разрезать его не смогли, пробить бивнями или сунуть внутрь хобот тоже. Поэтому ждали, – развела руки в стороны мамонтиха.

– Если его не разрушить, как победили-то? – не понял я.

– Воля разрушила мозговой центр. Ты там ядро заодно не вытащил?

– Н-нет, – сказал я, немного отогреваясь, хотя на улице было 3-5 градусов тепла, если верить метеорологам, но на солнце прям жара!

– Жаль.

– Инфополе ответило! Его надо посыпать солью! О! Миша, ты уж вылез? – спросила повернувшаяся в мою сторону Алтея.

– Ага, – кивнул я.

– У тебя есть соль?

– Найдётся, – ответил я.

Спустя десять килограммовых картонных упаковок каменной соли мы увидели зрелище, когда червь начал скукоживаться, а из него начала выстреливать вода вперемешку с камнями. После этого на земле осталась огромная шкурка, напоминающая чем-то лопнувший воздушный шарик.

Воля Мира подошла, посыпала останки ещё раз солью и порвала, словно мокрую бумагу, после чего достала прозрачное ядро с лёгким желтоватым оттенком.

– Тварь сильная, но явно не босс. Интересно, как они её получили? Призыв или вытащили из пространственной щели? – задумчиво произнесла Алтея, а ядро исчезло из её рук.

Задание выполнено! Происходит расчёт награды за все этапы!

– А что с людьми? – уточнил я, кивнув в сторону рядов.

– Хреново с ними. Это всё один и тот же урод, – процедила рыжая девушка, а её лицо я впервые увидел настолько злым и исполненным презрения.

– Франт?

– Да, он использовал слияние с чудовищем и делил свою душу. Наверно, можно назвать его демоном, он соблазнял людей зельями, силой и молодостью, а сам подмешивал собственную кровь и частицу души, которая порабощала душу и тело жертвы. Впоследствии частица становилась достаточно крупной, чтобы полностью вытеснить разум истинного хозяина тела. Перед первым употреблением зелья человек рисовал своей кровью некоторые руны, которые в нужные моменты осколок души использовал для сокрытия от инфополя волшебных проявлений.

– Что-то мне он не показался настолько умным, – задумчиво произнёс я.

– Сила не говорит об уме. Он псих, слившийся разумом с какой-то амёбой. Но знаний у него немало, – процедила Алтея.

– Удалось вскрыть его память? – уточнил я.

– Достаточно было вылечить его шрамы. Эх, остальные тела здесь не более чем оболочки. Они уже мертвы много лет. Такая марионетка живёт до 15-18 лет, пока не начинает превращаться в пыль. Но при этом все они маги в той или иной степени. Надо разобраться: почему я не выявила его, когда просеивала Кострому? А кроме того откуда взялся червь? – пробормотала Воля Мира и подошла к Франту, который сейчас был почти голым: его пах прикрывала шляпа.

Зато на нём не было и малюсенькой ранки или шрама.

– Алтея, мне кажется, есть другие, кто принял зелье. Как минимум трое, но ещё могут быть старшие подростки, тогда больше, – быстро сообщил я.

– Плохо. Я пока не выудила это из него, память распределена между человеческим мозгом и чудовищной амёбой. Назови мне имена…

Ситуация была закончена только через несколько дней. Франт подрабатывал клоуном в местной труппе, путешествовал по стране и искал себе жертв.

Поиски его были направлены на две категории: перерожденцы (как он считал «коллеги») и полезные «детки» (которым было суждено стать носителями для его паразитов).

«Серый Мир», как я называл «Сито» Воли Мира, не выявил цели по прозаичной причине: их не было в городе.

Ради проверки догадки Алтея применила это неприятное заклинание, наведя грозу с метелью на город, меня и Франта выбило в монохромную реальность.

Впрочем, это не стало гарантией, что, будучи в сознании, паразитический маг не умел противостоять такому средству.

Начальница тотемов с сожалением признала, что выудить она смогла только память, которая не была скрыта за клятвами. Стоило потянуть одно из магических соглашений, как Франт умер.

Это действие освободило всех «деток», находившихся под воздействием первой дозы зелий, но потребители двух и более порций умерли от болевого шока.

Петрушкины и их старшаки оказались в числе тех, кто просто слёг с отравлением.

Расчёт награды за все этапы продолжался несколько суток, только на пятый день утром перед режимом тренировки я увидел:

Поздравляем! Задание выполнено.

Начислена награда:

-1- Снят лимит на предел одинаковых предметов в инвентаре.

-2- Получен дополнительный слот инвентаря (№11)

-3- Повышен лимит здоровья в боевом режиме (+5)

-4- +5 очков на выбор

Даже не знаю, если честно это всё хорошо, на губу я раскатал больше. Ожидал, не знаю, ста случайных характеристик или чего-то схожего. Но и так немало.

Вот только у меня был временный слот для артефакта, и сейчас он слился с новым местом в инвентаре.

Инвентарь (0-11):

…

11- Зеркальный Пояс (возвращает полученный урон 30/30 зарядов)

Ранее у меня была заначка в два очка на выбор, вдруг понадобилось бы обновить лимит «Здоровья», а теперь баллов стало целых семь.

Вот с лимитами у инвентаря всё было не очень понятно, я и ранее их особо не замечал.

На этом задание закончилось.

Воля Мира почистила память жертв первого зелья, однако почти все потеряли память полностью или частично. Петрушкины обошлись относительно легко: затронуло 1-2 года.

В мае оказалось, что то ли амнезия повредила память об обучении, то ли они вообще не учились. Вот только на троечку их накрутили.

При этом, похоже, противопоставив себя близнецам и победив их, я сильно вырос в глазах Долотова и Сыч.

Если я верно понял, девочку-модель и мальчика-баскетболиста тоже пытались взять в оборот, но до зелий не дошло, а вот избиения, шантаж и вымогательство были. Причём травля стоила Анатолию серьёзного стресса и даже страха школы настолько, что он пропустил полторы четверти в прошлом учебном году, а все контрольные специально написал неправильно.

Между тем Петрушкины пусть несколько сдали в мускулатуре после «отравления», стали вполне себе обычными детьми. А Барбара даже показалась мне нормальной девчонкой, этаким братаном, любящим спорт и футбол в частности.

Я с близнецами после их выписки немало поиграл в «квадрат», игру, где требовалось не дать мячу коснуться своей зоны два и больше раз.

Так как я особо не был в курсе характера заражённых Петрушкиных, сравнить мне было сложно, но сейчас сестра не командовала братьями с тем же напором, что во время нашей небольшой потасовки.

– Всё лето будем с цирком на гастролях, – проворчал в какой-то момент Артём, отличающийся от своего брата Игоря только родинкой на правом запястье. Он вводил мяч броском по диагонали на Барбару.

– Ладно бы выступать, как в детстве, а то теперь ещё и на роль подсобных рабочих, – вздохнула сестра и пнула мяч в мой квадрат с явным намерением загасить, то есть не дать шанса. – Раньше только рекламки раздавали…

Я кое-как успел, но только перевёл мяч ей назад.

– Медведев, да как? – возмутилась девочка, схватила мяч и стукнула его о землю весьма сильно, чтобы он перелетел через её близнеца.

Артём сделал один шаг назад, после чего развернулся, добежал до другого конца и отбил его в падении через себя, но слишком сильно и мяч улетел в аут, перелетев мою зону.

– Бар, ты дура! – буркнул набравший штрафное очко близнец и пошёл за снарядом.

– Значит и ты дурак, мы одинаковые, Темыч! – фыркнула девочка.

– Не одинаковые, я вот нормальный, это вы тупицы, – проворчал Игорь.

– Заткнись «Яго»! – хором крикнули Барбара и Артём, даже не поворачиваясь в сторону брата.

– Хватит сориться, а то так проиграете, – напомнил я.

– Медведев, не на слона играем, в этот раз точно в твою попу мяч бить будем! – заявил Артём.

– Вы так вечно говорите, но за вами должок в 7 проигрышей, – усмехнулся я. – Проиграю – просто спишу.

– Фигу, а не спишешь! Пробьём все, мы тебе, а ты нам! – заявила Барбара (она хотела, чтобы её называли «Барби», но все вслед за близнецами звали «Бар»).

– Э, Бар, не надо, а? Это тебе он еле пинает мяч, а в нас-то со всей дури! Нафиг надо! Лучше списать! – возмутился Игорь (прозвище «Яго» он получил то ли из мультика о Аладдине, то ли из-за созвучности со своим именем).

– Нет, лучше пробить, но требую равноправия! Почему сестре послабление? – фыркнул Артём (прозвище Темыч было мне непонятным, я даже не мог представить причины его возникновения)

– Да я не против. Медведев, давай сегодня проигрыш отобьём! Заодно ты сегодня точно проиграешь! – с усмешкой заявила девочка из числа тройняшек.

– Нет! – хором ответили остальные близнецы. – Не сегодня!

– Просто для информации: я ни разу не пробил в полную силу, повторяю: ни разу. Если представить систему силы от одного до десяти, Бар получила 1, а вы по 3, – задумчиво сообщил я. – А потому старайтесь лучше, ведь есть куда расти.

– Ха-ха, да ты точно изо всех сил лупил, – с усмешкой заявил Яго, но тише добавил: – Точно же?

– Да бахвалится он, у меня на попе синяк был с неделю, куда ж сильнее? Когда качелями получил по заду, и то не так больно было, – проворчал Темыч.

– Ой, да не большее, чем батя нас нагайкой огрел, когда мы полезли на вышку, – фыркнула Барбара.

– Больнее! – хором ответили братья.

– Для вас возможно. А мне было больно нагайкой!

– Потому что ты зачинщица! – снова в унисон заявили братья.

– Я всего лишь вас шантажировала, сами полезли, могли признаться родителям, что это вы слону слабительное из аптечки насыпали.

– Но по твоему приказу!

– Да хватит, играть давайте, можем без ставки на попу, мне это неважно, – проворчал я.

– Со ставкой! Мы отыграемся!

– Да, пробьём тебе, Медведев!

– Теперь точно загасим!

Играть в игру с элементами от футбола сразу против трёх было достаточно весело. Я даже приводил одноклассников играть на пустырь несколько раз, но из-за кучи кружков игры были всё же редкими. Близнецы, будучи не из соседних районов, с которыми были «тёрки», легко влились в коллектив.

Кроме того теперь я знал, что Долотов тоже умеет играть, а временами действует весьма быстро, вот только под солнцем ему становится плохо через 7-10 минут, после чего он ловит солнечный удар, а в кепке якобы играть не мог даже под восхищённым взглядом своей подруги детства. Сама же Сыч на предложение сыграть заявила:

– Не собираюсь! Я звезда, а вдруг поранюсь!

– С нами играла даже фигуристка Фадеева, она-то покруче тебя, – усмехнулся Степан.

– Ой, да она, как и Барби, наверняка пацанка! А я девочка! – возмущённо заявила Анжелика Архангеловна.

– Не хочешь и не хоти, – пожал плечами новый предводитель дворового футбола в отсутствии кого-то старше. После изъятия у него клыка волка у него не было усиков, но всё равно он был под метр девяносто и весьма развит, занимаясь в городской команде по волейболу. А кроме того он перестал напоминать оборотня и снова стал добродушным пацаном.

– Что? И уговаривать не станете? – почему-то удивилась девочка-модель и ушла под дерево.

На этом собственно всё.

Но на пустыре мы собирались от силы раз в неделю, а вот в квадрат с близнецами я играл ежедневно после школы до поездки на вечернюю тренировку. Ехали мы на одном автобусном маршруте, а потому могли играть недалеко от остановки.

А вот с самим футболом было откровенно так себе.

Я не просто не собирался сбрасывать вес, но и потихоньку его набирал, что явно не понравилось тренеру Шишкину. Он не стал меня переводить в состав спортивной секции по футболу (детский состав до 12-13 лет) и даже ограничил время тренировок, а кроме того не допускал меня даже до подачи стандартов составу.

Обидно, но чем-то напоминало «штрафной состав» Заречного, разве что тогда он меня всё же использовал и не запрещал тренировки с другими игроками, если они проштрафились.

А так в моё распоряжение попало искусственное поле, завхозу было запрещено давать мне больше одного мяча, а кроме того я должен был появляться в строго отведённое время.

При этом пусть минимальная, но зарплата всё ещё мне выплачивалась.

Хотя в команду пришли более мастеровитые игроки и тренер из Первой Лиги, весна для «Волги» особо не задалась. В двенадцати матчах дивизиона было только две ничьи в первых играх после перерыва, а дальше почти под копирку поражения со счётом 1-0 или 2-0.

Ладно я, но Осипова не выпустили всего в трёх-четырёх играх и то в самой концовке, при этом Свинопасов не вышел ни разу. Потому что среди главных нанятых зимой игроков большинство были из нападения и полузащиты.

Тактика сейчас строилась на контроле мяча и постоянном давлении на соперника. Капитан (хотя Осипов теперь бывший, но как по мне настоящий) при нервотрёпке ловил мандраж и терял многие свои плюсы. Новый тренер то ли не знал, то ли не учитывал эти нюансы.

Президент клуба, а заодно и тот, кто лично убил заказчика и, возможно, устранил исполнителя убийства своего брата-мэра и моих родителей, вышел из тюрьмы по УДО. Пока он явно уделял мало времени ПФК, делая упор на чём-то другом, по слухам ушёл в лес или уехал на курорт.

Артур Павлович, который теперь был вице-президентом, временно отправился в Москву. Туда же переехала его семья, об этом перед отъездом мне сообщила его дочь Даша.

Был ещё один из братьев Крюковых, некоторое время бывший исполняющим обязанности главы города, но о том, чем он занят и влияет ли на «Волгу», я не знал. Да и вряд ли я мог как-то повлиять на текущую ситуацию.

– Медведев, на!!! – крикнула Бар, пытаясь прижать мяч к моей зоне сразу после вбрасывания, но эта подстава происходила далеко не первый раз, а потому я успел выбить мяч под её ногой. – А-а! Гад!

Близнецы всё же были бесхитростны и эмоциональны.

– 10-11-10 у вас, Бар проиграла, а у меня 4, – с улыбкой сообщил я.

Хотя четыре раза они всё же смогли меня победить, но не буду же я пытаться сыграть на ноль, чтобы у них не было азарта?

– Пнул бы братьям, почему мне? – возмутилась между тем девочка.

– Ты же гасила, – пожал я плечами, – должна уже привыкнуть, что при таком я не могу выбрать, куда отправится мяч, он летит на твою зону.

– Это всё Артём, он дал такой удобный мяч! – заявила Петрушкина.

– Своя попа дороже, – усмехнулся Темыч.

– Да-да, Бар, тебя-то он пожалеет, а нас нет. Да потом всё равно сравняется всё, у тебя 8, у нас-то по 7, – проворчал Яго.

Расплачиваться они и не думали, а мне это было не так уж принципиально. Это они требовали ставок и их пробития. Я забрал мяч, убрал его в пакет поверх сменки, и мы побежали к уже приближающемуся автобусу.

Через несколько остановок близнецы вышли для пересадки на другой маршрут, а вот я поехал дальше.

Глава 5

В какой-то момент автобус «чихнул» и остановился.

– Терминатор, чихать тебе в покрышку, чуть-чуть не дотянули! – всплеснул руками водитель и зашёл в салон. – Привет, Сорок Девятый, тут надолго, придётся тебе пройти две остановки самому.

– Понял, спасибо, – сказал я и встал с сиденья, уже собираясь уходить, но разговор продолжился.

– Слушай, а почему тебя Шишкин не выпускает? Что с Осиповым?

– Тренерское решение и виденье, – пожал я плечами.

– Эти, чужие-новые, вообще не отдаются игре. Фантомас пусть чудила, привозит, но всё от старания за Кострому. А эти только номер отбывают.

– Наверно, со временем игра придёт, сыгрываются, – предположил я.

– А-а, – махнул рукой водитель и рассказал: – до того, как Заречного поставили, при освободившемся Крюкове хрень такая уже была. Игроков пригласил, тренера поставил аж из числа бывших у руля команды чемпионата СССР! Пытались играть ажурно и красиво, да только Осипов с навесов и забивал, пока остальные кривлялись. Если чурбаны не нужны в Первой Лиге, значит не её уровень, а они и у нас… А-а, – снова махнул рукой мужчина. – Вылетели в прошлую среду на самом старте кубка против любителей, позорище.

– Если будет шанс – постараюсь. Я побежал на тренировку, – сказал я.

– Хорошо, подожди, сейчас дверь открою, – произнёс водитель и щёлкнул по какому-то рычагу или кнопке на панели, но ничего не произошло. – Терминатор, ты что, совсем вскипел? Так и на металлолом тебя, а меня на биржу труда!

В итоге дверь оказалась вскрыта вручную. Я запомнил как, после чего отправился к базе.

Майское солнце припекало.

Так как мои доходы от способности за вес и задания не были официальными, бабушка часть поменяла на валюту и золото для нашего с сестрой запаса, а часть попала в итоге на несколько счетов в разных банках. В сумме эти средства были в районе 45-46 тысяч, не миллионы, но неплохо.

Однако я планировал отправиться летом в Казань, но сейчас это скорее отменялось. Ба сказала, что отпуска у неё не будет, но проблема была в другом. Тётя Аврора и тётя Катя обе явно были беременны (либо они негармонично полнеют).

Бабушка наверняка из-за этого и отказалась куда-то ехать летом. Аглая тоже не хочет. То есть взрослых на роль сопровождающего у меня не оказалось, да и за всё более активной Аней требовалось приглядывать. Конечно, Ялло Тамерлин могла воплотиться и притвориться взрослой. Но документов у неё не было.

Воля Мира не видела смысла мне отправляться в Казань, ведь пока большая часть проблем была в Костроме.

Однако в мою пользу играло расследование природы червяка, судя по памяти Франта, его удалось подчинить в промежуток гастролей в 1992 году, когда цирк посещал в том числе Казань, Уфу и Самару.

Вот только всё равно не было известно: призванный этот монстр или же родом из пространственной щели, дворца или иного типа подземелья.

В любом случае, пришлось тратить деньги на покупку соли, вдруг встречусь с подобной тварью ещё раз?

– Пропуск, – поздоровался сторож проходной на базе.

Я быстро достал небольшой листок бумаги с моей фотографией и синей печатью.

Работник даже не посмотрел, махнул рукой в сторону «вертушки».

Вскоре я получил свой мяч, поле в распоряжение и начал отрабатывать «сухой лист».

– Эй, Малец, слушай, сегодня Шишкина не будет, пошли с нами сыграешь, – позвал меня Плут, рядом с которым улыбался Осипов.

В отдалении Свинопасов бил мяч об стену трибуны, что новый тренер ему запрещал делать.

– Его помощники остались, – показал я в сторону, а затем глянул на уходящих футболистов, большая часть из которых была новичками, пришедшими зимой.

– Именно. Многие помощники считай местные. С ними договорились, они сами поиграть не против, чисто дружеский матч, а лентяи решили свалить. Это всё-таки вторая тренировка за день, кто-то выбрал тренажёр, кто-то просто отправился домой, – продолжил человек с рыжей бородой, кончики которой были ярко оранжевыми.

– Всегда за. Я в деле, – согласился я.

Вот только оказалось, что была уготована подстава:

– Этого на ворота, – заявил главный помощник Шишкина.

– Да, не хватало, чтобы с его весом он тут кончился, – проворчал другой.

– Так и задумано! – усмехнулся Осипов и повернулся ко мне: – В защите как-нибудь прикроют, а в остальном удиви их, Мелкий.

– Да-да, а вы здесь все крупные и большие, – проворчал я с усмешкой, ловя брошенные мне перчатки. – Вот вырасту, как папа, сами будете мелкими.

– Расти-расти, чтоб минимум два метра, а лучше вообще с Кинг-Конга и на телевышку! – заржал Плут.

– Не, это перебор, тебя первым поймает и в биплан швырнёт, – усмехнулся Фантомас. – Максимум метров пять, Кострома-то – город малоэтажный.

– Самолёты и самонаводящихся клоунов это не отменяет, – проворчал Осипов, – я вот при виде кукурузника нет-нет, да и подумываю вас, придурков, в него швырнуть.

– Меня кто-то звал? – подошёл к нам Свинопасов.

– Нет, Полудурок, мы о своём, о самолётовредительском. Как думаешь, до скольки вымахает Медведев, когда вырастет?

– Килограмм до ста, наверно, – пожал плечами самый молодой из собравшихся здесь игроков.

– Эта цель выполнена, – буркнул я, – иду на повышение.

– О! Ты у нас, тогда, не Малец уже, а Центнер! Хотя не, не звучит. Мальцом останешься. Не нравится – Малышом станешь, – продолжил Плут.

В целом я уже давно к подобному привык, но подошёл к нему, взял за руку и легонько сжал.

– Для тебя, товарищ, я теперь Михаил Потапович, – сказал я.

– А-а-а! Убивают! – рухнул бородач, словно я его ударил в лицо, и он начал кататься по газону.

– Насилие – не выход, – буркнул Свинопасов и почему-то сделал шаг назад.

– Хорош прошлого Мальца Кольско изображать, ирод. Не удивлюсь, если ты рыжего научил плохому. В новостях его даже показали, до сих пор стыдно, что упомянули, что он воспитанник нашего клуба, – проворчал Фантомас.

– Учитывая, что в том же выпуске рассказали о переходе Савельева в столичное «Динамо-Вымпел», считай нас вообще самыми часто упоминаемыми в СМИ, – усмехнулся Осипов и повернулся ко мне: – Сколько он там за Чухлому забил?

– 23 гола, ноль с пенальти, 18 голевых передач за 22 игры, но ещё и три удаления и девять жёлтых, – сказал я, словно информбюро, зачем-то запоминающий самые разные данные.

– Ещё на День Труда в Чухлому приезжало минское «Динамо-Трактор», в товарняке забил три раза, там по слухам Савельева и просмотрел кто-то из столицы, – сказал Плут Николаев.

– Либо же после нашего матча с ними прошлым летом, вряд ли Чухлома сама его переманила бы, – задумчиво заявил Осипов.

– У нас все собрались, давайте играть, – сказал один из помощников тренера, кажется, по фамилии Лещенко, затем добавил: – За нас тоже будет свой Медведев.

– Гарик? – уточнили несколько человек хором.

– Да, – ответил представитель команды оппонентов.

– Подстава, у него травма, кажется, зажила, хоть в состав ставь, – проворчал Фантомас.

– Вы действующие футболисты, испугались ветеранов? – усмехнулся Лещенко.

– Нет, так даже интереснее, – улыбнулся Осипов и сгрёб в объятиях Иванова и Николаева: – Хватит ныть, нормально всё. Или ставку какую-то задумали?

– Не, они в отказ пошли, никаких ставок, – быстро проговорил Плут, но, весьма вероятно, соврал.

– Если победим, в составе будем, проиграем – пробежать голыми вокруг футбольного поля. Никаких потерь! – заявил Фантомас.

– Что для вас норма, для нормальных людей стыд и позор, – проворчал бывший капитан, – вынуждаете побеждать.

– Ой, а ты, Осип, можно подумать, хотел проиграть, – сказал один из защитников.

– Николаев, играешь по Медведеву. Помнишь, что он любит под правую убирать и бить? – уточнил бывший капитан, затем его взгляд наткнулся на меня. – Полудурка на ворота ставить нельзя, бегать голым не хочу, ещё дети узнают, значит, сам встану в раму. Малец, как прописал Заречный, свободно шатается по полю и исполняет стандарты. Иванов, учудишь что-то, я тебе образ довершу зелёнкой и буду ежедневно подкрашивать.

– А что я? Хотя так бегать голым даже лучше будет, никто не узнает, – усмехнулся главный привозчик команды и провёл рукой по бритой (или лысой) голове.

– А судьи кто? – уточнил я.

– О, классику читаешь? Молодец! – за что-то похвалил меня Плут.

– В смысле? Кто арбитры? – переспросил я.

– Завхоз, охранник дядя Кеша и сантехник. Все по молодости гоняли за «Волгу», с правилами знакомы, – сообщил Осипов. – Но на подсуживание можем не рассчитывать… не будь, как Николаев, Иванов и Сливко!

– А что они сделали? – спросил я.

– Точно не знаю, но в марте утром их обнаружили на складе с какими-то девицами. Заречный за такое закопал бы футболистов, но Шишкин устроил разнос персоналу. Незаслуженно, – проворчал бывший капитан и посмотрел на виновников, те опустили взгляд.

– Косяк, даже не помню, откуда бабы, – пробормотал Плут, снова явно говоря неправду.

Дальше ещё немного обсудили стратегию. Игра была не 11 на 11, а 8 на 8, поэтому позиции некоторых игроков изменились. Впрочем, менее универсальные Свинопасов и я остались при своём: наконечник атак и исполнитель стандартов.

Осипов на воротах, остальные на роли защитников или опорных полузащитников.

У соперника, кажется, защитников не было, а на ворота поставили высокого, но при этом и весьма плотного Бывалова, являющегося тренером вратарей. Возраст помощников варьировался от 30 до 40 лет, а потому сложно было сказать, что игра идёт против стариков. Бывший капитан, когда-то игравший с моим дядей Игорем в одном составе, тоже попадал в эту категорию.

Странностью были долгие споры, которые доносились от группы помощников, так как в защиту никто из них, похоже, не хотел. Разве что тренер защитников не участвовал в дебатах. Кажется, они вообще пришли к выводу, что у нас нет нападения, хватит двух человек. Вторым игроком обороны стал проигравший в камень-ножницы-бумагу тренер по физической подготовке в штабе Шишкина.

Я мало с кем из них пересекался, а потому мог путать внешность, а имён в основном и не знал. Разве что Бывалова Аркадия Ильича я выяснил, вдруг бы из него вышел хороший спарринг-партнёр для сумо? Так себе на самом деле…

Всё это время судейская бригада играла в домино, а не теряла время.

Капитаном помощников стал мой дядя, а у нас Осипов.

– Ребёнка притащили, вы б его ещё на ворота поставили, – проворчал мой родственник.

– Ха-а, да ты что, мы ж не изверги, – усмехнулся бывший капитан «Волги», и наша команда, в том числе я, засмеялись.

Разве что кроме Свинопасова, который с хмурым лицом завязывал шнурки.

Сначала был брошен жребий. Наша команда выиграла и отдала предпочтение выбору ворот. Расположение поля и время суток особо не делало это важным, солнце светило высоко и для всех одинаково. Поначалу я не понял причины: почему капитан выбрал не право розыгрыша?

А потом до меня дошло: мы обороняемся, поэтому проще отдать право старта сопернику.

Мяч был разыгран, но нестись к нашим воротам оппонент не спешил, ведь наши игроки не рванули отбирать мяч. А вот их нападение рассредоточилось по нашей половине поля, причём некоторые даже зашли за линию офсайда, как мой дядя.

Какие-то планы розыгрыша или же надежда на судейство?

Я пошёл в сторону двух защитников, катающих между собой мяч.

– Прессинг? – спросил правый.

– Не, пробник, – усмехнулся левый и с короткого разбега послал мяч вперёд в сторону игрока не в офсайде.

Я развернулся и направился на свою половину поля, а в это время произошла скидка на ход в два касания, старший на поле Медведев бьёт, а Осипов кое-как дотягивается и отбивает мяч в сторону.

Свисток, угловой.

– Бабочки не вышло, – сказал один из защитников.

– Удар метров с тридцати, там рост помог, – проворчал другой.

Странно, но защитники не пошли на стандарт у чужих ворот.

Судя по всему, были какие-то условия. Дядя ударил, а мяч очень быстро полетел высоко вдоль ворот, но затем резко свернул прямо под дальнюю перекладину.

Капитан нашей команды легко смахнул мяч, но попал он на одного из игроков соперника, защитник запоздал с блоком.

1-0 в пользу помощников.

– Их в атаке было двое, – констатировал между тем Свинопасов.

– В штрафной, так-то около неё ещё трое было, – проворчал я.

Когда команды занимали свои половины поля, дядя, проходя мимо меня, сказал:

– Вот как надо бить издали и с углового. Силу вкладывать надо и душу!

– Ага, – буркнул я и прошёл мимо.

При максимуме силы-то я могу подобное повторить, но не с такой точностью, которой хотелось бы. Показатель силы моего дяди был 13 на момент его возвращения в город, а сейчас добрался до 15, потому что он не отлынивал от тренировок, участвуя в них вместе со своими юниорами, прилежно посещал тренажёры и бассейн.

Прогресс набора массы (мускулатуры) я мог оценить, парясь в бане с ним в разное время. Сейчас он точно был тяжелее да и казался чуть медлительнее, чем по телевизору, но против нас этого пока хватило.

– Плут, хватит пиетета, он не Венера Милосская, да и той руки-то пообломали! – крикнул Осипов.

– Да-а-а, сегодня я сам Фантомас, блокировать удары – не моё, – согласился бородач.

– Тебя после игры тоже побрить и зелёнкой помазать? Или противогаз нацепишь? – усмехнулся Иванов, носящий это прозвище.

– Не, мне такое не пойдёт, лучше голым по центру города, – фыркнул Николаев.

– Все слышали? Мы вокруг поля на базе, а Плут при проигрыше по центру города! – хохотнул один из наших защитников.

– Соберитесь, а то честь клуба на кону! – крикнул Осипов. Интересно, а он от ворот услышал разговор или в общем?

Свинопасов разыграл мяч с Плутом. Соперники побежали вперёд, организуя прессинг.

Я стоял чуть-чуть перед нашими защитниками, но, похоже, не только мой дядя был в курсе, что именно я стану распасовщиком, а потому на меня рвануло сразу двое, а родственник был чуть дальше и ко мне не спешил, но перекрывал возможный адрес.

Я направил мяч на фланг перед Свинопасовым. Защитник, похоже, был в курсе этого и бежал по направлению к мячу, но закрутка сыграла в нашу пользу. Чёрно-белый друг буквально прыгнул к нашему нападающему.

Вот только мы давно не играли и даже не тренировались, а потому Полудурок пробежал мимо, затормозил пятками, после чего вернулся, но теперь пришлось вступать в борьбу, а его, не такого уж и легковесного, соперник отпихнул руками.

– Фол! – крикнул Фантомас и пропустил момент, когда игрок около него рванул к нашим воротам, откликаясь на пас в свободную зону, после чего накатил мяч на моего дядю.

Плут, как оказалось, обладал примерно равной скоростью, но попался на финт, после которого последовал удар левой ногой. Куда медленнее, чем правой, но мяч поскакал по газону и Осипов, обладавший развитой мускулатурой и высоким ростом, не так уж просто сложился, чтобы поймать мяч.

– Хорош! – крикнул мой родственник и почему-то хлопнул в ладоши.

Даже атака без гола не казалась соперникам проблемой и упущенным шансом.

А мне вот после каждого моего просчёта обидно, вот я и ищу причины ошибок, пытаясь их исправить. На риск же идти не страшно, но хочется сыграть наверняка…

Осипов вбросил мяч рукой в меня, но практически сразу рядом со мной встало сразу два игрока.

Я кое-как навязал борьбу, которую при нечестном судействе вполне можно было бы счесть за нарушение, но свистка не последовало, но я и мяча не получил, только выбил за боковую, что следовало считать потерей.

– Блин, пихается почище Бывалова, ему точно десять лет? – проворчал «пострадавший», картинно потирая бок.

– Хорош, мяч из-за тебя упустили. Не можешь от школьника мяч загородить? – с усмешкой заявил свидетель происшествия.

Ну, по большому счёту именно второй помешал первому обработать мяч. Похоже, эти двое не были сыграны для командного отбора.

Аут был вброшен на ход моему дяде. И, если честно, я впервые видел в игре столь дальний заброс двумя руками.

Хм, а не оторвал ли он пятки от газона?

В любом случае, матч продолжился очередной атакой, дядя вырезал уходящий от вратаря навес на невысокого мужчину с пивным животом, но того успешно накрыл Фантомас и выбил мяч на угловой.

В этот раз подача снова была скорее ударом, но Осипов отбил её и сам же поймал, хотя ему пытались помешать подножкой.

Вот только нападающий завалился и начал «умирать», но не как Кольско или даже Плут.

– Сы-ы-ы-а-а-а, – сипел он, держась за ногу. Хотя наступи бывший капитан «Волги», там решето бы осталась, а не ступня.

*Свисток!*

– Пенальти. Нарушение правил, извини Осип, но аккуратнее надо! – заявил завхоз и тише добавил: – Вечно тебя стулья не выдерживают Аккуратнее надо с хрупким инвентарём, таким как эти помощнички.

Пенальти был реализован защитником, счёт стал 2-0.

Глава 6

Вот только уже было заметно, что минимум один человек умаялся под лучиками тепла. У штанги соперника Бывалов лежал на боку, подложив руку под голову. Не поднялся он даже тогда, когда мы должны были разыгрывать мяч.

– Свинопасов, ты отсюда добьёшь до ворот? – спросил я тихо.

– Нет, дальние удары – это скука. Мне нравится бег и бдыщ! – весьма громко заявил мой напарник по атаке.

– Понятно, тогда катни мне мяч, – сказал я, больше не тихарясь.

Однако своему вратарю помощники ничего не передали.

Я получил пас и сразу ударил, хотя один из нападающих попробовал набежать и заблокировать удар.

Мяч между тем полетел как по мне достаточно сильно, но метров на пять пролетел над воротами из-за порыва ветра. Вратарь даже не встал, а издевательски помахал ладонью в мою сторону.

– Блин, думал, попаду, – вздохнул я.

– Нормально, это нам надо включаться, а они пусть расслабляются. Тебя они ни во что не ставят, но матч длинный, – проворчал Плут.

– А ты почему не у дяди Игоря? – уточнил я.

– Действительно, – погладив бороду, мой сокомандник отправился в зону персональной опеки.

Немного подумав, я тоже сместился вплотную к одному из игроков атаки. Впереди у нас остался Свинопасов против двух защитников.

Бывалов выбил к центру поля, мяч не долетел из-за порыва ветра до защитника, и Полудурок попробовал рвануть к нему. Защитник, ранее проигравший в камень-ножницы-бумагу, успел раньше и катнул мяч на второго игрока обороны, а тот отправил мяч в зону между нашими игроками и вратарём.

Только сейчас я понял, что почти все помощники по скорости равны Плуту, одному из самых быстрых в «Волге», проигрывающему без шансов разве что Полудурку.

Хм, похоже, я побегаю голышом не только в пространственной щели или баньке, но и где-то здесь.

Вот только отчего-то не хочется, хотя я ничего и не теряю.

По большому счёту я участвую в дворовом футболе, пусть «двор» является подготовленной площадкой. Против меня минимум трое человек в сомнительной физической форме, а кроме того они как-то уж больно рьяно стараются подавить наш настрой своим стартовым натиском.

Предполагаю, что дело в выносливости. У меня с ней, скорее всего, дела ещё хуже, но я и трачу её по минимуму.

Спустя десять минут игры, когда наша команда действовала осторожно, но старалась вывести Свинопасова в контратаку, после хорошего выхода в неё мы потеряли мяч, он оказался у соперника, и вот его натиск уже довёл счёт до разгрома.

– Три – ноль. Кому-то пора готовиться к стриптизу, – подойдя к Плуту, заявил один из помощников перед нашим розыгрышем мяча.

Ветер тем временем усилился, а Бывалов давненько не шевелился. Пригрелся? Надеюсь, не помер.

«Тотем, их вратарь спит?» – уточнил я.

– Я сплю, грхпр-ру, – ответил медведь.

– Сходи и проверь.

– Миша, не буди во мне шатуна, сам сходи. Ситуация же не критическая?

Я поднял глаза на ясное небо и бегущие по нему три небольших облачка, после чего глянул на Свинопасова, который готовился пнуть мне чёрно-белого друга и сразу бежать вперёд. Судья свистнул.

Я ударил мяч с расчётом, чтобы он парил и падал с недолётом, но ветер утих, гол в практически пустые ворота мог не состояться, я особо не крутил снаряд, а бил на силу и пытался на точность. Вот только мяч приземлился у линии штрафной и лениво поскакал дальше, буквально еле-еле перепрыгнув крупное тело, лежащее на боку.

– Гол, – свистнул завхоз.

– Бывалов, Бывалов, – покачал головой мой дядя, но расстроенным не выглядел.

– Да ладно, пусть спит, у него дома погодки хаос устраивают, а у младшей зубки режутся, – проворчал другой член команды соперников.

Наличие лежачего вратаря их вообще не смутило.

По крайней мере, при текущем счёте.

– Да и вряд ли бабочка повторится. Сам видел, попытки до этого так себе, – усмехнулся ещё один помощник. – Просто наколотим ещё.

На том они и решили, но, похоже, не заметили трущегося около завхоза Плута, от которого были слышны извинения, а затем была стадия торга, где фигурировали «Осипов мне голову откусит» и «Пожалей, я тебе ящик пятизвёздочного куплю». Вот только судья пока отрицательно мотал головой и молчал.

В качестве ответа на наш гол последовал удар с центра поля, но не от моего дяди, пока Осипов чуть вышел из ворот и предлагал какое-то изменение в построении защитников.

Наш вратарь успел вернуться, да и мяч пролетел серьёзно выше и чуть в сторону от ворот. А вот будь сопротивление от ветра, мяч мог и попасть в створ.

Попади он в левый угол, бывший капитан «Волги» мог и не спасти, просто не успевая вернуться и оттолкнуться.

Между тем Фантомас подошёл ко мне с Николаевым на фланг и сказал:

– Кэп говорит, что надо бы попробовать в позиционную атаку пойти, надо как-то заработать стандарт, иначе не прокатит. Чую, наш вратарь бесится и хочет сам забить.

– Или пропустить. Бывалов и то лучше стоит, – проворчал Плут с усмешкой.

– Услышит, точно откусит тебе голову, – оскалился завхоз и крикнул: – Осипов, не тяни!

– Да он за мячиком ходил, он улетел далеко, но не обещал вернуться. Мы ж без подающих мячи играем, – проворчал боковой судья-охранник.

Мяч был выбит вперёд в сторону Спинопасова, ветер немного помог, перебросив защиту, но и наш игрок не успел, мяч ушёл за боковую.

– Вы бы Костика пожалели, он за каждым мячом гонится, а впустую, – проворчал завхоз.

– Костик? Это кто? – уточнил я.

– Свинопасова Константином зовут, – усмехнулся Плут, – но он и сам, наверно, отвык от собственного имени. В Ленинграде его вообще звали Свином или Хряком, а у нас не иначе, как Полудурком. И ведь собственные родители придумали!

– А вы откуда знаете? – спросил я.

– Документы в его деле видел, – коротко сказал бородач и рванул за моим дядей, на которого пошёл ввод из аута.

Мой родственник принял и в два касания перевёл мяч на противоположный фланг, где зияла свободная зона.

Однако наш соперник плохо обработал передачу, замешкался, и мяч оказался проброшен вперёд нашим защитником на ход Свинопасову.

Тот рванул вперёд, пробросил мяч мимо одного оппонента, ушёл на скорости от второго и буквально внёс снаряд в свободный от спящего вратаря угол.

Я зачем-то бежал вперёд, а потому был зрителем пусть не с первого ряда, но недалеко от ситуации.

Трепыхание в сетке снаряда и игрока разбудило Бывалова.

– Парень, ты б поаккуратнее, так себе и сломать что-нибудь можно, – перевернувшись на четвереньки заявил тренер вратарей, встал и помог выпутаться Косте.

– Спасибо, – ответил Полудурок и схватил мяч.

– Счёт какой?

– 3-2.

– В нашу?

– Да.

– Мало поспал, значит. Этот вижу, а первый кто забил?

– Медведев.

– Автогол что ли?

– Не знаю, – пожал плечами мой товарищ по команде и побежал с мячом к центру.

Следующая атака помощников представляла собой перепасовку, словно на тренировке. Три игрока передавали мяч друг другу и постепенно перемещались вперёд, но финальный пас оказался на моего дядю, тот поймал Плута на ложном замахе и ударил мяч с двадцати метров в ворота в нижний угол. Осипов немного не успел сложиться.

4-2. а ведь ещё и половины первого тайма не прошло. Насколько я понял, играли по времени стандартного матча.

Дальнейшая игра в первом тайме превратилась в одностороннюю, так как пусть Бывалов казался неуклюжим, но позицию занимал хорошо и предугадывал забросы на Свинопасова, выходя на них, а мои дальние удары вообще не представляли для него опасности из-за роста, гибкости и поразительной прыгучести при его весьма широких габаритах.

При этом из стандартных положений мы заработали разве что удары от ворот и ауты, а потому Осипов в атаку так и не смог прийти, равно как и защитники.

Вот только на перерыв наша команда ушла пусть и, проигрывая 7-2, но особой усталости у других я не заметил, а вот помощники выглядели уже весьма выжатыми. Это было в целом заметно по финальной пятиминутке, когда Плут больше не упускал дядю, а другие оппоненты старались избавиться от мяча, словно от «горячей картошки», но не играя в «треугольник» с точным пасом, а бросая мяч зачастую в борьбу.

Это было настолько очевидно, что даже я три раза смог добыть себе мяч и отправить его Свинопасову. Вот только опять же Бывалов не дал реализовать выходы один на один. Да и защита привыкла к нашему игроку, а потому не пыталась за ним угнаться, а старалась вынудить его бежать по флангу, откуда створ ворот было проще прикрыть.

– Вратаря не меняем, – заявил тем временем судья достаточно громко, хотя Осипов к нему только направился.

– Да как так-то? – проворчал наш капитан. – Надоела ваша рама, как в ней вообще можно два тайма-то стоять? Скучно и обидно.

– Не истери, а то обидишь людей, а пока они нас всего в паре моментов засудили. Сколько ж стульев ты сломал, что завхоз на тебя так рычит? – усмехнулся Плут.

– А? Много. Ну не держат меня деревянные, может, потому что батя лесорубом и плотником был, не знаю, – проворчал громила-фермер и задумчиво глянул на меня. – Слушай, Малец, а тебе не интересно попробовать пройти поле с самого начала до конца, чеканя мяч во время матча?

– Примитивно выбьют, как бы я ни упирался, во двором футболе достаточно двух человек для подобного, – проворчал я.

– А ты попробуй. Почуешь неладное, просто отдавай пас на Плута или Свинопасова. Организуйте медленный «треугольник», как у них. Тем более судьи к тебе явно не так уж плохо относятся, может и штрафной заработаешь. Тебя точно недооценивают, – сказал Осипов.

– Да блин, в защите я, Медведева прикрывать тоже я, теперь и в атаку мне? – возмутился бородач Николаев.

– И голым потом бегать тоже тебе, но голову перед этим я тебе откручу, хорош ныть, – усмехнулся бывший капитан «Волги».

– Отнимут у нас мяч, – вздохнул Плут, но по итогу именно так мы и начали свою первую атаку во втором тайме.

Я чеканил мяч, а ко мне отправился один из соперников, стоило ему потянуться к чёрно-белому другу, я развернулся. Он пошёл в борьбу, я же отдал мяч Свинопасову.

Если я шёл с чеканкой, то вот мои товарищи по команде не были сдержаны в приёмах, но почему-то предпочитали сразу отдать мне мяч, зачастую низом и в борьбу.

Мне впервые на футбольном поле столько раз ударили и наступили на ноги.

А в момент, когда наш треугольник всё же дошёл до штрафной соперника, так ни разу и не получив аута, мы попробовали вывести Полудурка на голевую позицию, но это оказалось слишком предсказуемо, Бывалов забрал мяч.

– *Цензура*, вы даёте. В первом тайме пухлый-то такого не показывал, как к нему подойти-то с таким корпусом? – усмехнулась полузащита соперников, убегая вперёд.

А вот мне требовалась передышка.

Между тем наша защита без видимых причин отняла мяч и выбила его сюда, вот только я был в положении «вне игры» и даже трогать не стал снаряд. А он между тем допрыгал почти до углового и остановился.

Свинопасов, кажется, был единственным, кто верил в такой исход, домчался и рванул к Бывалову.

– Мне! – крикнул я, занимая верное положение, пока наперерез Полудурку рванули оба защитника.

Константин просто побежал дальше, бросив мяч, даже не накатив. Мне пришлось ускориться, зато и Свинопасов теперь не был вне игры.

На решение оставался какой-то миг. Напрашивался пас, но напарник по атаке был скорее прикрыт, набегал ещё один игрок соперника, да и вратарь чуть вышел вперёд…

«Не осудят», – пронеслось в моей голове.

Я ударил так, как в режиме тренировки. Мог помешать ветер, я мог накосячить, а по ноге так точно получу…

– Ай! – возмутился я, больше для проформы, так как урон не был сравним с тем, что я ощущал в собственном воображении, но по ступне царапнуло шипами.

А мяч буквально вонзился в ближний нижний угол ворот.

– Соснин, ты *цензура*? Это треня, ты *цензура* так играешь? – рванул к нам в бешенстве мой дядя, явно не с добрыми намерениями по отношению к товарищу.

Моя команда тоже собиралась линчевать игрока команды помощников.

– Со мной всё в порядке! – сказал я, хотя вне всяких сомнений «здоровье» на миг стало 19/20, потратив виртуальное очко, вернулось к 20/20.

– Без разницы, шипами вперёд не носимся, а то мы тоже так начнём! Пал Палыч, игра-то обоюдная, – сказал Плут, загораживая меня.

– Да пардон, пардон, – явно на попятную шёл мой оппонент, но в глазах сквозила усмешка.

Он не случайно, а специально?

Ну, по крайней мере, теперь я знал его имя и фамилию.

Пока команда разбиралась, а Свинопасов относил забитый мной мяч к центру поля, радуясь счёту 7-3, я тихо произнёс:

– Режим тренировки!

Там я некоторое время провёл в дежурных попытках сразиться с Протасовым, но тот, кажется, становился только сильнее и почему-то смуглее. Где он сейчас был я, не знал.

А вот потом я очень много времени провёл в борьбе с этим Сосниным Павлом Павловичем. Он был то ли массажистом, то ли командным медиком, я точно не был в курсе.

Но одно было явно: дядю Игоря он недолюбливал, единственный не поздравлял его с голами, а кроме того постоянно бросал достаточно презрительные взгляды. На меня же ранее он особо внимания не обращал, отыгрывая опорника, полузащитника оборонительного плана.

Хотя он извинялся и так далее, но стоило остальным уйти, я заметил у него лёгкую усмешку.

В режиме же тренировки действовали правила сумо, но склонный к грязным приёмам человек раскрывался даже там.

Этот Пал Палыч успел ткнуть меня в глаза и попытаться сдёрнуть одежду, а кроме того ударить основанием ладони в шею. Такое мало кто проворачивал.

Вот только силы у него было немногим больше меня, а вес и рост были скорее средними. В сумо такие противники не представляли для меня угрозы, пусть и были неприятны.

Когда я вернулся в реальность, поначалу голода особого не было. Во время перерыва я уже был в курсе, что скоро надо будет уйти в режим тренировки, а потому я «отошёл в туалет», а на самом деле съел целый курник за трибуной.

– Тактика решает многое, – пробормотал я.

– С ногой точно всё в порядке? – положив руку мне на плечо, спросил Плут.

– Нормально, – ответил я и показал ногу без единого намёка на повреждения.

– Хорошо, но потом я покажу тебе, как надо вертеть или убирать конечности, чтобы и нарушение заработать, и самому не пострадать. Падать тебе надо было, тогда точно вскользь прошёл бы удар, – продолжил бородач.

– Давайте снова в пасы! Это кайф! – заявил тем временем Свинопасов.

– Мяч у соперника. Отнимем, попробуем, – ответил Николаев. – Но надо шустрее, они на нас пока особо не лезли, поняли, что мы пытаемся их вымотать, либо им просто скучно. Накроют в четыре-пять человек, мяч мы точно потеряем.

– Мой дядя в отбор вряд ли полезет, да? – уточнил я.

– Чистоплюй он, знаменит тем, что в обороне отрабатывает по праздникам, – проворчал бородач.

Пока мы разговаривали, матч возобновился, мяч разыгрывался соперником, но Полудурок неожиданно накрыл третье касание соперника и рванул в брешь, возникшую из-за малого количества человек в нашем матче 8 на 8.

В итоге на нём сфолил один из защитников, дёрнув за воротник, когда наш игрок уже вырывался к вратарю один на один.

– Красная! – крикнул Плут, пытавшийся догнать ситуацию.

Однако судья не показал даже жёлтой, но штрафной назначил.

До ворот было 28-30 метров, мои удары Бывалов ловил легко, но я даже не думал о реализации стандарта напрямую.

– Наконец-то, Сивнопасов – молодчик! – кричал с нашей половины поля, несущийся сюда Осипов. – Давай, малец, мочи!

Ну, с его скоростью ненамного выше моей ждать его пришлось секунд двадцать. Он даже не стал ничего обсуждать и отправился бороться с защитниками.

Хотя проблемой скорее была линия офсайда.

– Подаст на Осипа, без вариантов, – проворчал мой дядя. Стоявший в стенке.

– Может и на него, но и Свинопасов адрес. Наверняка какая-то безумная заготовка вашего прошлого тренера. Наслышан о криках в небо и прочих жестах, – усмехнулся второй человек, готовый принять удар.

Полудурок тем временем отошёл чуть назад и готовился набежать из глубины поля. При стандартах его высокий рост был хорошим подспорьем, головой он умел играть, но зачастую расчёт был всё же на скорость.

По моим прикидкам Осипов наверняка должен был сбросить мяч на него.

– Бить по свистку? – уточнил я у завхоза.

– Ой, да как хочешь, Медведев, мне всё равно. Если нужна музыка, могу и свистнуть, но танцевать отказываюсь, – проворчал пожилой мужчина.

– Понял, танцев не надо, – кивнул я с улыбкой и отошёл для разбега.

Сегодня я крутил мяч всего несколько раз, сейчас же требовалась максимальная точность, хотя Осипов вырвет и неидеальный пас, но куда лучше…

Судья всё же свистнул, а я послал мяч по высокой дуге, начавшей в какой-то момент сворачивать от ворот.

Защита и нападение толкались чуть до линии штрафной, а потому удара головой по воротам сразу не последовало.

Но и скидки не произошло.

Осипов подпрыгнул чуть выше, приняв мяч грудью. За руку его держал тот самый Соснин, а в воздухе пытался помешать мой дядя.

Мяч начал медленно падать вниз, а капитан приземлился быстрее, борьба против двух соперников его не смущала, третий пытался выбить мяч, но именно под его ногой пронёсся выстрел мячом, на который Бывалов даже не стал реагировать.

– Прямо в девятку. Ты где эту пушку прятал? Тренировался у какого-то мудреца? – с усмешкой спросил Фантомас.

– Копил силы на скамейке, копил в воротах, вот сейчас разрядил, – усмехнулся улыбающийся Осипов.

7-4, впереди была большая часть второго тайма, но перелом уже наступил.

Глава 7

– 10-17, матч закончен. Игроки победили помощников! – заявил завхоз и свистнул три раза, после чего зачем-то ещё один.

Помощники выглядели неважно. Мой дядя, забивший три последних гола своей команды, выглядел вместе с Бываловым более-менее бодро.

А вот остальные смотрелись выжитыми.

Где-то внутри я ухмылялся, добро улыбаясь хмурому дяденьке Соснину, который пытался несколько раз меня травмировать, то тормозя об меня, то пытаясь наступить на ногу, а трижды пытался стукнуть локтем.

После режима тренировок всё это было предсказуемо.

В итоге я забил только два гола, в остальном поучаствовал только пасами со штрафных.

– Не забудьте: ящик, каждому, – бросил завхоз, чуть позже проходя мимо Плута и Фантомаса, вслед за ним шли боковые судьи.

– Будет, будет, – проворчал наш рыжий бородач.

– Интересно, организуют нам игру в старте или сольются? Шишкин та ещё скотина, может упереться, – проворчал Осипов.

***

Интерлюдия

Главный тренер ПФК «Волга» прибыл в Москву на поезде и сразу отправился в ресторан «Гласность». Странная дорогая кафешка была знаменита как место для туристов. Здесь было представлено три меню: русская кухня, советский общепит и республиканская неделя.

В последней сейчас были дни грузинской кухни, о чём сообщил официант, стоило Шишкину сесть за стол к вице-президенту клуба.

Тот поднял взгляд и хмуро произнёс:

– Добрый день, Александр Александрович. Вы понимаете, зачем я пригласил Вас вместе со Студнем? Кстати, где наш юрист?

– Он расплачивается с таксисткой, – сообщил тренер.

– Так понимаете, зачем пригласил?

– Догадываюсь, но я предупреждал: концовка сезона нужна для сыгранности, а вот в новом сезоне команда будет совсем другой!

– Плохой ответ. Я не предупреждал, но на играх был. Вы же не думаете, что мой сын или племянник просто так ездят с командой побыть «воспитанником»?

– Нет, – отрицательно помотал головой Шишкин, хотя именно так и считал. У богатых свои причуды. Ну, надо, чтобы была строчка в биографии об игре в футбольном клубе? Пусть будет.

– Игра ужасна, болельщики, ради которых клуб и существует, разочарованы, а обозначенные мной в документах люди вообще вытеснены из состава. Вы папки читали? – спросил Арнольд Павлович, задумчиво крутя бумажную салфетку в руке.

– Заречный – дилетант. С его методами не выйти в Первую Лигу, а такую цель поставил Ваш брат, – поднял глаза чуть более уверенно Сан Саныч.

– То есть человек, показавший результат в кубке выше, чем Вы с любой Вашей командой, дилетант? Тогда кто Вы, раз для Вас было нанято шесть помощников и восемь игроков на сумму, равную пятилетнему бюджету при Заречном? – поинтересовался

– Да, он дилетант, а потому мне приходится ломать через колено. И папки, составленные им, это собачьи каракули! – продолжил продавливать своё мнение Шишкин.

– Папки составлял я. Лично. Предлагаете мне погавкать? – поднял очень тяжёлый взгляд Крюков.

– Н-не… нет!

– Я думал просто использовать пункт о плохих спортивных результатах. Но, раз Студень задерживается. Можно предложить и что-то «собачье», да? Мой брат – щедрый человек. Дал Вам поверх контракта ещё и агентские за игроков. Вернёте всё и свободны.

– Что? Нет!

– Это не вопрос. Иначе я своими лапками передам брату правду, какую паскуду ему посоветовал «друг». Вы же понимаете, что мой родственник горяч и достаточно импульсивен, чтобы пойти и лично… скажем так, произвести самооборону в вынужденных условиях? – произнёс вице-президент.

– Вы мне угрожаете, Арнольд Павлович?

– Я? Нет, пока что нет. Это пока что предложение. Угрозы в папке нашего юриста, вместе с самым разным компроматом, при получении которого федерация футбола да и правоохранители немало удивятся собранным доказательствам.

– Хорошо. Я верну 80%, остальное уже потрачено.

– 100% агентских. Срок три дня.

– Хорошо! – стукнул кулаком по меню Шишкин и покинул ресторан.

Тем временем за стол к Крюкову подсели функционеры из «Динамо-Вымпел», ранее сидевшие за ширмой.

– Думаете отдаст? – уточнил Торопыжка, после чего укусил калач.

– Нет, конечно. До сих пор не понимаю, зачем вообще МВД было ждать полгода? – уточнил вице-президент «Волги».

– Доказательства, связи, общение. Когда человек уверен, что от него отстали, он показывает много интересного, Арнольд Павлович, – усмехнулся сопровождающий Торопыжки по фамилии Носов.

– И как? Есть связь с теми британцами из костромского изолятора? – спросил Крюков.

– Тайна следствия. Вам достаточно знать, что эта помощь достаточна для УДО Вашему брату. Ну, а средства, потраченные на него, придётся возвращать через гражданское дело, тут уж увольте, всё по закону, – улыбнулся седовласый функционер столичного клуба. После чего отодвинул калач и уточнил: – Свинопасова так и не продадите?

– Не хочет. Ни к вам, ни в Казань, с родителями хочет побыть. А вот те пытались его спровадить, но не получается, – усмехнулся Арнольд Павлович.

– Парень талантливый, не дурак, если верить оценкам из школы, но живёт в каком-то своём мире, – проворчал Торопыжка.

– Ну да, он у нас Полудурок, а не полностью. Ладно, давайте по шашлыку? Мне сказали здесь его готовят так, что он тает во рту…

***

Миша Медведев

На следующий день после матча с помощниками Юлия Цезаревна отвела меня в соседний кабинет и дала листочек с шестью заданиями:

– Это интеллектуальный марафон, попробуй решить. У тебя полчаса, – заявила она.

– А он не для началки? – спросил я.

– Да, для третьего-четвёртого класса. Но для пятого отличие только в дополнительных, если ответишь на все, завтра отвезу тебя и ребят из других классов в институт, там будет проходить городской этап всесоюзного марафона.

– Это обязательно? – уточнил я.

Возникла пауза.

– Д-да, Медведев, обязательно! – кажется, соврала мне классная руководительница.

– А почему Петрушкины такое не получили? – спросил я.

– Хорошо, скажу всё. Сейчас решается: останется ли 5 «Д» в таком формате на следующий год, став 6, или же нет. По большому счёту среднюю успеваемость и так повышаете вы с Долотовым, но баллов не хватает, а потому, Миша, надо поучаствовать в этом мероприятии. А близнецы хоть что-то принесут своей деятельностью в спортивных секциях, но в учёбе с ними всё… непросто.

– Понятно, добровольно-принудительно, – пробормотал я и уточнил: – А на тренировку я успею к четырём?

– Да, начало в десять, всего четыре часа на все задания, а потом я должна сопроводить детей до школы, но до базы «Волги» оттуда 8 минут пешком, – сообщила дочь директора.

– Хорошо, – сказал я и начал записывать ответы на первые два задания, которые были элементарными. Они попадались мне в книгах, которые ба давала мне ещё в первом классе, правда, задачки больше понравилось щёлкать моей сестре…

Дальше сложность повышалась, но на самом деле ничего непонятного пока не было.

На всё ушло восемь минут упорного напряжения моей памяти. Я никак не мог вспомнить название одной из сказок, из которой был отрывок.

– Молодец, завтра придёшь как обычно, и мы поедем! – проговорила классная руководительница.

– А у начальных классов это будет, раз есть задания? – уточнил я.

– Последние годы, как я поняла, не проводили. Из-за разницы программ создаются неравные условия, а поэтому решено начинать с пятого класса.

– Жаль, сестра точно справилась бы лучше, чем я, – вздохнул я, мысленно сбрасывая не такое уж и нужное мероприятие в качестве подарка Аглае. Но мысли так не воплощаются.

Далее я отправился скучать, читая различные учебники старших классов, просто для общего развития. Если сестре это было интересно, то мне необходимо.

Вот червяк и некоторые другие монстры боялись соли. Медуза соды.

Благодаря «Химии» в мой арсенал отправились ещё лимонная кислота и уксус. Вдруг пригодятся? Вон медузу с её вонью избегали…

Впрочем, сейчас я читал учебник по географии. С одной стороны я понимал его содержимое, но там были не только карты, но ещё и куча всякой статистики, которую мозг воспринимал, словно счёт овечек, прыгающих через забор, и предлагал уснуть.

– Медведев. Медведев! Не спать, держи «Евгения Онегина», – окрикнула меня классная руководительница в какой-то момент.

– Он не выглядит мягче, – сонно пробормотал я.

– Читать! А не под голову и спать. Читать! Это не подушка!

– Ясно, – буркнул я.

Поэзия меня окончательно убаюкала, но я стоически сопротивлялся, пока Юлия Цезаревна не вышла из кабинета.

Проснулся я от того, что какая-то букашка ползала по моему лицу. Я попробовал её отогнать, а вместо этого моя рука поймала чьи-то пальцы..

Я открыл глаза.

– Воды нет! Валим! – раздался дуэт Петрушкиных.

Я не сразу сообразил, что из моей руки пробовала вырваться именно Бар.

– Что ты сделала? – уточнил я, хотя по маркеру в её руке и так было ясно, что теперь я был несколько усат.

– Ничего! Не успела! – выдавила из себя девочка.

– Ложь, – буркнул я, но руку отпустил. – Зачем?

– Ты сам виноват, заснул, подставился.

– Где учительница?

– Ушла полчаса назад, наверно, на обед или собрание, – потихоньку пятясь назад, произнесла Петрушкина.

– Как-то вы уж больно резво сваливаете для «ничего», – фыркнул я и подошёл к раковине в кабинете.

– Воды нет, – быстро проговорила Бар.

Я же смотрел на себя в зеркале. Синие усы определённо не подходили ни к моим светлым волосам, ни к зелёным глазам.

– Взаимность или желание? – спросил я, оглядывая себя, но новой нательной живописи не обнаружил.

– То есть усы или что-то загадаешь? – уточнила Петрушкина.

– Нет, не усы. Я устрою тебе розыгрыш, либо выполнишь мою просьбу, – задумчиво произнёс я, понимая, что похож на киношного кардинала, но бородку нарисовать не успели, а потому скорее был мушкетёром.

– Э? А что за розыгрыш?

– Кто знает, кто знает, – улыбнулся я максимально добродушно.

– А что за просьба?

– Вот здесь всё достаточно просто. Сестра хочет нарисовать портрет, а для этого надо не шевелиться несколько часов, – сообщил я.

– И всё? Почему сам не стал позировать? – удивилась Петрушкина.

– Меня она нарисовала, как и всех знакомых, говорит, что для вдохновения ей нужен кто-то новый, желательно незнакомый. А тут ты, получится: художество на художество.

– Просто лицо? И всё? Что она с фотографии не сделает?

– Ракурс ищет… но рисовать только учится, иногда выходит… увидишь, в общем. Ладно, раз против, значит, розыгрыш, – снова улыбнулся я, стараясь показать максимальное добродушие.

– Ладно. Когда и где?

В итоге я приготовил сестре добычу… то есть модель.

С одной стороны понятно, что Аглая учится, с другой выходило-то всё не так уж плохо, я бы даже сказал хорошо. Вот только попытка изобразить различные стили из учебников по рисованию временам оказывалась настолько удачной, что тётя Катя несколько дней не разговаривала с моей сестрой из-за картины, на которой был жёлтый квадрат, хотя жена дяди Игоря позировала для него три часа.

Подозреваю, что Аля заодно изучала человеческую реакцию на неожиданный итог деятельности.

Ведь без закидонов рисовала она вполне себе ничего, ведь всё началось с попытки изобразить фоторобот, а затем перешло к портрету и так далее. Но порывы к искусству у сестры были нечастыми, в художку она ходила редко, отдавая предпочтение спортивным кружкам и тому же балету.

Ну, а запугивал я Петрушкину просто из слабой жажды мести.

Вскоре учительница вернулась, причём с обоими отсутствующими близнецами.

То ли я выспался, то ли ситуация с усами меня взбодрила, больше дремать меня не тянуло и остальной день я провёл почти привычно, разве что меня снова допустили до тренировки стандартных положений.

Сегодня снова не было Шишкина, как я понял, он уехал зачем-то в столицу. Но всё же без разрешения помощников я бы не стал участвовать.

Во время тренировки я отметил, что зимних новичков команды можно было разделить на два типа: лентяи и трудоголики. Проблема была в том, что первые в основном были игроками, вторые помощниками тренера. С некоторыми исключениями, но дело обстояло именно так.

Да и сами тренировки, кажется, были куда менее интенсивными, чем при тренере Заречном.

Это уже не сегодняшнее впечатление, а наблюдение со стороны за всю весну, а кроме того такое же мнение сквозило в словах всех старичков команды. Для кого-то это было облегчением, для других поводом для самостоятельного посещения тренажёрного зала или игры на поле после основной тренировки.

Впрочем, сложно спорить, что среди лентяев-новичков было исключение: опорный полузащитник по фамилии Лебедь был невысоким, не самым быстрым, но хорошо выбирал позицию, был прыгуч, а потому неплохо блокировал мячи при стандартных положениях, а кроме того хорошо играл по скидкам.

Но нельзя сказать, что он так уж сильно превосходил ветеранов клуба или молодёжь.

Ну, половину игр я видел со скамейки, остальные впечатляли ещё меньше, хотя играли они может и правильно, но без самоотдачи пробить оборону команды из Второй Лиги было сложно.

Вечером я возвращался очень уставшим, но довольным, вот только новая машина дяди Игоря, не клубная, а его собственная, была мощнее, а потому и пугала больше даже при том, что со мной он особо не гнал.

Я ждал лета, чтобы рыбачить, а пока был запрет на вылов до 10-15 июня. Нерест и всё такое. Но зато уже скоро должна была созреть клубника на огороде и земляника в лесу.

– Сестра, тебе в воскресенье днём удобно будет нарисовать портрет человека? Я нашёл жертву… то есть модель, – спросил я у Али вечером.

– Придёт Кольско и Дашка звонила, приедет она. Кого нашёл? Мальчик или девочка? Как относится к гранжу? – явно заинтересовалась Аглая.

– Э-э, даже не представляю, если ты о каком-то стиле. Но с английского он звучит… ну, немного отвратительно. Бар это может понравиться, – задумчиво произнёс я.

– Так мальчик или девочка?

– Дикарка, воспитанная в стае, пацанка.

– То есть девочка, брат?

– Да, девочка, сестра.

– Это хорошо.

Тем временем на столе я заметил холст с жёлтой краской, которая начала отваливаться. Трещины образовали какое-то изображение. Не сразу, но я заметил линии, образующие лицо. Процесс пока не закончился.

– Пугающе… – пробормотал я. Я даже никогда не слышал, что так можно.

– А? Не говори тёте Кате, это сюрприз, – хихикнула Аля, – я заранее нанесла на холст лак, к которому краска не пристаёт. Им фактически и выполнила портрет, а затем закрасила. Круто?

– Ага, – пробормотал я.

Так и начнёшь верить намёкам, что кое-кто с Юпитера… хотя не совсем ясно, ведь тот газовый гигант, там разве можно жить?

Утром следующего дня я отвёл сестру в началку, а сам прошёл мимо территории заброшки к школе и почти сразу заметил микроавтобус у запасного выхода, там Юлия Цезаревна уже обсуждала что-то с водителем.

Когда я подошёл, то мимо меня пронёсся велосипед с тренькающим звонком.

Вот только стоило Вике Кольско соскочить с железного друга, как она тут же превратилась в отличницу-паиньку, спокойно пристёгивающую транспорт замком к забору.

– Ты тоже едешь, Миша? Я думала, что только трое «ашек»! – быстро произнесла участница театрального кружка.

– Еду, – коротко ответил я.

– Точно, ты же последний пятый отличник в параллели!

– Это в 5 «А» их четыре, в других классах ещё трое, так что я восьмой, – проворчал я.

– Ой, да какая разница? Мою подружку вообще взяли за хорошую сдачу тестового задания. Нам всему классу раздали на два урока. Контрошу перенесли, прикинь!

– Ты бы всё равно написала её на 5, да? Тогда чему радуешься? – уточнил я.

– Ой, с тобой неинтересно разговаривать, – буркнула девочка, но беседу продолжила: – Слышала, мама о твоём дяде та-а-акое говорила. Тётя Аврора-то, оказывается, его вторая жена!

– Нет, – уверенно заявил я.

– Как нет? – удивилась сестра одного рыжего симулянта.

– Вот так, – пожал я плечами, не уточняя, что штампа-то нет, хотя по факту слух выходит правдивым. Учитывая, что в паузах между декретами старшая Кольско сама работает в том же коллективе, где сейчас обе тётки, сплетня имеет под собой основу.

На птицефабрике тётя Катя работала неким связующим звеном между юристами и бухгалтерией, а тётя Аврора была проводником между моей бабушкой, её пожилыми подчинёнными и компьютерами (их системными администраторами).

– Странно. Мама сказала, что это точно. Тем более они обе в вашем доме живут, – продолжила притворяться «неосведомлённой» Вика, но говорила всё достаточно громко, чтобы её услышали взрослые у автомобиля.

– Жить и быть женой это разное, – проворчал я и просто пошёл в сторону классной руководительницы.

В следующий миг мир резко потерял краски.

– Жить, не жить, а они обе точно беременные! – продолжила рыжая девочка. Я оглянулся, а она как раз снимала шлем. Когда завершила процесс выдохнула: – Ой, а что у меня с глазами?

А в следующий миг шлем полетел в меня.

Глава 8

Я начал уворачиваться от экипировки, а передо мной заплясали буквы оповещений, в которые я пока не стал вникать.

Я точно стал быстрее, но отмахнувшись от шлема, поблизости рыжую девочку не застал, она оказалась в двадцати метрах от меня.

Вика Кольско вытянула руку над лужей, и гладь воды потянулась к ней.

Я побежал в сторону выявленной волшебницы и, похоже, спугнул. Она точно могла передвигаться очень быстро и становиться сильнее, но либо на короткий миг, либо это требовало энергии.

Блин, есть же ещё варианты артефактов, всяких рун и зелий…

Чем-то из этого всего она и воспользовалась, стремительно исчезнув со школьного двора.

– Слов нет, – проворчал я и начал вникать в оповещения.

ВНИМАНИЕ! Получено задание!

Выживите и уничтожьте всех противников.

В случае успеха будет получена награда:

- (+100 баллов к случайным характеристикам)

- (+40 баллов к любой характеристике на выбор)

- (+Новый Навык)

При провале Вы понесёте наказание:

- (штраф к характеристикам в зависимости от результатов)

- (-3 миллиона рублей)

- (месяц запрета на посещение режима тренировок или активации любых навыков, в том числе будет заблокирован вход в инвентарь)

Награда будет начислена при достижении 150 килограмм!

Штраф применится сразу после провала задания!

– Супер! – фыркнул я, осознав, что Вику-то я точно не смогу убить, но мне это очень дорого обойдётся.

С другой стороны, нет угрозы меня убить за провал.

Я много думал и размышлял: смогу ли я убить человека? Ответ однозначен: да.

Вот только не знакомого, а какого-то преступника или урода типа Франта. И только в теории, либо при самозащите. Ну, её желательно, чтобы его лицо было скрыто.

Конечно, я уже убивал монстра, принимавшего облик отца… но… я выдохнул. Рвать волосы на себе от бессилия бесполезно, буду надеяться, что придёт Воля Мира и всё разрулит.

– Тотем, оповести… – начал я.

– Она в курсе, гр-рх, – сразу ответил медведь.

– Э… понятно, это же её магия, что мне делать? – уточнил я.

– Она не знает, но попросила по возможности не убивать девочку. Далее передам почти слово в слово. Судя по тому, что Вика прошла проверку памяти и успешно скрывалась, эта Кольско далеко не слаба. Твоё задание намекает, что для нашей Истинной Ветви её надо убить, но сложность о том, что «враги» во множественном числе. Она кого-то призовёт или же кто-то прорвётся. Воля Мира не может вмешаться, иначе поддержка «Серого Мира», как ты называешь это безымянное заклинание, или «Сита», как зовёт его начальство, рухнет. Люди могут увидеть волшебство, пострадать или стать заложниками и даже жертвами… – протараторил тотем.

– У-фу-у-у, – выдохнул я, надеясь, что смогу воплотить свои слова в реальность: – оке-е-ей, всё будет оке-е-ей.

Мне требовалось собраться и в следующий раз активировать «Зачарованную Картографию», но это возможно было только в режиме поединка и показателе духа от 50 и выше.

А я… блин… я был в некоторой прострации.

Нет, я допускал, что Вика Кольско – перерожденец.

Но это скорее была теоретическая ситуация, в которую я не верил, а просто упражнял мозг.

С той же логикой можно было считать мою сестру пришельцем с Юпитера. Вздор!

Я старался успокоиться, но не мог. Воспоминание о сестре только усугубило моё настроение.

Я обошёл здание, но снаружи никого не нашёл. Ни Вики, ни монстров здесь не было.

Тогда я отправился к главному входу.

Стоило мне дёрнуть за ручку массивной двери и отскочить в сторону, как мимо пролетела струя, исходящая паром.

Ну, согреться я немного согрелся, да и мысли начали проясняться.

Или я, или меня? Выживет только один? Надо для начала обеспечить себе безопасность, а сейчас это можно было сделать, наверно, только поймав Кольско.

Если она призовёт какую-нибудь тварь, мне прогулки на свежем воздухе никак не помогут.

«Ялло, ты можешь её найти?» – уточнил я мысленно у волшебницы теней.

– Нет, могу создать тень, которая попробует найти её, не более того. Да только я предпочту оставить их у себя для самозащиты, – ответила она.

– Понятно, – выдохнул я вслух, достал камень из инвентаря и бросил в проём.

Атак больше не последовало, и я осторожно пошёл ко второй двери, но та оказалась распахнута, а доводчик снят.

Хм, как Вика до него дотянулась-то? Шваброй какой-нибудь или же сама? Ответ на это мог помочь предугадать её возможности.

Я глянул в свой инвентарь и вытащил палку.

Инвентарь (0-11):

0- Деньги: 1 425 рублей –

1- палки х194 –

2- яблоки х3185 –

3- камни х250 –

4- мешки х34 –

5- банки с водой х396 –

6- лёд х30 –

7- ветка х93 –

8- папка-конверт х15 –

9- пирожки х377 –

10- баллон с газом х3–

11- Зеркальный Пояс (возвращает полученный урон 30/30 зарядов)

Если веткой обозначались любые неочищенные деревья, то палкой только часть без листвы и сучьев. При этом древко, бревно или брусок имели иное название, а потому не могли попасть в этот слот.

Но я специально заготовил кучу примерно одинаковых палок, способных стать опорой, а по длине позволяющих проверять глубину болота и тому подобное. Палки-выручалки!

Я снял свою кепку, нацепил её на деревяшку и сунул в дверной проём, а затем и дальше.

Ничего.

Вообще ни намёка на атаку.

Я вошёл, на полу был небольшой красный круг с каким-то узором и стрелкой, направленной на вход. Похоже, вот она ловушка размером меньше ладони.

– Кровь? – глянул я на грубый рисунок, который казался немного застывшим. Но отличал его красный цвет посреди этого серого мира.

Скорее всего, да, именно человеческие жидкости были самым простым материалом для волшебства, но ведь ещё были и монстры, чью кровь можно было хранить в таре.

В любом случае я двинулся дальше.

Привычная школа превратилась в замок, в котором могла оказаться целая куча ловушек.

Одной струйки точно хватило бы, чтобы обварить меня. А умирать не охота, да и я предпочитаю париться в бане, а не применять регенерацию.

Тц, ещё из-за Соснина у меня нет виртуального очка здоровья. Сработает ли лимит стандартно? По идее, должен…

Я сунул кепку за поворот, после чего успел заметить небольшой ручей на полу и отскочить, но этого оказалось мало, как и всей моей скорости. По коридору школы пронеслось цунами, которое вымыло меня в окно вместе с рамой.

Здоровье 29/30

– Съездил на интеллектуальный марафон, значит? Да и в своей школе неплохие задачки задают! – проворчал я, осмотрелся и схватил кепку, а вот палки рядом не оказалось.

Однако удивило не это, а трепыхающийся малёк, жадно укусивший меня за палец. Я попробовал его оторвать, но не смог. А между тем тварь увеличивалась.

Пока я не раздавил его, эта смесь пиявки и рыбы успела вырасти с размеров спички грамм до трёхсот.

Что-то мне нехорошо…

Здоровье 28/30

Стало лучше, я огляделся по сторонам, повсюду блестели эти пугающие мальки. Я и пиявок-то остерегаюсь, да что там, боюсь, жуть же, а эти так ещё, когда увеличивались, вгрызались, словно пираньи какие-то.

Между тем мальки вяло подпрыгивали, но все в одном направлении: ко мне.

Я прошёл прямо по ним, вытер ноги о грунт и вернулся в школу тем же путём ровно с той же осторожностью. За поворотом меня ждал чуть более крупный узор в форме квадрата с закруглёнными углами и вписанным внутрь восьмиугольником.

На всякий случай я постарался запомнить, но вряд ли мне такое пригодится…

Я постарался вспомнить всё, что было в нашей школе связанным с водой. Вот только из-за малого интереса к местным кружкам и секциям на ум пришла разве что водонапорная башня вместе с водопроводом. Ну, унитазы там ещё…

– Живой уголок, кажется, был. Ещё в кабинете директора аквариум небольшой, но бассейна, вроде бы, нет, – пробормотал я на месте, пытаясь выманить звуками атаку.

Заодно я водил кепочкой перед собой на новой палке.

Поворот, пинком открыл дверь и помахал палкой… женский туалет чист, это уже второй.

Хм… точно!

Только сейчас до меня дошло: я двигаюсь к пристройке, где находились зал для физкультуры (вместе с душевыми), актовый и столовая.

Вот только впереди была галерея. Этакий узкий проход с высокими окнами с двух сторон. Не знаю, какой смысл в этой штуке, может для того, чтобы шум из пристройки не мешал остальным, но сейчас это было идеальным местом для ловушек.

Хм, если задуматься, запахи в столовой, шум из спортзала и актового зала… да, такое логично убрать подальше от классов, а то я бы вот отвлекался и думал только о выпечке.

Вот и сейчас я быстренько достал пирожок, перекусил, достал ещё один и только после этого начал размышлять.

Смело, но глупо – рвануть вперёд. Потрачу «здоровье», но это может оказаться выигрышем времени.

Можно ещё бросить что-нибудь и посмотреть реакцию. Вот только создаётся у меня ощущение, что палка с кепкой были бесполезны, а магические узоры активировались именно против меня.

Всё же я решил проверить, а потому достал камень и бросил его на пол. Он раскололся на несколько удобных снарядов для метания.

Усиление от различных режимов сделало меня достаточно сильным, чтобы снаряд пролетел десятки метров и разбил большие окна около лестницы.

Никакие руны не активировались.

Я бросил камень в окна галереи, но первая попытка не увенчалась успехом, камень прошёл вскользь и просто немного сотряс перегородку. Возможно, здесь стёкла были прочнее из-за наличия внутри них проволоки.

Я взял осколок покрупнее и обрушил его на ближайшее стекло, но на нём образовались лишь вмятина и сеточки трещин.

По моей логике надо было создать слив для воды.

Но тратить время на это особо не хотелось. Вряд ли там меня ожидает Кольско, явно же ловушка должна меня отвлечь.

Я размахнулся и ударил камнем окно снова, ещё раз и последний!

Отверстие я проломил. Но не в стекле, а в месте его соединения с рамой. Я надавил камнем и увеличил дырку, а после этого быстро рванул по галерее…

Здоровье 21/30

Меня снова смыло волной с рыбками, но теперь воды было куда больше, а всех рывок отцепить от себя сразу я не сумел.

Похоже, отверстия всё же немного сыграли свою роль. Как в самой галерее, так и у лестницы.

Хотя меня всё равно выбросило из школы через открытую дверь, я прошёл по улице и забрался в пристройку через «вход», созданный первым брошенным камнем у лестницы.

Воды при этом скопилось вокруг, словно в половодье у речки. Я издали глянул на руну, она почти не отличалась от прошлой, но была несколько крупнее.

Я прошёл к столовой: пусто.

Хм, может, отравила пирожки в буфете? Вика-то точно знает, на что меня ловить.

Я пересилил себя и прошёл мимо серой выпечки, да и ни запахов, ни цветов, а потому это просто асфальт, бетон и… не бабушкина готовка!

Я проверил ответвление напротив столовой, там было заперто, но я сломал каждую дверь: никого.

Тогда я двинулся на второй этаж.

Понятное дело, что снова пошла волна с сопутствующими покусываниями рыб-пиявок, но здесь я смог ухватиться за металлоконструкции и переждать.

Здоровье 13/30

Я убил всех рыбок, которые на мне повисли, словно я ёлка, а они украшения.

Руна точно такая же, как на первом этаже, а вот Вики Кольско нет.

Я вошёл в актовый зал, бывший одновременно ещё и студией для театрального кружка. Вот только есть ли здесь вода?

Впрочем, уже столько влаги призвано, что вряд ли это играет какую-то роль.

Я быстро рванул вперёд, пробежал за кулисами, побывал под сценой, но рыжей девчонки или новых рун здесь не оказалось.

Не угадал.

Я проверил раздевалки, а затем зашёл в спортивный зал.

Снова пусто.

Лестница между тем вела выше, но я даже не представлял, куда, но уже понимал, что снова пересекусь с кусачими тварями в потоке. Это собственно и произошло.

Здоровье 4/30

Рисковать жизнью я не планировал, а потому перебросил свободное очко в здоровье.

Здоровье 31/31

Судя по всему, здесь были ещё раздевалки, но пути в зал не оказалось, а вот лестница вела дальше. Замок на решётчатой двери оказался срезан, причём это нечто пробило ещё решётки и массивную металлическую дверь насквозь.

– Не люблю магов воды, они универсальны. Если умеет управлять своей или чужой кровью, мне придётся участвовать в бою. Иначе умрём все вместе, – проворчала тем временем Ялло Тамерлин, но голос больше казался не каким-то недовольным, а предвкушающим веселье.

Я мог просто войти, но достал кепку из-за пазухи, нацепил её на очередную палку и сунул за дверь.

*Тыцк! Кы-и-исть!*

Что-то ударило и обломало моё пугало, а вот воды сюда не полетела.

Я резко открыл дверь, но не стал отпускать ручку, а прямо на ней прокатился мимо огромной сосульки, пробившей мой головной убор, пригнулся и увернулся от такого же снаряда, летевшего мне в шею.

Затем ещё раз, и ещё.

Благодаря ловкости и росту скорости я сумел уклониться, всё же это не сплошной поток воды.

В итоге я оказался на крыше, но Вики Кольско не обнаружил.

Сбежала?

Я осмотрел всё и обнаружил большой круг, буквально прорезанный в кровельном покрытии, но он не был завершён. Зато имелось отверстие, через которое я мог увидеть спортивный зал.

Хотя сила у меня подросла, вряд ли я сумел бы пробить перекрытие и спуститься вниз, а потому пришлось нестись пешком.

– НА-ШЁ-О-ОЛ! – проревел я и побежал на Вику Кольско, которая рукой дырявила деревянное покрытие. Прямо из пальца била струя воды без намёка на кровь.

Девочка глянула на меня, вскочила и крутанулась вокруг своей оси, из её ладоней ударили потоки влаги, подбросившие её вертикально вверх. Я был близко к ней, как понял неладное: она-то взлетает, а вот я падаю вместе с полом.

Я разогнался и кое-как перескочил на кусок, который мне казался устойчивым, но ошибся. Оказался я в каком-то месте с деревянными полами, столярными верстаками и инструментами, припорошёнными строительной пылью.

Хм, значит, здесь есть перекрытия, которые являются «островками», остальные участки рыжая может пробить.

Учитывая улетающее «здоровье» мой пацифизм начал давать трещину. Убивать я не был готов, а попросить ба посоветовать какое-нибудь наказание хотелось. Хотя нет, бабушка добрая, а я очень зол!

Я пронёсся по лестнице и ворвался в спортивный зал. Примерно я представлял, где перекрытие на первом этаже, а потому ловышки в этот раз не сработали, хотя доски сползали вниз, но пробежать внутрь я сумел.

Вот только Вика снова взлетела на струях воды вверх, а затем каким-то образом прилипла к потолку.

Только сейчас я увидел ещё один красный магический узор: прямо на побелке спортивного зала Кольско завершала достаточно крупный рисунок, полностью повторявший узор на крыше, что она не успела доделать. Новый рисунок был куда более поспешным, меньше и достаточно грубый, но из крови.

Призыв?

Малявка говорил, что его надо прерывать.

Но как?

– Прекрати, давай поговорим! – попробовал я отвлечь внимание, пока доставал яблоко, камнем-то и убить можно.

– Я что дура что ли? – усмехнулась девочка, но не отвлеклась от начертания.

Я метнул яблоко, но его отбила возникшая водная щупальца вокруг Вики.

– Вот! Ты меня убить собрался, Миша! Я не дам тебе этого сделать! – возмущённо крикнула девочка.

– Ну, да, убийца здесь, конечно, я, – проворчал я и швырнул ещё один вкусный плод, мысленно готовясь бежать, чтобы поймать двуличную отличницу!

Мой расчёт был на то, что магическая энергия у Кольско так же конечна, как и у Воли Мира. А потому не сработало одно яблоко, сработают десять, не сработает десять, потрачу сто…

Я увлёкся и в итоге яблоки почти закончились.

Я уже начал обдумывать переход на подручный строительный мусор, всё равно же отбивает, но неожиданно водная защита не сработала, плод попал прямо в лоб рыжей, но сейчас сероволосой девчонке, после чего пришлось её ловить. Вышло всё не очень просто, деревянный настил начал сползать в сторону зияющих дыр.

Кое-как я уловил баланс, поймал Вику и даже остался в спортивном зале, но нелегальная волшебница оказалась без сознания.

Жива, да и задание не зачлось. Фух.

С потолка посыпалась штукатурка.

Я поднял глаза вверх и понял: узор-то закончен и уже сияет.

Что за чудовищ призвала Кольско?

– Брат? Отпусти Вику и никто не пострадает! – удивлённо спросила возникшая чуть поодаль Аглая, рядом с ней была Даша Крюкова, а с ними ещё одна незнакомая мне девочка.

– Ты… с Юпитера? – только и смог выдавить я сквозь нарастающий ужас от воплощения кошмаров.