Фронтовой Дневник: Крымская Операция 1944

Глава 1: Дамбы и переправы через Сиваш.

Подготовка освобождения Крыма началась задолго о страта самой операции. Начальник Генерального штаба, Маршал Советского Союза А.М. Василевский предлагал положить в основу плана удары советских войск 4-го Украинского фронта с плацдарма на Сиваше и силами Отдельной Приморской армии с Керченского плацдарма, сходящиеся к Симферополю и Севастополю с освобождением всего полуострова оккупации. 2-я гвардейская и 51-я армии у Перекопа должны были быть готовы наступать к 29 февраля 1944 года. Однако в планирование операции вмешалась стихия: в середине февраля мощный шторм на Чёрном море серьёзно повредил обе переправы на Сиваше. Требуемые для наступления силы не успели собраться на плацдарме. Начало операции было отложено, но, главное, как отмечает историкА.В. Исаев, «советское наступление в Краму зависело от мостов через Сиваш. Если просто раскисшие дороги преодолевались «студебекарами» и танками с нагруженными на них ящиками и бочками, переместить через Сиваш грузы без переправ было невозможно».

Для ускорения подготовки наступления, было решено сделать дамбы меньше в длину, а между ними навести 1352-метровый понтонный мост грузоподъёмность. 8 тонн. Паромная переправа заработала утром 8 марта, день спустя по ней на плацдарм были доставлены первые десять «тридцатьчетвёрок». Порядок переправки был таков: танк по дамбе достигал причала, грузился на паром, который сотня человек канатами выводила на фарватер, а затем паром буксировался катерами или вёсельными лодками. За сутки таким образом через Сиваш удавалось переправить до десяти машин, во время отлива – вдвое меньше, ведь тогда паромы приходилось буквально волочь. Случилось и так, что паром садился на мель, вообще прерывая переправу. И, конечно, и во время строительства, и в ходе эксплуатации переправ их обстреливал и бомбил противник. 17 марта начал действовать Сивашский мост на второй переправе. Всего в Крым к началу операции были доставлены на паромах 85 танков и ещё 68 танков Т-34 – по мосту.

Глава 2: Погода накануне операции

Ещё в XIX веке бурная погода в Крыму, нанёсшая немалый вред кораблям и сухопутным войскам англо-французских войск во время Крымской войны, побудила французское правительство наладить должным образом государственную метеослужбу. 90 лет спустя, после знаменитой Балаклавской бури 1854 года, непогода препятствовала уже подготовке Крымской наступательной операции. Сначала, в феврале 1944 года, шторм на Чёрном море сильно повредил переправы через Сиваш. В итоге начало наступления Красной Армии переносилось до конца марта, когда в ночь на 28 марта над Сивашем начался очень сильный снегопад с метелью. Как вспоминал командующий 51-й армией генерал Крейзер, буран «очень мощный, который буквально занёс снегом все траншеи, все окопы, землянки. Ветер – 12–14 метров в секунду при абсолютном отсутствии видимости».

За двое суток более двухсот красноармейцев получили обморожения разной степени тяжести, свыше 50 человек из них скончались. Снегом занесло все дороги, а еще через несколько дней тот же самый снег начал стремительно таять. Заваленные сугробами пути размывались, становились топкими и непроходимыми. «Армия, закончив сосредоточение, в течение 12 дней в готовности начать действия не начинала их из-за отсутствия погоды» - писал тот же генерал Крейзер. Вместе с тем непогода не только вынудила командование перенести начало наступления, но и невольно предоставила сапёрам чуть больше времени для подготовки проходов в минных полях для бронетанковой техники.

30 марта 1944 года прошло совещание Военного совета 4-го Украинского фронта с участием Маршалов Советского Союза Василевского и Ворошилова. В докладе на имя Верховного главнокомандующего И. В. Сталина, составленном по итогам совещания, говорилось: «Выпал глубокий снег, который вывел аэродромы из строя, а частые метели и туманы исключают возможность проведения нормальной работы артиллерии. Если погода позволит, то 4-й Украинский фронт начнет операцию не позднее 5 апреля 1944 года». В итоге погода позволила начать наступление только 8 апреля.

Глава 3: Подготовка войск Красной Армии.

Наступление в Крыму требовало основательной подготовки. 2 марта 1944 года генерал Г. Ф. Захаров отдал приказ о создании во всех соединениях 2-й гвардейской армии копий вражеских оборонительных сооружений – тех самых, которые вскоре предстояло штурмовать советским войскам.

В 3-й гвардейской стрелковой дивизии было создано полноценное учебное поле с тремя линиями траншей и ходами сообщения. Макеты ДЗОТов, колючая проволока – полевая оборона противника была скопирована максимально точно. Даже целые населённые пункты считались «занятыми немцами городами» для отработки предстоящего наступления: минирование, огневые точки в подвалах и т.д.

Захаров вспоминал: «Когда был принят участок от 51-й армии, расстояние между нами и противником составляло от 600 м до 1 км». Километр – это, в принципе, немаленькое расстояние, а под пулемётным и артиллерийском огнём и подавно. Как сократить эту дистанцию? Простое решение – сооружение ходов, ведущих вперёд от передней траншеи.

«Всего с 25 февраля по 6 апреля 1944 г. было отрыто 79 «усов» общей протяженностью более 10 км» – отмечает историк А. В. Исаев. Тем не менее, бойцам всё же необходимо было пересечь полосу обороны противника глубиной до 200 метров со всеми заграждениями на ней. И сделать это нужно было до того, как войска врага покинут убежища и окажут красноармейцам организованный отпор. Сложнейшая задача, но для её решения в стрелковых частях имелись особые штурмовые группы: стрелковый взвод или рота, сапёрное отделение, несколько огнемётчиков, по взводу станковых пулемётов и миномётов, одна-две «сорокапятки», столько же 76-мм пушек, несколько танков, а также взвод бойцов с противотанковыми ружьями. Как подчёркивал сам командующий 2-й гвардейской армией генерал Захаров, число подобных штурмовых групп должно было приблизительно соответствовать «числу объектов ДОТ, тяжёлых ДЗОТ, находившихся в полосе наступления».

Глава 4: Артиллерийская подготовка

Строго говоря, на отдельных участках фронта будущего наступления артиллерийская подготовка началась ещё за день или даже за двое суток до начала Крымской операции. Стрельба велась по определённым целям: для уничтожения узлов вражеской обороны, а также для того, чтобы ответный огонь выдал расположение немецких батарей и т.д. Следует отметить важное обстоятельство: внезапный и интенсивный обстрел наверняка обеспокоил бы противника, а то и лишил операцию важнейшего эффекта неожиданности. Эта артподготовка не должна была отличаться от обычного режима стрельбы.

8 апреля 1944 года, предваряя наступление, советская артиллерия начала работать по вражеским позициям в 8 часов утра, а в 9:25 Красная Армия прибегла к военной хитрости. Ещё со времён Первой мировой войны артиллерийский молот, разгромив первую полосу обороны противника, двигался дальше, а вслед за огневым валом шла пехота, занимая неприятельские траншеи. На сей раз все было несколько иначе. В передовых советских окопах находилось свыше тысячи чучел в обмундировании красноармейцев и касках. Когда артиллерия перенесла огонь вглубь немецких позиций, эти чучела были выставлены из окопов под крики «ура!», изображая пехотную атаку. Вражеские войска на первой линии обороны покинули свои укрытия, стали вновь занимать траншеи и открыли было стрельбу из шестиствольных реактивных «небельверферов». В тот момент на них обрушился огонь артиллерии, которую поддержали 82-мм миномёты, устлавшие немецкие позиции плотным дымом.

Наибольшими калибрами орудий, применявшихся в ходе Крымской наступательной операции с первого её дня, являлись грозные 280-миллиметровые мортиры Бр-5. Они входили в состав двух отдельных артдивизионов особой мощности (оад ОМ). «317-й оад ОМ за 8 апреля выпустил 208 280-мм гранат, 315-й оад ОМ – 242 гранаты разных типов, – пишет историк А. В. Исаев. – Целями тяжёлых орудий были ДЗОТы и блиндажи противника».