Фрилансер. Вольный копейщик

Глава 1. Вольные копейщики

ЗОЛОТАЯ ПЛАНЕТА

Отец наследников всегда в игре. Даже если они ещё не родились и неизвестно когда будут. Да и фриланс на спасение планеты заказчику не сдан. А потому Хуан продолжает менять будущее, невзирая на все обрушившиеся проблемы.

ФРИЛАНСЕР-7. ВОЛЬНЫЙ КОПЕЙЩИК

Не слушай Фрэйю — владычицу грёз,

Сталь чужая остра.

Легко рубиться при свете звёзд,

Но, не всем дожить до утра.

И нет из битвы пути назад —

— Как нет следа за кормой!

Сам Один вряд ли рискнёт сказать,

Когда ты вернёшься домой.

(«Сколот», «Крепче воин сжимай топор»)

Глава 1. Вольные копейщики

Начало Августа 2449 г, Венера, Альфа

Спуск со шпиля вниз прошёл как в тумане. Просто не помню ничего – ни как заходил в лифт, ни как ехал. Охрана на переборке между личными и рабочими покоями – а пригнал кабину я на ярус внутреннего двора дворца - что-то попыталась спросить, документы там, чип с ID, разрешение на нахождение... Я их даже не послал – по лицу парни сами поняли, куда им пойти. Наконец, двор. Подкупольное пространство. Старик и его служба всё починили, и сейчас, как и встарь, через плафоны видно бледное венерианское небо. Но я уже насмотрелся на него сегодня. Не просто так, с вершины мира смотрел - ничего интересного.

Ноги несли меня сами, я даже не думал. Кулаки не сжимались, нет – в душе зияла огромная дыра, в которую все эмоции вылетали, как в заводскую трубу. Осталась лишь холодная пустота - пустыня Марса или поверхность Тритона. Сзади кто-то бежал, что-то кричал. Девчонки? Ага, вроде мои – они как бы сегодня дежурят. Там где-то и кобылицы Сюзанны сзади, но на них мне точно наплевать. Да и на своих тоже, не до них сейчас. Вообще ни до кого.

Бело-розовые колонны. Корпус. Дом. Единственное место, где меня всегда примут, что бы ни случилось. Лейтенант на входе – вышла наружу, встретила лично. Какие-то вопросы задаёт. Карточку с ID? Шла б ты лесом, родная! Поняла, ограничилась дежурным сканированием сетчатки, и створка поехала вверх. Девчонок сзади тормознули – по одному, правила для всех.

Сеньориты на посту внутри, из молодых, грянули врассыпную – такой злой и грозный у меня взгляд. Шимановский Великий и Ужасный, блин! Своих пугаю? Плохо, но сейчас было всё равно. Ноги несли дальше и дальше, вглубь. Вызовы на браслет? Один, другой, третий? Задолбали! Всё потом, игнор. Ещё один, мигание красным – первая линия. Нафига, то есть зачем? Только что ж виделись. Нормально пообщались, продуктивно. Всё, что нужно, ты, родная, сказала, больше незачем воздух сотрясать. Снова «левый» вызов – в смысле без цветовой индикации. Плевать, никого не хочу видеть! И слышать.

Вот оно, желанное место, конечная цель. Тренировочная. Ряды татами. Норма кого-то валяет из «зелени» - практика. Ещё два инструктора в стороне - страхуют. Одна кинулась ко мне, что-то спрашивает, шарахаясь с моего мертвенно бледного лица и пустого взгляда. Говорит, говорит… Я не слышу. Плевать! Самый дальний татами. Рядом программатор андроидов – партнёров для спарринга. Что-то говорят уже обе инструкторши, и Норма третьей подошла. Малявки, которых дрючат – вторая половина дня у нас отдана физическим практикам – двинулись следом и тоже окружили нас, правда, стоят в отдалении. Мне всё равно, ничего не слышу – даже, вон, звон в ушах. Программа роботу – на максимум. Вид единоборств? Боевое применение. То есть максимальная эффективность при минимальной красоте. Не до махания ногами тхэквондо, не до выверенных движений каратэ, не до красоты кик-бокса. В бою нужна быстрая отдача при минимальных затратах энергии – вот наше всё! Прокачанный спец любого из этих видов искусств уделает бойца на спортивном татами, но вот в боевой обстановке боец как пенобетоноукладчик закатает специалиста-ногозадирателя.

«Хуан, не надо, не делай так. Ты давно не тренировался!» – пробился под черепушку голос Августы. Который я также, как и все прочие, проигнорировал.

Скинуть пиджак… О, я пиджак с вершины мира забрал? Обалдеть! Кстати, а вот насчёт кольца не помню. Точно, не забрал – оно отлетело и лежало чуть в стороне, а я вскочил и ушёл. Попрошу девчонок сгонять, поискать. Это кольцо бабушки, и оно не виновато, что первая же девушка, которой его хотел подарить вместе с рукой и сердцем, оказалась той ещё дрянью. Девушки ещё будут в моей жизни, а бабушки уже нет. Это кольцо и так случайный привет из прошлого, лучший нежданчик в моей жизни, пусть Фрейя Сергеевна возвращает.

Перчатки. Да помню я, помню про безопасность, не нудите! Губки в рот, шлем... Всё, достаточно. Запуск программы. Выход на пружинящий ковёр… И бой!

Ху-ух! Ху-ух! Вжу-у-ух!

Класс! Робот силён. Я ещё никогда не стоял с программой на максимуме. Это для корпусных суперов, к коим ваш слуга ни коим боком не относится. Ибо и в лучшие годы проигрывал, да той же Пауле! Она умничка, но классик, пришла из спорта, и во внутреннем рейтинге данного заведения котировалась так себе. Та же Оливия дала мне от схваток больше опыта, хотя стояли с нею всего пару раз. Так что я не супер, для инструкторов я мальчик. Но сейчас хотелось пляски на грани фола, а может и за гранью, игры со смертью, ибо только она способна спустить пар и прочистить мои мозги. Адреналин – величайшая штука, придуманная природой, давайте поставим ему памятник?

И снова У-ух! И Вжу-ух! Ухожу от ударов. Пытаюсь контратаковать, но не успеваю. «Погружения» достаточно, чтобы просчитать робота, вижу его движения и обманные замахи, но вот тело, мышцы… Мягко говоря, за мыслью не успевают. Словно бык колхозный машу оглоблями, а тело деревянное. Но зато вижу риск, и понимаю, что любой вот такой правильный удар, достигший цели – и я буду мёртвым Хуаном Шимановским. Или покалеченным. Смотря куда попадёт. А потому кружусь, танцую, играю в эту увлекательную игру и задыхаюсь от нахлынувшей эйфории. Наконец я могу ни о чём не думать! Я свободен, словно кондор, парящий над Андами! Ибо я и есть кондор – маленький Веласкес, генетический внук адмирала Филиппа, часть семьи и клана, которого даже не нужно признавать. Ибо легализуюсь и без признания, просто напросто женившись на принцессе. Да, младшей, а точнее средней, если считать её брата (считать надо не принцесс-девочек, а всех детей королевы, так правильно). И всё, я Веласкес, и детям эту фамилию передам в качестве главной. И клан тоже можно так назвать, в пику некоторым дряням, да и чтоб позлились других хороших женщин, постарше (не сомневаюсь, королева вернётся, просто позже). Хуан Скайуокер, блин! Кстати, «разведка» докладывала как-то мельком, что так меня называют в том числе, правда нечасто, не повально.

Эй, а вот это зря. Нельзя думать о глупостях на такой скорости. И рассечённая бровь мне станет напоминанием об этом… На какое-то время. Пока не заживёт. Но ничего, прорвёмся. Я атакую в ответ, и даже достаю робота… Но он оказывается вёртким, и приходится снова уходить в глубокую зад… Защиту.

Фу-ух! Фу-ух! Снова получаю, отхватываю по касательной и отступаю. Андроид не отпускает, догоняет и опять навязывает бой. Я больше не думаю ни о чём – некогда, только защищаюсь. Снова пропуск – а вот это больно! По рёбрам, блин! Моим многострадальным! А вот сюда бить не надо, родной, мне ещё размножаться и размножаться. Единственного ребёнка украл подонок Феррейра, а я ещё хочу детей от других девушек. Да, Фрейи с сего дня нет в этом списке, но конкретно ей мои хотелки больше не интересны, я просто буду отцом её наследников, как бы к этому ни относился. Но вот Изабелле сделаю ребёнка естественным путём, и будет у нас всё просто здорово! Если родится девочка – Евой назову. Ага, в честь той библейской, самой-самой, самой первой. Насчёт мальчика не знаю пока, может, ей как маме на откуп отдам – идей пока нет. А там сеньор Серхио обещал ей остров подарить… Почему б и не рвануть туда, как когда-то обещал? Жить на острове, на Земле, посреди моря, вести туристический бизнес… Свежий йодированный воздух, полезное для детский костей целое земное «жэ»…

Бу-ум! Так, а это опасно. Слишком опасно. Остров будет, только если я выстою и угандошу этого андроида. А сделать это может только та зелёная чешуйчатая тварюшка, что заложена в меня генетически. Ради которой я и пришёл сюда, и поставил самый высокий уровень сложности – чтоб она сагрилась и появилась. Да просто не знаю, как по-другому её вызвать! Но которой всё нет и нет, и незнамо сколько ещё ждать.

Бум! Бум! И блок. Всё, достаточно, приход наступил… И!!!...

Норма, две помощницы и взвод «зелёных» видели самоубийственный поступок Хуана. Вошёл, никому ничего не сказал, глаза пустые. Прошёл мимо, игнорируя всё, что говорят, и выставил бота на максимум. Даже она не выставляет противника на «двенадцать» – боязно. Ограничивается десятью. Было несколько раз, но под контролем коллег, и тогда она была в лучшей форме. То же, что сделал Хуан – форменное самоубийство. Да, в целом держится достойно, пока «вывозит», но против него не знающий что такое усталость и ошибки человек, а неутомимая не ошибающаяся машина, а значит самоубийство.

…И это самоубийство завершилось какой-то безумной серией. Рубашка и брюки на теле парня треснули от нагрузки, звериный рык заставил втянуть голову в плечи, а серия ударов, в которую сорвался, рвя связки и надрывая мышцы, не поддавалась глазу даже с её уровнем «погружения».

Она кинулась к пульту управления, но опоздала – программа уже засчитала роботу поражение. Вон он, валяется, отключенный, на груди и подбородке вмятины. Вмятины, Карл! Вогнутый внутрь суперсплав! Ударами простых тренировочных перчаток!

Сам виновник торжества над роботом-убийцей (в таком режиме это убийца) валялся ничком, без чувств. Лицо в кровищи, одежда порвана в нескольких местах. Дыхание тяжёлое, хрипы.

- Аптечку, быстро! А нет, давайте сразу в медблок его! Взяли, взяли, кошки драные! – А это она прикрикнула на засуетившийся молодняк. Кто-то уже нёс переносные носилки из медуголка. Аптечку тоже тащили, но лучше сразу к эскулапам, возможно, там внутренние травмы и разрывы, они здесь только время потеряют.

- Что происходит? Что мать его тут происходит? Где он? – А это в помещение, видимо, ожидая какую-то комплексную засаду, заявилась Чупакабра. Которую не могли не предупредить о том, кто к ним явился, как и доложили, в каком состоянии, но пока она шла, конечно, опоздала. – Что с ним?

- Переоценил силы. Надорвался. С дороги! Всем с дороги! – Норма сама возглавила команду, первой схватив носилки, в которых она и ещё трое девочек потащили тело Хуана в епархию медиков.

* * *

- Я жив или мёртв? – задал я первый вопрос, когда пришёл в себя.

- Думаю, жив, - ответила сеньорита, сидящая на краю моей кровати, вслушиваясь в пиканье системы жизненного мониторинга.

- Тогда почему рядом со мной ангел?

Девушка повернулась, грустно улыбнулась. На щеках её блестели слёзы.

- Сукин ты сын! Не делай так! Не делай так больше!

Она кинулась ко мне, обняла и заревела. Делала это аккуратно, боясь потревожить руку, в которую был воткнут катетер, трубка от которого шла к стойке капельницы. Но вторую руку оставили свободной, ею я и обнял её.

- Бэль, всё будет хорошо. Всё будет замечательно… Всё позади…

- Я убью эту суку! Я убью эту тварь! Она!.. Она!.. – всхлип, рыдание. – Ты из-за неё… Почему ты решил из-за неё самоубиться? Ты вообще нормальный?

- Это не из-за неё, - покачал я головой. – Нужно было перезагрузиться, прочистить мозги. И адреналин в боевом трансе – лучшее решение. Я ангел, не забывай, для меня этот робот - не такая и страшная угроза.

- Ага, для Нормы – угроза, а для тебя нет? – Её кулачок впечатался мне в плечо, но не сильно, чисто обозначить. – Девчонки мне всё рассказали. Это было самоубийство, они сами не выставляют «двенадцать», даже для себя. Инструктора, Хуан! Что эта тварь тебе сказала, что ты так поступил?

Стало стыдно. А о других я думал, когда выпендривался с роботом? Фрейя – дрянь, но на ней мир клином не сошёлся.

- Ничего эдакого. Поблагодарила за оказанную во время переворота помощь, и пожелала мне удачи в дальнейшей личной и трудовой деятельности. – Сказал, как есть, только кратко, без подробностей.

- А кольцо? Ты ей сказал, что предлагаешь руку и сердце? – Удивление. Бэль реально была в шоке от поступка сестры… Стоп! А ведь никто не знает, что произошло наверху, мы ж там одни были! И что более не состоим в отношениях даже для вездесущих ангелов – новость!

- Да. И это стало триггером. Не будь кольца – она б и дальше со мной просто трахалась. – Иронию из меня можно было собирать в кубовые контейнеры для перевозки химии. - А так пришлось официально отшить. Фальстарт у неё, короче. А всё твой братик виноват!

- А он тут при чём? – не поняла высочество.

- Это он сказал мне, что я не прав, не нужно так делать, что лучше узаконить отношения. Он, как и я, считал, что у нас серьёзно, что Фрейя хочет семью, мужа-помощника в делах, который её разгрузит, взяв все скользкие проблемы на себя. Он тоже не догадывался, что она меня всего лишь использует.

- Сука! Тварь! Мразь! Дура конченая!..

Бельчонок вскочила, затопала и ещё долго изгалялась, поливая сестру нелитературными эпитетами, стараясь не повторяться, и её лексикон внушал.

- Что теперь? – прилегла она рядом. Ну как прилегла, голова на подушке возле моей, а тело внизу, встала перед кроватью на колени.

- А теперь позови кого-нибудь из эскулапов, пусть меня вернут в строй? – попросил я. - И заодно расскажут, что со мной, и сколько так провалялся. А потом будем жить дальше. А что нам остаётся? – Пощекотал свободной рукой её носик.

Она поднялась, поправила юбку и блузку.

- Ты провалялся часа четыре. Сейчас поздний вечер. Лионелла, как узнала, что ты творишь дичь, приказала Лане брать меня в охапку и тащить сюда – чтобы из нирваны тебя вытащить. Они испугались – у тебя по их словам очень красноречивый был взгляд. Заодно меня тут прокапали, пока ты в отключке – ни следа похмелья, представляешь?

Представлял. И улыбнулся. Пожалуй, впервые после вершины мира. Меня любят, обо мне заботятся, и делают это совершенно правильно. Даже не имея информации о том, что произошло наверху, позвали Бэль, а не ЭТУ. Аналитическая психология в корпусе, как обычно, на высоте.

- Ну, вот я и тут, жду, как очнёшься, - мило улыбнулась она. – Сказали, вот-вот, тебя чем-то эдаким не кололи, только чтоб спал, пока бровь зашивают и грудь перебинтовывают. А ещё твоих вызвали, дочерей единорога которые. Как поняла, Фрейе специально ничего не сообщали, но Бергер ей «стучит», так что она в курсе. Но не пришла, не позвонила, не попыталась увидеть.

- Ну, а смысл, если со мной всё в порядке? – криво усмехнулся я.

- Не так уж всё радужно, - покачала Изабелла головой. – У тебя ребро сломано. Лионелла сказала, легко отделался, могло быть хуже. И растяжения есть. Но не критичные – жить будешь. Переломов нет, вывихов нет. Прям везунчик! А, ну да, там бровь рассечена, и костяшки сбиты, но такие шрамы мужчину украшают, потому о них не говорю.

- Иди уже, информационное агентство, - улыбнулся я, а мог бы дотянуться до её попки – шлёпнул бы. - Я встать хочу, а тут капельница.

- А насчёт жить дальше – я согласна! Как раз то, что сама хотела предложить. – Она выдала потрясающую улыбку, развернулась и убежала, свободная юбка сделала финт, приятно скрасив моему мужскому глазу картину прекрасной… Части тела Бельчонка.

* * *

М-да, столько лет, столько жизненного опыта (уже), а – дурак-дураком! Ну на кой чёрт мне нужно было ставить бота на максимум? Повыпендриваться захотелось? Теперь буду три-четыре недели мучиться. Нет, из-за химии ребро должно поджить раньше, но квест на две недели, когда нельзя глубоко вдыхать, гарантирован. И мышцы болят. ВСЕ мышцы. Круче было только тогда, когда мне оную химию только начинали колоть, когда спасала лишь горячая ванная, да и то на время. Ладно, тогда справился – и сейчас прорвусь. Растяжения тоже не приятны, например, стрелять сейчас не стоит, запястье правой руки болит. И кожа на пальцах свезена… Ну, а бровь вообще не считаю – переживу, хотя на неё и наложили шов. Так что констатирую, отделался легко.

Ах да, одежда вся на выброс, как и превращённые в хлам туфли, но я и не планировал, что будет иначе. Жаль старикана Феррари, разорится он так со мной… Хотя, он сам говорил, себестоимость костюмов – жалкие центаво, а вот дружба с будущим отцом наследников – бесценна. Сейчас я стоял перед зеркалом и привычно щеголял формой офицера департамента безопасности с позывным «13-6» на грудном кармане, в военных же привычных ботинках, чувствуя, что раздобрел, пока не жил в этих стенах – форма налезла, но жала. Завтра надо будет передать данные в хозчасть – на будущее, а на гражданке как-нибудь сам переоденусь.

- Брат, привет! – А это мне в объятья кинулся Эдуардо, неожиданно влетев в каюту, где я приходил в себя после медбокса.

- Я попросила Лионеллу его позвать и дать разовый пропуск, - пояснила валяющаяся на койке Паулы, комментируя мой вид Изабелла. – Если эта сука так поступила, то это дело семьи. А брат – это моя семья, самый близкий человек. Расскажи ему всё, пожалуйста. Нам надо знать.

- У тебя ещё есть отец. И тётя. Да и Сирена уже не в ауте… - заметил я.

- Прежде чем «мутить» семейную ссору с участием отца и тёти, я хочу заручиться поддержкой брата. – Логично, чо. – Потому пошли, поговорим, и чем скорее – тем лучше.

И мы пошли в столовую. Куда чуть раньше ушли дочери единорога, убедившись, что у нас всё в порядке, жить будем. Там сейчас ужин, мы хотели чуть позже подгрести, они нам грозились столик занять.

Сели все вместе, под немой укор персонала сдвинув аж три столика. С нами присели по моему приглашению две «пятнашки» и одна из «гномиков» - все, кто был на ужине из моих. Девочки Марты для всех всё равно «гномики», хоть их вместе с Белоснежкой осталось шестеро. М-да. И я кратко, не вдаваясь в эмоции, рассказал об отставке, данной Фрейей вашему покорному слуге.

- Вот дура! – констатировал Эдуардо после паузы, во время которой все полученную информацию переваривали.

- Ага, - кивнула Мари-Анж.

- Не то слово! – поддержала «гномик». И остальные закивали. Но до оскорблений главы государства никто, слава богу, кроме её брата и сестры, не опустился. Выучка.

- Что теперь будешь делать? – Это он мне.

Я пожал плечами.

- Думаю. План есть, потому я вас всех сюда и позвал, его надо вместе обсудить. И первый вопрос – жилищный.

- А что с ним не так? – не понял братишка.

- Эдуардо, я – жених её высочества, - кивнул на засмущавшуюся отчего-то при этих словах Бэль. – Будущий член семьи через брак с нею. На который, брак, кстати, Фрейя официально, пусть и без свидетелей, дала добро. Так и сказала, чтобы я на ней женился, она девушка хорошая, и у нас всё будет замечательно.

- Да чтоб ей! – вспыхнула Бельчонок, и хотела разразиться тирадой, но я осадил.

- Не кипятись, она и правда так сказала, потом подробности озвучу. Но говорила она что-либо, нет – мне это не важно, я и без этого тебя никому отдавать не собирался и не собираюсь. Политики больше вокруг нас нет, а значит подаренное тебе в том ресторане кольцо в силе, и ты моя невеста, а не подруга для перепиха на досуге.

Изабелла довольно раскраснелась, даже некрасивый эпитет проигнорировала. Вау, она это умеет? Не знал. Кстати, искомое кольцо-артефакт из прошлого у неё на пальце, со времени моего предложения ни разу его не снимала, что о многом говорит. Я погнался за политикой и сделал не ту ставку, но высшие силы, слава богу, вернули всё по местам, что сейчас и демонстрируют.

- Так что я не могу заявиться в гостиницу, даже если это будет самый роскошный отель Альфы, - озвучил я реалии для девчонок и принца. - Я должен снять жильё, соответствующее статусу принцессы правящего дома. А это время – даже если сейчас, на ночь глядя, выведу объявления, найду нужный вариант, созвонюсь и договорюсь, дом должна проверить ваша клановая СБ. Сирена пришла в себя, ты в курсе? – посмотрел я на Эдуардо, тот в ответ кивнул. – Она просто так не даст никуда вселиться. Безопасность прежде всего, и я ни разу не собираюсь с этим спорить. И получается, что из всей огромной Альфы могу заночевать только на базе корпуса… Куда никоим образом Изабеллу поселить нельзя. Военный объект, всё такое, и совершенно точно не для семейных пар.

- М-да… - потянул он. – Давайте ко мне езжайте. У меня дом пустует, я во дворце обитаюсь. Да я и раньше туда только девчонок возил – там порядок, но он мне не нужен особо. И если что…

- Нет. – А это слово взяла Кассандра. – Твой дом под угрозой. Тебе ведь сказали пока там не появляться?

- Я не.. Но… - Братишка замялся. – Да, Сирена говорила. Давно, до атаки на дворец ещё.

- Сразу после того, как террористы взорвали норку Бэль? – сдвинул я брови.

- Да, но то ведь…

- Дом Бэль взорвали очень изощрённо, - надавил я, ибо если твой брат – балбес, не надо кричать и ругаться, нужно объяснять. - Там всё было проверено несколько раз. Где гарантия, что с твоим всё хорошо? Продавай этот дом, плохой актив. Подбери, через Сирену, разумеется, что-то другое.

- Ах йо-о-о-о!.. – Эдуардо хлопнул себя рукой по лбу. – Затык. Не подумал. Считал, я вне удара.

- Все дети королевы под ударом. – Кассандра, как условно главная здесь от охраны, пожала плечами.

Про квартиру на улице первого космонавта Гагарина никто и не вспомнил. Безопасность нулевая, да и не подходит она принцессе по статусу.

- Может ты правда пока поживёшь тут? А я у себя, во дворце? – накрыла ладошка Бэль мою руку.

- Нет, – уверенно покачал я головой. – Из принципа не хочу. Я должен быть рядом с тобой, как твоё продолжение. А ты моё. Во дворец нельзя – не после того, что устроила Фрейя… Да и Бэль, здесь я буду среди красоток. А у тебя даже пропуска постоянного пока нет. И не факт, что сестра разрешит Лионелле его сделать. Ты ж лопнешь от ревности!

- Хуан, я прощу тебе красоток, - искромётно улыбнулась она. – Так и быть.

- Это очень похотливые сучки! – предупредила с интересом следящая за нашими ужимками и гляделками Гюльзар. – Ты не знаешь их нравы. И настойчивость носорога в желании обладать телом Хуана. Они тут год назад такие забеги с элементами детектива устраивали…

- Я переживу, пусть живёт среди похотливых сучек. – Бэль была невозмутима. – Лишь бы подальше от самой опасной сучки, единственной и неповторимой на всей планете. – Кулаки её злобно сжались. - Игры закончились, и я верю своему мужчине - он не будет изменять, даже живя в малиннике, полном красоток. А и изменит. – Нахмурилась . – Я ему яйца отрежу, а потом пришью, и скажу, что так и было. Пусть пробует.

- Малиннике, полном красоток… - отщёлкнуло у меня в мозгу – сознание зацепилось за эту фразу. – Безопасность уровня принцессы правящей династии… - продолжила эстафетный забег другая мысль. – Бэль, а, знаешь, я нашёл жильё! – Я просиял. – Временное, разумеется. Но пока что нам будет, где перекантоваться в Альфе. Да чего тянуть – поехали прям сейчас, заселимся! А вещи – завтра перевезёшь. Если, конечно, ты согласна со мной в любой омут, в горе и радости.

- Я согласна с тобой в горе и радости, даже в омут! – Она прижалась ко мне и чмокнула в щёку. Пришлось убирать руку за спину и обнимать её, но я люблю такие квесты.

- Тогда Патрисия, вам, - мгновенно перенастроился я на рабочий, он же боевой лад. – Собирайтесь, будьте готовы выдвигаться.

- Есть! – отчиталась Кассандра.

- Свяжись со Светой, предупреди, едем в город, высочество с нами, и там и останется до утра, шероховатости согласуем с нею лично вживую.

- Есть. – Снова кивок.

- Мари-Анж, Терезу на связь. Неформально, чтоб не от меня звонок был, так надо. – Сделал просящее лицо. - Скажи, с завтрашнего дня всё изменится, график дежурств сместится, так как я теперь в вольном плавании, и меня больше не охраняют, как члена семьи главы государства. Если сможет – пусть подгребает к одному адресу в Альфе, проведём там военный совет, как нам организовать нашу оперативную группу и жить дальше.

- Поняла, - кивнула крестница, хотя ни икса не поняла. Ну, лишь бы сделала, у Терезы мозгов побольше, решим.

- Снежке – то же самое, - кивнул я «гномику». - Если она сможет на ночь глядя сорваться в центр Альфы – пусть сообщит, скину адрес. Эдуардо, извини, тебя с собой пока не беру. Есть причины, о них потом. Но как освоимся – на новоселье приглашу, просто не прямо сейчас.

- Да не вопрос, брат! Всё понимаю. Свои заморочки? – Нравится мне в нём эта жизнерадостность.

- Ага.

- Тогда по коням! – первой встала, подавая пример, Кассандра. Ах да, мы ж доели, и теперь только обсуждали план действий.

Я зря подумал, что Фрейя, не явилась, узнав, что со мной всё в порядке. Явилась. Правда, не сразу. И у неё были уважительные причины. Но когда мы шли к шлюзу, а она в окружении кобылиц Оливии словно астероид сквозь глубины космоса двигалась навстречу, мне было на эти причины плевать.

- Хуан, я!.. – Старшее высочество собиралась сходу бросаться в атаку, то есть мне на шею. Глазки испуганные, во взгляде раскаяние, осознание, что натворила… Но я остановил, вытянув руку, не дав напрыгнуть на себя в приступе щенячьей радости, дескать, «я рада, что ты жив».

- Стоп! Не надо, стой там! У меня ребро сломано… Хотя тебе это должны были передать.

Показная обида на её лице.

- Хуан, я не могла прийти раньше. Союз запросил переговоры. У нас с Максвеллом и отцом было экстренное заседание Совбеза. Просто я знала, что тут Изабелла и с тобой всё в порядке, но там война…

- Стоп! – повторился я. – Ваше высочество, я всё понимаю. – Глубокий поклон – издеваться – так издеваться. – У меня нет никаких обид в ваш адрес – я всего лишь перенапрягся на татами, со мной всё в порядке.

- Хуан, Союз не хочет воевать. Они согласны на переговоры. Но у них есть свои условия…

- Снова стоп! – Руку, блин, можно не опускать. – Ваше королевское высочество, кто я такой, чтобы обсуждать со мной государственную стратегию? Я всего лишь ваш любовник в отставке. Прошу, не разглашайте ради меня государственные секреты. Эти стены умеют хранить тайны, но и у них есть уши.

- Хуан, я… Да что ты несёшь? – не выдержала она. – Какая отставка?

Издевается? Выбрала тактику «отказняка», дескать ничего не было, а мы не договорили? Фиг ей, перетопчется! Но ответить я не успел, в этот момент в игру вступила Изабелла, выйдя вперёд меня и закрыв своим телом.

- Уходи. Он больше не твой. Просто уходи.

Пауза. Как говорят драматурги: «Немая сцена».

- Мне нужно поговорить с Хуаном, - выдавила Мышонок, всё поняв. И главное, её космолёт улетел, и лепет о незаконченном разговоре никому не интересен. Яда во взглядах сестёр было больше, чем у всех змей во вселенной вместе взятых. «Уйди с дороги, растерзаю» - читалось в обеих.

- В другой раз. – Изабелла напоминала камень, скалу.

- Мне нужно поговорить с моим женихом. – Подняла Фрейя указательный палец, на котором было надето кольцо бабушки. С безымянного, видно, слетает – он чуть тоньше, тут и на указательном свободно держится. – Мы с ним не договорили. Ты мешаешь.

Ну, значит не придётся посылать девчонок искать кольцо. Осталось только забрать его у этой паршивки.

- Фрей, сними. И отдай. – А это я. – Оно не твоё. Ты отказалась.

- Я передумала.

- Поздно. Просто отдай.

Снова мы молчим, переглядываемся все втроём. Все, кто шёл с нами и с её стороны, и с нашей, разбрелись подальше, чтоб не попасть под раздачу.

- Хуан, давай не будем пороть горячку, - снова попробовала она. - Тут есть изолированные помещения, пойдём, пройдём, поговорим. Я объясню тебе всё. Всё не так, как ты понимаешь.

- Все разговоры с моим женихом только в моём присутствии! – отрезала Бэль. Никогда не слышал в её голосе столько стали. Сестренские отношения закончились, она реально готова драться до конца, каким бы её конец ни был.

- Нам не о чем разговаривать. Мы всё обсудили. – А это я.

- Хуан, ты просто многого не понимаешь! – повысила она голос. – Давай не будем пороть горячку. Я…

- Вы сказали всё, что нужно, ваше высочество, - снова склонился я. – А я услышал. И насчёт того, что не понимаю… Отчего же? Всё верно, Цезарь должен быть только один. А много Цезарей – нехорошо (1).

- Хуан, я была не права! Дай мне объясниться! – закричала она.

- Нет, - покачал я головой. – Зачем ты себя обманываешь? Меня ладно, я переживу, но себя не обманывай. Ты была права, Фрей, всё так, как ты сказала наверху. Просто имей мужество не только принимать сложные решения, но и отвечать за них. Цезарь всегда отвечает за свои поступки, и это первое, чему я тебя учил, пока… Хмм… Как ты сказала, «навертел» дела.

- Но я… - Смущение. Зло. Досада. Наконец, косой взгляд на Изабеллу, и мимолётная, но читаемая вспышка ярости – убить готова. Но решила пытаться достучаться дальше:

- Хуан, этот разговор… Он был ошибкой. Я была сама не своя! Как в каком-то тумане. Позволь мне всё исправить?

- Сестрёнка, лети в космос! И руки прочь от моего мужчины! Даже не думай к нему приближаться! Даже на метр! На два метра! Урою и закопаю! Ты всё поняла!

А теперь опасно. Даже у меня под ложечкой засосало, ибо впервые увидел Белку… Такой. Она никогда ещё не позволяла подобных слов, а главное, не сквозила такой безбашенной решительностью. Такая она и правда набросится на сестру, и надо срочно уводить ситуацию из негатива, пока не случилось непоправимое.

- Я разговариваю не с тобой! – рявкнула старшая Веласкес, и только то, что я обнял Изабеллу, остановила её ответный выкрик.

- Фрей, ты всё слышала. Нам не о чем разговаривать, - попробовал взять я разговор в свои руки, пока не поздно. – Просто имей мужество закончить начатое, и отдай кольцо.

- Я не хочу, чтобы всё закончилось ТАК! – обвела она рукой вокруг, а из глаз её покатились слёзы.

- А как ты хотела, говоря то, что сказала, там? – пренебрежительно хмыкнул я. – Что я буду мальчиком-болванчиком, приносящим по утрам в зубах тебе тапочки? Ты ошиблась адресом, Фрей. За этим тебе к Себастьяну Феррейра. И мне наплевать, что там выдвинул Союз, что сказала Канада или как поступил император Себастьян. Ты хотела власти, хотела править – вот и правь, всё в твоих руках. Фенита, у тебя свободный полёт. Оставь меня в покое, у меня теперь своя жизнь, и разгребайся, как хочешь.

Снова молчание. Пауза на подумать. И новая попытка увести тему, не разбивая горшки:

- Ты жесток, Хуан.

- Я? – сделал я круглые глаза. – Нет, ни в коем разе. Я просто требую к себе базового уважения. Тебе был нужен помощник антикризисник, который вытащит ситуацию в стране в самый скользкий момент. Всё остальное ты знаешь, умеешь – не твои слова? Всё, у тебя мир на планете, у тебя так нужная королевству война вовне, все ключевые посты и войска под контролем – правь не хочу. Вот и отпусти меня с миром, не втаптывай в грязь, не делай болванчиком, приносящим тапочки! Я фрилансер, вольный копейщик, и моя работа закончена! Давай, дерзай, покажи всем, чего стоишь. Ты ведь этого хотела, говоря слова, за которые, ты это знала, я никогда тебя не прощу?

И снова тягучее молчание, словно кисель. Но уже не раз говорил, эта девочка из тех, кто умеет признать ошибки.

- Хорошо, ты прав. – На глазах снова слёзы, голос дрожит, но удар она выдержала. – Чего ты хочешь?

- Первое – верни кольцо. Это подарок от бабушки. Она написала записку из прошлого, где хотела, чтобы я подарил его девушке, которую люблю, и которая любит меня. Ты таковой не являешься, предложение тебе – большая ошибка, потому просто верни. И второе…. Раз я больше не твой помощник, и нахожусь в вольном плавании, то и твоих шпионов и агентов влияния рядом не потерплю. Сюзанна хорошая женщина, но больше рядом со мной не будет никого, кроме моих.

- А вот это не тебе решать, - покачала она головой, и в уголках глаз её я увидел пакостное ехидство. – И не мне.

- Тебе. – Уверенно кивнул. А если Сирена начнёт упираться, напомни ей, что взводы номер тринадцать, пятнадцать и восемнадцать по результатам операции «Кабальеро плаща и гитары», а именно, после их демарша на улице Северного Форта, списаны, и оставлены в корпусе исключительно в качестве опергруппы для одного единственного человека. Я даже процитирую её фразу: «Хуан, для тебя групп не напасёшься». А потому моя группа охраняет меня, ибо я являюсь лицом, близким к члену правящей династии. – При этих словах сгробастал стоящую рядом Бэль за талию. Та довольно улыбнулась, только что не мурлыкнула. – Но более никого рядом со мной быть не должно. Особенно Сюзанны и «старых дев». При всём к ним искренним уважении – как профессионалы они просто супер.

Стоим. Молчим. Кто-то там сзади хотел пройти по коридору – судя по звукам, не пускают. Правильно, слишком эпохальный для страны момент, подождут. Эта возня вывела из созерцания, и Фрейя, всё взвесив, наконец, сдалась:

- Хорошо. Я поговорю насчёт твоей группы. – Пауза, вздох, затем она страдальчески подняла руку и сняла и правда великоватое кольцо. – Держи.

- Всего хорошего, ваше высочество, - склонил я голову, и добавил с пафосом. – Великий Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя.

И величественно удалился, догоняя девчонок, которые должны уже встречать снаружи вместе с дежурными взводами «девятки».

Дошли до поворота в коридор, в конце которого и располагается собственно главный шлюз, когда сзади раздалось:

- А-а-а-а-а!

Бегло обернулся. Далеко за спиной разъярённая Фрейя бросилась на стенку, молотя по ней кулаками. Лив с двумя напарницами пытались оттащить её и успокоить… Но это были уже не мои проблемы.

(1) Фраза «слишком много Цезарей — нехорошо» принадлежит Арию Дидиму, который сказал её Октавиану, когда тот рассматривал возможность позволить Цезариону, сыну Клеопатры и Гая Юлия Цезаря, стать преемником матери и править Египтом. Октавиан последовал совету и казнил Цезариона в Александрии. Хуан троллит Фрейю, которая имеет классическое аристократическое образование и всё это, разумеется, знает.

Глава 2. Вольные копейщики (продолжение)

Глава 2. Вольные копейщики (продолжение)

Макс и парни прислали сообщение – едут, а Макс и Тимура до кучи прихватит. Я ушёл на этаж выше, а они на пару всё это время организовывали нашу будущую службу безопасности. Искали людей, кто может проводить проверки, копать подноготные проверяемых, и так далее. А что, фирма основана? Основана. В ресторан деньги вложены? Вложены. Так что каким бы там консортом я ни стал, Гор бы вернулась, и проект заработал. Из девчонок Снежка отзвонилась первой, ещё до встречи с Фрейей в коридоре – всё бросает и мчится, но только чтобы я «не чудил без неё, она рядом – всё решит». Волнуется. Я про себя очень тепло улыбнулся. Отбил ей текстом адрес, прося не называть вслух – Бэль суёт носик с вопросами, куда это мы намыливаеся, не хочу портить сюрприз. Тереза связалась чуть позже, голос усталый и заспанный. Сказала, приедет. Заикнулся было, мол, не надо, завтра с утра подргебёшь, с девчонками, не горит, но она сказала поздно, весь взвод уже едет, «а он в постели оказался хуже, чем я думала, глядя на его размер». У всех свои горести. Даже Мари-Анж с подругами прибились к нашему кортежу – Кассандра взяла их в свою машину. Ну, раз сами так хотят…

- Хуан, ну всё-таки, что за сюрприз? – «Либертадор» ехал медленно, изредка наваливаясь на борта в моменты поворотов. Белка сияла, и на волне эйфории изводила меня вопросами. Ссора с сестрой не только не огорчила её, такое впечатление, она наоборот, была рада, что закончилось именно так. И если бы расстались мирно - было бы хуже для её внутреннего равновесия.

- Вот любопытный бельчонок! – усмехнулся я и провёл ей по носику. – Всё сейчас узнаешь. Нет-нет! Только обнимашек не надо, если я терплю, не значит, что мне не больно!

- А сильно больно? – тут же переключилась она в режим заботливой мамочки.

- Ну, если стоять или лежать без движения, то даже не заметно. А если резко дёрнешься, или глубоко вздохнёшь... – К моему выходу с территории дворца, уколы как раз отошли, и резко заныли и морда лица, и сбитые пальцы, и, особенно, рёбра. – Ты не думай, я привык терпеть боль. Я даже в карцерах до «двоечки» дошёл. Так что не надо делать такое соболезнующее лицо: я ангел и мужчина, по любому из этих пунктов готов выдержать такую нагрузку.

- Ужас. – Её покоробило, передёрнула плечами. – Я только в «десяточке» стояла. И то не долго.

- Принцессу, и в карцер поместили? – Я хрюкнул, пытаясь не рассмеяться, ибо от смех отдаётся резкими уколами, от которых вылезают на лоб глаза.

- Это же ангелы. «Не нравится – вали, мы тебя не держим», - передразнила принцесска чей-то тон. - Осталась на волевых. И, кстати, не пожалела.

Ну да, трёхмесячная базовая подготовка, курс молодого бойца – это не полный курс «зелени», как у меня. А большего принцессе и не нужно. На «мозговёрт» же она потом ещё три года ходила, развиваясь постепенно, без спешки. Вообще-то «троечка» погружения это уровень бойцов королевских спецподразделений, она прокачана по самое «не могу», просто для меня этого уже мало. Да и для нашей охраны. Специфика заведения. Но детей своих, пожалуй, подвергать такому риску не буду, пусть растут естественным путём. Ну, разве только совсем припрут обстоятельства, но зачем им тогда крутой папа, если чтобы выжить, придётся отдавать мозги на перепрошивку? Лея Филипповна хоть и любящая мать, но я её поступок – всех троих детей пропустить через аппаратное мозговое ускорение – не одобряю. Ах да, ещё больше не одобряю, когда Бэль со своим ускорением обижается и начинает драться. Ручка у неё только с виду лёгкая. Но это уже другая обида.

Так мы и болтали ни о чём, пока Света не сообщила в ухо, что подъезжаем, после чего я погасил все визоры, имитирующие вид из окна.

- Бука ты! – надула губки Изабелла.

- Сюрприз – так сюрприз! – расплылся в пакостной улыбке я.

Машины свернули, изменился наклон пола - заезд вниз. Мордашка спутницы всё заинтересованнее и заинтересованнее. Снова качение в сторону – свернули вбок на нижнем ярусе - паркуемся. Раз, другой. Наконец, встали.

- Приехали. – Голос Васильевой в ухе. – Выходите. И Хуан, нас тут встречают.

Нажал активацию люка, тот поехал вверх. Кряхтя, вылез первый, подал руку сеньорите.

Та, поправив после сидения в машине юбку, с интересом заозиралась, но пока интерес не удовлетворён – мы стояли на стандартной типовой, пусть и уютной подземной парковке, каких в городе тысячи. Наш «Либертадор», две машины спереди, одна сзади, из которых тоже выходили девчонки, и поголовно с оружием.

- М-да, и что это? – наморщила принцесска лобик.

- Парковка, - честно ответил я и потянул её дальше - ко внутреннему входу, с парковки в здание. Где уже стояла группа встречи - шустро они! Макс, Тимур, Снежка, и, собственно, Мадлен, управляющая данного заведения. У клуба на самом деле трое тайных хозяев, которые нигде не фигурируют, так как официально владельцами числятся ничем не примечательные физики, и я не стал их разыскивать, чтобы спросить, а в курсе они вообще чего собственниками являются? Так как за одним из номиналов – подставная фирма под крышей УДС, то есть Сирена в своё время выкупила долю контроля у реального теневого воротилы, выступает совладельцем, и узнать это получилось только после того, как королева лично «слила» мне данную информацию. Естественно, понимая такое соседство, два других совладельца пустили тут дела на самотёк, а Мадлен, не будь дура, организовала себе вторую «крышу» попроще, чтобы все видели, что она не сама по себе, не паля при этом хату конторы королевы. И Феникс, похоже, если не знает об этом, то подозревает, ибо «Братство» хоть и считается покровителями данного клуба, но также не пытается активно лезть, стричь купоны и деньги, разве что изредка их личный состав тут бесплатно оттягивается. Без излишков, скромно, совсем не похоже на безбашенных боевиков, которым сам чёрт не брат.

Ну, и над входом горел баннер с выгнувшейся обнажённой красоткой в шляпе фокусника на голое тело и окровавленной пилой в руке, рядом с которой красовался аксессуар – ящики с распиленными остатками другой жизнерадостной красотки – ноги в одной стороне, голова и бюст по самые буфера в другой. И эпичненькая надпись: «Добро пожаловать в фантазии пьяного престидижитатора! Здесь вы сможете реализовать самые смелые и невозможные свои мечты».

- Это что… Бордель? – отвисла челюсть принцесски.

- Обижаешь! Это лучший публичный дом в Альфе! – с пафосом воскликнул я. Поскольку мы подошли к группе встречи, ребята и Мадлен меня услышали и заулыбались. Особенно Макс, который, не стесняясь, заржал, правда, для приличия, отвернувшись в сторону.

- Лучший публичный дом для людей с богатой альтернативной фантазией, – поправила Оливия, которая хоть и лыбилась, но моську напоказ скрутила кислую.

- То есть для извращенцев, - перевела вставшая рядом с нами Васильева, и она единственная была вот вообще без эмоций. Бордель? Ну и бордель. Не лучше и не хуже других объектов, вся наша жизнь – один большой бордель. Главное, это здание хорошо защищено, его легко охранять, ей остальное не важно.

- Ты предлагаешь нам временно пожить… В борделе для извращенцев? – снова отвисла челюсть Изабеллы. После чего она внимательно осмотрела хихикающие и ухмыляющиеся рожи комитета по встрече, задумалась, приняла для себя какое-то решение, улыбнулась и в голос уверенно заявила:

- А почему, собственно, и нет? – И прижалась ко мне. Я чуть-чуть взвыл – рёбра, больно. Поняла, отстранилась. – Везде была, всё видела, но чтобы жить в борделе – вот это прикол так прикол! Вся Альфа упадёт! – Она реально была в шоке, и шок это не был гневным и негативным.

- А не смущает, что… Хм… - Света всё также играя буку, стояла с абсолютным равнодушием, и сейчас просто интересовалась. – Что ты принцесса, и пока считаешься наследницей сестры? И не просто посетишь, а будешь проживать в такого рода заведении?

- Я тут со своим мужчиной, а не на б#дки. – Бэль картинно нахмурилась. – Остальное – тлен. Пусть завидуют. Ну что, Хуан, знакомь, кого не знаю?

Не знала она только Мадлен. Это не настоящее имя, разумеется, но для всех пусть будет так, остальное только в досье. Администратор сего милого места расшаркалась перед принцессой, но не лебезила, не пресмыкалась, как я боялся. Держала гордую марку. Впрочем, клиентами этого места являются ОЧЕНЬ влиятельные люди, у неё есть опыт общения с аристократами. Тут даже королева иногда бывает. Ну, для разговора со мной, во всяком случае, не поленилась приехать. А перед ней всего лишь какая-то девчушка, её крышелётка-дочь!

Мне с Мадлен предварительно и парой слов перекинуться не удалось – Бэль всё время была рядом. Отстучал запрос в текстовке, посетовав на свои горести, и что в огромной Альфе больше негде. Но мадам мгновенно отписалась – возможность есть, приезжай, всё организует. Тут же отстучал Максу, чтобы сам с ней поговорил – на нём вопросы безопасности. Судя по выражению, пообщаться он успел, но кратко, и его красноречивый взгляд на девчонок намекал, что детали обсудим вместе с ангелами.

- Ну, пошли, показывай, что ли… - подвёл я итог тёплой встрече.

- Заведение было основано более ста лет назад, - начала мадам экскурсию для Бельчонка. Я как бы уже знал. Но я не был в помещениях для персонала – самому интересно. – Кто являлся первым владельцем, почему так назвали – не знаю, меня все спрашивают, но эта информация потерялась, только сказки. Но заведение изначально планировалось как элитный клуб для тех, кто любит доминирование, унижение и боль. – Мы шли по коридору, неплохо, но мягко освещённому, свет создавал тайну, интим. При этом красная дорожка намекала, что посетителю тут рады. – Есть женское доминирование, есть, наоборот, мужское. Работаем и под клиентов-мужчин, и под дамочек.

- То есть если я захочу поунижать мальчика, вы можете такого предоставить? – загорелись глаза Бельчонка.

- Да, у нас всё есть, но по предварительно договорённости, не наскоком. Мы же клуб, у нас почти всё по записи. И оговорим степень воздействия – до какой степени будет простираться это унижение, от этого зависит стоимость контракта. И да, стоп-словам следуем чётко, мы солидная организация, у нас всё «белое» - только гибели раба от болевого шока не хватало! Если хочешь сразу пожёстче – пропишем, подберём снаряд и аксессуары, и объект, согласный на такое воздействие. И ещё условия. Клиентам свои лица показывать нельзя, только в маске, без разницы, сотрудница ты или тоже развлекаешься. Договариваться о встречах за воротами – запрещено строжайше, даже если госпожа не сотрудник, из клиентов, и встретит знакомого. Сотрудницу – за ворота, госпоже – волчий билет, и разнесём по всей Альфе по неформальным каналам, чтобы наши коллеги тоже были в курсе. Альфа довольно большая, но по сути город маленький, все друг друга знают.

- И часто вы вместо своих девочек подкладываете клиентам в качестве «госпожи» клиенток-женщин? – усмехнулся я.

- Постоянно! – Мадлен не смущалась. - Ни одна девочка так не сыграет, как реально озабоченная стерва, жаждущая доставить мужчине боль. Как правило, довольными остаются обе стороны. Но как уже сказала, допускаем не всех, и таких дамочек предварительно многократно проверяем, контакт возможен не сразу. И ещё, в качестве рабынь клиенток-женщин клиентам-мужчинам не подкладываем – был печальный опыт.

- Я хочу попробовать побыть госпожой! – пискнуло идущее рядом существо. – Я ни разу не пробовала – повернулась ко мне, сделав просящие глаза.

- Я тебе дам, госпожу! – поднял вверх кулак. – Я тебе дам клиентов-мужчин!

- Хуан, меня забавляет твоя ревность, - усмехнулась мадам. – Особенно после того, как ты притащил сюда свою задницу, и свою избранницу, члена королевской семьи, на глазах у всей Альфы.

М-да, уела. И не возразишь.

- Но могу в качестве просвещения раскрыть секрет, который знают все, - покровительственно заулыбалась она. - Согласно законам жанра, половой контакт между госпожой и рабом не обязателен. А по моему личному мнению – даже вреден. А если клиент начинает терять берега и брать то, что не положено, и госпожа не может взять ситуацию по контроль, у нас есть специальные стоп-слова и реагирующие на них «сладкие мальчики» вот с такими бицепсами, которые быстро наводят порядок. У вас, как погляжу, для этого есть свои девочки, - оглянулась она за спину, хотя ангелы уже обошли все помещения, следом никто не шёл. - Так что тем более не вижу проблемы.

Кажется, я одновременно краснел, пыхтел и очень злился, в большей степени на себя и своё улётное решение. Сейчас оно уже не казалось таким клёвым.

- Милый мальчик! Давно не видела, чтобы юноши так отчаянно краснели! – продолжала издеваться мадам.

- Я вас всех… Покусаю! – только и мог сформулировать я.

- Вот так выглядит лучший из имеющихся люкс, - зашли мы в один из номеров – цель нашего путешествия. – Роскошь – часть антуража, здесь она, конечно, максимально пафосная, но и в других номерах не хуже, мы не ударим в грязь лицом. Есть отдельный вид поджанра вроде пыточной, тюремной камеры, но это не про вас. В каждом номере кроме кровати встроенный шкаф, комод – если честно, больше в качестве аксессуара, на него можно поставить что-то типа часов, или положить наручники. Это создаёт атмосферу. Но вся мебель настоящая, можно спокойно пользоваться. А также журнальные столики, стулья, мягкие кресла и диванчик. Так, приспособы, куда крепить цепи, кольца и верёвки вам тоже без надобности… Дальше. Ванная.

Прошли в смежное помещение. Угу, с джакузи! И ага, в форме сердечка – как-то уже раз был в подобной, с совсем другой девушкой.

- С расчётом, чтобы могло поместиться четыре-пять человек, - поясняла мадам. - Душевая. Всё рабочее, в превосходном состоянии – это не под вас, такие в любом номере, если что-то надо ещё – донесём. - На полках стояло мыло, гели, шампуни, в том числе какие-то средства для интимной гигиены. – Чуть дальше туалет.

Вышли назад.

- Это - шкаф с реквизитом. Можете использовать, но если не нужен – просто оставьте как есть. Положено иметь в каждой комнате – пусть лежит. Вы люди взрослые, без детей, которые вечно лезут и всё растаскивают, так что…

М-да, сейчас челюсть отвисла у меня. Девять только плёток самого разного размера и калибра висели на дверце изнутри, рядом хлопалки типа мухобоек. Ошейники с карабинами, в том числе шипованные. Шипованные лифчики. На полках лежали наручники, как жёсткий вариант, используемые гвардией (настоящие, если что, и ключи рядом на брелке, который сложно потерять), и вариант с мехом для розовых соплей. И кляпы. И фаллоимитаторы самых разных размеров и конструкций – ого, и такие бывают? А на этой полке приспособления, чтобы девушка могла девушку. А эти штуки чтобы задницу заты... Короче, ну их. А тут поинтереснее – кожаное бельё, латекс, аксессуары. Ушки, блин, кошачьи! И хвостики. Кошачьи, лисьи, ещё какие-то… Ага, с такими же штуками, чтоб кое-куда вставлять, как на той полке. Блин, а вот это что за хрень? У меня не хватает фантазии, чтобы предположить, для чего оно. И вот это что за фигня?

Стоящая рядом Бэль раскраснелась и тяжело задышала. Чего-чего, Бэль и ЗАСМУЩАЛАСЬ???Нет, она мне не раз говорила (я спрашивал), что не по этой части. Пробовала - не понравилось. И когда она доминирует, и когда её. «К этому нужно иметь предрасположенность, Хуан, а то получается, получила по жопе, а удовольствия никакого». У неё было много мальчиков. И девочки были. Но она – классик. Так что и я, и она – оба краснели, как двести тридцать восьмой плутоний на стойке РИТЭГа.

- В общем, развлекайтесь, - снова заулыбалась пакостница Мадлен, достигнув цели и выведя нас из равновесия. – Бельё свежее, застилаем перед приходом клиента, когда он уже оплатил, так что девочки только-только застелили. Меняем каждый день, если надо. Что нужно – спрашивайте, закажу ночной доставкой. В Альфе можно купить что угодно в любое время, вопрос оплаты, у вас всё включено.

- А почему именно этот номер? – спросил я.

- Так королевский люкс! – Мадлен не смутилась. – Он у нас чуть в стороне от основных, и для него у нас отдельная парковка. В смысле, можно выйти на любую парковку, и в главный холл, но тут сделано так, что проще приехать и уехать через персональную. А следом идёт вход в сектор для сотрудников – чтобы вы могли и приехать/уехать, и пообедать/отдохнуть, не заходя в основную клиентскую зону.

- Чтобы ВИПы с другими клиентами не встречались, - кивнула Бэль.

- Знакомая система? – поддел я.

- Ага. Я была в таких местах, но больше по классике. – Небрежный кивок на шкаф с реквизитом. - Кто работает с высшей аристократией… У тех везде так принято.

- Так что если что надо – оперативно доставим, - повторилась Мадлен. - Если честно, у нас бывали клиенты, что останавливались надолго. Рекорд заведения что-то около двадцати дней, но лично при мне было только семь. Так что всё предусмотрено для долгого нахождения. – Замялась, нахмурилась. - Но чтобы прямо жить тут… Это будет интересный опыт! – загорелись огнём её глаза. А сеньора та ещё штучка! – По связи. Если я не на месте – дежурный администратор на стойке в главном холле решит любой вопрос. Пойдёмте, проведу по техзоне.

- А это – технические помещения. – Мы вошли в зону с надписью «Служебный вход» и пошли его исследовать. Что скажу, тут тоже не плохо! Отнюдь не тараканник с окраины. - Ваше высочество, по клубу убедительная просьба перемещаться исключительно через них.

- Чтобы не мешать бизнесу? – поняла Изабелла.

- Конечно. Там девочки работают. Деньги зарабатывают. Там клиенты – заплатили за отдых. Зачем мешать и осложнять им всем жизнь?

- Всё понимаем, Мадлен, – успокоил я. – Никаких проблем. В рабочую зону не ходим. А тут у нас… - Я завис на полуслове.

М-да, это была раздевалка общей душевой, где как раз, видимо, помывшись, переодевались две жрицы любви «из под клиента».

- Привет, девочки. Это Хуан и Изабелла, наша «крыша», - взяла в свои руки ситуацию мадам.

- Очень приятно!

- Очень приятно! – заулыбались феечки… С просто восхитительными фигурками, и не думающие стесняться голого тела (а с чего бы при их профессии?). Представились в ответ сами.

- Они будут жить у нас, в королевском люксе. – Тон мадам был предельно серьёзным. - Предупреждаю сразу, Хуан не клиент, проявлять уважение, не совращать! А то окажетесь в шлюзе без скафандра, и я скажу, что так и было. – Картинный опасливый взгляд на Изабеллу, но та решила не поддерживать грозный имидж и просто промолчала.

- Да-да, конечно!

- Всё хорошо, Мадлен! Мы понимаем!..

- Вот и отлично. И остальным вертихвосткам, кто пока занят, передадите по смене.

Девочки погрустнели, но не сильно. Сорвалась игра «обломинго интересного самца», а в целом на серьёзные заигрывания никто, похоже, и не был настроен. Специфика работы…

Пошли дальше.

- А тут у нас столовая. Завтрак в девять, обед в двенадцать, ужин в шесть, но по-честному, когда кто свободен, тогда и приходит. Еда всегда свежая – следим.

- Кто как из под клиента вылезает, - усмехнулась Изабелла, - так и приходит.

- У каждой работы свои нюансы, - не поддержала весёлую иронию Мадлен и серьёзно пожала плечами.

В столовой стояло четыре столика человек на шесть, за одним сидели и трескали двое парней лет тридцати с толщиной шеи у обоих как у некоторых талия.

- Это Пьер и Антонио. Наши доблестные блюстители порядка, сегодняшняя смена. Занимаются безопасностью бизнеса, к вам сказала не лезть, но если будут вопросы и пожелания, если надо будет состыковать вашу и их работу, чтобы не мешать друг другу – пусть Максим и девочки обговорят вопросы отдельно.

- Сделаем. Дай обвыкнуться! – скрестил я руки на груди. И правда, мы не собираемся лезть в охрану девочек от клиентов. При этом внешняя безопасность заведения на нас, а не на них. Да и внутренняя… «Крыша» есть «крыша», мало ли какие могут возникнуть проблемы у клуба, в который ходят аристократы-извращенцы?

За другим вкушали, весело болтая, ещё три феечки, из одежды на двух были только полосочки, имитирующие трусы, на другой трусов не было, но зато тело облегал шикарный пеньюар. Парни-охранники на это пиршество тела не смотрели никак, вот вообще – профдеформция такая профдеформация. А за стойкой стояла ещё одна барышня, но одетая в обычную, не эротическую униформу, лет под пятьдесят. Скорее всего, тоже феечка, только вышедшая на пенсию.

- А это наш общепит. Привет, Клара! – помахала мадам ей.

- Мадлен? – склонила голову та.

- Наши гости. И ещё будет их охрана. Много охраны. Так что с этого дня готовить больше. Позже поговорим, с утра со сменщицей подойдёте, сделаем предварительный расчёт.

- Поняла, - снова склонилась властительница столовой.

- Еда бесплатная, - продолжила Мадлен, когда мы вышли. – Ибо для своих, для сотрудников. Качество высокое.

- Готовите из тех же продуктов, что и для клиентов? – понял я.

- Да. И твой любимый виноград если что есть! – весело стрельнула она глазами, обернувшись. – Многие девочки живут прямо тут, - пояснила она Изабелле. – Заведение не против, наоборот. Это удобно, никаких опозданий и прогулов. Да и девочки клуб так больше ценят – всё же Альфа недешёвый город, а в Центре жильё снять – вообще адский ад. А тут комнатка маленькая, но своя. Поработают такие год-два-три, и уезжают. Многие замуж потом выходят.

- За клиентов? – А это я ляпнул.

Мадлен нахмурилась, но неожиданно ответила без сарказма:

- Пара случаев была, что и за клиентов. Мы не поощряем связи сотрудников и клиентов, но сами понимаете, любовь – такая штука, что уследить невозможно. А так в основном у нас девочки в большинстве из провинций, и, скопив денег, уезжают обратно. Где с деньгами хорошо - устраиваются и ни о чём не жалеют.

- Где их никто не знает, - тихо прошептал я.

- Не факт, - покачала головой Мадлен. – Иногда не скрывают. Всё же у нас не Красный квартал, заведение элитное. Трудовые договора, страховка за риск, медобеспечение – свой доктор есть, могу с утра познакомить. Анализы три раза в неделю, все дела. И ставки повыше среднего по городу будут.

- Но и квалификация соответствующая, - поддержала Изабелла. – Причём очень специфическая. – А теперь её губы расплылись в мечтательной улыбке. Э-эй! Что у неё там на уме? Мне уже заранее страшно!

Ещё несколько раз встречали девочек. Ни на ком из них не было комплекта одежды, чтобы полностью закрывал все интересные части тела. А ещё, учитывая, что время около полуночи, местные феечки специально делали так, чтобы встретиться с нами, даже типа проходя мимо. Всё же мы вызвали ажиотаж.

- Вот, типовая комнатушка для сотрудников. Обстановка удобная, не спартанская. – Мы зашли внутрь одного из типовых жилищных блоков, которые шли в этом коридоре в ряд по двадцать дверей слева и справа. – Стирка отдельно, в конце коридора – кстати, у вас своей нет, скажете кому-нибудь, девочки отнесут, постирают. Связь, сети, генератор полей для визоров – качество изображения высокое, - указала она на стену, где был потушен голографический генератор. - Всё, что нужно, чтобы перекантоваться несколько лет.

М-да, и столик, за которым можно, например, писать. На стоящем в углу оном столике был, видимо за ненадобностью, не погашен визор, с которого на нас смотрела страница с текстом и схемами с логотипом «Венерианская юридическая академия» в верхнем правом углу. Название папки звучало как «Юриспруденция. Арбитраж. Лекция 114». И виртуальная планшетка для письма на столешнице – кто-то писал тут курсач или диплом, но ушёл к клиенту, не став закрывать работу. Судя по тому, что август начался на дворе – заочница.

- Уютненько! – выдала вердикт Изабелла.

- Стараемся. – Мы вышли. – Это чтобы вы понимали, как тут устроено. Мы не гонимся за каждым центаво, не выжимаем из сотрудников последнее. Потому, что в этом случае и отдача от девочек куда больше. По поводу безопасности, Хуан, понимаю, поговорим отдельно? В моём кабинете?

Угу, если девочек не кормить – они начнут «стучать». Но даже если холить и лелеять, патриотки найдутся, её СБ в виде Пьера и Антонио, и им подобных, не имеет нужной квалификации, и этот вопрос – проверка, чтоб не «стучали» - ляжет на Макса.

- Да, разумеется. – Я сделал Бэль глаза: «Это мужское дело, я твой охотник на мамонтов – не вмешивайся». – Ладно, мы заселимся, и давай через полчаса собираем консилиум. Тут ещё два кадра должны подъехать, взломщики, ты их знаешь.

- Ах взломщики!.. – Мадлен расплылась в понимающей улыбке. Видимо, парни оставили тут хороший след, наверняка на полную пройдясь по девочкам – бесплатно же!

Пройдя по всему служебному блоку, запомнив предназначение и расположение разных частей, входов и выходов, мы с Изабеллой вернулись, после чего она прыгнула спиной на широкую кровать, которая способна выдержать если не роту, то взвод, и завалилась на неё звездой, раскинув руки и ноги.

- Я буду жить в борделе! – произнесла она, глядя в потолок. Потолок был зеркальный, но не в смысле там зеркало, а хорошо надраенная плитка. Изображение было, но смутноватое, без деталей.

- Удивлён, что ты это так легко приняла, - честно признался я. - Думал, будешь нос воротить.

- Я ж не Фрейя, - хмыкнула она. – Та бы обиделась. А мне наоборот, интересно. Хотя, если б ты предложил на базе, в столовой… - Ехидно заулыбалась. – Но тебе повезло, и сейчас я добрая, согласилась.

- Тут полно девах, и все ходят… Мягко говоря… - Я показал на себе особенности женской фигуры, отличие от мужской.

- А в корпусе их было меньше? – подняла она голову, подложив под оную руки. – Тут девочек не больше четырёх десятков – я по комнатам посчитала. Может пять – кто-то живёт снаружи. А там – три сотни.

- А вид? Они ж голиком шастают! Или почти голиком. А у нас только мылись в таком виде, а в душевой секс – табу. Внутреннее правило. – Я открыл шкаф и стал выгружаться. Снял китель, повесил на плечики. Отстегнул наплечную кобуру с «Орлом» - эту на полку. Обновляю сей предмет мебели, так сказать – а правда, для чего в номере такой большой шкаф, что сюда класть? Вещи клиента? А в процессе игр они дойдут до шкафа, или их просто вон на тот столик или диван откинут, чтоб не мешались?

- Ты видел глаза мальчиков в столовой? - заулыбалась паршивка. – Пара дней, и ты как они, вообще не будешь замечать и возбуждаться. А ещё у тебя есть я, и я всегда сниму излишнее давление в твоих штанах. Встала на колени и начала расстёгивать блузку. – У нас есть время?

- Давай не сейчас? – скривился я и дотронулся до грудной клетки.

- Извини. Забыла.

- Я осёл. Перемудрил с этим роботом. Из-за этого теперь… - Скривился я, ибо и правда сглупил. Стыдно.

- Не бери в голову! – уверенно воскликнула она. – Моя сестрёнка кого угодно до белого каления доведёт, она умеет. Я не обижаюсь и потерплю. Как будет нормально – скажешь. Я имею в виду без обезболивающего – не хочу, чтоб ты зря травился. Я твоя невеста, ты мой и только мой, подожду. В этом отличие долгих отношений от разового перепихона.

Сильно сказано! И все точки расставлены. Всё, я её добыча, её собственность, никаких «отмазов» и рыпания. Да, мне и самому не хочется дёргаться и искать альтернативу, но ведь попытаюсь – прилетит же! Не поймёт.

Блузка снята, снят и лиф. Бэль поднялась, подошла и поместила их на полку выше – вот и с полками, кому какая, разобрались. Блузку откинула небрежно, хотя тут висят плечики. А Фрейя – аккуратистка, - промелькнуло в голове, но я отогнал эту мысль. Дочь ванов – табу! Затем быстро стащила юбку – эту почему-то повесила. Тонкие кружевные трусики, подумав, оставила. После чего прогулялась к шкафу с реквизитом… Я внутренне заранее содрогнулся… Порылась там, и…

Нет, зря боялся – просто ночная. Пеньюар, и почти скромный – чуть выше середины бедра, что надо прикрывает. Чёрный, прозрачный, но оставляющий место для фантазии. Соски просвечиваются, но в целом целомудренно.

- Пока в этом похожу, - заявила она, и моё возражение тут явно не предусматривалось.

- Бэль, мы идём на важное совещание, - попробовал всё же увещевать я. - С твоими будущими подданными.

- В смысле, «подданными»? – Она недоумённо нахмурилась. Хмм… Возможно, я взял не тот эпитет, ну да бог с ним – сама всё поймёт.

- Там объясню. А ты в этом. Неподобающий вид.

- Хуан, мы в борделе! – сделала она шаг ко мне, ТАК сверкнув глазами, что я на оный шаг непроизвольно отступил. – Ни слова больше, а то обижусь, посчитаю, что это с твоей стороны глупая издевка. Нет, ты не прикалывался, везя меня сюда? Не издевался над бедной сеньоритой? И сейчас не выпрыгнет известный ведущий с криком: «Вас разыграли!»? Тогда я буду ходить в чём хочу, и только попробуй что-то сказать!

- Я… Не против. Но интересные части тела должны быть прикрыты! – Это всё, на что меня хватило. - Это моё условие, и не обсуждается! И да, трусы не снимать – тоже условие…

Да, капитулировал. Но альтернатива хуже. Поуламывайте обижающуюся девушку, с которой у вас серьёзно! Когда обида не надуманная, а… Есть за что. Пусть идёт, не голиком – и ладно.

- Так что там с моими подданными? – пошла она к дверям. – Мы идём или нет?

- Пошли, - обречённо кивнул я – а мне всё равно не во что переодеваться. Форменная рубашка безопасности и форменные же брюки – достаточно.

* * *

До кабинета мадам не дошли. Входящий звонок, причём над бровью загорелась зелёная цветовая индикация – контакт из списка скрытых и очень стратегических. Не из тех, что вась-вась, а серьёзные люди.

- Иди, догоню, - махнул Изабелле.

- Я забыла, где там что. У меня топографическая память так себе.

Обернулся – разумеется, мы были объектом внимания, и по перпендикулярному коридору в сторону столовой шла феечка в похожем пеньюаре, только куда более прозрачном, и без нитки трусов под оным.

- Уважаемая! – Повернулась, жест: «Я?» Наигранный, знает и кто мы, и для чего тут. – Да, ты. Проводи сеньориту в кабинет Мадлен… Пожалуйста.

Меня удостоили обиженным, одновременно томным и раздевающим взглядом, но волшебство имени мадам сделало дело, феечка взяла принцессу под локоток и повела, о чём-то тут же спрашивая, вступая в разговор. Две сеньориты в таких вызывающих ночнушках… М-м-м-м! И чего у меня ребро сломано?

- Да, Карлос, слушаю, - ответил я на вызов, отстраняясь от вечной проблемы – раздумий «за баб». Ибо никто из «зелёных» не будет звонить зря, а Дювалье – так вообще сейчас ключевой персонаж на политической карте Венеры.

- Хуан, привет, - начал полковник. – Извини, что поздно, но не терпит.

- Не страшно, я не скоро лягу, - усмехнулся я, представляя время – второй час вообще-то.

- Мне позвонила Каролина. – Пауза. Я знал, что он хочет спросить, но пусть спрашивает сам. – Она сказала, ты не во дворце. С Изабеллой.

- Допустим, - мысленно кивнул ему я.

- А Фрейя во дворце. Ревёт, рвёт и мечет. Лина боится в жилой блок идти, хотя там вроде как ей каюту предоставили.

- Карлос, к делу! – поторопил я.

- Хуан, у вас всё кончено? Ты в отставке?

Шустро. Но чего я ждал?

- Да. Фрейя меня бросила, я отстранён, но пока не официально. Такие проблемы быстро не решаются, а прошло мало времени, она ещё сама не знает, чего хочет. – Иногда лучше резать по живому. И говорить правду.

- Так понимаю, остальная страна узнает завтра?

- Завтра… Наверное. Если инфа уйдёт от неё, или от третьих лиц. Я умыл руки.

Пауза, молчание. Карлос собирался с мыслями, но, наконец, сказал по-военному, прямо, как есть:

- И что же теперь будет? Хуан, мы по сути сдались в плен, так как выступали на стороне мятежа. И таких, как мой полк – много. И все наши договорённости – устные, и гарантом их выступал один человек. И это не Фрейя Веласкес! – повысил он голос. Страх. За будущее людей, которые от него зависят, которые в него верят, которых он, возможно, подставил. – Парни пока не знают. Узнают утром. Но до утра у нас есть время – скажи, что теперь делать? Чего ждать, что будет?

«Нам бежать? Прятаться? Или высочество подтвердит все договорённости?»

Они поверили не ей. Мне. А я с Олимпа ушёл. И пусть не завтра, но, допустим, через месяц высочество может заявить, что ничего не знает о наших соглашениях, Хуан ей и государству никто, и покарает всех, хорошо если хотя бы условный срок и без конфискаций.

- Карлос, сейчас мы разъединимся, - начал я, ибо, если честно, не знал, что говорить. Я мог бороться, бодаться, но ДАТЬ ГАРАНТИИ, что дочь ванов всё подтвердит, не мог. – После чего ты ОФИЦИАЛЬНО, подчеркну это, делаешь запрос во все возможные инстанции. От штаба бригады, до генштаба, министерства обороны, комиссии Сената по военному делу, и даже в организацию всепланетной спортивной лотереи пошли запрос. И в этом запросе ТРЕБУЕШЬ, тоже подчеркну это слово, всю информацию по протоколу «Абсолютный хищник». Запомнил название?

- Что за протокол такой? – после паузы спросил полковник. – Я слышал про него, но не въехал в тонкости.

- Новый протокол. Ему около месяца. Это последнее, похоже, распоряжение, подписанное королевой. О назначении меня под позывным Мегалодон ответственным за ликвидацию террористической угрозы в Альфе. Мне передаются под контроль ресурсы первого, второго, третьего, пятого и шестого управлений, гвардия столичного региона, департамент безопасности, контроль сферы ПКО ВКФ, и ещё куча других служб. Так понимаю, поскольку ополчение мы мобилизовывали под флагом решения вопроса с террористической угрозой, то ВСЕ части, поднятые под ружьё из резервистов, также подчиняются мне, и только после – кому-то ещё. Вы – также перешли на нашу сторону, хотя правильно сказал, изначально выступили на стороне террористов. То есть и ты, и все, кого сманила Каролина, подчиняетесь мне, а не Фрейе. Ибо это последний приказ, который я вам отдал, а значит иные, от иных лиц, кроме королевы, имеете право игнорировать.

- Крутой протокол! – не мог не оценить полковник.

- А то! А юридическая дырка в нём в том, что назначить или сместить меня может только и исключительно королева – другие лица там просто не прописаны. Не «глава государства», Карлос, а «королева». Баг такой. Либо мои полномочия автоматически закончатся через полгода, как у диктаторов в Древнем Риме.

- Обалдеть! – только и сказал он. – Но стой… Да, баг, только королева… Но ведь можно же трактовать и как «глава государства»? Вы ж сами кучу сенаторов покрошили, чтобы сделать её оной главой.

- Считать понятия «королева» и «глава государства» тождественными – добрая воля исполнителя, - пакостно расплылся я в улыбке. – То есть вас. Если вы не захотите так считать – никто, подчеркну, НИКТО, Карлос, по закону не может вас обвинить в неповиновении. И помочь может только Конституционный суд. Только он вправе рассмотреть этот акт и признать или не признать соответствие. Повторяю, это очень молодой, сырой документ. По нему не было прецедентов в практике. А значит только суд, и не Верховный, а Конституционный, в котором у Веласкесов и Фрейи очень ограниченное влияние.

- Который может рассматривать этот вопрос месяцами. Особенно после того, что ты сотворил с Верховным судом. Да уж… - Карлоса отпустило. Не расслабился, нет – борьба всё равно будет. Но по крайней мере, его позиция выглядит уверенно. И без кровопролития, на какое Фрейя, скорее всего, не пойдёт, смять их и заставить что-либо делать, не получится. Как и наказать за что-либо.

- Давай посмотрим утренние новости, и созвонимся ещё раз, - предложил я самую умную мысль. – Сам понимаешь, я не в том состоянии, чтобы что-то обещать.

- Да понимаю я!.. – Вздох. – Хорошо, успокою парней, настрою на боевой лад. А Каролине-то что передать? Она боится тебе звонить. Во дворце, похоже, даже имя твоё сейчас произносить вслух опасно.

- Она не при делах. Пусть несёт свой пост, свою вахту, уговаривает и дальше сдаться тех, кто может захотеть. Она не в политических раскладах, а добровольный волонтёр, голубь мира, а значит ей ничего ни за что не будет. Скажи, пусть держится, она молодец – ей зачтётся.

- Хорошо. Успокою. – На том конце абонент снова облегчённо выдохнул. – Тогда давай до утра?

- До утра! – ответил я, рассоединился и двинулся в сторону заждавшейся братвы. На меня смотрели, несколько человек, хоть и издалека. И наверняка что-то услышали. Но было наплевать – ничего секретного не сказал, зато местные обитатели чуть-чуть просветлятся, кто у них в гостях, по каким вопросам, и что не надо надоедать глупыми подкатами. Не до секса с феечками мне, даже не будь сломанного ребра.

Нашёл! Хотя кабинет без опознавательных знаков. Просто два сидевших ранее в столовой качка, Пьер и Антонио, заносили сюда мягкий диван, и я догадался, для чего. Потянул дверь, вошёл – да, качки как раз его ставили, после чего сменили меня – пошли на выход.

Огляделся. Кабинет мадам был светлым, просторным. О, аквариум с рыбками? Класс! Рыбы с мою ладонь, красивые-красивые, декоративные-декоративные, я ни одной, как называются, не знаю. Круглый зелёный пушистый ковёр. Шкафы с какими-то сервизами… Супер! Рабочий стол – просто большой стол, без привычной буквы «Т» перед ним, какие видел во всех других начальственных кабинетах. Ну, если тут планёрка, то сотрудники и так рассядутся, стол точно ни к чему. Вдоль стен стояли диваны, на которых расселись почти все прибывшие, а прибыли все, даже с запасом.

- Ого, сколько вас! Я думал только Майки подъедет! – выдал я удивление.

Немного съёжившись, ибо другие присутствующие простых ботанов своим видом если не подавляли, то внушали неуверенность, на одном из диванов компактно расположились Майк, Слон, Солёный и Дайсон.

- Да остальные тоже захотели послушать, - ответил Бледнолицый Воин. «Здрасти» и «До свиданья» - а зачем? Свои люди. – Дэн - дежурный, а Ктулху бухает. Или на свидании. Матом обложил. А так мы за любой кипишь, кроме голодовки! – И отчего-то стрельнул глазами в сторону Снежки и Терезы, девочки которых тоже уже успели подъехать. Их два взвода были тут в половинном составе, и расселись прямо на пол, компактно, рядом друг с другом, делая помещение заметно меньше, чем то на самом деле было. На предмет мебели, что принесли парни, перепорхнуло четверо из них, но помещение от этого сильно больше не стало. Мои тоже сидели на полу с другой стороны, кроме Кассандры, которой дали место на диване рядом с Максом, Светлячком и Тимуром. С торца начальственного стола стояло единственное кресло, мягкое, почти пуфик, в котором, поджав ноги, светила красотами Изабелла. Но наши мальчики, даже Тимур, народ грамотный, давно знали, что пялиться на достоинства любой из моих девушек не следует, и воспринимали ноги и груди Бэль, как предмет антуража помещения. Молодцы какие! Сама Мадлен сидела за своим столом, о чём-то с девчонками и Максом переговариваясь, но при моём появлении встала и показала – садись, уступаю. И отошла к стене, встав рядом с Максом.

Я не стал играть в демократию и республиканские традиции, сел, раз предложили. Я ж тут главный хищник – мне положено по статусу. Да и чувствовал себя после медбокса так себе – спасибо, что посадили. И хотя некоторые вещи лучше озвучивать стоя, сейчас риторика ушла на второй план. Внимательно оглядел притихшую аудиторию, и начал:

- Уважаемые! Вы все здесь потому, что являетесь для меня или принцессы Изабеллы не чужими, близкими людьми. Да-да, Мадлен, даже ты, хотя ты больше авансом – проверку прошла, но ведро текилы мы пока не выпили. Вы уже обсудили это и в курсе, что сегодня ваш покорный слуга, - приложил к груди руку и поклонился, - был отправлен её старшим высочеством в отставку. Но это совершенно не значит, что меня засунули под шконку и теперь будут долбать – совершенно точно говорю, такой глупости в планах её высочества нет. Уже исходя из того, что мне дали высочайшее добро с её стороны на брак с её сестрой, принцессой Изабеллой, прошу любить и жаловать.

- Прямо так дала добро? – хмыкнула Васильева.

- Да, - кивнул я. – И не вижу смысла врать.

Пожатие плеч в ответ. Сама же Изабелла при упоминании такого шага Фрейи немного напряглась и нахмурилась.

- Теперь к вопросу, что дальше. Как понимаете, жизнь не закончена, наоборот, самое интересное в ней только начинается. Сейчас я разглашу вам небольшую тайну, время которой пришло. А именно, условия моего сотрудничества с кланом Веласкес. – А теперь напряглись все – и парни, и Мадлен, и ангелы. – Когда антитеррор и «золотые скорпионы» провалили второй штурм «трёх девяток», после которого братва Мухариба казнила десяток детей, я оказался у королевы на приёме и сказал, что знаю, что надо делать. Она поверила, и после до самого приступа ни разу о своём решении не пожалела. Она выпустила новый протокол безопасности, «Абсолютный хищник», по которому мне передаются в подчинения войска, спецслужбы и фигова туча всего, до тех пор, пока я не решу проблему с террористической атакой. А как вы знаете, мятежники выступили под флагом террористов – это были их протеже, их ручные бармалеи, если хотите, их штурмовое мясо, чтоб напугать жителей Альфы. А потому я, сам не желая и не ведая, автоматически возглавил силы Дворца, и стал во главе подавления мятежа согласно этому протоколу.

Все кивали – получалось складно. Не будем о том, что это не совсем правда, главное вывод – а он верен. Я до сих пор имею колоссальные полномочия, оспорить которые сложно, и вопрос кто дальше «рулит» планетой, будет решаться сложно, внутренними договорняками.

Мадлен тоже напряжённо слушала. Ибо для неё единственной всё, что происходит – обухом по голове. Она ни к какой партии не примыкала, и вообще не в курсе, что там наверху к чему. А её росчерком входящего сообщения ввели в игры на верхнем этаже, не спросив о желании.

- То есть по сути, я взял у королевы фриланс на подавление мятежа, или, если хотите, террористической угрозы – в данный момент это одно и то же, - перефразировал я. - И платой за это мне было обещано создание собственного клана. Всё согласно кодексу законов об аристократии, будем четыреста какими-то, не помню точно. Но в отличие от последних двух с половиной сотен семей, у которых ничего кроме записи титула в реестре нет, наш клан будет могущественным, входить если не в первую десятку, то в двадцатку. И этот клан создадим МЫ. Мы с вами.

Оценивающая пауза, и теперь внимали и думали все, без исключений. Про клан были намёки, но озвучиваю я их впервые.

- Клан будет основан после нашего брака с Изабеллой. – Бэль величественно при этих словах кивнула. И плевать, что в прозрачной ночнушке, говорил уже, королевское величие не пропьёшь, оно просто есть, от одежды не зависит. – Скорее всего, мы возьмём фамилию Веласкес, так как и она – Веласкес, и я – внук адмирала Филиппа, незаконнорожденный, но генетически подтверждённый.

Снова задумчивые кивки. Особенно «подвисли» ангелы. Знать и официально слышать – вещи разные.

- И раз так, то сегодня, в этот самый день, предлагаю создать, скажем так, рабочую группу, кто будет готовить это основание. Потому, что когда мы подавим мятеж – опоздаем, те, кто давал обещание, могут передумать. Мы должны будем резко сделать это сразу после снятия военного положения, быстро оформить юридически, чтобы после никто не смог опротестовать. Согласны? Есть возражения?

- Хуан, не круто берёшься? – подняла руку Васильева.

- Нет, в самый раз. Ещё возражения?

Снова Васильева:

- Когда у меня и у моих закончится контракт, после тридцати пяти, возьмёте нас к себе?

Мы с Максом переглянулись. А обалдели, кажется, не только мы.

- Разумеется. Не всех, а только тех, кто не будет «стучать» старшим Веласкесам.

- Старшим Веласкесам? – Это взломщики.

- На планете уже есть клан Веласкес, - пояснил я. - Значит, мы будем «Младшими Веласкесами». А королевская, правящая линия, автоматически превратится в «Старших».

- Логично, чо! – А это офигивающий Тимур.

- Народ, вы почти все друг друга знаете, но всё же давайте я официально вас всех друг-другу представлю? – предложил я. - Итак, Изабелла Веласкес. Прошу любить и жаловать. – Показал жестом, и Бэль поднялась, и величественно поклонилась. После чего опять села в кресло, поджав ноги, так будоражащие взгляд конкретно взломщиков (Макс и Тимур парни сдержанные). – Будущая глава клана.

- Изабелла? – А это Роза.

– Не ты? – А теперь Мия.

- Фактически будет всем заправлять Хуан. – Бэль повернула ко мне голову и нежно улыбнулась. – Но я, как принцесса, официально буду стоять во главе. – А теперь повернулась, поясняя, к народу. – Я, в отличие от сестры, не испытываю дискомфорта от того, что мой мужчина и муж будет решать всё в семье, и со своей стороны собираюсь помогать ему во всём, что мне по силам.

Одобрительный гул. И девчонки, и парни поддержали это, а шмакодявки Терезы даже подняли вверх большие пальцы.

- Далее, Гладьев Максим, - продолжал я. – Позывной Гладиатор. Глава нашей будущей службы безопасности. – Теперь поднялся и поклонился Макс. – Все вопросы по этой теме – к нему или через него. Я ему доверяю, он будет заниматься организацией СБ, как структурой, в целом. Далее, Марта, позывной Белоснежка. – Теперь встала главный «гномик». – Глава оперативной группы, охраняющей мою тушку, а в случае чего может усилить группу Бэль. Взводы номер пятнадцать и тринадцать у неё в подчинении, сами разберётесь по графикам дежурств, и нужен ли нам кто-то ещё. Есть разведданные, что я договорюсь с Лионеллой, а после с Мишель, чтобы, если что, вас не обременяли бессмысленными покатушками на базу на разводы. И в случае, если вас таки из корпуса попрут – вы автоматически становитесь сотрудниками СБ нашего клана.

Теперь одобрительный гул и переговоры с их стороны.

- Лана Васильева, позывной Светлячок – прошу любить и жаловать. – Лучший снайпер марсианской войны также встала и поклонилась. – Это человек королевы, глава опергруппы Изабеллы. Все решения по безопасности первых лиц – через согласование с нею. Свет, реши вопрос по нашему нахождению здесь со Снежкой, Максом и Мадлен. И, наконец, Тимур Ниязов. Наш зав по кадрам и связям с марсианской диаспорой, а также с некоторыми местными бандами. – Встал и поклонился и Тимур.

- Я смотрю, тут только силовой блок будущего клана? – подняла руку Гюльзар.

- Наш клан будет заниматься не банками, не производством или торговлей, тут купил – там продал, - пояснил я. - Наш клан, по крайней мере на заре существования, будет торговать БЕЗОПАСНОСТЬЮ, дамы и господа. А это куда более дорогой товар, чем какие-то технические гаджеты или минеральные ресурсы. Норма прибыли гораздо выше, и ничем не ограничена. А потому да, тут сегодня костяк нашей будущей СБ, и это скелет, от которого мы будем строить другие составляющие клана. Хочу озвучить, что, ВОЗМОЖНО, к нам примкнут Гортензия де Росарио, графиня Кумана, внебрачная дочь императора Себастьяна, и Мерседес Мария Амеда, имперская принцесса. – При последних словах Изабелла скривилась, но я сторонник правды, даже той, которая не нравится. – Гортензия будет заведовать юридическим крылом, Мерседес – боевым. И они обе – уже Веласкес.

- А в каком статусе они войдут в клан? – А это сама Тереза. Подняла руку, улыбка до ушей. Маленькая хитрая паршивка-провокатор. Но мне было всё равно, я ничего не скрывал.

- Они будут матерями моих детей. Не официальными супругами, но лицами непоследними.

Тишина, новые перешёптывания, в основном между обалдевшими от правды в лицо девчонками. Бэль повернула смурную мордашку, но я покачал головой – так надо.

- Хуан, а я? – подняла руку Мадлен.

- Сейчас. Также представляю, кто не знает, наше информационное крыло – шестеро профессиональных взломщиков, сейчас здесь присутствуют четверо.

Парни также встали и поклонились.

- У них есть объект под кодовым названием «Берлога», там всегда есть дежурный, и канал связи с дежурным – наш резервный, на случай чего, если никто из руководства не доступен.

Все дружно закивали.

- А теперь прошу любить и жаловать последнего нашего представителя, а именно… Мадлен. Это тоже позывной, но предлагаю остановиться на нём для ясности.

Судя по взволнованному лицу, мадам было не по себе. Такой я её ещё ни разу не видел.

- Дело в том, что мы находимся на территории одного прикольного легкомысленного заведения, которое на ближайшее время станет нашей оперативной базой, - продолжил я. - Официально мы, наша банда, надеюсь не надо произносить вслух её название?..

Покачивания головой со всех сторон – нет-нет, мы в курсе.

- Официально мы являемся «крышей» данного заведения, и пока предлагаю всё оставить так, но только официально. На самом деле тут будет наш оперативный центр. Тут мы будем разрабатывать операции, вести переговоры, а также, как элемент бизнес-стратегии, организовывать за плату важные переговоры между лицами, которые не видят более мест на планете, где можно безопасно поговорить. Это будут наши первые клиенты. И Мадлен, строжайше запрещаю и в дальнейшем, что бы ни случилось, вести записи бесед, даже если разговаривать придут наши враги.

Кажется, у хозяйки кабинета отлегло от сердца. Боялась, что я буду настаивать на обратном.

- Пока, вот прям на сейчас, перетащим сюда часть нашего оружия, и кое-что из ценного барахла, которому не место в городе. – Макс при этих словах понимающе кивнул. - Также предлагаю держать друг с другом связь, если нельзя связаться напрямую, через оператора этого клуба. Как – предлагаю вам уединиться с Максом и обговорить, мы с Бэль не специалисты, примем любое ваше решение.

- А давайте прямо сейчас? – предложил Гладиатор. – Всё равно до утра не спать – чтоб хоть не зря собирались.

- А давайте! – поддержал я. – А у нас с её высочеством, пока вы обустраиваете безопасность этого объекта, приватные переговоры с хозяйкой.

Были ещё какие-то малозначимые вопросы, я что-то отвечал. Света и Снежок скомпоновались – их интересовала организация защиты клуба от возможных покушений на первые лица и организация реагирования. Также переадресовал к Максу: надо – разрабатывайте, решайте. Нам выделили освинцованную комнату – вперёд. Мои подошли с вопросом о дежурствах. Предложил подождать до утра и решить вопрос через Лионеллу. Ибо они ПОКА ещё ангелы. На них присяга и всё такое. Согласились. Так по-тихому все разошлись, и мы остались втроём.

- Итак? – посмотрел я на содержательницу, пересевшую поближе. – Слушаю.

- Да сил нет так материться, - честно выдохнула мадам. – Умею, но это столько слов гадких произносить! И это… Кто я! А ты меня так, сразу на Олимп!..

- Ты прошла проверку, - произнесла Изабелла и тепло улыбнулась. – Тебя под микроскопом просветили.

Про проверку Мадлен, про результаты, рассказал только что, в нашем люксе, пока переодевались.

- Но я… И что? – Недоумение.

- То, что ты кладёшь себе в карман… - Я ехидно улыбнулся. – Пока твой клуб будет выполнять свою задачу – закрою глаза. – Сделал выжидательную паузу. – И Мадлен, мы знаем, кто инвестор этого клуба, - рубанул я и тут с плеча. – Так что не бзди – прорвёмся. Более того, ты и дальше будешь строчить доклады для Сирены. В которых будешь указывать правду, только правду и ничего кроме правды. Просто господь тебя упаси говорить ВСЮ правду!

- А-а-а-а… - Она зависла.

- Кстати, кто остальные двое совладельцев?

- Честно? Не знаю. – Она пожала плечами. – Их доли тоже кто-то повыкупал, раньше другие были. Эти не просто подставные, они ни разу здесь не появлялись. Да и… Сирена? – Вопросительный взгляд. – Которая Морган? Жена нашего принца-консорта, отца наследников?

- Да. Скажешь, не знала?

- Догадалась. Но со мной на связь выходила не она сама. Просто некто с погонами УДС, в званиях не разбираюсь. Финотчётность не контролируют, на дивиденды им плевать. Им достаточно нашей самоокупаемости, что им не требуется в нас вкладывать. Но в обмен раз в какое-то время передают мне папочки, в которых указано, что делать, а чего делать нельзя.

- Пасут клиентов? – скривился я. Блин, переоценил я этот клуб.

- Не без этого. – Мадлен кисло скривилась. - Но насколько знаю, ни разу то, что я передавала о клиентах, нигде не всплыло. Мы как бы… Одноразовое оружие, нас берегут для какого-то одного очень важного выстрела. А когда он будет, и будет ли когда-нибудь…

- А освинцованные комнаты? – напрягся я. – Там тоже прослушка? Мы ж вроде проверяли.

- Нет, комнаты стерильны! – провела Мадлен рукой по горлу – «зуб даю». – Об этом была отдельная папочка. Вы же тут не первые, и бизнес с конфиденциальными переговорами на потоке.

- То есть комнаты предназначены для тех, кто в теме, то есть для переговоров сотрудников и информаторов УДС? – заулыбалась Изабелла.

- Да. – Мадлен поёжилась. – Я и так в дерьме, в играх силовиков, а тут вы ещё со своим кланом…

- Я – дочь королевы! – снова величественно произнесла Бэль. – Ничего тебе не будет, успокойся. Если что – возьму этот клуб в качестве приданного – мачеха не откажет.

Чуть-чуть расслабилась. Не до конца, но Мадлен поняла, что не всё так страшно.

- Какие взаимоотношения с «Братством»? – перескочил я на следующую актуальную тему.

- Такие же, как у вас. В смысле, с вами. Ну, как и вы… В общем, «Братство» - липовая «крыша», для вида, чтобы нас не трогали местные эскадроны. Например, капитан данного района совсем приборзел. Давно клинья подбивал, а после того, как «Братство» королевский контракт взяло, а дворец окружили, совсем чувство меры потерял. Правда после того, как вы всех разогнали, притих, больше не наглел, но уже то, что он хотел сделать, заставляет нервничать.

- Так, про это завтра давай с утра – есть идеи, - нахмурился я. Мир не меняется, и в нём всегда есть идиоты. - Пока в общем, про тебя и «Братство».

- А что «Братство»? «Погоны» открыто вмешаться и защитить меня не могут. Вот Феникс и выступает громоотводом. Наёмники безбашенные, бандюки боятся с ними связываться просто потому, что раскатают их, не интересуясь, кто там за ними и придёт ли мстить.

- Была пара акций, с прикрытием со стороны Сирены, когда парни Феникса кого-то раскатали, и им ничего не было? – понял я.

- Да. – Мадлен покраснела, опустила голову.

- Не тужуйся, всё в порядке, - снова поддержал я. – Это правильная стратегия, неглупые люди придумали. Что платите «Братству»?

- Ну… - Заминка.

- Мадлен! – попенял я. – Знаешь первое правило любой контрактницы? Ну-ка назови?

Содержательница хлопнула глазами.

- Бэль, поможешь? – усмехнулся я.

- А то! Если ты под клиентом – не суетись! – хлопнула ресницами принцесска.

- Точно! – назидательно поднял палец вверх. – И откуда ты у меня столько всего про бордели знаешь?

Высочество показно фыркнула.

- Ты под клиентом, Мадлен. Суетиться поздно. Так что давай работать. Я ж не кусаюсь.

- Да знают они, что они фиктивная «крыша»! – сдала наёмников содержательница. – Не все, видимо. Но Этьен в курсе. Потому денег мы им не отстёгиваем, финотчётность они тоже не проверяют – у нас по сути чёрной бухгалтерии почти нет. Не требуется. Но у нас эксклюзивный договор на их обслуживание. Сюда ходят на восстановление бойцы, что только прилетают на планету в отпуск или после контракта. Они ж там совсем отбитые, дикие! От таких все нормальные контрактницы шарахаются. А у нас, так уж вышло, уже опыт работы с подобными есть. Опять же, свои мальчики на стрёме не просто так, работу с проблемными клиентами знают.

- И больше ничего?

- А этого мало? – возмутилась она.

- Хорошо. Давай этот момент так и оставим. Вы официально под патронажем «Братства» так и остаётесь, выполняете договор, с Фениксом я улажу, мы также не трогаем вашу отчётность и не лезем в вопросы поставок и организации бизнеса, и не претендуем, в отличие от «Братства», на разовую бесплатную эксплуатацию твоих сотрудниц. Если мои мальчики захотят – заплатят, а девочки тем более. – Всё же я бросил косой взгляд на Изабеллу – что там в её прекрасную бошку сегодня втемяшилось?

Облегчённый кивок в ответ. А то уже, видно, Мадлен снова напридумывала всякого.

- В обмен мы «крышуем» фактически, если есть проблемы – говори, решим, как раз с утра и зайду. Я сейчас в вынужденном отпуске, самое время для маленькой силовой акции в качестве инвестиции в будущее.

- Итог. Твоё заведение становится первым нашим клановым объектом, правда, оно так и останется неофициальным, оформленным на подставных лиц. Отчёты Сирене – только после того, как их гляну я. Скорее всего, править не буду, но знать должен. Какие вопросы?

- Нет вопросов. Какие будут указания, о, мой господин и повелитель? – склонилась она в поклоне, который можно отнести к специализации их клуба. Я не повёлся.

- Пока только по охране. Согласуй это с ангелами. И по любым важным вопросам вроде наездов и проблемных клиентов теперь напрямую обращайся к Максу, теперь это его зона ответственности.

- Хуан, вы лучшая «крыша» из всех, какие у меня были! – расплылась она в улыбке и послала воздушный поцелуй.

Снова её кабинет, час спустя. Мы с Изабеллой прогулялись в столовую, нашли там буррито и кофе. Заморили ночного червячка, вернулись. Четвёртый час утра, ну да ладно – лица у всех усталые, но довольные. Сейчас присутствовали не все, только командиры взводов, Светлячок, Макс и взломщики. Ну и для Мадлен её парни принесли второе кресло – её я тоже решил оставить. На той позиции, куда поставил сеньору в клановой иерархии, ей лучше обладать всей информацией, чем дозированной. Интуиция так подсказывает.

- Сеньоры, сеньориты, - снова начал я. – Теперь, в более узком составе, должен сказать вам кое-что ещё, не настолько радужное.

- Хуан, мы всё поняли, - отмахнулась Васильева. – Только ждали, когда закончишь с соплями.

- И что вы поняли? – признаюсь, она меня удивила.

- Про клан – это ж «для бедных». Мы здесь чтобы обсудить то, ради чего ты и собрал такой состав.

- А именно?

- Что ты совершенно точно не оставишь страну её старшему высочеству, несмотря на то, что она тебя бортанула. И вот это мы готовы обсуждать серьёзно.

Удивила. И правда удивила. Что ж, значит я такой глупый, что не просчитал, что меня просчитают, как ребёнка.

- А если я вас собрал для другого? Именно, что клан хочу, пока маза и отставка?

- Хуан, не ломай комедию! – осадила Снежка. - Мы в курсе всего, что у вас было, ибо кто, если не мы? Когда выступать? Куда? В каком составе? Кого мочить?

- Определимся. – Я аж чуть не закашлялся. – Не стоит спешить, надо дать ситуации настояться. Она и сама ещё не определилась, по какому сценарию хочет меня ставить на место. Но сейчас хочу дать расклад, чтобы вы знали, на основании чего мы будем действовать, какие у нас тылы, чтобы понимать, до каких границ можем вмешиваться.

- Протокол «Абсолютный хищник»? – снова опередила всех Васильева, ударив в точку.

- Да. – Я снова всех внимательно осмотрел. Меня знают лучше, чем я себя. Конечно, это говорит плохо о моём интеллекте, но хорошо о моих способностях подобрать толковую команду, которая и без меня всё понимает, видит правильно и готова прыгнуть в омут. Даже номинально прокоролевская Васильева.

- Понимаете, девочки и мальчики, я заключал договор с КОРОЛЕВОЙ, - начал я главную сегодняшнюю исповедь. - Фриланс на спасение Венеры. А значит и сдать его могу только её величеству. С нами её средняя дочь – чтоб народ не подумал чего, будто я пытаюсь захватить власть, чтобы старшее высочество не прихлопнула нас, как новых мятежников. Но отсюда и обратный нюанс – даже если она очень сильно накосячит, мы не можем её отодвинуть, и, например, арестовать. На это правомочность нашего фриланса уже не распространяется.

- То есть задвинуть не можем, но попробуем отодвинуть? – поняла Кассандра.

- Да. И в какой степени будем двигать – решим по ходу, когда поймём, какую именно дичь она станет творить. Мы с вами, сеньоры, сейчас – вольные копейщики. Говорю «мы» потому, что все вы понимаете, без вас я – никто, вы – моя опора, моя команда. – При этих словах щёчки у многих заалели, а кое-кто из девчонок опустил голову. – И у нас, вольный копейщиков, власти сейчас больше, чем у главы государства, ибо у меня ЛИЧНЫЕ договорённости с некоторыми кланами, Верховным судом и рядом армейских соединений, не говоря об ополчении. И мы будем и дальше делать, что делали – спасать планету, вытаскивая Венеру из ямы. Потому и ты здесь, - а это я Васильевой. – Передай им – мы не новые мятежники. Не путчисты. Я не собираюсь сажать Изабеллу на трон, смещая Фрейю, или выделывать ещё более глупые вещи. Я просто верен королеве, и хочу вернуть к её возвращению страну в том виде, в котором оставил на момент приступа. Ну, по крайней мере, сделаю что могу, чтобы приблизиться к идеалу.

- Хуан, а королева вернётся? – задала Мадлен главный вопрос, на котором базируется вся моя стратегия реагирования.

Я не знал на него ответа. Сирена вернулась, но у неё был совсем другой недуг. Но молчать нельзя – будет хуже.

- Я очень надеюсь, что да, - честно ответил я. – Исхожу из этого. – По щеке Изабеллы при этих словах потекла слеза, и она непроизвольно всхлипнула. – Я сейчас на планете, как вижу, единственный её патриот – все остальные как с ума сошли и тянут всё на себя. Даже Фрейя поступает так, как будто мать завтра не вернётся.

- А если королева не выживет? – спросил Макс. – Бэль, прости, не хочу нагнетать, но за мной люди. Парни, которым рисковать жизнью. Мы должны знать, что делать, на случай любого развития событий.

- Макс, я не знаю! – честно признался я, и на моих глазах также выступили слёзы. – И правда не знаю. Я знаю лишь то, что этот фриланс не отдам, и сделаю всё, чтобы вытащить из дерьма Венеру. Если вы готовы идти со мной – добро пожаловать. Нет?.. Идите. Просто идите. Я не стреляю в спину.

- Я с тобой! – проговорила Васильева, подошла и протянула руку. – И корпус тоже с тобой, Ангелито!

- Они дали ЦУ? – понял я. Блин, и эта простая истина дошла только что.

- Да. – Света и не пыталась юлить, как обычно, за что её и люблю.

- Да когда ж они успели!

- Пока мы ехали сюда, в это заведение. В дороге. – Пожатие плеч: «А что такого? Долго ли умным людям понять друг друга?» - Лионелла передала слова всех офицеров, это не её личная позиция. Пока ты верен присяге – корпус вас прикроет. И всем плевать, что ты не успел её дать.

Изабелла оказалась быстрей меня - первой протянула руку через стол и положила свою ладонь на Светину.

- Командор, нас ты знаешь. Приказывай! – оскалился Макс, подходя и тоже кладя руку сверху.

- Эй, а мы что? – А это Тереза. За которой вскочили Снежок и Кассандра.

- Эй, встали тут! Дайте подойти, нас много!

- Потеснитесь! Наш взвод в деле!

- Э-эй! Куда без нас! Девочки, дайте протиснуться!.. - А это подскочили все четверо взломщиков.

- Фрилансеры! – улыбнулся я, протискивая свою руку через нагромождение и переплетение других рук, кладя сверху и разбивая. – Вольные копейщики! Ну, с почином!

Глава 3. Инвестиции в будущее

Глава 3. Инвестиции в будущее

Безделье – суть ересь

Девиз Империума, WH40000

Поспать мне дали. Возможно потому, что страна (те люди в стране, кого это касалось, их немало) настолько охренела, что пыталась переварить мою отставку. Да и отставку ли? Я не занимал ни одного официального поста кроме главы службы Дворца по связям с общественностью. А если ты нигде не числишься, как определить, выгнали тебя или нет? Вот то-то же. Я б на месте посторонних людей тоже б охренел и не дёргался, гадая, что происходит, про себя, без лишних телодвижений. Но чутьё подсказывало, сама Фрейя ещё не поняла, кто я теперь для неё и что ей делать. Да, я решал узкоспециализированные задачи, в общее управление не лез, но на моей персоне было много завязано. А теперь этой персоны нет. Кто это будет тянуть? А надо ли меня выгонять? Или под предлогом, что я будущий муж сестры, родственник, оставить на месте? Конечно, влияние ограничить, но делать это не спеша, постепенно? Чёрт знает, что она решит! Я и на месте Фрейи Сергеевны бы не дёргался, но, то я, а, как оказалось, у неё собственное уникальное видение мира, в котором даже брат и сестра не могут разобраться.

Но, тем не менее, в половину первого дня (во дал храпака, за все дни отоспался) самый наглый звонок таки разбудил.

- Слушаю? – сонно, не разлепляя глаз, пробормотал я. Контакт из стратегических, вторая линия – потому и дозвонился. На остальных перед сном поставил блок.

- Хуан, можешь говорить? – грозно проревел на том конце сеньор Серхио, но, услышав сонные нотки в моём голосе, сбавил обороты – изначально явно хотел рвать и метать.

- Сейчас. – Я поднялся вертикально, свесил с кровати ноги. Кстати, удобная кровать, мягкая – зачётный люкс. – Всё, я в адеквате, слушаю.

- Хуан, я – её отец. И мне НЕ ВСЁ РАВНО, как ты заявляешь направо и налево!!! – А теперь он таки сорвался на рык, впрочем, тут же откатив назад. – Не надо говорить про наши договорённости – тогда было одно время, сейчас другое. То, что было актуально тогда – сейчас устарело. Кроме одного – ты обещал никогда и ни при каких обстоятельствах не причинять им вред, с кем бы в итоге ни остался. А в остально… - Пауза, вздох – набрать воздуха. И:

- Хуан, я её отец! Она любит меня и уважает моё мнение! И уважает моё природное чутьё – очень часто прислушивается и делает, как я рекомендую. И редко потом жалеет. Ты мог просто спустить всё на тормозах до утра, я бы вправил ей мозги, и все проблемы были бы решены. Она любит тебя. Да, сглупила – но это было сиюминутное помутнение, оно у всех бывает. Она в шоке, рыдает, мы не можем её привести в чувство – раскаивается, что так сделала. Ты можешь быть хоть немного мужиком, и поступить как надо, а не как захотела твоя правая пятка?

Капец претензия! Вот что ему на такое ответить? Тем более, что он прав. Если посмотреть с его, отцовской колокольни, то да, дочурка совершила глупость. Но женщины вообще по природе интересные существа, и Фрейя, несмотря на интеллектуальные подвиги, ни разу не дала понять, что держит исконно женское начало под контролем. И он, действительно, может порешать. Надавить, втоптать её эго в грязь ввиду государственной необходимости. Принцессы в прошлом всегда выходили за того, кого скажут, и не i-бром, что они об этом сами думают. А тут человек, которого она любит. Человек во всех смыслах полезный. Уживёмся как-нибудь, выходи-не-хочу!

Вот только это его логика. И, даже несмотря на то, что он прав, мне такая мысль не нравилась. «Сеньор Серхио, ваша дочь дура, образумьте её, а то не могу на ней нормально жениться»? Б-р-р-р-р! Ща-аз! И да, мне самому хреново, но переигрывать то, что случилось, не буду – как пели викинги, «нет следа за кормой». Раскаивается? Это хорошо. Но она сделала выбор. И надо жить дальше. Ага, такой я непрощун, но что делать! Один раз позволишь сесть на голову – свесят ноги и больше никогда не докажешь, что так не было.

- Сеньор Серхио, маленькое уточнение. – Я почувствовал, как в голосе прорезалась здоровая злость. – За четверть часа до того, как подняться на шпиль, мы разговаривали с вашей женой в медблоке. И они остались пошептаться вдвоём на четверть часа. После чего Фрейя вдруг неожиданно изменила курс, и выдала мне отповедь, какой она Цезарь, а я ей править мешаю. Знаете что, сеньор, идите вы в жопу! Разберитесь сначала внутри своей семьи! Определитесь, пожалуйста, как ко мне относитесь, выработайте единую позицию! И только потом наезжайте. И ещё – говорю просто на будущее. Изабелла со мной. Я ей ранее делал предложение, оно в силе, и как минимум одобрение на брак от её сестры у меня на руках. И любая попытка с вашей стороны как-то повлиять на меня, равно любая попытка что-то «объяснить» ей, «наставить на путь истинный», в результате которой она ТОЖЕ в последний момент переменит мнение… И я вас достану! Всю вашу грёбанную семейку! Это касается и вас, и вашей жены, и королевы. Никаких больше вмешательств в мою жизнь, и жизнь моих избранниц, не то пожалеете! Допускаю, что, делая гадость вам, я сдохну... Но я лучше сдохну, чем позволю вам, сеньор, высказывать своё «фи» и вставлять мне палки в колёса. Надеюсь, мы друг друга поняли?

Рассоединился. Вскочил, чувствуя полнейший раздрай. Нет, так не годится – совсем раскис. И двинулся в душ – надо смыть с себя негативные эмоции.

Полегчало. Настолько, что после душа включил браслет на все каналы, кроме первого и второго. Ого, сто сорок четыре неотвеченных пропущенных? Одиннадцать сообщений? Набрал.

- Привет, Кудряшка! Извини, не мог ответить. Вымотался, вырубился, всё поотключал.

Сеньорита на том конце насупилась и молчала, часто дыша в микрофон, думая, орать или не орать? Решила не ссориться.

- Хуан, так и быть, за то, что не отвечал, прощаю. Но что ты вымочил вчера… - И эта, блин. Впрочем, потому я и поставил блок – от неё грозного звонка ждал. И от неё тоже, но от лучшей подруги Мышонка – в первую очередь.

- А что я вымочил? – надо сбить негативный настрой, пока лавина не понеслась.

- Ты мог не гнать коней? Она дура! Просто дура! Но она – наследная принцесса, твою мать! – Всё, пошёл разгон. Ладно, терпим. - Которая без тебя не «вывезет». На кого ты страну оставил? Ничего не предпринимай, прилечу сейчас на гиперкатере и всё решу! Не делай больше глупостей.

Мама моя женщина, роди обратно!

- Сеньорита Феррейра, - отчеканил я ледяным тоном. - А вам не кажется, что вы берёте на себя больше, чем от вас требуется.

- Вот только не надо этого! Обиды, «не писай больше в мой горшок, отдавай мои бумажки»! – Ага, фиг так просто её собьёшь с вектора – лавина же. - Мы во взрослом мире, Хуан. Я чуть старше тебя, но и в двадцать лет я понимала, что детство кончилось, прими это и ты. И переступи через детскую обиду уровня песочницы. Я приеду, промою ей мозги, потом ты придёшь, скрутишь её в бараний рог и трахнешь так, чтобы у неё сперма ртом пошла. А потом наденешь кольцо на палец, и пусть попробует пикнуть! Беру всё на себя, я знаю, что ей сказать.

- Нет.

- Дурак! – Она сорвалась на крик. – Ты знаешь, сколько на тебя завязано? Многие люди с нею только потому, что приказы им отдаёшь ты! Ты хочешь новый переворот? Сразу за первым, не подавив его? Чтобы её «ушли» те, кому ты наступил на ноги? Так огорчу, Чико, убрав её, они сразу же уберут тебя. И уберут по жёсткому сценарию – живым ты нигде никому не нужен. Ты сам себе подписываешь приговор, мой маленький Анеглито! Всё, жди, ничего не делай, мама Сильвия решит вопрос – я вылетаю!

- НЕТ, Сильви! – пришлось зарычать. – По мятежу – ситуация под контролем. Мне самому хотелось залечь на недельку на дно и посмотреть, кто как себя поведёт. Чтоб увидеть, какое именно дерьмо всплыло, что первым купировать. Нет, то, что вчера – было не специально, я не рискую ТАК. Но сейчас, раз маза, хочу поиграть на зрителя, и этим зрителем буду я сам. А по Фрейе… Сильви, королева жива. И вернётся. Ничего не кончилось. Не надо разыгрывать партию так, как будто её уже не будет, либо она отречётся.

- Если ты станешь королём – она может и отречься, - спокойным тоном, что вдвойне убойно после рыка, парировала она. - Не факт, но такая вероятность существует. Останется в качестве советника при дочери. Хуан, мы ДРУЖИМ, много лет! Я знаю наверняка такое, о чём ты только сейчас начинаешь задумываться. И знаю внутренние расклады королевской семьи. Изабелла – тупик, оставь её. Она поймёт. Не дури и жди меня.

- Нет, Сильви. Да, это детский сад «Козюлька», но я не могу простить её. Она не раскаивается, пойми, она просто считала, что я более прагматичен, чем она, и уступлю, позволю ей быть «сверху». Только она не понимает, что это буду уже не я! Лучше буду не её, но не перестану быть собой. И, кстати, не ты ли мне давала такой анализ?

- Люди меняются… - пробормотала Феррейра, включая задние обороты. – И она на самом деле тебя любит, дурачок.

- Любит. Но любя, никогда не простит, что я «сверху». Вот когда будет готова, как сказала вчера Изабелла, «лежать под клиентом и не дёргаться»… Тогда у нас что-то может получиться. Но не раньше. А значит пока мне плевать на твою аналитику и расклады по семье - я «Козюлька». И не надо прилетать – тут и так в Альфе ситуация на грани, не знаю за что первым хвататься, твой прилёт ничего не решит, но всё очень ускорит. Побудь ещё немного в Самаре, очень тебя прошу.

Вздох на том конце, и констатация:

- Я пыталась. Видит бог, я пыталась помочь этим двум идиотам!

- И спасибо тебе за это – я тоже тебя люблю. Но есть вещи выше нас. У неё вчера был шанс, она им не воспользовалась.

Разъединились… И мне резко захотелось врезать кулаком по стене. И даже на Сирену я не злился. Как говорит падре: «Бог сильнее дьявола, как отец сильнее сына. Почему же тогда он позволяет ему быть и творить непотребства? А потому, что кто-то должен искушать. И он делает это. Но решения в итоге принимает человек, Хуан. Так что нечего на дьявола пенять, накосячил – отвечай!..»

Падре мудрый. И только такой, как сеньор Антонио, мог со мной найти общий язык. Сирена сука, не оправдываю, и у неё свои цели, от моих далеко. Но я не злюсь на неё, и гадости делать не буду (в отличие от ситуации, когда меня хотели силой притащить в клуб спеть перед королевой). Она просто… Искуситель! Дьявол, что вывел Фрейю на чистую воду, не дав мне совершить ошибку! Ибо смолчи она вчера, напряжение бы копилось, и рвануло бы гораздо сильнее, только позже, когда кольцо на пальце, штамп в паспорте, и наследник ползает в детской. А раз так, раз виноватых нет, значит, мне надо просто сбросить пар и развеяться.

Вышел, побрёл в гараж, в смысле на персональную люксовскую парковку. Ага, девочки Терезы. Все «пятнашки» в полном составе дрыхли в салоне и в кабине, кроме бдящей дежурной.

- Не надо не буди! – махнул я, безуспешно давя улыбку. – Вчера был трудный день, особенно вечер – пусть отдохнут. Ты ж на посту! Достань аптечку из салона, только тихонько. Нужно обезболивающее. Хочу пар спустить, а рёбра болят.

- Пар? – не поняла младшенькая.

- У Мадлен тут спортзал есть. Маленький, для своих. Чтобы девочки форму поддерживали, вид товарный имели. Ну, а мальчики свои бицепсы не запускали – у них это рабочий орган. А ребро не даст.

- А-а-а-а… Ребро… - Кивок. – Сейчас достану. Жди.

Вот так лучше – после таблетки сразу жизнь красками заиграла. Да, иллюзия, но и фиг с ним.

Сходил в столовую, никого не встретив. Сорок человек девочек? И где все? Или полдень у них «не сезон», ажиотаж будет вечером и ночью? В душевой кто-то плескался, два женских голоса, но в остальном меня встретил пустой кубрик… То есть, пустая техзона клуба.

Владычицей Килокалорий была другая сеньора, тоже лет под пятьдесят. Разговорились. Зовут Марта, сменщица Клары. И да, раньше тут работала феечкой, но вышла на пенсию, как и сменщицы – я оказался прав. Она в смене одна, но справляется - и готовит, и выдаёт еду – функции повара и официанта совмещены. «Так что ты не тушуйся, если меня нет – подожди, подойду – накормлю. Вот сегодня у нас морской суп, по-гондурасски, налить? Зря! Только отключила, свежий. Креветки, лосось, мясо краба, мидии… В смысле не настоящие? Обижаешь! Хоть в королевский дворец на стол! Через часик? Ну хорошо, заходи. Попить? Без алкоголя? Вот, держи коктейль – девочкам нравится. Твоя подружка? Конечно, видела. У неё, в отличие от некоторых, аппетит что надо! И даже «спасибо» сказала – не думала, что принцессы умеют говорить «спасибо». Вроде они в спортзал пошли, ищи там…»

Коктейль оказался ничего. Правда, оливка на дне не зашла, ну да бог с нею.

А вот и спортзал. И Бэль точно внутри – Арабелла на часах у входа.

- Никого не пускаешь? – улыбнулся я, подходя.

- Почему, пускаю. Там внутри Мэри с кем-то из своих, - скривилась она. - Тоже пока можно качаются. А я так, для порядка – положено, чтоб кто-то стоял, вот и стою. Второе кольцо. Заходи, не тушуйся.

Я задорно подмигнул и последовал совету.

Спортзал маленький, но популярностью пользуется. В дальнем углу на «бабочке» сидел вчерашний громила по имени Пьер. Видно, сменился, живёт здесь, вот и оттягивается в свободное время – абонемент в фитнес-клуб в городе, да ещё в Центре, капец сколько стоит, а тут на халяву. Почему начал описывать присутствующих с него – так он же громила, ангельское чутьё сразу оценивает по степени возможной угрозы, хотя чел реально забился подальше от галдящих и веселящихся девчонок. Которых было аж шестеро. Мэри с одной из своих, как Белла и сказала, три феечки из местных, и Бельчонок собственной персоной. Белка качала ноги на «сведёнке» - работала на сжатие. Угу, бордель же – самое то качать. Но больше всего не понравилась ещё одна феечка… Мужского пола. Что разлеглась на соседнем с высочеством станке, качая ноги на Смита. Эта «девочка» была мускулистой, кубики пресса – закачаешься, круче, чем у меня (в отличие от остальных на особи были только короткие штаны, торс голый). И всячески раздевала мою принцесску глазами.

Бельчонок занималась в коротких шортиках и спортивном топике . С собой вещи мы привезти не успели, наверное, кто-то смотался во дворец, ибо ангелы тоже были в стандартных привычных по базе ангельских тренировочных трико с логотипами клана Веласкес. Местные походили на Бэль – тоже топики, шорты или бриджи, только фасоны и цвета различались. Никаким непотребством в тренажёрке и не пахло, и я удивился бы, будь иначе. Секс для местных – работа. Тяжёлая, нудная, и надо работать как можно больше, пока позволяет возраст, ибо после останется выход или замуж, или на местную кухню – поваром-официантом. И здесь они от этой работы отдыхали. Вот сейчас, например, самозабвенно обсуждали некого Игнасио Сантьяго - слащавого поп-исполнителя лет тридцати, жутко манерного и на понтах, но любимца дамочек от шестнадцати и до плюс бесконечности, особенно разведёнок тридцати с плюсом. Причём «девочка» обсуждала его наравне со всеми, и мимика и жесты точь-в-точь копировали поведение девочек без кавычек.

- Физкульт привет! – обратился я ко всем.

Бельчонок перевала на меня взгляд и растаяла. Заулыбалась, как девчонка, увидевшая возлюбленного после долгой разлуки (у влюблённых и сутки – разлука долгая).

- Привет, Чико! Выспался?

- Чико! – с усмешкой хрюкнула «девочка».

- Нормально. – Я нахмурился, но мысленно отмахнулся – чего с дурака взять? – Но уже с утра и Сильвия звонила, и твой папа. Всё пытаются «порешать». Как будто мы с твоей сестрой дети малые, и не отвечаем за свои поступки.

- То есть ты не передумаешь? – Тревога в глазах.

- С чего бы? – злорадно хмыкнул я. – Бэль, она не готова к реформам в собственном мозгу. Вот когда будет готова – я скажу, что готов снова сблизиться. Но точно не сейчас.

Облегчение, которое принцесска попыталась скрыть, но тщетно – оно так и пёрло наружу.

- Это и есть твой кабальеро? – привлёк к себе внимание качок-«девочка». – Брутальный вьюнош, который всех одной левой, а сам на женские тела не смотрит?

- Кто это? – презрительно скривившись, одним движением брови спросил у Бельчонка.

- Это Августо. – Она смутилось – чувствовала, что будет скандал, и она косвенно виновата. Ибо что-то про меня тут только что нарассказывала. – Сотрудник Мадлен. Он ко мне клинья подбивает, не верит, что я тебе верная и ни с кем из мальчиков изменять не буду. Не обижай его – просто я красивая, это нормально.

Эпитет зачтён, неплохой заход. Аж на несколько секунд решил не бить это тело. Правда, тело, не понимая своего счастья, само всё испортило:

- Чико, если что – можем замутить тройничок! – Эта гадость застреляла мне глазками. Отчего на душе стало весело. Мерзко, но весело же!

- Ты «он» или «оно»? – лаконично уточнил я, соизволив перевести на него взгляд.

- Он би, Хуан, - ответила за нечто Изабелла. И решила, паршивка, тоже меня постебать. – А правда, может, устроим тройничок? Ты – альфа, и мы – твои… Как это называется, кого альфа кроет? – повернулась она к феечкам.

- Омеги? – пошевелив мозгами (судя по выражению лица, там их немного, что при зачётной внешности для сеньориты сие не критично) ответила одна.

- Да ладно, тройничок – и тройничок! Августо так вылезать может… ВСЁ… - закатила вторая глаза, и я понял, тоже троллит вашего покорного слугу. У этой с интеллектом чуть получше. Жаль, плохо с самосохранением, но я сегодня добрый, женщин не бью.

- Ну так что, сладенький? Какой будет твой положительный ответ? – почувствовала себя бессметроной мерзость и причмокнула губками. - Хочешь, побуду для тебя Августой? А если любишь перчинку – сделаю тебя Хуаной?.. За счёт заведения, совершенно бесплатно! – Хлоп-хлоп – выстрелы ресницами. - В рамках познавательного процесса горизонтальной дружбы?

Драться? Зачем драться? Это ж бордель, Мадлен вчера ясно дала понять, тут свои законы. Нефиг было сюда ехать, раз чётко реагирую! А если реагировать – то достойно.

Неспешно подошёл к Пьеру. Который при моём приближении прекратил сводить рычаги.

- Уважаемый, я ещё плохо знаю местные порядки. – Склонил голову, показывая уважение. – Но что будет, если, например, кое-кто из сотрудников считает себя бессмертным, и что его кости сделаны из титана и не ломаются? Что проявляется в слишком длинном языке, который неплохо подкоротить?

- Если товарный вид не попортишь – короти, без проблем, - юморнул вдруг и Пьер. А с такой серьёзной рожей сидел! И он именно юморнул, ибо хоть и вдали, но ситуацию качал, и сейчас ловил своё удовольствие. Видно «Августа» ему чем-то не нравилась, и он не видел причины не поиздеваться над нечто моими руками.

- И никаких сломанных костей! – грозно добавил он. - Мадлен прибьёт. Августа хорошо работает, к ней очередь.

- Понял. Спасибо. – Снова уважительно склонил голову.

За разговором с Мартой в столовой прошло время, и обезболивающее подействовало на полную – рёбер не чувствовал. А потому подойдя к «девочке», сгробастал его и рывком вышвырнул со станка на пол. Пол мягкий, резина – не вид испортится. И пока «девочка» не успел вскочить (хорошая реакция, и подготовка тоже, я отдал должное), как пробил ему ногой в пресс. Как там кубики поживают? Дутые, или на самом деле хорошо накачены?

Дутые. Ибо «Августа» согнулся в три погибели. Мэри с напарницей были уже здесь, на подхвате, в метре от меня, но, видя, что я не развиваю успех, замерли.

- Хуан, не надо. Всё понимаем, но мы не дома.

А тут и Арабелла в дверь заглянула:

- Веселитесь? Без меня?

- Я знаю, что не дома, - выдавил я мученическую улыбку. - Просто надо расставить иерархические барьеры. Эй, Августа! – подошёл к парню и.. Нет, просто его толкнул. Даже не заметив, что он пытался мне что-то там пробить, а он пытался, дал ему с ноги в плечо (морда лица – товарный вид, нельзя). Вот, шлёпнулся на пятую точку и затылком – сам виноват. – Августа, - с усмешкой продолжил я, - метеором в столовку! Скажешь Марте, ещё раз-два-три… Восемь… И Белла… Девять коктейлей, точно таких, как она мне делала. Принесёшь сюда. В два-три захода, можно не сразу. Всем присутствующим по коктейлю. – Подмигнул застывшим на снарядах феечкам. Те в ответ захлопали ресницами, но им можно – заигрывания от женщин я люблю.

- Ты, да… - Чудо с кубиками снова попыталось меня достать, распуская свои грабли…И я даже дал ему встать…

Больно? Конечно, больно. Когда тебе с ноги бьют в живот, и твоя тушка отлетает к сильно приблизившейся после двух последних ударов стене – не бывает небольно. После чего я подошёл и засадил в прыжке в грудак, но тут уже бил не в силу – показушничал перед сеньоритами. Внутри каждого из нас один хрен сидит бойцовский петух, и ничего с этим не поделаешь.

«Девочку» снова отбросило на стену, она захныкала, размазывая по лицу сопли. Ай-яй, а на вид такое брутальное мужественное существо! Три-четыре удара - и всё встаёт на места, кто есть кто.

- Не понял, салага! Ты ещё здесь? – заревел я. - Коктейль стынет! Бегом-бегом-бегом! – захлопал в ладоши ему перед лицом, и тот, поднявшись, глянув с ненавистью на меня, потом на ехидно ухмыляющегося в углу Пьера, побрёл к выходу.

- Одна нога здесь – другая там! – ещё раз рявкнул ему в спину. – И как принесёшь – зайти и сказать: «Сеньоры, ваш коктейль подан!» Бегом!

- Будет ещё всякая «оно» моим девочкам групповуху предлагать! – а это я типа для себя, но так, чтобы все слышали.

- Не дури, Августо. – А это произнёс качок из угла, «девочке» вслед. – Сам виноват. Давай, коктейль же стынет…

Коктейль был нафиг не нужен, просто я был в корпусе и знаю, что такое дедовщина. Бабовщина? Сложный термин применительно к этому заведению. И ничего лучшего не придумалось. Ничего, «девочка» сбегал, всё принёс. Угостил и нас, и феечек, и Пьера. Оно, конечно, не из своих личных, здесь всё за счёт заведения… Ну, так и на базе тоже за счёт заведения. Сам пить не стал – вдруг он в него плюнул? Отдал ангелам – те не побрезговали И, попросив Пьера подстраховать, сделал жим лёжа на скорость. Много не брал, тридцать кило, ни о чём, чисто размяться (1). И оттянулся по полной.

(1) не забываем, гравитация на Венере на 10% меньше Земной. Но при жиме на скорость уже важна масса, как инертность системы, а не столько вес

- Ху-уан, ну пожалуйста! – канючила Изабелла, когда я выдохся и просто отдыхал, разминая ноги на «Смите», с которого согнал удравшую прочь «Августу». Тут тоже много килограмм не ставил, чисто пошалить. Да, таблетка работает, но трещина же никуда не делась! – Ну тебе же ясно сказали, это просто доминирование-унижение, секс противопоказан. Связывать и насиловать не хочу – не моё, значит буду просто подавлять. Учиться… - поправилась она. - «Госпожа Изабелла» – звучит ведь! Лёгкая разминка, прогулка. Чисто спуск эмоциям. Ну пожа-алуйста!

- Бэль, у меня уже голова разболелась. – Вот ведь привязалась! Как что втемяшется в голову... И не отстанет ведь!

- Ну, можно заставить вылизать всё тело, - с ехидной улыбкой подлила масла в огонь одна из феек. – Твой мачо позволит другим членоносцам тебя облизывать? Даже если они не мужчины, а рабы?

- Не позволю! – Я щас взорвусь! Снова, вот, рычу.

- Тогда я тоже тебе какую-нибудь гадость сделаю. Вот придумаю и сделаю! – констатировала Бэль. – Пока ещё не придумала, но трепещи, кабальеро плаща и гитары! Быть тебе… Каким-то, каким-нибудь!

- Мия, - произнёс я решение проблемы. – Она тоже любит игры в «госпожу». Одну я тебя с клиентом оставить не могу, а с такими кадрами, - кивнул на дверь, куда ушла «девочка», - тем более. – Так что только в сопровождении кого-то из Ангелов.

- Мия? – заинтересованная мордашка.

- Сама её спросишь, и сама будешь с нею договариваться. Сестрёнку неволить не буду. Я просто знаю, что она любит перчинку, дальше сама. И она ответственная.

Боже, это я говорю? А паршивка-высочество расплылась в довольной победной улыбке.

- Короче, к местным вроде этой «Августы» не приближайся. - Раз уж начал – надо договаривать. - Если не хочешь членовредительства - не подставляй и их, и меня перед Мадлен. Только клиенты. И чтобы не из аристократии – тебя не знали. И твоё тело ранее не видели. И только в паре с Мией или кем-то ещё из наших. Называй это «групповое доминирование», или как тебе нравится, но правила безопасности прописаны кровью. Один на один ты ни с кем не остаёшься.

- Ты душка! – расплылась Бэль в улыбке. – А… Облизывать меня можно? – Нахмурила глазки, и я понял, скажу нет – послушается. И так уже много у меня выцарапала, борзеть не будет.

- Пусть облизывают, - мысленно махнул я рукой и сдался. – Но исключительно языком, без посторонних предметов.

- И-и-и-и-и!!! – подскочила она и радостно запрыгала. Подбежала и чмокнула меня в щёку. А я краснел, как китайский флаг, не зная, куда провалиться. Боже, это точно я? Наверное тут в атмосфере какая-то расслабляющая хрень распылена, и на меня подействовала. Вчера бы ваш покорный слуга ни за что такое не выдал бы. Даже слушать бы не стал.

- Кстати, ты на работу едешь? – вдруг спросил я, поняв, что размялся-развеялся достаточно, пора приступать к делам.

- Какую? – Принцесска нахмурилась.

- То, что я поссорился с Фрейей, не даёт тебе право бросать своё дело, - назидательно покачал головой. - Там люди, которые смотрят на тебя, ждут ценных указаний. Там бойцы, которые ждут в свои военные части поставок, и не стоит заставлять их голодать. На тебе многое завязано, Бэль, нельзя просто так, из-за ссоры с сестрой, это бросать.

- Но я думала, что… - Смутил девушку. И сильно.

- Бэль, ты – принцесса. Сестра главы государства. И кто бы там с кем ни встречался и ни спал, кто бы с кем ни поссорился, у тебя есть официальная должность и нарезан сектор работ. И я и наши отношения там не при делах. Дуй, звони, говори, что взяла день по семейным – пусть помощники прикроют. А завтра явишься, разрулишь, какие не срочные вопросы. А по срочным – пусть едут сюда, решишь.

- Х-хуан! – Растерянность. – Чёрт возьми, ты прав. – Вскочила и кинулась к дери. – Я побежала. Если там что-то не так – сорвусь, уеду. Не надо сюда – там не те люди, которые поймут юмор с борделем. Ты не против?

- Никак нет! – крикнул в уже раскрытую дверь.

М-да, приплыли.

- Я тоже пойду, - кивнул я Мэри и её напарнице. Те закивали в ответ и сами встали, собираясь.

- Скажу ей, чтобы душ приняла, - пробормотала самая верная и старая охранница Изабеллы, возглавляющая теперь свой взвод. – А то принцессе ехать в министерство обороны пахнущей…

- А что там? – Жестом кивнул в потолок. - Всё сложно?

- Ага. – Кивок в ответ. – Сеньоры генералы «обуть» её хотят. Пока она не нарыла им на пожизненное. Мы потому и в курсе – нас предупредили держать ухо востро, и даже по зданию министерства ходить минимум взводом в полной выкладке с активированным оружием. Мало ли.

- Тогда и вы в душ, - скомандовал я и двинулся далее по курсу.

* * *

Мадлен не была у себя, но отбила – сейчас подойдёт. Сели не в кабинете – прошли в столовку, где я таки решился на морской суп. Вкусный, зараза, Госпожа Кастрюль и Тарелок не соврала! Скрывать нам особо ни от кого ничего не надо, да и внутри в конкретно данный момент никого не было, потому я перешёл к делу прям тут:

- Рассказывай. – А сам наяривал ложкой и кукурузной лепёшкой.

- Зовут Шмель. Капитан местного эскадрона, - начала она.

- Опущенный что ли? – нахмурился я.

- В смысле? – не поняла она. – А, в этом… Знаешь, Хуан, если я спрошу об этом тех, кто знает – могу остаться без головы. А у тех, кто не знает этого точно – спрашивать бесполезно. Я всего лишь администратор легкомысленного клуба, а не хозяйка охранной фирмы, претендующей стать кланом.

- Съел, продолжай, - кивнул я.

- От себя: не думаю, чтобы «девочка» смог стать капитаном эскадрона. Не дали бы. Но если честно… Мне кажется, из личного общения, он из тех, кому женщины не нужны. Но могу быть не права.

- Судя по погонялу – всё может быть, - ухмыльнулся я. Куда меня занесло? Одни… «оно» вокруг. Клоака Альфы. Но ведь сам сюда приехал!

- Он давно на нас облизывался, - продолжала она жаловаться. - И клуб даже платил им когда-то, в смысле их эскадрону. Но потом…

- Ты получила папочку, что должна сделать. И ты нашла «крышу» в виде «Братства». И ваш договор о сотрудничестве с эскадроном стал не актуален.

- Именно так и было, - склонила она голову. – Хуан, это было лет пятнадцать назад. Именно тогда у нас сменился главный владелец, а два других, похоже, вскорости просто скинули кому-то акции, понимая, что лезть в дела клуба не получится, а расходы в случае чего, покрытие разных убытков - повесят на них. Это был не Феникс, а тот, кто возглавлял «Братство» до него. Они переговорили с предшественником же Шмеля, обошлось без стрельбы. Хотя парни стрелять были готовы – я видела у них тяжёлые винтовки, когда они паковались в машину, уезжая на «стрелку».

- М-да, - задумчиво потянул я.

- Шмель, став капитаном, несколько раз подъезжал, предлагал сотрудничество по-хорошему. Одно время шли разговоры, что ЧВК на Венере запретят, тема приобрела актуальность. Но мы стали посылать наёмников не в Африку и Канаду, а в Европу, и вопрос с запретом не затих, а наоборот. И Шмель отвалил.

- Он в курсе об участии в проекте «УДС»?

- Раньше точно не был, - покачала она головой. – Но мир не стоит на месте. Всё может быть. Потому, что не важно, какой наёмники взяли контракт, хоть с королевой, хоть с господом богом, это их дело. Шмель активизировался перед штурмом дворца, когда вас окружили. Хотя, как я знаю, «Братство» сидело у осаждённой школы, во дворце их не было.

- Так-так-так… - шептал про себя я, сам себя накачивая.

- Значит сейчас они уже знают. Потому, собственно, я и не дёргаюсь «под клиентом», - иронично скривилась она, - как вы вчера сформулировали. – Ибо все в курсе, и то, что клуб перешёл к тебе – закономерность. Вы и так его владельцы, теперь нас официально отдали… Изабелле. Люди не дураки. Вот год назад такая смена «крыши» вызвала бы резонанс, но не сейчас.

- Под кем этот Шмель ходит? В чью звезду встроен?

В ответ хлопанье глазками. Но, подумав, Мадлен выдала:

- Я когда-то слышала о человеке по имени Буффало. Что он хочет взять себе этот район. Но это просто мысли недоразвитой женщины. Могу ошибаться.

- Ладно, Мадлен, сейчас доем, и айда в твой кабинет – вершить историю. – Я усиленно принялся греметь ложкой – вкуснотища! Чёрт с ним, успеем повоевать – вначале добавки возьму.

- Сеньор Кампос, добрый день! – Я полулежал в кресле Мадлен. Сама мадам сидела, словно институтка, сдвинув коленки, в кресле напротив (со вчера мебель отсюда не убрали, и, подозреваю, и не надо).

- Какими судьбами, дорогой юный партнёр? – оскалился в улыбке дон Виктора на изображении на стене. Мой звонок, особенно ввиду последних событий, в девяноста процентов случаев не несёт звонящему ничего хорошего. Остальные десять – нейтралка, могу спросить что-то, нужна информация. В любом случае он вряд ли что-то после этого приобретёт. Но сейчас даже не потеряв что-то, оставшись при своих, ты уже в плюсе! Мир так устроен.

- Да вот, решил позвонить старшему и опытному партнёру, узнать, как дела?

- О, дела отлично! – Напряжение на лице абонента не ослабевает. «Где я перешёл дорогу этому чудовищу? Кто из подчинённых и вассалов так подставил?» Ладно, не буду драконить сеньора. Непонятки мы с ним решили, а что было – быльём поросло. Если бы не «Тайны океана» - плевать на него, но в том памятном матче в покер он меня реально поддержал и из дерьма вытащил.– Как раз приводим их в порядок. А то после боёв в городе очень много чего нехорошего повылезало. Разгребаем. А вот у тебя как дела, дорогой партнёр? А то по планете слухи разные ходят…

- Да, бросила, - усмехнулся я, вращаясь в кресле. – Но у меня запасной космодром – Изабелла. Моя невеста. Член королевской семьи. Так что ничего не кончилось, самое интересное только предстоит, и, пожалуйста, не нужно об этом всем подряд распространяться!

- Да за кого ты меня принимаешь, Хуан! Разумеется! – «Я знаю, и буду использовать в своих интересах, а остальные пусть сами разведанные ищут», - прочёл я. – Так чего звонишь-то?

- Некий Шмель. Капитан эскадрона.

- Слышал про такого, - кивнул на том конце он.

- Флаг не вашей звезды?

- Нет, этот под Педро Мачете ходит. Мне такого счастья не надо.

- Опущенный?

- Не-е-е… - Сеньор Кампос замялся. – Кто ж опущенного капитаном выберет? Но ушёл не далеко. Мне мараться не с руки, а у Мачете своя голова на плечах. А в связи с чем такой интерес, если не секрет?

- Знаете, сеньор Кампос, я не буду отвечать прямо, я расскажу сказку. Однажды в Индии, давным-давно, жил был в волчьей стае человеческий детёныш…

- Маугли? Знаю эту сказку… - напрягся собеседник.

- Когда Акелла промахнулся, некий шакал крикнул: «Нам нужен новый вожак!» Хотя тот и не промахивался вовсе – подстава была. Но кое-кто уже сделал далеко идущие выводы, на свою беду, в корне не верные. И чтобы таких приструнить, чтобы не ударили в спину и не сманили куда не надо остальных волков, нужны радикальные меры в виде огненного цветка. Мне нет дела до опущенных капитанов, но если разок спустить такое, кому бы то ни было...

- Я нем как рыба, Хуан! – провёл он пальцем по горлу.

- Но вы, имея инсайдерскую информацию, скажем так…

- Нет, тоже нет. – Он покачал головой, в голосе разочарование, но слишком слабое, волей засунутое под шконку. – У меня там нет интересов в этой части города. Вот у Конрада есть. Если хочешь – звони ему, поможет.

- Думаю, если ему позвоните вы, расскажете сказку про Акеллу и назовёте моё и его имя, он всё поймёт. И будет вам признателен. А мне не сложно поднять в глазах других людей авторитет своего партнёра. При условии, что до момента, когда я начну охаживать Шерхана огненным цветком, ни одна живая душа сказку про Акеллу больше не услышит, разумеется.

- Я услышал тебя, мой юный друг. Я услышал.

- Давай это мурло. Есть его номер? – это я, разъединившись с доном Виктором, обалдевающей, сидящей с раскрытым ртом, Мадлен. – Которое опущенец.

Понимание во взгляде. Картинная кипучая деятельность:

- Конечно. Он же не просто подкатывал, переговоры, клинья, всё такое…

Здесь связь без картинки. И звоню с ID Мадлен. Но Берлога подключилась, мониторит, смотрит по сигналу, где, что и как. По возможности хакает места рядом, где есть камеры или средства слежения.

- О, звезда моих очей? Решила вспомнить старого ягуара? – принял звонок абонент, запрос на видео – отклонить, фиг ему.

- Я вместо неё. Устроит? – ответил я своим баритоном.

Напряжение. Фривольный трёп рукой сняло. Наконец, неуверенное:

- С кем имею честь?

- Меня зовут Тринадцать-шесть. – Не люблю врать людям. Даже в мелочах. А представляться своим именем не вариант. - Я человек Феникса. Он попросил меня разобраться с твоими неприличными предложениями.

- Разобраться… С чем? – Контрагент усиленно качал ситуацию, сейчас будет тянуть время. «Братство» на контракте с королевой, королева выжила и даже наоборот, её доча устраивает в стране локальный геноцид. А значит что? Правильно, надо суметь «соскочить» до того, как тебе что-либо куда-либо воткнули. Например иглу в лобешник.

- С твоими намёками о том, что клуб «Фантазии пьяного престидижитатора» тебе что-то должен, - я был сама сухость.

- Но помилуй, Тринадцать-шесть! – выбрал в общении пафос контрагент. – Клуб находится на земле эскадрона. Эскадрон её охраняет. И землю, и клуб. Я не говорю о том, что это должна быть какая-то значительная сумма, но символическая оплата быть должна. Любой арендодатель платит за землю и безопасность.

- У этого клуба всё в порядке с безопасностью. Мы сами решим все вопросы.

- Тринадцать-шесть, ты просто не понимаешь, как это работает, - не сдавался он. - Мне не нужен клуб. И земля под ним не моя. Но вот на территориях вокруг, скажем, может что-то произойти. Появится маньяк, подкарауливающий возвращающихся домой девочек. Или через улицу устроят притон наркоманы. У вас клуб элитный, деньги любят тишину, а как работать, если в твоём районе сводки гвардии как с театра боевых действий? Мы санитары города, следим за тем, чтобы всё было хорошо. Но смысл нам следить, если с этого ничего не имеем?

- Сколько?

- Что «сколько»? – сделал вид, что не понял, он.

- Сколько вы хотите за то, чтобы напротив через улицу не появлялось наркопритонов? В наборе со всеми остальными злонесчастиями, разумеется, всё одним пакетом.

- Но нельзя же так сразу, молодой человек! – Так, а теперь надо притормозить. Неверие в то, что мы заплатим. Подозрение ловушки. Я б тоже не повёлся. Надо быстро развеять его сомнения, пока он ещё не увяз в трясине и может соскочить с крючка.

- Мне нужно доложиться Фениксу. Сказать, Шмель хочет столько-то на таких условиях. После этого братва будет решать, стоит ли рассматривать твоё предложение, или послать тебя. В любом случае, предъява была, и мне нужно что-то ответить.

- Тринадцать-шесть, давай встретимся с глазу на глаз, поговорим спокойно? Обсудим? – А теперь в голосе бандюка страх. Веласкесы-то выиграли! - А лучше пригласить на беседу Феникса – зачем нам лишние инстанции?

- Когда? Где? – Играю солдафона, но вот купится ли?

- Может … - Шмель назвал какое-то место. В этом же районе, только другом куполе.

- Есть лучше идея. Приезжай сюда через три часа. У нас пассажиры, но принцесса только что свалила, со всей охраной, скоро не будет. А Командор в ближайшее время тоже уезжает. У нас будет окно в пару часов. Феникс приедет.

- Идёт. Через три часа. Буду.

- Ты собираешься с ним встречаться? – напряжённо сузила губы Мадлен, когда я разъединился.

- Я что, псих? – усмехнулся я и покрутил у виска пальцем. И начал карусель.

Вызов Максу. Коротко обрисовал ситуацию.

- Понял. Всех свистаю. Командор, мы там уже пару машин с кое-чем пригнали, но деструкторы ещё нет. Они в гараже у Гортензии.

- Сейчас позвоню её управляющему – пошли людей, заберёте.

Звонок Пабло, администратору клуба «Рио-де-ла-Плата». Отлично, на месте, решит. Главное чтобы парни пароль верный ввели и машины не взорвались – буду надеяться на успех.

Звонок тётушке.

- …Это ты по поводу Фрейи? Алиса, как ты можешь думать о вечном и чувствах во время войны! Помиримся, какие наши годы. Пока она психует, посижу в тишине, всякую сволочь на живца половлю. Один карась уже клюнул. Правда, карась мелкий, облезлый, но с чего-то надо начинать? Можешь дать полную раскладку по капитану по прозвищу Шмель, звезда Педро Мачете?

Всё, ждём, свяжется её человек – просветит. У них толстенная папка на этот эскадрон, и, разумеется, яйца прижать не за что. Как обычно в принципе.

- Парни, анализ и план. Сколько нужно боевых групп, чтобы зачистить один небольшой эскадрон, но при условии, чтобы он перестал существовать не весь вообще, а как боевая единица? – А это подключил Берлогу. – Разумеется, давай всех на базу, мобилизовывай. Нет, если Беатрис не мешает – пусть понаблюдает, поучится.

- Да, Бельчонок. Делай что хочешь, но покрутись где-то перед камерами, что ты в городе. – А это сами понимаете кому. - Да я откуда знаю! Ты ж у нас спец по торговле лицом – доверяю тебе и твоему профессионализму.

- Нет, сеньор Гарсия. Заеду на минуточку, просто надо где-то в городе засветиться. Заодно расскажете, как там что – а то с этими боевыми действиями вот вообще не до Мухариба и его братвы! Расскажете, как справляетесь. Да-да, позвоните Инесс, пусть организует «слив», дескать, бортанутый высочеством несостоявшийся консорт не такой уж бортанутый, пусть пощёлкают меня на объекте…

- Класс! – подняла палец Мадлен, когда я закончил. Уложился в двадцать минут. Сейчас будут, конечно, состыковки деталей плана, но это переживём. План есть, это главное.

- Ах да. Последний штрих. – Ещё один скрытый контакт из стратегических.

- Этьен, привет. Сказали уже? Да-да, и об этом тоже. Короче, нужно несколько боевых групп, сколько – пока не знаю, штук пять точно. Вести будет «Берлога», вы люди привычные. Через полтора часа, и полчаса на дорогу. Да, полное обмундирование, шевроны «Братства» - обязательны. Тебе всё лично расскажу при встрече, пока некогда – собирайтесь. Парни, как определят цели, скинут адреса. Тут недалеко, просто будьте готовы.

- Ты будешь их уничтожать? – не поняла Мадлен. Точнее, поняла, просто не верила.

- Акелла не промахнулся. – Я зло оскалился, чувствуя в душе волну. - И тот, кто поставил не на ту лошадь, должен умереть. Так как завтра, когда вожак может действительно промахнутся… У него будет на одного шакала за спиной меньше. А скорее гораздо больше, чем одного. Я называю это инвестициями в будущее – важен не сам эскадрон, и не его масштаб, крутой он или так себе. А посыл для остальных. Всё, салют, я поехал. Скоро приедет Макс – все вопросы к нему. И это… Предупреди респшн, сегодня в клубе переучёт, на сутки, все брони и предварительные заказы отменяются. Ага, дезинфекция, генеральная уборка, пролив раствора цезия из ампулы в снаряге клиента - придумай что-то, ты ж умная. До завтра вы не работаете, жизни клиентов важнее репутации.

- Поняла, Хуан… – залепетала сеньора, склонив голову.

Глава 4. Сам себе Командор

Глава 4. Сам себе Командор

- …И вот после штурма их посольств, как вы, видимо, взяли всю их «блудню», и притихли. Если связные в городе остались, то на связь с ними выходить более не пытаются, - доложился дон Гарсия. – Мне никто не говорил и не докладывал, но, получается, что взяли-таки связного? Получается, и правда дипломатом был? Если информация не под грифом, поделишься, кто, что, из какого посольства?

Я пожал плечами и честно ответил:

- Чёрт его знает. Сам не в курсе. Там допросы ещё идут. Отчитаться до вчерашнего вечера не успели, а сейчас могу узнать только если высочество соизволит поделиться. Одно скажу, это не под грифом – установку потрошителям дали чёткую, спрашивать исключительно по этому делу, - кивнул в сторону здания захваченной школы, в кафетерии возле которой мы с бригадным генералом и сидели. Том самом, где бесплатная кормёжка для сотрудников. Кафе давно уже снабжается по ведомству тётушки – от старого только стулья и название на вывеске, которую никто не снимал. То, что здесь столовались и беженцы во время осады дворца опустим, то был чрезвычайный фактор, сейчас всё вернулось на круги своя, беженцы разошлись по домам, вооружённое ополчение или ушло в регуляры, или разошлось по домам. – Мы ж с Союзом дальше жить будем, сеньор Гарсия. Мадагаскаром по задумке началось, и им же должно закончиться. А значит нельзя их ломать по любым проектам, кроме текущего переворота и захвата детей. Если замахнёмся и выкачаем информацию о других их проделках, а у любой дипмиссии их выше крыши купола… - Тяжко вздохнул. – Для разведки и контрразведки РАЗОВО это полезно – вон как облизываются и как ныли на совещании, прося на растерзание. Но Фрейя запретила. Не лезем! Где какой чей агент на Венере – оставляем в тумане войны, решим позже, в рабочем так сказать порядке.

- Круто, - задумчиво махнул сеньор головой. – А получится? Станут ли они делать на это скидку? Или ты только нашим спецам работу усложнил?

Теперь плечами пожал я.

- Посмотрим. Если мы ошиблись – Венера за это заплатит. Но в целом, мы хоть и нарушаем дипломатические нормы, но понимаем, что дипломатия и дипломатические паспорта были придуманы не от хорошей жизни, палка о двух концах всегда. Постараемся вытянуть, сеньор. Поднесём под соусом детоубийц, дескать, они – не люди, их паспорта не паспорта, а «белые» дипломаты – почёт им и уважуха, даже если пакостники. Говорю же, сеньор Гарсия, не знаю, что будет. Но скажу так: зверь, загнанный в угол, кусается, царапается и дерётся, как ненормальный, может быть в десять раз сильнее и храбрее себя обычного. Мы даём понять, что не надо нас в угол загонять. Может быть оно того и стоит. Потому, что, повторюсь, выбор у нас не слишком большой - или мы, или они, и мы нам как-то ближе.

Посидели, помолчали. М-да, с момента штурма посольств Союза – ни одного входящего Мухарибу и его банде. Это хорошая новость. Но новости они смотрят, сеньор Гарсия распорядился не включать пока РЭБ на полную. Наши новости, венерианские, которые можно поймать под любым куполом. Так что про войну с Союзом парнишки в курсе.

- Как сами вообще себя ведут?

- Да тихо всё, - пожал плечами бригадный генерал. – Нашли в городе ещё шестерых членов семей – «третьи» кого-то нового из банды определили, и мы быстро выцепили его близких. Во время вашей контратаки и зачистки этнических банд, одну сотрудницу забили на эмоциях. Картинно с ними связался, запустил генератор случайных чисел и убил чью-то мать. Я сам, беру грех, как самый главный. Может они думали, что без тебя кишка тонка, только, Хуан, если я принял твою философию – то принял. До конца. У них после драка произошла, два трупа. Кто-то кого-то убил, кого-то Мухариб по итогу пристрелил. Теперь их двадцать девять. И после как бабка пошептала – резко присмирели. А потом двое деток были плохи. Они, уроды, до последнего тянули, в итоге отдали, но один ребёнок не выжил.

- Что там было?

- Слабость. Истощение. На фоне чего-то хронического. За того мальчика опять генератор запустили. Это на прошлой неделе было, я докладывал, но рапорт без пометок отправил, рабочая же ситуация. Рутина…

М-да, без пометок я не читаю – слишком много рапортов. И «золотой», видно, тоже посчитал это рутиной и свою пометку не сделал. И ведь не возразишь!

- После чего нам сразу шестерых отдали, пятеро деток и одну нянечку. Все в плохом состоянии, особенно нянечка. Но с этими вышло вовремя, всех в итоге спасли, все живы. Без санкций. Работает твоя схема, шлюхин ты сын! Как бы грустно ни приходилось признавать.

- А то, что психологам с ними ещё работать и работать…

- На данный момент главное, что есть с чем работать. Вытащат как-нибудь… - подвёл итог он.

- М-да…

Посидели. Помолчали.

- Я им в награду за правильное понимание политики партии бухлишко передал, - произнёс сеньор. - Ну, когда шестерых просто так отдали, не дожидаясь критического состояния. Осуждаешь?

- Вы тут Царь Горы, вам и карты в руки, - отрицательно покачал я головой. – Я далеко и высоко, чтоб осуждать.

- Тоже верно. Так что… Вот так. – Он развёл руками. – После того бухлишка вообще проблем не было. Сникли они. Не гордые сыны Мироздания, испепеляющие Зло, а бандюки с сельской окраины, испугавшиеся того, на что замахнулись. А ты, раскрыв тот ангар, покрошив перед этим кучу народа из гауссовок, вбил гвоздь им в гроб окончательно. После ангара они вообще шёлковые.

- Ну, пошли, что ли, поговорим с этим Злом?

- Ну, поговорим… – расплылся в предвкушающей улыбке бригадный генерал.

- Мухариб – Командору. Командор вызывает Мухариба, ответь. Мухариб – Командору. Командор вызывает Мухариба…

- А, вот и ты, шлюхин сын! – радостный оскал ответившего на том конце абонента. Картинки нет, так чувствую.

- И тебе не болеть.

- С чем пожаловал? У вас там на Олимпе перестановки? Говорят, тебя снова выперли под зад? В грязь, где таким как ты самое место?

- Агитация и пропаганда! – весело парировал я. – Не слушай новости, не воспринимай всерьёз блогеров. На моём уровне только один критерий – жизнь. Если я жив – я в игре. Меня можно опустить на время ниже уровня поверхности, можно дать лопату и заставить грести навоз на ферме, можно заставить считать астероиды на Миранде… Но если я жив – я в игре, и только так. И когда немилость закончится – вернусь и отомщу шакалам, кто не понимает, как устроена жизнь и попытается надо мной поглумится.

- А ты не так глуп, как о тебе написано в досье! – уважительная реплика, от которой в хорошем смысле не по себе. Только враг оценит тебя объективно. - Я уже сорок раз проклял идиотов, которые его составляли.

- Идиотизм – главный двигатель исторических процессов! – высокопарно заявил я. – Это объективный фактор, от этого не уйдёшь, надо его просто принять. Вокруг меня тоже знаешь сколько идиотов? Терплю же.

- Чего звонишь-то? – посерьёзнел он, разговор «о погоде в Гаване» закончен.

- Не поверишь. Соскучился! – совершенно честно ответил я. – Знаешь как просто с тобой? Представляешься, нагибаешь, получаешь плюшки. Ты – зло, я – добро, всё чётко и понятно. А там… Они все – зло! Только разное.

- Мальчик столкнулся со взрослой жизнью! – хохотнул Мухариб. – Ну вот, позвонил ты. Дальше что?

- Дальше? М-м-м-м-м… - Картинно задумался. – Знаешь, камаррадо, есть предложение. Ты мне можешь не верить, но я устал. Очень устал! И хочу со всей этой тягомотиной покончить. Ты уже видел, что мне совершенно фиолетово, сколько погибнет гражданских, у меня иные критерии.

- Да уж, такое сложно не заметить… - потянул он.

- Несколько дней назад я уничтожил десять тысяч твоих коллег.

- Они мне не коллеги. И даже не сограждане. – Показная обида в голосе, но превалирует настороженность.

- Да мне пофиг! Они выступили против Венеры и её устоев, попытались нас прогнуть на уровне подавления менталитета. Посчитали себя более правильными и правыми. А значит они такие же, как ты. И я не стал долго размышлять, а просто раскрыл верхние ворота ангара. Ты же ловишь новости, видел?

- Конечно видел. Удивлён, что ты после этого ещё жив – столько грязи и дерьма на вас вылили. Тебя свои должны были прикопать.

- Прикапывалка не выросла. А насчёт грязи – так и задумано. Это индикатор. Все, кто лил грязь, проявились, и ближайшее время будут жалеть. Вот только во мне что-то надломилось. Раньше от такого бы было весело, а сейчас скучно. Подумаешь, десятком-двумя козлами на планете меньше! Мелочи, Мухариб. Наверное только ты на всей Венере меня сейчас поймёшь.

Тишина. И в эфире, и вокруг меня, в басе-штабе антитеррора. Причём свои смотрят выпучив глаза, ловя каждое слово, включая дона.

- Если я до того момента хоть как-то ценил человеческую жизнь, - продолжал я, - то сейчас люди, особенно враги, для меня просто… Даже не юниты, нет. И не ресурс. Скажем, препятствие. Пыль на одежде, которую надо отряхнуть. Сто их, тысяча или миллион – уже не принципиально. И ты, Мухарибушка, со своей бандой, начинаете доставлять много проблем. Я ощущаю дискомфорт. И только наша бурная история взаимоотношений, о которой знает вся Венера, не даёт мне вас обнулить. Сечёшь?

- Продолжай. – Собеседник не просто напряжён, я слышу, чувствую, нутром ощущаю его страх. Он держится, но тот ест его изнутри, ест, ест… И делает его слабее. Это уже не то гордое существо, что ставило условия в нашу первую беседу. А дальше будет только хуже.

- Давай поступим как мужчины. Мы же можем себе это позволить, да? Выйдем вдвоём, ты и я. Никакой брони, голые по пояс. Из оружия – десантные штык-ножи. Ну, или любые другие приспособления на твой выбор, про ножи – это первое, что пришло в голову. И зарубимся кто кого. Побеждаю я – твои выходят лапки кверху, сдаются. Про их будущее ничего не скажу, но они останутся живы, и их не станут калечить. Слово! И да, родственники просто улетают в Союз, без санкций, на пассажирских лайнерах, а не в трюмах грузовозов. Побеждаешь ты – вам дают коридор до космодрома, вы садитесь на яхту и летите на Землю. Дети остаются, в качестве заложников вам дадут наших добровольцев по тому же принципу, что и раньше – публичные персоны Венеры. Заложников оставляете на орбите Земли, на территорию Конфедерации опускаетесь без них. И главное, вам надо будет успеть до того, как мы начнём с Конфедерацией войну, после этого сделка будет технически невозможна.

- Ты и на Конфедерацию хочешь напасть? Тебе Канады и Союза мало? – Я его озадачил. Особенно последним аргументом – «успеть до войны». Мы уже воюем с Союзом. А вскоре будем утюжить стратегическим оружием его Родину. И это просто факт – мы МОЖЕМ, и БУДЕМ, ибо уже делаем так с другими странами. Тут есть о чём подумать, и совершенно нет возможности выставлять контрусловия. А что ты выкинешь встречное? Угрожать? Бесполезно. Война в любом случае будет, просто им предлагаем встроиться в процесс и успеть до того, как мы замиримся с Союзом и Канадой, высвободив силы для кропотливого уничтожения его родной страны.

- В общем, думай, Мухариб, - закончил я сеанс связи. – Голова тебе для этого. Как решишься – говори.

- А вы сдержите обещания? ОНИ сдержат его после твоей смерти?

- Мухариб, мы устроим из нашей битвы шоу! Его будет наблюдать вся Венера! А через лаг по времени – и вся Земля! Десятки миллиардов людей по всей ойкумене! Как можно нарушить слово после ТАКОГО! А что вас отпустим – не беда, мы вас потом на Земле найдём. И если не сдохнете в ядерном пекле бомбёжек, наш спецназ вас выцепит, и тогда пожалеете, что не сгорели в ядерном огне. Так что мы, Венера, ничего не потеряем, потому и предлагаю с барского плеча.

- Но ты этого не увидишь. А без тебя твои последователи могут… Изменить условия.

- Им нет причин так поступать, - покачал я головой. - Имидж – наше всё, это моя профессия, моё призвание. Я знаю, что говорю. Говорю же, мы ничего не потеряем, камрад, и всё равно вас найдём и накажем. Просто позже.

- Идёт. Когда бой?

- Погоди, не спеши! – Шустро он, я не ожидал такой прыти и опешил. – Я ж ещё на Венере дела не закончил. Сейчас освободим Сенат, уничтожим мятежные войска по планете, и вернусь к тебе и вашему вопросу. Сам понимаешь, если ты меня победишь… Кто будет решать их за меня? На женщин надежды нет. Следи за новостями, как только – так сразу, обещаю.

- Договорились! – Почувствовал его улыбку. – С тобой приятно иметь дело, Хуан.

- С тобой тоже, дорогой друг!

- Что? Ну что? – обернулся я в сторону стоящего бригадного генерала и сидящих операторов и сотрудников антитеррора. У всех на лицах полнейшее обалдение.

- Ты это серьёзно? – нахмурился дон Гарсия.

- Серьёзно что?

- Будешь драться ЛИЧНО?

- Ещё не решил. В данный момент он должен видеть выход – только что говорил, как опасно загонять в угол. А значит пока он его видит, наши дети и заложники будут целее. А после… Посмотрим, если потребуется, почему нет?

* * *

- Командор, всё готово! – раздаётся в ухе голос Даниеля. Линия «Берлоги» была активна, в режиме ожидания.

- Отлично. Я сейчас в штабе антитеррора, у них есть оборудование. Можете подключиться, чтобы дать картинку?

Почему, собственно, нет? Можно и из машины управлять, но я, во-первых, ничего ни от кого не скрываю, скорее наоборот, заявляю о себе, какой сам себе Командор. А во-вторых, тут оборудование куда лучше голопроектора в «Либертадоре».

- Капсулу для удалёнки воткни, и пусть ваши подключение подтвердят.

Протянул местному оператору требуемое.

- Сеньор стажёр Веласкес… - проговорил бледный паренёк, увидев по экрану щупальца моих взломщиков, пытающихся внедриться в их ДБшную структуру. – Вы можете гарантировать, что этот абонент не станет нас ломать и вытягивать данные вовне?

- Дэн, ты на посту? Слышал? – усмехнулся я.

- Командор, а на хрена? – закономерный от него вопрос. – Это ж союзники, одно дело делаем. Это мы для них пашем, чтоб им жилось хорошо. Смысл их же ломать?

- Подтверждай. – А это кивнул сотруднику бригадный генерал Гарсия.

- Дэн, вас пустили. Не шкодить! Не пугайте ребят, тут строгая отчётность.

- Принято! – Теперь смешки там.

Завихрились экраны. По уже имеющимся пошла рябь, меняя на картинку на ту, которую передавали парни. Две… Пять… Девять картинок. Две карты-схемы, остальное виды с каких-то уличных камер.

- Так, парни, ставлю на громкую, вас теперь слышит Анитеррор, - на всякий предупредил своих орлов, чтобы не ляпнули чего. - Конфиденциальную информацию вслух не произносить.

- Есть, принято. Перевожу на Ктулху.

- Командор, - начал бритый, - короче. Весь эскадрон бомбить – не за три часа подготовки. Потому мы поднапряглись и локализовали место нахождения самого Шмеля и ближайших помощников. Но, думаем, это как раз то, что нам надо. Смотри, красная точка – он сам. Красная в чёрном круге – по ходу его помощник, досье департамента его так обозначило, вот его и выделили. Они сейчас рядом, в одной машине. По карте их местонахождение – недалеко от нужного нам объекта.

Это да, недалеко. В двух кварталах от «Фантазий».

- Вот эти три жёлтые точки – боевые группы банды. Засекли их по переговорам – хакнули их телефоны, отследили по активности. Они там вообще в ус не дуют, пользуются общими линиями, рай непуганых младенцев. Поймали их когда те подъехали в заданный район - там камер понатыкано, по пеленгу «трёшки» вычислили примерно место, после чего захватили камерами. На данный момент все стоят, чего-то ждут. По другим объектам работать начали, но там активностей нет, а работы не на один день, чтобы только определиться где что. Так что на сегодня только эти.

- Достаточно. Этого достаточно – уже сказал, это не Гаучос, - довольно, как кот, мурлыкнул я. - Если просто щёлкнем по носу – хватит. Собственностью эскадрона по моим сведениям займутся коллеги будущих трупов, нам туда лезть не по статусу. Вопрос, не подстава ли? Всё же банда уровня эскадрона, а пользуются общими линиями связи?

- Так они «хитрят», ничего эдакого вслух не произносят, фильтр по ключевым словам пройти должны, - пояснил качок. - Просто мы конкретно за ними наблюдаем, нам их ужимки и кодовые слова до марсианского Олимпа

- Командор! – голос Дэна. – Это всего лишь территориальный эскадрон. У тебя профдеформация, привык с клановыми и другими спецурами работать. А им не нужны все эти выделенные сети и телефоны, на которые можно дозвониться только изнутри. Нет, они, конечно, есть, но фразу: «Педро, ноги в руки подгребай с парнями туда-то, остальное лично» можно доверить и открытым сетям. Но мы то не ИИ Антитеррора, не ловим на живца, а просто смотрим весь трафик подряд.

- И следим за перемещением, - добавил Ктулху. – Кто куда, с кем встречается для дачи ЦУ.

- Понятно. Допустим, им не надо, всё так. Что по нашим?

- Мы с пацанами распределили парней так, – продолжил бритый, на карте-схеме появились зелёные точки с подписью названий групп. Сегодня все какие-то хвойные позывные. – Если что – Ель перекроет движение отсюда, Сосна – отсюда, а Кипарис и Можевельник – в помощь Максу. А Пихта – резерв, равное удаление от всех театров.

Позывной «Кедр» не используют. Чтобы не было двоякого толкования. Молодцы!

- Хороший план, работаем по нему, - утвердил я. Хорошо быть начальником! Ребята умные и уже опытные, сами всё сделали как надо, без меня, надо только с умным видом кивнуть.

Стрелки часиков тикали, и подбирались к заветным трём часам, отведённым на подготовку. Что ж, начнём, пожалуй.

- Всем – Командор, - перешёл я на общую для данной операции волну. - Проверка готовности?

Раздался голос Солёного:

- Ёлка, как слышишь?

- Берлога, Ёлка слышит. – Голос Этьена.

- Ёлка, доложить о готовности?

Я посмотрел влево и вправо. Кажется, пока был отвлечён, народу в штабе прибавилось. Если тут были резервные отдыхающие сотрудники, то они за последние несколько минут подтянулись и делают вид, что работают. Я хотел шоу? Их есть у них! Массовка на старте.

- Сосна – Берлоге, - продолжал Солёный перекличку. – Как слышите?

- Берлога – Сосне. Слышу хорошо. Боеготовность на максимуме!

- Понятно. Пихта – Берлоге…

- Время до контакта – двенадцать минут. – Снова голос Дэна, когда все пять групп отчитались о готовности.

- Понял. Парни, а кто следит, что с Изабеллой? – нахмурился я. Ибо почти забыл проверить как там дела – она должна была ярко засветиться.

- В четвёртом госпитале она, - ответил Дэн. - Опа! Там есть картинка, почти прямой эфир. Вывожу?

- Почти? – усмехнулся я.

- Ну, «большие» СМИ просто снимают, у них выход на новости вначале каждого часа, так что про неё расскажут как только у нас начнётся горячая фаза. Но кое-кто картинку и без обработки кидает в сеть. Наши фильтры ловят. Показать?

- Давай по седьмому каналу.

Ого! Красиво. Бельчонок в белом халатике, в котором она безумно сексуальна, переходит из палаты в палату. Вокруг ангельская стража. Видно плохо, так как издалека – снимает явно не кто-то «большой» аккредитованный, кому в первую очередь дорога. Но допущенный - «левых» на таких мероприятиях быть не должно, покушения и все дела, так что даже эти «маленькие» СМИ - свои, прикормленные, просто с соответствующей по количеству аудиторией. Вот она входит в палату. Что делает не видно из-за спин других журналистов и охраны. А, нет, разговаривает с пациентами. Мило беседуют, перешучиваются. Для «маленьких» СМИ и блогеров картинка самое то, а уровень подачи как для больших и не планируется – очень уж спонтанное у нас мероприятие, они просто не успели расставить точки съёма с выдержанными ракурсами и не написали сценарий, что должна делать Изабелла в кадре.

- Есть запись совсем недавнего интервью, четверть часа назад. Короткое, менее двух минут. Но уже пошло в эфир по блогам, не ожидая пока раскочегарятся СМИ. Скинуть?

- Да. Давай на тот же выход.

- …Почему это неожиданно? Что вы подразумеваете под «неожиданно»? Я между прочим раньше часто и госпиталя посещала, и разные открытия. Демонстрировала поддержку королевской семьи. Вот и сейчас, после потрясений, выпавших нашему многострадальному городу, самое время посетить больницы, обратить внимание на проблемы, с этим связанные. Как многие знают, сестра дала мне фронт работ – вопросы снабжения войск в городе. Это около миллиона личного состава. И работая там, я поняла, что раньше ускользало. Ведь есть те, кто с оружием на передовой. Честь и хвала им – они герои. А есть люди, от которых также зависит наша победа, но которые всегда в тени. В сводки новостей попадают вооружённые отряды, командиры или политические деятели. Силовики. Они всем нравятся, все их видят и именно их все боготворят. А ведь их достижения обязаны существованием другим людям! Простым снабженцам, ищущим и находящим еду в городе, в котором идут бои, и все склады и магазины закрыты. А ещё медикам. Врачам и медсёстрам, кто в самое трудное время без преувеличений жил на работе, спасая нас с вами. Да, где-то шли бои, люди гибли, но гораздо больше было раненых и пострадавших. И если им не оказать помощь, они умрут, понимаете? В отличие от боевых потерь, их куда больше! И я благодарна людям в белых халатах, что они самоотверженно приняли удар и работали, не покладая рук, не щадя себя, иногда под огнём, иногда в антисанитарных условиях, помогая согражданам. Есть люди, работу которых не видно – вот просто не видно, и всё! Но только пока они её делают. Потому, что если они прекратят её делать, если их не окажется на своём месте в нужное время – все мы почувствуем это… Но будет поздно. Работая в снабжении армии, я поняла, что победа куётся не только на передовой, и одни из таких кузнецов – наши доблестные врачи. И самое меньшее, что могу для них сделать, это привлечь внимание. Мы проработаем вопрос о награждении отличившихся медработников, но, разумеется, не сможем выявить и наградить всех, хоть и будем стараться. А потому хотя бы лично от себя хочу низко поклониться им и поблагодарить всех врачей и сестёр, кто самоотверженно делал свою работу в самые сложные дни для столицы…

И она поклонилась – камера отъехала, показав её в этот момент во весь рост. Круто, чо! У меня аж кончики пальцев затрепетали от эмоционального кайфа.

- М-да!.. – прошептал стоящий рядом дон Гарсия. – Красивый ход.

- А главное, вовремя, - поддакнул я. – Страна встаёт на мирные рельсы – значит, пора.

Что ж, ответ я получил. Выбираю пятую линию. Абонент «Мамочка». Ответ:

- Да, Чико. Что случилось?

- Вы сейчас где?

- Это конфиденциальная информация.

Паршивка. Прикалывается.

- Амаранта, не беси меня! – Завёлся. Плохо. Надо остыть. – Вы ещё в госпитале?

- Да. Двинулись в другое крыло. Я так поняла, ты сказал Изабелле задержаться – типа алиби. Она тут всех достаёт, чтобы показали и подробно рассказали даже про то, что её вообще не касается. Ещё час у вас есть смело.

- Понял, спасибо. – Вот это другой разговор!

- Готовность шесть минут. – Голос Дэна.

- Феникс, как дела? – выбрал я приватную линию Этьена.

- Командор, твоими молитвами. В общем всё нормально, к текущей операции готовы. Но есть и проблемы. У нас с тобой, и с…

- Нас слушают, мы на оперативной линии, - осадил я его, пока не произнёс то, что другим не нужно, пока не представляя, о чём он.

- Хорошо, терпит. Несколько часов есть. Как всё закончится – я к тебе подъеду.

- Замётано.

- В целом мы готовы. Макс внутри, у меня пять своих групп, как договорились. Готовы к ядерной войне… Или ко всему, кроме неё.

- Хорошо, ждите. Целеуказание даст «Берлога» после моего итогового общения с клиентом.

- Макс, как дела? – А это переключился на четвёртую линию на Гладиатора.

- Готовы ко всему. Оружие прибыло вовремя, распаковали, ждём гостей. Уверен, что работаем по-жёсткому?

- Да. Там не с кем и не о чем разговаривать.

- Принял.

- Мадлен?

- У себя. Девочек кого разогнала, остальные по каютам и не высовываются. Всё тихо, посторонних в заведении нет.

- Отлично. Ждём. Гости скоро будут.

Переглядываюсь с доном Гарсия и с внимательно на нас взирающим Лопесом. Последний смотрит с осуждением. Не выдерживает, встревает:

- Так понимаю, вы даже не будете пытаться их арестовать? Предъявить обвинение?

- Зачем? – недоумённо пожимаю плечами. – У нас другая задача.

- Плевать на закон? – Глаза паршивца излучают ехидство и ненависть. Ему, служаке, далеко до высоких материй. Mierda, мне этот кадр с первой минуты знакомства не нравился!

- Меня все слушают? – развернулся я и обратился к операторам внутри командного баса. – Все-все, кто мог прийти посмотреть на шоу? – кивок на один из визоров. – Ну, так слушайте. Объясняю специально для полковника Лопеса и членов его секты веры в закон. Знаете, что такое этот пресловутый закон? Это абстрактное понятие, виртуальная категория, обозначающая договор власти и общества. То, что прописывают на бумаге и за него голосуют в выборном парламенте данного общества это только констатация принятия, акт приёма-передачи. Сам ЗАКОН – это порядок взаимодействия! Например, человек совершил преступление. Но у него есть деньги. Он откупился, запугав свидетелей и купив судей. И этот человек не наказывается. Это ЗАКОН так работает, кто сильный – тот прав, и всем плевать, что написано в филькиной бумажке! Ещё пример. Если народу надоедает власть, или надоедают бандюки, он берёт в руки оружие, и крошит бандитов или олигархов – это тоже никак не наказывается. Потому, что дураков спорить с вооружённым народом нет. Хотя и это тоже не соответствует принятой парламентом бумажке. Потому, что кто сильнее – тот прав, ВОТ ЭТО закон.

- Надо работать в рамках этой филькиной бумажки! – вскипел Лопес. – Надо сажать утырка с деньгами, который может откупиться! Искать способы, а не оправдания! И не давать разгуляться народу с оружием – они такого наворотят…

- Согласен. Когда у тебя есть на это время и ресурсы ты можешь сажать уродов с деньгами пачками! – оскалился я. И что-то в моих глазах было, так как Лопес отшатнулся. – Но когда их нет – что делать, полковник? Когда нет времени и ресурсов – говорят пушки. Всё, история не знает иного развития событий. А теперь применительно к нашему случаю, за который ты так сильно радеешь, и заодно ответ, почему я. Королева, вы её хорошо знаете, считала, как и ты, полковник. Держалась за сраную бумажку, в которой что-то там прописано. Её чморили и лошили, клали с прибором на её потуги, но она всё равно пыталась действовать в её рамках!

- ПОТОМУ МЫ ВСЕ В ТАКОЙ ЖОПЕ, полковник! – взъярился я и заорал, чуть отпустив с поводка дракона. – Потому, что её, верховную власть, никто не боится! Перестали бояться! Потому, что беззубая! Природа не терпит пустоты, и если она не справилась – тут же появились более могущественные хищники со своим видением мира, - абстрактно кивнул я в сторону, где, по моему мнению, располагался Сенат. – Знаешь, полковник, я не говорю, что это хорошо, когда власть преступает через рамки филькиной бумажки и карает коррупционера, который откупился и запугал свидетелей. Но когда власти выкручивают руки и лишают механизмов этого кадра посадить, то случается одно из двух: или мятеж и переворот, как сейчас, или диктатор без моральных терзаний и сомнений, как я. Не работают твои бумажки, полковник, понимаешь?! – А теперь ко всем, кто собрался, а народ слушал, попускал головы, а кто-то втянул головы в плечи. – Не буду рассказывать, вы сами видели, как о королеву вытирали ноги, когда она пыталась поступать в рамках закона. Добрая ПРАВИЛЬНАЯ королева, но её поливали дерьмом, как кровавую диктаторшу и иже с ним. Так вот, проект «Абсолютный хищник» - это попытка показать ВСЕМ, что такое «кровавый тиран» и «диктатор» на самом деле. Чтобы завтра, когда меня задвинут назад, а меня задвинут, все целовали её в попу – лучше такая добренькая сеньора, чем кровавый упырь вроде меня. И те, кто своим закулисным творчеством её до этого ограничивал, отпустил вожжи и не вякал под своей шконкой. Вы всё поняли, или будут ещё рефлексии по «бумажкам»?

Тишина в ответ. Никто не хотел ничего говорить, и тем более как-то мне возражать, хотя я мало кого смог убедить. У каждого своя правда, как говорят, «кто на что учился». И вдруг как гром прогремел голос Даниеля:

- Командор, время!

- Принял.

Линия Мадлен.

- Подключаюсь удалённо. Набирай Шмеля.

- Й-йесть… С-сейчас… - Мадам нервничает. Хорошо. Значит, живая. Не то, что мы, псы войны, кровавые мясники.

- Слушаю. Это Тринадцать-шесть? – сразу зашёл с нужных карт капитан. Голос напряжённый, чувствую нервозность – чел на грани. Это тоже хорошо.

- Да, это Тринадцать-Шесть. Пассажиры при деле, одна инспектирует больницу, другой общается с террористами. Объект свободен, у нас ровно час, пока мы не интересны службе безопасности Веласкесов. Феникс здесь, но заедет в гараж как только мы убедимся, что на «стрелку» прибыл ты, не подстава.

- Понял. Логично, - усмехнулся он. – Профессиональная паранойя?

- Побудь год под Гамбургом – я на тебя посмотрю после этого! – с нотками веселья хмыкнул я.

- Принято. Выдвигаюсь. Но у меня встречная паранойя. Первым едет мой помощник, отчитывается, что всё в порядке, вы те, за кого себя выдаёте, после заезжаю я. Идёт?

- Базаров нет. Запускай.

Рассоединение. По общей:

- Парни, всё слышали? Готовим параллельно атаку на всех. Ждать не будем. Работаем сразу жёстко.

Точки разделились. Просто красная осталась, красная с чёрным ободком двинулась в сторону «Фантазий».

- Командор, фиксирую! – голос Ктулху. – Помощник пересел в свою машину и едет в нашу сторону. Шмель из машины не выходил.

- Они что, совсем под камерами встали? Они совсем идиоты? – нахмурился я.

- Ну, это не городские камеры. Это частное офисное здание. Просто мы его хакнули по линии «трёшки». Они думают, что мы не видим, тут тупичок – городских камер нет, и, возможно, нет целенаправленно. А частники такие частники.

Что ж, возможно. И не будь суперкомпьютеров и полномочий третьего управления… Которое СЕЙЧАС всемогуще – по случаю переворота им открыли в частный, не клановый сектор, все допуски… Как объяснял Михаэль в своё время:

- Командор, там дыры в ПО. У нас куда ни плюнь – везде дыры. Те, кто знает – знает. А кто не знает – оно ему и не надо. Ты можешь изолировать систему наблюдения, сигнал посылается на сервер внутри сети, наружу не выходит. Но сам сервер не изолирован, с внешним миром связан. Через него мы заходим снаружи, и хакаем сигнал камер через дыры. Это не совсем законно, а точнее совсем незаконно – для частников. Но сама «трёшка» так втихую делает – а кто ей предъявит? Тем более если ты только смотришь, ничего секретного не качаешь, палева нет – никому не охота связываться, даже если спалят.

- А почему дыры не залатают? Раз все всё знают?

- А зачем? Они в самом оборудовании, на стадии заводского производства прошиты. А если ты начнёшь умничать и перепрошивать… Вот тут парни в чёрных костюмах задумаются: «А что скрывает такая-то фирма, что хакнула нашу технологическую дыру для наблюдений за демосом? Может к ним поближе присмотреться?» Кланам пофиг – у них у каждого своя СБ, но главное – клановый статус. Серьёзные конторы тоже знают и защитились, но на то они и серьёзные. Однако если это магазинчик «Цветы у дома от доньи Кончиты», и такое делают… Сам понимаешь, там явно не цветы и не от доньи Кончиты.

- Проект «Оракул», - многозначительно потянул тогда я. – Это сделано под него. В случае необходимости, можно включить на планете всевидение.

- Тут я не скажу, бро, но, возможно, - покачал он головой. - Но думаю, ты скорее прав, чем неправ. И кто надо про эти дыры знает, и к камерам подключается. Весь вопрос в том, как ты подключишься к сервакам внутри. Мы обычно переодеваемся в рабочую одежду и ножками-ножками заходим, правдами и неправдами получаем допуск к шкафу, и… А кто-то с погонами может себе позволить просто с пульта переключиться.

Интересная всё же у них работа, у взломщиков. И что бы я делал, если б у меня их не было?

Всё, собрались – момент истины. Машина с чёрным ободком подъехала к въезду в клуб. Общему – для нас с Бэль и королевского люкса отдельный серпантин. Двинулась вниз…

Теперь камера, установленная Максом в гараже. Он и трое человек группы встречи. Ещё семеро с различным вооружением вне линии обзора, за колоннами и другими машинами, в лёгких скафандрах. Скафандры для того, чтобы не излучать в тепловизорах. Максу и группе встречи нельзя – заподозрят неладное, хотя… А с другой стороны, от рельсовой пушки никакая преграда не спасёт, не то, что скаф. Так что обосновано.

Машина встала. Первая. Вторая. Третья. Макс стоит ровно, улыбается. Типа, всё хорошо. Из машин вылезает помощник капитана, в пиджачке от кутюр и при галстуке, лицо растерянное, собранное. Пять, шесть… С десяток охранников. Без тяжёлого оружия, только чувствуется кобура под полой. Помощник медленно, словно чего-то боится, подходит к Максу. За его плечами два охранника, но судя по виду, сюда приехали не профи-наёмники, телохраны, а камаррадос, элитные боевики самой банды. Мясо, не жалко. Ну, а кого ещё отправят на «стрелку»?

- Тринадцать-шесть? – произнёс помощник.

- Гладиатор. Я за него.

- Но… - недоумение на лице.

- Мы все из «Братства», - пояснил Макс. - Скажи, всё хорошо, Феникс к диалогу готов. Ждём твоего шефа.

Недоверие на лице оппонента, но, окинув глазами самого Макса, стоящих рядом парней, принимает решение, что это не ловушка. Ибо и в самом деле, «Братство» это не организация в прямом смысле слова. Это сообщество взаимопомощи ветеранов горячих точек. А что по сути координируют распределение заказов между венерианскими ЧВК… Это нигде не прописано, а значит этого нет. И ты можешь общаться с Фениксом, но он не лидер в том смысле, как его капитан эскадрона, а всего лишь первый среди равных, кого временно выбрали коллеги представлять интересы, причём, он может представлять интересы далеко не всех членов этого сообщества, а только условного боевого крыла. Помощник решил, что перед ним те, кто надо, вышел на связь отчитаться…

- Есть пеленг! – это Солёный. – Он связывается с головной машиной. Красной без обводки. Шмель там.

На карте ярко мигает оставшаяся красной точка.

Ну и славненько. Всё же это не спецура, простые бандюки. Осложнять жизнь нам не стали.

- Гладиатор, работаем по готовности! – даю я команду «фас».

- Рождественское дерево! – громко произносит Макс, перебивая на полуслове помощника. После чего пятеро его парней высовываются из-за укрытий… И ураганным огнём из «Кайманов» с трёх ракурсов превращают в сито машины охраны и всех, кто стоит рядом. Два бугая охраны помощника одновременно с этим валятся, один за другим, раскидывая мозгами. В прямом смысле слова – рельсовая пушка разносит черепушку. Некрасиво, грязно, но нам не до сантиментов.

Картинка с главного экрана. Вспышка ядерного деструктора – импульс попадает в бочину «Мустанга» капитана. Машина виляет, и её настигает сразу два «Ландыша». Взрывы. Место для атаки выбрано хорошо – выезд с парковки, лишних людей нет. Парни подъехали, выпрыгнули в раскрывающийся люк, втроём, и зарядили по кортежу. Откинуть в стороны ракетницы и деструктор, переместить из-за спины «Жала», и вместе с ещё двумя выскочившими парнями ураганный огонь из игл по обеим машинам капитана.

На трёх других визорах примерно то же самое, атака боевых групп противника, только с небольшим отставанием по времени – парни выбирают место для атаки, чтобы рядом никто не пострадал. Техника – бог с ней, я за свой счёт выплачу компенсацию, главное люди. У нас пять групп, у них – четыре, на всех хватит.

Главный экран – там работает отряд «Сосна». Визуальный контроль. Парни окружили машины. Автозахваты, отстрел люков…

- Командор, в машине живые! – отчитались парни.

- Шмель там?

- Сейчас, не понятно, дымка… Да, Шмель тут, вижу. Шевелится и стонет, в крови от удара, но точно он. Сетчатку проверить?

- Не обязательно, так работаем. Зачистить всех, и уходим.

- Есть, зачистить и уходим.

В салон летит термическая граната. Парни разбегаются. Вспышка… Всё, никто в салоне выжить не мог даже в теории. Вторую машину зачищать не стали. Если кто выжил – бог им в помощь. Машины с боевыми группами также мочим, но не дочищаем – нет смысла. Выжил кто-то в потоке игл – значит высшие силы на их стороне. У нас другая задача – показать силу. И задача эта выполнена.

- Эвакуация! Всем группам – эвакуация! – командует Солёный. И начинается рассос по карте в разные стороны. Но спокойный, без нервов. В отличие от прошлых операций, мы ни от кого не прячемся. Нам наплевать на гвардов. А ДБ… Я веду операцию из штабного фургончика ДБ! Парням достаточно просто выехать из зоны и затеряться в толпе, с властями решу одним звонком. Фрейя? Она единственная, кто может что-то в этой ситуации испортить. Но вряд ли захочет пачкаться, эскадрон – дерьмецо ещё то. Хотя, наверняка, гневно поорёт. Плевать, я на ор тренированный.

Кажется, я расплылся в улыбке. Одновременно глупой, и мстительной, и предвкушающей. Но это тоже не важно – Акелла не промахнулся! И Командор в игре, Альфа - город неглупых людей, поймёт всё правильно.

Глава 5. Последний паладин

Глава 5. Последний паладин

Первым делом пришлось связываться с гвардами. Надиктовать дежурному буквенно-циферный код из двадцати трёх символов, подтверждающий моё право отдавать им приказы. А то, понимаешь, три группы из пяти положили мордой в землю! Кого-то даже по почкам приласкали. В кои-то веки сработали оперативно, как надо – аж зло берёт. Остальных пока просто не успели – не тешу себя иллюзией. Но протокол «Абсолютный хищник» запустил, гварды послушались, парней выпустили. Правда за почки извиняться на стали, ну да и на том спасибо. И, закономерно, сразу после этого раздался звонок от Фрейи.

- Слушаю. – Не стал её переводить на общий экран, и даже звук не стал никуда выводить кроме своих ушей, но сам остался в штабе.

- Ты что творишь, сукин сын?! Ты что делаешь?!

- В смысле?

- Ты какого демона устроил в городе? Войну! Полноценную войну, среди бела дня! С применением тяжёлого оружия! Против мирных граждан! Ты в конец охренел?!

- Так, а теперь закрыла рот и слушай! – рявкнул я. И от этого рыка весь командный бас безопасников прикинулся ветошью и втянул головы в плечи. – Замолчала? Спасибо. Ты сама мне что сказала? Отец наследников всегда в игре! Твой папочка всегда оставался у власти, даже когда мамаша его тиранила и ограничивала! Даже когда с вами видеться не давала! Потому, как и в этот момент он тоже работал на благо страны, был в высшей лиге. Так что закрой свою прекрасную ротовую полость, Мышонок, спустись в медблок к Сирене, лучше вместе с папочкой, чтоб два раза не ходить, и послушай лекцию, как вести себя стоит, а как нет, чтобы не повторять чужих ошибок. Всё поняла? И только после этого езжай ко мне – поговорим. Спокойно и без криков. Буду ждать.

Молчание. Тишина. И тишина вокруг – я всё ещё находился в полном людей штабе Антитеррора. И мои реплики люди слушали. Жаль, сорвался. Ну да бог с ним, говорил уже, я не прячусь. Наконец, Фрейя пришла в себя:

- Х-уан, так нельзя!.. – Жалко как-то смотрелось.

- Можно.

- Я ещё не беременна! И не знаю, когда буду. – Тоже так себе аргумент. Закономерно, я потроллил:

- Мой совет – не тяни. Тебе уже скоро тридцать. Как задавим упырей, так и делай операцию.

Снова тишина. Затем робкое:

- Я скоро приеду. Поговорим вживую.

- Не спеши. Я у «трёх девяток» с инспекцией. Через пару-тройку часов подтягивайся. Всё решим.

- Хорошо.

Рассоединилась.

Но позвонила Алиса.

- Хуан, как это называется? – У этой в голосе нет осуждения, скорее показная усталость. «Как вы меня детским садом своим достали!»

- Показушничество, - расплылся в улыбке я.

- Ставишь мою племянницу на место?

- Да. – А чего отрицать? Ей сказать можно как есть, она сестра её матери. Третий человек после отца и Сирены, кто будет драть за неё задницу. А если повезёт, то и ей задницу, розгами. С натягом, не всё, но кое-что тётушка может.

- Но не за мой же счёт! Хотя бы вышел из командного центра. А то… При мальчиках!

- Так на это тоже расчёт, тётушка. Инфоповод. Пусть распространяют. Совершенно бесплатно и без вложений с моей стороны.

- Продуманная PR-сволочь! – в голосе не осуждение, а восхищение. – Ладно, живи, что касается связей с общественностью, в нашем клане тебе нет равных, съем. Но мусор за своими сам прибери! Я не буду твои трупы утилизировать по своим каналам, ножками давай, ножками.

- Договорились.

А сразу после позвонил и третий абонент, которого услышать не ждал.

- Да, сеньор Конрад? – С этим надо сразу деловой тон брать, без панибратства. Ибо мистер Буффало - глава аж целой звезды Сообщества. Саргас, она же Саргон, она же Тета Скорпиона.

- Хуан, я человек занятой, ты тоже, так что сразу к делу, - без прелюдий начал он. - Виктор, конечно, передал твой намёк о том, что некий интересный мне эскадрон будет иметь проблемы. Но я не могу взять и войти в район после той мокрухи, что ты устроил. Иначе партнёры посмотрят косо, считая, что я в этом участвовал. Слишком грязно, Хуан. Говорю, чтобы ты не считал, что я тебе за этот подгон чем-то обязан - от некоторых подарков лучше отказаться.

- Я не настаивал, сеньор. – Вот! Даже бандюки признают, что я – кровавая сволочь, не знающая меры. Даже им стыдно подмазываться ко мне, ибо я негуманный. Капец выводы! – Нет – так нет. Я решал исключительно свои задачи, не хотите пользоваться моментом – и не надо.

- Хорошо. Раз это выяснили… Лови номер. Этот человек хочет тебе дозвониться. Введи в свою систему защиты, чтобы он смог. За этот контакт я отвечаю – безопасно.

- Понял. Сделаю.

Скопировал из пришедшего сообщения номер некого абонента. Который вставил в исключения системы защиты, и сразу подписал, хотя Конрад не сказал, кто это. А кто, блин, ещё может быть?

И точно, через пять минут от данного номера поступил входящий, сразу определившийся верно.

- Здравствуй, Хуан. Хуан, правильно? – произнёс спокойный (иллюзия) уравновешенный (тоже иллюзия) баритон.

- Он самый. А вы, как понимаю, Педро Мачете? Возглавляете звёздный свет, идущий от Альфы Южного Креста?

Альфа Южного Креста, в миру Акрукс, кто не следит за астрономией. Четвёртый из лидеров звёзд на Венере, с кем я до сего дня общался только косвенно – виделись на суде над Антонио и Марио Сколари. Только с ним из донов хефе пока не довелось пересечься.

- Да, я Педро Мачете, - признал он. – И Шмель, Хуан, мой человек. Был. И ты поступил с ним очень нехорошо.

- Детсадовская терминология какая-то. «Нехорошо». Сеньор, вы меня теперь в угол поставите и каши на ужин лишите? С манговым вареньем?

- Да какое к чёрту манговое варенье!!! – заорал абонент, срываясь – а был он ой как на взводе. – Я наехал на него, чтобы паршивец закрыл варежку, и выпрашивал у тебя мир на ЛЮБЫХ условиях!!! Он ехал капитуляцию просить, с извинениями!!! Я был готов какое-то время не снимать с них свою норму прибыли, если много запросишь! Чтоб он расплатился. Он у меня разрешения на сто килограмм просил, и я ему его дал! Это ты понимаешь? На хрена ты его ТАК!!!

Ой, как интересно сеньориты пляшут! Прямо неглиже, да вокруг шеста.

- Можете повторить медленно, и под музыку? – попросил я, но спохватился и перефразировал. – В смысле растолковать, не понял.

Вздох на том конце. «Ну что мне с тобой делать!» Да, понимаю, не умный. Ибо молодой и горячий. А потому такой вздох так и быть, оставлю без ответки.

- Хуан, иногда так случается, что люди совершают ошибки. По дурости, на эмоциях, под влиянием других людей, или ещё каких-то факторов. Но потом в сделанном раскаиваются, понимают, что были неправы. Даже Иисус Распятый говорил, что таких надо прощать. Шмель понял, что его занесло. Просто занесло – бывает. Издержки профессии, мы привыкли оценивать людей по себе, а бизнес у нас, сам понимаешь, очень специфический. В его взгляде на твой клуб не было политики, «Акелла» не при чём. Он повёл себя так, как повёл бы на его месте любой камаррадо, увидевший бесхозный объект на своей территории. Мы вне политики, Хуан!

Ага, «бла-бла-бла». Но не «поверить» нельзя – за сеньора хорошие люди попросили… А Шмель всяко мёртв, доказать что-либо просто невозможно. Удобно!.. Было бы, не будь я – мной.

- …И, осознав, он был готов за свою ошибку заплатить! – продолжал изгаляться Мачете. - Я дал добро на сто килограмм золота компенсации за ошибку, и понял бы, если б ты потребовал больше. Об этом он и хотел переговорить при встрече. Как ты мог поступить ТАК! Не дав шанса!

- Сеньор, я сейчас одну вещь скажу, и прошу не обижаться, - мысленно расплылся я в суровой улыбке. - Ибо я сейчас говорю с вами не как Хуан Шимановский, человек и гражданин. А как куратор проекта «Абсолютный хищник», созданный для запугивания аристократии и террористической швали. Я на данный момент человек-функция, паладин королевы, последний на этой планете, кто защищает её интересы. Которые попрал ваш сотрудник, продемонстрировав, что, как только королевская власть слабеет, лично он возглавит команду по дерибану того, что под шумок можно «отжать». И как для паладина королевы, мне важен исключительно один вопрос – национальная безопасность. И на этом фоне попробуйте дать ответ, а кто такой этот Шмель, чтобы я с ним разговаривал? Дальше спрошу, а кто вы такой, чтобы я с вами разговаривал?

Пауза, и только сейчас сеньор проникся, покрывшись холодным потом. Я ж убедительный.

- Я говорю с вами только потому, что меня предупредил о вас человек, оказавший в прошлом мне услугу, которого я уважаю. А по хорошему мне, как функции системы, с вами разговаривать не о чем. Понимаете, что хочу сказать? Потому без обид, но мне глубоко фиолетово на Шмеля, который, с точки зрения королевского клана, совершил тяжкое преступление в виде удара в спину в момент слабости, мне глубоко фиолетово на вас, ибо подозреваю, что в вопросах, брать ли под «крышу» одинокий клуб на своей территории, капитаны эскадронов не советуются с вами – не ваш уровень. Но я совершенно точно знаю, что если клан Веласкес почувствует с вашей стороны угрозу, непонимание происходящего и попытку отомстить, вы будете уничтожены в течение часа-двух. Полёты на Землю приостановлены, а на планете спрятаться у вас не получится. Будете уничтожены со всеми своими людьми, кто рискнёт встать на вашу защиту, сколько б их ни было. Поставьте себя на моё место и ответьте, правильно ли я поступаю? Вы умный человек, а потому, надеюсь, у нас больше не будет на нашем жизненном пути точек соприкосновения – я не только про сейчас, но и на будущее. Что скажете?

Тишина на том конце. И, наконец, тихое:

- Мне всё... Предельно понятно… Сеньор королевский паладин. – Вздох. – Если рассматривать ситуацию с этой стороны… Но не слишком ли ты молод для роли королевского палача?

- Паладина, сеньор. Это не палач. Это светлый рыцарь, для которого интересы того, кому служит, значительно более важны, чем собственные. Вам этого не понять, вы, Сообщество, на противоположном полюсе морали. И нет, наверное, не мал. Раз делаю, получается – значит на своём месте. Просто все вокруг расслабились, забыли о том, как надо вести себя правильно, вот и пытаются валить на возраст. Не делайте такой ошибки, сеньор.

- Хорошо, Хуан. Я тебя услышал. И да, к тебе претензий нет, Шмель, действительно, зарвался и тявкнул на того, на кого не следовало. Я удручён твоими методами, но согласен с мотивом, ты был в своём праве.

Отмаз засчитан. Чистая победа. А теперь… Фаталити:

- В таком случае, сеньор, раз мы друг друга поняли, пришлите в клуб «Фантазии пьяного престидижитатора» своих людей – убрать мусор. Трупы, мозги очистить с бетонопластика, всё такое. Это ваши люди, вы их самый главный начальник – позаботьтесь о них, пожалуйста? Ведь с профсоюзами в Сообществе беда, кто, кроме вас?

А что, наглость – так наглость. Не самому ж мне мозги от пола оттирать? И не девочек Мадлен просить. У неё, наверное, есть уборщицы, и как кровь оттирать наверняка знают… Но всяко не мозги с парковки – тут совсем-совсем другая кровь. Да и с трупами… Я, конечно, могу сказать парням, чтобы выкинули через шлюз в атмосферу, но не хорошо это как-то. Не по-товарищески. Мы ж не бандюки какие.

* * *

- Что «Изабелла»! Ну что «Изабелла»! – Бельчонок была беспощадна. – На кой ты это сделал? О чём думал? Герой, блин! «Позаниматься захотелось»! Хорошо, вколол обезболивающее чтобы акцию провести – пойму. Или как в прошлый раз, как ты мне рассказывал – чтобы «ответственной сотруднице» вдуть. Чтоб операцию в Новой Аргентине не сорвала. – Это она про Мишель перед атакой квартала Гаучос, если что. Когда я успокаивал её в ангаре Боливареса, настраивал на боевой лад. Там я тоже с больными рёбрами куролесил под уколом. И это я не рассказал ей о Фрейе, что мы делали у входа на базу на утро после операции, и о той же Мишель после пробуждения чуть позже. Ну нафиг!

- Кстати, если такой герой – мог бы и мне вдуть! – А теперь в голосе обида. - Одинокая сеньорита скучает, вешается от недотраха в цитадели разврата, а любимый мужчина уколы колет ради какой-то фигни! Забыв о любимой! Ну не скот ли ты после этого?

- Скот!.. – выл я. Ибо «ответка» от организма оказалась такой, что… Мама Мия! Убейте меня кто-нибудь!

- Всё, я на тебя обиделась! И завтра же буду делать в этом заведении всё, что хочу. Реализовывать все свои скрытые фантазии. И только попробуй слово против скажи! А сейчас подожди, я попросила Лионеллу выслать ваших последовательниц Асклепия со сканерами и оборудованием – проверят, насколько ты герой.

Да, рёбра после укола дали о себе знать не по-детски. Скрутило так, что еле добрался от парковки до каюты… В смысле до нашего люкса. А до этого в «Либертадоре» воткнул в зубы перчатку от скафа из техткани, и так и ехал, мыча, терпя этот металлизированный привкус. Вроде выдержал.

С базы приехали две сеньоры, но врач только одна. Второй была оперативная лично.

- Марселла, рад тебя видеть! – хрипнул я сквозь приступ боли.

- Терпи, герой. Дон Хуан прям! – усмехнулась она.

- Дон Хуан делал глупости рад баб. А я – железо в зале тягал.

- Значит дурень ты, дон Хуан, даже глупости нормально сделать не можешь...

Логично. Не поспоришь.

Сканирование и УЗИ показали, что всё хорошо, смещения нет. Но врач ругалась громко и матерно – когда надо. Они могут. В шесть рук (вместе с Изабеллой) они заново туго меня перебинтовали, после чего медик поставила новый укол и ушла в сторону парковки:

- Это чтоб нормально уснул. Но больше так не делай. Считай, тебе сегодня просто повезло. Завтра может не повезти. И не злоупотребляй с уколами. Если не планируешь никуда выдвигаться и чем-то руководить – лучше потерпи. Подсядешь, это та ещё дрянь.

- Конечно, сеньора. Но вы оставьте мне несколько ампул на всякий? Я ведь сам себе не принадлежу.

Они переглянулись с Марселлой, и доктор оставила. Шесть ампул – видимо, всё, что было с собой.

- Рассказывай? – тут же взяла быка за рога оперативная, когда мы остались наедине (Изабеллу выпроводил взглядом, она девочка понятливая).

- Всё в силе, сеньора. – Укол начал действовать, сразу полегчало. Я лежал на своём месте на нашей шикарной кровати в люксе и больше не собирался геройствовать, как и сказали. – Я служу королеве и только ей. Хоть присягу и не давал, но это технический момент, вы сами понимаете.

Согласный кивок – да, для всех я просто не успел её дать. И мне, как родственнику, простительно. Та же Мерседес присягу дала, но улетела на Землю – к родне отношение всегда чуть-чуть особое, чем к рядовым ангелам.

- Фрейе мешать не буду, - продолжил я. – Пусть попробует сама выкрутиться. Но если не справится – подстрахую.

- Что требуется от нас? – Глаза у оперативной серьёзные, тон собранный и деловой. Представляет весь костяк Совета Офицеров, не себя лично. И я не могу их доверие подвести – нельзя отдать такой приказ, который будет им не хотеться исполнить. Хотя они его исполнят, просто под вопросом что будет потом.

Заговорщики? Да нет, на самом деле. Обсуждая смещение Фрейи, Марселла не сильно рискует. Она давала присягу королеве, а Фрейя пока таковой не является. Надо отодвинуть наследницу на время? Они отодвинут. А если Лея Филипповна не вернётся и та усадит свою прекрасную попу на трон? «Так ты не была тогда королевой, девочка. А вот ТЕПЕРЬ мы тебя на сто процентов слушаем!» Так что у нас с офицерами не заговор, ибо корпус не выполняет автоматически все команды того, кто «наверху». Но это не значит, что я могу попросить их о чём угодно – всё должно быть в меру.

- Пока сделаем так, вы охраняете её как ни в чём не бывало, - сформулировал я. - Но если её высочество занесёт… Прошу просто изолировать. Под любым предлогом. Чтобы не мешала. Всю ответственность, как обычно, беру на себя. И это… Кодовое слово в эфир… Пусть будет ТОН-618. Если произнесу это, значит прошу вашего содействия по временной изоляции высочества.

- Принято, - кивнула Марселла. – Что-то ещё нужно?

- Да нет, вроде всё остальное хорошо… - нахмурился я, вспоминая боль в груди.

* * *

Этьен до меня не добрался, так как вашего покорного слугу под занавес того дня посетила Фрейя. Видно воспользовалась советом и сгоняла к мачехе. Я уже заснул, разбудила. После чего сидела рядом, смотрела на меня и думала о чём-то своём – очень уж нежная и трогательная у неё была улыбка. Романтичная.

- Подумала? – спросил я, когда эта романтика надоела.

- Да, мой рыцарь. – Дочь ванов грустно усмехнулась. – Ты оказался сто процентов прав, я не хочу, чтобы было как у родителей. Потому ты всё ещё жив и не в дворцовой камере.

Пауза, и с эмоциями:

- Нет, с одной стороны тебя мало прибить – ибо я ещё даже не беременна. Но с другой…- Грустный вздох. – Я точно знаю, что не хочу ребёнка ни от кого другого, это всё равно будешь ты, какую бы дичь сейчас ни сотворил, и как бы я тебя ни наказала. А лучшим защитником моих детей и их интересов будешь ты, их отец, как мой всегда защищал и воспитывал меня. Так что я одной рукой хочу тебя удавить, а другой оставить всё как есть, хотя оставлять как есть нельзя – возгордишься и оборзеешь вконец, будет хуже. Что мне делать?

- И к какому решению ты пришла? – усмехнулся я. Интересный анализ. Всё же Фрейя умница, Изабелла ей не чета.

- Не провоцируй меня. Пока – просто не провоцируй. Не делай так, чтобы люди думали, что это ты – верховный правитель, а я на «подсосе». Сегодняшнюю выходку так и быть прощу, но в следующий раз как минимум согласовывай со мной такие акции. Да, ты полностью прав, подобные выходки нельзя оставлять безнаказанными, шакалы, рявкнувшие на Акеллу, подлежат уничтожению, и я, узнав о твоих планах, пошумела бы, но согласилась на эту кровь. Но всё же больше не делай ничего за моей спиной! – А теперь глаза её грозно сверкнули. - А то я передумаю, и решу, что мои дети и с рядовыми няньками справятся. Не я первая буду – не я последняя.

Боюсь-боюсь! Но её точку зрения понял, проникся. Действительно, не по-советски как-то. Не надо её подставлять, тем более сам же ей авторитет главы государства поднимал. Кровью. Большой кровью. Самому всё в унитаз спускать?

- К тому же мама поставила тебя освобождать «три девятки», - закончила она на мажорной ноте. - И ты правильно сделал сегодня, что прогулялся туда. Работай, Хуан! Всё, что в рамках дела – зелёный свет. Но остальное – через меня. Я не бука, просто… Не подставляй! – повторилась она, и ушла. Даже не поцеловав. Что ж, и на этом спасибо.

Спал я хорошо – укол действовал. Но с утра разбудила одна из феечек:

- Сеньор Веласкес, там Феникс. Говорит, важно.

Вот так пришлось, не умывшись, вставать и заниматься делами. Укол частично отошёл, но адской боли, как вчера, не было, дежурная, вытерплю.

- А Изабелла где? – Браслет показывал десять утра.

- Стажируется, - последовал лаконичный ответ.

- В смысле? – догнал я спину феечки вопросом. Она обернулась, пожала плечами:

- С утра пришёл один из постоянных клиентов, на котором Мадлен согласилась потренироваться. Там Розита, она стажирует её высочество, и с ними одна из ангелов, Мия.

- Розита – в смысле ваша Розита? Сотрудница? – Хорошее совпадение имён.

- Разумеется. – Хмыкнула. – Показывает азы мастерства.

- А клиент?

- Ну… Будет ему групповое унижение. Три богини измываться вместо одной, за те же деньги.

Да уж… - Поражаюсь я с этих извращенцев. Сами платят за то, чтобы сильные женщины тебя подраконили. Ладно когда морально, максимум – всякие плётки, но есть и те, кого становят в колено-локтевую и кое-что делают сзади. Вон, сколько в шкафу соответствующих игрушек! Надеюсь, не научат Изабеллу плохому – лучше разойтись, чем ждать от любимой удара «сзади».

Ладно, разговор с Этьеном сейчас самый важный для меня на этой планете.

Феникс был не один – в переговорной их сидело трое. На столе стоял поднос с фруктами и моим любимым виноградом. Присоединился, загерметизировав люк.

- Привет. Ты пришёл с тем, о чём я думаю? – сразу начал я – это не те ребята, чтоб говорить «о погоде в Рио».

- Да. – Кивок Этьена. Мы ещё вчера хотели подвалить, но высочество тут была, а нам нельзя мозолить ей глаза.

- Из-за контракта?

- Да. – Парни переглянулись. Двух других я тоже (уже) хорошо знал – офицеры, главы крупных отрядов «Братства». Без них там ничего не решается. Есть ещё отряды и командиры, но, видно, секретность – не всех посвятили. – Хуан, у нас времени не просто мало – его совсем нет. Если завтра она прикажет арестовать тебя… У нас правовой конфуз, коллизия. Пока вы были вместе, мы ни о чём не думали, но завтра всё может измениться. Без обид – это жизнь. Но мы не хотим тебя арестовывать, и вообще не хотим менять командование.

- Да всё нормально, я сам всё понимаю. И хреново то, что если откажетесь – можете загреметь за измену Родине, как нарушители контракта плюс местные реалии. Потому, как контракт не чёткий, непонятно, как обойти, да?

- Да. Одно скажу точно, деньги за вчера нам с утра упали. То ли она ещё не поняла насчёт нас, другие есть дела, то ли распорядилась продолжать платить, оставив проблему на потом – тут не знаю, нет информации. Но если сейчас ничего не решим, то…

Махнул ему рукой – понял, думаю.

В чём соль? В том, что согласно контракту, их нанимает КОРОЛЕВА. И назначает меня – доверенным лицом от её имени. Я не просто так парням сказал, что «вы выполняете распоряжения Француза, над ним – я, надо мной – королева. Остальных можете слать за орбиту Макемаке». Ну, не дословно, но это имел в виду. Ибо в контракте почти так и записано. Заказчик – Лея Аманда Катарина Веласкес…

…А платит деньги нам… КЛАН Веласкес. Лея Филипповна может быть в ауте, на больничном, но если клан деньги перечисляет – контракт действителен. А гарантом его выступает, соответственно, текущая глава клана, а именно Фрейя Сергеевна Веласкес. Она не прописана в контракте, но она – глава клана, и если отдаст приказ на арест моей персоны, что парням делать?

- Дайте чуть времени, подумаю, что можно сделать, - попросил я и откинулся в кресле, прикрыв глаза.

* * *

Феечки показали, куда: «Они сейчас в шестом люксе. Пойдём, провожу». Люксы это комнаты типа нашей, их много, просто наш люкс «королевский», самый шикарный. У двери на входе ждала Мадлен лично. Совместно с Мэри и Арабеллой – странно, должны ж были смениться? Ладно, потом решим вопрос со сменами, не должны офицеры подставу организовать. Феечка, сдав меня мадам, удалилась.

- Лично следишь за стажировкой новенькой? – усмехнулся я. Перед Мадлен было завихрено несколько голограмм, и они с девочками смотрели, что там происходит внутри. Звук шёл напрямую в мембраны, картинка под углом, но я догадываюсь, за кем наблюдают.

- Ага. Решила лично подстраховать.

- Некого на эту работу поставить? Ты ж вроде администратор, у тебя должны быть опытные кадры для стажировки новеньких.

- Я – бывшая фея! – гордо вскинула она носик. – Знаешь, сколько лет тут сама отгорбатилась? – Улыбнулась. – Кто лучше меня? Это называется, Хуан, «работа с ключевыми клиентами». Не каждый день обучаю представителей правящей династии. Если честно, думаю, больше никогда и не придётся, и этот раз – случайность.

- И ты ловишь птицу удачи за хвост, пока можно.

- Ну, я ж не просто так в администраторы выбилась. – А теперь в голосе толика самодовольства. – У всех мадам должна быть хватка, профессиональный нюх. Надеюсь, я справляюсь. Итак, ты хочешь запретить шоу, просто посмотреть что вытворяет, или оторвать её по делу? – кивок на визор, где, подойдя, я увидел Изабеллу, сидящую верхом на голом мужике. Нет-нет, не то, что вы подумали. Мужик стоял на четвереньках, держа в зубах уздечку, за которую, за вожжи сзади, она его держала, присев на спину. Голова мужика была покрыта тканью – остался только разрез для глаз. А сами девочки, все втроём, кто в этом помещении, находились в масках – красивых, придающих шарма и романтики.

- Маски обязательны?

- А как же! Атрибут. Что это за госпожа, и без маски? Несерьёзно как-то.

- И лицо клиента тоже не показывается?

- Я думала, я это в первый день объяснила, - нахмурила она брови. - Нет, тут, конечно, по звуку голоса всё понимаешь, кто перед тобой, и само тело – по нему узнаёшь человека не хуже, чем по лицу. Особенно когда клиент постоянный. Но положено – поэтому вот так.

- Своеобразная романтика с этими масками и балаклавами, – понял я. – А вы тоже так хотите?

Ангелы рядом грели уши, и, Мэри, кажется, гораздо более розовая, чем должна быть. Она, хладнокровно грохнувшая лучшего медвежатника Альфы после того, как переспала с ним, склеив в баре, устроив тому незабываемый романтический вечер и такую же ночь? Такую особу есть чем смутить?

- Конечно, хотят! – задрала голову Мадлен и выдала приветливый оскал. – Кто ж на их месте не захочет разок попробовать? Ну так что, прекращаешь базар идёшь, или она тебе по делу нужна? Учитывая, что твои мальчики прибыли полчаса назад, могу и одно предположить, и другое. Отвечай честно, от ответа зависит твой инструктаж.

Во как всё поставлено! А ещё отдаю должное профессионализму мадам – все возможные варианты развития событий просчитала. Кстати, потому и лично Изабеллу курирует – просчитывать и предотвращать.

- На время. На полчаса, может больше/меньше, - честно ответил я. – Потом верну – пусть веселится, пока я занят.

- Тогда надень эту маску. – Протянула она тканевую серую безликую балаклаву. - Это аксессуар слуг, персонала. Помощников для творчества девочек – знаешь, иногда для устраиваемого ими шоу требуется сторонняя помощь, прислуга. Вот мои мальчики заходят в люксы в таких. – Протянутая тканевая маска с прорезями для глаз была не похожа на ту, что наблюдалась на клиенте, и вообще на аксессуар не походила. Обычная, строгая, совершенно не вычурная. «Рабочая лошадка», которая не должна создавать антураж. – И с уважением к ней, с раболепством! – надавила на мозг Мадлен – я аж скривился, как от зубной боли. – Мы ей образ создаём, подыграй. Сейчас у неё сценическое имя «Госпожа Богиня», так к ней и обращайся.

- Слабенькое какое-то имя, - заметил я. – Без фантазии.

- Не успели придумать лучше, - пожала Мадлен плечами. – Клиент неожиданно нагрянул. Обычно утро у нас – мёртвый штиль, после обеда только движение начинается, и к вечеру и ночи - самый пик. А тут… Пожаловал. Но клиент постоянный, я в нём уверена - надо было быстро решаться.

- И она быстро решилась, - снова как от боли скривился я. Ибо я в этот момент спал, и меня даже не разбудили отпроситься.

- Если что – не ко мне претензии, - развела она руками, отстраняясь от наших семейных страстей. - Она сказала, у вас оговорено, и ты не против. Я просто администратор.

Ага, будешь тут против после такой истерики, как вчера! И ведь правда, сам себе злобный Пиннокио. Какого в тренажёрку полез, идиот несчастный!

- Понял. Я пошёл.

- Удачи!

- Успехов! – А это Мэри с Беллой. Последняя хлопнула по лопатке. Я, нацепив балаклаву, вошёл.

Картинка чуть изменилась. Теперь мужик был собачкой. Наверное, не очень из него лошадка оказалась, или наездница неопытная. Изабелла сидела в кресле, закинув ногу за ногу, в придающей шарм чёрной маске роковой красавицы. Вид почти пристойный – и кружевной чёрный лиф, и такая же полоска чёрных трусиков, и пояс с подвязками для чулок – то есть тело как бы не обнажено, пусть и мало места для фантазии. Вот только эротизм от такого вида шёл настолько сумасшедший, что я чуть не охренел от желания бросить всё, вытащить её в соседний люкс и распять. Или расшесть. Сколько получится. И даже плётка, концом палки которой она медленно, типа так эротичнее, проводила по руке на подлокотнике, не сильно напрягала.

Две другие богини были на подхвате. Феечка Роза возлежала на кровати, и, как я вошёл, начала призывно гладить своё бедро. Да-да, мне, намекая, что день длинный, и мы тут надолго. Мия же сидела на полу перед Изабеллой, в ногах, положив голову на второй подлокотник. Что-то типа госпожи второго уровня? Она госпожа для клиента, но для неё госпожа – Изабелла, как-то так? Или я чего-то не понимаю? Короче, плевать как у них в игре, но Мия умничка, страховала высочество. А что такую роль надо играть… А вот тут её вообще ничего не смущало. Я по адресу её рекомендовал.

Клиент же нёс Изабелле в зубах… Тапочек. Гостиничный, одноразовый, но поскольку клуб уровневый, и тапочки тут тоже были под стать. Прищурился, оценил линию движения оного клиента – вроде нормально, должна будет Мия успеть перехватить, если тот резко захочет что-то сделать. Не на сто процентов конечно защита, но от любителя прикроет. А там и Мэри с Беллой за дверью. Ладно, прощаю – здесь грамотно организовали, сучки!

- О, ты! – сверкнули глаза Изабеллы, в которых я уловил лёгкий страх, что концерт окончен. И надежду: «А вдруг он подыграет – он же обещал». Не стал ломать кайф – пусть поиграется. Не на мне же ей проблемный гештальт закрывать? – Чего тебе надо, раб?!

Попытка обратиться ко мне свысока неудачная, я не поверил, ну да ладно, она ж только учится.

- Госпожа, вас срочно вызывают по делу. – Я был более правдоподобен - низко поклонился, замерев в букве «зю».

- Там точно нужна я? – сощурились её глазки. – Без меня не справитесь? – А тут скорее неудовольствие: «Хуан, не отвлекай по ерунде, видишь, у меня и так не очень получается».

- Без вас никуда, Госпожа… - Боже, это точно я сказал? Да так униженно и раболепно – я в ударе!

- Не Госпожа, а Госпожа Богиня, раб! – Вот, уже лучше интонация! Растём!

- Госпожа Богиня… - Мог бы – ещё б ниже поклонился, да некуда.

- Ничего без личного пригляда не сделают! – картинно вздохнула она, потрепав Мию по голове и забирая тапочки из зубов «раба». Тот высуну язык и задышал, как щенок. – Хороший пёсик, хороший! – Почесала его за ухом и потрепала шею. - Госпожа Мия тебя потрениует пока, дружок! – Снова за ухом, теперь Мие.

Поднялась. Мия поднялась вместе с нею – на всякий, снова страхуя. Изабелла походкой от бедра двинулась ко мне, и, только когда она удалилась на пару метров, Сестрёнка заняла её место в кресле, закинув при этом ноги на подлокотники, приглашая «раба» к чему-то интимному, ей нравящемуся.

- У-ти моя собачка! На, неси! – Она швырнула на середину комнаты свою плётку. Собачка, радостно повизгивая, кинулась за гаджетом. Знаете, а она или почти не играет, или вообще не играет – вот в ней госпожа чувствуется. Звериным своим чутьём ощущаю исходящие волны подавления. И мужик за плёткой побежал влёт, а то Изабеллины тапочки как-то без огонька нёс. Талант, блин! Такая не то, что клиента, а и меня задавит. Хорошо, что мы напарники. Перевёл глаза на третью госпожу, через силу сдерживающую смех глядя на это ребячество, подмигнул ей. Еле заметный взмах ладонью – ответное приветствие.

«Ну чё, как»? жестами показал я, кивая на дверь, куда скрылась Изабелла.

Ответный жест «так-сяк», но поднятый вверх большой палец в конце. Значит, не всё так плохо.

Подмигнул Мие. Она вытянутой рукой сделала пальцовку: «Всё в порядке», и махнула: «Иди». Я тяжело вздохнул и пошёл на выход где уже скрылась попка Изабеллы. Ирония: если у феечки против конкретно этого клиента никаких шансов (мускулистый сукин сын), там чистой воды игра, с Изабеллой – под вопросом – у высочества как минимум мозговая раскачка, плюс тренировки с ангелами, то Мия единственная, кто здесь может скрутить тут всех в бараний рог и заставить делать всё то же самое, что клиент делает, только больше и без стоп-слов. По-настоящему. И я заранее настраиваюсь на ссору с Мадлен – интуиция подсказывает, она это сделать попытается. А ещё, что клиент в итоге останется доволен.

- Что случилось? – первый вопрос, когда мы вышли и отошли чуть от Мадлен и девочек. Глаза встревоженные.

- Даже не поцелуешь меня? – ухмыльнулся я.

Бэль подалась ко мне и чмокнула в губки.

- Достаточно?

В голосе тревога, в глазах тоже. Её интуиция сигналит, что есть проблемы, а значит не стоит глупостями заниматься. Принцесса, воспитание. Проникся

- Отойдём. – Взял её за локоток, отошли в конец коридора.

- Что случилось, Хуан? – Снова вопрос с тревогой в голосе.

- С чего ты взяла, что что-то случилось? Может я просто соскучился, и ревную?

- Если б ты ревновал, и тем более хотел мне запретить, ты бы не так себя вёл, - абстрактно сформулировала она, нахмурившись. - Значит что-то серьёзное. Да и глаза у тебя… Слишком напряженные.

А запрет – так, не серьёзное. Всё больше уважаю школу воспитания в королевской семье. Я о Веласкесах думал хуже. А ещё, женскую интуицию не обманешь.

- Пошли, прям там расскажу.

И повёл её в переговорную, где ждали парни. Ага, прямо в таком виде – не голая и ладно, в остальном пусть завидуют. Смотреть на её реакцию глупо – они на ню-пляжах для аристократии вообще без одежды отдыхают, и не парятся. А тут всего трое наёмников, и она одета. Вошли. Указал ей на кресло. И, поскольку больше свободных сидений не осталось, прошёлся вдаль и сел на пол у стенки, заодно включая в системе координации функцию записи – сделаю для себя несколько снимков – для истории. Уж больно вид у высочества… Специфический.

Изабелла, как и предполагал, видом парней вообще не смутилась, наоборот, завидев других самцов, походкой от бедра прошлась и села в кресло. И также закинула ногу за ногу, как в люксе до этого, проведя кончиком палки от плётки от плеча до ладони. Парни охренели – не то слово! В осадок выпали! Но, взяв себя в руки и поправив челюсти, испустили вздох сожаления и попытались отвести глаза от неё на меня. Да, жестоко я с ними, но они позиционируют себя как стрессоустойчивые, на территориях воевали – переживут.

- Бэль, я не стал ничего объяснять парням без тебя, чтоб не говорить два раза, - как ни в чём не бывало начал я, игнорируя медовые раздевающие взгляд парней, которые нет-нет, да и бросали они на Госпожу Богиню. – В общем, ситуация такая: контракт с «Братством» заключила твоя мать. Не клан. Не государство. Но и не как физлицо, что тоже важно. А как королева, имеется в виду не имя, а занимаемая должность. Да, когда ты глава монархического государства, оказывается, так можно. И прописала в контакте свои гарантии парням, что ни за что не будут отвечать, пока выполняют её распоряжения согласно контракту. Но ложка дёгтя – деньги парням поступают со счетов клана.

- Боитесь, что Фрейя перехватит управление? – сразу въехала в тему Бельчонок.

- Да, - подтвердил я – парни сейчас реагировали на раздражители… Медленно. – Представь, что она даёт им непотребное задание, чтобы «слить» их, так как в контракте сказано, что они подчиняются мне? Зачем ей моя армия в Альфе? В контракте прописаны всего два человека, кто может отдавать приказания: я и королева, и более никто, и королева недееспособна. Я сейчас могу приказать «Братству» что угодно, и согласно букве контракта, они это сделают. И им ничего за это не будет, ибо даже болезнь королевы не отменяет данных ею в обеспечение контракта гарантий. Я могу даже Фрейю арестовать, если, например, посчитаю, что она – заговорщик, или угрожает национальной безопасности. Я утрирую, хрен у меня такое получится – арестовывалска не выросла, но с правовой точки зрения могу, и буду прав. Зачем твоей сестре такие проблемы?

- Мама как обычно не подумала на шаг вперёд, жила одним днём, - констатировала Изабелла.

- И часто она так делает? – усмехнулся я.

- Бывает. – Пожатие плеч. – Она генерирует идеи, но шлифует их Сирена. Одна без другой они мало чего стоят, а вот вместе…

Понятно. И даже то, что мужика одного на двоих делят, в таком случае ерунда. Если одна без другой не может, одна другую усиливает, то и тут надо быть вместе и в горе, и в радости, и в общей постели.

- Она не планировала, что это затянется, - встал на защиту величества Этьен. – Никто это не планировал. И тем более как она могла планировать, что ей станет плохо?

- Это так, да, но нам надо решать вопрос, а не рассуждать, права она или нет… - задумчиво потянула Бельчонок. – И что ты решил сделать? – перевела взгляд на меня.

- Идеального выхода из ситуации не нашёл, - покачал я головой. – С одной стороны я, формально, могу отдать приказ арестовать/задержать Фрейю, но с другой – и Фрейя меня. Так как она сейчас глава клана, и.о. королевы, и это с её счетов, со счетов управляемого ею клана, капают деньги по контракту. То есть нам нельзя разорвать контракт, деньги должны и дальше идти с тех же счетов. Но надо ограничить возможное влияние Фрейи на отдачу управляющих команд. И не смотри так косо - королева не лезла в это, повесив контакт с «Братством» на меня, а она чем лучше матери? А значит, я предлагаю подписать допсоглашение к контракту, где ты, дочь Леи Аманды Катарины Веласкес, от имени клана Веласкес, подтверждаешь все договорённости и гарантии.

- А ничего, что я не глава клана? – распахнула Бэль глаза. – И не могу его представлять.

- Ваше высочество, в контакте нет ни слова про КЛАН, - всё понял слёту Этьен. – Там фигурирует только Лея Аманда Катарина, и сказано, что она даёт гарантии неприкосновенности, как королева.

- То есть я, как её дочь… Просто подтвержу то, что есть? И всё? – не верила высочество, что это так просто.

- Только пока она болеет, - кивнул я. – Тут уже формально без разницы, ты, Фрейя или Эдуардо, ибо никто из вас не королева. Контракт с королевой Фрейей, если она встанет на место матери, это будет ДРУГОЙ контракт. А нам надо продлить этот. Вы с братом – значимые, смотритесь легитимно – почему б вам не повесить такое на себя? Ведь мама жива, по сути это формальность.

- Но Фрейя… - Шестерёнки в её голове работали, но пока не могли найти изъяны в плане, а их было много. – Фрейя может поднять этот вопрос, и отстранить меня. Именно на основании того, что я не могу представлять… Мать. Да-да, я поняла, но Хуан, наследница – она. Даже в том смысле, который предлагаешь ты.

- Но ты тоже её дочь, - не сдавался я.

- Но не наследница! И как наследница она оспорит подписанный мною документ.

- Если Фрейя так решит сделать, то тут два момента, - продолжил я излагать мысли в рамках мозгового штурма. - Первый – она таким решением полностью дискредитирует тебя. Покажет всем, что в семье Веласкес нет единства, что ты – персона нон-грата, и она задвигает тебя, убирая из власти. А ей, насколько знаю, понравилось, что ты тянешь на себе часть нагрузки. Не забываем, по прогнозам эскулапов, мама вернётся, и ей потом придётся её величеству отвечать, зачем она с тобой так сильно поссорилась. Далее, если отбросить маму… Она просто ссорится с тобой! Вбивает тебя в список своих врагов. И ладно если ссора двух сестёр – с кем не бывает. Но за тобой стою я. Это в долгосрочке очень опасно, - сверкнули сталью мои глаза.

- Держи друзей близко, а врагов ещё ближе… - потянула высочество. - Она сама подтолкнёт меня, инертную и политически аморфную особу, на безумства вроде вступления в политическую борьбу.

- Вроде того, - кивнул я.

- С тобой за спиной…

- Вот и я о том же. И, наконец, третий момент. «Братство» может сказать: «Уважаемые Веласкесы! Вы, пожалуйста, разберитесь меж собой, в своей семье, кто у вас правомочен отдавать приказы, за маму кто нет». И пока правомочность не будет установлена, они возьмут самоотвод. После чего, выдержав какое-то время, сами контракт разорвут – это не будет казаться подставой с их стороны.

- А есть какой-либо орган, кто может сказать, что они не правы, надо слушаться Фрейю? – нахмурилась Изабелла. - Ну, там, Конституционный суд, Верховный Трибунал…

- Поскольку контракт подписан в венерианской юрисдикции… Верховный суд, как высший суд страны, - прокомментировал Этьен. – Хуан его уже собирал, а значит и её старшее высочество сможет собрать. Но мне что-то подсказывает, суд не будет спешить с решением, иа тянуть время они умеют. Без Хуана и его невероятной харизмы, - провёл наёмник пальцем по горлу, - она вряд ли решится на силовое принуждение судей. А там, и правда, или королева придёт в себя, или мы контракт разорвём без последствий. В целом, Хуан, мне нравится, - повернул он голову ко мне. - С учётом правового вакуума, наверное, так можно поступить.

- Хорошо. Где надо подписываться? У вас уже есть документ, или мы его сейчас только будем сочинять?

И не скажешь, услышь со стороны, что эти слова произносит особа в спецодежде элитной бордельной шлюхи. Мир полон загадок и противоречий!..

В общем, доп к контракту мы подписали. Изабелла – «от лица семьи Веласкес в связи с болезнью матери подтверждаю, бла-бла-бла…». Во всех экземплярах внесли изменения. После чего наёмники, довольные, уехали. Пока им работу не нашёл, и Фрейя молчит – пусть ждут.

Потом позвонил Максвелл:

- Хуан, надо встретиться.

Голос напряжённый.

- Всё очень серьёзно?

- И да, и нет. Но встретиться надо.

- Ты знаешь, где я сейчас обитаю?

Усмешка на том конце.

- Это вся Альфа знает. И вся Альфа в перманентном шоке, второй день. Никто не хочет верить, но это правда. И даже разборки и смерть каких-то бандюков вчера прошли мимо – уркаганы попытались напасть на логово средней принцессы Веласкес, получили по зубам, бывает. Хотя некто волну поднять пытался, но видно ещё слишком свеж разгром «Братством» пары студий оппозиционных каналов, не усердствовали.

- Вот так и говорят? Я про обнаглевших уркаганов.

- Так преподносят информацию блогеры. А значит так её будут воспринимать люди. Кстати по центральным каналам ничего, только альтернативные, что только подогревает градус интереса к вам.

- Прикольно. В общем, давай ко мне – решим.

- Еду! – Какой-то воодушевлённый у него голос в этом «Еду». Он тоже из тех, кто любит когда его плёткой? Или просто девочки местные понравились?

Повинуясь интуитивному порыву, связался с «Берлогой» и скинул несколько фоток Изабеллы, сидящей в кресле переговорной. С плёткой в руке и без. Ага, вся такая секси. В маске, но узнаваемая.

- Бро, ты точно уверен? – растерянный голос Даниеля на том конце, когда объяснил, что надо сделать.

- Ага. Я ж PR-щик, это моя работа. Всё понимаю, отчёт отдаю.

- Это принцесса. И более того, официальная наследница престола, пока их маме не станет легче. Фрейя, если узнает, убьёт нас, поглумится, закопает, а потом откопает и снова поглумится. И что это твой приказ – ей не канает.

- Дэн, я ТАКИЕ её фото и видео в сетях лицезрел, что эти невинные изображения в эротической спецовке хуже не сделают. К тому же они почти скромные, все самые важные места пусть тряпкой, но прикрыты. Зато она в таком виде поднимет волну интереса, шум. Привлечёт внимание. Я подниму высочеству рейтинги.

- И сокрушишь репутацию.

- Откуда у неё репутация? – усмехнулся я.

- Оттуда. Она ж в оборонке трудится, поставки, всё такое…

- Это знаем мы с тобой, что «всё такое». Для всех остальных она – поставленная для авторитета кукла, за каждым действием которой кто-то стоит. Или я сам, или кто-то умный, мною и сестрой приставленный, но не обладающий нужным весом. Вот положи руку на сердце и скажи, что это не так? Вы ж мониторили общественное мнение?

- Ну… Это так. Никто не верит, что она сама во время кризиса что-то решала. Просто тебе ж не разорваться?

- Во-о-о-от! Так что хуже я точно не сделаю. Но привлеку внимание, как сказал, подниму рейтинги… И Фрейе будет тяжелее «слить» нас. Поп-идолов тяжело «сливать», лучше не связываться.

- Нехорошо прикрываться женщиной в своей разборке с другой женщиной! – покачал он головой.

- Дэн, ты хороший человек, но не лезь туда, где ничего не понимаешь. Жанку, вон, окучивай!

- Там ещё кто кого окучивает… - Мне кажется, или в его голосе послышался страдальческий стон? – Хорошо, Хуан. В личное не лезу, в политику тоже. Сказал слить данные – сольём и распространим. Тема как раз интересная – половина Альфы вас обсуждает. Я имею в виду информированную половину Альфы. И учитывая уже сложившуюся её репутацию, наверное, ты прав, ей точно хуже не будет, скорее наоборот. У неё на самом деле мощный фан-клуб среди молодёжи, и как вы начали встречаться – он не только не ослаб, но наоборот, там много новых появилось. Дескать, принцесса за ум взялась, не просто икона стиля, но ещё и «правильная девчонка». Её любят в народе, Хуан. А следом за ростом популярности, она и тебя вверх потянет.

- Вот, наконец ты понял! Можешь же, когда хочешь.

- Всё, бро, работаю!

* * *

- Ну, что там такое? – Спросил я, когда Доминик до меня добрался. А получилось это сделать только под вечер – всё же глава МИДа, по сути третье лицо в государстве после королевы и премьер-министра, сам себе не принадлежит.

- Хуан, я, конечно, дал всем понять, что хоть и являюсь твоей креатурой, но служу Венере, а не тебе. И меня даже вроде как поняли правильно… Но давай согласовывать действия?

Фрейя знает, что Доминик не мой человек, что я нашёл его у автомата по продаже батончиков, и зацепился за него от безысходности. Потому скорее всего позволит работать дальше. А ещё за него «подписался» её папочка, а отцу не верить – не то же, что послать нафиг меня.

- Дом, не поверишь, но сам в шоке, что так вышло с Фрейей! – признался я.- Спонтанно получилось. И сам сижу весь день в клубе, скучаю, наблюдаю, как Изабелла с ума сходит, и ни хрена не пойму, что теперь делать дальше?

- Ты подстрахуешь девчонку? – в лоб спросил он. Недипломатично, имея в виду совсем не Изабеллу, но у нас с ним достаточно неформальные и честные отношения.

- Да, - так же без словоблудия ответил я. Но говорил… Не совсем уверенно, и даже опустил в пол глаза.

- А сможешь? Ресурсы есть?

- Найду. – Я скривился, как от зубной боли, ибо не был в ресурсах уверен на сто процентов. Корпус ангелов – далеко не всё, что есть на этой планете, хотя это и влиятельный рычаг.

- Хуан, как ты знаешь, моя семья после казни деда никогда не считалась опорой трона… - а теперь он начал издалека. Но я его понял. И сразу перебил, переходя к сути:

- И что они говорят?

Смущение, пауза, понимание. И не менее честный ответ.

- Что внутри куполов Сената скоро начнётся. И перекинется на эту сторону. Потому, что лояльные им войска есть и по нашу сторону «нуля».

- А не начали они потому, что в городе моё ополчение, а ещё потому, что они в основном офицеры, а рядовой состав, к их сожалению, не так горячо разделяет их взгляды? – усмехнулся я.

- А точно это я принёс тебе новости? – нахмурился Максвелл.

- Просто сеньоры до безобразия просчитываемые, - махнул я рукой, выказывая к своим противникам пренебрежение. - Кто, знаешь?

Пожатие плеч.

- Мне называли примерные имена, но говоривший и сам не мог сказать наверняка. Это только предположения, а нельзя обвинять людей на основе предположений. Но это и Генштаб, и кое-какие командиры на «нуле».

- Если б они могли пойти штурмом на дворец – они б это сделали, - констатировал я. – Значит, не могут.

- Не «не могут», - не согласился собеседник. – А «не могли вчера, когда во дворце сидел харизматичный сукин сын, который мог зарядить «Титанами» и «Нарциссами» за такой финт». Или мог припахать эскадру в Лагранже-два, открыв огонь по проблемным куполам из пушек огневых линкоров. А сейчас там его нет. Понимаешь, что хочу сказать?

М-да, говно кипит, как я и предполагал. Ради этого стоило уйти. Но уходить надо планово, зная, что в любой момент вернёшься, а не как сейчас, блин!

- Она не дура, и понимает, что там полно нелояльных, но не пойманных, - замотал я головой. – Доминик, я только позавчера оттуда. Мы с ней это много раз обсуждали. И даже по персоналиям могу сказать, кто это, и не посмотрю, что они «не пойманы за руку». У нас целый список под подозрением, целый выделенный отдел «пятёрки» над ним пашет.

- Весь вопрос в том, как она будет действовать? – сверкнули его глаза. – Вчера было вчера, Хуан. И просто знать список – мало.

Доминик был взволнован. А когда волнуются такие люди, как глава МИД, это ОЧЕНЬ плохо. Ибо и правда, их клан из-за опалы был в стане оппозиции, и у него там мощные связи, которые мне или Фрейе со всей клановой разведкой Веласкесов не снились. Без серьёзного опасения он подобные вещи говорить не станет.

- Дом, поверь, рядовой состав в Альфе их не поддержит. – Я пытался уговорить сам себя, но мне надо было успокоить его, чтобы и я мог работать дальше. Нельзя работать и крутиться как уж, когда вокруг в тебя не верят. - Это иллюзия, в которой они живут. Фрейя справится. Тем более мы с нею прорабатывали штук десять сценариев насчёт армии, на все случаи жизни. В том числе и мятеж тех, кто на «нуле» с нашей стороны.

- Ладно, поверю тебе, - облегчённо вздохнул он. Он хотел мне верить, но пока получалось слабо. Но всё же с мёртвой точки что-то сдвинулось – в спину ударить не должен. Максвелл был готов работать дальше, пока важно это. – Не подведи.

- Когда они хотели начать?

- Я слышал о послезавтра.

- Тогда давай завтра прокатимся к Союзным послам? – предложил я. – Войну надо заканчивать, и предложения о мире им должен передать кто-то «левый». А я сейчас – самый настоящий «левый», никто не заподозрит в моей персоне посланника Фрейи.

- Хорошо. Я заеду, как только разгребусь.

На том и порешили.

Но Доминик ошибся. Моё отсутствие во дворце стало катализатором не только планов мятежных войск, но и дружественных.

- Хуан! Сеньор Веласкес! Срочно! Новости! – влетела в столовую одна из девочек Мадлен – та самая, кто учится на юридическом. Я за сегодня тут, пока бездельничаю, со всеми перезнакомился.

Не став бежать в каюту, воспользовался своим браслетом и мощной системой координации боя на голове, завихрив визор в половину стены помещения.

- …Сейчас вы видите кадры боевых столкновений. На них непонятно кто есть кто, но наш корреспондент, находящийся близ зоны конфликта, передаёт, что подразделения «Мараньон» имеют на рукавах красные повязки, «Укаяли» - белые.

Кадры показывали бои внутри городской застройки первого, подкупольного уровня. С применением мехов. Не так, чтобы адский ад, но деструкторы и ракеты применялись влёт.

Отдаление плана, смена картинки. Ведущая в студии. Симпатичная девочка с центрального канала.

- Напомню хронологию событий. В двадцать два-десять поступили первые сведения о том, что в стане мятежников началось движение, были зафиксированы первые боестолкновения мятежных войск друг с другом, а через двенадцать минут в эфир на радиочастотах вышли группы подразделений, которые назвали себя «Мараньон» и «Укаяли». С просьбой, цитирую: «Не верьте пропаганде, у нас тут много патриотов, верных её величеству. Нас пытаются раскатать, поддержите нас огнём, откройте гермозатворы». И по данным на сию минуту, бои под куполами Сената всё ещё продолжаются, смещаясь к северному и южному гермозатворам. Гермозатворы пока закрыты, королевские войска в бой не вступили.

- Твою бога душу! – подскочил я, и, забыв о боли в рёбрах, побежал в свой люкс. Вызов Фрейи… Не отвечает. Ещё. И ещё. Тишина, лишь гудки.

- Ну же, Фрей! Это же «Мараньон»! Мы же столько в них вложили! Мы ж ради связи с ними спецоперации возле «нуля» проворачивали! Действуй же!

Но ответа не было.

Оператор корпуса. Ну, тут всегда отвечают сразу.

- Кто охраняет Фрейю? Кто глава группы? Связь, быстро!– Без предисловий. Но меня поняли, осаждать не стали.

- Сюзанна.

- Давай!

Эта мегера (я со всем уважением, это просто констатация факта) не кочевряжилась, ответила.

- Слушаю.

- Соедини с Фрейей.

- Повиси.

Судя по звукам она куда-то вышла, и какое-то время шла. Отходила подальше от нулевого объекта.

- Хуан? – откликнулась наконец эта цербер.

- Да?

- Не звони ей.

- Там… Там лютый звездец! – закричал я. - И его планировал и организовывал я! Ради мощного кавалерийского удара, который надо нанести сейчас.

- Хуан, ТЫ НЕ ЗДЕСЬ!!! – её голос, словно сделанный из стали, облил, словно ледяной душ. – Ты ТАМ. Она не сидит, работает. Сейчас как раз совещание. И тебя не забыли. Но СЕЙЧАС оставайся где есть, глаза и слух ей не мозоль! Уходя – уходи, знаешь такое? И я не про личный аспект – плевать кто там у вас с кем спит. Ты сам оставил страну ей. Это приказ, сиди в борделе. Приедешь – прикажу девочкам запереть тебя на базе. Всё понял?

Вот так. Как говорят англосаксы, фейсом о собственный же тейбл.

- Хорошо. Буду ждать. – Рассоединился. А потом долго-долго орал от безысходности и бессилия.