Френдзона. Она под запретом

Глава 1

Глава 1

Лев

– Ты уверен? – с опаской спросила она, занося иглу над моим торсом. – Еще можно передумать.

– Что, струсила, мелкая? – лишь хмыкнул я, расслабленно откидываясь на кушетке.

– Если родители узнают, нам влетит, – всё еще сомневалась она, хмуря свои красивые бровки. Губки поджались, и я видел, как в ее головке начинает происходить мыслительный процесс.

– Ты две недели меня уговаривала. А теперь что, пошла на попятную? – поддразнил я ее, зная, как она это не любит, готовая принять любой брошенный вызов.

– Уговаривала и всё еще хочу это сделать! – кивнула она в подтверждение своих слов. – Но…

– Но что? Сомневаешься в своем искусстве и боишься, что мне всю жизнь придется ходить с корявым рисунком? Тогда точно придется за меня замуж идти, Булочка, – драконил я ее детским прозвищем. – Ведь с таким торсом мне ни одна девчонка больше не даст…

– А я, значит, дам?! – возмутилась она. – Мне, значит, и такой муж сойдет?

– Ну это же будет делом твоих рук, так что…

– Тебе больно будет… – тихонько прошептала она, встречаясь со мной взглядом своих обеспокоенных голубых глаз. Этот взгляд с самого детства заставлял меня идти у нее на поводу. Словно я был рожден для исполнения ее прихотей. Сколько раз я попадал в переделки из-за этих глаз…

– Если проблема только в этом – приступай.

– Лёва… – протянула она, играя пальцами на тату-машинке.

– Ты издеваешься надо мной? – приподнял я бровь. – Ты ведь сама хотела, Тай!

– Хотела… И хочу! Но боюсь…

– Хватит бояться и приступай! Иначе позову ту красотку, которой отвалил кучу бабла за аренду этого кабинета, и пусть она делает мне татушку!

– Еще чего! – тут же вскинулась она, возмущенная при одной мысли о том, что у нее могут забрать то, что она уже по праву считает своей прерогативой.

– Тогда давай! Я весь твой. Зря, что ли, училась обращаться с этой штукой! – улыбнулся я, пытаясь приободрить ее.

Рисунок она уже нанесла, и ей нужно было приступить непосредственно к татушке, которую она так хотела и так боялась делать.

– Ты меня заморозила, так что давай уже, Булочка!

– Не называй меня так! – тут же шикнула она на меня.

– Тут никого нет, так что я не нарушил наш уговор!

– И наедине не называй!

– Фиг тебе! – прикрыл я глаза, давя лыбу. Тая навсегда останется моей Булочкой, пусть она и не любит это детское прозвище. Правда, на людях она строго-настрого запретила мне его использовать, и я сдался после ее истерики с криками и топаньем, по окончании которой со мной еще два дня не разговаривали.

– Не больно? – раздалось снизу, где она уже приступила к рисунку.

– Не-а, ты, главное, рисунок не испорти, а то буду я с перекошенной мордой льва на боку, вместо устрашающего.

– Вот об этом ты точно можешь не беспокоиться, – самодовольно заявила эта нахалка. Правда, должен был признать, что рисовала она получше всякого художника, и ее лев, над которым я сначала рассмеялся, даже не захотев слышать о тату с ним, впечатлял. Мне вообще показалась смешной и глупой идея набить льва, но Булочка, как всегда, смогла меня уговорить.

– Это будет круто! – говорила она. – Лев со львом!

– Я и так не люблю свое имя, а ты предлагаешь мне еще и набить напоминание о нем?! Нет уж! Придумай что-нибудь другое.

– Если только цветочек, – показала язык паршивка, как всегда вредничая.

– Цветочек можешь набить себе, – ухмыльнулся я тогда.

– Теперь, главное, не дергайся, – вернул меня в действительность ее голос, и я с интересом переключился на нее, наблюдая за ее действиями и ожидая боли. Булочка прикусила язык и сосредоточенно водила иглой тату-машинки по моей коже, рисуя льва, а я…

Черт, я какого-то хрена залип на виде ее рта. Красивой формы губы, покрытые розовым блеском. Длиннющие густые ресницы. А когда она наклонялась, в вырезе футболки виднелась ложбинка груди. Я и не заметил, когда эта часть тела у нее так успела вырасти! Это точно от боли у меня помутнение рассудка. Пялюсь на подругу детства, как будто впервые по-настоящему ее рассмотрел.

– Может, и тебе что-нибудь всё же набьем? – предложил я.

– Ты что! Папа меня прикончит, если я сделаю татуировку, – распахнула она глаза и погладила меня по коже вокруг черной линии, которая уже четко виднелась. Черт! Да что со мной такое?! Почему я чувствую чертово возбуждение, которого не должно быть?!

– Ты всегда слушаешь папочку? – поддел я ее. – Никогда не делаешь ничего тайком? Придумай такое место, где папа не заметит твою татуировку. Ну давай, – подначивал я ее, – ты должна меня поддержать и сделать себе тоже маленькую тату, – пытался я отвлечься как мог от прикосновений ее пальчиков.

– Ты меня отвлекаешь, Лёва! – шикнула она на меня, ущипнув за бок.

– Эй, живодерша, – недовольно поморщился я, – и так издеваешься надо мной, так еще и щиплешься.

– Издеваюсь? Да ты потом спасибо мне скажешь, когда девки будут липнуть к тебе пачками, желая потрогать эту морду и хищные зубы. Будешь наконец гордиться своим именем, которое тебе дал отец, – назидательно сказала она, снова склоняя голову и пыхтя над рисунком.

Машинка продолжала жужжать, рисунок уже становился четким, и было скучно просто лежать и ждать. Хотелось подоставать Булочку. Мне так нравилось всегда ее злить, да и отвлечься от странных ощущений, вызванных ее близостью, было бы неплохо.

– Нет, ты все-таки тоже должна сделать тату, – не успокаивался я, представляя, как на ее коже будет хорошо смотреться что-то маленькое. – Например, бабочка на пояснице. Или кошка? Звездочка на запястье?

– Я сама разберусь, что делать со своим телом, умник!

– Это как это так? То есть я тебе доверил свое, а ты не хочешь даже поразмышлять насчет маленькой татуировки в незаметном месте? – нахмурился я, желая докопаться до истины.

– Не вопрос! Я доверю тебе набить мне татуировку, когда ты научишься это делать. Нужно уметь рисовать и быть уверенным, что в нужный момент не дрогнет рука.

– Звучит как хвастовство, Булочка, – не преминул заметить я, вдруг обратив внимание, что подруга детства прячет взгляд и краснеет. Ее пальцы замерли над рисунком, машинка перестала жужжать.

– Что?! – переполошился я.

– Не дергайся! Ты меня отвлекаешь, – разозлилась она, отложив машинку и стянув перчатки. – Хватит болтать, Лёва. Давай тебя усыпим?

– Твоя кровожадность меня всегда поражала! – рассмеялся я. – Так и скажи, что напортачила и испортила рисунок. Я тебя знаю как облупленную, – напомнил я ей прописную истину. – Что с тобой? Ты даже не разозлилась, что назвал тебя так не любимым тобой прозвищем.

– Да с чего ты взял?! Я просто волнуюсь, делая первую татушку в жизни! – воскликнула она, выглядя очень нервной.

Что с ней такое?! Быстро подойдя к зеркалу, я рассматривал сделанную наполовину татуировку. Лев смотрелся действительно впечатляюще. Круто!

– Слушай, это реально огонь! – поделился я с мнущейся в сторонке Булочкой. – Если ты думаешь, что где-то напортачила, то точно нет. Давай продолжим.

– Правда? – спросила она с таким трогательным видом, что я посчитал своим долгом убедить ее в своих словах. Подошел к ней и показал на тату. – Она очень крутая. Все мне будут завидовать и спрашивать, кто тату-мастер. Откроешь свой салон и станешь рубить бабло.

Отчего-то мысль о том, что она будет делать татуировки разным парням, вот так же склоняться над ними, гладить по коже, соблазнять своим видом, мне очень не понравилась. Очень-очень не понравилась…

– Как же, – проворчала она, наблюдая за тем, как я снова ложусь на свое место. – Забыл, что мы уезжаем всего через пару недель? Думаешь, родители отправляли бы меня в лучший вуз столицы, если бы собирались позволить заниматься таким делом, как нанесение татуировок?

– Всегда можно делать это чисто для себя. Как сейчас, – добавил я, не в силах оторвать взгляда от склоненной надо мной девушки. Последнее время в наше общение стало прорываться что-то такое, что не давало мне покоя. Булочка вдруг стала девушкой, и я на свою голову начал это замечать!

– Сейчас я тебя, считай, заставила. Ты, главное, не свети ей перед дядей Багиром, он и так с детства нас дразнит. Если увидит, опять сядет на своего любимого конька, – закатила глаза мелкая.

Отец любил женить нас, начиная с самого детства, всё повторял, что Булочка еще ребенком меня приручила. Мы же лишь смеялись над его странной убежденностью в том, что рано или поздно дружба перерастет во что-то большее. Я и Булочка, представить только!

Тая

– Ну как? – спустя несколько часов трудоемкой работы спросила я. Сидела на освободившейся после Лёвы кушетке, закусив ноготь большого пальца, с волнением ожидая вердикта крутящегося вокруг зеркала парня.

Друг еще в самом начале снял с себя футболку, и я невольно скользила взглядом по его накачанной спине, любуясь канатами мышц. Удивительно, что у восемнадцатилетнего парня может быть такое тело… Ох, не о том ты думаешь, Тая! Не о том!

Бедный Лёва получил бы удар, узнай он о моих ужасных мыслишках! Мало того, что завелась во время нанесения татушки, так еще и сейчас продолжала самым бессовестным образом пялиться!

– Офигенно, мелкая! – повернулся он ко мне, сияя, как новогодняя елка.

– Вот видишь! А ты сопротивлялся! Главное – не снимай пленку, пока я не скажу, а лучше я сама ее сниму! И не мочи.

– Есть, товарищ генерал! – шутливо отдал он мне честь, подходя к стулу, на который повесил свою футболку.

– Аккуратист, – закатила я глаза, наблюдая за тем, как он надевает на себя черную, без единой складки футболку.

– Ты же знаешь маму, – как всегда, прикрылся он тетей Надей, но я-то знала, что друг сам до ужаса педантичен, я даже подозревала у него небольшое ОКР из-за его мании к чистоте и порядку.

– Да-да, – снова закатила я глаза, спрыгивая с кушетки. – Не знаю, как мы с тобой уживемся, сам знаешь, какая я неряха.

– Ничего, я справлюсь. Буду ходить за тобой и убираться…

– Ха-ха, очень смешно! – отвлекшись на пиликанье телефона, я зашла в мессенджер и открыла сообщение от мамы, которая спрашивала, успеваем ли мы на ужин.

– Что там? – заглянул в мой телефон с высоты своего роста друг.

– Эй! Ты имеешь хотя бы представление о личном пространстве? – ткнула я его в плечо.

– Мы ходили на один горшок, о каком личном пространстве ты говоришь? – ухмыльнулся этот наглец, по своей ужасной привычке щипая меня за подбородок.

– Совсем ничего от моей Булочки не осталось, – вздохнул горестно этот гад, убирая руку. Раньше там висел кусок жира, за который он любил меня «пощупать», но к тринадцати годам я, слава богу, перестала быть толстушкой, к которой он так привык.

– И хорошо, что не осталось! На ту пампушку никто бы и не взглянул!

– А кто должен на тебя глядеть? – тут же насупился он, окидывая меня подозрительным взглядом. Ну началось! Что папа, что братья, теперь еще и он! Как же меня достали эти мужчины, считающие меня ребенком! Мне, черт возьми, восемнадцать лет!

И ладно Лёва, у него-то в жилах кавказская кровь и все дела, хотя это его и не оправдывает, но моя-то семья без всяких примесей, и они должны понимать, что у меня, как и у любой девушки, должен появиться парень, но не-е-ет, Таечке же рано, Таечка еще ребенок. Бесят! Вот поедем в столицу и посмотрим, какой Тая ребенок!

– Никто, поедем уже домой, есть жуть как охота, – потащила я его на выход.

Глава 2

Глава 2

Тая

– Как хорошо, что Лёва присмотрит за Таечкой! – причитала мама за ужином. – Одну бы я ее ни за что не отпустила жить в большом чужом городе. Там столько опасностей для молодой девушки!

Готовые сорваться слова, что я уже взрослая, я сдержала, потому что это всё равно было бесполезно. Маму не переубедить.

– А кто будет присматривать за Лёвой? – в свою очередь волновалась тетя Надя и, положив мне на руку свою, попросила: – Таюш, ты, пожалуйста, следи, чтобы он ел. Ты точно будешь для себя готовить, а вот он может и забыть. Мужчины, они такие…

– Мам, готовить нам точно будет некогда, но есть и готовая еда, – вклинился Лёва, немного морщась, когда задел за бок краем стула.

Сделав большие глаза, я показала ему, чтобы не палился так очевидно. Внимательные родители обязательно заметят, что что-то не так, и раскроют нас. И тогда пиши пропало! Начнут обсуждать татуировку и решат, что мы бросим учебу и уйдем в большой загул. Они у нас паникеры.

– Звоните каждый день по видеосвязи, – продолжала волноваться мама Лёвы. – Договорились?

– Мам, серьезно, всё будет нормально, мы справимся, – поморщился Лёва, устав от этой навязчивой заботы.

– Они уже взрослые, успокойтесь, курицы-наседки, – осек их дядя Багир. – Они оба присмотрят друг за другом. Так всегда было в детстве, так и сейчас будет. Правда, Лев?

– Конечно, пап, – согласился мой друг детства.

***

– Они нас достанут, – делился он со мной в кухне, куда мы отошли за соком. – Потом еще с проверкой приедут. Вот увидишь.

– Пусть, что нам скрывать? – пожала я плечами.

– Твой бардак, например? – намекнул он.

– Мама к нему привыкла, поверь, она знает, что это никак не связано с моей успеваемостью.

– Твоя привыкла, а моя нет. Сделает неверные выводы. Придется тебе, Булочка, учиться быть не только прилежной ученицей, но и чистюлей.

– Вот это заявление! Ты уже начинаешь строить меня?

– Я не буду ходить среди твоих разбросанных вещей.

– Я не разбрасываю вещи, просто…

– Что «просто»? – приподнял он бровь, сложив руки на груди и глядя на меня как строгий папочка.

– Мы не договаривались, что я буду меняться! Я не для того поеду жить самостоятельной жизнью, чтобы жить как под присмотром родителей! – негодовала я. – Тая, уберись, Тая, будь хорошей девочкой, на такой никакой порядочный мужчина не женится, женщина должна быть хорошей хозяйкой, – передразнивала я маму. – Я хочу свободы!

– Ты не представляешь свободу среди порядка и чистой посуды? – спросил он, не обращая внимания на мою тираду. – В чем твоя беда?

– А твоя? Зачем обязательно жить как в армии? Чистая посуда, всё по полочкам. Это скучно!

– А ты знаешь, что еще с первобытных времен человек воспринимает валяющийся предмет как угрозу своей жизни? Это рождает стресс, Булочка.

– Глядите, какой умник! Стресс рождает то, что надо каждый день прибираться только потому, что кому-то не нравится ходить среди угроз жизни! О, я придумала! – подняла я палец. – Разделим квартиру на зоны. В одной будет стопроцентная чистота…

– А в другой – помойка!

– Я тебя сейчас стукну! Лёва! Еще и Булочкой обзываешься. Я давно уже не Булочка, – разобиделась я. – Называй меня по имени. А то придумаю и тебе прозвище.

– У меня само имя как прозвище, – опять начал он говорить гадости про свое имя, что я очень не любила.

– У тебя классное имя! Не то что мое. Булочка, ну что это такое? Еще бы Пончиком назвали.

– У тебя были милые пухлые щечки, – улыбнулся он, предаваясь воспоминаниям. – А теперь даже пощипать не за что.

– Прости, даже ради твоей любви к щипкам я не верну те килограммы. Брр! – Меня аж передернуло. – Ты не представляешь, каких усилий стоило отказаться от мучного и сладкого. У тебя-то таких проблем нету.

– Это как? – не понял он.

– Не прикидывайся, – легко пихнула я его в каменный пресс кулаком. – Ты хорошо прокачался. Я даже не поняла, как ты превратился из мелкого хлюпика в…

– В кого? И я не был мелким хлюпиком! – вознегодовал он, нависая надо мной. – Так в кого я превратился?

– В самодовольного кретина, вот в кого! – толкнула я его в плечо, отодвигая от холодильника. Не хватало мне только краснеть из-за лучшего друга! Как я вообще могла смутиться? Это ведь Лёва! Мой лучший друг, который знает обо мне больше, чем я сама. В последнее время со мной явно что-то не то.

– Я знаю, что прекрасно выгляжу, девчонки так и липнут, словно пчелы… – самодовольно заявил он, красуясь передо мной.

– Да-да, что им еще делать? Мозгов-то нет, – фыркнула я, доставая сок. – Пойдем, пока мелкий не прибежал, – схватила я его за футболку, тяня обратно в гостиную. Мой младшенький брат Миша, которому было только четыре, любил ходить за мной хвостиком, я, конечно, не возражала, но порой эта его привычка раздражала, так как он мог запросто повторить наш с Лёвой разговор при родителях, что было бы совсем не весело.

– Помнишь, как он рассказал о том, что ты решила перекрасить волосы? – хохотнул друг, дергая меня за длинный светлый локон.

– Эй! Больно же! – возмутилась я.

– Я до сих пор не могу забыть выражение твоего лица, – продолжал он веселиться.

– Думаешь, я не знаю, что это твоих рук дело? – повернувшись к нему, подняла я тему, которую решила замять неделю назад, чтобы не ссориться с ним.

– Понятия не имею, о чем ты, – выпучил глаза этот бессовестный.

– Еще как имеешь! Ты не хотел, чтобы я перекрасилась в черный, вот и науськивал Мишку, чтобы он перед всеми меня сдал! Знал ведь, что папа ни за что не позволит мне такие кардинальные перемены! – насупилась я, снова чувствуя досаду из-за того случая.

– Блин, Булочка, ну какая из тебя брюнетка?! – скривился Лев, правда, поняв свой промах, тут же решил исправиться, делая жалобное лицо, перед которым я почти никогда не могла устоять. – Я имею в виду, что сотни девушек мечтают о твоем цвете волос, а ты хочешь взять и испортить их!

– Это мои волосы! Я могу делать с ними что хочу! – топнула я ногой, недовольная его категоричностью.

– Но ведь мне видеть тебя каждый день! Ты не можешь так травмировать мою психику! Если натуральная блондинка покрасится в черный, ее волосы станут не черного, а зеленого цвета. Я в интернете читал.

– Большей чуши в жизни не слышала, – закатила я глаза, продолжив свой путь в столовую, где предки увлеченно что-то обсуждали.

– Вот давайте у них и спросим! – сказал дядя Багир, заметив нас.

– Что спросите, пап? – поинтересовался Лёва, наивно полагая, что вопрос с моими волосами решен. Я еще покажу ему! Пусть только устроимся в Москве, уж я-то придумаю, чем ему отплатить.

– Мы долго думали и всё же решили купить вам машину, – вздохнула мама, которая ужасно волновалась, когда Лёва возил меня на машине дяди Багира. Мы оба отучились летом в автошколе, но наши мамы были категорически против того, чтобы мы водили, не имея должного опыта. Но как его получить, если нам запрещают водить?! Ох, родители такие родители.

– Нам? Это что же, одну на двоих?! – возмутилась я.

– Скажи спасибо, что вообще покупаем, – осадил меня папа. – В вашем возрасте другие дети могут только мечтать о таком.

– Ну па-а-ап! – заканючила я, не понимая, почему они всё время пытаются нас воспитывать. Для них покупка машины всё равно что обычный поход в супермаркет для других!

– Не папкай мне тут, мы и так волнуемся, не может быть и речи о том, чтобы отпустить вас, дав вам две машины. Так вы, по крайней мере, всё время будете держаться вместе, – вмешалась мама.

– Мы учимся на одном курсе, будем жить в одной квартире, мы и так вместе! – спорила я.

– Вот и отлично. Пожалей своих стариков, нам и так нелегко, – вздохнул папа. – Единственное утешение, что ты будешь с Лёвой.

– Тая, – шепнул мне Лёва, сжав мою руку под столом, чтобы я не спорила, видя, что я набираю побольше воздуха в легкие для начала перебранки. Меня безумно раздражало то, что родители продолжали считать меня ребенком! Даже над моим пятнадцатилетним братом Игнатом они так не тряслись! Вот оно – проклятие единственной девчонки в семье! Все только и делали, что вертелись вокруг меня!

***

Ближе к вечеру я собрала стандартный набор вещей для ночевки у друга, сказала родителям, что буду ночевать у Лёвы, прошла через калитку в соседний дом и ловко взобралась по лестнице на второй этаж, открывая окно и залезая внутрь. Сначала бросила на пол рюкзак, который шмякнулся о ковер, потом отточенным за годы движением перекинула свое тело через подоконник и оказалась в комнате друга, где ночевала с самого детства.

По сравнению с моей эта комната была темной и откровенно мальчишеской, но я любила тут ночевать.

Так уж у нас было заведено. Не сговариваясь мы просто ночевали то на его территории, то на моей. Родители только радовались, видя, как мы дружим, и спокойно позволяли нам перемещаться из дома в дом.

– Булочка, я тебя не ждал, – Лёва, сидящий на крутящемся стуле возле мощного игрового компьютера, обернулся ко мне. На экране бабахали какие-то самолеты. Друг детства стянул наушники, сказав парням, чтобы они продолжали без него.

Вот за что я его любила, так это за то, что он ради меня откладывал любое дело. И не ворчал, что я оторвала его от игры, как всегда делал брат. Этому я, казалось, вечно мешала.

– Опять командная игра? – спросила я, проходя внутрь комнаты Лёвы и заваливаясь на постель.

– Эй, кроссовки сними, – кивнул он на мои белые, чистые, только что взятые из коробки кроссы.

– Лёва, не нуди! Они новые! Я только по дорожке прошлась.

– Всё равно, – настаивал он. – Моя комната – мои правила.

– Ладно, ладно! – воскликнула я и спрыгнула с постели, стягивая кроссы и кидая их в угол, чем вызвала очередной укоряющий взгляд.

– И вот так мы будем жить?

– А что тебя удивляет? Я всегда был таким, – пожал он плечами, вырубая компьютер и включая большую плазму. – Что будем смотреть?

– «Ординатора», – сказала я, называя один из любимых сериалов про врачей.

– Окей, – согласился он и стал искать сериал.

– Но сначала давай посмотрим татушку. Я, вообще, из-за нее пришла к тебе. Так-то я обиделась, не хотела заботиться о тебе, но решила, что, раз я ее нанесла, мне и контролировать.

– Обиделась? – удивился он, стягивая футболку и снова поражая меня своими мускулами.

– Ты не дал мне уломать наших предков, чтобы купили нам две машины! А должен был поддержать.

– Твое упрямство ни к чему бы не привело. Тем более у меня есть способ решить этот вопрос.

– Правда?! – восхитилась я и захлопала в ладоши. – Лёва, я так и знала, что ты не подведешь!

Подскочив, я понеслась к стеллажу и схватила пузатую свинью-копилку, со всего маха треснув ею по полу. Целый год терпела, не в силах дождаться, пока Лёва ее разобьет и мы потратим деньги. Уверена, там точно хватит на машину!

Но, подняв глаза, я увидела лишь ошарашенное лицо друга.

– Что ты наделала?! – возмутился и завопил он.

– Как что? – растерялась я. – Я думала, ты имеешь в виду, что мы купим вторую машину на накопленные тобой деньги.

– Булочка, вот что у тебя в голове, а? – засуетился он вокруг осколков, выуживая оттуда купюры. Потом взял швабру и совок и стал убирать осколки.

– Дай я, – потянулась я к швабре, испытывая чувство вины.

– Не надо, я сам, – оттолкнул он меня, и я плюхнулась на диван, откинувшись на руки и наблюдая, как перекатываются его красивые мышцы. Они ходили туда-сюда, пока он работал над уборкой мусора.

– Лёв, извини, – тронула я его ногу своей ногой, вытянув носочек. – Ну не дуйся, а?

– На тебя подуешься, – проворчал он, заканчивая с уборкой и неся свой клад ко мне на диван. – Давай считать. На машину тут точно не хватит, но, возможно, на подержанный байк…

– Что?! Нет, Лёва! – выпучила я глаза. – Никакого байка!

– Господи, ты сейчас так похожа на свою маму.

– Это опасно! Ты хотя бы знаешь, какой процент аварий…

– Тпру! Хватит нудеть, – расправляя купюры, сказал он, не слушая моих доводов. – Хорошо, что кидал только еврики.

– Если ты купишь байк, я расскажу дяде Багиру, так и знай! – пригрозила я ему.

– Не расскажешь, – не впечатленный моей угрозой, начал считать купюры он. – Ни фига се, тут около восьмиста штук! Неплохо, но на байк не хватит, так и знал, что надо поднакопить!

– Никакого байка, Лёва, я серьезно! Нам и одной машины хватит! – Не хотела я уже второе средство передвижения. – Мы и так вместе будем везде ездить, родители правы, не нужна нам вторая машина.

– Как это не нужна? Ты же только что обижалась на то, что я…

– Обижалась и обижалась, забудем об этом. Иди сюда, дай посмотреть, нет ли воспаления, – свернула я тему.

– Ты еще и врачом у нас заделалась? – пошутил он, покорно вставая и идя к зеркалу. – Быстрее бы уже всё зажило, чешется нереально, – пожаловался он.

– Не чеши! – тут же подошла я к нему, хлопая по руке. – Снимем пленку через пять дней. Только не трогай и ни в коем случае не чеши, – повторила я, вставая на колени и внимательно осматривая кожу вокруг татуировки.

– Я не ребенок, не нужно повторять по два раза, – охрипшим голосом сказал он.

– Иногда ты даже хуже, – не согласилась я, с облегчением понимая, что всё в порядке. – Надевай свою футболку и неси мне мороженое, – встала я, кидая ему футболку и удобно устраиваясь на диване.

– А как же твоя глупая диета? – поддел он меня, натягивая наконец майку и скрывая свое ставшее таким соблазнительным тело.

– Я сегодня заслужила некоторую поблажку, – беря в руки пульт и заканчивая поиск сериала, сказала я.

– Это чем же? Если кто и заслужил что-то, так это я!

– Вот как?

– Конечно! Это же я несколько часов терпел боль и лежал, боясь пошевелиться! – возмутился друг.

– А я работала не разгибая спины! Ты мне, кстати, должен массаж, у меня шея затекла, – попыталась я размять мышцы.

– А нефиг столько часов корпеть над планшетом, это он виноват, а не я и моя татушка, – уличил он меня, выходя из комнаты. Я же удобно устроилась на диване, включая серию сериала. До чего же удобный был у Лёвы диван…

– Эй, не спи! – выдернул меня из дремы недовольный голос друга. – Ешь свое мороженое и смотри сериал, еще только десять, если сейчас заснешь, проснешься ночью и будешь доставать меня.

– Меня порой пугает то, как хорошо ты меня знаешь, – широко зевая, заметила я. – А массаж? – когда он подал мне большую упаковку любимого лакомства с малиной и миндалем, состроила я просящую мордочку.

– И массаж, горе ты мое… – вздохнул друг, забираясь на спинку дивана, пока я садилась поудобнее.

– Знаешь, Лёв, если когда-нибудь останешься без папиных денег, можешь пойти массажистом, – простонала я, облизывая ложку. – Я словно в раю.

– Рад, что ты так высоко оцениваешь мои навыки, – дергая в очередной раз за прядь волос, усмехнулся он.

– Эй! Оставь уже мои волосы в покое! – мотнула я головой. – Я из-за тебя скоро лысой останусь. Или вообще подстригусь на фиг, тогда не за что будет меня дергать.

– Только попробуй, не смей трогать мои волосы.

– Твои волосы?! – возмутилась я. – Они, вообще-то, растут на моей голове!

– Ну и что? Где бы они ни росли, они мои. Так что руки прочь! И так вон похудела дальше некуда, теперь решила и от волос избавиться?

– Тебе-то что? – выпучила я глаза, не понимая его претензий.

– Не люблю перемены.

Глава 3

Глава 3

Тая

– Лёва, дай еще поспать, – стонала я, слыша, как друг занимается зарядкой прямо рядом с моей кроватью.

– Просыпайся, Булочка, и присоединяйся, – позвал он меня, на что я лишь фыркнула.

Вот еще. Где я, а где утренняя зарядка?

Продрала глаза и села в ворохе одеял, кинув взгляд на диван. Конечно, уже собранный и без постельного белья.

В какой-то момент наши родители смирились, что мы живем на два дома, и купили в наши спальни по дополнительному дивану, хотя мы частенько оказывались в одной кровати.

И только сейчас я поняла, что мы уже не дети и спать вместе было бы… странно…

Сглотнув, я глядела на широкую спину Лёвы, который упорно отжимался.

Два… Четыре… Десять… Сорок…

– Эй, ты идешь на рекорд?! – позвала я его, не понимая, откуда в нем столько силы.

Лёва подскочил, потер ладони друг о друг и поиграл мышцами, беся своей бодростью в ранний час.

– Хорош красоваться, тут тебя не снимают для спортивного журнала!

– А тебе хватит спать, ты идешь в душ или я первый?

– Я иду спать! – заявила я и бухнулась обратно на подушку.

Прикрыла глаза, чтобы уснуть, и, черт, перед роговицей так и плясали картинки четких кубиков пресса Лёвы и его мощные бицепсы. Я аж кулачки сжала, чтобы избавиться от щекотки в ладонях. Руки помнили, как круто его касаться, какая гладкая у него кожа. Блин, я что, серьезно думаю о том, чтобы потрогать своего друга?

Накрывшись подушкой, я попробовала уснуть, крутилась, вертелась, но потом сдалась и почапала в ванную, чтобы умыться и одеться к завтраку. В ванной пахло… Лёвой. Его гелем для душа, свежим, как море в ветреную погоду. Голова пошла кругом от этого запаха и по телу побежала странная горячая волна. Наваждение какое-то…

– Я голодная как волк! – заявила я, усаживаясь на свое любимое местечко за столом и подсунув ногу под попу.

Семейство моего друга уже завтракало, даже не удивившись тому, что я вдруг оказалась у них дома. Это для нас было в порядке вещей.

– Что вы там вчера расколотили? – спросила тетя Надя, ставя передо мной тарелку с блинами и блюдце с джемом.

– О, блинчики! – обрадовалась я, помня о диете, но не удержавшись от соблазна. – Мы торжественно разбили Лёвкину копилку.

– Что решили купить? – дружелюбно поинтересовалась мама Лёвы, заставив нас переглянуться. Не скажешь же ей, что хотим пойти наперекор и приобрести второе средство передвижения. Он меня так вчера напугал намерением купить опасный байк, что я здорово пожалела, что разбила эту дурацкую свинью.

– Мы… – начал Лёва, и мне пришлось импровизировать.

– Мы еще не решили, – закончила я за него, отчаянно пытаясь придумать, что можно купить за восемьсот штук вместо этого ужасного байка.

– Много накопил? – спросил дядя Багир, а когда Лёва назвал сумму, уважительно присвистнул. – Сильно. Можно купить что-то крупное. Ну ладно, это ваше дело, вы уже взрослые, – заключил он, допивая свой кофе.

– Ух ты! – у младшего брата Лёвы загорелись глаза. – Я тоже так хочу!

– Так копи. Лёва же не сразу накопил эту сумму, откладывал, вот и накопил, – посоветовала тетя Надя, потрепав Тагира по голове, а потом с умилением глядя на старшего сына.

– Мам, только не начинай, – сразу понял он ее настрой, но она всё равно подошла к нему и обняла.

– Как не начинать? Знал бы ты, как сложно вас отпускать. Хорошо хоть, что наша Тая будет за тобой присматривать!

– Кто еще за кем будет присматривать, – пробурчала я себе под нос, представляя, какой муштре меня подвергнет Лёва, когда станем жить вместе.

– Они уже оба взрослые, – сказал дядя Багир. – Хватит кудахтать над ним. Разберутся без нас.

Младшая сестра Лёвы Мика закатила глаза и схватилась за телефон, с которым не расставалась.

– Отдельно они еще не жили, – не сдавалась тетя Надя, – да еще в чужом городе. Главное – держитесь вместе.

– Мам, мы поняли, поняли, – улыбнулся ей тепло Лёва, – хорошо питаться, учиться на отлично, осторожно ездить на машине…

– Да, осторожность – самое главное! Чтобы не вышло, как в тот раз в детском лагере, когда вы сбежали в тихий час и прыгали с тарзанки.

– Это всё она!

– Это всё он!

Воскликнули мы одновременно, вызвав всеобщий смех.

– Мам, но ничего же не случилось, мы не утонули и не сломали ногу, – примирительно сказал Лёва, продолжая обнимать мать.

– Еще бы случилось! Так что смотрите у меня. Звоните нам каждый день по видеосвязи.

Уверив, что так и будет делать, Лёва потащил меня ко мне домой, чтобы я переоделась и помогла ему с небольшим шопингом.

– Мне уже нечего надеть, – жаловался он, начиная собирать мои разбросанные вещи, пока я подбирала себе наряд.

– Ты опять? – нахмурилась я. – Может, ты в прошлой жизни был горничной? – с серьезным видом спросила я.

– Обхохочешься, как смешно. Вот ты точно была неряхой. Как можно жить в таком бардаке?! Я же только три дня назад тут всё разгребал!

– Вот и мне интересно, – зашла мама, как всегда не вовремя. – Намучаешься ты с ней в Москве, Лёвочка, – вздохнула она, с укором смотря на меня. – Наша вредина с детства способна учинить беспорядок за рекордно короткое время. Давай я отнесу посуду, – собрала она с моего компьютерного стола пустые чашки и тарелки.

– Эй! Я, вообще-то, тут! – топнула я ногой. – И вообще, это большой вопрос, кто с кем там намучается!

– Намучается-намучается! – смешно повторил вошедший вслед за мамой Мишка.

– Ах ты, хулиган! – рассмеялась я, позабавленная его милой мордочкой. Схватила его и, обняв, звонко поцеловала в пухлую щеку. – Вот по кому я буду скучать больше всех! Сладкий мой пирожочек, – продолжала я выражать свою любовь к самому младшему члену нашей семьи. Миша родился, когда мне было четырнадцать, родители решились на последнюю попытку в надежде, что в четвертый раз точно родится девочка, но, увы, я так и осталась их единственной дочерью.

– Я вот тоже думаю, за кем он теперь будет таскаться. И вообще, я не понимаю, почему ваши отцы решили, что вам так уж необходимо учиться очно! Всё равно все знания приходят с опытом, – в очередной раз завела мама разговор об этом.

Мне и самой было грустно уезжать от семьи, но и пожить самостоятельной жизнью, тем более когда Лёва, без которого я не могла обойтись, ехал со мной, было новым и желанным опытом.

– Вы будете часто нас навещать, теть Даш, – обнял маму со спины Лёва, который был уже на полторы головы выше нее. – А через два месяца день рождения деда, на котором мы все соберемся, – пытался приободрить он ее.

– Ты прав, Лёв, что-то я раскисла, – согласилась она, шмыгая носом. Ох, мамы такие мамы! Только успокоили тетю Надю, а сейчас и моя туда же…

– В самом деле, мам! – подключилась я, подходя и тоже обнимая ее. – Вы словно на другую планету нас отправляете.

– Вот родятся у тебя свои дети, тогда и поймешь.

– Не в ближайшем будущем! – ужаснулась я от одной только мысли.

– Если бы я так думала, тебя бы на свете не было, – по-доброму улыбнулась мама, гладя меня по волосам.

– Просто ты не смогла устоять перед харизмой папы, – поддразнила я ее.

***

– Я что-то расхотел ехать на шопинг, – закончив прибираться, улегся на диван друг.

– Что, тоже поддался настроению родителей? – скептически спросила я, заканчивая заплетать волосы в колосок.

– Просто так странно уезжать, через несколько дней мы будем совершенно одни в незнакомом городе.

– Будет классно! Мы будем делать что хотим, гулять и веселиться!

– Мы и так не особо ограничены в том, чтобы гулять и веселиться, – не разделял друг моего энтузиазма. – А если ты про клубы и выпивку, можешь забыть про это.

– Какой же ты зануда! Всё, вставай, пошли шопиться, – потребовала я, предвидя скорую ссору, если не съеду с этой темы. Главное – добраться до Москвы, а там я свое получу.

Лев

– Тая, хватит вертеться! Самолеты падают намного реже, чем…

– Хватит болтать! – зашипела Булочка, продолжая сидеть с зажмуренными глазами.

– Ну ты и трусиха, – рассмеялся я, не в силах сдержаться. Подруга всегда боялась летать. Помню, как она два года назад даже умудрилась стащить у тети Даши снотворное перед вылетом в Египет. В итоге мы, не сумев разбудить ее по прилете, так сильно испугались, что вызвали скорую.

– Ржешь? – сощурила она глаза и стиснула зубы, фырча от злости. – Весело тебе?

– Ну не плакать же, – урезонил я ее, – ты смешная. В чужой город переехать тебе запросто, а в самолете дрожишь, как мокрый суслик.

– Сам ты суслик! Мне страшно, понимаешь ты? Я до одури боюсь летать, – прошептала она, и тут я заметил, какие белые у нее пальцы, а губы – чуть ли не синие.

Веселье как рукой сняло, я даже испугался, что придется сходить с рейса. Вдруг ей в полете станет плохо?

– Эй, ты что? – подтянул я ее к себе, несмотря на сопротивление, начал растирать заледенелые пальцы и ласково бормотать. – Я же с тобой. Если умрем, так вместе. Это будет так быстро, что ты даже не успеешь ничего почувствовать.

– Знаешь, никогда не устраивайся на работу в службу психологической поддержки, – серьезно посоветовала она, устраивая свою голову на моей груди. – Лёв, надо было ехать на поезде. Пусть дольше, но зато безопаснее.

– Я же сказал, по статистике…

– Мне всё равно на статистику. Вдруг мне суждено умереть молодой и красивой.

– Никто не умрет! Тебе еще столько всего предстоит! Выучиться, устроиться на работу, выйти замуж и родить детей… – перечислял я, вдруг помрачнев.

Она что, выйдет замуж за какого-то московского мажора? Черт, и как мне это предотвратить? И вообще, с какого перепугу я хочу это предотвратить?!

– Ты что замолчал? – подняла она голову и посмотрела на меня. – Думаешь, что меня, такую неряху, никто не возьмет замуж? Мужья любят чистый дом, вкусную еду. Я ничего не умею.

– Конечно, я бы такую жену точно не выбрал, – согласился я, вернув себе силой веселое настроение. Потом подумаю, почему рассуждения о замужестве моей подруги детства покоробили меня.

– А тебя никто в мужья и не берет! – насупилась она, отодвигаясь и надувая губы. – Женишься на какой-то скучной заучке и умнице, которая будет готовить тебе пирожки и содержать дом в чистоте.

– Именно так, – мечтательно улыбнулся я, откидываясь на спинку сиденья и заводя руки за голову. – Она должна быть точно такой же идеальной, как и я.

– Идеальность – это скучно, – заявила Булочка. – Ты с ней со скуки умрешь. Если бы не я в твоей жизни, ты бы просто заплесневел.

– У меня ни одной пылинки дома, плесени неоткуда взяться, – парировал я, наблюдая за ее смешной моськой. Видно было, что она на ходу придумывает, как бы меня уколоть.

– Вот я и говорю, ты скучный. Будешь мне как папочка в Москве, – выдала она прогноз. – Вообще, я предлагаю обговорить правила.

– Что за правила? – заинтересовался я, глядя на Таю.

– Я вот что думаю, – размышляла она, пытаясь удобнее устроиться на сиденье. – Так как мы будем жить на одной территории, нам надо как-то сосуществовать. Давай распределим домашние обязанности. Вряд ли я буду прибираться, да и готовить я не умею… Я могла бы ходить за продуктами, но сумки тяжелые, поэтому лучше тебе этим заниматься… Давай я буду стирать, вытирать пыль и поливать цветы?

– Опять командуешь, Булочка? – поцокал я языком, даже не удивляясь, как она шустро распорядилась с распределением наших обязанностей. – Но я думаю, нам лучше установить дежурство, чтобы все делали всё поровну и никому не было обидно. Тебе не помешает научиться следить за порядком и готовить, а мне вот не очень улыбается вечно прибираться за тобой.

– Зануда, – буркнула она. – Ладно, пусть будет по-твоему. А что по поводу жизни вне дома? Понятно, что на учебу мы будем ездить вместе, а если вдруг у нас появятся друзья, интересы, то как мы будем распоряжаться машиной? Ты будешь возить меня в ночные клубы?

– Какие еще ночные клубы? – нахмурился я. Нет, я, конечно, и сам был не против развлечься, но о том, чтобы отпустить мою Булочку одну в такое злачное место, и речи быть не могло. – Не доросла ты еще до ночных клубов, – выдал я ей свою мысль.

– А ты, значит, дорос?! – возмутилась она.

– Не обращайте на меня внимания, – проговорил папа, сидящий рядом со мной, мой старик был тем еще любителем стеба над нами.

– Послушайте его, дядя Багир! – прижимая меня к спинке кресла за плечо, чтобы лучше видеть его, воскликнула Булочка.

– Не слушай его, куколка, мой сын тот еще шовинист, – ухмыльнулся отец, как всегда вставая на сторону этой вредины.

– Ну спасибо, пап.

– А что, я разве не прав? Я вообще за равноправие полов, знаешь ли.

– С каких это пор? – подозрительно прищурился я.

– Если тебе можно в ночной клуб, то и я пойду! – оставив висеть мой вопрос в воздухе, снова воскликнула Булочка.

– Вообще-то, вам обоим нельзя. Повезло вам, что с вами отправили меня, а не старину Макса, – хмыкнул он.

– А вы сами-то с папой со скольких лет начали развлекаться и ходить в клубы? – не сдавалась эта упертая девчонка, но зато хотя бы про страх полета забыла.

– О-о-о, в эти дебри вам лучше не лезть. Правда, если спросить твоего папу, он до двадцати одного года был прилежным мальчиком и ни о каких клубах и выпивке знать не знал.

– Какой вы клевый, дядя Багир, – с восхищением вздохнула эта мелочь. – Как вы только подружились с моим скучным отцом?

– Ты бы так не говорила, если бы знала его в то время… Хотя кому я вру? Максим и тогда был занудой, – махнул он рукой.

***

– Ну что? Видишь, самолет долетел целый и невредимый, стоило ли так паниковать? – поддразнил я Таю, таща ее в сторону места получения багажа.

– Я с тобой не разговариваю! – дулась она, пытаясь вырвать свою руку из моей.

– Ладно-ладно, пущу я тебя в клуб. Вместе со мной.

– Я, может, не хочу вместе с тобой, – ворчала она скорее для порядка, чем злясь на самом деле.

– Ну извини, одну не пущу. Ты у меня та еще беда, неизвестно, что там с тобой приключится.

– Ну знаешь ли…

– Дети, может, хватит? Вы в детстве меньше спорили.

– Мы на такси, пап? – спросил я, пытаясь свернуть тему.

– Да, Слава не смогла приехать, а водителя я попросил не присылать. Легче взять такси.

– Я так и знала, что тетя не сможет, – вздохнула Булочка. – Она вечно занята.

– Зато она подогнала нам машинку, которой ни у кого нет, так что не ворчи, – приобнял я ее за плечи, напоминая, что ее тетя сделала нам отличный подарок. – Вон наши чемоданы!

Глава 4

Глава 4

Тая

Фух! С каким же облегчением я села в такси, наслаждаясь надежностью наземного транспорта. Чтобы я еще раз по доброй воле полетела на самолете? Да ни за что! Столько страха натерпелась. Дядя Багир и Лёва отвлекали меня как могли, за что я им благодарна, но я всё равно боялась!

– О, можете остановить тут? – кивнула я в сторону промелькнувшей кондитерской с заманчивыми витринами.

– Никак, уже не смогу перестроиться, – объяснился водитель.

– Что ты хочешь? – спросил Лёва.

– Мне нужна компенсация после этого испытания! Хочу пирожное.

– Зайдем в магазин у дома, – предложил дядя Багир, – как раз посмотрим, что он из себя представляет и есть ли там кулинария. В первое время у вас вряд ли получится готовить. Впрочем, не буду распространяться на эту тему, тут ваши мамы правят балом.

– Да уж, – скривилась я, вспомнив об обещании каждый день звонить мамам. Та еще обязанность. Если забудешь, они сразу же будут звонить в полицию и МЧС с вертолетами и отправлять их на поиски своих любимых чад.

Мы доехали до высотки, в которой будем жить, и осмотрелись в довольно-таки уютном благоустроенном дворе, обнесенном кованым забором с замком на калитке.

– Вашим мамам это понравится, – по-деловому сфотографировав забор и дом, заметил дядя Багир.

– Отправь им, отправь, – поторопил его Лёва, – а то меня закидали сообщениями, чтобы рассказал про дом.

– Сначала в магазин зайдем, а потом посмотрим квартиру, – решил дядя Багир и повел нас в близлежащий супермаркет, где мы купили не просто пирожные, а целый торт, а также несколько позиций в кулинарии, чтобы не пришлось готовить ужин.

– Завтрак я приготовлю сам, – сообщил нам Лёва, выкладывая в тележку яйца, бекон и молоко.

– Какой ты у меня хозяйственный, – улыбнулась я, прислонившись к нему и заглядывая в глаза. – Мечта, а не сосед.

– За это тебе придется помыть посуду, – щелкнул он меня по носу.

– А там будет посудомоечная машина? Не хочу, чтобы у меня стали заскорузлые руки. Пойдемте уже посмотрим квартиру, я сгораю от нетерпения! – запрыгала я, хлопая в ладоши.

– Ты сущий ребенок, – заулыбался Лёва, – давай купим тебе воздушных шариков?

– Ну конечно! Нашелся взрослый, – дернула я головой, а сама пошла на кассу, увидев целую гору прикольных мягких игрушек – котов со смешными длиннющими лапами. – О, какие классные! Хочу!

– Я же говорю, ребенок.

– Я всё слышу, Лёва, но нам надо будет украсить нашу квартиру, и я беру эту обязанность на себя, – заявила я, кладя в корзину кота.

– Уже страшно, – поддразнил меня Лёва, а дядя Багир уже выкладывал на кассу покупки.

Расплатившись, мы наконец добрались до дома, вошли во двор и поднялись на лифте на двенадцатый этаж. Квартира-студия была оформлена в черных, желтых и белых тонах. Гостиная объединялась с кухней, являясь одним пространством. Всё блестело от чистоты и радовало глаз добротной темной мебелью и целым арсеналом нужной бытовой техники. Вот это, я понимаю, квартирка!

– Я буду жить в этой комнате! – крикнула я, вбегая в одну из комнат, обнаружив, что она необычной формы, шестиугольная, но потом, вбежав в другую, решила, что лучше останусь в ней, ведь она была в более светлых тонах и там имелась лоджия с ярко-желтыми занавесками.

– Хватит заниматься челночным бегом, – поймал меня за хвост Лёва и сунул в руки пакеты. – Учись быть хозяйкой и иди разбирать продукты.

– Ну Лё-о-ова, – заканючила я.

– Хватит Лёвкать, быстрее начнешь, быстрее закончишь, – отрезал он с таким видом, что я поняла – не прокатит.

– Ла-а-адно, – вздохнула я, принимаясь за продукты, пока Лёва разогревал то, что мы взяли покушать на ужин в отделе кулинарии.

– Ваши мамы звонили, – вошел на кухню дядя Багир. – Рады, что вам всё понравилось.

Дядя Багир был единственным, как и мы с Лёвой, кто не видел нашей квартиры после ремонта. Ремонтом занимались наши мамы, на пару с моим отцом.

– Понравилось – не то слово! – улыбнулась я, до сих пор не веря, что мы будем жить с Лёвой в таком классном общем пространстве! Больше не нужно бегать из одного дома в другой! Мы всегда будем вместе! – Как же тут круто!

– Да, мне тоже нравится, – улыбнулся дядя Багир, радуясь моему энтузиазму. – Завтра отвезу вас в университет и поеду домой.

– Пап, мы что, в первый класс идем? – отвлекся от своего занятия друг.

– Ректор – мой старый знакомый, хочу пообщаться, плюс замолвлю за вас словечко…

– Мы, вообще-то, и сами отлично учимся! – возмутился тут же мой отличник.

– Не слушайте его, дядя Багир! – тут же встряла я, которую попросту заставляли учиться. Если бы не Лёва, я бы давно на всё забила, но друг не давал мне спуска.

– Никаких привилегий, пап! Если мы с чем-то не справимся, то дадим знать.

– Так я уже… – попыталась я вставить хоть слово, но куда там. Лёва уже сел на своего любимого конька. Сам да сам.

– А ты вообще молчи, лодырь. Я тебя уже предупреждал – сначала учеба, потом всё остальное. Мы сюда в первую очередь приехали учиться, а не развлекаться.

– И в кого у меня сын такой зануда, а? – подмигнул мне дядя Багир. – Обычно родители переживают, что их дети затусят, забив на учебу, мне же приходится переживать о том, что мой сын заучебится.

– Нет такого слова, – закатил глаза Лёва.

– Не будь занудой, я скоро и впрямь начну подозревать подмену.

– Ага, подмену с твоим лицом, – усмехнулся друг, который действительно был очень похож на отца, я бы даже сказала, что он его маленькая копия. Хотя с маленьким я, конечно, загнула, скорее молодая, и такая же красивая. Дядя Багир даже к своим пятидесяти двум годам выглядел стройным и подтянутым, почти без единой седой пряди в темных волосах.

– Туше, мой мальчик, – принимая свою тарелку с рыбой и картошкой, ухмыльнулся он. – А словечко я всё же замолвлю, это вам не школа, тут преподы могут быть теми еще фруктами.

***

– Лёва, отстань! Я тебе серьезно говорю, я буду спать, – ныла я с утра, не в состоянии оторвать голову от подушки. А этот мучитель не собирался оставлять меня в покое.

– Тая, просыпайся, нам нужно на учебу. Мы уже и так опаздываем. Я тебя третий раз бужу.

– Ну до чего же ты нудный! – рассердилась я, наконец садясь в постели. – Сегодня первый день, можно пропустить, никто не умрет, если мы не поедем сегодня в университет.

Отвратительно бодрый сосед по квартире стоял в проеме двери моей комнаты, прислонившись к косяку и сложив руки на груди. Весь чистенький, выбритый, причесанный, одетый в нарядную голубую рубашку и строгие черные брюки.

– Булочка, – вздохнул он, – мы поедем так или иначе. А я предупреждал тебя вчера, чтобы ты легла пораньше. Так нет же! Кому-то надо было кровь из носу разложить все вещи по шкафам! Во сколько ты вчера легла спать?

– Хватит меня контролировать, папочка. Зато посмотри, какой порядок. Ты же за него постоянно борешься! – развела я руками.

– Это ненадолго, – закатил он глаза, – плавали, знаем.

– Да господи! Сказала же, что начну новую жизнь и буду следить за порядком! Я тебе не какая-то неряха.

– Ладно, не злись, – примирительно сказал он и прошел вглубь комнаты. – Если ты начинаешь новую ответственную жизнь, то пора начинать сейчас. Вставай давай, быстро принимай душ, и поехали.

– Ты слишком многого от меня хочешь сразу, – возмутилась я и спряталась под одеяло, только мой мучитель схватил меня за ногу, выволакивая из-под него.

– Душ тебя взбодрит. В крайнем случае поспишь в машине.

– Ну оста-а-а-нь… – умоляла я его, но он был непреклонен.

Пришлось тащиться в душ, в котором я чуть не уснула. Теперь что, всегда так будет? Я решительно не согласна! Я себе не так всё представляла! Я же с лучшим другом живу без родителей, а получается, что с папочкой?!

– А что на завтрак? – деловито поинтересовалась я, заходя в кухню. Идеальная чистота, казалось бы, говорила о том, что здесь с утра никого не было, но подозрительный запах яичницы выдал Лёву с головой.

– Не знаю, что сама приготовишь, – отвратительно спокойный, пожал он плечами.

– Я чувствую по запаху, что ты жарил яичницу, – уличила я его, – не мог разбить лишнее яйцо для меня? А еще друг, называется.

– Любишь холодные яйца? Проще приготовить свежую яичницу.

– Проще, проще, всё тебе проще, конечно! – бурчала я себе под нос, открывая холодильник и рассматривая его нутро.

– Хватит ворчать, как злой бурундук. Скоро ты сама поймешь, как это всё просто. Взять сковородку, поставить на огонь, налить масло… Ладно, ты сама разберешься без меня.

С этими словами он оставил меня одну.

Сказать легко, но не так легко, как оказывается, сделать. Поглядывая на часы, я начала возиться с этой чертовой яичницей, только спустя десять минут мучений понимая, что я, в общем-то, не хочу яичницу. Брр! У меня же есть торт! На ночь я его лопать, естественно, не стала, чтобы не наесть бока, поэтому отложила свою прелесть на утро.

И вот оно наконец настало! Хоть какая-то радость. Сладкое суфле вместо противных яиц, которые я позорно сожгла, забыв про них, пока возилась с упаковкой торта.

– Горе ты мое, – вернулся Лёва в кухню, видать по запаху почуявший, что яичница так и не добралась до моей тарелки. – Так и знал, что останешься без нормального завтрака.

– Зато мне вкусно! – показала я ему язык, усмехаясь. – Где дядя Багир?

– Спустился посмотреть на машину, – беря сковородку и ставя ее в мойку, ответил он.

– Всё, побежали! – вскочила я, запихнув в себя оставшийся кусок торта. – Я тоже хочу посмотреть! Как же здорово, что моя тетя – самый крутой автомобильный дилер в России!

– За рулем сегодня папа, так что особо не радуйся, – усмехнулся друг, идя за мной в коридор.

– Я бы всё равно не села за руль в первый день, – обувая свои кроссы, отмахнулась я от него, нисколечко не расстроенная. – Главное, что у нас своя личная крутая машинка! Мамы звонили?

– Звонили, знали, что ты проспишь, – поддразнил он меня, выходя из квартиры и закрывая ее на ключ.

– Вам лишь бы посмеяться над бедной Таечкой, – притворно вздохнула я, нажимая на кнопку вызова лифта. – Злые вы.

– Хватит изображать из себя актрису погорелого театра. Со мной твои штучки не пройдут.

– Ну и пожалуйста! Но спереди всё равно сижу я! – показала ему язык, поняв, что в этот раз щенячьи глазки и обиженный вид не сработают.

Спорить друг, к счастью, не стал, и мы быстро добрались до университета, весь путь восхищаясь нашей ласточкой. Черный спортивный автомобиль просто летел по трассе.

– Идите знакомьтесь, а я пока покумекаю с ректором, – отправил нас в аудиторию дядя Багир, зайдя в учебное заведение.

– Надеюсь, нам попадутся нормальные ребята, – потащила я Лёву в нужную нам сторону.

– Сразу видно, как ты расставила приоритеты, – ворчал он, волочась за мной, – ребята, тусовки, клубы. А об учебе кто будет думать?

– Да ладно тебе, – бросила я ему мимоходом, обнаружив группку студентов и быстро подходя к ним. – Привет, я Тая, а это Лёва.

– Вы брат и сестра? – спросила какая-то красивая блондинка, оценивающе поглядывая на Лёву. И черт меня дернул сказать, что да. Сама не поняла, как это вырвалось из меня.

Не хотела расспросов наподобие, зачем мы живем вместе, если не пара. Не объяснишь же им, что мы дружим с детства. Никто не поверит, что можно жить с парнем и иметь чисто платонические отношения. Можно, если сидели рядом на горшках и ели из одной тарелки, как было с нами. Но посторонним этого не понять.

– Я Лера, – вышла вперед девчонка, жеманно улыбаясь моему другу. – Мы сегодня собираемся в клуб, отметить первый учебный день. Приходите, – пригласила она нас, смотря только на Лёву. Мне это почему-то не понравилось. Не успели появиться в университете, а он уже поклонниц вокруг себя собирает? Но в клуб я хотела, поэтому дернула Лёву за руку, чтобы соглашался.

– Посмотрим, – сказал он неопределенно и пошел по проходу между сиденьями наверх. – И что это было? Ты зачем сказала, что мы брат и сестра?

– Так и знала, что ты будешь недоволен, – закатила я глаза, плюхаясь на деревянную лавку и бросая рюкзак на исписанную разными надписями длинную парту. Ничего себе художества. Некоторые были даже вырезаны ножом. Видно, тут очень скучно на лекциях, раз студентам приходится себя так развлекать.

– Я с тобой разговариваю, Тая, – отвлек меня от рассматривания Лёва, – зачем ты это сделала?

– А что? У всего должна быть цель? Просто сказала, это так важно? А как ты собирался объяснять наше сожительство? Нас бы сразу посчитали парой!

– Я никому ничего объяснять не собираюсь и врать тоже!

– Лёв, ну что ты? Я же буду выглядеть глупо, если ты скажешь, что я наврала, – сделала я умоляющий вид, потянув его за рукав и просительно глядя в глаза. – Не выдавай меня.

– Ты понимаешь, что это глупо? У нас же разные фамилии…

– Пф, ну допустим, ты на мамину записан, мало ли, Лёв… – не сдавалась я.

– Боже, Тая, ну ты и закрутила, – покачал он головой, недовольный, но не злой, что главное, я уже видела, что он готов сдаться.

– Тебе что, так трудно поддержать мою легенду? Какая разница, брат с сестрой мы или друзья? – привела я весомый аргумент.

– Проще согласиться, чем с тобой спорить.

– Вот и не спорь! И в клуб…

– А вот тут сразу – нет! Никакого клуба, завтра второй день в универе, если мы пойдем в клуб, то про сон можно забыть, а я не хочу быть сонной мухой.

– Но… – попыталась поспорить я.

– Давай сразу договоримся – никаких ночных развлечений в учебные дни, на выходных – пожалуйста.

– Ладно, ты прав, – согласилась я, придя к выводу, что он действительно говорит верные вещи. Как бы ни хотелось, но нам всё же нужно сосредоточиться на учебе. В конце концов, именно за этим мы здесь.

– Ты сказала это так обреченно, что мне даже стало тебя жаль, Булочка, – улыбнулся друг, игриво дергая меня за одну из французских косичек, в которые я заплела волосы.

– Так пожалей, – положила я ему голову на плечо, устраиваясь поудобнее. – Так спать хочется…

– Будет тебе уроком, – беря за руку и начиная играть с моими пальчиками, усмехнулся он. – Мне не нравится этот цвет.

– Почему это? – не поняла я. Только позавчера сделала новый маник у своего мастера перед отъездом, и на тебе – не нравится ему!

– Ты же не гот! Хотя, учитывая твою странную любовь к черному…

– Эй! Ты тоже часто носишь черное! – возмутилась я этой несправедливостью.

– Но я же не крашу ногти черным…

– Ты вообще ногти не красишь! – захихикала я. – И слава богу, меня аж передергивает от этих… странных парней, – не смогла я подобрать подходящих слов.

– Тишина! – раздался громогласный голос нашего куратора, которого мы даже не заметили.

– Тише, – выпрямился Лёва, разрывая объятия и заставляя меня сосредоточиться на том, что говорил нашей группе Антон Сергеевич.

Правда, его мало кто слушал, все шумели, переговаривались и кидали друг другу сообщения. Видимо, готовились к вечеринке и обменивались контактами. Мне тоже скинули место проведения. Какой-то неизвестный мне пока клуб. Аудитория бурлила и шумела, как бы куратор ни старался призвать всех к тишине.

– Как всё прошло? – поинтересовался дядя Багир, встречая нас на выходе из аудитории. Толпа студентов чуть не сшибла его с ног, и он отошел в сторонку, увлекая меня за собой.

– Нормально, Лёва пользовался женским вниманием, – заметила я, поглядывая на друга. Уж очень хотелось уловить его реакцию на мои слова.

Но он и бровью не повел, спеша посмотреть на расписание, вывешенное на доске. Непрошибаемый. Ну ничего, дома я выведу его на чистую воду.

– Кажется, учеба ему важнее, – сделал вывод дядя Багир, довольный своим сыном. – Его мама будет счастлива. Хотя иного мы и не ожидали.

– От меня, конечно, ждали совсем другого? – с деланой обидой спросила я. – Думают, я буду злостной прогульщицей и двоечницей?

– Нет, с чего ты взяла? Все надеются, что Лёва присмотрит за тобой и под его руководством ты всему научишься, – примирительно сказал дядя Багир.

– Будто без Лёвы я вообще неумеха! Просто прекрасно!

– Не надо злиться. Докажи это.

– Папа, чем ты разозлил Булочку? – Лёва подошел к нам и посмотрел, нахмурив брови.

– Я не злая! – вскинулась я, надувая губы.

– Заметно. То-то пыхтишь, как бешеный бурундук.

– Еще раз сравнишь меня с каким-то животным, я тебе…

– Дети, я вижу, у вас ничего не меняется, – расхохотался дядя Багир, доставая ключи от машины и собираясь идти на выход. – Пойду к машине, догоняйте.

– Да мы вроде уже всё, да, Тай? – повернулся ко мне Лёва, а я заприметила автомат с напитками и продуктами, голод как раз напомнил о себе, и я решила подкрепиться.

– Вы идите, я догоню, – сказала я им, проводила взглядом, а потом пошла к аппарату, с жадностью глядя на баночки, бутылочки и разные упаковки.

– Еще раз привет, – возникла блондинка Лера возле меня, напугав до чертиков. Я аж подпрыгнула. Фух, она как призрак.

– Привет, ты Лера, да?

– Ага, слушай, скажи, а твой брат же придет на вечеринку? – смущаясь и теребя свои блондинистые патлы, мялась она.

Уставившись на девчонку, я пыталась сообразить, о чем она. Брат? Черт, какой брат? Потом вспомнила и чуть не стукнула саму себя. Зачем я это придумала?

– Конечно, мы оба придем.

– Дай ему мой телефон, пожалуйста, – протянула она мне листочек и, довольная, убежала.

Вот это да! Лёвке придется мне приплачивать теперь за роль посыльного и сводницы. Приехали, блин!

Глава 5

Глава 5

Тая

– Пап, уехал бы завтра, – говорил Лёва вечером по пути в аэропорт. – С самолета на самолет… С твоим давлением это нехорошо, – ворчал друг.

– Какое, к черту, давление! Я молод и здоров! Опять, что ли, мать жаловалась? – возмутился дядя Багир.

– Молод-то молод, но с давлением шутки плохи, – не сдавался Лёва, и я, даже не видя его лица, знала, что он хмурится.

– Хватит волноваться, – отмахнулся дядя Багир. – Вас устроил, с ректором поговорил, что мне еще тут делать?

– Ты хуже мамы.

– Во-о-от! По маме твоей опять-таки соскучился.

– Ты видел ее вчера! – рассмеялся друг, уже забыв про свое ворчание.

– Вот влюбишься и поймешь, что и дня вдали от своей половинки много! – философствовал он.

– Нет уж, спасибо, быть привязанным к юбке не для меня, у меня есть дела и поважнее.

– Ох, не хватает на тебя ремня, Шарпейка!

– Ну пап! – возмутился Лёва, поворачиваясь на своем сиденье.

– Так его, дядя Багир! Будет знать, как Булочкой меня обзывать! – хихикнула я.

– И вообще, кто бы говорил про привязанность, – хмыкнул дядя в своем стиле.

– Ты это сейчас о чем? – подозрительно спросил Лёва.

– Да так, мысли вслух, – пожал он плечами. – Приехали уже. Провожать меня не надо, не маленький. Незачем вам в аэропорту толпиться.

– Но, дядя Багир…

– Всё, Таечка, иди, обниму, и простимся, – вышел он из машины.

– С ним бесполезно спорить, – сказал Лёва, выходя следом и направляясь к багажнику за его сумкой.

Вздохнув, я последовала за ним, вдруг чувствуя странную тоску. Всё же я была домашней девочкой, и мысль о том, что вот сейчас дядя Багир уедет, оставив нас с Лёвой одних так далеко от родного города, действовала угнетающе.

Мы долго прощались, обнимаясь и слушая шутливые напутствия всегда веселого и добродушного отца Лёвы, а потом, постояв немного у машины, уехали.

– Ты чего это скисла? – спросил у меня друг.

– Не знаю… – вздохнула я. – Просто так странно, что никого нет с нами.

– Ты же сама этого хотела, – покосился недоверчиво на меня Лёва, останавливаясь на светофоре.

– Хотела, но… Сама не знаю, Лёв.

– Ох, дурочка, – беззлобно рассмеялся он и приобнял меня за плечи, тепло улыбаясь. – Зато никто не будет тебя контролировать. Ты теперь взрослая.

– Ты издеваешься? – посмотрела я на него. – Ты меня будешь контролировать сильнее родителей!

– Не преувеличивай. Как только ты научишься исполнять основные обязанности по дому без напоминаний, я от тебя отстану. Будешь наслаждаться жизнью без взрослых.

– Лёв… – позвала я жалобно, кладя щеку на его плечо и глядя исподлобья.

– Что, Тай?

– А вдруг я не справлюсь? – открыла я ему свой главный страх. – Вдруг не получится и учиться нормально, и заботиться о себе? Дома, если я что-то не успевала, всегда спасала мама.

– Если ты намекаешь, чтобы я стал мамочкой, не дождешься, – усмехнулся он. – Тай, хватит драмы. Всё будет супер! Мы справимся. И ты не одна.

– Может, ты и прав.

– Насчет чего?

– Ну, насчет этого дежурства, – пояснила я, отрываясь от него и активно жестикулируя. – Я себя знаю. Все свои плохие стороны. Я буду надеяться на тебя, как на родителей. Буду филонить. А мне и правда надо становиться взрослой и ответственной. Пойдем где-нибудь посидим и составим реальное расписание? Не на словах, а на бумаге?

– Можем и к нотариусу зайти. Заверить.

– Лёва, будь серьезным! Я правда хочу стать самостоятельной и взрослой и не бежать к мамочке или к тебе со всеми вопросами! Пойдем! – потащила я его в уютное кафе с видом на реку и проезжающие по ней белые катера.

Мы уселись возле окна на мягкие диванчики напротив друг друга, и милая официантка принесла меню в кожаной папке. Усевшись поудобнее, а точнее, положив ноги вдоль сиденья горизонтально, я пробежалась взглядом по строчкам.

– Ничего себе цены! Это дорогое кафе. Может, пойдем отсюда?

– Тай, мы уже сели, – поморщился друг, – сегодня у нас с тобой праздник. Начало новой самостоятельной жизни.

– Не очень-то хорошо начинать жизнь с транжирства!

– Нам не нужно думать о деньгах. По крайней мере, один раз можем потратиться. Расслабься, что ты напряглась, как будто собралась съесть половину месячного бюджета?

– А у нас есть бюджет? – отложила я меню и села ровно. – И какой?

– Булочка, лучше бы ты была прежней собой, – снова поморщился он, как от зубной боли. – Ты слишком деятельной становишься. Короче, забей, я угощаю. Представь, что ты с парнем на свидании. Разве бы ты стала экономить? Точно заказала бы самое лучшее.

– Кстати, о парнях. У меня уже твой телефон все девки вокруг спрашивают, – заметила я, внимательно наблюдая за реакцией друга. – Как начнешь их на свидания водить, сразу прокутишь весь наш бюджет.

– Что за фигня, Булочка? Какие еще девки? Я учиться приехал, а не развлекаться. Это ты у нас в клуб собралась.

– Не переводи стрелки, Лёва! – рассердилась отчего-то я, откладывая меню и наклоняясь к другу. – Мы про тебя говорим.

Лев

– Ревнуешь, что ли? – в шутку спросил я, усмехаясь.

– Пф… Больно надо! – фыркнула она, тут же напуская на себя безразличный вид. – Но знай, что ты мой! Сначала я, а потом всё остальное, Лёва! Так всегда было и будет. Понял? – с самым серьезным видом спросила она, не сводя с меня глаз. А я бы и рад сказать, что это не так и она слишком многое на себя берет, да вот только права же. Во всем права. Тая действительно была для меня в приоритете.

– Хорошо, хозяйка, как скажете, – отшутился я, чувствуя странную неловкость.

– Смотри мне, Лёва, узнаю, что ты ставишь какую-нибудь девушку выше меня…

– Всё-всё, я понял, Булочка, не надо больше угроз, – молил я, поднимая руки в знак капитуляции.

– То-то же, – взяла она снова свое меню, просматривая список блюд, я же невольно начал изучать ее взглядом. Вся такая маленькая и милая, никто и не подумает, посмотрев на этого ангелочка, что она может быть властной врединой.

– Я буду стейк из лосося. Хотелось бы, конечно, говядину, но на ночь лучше не нагружать свой желудок, – решила она, откладывая меню. – Ой, а ты что, даже не открыл меню? – удивленно посмотрела она, заметив на себе мой взгляд.

– Я буду то же, что и ты, нет особого аппетита, – сумел я выкрутиться. Не говорить же лучшей подруге, что тупо завис на ней. Обсмеет.

– Вот бы у меня не было этого аппетита, – пробурчала она.

– Ну что за глупости, Тай? Хватит загоняться со своими диетами! Ты отлично выглядишь, и пара-тройка новых килограммов тебе никак не навредят!

– Кстати, об этом! – не обратив внимания на мои слова, вскинулась она. – Нам нужен зал! Будем ходить вместе! Ну пожалу-у-уйста, Лёва! Я без тебя не потяну! Ты же знаешь, как я ненавижу фитнес! – заканючила она, зная, что я не могу отказать, когда она так умоляюще смотрит своими большущими голубыми глазами.

– Ты же слышать не хотела про зал? – удивился я.

– Не хотела, но я лучше буду ходить с тобой и есть что хочу. Я устала быть вечно голодной! – простонала она.

– Отказываться от еды тоже неправильно, – рассказывал я ей, – надо питаться сбалансированно, полезными продуктами, а еще, конечно же, регулярно заниматься спортом.

– Звучит слишком скучно, – простонала она снова, скривив свою милую мордашку.

– Зато полезно.

– А если хочется сладенького?

– Побаловать себя можно. Но есть сладкое на ночь не стоит.

– На ночь я и не ем.

– Зато завтракаешь тортом, – напомнил я ей. – Потом пропускаешь обед и съедаешь целую гору на ужин. Так никакого толка не будет.

– Поня-а-атно, – протянула она с тяжелым обреченным вздохом.

– Ладно тебе, Булочка, не нужно изображать из себя вселенскую скорбь. Никто не заставляет тебя питаться правильно. Ты вовсе не толстая, – заметил я, говоря чистую правду. – Если даже будешь немножко пухлой, тебе это не повредит.

– Ты что! – тут же начала она возмущаться. – Ты только посмотри на этот жир! – Она схватила несчастный сантиметр кожи на животе, приподняв футболку, и продемонстрировала его мне. – Позорище!

– Не выдумывай. Это просто кожа. Но если ты так переживаешь по поводу своего лишнего веса, то завтра же начнем с ним бороться, – поспешил я завершить этот неудобный разговор, пока моя Булочка не начала раздеваться на глазах у всех, показывая обнаженные участки тела.

И вроде видел ее в купальнике сотни раз, да даже в нижнем белье видел, когда она ночевала у меня и ничего не стеснялась. Почему же сейчас у меня было ощущение, словно я в гору взбираюсь? Дышать тяжело и в жар бросило.

***

Наутро, встав по привычке в шесть ноль-ноль, оделся в шорты, майку и кеды и пошел будить Булочку. Правда, она так сладко спала, раскинувшись на постели, что мне стало откровенно жалко нарушать ее сон.

Но мы же договорились отправиться с утра на пробежку. Перед сном она слезно умоляла разбудить ее и не слушала никаких возражений, что ее с утра даже пушкой не разбудить. Особенно в такую рань.

– Булочка, просыпайся, – позвал я ее, рассматривая сонную мордашку. Взгляд опустился ниже. Она спала в тонкой футболке, сквозь которую отчетливо просматривались два упругих холмика.

Черт. Опять я на нее пялюсь не как друг. Скорее, как голодный маньяк.

Рассердился на себя, но в голос уже прорвалась грубость:

– Ты собираешься просыпаться или нет?! Сколько можно спать!

Тая испуганно открыла глаза и захлопала длиннющими ресницами, смотря на меня в полном недоумении.

– Лёв, ты чего? – спросила она.

– Я тебя уже полчаса бужу! – соврал я, чтобы оправдать в ее глазах грубый тон и свое взвинченное состояние. – Так и пробежку пропустить можно. Иди лучше завтрак готовь. Я один побегаю.

– Нет-нет, я быстро! – на удивление бодро вскочила она с постели. – Подожди меня, пожалуйста, я только шорты надену…

– Лучше легинсы, на улице прохладно в такой час, – боясь, что опять буду смотреть не туда, если она нацепит свои коротенькие шортики, сказал я.

– Окей, я пулей! – скрылась она в ванной комнате, пока я всё пытался прийти в себя от увиденной картины и того, какую она вызвала реакцию. Черт знает что со мной творится! Нельзя так смотреть на Булочку!

– Лёв, а давай перекусим на обратном пути? – влетая в спальню, предложила она. – Ты же знаешь, что повар из меня тот еще, если доверим наш завтрак мне, точно останемся голодными, – говорила она, доставая из тумбочки спортивный лифчик, топ и легинсы.

Обычно я не видел проблемы в том, что Тая без стеснения переодевалась в моем присутствии, но на этот раз меня словно ветром сдуло, что не осталось ею незамеченным.

– Лёва, ты чего? – раздалось мне в спину, но я лишь махнул ей рукой и направился в кухню попить.

– Я всё! – крикнула она, справившись буквально за минуту. – Обуваюсь?

– Да, я сейчас! – крикнул я в ответ. Хотел сначала взять нам воду, но, решив, что бутылки будут только мешать, передумал. Купим потом в ларьке, благо они на каждом шагу. – Что-то ты сегодня подозрительно активная, – подметил я, выходя из квартиры.

– Так мы легли в двенадцать! – хихикнула она. – Но, вообще, странно, что я не сонная. Наверное, месяки близко…

– Тая! – возмутился я, на что нахалка лишь продолжала хихикать, пихая меня в бок. – Ну я же просил!

– Поверь мне, Лёва, тебе лучше быть в курсе происходящих в моем организме событий, не то будет как в прошлый раз. Хочешь повторения? – поддразнила она меня, вспоминая случай, когда я, не подумав, задел ее, и она разревелась.

Я всё еще не привык к тому, что она в такие дни бывала до ужаса чувствительной и злой, являя собой взрывоопасный коктейль из эмоций.

– Я всё же предпочел бы не знать о таких интимностях…

– Разве между нами может быть что-то интимное? Мы всё знаем друг о друге, и что такого в месячных? Вы, парни, такие чувствительные, когда речь заходит об этом, – закатила она глаза.

– Может, нам просто не нравится думать о таких вещах? Пощади мою психику, Тай, – взмолился я.

Глава 6

Глава 6

Тая

– Мы живем вместе. Как без этого? – рассуждала я, спускаясь вниз на лифте. – Я не собираюсь ничего от тебя скрывать. Что естественно, то не безобразно, Лёва, – заключила я, выходя из кабины наружу, а потом на улицу. – И вообще, имей совесть. Нам, женщинам, приходится терпеть эти мучения каждый месяц, а еще рожать детей. А вам всего-то и надо, что терпеть чуточку капризов пару дней.

– Ладно, убедила, – буркнул он, поглядывая на меня искоса и становясь на дорожку, чтобы начать пробежку. – Лекция по женскому настроению окончена, я надеюсь?

– Лёва! – пихнула я его в бочину сжатым кулачком, на что он только рассмеялся, запрокидывая голову. Вот вредный! Смешно ему!

– Что Лёва? Побежали, – позвал он меня, отвлекая от планов мести, и припустил вперед.

– Куда мы бежим? – пыхтела я рядом, едва поспевая за ним.

А у друга даже дыхание не сбилось. Вот что значит регулярная физическая нагрузка. Белая футболка плотно прилегала к мышцам, обрисовывая красивый и четкий рельеф. От движения его ноги напрягались, и я даже присвистнула, снова поражаясь тому, какое совершенное у Лёвы тело. В горле внезапно пересохло, грудь сдавило странным ощущением, будто сердцу не хватало в ней места. Руки зачесались потрогать это накачанное тело. Я даже кулаки сжала, чтобы избавиться от этого щекочущего ощущения.

Черт, это же Лёва, старый добрый друг, а не актер молодежного сериала, на котором можно залипнуть! Хватит пялиться, Тая!

– Здесь есть отличная спортивная площадка с тренажерами, – указал он на виднеющуюся вдали площадку с решетчатым забором, заполненную спортивными турниками и тренажерами. Они соседствовали с детскими качелями и горками. Земля была покрыта мелкими белыми камешками, которые приятно хрустели под ногами.

– Тай, ты чего в облаках витаешь? – окликнул меня друг, заметив, что я стою на месте, оглушенная своим открытием.

Дернув головой, я насильно выдрала себя из этих опасных мыслей и улыбнулась.

– Всё нормально. Круто, что здесь есть тренажеры. Можно сэкономить на фитнес-клубе.

– Нафиг он нужен? Я сам буду твоим тренером.

– Личный тренер? Вот это да! – вернула я себе прежний настрой, отмахнувшись от наваждения, и пошла вслед за Лёвой. – Прямо бесплатно?

– По блату, – растянул он губы в улыбке, расставляя ноги на ширине плеч. – Небольшая разминка, а потом покачаем пресс.

Повторяя за ним незамысловатые движения, я вдруг остановилась и подняла палец.

– Подожди!

– Тая, что опять? – остался он недоволен заминкой, но я всего лишь включила музыку на телефоне, объяснив ему, что так будет веселее.

Под бодрую музычку дело и правда пошло быстрее, а я хоть немного отвлеклась от пугающего направления своих мыслей.

Но они снова вернулись, когда Лёва положил меня на доску, обтянутую кожей, и склонился надо мной, подавая в руки железную часть тренажера.

– Тяни на себя, – сказал он, кладя руку мне на живот. Ладонь опустилась на самый низ живота, слегка надавливая. – А я буду проверять, правильно ли ты делаешь упражнение.

– К-как? – напрягая живот, спросила я. Краска смущения прилила к щекам.

– Не напрягайся, – Лёва сжал руку, заставляя меня расслабить мышцы, – ты должна работать нижними мышцами пресса, а не поднимать грудь. – Давай, Булочка, поехали.

– Легко сказать, – проворчала я, пытаясь скрыть смущение. Я уже пожалела, что подписалась на эти занятия, слишком уж неоднозначные чувства и реакции вызывали Лёвина близость и прикосновения. – Всё, я устала! Пойдем завтракать! – вскочила я, когда стало уже невтерпеж. Ну точно месячные близко, иначе как объяснишь такую реакцию на близкого друга?

***

– Мне омлет и кофе, – попросила я вызвавшегося сделать заказ Лёву. К счастью, по пути мы обнаружили сеть кафе быстрого питания и заскочили туда. Лёва, конечно, поворчал, но согласился.

– Пей воду, – указал он, уходя к кассам, на мою почти полную бутылку воды, свою он прикончил враз.

– Да, тренер, – крикнула я ему вслед, усмехаясь и показывая бутылке язык. С водой у нас были свои счеты. Как бы ни пыталась, наладить водный баланс не могла. Я почти не пила воду, в отличие от Лёвы, который даже ночью вставал, чтобы попить.

– Лё-о-о-ов, – протянула я, стоило парню вернуться.

– Чего? – подозрительно уставился на меня он, прекрасно зная, что я что-нибудь попрошу.

– Сегодня пятница, – хитро прищурилась я.

– И что? – приподнял он бровь.

– А то, что мы могли бы пойти в клуб, – прощупала я почву.

– Господи, Тай, тебе медом, что ли, намазано в этих клубах? – качнул он насмешливо головой.

– Ты звучишь как папа! Ну почему ты не такой клевый, как дядя Багир? – зарычала я.

– Может, потому, что я не он? Ладно, пойдем, – сдался он, видя мою скисшую мордашку. – Но никакой выпивки! Слышишь меня? Хоть глоток алкоголя – и забудешь о клубах и вечеринках. Ты весь год будешь сидеть дома.

– Но, Лёва…

– Нет, Тая, – отрезал он. – Никакого спиртного.

– Но один коктейльчик…

– С одного всё и начинается. Мы приехали учиться, а не развлекаться. Поход в клуб – одно, а выпивка – это совершенно другое.

С понурым видом мне пришлось согласиться, понимая, что иначе вообще останусь без развлечения.

Лев

Вредная Булочка умела выносить мозг, как никто другой. Где-то у нее имелась особенная ложечка, которой она его профессионально размешивала.

Всегда так было, с самого детства. И с приездом в столицу ничего не поменялось.

Она думает, что поканючит, похлопает ресницами, и я сдамся.

Но нет, сдаваться я не собирался. Только ЗОЖ, только хардкор. Никакой выпивки, никаких ночных вечеринок. Учеба, уборка, спорт. Я сделаю из нее человека.

– О, прив-е-е-т, – пропищал кто-то рядом визгливым женским голоском. – Вы тоже в этом районе живете?

Мы с Булочкой одновременно повернулись в сторону подошедшей к нам девчонки.

– О, привет, Лер, – узнала ее Булочка и посмотрела на стоящего рядом парня.

И просто застыла на месте с открытым ртом. Открывала и закрывала, как рыбка. Просто дар речи потеряла.

– Хах, все так реагируют на моего брата, – сказала с понимающим смешком Лера, хлопая парня по плечу. – Только не кричи громко, Тай, а то поклонницы сбегутся.

– Ой, привет, – выдавила Булочка, глядя на этого пижона в клетчатой модной рубашке, кепке и черных очках как на бога. Да кто это, на хрен, такой? – Это же рэпер Динамит, – прошептала мне на ухо подруга, как если бы это что-то прояснило. – Я Тая, – пролепетала она ему, и мне показалось, что даже забыла, что за этим столиком есть кто-то кроме него.

– Я тебе рассказывала про них, Денчик, – непринужденной оставалась только Лера.

Я дулся, Тая пялилась на кумира, тот строил из себя звезду.

– Тая и Лёва – брат и сестра. Они буквально недавно переехали. Мы учимся вместе. Как круто, что вы и живете рядом! Вы сегодня идете на вечеринку?

– На какую еще вечеринку? – нахмурился я, а Тая тут же толкнула меня в бок.

– Конечно идем! – решила она за двоих, ведя себя как жеманная дурочка. – Что еще делать в четырех стенах?

– Вчера в клубе было классно, – сказала Лера, задевая меня ногой под столом, – жаль, что вы не пришли. Но на вечеринку обязательно приходите. У нашего старосты огромный дом. Родаки сваливают, и он в его распоряжении. Будет посвящение в студенты!

– Мы придем, придем, – уверила ее Тая, снова смотря на этого Динамита. – А ты будешь петь?

Я с трудом сдерживал желание стукнуть ее! Нельзя же так себя вести! Можно подумать, этот парень какая-то реальная поп-звезда! Сейчас каждый тиктокер строил из себя невесть что, а люди только и рады возводить их на пьедестал.

– За этим все и соберутся, чика, – подмигнул он ей, исходясь самодовольством, а Булочка и рада! Сидит и сияет как начищенный пятак!

– Круто! Лер, скинешь мне локацию? – чуть ли не подпрыгивая на месте, взмолилась подруга.

Ну погоди у меня! Пусть только эти придурки уйдут.

– Без проблем, ждем вас в восемь, – улыбнулась эта Лера, так и поедая меня взглядом. Очередная пустышка, от которой придется отделываться. – У нас навынос, так что пойдем, родаки ждут свой завтрак. До встречи, ребята.

Попрощавшись, они ушли, а Тая всё продолжала смотреть им вслед, чем невероятно нервировала и злила.

– Поверить не могу, что учусь вместе с самим Динамитом! – пропищала она, вцепившись мне в бицепс и пряча лицо на моем плече.

– Тая, прекрати! – дернул я плечом, отстраняя ее, сам не понимал почему, но меня дико бесила ее фанатская любовь. Обычно, когда она залипала в этих своих соцсетях, я игнорировал ее, согласно кивая. Но одно дело, когда она пищит в телефон, и совершенно другое, когда ведет себя так с живым человеком.

– Ты чего, Лёв? – недоуменно уставилась она на меня, хлопая своими глазками.

– Ничего, – буркнул я, окончательно отцепляя ее от себя и вставая. – Пойду за нашим заказом.

– Ну не будь букой, Лёв! – зачирикала она, стоило мне вернуться к столику с подносом и сесть напротив. – Ты просто не понимаешь, каково это, когда твоя мечта прямо перед тобой, реальная и живая!

– Конечно живая, будь она мертвой, не смогла бы бренчать на своей гитаре, – закатил я глаза, приступая к завтраку, хотя аппетит мне изрядно подпортили.

– Да ну тебя! – надулась она. – Вот посмотрела бы я на тебя, явись тебе та тайка из лакорна*! Думаешь, я не знаю, как она тебе нравится?

– Это другое! – пытаясь не показать смущения, возразил я. Вот ведь мелкая коза, всё замечает!

– Это почему же? – прищурилась она.

– Потому что, то актриса, а это какой-то придурок, возомнивший себя звездой! И вообще, закрыли тему, ешь давай, в универ опоздаем.

– Ну знаешь ли… – закипела она, но, не сумев подобрать нужных слов, замолчала. – Хотя бы не позорь меня вечером.

– Это мы еще посмотрим, кто кого опозорит. Ты бы видела себя со стороны!

– Мне что, нельзя уже и эмоции свои показать?

– Показывай, но не пускай слюни на неизвестно кого.

– Как раз таки и известно! У него пять миллионов подписчиков! У твоей тайки и то меньше! – показала она мне язык.

– Мы что, чужими письками меряемся? – усмехнулся я, позабавленный ее запалом. Вот как так? Только что ведь злился!

– Да ну тебя! Я с тобой больше не…

– Разговариваешь? Интересно, сколько это продлится?

*Лакорн — тайский телесериал, преимущественно мыльная опера.

Тая

Сколько я смогу не разговаривать? Ты удивишься, Лёвочка!

Думаешь, так хорошо меня знаешь? Сегодня тебе откроется много нового.

Еще прибежишь и будешь умолять, чтобы всё было как прежде.

Даже не помешает немного тебя проучить. А то считаешь себя самым умным.

По крайней мере, точно умнее меня. Если ты весь такой правильный и собранный, еще не значит, что ты лучше меня. То, что мне нравится известный рэпер, еще не повод издеваться надо мной и строить из себя умника.

С того дня, как мы приехали сюда, Лёва постоянно ворчит и поучает меня.

Кому такое вообще понравится? Ему будет полезен мой бойкот! Пусть подумает над своим поведением и поймет, что иной раз лучше оставить свое мнение при себе!

Решив проучить друга, я стоически молчала до самого университета. На лекции представился отличный способ продолжать молчанку. Для разнообразия я послушала препода, а на перемене познакомилась с одногруппницами, обменялась с ними контактами, обрадовалась, что они тоже идут на вечеринку.

Лёвку игнорировала, даже в столовую пошла с новыми подружками, которые расспрашивали меня о «брате». Я оторвалась по полной, назвав его букой и самым скучным человеком на свете.

Но если я хотела оттолкнуть их от него, то добилась прямо противоположного эффекта. Девчонки загорелись идеей расшевелить его на вечеринке. Пусть попробуют.

Я старалась убедить себя, что мне всё равно, даже если он заведет роман с этой самой Лерой! Мне-то какое дело!

Я же познакомлюсь с самим Динамитом. Представляю, как все упадут, когда увидят мои фотографии в соцсетях. С ним, в обнимку на крутой вечеринке! Сойдут с ума от зависти!

В отличном настроении я стала собираться на вечеринку. Красная клетчатая юбка – покороче. Макияж – поярче. Я завязала два хвостика и надела белую короткую рубашку, которая завязывалась спереди.

На ноги надела плотные черные гольфы и тяжелые ботинки. А потом уселась рисовать себе красные стрелки и густо намазывать блестками веки, как в сериале «Эйфория», смотря туториал в телефоне.

Пришлось изрядно повозиться, но своим видом я осталась крайне довольна.

Не знаю, где был Лёва, меня это, если честно, мало волновало, я буду строить свою жизнь независимо от него. Он зануда и скучный зожник. С таким умрешь от скуки.

Может быть, в детстве он был и хорош как друг. Но в моей новой студенческой жизни оказалось, что мы расходимся по многим моментам.

Вот и сейчас он занимался домашкой в своей комнате, вместо того чтобы собираться на вечеринку. Ни разу не подошел ко мне и спокойно относился к моему бойкоту.

Неужели ему всё равно, что мы не разговариваем?! Ему на меня вообще побоку?

Ладно-ладно, Лёвочка, я сделаю всё, чтобы ты обратил на меня внимание!

Глава 7

Глава 7

Лев

– Тая, хватит дуться, я… Тая! – войдя в комнату, которая была в полном беспорядке, позвал я ее хозяйку, но девчонки нигде не было видно. Набрал ее по телефону – и опять тишина. Неужто уехала без меня? Так сильно обиделась? Вот ведь зараза мелкая! И я хорош, даже не заметил, как она свинтила…

Быстро переодевшись в джинсы с зеленой футболкой, я накинул сверху косуху, так как вечерами уже было довольно прохладно, и выбежал из квартиры, предвкушая, как нахлобучу этой идиотке! Неизвестно же, с кем она поехала! Это надо было вообще додуматься – поехать за город одной!

Я вообще не собирался на эту дурацкую вечеринку, вот сдалась она ей, с этим тупым Динамитом? Других радостей, что ли, в жизни нет?

– Ох, а я думала, ты не придешь! – чуть ли не визжа, накинулась на меня Лера, стоило мне переступить порог дома, где студенты уже вовсю зажигали.

Текила лилась рекой, и я с осуждением окинул взглядом девушку, которая, судя по всему, тоже уже была навеселе. Надеюсь, Тая не нарушила мой запрет и не стала пить…

– Тая сказала, что ты застрял с учебниками, и я… – продолжала что-то говорить моя собеседница, пока я искал взглядом свою пропажу.

– Я уже закончил и решил присоединиться. Не видела Таю? – спросил я, сообразив, что точно не отыщу ее среди этой толпы.

– Не видела, но могу помочь с поисками, – шепнула она, флиртуя.

– Ну помоги, – согласился я, поняв, что так будет проще.

Ну, Булочка, попадись ты мне только!

– Знаешь, Денису она понравилась. Так что можешь не переживать за сестру, она наверняка там, где он… – думая, что успокаивает меня, продолжала щебетать Лера. – Тая сказала, что ты много времени уделяешь учебе, но ведь нужно и отдыхать, понимаешь, о чем я? – скользнула она пальчиками по моему оголенному предплечью, куртку я оставил в машине, о чем сейчас пожалел.

Я с Булочкой не мог справиться, куда мне девушка? Не хватало только еще одной головной боли!

Наконец я нашел эту засранку. Всего-то нужно было отыскать взглядом диджейский пульт, где этот чертов Динамит уже крутил пластинки. Сначала я Булочку даже не узнал. Подумал, что какая-то азиатка пришла на вечеринку прямиком из колледжа в школьной форме.

А потом во мне взыграла злость. Она выглядела доступной, сидя на стуле рядом с пультом, скрестив ноги и накручивая на палец прядь белокурых волос. И этот Динамит, избалованный вниманием поклонниц, точно правильно поймет ее посыл.

И я уже было пошел к ним, чтобы разобраться с ней, а потом вдруг остановился и задумался. Какого хрена я делаю? Что я ей скажу? Чтобы вела себя прилично?

Полный бред. Да Тайка мне в лицо рассмеется. Она четко заявила, что приехала веселиться. Зная ее характер, она своего добьется. А я не надсмотрщик и не ее папочка.

– Пойдем, кое-что покажу, – потянула меня в сторону Лера.

Черт, я вообще забыл про нее. Что она мне там может показать? Мне здесь ничего не было интересно. Единственным желанием было оттащить Таю от этого балбеса, который ловил девчонок на свою тупую музыку. Звезда, блин!

Главное – держать их в зоне видимости и смотреть, чтобы этот дегенерат не увел Тайку в какую-нибудь каморку. Да, я не ее папочка, но отвечаю перед нашими родителями, которые с меня снимут шкуру, если узнают, что я допустил к их любимой Булочке богатенького мажора с плохими намерениями.

– Ну, что ты мне хотела показать? – спросил я, стараясь не выдавать своего равнодушия. Девчонка вроде была милой, но что-то в ней отталкивало. Не люблю я, когда навязываются. Предпочитаю сам решать, за какой девушкой и как ухаживать.

Не то чтобы у меня их было много, длительных отношений так вообще не было ни с кем. Так, пара свиданий. Я не хотел спрашивать себя, почему у меня ни с кем не доходило до самого конца. Возможно, когда-то придется себе ответить на этот вопрос, но только не сегодня. Сегодня всё, о чем я мог думать, так это о безмозглой Булочке, которая решила проверить свои чары на тупом диджее.

– Лёв, ты меня слушаешь? – позвала меня Лера, и я поморгал, чтобы вернуть себе ясность мыслей.

– Да, что ты хотела?

– Я спрашивала, кто тебя так назвал. Лёва, Лев. Мне так нравится твое имя! – говорила она с горящими глазами. Представляю, что она скажет, когда узнает, что моего отца зовут Багир. Девчонкам обычно нравятся такие необычные имена.

– А мне мое не нравится, оно дурацкое, – со вздохом проныла она.

Понятно. Навязывается на комплимент. Хочет, чтобы я убедил, что у нее красивое имя.

Пришлось напрячься и выдавить нужную фразу, от которой Лера засмущалась.

– А у вас с Таисией еще есть братья или сестры? – продолжала она расспрашивать.

Я нахмурился. Почему это у нас с Булочкой должны быть братья и сестры? Черт, Тая же нас выдала за родственников. Злость опять проснулась во мне. Ну что за девчонка несносная? Теперь придётся придерживаться этой дурацкой легенды и постоянно следить, чтобы не проколоться.

– Нет, нас только двое… Так что ты мне все-таки хотела показать? – спросил я, чтобы сменить тему, и она потянула меня в сторону большого голубого дивана, на котором почему-то никто не сидел.

Странно. Куча народа, а все его стороной обходят. И только сев на него, я понял, что это не диван, а самый настоящий водный матрас, который продавился под моим весом, и я упал на спину, барахтаясь и не в силах подняться. Просто утонул в нем, а хохочущая Лера упала рядом и подкатилась ко мне под бок. Остальные, кто уже, видимо, испробовал на себе это ложе, собрались рядом и хохотали вовсю.

– Ну что? – успокоившись, спросила она, заметив, что я просто застыл, позволив своему телу расслабиться. – Нравится?

– Прикольно, – пожал я плечами, напрягаясь от ее близости, девушка и так чуть ли не лежала на мне, а теперь еще и руку на грудь положила, поглаживая поверх футболки.

– Лёва! – отвлек меня резкий оклик, и, подняв взгляд, я заметил Булочку, которая сверлила меня и Леру недовольным взглядом. – Я устала, поехали домой! – удивила она меня, и я, испугавшись, что этот недоделанный музыкант ее чем-то обидел, тут же вскочил, не обращая внимания на обиженное ворчание Леры, которая, перекатившись, оказалась на том месте, которое я недавно занимал.

– В чем дело? – внимательно оглядывая Булочку на предмет повреждений, спросил я.

– В том, что я устала. Или ты хочешь продолжить вечер? Вижу, тебе тут и без меня весело! – зло посмотрела она на меня из-под бровей.

– Ты сейчас о чем? – недоумевал я. Сама укатила без меня, теперь еще и злится!

– Ни о чем! Домой хочу, если ты не едешь, я вызову такси.

Ну что за наказание, а? Спасибо хоть, этот диджей потерял для нее свою привлекательность, раз она решила, бросив его, отправиться домой.

– Поехали. Еще увидимся, Лер, – кивнул я пытающейся встать с «плывущего» дивана девушке.

– «Еще увидимся, Лер», – передразнила меня Тая по пути к машине, заставляя недоуменно замереть. Что это с ней?

– Ты хочешь мне что-то сказать? – спросил я, не понимая ее поведения. – Этот Денис тебя обидел?

– Если кто меня и обидел, так это ты! – прорычала она, начиная снимать резинки со своих хвостиков. – Ой!

– Что такое? – подошел я к начавшей дергать волосы девушке. – Перестань, лысой останешься! – отвел я ее руки, начав распутывать узел, в который завязалась ее резинка, застряв в волосах.

– Отстань! Мне не нужна твоя помощь! Иди к своей Лере! И вообще, я с тобой не разговариваю! – продолжала бушевать она, сопя, как обиженный ребенок. – Вот позвонит тетя Надя, всё ей выложу!

– Еще большой вопрос, кто с кем не разговаривает, Булочка! – возмутился я, продолжая возиться с ее волосами. – Мало того, что ушла без спрос… без уведомления, так еще и вырядилась как китайская школьница!

– Вот поэтому и не разговариваю, – надулась она, выпятив пухлые губы вперед и глядя исподлобья, – что постоянно критикуешь.

Испустив тяжкий вздох, я шагнул к ней и притянул ее к себе, несмотря на ярое сопротивление. Уткнулся лбом в ее, заглядывая в глаза.

– Булочка, хватит бузить, – попросил примирительно, слыша, как часто она дышит. От этих движений ее грудь касалась меня, вызывая напряжение, которое я не мог контролировать, как ни пытался. Пушистые ресницы затрепетали и защекотали кожу щек, как легкие крылья бабочки. Растрепавшиеся волосы рассыпались по плечам. От них всегда так сладко пахло. Пахло… ею. Ее особенным ароматом, знакомым с детства.

Раньше он был родным и знакомым, а теперь вдруг начал странно волновать.

– Это ты бузишь, ругаешь меня постоянно, хочешь контролировать. Я не маленькая, Лёва.

Ее пальчики скользнули по моей груди, ладони легли на футболку. Показалось совершенно естественным сжать ее пальцы и поглаживать их, успокаивая мою строптивую подругу.

– Никто и не говорит, что маленькая, но я за тебя в ответе.

– Думаешь, я только и мечтаю, что совершать глупости?

– Ты, может, и нет, но есть всякие личности…

– Ты про Дениса? Он классный, – протянула она, закусив нижнюю губу, что не ушло от моего внимания. Она что, думает о поцелуях с этим недоноском? Слегка оттолкнув ее от себя, я ощутил камень на сердце. Классный? Вот как, значит.

Наверное, я чем-то выразил свое недовольство, и Булочка заметила.

– Чем он тебе насолил? – тут же отреагировала, хмуря брови.

– Мы его совсем не знаем, – пытался я донести свою мысль. – Связываться с незнакомцами опасно.

– Сам-то себя слышишь, Лёв? Он же знаменитость. Его все знают.

– Вот именно, такой, как он, привык запросто получать девчонок в свою…

– Договаривай! – насупилась она. – Ты меня сравнил сейчас с его глупыми малолетними фанатками?

– Булочка, не начинай, а? Сейчас опять заведешься и будешь полчаса тарахтеть.

– Могу и замолчать! – вредничала она. – Раз бешу тебя!

– Ты не бесишь, – вздохнул я, чуть не закатывая глаза. Почему с ней так сложно?

Развернувшись, она молча потопала к машине, демонстративно чеканя шаг.

– Вот чего мы ругаемся, скажи? – спросил я у нее, когда мы уже ехали домой. – Портим друг другу настроение.

– Ты первый начал меня критиковать! И началось это далеко не вчера. Последние месяцы ты только и делаешь, что ищешь во мне недостатки, Лёва! – всхлипнула она. – Раньше тебя всё во мне устраивало, и мой беспорядок, и я. А теперь…

– Ну что за глупости, Тая? – простонал я, не желая задумываться о том, что, возможно, она права. Неужели я так пытался бороться с охватывающими меня к ней чувствами, что невольно отталкивал ее? Искал в ней недостатки намеренно, чтобы внушить себе неприязнь к ней?

– Никакие это не глупости! Ты изменился, Лёва! И с таким тобой я не хочу дружить, я разве критикую тебя на каждом шагу?

– Это не критика, Тай, как ты не понимаешь? Я беспокоюсь за тебя, хочу улучшить твою жизнь…

– Моя жизнь не нуждается в улучшении! Она нуждается в друге, который в ней всегда был. Но ты почему-то больше становишься похож на моего надзирателя. Мне восемнадцать! Я имею право ходить на вечеринки и знакомиться с парнями.

На это я благоразумно промолчал, зная, что если открою рот, то точно выдам что-то, что приведет нас к очередной ссоре, а этого я сейчас хотел меньше всего.

Может, во мне просто играют гормоны? Поэтому я начал так странно реагировать на Булочку? Ведь именно из-за этих реакций я и кидаюсь на Таю с колкостями! Возможно, просто стоит завести девушку? Да! Именно так я и должен поступить, если не хочу потерять свою Булочку.

Тая

– Всё отлично, мам, – говорила я на следующий вечер по видеосвязи.

– А Лёва как? Справляетесь там вдвоем?

– Справишься с ним, как же… – ворчала я, не в силах держать в себе обиду.

– Ну что такое, Таюш? – нежно, совсем как в детстве, ворковала мама, почувствовав мое настроение.

– Не знаю, мам, Лёва изменился, – пожаловалась я, не зная, кому еще рассказать об одолевающих меня страхах. Я теряла самое дорогое, что у меня было, и не могла понять, как сделать так, чтобы легкость снова вернулась в нашу дружбу.

– Булочка моя, он же вырос, конечно, он изменится! Как и ты. Ты ведь тоже не такая, какой была. Люди меняются, Тая. Думаешь, нам с отцом было легко принять тот факт, что ты выросла и перестала быть нашей Булочкой? – спросила она.

– Но вы с папой не пытаетесь переделать меня и не критикуете! А Лёва постоянно бузит! – доверяла я свои секреты маме, зная, что она поможет разобраться в этой запутанной ситуации.

– Нам хочется, поверь, – усмехнулась она, но в ее добрых глазах не было упрека, лишь доброта и лучистое веселье. – Но опыт подсказывает, что это невозможно. Вы вырастете так или иначе, и мы не сможем на это повлиять. А Лёва сам еще ребенок, который входит в стадию взросления. Ему тоже непросто.

– Пусть сам по себе взрослеет и собой занимается, а я буду сама по себе! – бурчала я.

– Вы с детства не разлей вода, если и захотите разделиться, не выйдет, – смеялась в ответ на это мама. – Поговори с ним, Таюш, уверена, он скажет, что желает тебе только добра. Как и мы.

– Ну правильно! Хочет быть моим папочкой. О чем и речь!

– Он просто старается помочь тебе стать взрослой и ответственной. Ему это далось проще, он с детства был обстоятельным, серьезным, чистюлей и аккуратистом.

– Давай, нахваливай своего любимого Лёву, – надулась я, – а я у вас грязнуля неаккуратная.

– Тай, ну хватит быть такой букой, – мама вздохнула и ласково продолжила: – Пойми, мы не враги тебе, и Лёва не враг, а ты так защищаешься, словно мы тебе хотим навредить. Хочешь, я поговорю с ним?

– Зачем, мам?

– Чтобы не трогал тебя с уборкой этой, пока ты не адаптируешься. Никто еще не умирал из-за разбросанных носков.

– Нет, не надо, мам, я и правда хочу научиться порядку. Но чтобы никто меня при этом не контролировал. Я хочу сама.

– Тогда скажи это Лёве, – посоветовала она, – скажи, что именно тебе не нравится в его словах. Язык нам зачем дан, Булочка?

– Чтобы его показывать, бе-бе-бе, – поддразнила я маму, высунув язык, на что она сначала засмеялась, а потом грустно вздохнула. – Как же тяжело видеть тебя через экран. Так и хочется тебя потискать. И знаешь, – опять вздохнула она, – теперь везде так чисто, а я бы с радостью снова убирала твои разбросанные вещи, лишь бы ты была дома.

– Мама, – рассмеялась я, чувствуя в груди тонны тепла, – я тоже очень скучаю по дому и по всем вам.

– Меня утешает только то, что Лёва рядом, поэтому не ругайтесь, дети! – погрозила она пальцем. – Не добавляйте мне расстройства.

– Хорошо, мам, пойду мириться с Лёвкой, пока. Люблю тебя. Всем привет.

Выключив видеосвязь, я вскочила с места и радостно понеслась в кухню с намерением приготовить горячие бутерброды. Это было самое простое блюдо, рецепт которого я нашла в интернете. Пока готовила, облизывала пальцы и искала кино, которое мы с Лёвой могли бы посмотреть вечером. Друга не было видно, и я предвкушала, как он удивится, когда я предложу ему вечер примирения: бутерброды и кинчик.

Уже представляла, как мы валяемся на диване и едим бутеры, ржем над какой-то комедией. Потом можно поднять волнующий меня вопрос, порешать наши траблы.

Не хочу я ругаться с другом больше, это меня слишком нервирует.

Но, когда я вышла с огромной тарелкой с бутерами, истекая голодными слюнями, увидела Лёву в уличной одежде. Чуть тарелку не выронила. Внутри что-то неприятно екнуло.

– Ты куда? – промямлила как идиотка, не зная, как его удержать.

– Я тут, ну, короче, – мялся он, напяливая кепку на голову, – Лера позвала покататься на скейтах на площадке возле дома.

– И ты решил пойти? – не поняла я прикола.

– Конечно, почему бы и нет? Уроки я закончил, так что можно и побездельничать, – не замечая моего состояния, говорил он. – Можешь присоединиться, если хочешь.

– Нет уж, спасибо! Быть третьим лишним так себе перспектива, – пытаясь побороть раздражение, сказала я, словно мантру повторяя про себя: «НЕ ССОРЬСЯ». Это же просто смешно! Лёва и раньше ходил на свидания, и на меня этот никак не влияло! Так почему же сейчас мне так неприятно?

– Ну ладно, пока, – пожал он плечами, выходя из квартиры.

Вот ведь гад! Я ему тут бутеры готовлю, пытаюсь умаслить и наладить нормальный контакт, а он бежит к этой противной Лере!

Черт! Даже поговорить не с кем! Пора срочно заводить подруг! Нельзя иметь только одного друга, на которого некому пожаловаться!

Глава 8

Глава 8

Тая

– Тай? – позвал меня Лёва, вернувшись спустя два часа. Я уже немножко оттаяла, наевшись от пуза своих вкуснющих бутеров, так что отозвалась. – Принес тебе пиццу, – показал он мне на коробку, что держал в руках.

– Спасибо, но я уже поела, – продолжая лежать на диване и пялиться в свой телефон, ответила я, не в силах выносить его довольной морды.

– Да? Ну ладно. Только это еще не всё! Я приготовил для тебя сюрприз! – положив коробку на журнальный столик, сел он рядом, кладя мои ноги к себе на колени.

– И какой же? – подозрительно нахмурилась я.

– Практика в одном из тату-салонов. Лера, оказывается, знакома с парнем, который владеет одним из самых крупных салонов в Москве.

– Серьезно?! – тут же завопила я, не в силах поверить в услышанное. То, что обязана этой прекрасной возможностью Лере, меня, конечно, покоробило, ну да ладно! Над такими подарками не раздумывают! – Лёва, ты самый лучший! – вскочила я с места, бросаясь ему на шею. – Я тебя обожаю… Нет, люблю!

– Рад, что снова на хорошем счету! – захохотал он, обнимая меня в ответ и утыкаясь мне в волосы лицом. Боже, как же я по этому скучала! Казалось бы, прошло всего несколько дней нашего взаимного непонимания, но я уже успела соскучиться и поняла это именно в этот момент.

– Так мы отметим это пиццей? – хитро улыбнулся Лёва, давя на мое самое слабое место. Знает, чем меня можно пронять, и беззастенчиво пользуется моими слабостями.

– Нет! – отодвинулась я от него, решительно отказываясь от лишних калорий на ночь. – Уже поздно, я уже съела тонну мучного. Мне и так пришлось умять твою порцию. Кстати, иди-ка сюда.

Заинтригованный Лёва пошел за мной, а я шла и ловила себя на странном ощущении. Раньше я воспринимала его близость как нечто само собой разумеющееся. Хочу – трогаю Лёвку за руку. Хочу – обниматься полезу. Или лягу с ним в обнимку. Ощущая при этом комфорт и спокойствие. Сейчас же спокойствием и не пахло. Меня волновало его присутствие, взгляд то и дело прилипал к нему, да я попросту пялилась!

Будто его не рассмотрела в течение жизни до мельчайшей черточки. Сейчас я смотрела иначе. Фиг пойми, что со мной такое творилось, но я иногда рядом с ним даже мысль теряла.

Вот как сейчас.

– Булочка, что ты мне хотела показать? – затормошил он меня, и я, очнувшись, заморгала.

– Ты что, не видишь? – удивилась я, проходя в кухню и разводя руки в стороны.

– Что я должен видеть? – Лёва прошел в кухню и положил коробку с пиццей на стол, а потом взял стакан и налил себе воды из графина. Выпил жадно и встал возле стола, упираясь руками за спиной в столешницу.

– Чистоту, Лёва, чистоту! Я всё убрала за собой. И нож, и доску, и крошки, и даже не забыла убрать сливочное масло в холодильник.

– Респект, – ухмыльнулся он, – скоро будешь кровать заправлять без напоминания.

– Ах ты так! – возмутилась я, быстро шагая по направлению к нему и упирая руки в боки. – Стебешься?

– Я? Да никогда, – ржал Лёва как конь.

– Мог бы и похвалить. Я старалась! – обиделась я.

– Я так стараюсь каждый день. Это же норма – убраться за собой, если навела беспорядок.

– Для тебя норма, а для меня нет. Неужели так сложно похвалить за достижение?

– Молодец, возьми с полки пирожок, – продолжал веселиться Лёвка.

– Ладно-ладно, Лёвушка, не хочешь хвалить, не надо. Ешьте свою пиццу, Ваше Совершенство!

– Булочка, ну давай со мной, и хватит дуться, – потянул он меня за руку, соблазняя лакомством. – Кусочек, а?

– Маленький, – не смогла я удержаться, с радостью открывая коробку. – Моя любимая! Четыре сыра. Лёва, ты лучший. Вообще, я думаю, что бутерброды уже переварились, да? А с утра снова пойдем на тренировку.

– Не волнуйся ты так, а если и потолстеешь, я всё равно буду тебя любить.

Его слова, такие обычные и почти ежедневные, почему-то вызвали во мне реакцию. Сердце замерло и пустилось вскачь после паузы. Одна мысль не давала мне покоя, и я решила не тянуть и спросила:

– Лёв, а как вы с Лерой заговорили обо мне и моем увлечении тату? Она что, видела твою татуировку? – почему-то боясь услышать подтверждение, спросила я. Его не было почти три часа, так что он вполне бы успел показать этой Лере не только татушку…

– С чего бы ей ее видеть? – доставая тарелки и салфетки, ответил он. – Просто она решила набить себе еще одну татушку, вот и делилась мыслями, а про то, что ты увлекаешься тату-искусством, как-то сама зашла речь. Ты разве не рада? – нахмурился он.

– Конечно рада! Просто хотела понять, как вы вообще дошли до того, чтобы устроить мне «практику», – как можно непринужденнее пожала я плечами, доставая две банки газировки и идя обратно к дивану. Как же все-таки удобно жить в студии!

– Не радуйся слишком рано, Лера говорит, ее знакомый тот еще фрукт. Неизвестно, сговоритесь ли вы…

– Пф, – фыркнула я. – Раз уж я справляюсь с таким занудой, как ты, то с тату-мастером справлюсь в два счета! – плюхнулась я на диван, наблюдая за тем, как Лёва, скинув толстовку и оставшись в одной майке, садится рядом, передавая мне тарелку с моим кусочком пиццы.

Друг откинулся на спинку, начиная переключать каналы, пока я, смакуя, приканчивала свой личный кусочек рая.

– А когда я начну? – облизывая пальцы, спросила я.

– Думаю, сходим вместе с Лерой завтра после занятий, – наконец остановившись на каком-то ужастике, ответил он.

– Лё-о-о-ва! Ну зачем? – простонала я, подбирая ноги под себя и прижимаясь к его боку.

– Да ладно тебе, это не такой уж и страшный фильм. Самое страшное начинается после двенадцати. В прошлый раз ты выбирала, так что не вздумай мне свинтить! – закинул он на меня руку, прижимая ближе.

– От тебя свинтишь, – вздохнула я, пряча лицо у него на груди и наслаждаясь таким привычным вечером, полным близости с Лёвой.

***

Было так сладко спать, что я совсем не хотела просыпаться. Лежала щекой на чем-то мягком и чувствовала себя как в раю. Но что-то меня разбудило. Черт, затекла рука. Пошевелилась и очнулась, захлопала ресницами, разминая занемевшие пальцы.

– Лёв, мы что, уснули на диване? – затормошила друга, который лежал на спине. – Не мычи, просыпайся.

Телевизор работал, распространяя по комнате голубоватое свечение. Ужастик давно кончился, и началась какая-то передача.

Сонно зевнув, я снова повернулась к Лёве. Стала его рассматривать, положив согнутые на локтях руки на его широкую грудь. Друг был очень похож на отца. Те же четкие скулы, прямой нос, красивой формы губы, полноватая нижняя и верхняя чуть уже. На подбородке чуть заметная ямочка. Я знала его до самой мелкой детали и, наверное, смогла бы сделать тату с его лицом. Странная идея. Я даже хихикнула.

– Булочка, над чем ты смеешься? – открыл Лёва один глаз, подозрительно изучая мое лицо, оказавшееся вблизи. – И почему ты вообще на меня смотришь?

– А что, нельзя? – с вызовом спросила я и уперлась подбородком в его грудь, надавливая.

– Попробовал бы я тебе хоть что-то запретить, – на лице Лёвы нарисовалась усмешка, я смотрела на его губы и думала о том, что они у него очень красивые, мягкие на вид, захотелось вдруг потрогать, какие они на ощупь… – Нет, ты точно что-то задумала. Я по глазам вижу. Колись, Булочка. Мне уже бояться?

Черт меня дернул так откровенно пялиться? Спалил же. Надо было срочно придумать что-то, но что? Зачем бы мне пялиться на собственного друга, которого видела сто раз?

– Я… Хотела увидеть, что в тебе изменилось после свидания.

– Да? Занятно, – улыбнулся он, закладывая руки за голову и прикрывая глаза. – Не знал, что что-то меняется в лице от болтовни и катания на скейте.

– Говорят, что влюбленные становятся идиотами. Между прочим, научно доказанный факт, люди от любви глупеют, – умничала я, выдумывая на ходу.

– А кто у нас влюбленный? Я, что ли?

– А что, нет? Ты же на свидание пошел. Она тебе понравилась.

– Не то чтобы понравилась, – пожал он плечами, будто ему всё равно, – она же наша соседка. Позвала, и я пошел. Почему нет?

– Только поэтому?

– Красивая девушка пригласила на прогулку, какая еще нужна причина?

– Все вы, парни, одинаковые, – фыркнула я, кладя голову обратно на его грудь и вздыхая. Зачем только проснулась?

– Это почему же? – запустил Лёва руки в мои волосы, массируя так, как я люблю. – С тобой же я дружу. Почему не могу и с ней?

– Со мной у тебя просто не было выбора. С ней же… Погоди-ка! Ты что, сравнил меня с ней?! – возмутилась я, снова вскакивая и вперивая в него взгляд.

– Упс! – демонстративно поднес он руку ко рту.

– Даже не смей сравнивать со мной кого бы то ни было! Я для тебя незаменима! Понял? – прищурилась я, недовольная его словами.

Ишь чего удумал! Дружить он будет! Это даже хуже свидания!

– Ладно, я понял. Давай по комнатам, нам утром на учебу.

Лев

– О боже, Лёва! Как тут классно! Я словно в американский фильм попала! – верещала Тая не переставая с того момента, как мы переступили порог тату-салона. Мне, если честно, не особо понравилось увиденное, в отличие от подруги, но говорить этого я не стал. Нравится ей это безобразие, ну и ладно. Главное – ее радость. Вообще-то, я давно планировал подарить Тае нечто подобное, просто наш переезд и начавшиеся терки как-то вытеснили эту мысль из моей головы.

– Рад, что ты оценила, но помни, что на первом месте учеба, и не филонь! – наставлял я ее, зная, как она может увлечься, забыв обо всем на свете.

– Как же тут круто! – не слыша меня, продолжала она.

– Кажется, она уже не с нами, – хихикнула рядом Лера, о которой я и забыл.

После вчерашней прогулки я в корне поменял о ней свое мнение. Найдя ее довольно интересной и не такой поверхностной, за какую изначально принял.

– Вряд ли твоя сестра будет уделять много времени учебе, – заметила Лера, повиснув на моей руке и прилипнув как пиявка. Она мне нравилась, но вот эта ее прилипчивость бесила. Нельзя, что ли, просто нормально общаться?

Сестра… Опять сестра. Каждый раз, слыша от кого-то о том, что Тая – моя сестра, я мысленно морщился. Как теперь сказать всем правду? Мы будем все пять лет ходить с этим фальшивым статусом?

– Почему ты так думаешь? – вернулся я к разговору, на время отбросив свои мысли.

– Она похожа на моего брата, такая же любительница развлечений и кайфа. Не выносит рамок и правил. Если будешь заставлять, ни за что не сделает, только если сам захочет.

Вроде рассуждения были верными, но сравнение с Динамитом не привело меня в восторг.

– Лёв, пошли-и-и-и, – Тая подбежала к нам с горящими глазами, уцепилась мне за руку и потащила в сторону кресла, где сидел татуировщик, бугай в бандане с бородой. Естественно, весь в тату. – Это Медведь, – сказала она, потом быстро представила нас с Лерой и стала задирать мне футболку. – Щас-щас, покажу.

– Что ты делаешь? – шикнул я на нее, встречаясь с ее восторженным взглядом.

– Как что? Хочу показать свою работу.

– У тебя есть татуировка? – воскликнула Лера, подходя ближе и тоже загораясь восторгом.

– Да, я сама делала, – чуть ли не лопнула от гордости моя Булочка, наконец добравшись до вожделенной цели. – Вот она!

– Какой красивый, вау! – запищала Лера, тут же наклоняясь ниже и рассматривая рисунок льва. Прикосновение холодных пальцев вызвало защитную реакцию. Я отпрянул, и Лера вроде как обиделась, надула губы. Но если Тайку я бы стал расспрашивать, что не так, то с новой подругой я не знал, как поступать, и тупо решил игнорить ситуацию.

Задрал футболку и дал всем полюбоваться тату.

– Чем работала? За татухой сама следила? – спрашивал ее Медведь, рассматривая работу вместе со всеми. Тая отвечала ему, как солдат командиру, а он кивал с одобрением. – Талант определенно есть. Мелкие недочеты исправим.

– Недочеты? Какие недочеты? – испугалась Булочка, подскакивая ко мне и хватая за талию, чтобы притянуть к креслу. – Ложись, Лёв, я хочу разобраться.

Вздохнув, я покорно лег, по опыту зная, что спорить с ней себе дороже. Булочка хмурилась, но покорно слушала и мотала на ус, я же даже вникать в суть их беседы не стал, полностью сосредоточившись на Тае и ее эмоциях. Самого меня татушка полностью устраивала, и я даже уже привык к ней, считая частью себя, я не видел в ней никаких недочетов и ничего исправлять не собирался. Мне не нужна была идеальность. Мне нужен был рисунок Таи, который она нанесла сама, ведь, если подумать, я бы никогда не стал делать татуировку, если бы не уговоры моей Булочки.

– Да, теперь я понимаю. Лёв, будем, наверное, доделывать… – начала было она, проводя кончиками пальцев по морде льва на моем боку.

– Никаких доделываний! – тут же вскочил я с места. – Меня всё более чем устраивает!

– Но, Лёва…

– И вообще, мы с Лерой идем гулять. Ты пока тут разбирайся, присмотрись, я тебя заберу через часик. Идет? – не дав ей и слова сказать, зачастил я.

– И куда же вы идете? – насупилась она, забыв про свою радость.

– Перекусим где-нибудь, – пожал я плечами.

Не мог же я не отблагодарить Леру? Иногда Тая вела себя так странно!

– Хорошо, – великодушно кивнула она. – Только, пожалуйста, не опаздывай, часа мне более чем достаточно, – недобро глянула она в сторону Леры, насмешив меня этим.

Зря я все-таки сказал про дружбу с Лерой, Булочка может быть до ужаса ревнивой, о чем я как-то и подзабыл. Помню, как однажды, еще в начальных классах, она оттаскала за косы нашу одноклассницу за то, что та посмела занять место рядом со мной, пока Булочка болела. С тех пор со мной больше никто не осмеливался садиться, не важно, была она на уроках или нет.

– Твоя сестра довольно ревнива, я погляжу, – хихикнула Лера, стоило нам выйти из тату-салона.

– Ты даже не представляешь насколько, – хмыкнул я, открывая для нее дверь машины.

– Мне вот всё равно, с кем Ден встречается.

Глава 9

Глава 9

Лев

А вот Булочке, видимо, было не всё равно. И чем ей Лера не угодила? Даже слушать не захотела, куда мы ходили и о чем говорили. Как я ни пытался начать разговор, она меня прерывала и шла заниматься каким-то типа важным делом, только я понимал, что она намеренно избегает разговора. Что с ней такое?

– Тай, – постучался я в ее дверь, прислушиваясь, и открыл ее, решив забить на церемонии.

– Я не разрешала! – возмутилась она, вытаскивая наушники из ушей и бросая их на кровать. Я обежал взглядом подругу, сидящую по-турецки с ноутбуком на диване. Крышку она захлопнула.

– Мне надо стучаться? Вот это новости, – сложил я руки на груди и прислонился к косяку, застыв в проеме. Раз не позволено входить, буду стоять тут.

– А вдруг бы я…

– Вдруг бы ты что? – спросил я, задумавшись на секунду. Что бы она такого могла делать, что заставило бы меня осторожничать и ждать разрешения войти? Сложно было это даже представить.

– Лёв, что ты хотел? – буркнула она.

– Вообще-то, пожелать тебе спокойной ночи. Но, если ты занята, я пойду.

Развернувшись, я хотел уже уйти, чувствуя внутри обиду на свою подругу. С того момента, как мы приехали, она странно себя ведет. Да и в машине что-то бурчала себе под нос. Подозрения заставили меня остановиться и задать вопрос.

– Тебя обидели в тату-салоне?

– Что? – Булочка нахмурилась и посмотрела на меня с удивлением. – С чего ты взял?

– Ты сама не своя.

– Меня никто не обижал, – сказала эта упрямица, теребя волосы за кончики. Она так всегда делала, когда нервничала.

– Я же вижу, Тай, – вздохнул я, прошел в комнату и сел на ее диван, подогнув ногу под себя и протянув руку к ее. Сжал ладошку подруги, ища взглядом ответ в ее глазах. – Ты обиделась, что мы с Лерой не остались в салоне?

– Вот еще, – фыркнула она, стараясь выглядеть равнодушно. – Я там прекрасно провела время и без вас. Зачем бы мне лишние зрители?

– Тогда в чем дело? – испытующе посмотрел я на нее.

– Ни в чем, Лёв, – вздохнула она, приваливаясь к моему плечу и сворачиваясь в калачик, что делала в моменты крайнего расстройства. – Всё меняется, и мне трудно это принять…

– Что именно? Я всё тот же, как и ты. А это самое главное. А к остальному мы привыкнем.

– Ты отдаляешься от меня, Лёв. Думаешь, я не вижу? – завела она разговор, к которому я был совершенно не готов. – Раньше всё было по-другому…

«Раньше у тебя не было груди», – мелькнула в голове дурацкая мысль, за которую я готов был пустить себе пулю в лоб. Как и вырвать глаза с руками, которые стали совершенно мне неподвластны. Как бы я ни пытался не замечать в Тае женщину, убеждая себя, что она всё еще моя Булочка, я то и дело на ней зависал! И ведь не вела же себя как-то развязно, в отличие от той же Леры, которая весь вечер открыто себя предлагала!

– Всё по-прежнему, Тай, просто мы взрослеем, и нам обоим нужно личное пространство, но это вовсе не значит, что мы отдаляемся, – пытался я убедить больше себя, чем Таю.

– Раньше нам и без этого пространства было хорошо, – пробурчала она, крепче обхватывая меня за торс и пряча лицо у меня на груди. Она словно пыталась влиться в меня. – У меня такое чувство, что я тебя теряю, и мне оно не нравится.

– Ну что за глупости, Тай? Куда я от тебя денусь? – сжал я ее крепче, перетаскивая под ее тихий смех к себе на колени. – Я твой с самого начала, забыла? Кто ел за тебя брокколи в детстве? – вспомнил я любимую присказку своего отца, он любил поговаривать, что в детстве я так переел этой гадости, что теперь даже вид этого овоща для меня невыносим, в отличие от Булочки, которая ела его с огромным удовольствием.

– Ты! Мой Шарпейка! – хихикнула она, забыв про свою грусть и хандру.

Тая

На коленях у Лёвы было так хорошо и уютно, что я не хотела с них слезать. Устроилась на нем, вцепившись руками в талию и положив голову на плечо. Знакомый аромат окутал меня и подарил чувство идиллии. Я впала в настоящую эйфорию, не желая отпускать Лёву. Ни к кому.

Сегодняшнее занятие в тату-салоне, о котором я так мечтала, было безнадежно испорчено, стоило другу со своей новой пассией выйти за порог…

Всё, о чем я могла думать, так это о том, куда они пойдут и что будут делать. А вдруг они поцелуются? Кто сделает первый шаг? Вдруг Лёва? Лера же некрасивая, неужели она ему нравится? У нее нос длинный и волосы пестрые, плохо прокрашенные, а ноги кривоватые, она, когда идет, немного косолапит.

Даже понимая, что придираюсь, я не могла остановиться и всё искала новые и новые изъяны в ее внешности. Одевается странно, и похудеть бы не помешало, а еще она глупая!

О чем они будут разговаривать? Лёва же сойдет с ума от скуки. Или, если они станут целоваться, ему это будет неважно? Черт!

Медведь сдался в попытках растормошить меня, и в итоге я сбежала в туалет, где рассматривала свое лицо, ища изъяны уже в нем. Фу, ну что за глупости? Разозлившись на саму себя и на Лёву заодно, я просто молчала по дороге домой, а потом закрылась в комнате и поспешила открыть профиль Леры, чтобы найти фотки, которые она обязательно должна была загрузить. Как же не похвастаться новым парнем?

Но ничего найти я не успела, в комнату вошел Лёва.

Из меня рвались саркастичные вопросы типа того, что он решил наконец вспомнить о своей любимой подруге, но он, как никто, умел меня успокоить. Нашел нужные слова. И теперь я сидела на его коленях и чувствовала себя очень глупой.

Самое ужасное, что чувствовала я не только это. Потершись носом о футболку друга, я попыталась изгнать из головы глупые мысли, например, о том, так ли нежна на ощупь кожа на его горле, как выглядит? Что будет, если прижаться к ней губами? Попробовать языком… Господи, ну что за мысли! Это же Лёва! Если бы он узнал, о чем я думаю, точно бы решил, что я сошла с ума!

– Лёв? – позвала я его.

– Ммм?

– А давай погуляем завтра? Только ты и я, – думая о том, как сделать так, чтобы свести к минимуму его встречи с Лерой, предложила я. – Могли бы сходить на каток в торговый центр.

– Чтобы ты упала и что-нибудь себе повредила? – хмыкнул он мне в волосы.

– Не упаду, – уверенно заявила я, пока мысленно злорадствовала. Посмотрим, останется ли у тебя время на твою Лерочку. – Ты ведь меня поймаешь.

– Куда ж я денусь…

***

– Приветик, – заметив меня в коридоре, ко мне подошел Динамит. Мы не виделись с вечеринки, которая была несколько дней назад, и я, по правде говоря, уже и не вспоминала о нем, слишком зацикленная на волнении из-за грозящих отношений Лёвы с Лерой.

– Привет, – улыбнулась я, чувствуя приятное волнение из-за того, что он, оказывается, не забыл меня. Мы так хорошо провели время на вечеринке, и я бы с радостью продолжила с ним общение.

– Хотел позвать тебя сегодня на тусу, мы собираемся у нас дома. Будет много тиктокеров. Закрытая вечеринка, так сказать, только для своих, – самодовольно ухмыльнулся он.

– А твоя сестра там будет? – задала я, по сути, дурацкий вопрос.

– Ага, и она, и пара наших одногрупников. Ну так что? Придешь?

– Я бы с радостью, но у нас правила, – вздохнула я, вспомнив, что сегодня четверг, а клубы и вечеринки у нас разрешены только по субботам.

– Правила? – неверяще присвистнул он. – И кто же их установил?

– Лёва, – вздохнула я.

– И что? Правила для того и нужны, чтобы их нарушать, – шкодливо ухмыльнулся он. – Мы могли бы просто сбежать после пар… Давай, – подначивал он меня, не собираясь сдаваться. – Молодость одна, не будь такой занудой, учеба никуда не убежит. Там и пары неважные особо.

– Нет, Лёве это не понравится, – всё же отказалась я, не желая расстраивать друга. Мы так хорошо провели с ним вечер, и он не запрещал мне вечеринки вовсе, просто назначил правила, с которыми я согласилась. Уговор есть уговор.

– Ладно, не лезу в ваши отношения, – поднял он руки, сдаваясь, – раз у вас так строго, то я отчаливаю. Но ты запиши мой телефон, если надумаешь прийти, звони или пиши, туда просто так не пустят, мне надо будет тебя встретить.

– Окей, – вздохнула я, не вслушиваясь в его ненужные объяснения.

Зачем они мне, если я не пойду на вечеринку? Перспектива покататься с Лёвой на катке привлекала меня гораздо больше. Он будет полностью в моем распоряжении и никакой Леры! Мне бы задуматься, почему я так ревностно отношусь к своему другу, но я старательно запихивала эти мысли куда подальше.

В конце концов, это просто привычка. То, что он рядом. Только мой. Мы с детства вместе. Всё, что меняло привычную картину нашего мира, не вписывалось в него, раздражало, хотелось это убрать. Это просто сохранение устоявшегося порядка. Вот! Лёве бы понравились мои рассуждения, точно! Но я ему ничего не скажу. Не смогу толком объяснить. Какой-то хаос образовался в мыслях.

Сегодняшнее катание на коньках должно меня отвлечь. Лёва не просто так прикалывался надо мной. На коньках я была чуть лучше толстого и неуклюжего пингвина, который при этом представляет себя грациозной феей. Но разве же в этом дело? Дело в том, что это классно и поднимает настроение. Лёва меня всегда поймает, если начну заваливаться, убережет от падения на лед. На него всегда можно было положиться.

Мечтая о суперском развлечении на пару с другом на катке, я себе даже не могла объяснить, почему мне было настолько необходимо поскорее оказаться рядом с Лёвой.

Я что, скучала?! Быть того не может! Я же видела его буквально недавно, общалась, мы живем вместе. Откуда тогда это ощущение неполноты жизни, когда его нет рядом? Как будто не хватает чего-то очень важного и существенного, без чего невозможно нормально функционировать.

Лев

– Лёва, привет! Не заберешь меня? – без предисловий начала Лера, позвонив после последней пары. Тая пошла в библиотеку выполнить поручение препода, а я как раз ждал ее в машине.

– Откуда? – спросил я, пытаясь перебороть охватившее меня раздражение.

– Я отъехала совсем недалеко, колесо спустило, чтоб его… – вздохнула она. – Я звонила Дену, но он вне доступа, так что…

– Не переживай, я приеду, скинь точку своей локации, – сказал я, почувствовав в ее голосе волнение.

– Спасибо, Лёв! Ты просто чудо! – благодарно зачирикала она, прежде чем завершить вызов.

Набрав Тае сообщение, чтобы подождала меня в кафетерии, я быстро поехал за Лерой, надеясь, что Булочка не обидится на меня.

***

– Вот и всё, – поменяв колесо машины, улыбнулся я Лере.

– Лёва, ты просто чудо! Я ведь даже не рассчитывала, что ты его поменяешь! – кинулась мне на шею благодарная девушка. К счастью, я провозился не больше получаса, и, помня, что Тая ждет меня, попытался ненавязчиво отделаться от Леры, но новая подруга и не думала так просто меня отпускать.

– Давай посидим где-нибудь, домой совсем не хочется, – обняла она меня за предплечье.

– Меня Тая ждет, я обещал ей погулять сегодня, – попытался я донести до нее и ненавязчиво отцепить от себя.

– Она взрослая девушка, уверена, твоя сестра и без тебя прекрасно проведет время. Ден пригласил ее сегодня на вечеринку. Ей будет намного интереснее с ним, чем гулять с тобой. Я вот вообще предпочла бы забыть о том, что у меня есть брат… – не видя моего состояния, продолжала что-то болтать она.

Я же мгновенно вскипел, подумав о том, что Тая могла предпочесть нашей прогулке этого Динамита, по которому так сохнет.

– Так и что, она пойдет на эту вечеринку?

– А что такого? – удивилась Лера, которой я не собирался объяснять свое плохое настроение из-за Булочки.

– Может быть, то, что вечеринка посреди учебной недели?

– Лёв, мы постоянно так собираемся, не вижу, в чем беда?

Она совсем растерялась, я же не мог унять свою злость. Булочка нарушила наши договоренности, намылилась на вечеринку! Из-за своего кумира. И даже мне не сказала! Наверняка забыла обо всем, стоило ему ее позвать. Побежала как собачка.

Как она собралась успеть и на каток, и собраться на вечеринку? Она один наряд подбирает два часа.

– Никакой беды. А ты не хочешь на каток?

Не знаю, какой черт дернул пригласить Леру туда, куда Булочка позвала меня, чтобы побыть вместе. Но раз она нарушает договоренности, то и я не буду их соблюдать!

– Каток? Конечно хочу! А куда? – защебетала Лера, глядя на меня такими счастливыми глазами, будто я ей звезду с неба предложил. Сложила руки вместе и запрыгала. И я опять подумал о Тае. У нее эта детская непосредственность смотрелась мило, а Лере откровенно не шла. Она выглядело глупо.

Девчонку я не слушал. Перед глазами плыло от непонятной тревоги. Кулаки самой собой сжимались, хотелось бить по стенке до сбитых костяшек. Черт! У Таи одни вечеринки на уме.

Она спит и видит, чтобы стать заядлой тусовщицей, забив на занятия. Лера смотрит на меня влюбленными глазами, а Тайка называет скучным занудой и постоянно бесится из-за моих правил. Понятно, кто ко мне относится лучше. Но я всё равно отвечаю за Таю и не могу позволить, чтобы она пошла по наклонной. Придется пойти с ней на эту чертову вечеринку и присматривать, чтобы не натворила чего.

– А коньки там дают? А кафе есть рядом? Лёв, блин, как ты это придумал? Такое крутое свидание! – Лера всё восприняла по-своему, и мне пришлось смириться. Не скажешь же ей, что не так всё поняла. А когда мы добрались до кафетерия, всё запуталось еще больше.

– Лёв… – Тайка кинулась ко мне, но остановилась, наткнувшись взглядом на Леру. Та, ничего не подозревая, льнула ко мне с довольным видом. Объясняться перед своей «сестрой» за то, что привел с собой девушку, было глупо, и я не стал, начиная не понимать, почему вообще испытываю чувство вины!

Здесь не я виноватый, черт побери.

– Лёва пригласил меня на свидание на каток! А после мы пойдем на вечеринку!

Кто-то должен был заполнить тягостную паузу, и это сделала Лера, испортив всё окончательно.

– Свидание? Круто! – поигрывала Булочка телефоном, сжимая и разжимая в руке, ее глаза злобно сощурились. Кто не знал ее, не заметил бы, но я-то знал. Моя Булочка была просто в бешенстве.

– Да, Лёва очень классно придумал, – подливала масла в огонь продолжающая не вникать в ситуацию Лера. – Пойдемте скорее. Поедем на твоей машине, Лёв? Тай, у тебя просто золотой брат. Он мне колесо поменял за пять минут. Супермен ваще, я офигела.

Отстой. Лера закопала меня еще сильнее, а Булочка тряхнула хвостом и, проигнорировав хвалебные оды в мой адрес, взяла в руки телефон и что-то демонстративно стала печатать. Странно, что смартфон не разбился, так она лупила по экрану.

– А я решила не идти, – пожала она плечами, – я лучше пойду домой собираться на вечеринку. Я на метро доберусь, Лёв, не беспокойся. Хотя… Ой, меня Динамит заберет, – посмотрела она на свой смартфон с победным видом и дерзко улыбнулась. – Пока!

– Стой, Тай, – попробовал остановить ее я.

Две пары удивленных глаз уставились на меня. Из-за дурацкой легенды про брата и сестру я чувствовал себя скованным. Каждое слово, которое я мог сказать, не подходило брату и сестре. Я бы просто не пустил ее кататься с этим чертовым Динамитом. Потребовал бы объяснить дурацкое поведение! Сказал бы, что всё, что сегодня случилось, просто тупое стечение обстоятельств.

Но брат не ревнует свою сестру к парням. Не контролирует ее. Не требует отчета и не хочет удержать рядом с собой любыми путями.

– Что еще? – закатила глаза Булочка, и этот ее жест поставил точку.

Маленькая стерва решила показать характер? Так он у меня тоже есть.

– Ничего. Отлично тебе повеселиться, сестренка, – кивнул я ей, обнимая Леру за талию и уводя в сторону машины.

Глава 10

Глава 10

Тая

Размазывая слезы по лицу, я неслась в сторону парковки. Как он мог? Как Лёва мог так поступить со мной? Как он мог привести свою тупую Леру с собой, объявив, что она пойдет с нами на каток? Это же наш вечер! Наше свида…

Я сбилась с мысли и остановилась. Сердце просто скакало по грудной клетке, лупя в разные стороны, как баскетбольный мяч. Свидание? Я подумала о свидании? Даже плакать перестала, хмурясь и пытаясь понять, как мне это слово в голову пришло. С какой стати?

– Тай, привет! – помахал мне издалека Динамит, к которому я, собственно, и направлялась. Черт, видеть его совсем не хотелось. Мне нужно было подумать, остаться одной, разобраться в себе, но вместо этого я играла какую-то глупую роль веселой девочки Таи, которая так рада общаться со своим кумиром.

Надела маску. Улыбалась, слушала его тупые шутки, смеялась над тем, что не было смешно.

И думала, думала, думала. Как же так? Почему мне так больно из-за поступка Лёвы?

Динамит даже не заметил, что я ревела. Конечно, он же настоящий нарцисс.

Говорит только о себе, самовлюбленный индюк. Лёва бы не оставил это без внимания, он бы обязательно спросил, что случилось, нашел нужные слова и успокоил, прижал к себе.

Но сейчас он обнимает другую! Леру! Черт, ну зачем мы приехали в Москву? Всё изменилось именно здесь. Моя жизнь превратилась в кошмар, в котором я страдаю из-за того, что мой лучший друг отдаляется.

– Это будет самая крутецкая туса! – нахваливал Динамит сам себя.

Уши вяли! Неужели кому-то нравится слушать такое? Теперь понятно, почему у него нет постоянной девушки. С экрана смартфона его образ кажется классным, а в жизни ему не помешает избавиться от раздутого самомнения. А может, меня просто раздражают все, кто не похож на моего друга?

Дома я продолжила злиться и накручивать себя. Всё казалось, что Лёва одумается и приедет домой. Или позвонит. Но время шло, а я оставалась наедине со своей бедой, не в силах понять собственные чувства. Капец! Почему так сложно? Почему всё не может быть как раньше? Ну ладно-ладно, Лёвочка, ты еще пожалеешь, что так обошелся со мной.

Правила? К черту твои правила! Учеба? На фиг учебу! Буду развлекаться и веселиться.

Я нравлюсь парням, даже самому Динамиту, за которым девчонки бегают пачками, желая добиться хоть капельки внимания. А меня он лично позвал на закрытую вечеринку, куда открыт доступ лишь избранным. Вот и пойду на тусу, чтобы все поклонницы Динамита кусали себе локти от зависти, а Лёва извелся от злобы, только, в отличие от предыдущих случаев, когда он заставлял меня подчиняться, на этот раз я сделаю всё по-своему!

Забив на все дела, я провела час в сборах.

Накрасилась так ярко и густо, что ресницы слипались от тех слоев туши, что я на них нанесла. Наклеила на веки блестки, сделала хвост на самой макушке, зачесав волосы наверх, надела короткие черные шорты и мизерный малиновый топик, на ноги – тяжелые ботинки. Еще браслеты и серьги, цепочки на шею. Очень стильный и модный наряд для девушки рэпера. Сфоткала себя и тут же запостила в профиле, не зная, как подписать.

Если мама увидит намек на вечеринку, а она точно зайдет в мой профиль, сойдет с ума и меня потом с ума сведет. Накидала кучу сердечек и звездочек вместо статуса.

Каждый поймет послание так, как захочет. Маме скажу потом, что просто наряжалась и фоткалась дома. Никто бы не поверил, что я в таком виде пойду в люди.

А Лёва взбесится, чего мне и надо. Пусть знает, что я влюблена и счастлива, и хочу поделиться со всем миром своим статусом.

Снова проверила профиль Леры, что делала уже раз десять за последнее время.

Но ничего нового там не появлялось. Конечно, когда катаешься на коньках, не до телефона!

Со злостью бросила телефон в маленькую сумочку на цепочке и поторопилась вниз. Динамит заказал мне такси, что с его стороны, конечно, можно было рассматривать как заботу о своей девушке. Но лучше бы он приехал сам, хоть бы отвлек меня от тяжелых мыслей необременительной болтовней.

Подъехав к нужному дому, поразившему меня размерами и наличием высокого кованого забора с охраной, я прошла внутрь и потом уже в сам дом, ориентируясь по звукам. Парни и девчонки в основном залипали в гаджеты, делясь своими видео, а Динамит, естественно, крутил свои драгоценные и бесценные винилы, нацепив на голову большие наушники. Когда-то я тащилась от него, слушала каждый трек, следила за каждой записью на его странице, и вот я здесь, а радости никакой. Вообще.

Только ощущение, что я не на своем месте и творю какую-то дичь.

Но остановиться я никак уже не могла. Я должна отомстить Лёвке. Должна дать понять, что со мной нельзя так обращаться! Я ему не пустое место.

– О, Тайка, привет! – помахал мне рэпер и позвал к себе.

Преодолевая странное желание сбежать, я потопала к стойке, где располагался его диджейский пульт, в котором я ничегошеньки не понимала.

Притянул к себе за талию и заулыбался.

– Зачетно выглядишь. Давай снимем вайн?

– Запросто, а что именно снимем?

– Да что угодно, – пожал он плечами, – просто отметимся для подписчиков. Пусть знают, что у меня есть девушка.

Сердце перевернулось в груди. Но не от радости, а от удивления.

– Я твоя девушка?

Он вскинул бровь и осмотрел меня с ног до головы.

– А ты против?

– Нет, – положив руки ему на грудь, я едва терпела потную ладонь на талии и радовалась, что вторая его рука занята смартфоном, который он вытянул вперед, включил запись и начал работать на камеру, говоря всякую чушь и воспевая свою крутизну.

Мой взгляд без конца скользил в сторону двери, откуда я ждала появления сестры Динамита и Лёвы. Заходили не они, и мое сердце обрывалось. Большая гостиная наполнялась людьми, все бродили туда-сюда, танцевали и пили. Стакан с коктейлем перепал и мне, его принесла какая-то девчонка, глядящая с обожанием на Дениса.

– Тут нет алкоголя? – посмотрела я на розовый напиток с сомнением, поболтав его в стакане.

– А что, у тебя с этим проблемы, детка? – проследил мой взгляд Денис и отхлебнул из своего стакана. – Он сладкий, ты даже ничего не почувствуешь.

На вопрос он не ответил, но намек я поняла. В коктейле есть алкоголь, а это значит, что фактически я буду его употреблять, что категорически не поприветствовал бы Лёва и та хорошая девочка во мне, которая так хотела ему угождать.

– Правда вкусно, – ответила я, немного потянув его через трубочку. – Не горько.

– Ты что, никогда не пила алкоголь? – удивленно спросил он, глядя на стакан, а потом на мои губы. Зачем он на них смотрит? – У тебя сахар на губах, Тая.

Облизнув нижнюю губу, я поняла, что на нее попал сахар с края стакана. Хотела убрать языком еще крупинки, но Динамит неожиданно начал приближаться ко мне с явным намерением сделать это сам. Он всё наклонялся, пока я пыталась понять, как мне предотвратить это. Ведь я совершенно не была готова к тому, чтобы он меня целовал! Я испуганно замерла, не понимая, как вляпалась в такие неприятности! Как допустила это. Ведь хотела просто позлить друга, а не становиться чьей-то девушкой по-настоящему.

Я не хочу. Черт! Как же так вышло, что я его девушка и он уже собрался меня поцеловать? Прямо при всех. На виду у всей толпы. Оцепенела. Растерянно зажмурилась, чтобы по-детски спрятаться от действительности, представила, что меня здесь нет.

И внезапно всё прекратилось. Денис оторвался от меня, даже не успев ничего толком сделать. Послышался шум какой-то возни, крики. А когда я открыла глаза, увидела перед собой широкую спину Лёвы, который появился неизвестно откуда и налетел на Динамита с кулаками.

Лев

– Лер, ну хватит дуться, – позвал я девчонку, которая сидела насупившись на пассажирском сиденье. – Сходим мы еще на каток, в другой раз, зато смотри, какая ты красивая.

– Правда?

– Конечно правда, – соврал прямо в глаза, зная, что любые женские обиды можно унять, если найти правильный комплимент.

Обычная она, симпатичная вполне, но не более того, но я это сказал, чтобы вернуть ей былое настроение. Стоило нам выйти из кафетерия, где мы оставили Булочку, как желание идти на каток пропало. Совсем.

Получилась какая-то фигня. Собирался пойти с одной, а иду с другой. Это неправильно. Я не такой, чтобы не выполнять свои обещания и ругаться с подругой детства. Но Тая превращает меня в плохую версию себя, в Лёву, которого я не узнаю.

Обещая себе поговорить с ней и решить все наши разногласия, я поехал по названному Лерой адресу, в дом их семьи, где в отсутствие родителей проходила вечеринка тиктокеров.

Всё, что я хотел, это поскорее забрать Таю домой и поговорить с ней, но не успел зайти в гостиную, как наткнулся на картину, от которой у меня перед глазами всё потемнело. Даже сам не понял, как оказался возле диджейского пульта и отпихнул этого долбаного Динамита от моей Таи. Внутри всё кипело, настоящая лава лилась по венам, не давая мне успокоиться.

– Эй, ты чего?! – возмутился брат Леры, не сразу понимая, что случилось, испуганно глядя на занесенный над его рожей кулак.

– Не трогай ее, слышишь?! – заорал я, привлекая внимание всех вокруг. Обернулся и увидел кучу испуганных лиц. Отпустил его и пытался привести дыхание в норму.

– Лёва, что ты делаешь?! – кинулась ко мне Тая, оттаскивая за руку и смотря злющими глазами. – Ты меня позоришь!

– Я тебя позорю? А ты что делаешь? Да на кого ты похожа?! – не выдержал я, увидев ее вид. – Пошли отсюда!

– Я не пойду! – оттолкнула она меня, вышибая воздух из легких.

– Слушай, Лёв, – вмешался этот чертов Динамит, – она со мной. В чем твоя проблема, парень?

– Сейчас я тебе устрою проблемы, – процедил я сквозь зубы, желая его отколошматить, – не лезь к ней.

– Мне восемнадцать! Делаю что хочу! – не унималась моя вредная Булочка.

– Лёв, ну ты что? – канючила рядом Лера, переводя подозрительный взгляд с меня на мою «сестру». Любой бы уже догадался, что я веду себя вовсе не как брат. Или как очень строгий брат.

– Лер, мы пойдем, извини, – бросил я ей, снова переводя взгляд на Булочку, выглядящую как какая-то рокерша. Одно было желание – смыть с нее всю эту мишуру и вернуть свою прежнюю славную подругу.

***

– Как ты мог?! – верещала она, когда я потащил ее на выход, а потом затолкнул на переднее сиденье машины. – Сначала кинул, а когда я нашла себе компанию, вместо того чтобы рыдать в подушку из-за твоего поведения, выставил полной дурой!

– Нашла компанию? Компанию, которая сначала спаивает, а потом лезет целоваться?! – грубо дернул я ремень безопасности, не зная, куда деть кипящую внутри злость.

Хотелось вернуться и как следует отделать этого придурка, который решил, что может распускать руки и тянуть свой вонючий рот в сторону моей Булочки! Да и она хороша! Как только додумалась…

– Никто меня не спаивал! – прервал мои мысли злой голос. – А насчет компании не тебе меня судить! Ты сам бросил меня из-за своей куклы!

– Да конечно! Словно ты сама первая не собралась на эту проклятую вечеринку! – подрезая придурка, который плелся как черепаха, выговаривал я ей. – В любом случае я не хочу больше это обсуждать! Приедем домой, смоешь с себя эту гадость, выкинешь эти шмотки и ляжешь спать! Поговорим о твоем поведении утром!

– Ничего я смывать не буду! Ишь раскомандовался! – не думала затихать Тая, словно специально подбрасывая дров в кипящий котел моего гнева. – Ты не можешь мне указывать, во что мне одеваться!

– Это мы еще посмотрим, – тихо процедил я, уже заруливая на нашу парковку.

Поднимались мы молча, но стоило за нами закрыться двери, как Тая словно бешеная накинулась на меня, даже не разувшись.

– Никогда тебе этого не прощу! – била она меня кулачками в грудь, что было бы забавно, не будь я так зол.

– Своего первого несостоявшегося поцелуя? – хватая ее за руки, процедил я в ответ.

– А если и так?! – пытаясь вырваться, закричала она. – Не твое дело, с кем я встречаюсь! Иди к своей Лере, а меня оставь в покое!

– Пока ты под моей ответственностью, никаких парней! – отчеканил я, загоняя ее в угол и крепче перехватывая за руки.

– Что?! Да ты с ума сошел! Избил моего друга, а теперь…

– Я твой друг! А этот сопляк хотел явно большего, чем просто дружить! Как ты могла позволить ему приблизиться…

– Ты не мой папочка или брат! – зашипела она змеей, злая и разочарованная сорванным свиданием. – И не думай, что ты тут главный! Родители купили эту квартиру для нас обоих! В любом случае я могу пойти к нему и …

– Только попробуй! – обхватив ее за плечи, прижал к стене, сканируя недобрым взглядом. Короткая майка с открытым животом и шорты оставляли мало места для фантазии. Че-е-ерт, и когда только моя Булочка успела так сильно вырасти и превратиться в такую аппетитную девушку? И как мне теперь держаться во френдзоне, повторяя себе, что она под запретом?

– А не то что? – провоцировала она, лишая меня последней капли терпения.

– Ты будешь делать, что я скажу, пока ты не можешь сама отвечать за свои действия! Стоило отпустить контроль, и ты тут же ввязалась в неприятности!

– Какие еще неприятности? Я всего лишь пошла на вечеринку. Причем пошла не в незнакомую компанию, а со своим парнем, – дерзила нахалка.

Во мне же всё взорвалось, когда она снова стала называть Динамита парнем.

– Когда он успел стать твоим парнем? Вы знаете друг друга всего ничего, а ты уже целуешься с ним.

– Кто бы говорил? – язвит Булочка. – Ради своей Лерочки ты бросил меня и пошел на свидание туда, куда собирались мы. Мы же договаривались с тобой. Как ты мог отменить наши планы и променять меня на нее?

Она чуть не плакала, и я понимал, что ей больно, но у меня внутри сидела такая злоба, что хотелось всё вокруг разрушить и причинить ей ответную боль.

Я уже едва себя контролировал и не знал, как сдержаться.

– Мы договорились, что ты не ходишь на вечеринки в будние дни, ты должна заниматься, ты приехала сюда учиться, – процедил я, напоминая ей наши правила.

– Это ты приехал учиться! – как обычно, вздернула она подбородок. – А я не могу только учиться, мне нужны развлечения, молодость дается лишь один раз, Лёвочка, и я хочу жить на полную катушку.

– Ты не знаешь меры, никогда не знала, посмотри на себя, ты же похожа на продажную девку!

– Не смей! – зашипела она, кидаясь ко мне. – Твоя Лера одевается точно так же, но ей ты не говоришь такое. А меня, значит, можно обливать помоями? Можно смешивать с грязью и издеваться надо мной? Что ты там устроил? Опозорил меня!

– Не могу с тобой разговаривать, – сказал я ей то, что сидело внутри. – Ты на себя не похожа, у меня ощущение, как будто я разговариваю с какой-то другой девушкой, другой Таей, которую я не знаю. Где моя настоящая Булочка?

– Твоя Булочка выросла, слышишь? – разъярилась она сильнее прежнего. – Перестань называть меня Булочкой! Что за глупое детское прозвище?! Ненавижу, ненавижу, ненавижу его! – стала кричать она и топать ногами, как какая-то полоумная истеричка.

– Успокойся, ты что, напилась?! – подскочил я к ней. – Сколько ты выпила этого коктейля? – прижал я нос прямо к ее лицу, чтобы почувствовать запах. – От тебя несет алкоголем, поэтому ты и порешь чушь. Тебе срочно нужно привести себя в порядок.

– Я сама знаю, что мне нужно, не лезь ко мне! – оттолкнула она меня с бешеным взглядом.

– Ну всё, ты сейчас ответишь за свои слова, – кинулся я вперед и схватил за пояс брыкающуюся Таю, потащив ее в сторону ванной.

– Отпусти! Отпусти! – визжала она, била меня руками и колошматила ногами.

– Ты бы показалась в таком виде перед родными? – пытался я ее урезонить. – Твоя мама бы со стыда сгорела. Что ты делаешь со своей жизнью?

– Отстань от меня, отстань! – снова и снова вопила она, пока я не зашел в ванную и не открыл воду, сделал специально прохладную и прямо в одежде сунул Таю под струю воды. Она захлебнулась и попыталась закричать, фырча и отбиваясь:

– Что ты делаешь? Ненавижу тебя!

– Заткнись! – резко пресек ее крики я, глядя на мокрую подругу. Своими действиями я добился худшего эффекта: она была вся мокрая, волосы закрыли лицо, разводы косметики потекли по щекам, одежда облепила тело, отчетливо проступили очертания ее фигуры, которые притягивали взгляд.

Я сглотнул, внутри всё перевернулось, резко стало не хватать воздуха, дыхание пропало, кровь долбила в висках, а внутри сидело четкое ощущение, что я должен ее заткнуть, должен прекратить этот поток грязи, который лился из ее рта, должен смыть с нее всё то наносное, что она нацепила на себя, уничтожить всё лишнее, найти свою любимую Булочку в этой вопящей истеричке, которая напивается и целуется с первыми встречными!

Не в силах сдержаться и сопротивляться порыву, я забрался к ней в ванну и обхватил руками, а потом жадно впился в губы поцелуем, прекращая ее крик и поглощая его в себя.