Француженка

Предисловие. Глава 1. Предложение.

Предисловие.

Арт сложил крылья, плавно опустился на зеленую лужайку и вошел в дом. Лицо его было мрачным.

- Я уничтожу их! – с яростью сказал он встречающей его Аше, - все они недостойны, чтобы жить! Я уничтожу всё человечество целиком – Земля прекрасная планета, я сегодня же очищу её от извращенцев, и мы – начнём всё снова!

Аша вопросительно посмотрела на него.

- Ладно – войны! – продолжил Арт, - пьянка и наркотики – чёрт с ним! Но это!

- Расскажи, расскажи всё мне, - попросила Аша, - что именно ты увидел?

Арт стоял посреди комнаты, его глаза горели от гнева, а мысли кружились, как в бурном потоке.

— Человечество! — воскликнул он, — как оно могло дойти до такого? Эти «потомки» меня просто пугают! Какой ужас творится на планете, которая однажды была полна надежды и красоты! Что произошло с добротой и человечностью? Извращенцы! Они заставляли отца смотреть, как они до смерти насилуют его дочь! А потом они привязали электрические провода к его половым органам, и стали понемногу усиливать электрический ток…Я уничтожу их! Их всех! Всё это злобное и тупое человечество! Они недостойны, чтобы жить на Земле! Я видел сам — они специально стреляют по школам и детским садикам — а ведь там ничего военного нет! Там — только дети!

- Какой ужас! – побледнела Аша, - но уничтожать всех? Не будет ли это с твоей стороны также жестоко, как и их поведение? Не станешь ли ты тогда такими же, как они?

- Тупые, грязные животные! Всех – и немедленно! Хотя, нет; они – хуже животных!

Аша поняла, что в этом состоянии Арт логических доводов воспринять не сможет.

К счастью, за тысячи лет, проведенные вместе, характер своего мужа она уже немного узнала.

И поэтому действовать надо было немного иначе.

- Хорошо, - согласилась Аша, - только для полной нашей уверенности дай им последний шанс; когда они не справятся с задачей, тогда и уничтожай человечество.

- Ты согласна? – удивленно посмотрел Арт на жену, - и ничего не просишь?

- Я прошу только одного, - смиренно ответила Аша, - пусть среди них будет красивая девушка!

- Хм, - сказал Арт, и зло рассмеялся, - прекрасная идея! Они не только не решат задачу – они передерутся из-за неё! Они покажут и ей, и нам — свою злобную мужскую природу! Молодец, жена! Так им и надо, извращенцам! Как у них там: тело, душа и интеллект? Вот это я им и задам! А не справятся – всё человечество сотру с лица Земли! Готовь девушку – это по твоей части!

Аша незаметно для мужа облегченно вдохнула.

- Хочешь есть? - весело спросила она, - налетался там, наверное, напереживался…

ГЛАВА 1. Предложение.

Ночью Жанна проснулась.

Она медленно открыла глаза и замерла, не веря своим глазам. В мягком свете раннего утра ей предстала светло-голубая, окутанная легкой дымкой женская фигура, парившая в воздухе невысоко над полом, практически в центре комнаты.

— Богиня?! - не веря своим глазам, пролепетала Жанна, чувствуя, как сердце колотится от волнения и страха, - Ко мне?

- Я ненадолго, - приятным голосом сказало видение, - у каждого свои дела; мне требуется твоя помощь.

- Я – могу помочь тебе?! Требуй, что хочешь – я всё сделаю!

— Ничего особенного делать не надо, — тихо улыбнулась Аша, её светящееся лицо излучало безграничную доброту. — Будь сама собой, и всё будет хорошо! Ты попадёшь ненадолго в интересную компанию, а здесь время остановится — будь самой собой, больше я от тебя ничего не прошу…

Жанна почувствовала, как напряжение слегка уходит, но сердце всё ещё забивалось.

— А я справлюсь? — испуганно спросила она, её голос заметно дрожал. — Ты уверена, что я справлюсь?

— Я же богиня, — снова улыбнулась Аша, и волна доброжелательности словно коснулась Жанны, окутывая её теплом. — Я знаю о тебе всё — даже то, о чем ты сама не подозреваешь. Будь самой собой — и всё будет нормально.

Жанна глубоко вдохнула, и, несмотря на все сомнения, решила поддаться этому странному ощущению уверенности.

— Хорошо, я буду самой собой…

— Вот и договорились, — сказала Аша, её голос напоминал тихий шёпот ветра. — А теперь извини — мне пора; проснешься уже в новом месте.

В следующую секунду видение растворилось, как дым. Жанна осталась одна в полутёмной комнате, наполненной покоем. Её мысли метались, но одно было очевидно: жизнь, которую она знала, вскоре прекратится, и на смену ей придёт нечто совершенно новое. Она не могла сдержать себя от волнения, не зная, что её ожидает впереди.

Собравшись с мыслями, Жанна почувствовала, что этот миг может стать началом чего-то такого, чего не было раньше в её жизни, волнующего и интересного. Конечно, было немного страшно, как перед любым прыжком в неизвестность; такие опасения ведь присущи всем людям? Но, с другой стороны, ведь Богиня успокоила её; она просто попросила Жанну «быть собой» - и Жанна ей верила!

«Я буду сама собой!» - мысленно сказала Жанна вслед ушедшей Богине.

Неодолимый сон тотчас овладел ею и Жанна заснула.

Глава 2 Главная проблема.

ГЛАВА 2.

Проснулась Жанна уже в новом месте.

Сейчас она полулежала в удобном мягком кресле, которое нежно обнимало её тело, словно приглашая остаться здесь навсегда. Перед ней находился овальный стол, сделанный из светлого дерева.

С другой стороны стола сидели трое мужчин. Они смотрели на неё с интересом, но в их взглядах не было ни злобы, ни угрозы.

В первый момент девушка немного напряглась, настороженно оценивая ситуацию. Однако, после того как она заметила доброжелательные выражения лиц незнакомых ей людей, напряжение начало постепенно спадать. Все трое произвели впечатление людей спокойных, вежливых и внутренне культурных.

«Богиня обещала мне интересную компанию, - подумала девушка, - и похоже, что моё приключение уже началось. Но ведь ей что-то от меня надо? Ведь для чего-то я здесь ей нужна? Ведь что-то я должна буду совершить, пока я буду здесь?»

Жанна понимала, что Богиня много ей не сказала — но Богиня обещала ей безопасность; Богине Жанна верила. Поэтому — для начала Жанне следовало просто понять: где она на самом деле оказалась…

Жанна глубоко вздохнула, немного расслабилась и огляделась по сторонам.

Она находилась в просторной комнате, атмосфера которой обнимала её уютом. Окон не было, но освещение, казалось, исходило из самой атмосферы — оно было рассеянным и очень приятным. Словно вокруг не было ничего, кроме этого мягкого света, который создавал ощущение безопасности.

На стенах размещались панели из дерева, оформленные в тёплых тонах. На них висели великолепные цветные фотографии гор, водопадов, лесных полян, залитых солнечными лучами, а также изображения животных, мирно гуляющих по своей земле. Каждый снимок передавал чувства спокойствия и гармонии, как будто приглашая её в мир, полный красоты и приключений.

Смотрелось всё это неплохо, и место само по себе было приятным. Но оставался самый главный вопрос…

- Где я? – спросила Жанна, снова посмотрев на что-то ждущих от неё мужчин. Похоже, что мужчины ждали от неё какой-то реакции, на произошедшие с ней перемены, на сам факт её появления здесь. Их лица были спокойны и внимательны, словно они понимали, что её мысли полны тревоги.

- Вы совсем ничего не знаете? – спросил её, наконец, высокий мужчина средних лет с печалью в глазах, - предлагаю тогда сначала познакомиться. Я – сэр Джон, специалист по виртуальным системам защиты офисов от неадекватных посетителей; двадцать второй век…

- Но ведь сейчас только начало двадцать первого века! – перебила его Жанна.

Но, с другой стороны, Жанне было видно, что англичанин — говорит искренне. В силу своей профессии Жанна много общалась с людьми и мошенников от честных людей отличать немного научилась.

В общем, Жанна почувствовала, что мир вокруг неё - начинает обретать черты волшебства и сказочной странности.

Сэр Джон едва заметно улыбнулся.

— Это у вас, девушка, действительно начало двадцать первого века, — сказал он, и его голос звучал дружелюбно, — Вы с кем-нибудь говорили об этом, перед тем как попасть сюда?

- Ну… да! – Жанна, наконец, начала хоть немного понимать происходящее, - я говорила с Богиней… Я Жанна Д.Арк…

В комнате на несколько секунд повисла пауза.

- При чём здесь тогда Ваш двадцать первый век? - задумчиво пробормотал Джон, сказав это скорее самому себе, ни к кому конкретно не обращаясь.

Лицо молодого человека с короткими темными волосами, который сидел рядом с Джоном, всё яснее выражало удивление.

- Та самая Жанна Д.Арк?! — наконец, не выдержал он и его глаза засияли от радости, — Знаменитая «Освободительница Франции»?!

- Нет, - слегка смутившись ответила Жанна, заметив, как разговор начинает принимать странный поворот, -просто это у моих родителей немного странное чувство юмора! Никакая я не «Освободительница»! Я — обычная девушка, экскурсовод… Начало двадцать первого века, Франция...

- Увидеть Париж… И умереть?! - воскликнул молодой человек.

- Ну, почему так вот сразу — умереть? - улыбнулась Жанна, - я этот город каждое утро вижу! И ничего — ещё жива...

Джон на секунду улыбнулся, и его лицо опять стало серьёзным.

- Кто я — ты уже знаешь...

— А я — студент, зовут Иваном, — представился молодой человек. На нем был простой свитер, и его голос звучал немного робко, но с энтузиазмом. — Россия; тоже начало двадцать первого века. Учусь на программиста.

Жанна кивнула в знак понимания, ощутив легкую симпатию к этому парню. Он казался не таким уж далеким от неё.

— Барон фон Гриммельсгаузен, — произнес третий, уже немолодой и начинающий полнеть мужчина. Его голос, с лёгким акцентом, звучал властно и уверенно. — Германия. Для вас всех — далёкое средневековье. Поэтому можете звать меня просто Бароном; я не обижусь.

— Приятно познакомиться, — ответила Жанна, в сердце у неё зародилось ощущение, что эти люди могут стать её союзниками. Каждый из них представлял свою уникальную историю, и это объединение казалось чем-то важным. Ведь не прост же так их всех собрали — здесь, в одном месте?!

- Разрешите, я закончу, - сказал англичанин, - Высшие силы, для каждого из нас в отдельном особенном образе, говорили с нами. Религии у нас всё-таки немного разные – поэтому и разные образы. Мы, четверо, находимся в закрытом помещении, откуда должны выйти.

Жанна почувствовала, как напряжение вновь окутало комнату.

— Если мы не сделаем это, — продолжал сэр Джон, — Человечество будет уничтожено.

Жанна замерла, её сердце забилось быстрее.

— Уничтожено? — тихо переспросила она, всё еще не веря услышанному.

— Я, как специалист, грубо говоря, «по видимым замкам и невидимым запорам», подозреваю, что задача поставлена почти невыполнимая… Жанна, Вам плохо? — спросил сэр Джон, его взгляд был проникновенным и полон заботы.

— Нет, ничего, спасибо, — ответила Жанна, почувствовав облегчение от внимательного взгляда англичанина. Она старательно старалась сдержать своё волнение, — Вы экстрасенс?

— Нет, я не экстрасенс, — ответил сэр Джон с лёгкой улыбкой. — Биоэнергетика — это побочный результат моей профессии. В нашем общем положении хорошо одно: нас никто не торопит. Запасов воды и еды здесь имеется примерно на три недели; так что, при желании мы месяц ещё протянем. А с нами вместе этот месяц ещё поживёт и всё остальное человечество…

Жанна постаралась не показать виду, что чего-то боится, но в глубине души её терзали тревожные мысли.

— Но ведь надо что-то делать! — воскликнула она, её голос звучал отчаянно. Ситуация казалась слишком большой и запутанной, но просто сидеть здесь и ждать - не входило в её планы.

— Знать бы ещё, что именно надо сделать, — устало ответил Барон, его лицо излучало усталость и озабоченность, — Этот проклятый камень, загораживающий проход — слишком тяжёлый!

Джон , увидев непонимание на лице Жанны, объяснил девушке суть дела.

А вот задача была поставлена перед ними на первый взгляд простая: надо было пройти коридор, который имел две запертые двери. Третья дверь отсутствовала, но проход был загорожен огромным камнем.

Огромный камень загораживал собой проход в коридор, и пройти мимо него не было никакой возможности. И те две двери, которые надо было открыть, пройдя камень, по всей видимости, тоже были запечатаны на совесть...

- Мы уже пытались все втроем этот камень сдвинуть — Барон подвел итог рассказу Джона о общем положении дел, - но он — слишком тяжелый!

- Да, Париж я уже видела, - невесело пошутила Жанна, - значит, пришла пора умереть...

- Но ведь Вас, Жанна, к нам зачем-то прислали! - воскликнул молодой человек, - значит, какой-то минимальный шанс — у нас есть! Нам всем надо — просто остановиться и ещё раз об этом спокойно подумать!

- Да, конечно, - согласилась с ним Жанна, ощутив в его словах логику и смысл, - в таком случае — продолжим знакомство… Проведите мне экскурсию — например, у вас здесь есть кухня?!

Глава 3 Вопрос о камне.

ГЛАВА 3.

В груди Жанны разыгрывалось волнение, когда она стояла перед массивным камнем, загородившим проход в коридор. Эта преграда была скорее символом их текущего положения — чем-то, что нужно было преодолеть, чтобы двигаться вперед.

Камень выглядел внушительно, его размеры и форма идеально подходили для того, чтобы создать у всех ощущение безвыходности. Однако, приглядевшись, Жанна заметила узкую щель между камнем и боковой стороной дверного проёма, которая манила её своей возможностью.

— Вроде бы здесь есть щель, — произнесла она, наклонившись, чтобы лучше разглядеть. Ей удалось протиснуться между камнем и стеной, и, несмотря на то что её грудь в какой-то момент немного застряла, она всё же выбралась. — Если я могла пройти, значит, возможно, есть и другой путь.

— Это чудо архитектуры, — шутливо произнесла Жанна уже из коридора, восхищаясь, как будто камень был не только преградой, но и произведением искусства. — Он сделан так, чтобы я смогла пройти, а вы — нет!

Иван и Барон обменялись взглядами, не зная, как реагировать на такую реплику.

— Смотрите, — сказала Жанна, указывая на верхнюю щель. — Там тоже есть место, где я могла бы пролезть.

Но чем больше они размышляли, тем яснее становилось, что как бы она ни старалась, пройти должны были все четверо. Жанна недовольно вздохнула, разочарованная тем, что не смогла найти решение, которое подошло бы всем.

- Тогда я пройду дальше, - сказала девушка, - может быть, там есть какой-нибудь старинный механизм, который нам неожиданно пригодится!

- Я немного разбираюсь в механике, - задумчиво ответил Барон, - но вряд ли это место, где мы находимся — старинное помещение! Это помещение с коридором — скорее всего есть произведение Высших Сил, которые специально приготовили его несколько дней назад для этого случая!

- Но посмотреть всё равно надо, - поддержал Жанну Джон, - надо проверить все возможности!

- Хорошо. Я иду, - ответила ему Жанна и пошла по коридору.

Жанна прошла по коридору пару поворотов и наткнулась на дверь.

На двери был непонятный для нее замок с клавиатурой и небольшим сенсорным экраном.

Жанна прикоснулась к экрану.

«Камень должны пройти все!» - немедленно появилась надпись.

Жанна огорченно вздохнула и пошла назад.

* * *

Коридор был пуст.

Не было никаких других дверей, в которые можно было бы войти, не было никаких шкафов вдоль стен, которые можно было бы открыть. Ничего не валялось на полу. Жанна внимательно осмотрела стены — но никаких скрытых кнопок она не обнаружила.

Возвращаться приходилось ни с чем.

Жанна пролезла мимо камня назад, к мужчинам.

— Абсолютно пустой коридор? — уточнил Барон, его голос звучал скептически.

— Да, — ответила Жанна, чувствуя, как в груди поднимается чувство безысходности.

— Плохо, — сказал Барон, осознав печальные перспективы, — А какой там пол?

Жанна опустила взгляд и осмотрела пол, который в комнате был таким же, как и в коридоре, где они только что побывала: большие квадратные каменные плиты, плотно подогнанные друг к другу.

— Там пол такой же, как и здесь, — подтвердила она, понимая, к чему ведет разговор Барона.

— Значит, расковырять пол и сделать яму нам не удастся. Сделать порох или какую-то другую адскую смесь, чтобы камень взорвать, нам не из чего, — с горечью произнес Барон, его взгляд с тревогой метался по стенам и полу. — Рычаг нам тоже сделать не из чего — столы, кресла и кровати для этого не подходят. Можно попеременно поливать камень горячей и холодной водой, чтобы он раскололся, но у нас для этого мало воды, да и нагреть её…

Жанна почувствовала, как растет напряжение. Идеи, которые приходили на ум, одна за другой разбивались о трудности в их реализации. Но при всех этих трудностях Жанна не могла не задать вопрос, который мучил её сразу после его последнего высказывания.

— Барон, откуда Вы всё это знаете? — спросила она, недоуменно поднимая брови.

— В своём времени я интересовался наукой, — ответил он с лёгкой усмешкой, — Жизнь заставила изучить физику и механику; зато, на моём счету — несколько удачных штурмов крепостей. Извините, Жанна, но это были французские крепости…

- Да ладно, - ответила Жанна, - в моем веке — Франция и Германия давно уже состоят в одном военном союзе.

Не теряя нить разговора, Барон продолжил:

— Так что теперь нам остаётся только одно: использовать русскую сказку о репке…

— Откуда Вы знаете нашу сказку? — удивлённо спросил Иван, его глаза широко раскрылись от неожиданности.

— Я — культурный человек и интересуюсь литературой, — с гордостью ответил Барон.

- А что это за сказка? - спросил сэр Джон.

— Это довольно известная история, — вмешалась Жанна, её голос звучал настойчиво. — Суть в том, что в ней рассказывается о том, как семья и животные объединяют свои усилия, чтобы вытащить огромную репу из земли.

— И что это означает для нас? — спросил Джон.

Барон, с лёгкой улыбкой, посмотрел на него.

— Суть сказки в соединении сил. Отец семейства, плюс его жена, плюс их дочь, плюс их собака, плюс их кошка и плюс мышка — только соединив усилия, они смогли вытащить репу. Репа была очень большая!

Все замерли, осмысливая суть его слов. Идея о том, что любые сложности, будь то огромный камень на их пути или фундаментальные проблемы, можно преодолеть, объединив усилия, казалась простой и вместе с тем вдохновляющей.

* * *

— Значит, мы должны объединить все наши силы, — произнесла Жанна, её голос заполнил пространство энтузиазмом. — Вместе мы можем сделать то, что никто из нас не смог бы сделать в одиночку.

— Да, именно так! — поддержал её Иван. — Каждый из нас может внести свой вклад, каждый из нас может сыграть свою роль.

Сэр Джон, вдохновленный, кивнул.

— Если все будут работать вместе, как это делали герои сказки, мы сможем преодолеть эту преграду.

Барон только кивнул, его лицо выражало понимание.

— Это и есть суть того, что я имел в виду. Мы, как группа, можем стать более сильными, чем каждый из нас по отдельности. Давайте сосредоточим наши усилия и действуем сообща!

Наполненные новыми надеждами и духом единства, они вновь собрались у камня. Жанна почувствовала, как в ней загорается решимость, и её сердце забилось быстрее.

— Мы можем начать с того, чтобы каждый из нас занял своё место и сконцентрировался на этом камне, приготовиашись приложить к этому делу максимум усилий, - сказала она.

- Так вот зачем нам дали красивую девушку! – сказал Иван.

- Красивые девушки - тоже должны работать, - ответил англичанин.

- Господа мужчины, это вы о чём? – подозрительно посмотрела на них Жанна, - одна я этот камень толкать не буду!

- Мы уже пытались толкнуть его втроём, - объяснил ситуацию Барон, - может быть, Жанна, именно Вашего усилия нам не хватает. Надо встать, чтобы каждому из нас было удобно. При этом каждый должен развить максимальное усилие из того, на что он вообще способен. Развить усилие надо, ни на что постороннее не отвлекаясь. Поэтому, извините, Иван – но рядом с Вами Жанна стоять не будет!

Все остальные пару секунд подумали, согласились с Бароном, и пошли строиться в рабочем порядке перед камнем.

- Раз, два, три - взяли! - крикнул Иван, когда все четверо встали в ряд перед камнем, упёрлись в него и приготовились к решающему усилию, - Ещё раз - взяли! Ещё раз - взяли! Жанна почувствовала ритм в этих командах и точно в нужный момент - давила на камень! Давила резко, давила, как могла - изо всех сил! Где-то в глубине души у Жанны промелькнуло восхищение этим, "чисто русским" методом - это было действительно коллективное усилие! И камень, вроде, поддался - покачнулся, замер в неустойчивом состоянии - и вернулся на место... Проход в коридор по-прежнему был закрыт.

- Я подозреваю, - сказал Джон, - что это колебание камня записано в программе наших испытаний! Ведь и в прошлый раз - камень "вроде бы покачнулся"! - Мистика! - сказал Барон, - я тоже не верю, что в этой ситуации - все законы физики соблюдаются! - У кого-то, кто создавал эти преграды, интересное чувство юмора! - проворчал Джон, - он сначала обнадеживает нас, а потом...

Жанна поняла, что дальше разговор может уйти только в одну сторону - в сторону пессимизма. И этого - допустить было нельзя! - Может быть, нам надо отвлечься? - сказала она, - и когда здесь время обеда?

Глава 4 Перерыв на обед...

На кухне было два холодильника — один очень большой, для глубокой заморозки продуктов, а второй нормальный, как раз для кухни и временного хранения сваренного супа или какой-нибудь иной пищи. Мужчины за столом обсуждали какую-то механику — вектора приложения сил, геометрический центр для приложения совместных усилий...

Тон их разговора Жанне не нравился, и поэтому, находясь в кухне, она решила что-то серьёзное приготовить в следующий раз. Покопавшись в шкафах, она нашла пакетики с быстрым питанием, среди которых были и пакеты с супом. Это был не американский фастфуд, наполненный холестерином и другими вредными веществами. Пакетики, найденные Жанной, были продукцией приличных европейских фирм, серьёзно относящихся к своему делу.

Вскипятить воду и залить всё это кипятком большого труда не составило.

В душе у Жанны возникали смешанные чувства. Она видела, что они всё организовали правильно, но их общего толчка — оказалось мало! В голове крутилось множество мыслей о том, что от них требуется придумать что-то оригинальное, а не просто наращивать количество усилий. Конечно, она готова была сыграть роль той самой мышки из русской сказки, но в то же время задавалась вопросом: разве об этом говорила Богиня, когда просила её, Жанну, быть самой собой?

- Конечно, результат у нас получился неприятный, - говорил Иван, когда Жанна уселась вместе со всеми за стол, - но я надеюсь, что это — не окончательное наше поражение! Это означает лишь то, что мы все — двоечники, которые плохо учились в школе и забыли что-то очень важное. Надо просто сесть и подумать о том, что мы упустили из виду. Надо просто вспомнить то, что мы — знали раньше!

— Мне уже вспоминать нечего, — печально произнёс Барон, вздыхая. — Физика и механика здесь бессильны, и нам остаётся только надеяться на чудо. А волшебников между нами, как я понял, нет.

— Мне вспомнились эксперименты, которые когда-то проводили мои соотечественники, — сказал сэр Джон, его голос стал более уверенным, когда он начал рассказывать. — Там сначала просили людей поодиночке поднять такой груз, какой они смогут. Потом их объединяли в группы и снова просили поднять максимум. Люди, которые, например, смогли поодиночке поднять по 40 килограммов, в паре 80 килограммов поднять не могли — поднимали намного меньше. Возможно, у нас аналогичная ситуация. Я согласен с Иваном: нам надо успокоиться и настроиться на действительно коллективное усилие!

— Если бы я сразу знал, как всё будет, я бы сразу пошёл в священники… — проворчал Барон, с лёгкой усмешкой показывая, что не собирается сдаваться. Все, казалось, делали шаг назад, чтобы прийти в себя и перезагрузиться перед следующими попытками.

Жанна почувствовала, что надо отвлечь мужчин от непрерывных рассуждений о Камне.

- Барон, - спросила она, - а Вы когда-нибудь раньше имели дело с камнями?

- Конечно, улыбнулся своим воспоминаниям Барон, - мне приходилось брать штурмом каменные крепости!

- Это, наверное, интересно?! - воскликнула Жанна, - расскажите, как это происходило?!

Барон, вспомнив свои победы, начал рассказывать. Иван с интересом смотрел на Жанну, которая своими, слегка наивными вопросами, побуждала Барона к дальнейшим рассказам. Джон с едва заметной ироничной улыбкой смотрел на всё это представление; он прекрасно понимал, что Жанна — уводит разговор от их непосредственной проблемы...

* * *

Барон рассказывал о рвах и палисадах, башнях, крепостных стенах и донжонах. Рассказывал он интересно. Кроме всего прочего, Жанна поняла: чтобы штурмовать стены — надо было быть очень смелым человеком. Первых солдат, которые лезли на стены, защитники стен обычно сбивали с лестниц, и нападавшие с большой высоты падали вниз, разбиваясь насмерть. Поэтому, после удачного штурма, город обычно отдавался армии на разграбление : только такой мотивацией можно было поднять солдат в атау в самом начале штурма !

И женщины, которые закрывались в своих домах, напрасно надеялись на крепость своих дверей — солдаты, которые смогли взять штурмом город, в жилища горожан врывались легко, уже не считая это проблемой...

И здесь какая-то странная, хулиганская мысль пришла в голову Жанны и исчезла, оставив лишь смутное, но очень устойчивое ощущение неправильности происходящего.

— Как там моя Марта будет жить без меня, если я не вернусь? — тем временем продолжил говорить Барон, и его голос прозвучал тихо и напряжённо. — Кто её будет защищать?

Жанна внимательно посмотрела на него, чувствуя его переживания и желая поддержать.

— Вы думаете, она не справится? — спросила она, пытаясь загладить волнения своего собеседника.

Барон, вдруг очень эмоционально ответил:

— Конечно, одна — она ни с чем не справится! Во-первых, у нас большое хозяйство. Во-вторых, могут подойти враги, которые узнают, что меня нет — а организовать оборону Замка она не сможет!

Слова Барона звучали так тревожно, что Жанна почувствовала, как её собственное сердце сжимается от мысли о том, как же трудно ему сейчас. Но параллельно с этим в голове у Жанны опять появилась какая-то странная, хулиганская мысль, которая, как будто шальной ветер, пронестись по её сознанию и почти исчезла, оставив желание сделать что-то такое....

— Но, может, у неё есть друзья или соседи, которые помогут? — попыталась успокоить Барона Жанна. — Мы все бываем сильнее, чем думаем, если подойдем к делу с умом!

Барон неуверенно покачал головой:

— Соседи? Все обдумывают лишь свои прибыли! Ни один из них не бросится на защиту Замка, когда дело дойдёт до настоящей опасности!

И здесь Жанна вдруг отчетливо поняла, что именно ей надо сделать.

«Господи, прости меня!» — мысленно взмолилась Жанна, положив ложку рядом с тарелкой. Её переполняло смешанное чувство сострадания и веселья, и она вышла из-за стола, и подошла ближе к камню, начиная свой очередной спектакль. Конечно, то, что она должна была сейчас сделать, было нехорошо — но это был шанс, их единственный общий шанс всё-таки пройти эту преграду, шанс, который Жанна смогла изобрести…

И она чувствовала — именно в этот, хулиганский момент, она — была «сама собой»!

Глава 5 Жанна - немного похулиганила...

— Барон, признайтесь честно: Ваша Марта — красивая? — спросила Жанна, как будто случайно сделав шаг в сторону камня..

— Конечно, она очень красивая! — ответил Барон, его голос снова стал эмоциональным, как и минуту назад, -Она — самая красивая женщина в Германии, и она любит меня!

Жанна искренне позавидовала Марте, жене Барона. Этот прямой, искренний энтузиазм, с которым он говорил о ней, заставлял её сердце сжиматься. Это была не просто любовь, это была настоящая привязанность, и она виделась в его глазах.

И Жанне было очень неприятно то, что она — должна была сейчас сказать!

— Это она только тебе говорит, что любит именно тебя одного! — весело рассмеялась Жанна, отвечая на слова Барона с лёгким укором, словно догадавшись о его глупости, — Она тебе говорит об этом, а сама — уже давно изменяет тебе с каким-нибудь молодым соседом! Ты уж поверь моему женскому опыту! А потом они вдвоём над тобой, глупым, весело смеются — когда в постели лежат обнявшись, отдыхая от бурного, многократного секса!

Слова Жанны, произнесённые с шутливым настроением, нисколько не смешили её саму; внутри себя она понимала серьёзность ситуации. Барон тем более не оценил её шутки. Его лицо изменилось, гнев и недоумение мелькнули в глазах, словно он пытался понять, почему она стала такой резкой.

— Как Вы, Жанна, смеете мне такое говорить?! — произнёс он, слегка вспыхнув, но тут же успокоился, — Я знаю, что она верна мне!

- Наши чувства могут обманывать нас, - произнесла Жанна, - но правда в том, что у женщин есть свои секреты и уловки, которые мужчинам не понятны! И Вы никогда не можете быть уверены, что знаете до конца свою жену! Вы просто не догадываетесь, когда и как она — изменяет Вам!

— Не смей так говорить про мою жену! — прорычал Барон, и неконтролируемая ярость подняла его с места. Он шагнул в сторону Жанны, и гнев, подобно шторму, разразился в его глазах, — Да кто ты такая, чтобы говорить такие грязные вещи!

В его тоне слышалась нешуточная угроза, и Жанна мгновенно поняла, что это не просто слова. В ярости он был действительно страшен. Она вспомнила, как он рассказывал о том, что взял штурмом несколько французских крепостей, и теперь видела, что в его груди бурлит тот же самый огонь, не знающий никакой пощады к противнику. И она поняла. Что у его противников, когда он осаждал их крепости — действительно не было шансов!

Поняв, что дальше затягивать разговор нельзя, Жанна быстро протиснулась мимо камня в коридор и оказалась по ту сторону камня, лишь краем глаза отметив, как Барон оставался с другой стороны, рядом с другими мужчинами.

Иван с недоумением смотрел на Жанну, а Джон, казалось, что-то уже начал что-то понимать в её поведении.

— Твоей Марте вообще незачем искать любовника! — закричала она из коридора, её голос рассекал воздух, как острый нож, — Да она уже сейчас, пока тебя нет, спит со всеми молодыми грязными конюхами на конюшне! Она благодарит судьбу, что тебя нет дома так долго! Или нет, она занимается сексом не с конюхами!

Жанна не удержалась от смеха, который чисто внешне мог показаться искренним, но на самом деле таким не был. На мгновение у неё появилось ощущение, что она пересекла какую-то грань, но она была готова к этому.

- Она нашла в конюшне самого…

Барон замер в полном недоумении, не в силах понять, что происходит. Иван с Джоном переглянулись, не зная, как на это следует реагировать. Жанна почувствовала, как её слова начали работать как мантра, заставляя Барона реагировать, а в его глазах начали вспыхивать искорки желания действовать немедленно, со всей страстью своей души, уже не прислушиваясь к каким-то там рациональным доводам «холодного рассудка»...

Барон терял над собой контроль, и именно этого Жанна от него и добивалась.

- Да я тебя сейчас убью, поганая французская свинья! – закричал Барон.

И здесь Жанне стало страшно – по-настоящему страшно…

— Ты ничего не сможешь! — закричала она в ответ с весёлыми интонациями, которые, казалось, противоречили её собственным ощущениям. — Ты — обрезанный евнух! Ты — старый, ни на что не способный, дряхлый импотент!! Ты — своей жене уже не нужен!!

Ситуация стремительно развивалась. Несколько мгновений — и вот уже Барон стоит в коридоре рядом с ней, замахиваясь кулаком, чтобы здесь же, в коридоре, прибить её насмерть.

Иван оказался рядом, крепко хватаясь за руку Барона, пытаясь остановить его от удара. Сэр Джон стоял на другой стороне, пристально глядя на Барона и движение кулака Барона сильно замедлилось, словно что-то мешало ему изнутри.

— Стой! Смотри! — воскликнула Жанна, протянув руку вперёд. — Смотри! Ты — сдвинул камень!

Барон остановился, его кулак окончательно замер в воздухе. Он оглянулся на камень, который они пытались сдвинуть в течение долгого времени, и его глаза расширились от изумления.

— А...? — пробормотал он, шокированный, словно на мгновение забыл, ради чего всё это происходило. — Я...? Сдвинул...? Камень...?!

Немая сцена.

Между камнем и стеной был проход, достаточный для того, чтобы мимо камня мог пройти человек; человек — любой комплекции.

Неподдельное изумление накрыло лица всех трёх мужчин.

Гнев Барона моментально утих, уступив место искреннему недоумению.

«Неужели — получилось?!» - удивилась и сама Жанна, когда время для молниеносных, инстинктивных реакций окончилось и пришло время сознательно оценить сделанное.

Иван, который лишь секунды назад был готов расправиться с Бароном, даже не осознавал, как меняется его выражение лица. Он смотрел на камень с растерянностью, словно сам не знал, как это произошло, но понимал, что сделанное - это факт, факт вполне объективный и реальный.

Сэр Джон с уважением смотрел на Жанну и одновременно слегка массировал себе виски, словно убирая остатки головной боли.

Барон, наконец, пришёл в себя, постепенно осознавая, что в его гневе и агрессии, возможно, была скрыта не только сила, но и возможность для чего-то иного. Теперь дело было не просто в сдвинутом камне, но и в их общей борьбе, в том, что они были в этом вместе.

- Простите меня, Барон, за нехорошие слова, - поняв, что её уже не убьют, скромно сказала Жанна, - я только хотела…

Барон сделал шаг к камню, и, с сомнением на лице, потрогал его. Камень – был настоящий…

— Это ты меня прости, девочка! — искренне ответил он, повернувшись снова к Жанне, уже успокоившийся. Он выглядел совсем иначе, чем несколько мгновений назад. — Мне кажется, что свою знаменитую фамилию ты носишь по праву… Может быть, я ещё увижу свою Марту!

Сразу после этих слов Барон встал перед Жанной на одно колено, осторожно взял её руку и поцеловал. Этот жест был полон уважения и даже некоторого почтения.

Смущённая вниманием Барона, Жанна подняла глаза и встретилась с восхищённым взглядом Ивана, который смотрел на неё с неподдельным интересом и теперь его взгляд наполнялся гордостью за своих товарищей.

— Там ещё две двери, — сказала растерявшаяся девушка, стараясь восстановить лёгкость ситуации, — Не торопитесь!

Сэр Джон, который не отводил взгляд от Жанны, произнёс с ноткой серьёзности:

— Я всю оставшуюся жизнь, сколько бы её у меня ещё ни осталось, буду гордиться тем, что был знаком с Вами – с Жанной Д.Арк!

Жанна, смущённая, быстро мотнула головой.

— Я – честно не она! — ответила она, ощущая, как её сердце забилось быстрее от этих слов. — А впереди у нас – ещё две двери…

Повисшее напряжение вдруг рассеялось, и в коридоре вновь воцарилась атмосфера, полная надежды и ожидания. Каждый понимал, что именно эта командная работа и поддержка друг друга могли привести их к желаемой цели.

Барон встал и искренне улыбнулся Жанне.

- Может быть, посмотрим, что там за дверь? - предложил он, - в отличие от вас, Жанна, мы — её ещё не видели!

Глава 6 Второе препятствие.

Воодушевленные недавней победой над камнем, все четверо героев, полные надежд и адреналина, направились к заветной двери, ведущей в неизвестность. Дверь была железной, внушительной, без особых украшений, словно охранявшая нечто важное. На ней блестела ручка, а чуть ниже находилась цифровая клавиатура с небольшим сенсорным экраном, готовым откликнуться, как казалось, на любые запросы.

Барон подошел первым. Он дергал дверь за ручку: сначала слабо, затем все сильнее, словно открыть эту дверь надо было именно сегодня. Но дверь оставалась непреклонной, только негромко брякая от его резких усилий. Однако, он вскоре опомнился и отступил от двери, лишь слегка разочарованный.

- Да, это явно не моя задача, - сказал он, - и вот эта штуковина на двери...

— Физическая сила не сработает, — согласился с ним Иван, внимательно изучая дверь, — Нам нужно подбирать код, но на перебор всех вариантов потребуется слишком много времени!

— Это биосенсорный замок, — неожиданно вступил в разговор Джон, и его голос прозвучал уверенно, и в нем слышалась нотка гордости, — Изобретение моего, 22 века...

* * *

«Богиня, а при чем здесь я?! - подумала Жанна, - разве что, только для поддержания настроения?»

— Значит, ты умеешь такие замки открывать? — с легким воодушевлением спросила Жанна Джона, надеясь на его знания, - ты — профессиональный взломщик?!

— Мне нужно подумать, — ответил Джон, задумавшись, как будто перед ним стояла непростая математическая задача, — и за мной — никогда не гонялась полиция! Обычно я наоборот, такие замки закрывал, а не открывал… И мне ещё надо вспомнить, как должен мыслить человек, которые такие замки успешно открывает!

- Слишком далеко зашла ваша наука, - немного раздраженно проворчал Барон, - на этой двери — нет даже отверстия для ключа! И что это за штучки такие на двери?!

- Я могу объяснить! - живо откликнулся Иван, - я примерно представляю, о чем говорит Джон.

-Тогда пошли назад? - предложила Жанна, - Джон пока будет заниматься своими воспоминаниями, Иван разговаривать с Бароном, а я пока посмотрю, какие продукты есть на кухне и что можно приготовить на ужин.

- Да, конечно, пошли назад, - откликнулся Барон, взял за локоть сильно задумавшегося Джона и повёл его в коридор, в сторону камня. Аналогично, в сторону жилого помещения Иван повёл Жанну, вежливо взяв её под руку.

Жанна, в принципе, была не против, хотя понимала: задача открыть дверь — для них сейчас важнее...

- Жанна, я покажу вам выход из этого скучного коридора… - сказал Иван.

- Да, конечно, покажи! - весело ответила Жанна, поддерживая разговор и попытку Ивана пошутить, - а то я здесь немного заблудилась...

Барон сзади не выдержал и коротко, но очень выразительно, и при этом нисколько не обидно, рассмеялся.

Джон ничего не услышал — о думал о замке.

Глава 7 Вечер.

Жанна вернулась от закрытой двери, оставляя за собой легкий шлейф любопытства. В главном жилом помещении собралась вся команда, и каждый занялся своим делом. Комната наполнялась звуками: шуршанием бумаги, тихими беседами и редким смехом — теплая атмосфера, хотя и немного напряженная, так как каждый знал, что предстоит что-то очень важное вместе сделать. И хотя решения второй задачи ещё не было — но решать её им придется вместе!

Джон, с сосредоточенным лицом, нашел где-то десяток листов бумаги формата А4. Он аккуратно разложил их перед собой и начал чертить непонятные никому схемы. Его рука уверенно скользила по бумаге, как будто находилась в порыве творческого гения. Жанна наблюдала за ним из кухонного проема, и в голове у нее крутилось множество мыслей. «Что же он придумывает?» — гадала она, не в силах оторвать взгляда от его работы.

В это время Иван, его голос звучал уверенно, сидел на диванчике рядом с Бароном. Они обсуждали современную жизнь, и Жанна слушала, как молодой человек объясняет своему средневековому собеседнику обыденные вещи — от уличного движения до социальных сетей. Иван доходчиво делился своими знаниями, и даже из уст Барона, который вряд ли мог бы представить себе все это, звучали время от времени вполне осмысленные вопросы. Жанна почувствовала гордость за своего друга. Он действительно оказался грамотным молодым человеком, у которого было много интересного чтобы рассказать.

Барон, хотя и был жителем эпохи рыцарей и замков, внимательно слушал и задавал простые, но мудрые вопросы. Жанна удивилась, как быстро он усваивал информацию, и вспомнила, как еще недавно сама участвовала в подобной ситуации — когда работала экскурсоводом и должна была за какой-то час интересно объяснить неподготовленным слушателям важные нюансы той или иной исторической эпохи.

* * *

Жанна взглянула на часы. «Если потороплюсь, то мне хватит 3-4 часа для приготовления ужина», — подумала она и направилась на кухню. Открыв холодильник, она с удовлетворением заметила, что в нем достаточно продуктов: свежие овощи, мясо, грибы и даже пара плиток шоколада. Кастрюли и сковородки удобно размещались на полках, а электрическая плита выглядела функциональной и современной.

Жанна задумалась и решила порадовать мужчин чем-то особенным. На ум пришло несколько блюд французской кухни, которые она когда-то училась готовить. «Беф бургиньон с грибами и красным вином, рататуй из свежих овощей и, конечно же, шоколадный фондан на десерт», — с улыбкой произнесла она вслух. Это были настоящие кулинарные шедевры, и Жанна надеялась, что они смогут удивить её новых друзей.

Каждый шаг на кухне был наполнен предвкушением. Жанна нарезала мясо, овощи, аккуратно добавляя приправы, чтобы вся кухня наполнилась чудесными ароматами. Иногда она украдкой поглядывала на Джона, который продолжал погружаться в мир своих схем. У него был серьезный вид, и Жанна не могла не думать о том, чем могла бы помочь ему. «Может, стоит спросить, может, он захочет немного поговорить о своих планах?» — размышляла она. Но каждый раз что-то останавливало её — не хотелось отвлекать его от важного дела.

Внимание Жанны постепенно переключилось на звучащие голоса в комнате. Иван, кажется, рассказывал о каком-то новом устройстве, и Барон с интересом слушал, время от времени хмуря брови. Она заметила, как глаза Барона загорались, когда Иван объяснял, как просто стало общаться с людьми по всему миру. На какое-то мгновение Жанна подумала о том, насколько их исторические различия были для обоих захватывающими и удивительными. И это было потому, что каждый из них не замыкался в скорлупе собственного опыта, а был готов узнать нечто иное, непривычное и удивительное.

Иван, случайно поднял голову в сторону кухни и заметил, как Жанна уверенно движется у плиты. Молодой человек почувствовал, как в его сердце великолепным цветком распускаются теплые эмоции. Он уже давно обратил внимание на улыбку Жанны, её обаяние и умение делать любое занятие увлекательным. И хотя эти чувства были новыми для него, он надеялся, что Жанна ответит ему взаимностью. Она заметила его проявление внимания, и её задумчивый, но одобрительный взгляд не оставлял ему шансов сомневаться — она в целом не против их общения.

Кулинарный процесс увлек Жанну, и вскоре на плите начал медленно булькать беф бургиньон, а овощи для рататуя жарились на сковороде. Запахи начали наполнять помещение, и Жанна поняла, что скоро мужчины обязательно оценят её усилия. «Надеюсь, им понравится», — подумала она с улыбкой, представляя, как они будут наслаждаться ужином.

Когда настало время готовить десерт, Жанна взяла кусочек шоколада, растопила его на водяной бане, добавила яйца и муку, и вскоре волшебный шоколадный фондан уже заполнял форму, готовясь к выпечке. Она с трепетом ждала, когда же он станет вкусным и воздушным.

* * *

Не смотря на не решенную ещё проблему с закрытой дверью, Жанна чувствовала себя замечательно! У нее была команда, и они вместе создавали что-то большее, чем просто ужин. Они создавали связь между эпохами, между различными культурами, и это ощущение придавало ей сил и вдохновения. Даже если она не могла помочь Джону напрямую, она знала, что своим кулинарным искусством сможет создать атмосферу, в которой идеи и мечты смогут свободно и уверенно течь, как река, обрамленная красивыми берегами. Ужин тем временем готовился, и Жанна улыбнулась, представляя, как они все соберутся за столом, делясь мнениями и впечатлениями — настоящая дружеская встреча, достойная их исключительных историй.

Наконец, ужин был готов.

— Будем ужинать и обсуждать наши планы на завтра? — с улыбкой предложила Жанна, - расставляя приготовленные блюда в центре стола, - Нам нужно думать, как открыть эту дверь!

— Да, это работа для Джона, — согласился Иван, задумчиво поглаживая подбородок, — У него есть определенные навыки, но, по-моему, он пока не совсем уверен в себе.

Джон поднял голову от своих бумаг и слушал разговор, но его лицо было озабоченным и даже угнетенным. Каждое слово друзей звучало как напоминание о том, что его способности к работе с биополем будут подвергнуты испытанию. В его душе прочно укрепилась тревога, и никто, похоже, не замечал, как он был подавлен.

— Нам обязательно нужно попробовать мысли Джона! Его способности могут нам пригодиться, особенно с этой дверью, которая реагирует на биополе человека, — произнесла Жанна, отметив глубокую тишину, заполнившую обеденную комнату. Она взглянула на Джона, замечая его хмурый взгляд, и тревога заполнила её сердце. Она видела, что он не верит в свои возможности, что сильно контрастировало с его изначальной уверенностью.

— Джон, как ты думаешь, сможешь справиться с дверью? — спросила она, наклоняясь к нему, — Мы все в тебя верим.

Её слова вроде бы развеяли тучи, повисшие над ним, но глубокая тень всё равно оставалась в его глазах. И хотя он кивнул в ответ, выражая молчаливую благодарность, Жанна понимала, что он все еще терзается сомнением. Она хотела помочь ему преодолеть эти страхи, но знала, что для этого нужно время и поддержка.

Ужин продолжался, разговоры плавно текли, и в воздухе витали запахи, которые перекрыли одиночество и неуверенность. Но тревога, сопутствующая их будущему, оставалась в воздухе, как будто ожидающая их дверь - не только физическая преграда, но и символ их собственных страхов и недомолвок.

Глава 8 Перед закрытой дверью.

Хотя помещение было закрытым, рассеянный утренний свет в помещении постепенно усиливался, создавая впечатление раннего утра. Джон с самого раннего утра отправился к двери, и теперь, стоя у порога, пристально смотрел на дверь, которая хранила тайну. Внутри него кипели эмоции: страх перед неизвестностью смешивался с решимостью разгадать этот секрет. Но больше всего его тревожила мысль о том, что он может снова потерпеть поражение.

Остальные члены команды — Барон, Иван и Жанна — стояли позади, готовые поддержать друга, но Джон поднял руку, останавливая их.

— Оставайтесь здесь, — произнес он, стараясь скрыть дрожь в голосе, — Я должен сделать это сам.

В его глазах промелькнуло сомнение, которое друзья уловили мгновенно. Они обменялись взглядами, понимая, что Джон переживает нечто большее, чем просто задачу перед дверью. Но они уважительно отступили назад, предоставив ему возможность действовать самостоятельно.

Джон сделал шаг вперед, чувствуя, как напряжение нарастает внутри. Свет в коридоре начал меняться: сначала он стал жёлтым, затем красным, потом зелёным. Эти вспышки добавляли атмосферы тревоги и таинственности, усиливая ощущение, что дверь скрывает нечто важное.

* * *

Прошли часы, и Джон всё ещё стоял перед дверью, лихорадочно перебирая варианты решения. Он достал свои записи, начертил сложные схемы на сенсорном экране, провёл пальцами по поверхности двери, надеясь найти слабое место. Потом прислонился лбом к холодному металлу, пытаясь почувствовать её энергию, проникнуть в суть замысла создателя этого механизма. Но каждый раз, когда он делал попытку, дверь оставалась непреклонной. Разочарование росло, и вместе с ним увеличивалась тяжесть в груди. Джон опустился на колени, закрыв глаза, пытаясь успокоиться и сосредоточиться. Однако ответа не приходило.

Время текло неумолимо, и когда наступил вечер, Джон вернулся в комнату. Его лицо было серым от усталости, глаза тусклыми, плечи согнутые. Друзья молча наблюдали за ним, видя, как тяжело ему сейчас.

Жанна, заметив его подавленное состояние, подошла ближе. Её голос звучал мягко, но тревожно:

— Джон, как дела? Что случилось?

Он отвернулся, избегая взгляда подруги. Тишина накрыла всех тяжёлым покрывалом. Спустя минуту, он выдавил из себя:

— Ничего… Просто… Я работаю над этим.

Жанна заметила, что его руки слегка дрожат. Она встревоженно посмотрела на него, чувствуя, что за этими словами кроется гораздо больше.

— Над чем именно ты работаешь? — настаивала она, зная, что должна узнать правду, - что-то не так?!

Джон помедлил, словно собираясь с силами для признания. Наконец, он ответил:

— Раньше я всегда работал в паре… Но дело в том…

Его голос дрогнул, и он умолк, не в силах продолжить. Жанна ждала, терпеливо наблюдая за ним.

— Я работал с женой, — произнёс он еле слышно. — Но она… ушла. Ушла навсегда.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Жанна замерла, ощущая, как её сердце сжалось от боли. Она видела, как Джон борется со своими эмоциями, и понимала, насколько глубоко его ранили эти воспоминания.

— Она была моим партнёром, — продолжил Джон, чуть повысив голос. — Без неё я чувствую себя потерянным. Всё, что мы делали раньше, теперь кажется невозможным.

Жанна подошла ближе, нежно коснувшись его плеча. Она хотела сказать что-то утешающее, но понимала, что слова здесь бессильны. Вместо этого она просто стояла рядом, давая ему понять, что не оставит его одного.

— Знаешь, Джон, — сказала она после долгого молчания, — ты не один. Мы всегда будем рядом, чтобы помочь тебе. Вместе мы справимся с любыми трудностями.

Её поддержка нашла отклик в душе Джона. Хотя боль и утрата всё ещё терзали его, он ощутил лёгкое облегчение. Он знал, что несмотря на всё, впереди его ждут новые испытания, но теперь он будет проходить их не в одиночку.

Глава 9 Исскуство быть женщиной.

Жанна всю ночь ворочалась в постели и не могла уснуть, терзаемая мыслями о Джоне. Что-то необъяснимое тянуло её к нему, словно невидимая нить тайны связывала их судьбы. Ранним утром, еще только умываясь после беспокойного сна, она наконец решилась: сегодня она должна узнать больше об этом загадочном человеке.

За завтраком, когда все собрались за столом и старательно делали вид, что не все так плохо, как они думают об этом на самом деле, Жанна сначала тоже пыталась скрыть своё беспокойство, но каждый глоток горячего кофе лишь усиливал дрожь внутри. Её сердце колотилось, когда она, наконец, набралась смелости заговорить.

— Джон, — начала она, стараясь говорить спокойно, хотя голос предательски дрогнул, — мне... мне важно понять, какую роль играет наука в нашей жизни. Ты ведь занимаешься этим, да? И может ли поиск знания объединять людей? Я чувствую, что твои знания... они могут для нас всех изменить многое...

Барон, молча наблюдавший за ней, нахмурился, словно пытался разгадать её намерения. Иван, напротив, внимательно слушал, уловив нотки напряжения в её голосе. Джон, почувствовав её пристальный взгляд, поднял голову и посмотрел на неё с таким выражением, будто хотел спрятать свои чувства глубоко внутрь.

— Да, — произнёс он после паузы, — люди, работающие вместе, часто имеют разные взгляды. Это как две стороны одной монеты. Моя жена и я... у нас всегда были разные подходы, но она знала, как заставить меня чувствовать себя нужным...

Его голос затих, лицо стало мрачным, словно воспоминания пронзили его душу острой болью. Жанна увидела, как его глаза наполнились печалью, и поняла, что задела за живую струну.

* * *

— Простите, — поспешно добавила Жанна, пытаясь сгладить неловкость, — я не хотела вас расстраивать. Просто... просто еда такая вкусная, правда? Думаю, нам повезло, что у нас есть такие запасы...

Но её шутка прозвучала натянуто, и Джон едва заметно кивнул, продолжая смотреть куда-то вдаль. Жанне хотелось вернуть его внимание, но она боялась снова затронуть болезненные темы.

— А вы верите в Бога? — неожиданно вырвалось у неё, и она тут же пожалела о своих словах. Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и тревожный.

Джон вздрогнул, его глаза сузились, и он ответил тихо, почти шёпотом:

— После того, как я разговаривал с ангелами... приходится верить… Но разве это справедливо - ставить перед людьми — такие задачи!?

Эти слова заставили Жанну похолодеть. В комнате стало тяжело дышать, словно воздух превратился в густой туман. Ей захотелось сбежать, но ноги отказывались двигаться.

* * *

— Знаете, — сказала она, изо всех сил стараясь сохранить спокойствие, — я уверена, что ваша жена смотрит на вас оттуда, откуда бы то ни было. Она верит в вас, верит, что вы справитесь. Мы все здесь, чтобы поддержать вас.

Её слова, казалось, проникли в самую глубину его сердца. Его губы чуть дрогнули, и на миг на лице появилась слабая улыбка. Но затем она угасла, уступив место напряжению.

— Но что мы можем сделать? — настойчиво продолжала Жанна, понимая, что ей необходимо найти выход из этого состояния. — Мы должны попытаться помочь вам, разве нет?

Её предложение вызвало неожиданную реакцию. Джон вскинул голову, и в его глазах вспыхнула ярость.

— Как ты можешь даже думать об этом?! — воскликнул он, голос сорвался на крик. — Мне нужна женщина, которая хоть что-то понимает! Где я найду такую?!

Его слова ударили Жанну, как хлыст. Она опустила глаза, ощущая, как слезы жгут веки. В комнате повисло тяжёлое молчание, наполненное невысказанными эмоциями. Жанна осознавала, что рана Джона была глубже, чем она предполагала, и теперь она сама оказалась втянутой в эту бурю чувств.

* * *

Жанна прекрасно осознавала, что каждое ее слово сейчас могло стать последней каплей, которая приведет к тому, что Джон окончательно закроется в себе. Ее сердце колотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот вырвется наружу. Но отступать было нельзя. Ведь недаром же судьба привела ее сюда, единственную женщину среди этих сложных, непостижимых мужчин? И здесь именно ей предстояло совершить нечто невероятное?

— Я понимаю, что такой женщины нет... — начала она, чувствуя, как дрожит ее голос. Внутри бушевал страх перед тем, что она могла сказать что-то неправильное, но одновременно росла уверенность, что нужно продолжать. Взгляд француженки скользнул по лицу Джона, и она увидела там ту самую глубину опыта, который мог бы стать ключом ко всему. Отважившись, она сделала шаг вперед. — Но, может быть, ты — научишь меня? Ты ведь умный человек и отличный специалист! А я — обещаю изо всех сил стараться тебя понять!

Барон, внимательно следивший за происходящим, вмешался, поддерживая Жанну всей своей уверенностью:

— Действительно, другого выхода у нас нет.

Иван задумчиво добавил:

— Да и времени у нас не так много, чтобы тратить его… не слишком сознательно!

Джон, глядя сначала на своих товарищей, потом снова на Жанну, позволил проблескнуть слабому лучу надежды в своем взгляде. Его губы тронула едва заметная улыбка.

— Ну ладно, уговорили, — проговорил он, смягчаясь. — Только помни, Жанна, я - буду очень требовательным учителем!

Эти слова прозвучали как предупреждение, и Жанна поняла, что впереди ее ждет нелегкий путь. Однако внутри нее вспыхнуло новое чувство — любопытство и радостная готовность узнать неизведанное. Ощущая трепет и облегчение от того, что сдвинула, кажется, настроение Джона с мёртвой точки, она задала свой первый вопрос:

— С чего мы начнем?

Джон слегка приоткрыл рот, словно готовился поделиться чем-то важным, но передумал и ответил:

— Начнем с основ. Расскажи, что тебе самой известно о биоэнергетике?

* * *

Жанна почувствовала, как ее щеки заливает румянец. Это был момент истины. Она глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями.

— Биоэнергетика, — начала она осторожно, — это наука, исследующая энергию, которую производит человеческий организм. Насколько я помню, она связана с эмоциями, мыслями и их влиянием на наше физическое состояние. Также мне говорили о том, что эта энергия может распространяться за пределы человеческого тела…

Джон внимательно выслушивал, и в его глазах появился отблеск уважения. Он кивнул, подтверждая правильность ее мыслей.

— Отлично, ты двигаешься в верном направлении. Но есть некоторые моменты, которые, вероятно, ты упустила из виду...

И тут он начал рассказывать о том, как биоэнергетика выходит далеко за рамки теории, становясь живой практикой, где важны интуиция, эмоциональная связь и глубокое понимание внутренней природы человека. Жанна жадно ловила каждое его слово, ощущая, как между ними начинает завязываться новая нить понимания. Она чувствовала, что их отношения постепенно трансформируются — из формальных они превращаются в союз двух людей, движущихся навстречу друг другу в поисках знаний и смысла.

Глава 10 Жанна - учится!

— Итак, Жанна, — начал Джон, удобнее устраиваясь за столом, — мы начнем с теории, которая, смею сказать, невероятно интересна. Ты ведь уже знаешь, что у каждого человека есть биополе, верно?

— Да, я об этом тоже читала, — кивнула Жанна, внимательно слушая.

— Отлично! Так вот, биополе, как и отпечатки пальцев, уникально. Замки двадцать второго века научились считывать эту уникальность. Если, например, человек с недобрыми намерениями попытается открыть замок, он его просто не откроет. Замок это почувствует.

Жанна ненадолго задумалась.

— А каким должен быть человек, чтобы замок открылся? — спросила она с любопытством.

— Очень хороший вопрос, — ответил Джон, понимая, что ее интерес растет. — Я думаю, что замки не пускают тех, кто испытывает эгоизм или отрицательное отношение к людям. Если человек вор, это означает, что он не уважает других…

— Значит, замки «не любят» злых людей? — предположила она, и в ее глазах блеснул ум.

Джон немного усмехнулся:

— Именно так. Если замок ощущает энергию, исходящую от злых намерений, он блокирует доступ. Это все о гармонии, Жанна. «Злой» человек, преступник, не живет в гармонии с обществом и поэтому по отношению к обществу в нем вырабатывается определенная негативная энергия — которую наш замок и улавливает в итоге!

— Человек должен быть гармоничным? — сообразила Жанна, - Он не должен ощущать себя одиноким, загнанным волком в суровом внешнем мире, состоящим из одних проблем?

Джон был приятно удивлён тем, насколько быстро девушка уловила суть его объяснений.

- Моя жена… тоже много говорила о душевном равновесии, которое необходимо в нашей профессии! Знаешь, Жанна, слова «Я знал одной лишь думы власть, Одну, но пламенную страсть!» русского поэта...

- Лермонтова, - подсказал Иван.

- Да, Лермонтова, - продолжил Джон, - это прекрасный поэтический образ. Но в обычной жизни среди таких людей, увлеченных одной единственной идеей, часто появляются люди, отрицающие всё остальное! Они считают правильной только свою идею, а всё остальное — мягко говоря, не любят...

- И у них в душе нет гармонии, - закончила Жанна мысль Джона, - значит, замок улавливает недовольство человека и его отрицание, его раздражение препятствиями?

– Отлично, Жанна! Раз уж ты всё так хорошо понимаешь, то тогда перейдем к практической подготовке, – произнёс Джон, – Мне надо показать тебе кое-что на практике. Уверен, ты ещё раз сможешь меня удивить.

– Надеюсь, что смогу, – ответила Жанна с лёгкой улыбкой, в которой читалось нечто большее, чем просто желание научиться.

* * *

Джон подробно объяснил Жанне, как ей надо выполнять первое упражнение.

Внимательно выслушав Джона, девушка сначала про себя очень удивилась, зачем ей это надо делать. Но она решила в точности исполнять все указания Джона. Она подошла к стене, уверенная в своих действиях, как будто это упражнение было абсолютно естественно. Она прижалась к стене спиной, выставив ноги немного вперед, чтобы найти опору для своего тела. «Самое главное — почувствовать себя частью стены», — вспомнила она слова Джона.

Жанна попыталась отключить все лишние мысли, просто стоя там, будто ее сознание слилось со стеной и стало огромной неподвижной каменной массой. Ощущая себя единой со стеной, Жанна словно отодвинулась назад в стену от своего тела, наблюдая за собой со стороны, вдали от всех переживаний и забот. Прямота и размеренность стены успокаивали ее, и она ощущала, что становится частью чего-то большего.

И теперь, наблюдая себя со стороны, она начала понимать: «Джон был прав!».

Прошло несколько минут, и Джон, сидя за столом, начал ритмично стучать кулаком по его поверхности. Звуки были четкими и раздельными, но в этой простоте скрывалась необычная мелодия. «Слушай тишину», — произнес он с серьезным тоном, не прерывая звуки ударов. Жанна нахмурила лоб. «Как можно услышать тишину?» — промелькнула недоуменная мысль в ее голове.

Джон заметил её недоумение и объяснил: «Тебе надо слушать не просто тишину, а моменты между ударами кулака. Эти промежутки — это и есть тишина! И это то, что ты и должна научиться чувствовать». Жанна попыталась сосредоточиться, отвлечься от жесткого, навязчивого ритма, который продолжал издавать кулак Джона. Это было непросто. Каждый удар как будто раскалывал пространство, и между ними появлялись невидимые пространства. Вдруг ей показалось. что в воздухе существуют не только удары кулака Джона! Между ударами существовало ещё что-то — нечто таинственное и почти неуловимое для Жанны; но оно — несомненно там было! Потом Жанне показалось, что она ощутила это нечто таинственное — легкое, будто волны энергии проникают в её сознание. «Вот так!» — воскликнул Джон и перестал стучать по столу. Жанна открыла глаза. «Ты начинаешь понимать, сказал Джон, - Это и есть искусство отстраивания от материального мира, чтобы ощутить тонкую энергию, из которой состоит всё».

Следующим шагом было упражнение на наблюдение за дыханием. Джон попросил её сесть поудобнее и сосредоточиться на своем дыхании, ощущая, как каждая часть ее тела наполняется энергией с каждым вдохом.

Жанна прикрыла глаза, и почувствовала, как жизнь проникает в неё вместе с воздухом. С каждым глубоким вдохом она ощущала, как благотворная энергия внешнего мира текла в её тело, успокаивая разум и очищая мысли. Она ощутила, что нечто прекрасное проникает в неё с каждым ее вдохом.

«Не торопись! - подсказывал ей Джон, - пусть организм сам выбирает ритм дыхания. Ты должна только пассивно следить за дыханием и за энергетикой тела. Которой дыхание управляет...».

Жанна была в восторге от нового опыта.

Каждая клетка её тела встретила этот живительный поток, и она понимала, что её двери к новому, удивительному миру начали открываться. Жанна была готова учиться, готова исследовать возможности, которые открывала перед ней биоэнергетика. Она была уверена, что впереди её ждут невероятные открытия и истинные глубины понимания, и это чувство предвкушения лишь усиливало её стремление.

Поняв, что Жанна достигла определенного понимания, Джон объявил перерыв.

Он хотел, чтобы новый опыт уложился в сознание Жанны.

А Жанна подумала, что Джон — хороший учитель. И какая же умница, должно быть, была его жена, что он до сих пор говорит о ней так, будто она — была его намного лучше и умнее!

Глава 11 Сомнения Жанны.

Жанна сидела за столом и по совету Джона, чтобы отвлечься, пила сладкий чай с вареньем и смотрела, как мужчины настраивают «Экран». Дело в том, что Иван во время обучения Жанны полез в шкафы и ящики столов, которыми было снабжено их помещение, выполняющее роль, если признаться себе честно, самой настоящей тюрьмы. Конечно, большой шкаф с книгами на четырех языках Жанна уже видела здесь. Но Иван нашел в одном из ящиков одного из столов клавиатуру, стал нажимать кнопки на ней — и одна из стен засветилась и превратилась в самый настоящий телевизор; только вот очень большой...

Правда, пока телевизор показвал лишь картины природы и самым разных путешественников, путешествующих по дорогам Африки, по островам Тихого океана, по лесам Сибири, по азиатским базарам и ещё черт знает где. Конечно, это был не интернет, но всё-таки — хоть что-то для развлечения!

Барон вообще был в восторге, так как про телевидение в своем времени вообще ничего знать не мог. Иван методом тыка пытался разобраться в непонятных значках меню, которое светилось в одном из углов стены, ставшей экраном.

Лишь Джон смотрел на это все с сомнением и Жанна вопросительно на него посмотрела.

- Боюсь, они не развлекать нас хотят, - сказал Джон в ответ на вопросительный взгляд Жанны, - может быть, Боги хотят отвлечь нас от поиска выхода?

- Боги не могут так поступить! - возразила Жанна.

- А кто может поручиться, что Боги — все сплошь добрые существа?!

Эти слова Джона поставили Жанну в тупик. Она, как экскурсовод, сразу вспомнила о шумерских богах — вот те точно были очень злыми и своих людей не любили!

- Нам надо заниматься! - сказал Джон, - не отвлекаясь на "Это"! Через пять минут — продолжаем!

Жанна поняла, что Джон со своим скептическим взглядом, скорее всего, прав, и задумалась о своем ближайшем будущем. Конечно, начало обучения было прекрасным. Первые успехи в обучении биоэнергетике поразили её неимоверным восторгом: энергия, которую она чувствовала, когда практиковала, была настолько интенсивной и живой, что порой казалось, будто она может перепрыгнуть через границы своего понимания. Она рада была видеть, как её усилия начинают приносить плоды, как новые знания открывают новые горизонты. Однако её охватили сомнения. Она задумалась, сможет ли она достичь нужного уровня, который необходим Джону. Он, похоже, сам ещё не сумел осознать, какую сложную задачу поставил перед собой. Ведь его жена, похоже, была настоящим экстрасенсом, более мощным и опытным, чем сам Джон! Неужели она, Жанна, в состоянии приблизиться к этому уровню за очень короткое время? Конечно, эти мысли начали тревожить её. «Что делать, если обучение окажется напрасным?» – испугалась Жанна, её сердце резко замерло при этой ужасной перспективе.

Тем не менее, иного выхода, кроме как продолжать обучение - не было. Время всё еще есть, а если она остановится, то точно не сможет добиться ничего — а угроза поражения висела не только над ней самой! Жанна понимала, что если Боги на самом деле не шутят, что очень рассержены на человечество, на всё человечество в целом…

И, к сожалению, Боги были правы; Жанна не была наивной девочкой — она понимала, какими нехорошими, мягко говоря, могут быть люди! И она понимала, что должна продолжать занятия.

Она поняла очень ясно, что выбора у нее нет — она должна понять и освоить все то, чему будет её учить Джон — или умереть…

И умереть реально — а не в виде образной фигуры речи, характеризующей нервную депрессию какого-нибудь запутавшегося в жизни неврастеника! И Жанна даже вспомнила свою знаменитую предшественницу — ведь ей тоже было непросто?!

- Молодец! - вдруг сказал Джон, увидев и прочитав на своем уровне все ее сомнения, - продолжим занятия?

- Продолжим, - твердо сказала Жанна, и даже опытному в психотехниках Джону на миг показалось, что он видит на месте этой Жанны — ту, давнюю, Освободительницу Франции...

Глава 12 Жанна - учится, часть 2.

Начался второй урок практического обучения биоэнергетике.

- Жанна, Вы умеете расслабляться? - спросил Джон.

- Я — нормальная девушка! Я - не такая! - гневно воскликнула Жанна.

- … Я жду трамвая! - расхохотался Иван, - простите, Жанна!

Лицо Джона выразило лишь глубокое замешательство от непонимания происходящих рядом с ним событий.

- Видимо, я что-то не знаю — про трамваи 21 века?! - наконец, сказал он.

- Расслабиться, — ответил уже отсмеявшийся Иван, - у нас в России означает напиться водки до полного отключения сознания… А на слово «трамвай» - не обращайте внимания!

- А у нас «расслабиться» - означает пойти в ресторан, найти красивую девушку и начать с ней изменять своей жене… - пояснила Жанна, быстро понявшая свою ошибку.

А потом она посмотрела на внимательно смотрящего на неё Ивана — и смутилась…

- Начнем сначала, - продолжил Джон, - Вы, Жанна, умеете расслабляться в физическом, спортивном смысле этого слова?

- Наверное, не очень… - ответила Жанна. - но ведь Вы меня научите?

- Расслабление — обратная сторона напряжения, - объяснил Джон, - если сначала напрячь мышцу, а потом резко напряжение отпустить — то тогда мы и почувствуем то самое расслабление, которое нам надо. Чтобы натренировать способность к расслаблению, надо просто сделать это действие несколько раз подряд: напрягла мышцы — расслабила, напрягла — расслабила, напрягла — расслабила…

Жанна начала тренироваться, не ожидая команды Джона.

Вскоре она действительно поняла, о чем говорил Джон. Она почувствовала, что теперь ей, чтобы расслабиться, понадобиться только вызвать в памяти то ощущение, которое она от выполнения этого упражнения получила во время тренировки.

- Я подозреваю, что это — ещё не всё по поводу расслабления? - спросила она у терпеливо ожидающего её Джона.

- Вы умница, Жанна, - похвалил её её учитель, - теперь поговорим о психическом расслаблении. У китайцев и японцев, испокон веков изучавших медитацию, есть совет — представлять себе во время медитации расслабляющую картинку тихой природы, чуть слышно плещущегося у твоих ног озера... Вы, Жанна, что-то хотите сказать?

- Но сначала, - воскликнула Жанна, - можно представить себе что-то страшное и опасное, а потом уже быстро перейти к представлению тихого и спокойного озера! Наш организм ответит на эти две картинки разными внутренними состояниями, и различие этих состояний — и будет тренировкой техники психического расслабления?

Джон, выслушав Жанну, некоторое время задумчиво смотрел на девушку.

- Вы удивительно талантливы, - сказал, наконец, он, - и очень жаль, что я не встретил Вас в своем времени! Вы, Жанна — могли бы стать очень хорошей ученицей!

- И никакого постороннего «расслабления»! - поддакнул Иван, - только деловые отношения!

- Дурак! - ответила Жанна Ивану, при этом нисколько не рассердившись.

После этого Жанна опять начала свои упражнения, ритмично вызывая в своей голове то неприятные, то приятные воспоминания и тренируясь запомнить те переходы настроения, которые возникали в её душе при смене одной картинки на другую. Иван отвлекся на вопрос Барона и они начали что-то живо обсуждать о военном деле и тактике полевых сражений. Джон в это время сидел напротив Жанны и внимательно наблюдал за её внутренними усилиями.

- Вам со мной не скучно? - спросила она Джона, - про Ваньку я не говорю; но ведь Вам, должно быть, всё вперед известно о том, как должны проходить эти тренировки?

- Наоборот, Жанна, - серьезно ответил Джон, - наблюдая за Вами сейчас я начинаю намного лучше понимать Вас. И Вы ведь тоже за эти часы многое поняли? Это взаимное понимание нам очень понадобится, когда мы пойдем открывать эту проклятую дверь!

Жанна сразу поняла, что Джон — говорит о чем-то очень важном.

Конечно, Жанна нисколько не предполагала, что сможет стать такой же умелой, как жена Джона — но дверь надо было всё-таки как-то открывать, и Жанна должна была научиться по максимуму тому, на что она вообще способна и что ей очень скоро у той двери — сможет понадобиться! Ей нужно было приблизиться к уровню жены Джона настолько, насколько она вообще на это способна — ибо было ясно, что именно со своей женой Джон её, Жанны, первые и неумелые пока попытки овладеть тайнами биоэнергетики - постоянно сравнивает!

А после этого Жанна опять занималась дыхательными упражнениями.

Джон дал ей такое задание: во время медленного и глубокого вдоха, когда грудная клетка естественным образом расширяется, представлять, что некое пространство вокруг нее, Жанны, тоже расширяется. И наоборот: во время выдоха представлять, что и пространство вокруг нее тоже сокращается, сжимается вместе с её выдохом. Жанна должна была ощутить это пространство, которое и было её личной аурой и отличалось, конечно, от пространства обычного, которое, конечно, никаким расширениям и сжатиям на самом деле не подвергалось и на самом деле оставалось неподвижным и равнодушным к тренировкам Жанны.

Жанна сразу поняла смысл этой тренировки и начала выполнять задание Джона. Она чувствовала, что с каждым вдохом и выдохом ей открываются какие-то новые горизонты понимания себя и мира, открываются и растут её новые способности. Нет, она нисколько не хотела стать лучше, чем жена Джона и заменить её ему, но она очень хотела овладеть тайнами биоэнергетики настолько, чтобы успешно помочь Джону в открывании той проклятой двери, которая ждала их и втайне, должно быть, тихо над ними посмеивалась!

- Хорошо, Жанна, пока занимайся, - удовлетворенно сказал Джон, - а я пока поговорю с Иваном: он мне понадобится для последнего на сегодня упражнения…

Как только Джон упомянул Ивана, и какие-то предстоящие им с Иваном совместные действия, сразу какие-то посторонние, чисто девичьи мысли и эмоции, не относящиеся к биоэнергетике переживания, полезли Жанне в голову, заполнили грудь и стали отвлекать её от упражнения...

- Заодно и вспомни психическое расслабление, - улыбнулся Джон, - от мыслей о нем ты должна сейчас отвлечься… Твоя задача сейчас — только одна, ощущать расширение и сжатие свой ауры!

- Да, я поняла! - ответила Жанна и стала честно исполнять указания Джона.

Увидев, что у Жанны это более или менее получается, Джон вышел в соседнюю комнату, где Иван с Бароном нашли в книжном шкафу учебник по истории и живо обсуждали возможность объединения средневековой Германии, во времена Барона разделенной на множество отдельных государств...

Глава 13 Вечер.

- Вы не боитесь, что после всех этих разговоров Барон изменит историю? - спросил Джон, входя в комнату, где Иван с Бароном обсуждали средневековье с учебником в руках.

- Я не собираюсь к чему-то активно стремиться, - ответил Барон, - наша Священная Римская Империя — слишком сложное образование, и мне хочется хотя бы примерно понять, чего ждать ближайшие 50 лет, к чему готовиться!

- Я думаю, ответил Иван, - что Боги уже позаботились об этом, и те действия, которые предпримет Барон, изучив этот учебник, в точности совпадут с теми действиями, которые наши историки, подробно изучающие Германию, считают уже случившимися!

- Ладно, я пришел не за этим. Иван, ты поможешь мне с последним на сегодня упражнением Жанны?

- А что надо делать?

- Тебе ведь нравится Жанна? Ты хочешь её потрогать за грудь или за попу?

- Я отношусь к ней, как к человеку! Я никогда...

- Иван, ты забываешь две вещи: во-первых, я тоже мужчина, и знаю, как это происходит. Во-вторых, я экстрасенс, если по-вашему; и поэтому я тем более знаю, как Вы — друг к другу относитесь!

- Тогда — я не буду этого делать! Она — хорошая девушка, и поэтому...

- И не надо, не надо делать того, о чем ты сейчас подумал, - уверенным взмахом руки Джон остановил взволнованную речь Ивана, - ты должен просто смотреть на Жанну и просто думать о том, от чего ты сейчас так активно отказываешься! Не надо ничего делать — Жанна должна ощутить твои намерения в тот момент, когда ты сам — будешь неподвижен!

- Ну, если так… - растерянно пробормотал Иван, - … тогда я — согласен!

На этом и порешили. Барон в это время с легкой улыбкой наблюдал за Иваном и вспоминал о чем-то своем — очень давнем…

* * *

- Жанна, тебя когда-нибудь облаивала мелкая, но истерически настроенная дворняжка? Сама она размером чуть больше ладони, но лаю от неё! И даже когда ты уйдёшь — она не может успокоиться и продолжает вслед тебе лаять!

- Да, конечно! - рассмеялась Жанна, - видимо, психология дворняжек — в веках не меняется!

- Вот так и с биополем: в центре находится реальный человек, а вокруг него — аура его намерений… Вспомни собаку: сама она маленькая, из себя ничего не представляет; но вокруг неё — столько истерики, столько испуганной агрессии, столько лая! Кажется, что вся улица, или весь двор этим лаем заполнена! Вот так и с биополем: надо понимать, что человек — не сам по себе; вокруг человека есть ещё и аура, почувствовав которую можно, только от самого человека отстроившись! Надо как бы посмотреть на пространство вокруг этого человека, самого человека — при этом не замечая!

- Кажется, я начинаю понимать… - сказала Жанна, - у меня ведь тоже есть биополе? Это как бы два пузыря, которые на нас надеты, две раздутые воздухом невидимые оболочки, взаимодействие которых я должна почувствовать?

- Да, примерно так… - согласился Джон, - вот смотри: перед тобой сидит Иван...

- И исполняет роль той самой собачки? - рассмеялась Жанна, и стало весело смотреть в сторону Ивана, куда-то вглубь того места, где он сам находился. Сначала Жанне было весело от сравнения Ивана с собачкой. Её верной собачкой; конечно, её собачка — любит её… Этот пёсик даже руки ей лижет, свою верность выражая, и даже… И здесь Жанна ощутила специфические реакции её организма, только молодым девушкам известные… И она поняла, чего на самом деле Иван хочет, хотя — пока сдерживается изо всех сил! Хороший парень этот Иван — другие на его месте уже давно… И что это такое с ней происходит?! Ведь раньше Жанна себе такого никогда не позволяла, потому что...

- Всё, стоп! - неожиданно раздался откуда-то издалека голос Джона, - всё исполнено — прекрасно! Сейчас — отдых, пусть организм привыкнет к новым впечатлениям; завтра — пойдем к двери, будем изучать кое-какие специфические настройки - уже рядом с объектом…

- Джон, - несмело заикнулась о чем-то Жанна и замолкла.

- Да, Жанночка? - ответил Джон и Жанна почувствовала: этому человеку — можно верить...

- Вы ведь поняли, что я сейчас чувствовала?

- Знаете, Жанна, - не сразу ответил Джон, - мы, специалисты по защите, когда мы работаем в паре, тоже узнаем друг о друге много такого, о чем нельзя говорить с другими людьми… Да, Жанна — вы начали чувствовать энергии окружающего Вас мира; Ваша задача теперь — сохранять гармонию, стремиться к ней, а не поддаваться слепому напору внешней силы! Эта сила — для Вас и есть та информация, которую Вы должны понять, отстроившись от её материального носителя! Ещё раз повторю: от носителя информации надо уметь отстраиваться, одновременно чувствуя его и понимая, что он такое на самом деле есть!

- Я буду стараться… - тихо сказала Жанна, и уже веселее и громче добавила, - А где Барон?

- А он пошёл нам на ужин всем картошку варить! - ответил повеселевший Иван, освободившийся от выполнения не совсем понятной для него роли, - раз уж мы — здесь все биоэнергетикой заняты!

- Пойду, ему помогу! - воскликнула Жанна, - что-нибудь вкусненькое к картошке приготовлю!

И с этими словами Жанна убежала на кухню.

- Она — такая! - восторженно сказал Иван, посмотрев на Джона, когда Жанна ушла, - она — такая...

- Да, - спокойно ответил Джон, - но ведь ты — мужчина? Ты — должен беречь эту девушку...

- Да, я понял, - твердо сказал Иван, - я всё понимаю...

* * *

Вечер был в самом разгаре, когда Жанна, накладывая себе порцию картофельного пюре, решила немного разузнать о биополе и его значении у Ивана и Барона. За столом царила расслабляющая атмосфера ужина, да и вкусная еда располагала к общению. — Скажите, а что вы знаете о биополе? — спросила она, обращаясь к Ивану и Барону.

Барон, поднимая голову, слегка нахмурился. — Знаешь, в моем времени об этом не принято говорить. Церковь осуждает все, что не связано с молитвой и истинной верой в Бога, — произнес он, стараясь выразить свои мысли. — Поэтому, увы, я практически ничего не знаю. Видите ли — запрещено...

Жанна кивнула с пониманием. Ей стало ясно, что взгляды на эти вещи могли сильно различаться в зависимости от времени и культуры. Она обернулась к Ивану: — А ты? Что с тобой?

— О, я много читал на эту тему, — с энтузиазмом ответил молодой человек, его лицо засияло интересом. — Биополя, энергетические потоки, способности человека… Это невероятно фантастично и очень интересно!

Жанна стала расспрашивать об этом Ивана, расспрашивать о том, что ему известно об этом. Ей понравилось, что она может легко и просто обсуждать эти темы с Иваном. Они говорили буквально на одном языке, и беседа развивалась без стеснения, без ощущения экзамена, как это было с Джоном. Джон, конечно, прекрасный человек и прекрасный учитель. Но в общении с ним Жанна ощущала себя, как ученица на экзамене, которая не очень хорошо выучила свой урок. А вот Иван — о, с ним разговор происходил совсем иначе! С ним — разговор происходил «на равных...»!

— Например, — продолжал Иван, — биополя могут взаимодействовать между собой. И я уверен: чем более гармоничен человек, тем сильнее его биополе. Я даже читал про биоэнергетику и как она влияет на взаимодействие людей.

— Это удивительно, хотя я уже немного к этому прикоснулась! — воскликнула Жанна, и, казалось, их разговор на минуту помогал забыть о противоречивой ситуации, в которой они оказались. Они обсуждали биоэнергетику с разных сторон: от эзотерики до научных исследований, полностью погрузившись в тему.

Джон, наблюдая за Жанной и Иваном, чувствовал легкую иронию в своем сердце. Несмотря на то что он был учителем, в данный момент он словно стал сторонним наблюдателем. Его мысли были заняты образами покоя и гармонии, которые она излучала во время разговора с Иваном. Он наблюдал за ней, с грустной улыбкой замечая, как Жанна искренне увлечена беседой, и в то же время пытался обдумать завтрашний день, который обещал быть напряженным: практическая настройка биополя Жанны на работу по открытию замка.

Жанна, погруженная в беседу, ненадолго забыла о ловушке, где они находились, о проблемах, возникавших с каждым днем. Она чувствовала себя свободной здесь и сейчас, в компании людей, которые, хоть и пришли из разных времен, делили с ней стремление к знаниям. Барон слушал, но, казалось, мысли его блуждали где-то вдали, а Джон все также наблюдал за Жанной, обдумывая, как сделать так, чтобы завтрашняя практика прошла успешно.

Вот так, дружески и спокойно, закончился этот непростой день, который дал людям пусть маленькую, но надежду, что в итоге у них — всё будет хорошо!

И пусть мечты о будущем у всех были разные, но все четверо ясно понимали: работу, которую сделать необходимо, сделать они могут — только вместе!

И только тот, кто сумеет вовремя и эффективно помочь другому — имеет право называться человеком.

Человеком — с большой буквы.

Глава 14. Утро. Около двери.

Утром Джон повёл Жанну к двери.

Его лицо было серьёзным и сосредоточенным. Он чувствовал, что этот момент — шаг в неизвестность как для него, так и для Жанны и хотел сделать всё возможное, чтобы шансы неудачи были как можно меньше.

- Сегодня, Жанна, никуда торопиться не будем, - сказал он и внимательно посмотрел на Жанну, - нам не нужна немедленная победа; нам — необходима точность и эффективность наших действий!

- Да, конечно, - сказала Жанна. Она поняла, что Джон боится неудачи. Она всем сердцем была готова помочь ему и была готова точно выполнять все его указания.

Барон с Иваном немного отстали, чтобы не мешать открытию двери.

- Эта дверь, - начал Джон, - не просто кусок дерева и металла. Это своеобразное создание, и его замок — не просто механическая фигня. Это почти живое существо, и я хочу, чтобы ты испытала это чувство. Попробуй начать знакомство с замком с сенсорного экрана и клавиатуры...

Жанна медленно приблизилась к двери и осторожно кончиками пальцев прикоснулась к сенсорному экрану. Она попыталась почувствовать, какой он внутри. Жанна, словно живое существо, поглаживала экран, едва прикасаясь к нему, и ей показалось, где-то на грани её чувствительности, что экран — ей отвечает… И вдруг — это ощущение прекратилось!

И дверь — вновь стала просто закрытой дверью.

- Кажется, что-то было? - неуверенно спросил Джон.

- Конечно, было! - воскликнула Жанна, намереваясь его поддержать, - пару секунд — я ясно слышала отклик!

- Будем надеться, что ты не ошиблась, - с теми же нотками неуверенности сказал Джон.

И Жанна вдруг поняла, как Джон переживает и боится за исход их операции. Джон, как настоящий англичанин, только внешне старался казаться уверенным, слегка скептическим и невозмутимым — но на самом деле он этой двери боялся! Джон, как любой живой человек, переживал за успех операции — и очень хорошо помнил свою неудачу, которая у этой двери постигла его совсем недавно!

- Мы же никуда не торопимся, - со всей уверенностью в голосе, которую только смогла собрать, сказала Жанна, - к этой двери есть ещё какой-нибудь, немного другой, подход? Сегодня — мы будем тренироваться, ведь так? Долго и упорно тренироваться! Ведь в первый раз — замок на пару секунд мне ответил?!

На секунду в глазах Джона промелькнуло удивление.

- Да, конечно, - немного подумав, сказал он, - попробуй ощутить всю эту дверь в целом! Многие не верят в это, и поэтому даже в нашем, 22м веке, немногие понимают, как на самом деле эти замки устроены...

Жанна, склонив голову, прижалась к двери, ощутив холодный металл под ладонями. Она старалась сосредоточиться на задании Джона, но в голове на этот раз витали лишь смутные мысли. Перед ней была всего лишь большая и холодная металлическая дверь, и ничего живого и человеческого в ней — не было… Жанна продолжала попытки найти хоть что-то, но чувствовала лишь нарастающее беспокойство. На какое-то мгновенье слова и все объяснения Джона показались ей пустыми звуками, не несущими ничего реального...А холодная, упрямая дверь словно смеялась над ней, над её попытками открыть замок, и говорила ей. Что никогда именно её, Жанну, она не пропустит…

— Богиня! — мысленно взмолилась Жанна, когда поплыли мысли о том, насколько далеко они зашли, — Я не понимаю ничего из того, что он говорит! Что мне делать?! Он — хороший человек, позволь ему вспомнить всё самому! И ты, миленький замочек! Ну что тебе стоит открыться?! Ты же видишь — мне ничего не надо; я только хочу помочь людям, которым грозит опасность, я — сама не хочу ничего! И Джон, Барон, и Иван — это хорошие люди, и разве честно хороших людей держать здесь, взаперти…

В этот момент внутри двери что-то щёлкнуло и дверь медленно, с противным скрипом — начала открываться…

От неожиданности Жанна даже чуть не упала вместе с дверью, но стоявший рядом Джон успел её поймать.

Жанна открыла глаза и увидела удивленное, сильно удивленное лицо Джона.

- Жанна! - сказал Джон, - Ради Бога! Объясните мне, как Вы это - сделали?!

* * *

- Что! Это! Было?! - ошарашенно спросил у своей жены Арт, который наблюдал за процессом открывания двери из четвертого измерения, - ведь открыть эту дверь — было невозможно!!

- Это Жанна, она открыла дверь… - скромно пояснила Аша, - а что тебя беспокоит?

- Но ведь это — логически нерешаемая задача! - воскликнул Арт, - они не должны были найти технологию, с помощью которой...

- Ты забыл, - прервала его Аша, - что Жанна — девушка, а в нашем мире логике — поддается далеко не всё…

- Женщины… - вздохнул Арт, признавая свое поражение, - если они откроют и третью дверь — то пусть всё будет по-твоему!

- Да, я — Богиня любви, - чуть заметно улыбнувшись, ответила Аша, - Я — Инанна и Иштар у шумеров, я — Афродита у древних греков, Я - Лада у славян…

- А если они всё-таки третью дверь не откроют?

Аша улыбнулась в ответ.

- Посмотрим… - просто сказала она.

Глава 15 И что это было?

Барон и Иван, которые находились неподалеку, подошли к удивительно открывшейся двери. Их глаза расширились от изумления, когда они увидели, как Жанна, казалось бы, ничего не делая, смогла её открыть.

— Жанна, Вы - чудо! — с искренним восхищением произнёс Барон, не веря своим глазам. — Как Вы её открыли?! Что Вы такого сделали?

- Да я и сама не знаю! - воскликнула Жана, тоже ещё не до конца осознавшая, что именно сейчас с ней произошло, - Я обратилась к Богине, потом решила поговорит с замком...

Иван, который также был поражён происходящим, спросил, разглядывая Жанну с любопытством:

- А кроме этого, Жанна, Вы что-то делали? Как-то на дверь настраивались?

— И в самом деле, что произошло? — задумчиво произнёс Джон, подходя ближе к двери. Он рефлекторно прикоснулся к её раме, словно искал ответы на поверхности. — Жанна, я чувствовал Ваши переживания и думал, как Вам помочь… Я ведь в тот момент не пытался открыть дверь.

- Я только очень сильно хотела, чтобы дверь открылась!

- Значит, Жанна пробила защиту двери своим биополем?! - спросил Иван.

- Не говорите ерунды! - ответил Джон. -этот замок не настолько хрупкий, чтобы его можно было пробить или сжечь одной только силой человеческой мысли!

- Я и не хотела ничего пробивать! - поддержала Джона Жанна, - Я — не такая агрессивная, чтобы пробивать что-то, или ломать! Я его, этот замок — только попросила…

— Да, она — ничего не конструировала и ничего не пробивала, — воскликнул Иван, и его глаза загорелись, словно он внезапно разгадал какую-то головоломку. — Но она его — попросила! А разве преступники умеют просить? Не приказывать, не манипулировать, не обманывать, а вот именно — искренне просить! Жанна просто хотела и тебе, и нам — помочь! А ты, Джон, говорил, что замок откроется в ответ на добрые намерения?!

Все замерли, осмысливая его слова.

Джон искренне задумался над этим: его разум, привыкший к логике и материализму, вдруг ощущал новую реальность. Само явление этой открытой двери стало символом чего-то большего, чем просто механическое действие.

— Да, именно так, — произнёс он, не в силах сдержать улыбку. — Может быть, действительно, это была доброта и желание помочь, которые заставили замок сработать.

Возникшее волнение от происходящего заполнило пространство вокруг. Жанна, ощутив на себе взгляды друзей, поняла, что её невольная молитва стала ключом к открытию не только двери, но и нового понимания их мира. Простое желание помочь и добрые намерения, кажется, были гораздо мощнее любых технологий.

Жанне даже стало неудобно от восхищения во взглядах трех мужчин.

- Может пойдем, посмотрим, что там дальше? - весело сказала она, - нам ведь давно уже по домам пора, а там, как на грех, ещё одна дверь закрытая… Посмотрим, для начала, в чем там дело?!

Глава 16 Проблема √3

Третья дверь находилась недалеко, и их компания двинулась в её сторону. Когда они подошли поближе, они заметили, что рядом с дверью стоит компьютер с обычной клавиатурой. Иван, не раздумывая, подошёл к нему и начал нажимать на кнопки, глядя на экран.

— Я так понимаю, что следующее задание — будет для меня? — сообразил Иван, увидев дверь.

- Физическая сила была, — задумчиво произнёс он чуть позже, пробежавшись пальцами по клавиатуре, — Душа тоже присутствовала; теперь - требуется разум! Думаю, что нам сейчас нужна обычная хакерская атака из 21 века!

Джон покачал головой.

— Я этого не знаю, — признался он, отстраняясь от клавиатуры, будто ощутив, что ему не хватает уверенности, - в жизни я был обычным пользователем… Кроме того, я сомневаюсь, что здесь — заложено что-то простое!

— А я ведь тоже из 21 века! — внезапно воскликнула Жанна, её глаза загорелись, — Я — могу чем-то помочь?

Барон взял Джона за руку и тихо отвёл его в сторону, чтобы освободить место для Жанны у компьютера. Она, склонившись над клавиатурой, начала внимательно изучать экран.

— Ты — обычный экскурсовод, — с большим сомнением в голосе ответил Иван, — а я — обычный студент... На этот раз — мы проверим, сможем ли мы применить все наши знания вместе. Но хватит ли их у нас?

Жанна, почувствовав на себе напряжение, бросила взгляд на Ивана и, вдохнув полной грудью, подняла голову. Конечно, она понимала, что знает о компьютерах очень мало. Так, побаловалась пару месяцев однажды изучением их кодов… Но, с другой стороны, она сначала и перед камнем боялась сначала, что ничем мужчинам помочь не сможет, и когда говорила с Джоном, прекрасно видела, что вытащить его из его плохого настроения — задача невероятно сложная… Но — надо пробовать! Разве не к этому — призывала её Богиня?

- Как там у вас в пословице говорится, - уверенно сказала она Ивану, - под лежачий камень вода не течет?

- А ты что-нибудь знаешь о хакерских атаках? - усомнился Иван.

- Вот поэтому — я и попробую первой! У нас могут быть разные подходы, и ты будешь следить за мной; и если у меня ничего не получится — в дело вступишь ты! Я уверена — где-то здесь должно быть нечто, что поможет нам эту дверь открыть! Я уверена — где-то Богами для нас приготовлены наши шансы!

Джон, стоя чуть в стороне, только покачал недоверчиво головой.

Барон понял его.

- Да, я согласен, - тихо сказал он Джону, - в этой двери — тоже должен быть какой-то подвох, для нас очень неприятный! Но, с другой стороны, что бы мы делали сейчас, если бы с нами — не было Жанны?

- Ну да, Пути Господни — неисповедимы… - сказал Джон, всё ещё продолжая сомневаться.

- Посмотрим, - ответил Барон и они стал оба наблюдать за Жанной.

В этот момент Жанна решительно подошла к клавиатуре и её пальцы начали быстро бегать по клавишам. Иван, стоя рядом, внимательно наблюдал за её действиями и, видимо, осознавал для себя, что именно она делает. В воздухе зародилось ощущение ожидания. Барон и Джон, заинтересованные, невольно подошли ближе, поддерживая Жанну, и даже Джон, который казался неуверенным, начал чувствовать, что их совместные усилия и в этот раз могут принести плоды.

И все видели, что у Жанны начало что-то получаться. Уже две строки из списка в десять надписей, непонятно что сообщавших, внезапно стали зелеными и на них появилось всем понятное слово: «открыто»!

— Мы справимся, просто нужно доверять друг другу! — уверенно произнесла Жанна, тогда как на экране позеленела третья строка исходного защитного кода.

Барон, наблюдая за всем происходящим, тихо произнёс:

— Похоже, у нас есть шанс. И не только открыть дверь, но и открыть для себя новые возможности.

И восторг, постепенно наполнивший каждого из них, стал не просто движущей силой, но и символом того, что вместе они способны преодолеть любые преграды.

Жанна уверенно продолжала свою атаку, но - компьютер неожиданно издал тревожный сигнал, нарушив свое невозмутимое, до того момента, спокойствие. На экране появилась надпись на четырех языках, пронзительно выделяющаяся на фоне черного экрана: "Хакерские атаки недопустимы. Доступ закрыт до следующего дня. Другие атаки - будут наказаны намного строже!"

— Искусственный интеллект! — недовольно воскликнул Иван, в его тоне звучало раздражение, — Его ещё нам для полного счастья здесь не хватало!

- Вы уверены, Иван? - деловым тоном спросил его Джон.

- Так Вы сами посмотрите, что произошло! - уверенно ответил Иван, - код замка оказался достаточно примитивным. И сначала Жанна успешно начала его взламывать! Но потом, словно что-то более умное вступило в дело! Как будто Интеллект понаблюдал за Жанной, понял, что именно она делает — и решил нам ответить!

Жанна была расстроена. Очень сильно расстроена.

— Жанночка, Вы немного ошиблись… — мягко произнёс Барон, когда неподвижность комнаты наполнилась неуверенностью, - Вы немного ошиблись… Нам надо сейчас отвлечься; отдохнуть, почитать что-нибудь… Всё равно — работа до следующего утра невозможна!

— Да, похоже, что я поторопилась, — грустно ответила Жанна, отошла от клавиатуры и почувствовала, как тяжесть разочарования заполнила её грудь.

Барон обнял её за плечи и мягко повел в сторону их жилого помещения.

- Этого ведь и следовало ожидать? - уговаривал он девушку, - мы сразу знали, что в этой двери — тоже спрятана какая-то пакость! Или Вы думаете, что я с налету брал одну за другой вражеские крепости? Нет, мне тоже приходилось останавливаться, садиться в своей палатке и долго размышлять: что с этой крепостью конкретно можно сделать! Вот Вы мне, старому дураку, объясните, пожалуйста — что за особенный такой противник нам сейчас противостоит?

Джон тем временем обратился к Ивану:

— Иван, вы хоть что-то об этом знали? Ведь для чего-то это здесь стоит?!

— Да, что-то здесь мне знакомо, — задумчиво произнёс Иван, его взгляд стал мечтательным. — Это из 21 века! Но я… ничего не помню! И мне сейчас кажется, что на этот раз — мы попали! Очень серьёзно попали!

— А Жанна? — не удержался от вопроса Джон.

— Жанна — обычный экскурсовод! — воскликнул Иван, его эмоциональный тон изменился, словно он открыл истину. — Здесь же серьезная система, чисто для логического мышления! И её женская психология — нам сейчас не поможет!

Тем временем, слегка повеселевшая Жанна, пыталась объяснить Барону, жителю Средневековья, что такое искусственный интеллект, и её голос понемногу наполнялся увлечением:

— Искусственный интеллект — это система, способная учиться и принимать решения. Он работает на алгоритмах и данных, но сам он — тоже в реальности есть обыкновенная железка, только очень хитро людьми организованная, и поэтому...

Барон кивал с умным видом, усиленно делая вид, что что-то понимает.

В это время Жанна услышала разговор Джона и Ивана, шедших за ней с Бароном.

- Сейчас — время обеда, - совсем уже повеселевшим голосом сообщила всем она, - на обед у нас кое-что найдется. Поэтому, план такой: сначала пообедаем, а потом хорошо бы найти какое-нибудь развлечение; жалко, что здесь поиграть не во что…

- Кроме пряток, - добавил Иван.

Все улыбнулись: прятаться в выделенном им помещении было негде.

- Потом, ближе к вечеру, я приготовлю на ужин что-нибудь вкусненькое, - продолжила Жанна, - А ваша задача — найти какую-нибудь игру!

- В дурака, что-ли, поиграть? - сказал Иван.

- У нас нет игральных карт? - напомнил Барон.

- Карты можно нарисовать! - отмахнулся от него Иван, - так что, Жанна?

-Отлично, как раз игра на четверых, - согласилась Жанна, - а вот утром, Иван — ты откроешь эту дверь!

Джон вспомнил, что еще несколько минут назад Жанна была в отвратительном, депрессивном настроении. И её, быстро и просто - успокоил Барон.

«Повезло же его Марте!» - подумал Джон.

- А если я не справлюсь? - и немного с удивлением от напора девушки, и немного подыгрывая ей, ответил Жанне Иван, - что тогда?

- Попробуй только завтра не открыть эту дверь! - усмехнулась Жанна, - И не смеши мои тапочки! Или я здесь — уже не француженка?!

Глава 17 вечер перед атакой.

Игра в карты прошла весело.

В дурака хорошо играть никто не умел, поэтому с разгромным счетом никто ни у кого не выигрывал. Карты делали все, и Иван, рисуя валетов, вместо буквы «В» поставил везде буквы «Б».

- Я согласен, - по-дружески улыбнулся Барон, - это соответствует моему положению в моем родном обществе знати — где-то немного ниже Императора…

Джон играл просто, и не стал напрягаться. Конечно, он мог сосредоточиться и начать точно угадывать карты, которые были на руках у других игроков. Но ему это было надо? Что он этим смог бы доказать? Поэтому, он просто играл в карты, проигрывал и выигрывал, как все, и не пытался демонстрировать свои способности.

Джону, наоборот — надо было подумать…

Жанна, совсем недавно, у биосенсорной двери, продемонстрировала ему нечто, для него самого неожиданное. Ему ещё надо было серьезно об этом подумать и осмыслить полученный опыт.

Потом сообразили, что играть можно двое на двое.

Барон, чисто случайно, предложил Джону составить с ним пару и Джон, внутренне усмехнувшись тайным намерениям Барона, немедленно согласился. Вторую пару, соответственно, составили Жанна с Иваном.

Пара Ивана с Жанной стала выигрывать у пары Барона и Джона. Жанна радовалась начавшейся серии побед, много смеялась, а Иван смотрел на неё влюбленными глазами, думая, что этого никто не замечает.

И только Джон видел, как умело Барон проигрывает, незаметно для молодых людей им подыгрывая.

* * *

Приближалось время ужина.

Жанна стояла на кухне, внимательно смешивая части своего любимого французского рагу. Пряности наполняли воздух, создавая аромат, который должен был поднять настроение не только ей, но и её друзьям. Она при этом вспоминала слова Богини: "Будь сама собой!" — эти слова опять вдохновляли её, прогоняли ушедшие вглубь, тайно копошащиеся в ее душе депрессивные сомнения. Сомнения то и дело пытались овладеть её настроением, не давали Жанне покоя.

«Сила женщины — в разнообразии её любовников», — шептала в сознании Жанны, противостоя сомнениям, старинная французская поговорка.

Жанна понимала, что этот подход - был частью её национальной культуры, основанием той легкости, с которой французские женщины овладевают воображением мужчин. Но она сама всегда восхищалась идеей настоящей любви — крепкой и чистой, как весенний дождь, который смывает с твоей души грехи и освежает окружающий тебя мир. Она была уверена, что настоящая любовь — это нечто большее, чем список мужчин, с которым «сообразительная» француженка должна, для своей же пользы, поддерживать, в той или иной степени близости, «чисто дружеские» отношения...

В то время как её подруги увлекались мимолетными связями и игривыми флиртами, она оставалась верна своему идеалу.

Тем не менее, как истинная француженка, Жанна понимала, что манипулировать мужчинами — это искусство, в котором её, по общему убеждению по поводу француженок вообще, не надо было учить. Но сама для себя Жанна понимала — в этом искусстве она многого не знает, и не умеет... Мужчины, как и ингредиенты для рагу, требовали правильного сочетания, чтобы они раскрыли в полной мере её, Жанны, так называемые «жизненные перспективы»...

«Что я такое думаю?» - говорила мысленно сама себе девушка, - «Разве это хорошо — манипулировать людьми? Разве этого — ждет от меня Богиня?! Но, с другой стороны, как решить эту проблему — не пытаясь просто подтолкнуть Ивана к необходимому им всем четверым, решению?»

И Жанна понимала с новой ясностью, что проблему с компьютерной дверью - надо решать, и поэтому снова начинала подробно вспоминать, чему именно учили её её подруги, хвастаясь своими победами над влюбленными в них женатыми мужчинами...

* * *

Жанна снова и снова думала об Иване.

Во время игры она несколько раз пыталась шутливо заговорить с ним об ожидающей их двери и о том, что он знает об искусственном интеллекте вообще. Она видела, что как только разговор заходил об этом, об их завтрашней задаче - Иван выглядел замкнутым и подавленным, погружённым в собственные мысли. Жанна перестала заводить разговор об охраняемой искусственным интеллектом двери, Иван вновь повеселел и начал искренне отвечать на её шутки.

"Он пережил нечто неприятное и не желает об этом говорить; но именно это — как-то связано с искусственным интеллектом, который мы обязаны одолеть...", — подумала она, наклоняясь к духовке и проверяя степень готовности блюда. "Но я не могу позволить этому разрушить наше взаимопонимание, которое родилось, когда мы были вместе. Я должна найти способ заговорить с ним, заставить его открыться".

Жанна понимала, что у Ивана есть тайны, которыми он не готов поделиться. Она видела, как он избегает определённых тем, как его смятение усиливается при упоминании о каких -то, недавних для него, событиях. «Нет, Богиня, я не буду давить на него, но и оставлять всё как есть не могу». Это детская решимость, смешанная с некоторой игривостью, снова пришла к ней.

С улыбкой на губах, она достала бутылку хорошего вина и открыла её, вдыхая пряный аромат. «Вино поможет... оно в таких случаях помогает», — решила она. Жанна отлично помнила, какими становятся люди, которые начинают использовать спиртные напитки каждый день для успешного, якобы, решения самых разных своих проблем. Но именно сейчас Жанна понимала, что атмосфера играет важную роль, а проблему с проклятой дверью — ей надо было решать! Поэтому она собрала на стол всё, что приготовила, украсив его цветами и свечами, создавая уютную обстановку, где могли бы возникнуть разговоры о важном. «Это мой шанс!»

Пока Жанна готовила ужин, она не только думала о себе, но и прислушивалась, о чем говорят без неё оставленные ею без присмотра мужчины.

Жанна слышала, как мужчины, ожидая её, разговаривают об одной из своих любимых тем — о политике. Сначала разговор шёл о противостоянии СССР и США в 20м веке. Иван уверенно рассказывал о технических достижениях 20 века и Жанне, которая всё это, в принципе, знала, было всё-таки интересно узнать его версию событий. Джон, для которого это было историей, задавал вполне разумные наводящие вопросы, стремясь уточнить некоторые детали, в его времени уже немного подзабытые.

Иван не спрашивал Джона о будущем. «И это правильно!» - думала Жанна, - «свою жизнь мы должны прожить сами, без напряженного ожидания возможных будущих событий!». Барон тоже слушал с интересом и многое понимал; Иван всё объяснял очень просто и доходчиво. Было ясно, что Барон, даже если захочет, вряд ли в своей жизни сможет использовать полученное знание — 20й век от его родного времени был веком слишком далеким... Но Барон показал себя действительно культурным человеком, знакомым с основами физики и математики, и было видно, что общение с Бароном Ивана не напрягает.

Было удивительно, что люди из разных стран и разных исторических эпох так быстро и непринужденно нашли общий язык. Конечно, было заметно, что они ведут себя вежливо, избегая обсуждения некоторых тем. Например, когда Иван объяснил, что «в 1917 году народ в Российской Империи скинул Царя и стал строить социализм», Барон принял эту весть спокойно, и только немного уточнил, как была организована реальная власть в Советском Союзе. Или, например, когда Иван заикнулся, что во все века «Англичанка — гадит!», Джон не стал с ним спорить, и только сказал, что такая политика выгодна стране — не посылать везде свои войска, экономя жизни своих солдат, а сталкивать между собой сухопутные страны, до конца не понимающие политику Англии.

После этого Иван стал рассказывать о Сталине и здесь они стали живо обсуждать с Бароном, как это называлось в некоторых советских учебниках, «роль личности в истории». Видно было, что Барон приходилось встречаться с такими жёсткими и настойчивыми в своей политике людьми и их разговор слушать со стороны было просто интересно.

Но, в конце концов, У Жанны всё было готово, и она попросила кого-нибудь помочь ей всё перенести в обеденную комнату. Политика политикой, хотя и об этом слушать тоже было интересно, но сейчас — наступало её, Жанны, время...

Проблема с дверью, что называется, «висела над душой», и её — решать надо было обязательно.

Глава 18 Перепросмотр 01. Начало.

Жанна услышала шаги Ивана, идущего ей помогать, и её сердце забилось чаще. Жанна отрепетировала в уме, как именно она его спросит, как мягко подведёт к нужной теме. Возможно, улыбка и доброе слово смогут сделать то, на что не хватало его сил. В этот момент она поняла, что именно это и есть её роль — в том, чтобы помочь мужчине раскрыться, в то время как она сама оставалась верна своим принципам.

И вот он вошёл, увидел её, вспомнил о проблеме, отвлёкшись от политических разговоров, и на его лице отразилась не то тоска из-за невозможности проблему решить, не то обида на судьбу, создавшей непроходимое препятствие… Жанна почувствовала: он отлично помнит о стоящей перед ним проблеме и он — на самом деле не знает, как эту проблему решить!

Возможно, этому пониманию помогли новые способности Жанны, открытые в ней Джоном; Жанна не стала задумываться об этом.

Жанна подошла к Ивану, с лёгкой теплотой в глазах, и произнесла: «Иван, я приготовила что-то особенное… Давай поговорим о том, что тебя беспокоит, за ужином».

Иван промолчал, взял поднос с тарелками, приготовленный Жанной и понес его в обеденную комнату. Лицо его не стало веселым или спокойным, но Жанне показалось на миг, что в его душе искорка надежды возникла — пусть всего на один миг, но — возникла...

«Значит, он всё-таки хочет эту проблему решить!» - поняла Жанна, - «в нем нет депрессивного настроения, что «пошло оно всё куда подальше, ничего делать не буду!». Он проблему решить хочет — просто, ему надо немного помочь...»

Значит, всё опять упирается в неё, в Жанну? Ну, что делать — надо что-то делать; и если у неё, у Жанны, неплохо получилось с камнем, и с замком на первой двери получилось — то это значит, что переживать — не время! Как ей там сказала Богиня: «Будь сама собой»? Значит, так тому и быть…

Или она, Жанна — уже не француженка?!

* * *

Жанна, стоя у стола, начала разговор с легкой улыбкой на губах, стараясь создать непринужденную атмосферу. Своим теплым тоном она привлекла внимание всех троих: Барона, Джона и Ивана.

«Вы разговаривали о двадцатом веке; Согласитесь, что это — был век удивительных сенсаций! Полеты в космос становятся не просто мечтой, а реальностью. Глобализация экономики меняет не только наш мир, но и привычные нам представления о будущем!» — с энтузиазмом начала она.

Барон, чьи глаза блестели от интереса, наклонился ближе. «Что же там с новым Президентом России? Как говорит Иван, их Президент выступает против глобализации, руководимой Америкой Весь мир с замиранием сердца ждет, что будет дальше!» — спросил он, прищурившись.

Жанне показалось, что Барон не просто интересуется темой, а пытается поддержать её, скажем прямо, попытку воздействовать на Ивана. И Жанна с удовольствием продолжила его мысль: «Ну, многие эксперты полагают, что это тоже значимое событие. И ведь российский Президент не отказывается от международных связей? Он создает другой вариант глобализации, который не интересен Америке, но не отказывается от нее! На фоне современных технологий и вызовов, новый лидер должен искать умные решения. К тому же, с развитием компьютеров и новых технологий, проблемы становится легче решать. Сложно себе представить, каково это — управлять страной в эпоху стремительных перемен», — отметила она, и её голос звучал так, словно она действительно говорила о чем-то важном и значительном.

Джон слушал, обдумывая каждое слово. Для него эти обсуждения были не просто интересными, но и настоящими моментами истории. «Как вы думаете, что станет с нашим взаимодействием с другими странами в контексте этих глобальных изменений?» — спросил он, проявляя активное участие в беседе. И Жанна почувствовала двойственность в его интонации; похоже было, что Джон не просто интересовался их взглядом на историю, он хотел поддержать её, Жанну в том, что она так восторженно начала!

И Жанна — была благодарна Барону и Джону за понимание её миссии и поддержку.

Ведь это — тоже была их командная работа!

И их общие усилия, кажется - сработали!

Иван, который до этого показался Жанне немного замкнутым, вспомнившим свои личные проблемы, связанные с искусственным Интеллектом, слушал разговор друзей с растущим интересом. Он явно был образованным человеком, и Жанна знала, что ей просто нужно время, чтобы он раскрылся. Она изменяла, как могла, свою интонацию, подчеркивая свое увлечение темой.

Постепенно их общий разговор перешел к управлению мировой экономикой, к компьютерам, которые помогают людям это делать, и, наконец, к Искусственному Интеллекту, помогающему людям обращаться с компьютерами эффективно — к тому открытию, которое только начинало набирать популярность в 21 веке.

Жанна мудро сделала паузу, заставив всех задуматься.

Наконец, Иван, оживившись, спросил: «Вы знаете, нельзя сказать, что я ничего не знаю об ИИ, — признался он, понимая, что его мысли здесь не будут высмеяны, — у нас в Институте даже были лекции на эту тему! Но я — совсем ничего не помню!»

«Вот оно!» — счастливо подумала Жанна, улавливая в его словах искорку надежды. Это был шанс, когда таинство начала обсуждения ИИ вдруг ставило перед ней задачу, понять, что в его голове — не просто пустота, а огромные возможности. Стараясь вдохновить его, она сделала шаг вперед: «Давайте вспомним вместе! Искусственный Интеллект — это не просто технология! Это целый мир возможностей, который открывает перед нами горизонты, о которых мы даже не мечтали. Посмотрите, как он изменяет наше взаимодействие и жизнь!»

Иван, почувствовав искреннее желание Жанны помочь, начал постепенно раскрываться. В его глазах заблестели любопытство и желание понять, а беседа углубилась, стихия интереса поглотила их всех, как в кругу друзей, которые строят будущее вместе.

Жанна чувствовала, как её юмор и профессионализм экскурсовода делают своё дело. Они не просто обсуждали актуальные темы; они создавали пространство для идей и новых открытий, которые могли бы изменить их восприятие мира. «Когда мы начинаем задумываться о том, как ИИ влияет на нас, мы становимся более осознанными, и это, в свою очередь, может изменить наш подход к будущему», — закончила она, с улыбкой смотря на каждого из них, готовая принять весь поток их вопросов и идей.

Жанна ненадолго задумалась, с интересом глядя на Ивана. В её глазах сверкала искорка увлечения.

В это время заговорил Джон, вроде бы пытаясь изменить тему обсуждения.

- Барон, вы ведь участвовали в осадах крепостей? Мне очень интересно, как…

— Да, конечно! — согласился Барон, сразу же подхватывая его инициативу. — Отойдём в сторону, и я вам всё расскажу…

С этими словами Джон и Барон вышли в соседнюю комнату, оставив Жанну и Ивана наедине.

Мысленно поблагодарив их за удачный и своевременный уход, Жанна улыбнулась Ивану и приступила к делу...

Глава 19. Перепросмотр. Жанна и Иван.

Жанна стояла перед Иваном, пытаясь четко сформулировать свои мысли. Она решила не давить на его психику, не в лоб, а пытаться вновь создать доверительную атмосферу, в которой он откроется ей. Она вспомнила тот неловкий момент, когда они все вместе боролись с камнем, который казался непреодолимым препятствием.

"Ты помнишь, как вы трое не могли сдвинуть камень?" — спросила она, надеясь разбудить в нем воспоминания.

"Помню," — ответил Иван, его взгляд засветился интересом.

"А потом камень был сдвинут..." — продолжила она, подталкивая его к размышлениям.

"Да, это было неожиданно…" — сообщил Иван с легкой улыбкой на губах. "И это сделала ты!"

Жанна почувствовала, что внутри ее что-то щелкнуло. Она немного подумала, разбираясь в своих ощущениях. Неужели все, что она делала, действительно оставляло положительный след? Кажется, ничего дурного она еще не делала.

"Иван, ты меня — боишься?" — спросила она, и голос ее прозвучал неожиданно резко.

"Да разве тебя можно бояться!" — воскликнул он, удивленный ее вопросом. Его реакция немного ее уязвила, но она решила продолжать.

"Почему меня нельзя бояться?" — выпалила Жанна, на этот раз уже с настойчивостью.

"Ты — хорошая…" — сказал Иван и вдруг почуял, как его слова приобрели нежный оттенок. Смущение заполнило его лицо, он отвел взгляд.

Жанна в этот момент почувствовала, что побеждает. Она радовалась, но не собиралась отпускать момент.

"Тогда — помоги мне!" — воскликнула она, добавляя в голос эмоциональный заряд. "Знаешь, я так соскучилась по дому, по милой Франции… Я — хочу домой! И только ты — можешь мне помочь! Ведь ты — такой умный. Расскажи мне все, что ты помнишь из той лекции об ИИ, и мы вместе — найдем выход! Нет; выход — найдешь ты!"

* * *

"Глупая девочка!" — воскликнул Иван, бросая на Жанну растерянный взгляд. Ему было трудно держать в себе эмоции. "Да разве я не хочу нам всем помочь!"

Жанна остановилась, понимая, что обижаться в данной ситуации будет неуместно. Вместо этого она приняла его слова как сигнал к откровенному разговору.

"Но ты же не хочешь даже упомянуть о своих проблемах!" — воскликнула она, голос её излучал не только возмущение, но и искреннее желание понять его. "Как я могу понять тебя, если ты ничего не говоришь! Сам ты — глупый!"

С этими словами Жанна ласково посмотрела на Ивана, стремясь продемонстрировать, что доверяет ему полностью. Её взгляд содержал понимание и поддержку, которых ему не хватало.

"Скажи мне, в чем дело," — заговорщицким тоном произнесла она, придвигаясь к нему как можно ближе. Её близость должна была отключить его логику и создать атмосферу доверия. "Ты скажешь мне, а я — об этом никому не скажу! Ты же мне веришь?"

"Конечно, я тебе верю!" — воскликнул Иван, но его голос звучал так, будто он внутренне боролся. "И именно поэтому — тебе лучше этого не знать!"

"Почему?" — спросила Жанна, стараясь вложить в свой голос как можно больше эмоций. Она знала, что именно это может раскачать внутреннюю логику Ивана, вывести его на откровенность.

"Да потому... что это связано с преступлением!" — слегка устало ответил Иван, ловя себя на том, что начинает сдаваться под напором Жанны. "Зачем тебе это знать?!"

Слова "преступление" повисли в воздухе, оставив после себя тяжелую тишину. Жанна ощутила, как сердце забилось быстрее. Этот разговор мог стать поворотным моментом для них обоих.

"Иван, я не боюсь ни преступлений, ни твоих секретов," — сказала она, стараясь говорить успокаивающе. "Я просто хочу помочь. Не будь на меня сердит."

Иван отвёл взгляд, его лицо исказилось от внутренней борьбы. Он понимал, что не может так долго прятать свои мысли и чувства. Чувство вины и отчаяния растирали его изнутри.

"Я… я просто не знаю, с чего начать," — признался он наконец, его голос стал тихим и хриплым.

"Начни с того, что тебе тяжело," — подтолкнула его Жанна, приблизившись еще больше. "Ты не один. Мы сможем разобраться в этом вместе."

И в этот момент Ивана накрыло чувство, которое он сам не ожидал. Обсуждать с кем-то свою боль было страшно, но также и облегчительно. Слова Жанны стали для него искоркой надежды, и под ее теплым взглядом он наконец решился открыть свою душу.

Глава 20 Перепросмотр 03. Уголовный Кодекс.

В приглушенном свете комнаты, где царила атмосфера ожидания, Жанна чувствовала, как её разговор с Иваном наконец-то сдвинулся с мертвой точки. Он выглядел сосредоточенным и задумчивым, словно пытался решить какую-то сложную задачу. В его глазах еще прятались тайны, и вот тот самый момент, когда она поняла: Иван почти готов к откровенности. Но тут его упоминание Уголовного Кодекса резко заставило ее насторожиться. Неужели он — закоренелый преступник? Мысли закружились в голове, и на мгновение ее охватил страх.

"Что за человек, с которым я связалась?" — проскользнула мысль. Но вскоре ей стало смешно от собственных страхов. Невероятные экстрасенсорные способности, которые, казалось, активизировал в ней Джон, четко говорили: "Иван — хороший человек! Он не может быть преступником!" Сердце её успокоилось, и, глядя на него, Жанна почувствовала, как ее тревога медленно уходит.

Тем не менее, словно маленькая девочка, тайно подглядывающая за старшим братом, ей стало не по себе от собственных мыслей. Это было нехорошо — такие ощущения, но что делать? Иван оставлял слишком много пробелов в своем рассказе, и её задача состояла в том, чтобы разговорить его, прояснить ситуацию. "Почему он не говорит о себе?" — вновь промелькнуло в голове.

Вдруг, с новым энтузиазмом, она произнесла: "Знаешь, мы, женщины, любим сильных мужчин! И если наш мужчина что-то там совершил, то мы не бежим докладывать в полицию! Наоборот, мы еще больше мужчиной восхищаемся! Единственное, что мы не любим — это убийц; но ведь ты не убийца, верно?"

Эти слова выходили из её уст как будто сами собой, словно она пыталась развеять тучи над их беседой. Она наблюдала, как лицо Ивана сначала изменилось, а затем стало более расслабленным. Он уловил её иронию, и в воздухе повисла легкая нота флирта. Это внезапное смелое утверждение сбило его с толку, но в то же время дало ему понять, что Жанна не осуждает его.

"Я не убийца," — сказал он с едва заметной улыбкой и, как будто чувствуя её поддержку, немного раскрылся. — "Но в жизни я сделал несколько выборов, которые не всегда могли бы кому-то понравиться. Но в конце концов, каждый из нас имеет право на вторые шансы, не так ли?"

Жанна почувствовала, как между ними начала наливаться дружеская атмосфера. Она понимала, чтоs его слова содержат больше, чем просто уверения в невиновности. За ними скрывалась история, полная борьбы и сложных решений. Она готова была выслушать, узнать больше и помочь, если это потребуется.

Словно поэтапно, как завораживающий танец, разговор постепенно приходил к более глубоким темам. Жанна заметила, что чем больше она открывала душу, тем более открытым становился Иван. И в тот момент, когда она смогла бы заглянуть за пределы его горизонтов, она поняла, что сделала правильный шаг, приняв такое интересное и необычное решение — разобраться в судебных перипетиях его жизни.

В комнате повисло напряжение, и Жанна, чувствуя этот заряд, озвучила свои мысли: "Так ты готовил преступление?! Знаешь, я иногда чувствую скуку от обыденной жизни! И я хочу быть твоей верной подругой! Возьми меня в свою шайку!"

Слова, произнесенные ею, повисли в воздухе, и в тот же миг Жанна внезапно осознала, как странно они звучат. "Что я такое несу?!" — мелькнула мысль в её голове. — "Какая такая скука? Какая шайка?! Мне, законопослушной девочке, никогда не было скучно — у меня очень интересная работа!" Она поймала себя на том, что бредила. Все это происходило слишком быстро, и её внутренний голос уже начал делать свои поправки.

"Да, но теперь появился Он," — перебила мысленно Жанна саму себя, — "и он мне нужен; а вот без него… никогда не знаешь, что может произойти." Всё происходящее казалось ей неправильным, но именно это "Он" делал её жизнь ярче, и она не могла устоять перед искушением сбежать от обыденности.

Иван рассмеялся, его улыбка была легкой и игривой. "Какое преступление, какая шайка!" — в его голосе слышалась легкая ирония. — "Я ничего не совершил!"

Жанна не ожидала такого ответа. "Тогда при чем здесь Уголовный Кодекс, если ты не совершил ничего противозаконного?" — искренне удивилась она, стараясь подстроиться под его интонацию и ритм дыхания. — "И ты можешь не говорить мне всё до конца, в принципе, мне не так уж и важно! Напускаешь на себя важности! Можешь тогда вообще мне ничего не говорить!"

С этими словами, словно обидевшись, она отодвинулась от Ивана, почувствовав, как воздух вокруг них стал более напряженным. Она сама не могла понять, почему её так задело его поведение. Может, это было смелое желание или страх перед неизведанным? Или это была манипуляция - чисто женское умение в обращении с мужчинами?

Иван, не ожидавший такой реакции, смутился. "Ну... я просто мечтал..." — с трудом признался он, глядя ей в глаза.

Жанна увидела, как шепчут его губы, и что-то внутри неё дрогнуло. Его признание дало ей понять, что она не одна в своих ощущениях. "Мечты — это тоже своего рода преступление, не так ли?" — на мгновение сказала она, игриво приподняв уголки губ. — "Поэтому, может, нам как раз и стоит немного пофантазировать?"

Эта искренность и открытость сблизила их. Само признание Ивана стало для Жанны сигналом: может быть, за их общими мечтами скрывается возможность чего-то большего, чем просто разговор. В их взглядах все еще сохранялось это таинственное "нечто", что позволяло им надеяться на приключение в мире, который они сами создадут.

Глава 21. Жанна Д' Арк. Штурм крепости.

Жанна ненадолго задумалась, с интересом глядя на Ивана. В её глазах сверкала искорка увлечения. Она заметила, как он колебался, будто сдерживал поток информации, который уже готов был вырваться наружу. В душе её была смесь нетерпения и желания разгадать его тайну. Она чувствовала, что Иван почти готов говорить — но было что-то ещё, что держало его на расстоянии.

— Мне с тобой очень интересно! — искренне воскликнула Жанна, порываясь поддержать его, — Но я вижу твои сомнения! И я не прошу рассказать сразу всё! Расскажи немного, самое начало — мне этого будет сейчас достаточно... Неужели ты совсем ничего не помнишь из той лекции?! Или ты — прогулял эту лекцию?!

Иван на мгновение замер, его напряженный взгляд встретился с её взглядом. Жанна увидела на его лице выражение, отражающее неизвестное беспокойство.

— Ты действительно хочешь это знать? — спросил он, терзаемый внутренними противоречиями.

"Да что-же там такое?!" — подумала Жанна, непроизвольно прикусывая губу.

Она ощущала, что он хочет рассказать — и не может! Она была уверена, что за его пронзительным взглядом скрывались воспоминания, которые ему было трудно озвучить.

Быстро вспомнив весь диалог об «Уголовном Кодексе», Жанна задумалась ненадолго и поняла, что вся её работа — ещё впереди. Вскоре она выбралась из своих собственных мыслей, возвращаясь к его проблеме. Она осознала, что вопрос некогда простых лекций стал чем-то более персональным, и это придавало ситуации большую серьёзность и ту специфику личного отношения Ивана к этим лекциям, с которой ей сейчас ещё надо было разобраться.

«Ну, так что же? - подумала Жанна, - кое чего я ведь уже достигла? Поэтому — надо действовать дальше!»

Все эти мысли и соображения пронеслись в голове Жанны очень быстро и Иван, занятый своими переживаниями, даже не заметил задержки их разговора.

— Как же мне не хотеть что-то про тебя узнать? — ответила Жанна с задором, вперив взгляд в его глаза, — Ты не просто умный парень, а ещё и загадочный! И — это делает тебя вдвойне интересным!

Иван глубоко вдохнул и, похоже, собрался с мыслями.

— Понимаешь, — начал он, — именно эти лекции об ИИ у нас вела молодая и очень красивая женщина...

Его голос немного дрогнул, и Жанна почувствовала, как его воспоминания остановились в нем у самого выхода, не желая выходить....

— Она была выдающимся преподавателем, — продолжал молодой человек, — но это о ней — ещё не всё! Она была... очень красива! Если бы ты её видела! Половина нашей группы была в неё влюблена! — с волнением произнес Иван, погружаясь в свои воспоминания.

— То есть, все парни? — сообразила Жанна, и на её лице вспыхнула игривость, словно она ловила его на крючок. — И ты... тоже был влюблён?

— Вот именно! — воскликнул Иван, и восторг на его лице отражал свет незабываемых мгновений, — И именно поэтому я не слышал её лекцию! Я думал о ней, и я хотел...

— Что ты хотел? — перебила его Жанна, почувствовав, как её голос становится острее, словно она вела загонную охоту на его не высказанные, спрятавшиеся от нее мысли. Каждое ее слово теперь было пронизано хорошо организованным любопытством, и на этот раз она была готова пойти до конца. Она понимала, что другого такого откровенного разговора — у них уже может не получиться…

Да — теперь Жанна была готова идти до конца!

Но в тот же миг лицо Ивана потемнело. Он резко отодвинулся от Жанны, как будто между ними возникло невидимое препятствие. Долгие мгновения молчания заполнили пространство, и Жанна ощутила, что его настроение резко изменилось.

— А вот об этом я не могу с тобой говорить... — произнёс он, и из его голоса послышалась тревога, как будто каждое слово было пронизано внутренней борьбой.

— Почему? — искренне удивилась Жанна, её глаза наполнились вопросами. Она пыталась понять, что могло вызвало такую реакцию. Почему он не может поделиться своими сокровенными желаниями, если они связаны с той очаровательной женщиной из его воспоминаний? Что же в ней — было такого особенного?!

Иван посмотрел в сторону, словно искал правильные слова, но за его взглядом скрывалась настоящая буря эмоций.

— Понимаешь, когда такие чувства возникают, они могут быть очень сложными. Я не знаю, оправдался бы я потом перед самим собой, если бы я тебе всё рассказал…

Жанна ощущала, как в комнате воцарилась тишина, и каждый вздох казался громким, как гром среди ясного неба. Она не знала, что сказать, но её внутреннее желание понять всё до конца только крепчало.

— Это не просто воспоминания, разве не так? Ты ведь всё ещё чувствуешь это очень сильно, правда? Ты это чувствуешь очень сильно, и это — угнетает тебя? И подумай ещё раз вот о чём: ты понимаешь, что от этого — тебе надо избавиться?

Иван выглядел растерянным, но что-то в её вопросе заставило его вновь сосредоточиться на ней.

— Это не то, что я могу легко оставить в прошлом, — сказал он, едва слышно, но в его словах проскользнула искренняя уязвимость.

Жанна понимала, что теперь их разговор стал гораздо более личным и глубоким, чем она предполагала изначально.

— Если тебе так трудно, я не буду давить. Но знай, что я здесь, чтобы выслушать. Если вдруг решишься...

Её поддержка и понимание образовали, кажется, тонкую нить доверия между ней и Иваном, которую оба они чувствовали, хотя могли не осознавать полностью всей силы и всей ответственности этого момента. Да, Жанне надо было сделать ещё один, совсем маленький, шаг…

Но куда этот шаг приведет — к победе или к поражению?

* * *

Жанна представляла себе эту женщину, в которую был влюблён Иван, и вдруг ощутила себя младшей сестрой молодого человека, которой можно рассказывать всё... Ну, или почти всё... Она с интересом слушала его слова, но внутри росло какое-то смятение. Почему её так задевает эта тема? Она не могла позволить себе быть ревнивой, но в её душе заворочалась какая-то тёмная тень, от которой невозможно было избавиться.

— Ну, не хочешь — не рассказывай... — с притворным равнодушием сказала она, стараясь скрыть свои эмоции, — Это твоё дело; ты только скажи — она была молодая?

— Да, она только что институт окончила, — спокойно ответил Иван, и Жанна ощутила, что, похоже, он попался на уловку, — и она была и умная, и молодая, и красивая одновременно! И она вела себя естественно: она сначала боялась и переживала, что не справится со своей задачей; но когда она начала рассказывать — это было великолепно!

— А другие девушки в группе? — беззаботно спросила Жанна, словно просто стараясь поддержать ни к чему их обоих не обязывающий, пустой по сути, разговор..

Иван пренебрежительно усмехнулся.

— Другие девушки? Да на её фоне они, в лучшем для них случае, выглядели серыми, невзрачными мышками! И только она одна — была прекрасна!

— Да, любовь — это всегда прекрасно! — сказала Жанна тоном младшей, восторженной сестры, восхищенной событиями в жизни старшего брата. Её глаза ярко сверкали, — Любовь, даже неразделённая, вдохновляет нас и делает нас лучше!

Но Иван - неожиданно стал серьёзным... Он отвёл взгляд, как будто искал ответы в далёких глубинах.

— Да, мечтать — не вредно, — немного загадочно начал он, — но ведь дело - не в этом! Ты сейчас - не поняла главного; я тогда был — ещё слишком молод! И я её... я её захотел! Просто — захотел! И никакой любви — в этом уже не было!

Жанна замерла, осмысляя его слова.

«Так вот в чём дело! — подумала она, чувствуя, как внутри неё зарождается понимание, - Как же в нём всё перекручено!»

— Ты и сейчас ещё не старый и очень даже прекрасно выглядишь! — беззаботно ответила она, стараясь лёгким тоном сбросить напряжение. Она не поняла до конца его фразы, но её охватывало желание поддержать его, сделать разговор менее тяжёлым.

Иван внимательно взглянул на неё, его выражение становилось всё более серьёзным.

— Ты понимаешь, что именно поэтому, именно тебе — я ничего не могу рассказать? Ты понимаешь, что с девушками об этом не говорят?

Жанна стала серьёзной.

Она знала, что в этот момент будет важна любая её следующая реплика.

— Неужели ты всерьёз думаешь, — спокойно, поддавшись собственному интуитивному прозрению, спросила она, — что я, парижанка, француженка, в век Интернета - ничего не знаю о сексе, порнухе и сексуальных извращениях?!

В её голосе была легкая, едва заметная, нотка превосходства.

Иван на несколько секунд показался Жанне растерянным. Его глаза блуждали, словно пытались найти слова, но их не было.

— Но именно с тобой я именно об этом — не могу говорить! — сказал он, наконец, указывая на то, что мешает ему раскрыться, — Ведь ты такая... такая хорошая!

Жанна глубоко вздохнула, чувства переполняли её.

Жанна даже решительно встала перед Иваном, словно собравшись на последний, решающий штурм.

— Ты не знаешь девушек, — решительно ответила она, — а мы — слишком хорошо умеем притворяться! И у нас тоже, как и у парней, бывают такие вот дурные состояния, когда нам не хочется ничего, ничего — кроме секса! И мы тогда приходим домой, включаем компьютер, ставим порнографию — и мечтаем, как нас в тёмном переулке будет нагло и жёстко насиловать незнакомый нам преступник, а мы будем только стонать под ним и кричать на весь переулок от удовольствия! Или ты думаешь, что я — не знаю, что такое мастурбация?!

Иван молчал и только с удивлением смотрел на стоящую перед ним, такую красивую, Жанну, и его ум пытался, и никак не мог - понять её откровенность.

Ведь всё это - было вразрез с его представлением о ней!

Жанна, заметив его реакцию, улыбнулась беззаботно и с лёгким насмешливым оттенком:

— Признайся... ты ведь хочешь поцеловать меня — там...?!

* * *

Взгляд Ивана сделался ещё более удивленным, и Иван опять промолчал, пытаясь уложить всё в голове. Внутри него боролись страхи и неуверенность. Ему было сложно осознать, как быстро и кардинально изменился ход их разговора.

— Хорошо, — наконец, улыбнулся он, что-то всё-таки поняв в своих представлениях о собственной жизни, и в его открытой улыбке было что-то от его решения, — Я расскажу тебе, как всё было на самом деле! Черт возьми, какая же ты всё-таки умница!

А вот Жанна, внезапно ослабев, без сил опустилась на вовремя подвернувшийся ей стул.

- Жанна, что такое? - тотчас наклонился к ней обеспокоенный Иван.

- Что же я тебе там такого наговорила… - чуть слышно сказала Жанна, не смея поднять глаза. Но потом подняла, всё-таки, голову — и встретилась с восторженным взглядом Ивана…

И поняла, что ничего плохого — не произошло.

- Да, это всё — было для меня немного неожиданно… - признался Иван.

- Так ведь и я — француженка! - ответила повеселевшая и успокоившаяся Жанна, - мы, женщины — все такие!

Пару секунд Иван о чем-то думал, принимая решение.

- Нам обоим надо сейчас немного отвлечься и перезагрузиться, - сказал он, - поэтому мы сейчас попьём чаю, а потом ты продолжишь… своё нападение!

Жанна прислушалась к своему состоянию, и поняла, что он прав.

- Да, конечно, - согласилась она, и Иван пошел на кухню за чаем.

Глава 22 Взгляд сверху.

Арт из четвертого измерения, невидимый для глаз смертных, внимательно следил за происходящими событиями в комнате, где собрались наши герои. Его бесконечные, проницательные глаза измеряли каждое движение и каждое слово, словно попало в плен потоков энергии. С интересом он наблюдал за Жанной, её неподдельной искренностью, а также за смелостью Ивана, который, казалось, начал раскрываться под давлением времени и обстоятельств.

Его мыслительный процесс прервался, когда Иван, собрав все свои мужество и решимость, наконец произнёс слова о своих чувствах к преподавательнице. Арт повернулся к Аше, его удивление было ярко выражено на лице — он никогда не ожидал такого поворота событий.

"Это... как?!" — произнёс он тихо, как будто боялся нарушить хрупкую атмосферу. "Ведь это было невозможно!"

Аша просмотрела на него с лёгкой улыбкой, её уверенность была очевидна. "Почему — невозможно?" — спросила она, как будто этот вопрос был естественен для многих.

"Но ведь в психике Ивана стоял такой блок! Логически его обойти было невозможно! Я проверил блок, отправляя Ивана сюда!" — недоумённо ответил Арт, чувствуя, как его уверенность колебалась под напором удивительных событий.

Улыбка Аши лишь усилилась, она как будто знала что-то большее, чем просто факты. "Ты забыл, кто я? Жанну для этого испытания выбрала я!"

На лице Арта появилось понимание. Он медленно кивнул. "Да, понимаю: ты богиня любви, весеннего роста… и женской хитрости! Сдаюсь: я проиграл!" Его голос звучал искренне, как будто он только что осознал глубину своих недоразумений.

"Ты — простил людей?" — уточнила Аша, её голос звучал как мелодия, наполняя пространство легкостью и безмятежностью.

"Не всех, конечно," — ответил Арт, вздохнув, как бы освободившись от бремени. "Но в целом ты победила... Теперь просто хочу посмотреть, как Жанна пройдет второй блок в психике Ивана..."

Арт пристально следил за тем, как Жанна, не ведая о том, что её действия находятся под пристальным наблюдением, с каждым мгновением всё больше раскрывала свою личность. Она то готовила ужин, угощая своих спутников, то изучала биоэнернетику с Джоном, то делала шаги к тому, чтобы смягчить сердечные боли, сквозившие в глазах каждого из присутствующих... Её действия уже давно восхищали Арта... Её стремление поразить мужчин своими кулинарными талантами, приготовив беф бургиньон, рататуй и шоколадный фондан, смотрелось для Арта как потоки энергии, витки эмоций и плотные венцы судьбы этой девушки и Арт ловил себя на мысли о том, что сам был бы не против сидеть рядом с Джоном, Иваном и Бароном и предвкушать - что именно сегодня Жанна приготовила им на ужин!

Да, Арт был богом; но именно с этими четырьмя людьми - он хотел быть ближе!

- Ты всё еще хочешь, чтобы они открыли эту дверь с искусственным интеллектом? - спросила его Аша, сначала дав мужу проникнуться положительными чувствами к этим людям. Жанна и Иван, а также присоединившиеся к ним Барон и Джон, в это время спокойно пили чай, обсуждая нейтральные темы, и даже не подозревали, какие силы наблюдают за ними и решают их судьбу.

- Извините, Жанна, - Джон неожиданно сменил обшую тему разговора, - я не виноват, что я - экстрасенс...

- Вы на что-то намекаете, сэр? - в тон ему ответила Жанна, - вы хотите ешё что-то такое сказать, о чем я вообще пока не подозреваю?

- Вообще-то, всё уже было сказано, - слегка улыбнулся Джон, - и от Вас шел такой поток энергии...

- И что Вы поняли? - начала Жанна, и поняла, что смущение овладевает ею.

- Вы были великолепны! - серьезно ответил Джон, - Вы уж извините; в моей професии есть такой момент, когда ты узнаешь о людях нечто такое, о чем говорить с другими - невозможно!

- Хорошо, я извиняю Вас, - успокоившись, - ответила Жанна, - я поняла, что Вы - подслушивать совсем не хотели!

- Дело не в этом, - опять, с едва заметной иронией, улыбнулся Джон, - но впереди у нас - рассказ Ивана!

- Я так понимаю, что у меня намечается не интимный разговор с девушкой, а вполне обшественное, открытое выступление? - спросил Иван. Ситуация для него была, скажем так, немного непривычной. Но вокруг были его друзья - и эта мысль его успокаивала...

- Не бойся, - неожиданно сказал Барон, - мне из соседней комнаты, если дверь закрыта, ничего не слышно; а этого англичанина - я спать уложу! И если понадобиться - силой!

Все отлично поняли, что Джон, даже притворившись спяшим, сможет "подслушивать" Жанну - поняли и беззаботно рассмеялись.

Они - были друзьями.

* * *

- А если она не пройдет второй блок? - спросила Аша, - ведь от того, что Иван расскажет Жанне о своей любви к той женщине, то ведь материал лекции он все равно не вспомнит?! Ведь он тогда о любви мечтал, а не её лекцию слушал!

- А вот если они не снимут второй блок - я их и так отпущу, - серьезно ответил Арт, - но я не представляю, как они - это сделают! Мне просто интересно: что эта девочка предпримет на этот раз! Уверен - придется их отпустить перед закрытой дверью!

Ну что же, - слегка загадочно улыбнулась Аша, - давай посмотрим...

Глава 23 Перепросмотр - итог...

Когда чай был допит, Джон отвел Жанну в сторону. В его взгляде читалось беспокойство, которое постепенно переросло в настоятельный вопрос:

- Жанна, - спросил он, - зачем Вы хотите узнать у него про его выдуманную им самим любовь, если нам узнать надо про то, что ему реально на лекции рассказывали об Искусственном Интеллекте?"

- У нас на экскурсии был один мексиканец, - ответила Жанна, слегка повернув голову в сторону, как будто искала там ответы, - он надоел мне рассказами о Костанеде! Я хочу применить идеи Костанеды в моём диалоге…

Джон только вздохнул в ответ. Он уже понял, что разговор с Жанной всегда ведет к неожиданным поворотам.

- Я надеюсь, то Вы, Жанна, окажетесь правы, - ответил он.

- Я тоже очень на это надеюсь! - воскликнула Жанна, - не зря же три дня слушала этого профессора!

Тем временем настало время очередного диалога.

Барон и Джон вышли в другую комнату.

Воздух наполнился напряжением, когда разговору Жанны с Иваном настал момент начаться .

- Слушайся меня, - сказала девушка, уперев палец в грудь Ивана, - разговор будет сложным и долгим…"

- Конечно, ведь я тебе верю, - согласился Иван, - пусть будет по твоему…

Иван отодвинул в сторону тарелку с остатками печенья, чтобы сосредоточиться полностью на разговоре. Жанна поняла, что Иван больше не намерен увиливать от ответов .

- Расскажи, какая она была, это женщина?" - для начала спросила Жанна, и её глаза горели интересом.

Иван помедлил пару секунд, стал рассказывать - и из его слов лился настоящий восторг.

- Знаешь, у неё были такие стройные ножки, - начал он, и Жанне сразу захотелось ему во всем поверить, - и фигура её была совершенна, и ещё голос – такой мелодичный и манящий! Глаза её были – просто невероятно красивые, они светились, как звёзды, когда она что-то объясняла, и когда она говорила - всё вокруг затихало, так как каждому из нас — хотелось слушать её бесконечно!

Жанна внимательно слушала молодого человека, и в её сердце в какой-то момент закралась маленькая искра ревности. «Почему это не про меня?» - подумала она. Но она быстро одумалась и отвела эту ревность в сторону: ей надо было работать, работать для этого, некогда влюбленного молодого человека, психологом!

Все эти его слова звучали очень пленительно, но Жанне - нельзя было впасть в их обаяние!

- И грудь у неё - такая потрясающая! Так и хочется осторожно ее потрогать, расстегнуть верхние пуговицы, нежно поцеловать… – продолжал Иван, не замечая, как Жанна сосредоточилась на его словах, а не на их смысле.

Девушка вновь почувствовала, как поднимается волна зависти.

Но спустя мгновение понимание вернулось к ней: всё это - чисто поэтический восторг. Она вспомнила, как поэты описывают прекрасное - облака на небе, завораживающий закат...

Вся эта красота в словах Ивана - была плодом его отличного воображения, его восприятия, а не факта!

- Ты ведь понимаешь, - сказала Жанна, пристально посмотрев на Ивана, - что на самом деле это - просто мечты?

Иван немного замялся, потом кивнул: "Да, возможно. Но разве в мечтах нет красоты?"

Жанна улыбнулась, почувствовав, как ревность окончательно покидает её.

- Да, мечты часто красивы, - спокойно ответила она, - но, возможно, важно понимать, где мечты, а где реальность?

- Да, конечно, - согласился Иван, - на самом деле это действительно так, ты права. Возможно, что и мечтаем красиво мы по одной причине: от бессилия!

- Мы попали в неприятную историю, - сказала Жанна. Которой понравилась трезвость в рассуждениях Ивана. Его желание к потерянному им реализму вернуться, - но ведь нам надо хоть что-то делать для своего спасения?

Их взгляд пересекся, и в нём был ответ, который они искали.

- Сейчас — ты командир, - спокойно ответил Иван, - спрашивай дальше - что я должен ещё тебе рассказать?

Несколько секунд Жанна молчала, обдумывая дальнейший ход их разговора. И ей даже на короткий млмент стало даже смешно, как она могла его к той женщине ревновать; ведь сейчас — он слушал и слушался только её, её одну, и сейчас — именно она, Жанна — была его самой главной ценностью!

— Хорошо, ты рассказал, какая она была, — сказала Жанна, и её голос вновь был полон любопытства. — А теперь расскажи, что ты делал с ней в своём воображении? Расскажи подробнее о своих воображаемых действиях!

Жанна надеялась, что в словах Ивана появится хоть какая-то бытовая конкретика. Ей, для восстановления «реализма» в словах Ивана, необходимы были именно детали, иллюстрации, конкретные образы, которые могли бы добавить не только живости созданному воображению, но и реальной фактуры, бытовой узнаваемости реального мира, на который восторг Ивана и был когда-то наложен!

И конкретика в рассказе молодого человека - действительно появилась!

Иван, снова погружаясь в те свои мысли, стал рассказывать о той сцене: "Я оказался с ней наедине в пустом кабинете. Он был не ярко освещен, и свет лишь слегка падал на её лицо. Я смело подошел к ней ближе, почувствовал лёгкий запах её духов. Она выглядела несколько взволнованной, но не пыталась какими-то «правильными» словами как-то отодвинуть меня, и это было - невероятно увлекательно..."

Жанна прислушивалась к его голосу, а картинка, которую он рисовал, становилась в её восприятии всё ярче.

"Я начал понемногу трогать её руку, она не оттолкнула меня. В голове вертелись мысли, как бы не навредить ей, ведь она замужем. Но вдруг какое-то наваждение охватило меня, и я протянул руку к её груди…"

Жанна поймала себя на мысли, что в рассказе Ивана нет никакого насилия: женщина в этом рассказе сама хотела секса с Иваном, хотя, с другой стороны, пыталась сохранить верность мужу. Из-за этого её поведение в рассказе Ивана было драматически противоречивым — она испытывала внутреннее волнение, и её желание, вопреки всему её благоразумию, тянуло её к молодому и влюбленному в неё студенту.

И такая противоречивость мотивов героини рассказа создавало вполне правдоподобную и интересную динамику.

Рассказ продолжал удивлять Жанну тем, что в словах Ивана не было ни одного намёка на насилие.

"Значит, он и в воображении культурный человек?" — мелькнула у Жанны мысль. Её ум ускорил бег мыслей: это было сложно, но в то же время и завораживающе. Она честно призналась себе: да, её тоже увлекал рассказ Ивана, хотя она и помнила, к чему этот разговор должен был привести — к измене женщины мужу и нарушению ею нравственности…

Да, Жанне нравилось, как Иван рассказывает — с такой страстью и увлечением, что даже самый банальный сюжет обретал новые оттенки. Каждый его взгляд, каждое слово заставляло ее сопереживать, и вот она уже задумалась: может быть, у них с Иваном действительно есть совместимость, которую нельзя упустить?

Ловя себя на восхищении молодым человеком, рассказывающим именно для нее свою историю. Жанна, однако. Не забывала о главной цели их диалога и анализировала все вновь открывающиеся ей обстоятельства.

Иван, рассказывая о своей "музе", воплотил в себе образ галантного любовника, точно чувствующего желания женщины. В его словах не было ни тени угрозы или пренебрежения — только восторг и восхищение.

"И где здесь - преступление Ивана?!" — задавалась вопросом Жанна, осознавая, что неподобающим было поведение именно воображаемой преподавательницы, предающей своего мужа. Она, в отличие от Ивана, уводила его в мир, полный безнравственности. Иван же, как персонаж рассказа, стремился к красоте и был совершенно невинен в своих мечтах и поведении.

* * *

Всё это было прекрасно, но теперь перед Жанной стояла другая важнейшая задача: ей нужно было сбить с Ивана его поэтический восторг, оторвать его от эротических переживаний, которые, в действительности, были лишь плодом его воображения. Об этом ведь и напомнил ей Джон, когда задавал правильный вопрос о фактах, о том, что произошло на лекции, а не о том, что Иван себе нафантазировал! Жанна понимала, что чтобы получить полезные сведения, необходимо перезагрузить Ивана с его фантазий на реальные события той лекции.

Она заметила, что Иван уже перестал её стесняться. В начале рассказа он был сдержан, но теперь его глаза горели от волнения. И, надо еще признаться, он стал в рассказе упоминать такие вещи, о которых в приличном обществе, да ещё в присутствии девушек — не упоминают. И Жанна, которая до этого действительно была девушкой приличной, такие темы — не смущали! Во-первых, Ивану без этого трудно было бы точно выразить свою мысль, А во-вторых, рядом с Иваном Жанна чувствовала себя его другом, а с друзьями, понимающими тебя, ведь говорят откровенно, так?

Жанна решила не анализировать свое собственное отношение к эротике, а устроить новый поворот в их разговоре, который, по её разумению, был им сейчас категорически необходим.

Осторожно, почти нежно, она прикоснулась к его руке, желая остановить поток его откровений. Иван понял её жест и замолчал на полуслове, его глаза наполнились ожиданием. "Он не просто что-то там рассказывает," — осознала Жанна, — "он рассказывает это все именно для меня!" Это понимание окутало её теплом.

— Вот скажи, — произнесла она, стараясь говорить спокойно и осмысленно, — для других мужчин она была, должно быть, неприступна? Ведь она, наверное, осознавала, что она красива и поэтому имеет и право, и возможность холодно и рационально выбирать, с кем общаться? И если она ответила на твою любовь, значит, ты был особенным?

Иван задумался, его мысли вновь погрузились в тот идеальный мир, который он сам создал вокруг своей "музы". Жанна заметила, как в его глазах мелькнули искры вдохновения, и с легким напряжением продолжила:

— Расскажи, как она думала, что сможет легко устоять перед тобой, а потом неожиданно поняла, что не устояла!

Новая тема — представить себя супергероем — понравилась Ивану. Его воображение вновь разразилось яркими образами. Он ответил с энтузиазмом:

— Она действительно думала, что сможет в любой момент поставить меня на место! Но в тот момент, когда я посмотрел ей в глаза, она словно попала в паутину чувств. Я почувствовал, как наша связь крепчает, и это было нечто невообразимое. Она, может быть, и старалась изображать из себя холодную богиню, но на самом деле, внутри она была очень уязвимой! Возможно, она сначала хотела просто поиграть со мной, влюбить меня в себя, но потом — влюбилась сама, и влюбилась — по настоящему!

- О, в этом я её — отлично понимаю! - воскликнула Жанна, не то вновь входя в свою роль, не то выражая свои собственные, настоящие чувства...

Но в целом, конечно, Жанна отлично помнила, зачем именно она этот разговор с Иваном организовала.

Жанна еще обдумала все свои уже сказанные и еще не сказанные слова, и, решив окончательно, как именно ей надо изменить направление разговора, попросила Ивана пересказать тот же самый сюжет, но с акцентом на "глупость и недальновидность той женщины". Она заметила, что Иван, обрадованный её просьбой и поддержкой, с радостью согласился.

Его глаза загорелись, как будто он нашел надежного союзника в своих размышлениях.

«Да и в самом деле, - подумала Жанна, - какой парень откажется перед красивой девушкой немного прихвастнуть о своих собственных успехах?!»

* * *

Итак, они начали создавать повторную версию того же сюжета вместе, добавляя нотки иронии и подчеркивая ложную самоуверенность героини. Жанна предлагала идеи, как она, эта женщина, полагая себя неприступной, не замечала, как на самом деле теряла возможность настоящей любви. Почти сразу Иван стал подхватывать и развивать мысли Жанны. Жанна описывала скрытые хитроумные мотивы той женщины, Иван описывал «неотразимую напористость» молодого человека, и вместе они смеялись над тем, каким холодным и хладнокровным было её поведение, а затем наступал момент, когда чувство овладевали её поведением и рассудком и она медленно. Но верно уступала неотразимому напору молодого человека…

Жанна и Иван даже перебивали друг друга и спорили, совершенствуя сюжет, и обоим в этот момент — было очень весело!

Совместные смешные эпизоды наполняли их разговор. Жанна понимала, что сюжет выходит на самом деле глупым, словно банальная комедия о пустой гордости. И если бы кто-то наблюдал за ними со стороны, то тому человеку осталось бы только покрутить у виска пальцем...

Тем не менее, два момента в их разговоре особенно радовали Жанну.

Во-первых, в этом разговоре она, Жанна, была ведущей стороной, и ей нравилось чувствовать, что она берёт на себя инициативу. Более того, в ней начало проявляться нечто "по Костанеде". Уверенность в своих силах росла, и с каждым словом она ощущала, как становится всё более комфортно и в роли рассказчика, и в роли постороннего наблюдателя, со стороны наблюдающего за развитием психологической операции.

Во-вторых, смеясь вместе с Иваном над "этой женщиной", она замечала, как его восторг и неуправляемое чувство понемногу выходят наружу. Он превращался из романтика, пленённого своей страстью, в человека, который теперь мог рассмотреть ситуацию с юмором. Жанна искренне радовалась этому, ведь её задача в том и состояла, чтобы вырвать Ивана из состояния влюбленности и заставить его вспомнить то, о чем эта женщина — говорила тогда на самом деле!

=====

И в то же время, глубоко в себе, Жанна мысленно просила прощения у той женщины за то, что ей они сейчас приписывали такую недальновидность. Сейчас, когда они с Иваном вместе смеялись над непростительной глупостью, Жанна понимала — смеются они над выдуманным персонажем собственного воображения, а на самом деле - «ничего этого не было!».

Ведь именно её недостижимость в реальной жизни заставила Ивана фантазировать о своих собственных над ней победах!

И после того, как они закончили весело смеяться над глупостью героини их собственной вымышленной истории, Жанна решила вновь изменить тему. Она обратилась к Ивану, задав вопросы о девчонках из их группы, которые вдруг поняли, что оказались на заднем плане по сравнению с преподавательницей. Ей было интересно узнать, как они себя чувствовали и как на это отреагировали. Кроме того, Жанна попросила Ивана вспомнить, как сами парни неожиданно для себя влюбились в эту женщину.

Иван, почувствовав, что время для фантазий прошло, быстро настроился на реализм. Юмористический настрой, однако, остался с ним. Он с легкостью вспомнил множество конкретных моментов из жизни их группы, многое рассказал об отношениях в группе и кто как учился и кто как относился к жизни вообще.

Жанна, с удовлетворением заметив, что Иван с охотой делится с ней своими мыслями, почувствовала, что ей нужно еще раз углубиться в его воспоминания. Она утвердилась в своём намерении: "Расскажи, пожалуйста, подробнее, как ты, Иван, влюбился в эту женщину. Я хочу знать всё: как начался тот день, что происходило в аудитории перед лекцией, что вы обсуждали, как она вошла, как выглядела, что она начала говорить и что было самое первое, что ты в ней заметил..."

Иван, снова погружаясь в воспоминания, начал рассказывать о том, как его влюбленность зародилась на фоне обычного дня. Он описывал, как студенты усаживались на свои места, как легкие разговоры раздавались по аудитории, пока они ожидали преподавателя. Он вспомнил, как она вошла — уверенная, с осанкой, и как её первый взгляд обрушился на притихшую аудиторию. Иван живо описывал, как она выглядела, рассказывая о её одежде, уверенной манере говорить и о том, как её голос звучал, заполняя пространство энергии и страсти к предмету.

И вот, в том момент рассказа, когда «преподавательница — вошла», Жанна взмахом руки остановила Ивана:

— Стой! Теперь продолжай точно так же все рассказывать дальше, но особенно подробно рассказывай о том, что она — тогда вам говорила!

Иван на мгновение замер, оказавшись ошарашенным её вопросом. Его лицо изменилось, когда он понял, что именно это ему нужно вспомнить:

— Так это и есть то, что мне надо вспомнить! — произнёс он, и его голос зазвучал интересом. Он осознал, что слова преподавательницы, её лекция и была тем исходным моментом, на фоне которого и возникла его влюбленность.

И вот, наконец, Иван начал уверенно рассказывать о том, на фоне каких именно слов преподавательницы возникали повороты его влюбленности. Его речь обретала ритм, словно мелодия, наполнявшая комнату. "Её слова — моя влюбленность" — таков был многократно повторяющийся ритм его речи, который, казалось, рассказывал о влюбленности молодого человека, но материальным основанием имел именно то, что им с Жанной и надо было — рассказ преподавательницы об искусственном интеллекте!

Пересказывая события того дня, Иван более или менее подробно вспомнил каждую значимую деталь: важные идеи, которые преподавательница излагала с такой страстью, её интонацию, когда она подчеркивала ключевые точки. Иван вспомнил, наконец, как именно она излагала теорию и как она приводила для иллюстрации теории конкретные, живые примеры.

И вот, загибая пальцы и временами останавливаясь для масштабирования своих мыслей, Иван уверенно пересказал Жанне все важные моменты некогда напрочь забытой лекции. Он с восторгом делился тем, как преподавательница обратила внимание на недочеты первокурсников и как тон её голоса стал настойчивым, когда она говорила о важности работы и стремления к знаниям. Память Ивана набирала силу, и он чувствовал, как в его памяти расцветает вся конкретная картина того дня.

— Жанна, ты понимаешь, что произошло?! — взволнованно спросил он в конце своего рассказа, в его глазах горело осмысление.

— Знаю, — спокойно ответила Жанна, одобрительно кивая, — Ты - вспомнил ту лекцию!

Его сердце подпрыгнуло от радости. Он искренне верил, что это открытие — своего рода ключ к пониманию не только собственных чувств, но и всей ситуации.

— Значит, я теперь смогу открыть эту дверь?! — его голос дрожал от волнения и надежды.

* * *

В это время, в четвертом измерении, Арт остро ощущал противоречие своего понимания реальности.

- Но ведь этого — не могло быть! — с нотками растерянности в голосе он задавал один и тот же вопрос, снова и снова обращаясь к своей супруге.

Аша с улыбкой прижала его к себе, стараясь успокоить, ощущая его уязвимость и восторг одновременно.

— В чем я ошибся? — не унимался Арт, теряя нить логического рассуждения в попытке рационально объяснить произошедшее, - Что это за логика была, такая убойная, у этой твоей Жанны?!

Аша, взглянув на него с нежностью, просто ответила:

— Женская.

Глава 24 Полуфинал

После разговора, в ходе которого Иван, наконец, вспомнил ту самую лекцию об Искусственном Интеллекте, ничего серьезного никто больше не предпринимал. Просто говорили о разном. Сначала Иван рассказывал Жанне о себе, о своей жизни в Москве. Барон с Джоном тоже нашли общий язык. Барон предположил, что теперь они все могут скоро отправиться по домам и попросил Джона «рассказать ему что-нибудь полезное». Джон ответил, что никаких конкретных деталей рассказывать не будет, но объяснить некоторые общие законы Барону сможет. После этого стал рассказывать Барону о социальных революциях, которые во времена Барона ещё не произошли.

- А разве у вас сейчас не феодальный строй и не короли у власти?! - искренне удивился Барон, что заставило даже сдержанного Джона рассмеяться.

- Извините, - сказал Джон, отсмеявшись, - я не хотел Вас обидеть! Монархия в Европе осталась лишь у нас, в Великобритании, хотя и сама Великобритания уже совсем не та «Империя, над которой всегда светит Солнце...»! А что касается феодализма — то его нигде на Земле нет, разве что нечто похожее осталось у самых отсталых племен Африки…

- Да ладно, - ответил Барон, нисколько не рассердившись, - я понимаю, что со временем в мире все должно измениться… Но почему это происходит — Вы мне объясните? Надеюсь, Боги учли возможность такого разговора между нами и я не смогу изменить историю настолько, чтобы создать парадокс с вашим отсутствием в этой истории в 21 и 22 веках!

Джон внимательно посмотрел на Барона.

- А вам не будет обидно? - спросил он..

- Рассказывайте, - ответил Барон, - лучше знать и не попасть, чем попасть потому, что не захотел узнать!

- Хорошо, - согласился Джон, - я тогда расскажу Вам о законах развития истории. Один Ваш соотечественник будет утверждать, что людьми двигают материальные эгоистические интересы и главным в развитии общества являются не политика, не религиозные идеи, не мораль, а способ материального производства, способный или не способный дать людям богатство. Измените технологию — и Вы измените людей! А политика, религия и мораль — это лишь удобная форма для выражения этого самого, человеческого, эгоизма!

- Да, об эгоизме — это Вы правильно сказали! - воскликнул Барон, - среди моих соседей много таких, кто только прикрывается возвышенными идеями!

- Да, так оно и есть, - согласился Джон, - хорошо, что Вы меня понимаете!

- А что еще говорил этот самый ваш, или уже наш, немец? Вы расскажете?

- Да, конечно, - улыбнулся Джон, нашедший неглупокого собеседника и обрадованный сообразительностью Барона, и начал излагать ему самые общие основы учения Маркса.

Жанна сначала сама расспрашивала Ивана о его жизни, потом начала рассказывать сама, уже о своей жизни. Она заметила, что они с Иваном — разные люди, и именно это было для них обоих интересно! Один и тот же вопрос часто рождал в их разговоре разные точки зрения. Но общие ценности, как вполне обоснованно показалось Жанне (она и о своих чувствах успела подумать), у молодых людей совпадали! А это означало то, что вместе им будет интересно, а также и точки соприкосновения и примирения, если разлад вдруг всё-таки случится — у них легко найдутся!

Иван во время разговора время от времени от разговора отвлекался и Жанна понимала: информация об Искусственном Интеллекте уложилась в его голове и он сейчас решает их общую проблему, проблему с дверью. Так, за разговорами, незаметно окончился день и очередной поход к двери, по общему молчаливому согласию, оказался отложенным на следующее утро.

«Утро вечера мудренее» - вспомнила Жанна русскую поговорку, когда-то услышанную ею от одного из туристов.

* * *

— Искусственный Интеллект в 21 веке ещё не дорос до уровня человеческого сознания, — сказал Иван сразу после завтрака, отложив вилку. Его глаза светились азартом, — Поэтому у любого современного Искусственного Интеллекта должен быть основополагающий принцип; принцип может быть сложным, но он — есть... Поэтому, если задача местного интеллекта — не поддаваться на наши просьбы, не следует ли нам попытаться приказать ему не выпускать нас отсюда? Я вспомнил, что отказ вчера со стороны Интеллекта пришел не сразу; он как будто сначала подумал, чего мы на самом деле хотим и лишь потом — решил совершить нечто противоположное!

- Вы говорили, Иван, что ИИ — это машина, - сказал Барон с легким недоумением в голосе, - а сами рассуждаете о нем, как о человеке, человеке с вполне человеческими мотивами!

- Да, в чем-то Вы правы, - согласился Иван, - и машину очеловечивать опасно! Но, с другой стороны, я человек и иначе рассуждать не могу. И еще одно замечание: ИИ — это машина, которая призвана в чем-то имитировать человеческое сознание...

Жанна смотрела на нних с недоумением.

— И если он обязан нам отказывать, то...

— У Вас, молодой человек, неплохое чувство юмора, — усмехнулся Барон, - договориться чисто по-человечески с железякой, поймав ее на чисто человеческой глупости.... Конечно, я обеими руками «за», но что будет, если эта машина — еще не настолько очеловечена, как нам хотелось бы?

Жанна нахмурилась, ощутив, как тревога ёкает в её груди.

— И в самом деле: что будет, если он выполнит этот наш приказ, приказ не выпускать нас из этой темницы? — испугалась она, её голос дрожал, — И мы - сами себя запрем навсегда в этом месте?!

— Если он выполнит это, — вмешался Джон, — то мы будем знать, какой тип приказов он выполняет! А в самый приказ об "ограничении наших желаний выйти отсюда" мы можем встроить возможность отмены этого самого приказа… Или вообще заложить команду о временном действии нашей просьбы с расчетом, что она через сутки — будет отменена?

Иван прищурился, обдумывая идею Джона. Воодушевление начало нарастать в его глазах.

— Думаю, надо хорошо обдумать формулировку такой команды и её на практике попробовать, — подвел он итог общему разговору, возвращая внимание на Жанну, — Правда, Жанна?

— Я тебе доверяю, — ответила девушка с решимостью, её голос стал более уверенным. Она чувствовала, что это может быть их шанс. И вообще — она уже верила в естественный, человеческий интеллект Ивана… Она уже верила, что «не создан ещё такой робот, который...» - и так далее.

И вот так приняв решение, они все вместе встали и направились к возможному выходу, или к возможному, чем черт не шутит, их окончательному приговору, который мерцал вдалеке. Жанна шла рядом с Иваном, в её мыслях крутились возможности — это мог быть тот самый момент, когда они, объединившись, могли изменить ход событий. В любом случае, они шли туда все вместе и это поддерживало каждого, даже при том условии, что у них — могла случится и очередная неудача...

— Будем готовы к любому обстоятельству, — предостерёг Барон, идя немного впереди. Его спокойный тон придал всем дополнительной уверенности в своих действиях, — Если наш план сработает, это может стать отличной демонстрацией того, на что способен и на что не способен Искусственный Интеллект.

Иван кивнул, сосредотачиваясь на их цели. Каждый шаг приближал их к ответам, которые они искали. Иван ещё раз обдумывал, доводя до совершенства, ту команду, которую он в компьютер двери хотел ввести. Жанна почувствовала, как общий, затаенный страх у людей вокруг неё начинает ослабевать, уступая место надежде. Совместная решимость в их сердах крепчала.

Когда они подошли к двери, яркий свет исходил из-за неё, и все трое переглянулись, понимая, что теперь они должны действовать. Внутренний голос Иван повторял слова, которые они разработали вместе, а его рука уже тянулась к ручке двери.

— Ну что же, пришло время рискнуть! — с азартом произнёс он, и его уверенность была заразительной. При этом он посмотрел на Жанну, словно спрашивая еще раз совета, - ведь есть же такие ситуации, когда осторожность делу только помешает?

- Тем более, что мы — разработали пути отхода, и эта команда не окажется фатальной — поддержал его Джон, - и нам сейчас - «надо что-то делать!» как говорит Жанна!

Приготовившись сделать этот шаг, люди согласились действовать как единое целое.

Чудо, которое они могли создать вместе, зависело только от их действий и готовности к изменениям в своей судьбе.

* * *

Иван повернулся к компьютеру, уверенность росла в его глазах, когда он начал набирать приказ: "не выпускать людей". Его надежда заключалась в том, что Искусственный Интеллект, запрограммированный противоречить желаниям людей, мгновенно выведет их отсюда.

— Если у нас всё получится, — задумчиво произнёс Барон, нарушая тишину, — то мы уже не сможем быть вместе... Мы — из разных веков, и уже никак не сможем встретиться!

— Спасти человечество — тоже неплохо... — добавил сэр Джон, но его тон был не слишком веселым.

Барон покачал головой.

— С вами было неплохо, — сказал он. — Но меня ждёт моя жена; и я, пожалуй, закончу свой роман! Тем более, мне есть о чем подумать в связи с теми законами истории, о которых я вчера узнал!

Жанна, не переставая смотреть на экран, вдруг зацепилась за его слова.

— Погодите, так Вы — тот самый Гриммельсгаузен? — воскликнула она, поражённая открытием. — Вам надо обязательно закончить свой роман, чтобы не было противоречий в истории!

Барон усмехнулся.

— Верно, моя дорогая! Лишь завершив свою историю, я могу сохранить целостность временной линии. Страшно подумать, что будет, если я роман не закончу: изменится история, Вы никогда не возникнете, я никогда не встречусь с Вами, поэтому — ничто не сможет отвлечь меня от моего романа и я его закончу; история не изменится, я встречусь с Вами…

- Да ну Вас, с Вашими парадоксами! - смеясь, воскликнула Жанна, - где Вы научились так мыслить?

- Так я же всё-таки ученый, и культурный человек, пусть даже и на уровне своего времени, - ответил Барон, - но вот ты мне скажи: что значат твои слова «тот самый Гриммельсгаузен?...»

- Это значит, что я Вас вспомнила! - с воодушевлением ответила Жанна, - Вы окажетесь достаточно известным писателем! Ведь Вы начали роман «Симплициссимус»?

- Да, это пока так называется!

- И под этим названием Ваш роман прославится! Говорят, это и сейчас сатирическая вещь, которую читать интересно!

- Да уж, я насмотрелся на ужасы войны, - вздохнул Барон, - и на глупость человеческую! Спасибо, Жанна, что Вы меня вспомнили — теперь я этот роман напишу обязательно!

- Спасибо вам, что написали, - ответила Жанна и рассмеялась, - или ещё напишете, но тоже спасибо!

Барон, увидев, что настроение Жанны поднялось, решил обратиться к еще одному участнику их компании, пока Иван, не торопясь и обдумывая каждый свой шаг, вводил в компьютер двери свои команды.

- А Вы, сэр Джон? - спросил он, - чем Вы думаете заниматься?

Сэр Джон ненадолго задумался.

— Пожалуй, открою свою школу в рамках своей профессии, — ответил англичанин с лёгкой улыбкой, — Жанна меня многому научила — я понял, что идеи моей жены никак не должны пропасть! Люди моей профессии, если следят за собой и имеют в жизни достойную цель, то живут очень долго; специфика знаний сказывается, было бы только желание… Так что — у меня будет чем заняться! Буду искать хороших, не испорченных девочек, учить их, подтягивать их уровень развития… Я теперь думаю, что это и мне самому будет очень интересно; да и мысли моей жены не должны пропасть!

Жанна смотрела на Барода и Джона, понимая, что их истории, так или иначе, должны скоро прийти к своему логическому завершению. Их взаимоотношения были великолепными, но их судьбы лежали в разном времени и пространстве. Конечно, это было немного грустно: она с удовольствием поговорила бы с Бароном об истории, потренировалась бы с Джоном...

И тут радостный голос Ивана прорвался сквозь её мысли:

— Жанна, ты только посмотри — он проглотил это! Он не может до конца понять, что это, — воскликнул Иван, указывая на экран. — Я сейчас...

В этот момент свет мигнул, и все звуки вокруг неё начали затихать. Жанна почувствовала, как пространство вокруг неё изменяется, и вдруг она оказалась одна — в своей квартире, в родном и привычном 21м веке.

Она ещё раз посмотрела внимательно вокруг, пытаясь понять, где она находится — но нет, никакого очередного чуда не произошло, и вокруг нее — была её собственная квартира.

Её сердце забилось быстрее. Она обернулась, ещё ожидая увидеть знакомые лица, но в комнате не было ни Ивана, ни Барона, ни сэра Джона. Только мирное одиночество её квартиры с тусклыми огнями уютного вечера.

Знакомые вещи стояли на своих местах, и даже смешной сувернир, изображающий медведя, черпающего из бочки ложкой мед, больше не радовал её. Этот сувенир был подарен ей русским туристом, и всегда её радовал. Но сейчас — было все не то.

Другого русского человека, с которым Жанна успела познакомиться — рядом не было.

— Это невозможно, — прошептала она, чувствуя недоумение. Её мысли лишь подчеркивали отсутствие друзей, которые были с ней совсем недавно.

Дверь приоткрылась, и в комнату вошла её кошка, с интересом оглядывая пространство. Жанна опустилась на колени и обняла пушистого друга, но её мысли остались с теми, кто покинул её. Кошка с интересом обнюхивала Жанну, словно чувствуя, что Жанна пришла издалека, словно чувствуя в Жанне потусторонний мир.

Да, кошка была ее другом — но она все-таки не была человеком, тем человеком, который был ей сейчас нужен...

— Что же произошло? — спросила Жанна вслух, словно пытаясь рассеять жестокое наваждение, словно пытаясь найти ответ на то, что казалось таким реальным всего мгновение назад. Она вспомнила разговоры, смех, друзей, и те мечты, которые они разделяли, и тот блеск надёжности, что они друг другу приносили.

Окружающий Жанну мир никуда не исчез, он был все тот - же, но он теперь Жанну не радовал.

«Я спасла весь мир, - сказала Жанна сама себе, - я должна быть счастлива и должна гордиться своим подвигом! Я должна понимать, что сделала великое дело...»

Но радоваться Жанне почему-то никак не хотелось.

Хотелось наоборот — горько заплакать.

Эпилог

На следующее утро Жанна проснулась в плохом настроении.

Бывает у людей такое плохое настроение, когда человек на кого-то сильно разозлен, и хочет куда-то бежать, на кого-то ругаться… Этого у Жанны не было. У нее было подавленное состояние и перспектив в своей жизни она больше никаких не видела.

Ей сегодня не нужно было на работу, но даже это для нее было уже как-то безразлично. Она, больше по привычке, вышла на улицу, надеясь, что свежий воздух хоть немного облегчит её состояние. Вокруг был её родной и красивый Париж, но сейчас её ничего не радовало. Это был большой и красивый город, но в нём не хватало одного важного элемента — не хватало Ивана.

"Почему же мы не догадались обменяться адресами или телефонами? Надо же было договориться с ним о встрече," — уныло текли в голове безвольные мысли. "Но кто же знал, что у него так быстро всё получится?"

Жанна брела мимо интернет-кафе, где уже сидели люди, когда её внимание вдруг привлек светящийся экран.

Что-то в этом остановило и привлекло её внимание.

Мысли, словно прорвавшаяся вода, начали течь быстрее.

"Но ведь он живёт в одном со мной времени?" — вспомнила она, внезапно обретая ясность. "Надо вспомнить всё, что он мне о себе рассказывал, и попытаться найти его при помощи Интернета!"

Эта простая и такая современная мысль немного ободрила Жанну, и её настроение стало не таким похоронным, как раньше. Она уже представляла, как находит его в социальных сетях, как отвечает на его сообщения….

Надежда вновь начала пробуждаться в её сердце, и она увлеклась картинками собственного воображения. И в самом деле — на дворе уже был 21й век, век всемирной, глобальной связи! Ведь Жанне требовалось сейчас нечто, очень простое: просто вспомнить всё, что Иван — ей о себе рассказывал!

Но, вдруг осознав, как сильно её мысли её увлекли, Жанна остановилась на тротуаре.

"И куда это я зашла?" — подумала она, озабоченно осмотревшись вокруг, и понимая, что это место Парижа — ей незнакомо, — "Надо срочно взять себя в руки!"

И, как только она огляделась, вдруг всё стало на свои места.

Перед ней стояла старая церковь с красивыми витражами, в которые играли солнечные лучи. Церковь словно напоминала о том, что всегда была под рукой, когда кому-то из людей была необходима поддержка.

Жанна почувствовала, как внутри неё зарождается уверенность. Вот же он, сигнал свыше! Решительно направляясь к церкви, она почувствовала, как её шаги становятся увереннее.

Входя в церковь, она ощутила умиротворение, словно все её проблемы отошли на задний план, оказавшись мелкими и несущественными перед лицом Бога.

Добрая, окружившая её со всех сторон тишина наполнила её сердце, окружая теплом и заботой. Жанна подошла к одному из витражей, её взгляд упёрся в свет, пробивавшийся сквозь цветные стекла. Этот миг стал для неё маленьким откровением.

— Ты найдёшь его, — произнесла она шёпотом, обращаясь, казалось, к самой себе. — Ты должна лишь быть настойчивой.

Впустив в сердце эту мысль, она вспомнила о том, как много значило для неё каждое мгновение, проведенное с Иваном, и как важно это чувство сохранять и дальше. Вдыхая аромат святого места, она ощутила решимость чувствовать и действовать, несмотря на трудности.

Жанна поблагодарила Высшие Силы, которые, видимо, специально завели ее в этот район города и медленно вышла из церкви с новыми надеждами, представляя, как вскоре обнаружит Ивана. Она заставит себя искать информацию, общаться с людьми, расспрашивать о нём...

— Я не сдамся, — произнесла она вслух, убеждая себя. — Иван — это главное!

С новыми ощущениями вокруг неё, Жанна снова ощутила связь со своим городом, она готова была открыть для себя все дороги Парижа и всюду искать "его". Теперь её шаги были полны решимости, и её сердце снова забилось в ритме надежды.

* * *

— Жанна! — окликнула на улице девушку какая-то женщина.

Женщина была невероятно красива, её волосы сверкали на солнце, а в глазах горел живой огонь. Жанна сморщила лоб: казалось, она её знала?!

— Богиня? Ко мне?! — через секунду ахнула она, прищурившись от яркого света.

— Спасибо за работу, — улыбнулась Богиня, её голос звенел, как колокольчик. — Ты любишь его...

— Но он в России! — воскликнула Жанна, не в силах сдержать смятение.

— Сегодня утром, в одиннадцать часов, он будет здесь... — произнесла Аша с легкостью, доступной только Богам, всемогущим и всеведущим, — Знаешь технологическую выставку? Он выступает в роли консультанта у стенда России, будет отвечать на вопросы…

Мысли Жанны мгновенно понеслись вскачь, не успевая за скоростью её сердца. Волнение и радость смешивались с тревогой.

— А если у него есть девушка? И он сразу забыл меня, как только попал домой?! И что мне тогда делать? — её голос дрожал от волнения.

Богиня, наполняя пространство вокруг уверенной аурой, тихо усмехнулась.

— Он затерроризировал меня своими просьбами, — призналась она, — он всё утро только и делает, что просит меня организовать вашу встречу!

— Я обязательно там буду! — воскликнула Жанна, почувствовав, как её надежда вновь начинает светиться, как звезда на небе!

Это - была её, её возможность!

— Я знаю, — сказал Богиня, и на мгновение стала серьезной, — И когда он признается тебе в любви, попросит твоей руки и сердца, и предложит тебе ехать в Россию — соглашайся! Там у вас всё будет хорошо, а здесь, во Франции - скоро многое станет очень плохо!

Жанна застыла, как будто к ней пришло осознание. Волнения сменило предвкушение, а воздух вокруг, казалось, наполнился ожиданием перемен.

— Спасибо, большое спасибо! — выдохнула она, почувствовав, как ее греет свет новой надежды.

— Тебе спасибо за помощь, — улыбнулась Богиня, её глаза сверкали проницательностью, — Ты мне очень помогла!

С этими словами Богиня мягко прикоснулась к её руке, и мгновение казалось волшебным. Жанна почувствовала прилив сил и уверенности, будто взобравшись на вершину горы и готовясь прыгнуть со святых высот.

— Теперь мне нужно готовиться! — произнесла она, вновь ощутив прилив энергии во всем теле. Она прощалась с Богиней, и их взгляды встретились в момент понимания. Время у Жанны ещё немного было: ей надо было лучше накраситься, надеть самое красивое своё платье, успеть забежать в парикмахерскую…

- Примерно так? - спросила Аша и взмахом руки перед Жанной прямо на тротуаре материализовала огромное зеркало. В зеркале отразилась красавица Жанна — с новой прической, в прекраснейшем платье…

Жанна невольно опустила взгляд — платье действительно уже было на ней!

- Иди уж, - по-доброму улыбнулась Аша, не давая Жанне рассыпаться в благодарностях, - всё это не иллюзия, всё — реально! Он — сейчас уже там...

Сказала — и растаяла, вместе со своим зеркалом, в воздухе.

Как только Богиня исчезла в густевшем потоке суеты города, Жанна пошла в нужном направлении и вскоре перешла на быстрый шаг, направляясь к выставке. Её сердце билось как никогда; впереди предстояла встреча, которую она ждала всей душой. Её мысли заполнились надеждой и решимостью. Неужели все эти беспокойства и страхи были напрасны? Жанна знала, что сегодня может произойти нечто невероятное.

И только прохожие, все как один, изумленно оглядывались, когда видели, как невероятно, невыразимо прекрасная девушка целеустремленно пробегает мимо них по своим делам…

А Иван, который ничего этого не знал, спокойно и сосредоточенно анализировал обстановку.

Начав сегодня утром с просьб к Богине, он вскоре сообразил, что и сам может кое-что сделать. В своем телефоне, как говорится, «на коленке», он создал небольшую шпионскую программку, которая по уголовному кодексу Франции не делала ничего противозаконного, но отлично выполнила свою работу. В безопасности Иван был уверен; тем более, что и сотрудника российской разведки, входящего в состав делегации, Иван уже вычислил и в самом крайнем случае надеялся обратиться к нему за помощью. Тем более, что тот уже видел, какую программу создал Иван, но ничего не сказал, только усмехнулся.

«Я найду её, чего бы это мне ни стоило!» - думал Иван, когда программа начала выдавать информацию.

А программа сделала всё, что надо: она нашла списки всех служащих Парижа, составила список всех экскурсоводов этого города, нашла в списке некую Жанну Д^Арк, узнала, где эта Жанна живет...

И в это время на выставку, каким-то чудом пройдя вахтера на входе, немного раньше положенного времени, прошла прекрасная девушка, которая сначала — показалась Ивану видением. В первое мгновенье девушка растерянно окинула взглядом выставку, потом увидела Ивана.

Их взгляды встретились...

У них — всё ещё только начиналось.