Фонтан желаний

Глава 1. Встреча старых друзей

Центр города в эту ночь был безлюдным. На пустой главной площади, слабо освещённой светом фонарей, царила таинственная атмосфера. Тени от колонн и арок ложились на брусчатку неровными кляксами, будто кто‑то нарочно пытался скрыть очертания знакомых улиц.

Посередине площади стоял пятиугольный фонтан. Он выглядел как настоящее произведение искусства и источал почти мистическую мощь. Массивное каменное основание, резные детали, завитки на краях — всё в нём было безупречно, словно каждый узор вырезали не человеческими руками, а самой тьмой. Фонтан украшала голова дракона, из открытой пасти которого стекала прозрачная вода. Тонкие струи падали в чашу с тихим, почти вкрадчивым шёпотом — будто фонтан шептал свои секреты только тем, кто умел слушать.

Ночную тишину нарушил звук приближающихся шагов — чёткий, размеренный, без лишней спешки. И вдруг, словно из ниоткуда, появилась худая и высокая фигура с широкими плечами. Это был демон Аластор.

На нём были кожаная куртка и джинсы — простая, почти человеческая одежда, которая лишь подчёркивала странность его облика. Короткие волосы уложены на одну сторону, а свисающая чёлка почти доставала до глаз, бросая лёгкую тень на лицо. В целом он выглядел как обыкновенный молодой человек — и всё же в нём чувствовалось что‑то чуждое.

Сверхъестественная красота его лица не притягивала, а скорее обескураживала: черты были чересчур правильными, будто их выверяли по идеальному шаблону, и при этом — неподвижными, словно высеченными из холодного мрамора. В этой безупречности не было жизни: ни лёгкой асимметрии, ни едва заметных следов времени, ни мимолётной игры эмоций. Лишь когда он чуть приподнимал бровь или едва заметно усмехался, в этой застывшей красоте мелькало что‑то настоящее — и оттого ещё более пугающее.

Аластор медленно, но решительно направился к фонтану, и с каждым его шагом тени точно становились гуще, цепляясь за его силуэт.

— Не думай, что ты осталась незамеченной, Эстарот, — произнёс он, ещё не доходя до фонтана. Голос прозвучал спокойно, но в нём сквозила сталь — так говорят те, кто привык, что их слушают.

Он приблизился вплотную и постучал костяшками пальцев по каменной поверхности — звук вышел сухим и резким, будто щелчок хлыста.

— Выходи. Я не уйду.

Несколько секунд стояла тишина. Только вода продолжала шептать, да лёгкий ветер шевелил края куртки Аластора. Но затем вода в фонтане забурлила, вспенилась мелкими пузырями. Нечто засветилось под водой — тусклое, мерцающее сияние, похожее на отблеск далёкой молнии. И из неё вышла высокая, очень худая девушка в синем вечернем платье. Это была демоница Эстарот. Капли воды стекали по её волосам и ткани, но не задерживались — будто сама материя отталкивала влагу.

— Фонтан с драконом? Ты так жаждешь внимания? — спросил Аластор, окинув взглядом каменную голову. В его тоне мелькнула едва уловимая насмешка, но глаза оставались серьёзными.

Эстарот посмотрела на него раздражённо. В её узких тёмно‑карих глазах кипела злость, а зрачки чуть расширились, выдавая внутреннее напряжение. Она прикусила губу, сдерживая резкий ответ, и села на край фонтана, небрежно подобрав подол платья.

— Что тебе нужно, Аластор? — спросила она.

— Мы должны работать в паре. Забыла?

Эстарот рассмеялась — звонко, красиво, но смех вышел немного натянутым, как будто она сама не верила в собственную браваду. Опустила глаза и поправила свисающую прядь длинных чёрных волос, на мгновение прикрыв лицо. Затем, задрав подбородок, взглянула на него высокомерно и дерзко — но в этом жесте было больше вызова, чем уверенности.

— Мне не нужен помощник. Ты забыл, кто я? Уходи, — бросила она, и в голосе проскользнула резкость, от которой даже вода в чаше будто стала тише.

Аластор взял её за руку — не грубо, но твёрдо, так, что она не смогла бы вырваться, даже если бы захотела. Он наклонился так, что их глаза оказались на одном уровне, и на секунду между ними повисла напряжённая тишина.

— Эстарот, ты слишком высокомерна. Это решение принимать ни мне, ни тебе. Ты сама об этом знаешь. Меня призвали, чтобы помочь тебе. Не смей так со мной говорить, — произнёс он ровно, без гнева, но от этой спокойной уверенности у Эстарот на миг дрогнули ресницы.

Он отстранился. Эстарот задержала на нём злой взгляд, стиснув пальцы на краю фонтана так, что побелели костяшки. Но неожиданно рассмеялась — на этот раз искренне, будто внезапная вспышка злости растворилась в иронии.

— Посмотрим, как ты справишься с этим. Должно быть весело, — сказала она, и голос её стал легче, почти игривым.

Взгляд её сделался лукавым, в нём плескались гордость и веселье, но где‑то на дне тёмных глаз мелькнуло и что‑то другое — тень сомнения, будто она сама не до конца верила в свою браваду.

Эстарот нырнула в фонтан — не просто шагнула, а скользнула вниз плавным, почти танцевальным движением. Вода сомкнулась над ней без всплеска, лишь на мгновение вспыхнуло то же тусклое сияние — и исчезла, будто её и не было.

Аластор громко рассмеялся своим бархатистым смехом, и звук этот странно контрастировал с ночной тишиной, будто вырвался из другого мира. Затем глубоко вздохнул, расправил плечи и, чуть склонив голову, произнёс:

— Ах, это будет непросто.

Глава 2. Необдуманные желания

Даша была правильной девушкой во всех отношениях. Она хорошо училась, не создавала проблем родителям и никогда не гуляла допоздна. Ей было всего пятнадцать лет, но она уже точно знала, куда поступит и какую специальность выберет.

Жизнь Даши была далеко не идеальной. Особенно в последнее время. Вот уже несколько месяцев она не заводила будильник. Каждое утро Даша просыпалась от криков родителей. И этот раз не был исключением.

— Почему ты такой безответственный? У нас две несовершеннолетние дочери! — восклицал женский голос за стеной. — Что ты хочешь от меня? Я ничего не могу с этим поделать! — следовал ответ.

Мама и папа постоянно ссорились. Даша никак не могла к этому привыкнуть. Она болезненно реагировала на малейшее проявление агрессии: дыхание учащалось, сердце билось сильнее, кружилась голова.

Такое пробуждение Даша ненавидела больше всего. Её глаза открывались мгновенно, в горле стоял ком, а от сна через долю секунды не оставалось и следа. И каждый раз это означало, что день испорчен в самом зачатке.

Её сестра, Лера, относилась к этому проще. Она игнорировала происходящее в семье и активно занималась своей личной жизнью.

В школе Лера была довольно популярна. Семнадцатилетняя девушка привлекала внимание своей яркой внешностью. Учёба её не особо интересовала. Мечтой Леры было поступление в театральный.

Вот и сейчас Лера лежала на соседней кровати, быстро щёлкая пальцами по экрану телефона.

Даша взяла из‑под головы подушку, накрыла ей лицо и крепко надавила сверху. Лера краем глаза заметила это. Она повернула голову в сторону сестры и спокойно сказала:

— Не обращай внимания. Давай сегодня выйдем из дома пораньше?

Девочки быстро собрались и, не позавтракав, вышли из дома, незаметно от родителей.

— Почему они опять ссорятся? — спросила Даша, когда они уже подошли к остановке. — Кажется, у папы проблемы на работе, — ответила Лиза. — Понятно. — Но если бы не это, они бы нашли другой повод.

«Вот бы я смогла сделать так, чтобы они никогда больше не ссорились», — подумала Даша.

После трёх уроков, которые, казалось, тянулись вечность, наступило время обеда. Ученики отправились в столовую. Даша встала в длинную очередь за обедом. Вскоре к ней подошли её одноклассницы и подруги — Настя и Алина.

— Уроки сегодня были скучнее, чем всегда, — бросила Алина. — Неудивительно слышать это от тебя, — улыбнулась Даша.

Алина была активной и позитивной девушкой. Учёба её мало интересовала. Со многими уроками дела были хуже среднего, а с некоторыми — совсем худо. Алина переживала по этому поводу, ведь мама часто ругала её за плохую успеваемость. А девушка тем временем мечтала профессионально заниматься танцами.

— Ты сегодня идёшь на танцы? — спросила Настя. — Нет, только завтра, — ответила Алина. — Тогда, может, погуляем сегодня после уроков? Я слышала, в центре поставили новый фонтан. Нужно обязательно сделать селфи возле него! — сказала Настя.

Настя была социально активной девушкой. Она рано начала ухаживать за собой. Её редко можно было увидеть без причёски и макияжа. Настя нравилась мальчикам и часто ходила на свидания.

— Я за! — воскликнула Алина. — Я не против, — кивнула Даша. — Наша очередь, двигайтесь скорее!

Девочки взяли еду и поспешили занять свободный стол. Они с аппетитом принялись за свои обеды.

— Приятного аппетита! — сказал проходящий мимо парень.

Это был Артур — один из тех многочисленных парней, кому нравилась Настя. Он часто проявлял к ней внимание и открыто ей симпатизировал. Но Насте он был совершенно неинтересен.

— Артур сказал Жене, что хочет пригласить тебя в кино! — сказала Алина почти шёпотом, придвинувшись к Насте. — Он мне не нравится, — ответила Настя. — Уж лучше бы Женя меня пригласил. — У тебя нет шансов, раз ты нравишься его лучшему другу, — заметила Даша. — А ну цыц! — бросила Настя.

В этот момент мимо стола с подносом шёл Женя.

Женя был популярным мальчиком в школе и совсем не обращал внимания на Настю. Он оставался одним из немногих парней, которые были равнодушны к её обаянию.

На самом деле Жене не было ни до каких девушек. Все его мысли были заняты лидерством в баскетбольной команде. Спортом Женю заставлял заниматься его отец. Он считал, что для сына лидерство в команде — гарантия поступления в престижный университет. А сын мечтал угодить отцу больше всего на свете.

Настя наблюдала за Женей, пока он не подсел к Артуру. Затем тихо вздохнула и отвела взгляд.

— А вы готовы к тесту по биологии? — спросила Алина. — Кажется, я его завалю. — Ох, я совсем не готова, — ответила Настя, опустив глаза на тарелку. — Мне бы не мешало повторить. Скоро звонок, я пойду в класс и пробегусь по материалу, — сказала Даша.

Даша взяла поднос и пошла в сторону мойки.

— Ну ты и заучка. Даже не поела нормально! — крикнула Алина ей вслед.

Когда закончились последние два урока, на одном из которых был тест по биологии, Алина, Настя и Даша отправились в центр города на прогулку.

Они бродили по улице в поисках развлечений. Сначала их внимание привлекли уличные музыканты, затем хот‑доги и сладкая вата. Они много говорили и смеялись, держась под руку.

— Даша, как дела у твоих родителей? — спросила Алина. — Всё грустно. Они ссорятся каждый день. Это так раздражает. — Всё наладится, — поддержала Настя.

Повисла неловкая пауза. Алина поспешила перевести тему:

— Как думаете, мы справились с сегодняшним тестом по биологии? Учитель сказал, что результаты повлияют на средний балл. — Думаю, будет тройка с плюсом, — ответила Настя. — У меня должно быть всё правильно, значит, пятёрка, — улыбнулась Даша. — Алина, что насчёт тебя? — Думаю, всё плохо, — ответила подруга. — Мне совсем не интересна биология. Я ставила ответы наугад.

— Смотрите! — крикнула Настя, вытянув руку вперёд.

Настя показала в сторону красивого фонтана, украшенного величественной головой дракона. Полуденное солнце играло на каменной чешуе, так что она сияла. Фонтан выглядел грациозно и притягательно.

Девушки подошли ближе и заглянули в фонтан. Вода в нём казалась совсем чистой, сквозь неё можно было разглядеть множество маленьких монеток.

— Давайте загадаем желания! — предложила Настя. — Давайте, — хором ответили девочки.

Мимо проходил плохо одетый и грязный мужчина, похожий на бездомного. Он вёз перед собой тележку, полную непонятных вещей. Мужчина не отрывал взгляда от девочек.

— Какой он странный! — воскликнула Алина. — Вот уж правда, — бросила Настя. — Мужчина, подождите! — крикнула Даша.

Даша подбежала к мужчине, взяла его за руку и, раскрыв ладонь, вложила в неё мятую купюру.

— Это немного, но должно хватить на простой обед, — сказала она. — Будьте здоровы, до свидания!

— Стой, — окликнул её мужчина, когда она поспешила назад. — Возьми это.

Он достал из тележки маленький плоский кусок металла и протянул его Даше. Девушка неловко взяла подарок, не глядя, положила его в карман и вернулась к девочкам. Бездомный пару секунд смотрел на неё, затем исчез.

— Зачем ты дала ему деньги? У тебя что, есть лишние? — спросила Алина. — Сэкономила на обеде, — ответила Даша. — А куда он делся? — спросила Настя. — Только что был здесь и исчез. — Какая разница? Давайте уже загадывать желания, — сказала Алина.

Девочки встали у фонтана, каждая заняла свою сторону. Они сложили ладони перед собой, закрыли глаза и сосредоточились на своих желаниях.

«Пусть Женя безумно влюбится в меня!» — пожелала Настя. «Хочу, чтобы мои родители больше никогда не ссорились», — загадала желание Даша. «Тест, который мы писали сегодня… Пусть я получу за него высшую оценку, — подумала Алина. — Только это спасёт мой средний балл».

Девочки открыли глаза, переглянулись и засмеялись.

— А теперь время для селфи! — воскликнула Алина.

Алина достала из сумки палку для селфи. Девочки подошли друг к другу и сделали пару кадров. Они гуляли до тех пор, пока не начало темнеть.

— Вы хотите ещё гулять? Я немного устала, — сказала Настя. — Пойдём в сторону остановки? — предложила Даша. — Я хотела ещё погулять… Ну вы и зануды, — ответила Алина. — Нам ещё уроки делать. — Даш, почему я не удивлена, услышав это именно от тебя? — улыбнулась Алина.

Дашин автобус приехал первым. Попрощавшись с подругами, она отправилась домой.

Придя домой, Даша обнаружила квартиру пустой. Ещё тёплый ужин стоял на плите. Родителей дома не было, сестры тоже. И это было удивительно. Сделав уроки, Даша легла в кровать. Уже в постели она ощутила, насколько утомила её прогулка.

«Вот бы моё желание и правда сбылось», — подумала она.

Глава 3. Сомнения – друзья демонов

Даша проснулась от стука в дверь. Было уже утро.

— Доброе утро, девочки, — сказал папа, войдя в комнату.

Даша посмотрела в сторону сестры. Лера приподнялась на кровати и вопросительно глядела на отца.

— Что такое? Давно папа вас не будил, да? Пойдёмте завтракать.

Папа вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Девочки переглянулись. Они накинули на себя одежду и вышли на кухню.

На кухне играла весёлая музыка. Мама готовила завтрак. Услышав шаги девочек, она обернулась. На её лице была улыбка.

— Доброе утро, — сказала она. — Садитесь, завтрак почти готов.

— Доброе утро, — тихо произнесла Даша.

— Доброе, — ухмыльнувшись, отозвалась Лера.

Сестры опустились на стулья и снова переглянулись. Лера махнула рукой и, достав мобильный, принялась листать ленту новостей.

— Давно я не баловала вас вкусненьким, а? — сказала мама.

Она поставила перед Дашей и Лерой тарелки с оладьями. В этот момент на кухню вошёл папа.

— Мм, пахнет великолепно! — воскликнул он.

— Рада слышать, — улыбнулась мама.

Она поставила перед ним тарелку с большой порцией оладушек.

— Спасибо! — сказал он.

Семья принялась за еду. Даше было неловко. Лера уже ушла в свой мир, отвечая на сообщения в «Телеграме».

— Хотите ещё? На плите новая порция, — сказала мама.

— Нет, спасибо, мам. Нам уже пора, — бросила Лера, не отрываясь от телефона, и под столом незаметно стукнула сестру.

— Д‑да, нам пора, — тихо повторила Даша.

Лера встала, взяла портфель и направилась в сторону входной двери.

— Спасибо, — сказала Даша, поспешив за сестрой.

Только девушки переступили порог, Даша сказала:

— Как же неловко было. Что это с ними?

— Понятия не имею, — ответила Лера. — Но меня это настораживает.

Уже сидя на уроке, Даша думала о том, что случилось утром.

«Что это? Они больше не ссорятся? Может быть, всё будет как прежде?» — витали мысли у неё в голове.

Прозвенел звонок. К парте Даши подошли Алина и Настя.

— Это был один из самых скучных уроков в моей жизни, — протяжно произнесла Алина, опускаясь на стул, стоящий рядом.

— Я думала, что усну, — сказала Настя.

— Что? Да, я тоже, — потерянно ответила Даша.

— Даш, что с тобой? — спросила Алина. — Выглядишь так, будто тебя что‑то беспокоит.

— Всё в порядке, — ответила она и поспешила перевести тему. — Следующий урок — биология?

— О, да, скажут результаты теста. Я так боюсь, — сказала Настя.

— У меня точно двойка, — обречённо произнесла Алина.

— Да брось, я уверена, всё не так плохо, — поддержала подругу Настя.

— Всё действительно плохо. Надежда только на то, что я отгадала некоторые ответы, — ответила Алина.

Вскоре прозвенел звонок. Подруги вернулись на свои места.

В класс вошёл учитель по биологии. Это был мужчина лет тридцати, среднего телосложения, в прямоугольных очках с толстой чёрной оправой. В руках у него были учебник и небольшая стопка бумаг.

— Здравствуйте, класс.

— Здравствуйте, — ответили одноклассники хором.

— Начнём с результатов ваших тестов. В этот раз многие из вас не справились. Это был сложный тест, поэтому для двоечников будет ещё один шанс на пересдачу.

— Да! Спасибо, учитель, — хором ответил класс.

— Но некоторые меня удивили, — продолжил учитель. — Алина, встань, пожалуйста.

Алина нерешительно поднялась со стула. Все в классе уставились на неё.

— Алина справилась с тестом лучше всех. Её результат — 100 баллов.

Со всех сторон доносились удивлённые возгласы:

— Что? — Как это? — Алина?!

— Тише! — крикнул учитель и постучал указкой о парту. — Я и сам не поверил бы, но списывать было не у кого. Ни один из вас не справился с тестом даже на 90 баллов. Возможно, мы все заблуждались насчёт Алины.

После объявления результатов теста была небольшая лекция о растениях. Затем прозвенел звонок.

Ученики стали выходить из класса. Алина поспешила за всеми, но на пороге её окликнул учитель.

— Алина, задержись на минуту.

Даша и Настя, стоявшие у двери, понимающе кивнули.

— Мы пока займём очередь в столовой, — сказала Настя.

Дверь в класс закрылась. Учитель вышел из‑за стола и подошёл к Алине.

— Как тебе удалось ответить правильно на все вопросы? — спросил учитель.

— Я… готовилась, — соврала Алина.

— Я должен поговорить с твоей мамой.

— Зачем? — голос Алины дрожал, ей было не по себе.

— Ты талантливая девочка. Она должна знать о твоих способностях, — ответил учитель.

Алина подумала о том, что маму ещё ни разу не вызывали в школу для похвалы. Обычно от Алины были одни проблемы: то урок проспит, то контрольную завалит. Другое дело — высший балл за тест, пусть и по биологии. Алине очень хотелось хоть капельку позитивного внимания. Поэтому она так и не решилась признаться, что ставила ответы наугад.

— Хорошо, — сказала Алина. — Тогда я могу идти?

— Конечно, — улыбнулся учитель.

Алина уже выходила из класса, когда он снова окликнул её.

— И ещё…

— Да? — Алина обернулась и вопросительно посмотрела на него.

— Ты молодец.

Она улыбнулась и выбежала из класса.

Алина вошла в столовую и быстро нашла подруг. Они уже получали свой обед. Она взяла поднос и втиснулась между Дашей и Настей.

Девочки сели за один из свободных столов и с аппетитом принялись за еду.

— Как ты получила 100 баллов? — спросила Настя, пережёвывая булочку.

— Понятия не имею, — ответила Алина.

— Я получила 86 баллов при тщательной подготовке. Неужели ты смогла наугад выбрать все правильные ответы? — спросила Даша.

— Похоже на то, — улыбнулась Алина.

— Везучая! — воскликнула Настя.

— Привет!

Настя повернула голову. Рядом с ней стоял Женя. Она тут же расплылась в улыбке.

— Привет, — ответила она.

— У меня есть два билета в кино. Хочешь сходить со мной? — спросил он.

— Сегодня?

— Да, после пятого урока.

— Хорошо.

Женя улыбнулся, кивнул и направился в сторону выхода.

Алина от удивления закашлялась.

— Что это было?! — спросила Даша.

— Понятия не имею, — ответила Настя.

— Почему‑то я не удивлена, — начала Алина. — Он весь день странно на тебя косился. Я заметила, что он хотел подойти к тебе ещё на перемене.

И тут Дашу осенило. Странное поведение её родителей, неожиданные результаты теста по биологии у Алины, внимание Жени к Насте — всё это не могло быть простым совпадением.

— Слушайте, а что вы загадали вчера у фонтана? — спросила она.

— Я попросила о том, чтобы Женя в меня влюбился, — сказала Настя задумчиво.

— Я пожелала хорошую оценку за тест, — пожала плечами Алина. Затем её тоже осенило. — Нет, ты же не думаешь, что наши желания сбываются? Это ведь невозможно?

— Это просто совпадение, — посмеялась Настя. — Я всё время нравилась Жене, просто он этого не осознавал.

— Какая ты самоуверенная, — бросила Алина, ткнув подругу пальцем. — И всё‑таки это действительно странно. Что за совпадения такие?

— Не знаю, — протянула Даша. — Кстати, чуть не забыла: в это воскресенье отмечаем мой день рождения. Приходите ко мне вечером, в семь. Из гостей будут только мама, папа, сестра и вы.

— Хорошо, — улыбнулась Настя.

— Твои родители помирились? — спросила Алина.

— Да, — кивнула Даша. — Я не знаю… Кажется, да.

— Это отличная новость, — сказала Настя.

Даша умолчала о том, что примирение родителей было тем самым желанием, которое она загадала у фонтана. Ей было неловко говорить об этом.

После уроков Даша сразу пошла домой. Она сидела за столом, делая домашнее задание, как вдруг вспомнила о необычном сувенире от бездомного. Она открыла ящик и достала из него плоскую металлическую вещицу.

Даша стала разглядывать таинственный сувенир. Форма его была овальной и немного кривой. Трёхсантиметровая вещица имела надпись. Даша взяла лупу и попыталась прочесть написанное. Но это оказалось невозможным.

— Что это за язык такой? — произнесла она вслух.

Даша покачала головой и убрала вещицу обратно в ящик.

— Это ерунда, просто совпадение, — решила она.

Глава 4. Защитный амулет

Был разгар дня, когда время вдруг остановилось. Люди замерли, их тела стали прозрачны, словно их накрыла невидимая пелена — будто кто‑то резко выкрутил яркость мира на минимум, оставив лишь призрачные контуры. В воздухе повисли пылинки, застыли капли воды из фонтана, и даже жар полуденного солнца съёжился, став тихим и неподвижным.

Аластор появился точно ниоткуда — из сгустка тени, которая не успела рассеяться. Он шёл к фонтану широким шагом, неторопливо, почти лениво, спешка была ему чужда. Его фрак, безупречно чёрный, не сливался с тенью — напротив, казался отдельным, самостоятельным предметом в этом застывшем мире. Он слегка поправил манжету, будто стряхивая с неё невидимую пыль, и продолжил путь.

Эстарот в золотистом вечернем платье сидела на каменном краю фонтана и нервно теребила прядь волос. Платье выглядело неуместно среди дневных улиц, но в остановившемся времени эта нелепость казалась почти естественной — как пятно живого цвета на чёрно‑белой фотографии. Она вздрагивала от каждого движения собственной руки, точно сама себе была неприятна, и бросала короткие, колючие взгляды туда, где должен был появиться Аластор. Когда он подошёл, она быстро встала, чуть не оступившись на гладком камне, и тут же попыталась скрыть неловкость резким движением.

— Ты всегда заставляешь себя ждать? — раздражённо спросила Эстарот, и голос её прозвучал чуть выше обычного, выдавая напряжение.

— Я был занят, — бросил он. — Для чего ты звала меня?

Эстарот подошла к Аластору очень близко, почти вплотную. Она смотрела на него агрессивно, так, что, казалось, была готова вот-вот подраться с ним. Плечи напряжены, пальцы сжимались в кулаки, но тут же разжимались, будто она сама не знала, что хочет сделать: ударить или схватить за рукав и встряхнуть.

— Я хочу знать, что ты дал девчонке, — процедила она сквозь зубы.

— Это не твоё дело, — спокойно ответил Аластор, не отводя взгляда.

— Ещё как моё! — воскликнула она, и в её голосе проскользнула не только злость, но и что‑то похожее на обиду — словно её намеренно исключили из важного дела.

Аластор рукой отодвинул её от себя — мягко, но настойчиво, так, что она невольно сделала полшага назад, точно наткнулась на невидимую стену.

— Не стоит так переживать, ты слишком импульсивна, — сказал он, чуть склонив голову, оценивал её реакцию.

— Просто ответь: это был защитный амулет? — не сдавалась Эстарот, и в глазах её мелькнуло что‑то, похожее на отчаяние.

— Ты и сама это знаешь, так зачем спрашивать? — улыбнулся он, и улыбка вышла не доброй, а какой‑то усталой, будто он повторял одно и то же слишком много раз.

— Ты за это ответишь. Ты же понимаешь, что срываешь всё дело? Она, как и другие, должна поплатиться за своё желание! — гневно воскликнула Эстарот, взмахнув рукой так резко, что золотистый подол платья взлетел и тут же опал.

— Она поплатится. Ты возьмёшь своё. Но эта девочка не заслуживает полного краха, — голос Аластора звучал ровно, без пафоса. Он просто констатировал факт.

— Потому что помогла бездомному? — спросила Эстарот, прищурившись, будто пыталась разглядеть в его словах подвох.

— Потому что она желала не для себя, — спокойно ответил Аластор.

— Это очень спорно. Она пожелала, чтобы родители никогда не ссорились. Она не хочет их ссор, потому что ей сложно выносить крики и ругань, а не потому, что желает им счастья. Ты и сам это прекрасно понимаешь. Верни амулет, или я пожалуюсь на тебя вышестоящим, — в её голосе появилась холодная угроза, но в глазах всё ещё мелькала неуверенность.

— Ты настоящая демоница, — улыбнулся Аластор, и на этот раз улыбка была почти искренней, с оттенком горькой иронии. — Я не верну амулет, можешь жаловаться сколько хочешь.

Он уже собирался уходить, развернувшись так плавно, будто это движение было отрепетировано тысячу раз. Но вдруг повернул голову, и в этом повороте было что‑то нарочито небрежное, почти вызывающее. Усмехнувшись, он добавил:

— Не думал, что демоны высшего эшелона могут быть такими мелочными, Эстарот.

Услышав это, Эстарот застыла и нахмурила брови, точно слова ударили её не по гордости, а по чему‑то более глубокому, спрятанному далеко внутри. Её пальцы на мгновение вцепились в край каменного бортика, побелели от напряжения, а потом медленно разжались. Через секунду демоны исчезли — не растворились, а будто их резко стёрли из этого пространства, оставив после себя лишь лёгкое дрожание воздуха. И жизнь вернулась на улицы: люди снова задвигались, солнце засияло в полную силу, капли воды сорвались вниз, и шум города нахлынул волной, смывая тишину остановившегося времени.

Глава 5. Свидание

Утро Насти началось с радостной ноты: ведь сегодня ей предстояло свидание с Женей. Она потянулась на кровати и быстро встала. Уложив волосы и накрасившись, она улыбнулась своему отражению.

— Сегодня ты звезда, — сказала она себе и вывела помадой на зеркале небольшое сердечко.

Настя пришла в школу в отличном настроении. Она выглядела мило и стильно и широко улыбалась. Ученики оборачивались на неё. Она приветливо здоровалась со всеми.

Мимо прошёл Женя. Он улыбнулся ей и сказал:

— Привет.

— Привет! — воскликнула она и тут же засмущалась.

— Ты сегодня такая красивая.

— Спасибо, Жень, — улыбнулась она, поправляя волосы.

— Наш сегодняшний поход в кино в силе? — спросил он.

— Да, конечно.

— Тогда я буду ждать тебя у школы после уроков, — произнёс он, улыбнулся и пошёл в сторону своего класса.

— Пока, — пролепетала она вслед, краснея и глупо улыбаясь.

Только Настя села за парту, как к ней подошли подруги.

— Отлично выглядишь, — сказала Даша.

— Ещё немного макияжа — и ты превратишься в матрёшку, — посмеялась Алина.

— Ты просто завидуешь, — улыбнулась Настя.

— Твоему неумению наносить макияж? — подколола Алина.

Настя шуточно стукнула её и посмеялась.

— Сегодня даже твои глупые шутки не испортят мне настроение, — сказала она.

— У тебя сегодня свидание с Женей? — спросила Даша.

— Да, он будет ждать меня у школы после уроков.

— Надеюсь, он тебе не надоест, как все парни, которым ты уже нравишься, — сказала Алина.

— С ним всё иначе, — отмахнулась Настя. — Он мне нравится уже полгода.

— Так много, — протяжно произнесла Даша.

Подруги смеялись. Они были рады за Настю, но понимали, что она не относится серьёзно ни к одному парню. И Женя не был исключением. Его ждала та же участь, что и всех её ухажёров: всех их Настя бросала, как только они проявляли слишком активный интерес.

Уроки кончились. Настя попрощалась с девочками и поспешила к Жене. Он стоял у школы с небольшим букетом карликовых роз.

Она подбежала к нему сзади и закрыла ему глаза руками.

— Угадай, кто? — спросила она.

— Настя, — произнёс Женя.

Он повернулся к ней, широко улыбнулся и протянул букет.

— Вот, это тебе.

— Какие красивые! Но когда ты успел?

— У меня сегодня на один урок меньше, чем у тебя. Поэтому успел сходить за цветами. Тебе нравятся такие розы?

— Спасибо, мне очень нравятся! — воскликнула она.

Настя взяла его под руку, и они вместе пошли в сторону остановки.

В автобусе Настя и Женя много разговаривали ни о чём. Насте было комфортно, словно она знает Женю тысячу лет. Она смотрела на его красивое, но мужественное лицо с острыми скулами и светилась от счастья. Женя наблюдал за каждым движением Насти, как заворожённый.

Вскоре они доехали до кинотеатра и вышли из автобуса. Очереди не было: казалось, кроме них, сегодня никому не было дела до кино. Женя и Настя прошли проверку билетов, вошли в зал и заняли свои места.

— А что за фильм? — спросила Настя.

— Какая‑то мелодрама, — ответил Женя.

Фильм начался. Настя смотрела кино с интересом, а Женя глядел на неё чаще, чем на экран.

Это был романтичный фильм — мелодрама о двух влюблённых, которые проходили многочисленные испытания, чтобы быть вместе.

— Я никогда не забуду слова, что ты сказал в тот вечер, — говорила героиня.

— Я готов их повторять снова и снова каждый день, до самой смерти, — ответил герой.

В этот момент Женя нежно дотронулся до руки Насти. Она взглянула на него, и уголки её рта скользнули вверх. В этот момент её влюблённость достигла своего пика.

Когда фильм закончился, был уже вечер. Женя провожал Настю. Они уже уверенно держались за руки. Когда подошли к дому, Настя остановилась и встала напротив Жени.

— Спасибо, это было чудесное свидание, — сказала она.

— Тебе спасибо, — улыбнулся он.

Настя приблизилась к нему, встала на носочки и поцеловала его в щёку.

— До завтра, — сказала она и скрылась за дверью подъезда.

— До свидания, — прошептал он.

Женя коснулся щеки кончиками пальцев в месте поцелуя. Он улыбнулся сам себе и пошёл домой.

Глава 6. Шанс на успех

— Раз и два, и три, и четыре! Раз и два, и три, и четыре!

Занятие Алины по танцам шло полным ходом. Стройная молодая преподавательница — Валентина Дмитриевна — показывала движения, которые нужно было повторить. В группе по танцам было десять девочек. У всех движения получались разными: кто‑то сбивался с ритма, кому‑то не хватало гибкости.

Алина всегда чувствовала себя уверенно на занятиях. Пластичность выделяла её среди других учениц. Она любила танцевать и мечтала выступать на большой сцене.

— Закончили! — сказала Валентина Дмитриевна.

Девочки направились в раздевалку. Алина сделала шаг, когда её окликнула преподавательница:

— Алина, задержись, пожалуйста.

— Да? — произнесла она, подойдя к Валентине Дмитриевне.

— Алина, у тебя хорошо получается. Ты думала о том, чтобы заниматься танцами профессионально?

— Что вы имеете в виду? — заинтересованно спросила девушка.

Преподавательница подошла к стулу и запустила руку в свою сумку. Она вытащила флаер и протянула его Алине.

— Это конкурс танцев. Есть шанс, что тебя заметят. Попытай удачу.

— Вы правда думаете, что я смогу?

— У тебя хорошо получается. Танцы — твоё призвание. Но нужно будет много тренироваться. Я могла бы провести с тобой несколько индивидуальных занятий.

— Спасибо вам большое!

Алина была счастлива. Это был именно тот шанс, которого она так долго ждала. Она вернулась домой в приподнятом настроении. Дома была мама.

— Уже пришла? Звонил учитель по биологии, он пригласил меня в школу. Признавайся, что ты натворила?

Настроение Алины вмиг испортилось. Её раздражали нападки матери.

— Почему сразу «натворила»? Не думаешь, что он хочет меня похвалить?

— Что за глупости ты говоришь. Признавайся, что ты сделала? Опять уснула на уроке? Чего мне ждать от этой встречи? Скажи, я должна быть готова заранее.

— Я больше не могу это слушать, — бросила Алина, зашла в свою комнату и закрыла дверь.

— Мы ещё не договорили! — кричала мать вслед и добавила, капая себе успокоительное в чашку: — Ох, от этого ребёнка одни проблемы.

Вскоре мама ушла в школу. Алина с нетерпением ждала, когда она вернётся. Ей очень хотелось доказать матери, что та ошибалась на её счёт.

Девушка достала из кармана флаер, который дала ей преподавательница танцев.

— Конкурс современных танцев, — прочитала она. — Выиграйте денежный приз и получите бесплатное обучение в хореографическом вузе…

Это было именно то, о чём Алина мечтала. Она заулыбалась и подпрыгнула на месте.

— Я должна выиграть этот конкурс! — воскликнула она.

Алина включила музыку и стала танцевать. В танцах время пролетело незаметно. Вскоре послышался звук открывающейся двери. Мама вернулась из школы. Девушка поспешно выключила музыку и пошла встречать маму.

— Ну, здравствуй, будущий биолог, — улыбнулась мама.

Она вошла в квартиру. В руках у неё был торт.

— Почему ты раньше не сказала, что тебя интересует биология? Я бы так не переживала из‑за твоих плохих оценок по математике. Я же всё понимаю: такой склад ума, с уклоном в природоведение.

— Что? — вопросительно произнесла Алина.

— Я говорю, что теперь поняла тебя. Биология — это очень хорошо. У нас тётка двоюродная — биолог. Выучишься, устроим тебя к ней. Будешь изучать разные бактерии.

— Да я как‑то не думала об этом…

— Ты не думай, мама за тебя всё уже решила. Учитель очень хвалил тебя. Сказал, ты лучше всех справилась с тестом. Это ведь не простой тест был: нужно было показать знания за все годы обучения. И ты справилась на отлично.

Алине стало не по себе. Она понимала, что её маленький обман не на шутку разрастается. Но она побоялась сказать матери правду.

«Может быть, всё как‑то само образуется?» — подумала она.

Глава 7. Судьбоносная встреча

Настала суббота. Можно было поспать подольше, но сна у Даши не было ни в одном глазу. Криков родителей не было слышно, зато по всей квартире разносился запах горячих сырников.

Даша плохо спала этой ночью. Прежде чем уснуть, она долго думала о событиях последних дней: об исполнении желаний, таинственной вещице, а ещё об этом странном человеке у фонтана — всё это не выходило у неё из головы.

Даша села на кровати и посмотрела в сторону спящей сестры. Лера безмятежно храпела под одеялом.

— Мне бы твои нервы, — произнесла Даша.

Она встала, умылась и наспех оделась. Достала из ящика вещицу, подаренную бездомным, и, пробравшись мимо родителей, незаметно вышла из дома. Она отправилась к фонтану: ей не терпелось получить ответы на свои вопросы.

Погода была солнечной, и у фонтана оказалось много людей. Под руку ходили парочки, мамы и папы гуляли с детьми, бабушки и дедушки сидели на лавках. Даша подошла к фонтану и внимательно оглядела его. По коже пробежали мурашки.

— От него и правда веет чем‑то мистическим, — произнесла она.

Как вдруг услышала женский голос за спиной:

— Привет.

Даша обернулась. Перед ней стояла Эстарот. Однако выглядела демоница не так, как обычно: она была в джинсах и простой кофте. Эстарот приветливо улыбалась и выглядела очень дружелюбно.

— Привет, — неуверенно ответила Даша.

— Ты ждёшь кого‑то? — спросила Эстарот.

— Да. Пару дней назад здесь был мужчина. Я хотела бы найти его. Он выглядел как бездомный, катил тележку с мусором перед собой…

— Зачем он тебе?

— Он дал мне одну вещь, похоже, что‑то старинное, и я хотела узнать о ней больше.

— Мой дедушка работал в антикварной лавке, и я немного разбираюсь в старых вещицах. Можно посмотреть? — спросила Эстарот.

— Да, я покажу.

Даша достала из кармана амулет и протянула его демонице. Эстарот взяла амулет и покрутила его в руках.

— Хм… Похоже, это обычная безделушка. Не думаю, что эта вещица может чего‑то стоить, — бросила она и вернула вещь Даше.

Однако пары секунд хватило Эстарот для того, чтобы подменить амулет на пустышку. Она вернула Даше копию, не обладающую никакой силой, а настоящий амулет незаметно положила в карман своей куртки.

— Не стоит переживать из‑за этого, — бросила она. — Лучше загадай желание.

Эстарот подмигнула Даше, сделала шаг назад и подкинула несколько монеток вверх. Перевернувшись в воздухе, монеты упали прямо в фонтан.

Демоница ушла. Даша посмотрела на воду в фонтане и произнесла:

— Я своё желание уже загадала…

Даша развернулась, чтобы уйти, но сделала это слишком резко и столкнулась с парнем, который стоял позади неё.

— Простите, — сказала она и подняла глаза на молодого человека.

Даше бросилось в глаза нечеловечески красивое лицо: острые скулы, безупречно гладкая кожа и греческий нос — всё в нём было прекрасно. Его большие глаза смотрели на неё в упор. Это был Аластор.

— Нужно смотреть, куда идёшь, — бросил он, отодвинул её рукой и сел на край фонтана.

Даша смотрела на него ещё с секунду, затем сделала несколько шагов прочь.

— Не стоит быть такой доверчивой, — сказал он ей вслед.

Даша остановилась и развернулась.

— О чём вы?

— Не стоит доверять незнакомцам. Эта девушка была совсем не доброй прохожей. Взгляни на свой сувенир внимательно.

Даша нахмурила брови. Она достала безделушку из кармана и разглядела её. Форма была та же, но надписи на неизвестном языке не было.

— Как вы…

— Как я узнал? — Аластор рассмеялся своим бархатистым смехом. — Тебе стоит быть внимательнее к своей жизни. Ведь ум выдают не только хорошие оценки, но и правильные решения.

Даша ещё пару секунд разглядывала пустышку. А когда подняла глаза, Аластора уже не было.

— Где он? Только что же был здесь…

Даша судорожно смотрела по сторонам. Аластора нигде не было.

— Будто в воздухе растворился.

Глава 8. Противостояние

Тёмно‑оранжевый закат разливался по небу. Был красивый вечер — один из тех, когда хочется, чтобы минуты тянулись как можно дольше.

Аластор сидел на краю фонтана и любовался заходящим солнцем.

— Это никогда не надоедает, — произнёс он. — Я любуюсь закатом тысячи лет, и он по‑прежнему прекрасен для меня.

— Приедаются только плохие вещи, — ответила Эстарот, появившись перед ним в пышном розовом платье.

— Сегодня какой‑то праздник? — спросил Аластор, удивлённо рассматривая её. — Ты будто на бал идёшь.

— Праздник справедливости. Ты и сам видел. Я получила своё. Теперь всё будет честно.

— Какая справедливость? — Аластор рассмеялся.

Эстарот гневно поджала губу.

— Это был мой амулет. Эстарот, верни его.

— Чтобы ты снова отдал его девчонке? Ни за что! — воскликнула она.

— Ладно, оставь себе, — бросил Аластор. Уголки его рта хитро потянулись вверх.

Эстарот с недоверием взглянула на него, сблизив брови. Аластор заметил это и расплылся в улыбке.

— Оставь его себе, я сдаюсь. Ты — самая упрямая демоница из всех, что я знаю, — сказал он.

Эстарот посмотрела ему прямо в глаза. Ей показалось, что он блефует. Или не показалось? Она не доверяла хитроумному Аластору, но ей ничего не оставалось делать.

— Вот и хорошо, — улыбнулась она. — Значит, с этим больше не будет проблем.

Она вытащила амулет и повертела его в руках. Аластор напряжённо наблюдал за её действиями. Затем выдавил из себя улыбку и произнёс:

— Доброй ночи, Эстарот.

Он ловким движением взял её руку и поднёс к губам. Поцеловав тыльную часть ладони, он удалился.

Эстарот смотрела ему вслед. Она боялась Аластора, потому что его поведение было для неё непредсказуемым.

Аластор был сильным и могущественным демоном. Когда‑то он был похож на Эстарот — безжалостный и мстительный, он не щадил никого. Таким он стал в аду, видя самые жалкие людские души. Он лицезрел все пороки людей; люди были ему отвратительны.

Эстарот и Аластор были близки. Они соревновались друг с другом в жестокости и часто проводили время вместе. Их отношения можно было назвать дружескими.

Эстарот стояла выше в адской иерархии, чем Аластор, но никогда не ставила себя выше него. Ей нравились гордость Аластора и его бесстрашие в общении даже с самыми высокопоставленными демонами. Она была очарована этим непредсказуемым и обаятельным демоном.

Однажды он ушёл на землю. Его ждала очередная миссия. Обычно после таких путешествий он возвращался с дикой радостью в глазах. Но в тот раз что‑то пошло не так. Аластор вернулся пустым и отрешённым. Эстарот так и не смогла узнать подробностей: демоны умалчивали о случившемся. После этого их связь с Аластором была разорвана.

Эстарот злилась на Аластора за то, что он сближался с людьми. Она видела, как в этом демоне всё больше и больше проявлялись ангельские черты. И это действительно пугало её. Она понимала, что нечто случилось с ним и необратимо изменило его. Между ними давно не было никакой дружбы, и она ненавидела его за это. И всё же он был ей дорог.

Демоница окунулась в воспоминания и не заметила, как солнце село и наступила ночь. Она неодобрительно покачала головой в ответ на свою слабость по отношению к Аластору. Затем прыгнула в фонтан и исчезла.

В полночь Аластор вернулся к фонтану. Его встретили пустые улицы и тусклый свет фонарей.

— Надеюсь, она спит, — прошептал он и прыгнул в воду.

Аластор появился в красивой спальне в готическом стиле. Он огляделся. На стенах висели картины эпохи Ренессанса, на полу лежала шкура белого медведя. А на огромной высокой кровати в шёлковых простынях спала Эстарот. Рядом, на тумбочке, лежал амулет.

Аластор тихо и медленно двинулся в сторону тумбочки. Он взял амулет, зажал его в руке и замер. С кровати послышалось сонное мурчание демоницы. Аластор медленно повернул голову и понял, что она не проснулась. Он повернулся к Эстарот лицом и посмотрел на неё с какой‑то грустью, затем сделал к ней шаг.

Красивое лицо Эстарот лежало на подушке. Её коралловые губы были чуть приоткрыты. Он нагнулся к ней и поправил свисающую на лицо прядь волос.

— Прости, Эстарот, — тихо произнёс он.

Затем он сделал прыжок и исчез.

Эстарот открыла глаза. Всё это время она не спала.

Аластор появился у окна Даши. Он не мог войти в дом без приглашения, поэтому решил бросить амулет в её комнату через окно. К счастью, оно было открыто. Точный бросок — и амулет попал на кровать. Он упал у самой головы девушки.

Демон прислушался. Издалека донёсся звук вихря.

— Неужели это… — только и успел произнести он.

Не успев отойти от дома Даши, Аластор попал в гигантскую чёрную воронку. Тёмная сила унесла его под землю.

Глава 9. Подарок

Суббота Насти началась с сообщений от Жени. «Доброе утро, — писал он, — как спалось?» Настя улыбнулась и ответила ему. Он сразу прочитал сообщение.

Некоторое время она ещё лежала в постели, переписываясь с ним. Улыбка не сходила с её лица. Однако нужно было вставать: ведь они с Алиной договорились встретиться в центре и выбрать подарок Даше на день рождения. Настя написала Жене, что у неё дела и она напишет позже.

Настя пришла к месту встречи чуть позже подруги. Они договорились встретиться у входа в торговый центр. Алина, увидев подругу, радостно замахала рукой.

— Привет, — сказала она.

— Привет, — улыбнулась Настя.

Девушки вошли в торговый центр и принялись искать подарок. Они долго бродили по торговым рядам, не находя ничего подходящего.

— Может, в книжный? — предложила Алина.

— Пойдём, — кивнула Настя.

Они несколько минут ходили между полок с книгами, пока не наткнулись на мистическую литературу. Настя взяла массивную книгу и открыла её на первой странице.

— Смотри, она любит такое, — тихо сказала она.

— «Мифы и легенды о демонах», — прочитала название книги Алина. — Думаешь, стоит ей это дарить? Её и так из дома не выведешь лишний раз. Она станет затворником с этой книгой.

— Если у тебя есть другие варианты, я готова их рассмотреть, — бросила Настя.

— Ну, давай возьмём её, — ответила подруга, разглядывая книгу. — Она красивая. Это подарочное издание?

— Похоже на то. Давай упакуем красиво и открытку приложим?

— Давай.

Подруги вышли из торгового центра. Погода была солнечной, ветра почти не было. Они решили погулять.

— Пойдём по главной улице? — предложила Алина.

— Пойдём, — согласилась Настя.

Девушки прогуливались и активно обсуждали события последних дней.

— Как твоё свидание? — спросила Алина.

— Отлично! Это было так романтично. Мы сначала ехали в автобусе и говорили обо всём. Потом пошли на мелодраму, а посередине фильма он взял меня за руку! — восторженно рассказывала Настя.

— Здорово, — улыбнулась Алина. — И всё‑таки действительно странно, что с ним произошли такие перемены. Ведь Артур по‑прежнему его друг, и ты ему нравишься уже давно.

— Глупости, — отмахнулась Настя. — Всё это неважно.

— Просто поставь себя на его место. Мне было бы очень обидно, если бы ты начала встречаться с тем, кто нравится мне. Разве после такого можно сохранить дружбу?

Разговор девочек был прерван звонком от Жени.

— Прости, мне нужно ответить, — улыбнулась Настя.

— Ок, — бросила Алина.

— Привет! Да‑да, мы гуляем с Алиной. Что? Правда? Ха‑ха‑ха. Я перезвоню тебе чуть позже, ладно? — говорила Настя в трубку. — Пока, до встречи!

Настя улыбнулась, глядя на телефон. Затем заблокировала экран и положила мобильный в карман.

— Что сказал? — спросила Алина.

— Скучает, ждал, что я напишу, — ответила Настя.

— Слишком навязчиво. Ты не любишь такое, — заметила подруга.

— Он просто внимательный, ничего ты не понимаешь, — отмахнулась Настя.

— Как знаешь.

— Кстати, как дела с танцами?

— Всё отлично. Преподавательница предложила мне участвовать в конкурсе. Можно выиграть бесплатное обучение в хореографическом университете. Но нужно будет много тренироваться после уроков.

— Ого, звучит здорово! — воскликнула Настя. — А мама как к этому отнесётся?

— Я ей ещё не говорила, — произнесла Алина. — Она считает, что я занимаюсь ерундой.

— Но тебе придётся рассказать. Ведь у неё будет много вопросов, когда ты станешь приходить позже.

— Не будет. Она работает до шести вечера, к этому времени я точно буду дома.

Настя пожала плечами.

— Звучит как не самый лучший план, — сказала она.

Глава 10. День рождения

Было утро воскресенья. Солнечные лучи пробивались в окно через полупрозрачные занавески. Даша проснулась и потянулась в постели.

— Просыпайся, сестрёнка, сегодня большой праздник!

Даша повернула голову на голос и заметила Леру, стоящую у кровати. Её сонные глаза‑щёлочки широко открылись.

— Что, так сразу? Я думала в свой день рождения выспаться хорошенько.

— Сначала прими мои поздравления!

Даша села на кровати. Лера поставила перед ней глянцевый пакетик.

— Ну же, открывай.

Даша перевернула пакет и взглянула на свой подарок. Это было лёгкое симпатичное платье из бутика.

— Красивое. Спасибо, — улыбнулась Даша.

— Носи на здоровье, — ответила сестра.

Реакция Даши на подарок удовлетворила Леру. Она поспешила удалиться из комнаты, но у двери вдруг обернулась.

— Ах да, иди завтракать. Мама приготовила блинчики.

Лера вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.

Даша упала на подушку и ощутила, что легла на что‑то маленькое и жёсткое. Она запустила пальцы под голову и обнаружила амулет.

— Как он здесь оказался? — удивилась она.

Амулет выглядел иначе, чем в последний раз, когда она смотрела на него. На нём была та же надпись на незнакомом языке, которая удивила Дашу при первом контакте с вещицей.

— Может, мне привиделась встреча с тем человеком? — решила она.

Но отличие было не только в надписи. Амулет теперь был на ниточке, так что она могла повесить его на шею.

«Как всё это странно, — подумала она. — Но это так похоже на подарок. Надену его на шею».

Даша расправила нитку и надела украшение. Амулет был длинным и доставал до зоны декольте. Она встала с кровати и посмотрела в зеркало.

— Выглядит как старинное украшение, — произнесла она вслух. — Мне нравится.

Даша умылась, надела новое платье и вышла на кухню. На кухне были папа, мама и сестра. Повсюду разносился запах блинчиков со сгущёнкой.

— Привет, дорогая, — сказала мама, улыбнувшись, и поцеловала её. — С днём рождения!

— Спасибо.

— С днём рождения, дочка, — сказал папа.

Он протянул Даше руку с конвертом. Даша неторопливо взяла его.

— Это от нас с мамой. Купи себе что захочешь.

— Спасибо, пап. Спасибо, мам, — улыбнулась Даша. — Для меня лучший подарок — что вы перестали ссориться.

Родители неловко улыбнулись и переглянулись. В этой реакции Даша заметила что‑то странное.

— Сегодня хороший день, давай не будем думать о плохом, — сказала мама с улыбкой.

— Конечно, сегодня твой день, и только это имеет значение, — поддержал папа.

«Они переводят тему? — подумала Даша. — Они что‑то скрывают или недоговаривают, это точно».

Настал вечер. Мама резала последние ингредиенты для салата. Даша и Лера накрывали на стол. Папа следил за духовкой, в которой запекалась утка.

В десять минут восьмого в дверь позвонили. Это были Алина и Настя.

— Пришли! — улыбнулась Даша, открывая входную дверь.

— Привет, с днём рождения! — хором сказали подруги. — Это тебе.

Они протянули Даше подарок и стали снимать куртки.

— Спасибо, — сказала Даша. — Проходите.

На кухне царила дружелюбная атмосфера. Алина и Настя активно поддерживали диалог, мама и папа были приветливы, а Лера даже убрала со стола телефон. Все с аппетитом ели утку с картошкой и салаты.

— Как дела с твоими танцами, Алина? — спросила Лера.

— Всё отлично. В ближайшие недели я буду заниматься каждый день. Готовлюсь к выступлению на конкурсе современных танцев.

— Это так круто! — воскликнула Лера. — Я видела, как ты танцевала в школе, это и правда впечатляет.

— Твоя мама, наверное, гордится тобой, — сказала мама Даши, улыбнувшись.

— Э‑э, да, — бросила Алина. Ей стало неловко, и она поспешила перевести тему: — Лер, а как дела с твоей подготовкой к поступлению в театральный?

— Всё хорошо, — улыбнулась Лера. — Сейчас хожу на курсы актёрского мастерства.

— Лера очень талантливая, — сказал папа. — Мы с мамой гордимся её смелостью.

«Как же повезло Лере и Даше, — подумала Алина. — Моя мама никогда не признает моё увлечение танцами».

После ужина родители вышли из кухни. Алина, Настя и Лера также неожиданно отлучились. Выключился свет. Это был ожидаемый, но всё же приятный сюрприз. Родители вынесли красивый торт со свечками, сестра и подруги были рядом.

— С днём рожденья тебя, с днём рожденья тебя, с днём рожденья поздравляем, с днём рожденья тебя! — пропели все хором.

— Загадывай желание, — сказала Лера.

Даша загадала, чтобы все недопонимания между родителями развеялись. Она задула свечи на торте и почувствовала себя счастливой, но тут же испугалась своих чувств.

«Всё слишком хорошо, так не бывает. За эти минуты счастья точно придёт расплата», — подумала она, но вида не показала. Однако всю оставшуюся часть вечера её улыбка была несколько натужной.

И это не было пустой тревогой. Даша предчувствовала приближение беды. Совсем скоро ей предстояло столкнуться с серьёзными испытаниями в своей жизни.

— Мам, ты не против, если мы погуляем во дворе у дома? Потом я провожу Настю и Алину до остановки.

— Конечно, идите. Только не возвращайся слишком поздно.

Девушки закончили с праздничным ужином, надели куртки и вышли из дома.

Недалеко от подъезда во дворе стояли качели. Алина и Даша сели на них и стали качаться. Настя стояла рядом и раскачивала Алину.

— Напиши нам, когда откроешь подарок, — сказала Настя.

— Я удивилась, почему ты не сделала этого сразу, — бросила Алина. — Даже обидно.

— Мне очень интересно, что вы мне подарили. Но я хотела открыть подарок позже. Думаю, там какая‑то интересная книга. И мне сложно было бы посмотреть на неё и тут же не начать читать.

— Я не понимаю, о чём ты, — улыбнулась Настя.

— А я понимаю, — сказала Алина. — Это как если бы я очень сильно хотела танцевать, но мне можно было бы сделать только одно движение. В твоём случае лучше подойдёт аналогия с отношениями. Представь, что ты можешь только на секунду взглянуть на Женю, но после некоторое время смотреть на него совсем не сможешь. Ведь лучше подождать и насладиться желаемым в полной мере, чем вот так неприятно прерываться.

— А ты умнее, чем кажешься, — посмеялась Даша.

— Да ну тебя! — сказала Алина и шуточно толкнула её.

— Кстати, как дела с Женей? — спросила Даша.

— Всё отлично. Он много пишет и звонит, — ответила Настя. — Ох, девочки, кажется, я по уши влюблена!

— Надолго ли? — улыбнувшись, произнесла Алина, наклоняясь к Даше.

— Эй! Вообще‑то я всё слышу, — сказала Настя.

— В этот раз всё по‑другому, вот увидите!

— Мы надеемся на это, — тепло ответила Даша.

Глава 11. Приглашение в ад

Аластор пришёл в себя. Веки его медленно поднялись, он моргнул пару раз и увидел перед собой высокого мужчину — это был демон Ваалберит. Аластор огляделся. Они находились в кабинете. Кроме них, не было никого.

Аластор попытался встать, но ноги его не слушались.

— К чему это? Я бы и сам пришёл, — сказал он.

— Мы призывали тебя, ты игнорировал нас, — произнёс Ваалберит своим низким голосом.

Тёмная кожа демона блестела под светом ламп. Он выглядел гордо и внушал огромную силу. Ваалберит был секретарём ада, которого все знали, уважали и боялись. Он славился спокойным нравом, однако для тех, кому всё же удавалось его разозлить, он был самым настоящим кошмаром.

Аластор наконец пересилил себя и смог подняться.

— Во всяком случае, теперь я здесь, Ваалберит. Чем обязан? — спросил он.

— Ты теряешь хватку. Это не ускользнуло от Люцифера. Он недоволен.

— В чём дело? Я не делал ничего, что противоречило бы законам ада.

— Ты помогаешь людям. И это не в первый раз. Ты забыл своё место? — спросил Ваалберит.

— Я действую так, как считаю нужным, и не вижу смысла оправдываться, — уверенно и спокойно ответил Аластор.

— Сядь.

Ваалберит указал на стул у стены. Сам он сделал шаг к столу и присел на его край. Аластора не пришлось просить дважды. Он всё ещё ощущал слабость после перемещения в воронке. Демон послушно опустился на стул.

— Слушай, — начал Ваалберит. — Я понимаю. Случившееся тогда подкосило тебя. Ты изменился. Но не стоит так подставляться. Будь это впервые, никто бы и пальцем не пошевелил, но после истории в том поселении тебе не доверяют. За тобой следят всё время. И все знают, что ты теряешь себя как демон. Но пойми: у тебя нет ничего больше. Если ты не будешь демоном, то ты не будешь никем.

Он сделал паузу и взглянул на Аластора — вид у демона был отстранённый. Ваалберит продолжил:

— Они хотят стереть тебя. Ты исчезнешь, понимаешь?

Аластор равнодушно посмотрел на него и ответил:

— Мне всё равно. Я слишком долго был тем, кем не являюсь.

— Ты глупец! — воскликнул Ваалберит.

— Знаю, — бросил Аластор. — Я так понимаю, это последнее предупреждение?

— Последнее. Просто не делай ничего, что нарушало бы правила ада, — ответил Ваалберит.

Он подошёл к Аластору, положил руку ему на плечо и сказал:

— Не разбрасывайся амулетами, не принимай сторону людей, не зли Люцифера. Это всё, что нужно знать. Я не желаю тебе зла, Аластор. Ты мудрый демон и должен знать, как устроен наш мир. Ты останешься ни с чем, если будешь нарушать правила, которые установлены высшими.

Аластор усмехнулся, скинул руку демона с плеча и поднялся. Его всё ещё немного шатало от слабости.

— Спасибо за беспокойство, Ваалберит, — сказал он и вышел из кабинета. — Привет Люциферу!

Глава 12. Воспоминание

Упоминание Ваалберита о случае в поселении было не случайно. Ведь именно тогда Аластор необратимо изменился.

Это было сотни лет назад. Для демона, давно потерявшего счёт времени, легко было забыть год или месяц, в который произошли определённые события. Но Аластор помнил каждую секунду августа в далёком 1594‑м году — помнил так ясно, будто это случилось вчера. В его памяти время не стиралось, а застывало, как смола, сохраняя каждую деталь: запах гари, скрип деревянных балок, шёпот ветра, который казался ему насмешливым.

То был засушливый год, и пожары обрушились на многие южные поселения, словно сама земля решила очиститься огнём. Пламя пожирало поля и леса, оставляя после себя чёрную, безжизненную пустошь. Аластор был отправлен в одно из таких поселений с миссией. Его задачей была месть всей деревне за нарушение правил ада — жестокая, показательная, чтобы ни у кого больше не возникло желания бросать вызов преисподней.

Дело в том, что торговец из деревни призвал обрядом демона Маммона для получения большей прибыли и каким‑то образом, при помощи местной ведьмы, сумел взять его в плен. Это было немыслимо: смертный, подчинивший себе демона. Торговец поработил Маммона и некоторое время его не отпускал, заставляя исполнять свои прихоти, выжимая из него силу, как воду из мокрой тряпки. Он держал демона в подвале своего дома, в кованых цепях, пропитанных солью и кровью, и даже не понимал, какую беду навлекает на всех.

Демоны провели собрание и решили уничтожить всю деревню. Аластор, как демон мести, был ответственен за то, чтобы люди сами произвели расплату над торговцем — чтобы вина и ненависть вскипели в их сердцах и заставили их стать собственными палачами.

Аластор использовал несколько уловок и так запутал жителей деревни, что они сами готовы были уничтожить торговца. Он подменил его продукты на плохие — так, что все жители отравились. Хлеб стал горьким, мясо — тухлым, вино — кислым, но никто не заподозрил подвоха сразу. Когда люди начали падать, хватаясь за животы, страх и паника быстро переросли в ярость. Односельчане поймали торговца и привязали его к столбу на главной площади, обвиняя во всех бедах, которые обрушились на их дома.

Торговец был сожжён на главной площади. Крики его сливались с треском пламени, а пепел кружился в воздухе, оседая на лицах тех, кто пришёл посмотреть. И после смерти его Маммон был освобождён. Демон, только сняв с себя оковы, стал раздувать пожар, его смех звучал как раскаты грома. Так была сожжена вся деревня — огонь пожирал дома, амбары, сараи, не оставляя ничего, кроме обугленных каркасов и горького запаха дыма.

Аластор наслаждался всеобщим безумием и криками вместе с Маммоном. Он впитывал страх и отчаяние людей, как пересохшая земля впитывает дождь, и это давало ему силу. Как вдруг его потянула за подол платья маленькая девочка.

— Это вы сделали? — спросила она.

Взгляд её был невинный, почти прозрачный, будто в нём не было места тьме. Она смотрела на него без страха и без осуждения. В её глазах была только глубокая грусть — такая тяжёлая, что казалась почти осязаемой. На её платье виднелись пятна сажи, а в волосах запутались сухие травинки. Она стояла босиком на горячей земле, но не морщилась, не отдёргивала ноги.

— Ты не должна быть здесь! — бросил Аластор и оттолкнул её ногой, резко, почти небрежно, как отгоняют назойливую муху.

Девочка упала, подняв облачко пыли, но не отрывала от него взгляда. Пыль осела на её ресницах, но она даже не моргнула.

— Ты солдат ада. Ты не можешь понимать нас, не можешь чувствовать, лишь слепо исполняешь приказы, — сказала она. — Но сегодня ты станешь собой, ты почувствуешь настоящую боль.

Её голос звучал тихо, но в нём была такая твёрдость, что он на мгновение замер, будто впервые услышал что‑то, что не было ни криком, ни мольбой, ни проклятием.

Девочка поднялась, отряхнула платье, словно это был самый обычный жест, и пошла прямо в огонь. Пламя обступило её, но на секунду показалось, что оно отступает, будто боится коснуться её. А потом она исчезла в огненном вихре, растворилась в нём, как капля воды в океане.

Аластор, недоумевая, смотрел ей вслед. Он не чувствовал ни вины, ни сожаления — только странное, колючее недоумение. Как вдруг его пронзила резкая боль. Боль не была физической: его разрывало от тревоги, обиды и отчаяния, которые испытывали жители деревни в последние минуты своей жизни. Это была чужая боль, но она стала его собственной, впиваясь в сознание тысячами острых игл.

Он упал на колени и схватился за голову, пытаясь удержать в ней хоть что‑то, кроме этого невыносимого потока чужих эмоций. Земля под ним казалась раскалённой, воздух — тяжёлым, словно пропитанным пеплом. Голос девочки эхом звучал в его ушах:

— Ты почувствуешь настоящую боль…

И он почувствовал. Впервые за сотни лет он не просто наблюдал за страданиями — он проживал их. И это было страшнее любого наказания ада.

Глава 13. Признание

Аластор прогулочным шагом подошёл к фонтану. Была глубокая ночь, и падающий свет фонарей отчётливо выделял его скулы, делая их ещё более острыми, а тени под глазами ложились глубокими тёмными полукругами, придавая лицу измождённое, почти болезненное выражение. Он шёл засунув руки в карманы куртки, и каждый его шаг звучал по брусчатке гулко и одиноко.

У фонтана стояла Эстарот. Она не двигалась, только ветер шевелил подол её тёмного платья. Вид у неё был спокойный, даже равнодушный, но пальцы, сцепленные перед собой, были сжаты так крепко, что побелели костяшки.

— Соскучилась? — Аластор приблизился к ней и улыбнулся своей невероятной улыбкой, только она вышла кривой.

— Почему ты защищаешь эту девчонку? — спросила она, и голос прозвучал ровно, почти буднично, но в нём угадывалась тщательно скрываемая злость.

— У неё светлая душа, — ответил он просто, словно говорил о погоде.

— Ты же демон, как можно быть таким… — Эстарот повернула голову и посмотрела на Аластора. Слова застряли у неё в горле. Взгляд у него был пустой, почти отсутствующий, словно он смотрел сквозь неё, сквозь фонтан, сквозь всю эту ночную площадь — на что‑то, чего видеть она не могла. Тёмные глаза не блестели, не отражали фонарного света, будто внутри них погасли все искры. — Что с тобой?

Аластор чуть повёл плечом, будто сбрасывая невидимую тяжесть. Помолчал. Потом заговорил, и голос его звучал тише обычного, без привычной бархатистой небрежности:

— Я потерял свою власть в аду, Эстарот. Возможно, это последняя миссия.

Эстарот отвернулась от него. Резко, будто не хотела, чтобы он увидел её лицо. Она уставилась на фонтан, на воду, на каменного дракона, но явно не видела ничего из этого.

— Ты словно этого и добивался, — тихо произнесла она. — Скажи, зачем ты украл амулет? Чем это поможет тебе?

— Я не хочу, чтобы ты мучила её, — ответил он. — Пусть её желание исполнится. Тебе мало двух истерзанных душ? Возьми мечтающую о сумасшедшей влюблённости парня и ту, которая хочет хорошие оценки, не прилагая усилий. Их желания были эгоистичны, и это будет справедливо.

Каждое слово он произносил медленно, точно расставлял фигуры на доске, и от этой размеренности Эстарот вдруг стало не по себе.

Она повернулась к нему. Посмотрела глазами, полными отчаяния — и это было так внезапно, что Аластор невольно отступил на полшага. Эстарот всегда была гордой, дерзкой, колкой, а сейчас перед ним стояла растерянная девушка с дрожащими губами.

— Почему демон мести вдруг стал ангелом справедливости? — спросила она, и голос её дрогнул. — Что с тобой стало?

— Это лишние вопросы, дорогая, — улыбнулся он, и улыбка вышла горькой, почти жалкой. — Если ты звала меня ради того, чтобы задать этот вопрос, то я вынужден уйти.

Он развернулся, сделал первый шаг. Спина его напряглась, будто он ждал чего‑то, чего сам себе не мог объяснить.

— Нет, стой! — воскликнула она, и голос её прозвучал слишком громко, слишком надломленно для ночной тишины.

— Да? — он остановился, но не обернулся. Только чуть повернул голову, и профиль его на мгновение вырисовался на фоне фонарного света.

— Я хотела сказать…

— Что же? — теперь он повернулся полностью, и в глазах его мелькнуло что‑то живое, настоящее, но тут же погасло.

Эстарот сглотнула. Она стояла, вцепившись руками в край фонтана за спиной, точно ей нужна была опора. Лицо её побледнело, и золотистый свет фонаря сделал его почти призрачным.

— Я люблю тебя.

Сказанное упало в тишину, как камень в воду. Аластор на секунду застыл, будто раздумывая, действительно ли он услышал эти слова. Лицо его оставалось неподвижным. Затем громко и раскатисто рассмеялся, но смех вышел неровным, с каким‑то надрывом, словно он смеялся не над ней, а над собой.

— Ты всегда умела найти время для шутки, Эстарот, — сказал он, и голос чуть охрип. — Доброй ночи!

Аластор скрылся с глаз — не растворился в тени, как обычно, а просто шагнул в темноту между фонарями и пропал, будто его никогда не было. Лишь лёгкое колебание воздуха выдавало место, где он стоял мгновение назад.

Эстарот закрыла лицо руками и тихо выдохнула. Плечи её опустились, и вся она словно стала меньше, точно из неё вынули стержень, державший её прямо.

— Какой ты глупый, Аластор, — сказала она, и голос её прозвучал глухо в ночной тишине.

Глава 14. Тайное знание

Даша проводила подруг до остановки и посадила их на автобус. Вернувшись домой, она умылась, переоделась в домашнее и, взяв книгу, прыгнула на кровать. Девушка включила фонарик и закрылась с книгой под одеялом.

— «Мифы и легенды о демонах», — прочитала она. — Интересно.

Даша листала глянцевые страницы одну за другой, пока не наткнулась на нечто особенное.

— «Эстарот, исполняющая желания», — прочитала она. — Эта демоница может исполнить любое желание. Однако цель её вовсе не помощь. Она исполнит просьбу и обратит её против человека. Демон цепляется за формулировку, поэтому очень важно подбирать правильные слова, загадывая желание. А ещё важно думать о последствиях своих желаний.

Даша на секунду остановилась, а потом продолжила:

— «Эстарот может входить в реликвии, в предметы интерьера и жить в них до тех пор, пока не осуществит свою миссию. Её цель — получение человеческих душ?!»

«О боже, — подумала Даша. — Что, если Эстарот была у того фонтана? Может быть, она слышала наши желания? Тогда нам грозит настоящая опасность!»

На следующий день в обеденный перерыв девушки активно обсуждали последние события.

— Да нет, быть не может! — воскликнула Алина.

— Что за чушь, — посмеялась Настя.

— А вам не кажется странным, что все наши желания исполняются? Ты, Настя, неожиданно обрела любовь Жени, которому и дела до тебя не было. Ты, Алина, получила высший балл по биологии. Я… я загадала, чтобы мои родители перестали ругаться. Они изменились. Больше никаких ссор, — сказала Даша.

— Это простое совпадение, — махнула рукой Настя.

— И правда, ты слишком много думаешь, — бросила Алина.

— Может, пойдём сегодня к фонтану? Поищем какие‑то зацепки? — спросила Даша.

— Я не могу, — бросила Алина.

— Твои усиленные тренировки по танцам начинаются сегодня? — спросила Настя.

— Да, — кивнула Алина.

— А я сегодня иду на свидание с Женей. Прости, Даш, может, в другой раз?

— Да, хорошо, — ответила подруга.

Рядом прошёл Женя. В руках у него был букет. Он остановился возле Насти и встал на колено. Дети в столовой дружно засвистели и захлопали. Настя была в восторге.

— Это тебе! — воскликнул он. — Как символ моих чувств.

— Спасибо, — улыбнулась Настя и взяла букет. — Он очень красивый.

Женя улыбнулся и скрылся из виду. Алина и Даша переглянулись.

— А это не слишком? — спросила Алина. — Показуха какая‑то. Так на него не похоже.

— Он смотрит на тебя так, словно околдован, — заключила Даша.

— Вы просто завидуете, что самому крутому парню в школе нравлюсь я, а не одна из вас, — бросила Настя. — Не можете просто порадоваться за подругу. Пока!

Она встала, взяла поднос и вышла из‑за стола.

— Что с ней такое? — спросила Даша.

— Переходный возраст, — ответила Алина.

Глава 15. Конфликт интересов

Две недели пролетели незаметно. Каждый день после учёбы Алина посвящала себя танцам. Усиленные тренировки давались ей нелегко, но девушка поставила перед собой цель — победить во что бы то ни стало.

Преподавательница подчёркивала успехи, которые делала Алина. С каждым днём её танец становился всё более совершенным. И вот настал день Х — тот самый день, когда Алина должна была показать свои навыки на конкурсе.

— Конкурс будет завтра. Будь там за час до начала, чтобы точно не опоздать, — сказала преподавательница танцев.

— Да, хорошо, — ответила Алина.

— У тебя отличный танец, но конкуренция велика. Ты должна будешь выложиться на все сто процентов.

— Я поняла. Сделаю всё возможное и невозможное.

— Я в тебя верю.

Преподавательница одобрительно похлопала девочку по плечу. Алина улыбнулась и сказала:

— Спасибо вам за эту возможность.

— Только не упусти её.

Алина отправилась домой. Она была счастлива: они с преподавательницей поставили отличный танец. Победа в конкурсе означала не только признание её таланта. Победив, она смогла бы доказать матери, что танцы — это не просто увлечение, а дело всей её жизни.

Девушка так и не решилась признаться, что готовится к выступлению. Она приходила домой за считанные минуты до матери и тряслась от страха, что её заметят.

Не призналась Алина и в том, что её совершенно не интересует биология. Поэтому по вечерам два раза в неделю ей приходилось заниматься с репетитором, которого наняла мама. Занятия по биологии были невыносимо скучными — каждый урок для Алины тянулся целую вечность. Но она так и не решалась поговорить с матерью.

— Алина, репетитор сказал, что ты молодец, — сказала мама после очередного занятия.

«Ещё бы, — думала Алина. — Если она скажет, что я не обучаема, мама ей вряд ли заплатит».

— Алина, тебе нужно уйти после девятого класса и подать документы в химико‑биологический колледж. Мне посоветовали один — говорят, там обучались известные учёные, — продолжала мама.

— Уйти после девятого?! — воскликнула Алина.

— Да. Раз ты делаешь успехи в биологии, нужно и дальше идти в этом направлении. Я найму тебе ещё репетитора по химии.

«Во что же я вляпалась», — думала Алина.

— Завтра в 15 часов ты должна будешь сходить со мной к нашему знакомому по поводу твоего поступления.

«О нет, завтра в это же время я должна быть на конкурсе танцев!» — подумала Алина. Она тут же покраснела и начала тяжело дышать от переполняющих эмоций.

— Что с тобой? — спросила мама.

— Мам, — начала она, — я хочу тебе кое‑что сказать.

— Да?

Алина представила, как признаётся матери. Как та сначала громко кричит в ответ, а потом выгоняет её из дома. И решила промолчать.

— Я… завтра не могу, у меня были планы.

— Так перенеси свои планы, — усмехнулась мама. — Планы у неё. Твоё будущее важнее всяких гулянок.

Алина хотела сказать что‑то ещё, но прикусила язык. В эту ночь она почти не спала. Каждую минуту бессонной ночи она думала лишь о том, что ей делать дальше.

Глава 16. Напряженные отношения

За прошедшие две недели отношения Насти и Жени изменились. Они много времени проводили вместе. Женя всё больше тянулся к Насте — он буквально боготворил её. Цветы, конфеты, игрушки — всё это он дарил возлюбленной каждый день.

Настя сначала была очень рада: она много улыбалась, смеялась вместе с ним. Но бесконечные звонки, сообщения и встречи понемногу начали её утомлять. Женя требовал каждую секунду её внимания и не оставлял ни на минуту.

Настя уставала от Жени. Она стала медленнее отвечать на сообщения, иногда пропускала его звонки. Однажды Настя не отвечала Жене целых два часа. Он пришёл к ней домой и с порога начал расспрашивать:

— Почему ты не ответила? Что‑то случилось?

— Ничего. Я просто была в ванной.

— Два часа?

— Да. Жень, зачем пришёл?

— Я хотел позвать тебя погулять.

— Я сейчас не хочу гулять.

— Тогда посидим дома, посмотрим фильм?

— Я не хочу.

— Тогда… встретимся завтра, — произнёс он.

Настя кивнула и закрыла дверь прямо перед его носом. Женя постоял у двери ещё с минуту, потом ушёл.

Вечером того же дня Настя встретилась с Дашей.

— Даша, я не понимаю, что с ним не так. Он каждую секунду хочет быть со мной. Мне не хватает личного пространства. Он такой навязчивый!

— Он просто влюблён, — ответила Даша. — Как он, по‑твоему, должен себя вести?

— Заниматься иногда своими делами! — воскликнула подруга. — Ты знаешь, что он стал пропускать тренировки?

— Женя?

— Да! Прежде он ходил на каждую тренировку. Все знали, что он лучший из лучших, потому что занимается всё свободное от учёбы время. А сейчас он ходит раз в неделю — и то, если я занята. Он никогда таким не был. Он стал безответственным. Мне нравился тот Женя — целеустремлённый, помешанный на спорте, настоящий лидер. А не этот!

— То есть он тебе уже разонравился? — спросила Даша, чуть улыбнувшись.

— Да… то есть нет… Я просто устала от него, — ответила Настя.

— Его поведение кажется немного странным, — задумчиво произнесла Даша. — Но всё же он влюблён. А влюблённые часто делают глупости.

— Даже не знаю, — протяжно сказала Настя. — Лучше бы всё было как раньше: когда он нравился мне, а меня не замечал.

Глава 17. Расследование Даши

Прошедшие две недели многое изменили для Даши. Девушка искала ответы на свои вопросы. Она верила: с жизнью её подруг что‑то не чисто. Да и безосновательное примирение её родителей вызывало сомнения.

Первым делом Даша решилась поговорить с родителями. Когда папы не было дома, она подошла к маме и спросила:

— Мам, почему вы перестали ругаться?

Мама, казалось, не удивилась вопросу.

— Дело в том, что мы с папой… уладили один вопрос, — ответила она.

— Какой вопрос? — не унималась Даша.

— Ты узнаешь, когда придёт время, — сказала мама, улыбнулась и погладила Дашу по голове.

Даша поняла, что от мамы ответа не добиться. Тогда она подкараулила папу у работы и задала ему тот же вопрос:

— Пап, почему вы с мамой перестали ругаться?

Папа рассмеялся своим добрым смехом.

— Мы приняли одно решение, которое разрешило все наши вопросы, — ответил папа.

— Какое?

— Этого я сказать не могу, — спокойно ответил он. — Ты всё узнаешь чуть позже. Не забивай этим голову. Хорошо учись и гуляй с подружками — тебе не стоит переживать из‑за нас с мамой.

Даша не была удовлетворена таким ответом. Но разговорить родителей она не смогла.

Придя домой, Даша принялась снова листать книгу о демонах. Она дошла до информации об Эстарот и стала перечитывать её:

«…Эстарот может входить в реликвии, в предметы интерьера и жить в них до тех пор, пока не осуществит свою миссию. Её цель — получение человеческих душ. Изображение Эстарот в литературе и на картинах обычно сопровождается образом демонического дракона».

Даша запнулась. В её памяти всплыл образ фонтана на главной улице.

— Этот фонтан желаний… он ведь украшен головой дракона! — воскликнула она.

Был уже вечер, но это не остановило Дашу. Она быстро собралась и отправилась к фонтану. Девушка почти добралась до него, когда прохожие на улице перестали двигаться.

— Что происходит? — тихо сказала она.

Люди стояли, словно в заморозке. Даша взглянула на наручные часы: секундная стрелка не двигалась. Вдруг девушка услышала чей‑то голос. Она повернула голову и увидела, что у фонтана стоят парень и девушка — это были Аластор и Эстарот.

«Я уже видела их, — подумала Даша. — Эта девушка забрала у меня сувенир, а парень заговорил со мной у фонтана».

Даша спряталась за столб, чтобы подслушать их разговор.

— Нам пора завершать эту миссию, всё уже готово, — сказала Эстарот.

— Давай как можно скорее покончим с этим, — ответил Аластор.

— Не ввязывайся в это, я сама всё сделаю. Просто забери у девчонки амулет и верни его мне.

— Я не смогу. И ты тоже не сможешь — я наложил на него заклятье. Ни один демон не прикоснётся к нему.

— Ты! — эмоционально крикнула она, затем взяла себя в руки и продолжила: — Ты понимаешь, какой опасности подвергаешь нас? И не только нас, но и её? Это ценная реликвия — она может быть отнята у неё насильно кем‑то из высших.

Даша рукой нащупала на шее амулет и покрутила его в пальцах.

«Может ли всё это быть связано со мной?» — думала она.

— Забирай души тех двух девочек, и на этом закончим.

— Ты безрассуден, Аластор! — воскликнула Эстарот. — Пожалуйста, просто уходи. Я не могу больше тебя видеть.

«Аластор», — повторила про себя Даша.

Аластор исчез — Даша и моргнуть не успела. Люди на улице зашевелились и, как ни в чём не бывало, продолжили свой путь.

Даша вернулась домой. Она судорожно листала книгу о демонах.

— Аластор! Есть! — воскликнула она. — Аластор, демон мести. Сильный демон, способный запутать человека в собственных чувствах. Призывается для наказания людей. Способен ввести своих жертв в бесконечный круг мести, из которого нет выхода…

Даша в ужасе захлопнула книгу. Из окна резко подул ветер, и створка распахнулась.

— Ах!

Даша испугалась. Она быстро закрыла окно и вернулась на место. Некоторое время девушка сидела не двигаясь, обдумывая произошедшее.

— Неужели девушка с амулетом — это я? — спросила она сама себя и вновь коснулась реликвии на шее. — Если так, значит, теми двумя душами могут быть Алина и Настя. Мне нужно следить за ними некоторое время, чтобы подтвердить или опровергнуть эту теорию.

Глава 18. Болен любовью

Этим вечером Женя и Настя гуляли вместе. Настя молчала и почти не смотрела на него — она то и дело строчила сообщения в телефоне. Женя же не отрывал от неё взгляда и всё время что‑то говорил. Он крепко держал Настю за руку.

— …А летом ты поедешь со мной на Чистое озеро? Там у моей бабушки дача.

— Да‑да, — на автомате отвечала Настя.

— Там такая красивая природа, воздух… Не то что в городе.

— Круто.

— Что там? — спросил Женя, вдруг остановившись. — Копание в телефоне тебе кажется более интересным, чем разговор со мной?

— Я просто ответила подруге, — буркнула она.

— Ты врёшь! — вдруг вскипел он. — Ты переписываешься с парнями? А ну дай телефон сюда!

Женя начал вырывать телефон из рук Насти. Девушка взглянула на него с раздражением и сделала шаг назад.

— Ты с ума сошёл? Что ты делаешь?! — воскликнула она.

— Ты переписываешься с Артуром? Дай телефон сейчас же! — продолжал Женя.

Настя развернулась и убежала к остановке. Женя догонять её не стал — он был очень зол.

После прогулки с Настей парень пришёл домой поздно. Отец уже ждал его у двери.

— Женя, где ты был? — строго спросил он.

— Гулял со своей девушкой, — спокойно ответил сын, снимая куртку.

— Ты с ума сошёл? Какая девушка? Скоро соревнования, ты должен играть лучше всех, чтобы тебя заметили на игре.

— Мне это неинтересно, — бросил Женя и пошёл в свою комнату.

Отец был в ярости. Он снял свой ремень, сложил его вдвое и последовал за сыном. Но Женя запер дверь на ключ, так что отцу оставалось только стоять у порога и бить в дверь кулаком.

— Открой сейчас же! — кричал он. — Нам надо поговорить. Открой!

— Знаю я твои разговоры, — слышался голос за дверью. — Мне плевать на твой спорт и на тебя плевать.

Отец продолжал стучать в дверь. А Женя свернулся калачиком у кровати и схватился за голову. Парень не понимал, что с ним происходит.

Утром следующего дня Женя пришёл к дому Насти. Настя, увидев его, быстрым шагом пошла к остановке.

— Насть, нам надо поговорить, — сказал он, следуя за ней.

— Нам не о чем говорить, — ответила Настя.

— Ну, вспылил, с кем не бывает.

— Оставь меня, пожалуйста.

Женя застыл на месте. Настя села в автобус до школы.

На большой школьной перемене, когда Даша, Настя и Алина обедали, Женя снова подошёл к возлюбленной.

— Настя, можем поговорить? — сказал он.

— Не сейчас, видишь, я обедаю, — бросила она в ответ.

— Пожалуйста, всего пару минут.

Настя разозлилась. Она бросила приборы на поднос и резко встала, чем привлекла внимание других школьников.

— Всё кончено, ясно? Оставь меня в покое! — воскликнула она и вышла из столовой.

Женя не двигался. На него с сочувствием в глазах смотрели Даша и Алина. Друг Жени — Артур — сидел за соседним столиком. Он встал и подошёл к нему.

— Жень, пойдём отсюда, — произнёс он тихо, тронув его за плечо.

— Уйди! — вдруг яростно воскликнул Женя. — Убирайся! Это из‑за тебя она так со мной? Ты ей вчера писал? Признавайся! Я же знаю, что она тебе давно нравится!

За сценой наблюдала вся столовая. Артур сделал шаг от Жени и нахмурился.

— Что ты такое говоришь? — спросил он. — Я бы никогда так не поступил с другом.

— Я не верю! — кричал Женя. — Не верю!

Он толкнул Артура и выбежал из столовой.

Глава 19. Конкурс танцев

— Не понимаю, что происходит, — сказала Алина, только Артур отошёл от их столика. Она нервно поправила прядь волос, упавшую на лицо, и посмотрела на Дашу в поиске поддержки.

— Я думаю, это всё фонтан, — тихо произнесла Даша, наклонившись над столом. Её голос звучал серьёзно, без тени шутки, а пальцы теребили край салфетки, скручивая её в тонкую полоску.

— Опять ты со своим фонтаном… — Алина закатила глаза, но в этом жесте было больше усталости, чем раздражения.

— Знаешь, что я слышала вчера? У фонтана были люди. И я думаю, это Эстарот и Аластор.

— Кто‑кто? — Алина нахмурилась, словно пыталась вспомнить, не слышала ли она этих имён в каком‑то дурацком сериале.

— Эстарот — демон желаний, а Аластор — демон мести. Они были там, и время остановилось! Все люди замерли. Может, эти демоны были там в тот день, когда мы загадывали желания. Может быть, даже фонтан — это вместилище Эстарот или что‑то вроде её дома… Я ещё не разобралась. — Даша говорила быстро, точно боялась, что, если остановится хоть на секунду, Алина её просто не станет слушать.

— Так и знала, что дарить тебе книгу о демонах — плохая затея, — покачала головой Алина и вздохнула, будто на неё свалилась вся тяжесть мира. — Совсем кукуха поехала.

— Ты не понимаешь. Смотри: Настя загадала, чтобы Женя в неё влюбился. И он влюбился. Но демоны любят переворачивать всё с ног на голову. Поэтому он начал вести себя странно. Нам надо следить за ними обоими! — Даша подалась вперёд, глаза её горели, и в этот момент она выглядела одновременно очень убеждённой и очень одинокой в своей уверенности.

— Я бы с радостью, — ответила Алина, — но у меня сегодня важный день. Я буду участвовать в конкурсе танцев. Мне некогда играть в твои игры, — хмыкнула она, но в голосе не было настоящей злости — скорее отчаяние человека, у которого не хватает времени на всё сразу.

Она встала, схватив поднос так резко, что чашка на нём звякнула.

— Алин… — Даша протянула руку, словно хотела её остановить, но так и не коснулась.

— Лучше бы в такой важный день спросила, как я себя чувствую, чем выдумывать всякое, — бросила Алина напоследок, не оборачиваясь. Слова прозвучали резко и повисли в воздухе, тяжёлые и горькие. Не глядя на Дашу, она быстро зашагала в сторону, будто расстояние между ними могло как‑то сгладить неловкость.

После уроков Алину начала бить дрожь. Сначала это была едва заметная вибрация в пальцах, но потом она перекинулась на всё тело, и ей казалось, что даже зубы мелко постукивают друг о друга.

— Что же мне делать? — спрашивала она себя, стоя в пустом коридоре, где эхо её шагов звучало слишком громко. — Мама убьёт меня, если я не приду. С другой стороны, если я выиграю конкурс танцев, больше не придётся обманывать её.

В груди всё сжималось от одной мысли о мамином разочарованном лице, но тут же вспыхивала другая картинка: она на сцене, аплодисменты, судьи кивают, и мама наконец‑то говорит: «Ты молодец». Эта картинка была такой яркой, что почти заглушала страх.

Так Алина решила пропустить встречу, запланированную мамой, и отправилась на конкурс.

Алина сидела в ожидании своей очереди в тесной гримерке, пропахшей лаком для волос и нервным напряжением. На скамейке рядом кто‑то оставил старую афишу, и Алина машинально водила пальцем по буквам, будто пыталась стереть их. Телефон то и дело звонил — это была мама. Каждый звонок отдавался в висках, как тяжёлый удар. Сначала она убрала звук, чувствуя, как внутри всё сжимается от вины. Потом решила и вовсе отключить телефон. Экран погас, и вместе с ним будто оборвалась тонкая ниточка, связывающая её с привычной жизнью.

— Номер тридцать девять, прошу, — послышался голос ведущего, усиленный микрофоном до неестественной громкости.

Алина вышла на сцену. Свет ударил по глазам, на мгновение ослепив её, и она замерла, потерявшись в этом ярком пятне. Перед сценой, за длинным столом, сидели четыре человека — судьи. Их лица были спокойными, почти безразличными, и от этого становилось ещё страшнее.

Музыка начала играть практически сразу — резко, без вступления, будто кто‑то дёрнул рубильник. Алина не успела сориентироваться: начало танца было упущено, и она застыла на долю секунды, пытаясь поймать ритм, который уже мчался вперёд без неё.

Она старалась продолжить, но руки и ноги от волнения её не слушались, точно принадлежали кому‑то другому: тело, казалось, раскололось на части — мозг помнил все связки, а мышцы отказывались подчиняться. Движения выходили рваными, нечёткими, и даже сама Алина чувствовала эту неловкость каждой клеткой тела: каждый неверный шаг отдавался внутри стыдом, острым и колючим.

Конец танца вышел совсем плохим — она едва удержалась, чтобы не споткнуться на резкой смене темпа, и завершила выступление скомканным жестом. Он должен был выглядеть эффектно — как финальный штрих, чёткая точка в конце фразы, — но вместо этого вышел жалким, будто она просто махнула рукой, сдаваясь.

Судьям оставалось только холодно произнести:

— Следующий.

Алина выбежала из зала, не замечая ничего вокруг. Коридоры мелькали перед глазами, сливаясь в одну серую полосу. Из глаз её рекой лились слёзы, горячие и злые, они застилали взор. Каждый вдох давался с трудом, точно воздух вдруг стал слишком тяжёлым.

— Что же мне теперь делать?! — воскликнула она, прижимая ладони к лицу, словно хотела удержать в себе эту боль, не дать ей вырваться наружу. — Мама меня убьёт…

Глава 20. Преследователь

После уроков Настя вышла из школы и направилась к остановке. Женя бросился её провожать.

— Настя, подожди!

— Снова ты? Я же сказала — всё кончено.

— Это из‑за Артура, просто ответь.

Она резко остановилась и обернулась.

— У тебя паранойя. Артур тут ни при чём. Я от тебя устала. Твоя неадекватная ревность была последней каплей.

— Но почему? — спросил он.

— Ты не давал мне покоя. Каждую секунду писал, звонил, приходил без спроса. Я просто хочу побыть одна! Оставь меня.

— Нет, стой! — воскликнул он и схватил её за руку.

— Отпусти, мне больно! — воскликнула Настя.

Тут подбежала Даша.

— А ну отпусти её! — твёрдо сказала она.

Женя вздрогнул, словно очнувшись от наваждения. Он отпустил Настю и закрыл лицо руками.

— Почему ты так поступаешь со мной? — произнёс он глухо.

Настя испуганно взглянула на него.

— Идём, — сказала Даша и взяла подругу под руку.

Девушки сели в автобус. Женя остался неподвижно стоять на остановке.

— Что с ним такое? — спросила Настя. — Мне страшно.

— Я думаю, всё дело в фонтане, — ответила Даша.

— Что за чушь! — воскликнула Настя. — При чём тут фонтан?

— Ты можешь вспомнить дословно, что именно ты пожелала в тот день, когда мы загадывали желания у фонтана?

— Зачем это?

— Насть, пожалуйста.

— Хорошо, — протянула она. — Я загадала… чтобы Женя влюбился в меня.

— Это точная формулировка? — спросила Даша.

— Да! — воскликнула она. — Хотя… постой. Кажется, я подумала: «Пусть Женя безумно влюбится в меня».

— Безумно? — тихо повторила Даша.

— Думаю, да.

— Тогда дело плохо, — протянула Даша.

— Ты мне объяснишь, наконец, для чего тебе это? — спросила Настя.

Даша рассказала ей обо всём, что слышала и видела: о демонах, о желаниях, об остановке времени.

— …И если демон перевернул твоё желание, то Женя сойдёт с ума от любви к тебе, — заключила Даша.

— Я думаю, это ты не в себе, а не Женя, — сказала Настя. — Какие демоны? Это всё сказки. Тебе не кажется, что мы слишком взрослые, чтобы верить в подобную ерунду? Ну, или недостаточно старые. Мы же не бабульки, которые смотрят мистические сериалы вроде «Гадалки».

— Ты мне не веришь, — грустно произнесла Даша.

Они вышли из автобуса, и Даша проводила Настю до порога её дома. Всю оставшуюся дорогу девушки шли молча.

— Береги себя, ладно? Не выходи пока из дома. И не впускай его, если придёт, — сказала Даша.

— Хорошо, — ответила Настя и слабо улыбнулась.

— Хочешь, я останусь с тобой? — спросила Даша.

— Нет, всё нормально. Я хочу немного побыть одна.

Подруги обнялись. Даша ушла. Настя зашла в квартиру. Дома никого не было. Она сняла куртку и обувь и легла на кровать.

— Это ничего, просто вспылил, — тихо произнесла она мысли вслух. — Он точно мне не навредит, это же Женя.

Мобильный Насти завибрировал. На экране высветилось имя Жени. Девушка нахмурилась и отключила телефон.

Вдруг на кухне послышался звук бьющегося стекла. Настя резко встала с кровати и застыла, прислушиваясь.

— Кто здесь? — крикнула она.

Ответа не было.

Девушка взяла в руку тяжёлые настольные часы со стола и медленным шагом направилась на кухню.

— Выходи! — крикнула девушка. — Я тебя не боюсь!

Она старалась быть смелой, но голос её заметно дрожал. Девушка взглянула в сторону окна — оно было разбито.

— Тебе и не нужно меня бояться, — ответил голос из‑за спины.

Настя обернулась и увидела Женю. Вид у него был дикий. Глаза были широко раскрыты, с руки капала на пол кровь — наверное, он поцарапался, залезая в разбитое окно.

— Не бойся меня, Настя…

— Что ты здесь делаешь? — спросила девушка тихим, испуганным голосом.

— Ты не отвечала на звонок.

— Пожалуйста, уходи.

— Я уйду, но только с тобой.

Женя медленно приближался. Настя была слишком напугана, чтобы сделать хоть что‑то. Настольные часы выпали из её рук, и она застыла, глядя на парня. Потом попятилась назад, пока не упёрлась в стену. Она хотела закричать, но крик застрял в горле.

— Мы будем вместе. Ты полюбишь меня, — сказал Женя; голос его был искажённым, таким, словно это был вовсе не он.

— Ты не Женя, — тихо сказала она.

— Я Женя, которого ты пожелала, — ответил он ещё более пугающим голосом.

Девушка потеряла сознание. Женя взял её на руки и вышел из кухни.

Глава 21. Похищение

Даша пришла домой и снова принялась листать книгу о демонах. Она искала хоть что‑нибудь, что помогло бы нейтрализовать желания подруг и вернуть всё на свои места.

«Наверняка есть какая‑то загвоздка…» — думала она.

Вдруг телефон завибрировал. Звонила мама Алины. Девушка ответила на вызов.

— Здравствуйте, Людмила Павловна.

— Привет, Даш. Слушай, Алина трубку не берёт. Не знаю, что и делать. У нас с ней важные дела были сегодня. Она, случайно, не с тобой?

«О нет, Алина ведь сейчас выступает! — подумала Даша. — Нужно её прикрыть».

— Да… мы зашли ко мне после уроков, но так вышло, что нашу квартиру затопило. И Алина любезно помогла мне. Не знаю, что бы я без неё делала!

Ложь получилась натужной. Даша не была уверена, что её голос звучал убедительно: ей обычно не приходилось врать.

— Ох, сочувствую вам. Понимаю, Алина — хорошая подруга. Но почему она трубку не берёт?

— Она позвонит вам, когда мы тут закончим, хорошо? Просто сейчас каждая минута на счету…

— Ладно… Скажи ей, что я смогла перенести встречу на завтра.

Даша завершила вызов и тут же стала звонить Алине. Телефон девушки был выключен.

— Наверное, ещё выступает, — решила она.

Но предчувствие не отпускало. Даша решила позвонить Насте. Настя не ответила.

— Может, она в душе или уснула? От стресса часто хочется спать, а Женя заставил её переживать, — пробормотала Даша.

Она написала девочкам сообщения с просьбой позвонить ей и отложила телефон. Потом села за уроки и на несколько часов ушла в мир знаний. А потом её вдруг потянуло в сон. Даша сложила руки перед собой, опустила голову и задремала.

Проснулась она от звука распахнувшейся двери в её комнату.

— Какой потоп? У нас нет никакого потопа, — говорила мама по телефону.

Даша протёрла глаза и быстро встала из‑за письменного стола. Мама подошла к ней, прикрыв рукой динамик телефона, и спросила:

— Даш, объяснишь? Ты почему сказала маме Алины, что у нас потоп?

— Дело в том, что…

— Где Алина? Мама её ищет.

— Она всё ещё не вернулась? — удивлённо спросила Даша.

— Так, знаете что, приезжайте к нам, — сказала мама Даши в трубку. — Не плачьте, найдём мы вашу дочь. Нет, правда, давайте лучше я к вам приеду.

Даша не на шутку испугалась. Алина никогда ещё не сбегала из дома. Она боялась маму и всегда брала трубку. «А вдруг с ней что‑то случилось? — думала Даша. — Но что? И может ли это быть как‑то связано с фонтаном?»

— Ты поедешь со мной, — бросила мама, выходя из комнаты. — Одевайся.

Даша с мамой приехали к дому Алины. Было уже девять вечера. Мама Алины встречала их у подъезда. Вид у неё был испуганный.

Когда они вошли в квартиру, мама Алины в первую очередь спросила:

— Когда ты видела её в последний раз?

Даша покраснела и тихо ответила:

— Сегодня в школе.

Они прошли в гостиную и сели на диван.

— Я налью вам воды, — сказала мама Даши и прошла на кухню.

— Почему ты сказала, что она с тобой? — спросила мама Алины.

— Дело в том… — замявшись, начала Даша. Она понимала, что сейчас безопасность подруги важнее тайн, поэтому, выдержав паузу, продолжила: — Последние две недели Алина готовилась к выступлению. Она хотела поступить в школу танцев и участвовала в соревновании.

— А почему она мне ничего не сказала?

— Она боялась, что вы не одобрите. Но она любит танцы. Она хочет поступить в хореографический университет.

— Так, ну хорошо, — спокойно ответила мама Даши, сев рядом с ними. — Предположим, она отключила телефон, чтобы не отвлекаться на выступлении. Но куда она исчезла потом?

— Я не знаю, — ответила Даша. — Я позвонила ей сразу же, написала несколько сообщений — она не ответила.

Телефон Даши завибрировал. Все присутствующие встрепенулись.

— Это Алина? Возьми скорее! — произнесли женщины почти хором.

— Да? — ответила Даша на вызов. — Что? Нет… Я проводила её сегодня до дома. Больше не видела. А вы звонили Жене? Нет его номера? У меня тоже нет. Да, простите…

Даша завершила вызов.

— Кто это был?

— Мама Насти. Настя пропала, — ответила девушка.

— Думаю, нам нужно звонить в полицию, — сказала мама Даши.

Глава 22. Тайное всегда становится явным

На следующий день Даша пришла в школу помятой. Ей было плохо и морально — из‑за пропажи подруг, и физически — из‑за недосыпа. Она сидела на уроках словно в полусне и только и ждала, когда всё наконец закончится.

На перемене Даша расклеила по школе листовки с информацией о пропаже Алины и Насти. Ни одной из подруг в школе не было. Не было и Жени.

На большой перемене Даша заметила Артура и подошла к нему.

— Привет.

— Привет.

— Можешь дать мне телефон Жени?

— Да, конечно.

Артур продиктовал цифры. Даша записала и сразу сохранила контакт.

— Спасибо, — сказала она.

— Он не берёт трубку, — добавил Артур.

— Думаешь, его исчезновение как‑то связано с пропажей Насти? Мог ли он насильно заставить её пойти с ним?

— Не знаю. Он в последнее время вёл себя странно. Раньше я бы тебе точно ответил, что он на такое не способен. Но в него словно демон вселился. Перестал ходить на тренировки, почти не общался ни с кем, кроме Насти, — Артур задумался и почесал голову. — Слушай, а она его не приворожила?

— Я уже ни в чём не уверена, — ответила Даша.

После уроков девушка сразу направилась к дому Насти. Она нажала на дверной звонок. Дверь открыла мама подруги — глаза у неё были заплаканными.

— Проходи, — тихо сказала она.

Дома были и папа, и мама Насти: они взяли выходной и теперь сидели на диване, не выпуская из рук телефоны — ждали звонка от полицейских.

— Я взяла номер Жени у его друга. Женя тоже пропал.

— Мы знаем, — кивнул папа Насти. — Полицейские звонили его семье. Отец Жени сказал, что в последнее время сын вёл себя довольно странно.

— Его друг Артур тоже об этом говорил. Женя перестал ходить на тренировки, отдалился от всех…

— Неужели он… похитил Настю? — спросила мама Насти и всхлипнула.

— В любом случае полиция их найдёт, — спокойно, но твёрдо произнёс отец. — Всё будет хорошо.

Мама Насти больше не сдерживала слёз: она уткнулась в плечо мужа и зарыдала.

— Тебя, Даша, ещё не вызывали для допроса? — спросил папа подруги.

— Меня допросили ночью, — ответила она.

— Слышал, Алина тоже пропала?

— Да…

— Мы утром расклеили объявления повсюду, обзвонили всех знакомых. Даже не знаю, что ещё можно сделать. Остаётся только ждать, — печально сказал отец.

— Я пойду, — проговорила Даша. — Мне ещё нужно зайти к маме Алины.

— Спасибо, что зашла. Пожалуйста, позвони, если узнаешь хоть что‑то, — сказал папа Насти, провожая её до двери.

Даша вышла из дома и села в автобус. Но поехала она не к дому Алины, а к фонтану.

— Что‑то здесь не так. И я должна разобраться, — пробормотала она вслух.

Девушка сошла с транспорта и пошла по главной улице в сторону фонтана.

Вдруг её за локоть схватила сильная мужская рука. Даша резко обернулась. Перед ней стоял Аластор.

— Ах!

— Тише ты, — бросил он и быстро завёл девушку за угол. — Что ты здесь делаешь?

— Это вы… вы похитили моих подруг!

— Нет. Это сделал не я.

— Я слышала ваш разговор с Эстарот.

— Как? — удивился он, а потом его взгляд скользнул к её медальону.

Даша заметила это и инстинктивно прикрыла грудь рукой.

— Реликвия. На тебя не действуют наши силы, потому что на тебе мой сувенир.

— Так значит, это вы были тем мужчиной‑бездомным? И это вы подкинули мне медальон? — спросила она. — Пожалуйста, помогите мне спасти подруг!

— Да, это был я, — коротко бросил Аластор. — Но сейчас мне некогда с тобой возиться. Убирайся. Я сохранил тебе жизнь — на этом всё.

— Пожалуйста…

— Уходи. Сегодня в двенадцать ночи всё закончится. Ты больше не увидишь своих подруг.

Аластор развернулся и пошёл прочь. Даша кричала ему вслед:

— Прошу вас, Аластор! Вы совсем не такой, как написано в книге о демонах. Вы спасли меня. Вы не злой, вы не хотите так поступать!

Он обернулся и ответил:

— Я поступаю так, как должен. Прощай.

Даша побрела к остановке, но вдруг её осенила мысль.

«А что, если Эстарот и правда живёт в фонтане? — пронеслось у неё в голове. — В книге сказано, что она может обитать в предметах. Значит ли это, что Алина и Настя могут быть спрятаны… в самом фонтане?»

Девушка вернулась к фонтану и неторопливо огляделась по сторонам.

— Наверное, нужно дождаться, пока она выйдет, — тихо прошептала Даша.

Она встала за большим деревом и принялась наблюдать. Минуты тянулись невыносимо медленно; казалось, она простояла там два или три часа. Солнце скрылось за тучами, наступил холодный вечер, и хлынул дождь.

И вдруг что‑то изменилось: прохожие замерли на месте. Дождь перестал лить — капли повисли в воздухе, словно застывшие декорации. Даша взглянула на наручные часы: секундная стрелка неподвижно застыла.

Вода в фонтане внезапно забурлила. Из неё появилась прекрасная Эстарот в чёрном вечернем наряде. Откуда‑то из‑за угла показался Аластор и направился к ней. Каблуки его туфель звонко стучали по асфальту. Он был во фраке, а в руке держал длинный чёрный зонт.

— Сегодня важный день, — произнесла Эстарот. — Спасибо, что не стал мешать мне.

— Я слишком устал для споров с тобой. Решил смириться, — грустно улыбнулся Аластор.

— Они сделают всё сами, как и всегда. Нам остаётся только ждать. Прогуляемся?

— С удовольствием, — ответил он.

Аластор раскрыл зонт и подал руку Эстарот. Демоница приблизилась, улыбнулась и оперлась на его руку. Прогулочным шагом они двинулись по главной улице.

Спустя мгновение дождь снова пошёл, а прохожие продолжили своё движение, будто ничего и не случалось. Даша осторожно выбралась из укрытия и направилась к фонтану.

— Ну что ж, — проговорила она, кутаясь в промокшую куртку. — Рискну. Всё равно я уже промокла до нитки.

Девушка встала на край фонтана, зажмурилась, зажала нос и прыгнула в воду.

Глава 23. Комнаты страха

Даша очутилась в спальне Эстарот. Она осмотрелась: комната была пустой, в ней не было ни души. Внимание девушки привлекли две двери.

Она подошла к первой и медленно её открыла. За дверью была лишь чёрная, густая тьма. Даша закрыла глаза и сделала шаг вперёд. Дверь захлопнулась.

Девушка открыла глаза и увидела рядом с собой Алину. Та стояла на краю крыши и смотрела вниз. Дул сильный ветер, и длинные волосы Алины разлетались во все стороны.

— Алина? Что ты делаешь? — воскликнула Даша.

— Я не смогла победить, я провалила танец! — в отчаянии крикнула девушка.

— Ничего, это же не последний конкурс. У тебя их будет ещё много. Ты талантлива, а танцы — важная часть твоей жизни.

— Мама никогда меня не поймёт. Она будет против!

— Мы вместе её убедим.

Даша медленно приближалась к подруге, стараясь отвлечь её разговором.

— Она не будет слушать…

— Будет. Моя мама тоже поможет нам — наши мамы дружат. Она расскажет ей, как важно реализовать себя. Твоя мама всё поймёт.

— Нет, не подходи! — крикнула Алина. — Я сейчас прыгну!

Даша оказалась совсем рядом, встала на край и посмотрела вниз. Под ними, казалось, тянулись миллионы этажей, а дом тонул в густом тумане.

— Алина, это всё не настоящее. Это твоё видение, — тихо, но твёрдо сказала Даша.

— То, что я чувствую, настоящее!

— Да. Но ты не хочешь умирать, правда? Ты хочешь быть счастливой, хочешь танцевать, хочешь наладить отношения с мамой. Я права?

— Может быть… — протянула Алина, словно понемногу приходя в себя.

— Я ведь твоя подруга. Я помогу тебе. Но сейчас ты должна помочь мне. Без тебя я не справлюсь. Недалеко отсюда Настя, и она в опасности. Если мы не поможем ей, случится что-то ужасное.

— Настя… Мы должны помочь ей…

Даша протянула подруге руку. Алина осторожно спустилась с бордюра. Ветер тут же стих. Девушки крепко обнялись.

— Ты как, нормально? — спросила Даша.

— Да… Кажется, я была не в себе. Я хотела прыгнуть, а потом вдруг ты появилась, будто из ниоткуда, и заговорила со мной.

— Хорошо, что я успела. Теперь нужно спасти Настю. Осталось только понять, как отсюда выбраться.

В голове у Даши мелькнула мысль. Она сняла с шеи медальон и подошла к стене.

— Что ты задумала? — настороженно спросила Алина.

— Этот медальон обладает какой-то силой. Думаю, если начертить им дверь, она появится.

Даша процарапала на стене очертания двери и нарисовала ручку. Едва она закончила, как перед ними возникла настоящая дверь.

— Это невероятно! — выдохнула Алина. — Прости, что не верила тебе.

Девушки взялись за руки, открыли дверь и шагнули вперёд.

Они очутились в квартире Насти — но это была не настоящая квартира, а её точная копия. Даша поняла это почти сразу.

— Настя, ты здесь? — тихо позвала она.

Никто не отвечал, но на кухне послышался какой-то шорох.

— Пойдём, — шепнула Даша, подавая Алине знак.

Едва девушки добрались до кухни, перед ними развернулась жуткая сцена: Настя сидела над телом Жени, а в её руке, высоко поднятой над его головой, замерли тяжёлые настольные часы. Казалось, она вот-вот нанесёт удар.

— Настя, стой! — громко крикнула Даша.

Настя медленно обернулась. Её взгляд был пустым, почти неживым.

— Он первый напал на меня. Я убью его, — спокойно произнесла она и снова замахнулась.

— Он не в себе, разве ты не видишь? Посмотри, почему он не сопротивляется, если ты хочешь его убить? — настойчиво спросила Даша.

Настя перевела взгляд на Женю и криво ухмыльнулась.

— О, я хочу.

— Ты не убийца! — воскликнула Алина. — Ты всегда так трепетно относилась к чужой жизни. Помнишь, однажды мы были на даче, и к нам в комнату залетела бабочка? Я поймала её в банку и закрыла крышкой. Сказала, что теперь она будет нашим питомцем. А ты вдруг вырвала банку у меня из рук и выпустила её в окно. Что ты тогда сказала?

— Я сказала… — медленно произнесла Настя, будто пробуя слова на вкус, — я сказала, что каждая жизнь бесценна.

Её взгляд постепенно становился осмысленным. Она выронила часы, они глухо ударились о пол. Настя посмотрела на Женю, будто видела его впервые.

— А что мы тут делаем? — тихо спросила она.

Даша и Алина помогли ей подняться.

— Об этом позже. Сейчас нужно убираться отсюда, — сказала Даша.

Она начертила на стене новую дверь и приоткрыла её, но на секунду задержалась. Её взгляд остановился на Жене.

— Его тоже нужно забрать.

Женя никак не реагировал на происходящее, сидел неподвижно, словно погружённый в глубокий транс. Но когда девушки помогли ему подняться, он послушно, будто зомби, пошёл за ними.

Они вошли в нарисованную амулетом дверь и снова оказались в спальне Эстарот. Подруги охнули, оглядываясь по сторонам.

— Так это всё и правда было видением? — прошептала Алина.

— Именно так, — раздался спокойный женский голос.

Подруги резко обернулись. Из-за угла неторопливо вышли Эстарот и Аластор.

Глава 24. Добрый демон

— Браво, браво! — воскликнула Эстарот, хлопая в ладоши. — Ты обошла меня, наглая девчонка!

Эстарот стремительно приблизилась к Даше и резким движением сорвала амулет с её шеи.

— Но теперь игры окончены. Я заберу вас всех!

Девушки испуганно прижались друг к другу. Но амулет вдруг вспыхнул ярким светом и обжёг руку Эстарот. Демоница с криком выронила его, а Даша тут же подхватила и отступила на два шага назад, крепко держа подруг за руки.

— Чёрт! — в ярости воскликнула Эстарот.

Аластор тихо рассмеялся.

— Я же говорил, что ты не можешь его взять, — спокойно произнёс он. — Это заклинание довольно сильное.

— Ты?! Ты был с ними заодно?! — взвилась Эстарот.

Аластор медленно обходил демоницу по кругу.

— Нет, — ответил он. — Я действительно сдался. Даша говорила со мной днём, и я отказался ей помогать. Но, как видишь, она справилась и без чьей‑либо помощи. Я в ней не ошибся. Она смелая и готова рисковать жизнью ради других. Поэтому…

Эстарот не заметила, как Аластор завершил круг вокруг неё. Всё это время из его кармана незаметно сыпалась чёрная соль — теперь демоница оказалась заперта в магическом кольце.

— Тебя накажут, ты же знаешь! Почему ты так поступаешь? — прошипела она.

— Подожди… — произнёс Аластор, подняв указательный палец.

Он поднял глаза на старинные настенные часы. Ровно в этот момент пробила полночь. Стены затряслись, по комнате прокатилась волна дрожи.

— Уходите сейчас же! — крикнул Аластор.

— А как это сделать? — в панике спросила Даша.

— Держитесь за руки! У тебя есть медальон — он выведет вас. Нужно только сделать прыжок.

— Раз, два, три! — хором выкрикнули девушки и подпрыгнули вверх, утягивая за собой Женю.

Приземление вышло не самым мягким: они рухнули рядом с фонтаном. Алина упала на Настю, Настя — на Женю, а Даша оказалась в шаге от них.

На улице уже стояла глубокая темнота. Пока ребята поднимались на ноги и отряхивались, к ним подъехала полицейская машина.

— Вот вы где! А родители вас везде ищут. Ну и где вы были?

Девушки переглянулись — они так и не успели придумать общую версию.

— Алина, Настя и Женя сбежали из дома, — быстро сказала Даша. — Я уговаривала их вернуться.

— Втроём сбежали? — усмехнулся полицейский. — Ладно, разберёмся позже. А сейчас отвезу‑ка я вас к родителям.

— Не в участок? — осторожно уточнила Даша.

— Нет. Завтра вызову вас всех по очереди на допрос. А сейчас на вас смотреть страшно. Да ещё и в грязи извалялись зачем‑то. Садитесь в машину.

Следующий день выдался суетливым. Дашу, Алину, Настю и Женю по очереди вызывали на допрос. В итоге сошлись на версии о побеге из дома. Девушки старались не углубляться в детали, поэтому их истории в целом совпадали.

Алина призналась, что боялась возвращаться домой после провала на конкурсе. Настя сказала, что ушла с Женей, потому что его отец был против их отношений. Женя же почти ничего не помнил о последних днях — он путался в датах и не мог объяснить, где был. Полицейские предположили, что он ударился головой, и особенно сильно его не расспрашивали. Но на всякий случай всех троих попросили сдать тесты на алкоголь и наркотики.

Родители не стали устраивать скандалов. Они были просто счастливы, что дети вернулись целыми и невредимыми. Алина наконец поговорила с мамой по душам, и та неожиданно приняла увлечение дочери танцами. Папа Насти вручил дочке газовый баллончик — на случай, если кто‑то снова будет вести себя агрессивно. Женя вернулся к тренировкам и постепенно становился тем самым парнем, которого все знали в школе: спокойным, собранным, увлечённым спортом.

А вот родители Даши развелись. Для неё это не стало потрясением: она помнила своё желание и теперь понимала, что оно сбылось. Они действительно больше не ссорились — просто перестали быть вместе.

— Всё, что ни делается, всё к лучшему, — тихо сказала Даша, когда мама и папа позвали их с сестрой в гостиную и объявили о разводе. — Главное, чтобы вы были счастливы.

Родители переглянулись, явно удивлённые такой реакцией.

— Это ничего не изменит, — мягко произнёс папа.

— Мы всё равно вас очень любим, — добавила мама.

«Интересно, — подумала Даша, машинально касаясь амулета на шее. — Если бы медальон не защитил меня, чем бы закончилась эта история? Пожалуй, развод — не самый худший исход».

Глава 25. Хеппи энд

Десять лет прошло с тех пор, как Даша прыгнула в фонтан. Десять лет, которые изменили каждую из них — но не разлучили.

Конец августа выдался тёплым и тихим. Казань готовилась к осени: листья на деревьях по улице Баумана тронуло золотом, а воздух пах горячей выпечкой и пылью — как всегда в конце лета. Даша шла не торопясь, и каблуки её туфель мягко стучали по брусчатке. Она поглядывала на часы — опаздывала, как всегда.

У фонтана уже стояли Алина и Настя. Алина — в лёгком льняном платье, загорелая, с короткой стрижкой, которую она носила уже третий год. Настя — в белой блузке и джинсах, с распущенными волосами, в руках — бумажный стаканчик с кофе. Обе увидели Дашу и замахали.

— Опять! — в один голос воскликнули они.

— Простите, простите! — Даша обняла подруг, придерживая сумку. — Дорогу перекрыли, пришлось обходить.

— Ты всегда находишь причину, — усмехнулась Алина. — Я уже привыкла.

— Зато я привезла вам кое‑что. — Даша достала из сумки три маленьких коробочки и раздала подругам. — Откройте.

Внутри лежали одинаковые серебряные браслеты с тонкой гравировкой — крошечный дракон, обвивающий звено.

— Это… — Настя прижала ладонь к груди. — Дракон?

— Символ, — улыбнулась Даша. — Память.

— Ты всё ещё хранишь тот медальон? — тихо спросила Алина.

— Не ношу, но храню. Дома, в шкатулке.

Они помолчали. Прохожие обтекали фонтан, спешили по своим делам, и только три девушки стояли, словно остров посреди реки. Даша вспомнила, как бежала сюда в тот вечер — промокшая, перепуганная, с одним‑единственным амулетом на шее. Ей было пятнадцать. Сейчас — двадцать пять.

— Ну что, куда идём? — спросила Настя.

— Мне кажется, мы должны начать отсюда, — сказала Даша и кивнула на фонтан.

— Ты серьёзно? — Настя скривила губу. — Тут же толпа.

— А мы не будем прыгать в воду, — хмыкнула Алина. — Просто посидим рядышком.

Они сели на бортик фонтана. Тот самый, с драконьей головой, из которой по‑прежнему лилась вода. Только теперь бортик был отремонтирован, а вода — чистой и прозрачной. В ней плавали монетки — мелочь, которую бросали туристы и влюблённые.

— Десять лет, — произнесла Настя, глядя на монетки. — Как будто и не было.

— Было, — сказала Даша. — Ещё как было.

Алина распаковывала свою жизнь первой. Она всегда была самой сдержанной из трёх, но сегодня, казалось, слова сами просились наружу.

После того провала на конкурсе — а Даша до сих пор помнила, как Алина выбежала из зала в слезах — она не сдалась. Мама, хоть и не сразу, приняла танцы. Первые полгода они почти не разговаривали, и Алина жила у Даши, пока напряжение не улеглось. Потом были бесконечные репетиции, мелкие конкурсы, где она не проходила дальше первого тура. Но Алина стиснула зубы и продолжала.

— Помнишь, как я звонила тебе в три часа ночи и рыдала? — сказала Алина, обращаясь к Даше.

— Я помню, что ты звонила каждый раз, когда тебе казалось, что у тебя ничего не выйдет, — ответила та.

— А ты каждый раз отвечала одно и то же: «Ты талантлива, просто дай себе время».

Алина улыбнулась. Она поступила в хореографическое училище в Москве — без репетитора по биологии, без маминого одобрения, на чистом упрямстве. Три года тренировалась по шесть часов в день. Потом был ещё один год стажировки в Европе — небольшая труппа в Праге, где платили гроши, но зато танцевали современный балет, который Алина полюбила больше всего.

— Я была там совсем одна, — рассказывала она. — Не знала языка, не знала никого. Жила в крошечной квартирке с тремя другими танцовщицами. Мы делили одну ванную на четверых. Но знаете что? Это было лучшее время в моей жизни.

— А потом? — Настя подалась вперёд.

— А потом меня заметили. На фестивале в Берлине. Я танцевала соло — номер, который мы поставили ещё в Праге. После выступления ко мне подошла женщина, продюсер небольшой компании. Она сказала: «Ты танцуешь так, будто каждый раз умираешь и рождаешься заново». И предложила контракт.

Сейчас Алина руководила собственной школой танца в Казани. Маленькой, но успешной — две студии, двадцать учениц, от шести до шестнадцати лет. Она сама ставила хореографию и сама преподавала. Иногда, по вечерам, когда студии пустели, она танцевала одна — для себя, просто потому что не могла не танцевать.

— Мама пришла на моё первое выступление в Казани, — тихо сказала Алина. — Села в последнем ряду. Я видела её из‑за кулис — она сидела прямо, сложив руки на коленях. Я думала, она не хлопнет. Но когда я вышла на поклон, она встала. Просто встала и хлопала. Со слезами на глазах.

Даша сжала руку подруги. Настя отвернулась и быстро проморгалась.

— А биология? — с улыбкой спросила Даша.

— Ни одной молекулы с тех пор, — рассмеялась Алина. — Хотя иногда, когда ученицы жалуются, что тяжело, я говорю им: «Попробуйте выучить строение клетки — тогда поймёте, что танцы — это лёгкое».

Настина история была другой — не такой прямой, не такой героической. Она не рвалась вперёд, как Алина. Она просто пыталась понять, чего хочет.

После исчезновения и возвращения Настя долго не могла прийти в себя. Несколько месяцев она вздрагивала от каждого звонка, проверяла замки по три раза перед сном и не могла оставаться дома одна. Мама водила её к психологу — втайне от всех, потому что в их семье «не принято было ходить по врачам для душевных». Но Настя ходила. И потихоньку отпускало.

Женя вернулся к себе — к спорту, к тренировкам, к обычной жизни. Он не помнил ничего из того, что произошло. Полицейские списали всё на травму головы, и Настя не стала его переубеждать. Они остались знакомыми — здоровались в коридоре, иногда пересекались на общих школьных мероприятиях. Но между ними больше не было ни любви, ни ненависти. Просто тишина.

— Мне долго было стыдно, — сказала Настя. — Я чувствовала себя виноватой. Ведь это я загадала то желание. Это из‑за меня он таким стал.

— Это не твоя вина, — твёрдо сказала Даша. — Ты не знала, с чем имеешь дело. Ты была ребёнком.

— Я знаю. Но мне понадобилось время, чтобы поверить в это.

Настя поступила на журналистику. Не потому что мечтала об этом с детства — просто ей хотелось рассказывать истории. Она считала, что если люди будут слышать друг друга, может быть, они перестанут разрушать. Звучало наивно, и Настя это знала. Но она всегда была немного наивной — в лучшем смысле этого слова.

Первые два года она писала заметки для университетской газеты. Потом — репортажи для городских изданий. Один из них, о девушке, которая сбежала из дома и её нашли через три дня, принёс Насте первую настоящую награду — студенческий конкурс журналистики. Она не рассказала редакции, почему этот репортаж дался ей так легко. Но Даша знала.

После выпуска Настя устроилась в небольшое интернет‑издание. Писала о людях — обычных, неприметных, тех, кого никто не замечал. Одинокие старики, подростки из неблагополучных семей, женщины, которые ушли от мужей и начали заново. Её тексты читали. Её находили. Она получала письма от незнакомых людей, которые говорили: «Спасибо, вы рассказали мою историю так, будто вы были рядом со мной».

— А Женя? — осторожно спросила Алина.

— Женя — тренер, — Настя пожала плечами. — Тренер в спортивной школе. Тренирует младших. Я недавно узнала — мы случайно столкнулись в магазине. Он узнал меня, поздоровался. Выглядел счастливым. С женщиной был. С ребёнком на руках. Мы поговорили минут пять, ни о чём особенном. Он ни разу не упомянул школу, и я тоже. Мы просто спросили, как дела, и разошлись.

— И как тебе? — спросила Даша.

— Хорошо. По‑настоящему хорошо. Раньше меня бы это ранило — я бы думала, что упустила, что всё могло быть иначе. А теперь просто: «Как дела? — Отлично. — Ну, счастливо». И каждый пошёл своей дорогой. Мне не нужно было его любви. Мне нужна была моя собственная.

Настя встретила своего человека два года назад — случайно, как это часто бывает. Его звали Олег, он был архитектором, и он не боготворил её. Не звонил по двадцать раз в день, не приносил цветы каждый вечер. Он просто был рядом — спокойно, надёжно, без демонстрации. Они снимали квартиру на улице Карла Маркса и по вечерам готовили ужин вместе. Иногда ссорились, но всегда мирно — без битья посуды и хлопанья дверьми.

— Я однажды рассказала ему про фонтан, — вдруг сказала Настя. — Не всю историю, конечно, но про желание, про то, как оно обернулось. Знаете, что он ответил?

— Что? — хором спросили подруги.

— «В следующий раз загадывай аккуратнее». И пошёл мыть посуду.

Алина и Даша рассмеялись. Смех получился чистым и звонким, и несколько прохожих обернулись на них.

Даша молчала дольше всех. Не потому что ей нечего было рассказать — наоборот. Ей было сложнее. Её история не заканчивалась так чисто, как у подруг.

Родители развелись. Это было её желание — «чтобы родители перестали ругаться». И они перестали: перестали, потому что больше не были вместе. Папа переехал в другой район, мама осталась в старой квартире. Даша с сестрой жили на две квартиры — неделю у мамы, неделю у папы. Оба родителя были счастливы по отдельности — и это было странно и больно одновременно. Даша долго не могла это объяснить. Чувствовала себя виноватой, хотя понимала умом, что не виновата.

— Я не загадывала «чтобы они разошлись», — сказала она. — Я загадала, чтобы они перестали ругаться. Фонтан услышал слова, а не смысл. Или услышал смысл, но перевернул его. До сих пор не знаю.

Школу Даша закончила хорошо — не блестяще, но твёрдо. Поступила на психологический факультет. Не потому что хотела помогать людям — хотя потом это тоже стало важно. Потому что ей нужно было понять, как работает разум, когда реальность не совпадает с ожиданиями. Как человек живёт с тем, что видел то, чего не должно быть.

Она никогда не рассказывала кому‑либо — кроме подруг — о демонах, о фонтане, об остановке времени. Но это не значит, что она перестала думать об этом. Каждый вечер, перед сном, она доставала медальон из шкатулки и держала в ладони. Тот был тёплым — всегда чуть теплее комнатной температуры, словно живой. Даша не знала, что это значит. Просто держала.

На третьем курсе она начала писать. Сначала — заметки в дневник, просто чтобы выговориться. Потом — рассказы. Один из них, о демоне, который спас девочку, попал в студенческий литературный журнал. Редактор спросила: «Это фантазия?» Даша ответила: «Это память».

После выпуска она работала школьным психологом. Любила свою работу — по‑настоящему, не для галочки. Дети приходили к ней со своими тревогами, страхами, непониманием, и Даша слушала. Просто слушала. Она знала, что иногда этого достаточно — чтобы кто‑то был рядом, не осуждал и не торопил с советами.

— Ты когда‑нибудь видела его после? — спросила Настя. — Аластора?

— Один раз, — ответила Даша.

Подруги замерли.

— Это было три года назад. Я возвращалась домой поздно вечером. Была осень, дождь. Я шла по улице и вдруг — прохожие замерли. Капли повисли в воздухе. Я поняла, что это снова.

— И что? — Алина подалась вперёд.

— Он стоял у фонаря. Тот же фрак, тот же зонт. Только постарел — или мне показалось. Он посмотрел на меня, и я увидела, что он улыбается. Не усмехается, не ухмыляется — улыбается. Потом сказал: «Ты хорошо справляешься».

— И всё? — Настя не верила своим ушам.

— И всё. Время пошло, он исчез. Я постояла ещё минуту и пошла домой.

— А Эстарот? — тихо спросила Алина.

— Не знаю. Может, она всё ещё заперта в той чёрной соли. А может, давно на свободе. Я не чувствую её. Хотя… — Даша помолчала. — Иногда, когда подхожу к фонтану, мне кажется, что вода чуть теплее, чем должна быть. Но, может, это просто солнце.

Они сидели у фонтана почти два часа. Прохожие сменяли друг друга, солнце медленно катилось к горизонту, и тени от деревьев становились длиннее. Они говорили обо всём: о работе, о мамах, о ребятах, о мелочах, из которых складывается жизнь. О том, как Алина чуть не уехала в Америку, но передумала в последний момент. О том, как Настя написала статью, которая разлетелась по всему интернету, и ей звонили из Москвы с предложениями, а она отказалась. О том, как Даша думала расстаться с парнем, но передумала, потому что он спросил: «Ты злишься на меня или на себя?» — и она поняла, что на себя.

— Знаете, что самое странное? — сказала Даша, когда солнце уже садилось и фонари зажглись. — Я до сих пор думаю о той девочке. Из деревни. В 1594‑м году.

— Какой девочке? — Настя нахмурилась.

— Аластор рассказывал мне. Не напрямую — я прочитала в книге, но потом собрала кусочки. Демон мести пришёл наказать деревню, и всё пошло по плану, пока маленькая девочка не потянула его за платье. Она сказала ему, что он почувствует настоящую боль. И он почувствовал. Впервые за сотни лет. И это изменило его.

— Ты думаешь, это правда? — спросила Алина.

— Я думаю, что это объясняет всё. Почему он подкинул мне медальон. Почему защитил нас. Почему запер Эстарот. Он не стал добрым — он стал живым. Человечным. Он научился чувствовать, и это было для него страшнее любого наказания ада.

— Звучит как история из твоей книги, — улыбнулась Настя.

— Может, я и напишу её когда‑нибудь. Только изменю имена.

Они засмеялись, и смех их летел над площадью, и никто из прохожих не знал, что три женщины, сидящие на бортике фонтана, когда‑то спасли друг друга от чего‑то, чему нет названия.

Вечером они пошли в кафе — в то самое, в которое ходили ещё школьницами. Оно, к удивлению, выжило — маленькое, уютное, с теми же деревянными столами и тем же запахом кофе. Заказали по чашке и огромный кусок тирамису на троих.

— За нас? — подняла стакан Настя.

— За нас, — ответили Даша и Алина.

Они чокнулись и выпили. Тирамису делили вилкой — по‑прежнему не могли договориться, кому достанется последний кусочек.

— Я хочу сказать кое‑что, — сказала Алина, когда десерт был доеден, а кофе остывал в чашках. — Я хочу сказать спасибо. Обеим. Если бы не вы, я бы не стала тем, кем стала. Если бы Даша не прыгнула в фонтан, я бы стояла на той крыше. И если бы Настя не напомнила мне про бабочку… Нет, стой, это была я… — она запнулась.

— Это я напомнила про бабочку, — тихо сказала Алина. — Но Даша вытащила меня с крыши.

— Я просто говорила с тобой, — ответила Даша.

— Именно поэтому, — сказала Алина.

— Я тоже хочу сказать, — подала голос Настя. — Даша, ты не прыгнула в фонтан ради себя. Ты прыгнула ради нас. Ты рисковала жизнью, потому что верила, что мы находимся там. Ты не знала этого наверняка. Но ты прыгнула.

Даша отвернулась и быстро вытерла глаза салфеткой.

— Ладно, хватит, — сказала она. — Сейчас все расплачемся, а потом будем идти по улице с красными носами, и все подумают, что мы из психбольницы.

— Ты всегда так делаешь, — усмехнулась Настя. — Говоришь серьёзное, а потом шуткой всё смазываешь.

— Привычка.

Они вышли из кафе. Ночь была тёмной и тёплой. Луна висела над Казанью, и в её свете башни Кремля казались серебряными.

— Зайдём к фонтану напоследок? — предложила Даша.

— Ты ненормальная, — сказала Алина.

— Я знаю.

Они подошли к фонтану. Площадь была пустой, фонари горели, и вода в фонтане мерцала в их свете. Даша остановилась у бортика и посмотрела на драконью голову. Дракон смотрел на неё своими каменными глазами — по‑прежнему безразлично, по‑прежнему не мигая. Но Даше казалось, что в этих глазах сегодня что‑то изменилось. Чуть‑чуть. Едва заметно. Будто тень прошла по камню, будто улыбка.

Она сняла с шеи браслет, который подарила подругам. Потом, подумав, сняла и их браслеты из сумочки — она просила их надеть, но подруги, верные себе, «забыли» дома. Даша положила все три на бортик фонтана, и они блеснули в лунном свете.

— Я загадываю желание, — сказала она.

— Ты с ума сошла? — Настя схватила её за руку. — После всего?!

— Я загадываю, — повторила Даша. — Чтобы мы всегда были рядом. Чтобы как бы ни повернулась жизнь, мы возвращались друг к другу. Чтобы эта дружба не кончалась.

— Ты знаешь, что демоны переворачивают желания? — нервно спросила Алина.

— Я знаю. Но мы и так прошли через всё. Что бы ни случилось — мы справимся.

Даша закрыла глаза и загадала.

Ничего не произошло. Не было остановки времени, не было вспышки, не было голоса из ниоткуда. Просто ночь, просто фонтан, просто три женщины, которые стояли рядом и молчали.

— Ну вот, — сказала Даша, забирая браслеты. — Если Эстарот и услышала, то, надеюсь, на этот раз я сформулировала правильно.

— А если нет? — Настя надела браслет на руку.

— Тогда мы сами позаботимся о том, чтобы это сбылось, — ответила Даша.

— Договорились, — сказала Алина и тоже надела браслет.

Они обнялись — втроём, крепко, как в тот раз, когда выпали из фонтана. Только тогда были грязь, страх и слёзы. А сейчас — тишина, луна и тёплый августовский ветер.

— Пока, фонтан, — сказала Даша и помахала ему рукой, как живому.

И показалось ей — или нет — что вода в фонтане булькнула чуть громче, чем обычно. Будто ответила.

Они разошлись по домам. Алина — к себе в студию, проверить, всё ли закрыто перед отпуском. Настя — к Олегу, который наверняка уже приготовил ужин. Даша — к себе, в маленькую квартиру на улице Пушкина, где на полке стояла потрёпанная книга «Мифы и легенды о демонах», а в шкатулке лежал тёплый медальон.

Она вошла, скинула туфли, включила свет. Прошла в спальню, открыла шкатулку и достала амулет. Подержала в ладони, как делала каждый вечер. Тот был тёплым — как всегда.

— Спасибо, Аластор, — тихо сказала она. — За всё.

Она закрыла шкатулку, легла в кровать и улыбнулась. За окном горели фонари, и где-то в этом городе две её подруги тоже ложились спать. Они были далеко, но они были рядом. И это, подумала Даша, было единственным желанием, которое не нуждалось ни в каком фонтане.

Оно уже сбылось.