Фиолетовый в крапинку

Глава 1. Неисторическая находка

Драгунову Вилену Феликсовну все сотрудники Эрмитажа за глаза называли «Балалайкой». И вовсе не за весёлый характер. Старожилы музея, понизив голос до заговорщицкого шёпота, неизменно рассказывали новичкам, что взгляд заведующей античными залами сражал нерадивых работников почище той самой винтовки. А уж если её ненароком довести до ярости, то «Балалайка» начинала звучать как трубы апокалипсиса.

Вилене было всего двадцать семь лет, но знали об этом исключительно в отделе кадров. Остальные были свято уверены, что она — чудом сохранившийся в относительной целости артефакт коммунистического прошлого. Вилена предпочитала строгие, тяжёлые коричневые костюмы, носила огромные очки в толстой роговой оправе, а её волосы были окрашены в зловещий пепельно-фиолетовый — оттенок, традиционно почитаемый среди пожилых модниц с дворовых лавочек. Словом, Вилена Феликсовна была истинной музеефикацией самой себя.

В один прекрасный осенний понедельник, когда Эрмитаж был закрыт для посетителей, музей наполнился грохотом и оживлением — для временной выставки, посвящённой древним шумерам, привезли ценнейшие археологические находки из разных стран. Застыв посреди выставочного зала, аки памятник царю Хаммурапи, Вилена Феликсовна руководила подготовкой экспозиции. У себя в голове она совершенно чётко видела концепт будущей выставки, как стратег видит воображаемое поле боя. Каждый предмет должен был говорить о древней культуре в чётко заданной тональности. Увы, кристально ясно всё это было лишь ей одной, а сотрудники, нервно переглядываясь, отчаянно и безуспешно пытались уяснить, что от них хотят.

— Пожалуйста, осторожнее со штандартом Ура! — выкрикнула Вилена в спину грузчикам, когда ей показалось, что те недостаточно аккуратно опустили ценнейшую реликвию на подготовленный стол. Грузчики устрашились и втянули головы в плечи. А Вилена уже наседала на их коллег в противоположном конце зала:

— И куда это вы потащили Урукскую вазу? Её надо установить на восточной стороне, ближе к сектору храмовой скульптуры. Чтобы её можно было видеть от парных статуй шеду! И разверните уже барельеф Инанны — он должен стоять ровно под углом в тридцать два градуса к витрине с печатями! А то, как поставили вы, ломает всю направленную визуальную ось, осмысляющую весь замысел экспозиции! С кем мне приходится работать, у вас есть хоть капля профессиональной совести?

Грузчики под её неусыпным взором покорно перетаскивали, разворачивали, ещё раз разворачивали... Большинство из них о шумерах знали лишь то, что они древние, как сама заведующая, а невидимая визуальная ось и вовсе проходила где-то за границами их понимания. Вилена же была полна решимости создать идеальную выставку, где шумерские артефакты буквально взывают к вечности.

Когда наконец на своих местах оказались храмовые глиняные конусы с проклятиями, клинописные таблички и изваяние Энлиля в полный рост, Вилена придирчиво прищурилась, в последний раз оглядывая зал. Она уже хотела привычно поправить очки, что означало удовлетворение проделанной работой...

Как вдруг её взгляд упал на странный, совершенно неуместный предмет.

Это была небольшая, уродливая и, по мнению Вилены, неимоверно глупая фигурка дракона. Пожелтевшая от времени, со странно сверкающими глазами-стекляшками, словно внутри мерцала диодная лампочка.

— Это что ещё такое? — Вилена не повышала голоса, но произнесла свой вопрос с таким холодным презрением, что грузчики отшатнулись. — Кто притащил сюда эту нелепую подделку?! Это не шумеры! Это даже не... не аккадцы!

Ей попытались объяснить, что привезли ровно то, что было велено. Ничего лишнего не брали, не подкладывали, и уж точно не подменяли артефакты в пути. Но Вилена была непоколебима: как опытный искусствовед, она «невооружённым глазом» могла определить любой музейный обман:

— А ничего не смущает? Вы посмотрите на его полное несоответствие храмовой традиции Шумера! Этот монстр и близко не имеет культурной ценности!

— А оно... кажется древнее, — робко пробормотал один из грузчиков.

— Древнее? — Вилена гордо вскинула подбородок, — не смешите меня, это же явный новодел!

Чтобы доказать правоту, она потянулась к фигурке.... Но стоило пальцам коснуться каменного драконьего бока, как мир превратился в ослепительный свет. Исчез зал, глиняные таблички, саркофаги, стены музея. Вилене казалось, что она сама стала светом. Или кометой, которая пролетает мимо звёзд сквозь безграничный простор космоса...

Глава 2. Шутка вышла из-под контроля

Первое, что Вилена почувствовала, когда безумная круговерть галактик и планет престала мелькать перед глазами — это то, что ей холодно, жёстко и неудобно. Ноздри защекотал отвратительный запах сырости, той самой, что так и норовит испортить любой музейный экспонат, особенно старинные картины. Спутанные мысли наконец вернулись в конструктивное русло и даже смогли сформулировать более-менее логичное объяснение происходящему: наверняка она перенапряглась, потеряла сознание и каким-то образом оказалась… в подвале?

Подвалы Эрмитажа были каким-то отдельным миром, обросшим невнятными байками. Вилена не особо любила туда ходить, и все сотрудники это прекрасно знали. Кто посмел оттащить её сюда, надеясь, что она не организует всем участникам этой выходки строгий выговор? Желание непременно наказать виновных заставило Вилену, превозмогая лёгкую дурноту, наконец открыть глаза.

От представшего перед ней пейзажа Вилена зажмурилась, а затем недоверчиво приоткрыла один только правый глаз. Но ничего не изменилось: всё то же болото. Настоящее, топкое болото, из которого, как редкие клочки волос на плешивой голове, торчали камыши. Сквозь топь куда-то в густой туман тянулась некогда широкая и мощёная дорога, сейчас оккупированная осокой.

За спиной не лучше: ворота. Огромные, деревянные, потемневшие от времени. Задрав голову, Вилена с трудом смогла увидеть, где кончается высоченная чёрная башня, облепленная башенками поменьше. Весь замок был увит плющом, ставни плотно закрыты и, похоже, не открывались они уже многие десятилетия, если не столетия. Рядом на земле валялась проклятая статуэтка дракона, не имеющая культурной ценности. Глаза больше не светились, и выглядела она ещё бессмысленнее и зауряднее. Вилена с досадой подняла фигурку и, переполненная раздражением, начала колотить ей в ворота. Она стучала всё сильнее и настойчивее, но никто не отзывался. Лишь хриплые крики болотных птиц были ей ответом.

— Эй! Откройте! — рявкнула Вилена, окончательно утратив терпение. — Знаете ли, я — заведующая отделом античных экспонатов, и с меня хватит этой бестолковщины!

Сработало. На стену над воротами вышел седеющий мужчина с густыми бакенбардами, как у самого Франца Иосифа. Он старомодно поклонился, вежливо, но холодно, и вместо приветствия произнёс:

— Прошу прощения, миледи, но господин Валдорексиархонт никого не принимает. Вам лучше уйти.

— Какой ещё Валдорекс? — Вилена не поверил своим ушам. — Что за нелепое имя! Средство от боли в суставах какое-то, а не имя!

— Вы совершенно неправы, миледи, — с раздражающим спокойствием покачал головой «Франц Иосиф», — имя Валдорексиархонт ничего общего со средствами от суставов не имеет и содержит указание на благородное происхождение. Господин назван по всем канонам древней и уважаемой семьи Повелителей Болот Лаарексиуса.

Нелепые клички, заброшенное здание вдали от цивилизации... Вилена торжествующе улыбнулась: кажется, она наконец поняла, что происходит.

— Ах, так вот вы кто! Вы — те самые «ролевики», которые скачут по лесам с бутафорскими мечами? Признавайтесь, кто вас подговорил вас организовать моё похищение!.. А, впрочем неважно, самая выясню. А пока требую немедленно отвезти меня обратно в Эрмитаж!

«Франц Иосиф» нахмурился.

— Простите, миледи, но я не совсем понимаю, о чём вы. И, пожалуйста, если это всё, возвращайтесь тем же путём, которым прибыли сюда.

С этими словами он коротко кивнул и удалился, оставив Вилену перед закрытыми воротами. Она раздражённо опустилась на крупный относительно сухой камень и вытащила из кармана платок для протирания очков. Обычно этот ритуал её успокаивал, но на этот раз — увы! Надвигалась ночь, и холод начал пробираться даже сквозь плотный деловой костюм. Бескрайнее болото и дорога, ведущая в туман, казались всё более и более зловещими.

— Да что же это за напасть такая! — Вилена вернула очки на нос и крепко задумалась. Ни мобильника, ни пальто с собой не было, всё осталось в кабинете. Идти через болото сейчас значило или замёрзнуть, или утонуть, тут и оракулом быть не нужно. Оставалось только прорываться в замок, взывая к совести или угрожая полицией, как получится.

Она решительно встала, отряхнула юбку и снова замолотила в ворота. Вскоре на стене появился «Франц Иосиф» и с заметной усталостью выдохнул:

— Миледи, неужели вы не можете уйти, как я просил?

— Я требую, чтобы вы открыли! — настаивала Вилена. — Вы — грубиян, если пытаетесь заставить женщину идти одну через болото ночью! У меня нет с собой даже фонарика, чтобы освещать себе путь!

— Но ведь как-то вы сюда пришли, миледи, — резонно возразил он.

— Да не знаю я как! — она буквально кипела от негодования. — Я просто дотронулась до этой чёртовой статуэтки и в следующее мгновение оказалась тут! Ужасная шутка, уверена, моих сотрудников она позабавила. Узнаю, кто это сделал, всех премий лишу!

Она гневно тряхнула дракончиком, подняв его повыше на вытянутой руке.

«Франц Иосиф» внезапно утратил свою невозмутимость и перегнулся через парапет, чтобы присмотреться повнимательнее. Теперь всё в его облике выдавало удивление, граничащее с испугом.

— Прошу прощения, миледи, — на конец проговорил он, и голос звучал куда как более уважительно. — Сейчас открою.

И действительно, буквально через несколько минут массивные створки натужно заскрипели. Вилена шагнула внутрь, ожидая увидеть пустое и запущенное помещение, но внутренний интерьер оказался неожиданно уютным. Здесь было тепло, в холле располагались два внушительных камина, в одном из которых весело потрескивали дрова. Смешение архитектурных стилей, что-то между суровой средневековой готикой и вычурным поздним рококо, казалось донельзя странным. Холл напоминал результат усилий архитектора с сомнительным вкусом, не знающего меры, но, как ни удивительно, всё вместе выглядело довольно гармонично.

«Франц Иосиф» представился как Арчимонд, дворецкий, и проводил Вилену в «приёмную», где её ждали пыльные бархатные кресла вокруг круглого стола. Заметив её скептический взгляд, Арчимонд торопливо извинился за состояние комнаты, затопил камин, принёс покрывало для кресла и даже вытер стол тряпкой. Затем он поставил перед ней чайник с ароматным травяным настоем, по виду китайский, в стиле династии Тан, и пару фарфоровых чашек.

С каждым глотком горячего напитка Вилена успокаивалась, и наконец уже почти миролюбиво спросила:

— Что, чёрт возьми, тут происходит?

Арчимонд чуть замешкался и осторожно ответил:

— Миледи, я сам несколько озадачен. Однако, насколько могу судить, вы... невеста нашего господина Валдорексиархонта.

Вилена поперхнулась настоем.

— Невеста? — саркастически уточнила она, откашлявшись. — Я замуж не собираюсь, мой образ жизни не предполагает никакого мужа!

Дворецкий сочувственно вздохнул:

— Понимаю, миледи. Признаюсь, это несколько неожиданно и для нас. Дело в том, что драконы вступают в брак исключительно с девушками, что служат образцом добродетелей, почитаемых в их землях. Чтобы не ошибиться в выборе, дракон, который решается связать себя священными узами, обращается в Храм Судьбы, где с помощью древнего артефакта ему подбирают пару. Если в этом мире подходящей кандидатуры нет, то артефакт начинает искать в других мирах.

— И вы хотите сказать, что эта... эта статуя дракона нашла меня? — Вилена показала на фигурку, небрежно брошенную на стол.

— Получается, что так. Если артефакт призвал вас сюда, значит, вы — та самая идеальная пара для нашего господина. Но дело в том, что мы не подавали никакой заявки, Валдорексиархонт ещё слишком юн, чтобы связывать себя узами брака, ему всего двести четыре года...

Абсурдность происходящего перевалила за все мыслимые и немыслимые пределы, когда уже любую чушь начинаешь воспринимать, как должное. Поэтому Вилена решительно проигнорировала «дракона», «двести лет» и волшебный артефакт и сразу перешла к главному:

— Отлично. Если он тоже не хочет на мне жениться, почему бы вам просто не вернуть меня, откуда взяли, и не забыть эту встречу, как страшный сон?

— Боюсь, это невозможно, миледи, — Арчимонд покаянно опустил голову, — никто не знает, как именно служители Судьбы открывают двери между мирами. Возможно, вам стоит отправиться в Храм, чтобы узнать это. Но для начала... вам стоит поговорить с самим господином Валдорексиархонтом. Он обычно просыпается ближе к полудню.

— Он позволяет себе спать до полудня? Что за лентяй! — не преминула заметить Вилена, решив, что этот дракон ей уже не нравится. Впрочем, особого выбора, похоже, не было. Ну, кроме, разве что, гордой и несломленной замёрзнуть на болотах.

Арчимонд предложил комнату для ночлега, Вилена вынужденно согласилась. По скрипучей винтовой лестнице, пронизывающей одну из башен, они поднялись в гостевую спальню, где было темно и пыльно, но дворецкий ловко заменил постельное бельё, чтобы создать хоть видимость комфорта. Кровать была большой, матрас мягким, но Вилена никак не могла уснуть. Она ворочалась с боку на бок, с нарастающим злорадством представляя, как натянет надменному дракону голову на хвост...

Глава 3. Лоботряс малолетний

По привычке проснувшись на рассвете, Вилена подошла к окну, осторожно, чтобы не взметнуть клубы пыли, раздвинула тяжёлые занавески и посмотрела на болото. Отсюда, из башни, оно казалось ещё более бескрайним, чем при взгляде от ворот. Серое, унылое, запущённое. Вилена не могла придумать ни единой уважительной причины, по которой можно довести свой дом до такого состояния, а уж особенно когда ты — дракон. Нет, если и сочетаться браком, то точно не с таким разгильдяем!

На столике у дверей стоял большой медный таз с водой и лежало несколько полотенец. Вода, на удивление, была тёплой — значит, дворецкий принёс её недавно, а не оставил с ночи. Вилена даже простила Арчимонду вчерашнее упрямство — видно же, ответственный работник, прилежный и инициативный, в отличие от безалаберного хозяина. После перенесённых злоключений особенно мучительно не хватало хорошего контрастного душа. Несмотря на свою увлечённость стариной, Вилена с крайним пиететом относилась к современному комфорту, а потому умывание из тазика причиняло ей настоящие страдания, как физические, так и моральные. Успокаивало лишь, что это, скорее всего, ненадолго.

С трудом приведя себя в порядок, Вилена спустилась в приёмную. За ночь она буквально преобразилась: вымытый до блеска паркет, на мебели ни пылинки, на столе ароматный омлет с мясом.

— Завтрак для миледи, — на всякий случай пояснил Арчимонд, вытянувшийся подле открытой двери.

Дождавшись, пока она утолит голод, продолжил:

— Я сообщил господину о сложившейся ситуации. Он оценил её серьёзность и готов встретиться с вами раньше.

— Какое неслыханное одолжение... — пробормотала Вилена себе под нос. Дворецкий с похвальным хладнокровием проигнорировал нелестное замечание о работодателе, что только добавило ему очков в Вилениных глазах.

Благовоспитанно сложив приборы на тарелку, она выразила готовность встретиться с Валдорексиархонтом. Подняться к нему оказалось делом непростым: дракон обустроил себе логово на самой верхушке той самой чёрной башни. Преодолевая виток за витком, Вилена кляла уже всё на свете, а треклятая лестница никак не кончалась. Наконец они остановились перед массивной кованной дверью, увешанной замками, как новогодняя ёлка игрушками. Ни один из них не исполнял своего исконного предназначения, то есть не запирал: Арчимонд просто потянул за ручку, пропуская Вилену внутрь.

Первые секунды она не верила своим глазам: больше всего помещение напоминало пещеру Али-Бабы из старинной сказки. Золотые монеты, слитки, драгоценные камни лежали на полу живописными грудами в полтора человеческих роста. Сверху в беспорядке были навалены пышные платья из парчи и бархата, книги с тиснёными переплётами, древние свитки, мечи в вычурных ножнах, потемневшие от времени доспехи, кольца, броши, ожерелья и даже парочка корон.

На фоне этого кошмарного для любого искусствоведа надругательства над культурными ценностями Вилена не сразу заметила самого хозяина, молодое, ещё не повидавшее жизненных невзгод существо лет двадцати на вид. Тёмные волосы с сиреневыми прядями, падающими на глаз неряшливой чёлкой, помятый камзол, рубашка с жабо, лицо бледное, даже болезненное, и выражение: «этот мир мне абсолютно понятен и ничто в нём не стоит моего времени».

Так называемый дракон измерил её скептическим взглядом и обречённо вздохнул:

— Храм Судьбы решил мне отомстить за то, что я не вложился в реставрацию колоннады? Мало того, что прислали невесту, хотя я их не просил, так ещё и четырёхглазую старуху в перешитом рубище монаха... Можно было какую-нибудь принцессу, я не знаю, которая по крайней мере хорошо бы смотрелась на фоне золота...

Пассаж настолько возмутил Вилену, что она напрочь забыла, зачем пришла, и все заготовленные аргументы. На миг она будто бы оказалась в родном Эрмитаже, где невоспитанный школьник дерзнул приклеить жвачку к трону Петра Первого...

— Тебе давно по ушам что ли не давали, лоботряс малолетний?! — взревела она, бесстрашно поставив ногу на подножье золотой кучи. Несколько монет поползли вниз, мешая найти надёжную точку опоры, но Вилену это не остановило.

Чем выше она забиралась, тем быстрее испарялась из дракона всяческая надменность. Он завалился на спину и стал пугливо отползать назад.

— Эй, дамочка! Я попрошу без рук! Я... Я... я дракон!

— Хам ты и бездельник, а не дракон!

Пальцы заведующей античными залами безжалостно сомкнулись на левом ухе. Юнец скорбно заскулил на одной ноте... Невесть откуда налетевший порыв ветра привёл в движение верхние слои сокровищ. Пошатнувшись, Вилена выпустила свою добычу и рухнула на гору дамских платьев.

Там же, где только что был щуплый паренёк, прижав к груди лапы и хвост, словно защищаясь, лежал настоящий огромный дракон! Фиолетовый. В крапинку.

— Я предупреждал! — теперь его голос был низким и громким, для непритязательного слуха, пожалуй, даже величественным, но неуверенность никуда не делась, а потому Вилена не испугалась, хотя планировала.

— И этот Пятнистый Ужас будет что-то говорить про мои очки! — она вновь пошла в атаку, как только выпуталась из объятий юбок и рукавов. — На себя посмотри, ящерица крылатая!

Дракон перевернулся на живот, шмыгнул носом и посмотрел на неё грустными глазами побитого щенка:

— Да… я не выбирал, как выглядеть! Мне из-за этого даже на собрании земель показаться стыдно! Не красить же мне чешую, в конце концов!

На Вилену, впрочем, его обиженный вид впечатления не произвёл. Нужно было подумать о последствиях до того, как начинать обзываться!

— А что, покрась! Вот я покрасила, и очень довольна! — с вызовом ответила она, показав на свои волосы.

— Слушай, что тебя от меня надо? — простонал дракон уже почти жалобно.

— Вот это другой разговор, — Вилена сменила гнев на милость, — мы оба не хотим друг друга видеть, не так ли? Просто проводи меня в Храм Судьбы, я им объясню, что они неправы, я вернусь в свой мир, а ты будешь лежать.

— Я и так лежу, — подумав с полуминуты, неожиданно отозвался он. — Ты мне не мешаешь, так зачем выходить из дома? Оставайся, будь моей невестой. Лет через сто пятьдесят я, может, на тебе и женюсь…

Она даже закашлялась от возмущения:

— Через сто пятьдесят лет я превращусь в мумию!

Дракон лениво потянулся и махнул крылом в сторону двери.

— Значит, не женюсь, — ответил он философски.

Вилена даже понять не успела, что произошло: вот только что она стояла перед чешуйчатой гадиной, и вдруг оказалась перед закрытой дверью сокровищницы. И пусть замки всё ещё были декоративными, она не смогла приоткрыть её ни на сантиметр.

— Ах не мешаю... — прошипела она. — Это мы ещё посмотрим!

Глава 4. Ход королевой

Летя обратно в холл на крыльях гнева, Вилена будто бы даже не заметила злосчастную лестницу. Больше всего ей хотелось на кого-нибудь излить своё негодование, но именно этого делать было и нельзя. А потому, преодолев последнюю ступеньку, Вилена поправила очки, одёрнула пиджак, принимая вид достойный и благостный.

Арчимонд, как преданный часовой, встретил её у подножия.

— Как всё прошло, миледи?

Всё ещё с трудом подавив импульсивное желание в красках рассказать «как», Вилена натянула на лицо неискреннюю улыбку:

— Просто великолепно. Мы с этим… как уж его... Валдорексиархонтом едва встретились взглядами, так поняли: это судьба. Мы были созданы друг для друга! Я приняла его любезное предложение остаться здесь в качестве невесты и будущей хозяйки.

Арчимонд недоверчиво прищурился, но её уверенность подействовала, и лицо дворецкого озарилось улыбкой. Лёгкой, вежливой, но Вилена с профессиональной наблюдательностью отметила, что за этой сдержанностью скрывается неподдельное счастье. Кажется, пожилой дворецкий относился к дракону как к собственному непутёвому сыну, который наконец-то взялся за ум.

— Это замечательные новости, миледи! — искренне, от души отозвался Арчимонд, — хоть господин и избегает шумных сборищ, ему очень не хватает общения.

— Общения со своими золотыми горами, ага, — себе под нос пробормотала Вилена, чтобы дворецкий не услышал.

Она попросила принести чай, и Арчимонд охотно исполнил это пожелание, притащив вчерашний псевдо-китайский чайник. Глотнув терпкого напитка с привкусом каких-то лесных ягод и трав, Вилена жестом указала дворецкому присесть рядом и начала допрос:

— Скажите, Арчимонд, а большие владения у Повелителей Болот?

— О, провинция Лаарексиус велика, миледи, и знаменита на многие земли! — с необычным для него воодушевлением отозвался тот. Так обычно пенсионеры хвастаются своими десятью сотками с прополотым картофелем!— У нас есть два крупных города: Литфарен и Болгостен. Литфарен известен своими алхимическими гильдиями, куда приезжают учиться даже из соседних земель. А Болгостен славится зодчими. Оттуда родом мастера, которые строили мосты через непроходимые топи, возводили дворцы для королей и храмы, устремлённые прямо в небеса.

— Значит, тут не одни только болота? — Вилена, пожалуй, почувствовала некое облегчение, узнав, что доступные для противостояния дракону ресурсы не ограничиваются бесконечным «хлюп-хлюп» под ногами.

— Разумеется, миледи, — с гордостью продолжил дворецкий. — Наша земля уникальна. Здесь регулярно находят новые залежи минералов, используемых в производстве волшебных порошков, так же в Лаарексиусе произрастают очень редкие травы, высоко ценимые знахарями всех мастей. Это всё делает провинцию богатой и уважаемой.

На словах о богатстве Вилена насмешливо хмыкнула и указала на трещину в стене неподалёку:

— Тогда почему ваш замок в таком состоянии? Если тут столько строителей, почему всё разваливается на глазах?

Арчимонд осёкся и печально вздохнул:

— Замок, миледи, был совсем другим при отце господина, Гилдриане Валдорексиархе. Мудрый и деятельный властитель, он управлял своими землями твёрдой рукой. При нём замок был центром жизни. Здесь работали лучшие мастера, проводились балы и собрания. После его внезапной кончины... — он сглотнул, борясь с подступившей горечью, — молодой господин принял бразды правления… но вскоре решил, что слуги слишком шумят, с аристократами же нужно разбираться, вчитываться в их бесконечные жалобы, улаживать склоки. А он, как вам уже наверняка стало ясно, предпочитает тишину и покой...

Вилена презрительно искривила губы, с которых почти сорвалось что-то вроде: «... ага, чтобы лениво лежать на куче золота и считать крапинки на собственной чешуе...» — но она вовремя прикусила язык. Совсем не таких слов ждут от счастливой невесты.

Арчимонд, не ведая о её внутренней борьбе, тем временем продолжил:

— Шли годы, господин перестал устраивать приёмы, постепенно распустил всех слуг. Остался только я.... К сожалению, здоровье уже не то, чтобы управляться со всем этим хозяйством в одиночку.

Он развёл руками, будто показывая масштаб проблемы. Вилена кивнула. В её деятельной голове как раз созрел дерзкий план.

— Значит так. Арчимонд, сейчас вы собираетесь и едете в Болгостен. Привезите строителей. И пусть они будут мастерами, а не какими-нибудь халтурщиками, которых хлебом не корми, только дай всё испортить. Будем делать ремонт!

Дворецкий моргнул, переваривая услышанное.

— Миледи, простите, но наш господин... он не слишком… ну, любит перемены.

— Господин здесь я! — с жаром перебила Вилена, ткнув себя в грудь пальцем. — Вы же не думаете, что, решив обзавестись семьёй, уважающий себя дракон позволит жене жить в столь запущенной берлоге?

Арчимонд вытер пот со лба, пробормотал: «что ж, как прикажете, миледи», — и отправился в конюшню запрягать старую клячу, которая уж точно не мечтала ни о каких переменах в жизни. Когда повозка, натужно скрипя, покатилась по разбитой дороге, Вилена осталась с замком наедине.

Не теряя времени, она взяла на себя роль прораба — нужно было обойти каждый уголок, проверить состояние помещений, чтобы рабочие даже не вздумали что-то пропустить или, наоборот, сделать лишнего. Первым делом она обследовала холл. Вчера при беглом взгляде он выглядел довольно прилично, но при тщательном осмотре оказалось, что второй камин на грани обрушения, а в некоторые зазоры между досками паркета можно просунуть палец. По центральной лестнице Вилена поднялась на второй этаж. За висящей на одной петле дверью нашлась библиотека. Солидные тома в дорогих обложках, надо полагать, оказавшиеся недостойными подпирать чешуйчатый зад в сокровищнице, были покрыты слоем пыли толщиной в драконий хвост. В углу валялся расколотый глобус, изображавший чужие и непривычные очертания материков.

На этом же уровне был и бальный зал — просторный, под стать Эрмитажу. Некогда великолепный, сейчас он был лишь памятником былому величию. Потолки затянуты паутиной, как гигантской рыболовной сетью, огромные гобелены на стенах с сюжетами из истории драконьей династии потеряли цвет и часть вышивки. В покосившейся люстре, которая висела на одной цепи вместо положенных двух, уныло торчали огарки свечей.

Обойдя ещё несколько спален, кабинетов, гостиных, находящихся в столь же плачевном состоянии, Вилена вернулась на первый этаж и отыскала там кухню, одно из немногих ухоженных мест, содержащихся в полном порядке. Массивная печь вызвала в ней мучительную тоску по индукционной плите и сковородке с антипригарным покрытием. На миг Вилена пожалела, что отпустила Арчимонда, но тут же напомнила себе, что должна быть твёрдой и терпеливой, если хочет вернуться домой. Она сильная, она выдержит!

Заглянув в кладовку, Вилена нашла мешок с мукой и что-то похожее на копчёное мясо. Замесила тесто, кое-как соорудила из него кривое подобие пельменей и засунула во всё ещё горячую после завтрака печь.

— Надеюсь, не отравлюсь, — пробормотала она, устало вытирая со лба пот.

Наверное, что-то она всё-таки сделала не так, поскольку половина пельменей осталась сырой, а половина подгорела, но всё-таки это была еда. Утолив голод, Вилена мрачно продолжила осмотр замка, чем занималась до самого вечера.

Благо, болота оказались не такими уж и бесконечными, а Болгостен — не таким уж и далёким городом: Арчимонд вернулся на следующий день. Теперь его сопровождали десять рабочих и две телеги поновее, гружённые стройматериалами.

Вежливо поклонившись Вилене, вышедшей их встречать, рабочие распрягли лошадей и, подхватив инструменты, вошли в замок, готовые немедленно приступить к работе. Поначалу Вилена, по опыту привыкшая, что люди могут работать нормально лишь когда в затылок им направлен взгляд-прицел, стояла над душой, но вскоре убедилась, что рабочие справляются и без присмотра. Достаточно высказать главному мастеру пожелания — и он сам правильно доводил их до подчинённых. Удовлетворённая его профессионализмом, Вилена позволила себе развалиться в кресле перед камином, слушая барабанную дробь молотков и визг пил как девятую симфонию Бетховена.

В таком положении её и настиг зловещий рёв, столь ужасный, будто кто-то потревожил древнее зло. Через несколько минут в холл, образно выражаясь, влетел Валдорексиархонт. Его волосы торчали во все стороны, из ноздрей валил пар, из глаз сыпались искры:

— Все вон!!! — прогремел он голосом, больше подходившей драконьей форме, нежели человеческой.

Рабочие застыли, растерянно переглядываясь.

— Никто отсюда не уйдёт, пока я не разрешу!

Вилена поднялась со своего места и, героически выпятив грудь, встала прямо перед драконом, загородив своей хрупкой спиной мастеров.

— Что такое, Рекс? — нарочито громко, чтобы все слышали, заговорила она, слова так и сочились сладким ядом, — разве не ты вчера просил стать твоей невестой и хозяйкой этого дома? А сейчас рычишь, воешь, мешаешь наводить порядок в наших владениях?

Дракон стушевался, он явно не ожидал и не привык к отпору. И вместо того, чтобы отвечать по существу прицепился к мелочи:

— Не называй меня Рекс! Какая-то трущобная кличка!

— Ну не буду же я называть тебя по полному имени. Так не принято между возлюбленных, — продолжала издевательски ворковать Вилена. — Может, тогда Володя?

Теперь дым повалил, кажется, ещё и из ушей. Рекс-Володя судорожно придумывал ответ, но Вилена не дала ему достаточно времени.

— У тебя есть выбор, — шёпотом, уже только для него, проговорила она, — ты либо терпишь мой ремонт, либо провожаешь меня в Храм Судьбы. Что меньше побеспокоит твоё высочество, а?

Валдорексиархонт захрипел, заскрипел зубами, под конец даже зашипел, и бурча что-то себе под нос уполз обратно в башню.

— Продолжайте, молодые люди, продолжайте, — Вилена победно обернулась к рабочим. Что ж, на этот раз поле боя осталось за ней. Впрочем, на то, что дракон сдастся легко, рассчитывать всё ещё не приходилось.

Глава 5. Дочь дракона

Две недели ремонт двигался полным ходом, и результаты уже становились заметны. Трещины на стенах исчезли под свежей штукатуркой, окна обрели новые рамы и больше не дребезжали от ветра, а скрипучие полы в залах и коридорах не заставляли вспоминать о проклятом старом доме. В первые дни Вилена тщательно инспектировала каждый этап, периодически вступая в жаркие споры с главным мастером, например, на тему: «Нужно ли перекрасить балясины или лучше восстановить их прежний цвет?»

Рекс и носа не показывал из своей башни, но дважды мирный ход ремонта был прерван его грозным — хотя, скорее, трагическим — рёвом. Оба раза — в ответ на особенно шумные и, главное, утренние работы. Пусть Вилена наказала мастерам строго придерживаться графика, разрешённого законами родного Петербурга и здравым смыслом, лежебока-дракон был, очевидно, крайне возмущён своим непривычно ранним пробуждением.

— Ну как, не мешаю я тебе? — риторически вопрошала Вилена пространство, потирая руки.

— Господин Валдорексиархонт тяжело привыкает к переменам, миледи. Однако, я полагаю, он на самом деле рад, что замок преображается. Просто выражает это... ну, по-своему, — добродушно пояснил Арчимонд, невольно подслушавший её в такой момент.

— О да, я прямо-таки чувствую ауру его благодарности, — ухмыльнулась Вилена. Дворецкий по крайней мере сделал вид, что не заметил сарказма.

Но время шло, статус её пребывания здесь и не думал меняться, и даже у привыкшей до конца стоять на своём Вилены начали опускаться руки. Она завела привычку пить чай, сидя у окна отреставрированной библиотеки и думая об Эрмитаже. Её восхитительная, грандиозная, продуманная до мелочей шумерская выставка сейчас была в самом разгаре! Ценители древностей, журналисты, соревнующиеся за право первыми осветить столь значимое событие в мире искусства, кислые лица коллег, в очередной раз убедившихся, что её не зря поставили на должность заведующей античными залами — всего этого Вилена так и не увидит собственными глазами!

— Интересно, я успею здесь поседеть, прежде чем выберусь домой? — невольно произнесла она вслух, не заметив, как Арчимонд вошёл со свежезаваренным чайником.

— Всё хорошо, миледи? — в его голосе послышались нотки беспокойства.

— Конечно, — солгала Вилена. — Просто задумалась.

***

Однажды в ворота замка громко постучали. Вилена даже не сразу осознала, что это именно стук, а не рабочий забивает очередной гвоздь молотком. Но звук повторился, ещё более настойчивый. Дворецкого поблизости не оказалось, он, как и всегда, был занят своими многочисленными обязанностями. Вилена не стала его искать и сама поднялась на стену, чтобы посмотреть, кого черти принесли.

У ворот на нервно приплясывающей после быстрой скачки лошадке сидел гонец. Его отороченный мехом плащ был расстёгнут, открывая крепкий сыромятный нагрудник с узорами, отдалённо напоминающие кельтские. Убедившись, что привлёк внимание, гонец прокричал:

— Её величество Валиэнархелестия, королева севера, изъявляет желание посетить дом Повелителя Болот Валдорексиархонта в обозримом будущем!

Вилена только-только успела осознать, что трудновыговариваемые имена странно схожи и скорее всего намекают на принадлежность к одной династии, а гонец, посчитав свой долг выполненным, уже разворачивал лошадь, собираясь уезжать.

— Куда это вы, уважаемый?! — настиг его окрик Вилены. — Вы даже не дождались нашего ответа!

Гонец, кажется, растерялся, лошадь дважды сделала пируэт вокруг своей оси.

— Прошу прощения, миледи, — наконец он покаянно склонил голову. — Я совсем забыл о манерах. Но... много лет госпожа получала лишь отказы от своего старшего брата. Я посчитал моё послание формальностью и не хотел понапрасну тратить ваше время, миледи...

— Всё когда-то случается в первый раз, — Вилена назидательно вздёрнула указательный перст, — передайте королеве Валиэнархелестии, что господин Валдорексиархонт теперь помолвлен, и его невеста с удовольствием встретится с сестрой любимого жениха!

Гонец машинально кивнул, и лишь потом до него дошёл смысл произнесённых слов. Скомкано попрощавшись, он подстегнул лошадь и умчался так быстро, будто боялся, что «миледи» передумает. Вилена проводила его коварной улыбкой. В её голове уже сложился план, что она сможет использовать приезд этой загадочной королевы в своих интересах — как очередной шанс заставить дракона сопроводить её к Храму Судьбы.

Первым делом Вилена нашла Арчимонда и сообщила ему радостную новость. Дворецкий сначала покраснел, потом побледнел, но затем со вздохом направился к лестнице в башню, чтобы предупредить хозяина. Вилена успела досчитать до трёхсот, когда замок вздрогнул от крыши до основания. В этот раз дракон возник в холле в два раза быстрее, чем в предыдущий. Лицо перекошено от гнева, а в глазах — священный ужас.

— Что ты натворила?! — возопил он с таким горестным придыханием, будто только что был сослан в Сибирь на вечное поселение, — она здесь не нужна, не нужна, понимаешь? У неё всё время какие-то вопросы, какие-то претензии, она точно знает, как мне жить, как говорить, как одеваться! Помяни моё слово, она и твой проклятый ремонт раскритикует!

— Милый, ну я же твоя невеста, — Вилена выдержала его укоризну, не дрогнув, — Конечно, я хочу познакомиться с твоей семьёй! И да, мы бы ни за что не попали в эту неловкую ситуацию, будь ты чуточку поразговорчивее. Или посговорчивее...

И как бы Рекс ни был зол, намёк он понял прекрасно.

— Не дождёшься, — процедил он. Развернулся на каблуках, и ворча, что весь мир против него, убежал в сокровищницу.

***

Перед приездом Валиэнархелестии, в замке стало ещё более шумно: Арчимонд нанял несколько горничных и поваров, чтобы гости ни в чём не нуждались. Большую часть приготовлений Рекс просидел в своём логове, но в один из вечеров, когда Вилена уже готовилась ко сну, неожиданно постучался в двери спальни. Вошёл, не дожидаясь ответа, и бросил на кровать великолепное платье в стиле раннего романтизма: персиково-розовый шёлк, изящное кружево, мерцающие драгоценные камни, — а поверх него миниатюрную диадему и ожерелье с бриллиантами.

— Это наденешь, — сказал он тоном, не терпящим возражений, — не хочу слушать ещё и что моя невеста одета, как монашка.

Было видно, что расстаться даже с малой долей вещиц из обожаемой коллекции ему тяжко, но сестры дракон боится гораздо больше. Это наблюдение доставило Вилене немалое удовольствие.

Чтобы одеться в назначенный день, Вилене пришлось прибегнуть к помощи горничных, на спине было множество лент и застёжек, с которыми никак невозможно справиться одной. Когда она наконец взглянула на себя в зеркало, оттуда смотрела совершенно другая Вилена: величественная, изысканная, сверкающая. Как королева былых эпох. И пусть она привыкла к своему костюму искусствоведа — практичному и удобному — новый облик, надо признать, ей чертовский понравился.

Рекс, нервно переминаясь с ноги на ногу, ждал её в холле. В роскошном тёмно-синем камзоле с вычурной отделкой. Причёсанный, выглаженный... вылизанный. Как школьник на своём первом новогоднем утреннике. Он мученически вздохнул, перед тем как подставить Вилене локоть и самоотверженно шагнуть к открывающимся воротам навстречу своему злому року.

Свита Валиэнархелестии была довольно скромной — человек этак пятьдесят. Все в плащах, отороченных пушистым белым мехом, на которых серебряными нитями вышит герб — свернувшийся в кольцо дракон. Сама королева оказалась женщиной лет сорока на вид, с длинными чёрными волосами, в которых поблёскивала благородная седина. Осанка и спокойная уверенность сразу выдавали натуру, привыкшую к власти. У них с Рексом определённо были общие черты, но, хоть гонец и назвал её младшей сестрой, но рядом с тщедушным драконом Валиэнархелестия скорее показалась бы его матерью.

Вооружившись знаниями об этикете царских времён, Вилена раскланялась с ней, как подобает благородной даме. И этого оказалось вполне достаточно, чтобы заслужить одобрение.

— Вы очень приятная девушка, Вилена, — вынесла свой вердикт Валиэнархелестия, — а затеянный вами ремонт впечатляет. Я была здесь вскоре после смерти нашего отца — о, тогда замок ещё держался. Но я сразу поняла, что брат его запустит. Он же всегда всё запускает.

От этих слов Рекс сделался фиолетовым, даже не превращаясь в дракона, а Вилена с трудом подавила смешок.

Дав гостям достаточно времени, чтобы обустроиться, Арчимонд распорядился накрывать обед. За столом Валиэнархелестия доверительно наклонилась к Вилене и заговорщически прошептала:

— Знаете, я в восхищении, как точно и без запинки произносите имена урождённых Повелителей Болот. У посланниц иных миров, которых находит Храм Судьбы, будь они хоть воплощением добродетелей, часто случаются с этим неловкие оплошности.

— После Кетцалькоатля и его родственников меня трудно смутить чьим-то именем, — небрежно похвасталась Вилена.

— А кто это, Кетцалькоатль? — живо заинтересовалась королева.

— Один крылатый змей из моего мира....

— У вас тоже есть драконы? — Вилена не успела даже начать погружаться в тонкости ацтекской мифологии, а Валиэнархелестия уже сделала неправильный вывод. Разубеждать её сейчас было бы чревато, тем более, она развила тему в совсем другом ключе: — это хорошо, очень хорошо, вам будет проще поладить с моим братом. Я так рада, что он наконец остепенился! Мы, дочери драконов, живём долго, куда дольше людей. Но я, честно говоря, уже начала сомневаться, что мне хватит отпущенных лет, чтобы дождаться, когда падёт его баранье упрямство.

Рекс зарычал. Тихо и обречённо.

Королева не замолкала. Она рассказывала о том, как уживалась со своим мужем, королём и великим драконом севера, давая Вилене советы о семейной жизни. Поведала, как однажды её супруг забаррикадировался в сокровищнице, потому что считал, что она слишком много средств потратила на новый мост. Ведь старый ещё стоял, а то, что каждый торговый день возле него образуется толчея из всадников и подвод — это мелочи, да и оборонять так легче! Как она изобрела хитрый план, заставив его выйти. Или как он запрещал ей разводить певчих птиц, а через год не только согласился, но и сам построил для них дворец, ставший главной достопримечательностью столицы.

Это продолжалось весь обед, ужин и вечер. Вилена старательно кивала и изображала заинтересованность, хотя к середине второго часа готова была поклясться, что больше не выдержит. Спасала только мысль, что Рексу явно приходилось гораздо хуже: её Валиэнархелестия хвалила и ставила в пример. Брату же в основном доставался разбор недостатков.

После трёхдневной пытки королева севера наконец отбыла вместе со свитой. К наблюдавшей с замковой стены за их отъездом Вилене подошёл Рекс. С таким героическим видом, будто собрался командовать собственным расстрелом.

— Ты победила, — выдавил он. — Мы отправляемся в Храм Судьбы.

Глава 6. А хотите, я его стукну?

В последний раз Вилена ходила в пеший поход ещё в школьные годы, и не сказать, что по своей воле. Романтику ночёвок под открытым небом она предпочитала употреблять исключительно в виде статей об археологических раскопках, сидя за удобным столом в своём кабинете. Но в мире пресловутых меча и магии надеяться в дороге на сколь-нибудь приличный сервис не приходилось. Поэтому собираться Вилена начала с раннего утра. Аккуратно упаковала в рюкзак платье и драгоценности, считай, единственное личное имущество — разумеется, с намерением демонстративно вернуть Рексу при прощании. Попросила Арчимонда подготовить минимальный набор ответственного средневекового туриста: огниво, лёгкое, но тёплое покрывало, фонарь, котелок для приготовления пищи, флягу для воды, прочную верёвку, мыло. Тщательно проинспектировав всё, Вилена дополнила багаж запасом круп и вяленого мяса, которых при умеренном аппетите ей бы хватило на неделю.

— Вы исключительно предусмотрительны, миледи, — осторожно прокомментировал дворецкий, помогая надевать рюкзак на плечи, — но стоит ли обременять себя излишними запасами? Дорога к Храму Судьбы пролегает через обжитые земли, не будет ли удобнее воспользоваться гостеприимством местных жителей? Господин достаточно богат, чтобы вы ни в чём не нуждались.

— Ни за что, — решительно отказалась Вилена, — я эти населённые пункты в глаза не видела, вы, судя по всему, тоже не слишком часто покидаете замок. Что, если я приду, а там пепелище? Или ещё чего похуже?

Она поправила лямки рюкзака и вышла во двор сквозь главные ворота. Там уже столпились рабочие — передохнуть и полюбоваться на громоздкую карету, сверкающую наполовину облетевшей позолотой. Единственная замковая кляча время от времени оглядывалась на несоразмерный лошадиным силам экипаж, и в её глазах читалась вся скорбь этого мира.

Рекс, позёрствуя, даже открыл перед «дорогой невестой» дверцу перед тем, как уселся сам. Развалился на изъеденном молью бархатном диване с чувством выполненного долга.

— И кто поведёт это, с позволения сказать, транспортное средство? — Вилена его легкомыслие не поддержала. Настолько, что даже рюкзак не сняла.

— Как это кто? — искренне удивился дракон. — Арчимонд, конечно!

Глаза заведующей античными залами опасно сузились:

— То есть ты…

Вытянувшаяся физиономия Рекса однозначно сигнализировала: он с первых слов осознал, что брякнул что-то не то.

—… собираешься забрать с собой на неопределённый срок единственного штатного работника этого замка? А кто будет следить за ходом ремонта? Кто позаботится, чтобы твоё высочество было накормлено, когда вернётся? А кто…

Вилена выдержала коварную паузу и добила:

—… гарантирует, что никто не растащит твою сокровищницу, пока ты путешествуешь?

От последней перспективы дракону стало дурно, он нервно сглотнул и бросив напоследок:

— Ладно! Но потом поменяемся! — покинул экипаж.

Сквозь крошечное окошко Вилена видела, как он взобрался на козлы и тряхнул поводьями. Раскачиваясь и скрипя, карета пересекла двор, проехала десяток метров по старой дороге… и намертво застряла колесом в выбоине, заполненной болотной водой. Лошадка поднатужилась, потянула сильнее… Колесо протестующе отвалилось, и карета рухнула углом на гладкие камни. Под дружный хохот мастеров, Рекс сердито соскочил на землю и топнул ногой:

— Хватит ржать! Помогли бы лучше!

Продолжая сдержанно хихикать, один из рабочих подошёл ближе и ловко протиснулся под днище кареты.

— Ну? — нетерпеливо уточнил Рекс. — Это можно быстро починить?

— Безнадёжно, хозяин, — выбравшись, мастер привычно отряхнул одежду, — там рама, почитай сгнила, обе оси тоже. Вам повезло, что эта рухлядь только колесо потеряла, а не пополам развалилась. С неё только доски снимать, что покрепче, да собирать заново…

Стадию отрицания Вилена пропустила. Зато успела на все остальные акты спектакля. Постояла пару минут в надежде, что драконья истерика быстро закончится, но потом попросила у Арчимонда кресло и чашку чая. Потягивая ароматный напиток, она наблюдала, как Рекс носится кругами вокруг злосчастной кареты, изрыгая проклятия, как безуспешно требует у мастеров подтвердить, что всё не так уж и плохо, и как, смирившись, пытается с помощью дворецкого рассовать по сумкам и поясным кошелькам содержимое дорожного сундука с большим количеством золота и мизерным — запасной одежды.

— Будьте осторожны, мидели, — на прощание напутствовала Арчимонд, принимая из рук Вилены опустевшую чашку, когда измученный дракон наконец выразил готовность идти, — и возвращайтесь скорее. Это замок всегда будет вас ждать.

Какое-то странное, незнакомое чувство шевельнулось в груди. Тёплое. И Вилена так и не смогла сказать славному старику, что дорога к Храму Судьбы будет в один конец. Лишь благодарно кивнула и крепко пожала ему руку.

Дорога, несмотря на почтенный возраст, была построена на совесть: пусть с боков она изрядно сползла в болото, зато посередине осталась ровной и крепкой. Так что идти было удобно, но мучительно скучно. Болото, болото, ещё раз болото. Даже редкие кочки, поросшие тусклой травой, выглядели так, будто давно устали от жизни и влачили своё существование лишь потому, что так положено. Первым, разумеется, заскучал Рекс. Он начал демонстративно запинаться и трагически ворчать, что если бы он не опасался новых Вилениных козней, то предпочёл бы подождать пару дней и починить карету. Тогда бы они могли отправиться в путь, как приличные зажиточные люди, а не сбивать ноги, подобно каким-нибудь крестьянам.

— Ты мог бы превратиться в дракона и донести нас до Храма по воздуху, — предложила Вилена, когда нытьё сделалось невыносимо раздражающим.

— Ты что?! — возопил Рекс в таком ужасе, будто ему предложили что-то крайне неприличное. — Тогда тебе придётся сесть мне на спину! А я не лошадь!

— Ты мог бы донести меня в лапах, — она пожала плечами.

Но и эта идея ему не понравилась. Рекс поджал губы и нехотя буркнул, что в этом случае люди подумают, будто драконы опять похищают принцесс.

— А бывает такое? — искренне заинтересовалась Вилена.

— Не бывает, — неуверенно открестился дракон. — То есть, сейчас не бывает… но когда-то… когда-то… случалось. А этим только дай гадость какую запомнить на века…

Вилена спрятала рвущийся наружу смех за благовоспитанным кашлем и беспощадно подытожила:

— Значит, пешком.

Дальше они шли в тишине.

Утро незаметно превратилась в день, а тот — в ранний вечер. Вилена на секунду малодушно подумала, что это дорога вообще никогда не закончится.

— И зачем строить замок так далеко от нормальной земли, посреди топи? — спросила она в пустоту, ни к кому конкретно не обращаясь. Но Рекс, которому тоже надоела неуютная тишина, ответил:

— Мои предки считали, что так легче обороняться. Никто не горит желанием просто преподнести в дар власть над целой провинцией, знаешь ли.

Вилена знала, и очень хорошо. Из учебников истории, содержащих хроники бесконечных войн — и семейных баек, тех, что рассказывают легко и с грубоватым юмором, но лишь потом ты понимаешь, насколько страшные события стоят за кухонной бравадой. Она мельком подумала, что отец бы оценил такой подход к фортификации — и немного испугалась этой мысли.

Генерал Феликс Драгунов, военный до мозга костей, любил охоту и рыбалку — и никогда не одобрял тяги дочери к искусствоведению, считая «несерьёзной профессией». После поступления Вилены в институт, они созванивались ровно два раза в год, чтобы поздравить друг друга с днём рождения.

То, что она вспомнила об отце сейчас, в окружении бесконечной трясины… показалось дурным знаком. Или, по крайней мере, предвестником чего-то крайне тревожного.

Тряхнув головой, чтобы отогнать предчувствие, Вилена, поправила лямки рюкзака, глубоко вздохнула и ускорила шаг.

С опустившимися сумерками болото внезапно кончилось. Так резко, как если бы кто-то провёл границу между ним и лесом по линейке. При дневном свете в этом лесу, наверное, было довольно симпатично: стройные деревья с ажурными кронами, невысокая трава с яркими цветочными пятнами. Но в полутьме, как известно, самой неудобной для глаз освещённости, лес казался непроглядным и зловещим. Листва шумела на ветру, как неразборчивый шёпот ворчливого старика, где-то насмешливо ухала сова.

— Не нравится мне здесь, — озвучил Рекс их общую мысль.

Вилена не удержалась о колкости:

— Если бы кое-кто не провозился с каретой, мы бы оказались здесь днём.

— Я как лучше хотел, — надулся дракон. — И вообще, я до сих пор не понимаю, зачем так спешить. Неделей больше, неделей меньше…

Да уж, куда двухсотлетнему бездельнику, в жизни не организовавшему ничего полезного, понять, что каждые сутки прозябания в этом мире её последняя грандиозная работа — шумерская выставка — грозит обернуться полным провалом без надлежащего присмотра? Вилена шумно выдохнула сквозь зубы, справляясь с подступившим раздражением, но промолчала.

Старая мощёная дорога вскоре упёрлась в другую, качественно утоптанную и укатанную грунтовку. На перекрёстке, как положено, стоял указательный столб с табличками: три справа, две слева. Сумрак мешал разглядеть даже буквы на них или какие-нибудь пиктограммы, но Рексу это как-то удалось. По крайне мере он уверенно заявил:

— Болгостен — это туда! — и повернул направо.

Они успели пройти метров тридцать, ну может быть сорок, когда из самых густых и тёмных кустов вывалились неопрятные мужики с самодельным оружием в руках. Их предводитель, здоровенный рыжий бородач перекинул короткий топорик из руки в руку и осклабился:

— Ну что, путнички, решили ночью проскочить и проход не оплачивать? Чай дорогу не бесплатно тут проложили, чтобы кто попало шастал. Гоните денежку!

— Документы предъявите, — на чистом автоматизме потребовала Вилена.

Разбойники, а это, разумеется, были именно они, опешили:

— Чего? Какие ещё документы?

— Подтверждающие ваше право осуществлять сбор платы за пользование дорогой в соответствии с установленными тарифами.

Мужики переглянулись, а потом синхронно и очень обидно заржали. Вилена, осознав своё положение, медленно сместилась за спину Рекса. Героиней блокбастеров она себя никогда не считала, боевым искусствам не обучалась, а потому здраво прикинула, что у него шансов как-то больше.

— Плюнь в них огнём, что ли, — подсказала она, наклонившись к драконьему уху.

— Я… я и так разберусь!

Рекс гордо вздёрнул нос и шагнул навстречу превосходящему противнику.

— Да вы знаете, кто я?! — громогласно проревел он, в пафосе не уступая своей драконьей форме. — Я Повелитель Болот Валдорексиархонт, законный владыка этих земель! Немедленно пропустите меня, и я… так и быть, не накажу вас за злодеяния!

Смех разбойников превратился в откровенно гомерический хохот. Они хватались за животы и брызгали слюной. Если Рекс собирался уморить их, до смерти рассмешив, у него были все шансы.

— Смотрите, парни, — смахивая с глаз выступившие слёзы, с трудом выговорил вожак, — сам владыка к нам снизошёл! Может, правда его отпустим, а то он ещё повесить нас прикажет. Или ещё хуже… мамочке пожалуется!

Отсмеявшись, разбойники недвусмысленно двинулись вперёд.

Рекс побледнел и судорожно отступил на шаг. Потом ещё на один.

— Это… очень глупо, нападать на меня… Вы же… я же… — он пытался храбриться, но получалось очень плохо.

И тут Вилена коварно и со всего размаху хлопнула его по спине.

Рекс взвизгнул от ужаса.

Налетел знакомый порыв ветра, заставив разбойников пошатнуться.

Фиолетовый дракон сердито встопорщил крылья и предостерегающе заревел.

Несколько мгновений разбойники пялились на это чудо — а потом с воплями понеслись к ближайшим кустам, подгоняемые короткими, но яростными плевками голубого волшебного огня.

В считанные минуты дорога опустела. На ней остался только Рекс — в своей человеческой форме и страшно обиженный.

— Они… увидели… мою чешую, — произнёс он тоном, которым обычно объявляют о национальной катастрофе.

Вилена закатила глаза.

— Да кто там что увидел-то? В темноте. Среди дыма. Паникуя.

— Но они смотрели! И наверняка… что-нибудь подумали!

— О том, как бы не обделаться с испуга они думали, а не о твоих крапинках…

На четвёртом круге пререканий, дракон обнаружил, что бодро шагает по дороге в сторону Болгостена, подстраиваясь к её шагу.

— Дольше так не делай, — напоследок пробормотал он, чтобы просто сохранить лицо.

Вилена усмехнулась, что дракон принял на свой счёт и сердито фыркнул. На самом деле ей просто вспомнилась цитата из старого детского мультфильма:

«А хотите я его стукну? Он станет фиолетовым. В крапинку».

Глава 7. Хороший и мёртвый

Ночевать под открытым небом дракон отказался наотрез. Вся его усталость куда-то бесследно исчезла, и с достойной Повелителей Болот твёрдостью Рекс заявил:

— Мы дойдём сегодня!

Вилену соседство с вероятной лесной живностью тоже не прельщало, а потому в этот раз она даже не подумала спорить.

Короткие сумерки быстро сменились кромешной темнотой. Ещё десять минут назад можно было различить хотя бы силуэты деревьев и очертания дороги, а потом они раз — и исчезли. Приходилось двигаться буквально наощупь, чтобы не споткнуться о случайный камень или корягу. Единственным ориентиром Вилене служил смутный силуэт драконьей спины в паре шагов впереди. Самого Рекса, похоже, темень не волновала, он бодро, куда бодрее, чем днём, топал к цели, ни разу не оступившись.

И с каждым пройденным метром Вилена всё больше убеждалась, что лучше уж правда довериться беспечному дракону, чем коротать время, пытаясь насладиться дикой природой: слева что-то тяжело шлёпнулось в траву и спешно куда-то уползло. Справа раздалось тонкое попискивание, которое внезапно оборвалось чавкающим звуком. Чуть позади кто-то смачно хрюкнул… И что только люди находят в этом туризме?!

Вздрагивая от каждого нового звука и радуясь, что её неуверенность никто не видит, Вилена мечтала, чтобы лес поскорее закончился. И наконец это произошло — чёрная непроглядная стена стала тёмно-серой, что, видимо означало, что деревья сменились отрытым пространством. Впереди, метрах в трёхстах, смутно угадывалась городская стена, подсвеченная редкими факелами.

Вблизи стена оказалась очень внушительной: сложенная из крупного серого камня, поросшая мхом у основания, с наглухо закрытыми деревянными воротами. Правда в одной из створок, обнаружилась приоткрытая маленькая калитка, рассчитанная от силы на одного человека. Сразу за ней было освещённое помещение с постом стражника в каменной нише.

Стражник спал. Молодой парень, совсем ещё мальчишка, привалился к стене, крепко сжимая длинное копье, которое ему, очевидно выделили, чтобы «не пущать». Тяжёлый арбалет болтался на поясе, прицепленный так неудачно, что буквально искушал отцепить и стащить.

Тихо, чтобы не разбудить бедолагу, спутники вышли в город через калитку с противоположной стороны.

— Безобразная халатность, — машинально прокомментировала Вилена, но вяло, без привычной менторской строгости. — Хотя… нам же лучше.

Город встретил их огнями десятков фонарей. Не электрических, конечно, откуда бы им тут взяться, но живое пламя, особенно после лесной темноты, казалось просто невероятно уютным. Рекс с детской непосредственностью завертел головой, разглядывая дома, вывески, редких прохожих.

— А я тут давно не был, — неожиданно сообщил он. — Лет сорок, наверное. Или пятьдесят. Арчимонд говорил, что надо бы наведаться, но всё как-то… недосуг было.

— Ты пятьдесят лет не выходил из замка?

Хоть Вилена дала себе слово больше не удивляться его пассивности, масштаб проблемы её все же немного ужаснул.

— Тридцать пять! — дотошно поправил дракон. — Пока отец был жив, постоянно таскал меня на какие-то приёмы, советы, пиры. Скука смертная. Став Повелителем Болот, я завязал с этим в первую очередь. Но! — он поднял палец, словно собирался изречь важную истину. — Я решил, что иногда всё-таки хорошо прогуляться. Полезно для… здоровья.

— Решил он, — язвительно повторила Вилена. — Для здоровья. Конечно.

Дракон не заметил сарказма, его мысли уже были заняты другим:

— Сейчас мы пойдём к наместнику. У него и переночевать можно, и накормят как следует, не каким-нибудь варевом на скорую руку, а нормальным обедом. Или ужином. — Он запнулся, пытаясь сориентироваться во времени суток. — В общем, поедим.

— А наместник обрадуется гостям посреди ночи? — Вилена скептически хмыкнула.

— Ну разумеется! — Рекс даже мысли об обратном не допустил. — Я — хозяин этих земель. Если он не обрадуется, я ему… Я ему налоги подниму! Или… ну, что-нибудь придумаю.

И он решительно зашагал в ту сторону, где фонари стояли чаще, а каждый следующий дом становился больше и богаче. Вилена, поправив лямки рюкзака, поспешила следом, мысленно готовясь к новым неприятностям.

Наместник обитал в небольшом белом замке, который, если честно, больше напоминал городскую усадьбу, нежели крепость. Аккуратные башенки, зубчатая стена, флаги с гербом — какой-то геральдический зверь с растопыренными лапами и удивлённо выпученными глазами. Здесь ворота были закрыты наглухо и охрана не спала.

Двое стражников при их появлении поудобнее перехватили древки алебард, недвусмысленно намекая, что случайным проходимцам у дома господина наместника делать нечего.

Рекс по обыкновению выпятил грудь и задрал нос, чтобы казаться внушительнее.

— Доложите наместнику, — провозгласил он тоном, не терпящим возражений. — Прибыл Валдорексиархонт, Повелитель Болот. С невестой.

Стражники переглянулись. На лице старшего из них читалось, что он мучительно пытается вспомнить нечто настолько же древнее, как неандертальцы, а на лице младшего — вообще полное непонимание.

Наконец старший, кашлянул в кулак и осторожно ответил:

— Простите, ваша… милость? Светлость? В отсутствие Игниры, госпожи-регента, наместник никого не принимает. Миледи уехала инспектировать лавандовые поля и вернётся в замок завтра после полудня.

— Ха! — Рекс явно воспринял отказ, как шутку. — И с каких это пор Лоренцо сделался таким подкаблучником?

Стражники переглянулись ещё раз.

— Простите, ваша милость, — теперь старший говорил очень мягко, как с умалишённым, — до вас, я полагаю, не дошли скорбные вести. Милорд Лоренцо умер…

— Как умер?! — ошарашенно перебил дракон. — Всего двадцать лет назад он был жив!

Вилена мысленно застонала. Что ему какие-то двадцать лет! Дракон даже не знал, что наместник сменился. Впрочем, чему тут удивляться, если он из замка носа не казал.

Отойдя от шока, Рекс милостиво махнул рукой с видом: «Ну так и быть, я прощаю Лоренцо его внезапную смерть» — и потребовал:

— Это не отменяет моего желания видеть… ну, того, кто сейчас главный! Проводите меня к нему немедленно!

Стражники вежливо, но твёрдо преградили ему путь скрещёнными алебардами.

— Знаете что, господин хороший, — вступил в разговор молодой стражник, — мы люди простые, нам сказали, что не велено, значит не велено! Завтра приходите!

— Да вы понимаете, кто я?! — Рекс начал закипать. — Я Повелитель Болот! Эти земли мне… принадлежат, понятно вам!

Алебарды даже не шелохнулись.

Вилена почувствовала, что ещё немного — и он кинется на стражу с кулаками. Поймав разбушевавшегося дракона за локоть, она решительно потащила его прочь от ворот.

— Отпусти! — Рекс дёргался, как нашкодивший кот, которого изгоняют из кухни. — Я ещё не закончил! Я им покажу! Да я…

— А что ты хотел? — как только замок скрылся из виду, Вилена резко остановилась и упёрла руки в бока. — В отличие от тебя, для них тридцать пять лет — это очень много. Они, полагаю, уже забыли, что у них есть какой-то дракон-правитель, а уж тем более, как он выглядит!

— Забыли?.. — Рекс аж споткнулся от такого предположения. — Как можно забыть своего дракона? Они же… Я же…

— Хватит причитать, — Вилена оборвала его горестные стенания. — Ищем постоялый двор.

Постоялый двор нашёлся быстро — большое двухэтажное здание с вывеской, на которой был изображён пузатый кувшин и кружка. Стоило только открыть дверь в обеденный зал, как оттуда вырвался такой гомон, что Вилена на секунду опешила, решив, что стала жертвой какого-то акустического оружия.

Внутри было не протолкнуться, за длинными столами не осталось ни одного свободного места, поэтому самые неприхотливые гости расселись на полу. Крестьяне в грубых рубахах, купцы в добротных камзолах — все ели, пили, кричали, спорили и стучали кружками. Воздух пах жареным мясом, свежим хлебом и чем-то пряным.

Рекс первым опрометчиво сунулся в толчею у стойки, но сразу же был позорно оттеснён назад дородным мужиком с корзиной, в которой истошно кудахтали белые куры. Вилена поправила очки и посмотрела на птицевладельца своим фирменным взглядом-прицелом. Многолетнее общение с нерадивыми грузчиками не прошло даром: минуты не прошло, как она смогла относительно свободно пройти сквозь толпу и облокотиться на столешницу.

— Нам нужна комната, уважаемый.

Хозяин, который внимательно следил за представлением и сделал определённые выводы, тем не менее только руками развёл:

— Всё занято, миледи! Ни одной свободной!

Дракон наконец пробился к стойке, растрёпанный и злой.

— Как это — нет? — он потянулся к ближайшему кошельку. — Я заплачу, и вы просто вышвырните кого-нибудь!

Вилена перехватила его руку раньше, чем он успел вытащить хоть монету. Кивнула в сторону дальнего угла, где трое подозрительных типов в грязных плащах уже навострили уши и поглядывали в их сторону с нездоровым интересом.

— Не свети деньгами, — прошипела она.

Рекс проследил за её взглядом и нервно сглотнул.

— Но я хочу есть! — капризно протянул он, понизив голос. — И спать! В нормальной постели!

— Есть одна комнатка, — неожиданно сдался хозяин.

Он посмотрел на так и не открытый, а от того ещё более соблазнительный кошель лишь мельком, чтобы не выдать своих мыслей — так смотрят на экспонат, который очень хочется потрогать руками.

— Только… ну, сами понимаете, не для важных господ. На чердаке, можно сказать. Никто не берёт — тесно там…

— Мы возьмём, — поспешила согласиться Вилена, не дав Рексу и рта раскрыть.

Комната и впрямь оказалась размером с чулан. Две узких кровати, между ними тумбочка, на которой едва помещался пузатый кувшин с водой. Через крохотное грязное окно под самым потолком едва проникал свет городских улиц.

Рекс замер на пороге с таким видом, будто его собирались замуровать заживо.

— Это… это унизительно, — выдавил он наконец. — Я — Повелитель Болот — буду ночевать в этом… этом…

— В этом чудесном месте, где есть крыша над головой и нет диких зверей, — закончила за него Вилена, скидывая рюкзак на пол. — Радуйся, что не под кустом.

Дракон сердито плюхнулся на кровать, отчего та жалобно скрипнула.

— Тогда я требую хотя бы ужин! Самый роскошный ужин, какой только можно заказать в этой… этой забегаловке! Фаршированную щуку! Пирожные! Фуа-гра из перепелов!

Хозяин подобострастно поклонился и посмотрел на кошель ещё раз, уже пристально, с намёком. Дракон щедро выдал золотую монету, и тот, попробовав её на зуб, просиял и умчался так быстро, что только пятки засверкали.

И пяти минут не прошло, как хозяин вернулся с двумя помощниками. Такого количества еды на одну персону Вилена не видела даже на банкете, когда в Эрмитаж приезжал министр культуры. На тумбочку все эти подносы, конечно, не поместились, пришлось ставить прямо на кровати, заняв их едва ли не целиком. До высокой кухни блюда не дотягивали, но простецкими их назвать тоже было нельзя: утиные ножки, томлёные в собственном соку с можжевельником, кролик в сливочном соусе с тимьяном и чесноком, та самая фаршированная щука, огромная, правда от неё уже успели оттяпать хвост… На виду у всех проглотив две охотничьи колбаски из оленины, Рекс пришёл в прекрасное расположение духа и бросил хозяину ещё один золотой.

Пожелав господам приятного вечера, сотрудники заведения удалились, и больше ничего не отвлекало дракона от мяса, которое он заедал пирожными. Вилену дневной переход тоже изрядно утомил, и она присоединилась к ужину. А вскоре заметила, что пытается есть гораздо быстрее, чем привыкла — Рекс уже опустошил свою половину подносов и с интересом поглядывал на её. И как в него столько влезает-то? Вилена заставила себя замедлиться, но на всякий случай приготовилась стучать ложкой по загребущим рукам. Ничего подобного не случилось, да и большая часть десертов всё равно досталась дракону — Вилена такой магической вместимостью желудка не обладала.

Сложив все подносы на тумбочке неровной стопкой, Рекс растянулся на кровати и благодушно протянул:

— Давно так отлично не наедался! Всё-таки в отказе от приёмов есть свои недостатки. Так что я почти рад, что выбрался в город. Почти…

И заметно скис.

Вилена подождала продолжения, не дождалась и уточнила:

— И что не так?

— То, что теперь здесь заправляет Игнира, — он поморщился, произнося это имя. — Лоренцо был хороший мужик, весёлый. Помню, на последнем балу, который я устроил, он пытался открыть игристое и зарядил пробкой прямо в цепь, которая держала люстру, и она порвалась. Все ужасно испугались, а мы с ним так смеялись, я даже обещал, что не буду приделывать обратно, пусть так на одной и болтается…

Вилена спрятала смешок за кашлем. Рекс пока не знал, что люстра в бальном зале уже починена мастерами в рамках ремонтной кампании. А он тем временем продолжил:

— Так вот, я думал, зайду к Лоренцо по-свойски, одолжу у него карету и ещё что-нибудь для спокойного путешествия… А у его жёнушки, я уверен, свекольной ботвы не допросишься! Противная она дамочка. Дочь дракона, что тут ещё добавить…

Знакомая комбинация слов что-то царапнула в мозгу, заставив Вилену спросить:

— Почему и ты, и твоя сестра говорите «дочь дракона», а не просто «дракон» или хотя бы… не знаю… «дракониха»?

Рекс выпучил глаза, как будто у него спросили что-то, что знают даже дети. Посмотрел так пару секунд, потом, осознав, выдохнул:

— А… ты же нездешняя. Женщин-драконов не бывает. Способность превращаться передаётся исключительно по мужской линии. Дочери же наследуют от отцов только долголетие, живут столько же, сколько и мы, ну, чуть меньше. И их дети тоже не будут драконами. При этому у всех, как у одной, отвратительный характер. Вечно лезут куда не просят, командуют, указывают, требуют. Словом, самые гадостные создания на свете.

На его лице читалось желание добавить: «прямо как ты!» — но к его чести, Рекс сдержался. Но и самой Вилене не хотелось зубоскалить по этому поводу.

— Самые несчастные создания на свете, ты хотел сказать? — задумчиво протянула она, чем удивила дракона ещё больше.

— Чего это они несчастные?

— Они чужие в обоих мира. Дочери могут быть умны и амбициозны, как драконы, но никогда не получат земли, не возглавят семью, всё в любом случае достанется братьям, которые могут быть совершеннейшими разгильдяями, но зато с чешуёй…

— Это ты на меня что ли намекаешь? — тут же возмутился Рекс, но Вилена проигнорировала этот комментарий.

—… среди людей же они обречены пережить всех друзей и близких, потому что их век слишком долгий. Единственный приемлемый вариант — выйти замуж за другого дракона, как сделала твоя сестра. Но, если существует Храм Судьбы, с этим тоже какие-то проблемы, не так ли?

Рекс забавно нахмурился, сдвинув брови к переносице. Мысли в его голове зарождались медленно, очевидно, они никогда даже не пытался думать в подобном ключе.

— Ну они же могут… — произнёс дракон наконец, — просто найти себе какое-то занятие, не обязательно замужество или власть над родовыми землями. Построить дом и лежать там на золоте? Или, не знаю, сельское хозяйство развивать?

— Кажется, Игнира именно этим и занимается. Так чем ты недоволен? — внезапное и не вполне объяснимое желание заступиться за дочерей драконов пропало так же быстро, как и появилось, Вилена вернулась к своей обычной манере речи.

— Тем, что она всё ещё противная дамочка.

И всё-таки этот разговор немного сказался на Рексе, он даже великодушно пообещал:

— Но если она даст нам карету, я подумаю о том, чтобы перестать считать её таковой.

Глава 8. Оно живое

Вилена проснулась на рассвете, едва солнце заглянуло в окно под потолком. От старого матраса, местами жёсткого, местами продавленного, тело изрядно затекло, и не было ни малейшей причины продолжать валяться. Вилена села, с трудом разогнув затёкшую шею, и посмотрела на соседнюю кровать.

Рекс спал. Одна его рука свисала до самого пола, другая комфортно подложена под голову, а рот слегка приоткрыт. Сейчас он как никогда был далёк от образа грозного Повелителя Болот. Совершеннейший мальчишка лет двадцати, который объелся пирожными и теперь видит десятый сон.

Усмехнувшись, Вилена поправила почти упавшее одеяло и вышла из комнатушки. После духоты как-то особенно сильно хотелось умыться холодной водой, вновь почувствовать себя человеком, которому полагаются хотя бы минимальные удобства.

По ранней поре в обеденном зале было пусто. Заспанные работники прибирали последний мусор, оставшийся от бурного ночного застолья. Хозяин рассеяно протирал стойку, делая вид, что тоже работает. При появлении Вилены он широко улыбнулся, спросив, что миледи желает.

— Воду для умывания в номер, будьте добры…

Едва договорив, она заметила в углу двух мужчин, медленно потягивающих пиво. Под неброскими серыми плащами, слишком добротными для простых путников, угадывались лёгкие доспехи. Они делали вид, что увлечены беседой — а взгляды тем временем скользили по залу, цеплялись за входную дверь, за лестницу на второй этаж, за стойку…

Вилена видела таких не раз и не два — на выставках особо ценных экспонатов. У «сотрудников в штатском» никогда не получалась игра в непринуждённость — вот эти самые взгляды выдавали их с головой.

— Сей момент, миледи, сей момент…

Хозяин засуетился, сходу не сообразив, самому бежать за тазиком или кого-нибудь послать. Вилена кивком поблагодарила его и пошла обратно к лестнице.

Краем глаза она заметила, что тайные стражники, выждав, пока она отойдёт от стойки, тоже поднялись с места.

И как бы ей ни хотелось верить в обратное, Вилена поняла: это не совпадение.

Она ускорила шаг. Потом ещё немного. Надеялась выиграть хотя бы пару минут, хотя сама уже не особенно верила, что это ей поможет.

Распахнув дверь, Вилена увидела, что Рекс всё ещё спит. В той же позе, забавно причмокивая губами во сне.

— Рекс…

Никакой реакции.

— Рекс!

Дракон всхрапнул и перевернулся на другой бок, подмяв под себя подушку.

— Да проснись ты, лоботряс!

Вилена легонько потрясла его за плечо. Не помогло. Потрясла уже не очень легонько.

— Арчимонд, скажи им, что я умер… — сонно пробормотал во сне Рекс.

Видимо, ему снилось, что он снова дома на болотах.

Больше Вилена ничего сделать не успела. В дверях возникли стражники, перегородив собой выход.

— Господин Валдорексиархонт? — один из них, помоложе, сделал шаг в комнату, даже не подумав спрашивать разрешения. — Приказываю вам немедленно следовать за нами.

— Мой напарник хотел сказать, — поправил его второй, постарше и, очевидно, лучше понимавший, что к чему, — госпожа-регент со всем уважением приглашает вас на аудиенцию.

Рекс с трудом продрал глаза и сел на кровати, мимоходом смахнув прилипшее к щеке желтоватое перо из подушки.

— Вы с ума сошли? — вопросил он, подавив зевок. — Какая ещё аудиенция в такую рань?

— Госпожа Игнира сожалеет о вчерашнем недоразумении, — невозмутимо объяснил стражник. — Часовые повели себя непочтительно, и она хочет принести извинения от лица города.

— О, надеюсь их выпороли на конюшне за неподобающее обращение со своим сюзереном, — мстительно ухмыльнулся дракон, — вы даже представить не можете какие страдания я испытал, ночуя… здесь.

На лице молодого стражника отчётливо отразилось желание возмутиться, но тот, то постарше, опередил его:

— Они просто выполняли свой долг. Тем не менее, госпожа регент непременно компенсирует все ваши неудобства.

— Я согласен на компенсацию. Пусть Игнира пришлёт мне карету покрепче, и я дальше поеду — Рекс плюхнулся обратно на подушку и натянул одеяло до самого носа. — Утомлять друг друга личной встречей совершенно не обязательно.

— Госпожа… настаивает.

Окончательно смиряясь, что поспать больше не получится, Повелитель Болот снова сел и очень артистично скривил губы:

— Скажи своей госпоже, что я очень занят. Я направляюсь в Храм Судьбы по делу государственной важности. И поэтому её приглашение… отклоняю.

— Госпожа просила передать, что она будет… разочарована, если вы откажетесь.

Тон стражника ни разу не поменялся. Он просто стоял, как каменный истукан, давая понять, что из комнаты они выйдут либо вместе, либо через его труп.

Оценив расстановку сил, которая былая явно не в их пользу — даже если опять спровоцировать дракона на превращение, огромная чешуйчатая туша запросто обрушит крышу ей, такой прочностью не обладающей, на голову — Вилена наклонилась к уху Рекса:

— Думаешь, они уйдут без драки? Если не хочешь опять демонстрировать миру свои крапинки, нам лучше пойти с ними.

Рекс посмотрел на стражников, потом на Вилену, потом снова на стражников. Плечи его поникли.

— Ненавижу эти ваши дипломатические штучки, — буркнул он, выбираясь из-под одеяла.

— Повелитель Болот мудр и прозорлив, — не преминул заметить стражник. То ли похвалил, то ли посмеялся, не понять.

Хозяин с водой для умывания почему-то не спешил, и Вилене ничего не осталось, кроме как надеть пиджак и просунуть руки в лямки рюкзака. Своё отношение к происходящему она позволила себе выразить лишь ворчливым:

— Надеюсь, у госпожи Игниры хватит такта предоставить нам горячую ванну после столь срочного вызова…

Ответа Вилена не ждала, но всё же его получила.

— Разумеется. Ваши покои уже готовы.

— Вот то-то же! — поспешил с важным видом задрать нос Рекс. Как будто это не он только что с спросонья натянул сюртук наизнанку, а потом долго не мог сообразить, как его правильно вывернуть.

Стражник не выглядел большим любителем поболтать, да и Вилена больше ничего не спрашивала. Вспоминая повторяющиеся шаблоны древней истории, она пыталась примерно прикинуть, что их ждёт. Шаблоны, к её раздражению, вспоминались только безрадостные.

Хозяин, когда все четверо спустились в обеденный зал, поклонился аж дважды:

— В добрый путь, милорд, миледи. В добрый путь!

Вилена сбавила шаг, так что молодой стражник едва не налетел на неё, и окинула прохиндея тяжёлым взглядом:

— Вы так и не принесли мне воду, хотя обещали «сей момент». Я очень разочарована вашим сервисом, очень.

Глазки хозяина забегали, он явно не ожидал такой придирчивости от кого-то, кого уводит стража. На всякий случай поклонился ещё трижды:

— Нижайше прошу прощения…

Больше не обращая на него внимания, Вилена первой вышла во двор, как будто именно она командовала этой процессией.

Там уже ждала простая, но добротная карета без гербов и опознавательных знаков.

Ехать пришлось недолго — путь, в ночи показавшийся утомительным, закончился в считанные минуты. Охрана у ворот усадьбы, уже другая, без лишних вопросов пропустила экипаж во двор. Старший стражник подал Вилене руку, помогая выйти — Рекс, выбравшийся первым, об этом даже не подумал, в тот момент он с интересом разглядывал золотых рыбок, плещущихся в большом белом фонтане.

Интерьер замка напоминал эклектический историзм, тяготеющий к позднему романтизму. Широкая парадная лестница с мраморными балясинами вела из холла к бесконечной анфиладе залов. Потолок тонул в глубоких рельефных тенях, уходя вверх тяжёлыми, темными квадратами кессонов, где вместо вычурных рокайлей в глубоких люнетах угадывались терракотовые маскароны в виде геральдических зверей, таких же, как на флагах. Впрочем, стражники не дали Вилене как следует разглядеть архитектурные решения, а сразу провели в большую и достаточно роскошную спальню: широкая кровать с белоснежным балдахином, резной туалетный столик с зеркалом, комод и даже свежие цветы в вазе. Высокая ширма скрывала дубовую купель и табурет, на котором стопкой лежали полотенца.

— Госпожа-регент примет вас через час за чаем, — напоследок сообщил старший, после чего стражники удалились.

Избавившись от необходимости минимально «держать лицо», Рекс тут же начал нарезать круги по паркету, размахивая руками:

— Она что, думает, я буду ждать?! Это возмутительно! Я Повелитель Болот, а не какая-то… не какой-то проситель!

Вилена с наслаждением скинула рюкзак и, присев у туалетного столика, посмотрела на своё отражение. Женщина из зазеркалья не была похожа ни на заведующую музеем, ни даже на драконью невесту. На болотную кикимору — может быть.

В очередной раз прочувствовав, чем ей приходится заниматься, вместо того, чтобы руководить выставкой, Вилена бросила дракону через плечо:

— Прекрати метаться, нервируешь.

— Ничего, потерпишь! — Рекс трагически воздел руки к потолку. — Меня мой собственный наместник, даже не наместник, регент! не уважает!

Какого-то смысла, да и желания с ним пререкаться не было, поэтому Вилена просто махнула на дракона рукой и скрылась за ширмой. Окунуться целиком в горячую воду был так приятно, что она едва не застонала от удовольствия, но сдержалась. Так бы и лежала весь час!

В голове закрутились воспоминания о собственной ванне в Петербурге, об огромной треснувшей купели в замке на болотах, которую, с огромным усилием воли, Вилена приказала не ремонтировать — ведь старику Арчимонду будет слишком тяжело натаскать в неё воды, а Рекс о такой мелочи, конечно, не задумается...

Кто-то вошёл и вышел обратно, кажется, женщина...

Праздник для презренной плоти прервало появление горничной, которая принесла за ширму заботливо вычищенный костюм и сообщила, что госпожа готова их принять.

Рекс больше не носился, а вальяжно лежал на кровати, от скуки дёргая за шнуры балдахина.

— А ничего так, удобно, — сообщил он вышедшей Вилене. — Пожалуй, прикажу поставить такую в сокровищницу. Неприятно просыпаться, когда какая-нибудь корона в бок воткнулась...

Он собирался добавить что-то ещё, но под фирменным взглядом стушевался и выразил готовность проследовать на чаепитие.

Игнира ждала их в большой гостиной на первом этаже. Дочь дракона оказалась рыжей. Не каштановой, не золотистой — а именно рыжей, яркой, как пламя осеннего костра. На ней было почти строгое тёмно-бирюзовое платье, а единственным украшением служило тонкое кольцо на безымянном пальце. Она сидела в кресле у стола с такой безупречной осанкой, будто позировала для парадного портрета, которые в изрядном количестве были развешаны по всем стенам.

— Господин Валдорексиархонт, — она чуть склонила голову, не вставая. — Рада, что вы приняли моё приглашение.

— Я его не принимал, меня заставили, — буркнул дракон, плюхаясь в кресло напротив. Вальяжно откинулся на спинку... но внезапно выпрямился, будто жердь проглотил, едва взгляд остановился на одном из портретов. Изображённый на нём мужчина был невероятно похож на Рекса, если бы тот был старше и серьёзней. Вилена не без оснований предположила, что видит Гилдриана Валдорексиарха, о котором столь уважительно отзывался Арчимонд. Кажется, дракон-старший всё-таки успел вбить в своё непутёвое чадо немного хороших манер...

Игнира сделала вид, что не заметила этих ужимок. Она позвонила в золотой колокольчик, вызывая слуг, которые явились в мгновение око. Один почтительно выдвинул кресло для Вилены, другой виртуозно расставил на столе множество тарелок с пирожными, очередная горничная разлила их фарфорового чайника горячий чай...

Покончив с обязательными вежливыми формальностями, госпожа регент завела светскую беседу.

— Вы давно не бывали в наших краях. Что привело вас теперь, по делам или проездом?

— Проездом, — без задней мысли поделился Рекс, ловко и быстро поедая пирожные с помощью ножа и вилки, не забывая время от времени коситься на отцовский портрет. — Мы едем в Храм Судьбы, чтобы возмутиться... в смысле, разобраться... Словом, я буду весьма признателен, если вы одолжите мне карету покрепче.

— Для меня будет в радость помочь вам, — Вилене показалось, или Игнира чуть расслабилась после этого ответа? — Я предупрежу стражу, чтобы вас впустили, если вы заходите задержаться на обратном пути.

— Спасибо, но не стоит, — дракон решительно качнул головой. — Как закончу эту историю с Храмом — сразу вернусь на своё болото. Приключения утомляют, знаете ли.

— Понимаю вас, — аристократическая улыбка неуловимо превращалась в удовлетворённую. — В городе начал распространяться слух, что кто-то видел дракона в истинной форме. Я даже решила, что у вас появились какие-то планы по благоустройству своих земель...

— На нас просто напали, — Рекс поёжился, очевидно вновь ощутив уязвлённость от того, что разбойники видели его чешую, — я защищался.

— Ох, как же я сожалею, — с точно выверенным сочувствием произнесла Игнира, покаянно опуская глаза, — такого не должно был случиться в окрестностях Болгостена! Я лично прослежу, чтобы виновные были найдены.

— Да, будьте добры, — Рекс, похоже, принял любезную формулировку за чистую монету. — Было очень... неприятно!

— Госпожа Игнира...

Дочь дракона резко повернулась к Вилене, до сих пор не участвующей в разговоре, будто вообще не ожидала, что «невеста» подаст голос. Впрочем, речь её осталась безупречно ровной:

— Да, миледи?

— Десерты ваши кондитеры делают выше всяких похвал, но мы все здесь, я полагаю, деловые люди...

На этих словах Рекс поперхнулся и начал судорожно кашлять.

— ... и поэтому прошу, давайте не будем делать вид, что ваше приглашение — обычная вежливость.

Есть такие люди, смотреть в глаза которым невыносимо, есть в них что-то первобытное, хищническое. Но и Вилену не зря прозвали «Балалайкой» — этот поединок с Игнирой она выдержала, взгляд не отвела. Дочь дракона чуть заметно кивнула, признавая достойного соперника, и не стала изображать оскорблённое отрицание.

— И что же в моих словах навело вас на такую мысль, миледи?

— Словами вы владеете безупречно, — Вилена не позволила увести разговор из нужного ей русла. — Но сейчас мы с вами пьём чай в гостиной, где висят портреты предыдущих драконов, в то время как ваша стража смотрела на действующего Повелителя Болот не как на возможного самозванца, а как на сумасшедшего. Вы прислали за нами карету без гербов ранним утром — так не встречают сюзерена, сколь угодно нелюбимого, так встречают того, чьё появление нужно скрыть. Исходя из этого, я позволю себе иначе интерпретировать заданные вами вопросы: зачем мы здесь? Надолго ли? Собираемся ли возвращаться впредь? И надеюсь, что ответы господина Валдорексиархонт достаточно удовлетворили вас, чтобы мы смогли беспрепятственно продолжить нашу поездку.

— Беспрепятственно? — Игнира приложила руку к груди в искреннем, впервые за всё чаепитие, удивлении. — Не думаете ли вы, что у меня были планы причинить вред дракону? О нет, это был бы слишком затратный план. Но если вы настаиваете на том, чтобы говорить прямо...

Она оперлась локтями на стол, положив голову на скрещенные пальцы.

— Нашего так называемого Повелителя не видели в Болгостене более трёх десятков лет. Старики полагают, что он умер, а молодёжь и вовсе не знает о его существовании. Меня эта ситуация… — Она сделала паузу и посмотрела прямо на дракона. — ... устраивает.

Рекс озадаченно моргнул:

— В каком смысле — устраивает? Вы позволили людям просто... забыть своего дракона?

— Для этого мне нужно было просто ничего не делать, — безжалостно объяснила Игнира. — Вы всё сделали сами, господин Валдорексиархонт. А я не стала цепляться за прошлое только потому, что так принято. Время драконов проходит. Развитие магии и техники почти решило проблему жажды и голода, бесконечные войны за плодородные земли уступают место дипломатии. И падкие до сокровищ крылатые защитники людям больше не нужны.

— Зачем вы так... как вы можете...

Привычное высокомерие улетучилось, как предрассветный туман. Рекс побледнел, нижняя губа задрожала. Вилене стало даже жаль его.

— Вы же... вы же сами дочь дракона! — наконец он придумал весомый по его мнению аргумент, но тоже просчитался.

— Дочь, — горько усмехнулась госпожа-регент, — позорная кличка, означающая: «Ты не дракон и никогда им не станешь». Я бы предпочла, чтобы это понятие навсегда сгинуло под песками истории, так же как и породивший его магический дефект, паразитирующий на человеческой расе. И провинция Лаарексиус — прекрасное место, чтобы моя мечта начала осуществляться. Мне, наверное, даже стоит поблагодарить папашу за долгую жизнь — смогу увидеть всё своими глазами.

— Это... это бунт! — выдавил из себя дракон. — Я... Я...

— Что вы сделаете, господин Валдорексиархонт? — она уже откровенно насмехалась над ним, не давая ни секунды передышки. — Сожжёте мой город? Прекрасный способ вернуть народную любовь, ничего не скажешь.

— Благодарю за чай, — Вилена резко поднялась с места, понимая, что ещё немного и её «жених» либо умрёт от сердечного приступа, либо сотворит что-нибудь необдуманное. — Но нам уже пора.

— Карета с вашим багажом ждёт во дворе, — Игнира выпрямилась и как ни в чём не бывало светски улыбнулась.

— Было очень... неприятно с вами познакомиться, — нашёл в себе силы напоследок поддеть её Рекс, но даже оскорбить Игниру у него не получилось, та лишь заулыбалась ещё вежливей.

Холл пересекли в молчании. Дракон больше не смотрел по сторонам, проигнорировал он и рыбок в фонтане, которых стало гораздо больше, выбрались из укромных мест навстречу солнцу. Забился в угол кареты, которой правил угрюмый кучер, и почти не мигая смотрел в окно, пока мимо проплывали городские улицы. Болгостен просыпался — лавки открывались, торговцы выкатывали бочки и ящики, дети бегали по мостовой с криками. Обычная жизнь, которой не было дела до чьих-то политических амбиций.

И лишь когда ворота остались позади, Рекс неуверенно подал голос, впервые назвав свою спутницу по имени:

— Вилена... а что, если я не хочу, чтобы меня забыли?

Она почти съязвила что-то на тему, что стоило подумать об этом, вместо того, чтобы лежать... но почему-то остановила себя в последний момент.

— Для этого нужно что-то сделать, Рекс. Просто взять и сделать.