Фигуры на доске. Видящий.

Глава 1

Николай Н. Крюков

Фигуры на доске. Видящий.

Часть 1.

Интерлюдия 1. Верхние миры, уровень 3.

- Дорогая, ты уже сделала свой ход? Ага, вижу. Ну, и зачем ты ударила мою фигуру? Я ведь к тебе не лезу!

- Ты сам вывел ее из под полога тьмы! Бегала бы спокойно по своим полям, держала защиту. Высунулась – получи!

- Так, что это? Серая плесень и слепота! Ты потратила такой мощный козырь в начале игры? А что будешь делать потом? Нет, я не буду отвечать тебе такими мелкими пакостями. Лучше займу вот эту клетку, через два хода тебя ждет большой сюрприз!

Глава 1.

Сознание медленно возвращалось, я плавал на границе небытия. Мысли пытались удержаться за действительность и соскальзывали, не успевая оформиться, обрывки цеплялись друг за друга и вновь разлетались маленькими светлячками. Наконец одна смогла сложиться в короткий вопрос:

- Кто я?

- Лекаря срочно, император очнулся!

Я почувствовал, что кто-то взял меня за руку, считая пульс. Чья-то холодная ладонь легла на мой лоб, вытирая капли пота.

- Как вы себя чувствуете, мой император?

Такой простой вопрос вызвал в голове новый рой светлячков. Вижу? Нет, темнота по-прежнему окружала меня. Чувствую? Боли не было, только ощущение сосущей пустоты. Такое со мной уже было, когда то давно.

- Я ничего не вижу. Кто здесь?

- Дежурный лекарь, мой император. Сейчас я осмотрю вас, прошу ответить на мои вопросы.

Мягкие руки прошлись по моему телу, ощупывая и проверяя чувствительность и реакцию. Потом перехватили мою попытку дотронуться до лица:

- У вас повязка на глазах, не снимайте ее.

- Почему?

- Они сожжены, раны еще не закрылись.

- Где я?

- В замке Стата, мой император.

- Давно я без сознания?

- Я сейчас позову вашу супругу, она все расскажет.

Я услышал, как открылась дверь, шаги двух человек приблизились к моей постели. Одни мужские, уверенные, замерли в нескольких футах, другие летящие, легкие, сопровождаемые шуршанием платья. Мою руку прижали к женскому лицу, капли слез и быстрые поцелуи обожгли ее.

- Лаура?

- Родной, как я счастлива, что ты очнулся!

- Давно я так?

- Пять лет.

- Сколько?

- Алекс, ты действительно ничего не помнишь?

- Винсент?

- Ну а кто еще? Регент при твоем сыне. Давай, я буду рассказывать, а потом отвечу на вопросы. Пять лет назад тебе выжгло глаза в подземелье. С тех пор ты в замке Стата, в империи управляет Совет и я. Кодекс действует везде, денежную реформу провели. Дела идут хорошо, люди забыли о войнах и голоде. Ты сам внешне не изменился, похудел только. На вопросы не отвечаешь, иногда ходишь ночью, пишешь странные записки. Из глазниц текут кровавые слезы, несколько капель в день. Слезы застывают маленькими кристаллами, их собирают и изучают. Алхимики и лекари за каждую кроху дерутся, пришлось в академии новую кафедру организовать. Дети твои растут, у тебя родилась дочь от Мариам и сын от Луизы. Король Малата умер год назад, управляет Совет, принцесса Анна оставила столицу. Верфи развиваются, корабли закладываются. Одна из твоих записок гласила – стройте двести кораблей. Ты ее кинжалом к столу прибил. Дежурный лекарь ночью увидел, как ты по комнате ходишь, бумагу ищешь – заикаться начал. Говорит, что ты не шарил руками, как слепец, а будто видел, где что лежит. После этого строить стали еще быстрее. Дороги прокладываем, торговцы спокойно по земле ходят. Всех гулящих людей на работы определили, кто разбоем промышлял, теперь в шахтах руду добывает. Инициацию теперь на местах проводят, есть несколько случаев открытия Пути у простых людей. Таких сразу в академию отправляем. Сам я женился, у нас с Виолеттой двое детей уже. С твоими вместе воспитываются. У сестры твоей и племянников все хорошо. Вроде все рассказал, теперь твоя очередь. Что ты видел в пещере? Ты как подошел к стене, на которой тени переливались, так на месте и застыл. А потом огонь вспыхнул, слепящий и холодный. В пещеру ту больше никто не заходит, люди на входе падают без сил.

- Мне показали, каким я стану, или каким могу стать. А потом я перестал быть Хранителем, Кристалл теперь там. Он больше не управляет мной, не подталкивает к поступкам, с которыми я не всегда был согласен в душе. Лечить больше не могу. Помогите мне встать, належался.

Заботливые руки поддерживали меня, пока я привыкал к новым ощущениям. Попросив минуту тишины, я стал вслушиваться в окружающую темноту. Нет, мне не почудилось, от каждого звука в моей голове все четче прорисовывались окружающие предметы. Легкое эхо от моих шагов отразилось от стола, от кресла, большого шкафа. Щелчок пальцами проявил две фигуры у окна, скрип выдвигаемого ящика выделил лежавшую в нем чернильницу. С каждым мгновением я все увереннее перемещался по комнате. Вернулся к постели, обнял и расцеловал Лауру, пихнул локтем в бок Винсента. От изумления они застыли на месте.

- Как ты это делаешь?

Я потер пальцами, направив руку на стену. Тихий равномерный звук позволил выделить несколько висящих картин, фамильный меч, висящий у камина. Снял его, обнажил лезвие. Да, надо будет восстанавливать форму, меч сильно оттягивал руку. Несложные движения утомили меня, я вернулся в постель.

- Винсент, оповести Совет, я приму подробный доклад по всем департаментам через неделю.

Регент вышел, Лаура помогла удобнее устроиться на подушках.

- Спасибо, любимая. Как назвала сына?

- Леон. Привести к тебе детей?

- Обязательно, только чуть отдохну. С непривычки голова кружится. Подготовь их, они не должны относиться ко мне, как к калеке. И мне расскажи, какие они?

- Они очень похожи на своего отца. Глаза зеленые, совсем, как у тебя. Прости...

Слезы выжгли на моих щеках жгучие дорожки, застыли маленькими горошинками. Сорвав одну, с досады кинул ее в стену. Громкий удар сотряс комнату, жаром опалило лицо и руки. Вскрикнув, Луиза припала к моей груди. В комнату ворвались люди, быстро сорвали загоревшиеся шторы. Через минуту появился Винсент, выставил всех за дверь.

- Что это было?

- Алекс кинул слезу в стену.

- Что вы еще скрыли от меня?

- Извини, совсем забыл. В ходе исследований выяснилось, что твои застывшие слезы обладают очень большой разрушительной силой. При ударе взрываются, три штуки разорвали корову на мелкие куски. Позволь, я аккуратно заберу остальные.

- Не просто калека, вдобавок еще и монстр. Держи остальные. Не знаю, к каким выводам пришли твои исследователи, но нужно обязательно разложить все по отдельным пробиркам с тугой крышкой. Сколько их всего?

- Около пяти тысяч.

- Если грохнут сразу все, то от замка камня на камне не останется.

Внезапно одна мысль пришла мне в голову. А что, если такое уже было? Ведь погибшая столица империи не была затоплена лавой, не было вулканического пепла. Одна огромная воронка, заполненная водой, вокруг разлетевшиеся в стороны камни от строений. Что еще могло разрушить Кристалл Судьбы, как не сила Видящего? Интересно, он тоже был слепым? Хотя у моей скульптуры глаза были на месте.

- Винсент, проконтролируй лично, все пробирки в мягкие гнезда, доступ в хранилище запретить, поставь караул. Никакого огня рядом.

- Понял, сделаю.

- Лаура, ты как?

- Я испугалась за тебя. Прости еще раз, я не подумала.

- Ты меня прости, что испугал тебя. Все, иди, после обеда приходи с детьми.

Глава 2.

Встреча с детьми разбередила душу, оставив двоякие чувства. Мы впервые могли говорить друг с другом, их первые робкие попытки прикоснуться ко мне были очень боязливыми. Я не мог представить себя на их месте, оставалось надеяться на то, что со временем все изменится. Лаура подавала им пример, окружив меня нежной заботой. Как много я пропустил за эти пять лет! Надо будет чаще с ними общаться. Заметив, что я устал, супруга увела детей.

Статус:Алекс Кроон, человек, Высокий. Император Статта, 24 года. Ранг: Видящий. Навыки и умения: частично заблокированы.

Да, с этим не поспоришь. Не может Видящий быть слепым. Мне остается только одно: восстановить физическую форму и повысить способность ориентирования на звук. Я начал пробовать с разными звуками и их громкостью. Самый лучший результат дала деталь от детской игрушки. Кузов от маленькой повозки при проведении ногтем большого пальца по его ребристому дну издавал отрывистые щелчки. Четкая картинка вспыхивала в моей голове, позволяя разобрать отдельные детали. Я через адъютанта вызвал мажордома. Старый верный Бартон расплакался, увидев меня на ногах. Я поразил его своей способностью обходиться без трости, и рассказал, что мне нужно. Дворцовый столяр изготовил мне резонатор – деревянную трубку с насечками, размером с ладонь. Веревочная петля крепила ее к кисти левой руки. Теперь мне было достаточно одного движения, чтобы распознать крупные и средние предметы, трех хватало на мелкие детали. Мы еще повоюем!

Утро вырвало меня из тяжелого жаркого сна. В нем я был вынужден бороться с неосязаемым злом, находясь внутри огромной капли вязкой слизи. Проснувшись, не удивился, обнаружив на щеках застывшие слезы. Дежурный лекарь аккуратно разместил их в маленькие флаконы, проверил мой пульс. Если четыре такие крохи могут развалить избу, то не удивительно, что я ощущаю такой упадок сил. Придется усиленно восстанавливаться.

Дыхательные упражнения, разминка, особая тренировка. Ее новизна заключалась в том, что все движения выполнялись мною очень медленно, я сам себе сопротивлялся. Это противоборство позволяло задействовать все мышцы. Как будто я продавливал тугую стену, пытавшуюся опрокинуть и смять меня. Ночной кошмар пришлось побеждать наяву. Никаких резких движений, все очень слитно и медленно. После нескольких повторений я почувствовал, что стена больше не давит, капля слизи исчезла. Это я вызвал ее? Или она просочилась из моего сна?

Умывание и завтрак восстановили мои силы. Слуга помог одеться, прикрепил новую повязку на глаза. К моему первому приему пришло много придворных. Большую часть имен я слышал впервые, замок Стата получил имперский статус. Глав Департаментов назначил Совет. Как мне сказал граф Корса, пришлось построить целый комплекс правительственных учреждений, выделив в аренду большой участок земли в двух милях от замка. Вокруг него теперь разбит большой парк с фонтанами, клумбами и беседками. Из крепости убрали подсобные службы, расширили библиотеку и сделали оранжерею с зимним садом. На вопрос, чья это была идея, Винсент ответил, что это распоряжение императрицы. Пришлось вспоминать, что по этому поводу сказано в имперском Кодексе. По умолчанию, первая жена императора, родив наследника, становилась императрицей, если к тому моменту не было издано особого указа. Теперь понятно, почему Лаура присутствует на приеме рядом со мной.

Вереница придворных и гостей все тянулась и тянулась. Пришлось сослаться на усталость и уйти, оставив за себя Регента. Слабость настигла меня на выходе, пришлось ухватиться за руку жены, чтобы не упасть. Лаура подставила плечо, жестом подозвала дежурного гвардейца. Тот быстро закрыл дверь, отсекая нас от любопытных глаз, поддержал под правую руку. Вдвоем они почти занесли меня в покои, уложили на кровать. Слезы бессилия жгли мое лицо. Если так будет продолжаться, то надолго меня не хватит. Дежурный лекарь убрал застывшие горошины, сменил повязку, промыв пустые глазницы. Все это время супруга держала меня за руку, мнущую покрывало. Боль от удаляемой присохшей ткани отдавалась в виски, сжимала зубы. Лекарь вышел, Лаура прилегла рядом со мной, продолжая гладить мою руку.

- Прости, что тебе приходится возиться со мной. Мало тебе забот с детьми, теперь еще одна обуза.

- Молчи, глупый. Мы справимся, я это знаю. Ты тогда вытащил нас с самого края, теперь пришла моя очередь. Все, больше никаких приемов. Здоровье только теряется быстро, а выздоравливать приходится очень медленно.

- Ладно, Совет заслушаю прямо здесь. До него еще неделя, буду копить силы.

- Я распорядилась, что сиделка будет постоянно рядом, и не вздумай выгонять ее! Ты нам всем нужен, любимый.

Поцеловав меня в лоб, Лаура ушла. А я медленно провалился то ли в сон, то ли в небытие.

Глава 3.

Возвращаться пришлось мучительно долго, выныривая с большой глубины. С разных сторон на меня наваливались желеобразные невидимые медузы, их жгучие щупальца обвивали руки, били по глазам, пытались проникнуть с мозг. Я рвал их на куски когтями, выросшими на моих пальцах, связывал в узлы. Отцепив тяжелый груз, висевший на ногах, с трудом выпал из кошмара. Засохшие на лице слезы показывали, сколько сил пришлось потратить на возвращение. Сердце колотилось, испарина покрывала все тело. Сиделка вызвала лекаря, вдвоем они обтерли меня уксусом, переодели в сухое белье.

- Сколько я провалялся?

- Три дня, мой император. В приемной граф Корса, позвать его?

- Да.

- Как ты, мой друг? Только не говори, что опять бросишь нас на пять лет.

- Винсент, мои слезы вытягивают все силы. После того, как я лишился Кристалла, я не могу излечить себя. Так что придется тебе еще долго быть Регентом. Что там такого произошло, что ты не смог сам решить?

- Представитель Совета от королевства Малат очень срочно запросил личной аудиенции. Говорит, что скажет только тебе. Второй день сидит в приемной.

- Ладно, зови. И не уходи далеко.

Статус:Луиджи Бронкс, человек, Высокий. Член Совета, граф, 34 года.

- Проходите, граф. Что заставило вас бросить все дела и просить личной аудиенции?

- Желаю вам скорейшего выздоровления, мой император. Срочность вызвана тем, что ко мне два дня назад инкогнито прибыла принцесса Анна, ваша супруга. Назвалась другим именем, без титула. Но я был на вашей свадьбе, обознаться не могу. После смерти отца она не стала принимать правление, без объяснения причин оставила столицу. Где она была это время, чем занималась, я не знаю. Просит, чтобы я тайно привел к вам на встречу. Говорит, вопрос жизни и смерти.

- Даже так? Как она выглядит?

- Она стала совсем другим человеком. Она похожа на пантеру, такая способна убить голыми руками. Так что меры предосторожности будут не лишними.

- Благодарю вас, граф. Передайте Анне, что я жду ее завтра утром.

Он вышел, а я позвал Винсента.

- Скажи, я не писал каких-либо писем принцессе Анне? Ты говорил, что я несколько раз оставлял записки.

- Да, было одно. Все остальные ты оставлял на столе открытыми, про требование строить корабли я уже упоминал. А это было запечатанным, я не стал его вскрывать. Не знай я твой почерк, не поверил бы, что его написал слепой лунатик. Прости, у меня нет других слов.

- Она прибыла инкогнито, просит о срочной встрече. Организуй, только прими дополнительные меры охраны. А давно было это письмо?

- Примерно год назад.

- Граф Бронкс приведет ее в приемную завтра утром. Встреть ее, приглядись. Если не будет подозрений, зови.

- Хорошо, сам только не усни еще на три дня.

Винсент вышел, а я стал вспоминать, что говорил Анне про письмо. Ее письмо получить я не мог, так как пять лет пробыл без сознания. Но сам написал ей, вот только что? Ладно, завтра все узнаю.

Обед, потом два часа игр с детьми. Они уже не жались к матери, начали привыкать ко мне. Отец, я помню наши доверительные беседы, постараюсь стать для них настоящим другом. Я позволил мальчикам прикоснуться к лезвию фамильного меча, наполовину вытащив лезвие из ножен. Показал герб, рассказал семейное предание об олене, отростки на его рогах символизировали победы над врагами. Потом показал семейный портрет, рассказал о родителях. Как мне вас не хватает, вы бы радовались, глядя на внуков. Дети слушали, затаив дыхание, а я завидовал им, ведь у них есть мать и отец. Стоя перед портретом, я почувствовал, как легкое дуновение коснулось моей щеки. Спасибо вам, родные, я сделаю все, чтобы вы гордились мной. Луиза стала рядом, прижалась ко мне. Дети окружили нас, мы несколько минут стояли молча.

- Дорогой, я обязательно позову портретиста.

- Хорошо, только пусть пока не рисует мое лицо.

Глава 4.

Ночь прошла спокойно, кошмары не мучили меня. Я сделал разминку, провел новый комплекс упражнений. После завтрака предупредил секретаря, что у меня будет важная встреча. Он ответил, что граф Корса уже все подготовил и ждет в приемной.

- Пригласи.

- Доброе утро, Алекс. Она уже пришла, ты готов?

- Как она?

- Принесла саквояж лекаря, оружия нет. Я буду рядом.

- Мой император, леди Фиона.

- Проходите, леди Анна, присаживайтесь.

- Анны больше нет. Мое имя теперь – Фиона, боевой лекарь.

- Даже так? Что привело вас сюда, леди Фиона?

- Ваше письмо, мой император.

- Мне сказали, что я действительно написал вам письмо, сударыня. Но я был в беспамятстве, и не представляю себе, что в нем. Можете прочитать?

- Всего три слова: «Приезжайте через год». Вот оно, я сохранила его. Можете убедиться, это ваша печать.

- К сожалению, не могу.

- Прошу прощения, мой император. Когда я получила письмо, мне рассказали о постигшей вас беде. К тому времени я уже два года брала уроки у травниц и лекарей, потом уехала в академию Суаре, отказавшись от трона и имени. Теперь я здесь, и знаю, как могу помочь.

- К сожалению, мне пять лет никто помочь но может. Не думаю, что у вас получится, сударыня.

- Я знаю тех, кто пытался вас лечить. Они сильные лекари, но у них нет того, что есть у меня.

- Чем вы можете удивить? Когда я был Хранителем, я направлял силу Кристалла, она творила чудеса. Я больше не Хранитель, чудес не будет. Может, Кристалл выбрал вас?

- У меня есть его частица. В сочетании с лечебной мазью, что я составила, она может вам помочь.

- Откуда она у вас, сударыня? Я не слышал о том, что такое возможно.

- Вы сами мнедали, мой император. Я бережно хранила ее все эти годы.

- Что это?

- Это кусок простыни с каплями крови, пролитой вами на свадьбе с принцессой Анной. Она хранит частицу силы Кристалла. В составе мази есть несколько капель моей крови, вместе они должны справиться.

- Вы понимаете, сударыня, что с вами случится, если что-то пойдет не так?

- Маленький кусочек вылечил умирающую собаку.

- Хорошо, я сохраню вашу тайну, леди Фиона. Только действовать будете в присутствии моего лекаря. И вам придется некоторое время побыть под присмотром.

Я позвонил в колокольчик, вызвал дежурного лекаря, он вместе с Винсентом наблюдал, как Фиона аккуратно протерла руки едким раствором, бережно сняла с моих глаз повязку. Потом промыла глазницы, наложила толстый слой мази, приятно холодящей кожу. Размотала полоску ткани, плотно забинтовала глаза. Все это время от ее рук исходило легкое покалывание, как будто моей кожи касались молодые еловые иголочки. Закончив с перевязкой, она попросила моего лекаря дать легкое снотворное, чтобы я не тревожил рану два дня. У того не было возражений, и я провалился в пустоту.

Глава 4.

Щебет птиц разбудил меня, я несколько минут лежал, прислушиваясь к своим ощущениям. Кроме жажды и голода, я испытывал легкий зуд в пустых глазницах. Нестерпимо хотелось почесаться, я едва заставил себя не трогать повязку. Такое чувство я испытывал в детстве, когда на месте ссадины появлялась молодая кожа. Протянул руку, позвонил в колокольчик. Задремавшая сиделка вспорхнула со стула, подала мне воды. Пока я пил, она убежала за лекарем. Через несколько минут вместе с ним появился граф Корса, сопровождая Фиону. Она с лекарем аккуратно сняла с меня повязку, промыла раны. Опять легкое покалывание от ее быстрых пальцев прошло по моему лицу. Все трое молчали, стоя над моей кроватью.

- Не томите, что там?

- Мой император, у вас формируются новые глаза. Не могу поверить тому, что вижу!

Пока лекарь говорил, Фиона ловко наложила новый слой мази, забинтовала голову.

- Дайте императору хорошо поесть, потом опять легкое снотворное. Сэр Алекс, глаза не чесать!

- Сколько я проспал?

- Три дня. Вам нужно встать, подвигаться, разогнать кровь. Только не наклоняйтесь, голову держите ровно.

- Кровавых слез больше не будет?

- Нет, если не потревожите рану.

- Винсент, эксперименты с кристаллами прекратить, все под строгий учет. Новых больше не ожидается. Леди Фионе предоставь самые лучшие условия, дай доступ в библиотеку, там большой раздел по травничеству.

- Обязательно.

- Леди Фиона, я благодарен вам за то, что вы сделали. Я не знаю, смогу ли я видеть, но чувствую, что силы больше не покидают меня. Одно это делает меня вашим должником.

- Я приду на следующую перевязку, мой император. Отдыхайте.

Девушка вышла, лекарь пошел ее провожать. Винсент спросил меня:

- Какое лекарство она тебе дала? Такого не бывает! Даже у тебя с силой Кристалла не получалось отрастить новую руку или ногу.

- Не могу сказать, я поклялся сохранить рецепт в тайне. Вдобавок, я знаю только его часть. Я догадываюсь, что она может попросить у меня за новые глаза.

- Она и так твоя жена! Чего ей еще желать?

- Мы не были на супружеском ложе. Она потребует выполнения долга, а еще право сопровождать меня в походе. Это было ее самым большим желанием.

- Какой поход? Куда?

- Большой поход предстоит большому флоту. Вот увидишь, не пройдет и года, как мне придется отправиться на север. Так что начинай готовить корабли, экипажи, десант, припасы. Помнишь мою записку? Двести кораблей возьмут на борт по сто пехотинцев и пятьдесят всадников, итого двадцать тысяч пехоты и десять тысяч кавалерии. Может, чуть меньше, если будем брать осадные орудия.

- Ты серьезно? Почему на север?

- Там большой архипелаг, за ним лежит огромный материк, и там готовятся к походу. Если мы не успеем, ударят по нам. Я видел это, у меня даже карта сохранилась. Конечно, не очень подробная, но другой нет, пока не захватим. Хочешь мира – готовься к войне!

- Я подготовлю справку для Совета, его перенесут на три дня. Так что выздоравливай.

Винсент ушел, а мне осталось выполнить рекомендации лекаря и на три дня окунуться в целебный сон.

Глава 5.

Легкое пробуждение сопровождалось забытым чувством – я мог видеть! Сквозь повязку пробивались лучики света, они приятно щекотали полу прикрытые глаза. Я позвонил в колокольчик, сиделка кинулась за лекарем. Тот отказался делать мне перевязку, ссылаясь на распоряжение леди Фионы. Пришлось подчиниться, заполнив ожидание ежедневными процедурами, разминкой и завтраком. Через два часа девушка вернулась из леса, где собирала целебные травы, выставила всех из комнаты. Задернув плотные шторы на окнах, осторожно сняла повязку. Даже полутьма ощутимо резала глаза, но я был рад этому. Выйдя из подземной тюрьмы, мне пришлось привыкать к свету, теперь же я вышел из плена вечной тьмы. Повернув голову, я стал присматриваться к Фионе. На месте изнуренного недоеданием подростка теперь была пышущая здоровьем и силой девушка, слитные движения и грация выдавали подготовленного бойца. Я не удивился, заметив на ее поясе кинжал, в маленьких кармашках размещались многочисленные пузырьки.

- Как вы себя чувствуете, мой император? Сколько пальцев я показываю?

- На правой руке – три. На левой руке, что прячешь за спиной – два пальца сложены кольцом.

Ее брови изумленно взлетели вверх, рот слегка приоткрылся. Она обернулась, думая, что на стене может быть зеркало, но его не было.

- Как такое возможно?

- Я пока не знаю, как, но я вижу тебя всю. У тебя под жилетом перевязь с шестью метательными ножами, еще два - в ножнах на голенях. Да, у тебя очень красивые ноги, да и вся ты теперь стала настоящей красавицей.

- Совсем всю? Без одежды?

Краска стала заливать ее щеки и шею, лицо нахмурилось.

- Не обижайся, Анна, я больше не буду тебя разглядывать…таким способом. В свое оправдание скажу, что мне уже доводилось видеть тебя без одежды, с тех пор ты разительно изменилась.

Девушка медленно стала сдвигать плотные шторы, постепенно заполняя комнату ярким светом. Видно было, как она принудила себя собраться, вернувшись к обязанностям лекаря. Заставила меня прилечь, промыла глаза новым снадобьем. После этого внимательно осмотрела, воспользовавшись увеличительным стеклом, приподняв мои веки. Потом поводила в стороны пальцем, следя за перемещениями глазных яблок. Удовлетворенно кивнула, сложила в сумку инструменты.

- Мой император, вы знаете, что с момента снятия повязки цвет ваших глаз изменился несколько раз?

- С зеленого на фиолетовый? А потом опять стал зеленым?

- Вы меня изумляете, и уже не первый раз.

- Все, я не хотел пугать тебя. Теперь скажи, чем я могу отблагодарить тебя за мои новые глаза?

- Я уже говорила, мой император. Я хочу сопровождать вас в походе. Теперь я готова.

Тряхнув головой, она с вызовом посмотрела мне в глаза. Я встал, прошелся по комнате, всмотрелся в отражение своего лица в большом зеркале. Этот новый парень, что стоит напротив меня, больше похож на своего скульптурного двойника. Черты лица стали жестче, появилась складка на переносице, глаза выглядят слегка запавшими. Их цвет неуловимо меняется, перетекая от зеленого к синему, потом к фиолетовому. Надо будет потренироваться, чтобы не пугать окружающих, особенно детей. Вернувшись к девушке, я положил руки на ее плечи.

- Анна, в тренировочном зале ты покажешь, чему тебя научили.

Девушка кивнула, не сводя с меня глаз.

- Тогда через час жду на площадке, полное облачение лучника. Еще раз, спасибо за то, что ты сделала.

Анна-Фиона, теперь ее будут звать именно так, взяла свою сумку и вышла из комнаты. А я отправился к жене и детям, обрадовать их своим выздоровлением. По дороге меня сопровождали поклоны и восторги придворных, новость быстро распространилась по замку. Объявив, что прием будет после обеда, я прошел на женскую половину. Статс-дама Виолетта, супруга графа Корса, объявила о моем визите, пришлось соблюдать установленный протокол. Только детям было разрешено полностью удовлетворить свое любопытство, они уже перестали выглядеть настороженными зверьками. Я позволил им потрогать мое лицо, сам гладил их мягкие волосы. Час тихого незамутненного счастья пролетел очень быстро, я попрощался со всеми и пошел в тренировочный зал. По дороге ко мне присоединился Винсент, поздравил с выздоровлением. Я объяснил ему, что сделала для меня Анна-Фиона, и какую услугу она ждет от меня. Друг подмигнул мне, изобразил руками оленьи рога.

Девушка уже ждала в зале. Нет, нас ждал экипированный воин. Одежда тщательно подогнана по фигуре, не стесняют движение кольчуга и шлем. Два полных тула стрел, большая фляга, заплечная сумка, длинный лук, парные мечи. В дополнение к стандартному комплекту, сумка лекаря и перевязь с метательными ножами. Легкие стремительные движения, спокойное дыханиевыдавали подготовленного бегуна, готового бежать десятки миль. Сделав два круга по площадке, девушка на бегу выхватила стрелу, без прицеливания выбила факел из держака. На следующем круге метнула в мишень два кинжала, поразив нарисованные глаза.

- Все, достаточно! Леди Анна-Фиона, вы доказали, что можете принять участие в нашем походе. О подробностях мы еще побеседуем. Своему учителю передайте мои лучшие пожелания, он сделал из вас нового человека. Приводите себя в порядок, на обеде и приеме быть обязательно, я официально представлю вас. У вас найдется подходящий наряд? Если нет, то статс-дама Виолетта, графиня Корса, вам обязательно поможет. Винсент, проводи мою супругу, потом возвращайся.

Они ушли, а я отправился к жене, впереди был трудный разговор. Пройдя в ее будуар, я пригласил ее сесть рядом на диван.

- Дорогая, я обещал, что у меня не будет тайн от тебя. Посмотри мне в глаза. Я снова могу видеть ими. Лекарь, что совершил это чудо – моя законная жена Анна, королева Малата. Она несколько лет готовилась, училась, собирала лечебные травы. Теперь я у нее в долгу. Она хочет от меня ребенка, я не могу отказать ей в этом. Официально мы женаты, хотя я не был с ней на супружеском ложе. Не таи обиды, ты моя императрица. Говорю об этом прямо, я знаю, что у меня будет пять жен. Я их видел в запретном лесу, в пещере, где мне выжгло глаза. Лучше найди ей и ее будущему сыну место в своем сердце, прими, как сестру. Где мне доведется встретить остальных, я пока не знаю. Соперницами тебе они не будут, это я знаю точно. Вам и мне предстоит вместе выполнить одно важное дело, помогая друг другу. Когда это произойдет, мне не показали. Не молчи, ответь мне.

Лаура встала, направилась к выходу, пряча глаза. Не оборачиваясь, сказала, едва сдерживая слезы:

- Ты сделал мне больно. Лучше бы ты не говорил этого.

Она вышла, а мне оставалось только с горечью похвалить себя за то, что не стал называть основное желание Анны.

Глава 6.

Я впервые после долгого перерыва присутствовал на большом императорском обеде. Весть о моем исцелении давно вышла за пределы замка, в зале не было свободных мест. Пройдя к своему месту на возвышении, усадив супругу, я представил гостям свою спутницу.

- Леди и лорды! Хочу представить вам мою спасительницу, чей лекарский подвиг вернул мне зрение. Леди Анна-Фиона, королева Малата, моя третья жена. Здесь она с неофициальным визитом, целый год готовила свои волшебные зелья. Пью за ее здоровье и умелые руки!

Гости восторженно поддержали тост, вздымая кубки. Не слушая громкие крики, я слегка прикрыл глаза, вглядываясь в пирующих людей. Хотя я не знал большинство присутствующих, они искренне выражали свои чувства, радуясь моему выздоровлению. Не хотелось бы мне иметь в своем доме скрытого недруга.

После обеда был большой прием, я смог воочию узнать присутствующих. Винсент представлял их, называя титулы и должности. Молодые управленцы новой империи, главы Департаментов и служб, гвардейцы и армейские полковники. Да, за время моей болезни Регент выполнил огромную работу, создав крепкий костяк государственного аппарата. Надо будет на Совете поднять вопрос о его награждении. Увидев геральдмейстера, я шепнул, что желаю видеть его после приема в своем кабинете. Когда поток иссяк, я оставил зал. Я устал за сегодняшний день, в зеркале отражались покрасневшие глаза. Анна-Фиона нахмурилась при моем уходе, попросила разрешить осмотреть их. Я кивнул, она послала за своей лекарской сумкой. Лаура сказала, что хочет присутствовать при процедуре, вдруг в дальнейшем возникнут осложнения. Мы вместе отправились в мои покои, жены помогли мне прилечь. Достав пузырьки с лекарством, Анна-Фиона промыла мне воспаленные глаза, Лаура внимательно следила за движениями рук. Наложив мазь, быстро забинтовала голову. Потом сказала, что приготовит запас перед своим отъездом. Проверив пульс, вышла, а Лаура сказала:

- Обязательно научусь так делать. Я не позволю этой женщине ухаживать за тобой.

- Спасибо. Ты хорошо держалась, пусть все сплетницы откусят себе языки. А пока позови старого геральдмейстера, он ждет в приемной.

- Слушаю, мой император! Какое дело появилось так внезапно?

- Подготовьте указ о присвоении лорду Винсенту титула маркиза. Маркизат будет в бывших запретных землях, ограничен рекой Суаре с юга, малой Суаркой с севера, за исключением земли старой столицы империи у горного хребта. Это место пока трогать не будем, запрет сохраняется. Указ дайте мне перед завтрашним заседанием Совета, ваше присутствие на нем обязательно. И прошу сохранить все в тайне.

- Слушаюсь! Наконец и моей гильдии нашлась работа, сделаем аккуратно! Какой у нового маркиза будет герб?

- У него на геральдическом щите два пустых поля. Поместите в одно из них меч, в другое – перо с чернильницей. Над щитом пустите ленту для девиза, потом сам выберет. Над лентой – корона маркиза.

- Утром все будет готово, мой император.

Летний короткий дождь разбудил меня шелестом своих капель по листве. Идея Лауры разбить сад у замка воплотилась в жизнь, теперь в окна лились ароматы цветов и пение птиц. Анна-Фиона сняла повязку, промыла глаза новым настоем. Удержав ее руку, я сказал:

- Сегодня вечером я нанесу первый неофициальный визит в дом представителя королевства Малат.

- Я буду ждать, муж мой.

Она ушла, унося с собой запахи лаванды, мяты и множество других. Придется сдерживать себя, чтобы к вечеру глаза не воспалились вновь. Я закрыл их, вспоминая то, что увидел во сне. Там я мог окинуть взором любое место, где мне довелось побывать, видеть все, что происходило в домах Хранителей. Я помнил лица молодых людей, пришедших на Инициацию, видел городские магистраты и дома деревенских старост. Что это? Сон, или явь? То, что было, или мне показали, что будет? Надо будет проверить.

Ежедневные процедуры, разминка, комплекс медленных движений в вязком киселе. Тугая пленка, обтягивающая прозрачные тела, с трудом поддавалась ударам моих пальцев, сложенных птичьим клювом. Стоило открыть глаза, как мои невидимые противники исчезали за моей спиной. Закрываю – появляются вновь, наваливаются на плечи, перехватывают щупальцами горло. Только порвав всех, понимаю, как устал в этой битве. Свежий воздух, напоенный ароматами цветущих деревьев, возвращает силы, дает дышать полной грудью. Вода смывает усталость, аппетитный завтрак уже ждет на столе. У меня есть еще час, чтобы поиграть с детьми, потом надо идти на заседание Совета.

Зал встретил меня легким гулом голосов и приятной полутьмой. По моей просьбе были опущены шторы, закрывая яркие солнечные лучи. Винсент Корса от лица всех присутствующих поздравил меня с выздоровлением, объявил о начале заседания. Главы Департаментов отчитывались в проделанной работе, приводили цифры, раскладывали бумаги. Да, в целом империя развивалась, доходы росли, строились дороги и корабли. Но среди этих цифр мне с трудом удалось выделить главное: в пострадавших от войны королевствах упала рождаемость, число новых браков сократилось. Осталось много сирот, пенсии по потере кормильца съедали большую часть доходов.

- Лорды! Мы все помним, как тяжело нам достался мир. Теперь перед нами стоит задача преодолеть последствия войны. У нас на одного молодого мужчину приходится по три, а кое-где по четыре девушки. Предлагаю временно восстановить предусмотренное имперским Кодексом многоженство. Тем более через год в поход со мной отправится большой флот, увезет около тридцати тысяч мужей. Одно условие – равные права для всех жен и детей. Берите пример со своего императора – у меня три официальные жены, всего будет пять. Все остальные могут иметь до четырех официальных жен, лишь бы здоровье и средства позволяли. Лет через семь – десять постепенно отменим, глядя на результаты. Для сирот нужно открыть приюты при цехах, с возможностью обучения ремеслу. Пособия выделим. Сыновьям погибших солдат предоставить при гарнизонах место в пансионатах, будут учиться в полковых школах. Казначейству предусмотреть для этого отдельную статью расходов. Если не хватит денег, возьмем из резерва. Иначе мы рискуем оказаться без населения через двадцать лет. Прошу высказываться.

- О каком походе идет речь, мой император? Ведь на нас никто не нападает.

- Сэр Винсент, покажите присутствующим примерную карту нашего мира. Вот здесь находимся мы, на севере от нас – большой архипелаг. Дальше – огромный материк, вот оттуда и будет нападение, если мы не опередим. С попутным ветром можно дойти за три-четыре месяца. Для этого похода мы все пять лет строили корабли, учили матросов и готовили офицеров.

- Позвольте узнать, откуда такая карта, ведь там никто не был?

- Адмирал, у вас под кителем на форменной рубашке оторвалась пуговица. Ее никому не видно, вы сами не знаете об этом. Две минуты назад я тоже ничего об этом не знал. А в правом кармане кителя лежит платок с вышитыми инициалами и маленькой короной. Это я к тому, что ваш император – Видящий. Карту рисовал своей рукой, вот только глубины и течения здесь не указаны. За пропорции ручаюсь. Еще вопросы?

- Почему поход состоится через год?

- Через два года у нас будут незваные гости, лучше мы к ним.

- Кто поведет флот?

- Проведите маневры, выберите достойного. В эти вопросы вмешиваться не буду.

- Где будет собираться флот?

- В Скорпе, там отличная закрытая от ветров бухта. Все готовые корабли перегоняйте туда, по дороге отработаете все маневры. Десант отправим сушей, на месте пройдет закрепление по экипажам.

- Кто будет руководить наземными операциями?

- Общее руководство за мной, тактические группы возьмут командиры гвардейских полков, имеющие боевой опыт. Старшинство родов, заслуги предков учитываться не будут. Со всеми командирами буду лично проводить штабные учения. Совет прошу назначить представителей, отвечающих за снабжение флота и войск. Также необходимо подготовить полковые лазареты, укомплектовать лекарями и лекарствами. Ваш император лечить больше не может, сам без глаз пять лет оставался.

- Если вы, мой император, возглавите поход, то кто останется здесь?

- А кто управлял империей пять лет? Сэр Винсент, подойдите сюда. Геральдмейстер, зачитайте мой указ.

- Преклоните колено в последний раз, граф Винсент Корса! Встаньте, маркиз Корса, служите с честью! Лорды, сегодня Регент дает деловой обед, обсудите все вопросы с ним. За год нам предстоит сделать много дел, цените время. Все рабочие моменты обсуждаем совместно, считайте себя штабом нашего похода. Разумная инициатива приветствуется, Казначейству вместе с ревизионным Департаментом вести постоянный учет выделяемых средств. Еще вопросы, лорды? Все свободны!

Глава 7.

Перед обедом дежурный секретарь доложил мне, что в приемной ждет граф Лата. Я согласился принять, ведь среди гостей в замке его не было. За несколько лет он разительно изменился. Вместо стройного молодого человека передо мной стоял полный круглощекий мужчина с высокими залысинами.

- Рад видеть вас выздоровевшим, мой император.

- Присаживайтесь, граф. Я не видел вас на приеме. Что у вас нового?

- Только утром приехал с побережья, решал вопросы с поставкой рыбы. Дела идут хорошо. Слышал, скоро понадобятся большие запасы продовольствия? Могу предложить свои услуги.

- Интересно, откуда идут слухи? Ведь на Совете вас не было.

- Так среди торговых людей информация расходится очень быстро. Я не военный, а хозяйственник. Половина поставок продовольствия для армии идет через мои руки. Война нас не затронула, благодаря вашим усилиям. При необходимости могу легко удвоить количество, в том числе продуктов длительного хранения. Сыры, копченая и соленая рыба, колбасы, залитые салом в горшках, сухари, крупы, соленые грибы и сушеные фрукты – есть запасы на складах, чтобы держать уровень цен. Назовите объемы и сроки поставки, о ценах договоримся. Своему сюзерену сделаю все в лучшем виде, качество гарантирую.

- Лорд Пабло, вы меня убедили. Как вы посмотрите на мое предложение стать официальным поставщиком империи для армии и флота? Будете напрямую заключать сделки с Казначейством, никаких посредников, войдете в Совет. Единственный минус, придется работать с инспекторами, контролирующими приемку готовой продукции.

- Это даже больше, на что я мог рассчитывать. Я с радостью принимаю ваше предложение, мой император.

- Для соратников я сэр Алекс. Вашу руку!

- Я не подведу, будьте уверены. Когда начинать расширение поставок?

- Обговорите все детали с маркизом Корса, примерный срок начала похода – в середине весны. Желаю успехов!

Граф вышел, а я остался у карты. Да, такой поставщик нам необходим, только возникают трудности с доставкой припасов в Скорп. Найти бы еще одного в Суаре, надо поднять вопрос в Совете.

После обеда, на котором Анна-Фиона не присутствовала, я пошел с детьми гулять в сад.Яблони и сливы оделись розовой и белой кипенью, сирень качала фиолетовыми ветками. Какое блаженство – вновь наяву зарываться лицом в благоухающие кусты, губами отщипывать сладкие соцветия. Как мало, в сущности, надо человеку для покоя и тихого счастья.

После прогулки я велел заложить коляску, мне хотелось осмотреть окрестности. Взвод гвардейцев сопровождал меня в поездке по местам моего детства. Как разительно они изменились за несколько лет! Исчезло очарование дикой природы, ей на смену пришли аккуратные ухоженные парки и ровные дорожки. На месте ближайшей к замку деревни, где я всегда пил парное молоко, возвращаясь из своих подростковых путешествий, разместился целый городок правительственных зданий. В нем кипела работа, курьеры то и дело проносились по дорожкам с большими папками для бумаг. В многочисленных приемных стояли и сидели люди, писари были завалены работой. Вот она, рабочая изнанка государственного аппарата, те рычаги, что приводят в движение сотни тысяч исполнителей моей воли. Пожалуй, я недооценил заслуги Винсента, маркиза он давно перерос. Придется ему скоро поменять корону, добавим зубчиков.

Оставив охрану ждать у входа, я прошел в дом представителя королевства Малат. Анна встретила меня на лестнице, проводила в кабинет. Там был накрыт стол, на нем стояли накрытые крышками блюда, вазы с цветами и кувшины с вином. Девушка была в легком летнем платье, никакого оружия на ней я не заметил. Заставив меня вымыть руки, она усадила за стол, налила вина, начала предлагать разные блюда.

- Почему ты сама ухаживаешь за мной?

- Я выгнала всех слуг до утра, муж мой. Позволь мне самой сделать этот вечер таким, чтобы он запомнился нам на всю жизнь.

- Тогда и себе налей вина, один пить не хочу. И поешь, не могу так.

- Опасаетесь, что отравлю?

- Ничуть, если хотела бы, могла просто ничего не делать. Я бы просто угас во сне, силы уже покидали меня.

- Хорошо, муж мой, силы нам сегодня понадобятся.

Мы ужинали, разглядывая друг друга. Я чувствовал себя неловко, ведь когда-то я отверг ее. Анна встала, взяла меня за руку, увела в соседнюю комнату. Закрыла дверь на засов, быстро скинула платье. Она больше не стыдилась своего тела, налитого здоровьем и силой. Помогла мне раздеться, задула все свечи, кроме одной. Откинув одеяло, за руку подвела меня к постели.

- Сделайте это, муж мой. Надеюсь, я больше не вызываю у вас отвращения своим видом.

Я лег рядом, положил руку ей на грудь. Анна напряглась, потом выдохнула и расслабилась.

- Простите меня, мой супруг. Меня никогда не касалась рука мужчины.

Я пальцем обвел ее высокие соски, они мгновенно затвердели.

- Ничего не бойся, я не сделаю тебе больно. Иди ко мне.

Задув последнюю свечу, я медленно и осторожно начал гладить ее тело, кожа моментально покрывалась мелкими пупырышками. Она сперва робко, потом все смелее стала отвечать на ласки. Наконец настал миг, когда она притянула меня к своей груди, выгибаясь мне навстречу. Короткий стон, соленые слезы на губах, несколько мгновений беспамятства. Потом бурный взрыв раскрепощенных тел, заставивший нас забыть обо всем вокруг.

Мы тихо лежали, сжимая друг друга в объятиях, остывая от безумства. Я подул на прядь волос, закрывающую Анне лицо, пощекотал ее шею.

- Скажи, мой супруг, это со всеми так бывает? Меня унесло далеко-далеко, я распалась на тысячу частей.

- Для этого не нужно сдерживать себя, твое тело лучше знает, что ему надо. И еще нужен тот, кому можно доверить всего себя. Теперь, когда ты стала настоящей женщиной, скажи, что заставило тебя так поступить с собой? Ты лекарь, теперь понимаешь ошибку?

- Я была дурой, прости меня. В пятнадцать лет увидела, как мою подругу выдали замуж за уродливого старика, он лишил ее любимого человека. Я дала себе слово, что не буду куклой в чужих руках, специально отваживала всех женихов. А потом не заметила, как перешла грань, отделяющую стройность от худобы. Если бы не те слова, когда ты специально унизил меня, я бы не смогла заставить себя посмотреть на супружество с другой стороны. Теперь я не покину тебя, всегда буду рядом.

- Тебе придется вернуться в Малат. Родишь ребенка, королевству нужен наследник. Только после этого я смогу взять тебя в поход. Вникнешь во все дела, проверишь Регента и Совет. Поручаю тебе медицинскую подготовку, нужно будет на каждом корабле иметь лекаря и санитара. Заготовишь необходимое количество лекарств, перевязочного материала. Все заявки оформляй через Казначейство. Я больше не Хранитель, лечить не могу. Мы увидимся перед походом, флот будет собираться в бухте Скорпа. Только учти, сына с собой взять не сможешь, он останется в столице. Ты готова пойти на это?

Аннасмахнула слезы, выступившие на глазах, уткнулась лицом в мое плечо:

- Как прикажешь, муж мой.

Несколько раз шмыгнула носом, потом решительно притянула меня к себе.

Возвращался от нее уже за полночь, после того, как она сделала мне перевязку и взяла обещание прийти вечером.

Глава 2

Глава 8.

Ночью я опять осматривал свою империю с большой высоты. Видел ниточки дорог, по которым перемещались торговые караваны, новые стройки. Скользнул к побережью, глядя на рыбаков, сместился к бухте. Что-то было не так, какая-то важная деталь выпадала из поля зрения. Где я? Точно, это Порт – на Низе. Полет прервался, я спланировал в темноту.

Проснувшись, первым делом вызвал дежурного адъютанта, запросил справку о ходе строительства кораблей, с разбивкой по королевствам и годам. Вчера этот вопрос на Совете не поднимался, до доклада Адмиралтейства дело не дошло.

Опять ежедневная разминка, воинские комплексы, тягучие бои на глубине. С каждым днем мне все легче было выполнять поставленные перед собой задачи, силы больше не вытекали из меня, вместе с кровавыми слезами. Теперь я занимался под открытым небом, возле пруда, где для меня сделали несколько тренажеров. Скинув снаряжение и одежду, нырнул в воду, смывая пот и усталость. Слуга подал полотенце, принес одежду. Завтрак ждал на столе, организм требовал возместить потраченные вчера силы.

Посыльный принес запрошенную справку, я углубился в цифры. Так, вот разбивка по королевствам, вот выполнение по годам, итоги… Вот оно! Из запланированных к постройке на верфях Низа сорока кораблей готово было всего двадцать восемь, еще шесть заложено. Отставание от графика началось два года назад, в прошлом году продолжилось. Верфи других королевств справлялись с графиком, вопросов к ним у меня пока не было.

- Дежурный! Вызовите ко мне представителя Королевства Низа, глав Адмиралтейства, Казначейства, ревизионного Департамента и пригласите Регента.

В ожидании вызванных я сходил в библиотеку, взял несколько книг по кораблестроению. Она уже не вмещалась в тот зал, который отвел для нее мой отец. Свитков и книг стало так много, что за ними следили три библиотекаря. Из книг мне стало известно, сколько материалов уходит на постройку большого корабля, способного перевозить двести человек, сколько нужно строителей и времени. Выписав для памяти цифры, я вернулся в свой кабинет. В приемной уже ждали вызванные чиновники.

- Проходите, лорды. Вчера на заседании Совета мы не обсудили один важный вопрос. Посмотрите на эти цифры. Чем вызвано такое отставание? Слушаю главу Казначейства, все ли средства были выделены?

- В полном объеме и своевременно, мой император.

- Глава Адмиралтейства, все ли средства дошли до подрядчиков?

- Договоры заключены, средства выделены полностью.

- Граф Кресс? Что скажет ревизионный Департамент?

- Отставание от графика налицо, запрос представителю королевства Низа о расходовании средств направлен дважды, ответа нет.

- Маркиз Корса, поступали ли докладные записки с верфей, объясняющие срыв графика?

- Нет, мой император.

- Что скажет представитель короля Низа?

- Мой император, у нас были трудности с поставками материалов, не хватало корабелов.

- Вы сменили поставщиков? Когда? Есть новые договоры? Из этой справки видно, что первые три года вы не выбивались из графика. Что произошло два года назад?

- Трудности со специалистами…

- Это ваша личная инициатива, или вы получили распоряжение свыше? Все, можете не отвечать. Маркиз, этот человек отстранен от должности. Отправьте его под арест до выяснения обстоятельств.

- Будет исполнено. Стража!

Чиновника увели, в кабинете повисла неловкая тишина.

- Лорды! Готовьтесь отправиться в Низу. Четырех гвардейских полков будет достаточно. На сборы три дня. Маркиз, останьтесь, все остальные за работу.

- Это моя вина, мой император, не доглядел. Поверил представителю, что они все догонят.

- Винсент, положение еще хуже, чем видно на первый взгляд. Подними отчеты, там наверняка долги по налогам. У них корабли даже не заложены! Надо скорректировать планы строительства по остальным верфям. Скорее всего, король Марк подумал, что я не поднимусь, и дал команду на сворачивание работ. Придется навестить его. Помнишь про архив моего дяди? Посмотри, кто может нам помочь.

- Сделаем. Раскидаем по верфям по два корабля, сможем наверстать отставание за год. Документы сегодня принесу, вместе подумаем.

После обеда мы вдвоем принялись изучать архивные справки, старые письма, пожелтевшие дворянские грамоты. Складывалась картина противостояния древних родов, взаимных претензий, подковерных интриг. Но не было главного – взгляда очевидца, влиятельной особы, приближенной к трону. Лучшим кандидатом выглядел граф Беллами, он уже двадцать лет на своем посту. Опыт барона Кнаппа тоже мог пригодиться.

К вечеру успели составить поручения для Казначейства о выделении дополнительных средств на строительство внеплановых кораблей, определились с участниками инспекционной поездки. Винсент ушел, а я отправился в гости.

Легкий ужин, а потом несколько часов взаимного изучения друг друга, когда не только начинаешь понимать язык тела, но и постепенно открываешь душу своему партнеру. Анна оказалась способной ученицей, быстро наверстывая упущенное. Я невольно сравнивал ее с Мариам. Та в наших отношениях была жертвой моей страсти, угловатым подростком, здесь имела место инициатива, поиск новых ощущений и возможностей. Сильное гибкое тело сформировавшейся женщины не желало быть покорным, раз за разом полностью опустошало мои силы. Только понимание необходимости расставания огорчало нас в эти часы. Я ушел после полуночи, взяв с нее слово, что она отбудет утром и выполнит все, о чем мы договорились. Анна увозила мои указы о медицинском обеспечении армии и флота, о признании ее ребенка моим наследником. Если мне не требовалось никаких доказательств ее супружеской верности, то возможным недоброжелателям и сплетникам требовалось заранее дать отпор. Вновь заливать брачное ложе моей кровью не было нужды, теперь уже она стыдливо прятала следы нашей связи. Да, нелегко ей будет вынести длительную разлуку, но она необходима. Может так случиться, что рождение ребенка заставит ее отказаться от идеи отправиться в дальние края, неторопливо все обдумав. В любом случае, это лучше, чем скоропалительное решение.

Глава 9.

Два дня прошли в подготовке к выходу. Три гвардейских полка выдвинулись заранее, еще один будет сопровождать наш кортеж. После отъезда Анны Лаура не сделала ни одной попытки навестить меня, затаив обиду. Мы встречались за столом, гуляли с детьми, и все это время от нее веяло холодом, исключающим любые попытки к сближению. Решив оставить все, как есть, я с головой окунулся в государственные дела. Накопилось множество вопросов, требующих свежего взгляда. Имперская канцелярия ежедневно обрабатывала огромное количество бумаг, донесений, петиций, все сортировалось и перенаправлялось. Ко мне на стол попадала готовая выжимка из цифр с кратким анализом и прогнозом. Главное было не действовать сгоряча, взвешенно оценивая перспективы. Несколько процентов бюджета в одну или другую расходную статью на деле оборачивались процветанием, или обнищанием огромного числа людей. Приходилось учиться на ходу, читая толстые книги и выслушивая экспертов. Внезапно оказывалось, что придворный хлыщ, не пропускающий ни одного дворцового приема, мог быть незаменимым специалистом своего дела, готовым мгновенно выдать любую справку по своей отрасли. Так что мне пришлось, вдобавок, учиться прятать свои эмоции и антипатии, выводя интересы дела на первый план.

Утром мы отправились в дорогу. Да, та тропа, по которой шесть лет назад я пробирался в Низу, превратилась в мощеную камнем дорогу со столбами, отмечавшими расстояние от сердца империи. В местах остановок караванов были построены таверны и конюшни, запасные лошади были готовы для курьера или путника. Старый деревянный мост через реку Стата сменился каменным, ущелье и перевал расчищены от глыб. В деревни и села вернулась жизнь, на горных лугах паслись многочисленные стада коров и овец. Было решено завернуть в Карн, сделать остановку на ночь.

Замок встретил нас суетой и неразберихой. В сравнении с моим родным домом, здесь все выглядело провинциально, не было кипения и суеты, присущих любой столице. Видимо, я уже привык к вышколенности слуг, к незаметному присутствию охраны, четкому ежедневному ритуалу. Ладно, сделаем скидку на то, что мы в походе. Через год даже таких скромных условий у нас не будет, придется привыкать заранее. Разделив ужин со своими старыми соратниками и спутниками, отправился спать, выгнав служанок, пытавшихся согреть мою постель.

Утро разбудило меня лучиком солнца, с трудом проникшим через пыльное стекло. Вызвал кастеляна, напомнил о судьбе его предшественника. Видимо, он забыл, кто здесь хозяин. Приказал подготовить отчет за последние пять лет и выслать в имперскую канцелярию. Если на обратном пути в замке не будет порядка, сошлю на рудники. Скорее всего, сказывается близость королевства Низа и память о прошлом баронства. Притом, что в разговоре я не повышал голоса, кастелян продолжал трястись до нашего отъезда.

Чем дальше мы удалялись от столицы, тем запущеннее выглядели села и дороги. Нет, в баронстве обязательно надо сменить управляющего. Пригласив графа Кресса в свою повозку, поставил задачу его департаменту провести ревизию, по ее итогам решить кадровый вопрос. К вечеру мы приблизились к границе королевства, остановились на ночлег. Лето позволяло не разбивать большие шатры, обошлись легкими палатками.

Во сне под утро я голубем летал над королевским дворцом, заглядывал в высокие окна. Серая мгла не давала увидеть лица людей, расслышать слова. Даже в доме Хранителя под потолком клубились тени, сгущаясь вокруг чаши с огнем.

Проснувшись, некоторое время обдумывал увиденное. Что мне показали? Почему там везде серая тень? После разминки и завтрака я вызвал к себе командиров полков. Мои боевые друзья были готовы к любому повороту событий, но даже они были озадачены такими новостями. Было решено двигаться боевым порядком, с выставлением боковых дозоров, передовой группы и арьергарда. Под камзолами иметь кольчуги, останавливаться не во дворце, а в доме имперского представителя, в саду которого можно было разместить один из полков. Остальным быть готовым блокировать столичные казармы и сменить дворцовую стражу по первому сигналу.

Если на землях баронства мне в глаза бросились запущенность дорог и деревень, то в королевстве дела обстояли еще хуже. Попадались не возделанные поля, заросшие бурьяном, за садами никто не ухаживал. Разбитые дороги, сгнившие мостки. Такое впечатление, что здесь до сих пор в силе отлучение от благословения Кристалла. Подобное я видел на землях герцогства Лацио шесть лет назад. Может оно действовать сейчас? Надо вспомнить, в каких формулировках была составлена бумага.

Дорога к столице еще больше укрепило меня в том, что королевство больно. Кучи мусора вдоль разбитых дорог, пустующие дома в деревнях, тощий скот. На всем пути нам не попался ни один разъезд, а ведь мы уже в королевских землях. Боюсь, простым лечением здесь уже не обойтись. Вызвав полковника Леуса, я приказал сразу занимать все ключевые посты, выставлять свои караулы и патрули. Все просьбы пациента лекарь должен выслушать, но лечение и режим больному прописывает он сам.

В сумерках полки достигли городских ворот. Никаких остановок, никаких разговоров. Караулка захвачена, колонны рассыпались по улицам, занимая стратегически важные объекты. Магистрат, все здания Департаментов захватили без усилий, королевский замок и казармы окружили со всех сторон. Вялые возмущения жестко пресекались, гвардию и городскую стражу разоружили. Около полуночи я со штабом уже разместился в доме имперского представителя. Пожилого графа Базиуса подняли с постели, я желал из первых рук получить достоверную информацию о происходящем.

- Я рад, мой император, видеть вас во здравии. Что привело вас так…стремительно в столицу?

- Отсутствие правдивой информации и накопившиеся долги королевства перед Казначейством. Как получилось, что в мою канцелярию от вас крайне редко поступают скудные вести? Вы в курсе, что верфи срывают строительство кораблей, что есть задержки по налоговым платежам?

- Так я несколько раз писал об этом! Вот, исходящие номера докладных, две за прошлый год и одна два месяца назад.

- Граф Кресс?

- По нашему учету таких бумаг не поступало.

Старый граф не лжет, такие бумаги он действительно составлял. Но тогда где они потерялись? Или в его канцелярии сидит враг, или курьеры были перехвачены. Первое предположение более вероятно.

- Проверьте ответственных исполнителей, допросите. Бумаги изъять, провести сверку. Здесь в штате полно местных, взять их на контроль. Завтра после полудня проведу заседание Совета, всех оповестите.Во дворец не пойдем, если король Марк пожелает присутствовать, пусть приходит сюда.

Дворцовую стражу пока не трогайте, но выход в город перекрыть всем. Утром пошлите в Порт – на Низе ревизионную группу с сильным прикрытием, коменданта порта отстраняю до окончания следствия. Все денежные операции в Казначействе остановить, провести аудит. Лорды, за работу!

Интерлюдия 2. Тремя годами ранее, королевская гавань Малата.

- Ваша светлость, прибыл адмирал Уотс.

- Просите.

- Дорогая, ты плохо выглядишь. С нашей последней встречи прошел год, а твое лицо и руки посерели, да и сама ты сильно похудела. Что стало с моей пышечкой?

- Вильям, не надо мять мое платье. Что скажут слуги? Будь сдержаннее, вечером я сама приду к тебе. Да, меня тоже беспокоит эта серость кожи. Когда я год назад возвращалась домой, я проезжала мимо запретных земель. Там меня укусила маленькаязмейка. За год серое пятнышко на пальце значительно увеличилось. Нет, нигде не болит, только постоянно хочется есть.

- Зачем ты меня укусила? Ну, держись!

- Куда ты меня тащишь, могут зайти люди!

- Подождут, я закрыл дверь.

- Ведешь себя, как мальчишка, не можешь подождать до вечера! И не рви мое платье, сама сниму.

- Как там твоя дочь и внучка?

- К воспитанию меня не подпускают, а дочь выполняет все, что скажет Совет. Мы больше года не виделись. А у тебя как дела?

- Три месяца, как в отставке. Мне не простили большие потери в прошлой войне. Так что я теперь волен поступать, как вздумается, может, мне жениться?

- Попробуй только!

- А зачем ты переехала к морю?

- Да все столичные сплетники постоянно судачили обо мне. Сыновей забрали, дочь на троне совсем про меня забыла. А здесь тихо, спокойно.

- Так приезжай в Порт – на Низе, там тоже море, мы будем рядом.

- Я подумаю. Ну вот, опять пристаешь к замужней даме!

Глава 10.

Ночью в окна пытался пробиться серый туман, его длинные щупальца свивались в кольца, беззвучно ударяли в дверь. Первые лучи солнца с трудом пробили пелену, заставили ее втянуться в канализационные сливы. Это уже не сон, здесь действительно происходят странные вещи. Надо будет перед заседанием Совета сходить в дом Хранителя, там я тоже видел тени на стенах.

После разминки и завтрака я, в сопровождении гвардейской роты, отправился в город. Усиленные патрули не давали людям собираться на улицах, разгоняли зевак. Коляска быстро привезла меня на площадь, дальше в дом я пошел один. Высокие двери с трудом открылись, огонь в чаше едва пробивался сквозь серую мглу. Камень в навершии рукояти стал жечь мне руку, я обнажил меч, поднимаясь по ступеням. Вокруг лезвия закрутилась серая спираль, со стен и с потолка стягивались тугие вихри. Изображение Кристалла на мече вспыхнуло, молния протянулась от него к угасающему огню. Цепь фиолетовых искр пробежала по огненному мостику, чаша выплеснула в потолок столб пламени, выжигая серую пелену. По ушам ударил громкий визг, стекла в высоких окнах вынесло наружу мелкими осколками.

Повышено понимание сути: серое проклятие.

Камень в навершии пылал кровавым цветом, пока я обходил зал, слепящее лезвие заставляло жмурить глаза. Пламя в чаше опало, доверчиво лизнуло поднесенную ладонь. Мои ноги тряслись, я сел на ступени, любуясь танцем огоньков на мече. Бережно погладил лезвие пальцами, огоньки собрались в тонкий браслет вокруг запястья. Вложив меч в ножны, поклонился чаше с огнем, вышел на площадь. Все это время люди стояли застывшими глыбами, теперь мои гвардейцы отряхивались от мелких осколков стекла, недоуменно переглядываясь.

- Все, здесь больше делать нечего, возвращаемся. Пусть вставят новые стекла, пришлось немного пошуметь.

Члены Совета съезжались к дому имперского представителя. Их встречали у входа, по одному провожали в небольшую комнату с зашторенными окнами. Закрепив плотную повязку на глазах, я просматривал каждого истинным зрением. При солнечном свете все они выглядели обычными людьми, только легкая серость кожи некоторых вельмож наводила на подозрения. В темноте же вокруг их голов клубились прозрачные щупальца, свободно втягиваясь внутрь. Гвардейцы по моей команде удерживали каждого проверяемого за руки, пока я подносил к голове пылающее кровавым огнем навершие моего меча. Несколько судорожных конвульсий, короткое беспамятство, и серые щупальца опадают, расползаясь на полу вонючими лужицами. В мутные глаза возвращается живой блеск, чиновника провожают в зал, вводят следующего. Под конец весь пол был залит, пришлось вызывать прислугу и открывать окна. Король Низа на Совет не прибыл. Пришлось немного отложить заседание, процедура проверки крепко вымотала меня.

Я вошел в зал, члены Совета встали, приветствуя меня.

- Лорды, прошу садиться. Кто может внятно объяснить, с чего началось распространение этого серого проклятия? И почему только часть из вас оказалась поражена им?

- Какое проклятие, мой император?

- Серая кожа на лице и руках – его видимое проявление. Мне пришлось немало потрудиться, избавляя вас от него.

- Мы думали, что король Марк заболел, на его лице серость проступила больше двух лет назад. А потом она перекинулась на некоторых из нас. Лекари не знают, что это такое. Человек просто становится немного другим, начинает совершать странные поступки.

- Вы знаете, что верфи не выполняют план по строительству кораблей, что задерживаются налоги? Кто из вас видел, что творится в королевстве? Я сначала подумал, что это последствия лишения благословения Кристалла Судьбы, но оказалось, что дом Хранителя тоже поражен проклятием. Пришлось выдержать бой, очищая его.

Лорды недоуменно переглядывались, отрицательно качали головами.

- Со вчерашнего вечера в королевстве проводится полная проверка всех Департаментов, прошу оказать содействие. До ее окончания вы становитесь временно исполняющими обязанности, без права покидать свои посты. С королем Марком я пообщаюсь завтра утром, членам малого Совета обязательно присутствовать. Идите по домам, вход во дворец запрещен. Лорды, все свободны!

Подождав, пока чиновники покинут зал, я позвал полковника Леуса:

- Ты запомнил, кто из них был серым? Всех взять под наблюдение, проверить семьи и ближайшее окружение. Не верю, что это проклятие передается, как болезнь, должно быть что-то еще.

- Я уже распорядился, сэр Алекс. Будем проверять не только их, надо пройтись по всей столице, потом займемся провинцией.

- Правильно мыслишь, действуй. Серых брать тихо, приводить мне, только не сюда. Лучше в магистрат, там и тюрьма городская рядом.

- Сделаю.

Глава 11.

По городу широким неводом прошли проверки, осматривали чиновников Департаментов и служб, гвардейцев и всех, имевших право входа во дворец. Потом круги поисков расширились на торговые дома и ремесленные цеха. Массовые поиски позволили обнаружить несколько сотен пораженных, их свозили в городскую тюрьму, регистрировали, проверяли семьи и круг знакомых. Поползли слухи, пришлось вывесить обращение к жителям, объясняющее происходящие события неизвестной болезнью. Предлагалась награда тем, кто сообщит о заболевших. Это позволило выявить в столице еще полсотни человек. В провинции были посланы курьеры с предписаниями о выявлении и изоляции жителей с указанными признаками.

Пока одни гвардейцы проводили поиски, другие сменили дворцовую охрану. Все придворные и слуги подвергались осмотру, серых и протестующих быстро увели. В королевские покои я вошел в сопровождении членов малого Совета и взвода своей охраны. Король Марк не отзывался на слова, струйка слюны из его раскрытого рта стекала на камзол, глаза бессмысленно вращались в глазницах, руки и ноги тряслись. Цвет кожи из сероватого стал пепельным, лицо сморщилось. Взглянув на него истинным зрением, я увидел не просто щупальца вокруг головы, а целый панцирь клубящейся тьмы. Алый камень в рукояти моего меча налился багровым огнем, когда я поднес его к голове короля. На несколько мгновений все мы были оглушены криком ярости и боли, волна смрада погасила все свечи в зале. Король упал на пол, сильные судороги скрутили его тело.

- Держите его за руки, он раздирает себя!

Гвардейцы прижали бьющееся в припадке тело к полу, заткнули кляпом рот, из которого торчали желтые клыки. Несколько минут под потолком вращался серый вихрь, потом огоньки моего браслета разорвали его на части, багровый огонь камня сжег остатки. Я без сил опустился на пол, рука не могла больше удерживать внезапно потяжелевший меч.

- Откройте окна, иначе мы все здесь задохнемся!

Пораженные увиденным, члены королевского Совета кинулись к окнам. Пара стекол была разбита трясущимися руками.

- Что это было?

- Король Марк пострадал больше всех. Видимо, проклятье сильно ударило по нему. Вы легко отделались, лорды. Скорее всего, король больше не сможет выполнять свои обязанности. Поместите его под строгий надзор лекарей, пусть докладывают о состоянии здоровья каждый день. На время болезни назначьте Регента, проверьте наследников. Лорды, уходим отсюда, вы все видели. Мои гвардейцы проверят всех оставшихся, заседание большого Совета назначаю на завтра, дворец временно закрыт.

Члены Совета ушли, тихо переговариваясь между собой, я с трудом поднялся на ноги, опираясь на меч. Все, срочно отдыхать, лечить серых сегодня не смогу.

На обратном пути серых пятен и клубящихся струй в залах больше не было, только под лестницей мои огоньки быстро разорвали небольшой сгусток. Два гвардейца поддерживали меня под руки, когда я садился в коляску, подали флягу с вином. Если раньше, когда я был Хранителем, большую часть сил на лечение раненых солдат тратил Камень, то сейчас снятие проклятия вытягивало мои собственные силы. На моем мече осталась слабая проекция Кристалла, огонь из чаши поделился маленькими искорками. Да, они стали теми инструментами, которыми можно оперировать, но держать их должна твердая рука. Ситуация с королем Марком тому яркое свидетельство. Но, скорее всего, мне придется столкнуться с более сильным соперником, с тем Злом, что выпустило в мир это серое проклятие. Хватит ли мне сил, чтобы победить его?

Повышен навык: понимание сути. Повышен навык: стойкость.

Я лежал на подушках, ощущая, как силы медленной волной возвращаются в мышцы, кровь приливает к бледным щекам, теплеют пальцы. Дежурный офицер отмечал на плане города проверенные кварталы, сверял цифры задержанных. На большом листе бумаги отдельными колонками проставлялись данные по дворцу, столице, провинции. Общая цифра в пять тысяч человек ясно показывала, что сам я не справлюсь. Лечение двух десятков человек выводит меня из строя на целый день. Да мне придется целый год потерять! Надо искать другое решение.

Глава 12.

Ночью кошмаров не было, на рассвете меня осенило. Если огонь Кристалла из чаши помог мне справиться с серой мглой, то стоит попробовать вариант группового лечения. Заводить в дом Хранителя по двадцать-тридцать человек, пусть силы огня текут через мой меч, снимая с них проклятие. А ведь должно получиться! Попробуем сначала с придворными, их всего сотня человек. Вызвав дежурного офицера, дал команду на конвоирование из городской тюрьмы групп, по двадцать человек в каждой.

Разминка и завтрак влили в меня заряд бодрости, взвод охраны сопроводил на площадь. Теплый ласковый язык огня из чаши облизал мои руки, втянулся в тусклый камень на рукояти меча. Тот ответил алым лучиком, брызнувшим на стены зала.

Первая группа исхудавших людей в дорогих, но мятых нарядах была заведена в дом Хранителя без церемоний моими гвардейцами и выстроена у ступеней. Держа меч за лезвие, я поднес рукоять к голове ближайшего ко мне придворного. Зеленое пламя выметнулось из чаши к мечу, окутало его сиянием. Маленькая молния из алого камня моментально обрубила все темные щупальца, окружив голову сияющей сферой. Придворный упал на камни, с хрипом втягивая воздух, вокруг головы разлилась темная лужа слизи. Его подхватили под руки и вынесли из зала, а я поднес меч к голове следующего чиновника. Меньше трех минут, и группа уже в полном составе уложена на носилки в ближайшем сквере. Большую часть времени пришлось потратить на уборку вонючей слизи, а потом очередная группа была заведена в зал.

До полудня я успел снять проклятие с пяти сотен человек. Чувствуя приятную усталость, дружески попрощался с огнем, выгнувшим упругую спину под моей рукой. До завтра, мой хороший!

Сегодня мне не понадобилась помощь, чтобы подняться в повозку. Но вина я выпил, знакомясь по дороге со свежими цифрами. Прирост обнаруженных в столице проклятых снизился до нескольких десятков человек, что радовало. Поток из провинции нарастал. Нужна точная статистика, она позволит выявить основные очаги.Дежурный секретарь получил задачу вносить в общую таблицу сведения по графствам и городам.

Члены Совета уже ждали меня в зале. Со вчерашнего дня силы начали возвращаться к ним, они уже не выглядели тяжело больными.

- Лорды! Мне сейчас удалось снять проклятие с большой группы подданных. Делать я могу это только здесь. Все вы имеете титулы и земли. Помимо своих обязанностей в Совете, вам надлежит взять под контроль положение дел со своими вассалами. Разошлите людей по всем городам, деревням, селам и замкам. Всех проклятых выявить и доставить в столицу. Места больших скоплений брать на особый учет, сразу извещать меня. Перевозить их, как больных людей, соблюдая меры предосторожности, буйных связывать. Размещать в городской тюрьме, оттуда буду забирать на лечение. При обнаружении серых, проверять их семьи и круг общения. Пусть ваши люди относятся к ситуации, как к тяжелой заразной болезни. Ищите центр эпидемии!

- Второй важный вопрос. Что с наследниками престола? Граф Хадсон?

- У короля Марка трое несовершеннолетних детей. Две дочери, и сын. Старшая через два месяца должна пройти Инициацию.

- Если состояние здоровья короля не улучшится к этому моменту, будем готовить старшую дочь к принятию короны. Граф Хадсон, вы временно назначаетесь Регентом при принцессе, как ее имя?

- Леди Диана.

- Она была в числе проклятых?

- Нет, никто из детей не пострадал. Я вчера лично проверил всех.

- Хорошо. Принцессы просватаны?

- Нет, мой император. Война сломала все планы.

Да, с этим не поспоришь. Меня она тоже затронула, ведь Лаура была невестой погибшего Мэттиуса.

- А как зовут младшую принцессу? Если король Пьетро еще не определился с выбором для своего сына, то принц Стэфан может составить для нее достойную партию.

- Леди София. Мы обязательно рассмотрим этот вопрос и напишем ему письмо.

- Лорды, на сегодня все. Еще несколько дней дворец будет закрыт, потом вы сможете собираться там. Завтра после обеда я еще раз проверю все помещения, там могут оставаться серые очаги. За работу!

Члены Совета вышли, а граф Хадсон попросил уделить ему несколько минут.

- Что вас тревожит, граф?

- Почему вы тратите на нас столько сил, мой император? Ведь вам было бы проще уничтожить своих старых противников, многие, в том числе и я, этого заслужили.

- Спасибо за откровенность, я отвечу тем же. Я мог сесть на королевский трон пять раз, для этого были все условия. Дать мести захватить себя, убить всех – что может быть слаще? Только не стал бы при этом Хранителем, а потом и Видящим. Иногда мы вынуждены делать не то, что нам хочется, а то, что велит честь, совесть и долг. Представьте себе – я предамся чувству мести. А потом на пустые земли, которые я залью кровью своих противников, придут настоящие враги. Что тогда? Мы были противниками на поле боя, после вашей присяги я обязан заботиться и защищать вас, как любого подданного империи. От вас зависит, станете ли вы моим единомышленником. Я ценю вас, как опытного царедворца, начинайте смотреть шире и дальше.

- Благодарю, мой император. Я подтверждаю свою присягу, не по принуждению, а по убеждению.

- Вот моя рука, я принимаю вашу клятву.

Фиолетовые искорки скрепили рукопожатие, уколов каждый палец.

Повышен навык: мораль.

Глава 13.

Десять дней ушло на то, чтобы освободить городскую тюрьму, где свою очередь на исцеление ждали ослабевшие люди. За это время полностью была проверена столица и королевские земли, поток пораженных временно прекратился. Огонь в доме Хранителя справлялся, мне оставалось только направлять его мощь. Постепенно жизнь возвращалась в свое русло, гвардейцы возвратили армии короля все занятые позиции. Только вокруг имперского представительства оставалось кольцо охраны, четырех рот для этого было достаточно. Три роты вернулись для наведения порядка в Карне, остальные были отправлены в северные земли и к побережью, куда я планировал прибыть для личного ознакомления с ходом строительства кораблей. Хотя в провинции были отправлены посыльные, отчетов о ситуации не поступало, как не было и потока попавших под проклятие людей. Поэтому командиры полков получили указы Регента, заверенные моей печатью, о проведении масштабных проверок.

Ревизионный Департамент провел аудит, вскрыв неприглядное положение дел. Притом, что Казначейство выделяло деньги на большинство расходных статей бюджета, работы подрядчиками не проводились, либо были сорваны все сроки. Пришлось созвать Совет, вызвав на него представителей торговых домов и ремесленных цехов. Были названы сроки на выполнение оплаченных работ, озвучены штрафные санкции. Общий подход был един для всех – не можешь выполнить свои обязательства, заплати штраф и уходи с рынка, на твое место придут другие. Главам гильдий были названы пени за срыв договорных обязательств. Это не измена, рук никому рубить не будут. Только дом твой продадут с молотка, а самого занесут в черный список, лишив всех привилегий. Несколько фраз, сказанных тихим голосом, произвели эффект ведра горячей воды, выплеснутой в муравейник. За несколько дней на улицах города навели порядок, кучи мусора были убраны с обочин. Бригады приступили к ремонту дорог и мостов, лесорубы убирали засохшие и больные деревья. Красились фасады домов, восстанавливались цветники. Все реже и реже требовательный взгляд цеплялся за неухоженные места, Совет и магистрат сделали правильные выводы из моих слов.

Повышен навык: управление.

Да, это был именно тот случай, когда можно и нужно применить власть. Плеть и морковка заставляют нас двигаться вперед, выполнять ежедневные обязанности, отвечать за свои поступки и ошибки. Только у каждого они свои, как и пути.

Небольшой поток проклятых оставлял мне с каждым днем все больше времени на упражнения и тренировки. Я постепенно возвращал свою былую форму, после обеда засиживался в королевской библиотеке. Там я однажды и встретил девушку, почти ребенка,старательно пишущую что-то на разбросанных листах бумаги. Кончик языка от усердия облизывал пухлые губы, она кивала русой головой в такт своим мыслям.

Статус: человек, Высокий. Имя: Диана Марн, принцесса. Возраст: 15 лет. Не инициирована.

Толстая коса уложена венцом, длинная шея, выделяющиеся ключицы и тонкие пальцы, перепачканные чернилами. Подняв на меня карие глаза, она взмахнула густым веером ресниц.

- Ой, а я не заметила, когда вы зашли, мой император. Вы тоже сочиняете стихи? Помогите мне составить рифму к слову: «душу».

- Засушен.

- Это как?

Музыка не спетого стиха

Вновь и вновь мне будоражит душу.

Как пятно не смытого греха,

Как цветок, что был в письме засушен.

- Это вы сами сочинили? А что такое не смытый грех?

- Да, пришло в голову. Человек может совершить проступок, например, предать друга, или убить кого-то. Такое можно искупить своей кровью, снять, смыть грех с души.

- Мой учитель так скучно все объясняет! А вы раз, и все сразу понятно.

- Вы увлекаетесь только стихами, принцесса?

- Стихи, это моя маленькая отдушина. А так я люблю считать и рисовать. Только не цветочки всякие, а рыцарские замки, красивые мосты и дома. Это скорее чертежи, чем рисунки, учитель говорит, что в них не хватает живости. Какая живость, по мосту должны пройти тысячи солдат! Тут каждому камню должно быть свое место, иначе он упадет. Что вы так на меня смотрите? Думаете, это не дело для принцессы?

- Мой отец рисовал и строил замки и мосты, самые крепкие и красивые. В одном из них я родился и вырос. Для меня это лучшее место в мире.

- Я там обязательно побываю! Вы покажете мне его?

- Когда-нибудь покажу. У меня в библиотеке огромная подборка книг по фортификации и военному строительству.

Диана радостно захлопала в ладоши, с детской непосредственностью расцеловала меня в щеки. Потом вдруг смутилась, щеки ее запылали.

- Ой, простите меня! Я так обрадовалась, здесь нет таких книг.

- Ничего, мне было приятно. Не бойтесь, я никому не скажу.

Схватив свои записи, она выбежала из библиотеки. Подол ее платья взметнулся, обнажив тонкие лодыжки. Вот егоза! Пройдет еще год-другой, из худощавого подростка она превратится в настоящую красавицу. Ладно, пусть у Регента болит голова, думая, за кого ее просватать. Несколько исписанных листов лежали на полу, я поднял один. Крупные буквы не устоявшегося почерка, аккуратные рисунки домика на одинокой скале. Надо будет после инициации сменить учителей, у девочки несомненный талант. Кого она мне напоминает? Где я мог ее видеть?

Глава 14.

Поступили первые сведения из ближайших к столице графств Беллам и Красс, маркизата Блумм. Командиры полков докладывали, что выявленные проклятые изолированы и отправлены под конвоем в столицу.Ожидаем восемь сотен человек, еще пятьдесят везут из моего Карна, они прибудут через день. Все, кончились мои спокойные дни, опять придется подключаться к работе.

Я заметил, что мои тренировки не только восстанавливают тело. С каждым походом в дом Хранителя, с каждой вылеченной группой мне все легче бороться с серой тьмой, рассекать щупальца и выжигать черные кляксы. Рука моя все тверже держит меч, направляя потоки огня.

Три дня спокойной, методичной работы, и снова поток проклятых иссяк. Гвардейцы отправились на север, в удаленные провинции. К этому времени накопившиеся данные позволили сделать предварительные выводы. Чтобы проверить их, я пригласил барона Кнаппа.

- Барон, судя по вашему взгляду на эту таблицу, ваши люди тоже ведут подобный учет. Я прав?

- Да, наши данные практически совпадают.

- Что, на ваш взгляд, вызвало такие расхождения? Доля пораженных в маркизате намного выше, чем в графствах, в Карне самая низкая, в королевских землях меньше, чем в столице.

- Может, имеет значение, как к вам относятся люди из этих мест? Где у вас было больше врагов? Кто пострадал больше всех от войны, и винит во всем императора? Приглядитесь, у тех лордов, кто лоялен к империи, самая низкая доля проклятых, да и сами они не заболели. В Карне число небольшое, скорее всего, это те, кто пострадал при смене власти.

- А у вас?

- Когда все это началось, мой управляющий написал, что в маркизате творятся странные дела. Баронство мое на севере, война его почти не затронула. Так что можете вписать в эту графу новую цифру. Двадцать человек привезут в столицу через пять дней. Это пока все, кого удалось выявить. В основном, это те, у кого родственники в маркизате. Ни я, ни моя семья не пострадали. Так что можете сами сделать выводы.

- Тогда получается, что король Марк имел больше всех старых счетов ко мне. Ведь проклятие ударило по нему сильнее всех. Но где тогда тот, кто выпустил и распространил его?

- Искать нужно среди тех, кто вхож во дворец. Король Марк заболел первым, потом другие, кого я знаю. Потом пятно расширилось.

- Если предположить, что причина проклятия находится не в столице, то тогда должен быть другой центр, где доля пораженных самая высокая. Что у нас осталось? Графства на побережье, оттуда пока нет известий. Еще один факт. Нет больных детей, очень мало подростков. Кстати, кто сейчас управляет маркизатом Блумм?

- Его семнадцатилетний сын. Вы его, скорее всего, не знаете, хотя успели вылечить. Мои люди видели, как он сопротивлялся принудительной поездке в столицу.

- Да, к нему надо приглядеться. Ведь он не принимал присягу?

- Нет, он только год назад прошел Инициацию, в столице не появляется.

- Король Марк утвердил его в праве наследства?

- Затрудняюсь ответить, надо проверить архивы.

- Барон, как вы отнесетесь к предложению стать главой местного отделения имперской безопасности? Король Марк, скорее всего, не сможет по состоянию здоровья управлять страной, принцессе Диане еще предстоит много учиться. Будете помогать Регенту и мне. Вы тот, кто на деле радеет о порядке в королевстве, кто бы им ни управлял.

- Я подумаю, мой император.

- К ответственной должности прилагается титул имперского графа и членство в Совете.

- Тогда я должен подумать еще дольше. Позвольте откланяться?

- Если ваши люди получат информацию первыми, буду ждать.

- Обязательно сообщу.

Барон ушел, а я отправился в библиотеку. Это было самое спокойное место в столице, здесь не хотелось думать о многочисленных проблемах, все заботы отходили на второй план. Два часа в день, больше выделить я не мог, пролетали мгновенно, стоило найти редкую книгу, или пожелтевший свиток. Я еще несколько раз находил разбросанные листы, исписанные крупным угловатым почерком. К рисункам домиков добавились наброски парковых аллей с одинокой женской фигурой. А на одном смятом клочке удалось разобрать строки:

Случайный поцелуй, случайный взгляд,

Как быстро ты запал мне в душу!

Молчанью моему ты будешь только рад,

Смогу сказать? Иль снова струшу?

Подняв разбросанные листы, я сложил их на столе. Разгладивобрывок, дописал несколько слов, прижал чернильницей:

Способность полюбить, как дар Небес,

Останется найти, в кого влюбиться?

И будет ли ответный интерес

Стыда румянец наводить на лица.

Все-таки ей удалось подобрать свою рифму.

Глава 3

Глава 15.

Почтовый голубь принес известие, что в отправленные в Порт – на Низе гвардейцы нуждаются в подкреплении. Количество проклятых так велико, что нет возможности обеспечить их доставку в столицу. Оставив при себе одну роту, я отправил всех на побережье. Туда же выдвинулись три королевских полка, где уже прошли чистки. Граф Беллам повел их сам, забыв про свои старые болезни.

Город и порт находятся на землях графа Уотса. Вызвав графа Кнаппа, согласившегося принять мое предложение, я спросил:

- Как давно адмирал был в столице? Я не видел его ни на Совете, ни в замке.

- Он почти два года, как в отставке. Король Марк принял единоличное решение, не согласовав с членами Совета. Меня при разговоре не было, но беседа была бурной. Говорят, адмирал бросил свой меч королю под ноги. С тех пор в столице он не появлялся. Вспыльчивый характер, не женат, все свое время отдавал службе. Друзей в столице нет.

- Он может быть причиной проклятия?

- Скорее, распространителем. Но основное гнездо находится на его землях.

- Подымите всех своих людей, ищите связи.

- Уже отправлены, отрабатываем все варианты.

- Где можно будет разместить столько людей? Их несколько тысяч, и это не все! Городская тюрьма столько не примет, в королевскую темницу пускать их нельзя, я только вычистил все подземелья, повторно сил не хватит.

- Придется задействовать казармы летних лагерей. Я распоряжусь окружить их дополнительной оградой.

- Согласен, коменданту гарнизона будет дано нужное распоряжение. Смело привлекайте всех военных. Лордов и членов семей отправим в городскую тюрьму до лечения, остальных – в лагеря.

Граф ушел, а я вызвал лекарей, следивших за состоянием здоровья короля Марка. Если его физическое состояние не вызывало опасений, то голове был нанесен непоправимый ущерб. Король никого не узнавал, не реагировал на окружающее. Есть сам не мог, не контролировал свое тело. В ходе доклада никаких благоприятных прогнозов озвучено не было. Распорядившись предоставить в Совет официальное заключение о невозможности его дальнейшего пребывания на троне, я вызвал геральдмейстера и министра двора. Нужно было заранее подготовить церемонию коронации принцессы Дианы после ее Инициации. Получается, что уже четвертую принцессу я приведу к трону. А если она еще захочет выйти за меня замуж? Так, стоп! Жена! Вот кого она мне напоминает. Та девушка из скульптурной группы, с чернильницей, очень на нее похожа, только чуть старше. Или я ошибаюсь? Нет, ей еще рано, пусть подрастет немного. В крайнем случае, объявлю своей невестой. Почему вообще мне пришла в голову такая мысль? Сам предложение делать не буду, да и эти случайные встречи в библиотеке пора прекратить. Пусть все идет своим чередом.

Лекари вынесли свое заключение на ближайшее заседание Совета. К тому времени лорды смогли лично убедиться в том, что король Марк никогда не сможет вернуться к нормальной жизни. Акт об отстранении короля по состоянию здоровья был подписан всеми присутствующими, граф Беллам сделал это через своего представителя. Дата коронации была выбрана, но не озвучена. Приходилось учитывать тот факт, что большое количество проклятых может сорвать торжественную церемонию. Никто не хотел проводить праздник, когда больные люди сидят в бараках и тюрьмах. Это стало стимулом трудиться изо всех сил. Для конвоирования караванов были выделены дополнительные королевские роты, этапы лечения определены.

С учетом того, что моих сил хватало на семь-восемь сотен в день, была составлена очередность приема. Сначала лорды и члены их семей, потом пекари, солдаты и моряки. Далее следовали работники верфей, горожане. Сельские жители из графств замыкали список. Главным же вопросом был поиск, задержание и доставка адмирала и его окружения. Его предписывалось доставить в столицу без малейших задержек, граф Кнапп выделил своих людей. Оставалось только ждать.

К этому времени я уже имел доклады из королевства Марн. Нигде не были замечены случаи появления людей с серой кожей лица и рук. Оставалось надеяться, что распространитель проклятия, кем бы он ни был, там не появлялся. А может, дело в том, что злоба, обиды, ненависть смогли послужить теми тропинками, по которым серое проклятие проникло в душу людей, завладело их телами? Мне не раз доводилось видеть, как человека иссушают его злые помыслы и поступки, а добрые и отзывчивые живут долго и в крепком здравии.

Повышен навык: понимание сути.

Подумав, я вызвал адъютанта, чтобы он отправил указы в королевства Суаре, Скорп и Малат. Департаментам безопасности надлежало в кратчайшие сроки приступить к поискам возможных пострадавших, перечислялись необходимые меры. Предписывалось выставить карантинные заслоны, объявить о награде за информацию. Если не удастся предотвратить распространение заразы, о морском походе можно забыть. Мне так и придется переезжать из одной столицы в другую, гася новые очаги.

Глава 15.

Через пять дней, в течение которых мне довелось избавить от проклятия несколько десятков человек, из числа ранее пропущенных, прибыли первые конвои из графства Уотс. Люди Кнаппа начали регулировать потоки, распределять очередность процедур. Посеревшие люди записывались в специальные ведомости. Мне оставалось только направлять усилия огня, выжигая скверну. Скромный неприметный камень в навершии рукояти моего меча за эти недели заметно увеличился, стал багрово-фиолетовым. Стоило взять меч в руки, как он начинал пульсировать в такт биению моего сердца, языки огня из чаши превращались им в длинные ветвистые молнии. После них не оставалось даже вонючих луж, темные щупальца бессильно выли, опадая на каменный пол. Конвойные команды заводили в дом Хранителя по тридцать человек, мне хватало трех минут на всех. Потом ослабевших людей выносили, укладывали на траву, давая придти в себя. Заводилась следующая группа, все повторялось сначала. Мне уже хватало сил на четыре часа работы, только раскалывалась голова от громкого воя и визга рассекаемой Тьмы. Хорошо, что только я мог их слышать. К полудню уже меня выводили из зала, заботливо поддерживая под руки. Дежурный лекарь прикладывал мокрое полотенце к вискам, давал целебное питье с медом и корицей. Ежедневный план в восемь сотен исцеленных удавалось выдерживать, но надолго ли мне хватит сил?

Разгрузив городскую тюрьму за три дня, в зал стали доставлять партии из военных лагерей. К моему удивлению, с ними было значительно проще. Видимо, эти люди недолго находились во власти проклятия.

Через неделю, когда я уже лечил по тысяче человек в день, ко мне со срочным докладом прибыли полковник Леус и граф Кнапп. Информация была настолько важной, что я отменил обычный график на следующее утро. В столицу под усиленным конвоем, в железных клетках везли двух человек.

- Кто это?

- Адмирал Уотс и его гостья, некая графиня Солана.

- Кто? Вы не ошиблись?

- Полковник Леус опознал ее.

- Это мать моей второй жены, из королевства Скорпа. Что она здесь делала в компании адмирала?

- Мои люди уверяют, что они уже два года живут в его загородном поместье. Скорее всего, у них любовная связь.

- В каком они состоянии?

- Адмирал уже не разговаривает, только мычит, дама визжит и ругается, как пьяный матрос.

- Всю дорогу до дома Хранителя оцепить, посторонних не подпускать. Утром я займусь адмиралом, тещу оставлю на потом. Боюсь, на двоих у меня сил не хватит. Вы проверили слуг, родственников?

- Везем всех. Забрали и тех, у кого не выявлены следы проклятия. Мало ли что?

- Правильное решение. Держать их отдельно, следить за состоянием. Какая ситуация в порту?

- Большую часть города и верфей проверили, скоро закончим с остальными. С учетом тех, кто сейчас находится в лагерях, имеем семь тысяч пострадавших. Думаю, что найдем еще пару тысяч.

- Хорошо, только не допускайте большого скопления. Пусть лучше караваны растянутся в пути.

- Мой император, вам надо хорошенько отдохнуть. Идите, почитайте что-нибудь в библиотеке. Вы всегда возвращаетесь оттуда полным сил. Завтра у нас всех будет тяжелый день.

- Уговорили, схожу. Я действительно давно там не был.

Я в раздумьях отправился в библиотеку. Да, судя по количеству пострадавших, там действительно гнездо. Только кто из двоих является главным? Из чьей темной души вырвалась серая мгла? Ладно, утро покажет.

Мне действительно удалось отдохнуть за чтением интересной книги. Оно так захватило меня, что я не заметил, как прохладные ладони закрыли мне сзади глаза. Не оборачиваясь, взял в руку свой резонатор, который так и остался привязанным к кисти левой руки, провел ногтем по его граням. Звонкие щелчки высветили худенькую фигурку. Диана радовалась своей проделке, продолжая удерживать ладони на моих глазах. Бережно взяв тонкую кисть, я провел ее ладонью по моему лицу, задержал на губах. Хорошо, что я побрился утром, иначе колючая щетина уже содрала бы нежную кожу.

- Мой император, я согласна!

- С чем, принцесса?

- Выйти за вас замуж. Вы ведь возьмете меня в жены?

От неожиданности я чуть не упал со стула. Нет, надо быть осторожнее со словами, особенно со стихами.

- Принцесса, вам еще рано выходить замуж. Вы несовершеннолетняя.

- Подумаешь, остался всего месяц! А потом уже будет можно.

- Открою вам страшный секрет – я женат. У меня целых три жены. И четверо детей.

- Ну и что, рожу вам еще одного. И потом, вы же сами издали указ о многоженстве, я буду четвертой.

- Вы уже озвучивали свои планы взять меня в мужья? Вдруг он не согласится?

- Кто?

- Он, то есть, я.

- Если я хорошо попрошу, должен согласиться.

- Что, все так плохо?

Слезы прорванной плотиной хлынули из ее глаз. Диана припала к моей груди, обвив шею руками. Она забралась мне на колени, как в детстве дети ищут защиты у родителей. Рыданья сотрясали ее хрупкое тело, я боялся нарушить ее доверие. Нежно погладив ее по голове, я дал девушке свой платок. Всхлипывания стихли, через несколько минут она смогла поднять глаза:

- Мне даже не с кем поговорить! Некому пожаловаться, я не видела отца больше двух лет. Учителя твердят свои уроки, у младших только игры на уме. Статс-дама давно забыла, когда была молодой, а тут эти серые лица и пустые глаза. Мне было так страшно! Заберите меня отсюда, прошу вас!

- Я знаю, каково это, остаться без родителей. Моя старшая сестра вырастила меня, заменив мне мать. Я могу стать твоим старшим братом, если захочешь. А когда подрастешь, мы вернемся к твоему предложению. Не торопись с этим решением. Два года дадут созреть твоему телу и проверят чувства.

- Но они будут искать для меня женихов, заставлять делать выбор! А я уже все выбрала для себя.

- А хочешь, я скажу, что ты моя невеста, тогда тебе больше никто не будет предлагать выбирать. Если за два года тебе кто-то понравится, сама примешь свою судьбу.

- Хочу, хочу! Вы мой настоящий друг, никто не смог бы сделать большего подарка для меня.

- Только мы пока никому не скажем об этом. Ты доверяешь мне?

- Да, полностью.

- Тогда у нас будет трудный разговор. Тебе не говорили, но твой отец больше не может управлять страной. Серое проклятье пощадило его тело, но погубило разум. Его держат под наблюдением лекарей, он разучился говорить, никого не узнает, глаза его пусты. Совет принял решение, тебе придется принять власть. После Инициации тебя коронуют.

Слезы опять потекли на мою грудь. Тяжело быть старшим братом, утешать безудержное горе одинокой души.

- Диана, я сам проведу обряд Инициации. А потом мы выберем тебе подруг, можешь сделать их своими фрейлинами. Здесь действительно надо многое поменять, дворец зарос паутиной и скукой. Я разрешу тебе делать в нем все, что захочешь, слово старшего брата. Но учиться все равно придется, так и знай.

- Ну вот, опять учиться! Когда только кончится эта учеба?

- Сестренка, я учусь до сих пор.

- Обнимите меня, брат мой! Мне так хорошо с вами.

Бережно обняв девушку, я поцеловал ее в лоб.

- Все, Диана, мне пора идти. Завтра ты расскажешь мне, что узнала за день.

- Хорошо, до завтра, мой брат!

И что мне теперь со всем этим делать? Хорошо, что удалось перевести отношения к братским чувствам, но ведь она скоро поймет, что хочет совершенно другого. Ладно, не будем торопить события, впереди у меня трудный день.

Глава 16.

Я плохо спал этой ночью, снова пришлось сражаться в вязкой темноте. Пот заливал глаза, сердце выпрыгивало из груди к моменту пробуждения. Пришлось долго восстанавливать дыхание и ясность мыслей. Охрана дважды заглядывала в спальню, обеспокоенная тем, что я кричал во сне. Судя по всему, сегодняшняя процедура не будет легкой.

Разминка и легкий завтрак позволили собраться с силами, я заранее отправился в дом Хранителя. Мне нужно было просто посидеть на ступенях, бездумно гладя ласковое пламя. Наконец, я дал команду охране. Из железной клетки, установленной на повозке, вывели отощавшего человека. Но только тело напоминало о том, что перед нами был бывший адмирал. Разум давно не светился в глазах, движения и звуки являли пустую бездушную оболочку. Волосы с головы давно выпали, серая сморщенная кожа напоминала камень. Развязывать руки не стали, два гвардейца втащили за веревки в зал вялое тело. Я приказал им отпустить пленника и выйти. Закрыв глаза, стал истинным взором окидывать поникшую фигуру. Вокруг нее серыми потеками плавно текла песчаная река.Нет, это явно не песок, он не может принимать такие формы. Хорошо, что я не стал прикасаться к адмиралу руками. Вызвав сферу огня, я окружил ею серую фигуру. Не знаю, что это, но оно не должно вырваться наружу. Вторая сфера охватила меня защитным коконом, от него вспыхнули веревки, брошенные конвоирами на пол. Огненные дорожки добежали до струй песка и погасли в них. Нет, так с ним не справиться. Перехватив рукоять меча двумя руками, я, как копьем, ударил в серую грудь. Из острия вырвалась фиолетовая молния, разметав в стороны текущий песок. Время замедлилось, я чувствовал редкие удары своего сердца, пока лезвие входило в окаменевшую плоть. Отдельные серые частицы сгорали, соприкоснувшись с пылающей сталью, фигура адмирала судорожно дернулась и рассыпалась облаком пыли. Огненная сфера не дала пыли вырваться наружу, яростное пламя заполнило ее ослепительной вспышкой.

Не знаю, сколько мгновений пролетело в ходе этой схватки, мне едва хватило сил, чтобы самому опуститься на ступени, а не упасть на них. Хорошо, что в окнах еще не заменили стекла, свежий утренний воздух помог мне подняться. Тугое теплое пламя подставилось под ладонь, выпрашивая порцию ласки. Друг, ты честно заслужил ее сегодня. Я с изумлением оглядел зал, со стен осыпалась штукатурка, тяжелая створка двери свисала на одной петле. На полу от кучи песка и пыли не осталось ничего, одна ступень треснула. Опираясь на меч, я вышел, тяжело переставляя ноги. У дверей меня подхватили под руки, занесли в повозку. Мягкие подушки приняли уставшее тело, одеяло накрыло теплой пеленой. Мне в рот заботливо влили тягучее питье, от него прояснилось в голове, слегка зашумело в ушах. Проваливаясь в сон, я чувствовал руку лекаря, считающего пульс.

Проснулся я, когда солнце уже склонялось к закату. Адъютант тут же приказал слугам нести обед, быстро расставил все на столе. Вставать было лень, но голод заставил подняться. Пока я ел и пил, в кабинет стали заглядывать посетители. Сначала лекарь внимательно осмотрел меня, оттягивая веки на покрасневших глазах. Промыв их, разрешил принимать чиновников, ожидавших за дверью. Регент, граф Кнапп и полковник Леус вошли вместе. Вопросительно глядя на меня, граф Хадсон сказал:

- Судя по тому, что адмирал был не в лучшей форме, завтра мероприятие лучше не проводить, не так ли?

- Да, мне может не хватить сил. Поэтому утром примем обычным порядком четыре-пять сотен, а потом будем готовиться к главной битве. Хорошо, что тело адмирала не могло двигаться. А ведь графиня Солана вполне может преподнести сюрприз. Поэтому поступим так. Нужно заковать ее в цепи, лишить возможности двигаться. Сделайте помост, на котором можно будет зафиксировать голову, руки, ноги, и все пальцы. Приготовьте кляп. Обращайтесь с графиней очень осторожно, действуйте только в толстых перчатках. В зал занесем прямо на помосте, прикрепим к полу. Вокруг дома Хранителя выставляйте два кольца охраны, приготовьте воду в бочках. Лорды, я боюсь! И вы бойтесь, мы впервые столкнулись с подобным.

- Мой император, вам хватает мужества признать свои страхи. Мы верим в вас, сделаем все, как надо. Отдыхайте, лучше завтра примете не пятьсот, а триста человек.

Лорды ушли, а я отправился в библиотеку, надо держать данное обещание.

Не успел я закрыть дверь в знакомый зал, как на моей шее повисла тонкая фигурка принцессы.

- Почему вы так долго не приходили, братец? Я успела соскучиться, давно выполнила все заданные уроки.

- Я тоже рад тебя видеть, Диана. У меня был очень тяжелый день, мне пришлось сразиться с сильным противником.

- Но ведь у нас нет войны, какие сражения?

- С теми, кто наслал серое проклятие, кто погубил твоего отца. Тебе не говорили?

- От меня все скрывают, брат, думают, что я еще маленькая. Там было опасно? Вы победили?

- Еще не всех. Не реви! Твои глаза опухнут, нос станет красным, лицо некрасивым. Ну вот, так значительно лучше. Да, я буду очень осторожным. Я ценю, что ты переживаешь за меня. Все, я рядом, не ранен, можешь взять меня за руку. Лучше расскажи, что узнала за сегодняшний день.

- Всякие цифры, дроби, проценты. Экономика не сильно увлекает меня, хотя математика мне еще пригодится. А эти вексели, заемные письма, кредиты такие скучные!

- Тут ты не права. Запомни – если не ты управляешь деньгами, то деньги управляют тобой. Думаешь, что сидеть на троне, это только балы и приемы? Нет, это ежедневная рутинная работа, забирающая твои силы и время. То, чем я занимаюсь здесь – это борьба со стихийным бедствием. А так мне приходится читать множество бумаг, проверять кучу цифр. Будешь отмахиваться от них, наступит день, когда народ станет голодать. Научишься видеть за каждой строкой реальное положение дел – никто не сможет обмануть тебя, королевство будет сильным и здоровым. Одна маленькая бумажка с цифрами может изменить судьбу целой страны, вот что такое эта экономика. Запомнила?

- Я обязательно научусь, вы мне все очень хорошо объяснили. Только обнимайте меня чаще, мне так спокойно!

- Завтра я приду пораньше, обещаю. А сейчас беги, удели время младшим. Им тоже скучно одним. Я знаю, сам был последним ребенком в семье.

Поцеловав Диану в лоб, я пошел спать. Силы еще не восстановились после утренней битвы.

Глава 17.

Теплое молоко с медом, выпитое вечером, позволило мне проспать всю ночь. Силы восстановились, воинские упражнения прогнали тяжесть из мышц. Я был готов к новым сражениям, но пришлось ограничиться двумя часами работы, за которые через зал прошли пятьсот человек. Гвардейцы привычно заводили новые группы, подхватывали исцеленных людей. Маршруты нигде не пересекались, попытки возмущений легко останавливались. Мне оставалось только направлять усилия огня. Дверь была восстановлена и укреплена, в пол замурованы прочные железные кольца. На сегодня все, можно уходить. Захотелось пройтись по парку, я так давно не опускал руки в холодные струи фонтана. Нельзя ограничивать себя в четырех стенах, лето требует наслаждаться жизнью, дышать полной грудью. Полковник Леус составил мне компанию, мы неторопливо прогуливались по аллеям.

- Ганс, скажи, ты успел жениться за то время, что я был во тьме?

- Я недавно взял вторую жену, сэр Алекс. Младшая сестра моей супруги осталась без жениха, никто не хотел брать двадцатидвухлетнюю девушку в жены. Мы вместе подумали, что так будет лучше. Это было правильное решение, про многоженство. Главное, быть честным по отношению к ним. Мне уже тридцать пять лет, двух жен вполне хватит. И в семье мир, все знают обо всем. Живем вместе, сестры помогают друг другу, как и раньше. Скоро опять стану отцом.

- Тогда тебе нужно быть вдвойне осторожным, детям нужен отец. Я рад за тебя. Напомни, какое у тебя хозяйство, баронство? Потянешь графство? Тут на днях без хозяина остался город, порт и земли адмирала Уотса.

- Мне надо посоветоваться. Мы жители лесов, к морю еще привыкнуть надо.

- Это очень важное графство. Или ставить на него надежного человека, или объявлять имперскими землями, отдавая управленцам. Ты там уже был, все видел своими глазами. Если жены привыкли к лесу, там есть большой охотничий дом. Только его мне самому надо проверить, ты не справишься один.

- Я напишу, чтобы они приехали, посмотрели. Это ведь не срочно? Здесь скоро все закончим, верфи нас уже ждут.

- Вот и ладно, заодно представишь своих жен. Надо вводить их в высший свет, сколько можно сидеть в глуши!

В библиотеке меня уже ждали. На этот раз Диана привела с собой сестру и брата. Я смотрел на этих детей с недетскими глазами, слова не складывались во фразы, я чувствовал их боль и смятение. События последних дней тяжело сказались на них, оставив горечь утраты в душе. Диана разрушила затянувшееся молчание:

- София, Гаральд! Сэр Алекс согласился быть нашим старшим братом. Он сам был сиротой, понимает, как нам всем тяжело. Отца у нас больше нет, как нет и мамы. Я ему доверяю, надеюсь, что и вы сможете, когда узнаете ближе.

- Что стало с нашим отцом? Почему вокруг нас было так много серых лиц в последнее время?

- Его тело пока еще живет, но мозг уже умер. Крепитесь, вам понадобится мужество принять это. Сильное проклятие пришло в королевство, поразив многих. Сейчас я каждый день помогаю людям справиться с ним. Только отцу вашему помочь не смог, слишком глубоко проникла эта серая зараза. Раньше прийти на помощь не мог, сам пять лет был прикован к постели, даже ослеп на время. Я постараюсь вам помочь, хотя пока не знаю, как. Скоро здесь все изменится, вы не будете одни в этом пустом замке. А пока вам нужно держаться вместе, помогая друг другу.

- Это правда, что вы император?

- Да, Гаральд. Это что-то меняет?

- Но так разве бывает? У вас был брат?

- Был, старший. Он отвечал за меня, помогал и защищал. И погиб в бою, вместе с моим отцом. Так что теперь я буду отвечать за вас, раз взял на себя такой груз. А потом тебе придется нести ответственность и защищать кого-то, кто слабее тебя. Так всегда было, и всегда будет. Это называется – долг. Перед семьей, страной, любимыми. Это то, что делает нас людьми. Исполняя долг, мы выполняем свое предназначение. Вы готовы вручить мне свою судьбу? Если да, то протяните мне свои руки.

Диана подала пример, первой обняв меня. За ней подошел Гаральд, я сжал его плечи, взлохматил волосы. София, угловатый подросток, пытливо заглянула мне в глаза. Я не торопил ее, давая время привыкнуть. Наконец, робко обняла меня, чмокнула в подбородок, не сумев дотянуться выше. Я поцеловал ее в затылок, в завиток русых волос. Надо будет обязательно познакомить ее с племянником.

- Завтра у меня будет трудный день, так что придти не смогу. Сегодня у меня есть время на все ваши вопросы, обещаю честно ответить на них.

- Говорят, что вы хотите взять нашу сестру в жены. Это правда?

- Диана согласилась, что я объявлю ее своей невестой, после Инициации. Это даст ей время спокойно расти и учиться. Через пару лет сама решит, за кого пойдет замуж, неволить не буду. Вас тоже не буду принуждать к выбору, хотя знакомить буду. А то сидите тут в своем углу, ни с кем не общаетесь.

- А вы возьмете меня в поход?

- Сейчас не возьму. Пажом можно идти с тринадцати лет, оруженосцем с шестнадцати, если выберешь путь Меча.

- А учителей наших вы смените? Они такие скучные…

- Обязательно. Вот выберет Диана свой Путь, ей понадобятся новые наставники. Заодно и вам подберем.

- А когда вы стали рыцарем? Ведь войны давно нет.

- В семнадцать, мне пришлось повоевать. И в плену был, и ранен был. Вот, шрам остался.

- Но ведь, получается, вы воевали против нашего отца?

- Да, воевал. Но не мстил. Сейчас я принес клятву сюзерена заботиться обо всех своихвассалах, без исключений. Я честен перед вами, жду от вас того же. Все, вам пора на ужин. Напоминаю, завтра меня не будет. Если у вас будут срочные вопросы, отправьте слугу в имперский дом, мне передадут.

Дети вышли, Диана на миг задержалась, успев на бегу быстро поцеловать меня в щеку. Егоза…

Глава 18.

Утром я заранее пришел в дом Хранителя, чтобы тихо посидеть у огня. Он окутал меня нежным теплом, не мешая течению мыслей. Ведь скоро нам придется уехать, что говорить этим детям, доверившимся мне? У них сейчас самый ранимый возраст, еще подумают, что я их предал. Надо будет узнать, может, осталисьдальние родственники.

Ладно, пора начинать. Повозка с закованной графиней уже стояла у входа, двойное кольцо оцепления далеко оттеснило всех зевак. Четыре гвардейца быстро спустили графиню на приготовленный помост, продели цепи в кольца, стянули железной полосой шею. В этом им помогали два палача из городской тюрьмы. Помост подняли, занесли в распахнутые двери, закрепили к полу. Все это время графиня извивалась в оковах, пыталась вытолкнуть кляп изо рта. Все вышли, оставив меня одного, закрылась тяжелая дверь. Я подошел ближе к помосту, присматриваясь к мелькающим теням. Серые щупальца стали единым целым с телом графини. Вот одно приблизилось к лицу, выдернула тугой кляп.

- Что, зятек, дождался меня? Теперь держись, ответишь за все!

Темная клякса метнулась ко мне, охватила защитную сферу огня. Тугие плети сжали со всех сторон, разорвали на части языки огня. Меня сдавило, воздух вырвался из легких. Едкая слизь сковала руки и ноги, запечатала глаза и рот. С большим трудом мне удалось вытащить меч из ножен, перехватить обратным хватом. Теперь лезвие защищало при движении руку, резало тугие сгустки. Вот когда пригодились те тренировки, повторяющие движения замедленного танца. В груди все больнее отзывалось отсутствие воздуха, я с трудом сдерживался, чтобы не втянуть в себя эту слизь. Дотянувшись до пояса, вытащил кинжал. Теперь уже двумя руками резал тугую пленку, отталкивал жгучие плети. Щупальца сильно потащили за ноги. Медленно заваливаясь на спину, я увидел, как с моего запястья длинной цепочкой вытянулись яркие огоньки, пронзая самое сердце тьмы. Пленка лопнула, по всему залу разлилась зловонная лужа серой слизи. Лезвие меча вытянулось фиолетовой молнией, пробивая тело бывшей графини. Огонь из чаши рванул вниз, дотла выжигая едкую слизь. Облако дыма и пара выбило дверь, вырвалось в окна. По стенам зала пошли трещины, осыпалась штукатурка, обнажая кладку. Я лежал на ступенях, не в силах пошевельнуться. Бросив взгляд на обгоревший помост, увидел на нем контур человеческого тела и оплавленные цепи. Моя одежда, сапоги, ножны меча расползались на части, пораженные едкой слизью. С трудом поднявшись, добрался до ближайшей бочки с водой, перевалился через борт, смывая с себя жгучую массу. В дверной проем осторожно заглянул гвардеец, быстро подбежал ко мне.

- Помоги залезть в другую бочку, только осторожно.

Подбежал второй, вдвоем они бережно перенесли меня в чистую воду. Несколько минут блаженства в холодной воде позволили снять зуд с кожи, до которой уже добрались потеки слизи. Мне помогли вылезти, принесли плащ, в который я завернулся. Ополоснув в воде меч и кинжал, позволил унести себя в повозку.

- Помост нужно сжечь, полы тщательно промыть водой с уксусом. Все, поехали.

Я уже не видел, как повозка покатилась домой, сознание покинуло меня.

Очнувшись, я почувствовал прохладу компрессов на лице, шее и руках. Веки щипало, но глаза уцелели. Горела и кожа на руках, им досталось больше всего. Во время боя не мог надеть перчатки, прервав тем самым связь с огнем из чаши. Шее тоже досталось, щупальца почти задушили меня. Остальное тело не пострадало, плотная кожа гвардейского мундира защитила меня. Хорошо, что поставили бочки с водой, хотя я думал, что придется тушить пожар.

Прохлада простыней приятно холодила тело, только в одном месте мокрый шелк прилип к груди. Призвав истинный взор, увидел рядом с кроватью задремавшую на стуле Диану.

- Ты опять ревела, сестренка? Все, я опять живой.

- Как вы нас всех напугали. Меня только на третий день пустили сюда, пришлось им сказать, что я ваша невеста.

- Еслиостанусь уродом, я освобожу тебя от данного слова. Ну вот, опять слезы.

- Не смейте так говорить! Мы ждали, ждали. Потом начали спрашивать, никто нам ничего не говорил. Слуги проговорились, что было что-то страшное в городе, что император ранен. Я еле прорвалась сюда, все ходят с тревожными лицами. А тут вот…

- Самая главная битва позади. Я победил ту тварь, что поразила твоего отца. Правда, мне тоже крепко досталось. Не плачь, все будет хорошо. Теперь придется менять повязки, мокрые насквозь. Все, иди. Я скоро встану на ноги, тогда и поговорим. Передавай младшим мой привет.

Компресс на другой руке тоже промок, Диана ушла, пошмыгав на прощанье носом. После нее в комнату зашел лекарь. Он быстро заменил мокрые повязки свежими. Приятный холод от мази снимал зуд, позволял тихонько двигать губами и пальцами. Слуги принесли питье и еду, помогли подняться на подушках. Дверь открылась, я почувствовал, как в комнату зашел граф Кнапп.

- Рассказывайте, я в порядке.

- Не уверен, мой император. Вы заставили нас всех поволноваться. Лекарь говорит, что рубцы и шрамы останутся навсегда.

- Что с моим мечом? Я чувствовал его боль.

- Пришлось заново шлифовать и точить. Он стал чуть короче и уже, металл был сильно изъеден.Ножны сделали новые, кинжал заменили.

- В городе есть разрушения?

- Три дома, жители были выселены заранее.

- Сколько еще пораженных?

- С учетом тех, кого везут из отдаленных мест, примерно шесть тысяч.

- Дом Хранителя нужно отремонтировать. Скоро Инициация, я обещал провести лично.

- Уже делаем. Может, отложим все?

- Я встану, как только снимут повязки. Мне понадобится глухая маска на лицо, без прорезей, тонкие перчатки и шарф на шею.

- Вы же не сможете ничего видеть!

- Я уже был слепым, привык. Все вопросы, не связанные с имперскими делами, отправляйте в Совет, посетителей принимать не буду, кроме одного. Вызовите мне наследника маркизата Блумм, сами послушайте беседу. Мое участие в коронации, балах и приемах отмените. Готовьте отъезд в Порт – на Низе сразу после Инициации. До нее успеем вылечить всех оставшихся.

- Вам точно хватит сил на все?

- Справлюсь, хуже уже не будет.

- Выздоравливайте, мой император.

Граф ушел, а я обессилено откинулся на подушки. Трещины на губах лопнули, сукровица пропитала нижний край повязки. Теперь надо привыкнуть и к молчанию. Мое лицо… Шрамы на нем заставят очерстветь мое сердце. Хорошо, что я отказался размещать свой профиль на новых монетах. Империя превыше всего!

Глава 18.

Через пять дней мне сняли повязки. Тонкая молодая кожа на руках была покрыта грубыми рубцами и язвами. Я приказал убрать из комнаты зеркала, разглядывать свое искалеченное лицо не было сил. Единственным плюсом было то, что мне больше не придется тратить время на парикмахера. Перчатки легли на руки, шелковый шарф укутал шею. Темный берет, в тон мундира, скрыл отсутствие волос, глухая маска на лице не давала посторонним взглядам ни одного шанса. Хватит себя жалеть, пора приниматься за дело.

Повозка доставила меня к дому Хранителя, я медленно обошел по кругу большой зал. Повреждения уже были устранены, запах свежей краски еще не выветрился. Лишь на каменном полу остались кое- где следы расплавленного металла. Огонь отпрянул от перчаток, пришлось их снять, только тогда он нежно облизал мои искалеченные руки. Я кивнул гвардейцам, они завели в зал первую группу. Не испытывая никаких эмоций, до полудня спокойно убрал последствия проклятья с первой тысячи. Если так пойдет и дальше, через неделю можно будет забыть о серой плесени.

Ежедневные поездки стали рутиной, процесс очищения не затрагивал меня. Мыслями я был уже далеко, поход требовал обдумывания все большего количества важных деталей.

Все, это последняя группа. Остается пройти по помещениям городской тюрьмы, проверить летние казармы, и дело будет сделано. Я уже подходил к дверям, как в них проскользнула тонкая девичья фигура.

- Почему вы больше не приходите в библиотеку? Почему меня не пускают к вам? Вы нас бросили? И почему на вас такая маска?

- Пройдем к огню, Диана. Там вам будет лучше видно. Вам сказали, что со мной произошло, что я уже не такой, как раньше? Так вот, это правда. Вы не узнаете меня, увидевбез маски, о младших вообще не стоит говорить, я не хочу пугать их своим видом.

- Снимите, я не испугаюсь.

- Ладно, начните с руки.

Диана стянула с меня перчатку. Вздрогнула, ладонь ее непроизвольно отдернулась. Я забрал перчатку, поклонился и вышел, оставив девушку в зале. Коляска увезла меня, я спешил закончить сегодняшние дела.

На проверку помещений и выжигание серых пятен ушел остаток дня, я спешил заполнить работой ноющую пустоту в груди. Вернувшись поздним вечером домой, написал два письма, вызвал секретаря.

«Леди Диана, вы не смогли сегодня смотреть на меня. Когда я был слепым, я понял важную вещь. Глаза могут обмануть, не увидеть главное. Можно и нужно научиться видеть сердцем. Однажды девушка пожертвовала своей кровью, чтобы вылечить меня, я вернул ей долг. Отправляю вам документ, вам останется только проставить в него дату. Я не оставлю без внимания судьбу вашей сестры и брата, о них мне будут докладывать назначенные лица. Алекс Кроон».

«Сударыня! Настоящим извещаю, что официально возвращаю ваше слово, данное по неопытности. Вы вольны распорядиться собой. Алекс Кроон».

На следующее утро граф Кнапп доложил, что в приемной ожидает молодой маркиз Блумм. Маска и перчатки заняли свои места. Вызвав геральдмейстера, я пригласил всех в кабинет.

- Лорд Блумм, подавали ли вы прошение о признании вас законным наследником маркизата, и когда?

- Подал два года назад.

- Получили ответ?

- Не получал.

- Есть ли на прошении королевская резолюция?

- Вот это прошение, резолюции на нем нет, мой император.

- Лорд Блумм, приносили ли вы присягу верности королю после своей Инициации, или императору?

- Не приносил.

- Граф Кнапп, что гласит по этому поводу имперский Кодекс?

- Лорд Блумм не может наследовать земли и имущество своего отца. Без присяги, принесенной королю, он обязан покинуть королевство. Без присяги, принесенной императору, он обязан покинуть империю.

- Вынесите этот вопрос на Совет. Лорд Блумм, вам запрещается покидать столицу, ожидайте решения. Идите.

Сверкнув глазами, молодой человек вышел из кабинета. Мне даже не надо было смотреть на него, затаенная ненависть темным пятном окружала все тело.

- Какое решение Советы вы ждете, мой император?

- После коронации предоставим ему возможность принести клятву верности. Только придется присматривать за ним. Если откажется, земли станут королевскими. Будет протестовать, поступим по закону.

Глава 19.

Утро объявленного дня Инициации встретило меня моросящим дождем ранней осени. На деревьях пожелтевшие листья поникли под прохладными каплями, на душе было так жетоскливо. Я бы с огромным удовольствием посидел с книгой у теплого камина, но в библиотеку дорога мне заказана. Пора идти, надо выполнять обещание.

Всего пятнадцать молодых людей, Диана в том числе, пришли в зал. Плотные шторы на окнах сгустили полумрак, лишь отблески огня плясали на молодых серьезных лицах.

- Прошу, подойдите к чаше, опустите руку в огонь. Не бойтесь, он не обожжет вас. Я больше не Хранитель, мое присутствие для выбора Путей не обязательно. Просто вглядитесь в пламя, представьте себе свое будущее. Когда почувствуете, что готовы, пустите огонь в свои сердца. Я желаю вам всю жизнь ощущать его, делиться им с близкими людьми.

Маленькие язычки пламени осторожно касались подставленных ладоней, разбегались искрами по пальцам. Юноши и девушки выходили из зала, унося их с собой. Их шаги смолкли, лишь одна фигура осталась у чаши. Я направился к выходу, когда меня остановил тихий голос:

- Почему вы больше не хотите меня видеть? Мне жаль, что я…

- Прошу, не унижайте меня жалостью. Сегодня я уеду.

- И не останетесь на коронацию?

- Мое присутствие не обязательно, я не стану портить ваш праздник.

- Мы одни, снимите свою маску. Обещаю, что больше не испугаюсь.

- Нет. Я снимаю ее только перед соратниками. Солдатам не привыкать к шрамам.

- Но я…

- Вы нашли в себе силы, чтобы навестить отца? На его лице нет ожогов и шрамов. Я так и думал. Вы еще слишком молоды. Прощайте, мои глаза ошиблись.

Я вышел из зала, сел в повозку, не оборачиваясь. Все, дела закончены, долги розданы. Полки уже выступили в дорогу, в столице остались три роты. Пора и мне выдвигаться, конвой уже ждет.

Пелена дождя скрыла за собой посеревшие стены, стук капель по крыше выбил в полудреме ритм:

Кем стану я в руках судьбы?

А может, стоит мне отбиться?

Не буду возносить мольбы,

Сомненья прочь, пришла пора решиться.

Кто я, фигура на доске?

Или игрок, что двигает фигуры?

Душа полжизни мечется в тоске,

Не может подлости простить натуры.

Мне говорят – не спорь с судьбой,

Живи, как все, не трать свои мгновенья…

Хочу оставить выбор за собой,

Своих поступков, слов и побуждений.

Больше семи лет я бреду по дороге, которую мне указали. Сворачиваю на поворотах, вижу подсказки, которые не может видеть никто, кроме меня. Целую предназначенных мне женщин, сражаюсь с выбранными не мной врагами. Я больше не чувствую в душе уверенности в том, что поступаю правильно, что от моих решений зависит что-то действительно важное. Отдам власть Совету, буду спокойно читать у огня книги, сидя в мягком кресле. Их в библиотеке столько, что хватит на десять жизней. Не буду пугать людей своим видом, пусть забудут обо мне. Был тут у меня один пузырек…

Интерлюдия 2. Верхние миры, уровень 3.

- Дорогая, ты опять нарушаешь правила! Зачем ты сняла с доски мою фигуру? Обиделась, что я вышиб из игры серую плесень?

- Да не трогала я твою фигуру, очень надо! Смотри внимательнее, куда ее засунул!

- Ага, вот она! Интересно, как она могла упасть? Ход был короткий, до края далеко. Поставлю ее обратно. Ты смотри, она опять упала! Да что с ней такое? Признавайся, это твои проделки?

- Где фигура, а где я! Пока ты там возишься, я успела обед приготовить. Да ты приглядись к ней! Твой рыцарь мертв, и уже давно. Все, признавай поражение, ты не успеешь подготовить нового.

- Вот еще! У меня в запасе есть козырь – большое восстановление. Придется потратить, я не хочу проигрывать.

Конец 1 части.

Глава 4

Часть 2.

Глава 1.

Повышен навык: сопротивление ядам.

Колеса повозки не стучали, капли не барабанили по крыше. Я лежал в большом походном шатре, чувствуя горечь на губах и руку лекаря на пульсе.

- Мой император, вы, наконец, очнулись. Я уже подумал, что этот сон затянется. Ну, нельзя так опрометчиво глотать все подряд! Еще чуть-чуть, и сердце бы не справилось.

- Сколько я проспал?

- Четыре дня. Мы уже рядом с побережьем, завтра будем на месте. Хотя, с одной стороны, сон пошел вам на пользу. У вас опять начали расти волосы, да и кожа разгладилась. Шрамы, конечно, остались, но уже можете смело снимать свою маску.

Я поднес руку к глазам. Пугающие язвы, из которых временами текла сукровица, закрылись, рубцы не так уродливо пересекали ладони.

- Дайте зеркало.

На меня воспаленными глазами смотрел незнакомец. Короткий пушок волос еще не мог скрыть борозды и рытвины шрамов на голове, но скоро она уже не будет выглядеть вареной тыквой. Лицо испещрено затянувшимися оспинами, губы все еще обветрены. Шею и скулы покрывает седая щетина, добавляя несколько лишних лет облику. Ладно, брить не будем, пусть борода спрячет все следы.

- Позовите полковника Леуса.

- Сейчас, мой император!

- Я здесь, сэр Алекс. Что опять стряслось с вами?

- Видимо, еще не до конца восстановил силы после той схватки. Ты уже отправил своим управляющим бумагу о принятии власти?

- Да, мы уже на моих землях. Завтра нас встретят, остановимся в замке. Прошу вас быть моим гостем.

- Хорошо. Только в охотничий домик пока не лезь, надо будет там все проверить. Накоплю сил, займемся. Если не справлюсь, сожжем все.

- Обязательно. Отдыхайте, сэр Алекс.

Утром я смог самостоятельно встать, умыться и поесть. Нельзя показывать свою слабость, вокруг гвардейские шатры, с этими людьми мне идти в поход. Маску надевать не стал, пусть привыкают.

Ветер принес запахи водорослей и рыбы задолго до того, как вдали показалась береговая линия. Мы двигались той же дорогой, что и раньше, когда я был рыцарем без имени. Ее расширили и улучшили, столбы показывали расстояние до столицы. Не заезжая в город, проследовали в замок, стоящий на высоком холмистом берегу. Он был настоящей крепостью, контролируя дороги и порт. Мост опущен, нас уже ждали. На башне подняли два флага, имперский и графский. Солдаты приветствовали нас, прислуга опустилась на колени. Управляющий передал ключи новому графу, сэр Ганс пригласил меня внутрь. У входа стояли два огромных якоря. Было видно, что здесь царили раньше флотские традиции, корабельные рынды и штурвалы были развешаны по всем стенам. Ладно, привезет полковник сюда своих жен, они быстро наведут свой порядок. Адмирал давно не появлялся в замке, поэтому никаких следов серой плесени здесь не было. Вот и хорошо, не придется чистить все огнем. Гвардейцы уже были размещены, обед ждал на столе. Пришлось сесть во главе, сказатьтост, представляя нового хозяина. Мои соратники радовались за своего товарища, желали ему быстрее перевезти семью. Будем жить!

Глава 2.

Мне очень пригодились навыки графа Кресса. Он еще не забыл, как был капитаном, легко сходился с моряками. По его рекомендации был назначен комендант порта, связи помогли быстро восстановить работы на верфях. Вопрос с командующим флотом оставался открытым, я не хотел торопить события.

Через три дня, когда силы восстановились, я с одной ротой убыл в охотничий дом адмирала, граф Леус сопровождал меня.

- Ганс, тебе твои жены, что ответили на письмо? Приедут сюда?

- Да, погостят, пока не уйдем в поход. Может, решат совсем остаться.

- Хорошо, если так. У жен военных тяжелая судьба. Сегодня здесь, завтра уже далеко. Не успеешь обзавестись хозяйством, как опять надо уезжать.

- Вот поэтому Рипс до сих пор не женился. Говорит, пока не выйдет в отставку, не будет.

Подъехав к усадьбе, спрятанной в глубине большой рощи, я резко остановился. Что-то меня насторожило, здесь было подозрительно тихо.

- Ганс, твои люди задерживали мою тещу? Где это произошло?

- Мои. Они выходили в лес, нам удалось захватить обоих врасплох. Но и то, потеряли пятнадцать человек. В дом не заходили.

- Правильно сделали. Боюсь, мне не справиться с тем, что находится внутри. Посылай людей, пусть привезут горючую смесь. Надо выжечь все дотла.

- Зачем посылать, у меня все с собой.

- Тогда пусть очень осторожно обложат стены хворостом, в окна кувшины кидать издали!

Получив указания, гвардейцы быстро подготовили все необходимое. Выбив камнями стекла, в глубину темных комнат забросили десятки кувшинов с ламповым маслом. Со всех сторон полетели горящие стрелы, ревущий огонь быстро охватил весь дом. Мы стояли на лужайке, куда не долетали клубы дыма и волны жара. В какой-то момент я увидел, как среди языков пламени возникла темная фигура огромной змеи, она пыталась вырваться наружу. Тонкий визг, на грани слышимости, заставил нас зажать уши руками, упасть на колени. Выхватив меч, я направил в змею фиолетовую молнию. Распахнутая пасть с загнутыми длинными зубами была пробита, раздвоенный кончик языка еще долго хлестал по сторонам.

Оглядев своих спутников, я увидел у многих струйки крови, текущие из ушей и глазниц. Да и сам был не в лучшей форме, губы искусаны, фаланги пальцев почернели.

Усадьба еще долго горела, охрана не сводила глаз с развалин. Я опасался, что в подвалах еще может оставаться серое зло, поэтому распорядился еще раз закидать развалины кувшинами с маслом, когда развалины остынут.

- Ганс, рекомендую ничего не строить на этом месте, объявить его вымороченной землей. А для семьи построй дом ближе к графству Беллам, не лишай жен общества.

- Увидев такое, я сам не хочу здесь жить. Эта тварь мне еще долго будет сниться. Будем возвращаться?

- Да.Мы все сделали. Только не в порт, двинемся сразу в Скорп. Надо проверить те места, где побывала графиня Солана.

- Пойдем через столицу, или в обход?

- Заглянем в маркизат Блумм, проверим кое-что.

- Тогда я отправлю посыльного, дам команду на выдвижение. Пока полки дойдут, можно погостить у графа Беллама.

- Так и сделаем. Он давно звал в гости.

На третий день старый граф уже принимал нас в своем замке. Как и обещал, он представил мне своего сына, ставшего уже к этому времени полковником. Имперский Совет имел на него виды, рассматривая как кандидата на командира одного из отдельных отрядов в предстоящем походе. Пришлось мне с соратниками погонять его по карте, требуя разбора и анализа прошлых битв. Однажды ему удалось загнать нас в тупик, действуя за войска Малата в ходе сражения за Брамн. Да, там действительно была ситуация, когда только снятием благословения можно было объяснить вялость и слабость нашего соперника. Не будь этого, ход кампании был бы совершенно другим.

Три дня, что мы ждали подход полков, пролетели за беседами, чтением книг и прогулками по лесу, уже сбросившему свою листву. Земля была усыпана шуршащим ковром, далеко разносился трубный зов оленей, начинался осенний гон. Пора двигаться дальше, время не ждет.

Глава 3.

Маркизатвстретил нас разбитыми дорогами, обветшавшими мостами и редкими стадами тощих коров. Кое-где еще не был снят урожай, поникшие колосья клонились к земле, просыпая зерна. Земля была лишена должного присмотра и ухода. Я вспомнил, что отсюда было доставлено много пораженных. Видимо, после лечения некоторые стались в столице, не имея средств на обратную дорогу.

Подъезжая к замку, горнист дал сигнал, в голову колонны выдвинулся знаменосец с имперским флагом. Ворота открылись, нас встретили у донжона. Слуги быстро разобрали лошадей, увели на конюшню. Я обратил внимание, что в группе лордов, вышедших нам навстречу, и склонившихся в поклоне, маркиза Блумма не было. Старший из них представился его двоюродным братом, графом Стоцци, и сообщил, что после коронации тот не возвращался. Не видели его и на церемонии принесения присяги. Граф не был вассалом маркиза Блумма, и гостил здесь на правах родственника. Старый управляющий также не имел сведений о местонахождении маркиза. Это звучало логично, учитывая запрет на перемещения. Оставалось выяснить, выполнил ли маркиз остальные требования.

Продиктовав письмо, я отправил гонца в столицу. Предписывалось отправить из столицы в маркизат всех, кто не имел денег, с выставлением в дальнейшем счета за перевозку. Также требовалось ускорить решение вопроса с наследством.

Через четыре дня прибыл ответ. Граф Кнапп извещал, что лорд Блумм самовольно покинул столицу, присягу не приносил. Руководствуясь имперским Кодексом, королева лишила его титулов и имущества, земли изъяты. Вылеченные люди планомерно отправляются по домам.

Созвав гостящих лордов и своих соратников, я довел до них содержание письма. Предстояло решить, кого назначить временным управляющим, провести ревизию, сменить гарнизон замка. Граф Кресс предложил кандидатуру одного из заместителей, на должность коменданта выдвинул своего капитана полковник Беллам, оставив тому три роты.

С одной стороны, я был рад, что мне не пришлось решать судьбу лорда Блумма, с другой – тревожило непонимание его мотивов. Куда он мог отправиться, зная, что станет изгоем? Денег у него с собой мало, помощи ждать не от кого. Королевство он будет вынужден покинуть, а дальше куда? Или забираться в глушь, под чужим именем, или…

- Граф Кресс, вы все знаете о положении в порту. Скажите, есть ли у Блумма свой корабль?

- Несколько речных и две каравеллы. Вы думаете, что он может попытаться уйти морем?

- Срочно отправьте гонца коменданту порта. Корабли задержать, если успеют. Блумма посадить под арест.

- Пошлю голубя. Как я сам не догадался!

- Известите Регента, пусть принимает меры. Нам больше нечего здесь делать, завтра отправимся в путь.

Полки отправились с рассветом, штаб задержался до полудня. Как всегда, в последний момент нашлось множество срочных дел. Не скоро доведется возвратиться сюда, поэтому важно было решить их до отъезда. Серое проклятие поразило почти всех глав деревень и городов маркизата, требовалось срочно менять всю администрацию. Оставив управляющему все необходимые документы, мы вышли в путь.

Дорога к перевалу была почти заброшена. Основные торговые маршруты пролегали через земли Красса и Карна, принося большие прибыли. Здесь же в королевство Скорпа вела старая тропа, которой редко пользовались. Проходя через ущелье, она выводили путника к северной границе запретного леса, дальше вела в графство Солана. Туда-то нам и надо было попасть.

Военные инженеры, вышедшие утром с полками, не теряли времени даром. Они успели в нескольких местах восстановить мостики через ручьи и овраги, расчистить тропу от упавших деревьев. Штабная колонна шла не спеша, останавливаясь на отдых в подготовленных местах. С нами двигались несколько повозок с разобранными требушетами и баллистами, их большой вес замедлял движение. Сэр Лотарс взял в поход лучших, оставив в лагерях новобранцев и инструкторов. Не знаю, пригодятся ли эти грозные машины в походе, но отказываться не буду.

Предгорья встретили нас низкими облаками, сыростью на камнях и холодным ветром. На вершинах уже лежал снег, говоря о надвигающейся зиме. У подъема ждали три роты, они будут помогать лошадям, тащить вверх тяжелые повозки. Не было построек, где путники могли укрыться от непогоды, все запасы мы везли с собой. Сколько раз мне еще придется пересечь горные хребты, решая срочные проблемы империи? Не пора ли уже перестать бегать с одного края к другому, меняя королей, обрастая женами и детьми? Ведь я так и не получил ответа на самые главные вопросы.

Глава 4.

Через четыре дня мы разделились. Полковник Леус убыл обустраивать свои земли, с задачей прибыть к весне в Малат. В Скорп ушла большая часть гвардейцев, все обозы и припасы, готовить лагеря для участников похода. С оставшимися четырьмя ротами я налегке завернул в земли Солана, перед тем, как нагнать своих по короткой дороге. Мне нужно было выяснить у графа, что произошло с его женой, почему она пустила проклятие в свое сердце.

Мой тесть встретил нас у ворот, сам проводил в гостевые покои. Важные разговоры были отложены на вечер, впереди ждал обед и отдых.

- Вы сильно изменились, мой император. Не будь я художником, мог бы принять за другого человека. Эти рубцы и шрамы, откуда они?

- К сожалению, к ним приложила руку ваша супруга. Вы слышали о сером проклятии, что сильно ударило по королевству Низа?

- Краем уха, подробностей не знаю.

- Это проклятие превратило мою тещу в монстра, в борьбе пострадали многие. Погибли люди, экономика понесла огромный урон. Сам едва уцелел, был прикован к постели пять лет. Боюсь теперь показаться на глаза вашей дочери. Как у нее дела?

- Год назад было все хорошо. Мы редко видимся. Вы говорите, проклятие изменило мою жену?

- Мне так и не удалось пока выяснить, что стало причиной. Как получилось, что она открыто жила со своим любовником?

- Боюсь, я случайно приложил к этому руку. Жена узнала про моего сына на стороне. Был громкий скандал, она была в ярости. Не слушая объяснений, забрала свои вещи и уехала из замка. Куда, я не знаю. Это было больше двух лет назад.

- А с сыном поговорили?

- Я не нашел в себе сил признаться. Он закончил учебу, вернулся в столицу. Пишет картины, ваяет скульптуры. Сюда не приезжает.

- Женился?

- Нет, он однолюб. Может, время излечит.

- Ладно, с ним я еще увижусь. Поедете с нами в столицу? Нужно будет объяснить дочери, что случилось с ее матерью.

- Поеду, сэр Алекс. Да и с младшими повидаюсь.

- Тогда собирайтесь, завтра в дорогу.

Затяжные холодные дожди сопровождали нас в пути. Только в Брамне удалось отогреться, высушить одежду, дать отдых усталым лошадям. Через два дня мы продолжили движение, здесь хорошие дороги позволяли не спотыкаться на каждом шагу.

Пригороды столицы встречали нас инеем на ветвях деревьев, первым тонким льдом на лужицах. Солнце робко пробилось сквозь облака, расцветило флаги на далеких башнях. Почетный караул выстроился у ворот, горнисты старательно надували щеки. Приняв доклад коменданта, я приказал двигаться к дому имперского представителя. У меня были причины остановиться там, пусть отец подготовит Мариам к важному разговору.

Утро застало меня у зеркала. Я искал в нем себя, того, каким был шесть лет назад. Искал, но с большим трудом находил. Усы, бородка и поседевшие волосы не только скрыли рубцы, но и сильно изменили черты лица. Глаза, меняющие свой цвет, вглядывались в меня с той стороны стекла. Что я могу сказать тому юноше, каким был в свой прошлый приезд сюда?

Совместное заседание имперского и королевского Советов было назначено на полдень. Все лорды были оповещены, что оно пройдет не во дворце, как обычно, и прибывали заранее. Дождавшись, когда появятся все, я прошел в зал, приветствуя склонившихся в поклоне подданных. Кресло, стоящее у окна, было залито лучами солнца, что позволяло всем присутствующим хорошо разглядеть меня.Тихий шепот и недоверчивые взгляды заставили изменить начало встречи.

- Лорды! Некоторые из вас впервые меня видят, а некоторые сомневаются в том, что я тот, кого они знали. Вы правы, я уже не тот. Перестав быть Хранителем, я стал Видящим. Если я решу оставить трон, вы обязательно узнаете об этом. Все больше сил и здоровья приходится тратить на борьбу со Злом. Вы знаете, что произошло в Низе? А ведь серое проклятие пришло отсюда, выбрав себе проводника из местных. В результате я оказался прикован к постели на пять долгих лет, следы боя вам всем хорошо видны. Так что не считайте, что ваш император покинул вас, развлекаясь в своем замке. Если готовы отчитаться, я выслушаю вас и приму решение.

- Мой император, а что там было?

- Долго рассказывать, узнаете у командиров моей гвардии. Вкратце, экономика королевства отброшена назад, план строительства кораблей сорван. Вам придется взять на себя дополнительно закладку еще пяти судов. Лорд Казначейства?

- Рост устойчивый, денежная реформа завершена. Новые банки и торговые дома хорошо зарекомендовали себя. Профицит бюджета выдержит поход. Для расчетов между королевствами применяем новую монету и государственные обязательства.

- Ревизионный Департамент?

- Было несколько попыток нецелевого использования выделенных средств, виновные понесли наказание.

- Адмиралтейство?

- Из графика не выбиваемся, можно немного ускорить. При выделении средств осилим и дополнительное строительство, только придется добавить за срочность.

- Лорд Командующий?

- Есть отставание по призыву в армию и флот, мало молодежи. Подготовка ведется по графику, весной отправим всех в лагеря.

- Департамент безопасности?

- Проблемных вопросов нет, подробности доложу лично.

- Лорд Регент?

- Присоединяюсь, мой император.

- Я приму вас после заседания. Лорды, до вас дошли указы, разрешающие многоженство? Прошу принять это, как вынужденную меру, а не как разрешение на разврат. И учитывайте, что все ваши жены и дети будут равны перед законом. Все свои доклады предоставите моему секретарю, мне нужны будут цифры для анализа. За работу!

Члены Советов вышли, оставив меня с Регентом и руководителем Департамента безопасности.

- Полагаю, что вопрос коснется матери моей супруги.

- Да, мой император. Нам неприятно это говорить, но она была замечена в обществе одного иностранца.

- Я знаю об этом, знаю причину и могу сообщить, что графиня Солана больше не доставит никому хлопот.

- Совсем, или на время, мой император?

- Граф Солана теперь вдовец. Ее любовник, адмирал Уотс, тоже погиб, не оставив наследников.

- Хорошо, что все закончилось. Поведение графини вызывало нездоровые сплетни.

- Как дела у моей семьи?

- У братьев королевы хорошие учителя. А к дочери она пока не подпускает никого. Позвольте спросить, почему вы сами не узнаете все новости у своей супруги?

- Королева хозяйка в своем замке, я не могу наносить незваные визиты. К тому же, я приложил руку к смерти ее матери, как и та приложила руку к моему нынешнему виду.

- Все было так серьезно?

- Пострадало больше двадцати тысяч человек. Хорошо, что проклятие не затронуло соседей.

- До нас доходили смутные слухи. Теперь многое стало понятно.

- Если у вас все, лорды, то я больше не задерживаю вас.

Лорды поклонились и вышли, а секретарь доложил, что в приемной ждет министр двора. Он принес официальное приглашение посетить королевский дворец, приняв участие в званом обеде и приеме. Приняв первое приглашение, я отказался от второго, сославшись на здоровье. Ни к чему пугать придворных своим видом. Никаких публичных мероприятий, только личный визит. Тяжело вздохнув, министр двора убыл, а я отправился в дом Хранителя. Резная чаша с огнем приняла мои руки, языки пламени облизали ладони, сняли тяжесть с души. Постояв, в молчании, несколько минут, тихо вышел. Теперь я готов к трудному разговору.

Глава 5.

Оставив своих гвардейцев у входа, я прошел в покои королевы коротким путем, минуя длинные переходы и залы. Леди Мариам встретила меня стоя. Я не стал прятать свое лицо, нарочно остановившись у высокого окна. Мое сердце пропустило удар, когда я подошел к ней, в поклоне целуя протянутую руку. Какой красавицей стала эта девчонка! Она несколько мгновений вглядывалась в мои глаза, ища ответы на их дне. Потом робкая улыбка тронула ее губы, грудь судорожно выпустила сдерживаемое дыхание. Узнавание и надежда вопросом подняли брови, я протянул ей свои руки. Всхлипнув, она бросилась в мои объятия, прижалась всем телом.

- Здравствуй, любовь моя!

- Как долго тебя не было, почему ты забыл меня?

- Ни на один день не забывал. Просто пять лет был прикован к постели и лишился зрения. Зато ты стала еще краше.

- Пойдем, мне так много надо сказать тебе!

- Подожди, моя радость. Ты беседовала со своим отцом? Все, что он рассказал – правда. Ты должна знать, что мне пришлось убить твою мать, когда в нее вселилось Зло. То, что ты видишь на моем лице – следы той битвы. Если ты сейчас прогонишь меня, я пойму.

Мариам плакала, спрятав лицо на моей груди. Потом потянула меня за руку:

- Пойдем, ты должен все рассказать мне. Сердце подскажет мне решение.

Мы лежали рядом, слезы капали мне на плечо. Я рассказывал о болезни, о своей слепоте и кровавых слезах. Потом перешел к серому проклятию, о том, как привозили и лечили людей. Закончил тем, как пришлось сражаться с тьмой, воплотившейся в теле графини Солана.

- Мне очень больно, но в том нет твоей вины. Ты поступил, как должно, я никогда не упрекну тебя, мой супруг. Обними крепко-крепко, если ты еще любишь меня.

- Я не пришел бы сюда, если бы не любил. Выплачь все свои слезы, пусть больше ничего не затуманит твой взор.

Я лежал, убаюкивая ее, как ребенка, нежно перебирал пряди длинных волос. Надо дать ей время, чтобы все принять и простить. А сам при этом еле сдерживался, чтобы не наброситься диким зверем на такое родное, сводящее меня с ума, зовущее тело.

Наконец,всхлипывания прекратились, она больше не лежала, свернувшись комочком. Повернувшись ко мне лицом, Мариамподставила свои губы для поцелуя. Больше не контролируя себя, я крепко сжал ее в объятиях, яростный жар наших тел надолго унес в омут безумства.

На рассвете я ушел, пообещав вернуться вечером. Ее теплая, шелковистая кожа призывала остаться, я с трудом ограничился несколькими поцелуями.

День прошел в суете и мелких делах. Мне пришлось долго беседовать с главой гильдии целителей, чтобы согласовать вопросы выделения лекарей для скорого похода, создания запасов целебных трав. Старик долго не мог понять, что никто не будет доставлять раненых солдат сюда, в его лечебницу. Еще больше его поставил в тупик тот факт, что все лекарства надо будет тщательно закрывать от морской воды. Махнув рукой на теряющего связь с реальностью лекаря, я быстро решил все вопросы с его молодым заместителем, поставив себе заметку о необходимости скорых перемен в ведомстве. После обеда отправился осматривать картины молодого Маттеуса Рольфа. Баронет уже был не подающим надежды, а мастером со сложившимся почерком. Его картины дышали трагизмом неразделенной любви, одиночеством и тихой печалью. Учеба в академии пошла ему на пользу, но не оправдала моих ожиданий. Я надеялся, что веселая студенческая жизнь изменит его взгляды, но ошибся. Художник слыл затворником, не посещал балов и приемов. Многие пытались привлечь его внимание, но зря молодые девушки кокетничали с ним. Еще больше пытались стать для него моделью, но все было тщетно. Все женские лица на его картинах были в тени, или под накидкой. Часть фигур была представлена со спины, с поникшими головами и трагически заломленными руками. Публике оставалось только гадать, кто вдохновлял художника. Мне, знакомым с оригиналом, не составило труда заметить сходство, поразиться мастерству, с каким были выписаны мельчайшие детали. Не торгуясь, я скупил все выставленные полотна, приказал доставить их в мой рабочий кабинет. Уходя из галереи, оставил баронету записку, приглашая его на беседу. У меня появилась идея, как заставить его сменить взгляды.

Вечером я опять отправился во дворец, на этот раз мне не надо было ждать приглашения. Я знал, что меня ждут, и сам ждал этой встречи. Сначала меня познакомили с дочерью. Малышка Элизабет долго пряталась за спиной матери, пугаясь моего вида. Потом, видя, как мы нежно смотрим, друг на друга, подошла ближе, осмотрела со всех сторон, приняла подарок и разрешила взять ее на руки. Теплая нежность накрыла меня с головой, когда я прижимал ее к себе. Больше всего девочку поразили мои глаза, меняющие свой цвет. Я позволил завязать их, с легкостью угадывая, сколько пальцев она держит за спиной. Потом называл первое слово на любой странице закрытой книги. К концу вечера она уже без смущения стала называть меня папой, вызывая улыбку на лице счастливой матери.Ребенка увели строгие гувернантки, мы с Мариам остались одни. После первого бурного взрыва взаимной страсти, мы долго и нежно отдавали свою любовь, дурачились и играли, забывая длинную разлуку. Если для меня этих пяти лет просто не было, то Мариам теперь требовательно наверстывала упущенное,убедившись, что по-прежнему любима и желанна мною. Рассвет не заставил нас разжать объятия, не утолил голод наших сердец. Только необходимость ежедневных дел вынудила расстаться до вечера. Перед уходом я спросил жену, разговаривала ли она со своим братом Маттеусом. Получив отрицательный ответ, я поцеловал ее и ушел.

Глава 6.

Я не делал тайны из своих визитов к супруге, это стало во дворце главной новостью для обсуждения, увеличив, и так не малое, число придворных. Именно от них я узнал, где, чаще всего, завтракает известный художник. То, что баронет, получив мое приглашение, не воспользовался им, говорило о многом. Придется немного пройтись, после зябкой сырости будет уютно у жаркого огня в таверне. После окончания учебы он снял две комнаты на втором этаже, превратив одну в мастерскую. Столовался всегда в одном месте, быстро ставшем популярным в богемных кругах. Как мне сказали, всегда сидел один за столом, разговоры не поддерживал. Тем большей неожиданностью для баронета стало то, что я взял стул и расположился напротив него, не делая попыток начать разговор. Слуга вызвал хозяина, тот долго кланялся, слушая мой заказ. Бурная ночь и промозглая погода разбудили мой аппетит, стол быстро заполнился. Одобряюще улыбнувшись, я приступил к еде, больше не обращая внимания на окружающих. Наконец, я откинулся на спинку стула, пригубил подогретое вино с пряностями. Если ему интересно, пусть сам начнет разговор. Не каждый день простой трактир посещает император, теперь здесь всегда будет много посетителей, да и цены взлетят. Щедро расплатившись, я вышел к ожидающей повозке. Хозяин семенил следом, не веря своим глазам. Кортеж гвардейцев, имперский штандарт заставили еще ниже склониться в поклоне. Адъютант вручил мне запечатанный пакет, я вскрыл его по пути домой. Глава имперской безопасности, граф Луис Партальо, докладывал о необходимости срочной встречи со мной в порту, в доме коменданта. Получив указание, возница изменил маршрут, мы быстро домчались на место. Граф со своими людьми уже ждал, повел кавалькаду за собой. В отдаленной закрытой бухте, в одном из уединенных затонов, стоял корабль незнакомой конструкции. К нему мы и направились.

- Что это?

- Мой император, тревожная новость. Береговая охрана наткнулась на выброшенное, на отмель после шторма судно. Там песок, удалось снять и отбуксировать сюда. Несколько человек экипажа выжило, всем оказана помощь, приставлена охрана. Это не наши люди! Они говорят на незнакомом языке, кожа очень темного цвета. Странная одежда, странное оружие.Корабль торговый, бочки с черным порошком, все швы просмолены. Отдали немного для изучения нашим алхимикам. Смею предположить, моряки со мной согласились, что корабль долго был в плавании, осенние шторма сильно его потрепали. Реи и штурвал сломаны. Запасы еды и воды кончились давно, все истощены. Это то, о чем вы предупреждали?

- Боюсь, что да. Усильте охрану, все возможные слухи пресечь. Груз аккуратно снять, доставить в надежное место. До получения результатов исследования никому не прикасаться. Пошлите надежных корабелов, пусть снимут чертежи с этого корабля. Все оружие изучить. А сейчас проводите меня, я хочу взглянуть на экипаж.

Отдельное крыло дома коменданта порта усиленно охранялось. Меня проводили в глубоко расположенный в земле нижний этаж, от подвала его отличали только зарешеченные окна под самым потолком. На узких кроватях, прикрепленных к полу, лежало несколько человек. Изможденные лица, бронзово-коричневый цвет кожи, черные, как смоль, волосы. Самый глубокий загар не даст такого оттенка, они явно были из далеких мест. Все они уже были переодеты в местную одежду, худоба тел подтверждала факт долгого плавания. Не делая попыток приблизиться, я рассмотрел всех, потом вышел из помещения.

- Ограничьте посещения, пусть побудут в карантине. Лекаря, что с ними общается, поселите рядом, в город не выпускайте, еду передавайте через него. Если сможет с ними наладить общение, будет очень хорошо. Покажите мне их одежду и оружие.

Очень тонкая ткань легких нарядов наводила на мысль, что родом эти люди из очень жарких мест. Брони не было, только широкие кожаные наручи с металлическими полосками. Странные мечи изогнутой формы, расширяющиеся к острию лезвия. Односторонняя заточка подсказывала, что оружие скорее режущее, чем рубящее. Но больше всего мое внимание привлекли металлические трубки, закрепленные на деревянном ложе, подобном арбалетному. Какие-то сложные механизмы были прикреплены к каждой трубке, их похожесть заставляла предположить, что все они действуют одинаково.

- Отдайте эти штуки военным инженерам, пусть изучат совместно с алхимиками. Только очень осторожно, ломать нельзя! Это похоже на какое-то оружие. А здесь что?

Кожаный кисет развязали, из него на стол выкатились несколько маленьких тяжелых шариков.

- Сколько всего таких?

- У каждого на поясе были. А еще вот, порошок, как и в бочках, только промок весь.

Я растер порошок в пальцах, он измазал их черным, угольным, цветом. Поднес к лицу, осторожно понюхал. Резкий запах заставил сморщиться, я брезгливо вытер пальцы платком.

- Происходящее объявить тайной империи, все выводы докладывать сразу. Развести пленных по отдельным комнатам, после изучения языка допрашивать отдельно.

- Будет исполнено!

Я возвращался в глубокой задумчивости. То, что предстало перед нашими глазами, подтверждало мои худшие опасения. Возможность достичь неведомого материка существует, а наши вероятные противники сильны и хорошо оснащены. Если простой торговец сумел доплыть сюда, то сильный флот доберется точно. А эти непонятные штуки, явно оружие, причем у всех членов экипажа. Значит, военный флот будет иметь на вооружении более мощные образцы. Необходимо пересматривать всю тактику боя, с учетом всех выявленных деталей.

- Граф, дайте команду еще раз осмотреть корабль. Ищите металлические предметы, схожие с теми трубками, только большие. Я не успел рассмотреть все, это меня тревожит. И там должны быть карты! Любой капитан у нас имеет комплект подробных карт. Соберите все предметы, вплоть до бытовых мелочей. Узнайте, из чего сделаны паруса и канаты, какие якоря, что используется в качестве балласта. Какая древесина пошла на мачты и обшивку, чем топят печь в камбузе. Если потребуется, разберите корабль до последнего гвоздя, только не забудьте про чертежи.Докладывать обо всем, что привлечет внимание специалистов, а потом посмотреть самому еще раз. Иначе наш поход может потерпеть неудачу.

Пока я говорил, граф Партальо быстро делал пометки в своем блокноте, запирающимся на замок.

- Доложу сразу, как будут результаты, мой император. Позвольте убыть, вы заразили меня своим беспокойством.

Отпустив министра, я поехал во дворец. Только семья поможет сейчас не думать о незваных гостях, позволит дать время на исследования. Иначе я буду мешать своим специалистам. И, самое главное, мне не хватало домашнего тепла и уюта.

Глава 7.

Я не стал задерживаться в королевских покоях, что пустовали без меня столько лет. Да, я перееду в них, но только для работы, в доме имперского представителя стало не хватать места всем посетителям. Здесь и к библиотеке ближе, и в покоях королевы всегда ждут мои любимые. Быстро умывшись и переодевшись, я отправился обедать, главным блюдом стал урок этикета для Элизабет. Пришлось и мне вспомнить правила и чопорные фигуры имперской прислуги. Девочка сидела за своим столом, стоящим на возвышении, откуда могла видеть все наши движения, и старательно повторяла их, высунув кончик языка от усердия. Похвалив ее успехи, я убедился, что ей очень хотелось услышать мои слова. Большая раковина стала подарком, я показал, как надо вслушиваться в шум моря. Мариам с улыбкой слушала нашу болтовню, радуясь зарождающемуся доверию. Как же много я пропустил в своей жизни!

- Скажи, моя радость, ты тоже можешь разговаривать с птичками, как мама?

- Я попробую. Мама, ты меня научишь?

- Обязательно. Смотри!

Мариам подошла к окну, открыла створку. Подняла ладони к небу, что-то прошептала, склонив голову к плечу. С высокой ветки на ее ладонь опустилась синичка.

- Подойди тихонько ко мне. Медленно подыми руку, прикрой глаза. А теперь представь, что ты гладишь ее перышки. Слушай, что она скажет. Глаза не открывай!

- Ой! Она попросила семечек!

- Мысленно скажи, что сейчас дашь. Не беги. Возьми в ладонь горсточку, протяни ей. Вот так, молодец. Попроси ее прилететь завтра, шепотом. Все, лети!

Элизабет заворожено смотрела, как синица важно раскланялась и вспорхнула в небо. Я и сам был впечатлен.

- Дорогая, а они сказали тебе, где я был сегодня?

- Я не уточняла, где-то в порту.

Вот так сюрприз! Получается, что я теперь постоянно буду под надзором множества глаз.

- А раньше ты спрашивала, где я?

- Нет, они маленькие, далеко летать не могут. Надо будет попробовать спросить у чаек, или позвать сокола. Бабушка умела и с волками разговаривать.

- Только ты не говори никому об этом. Знаешь, где я, и хорошо. А придворным знать не обязательно, а иногда и запрещено. Доченька, тебя это тоже касается. Маме можешь рассказать, остальным нельзя.

- Раз мы заговорили об этом, скажи, сможешь ли ты понять, что тебе скажет человек на незнакомом языке? Поймет ли он твои слова, произнесенные мысленно?

- Я не пробовала. Это важно?

- Сделаем так. Позвони, пусть прислуга подойдет. А потом без слов прикажи ей задернуть шторы на окнах. Элизабет, слушай, как делает мама.

Прозвенел колокольчик, в комнату вошла девушка. Мариам кивнула ей, та быстро задернула тяжелые портьеры, поклонилась и вышла. Элизабет захлопала в ладоши, а моя супруга обессилено упала в кресло.

- Что случилось, дорогая?

- Это тяжелее, чем разговаривать с птицами. Голова шумит.

- Дочка, теперь твоя очередь. Я буду думать, а ты отгадай, что я нарисовал здесь.

- Лошадку, папа. Только таких не бывает, у нее три ноги.

- Умница моя. Все, на сегодня достаточно. Не увлекайтесь такими забавами, надо все делать постепенно. Завтра мы еще поиграем. Все, тебе пора спать. Поцелуй маму, за тобой уже пришли.

Няня увела девочку, Мариам пытливо заглянула мне в глаза:

- Что случилось? Я чувствую твою тревогу. Это из-за меня, ведь я так раньше никогда не делала?

- Нет, радость моя. Ты знаешь, что утром я был в порту. Там находятся люди, что приплыли издалека. Это то, чего я давно ждал и опасался. Они говорят на незнакомом языке. Через несколько дней, когда они окрепнут, я попробую расспросить их, в этом ты мне можешь помочь.

- Как, любимый?

- Я буду задавать вопросы вслух, а ты мысленно будешь их повторять. А потом передашь мне их ответы.

- Я не смогу долго с ними общаться, сильно устаю.

- Тебе не придется много говорить. А за несколько дней мы еще потренируемся. Это как у солдат – чем больше они тренируются, тем сильнее становятся.

- Тогда, мой воин, тебе сегодня придется много тренироваться ночью.

- Готов выполнить приказ, мой прекрасный командир!

Глава 5

Глава 8.

Дела не ждали, поэтому с рассветом я ушел в королевские покои, накрыв спящую жену теплым одеялом. Короткий коридор, скрытый от посторонних глаз, привел в кабинет. Позвонив в колокольчик, вызвал дежурного секретаря, тот принес большую стопку бумаг. Пока приводил себя в порядок и завтракал, слушал ежедневные донесения и сводки, важные буду читать сам. Отмел все приглашения, просьбы направил на рассмотрение в Совет. Одну бумагу секретарь отложил отдельно, сообщив, что пришел ответ от баронета Рольфа на мое приглашение посетить дворец. Художник извещал, что придет на беседу в назначенное время. Я сказал, чтобы его проводили в зал, где уже успели разместить купленные мною полотна.

Из важных был доклад графа Партальо о том, что с корабля чужаков сняты все предметы. Их изучают в охраняемом ангаре, самые важные находки он привезет лично. Да, день обещает быть интересным.

После усиленной воинской тренировки я, в отличном настроении, пошел на встречу с художником. Он уже ждал меня, рассматривая многочисленные картины. Его одежда не давала понять, то ли он нарочно не следит за собой, то ли не имеет средств на новый гардероб.

- Доброго дня, баронет! Как вам эти картины?

- Приветствую вас, мой император. Надеюсь, не для их обсуждения вы пригласили меня сюда.

- Это так. Готовы ли вы вернуться к важному разговору?

- Готов.

- Готовы ли вы и дальше любить леди Мариам, вашу сестру?

- Кого? У меня нет сестры!

- Есть. У вас острый глаз художника, приглядитесь к этой картине. Автопортрет графа Солана, отца нашей королевы. Рядом висит зеркало, я специально повесил его там. Ничего не замечаете? Я заметил сходство еще при первой нашей встрече. А потом расспросил графа, он мне все рассказал. Так что сестра у вас есть, хотите вы этого, или нет.

Глаза Маттеуса погасли, плечи безвольно опустились. Лицо побледнело, синие губы судорожно хватали воздух. Он зашатался, я схватил его за руку, подвел к креслу.

- Эй, лекаря сюда! Принесите воды!

Ему расстегнули сюртук, смочили лоб и виски, поднесли к носу пузырек с едкой жидкостью. Баронет откинул голову, сморщившись от запаха, кровь вновь прихлынула к его щекам.

- Что это ты здесь устроил, родственничек? Не вздумай помирать!

Слезы потоком хлынули из его глаз, он не делал попыток их вытереть, или спрятать.

- Дайте ему вина! Пей, ты же мужчина! Учись держать удар, злее будешь.

- Она знает?

- Давно. И ждет, когда ты придешь и поговоришь с ней. Ты потерял любимую девушку, но обрел сестру. Не самый плохой вариант, обычно судьба бьет больнее. У меня из всей семьи только сестра и осталась. Так что приводи себя в порядок, деньги у тебя есть, картины все купили. Как будешь готов, я приведу тебя к сестре, сможете поговорить. Важный момент – для двора ты по-прежнему баронет Рольф. И останешься им, пока живы твои мать и отец.

- Я приду через несколько дней, мне нужно свыкнуться с этим.

- Лучшее время для этого – после обеда, тогда я смогу познакомить тебя с племянницей. Сумеешь понравиться – возьму учителем рисования, а там и придворным художником. Договорились?

Маттеус кивнул. Чувствовалось, что он сумел взять себя в руки, слез больше не было.

После обеда во дворец приехал граф Партальо. Его спутники быстро занесли в зал несколько больших сундуков, быстро разложили вещи на столах. К его приходу я вызвал капитана Лотарса и лейтенанта из числа своих инженеров.

- Мой император, здесь все самое интересное. Остальные вещи уже опознаны, или имеют аналоги у нас. Начнем с карт. Где та схема, что вы показывали на Совете? Давайте сверим.

Я развернул на столе большой лист, на котором рисовал увиденные во сне острова. Их размеры и расположение несколько отличались от указанных на новой карте, но, в целом, точно отражали величину архипелага и расстояние до материка. Да, рисование это не мой конек. Ладно, с картой еще предстоит разобраться. Придется позвать моряков, они разберут все эти значки. Дальше!

- Интересный момент. Вся кухонная утварь и посуда из одного металла, керамики нет. Есть стеклянные сосуды, в них крепкое вино. Но это так, мелочи. Самое главное – на палубе нашли две большие металлические трубы, схожие с теми, что имели при себе наши гости. Судя по местам, где и как они были расположены, это оружие. Во всяком случае, на наших кораблях там размещают мощные баллисты. Стояли на возвышениях, удобные конструкции, позволяющие быстро развернуть в нужную сторону. А рядом, в специальных гнездах, тяжелые металлические шары. Как раз такого размера, что плотно входят внутрь трубы. Вот, для примера, маленькая трубка, смотрите, как туда входит это шарик из кисета. Какой вывод? Это ручное оружие, только я не знаю, как оно действует. Пусть инженеры разбираются. Питались они солониной и мочеными яблоками, удалось выяснить по засохшим кусочкам на стенках бочек. Держали в клетках птицу, там остались перья. Рыбу не ловили, нет сетей, гарпунов, снастей. Под конец плавания съели всех крыс. Очень интересный способ для отдыха – крупная сетка подвешивалась в трюме на два столба, на ней плетеный из плотной травы коврик. У нас матросы спят на деревянных настилах, теряется много места. Шляп у них нет, вместо них прямо на голову наматывается длинное полотенце. Обувь открытая, подошва из кожи и тонкие ремешки, сапог нет. Очень широкие штаны, тонкие рубахи с широкими рукавами. Сверху кожаные безрукавки. Тканей таких у нас нет. Странные мечи, я таким сражаться не могу. Щитов, копий, луков нет. Латы, шлемы – тоже нет. Вообще ничего, только наручи и широкие пояса. Ткни такого стрелой, он упадет. Мой вывод – эти трубки должны быть сильнее, чем мы думаем. Это все я вам оставляю, у меня остались образцы для изучения. Что будем делать?

- Думать! А потом еще раз думать. Победа готовится в штабах. Кстати, у них есть деньги?

- Есть, много меди, несколько серебряных и две золотые монетки. Наши тяжелее, раза в три.

- А в судовой кассе?

- Только бумаги с печатями. Скорее всего, вложились в товар, а продать не успели.

- Украшения?

- Пара серебряных колец-печаток, у одного яркий камень на рукояти кинжала.

- И это все на таком большом купце?

- Больше ничего не нашли. Еще компас в серебряном корпусе.

- Книги, записки? Должен быть судовой журнал.

- Вот он, только чернила расплылись.

- Шрамы, увечья?

- Есть следы тонких порезов, а у двоих заросшие дырки, как будто ногу стрелой проткнули.

- Ладно, будем думать. Привлеките графа Кресса, он опытный капитан. Срисуйте карты, мне оставьте один комплект. И поторопите алхимиков с их исследованиями того порошка. Если будут важные результаты, сразу докладывайте. А я через несколько дней попробую допросить наших гостей, есть одна идея.

Глава 9.

Несколько дней мы все занимались изучением новинок. Я изучал карты, пояснения давал граф Кресс. Постепенно вырисовывалась цельная картина. Большинство изученных маршрутов, с указанием глубин, скорости течений, высоты приливов, сходились от нескольких портовых городов на материке, к двум проливам в середине архипелага. От них они разбегались к поселениям, расположенным на ближней к нам стороне островов. По сути, это были не острова, а горная гряда с узкими шхерами, не позволяющими пройти большим и средним судам, только небольшим лодкам. Ее высокая северная сторона, обращенная к материку, была неприступной каменной осыпью, южная плавно спускалась к воде, где на берегу теснились многочисленные поселения. Судя по пометкам, наши гости купили товар в порту на материке, и везли его для продажи, пройдя одним из проливов. Там их и застал шторм, пригнав к берегу Скорпа. Ни одного обходного маршрута с запада, или востока архипелага, на карте не было. На мой вопрос граф Кресс ответил, что там помечены сильные течения. Они же позволяли проходить проливом только в одном направлении, возвращаясь через другой. У меня начали вырисовываться детали плана. Если нам удастся оседлать эти проливы, то мы обезопасим себя от нападения любого флота. Если нет, то десант из тридцати тысяч солдат просто растворится на просторах этого материка.

Созвав военный Совет, я предложил соратникам свой вариант похода:

- Лорды! После изучения попавших в наши руки карт, не имевшая ранее четкого решения, кампания стала обретать зримые черты. Посмотрите сюда, что мы видим? Этот архипелаг – наш щит, только он пробит в двух местах. Если мы закроем эти пробоины, то даже малыми силами сможем отражать любые удары противника. Поставим на входе и выходе этих проливов форты, боевые метательные машины, боны. Длина проливов - более двадцати миль, при ширине четыреста ярдов. Обрывистые берега, осыпи и быстрое течение не даст ни одного шанса на высадку на всем протяжении пролива. При удаче сможем сразу отсечь сотню-другую кораблей, а потом расстреливать их с высоты.Пока будем строить форты и устанавливать катапульты, десант пройдет по этим поселениям. Они небольшие, их немного. Даже притом, что у чужаков есть более сильное оружие, а я допускаю это, им не удастся выбить этот щит из наших рук. Что скажете?

Первыми высказались командиры, уже сражавшиеся с десантом врага. Битва в бухте Суаре, где удалось сжечь большинство судов, дала бесценный опыт.

- Надо будет ставить несколько башен из камня. Деревянные части возьмем с собой.

- Кавалерию везти не надо, только тягловых лошадей.

- Поставить сигнальные вышки, посадить цепь наблюдателей.

- Довести все исследования до конца.

- Суметь допросить пленных, мы многого не знаем.

- Заготовить зажигательную смесь, с запасом.

- Использовать кровавые слезы.

Вот оно! Я долгое время мучительно думал, что мы можем противопоставить мощному оружию. Ведь нам так и не удалось выяснить, что собой представляют те железные трубки. А если тяжелые шары будут лететь дальше, чем камни из катапульт, то они легко разобьют их, да и форты. Почему я забыл о том, как страдал во время своей слепоты? Ведь это уже не первый раз. И еще, зачем я мучаю тренировками моюсупругу, заставляя ее читать чужие мысли? Она потом испытывает мучительные боли. Ведь раньше я и сам это мог! Все, после Совета попробую.

Поблагодарив участников за обсуждение, в ходе которого были приняты все дополнения, я с графом Партальо отправился к пленникам. Они уже набрались сил, можно было не опасаться за их здоровье. Мы распределили роли. На столе лежали вещи, копия карты, оружие. Граф медленно называл, показывая, я мысленно повторял его слова. Сидевший рядом секретарь записывал ответы. Начали с имен, перешли на простые предметы. Стул, стол, окно, дверь… Под конец второго десятка неизвестных слов, произнесенных темнокожим чужаком, я стал слышать их звучание в своей голове раньше, чем они были произнесены вслух. Взяв карту империи, я положил ее рядом с картой чужаков. Показал пальцем на себя, на земли. Мысленно сказал: «Статта». Граф произнес вслух, потом и этот моряк, назвавшийся, как Клосс, повторил несколько раз.Обвел пальцем острова архипелага, вопросительно посмотрел на чужеземца. «Дом», ответил он. Он что, не с материка? Показал на него. «Сальма». Ладно, идем дальше. Вытащил из ножен свой клинок, показал ему. «Меч». Убрал, взял в руки изогнутое лезвие со стола. «Сабля». По очереди назвал все вещи, подошел к главной. Железная трубка на арбалетном ложе.«Не скажу». Яростная короткая фраза вспыхнула в моей голове. Я улыбнулся, кивнул охране. Те быстро вывернули за спину его руки, я примерился лезвием кинжала к большому пальцу, надавил. Брызнула кровь, Клосс дернулся: «Не надо, скажу…Фузея». «Оружие»?Кивок головой. «Покажи, как надо». «Нет». Вздохнув, я опять указал на него охране, показал на фалангу мизинца. Те быстро зажали руку, приставили острие. «Нет». Я кивнул, кровь хлынула из обрубка, Клосс захлебнулся криком.«Покажи». Не сводя с моряка глаз, показал на фалангу другого пальца. Не дождавшись ответа, кивнул охране. Почувствовав, как к коже прижимается холодное лезвие, Клосс сдался.

- Прижгите ему рану, сделайте повязку. Он сейчас все покажет.

Оберегая руку, чужак снял со стола фузею, засыпал в трубку серый порошок из бычьего рога, затолкал кусочек войлока длинной железной спицей. Потом вставил круглый шарик, опять затолкал войлок. Подкрутил зубчатое колесико, насыпал в углубление немного порошка. Приложил фузею к плечу, резко повернулся в мою сторону. Чувство опасности заставило меня прыгнуть в сторону, на лету выхватывая меч. Грохот сотряс комнату, все заволокло дымом. Ударив плашмя, мой меч сбил на землю моряка. Охрана, немного замешкав, быстро скрутила его, пинками выместив злобу. Да, если бы эта металлическая вишенка угодила в меня… Дверь за моей спиной была разбита сильным ударом, щепки усеяли коридор. Шарик лежал у стены, сплющившись от удара.

- На сегодня все, завтра допросим другого. Граф, оцените результат. Вы все рассмотрели? Арбалетный болт так не сумеет.

- Прошу меня извинить, мои люди сплоховали. А вот вы быстро среагировали.

- Все фузеи у оружейников забрать, дальнейшее изучение прекратить. Мы пока не умеем делать такие вещи, будем учиться пользоваться этими. Порошка много, а вот этих шариков мало. Скорее всего, они из свинца. Распорядитесь изготовить запас, все должны быть одинаковыми. Этого Клосса держать отдельно. Результаты допроса засекретить. Я поехал во дворец, у меня от этого грохота и дыма голова заболела.

Глава 10.

Супруга встретила меня у входа в покои, подставила губы.

- Дорогой, что там грохотало в порту? Все мои птички разлетелись в страхе.

- Дела, любимая. Да, теперь тебе не придется терпеть боль, мы нашли возможность для понимания. Так что считай это игрой, забавой.

- Хорошо. Сегодня приходил Маттеус Рольф. Он изменился, стал таким собранным. Согласился учить Элизабет рисованию, они хорошо поладили. Спасибо тебе, что нашел время и слова для важного разговора.

- Он искренне тебя любит. Найди, кто сможет стать для него утешительницей и музой. Только очень деликатно, там все очень сложно.

-Постараюсь. Ты останешься, или убежишь по делам, как вчера?

- Останусь, любовь моя. Скажи, как идут дела у твоих братьев? Я давно их не видел.

- С Реджинальдом занимаются учителя, Марк скоро пройдет Инициацию. Ты присмотришь за ним?

- А чем он занимается? Какие увлечения?

- Фехтует, скачет, стреляет, танцует с фрейлинами, те не дают ему прохода. Говорит, что будет военным.

- Даже так? Может, взять его оруженосцем? Для пажа он уже великоват.

- Я приглашу его завтра на разговор, там и решите.

Хорошо, когда тебя любят и ждут после трудного дня.

Утром меня ждал доклад алхимиков. Гильдия тщательно изучила порошок, используемый в фузеях. Он состоял из серы, селитры и толченого угля, быстро и жарко горел в небольших количествах. Помещенный в замкнутое пространство, он взрывался при поджигании. Его слабой стороной была вода, при намокании полностью терял свои свойства.

В португраф Партальо уже готовился к новым допросам. На это раз предметы для составления списка слов были другие. Еще один чужак, трудно отличимый от остальных, предстал перед нами. Повторяя прошлый опыт, начали с простых вещей, их названия с трудом читал с листа секретарь. Я слушал ответы, при заминках мысленно повторял вопрос. Первая пауза возникла, когда граф спросил название серого порошка. Моряк замолчал, глядя себе под ноги. Ухмыльнувшись, я начал медленно повторять все действия, что вчера выполнял Клосс. Подняв зубчатое колесико, подсыпал порошок в углубление, поднес к плечу, медленно направляя фузею в голову молчуна. Наши глаза встретились, он судорожно сглотнул и произнес, указывая на предметы:

- Порох. Пуля. Шомпол. Пыж.

Тут в комнату четыре охранника с трудом внесли предмет, похожий на большую фузею. Я указал на нее, потом на металлический шар.

- Орудие, пушка. Ядро.

Дав ему передохнуть, быстро вынесли все предметы, оставив только карту. Нужно было выяснить количество жителей в поселениях и городах, для этого пришлось начать с простого счета, показывая количество пальцев на руках. Сообразив, что от него требуется, моряк стал называть числа, секретарь быстро делал пометки. Выходило, что в поселениях жило от трехсот до пяти тысяч человек, промышлявших скотоводством, рыбной ловлей, добычей руды. На вопрос, для чего они везли на острова порох, ответил, что им взрывают камни, потом копают руду.

Граф Партальо от нетерпения стал подпрыгивать на стуле:

- Надо узнать, сколько пушек может нести военный корабль.

Интересно, сможет ли чужак понять мои мысленные вопросы? Ладно, попробуем.

- Моряк. Корабль. Купец. Пушка. Два. Солдат. Корабль. Пушка. Сколько?

- Нет.

- Моряк. Палец. Девять.

- Нет.

Громкий крик боли, брызги крови на полу.

- Солдат. Корабль. Пушка. Сколько?

- Нееет…

- Моряк. Палец. Восемь.

- Нет.

Еще одна алая россыпь на стене, захлебывающийся криком на полу человек.

- Солдат. Корабль. Пушка. Сколько?

- Моряк. Палец. Семь.

- Не надо…. Сорок, восемьдесят, разные.

- Все, уведите его, окажите помощь.

- Мой император, вы становитесь жестоким человеком.

- Ценой нескольких пальцев мы спасаем жизни тысячам наших солдат.

- Да я все понимаю, просто все это так мерзко…

- Полностью согласен. А вы сами, граф, смогли бы вынести пытки?

- Я видел солдата, которому сожгли на углях руки и ноги, а он ничего не сказал. Примерял на себя, как бы поступил на его месте, и не мог дать ответа.

- Спасибо за откровенность. В любом случае, сам ли отрезаешь человеку палец, или командуешь палачом, ты берешь на себя эту вину. Искупать ее нам придется долго. А боль… Посмотрите внимательно на мое лицо и руки. Сейчас я выгляжу почти нормальным человеком, а всего несколько месяцев назад вынужден был скрывать лицо под глухой маской и носить перчатки. Что-то сломалось во мне, ожесточило сердце. Ладно, выпьем! Завтра допросов не будет, проверим, как стреляют пушки. Только начать нужно с небольшого количества пороха, постепенно увеличивая заряд. Подберите укромное место, где можно будет провести испытания, не пугая окружающих. Доставьте туда обе пушки и все фузеи, подготовьте мишени. Хотя, две против восьмидесяти долго не протянут, и это только на одном корабле. А если сразу десять начнут стрельбу? Половина пушек на каждый борт, всего четыреста ядер на один залп. Да любой форт развалится на части. Надо думать…

Глава 11.

Капитан Лотарс блестяще справился с поставленной задачей. Люди, под его руководством, не только оборудовали полигон многочисленными мишенями, но и изготовили удобные станки для пушек. Они позволяли быстро перемещать их, фиксировать в заданном направлении, менять угол наклона ствола. Опытным путем удалось установить количество пороха для выстрела, дальность полета ядра. За несколько дней команда пушкарей научилась быстро заряжать, целиться, стрелять. На расстоянии в триста ярдов ядро пробивало деревянный брус, толщиной в ладонь. После испытаний я снова созвал военный Совет.

- Лорды, вы ознакомились с полученными результатами. Что скажете?

- С этими двумя пушками мы не сможем сражаться даже с одним военным кораблем. Мы не сможем вести огонь по движущейся цели.

- Сила противника в его количестве. Десяток кораблей сметет нас одним залпом.

- Надо заставить их остановиться в удобном для нас месте. А потом накроем из требушетов, спрятав их от ответного огня за холмом.

- Если разобьем дозор, можно попробовать снять их пушки, а потом использовать их.

- Надо готовить много команд пушкарей, пусть осваивают эти две, потом возьмут трофейные.

- Дать указ гильдии алхимиков готовить порох, использовать для тренировок свой, а захваченный надо беречь.

- На месте подготовить такие условия, чтобы без потерь победить противника.

- Подготовить ныряльщиков, понадобится многое поднимать со дна.

- Выстрелы пушек очень громкие, слышны далеко. Использовать требушеты, бить зажигательной смесью по группе кораблей, когда они остановятся у преграды.

- Подготовить запас зажигательной смеси.

Вот что значит работа команды с боевым опытом! Секретарь едва успевал записывать предложения, которые сыпались со всех сторон. Идея стала вырисовываться, обретать живые черты.

- Капитан Лотарс! С этого момента вы назначаетесь командиром полка. Все орудия будут поступать под вашу команду. Готовьте пушкарей, проводите тренировки и днем, и ночью. Также, совместно с инженерами, соберите двадцать требушетов, проверьте их, потом подготовьте к перевозке. Поздравляю полковником! Виват империи!

- Виват императору!

- Еще один важный момент, лорды. Поскольку мы уже выяснили, в каких условиях нам придется сражаться, нужно пересмотреть состав нашего десанта. Основной ударной силой должны стать мобильные отряды пехоты, умеющие плавать, и стрелки. Тренируйте, совместно с моряками, спуск шлюпок на воду, быструю посадку, отрабатывайте греблю. Нам нужна морская пехота! В поход брать только тех, кто не боится сильной качки. Пусть меньше, зато лучшие. Дальше. На архипелаге шесть больших поселений, еще несколько меньших. Местных жителей около двадцати-тридцати тысяч. Мы идем не убивать их, а использовать в наших целях. Надо попробовать переманить их на нашу сторону, подумайте, что мы можем им предложить.

На следующее утро я опять с графом Партальо отправился в порт. Предстояло допросить капитана корабля. Его не трогали до этого дня, поскольку он потерял много сил, мучаясь от боли из-за сломанной ноги. Разговор предстоял нелегкий, мне не хотелось прибегать к пыткам. Поэтому мы сами пришли в комнату, где его содержали отдельно. После показа и называния простых предметов, мысленный разговор стал быстрее.

- Имя?

- Парат.

- Капитан?

- Да.

- Владелец корабля?

- Нет.

- Что возишь с островов?

- Медную руду.

- Почему не слитки?

- Нет угля.

- Где родился?

- На островах.

- Чем еще занимаются жители?

- Пасут скот, ловят рыбу. Работы мало, мужчины уезжают в Сальму.

- Там платят хорошо?

- Только местным, островные получают гроши.

- Сколько таких монет получаешь в месяц?

- Две серебряных монеты, матрос – одну.

- Сколько медных монет в одной серебряной?

- Сто.

- Сколько серебряных в одной золотой?

- Пятьдесят.

- Сколько стоит бочка пороха?

- Пять серебряных монет.

- Груз твой?

- Хозяина.

- Жители Сальмы приплывают на острова?

- Весной, за рабами.

- Ты раб?

- Нет. Если не верну хозяину деньги, буду рабом, и еще десять человек заберут. Возьмут самых сильных парней и молодых девушек.

- Кто приплывет?

- Обычно два корабля, один военный.

- Ты хочешь вернуться?

- Да. Иначе за меня и моих матросов заберут много рабов.

- Твой корабль сильно поврежден.

- Тогда мои дочери станут рабынями.

- Тебя уважают дома?

- Я один сумел стать капитаном.

- Поможешь мне, на островах не будет рабов.

- Кто ты?

- Самый уважаемый человек.

- Я сделаю все, господин.

- Выздоравливай. Весной поплывем на острова.

- А моя команда?

- Все вместе.

Мы отправились во дворец, граф Партальо спросил меня:

- Что вы задумали, мой император?

- Какжителей островов превратить в союзников. Вот какие выводы из беседы вы сделали?

- Можно захватить эти два корабля.

- А еще?

- У них есть медь. И мало денег.

- А еще, на островах нет работы, поэтому мало мужчин и много женщин. Если туда придем мы, то мужчин будет много, и появится работа.

- Откуда? Что мы можем им предложить?

- Привезем им уголь, используем его, как балласт. Поставим плавильни, будем покупать готовые слитки. А здесь будем делать пушки, для этого и нужна медь. Всех местных запасов едва хватит на один корабль. На одну нашу монету мы получим две, а то и три чистой прибыли.

- С пушками понятно, а что будем делать с фузеями?

- Есть образцы, есть оружейники, пусть думают.

- А что с островами?

- Дадим им выбрать себе правителя, объявим протекторат. Там надо укрепляться серьезно и надолго.

- Эти, с материка, обязательно захотят вернуть острова себе.

- Если все сделаем правильно, их будет ждать достойная встреча.

- Хорошо, я доведу Совету подробности сегодняшней беседы.

- Тогда за работу, мне еще в дом Хранителя надо успеть.

Глава 12.

После обеда я отправился на площадь, где меня уже ждала группа молодых людей. Обычно, в столичном доме проходила Инициация только молодых виконтов и графов, но сегодня я разрешил всем лордам прислать своих подросших детей. Поводом стало совершеннолетие Марка Солана.

Языки пламени, заполнившие большую чашу, дружелюбно обвили мои подставленные ладони. Теплая волна прокатилась по всему телу, заставила забыть все переживания последних дней.

- Друзья, подойдите ближе, опустите в чашу свои ладони. Не бойтесь, он очень ласковый. Вот так!

Закройте глаза, попытайтесь увидеть сердцем свой Путь. Только оно подскажет. А сейчас пламя бережно ущипнет за палец, оставляя свою метку. Все, поздравляю вас с выбором! Сегодня во дворце будет бал в вашу честь, королева Солана и я ждем вас.

- Марк, задержись. Покажи, что за Путь у тебя?

Статус: человек, Высокий. Имя: Марк Солана, виконт. Возраст: 16 лет. Путь Силы: активен. Путь Разума: активен.

- У меня был разговор с твоей сестрой. Решение отложили до Инициации. Пойдешь ко мне оруженосцем?

- Пойду, мой император. Во дворце мне делать нечего.

- Учти, поблажек не будет. Спрашивать буду строже, чем с гвардейца. И тренироваться будешь изо всех сил, иначе в поход не возьму. Плавать умеешь?

- Каждый день, могу глубоко нырять.

- Стрелять умеешь?

- Лук, арбалет.

- Фузея?

- Что это?

- Новое оружие, придется освоить. Завтра покажу.

- Готов.

- На колено! Я, рыцарь Алекс Кроон, император Статта, назначаю тебя, виконта Марка Солана, своим оруженосцем. С этого момента у тебя только один командир, мое слово – закон. Клянешься ли ты выполнять рыцарские заветы, беречь своего командира в бою?

- Клянусь!

- Встань, оруженосец Марк. Сегодня последний день, когда ты принадлежишь себе. Веселись на балу, утром ты должен меня ждать в приемной, экипирован в полевую гвардейскую форму. Будь готов вести записи, как секретарь, и прыгнуть в море, как ловец жемчуга. Свободен!

- Виват императору!

Отпустив юношу, я поехал во дворец, где виновников торжества уже ждал торжественный обед и бал. Если не считать тех лет, что я провел в забытьи, то я совсем недавно сидел за этим столом, а рядом была та, что свела меня с ума. Мариам и сейчас была рядом, я чувствовал, что она испытывает те же эмоции. Отсидев положенный срок, станцевав два танца, я поймал ее озорной взгляд, кивнул, и мы покинули зал, повторив все, что и в прошлый раз. Головокружительная легкость, радость обладания, чувство единения вновь позволили нам вернуться на несколько лет назад.

- Дорогая, я сегодня принял Марка в оруженосцы. Он принес клятву, весной возьму его в поход.

- Я рада, что ты присмотришь за ним, любимый. Здешнее общество его бы быстро испортило, он слишком красивый.

- Вернемся в зал, или останемся?

- Им без нас лучше, пусть веселятся. А то еще совратишь какую-нибудь молоденькую наивную дурочку. Лучше побудь со мной, мы в последнее время стали реже видеться.

- Я бы рад видеть тебя каждый день и каждую ночь, но подготовка к походу отнимает много времени и сил.

- Вот теперь отрабатывай все долги! А то уйдешь в свой поход, а я опять останусь одна.

- Да, нам осталось меньше трех месяцев. Еще не сойдет снег, как я уеду. Потом месяц работы в Малате, и все.

- Не огорчай меня заранее, прошу. Лучше придумай, как мы назовем нашего сына.

- Ты уже почувствовала? Я неделю назад увидел, как ты вся светишься изнутри.

- Ну вот, опять опередил меня! Выбор имени за тобой, не увиливай!

- Моего отца звали Витторио, брата – Мэттиус. Деда по отцу звали Пауль. Можешь выбрать любое, как подскажет сердце, все они были достойными людьми.

- Хорошо, любимый. Красивые имена, я потом использую их все для наших сыновей.

Глава 13.

После принятия решения все ускорилось. Гильдии промышленников получили заказы на подготовку нескольких комплектов плавильных печей, подбор добровольцев, желающих работать на островах. Алхимики в больших количествах заготавливали порох, литейщики готовили формы для пушек. Полковник Лотарс готовил требушеты и команды, тренировал пушкарей. Все купеческие караваны получили заказы на доставку к морю каменного угля, шахты перешли на усиленный режим работы. Для торговли с островами Казначейство выпустило партию серебряных и золотых монет, по имеющимся образцам.Сформированные полки морской пехоты усиленно тренировались в высадке с моря, отрабатывали подъемы на скалы. Граф Кресс принял мое предложение возглавить флот и начал отрабатывать с капитанами действия в составе крупных сил. На склады завозились материалы для построек, бревна, доски, скобяные изделия, цепи и канаты. Маленькие литейные цеха стали изготавливать ядра и пули. Продовольственные склады начали принимать первые караваны с продуктами длительного хранения, граф Лата четко выдерживал график поставок и держал качество на высоте. Месяц ушел на всевозможные согласования, работу с поставщиками и гильдиями. Когда все наладилось, я выбрал время для тренировок своего оруженосца.

- Смотри, Марк. Ты не телохранитель, у них своя задача. Где должно быть твое место при внезапной схватке? Я правша, у тебя лук, арбалет и меч.

- Чуть позади и левее?

- Правильно. Я смещаюсь влево в ходе боя, где стоишь ты?

- Ухожу влево, держу на прицеле.

- У меня выбили, или сломали меч, что делаешь?

- Подаю свой, возвращаюсь назад.

- Когда будешь стрелять?

- По команде, или в случае явной угрозы.

- Куда будешь целиться?

- В руку с оружием, или в ногу.

- Все верно. У тебя фузея, как будешь ее нести?

- На плече, замком вниз. Рука на скобе.

- Почему?

- Дождь не намочит порох, тут такой колпачок специальный. Поднял, и можно стрелять.

- Отработаем. Цель – правая мишень, бей в голову.

Секундная пауза, вспышка, грохот выстрела. С чучела падает пробитый шлем.

- Заряжай! Выбей пулей меч!

Я успел сосчитать тридцать ударов сердца, пока следующий выстрел не оторвал примотанный ремнем меч. Когда он сумел так отработать все движения, ведь мне для зарядки приходилось тратить куда больше времени.

- Отложи фузею, стреляй из лука на ходу. Три стрелы в грудь. Я смещаюсь вправо, держи дистанцию. Начали!

Я плавно двигался в сторону, держа меч перед собой. Сухие щелчки, звон тетивы. Оперенья можно накрыть ладонью, норматив выполнен.

- Попрыгай на месте. Стой! Что это?

По его штанам расплывалось пятно из плохо закрытой походной чернильницы. Юноша залился ярким румянцем.

- Марк, тебя поразил взгляд придворной фрейлины, ты выбыл из строя на сегодняшний день. Все, до завтра свободен, не забудь переодеться. Ты молодец, хорошо поработал.

Отпустив парня, я пошел к жене, где меня ждал обед и домашний уют. Мариам встретила у входа, ее взор был обращен не ко мне, а вовнутрь. В последнее время она все чаще застывала на месте с блуждающей улыбкой, хотя никаких внешних изменений не было видно постороннему взгляду. Обняв и расцеловав супругу, я прошел к столу. Элизабет тут же залезла ко мне на колени, она очень любила есть из моей тарелки, хотя мать редко разрешала ей такие вольности. Побалуем, ведь мне скоро придется надолго уехать.

- Дорогой, как прошел день?

- Твой брат делает успехи, выполнил все нормативы по стрельбе. Научился быстро писать, заменяет мне иногда секретаря. Все идет по плану, стараемся не отставать от графика. А у тебя?

- Пишем, читаем, рисуем. Доченька, расскажи отцу, что ты сегодня рисовала.

- Мышку. Я ей сказала выйти из норки, она послушалась, и сидела тихо-тихо. А потом убежала, когда няня пришла.

- А где у нее норка?

- В зимнем саду, там тепло и мы с учителем рисуем цветы.

- Радость моя, я завтра свободен, давай выделим день, попозируем Маттеусу. Выбери красивое платье для себя и дочери. У тебя будет большой портрет, у меня – миниатюра. А то уеду надолго, когда еще соберемся.

- Как скажешь, любимый. Только пусть это будет не парадный портрет, а семейный. Там все слишком чопорно.

- Договорились.

Глава 14.

Под усиленной охраной, по первому снегу, пришел караван из Стата. Регент отправил тщательно упакованные пробирки с кровавыми слезами. На них возлагались большие надежды, поэтому меры предосторожности не были лишними. Я пожертвовал двумя десятками, проверяя силу разрушения при одновременном применении нескольких кристалликов. Четыре штуки разнесли в щепки укрепленную щитами повозку, пять – развалили на бревна двухэтажный дом. Шесть штук разметали бревна дома так далеко, что команда баллисты была вынуждена прятаться в укрытии. Применить семь штук сразу я запретил, слезы вернулись в пробирку, тщательно обернутые мягкой бумагой. Дальность уверенного поражения цели не превышала трехсот ярдов, с этим предстояло смириться, или искать другие решения.

Полковник Лотарс, вдобавок, озадачил меня еще одной проблемой. Если устанавливать требушеты в укрытии, то понадобится удалить их от берега, при этом снизится дальность стрельбы. Мы с трудом сможем контролировать фарватер, сильно упадет точность. И это по неподвижным кораблям!

- Надо заставить их подойти к берегу. Когда корабли зайдут в пролив, подожжем связанные цепям боны, они уйдут в сторону. Приблизятся в удобном для нас месте, где пристреляем все заранее. С дальнего берега пустим зажигательные снаряды, недолет тоже их вынудит прижаться к берегу. На ближнем берегу выставим ложные постройки, пусть стреляют по ним. А с настоящих позиций, с сотни ярдов, ударят лучники. Четырех слез хватит, по кораблю не промахнутся. Только место надо выбрать заранее, где не так глубоко, иначе пушки не достанем.

- Только поджигать придется сразу все боны, по сигналу, а потом прыгать в воду и уплывать очень быстро.

- Поставим лучших пловцов, у берега подберем с лодок.

- Хорошо, мы обговорили основные принципы. Но, к сожалению, пока не осмотрим все на месте, это остается только планами. Вдобавок, противник может поступить совершенно по-другому. Мы не знаем, как они воюют! Наши ловушки помогли справиться с равным соперником, а с сильным мы еще не сталкивались. Нам остается только тренироваться, и надеяться на то, что успеем закрепиться на островах. Завтра я уезжаю в Малат, надо все там подготовить к походу.

Понимая, что впереди нас опять ждет разлука, Мариам сделала все, чтобы вечер и ночь нам запомнились надолго. Так что наверстывать упущенный сон пришлось уже в пути.

Легкий мороз и неглубокий снег сделали наш путь быстрым. Меня сопровождали четыре роты гвардейцев, выполнявшие роль личной охраны и почетного караула. На третий день мы были уже в столице. Остановились в доме имперского представителя, граф Даллен был готов к нашему приезду.

- Как здесь идут дела? Хочу получить первую информацию от вас, до завтрашнего заседания Совета.

- На первый взгляд, все идет неплохо. Королева Анна десять дней назад родила сына, поздравляю, мой император. Идет подготовка к походу, планы выполняются. Налоги поступают полностью, доходы растут. Но, поверьте моему опыту, в королевстве идет какая-то возня. Совет и Регент, после смерти короля Отто, полностью взяли управление страной на себя. Воспользовались тем, что королева не вникала в детали, уделяя время медицине, а потом вовсе уехала на учебу в Суаре. Дошло до того, что при ее возвращении, ваш акт о признании ребенка, очень долго обсуждался. Некоторые лорды сомневались в вашей искренности, высказывались, что просто покрываете ее неверность. Второе, что привлекает внимание. Герцоги тянут одеяло на себя, проталкивают в Совете выгодные им решения, которые не всегда идут на пользу королевству. Раздаются земли и титулы, хотя на указах нет подписи королевы. При этом утверждается, что королева с ними согласна. Мне не хватает влияния, чтобы с этим бороться, у меня нет права решающего голоса в королевских делах.

- Кто сейчас в малом Совете? Я пять лет не занимался делами, так что будете помогать мне.

- Регент – маркиз Васлен. Выбран членами Совета, как компромиссная фигура. Два влиятельных игрока – герцог Пьер Далс и герцог Айвен Ломес. Между ними идет постоянная борьба за влияние. Наследник маркизата Малат, 13 лет, имеет в Совете своего представителя, графа Тавоса. Тот постоянно ищет, кому из герцогов предложить свои услуги. И я, как имперский представитель. Большой Совет тоже имеет свои фракции, там лидирует глава Казначейства, граф Турано. Король Отто держал всех в кулаке, теперь все поменялось.

- Члены Советов принесли присягу моему сыну?

- Пока нет.

- Интересно. А королеве Анне присягали?

- Да. Тогда еще не было таких раздоров, и она была на месте.

- Хорошо. Созывайте на утро большой Совет, проведем здесь. При этом ни у кого не будет подозрений по поводу моих гвардейцев, им положено охранять своего императора. И подготовьте, на всякий случай, вашу темницу. Кто в полицейском Департаменте?

- Барон Семетто. Назначен на должность недавно, веса не имеет.

- На сегодня достаточно. Как у вас дела, как семья?

- Спасибо, хорошо. Большой дом, прекрасный парк. Есть, где гулять с детьми. Супруга довольна, ее родители согласились переехать к нам. Благодаря им, у нас собираются большие компании пожилых людей, что любят посплетничать. Если слушать, быстро узнаешь все тайные мотивы происходящих событий.

- Тогда до утра, я поеду навестить супругу, познакомлюсь с сыном.

Глава 6

Глава 15.

Я не стал брать во дворец своего оруженосца. Не надо пока ему знать о моих женах.

Меня проводили в покои королевы, где началась суета и беготня. Выставив всех за дверь, я подошел к большой кровати, на которой Анна кормила ребенка.Немного бледная, исхудавшая, она вся светилась счастьем, с любовью глядя на сына. Услышав шум, подняла глаза, с улыбкой кивнула мне.

- Подойди, мой супруг, познакомься с имперским принцем Отто. Я назвала его в честь деда, ты не будешь возражать?

- Нет, пусть будет таким же решительным и сильным. Здравствуй, дорогая. Ты выносила настоящего великана, осложнений не было?

- Здесь хорошие повитухи. И не забывай, твоя жена тоже кое-что может.

- Как такое забудешь! Благодаря тебе, я снова вижу все краски мира.

- Мы оба помогли друг другу. Ты еще не передумал взять меня в поход?

- А как ты сможешь расстаться с таким красавцем? Ты же кормишь его сама!

- У него есть молочная сестра, меня ему уже не хватает. Высасывает полностью, а потом требует добавки.

- Ладно, не буду отвлекать вас от такого важного дела. К этому разговору мы еще вернемся. Заночую рядом, утром зайду. Спокойной ночи!

Их у меня уже четверо, моих детей. А скоро появится пятый. Притом, что женат я только трижды. Как мне поступить, чтобы каждый получил мою любовь и тепло, чувствовал отцовскую поддержку и отцовскую требовательность? Никакие воспитатели не смогут помочь в этом. Постоянно переезжать из одного королевства в другое? Или собрать всех вместе под одной крышей? Детям будет хорошо, а как их мамам?Ладно, у меня будет возможность все обдумать за время похода.

Утром я зашел повидать жену и сына, позавтракал у них и отправился на заседание Совета. Марк сопровождал меня в качестве секретаря.

- Доброе утро, лорды, прошу садиться. Я готов заслушать ваши отчеты за время моего отсутствия. Говорите кратко, вопросы будут потом.

Они говорили и говорили. Называли цифры, показывали таблицы. Постороннему человеку никогда не понять, что действительно происходит в королевстве. Чем больше я слушал, тем сильнее убеждался, что эти люди считают меня таковым.

-Это все, лорды? Я не слышал выступления геральдмейстера. Начинайте, виконт.

- Что вас интересует, мой император?

- Принесите мне акт с подписями членов Совета, принесших присягу имперскому принцу Отто, наследнику престола.

- У меня нет такого, мы не приносили присягу.

- Почему?

- Мы не успели.

- Проект заготовлен?

- Да, но…

- Лорды, я готов сейчас принять вашу присягу от имени принца Отто. Начнем с членов малого Совета. Маркиз Васлен, начинайте.

- Мой император, у нас есть сомнения в том, что ребенок королевы Анны является законным наследником престола.

- Даже так? Вам мало того акта, что я подписал? Стража, арестуйте этого человека. Лорд Васлен, вы отстранены от должности и обвиняетесь в измене. Увести!

- Лорды, продолжим. Герцог Ломес?

- Яприношу присягу принцу Отто, если он действительно ваш сын.

- Мне приказать вас арестовать?

- Вы не можете вмешиваться в работу королевского Совета!

- У вас под рукой имперский Кодекс. То, что я не могу вмешаться, как император, не отменяет моего права отстаивать интересы моего законного наследника. Напомните мне, кто назначает членов королевского Совета? В данном случае я – опекун несовершеннолетнего принца, будущего короля. Лорды, не надо меня злить. Я арестую, а потом казню всех, кто сейчас не принесет присягу. И все – по закону!

Нестройный хор голосов, подписи в Акте.

- Лорды, продолжим. Виконт, принесите мне копии актов вступления в права наследования и присвоения придворных титулов со дня смерти короля Отто. Так, посмотрим. Что это? Где на этих бумагах подпись королевы Анны?

- Мой император, королева отсутствовала, и мы…

- В свое время ваш император больше года не мог вступить в права наследства после смерти своего отца, король не подписывал бумаги, шла война. Кто из вас взял на себя королевское право? Молчите?

Я отменяю все эти акты, как нарушившие Кодекс. Все земли, замки вернуть. Если в течение месяца этого не произойдет, они перейдут в имперское управление. Возражения? Я готов выслушать любого, кто обоснует свое мнение соответствующей статьей Кодекса.

- Мой император, королева Анна долго отсутствовала, не выполняла свои обязанности.

- А у вас есть заключение гильдии лекарей, что она была больна? Есть решение Совета, утвержденное императором? Так уже было, в случае с королем Низа. Трон приняла его дочь, и она - не моя жена. Покажите документы, и я отменю решение опекуна наследника престола. Вас, виконт, я отстраняю от должности, сдайте дела своему заместителю. Все, больше вмешиваться не буду, решайте сами, кто займет место Регента. Только не забудьте дать мне этот документ на утверждение. За работу, лорды, все остальные вопросы будем решать завтра. Марк, уходим.

- Мой император, позвольте спросить. Вы всегда так ведете дела?

- Когда мы одни, называй меня – сэр Алекс, как все мои соратники. Вот ты сейчас в армии, будешь долго расти в чинах и званиях. Там все просто: получил приказ, выполнил. Отдал приказ, проконтролировал выполнение. Но при этом еще долго будешь виконтом. Станешь графом после своего отца, будешь управлять хозяйством и людьми. А там уже все совсем не так, как в армии. Я хочу, чтобы ты учился не только командовать, но и грамотно руководить. Тогда и графство будет тебе мало, а пока там сидит управляющий, и не всегда он действует в интересах твоей семьи. Умей за сухими цифрами увидеть главное, изучай экономику. Вот тебе первое задание. Будешь каждый день посещать дворец, мило улыбаться, слушать и запоминать. А потом делать выводы. Только не суди по первому впечатлению. Вот что из сегодняшнего заседания Совета ты вынес?

- У вас здесь есть жена и сын.

- Да, и не только здесь. Еще есть королева Суаре, там у меня трое детей. И я везде отстаиваю их интересы. Еще?

- Вы часто ссылались на Кодекс.

- Верно! И тебе тоже надо будет его выучить. Все мы, и графы, и императоры, связаны определенными правилами. Любого можно заменить, если соблюдать закон. Что мы сегодня увидели? Кое-кто воспользовался ситуацией, и роздал земли, титулы, не имея на это права. Скорее всего, получил хорошую взятку, или услугу. При этом земли эти – королевские. А раньше они были имперскими, можешь проверить в перечне на первых страницах Кодекса. Когда империя пала, люди тоже воспользовались ситуацией, забрали эти земли себе.

- А почему империя пала?

- Скорее всего, взорвался Кристалл Судьбы, император погиб. А наследник был мал, или слаб. Еще какой вывод сделал?

- Не знаю.

- Самый главный – нельзя быть слабым, иначе твою империю разорвут на части. Король Отто это знал, при нем Совет вел себя тихо. Королева Анна ослабила вожжи и поплатилась. Мне теперь придется хорошенько поработать, чтобы все исправить. А ведь поход будет очень скоро. Так что настраивайся на аврал, как говорят моряки. И не запускай тренировки! Утром расскажешь, что услышал во дворце.

- А это будет по-рыцарски?

- Я не буду спрашивать имен, буду интересоваться только выводами. Ты же будешь участвовать в беседах, а не подслушивать за углом. Так что никакого урона рыцарской чести.

Глава 16.

Вечер я опять провел у Анны. Сообщил ей, что заставил принести присягу маленькому Отто, чем сильно развеселил ее.

- Представляю, дорогой, какие у них были лица! Последнее время меня не приглашали на заседания Совета, они все ходили, такие важные. Отец доверил им слишком многое.

- Ты тоже хороша, все запустила со своей диетой и учебой. Надо успевать везде. Хочешь быть хорошей королевой – старайся, вникай во все мелочи.

- Я не хочу быть королевой без тебя. Хочу быть рядом с тобой.

- А на кого ты оставишь сына, когда уедешь? Кому доверяешь?

- Кроме тебя, только одному человеку. Моему учителю, что встряхнул меня, убедил в том, что я была неправа. А потом сделал из меня воина. Как он меня гонял!

- Я его знаю?

- Это комендант столичного гарнизона, полковник Петерс.

- Завтра приглашу его на беседу.

- Знаешь, я дала задание своим лекарям, они сейчас готовят основу для одной мази. Вот встану на ноги, кое-что добавлю, и можно будет попробовать убрать эти рубцы. Я тебя и таким люблю, но без них ты будешь выглядеть значительно лучше.

- Я обратил внимание, что ты не испугалась при виде моих шрамов, и ценю это.

- Я лекарь, и видела тебя при смерти. Так что шрамами меня не проймешь. Но, как женщине, ты мне больше нравишься без бороды и усов.

- Если сведешь эти рубцы, обещаю сбрить. Так что вставай скорее, залежалась уже.

- Потерпи пару дней.

- Да я тебя и не тороплю. Это было просто пожелание скорейшего выздоровления.

- Через три дня будет королевский прием, выбери время. Там придворным будет представлен наш сын.

- Только не заставляй меня шить новый костюм. А вот ленту на перевязь возьму, если пришлешь.

- Все шутишь. Помню я твою ленту. Вот прикажу нашить на нее бантиков, будешь знать.

- Все, сдаюсь.

- Иди уже, мы сейчас будем кушать и спать.

- Спокойной ночи, дорогие!

Через два дня я назначил новое совместное заседание Советов. Пришлось внимательно изучить Кодекс, поскольку предлагаемое мной решение не применялось ни в одном королевстве.

- Лорды, перед вами проект нового государственного органа управления. У нас очень необычная ситуация, и решение тоже может вызвать много вопросов. Постараюсь на них ответить. В имперском Кодексе есть ссылки на подобный орган, я его немного доработал. В чем суть? Поскольку в ближайшее время и я, и королева Анна, отправимся в поход, нужна команда, которая будет управлять страной в наше отсутствие. Здесь остается наш сын, которому вы все принесли присягу. Его опекун будет иметь в новом органе право решающего голоса, в случае, если принимаемые решения будут ущемлять интересы принца. Отменяется деление, на малый и большой Советы, главой нового органа будет Канцлер. Его кандидатуру вы выберете большинством голосов. Переизбрание тоже будет возложено на вас, но уже с перевесом в две трети. Он будет иметь право вынести на обсуждение любую кандидатуру в Совете, кроме опекуна, назначаемого королевой и мной. Члены Совета голосуют лично, никаких доверенностей. Голосование легитимно, если присутствуют две трети. Все главы Департаментов изначально входят в Совет. Имперский представитель входит на правах наблюдателя, за исключением случаев, когда затрагиваются интересы империи, тогда он получает право решающего голоса. Все члены Совета подчиняются Канцлеру и отчитываются перед ним, тот отчитывается перед королем или королевой. Теперь спрашивайте.

- По сути, Канцлер – тот же регент?

- Верно. А вот главы Департаментов становятся более самостоятельными.

- Может ли Совет утверждать в правах наследства?

- Временно, до возвращения королевы. Только в случае наличия прямого наследника.

- А как быть с ревизионным Департаментом? У нас нет его.

- Создайте отдел в Казначействе. А уж его будет проверять имперский Департамент.

- А кто будет опекуном?

- Комендант столичного гарнизона граф Альво Петерс, он уже выразил свое согласие в ходе нашей встречи.

- Еще есть вопросы, лорды? Тогда приступайте к выборам, с новым Канцлером я потом переговорю.

Глава 17.

Как я и ожидал, Канцлером стал глава казначейства, граф Турано, человек прижимистый и педантичный. В ходе нашей встречи я пожелал ему, чтобы он всегда ставил интересы государства выше личных, не принимать скоропалительных решений, и крепкого здоровья. Он, в ответ, выразил сожаление, что принц Отто остается без присмотра родителей, и предложил сделать двух кормилиц официальными помощницами опекуна. Глава полицейского департамента, барон Семетто, проверил кандидатуры на благонадежность, претензий не было. Инициатива была одобрена Анной, молодые женщины приняли предложение стать придворными дамами.

Успокоившись, что принц попадает в надежные руки, мы с супругой смогли больше времени уделять подготовке к походу. Анна уже начала вставать, к ней, с отчетами о проделанной работе, стали прибывать лекари и травники. Чувствовалось, что она соскучилась по любимому делу. Дом с зимней оранжереей превратился в филиал аптекарской гильдии, там постоянно находились люди, составлялись новые рецепты, измельчались и смешивались травы. Их вниманием был не обделен и я, каждый вечер на мои рубцы и шрамы наносились повязки с холодящими мазями. Усилия приносили плоды, кожа на лице и шее постепенно смягчалась, разглаживались жуткие бугры и рытвины. Спустя месяц я смог отказаться от бороды и усов, хотя пятна кое-где еще выдавали былое уродство.

- Дорогой, если бы ты не отправил меня раньше времени домой, то уже осенью никаких следов на твоем лице не было.

- Я не мог рисковать здоровьем, твоим и сына. А мои шрамы позволили одной девице, что хотела выйти за меня замуж, разобраться в своих чувствах. Она не смогла вынести моего уродства.

- Это кого ты не взял в жены? Почему я ничего не знаю об этом?

- Да так, одну юную принцессу, ничего особенного. Поначалу она подавала большие надежды, я даже взял ее под свою опеку. А потом выяснилось, что она испытывает отвращение, глядя на мое уродство. Пусть теперь кусает себе локти.

- Я надеюсь, ты не возьмешь в поход своих остальных жен?

- По нашему договору, в походе ты тоже не будешь моей женой, ты сама выбрала себе имя. Личный лекарь императора, леди Фиона. Если передумала, оставайся здесь, пока не поздно. Королевы Анны в походе не будет.

Слезинка скатилась по ее щеке, Анна тяжело вздохнула. Потом решительно встряхнула головой, плотно сжала губы.

- Да, я сама так решила. Ты прав, но попробовать стоило.

Я крепко обнял ее, поцеловал в губы:

- Не расстраивайся, я не буду хуже относиться к Фионе, чем отношусь к Анне. Через десять дней я уеду в Скорп, надо все там подготовить, оттуда уже в гавань, где собирается флот. Заканчивай со всеми своими делами, отправляемся в поход через месяц.

- Ты придешь ко мне вечером, мой супруг?

- Только если ты уже окончательно поправилась, дорогая. Я не хочу причинить тебе вред. И тебе придется принять меры предосторожности, иначе забудь о своем участии в походе.

- Я справлюсь, отвары уже готовы. Любая женщина, выпив один маленький флакон, будет спокойна на десять дней вперед. Только они ужасно дорогие, два золотых за штуку. Если бы не была королевой, могла бы успешно торговать ими.

- А я бы запретил такую торговлю, без предписания лекаря в каждом отдельном случае. Как ты думаешь, зачем я разрешил многоженство? В империи на каждого мужчину приходится больше трех молодых женщин!

- Согласна, я не смотрела на проблему с этой стороны. Даже у меня во дворце много девушек без ухажеров, притом, что твои гвардейцы здесь частые гости.

- А ты сама ревнуешь меня к Луизе и Мариам. Не говоря уже про еще одну, несостоявшуюся, жену. Я тебе говорил, что у меня будет пять жен, заранее смирись с этим.

- Смирюсь, ты император. Но ревновать буду, как и любая женщина. Все мы хотим быть единственными для своего мужчины.

- Тогда сегодня я буду для тебя единственным.

- Ты сейчас куда?

- Надо встретиться с двумя герцогами, я назначил им встречу. Мне не нравится, что они грызутся между собой.

Они уже ждали меня в приемной. Я пригласил обоих сразу.

- Герцог Далс, герцог Ломес! Я ни разу не слышал на заседаниях Советов ваших предложений и вопросов, хотя обсуждались очень важные дела. Или вы со всем согласны, или предпочитаете держать свои мысли при себе. Вдобавок, до меня доходили слухи о ваших разногласиях. Мне и моей супруге нужен крепкий тыл, а тут два самых титулованных лорда вставляют палки в колеса. Объяснитесь, в чем причина? Обещаю не быть пристрастным.

- Так издревле повелось, мой император. Еще наши деды враждовали, отцы продолжили. Обиды копились, только король мог всех сдерживать.

- А сейчас в чем главная проблема?

- Торговля, мой император. Мои речные баржи возят много грузов по реке Малатке, а потом вынуждены все перегружать в порту, теряя прибыль.

- А если объединить усилия, создать совместное предприятие?

- Кто будет командовать, мы давно не доверяем друг другу.

- Попробуйте решить дело династическим браком. У вас есть дети, я недавно проводил Инициацию.

- Опять все достанется Ломесам, ведь моя дочь возьмет его родовое имя и войдет в их семью.

- Есть одно решение. После отстранения Регента, освободился маркизат. Там нет наследников, земли отошли к империи. Если вы договоритесь, то молодожены станут маркизом и маркизой Васлен. Тогда прибыли от торговли будете делить на три части, помогая детям встать на ноги. Лишние полки, что вы накопили, готовясь к междоусобице, пойдут со мной в поход. А дальше у меня есть грандиозные планы, за островами лежит огромный материк. Лучше направьте туда свои силы, если здесь засиделись. Глядишь, станете там королями. Если не решите свои разногласия до моего отъезда, я буду вынужден заранее защитить интересы принца Отто. Я откровенен с вами, никаких личных предпочтений нет, и не будет. Если согласны, при мне пожмите руки.

Два герцога пытливо глядели в глаза друг другу. Я приказал подать вина, слуга быстро наполнил кубки. Не прикасаясь к ним, герцоги пожали руки.

- Твое здоровье, сват!

- За детей! За королевство! За маркизат!

- Вот уж не думал, что все можно решить так быстро. Мой император, вы сумели загасить столетнюю вражду.

- Я сам остановил войну династическим браком, если помните. Это не самый худший способ, особенно, если не льется кровь.

- Мой младший брат погиб на той войне. Жаль, что вы так поздно женились.

- Поэтому я и делаю все, чтобы здесь был мир. Надеюсь, что вы мне в этом поможете.

- Вы успеете до отъезда провести обручение?

- Раз мы все решили, сегодня же объявим о свадьбе. Управитесь с приготовлениями?

- Постараемся, сват?

- Сегодня же отправлю голубя.

Глава 18.

Я успел до отъезда провести свадьбу. Моим подарком молодоженам стала грамота на маркизат. Земли так и остались имперскими, только теперь мне не надо было заботиться об управляющем. Надеюсь, что два герцога не станут действовать в ущерб своим детям.

Их неожиданное примирение вызвало пересуды и сплетни, они только ухмылялись в ответ. Теперь в Совете сложилась мощная фракция единомышленников, ведь раньше у каждого были свои сторонники. Я с легким сердцем оставлял королевство, более не разделенное на два лагеря.

По утрам еще держался легкий морозец, хотя днем уже начиналась капель. Мы вышли в путь,впереди ждал Скорп.

- Марк, какие выводы ты сделал из той ситуации с герцогами? Ты был на Совете, был на встрече.

- Сэр Алекс, вы учли интересы всех сторон. Только желания молодоженов никто не учел.

- Да, за них решили родители. Как раньше решили за меня, в случае моей первой женитьбы. Потом уже я сам решал, кого брать в жены. Да и то, не всегда. Мой брак с королевой Анной – мирное решение большой войны. И тебе придется с этим смириться, когда первую жену придется узнавать, уже стоя в доме Хранителя. Родители, опекуны – в своем праве, они могут учитывать твои привязанности, а могут и настоять на своем. Даю слово, что твоя сестра, и я прислушаемся к твоему мнению, если выбор не нанесет ущерба империи и королевству. Еще что ты вынес?

- Нужно уметь жертвовать малым, чтобы добиться большего.

- Чем я пожертвовал?

- Доходами с имперских земель.

- Что получил?

- Налоги с нового предприятия, стабильность в королевстве.

- Это главное. Иначе бы все время переживал за своего сына, зная про грызню в Совете и стране. Что еще?

- Мне еще многому предстоит научиться.

- Вот и учись, пока есть время. Кстати, ты не пробовал разговаривать с животными? У твоей сестры и племянницы неплохо получается.

- Пробовал, и не раз. Только они меня боятся. Наверное, мужчинам такое не под силу.

- Ладно, попробую сам разобраться. Вдруг получится?

Наш приезд ждали, кортеж проводил во дворец. Отправив своих спутников отдыхать, быстро прошел в покои королевы. Мариам встретила у входа, обняла. Ее движения стали плавными и осторожными, талия немного округлилась. Я крепко расцеловал, положил ладонь на живот.

- Как дела, родная? Он еще не начал шевелиться?

- Пока рано. Я рада, что ты сразу пришел к нам. Мне так тебя не хватало!

- Держись. Через месяц я уеду надолго, привыкай к разлукам.

- Мне будет трудно, но я справлюсь. Только не брось на пять лет, как в прошлый раз.

- Постараюсь, любовь моя. Я зайду вечером, а сейчас у меня много дел.

Да, дела не ждали. Пришлось собирать свой штаб, поскольку новость о нашем возвращении быстро распространилась. В приемной уже собирались посетители.

- Лорды, начнем с подготовки похода. Как обстоят дела с поставкой продовольствия?

- Склады заполнены, остатки прибудут в течение двух недель.

- Люди?

- Все прибыли, размещены и тренируются. Остались только отряды лекарей, прибудут за неделю до начала.

- Вооружение?

- Требушеты изготовлены, разобраны и подготовлены к погрузке. Пушки отливаются, успеем установить по два орудия на тридцать кораблей. Запас пороха и ядер сделан, готовим впрок.

- Какие проблемы требуют срочного решения?

- У нас не решен вопрос с командованием. Не назначен адмирал, нет руководителей эскадр. И не определена общая стратегия.

- Адмирала я вам нашел, помощников себе он подберет. Что касается наших действий, смотрите сюда. На карте обозначены шесть крупных поселений, где имеются якорные стоянки. Вот здесь – удобная бухта, всем места хватит. Нужно будет вежливо, но настойчиво, склонить местное население к сотрудничеству. Для этого десант окружает дома, на рейде стоят корабли. А с людьми проводится беседа, у нас есть местный, что согласился помочь в переговорах. Так поступаем во всех поселениях, не допуская жертв и насилия. Если все сделаем правильно, то получим надежных союзников. Пока идут переговоры, выгружаем снаряжение и готовимся к битвам. Надо будет успеть за месяц, может, за два, построить мощную оборону. Подробности определим на месте, здесь только морская карта. Вопросы, предложения? Слушаю вас, полковник Лотарс.

- Мои люди работали вместе с алхимиками и оружейниками. Изучали тонкости литья, изготовления пороха. В ходе опытов, удалось выяснить, что порох не только может выталкивать ядро, или пулю, из ствола. Если его поджечь в замкнутом сосуде, используя фитиль, как мы поступали с нашими зажигательными снарядами, то происходит сильный взрыв. Плотно закрытый железный кувшин разлетелся на куски, посмотрите на них. А теперь представьте, что будет, когда такой кусочек острого железа попадет в тело. Мы начали пробовать с разными материалами. Лучшие результаты дали чугунные сферы, толщина стенок – палец. Тем самым, дальность стрельбы увеличили в два раза, при нужной длине фитиля происходит сначала разрушение обшивки корабля, а потом, уже внутри, взрыв. Сила его сопоставима с ударом четырех слез. Вот опытный образец, ознакомьтесь. Мои пушкари уже начали тренировки с новыми ядрами. Готов завтра на полигоне показать результаты.

- Вы меня поразили, полковник. Если завтра на полигоне все подтвердится, литые ядра больше не изготавливать, перейдем на новые. Хватит ли запасов чугуна?

- Я взял на себя смелость разместить дополнительные срочные заказы.

- Благодарю за инициативу. Всех работников щедро наградить, результаты засекретить, по разряду имперской тайны. Граф Партальо, проследите лично. Литейные цеха перевести на трехсменную работу, оплачивать срочность и качество. И нам понадобится больше пороха и фитилей. Да, еще одно. Мы не умеем пока строить корабли, что способны нести по восемьдесят пушек. Поэтому, будем делать орудия для боя на земле. Подумайте над тем, как их можно перевозить и применять. За дело, лорды!

Глава 19.

Три недели подготовки промчались смазанной полосой. Я возвращался к жене поздно вечером, падал без сил на кровать. Засыпая, чувствовал, как стягивают сапоги и одежду. Только ранним утром удавалось немного поговорить во время быстрого завтрака. За эти дни были решены вопросы с командованием, проведены учения, изготовлены и опробованы первые двадцать полевых пушек. Люди Лотарса разработали удобные станины, позволяющие вести прицельный огонь. Несколько специалистов останутся, чтобы продолжить выпуск орудий и ядер, корабли с верфей Низа, чей спуск на воду задерживался, привезут их позднее. Такой подход позволял не опоздать с выходом, доставить свежие припасы и отстающие отряды. Назначив общий смотр через два дня, я отложил все дела на заместителей, посвятив время отдыху с семьей. Мне так не хватало спокойных бесед, игр с дочерью, простого домашнего уюта.

- Элизабет, проказница, ты зачем заставила кошку прыгнуть отцу на плечи с того дерева? А если бы он зарубил ее? Видишь, он едва успел остановить меч. Кто кого больше напугал? Вот теперь зови ее и успокаивай сама, я помогать не буду.

- Хорошо, мамочка. А папа давно не тренировался, кошка была быстрее.

- Вот останешься без десерта, будешь знать. Не сердись на нее, дорогой.

- С вами не соскучишься. Я не буду сердиться, если вы обе сейчас позовете кошку, а я буду слушать и запоминать. С людьми я научился, а вот с птицами и зверьми не получается.

- Доченька, начинаем. Раз, два, три!

В моей голове вспыхнул яркий образ, как в сторону затаившегося в кустах зверька вытянулась призрачная рука, погладила, поманила за собой. Я попробовал подключиться, вплел свои дымные пальцы. Вот образ рассыпался, остался только мой зов. Подняв хвост трубой, к моим ногам подошла рыжая кошка, потерлась о сапоги. Я присел, погладил подставленную шею.

- Иди уж, я на тебя не обижаюсь. И ты на меня не обижайся, это мое тело среагировало.

- Папа, у тебя получилось! Я с Муркой долго не могла договориться, а ты сразу ее позвал.

- Это вы мне помогли, я увидел, как надо звать.

- Увидел? А мы с мамой слышим, видеть не получается.

- У меня такой дар, я – Видящий. Может, и ты научишься.

- А я смогу слышать людей? Мама мне не разрешает.

- Это сложно, потом сильно болит голова. Маме сейчас вообще нельзя этим заниматься, и тебе не стоит. Вот родится братик, будешь с ним общаться.

- А скоро он родится?

- Потерпи несколько месяцев.

Мы медленно возвращались с прогулки, когда ко мне подбежал дежурный гвардеец:

- Мой император, важное сообщение. Прибыл посыльный, в столицу завтра прибывает императрица Лаура с детьми. Хочет проводить вас в поход.

Вот это новость! Мало того, что в Скорпе сейчас находится Анна-Фиона, готовя своих лекарей к походу. Так теперь они будут втроем в одном месте. И ведь никуда не деться, императрица в своем праве.

- Любимый, кто приезжает?

- Моя первая супруга, королева Суаре, императрица Статта, леди Лаура с нашими детьми, имперскими принцами. Надо будет организовать прием, все мои планы отдохнуть ломаются.

- И что нам делать? Что мне прикажешь делать с этим?

- Будет официальная встреча, а потом я вас познакомлю. Кстати, на встрече будет присутствовать и еще одна моя жена – королева Малата, леди Анна-Фиона. Она здесь, как глава лекарей нашего похода. Вот тогда все и обсудим, вопрос назрел уже давно.

- У нее тоже есть ребенок от тебя?

- Да, сын.

- И ты мне ничего не говорил! Почему ты скрыл от меня?

- Ничего подобного! Я говорил тебе, что у меня будет пять жен, и у всех от меня будут дети. Даже твой брат Марк знает об этом. Просто раньше вы еще не встречались. А вот Лаура знакома с Анной-Фионой. Так что не сердись, тебе нельзя волноваться. И не плачь, не пугай нашу дочь. Идите в дом, я распоряжусь о торжественной встрече, и вернусь. Вот тогда можешь все высказать.

Они ушли, а я пошел заниматься согласованием протокольных церемоний. Решено было ограничиться малым приемом, так как император уже находился на месте. Главное было определить, где поместить многочисленную свиту. Дом имперского представителя подошел для этих целей, а вот с размещением королевы Анны-Фионы возникли проблемы. Мне пришлось отправить за ней коляску, везти в торговое представительство Малата, срочно вызывать портных и парикмахеров. Ее наряд подходил для похода, поля боя, но никак не для императорского приема. Все ее планы рухнули, мне долго пришлось успокаивать рассерженную женщину. Только довод, что она не может выглядеть хуже других жен, заставил заняться делом всерьез. Я оставил ее среди тканей и мехов и отправился получать новую порцию упреков и слез.

Глава 20.

Густой туман скрыл часть упущений и огрехов, вызванных спешкой и суетой, приглушил звуки труб. Я встретил кортеж, проводил супругу и детей в подготовленные помещения. Прием был назначен на следующее утро, за это время надо было успеть провести смотр войск и кораблей. Хорошо хоть никто из жен не выразил желания присутствовать на нем, я с офицерами штаба едва успел закончить к позднему вечеру. Двести кораблей, не шутка! Двадцать тысяч человек десанта, оружие, продовольствие, припасы, лошади… Один бы я не справился и за неделю. Дав людям на устранение недостатков и отдых два дня, я убыл во дворец. Встречаться с Лаурой до официального приема не было ни сил, ни желания. Только детей жалко, не увижу до завтра. Как они без меня? Виктории и Виктору уже по шесть лет, Леону скоро исполнится пять. Они отдалились от меня за то время, что я провел в беспамятстве. Надеюсь, что после похода смогу заново узнать их.

Да, Лаура успела в последний момент провести этот прием. Еще два дня, и я спокойно бы уплыл, отложив решение своих семейных проблем на неопределенное время. Он был нужен ей, а не мне. Именно Лаура была величественным представителем империи, ко мне же здесь давно все привыкли. Мой скромный гвардейский камзол на фоне пышных кружев и бантов выглядел, как серая уточка рядом с селезнем. Драгоценности кололи глаза своим блеском, обилие золота оттягивало обнаженные до локтей руки.Не выдержав всей этой помпезности, я покинул зал, не дожидаясь конца приема. Глядя на мое хмурое лицо, многочисленные гости быстро уступали дорогу при моем приближении. У дверей я остановился, громко сказал дежурному гвардейцу:

- Передайте императрице, что я встречусь с ней в королевском дворце сегодня, после обеда.

Все, с меня довольно! Если опять наденет все драгоценности, я приду на встречу в домашнем халате.

Обедал я в одиночестве, собираясь с мыслями. Потом долго гулял по парку, глядя на распускающиеся первые подснежники. Уже под вечер слуга доложил, что прибыли мои супруги.

- Как одета императрица?

- Пышно, мой император.

Ладно, будет тебе прием. Я прошел в кабинет по боковой лестнице, скинул камзол. На нем тоже есть драгоценности - пуговицы! Оставшись в простой рубашке, накинул теплый халат. Легкие тапочки заменили сапоги. Опустился в кресло, вытянул к огню ноги.

-Проси всех!

Мои жены заходили по очереди, далеко держась друг от друга. Расселись в кресла, заранее установленные в разных углах.

- Всем желаю доброго вечера и терпения. Не торопитесь набрасываться с упреками, сначала выслушайте меня. Должен вас еще раз познакомить. Моя первая супруга, леди Лаура. Императрица, мать моих троих детей. Моя вторая супруга, леди Мариам, королева Скорпа, мать моей дочери, сейчас ждет сына. Моя третья супруга, леди Анна-Фиона, королева Малата, мать моего сына. Я всех вас люблю, как буду любить и еще двух будущих жен. И дети ваши для меня все одинаково дороги и любимы. Перед тем, как я чуть не погиб в запретных землях, мне показали, что только при вашей общей поддержке я смогу выстоять в самой главной битве. Там вы были вместе, все пятеро. Если же вы втроем не сможете поладить, то о спокойной жизни впереди забудьте, и обо мне тоже.

Лаура встала, направилась к выходу.

- Я уезжаю в Суаре.

- Задержитесь, сударыня. Напоминаю, что приняв королевский трон, вы лишитесь ранга императрицы. С собой вы сможете забрать только одного ребенка, как наследника, двое останутся в замке Стата. Это все, теперь можете идти. Решите сами, кого возьмете с собой.

Поколебавшись, Лаура вернулась в кресло.

- С вашего позволения, продолжу. Вы можете оставаться в своих королевствах, можете жить вместе в замке Стата, можете построить там себе отдельные дворцы. Какое бы решение вы не приняли, через два дня я отправлюсь в долгий путь, с вашей поддержкой, или без нее.

- Леди Анна-Фиона будет сопровождать вас в походе?

- Она будет носить это имя еще два дня. Со мной отправится леди Фиона, как мой личный лекарь и умелый боец.

-Тогда вы обязаны уделить эти два дня мне и нашим детям.

- Ваше требование справедливо, леди Лаура. Я действительно давно не видел вас и детей. Одна просьба – я иду к жене, а не к императрице. Снимите всю эту мишуру, вам не требуется все выставлять напоказ. Леди Мариам, леди Анна-Фиона, я с вами расстанусь до отъезда, увидимся в порту.

Мы вышли к ожидавшей повозке.

- Я планировал зайти в дом Хранителя, не возражаете, сударыня?

- Составлю вам компанию, мой супруг.

Мы молчали всю дорогу, в молчании подошли к огню. Я привычно подставил ладони под теплые, ласковые языки. Лаура, помедлив, накрыла мою ладонь своей. Раздражительность, недовольство собой медленно уходили из моего сердца. Рядом со мной, в задумчивости, стояла супруга, вглядываясь в мелькание теней. Что стало причиной отчужденности, почему нам было так трудно общаться в последнее время, до моего отъезда из Стата? Я ведь и сейчас готов сделать все, что в моих силах, чтобы она была счастлива со мной.

- Скажите мне, вам никогда не хотелось вернуться на семь лет назад, иметь возможность все начать заново?

Вопрос заставил меня вспомнить все хорошие и плохие моменты жизни.

- Я бы вернулся, чтобы спасти свою семью. Но тогда мы бы не встретились. Так всегда происходит в жизни – одно получаешь, другое теряешь. Теперь ваш черед отвечать. Какую семью будете спасать вы?

- Я не знаю. Почему мы просто не можем любить друг друга? Эти ваши жены, вы постоянно меня бросаете, уезжаете к ним.

- Любить друг друга, это значит, думать и поступать одинаково, иметь общие цели. Вы долго были императрицей, пока я лежал в беспамятстве. За это время в нескольких королевствах назрели серьезные проблемы, которые мне пришлось решать после выздоровления. Именно это заставило меня ездить по столицам, а не желание прыгать из одной постели в другую. В Низе, оставившем все эти шрамы на моем лице, у меня нет жены. Однако именно там я провел большую часть прошлого года. Я понимаю, что не всегда поступаю, как император. У меня было мало времени для учебы. А что сделали вы, как императрица, кроме создания новых нарядов и блистания на приемах? В чем общая цель нашей семьи? Чем вы можете поддержать меня в трудную минуту? Ответьте себе, а потом и мне. Не найдете ответа, мы будем все больше удаляться друг от друга.

- А они, чем поддерживают они?

- Леди Анна-Фиона стала лекарем и пожертвовала своей кровью, чтобы поставить меня на ноги и вернуть зрение. Подготовила и возглавила целую службу, что будет лечить солдат в походе. Леди Мариам научилась мысленно разговаривать с птицами, животными, переводить чужой язык, и научила меня. Это позволило нам подготовиться к походу. Достаточная поддержка?Я ценю их за это, и буду дальше отвечать на их любовь. Со своей стороны, я привел их на престолы, наши дети стали наследными имперскими принцами. Я честен с ними, как и с тобой. Все, я устал, сегодня был трудный день.

Мы больше не разговаривали, до самого имперского дома. Проводив супругу до дверей, я ушел в свой кабинет, не делая попыток к сближению. Повидаюсь завтра с детьми, и на этом все.

Ночь без сновидений, завтрак в одиночестве, обязательная тренировка. Высказав вчера все, что наболело, я перестал думать о наших отношениях, живя сегодняшним днем. Мои дети с открытыми ртами наблюдали из угла, как я отрабатываю воинские приемы, делаю кувырки, стреляю и кидаю в мишень кинжалы. Я их сюда не звал, но выгонять не стал, пусть смотрят. Улыбнулся, потрепал по голове. Разогретое, обнаженное до пояса, тело блестело от пота. Да, я пахну, как воин, нечего воротить нос. Уж лучше так, чем сидеть на троне, обвешавшись яркими побрякушками. Умывшись и переодевшись, я пошел в парк, где уже начала пробиваться молодая трава и распускаться почки на деревьях. Не дождавшись компании, начал подзывать птичек. Мелкие птахи сначала расселись вокруг меня на ветках, потом осмелели и спустились на подставленные руки. Мысленно погладив каждую по перышкам, отпустил в полет. Их звонкий щебет был мне наградой, раньше у меня так не получалось.

Семейный обед прошел в молчании, я просто улыбался, наблюдая за детьми. Если одеть Викторию и Виктора одинаково, то мне будет трудно сразу различить их, не используя внутреннего взора. Их голоса были похожи, вкусы совпадали. Леон немного выбивался из ряда, ему с трудом удавалось пользоваться столовыми предметами. Ничего, подрастет и освоится.

После обеда мне принесли бумаги, пришлось поработать. Солнце уже зашло, когда я отдал все секретарю. Все, мне больше нечего делать в этом доме. Я уже спускался по широкой лестнице, когда меня окликнули:

- Куда же вы, мой супруг?

- Туда, где есть мои единомышленники и мне будут рады. Не беспокойтесь, я обязательно навещу детей, когда вернусь из похода.

- Мы так и не поговорили, останьтесь.

- У вас была возможность, вы ей не воспользовались. Прощайте, сударыня.

- Алекс, умоляю! Выслушай меня.

Лаура догнала меня, прижала мою руку к своей груди. По ее лицу текли слезы, губы дрожали.

- Несколько минут, прежде чем уйдешь.

- Вы императрица, учитесь скрывать свои чувства. Идем, не будем разговаривать на людях.

Мы поднялись в мой кабинет, Лаура закрыла дверь, бросилась на колени предо мной:

- Я женщина, я хочу быть любимой, не отвергай меня! Что я должна сделать, чтобы ты снова любил меня?

- Встань, не унижайся. Я никогда не отвергал тебя, и по-прежнему люблю. Да, у тебя есть повод для ревности, как и у остальных моих жен. Их я тоже люблю, и вынужден часто оставлять в одиночестве. Когда я с тобой, я никогда не буду обсуждать и принижать остальных, как не обсуждаю тебя в их компании. Если ты примешь такое положение вещей, то останешься первой среди них. Если нет, то мне будет не хватать твоего общества, но их я не оставлю. Решай сейчас, или я ухожу.

- Я долго думала, чем могу быть полезной для тебя. Я не умею разговаривать с животными, и лечить тоже не умею. Я не знаю! Все, что я умею, это разговаривать с людьми, запоминать все их тайны и видеть мотивы поступков. Так это многие умеют. Я не хочу быть ненужной, пойми меня!

- Говоришь, видишь их мотивы? Так это хорошо! Винсент Корса, как Регент, будет заниматься хозяйственными делами империи, а ты учись управлять людьми, используя их слабости, зная их секреты. Сделай так, чтобы я мог гордиться тобой, чтобы ты сама уважала себя за особые навыки. И тогда твои глаза снова будут сиять. Договорились? Все, прекращай лить слезы, я скоро буду мокрым.

- Поцелуй меня, как прежде! Мы так давно не были вместе!

Я поднял Лауру на руки, унес в спальню. С нее дождем сыпались драгоценности, когда мы торопливо избавляли друг друга от одежд, но никто не обращал на это внимание. Наши руки и губы были заняты, тела крепко сплелись в единое целое. Первый взрыв неистовства сменился долгими, нежными ласками. Ее долгое одиночество требовало заполнения. Бессвязные возгласы сменялись стонами и всхлипами, беседы – терпким вином и поцелуями. Пожалуй, Лаура смогла бы соперничать в своей страстности с Анной, но мне не хотелось сравнивать. Я отдавал все силы, раз, за разом заставляя ее и себя содрогаться от наслаждения. Мы до самого утра не сомкнули глаз.

Обессилев телом, мы до краев наполнили наши души. Как это важно, когда на тебя с любовью и доверием смотрят родные глаза, когда не нужны слова, и руки сталкиваются, одновременно протягиваясь за одним предметом на столе. Мы кормили друг друга, дурачась и веселясь, впрок запасая такие важные воспоминания перед долгой разлукой. Воинские упражнения пришлось отменить, усталое тело хотело отдыха. Отказались и от прогулки, поменяв ее на спокойные игры с детьми.

После обеда я еще немного поработал с бумагами, пока за мной не прибыла повозка. Отплытие было назначено с вечерним приливом, поэтому я не стал тянуть с расставанием. Несколько поцелуев, торопливые слова прощания. Вещи уже доставлены на борт, осталось заехать к Мариам, обещая ей скорую встречу и требуя быть осторожной. Слезы на губах, маленький портрет семьи, переданный в последний момент. Все, пора!

Марио Кресс ждал нашу шлюпку у трапа. Его «Вольный ветер» снова был готов отправиться в дальний путь, теперь уже в роли флагмана.

- Вы готовы, мой император? Тогда в путь! Поднять якоря, курс норд!

Салютуя, выстрелила пушка, ей с берега ответил форт по правому борту. Все, чем мы занимались последние месяцы, осталось позади, становилось мелким и неважным. Тихо подошла и стала рядом Фиона, сжала мою руку.

- Мы готовы, мой император? Не будем оглядываться!

Интерлюдия 3. Верхние миры, уровень 3.

- Дорогой, подойди сюда. Как ты можешь объяснить, что твой рыцарь вырвался вперед на три хода? Ты применил козырь? И где моя фишка, она здесь стояла?

- Нельзя заставить фигуру делать то, что нам угодно. Но можно создать условия, при которых она сама сделает все, как надо, и даже лучше. Так что я всего лишь подсказал своему рыцарю возможность. А твоя фишка попала в шторм, они часто здесь бывают. Можешь посмотреть записи всех моих ходов, никакого жульничества.

- Ну, берегись! Ты меня разозлил.

- Дорогая, если ты будешь давать волю эмоциям, мы не сможем перейти на четвертый уровень. Забыла, что скоро семейный турнир?

Конец 2 части.

Глава 7

Часть 3.

Глава 1.

Наш флот продвигался тремя отдельными эскадрами. Впереди следовали быстрые легкие разведчики, за ними большие десантные фрегаты, замыкали тяжелогруженые транспортники. Все капитаны имели карты с обозначенными якорными стоянками, были готовы действовать самостоятельно. Командиры ежедневно проводили тренировки на палубах, чтобы солдаты не теряли форму за долгую дорогу. Занимался и я, когда позволяла погода и океан. С каждым днем становилось все теплее, в полдень солнечные лучи загоняли людей в тень. Иллюминаторы в моей каюте были постоянно открыты, пришлось отказаться от камзола. Только после заката можно было насладиться прохладой. А что будет дальше? Теперь я начал понимать, почему капитан Парат и его люди носили такую легкую одежду. Наши солдаты будут вынуждены отказаться от брони, иначе раскаленный на солнце металл просто сожжет кожу. Как нам воевать? Шлемы, спасавшие голову от удара, под жаркими лучами превратятся в печи. Прочные сапоги не спасут ноги от горячего песка, латные рукавицы не удержат меч. Понадобятся легкие, острые сабли. Привычные к холодам, мы отправились в дорогу, запасшись мехами и шерстяными плащами. Завтра утром соберу своих командиров, будем думать, как справиться с неожиданной проблемой.

,

Я сидел в плетеном кресле под навесом, тихо перебирая струны. Духота уже третий день вынудила отказаться от дневных тренировок, оставив для них только раннее утро. Рядом устроилась Фиона, слушая строки:

Перед нами большой океан,

Под ногами бездна и мрак.

Я от воздуха мокрого пьян,

Ты дождись нас, неведомый враг.

Припев:

Мы оставили все позади,

Когда небо позвало нас в путь.

Не кричи; зови, не зови,

Нас по имени, всех позабудь!

Мы не все вернемся назад,

Оставляя кресты за собой.

И не все откроют свой клад,

Где, неведомо, встретит нас бой!

Припев.

Утром в скалы ударит волна,

Брызгам все мы подставили грудь.

Всех живых поцелует она,

И в обратный проводит нас путь.

Припев.

Липкая ночная духота лишила наши отношения бурной страсти, оставив только нежную истомуи негу. К ее чести, Фиона ни разу не попрекнула меня тем, что я посвятил время перед отплытием Мариам и Лауре. Сказалсяли ее жизненный опыт, или она приняла наличие других женщин, как данность, кто знает? Я был ей благодарен за это, отвечая доверием и теплотой.

Ранним утром, еще до восхода солнца, мы собрались в большой капитанской каюте для обсуждения своих действий.

- Лорды, вы все видели, как местные жители с островов, куда мы плывем, одеты и вооружены.Если такая жара сохранится, или даже усилится, мы окажемся в проигрышном положении. Ваши предложения, как нам поступить?

- Осталась ли их одежда? Изучим, как образец. У нас есть парусина и холсты, используем их. Есть кожа, пока плывем, изготовим обувь.

- А оружие? На корабле кузницу не поставить, из мечей сабли сделать не сможем.

- Пустим в бой копейщиков, если дойдет до боя. А лучники получат дополнительное преимущество.

Как доплывем, начнем ковать сабли.

- Позвольте, как лекарю, добавить. При такой жаре самая маленькая царапина может воспалиться, нужно предупредить всех, чтобы сразу обращались за помощью.

- Лорды, прислушайтесь к совету. Адмирал, передайте приказ по эскадрам, будем готовиться к войне в новых условиях. И берегите воду! Мы не рассчитывали на такую погоду.

- Слушаюсь, сэр Алекс. Сейчас сигнальщики все передадут. Как думаете, долго нам еще плыть при таком ветре?

- Я попробую ответить завтра.

В самом деле, почему я так давно не пробовал заглянуть за горизонт? Или это так на меня действует жара и духота? Ведь навык можно развить только постоянными тренировками, иначе какой из меня Видящий? Я тщетно мучился всю ночь, пытаясь сосредоточиться на крохотной частичке огня в груди. Отвлекала качка, скрип дерева, плеск волн за кормой. Только перед самым рассветом, проваливаясь в сон, я скользнул за призрачную грань. Фиолетовый огонек расправил крылья, поманил за собой. Не чувствуя своего тела, я несся среди колючих звезд. Подо мной переливался голубой шар, постепенно уменьшаясь в размерах. Ниже! Белая пелена облаков расступилась, я увидел на самом краю необъятного океана темную полосу берега. Еще ниже! Вот она, длинная гряда, вытянувшаяся среди водного простора, а вот и маленькие точки, клином нацелившиеся на нее. Как мы ничтожны в своей суете, когда пытаемся изменить мир.

Фиолетовые крылья сложились, я падал вниз, и не было сил проснуться. Распахнутый в безмолвном крике рот, набегающий поток воздуха, что выбивает слезы из глаз. Еще миг, и я вскакиваю на своей койке, весь в поту.

- Дорогой, что случилось? Ты кричал во сне.

- Все хорошо. Просто видения даются с большим трудом. Спи, моя родная.

Утром я сообщил адмиралу Крессу, что видел.

- Если возьмем правее, то за три дня обойдем ураган. Он затронет нас облачностью и дождем, сможем отдохнуть от жары. Потом возвращаемся на прежний курс, идти нам еще около десяти дней. Мы сейчас примерно здесь, точнее сказать не могу.

- Рулевой, принять на три румба вправо! Передать команду: следовать за нами. Скажу вам честно, сэр Алекс, эта неизвестность выматывает меня сильнее, чем духота и жара. Я не мог себе представить, что океан так велик. Сам бы я ни за что не отправился в такой дальний путь, видать, старею. А что еще видели?

- Что наш мир очень красив. А наш континент очень маленький, в сравнении с гигантской Сальмой. Как мы будем его захватывать?

- Мы еще с островами не разобрались, даже не доплыли! Точно, стар я уже, мне за вашими мыслями не угнаться.

- А где ваш сын, граф? Вы хотели взять его в поход. Или дома остался?

- Как это, не взял? Он на том корабле, четвертом от нас, уже помощником капитана ходит. Растет моя смена.

- Хорошо. И передайте приказ, пусть собирают дождевую воду, можно будет помыться.

Глава 2.

Или ураган сместился, или мы недостаточно от него удалились, но нас хорошо потрепало. Сильные порывы ветра, вода, льющаяся с небес, палуба, уходящая из-под ног. Корабль переваливался на волнах, многие солдаты лежали пластом, не выдержав качки. Фиона сбивалась с ног, готовя и разнося целебные отвары. Лекарям помогал Марк, ему будет полезно узнать жизнь с разных сторон.

На четвертый день ветер стих, прекратился дождь. Только огромные валы напоминали о недавнем урагане. За флагманом шло куда меньше кораблей, чем раньше. Пришлось лечь в дрейф и зажечь на маленьких плотиках сигнальные дымы, поджидая отбившихся. Густые столбы причудливо извивались в небе, порывы ветра изредка пригибали их к воде, заставляя чихать и кашлять. Потратив день на сбор, адмирал дал команду продолжить путь.

Еще дважды я взмывал по ночам в небо, путешествуя с фиолетовым мотыльком. С каждым разом мне все легче удавалось вызвать пьянящее чувство полета, мир распахивался предо мной. Все дальше проникал мой взор, замечая мельчайшие детали. Утром я наносил на карту маленькие острова, коралловые рифы и атоллы. Маленькие бухточки и золотые пляжи манили остановиться, отдохнуть. Нет, надо спешить.

За месяцы нашего плавания капитан Парат и его матросы прилично освоили язык, мы каждый день уделяли беседам. Перед выходом у меня был трудный разговор с двумя искалеченными людьми. Мне предстояло решить, стоит ли брать их с собой, не затаят ли они обиду. Оставив их в Скорпе, я обрекал их навсегда остаться на чужбине. В итоге, они согласились принять подарки и забыть об увечьях. Все-таки, лучше остаться без двух фаланг на мизинце, чем без возможности вернуться домой. Золото также сыграло свою роль.

Я узнавал о быте, жизненном укладе поселений, о незавидной доле тех, кто попал в рабство и был разлучен с родными. Из пяти братьев и сестер, у капитана осталась только одна, самая младшая. Остальных увезли работорговцы, больше он никого не встречал. Дома осталась старая мать, он сильно переживал за них. Ведь, если он не вернется и не отдаст долг, в рабство попадут многие.

- Скажи, кем, кроме матросов и рыбаков, работают твои земляки, попав в Сальму?

- Самые грязные работы принадлежат нам. Редко кому удается стать воином. Девушек ждут работы в домах и постели богачей. Наш народ вымирает, у нас нет будущего.

- Как получилось, что вы стали рабами?

- Они приплыли на больших кораблях, убили много наших мужчин. Мы никогда ни с кем не воевали, и не смогли дать отпор. А когда они схватили нашу Знающую Пути, наша звезда закатилась.

- Кто это, Знающая Пути? Расскажи о ней.

- Нет, господин Алекс. Ты можешь пытать, можешь даже убить меня и всех нас, мы не скажем. Это тайна нашего народа. Я жалею, что сказал тебе о ней. Я знаю, что ты не простой человек, у тебя тоже есть свои тайны. Иначе ты не смог бы разговаривать со мной без слов.

- Хорошо, я не буду спрашивать. Вернемся к тому, что знают все. Скажи, умеют твои земляки плавить железо, или другие металлы?

- Мы это умеем, многие научились в цехах Сальмы. Только на островах мы этим не занимаемся, у нас мало леса, и угля нет. Мы все покупаем, выручая за руду и жемчуг немного денег.

- А если мы поставим плавильни, и привезем уголь? Пойми, я не благодетель. Мы можем дать вам работу, твои люди будут добывать медную руду и делать слитки. Будете получать деньги за свой труд, а мои корабли увезут медь и привезут уголь и другие товары. Мои торговцы получат прибыль, накормят своих детей. Нам рабы не нужны, мы пришли сюда не для того, чтобы воевать с вами.

- А для чего, господин Алекс?

- Я знаю, что скоро из Сальмы выйдет большой флот. Корабли зайдут сперва к вам, наберут воды, продовольствия, новых рабов, и отправятся к нам. И мы не устоим. Поэтому мы плывем на острова, чтобы сделать из них крепость, закрыть дорогу чужим кораблям.

- Ты открыл мне краешек своей тайны. Спасибо, господин Алекс, за доверие. Когда приплывем, я буду говорить со старейшинами.

Оставалось еще пару дней плавания, когда с мачты заметили полу затопленную лодку, качающуюся на волнах.

- Человек за бортом!

- Свистать всех наверх! Спустить паруса! Шлюпку на воду!

Несколько тревожных минут ожидания, и вот уже руки матросов подхватывают безвольное тело, втаскивают на борт. Со шлюпки сигналят, что спасенному требуется помощь, берут на буксир разбитую лодку. «Вольный ветер» слегка поворачивает, принимая шлюпку на подветренную сторону. Натягиваются тали, спасенного человека, укутанного в одеяло, передают лекарям. Фиона откидывает край одеяла, глазам предстает спасенный. Нет, спасенная. Молодая девчушка, лицо и волосы покрыто корочкой соли, глубоко запавшие глаза.

- Дайте воды!

Струя из бурдюка льется в рот и на лицо, потрескавшиеся губы едва шевелятся, гортань издает тихий хрип.

- Несите ее ко мне, в лазарет! Все, нечего толпиться, жива она.

Фиона держит за руку девушку, считая редкие удары сердца. Ее лицо хмуро, она торопит матросов.

- Надо согреть воды, она вся в ушибах и порезах. Дайте дорогу!

Сигнальщик передал команду продолжать движение, корабли восстановили строй.Разбитую лодку пришлось бросить, забирать с нее было нечего. Корзина с протухшей рыбой, рваная сеть, вот и все. Сколько дней мотало по волнам эту девчонку, кто знает? Придется дождаться, когда она сможет говорить. Происшествие дало пищу для обсуждения, матросы и солдаты радовались, что смогли спасти человека. Я тоже не остался равнодушным, попросил капитана Парата побеседовать с соплеменницей, когда разрешит лекарь.

Вечером следующего дня Фиона разрешила навестить спасенную. Девчушка лежала в постели, ее худые руки выделялись золотистым цветом на фоне белой простыни. Перевязанный лоб, щеки и шея покрыты мазью от солнечных ожогов. Хмурое лицо разгладилось, когда она увидела вошедшего капитана, она напевно произнесла несколько фраз. Брови капитана изумленно взлетели, он схватил девушку за руку, быстро ответил. Потом повернулся ко мне с озадаченным видом.

- Я ее знаю, это подруга моей сестры, живет в соседнем поселке. Но почему она вышла в море на ловлю рыбы, ведь ей…

Парат хлопнул ладонью себя по губам, прервав фразу. Сделав вид, что ничего не заметил, я сказал:

- Хорошо, что вы знакомы. Я скажу, чтобы тебе разрешили навещать ее. Покажи на карте, где ее поселок. Мы доставим ее туда. У нее есть родные?

- Тетка осталась на берегу. Ее отца, старейшину поселка, убили работорговцы несколько месяцев назад. Они не должны были приплыть, что-то произошло, пока меня не было.

- Долго она пробыла в море?

- Восемь дней.

- Сэр Алекс, и вы, капитан, на сегодня достаточно. Завтра опять сможете навестить, а сейчас она еще очень слаба. Все, уходите, опять ее лихорадит.

Не часто Фиона действовала так решительно, но сейчас она была в своем праве. Мы вышли из лазарета, капитан Парат задумчиво произнес:

- Надеюсь, с Хлоей все будет хорошо. Само небо направило нас сюда! А ее отца жалко, хороший был рыбак.

Поздно вечером Фиона пришла в мою каюту.

- Как она?

- Скоро станет на ноги. Знаешь, тебе надо внимательно приглядеться к этой девчушке. Я почувствовала в ней сильный дар, только не знаю, какой. У твоей Мариам дар слабее, и он другой. А Лаура только начала развивать свой, она в самом начале пути.

- Откуда ты это знаешь?

- Мне мой учитель рассказал. Его дар состоял в том, что он видел сильные стороны своих солдат, и мне помог стать на эту тропку.

- И как ты его видишь?

- А не надо использовать глаза. У тебя здесь – фиолетовый огонек, у Лауры маленькая льдинка, у Мариам тонкий обруч светится на волосах, а вот у Элизабет он широкий. На других твоих детей еще не смотрела, а Отто еще очень мал.

- Помолчи немного, сейчас попробую увидеть твой.

Закрыв глаза, я вспоминал, как ходил, будучи слепым. Щелкнул пальцами, вслушиваясь в призрачный контур. Вот оно! Зеленый шарик переливается красными прожилками, пульсируя в такт ударам сердца. Я прижал ладонь к шелковой коже под ее левой грудью, ощущая легкое покалывание в кончиках пальцев.

- Ты его нашел.

- Он такой красивый. У него цвет твоих глаз.

- Не убирай свою руку, здесь ей самое место. Здесь тоже. Сударь, что вы себе позволяете, я замужняя дама! Не надо! Останавливаться….

Глава 3.

Утром впередсмотрящий увидел далекие вершины. Капитан Парат предложил воспользоваться его опытом и знаниями, как лоцмана, адмирал согласился. Подняв сигнал, следовать за нами, мы повернули в сторону большой бухты. Ее воды всегда оставались спокойными в самый сильный шторм, обрывистые скальные берега служили надежной защитой. Со стороны моря взгляд закрывал выступающий мыс. Нужно было хорошо знать местные места, чтобы уверенно проскользнуть внутрь по высокой воде прилива. За «Вольным ветром уверенно» последовали остальные корабли, в точности повторяя маневры. До самого вечера к берегу подходили отставшие суда, для безопасного прохода зажгли высокие костры.

Оставив адмирала руководить размещением прибывающих, мы с капитаном Паратом и взводом охраны на шлюпках отправились в сторону ближайшего поселка. Его хижины расположились на пологом берегу в тени деревьев. Недавно прошедший ураган принес небольшую прохладу, после той липкой духоты мы смогли дышать полной грудью.

Поселок встретил нас безлюдной тишиной. Нелаяли собаки, не слышно было скота в загонах. Лишь тонкий дымок от костра в центре площади показывал, что совсем недавно здесь были люди. Мое внимание привлекла конструкция домов. Высокие столбы поддерживали помост из жердей, на которомвысоким конусом стояла плетеная из гибких прутьев корзина с маленьким входом. Крышу покрывали уложенные внахлест гигантские листья деревьев. Занавеска из стеблей висела у входа и над оконцем. Под помостом располагался загон для домашней скотины и дровяной склад. Хижины немного отличались размерами и способом плетения, высотой столбов и резьбой на них.

- Скажи, капитан, все поселки на островах такие?

- Да, господин Алекс. Только людей где больше, где меньше.

- И где все люди?

- Спрятались, наверно. Увидели корабли и испугались.

- Тогда мы вернемся к шлюпкам, а ты поищи их, успокой. Где здесь можно набрать воды?

- Здесь рядом ручей, за теми деревьями.

Капитан пошел к поселку, а мы отправились на опушку. Быстрый поток струился в тени, журчал на камнях маленькими водопадами. Я уже приник к ледяной воде, когда чувство опасности заставило броситься на землю. В ствол склонившегося дерева впилась стрела, затрепетало белое оперенье. Легкий шум в кустах, топот ног.

- Не стрелять! Брать живым!

Через минуту из кустов два моих телохранителя принесли и бросили к ногам связанного паренька. Марк нес лук и колчан, на его плече висела сумка.

- Целый хоть? Знаю вас, только волю дай, поломаете всего.

- Мы осторожно, команду услышали. Он просто хлипкий какой-то оказался.

- Стрела не боевая. Наверное, охотник.

- Наберите фляги, идем в поселок. Парат расспросит этого стрелка. А вам наука, дали ему возможность выстрелить.

- Да он такой мелкий, спрятался под корягу.

- Все, уходим.

Мы пришли на площадь, развязали пленника. Парат быстро начал его расспрашивать, размахивая руками. Через несколько минут повернулся ко мне:

- Жители успели уйти далеко. Надо отпустить парня, он их успокоит. Мне доверяет, я знаю его родителей.

- Хорошо, не будем больше здесь стоять. Вернемся к лодкам, там разобьем лагерь.

В тени пальм уже ставились палатки и навесы, в удалении разместились сторожевые посты. Полевой лагерь обретал черты, ротные кашевары готовили пищу на кострах. Мой шатер и штабная палатка расположились около небольшого затона, между деревьев натянули веревки, парусина дала возможность расположиться в тени. Вся бухта открывалась взгляду с этого места, было видно, как из трюмов разгружают части требушетов, доски и ящики. Снующие лодки напоминали муравьев, несущих добычу. Только опытный взгляд военного мог разглядеть во всем этом хаосе четкий план и систему. Моего участия на этом этапе не требовалось, я смог отдохнуть, искупаться в заливе, полежать на теплом песке в тени. Матросы из команды Парата ушли на встречу с жителями поселка, ослабевшую Хлою перевезли на берег, разместив в палатке лазарета. Сложнее всего далась перевозка на берег лошадей, их пришлось спускать на талях, удерживать в шлюпках. Для них выстроили загон, сделали навес, доставили свежую воду. Да, солдаты могут сами позаботиться о себе, а вот лошадей требовалось беречь, на островах их не разводили. Двести боевых коней и сотня тяжеловозов – вот и вся наша конница, поневоле станешь беречь каждого.

Солнце клонилось к горизонту, когда вернулся капитан Парат.

- Мой господин, люди вернулись в поселок. Я договорился, что старейшины придут говорить с тобой.

- Хорошо. Марк, надо организовать встречу, угостим их по нашему обычаю.

- Сколько их будет?

- Пять, может, семь. Некоторые побоялись.

- Охлади вино в ручье. Капитан, тут пьют вино?

- У нас пьют перебродивший кокосовый сок. Вино здесь большая редкость.

- А что едите?

- Рыбу, овощи, кашу из злаков, маисовые лепешки, иногда мясо, если добудем в лесу.

- Домашнюю птицу, свинину?

- Очень редко, мало кто может себе позволить.

- Марк, распорядись зажарить кабанчика, и несколько цыплят.

- Все сделаем, сэр Алекс.

- Капитан, я все хотел тебя спросить. Парат, это твое настоящее имя?

- Мое имя слишком сложно выговорить иноземцу. Поэтому в Сальме меня зовут так.

- А где твой дом?

- На востоке, между проливами. Там самое красивое место на островах. Какие там луга, у вершин! Когда-то мы пасли там овец и коз с отцом. Теперь там никого нет.

- А почему не пасут сейчас?

- Забрали работорговцы, в счет уплаты долга.

- Скажи, почему у той девушки, Хлои, такой цвет кожи? Твои земляки значительно темнее.

- У нее в роду был иноземец с Сальмы. Бабушка тоже была светлой, почти, как ты, господин.

- Значит, жители Сальмы имеют светлую кожу?

- Не все, мой господин. На побережье много людей имеют темную кожу, они с островов. Есть более светлые, те родом из жарких лесов и болот. А вот белые, как ты, те с севера. Они самые богатые и знатные, в портовых городах их мало, слишком там жарко для них. У всех много слуг и рабов. Хозяин моего корабля такой. Скоро он пришлет сюда своих людей. Ты обещал спасти нас, господин!

- Я помню об этом, Парат. И скажу старейшинам поселка об этом. Будешь переводить, вон они идут. Зови их сюда.

Шестеро мужчин в длинных белых накидках шли к шатру. Их провожала моя охрана, предупрежденная о встрече. Седые кучерявые волосы, морщины на лицах и руках, широкие расшитые пояса, длинные посохи, покрытые резьбой. Мне было сложно определить их возраст, так выглядит кора дуба, для которого десяток лет давно потерял значение.

Я встретил их, сидя в складном кресле, накрытом меховым плащом. Обратился к Парату, тот стал переводить нашу беседу:

- Я рад приветствовать старейшин поселка. Будьте сегодня моими гостями.

- Ты самый главный здесь? Ты молодо выглядишь.

- Это мои люди, и мои корабли.

- Много кораблей, много воинов. Зачем ты здесь?

- Да, мы воины, но не работорговцы. Здесь, на островах, будет передовой военный пост, что спасет мой народ от сильного врага. Лучше сражаться в крепости, чем ждать, когда к тебе в дом придут разбойники.

- Что ты хочешь от нас?

- Если захотите помочь, я приму помощь. Если нет, тогда просто не мешайте. Я могу дать вам работу, честную оплату, новые товары и возможность жить в мире без рабства.

- Что мы можем делать для тебя?

- Добывать руду, как раньше. Плавить медь, как я научу. Снабжать моих солдат свежими продуктами, за справедливую цену. Работать проводниками в лесах и горах.

- Ты пришел сюда надолго?

- Часть моих людей останется здесь, в новых крепостях. Может быть, создадут семьи, если согласятся ваши женщины. А большая часть уйдет со мной дальше, в сторону Сальмы. Там будет мой главный бой. А вы будете честно торговать и спокойно жить, не опасаясь, что однажды ваших детей и внуков заберут в рабство.

- Ты знаешь цену своим словам?

- Мое слово - закон. Пусть небо будет мне свидетелем.

Загрохотало, в соседнее дерево ударила ветвистая молния, затмив на миг горящие лампы и языки костра. Старейшины склонились в глубоком поклоне, я уже стал опасаться, что они не смогут разогнуть свои старые спины.

- Мы услышали твою клятву, господин, небо приняло ее. Утром отправим в соседние селения гонцов, и через два дня дадим ответ. Теперь мы можем разделить с тобой пищу.

Развязав свои котомки, они вытащили лепешки и рыбу, разломали на части, разложив на листьях. Один такой лист передали мне в руки, я отломил кусочек, положил в рот. Под пристальными взглядами прожевал, проглотил, запив глотком вина. По сигналу на столы подали блюда с дымящимся мясом, запеченной птицей, кувшины с вином. Марк разлил по бокалам, раздал всем гостям. Я, молча, выпил, вытряхнул капли в огонь. Моему примеру последовали остальные, постепенно серьезность оставила их, разговор пошел живее. Парат не успевал переводить быстрые фразы, пришлось мне сосредоточиться на мысленной речи. Брови на лицах старейшин изумленно взлетели вверх, когда они поняли, что могутпонимать меня без перевода. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, беседа захватила всех, я уже с трудом успевал за певучими фразами. Вино развязало языки, с их стороны уже не было того недоверия, с каким они начинали слушать. Под конец пришлось выделить им провожатых, что помогли добраться в поселок. Капитан со своими людьми пошел с ними. Голова моя кружилась, я давно не пил столько вина, да и разговор без слов отнял много сил. Марк подставил плечо, помог добраться до постели. Будем надеяться, что мне не придется больше так напрягаться.

Глава 4.

Рассвет принес прохладу, но не снял головную боль. Фиона, глядя на то, как я растираю виски, протянула маленький флакон, заставила выпить. Потом погнала заняться разминкой и выкупаться в море. К тому времени, как я оделся, лагерь уже проснулся, зажил повседневными заботами. К моему шатру уже подходили командиры полков, сегодня предстояло определить, где будут заложены сторожевые форты и крепости. От нашей бухты до пролива было меньше трех миль, но без проводника найти хорошую тропу было невозможно. Парат и вчерашний стрелок вели колонну, она то втягивалась в заросли, то приближалась к берегу. Морем нас сопровождало несколько лодок, держась в пределах видимости. По мере приближения к проливу местность изменилась. Группы деревьев больше не подходили к песчаному берегу, большие камни устилали дно. Пологий берег доходил до уступа, далее обрыв не давал возможности выбраться из воды случайно упавшему человеку. Весь пролив выглядел, как глубокий шрам на каменном склоне. В нескольких местах он сужался до двухсот ярдов, тут течение было таким быстрым, что гребная лодка не смогла удержаться на месте. Вглубь острова пролив постепенно расширялся, а его берега возвышались все круче. Решено было отправить по обоим берегам группы разведчиков. Надо было убедиться, что в проливе и на его входе нет мест, где можно высадиться с корабля. А еще требовалось разметить тропы, подготовить места для установки сторожевых постов и требушетов.

Шлюпкасмогла переправить группу на другой берег, только зайдя мористее. До этого ее сносило сильным течением, рулевой с трудом удерживал курс. Дождавшись высадки, мы повернули к лагерю. По дороге мое внимание привлекла узкая расщелина в скале, что уступом спускалась в лес. Проводник пожал плечами, не зная, что внутри. Ладно, исследуем завтра, надо будет подготовиться.

Вернувшись в лагерь, увидел в тени деревьев Фиону со спасенной девочкой. Подошел, поинтересовался здоровьем.

- Ей намного лучше, дорогой. Еще пару дней, и можно будет отправить домой. Она хотела с тобой поговорить, а людей Парата нет в лагере, все ушли с разведчиками.

Все это время Хлоя вслушивалась в нашу беседу, склонив голову к плечу. Сосредоточившись, я вызвал перед внутренним взором туманную руку, прикоснулся ею ко лбу девочки.

- Не бойся, ты можешь меня слышать. Отвечай мысленно. Что ты хотела сказать?

- Я не знала, что так можно. У тебя сильный Дар. Мне надо домой, я потерялась. Будет плохо всем, если погибну.

- В твое селение пошел человек, он расскажет о том, что ты жива. Через два дня можешь уйти. Ты не в плену и не в рабстве. Никто не обидит, обещаю.

- Ты тоже не обидишь? Моя жизнь принадлежит тебе, ты спас Хлою. Если обидишь, я потеряю свой Дар.

- Ты сама можешь распоряжаться своей жизнью. А твоим здоровьем эти два дня будет распоряжаться моя жена Фиона, она сильный лекарь, помогла тебе. Слушайся ее.

- Хорошо, хозяин.

Я с досады махнул рукой. Ну, за что мне это? Сделаешь доброе дело, выполняя долг, и тут выясняется, что теперь тебе принадлежит чья-то жизнь.

- Фиона, уводи ее. Эта девчонка решила, что я стал ее хозяином. Делай с ней, что хочешь, через два дня отправим домой. Мне только служанки малолетней не хватало!

- А если она не захочет быть только служанкой? Ты сказал ей, что я твоя жена?

- И ты туда же! Сказал, не переживай. Идите уже!

Во мне все сильнее крепла решимость пойти наперекор знакам Судьбы. Я не слепец, покорно следующий за своим поводырем! Я хочу сам выбирать свою дорогу, иначе остается только покорно склонить голову предначертанному. Пять жен, говорите? Не дождетесь! Напасть на Сальму? Кому это надо, мне и дома хорошо. Вот укреплю острова, и все. Будут купцы возить свои товары, казна получит прибыль. А здесь для меня слишком жарко, пусть герцог управляет, назначу местного.

Нет, не выйдет, я дал слово, что разберусь с работорговцами. Так что пока придется смириться.

Утром подготовленная группа выдвинулась к найденной расщелине. Мотки веревок, крючья, факелы, запас воды. Две вьючные лошади везли большие тюки, мы осторожно двигались по тропе. Нависающие обрывы грозили осыпями, по пути мы несколько раз перебирались через них. Дойдя до темного лаза, разбили в стороне лагерь. Пара разведчиков с большим опытом горных восхождений отправилась провешивать страховку, вбивать крючья. Несколько ярдов до лаза нужно было преодолеть по отвесной стене, так что не стоило пренебрегать опасностью.

Вот первый разведчик добрался до расщелины, ему подали на веревке факел. Посветил внутрь, всмотрелся в темноту, потом бросил факел вперед:

- Тут длинный ход! Можно пройти несколько ярдов, а потом поворот, дальше ничего не видно. Кидайте веревку, посмотрю, что там.

Обвязавшись новой веревкой, он полез вглубь, второй страховал, стоя у входа. Медленно разматывались кольца страховки, голос становился все тише. Бухта закончилась, несколько движений, и надежный узел присоединил еще одну. Второй разведчик отправился внутрь, на его место поднялся третий. Все, веревка больше не разматывается, два крюка вбиваются в стенку, закрепляя ее. Сверху передают:

- Дошли до большой пещеры, там что-то непонятное.

- Там как будто омут, только он на стене пещеры.

- Не трогайте ничего! Сейчас я сам поднимусь.

Пришлось вспоминать детские приключения, когда я лазил за птичьими гнездами на скалы. Отказавшись от факела, привычно достал резонатор. Несколько движений большим пальцем, и щелчки высвечивают в моей голове наклонный ход, свисающие с потолка каменные сосульки, узкие трещины в стенах. Вот лаз расширился, распахнулся большой высокой пещерой. У дальней стены стоят двое разведчиков, разглядывая темное пятно. Взяв факел в руку, приблизил чадящее пламя. Что это? Очень похоже на темное масло, вылитое в воду, тонкая пленка слегка колышется, переливается разными цветами. Только все это не на луже воды под ногами, а висит на каменной стене, и не думает стекать вниз. Осторожно приблизил руку, пальцы защипало. Слегка надавил, пленка неохотно промялась под нажимом. Пальцы защипало сильнее, я убрал руку. Нет, рисковать не будем.

- Сэр Алекс, а ведь сюда ходили люди. Вот стрелки на стене, копотью от огня помечены.

- Уходим. Веревки и крючья убираем, рядом с лазом оставим секрет. Поглядим, кто сюда придет.

Разведчики сноровисто скрыли все следы нашего посещения. Две пары остались в засаде, остальные отправились в лагерь. Под мерные шаги я долго думал, что заставило меня вернуться. Или я стал старше, или прошлое прикосновение к неведомому, что надолго приковало к постели. Я уже не тот наивный юноша, готовый рисковать всем. Груз ответственности за людей требует осторожных поступков, а тут такое! Подождем, приглядимся, потом будем думать.

Глава 5.

Через два дня произошло несколько событий. Сначала исчезла из лагеря Хлоя. Она просто вышла из лагеря, и пропала в чаще леса. Посланные разведчики вернулись ни с чем, не найдя следов. А потом с берегов пролива возвратились команды, проводившие рекогносцировку. Выбросив судьбу Хлои из головы, я приник к картам, слушая пояснения. Получалось, что даже войти в узкое ущелье можно было только с опытным лоцманом. А дальше оставалось держаться на стремнине, вдали от осыпей и отвесных стен. Течение было таким быстрым, что только гребная галера с попутным ветром смогла бы вернуться к началу пути, и то люди должны были бы грести изо всех сил. Шлюпка могла бы пристать к обрывистому берегу, высадив людей на узкой полосе прибоя, но, первый же прилив смел бы их в воду.

- А что здесь, в этой узости?

- Можно поставить ворот, загородим проход цепью. Ее длины хватит, с одной стороны закрепим в скале. А здесь закрепим шкивы, два блока, и сможем поднимать и опускать цепь, когда нам надо. Провисание в центре устраним, поставив несколько бонов. Здесь обрыв уже не такой высокий, около тридцати ярдов. И есть узкая полоса осыпей вдоль стен. На входе такой нет, сразу идет обрыв. Высота стенок около трехсот ярдов, небольшой уклон. Глубину замерять не удалось, надо подходить с моря на шлюпке.

- А если поступить проще, взрывом обвалить большие глыбы, тем самым еще больше сузив протоку?

- Пока не измерим глубину, ответа не получим.

- Хорошо. Капитан, сколько отсюда идти до входного канала?

- Три дня, с хорошим ветром. Может, четыре.

- Тогда завтра возьмите своих людей, поплывете на малом корабле промерять глубины. Вернетесь проливом, а шлюпку будем удерживать на месте перекинутым канатом, за время вашего пути успеем натянуть. С него будет свисать трос, высота обрыва позволяет. Зацепитесь за него со шлюпки, дальше линь и грузило.

- Я понял, все сделаем.

- Полковник Лотарс, трос и цепи за вашими людьми. Тех, кто будет работать на правом берегу пролива, высадят на шлюпках, пусть возьмут все необходимое.

- Может, сразу организовать канатную переправу?

- Решайте на месте, возражать не буду. В том месте будем обосновываться всерьез, так что сразу возьмите все для лагеря. Только сооружения ставьте так, чтобы с воды ничего не было заметно. Цепь сигнальных вышек тоже надо будет прятать от чужих глаз. Никаких дымов и огней, что могут насторожить врага.

- Надо будет все обдумать.

- Успеете все собрать до утра?

- Я уже ушел, сэр Алекс. Капитан Парат, собирайте своих людей.

Они ушли, а я отправился к ремесленникам, что занимались возведением плавилен. Старейшины ближайших поселков согласились с моим предложением, добыча руды возобновилась. Солдаты, не задействованные в несении службы, занимались расчисткой просеки, превращая узкую тропу в полноценную дорогу. Зачем тратить время и силы на переноску руды в корзинах, если можно использовать повозки и тяжеловозов? Руду добывали открытым способом, взрывая верхние пласты, а потом расчищая завалы. Ладно, пусть работают привычным способом, если им так удобно. Месторождение находилось примерно на половине пути между двумя селениями. Получив порох, мастера стали закладывать шурфы, отдаленные взрывы едва доносились до нашего лагеря. У края карьера росла куча добытой руды, ожидая дальнейшей отправки к плавильням. Рядом с возводимыми печами уже складывался под навесы разгруженный с кораблей уголь, тут уже не обошлось без корзин. Команда разгружаемого корабля ходила с черными лицами и руками, сверкая белками глаз. Местные жители ничем от них не отличались, кроме напевного говора. Ничего, отмоются, когда закончат. Для удобства работ с берега протянулся длинный причал на высоких сваях, люди сновали по нему двумя цепочками. Здесь моего пригляда не требовалось, я вернулся в лагерь. Там меня уже ждали. Два разведчика, из числа оставленных в секрете, привели связанную Хлою. Она сердито смотрела на меня, рот был заткнут кляпом.

- Развяжите девчонку. И кляп вытащите. Сержант, докладывай.

- В полдень услышали шорох в кустах. Она там факел спрятала. А потом быстро, как ящерица, полезла по скале вверх, к расщелине. Я ее тупой стрелой сбил, уже у самого лаза. А потом на лету подхватили. Так кусаться начала, пришлось кляп использовать.

- Вы отлично справились. Подождите у входа, я сейчас с ней поговорю.

Разведчики вышли, а я указал девчонке на стул, протянул кувшин с водой.

- Что мне с тобой делать, Хлоя, Знающая Пути?

- Хозяин, кто тебе сказал? Это тайна, нельзя чужим знать ее.

- Я не хозяин тебе. Утром тебя проводят к пещере, можешь идти, куда захочешь. А пока зайди к Фионе, она залечит ссадины и синяки. Все, скройся с моих глаз! И не кусай больше моих солдат. Сержант, завтра проводишь ее к пещере. Секрет можно снять. Не связывай ее больше, она свободна.

- Слушаюсь, сэр Алекс.

Значит, та темная пленка может становиться входом на тайные тропы. А Хлоя тот человек, что может по ним ходить. Вот и пусть себе идет, следом бежать не буду.

Я бродил до вечера по лагерю, мучаясь плохими предчувствиями. Надо будет ночью полетать, давно я не присматривался к голубым далям.

Фиона тихонько сопела, привычно устроившись у меня под боком. А я не мог уснуть, ожидая того мига, когда уже не различаешь, где находишься, и можно взлететь ввысь. Вот оно! С легким дуновением ветра я воспарил над спящим лагерем, над сторожевыми кострами, над светлой полосой песка и мерцающей гладью воды. Выше, еще выше! Подо мной расстилался океан, на нем тонкой полоской выделялась островная гряда. Мириады светящихся точек поднимались из глубин к поверхности, составляя причудливые узоры. Что это? На воде видны две черточки, светлячки показывают направление движения. Два корабля, идут к нам, будут дней через семь-восемь. А дальше, у побережья Сальмы, целая группа, нацелилась на острова. Они пока далеко, но их много. Больше никого? Отдельные каботажники не в счет, они держатся в виду берега, и двигаются от одного порта к другому. Один, два, пять… Двенадцать кораблей идут в кильватерном строю в нашу сторону. Через месяц поглядим, насколько приблизятся.

Утром я созвал командиров в штабную палатку.

- Лорды, к нам следуют гости. Через неделю прибудут первые два корабля, через пару месяцев подойдут еще двенадцать, если шторм не помешает. Оставляем в лагере только дежурных и кашеваров, остальным готовиться к встрече. От лагеря вот к этой точке готовим дорогу, других удобных путей доставки грузов нет. Ставьте корабли к причалу под выгрузку, уголь пока отложим. Бревна, доски, цепи, канаты кидайте на берегу, потом увезем. Первая задача – перекрыть фарватер цепями. Готовьте укрытия для лучников, будут бить сверху, не подставляясь под фузеи. Их пушки здесь нам не страшны, так высоко задрать стволы не смогут. Штаб переходит на постоянный контроль хода работ, о срывах докладывайте сразу. Все, за работу!

Глава 6.

Череда дней смазалась перед глазами одним большим авралом. Были сняты люди со всех работ, не связанных со строительством дороги и укреплений. Моряки, разгрузив свои корабли, тоже сошли на берег, оставив только вахтенных. Даже с литейных печей ушли мастера, найдя себе дело на укладке больших глыб в основании тумб под цепи. Часть палаток из лагеря была перенесена к просеке под будущую дорогу, часть - к узкой протоке. Мой шатер тоже находился теперь рядом с кипящей стройкой. Все полки были переданы полковнику Лотарсу, он похудел за эти дни, выделяя не больше трех часов на сон и еду. Офицеры штаба руководили целой командой посыльных, собирая отчеты и согласовывая перемещения рот. Из-за суеты появились первые травмы, Фиона со своими лекарями тоже не сидела без дела.

За всей этой суетой я совершенно упустил из виду, что корабль, на котором отправился капитан Парат, еще не вернулся. Поэтому для меня стало неожиданностью известие о его появлении. Цепочка наблюдателей, передавая весть от одной вышки к другой, на сменных лошадях доставила мне записку. Наш корабль преследуют, Парат вошел в пролив, изредка отвечая из единственного орудия, установленного на юте.

- Горнист, дать сигнал тревоги!

Ко мне подбежал полковник Лотарс:

- Сэр Алекс, мы не успеваем натянуть цепь! Они уже близко!

- Идите к орудиям. У вас только одна попытка, если промахнетесь, они сметут всех бортовым залпом.

- Сэр Алекс, позвольте мне! Дайте мне несколько кровавых слез, я дотянусь из лука.

- Будь осторожен, Марк. Держи, тут в каждом флаконе по три кристалла. Бей в носовую часть, чуть выше ватерлинии. Лучники, все залпами бьем по верхней палубе! Не давайте стрелкам применять фузеи!

Я еще говорил, а Марк уже бежал к канатам, по которым спускали грузы вниз, к строящимся укреплениям.

- Охрана, мой лук!

Вдали уже показались корабельные мачты. Отрешившись от всех мыслей, я натянул тетиву, забросил в рот несколько кусочков смолы. Выложил перед собой три стрелы, любовно огладил каждую. Прилепил на тупые наконечники мягкие комочки, осторожно вдавил в каждый по три алых кристаллика. Ждать! Вот внизу проскользнул силуэт беглеца, вот он огрызнулся огнем в сторону преследователя. Ждать! Двестиярдов, сто…

- Лучники, залп!

Туча жалящих стрел закрыла небо, градом обрушилась на палубу. Еще залп! Вражеский корабль смещается с середины фарватера, рулевой успевает переложить руль, уходя из-под ливня стрел. Ближе! Тренькнула тетива, посылая первую стрелу. Я успеваю прицелиться во второй раз, когда сдвоенный взрыв разносит правый борт и верхнюю палубу на баке. Корабль вздрагивает, черпает пробоиной воду, начинает заваливаться на бок, медленно приближаясь к каменной осыпи.

- Лучники, целься по второму кораблю! Ждать! Залп! Целься! Залп!

Вторая стрела с алыми слезами отправилась в полет, и опять Марк опередил меня. Теперь он прицелился тщательнее, взрыв снес форштевень. Моя стрела ударила левее, увеличивая пробоину. Корабль на всем ходу зарылся носом, со станины сорвало баковое орудие. Оно зацепилось за сеть у бушприта, едва не упав в воду.

- Лучники, не давать им прятаться на берегу!

Последнюю команду можно было не отдавать. Прекратив стрельбу залпами, лучники начали охоту за каждым, кто пытался подняться на палубу, или прыгать в воду. Любое движение вызывало немедленную реакцию, ротные командиры вели стрельбу повзводно. На палубах кораблей уже лежали десятки тел, когда из трюма показался белый флаг. Я осторожно снял с оставшейся стрелы алые слезы, уложил во флакон.

- Прекратить огонь, принять парламентера!

И как мы будем общаться? Ведь Парат говорил, что у жителей Сальмы свой язык. Опять придется мне терпеть головную боль после мысленных фраз.

- Поднимите его сюда на веревке! Будем здесь принимать капитуляцию.

Через несколько минут на высокий обрыв подняли человека в светлой свободной рубахе, светлых широких штанах, тюрбаном на бритой голове и с длинными свисающими усами. С его одежды, прилипшей к телу, текла вода. К берегу его подтягивали на веревке, иначе быстрое течение унесло его в море. На веревке подняли вверх, он злобно смотрел на нас, униженный своим положением. После него на обрыв поднялся из-за камней Марк, его привязывать не понадобилось.

Я прикрыл глаза, сосредоточился. Коснулся призрачной рукой лба пленника, привычно подавил первый приступ головной боли.

- Кто ты? Отвечай мысленно, я тебя пойму. Твоего языка не знаю.

- Я капитан Элеба, барон. Почему ты напал на нас? Ты знаешь, что с тобой будет? Тебя посадят на кол, а потом…

- Довольно. Ты забываешься, бывший капитан. Сколько человек еще живы на твоих кораблях?

- Да кто ты такой, чтобы разговаривать так с бароном? Назови свое имя, ничтожный!

- Это слишком большая честь для тебя. Если ты не понял, я тот, кто взял вас в плен, и кто сейчас даст команду повесить тебя прямо на этом обрыве. Тогда сюда поднимется более здравомыслящий человек.

- Охрана, связать его. Веревку на шею, пусть почувствует, что его ждет, если будет вести себя, как победитель. Вот так, а теперь подведите его к обрыву.

- Будешь говорить? Если да, то кивни головой. Если нет, не задерживай, прыгай сам.

Барон отчаянно упирался ногами, пока его остриями кинжалов подталкивали к обрыву. Потом закивал головой, слезы бессилия текли из его глаз.

- Я жду.

- На кораблях было по пятьдесят человек команды, и еще сотня ловцов душ.

- Работорговцы?

- Я просто доставляю товар! Эти черные должны моему господину.

-Твой господин теперь должен мне. Молчи и слушай! Сейчас тебя доставят на корабль. Ты все передашь своим людям. Будут выходить на палубу, оружие сложат на юте. Спускаться будут по одному, и по одному их будут поднимать наверх. Если кто дернется, будет убит. Если не выйдете из трюмов, корабли взорву, или сожгу. Пленные останутся жить. Потом повторишь все на другом корабле. Кивни, если понял.

- Отправьте его на корабль! Всех пленников заковать в цепи, будут работать на добыче руды.

Переправа с кораблей, подъем веревками вверх всех пленных растянулись до темноты. Оставив охрану, мы вернулись в лагерь, отложив до утра сбор трофеев. Напряжение дня схлынуло, я припал к горлу кувшина, глотая вино, как воду. С трудом оторвался, передал половину Марку. Дождался, когда он перевернул кувшин вверх дном, вытряхивая последние капли.

- На колено, виконт Марк Солана! Пусть этот удар мечом станет последним. Встаньте, рыцарь Марк, вы сегодня достойно проявили себя.

Мои офицеры бросились поздравлять юношу, его глаза горели счастьем.

Глава 7.

После отдыха пришло время разобраться с добычей. Капитан Парат посоветовал подвести к пробоинам пластырь, закрепить несколько понтонов, и сплавить корабли к выходу из протоки. А уже потом снимать пушки, и думать, что делать дальше. Решение было принято, только выполнение растянулось на несколько дней. Зато мы стали богаче на пятьдесят орудий. Четыре небольших пушки, кормовых и носовых, такого же калибра, как на корабле Парата. А на двух орудийных палубах размещались тяжелые монстры, на больших лафетах. Я содрогнулся, представив силу их залпа. А если заряжать не литыми ядрами, а разрывными? Сможем ли мы на месте поставить печи, чтобы переплавить чугун, и сделать полые снаряды? Надо будет посоветоваться с мастерами.

А пока мои корабелы снимали чертежи со всех узлов больших кораблей, пушки доставили на повозках к месту строительства будущих крепостей. Помимо пушек, нам досталось более сотни фузей. Они немного отличались от наших, имели длинные стволы и больший калибр. Стрелки полковника Лотарса начали тренировки, в ходе стрельбы выяснилось, что дальность выстрела у новых ружей больше на сотню шагов. Но не только пушки и ружья были ценной добычей. Карты! И не только морские, с указанием якорных стоянок, течений и приливов, но и сухопутные, захватывавшие добрую сотню миль побережья. На них были нанесены города, дороги, реки и мосты. Единственной трудностью стало то, что Парат не умел читать! Он знал отдельные буквы основного языка жителей Сальмы, но не мог складывать их в слова. Пришлось привлечь Марка к составлению словаря и освободить барона от добычи медной руды. Поработав на палящем солнце с киркой в руках, тот стал сговорчивее, и тонкая книжица стала расширяться.

Недавний аврал сменился планомерными работами. Люди были распределены на строительство укреплений, дорог, возобновилась доставка руды и разгрузка угля. Мастера приступили к постройке плавилен. Освободив трюмы, часть кораблей вышла в море, взяв на борт местных рыбаков. Наши запасы продовольствия подходили к концу, пора было переходить на местную пищу. Поэтому свежая рыба стала ежедневно появляться на солдатских столах.

Прибытие эскадры противника ожидалось не скоро, и поэтому я разрешил Парату и его людям отправиться по домам, навестить родных. Из его селения еще не прибывали старейшины, можно было надеяться на успешное сотрудничество после этой побывки. К дому моряков доставил наш корабль, на нем я отправил подарки для местных.

После получения рыцарских шпор, Марк стал моим адъютантом. Он ежедневно разъезжал по удаленным постам, посещал рудный карьер, общался с островитянами, изучая язык. Именно от него я услышал вопрос, что мы будем делать с пленными, когда захватим эскадру? В том, что это произойдет, он не сомневался. Я задумался, начал считать. С двух, не самых больших кораблей, на добыче руды работают сто тридцать человек. Умножим на десять, выходит больше тысячи пленников, их надо кормить, охранять, размещать. Лучше заранее построить бараки и заборы, чем потом опять устраивать аврал. И надо будет побеседовать с теми моряками, что родом из этих мест. Вот с этого мы завтра и начнем.

- Марк, распорядись доставить утром сюда всех пленников из числа островитян. И пригласи старейшин поселка.

- Сделаю, сэр Алекс. Доставить в цепях?

- Можно снять. Только предупреди, что им некуда бежать. А все светлокожие пусть продолжают работу.

По утренней прохладе к моему шатру привели тридцать медноликих мужчин. За эти дни они сильно исхудали, работа на палящем солнце иссушила их тела. Они шли в сопровождении охраны, растирая запястья рук, на которых совсем недавно висели кандалы. Увидев сидящих старейшин, остановились, тихий разговор смолк.

- Марк, переводи мои слова.

- Уважаемые старейшины, перед вами люди, что приплыли вместе с работорговцами за новыми пленниками. Все они родом из этих мест. Поговорите с ними, выясните их вину, и решите их дальнейшую судьбу. Я не буду вмешиваться в ваше решение. Вы вольны поступить с ними так, как требуют ваши обычаи.

Повышен навык: мораль.

Оставив их решать дальнейшую судьбу, я ушел на берег моря, для ежедневной тренировки. Мерный шум волн помогал отрешиться от всех лишних мыслей, задавал темп и ритм движений. Закончив с упражнениями, искупался, отправился завтракать к Фионе в лазарет. Вернулся в шатер, когда Марк сообщил о принятом решении.

- Эти четверо запятнали себя тем, что ловили пленников и издевались над ними. Они больше не находятся под защитой Спящей Матери, изгнаны из своих семей и должны покинуть селения. Господин Алекс может использовать их на любых работах, но только в цепях. Остальные были простыми моряками и с радостью вернутся в свои дома, к женам и детям.

- Передай старейшинам, что я одобряю и принимаю их решение. Скоро им еще раз предстоит решать судьбу пленных.

Старейшины поклонились и ушли, уводя за собой радостных людей. Указанную четверку вновь заковали в цепи и отправили в карьер. Незавидная участь, но надо было раньше поступать так, чтобы не стать изгоем в своем роду.

- Марк, а что это за Спящая Мать?

- Местные говорят, что она была первой женщиной на островах, от ее детей пошли все племена. За тем проливом, что выходит к Сальме, есть в горах большая фигура спящей женщины. Островитяне верят, что в самый тяжелый час она проснется, чтобы помочь своим детям.

- Надо будет навестить ее. Вот закончим укрепления, прогуляемся.

Спустя месяц основные работы по возведению укреплений были закончены. Была сделана отсыпка каменными глыбами на излучине пролива, где течение подходило к отмели, установлены опоры, блоки и шкивы для подъема цепи. Она удерживалась над водой большими понтонами, и должна была задержать проход кораблей. В случае обрыва цепи в ход должны были вступить требушеты, а потом и пушки. Была налажена паромная переправа, лучники могли занимать позиции на двух берегах. Сотня стрелков с фузеями составляла резерв.

Плавильни дали первые слитки, мастера готовили себе смену из местных. С побывки вернулся капитан Парат со своими людьми, попросил встречи.

- Господин Алекс, прошу меня выслушать. Мы моряки и торговцы. Побывав дома, убедились в том, что наши семьи не смогут выжить без нашего заработка. Корабля у нас больше нет, если вернемся в Сальму, станем рабами. Возьми нас к себе, мы будем работать на твоих кораблях. А если получится, купим себе новый, и будем возить грузы из твоих земель.

- Это общее решение?

- Все мои люди согласились, и еще десять человек с захваченного торговца.

- Если твои люди помогут с ремонтом кораблей, этих и вновь захваченных, то я дам вам корабль. Он такой же, как и тот, что был у тебя раньше. И возьму в обратный путь, сведу с нашими купцами. Будете работать на себя, а не на хозяина, помогать своему народу и семьям. Согласен?

Парат опустился на колени, прижал мою руку себе ко лбу:

- Клянусь, господин Алекс! Мы сделаем, как надо, и будем помогать тебе во всем. Да пребудет с тобой благословение Спящей Матери! Только у нас нет нужных материалов для ремонта.

- Ничего, скоро подойдут еще корабли. Из их уцелевших частей ты сможешь взять все, что понадобится. А пока надо будет сделать макет корабля, для тренировок стрелков.

- Большой?

- Нет, достаточно плота со щитами, поставленными домиком. Затащим на веревке в пролив, потом отпустим.

- Завтра будет все готово, господин Алекс. Это будет трудный бой, тренировки необходимы.

- Марк, тебя это тоже касается. Привлеки еще двух стрелков, будем готовиться работать со слезами.

- Понял, пойду, поговорю с полковником Ольсеном. Он выделит самых лучших.

Да, тренировки были необходимы для всех. На воде мишень вела себя непредсказуемо, поворачивалась на волнах, покачивалась. К концу дня наша четверка уже уверенно укладывала восемь стрел в центр из десяти. А дальше еще один макет расстреливали с двух высоких берегов команды лучников, поротно превращая щиты в большого ежа.Задача для требушетов изменилась, команды подготовили большие корзины с камнями, сетки с кувшинами, заполненными горючим маслом. Своими залпами они должны были заставить корабли сместиться к любому берегу, подставив под стрелы.

Ночью я опять взмыл в небо, следуя за фиолетовым мотыльком. Далекие звезды кололи глаза холодным огнем, синий шар плавно вращался далеко внизу, укутанный пушистыми облаками. Они не давали разглядеть то, что я хотел увидеть, пришлось опускаться ниже, пробивая сырую пелену. Вот они! Еще два-три дня пути, и к нам пожалуют гости, других пока не ждем. Я погнал мотылька вверх, облетая острова. Маленькие огоньки в центральной части показывали селения, а вот и наш лагерь. Дальше - темнота, на низких камнях нет места человеку. Все, пора возвращаться.

Глава 8

Глава 8.

Утром я созвал командиров. У нас было время, чтобы спокойно закончить все важные работы за день, отдохнуть, и выйти на позиции. Сигнальщики готовы, цепь постов передаст сигнал, не видимый с воды, используя фонари и флаги. Приемы отработаны в боях, коды выучены, сменные лошади расставлены. Несколько кораблей, на самый плохой для нас исход боя, подготовлены, как брандеры. Мы помним, как матросы гибли, но не давали врагу пройти. И сейчас они готовы к бою, заходя в губительную атаку со стороны солнца. Только добровольцы, десять кораблей и сто человек. Адмирал Кресс лично отобрал их, отсекая единственных сыновей в семьях. Будем надеяться, что до них дело не дойдет.

Офицеры ушли, а в мой шатер проскользнула тонкая фигурка. Часовой только развел руками, не успев преградить путь.

- Слушаю тебя, Хлоя. Этот солдат будет наказан, он не смог тебя остановить.

- Никто не может остановить Знающую Пути! Я пришла за помощью, хозяин.

- Ты не служанка и не рабыня, а я не твой хозяин. Говори, я слушаю.

- Только это должно остаться в секрете. То, что я скажу, является тайной моего народа.

- Тогда просто молчи. Мне не нужны твои секреты. Если у тебя все, то уходи.

- Хорошо, я скажу. Я единственная, кто может ходить по Путям. Но я не могу ходить по дальним тропам, как моя бабушка и мать. Мне не хватает силы, а ее может дать только мужчина, которого я выберу. У тебя есть такая сила, и мне нужна твоя помощь, чтобы научиться ходить дальними путями. Возьми меня в жены, войди в мой дом!

- Нет.

- Почему? Я тебе не нравлюсь? От тебя родится сильная дочь, моя бабушка тоже взяла в мужья белого мужчину.

- Ты чтишь Спящую Мать, я служитель Кристалла Судьбы. Ваши женщины берут мужчин в свой дом, а у нас мужчины берут женщин в свои семьи, и те придают мужьям силы для защиты. У меня три жены, и каждая из них отдала всю себя мужу и семье, поделилась своим даром. Поэтому еще раз – нет.

- Тогдасделай меня женщиной, я тоже стану при этом сильнее, хотя и не так.

- Нет. Я – Видящий, и если я просто возьму тебя, ты полностью потеряешь свой дар. Ты больше никогда не сможешь пройти скрытыми тропами, и дочь твоя будет обычной рыбачкой.

- Почему так?

- Только при взаимной любви мы становимся сильнее, делясь друг с другом своей силой. А так ты просто хочешь забрать у меня силу, ничего не давая взамен. Мне больше нечего сказать тебе. Ищи себе достойного мужа, когда научишься делиться.

Низко склонив голову, Хлоя вышла, загребая песок босыми ногами. А в шатер зашла Фиона, крепко прижалась ко мне. Слезы стекали по ее щекам, она всхлипывала.

- Спасибо тебе.

- За что?

- Я всегда знала, что ты честен с нами. А теперь убедилась в этом еще раз. И за любовь спасибо. Теперь я поняла, почему стала сильнее, как лекарь. Ты помогаешь мне.

- Мы все помогаем, и ты тоже. Мне стало легче направлять свой взор вдаль, больше нет той мучительной боли, когда я обмениваюсь безмолвной речью. Что бы я делал без своих любимых и любящих жен! Кстати, как ты поняла нас? Ведь мы общались мысленно.

- Вы очень громко молчали. Ты не только силой делишься со мной, но и даром тоже. Я пока не все понимаю, но основное разобрала.

- Вечером подробно расскажу. И силой поделимся.

- Обязательно, любимый.

Мы всю ночь делились силой и любовью, уснув только под утро. Не зная, что с нами будет завтра, мы защищали друг друга от всех опасностей мира, лежа под высокими звездами. Перед тем, как провалиться в сон, успел подумать: - И что теперь будет делать эта девчонка?

В день перед боем отдыхали все, кроме кашеваров. Те готовили пищу впрок, возили воду на позиции, пекли хлеб. Лагерь затих, солдаты лениво валялись в тени, кое-кто точил оружие, штопал одежду. Нашлись любители песен, от вечерних костров мелодии и отблески огня уносились далеко в море.

Что тревожит моих солдат?

Почему они все не спят?

Ведь для многих последний бой

Быстро в небо возьмет за собой.

Обернись, погляди вокруг,

Пока тесен дружеский круг.

За тобой мы пришли сюда,

И останемся здесь навсегда.

Не жалей никогда о том,

И слова все оставь на потом.

И слез горьких о нас не лей,

Наливай, брат, полнее, и пей!

Глава 9.

Утром мы без суеты вышли на позиции, ожидая подход кораблей. Их заметили еще ночью, они стали на якорь, чтобы с рассветом пройти через пролив по высокой воде. Все двенадцать втянулись в каньон, держа дистанцию в два полета стрелы. Подгоняемые легким ветром, они шли не спеша, под одними гротами и кливерами.

- Там впередсмотрящий на мачте!

- Подпустим ближе, а потом и его, и пушкарей на баке…

Передо мной на мягкой ткани лежали несколько стрел, каждая с тремя алыми каплями. Еще две, отдельно, несли четыре. Такие же позиции были у Марка и еще двух сержантов. Тем надлежало ударить по замыкающим, после того, как будет очищена палуба. Все, пора! Лидер прошел излучину, приблизился к преграде. Сигнальщик дал отмашку, по вытянувшейся колонне ударили требушеты. Большая часть камней и горящих кувшинов попала в воду, рулевые поворачивали, уходя с фарватера. Только один корабль окутался дымом и языками огня, раздались громкие крики. Вот мимо нас проплыла голова впередсмотрящего, он в своей корзине был на одной высоте с обрывом. Залп, и тело пробито десятком стрел, обвисая сломанной куклой. Орудийная прислуга делит с ним одну участь, не успевая сделать и шагу. Вот падает рулевой, наваливаясь на штурвал. Корабль косо приближается к цепи, упирается в ближний к берегу понтон. Цепь немного натягивается, но держит. Командиры лучников сделали правильные выводы из хода прошлого боя, теперь нет того ливня стрел, а есть слаженная работа взводов и рот. Уже очищены все палубы, Марк прицеливается и кладет стрелу так, чтобы корабль завалился в сторону близкого берега после взрыва. Удар, вылетают обломки досок и шпангоутов. Черпая воду большой пробоиной, корабль косо опускается в воду, его мачты ложатся на берег. Вот на третьем корабле выскакивает группа моряков, прикрывая большим самодельным щитом орудийного наводчика. Баковое орудие успевает сделать один выстрел, прежде чем пробитые тела падают на палубу. Ядро вздымает кучу щебня рядом с натяжным устройством цепи. Да, это наше слабое место, и надо не дать возможности разбить его. Лежащий на боку корабль мешает остальным выйти на ударную позицию, свою долю в сутолоку вносят сержанты, с двух сторон пробивая борта и днища. Еще один залп требушетов по сгрудившимся кораблям, арьергард запылал. Третий в строю – флагман. Хотя он не несет никаких вымпелов, только этим можно объяснить его действия. Рулевой закрыт от стрел, корабль поворачивается бортом к натяжному колесуи производит залп прямо через мешающий ему борт второго корабля. Ядра ломают того напополам, разбивают стопор цепи. Колесо бессильно крутится, цепь опускается и открывает путь вперед. Я делаю отмашку Марку, показывая на флагмана. Откладываю в сторону стрелу с тремя слезами, беру отдельно лежащую. Пора! Тетива сухо ударяет в перчатку, посылая алую смерть. Два взрыва сливаются в один, у корабля отваливается корма. Он еще несколько мгновений виляет на воде, прежде чем опуститься под краснеющие волны. Идущий следом за флагманом корабль тоже успевает сделать залп всем бортом, прежде чем сержанты выбили у него форштевень. Ядра окончательно разбивают натяжное колесо, перемалывают укрытия.Требушеты накрывают залпом хвост колонны, два корабля направляются к обрыву, объятые пламенем и дымом. Люди прыгают за борт в попытке спастись. Вся эта картина проносится мимо моего сознания, я тщательно целюсь в приближающийся борт. Промах! В последний миг, когда стрела уже сорвалась, рулевой довернул колесо. Хватаю другую, выстрел! На месте рулевого зияет дыра в палубе, корабль стремительно скатывается к отмели, накреняясь на борт. Марк аккуратно выносит борт у следующего, сержанты парой бьют в пытающегося развернуться. Двойной удар разламывает его на части, через минуту из воды торчат одни верхушки мачт. Единственный уцелевший корабль выбрасывает белый флаг, направляется к отмели.

Я опускаюсь на землю, у меня трясутся руки и ноги. Прошло меньше часа, а я как будто неделю не выходил из боя.

Полковник Рипс, четко придерживаясь плана, пускает своих людей вперед. На их долю приходится доставать из воды людей, вытаскивать убитых и раненых, переправлять пленных. У нас нет похоронных и трофейных команд, все выполняют солдаты, только что вышедшие из боя. И надо быть очень сдержанным, чтобы не сорваться, не выместить боль утраты на тех, кто сдался на милость победителя.

Ко мне подошел полковник Лотарс, его мундир весь в пыли и крови.

- Сколько?

- Двадцать пять, весь взвод. И еще сорок ранено осколками камней. Если бы они били разрывными, то погибло бы еще больше.

- Надо переделывать натяжное колесо. Пробьем штольню, спрячем все механизмы в горе. И пушки спрячем в камень.

- Я сделаю расчеты, когда расчистим здесь все. А цепь выдержала.

- Похороним их вечером, Вольф.

-Я передал адмиралу, чтобы его люди вылавливали из воды спасшихся.

- Сразу в цепи всех их.

- Сделаем. Будете допрашивать их?

- Завтра. Меня до сих пор трясет.

- Идите отдыхать, сэр Алекс. Мы сами справимся.

Совет был хорош, я дал знак Марку, он подвел коней. Окинув еще раз место битвы взором, трусцой следуем в лагерь.

Провалившись в сон, заполненный кошмарами, я пробудился только на рассвете. Сказалось напряжение последних дней, ожидание битвы, полеты бесплотной тенью. Солнце еще не взошло, тихий шелест волн едва доносился до моего шатра. Фионы рядом не было, видимо, осталась в лазарете с ранеными. Надо пойти искупаться, смыть с тела весь гнет вчерашнего дня. Взгляд цепляется за предмет, колышущийся в отдалении на волнах. Кликнул часового, тот быстро командует гребцам дежурной шлюпки. Весла дружно легли на воду, через несколько минут находку уже втаскивают на борт. Не желая рисковать встречей с акулой, а их немало приплыло к берегу, купаюсь в бухточке. Еще один утопленник? Нет, человек жив, хоть и обессилел. Продержаться на воде ему помог большой живот и кусок доски, его даже не смогли вырвать из судорожно сжатых рук.

Дорогая одежда, вышитая золотом, висела лохмотьями, открывая дряблое тело. Тюрбан потерян, туфли тоже. Пояс уцелел, как и кривой кинжал с богато украшенными ножнами.

- Обыщите, свяжите руки, напоите, потом допрошу.

Минута, и передо мной поставлен на колени еще один пленник. Сосредотачиваюсь, касаюсь его головы:

- Я слышу твои мысли. Отвечай, кто ты?

- Я визирь Лицис, племянник великого эмира! А ты кто, червь?

- Это ты командовал эскадрой?

- Великий эмир зажарит тебя живьем, и всех твоих людей ослепят!

- Стража, повесить этого человека. Зря его спасали, никакой благодарности.

Толстяка подхватили под руки, он громко кричал, пока рот не заткнули кляпом. Вот на ветке ближайшего дерева уже закреплена петля, подставлена пустая бочка. Я смотрю, как в ужасе он извивается, как на белых шароварах расплывается желтое пятно.

- Вытащите кляп, петлю с шеи не снимайте. Пусть скажет что-нибудь.

- Пощадите, эмир заплатит за меня большой выкуп!

- Насколько большой? Во сколько ты оцениваешь свою жизнь?

- Все, что пожелаешь, чужеземец! Эмир очень богат!

- Я хочу двести больших военных кораблей.

- У него всего двести пятьдесят! Ой…

- Хорошо, пусть будет сто, если он так беден. А как он узнает, что я потребовал? Никого из твоих людей я не отпущу домой.

-У него естьЗнающие! Они все доложат ему!

- Тогда пусть знает, что ты будешь работать в каменоломне все время, пока я не получу выкуп. И кормить тебя будут только тогда, когда выполнишь норму.

- Уведите, пусть сушит штаны. Держать отдельно, а то еще свои задушат, за то, что приказал стрелять в них.

Глава 10.

Десять дней потребовалось, чтобы вытащить корабли, снять с них пушки и груз, похоронить погибших. Корабль, чья команда сдалась, поставили в общий строй. Адмирал и его люди получили возможность тренироваться, за право стать членом экипажа этого красавца шли нешуточные споры. Ничего, будут и другие, не хуже. Капитан Парат снимал нужные для ремонта материалы с наиболее пострадавших кораблей, заявив, что сможет отремонтировать не только купца, но и два фрегата. Пушки с двух кораблей мы потеряли, те затонули на большой глубине. Как итог, около четырехсот стволов, много ядер и пороха. Семьсот ружей, множество сабель, пятьсот пленников. И перспектива появления флота через несколько месяцев, за которые нам надо решить множество проблем.

Хорошей новостью стала постройка литейного цеха. Можно будет делать полые чугунные ядра для наших пушек, увеличив ударную мощь. Полковник Лотарс пришел ко мне с докладом, принес расчеты:

- Сэр Алекс, есть одна интересная мысль. Наши ядра, начиненные порохом, наносят больший ущерб, чем литые шары. Но они меньше, и пушки с купца стреляют недалеко. Мы захватили много больших, но для них ядер с порохом еще нет. Так вот, предлагаю часть этих пушек переплавить прямо здесь, сделав совершенно новые! Вот чертеж. Ствол удлиним, стенки слегка утолщим. Калибр будет большим, чем наш, но меньше, чем у врага. Заряд в стволе увеличим, получим хорошую дальность, да и вес ядра снизится. Сами пушки будут иметь лафет, позволяющий использовать их и на кораблях, и на суше. И, самое главное. Мы пока не знаем, какой сплав используют для литья пушек. Так что воспользуемся трофейными, если переплавим их все, то получится не четыреста, а восемьсот орудий.

- Сэр Вольф, предлагаю отлить две-три штуки, опробовать с новыми ядрами, а только потом браться за остальные. Вдруг, расчеты окажутся неверными? Для нас это дело новое.

- Согласен, начнем работу сегодня.

- И сразу лейте ядра.

Полковник ушел, а я начал думать, что нам дадут новые пушки. Снизится их вес и размер, увеличится дальность стрельбы. Ядра, начиненные порохом, будут наносить огромный урон. Точность боя позволит тратить меньше зарядов. Если все получится, то кровавые слезы можно будет поберечь.

По итогам сражения я наградил отличившихся. Марк стал лейтенантом, как и два стрелка-сержанта. Пусть те передают свой опыт, и сами учатся стрелять из фузей. Трофейные ружья позволили сформировать новый полк, в отдаленном ущелье начались тренировки. Они шли с тем расчетом, чтобы все солдаты освоили новое оружие, за ним будущее. Ничего, что пока не на всех хватает, захватим еще, а там и сами научимся делать.

Адмирал Кресс предложил новую тактику боя, с расчетом на увеличенную дальность новых пушек. В том, что у нас все получится, он не сомневался, и заранее чертил схемы, обдумывал маневры. Самой интересной мне показалась одна из них.Выстроившиеся в линию корабли встречают бортовым залпом врага, совершают поворот оверштаг, отходя под защиту пушек крепости, после разворота дают залп другим бортом. После этого уходят проливом, заманивая за собой противника, где того встречают береговые батареи и требушеты. То, что за несколькими дерзкими смельчаками враг кинется вдогонку, сомнений не было. Была только одна проблема – у нас не было пока ни крепостей, ни новых пушек. Придется потратить часть порохового запаса, чтобы выдолбить в скале углубления подкапониры, а потом все тщательно выровнять руками.

- Сэр Марио, а что мы будем делать, если противник бросится вдогонку не всеми силами? Представьте себя на его месте. У вас около сотни кораблей, может, больше. Пошлете вы всех в ловушку? Даже, если эти нахалы сумеют поджечь несколько ваших кораблей?

- Я бы послал передовую эскадру, примерно в тридцать вымпелов.

- Допустим, мы утопим всех. А что делать с остальными? У вас три корабля с пушками, все ушли проливом.

- Будем следить за ними, ночью спустим с брига шлюпки со стрелками. Подойдут ближе, ударят стрелами со слезами. Пять шлюпок, десяток стрелков, двадцать гребцов. Даже если не утопят, то повредят многих. А потом вернутся через другой пролив три корабля, поиграем в догонялки. Корабли одинаковые, только у нас будет преимущество: наши пушки легче! И ядра, значит, будем немного быстрее. Поставим на ют пару, будем отгонять самых ретивых. А не погонятся, будем жалить издали.

- Дело за малым, осталось построить крепости и отлить новые пушки.

- Сэр Алекс, у нас все получится. Иначе, зачем мы во все это ввязались?

- Тогда начинайте тренировки с экипажами, не дожидаясь установки новых пушек. И отберите добровольцев для вылазки. Да, еще одно. Какая дальность выстрела у пушек противника, если стрелять с корабля?

- Триста ярдов, прицельная дистанция – двести.

- Можно будет с корабля попасть по крепости на обрыве?

- Баковое и ютовое орудие достанет, а вот с орудийных палуб не получится.

- Тогда и крепости строить не будем, обойдемся капонирами и легкими навесами. Оснастим три корабля, остальные пушки поделим между восемью укреплениями.

- А сколько у нас времени?

- Три месяца на поход, еще месяц на подготовку. А еще скоро сезон штормов начнется. Так что от четырех до семи.

- Мы успеем, сэр Алекс, должны успеть.

- Не буду мешать вашим тренировкам. А пока выделите мне шлюп, хочу посетить оставшиеся селения, да и на Спящую Мать надо взглянуть.

- Выделю три, негоже вам без свиты в гости заявляться. И Парата возьмите.

- Тогда завтра и отправимся.

Глава 11.

Меня сопровождали две роты нового оружного полка, Марк, Парат и Фиона, оставившая своих пациентов на подчиненных. Мы решили начать с посещения самих дальних поселений, и за две недели встретились со всеми жителями. Больше всех досталось Парату, он сорвал голос, работая переводчиком. Я не пользовался безмолвной речью, предпочитая слушать, и учил напевный язык островитян. Присутствие Фионы на встречах со старейшинами сказалось очень благотворно, особенно их впечатлил высокий уровень ее Дара. Ей даже пришлось пару раз оказывать помощь при трудных родах, когда не могли справиться местные повитухи. Как итог, старейшины согласились с моими предложениями по торговле, назначению наместника, созданию общего Совета старейшин при нем. Договорились, что наши корабли будут приходить для торговли и обмена товарами.

Уклад жизни в селениях практически не отличался, только было разное количество рыбаков и охотников, в зависимости от окружающей местности. Женщины выращивали овощи и злаки, мужчины ходили в море и горные леса. Теперь для них стала доступна и добыча медной руды, специалисты обещали поставить плавильные печи. И, самое главное, местные жители поверили, что мы защитим их от набегов работорговцев. Рассказы капитана Парата о сражениях с эскадрой пользовались неизменным успехом, его заставляли снова и снова вспоминать подробности. А количество захваченных трофеев, и тот факт, что капитан приплыл на собственном корабле, приводило всех в восторг. Так что возвращались мы в лагерь, взяв с собой два десятка молодых парней, пожелавших освоить плавильное дело.

На обратном пути сделали остановку, чтобы посетить Спящую Мать. Взяв проводника, я в сопровождении двух взводов охраны отправился в горы. День пути, и перед нами на площадке, окруженная высокими скалами, открывается взору большая фигура лежащей женщины. Казалось, что она спит, подложив ладонь под голову. Глаза закрыты, поза выражает безмятежность и покой. Кто и когда изваял ее? Почему здесь? Нет ответов. Тропа, ведущая к Спящей, тщательно расчищена от камней. Видно, что за ней ухаживают и часто посещают. Не став подходить близко, остановился на удалении, чтобы видеть всю фигуру целиком. Поэтому не сразу разглядел, как из-за скульптуры появилась женщина, она явно приходила просить благословение. Не желая прерывать ее общение со Спящей, сделал знак охране соблюдать тишину. Наконец женщина завершила свою беседу, и, глядя себе под ноги, направилась в нашу сторону. Хлоя! Да, это она, но как изменился ее вид! Темная накидка на голове делала ее старше, куда делась летящая походка. Теперь она тяжело ступала по тропе, загребая ногами. Не обратив на нас никакого внимания, скользнув пустым взглядом, Хлоя продолжила свой путь. Да что с ней? Ведь дальше – обрыв, тропа заканчивается.

- Остановите ее! Фиона, Парат, нужна ваша помощь, она явно не в себе. Нужно ее разговорить, выяснить, что случилось. Марк, разбиваем лагерь, сделаем остановку.

После того, как два моих охранника оттащили Хлою от обрыва и передали в руки Фионе, у той прорвалась плотина отчаяния, слезы полились ручьем. Пока она изливала свою душу, я подошел к лежащей фигуре. Вблизи терялось сходство с живым человеком, трещины на камне выдавали ее большой возраст. Но, что привлекало внимание, так это отсутствие следов обработки резцом или зубилом. Как будто ее вылепили из камня и оставили спать посреди гор. Я ничего не ощутил, прикоснувшись к камню. Может, дело в том, что я служитель Кристалла? Опять нет ответа. Я вернулся к своим спутникам, там уже были развернуты и поставлены походные палатки, горел костер, кашеварили дежурные.

- Что она рассказала?

- Как мы поняли, она пришла просить совета у Спящей, и получила ответ. Мать сказала, или ей почудилось, что Хлоя потеряет свой Дар, если не поделится им в течение трех дней. Сегодня истекает срок, и она уже больше не надеялась на встречу. Сэр Алекс, вы знаете, в чем тут дело?

- Да, капитан. Только мне очень не нравится то, что я буду вынужден с ней сделать. И леди Фионе тоже, она в курсе дела.

- А что вы с ней сделаете?

- Я не могу с вами поделиться тайной, капитан. Если у меня получится, то Хлоя утром будет жить. Если нет – умрет. А сейчас оставьте нас втроем.

- Дорогая, что скажешь? Как она?

- Она без сил. Я дала ей выпить лекарство, скоро придет в себя.

- Да я не об этом. Ты же знаешь, как она может поделиться своим Даром. А я не войду в ее дом.

- Тебе и не надо. Ведь она говорила, что ты ее хозяин, а служанка не может стать госпожой. Мне, конечно, будет неприятно видеть ее рядом с тобой, но другого выхода я не вижу.

- И ты не будешь ревновать?

- Поделится своим Даром, и уйдет. Какое мне будет дело, кого потом она приведет в свой дом? Сделаю вид, что ничего не знаю, только пусть у тебя не войдет в привычку спасать всех нуждающихся в утешении девиц.

- Понимаешь, есть одна сложность. Она рыбачка, а у той женщины, одной из пяти, что мне показали в пещере Кристалла, была рыболовная сеть, и похожие черты лица. А я в последнее время не хочу жить по указке. Так что сейчас у меня выбор: или признать в ней еще одну свою спутницу, или ничего не делать.

- Так не признавай в ней свою четвертую жену, пусть просто поделится Даром. Я даже оставлю вас сегодня наедине, цени это!

- А где будешь ночевать?

- В палатке Марка, а того отправлю к капитану Парату, пусть немного потеснится.

- Спасибо, родная. Ты все решила правильно.

-Я тут оставила вам еды и вина. Все, ухожу!

Полог палатки опустился, я повернулся к Хлое. Та недавно очнулась, и прислушивалась к нашему разговору. Я прикоснулся рукой к ее лбу:

- Ты действительно решила прыгнуть в пропасть?

- У меня нет выбора. Отпусти меня, я все равно не успею найти того, с кем смогу разделить свой Дар. А ты выгнал меня, хозяин.

- Ты можешь разделить его со мной. Но это не значит, что я войду в твой дом. Между нами нет любви, утром ты уйдешь. Если Спящая будет к тебе благосклонна, родишь дочь с сильным Даром. Если нет, то у тебя будет много времени, чтобы найти своего спутника.

- Почему ты опять спасаешь меня, хозяин?

- Мы в ответе за тех, кому помогли однажды. Если ты будешь вести недостойную жизнь, то сильно расстроишь меня. Поешь сначала, а то выглядишь очень плохо. И вина выпей, вместе со мной. Вот так! Готова? Раздевайся и ложись, я постараюсь не причинять тебе боль.

- Для того, кто решил броситься со скалы, боль не страшна. Я готова, хозяин.

Ее кожа матово блестела в свете свечи, губы крепко сжаты, глаза полны решимости. Задув свечу, я притянул Хлою к себе. Никакой страсти, я просто сделаю свое дело.

Она застонала, тело обмякло. От моей отрешенности не осталось и следа, олень взбрыкнул, широко раздувая ноздри. Когда я очнулся, она плакала, то ли от боли, то ли от счастья.

- Хозяин, у меня получилось! Я не стала слабее, наоборот! Я теперь так сильна, что могу сама делать тайные тропы, в любом месте! Ты поделился со мной своей силой, спасибо тебе. Я теперь не твоя служанка, я твоя верная рабыня.

- Нет уж! Если очень хочешь, считай себя служанкой, но не рабыней. Мы сражаемся с работорговцами, что продают твоих соплеменников, а тут ты сама называешь себя рабой.

- Как прикажешь, хозяин. Скажи, мне удалось поделиться с тобой Даром?

- Да, я вижу, как могу теперь мгновенно прыгнуть в любое место, где был хоть один раз. Но делать мне этого нельзя, даже если моей жизни будет угрожать опасность. Почему так, пока не знаю.

- Хозяин, а могу я попросить еще раз поделиться друг с другом нашими силами? На всякий случай, чтобы закрепить результат…

Хлоя ушла до рассвета, не став прощаться. А я спал почти до полудня, измученный несколькими попытками.

Глава 12.

Меня разбудила Фиона, принеся в палатку завтрак. Она ничего не сказала мне, только быстро оглядела смятую постель со следами прошедшей ночи. Пока я ел, в моей душе шла борьба между благодарностью за это молчание и виной за то, что заставил жену ревновать. Лишь после того, как я сыто откинулся в складном кресле, Фиона нарушила тишину:

- Не знаю, как у этой девочки, а вот у тебя появилась полоска нового Дара.

- У нее все получилось, теперь она обладает полной силой. Сможет в любом месте создавать вход на тайную тропу. Скорее всего, таким способом и ушла.

- А сам не хочешь попробовать?

- У меня такое чувство, что этого делать нельзя. Пока не пойму, почему, рисковать не буду.

- Тогда будем идти пешком, день в разгаре.

Лагерьуже свернули, ждали только меня. Скоро последняя палатка была собрана, и мы отправились к морю. Два дня хода при попутном ветре, и вот мы уже бросаем якоря в нашей бухте. Парат со своими людьми убыл восстанавливать корабли, а меня ждало совещание штаба. Первым свое выступление начал полковник Лотарс:

- Сэр Алекс, нам удалось, хоть и с третьей попытки, выплавить два опытных образца, и испытать их. В зависимости от типа применяемого станка, дальность выстрела составляет от трехсот, до пятисот ярдов. Полое ядро способно проломить обшивку корабля во всех случаях, сила взрыва от трех до четырех застывших слез. Другими словами, нужно будет несколько попаданий по кораблю для его затопления. Притом, что время перезарядки сократилось за счет меньшего веса пороха и ядра, и дальность точного выстрела больше на сотню ярдов, один наш корабль сможет вести бой с двумя-тремя вражескими. Адмирал Кресс согласен, что для битвы с большим флотом этого мало, а вот для дерзких наскоков вполне подойдет. Так что мы сейчас все силы бросили на переплавку больших пушек, и создание новых.

- Нужно попробовать стрельбу усиленным пороховым зарядом, только очень осторожно. И все пушки ставить на корабли только после такого испытания. Сколько пушек мы можем выплавлять сейчас?

- Две за пять дней, потом еще день на испытания. Сейчас ставим еще литейную, будем делать больше.

- Поставьте сразу две, у нас пушек старых много, а времени мало.

- Тогда придется пустить на них весь уголь, на медные слитки ничего не останется.

- Пушки сейчас важнее. Кстати, адмирал, у меня появилась одна мысль. Сколько у нас сейчас разгруженных кораблей в бухте?

- На вчерашний день было больше ста.

- Готовьте их к отплытию домой, сюда привезут уголь, чугун и порох.

- Ясно, а кто поведет?

- Решите сами. Какие еще новости?

- Начали подготовку капониров под будущие крепости. И делаем штольни в скале для механизмов натяжения цепей.

- Как наши пленные?

- Работают, только из-за жары есть несколько умерших.

- Делайте перерыв в полдень, они не рабы. Как справляется визирь?

- Первые дни пришлось поголодать, потом втянулся.

- Добывает руду?

- На эту работу у него силенок не хватает. Чистит выгребные ямы.

- Что со строительством дорог?

- Ведем по графику, на отсыпку используем отходы от рудной выплавки.

- Что с продовольствием?

- Хватает на текущий рацион, начали делать запасы для большого похода.

- А как с сыроварнями?

- Местные пока не пользуются, но молоко поставляют.

- Лорды, о чем я еще забыл спросить? Какие у вас вопросы?

- Сэр Алекс, когда нам ждать нового штурма?

- Есть у менямысль, что отплытие части нашего флота может подтолкнуть эмира к активным действиям. Визирь проболтался, что мудрецы могут видеть, что происходит у нас, без подробностей. Вот и пусть думают, что мы ослабили свои силы. Если я прав, то будем ждать их через три месяца. Планируйте все работы, исходя из этого срока. Сто двадцать новых пушек нужно поставить на корабли, все, что сможем выплавить сверх этого количества – поставим на берегу. За работу, лорды!

Глава 13.

Через три дня сто двадцать кораблей ушли в сторону Статты. А еще через десять дней, летая в ночном небе за призрачным мотыльком, я увидел, как из большой бухты вышел флот Сальмы. Сто шестьдесят вымпелов, больших и малых, выстроились тремя группами, и оставляли за собой длинный светящийся след. Проверил еще раз, больше никого. Проснувшись, долго лежал, обдумывая наши шаги. С учетом того, что уже работают три плавильни, мы успеем сделать около сотни пушек. На корабли хватит еле-еле, а вот крепости придется оснащать большими трофейными орудиями. Из трех старых, можно отлить пять новых, оставим половину. Итого, имеем двести старых, разделим на два форта. Значит, для них тоже придется изготавливать новые ядра с пороховой начинкой. За счет возвышения над уровнем моря и меньшего веса ядер получим большую дальность стрельбы. Надо будет выставить мишени, заранее пристрелять пушки. Требушеты расставим перед цепью, на случай прорыва. Лучники буду бить сверху, не подставляясь под ответный огонь. Только надо будет все спрятать от любопытных взоров мудрецов, не я один умею подглядывать.

Прошло два месяца, за это время мы усердно укрепляли нашу оборону, пушкари учились стрелять в любую погоду. Полковник Лотарс внедрил новую идею. На рубеже открытия прицельного огня крепостных пушек были установлены на якорь притопленные буи. Они были хорошо видны с обрыва, но не просматривались с воды. Все пушки были пристреляны по этим ориентирам, запасы ядер и пороха укрыты в глубоких выемках, над орудиями установлены навесы, укрывающие от дождя, палящих солнечных лучей и постороннего взгляда. Высвободившиеся строители начали закладку фортов на выходе из пролива, для которого пока у нас не было орудий. Там пришлось действовать по-другому, вырубая в скале глубокие ниши, наподобие орудийных палуб на корабле. Возле крепостей строились жилые бараки, ставились полевые кухни. Дежурные наблюдатели несли свою вахту, пушкари по тревоге могли быстро занять свои места. Три наших корабля постоянно увеличивали число своих орудий, команды действовали все слаженней.

Несколько раз я отслеживал движение флота. Корабли дважды попадали в сильный шторм, их число сократилось на четыре единицы. За два дня до ожидаемого прибытия мы свернули все работы, кроме переплавки пушек. Колонны выдвинулись на позиции, солдаты заняли свои места.Остров, превращенный в гигантский боевой корабль, затих. Рыбаки больше не выходили в море на наших кораблях, вернувшись к своим лодкам. Мой штаб был развернут чуть в стороне от капониров, рядом с сигнальной вышкой, резервным руководил полковник Ольсен, ближе к выходу из пролива. Только дымы полевых кухонь выдавали присутствие людей, да еще пленные рубили камень, добывая медную руду. Мы были готовы.

Флот появился на горизонте чуть позже полудня. Вид приближающихся кораблей завораживал. Вот они подходят все ближе и ближе, гигантской дугой охватывая подступы к проливу. Казалось, что они вот-вот сомнут трех наших смельчаков, вышедших им на встречу. Вот на вражеском флагмане появились сигнальные флаги. Поскольку белого цвета там не было, можно было предположить, что это требование сдачи. С двух сторон выдвинулась передовая группа, плавно сокращая дистанцию. Адмирал Кресс, настоявший на своем участии в бою, поднял на мачте имперский флаг, давая сигнал к бою. Залп! Паруса развернулись, корабли начали поворот оверштаг. А в передовой группе противника появились первые потери. Два корабля пылали, еще два потеряли ход из-за упавших мачт. Четко выполненный маневр, еще один залп, другим бортом. Сорок восемь пушек изрыгают пламя, корабли окутываются облаками дыма. Через несколько мгновений они уже направляются в сторону пролива, выполнив поставленную задачу. Тренировки не прошли даром, пять кораблей медленно погружаются под воду, еще четыре горят, три обездвижены. Оставшиеся корабли передовой группы тщетно пытаются достать адмирала своим выстрелами, зря переводя порох. Все, после этого боя адмирал переместится в резерв, ставна якорную стоянку у выхода. Тем временем за передовой группой последовало около тридцати вымпелов, крепости молчат, позволяя втянуться в пролив. Флагман не рискнул, став на якорь в удалении от берега. Пора и нам вступать в дело. Оставив командование на полковника Лотарса, я кликнул Марка, и на быстрых конях помчались в сторону позиций требушетов. Три смены лошадей у сигнальных вышек, и вот мы у первой излучины, где фарватер заставляет корабли приблизиться к обрыву. Поднят сигнал, первый залп взметает в воздух камни и горящие кувшины. С расстояния меньше ста шагов на палубы обрушивается град попаданий. Лучники прицельно выбивают рулевых и тех матросов, что выскакивают на палубы тушить пламя. Вот огонь охватывает паруса, горящее масло льется в щели, заставляя людей прыгать в воду через орудийные порты. Тщетно пытаются маневрировать следовавшие за лидером уцелевшие корабли, теперь требушеты бьют по замыкающим. Редкие выстрелы из ружей с палуб кораблей не могут причинить никакого ущерба, стрелки бьют навесом, как и требушеты. Офицеры, управляющие огнем, осторожно выглядывают из-за укрытия, флажками подают команды. Палубы двух замыкающих движение кораблей утыканы стрелами, лишившись управления, они вплотную приближаются к скалистому берегу. Не применяя требушеты, их закидывают с высоты огненными подарками. Прицел переносится на середину строя, еще один залп, последний для этой группы, накрывает шестой, и седьмой корабль в строю. Мы с Марком следуем дальше, к очередной позиции. А с юта замыкающего звучит одинокий выстрел, ядро выбивает кусок скалы чуть ниже обрыва. Не останавливаясь у группы требушетов, следуем дальше. Наша позиция – дальше, там, где можно прицельно бить в борт проплывающего мимо корабля. Еще час скачки, и мы на месте. По цепи сигнальных вышек передается информация о ходе боя. Пятнадцать кораблей продолжают движение, сумев выйти из-под огня. Вон они, уже показались вдали. Идут осторожно, постоянно маневрируя. Нас шестеро, по три стрелка на каждом берегу. Залп требушетов заставит рулевых сойти с фарватера, мы уже ждем, выравнивая дыхание, выложив перед собой стрелы с кровавыми слезами. Выстрел бакового орудия разрывает гулкую тишину, летят куски камня. Скорее всего, впередсмотрящий увидел движение у обрыва, дал команду наводчику. Еще две пушки стреляют в том же направлении, но у края уже никого нет. Стрела командира взвода лучников бессильно падает в воду – недолет. А вот залп четырех требушетов цепляют один борт, заставляя рулевых сменить курс. Я показываю Марку не третий и четвертый корабль, сержант будет бить по следующим. Начали! Первая стрела бьет в высокую скулу, чуть выше пенного буруна. Вода хлещет в пробоину, корабль кренится. Дальше! Рулевой второго начинает маневр, обходя тонущего, прикрываясь его бортом. Мне в последний миг удается послать стрелу в корму, вышибая руль из пазов. Дело сделано, теперь можнопосмотреть, как справляются другие. В отдалении уже скопилось больше десятка кораблей, они вынуждены убирать паруса, чтобы не уткнуться в возникшее препятствие из шести тонущих кораблей. Лишившись хода, тут же становятся легкой добычей для требушетов, успевших перезарядиться, и сменить прицел. Еще два корабля объяты пламенем, прежде чем лидер пробивает бортовым залпом себе путь, отправляя на дно тонущих. Сержант вынужденно меняет свою позицию, сместившись к выходу. На месте его лежки взметываются осколки камня, на баке умелый наводчик. Ничего, мы подождем. У обрыва встает Марк, успевает выпустить две стрелы, быстро прячется. Корабль заваливается набок, черпая воду большой пробоиной. Мой адъютант перебегает дальше, оставляя мне следующего. Осторожно выглядываю за край, вижу на палубе несколько прицелившихся из ружей стрелков. Они спрятались от стрел под перевернутыми шлюпками, и теперь внимательно смотрят вверх. Со ста шагов я пускаю стрелу с четырьмя алыми крапинами прямо в центр палубы, тут же падаю на землю. Взрыв взметывает обломки выше края обрыва, я уже бегу вдоль берега. На бегу успеваю показать большой палец сержанту, тот ухмыляется в ответ. Все, нужно спуститься еще ниже, корабли отошли от нашего берега. Ничего, сейчас в дело вступят другие. Так и есть, еще два взрыва сливаются в один. Еще один взрыв, и еще. Осторожно выглядываю с обрыва. Теперь оставшиеся корабли двигаются к нам. Даю отмашку Марку, прицеливаюсь в первого. Не дожидаясь выстрела бакового орудия, пускаю стрелу, прячусь. Взрыв, надо перебегать дальше.

Дальнейшее слилось в череду перебежек, осторожных выстрелов, падений на землю. До цепи, перегородившей проход, сумели добраться девять самых осторожных и умелых команд, там нашлись опытные командиры и меткие стрелки. Стреляя из ружей залпами, они сумели убить одного, и ранить двух других стрелков на дальнем берегу, и наши стрелы больше не могли долететь до них. Придется давать бой на старых позициях, хорошо, что здесь есть в засаде шесть рот лучников и последняя четверка требушетов. Быстрые кони донесли нас к месту засады, сигнальщики стали передавать команды. Вот корабли остановились, отдав якоря. Развернувшись бортом, два из них залпами начали громить понтоны, удерживающие цепь. Ничего, сейчас вы получите ответ! Требушеты накрывают корму дальнего каменным градом, перемалывая надстройку, сбивая рулевое колесо. Ближний к нам, но не доступный для стрел, корабль следующим залпом пробивает брешь в связке, цепь опускается на дно. Семь кораблей бросаются в прорыв, а тот, кто открыл им дорогу, загорается, не успев сняться с якоря. Его сумели достать ливнем горящих стрел лучники с дальнего берега, опасно стоя на самом обрыве. Мы, втроем делаем залп вдогонку, пробив удаляющуюся корму. Теперь только адмирал закрывает дорогу шестерке больших кораблей, у каждого из них на борту больше пушек, чем у двоих наших. Но они идут колонной, а адмирал не дает им времени на разворот. Залп правого, и падают мачты лидера. Шестнадцать пушек против одного бакового не оставляют шансов, вот средний бьет следующему кораблю в подставленный борт. Попытка обогнуть тонущие корабли дорого обходится третьему противнику, точное попадание в пороховой погреб разламывает его напополам. Четвертый успевает сделать свой залп, недолет вздымает высокие столбы воды в трех десятках шагов от флагмана. Перезарядить ему не дают, ядра разносят корму. Два последних пытаются убежать в разные стороны, но остаются на волнах, лишившись мачт.

Меня медленно отпускает напряжение последних часов. Да, мы справились с этой группой, но это еще не победа. Придется вернуться к укреплениям, будем ждать продолжения.

- Сэр Алекс, уже вечереет. Поужинаем, потом спокойно поедем. Ночью они не рискнут пойти на прорыв.

- Хорошо, Марк. Распорядись, чтобы подобрали стрелы и флаконы с алыми кристаллами.

- Я уже отправил людей.

- Если пойдут сразу все корабли, вшестером не удержим.

- Добавим еще десяток. Поврежденные ранее корабли замедлят движение остальных. У нас всего три удобных места для засады, нужно использовать все возможности.

- Полковник Ольсен уже извещен.

- Тогда поехали, осмотрим все еще раз на месте, пока не стемнело.

Мы отправились в путь, в компании десятка стрелков и коноводов с запасными лошадьми. На этом берегу пролива больше мест, где излучина заставляет корабли приблизиться к обрыву, да и лежащие на дне сгоревшие остовы будут мешать рулевым. Следом за нами двигался полк лучников, командир получил задачу, как надо будет сгонять с верхних палуб всех вооруженных противников. К утру все должны быть на своих местах.

Глава 14.

Капитан Парат выбрал самое удачное время ночи, чтобы подойти со стороны моря и выпустить шлюпки. Луна подсвечивала стоящие на якорях корабли противника, но оставляла в тени приближающихся смельчаков. Не скрипели уключины, политые маслом, гребцы в молчании проделали свой путь. Все вызвались добровольно, зная, что могут не вернуться. Приказ гласил: запас стрел с алыми слезами не должен попасть в руки врага. Восемь шлюпок веером разошлись в сторону затаившегося флота. Капитан будет ждать их в течение трех часов, а потом уйдет.

Все напряженно всматривались во тьму. Сейчас мы ничем не могли помочь, оставалось только ждать и надеяться. Первый взрыв заставил всех вздрогнуть, сразу за ним прогремело еще несколько. Над водной гладью распустились огненные цветы. Несколько мгновений тишины, и новая серия взрывов на небольшом удалении от центра.Стали слышны заполошенные удары корабельных рынд, на мачтах загорелись огни. Ружейные выстрелы посыпались горохом с разных сторон, вот прозвучали сигнальные горны. Все? Нет, через десять минут прогремело еще пять взрывов, потом еще два. Стали слышны редкие пушечные выстрелы, мелькание огней участилось. Огненное зарево постепенно уменьшается, распадаясь на отдельные очаги пожаров. Предутренний туман начинает сгущаться над водой, постепенно заглушая звуки стрельбы. Внезапно оглушительный взрыв расколол тишину, волна воздуха ударила по всем, кто слушал звуки боя. Над морем вырос огромный яркий гриб, его жар поджег несколько ближайших кораблей. Через минуту с неба посыпались дымящиеся деревянные обломки, мы побежали под навес. На берег накатилась высокая волна, разбилась о скалу.

- Что это?

- Такое впечатление, что кто-то применил все имеющиеся кристаллы сразу.

Мы кричали, чтобы расслышать сказанные слова, удар оглушил всех.

- Кто-нибудь посчитал взрывы?

- Тридцать шесть, а потом этот…

- Лорды, представьте всех храбрецов к наградам. Они показали сегодня, как надо воевать.

Шум боя прекратился, больше не было слышно выстрелов, замолчали горны и рынды. Бледный рассвет был закопчен дымами, они черными змеями расползались над морем. Гарь и пепел тихонько сносило к берегу, сажа пачкала одежду и лица.

- Сейчас начнется прилив, они снимаются с якоря. Свистать всех наверх!

- Почему не все начали движение?

- Скорее всего, получили повреждения, сняли экипажи.

- Нильс, сколько у твоих пушкарей осталось зарядов?

- По тридцать на ствол, сэр Алекс.

- Так потрать их все, покажи, чему научил своих солдат! Не буду мешать, командуй!

Флот противника перестраивался, приближаясь к берегу. Вот дозор приблизился к виднеющимся из-под воды буям. Запел сигнальный рожок, четыре пушки слаженно ударили по кораблю. Два ядра вздыбили волну у борта, одно сломало мачту, самый удачный выстрел пробил палубу. Несколько мгновений тишины, и взрыв выворачивает корабль изнутри. Да, по движущейся цели попасть сложнее.

Следующую попытку предприняли сразу два корабля. Один развернулся бортом и стал на якорь, готовясь открыть огонь, другой стал быстро приближаться. Интересно, как будут целиться комендоры, они не смогут так высоко задрать стволы пушек. Залп, и чугунные ядра выбивают каменные осколки где-то далеко внизу. Ответный удар четырех пушек, сразу два попадания заставляют корабль лечь на борт. Бьет одиночный выстрел бакового орудия. Там наводчик сумел поднять на вертлюге свою пушку, но недолет лишь царапает стену. Подпустив ближе, Ольсен командует залп, и снова два попадания из четырех лишают корабль управления, он безвольно выбрасывается на скалы. Мельком отмечаю, что пока только восемь пушек одного форта вели огонь, все остальные молчат. Так, а это что? У приближающейся четверки кораблей верхние доски орудийных портов кто-то выламывает изнутри, увеличивается наклон стволов. Ольсен не дает врагу завершить маневр, звучит сигнал, сразу два десятка орудий окутываются дымом выстрелов. Шесть попаданий, взрывы внутри корпусов, столбы огня и дыма.

Поняв, что мелкие группы мы успешно бьем, флагман вывешивает сигнальные флаги, гоня в атаку всех. Сразу два десятка плавно поворачивают, готовясь, стать на якорь, и сковать форт огнем. А основные силы заходят слева, огибая погибающие корабли. Все, пора! Залп всех орудий форта накрывает первую линию, уже изготовившуюся к бою. Высокие борта двухпалубных кораблей пробиты, гремят взрывы. Не обращая внимания на крики гибнущих моряков, лидер устремляется к входу в пролив. Подан сигнал, и пушки левого форта прерывают молчание. Сдвоенный удар разламывает корпус напополам. Редкие выстрелы снизу никого не пугают, командиры сразу нацеливают очередную четверку. Нет, не все идет так гладко! Становятся на якорь десять кораблей, остановившись до границы дальности нашего огня. Их пушки задираются вверх, двойным зарядом ядра перелетают через наши орудия. Полковник Лотарс не желает отставать, сигнальщики передают его команды, заряжающие используют полуторные заряды. Вот стреляет одно орудие, недолет. Новый прицел, залп! Половина орудий ведет огонь, пока другая перезаряжается. Линейные корабли врага не успевают нанести новый удар, как получают чугунный поцелуй. По одной пробоине получили все, больше разглядеть не удалось. Очередной залп добивает всю группу.

Густой дымсыграл на руку противнику. Пока форты громили в дуэли ставших в две линии корабли, в пролив скользнула группа из сорока вымпелов.

- Марк, по коням! Надо успеть к первой излучине.

Быстрая скачка, смена лошадей. Сигнальщики передают команды, требушеты и лучники готовятся к бою. Больше никаких камней, только зажигательные снаряды! Смесь будет гореть и на воде, мешая морякам разглядеть свою смерть. Еще две смены лошадей, и мы на месте. На берегу позиция очень удобная для лучников. Фарватер близко подходит к обрыву, а требушеты заставят рулевых еще сильнее сместиться в нашу сторону. Четыре стрелка с противоположной стороны поднимают флаги, показывая, что готовы. Нас пятеро, и две роты лучников, что будут всех сгонять с палубы.

У нас несколько минут, чтобы подготовить позицию, выложить стрелы с алыми слезами, успокоить дыхание. Пропускаем дозорную пятерку, с ними потом разберемся, все внимание – на флагман. Поднят флажок, два требушета мечут в небо корзину пылающих кувшинов. Огонь разливается по палубе, заставляя стрелков прыгать в воду. Неужели повезло? Гибель адмиральского корабля подорвет боевой дух, лишит руководства. Наблюдаю, как град стрел мешает тем, кто пытаются тушить пламя, как падает рулевой, как корабль садится на мель. Внезапно сильный удар в грудь заставляет отшатнуться, трещат ребра под кирасой. Сдавленно охаю, отступаю от обрыва. Вмятина глубиной в два пальца над сердцем, сплющенная пуля. Ну, все, вы меня разозлили! Осторожно выглядываю в нескольких шагах от того места, где был раньше, прицеливаюсь, пускаю стрелу в борт идущему на помощь флагману корабля. Сразу отшатываюсь назад, успевая расслышать мощный взрыв. Поднимаю флажок, показывая Марку, что теперь его очередь. Проходит долгая минута ожидания, Марк не рискует подходить к краю, ждет сигнала. Вот на противоположном берегу поднимается флаг, пора! Встает, с уже натянутым луком подскакивает к обрыву, спускает тетиву. Падает на землю, взрыв! Довольно ухмыляясь, поднимает свой флажок для соседнего стрелка.

То, что нам удалось повредить флагман, заставило остальных командиров рисковать своим людьми и кораблями. Видимо, они так сильно боятся своего адмирала, что скорее погубят себя и других, в попытке его спасти. А может, это не страх, а верность? Не знаю, надо будет потом выяснить у пленных. Корабли шли один за другим к отмели, прикрывая флагман собой, не обращая внимания на ливень стрел, и редкие взрывы, каждый из которых увеличивал общую кучу, лежащую на отмели. Когда их собралось у берега больше десятка, залп требушетов вновь выплеснул на головы огненный дождь. Подошла моя очередь, я дождался сигнала и быстро выпустил стрелу, потом откатился в сторону. Мне хватило одного раза, чтобы не задерживаться больше, чем надо.Четыре слезы оторвали корму, бушприт нелепо поднялся к небу. Поднимаю флажок. Пауза, можно выпить воды, под палящими лучами солнца очень жарко в броне, хоть она и спасла мою жизнь. Немного смещаюсь в сторону, меняя позицию. Несколько минут ожидания, и вот Марк получает сигнал. Он тоже выбрал другое место, действует быстро. Невзирая на клубы дыма, точно отправляет стрелу, разбивая форштевень. Отпрыгивает назад, довольно машет флажком. Я показываю на флягу, он кивает. Томительные минуты, еще один взрыв. А потом неосторожно высовывается наш дальний стрелок, и получает пулю в лицо. Падает навзничь, не выпуская лук из крепко сжатой руки, не успев порадоваться своему точному выстрелу. Я показываю Марку на свой флакон, он понятливо бежит к позиции, собирает стрелы, с трудом вынимает лук.

Жду своей очереди, но тут сигнальщики начинают размахивать сразу двумя флагами. Отбегаю в сторону, осторожно выглядываю. Кто-то из оставшихся командиров принял решение, и группа из двадцати кораблей осторожно уходит вдоль дальнего берега. Нам пора уходить, требушеты и лучники справятся с оставшимися. Я подымаю флаг, даю отмашку четверке стрелков. Марк уже седлает коней. Перед тем, как вскочить в седло, слышу вдалеке два взрыва. Мы галопом идем к следующей излучине. Сменив лошадей у сигнальной вышки, мы оставляем тело погибшего товарища.

Еще две смены лошадей, тело требует отдыха после такой скачки. Зато мы опередили врага, и есть время на подготовку. Перед тем, как разойтись на позиции, показываю, к чему приводит неосторожность. Вмятина на моей кирасе и гибель товарища взбадривает всех, мы медленно приближаемся к краю обрыва. Не высовываясь, обозначаем свою готовность флагами, видим ответную отмашку с другого берега. Все, можно подождать, утолить голод и жажду. Здесь с прошлого боя остался грубый навес, тень манит, тело требует отдыха после бессонной ночи. Чувствую, как меня тормошат, открываю глаза. Марк показывает на поднятый флажок, возвращается на позицию. Требушеты начинают первыми, заставляя корабли уходить от обстрела. Один не успевает, огонь охватывает мачты и палубу. Вторыми подключаются стрелки, рота выпускает жалящий рой. Еще залп! Тонкие черточки устремляются вниз, неся смерть. Мне дают отмашку, я быстро выпускаю стрелу, прячусь, услышав взрыв. Рисковать не буду, показываю Марку свой флажок. Он ждет сигнал, за это время еще один залп несет огонь в сгрудившиеся корабли. Встал, выстрелил, упал. Нет взрыва! Не веря своим ушам, повторяет попытку. Вот теперь точно попал! А предыдущая стрела запутывается в оснастке. Марк качает головой, подымает свой флажок. Мы оба меняем позиции, теперь третий стрелок ждет. Рота лучников не задерживает с залпом, наш товарищ дожидается, когда стрелы простучат по палубе, добавляет свою лепту. Взрыв, можно отдохнуть пару минут. Нет, сигнальщики показывают, что надо уходить. Потеряв четыре корабля, группа меняет курс. Все, не достать! Даю отмашку на другой берег, седлаем коней. Опять скачка, впереди последнее удобное место. Начнем не мы, зато у цепей можно будет стрелять сразу всем. Опережаем врага, выжимая из себя последние силы. Спешиваемся, к нам бегут коневоды, уводят взмыленных лошадей. Сигнальщики готовы, обозначают нашу позицию. Мне подносят воды, выливаю полную флягу себе на голову, вторую выпиваю залпом. Также поступают и остальные, нам нужно перевести дух, унять дрожь в руках. Спрашиваю, на месте ли адмирал, получаю утвердительный ответ. Требушеты и лучники тоже готовы к бою. А вот и гости, мы вас давно ждем. Если они задержатся у цепи, все сгорят. Нет, они явно что-то придумали. От группы отделяются два корабля, идут на всех парусах к понтонам, удерживающим цепь над водой. Остальные разворачиваются веером, начинают стрельбу во все стороны из пушек и ружей. Машу флагом, указывая на передних. Мы с Марком стреляем одновременно, уцелевшая половина корабля повисает на цепи. А вот тому, что идет к дальнему понтону, удается приблизиться, и высадить на понтон группу матросов с грузом. Корабль скользит вдоль цепи, за его кормой гремит взрыв, цепь перебита. Уцелел ли кто из этой группы, мне не видно из-за густого дыма, а вот кораблю удается совершить поворот, одновременно стреляя с двух бортов. Как его матросам удалось так быстро свернуть, а потом опять поднять паруса, мне непонятно. В прорыв устремляется вся группа, но задержка дорого им обходится. Залп всех восьми требушетов накрывает огнем три борта, пламя взмывает по мачтам, сжигая снасти и паруса, проникает внутрь корпуса. От гигантских факелов разбегаются все, кто может, подставляясь под стрелы. Мы уже не прячемся, только пригибаем головы вниз, не высовываясь далеко. На самом излете три стрелы клюют в корму уходящие корабли, заставляя их показать внутренние переборки. И с дальнего берега удается достать до одного, пробивая борт. Восемь кораблей прошли проливом, а было их больше полутора сотен. Но и это еще не все! Адмирал Кресс, наша последняя надежда, выжидал до последнего, а потом за пять залпов поставил жирную точку в сегодняшней битве.

Усталость вынудила опуститься на землю, я уже не слышал голоса, проваливаясь в беспамятство.

Глава 9

Глава 15.

Пришел в себя от легкого прикосновения холодного мокрого полотенца, обтирающего лицо и шею. Как меня перенесли в мой шатер, я не помнил, как и не представлял, сколько был без сознания.

- Лежи, любимый! И не шевели рукой, сорвешь повязку.

- Фиона, моя радость! Как давно я здесь?

- Два дня. Как я напугалась, когда тебя принесли. А еще раньше я почувствовала твою боль. Где это тебя угораздило подставиться под пулю?

- Это война, на ней убивают даже императоров. Как там Марк?

- С ним все в порядке. Тебя ко мне доставил и ушел распоряжаться по поводу отправки абордажных команд, повел корабли с десантом стрелков и мечников. Из него получится хороший командир, и хороший муж. Когда вернемся, надо будет его познакомить с достойными невестами. Сколько, ты говорил, твоей племяннице?

- Жанна еще маленькая, ей всего тринадцать. Или четырнадцать?

- Тем более пора просватать. Думаю, твоя сестра уже всех женихов перебрала.

- Вот вернемся, тогда и будем думать. Лучше скажи, много у нас погибших и раненых?

- Больше всего у пушкарей. Два десятка убитых у полковника Ольсена, три десятка ранено. Еще пятнадцать и двадцать у полковника Лотарса. Капитан Парат к утру еще не вернулся, о его десанте ничего не знаю. У полковника Леуса пять погибших. Ну и ты, самый главный раненый. Сломано два ребра, огромный синяк. Все остальное цело. Еще тепловой удар, перегрелся на солнышке. Так что дня три из постели я тебя не выпущу, и не надейся! Со своим командирами будешь здесь общаться, здесь тень и ветерок обдувает.

Я левой рукой притянул Фиону к себе, крепко расцеловал. Почувствовал соленую влагу на щеках, она не смогла сдержать слез.

- Спасибо, родная, ты опять вынуждена лечить меня.

- Обещай, что больше не будешь лезть под выстрелы.

- Я постараюсь. А сейчас позови мне кого-нибудь из офицеров.

- Хорошо, только не вставай.

Фиона вышла, а в шатер вошел полковник Леус.

- Как здоровье, сэр Алекс?

- Спасибо леди Фионе. Что слышно о капитане Парате?

- Сигнальщики передали, идет проливом. Корабль поврежден, через пару часов будет здесь.

- Нашли того, кто командовал флотом?

- Задохнулся в дыму, его тело достали.

- Понятно теперь, почему они так внезапно прекратили попытки спасти флагман. Сопротивление было при захвате подбитых кораблей?

- Было, даже из пушек пробовали стрелять, но адмирал быстро его подавил. А потом люди Рипса угомонили самых буйных. Твой адъютант очень грамотно прикрывал транспортниками десантные шлюпки, обошлись без потерь, только несколько человек получили ранения. Сейчас приступили к поднятию пушек, сбору трофеев. Все подводы задействованы, руду некому возить.

- Пушки важнее. А еще важнее люди. Так что скажи полковнику Лотарсу, пусть изготовит подъемники, блоки, нечего на руках все таскать. Почему у него столько погибших?

- Так по нему били двойными зарядами, пять пушек повредили, и людей посекло. А у нас зарядов мало, под конец извели все. Последний корабль чуть не ушел, его уже требушеты добили.

- Похороните их достойно. Я видел, как они сражались.

- Еще вчера, на такой жаре нельзя долго держать. Там же, рядом с крепостью, пусть все видят.

- Надо ставить новые пушки. Для них есть заряды, хоть и мало.

- Уже привезли первый десяток, скоро пристреляем.

- Надо закладывать новые литейные цеха. С учетом того количества пушек, что поднимем, наших нынешних возможностей не хватит. Как прибудет капитан Парат, пригласи ко мне.

- Выздоравливайте, сэр Алекс.

Полковник Леус привел капитана Парата уже под вечер. Было видно, что он сильно измучен, рука висела на перевязи.

- Докладываю, из восьми шлюпок вернулись две, спаслось семь человек, из них трое ранены. Ждал до самого рассвета, последнюю шлюпку увел под самым носом у врага. Потерял мачту, туман выручил. Мои ребята тоже пострадали, трое раненых, мне вот руку мачтой сломало. Вижу, вам тоже досталось, сэр Ганс рассказал по дороге.

- Через три дня встану. И вы отдыхайте, а потом для ваших людей будет работа. Будем ремонтировать захваченные корабли. Способ тот же, все нужное снимаем с тех, кто сильнее пострадал. Сделаете это, и я вам отдам один из транспортников. И еще одно. Пошлите кого-нибудь за Хлоей, она доставит из дальнего селения ловцов жемчуга. Они отличные ныряльщики. Будем платить им за каждую поднятую пушку, фузею, ядра, до которых не сможем дотянуться сами. Все остальные предметы они смогут оставить себе. А если будут использовать для работы ваш корабль, то и сами будете в доле. Наберите команду для второго корабля, у вас были желающие, да и дело пойдет быстрее. Еще одно. Скоро большая часть войск отсюда уйдет, и я тоже. Здесь останется губернатор, острова войдут в состав империи. Согласны вы возглавить Совет старейшин, и стать вице-губернатором?

Капитан грузно опустился на колено, скривившись от боли, но гримаса быстро уступила место счастливой улыбке:

- Согласен, мой император. Клянусь честно исполнять свой долг на благо империи и своему народу.

- Встаньте, барон. Кстати, какое у вас родовое имя?

- Оно сложное для вашего языка. В переводе – «Бегущий по соленой воде». Я получил его, когда стал капитаном.

- Да будет так! Это станет девизом на вашем новом гербе.

- Выздоравливайте, мой император! Пойду, обрадую своих товарищей.

- Сэр Ганс, надо будет наградить всех, кто принимал участие ночном походе. Они пошли на смерть, и сделали невозможное.

- Так у нас нет имперских воинских наград! Даже в Кодексе ничего не сказано.

- Видимо, империя не воевала с внешним врагом. Значит, разработаем сами. Дайте бумагу и перо, и еще ту папку, подложу под лист. Круглый золотой диск, как имперская монета, с одной стороны герб империи на фоне скрещенных мечей. На обороте – две пушки, и надпись: «Честь и отвага». Будет висеть на колодке с полосками цвета огня и дыма. Примерно так, пусть геральдмейстеры доработают. Всего сделаем три степени, добавим в серебре и в меди. Медную сделаем для всех участников похода, серебро – за ранения и гибель, высшую степень – за подвиги. Пусть командиры сами решают, кто достоин. Полный бант даст дворянский титул и пенсию, выплаты за остальные согласует имперский Совет. И начинайте оформлять наградные листы.

Глава 16.

Через три дня я встал на ноги, к этому времени удалось подсчитать пленных, похоронить всех погибших, снять с мели первые корабли противника. Всего были захвачено более трех тысяч человек, из них около трети имели ранения. Наши лекари развернули лазарет прямо у бараков, Фиону туда я не пустил. Я опасалсяза нее, да и в нашем лагере хватало работы.

Опять остров стал похож на муравейник, столько перемещалось по нему людей и грузов, что за каждую повозку командиры сражались на вечерних совещаниях. Пришлось отказаться от перевозки выплавленной меди, слитки переносились на руках. Руду опять носили в корзинах, вереница людей сновала по дороге в обе стороны. А на повозках везли пушки, ядра, доставляли еду и воду. Я планировал закончить основные работы за пару месяцев, а потом можно будет отправить большую часть войск домой, оставив гарнизон в три-четыре тысячи человек. Одна тысяча будет нести вахту на укреплениях в три смены, заступая, каждые пять дней. Потом пять дней на отдых, пять – на хозяйственные и строительные работы. Остальные будут охранять пленных, следить за их работой по добыче руды, лить пушки. А еще помогать местным, ловить рыбу, охотиться, строить порт и склады.Поскольку эмир отказался заплатить выкуп, пленные будут работать в кандалах, и не уйдут отсюда, пока не смогут заплатить за свою жизнь, по цене раба в портах Сальмы. Так что еще лет пять им предстоит под палящим солнцем дробить скалы и таскать руду.

Гарнизон я планировал сменить через пять лет, оставив здесь тех, кто успеет обзавестись семьей и решит остаться. А таких становилось все больше, уже около сотни хижин выросло рядом с нашим лагерем. Безземельные, сыновья из многодетных семей, кому приглянулись местные красавицы, уходили к Спящей матери, после супружеской клятвы возвращались, какжители новой губернии. Служили, как прежде, только ночевали не в казарме, и все выходные проводили с семьями.

На одном из совещаний я поднял важный вопрос.

- Лорды, через месяц мы ждем наши корабли, они уже идут сюда. Надо решить, кто останется здесь командовать, и кто займет пост губернатора. Для начала временно, а потом можно прислать замену из империи.

Мои полководцы смущенно пожимали плечами, никто не хотел начинать разговор. Вдруг встал полковник Лотарс:

- Позвольте сказать, сэр Алекс. Я уже прикипел к этим островам, тут такое будущее! Я останусь, вдобавок есть у меня на примете две сестры-близняшки, что согласны войти в мой дом. Я вышел из простых солдат, поместий у меня нет, в империи никто не ждет, так что буду служить здесь.

- Не ожидал, сэр Вольф. Но я искренне рад за вас. Лорды! С этого момента полковник Лотарсстановится генерал-губернатором имперских островов, с присвоением титула маркиза. Поздравляю вас с должностью, титулом, и местом в имперском Совете. Его заместителем назначается капитан Парат, вы все его знаете. Он возглавит Совет старейшин, я с ним уже поговорил, теперь он барон и вице-губернатор. Сэр Марк, оформите мое решение указом, я подпишу. Маркиз, я передаю вам все свободные средства, вам надлежит провести денежную реформу, вытеснив натуральный обмен. Добейтесь такого баланса цен на товары и услуги, чтобы они были не меньше, чем половина от имперского уровня. Больше тоже не желательно, потом довезем еще часть казны. На жемчуг цены не задирайте, будет, чем торговать с империей, помимо меди. Составьте список всего необходимого, учитывая и специалистов. И думайте, что еще поможет развиться вашим островам, ищите, привлекайте местных, пока казна готова платить.

- Клянусь принести пользу империи на новом месте и стать ее щитом!

- Все свободны, вечером генерал-губернатор дает первый официальный прием и ужин. Быть всем, от командиров рот и отрядов. Старейшин тоже ждем, их обещала доставить Хлоя, знающая Пути. Надо будет и ее включить в Совет, она здесь единственная такая.

Вечером, при свете костров и факелов, за самодельными столами собрались командиры, местные жители, старейшины. Я представил всем нового маркиза, зачитал указ о назначении на должность, потом вывел вперед капитана Парата и его новую администрацию. До начала торжественного ужина я успел с ними побеседовать, одарить щедрыми подарками, показать часть трофеев. Впечатленные нашими победами, старики согласились помогать словом и делом новому руководству, только немного пофыркали, обсуждая включение в состав Совета юной девушки. С ней я тоже успел поговорить, она обещала доставить группу ныряльщиков. Хлоя умудрилась даже поцеловать мою руку и прижать ее ко лбу, пришлось сделать грозное лицо. Вот что с ней делать, если она искренно считает меня своим господином.

Для угощения были вытащены запасы вина и сыра, местные сорта пока не могли соперничать по вкусу и качеству. Вот свежего мяса и рыбы было много, а еще овощей и фруктов. Так что официальная часть вечера быстро сменилась общим весельем, продолжившимся до рассвета. Отказавшись от местного пальмового вина, ушел спать, помня, как сильно после него болит голова. Фиона разделила со мной постель, но быстро уснула, измученная работой в лазарете. А я еще долго не мог заснуть, потом летал над морем и дальними берегами. Кроме семи десятков кораблей, что скоро доставят нам вести и грузы из империи, никого, рыбаки и торговцы не в счет.

Утром привычная разминка, купание, завтрак, пока еще нет липкой духоты. Приближался сезон дождей, скоро год, как мы находимся здесь. Надо успеть закончить основные работы, да еще и заложить фундамент для новой резиденции генерал-губернатора. Выбранное место открывало великолепный вид на бухту с кораблями, склон полого спускался к морю, будущий дом укрывала тень деревьев над быстрым ручьем с небольшим водопадом.

Мои мысли прервал капитан Парат, он с торжественным видом держал в руке большой сверток.

- Что это у вас, барон?

- Вечером мои люди достали с флагмана, это очень редкая и ценная вещь. Я такую только однажды видел, она стоит больше своего веса золотом. Это мой подарок вам, сэр Алекс.

Я бережно развернул ткань, в которую была завернута длинная медная трубка с двумя блестящими стеклами на концах.

- И что это?

- Это подзорная труба. Позволяет увидеть мачты корабля раньше, чем он появится на горизонте. Приставьте этот конец к одному глазу, наведите в сторону залива, потом покрутите вот это кольцо. Держите ровнее, как будто целитесь из фузеи. Видите?

Ого! До того корабля больше двух миль, а я вижу его, как на ладони. Да, это на самом деле очень ценная вещь. Надо будет оставить ее маркизу, сняв перед этим чертежи.

- Барон, я благодарен вам за этот дар. А в ответ, примите от меня еще один транспортный корабль. Можете сами выбрать, после того, как команда перейдет на отремонтированный вами фрегат.

- Благодарю, мой император.

- А почему она так может?

- Мне объяснили, что вся хитрость в двух увеличительных стеклах, и в том, что можно приближать и удалять их друг от друга. Эти стекла должны быть очень тщательно изготовлены, без трещин и пузырьков, как бывает в обычных. И установлены строго на одной линии, без перекоса. Трубка может быть раздвижной, ее длина тоже зависит от силы этих стекол. Больше ничего не запомнил, там очень мудрено все. Посмотрите теперь на самую дальнюю вершину, до нее не меньше двадцати миль. Что увидели?

- Деревья чуть ниже, еще там расщелина большая. Вы мне угодили, барон! Обещаю, когда мои умельцы начнут делать такие же, одну подарю вам. И корпус будет не медный, а из серебра.

- Спасибо, мой император, я не смел, даже надеяться, на такое.

- Вы не узнали, какое имя носил адмирал флота? Судя по этому предмету, он был очень важной персоной.

- Мои люди пытались расспрашивать пленных, но они все молчат. И я помню о том, что вы интересуетесь картами. Если найдем, обязательно принесу.

- Карты для нас ценнее золота, как и все новые знания. Если обнаружите еще что-нибудь, сообщайте сразу.

- Обязательно. Всего хорошего, мой император.

Капитан ушел, а я еще долго забавлялся с новой трубой, потом передал ее губернатору. Сэр Вольф пришел в восторг, пообещав, что его люди самым тщательным образом сделают все чертежи и описания.

- Откуда такое чудо?

- Сняли с флагмана. Скорее всего, принадлежала адмиралу.

- Я пошлю туда дополнительных людей, вдруг найдется еще что-то ценное?

- Все в вашей власти, маркиз. Привыкайте сами к руководству, скоро я уеду. А еще выберете время, вам с невестами надо будет посетить Спящую Мать. Без ее благословения девушки не смогут выйти замуж. Я там был, на корабле и с несколькими вьючными лошадьми успеете за восемь-девять дней. Оставьте за себя заместителя, не надо все делать самому.

- Как скажете, сэр Алекс. Мне уже неудобно, обещал, а выполнить не успеваю.

- Тогда завтра передайте дела, и отправляйтесь в дорогу. А то потом подойдут корабли, времени не будет совсем. А мы здесь подготовим временное жилище, пока дом строится. Барон подскажет, как надо.

Глава 17.

Через три дня Хлоя привела два десятка молодых парней и четырех девушек, лучших ныряльщиков на островах. Притом, что наши могли опускаться на дно на глубину в двадцать ярдов, охотники за жемчугом доставали предметы с пятидесяти. Капитан Парат все объяснил им, старший ударил по рукам.Один из кораблей оснастили подъемными блоками, дополнительными якорями, подготовили веревки и сетки, и команда отправилась на трудный промысел.

Хлоя подошла ко мне после беседы, склонилась в глубоком поклоне:

- Хозяин, твоя Хлоя нашла очень странную вещь в одной из пещер.

- Какую, на что похожа?

- У тебя на ладони нарисован глаз, он похож на эту вещь. Только тот как будто из тумана сделан, и светится весь.

- Далеко?

- Если по тайным тропам, то сразу. А если кораблем, то четыре дня пути, а потом еще тридня в горы.

- И как ты там оказалась?

- Мне Спящая мать показала место.

- Сейчас не пойду, вот придут корабли, потом смогу.

- Хлоя будет ждать, Хлоя придет.

Девушка еще раз поклонилась, прижала мою ладонь к своему лбу, и ушла.

Светящийся глаз из тумана? Что это может быть? Надо будет обязательно сходить.

Потекли будни, заполненные до краев ежедневной работой. Я старался не вмешиваться, уделяя время допросам пленных. Приходилось напрягать безмолвную речь, никто из наших не понимал их говора. Меня интересовало все об эмирате, среди вопросов о ценах на товары, жизни двора звучали невинные на вид, но важные, по сути, про флот, науку, ремесленные цеха. Удалось узнать, что эмират постоянно воюет со своими соседями на севере и западе материка, занимая его четвертую часть. Сосед на западе – такой же эмират, там идет вялая борьба за воду, рабов, пастбища. А вот на севере…Даже не война, а битва на уничтожение, когда села и города сжигаются дотла, а всех жителей убивают на месте, включая детей и стариков. Постоянные взаимные набеги высасывают силы с обеих сторон, поэтому так много островитян забирают работорговцы, продавая затем вербовщикам. Мои корабли и пушки нарушили хрупкий баланс сил, теперь все будет иначе. Погибший адмирал был родственником великого эмира, братом одной из его жен. Теперь некому будет вести великий флот, да и кораблей осталось мало, едва хватит, чтобы защититься от налетов соседа, эмирата Ралена. Нам не стоит опасаться его нападения, мощное океанское течение играючи сносит далеко в сторону любой корабль. У побережья оно ослабевает, позволяя делать переходы ввиду земли. Эмир Ралена слабее Сальмы, но зато умело пользуется войной, разжигая ее и стравливая старых врагов. Надо будет выяснить, есть ли возможность пройти морем с востока материка, достигнув королевства Одрата. Там люди, если верить словам пленных, очень похожи на нас, со светлой кожей, длинными русыми волосами и голубыми глазами. Они носят меха и шкуры животных, умело сражаются в лесу, и не любят воевать, пока не прижмет. Зато в ярости готовы биться до смерти, отдавая жизнь взамен нескольких врагов. Да, мне очень нужны карты.

Через пять дней вернулся маркиз Лотарс, привез сияющих от счастья девушек. Мы провели свадебный обряд по нашим обычаям, мне пришлось стать посаженным отцом для сирот. Молодая семья получила щедрые подарки, гости гуляли до утра. Мы с Фионой ушли раньше, долго слыша песни и музыку у воды.

- Любимый, мне надо сказать тебе важную вещь. Не знаю, как получилось, но я жду ребенка. То ли мое снадобье испортилось от жары, то ли я пропустила сроки из-за большого количества раненых, теперь это уже не важно.

- Это очень хорошая новость. Я рад, что так вышло, но я отправлю тебя домой, с первой группой кораблей. Лазарет забирает все силы, теперь тебе нужно быть осторожной. Да и морское путешествие может быть опасным для ребенка.

- А ты?

- Загрузим все ценное, через месяц догоню.

- Хорошо, мы будем ждать.

Фиона уснула, прижав мою руку к своей груди, а я еще долго оставался под впечатлением от услышанной новости. Растет моя семья, это будет уже восьмой наследник, если все удачно сложилось у Лауры и Мариам. Потом зыбкая грань сна и яви забрала меня в полет, я долго рассматривал далекие берега огромного континента, запоминая проливы, острова и реки.

Утром, еще до завтрака, тщательно наносил на бумагу изгибы, поясняя Марку, что довелось увидеть с высоты. Ему предстояло снять несколько копий, оставив пару здесь, для губернатора и его заместителя. Потом сделал ежедневную разминку, искупался, и отправился за стол, где уже отмечали второй день свадьбы. Молодожены выглядели очень счастливыми, несмотря на темные круги вокруг глаз. Они могли теперь есть и пить, и жадно наверстывали упущенное. Да, силы маркизу теперь будут очень нужны.

Глава 18.

Через три дня, на очередном совещании, я поставил задачу временно остановить переплавку орудий, и заняться медной рудой. Скоро придут корабли, нам нужно будет собрать первую партию слитков. Угрозы со стороны Сальмы не ожидалось, пороха пока не было, так что пушки пока подождут. А потом будем постепенно заменять большие орудия, оснащая крепости. Новые корабли еще надо построить, пройдет не меньше двух лет, как у нас появится мощный флот. Верфи пяти королевств получат комплекты чертежей, и по одному кораблю, как образец. Два раза в год будут привозить сюда грузы, получать новые пушки, тренировать команды. Постепенно весь старый флот перейдет в разряд транспортников и торговцев, имея на борту по паре орудий. На строительство укреплений, капониров и глубоких укрытий пленных привлекать не будем, не надо им видеть наши секреты. Пусть добывают руду, и знают, что бежать некуда, и мы охраняем не местных от них, а наоборот. Любой беглец будет убит при поимке, его даже не станут вырывать из рук разъяренной толпы. Пусть ценят это, и своим трудом заработают себе свободу. Также требовалось максимально полно использовать общие усилия по подъему пушек, других затонувших предметов, пока корабли не увезли большую часть солдат.

После совещания губернатор, краснея, попросил меня о помощи. Даже не меня, а мою супругу. Его просьба заключалась в том, чтобы леди Фиона позанималась с его молодыми женами. Надо было дать несколько уроков этикета, помочь сшить несколько новых нарядов, достойных первых леди губернии, и учитывающих местную жаркую погоду. Узнав, в чем дело, Фиона с радостью согласилась помочь. Все правильно, здесь скоро возникнет сплав традиций, обычаев, культур разных народов, и от нас зависит, чтобы в него вошло самое лучшее. Нам не нужны дикари, и те, кто за устаревшим ритуалом не видит живого человека. На этих молодых женщин скоро будут равняться многие, так пусть они будут достойны такой части. И кому, как не королеве и супруге императора, дать им первые уроки.

Ловцы жемчуга, получив точные сведения о затонувших кораблях, приступили к работе на большой глубине. Пушки и тяжелые вещи поднимали на канатах, используя блоки и лебедки, мелкие предметы складывали в плетеные корзины и сети. Им помогала новая команда капитана Парата, два корабля стояли борт о борт на якорях. Сезон дождей не позволял работать в море, поэтому было решено начать с пролива.

За чередой дел и забот месяц пролетел очень быстро, и вот уже в бухту входят транспортные корабли, их холостымзалпом встречает адмирал Кресс. Пришло более пяти десятков кораблей, первые сразу становились на разгрузку к длинному причалу. Ну вот, скоро закончится наш поход, солдаты вернутся домой. А те, кто останется, будет ждать следующих кораблей.

Командир эскадры прибыл на доклад с мешками писем, списком грузов и ящиком вина. Вино было выпито, письма розданы командирам полков, была почта и для меня. Помимо официальных докладов от Регента, Канцлера, глав Советов, были личные письма от Мариам и Лауры, сестры, детей, их рисунки. Волна нежности затопила мою душу, когда я читал эти трогательные строки с пожеланиями скорейшего возвращения. Вот отправлю первую партию, схожу в пещеру с Хлоей, и домой.

Опять лагерь превратился в муравейник, цепочки повозок и людей с корзинами сновали из порта в лагерь и обратно. Корабли разгружались и тут же становились на погрузку, с ног сбивались помощники капитанов, отвечающие за размещение грузов. Первым делом освободили трюмы от бочек с порохом, вывели лошадей, коз и овец. Для первых были подготовлены в скалах глубокие сухие склады, для других – загоны и навесы. Потом пришла очередь продуктов, вина, заказанных товаров, оборудования для мастерских, инструментов и лекарств. В самую последнюю очередь на разгрузку становились угольщики, чтобы не мешать черной пылью остальным.

Больше двух недель шла разгрузка трюмов, их мойка и обратная загрузка. Потом три дня на отдых, уточнение списков размещения рот, прощальный обед, и вот уже корабли выходят на рейд с утренним приливом. Они увозят не только людей и медь, везут часть пушек и фузей, для изучения, копирования, и организации производства. Оставшиеся провожают их, вот звучит орудийный залп, разворачиваются паруса. Фиона машет мне с кормы, я долго слежу за ее белым платком.

Еще три дня уходит на организацию работы в новых условиях, с меньшим количеством людей, и вот капитан Парат уже везет мою группу к дальним островам. Со мной Хлоя, Марк, десять человек охраны, четыре вьючных лошади. Мы везем с собой палатки, припасы и теплую одежду, по ночам в горах холодно и сыро.

Через четыре дня мы выгрузились на берег, вывели лошадей и отправились в горы. Хлоя шла впереди, Марк зарисовывал маршрут. Половина моей охраны была вооружена фузеями, Марк тоже нес свою, у меня был меч, лук и несколько флаконов с алыми слезами. Последнее время я всюду брал их с собой. Хлоя никогда не носила оружия, кроме ножа. На мой вопрос, зачем нам надо брать с собой лишнюю тяжесть, когда война окончилась, она ответила, что в горах видела медведей. Весомая причина, чтобы подумать о своей безопасности.

Через три дня пути мы оставили лошадей на берегу быстрого ручья. Оставалось подняться по крутому склону, а дальше узкий лаз вел в темноту.

- Хлоя, а в этой пещере нет медведей?

- Если бы они сюда залезли, то на камнях осталась бы их шерсть, да и лошади ведут себя спокойно.

- Марк, возьми факелы, идешь за девушкой. И не забудь веревку.

- Хозяин, надо взять вещи с собой. Ход длинный, придется делать привал. Я в прошлый раз едва не замерзла на камнях, пока отдыхала.

- Тогда ты тоже возьми теплую одежду.

- Взяла, вот сумка.

Оставив охрану около входа, мы втроем полезли внутрь. Не люблю я пещеры, с ними у меня связаны плохие воспоминания. Впереди меня факел бросал блики на высокие наклонные стены узкой щели, я прикрыл глаза, призвал на помощь слух. Щелчки нарисовали картинку, теперь мне не надо было глядеть себе под ноги.

Через три часа сделали привал в круглой пещере, по ее стенам стекали струйки воды, накапливаясь в небольшом углублении. Отдохнув, и наполнив фляги, продолжили путь.

- Хозяин, мы пришли!

Последние шаги перед тем, как пройти в низкий склеп, отдавались легкой дрожью в моих ногах. Нет, это не усталость, в тишине отдаленно чувствуется низкий гул. В дальнем углу, над небольшим выступом, мерцает легкое облачко, а в его центре… Я невольно протянул перед собой ладонь, сравнивая старый рисунок с тем, что переливалось и светилось внутри. Голубой шарик, фиолетовый глаз. Нет контура Кристалла, это что-то другое.

- Хлоя, Марк, что вы видите?

- Сэр Алекс, это явно чей-то глаз, только он больше человеческого.

- Потерянный глаз Спящей матери! В прошлый раз было только облачко, а вот глаза я не видела. Не трогайте, хозяин!

Поздно! Моя рука уже прошла через мерцающее облако, на ладони лежит, как большое яблоко, таинственный предмет. Жгучий холод сковывает меня, краем ускользающего сознания слышу гул и грохот падающих камней.

Интерлюдия 3. Верхние миры, уровень 3.

- Дорогая, обед сегодня был великолепен. А что на десерт?

- А на десерт сегодня будет сюрприз! Он ожидает тебя у доски. Разглядывай, а я пока принесу фрукты.

- Я же говорил, что тебе нельзя вмешиваться в действия фигур! Нам не зачтут эту партию!

- А я и не вмешивалась, просто создала такие условия, чтобы твой рыцарь сам стал на штрафное поле. Так что ешь свой десерт, и думай, чем сможешь ответить, дорогой.

Пещера, спустя два дня.

Острые камни впиваются мне в бок, даже через меховой плащ, на котором я лежу. Я по-прежнему чувствую лютый холод, сковавший меня, но теперь меня с двух сторон отогревают тела людей. С трудом поворачиваю голову. Марк и Хлоя, мы втроем под одним одеялом. Почувствовав мое движение, они просыпаются.

- Хозяин, ты очнулся! Мы уже думали, что не сможем растопить тот кусок льда, в который ты превратился. Зачем ты брал в руки глаз, и где он теперь?

Марк зажигает факел, один из последних. Открывает флягу с вином, подает мне.

- Сэр Алекс, нас завалило. Даже стука не слышно, выбраться не получится. Помощи не дождемся, воды почти не осталось. Хорошо, что есть щели, дым проходит, а то бы задохнулись давно.

В свете факела подношу ладонь к лицу. Рисунок, ранее пустой и безжизненный, теперь переливается на ладони холодным огнем. Сжимаю руку в кулак, ощущая медленное биение.

- Хлоя, скажи, ты восстановила свои силы после того, как привела скрытым путем группу ныряльщиков?

- Не до конца, хозяин. Но если ты мне поможешь, я смогу вытащить всех отсюда.

- А сколько тебе надо ждать, чтобы справиться самой?

- Десять дней, группа была большая.

- Мы умрем от жажды раньше. Еда еще осталась? Тогда собираемся, разогреваем на огне факела пищу, завтракаем, и в путь. Придется рисковать, другого выхода не вижу. Хлоя, разотри мне плечи и руки, они еще ледяные.

- Готовы? Хлоя, говори, что нам делать.

- Станьте рядом со мной, держитесь крепко за руки. Глаза закройте. Хозяин, вспомни, как делился со мной своей силой, открой сердце! Начали!

Имперский замок Статта, четыре месяца спустя.

- Ваше императорское величество, к вам имперский Регент с важным сообщением.

- Просите.

- Проходите, сэр Винсент, какие новости заставили вас придти в неурочный час?

- Прошу прощения, моя императрица, прибыл гонец с побережья.

- Император вернулся?

- К сожалению, нет. Генерал-губернатор прислал известия, что император Алекс, с сопровождающими лицами, попал под обвал в горной пещере. Через три недели завал разобрали, только вот под камнями никого не нашли. Сэр Вольф высказал мнение, что они втроем ушли скрытыми тропами с места последней стоянки. С ними была девушка с очень сильным Даром, Знающая пути своего народа. Только вот куда они попали, никто не знает.

- Отправьте письма королеве Анне и королеве Мариам. Сообщите им все, что известно. Пригласите от моего имени сюда. Нам надо встретиться, вместе мы найдем решение.

- Будет исполнено, моя императрица.

Имперский замок Статта, полтора месяца спустя.

- Леди Мариам, вы неважно выглядите. Леди Анна, как вынесли дорогу? Седьмой месяц, или уже восьмой?

- Восьмой на исходе. Только вот назад уже не рискну, буду рожать здесь. Есть ли новости о нашем супруге?

- К сожалению, нет. Леди Анна, вы должны знать его спутницу, кто она?

- Одна юная особа, единственная с таким Даром на всех островах. Сэр Алекс спас ее в море, после этого она считает его своим хозяином. В жены попасть ей не удастся, а вот в наложницы… То, что наш супруг жив, в этом сомнения нет. Во время одного боя он получил рану, так я сразу почувствовала его боль, а сейчас знаю, что с ним все хорошо. Вот только где они? Леди Мариам, вы можете глядеть глазами птиц, разговаривать с ними. Пробуйте найти его, мы поможем, сложив усилия. И не только его, но и своего брата ищите, они вместе. Забудем обиды, сейчас у нас общая боль.

- Я постараюсь, леди Анна. И дочь попрошу, она со мной. У нее с отцом хорошо получалось.

Эпилог.

Мы стояли на пронизывающем ветру, все еще крепко держась за руки. Я медленно открыл глаза, осмотрелся вокруг. Нетронутая снежная целина, темный лес в отдалении на пологих холмах. Низкое солнце, едва пробивающееся сквозь серую пелену.

- Хлоя, где мы?

- Не знаю, хозяин. И домой вернуться мы не сможем, сил нет.

- Сэр Алекс, надо уходить отсюда, здесь мы замерзнем. В лесу можно огонь развести, и не будем стоять на открытом месте.

- Согласен.Надеваем теплую одежду, проверяем оружие, и в путь. Марк, ты впереди, идем по ветру. В путь, друзья!

Конец 3 части.

Конец книги.