Фея. Катастрофа в Тёмном лесу

Глава 1

— А-а-а-а-а!

Вылетев из зеркала, гладкая поверхность которого внезапно провалилась под моими руками, я с размаху упала на пол и ударилась коленями. Да так сильно, что перед глазами мгновенно вспыхнули искры и навернулись слезы.

— Чтоб вас харг загрыз! — от всей души выругалась я, хватаясь за ноющую коленку, на которой уже начала проступать кровь из некрасивых грязных ссадин.

«Надо же, даже через платье умудрилась повредить кожу».

В попытке хоть немного утихомирить боль я принялась отчаянно дуть. Занятая этим процессом, я не сразу осознала: что-то не так.

Во-первых, никто не бросился мне на помощь. Ни Дезере, ни служанки, которые находились в комнате. А они точно были и помогали мне одеваться к празднику. А сейчас никто не спешил меня утешать, поднимать и жалеть.

Во-вторых, откуда вдруг взяться грязи в комнате, в которой все поверхности буквально сверкали от чистоты?

В-третьих, почему так холодно, сумрачно и тихо? Где музыка, которая никогда не затихала в Вечном лесу? Где голоса и звонкий смех гостей? Где солнечный свет и яркие краски?

В-четвертых, что случилось с ароматами? Дома всегда пахло цветами, свежей листвой, землей, ягодами, фруктами и солнцем. Ведь солнце тоже имело неповторимый аромат. Сейчас же пахло… сыростью, тухлятиной и чем-то еще очень противным.

И, наконец, в-пятых, на чем таком склизком и противном я сижу?

Я взвизгнула и, забыв про ссадины на коленках, моментально вскочила. Озираясь по сторонам, попробовала оттереть разноцветную юбку. На ладони остался мерзкий зеленый след, как будто я села на огромного слизняка.

«Ой, неужели и правда села?»

Я закрутилась на месте, стараясь повернуться так, чтобы рассмотреть свою юбку, точнее, ее заднюю часть. С первого раза не получилось, со второго тоже, как и с третьего, а на четвертом круге я споткнулась о корявый корень, который торчал из-под земли, и снова упала, на этот раз приземлившись на попу.

Бам!

— Ай-я-яй!

Конечно, было не так больно, как с коленями, но тоже неприятно.

«Раскидали корней! Так и шею сломать можно! И не только шею, а еще…»

Я на секунду замерла.

«Так, стоп! Какие корни, какие слизни? Что вообще происходит? Где я?»

Подняв голову, я внимательно осмотрелась. И чем больше открывалось моему взору, тем страшнее мне становилось. Можно забыть про наш прекрасный особняк на огромном вековом дереве в самом центре Вечного леса, потому что от него не осталось и следа. От Вечного леса, кстати тоже.

Меня окружали уродливо скрученные деревья жуткого черного цвета. Листвы на них практически не было, а та, что еще не облетела, имела неприятный буро-коричневый оттенок. Из растительности наблюдались только пожухлые кустарники и длинные острые травинки, словно припорошенные пылью. Никаких ярких цветов и красок, все серо-черное, пугающее и отвратительное на вид.

Солнца я тоже не заметила, вместо него над головой нависали тяжелые серые тучи. Казалось, еще немного, и они заденут голые верхушки деревьев, разразятся проливным дождем. Погода тоже не радовала: было влажно и зябко. Особенно для феи, одетой лишь в платьице, которое состояло из корсета, унизанного драгоценными камнями, и разноцветной юбки из тонкого шелка.

— Мать моя фея! — прошептала я, поднимаясь и обнимая себя за плечи. — Это что… это как? Это же… Темный лес?

Темный лес представлял собой самое жуткое из всех возможных мест в мире. Пристанище темных магов, нечисти и всяких тварей. Обитель зла, чертог ужаса и просто кошмар наяву.

И как меня сюда занесло? Я ведь находилась дома, примеряла платье, готовясь к празднику. Внезапно почувствовала резкий толчок в спину, зеркало впереди исчезло, и вот… я оказалась тут, на краю мира.

— Так, спокойствие, только спокойствие. Безвыходных ситуаций не бывает. Надо просто… просто найти выход. Темный лес, хоть и темный, но лес. А, значит, из него можно выбраться.

В следующее мгновение гнетущую тишину нарушил леденящий кровь вой.

«А вот и первая нечисть на мою светлую голову».

В академии Уатерхолл, в которой я отучилась уже три с половиной года, преподавали боевую магию. Столь важный предмет вел грозный дракон, великий воин и просто обаятельный холостой мужчина профессор Мар. Только вот обладал он настолько неподкупным и дотошным характером, что это иногда злило.

Например, из-за его принципиальности я временно осталась без лучшей подруги. Бриана Уайт не сдала зачет и была вынуждена на все новогодние каникулы остаться в академии, среди холода и снега. А ведь могла перенестись со мной порталом в Вечный лес — царство лета, тепла и солнца.

Так вот, боевую магию профессор Мар преподавал даже феям. Правда, при моем появлении у него дергался глаз и скрипели зубы, но это не имело значения. Несмотря на вредность, он все равно оставался красивым молодым мужчиной с потрясающими синими глазами, устоять перед которыми было просто невозможно. Да я и не пыталась.

Почему я должна отказывать себе в удовольствии любоваться красивым мужчиной с хорошо развитой мускулатурой, крепким телом и бездонными глазами? Правильно, причин не было, поэтому я исправно посещала все его занятия. Даже дополнительные. И не только нашего курса, но и параллельных. Так что кое-какие знания имела. На их основе я и сделала вывод, что в данном случае лучше бежать. Причем быстро.

Подхватив юбку, я перепрыгнула через ближайший корень и понеслась вперед. Неважно куда, главное, подальше от воя, вновь огласившего округу.

Впрочем, услышав его в очередной раз, я притормозила и посмотрела по сторонам. Похоже, я выбрала неправильное направление. Точнее, я бежала прямо к монстрам. Следовало срочно сменить курс. Что я и сделала: рванула в противоположную сторону, ломая кусты, спотыкаясь о камни и коряги.

Снова раздался вой. Но не сзади, а справа. Меня окружали? Заходили с тыла? Этого нельзя было допустить. И я снова сменила направление. Потом еще раз. И, кажется, еще раз.

В общем, когда я остановилась и, тяжело дыша, оперлась о ближайшее дерево, то поняла, что вернулась на то же место, откуда начинала свой неудачный побег.

Больше никто не выл. Зато под чьими-то тяжелыми ногами сзади хрустнула ветка, а потом хриплый голос ласково так произнес:

— Попалась.

Подскочив на месте, я прижала руку к вздымающейся груди и медленно обернулась.

«Двуликие. Мать моя фея! Это ж надо так попасть и сразу же нарваться на двуликих!»

Они и в обычной-то жизни считались опасными, а тут, в Темном лесу, наверняка совсем одичали.

Их было трое. Все как на подбор гладковыбритые, светлоглазые и темноволосые. А еще высокие и мускулистые, у каждого кулак размером с мою голову. Из одежды на них были лишь жилеты из шкур какой-то твари и просторные темные штаны. Так что я имела возможность в подробностях изучить мощные торсы с восемью кубиками, огромные бицепсы с выступающими венами и прочие прелести, которые в другой ситуации непременно радовали бы взор, а сейчас ввергали меня в панику.

— Ой, ты посмотри-ка, и правда феечка, — белозубо оскалился тот, что стоял справа.

— А я что говорил, — кивнул двуликий посередине. От его пристального, по-настоящему звериного взгляда стало не по себе. Впервые в жизни мне захотелось прикрыться. — Самая настоящая феечка. У нее вон и крылышки есть.

Крылышки действительно имелись. Родные, любимые, полупрозрачные, с фиолетово-желтым узором и золотистой пыльцой. Стоило их сразу убрать, а не бегать по лесу, цепляясь за ветки деревьев.

Но лучше поздно, чем никогда. Я сделала небольшое усилие, и крылья начали быстро сворачиваться, уменьшаться в несколько раз и складываться в татуировку на спине. Очень удобный навык. Особенно, если приходится проводить много времени вне Вечного леса, где нет снега и морозов.

— Гляньте-ка, спрятала, — восхищенно присвистнул двуликий справа.

От своих друзей он отличался более тонкими чертами лица и родинкой на левой щеке.

— Добрый…

День? Вечер? Ночь? Утро?

Как понять, какое сейчас время суток, когда кругом сумрачно и уныло?

— Здравствуйте, господа, — наконец произнесла я и даже улыбнулась.

— Ух ты, говорящая! — восхитился левый. Его отличительной чертой являлись тонкие косички у висков, украшенные красными бусинами.

Бам!

Двуликий посередине отвесил своему другу такую звонкую затрещину, что я едва не оглохла. А тот лишь слегка покачнулся и даже не поморщился.

— Конечно, говорящая. Я слышал, они еще и песни петь умеют.

«Ага, умею. И на лютне играть. Только я им в этом не признаюсь».

— Чур, моя! — радостно воскликнул двуликий с родинкой на щеке и даже сделал шаг ко мне.

Я тут же сделала два шага назад. Уж очень алчно и нагло смотрели на меня его светлые глаза. Он еще и руки ко мне потянул.

— С чего вдруг? — рявкнул тот, что посередине, хлопнув друга по плечу и не давая дотянуться до меня.

— Вообще-то я ее первый заметил, — выступая вперед, возразил двуликий с косичками. — И она моя.

«Мамочки мои! Ну что, Сэлли мечта сбылась? Хотела, чтобы за тебя дрались молодые, красивые и сильные мужчины? Вот, радуйся, ты дождалась».

— А я ее нашел! — не согласился с родинкой.

— А я старший! И она моя! — рявкнул посередине, отталкивая обоих.

Они с такой силой врезались в соседние деревья, что в разные стороны разлетелись кора и щепки — несколько даже приземлилось возле меня. Деревья со скрипом начали медленно заваливаться, а двуликим хоть бы хны. Даже не отряхнувшись, сходу бросились на обидчика.

— Я сильнее!

— Нет, я!

— Я умнее!

— Ты? Да ты туп как сапог!

— Ах так! На тебе!

— И тебе!

— Моя феечка!

— Нет, моя!

Кто именно и что кричал, я разбирала с трудом, потому что троица принялась обмениваться ударами. Сначала руками. А после… после они прямо у меня на глазах обернулись. И вот в темном лесу, злобно воя и угрожающе рыча, ожесточенно вцепились друг другу в глотки три огромных серых волка.

А что сделала феечка? Правильно, подхватила юбку и со всех ног рванула прочь. Когда мужчины дерутся, умные девушки держатся подальше. А еще лучше спасают свою шкуру. Ну и остальные части тела тоже.

Ох, как я бежала! Честное слово, я никогда в жизни так не носилась, даже на занятиях по физподготовке. Петляла между деревьями, пробиралась через кусты, оставляя на скрюченных ветках куски многострадального платья, перепрыгивала через камни и корни, шлепала по грязным лужам, пачкая в грязи сверкающие туфельки.

Судя по тому, что вой и звуки борьбы утихли, зато послышались приглушенные, но очень витиеватые ругательства, выяснять, кто главный, двуликие перестали. Очевидно, и побег трофея они успели заметить.

Над темным лесом вновь раздался обиженный вой. Погоня за фечкой возобновилась.

Признаю честно, вероятность сбежать от трех огромных двуликих равнялась нулю. Но мне помог случай.

Вынырнув из-за очередного дерева, я лишь чудом сумела затормозить и не покатиться кубарем с небольшого обрыва, прямо под которым простиралось широкое болото. На его серо-буро-зеленой поверхности то и дело надувались пузыри и с противным звуком лопались, распространяя вокруг такое жуткое зловоние, что меня едва не стошнило. Из-за плотного сизого тумана с трудом можно было различить соседний берег.

Никакого мостика я не обнаружила, а значит, мне представился шанс на спасение.

Треск и вой раздавались все ближе.

Я призвала крылья, мысленно молясь, чтобы они раскрылись как можно скорее. А когда все получилось, шагнула вперед. Меня слегка качнуло, опустило на полметра, почти к самому краю болота, но тут крылышки заработали, унося меня от берега.

Я достигла примерно середины, когда оборотни появились на краю обрыва.

— Эй, так нечестно!

— Лови ее!

— Сам лови!

— Улетела…

— Это ты виноват!

— Нет, ты!

— Да я тебя!

Судя по звукам, на берегу опять началась потасовка.

Впрочем, мне было не до этого. Сверху ароматы только усилились. Глаза моментально наполнились слезами, легкими горели огнем, удушливый комок подступал к горлу. Я даже дышала через раз, но это практически не помогало. Крылышкам такая атмосфера тоже не пошла на пользу. Они стали дрожать, то резко опуская меня, то поднимая, из-за чего я слегка петляла. Передо мной замаячила перспектива не долететь и провалиться в эту жуткую, явно ядовитую слизь.

Последние метры до спасительного берега казались бесконечными. Крылышки почти не трепыхались. Так что за землю не приземлилась, а скорее спрыгнула, упав на колени. Однако я радовалась и этому. На четвереньках отползла подальше от зловонного болота и громко раскашлялась, не в силах отдышаться.

На противоположной стороне продолжали драться оборотни, но мне до этого не было никакого дела.

«Получилось. Я спаслась. Победа!»

За спиной противно заскрипели мертвые деревья, напоминая о том, что радоваться рано. Темный лес все еще крепко держал в своих объятиях и неизвестно, какие испытания и нечисть ждали меня впереди.

Очень хотелось поныть. Или даже поплакать. А еще лучше — порыдать.

«Я же фея. Фея! Хрупкая, нежная и воздушная. Обо мне нужно заботиться, мной надо любоваться, любить меня и жалеть. А они… бросили сюда на растерзание всяким тварям» — обиженно подумала я.

И сразу после в голове возник вопрос: «Кстати, а кто бросил и как?»

Рыдать моментально расхотелось. А вот вернуться домой, в Вечный лес, и найти гадину, которая сотворила со мной такое, наоборот. Для исполнения моего желания и требовалось-то всего ничего — выжить.

От дальнейших раздумий меня отвлек скрип дерева, о которое я опиралась спиной. Затрещали скрученные ветки, зашелестела листва.

«Странно, ветра нет, но откуда тогда этот звук?»

Внутри все похолодело от предчувствия чего-то очень нехорошего и даже опасного.

Выпрямившись, я начала аккуратно подниматься.

Скрип повторился. Только на этот раз он звучал громче и протяжнее, а потом… потом корни под моими ногами зашевелились. Словно это не подземные части растения, а толстые змеи.

Я прикусила язык, чтобы не закричать, и быстро шагнула в сторону, стараясь ни на что не наступить. Сложнее всего было поднять взгляд от корней. Но это стоило сделать. Хотя бы для того, чтобы увидеть, в какую очередную неприятность я вляпалась.

Дерево оказалось живое. И то, на которое я опиралась. И соседнее. И три, что росли за ними. На огромном стволе начало отчетливо проявляться уродливое человекоподобное лицо. С кривым ртом, косыми глазами и корявыми ветками вместо носа. Раскидистые толстые ветки по бокам стали похожи на руки, а крона с сухой листвой вполне могла сойти за волосы.

Ладно, если бы деревья просто ожили и пугали своим не слишком эстетичным видом, но они явно не собирались на этом останавливаться. Угрожающе скрипя, потянули ко мне ветки, а вскоре снова зашевелились корни, подбираясь ко мне сквозь землю. Когда один из них вынырнул рядом с моей ногой, я не выдержала. Подхватив подол юбки, отпрыгнула в сторону и умудрилась наступить на другой корень.

А вот отскочить не успела — покрытый тонким слоем липкой почвы корень шустро извернулся и крепко схватил меня за лодыжку.

— Отпусти! — велела я, запрыгав на одной ноге и пытаясь стряхнуть корень с другой. — Отпусти, кому говорю!

Однако он не только не отпустил, но и сжал покрепче. После чего еще и дернул на себя. Да так, что я лишь чудом устояла на ногах.

— Да пусти же ты!

Ситуация из сложной медленно переходила в катастрофическую, ведь со стороны шелестящих деревьев ко мне уже потянулись другие корни. Похоже, меня планировали обездвижить и сожрать.

Плюхнувшись на землю, я двумя руками уперлась в корень и попробовала вытащить ногу из западни. Но тот не отпустил, обвив лодыжку вторым плотным кольцом.

— Нет-нет-нет… — забормотала в отчаянии.

Деревья скрипели, листва шелестела, корни со зловещим шорохом подползали все ближе, нога онемела, и я понятия не имела, что делать.

— Чтобы вас хварги сожрали! — ругнулась я, решив прибегнуть к самому последнему средству — к магии.

Вообще феи обладают исключительно светлой магией. Мы созданы для того, чтобы нести в мир добро и благополучие. Мы не умеем калечить, обижать и причинять страдания. Напротив, всеми силами стремимся дарить окружающим радость.

Вот я и подумала, если тут все темное, мрачное и жуткое, то оно наверняка не любит светлое и чистое. Вдруг это поможет мне спастись.

Прижав ладони к корню, который начал оплетать лодыжку третьим кольцом и усиливать давление, я быстро прочитала самое простейшее заклинание живительной магии. С пальцев соскочил золотистый импульс и проник прямо в моего противника.

Сначала ничего не происходило, но вскоре… корень резко замер, перестав сдавливать ногу, и задрожал. Его грязная темно-коричневая кора покрылась крохотными блестками.

Мгновенно наступила тишина, даже листва перестала шелестеть. Корень внезапно развязался, отпустив меня, и затрясся, завертелся, задрожал. Словно пытался что-то с себя стряхнуть.

Я незамедлительно воспользовалась случаем и быстро отползла назад, не отрывая глаз от происходящего. А посмотреть было на что. Корень трясся-трясся, а после вдруг застыл ровной палкой, вздрогнул и весь от кончика до земли покрылся нежно-розовыми бутонами.

Монстродеревья синхронно скрипнули и застыли. Но на этом моя магия не остановилась. Светлая благодать поползла по всему корню, даже под землей прошлась и наконец добралась до ствола.

Огромное скрипучее дерево задрожало и принялось яростно бить себя ветками по стволу. Только это не помогало. Сначала на его веточке распустился один цветок, потом второй, затем сразу пять. А после со смешными шлепками злобное дерево пышно зацвело. Выглядело это довольно мило, хотя и странно. Уродливая рожа и розовые цветы — то еще сочетание.

Дерево замерло, растопырив ветки и боясь шевельнуться. Только безумные глаза бешено вращались по сторонам.

Остальные монстры тоже на миг остолбенели, а потом… потом случилось нечто невероятное. Дружки несчастного монстродерева вдруг обхватили себя сухими ветками и затряслись так сильно, что с них облетела последняя сухая листва. Клянусь, в их шелесте я отчетливо улавливала смех. Они смеялись над своим дружком!

Тот моментально ожил, возмущенно заскрипел и обиженно затряс ветками, от чего бутоны начали осыпаться, покрывая все вокруг розовым покрывалом.

Остальные деревья затряслись еще сильнее. Правда, смеялись они недолго. Потому что соседнее дерево вдруг испуганно скрипнуло и застыло, покрываясь мелкими фиолетовыми цветочками. Последние бутоны выросли прямо на кривом носу.

Теперь настала очередь смеяться розовому дереву.

Раздался хлопок, и желтыми цветами от земли до самой макушки покрылось еще одно монстродерево.

Остальные два с паническим скрипом попробовали отползти, но не успели — цветочное безумие накрыло и их. Теперь в Темном лесу стояло пять цветущих деревьев.

Они некоторое время таращились друг на друга, а после синхронно повернулись ко мне. И их перекошенные от гнева рожи ничего хорошего мне не обещали.

— Только попробуйте! — предупредила я, поднимаясь и стараясь, чтобы голос звучал как можно более грозно. — Будете цвести вечно. Каждый день, круглый год! А так… через пару дней сойдет и снова станете жуткими и уродливыми.

Они ничего не ответили, но попыток достать меня больше не предпринимали. А потому я развернулась, поправила платье и гордо зашагала прочь.

«Будут знать, как связываться с феями!»

Вдохновленная победой, я смело двинулась сквозь Темный лес, готовая противостоять любой нечисти, которая встретится на пути.

Глава 2

Словами не передать, как я гордилась собой. Ну а что? Имела полное право. От оборотней сбежала? Сбежала. Через ядовитое болото перелетела? Перелетела. Правда, крылышки теперь висели и практически не подавали признаков жизни, даже складываться не хотели, но ничего, отдохнут и все будет хорошо. Я еще и деревья плотоядные победила. И главное, как красиво и эффектно. Цветами их украсила!

«Разве я не молодец? А говорят еще, что феи — слабые существа. Ха! И еще раз ха! Видела бы меня сейчас Бриана. И профессор Мар! Он вообще никогда в меня не верил».

Впрочем, моя эйфория длилась недолго. Минут двадцать, наверное. А после реальность начала постепенно давить на плечи.

Вокруг было довольно тихо, мрачно и уныло. Из плюсов — за мной больше никто не гнался с намерением убить, сожрать или взять в рабство. Из минусов — я валилась с ног от усталости, замерзла, дико проголодалась и хотела пить. Домой хотелось еще сильнее, но сейчас стоило подумать о том, как удовлетворить хотя бы базовые потребности.

Местность не менялась от слова совсем: все те же деревья, те же камни, кустарники и серое небо над головой. Пахло здесь тоже по-прежнему: сыростью и гниением.

Если поначалу я радовалась, что мне никто не попадался на пути, то сейчас это уже настораживало и даже слегка раздражало. В конце концов, не могло здесь быть настолько плохо. Должно же найтись хоть что-то светлое и приятное. Ну кроме меня, разумеется.

Однако я шла, а лес светлеть и наливаться красками не торопился. Пейзаж вокруг становился все мрачнее, и я вместе с ним. В голове назойливо крутилась мысль, что с двуликими было бы веселее.

«И чего я от них сбежала? Нормальные же парни…»

Думая так, я обошла большое ветвистое дерево, свернула в сторону и внезапно оказалась на полянке, сплошь покрытой мухоморами.

Меня, как жительницу леса, такие грибочки не пугали. У нас их тоже немало росло. Только в Вечном лесу они выглядели иначе: с ярко-красными шляпками в белое пятнышко, которые красиво сверкали на солнце, и белыми кружевными юбочками на тоненьких изящных ножках. Смотреть на них было одно удовольствие.

Чего не скажешь о мухоморах, которые предстали предо мной сейчас. Кривые, кособокие, пожухлые, с уродливыми шляпками не красного, а скорее серо-бурого цвета и блеклыми пятнышками. Вместо юбочек на ножках висели какие-то лохмотья, больше похожие — простите! — на сопли. Плюс ко всему вокруг них вилась мошкара и висело множество паутины.

Следовало пойти дальше, но…

— Все, я устала, — произнесла я, опускаясь на большой серый камень.

Правда, почти сразу встала, поскольку поверхность оказалась влажной и холодной. Сидеть на такой никакого удовольствия.

«Хватит, настрадалась! Пора действовать. Если лес не желает быть дружелюбным, я ему в этом помогу. И для этого не надо далеко идти. Вот же, все под рукой».

Положив руки на ближайший большой мухомор, я прошептала заклинание трансформации. Мы таким иногда баловались, превращая грибы или ягоды в цветок или бабочку. Сейчас передо мной встала задача посложнее: я задумала превратить некрасивый мухомор в стул, а еще лучше в мягкое кресло.

Процесс занял довольно много времени и забрал кучу сил. Но оно то стоило. Когда я со стоном разогнулась и смахнула со лба капельки пота, на серой земле стояло самое настоящее кресло. С изогнутыми ножками и мягким сидением, с аккуратными подлокотниками и удобной спинкой.

«Ну красота же!»

Я тут же села, расправила юбку и с наслаждением прикрыла веки.

«Хорошо-то как. Мягко, удобно. Вот только… кое-чего не хватает. Наверное, пуфика под ногами. Тоже мягкого и удобного, а то ноги гудят после путешествия».

Для новой затеи я выбрала другой мухомор. Такой же блеклый и неприглядный, как и первый, но раза в три меньше. Из него получился чудесный пуфик.

Положив на него ноги, я снова откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и….

«Все равно не то! Как наслаждаться отдыхом, когда вокруг все серое и невзрачное? Нет, надо что-то с этим делать!»

Немного магии, чуть-чуть усилий, и над головой, сотканная из паутины, появилась уютная беседка из живых лиан, которые в одно мгновение распустились белыми цветами, наполняя окружающее пространство чудесным ароматом. Никакой вони, никакой затхлости — практически идеально. Еще бы глоток чистейшей воды и корзинку сочных ярких фруктов. Однако этого я наколдовать не могла, а жаль.

«Ну ладно, пока отдохну, а потом посмотрим».

Впрочем, посидела я так совсем недолго. Только устало прикрыла веки, только расслабилась и настроилась на отдых, как рядом что-то хрустнуло, потом раздался легкий хлопок и чей-то громкий рык.

Вздрогнув, я резко распахнула глаза, вскочила на ноги и заозиралась по сторонам. Кто нарушил мой покой? Двуликие? Монстродеревья? Или еще какая нечисть подоспела?

Ответ на мои вопросы обнаружился очень быстро.

На краю полянки стояли самые настоящие тролли.

Кстати, многие думают, что орки и тролли — это одно и то же, но нет. Это совершенно разные существа.

«Откуда у феи из Вечного леса такие познания?» — спросите вы. Все очень просто: проучившись три года в академии, с представителями каких только рас я ни встречалась. Попадались среди них и орки. Кроме того, владельцем «Крикливого гуся» — самой любимой таверны студентов Уатерхолла — являлся огромный одноглазый орк с выпирающими из пасти клыками, которого все звали дядюшка Сэм. Так что в орках я разбиралась.

А те существа, что сейчас топтались у полянки, явно к расе орков не относились. Значит, тролли. Всего я насчитала четверых. Один был очень высокий и мощный. Второй пониже и поскромнее размерами. Остальные еще меньше. Все с торчащими в разные стороны ржаво-коричневыми волосами и покрытой то ли наростами, то ли бородавками серо-зеленой кожей. Они стояли, сгорбившись и чуть наклонившись вперед. Их непропорционально длинные руки болтались до самых колен. Ноги, наоборот, короткие и слегка согнутые в коленях, выглядели так, словно их обладатели хотели присесть, но почему-то не смогли. Одежду тролли носили из шкур каких-то животных с серым мехом. На ум сразу пришли двуликие, те как раз имели похожий окрас.

Лица широкие, лбы узкие, брови кустистые и нависающие над крохотными глазками, носы приплюснутые, подбородок выпирающий, а изо рта виднелись клыки — на первый взгляд казалось, что все они одинаковые. Ну кроме роста, разумеется. Но стоило присмотреться, как я поняла, что самый большой тролль явно мужчина. Рядом с ним в шкуре, которая фасоном чем-то напоминала платье, стояла женщина. Видимо, жена. А рядышком их дети.

По всему получалось, что семейство троллей вышло собрать к столу мухоморов (вон и корзинки валялись на земле), а тут я… отдыхаю в цветах.

— Здравствуйте, — доброжелательно произнесла я, взмахнув рукой.

Ничего плохого я не хотела, но, похоже, перенервничала, потому что в следующую секунду с пальцев сорвалась золотистая пыльца живительной, чистейшей (отец бы точно мной гордился) светлой магии! И главное, так много.

Семейство троллей синхронно шарахнулось назад, но уходить не торопилось, на безопасном расстоянии с любопытством наблюдая за происходящим.

— Мамочки, — прошептала я и попыталась поймать пыльцу. Но сделала только хуже, поскольку ее стало в три раза больше. — Стой... стой же!

В этот момент откуда ни возьмись налетел ветер. Не было и на тебе! В самый неудачный момент! Порывом золотистую пыльцу развеяло по всей поляне. Медленно кружась и сверкая, она начала оседать на мухоморах, камнях, засохших кустах и опавшей листве, на моем импровизированном троне и беседке из паутины, на распустившихся цветах и пуфике.

Тролли вновь синхронно сделали шаг назад. Один из мелких повернулся к отцу и что-то пробулькал, тыча пальцем в мою сторону. Не поняла, ругался он или нет, да и в тот момент меня это не волновало.

Пыльца постепенно опустилась, и ветер сразу утих. Как будто его и не было.

А я даже дышать боялась.

«Может, обойдется? Все будет хорошо…»

Хлоп.

«Нет, не будет».

Хлоп-хлоп-хлоп… Хлоп-хлоп…

«Точно не будет. Ой-ей-ей!»

Все мухоморы, как бы измученно и уродливо ни выглядели, были живыми. До сих пор. А теперь под воздействием пыльцы часть из них лопнула и осыпалась, часть сдулась. В общем, как-то так получилось, что полянку с мухоморами я уничтожила. Одним взмахом руки.

Я медленно повернулась к застывшим троллям, которые продолжали молча наблюдать.

— Послушайте, случилась неприятность, — пробормотала я.

— Гур-мург-гур, — прорычал мужчина.

— Буру-гуру-дугу, — сердито подхватила женщина, тыча пальцем в мою сторону.

— Бур-бур! — вторили дети, подпрыгивая на месте и тоже показывая на меня.

— Я абсолютно не виновата…

А сама принялась медленно отступать назад. Осторожно, не торопясь. Хотела тихо, но не вышло: погибшие мухоморы громко шуршали под ногами.

— Бур-магар! — рявкнул огромный тролль и понесся на меня.

На вас когда-нибудь бежал дракон? Или огромный бык? Ну вот, примерно так и выглядело. Те же самые непередаваемые ощущения.

— А-а-а-а-а! — закричала я и рванула прочь.

Один раз ведь получилось. От оборотней удрала и сейчас тоже рассчитывала.

Только на этот раз меня быстро поймали, перевернули и грубо закинули на плечо. Головой вниз, а попой вверх.

«Все… добегалась».

— Урма-гурба! — довольно выдал серо-зеленый тролль и потащил меня куда-то в лес.

Видимо, мстить за мухоморы.

Разумеется, я не собиралась бездействовать, смирившись со своей судьбой. О нет, феи просто так не сдаются! Даже вися вниз головой. Даже болтаясь на плече тролля, словно тряпичная кукла, и задыхаясь от не слишком приятного аромата, который от него исходил. Не знаю, он так… благоухал или шкура зверя, но у меня от этого амбре заслезились глаза и перехватило дыхание.

Пальцами одной руки зажав нос, вторую я сжала в кулак и принялась изо всех сил лупить тролля.

— Отпусти! Слышишь, морда зеленая, отпусти меня сейчас же!

Голос из-за зажатого носа звучал странно, смешно и совсем не грозно. Удары тоже не помогали. С таким же успехом я могла бы стучать по камню. Результат получился бы примерно такой же. То есть никакой. Только руку отбила.

— Отпусти! — снова потребовала я и ахнула, почувствовав наглое прикосновение к одному из самых чувствительных мест на моем теле.

Не знаю, о чем вы подумали, но я имела в виду крылья.

Мои чудесные крылышки, которые настолько ослабли и измучились, что никак не могли превратиться в татуировку, безжизненно свисали вниз. И сейчас их кто-то нагло и бесцеремонно трогал!

Такой дерзости по отношению ко мне еще никто и никогда не допускал. Все знали: крылья фей священны. Касаться их можно лишь с разрешения собственника. И то, подобная вольность позволялась даже не каждому близкому.

Из-за упавших на лицо волос рассмотреть наглеца не получалось. Стоило бы убрать их и взглянуть, кто посмел коснуться святого, но рук катастрофически не хватало. От чего-то одного следовало отказаться. Хотя особого выбора и не было, поскольку от ударов все равно никакого толку.

Поэтому нос остался зажатым, а свободной рукой я отодвинула волосы, слегка повернула голову и нос к носу столкнулась с одним из мелких троллей. Именно он держал мои многострадальные крылышки своими грязными пальцами и бесстыдно улыбался.

— А ну… лапы убрал! — рявкнула я. И опять грозно произнести не получилось, помешал зажатый пальцами нос.

Вместо того чтобы выполнить мой приказ, наглый мелкий тролль улыбнулся еще шире, что-то пробулькал и требовательно потянул на себя крыло, с которого тут же посыпалась золотистая пыльца, и оно задрожало.

— Ой!

В ответ на мой испуганный вопль раздался дружный хохот. Второй мелкий тролль, набравшись храбрости, тоже решил меня потрогать. И схватил за волосы. Да так, что у меня чуть искры из глаз не посыпались.

— Ай! — возмущенно воскликнула я.

Ну а дальше… дальше сработал рефлекс. Я тут совершенно ни при чем. Потому что когда кто-то делает мне больно, разум отключается, и я начинаю действовать на рефлексах. Вот и сейчас с моих губ сорвалось простенькое светлое заклинание. Подпитавшись пыльцой с крыльев, оно неожиданно обрело силу и с размаха ударило в смеющиеся лица маленьких троллей.

Бум!

Крылья и волосы тут же обрели свободу.

Бум-бам!

Лица мелких негодников из серо-зеленого окрасились в ярко-розовый цвет. И это была не краска, они действительно порозовели. Как оказалось, не только лица. Потому что стоило мне моргнуть, как их тела от макушки до пяток стали розовыми.

Однако магии этого показалось мало. Потому что следом за кожей начали окрашиваться и волосы. Если раньше они были ржаво-коричневыми, спутанными и весьма неряшливыми, то теперь распутались, став гладкими и блестящими, а после окрасились в ярко-желтый.

Застыв на тропинке, мелкие тролли пару секунд смотрели друг на друга, вытаращив глаза, а затем в один голос закричали:

— А-а-а-а-а! Ба-а-а-а-ма-а-а-а-а!

Та самая бама не заставила себя долго ждать. Правда, этого я уже не увидела, поскольку тут вмешался бапа (или как там его зовут на их языке). Остановившись, он резко крутнулся, чтобы взглянуть на дело моих рук, а меня саму развернул в обратную сторону. Да так резко, что я клацнула зубами, едва не лишившись парочки. Окружающий мир расплывчатым пятном мелькнул перед глазами, прежде чем волосы опять упали на лицо, лишая меня обзора.

Что происходило за моей спиной, я не знала, но могла представить.

Обиженный рев порозовевших детишек, гневные вопли тролльчихи, которую не порадовал внешний вид потомства, а после виноватое бормотание отца семейства, уже раз десять пожалевшего о решении забрать меня с собой, звучали весьма красноречиво.

В идеале ему сейчас бы просто отпустить меня во избежание дальнейших недоразумений. Но судя по крикам, такого исхода ждать не следовало. И как спастись, я не представляла.

Слава Светочам, думать именно сейчас об этом не пришлось. Тролль снова резко повернулся и стремительно пошел дальше. Каждый его шаг болезненно отзывался во всем теле, поскольку я моталась туда-сюда и билась о мощную спину как о скалу. Так что к концу пути я приобрела не только головную боль, но и десяток синяков и ушибов.

Пальцы от носа я убрала, так удобнее было держать равновесие, поэтому запах гнили и болота уловила сразу. Похоже, мы приближались к месту назначения.

«Светочи, сейчас самое время привести для меня спасителя. Любого. Хоть самого простенького. Я на все согласна. Лишь бы он меня спас», — мысленно взмолилась я, ни на что особо не надеясь.

Еще пара шагов вперед, очередной рывок, и меня бесцеремонно сбросили на землю. От удара у меня второй раз за день посыпались искры из глаз, а с губ сорвалось болезненное: «Ай!».

Убрав волосы с лица, я осторожно осмотрелась.

Мы действительно находились возле болота. Конечно, не такого ядовитого и страшного, как то, через которое я перелетала, но все равно мутного и покрытого тонким слоем ряски. Берега его заросли высоким камышом.

С левой стороны я заметила огромный пень с выдолбленными дверцей и окошком — явно жилище. Рядом над огнем висел огромный котел, в котором бурлила какая-то жидкость. Судя по потекам на металлическом боку и лопающимся пузырькам, насыщенного зеленого цвета.

Очевидно, тролли собирались приготовить себе на обед (или все-таки ужин) мухоморы, но не получилось. И теперь вместо грибов у них была я.

Догадка, которая пронеслась в моей голове, заставила охнуть и быстро поползти назад.

— Даже не думайте! Меня нельзя есть!

— Гардагар! — велела тролльчиха, обнимая своих розовых детишек.

Она явно торопила супруга, который стоял чуть в стороне с огромной дубиной в руках.

— Только попробуйте! Я вас… я…

Что именно сделаю, я так и не придумала. Сбежать, уклониться или хоть как-то защититься я не могла. Магия после всплеска отказывалась подчиняться и лишь слегка искрила на пальцах. Кажется, мне настал конец.

Тролль сделал шаг вперед и замахнулся. Я зажмурилась, вжала голову в плечи и тихо прошептала:

— Мамочка…

Мамочка на помощь не пришла.

Но неожиданно, в самый последний момент, явился герой, чтобы выполнить свою самую главную функцию — спасти девушку в беде.

Глава 3

— Надо же, как я вовремя, — послышался насмешливый голос.

Человеческий. Без рычащих ноток, так характерных для двуликих. Говорил незнакомец с легким незнакомым акцентом, немного растягивая гласные, но самое главное, я его понимала.

Я резко распахнула глаза и принялась осматриваться.

Первое, что я заметила — главный тролль уже не замахивался дубиной. Он вообще подозрительно быстро отошел от меня на пару шагов и убрал оружие за спину, старательно делая вид, будто ничего не происходило. Его супруга широко улыбалась, демонстрируя сразу все острые клыки. Детки прятались за мать и старались не показывать свои розовые тельца.

Слева обнаружился герой и спаситель, явно присланный Светочами для моего освобождения. По-другому я его просто не воспринимала.

Честно говоря, рассмотрев незнакомца как следует, я испытала нечто похожее на разочарование. Мужчина оказался совершенно не в моем вкусе. Слишком высокий, слишком тощий, слишком бледный, с длинными черными волосами, которые лишь подчеркивали белизну его кожи. В черной одежде без единого светлого или яркого пятнышка. И с кривой ухмылкой, от которой по телу пробежала дрожь. Но куда больший страх вызывали его бездонные глаза с настолько темной радужкой, что зрачка было не видно. От его мрачного взгляда пробирало до костей, а ведь такое меня давно не пугало.

Все ясно, к нам явился некромант, прислужник Гаргарда и темных богов. Самый неудачный претендент на роль спасителя, который можно себе представить.

И вообще, где мои оборотни? Почему они до сих пор меня не нашли? Так уж получилось, что сейчас мне хищники нравились куда больше таинственного и мрачного незнакомца.

— Доброго вечера, Урух, — с усмешкой поздоровался некромант, выходя вперед и напрочь игнорируя мою светлую персону.

«Ага, значит, сейчас все-таки вечер, и зелено-розовое семейство собирались готовить меня на ужин. Может, попробовать уговорить их оставить меня на завтрак? Так больше шансов на побег. Уснут, а я потихонечку дам деру».

— Гур-гуру, — почтительно отозвался тролль.

— Гуру-гуру-мугуру, — быстро проговорила тролльчиха и даже попыталась поклониться.

Вышло весьма неуклюже. Она лишь чудом не упала.

Розовые детишки продолжили прятаться за ее спиной, то и дело высовывая любопытные носы. По всей видимости, мрачный тип пугал их до дрожи.

— Надеюсь, я успел к ужину? — поинтересовался незнакомец, продолжая меня игнорировать.

Мысль о том, что он никакой не спаситель, а я рано обрадовалась, начала потихоньку овладевать сознанием. То есть вместо двух зеленых неприятностей я получила еще и третью — некромантскую.

— Армаха, — заявил тролль и указал на меня.

Как раз в тот момент, когда я вознамерилась ползти в сторону леса. Пришлось снова застыть и напустить на себя невинный вид. Судя по усмешке, которая тронула тонкие губы некроманта, он мне нисколько не поверил.

Осмотрев меня с ног до головы, он покачал головой.

— Не советую. Она ведь светлая. Мало ли где она росла и что ела. Несварение еще себе заработаете или аллергию.

«Что? Он намекает… Вот я ему сейчас!»

Я уже хотела вскочить и высказать некроманту все, что думаю, но вовремя прикусила язык.

Зато оживился тролль.

— Бурга мурга. Армаха дырдурнал! — громко возмутился он и выдал целую тираду другими, еще более непонятными и труднопроизносимыми словами. А после вообще достал дубину, взвесил ее в руке и ткнул кривым пальцем в мою сторону.

— Понимаю, — кивнул темный.

Тут вмешалась тролльчиха. Отчаянно жестикулируя, она принялась жаловаться магу, периодически показывая то на меня, то на своих детишек, которые от такого внимания неожиданно растерялись, а затем и громко разревелись.

— Бургых! — грозно рыкнула она, хватая рыдающих детей под мышки и утаскивая в пень, который служил им домом.

— Бурмунгу, — тоскливо констатировал тролль, почесав лысый затылок.

— Причем полный, — согласился некромант, бросая на меня любопытный взгляд. — Но есть ее я бы все равно не советовал.

— Нарганда? — Тролль пожал плечами и облизнулся. Очень плотоядно облизнулся. И дубинку свою взял двумя руками.

Судорожно сглотнув, я мотнула головой и выпалила:

— Меня нельзя есть.

— Буль-буль-ган, — возразил тролль.

«Еще как можно», — читалось в его взгляде.

Надо было что-то придумать, но в голове неожиданно не осталось ни одной мысли. Все исчезли под натиском страха и накатившей паники.

— У меня предложение, — неожиданно подал голос некромант. — А давай я ее у тебя выкуплю.

— Бута?

— Что? — одновременно воскликнули мы.

И неизвестно кто удивился сильнее.

— Предлагаю хорошую цену, — лениво продолжил темный.

— Вы что обалдели? — возмутилась я. — Меня нельзя продавать. Я своб…

Договорить мне не позволили. Щелчок пальцев, и мой рот захлопнулся сам собой, а губы сомкнулись так, словно их склеили. Как я ни старалась, но разлепить так и не смогла. Членораздельная речь стала мне недоступна. Вместо слов раздавалось приглушенное мычание.

— Ну так что? — спокойно спросил некромант. — Восстановление вашей поляны и мешок медяков, на которые можно купить много чего интересного? И все это за одну тощую, громкую и опасно светлую фею.

— Нумрыги, — снова почесав затылок, кивнул тролль.

— Отлично.

Вот так меня и продали. И кто? Тролль некроманту! Честное слово, расскажи мне кто-то такое пару дней назад, я бы прилюдно его высмеяла. Но факт оставался фактом.

Все произошло так быстро, что я не знала, смеяться мне или плакать.

«Ну ладно, — в конечном итоге решила я. — Продали и ладно. Главное не сожрали. С некромантом есть шанс договориться».

Тролль получил выкуп и, радостно скалясь, уступил меня некроманту.

— Вставай, — велел тот.

Хмыкнув, я поднялась на ноги и демонстративно поправила разноцветную юбку. А потом ткнула указательным пальцем себе на рот, не забыв добавить многозначительный взгляд.

«Давай, пошевеливайся, мне так много надо тебе сказать!»

— Молчаливой ты мне нравишься больше, — отозвался некромант и равнодушно добавил: — Пошли быстрее. У меня и так много дел.

«Что? Нет! — Я даже ногой топнула от возмущения. — Никуда не пойду! С места не сдвинусь! Верни мне голос!»

Именно это я мысленно прокричала, а вслух получилось только промычать. Негромко, нестрашно и совсем негрозно.

Тут ожил тролль.

— Кургулы нумрыги конгуру! — сообщил он, пряча мешок с монетами за спину и явно давая понять, что покупка обмену и возврату не подлежит.

— Не будешь слушать, скормлю тебя троллям, — любезным тоном пригрозил темный. — Совершенно бесплатно. Не захотят есть они, сожрет кто-нибудь другой. Здесь, в Темном лесу, много… любителей экзотики. Даже такой… разноцветной.

Я опасливо осмотрелась. Сейчас лес казался еще более мрачным и зловещим.

Поняв, что выхода нет, я послушно поплелась за некромантом. Он пока выигрывал.

«Ну ничего, еще не вечер. Нет, сейчас как раз вечер, но он еще у меня получит».

Некоторое время мы шли по извилистой тропе, которая петляла между корявых стволов Темного леса. Довольно быстро скрылись за поворотом болото и огромный пень. Вместе с ними пропал и неприятный запах болота.

Странности начались почти сразу. Перед некромантом деревья как будто расступались, а вот я то и дело цеплялась за ветки-щупальца. Они дергали за волосы, отрывали куски от моей многострадальной юбки и вообще всячески мешали двигаться. Я постоянно спотыкалась о корни, царапалась и раздраженно мычала, а некромант даже не оборачивался. Шагал вперед легко и уверенно.

Словами не описать, как мне хотелось взять камешек и запустить ему в голову. Или хотя бы в спину. А еще лучше бросить в него заклинанием. Однако магия упрямо отказывалась подчиняться. Я попробовала призвать ее пару раз, но кроме пары светлых искр ничего не добилась. Дело наверняка пошло бы лучше, если бы мне вернули голос.

«Ну и куда он меня тащит? Для какого-то ритуала? Или просто будет держать в качестве экзотической зверушки?»

Ни один из вариантов меня не устраивал. А значит, надо было делать ноги. Тем более что некромант почти не обращал на меня внимания.

От оборотней я сбежала и от этого смогу. Оставалось лишь выбрать удобный момент. И местность подходящую. Еще одна зловонная река мне бы не помешала. Крылья вроде отошли. Но вокруг был лишь лес, темный, мрачный, немного жуткий.

Я внимательно осматривалась по сторонам и потихоньку отставала от некроманта. То тут задержусь, отбирая подол у очередной колючей ветки. То там прислонюсь к шершавому стволу, делая вид, будто вынимаю камешек из туфельки. То демонстративно вздохну, показывая, как тяжело дается мне путешествие.

Некромант все шел и шел вперед.

«Может, он забыл обо мне?»

Встав у очередного корявого дерева, я снова попробовала разомкнуть губы. Бесполезно. Магия держала крепко, словно невидимыми нитями стянув рот. Раздраженно фыркнув, я повернулась и…

Это хорошо, что мои губы оставались склеенными, иначе я бы точно заорала. Громко и не по-фейски неприлично.

Просто я была уверена, что темный далеко, а он внезапно оказался рядом. Стоял себе у соседнего дерева, скрестив руки на груди, и рассматривал меня как диковинную зверушку.

— Не советую, — тихим вкрадчивым голосом произнес он.

Я нахмурилась, давая понять, что не понимаю.

— Сбегать не советую.

«Но как?..»

Впрочем, я быстро справилась с удивлением и, состроив невинное выражение лица, удивленно распахнула глаза.

«Я? Сбегать? Как ты мог подумать? Я хрупкая, несчастная феечка. У меня ножки устали, ручки болят, крылышки вообще отваливаются».

— Во-первых, далеко не убежишь. Найду, — любезно предупредил некромант, на которого мои невинные глазки не произвели никакого эффекта.

Вроде голос не повысил, не угрожал, напротив, даже улыбнулся, но у меня холодок пробежал по позвоночнику. И я сразу поверила: найдет. Надо будет, из-под земли достанет.

— Во-вторых, мое терпение небезгранично, фея. Ты и так наследила здесь так, что месяц придется разгребать.

«Я?»

Я прижала руку к груди и попыталась пустить слезу. Одну крохотную, маленькую слезинку. Но она, как назло, отказывалась наворачиваться на глаза.

— Хм, — покачал головой некромант и добавил нечто совсем непонятное: — Нет, тихо, конечно, хорошо, но скучно. Давай договоримся, я возвращаю тебе голос…

«Уи-и-и-и-и!»

Забыв об усталости, я запрыгала на месте и тихонько захлопала в ладоши.

Правда, под суровым взглядом некроманта радость пришлось немного утихомирить.

— Но если ты начнешь кричать, болтать, орать, спорить и всячески меня раздражать, замолчишь навеки. Мой вопрос — твой ответ. И ничего больше. Поняла?

Я усиленно закивала. Чтобы вернуть способность говорить, я согласилась бы на все. Ну или почти на все.

— Надеюсь, я об этом не пожалею, — пробормотал он и снова щелкнул пальцами.

Я успела заметить черный дымок, который появился и пропал. В следующее мгновение по моим губам словно провели холодной ладонью, вызвав неприятную дрожь по всему телу.

— О-о-о-о, — с трудом ворочая непослушным языком, протянула я и тут же закрыла рот.

— Продолжаем нашу беседу. В-третьих…

«В-третьих? А что мы считаем? Ой, я же забыла, он объясняет, почему мне не стоит мечтать о побеге. Сосредоточься, Сэлли!» — мысленно приказала я себе.

— Мне все равно, останешься ли ты живой в конце пути. В качестве игрушки меня устроит и умертвие. Разницы почти никакой. Только умертвие послушное, не шумит, не доставляет проблем и не болтает. А поднять твое тело я смогу по щелчку пальцев. Ясно?

Я снова закивала.

— Хорошо. Значит, побег отменяется?

Я снова кивнула.

— Как тебя зовут?

— Сэлли, — выдохнула я. — А тебя?

Некромант выразительно посмотрел на меня.

— Я же предупреждал: никаких вопросов. Но ты можешь звать меня господин, — добавил он с издевательской улыбкой.

«Да никогда в жизни! Пусть сразу умертвим делает. Я свободная фея!»

Честное слово, если бы язык не онемел так сильно, я бы высказала это вслух. Но сейчас ограничилась лишь злобным взглядом.

— Не нравится, Сэлли? А ведь так и есть. Я тебя купил.

— Меня нельзя купить, — с трудом выговорила я.

— Как видишь, можно. За мешок медяков и восстановление грибной поляны. Между прочим, за такое вредительство полагается серьезное наказание. Ты уничтожила экосистему целой поляны, лишила пропитания множество живых существ.

— Я случайно, — прохрипела я.

— Ну конечно. А деревьям за что досталось? — задал следующий вопрос темный.

— Какими деревьям?

— Тем самым, над которыми сейчас весь Темный лес смеется, — хмыкнул он.

— А-а-а, ты про монстродеревья, — протянула я. — Так я не виновата. Они сами на меня напали. Явно хотели сожрать. Я просто отбивалась.

— Как у тебя все легко. А им месяц цветы сводить!

— Предлагаешь мне их пожалеть? — искренне удивилась я.

— Для начала извиниться.

— Я к ним не пойду! — быстро выпалила я. — Не заставишь.

Некромант многозначительно на меня посмотрел, а потом насмешливо поинтересовался:

— Это вызов?

Я дрогнула. Этот темный мог и в самом деле утащить меня к плотоядным деревьям и заставить перед ними извиняться. А мог и оставить им на съедение. Просто так… шутки ради.

— Нет.

Я лихорадочно пыталась придумать, как выбраться из ловушки, в которую угодила.

— А тролльчата? Ты зачем покрасила их в розовый? Тоже случайно?

— Да!

Не поверил.

— Страшно представить, что случится, если ты начнешь что-то делать не случайно, — хмыкнул некромант.

— Не знаю, — вздохнула я и неожиданно призналась: — Светлая магия здесь меня совсем не слушается.

— Это Темный лес. Светлых тут не жалуют.

Это мне и без него было известно.

— Если я такая… неугодная, может, вернешь меня домой? — с надеждой произнесла я и даже сложила ладошки в молитвенном жесте. — Я довольно знатного происхождения. Моя семья хорошо тебе заплатит. Намного больше, чем ты отдал за меня троллю. Тебе же явно нужны деньги.

Последнюю фразу мне явно не стоило озвучивать.

— Мне? — переспросил он.

— Ну да. Ты ведь темный. Некромант. А вам вечно… денег не хватает, — принялась оправдываться я.

Все знали, что темным очень сложно найти работу, да и платили за нее не так много, как им хотелось. К тому же выглядел некромант немного… потрепанно. В темный костюм не самого лучшего качества, стоптанные ботинки и видавший виды плащ, пыльный и затертый. Без сомнений, его не раз чинили. Мой неожиданный спаситель явно нуждался в деньгах, и моя семья могла ему в этом помочь.

— Некромант, — повторил он, бросив на меня странный взгляд. — Значит, ты действительно не знаешь, кто я такой?

— Откуда? Ты же отказался представиться, — напомнила я. — А господином я тебя точно звать не буду. И не мечтай. Можешь сразу в умертвие превращать.

— В умертвие я тебя всегда успею превратить. Как и получить за тебя выкуп. А пока…

Некромант специально замолчал, оттягивая момент.

— Что? — тут же насторожилась я.

— А пока мы идем дальше, — ответил он, отступая от дерева. — И больше не отставай.

Я кивнула, но следовать за ним не спешила. Сначала хотела прояснить одну деталь. Кое-что очень важное.

— Слушай, ты, конечно, меня купил, но это совсем не значит, что ты и я… что мы… — я многозначительно на него посмотрела, — ну ты понял…

Еще как понял, судя по искоркам, которые на миг вспыхнули в глубине его глаз и почти сразу погасли. Я лишь чудом успела отследить его реакцию. И то не уверена, что она мне не приснилась.

— За кого ты меня принимаешь? — фыркнул некромант.

— За темного, — парировала я.

— Вот именно, я темный, а ты… светлая фея. — Из его уст это звучало как обвинение. И я даже почти устыдилась из-за своего светлого происхождения. Почти. Потому что следующая фраза наотрез отбила желание извиняться. — Таким, как ты, не место в моей постели.

Так грубо и некрасиво меня еще не отшивали.

Все обещания молчать и быть послушной девочкой моментально вылетели из головы. Меня накрыло такой волной ярости, что перед глазами будто опустилась красная пелена.

— Да я… да ты… да никогда!

— Вот и договорились, — равнодушно отозвался некромант. — И раз у тебя больше нет вопросов, то пошли. Скоро ночь. Мне-то все равно, а тебя и сожрать могут.

— К-как сожрать? — заикаясь переспросила я.

— Быстро и со вкусом.

— А разве я не под твоей защитой? Как собственность?

— Значит, ты признаешь себя моей собственностью?

Пришлось вновь прикусить язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь едкое. Хотела я этого или нет, но сейчас моя жизнь действительно зависела от этого наглого темного.

— Я признаю, что нуждаюсь в твоей помощи, — улыбнулась я.

Мне очень хотелось верить, что в тот момент я выглядела милой и очаровательной. Как и подобает принцессе фей. Обычно одной моей улыбки хватало на то, чтобы любое (или почти любое) мужское сердце дрогнуло.

У мрачного некроманта ни один мускул на лице не дрогнул, не то, что сердце.

— Точно сожрут, — с тоской заметил он и покачал головой. — Или сам скормлю кому-нибудь.

— Угрожаете? — вскинулась я.

— Предупреждаю. Идем уже… светлая.

И мы пошли. Некромант впереди, а я сзади, то и дело спотыкаясь о коренья и цепляясь юбкой за острые ветки.

Глава 4

— А привал скоро?

С каждым пройденным шагом лес становился все более мрачным (если такое вообще возможно в Темном лесу, который сам по себе жуткий и недружелюбный) и густым. Если раньше между деревьями оставался проход, то сейчас они стояли плотно, словно стражи. А крохотное пространство между ними облюбовал колючий кустарник. Впереди была лишь узкая, извилистая тропа и полная неизвестность.

Здесь практически утихли звуки. Да и запах сменился: перестал быть таким неприятным и удушливым. А еще весьма отчетливо потянуло холодом.

Оставалось надеяться, что меня ведут не на кладбище. А то, по слухам, некроманты любят приносить жертвы на кладбище, чтобы вызвать какого-нибудь особо мощного духа. Представляю, какого духа можно вызвать, принеся в жертву глупую, но жутко очаровательную светлую феечку.

— Ты обещала молчать, — даже не обернувшись, напомнил некромант.

— Помню, — вздохнула я, останавливаясь у ближайшего дерева и опираясь на его шершавый ствол.

Приподняв ногу, рукой стащила туфельку, вытряхнула из нее камешки и снова надела. От долгой ходьбы стопы слегка отекли и обувь начала натирать. На пятке уже появился болезненный волдырь.

В сложившейся ситуации все сложнее было оставаться оптимисткой. Ноги болели, исцарапанные до крови руки горели, а голова раскалывалась на части. Я проголодалась, мучилась от жажды и мечтала посидеть. А еще лучше полежать. Можно даже вот тут… на камешках.

Угроза стать умертвием уже не выглядела такой страшной. Их ведь ничего не беспокоило. В еде они не нуждались, в отдыхе тоже. Так что, возможно, такое превращение было бы к лучшему.

— А ты не устал?

Подпрыгивая на одной ноге, я кое-как догнала некроманта, который почти скрылся за поворотом. Он, конечно, бука, но без него в лесу еще страшнее.

— Нет.

— Совсем? — спросила я и страдальчески вздохнула.

«Должен же он понять, как мне тяжело, и сжалиться. Ну хоть чуть-чуть. Ну не может он был совсем темным. Должна же найтись в его душе хоть капелька сострадания».

— Нет.

«Очевидно, состраданию в его душе места не нашлось. Вот же харг! Что ж он такой неразговорчивый? Лишнего слова не вытянешь».

— Ни капельки? — не сдавалась я.

Он промолчал, но в воздухе явно запахло раздражением. Похоже, перспектива превратиться в умертвие стала более реальной.

— Даже совсем чуть-чуть?

Наконец терпение некроманта лопнуло.

— Так! — рявкнул он, останавливаясь и резко поворачиваясь.

От неожиданности я испуганно дернулась, и сама не поняла, как оказалась за ближайшим деревом. Даже на кустарник не обратила внимания, хотя его ветки продрали юбку и оставили на лодыжках глубокие царапины. Прижалась к стволу и замерла, боясь даже лишний раз вдохнуть.

«Надо же, довела. Сейчас точно в умертвие превратит!»

Время длилось томительно медленно, складываясь в секунды.

— Светлая, вылезай.

Желание прибить меня из его голоса исчезло, и я даже уловила насмешливые нотки. Или мне почудилось от усталости. В любом случае вылезать из своего укрытия я не торопилась.

— Мне и тут хорошо.

— Не испытывай мое терпение.

— А почему ты мне опять угрожаешь? — неожиданно осмелев, возмутилась я.

— Я ведь тебя предупреждал, — подозрительно ласково произнес некромант.

Раздался тихий щелчок, который я не услышала, скорее, почувствовала. А после рядом с моим лицом внезапно возник знакомый черный дымок. Я даже сделать ничего не успела, как он ринулся вперед и коснулся губ в ледяном поцелуе, вновь лишая меня голоса. Впрочем, на этот раз действовало заклинание немного иначе: рот открывать я могла, губы он мне склеивать не стал, а вот говорить не получалось.

— Это предупреждение номер один, светлая. Второго не будет. Для того чтобы исполнить свою угрозу, мне даже не надо тебя видеть.

«Раньше надо было предупреждать! — Я вышла из-за дерева и возмущенно посмотрела на некроманта. — Так нечестно!»

— Какой честности ты ждешь от некроманта? — поинтересовался он, словно прочитав мои мысли. — И, прежде чем ты вновь примешься испытывать на прочность мое терпение, я скажу, что привал скоро. Тебя опять подвела твоя болтливость, светлая.

«Вот же харг!»

— Вперед.

Он изобразил издевательский поклон, пропуская меня первой. Я даже пожалела, что родилась светлой, так сильно мне захотелось чьей-то крови. Желательно некромантской и побольше!

Я гордо вскинула подбородок, подхватила разноцветную юбку и зашагала по узкой тропинке, стараясь при этом не хромать и не спотыкаться.

Шли мы действительно недолго. В какой-то момент деревья расступились, открыв нашим взорам небольшой одноэтажный домик. Черный, страшный, кривобокий, с покосившимися ставнями, с крышей, которая заросла темно-серым в белую крапинку мхом, и дверью, на которой кто-то белым нарисовал перевернутую пятиконечную звезду.

В общем, домик выглядел под стать своему хозяину: бедный, жалкий и неказистый. Увидев его, я даже приободрилась. Такими темпами выкуп за меня некромант запросит намного быстрее, чем угрожал. Я даже была готова отсыпать ему из своих карманных денег, если это произойдет в ближайшие сутки.

— Заходи, — скомандовал он.

Я послушно сделала два шага вперед и застыла, когда звезда на двери угрожающе зашипела и приобрела ярко-красный цвет. По ней словно пробежали огненные искры Гаргарда. Я быстро отступила назад и возмущенно уставилась на некроманта.

«Ты что, поджарить меня решил?»

— Ах да, совсем забыл. — Он подошел ближе. — Тут стоит защита от светлых. Любит ваш брат в гости без спросу заходить, да утаскивать все, что плохо лежит.

Я лишь фыркнула.

«Да, конечно, так я и поверила. Как будто в этой хибаре есть что взять. Опять он издевается».

— У нас два варианта. Заметь, светлая, я предоставляю тебе выбор. Такое редко бывает, но сегодня я добрый. Вариант первый: ты позволяешь поставить на тебя метку…

У меня от ужаса даже коленки задрожали, а сердце забилось так быстро, что я по-настоящему испугалась, что оно выскочит из груди.

Темная метка! Это же кошмар! Никто из светлых в здравом уме ни за что не позволит поставить на себя темную метку. Это ведь не просто знак на коже, написанный на древнем языке Гаргарда. Это метка подчинения. С помощью нее темный способен сотворить такое… такое… я точно не знала, что именно, но что-то очень жуткое.

В учебниках об этом ничего не говорилось. А в детстве нас часто пугали жуткими рассказами о темных, которые ставили метки на магов. Последствия у этого были самые разные. Одни утверждали, что таким способом темные высасывают жизнь из своей жертвы, другие — что магию. Мол, поставят тебе метку, и лишишься дара и волшебной сущности. Станешь человеком или даже хуже — оболочкой без души и смысла жизни. Третьи шептались о том, что помеченный навеки превращается в раба и теряет волю. Четвертые рассказывали, что с помощью метки темный способен вызвать своего раба в любую точку мира и сам перенестись к нему. А зачем темному переноситься в девичью спальню? Правильно, для удовлетворения своих низменных желаний. Ну а пятые клялись, что метка позволяет обычному человеку или светлому магу выносить отродье темного. Посадят разом и метку, и темного младенца.

Я не знала, кто из рассказчиков говорил правду, и знать не хотела. Единственное, что понимала: вариант номер один мне совершенно не подходит. А потому протестующе замычала, отчаянно замотала головой и отступила, выставив перед собой руки. Как будто это могло меня спасти от некроманта.

— Я так понимаю, это нет, — констатировал он, и насмешка в его глазах стала еще более явной.

Я закивала… потом замотала головой, снова закивала и в отчаянии замычала, не представляя, как показать, что метить себя не дам. На всякий случай отступила еще на шаг назад, спрятала руки за спиной и испуганно на него уставилась.

Ждать реакции пришлось долго. Я опасалась, что некромант разозлится, начнет угрожать, принуждать и так далее. Однако он лишь равнодушно пожал плечами, а на его худощавом лице промелькнуло нечто похожее на легкое недовольство. И все.

— Хорошо. Твой выбор. Жаль, конечно, это был бы самый простой выход.

«Простой выход? Превратить меня в живую куклу, высосать мои мозги и извлечь душу! Да лучше сразу в умертвие, чем все это!»

— Прошу заметить, ты сама от него отказалась. Так?

Я вновь закивала. Правда, уже не столь уверенно. В голове вдруг промелькнула мысль о том, чем же так жуток второй вариант, если по сравнению с ним первый кажется простым.

— Чтобы не было обид, — продолжил некромант, бросив на меня выразительный взгляд.

Мне стало совсем страшно. Я замычала, желая выяснить о втором варианте.

«Почему я не дослушала? Почему не узнала про второй вариант, на который так глупо согласилась, отказавшись от первого?»

Ну, а дальше… дальше произошло то, что выбило все мысли из моей головы.

Не представляю, как, но я внезапно оказалась рядом с некромантом. Только нас разделяло несколько шагов, а в следующее мгновение я видела свое растерянное лицо в глубине его черных глаз. Причем это не он ко мне придвинулся, а я к нему. Но как и когда это случилось, я понятия не имела. Впрочем, уже в следующее мгновение мне стало не до этого.

Пробормотав что-то себе под нос — я уловила не слишком лестные эпитеты в адрес светлых в общем и фей в частности, — некромант схватил меня за талию и рывком притянул к себе. Да так, что я буквально налетела на него.

Замычав, выставила ладони в попытке отстраниться и вдруг осознала, что не могу этого сделать. Попросту не хватает сил. Хлипкий и тощий с виду мужчина, судя по каменным мышцам под моими руками, был весьма крепок.

Некромант тем временем взял меня за затылок. Не больно, но способности вырываться и крутить головой лишил. Стремительно приблизился и поцеловал.

Неожиданность и шок сыграли со мной злую шутку. Да, я не могла сопротивляться, не могла кричать, но зубы то у меня имелись! Вот и укусила бы его. За губы, которые оказались на удивление мягкими, с легким привкусом терпкого кофейного напитка, который так любил папа; за язык, который, воспользовавшись моим замешательством, нагло скользнул мне в рот, вызвав такую бурю чувств, что словами не описать.

Я могла и должна была сопротивляться. Но не стала. Испуганной птичкой замерла в его сильных руках. Сначала от шока, потом от избытка противоречивых эмоций. А когда ощутила, как по венам начинает разливаться знакомое тепло желания, испытала колоссальный шок.

Это же темный! Нищий некромант, который воспользовался бедственным положением девушки и нагло выкупил ее у троллей, угрожал превратить в умертвие и использовал темную магию! Да он за эти часы нарушил сотню законов нашего мира. Будь моя воля, я бы лично отправила его в тюрьму. А вместо этого я… мне… мне жутко хотелось, чтобы этот поцелуй все длился и длился.

Неизвестно, чем бы все закончилось, но некромант резко отстранился, выпустил меня из рук и отступил на два шага назад.

А после… демонстративно вытер губы!

— Все не так плохо, — как ни в чем не бывало заметил он.

У меня как будто красная пелена опустилась перед глазами. Я моментально забыла о том, что являюсь светлой феей, что милая, добрая и жизнерадостная, люблю цветы, птичек, зверей и вообще оптимистка. Все это ушло на второй план. Во мне проснулась жажда крови. Темной некромантской крови.

Меня в жизни никто так не унижал!

«Я тут взволнована от поцелуя, — насильного, между прочим, — а он… демонстративно вытирает губы! Как будто я тварь какая-то! Грязное отребье! Да как… как он посмел?!»

Крутнувшись на месте, я быстро осмотрелась в поисках чего-нибудь тяжелого. Палка, камень — не имело значения. Лишь бы потяжелее. И било побольнее!

Однако ни первого, ни второго я не обнаружила.

Лес вокруг нас вообще исчез. Теперь мы стояли внутри домика. Прямо посередине. Как и когда мы сюда попали, я понятия не имела. Похоже, переместились во время этого унизительного, — да-да, а еще и отвратительного, — поцелуя.

— Ты сама выбрала второй вариант, — невозмутимо пожал плечами некромант.

«Да чтоб тебя харг загрыз! Чтоб ты в Гаргард провалился! Чтоб тебя василиски всю жизнь искали, а потом нашли и в долину Забвения отправили! Светлого благословения тебе на всю твою темную сущность!» — мысленно проорала я.

Вслух сказать не получилось: мой рот открывался и закрывался, но ничего кроме мычания не издавал.

— Из-за охранной магии ты могла попасть сюда либо через метку, либо через связь со мной, — продолжил некромант, игнорируя мои испепеляющие взгляды.

«Прекрасно! Для этого дома и его охранки я стала любовницей некроманта. Позор-то какой! И все из-за одного поцелуя!»

— У меня еще есть незаконченные дела. Твое разноцветное появление в Темном лесу расстроило мои планы. Кое-что пришлось отложить и отправиться вытаскивать тебя из котла троллей. Так что ты снова мне должна, светлая. Я ухожу, вернусь поздно. А ты осваивайся. Наведи порядок и приготовь что-нибудь на ужин.

«Что? Я? Готовить для него? Да никогда!»

— Продукты в хладнике. И еще, светлая: я не твои светлые родственнички, траву не ем. Приготовь мясо, — направляясь к двери, распорядился некромант.

Я скрестила руки на груди и посмотрела на него с вызовом.

«Не дождешься!»

— Если я приду, а еды не будет, съем тебя.

«Мамочки!»

— Из дома не выходи. Охранка тебя все равно не выпустит. Будешь настаивать — сожрет, — бросил он напоследок.

«Да что это за лес такой? Словно и не лес вовсе, а огромная столовая, где каждое существо, — живое и неживое, — только и ждет, чтобы меня сожрать. Ни капли воспитания! И отвратительные гастрономические предпочтения!»

Пока я мысленно ругалась, некромант ушел, оставив меня одну в пустом черном доме. Тот состоял из одной большой комнаты, которая была поделена на три зоны: кухня с очагом, гостиная с диваном и спальня.

Никогда прежде мне не доводилось видеть столько черного и темно-серого одновременно. Эти цвета были везде: стены, ковер, стол, стулья, узкая кровать, даже шторы на окнах висели серо-черные. И посреди всего этого монохромного безумия — разноцветная я.

«Ну и местечко. Хороший дизайнер тут бы точно не помешал. Желательно с целой палитрой красок».

Я зябко повела плечами и принялась осторожно осматриваться. Трогать ничего не спешила. Мне всюду мерещились пауки, мыши, змеи и еще какие-нибудь недружелюбные создания, которых так любят темные.

На удивление, в домике царила чистота. Ни в одном углу я не заметила паутины. Мебель пусть и старая, с потертостями, выглядела крепкой и добротной. Покрывало на кровати — мягким, а черная посуда — блестела. Здесь даже пахло довольно сносно: травами и ягодами. Уж точно лучше, чем в лесу, где разило то болотом, то прелыми листьями, то еще какой-нибудь гадостью.

Веник черного цвета нашелся в углу. Там же черное ведро и серая тряпка. Смахнув пыль, я налила воды и протерла пол. Затем чистой тряпочкой прошлась по поверхностям, стирая пыль, которой оказалось немного.

«Может, у некроманта хобби такое: отлавливать девиц, приводить в дом и использовать в качестве слуг? Ну и ладно. Какая мне разница? Лишь бы домой вернул».

Небольшая уборная тоже была серо-черная. Вместо ванной — узкая душевая.

Я не особо разбиралась в коммуникациях, но наличие водопровода удивило. Честно говоря, я ожидала увидеть таз для купания и ведро для других потребностей.

«Хм… странно. Может, где-то поблизости есть город? В Темном лесу вообще есть города? Это место с каждым мгновением становится все загадочнее и загадочнее».

Закончив уборку, я поставила инвентарь на место, вымыла руки черным мылом и отправилась в кухонную зону.

Честно признаться, повариха из меня была… не слишком хорошая. В Уатерхолле мне не приходилось готовить, поскольку в академии имелась отличная столовая и ничуть не уступающая ей таверна дядюшки Сэма поблизости. А в Вечном лесу — множество слуг, готовых исполнить любой приказ.

«Только вот некроманту этого не объяснить, он хочет мясо. Живодер!»

Открыв хладник, я обнаружила ровные ряды освежеванной дичи, среди которой нашлись не только тушки куропатки и индейки, но и зайчика. Убийца зачем-то оставил нетронутыми его лапки.

Меня резко затошнило и закружилась голова. Захлопнув хладник, я прижалась к нему спиной и глубоко задышала. На глаза навернулись слезы.

«Бедный, милый зайчик. С ушками, лапками и глазками. Как он мог?»

Нет, я не относилась к поклонникам исключительно растительной пищи, и с удовольствием ела мясо и птицу. Но зайчик — это же совсем другое!

Я жутко разнервничалась и не сразу осознала, что нахожусь в доме не одна. Мое внимание привлек легкий скрип половиц. Вздрогнув от неожиданности, я обернулась и застыла.

Передо мной стоял незнакомец: высокий, очень худой, бледный. Его кожа сияла, словно посыпанная жемчужной пудрой. С длинными белоснежными волосами, убранными назад и открывающими красивое аристократическое лицо. В черном, расшитом серебром камзоле, бордовых брюках и распахнутой на несколько пуговиц белой рубашке. На его груди висел кулон с кровавым камнем. А еще его зрачки окружала алая радужка. Так необычно и так волнующе прекрасно!

— Приве-е-е-е-ет, — промурлыкал незнакомец и широко улыбнулся, продемонстрировав мне белоснежную улыбку с удлиненными острыми клыками.

Наши взгляды встретились. В глубине его глаз мелькнула яркая вспышка, и я пропала.

Глава 5

Я считала, что знаю если не все, то очень многое. И уж точно прекрасно разбираюсь в особенностях собственного характера. Я никогда не была идеальной девочкой, совершала глупости и ошибки. Влюблялась и разочаровывалась, дружила и даже немного ненавидела. Просто жила, как хотела и радовалась каждому моменту, не думая об ошибках.

Но сейчас… в это самое мгновение, я внезапно поняла, что ничего не знала.

Вот совсем ничего.

Вся моя предыдущая жизнь показалась мне… серым скучным пятном. Совсем как этот домик в Темном лесу. Мои желания, мои мечты — глупостью, не стоящей внимания, да и весь мир — нелепой картинкой. Как будто я не жила, а лишь существовала в ожидании этого момента. Момента, который навсегда изменит мою жизнь, раскроет ее по-настоящему.

Я смотрела в алые глаза и понимала: влюбилась. Так, как никогда в жизни! Да, я и раньше влюблялась, но все те чувства меркли перед тем, что я испытывала сейчас.

Это была не просто любовь. К ней примешивались восхищение и покорность, которой мне так не хватало, восторг и поклонение, обожание и трепет.

Незнакомец представился мне самим совершенством, а все прежние предпочтения — глупостью и ребячеством.

«Вот он! Идеальный, шикарный, великолепный, восхитительный и невероятный! И он мне улыбается! О-о-о-о-о, как же я счастлива! Не хочу возвращаться домой. Хочу остаться здесь. С ним. Пусть только скажет. Любое желание! Любая просьба! Любой каприз! Я для него сделаю все и даже больше!»

— М-м-м-м-м, — с трудом выдала я, прижимая руки к груди.

— Кажется, у тебя проблемы, птенчик, — ласково заметил незнакомец.

«Светочи, какой у него шикарный голос! Не голос, а песня! Такой красивый, бархатистый, пробирающий до дрожи. Так бы слушала и слушала! Всю жизнь! Или сколько он позволит».

Подняв руку, он щелкнул прекрасными длинными пальцами, унизанными массивными кольцами с драгоценными камнями.

Ох, как же изящно он это сделал! Как плавно и совершенно! Я аж засмотрелась. И не сразу осознала, что ко мне вернулся дар речи.

— Как тебя зовут, птенчик?

— Сэлли… Сильвия, — прохрипела я, дрожа от волнения.

— Какое милое имя, Сэлли.

Светочи, я едва не потеряла сознание от восторга.

«Ему нравится! Нравится мое имя! О-о-о-о-о, ну что за мужчина! Что за голос! И как он произнес мое имя. Словно пропел!»

— А вы… а вас? — робко спросила я.

И тут же себя одернула: «Да кто я такая, что посмела обратиться к НЕМУ? Кто я такая, что подала голос без разрешения? А вдруг он рассердится? Вдруг уйдет? Я же… как я буду жить без его улыбки? Как буду жить без этих глаз и голоса?»

— Зови меня Эллиот, птенчик, — пророкотал он.

«Эллиот! О-о-о, какое шикарное, мужественное и восхитительное имя! Самое великолепное из всех возможных! А как оно ему идет! Эллиот… Эллиот… Эл-ли-от!»

Мне хотелось прокричать это имя на весь мир. Чтобы все и каждый его услышали.

— Как ты сюда попала, Сэлли? — поинтересовался он, плавно двигаясь ко мне.

Он не шел, а как будто танцевал, поражая своей грацией.

— Я… не знаю. Сама не понимаю. Просто… провалилась.

— Провалилась? К Рею?

Еще один шаг ко мне.

«Рею? Кто такой Рей?»

В голове было пусто и как-то… воздушно. Прошлая жизнь отошла на второй план. Хотя какой на второй, она просто исчезла. Вечный лес, родители, друзья, семья, Уатерхолл, Бри и наша комната с говорящей ручкой на двери — все пропало, растворившись в алых глазах моего повелителя.

«Да, именно так, повелитель. Мой повелитель! Я ради него готова на все. Пусть только прикажет. Одно его слово!»

— Как ты обошла его защиту?

«Защиту? Какую защиту?»

Внутри что-то шевельнулось. Из белесого тумана всплыло мрачное лицо темноволосого некроманта.

«Его защита… его дом… его поцелуй».

Воспоминания будто обожгли, заставили встряхнуться, моргнуть, ощутить властное прикосновение чужих губ.

Нахмурившись, я подняла глаза за Эллиота и… снова пропала.

— Что такое, птенчик? — пропел он, сокращая расстояние между нами. — Зачем ты мне сопротивляешься?

Пришлось задрать голову, чтобы не потерять зрительный контакт.

— Такая милая, такая свежая… светлая, — прохрипел Эллиот, медленно наклоняясь ко мне.

В глубине его глаз мелькнуло что-то хищное и опасное. Раньше, заметив такое, я бы бежала без оглядки, но теперь не могла даже пошевелиться, зачаровано любуясь совершенным лицом. Да и не хотела.

«Все, что прикажет мой повелитель. Все, что он захочет и как он захочет», — билось в голове.

— Впервые вижу такую нежную кожу. Ты как будто светишься. А как вкусно пахнешь! Это будет интересный опыт.

Я уже чувствовала его горячее дыхание на шее.

— Не бойся, птенчик, тебе понравится. Я умею быть нежным.

Веки опустились сами собой. Я судорожно вдохнула и наклонила голову, открывая для него шею, дрожа от нетерпения и возбуждения.

«Еще немного… еще чуть-чуть…»

Неожиданно налетел ветер и раздался оглушительный рев. И это в доме!

Распахнув глаза, я успела пронаблюдать, как Эллиота буквально оторвало от меня и швырнуло в сторону. С жутким грохотом он врезался в стену, обмяк и быстро сполз на пол.

— Не-е-е-ет! — закричала я, бросаясь вперед.

Хотелось поднять его, помочь, закрыть своим телом, если понадобится. Спасти от любой угрозы. Пожертвовать собой!

Однако я не успела сделать и шага. Кто-то сильный схватил меня за талию и не дал шанса на побег.

— Пусти! Пусти меня! Пусти к нему! — отчаянно кричала я, отбиваясь и пытаясь вырваться из крепкого захвата.

— Глупая, — тихо, но четко произнес знакомый голос у моего уха, — ты же попалась.

— Пусти, — рыдала я, отказываясь слушать некроманта.

Тем временем Эллиот медленно поднялся. Длинные белые волосы упали на лицо, скрывая его. Но я видела его глаза, которые горели кровью.

«Живой… слава Светочам, живой!»

Я опять зарыдала. На этот раз от счастья.

— Ты негостеприимен, Рей, — пророкотал Эллиот, убирая волосы с лица.

— Я тебя не звал, — мрачно отозвался некромант, продолжая удерживать меня за талию. — И не разрешал трогать мои вещи.

— Вещи? — хмыкнул Эллиот. — Откуда у тебя такая очаровательная игрушка? Я хотел бы ее купить. Какую цену назовешь, старый друг?

«Да! Да, я согласна! Прямо сейчас!»

— Думаешь, она захочет?

— А ты разве не видишь? Она уже хочет, — довольно усмехнулся он. — Иди ко мне, птенчик.

Я снова принялась извиваться и дергаться. Даже собралась укусить некроманта за руку. А тот вдруг схватил меня за подбородок и заставил посмотреть в его бездонные черные глаза.

Секунда, вторая… и меня будто окатило ледяной водой.

Я задрожала всем телом, задыхаясь. Пелена спала разом, возвращая утерянные воспоминания и чувства. Следом проснулся и разум. Наваждение развеялось, а вместе с ним безумное влечение и поклонение.

«Светочи, какой же идиоткой я выглядела!»

— Ну что? Пришла в себя? — хмыкнул некромант, убирая руки и позволяя мне отстраниться.

Я осторожно кивнула. А потом медленно и неуверенно подняла глаза на Эллиота. Посмотрела и с трудом сдержала крик.

Он уже не казался таким прекрасным и шикарным. Волосы не выглядели сияюще белыми. Кожа не блестела, а больше походила на старый пергамент. Алые глаза не вызывали восторга, скорее ужас и отвращение, как и длинные изящные пальцы, скорее напоминавшие пальцы мертвеца.

Тощий, худой и жуткий… самый настоящий вампир. И я, наивная дурочка, попалась на его гипноз!

Шмыгнув носом, я шустро спряталась за некромантом. Уж лучше он, чем вампир.

— Она не продается.

«Да-да, не продаюсь! Светочи, я обожаю этого некроманта! Каждый день молиться буду за его здоровье. Только пусть не отдает меня этому!»

— Зачем она тебе? Ты ненавидишь светлых, — не сдавался Эллиот.

— Еще не решил.

— Ты же не любишь игрушки, Рей, — мягким, вкрадчивым голосом произнес вампир, и я вновь почувствовала ЭТО.

Внушение накатило мягкой волной, уговаривая отступить, сдаться, поверить, пойти с ним. Там будет легко и спокойно, никаких проблем и тревог — только лишь счастье. Счастье рядом со своим повелителем. Дарить ему радость, удовольствие и кровь…

Стиснув зубы, я схватила некроманта за руку, зажмурилась и прижалась к его плечу, словно это могло помочь мне преодолеть внушение.

Что удивительно, действительно помогло. Его спокойствие, его уверенность и сила словно бы передались мне.

— Не тебе решать, что я люблю, а что нет. Ты забываешься, Эллиардантон, — резко припечатал некромант.

В его голосе неожиданно прозвучали властные нотки. Как будто он был не простым некромантом, а кем-то более… значимым.

— Я прошу прощения за свою дерзость, — тут же отозвался вампир.

«Ого! Это как? Неужели Рей действительно не так прост, как я думала? И чем это может мне грозить?»

— Я отзываю свое разрешение, Эллиардантон, — продолжил некромант. — Пока на месяц. Будешь и дальше меня разочаровывать, отзову насовсем.

— Этого больше не повторится.

— Свободен.

Я так и не открыла глаз, отчаянно прислушиваясь и пытаясь уловить хоть что-то еще. Звук шагов, скрип двери. Но ничего. Вокруг стояла абсолютная тишина, нарушаемая лишь моим громким сопением.

— Успокойся, светлая, злюка ушла, — хмыкнул некромант, отстраняясь.

Оставшись без поддержки, я осторожно открыла глаза и медленно осмотрелась. Я бы с радостью и под кровать заглянула, и в уборную, но не стала: уж слишком насмешливым взглядом провожал меня некромант.

— Вот скажи мне, как у тебя так получается? Ты не фея, ты какая-то светлая катастрофа.

— Это еще почему? — мгновенно оскорбилась я.

— Ты меньше суток в Темном лесу, но за столь короткое время умудрилась поднять на лапы оборотней, потравить монстродеревья, уничтожить популяцию редких поганок, перекрасить троллей и угодить в лапы вампира.

— Я не виновата! С этим кровососом так точно. Я делала все, как ты сказал. Пыль вытерла, полы помыла, мясо собиралась доставать, а тут этот… глазами сверкает. — Меня передернуло от воспоминаний. — И вообще… почему его твоя охранка не сожрала?

«Главное меня все хотят сожрать, шагу ступить нельзя, а этот кровосос ходит и ничего. Ну и где справедливость?»

— У него имелось разрешение на доступ. Ты же от него отказалась.

Я даже задохнулась от такой наглости.

— Что? Я? Отказалась? Да не было такого!

— Было.

— Не было! — настаивала я, чувствуя, как от гнева и возмущения у меня загорелось лицо.

— Было, — спокойно возразил некромант.

— И когда же?

Я уперла руки в бока и с вызовом уставилась на него.

«Ну давай! Докажи!»

— Недавно. Когда отказалась от первого варианта.

Я открыла рот и закрыла. Потом снова открыла. С губ сорвалось недоверчивое:

— Метка?

— Метка, — согласился некромант. — Стояла бы она на тебе, Эллиардантон не смог бы применить гипноз. Сработала бы моя защита.

— То есть метка — это защита?

Я не желала верить его словам. А как же все ужасы, о которых рассказывали? Как же душа, сердце, почки, печень и все остальные органы? И походы к юным девам по ночам? Неужели это ложь? Даже обидно стало.

— Одно из свойств, — пожал плечами некромант, усаживаясь на диван.

— А другие свойства? — не унималась я. — Что ты потребуешь за свою защиту? Душу?

Он бросил на меня недоуменный взгляд.

— Зачем мне твоя душа?

Теперь пришла моя очередь удивляться.

— Ну как же… — начала я и запнулась.

«Хм, а действительно, зачем ему моя душа?»

Некромант молча ждал продолжения. И чем больше проходило времени, тем ехиднее становилась улыбка на его губах.

— Для экспериментов, — выпалила я. — Жутких некромантских экспериментов.

— Для жутких некромантских экспериментов твоя душа точно не подойдет.

— Это еще почему? Она, знаешь, какая светлая!

— Угу. И абсолютно бесполезная.

За свою светлую душу стало очень неприятно.

— Это еще почему? — насупилась я.

Нет, я радовалась, что на нее не покушаются, но… звучало оскорбительно. Чем она… то есть я… то есть мы обе не устроили этого темного?

— А какой от тебя толк? Ну, возьму я твою душу и что? Знаний у тебя нет, способностей тоже. Будешь летать вокруг, ныть и в неприятности влезать.

— Ныть? Влезать? — прошипела я. — Ну знаешь…

— Знаю, — перебил некромант. — В качестве умертвия ты намного удобнее. Хотя бы потому, что будешь молчать и слушаться. Так что нет, мне твоя душа без надобности.

— Ну и отлично! — с вызовом прошипела я и озвучила следующее предположение: — Тело?

— Это мы уже обсуждали. Светлой не место в моей постели.

То есть вариант с вынашиванием злобного темного младенца отпадал.

— Тогда в чем смысл? Ты даешь мне защиту просто так? По доброте душевной?

— В доброте меня еще не обвиняли, — пробормотал некромант.

— И почему я не удивлена?

Мы обменялись взглядами.

— Нет, не бесплатно. Ты будешь мне должна.

— Что должна? — тут же спросила я.

— Не знаю. Что-нибудь, — неопределенно отозвался он.

— Нет, так не пойдет. Я должна знать все условия.

— Слушай! — возмутился он. — Я могу вернуть Эллиардантона. Он даст за тебя хорошую сумму денег и избавит от кучи проблем.

Я мгновенно умерила свой пыл. Отступила и миролюбиво улыбнулась.

— Даже спросить нельзя, сразу начинаешь угрожать. Не надо звать этого Элли… как его там. Что за имечко такое дурацкое?

— Нормальное имя. Как и положено принцу крови.

«Ой…»

Я медленно опустилась на стул и тихонько спросила:

— Принцу?

«То есть вот этот кровосос королевских кровей? Да что же мне так «везет»?!»

— Именно. Слушай, не хочешь ты ставить эту метку, и не надо. Только я не стану больше тебя спасать. У меня из-за тебя и так проблем выше крыши.

«Так, надо договариваться. А то я один раз уже отказалась и ничем хорошим это не закончилось. Причем два раза!»

— Я не буду убивать, — заявила я.

— Кого? — удивился некромант. — Эллиардантона? Так тебе это и не удастся. Он ведь принц, а не обычный вампир.

— Да нет. Я вообще не буду убивать из-за метки. Так что если мой долг будет заключаться в этом, то не выйдет.

— Убить я и сам способен.

Я бросила на него быстрый взгляд.

Действительно способен. В этом я не сомневалась.

— Шпионить заставишь? — сделала я следующее предположение.

— Шпион из тебя тоже не выйдет. Ты слишком болтлива. И у тебя на лице все написано.

— У меня? — возмутилась я. — И что же сейчас у меня написано?

— Что ты боишься, но стараешься этого не показать.

— Подумаешь! — фыркнула я, не подтверждая и не отрицая. — Но я все равно не понимаю, чем смогу отплатить за твою помощь.

— Может, и ничем. Возможно, я никогда не стребую с тебя долг, а метка останется как напоминание о твоих приключениях в Темном лесу.

Я прикусила губу и несколько секунд смотрела перед собой, взвешивая все «за» и «против». Страшно было согласиться, но и отказаться — еще страшнее. Я слишком ярко помнила эмоции, которые вызывал вампир. А ведь он не один такой. Какой нечисти тут только не водится. Так и хотят сожрать меня, бедную.

«Да, защита мне точно не помешает. Вдруг он действительно не потребует исполнение долга? А если и потребует, то буду решать по ситуации».

— Хорошо, — кивнула я, резко поднимаясь. Шагнула к некроманту, протянула руку и выпалила на одном дыхании: — Я согласна!

Некромант, скрестив руки на груди, откинулся на спинку дивана и медленно осмотрел на меня с ног до головы. И чем дольше он меня изучал, тем тревожнее мне становилось.

«Неужели откажет? — с тоской подумала я. — Ну что, довыделывалась? Отправят тебя сейчас за дверь какой-нибудь твари на ужин и все»

— Я буду слушаться, — пообещала я, чувствуя, как уверенность сменяется отчаянием. — Правда.

Темная бровь медленно поползла вверх, а насмешка в глазах стала особенно отчетливой.

— Не давай обещаний, которых не сможешь сдержать.

— Я очень постараюсь слушаться и не спорить, — исправилась я, не опуская руку.

— А вот это другое дело.

Некромант поднялся рывком. Я с трудом устояла на месте, так хотелось сделать шаг назад. Но удержалась.

— Твое решение добровольное?

— Да.

— Без принуждения?

— Да.

— Отлично, — оскалился он и схватил меня чуть выше запястья. — Не переживай, светлая, больно не будет.

Я кивнула. Говорить ничего не стала. Боялась, что голос выдаст мое волнение и страхи.

Некромант хмыкнул и его глаза полностью заполонила тьма.

Глава 6

Когда ты фея, магия не просто витает вокруг. Она живет и существует внутри тебя. Феи сами по себе — средоточие магии, ее светлое воплощение и продолжение. Ее суть.

Всю жизнь, с самого рождения, меня окружал свет. Я не представляла иной судьбы. Да, тьма встречалась, без нее никак. Например, в Уатерхолле учились темные, а библиотекаршей работала самая настоящая суккуб. Рыжеволосая Фауста шикарными формами сводила с ума большую часть студентов мужского пола. Хотя следует отдать ей должное, своим даром она не пользовалась и жила вполне спокойно. Бри, моя подруга и соседка по комнате, с ней очень хорошо общалась.

Но вот сейчас… в это самое мгновение я полностью погрузилась во тьму.

Она окружила меня облаком, неожиданно мягким и бархатистым, плотным и непроницаемым, отсекающим все звуки, ароматы и свет, заполнила собой пространство. И в самом сердце остались мы, освещенные странным сумеречным светом.

Я ждала боли. Все знали, что свет и тьма — противоположности, не способные сосуществовать. Их встреча непременно должна породить бурю или какой-нибудь другой катаклизм.

Затаив дыхание, я ждала реакции, каких-то неприятных ощущений, разлетающихся в разные стороны искр, грохота разрядов, вспышек пламени. Хоть чего-нибудь такого. Однако чувствовала лишь мягкость и тепло. Еще осторожное, едва уловимое прикосновение по всему телу. Тьма словно ощупывала меня в попытке узнать получше.

Мне не было больно, скорее щекотно. Щекотка возникала как раз в том месте, где некромант касался моей руки, и быстро расползалась по всему телу.

Улыбка сама собой заиграла на губах. Страх исчез, зато подняло голову любопытство. Поняв, что угрозы ждать не следует, я начала тихонько изучать обстановку. Сначала скосила глаза, а после, осмелев, завертела головой.

Ничего особенного увидеть не удалось. Нас окружало черное облако, которое клубилось, поднималось и опадало, надвигалось и тут же отступало.

Я осторожно перевела взгляд на некроманта и выяснила, что он за мной наблюдает.

На вас когда-нибудь смотрела сама тьма во всем ее темном великолепии? На меня сейчас посмотрела. И это оказалось… просто невероятно! Такая первозданная энергия, такой размах, и все в руках обычного темного мага. Или не совсем обычного?

Лицо Рея, — мысленно я позволила себе называть его по имени, — оставалось непроницаемым, только сильнее побелело, и теперь смотрелось, словно высеченное из мрамора. Черты острые, угловатые, немного резкие. Но они не отталкивали, не вызывали отторжения, а притягивали. Особенно черные глаза, в глубине которых как будто сверкали звезды.

Застыв, я не представляла, как себя вести. Подать голос? Или лучше молчать? Не двигаться или надо что-то делать?

И… почему он так странно уставился, словно хотел заглянуть мне в душу? Что он там искал? Сам же сказал, что я вся как на ладони.

И заклинания… Разве данное действо не требовало заклинаний? Я внезапно осознала, что с самого начала не слышала от него ни слова. Неужели они ему не требовались?

Я знала не так много магов, которые обладали достаточной силой, чтобы использовать невербальные заклинания. В основном это были светлые, а что касается темных… на уроках по темной истории называли лишь одно имя.

По телу прокатилась дрожь такой силы, что мне пришлось прикусить губу, чтобы сдержаться и не произнести ни звука.

Тьма медленно отступала. Постепенно проявлялись очертания комнаты, звуки и запахи. Некромант медленно отпустил меня и отступил. Темнота полностью ушла из его глаз.

Взглянув на руку, я увидела на коже темную кляксу неправильной формы. Сначала подумала, что это просто пятно. Однако чем дольше я смотрела, тем больше странных символов и выполненных на древнем языке знаков различала. Осторожно погладила метку, но ничего нового не ощутила. Просто кожа: мягкая и гладкая.

«Ну вот и все, я теперь с темной меткой. Что скажет папа?» — запоздало спохватилась я.

Впрочем, куда больше меня сейчас волновало другое.

Медленно подняв голову, я встретилась с темными глазами некроманта. Он молча стоял рядом, словно ждал.

— Ты Грейнар, — едва слышно прошептала я.

Тонкие губы искривились в легкой усмешке.

— Приятно познакомиться, — подтвердил он и шутливо поклонился.

А у меня сердце ухнуло вниз.

Грейнар. Хозяин Темного леса, Хранитель мертвой воды и один из смотрителей Гаргарда, величайший маг и защитник темных. Носитель древней крови, прямой потомок выходцев из Гаргарда. Титулы можно было перечислять до бесконечности, но моя память оказалась не столь хорошей и отыскала в своих закромах лишь эти.

«И этого мага я назвала нищим. Светочи, какая же я дура!»

Сейчас я не понимала, как сразу не догадалась. Кто еще мог легко и просто гулять по Темному лесу? Кто знал обо всем, что в нем происходит? Кого слушали тролли? Кому еще мог подчиниться принц вампиров?

«И этому мужчине я теперь должна!»

— Закончила? — поинтересовался он.

— Что? — прохрипела я, пытаясь понять, как теперь быть.

О выкупе можно забыть. Как и о свободе. Такому магу точно не нужны мои деньги.

— Трястись от страха. Я, конечно, знаю, что моим именем пугают светлых, но мне казалось, что ты другая.

— Какая другая?

— Та, что сбежала от оборотней, заставила цвести монстродеревья, не испугалась троллей и пробовала удрать от некроманта. За все это время ты не упала в обморок и ни разу не устроила истерику.

— Сомневаюсь, что это помогло бы мне здесь выжить.

— Именно. Так что расслабься, — усмехнулся он, присаживаясь на диван. — Я все еще не желаю твою душу и тело. А вот поужинать я бы не отказался. Что собираешься готовить?

Первый шок еще не отошел, поэтому я и ляпнула, не подумав:

— Ничего.

Он выразительно на меня посмотрел.

— И почему же?

— Потому что я не умею готовить, — призналась честно. А потом решила использовать свою излюбленную стратегию — нападение. — И вообще, с чего ты решил, что я обязана уметь готовить? — уперла я руки в бока, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. Все-таки отчитывать одного из самых могущественных и опасных темных магов нашего мира чревато большими проблемами. — Из-за того, что я девушка? Так вот, не знаю, как у вас тут, в Темном лесу, но в остальном мире моя половая принадлежность не гарантирует кулинарных талантов. Это позапрошлый век какой-то!

«Зря я про век напомнила. Сколько Грейнару вообще лет? Кажется, нам об этом не рассказывали».

Поговаривали, ему перевалило за пять сотен. И все благодаря источнику мертвой воды. Именно она поддерживала своего хранителя, даря ему бессмертие. По слухам. Правду-то никто из светлых не знал. Темные хорошо умели хранить секреты.

— Закончила? — обманчиво ласковым тоном поинтересовался Грейнар.

«Ну раз начала, то стоит идти до конца».

— Нет. Если ты действительно Грейнар, то почему живешь в этом… домике? А где твой замок? Слуги, залы и прочее?

— В гости напрашиваешься?

«Не допустите такого Светочи!»

— И, если честно, одежда у тебя… не очень.

— В шелках и бархате по лесу сложно ходить. А бегать за чокнутой феей тем более.

— Почему это я чокнутая? — тут же оскорбилась я.

— А ты догадайся.

— И не подумаю. Что за привычка говорить намеками? И вообще, ты перевел тему разговора. А я не закончила.

— Ах, простите. Умолкаю. — Сарказма в его голосе звучало столько, что на троих бы хватило.

— Благодарю. Так вот. Если ты Грейнар и у тебя есть замок, то должны быть и слуги. Те самые, которые сумеют приготовить вкусный ужин, а не кошмар, что сотворю я. Поверь мне. — Я приложила руку к сердцу и сделала самое честное лицо. — То, что приготовлю я, не будут есть даже тролли.

— А ты откровенна.

— Сама не хочу отравиться, — призналась я.

Грейнар смотрел на меня несколько секунд, а потом вдруг откинул голову назад и громко расхохотался.

Я ожидала от него любой реакции: гнева, раздражения, усталости, возмущения, сарказма. Но не смеха. И теперь никак не реагировала. Не хохотать же вместе с ним.

Именно поэтому я терпеливо дождалась, когда он отсмеется, и только после сухо поинтересовалась:

— Все?

— Это я у тебя должен спросить, — хмыкнул он.

Я откашлялась и продолжила:

— Если ты все-таки хочешь заработать несварение и кучу прочих осложнений, то ладно, так и быть. Но прежде чем приступить к отравлению, — ах, простите! — к готовке, я бы хотела привести себя в порядок. — С очаровательной улыбкой я вытянула руки вперед и покрутила запястьями, демонстрируя грязь, царапины, кровь, мусор и прочую гадость, которая толстым слоем покрывала мою кожу. — Мне не мешает принять душ и переодеться. У вас случайно не найдется чего-нибудь моего размера? — невинно уточнила я.

— Такое впечатление, будто не я тебя выкупил, а ты сама пришла сюда и заявила права.

— Никогда не поздно вернуть меня назад, — мгновенно нашлась я.

— На полянку, куда тебя выкинуло? — насмешливо предложил Грейнар. — К оборотням?

Улыбка на моих губах сразу увяла.

«Ну ладно. Не сейчас, так после. Не сегодня, так завтра».

— Подумаешь! — фыркнула я, тряхнув золотистыми волосами. — Так что насчет душа и сменной одежды? И тогда, так и быть, буду тебя… кормить.

«Так покормлю, что на всю жизнь запомнишь!»

— Что ж, пожалуй, откажусь от твоего варева. Замок у меня есть, но не для тебя. Он не любит светлых.

— Дай угадаю, — хмыкнула я. — Сожрет?

— И не подавится, — кивнул Грейнар, поднимаясь. — И раз тебе нужна одежда, то придется вызвать кое-кого из замка. Заметь, ты сама попросила.

Я насторожилась. Точно какую-то гадость замышляет.

— Тогда пусть и обувь захватит, — произнесла я, старательно делая вид, что не боюсь.

— Осторожно, светлая, мое терпение не безгранично.

— Сэлли, — поправила я. — Это мое имя.

Грейнар лишь хмыкнул и неожиданно хлопнул в ладоши.

Получилось громко. Значительно громче, чем я ожидала. По домику как будто прокатилось эхо и затерялось за его пределами.

Второй хлопок вызвал легкий ветерок. Он пронесся по комнате, поиграл с моими волосами, растрепал занавески, мелодично звякнул ложками и исчез.

Третий хлопок, и в дверях заклубились тени. Они поднялись с пола, закружились, уплотняясь и превращаясь в… маленькую девочку.

Я ждала скелет, умертвие, вампира или еще какую-нибудь неживую тварь. Даже пришлось ущипнуть себя за руку, чтобы удостовериться: увиденное — правда. На пороге действительно стояла маленькая девочка. Лет семи, не больше. Бледная кожа, словно не знавшая солнечного света, алые губки и черные глазки с густыми ресницами делали ее похожей на куколку. Черные волосики гладко причесаны и собраны в две длинные косички, завязанные красными бантиками. Черное платьице, украшенное белым кружевом, и полосатые черно-белые гольфики дополняли образ. Эта малышка ну никак не походила на монстра, которого с испугу нарисовала моя фантазия.

«Неужели Грейнар еще и детей эксплуатирует?» — пронеслось в голове.

— Вы звали, повелитель?

Не голос, а колокольчик. Так и захотелось ее потискать. До чего очаровательная малышка!

— Что за вид, Марсия? — покачал он головой.

— Вы же сами велели не нервировать ваших гостей женского пола, — произнесла девочка, бросив в мою сторону выразительный взгляд.

Очень взрослый взгляд. Дети так не смотрят. У меня аж мурашки побежали от несоответствия образа и поведения.

— Это не тот случай.

«Хм… а какой случай тот? И на что намекала девочка?»

— Ладно, — пожала плечами малышка и снова превратилась в черное облачко, которое начало увеличиваться в размерах и приобретать иные формы.

Весьма выразительные формы, надо сказать.

Через несколько секунд перед нами стояла самая ослепительная женщина, которую я когда-либо видела. Я всегда считала Фаусту — нашего суккуба-библиотекаря, — одной из самых красивых представительниц слабого пола. Однако Марсия выглядела ничуть не хуже: тонкая талия, округлые бедра, высокая грудь, длинные черные волосы, бледная кожа, глаза цвета спелой вишни, алые губы, длинные ресницы. На что ни посмотри — само совершенство. Длинное черное платье с высоким разрезом на боку демонстрировало стройную ножку, глубокое декольте открывало верхнюю часть груди.

— Так лучше? — низким грудным голосом поинтересовалась она.

На таком шикарном фоне любая девушка почувствовала бы себя ущербной.

— Вполне, — кивнул Грейнар, на которого преображение не произвело ни малейшего впечатления.

— Чего желаете, повелитель? — улыбнулась Марсия, продемонстрировав ровные белые зубы. Вроде без клыков.

— Светлой нужна одежда и обувь, нам — ужин.

— У вашей гостьи есть предпочтения?

Я только открыла рот, как некромант меня опередил:

— Предпочтений нет. Что-нибудь удобное и черное. От ее юбки у меня уже рябит в глазах.

— Будет исполнено, — кивнула она и исчезла в клубах дыма.

Я некоторое время пялилась на дверь, а потом тихо спросила:

— А кто это?

— Марсия служит в замке, — ответил он, вновь присаживаясь на диван.

— А там, в замке… они все такие?

— Какие?

«Совершенные».

— Странные.

— Они обычные для Темного леса. Единственная странная здесь ты. И то ненадолго.

— Отправишь меня домой? — тут же вскинулась я.

— Переодену. Слушай, не пойму, чего ты так рвешься в Вечный лес? — огорошил меня Грейнар.

Я посмотрела на него как на сумасшедшего.

— Издеваешься? Там мой дом.

— Хорош дом! — фыркнул он.

Смолчать я просто не могла.

— Много вы, темные, понимаете в прекрасном! У вас тут тускло, темно, сыро, грустно и противно пахнет. А у нас в Вечном лесу яркие цвета, растения, праздник, улыбки и счастье.

— Неужели? И кто же тот счастливец, что пытался тебя убить?

Я моргнула.

— Убить? Здесь? Да каждый! Даже этот дом!

— Я про твой светлый и прекрасный лес. Неужели ты еще не догадалась, как сюда попала? — закинув ногу на ногу, спросил Грейнар.

Его вопрос поставил меня в тупик.

Честно признаться, постоянные усилия, направленные на спасение своей светлой головки, не способствовали размышлениям о том, как и почему меня занесло на другой край мира. Не до этого мне было. Жить очень хотелось.

А ведь действительно, почему и как?

Мы с Дезире находились в комнате, готовились к празднику, вокруг сновали слуги. Окна были распахнуты и отчетливо слышались песни, шум и смех. Я помнила, как подошла к огромному зеркалу, рассматривая очередное платье. Никак не могла выбрать, в чем пойти. А потом резкий толчок в спину. Зеркало впереди исчезло, и в следующее мгновение я упала в Темном лесу, ободрав колени и расцарапав ладони. После уже появились оборотни, деревья, полянка, тролли и так далее.

— М-м-м, кажется, сообразила, — усмехнулся Грейнар, который все это время с интересом за мной наблюдал. — Тебя сюда выкинули. Не призвали, а выкинули. Одноразовый портал был построен со светлой стороны. Мой тебе совет: прежде чем рваться домой, подумай, кого ты настолько достала, что от тебя решили избавиться таким интересным способом. Потому что следующего раза ты можешь не пережить.

Глава 7

Дезире. Любимая кузина, сестра по духу, подруга по играм. Та, с которой я провела все свое детство. Которую любила и которой верила. Неужели она?

Эта мысль просто не укладывалась в голове. Мы дружили, сколько я себя помню. Даже мое обучение в Уатерхолле не повлияло на наши отношения. Она всегда искренне радовалась, когда я приезжала на каникулах, с интересом слушала, задавала вопросы, смеялась и шутила. Ни капли фальши и лжи в ее поведении я не замечала.

Я бы почувствовала. Обязательно почувствовала!

Или не Дезире? Она не могла так жестоко со мной поступить. Да и не за что. Я ведь только недавно вернулась домой на каникулы.

Тогда кто-то из слуг? Но кто? Кому могли заплатить за предательство? Я перебирала в памяти знакомые с детства имена, представляла лица, ставшие уже родными, и не верила.

И вообще, мы, феи, другие. Нам чужда враждебность и ненависть. Да, мы умели раздражаться, обижаться, но все претензии сразу высказывали, не таили зла, не искали выгоды. Большинство из нас жили одним днем, наслаждаясь жизнью и служению Вечному лесу.

Может, Грейнар ошибся? Да, звучало невероятно, ведь такие маги не ошибаются. Особенно, когда дело касается темной магии. Но ведь все бывает в первый раз.

А вдруг он вообще солгал? Решил подшутить надо мной или отомстить за непослушание и доставленные проблемы? Я тут стою под струями не самой теплой воды в темной тесной душевой, натираюсь черным мылом в стремлении стереть грязь и кровь и перебираю в голове все варианты, а он там радуется, что обманул наивную феечку?

Закрыв кран, я слегка сдвинула занавеску, нащупала полотенце, — само собой серое с черной каемкой, — и обмотала вокруг тела. Вторым полотенцем принялась сушить волосы. После местного мыла они стали жесткими, непослушными и не слишком приятными на ощупь.

«Эх, сюда бы отвар из цветов, который делают в Вечном лесу… Интересно, а у некроманта есть расческа?»

Выпрямившись, я откинула мокрые кудряшки с лица и… едва не заорала.

Передо мной на расстоянии шага стояла Марсия. Ее взрослая версия с фигурой, губами и огромными глазами.

— Я принесла одежду, — равнодушно сообщила она.

В ее руках действительно обнаружились вещи. Небольшая стопка чего-то черно-серого. Я даже не удивилась. Успела уяснить, что яркие цвета здесь не в почете.

— С-с-спасибо, — пробормотала я, принимая одежду.

— Напугала? — склонив голову набок, поинтересовалась Марсия.

В глубине ее глаз промелькнуло и почти сразу исчезло какое-то странное выражение.

— Надо было постучать, — проворчала я.

— Зачем?

Вопрос вогнал меня в ступор.

— Эм… так принято.

— Кем? — тут же спросила она.

Странно было слышать такие вопросы от взрослой женщины. Они больше подходили маленькому ребенку, который торопился познать мир, а потому интересовался всем вокруг.

— Правилами.

— Чьими?

— Общими.

Марсия на мгновение замолчала. Я уже думала, что допрос закончился, но нет.

— А где они написаны?

— Кто? — растерялась я.

Я испытывала дискомфорт, стоя перед ней мокрой и практически голой, замотанной лишь в одно полотенце. Марсия еще и смотрела… странно как-то. Съедать меня вроде не собиралась, но все равно взгляд ее мне не нравился.

— Правила. Общие.

— В книгах по этике, — выдала я первое, что пришло в голову.

— Этика? — медленно повторила она, явно стараясь запомнить новое слово, и кивнула. — А что это такое?

— Наука такая. Учение о жизни. Что правильно, что неправильно.

Наша беседа раздражала. Я все никак не могла понять: темная играет со мной или действительно такая не от мира сего.

— Интересно, — задумчиво протянула Марсия, а потом резко вспомнила о своих обязанностях. — Я принесла вещи, белье и обувь. Несколько пар. Часть сложила в шкаф, часть принесла сюда.

— Спасибо, — отозвалась я, переминаясь с ноги на ногу. — Это все?

— Все? — переспросила Марсия.

— Я хотела бы одеться. Одна. — Я особенно выделила последнее слово.

— Хорошо, — равнодушно отозвалась она. — Если нужна помощь, зовите. Услышу.

«Интересно…»

— А кто ты? — не удержавшись, поинтересовалась я, пока она не исчезла.

— Марсия.

— Это понятно. А происхождение? Ты не похожа на вампира или оборотня. На тролля тем более. Может, ты суккуб?

— Нет. Я тьма.

— Тьма? Это что… какая-то разновидность темных магов? — нахмурилась я, поскольку впервые о таком слышала.

— Нет. Я не маг. Я тьма. Меня создал хозяин.

Тут у меня, как говорится, чуть челюсть на пол не упала.

— Как создал? Разве можно создать кого-то… каким-то другим путем, кроме естественного?

— Не знаю, — пожала плечами Марсия. — Я не интересовалась. Он меня создал, вдохнул жизнь, дал плоть и кровь.

«Интересно, у кого он ее отнял, чтобы отдать тебе?» — промелькнуло в голове.

— Понятно, — пробормотала я.

Хотя на самом деле ничего не поняла. Наоборот, я еще сильнее запуталась. И испугалась. Потому что если Грейнар действительно способен создавать из тьмы такое… то он намного сильнее и опаснее, чем о нем говорили.

Пока я размышляла и обдумывала услышанное, Марсия пропала. Просто растворилась в черной дымке, оставив меня одну.

«Ну и хорошо».

Я положила вещи на полочку и на цыпочках, стараясь не поскользнуться на мокром полу, подошла к зеркалу. Повернувшись к нему боком, попробовала рассмотреть рисунок крылышек на своей спине. Выглядел он не очень: тусклый, блеклый, с кривыми линиями.

Для того чтобы вызвать крылья, потребовалось намного больше времени, чем обычно. Они упрямо отказывались вылезать. Пришлось поднапрячься.

В запотевшем стекле я мрачно изучала свои скрюченные, практически лишенные красок крылышки. Тут обычным отдыхом не отделаться. Надо проводить целый комплекс целебных процедур: специальные мази, крема и так далее. Вряд ли в Темном лесу найдется что-то подобное. Мне следовало как можно быстрее вернуться в Вечный лес. Осталось придумать, как это устроить.

Одевшись, я попыталась с помощью магии высушить волосы, однако не вышло. У меня не получилось вызвать даже крохотные искорки. Это проклятое место будто высасывало из меня жизнь.

Раздраженно топнув ногой, я провела ладонями по влажным кудряшкам и вновь осмотрела свое отражение.

Удивительно, но черный наряд мне даже шел. Оттенял смуглую кожу, добавляя в нее золотистых бликов. Глаза как будто стали больше, ресницы гуще и темнее, а губы краснее, словно их накрасили алой помадой. Платье выгодно подчеркивало фигуру, делая талию тоньше, а грудь — выше. Глубина квадратного декольте балансировала на грани приличий, а длинные узкие рукава обтягивали руки как вторая кожа. Юбка умеренной пышности не мешала ходить и сидеть, красивыми складками спадая до самого пола. Туфельки были аккуратные, с низким каблучком, мягкие и довольно удобные.

— А все не так плохо, — хмыкнула я и послала отражению воздушный поцелуй. — С этим еще можно работать. Такую красоту даже черным не испортишь!

Из уборной я выходила королевой. Придерживая пальчиками подол платья, высоко подняв подбородок, расправив плечи и выставив грудь, выплыла в гостиную. Если честно, я ожидала если не комплиментов, то хотя б восхищенных взглядов.

Ну ведь хороша же! Изящная, грациозная. Почти темная принцесса.

Не дождалась.

Грейнар спокойно поедал ужин и на мое появление не отреагировал. Точнее, отреагировал, но совсем не так, как мне хотелось.

— Долго будешь там стоять? — наливая себе в кружку какую-то бурду, ехидно поинтересовался он. — У нас в Темном лесу действует одно хорошее правило: кто не успел, остался без всего. Так что если ты голодна, садись.

Скрипнув зубами, я направилась к столу.

Стул отодвигать мне никто не собирался, как и ухаживать. Пришлось справляться самостоятельно. Осмотревшись и принюхавшись, я положила себе на тарелку кусок хорошо прожаренного мяса, салатик из овощей, а в стакан налила простой воды.

— Марсия сказала, что ее создал ты, — аккуратно разрезая мясо на кусочки, заметила я.

Он даже не думал это отрицать.

— И что?

— Из тьмы.

— Естественно. Я ведь темный маг, не создавать же мне кого-то из света, — усмехнулся Грейнар.

— Разве такое возможно? — не успокаивалась я.

— Как видишь.

«Чего ж он такой спокойный! Ничем его не проймешь».

— А другие знают?

— Если ты решила меня этим шантажировать, то зря стараешься. Во-первых, знают. Во-вторых, не имеют права вмешиваться в дела Темного леса. В-третьих, мне абсолютно все равно, что они об этом думают.

— Да не собиралась я тебя шантажировать! — возмутилась я. — Просто спросила, а ты сразу подозреваешь меня невесть в чем.

Некоторое время мы ели молча.

Потом я опять не выдержала.

— Ты точно уверен, что портал построен из Вечного леса?

— Абсолютно.

— Но разве это возможно?

— Как видишь.

Я кивнула, прикидывая, как провернуть задуманное. Лучше бы действовать осторожнее, аккуратнее. Но как? Этот темный словно читал мои мысли, угадывая каждый мой шаг.

— Говорят, след от чужой магии остается довольно долго. Правда, прочитать спустя сутки или двое способен лишь очень сильный маг, — равнодушно произнесла я, взяв стакан с водой. — У нас, в Вечном лесу, живет маг, который может прочитать след трехдневной давности. Василиски вообще способны унюхать недельный след. Но это понятно, это их работа, выискивать и вынюхивать… — выдержав небольшую паузу, я с самым невинным видом поинтересовалась: — А ты способен отследить старый след?

Я быстро сделала глоток, стараясь за этим движением скрыть напряжение и эмоции.

Некромант не спешил с ответом. Откинувшись на спинку стула, он с кривой усмешкой несколько секунд изучал мое лицо, а потом протянул:

— До чего же вы, светлые, скользкие…

От неожиданности я едва не поперхнулась. Закашлявшись, отставила стакан в сторону.

— Что? Мы скользкие? — едва слышно просипела я, а про себя подумала: «Кто бы говорил!»

— Именно. Почему вы все время ходите кругами? Скрываете истинные мысли и чувства, прячась за формальностью и никому не нужной вежливостью?

— Ну, конечно, тебя-то в вежливости сложно обвинить.

— А тебя в честности, — парировал он. — Неужели так сложно сказать прямо?

— И о чем же я, по-твоему, должна сказать? — съязвила я.

— Что просчиталась. Что тебе не хватило ума вычислить, кто именно хотел тебя убить, отправив сюда. Что тебе нужна моя помощь, но ты не знаешь, как попросить. Потому что расплачиваться тебе нечем. На тебе уже стоит моя метка. И второй не будет. Так что ты можешь мне предложить, светлая?

Каждое слово било больнее самого сильного удара. Жгло нутро, заставляя краснеть от гнева и отчаяния. Потому что он был прав.

— Как интересно, — с трудом сдерживая гнев, прошипела я. — Ты говоришь о честности и искренности, но сам юлишь. Ты ведь уже придумал, что стребовать за свою услугу, не так ли? Придумал, но специально тянешь время? Может, сразу скажешь?

— А ты быстро учишься, — с одобрительной улыбкой кивнул некромант.

Но я не собиралась радоваться.

— А вдруг тебе так хочется получить от меня новую услугу, и ты решил солгать? И на самом деле никакого предательства нет? — глядя ему в глаза, громко и четко проговорила я. — Портал был построен отсюда, а не из Вечного леса? Может… может ты сам меня вызвал?

— Тебя? — хмыкнул Грейнар и покачал головой. — Поверь, такое разноцветное наказание мне и за тысячу услуг здесь не нужно.

— Не верю. Уж слишком удобно для тебя все сложилось: мое неожиданное появление, метка, а теперь еще и услуга. Может, и вампира ты на меня натравил?

— Проблема в том, что ты никак не можешь проверить свои подозрения, светлая. Ты либо принимаешь правила игры и веришь мне, либо…

— Либо?.. — сощурилась я.

— Либо долго ты не продержишься.

— Это угроза?

— Констатация факта.

«Вот до чего же вредный, а? Я ему слово, он мне — десять. Я обвинение, он выставляет меня дурой! А со мной так нельзя. Со мной вообще никто так не поступал! Я же могла уболтать любого… до этого самого момента. И что теперь прикажете? Сдаться? Да никогда!»

— Ты переводишь тему. — Я отложила в сторону столовые приборы. — Так что ты придумал? Что хочешь за свою помощь? И, чтобы ты там ни рассказывал, мне нужны доказательства.

— Доказательства? — задумчиво повторил Грейнар.

Щелчок пальцев, и на его ладони материализовался крохотный золотистый шарик. Он с каждым мгновением становился все больше и больше. Загорался, словно маленькое солнышко. Затаив дыхание, я следила за ним, не в силах оторвать глаз.

За светом появились ароматы: солнца, лета, цветов, трав, ягод, фруктов и растений. Такой родной и знакомый до боли аромат, что у меня защипало в глазах и защекотало в носу.

Вечный лес. Мой дом.

Звуки… пение птиц, журчание чистейшей воды, смех, музыка и приглушенные разговоры, слова в которых не разобрать.

Я моментально забыла обо всем на свете и невольно подалась вперед, жадно вслушиваясь в голоса, вдыхая привычный сладкий аромат и тоскуя всем сердцем.

Вскоре шарик стремительно уменьшился в размере и исчез.

— Здесь считан магический слепок того, кто открыл портал в Темный лес. Я сделал его сразу, как нашел место твоего приземления.

— И ничего не сказал? — тут же возмутилась я.

— А почему я должен был тебе говорить? — искренне удивился Грейнар. — Слепок я сделал для себя. Светлый без разрешения построил портал в мой дом и что-то выбросил. Я очень сильно не люблю, когда покушаются на мою собственность. Хотел найти сам и наказать. Но могу предоставить это право тебе.

— Взамен…

Предложение заканчивать я не стала, предлагая это сделать Грейнару.

— Ты исправишь все, что успела натворить.

«Но я ничего не делала. И вообще, это не я, а та гадина, что отправила меня сюда. Вот с нее и требуй свой долг!»

Все эти слова — и кое-какие другие, не слишком вежливые, — так и вертелись у меня на языке, но я сумела сдержаться. Проглотила гнев и обиду и сдержанно заметила:

— Пожалуйста, подробнее.

— Ты станешь моим помощником.

— Помощником? — кисло переспросила я, не выказав ожидаемого энтузиазма. — То есть слугой?

— Тебе и это объяснять надо? — покачал головой Грейнар. — И чему вас только в ваших академиях учат? Слуга — это тот, кто прислуживает, выполняет определенные работы. А помощник помогает в решении конкретных задач. Твоя задача исправить все, что натворила и… немного больше.

— Насколько немного?

— Пока я не решу, что достаточно.

— И долго ты так решать будешь? Может, ты меня решил взять в помощники на год, — не успокаивалась я.

Его предложение мне категорически не нравилось. Чувствовался какой-то подвох. Но вот какой?

— На год? — картинно ужаснулся он, а в глубине темных глаз зажглись крохотные смешинки. — Столько я с тобой точно не выдержку. Думаю, дней семь-десять будет более чем достаточно.

«Это же почти все оставшиеся каникулы!»

— А ты продержишься? — ехидно поинтересовалась я, надеясь хоть немного сократить срок.

— Постараюсь.

— И в чем будут заключаться мои обязанности?

Прежде чем соглашаться на сделку с темным, я решила выяснить все нюансы.

— Ничего особенного. Будешь сопровождать меня по Темному лесу, помогать, молчать и не мешать, — перечислил некромант.

— Хм…

Вроде звучало безобидно, однако темные славились своей хитростью.

— А метка? — прищурилась я.

— Останется на тебе. До лучших времен.

Хотелось верить, что эти «лучшие» времена никогда не наступят.

— Время, светлая. Оно бесценно. Решай скорее.

— Хорошо, — после небольшой паузы кивнула я, поднимаясь и протягивая ему руку через стол. — Я согласна. Неделя отработки твоей помощницей в Темном лесу, и ты возвращаешь меня домой и говоришь, кто тот гад, что отправил меня сюда.

— Именно так, — согласился Грейнар, но руку пожимать не спешил.

Разглядывал ее с таким видом, словно ждал подвоха. А ведь это мне стоило паниковать. Это я заключала сделку с сильнейшим темным магом. Вторую за последний час.

— Что? — нервно спросила я, не выдержав молчания.

— Надеюсь, я об этом не пожалею, — выдохнул он, поднимаясь. И, пожимая мою руку, добавил: — Поздравляю с поступлением на темную службу, светлая.

Глава 8

— Раз ты закончила ужинать, то приступим. Из-за появления Эллиардантона я не успел выгулять питомцев. — Некромант отпустил мою руку и неспешно направился к выходу. — Этим и займемся.

Есть действительно больше не хотелось. От этих разговоров аппетит напрочь пропал.

— А кто у нас питомцы? — обходя стол, поинтересовалась я.

Мало ли, вдруг какие-нибудь жуткие монстры типа крокодилов или трехглавых змей. Я бы, честно говоря, ничему не удивилась. От этих темных всего можно ждать.

— Гончие, — просто ответил он.

«Гончие? То есть собаки? Собаки — это хорошо. Я люблю собак! Вот только…»

Что-то внутри меня, наверное, здравый смысл, настойчиво шептало, что все не так прекрасно, как мне представляется.

— А они уже ели? Или их тоже надо будет кормить? — быстро спросила я, когда мы оказались на улице.

Там нам открылся все тот же унылый пейзаж, серое небо, неприятные запахи и скрюченные деревья. Скукота и безнадега.

— Не надо, — качнул головой Грейнар и обернулся ко мне. — Как у тебя с порталами?

— Нормально, — пожала я плечами, но тут же насторожилась: — А что?

Внезапно темнота рядом с нами зашипела. Появился легкий черный дымок. В следующее мгновение мелькнула алая полоса. Словно кто-то рассек воздух, оставив на нем рваную рану. А затем пространство с шипением разорвалось на части, открывая проем с искрящимися и сверкающими красным краями, которые очень походили на лохмотья.

— Не хочу, чтобы тебя стошнило, — беспечно пояснил некромант. — Или ты упала в обморок. А то еще покалечишься.

«Пожалел меня? Неужели?»

Но рано я поверила в человечность некроманта. Темный он и есть темный.

— Тащить тебя я не стану, — продолжил Грейнар. — Помрешь прямо там и потравишь половину нечисти, которая решит сожрать твое светлое тело.

Не знаю, на что я рассердилась больше: на хамские слова или на портал, который он создал с такой легкостью. Наверное, все-таки на второе.

— Ах ты, харг ползучий! — процедила я сквозь зубы, сжимая кулаки и поворачиваясь к нему. — Гад темный! Ты умеешь строить межпространственные переходы!

— Да. И не делаю из этого тайны. Училась бы лучше, знала бы.

И снова он оказался прав. И это разозлило еще сильнее. Клянусь, еще мгновение, и я закипела бы как самый настоящий чайник на плите.

— Все эти часы ты тащил меня по лесу, заставил страдать, стереть ступни в кровь, оцарапать руки и ноги, испачкаться, испортить красивое платье, а сам ПРОСТО МОГ ПОСТРОИТЬ ПОРТАЛ И ДОСТАВИТЬ НАС СЮДА! — прорычала я.

На Грейнара мое негодование не произвело никакого впечатления.

— Мог. И прежде чем ты скажешь еще что-нибудь, напоминаю: я твой хозяин. У нас сделка. Хочешь шипеть и ругаться, забудь про порталы. Будем ходить пешком. Долго и упорно.

Я закусила губу и резко отвернулась. На всякий случай еще и руки убрала за спину.

— Сама пойдешь или помочь?

Продолжая кусать несчастную губу, я бросила в его сторону убийственный взгляд, расправила плечи и быстро шагнула вперед.

«Подумаешь, темные порталы! Да я после всего случившегося вообще ничего не боюсь!»

И снова самоуверенность меня подвела.

Межпространственный переход я перенесла довольно сносно. Меня не замутило, голова не закружилась, я даже не покачнулась. Проблема заключалась в другом — на выходе нас ждали питомцы Грейнара.

«Как там он их назвал? Гончие? Собачки?.. Кхм, я бы сказала собачища».

Передо мной стояли создания, которые по размерам напоминали молодых бычков. Они имели гибкие, стройные тела насыщенного стального цвета, мощные лапы, узкие морды с ушами на затылке, чуть раскосые глаза, в которых горело жуткое зеленое пламя, и белые клыки, которые ярко выделялись в сумраке.

Настоящие жуткие монстры Гаргарда. Под стать своему хозяину.

— Они тебя не тронут, — заявил некромант, останавливаясь рядом со мной.

— Да неужели?

При появлении хозяина гончие в количестве двух штук мгновенно сели, склонили головы и, прижав уши, испуганно уставились на меня.

— На тебе моя метка, — пояснил Грейнар, выходя вперед.

Протянув руку, он коснулся ближайшей гончей, сдержанно погладил ее по голове и повернулся к другой, что смиренно ждала своей очереди на ласку. Со стороны это выглядело странно и даже немного жутко.

— А чем они питаются?

Судя по размерам, питались они троллями. Причем все зелено-розовое семейство такому созданию было на один зуб. Это же где столько еды набраться?

— Тьмой, — ответил некромант.

А ведь нечто похожее я уже слышала.

— Их создал тоже ты? — догадалась я. — Как Марсию?

— Не совсем создал, скорее, вытащил из Гаргарда. Именно этих привел я. Но в замке еще живы гончие, которых подчинил мой отец и даже дед.

— То есть у вас семейный подряд, — пробормотала я, настороженно наблюдая за ним и его питомцами, которые с радостью принимали скупую ласку хозяина.

— Можно и так сказать, — хмыкнул Грейнар и неожиданно предложил: — Не хочешь погладить?

«Я? Руками? Их? Да никогда!»

— Не очень, — призналась я и даже осторожно отступила на полшага назад.

— Боишься?

Если хотел взять меня на «слабо», то зря старался. Я не собиралась рисковать своей жизнью и конечностями лишь для того, чтобы что-то кому-то доказать.

— Разумеется. Ты видел их зубы? А когти?

— Я же сказал, что они тебя не тронут. Или ты мне не веришь?

«Ну вот, снова провокация».

— Если ты не хочешь исполнять условия соглашения, то так и скажи, — парировала я. — А я рисковать не стану.

— Как хочешь.

Грейнар отступил ко мне и что-то быстро произнес. Вроде бы какое-то слово на древнем. Какое именно, я, в отличие от зубастых созданий, не разобрала. Гончие же сразу оживились, вскочили и бросились в ближайшие кусты, с громким хрустом ломая ветки.

— И куда они делись?

— Я же говорил, отправились гулять.

— Не боишься, что они на кого-нибудь нападут?

— На темного без команды не нападут, а вот светлому эта встреча не понравится. И нет, не жалко. Чужакам запрещен вход в Темный лес без разрешения.

— Я бы по своей воле сюда никогда не зашла, — пробурчала я.

— Ну это ты. А охотников за мертвой водой всегда было много.

Точно, мертвая вода — эликсир невероятной силы, способный оживить даже мертвого. Вот только радости и счастья такой поступок никому еще не принес. С помощью воды просыпалось лишь тело — пустая оболочка, лишенная чувств, эмоций и желаний. Просто кукла, игрушка, которая ломалась через пару недель. Максимальный срок жизни такого создания составлял месяц. Но чаще всего ее убивали. Потому что невыносимо было смотреть в глаза родного человека и видеть в них пустоту.

— Но если гончие не трогают темных, то тогда зачем ты здесь? Отпустил бы их гулять и все, — нахмурилась я.

Некромант хмыкнул, а потом словно прислушался. На губах мелькнула и тут же исчезла кривая усмешка.

— За этим, — ответил он, хватая меня за руку.

Я и пискнуть не успела, как вновь открылся портал, в который Грейнар меня и затащил.

На этот раз переход получился резким и неожиданным. Я не успела подготовиться и моментально отхватила последствия: оглохла на оба уха и слегка потерялась в пространстве. Даже картинка перед глазами поплыла. Именно поэтому я не сразу сориентировалась.

— … и не подумаю! — донесся до меня возмущенный женский голос.

Пелена постепенно спала с глаз, и я увидела перед собой маленький деревянный домик. Довольно симпатичный и аккуратный. С резными ставнями, которые украшали простые, но оттого не менее симпатичные рисунки, и ухоженным крыльцом, на ступеньках которого пестрел домотканый половик. Крыша из дранки немного потемнела от времени, и кое-где на ней вырос яркий зеленый мох. За окошками виднелись пестрые занавески, а в нос ударил приятный аромат сладкого варенья. Такой яркий и аппетитный, что рот мгновенно наполнился слюной.

Мне бы хоть ложечку.

— Вэйла, я же тебя предупреждал, — произнес некромант.

В его голосе я не уловила угрозы, злости, неприязни или раздражения. Скорее усталость и, возможно, смирение. Странное сочетание для грозного хозяина Темного леса.

— Ну предупреждал, — воинственно отозвалась незнакомка, — и что дальше? В подземелье отправишь? Или ищеек своих натравишь? Так они меня боятся не меньше, чем тебя. Вон как скулят!

«А она мне нравится. Очень-очень. Настолько, что я готова с ней дружить».

Обладательницу командного голоса я нашла довольно быстро. Она стояла по другую сторону плетеного забора, на котором висел ловец снов, уперев руки в бока, и грозно смотрела на некроманта.

Одного взгляда на ее красивое румяное лицо с васильковыми глазами и черными волосами, украшенными разноцветными лентами, хватило, чтобы понять, к кому мы нагрянули в гости.

Ведьма. Настоящая темная ведьма.

Почему темная? А потому что другие здесь бы точно не выжили. Хотя, насколько я помнила, они не любили разделения на темных и светлых, называя себя нейтральными.

Жажда дружить немного поутихла. И дело не только в том, что она была темной. Просто ведьм опасались, причем намного сильнее, чем тех же драконов и орков с троллями. Страшнее считались только василиски. Эти создания, закрыто жившие в долине, которую со всех сторон окружали неприступные скалы, внушали ужас каждому живущему. Василиски были первоклассными наемниками, которые не знали поражения. Могли выследить и найти кого угодно и где угодно. Если они вышли на ваш след, то спасения не будет.

Но вернемся к ведьмам.

Их особенность заключалась в том, что даже при самом крохотном уровне дара с помощью древних заговоров и зелий ведьмы творили невероятные чудеса. Они умели общаться не только с животными, но и слышали шепот растений, читали послания ветра и даже предсказывали будущее по камушкам и перьям. А еще обладали способностью так проклясть одним словом, что даже древняя кровь не могла защитить несчастного.

Еще одной отличительной чертой являлось то, что ведьмы никогда не учились в академиях. Уатерхолл был известным, почетным и довольно популярным учебным заведением. Кто только ни проходил обучение в его древних стенах. Но ведьм не было никогда. Хотя я слышала, что несколько лет назад ректор пробовал набрать небольшую группу, но у него так ничего и не вышло.

Ведьмы редко делились своими тайнами и секретами. Все знания и дар они передавали лишь той ученице, которую на склоне лет лично выбирали из множества претенденток. При этом счастливице совсем не обязательно было родиться с даром. Достаточно лишь попасть в услужение и хорошо поработать несколько лет, выполняя приказы наставницы и во всем ее слушаясь.

И, конечно же, ведьмы были невероятно красивы. Вэйле на первый взгляд я не дала бы больше тридцати, а на самом деле она могла уже давно отметить сотый день рождения.

— Закон есть закон.

— Ты меня законами не пугай, Грейнар, — усмехнулась она, тряхнув черными кудрями. — Я их не хуже тебя знаю. И могу напомнить один, который ты так старательно избегаешь.

Я невольно залюбовалась ее красотой и грацией. Яркая, смуглая, синеглазая, дерзкая и бесстрашная. Ах, как Вэйле шла светлая блузка, широкая юбка и платок с разноцветными цветами, которым она подпоясалась, подчеркивая талию!

Я-то думала, что в Темном лесу все серо-черное и унылое. А сейчас выяснилось, что не всё и не все. Вот, например, какая яркая женщина. Живая и настоящая. И то, что ведьма, ее ничуть не портило. У каждого есть недостатки.

— Речь сейчас идет не обо мне, а о тебе. Ты же знаешь, что эти ягоды собирать запрещено.

— У меня есть разрешение, — заявила она, — подписанное твоим отцом.

«Отцом? Так и знала, что этой ведьме уже много лет».

— Именно из-за этого разрешения я еще с тобой разговариваю, а не приказываю гончим нападать, — устало ответил Грейнар.

— Ты меня своими шавками не пугай.

«Шавки» обиженно зарычали, но остались стоять на месте — за нашими спинами. Я так увлеклась изучением ведьмы, что только сейчас их заметила.

— Разрешение тебе выдали, я не отрицаю. Но сейчас ситуация изменилась.

— А из-за кого она изменилась, а? Видел бы тебя отец!

— Отца не трогай, — отозвался некромант. — Лучше верни все, что собрала.

— Если только в банках. По десять золотых за штуку.

Клянусь, в этот момент мне захотелось ей поаплодировать. Даже пришлось убрать руки за спину, чтобы не натворить глупостей. А вот смешок сдержать не получилось. И это, конечно же, привлекло внимание.

Взгляд васильковых глаз остановился на мне.

— А это что за чудо разноцветное?

Я не поняла: то ли обидеться, то ли рассмеяться. Зато на губах ведьмы уже сияла широкая улыбка, а глаза лукаво блестели.

— Сэлли, — представилась я.

— Сэлли. Ты же фея, да? Из Вечного леса?

— Да.

Отрицать было глупо. Хотя, судя по взгляду некроманта, он хотел именно этого. А еще лучше, если бы я молчала и вообще не открывала рот.

— И с каких это пор великий и ужасный Грейнар ходит по Темному лесу в компании светлой феи? — насмешливо поинтересовалась Вэйла.

— С недавних. И ненадолго, — сухо бросил он.

— Я тут на практике от академии. Зимней, — выдала я. — По обмену, так сказать, опытом.

Такое объяснение показалось мне вполне удачным. Однако вышло не очень. Я поняла это, как только закончила фразу. И чего мне не молчалось? Зачем влезла?

Взгляд некроманта стал еще более выразительным. Похоже, он всерьез раздумывал над тем, чтобы снять метку и скормить меня своим собачкам. Пока я опять что-нибудь не ляпнула.

— По обмену? Это что за академия такая?

— Уатерхолл, — упавшим голосом произнесла я и закусила губу, чтобы не сболтнуть еще чего-нибудь.

— Надо же, не слышала о таком. У меня подружка живет в городе рядом с вашей академией. Тоже ведьма. Надо будет у нее поинтересоваться о новых правилах академии.

Ведьма рядом с Уатерхоллом? Никогда бы не подумала. Ведьмы не любили города и предпочитали селиться в лесах или на окраине деревни, поближе к природе и силам стихий. Интересно, а эта что забыла рядом с академией? Может, решила принять предложение ректора и возглавить факультет ведьм?

— У нее там внук учится, — пояснила Вэйла, словно прочитав мои мысли. — Поругался с семьей, сбежал из дома, поступил в вашу академию. Вот она и присматривает.

«Внук ведьмы? В Уатерхолле? Вот это новости. Бриана мне точно не поверит».

— Раз мы не сумели договориться, и ты продолжаешь упорно таскать запретные травы и ягоды, я буду вынужден поставить ловушки, — заявил Грейнар. — Гончих ты не боишься, моего гнева тоже. Тогда придется действовать по-другому.

— Думаешь, ловушки меня испугают? — усмехнулась она, вновь обратив внимание на некроманта.

— Эти испугают. У каждого из нас есть слабости, и я знаю твои.

Ведьма шумно вздохнула, и вокруг нас тут же взвыл ветер. Налетел, закружил, растрепал волосы, поднял мою юбку и скрылся, чтобы налететь на некроманта. Впрочем, тот даже не пошевелился, вызвав в глубине васильковых глаз короткую вспышку злости.

— Лес затихает, Грейнар, и твое упрямство лишь усугубляет ситуацию. Я слышала, твой замок уже почти полностью подчинился тьме.

— С каких пор ты веришь сплетням, Вэйла? — усмехнулся он.

— Не верю. Я слышу. В шепоте ветра, в шелесте трав, в стонах земли. Ты выбрал опасный путь, некромант.

— Возможно. Но это мой путь и мое решение.

— Но оно отразится на каждом из нас.

Я абсолютно не понимала, о чем речь. Но было жутко интересно.

— Хочешь ставить ловушки — ставь. Кто я такая, чтобы спорить с хранителем Темного леса, — пожала плечами ведьма. — Но знай: двери моего дома всегда открыты для тебя. — Быстрый взгляд в мою сторону. — И для тебя, Сэлли, фея Вечного леса.

Я едва не задохнулась от восторга.

«Ничего себе! Это же приглашение! Официальное приглашение от ведьмы!»

Без него попасть в дом ведьмы очень и очень сложно. А тут она дала сама, по доброй воле. И бессрочно.

— Спасибо, хозяйка, — склонила я голову.

Все-таки кое-что из уроков я помнила.

Когда вновь на нее посмотрела, на губах ведьмы играла одобрительная улыбка.

— Благодарю, хозяйка, — кивнул Грейнар. — Хотя, надеюсь, это приглашение мне не понадобится.

В ее глазах вновь вспыхнули и погасли огоньки.

— Кто знает… кто знает, — нараспев отозвалась Вэйла. — Лишь время покажет.

И я внезапно подумала о том, уж не заглянула ли она в будущее? Вдруг увидела там что-то такое. Неужели мне когда-нибудь понадобится ее приглашение? Но зачем?

Однако ответов на мои вопросы не было. Даже задай я их вслух, никто ничего не скажет. Лишь время покажет.

Глава 9

Следующей неожиданностью стало приглашение от ведьмы на чай. И это после небольшого скандала, который произошел между ней и Грейнаром. Только ругались, глазищами сверкали, а уже мило общаются, словно ничего и не было. Какие интересные у них взаимоотношения.

— В другой раз. У нас дела, — отказался некромант, бесцеремонно хватая меня за руку.

Я успела лишь кивнуть на прощание, и он затащил меня в открывшийся портал.

И снова неприятные ощущения: дискомфорт в животе и пляшущие искорки перед глазами. А еще раздражение, которое за последние сутки стало моим неизменным спутником. Просто катастрофа для светлой феи!

— Аккуратнее можно? — буркнула я, вырывая руку. — В конце концов, я девушка.

— В первую очередь ты мой помощник, — равнодушно отозвался он. — Кроме того, спешу напомнить: ты сама на это согласилась. Так что не жалуйся.

— Как будто у меня был выбор.

— Выбор есть всегда, светлая. — Грейнар бросил на меня короткий взгляд. — И ты свой сделала.

Я уже открыла рот, чтобы высказать все, что думаю о нашей сделке, но в этот момент раздался приглушенный вскрик, а следом утробное рычание.

— Это что такое? — ахнула я, осматриваясь.

Однако ничего нового не заметила: все те же деревья, сумрак, туман и запах сырости. По-моему, Темный лес везде был одинаковым. Менялась лишь живность, которая в нем обитала.

— Работа, — коротко бросил некромант и рванул вперед через колючие кусты.

Которые послушно расступились, пропуская хозяина вперед, и тут же сомкнулись перед его помощницей, то есть мной.

— Вот же… — пробормотала я, продираясь сквозь колючий кустарник, вновь царапая руки и оставляя на ветках крохотные клочки ткани.

С трудом, но мне удалось продвинуться вперед. Еще шаг, и я оказалась на небольшой полянке. Первое, что я увидела — внушительные туши гончих, которые сидели у огромного толстого дерева и, задрав узкие морды, тихо рычали.

«Как они успели так далеко убежать? И главное когда?» — пронеслось в голове.

А потом я подняла глаза и обнаружила на дереве маленькую худенькую фигуру, которая отчаянно цеплялась за ветки, боясь упасть вниз. Все ясно, эти твари загнали на дерево какого-то несчастного и теперь нетерпеливо рычали.

— Тихо! — скомандовал Грейнар, подходя ближе.

Гончие мгновенно перестали рычать и, прижав уши к головам, негромко заскулили.

— Слезай, — велел он потенциальной жертве.

— Не слезу! Лучше сразу в Гаргард! — прозвучал тонкий и нежный голосок.

Неужели девушка? Я осторожно приблизилась и попыталась рассмотреть незнакомку, но ничего не увидела, кроме старых штанов с заплатами на коленках и стоптанный ботинок с рваной подошвой.

— С Гаргардом мы успеем. Ты нарушила границу кланов.

Незнакомка шмыгнула носом и выдала:

— И что? Убьете меня? Или этим отдадите? Решайте уж, только домой я не вернусь! Лучше сразу сожрите!

Девушка явно старалась говорить решительно, но ее голос предательски дрожал от волнения и непролитых слез. Сколько же ей лет? Судя по всему, не больше пятнадцати-шестнадцати. Совсем ребенок. Здесь, в Темной лесу, и одна!

Меня буквально накрыло волной жалости, и я не сумела сдержаться. Даже про ищеек забыла.

— Никто тебя не будет сжирать. — Я решительно шагнула вперед. — Я тебе обещаю.

Ответом мне стало молчание и удивленное сопение.

Грейнар, который стоял так близко, что я почти касалась его плеча своим, слегка наклонился и тихим, вкрадчивым голосом произнес:

— Интересное заявление… от той, которая не способна обеспечить даже собственную безопасность.

— Это ведь ребенок, — повернувшись к нему, яростно прошипела я. — Она боится. Чего ты хочешь добиться угрозами и своими зверюгами?

— А ты просто защитница слабых и обездоленных, — ядовито усмехнулся он.

Я тоже не осталась в долгу.

— Ну ты ведь не справляешься со своими обязанностями. Значит, это буду делать я, твой помощник.

В его глазах всколыхнулась тьма, на мгновение заполнила белок непроглядной чернотой и тут же схлынула.

— Осторожнее, светлая, я все еще могу превратить тебя в умертвие. Из них тоже получаются замечательные помощники. Хорошие, послушные и молчаливые.

— И скучные, — парировала я и вновь повернулась к дереву и девчонке, которая пряталась в его ветвях: — Спускайся, мы тебя не тронем.

— Ага, просто вернете дядьке! — выкрикнула она.

— А кто у тебя дядька? — поинтересовалась я.

Надо же знать, против кого собралась идти.

Незнакомка снова засопела, а потом нехотя ответила:

— Вожак клана Быстрых.

Сдается мне, речь шла о двуликих. Ну не о троллях же. Их язык не повернется назвать быстрыми и ловкими.

— Как же ты умудрилась от них сбежать? — хмыкнул Грейнар, а после что-то резко и отрывисто приказал на древнем языке.

Гончие поднялись и мгновенно удалились, ломая кусты. Явно отправились на поиски новой жертвы. Сразу стало спокойнее и легче. А то рядом с собачками у меня не получалось сосредоточиться. Тут либо за чужую жизнь борись, либо свою спасай.

— А я умная и способная, — донеслось с дерева.

— Очень умная, — согласился некромант, — раз сумела не только сбежать из клана, но и запутать следы. Двуликих сложно обмануть, а ты хорошо скрыла след. Они ведь так и не вышли на него, плутают в другой стороне. Только как ты собралась сбегать от плотоядных пауков?

Я сглотнула и нервно заозиралась по сторонам.

Пауков я не любила. Никаких. Даже самых маленьких. Про плотоядных и говорить нечего. Эти твари были намного больше своих мелких сородичей, водились лишь в Темном лесу и очень любили ловить зазевавшихся путников, которые посмели попасть на их территорию. Сворачивали в кокон и потом… буээээ.

— Пауков? — пискнула девочка.

— Спасаясь от Оргайла Быстрого, ты умудрилась сбиться с пути и угодить на территорию пауков. Еще и сигнальную паутину задела. Они уже рядом. И лишь мое присутствие их останавливает от атаки.

Я придвинулась к некроманту еще ближе и нервно огляделась. Теперь мне чудилось, будто из каждого куста, из-за каждого дерева за мной наблюдают крохотные глазки. Наблюдают и облизываются.

— Вы… вы обманываете, — нервно проговорила она. Правда, уверенности в ее голосе не было совсем.

— Мы можем уйти, и ты сама во всем убедишься, — многозначительно заметил Грейнар.

И даже сделал шаг назад. Я быстро последовала за ним. Лишь чувство гордости не позволило мне схватить его за руку и прижаться всем телом. Все-таки пауков я боялась больше, чем некроманта.

— Не надо! — в панике вскрикнула девушка.

Послышался хруст ломающихся веток, нервный шепот, и спустя пару секунд к нам спрыгнула юная двуликая.

У меня в который раз сжалось сердце. До чего же мелкой и болезненно худой она выглядела! Словно и не девушка вовсе, а ребенок. Изможденное лицо с острыми скулами, на одной из которых желтел синяк, разбитая губа со следами запекшейся крови, огромные серые глаза, густые брови, одну из которых пересекал рваный белый шрам. Короткие темные волосы подстрижены рвано и неуклюже. Одежда, состоящая из старых, грубо залатанных штанов, серой рубахи с бурыми пятнами и облезлого жилета, была больше на пару размеров и висела на ней мешком.

— Не отдавайте меня дядьке, — глядя на нас исподлобья, попросила она.

Пришлось закусить губу, чтобы сдержаться. Так хотелось подойти ближе, обнять двуликую, утешить и пообещать, что будет все хорошо.

— Я не имею права вмешиваться в дела кланов, — покачал головой Грейнар. — Ты должна вернуться в семью. Таков закон.

«Ну это уже слишком!»

— Домой? — прохрипела я, поворачиваясь к некроманту. — Неужели ты не видишь? Да ее голодом морили, били, издевались и унижали. Разве можно возвращать ее назад?

«Как же можно быть таким черствым и бессердечным? Неужели ему не жалко испуганного ребенка?»

— Есть закон, светлая, — отрезал Грейнар. — Двуликая принадлежит клану. Ее дядя за нее отвечает как ближайший родственник.

— А твои родители? — торопливо спросила я, взглянув на девочку.

— Мамка в родах ушла. А папка умер три года назад, и изба досталась мачехе и братьям. Как мачеха меня выгнала из избы, дядька приютил. Я по дому помогала, щенят его нянчила. А неделю назад он решил выдать меня за Грума, нашего кузнеца. А я не хочу. Он уже три жены похоронил. Никто не выдержал. Говорят, за любую провинность кузнец любит кулаками махать и зверя выпускать. Ему уже сорок лун миновало.

— То есть выдают за старика, — поняла я. — Тебя как зовут?

— Аррия.

— И сколько тебе лет, Аррия?

— Семнадцать недавно исполнилось.

А выглядела она и того младше. Бедный ребенок!

— А дядя твой, он по отцу или по матери? — неожиданно поинтересовался Грейнар.

И я возликовала. Вдруг все не так плохо, и он найдет способ спасти девчонку от злобных родственников?

— Папкин брат старший. А у мамки не было родственников. Когда папка ее в дом привел, бабка сильно осерчала, выгнать все пыталась. Говорила, она из худого клана и я такая же.

— Почему из худого? — тут же вскинулась я.

— Так заговоры я знаю… сама не знаю, откуда, а знаю. А двуликие магию не любят, — потупившись, пояснила Аррия.

«Какая талантливая девочка!»

— Мы должны ее оставить, — обратилась я к некроманту.

— Мы? Оставить? Интересное замечание. Двуликая не игрушка и не подарок на день рождения. Кого ты собралась оставлять? Или хочешь забрать в Вечный лес?

— А если и так? Все лучше, чем у главы клана. Ты посмотри, до чего он довел ребенка.

— Есть закон, светлая, — ледяным тоном повторил Грейнар.

«Ух, так бы и стукнула его по голове!»

— Идем. — Он протянул руку двуликой.

Та сжалась и прошептала упавшим голосом:

— Вы вернете меня дядьке?

— Сначала я должен его найти. А ты пока побудешь с моей помощницей.

Аррия всхлипнула, но спорить не стала, вложив ладонь ему в руку.

Мне же пришлось самой хватать его за локоть, пока они не исчезли. В душу закралось подозрение, что некромант собирается нарочно оставить меня здесь с пауками.

Портал перенес нас прямо к знакомому черному домику.

— Светлая, займись нашей гостьей, а я скоро вернусь, — велел Грейнар и миг спустя пропал в новом сверкающем портале.

— Как будто я сама не знаю, — проворчала я. Потом повернулась к двуликой и с улыбкой произнесла: — Я Сэлли, фея Вечного леса, и обязательно тебе помогу.

Аррию мои слова не впечатлили. Наоборот, она нахмурилась, осмотрела меня и недоверчиво поинтересовалась:

— А где твои крылья? У темных фей они есть.

— Они и у светлых есть, но мы умеем скрывать их под одеждой.

— Зачем?

— Чтобы не мешали вне Вечного леса.

— Странно.

«Замечательно! Даже несчастная двуликая, которая чуть ли не с детства привыкла к унижениям и побоям, считает меня странной и смотрит сочувственно. А ведь это я должна ее жалеть».

— Пойдем в дом. — Я взяла ее под руку. — Ты голодная? Конечно, голодная. Я тебя сейчас покормлю. А еще ты искупаешься, смоешь с себя пыль и грязь и переоденешься. У меня здесь не так много одежды, но, уверена, мы что-нибудь обязательно найдем.

Первая проблема возникла почти сразу.

Мне нечем было ее накормить. Точнее, продукты имелись, но ничего приготовленного. Аррия, конечно, двуликая, но не могла же я предложить ей погрызть сырую тушку кролика вместе с сырой морковью и запить все холодной водой? Она в первую очередь человек, а потом уже зубастый зверь.

— Так, — широко улыбнулась я, поворачиваясь к девушке, которая застыла у дверей, неловко переминаясь с ноги на ногу, — ты иди в душ, а я приготовлю что-нибудь перекусить.

— Душ? — недоуменно переспросила она и сморщила носик. — А это что? Вы корыто вроде обещали, чтоб отмыться. Но не переживайте, — добавила поспешно, — мне много воды не надобно. Я и в старой могу ополоснуться.

«У меня сейчас случится приступ! Вот честное слово! Бедная малышка! Не знать, что такое душ и купаться в использованной, грязной воде! Своими руками придушила бы ее родственничков. А еще лучше одарила их благодатью. Такой, чтобы весь Темный лес на них начал охотиться».

— Душ… это что-то вроде водопада, — начала я и едва не стукнула себя по лбу.

«Ну да, хорошо объяснила, ничего не скажешь. Где тут в лесу водопад?»

Судя по растерянному лицу двуликой, я еще сильнее ее запутала.

— Давай так. Лучше один раз увидеть, чем слушать мои объяснения. Пойдем, это не страшно, а очень даже удобно.

Обняв за плечи, я повела ее в сторону уборной.

Посвящение в прелести цивилизованной жизни заняло довольно много времени. Сначала Аррия наотрез отказалась лезть в непонятную прозрачную коробку. Пришлось на личном примере показывать, что это не опасно.

Правда, забираться в кабинку, будучи на каблуках и в одежде было не слишком хорошей идеей. Потому что одно неловкое движение, и я задела кран локтем. Мгновение — и мне на голову сверху полилась холодная вода.

— Уи! — взвизгнула я, выскакивая наружу.

— О-о-о, — выдохнула двуликая, с восторгом рассматривая водяные брызги. — Вода. Как дождик. Это какая-то магия, да?

— Не совсем.

— Только маги могут засунуть дождь в такую маленькую металлическую трубку.

Она шагнула вперед и подставила руку под капли, набирая полную ладонь. А потом потянулась к ней губами, явно собираясь сделать глоток.

— Стоп! — рявкнула я. — Сначала надо вымыть руки! И искупаться!

Следующие десять минут я объясняла, как поворачивать краны, чтобы добиться комфортной температуры.

— Она еще и теплая? — ахнула Аррия. — Я о таком только в сказках слышала. Про волшебные источники, в которых вода теплая как парное молоко и нежная как руки матушки.

— Это просто нагретая вода. Она не имеет к источникам никакого отношения… наверное.

Прежде чем оставить её одну, я попросила девушку последовательно показать, что она будет делать и как. Убедившись, что она всё запомнила, я показала ей на мыло. Эх, жаль больше ничего у Марсии не попросила.

— Это чёрное мыло. Оно отлично отмывает. И пахнет довольно сносно.

— А зачем?

— Чтобы быть чистой и свежей.

Двуликая принюхалась к своей плешивой жилетке.

— Пахнет домом и костром. Привычно. А это… чужой запах… мёртвый.

— Ну как знаешь, — пожала я плечами. — Только грязь без этих штук отмыть будет сложно.

Аррия замешкалась. Вновь осмотрела свои вещи. А потом принялась решительно стягивать жилетку.

— Дом… он чужой. И одежда чужая. И я там тоже… чужая. Не хочу больше этим пахнуть. Новая жизнь и новый запах. Пусть даже и такой.

«До чего смелая и решительная девочка. Прямо горжусь ей».

— Верное решение. Вещи бросай на пол. Воду не жалей, ее много. Купайся, сколько хочешь. Полотенца вот здесь. А я пока займусь едой и твоей одеждой.

Оставив Аррию одну, я вышла на середину комнаты, осмотрелась и осторожно позвала:

— Марсия.

Ничего не произошло.

Собственно, а на что я надеялась? Что создание тьмы отзовется?

— Марсия, — позвала я чуть громче, почему-то уверенная, что она меня слышит, — мне нужна помощь. Очень.

Ничего. А потом...

— Для чего? — раздался тихий голос за спиной.

Охнув, я схватилась за сердце и быстро повернулась. Передо мной стояла детская версия Марсии. Девочка, склонив голову, изучала меня.

— У нас гости.

— Ты тоже гость.

— Да. Но я теперь еще и помощница Грейнара.

— Интересно, — протянула она. — И что ты хочешь?

— Нам бы еды. Бутерброды, может, какие. Или еще что-нибудь. Девочка, двуликая, вечно голодала, подвергалась насилию со стороны родственников. Ей надо помочь.

— Почему надо?

Я тяжело вздохнула, пытаясь подобрать слова.

— Потому что так правильно.

— Снова эта странная итика?

— Этика, — поправила я и кивнула. — Да. Этика и просто… надо помогать тому, кто в этом нуждается.

— Почему?

— Потому что мы можем это сделать. Помочь, защитить, обогреть и утешить. И это не доставит нам никакого беспокойства, а наоборот, будет в радость, — терпеливо пояснила я.

— Делиться продуктами и вещами? Разве это радость? — нахмурилась Марсия. — Это все принадлежит господину.

— С твоего господина не убудет. А мы сделаем Аррию счастливой.

— Ты меняешь вещи на чужие эмоции? И говоришь, что это правильно?

В ее трактовке звучало действительно странно и немного глупо.

— А ты никогда никому не помогала просто так?

— Нет.

«Это сложнее, чем я думала».

— А чувствовать ты умеешь? — решила я зайти с другой стороны.

— Чувства — это слабость.

— Возможно. Но это и большое счастье. Эмоции — это жизнь.

— Я не могу жить. Я создание тьмы, — равнодушно ответила Марсия.

— Легенда гласит, что первые темные произошли из пламени Гаргарда много веков назад. И тем не менее, они способны чувствовать. А ты чем хуже?

Марсия нахмурилась, силясь переварить сказанное.

— Если я помогу тебе и двуликой, то я буду чувствовать?

— Не знаю, — честно призналась я. — Но ты можешь попробовать. Не выйдет сейчас, получится в другой раз. Главное не сдаваться. И ещё принеси шампунь, гель, крем, молочко для тела. Мыло — это прекрасно, но уж слишком мало. Девушка должна вкусно пахнуть и сиять. Мыло для этого мало подходит.

Она кивнула. Ничего не ответив, растворилась в клубах темного дыма. А я так и не поняла, согласилась Марсия помочь или отказалась.

Только взглянув на стол, поняла, что сумела убедить создание тьмы. Там, где еще мгновение назад ничего не было, появились тарелки с румяными пирожками, различные бутерброды, зажаренные до хрустящей корочки, голени куропатки, фаршированные яйца, холодный мясной рулет и ажурные блинчики.

— Спасибо. Большое спасибо, — улыбнулась я, зная, что Марсия меня услышит.

Взяв бутерброд с копченым мясом, горчицей и зеленью, я села в кресло и принялась ждать. Оставалось надеяться, что Грейнар явится сюда позже и даст Аррии нормально отдохнуть и поесть, а заодно и обсудить дальнейшие действия.

Какие бы законы тут ни действовали, я не собиралась так просто сдаваться и возвращать двуликую в руки ее семейству.

Глава 10

Аррия вышла минут через тридцать. Посвежевшая, с румяными щеками и блестящими от восторга и возбуждения темными глазами. Короткие мокрые волосы рваными прядями обрамляли симпатичное личико с молочного цвета кожей. На ней было серое платье с длинными рукавами, которое красиво облегало сформировавшуюся фигурку, подчеркивая тонкую талию, округлые бедра и небольшую грудь.

Заметив мой заинтересованный взгляд, Аррия смущенно улыбнулась.

— Никогда не носила таких нарядов, — призналась она и осторожно провела ладонью по юбке, коснулась талии. — Ткань такая мягкая и совсем не колючая. А еще есть пуговицы. И нижние юбки. Мне даже дали чистое белье.

Мне стало немного неловко. Все блага, которыми она так открыто и искренне восторгалась, для меня были естественными и привычными.

— Надеюсь, ты проголодалась, потому что Марсия накрыла на стол, — произнесла я, отступая в сторону.

В глубине ее глаз промелькнул настоящий звериный голод. Аррия быстро закивала и шагнула вперед.

— А Марсия… — неуверенно произнесла Аррия, присаживаясь за стол. — Это та, что принесла одежду и странные тюбики для мытья?

«Принесла всё-таки!»

— Да.

— Она странная.

Аррия жадно осматривала стол, но не решалась взять хоть что-то, и лишь добела сжимала кулаки.

«Нет, так не пойдет».

Пришлось брать дело в свои руки. Взяв тарелку, я положила пару бутербродов, голени, яйца и пирожки. Всего по чуть-чуть, но блинчикам все равно места не хватило.

— Ешь, — велела я и уселась напротив.

Дважды Аррию просить не пришлось.

Схватив пирожок, она ловко разломила его пополам и, прежде чем начать есть, глубоко вздохнула сладкий аромат выпечки и ягодной начинки. Сглотнув, торопливо откусила и принялась быстро жевать.

Подперев голову рукой, я внимательно наблюдала за ее действиями. В душе царила радость и какое-то странное умиление. Как будто я смотрела на собственное дитя. Никогда не испытывала подобных эмоций. И они показались мне… интересными.

Я старалась не мешать, давая возможность Аррии утолить первый голод. Подкладывала кусочки в тарелку, выбирая самые лучшие, потом налила морс и поставила стакан рядом. И лишь когда она слегка насытилась и перестала с жадностью набрасываться на еду, осторожно поинтересовалась:

— Ты назвала Марсию странной. Почему?

— У нее нет запаха, — ответила Аррия, облизав пальцы от жира, который остался после поедания сочной голени. — У всех есть запах. Личный и уникальный. Его сложно спрятать и замаскировать. Даже дорогими вонючими мылами. Даже тогда он останется.

— Правда? И чем же пахну я?

Она бросила на меня короткий взгляд.

— Солнцем. — Ее лицо озарила счастливая улыбка, преображая черты лица и убирая тревогу из глаз. — Ягодами и лесом. Не таким, как наш. Другим лесом. Живым, ярким, светлым.

— А Марсия, значит, без запаха?

— Да. Даже мертвые пахнут сырой землей и гнилью, а у нее ничего. Непривычно, — отозвалась Аррия, макая сложенный треугольником блинчик в пиалу с ароматным оранжевым медом.

Так прошло еще полчаса. Грейнар все не появлялся. Я даже успела заварить себе чай и выпить половину, когда снаружи послышался какой-то шум.

Аррия замерла испуганной птицей и побледнела. В глубине глаз застыл такой ужас, что я моментально догадалась: это не некромант.

— Тихо! — резко поднимаясь, скомандовала я.

Шум повторился, а затем раздался грубый мужской голос, в котором явно улавливались командные рычащие нотки.

— Хр-р-ранитель, я пр-р-ришел за своей собственностью! Верни ее!

— Дядька, — прошептала Аррия и вся буквально сжалась от страха.

Казалось, еще секунда и она вскочит, метнется под стол, лишь бы хоть как-то спрятаться от злого родственника.

— Ничего не бойся. Я тебя не отдам, — поспешно заверила я.

Она не поверила. В глазах промелькнула такая тоска, отчаяние и безысходность, что у меня сжалось сердце.

— Он вожак клана. Ему нельзя перечить.

— Это мы еще посмотрим. Сиди здесь и, что бы ни случилось, не смей выходить из дома. Здесь ты под защитой Грейнара, и даже вожак клана ничего не может сделать.

Оставалось надеяться, что некромант не перейдет на сторону этого двуликого.

— Вер-р-рни! — тем временем продолжал он драть глотку.

— Размечтался, — едва слышно прошипела я и приблизилась к двери.

Поправила платье, разгладила складки на юбке и после недолгих раздумий закатала рукава, обнажая темную метку. Пусть знает, какие силы стоят за моей спиной.

Наконец я открыла дверь и вышла на крыльцо, стараясь при этом выглядеть уверенной, смелой и бесстрашной. Совсем как некромант, чьи спокойствие и невозмутимость неизменно вызывали у меня зависть.

Оказавшись за порогом, я осмотрелась по сторонам и с трудом удержалась, чтобы не броситься обратно в дом, закрыть дверь на все замки и подпереть ее диваном. Лучше бы шкафом, но его я не дотащу.

У домика некроманта собрались десятка два крепких, сильных и, судя по выражению лиц, весьма недружелюбных двуликих. Впереди, в паре ярдов от крыльца стоял их вожак — мужчина около пятидесяти, с седыми волосами до плеч, короткой аккуратной бородой и светло-карими глазами. Его грубое обветренное лицо пересекал уродливый шрам, который тянулся по диагонали от уголка брови через нос в уголок губ. Одет вожак был в коричневые кожаные штаны, темно-серую рубашку и кожаный жилет с серым меховым воротником. На его груди висел металлический кулон в виде оскалившейся морды волка, глаза которого сверкали ярким алым светом.

Остальные двуликие такими украшениями похвастать не могли, как и меховым воротником и заклепками на жилете. Именно поэтому я и решила, что этот седовласый тут главный. Да и держался он вызывающе и нагло.

— С бабой говорить не буду, — раздраженно рыкнул он и демонстративно сплюнул себе под ноги. — Где твой хозяин и эта гадина, что посмела нарушить вековой закон и пойти против клана?

От него и всей толпы двуликих исходила такая первозданная мощь, что даже коленки задрожали, а сердце рухнуло в пятки и там забилось. А еще меня пугали их глаза: желтоватые, светящиеся в сумраке ночи.

— Ой, а повежливее можно? — демонстративно поморщилась я. — Ты не со своей бабой разговариваешь, а с личной помощницей Повелителя Темного леса, Хранителя мертвой воды, великого и всесильного Грейнара.

Вообще у него еще какие-то титулы имелись, но я их забыла. Ну и ладно, самые главные-то я назвала.

— Помощница? Ты? — скривился вожак. — Тощая, бледная, немощная, еще и светлая к тому же. Нет в тебе ничего. Ночью не согреешь, ласку не подаришь, кашу не сваришь, взор не усладишь.

«То есть этот зверь сейчас назвал меня страшной? Вот гад!»

Его свора громко засмеялась. Кое-кто даже присвистнул и заулюлюкал. Кроме того, сквозь гогот я услышала парочку сальных шуточек в свой адрес.

«То есть они посчитали меня не только страшной, но и распутной?»

— Слова выбирай, — припечатала я. — Ты сам кто такой? И чего шумишь и угрожаешь? Здесь не твоя земля.

Я очень надеялась, что не его, поскольку понятия не имела, так оно или нет.

— С бабой говорить не буду, — повторил двуликий. — Где Грейнар?

Еще и женоненавистник. Этот тип нравился мне все меньше и меньше.

— Нет его. Ушел.

— Девчонка где?

— Какая девчонка? — невинно поинтересовалась я.

Оргайл из клана Быстрых изучал меня несколько секунд, а потом оскалился.

— Врешь. Здесь она. По запаху чую.

— Нюх проверь, — огрызнулась я. Сама не знаю, откуда во мне взялось столько решительности и уверенности. Другая бы на моем месте давно валялась в обмороке, а я ничего, стояла. Еще и умудрялась двуликому грубить. Хотя сам виноват, нечего было выставлять меня уродливой распутной девкой. — Здесь лишь я. Попробуешь напасть или навредить, кара последует незамедлительно. Этот дом и я под защитой Грейнара. Ты же умный, прекрасно понимаешь, что это значит.

Судя по ярости, которая все сильнее загоралась в глубине его светло-карих глаз, он понимал и очень хорошо.

— Грейнар не всесилен. Есть закон древних. Против него не пойти. Поэтому девчонка принадлежит мне. Отдай ее и мы, так и быть, уйдем.

— Сказала же, здесь лишь я. А если не веришь, то это не мои проблемы.

Мой ответ вожаку не понравился, как и его стае. Оргайл утробно зарычал, глядя исподлобья, сверкнул золотистыми глазами и оскалился, обнажая выросшие клыки. Следом за ним начали меняться и остальные двуликие. До полного оборота было еще далеко, но и на людей они уже мало походили.

Сглотнув и мгновенно утратив всю браваду, я осторожно шагнула назад. Еще не бросилась бежать, но уже находилась на грани. И, конечно же, это не осталось незамеченным. Оргайл оскалился еще сильнее. На его руках начала пробиваться густая серая шерсть, позвоночник изогнулся, а лицо исказилось, превращая его в жуткого получеловека-полуживотное.

— Наглая девчонка! — прорычал он. — Да я тебя одной рукой схвачу, а другой прихлопну. Думаешь, эти стены спасут тебя и эту гадину? Мы с ребятами их враз разрушим. По бревнышкам разберем. Твой хозяин не так силен, как пытается показать. Лес все видит, и мы тоже. Настала пора перемен.

За вожаком продолжила превращение его свора. Если Оргайл еще стоял на двух ногах, то остальные уже обернулись в огромных хищных волков.

Ситуация становилась критической. И неизвестно, чем бы все завершилось, если бы внезапно не раздался спокойный и уверенный мужской голос:

— Решил бросить мне вызов, Оргайл?

«Грейнар!»

Мать моя фея, никогда не думала, что буду так рада видеть этого некроманта!

Двуликие словно по команде расступились, образуя проход, который начинался от их вожака и заканчивался кромкой леса, откуда спокойно шагал Грейнар. Склонив к самой земле огромные морды, волки припадали на лапы и тихо скулили. То ли от страха, то ли от боли. Каждый шаг некроманта, каждый хруст веток под его ногами заставлял их вздрагивать и прижимать уши к голове.

— Думаешь, выстоишь? — все также невозмутимо спросил он, приближаясь.

— Я лишь хочу вернуть свою собственность. Как того требует закон, — огрызнулся Оргайл, но норов поубавил.

— Интересно. Это ведь я послал тебе весточку, где искать пропажу, которую вы всей стаей не сумели найти. И после этого ты смеешь обвинять меня и угрожать моей помощнице?

Вроде голос не повысил, но появившиеся в нем металлические нотки рождали в душе легкую панику. В этот момент я радовалась, что злость хозяина Темного леса направлена не на меня. Ведь несмотря на спокойствие, легкость и некую безалаберность в одежде и жизни, этот маг обладал невероятной силой. И сейчас от него исходила такая мощь, что воздух начинал едва заметно искрить.

— Я не угрожал, — стараясь устоять на месте, отозвался Оргайл.

Он уже почти полностью вернул себе человеческий облик. Но как ни старался выглядеть спокойным, у него не получалось. Его выдавала дрожь в руках, сгорбленная спина, поникшие плечи и голова, которую он порывался втянуть в плечи.

— Хочешь сказать, я вру? — сухо поинтересовался Грейнар.

По воздуху будто пронесся порыв ледяного ветра. Резкий и пробирающий до самых костей. Стая завыла, падая на землю и утыкаясь носами во влажную землю и гниющую листву. У крыльца остались стоять лишь некромант и дрожащий вожак клана, с которого тот не сводил жуткого взгляда.

— Прости, если мои слова и поступки огорчили тебя, Хранитель, — просипел Оргайл, пошатываясь, но все равно удерживаясь на ногах.

— Огорчили, — согласился темный.

А я порадовалась тому, что его взгляд все еще прикован к двуликому. Боюсь, обратись он ко мне, я бы точно не выдержала и рухнула на пол, как и остальные. Я уже находилась на грани и держалась на голом упорстве.

— Зачем тебе девчонка? — задал Грейнар неожиданный вопрос, и искры в воздухе вспыхнули чуть ярче. — Оборачиваться толком она не умеет, тощая, бледная, брошенная всеми. Почему ты так отчаянно стремишься ее вернуть? Даже сильнейших клана для этого поднял?

«А ведь действительно. Не слишком ли много шума из-за одной двуликой?»

Оргайл побледнел и с усилием сглотнул.

— Есть закон… древний закон… я имею право… духи предков…

— Закон есть. И право ты имеешь, никто не спорит, — согласился некромант, слегка ослабевая напор.

Сразу стало легче дышать. Как будто с плеч упал тяжелый груз. Судя по пронесшемуся по полянке многоголосому вздоху, свободу ощутила не только я. Искры в воздухе мигнули в последний раз и с едва слышным шипением погасли.

— Так верни мне ее, Грейнар, — попросил вожак клана Быстрых. — По закону…

— Как же ты любишь ссылаться на древний закон, Оргайл, — усмехнулся тот. — Особенно когда тебе это выгодно. Только ты кое-что забыл. Если на двуликую претендуют двое, то выбор остается за ней.

— Какой выбор? Кто претендует? — выдохнул вожак. — Я ближайший родственник.

— Оказалось, что не совсем.

От волнения у меня даже дыхание перехватило. Я подалась вперед и жадно наблюдала за развитием событий, боясь пропустить даже малейшую деталь.

— Это ложь! — прорычал двуликий. — Кто посмел претендовать?

— Я!

В поле зрения появилось новое действующее лицо. Тоже двуликий. На вид около сорока, может, сорока пяти лет. Высокий, стройный, ловкий и грациозный. Если Оргайл был мощным, привыкшим брать напором и грубой силой, то незнакомец скорее напоминал дикую кошку. Опасную дикую кошку, которая привыкла побеждать ловкостью и хитростью. С густыми черными волосами и светящимися в темноте изумрудно-зелеными глазами. На нем были черные брюки и темно-бордовая рубашка, в вырезе которой виднелся кусочек загорелой кожи.

А еще на его груди висел кулон в виде оскалившейся дикой кошки. Надо же, как я угадала.

Оргайл мгновенно подобрался и ощетинился, показывая клыки.

— Тар-р-р-р-рус, — прорычал он.

— Здравствуй, Оргайл.

— Что ты забыл здесь, так далеко от западной границы?

— Я пришел заявить права на Аррию Быструю, — ответил Таррус, подходя ближе.

— На основании чего? — тут же вскинулся Оргайл.

— На основании кровного родства. Она моя внучка.

«О-о-о-о-о! Вот это поворот!»

Я прижала руку ко рту, чтобы не выдать себя лишним вздохом и продолжила во все глаза следить за разыгравшейся драмой.

— Более семнадцати лет назад моя единственная дочь пропала. Разорвала связь и исчезла. Мы месяцами искали ее, но так и не смогли напасть на след. Она просто исчезла. Все решили, что Шеррия погибла. Мы все так считали... Но оказалось, что моя дочь пошла против воли семьи, против родного клана и сбежала с твоим братом, Оргайл. Сбежала в ваш клан, где родила дочь. Аррию. И ты скрыл это от меня, Оргайл.

— Это ложь! — прорычал тот, не желая отступать.

— Спросим у Аррии, — вмешался Грейнар, застыв между двуликими как судья. — Выходи. Я знаю, что ты все слышала. Иди к нам.

Дверь за моей спиной едва слышно заскрипела, открываясь. Оглянувшись, я отступила в сторону, пока не наткнулась на перила крыльца.

На пороге стояла бледная Аррия. Она застыла, не сводя возбужденного взгляда с вновь обретенного родственника. Тот при виде внучки слегка побледнел, а потом осторожно улыбнулся.

— Здравствуй, Аррия. Ты очень похожа на мать.

— Вы… вы правда мой дедушка? — все еще боясь поверить, спросила она.

— Правда, — кивнул Таррус.

— Это еще надо доказать. Аррия, немедленно сюда! — шагнув вперед, приказал Оргайл.

Она вздрогнула и затравленно заозиралась по сторонам. Даже сделала шаг в мою сторону, словно хотела спрятаться, обрести защиту.

Ситуация накалялась. В воздухе вновь предупреждающе засияли искры.

— Закон, Оргайл, — хмыкнул Грейнар. — Тот самый закон, о котором ты так кричал. Аррия — внучка Тарруса Черного. Он имеет те же права, что и ты. Выбор за ней. Смирись. Итак, Аррия, с кем ты сегодня уйдешь? В чью семью вернешься?

— Черных, — облизав губы, едва слышно прошептала она, а потом более уверенно произнесла: — Я вернусь в клан Черных, в клан моей матери Шеррии.

Оргайл тихо зарычал, сжимая кулаки. Однако сейчас его нахрапистость ничего не могла изменить. И он отлично это понимал.

— Древний закон един для всех, — продолжил некромант. — Если ты не хочешь навлечь гнев предков и всех темных на свой клан, то я советую тебе принять выбор племянницы. И еще рекомендую тебе и твоим волкам пару лун не появляться мне на глаза. Чем дольше, тем лучше. Мне не понравился твой выпад, я такое еще не скоро забуду.

— Как скажешь, — глухо отозвался Оргайл.

Бросив на девушку последний мрачный взгляд, он развернулся и зашагал прочь. Следом отправились его волки, исчезая в густых зарослях. Прошло совсем немного времени, и мы остались вчетвером.

Молчание затягивалось. Никто не решался сделать первый шаг. Аррия дрожала и нервничала, не сводя глаз с деда. А тот молчал и ждал.

Пришлось помочь, иначе мы так до утра простояли бы. А лично я сгорала от любопытства.

Шагнув вперед, я осторожно обняла Аррию за плечи. Она вздрогнула всем телом, дернулась, словно порывалась убежать, а потом затихла.

— Все в порядке. Ты теперь не одна.

Она с благодарностью посмотрела на меня и шагнула вперед. Медленно, осторожно двигалась навстречу новому будущему.

Честное слово, у меня даже слезы на глаза навернулись.

«Моя девочка!»

— Добро пожаловать в семью, Аррия, — тихо проговорил Таррус, раскрывая объятия.

Всхлипнув, она тут же бросилась к нему и замерла, потерявшись от ласки, которой никогда не знала.

Глава 11

Момент получился таким глубоким, таким невероятно личным и нежным, что я все-таки не сумела сдержать эмоции и смахнула пару слезинок, которые навернулись на глаза и запутались в ресницах. Моя девочка нашла семью. Настоящую семью, где ее будут любить, холить и лелеять. Что еще нужно для счастья?

Единственное, что расстраивало — двуликие отказались поужинать с нами и сразу засобирались в путь.

— Может, все-таки чай? — с надеждой предложила я.

Расставаться с Аррией было сложно. Я всей душой прикипела к этой девочке. Но, с другой стороны, я знала, что ей будет лучше с дедушкой и новой семьей. Одного того, как светилось счастьем ее лицо, как горели глаза, мне хватило, чтобы понять: теперь у нее все будет хорошо.

— Нам пора, — покачал головой Таррус. — Чем быстрее мы пересечем свои границы, тем лучше. И безопаснее.

Пока он говорил, его взгляд почти не отрывался от внучки. Такие эмоции невозможно подделать.

Аррия кивнула, соглашаясь с дедом. И уже собиралась уйти, как вдруг сорвалась с места, бросилась ко мне, рывком обняла и забормотала срывающимся от эмоций голосом:

— Спасибо тебе… за все спасибо.

Я обняла ее в ответ и на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь столь прекрасным моментом.

— Будь счастлива.

— Спасибо. — Аррия отстранилась и взяла меня за руки, потом неловко обернулась и произнесла: — Я буду очень рада, если ты меня навестишь.

— Мы будем рады, — поддержал ее Таррус.

Я покосилась на Грейнара, в темных глазах которого отчетливо читалось: «И не мечтай!»

— Спасибо за приглашение. Если появится такая возможность, то обязательно.

Однако все присутствующие понимали: нет, не появится. И от этого стало еще более грустно.

Аррия вновь обняла меня, нехотя отстранилась и, шмыгнув носом, вернулась к деду.

— Прощайте, — проговорил оборотень, нежно ее обнимая.

Двуликие отправились в путь, а я еще долго стояла и смотрела им вслед. Простояла бы дольше, да темный не дал.

— Пошли уже, — проворчал он, подталкивая меня к входу, чем сам не понимая, привлек внимание к своей темной персоне.

«Как же я могла забыть! Я ведь его не поблагодарила! Какое упущение, тем более для светлой!»

— Грейнар, у меня нет слов.

— Если бы… — проворчал он.

Но я проигнорировала его сарказм.

— Ты такой молодец! — воскликнула я, заходя за ним в домик. — Такой смелый, такой решительный! Как ты пошел против целой стаи оборотней! Как смело смотрел в глаза вожаку! У тебя даже ни один мускул на лице не дрогнул!

— Мускул? — Грейнар бросил на меня странный взгляд из-за плеча.

— Да! Удивительное самообладание. Мне бы так! И вообще, какой же ты потрясающий! Так рисковал всем ради спасения девочки. Признаюсь честно: не ожидала.

— И правильно делала, — отозвался он, усаживаясь за стол, который за время нашего отсутствия пополнился свежими и горячими блюдами. Мои пылкие комплименты, высказанные от чистого сердца, не произвели на него ни малейшего впечатления. — Ты приписываешь мне те качества, которыми я не обладаю.

— Еще и скромный, — восхитилась я, устраиваясь напротив.

Поставила локти на стол, оперлась на ладони и тихонько вздохнула, не сводя с него благодарного взгляда.

Грейнар на мое заявление чуть не подавился. Кашлянул и нахмурился.

— Осторожнее, светлая, еще немного и я решу, что ты в меня влюбилась.

— Вот еще! — возмутилась я, выпрямляясь. — Просто хвалю. И, между прочим, по делу.

— Сказал же, зря. Я ничего особенного не сделал.

— Сделал, — настаивала я. — Ты спас Аррию от злобного дяди.

— Я просто наказал Оргайла и все, — лениво заметил темный. — Этот двуликий давно напрашивался. Возомнил, будто может тягаться со мной, начал проявлять неуважение, перестал слушаться. Пришлось наказать. Вот я и лишил его самого дорогого.

Грейнар положил себе в тарелку щедрую порцию мяса и дольки румяного сладкого картофеля, а сверху налил щедрую порцию острого соуса.

— Дорогого? — нахмурилась я. — Если Аррия для него настолько дорога, то почему он к ней так относился? Почему бил, издевался, недокармливал? А потом и вовсе за какого-то кузнеца отдать хотел. Не стыкуется как-то.

— Все там стыкуется. Аррия — истинная дочь своей матери.

Как будто это что-то объясняло. Да и Грейнар не торопился рассказывать, с аппетитом поедая мясо. Наверное, надо было позволить ему утолить голод и только после приставать с вопросами, однако любопытство родилось раньше меня.

— А кто ее мать? — не удержалась я.

— Шеррия была шаманкой.

— О-о-о-о-о, — протянула я.

Шаманами называли людей, которые обладали совсем небольшим даром, но умело его использовали, общаясь с духами лесов, полей, гор и рек. А еще они умели с помощью транса вступать в контакт с предками. То есть вроде ничего особенного шаманы сотворить не могли, но умудрялись делать всего по чуть-чуть. Для мелких кланов и степняков, где маги почти не рождались, каждый одаренный шаман был на вес золота.

— Шеррия исчезла как раз накануне посвящения. Она готовилась принять дар своей бабки и занять ее место, но брат Оргайла сумел задурить ей голову и увести. В их стае шаманок никогда не было.

— А ведь Аррия упоминала, что способна делать странные вещи, — вспомнила я и от возбуждения хлопнула ладонью по столу. — Заговоры всякие знает. И говорила, что за это ее обижают, потому что не принимают магию.

— Не обманывайся, светлая, — хмыкнул Грейнар. — Все они принимают. Твою Аррию легко было обмануть. Она же ребенок, правды не знает, дальше территории клана не выходила. Вот и верила всему, что ей рассказывали.

— Все равно не понимаю, — вздохнула я. — Если Аррия шаманка, если она нужна, то почему…

— Потому что, — немного раздраженно перебил темный. — Аррия всего лишь сосуд, инструмент для достижения цели. Им нужна не она, а ее дети. Дети, наделенные магией, сильные и непобедимые. Те, которых она родит. А Оргайл воспитает.

Я нервно хохотнула.

— Что за глупости? Дар шаманов так не передается. Да, что-то наследуется потомками, но основная сила переходит не так. Это все знают.

— Все образованные маги, — возразил Грейнар. — А Оргайла и его стаю я к таким не стал бы относить. Но кое-что они придумали. Например, морить девчонку голодом и избивать, чтобы у нее не оставалось сил на использование дара.

У меня от этой информации перед глазами будто красная пелена встала.

— Что? — свистящим шепотом переспросила я.

— Что слышала, — зло усмехнулся Грейнар. — Если бы у девчонки проснулся дар, то остановить ее было бы невозможно, как и удержать, и принудить к браку.

— Ах он… пес плешивый, кобель блохастый, старый хрыч! — прорычала я. — Интриган проклятый! Ты все это знал с самого начала?

Некромант лишь пожал плечами.

— И не вмешался?

— Закон.

— Да ну вас… с вашими законами! — выкрикнула я. — Так ведь нельзя! Почему ты его не наказал? Почему позволил ему уйти? После всего? Да я бы… его.

Я замолчала, пытаясь сформировать мысль и придумать самые страшные кары из возможных. Однако сущность феи требовала совсем другого. И ничего кроме вечного заточения на хлебе и воде не предлагала. И то… хлеб как-то жестоко, надо выбрать рацион получше. Чтобы сидел в тюрьме, ел, жил и думал над своим поведением.

— Что я слышу? — коротко рассмеялся Грейнар. — Светлая фея жаждет крови? Разве такое возможно? А где ваша хваленая любовь и всепрощение?

— Не будет ему прощения! — вновь воскликнула я. — Как ты мог его отпустить и не наказать как следует?

Он отложил вилку и откинулся на спинку стула. На его губах играла легкая улыбка. Не зря говорят, что сытый мужчина — довольный мужчина. Темный даже слегка подобрел.

— Не переживай, он свое получит.

— Это как?

— Очень просто. Стая не прощает слабости, а Оргайл ее показал. Мало того, что бросил мне вызов и отступил, так еще и отдал важную волчицу другой стае. Дни его власти сочтены.

— Его свергнут? — с надеждой поинтересовалась я.

— Можно и так сказать. — Темный встал и направился к кровати. — Поверь, Оргайл не уйдет от возмездия.

— То есть ты наказал его чужими руками, — восторженно ахнула я, поворачиваясь и следя за ним взглядом.

— Да.

Остановившись у кровати, Грейнар принялся расстегивать пуговицы на рубашке. Я некоторое время наблюдала за его действиями, а потом, будто очнувшись, спросила:

— А что ты делаешь?

— А ты как думаешь? — усмехнулся он, продолжая свое занятие.

— А зачем?

Некромант хмыкнул и выразительно на меня взглянул, слегка приподняв бровь:

— Серьезно?

Ну да, глупый вопрос. Но что поделать, раз уж я чемпион по глупым вопросам и странным ситуациям, то от еще одного хуже не станет.

— А я? — медленно поднимаясь со стула, спросила я.

— А что ты?

— Я тоже хочу спать. А кровать одна.

— Вот и спи, — усмехнулся Грейнар и ехидно добавил: — На диване.

— А ты на кровати? Так нечестно.

— Все честно. Это моя кровать. И это мой дом.

— Но я девушка. И твой гость.

Хотела добавить, что воспитанные лорды так себя не ведут, но… это же темный. Откуда у него воспитание и манеры?

— Ты не мой гость. Я тебя не звал, не ждал и не приглашал. — Он принялся стягивать с себя рубашку, демонстрируя мне обнаженный торс. — И твоя половая принадлежность ничего не меняет.

Я быстро отвернулась, чувствуя, как начинают гореть от смущения и возмущения щеки. Вытянула руки по швам и сжала кулаки, чувствуя себя героиней плохого любовного романа. Потому что в хорошем все герои были прекрасно воспитаны. Они предпочитали спать на полу у ног возлюбленной, делая все, чтобы она была счастлива.

«Так он не твой возлюбленный, а ты не его героиня», — противно хихикнув, напомнило сознание.

Пришлось мысленно шикнуть на саму себя и задать новый вопрос:

— Ты ч-что собираешься спать так? Без одежды?

— Я собираюсь спать так, как мне удобно, — отозвался Грейнар и зашуршал одеждой.

Моя фантазия разыгралась не на шутку, рисуя картины того, какой именно предмет одежды он снимает. И чем больше я представляла, тем сильнее горело лицо. Пришлось ущипнуть себя за запястье, чтобы слегка прийти в себя.

«Сэлли, ты с ума сошла? Он ведь тебе не нравится. Мало того, что темный, наглый, самоуверенный, так еще и тощий… и вообще!»

Что вообще я не понятия не имела, но сжала кулаки и застыла в ожидании, когда это безобразие закончится.

— Так и будешь стоять или все-таки ляжешь спать? — ехидно поинтересовался Грейнар, укладываясь на кровать.

Я слышала, как тихо скрипнул матрас под его весом, но все равно не сразу решилась обернуться. Лечь-то он лег, но вполне мог не прикрыться.

Фантазия тут же нарисовала соответствующую картинку. Я фыркнула сама на себя и медленно побрела к дивану, старательно глядя себе под ноги. Сев, поправила подушку и разложила плед.

— Раздеваться не будешь? — осведомился некромант.

— Не дождешься, — буркнула я, укладываясь и накрываясь пледом.

Грейнар коротко хохотнул и щелкнул пальцами. В ту же секунду свет погас, погрузив домик в темноту.

Обняв подушку, я закрыла глаза и довольно быстро уснула. Правда, проспала недолго. Оказалось, платье — жутко неудобное и вообще неподходящее одеяние для сна. Длинное, неудобное, тесное. В его подоле можно было с легкостью запутаться, узкие рукава сдавливали запястья, поясок впивался в талию, а ворот душил.

Я повертелась в попытке поправить одежду, но ничего не вышло. Платье мне мешало. Очень. Я встала и, раздраженно что-то прорычав, стянула его. Оставшись в одном белье, платье бросила на пол. А после забралась на диван, укрылась, счастливо вздохнула, почувствовав желанную свободу, и наконец-то уснула.

Пробуждение сложно было назвать приятным.

— Вставай! Просыпайся!

«До чего же противный голос!»

— Подъем!

Я спряталась под плед, но это не помогло. Пришлось накрывать голову подушкой.

Жутко хотелось спать плюс еще этот мерзкий голос. Каждое слово эхом отдавалось в гудящей голове.

— Повторять не буду!

«И не надо. Просто замолчи!»

Несколько секунд блаженной тишины, а после что-то темное и холодное пробралось ко мне под плед и схватило за лодыжку.

— Уи-и-и! — завизжала я, моментально забыв про сон.

Подскочила на месте и попробовала стряхнуть непонятную гадость. А та вдруг обхватила ногу еще сильнее и дернула на себя, стаскивая меня вниз.

— А-а-а-а-а!

Бам! И я с размаха плюхнулась на пол. Боль стрелой промчалась от копчика вверх по позвоночнику и взорвалась новым приступом головной боли.

— Ой!

Звездочек перед глазами кружилось столько, что я едва не ослепла от их сияния.

— Проснулась? — раздался над головой ехидный голос, заставивший меня мгновенно собраться и забыть обо всем.

Открыв глаза, я увидела некроманта, который с ехидной улыбкой склонился надо мной. Свежий, отдохнувший, явно выспавшийся и довольный жизнью. Чего не скажешь обо мне.

— Ты-ы-ы-ы! — прохрипела я, сжимая кулаки.

— Я, — согласился он. — А ты выбрала не самое удачное время для соблазнения. И кандидата, кстати, тоже.

Вот как у него так получалось? Только я злилась по одному поводу, а теперь — совсем по другому.

— Соблазнить? Тебя? Размечтался!

— Тогда прикройся, — посоветовал Грейнар.

Я пискнула, внезапно осознав, что сижу перед ним почти голая. Плед я потеряла где-то в полете и теперь сверкала юным светлым телом в сексуальном черном белье.

— Отвернись! — скомандовала я, лихорадочно пытаясь прикрыться.

— Только об этом и мечтаю. — Некромант демонстративно повернулся ко мне спиной и замер, скрестив руки на груди. — У тебя пять минут на приведение себя в порядок и десять на завтрак.

— А почему так мало? — осторожно поднимаясь, возмутилась я.

— Достаточно. Надо было раньше вставать. Кроме того, твое наказание само тебя нашло.

— Это как?

— Вот позавтракаешь и узнаешь.

— Тоже мне… какая таинственность, — проворчала я.

Обмотавшись пледом, подняла с пола платье и пошлепала в сторону уборной.

Во время сборов я буквально изнывала от любопытства. Что за наказание придумал Грейнар и почему говорит, что оно само меня нашло? Было волнительно и интригующе.

А потому растягивать завтрак я не стала. Быстро съела яичницу, бутерброд с копченым окороком, закусила румяным пирожком с лесными ягодами и запила все крепким чаем не самого лучшего качества.

— Я готова! — торжественно объявила я, поднимаясь.

— Тогда идем. — И, не дожидаясь меня, Грейнар направился к выходу.

Мне оставалось только последовать за ним. Выходя на улицу, я едва не налетела на Грейнара. Отступила в сторону и осмотрелась в попытке выяснить причину задержки.

На первый взгляд ничего не изменилось. Но это только на первый. Потому что вскоре я боковым зрением уловила буйство красок и застыла. Повернувшись в ту сторону, увидела собравшиеся у домика монстродеревья. Те самые, которых я одарила цветочками.

— Ой! — пискнула я и поспешно спряталась за спину некроманта.

Оказавшись в безопасности, я осторожно выглянула и с удивлением обнаружила, что деревья тоже порываются сбежать. Правда, быстро двигаться они не умели. Приоткрыв рот от удивления, я наблюдала, как они медленно ползут назад, как сталкиваются друг с другом, цепляются кронами и вырываются, осыпая все вокруг разноцветными лепестками, а после снова устремляются к кромке леса. Со стороны это выглядело довольно забавно.

— Прекратить панику! — гаркнул Грейнар.

Деревья послушно застыли.

— Она вас больше не обидит. Обещаю.

«Это он про меня сейчас?»

Я осторожно вышла из-за его спины, готовая при любой угрозе броситься наутек.

«То есть монстродеревья меня боятся? Вот это да!»

Сразу прибавилось уверенности. Я горделиво выпрямилась, расправила плечи и окинула окрестности победным взором.

— Кроме того она готова извиниться за причиненное… добро.

«Ага, разбежался!»

Некромант так выразительно на меня посмотрел, что я тут же сделала виноватое лицо и закивала, подтверждая его слова. Но этого оказалось мало, и взгляд Грейнара стал еще более выразительным.

— Мне очень-очень жаль, — поспешно произнесла я, наконец догадавшись, чего он от меня хочет. — Обещаю, я так больше не буду.

Деревья застыли на мгновение, а потом возмущенно заскрипели, заухали и зашелестели разноцветными цветами, которые, не выдержав такого издевательства, вновь начали опадать.

— А еще она готова исправить все, что натворила.

— Да? — удивилась я.

— Да, — припечатал Грейнар.

— Да, — со вздохом согласилась я. — Готова.

Еще бы знать, как это сделать.

— Ручками, — словно прочитав мои мысли, посоветовал он.

— Не поняла.

— Берешь и ручками срываешь каждый цветок, который вырастила на этих несчастных. Так уж вышло, что если это делает кто-то другой, на месте сорванного вырастает два новых.

— Правда? — обрадовалась я.

А что? Имела полное право. Это же такой взрыв силы, новый вид магического благословения. Да я по нему могла бы дипломную написать!

— Правда, — подтвердил некромант, только радости в его голосе я не заметила.

А деревья вновь обиженно заскрипели и заухали.

Пришлось срочно изобразить раскаяние.

— Жаль.

— Раз задача понятна, выполняй, — велел он и начал спускаться с крыльца.

Я последовала за ним.

— А ты?

— А у меня другие дела.

Грейнар быстро создал портал и тут же в него провалился, оставив меня в полной тишине с обиженными монстродеревьями, которые мне же и предстояло ощипывать.

— Ну что, — тихо произнесла я, закатывая рукава и демонстрируя печать на руке, — кто первый?

Подопытные сделали шаг назад. Очень медленно, но синхронно.

Это придало мне уверенности.

— А кто самый смелый?

В ответ послышался лишь неуверенный скрип.

— Больно не будет. Правда.

Я на это надеялась. Хотя с уверенностью утверждать не могла, поскольку еще не пробовала.

Результат остался тем же. Никто не желал первым попасть в руки светлой фее.

— Тогда придется использовать старый, проверенный временем и светлыми феями способ.

Деревья содрогнулись и снова отступили на шаг назад.

— Считалочка! — торжественно закончила я.

Глава 12

Конечно, поначалу мне было страшно. Меня, добрую и милую фею, просто лучик света в этом темном враждебном мире, вынудили ощипывать плотоядные деревья, которые я сама же и прокляла, когда они порывались меня сожрать.

— Брианна мне не поверит, — выдохнула я, в который раз вспомнив лучшую подругу из академии.

А потом осторожно направилась в сторону застывших в ожидании деревьев.

Они смотрели на меня. Я на них. И каждый ждал какой-нибудь пакости от другого.

— Грейнар оставил меня за старшую. Я его помощница. — Я продемонстрировала метку на руке, решив, что лишний раз упомянуть о своем статусе не помешает. — И обижать меня нельзя. Кроме того, я же извинилась.

Не очень искренне. Но сам факт!

Они приглушенно зашелестели листвой. Что это означало, я не знала и уточнять не собиралась.

— Значит, договорились. Начинаем считалку.

Я глубоко вздохнула и быстро произнесла стишок, который знала с самого детства:

— Фея, фея, не зевай,

Лепесточки посчитай:

Раз — ромашка, два — тюльпан,

Три — горошек-великан.

Четыре — мак, а пять — пион,

Шесть — колючий репейон.

Семь — фиалка, восемь — мята,

Девять — ты идешь куда-то?

Десять — хватит нам считать,

Выходи, пора летать!

Мой указательный палец остановился на дереве с белыми цветами. Оно задрожало, испуганно зашелестело и замотало кроной, явно отказываясь быть первым. Даже попробовало сбежать.

— Со считалочкой не спорят. — Я уперла руки в бока и грозно нахмурила брови. — Это самое сильное заклинание фей. Вы ведь не хотите покрыться не только цветами, но и ягодами, да?

На деревья было страшно смотреть. Их лица исказила гримаса настоящего ужаса, и мне пришлось прикусить щеку с внутренней стороны, чтобы не расхохотаться. А я их еще боялась!

— Мы друг друга поняли? Отлично! Ты, — я ткнула в дрожащее белое дерево, — иди сюда. Будем тебя ощипывать.

Начала я с нижних цветочков.

Один, второй, третий… скоро под моими ногами образовался целый ковер из белоснежных, хрупких и невероятно красивых цветов с нежно-розовой сердцевиной и серебристой каемкой. Я никогда таких не видела, и тем обиднее было их срывать. Сердце кровью обливалось, когда я видела, как они падали на землю и буквально тускнели на глазах.

Однако, тяжело вздыхая, я продолжала делать свою работу. Когда цветы закончились на нижней части ствола, я нацелилась на ветку с верхнего яруса.

И в какой-то момент не выдержала.

— Жалко как… красивые…

Дерево возмущенно затрещало и зашелестело цветами, как и его сородичи, явно не соглашаясь со мной.

— Красивые-красивые! — уверенно повторила я.

Сорвала ближайший цветок и ткнула его в лицо монстродереву.

— Ты только посмотри, какой хрупкий и нежный. Посмотри, как плавно нежно-розовый цвет сердцевины переходит в белый. А это серебро на кончиках! Да такой красоты даже в Вечном лесу не встретишь. Такое счастье досталось просто так, а вы хотите от него избавиться!

Дерево вновь зашелестело, но уже не так агрессивно. Я бы даже сказала задумчиво.

— Не веришь, да? — догадалась я, принимаясь за цветы с другой ветки. — А феи не врут. Ну почти не врут. И уж точно никогда не обманывают, когда речь идет о красоте. Окажись вы в Вечном лесу, все местные деревья обзавидовались бы, а нимфы бы так и кружились вокруг в танце. А как пахнет! — Я поднесла сорванный цветок к лицу и сделала глубокий вдох. — Какой аромат… м-м-м. Прозрачный, как утреннее небо. Легкий и воздушный, деликатный и свободный. И все это пропадет и останется только болото. Эх!

Бросив цветок на землю, я убрала золотистые пряди, которые упали на лицо и мешали обзору.

— Конечно, вы тут привыкли к темноте и… грязи. Хотя я абсолютно не представляю, что в ней хорошего. Так все блекло, скучно и одинаково. А вы… вы индивидуальность! Да все сородичи вам должны завидовать!

Кажется, усталость взяла свое, потому что фантазия разыгралась не на шутку.

— Хотя… я бы кое-что все-таки изменила, — задумчиво протянула я. — Ведь нет предела совершенству. Побольше бы цветов у верхушки и немного меньше посередине. Это добавляет объема, а он тут не нужен. И внизу тоже надо убрать. Некрасиво смотрится. И еще нужны ленты. — Взмах рукой. — Больше лент с блестками. И сверкающих фонариков. О да… это было бы шикарно… — я тяжело вздохнула, — но не будет.

Я только потянулась к следующему цветку, чтобы его вырвать, как внезапно меня остановили. Дерево резко подалось вперед и крепко обвило лианой мою руку.

А ведь нечто подобное уже происходило. Вчера, когда меня хотели съесть.

Я дернулась и подняла взгляд. Сейчас самое главное было не показать страх.

— Что я говорила о своем положении? — тихо спросила я. — Вы уже все забыли? Я личная помощница Грейнара, повелителя Темного леса. Меня нельзя есть. И трогать тоже.

Хватка мгновенно ослабла, а дерево принялось скрипеть и увлеченно размахивать ветками.

— Урмгух! — выдало оно, пытаясь мне продемонстрировать что-то странное.

— Ага, — кивнула я, но если честно, ничего не поняла.

К белому дереву почти сразу присоединились остальные. Тоже затряслись, поднимая ветки вверх и опуская вниз, и завершили свое выступление громогласным: «Урмгух!»

«Может, у них несварение от моей болтовни? Или началась аллергия на светлых фей? Вон как трясутся. Если с ними что-то случится, Грейнар меня точно в умертвие превратит».

— Водички? — осторожно предложила я.

Они отрицательно замотали кронами, снова затряслись и громко заскрипели, силясь объяснить, в чем проблема.

Будучи феей, я частично понимала язык растений. Считывала его по запаху. Однако этих считывать по запаху не хотелось. Они же плотоядные! Мало ли чем завтракали этим утром. Вполне возможно, это что-то бегало или прыгало. Аромат цветов, конечно, заглушил бы, но не настолько.

Наконец фиолетовое дерево догадалось, как поступить. Со скрипом наклонилось, подхватило тоненьким сучком с земли один из белых цветков и торжественно налепило его себе между глаз.

— Эм… — пробормотала я, опешив от этого представления.

Угрожающе зашелестев, белое дерево стукнуло собрата по стволу. Да так, что тот выронил белый цветок. Затем белое дерево подхватило с земли сразу несколько бутонов и кое-как прицепило себе на крону. И замерло, разведя ветки в сторону и выжидательно уставясь на меня.

— Ты… ты хочешь, чтобы я вернула цветы? — недоверчиво пробормотала я.

И они тут же закивали. А потом вновь принялось что-то изображать. Не сразу, но я разобралась.

Этим плотоядным понравились мои рассказы о Вечном лесе, о зависти собратьев и индивидуальности, и они решили оставить все как есть. Мало того, они хотели, чтобы я навела им на ветках настоящую красоту. С лентами и фонариками.

— Серьезно? — переспросила я.

Они закивали и забухтели. То ли я начала понимать их язык, то ли просто привыкла, но общаться становилось все легче.

— Нет, я не лгала. Таких цветов нет ни у кого в Вечном лесу. Я точно знаю, я там всю жизнь прожила. Кроме последних трех лет. Но неважно. И да, вы правда были бы там звездами.

— Бухтыбух!

— И здесь вы тоже хотите быть уникальными и красивыми, — догадалась я.

— Фрууух!

— А как же остальные? Пусть завидуют?.. Конечно, я согласна.

Украшать деревья, выращивать на них новые цветы — это ведь куда интереснее, чем ломать все и уничтожать. Я даже запрыгала от радости и захлопала в ладоши.

— Сейчас я из вас таких красоток сделаю! Все обзавидуются!

Развернувшись к домику, я набрала полную грудь воздуха и закричала:

— Марсия!

Сначала ничего не происходило и лишь после небольшой паузы раздалось равнодушное:

— Ну и чего кричишь? Тут я.

И действительно, темная обнаружилась совсем рядом. Облаченная в черный шелк, с алыми губами и бездонными глазами, она, сложив руки на груди, наблюдала за мной.

— Хозяин велел присматривать за тобой.

— Боялся, что меня съедят? — растроганно выдохнула я.

— Боялся, что ты их покалечишь. Этим деревьям и так досталось.

— Хм…

Звучало обидно.

«Я же фея! Светлая! Это меня надо спасть, а не от меня. Ну и ладно. Позже пообижаюсь. Сейчас не это главное».

— Мне нужны разноцветные ленты. Чтобы обязательно с блестками. И крохотные фонарики.

— И где я их достану?

— Ну ты ведь все можешь. А нам очень надо. Правда, ребята?

Я обернулась к деревьям. И те энергично закивали, подтверждая мои слова.

— Хм… это будет даже интересно, — пробормотала Марсия и исчезла в клубах дыма, даже не попрощавшись.

— Ну что, пока нам ищут вся необходимое, начнем наращивать цветы и формировать прическу? Кто первый?

В этот раз первыми желали все.

— Считалка? — с лукавой улыбкой предложила я.

Дальше время не просто побежало, оно понеслось и совсем перестало иметь какой-то смысл. Какой от него прок, если я в творчестве? Творила красоту и получала от этого удовольствие.

Стоило Марсии явиться с черными коробками, в которых лежали разноцветные ленты и хрустальные шарики, как я отправила ее за зеркалом.

— И зачем оно? — поинтересовалась она.

— Клиенты желают видеть себя со стороны.

Я как раз забралась на самую макушку и, страхуемая монстродеревом с помощью живых лиан, балансировала на одной ноге, приводя в порядок самую верхнюю ветку. Никакого страха при этом я не испытывала.

— Какие клиенты? Ты же выполняешь приказ Грейнара.

— Самые лучшие клиенты. Грейнар приказал угодить, я угодила. А все остальное неважно. Так что тащи зеркало.

Марсия закатила глаза, но зеркало принесла. Большое такое, овальное, с тяжелой кованой рамой, украшенной черными розами. Темная словно играючи приставила его к домику, чтобы не упало, и спокойно отошла в сторону. А через некоторое время и поднос с обедом доставила.

— Не хватало, чтобы ты раньше времени загнулась от голода, — ответила она на мой удивленный взгляд.

— Ага.

Меня так захватило развешивание гирлянд, что я даже не подумала обидеться. Не до того было. Даже обедом не смогла толком насладиться, крутясь от одного дерева к другому, от коробки к подносу. Откусив бутерброд, бросала его на тарелку и бежала обратно что-то подправить, убрать, перевесить. Новое занятие поглотило меня целиком и полностью.

Закончив с лентами, я взяла лампочки и задумалась. В Вечном лесу они загорались благодаря светлой магии и солнцу. Здесь не имелось ни того, ни другого. Не просить же Марсию напитать их тьмой. Получится совсем не то и испортится весь вид. Требовался источник света, и я знала здесь только один такой.

— Так, смотрим на себя в зеркало и любуемся, а я скоро вернусь. Марсия, мне нужна твоя помощь.

— Надо еще что-то достать? — кисло отозвалась она, мрачной статуей застыв в сторонке.

— Вроде того. Идем.

Я первой вошла в дом и, приблизившись к дивану, принялась быстро расстегивать пуговички на платье. Полностью раздеваться я не собиралась, лишь обнажить спину. Сделав это, прижала к груди платье и слегка напряглась.

И тут же почувствовала отклик. Крылья медленно расправлялись и увеличивались в размерах, обретая размер и форму. А еще осыпаясь легкой волшебной пыльцой.

— Собирай! Собирай ее! — велела я, заглядывая себе за плечо.

— Кого?

— Пыльцу, конечно. Возьми какую-нибудь миску и собери в нее пыльцу.

Скосив взгляд, я попробовала рассмотреть свое отражение в мутном окне. Что-то мне все больше не нравилось состояние моих крылышек. После того полета над зловонным болотом они так и не пришли в себя. Вон как повело линии, как слегка поблекли краски по контору. Им бы света и целебного источника Вечного леса. Но пока я не могла им дать ни то, ни другое.

— Хм… жжется, — сообщила Марсия, вырвав меня из размышлений.

— Что?

Я повернулась в другую сторону.

Темная стояла с миской, в которой сверкала и переливалась всеми цветами радуги пыльца, и изучала свою руку. На светлой коже виднелись красные следы как от ожогов.

— Ой, как ты так?

— Видимо, свет и тьма плохо взаимодействуют, — криво усмехнулась она. — Повернись, я еще не все собрала.

— Но тебе же больно.

— Мне не больно, лишь неприятно. И интересно. Незнакомые ощущения.

Я с сомнением на нее покосилась, однако возражать не посмела. Кто я такая, чтобы разбираться в состоянии существа, созданного некромантом из кусочка самой настоящей тьмы. Поэтому я шевелила крылышками, рассыпая пыльцу, а Марсия ее осторожно собирала.

И в конечном итоге дошевелилась.

Боли я не испытала. Просто в какой-то момент внутренности пронзил холод. Резкий, колючий и совершенно неожиданный. Ойкнув, я резко отшатнулась и развернулась.

— Что случилось?

— Я случайно коснулась крыла, — спокойно отозвалась Марсия. — Извини.

Очень сложно принимать извинения от того, кто практически лишен эмоций.

— Угу, — кивнула я и рванула в уборную к зеркалу, чтобы оценить повреждения.

Я заглянула с одного бока, потом с другого, но никаких повреждений не заметила. Крылышко не почернело, не порвалось, не осыпалось. И выглядело вполне нормально, учитывая сложившуюся ситуацию. Я осторожно пошевелила ими, но неприятных ощущений больше не возникло.

«Уф, обошлось».

Я осторожно убрала крылышки. А когда процесс почти завершился, неожиданно вновь ощутила холод. Он колкой иголкой прошелся по ребрам и замер в районе лопатки.

«Да что же это такое?»

Обернувшись, я вновь принялась изучать в отражении свою спину. Рисунок крыльев остался все тем же: никаких новых мазков, ничего черного. Тогда откуда холод?

Я повела плечами, но на этот раз ничего такого не почувствовала.

«Ну и ладно. Понаблюдаю», — решила я и взялась приводить одежду в порядок.

Мне не терпелось как можно скорее закончить работу.

Забрав у Марсии миску с пыльцой, я посмотрела на ее руки. От покраснений не осталось и следа. Кожа по-прежнему выглядела белоснежной и ухоженной, словно Марсия только что вышла из эльфийского, — самого дорого и известного! — салона красоты. Высшие эльфы вообще славились уходовой косметикой, курортами, термальными источниками и банно-оздоровительными комплексами.

— Быстро ты себя залечила, — уважительно присвистнула я.

— Это не я. Это тьма.

— Мне бы так. Слушай, Марсия, у меня к тебе просьба… — Я слегка замялась.

— Еще одна? — хмыкнула она, и в ее голосе я уловила нотки иронии.

Похоже, я хорошо на нее влияла. Вон сколько новых эмоций познала. И даже научилась применять.

— Небольшая. Ты не могла бы достать мне пижаму?

— Что есть пижама?

— Эм… — растерялась я, поскольку такого поворота точно не ожидала.

Неужели у них тут совсем не носили пижамы? Только соблазнительные сорочки и сексуальные комплекты нижнего белья?

— Это такие шорты и майка для сна.

— Зачем спать в шортах и майке? — нахмурилась Марсия. — Без одежды удобнее.

— Не сомневаюсь. Но не в одной комнате с посторонним мужчиной.

— Тебе не нравится Грейнар? — спросила она, слегка склонив голову.

Кажется, наш разговор повернул не в ту сторону.

— Разумеется, нет.

— Почему? Он сильный. Смелый. Хозяин Темного леса.

— Очень за него рада, — раздраженно буркнула я. — Но мне нужна пижама.

— И холост, — не сдавалась темная. — Никаких обязательств перед дамами.

— За дам рада вдвойне. Так что насчет пижамы? — не уступала я.

У меня в прямом смысле слова глаза полезли на лоб от следующего ее вопроса:

— Ты невинна?

— Чего?

— Ты делила ложе с мужчиной?

— Ну знаешь… — вспыхнула я. — Это очень личный вопрос! И я не желаю его обсуждать. Даже с тобой.

— Почему?

— ЭТИКА! — буквально прорычала я, уже жалея, что начала этот разговор. — Правила поведения! Мораль, в конце концов.

— Какая скучная этика.

— Так пижама будет?

— Найду.

«Уф, добилась!»

— Тогда пошли?

Нацепив на лицо широкую улыбку, я выскочила на крыльцо и громко провозгласила:

— А вот и я!

К счастью, за время моего отсутствия ничего страшного не случилось. Цветы не сорвали, украшения не сломали. Разве только чуть не подрались за зеркало — так хотели рассмотреть себя в новом облике.

— Ну что, давайте вешать гирлянды?

Следующие полтора часа я аккуратно насыпала в каждый светильник пыльцу, крепила его на веревочку, формируя длинные гирлянды. И так пять раз. Не буду говорить, что к концу у меня рябило в глазах, болела спина и онемели пальцы. Но зато как красиво получилось!

— Не волнуемся, — предупредила я, хватая гирлянду. — Каждый светильник я хорошо закрыла, пыльца не просыплется. Светить будет очень и очень долго. Ну что, кто первый?

Деревья осторожно переглянулись, а после розовое дерево осторожно подняло ветви.

Украшение заняло еще где-то час. Мне пришлось забираться на каждое дерево и там осторожно развешивать и закреплять гирлянды, чтобы ни один шарик не сорвался и не разбился. Ну и, конечно же, чтобы выглядело красиво.

— Хороши! — подытожила я, отступая в сторону и оценивая результат своих трудов. — Просто шикарны. Всем лесам на зависть. Такого даже в Вечном нет. И не будет, уже поверьте.

Деревья приосанились, гордо строя ужасные рожи.

— Хм… а вот это проблема.

Они тут же застыли и недоуменно заскрипели.

— А вы не пробовали… улыбаться?

Скрип и шелест приобрели еще более удивленный окрас.

— У-лыб-ка, — по слогам произнесла я и, взмахнув рукой, продемонстрировала.

Монстродеревья некоторое время таращились на меня, а после все же попробовали изобразить нужную эмоцию. Однако их рожи стали еще более жуткими и устрашающими.

— Тут без помощи не обойтись, — тихонько вздохнула я и полезла на ближайшее дерево.

Наверное, я за всю свою жизнь столько не лазила по деревьям, как сегодня.

— Расслабляемся. Расслабляемся!

Я настолько осмелела, что даже постучала по коре.

— Откуда столько напряжения? После всего, что мы пережили. Где радость и счастье? Где восторг и хорошее настроение? Улыбка должна идти от сердца! У вас есть сердце?.. Неважно! Улыбка — это состояние души. Вы же теперь такие красивые, такие яркие! Покажите ваше состояние! Откройтесь миру!

И тут…

— Что здесь происходит?