Фастфуд (Корм2)

Глава 1 Помощь ближнего

Первая книга - https://author.today/reader/106031/839681

Фастфуд

Люди, вы напуганы, вы растеряны. Вы безответно спрашиваете себя каждую минуту: «Где я? Что здесь происходит? Почему это случилось именно со мной?» И прекрасно понимаете, — мы стали свидетелями чего-то невероятного.

И вот, оказавшись в центре непостижимо-грандиозных событий, чем вы занимаетесь?

Чем?!

Вы обсуждаете голую задницу!!!

Господь, жги...

Комментарий № 323 под тем самым фото.

Фастфуд — быстрая еда.

Один из вариантов перевода (с английского fast food).

Глава 1

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Восточный Тсот Кхалунг.

Помощь ближнего

Посмертное существование выглядело как-то неправильно. Никаких тебе котлов с кипящей серой или райских кущей, вечная беззвучная тьма тоже не просматривается. Ни атеиста такой вариант не устроит, ни верующего.

Что здесь вообще происходит? И где это «здесь»? Непонятно. Грешник то выныривал из небытия, то снова погружался. Зрение почти не работало, или мало что различало во мраке загробного мира, а вот слух временами выдавал что-то связное.

Мужской голос с надрывом жаловался на некие непонятные жизненные неурядицы; на то, что его в этом месте быть не должно; и на то, что здесь рано или поздно всем придётся стать разлагающимися трупами. В принципе, логично, ведь если дело происходит в царстве мёртвых, и потусторонние сущности, обслуживающие котлы, сковороды и прочие средства бесконечного страдания, обязаны всеми силами провоцировать негативные эмоции у потребителей их услуг. Однако для хвостатого и рогатого чёрта этот некто выражается как-то неправильно. Тот ведь не должен вести себя, как истеричка на взводе, а этот разве что на истошный визг не срывается. Нескончаемый поток упрёков, обвинений, сетований на судьбу и невразумительных потоков сознания.

Странная какая-то нечисть. Психологически несостоявшийся нытик. Такого чёрта пошлёшь котёл с грешниками вскипятить, а он их прогонит в рай, напишет слезливыми соплями предсмертную записку и устроит акт самосожжения на казённых дровах.

Спустя какое-то время Грешник начал различать не просто свет и тьму, а знакомые образы. Нет — это совершенно не похоже на ад. Густые заросли со всех сторон и сверху, куча ветвей, на которых лежит его неуправляемое тело, смутные силуэты нескольких человек, рассевшихся вокруг.

Один из них почти непрерывно источает те самые сетования и упрёки:

— А я вам говорил, нам нельзя здесь оставаться. Нельзя. Дальше надо идти. Теперь они точно за нами придут. Точно. Говорил же вам, я ведь...

— Может давайте лучше немного помолчим и просто отдохнём? — в который раз попросил неизменно-вежливый, с нотками застенчивости, девичий голосок. — Ну пожалуйста, Шкаф.

— Помолчать?! — чуть не заверещал Шкаф, срывающийся голос которого совершенно не гармонировал со столь внушительным прозвищем. — И как ты отдыхать тут собралась, а?! Да ты совсем головой думать не хочешь! Рыська, молчать тут как раз тебе надо, а не мне! Мы тут из-за тебя застряли! Ты хоть понимаешь, что нас всех перережут только из-за того, что ты голос подала?! Ты что, не могла просто промолчать?! Вот зачем нам это надо?! Зачем?! Вот что бы для него изменилось, пройди мы мимо?! Да он что так труп, что так!

И так далее и тому подобное. На одной ноте: истеричный и по большей части непонятный поток слов.

Нет, версия с адом и обслугой котлов откровенно неправильная. Это не чёрт, а чёрт знает что...

К рассвету Грешник отчётливо осознал, что он всё ещё жив, и даже понял, где и с кем находится. Рассмотрел ближайшие окрестности в радиусе нескольких метров и оценил внешность людей, с которыми здесь оказался.

С координатами не определился, но почти на все сто уверен, что этот пятачок среди зарослей расположен неподалёку от дороги, которая тянется от города к руднику. Смутно припоминалось, что руки сами, независимо от сознания, направляли машину именно к ней. Инстинктивно надеялся отключиться где-нибудь там, в безопасной зоне возле торговца. Это единственное известное Грешнику место, где можно отлежаться почти без риска, что тебя прикончит здешняя фауна или участники.

Как бы там ни было, никуда он не добрался. Ранение оказалось чересчур тяжёлым, не справился с управлением, утопил машину в какой-то яме, откуда толи выкарабкался самостоятельно, толи ему помогли. Судя по отдельным обмолвкам, он находится в группе беглецов, вырвавшихся из загона после вечерних событий. Непонятно, как они пешком оказались здесь быстрее, чем Грешник добрался на колёсах. По некоторым высказываниям понятно, что дело обстояло именно так.

Две девушки и парень: Рыська, Краска и Шкаф.

Рыська — та самая, со спокойнейшим голосом, который подаёт нечасто. Самая молчаливая из троицы. Невысокая, с заметным дефицитом массы, но не тощая, просто хрупкое телосложение. Лицо из тех, про которые говорят — кукольное. Это даже во мраке заметно. Но это если напрячь воображение, потому что в данный момент она выглядит, как кошка светло-золотистой расцветки после грязевой ванны. Старается и здесь следить за внешностью, однако условия не располагают. На вид — задумчивая до заторможенности девочка из тех, которые усиленно грызут гранит науки по учебным заведениям. Живут учебниками, сторонясь разнузданных студенческий увеселений. Про таких говорят — «ботанка». Несмотря на нерядовые внешние данные — типичная серая мышка. Чуть причесать, одеть поскромнее, вручить очки в толстой оправе, и образ завершён. Такие работоспособные, но при этом замкнутые в себе барышни, нередко истязают себя диетами, беговыми дорожками, тратят уйму времени на причёски и уход за кожей в ожидании прекрасного принца на белом коне. Но обычно налёт наивности слетает у них после пары-тройки профессиональных козлов, для которых подобные особы — лёгкая добыча.

Странно. Рыська здесь смотрится неуместно. Такая личность должна умереть в первый день испытания. Как дотянула почти до четвёртого — загадка. Скорее всего — везение спасло.

И везения ей потребовалось много.

Краска — совсем другая. Никакой утончённости. Причёска у брюнетки короткая, но при этом похожа на разорённое воронье гнездо. И её такая деталь нисколечко не беспокоит. Ну а что ещё можно ожидать? Что после трёх суток экстремального выживания в душных тропиках без душа и расчёски на голове уцелеют шёлковые локоны? Смешно. То, что не тратит время на эти лохмы — прекрасно. Примечательная деталь, указывающая на полезные черты характера. Демонстрирует наглядно, что главное для неё сейчас не в том, как она смотрится.

Правильно расставляет приоритеты.

У Краски волосы изначально не просто недлинные, они ещё и выбриты на висках. Не сказать, что страшная на лицо, скорее симпатичная, но на любителя: выглядит излишне дерзкой, если не злой. И её это не напрягает, наоборот, пытается всячески подчёркивать. Даже в темноте Грешник сумел разглядеть агрессивную коллекцию татуировок, прикрытую майкой лишь частично. Голос резкий, слова произносит чётко, отрывисто, будто молотком в гробовую доску заколачивает. Фигура спортивная, и в отличие от Рыськи, Краска не ограничивалась бегом и всяческими легкомысленными «шейпингами», она явно злоупотребляла разнообразными силовыми упражнениями. Не сказать, что мускулатура профессионального бодибилдера, но заметно серьёзнее среднестатистической. Так что, хотя лишнего веса у обеих девушек не наблюдается, темноволосая смотрится куда внушительнее.

И надёжнее.

Шкаф — своего рода подобие Рыськи, только мужского пола. Трудно вообразить прозвище, которое подходит меньше. Да, высокий, может даже чуть выше Грешника, но худощавый до такой степени, что его впору начинать лечить от дистрофии. Лицо — угловатый череп, небрежно облепленный прыщавой кожей. Ради пущей брутальности отпустил бородку и сбрил волосы, но этим только навредил внешности. Выглядит, как изнурённый солитёрами и частично облезлый козёл.

Именно Шкаф вёл себя, как эталонный невротик, который накручивает себя круглые сутки, но при этом не срывается в крики и потоки слёз. Вечно на краю истерики балансирует. Ни одного позитивного слова Грешник от него за всё время не услышал.

Нытьё и упрёки, сопли и жалобы.

Неприятный тип. И вообще, в целом троица не выглядит серьёзной и сплочённой. Вряд ли они смогут помочь.

Но других нет, с кем-то надо начинать работать. Ставку Грешник решил сделать на Краску. На фоне Шкафа и Рыськи она смотрелась матёрой волчицей среди оленят.

Когда лес начал подсвечиваться стремительным тропическим рассветом, Грешник, наконец, нашёл в себе силы и, уставившись на девушку, произнёс:

— Краска, ты мой лук не видела?

Все трое последние часы пребывали в заторможенном состоянии. Не спали, но и не сказать, что нормально бодрствовали. Погранично-дремотное состояние, то и дело прерываемое унылыми монологами Шкафа.

Вопрос Грешника заставил троицу встрепенуться.

— Да вы на это гляньте! Он живой! — воскликнул Шкаф и тут же поправился: — В смысле, он разговаривает.

Рыська придвинулась, посмотрела с сочувствием, обернулась ко второй девушке:

— Он про лук у тебя спросил. Я его не видела, а ты?

— Да не было там никакого лука, — устало буркнула Краска. — Вон, дубина с железным концом была. Я даже не поняла сначала, что это. Думала, палка прицепилась, за ним волочится. Потом вижу, что она на петле держится. Нет, лука точно не было.

— Да, дубинку я помню, — кивнула Рыська, и вновь посмотрев на Грешника, виновато пролепетала: — Извини. Мы лук не увидели. Твоя машина в канал упала. Ты вылез и рядом на берегу лежал. И там на тебя напали вараны. Мы их отогнали. Краска помахала палкой, и они отошли. Шипели сильно, а лезть боялись. Но до этого они успели тебя покусать. Не сильно, бронежилет не прокусили, только руки и ноги. Наверное, лук в машине остался. Извини, она утонула уже, мы не догадались сразу посмотреть. Там вообще-то не очень глубоко. Можно попробовать посмотреть. Но опасно, в той стороне дорога, там машины иногда проезжают. Да и вода, наверное, сильно мутная, в такой ничего не увидишь.

Упоминание о варанах Грешнику не понравилось.

Поморщившись, спросил:

— Сколько раз меня укусили? Посмотрели?

— Да они тебя всего изжевали, твари тупые, — прошипела Краска.

Вежливая Рыська, вновь изменяя своей немногословности, ответила гораздо подробнее:

— На левой ноге ниже колена два укуса, на ладонях ещё несколько, там непонятно сколько их. И ещё чуть выше правого локтя один, но самый сильный. И лицо чем-то порезано. Непохоже на укусы. Извини, не поняла, что это. Может стеклом побило, когда машина в воду упала. И ещё у тебя рана в плече. Это точно не укус, похоже на пулю. Бронежилет над ней пробит. Извини, я не смогла её нормально перевязать. Нечем перевязывать. Заткнула тряпочкой и снова застегнула бронежилет, чтобы прижимал её хоть немного. Он не в обтяжку на тебе сидит, но прижать получилось.

Гм... А ведь Рыська всё же может быть полезна. Как заботливая медсестра она чего-то стоит.

— Можно воды?

— Извини, — совсем уж печально ответила девушка. — Воды нет.

Пить хотелось, как никогда в жизни. Но раз нет, придётся потерпеть.

— Как я выгляжу? — поинтересовался Грешник.

— Да как дохлятина, — в своей обычной манере ответил Шкаф. — У тебя кожа от мяса отваливается. Я думал, ты уже помер. Да на тебя смотреть тошно, ты как зомби говорящий. Да мы тут все скоро будем, как зомби. Вот ведь попали...

Не вслушиваясь в очередную порцию однообразных причитаний, Грешник призадумался. Похоже, кожа у него выглядит так же скверно, как и у встреченной на плантации парочки, покусанной варанами. Но, в отличие от них, он пришёл в сознание. И хотя чувствует, что вот-вот снова отключится, понимает, его случай чем-то отличается.

Повышенная сопротивляемость к ядам? Но откуда ей взяться? Возможно дело в браслете. Грешник тогда сослепу тыкал по несколько раз по всей площади экрана телефона, в итоге влив в себя полный набор инъекций. Отравления и болезни у него на тот момент не было, но, похоже, действие антибиотика-детоксикатора после применения сходит на нет далеко не мгновенно. Он может и не в полную силу работал при нападении варанов, но какой-то эффект всё ещё давал. Потому и получилось вынырнуть из беспамятства.

Но что дальше? Достаточно ли ослабленных остатков эффекта, чтобы справиться с заразой? По внутренним ощущениям не понять, но есть подозрение, что заражение всё равно доконает организм, просто процесс затянется.

Ну да, сама логика смертоубийственного испытания не позволяет бесплатно выдавать участникам лекарство, наделяющее долгоиграющей защитой от различных опасностей.

Следовательно, улучшение самочувствия, скорее всего — временный эффект. Возможно, на общем состоянии также сказывается ускоренное лечение раны. Наверное, под токсинами варанов процесс заживления движется не так быстро, как обычно, однако на месте он не стоит. Вот и возвращается сознание.

Вот только яд тоже не бездельничает. Отрава медленно и уверенно расправляется с остаточными эффектами инъекции, всё сильнее и сильнее атакуя и без того изрядно потрёпанный организм. Вскоре Грешник вырубится окончательно и проснётся на стартовой площадке.

И это — не самый скверный вариант. Но его следует избегать всеми силами, потому как второго алтаря воскрешения нет, да и неизвестно, как проходит процесс. В любом случае он займёт какое-то время, плюс может забросить в незнакомую местность. И придётся с ней знакомиться с чистого листа.

А это потеря времени и лишний риск нарваться.

Надо что-то делать.

Грешник вновь посмотрел на Краску, затем отвёл взгляд, уставился вверх, глядя на макушки деревьев, уже подсвеченные восходящим солнцем, и без эмоций, будто диктор, вещающий с экрана банальные новости, произнёс:

— Шкаф прав, вы все трупы. Вам не выжить.

— Ну что за гадство... ещё один нытик на наши головы... — устало вздохнула Краска.

— Но со мной у вас есть шанс, — невозмутимо продолжил Грешник. — Я здесь уже свой, я неплохо представляю, как всё устроено. Я могу выжить там, где вам делать нечего. Ещё до того, как сюда попал, я много чего умел. Я отсюда точно выберусь. И вас тоже смогу вытащить. Вместе уйдём. Если вы мне сейчас поможете, у вас всё будет хорошо.

— Да чем мы тебе поможем? — скривился Шкаф. — Похороним, или что? Ты ведь скоро умрёшь. Все, кого вараны кусают, умирают. Мне рассказывали, как это происходит. Чёртовы ящерицы! Да тут везде какая-то хрень! Всё живое сожрать нас хочет! Тут так специально устроено. Даже обезьяны хищные. Обезьяны! Да как так?! Я согласен, мы все подохнем… все. И ещё...

— Ты меня не слушаешь, я не собираюсь умирать, — перебил Грешник. — От яда варанов есть лекарство. В городе у меня остался рюкзак. В нём много полезного. Вода, еда, всякое добро. И ещё в нём есть особые таблетки. Их там две, а мне хватит одной. Она спасает от таких укусов, я уже проверял.

— Где это в городе? — без интереса спросил Шкаф.

— Чуть западнее центра недалеко от берега недостроенный отель. Он очень большой и высокий. Похож на чуть разогнутую подкову, в центре её стоит подъёмный кран.

— Да, я помню это место, — кивнула Рыська, как-то странно покосившись на Грешника, будто не ожидала от него таких слов.

Игнорируя её взгляд, он обратился ко второй девушке:

— А ты помнишь, Краска?

— Меня-то зачем спрашиваешь? Я тебе что, больше всех понравилась?

— Угу. Влюбился с первого взгляда. Судьбу свою нашёл. И ещё я думаю, что ты точно справишься.

— Справлюсь с чем?! — вскинулась девушка. — Ты что, решил, раз лежишь тут на последнем издыхании, все твои просьбы аж бегом все кинутся выполнять?! Нифига ты не угадал, я никуда не пойду! Уж прости, но я не настолько тупая, чтобы снова к ним попадаться. Да и Шкаф прав, ты труп. Ты выглядишь мёртвым. Тебе не выжить.

— Там есть несколько телефонов, — отчаянно пытался завлечь Грешник. — Без телефонов переходить на другой ярус нежелательно.

— Так мы и этот ярус не пройдем, — мрачно заявила Краска. — Нет, в этот город я больше ни ногой, хватит с меня. Пусть лучше вараны сожрут, лишь бы ни к этим тварям.

— Согласен, туда пойти, это конец сразу, — охотно поддержал девушку Шкаф. — Тут оставаться, тоже нельзя, но там прикончат быстрее. И эти козлы радоваться будут. Ненавижу! Да лучше утопиться в том канале, чем к ним возвращаться! Парень, ты умираешь, тебе уже ничего не поможешь. Ты просто себя сейчас не видишь. Такие не выживают. Я вообще не пойму, как ты разговариваешь. Ты же вылитый покойник, ты полностью на него похож, и чушь какую-то несёшь. У тебя бред, ты...

— А ты на себя смотреть не пробовал? Слащавый маменькин мальчик, который строит из себя канадского лесоруба, — не выдержал Грешник.

Краска прыснула и тихо похлопала в ладоши:

— Браво! У самой такое на языке вертелось. Опередил.

— Здесь мамы нет, здесь ты не выживешь, — продолжил Грешник. — Хоть две такие бороды отрасти, это не сделает тебя суровым мужиком. Куда тебе деваться? На север хочешь, да? Но на дорогах тебя быстро поймают кастовые, а по лесу полно зверья. Тут дальше много всякого нехорошего водится. Я не про змей и насекомых говорю, я здесь такое видел... В общем, навидался. Забудь, тебе там не пройти. И тебе, Краска, тоже. Да, ты здесь самая крутая, не спорю, но этого маловато. Я был дальше, я знаю, о чём говорю. Со мной у вас есть шанс. Я не забываю тех, кому задолжал. Поможете мне, и я помогу вам выбраться. На всё, что угодно, пойду, но вас вытащу. Это моё слово. Если не хотите помочь, можете прямо сейчас начинать вешаться. Не так больно будет.

— Я могу сходить, — неожиданно вклинилась Рыська.

— Ты совсем чокнулась?! — изумился Шкаф.

Девушка пожала плечами:

— Ну кто-то ведь должен сходить. Он ведь правда умирает, что-то надо делать. У нас ведь даже воды чистой нет, а ему надо.

— Никто тут никому ничего не должен, — неприязненно заявила Краска. — Если тебе нужна вода, иди к каналу. Там вараны как раз за завтрак собрались.

— Из канала пить нельзя, — неизменно-вежливым голосом ответила Рыська. — Я хочу отсюда выбраться, значит, я дойду до отеля. Но где там искать этот рюкзак? Отель очень большой.

— Вот же сумасшедшая идиотка... — Шкаф покачал головой.

А Грешник, с сожалением покосившись на мускулистую Краску, от фигуры которой веяло ловкостью и уверенностью, мысленно вздохнул и перевёл взгляд на субтильную Рыську.

Может она и славная девушка, но, увы, создана не для таких ситуаций. Всего лишь белокурое порождение цивилизации, для которой затяжной поход по обычному лесу в ясный полдень — серьёзнейшее испытание.

К сожалению, она его единственная надежда. Других вариантов нет.

Значит, придётся объяснить ей, где именно на стройке припрятан первый рюкзак. И на всякий случай рассказать про мусорный бак, в который сбросил второй, когда убегал от охотников. Там ведь тоже кое-какие трофеи есть, в том числе нераспечатанные контейнеры. Вдруг среди них затесался лишний детоксикатор. На случай, если главный тайник по какой-то причине окажется недоступным, пускай узнает и про второй.

Да, это рискованно, ведь если девушку схватят по пути назад, Грешник не просто лишится всего имущества, у него шансов на спасение не останется.

Ну а какие ещё варианты?

Если Рыська не вернётся, ему не выжить.

А покойнику имущество ни к чему.

Глава 2 Как ошибаются в людях

Глава 2

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Восточный Тсот Кхалунг.

Как ошибаются в людях

По поводу предположений насчёт нехорошей динамики развития ситуации Грешник оказался прав. С каждым часом ему становилось всё хуже и хуже. В итоге дошёл до совсем уж плачевного состояния. Реже и реже выныривал из забытья, а до затуманенного мозга всё труднее и труднее доходила самая простейшая информация. Вроде бы, Шкаф, разнервничавшись из-за ухода Рыськи, принялся жаловаться пуще прежнего. А может и нет, может так и продолжал делать это на одной заунывной ноте. Непонятно, мысли путаются. Краска попыталась обыскать ближайшие окрестности, но едва не наступила за змею, после чего желание исследовать лес у неё улетучилось. Однако реально ли это случилось, или в бреду привиделось — неизвестно.

Рыська ушла и пропала. Полдень миновал, должна успеть за такое время обернуться, но где-то застряла. Шкаф начал в своё однотонное нытьё вплетать жалобы на то, что наивная дурочка отправилась туда, где ей делать нечего. Её там, разумеется, схватили злые люди, и теперь она прямо сейчас без умолка тараторит, выдавая координаты группы.

К тому же выдаст она их, или нет, а смерть в любом случае уже на подходе. Сегодняшняя активация у Краски, вроде бы, своё отзвонила, а вот у Шкафа ещё всё впереди. И за ним непременно охотники заявятся, ведь он невезучий и при этом настолько притягательно-прекрасный, что его хотят абсолютно все.

Вот под его монотонное нытьё Грешник в очередной раз вырубился надолго. Может даже до вечера. И полностью прийти в сознание уже не смог. Вроде бы иногда почти пробивался к реальности, что-то начинал соображать, но каждый раз чуть-чуть не хватало. Не доходил до стадии ясности мыслей, или хотя бы намёка на ясность. То ему казалось, что Шкаф ругается с Краской, то слышалось, что спорит с Рыськой, пытающейся тихим и неуверенным голоском в чём-то его убедить.

Бред откровенный, ведь её здесь нет. Девушка пропала в городе. Или на гаков нарвалась и не сумела убежать, или охотники за головами перехватили, или что-то ещё помешало вернуться.

Она поверила Грешнику, но у неё ничего не вышло.

Это всё.

Конец.

До испытания алтаря воскрешения последние минуты отсчитываются. И сам умрёт, и Шкаф с Краской, скорее всего, не выживут. Без него их шансы стремятся к нулю.

Сами выбрали такую судьбу. Досада гложет за то, что в город отправилась самая слабая, неприспособленная для опасных задач. Ведь у Краски реально был шанс, она будто создана, чтобы такими делами заниматься. В ней и воля просматривается, и прекрасная физическая подготовка. Доберись она до детоксикаторов, и Грешник смог бы вытащить отсюда всю троицу. Приподнял бы им уровни и прочие параметры, обеспечил навыками, сопроводил до границы яруса.

Может он и не самый лучший человек, но и не моральный урод, себя не уважающий.

Раз уж сказал, что поможет, значит поможет.

Вот только кто бы ему помог...

* * *

Смерть не пришла, зато пришёл очередной период частичного прояснения сознания. Это когда оно всё ещё замутнённое, но можно не сомневаться, что вокруг тебя реальность, а не навеянные бредом воспалённого мозга образы.

Над Грешником сидела Рыська. И сидела не без дела, она меняла ему на голове нагревшуюся мокрую тряпку на прохладную. Девушка выглядела грязнее прежнего, лоб её пересекала наискось свежая царапина, но в целом она выглядела неплохо.

Грешник попытался что-то сказать, но ни язык, ни губы не слушались.

Заметив его усилия, Рыська прижала палец ко рту:

— Тише. Лежи спокойно. Всё нормально, я принесла твоё зелёное лекарство. Ты его глотать не хотел, но с водой оно как-то прошло. Хочешь ещё воды?

Грешник только и смог, что моргнуть в ответ.

А когда вода полилась в рот, закашлялся и снова отключился.

* * *

В сознание он пришёл уже на закате. И ощутил себя при этом не сказать, что здоровым, но и не калекой.

Не веря в происходящее, чуть приподнялся, затем уже увереннее встал на колено, замер так на несколько секунд и, наконец, выпрямился, устойчиво удерживаясь на ногах.

Рыська, лежавшая невдалеке на груде сорванных веток в позе побитой собачки, подскочила, уставилась изумлённо и растерянным голосом задала риторический вопрос:

— Тебе что, лучше стало?!

Грешник кивнул и, покачнувшись, ответил неуверенно:

— Да я себя чувствую, как олимпийский чемпион.

— Разве что по шахматам, — резонно констатировала девушка.

— Нет, я реально чемпион. Я ведь не умер, это достижение.

Ну да, для человека, тело которого неполные сутки назад увесистая пуля пронзила от плеча до живота, он выглядит фантастически.

Ему сейчас в морге полагается лежать, а он поднялся на ноги без посторонней помощи.

Осторожно, пытаясь не потревожить лишний раз левое плечо, начал расстёгивать бронежилет и понял, что рана почти себя не проявляет. Ощущается незначительная скованность, но нет ни боли, ни тошнотворного ощущения трущихся друг о дружку обломков костей.

— Ты что делаешь? — спросила Рыська.

— Посмотри, пожалуйста, что у меня с плечом, — попросил Грешник.

— Я его замотала бинтами. Набрала их в аптеке, по пути. Извини, замотала плохо. Как смогла. Место неудобное. Хорошо, что бронежилет расстёгивается хорошо. Ты очень тяжёлый, одной мне его не стащить.

— Хочется размотать назад. Интересно, что там. Я бы и сам, но надо глаза вывихнуть, чтобы осмотреть. Поможешь?

Девушка кивнула и молча выполнила просьбу. В конце чуть скривилась, готовясь к неприятному зрелищу, но когда отмотала последний виток, уставилась недоумённо и сказала:

— Это как?

— Я не понял, ты о чём? — уточнил Грешник.

— Извини, но у тебя в плече была уродливая дырка, а теперь она полностью закрылась. Рана больше на свежий шрам похожа. И ещё тут какая-то железка к бинту присохла.

— Покажи-ка мне эту железку.

Повертев в руках деформированную до неузнаваемости оболочку пули, непонятным образом через брюшную полость, грудь и плечо добравшуюся до входного отверстия, Грешник спросил:

— Вода осталась?

— Конечно. Я по пути ещё одну бутылку в магазине взяла. Больше не смогла, рюкзаки тащила, тяжело сразу два нести.

— Я же говорил, лекарство в первом. Могла не ходить за вторым.

— Ну да, говорил. Но ты тогда говорил странно. Почти бредил. Мог перепутать. Да и зачем второй там оставлять? Раз уж пошла, надо всё забирать.

— Да, разумно, — признал Грешник. — Смой, пожалуйста, кровь. Посмотри хорошенечко, как выглядит рана.

Место действительно неудобное. Пуля будто из уха вывалилась, упав на плечо не посредине, а в том месте, где оно примыкает к шее. Даже косоглазый ничего не рассмотрит, требуется помощь со стороны.

— Да, рана странная, — задумчиво-отстранённо протянула Рыська. — Тебя когда ранили?

— Вчера вечером.

— А она выглядит так, будто это случилось месяц назад.

— Реально месяц? — изумился Грешник

— Ну, извини... может и не месяц, но недели две точно прошло. Она совсем закрылась, заросла. Крови свежей нет, зарубцевалась.

Грешник осторожно наклонился, так же неспешно покрутил корпусом. Неприятных ощущений в утробе при этом не возникло. Может он и не на пике физической формы, но внутренности в порядке.

Восстановились всего лишь за один день после, скорее всего, смертельного ранения? Получается — так.

Да уж, занятная здесь медицина...

— Даже не знаю, как благодарить, — сказал Грешник. — Без тебя я бы не выкарабкался.

— Не за что. Я должна была это сделать.

— Ты ничего у меня не занимала, чтобы задолжать. А… понял. Ты, наверное, это к тому сказала, что я вас из загона выпустил. Да?

— Из какого загона?

— В котором вас держали.

— Никто нас нигде не держал. Забыл, да? Нас привезли на ту стройку, о которой ты говорил. Поэтому я её запомнила. Мы тогда первый раз встретились. Ты там начал всех расстреливать из лука, а потом нас освободил. И мы оттуда уехали.

— Так это были вы?! — дошло, наконец, до Грешника. — Я тогда никого не разглядывал, всё очень быстро случилось.

— Ну да, мы, — подтвердила Рыська. — И ещё несколько человек с нами было. Ты что, правда нас не помнишь?

— А я-то всё голову ломал, как же вы так быстро в лесу оказались? Ведь если из загона ушли, как смогли меня опередить? Непонятно. Так вот, оказывается, в чём дело...

— Про загон я только от других слышала, сама там не бывала, — кивнула Рыська. — Тебя хорошо запомнила.

— А я тебя нет. Говорю же, я вас тогда особо не разглядывал, мне не до этого было. Вы куда так быстро умчались? Почему меня не подождали?

— Я не знаю. Это всё Шкаф, это он за руль тогда сел. Оттолкнул того парня, которого ты послал в кабину. Сам сел и сразу поехал. И представляешь, мы в тот же канал свалились. Там поворот неудобный, нельзя быстро ехать. Вылезли мокрые, вараны побоялись на такую толпу лезть, только шипели. Никто ничего не понимает, все перепуганные и злые. Некоторые почти сразу ушли по дороге, а мы остались. Сначала пытались вещи из машины достать. Там рюкзаки оставались и наши, и этих. Но в том месте глубоко, и вода после падения машины мутная, ничего не получилось. Потом обсуждали, что дальше делать, и тут мимо ты проезжаешь и почти туда же падаешь. Мы отогнали варанов, унесли тебя в лес, потом сидели тут с тобой. Я им сразу сказала, что нельзя тебя бросать, один ты не выживешь, тебе помощь нужна. Некрасиво так поступать. Ведь если бы не ты, мы бы уже... Ну, ты сам понимаешь. Отсюда чуть-чуть видно тот поворот, с которого в канал падают. Вон, если между тех кустов посмотреть. А с той стороны кусочек города видно. Несколько раз мимо проезжали машины, но к нам никто не полез. Странно как-то. Ну, ты же сам понимаешь, что сидеть на одном месте здесь нельзя. Они иногда могли видеть наши телефоны, но не пришли.

— А где Шкаф и Краска? — спросил Грешник, оглядываясь.

Рыська помялась, виновато опустила глаза и печально промямлила:

— Они ушли. Извини.

— Ну ушли, так ушли. Ненормальные. Сами себе хуже сделали.

— Нет, ты всё неправильно понял. Когда я вернулась, они сказали, что тебе ничего не поможет. Что ты всё равно умрёшь. Уже еле дышишь. И что теперь у нас есть еда, вода и всякие полезные вещи. С ними можно идти дальше. Они собирались оставить тебя здесь одного. Я начала уговаривать их так не делать. Тогда они начали ругаться, а потом ушли сами, без меня. Извини.

— Зачем извиняешься всё время? Ты-то тут причём? Пусть идут куда хотят, скатертью дорога и ветер в спину.

— Нет, ты снова меня не понял. Они всё унесли. Вообще почти всё. Оба рюкзака, дубинку твою, нож, все коробки оранжевые. Даже бронежилет хотели снять, но я на них за это орать начала. Они немножко поругались и передумали.

Представить себе орущую Рыську так же непросто, как вообразить летающую черепаху. На редкость спокойная девушка, не верится, что она способна на громкие проявления эмоций.

Грешник не стал напрягать воображение, вместо этого спросил:

— Что у нас осталось?

— Ну вот, воды бутылка есть. Вторую они унесли. И вот, консервов банка. Только как её открыть без ножа, я не знаю. Камень надо найти, им попробовать края обточить. Я видела такое в каком-то фильме. Но тут вообще нет камней, тут только земля и глина. Можно их дальше поискать, но я боялась тебя надолго одного оставлять. Ещё зажигалка есть, но костёр разводить опасно, это очень заметно. Да и зачем? Здесь не холодно.

— Так они что, вообще ничего не оставили? — начало доходить до Грешника.

— Ага. Почти всё. Вот, голову оставили, лежит, завёрнутая. Ужасная вещь. Не поняли сначала, что это, разворачивать начали, а она воняет. Не захотели брать. И сказали, что ты ненормальный, раз такое носишь. А я им сказала, что голова эта, наверное, для чего-то важного нужна. Просто так такое таскать не станут. Но они не поверили. Психом тебя обзывали. Думаю, они просто не захотели поверить, что такое зачем-то нужно. Им удобнее думать, что ты псих. Тогда легче тебя бросить.

— Какие интересные у тебя дружки... Такие верные...

— Они мне не друзья, — нахмурилась Рыська. — Я их вообще не знаю. Ты же понимаешь, тут люди какие-то озверевшие. Не все, конечно, но многие очень. Извини.

— Снова извиняешься... За что? Уж ты-то точно ни в чём не виновата. А сама почему с ними не пошла?

— Как это почему? — удивилась девушка. — Тебя же нельзя оставлять. Тут вараны везде ходят. Если на них шипеть в ответ и палкой махать, они не лезут. Если никто не будет их отгонять, они тебя съедят. Ты ведь без сознания, как ты их отгонять будешь? Никак.

— Ещё раз благодарю. Ты умница. Без тебя я бы тут и остался. И чёрт с ними, с вещами. Забудь. Найдём другие. Слегка в себя приду, и поищем. А потом вместе пойдём на север. Я ведь сказал, что вытащу вас. Эти ушли, им я теперь ничего не должен, а вот ты здесь. Придётся слово держать.

— Я очень хорошо запомнила, что ты обещал нас вытащить, на это и надеялась, — Рыська едва заметно улыбнулась. — Они тебе не поверили, а вот я доверчивая. И я помню тебя там, на стройке. Из кузова видела, как ты из окна высунулся и выстрелил. Вот...

Рыська прошла мимо Грешника, нагнулась, выпрямилась, обернулась, протягивая лук:

— Подойдёт тебе такой?

— Где ты его взяла?

— Там в городе целый магазин такого добра. Случайно на него наткнулась.

Взяв лук в руки, Грешник попробовал его натянуть. Слабоватый, да и какой-то несерьёзный. Материалы не очень, зато много украшений. Скорее декоративный, чем боевой. Но как оружие против мелкой дичи использовать можно.

— Стрелы твои они оставили, — продолжила девушка. — Лук этот я им не отдала, да и стрелять они не умеют. Вот и сказали, что стрелы мне пригодятся. Хорошо, что не забрали.

— Дубинками они тоже бить не могут, но палицу мою прихватили, — угрюмо заметил Грешник.

— Да, забрали. Я просила не трогать, но они не послушались. Краска почти ненормальная стала, злая очень. Она в самом начале натерпелась всякого, у неё нервы. Чуть драться на меня не полезла. Извини её. Она в загоне сидела, когда там грузовиком стену разломали. В загоне всякого наслушалась, много чего знает. Говорит, что дальше, за холмами, рудник есть. И что там торговец, у которого можно купить навыки. Он принимает всякие вещи, платит за них монеты. Но вещи должны быть с испытания, а не какие попало. Твоя дубинка как раз такая, на ней знак есть, и ещё она её телефоном проверила. Телефон один они мне оставили. И браслет. Вот, бери.

Грешник, поколебавшись, спросил:

— А ты знаешь, что без телефона проходить ярус нежелательно?

Рыська кивнула:

— Знаю, в своём телефоне прочитала, когда на берегу очутилась. И мне потом девочка одна рассказала, что баллы это важно очень. Ей кто-то из высоких каст выболтал это. Она сама тоже кастовая, но нормальная, из низших. Мы с ней вместе уйти отсюда хотели, но не получилось.

— И ты всё равно телефон мне возвращаешь?

Девушка пожала плечами:

— Вообще-то ты его спокойно можешь у меня отобрать. И он не мой, он твой. Там ведь все вещи твои были. Извини Краску и Шкафа, они же и вправду думали, что ты не выживешь. Им страшно, они очень боятся снова попасться.

Грешник покачал головой:

— Ладно, если им на меня плевать, это я ещё понять могу. Зачем разоряться ради покойника. Но ведь могли тебе вещей побольше оставить.

— Так их двое, а я одна. И они разозлились, когда я уходить отказалась. Уговаривали очень. Сам ведь знаешь, как бывает. Если кто-то не соглашается, многих это бесит.

— Они себе хуже сделали, а не нам, — угрюмо заявил Грешник и, пролистав последние сообщения в телефоне, с трудом удержался от ругательств.

Рыська как-то это определила, спросила настороженно:

— Что-то не так?

— Всё нормально. Кое-что прозевал, пока валялся. Не смертельно.

Объяснять, что вчера, устроив дебош в лагере бандитов, заработал несколько ценных бонусов, не стал. Долго объяснять, да и нет смысла девушку расстраивать.

Увы, но бонусы, как это уже бывало, оказались временными. Двадцать четыре часа предоставлялось на их активацию. Время прошло, надбавки впустую сгорели.

Да уж, неприятно. «Вкусные» поощрения выпали. Даже то, что в качестве орудия убийства помимо всего прочего использовался автомобиль, к штрафам не привело. Или всё нормально, или кукловоды ради такого случая простили. Но как бы там ни было, это действительно не смертельно.

Ещё раз попробовав натянуть лук, спросил:

— Сможешь провести к этому магазину?

— Конечно. Ты что, хочешь в город сходить?

— А разве есть другие варианты? Нам сейчас деваться некуда. С пустыми руками по лесу ходить нельзя. С одним лидером макак я ещё справлюсь голыми руками, или палкой, а вот стая нас легко порвёт.

— Этот лук что, совсем плохой? — спросила Рыська.

— Против больших обезьян он не играет. Да и обезьяны, это не самая большая проблема. Так что придётся поискать оружие получше. Еда и вода тоже не помешают. И нужен нож, им можно дубинку нормальную вырезать, или копьё. Надеюсь, в том магазине получше лук найдётся. Ты не помнишь, там их много было?

— Извини, я не сосчитала, они по всей стене висели. Штук пятнадцать, наверное. И ещё есть арбалеты и непонятные штуки. Я долго не лазила, там неприятно. На полу мертвец лежал, почти скелет.

— Вообще-то они по всему городу лежат, — напомнил Грешник.

— Да, лежат. Но всё равно неприятно.

— Подозреваю, что это просто декорации. Имитации покойников. Тут всё сплошная декорация.

— Может и так, — согласилась Рыська. — Но эта декорация смотрится очень даже реально. И пахнет отвратительно.

— Ладно, собираемся, — подытожил Грешник. — Надо из леса выбираться, пока совсем не стемнело.

— Сейчас? — нахмурилась девушка. — Идти далеко, а ты раненый. И яд, наверное, ещё не вычистился.

— Местная медицина творит чудеса. Как-нибудь доплетусь.

* * *

Единственный предмет повышенной ценности, оставшийся у Грешника после вероломного ухода парочки — это цепочка, которая так и болталась на шее. Выглядит невзрачно, потому и не польстились. Не догадались проверить телефоном. Он почти не сомневался, что Сяо за неё прилично монет отсыплет. Вырученных денег вряд ли хватит на основательную поправку пошатнувшегося материального положения, но самое необходимое приобрести, скорее всего, получится.

Этот вариант Грешник рассматривал как резервный, на крайний случай. Очень уж не хочется расставаться с такой полезной штукой. Заменить биноклем, конечно, можно, но это получится неполноценный эрзац.

Потому что столь эффективных и при этом невесомых биноклей попросту не существует.

Это где видано, чтобы выдавало максимальное увеличение около двадцати крат, без искажений, без затемнений, без помех от тряски рук, с огромным полем зрения. И при этом тянуло меньше пятидесяти грамм.

Не бывает такого.

На втором месте — бронежилет. Спасибо Рыське, отстояла, не позволила стащить с «почти покойника».

Бронежилет и выглядит скверно, и телефон показывает, что дела его не очень хороши. Потерял значительную часть прочности, обзавёлся дырищей на плече, сильно испачкан грязью и кровью.

Третья по полезности вещь — разгрузка. Её тоже забирать не стали. Возможно, подумали, что из-за схожей расцветки она с бронежилетом составляет единое целое. Тоже сильно пострадала, но таскать можно.

И самое приятное, — в запутанной системе кармашков Краска со Шкафом не разобрались. А Грешник кое-какую почти ничего не весившую мелочевку в них хранил. К сожалению, не всю складывал, да и многое пропало, но часть барахлишка уцелела.

Шесть душ трёх разновидностей в данный момент вряд ли чем-нибудь помогут. Две малые пилюли лечения — уже веселее. Рядовой кристалл используется в крафте неизвестно чего, то есть сейчас тоже бесполезен, но продать его, наверное, получится. И, напоследок, три разрушителя, которыми разбираются предметы испытания на составляющие материалы.

Вот и всё.

Небогато, но и не полный ноль.

После первого дня Грешника бедностью не удивишь. Он и тогда сумел выкарабкаться, а сейчас, с новыми познаниями, и подавно выкарабкается. Жалел только потерянные знаки уровня и универсальные символы развития. Да, их немного оставалось, но это всё же дополнительные крохи в развитии.

А в таком деле крохи лишними не бывают.

Больше всего, как ни странно, взбесила пропажа не самого ценного. Краска и Шкаф столь искренне хотели «отблагодарить» своего спасителя, что утащили оба ножа: и охотничий из разгрузки, и складной из рюкзака. Сотворить голыми руками хоть какое-нибудь оружие за ограниченный срок — задача нетривиальная. А если даже камня под рукой нет, она усложняется многократно.

Поэтому в город Грешник отправился почти с пустыми руками.

Если не считать увесистой палки с кое-как обломанными сучками. Неказистая, и древесина с гнильцой, но пару-другую ударов выдержит.

Главное — не лупить со всей дури.

Глава 3 Ненормальный магазин

Глава 3

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Сайнатдан.

Ненормальный магазин

По-хорошему, Рыську следовало оставить в лесу. Девушка лишь под ногами путается, и совершенно бесполезна, если придётся драться. Даже нет, не бесполезна, а сложностей прибавит, потому что в случае чего придётся не только себя вытаскивать, а и её.

Двоих тащить тяжелее, чем одного.

Но, с другой стороны, она наглядно доказала, что безобидно-кукольная внешность обманчива. Средь бела дня смогла пробраться в город и вернуться, не попавшись ни гакам, ни агрессивно настроенным участникам.

А это что-то значит.

Плюс нет уверенности в безопасности лесного лагеря. Точнее, Грешник совершенно в этом не уверен. Он не понимает, почему туда до сих пор не заявились люди из Бойни или им подобные головорезы. Ведь четвёрка жертв то и дело выдавала себя активациями. В распоряжении убийц была прорва времени, чтобы добраться до добычи.

Однако никто не пожаловал.

Возможно, у Бойни возникли какие-то проблемы. Или банда вовсе подалась на север, ведь вечно торчать на побережье не получится. За ней могли потянуться все прочие, и численность отморозков в городе резко снизилась.

Ладно, пускай так. Но вараны, то и дело шелестевшие палой листвой со всех сторон, Грешника напрягали чуть меньше, чем вариант появления кастовых убийц. Слишком уж явный интерес к лагерю проявляют. Как бы ни накинулись на одиночную цель всей оравой. Кто знает, что у рептилий на уме, кукловоды могли заложить в них самые разные алгоритмы поведения. Забраться на дерево тоже не вариант — это царство обезьян. Да и тигр там легко достанет. А может и ещё кто-нибудь, не менее опасный. Одна сброшенная при линьке шкура от громадной змеи чего стоит. Грешник, наткнулся на неё вчера, когда шёл к городу. Не поленился, измерил. Почти семь шагов насчитал.

И не факт, что это рекорд для местных пресмыкающихся. Полный список опасных обитателей леса на опушке не вывешен. Никто не знает, кто здесь водится.

В общем, прикидывая и так, и эдак, решил, что оставлять Рыську одну нельзя.

Не доверяя темноте, Грешник то и дело надолго останавливался, прислушивался, но ни разу ничего подозрительного не приметил. На то, чтобы пробраться через тесную застройку бедноватой окраины, ушло почти сорок минут.

Дальше дело пошло веселее. Привёл Рыську в магазин, расположение которого хорошо помнил и заставил выбрать нормальные кроссовки, вместо того изодранного убожества, которое она носила. И там же девушка сменила одежду.

Сам тоже скинул грязные тряпки, но выбрасывать их не стал. Они ведь у Сяо куплены, а предметы испытания можно очистить ремонтными марками, станут как новенькие. По прочности они заметно превосходят все известные Грешнику материалы для вещей повседневного ношения. Так что, пусть рваньё полежит в новом рюкзаке, который можно прихватить дальше по улице в ещё одном примеченном магазине.

В хозяйственной лавке изготовил жалкое подобие копья, выстругав его из черенка от лопаты. Оружие неказистое, зато навык на него имеется, и оно куда лучше, чем пустые руки. К тому же против гаков такого вполне достаточно. Если, конечно, не забираться в логово к очередной королеве.

Ножи, фонари, топорики, продукты и прочее-прочее приходилось прихватывать из встреченных по пути торговых точек. Шопингом занимались, пока не добрались до того самого места, откуда Рыська притащила лук. Даже перекусили по пути и, не экономя, запили поздний ужин соками и водой. Всё равно их много с собой не утащишь.

Магазин, на который указала девушка, заставил Грешника напрячься. Что-то с ним не так. Неправильно. Странноватый ассортимент для такого места. Район бойкий, по всем улицам протянулись вереницы лавок с простенькой одеждой, пляжными принадлежностями, сомнительными снадобьями восточной медицины, фруктами, фаст-фудом, сувенирами и прочим.

В таких местах даже самый завалящий хлам продаётся по безбожно завышенной цене, потому как район откровенно туристический, примыкающий к пляжной зоне. Поблизости нет традиционных домишек и лачуг для коренных жителей. Куда ни глянь: сплошные отели, торговые точки, кафе, ничем не примечательные магазинчики, массажные салоны и прочие традиционные насосы для выкачивания денег из заезжих отдыхающих.

Вот зачем туристу тащить из тропической страны блочный лук? Он сюда приехал нежиться на солнце, плавать в тёплом море, дегустировать алкоголь в неумеренных количествах, вкушать экзотические блюда, да на достопримечательности любоваться. Опять же — какое-никакое, а холодное оружие, следовательно, при выезде могут возникнуть вопросы с таможенным контролем. И уж в ручной клади такой предмет пронести не позволят даже при самом либеральном законодательстве.

Нет, оригиналы всякие встречаются, и на такие вещи покупатели найдутся. Но много ли их наберётся? Вряд ли. А район не из дешёвых, здесь приходится продавать лишь то, что бойко раскупается. Товар, на который не каждый день клиент находится — верный путь к разорению.

Не зря глаз сразу зацепился за вывеску, что-то здесь действительно не так. Но что?

Надо думать.

Подходы к магазину удобные, внутрь проникли без проблем. Рыська с порога указала на стены:

— Смотри, сколько всяких луков. Нескольких не хватает, вон пустые места остались. Кто-то здесь уже побывал, забрал.

Грешник пробежался взглядом по не такому уж и богатому ассортименту, после чего задумчиво протянул:

— Ищи что-то необычное...

— Извини, я ничего не поняла. Необычный лук? Или что?

Продолжая оглядываться, Грешник, не зная, как сформулировать только что оформившуюся мысль, спросил:

— Как тебе этот магазин? Не кажется странным?

— Ты же сам говорил, что здесь всё декорация. Для декорации очень даже нормальный магазин.

— Понимаешь, кукловоды любой мелочи уделяют значение. Рыська, представь, что это очень хорошая декорация. Или даже не декорация, а всё практически настоящее. Допустим, идеальная копия реально существующего города. И ещё раз посмотри вокруг. Ничего странного не замечаешь?

— Ну... не знаю даже. Я по таким местам никогда не ходила. Но мне кажется, тут маловато товаров. Немного луков, два арбалета и всякие рогатки. Ты видел, что на улице творится? Там всё забито всякими магазинчиками и палатками. И в них нет места свободного, кучи товаров везде. А тут такой большой магазин, и почти пустой. Может здесь не луками, а чем-то другим торговали.

— Чем?

— Ну, не знаю... Может героином каким-нибудь. Это точно окупит арендную плату, она в таких районах маленькой не бывает.

— Да, насчёт наркоты дельная мысль, как это я сам не догадался, — кивнул Грешник. — Про аренду я тоже подумал. Да тут всяких странностей считать не пересчитать. Этот магазин смотрится, как мясная лавка продающая свинину на фоне главных святынь Мекки. Да у него даже стилистика вывески выбивается из ближайшего окружения. Везде иероглифы, а тут ещё и по-английски продублировано.

— Тут у многих на вывесках на английском пишут, — возразила девушка.

— Есть такое, — признал Грешник. — Но посмотри, какие здесь большие буквы. Английский текст на всю вывеску, а иероглифы мелкой строкой под ним жмутся. Так только в этом магазине сделано. Нет, тут точно что-то неправильно. Надо всё хорошенько осмотреть.

В первую очередь изучили всё оружие. Благо, искать его не пришлось, всё на видных местах. Осмотрев товары, Грешник убедился, что предметов испытания среди них нет. То есть, стрелять из всех этих луков можно, а вот продать их Сяо или разобрать на ресурсы уже не получится. Плюс при охоте начисляются приличные штрафы на баллы с кармой и, возможно, на содержимое контейнеров. Это не лучшим образом скажется на добыче.

Бронежилет изначально тоже не являлся ценной вещью. И это удалось исправить. Однако тогда у Грешника были преобразователи, а сейчас нет.

Да он вообще пустой.

Огромное «спасибо» Краске и Шкафу.

«Необычное» обнаружилось на самом видном месте. Тот самый обглоданный скелет, лежавший посреди торгового зала, слишком уж вызывающе вытягивал костяную руку. Будто указывал на то, что некогда держал в ладони, а теперь прикрывал это остатками пальцев. Вспомнился «Остров Сокровищ» Стивенсона, когда капитан Флинт сделал из бедолаги Ника Аллардайса указатель на зарытые сокровища.

Под обгрызенной ладонью обнаружилась карта-ключ для электронного замка. Такие любят устанавливать в отелях и на дверях офисных зданий.

Рыська, увидев находку Грешника, заметила:

— Замок здесь на входе обычный, механический. Может это турист из отеля? Там такие ключи часто.

— Здесь всё похоже на настоящее, но это не так, — задумчиво ответил Грешник. — Весь этот город сплошная обманка. Декорация, но декорация очень качественная. Магазин странный, он совершенно не вписывается в картинку, у него даже вывеска ненормальная, это издали в глаза бросается. И в этом магазине нет следов разгрома, зато есть скелет. Смотри, как он лежит: вокруг чисто, нет крови. А она должна быть, нельзя обглодать человека и оставить пол вокруг него чистым. Выйди на улицу, посмотри, вокруг костей всегда потёки засохшей крови. А ещё у скелета под рукой лежит карточка-ключ. Всё это как-то странно. Хотелось бы посмотреть на замок...

С этими словами Грешник с силой топнул. Пол, прикрытый линолеумом, отозвался негромко, но даже такого звука может оказаться достаточно, если поблизости находятся гаки.

— Ты что делаешь?! — испуганно вскинулась Рыська.

— Ищу дверь с замком под этот ключ. И ты тоже ищи, не отвлекайся.

Искомое обнаружилось быстро, — идея Грешника с проверкой пола сработала. Вначале при простукивании отозвалось обширное пустое пространство, затем оказалось, что линолеум в этом углу не закреплён. Достаточно потянуть податливый плинтус, и можно отогнуть в сторону огромный пласт.

Под ним находился дощатый настил, тоже незакреплённый. Разобрать его — две минуты работы.

И вот уже Грешник с Рыськой стоят над крутой лестницей, спускающейся к крохотной площадке с единственной дверью.

И дверь эта выглядит мощно. Не просто металлическая, а основательная, чуть ли не танковая броня. Похожие в бомбоубежищах ставят, чтобы атомный взрыв выдерживали. Над рамой горит крохотная красная лампочка, зловещего света которой едва хватает, чтобы различить тот самый замок, открывающийся картой.

Откуда здесь электричество — это один из тех вопросов, которые Грешника давно уже перестали волновать. По городу там и сям горят уличные фонари, и кое-где светятся окна в домах. Может аккумуляторы их питают, подзаряжаясь днём от солнечных батарей; или в этом сумасшедшем мире хоть все провода перережь, а некоторые устройства не обесточишь.

Неважно. Важно то, что у Грешника есть ключ, открывающий хитроумно спрятанную дверь. С учётом вывески над этим местом и ассортимента товаров, это намекает на кое-какие перспективы.

— Как ты думаешь, что там? — спросила Рыська.

— Мусор подсовывать с такими сложностями не вижу смысла. Почти уверен, там что-то ценное, — предположил Грешник.

— Тогда чего мы стоим?

Он покачал головой:

— Опасно. Ценности здесь таким, как мы, просто так не раздают. Их может кто-то серьёзный охранять. А у нас из оружия только палка заточенная.

— Тогда может ну его? — напряглась Рыська.

Грешник снова покачал головой:

— Краска и Шкаф ничего нам не оставили. Нам много чего понадобится, и я почти уверен, что в этом месте мы можем неплохо подзаработать.

В дверь кто-то с силой стукнул с другой стороны, заставив обоих дёрнуться.

— Вот видишь, — хищно усмехнулся Грешник. — Я был прав. Дверь тяжёлая, а ударили солидно. Там кто-то очень непростой засел, и охраняет он что-то полезное.

— Извини, но до меня так и не дошло, что мы вообще здесь делаем? Если ты с самого начала всё знал, зачем мы столько времени потеряли? Нас только двое, и у нас нет оружия. Так какой в этом смысл? — окончательно запуталась девушка, испуганно косясь на зловещую дверь и не понимая хитросплетений замыслов и предположений Грешника.

— Затем, что главное оружие всегда при нас, — он выразительно постучал себе по лбу и направился к выходу.

* * *

К непростой процедуре открытия двери приступили почти через два часа. К этому времени некто неизвестный, находившийся по другую её сторону, перестал подавать признаки жизни. Больше не реагировал на возню парочки: или выдохся, или до него, наконец, дошло, что это занятие бесперспективное.

По-хорошему, Рыська права, нарываться на новые приключения чревато. Нормального оружия нет, браслет всего лишь один, да и тот разряженный, с медикаментами тоже негусто. А тот, кто скрывается за дверью, ничем не мешает и вряд ли самостоятельно выберется. Вот пусть и дальше там сидит, нечего к нему соваться.

Но ведь если качественное оружие и прочее не добыть или не заработать деньги на его покупку, оно так и не появится. А деньги или предметы, которые можно обменять на приличное количество монет, из слабых противников добываются плохо.

Здесь, в магазине, достойным луком не разживёшься. Если такие и были, их уже успели растащить. Остался хлам, который разве что на стену для красоты вешать. И, естественно, всё это обычные предметы, не относящиеся к испытанию.

В общем, с оружием надо что-то решать. Как и со всем прочим. Предательский уход Краски и Шкафа привёл к тотальной нищете по всем позициям. В обстановке, когда многочисленные противники продолжают развиваться и обзаводиться полезными вещами, оставаться голым и босым недопустимо.

Так что, риск есть, но он оправдан, ибо без него вопрос поисков достойного вооружения может растянуться на неопределённый срок.

В некоторых уличных торговых точках уважали обычай прикрывать ценные товары шторками из капроновых сетей. Этих «шторок» Грешник с Рыськой натаскали не один десяток, соорудив из них подобие многослойного невода. Дерни за верёвочку, и коварный завал обрушится на всякого, кто выскочит из потайной двери.

Но этим подготовка не ограничилась. Из ножки стола Грешник смастерил увесистую дубину, ввинтив в её конец несколько десятков шурупов, чуть-чуть не докрутив их до конца. На полу разложил две петли из тонких стальных тросов, найденных в том же хозяйственном магазине, где разжился древком от лопаты. Такой же, только побольше диаметром, спас его от тигра.

Вот и здесь лишними не будут.

И в завершение развесили перед дверью несколько дырявых пакетов, в которые ссыпали все найденные в соседнем магазинчике запасы острых специй. Стоит такой мешочек потревожить, и смесь перцев посыплется из многочисленных отверстий, устроив внизу термоядерное облако, способное выжать море слёз.

Оценив масштабы приготовлений, Грешник наметил ещё пару-тройку способов безнаказанно навредить тому, кто скрывается за дверью. Но все они требовали немалых затрат времени, да и некоторые материалы придётся поискать. А ведь ночь длится не вечно, так и до рассвета можно дотянуть, а там и бандиты подтянутся.

Пора сказать своей жабе «хватит». И нанести последний штрих на картину.

Надо как-то раскрыть дверь, но только сделать это сверху, находясь на безопасной позиции. Стоять перед ней в тот момент, когда она распахнётся, это надёжный способ заработать порцию новых неприятностей.

Для чего, спрашивается, потратили время на серьёзные приготовления, если в итоге придётся столь глупо подставляться?

* * *

Чуть потянув за верёвку, Грешник понял, что дверь не просто так выглядит солидной, она действительно непростая. Поднапрягся, заставив её, наконец, заскрипеть. Створка сдвинулась на пару сантиметров и замерла.

Ему нетрудно и дальше её распахнуть, но лучше подождать, предоставляя инициативу тому, кто так упорно ломился изнутри.

Однако неизвестный почему-то не торопился, хотя не услышать скрип сложно. Оглох? Уснул? Задумал какое-то встречное коварство? Что бы там ни было, спускаться Грешнику не хотелось. Там, в узости неудобно-крутой лестницы, он окажется в невыгодном положении. Даже начал подумывать, что пора завязывать с этой затеей. Да, потерянное время жаль, но есть предел риска, за который он переступать не готов.

Повернулся к Рыське, дабы поделиться со спутницей новыми мыслями, и тут началось то, ради чего всё это затевалось.

Створка содрогнулась от мощнейшего удара, с грохотом распахнулась, врезавшись в стену и отфутболив при этом несколько мешочков, из-за чего внизу расползлось едкое облако из распылённых специй. По ушам ударил злобный и на удивление знакомый рёв, заставивший Грешника похолодеть.

Это снова он! Тот чёрный тигр с красными полосками!

При первой встрече с громадной кошкой Грешнику сказочно повезло. Но два везения подряд — это чересчур, рассчитывать на постоянство удачи нельзя.

Однако сейчас заработали тщательно подготовленные ловушки, а не голая удача. Тигр последовательно вляпался во всё, что для него подготовили. От души нюхнул перца, из-за чего грозный рык моментально сменился на болезненный хрип. Влез обеими лапами в стальную петлю, рванул вверх по лестнице, натягивая трос и заодно наматывая на себя одну за другой развешанные сети.

Силищи у зверюги уйма. Несмотря на все преграды, её хватило на то, чтобы добраться до верхних ступенек. Из-за обилия сетей зверь теперь походил на исполинский кокон куколки-мутанта, но его сдержало не это. Остановился он по другой причине, — трос натянулся.

Порвать стальной «поводок» — чересчур даже для такой зверюги. Схватка в мастерской это доказала.

Грешник, стоя над лестницей сбоку, примерился, выждал, когда при очередном рывке туша удачно извернётся, после чего со всей дури вонзил под переднюю лапу самодельное копьё. Всего лишь примитивная деревяшка, зато увесистая, крепкая и достаточно острая, а удар нанесён в правильное место. Не зря ведь в своё время не поленился осмотреть и ощупать тушу первого зверя. Прикидывал на случай новых встреч, где у них можно рассчитывать на слабину, а куда бить нежелательно.

Острие, не встречая сопротивление костей, глубоко вошло в мясо. Тигр завизжал не по-кошачьи, а как избиваемая собака, задергался неистово, но этим лишь помог расширить рану.

Грешник выдернул из неё остриё, вслед за ним вырвалась струя крови, окропив ноги вскрикнувшей Рыське. И тут же нанес ещё один удар. Столь же правильно рассчитанный, но, увы, не такой удачный.

Копьё преломилось с треском. Жалкий обломок засел в ране, а в руках у Грешника осталось древко.

Отбросив его, схватился за дубинку. Размахнувшись, жестоко врезал зверюге по носу. Действовал интуитивно и не прогадал. Хищник резко смолк, от сильнейшей боли у него голос пропал. Неловко попятился назад, не удержался на спутанных лапах, завалился, ещё больше зарываясь в сети.

А Грешник ударил ещё раз, уже в висок. С хрустом дробя кость и сминая шляпки тщательно ввинченных шурупов.

Никчемное оружие, его не жаль, пусть хоть в щепки разлетится, лишь бы с пользой для дела. Исход схватки уже очевиден. Если проломить череп не получится, зверь всё равно умрёт от потери крови. Первая рана повредила артерию, а может и не одну, оттуда как из брандспойта хлещет. Минута-другая, и тигру станет очень нехорошо.

С расчётами Грешник ошибся. Очередным ударом дубина попала в стык костей. Череп не выдержал, и оружие прорвалось внутрь, вдавливая обломки черепа в мозг.

Готово.

* * *

Перебравшись через затихшую тушу, Рыська чихнула, хапнув носом перца и чуть не завалилась, изо всех сил пытаясь не наступить в огромную лужу крови, разлившуюся перед дверью.

А ведь перед этим хладнокровно прошлась по ступенькам, сменившим цвет на багровый. Там незапачканных мест почти не осталось, но великую чистюлю она из себя не строила.

— Осторожно, тут падать опасно, — предупредил Грешник. — Постой здесь.

Девушка молча кивнула и оглянулась, с опаской покосившись на мёртвого зверя.

Грешник прищурился, задержал дыхание, подошёл к двери, шагнул за порог и замер, внимательно изучая открывшуюся картину. Тайный подвал оказался немаленьким, сравнимым по площади с площадью магазина. Квадрат со стороной метров в семь-восемь, стены задрапированы красной тканью. Местами она туго натянута, местами болтается свободно, местами выглядит потасканной занавеской для душа. На высоченном потолке установлены четыре светильника, причём горят они тускловато, из-за чего в помещении сумрачно. Но глаза, привыкшие к ночной темени, прекрасно различают все детали.

Убедившись, что ничего подозрительного не видать, Грешник шагнул к центру и пуще прежнего закрутил головой. Кажущаяся пустота подземелья его не успокаивала. За тканью, что прикрывает стены, может скрываться что угодно: от сундуков с несметными сокровищами, до шайки Бойня в полном составе.

К тому же его что-то беспокоило. То, что не получалось сформулировать. Здесь ведь что-то не так, что-то неправильно. Голова работала на пределе возможностей, глаза лихорадочно шарили по сторонам, не пропуская ни единого пятнышка на ткани, ни одной складки. Но, несмотря на лихорадочную работу мозга, Грешник никак не мог понять, что именно заставляет его волноваться. Ведь, как ни вглядывается, ничего подозрительного не замечает.

И тут его будто молотом по голове приложили.

Баран! Дело ведь не в том, что здесь есть, дело в том, чего здесь нет!

Может этот мир и сумасшедший, но даже ему приходится подчиняться здравому смыслу, когда речь заходит о физиологии. Этот тигр был заперт здесь, как минимум, несколько часов. Скорее даже дней. Ведь до сих пор никто не рассказывал о том, что такие звери встречаются в городе, следовательно, он мог сидеть в подвале с самого начала испытания.

Тогда почему нет следов жизнедеятельности? Тут ведь даже запах звериный почти не ощущается, чуть ли не полная стерильность.

Тигр что, сам за собой убирал?

Или это делал кто-то другой?

Грешник проворно крутнулся на пятке, намереваясь развернуться и пулей вылететь из зловещего подвала.

И краем глаза успел уловить, как ткань за спиной дёрнулась, разлетаясь в стороны и открывая проход для того, кто за ней скрывался.

Глава 4 Честность

Глава 4

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Сайнатдан.

Грешник вполне успевал выскочить на лестницу, при условии, если противник не окажется быстрее среднестатистического человека. Однако сыграла не скорость, а оружие.

Спортивного сложения человек в чёрном одеянии, в обтяжку прикрывавшем почти всё тело и с маской того же цвета, появился не с пустыми руками, а с чудно выглядевшим арбалетом, заряженным частоколом болтов. И нырнуть под их залп Грешник уже никак не успевал.

Грудь и бок укололо электрическими разрядами, — сработало отражение. Мышцы судорожно дёрнулись лишь на миг, но при столь экстренном развороте этого хватило. Потеряв равновесие, Грешник завалился. Но упал расчётливо, управляемо, на спину, намереваясь быстро вскочить.

И вот тут уже вмешалась скорость. Противник оказался быстрым. Чертовски быстрым. Грешника спасло то, что с похожим он уже сталкивался в первую ночь. Углядев, что стрелок отбросил громоздкий арбалет и, подскочив, молниеносно выхватил кое-что другое, успел довернуться и повторить старый трюк. Удавка, вместо того, чтобы затянуться на шее, захлестнула предплечья. Спасибо, что догадался не накидывать на себя новое отражение, ведь против оружия постоянного действия оно бессмысленно.

Однако этот душитель оказался не чета первому. И телосложением посерьёзнее, и экипирован получше, и соображает быстрее. То, что атаковать придётся не сзади, а лицом к лицу, его тоже не смутило, несмотря на то, что оружие подразумевало именно такое использование. Тут же, без заминки, навалился, жестоко задергал удавкой туда-сюда, торопливо перепиливая повязки на предплечьях. И если бы только их. Увы, у Грешника из-за Краски и Шкафа даже шлема не осталось, затянутую стальную струну позади и по боками сдерживали лишь волосы на голове. И сдерживали скверно. Зазубренный металл добрался до скальпа над ухом, заструилась первая горячая струйка.

Напрягая все силы, Грешник попытался развести руки в стороны, но «коса нашла на камень», противник оказался, как минимум, не слабее. Легко удерживал позиции, разве что перестал трепыхаться с прежней интенсивностью. Но при этом издал злорадный смешок, намекая на уверенность в победном для него исходе схватки.

Ну да, пусть и не сзади душит, но позиция всё равно выгодная. Упёрся коленом в грудь, уставился лицом в лицо, даже врезать его лбом из такого положения не получается. Голая сила против силы.

Вот только на стороне одного из противников работает гибкая «пила», а у второго её нет. Затягивать поединок на таких условиях — это гарантированный проигрыш.

Грешник приготовился было извернуться, дабы попробовать пустить в дело ноги. Надо их подтянуть к корпусу, попытаться упереть в тело душителя. Глядишь, и что-нибудь выгорит.

Но тут за спиной посмеивающегося противника показалась Рыська. Девушка выглядела не перепуганной, а предельно сосредоточенной. Широко разведя руки в стороны, она молниеносно их сомкнула, будто собираясь устроить аплодисменты. Но только хлопнула при этом не в ладоши, а душителя по ушам.

Конкретно приложила: крепко и неожиданно, заставив противника дернуться так, что удавка едва не сорвала с Грешника клок скальпа. И тут же давление чужих рук ослабло.

Миг, и Грешник развёл локти, торопливо выворачивая руки из петли. Ещё миг, и вбил большие пальцы в глаза душителя. Тот второй раз за схватку подал голос. Но уже не веселился, а мычал, пытаясь отшатнуться. Однако удавка, прикреплённая к запястью, теперь играла против него, не позволяя отступить.

А Грешник ухватился за стопор коварного оружия, отжал его, посильнее развёл руки в стороны, освободился, наконец, полностью и создал себе пространство для добротного замаха. Удар локтем в лицо, ещё удар. Перехватить противника за затылок, удобно подставить голову и с хрустом врезать лбом по носу. Первому душителю это не понравилось, вот этот тоже не обрадовался. «Поплыл», начал оседать на пол.

Рыська торопливо протянула дубинку. Ухватившись за рукоять, Грешник примерился и врезал с такой силой, что затрещало и дерево, и кости. Повторил удар ещё раз и, вновь замахиваясь, замер, а затем расслабленно опустил оружие.

Контейнер появился.

Бой окочен.

Не доверяя подвалу, уже однажды обманувшему, Грешник торопливо промчался по периметру, срывая ткань со стен. За ней обнаруживались стеллажи, заставленные картонными ящиками и небрежно оштукатуренная кирпичная кладка. Лишь с одной стороны оказалась распахнутая клетка для крупного зверя, рядом с ней стояла низкая лежанка, за которой располагался примитивный санузел.

Никого нет. Разве что зверь размерами не больше енота может скрываться в ящике.

Бой действительно окончен.

* * *

Рыська, заглянув в очередной ящик, задумчиво произнесла:

— Снова маслины. Интересно, зачем ему столько маслин?

— Кому?.. — рассеянно уточнил Грешник, изучая содержимое выпавшего из тигра контейнера.

— Как это кому? Этому, с петлёй из проволоки зубастой. Которого ты убил и занавеской накрыл. Тут везде только корм для кошек и эти маслины. Получается, корм для тигра, а маслины для себя. Одни маслины ел, что ли?

Грешник отвлёкся от увлекательного занятия, посмотрел на девушку очень серьёзно:

— Рыська, что с тобой?

— В каком смысле? — не поняла девушка.

— В прямом. Что-то с тобой не так. Я думал, у тебя истерика начинается. Думал, что тебе посидеть надо, немного успокоиться. Это нормально после того, что здесь было. А ты спокойно спрашиваешь про какие-то маслины.

Девушка пожала плечами:

— Да я по жизни спокойная. Нет, мне, конечно, неприятно. Ну и что? Переживу. А с маслинами просто интересно. Их ведь правда очень много. Зачем столько?

Грешник, неотрывно глядя на спутницу, начал понимать, что это не притворство. Она действительно не делает трагедию из того, что отсюда тигр-людоед выскочил, затем душитель коварно напал, чуть не оставив её без защитника. А теперь по центру подвала под окровавленной занавеской лежит мертвец, и это тоже нисколечко не напрягает.

С ней или что-то не так, или она чересчур хладнокровная. Что, в принципе, тоже ненормально. А ненормальность — это плохо. Кто знает, чего от такой спутницы дальше ждать.

С трудом отвёл взгляд, вновь занялся трофеями, ответив, наконец, на вопрос:

— Рыська, не забивай себе голову маслинами. Это место ненормальное, не относись к нему серьёзно. Не надо о таком много думать, так ведь и спятить недолго. Да и какая разница, чем они тут питались? Мы их победили — это главное.

— Не мы, а ты.

Грешник покачал головой:

— Не спорь, ты мне здорово помогла.

— О! А тут ещё один контейнер! — обрадовалась девушка, вытаскивая оранжевый чемоданчик столь приличных габаритов, что едва уместился в немаленьком картонном ящике.

— Надпись «Находка» есть? — уточнил Грешник.

— Да, есть. Откуда о ней знаешь?

— Находил уже похожий, в логове крутого гака. Что-то вроде награды за зачистку опасного места.

— Интересно, какие у них уровни? — заинтересовалась девушка.

Грешник протянул ей телефон с открытыми последними сообщениями:

— На, посмотри.

Изучив невеликий текст с набором цифр, Рыська воскликнула:

— Ого!

— Это ещё не ого. Я уже убивал тигра, и у того уровень был чуть побольше. Это мой рекорд. Я тогда вообще недоразвитым был, повезло, чудом не сожрали.

— Тоже ловушку сделал?

— Вроде того.

Рыська вернула телефон, и Грешник не удержался, ещё раз полюбовался на последнее сообщение.

Вы убили случайное существо.

Случайное существо: коварный психопат-душитель. Каста: отверженные. Уровень 10. Усиления: увеличенная бесшумность, ночное зрение, улучшенное обоняние, повышенная сила, повышенная магическая защита, увеличенная скорость.

Статус: бесшумная смерть.

Режим: агрессивный.

Получено 40 баллов.

+336 к карме.

Коварный психопат-душитель вносится в ваш расширенный рейтинг.

Противник серьёзный. Столкнись с ним Грешник на нулевом уровне, там бы и остался. Даже сейчас, добравшись до восьмого, будучи с помощницей, при пусть и неказистом, но оружии, справился с трудом и ценой слегка потрёпанной шкуры. Спасибо, что по пути догадались в аптеку заглянуть, теперь есть чем раны обработать. Снова пичкать себя бьющей по мозгам химией не хочется, да и нет её почти, из контейнеров достался лишь один блистер-лечилка. Лучше приберечь, не переводить на царапины.

Интересные дела. Получается, не нужно лезть в джунгли, чтобы нарваться на высокоуровневого противника. В городе даже тигры водятся, если хорошенько поискать. Учитывая то, что Грешник, рекордсмен, уступает этому душителю по показателям, всем прочим участникам сталкиваться с ним куда опаснее.

А вдруг где-то поблизости и похуже враги имеются? Пятнадцатые, двадцатые, а то и больше?

Если так, будет неплохо, если на них нарвётся Лорд.

Протянул телефон девушке:

— Сделай его своим.

— Зачем? — не поняла Рыська.

— Интересно узнать, давали тебе что-нибудь за победы, или нет.

— Если и давали, сообщениям некуда было приходить, — разумно рассудила девушка.

— Вот и проверим, было или не было.

Смена владельца — процесс недолгий. Оказалось, что подозрения Грешника оправдались. Стоило Рыське получить телефон, как тот принял целую пачку предназначенных для неё сообщений.

Девушке зачли и тигра, и душителя, однако и баллов и кармы начислили по чуть-чуть. Видимо сочли вклад в победу несущественным, вот и обделили.

Информация об особенностях распределения может и несущественная, но это очередное знание.

Пригодится.

— Этот ящик «Находка» какой-то странный, — сказала Рыська, разглядывая содержимое контейнера.

— Чем странный?

— Он внутри кажется намного больше, чем снаружи. Вроде тех коробочек, где твои стрелы хранятся.

— Такое бывает, — кивнул Грешник. — Я уже видел похожие. Первый выглядел чуть больше по размеру, чем этот, и в нём помещалось длинное копьё. Раз в пять длиннее самой широкой стороны контейнера.

— Это как получается? — удивилась Рыська.

— Без понятия. Как и со стрелами, какая-то пространственная аномалия. Тут всё ненормально, привыкай.

— К этому невозможно привыкнуть. Тут арбалет лежит. Доставать?

— Конечно, доставай. Давай, складывай всё сюда, на пол. Будем разбираться.

Приоритеты в трофеях всё те же: в первую очередь знаки и символы, во вторую — оружие и снаряжение.

Знаков уровня почему-то досталось маловато, всего лишь двадцать. Грешнику доводилось добывать куда больше с меньшими усилиями и без риска. Семьдесят шесть универсальных символов развития тоже не выглядят несметными сокровищами. Скорее всего, серьёзные штрафы насчитали за продуманную систему ловушек.

С оружием и прочими предметами поинтереснее. Из контейнера-находки достался не только компактный арбалет с запасом болтов, но и базовый навык для него. С душителя Грешник стянул недурственный бронежилет: такой же лёгкий, как найденный в полицейской машине, и тоже неплохо прикрывающий. Плюс удавка продвинутая. Слишком специфическое оружие, но не сказать, что бесполезное. На запорном механизме выгравирована знакомая трёхлучевая звёздочка — это предмет испытания. Следовательно, можно продать Сяо.

Арбалет, под залп которого угодил Грешник, к сожалению, годен только на продажу. Слишком неудобное и узкоспециализированное оружие. Стреляет одновременно пачкой болтов, устраивая залповое поражение, что в некоторых ситуациях выгодно. Но точность и дальность сомнительные, а вес и габариты непомерно велики. С таким хорошо из засады накрывать группы противников с минимальной дистанции, а вот наматывать километры по опасным джунглям — уже не очень.

Ну да ничего. Даже без телефона понятно, что это оружие испытания. Вездесущее клеймо из перекошенных треугольников на ложе прекрасно просматривается. Значит, арбалет тоже можно сбагрить Сяо.

Монеты порадовали — прилично насыпалось. Плюс малый и средний преобразователи, шесть малых усилителей уровня предметов, один слабейший и один слабый активатор свойств, странички книг навыков и рецептов, малый расширитель, средняя ремонтная марка, малый детоксикатор, средняя пилюля лечения и одинокий фрагмент алтаря воскрешения. Список приличный, и, если вспомнить цены у торговца, сдав эти предметы, можно выручить неплохую сумму. Правда, всё это и самому пригодится, так что отдавать если и придётся, то в последнюю очередь, ради покупки чего-нибудь до зарезу нужного.

Изучив трофеи, Грешник спросил:

— Тебе до первого уровня сколько осталось?

Рыська пожала плечами:

— Всё.

— Как это всё? Не понял? Когда успела получить?

— Да не получала я его. Извини, неправильно выразилась. У меня там пусто. Всё нужно, потому что вообще ничего нет. Даже не представляю, как это делается.

— А навыки?

— Тоже нет. Таким, как мы, их не дают. Ни разу не слышала, чтобы у кого-то были. Они только у кастовых.

— Но один навык можно изучить и при нулевом уровне, — заметил Грешинк.

— Я знаю.

— И как ты смотришь насчёт того, чтобы взять себе арбалет?

— Ты это серьёзно?

— Вполне. Уровень у него нулевой, значит, обращаться с ним ты сможешь. Плюс потратишь пятьдесят символов на первый ранг навыка, у нас их хватает. А нет, извини, не потратишь. Ранг не может подняться выше уровня. Ну да ладно, с нулевым пока походишь, невелика разница.

— Ты сейчас и правда серьёзно? — повторила Рыська.

— А разве похоже на то, что я шучу? У нас теперь есть книга и два арбалета, один из которых смотрится неплохо. А у тебя осталось место под один навык. Теперь не будешь ходить с пустыми руками.

— Сильно ты добрый. Это твоя победа и твоя добыча.

— Сказал же, не совсем моя, ты мне здорово помогла. И я не добрый, я продуманный. Зачем мне себе учить арбалет, если у меня выучен лук?

— Но у тебя нет хорошего лука, а этот арбалет, наверное, хороший.

— Да, выглядит он неплохо, — признал Грешник. — Но у Сяо я видел в продаже отличный лук. Остаётся до него добраться, и вопрос с нормальным оружием закрою.

— Даже не знаю, как тебя благодарить... Ты не представляешь, каково это, когда руки пустые, а отбиваться как-то надо.

— Как раз это я прекрасно представляю...

— Извини... понимаю. Хорошо, я выучу этот навык. Подскажешь, как это сделать?

— Да тут нет ничего сложного, сейчас объясню.

— Спасибо.

— Давай уже без благодарностей и вечных извинений, — поморщился Грешник.

— Извини, — тут же заявила девушка и сама же прыснула, осознав, как неуместно это звучит. — Блин, я не хотела, правда извини. Не знаю, что со мной. Прям прилипло это слово. Всё время говорю. Наверное, от нервов.

— Все мы на нервах, но надо как-то держаться, — сказал Грешник. — Повторяю, не надо извиняться и благодарить. Не будь тебя, я бы отсюда не выбрался. Можешь считать, что продолжаю отдавать долги. Всё по-честному. К тому же твоё усиление в моих интересах. Мне ведь тебя до второго яруса надо довести, и чем лучше твоя подготовка, тем проще это сделать. Так что давай разберёмся с этим делом и пойдём. Надо успеть до рассвета выбраться из города. И хорошо бы по пути найти пару хороших шлемов.

Глава 5 Беседа о котиках и быстрый заработок

Глава 5

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локации Сайнатдан. Восточный Тсот Кхалунг. Рудоуправление Кункхэн.

Беседа о котиках и быстрый заработок

Остаток ночи провели в невзрачном домишке на северной окраине города. Дальше густые заросли начинались, бродить по ним в темноте проблематично. Рыська даже уснуть умудрилась, доказав в очередной раз, что при хрупкой внешности нервы у неё из легированной стали. А вот Грешник разве что подремал немного. Никогда до этого не жаловался на бессонницу, в самых разных условиях нормально отдыхал. Наверное, сказалось то, что целый день провалялся, восстанавливаясь на сильных препаратах и борясь с отравой в крови.

В путь отправились на рассвете, под звуки работы моторов, доносящиеся с севера. Похоже, по улицам города разъезжают несколько машин. Отчего такой переполох в столь ранний час — неизвестно. Да и судя по то тому, что вчера охотники за головами игнорировали активации укрывавшегося на краю леса корма, у них появились более важные занятия, чем поиски лакомой добычи.

Интересно, конечно, что там происходит, но ещё интереснее оказаться от города как можно дальше. Грешник насытился этим местом по горло.

В лесу куда интереснее и перспектив побольше. Да и безопаснее, если вести себя правильно и не нарываться. Даже со слабеньким луком получалось истреблять по пути обезьян и варанов. Подстреленные макаки далеко не всегда сваливались замертво или с тяжёлыми ранами, нередко удирали, унося стрелы. Но выгода от охоты перевешивала убытки от потерь боеприпасов. Грешник жалел только об одном: живности стало маловато. Или не он один занимается здесь её истреблением, или животные подались в другие края.

Несмотря на снижение поголовья дичи, быстро набил недостающие знаки. Рыська, наконец, подняла уровень, а вместе с ним и навык стрельбы из арбалета. И даже прибавила единичку к ловкости. Грешник посоветовал ей первым делом вкладываться именно в этот параметр. По собственным впечатлениям сделал вывод, что изменения возможностей тела при этом ощущаются куда сильнее, чем от роста всего прочего.

Поостерёгся выбираться к руднику со стороны дороги. Место известное, мало ли, какая там сейчас обстановка. Повёл Рыську в обход мимо карьера. И, несмотря на все меры предосторожности, ухитрился нарваться в самом неудобном месте, на прямом участке тропы, петляющей в скопище отвалов пустой породы.

Напрягся, увидев, что навстречу выходит человек. А тот замер на миг, улыбнулся и помахал рукой:

— Привет, бро!

— Привет, Мощь! — ответил Грешник, чуть помедлив и готовясь, в случае чего, перехватывать лук.

При первой встрече этот участник вёл себя дружелюбно, но кто их знает, кастовых, вдруг гуманистические взгляды рудокопа за прошедшее время подверглись нехорошим изменениям.

Мощь, похоже, догадывался о мыслях Грешника, поэтому подходил без резких движений, держа руки на виду и дружелюбно улыбаясь. Но глаза его при этом выдавали царящее в душе беспокойство.

Причина нервозности объяснилась в его следующих словах:

— Бро, если ты к седому скряге, лучше не ходи. Там нехорошие парни засели.

— Сколько их? — спросил Грешник.

— Почти постоянно двое тусуются. Им там понравилось. Но бывает ещё приходят или приезжают. Там вечно кто-то есть, торговать всем интересно. Я так понимаю, Бойня решила держать в безопаске что-то вроде поста. Чтобы прикрывать своих, если что. Ну и ловят некоторых... Бро, ты всё понимаешь.

— Да, понимаю. А где Искорка?

Мощь указал рукой вправо:

— Там у нас лагерь в старом карьере. Она его осматривает, внизу осталась пара уголков, куда мы ещё не заглядывали. А я вот пошёл поискать другие места, где руда есть.

— Так это дело с рудой выгодное?

— На хлеб с молоком хватает, — неопределённо ответил Мощь. — Смотрю, у тебя тоже подруга появилась. Бро, если хочешь, могу отвести вас к нам. Там вода есть в карьере. Мясо варана пробовали? Мы его на решётке жарим, бомбовая штука, если соус есть. У тебя как, новые патроны не появились? Я бы купил.

Грешник покачал головой:

— Пока что ни одного. За приглашение благодарю, но я попробую прорваться к торговцу.

— Ну это сам решай, я просто тебя предупредил. И хотя бы девочку туда не тащи. Все говорят, что ты, бро, крутой, а вот про неё я вообще ничего не слышал. Могут обидеть.

* * *

Тащить Рыську к Сяо Грешник не собирался и до предупреждения Мощи. Прекрасно помнил, что туда любят наведываться другие участники, а они, как известно, не всегда миролюбивые. Безопасная зона — это, конечно, замечательно, но даже если в ней не достанут пулей, выпущенной из обычной местности, что помешает напасть за её границей? Ведь жить возле торговца вечно не получится, рано или поздно придётся выходить.

К фургончику пробрался той же дорогой, что и в первый раз. Это позволило не попасться на глаза раньше времени и изучить обстановку с удобной позиции.

Мощь правду сказал, возле торговца действительно оживлённо. Помимо знакомого фургончика стоит мотоцикл, рядом с которым на пустых ящиках расположились четыре парня и девушка. По наличию оружия и некоторым признакам, очевидным лишь для много чего повидавшего мяса, можно почти без сомнений предположить, что это привилегированные участники.

И некоторые из них явно не миролюбивые. Минимум трое выглядят, как молодые волки, уже вкусившие крови.

И они не против полакомиться ещё.

На двоих одинаковые майки песочно-камуфляжной расцветки. Такие любят таскать шестёрки Лорда.

Кроме этой пятёрки в сторонке сидела ещё пара. Высокий молодой мужчина, похожий на иссушённого зноем пустыни бедуина, и миниатюрная девушка. Очень похоже, что родом она тоже из Аравии или близких к ней краёв, а вот возраст понять трудно, потому что большая часть лица скрыта под лёгкой тканью странного головного убора. Похоже, сама его смастерила, и результат смотрелся невзрачно.

У парня на поясе длинный нож, у девушки к рюкзаку приторочен топорик. Но Грешник неуверен, что это оружие они способны применить в драке. Одного взгляда достаточно, чтобы признать в парочке себе подобных и понять, что здесь происходит.

Мясо угодило в ловушку. Эти пятеро привилегированных здесь не просто так сидят, они караулят добычу. Скорее всего, караулят недолго, но вид у восточной парочки уже весьма удручённый. Зная ситуацию до мелочей, прекрасно понимают, что здорово вляпались.

А понимание сложившейся ситуации не способствует поднятию настроения.

Грешнику охотники за головами не показались серьёзными противниками. Опасаясь подвоха, он почти час занимался наблюдениями, но не приметил, чтобы где-нибудь поблизости прятался кто-то ещё. Один раз приехал пикап «Бойни», но несколько ребят и девушек не задержалась. Поболтали о чём-то с пятёркой, отпустили в адрес невесёлого мяса несколько шуточек и угроз, после чего умчались в сторону города.

Проводив их взглядом, Грешник, наконец, решился.

Пора выходить.

Но перед этим надо кое-куда пробраться и кое-что приготовить. Это поможет выгадать одну-две секунды, если станет жарковато.

* * *

— О! Да у нас тут таки дорогой гость! — с преувеличенной радостью воскликнул парень с причудливой жиденькой бородёнкой, раздвоенной на конце.

Подскочив, отделился от остальных, направился навстречу, протягивая руку:

— Ну шо, доброго дня! Ты не представляешь, как я рад новому лицу.

Грешник проигнорировал попытку рукопожатия. Как шёл к Сяо по прямой, так и продолжил идти.

Бородатый невежливость комментировать не стал, зато отреагировал другой.

— Мясо совсем обнаглело, — послышалось уже в спину от рыжеволосого парня, добавившего вслед насмешливым тоном: — Мяу!

Судя по тому, как некоторые схватились за телефоны, сработала та самая функция приближения добычи на минимальную дистанцию. Все привилегированные получили сообщение о появлении нового корма, а этот, нехорошо высказавшийся, первым отреагировал на вибрацию.

Продолжая игнорировать собравшихся, Грешник остановился перед прилавком, стащил рюкзак, отвязал от него голову гака, туго обмотанную пищевой плёнкой и последовательно засунутую в десяток пакетов. Положил омерзительную добычу возле тетрадки с ценами, выразительно на неё указал.

Торговец оживился, затараторил, телефон при этом ожил, приняв сообщение.

Не удержавшись, Грешник начал его читать, а подкравшийся за спиной один из головорезов протянул руку к контейнеру, поставленному Сяо перед собой вслед за вибрацией телефона.

Подавив в себе порыв пресечь попытку воровства на корню, Грешник решил предоставить злоумышленнику шанс, чтобы проверить, как в безопасной зоне обстоят дела с криминалом. Если тот вцепился в контейнер успешно, вот тогда и можно будет отобрать, пользуясь превосходством в силе.

Субтильный тип, вместо мускулатуры кости выпирают.

Не противник.

Вмешиваться не пришлось, — имущество само о себе позаботилось. Несостоявшийся вор успел только прикоснуться, после чего с воплем отдёрнул руку и начал трясти ею, неистово ругаясь. Судя по некоторым высказываниям, ладонь одновременно ошпарило кипятком и стукнуло током.

— Ты таки смешной и глупый человек, — насмешливо прокомментировал попытку кражи бородатый болтун. — Детдомовский? Или тебя родная мама не научила, что частную собственность надо уважать?

— Да пошёл ты! — рявкнул «наказанный». — Тут всё по дурацкому устроено! Ни завалить нельзя, ни отобрать! Какой дебил это придумал?!

Приятная новость. Значит, здесь незримо присматривают не только за целостностью организма, но и за сохранностью имущества.

Открыв полученный от Сяо контейнер, Грешник выгреб несколько знаков, символов и монет. Всё крупного достоинства, так что, несмотря на изрядное количество единиц в награде, материальное воплощение смотрелось скромно.

Избавившись, наконец, от головы, которая нехорошо попахивала, несмотря на все меры предосторожности, продал трофейную удавку, и, обернувшись, убедился, что вороватый тип больше не маячит за спиной. Снова присоединился к сообщникам, сидит на ящике, баюкая обиженную руку.

— Что ты мне принёс? — как ни в чём ни бывало спросил улыбающийся бородач. — Я тут не просто так стою, я всё покупаю и всё продаю. Если есть товар и деньги, всегда договоримся. По цене я немного жадный, но в целом добрый.

Проигнорировав общительного привилегированного, Грешник обратился к грустной парочке:

— Приветствую. Как жизнь?

— Навоз верблюда это, а не жизнь... — мрачно буркнул парень.

— И давно вы так сидите?

— А тебе какое дело?

— Ну... вы могли бы попытаться разойтись в стороны, чтобы разделить эту шайку.

— Сильно умный, да?

Девушка помалкивала, просто сидела с печальным видом, а этот собеседник откровенно не горел желанием пообщаться, выдав полезную информацию. Впрочем, Грешник подозревал, что ничего интересного тот при всём желании сообщить неспособен. Что-то подсказывало — это один из тех, кто сбежал из загона при ночных событиях. А может и оба оттуда. Что они могут сказать такого, чего он сам не знает? Большая часть их новой жизни, это игра в прятки и пребывание в плену.

Вновь обернулся к торговцу и углубился в изучение тетрадки. Лук в продаже действительно есть, причём не один, как в прошлый раз, а три. Возникло подозрение, что, скупая предметы, Сяо тут же выкладывает их для реализации. Разумеется, по другой цене, с немалой прибылью.

Два новых лука не заинтересовали, а вот первый ещё в прошлый раз хотелось взять, но по деньгам кусался, да и бессмысленно. Ведь тогда у Грешника свой был, немногим хуже. Второй уровень, простой ранг — это выглядит не очень. Зато цвет не самый низовой — коричневый, и по описанию дальность стрельбы обещается чуть повышенная. Цена приличная, но после получения награды и продажи продвинутой удавки хватит почти на два таких.

Бородач не успокаивался. На редкость навязчивый тип.

— Эй! Уважаемый товарищ гражданин! Ты поторговать пришёл, или решил, что у нас тут музей? Так торгуй со мной, у меня цены интереснее.

— Бес, какой тебе смысл с этим отбросом торговать? — скривился толстяк с арбалетом, всё это время немигающим взглядом следивший за Грешником.

— Тебе оно конечно не надо, а я тут, между прочим, не для красоты стою, я тут торгую, а не запугиваю уважаемых клиентов, — ответил бородатый.

Получается, насчёт предложения торга — это не шутка. У Сяо появились конкуренты из стана участников испытания. Логичный ход, учитывая его грабительскую маржу. Предлагать чуть дороже скупки, чтобы потом продать чуть дешевле — это может стать прибыльным делом, если понимать, какие товары пользуются повышенным спросом.

Решившись, Грешник указал на нужную строку и отсчитал требуемое количество монет. Сяо профессиональным движением ссыпал их в карман, после чего положил на прилавок одну достоинством в пять единиц, и подвинул её назад.

— Это за что? — не понял Грешник.

Неужели он ошибся в пользу продавца?

Сяо улыбнулся, пролепетал очередную тарабарщину и, ухватив монету, протянул настойчиво, пытаясь в карман засунуть.

Пришлось взять. Возможно, это сработало обещанное улучшение отношения после выполненного задания. Получается, у Грешника появилась небольшая скидка у этого торговца.

Если так, очень жаль, что придётся покинуть эти края.

Или не стоит с этим торопиться?

Надо подумать, взвесить все за и против...

Пересчитав остатки финансов, прикинул, что можно взять два базовых навыка «Нож». Пригодится и себе, и Рыське. Хорошо бы ещё сами ножи прикупить, но денег маловато, а цены кусаются. Придётся и дальше ходить с обычными. Но так как это оружие не основное, а для ситуации, когда придётся даже не в упор бить, а кататься с противником в обнимку, вряд ли такое будет случаться часто.

Хотелось приобрести ещё много чего, но где же столько денег заработать? Причём по-быстрому. К тому же надо что-то решать с троицей охотников. Эти, в отличие от Беса и кастовой девушки, явно не ради торговли или болтовни здесь обосновались. Караулят восточную парочку, а теперь и Грешника стеречь собрались. Все вооружены неплохо: один с мелкокалиберной винтовкой и длинным узким кинжалом, второй с копьём и ножом, третий с арбалетом и топориком. И почти нет сомнений, что всё это предметы испытания.

А насчёт кирасы из кожи и стальных пластинок, так и вовсе сомнений быть не может. Похожими торгует Сяо, в его списке их несколько штук. Грешник посмотреть доспехи не просил, потому что денег нет, да и бронежилет вполне устраивает, но по описаниям догадывался, как они должны выглядеть.

Да уж, не с его финансами на столь дорогие товары заглядываться.

— Мяу, мой сладкий «Вискас», — вновь подал голос рыжеволосый.

Грешник, обернувшись, уставился на мяукавшего, как на пустое место, и спокойнейшим голосом поведал короткую историю из прежней жизни:

— У моего друга был кот. Он его «Вискасом» кормил. Только вода и «Вискас», вода и «Вискас». Больше ничего ему не давал.

— И что дальше? — ухмыльнулся рыжий.

— Кот сдох.

Ответив, Грешник вновь обернулся к торговцу, ещё раз пробежался по приглянувшимся позициям, и, захлопнув тетрадь, с решительным видом направился прочь. Не бежал, не суетился, просто зашагал быстро и целеустремлённо.

— Уже уходишь? — насмешливо-неприязненно бросил в спину араб.

— Денег не хватило. Сейчас ещё заработаю и вернусь, — спокойно ответил Грешник.

Троица или не ожидала, что он сорвётся с места столь нагло, или рассчитывали, что мётнётся бежать в удобном направлении. Как бы там ни было, подскочили они только тогда, когда Грешник достиг середины автостоянки. Тоже суетиться не стали, но двигались торопливо, стараясь нагнать.

А он, пройдя ещё несколько метров, резко ускорился, в один миг перешёл на спринтерский бег.

И снова охотники за головами не сразу среагировали. Пару секунд пропустили, прежде чем тоже побежали.

На то, чтобы пересечь границу, расположение которой Грешник вычислил, наблюдая за местностью и проведя расчёты по карте на телефоне, ушло несколько секунд. Выскочил туда, куда требовалось — за ограждение, к углу того самого офисного здания, через которое первый раз пробирался к Сяо.

Присел и тут же развернулся на колене, вскидывая лук и подхватывая одну из стрел, пучок которых разложил здесь заранее, дабы потом не тратить на это секунды и не напрягать головорезов преждевременно, вытаскивая боеприпасы из контейнера у них на глазах.

Лук в руках без стрел не должен насторожить их раньше времени. На этом и строился расчёт.

Замысел столь прост, что сходу смогут раскусить. А это даст шанс спастись всем или некоторым.

Преследователи отстали более чем на три десятка метров. Они сейчас находились на лишённой даже намёка на укрытие автостоянке, а перед ними с луком наизготовку занял удобную позицию тот, кого пару секунд назад они считали безоружным и беззащитным кормом. Обычный не на что негодный бродяга в замызганной одежде, которому Сяо выдал какое-то лёгкое задание. В награду за него удалось разжиться луком и, должно быть, навыком на него. Оружие может и хорошее, но ни разу не опробованное, и боеприпасы к нему глупый корм купить не догадался.

Так это смотрелось со стороны.

Если головой не думать.

Вот только сейчас в глазах самого прыткого головореза, опередившего отставшую пару, промелькнул намёк на понимание вперемешку с ужасом от предвидения того, что сейчас случится. Он ведь в данный момент находится на участке, где применять оружие нельзя, а вот на Грешника это ограничение уже не распространяется. Как разъясняет описание, стрела, выпущенная за границей безопасной зоны, способна успешно поразить цель в запретном радиусе.

По краю такого места надо передвигаться аккуратно, а не подставляться, как эти неудачники.

Руки зудели самого догадливого снести первым. Но нет, он оказался не таким уж и умным. Начал резко тормозить, закричал, предупреждая остальных. Ошибку совершил, надо было дальше рваться, постараться как можно быстрее выскочить из безопасного круга. Теперь, потеряв скорость, он превратился в лёгкую мишень.

Раз так, пусть подождёт. Мужик с винтовкой опаснее. У него лёгкая кираса, не факт, что даже бронебойная стрела с такой справится. Поэтому надо валить его, пока не развернулся и не отбежал в глубину безопасной зоны.

Новый лук может и хорош, но действительно непривычен. Первый выстрел ушёл в «молоко» — промах на полметра со смешной дистанции. А цель как бежала к границе, так и бежит, не понимая, что скорости выскочить из круга у неё недостаточно, что, продолжая приближаться, подставляется под гарантированное попадание.

Так и получилось, — вторая стрела пробила скулу, ушла глубоко в недра черепа, свалив на месте.

Двое оставшихся оказались не настолько уж прямолинейно-тупыми. Первый уже улепётывал назад, к спасительному центру круга, где до него из лука не добить. Второй затормозил и разворачивался в ту же сторону.

Отложив убийство этого тормоза на потом, Грешник выстрелил в самого сообразительного. Спину его лишь майка прикрывала, а против стрел она защищает немногим лучше газетной бумаги.

Выстрел.

Есть попадание.

— Тварь! Сууука! Аааааа! — заорал подстреленный от нестерпимой боли.

Однако, несмотря на пробитую почку так и продолжал бежать, то завывая при этом, то ругаясь.

Ещё выстрел, и стрела входит между лопаток. На всякий случай Грешник приготовил только бронебойные. Может раны от них и не настолько кровавые, как от охотничьих, зато с костями и лёгкой бронёй расправляются эффективнее.

Подстреленный свалился замертво.

А вот оставшийся удивил. Не очень-то быстрым выглядел изначально, но сейчас или страх сыграл, или перестал придуриваться. Припустил так, что ещё пара-тройка секунд, и уйдёт.

Стрела догнала, ударив в копчик. Не смертельно, но повезло, попала в удачный момент, сбив с ритма шагов, заставив ноги запнуться друг о дружку. Равновесие убегающий кое-как сохранил, не упав лишь чудом, но скорость при этом потерял, и вторая стрела угодила уже прицельнее, под правую лопатку.

Закричав, раненый припал на колено, но тут же подскочил, рванул дальше на заплетающихся ногах, скорее изображая бег, чем действительно убегая. Однако он уже удалился прилично, а лук по-прежнему казался чужим, чудеса меткости с непривычным оружием не продемонстрируешь.

Третья стрела пролетела мимо, четвёртая тоже, а вот пятой повезло — встряла чуть ниже шеи, уткнувшись в позвоночник. И даже издали прекрасно видно, что ушла неглубоко, застряла в костях.

Раненый снова упал, и, не переставая подвывать, пополз дальше на четвереньках. Грешник снова выстрелил, на этот раз совсем уж неудачно. Должен был попасть, но противника не вовремя повело, завалился на бок за миг до прилёта стрелы.

Тщательно целясь, выпустил вслед ещё две. Одна ударила в асфальт, вторая впилась в ягодицу. На смертельное попадание явно не тянет, но раненый перестал подвывать, распластался, раскинув руки-ноги в стороны, замер.

Грешник опустил руку, но стрелу не нащупал. Да, так и есть, закончились. Слишком часто мазал или попадал не в самые жизненно важные места.

Неспешно достав из рюкзака контейнер, вытащил из него ещё семь стрел. На этот раз не бронебойные, а обычные. С широкими трёхлезвийными наконечниками, наносящими незащищённым противникам ужасающие раны.

Работал неспешно, приноравливаясь к новому оружию. Четыре промаха и три попадания. На такой дистанции, да с незнакомым луком — приличный результат.

Поднявшись, неспешно направился к ближайшему телу. Присел, осторожно потрогал чужой арбалет. Удар током не последовал — кукловоды сочли, что предмет, потерявший владельца, считается бесхозным. Или даже назначили новым хозяином убийцу.

Обобрал одного, затем второго. До третьего добрался в тот момент, когда он перестал подавать признаки жизни, замер посреди лужи крови, на краю которой появился контейнер.

Вовремя.

Этот любитель корма оказался самым богатеньким. В сумке на поясе звенела явно немаленькая жменя монет испытания. Заглянув в неё, Грешник увидел, что второе отделение ломится от универсальных символов развития. Похоже, убитый копил их для открытия какого-то навыка, которым собирался обзавестись позже. Иной причины собирать столь приличное количество в голову не приходило.

В сумме вышла неплохая добыча, но могло быть и лучше. Знаков, увы, всего ничего. Зато есть пилюли лечения, усилители, фрагменты камня телепортации и алтаря воскрешения, странички рецептов и навыков. И, как и предполагал, всё оружие относится к предметам испытания. Не самые лучшие образчики, но торговец возьмёт.

Задумчиво осмотрел выпавшие контейнеры. Думал Грешник при этом не о содержимом, а о другом.

О неожиданном.

Снова возник вопрос, на который нет ответа.

Снова надо думать.

Покончив с мародёрством, направился назад, к Сяо, не обращая внимания на потрясённые взгляды, которыми его сверлили четверо участников, так и сидевшие возле торговца. И мясо и привилегированные смотрели одинаково-неописуемо.

Уже подходя к фургончику, Грешник чуть повернул голову и кивнул арабу:

— Маленько заработал.

Глава 6 Дела торговые

Глава 6

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация рудоуправление Кункхэн.

Дела торговые

Бес, приблизившись, осторожно коснулся плеча Грешника телефоном. Тот на это даже не поморщился, так и продолжал изучать тетрадь Сяо. А барыга, такой напористо-нагловатый ещё несколько минут назад, совершенно иным тоном произнёс:

— Как же мне хочется обалдеть! Держите меня восемь человек! Да это же ты! Тарка, ты таки не поверишь, но это таки он! Тот самый интересный гражданин, о котором все так любят поговорить! Грешник, моё тебе большое уважение. Выше тебя только Заяц и Резак, но оба неместные, не считаются.

— В смысле выше? — заинтересовался Грешник последней фразой.

— Заяц, это который Порнозаяц, а Резак это просто Резак. Они теперь выше тебя по рейтингу, перегнали сегодня. Теперь соревнуются между собой. То один впереди, то другой. Такие вот качели. До них ты жил на первом месте. Как резко вырвался вперёд, так никто до тебя и не дотягивался до сегодняшнего утра.

— Что за рейтинг? — спросил Грешник.

— Такая простая вещь, и ты почему-то не знаешь, удивлённо вскинулся торговец, после чего отмахнулся: — А, забей на него, долго рассказывать, — отмахнулся Бес. — Это я не о том сказал, который по сумме замученных варанов, это по убийствам и набору уровней с параметрами. У таких, как ты, это не отображается, вот и не знаешь. Порнозаец тоже из мяса, а Резак вроде из высокой касты. Сообщения про эту парочку гремели на весь мир, а там касту полагается писать. Так-то у нас никто этих граждан не знает. Они где-то далеко отсюда, а ты таки здесь, ты наш, местный. И чего сразу не сказал, что ты это ты, а не мимо проходил? Эти несчастные люди не поняли, на кого голос подняли. Знали бы, сидели тихо. Ты таки сильно здесь знаменит, имеешь уважаемую репутацию.

Грешник промолчал. Ну а зачем плохо высказываться об умерших людях? Это считается нетактичным. Ничего хорошего про этих уродов не скажешь. Промышляя охотой на людей, они повели себя непростительно беспечно. Уровень детсада, даже не удосужились проверить очередную жертву, зашедшую в безопасную зону. А ведь это элементарно, всего-то и требуется — телефоном прикоснуться. Как удалось выяснить с помощью Рыськи, таким способом он о ней узнать может многое, а вот она про него почти ничего. В сообщении указывается только прозвище, потому что девушка значительно отстаёт по уровню.

У этих неудачников телефоны, скорее всего, тоже выдали бы минимум информации. Но прозвище — это уже немало. Особенно если оно знаменитое. К тому же это тот случай, когда отсутствие информации само по себе много о чём говорит. Ведь нетрудно догадаться, что перед тобой не простое мясо, а мясо с ненормально-высоким уровнем. Даже если не вспомнить приметы того, кто безжалостно потрепал шайку Лорда, всё равно вариантов остаётся немного.

Скорее всего — ровно один. Грешник ни разу не слышал ни о ком другом, кто здесь действует так же жёстко и эффективно. Он, конечно, мало с кем общался, но всё же не в вакууме находится.

Одно касание телефона, и все трое так бы и остались сидеть на своих ящиках, носы опасаясь высунуть за пределы безопасного круга. По реакции оставшейся парочки Грешник это понимал. Вон, девушка, которую Бес назвал Таркой, даже не пытается ничего сказать, только глаза вытаращила, неотрывно наблюдая за прославленным душегубом.

А сам торговец одновременно в восторге и в ужасе. И ни малейшего желания наказать обнаглевшее мясо в его глазах не просматривается. Восхищение абсолютное. А ведь до этого вёл себя несколько иначе.

Троица глупейше сглупила и троица за глупость поплатилась. Теперь их оружие, снаряжение, содержимое карманов и посмертные контейнеры стали собственностью Грешника. И сейчас он всецело занят изучением награбленного и размышлениями о том, куда бы его повыгоднее пристроить.

— Я Бактр, — неожиданно заявил араб. — А она Заха. Мы слышали о тебе.

— Да о нём все уши слышали, — чуть успокоившись, почти небрежным голосом прокомментировал Бес. — Уважаемый, тебя так и можно звать Грешником? Без фамилии и отчества? Послушай сюда, Грешник, а что тебе надо? Что ты там такое смотришь? Ты со мной торгуй, а не с этим жадным недоразумением. Со мной прибыльно торговать, потому что со мной торговля, а с ним — ограбление.

Грешник, не отрываясь от тетради, равнодушно бросил:

— И в чём же моя выгода?

— Так в ценах же. Куплю подороже, продам подешевле. Я тут не просто так сижу, через меня и Лорд, и Шерхан, и Крысолов дела делают. Это только из крупных, про мелких я скромно промолчал. Кому что надо скупить или сбыть, все идут к Бесу.

— Монополист, значит? — так же равнодушно спросил Грешник.

— Почему сразу монополист? Есть и конкуренты, двойной геморрой им в больное седалище. Но ты учти, у них не получается, а у меня получается. Неудачники. Со мной торгуй, а не с дедом. Ну так что тебе надо, говори?

— Кто такой Крысолов? Такой же козёл, как и Лорд?

— Как хорошо, что Лорд тебя не слышит. Он таки незлопамятный человек, просто всё помнит, — ответил Бес и, усмехнувшись, серьёзным голосом добавил: — Вообще-то за информацию деньги полагается зарабатывать, но брать с Грешника деньги за такие пустяки, я же сам себя потом уважать не смогу. Нет, Крысолов не такой некрасивый, как Лорд, но у него есть где-то двадцать серьёзных человек. Он больше по лесам дела делает, морским песочком не интересуется. Да и что там делать? Люди у него хорошие, но мало их, чтобы на берегу дела делать. Слушай, а давай ты распишешься у меня на майке? На десяти майках? Майка с твоим автографом, это таки попахивает хорошим повышением цены. Многим захочется. Мы получаем добавленную стоимость за смешную работу. Двадцать маек давай? Надо у седого купить, у меня столько нет.

— А мне что с этого будет?

— Вечная слава, — подмигнул Бес. — Ну Грешник, ну мы таки свои люди, мы обязательно с тобой договоримся, — снова лукаво подмигнул. — Тебе ведь что-то надо. Говори, что ищешь, может решим. И тебе хорошо, и мне.

А почему бы и нет? Если у Беса цены действительно лучше, чем у Сяо — это может сэкономить деньги. Грешнику ведь над каждой монеткой трястись приходится, а скидка у старика смехотворная.

Сдавшись, ткнул в тетрадку:

— Книги навыка на ножи есть?

— Просто на ножи? — деловито уточнил Бес. — Какие классы?

— А какие есть?

— Базовых больше десяти штук, несколько простых, и на этом у меня ассортимент заканчивается. Других нет, я человек бедный, я улучшенные навыки ни разу в руках не держал. Даже у деда ничего выше простых нет в продаже. Слышал, тут болталась пара улучшенных книг, в самом начале. Цены там были такие, что глядя на них, люди хватались за мыло и умоляли дать им верёвку с петлёй. Говорят, одну Шерхан выхватил, ещё одна неизвестно куда делась. Лорд божится и кланётся, что он не забирал её, а кроме как у него и у Шерхана столько денег быть ни у кого не должно. Или... — Бес уставился на Грешника странно, будто в первый раз увидел. — Таки держите меня семеро! Да это ведь ты книгу прибрал! Точно ты! Ты ведь с луком по-доброму управляешься, и у тебя есть деньги, чтобы так богато себя вести! Вот и вся загадка.

Грешник не стал комментировать предположение Беса, продолжив торг, как ни в чём ни бывало.

— И сколько у тебя стоят простые книги на ножи?

— Для тебя по сто семьдесят девять.

Грешнику не пришлось проверять по книге, он помнил, что у Сяо такие же стоят сто девяносто. Плюс монет пять-десять старик может скинуть, а это получается, что цены у Беса не такие уж привлекательные, как тот уверяет.

Раздумывая, спросил:

— А какая разница между классами? Допустим, чем простой навык хуже следующего, улучшенного?

— Тут-таки сложного совсем ничего нет, — охотно начал пояснять Бес. — Слушай сюда. Вот ты взял простой навык на нож, влил в него много символов, и получил третий ранг. И вот я взял улучшенный, и сделал из него первый ранг. Мой первый ранг даёт где-то столько же, сколько твой третий ранг. Так понятно?

— То есть каждый последующий класс действует в три раза лучше предыдущего при одинаковом ранге?

— Я таки тебе разжевал, в рот положил, и ты, наконец, решил меня понять. Но если высокие классы тебе так нравятся, не надо забывать, что это удовольствие не бесплатное. Чем выше тебя заносит, тем бубликов больше и больше надо. Знаешь, сколько придётся потратить на легендарном классе, на десятом?

— Выше которого только идеальный? — уточнил Грешник.

— Таки да, выше идеала нам ничего не показывают. Но давай вернёмся к легендарному. С нуля до первого ранга его поднять, это двадцать пять тысяч символов. Да я столько за всю жизнь не видел. И где такие высокие навыки берутся? Здесь и близко такое добро ничьи глаза не видели, не только мои. Никаких нервов не хватает за такие цифры думать. Некоторые говорят, что дальше с этим станет попроще. А умные помалкивают, потому что никто ничего точно знать не может. Если у тебя совсем плохо с деньгами, бери то, на что хватает. Пользуйся сейчас тем, что есть. Потом станешь богатым человеком и переделаешь.

— Это как? — заинтересовался Грешник, озадаченный дороговизной перспективы обзавестись высшим классом по всем навыкам.

— Слушай сюда. Берешь книгу такого же навыка, но выше классом. И прилежно её учишь. Старый навык пропадает, появляется новый, с новым классом.

— А символы, которые в старый вложены? Что с ними при этом происходит? — уточнил Грешник.

— Тут всё совсем просто. Смотри сюда. Давай сделаем так, что ты в тот простой нож вложил шесть сотен бубликов. Получается, у него теперь ровный третий ранг. А теперь берешь себе улучшенный нож. Простой пропадает, а из тех шести сотен три четверти переходит на улучшенный. И у тебя получается улучшенный с первым рангом, и две с половиной сотни болтается на нём без дела, потому что до второго ранга их не хватает. Ещё полторы добавь, и таки будет тебе второй.

— Четверть вложенного, получается, пропадает?

— Таки да, нас тут грабят вообще без малейшей совести, — кивнул Бес. — Но могло же и хуже быть. Сильно хочешь простые себе взять, но жалко таких денег? Есть для тебя вариант. Смотри сюда, я таки могу забрать всё, что ты с этих несчастных поимел. Я за оружие и кирасу говорю. Дам тебе две книги и сто десять монет сверху.

— Да мне седой больше даст, — усмехнулся Грешник.

— Ты попробуй, проверь сначала, сколько этот скупердяй отсчитает, а потом язык не повернётся такое сказать. Давай-давай, сделай мне объяснение, что моя цена хуже, чем у этого жлоба.

— За две книги на ножи дам арбалет и копьё.

— Что я сейчас услышал?! — Бес чуть за голову не схватился. — И где подевалась твоя человеческая совесть?! Ты мне даже винтовку сверху не предложил и патроны, все, что там есть! Ты таки по миру меня пустить захотел?! Вот кто так торгуется?! Мы же даже ещё не подумали, что тебе надо, а ты уже хочешь ограбить всё, что у меня есть.

— Книга на глефы, наверное, нужна. И сама глефа, — Грешник вспомнил, как удобно ощущался в руках трофей, заработанный в битве с самкой гаков: — А лучше гуань дао.

— О! Да ты таки знаток необыкновенного вооружения. И я тебя порадую, ты зашёл именно по адресу. Есть гуань. Хороший гуань. Прямо-таки тебя дожидался.

Бес вернулся к ящику, на котором до этого восседал, и открыл его. Внутри обнаружились несколько больших контейнеров, из одного торговец спокойно вытащил здоровенный гуань дао. А ведь при таких габаритах у него и четверти длины не могло поместиться.

Снова пространственная аномалия.

Грешник почему-то почти не сомневался, что это окажется то самое оружие, без которого он остался после предательства Шкафа и Краски. А это могло означать, что те ушли недалеко и попались охотникам за головами. Трофеи с них достались Бесу на реализацию.

Или вариант гуманнее: добрались до торговца, продали чужое барахло задёшево, а он теперь пытается на этом наварить.

Но нет, с первого взгляда понятно, что к этому гуань дао Грешник никогда прикасался. На глаз чуточку длинней и по целой сумме признаков очевидно, что оружие получше. Смотрится надёжнее, заметно, что качественнее.

Поднёс телефон, нажал на кнопку определения.

Предмет испытания.

Серый

Оружие. Тип: физическое. Класс: холодное. Дальность: ближний бой. Вид: глефа.

Большой предмет.

Уровень: 3.

Ранг: обычный предмет (может вместить до 3 свойств (и 1 дополнительно, открывается при помощи расширителей)).

Артефактные свойства: нет.

Активированные свойства: нет (доступны 3 слота).

Привязка: нет.

Прочность: 233/233.

Атака: слабая.

Защита: нет.

Создатель: Лестница Испытания.

Возможные ресурсы получаемые при разрушении: 2-6 брусков хорошей древесины, 1-4 куска простой кожи, 1-4 куска базовой руды, 1-3 куска некачественной руды, 1-2 куска дешёвой руды, 1-3 тюбика простого лака, 1-2 души существа, 1-2 простая соль, 1-2 рядовой кристалл.

Внимание! Количество ресурсов может увеличиваться при изучении и развитии навыков, способствующих получению дополнительных ресурсов. Без них вы можете получать лишь минимальное количество (в случае удачного разрушения).

Краткое описание.

Гуань дао приятного цвета. Чуть-чуть лучше базового. Эффективное оружие для нанесения колющих и рубящих ударов на дистанциях, недоступных для меча и топора. Режущие удары наносить чуть труднее, но при должном уровне мастерства это можно проделывать достаточно эффективно. В целом резано-рубленные повреждения от такого оружия слабые, но при затяжных ударах с широкими размахами можно нанести серьёзную рану даже опасному противнику. Ранения от колющих ударов широкие и способны привести к быстрой смерти от кровопотери, даже если не повреждены жизненно-важные органы.

Грешник плохо ориентировался в ранжировании предметов испытания, но это не помешало понять, что ничего качественнее он пока что в руках не держал. Даже амулет, доставшийся за выдающееся достижение, смотрелся куда скромнее. А ведь в тот раз кукловоды сочли случившееся событие столь достойным, что разослали сообщение на телефоны всех участников.

— Где ты это достал? — сам по себе вырвался вопрос.

— Где достал, там тебе снег зимой не продадут, — подмигнул торговец.

— Можно подержать?

— А деньги у тебя есть, чтобы за такую прелесть держаться?

— Вообще-то я ещё не покупаю, я просто прицениваюсь.

— Не, тут это так не работает. Тут, у торга, если я что-то кому-то дал добровольно, и он это подержал в руках немного времени, это всё, это уже было моё, а стало твоё. Платил ты или нет, таки без разницы. Можешь пойти себе дальше, и добро моё прихватить, и ничего тебе за это не сделают. Такая вот охрана. Тут надо за вещь дать деньги и сказать дружно «сделка». И всё, деньги мои, гуань твой. И тянуть с этим нельзя, одновременно надо передавать, несколько секунд для этого есть.

— Плохо, — нахмурился Грешник. — Оружие сложное, брать такое, не попробовав, это кот в мешке.

Бес махнул рукой:

— А, ладно, держи, не могу тебе сопротивляться. Но только смотри, ты аккуратным почерком подпишешь все те майки, которые я вежливо вытрясу из этого пожилого человека.

Спасибо суровому отчиму, благодаря его воспитанию с похожим оружием Грешник когда-то сталкивался. Даже придумали с ним пару связок, со стороны выглядевших красочно, что и требовалось. Разумеется, не всерьёз работали, и, естественно, никого не пытались убить. Однако махали нешуточно, такие занятия что-то давали. Руки помнили, да и не такое уж это сложное дело, как считают несведущие.

Покрутил в одной руке, перекинул в другую, перехватил обеими. Да — однозначно стоящий вариант. И один на один повоевать можно, и от толпы головорезов отмахаться, и будет чем встретить тигра. Ещё нож добавить, или кинжал, плюс лук, и сбалансированный комплект получится. На любых дистанциях сможет неприятности устраивать.

Вернул гуань Бесу и спросил:

— А ещё такие есть?

— Лично для тебя найдётся нагината, она тоже по глефам считается, а не по алебардам. Некоторые люди так сильно хотели сойти за умных, что почти подрались, когда эту тему обсуждали. Сделали мне тут большой скандал за разницу глеф и алебард. Алебарды у меня тоже есть.

— У тебя там что, тонна оружия в этом ящике? — не удержался Грешник.

— Почему тонна? Сколько надо, столько и лежит. Контейнеры не из резины делают, всё не влезет. У каждого своя вместительность, в телефоне это пишут, смотри туда часто, там таки бывает полезное.

— А если попробовать положить что-нибудь больше лимита?

— Ты магниты в своей жизни видел? Одной стороной они хорошо друг к другу прилипают. Другой плохо. Другой они вообще не прилипают, отталкиваются. Вот так и тут будет, сразу оттолкнёт. Лишнее упадет рядом. У меня тут контейнеры не из мусорного бака. Они таки особые. Но ты и сам знать такое должен.

Покрутив нагинату, Грешник сменил её на европейскую алебарду, затем взял ещё одну. Нет — всё не то. Чего-то не хватает, только первый вариант как родной в руках ощущался.

Если и есть альтернатива получше, искать её придётся не у Беса.

— Беру гуань, — решился, наконец, Грешник. — Какая у тебя лучшая книга на глефы?

— Только второй класс. В смысле базовый. Редкий товар, от сердца отрываю.

Обернувшись на старика, Грешник задумчиво произнёс:

— У Сяо есть простой навык. Как ты говоришь, это третий класс. Выше базового.

— Где я и где Сяо? Ты цену его видел? Ну так посмотри, глаза у тебя имеются. А потом за мою цену послушай.

— Навык классом повыше, и он мне маленько скинет.

— Это за что тебе такое великое счастье под названием «скидка»? — заинтересовался Бес.

— Задание выполнил, он теперь ко мне добрый.

— Тут сто человек на этого седого старались работать, а добрый он только к тебе. Что же ты такое приятное ему сделал?

Бес вроде информацию не зажимал, и Грешник, чуть помедлив, решил, что ничего сильно секретного не выдаст. Даже если все члены Бойни узнают про такую возможность, серьёзно это их не усилит, а сделать торговца «должником за услугу» не помешает.

Не так много дней дали на прохождение яруса, сидеть на побережье до последнего нет смысла. Ведь кто знает, что ждёт дальше, на севере. Возможно, машинами туда добраться нельзя, значит, придётся потратить прорву времени на пеший переход по опасной местности.

Так или иначе, седой торговец вскоре останется здесь в одиночестве. Долго пользоваться скидкой не получится.

— Сяо попросил достать голову особого гака. Я достал.

— Знаю такое поручение, — кивнул Бес. — Дед его с пятого уровня может давать. А кому-то и на четвёртом дали. И таки мне известно, что два раза его уже выполняли. А за скидку совсем ничего не знаю, ты первый мне о ней заявляешь. Может с заданием у тебя что-то не совсем так?

Грешник снова помедлил с ответом. Что тут говорить? Впервые к Сяо он вышел, будучи прилично повыше пятого уровня. Плюс всё сделал в одиночку, а знакомые Беса наверняка действовали группами.

И то, что дополнительное условие не выполнил, причём отказался от него сознательно, тоже надо учитывать. Может сработал неписанный бонус, на него завязанный, может что-то другое, может всё вместе сыграло. Поди пойми, если никаких пояснений по этому поводу телефон не даёт.

Покачал головой и ответил почти искренне:

— Без понятия. В условиях написали, что надо убить особого гака и принести его голову. Я убил и принёс.

— А могу ли я поинтересоваться размером скидки?

— Копейки.

— А твои копейки, это сколько?

— В районе пяти процентов.

— И пять процентов ты называешь копейками?! — вскинулся Бес. — Ты меня расстраиваешь своей душевной щедростью.

Грешник пожал плечами:

— Может тебе и нормально, но на большую скидку не тянет.

— Всё равно мне это интересно, — продолжал развивать тему Бес. — Есть у этого старого подобия человека некоторые вещи, которые я хочу сделать своими. Если получится взять со скидкой, через тебя, всем хорошо будет. И ещё мне интересно всё, что у тебя есть. У таких, как ты, много редких вещей выпадает. А мне всё редкое очень интересно.

— В смысле много? — уточнил Грешник, совершено не понимая, о чём речь. — Ты о знаках уровня и символах развития? Я их не продаю, самому нужны.

— Тебе нужны, да? Что ж ты сразу-то не сказал? Я продам, — оживился Бес. — Но я не за них говорил, я за редкое говорил. Бублики и подковки падают из всего, что убивается. Это не редкое, это всегда есть.

— Тогда что редкое?

— Вещи всякие: лечилки, дыроколы, ремонтные марки, усилители, медицина. Таким, как ты, хорошо насыпают, а такие, как я, видят их редко. Везде несправедливость.

— Да я бы не сказал, что мне их много насыпают...

— Это говоришь не ты, а жадность твоя, — ухмыльнулся Бес. — То, что тебе кажется малым, для меня мечта. Мне надо несколько гаков сильно огорчить, чтобы увидеть хоть что-то кроме бубликов и подковок, а тебе, наверно, из каждого что-нибудь интересное падает. Это таки особая привилегия для таких, как ты.

Полезная информация, перекликающаяся с тем, что Грешник узнавал ранее. Получается, бонус для корма работает не только на знаки уровня и символы развития. Для всех прочих предметов шанс тоже намного выше. Жаль, неизвестно насколько. А ведь там много весьма полезных вещей. Вот как чинить оружие испытания, если нет ремонтных марок? Или чем лечиться, если браслет разряжен, нет детоксикатров, а тебя покусали вараны?

Новость и хорошая, и плохая. Приятно знать, что тебе светит куда большая награда, чем казалось раньше. И в то же время охота на низовых участников становится гораздо выгоднее.

Ценность дичи, у которой можно отобрать редкие предметы, значительно повышается.

— Давай уже определимся, — сказал Грешник. — Тебе и скидка, и футболка, и ещё что-то. Но понимаешь, я благотворительностью не занимаюсь, мне тоже много чего нужно. Давай уже торговать по порядку, пока ты меня совсем не запутал.

Времени на торг ушло немало. В процессе приехал пикап с надписью «Дикий Восток». Банда Шерхана, как чуть позже объяснил Бес. Якобы объединились с Лордом, но от своей символики отказываться не торопятся. Головорезы на Грешника внимания не обратили. Сочли одним из привилегированных, а оповещение на телефонах рассматривать не стали, вибрацию связали с арабом и его подругой. Отвесили в адрес парочки несколько сомнительных шуточек, купили у Сяо полдесятка контейнеров с арбалетными болтами и уехали, даже не заподозрив, что перед их появлением тут случилась небольшая резня.

Не зря Грешник не поленился и оттащил ограбленные трупы в административное здание. Если пристально не вглядываться в сторону автостоянки, разливы подсыхающей крови на трещиноватом асфальте заметить сложно.

Бес торговался отчаянно: с криками, жалобами на грабёж, с закатыванием глаз, чуть ли не со слезами. Причём заметно, что это не из-за гипертрофированной алчности, а ради любви к искусству.

Тот ещё базарный актёришка.

Под конец Бес будто почуял, что финансы Грешника исчерпаны, следовательно, тянуть время нет смысла. И стал на удивление покладистым, прилично уступил, что позволило увеличить запас стрел и болтов.

Помимо гуань дао и простого навыка на глефы (взятого у Сяо), Грешнику достались две книги простого ножевого боя и один ничем не примечательный охотничий нож. Также один нож оставил из трофеев, он тоже являлся предметом испытания.

Пришлось сбросить львиную часть добычи. Благо, Бес давал цены чуть побольше, чем старик. С некоторыми предметами не хотелось расставаться, но пришлось. Увы, монет на всё задуманное не хватало.

Основные траты — это книги. Даже простые навыки тянули дороговато. Судя по тому, как Бес нахваливал финансовые таланты покупателя, торгаш на Грешнике изрядно наварил. Но к кому ещё обращаться? Изобилия предложений на рынке не наблюдается.

Подписав несколько маек и футболок испытания, добытых Бесом из личных запасов и бездонного фургончика Сяо, Грешник почти дружески попрощался с барыгой и, поколебавшись, всё же спросил:

— Слушай, я вот одну вещь не понял. Я здесь убил троих, ты видел.

— Да и вечная память им, — не дослушав, отмахнулся Бес. — Тут смерть, это как деталь пейзажа. Я в эти дела не лезу, даже стараюсь не думать. И ты таки сам знать должен, полиции здесь тоже нет. Всё нормально.

— Вообще-то это совсем ненормально, но я не об этом, — продолжил Грешник. — Из двоих выпало по контейнеру, как всегда, а из третьего два. Ты не в курсе, за что мне такая щедрость?

— Ты такой опасный человек, но таки не знаешь самые простые вещи, — рассмеялся Бес. — Эти не совсем хорошие люди убивают таких, как ты, чтобы сделать выгодный бизнес. Они на вас больше зарабатывают, чем на животных и друг друге. Но и ты тоже можешь зарабатывать на них больше. Понял? Это и в ту сторону работает, и в другую.

Грешник покачал головой:

— Я их несколько раз убивал, но впервые такое вижу. Похоже, большие дополнительные заработки таким, как я, не светят.

— Вот только не надо мне тут говорить неумные вещи. Всё тебе светит. Смотри вокруг. Смотри глазами. Что ты видишь? Ты видишь самое начало чего-то. Я не знаю что это. Ты тоже не знаешь. Но смотри глазами и увидишь, что тут есть правила. И по правилам этим дальше всё должно изменяться. По правилам мы тут ещё мелкие. Недоразвитые. Нет серьёзности. Но уже от нуля отходить начинаем. Вот и повышается твой заработок. Дальше будет ещё больше. И не редко, а всегда. Не давай себя убить и таки когда-нибудь станешь богатым человеком.

— Понял, благодарю.

— Твоё благодарю не звенит. Как станешь богатым, не забывай, кто тебя умным вещам научил. И сюда ещё заходи, помни дорогу.

— Не забуду.

Грешник направился было прочь, но его окликнули.

— Я Бактр. А она Заха.

Грешник обернулся к арабу:

— Я понял, ты уже говорил.

Тот, уставившись мрачно, добавил:

— Телефон. Хочу купить. Ты у них забрал три. И браслета три. Тебе это много. Я один комплект куплю.

Грешнику не пришлось долго рассматривать араба и его спутницу. С первого взгляда понятно, что у них с деньгами не просто плохо, а очень плохо. И вообще, если мясо осталось без телефона, это много о чём говорит.

— У вас вообще нет телефонов?

— Есть, — ответил Бактр. — Один телефон. Один браслет. А нас двое. Надо ещё. У тебя есть. Продай.

Попроси такой человек у Грешника что-либо иное, он бы, возможно, отказал, или хотя бы поколебался. Но телефон — святое. К тому же Сяо его не продать — проверено.

Стащил со спины рюкзак, вытащил телефон с браслетом, протянул Бактру:

— Держи.

— Сколько?

— Бесплатно.

Бактр покачал головой:

— Не надо так со мной. Я не попрошайка. Назови цену.

— У тебя ничего нет, чтобы заплатить. Бери.

Араб усмехнулся с превосходством:

— Никогда такое не говори, если точно не знаешь.

Пошарив в кармане, вытащил грязно-жёлтый кристалл размером с голубиное яйцо. Две пирамидки, сросшиеся основаниями. Грани заметно искажённые, дефектов множество, окраска невзрачная и неравномерная. В общем, выглядит дешёвкой из заурядной минералогической коллекции.

Однако следующие слова Бактра это впечатление исправили:

— Это рядовой кристалл. Они выглядят по-разному, но цена одна. Старик даёт за него семьдесят шесть монет. С Бесом я доторговался до семидесяти девяти. Даю два таких за телефон и браслет. Это хорошая цена.

Глядя на кристалл, Грешник, думая о своём, уточнил то, что и сам знал:

— Они нужны для того, чтобы предметы испытания делать?

— Да. Если есть в рецепте кристалл такой.

— Грешник, я у тебя их сразу выкуплю, мы договоримся, — резко заволновался Бес, осознав, что на его глазах намечается сторонняя сделка.

А тот, колебался.

Полторы с лишним сотни монет — небольшие деньги, но и лишними не будут. Можно обменять на те же символы развития, ведь их всегда не хватает, а Бес отдаёт чуть дешевле, чем Сяо. Однако сильно с такой суммы при местных ценах не разжиреешь.

С другой стороны, этот араб — необычный тип. Явно не из загона сбежавший, и явно не рудокоп, с киркой добывающий кристаллы. На Мощь он совсем не похож: у того одежда запыленная; обувь о камни сбита; покрытые ссадинами и царапинами руки выдают начинающего шахтёра. И на охотника тоже не тянет. Плюс такие трофеи Грешнику ни разу не выпадали из дичи, а уж он набил её немало. Один нашёл в полицейской машине, но ведь это совсем другое.

Бактр непрост. Мясо, но мясо нестандартное. Непохож на серьёзного бойца, но как-то сумел здесь устроиться. И то, что изначально выглядело попаданием в ловушку, теперь смотрится иначе. Араб ведь не стал удирать сразу же после уничтожения троицы головорезов, он даже с места при этом не сдвинулся. Плюс, судя по некоторым моментам, до появления Грешника о чём-то торговался с Бесом.

Явно продуманный тип. Причём свой, не кастовый. Как он сумел устроиться здесь? Чем живёт?

Всё это очень интересно.

Решившись, ответил:

— Я отдам телефон. И браслет. Но не за кристаллы.

Глаза Бактра сузились:

— У меня нет ничего, кроме камней.

— Зато у тебя есть кое-что другое.

— Что?

— Информация. Я хочу знать, откуда ты эти кристаллы берёшь. Хочу получить твою карту. Я хочу знать всё, что знаешь ты.

Глава 7 Россыпь Бактра

Глава 7

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Северный Тсот Кхалунг.

Россыпь Бактра

Пока Грешник отлёживался после ранения, а затем заново обзаводился оружием и снаряжением, остальные участники на месте не стояли. Тут, как на старте онлайн игры — всё меняется стремительно. Достижение, при котором он вырвался далеко вперёд, оставив за спиной всех прочих, успело обесцениться. Если верить Бесу, как минимум двое обогнали его по уровням: некие Порнозаяц и Резак. Причём по кровавым делам они теперь тоже в лидерах, а это означает, что оба продвигались вперёд, обливаясь потом и кровью, а не добывали знаки и символы из неких безопасных источников.

Если двое прилично его опередили, сколько же насчитывается тех, кто наступают на пятки и вот-вот оставят Грешника позади? Один из убитых возле торга уже достиг пятого уровня, двое других — четвёртого. Вряд ли эта троица из лидеров шайки, они больше походили на средних, непримечательных боевиков. Оружие не самое лучшее, великих богатств по карманам не держали, из относительно дорогих предметов только кираса. Из трофейных контейнеров достались две книги: на копьё и топор. Обе на базовые навыки — ничего ценного. Однако при столь никчемном имуществе параметры у всех противников приличные.

Получается, участники всё сильнее и сильнее втягиваются в навязанную им игру. Находят разные возможности для развития, прогрессируют массово. А расти по цифрам здесь проще, чем находить хорошее снаряжение. Показатели Грешника уже не смотрятся запредельными, если и дальше станет прохлаждаться, вскоре его начнут перегонять массово.

Столкнуться с изначально опасными противниками, у которых сейчас ловкость, сила и всё прочее окажется прилично выше, да с навыками далеко не нулевых рангов — нехорошая перспектива. Как он по себе понял — это действительно работает, даёт преимущества. Не сказать, что в сверхчеловека превращает, но чем дальше, тем больше от них будет толку, если верить кукловодам. Так что, надо срочно прогрессировать.

Однако это не так-то просто. Нельзя просто взять и отправиться в лес, где сотнями косить всех встреченных обезьян из лука. Макаки прекрасно знают, с кем можно связываться, а от кого следует держаться подальше, потому массово на глаза не показываются. Чем выше растёшь, тем реже встречаются. Разве что лидеры не всегда убираются с пути Грешника заблаговременно, но они встречаются нечасто. Ну и варанам, похоже, безразличен уровень противника: или без раздумий бросаются на всё живое, или шипят, нехорошо поглядывают, не торопятся отступать. Но это низовые твари, трофеев из них выпадает маловато, да и сами рептилии попадаются далеко не на каждом шагу. Наткнуться на них можно только возле пресной воды, а здесь нет ни рек, ни приличных озёр.

В общем, перспективы быстрого развития туманны. Заниматься этим надо, но непонятно — каким образом.

Зато перспектива глобального наводнения всё ближе и ближе. Пора перебираться поближе к северу. В идеале — обосноваться под самой границей. Стратегически оптимальная позиция. Можно перейти на следующий ярус в последний момент без суеты и риска опоздать, успев накопить побольше информации и трофеев.

Дорогу на север Грешник не знает. То, что получилось разглядеть с отвалов рудника и близлежащих возвышенностей, говорит о том, что дальше холмы становятся серьёзнее. Это уже больше на горы похоже, стеной стоят. Где через них перебираться — непонятно.

Да здесь куда ни плюнь — всё непонятно. Потому информация — стратегический ресурс.

Бактр наверняка способен ответить на некоторые вопросы. Как минимум, расскажет о том, где добываются ценные кристаллы. Возможно, это знание Грешнику не понадобится, но и лишним не будет.

Араб по пути ничего не говорил. Шагал молча, быстро и без остановок. Сначала шли по лабиринту рудничных сооружений, затем по тропе между отвалами пустой породы, дальше пробирались по беспощадно разбитой грунтовке, петляющей по лесу. Состояние дороги столь ужасающее, что по ней не всякий внедорожник проедет. В засохшей грязи не счесть следов от мелкой живности, иногда попадались отпечатки крупных кошачьих лап, бычьих копыт и «оттиски от тарелок», оставленные слонами. Радовало, что крупные существа отмечались здесь нечасто, ведь встреча с тигром свежа в памяти, и Грешник сильно сомневался, что даже с обновлёнными навыками и хорошим оружием сумеет повторить такую победу.

А уж не заработать при этом очередную порцию ранений — и вовсе фантастика.

По неказистой дороге продвигались пару километров, после чего свернули налево, к горам на севере. Дальше тянулось то, что хотелось назвать слоновьей тропой. Это потому что всё утоптано этими гигантами и завалено их навозом. Судя по состоянию последнего и прочим признакам, эти гиганты появляются здесь ежедневно. Грешник даже начал прикидывать свои шансы победить столь огромную добычу.

Но нет, на слонов не наткнулись, зато наткнулись на одиночного гака. Совсем уж неказистого: брюхо болтается ниже колен иссушённым мешком, сильно хромает на левую ногу, половина морды снесена вместе с глазом, превратившись в сплошную рану, кишащую жадными до крови насекомыми.

Несмотря на плачевный вид и откровенно неравные силы, тварь проявила агрессию. Бросилась на четвёрку участников издали, едва их заметив. А ведь понимать должна, что не на единичного нулёвку лезет. Или мозги повреждены, или решила убиться, дабы покончить со страданиями. Грешник было перехватил гуань поудобнее, но пускать оружие в ход не пришлось. Бактр, по-прежнему ничего не говоря, резко ускорился и встретил гака мощным и точным ударом кулаком в подбородок. Нет, не убил, зато оглушил знатно, свалил на лопатки. И тут же склонился и замолотил обеими руками, превращая уродливую башку в отбивную.

Четверть минуты, и по-хозяйски подхватив выпавший контейнер, направился дальше. А Грешник, оценив точность и силу ударов, заподозрил, что араб не только вложился в рукопашный бой, а и до этого умел кулаками помахать. Первичное впечатление, составленное по результатам осмотра сидящей фигуры, оказалось обманчивым. Да, может и не самый опасный боец, но уж точно не рохля. Телосложение и отточенная моторика подсказывали, что Бактр мог быть неплохим боксёром ещё до того, как сюда попал. А старые навыки сейчас работали ничуть не хуже новых, если сравнивать с низкими классами и рангами.

Разумеется, при условии, что ты их открыл при помощи книг.

Но рукопашный бой учить не нужно. Даже обделённому корму дозволено отбиваться без оружия.

Со слоновьей тропы свернули в нехоженый лес. Но, похоже, двигались не наобум, потому что, несмотря на крутизну склона и пересечённую местность, ни разу не пришлось обходить серьёзные преграды. Да и намётанный глаз Грешника то и дело примечал на лесной подстилке неясные отпечатки подошв.

Бактр уже не первый раз здесь ходит, но при этом тропку не натоптал. Шифруется, меняет маршруты, передвигаясь по широкой полосе. Сработает это лишь против самого невнимательного следопыта, но всё равно лишний плюс для выживания.

Спуск затянулся. Может по расстоянию не больше километра, а вот по времени — всё куда значительнее. Если на ровной местности такую дистанцию можно преодолеть минут за десять, не напрягаясь, здесь чуть ли не в два раза больше затратили. Крутизна склона мешала, вынуждая местами двигаться не напрямик, а «змейкой».

И склон этот в итоге оказался бортом речной долины. Сама река обнаружилась внизу. Бактр вывел группу к берегу мелководного потока шириной не больше дюжины метров. Мелкой растительности здесь наблюдалось немного, её кто-то выкосил на корню, расчистив обширное пространство вокруг крохотной хижины, под боком которой пристроился огромный навес.

Араб обернулся и впервые за всё время пути подал голос:

— Это мой лагерь. Ничего не трогайте, если я не разрешу. И не заходите в кусты, там я капканов понаставил.

— Где ты их взял? — спросил Грешник, с интересом осматриваясь по сторонам.

— Они здесь были.

— Так это, получается, хижина охотников? — спросила Рыська.

Бактр покачал головой:

— Не совсем. Я назвал их браконьерами. Я слышал, слонов везде запрещено убивать, а они убивали. Я бивни нашёл. И самих браконьеров тоже нашёл. От них только кости остались.

— Такое здесь бывает, — кивнул Грешник. — А оружие у них было?

— Только нож и мачете. Нож у меня, мачете я продал Сяо.

— Понятно. Так что там насчёт кристаллов и остального?

Бактр указал на реку, вода в которой стремительно струилась над каменистым дном:

— А ещё браконьеры мыли в этой луже золото и драгоценные камни. От них лотки остались и колода из досок. Сейчас я тебе всё покажу.

* * *

Сидя на берегу, Бактр указал на воду:

— Я пришёл сюда по реке. Сверху. Там по берегу тропа есть. Тропа плохая, но лучше по ней идти, чем по лесу. Здесь был человек. Участник. И два кота: один очень большой, как барс, второй поменьше. Виверровые коты называются, так телефон про них сказал. Коты мёртвые. Их убил человек. Участник не такой, как мы, а кастовый. Коты успели его порвать, человек был сильно изранен и без сознания. Так и умер, я не смог ему помочь. Над дверью в хижине есть, как бы, полка. На ней я нашёл коробочку с золотым песком и один кристалл. Торговец берёт золото, это все знают, а такой кристалл я увидел впервые. Но понял, что это тоже деньги.

То, что золото — ценность, Грешник услышал впервые, но сделал вид, что относится к тем самым «всем», которые это знают. И в то, что и кастовый участник, и виверровые коты, искалечив друг дружку, умерли сами, без вмешательства араба, тоже попытался поверить с самым невозмутимым видом.

Это не его дело, разбираться, кто кого здесь добивал. Он не судья. Да и неизвестно, как бы сам поступил в ситуации, когда прикончить истекающего кровью участника, — означает заработать шанс на выживание. Судя по тому, что Бактр даже сейчас, на четвёртый день, сражается голыми кулаками, в этой жизни ему не очень-то везло на полезные подарки.

— Взял лоток, начал промывать камни и песок, — продолжил араб. — Если копать вон там и вон там, часто попадаются золотые песчинки. Иногда кристаллы. Они не такие тяжёлые, как золото, но увесистые, сразу с лотка не смываются. Надо в конце внимательно смотреть каждый оставшийся камень. Вот так я их и добываю. Колодой добывать не могу, к ней насос нужен, а я не смог его завести. Наверное, сломан.

— Так ты увидел кристалл, коробочку с золотом, промывочную колоду и лотки, а потом решил попробовать? — уточнил Грешник. — До этого про такую добычу ничего не знал?

Бактр помедлил несколько секунд, пожевал челюстью, после чего нехотя бросил:

— Знал.

— Откуда? Из телефона?

— Нет. Там, — рука рассказчика указала на север. — Река стекает с большой плотины. И недалеко от неё я встретил участников. Они там моют кристаллы и золото. У них подсмотрел, научился. Для этого навык не нужен, любой справится.

— А чего с ними не остался?

— Мне там не понравилось, — неопределённо ответил Бактр.

Грешник не стал выяснять детали, его куда больше волновали другие вопросы:

— Ты далековато от моря ушёл. Откуда-то узнал, что здесь можно по-простому зарабатывать?

Араб покачал головой:

— Нет здесь ничего простого. Моешь и оглядываешься постоянно. Шайтан побери эту воду. Журчит громко. Из-за этого разное мерещится. Везде опасно. И я сюда шёл не затем, чтобы лотком в воде трясти. Я хотел найти дорогу на север.

— Получается, там пройти нельзя? Горы не дают? — уточнил Грешник.

— Почему нельзя? Можно, если ноги есть. Наверное, можно. Там, дальше, водохранилище, за ним ущелье, а в нём река. По ней, наверное, можно пройти. Но не дадут.

— Кто не даст?

— Эти люди, которые в лагере наверху, пытались. Их тогда было шесть человек. Они поднялись по склону, дошли до плотины. И дальше пройти не смогли. Вернулось только четверо. Теперь моют золото с кристаллами и думают, что делать дальше.

— Так что там, у плотины? Кто не даёт пройти? — уточнил Грешник.

— Это были крокодилы, — ответил Бактр. — Их там много, наверху.

— Большие?

— Говорят, не очень. Но ещё говорят, что весь берег покрыт этими тварями. И по суши они носятся так быстро, что трудно убежать. Их догнали. Вот и потеряли троих.

— Троих? Ты ведь говорил, что их вначале было шестеро, а вернулись трое.

— Да, так и было. Наверху, на плотине, ещё одного встретили. Получилось, вернулись четверо.

— И как он там выживал?

— Не он, а она. Девушка из другой группы. Они вышли к берегу озера дальше, не с юга, а с запада. Пытались где-то там через горы перебраться, но не получилось. Спустились к озеру, нашли там причал с лодками. Это то водохранилище, которое за плотиной. Добрались до начала озера, на севере. Там в него река втекает. Река такая же мелкая, много камней и упавших деревьев, дальше на лодке не смогли пройти. Бросили её. Шли пешком, пока не наткнулись на обезьян. Не макаки, как здесь, а хуже. Больше размером, много, злые. Пришлось бежать. До лодки добежала только она. Ей повезло, в воду обезьяны не полезли. Вернулась назад, но не нашла тот берег с причалом. Говорит, там очень сложные берега, как лабиринт. И почти везде скалы, обрывы, трудно выбраться. Было темно, пропустила нужную протоку. Поплыла дальше, до дамбы добралась. Там тоже причал есть. Вышла на берег, сразу появились крокодилы. На дамбе есть какие-то постройки. Что-то техническое, я не разбираюсь. Снова повезло ей, на крышу залезла, не достали. Представляешь?

— Да, везучая, — признал Грешник.

— Это ещё не всё. Ей потом ещё раз повезло. Когда пришли те шестеро, крокодилы перестали её сторожить, погнались за ними. Она не растерялась, спустилась и успела до леса добраться. А потом пошла вниз по реке. Так и наткнулась на тех троих выживших. Поэтому их четверо стало. Это она мне сказала, что через горы, наверное, можно перебраться. Они со склона, перед тем как спуститься к озеру, видели, что ущелье с рекой прорезает их полностью. Так им показалось, она не уверена.

— И почему они по склону не перебрались? Зачем спустились к озеру?

— Ты видел горы вдали? — спросил Бактр и сам же ответил: — Они не очень высокие, но обрывы со всех сторон. Это даже не горы, а широкие колонны. Скалы и обрывы, скалы и обрывы. Где-то можно пройти, но недалеко. Они потеряли время, но проход не нашли. Надоело искать, спустились к воде. Та девушка говорила, что даже если дальше, по реке, берега в обрывах, можно попробовать идти по самой реке. Она мелкая, как и здесь. Я тут только одну яму нашёл, где мне по грудь. Почти везде по колено или меньше. Там, наверное, также.

Грешнику идея прорываться через владения крокодилов не показалась перспективной, потому задал напрашивающийся вопрос:

— А про другие проходы не слышал?

Бактр указал на восток:

— Там мимо рудника дорога идёт. Она выходит к другой дороге, а та уже в горы сворачивает. Наверное, на другую сторону. Эти, из Бойни, так говорили.

— Поделились информацией? — удивился Грешник.

— Нет, между собой говорили, а я слушал. Они любители языки почесать. Нас за людей не считают, не стесняются, что угодно выболтать могут.

— И что, на другую сторону уже ездили? Что там за горами?

Бактр покачал головой:

— Пока что нет, не ездили. Вроде бы не смогли. Мост над ручьём сломан. Говорят, взорван. Можно спокойно пешком перейти, но они не хотят бросать машины. Сейчас ищут материалы и грамотных людей, чтобы починить. Я спрашивал у Беса, он сказал, что через день или два может и починят. Не раньше. Надо подождать и попробовать пройти, когда эти сынки проституток проедут.

— А если они там пост оставят? — спросил Грешник.

— Тогда не знаю, что делать. Но через горы я точно не полезу. Там даже альпинист лезть не станет. Плохие скалы, сильно крутые, все в пещерах, обваливаются. И долго лезть, даже если уметь лазить и найти место, где камни под руками не отваливаются. Времени не так много осталось и никто не знает, что там за горами. Может что-то похуже, чем здесь, а до конца яруса оттуда ещё далеко.

— Значит, ты думаешь пересидеть здесь два дня, а потом попытаться через мост рвануть? — уточнил Грешник.

— Да я сам ещё не знаю, что думать. Пока сижу на одном месте. Слушаю, что говорят. Смотрю. Прикидываю разные варианты. И я так понимаю, что в Бойне не совсем тупые. Догадываются, что многим захочется через тот мост пройти. Ты прав, они могут оставить засаду. Начнут ловить самых торопливых. Они мясо любят ловить.

— Вот-вот, логичный ход, — подтвердил Грешник. — А что дальше, к западу и к востоку? Может там попроще варианты есть?

— Может и есть, — кивнул Бактр. — Даже точно есть. Но общей карты яруса нет даже у высоких каст. Есть только какие-то способы связи, что-то они про дальние места знают, но не всё. Есть там проходы, так говорят, но везде какие-то сложности. Вроде всё как здесь. Пройти можно, но почти всегда что-то сильно мешает. Разное слышал.

— Не знаешь, какой уровень у местных крокодилов? — сменил тему Грешник.

Араб усмехнулся:

— Чтобы это узнать, надо убить хотя бы одного, или живого телефоном проверить. Эти шестеро не убивали и не проверяли, они просто убегали. А я крокодилов даже не видел. Говорят, они метра по три или четыре. Я думаю, они ошибаются. От страха всегда больше кажется. Что, хочешь там попробовать пройти? Если так, тебе надо в верхний лагерь, поговорить с той девушкой. Она про лодку всё расскажет. Без лодки обходить озеро по берегу слишком долго. И там тоже скалы мешают. Обязательно поговори, может ещё что-то полезное скажет.

— Благодарю, Бактр. Телефон и браслет ты честно заработал. Можно ещё вопрос?

— Смотря какой.

— Того гака ты убивал врукопашную. Но у тебя минимум два кристалла, плюс золото. Это далеко за сотню монет, а базовый навык дубин у Сяо стоит меньше. Думаю, у Беса ещё дешевле можно взять. Почему не стал брать?

Бактр воздел кулаки:

— Видишь? Они всегда при мне. С самого начала. Силу надо. Ловкость надо. Урон надо. В них вкладываюсь. Про навык да, я думаю. Присмотрел кое-что у Беса: книги на меч и саблю. Если вон ту ямку выкопаю до коренной скалы, и всё там промою, обязательно найду кристалл. Или два. Ну и золото соберу. Вернусь к руднику, обменяюсь. Я с Бесом уже почти договорился.

— И не боишься туда-сюда ходить? Там ведь нехорошие люди караулят.

Араб небрежно отмахнулся:

— Плохо они караулят. Им неинтересно на одном месте сидеть. Надо быть совсем тупым, чтобы таким попасться. А у меня голова работает, я знаю, как ходить, что говорить и что делать. Меня им не достать. Так ты точно решил наверх идти?

— Надо подумать, — уклончиво ответил Грешник.

— Если надумаешь, зайди ко мне. Или скажи. Я телефон свой дам. Мясо не может звонить, но может принимать сообщения и звонки. И передавать сообщения может. Кастовым одно сообщение в день передаётся, другому мясу можно отправить три. Напиши мне, или сам сюда приходи. У меня консервы всякие есть. И рис. И мука для лепёшек. И печка земляная. Хорошо готовлю, вкусно, тебе понравится.

* * *

Отойдя от лагеря браконьеров на тысячу шагов, Грешник остановился и подал знак Рыське не шевелиться. Простоял с минуту, вслушиваясь, но ничего подозрительного не засёк. Ни намёка на то, что Бактр крадётся следом.

И зачем ему красться? Да мало ли зачем. Этот восточный мужчина с самого начала показался слишком мутным. Непонятно, что от такого можно ожидать. И сведеньям, полученным от него, полностью верить нельзя. Не хотелось бы идти дальше, когда тебя преследует непонятный тип, надо сразу такое пресекать.

Причину остановки объяснять Рыське не стал. Вместо этого сразу перешёл к делу:

— Я думаю попробовать пройти на север по реке. Вариант с мостом за рудником мне не нравится, а других пока нет. Ты сама как считаешь?

Девушка пожала плечами:

— Не знаю, но тут, вроде, нечего думать. Ты же прав, нет других вариантов. Я, если что, с тобой. Можно?

— Странный вопрос. Мы, вроде как, вдвоём идём, если ты не передумала. Я ведь честное слово давал, что проведу кое-кого до самого выхода.

— Извини. Я просто не представляю, как там пройду. Я крокодилов с детства боюсь, я там тебе только мешать буду.

— Серьёзно думаешь, что я их люблю? Не угадала. Но я очень хочу побыстрее пройти на север, а уж через них или мимо них, это как получится. Но не волнуйся раньше времени, сейчас нам туда направляться рановато. Непонятно, сколько такая дорога займёт, а мне не хочется застрять ночью на озере с крокодилами, или в ущелье с большими обезьянами. Предлагаю вернуться наверх и сместиться чуть на юг, к тем лесам, по которым мы утром выбирались. Там макаки водятся, и вараны есть, а тут почти пусто, за всё время один покалеченный гак попался. Надо набить побольше знаков и символов, чтобы тебя усилить.

— Зачем меня? — удивилась Рыська. — За что такая щедрость? Тебе ведь самому усиливаться надо.

— Всем надо, но так получилось, что тебе это сейчас нужнее.

— Почему? — продолжала не понимать девушка.

— Да потому что я слово дал, что доведу тебя до выхода. Но ты пойми, я ведь не водитель с личным тяжёлым танком, нам пешком идти придётся, а здесь, сама понимаешь, это непростое дело. У тебя почти всё на нулях, приподнять много чего можно, причём на начальных показателях это стоит недорого. А вот я уже прилично набрал, мне увеличение параметров подороже, чем тебе, обходится. Раз уж идём вдвоём, для нас выгоднее вариант, когда я останусь на том же уровне, а ты серьёзно усилишься; чем если я еле-еле приподнимусь, а ты осталась такой же слабачкой. По затратам и то, и то одинаково выйдет, но в сумме мы с тобой больше выигрываем во втором варианте. Так больше шансов, что дойдём оба, и ты при этом будешь мне помощницей, а не балластом. Чистая математика, никакой щедрости.

— И надолго мы в тот лес вернёмся? Грешник, там до города близко. Опасно, можно на людей нарваться.

— Жить мы там не останемся, не переживай. Знаю я в тех местах один домик, вокруг него раньше от обезьян прохода не было. Поохотимся немного и до темноты снова сюда спустимся. Заночуем у реки, а с рассветом махнём на север. Для начала поговорим с той девушкой, которая единственная из группы спаслась. Но это вряд ли надолго задержит. Так у нас на переход через горы останется полный световой день. Если повезёт, до темноты на другую сторону хребта успеем перебраться.

— Крокодилы, большие обезьяны, и ты это за день думаешь пройти?.. — с сомнением уточнила Рыська.

— Это только наброски плана. Завтра по обстановке посмотрим.

Глава 8 Неудачная охота и старые места

Глава 8

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Тсот Кхалунг.

Неудачная охота и старые места

Охота не задалась с самого начала. Грешник опрометчиво предположил, что обезьян может оказаться больше к северу от того дома, где он выдержал осаду приматов, а затем выжил в схватке с тигром. Прекрасно помнил, что макаки появлялись именно слева от дороги, и оттуда же доносились их хоровые вопли. Это выше по склону, следовательно, ещё дальше, под скалами, которые вздымались в километре, их должно водиться больше.

Ну да, он ведь в тот раз далеко не всех перебил. Многие сбежали после появления тигра и наверняка ошиваются где-то поблизости.

Увы, в первый часы охоты сложилось впечатление, что да, именно всех в тот раз и достал бейсбольной битой. Рискуя сломать ноги, Грешник с Рыськой карабкались по кучам камней, наваленных под скалами, продирались через почти монолитную растительную массу из деревьев, кустарников и лиан, переплетающихся настолько плотно, что в них уже за три шага ничего не разглядишь.

Все усилия ни к чему не приводили. Обезьяны попадались редко и предпочитали удирать заблаговременно. Лук и арбалет здесь бесполезны, потому что даже на относительно открытых пространствах растительность мешала выпустить стрелу дальше, чем на пару десятков шагов. А на такую дистанцию макаки подпускали нечасто.

Зато под скалами хватало змей. В большинстве случаев они торопливо уползали прочь, но иногда при этом угрожающе шипели и пару раз выказывали намерения атаковать. Приходилось передвигаться неспешно и заранее давать рептилиям о себе знать. При этом заодно выдавали своё присутствие прочим обитателям леса, что тоже не самым лучшим образом сказывалось на результативности охоты.

Вараны нигде, за единственным исключением, не встретились, потому что не было воды, а громадные ящерицы от неё не удалялись. И гаки не водились, потому что густые заросли этим созданиям не нравились.

В общем, попусту время теряли.

Лишь в одном месте удалось слегка душу отвести. Наткнулись на пологую седловину, склоны которой изобиловали зияющими входами в пещеры. Где-то в глубине, наверное, была вода, ничем иным объяснить изобилие варанов именно в этом месте нельзя. Десятка четыре набили. Причём стреляла почти всегда Рыська. Грешник не отлынивал от работы, он просто натаскивал девушку работать по живым мишеням, что не лучшим образом сказывалось на скорости охоты и количестве трофеев.

Но сейчас тот случай, когда жадность вредна. Завышенные трофеи — это замечательно, но и отработка навыков «по старинке» — полезнейшее дело. Не исключено, что на высоких рангах обычная тренировка уступает в эффективности параметрам, развиваемым при помощи символов, но вот на низких такое точно не скажешь. С тем же луком Грешник пока что не замечал разницы, несмотря на тройку в навыке. Как стрелял из него неплохо, в прошлой жизни, так и сейчас недурственно стреляет. Плюс использует старые знания о том, как защищать предплечье, как и чем работать с тетивой и прочие-прочие технические мелочи, чего в книгах, добытых из контейнеров и купленных за монеты, или вообще нет, или описывается непонятно-лаконично, с сомнительным закреплением полученного материала.

Всё плохое быстро надоедает, и Грешник решил, что ловить здесь нечего. Надо выходить к той самой дороге, по которой первый рез двигался к руднику. Тогда он до цели с первой попытки добраться не сумел именно из-за обезьян. Глядишь, и сейчас их там немало окажется. Плюс заросли в тех местах не такие густые, есть где луку с арбалетом разгуляться.

* * *

К памятному дому выбрались далеко за полдень. Увы, немало времени по пути потеряли. Хоть идти недалеко, а местоположение обозначено на карте, насчёт преград на этом направлении она умалчивала.

А они, увы, были.

На подходе осторожничающий Грешник изменил маршрут, дабы приблизиться с направления, где со стороны дома и дороги разглядеть тебя тяжелее всего, а ты при этом всех увидишь прекрасно. Несколько минут на это ушло, но на этот раз о потере времени жалеть не пришлось.

Потому что возле дома оказалось многолюдно и шумно.

Каркали вороны, недовольные тем, что их отогнали от богатейшей кормушки. А шесть побеспокоивших их участников занимались странным делом. Собравшись возле входа, они набивали контейнеры гниющими тушками обезьян, после чего что-то писали маркерами на крышках. Если животное не помещалось, рубили конечности, головы, а иногда и туловища, запихивая по частям.

Одеты легко, непримечательно. Лица замотаны тканью, скорее всего, смоченной чем-то приятно пахнущим, потому что вонища в районе дома стояла такая, что даже за полсотни метров вызывала рвотные позывы. Понятно, что это участники, но кто именно? Все при оружии: те же топорики и тесаки, которыми рубят туши, на поясах у некоторых ножи, у одного кривой кинжал таких габаритов, что его впору небольшой саблей называть.

Привилегированные? Оружие намекает именно на это. Но ведь использовать его против дохлых мартышек способен любой, ведь изученные навыки требуются только против живых противников. Так что это могут оказаться кто угодно. В том числе и вперемешку, ведь не все кастовые одинаково агрессивны, хватает и тех, кто относятся к корму нормально. Вспомнить ту же знакомую Рыськи, с которой спутница бродила первое время. По её словам никаких проблем между ними не возникало.

— Ты кого-нибудь узнаёшь? — поинтересовался Грешник.

— Нет, — ответила Рыська. — Я ведь мало кого видела. Да и как их узнаешь? Лица замотаны.

— Да, глупый вопрос. Не подумал. Думать надо лучше. Получается, я совсем тупой, столько денег, оказывается, здесь оставил.

— Ты о чём? — не поняла девушка.

— Да о том, чем они здесь занимаются. Видишь всех этих обезьян? Это ведь я их успокоил.

— Ого. Да их тут сотня.

— Гораздо больше, — поправил Грешник. — Просто не все остались, часть эти ребята уже успели переработать.

— Откуда их столько в одном месте взялось? — продолжала удивляться Рыська. — Мы ведь всего десятка три видели, пока ходили. И почти всех издали.

— Сам не знаю, откуда такая радость. Но тогда я не радовался. Наоборот...

— Что наоборот? Расскажи.

— Да особо нечего рассказывать. На второй вечер макаки меня в этот дом загнали. Их тут было много, и они меня вообще не боялись. Мелким был, вот и обнаглели. Чудом отбился. Собрал добычу из контейнеров, а сами контейнеры побросал. Всё это так и осталось валяться перед входом.

— Понятно. А что значит, успели переработать? — уточнила Рыська.

— Я видел у Сяо скупку ресурсов. Для ремесла всякое. Там не только руда и кристаллы, там и кожа, древесина, когти и кости. Похоже, эти ребята туши на кости пускают. Вот, возьми амулет, сама посмотри, чем они занимаются. Контейнер рассыпается, остаётся труха, из которой выбирают белые кости. Точно не помню, сколько они у Сяо стоят, да и не знаю, какое качество у этих костей. Если не ошибаюсь, там минимум пара монет за штуку. А тут из одной обезьяны иногда по две-три поднимают. Макак здесь больше полутора сотен, в том числе лидеров. Вот и посчитай. Неплохие деньги просто так валяются. Может и шкуры получится снимать, пока свежие. Эх, учиться мне и учиться. Смотри, тигра тянут из дома.

— Тигра?! Из дома?! — изумилась Рыська.

— Угу. Тигра тоже я. Заманил в петлю и удавил. Очень удачно получилось. Наверное, шкура у него хорошие деньги стоит. И всё остальное. Подозреваю, что шкуру из испорченной туши не добыть, а вот кости и когти можно. Вон как радостно тянут, явно чуют большие деньги. А ведь это всё моё.

— Ты вряд ли докажешь, что это твоя добыча, — сказала девушка. — Их шестеро, а нас двое. Они нас не знают и не боятся, слушать не станут.

Грешнику эти люди ничего плохого не сделали, однако он остро нуждался в трофеях и деньгах. Увидев, что куча гнилья может принести немалую выгоду, сразу же загорелся идеей попытаться хотя бы часть от неё урвать.

Тем более, эта куча его по праву.

— Рыська, ты не забыла? Нам надо тебя развивать. А как это сделать, если серьёзная дичь не попадается. Кости, это деньги. А деньги обмениваются на знаки и символы. Я не драться собираюсь, я просто с этими ребятами поговорю. И не стану требовать всё. Это перебор, ведь грязную работу делают они, свою долю заслужили, всё честно. Если не полезут на стену, нормально договоримся.

— А если полезут? — спросила Рыська.

— Если полезут... Попробую разобраться мирно и вернусь к тебе. Не вижу смысла резать друг друга из-за кучки гнилья, так что пускай подавятся.

— Ко мне вернёшься? Ты что, к ним без меня пойдёшь?

— Да, сам. У тебя хороший арбалет, далеко и точно бьёт. Переберёмся к вон тем кустам, за камнями. Останешься в них, будешь прикрывать. Мало ли что...

— Но как я тебя прикрою? Оттуда далеко до них.

— Да там всего лишь метров тридцать. Говорю же, у тебя хороший арбалет, мощный, хорошо бьёт. Стреляешь ты пока неуверенно, но неплохо. А это тебе не мелкие макаки на ветках, попасть проще. Но стреляй только в крайнем случае, если начнутся серьёзные дела. Я не вижу у них луков и винтовок, а всё остальное нам не страшно. Вряд ли это хорошие бойцы. Если полезут, или разберусь сам, или оторвусь и вернусь к тебе.

— Их всё-таки шестеро, — осторожно заметила Рыська. — Вдруг они захотят тебя убить, как только увидят? Вдруг все вместе накинутся, неожиданно?

— Я справлюсь, — уверенно ответил Грешник.

* * *

Несмотря на то, что все шестеро незнакомцев были увлечены неприятной работой, на появление Грешника они отреагировали в тот же миг, как только он показался. Побросали свои грязные дела, оставили почти вытащенную тушу тигра в приоткрытых воротах, торопливо сбились в кучу, уставились настороженно, сжимая в руках разнообразное оружие: два копья, из которых одно совсем примитивное, скорее всего, отобранное у вожака макак; короткая сабля; топор; шипастая булава; и вот уж экзотика — нунчаки.

Из всего, приготовленного в «его честь», Грешника больше всего напрягали копья. Не нравилось ему оружие, которым можно дотянуться издали. Этим оно в чём-то похоже на его гуань дао, а он его выбрал, в том числе, ради поражения на солидной дистанции. Всех оставшихся тоже надо контролировать, но именно этой парочке придётся уделить удвоенное внимание.

Но все это проносилось исключительно в голове, ведь, как и обещал Рыське, драться не намеревался. Внешне Грешник старался казаться если не воплощением миролюбия, то хотя бы не кровожадным отморозком, готовым в любой миг без предупреждения и каких-либо поводов обрушиться на этих людей, чтобы колоть их, рубить и резать. Гуань сжимал в руке расслабленно, но так, чтобы при нужде без заминки пустить его в ход. И удерживал при этом на лице маску полнейшего спокойствия. Это давалось труднее всего, потому что чем ближе подходил, тем больше хотелось зажать нос и рот, после чего броситься отсюда прочь.

Смердело так, что это ощущалось даже если задерживать дыхание. В прошлый раз, скрываясь в доме, где долго провисел самоубийца, не получил и десятой доли того, что сейчас навалилось.

Приблизившись на полдесятка шагов, остановился, обвёл всех шестерых спокойным взглядом, и расслаблено-небрежно бросил:

— День добрый.

Несколько секунд тишины, и, наконец, обладатель короткой сабли нехотя ответил:

— Не такой уж он и добрый. Чего тебе здесь надо?

— Да так, почти ничего. Просто шёл мимо, решил заглянуть на свой склад дохлых обезьян. Смотрю, а тут какие-то люди на моё добро нацелились.

— С какого это оно твоё?! — вскинулся один из копейщиков.

— Таков закон джунглей, — всё так же спокойно ответил Грешник. — Кто убил, того и туша. Нет, ребята, не напрягайтесь, я не в претензии. Понимаю, это выглядело, как бесхозное добро, сам бы мимо не прошёл. И вообще не собирался сюда возвращаться. Не люблю такую работу. У меня не было времени обработать мясо, пока свежее, а сейчас здесь атмосфера не очень. Но дело в том, что как бы эта падаль не воняла, изначально она всё равно моя. Раз вы взяли чужое, не спросив, возникает нехороший момент. С этим надо что-то делать. Можно по-плохому решить, можно по-хорошему. Вам как интереснее: дружить с таким охотником, как я, или наоборот?

— Эти обезьяны наши, — буркнул тип с саблей. — Ты проходил мимо, вот и дальше проходи. Не надо сказки рассказывать, что этих макак сам убил.

— А придётся рассказать, — всё так же спокойно стоял на своём Грешник. — Могу, для начала, точно сказать, сколько именно здесь обезьян. Сколько простых, сколько лидеров. Могу сообщения на телефоне показать. Могу сказать, от чего подох тот тигр, и где вы нашли его тушу. Ещё могу сказать, что наверху, на чердаке, труп лежит. Здесь всё доказывается очень просто. Хорошенько подумайте: вы точно хотите поссориться с тем, кто завалил такого зверюгу и столько обезьян? Или хотите разойтись нормально? Повторяю, я на вас не в претензии. И мне не нужны все эти кости, достаточно моей доли. Всё остальное вам. Заработали. Делим по справедливости и расходимся.

Грешник отчётливо разглядел страх, промелькнувший в глазах одного из копейщиков и обладателя булавы. Должно быть отчётливо осознали, что с тем, кто одержал такую победу, ссориться не следует.

Однако у лидера шестёрки голова работала не настолько быстро. Нервно крутанув саблю, неприязненно заявил:

— Да ты уже достал. Не слышал, что сказано? Шагай мимо. Иди и не останавливайся. Если это твои обезьяны, надо сразу их разделывать, а не бросать где попало. Брошенное добро уже не твоё, оно ничейное. Кто нашёл, тот и разделывает. Мы нашли, мы разделали, теперь это наше. Так что вали отсюда в темпе, если не хочешь проблем с Лордом. Давай-давай, вали.

— С Лордом? — нехорошо напрягся Грешник, услышав прозвище человека, с которым он не знаком, но при этом ненавидит. — Только не говорите мне, что вы из Бойни. Хотя... в гнилье копаться, это ведь как раз занятие для шестёрок Лорда.

— Да это ты шестёрка, а не мы. Сказано тебе, проблемы с ним будут. Вали отсюда, если жить не надоело.

Грешник мог рассказать, что у него с Бойней и так проблем выше крыши. Одной меньше, одной больше — разницы нет. Но в этот момент одновременно случились два события. Лидер неестественно расслабил руку, сабля в его ладони свесилась дерганым движением, выдающим нервную дрожь, при этом глаза над маской нехорошо сузились. Это походило на подаваемый кому-то знак.

И в тот же миг послышался крик Рыськи:

— Сзади!

Что происходит сзади, и происходит ли вообще, Грешник разбираться не стал. Даже не попытавшись обернуться, он рванул было влево, и тут же бросил тело в противоположную сторону, нехитрым образом сбивая прицел вероятного стрелка, или обманывая возможного владельца удавки, уже примеряющегося накинуть петлю на шею.

Позади гулко грохнуло. Такой выстрел Грешнику здесь до сих пор слышать не доводилось. Больше всего это напоминало работу дробовика. Совершенно не похоже на малокалиберную винтовку или однозарядный пистолет, коих здесь по рукам немало ходят.

Выстрел не оглушил, позволил расслышать характерный шум пролёта заряда где-то слева, и постукивание дроби или картечи, прилетающей в цель. Один из копейщиков, — тот, который подавал голос, закричал, отшатываясь и хватаясь свободной рукой за грудь. Похоже, пострадал от «дружественного огня».

И это прекрасно — одним меньше.

Но что дальше? Броситься к Рыське — не вариант. Придётся пересечь открытое пространство, где стрелок, засевший где-то сзади, запросто исправит свою ошибку. Укрыться можно только за домом, но для этого придётся прорываться через строй оставшихся противников.

Ну, раз надо, значит прорвётся.

Грешник, продолжая двигаться в том же направлении, не стал замахиваться гуанем. Просто выставил его в сторону противников, опустив пониже. Острейшее лезвие тут же прошлось по обеим голеням владельца топора и задело колено парня с булавой, неловко пытавшегося отскочить. Остальные оказались проворнее, больше никого зацепить не удалось.

А Грешник, всем своим видом демонстрируя неистовое желание продолжать улепётывать в том же направлении, остановился столь резко, что из-под подошв взметнулись мелкие камешки и комки земли.

И тут же от души крутанул гуанем, выбрасывая его на всю длину рук.

Отскакивать от длинного древкового оружия надо уметь. Непострадавший копейщик не умел, он двигался предсказуемо-прямолинейно, и вместо того, чтобы хотя бы попытаться увернуться, в ужасе заорал, уставившись на приближающуюся сталь. Только и успел, что вскинуть руку, в отчаянной надежде прикрыться от смерти ладонью.

Крик его тут же захлебнулся в крови. Увесистое лезвие разбросало срезанные пальцы и разрубило шею столь жестоко, что едва не отделило голову от тела.

Грешник, оказавшись на фланге рассыпающегося вражеского построения, угрожающе крутанул гуань, рванув назад с таким расчётом, чтобы оббежать кучку противников. Пускай они останутся на одной линии со стрелком. Может у того, наконец, проснётся головной мозг, и он не станет отрабатывать по цели, прикрытой товарищами.

Двигался Грешник быстро и продуманно, а вот враги — наоборот. Потому вместо того, чтобы разорвать дистанцию, а лучше вообще разбежаться в стороны, открывая стрелку с дробовиком пространство для работы, они, перестав пятиться, попытались организовать отпор. Тем более лидер, не переставая, надрывал голос. Костерил подчинённых последними словами, требуя немедленно порвать Грешника на куски, пока он сам их не порвал за феерическую тупость. Этих призывов, наконец, хватило на то, чтобы оружие не просто сжимали с угрожающим видом, а начали его направлять в правильную сторону и даже делать телодвижения, похожие на зачатки атакующих выпадов.

Именно во время такого телодвижения владелец нунчак замахнулся столь неудачно, что неслабо заехал себе по лицу, истошно при этом заорав. Вопль его спровоцировал нервную реакцию у остальных, заставив некоторых обернуться на его источник.

В том числе головой повёл лидер, осёкшись при этом на очередном ругательстве.

Грешник, воспользовавшись моментом, перестал устраивать ложные замахи и резко шагнул в длинном выпаде, дотянувшись до груди главаря, повернув при этом плоский наконечник горизонтально, чтобы меж рёбер проскочил. Металл глубоко погрузился в тело, чтобы тут же выскочить, оставив широченную рану, брызнувшую кровью.

Лидер попятился, с трудом удерживаясь на подгибающихся ногах, а Грешник, вместо того, чтобы додавить поредевший строй противника, метнулся дальше, под защиту дома, перехватывая гуань под самым наконечником. Он ведь не забыл, что в кустах у шайки в прикрытии засел стрелок с дробовиком. Один раз тот уже пальнул необдуманно, накрыв своего, так кто мешает ему повторить такое ещё раз.

За укрытием Грешник задерживаться не стал. Проскочил мимо, скользнув в заросли, помчался по ним, почти непрерывно постукивая за собой древком гуаня по ветвям и стеблям, чтобы с другой стороны открытого вокруг дома пространства видели, что он не просто отступил в лес, он по нему пытается добраться до позиции стрелка.

С понятными намерениями.

Нервы противника не выдержали. Ещё один бабах, шелест картечи, сбитые позади ветки и листва. Стреляли на движение растительности, не видя цели, непрофессионально. Не задели, щит остался висеть в готовности прикрыть от одной атаки. А Грешник, проскакивая между кустами, успел разглядеть, как на другой стороне поляны расплывается дымное облако. И это непохоже на выстрел из обычного дробовика стандартным патроном. Больше напоминает фильмы про сражения тех эпох, когда использовался чёрный порох. Плюс в просвете промелькнула человеческая фигура. И, судя по движениям, которые она совершала, производится перезарядка чего-то куда более древнего, чем современная двустволка.

Грешник помчался уже не пытаясь скрываться — напрямик через поляну. Расстояние всего ничего, бегает он быстро, и трёх секунд не прошло, как пересёк открытое пространство. Проломился через кусты, и вот он голубчик, в паре шагов сгорбатился, торопливо забивая стальной прут в куцый ствол неказистой пародии на ружьё.

Стрелок скосил взгляд. Глаза его застыли, переполняясь ужасом, но руки при этом продолжали работать вслепую.

Выпад.

Сильнейший удар широченным наконечником в основание шеи.

Оседающее тело.

Возникшие из ниоткуда контейнеры.

Готово.

Беглый взгляд на оружие, упавшее возле агонизирующего стрелка. Из доски небрежно выструган угловатый приклад с кургузым ложем, на котором множеством витков железной проволоки примотан короткий обрезок стальной трубы. В основании располагается странный механизм с проводами и прикрученным сбоку аккумулятором. Такими мобильники подзаряжают. Выглядит, будто несуразное изделие эпохи апокалипсиса, где остатки передовых технологий переплетаются со средневековыми изделиями. Но учитывая, что ни у бандитов из Бойни, ни у Сяо и Беса такие вещицы не замечены, скорее всего, это просто самоделка из доступных материалов. Судя по всему — несложное устройство для электрического воспламенения пороха соединили с подобием мушкета. Получился неказистый на вид дульнозарядный дробовик, где искра получается передовым способом, а не примитивным ударом кремня по металлу.

Да и не только внешний вид можно записать в недостатки. Эдакий детский самопал с электрозажигалкой, заряжаемый через дуло, куда последовательно засыпается порох, забиваются пыж и пуля, или картечь. Скорострельность у такой системы оставляет желать лучшего, потому на противника Грешник бросился смело, заметив, что стрелок не затвор дергает, и не переламывает оружие, а работает в стиле средневековых мушкетёров.

Зато, судя по толщине ствола и тому, что видели глаза, заряд в этой дуре солидный. Вон как тому копейщику прилетело. Свалился замертво, только и успел, что вскрикнуть да за грудь схватиться.

А ещё в прикладе самоделки глубоко засел арбалетный болт. Оказывается, Рыська не только кричала, она попыталась достать стрелка, причём почти успешно. И это с учётом того, что работать девушке пришлось через заросли, из неудобного для поражения этой позиции места.

Или повезло, или у спутницы открылся полезнейший талант. Нельзя случившееся объяснять лишь цифрой ранга навыка.

К тому же цифра эта, пока что — всего ничего.

Всё это пришлось анализировать уже на бегу, ведь враги ещё не закончились. Парочка со слегка повреждёнными в начале схватки ногами, да третий, сам себе заехавший в лицо.

Что-то подсказывало, — бой с ними не затянется надолго.

И результат его очевиден.

Но Грешник ошибся, воевать не пришлось. Выскочив из зарослей, он увидел лишь одного, — того самого, себя стукнувшего. Причём удар прошёл не безобидно. Вояка присел на корточки, из-под ладони, прижатой к глазу, струиться кровь, вторая рука повисла бессильно, но продолжает сжимать предательское оружие.

А парочки раненых в ноги не видать. Ну да, не так сильно их зацепило, да и мозги не повредило, думать способны. Поняли, что ловить здесь нечего и свалили, не попрощавшись. Скорее всего, подались в заросли на другой стороне дороги. Там лес до самого города тянется, есть куда бежать.

Или хромать, если вспомнить то, что случилось с их нижними конечностями.

Приблизившись к последнему противнику, Грешник подавил неистовое желание жесточайше отколошматить его ногами и древком гуаня. Сделал несколько глубоких вдохов, гася ярость, оценил количество контейнеров, разбросанных вокруг трёх неподвижных тел, после чего ледяным голосом проговорил:

— Ну и зачем это вам? Я ведь не собирался никого трогать. Я просто хотел получить своё. Это справедливо. Да пошли вы меня подальше, я бы развернулся и пошёл. Вонючие кости не стоят того, чтобы за них умирать. Я вижу, вы не все кастовые, есть и корм. Я вообще вас не понимаю. Вот зачем вы на меня полезли?! Смысл?!

Раненый, не поднимая голову, затрясся, срывающимся голосом пролепетал:

— Это не я, это всё Норик. Норику говори. Я не хотел. Я честно не хотел. Не надо, пожалуйста...

Покосившись на тело лидера, Грешник предположил, что Норик это он, или стрелок, охранявший процесс сбора костей и прочего добра. Что так, что так разницы нет, ничего с них уже не спросишь.

Ну а с этого можно.

— Как вы разделываете туши? Что пишите на контейнерах? Что надо с ними укладывать?

— Да ничего не надо, — затараторил пленник. — Совсем ничего. Набиваешь в контейнер всякое мясо с костями, так и пишешь на нём: «Разделка». Когда разваливается, забираешь, что получится. У Глызи навык был, с ним больше ресурсов могло выпадать. Глызя писал, а мы контейнеры набивали. Давай разойдёмся, а? Это ведь всё Норик, я тебя не трогал.

— Сколько вас?

— В каком смысле сколько? Я не понял?

— В вашей шайке сколько людей?

— У нас не шайка, мы просто... у нас... ну, в смысле, у нас...

— Я задал вопрос и жду ответ, — с нажимом высказался Грешник, чуть отводя в сторону гуань.

— Спокойнее-спокойнее! — пуще прежнего перепугался допрашиваемый. — Я же всё тебе говорю, не напрягайся. Нас семеро... В смысле семеро было. Мы никого не трогали, мы тут обезьян гоняли по лесу, а потом случайно нашли этот дом. Мы не знали, что эти обезьяны твои, тут не было никого, только эта падаль и вороны. Слушай, я ведь честно тебе всё говорю. Мы просто охотимся на варанов и обезьян. Мы случайно вышли к этому дому, мы не знали, что хозяин есть. Давай просто разойдёмся? Не убивай, пожалуйста, только не убивай!

Грешник не считал себя добрейшим человеком, но и кровь по любому поводу проливать — это не для него. Ситуация, когда хочется получить немного костей и новую информацию о мире, а вместо этого появляются четыре мертвеца и тройка раненых, смотрится дико.

Зачем вообще к ним полез? Вот дались же ему эти ребята, ведь мог бы спокойно мимо пройти. Увеличивать количество жертв любознательности и жадности нет ни малейшего желания.

Да и паренёк явно не боец, плюс сам себя уже наказал. И, как источник сведений, — почти ничего не стоит. Вот-вот в истерику впадёт, сам себя уже похоронил, не верит, что его отпустят, начал лепетать что-то совсем уж бессвязное. Так и тронуться от страха недолго. Ничего хорошего в таком допросе нет.

Грешник вздохнул, опустил гуань и скомандовал:

— Вали отсюда… Брюс Ли хренов. В темпе вали. Только нунчаки оставь. Тебе же лучше, второй глаз целее будет.

Глава 9 Река и знакомые лица

Глава 9

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локации Тсот Кхалунг, Рудоуправление Кункхэн, Северный Тсот Кхалунг.

Река и знакомые лица

Все дела желательно делать вовремя, а не затягивать с ними. Но для некоторых занятий это правило работает особенно жёстко.

Например, если ты удачно поохотился, туши следует обработать немедленно, а не спустя пару дней. Даже в холодном климате такая заминка чревата негативными последствиями, а уж в тропиках столкнуться с ними придётся неизбежно.

И быстро.

Грешнику пришлось сильно пожалеть о том, что он не догадался заняться макаками своевременно. Но когда дело дошло до тигра, пожалел втрое сильнее. Ведь его тушу не запихать ни в один контейнер, даже если отрубить конечности и голову. Пришлось расчленять на фрагменты, и когда вскрылась требуха, вонь повалила такая, что глаза заслезились, а смоченная трофейным одеколоном повязка перестала помогать.

Что есть она, что нет.

Неимоверными усилиями воли удалось сдержать порыв завязать с этим делом.

Следует сказать «спасибо» предшественникам. Да, они нехорошие люди, повели себя неправильно, попытались в спину пристрелить. Зато перед этим успели обработать большую часть макак.

И заехавшему себе в глаз спасибо, не напутал с методикой обработки. Контейнеров после осады дома раскидано множество, плюс из убитых участников выпали ещё несколько. В придачу над тушами изрядно поработало вороньё и прочие любители падали, объём сократился, получилось большую часть поместить.

Непонятно, по каким критериям осуществлялась обработка. Из внешне неотличимых друг от дружки туш могло получиться от одной до трёх костей. Причём все они только одного размера и вида — простые. Серовато-белые, будто второсортный фарфор, и абсолютно чистенькие. Наверное, даже стерильные и ничем не пахнущие, но оценить это в зловонной атмосфере проблематично.

Изредка выпадали зубы макак. Заметил это Грешник случайно: они слишком мелкие, терялись среди перекрученных обломков. Попытался увеличить шанс их выпадения, очищая челюсти от мяса и засыпая содержимое в самые мелкие контейнеры. Но, увы, даже так могло ничего не получиться, или один-два. А простые клыки, не прошедшие обработку, предметами испытания не считались, следовательно, собирать их нет смысла.

Кое-что новенькое досталось только из тигра, кое-как оправдав возню с его смрадной тушей. Из него получилось всего лишь шесть костей, зато описание в телефоне назвало их не простыми, а хорошими. Плюс два когтя и один клык, такого же качества, а не простой, как у макак.

На глаз оценив количество собранных потрохов, Грешник насчитал приблизительно три сотни костей и почти полсотни зубов. По последним он цену не вспомнил, а первые Сяо продавал за пять монет и скупал, вроде бы, по две. Так что минимум шестьсот можно получить, а это неплохие деньги. Даже семёрка слабых участников не сумела пройти мимо такого соблазна, занялась неприятной работой.

За что и пострадали, потому что лидеру делить найденное с посторонним одиночкой не захотелось.

По всем признакам, семёрка действительно слабая. Дело тут не в никчемных боевых качествах, а в оружии, содержимом рюкзаков, сумок и карманов. Ничего особо ценного не нашлось: немного знаков и символов, всякая дешёвая дребедень и полный хлам. Если сбагрить всё, вряд ли Сяо даст за такое убожество больше полусотни монет. Даже единственная выпавшая книга навыка не порадовала. Да, метательных звёздочек у Грешника до этого не было, но базовое умение не выглядит сокровищем, у того же торговца или у Беса можно приобрести классом повыше.

Вот только зачем оно надо? Оружие сомнительной эффективности. Только на продажу.

Самодельное ружьё продать не получится, потому что к предметам испытания оно не относится. Действительно создано на коленке кем-то не очень криворуким, но далеко не гениальным ремесленником. Глядя на неказистое изделие, не верится, что оно способно выстрелить.

Однако это у него получилось, причём, минимум два раза. И один из них даже успешно. Да, успех спорный, союзнику пару картечин в грудь вбило, но зато поразило смертельно, на том же месте умер, моментально отмучался. Не уйди тогда Грешник с линии огня, мог заработать проблемы, или тоже остаться здесь гнить, прилети подарочек в шею, не прикрытую ни бронежилетом, ни мотоциклетным шлемом. Но это, конечно, могло сработать лишь в том случае, если перед выстрелом кто-нибудь успел снять отражающий щит удачной атакой.

Как он и предполагал изначально, в основании заклёпанного с одной стороны ствола высверлено отверстие под электрический воспламенитель. Батарея мощная, должно хватать на несколько выстрелов, а вот сама система вызывает сомнения. Вряд ли она способна выдержать долгую эксплуатацию, может с самого начать давать осечки, или даже развалиться в любой момент из-за перегрузок при отдаче и небрежной сборки.

В поясной сумке «мушкетёра» нашлись пороховые заряды, расфасованные по аптекарским пузырькам. Достаточно сорвать крышку, и можно высыпать содержимое в дуло, не заботясь о точности навески. Там же хранились пыжи и бумажные свёрточки с картечью. В каждом двенадцать неровных шариков, грубо скатанных из мягкого свинца. Хватай и в ствол отправляй, придавив напоследок ещё одним пыжом, чтобы не высыпались.

Происхождение пороха открылось при осмотре рюкзака. В его кармашке обнаружилась пластиковая коробка с петардами. Разорвав оболочку одной из них, Грешник увидел, что снаряжена она порошком, выглядевшим точь-в-точь как тот, что засыпан в пузырьки.

Сомнительно, что это хороший вариант под огнестрельное оружие. Всё же у петард предназначение несколько иное. Однако свою задачу этот порох выполнял. В этом можно убедиться, посмотрев на угодившего под выстрел. Как минимум одна картечина достала до сердца, сильно его повредив. И это притом, что позиция «мушкетёра» располагалась более чем в сорока шагах. Да, Грешник на такой дистанции из лука по человеку не промахнётся, но вот точно и «на убой» поразить в уязвимое место — это уже лотерея.

Ружьё не понравилось. Тяжёлое, ненадёжное, шумное. Таскаться с такой «каракатицей» — это грыжу и прочие неприятности наживать. Но осмотру необычного трофея и содержимого рюкзака стрелка Грешник уделил повышенное внимание.

Потому что в голове зародились кое-какие мысли. И проверить их можно только в одном месте.

В торговой зоне.

* * *

— Друг, от тебя невоспитанным человеком попахивает, — поморщился Бес.

Грешник подавил желание сообщить торгашу, что его серые друзья где-то под Тамбовом доедают в овраге коня. Да и высказывание о запахе тоже следует проигнорировать, ибо, как ни печально признать, оно правдиво. Смрад разложения намертво въелся в одежду и кожу, нестерпимо тянуло как можно быстрее оказаться у реки и попытаться смыть с себя эту мерзость.

— Тебе кости нужны? — выдавил из себя, ставя перед Бесом туго набитый рюкзак, обвешанный контейнерами.

Уставившись на предложенное так, будто уже считает его своей собственностью, торговец уточнил:

— И про какие кости ты мне тут разговариваешь?

— Про те, которые из макак.

— Из макак? Так ты решил мне рассказать за простые кости?

— Да, простые кости, — подтвердил Грешник.

— Так и надо выражаться, а не усложнять мне жизнь. Таки возьми свои глаза и посмотри вокруг. Тут тебе не школа с зоологией, тут всё равно из кого товар достался. Всё, что прошло через контейнеры, становится одинаковым. Хоть макака, хоть варан, хоть гак. Качество может отличаться, это я признаю. Чем сильнее погубленное тобой живое создание, тем больше денег получается за то, что из него можно мне принести.

— Так что там насчёт костей? — вернулся к вопросу Грешник.

Глядя на рюкзак уже без интереса, Бес покачал головой:

— Для тебя я почти на преступлении готов пойти, но не надо меня так сильно напрягать. Таки пойми, тут по рецептам мало что делаются. Нету хороших рецептов. Только мусор или не очень красивое. Вот зачем делать мусор, если его и так везде много? Вот и не делают. Может дальше будут хорошие рецепты, а сейчас их совсем нет. И костей таких везде много. Кризис перепроизводства, такие вот дела. Никуда я их не пристрою, только седому деду сдавать. И зачем мне это надо, если ты и сам хорошо их сдать можешь? Тем более, у тебя с ним скидка, может что-то добавит. Попробуй сделать бизнес с ним.

— А хорошие кости нужны? Я о качестве.

— Много? — вновь заинтересовался Бес. — Из кого вытащил?

— Немного. И какая тебе разница, из кого? Сам говорил, что тут не школа с зоологией.

— Красиво ты меня глупым назначил, — подчёркнуто-уважительно заявил торгаш. — Не умру я без такого знания, но таки интересно. Давай уже говори, или моё любопытство расстроится.

— Ужасающий тигр джунглей.

— Ну ничего себе, какие у нас тут сегодня новости говорят, — удивился Бес. — Грех, да я куплю эти кости, даже если они мне не нужны. Буду людям показывать, что у меня есть запчасти от самой злой кошки и делать при этом загадочные глаза.

— Так может тебе и зубы с когтями сгодятся?

— Показывай всё, что тебе для меня не жалко. И что жалко, тоже показывай. Ты такой человек, что от тебя мне всё интересно. И ты Грешник, может не знаешь, но за тебя тут деньги решили предлагать. Такие вот новости.

— Ты о чём?

— О том, что и Шерхан и Лорд очень на тебя огорчённые. Сам знаешь, что у вас отношения не семейные. И людям этих товарищей ты тоже не нравишься. Говорят, ты их убиваешь часто. Обиделись. Таки две тысячи уников за тебя дают, и двести знаков. Хорошие деньги.

— Да, хорошие, — согласился Грешник. — И почему ты меня не сдал?

По поводу последнего утверждения он был почти на все сто уверен, что Бес не устроил западню. Ведь не просто так пришёл на рудник, а после полутора часов наблюдения и разведки. Лишь убедившись, что в окрестностях не скрывается засада, рискнул выглянуть.

Так что, если торгаш не подал каким-либо образом сигнал сообщникам, ни о какой сдаче не может быть и речи. Ну а если сумел предупредить о появлении ценной добычи, Рыська, засевшая в зарослях на старом отвале, наблюдает за окрестностями при помощи амулета. Шансов остаться незамеченными у подкрадывающихся врагов немного. Местность лишь в отдельных направлениях располагает к скрытному продвижению, все эти лазейки Грешник хорошенечко изучил и потому почти не опасался, что его здесь зажмут с нескольких сторон.

Даже в городе это не смогли сделать всей толпой, а здесь держать столько народа не станут. Это ведь бессмысленно. Люди не москитов по зарослям должны кормить, а охотиться на тварей, ловить корм, охранять добычу, развиваться, расти по параметрам.

В этом мире подолгу сидеть на одном месте могут себе позволить только лидеры серьёзных шаек, да Бес и ему подобные. Бандитским вожакам рядовые головорезы прогресс обеспечивают, там всё просто. Ну а предприимчивые люди, способные продавать дороже, чем скупают, сумеют обеспечить себя знаками, символами и наборами полезных навыков, почти не выбираясь из безопасной зоны. Но так устроиться способны единицы, число вакансий ограничено, конкуренция среди торговцев только на старте невысокая.

Бес ответил не сразу. Посмотрел так, как на загаженный унитаз не смотрят, и медленно покачал головой:

— Уважаемый, вот что я только что услышал своими собственными ушами? Это как? В твоём языке совсем не осталось совести, чтобы такое тут высказывать? Ты таки не первый раз меня наблюдаешь. И где ты видел, чтобы я торговал живым товаром? Я тебе отвечу: нигде ты такое не видел, потому что такого здесь в продаже не бывает. Все знают, какие у меня товары. И все знают, что торгую я, как самый честный человек. Так что не надо на меня наговаривать, я таки личность ранимая, огорчиться могу. Показывай, что принёс и больше не делай мне глупые вопросы.

Всё, что досталось из макак, пришлось сбагрить Сяо. Пара монет за кость — деньги невеликие, но в сумме набежало прилично. Плюс трофеи из тигра Бес действительно забрал по чуть более интересной цене, чем предлагал старик. Вздыхал при этом печально, но взял всё. За оружие, добытое в бою, что тот, что другой, предлагали копейки. Спасибо, что Грешник это предвидел, догадался прихватить побольше вместительных контейнеров. С их помощью разобрал предметы на ресурсы, выручив за них на несколько монет больше, чем прижимистые скупщики предлагали за готовые предметы. Такая вот интересная аномалия цен здесь получилась, из-за чего ломать иногда выгоднее, чем «строить».

Набежавших за всё монет хватило, чтобы выкупить у Беса вещицу, о которой думал с той самой поры, как впервые увидел.

Но сначала пообщался на эту тему.

Ещё раз заглянул в телефон, в который раз изучая информацию по приглянувшемуся товару.

Предмет испытания.

Коричневый.

Экипировка. Тип: магическая. Класс: амулеты с действием «пассивное использование». Вид: малый амулет меткости.

Средний предмет.

Уровень: 1.

Ранг: обычные предметы (может вместить до 3 свойств (и 1 дополнительно, открывается при помощи расширителей)).

Артефактные свойства: +2 к меткости (свойство может расти с повышением уровня предмета).

Активированные свойства: нет (доступны 3 слота).

Привязка: нет.

Прочность: 183/183.

Атака: нет.

Защита: нет.

Создатель: Лестница Испытания.

Возможные ресурсы, получаемые при разрушении: 1-3 обычная руда, 1-2 магическая руда, 1-2 слитка серебра, 1 слиток платины, 1-2 рядовой кристалл, 1-2 простая соль, 1 душа существа, 1-2 души твари.

Внимание! Количество ресурсов может увеличиваться при изучении и развитии навыков, способствующих получению дополнительных ресурсов. Без них вы можете получать лишь минимальное количество (в случае удачного разрушения).

Краткое описание.

Непримечательный браслет. При назначении в экипировку добавляет единицу к величине суб-параметра меткость.

Краткая инструкция по использованию.

Активации не требуется. Требуется надеть предмет на руку (любую). Наличие других браслетов на этой и другой руке не помешает. Если лимит предметов с артефактными свойствами на этот момент ещё не исчерпан, браслет начнёт работать.

Внимание! Для использования малого амулета меткости требуются следующие параметры: ловкость — 1.

Уставившись на невзрачный стальной браслет, Грешник спросил:

— Если его надеть, я получу плюс два к меткости. Так ведь?

— Телефон говорит, что всё так, — подтвердил Бес.

— И как это работает?

— Точно тебе тут не расскажут, никто ещё ловкость до десяти не довёл.

— Почему именно десять нужно? — не понял Грешник. — Тут требуют не больше единички.

Бес вздохнул:

— Бедные твои учителя в школе. Трудно им было с тобой. Ты всё не так понимаешь. Как доведёшь свою ловкость до десяти, у тебя появится возможность выбрать один её суб-параметр. Их таки целый набор, смотри не делай ошибки, бери то, что тебе нужно, а не то, что нравится твоей тёще. Меткость — один из суб-параметров ловкости. Пока носишь на руке такую прекрасную вещь, считай, что уже открыл его и прокачал его до двойки. Но никто ещё не качал, а штуки такие, с меткостью, не валяются везде. Как работает, чего работает, не знает никто. Подожди, пока разберутся, тогда и спрашивай.

— И две единицы много дают? Неужели никто ничего не знает? Разве сам не пробовал выяснить?

— Я как любознательный человек, вынужден был попробовать, — признался Бес. — Видишь вон тот столб? Я кидаю в него двадцать камешков, попадаю три или четыре раза. Бывает пять, но нечасто такое. А с браслетом всегда попадаю пять или шесть. Несколько раз проверял.

— А если десять таких браслетов надеть? — резко заинтересовался Грешник.

— Уважаемый, у тебя ведь нет денег, чтобы купить столько много браслетов. И в продаже их тоже столько нет. Ты таки хочешь поговорить со мной о финансовой фантастике?

— Просто интересно.

— Для твоего интереса скажу, что десять их не надеть. Нулевой участник может навешать на себя четыре такие блестящие штуковины. На втором уровне сможет добавить к ним ещё две. И только на пятнадцатом ты станешь таким красивым, каким тебе захотелось.

— Понял, придётся качаться до пятнадцатого.

— Человек, вот куда ты так торопишься? Тише едешь, меньше должен. У меня такой браслет только один, и я тебе не скажу, где ещё девять искать, потому что сам такое не знаю. Так ты будешь покупать эту прекраснейшую вещь, или я зря говорил все эти умные слова?

— Беру.

— Ты мой самый лучший покупатель, — обрадовался Бес.

— Может скидку за такое устроишь? — закинул удочку Грешник.

Торговец закатил глаза:

— Я и так уже разорился вести с тобой честный бизнес. Побойся Ктулху, или кому ты там жертвы приносишь, после чего идёшь насиловать мои несчастные нервы.

— Ладно-ладно, держи свои сребреники.

* * *

Вот уже второй раз Грешник приходит к торговцу вместе с девушкой, и оба раза оставляет её в отдалении. Она не в обиде, прекрасно понимает, что это не покушение на её право свободного шопинга, а насущная необходимость. Никаких вопросов и претензий нет. Тем более, Рыське и от Сяо, и от Беса немало полезного перепало. Теперь она может и из арбалета стрелять, и ножом отмахиваться. Да, набор навыков скромный, но зато они не самые худшие по классам. Далеко не всякий привилегированный участник такими похвастает.

На этот раз Рыське к напряжению и скуке ожидания добавилось новое неудобство. Не успел Грешник отойти от торга, как обрушился дождь. Как это нередко случается в тропиках, заранее о себе он особо не предупреждал и начал не с отдельных редких капелек, а сразу во всю силу обрушился. На отвал пришлось взбираться по неудобной тропе, дабы не перебираться через скатывающиеся с вышины потоки.

Нашёл Рыську только благодаря карте, потому что уже в десяти шагах видимость отсутствовала. По-хорошему следовало вернуться и переждать непогоду под крышей одной из рудничных построек. Но и он, и она уже успели капитально вымокнуть, да и дождь не холодный, а оставаться возле самого опасного места в округе осторожный Грешник опасался.

Спасибо погоде, стремительно испортилась и так же быстро исправилась. Стоило дойти до слоновьей тропы, как природа будто выключателем щёлкнула, — дождь мгновенно прекратился. Лужи стояли, с ветвей капало, но это уже совсем не то.

Уже когда свернули в лес, Рыська впервые за время пути подала голос:

— Мы идём к Бактру?

Грешник только сейчас понял, что не посвятил спутницу в дальнейшие планы. И поспешил исправиться.

— Нам нужно добраться до того лагеря, о котором он говорил. Там пообщаемся с выжившей девушкой, может что-то хорошее расскажет. И к Бактру тоже надо заглянуть, он просил.

— Он говорил про бивни слонов, помнишь?

— Помню, — кивнул Грешник.

— Я тут подумала, что из них может тоже товары получатся. Они же вроде клыков, только огромных.

— Хорошая мысль. Надо Бактру сказать.

— Я думаю, он захочет пойти с нами, — сказала Рыська.

— Я тоже так думаю, — согласился Грешник. — Вариантов выбраться на север у него особо нет, а идти придётся. С нами лучший вариант, хотя тоже рискованно.

— Мне он не нравится. Ты видел, как он с Захой обращается? Будто она его собственность. Я за всё время ни разу слова от неё не слышала. Он будто из Средневековья вылез и гарем собирает. Смотрит на меня неприятно. Плохой взгляд.

— Он не обязан нам нравится, — сказал на это Грешник. — Насколько я понял, здесь люди со всего света собраны. Мы говорим на одном языке, но это не значит, что мы стали одинаковыми, культурные различия никуда не делись. Не знаю, какая у него страна и что за народ. Я думаю, что он араб. Но могу ошибаться. И, похоже, Заха если не его землячка, то где-то поблизости обитала, в похожих условиях. Что для него норма, то и для неё. Не жалуется. Они друг друга нашли. И нравится нам, как они живут, или не нравится, это не наше дело.

— Извини. Ты прав, это не наше дело, — тихо произнесла Рыська и повторила другими словами уже сказанное: — Но всё равно мне он не нравится. У него глаза нехорошие. Смотрит и смотрит.

— Ты ведь красотка, вот и прикидывает, как будешь смотреться в его гареме, — усмехнулся Грешник.

— Ну спасибо. Очень смешно.

— Согласен, шутник из меня не очень.

— Да нет, всё нормально. Просто меня напрягают его взгляды. Диковатый он какой-то. Слушай, давно хочется спросить. А почему Грешник? Извини, но ничего особо грешного пока что в тебе не вижу.

— Ну почему же. С теми парнями у дома я очень даже согрешил. Не надо было связываться. Странно, что ты спокойно отнеслась к тому, что там случилось.

— Да я почти всегда спокойная. А они первые полезли. Я же видела, ты ничего не делал, просто говорил перед этим. Тут место такое, тут или ты убиваешь, или тебя. Всё нормально. Так почему именно Грешник?

— Не знаю, почему. Мне надо было выбрать что-нибудь на букву «г». И предложили только два варианта. Первый звучал не очень. Производное от неприличного слова, обозначающего отходы жизнедеятельности. Пришлось стать Грешником.

— А почему именно на «г»?

— Да сам не знаю. Старт у меня был сложным. Я так понимаю, не такой, как у тебя.

— Ну да, у меня немного вариантов было, но уж точно не два. И буква конкретная не требовалась.

— Значит, вариантов много, но ты выбрала Рыську. Почему?

— Да сама не знаю. Прикольно звучало. И остальные варианты тоже не очень. Это лучшее.

— Стоп! — скомандовал Грешник. — Вон, посмотри, там обезьяна на дереве. Непуганая, не убегает повыше. Достань её. Пока не знаю, для чего нам дают баллы и карму, но у меня и того и другого уже много. Давай и ты зарабатывай. Заодно и потренируешься.

* * *

К лагерю браконьеров-старателей подходили по видным местам, стараясь при этом шуметь посильнее. И не торопились. Помнили про капканы и опасались других ловушек. Надеялись, что араб услышит, встретит, проведёт.

Кричать или звонить не пришлось: нехитрые уловки себя оправдали, Бактр сам впереди показался. Это добавило ему лишний плюс в глазах Грешника. Полезное качество, так внимательно следить за подходами к своему обиталищу.

Уже после заката вместе поужинали. Нахваливаемые Бактром нехитрые яства оказались ничем не примечательными, но вечер Грешник счёл неудачным по другой причине. Не хотелось признаваться Рыське, однако гостеприимный хозяин лагеря его тоже напрягал. Действительно нехороший взгляд, будто в человеческой шкуре скрывается дикий волк. И Заха явно не глухая, всё слышит, вон как шустро мечется по первому слову своего друга. Но при этом сама ни звука за всё время не издала.

Наверное, из-за этого ночью спал одним глазом. То и дело пробуждался, отключался после этого небыстро и неохотно. А под утро ещё и какая-то мелкая живность начала шуршать под самодельными гамаками. По звукам вроде не змея, но неприятно, тоже мешало отдыхать.

Утром проснулся с таким ощущением, будто вовсе не спал. Не сказать, что совсем уж разбитый, но до бодрости далековато. При такой жизни желательно хотя бы денёк выделить, чтобы хорошенечко отлежаться, но, увы, отдыхать некогда. В худшем случае, если ноги начнут едва переставляться, можно прибегнуть к стимуляторам, чем терять столько времени.

* * *

Доев остатки ужина, направились вверх по реке. Здесь действительно протягивалась тропа, причём удобная. Даже Бактр, нагрузившийся огромным обшарпанным рюкзаком, поверх которого навязал немаленький тюк с одеялами и ковриками, без задержек пробирался в самых узких местах.

Грешник, не удержавшись, сказал:

— Я готов отдать тебе книгу с навыком на дубины, если расскажешь, что ты набил в этот заплечный чемодан.

— Обойдусь, у меня есть этот навык, — невозмутимо ответил Бактр.

Интересные дела. Навык у него, оказывается, есть, а вот дубины нет. Разве что под одеждой её припрятал, но это вряд ли.

Хотя мало ли, ведь сама одежда такая, что под ней можно пару пулемётов скрыть. И как он тепловой удар до сих пор не заработал? Жара и влажность даже в самом легкомысленном тряпье житья не дают, а этот укутался, как бедуин, которого прямиком из родной пустыни забросили за Полярный круг. Обмотки на руках ещё можно простить, ведь у Грешника похожие, для защиты от тварей и ударов тетивы при выстрелах. Но грубое подобие бурнуса поверх рубахи с длинными рукавами и явно нелёгких штанов — явно лишнее. И этим не ограничивалось, он ещё кожаную куртку на себя накинул.

Как-то чересчур, да и выглядит такое сочетание нелепо.

Впрочем, — это не его дело. Бактр не маленький ребёнок, сам знает, что ему носить.

Река в очередной раз развернулась, сужаясь. Тропа прижалась к берегу, слева надвинулась почти вертикальная скала, пытавшаяся сомкнуться с такой же, вздымавшейся по другую сторону от русла. Когда-то вода прорезала себе путь в камне, но расширить его не успела. В одном месте пришлось пробираться боком по краешку невысокого обрыва. Падать нежелательно, под ним хоть и невысоко, но из воды проглядывают камни, можно до переломов приложиться.

Через несколько шагов скала резко сошла на нет, деревья и кусты расступились, показалось открытое пространство, на котором располагался лагерь. Похож на тот, в котором обосновались Бактр и Заха, только хижины не хватает. Зато здесь навес больше размерами и сложнее устроен, прикрывает не только сверху, а и с двух сторон.

За столом под ним сидели три парня и девушка. Перед ними стояли пластиковые миски, в которых они увлечённо ковырялись ложками из того же материала.

В отличие от Бактра, эти люди не очень-то следили за безопасностью. На появление чужаков отреагировали лишь когда те вышли из зарослей. Обернулись недружно, уставились настороженно, но без хватания за оружие или попыток бегства.

А Грешник, разглядев лица, непроизвольно сжал древко гуаня покрепче, приблизился к навесу, недобро улыбнулся и многообещающим голосом заявил:

— Как тесен мир.

Глава 10 Ниже дамбы

Глава 10

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локации Северный Тсот и Рудоуправление Кункхэн.

Ниже дамбы

— Грешник, да ты пойми, я бы и шага оттуда не сделала, будь у тебя хоть один шанс. Но не было шанса, вообще не было. Да как ты не понимаешь, я была уверена, что это всё, тебе хана. Я ведь сразу не ушла только из-за Рыськи. Уговаривала её. Она как упёрлась, так с места и не сдвигалась. Ты же понимаешь, ей одной здесь не выжить. Я ведь не только о себе думала, я как лучше хотела, вот и тянула её за собой. Тебя бы тоже потянула, но смысл? Не было смысла. Да я глазам своим не верю. Видел бы ты себя тогда, когда мы уходили.

Не переставая сверлить Краску тем же нехорошим взглядом, Грешник без эмоций произнёс:

— Я познакомился с Рыськой получше, чем ты. И знаешь, сейчас я поставлю на неё, а не на тебя. Она только кажется слабой, а на самом деле легко выкарабкается там, где таким стервам, как ты, ловить нечего.

— Может ты и прав, — не стала спорить Краска, изо всех сил пытавшаяся примириться. — Но у меня тогда было другое мнение. Да и сейчас не верится, что она способна выжить в одиночку. В город сходить и вернуться с рюкзаками и контейнерами, это любому может повезти.

— Но ты не пошла, — сказал Грешник. — А она пошла. И принесла. А ты со своим уродом всё у нас забрали.

— Вот только не надо на нас наговаривать. Ей оставили телефон с браслетом и другие вещи. И бронежилет твой она могла забрать, после того как... Ну... ты понял...

— Конечно, оставили, — признал Грешник, но тут же добавил: — Когда она помешала вам его забрать.

— Да опять ты за своё... Да не очень-то мы и хотели его забирать. Я просто сказала, что мертвому бронежилет не нужен, а нам может пригодиться. Ладно, вижу, что переубедить не получится. Но, чёрт побери, хотя бы признай, что мы могли спокойно тебя добить и получить контейнер. Тебе ведь всё равно умирать, а нам польза. Но мы это не сделали. Да чёрт! Да заикнись о таком Шкаф, я бы его прибила! И это притом, что ты реально как труп выглядел. Не было сомнений, что тебе недолго осталось. И там нельзя было оставаться. Шкаф заметил каких-то людей на окраине, за той дорогой, с которой наши машины в канал упали. Опасное место.

— Где он, кстати? — без интереса, скорее для порядка, спросил Грешник.

Краска покачала головой:

— Его больше нет. Не выжил.

— Это с ним ты за озеро ходила?

— Откуда знаешь? — встрепенулась девушка. — А, ну да, тебе Бактр, конечно же, всё рассказал. Да, с ним. Зря нас туда понесло, там выжить нереально. Я сама не понимаю, как смогла выскочить. И скажу тебе честно, я завела мотор и удрала, как только добежала до лодки. Я никого не стала ждать. Можешь сказать, что тоже их бросила, но там некого было бросать. А если кто-то и оставался, я бы и его не вытащила, и сама бы там осталась. Пришлось резко уходить, ни секунды не ждать.

— Ну да, я уже понял, что уходить ты умеешь. Прям специалистка по стремительному уходу...

— Да пошёл ты! Я, между прочим...

Договорить девушка не успела. Один из трёх здешних мужчин, невысокий коренастый азиат лет тридцати, подошёл и вежливо произнёс:

— Краска, извини, пожалуйста, можно тебя ненадолго отвлечь? Хочу сказать несколько слов твоему другу.

— Я ей не друг, — угрюмо заявил Грешник.

— Валяй, Люэн, он твой, — сказала девушка и, развернувшись, направилась к реке.

Провожая её взглядом, Люэн покачал головой:

— Не знаю, что у тебя с ней, но если что-то не так, прости её, пожалуйста. Мы наслышаны про то, что происходило в городе. Ад. Как представлю, откуда она вырвалась. После такого у любой настроение хорошим не будет. Нервничает она, и...

— Так ты хочешь обсудить со мной её настроение? — невежливо перебил Грешник.

— Не совсем. Бактр сказал, что ты хочешь пройти на север по реке. Мы тоже пытались это сделать.

— Я в курсе.

— Но ты не знаешь детали. А мы знаем. Мы теперь поняли, как можно пройти к дамбе мимо крокодилов. В первый раз мы даже не дошли до неё, они сразу загнали нас, прижали к скалам, поэтому мы потеряли троих. Чудом все там не остались. Потом мы нашли другой путь. Там можно пройти поверху, чтобы не нарываться на нижнюю стаю. А наверху можно попробовать добраться до лодки, на которой приплыла Краска.

— Лодка на ходу? — заинтересовался Грешник.

— Наверное. Бензин в баке есть, но мы не знаем, сколько. Можно принести ещё, слить в бутылки из разбитого пикапа. Он здесь недалеко, под дорогой лежит, в кусты свалился. Краска знает, как с лодкой обращаться, говорит, что заведёт быстро. И говорит, борта там высокие, крокодилы вряд ли залезут. Надо только придумать, как до неё добраться раньше, чем они доберутся до нас.

Грешник покачал головой:

— Я могу взять вас с собой. Но без Краски.

Люэн уставился напряжённо:

— Никто из нас не умеет обращаться с лодкой.

— Я разберусь, — уверенно заявил Грешник.

— Хорошо, допустим, ты это сумеешь. Но ведь ты там никогда не был. Никто из нас не знает дальний край озера. Краска знает. Она говорила, что там всё в заливах и островах. Как лабиринт. Им очень повезло найти реку быстро. Не знаю, какая кошка между вами пробежала, но Краска нам пригодится. И я скажу тебе, что она надёжная и полезная. Она очень нас выручила уже два раза. Первый раз, когда мы только встретились, второй раз вчера. Если бы не она, я бы с тобой сейчас не разговаривал. У тебя есть сила, у неё есть знание. Для всех будет лучше, если ты забудешь о вражде. Хотя бы временно.

Грешнику затея тащить за собой ту, которая ограбила его и бросила умирать, не нравилась. Но он ценил информацию, а у Люэня и Краски она была. Плюс тащиться в такое место вдвоём с Рыськой, это повышенный риск не выполнить обещание, данное спутнице.

Ему действительно нужны эти люди. И как бы он кое-кого из них не любил, эмоциям придётся смириться.

Он не глупец, чтобы идти у них на поводу вопреки своим интересам.

— Ладно, допустим, мы пойдём вместе. В лодку все поместятся?

— Да, там большая лодка.

— А что у тебя за группа? Вы убивали кого-нибудь? Охотились? Откуда вы вообще взялись? Что из себя представляете?

— Вон тот чёрный паренёк, это Перч. Ты не смотри, что он худой и невысокий, он неплохо боксировал в колледже в лёгком весе. Кулаки у него, что надо, и книги на них искать не придётся. Ещё у него есть навык копья, выбили из большой макаки. Копье тоже есть, самодельное, но хорошее и преобразованное в оружие испытания. Вон тот громила, похожий на непричёсанного викинга, это Карт. Он попался кастовым в самом начале, немного посидел в загоне. Сбежал, когда там разборка началась. С тех пор он очень злой и хочет убивать людей. Убивать он умеет. Видишь нож у него на поясе? Он им не только с манго кожицу срезает, он спокойно человека выпотрошит. Пока у загона была суматоха, он забил кастового голыми руками. Из мертвеца выпала книга. Взял с него и навык, и сам нож. И ещё у него есть навык, про который я больше ни от кого не слышал. «Камни и подручные предметы» называется. Знаешь, что это?

Грешник покачал головой.

— Карт теперь может камнями кидаться, комками земли, отбиваться стульями. Да почти всем, что под руку попадётся, и руки ему при этом не парализует. Сам я людей здесь не трогал, зато много охотился на разных зверей. Вначале ногами забивал варанов у ручья, потом на обезьян в лесу переключился. Видишь мою дубину? Навык из макаки выбил, из лидера. Он меня даже покусать не смог. Парни, конечно, помогали, но баллов и кармы мне тогда больше всех начислили. Жаль, ты так поздно появился, не застал остальных. Они были хорошими людьми. Мы до сих пор в себя не пришли после того, как их потеряли.

— Соболезную, Люэнь. Значит, считая тебя: дубина, нож и копьё?

— Да, так, — кивнул азиат. — Ещё у Краски копьё и дубина.

Грешник хотел было сказать, что обзавелась она такими навыками благодаря тому, что ограбила его, воспользовавшись беспомощностью. Но промолчал.

Не тот момент, чтобы жаловаться на коварство девушки.

Да и бессмысленно.

Покачал головой:

— Твоя группа слишком слабая. Ни у кого нет дистанционного оружия. Копьё у Перча негодное. Зря ты его нахваливаешь. А у Краски просто палка заточенная, это даже копьём не назовешь.

— Да, — признал Люэнь очевидное. — Похоже, у нас нет шансов пройти по реке. Без тебя нет. Если пойдёшь туда без нас, мы это примем. Я даже объясню, как это сделать, чтобы не нарваться на нижнюю стаю.

— Что за нижняя стая?

— Мы так называем тех крокодилов, которые живут под плотиной, с этой стороны. Там вроде озера, в него через шлюз сбрасывается вода. Они от него далеко не отходят, если их не раздразнить.

— А если раздразнить? — задал Грешник новый вопрос.

— Они станут гнаться за тобой. Гнаться долго и быстро. Не видел, как вараны бегают? Крокодилы бегают быстрее. Убежать от них по ровной местности невозможно.

— Сколько их в этой стае?

— Точно не скажу. Может пятьдесят, может семьдесят. Они не только в озере, они бродят вдоль плотины. Будто охраняют. Там густые заросли, тяжело за ними наблюдать.

— Раз есть нижняя стая, значит, есть и верхняя? — предположил Грешник.

— Не совсем так. Верхней можно назвать всех крокодилов, которые за плотиной. И не спрашивай, сколько их. Там сотни. Или тысячи. Их очень много. Всё водохранилище за плотиной в этих тварях. Краска так говорила.

— Вы их убивать не пробовали?

— Одного убили. Заманили в ловушку и забили копьями. Шкура крепкая, одно копьё сломалось почти полностью, второе половину прочности потеряло. Нужно оружие покрепче и ловушки получше.

— А ты можешь подробно рассказать про то, как вы провоцировали того крокодила? Как заманивали? — попросил Грешник.

— Конечно, сейчас расскажу.

— И заодно расскажи про местность под плотиной. И про то, как обойти нижнюю стаю тоже расскажи. Меня всё интересует.

* * *

Вы убили антагониста: рядовая тварь.

Рядовая тварь: зубастый крокодил джунглей. Каста: нет. Уровень 6. Усиления: усиленная хватка челюстей, крепкая шкура, увеличенная защита от стихии воды, увеличенная выносливость, редкая злопамятность, задержка дыхания.

Получено 24 балла.

+139 к карме.

Зубастый крокодил джунглей вносится в ваш расширенный рейтинг.

Прочитав последнее сообщение, Грешник неспешно убрал телефон в карман разгрузки. Какой по счёту этот крокодил? Сорок второй? Сорок третий? Не первый раз уже сбивается, точную цифру сейчас можно узнать, только если прокрутить всю сегодняшнюю ленту сообщений.

А столько времени ему не дадут.

Посмотрел вниз и назад. И под решёткой бамбукового помоста, установленного над тропой, и за спиной кипела бурная деятельность. Порядок охоты отработан до мелочей, народ работает без заминок и ошибок. Контейнер уже отправился в общую кучу, тушу крокодила, подцепленную деревянным крюком, торопливо волокут дальше. Там её скинут на косу под береговым обрывом, к десяткам дохлых сородичей. И пока одни убивают и таскают, другие занимаются разделкой. Плотно набивают в опустевшие оранжевые чемоданчики зубы или даже обломки челюстей, куски шкур, небрежно очищенные от мяса кости. Всё по вместилищам не распихать, львиная доля добычи сгниёт здесь. Но то, что получится обработать, можно отнести к Сяо, обменять на монеты, а их, в свою очередь, потратить на предметы, которые усилят отряд, помогут пробраться через опасные места.

Плюс про содержимое контейнеров не стоит забывать. За час нижняя стая теряет десять-двенадцать особей. Когда с ней будет покончено, группа займётся уничтожением верхней. Там крокодилов на порядки больше, но и охота замедлится, потому что выманивать их придётся с увеличившейся дистанции. Увы, это место поближе к дамбе не перетащишь, а оборудовать новое — время потерять. Да и нет в той стороне настолько же благоприятных условий.

Львиная доля баллов и кармы начисляется Грешнику, как непосредственному убийце. Но эти цифры сейчас бесполезны. Ценится лишь то, что в контейнерах, а их содержимое несложно разделить, учитывая сильные и слабые стороны всех участников невеликого отряда. Кому-то уровень поднять, кому-то ранги навыков, кому-то выучить что-то новое, купленное у Сяо, или добытое самостоятельно. Плюс страничек немало выпадает, глядишь, что-нибудь из них получится.

— Грешник! — негромко крикнула Рыська, раскрыв очередной контейнер.

— Что?

— Тут кольцо с улучшением мелким. Единичку к силе добавляет. Полезное.

— Отличная новость, — не удержался он от улыбки.

Ценная добыча. И он оставит её Рыське. Этой девушке доверяет в разы больше, чем всем остальным вместе взятым.

Почти как себе.

Вдали послышался знакомый шум, в переплетении ветвей замелькала мускулистая фигура в узком чёрном топе. Грешник сжал зубы, отношение к Краске у него не поменялось. Но неприязнь не застилала глаза, он не мог не признать, что девушка действительно приносит пользу. Бегать она действительно умеет. Ловко увлекает за собой крокодилов с дальнего края дамбы, мчится перед ними, дразнит, но не подставляется. На короткой дистанции догнать её по пересечённой местности у них не получается. И в большинстве случаев приводит тварей поодиночке, что превращает охоту почти в развлечение.

Грешник привстал, перехватил гуань вертикально, лезвием вниз. Замер в ожидании.

Тропа под ним представляла собой узкое подобие коридора. Здесь от скалы отслоилась широченная плита, нависла над рекой, но не свалилась. И пробираться теперь приходится по возникшей между каменными стенами трещине. Помост над проходом соорудили без труда, а крокодилы, когда увлечены погоней, не обращают внимания на то, что творится над ними.

Фатальное ротозейство, потому что именно сверху прилетает смерть. Точности и силы у Грешника достаточно, чтобы раз за разом поражать тварей в основание головы. Их крепкая шкура против гуаня ничто, а мясо — тем более. В восьми случаях из десяти после удара наступает полный или частичный паралич, позволяющий спокойно добить добычу.

В остальных, если раненый крокодил успевает проскочить дальше, инициативу перехватывает Перч, вбивая добротно заточенные колья в податливое брюхо. Они считаются копьями, а навык на них у него есть. Караулит, укрываясь за бамбуковой решёткой, перекрывающей боковую трещину, где природа создала небольшую нишу, дно которой находится чуть ниже уровня тропы. Вот оттуда он и работает, весьма удобно атаковать снизу вверх.

Схема простая и сбоев пока что не давала. Даже когда Карт или Краска цепляют парочку рептилий, ничего страшного не случается, потому что перед позицией Перча тропу усеивают наклонённые колья, останавливающие тварей. Плюс в такой ситуации на подмогу сбегаются все остальные, перекрывая проход съемной решёткой. Приходится немного попотеть, но не сказать, что смертельно напрягаются.

Сейчас Грешник прикончит крокодила, преследующего Краску. И станет ждать следующего, которого от водослива тащит Карт. Тварей там почти не осталось, шансов на то, что снова увлечёт за собой сразу парочку, мало.

Но на всякий случай надо всегда готовиться к худшему.

* * *

— Я таки даже опасаюсь поинтересоваться. Это что же такого плохого тебе сделали крокодилы? И хочу на всякий случай извиниться перед тобой, чтобы не повторить их неприятную судьбу.

— За что извиняешься, Бес? Неужели за жмотство?

— Друг, я не понимаю, зачем просить прощения за свою лучшую черту характера? У меня для тебя ещё один браслет появился. Без меткости, с другим суб-параметром. Скорость интересует? Если интересует, мы таки можем сделать бизнес.

— Вообще-то интересует, но сейчас не очень, — ответил Грешник. — А бывают такие же, но с защитой или атакой?

— Бывают, но тебе их не продам. Нет такого товара, не приносят, себе оставляют, кому так сильно повезло. Может дальше это мусором станет, а сейчас даже одна цифра в такое дело, это многим интересно. Если сильно хочется, я таки лично для тебя придержу. Но это если появится. Заходи почаще.

Грешник покачал головой:

— Нет, я пас. Пора сваливать из этих краёв.

— И я тебя хорошо понимаю, — кивнул Бес. — Может мы ещё дела поделаем, но уже не здесь. Я как на север переберусь, сразу перебираться на новый ярус не стану. Таки до последнего собираюсь вести свой честный бизнес. Там, думаю, тоже удобные места есть. Обязательно должны быть. Те, кто это место придумали, таки хорошо понимают, что человеку в самую первую очередь нужны две вещи: воздух и торговля.

— Так ты тоже уходить собираешься? — уточнил Грешник.

— Все мы отсюда уйдём. Ты же сам такие вещи понимаешь. Но ты уходишь раньше, а я задержусь. Много дел, которые никак бросать нельзя. На мне тут всё держится.

— А огнестрельное оружие продаёшь?

— Таки для тебя есть немного. Но совсем без патронов, нет их ни у кого, или не хотят отдавать. Смотреть будешь?

Грешник покачал головой:

— Без патронов оно мне не нужно. А может кто-то ещё продаёт? Я бы дробовик купил, самый простой.

— Дробовик на старте никому не дают, — ответил Бес. — Я даже не слышал, чтобы их тут находили. Винтовки находят. Револьверы и пистолеты. Автоматы. Редкое дело, и патронов или нет при них, или совсем мало. То один, то два, то три. Это какая-то плохая шутка с огнестрелом, от него почти нет пользы. И с собой с яруса не заберёшь, если не сделать оружием испытания. А это таки дорого и ненадёжно.

— Патроны, получается, с яруса тоже не утащишь? — нахмурился Грешник.

— Почему не утащишь? Утащить можно.

— Как?

— Видел вот такую штуку? — Бес продемонстрировал маленький контейнер. На глаз немногим больше половинки блока сигарет. — Сколько сюда влезет, всё можно унести. Я про предметы, которые не для испытания. Револьвер можно засунуть, если небольшой. Держи такую штуку при себе, не забывай. Станешь выходить, клади то, что тебе надо. Так говорит инструкция у кастовых, и в неё надо верить.

— А если такой же с подпространством найти? — спросил Грешник.

Бес закатал глаза:

— Это мечта. Но не надо считать тех, кто это придумал, глупыми людьми. Так просто их не обмануть.

— Понял. Если переберёшься на север, и там попадётся дробовик с патронами, скинь мне сообщение, — попросил Грешник.

— Скину обязательно. И друг, ты таки делай свои дела осторожнее. У меня за тебя уже шесть раз сегодня интересовались. Полностью плешь проели невежливыми вопросами. Ты у нас такая знаменитая звезда, всем интересно. Я не спрашиваю, куда ты уходишь и как. Я говорю, что если ты решил уходить, просто иди и не возвращайся сюда. Я таки добрый человек, я не хочу, чтобы с моим лучшим клиентом случилась неприятная беда.

— Не вернусь, — пообещал Грешник, разворачиваясь.

* * *

Ваш уровень — 8 Прогресс — 12/450

ВАШИ ПАРАМЕТРЫ

Сила — 2 Прогресс — 0/300

Увеличивает на некоторый небольшой процент физическую силу, не сказываясь на внешности участника испытания. Пример: некий участник с нулевой силой может поднимать груз 50 килограмм. Увеличив силу на 1, при прочих равных условиях, сможет поднимать 51 килограмм.

Ловкость — 5 Прогресс — 0/600

Увеличивает на некоторый небольшой процент ловкость, не сказываясь на внешности участника испытания. Сложный комплексный параметр, улучшающий моторику, скорость совершение некоторых действий, реакцию и прочее.

Выносливость — 1 Прогресс — 0/200

Увеличивает выносливость, не сказываясь на внешности участника испытаний.

Восприятие — 5 Прогресс — 0/600

Улучшает разного рода взаимодействия с миром. 1 показатель дает 10 энергии тела.

Дух — 0 Прогресс — 0/100

Развивает магическое взаимодействие с миром. 1 показатель дает 5 единиц энергии духа.

ВАШИ СОСТОЯНИЯ

Физическая защита — 3 Прогресс — 0/400

Снижает физический урон. Условный пример: удар одинаковым ножом с одинаковой силой по некоему участнику с нулевой защитой в одно место может вонзить клинок на глубину 10 сантиметров, а с защитой 1 это будет уже 9,9 см.

Магическая защита — 0 Прогресс — 0/100

Снижает магический урон (работает аналогично вредоносному физическому действию).

Физическая атака — 4 Прогресс — 0/500

Увеличивает повреждения от ваших физических атак. Из примера с физической защитой: повышая физическую атаку, можно наносить ножом более глубокие удары при одинаковости всех прочих условий.

Магическая атака — 0 Прогресс — 0/100

Увеличивает повреждения от ваших магических атак (работает аналогично физической атаке).

ВАШИ НАВЫКИ

Лимит доступных для активированного состояния навыков — 9 (на текущем уровне рассчитывается, как ваш уровень +1)

Неактивные навыки: улучшенное парирование, меч, кастеты.

Активные навыки: дубины, лук, глефа, копье, нож, раритетное отражение, травничество, задержка дыхания.

Встроенные навыки (не входят в лимит активных навыков): рукопашный бой, картография.

Рукопашный бой — 7 Прогресс 0/200

Улучшает вашу способность сражаться без оружия.

Картография — 0 Прогресс 0/25

Увеличивает радиус обрисовки местности, улучшает детализацию, по мере развития может показывать местность за некоторыми преградами.

Базовые навыки

Копьё — 0 Прогресс 0/50

Открывает возможность применять в бою копья и приравненное к ним оружие. По мере роста усиливает урон, снижает усталость при долгой работе, скорость работы, комфортность и прочее.

Травничество — 0 Прогресс 0/50

Наделяет способностью находить и определять растения испытания. При повышении ранга навыка повышается процент успешных попыток сбора растительного сырья, увеличивается заметность растений испытания. При высоком ранге чаще будут выпадать два, три и более компонента вместо одного. В сочетании с навыком «сбор растительного сырья» работает эффективнее.

Дубины — 7 Прогресс 0/400

Открывает возможность применять в бою дубины и приравненное к ним оружие. По мере роста усиливает урон, снижает усталость при долгой работе, скорость работы, комфортность и прочее.

Простые навыки

Глефа — 3 Прогресс 0/400

Открывает возможность применять в бою глефы и приравненное к ним оружие. По мере роста усиливает урон, снижает усталость при долгой работе, скорость работы, комфортность и прочее.

Улучшенные навыки

Нож — 0 Прогресс 0/200

Открывает возможность применять в бою ножи и приравненное к ним оружие. По мере роста усиливает урон, снижает усталость при долгой работе, скорость работы, комфортность и прочее.

Лук — 3 Прогресс 0/800

Открывает возможность применять в бою луки. По мере роста усиливает урон, снижает усталость при долгой работе, скорость работы, комфортность и прочее.

Превосходные навыки

Нет

Великолепные навыки

Нет

Редкие навыки

Нет

Раритетные навыки

Раритетное отражение — 0 Прогресс 0/4000

Открывает возможность окружать себя невидимым щитом, полностью отражающим урон от одной атаки (на начальном ранге). При повышении ранга навыка снижаются расходы энергии тела, увеличивается эффективность. На начальном ранге доступна возможность поддержания на себе одновременно трёх щитов. При значительном повышении ранга можно поддерживать на себе всё больше и больше щитов, эффективно удерживая их до разряда в течение долгого времени. В таком случае потребуется несколько атак для их снятия.

Эпические навыки

Нет

Легендарные навыки

Нет

Идеальные навыки

Нет

ВАША КАСТА

Вы не принадлежите ни к одной из каст. Вы вне кастовой системы. Ваш статус — корм (мясо). Один раз в сутки вы обязаны давать о себе знать всем желающим на вас поохотиться. При этом на короткой дистанции возможно определение местоположение вашего устройства.

Ваша засчитанная карма — 0. Требуется кармы для повышения статуса до грязи (низшая каста) — 10 000 000

Накопленная карма

35844

Рейтинг

4124

Расширенный рейтинг

Невеликое количество существ, тварей и участников.

Статус

Огрызающаяся жертва. Начинающий охотник на охотников, начинающий истребитель дичи. Не самое плохое сырьё для развития привилегированных участников испытания.

Режим

Мирный (вы никого не атаковали в течение нескольких минут, и сами не подвергались атаке).

Лимит переносимого веса

Личный лимит: 250 малых предметов (или 50 средних, или 10 больших, или 5 огромных) и 12 контейнеров.

Прибавка от носимых вещей:

Базовый разгрузочный жилет: 50 малых предметов (или 10 средних, или 2 больших, или 1 огромный) и 1 контейнер.

Простой рюкзак: 100 малых предметов (или 20 средних, или 4 больших, или 2 огромных) и 2 контейнера.

Это самое длинное сообщение, которое мог по запросу предоставлять телефон. Хоть он сейчас показывал всего лишь сокращённое отображение цифровых показателей, всё равно «простыня» получилась немаленькая.

И чем больше Грешник развивался, тем длиннее она становилась. Прирастала новыми и новыми цифрами, навыками и лаконичными описаниями. В сравнении с тем, что он увидел в первое утро, оказавшись на отмели, разница очевидна как по объёму, так и по наполнению.

Охота на крокодилов — выгодное занятие, даже если истреблять их не в одиночку. Почти каждая тварь с несколькими усилениями, благодаря чему начисляются дополнительные знаки уровня и символы развития.

Вопрос распределения добычи изначально не поднимался. Грешник настолько превосходил всех прочих участников намечающегося похода, что это можно называть абсолютным подавлением. К тому же люди, уже хлебнувшие лиха с попытками пробиться на север, надеялись теперь только на него. Заяви он, что абсолютно вся добыча должна идти в его карман, не последовало бы ни единого возражения. Разве что вечно угрюмый Бактр мог покоситься нехорошо, но не более.

На начало охоты в отряде не было оружия для эффективного поражения крупных рептилий. Да и с руками под такое оружие дела обстояли худо. Именно гуань дао Грешника — это то, что позволило расправляться с крокодилами почти без риска.

Однако Грешнику голова дана не только для употребления пищевых продуктов. Он прекрасно понимал, что выступать в опасный поход в компании мало на что способных участников — скверная затея. Раз уж взялся, придётся приложить все усилия ради того, чтобы у них появился шанс преодолеть этот путь. Да и помощь от спутников лишней не будет, пусть даже они существенно ему уступают.

Горный барьер напрягал. Не зря эти вершины так расставлены, да и пример с группой Краски красноречив. Кто знает, какие опасности подстерегают там тех, кто стремятся на север?

Никто не знает, но предчувствия нехорошие.

Чем многочисленнее и сильнее отряд, тем выше шансы проскочить.

Знаки уровня все распределил. Нет смысла тратить их сейчас на себя. Это можно сделать разве что ради того, чтобы подняться до десятого, дабы получить возможность несколько раз за короткий срок использовать отражение. Но забрав всё себе, он оставит прочих спутников без прогресса, а это плохо.

С символами развития чуть попроще. Их после уничтожения нижней стаи и пары десятков крокодилов из верхней накопилось столько, что Грешник мог почти дважды выплатить за себя обещанное бандитами вознаграждение. Но ведь надо и другим приподнять параметры с навыками. Особенно Рыське, — единственной, кому доверял.

Девушку, в итоге, довёл до третьего уровня, закинув при этом по единичке на силу, ловкость, выносливость и физическую атаку. Из навыков у неё теперь активны арбалет, нож, копьё и дубина. И всё это оружие в наличии. Копьё, правда, совсем плохонькое — самоделка, обычный деревянный кол. Но сгодится, как дорожный посох. Здесь даже простая палка лишней не будет, ведь ею можно змей отгонять.

Всем, у кого не было такого навыка, Грешник приказал выучить копья в обязательном порядке. Даже Бактр не стал спорить, традиционно доказывая, что его кулаки лучше. Каждому понятно, что даже самая примитивная заточенная палка существенно повысит шансы на выживание при столкновении с крупным зверем.

Да и с мелким лишней не будет.

Вторым оружием кому-то достались дубинки, кому-то ножи, а Люэню, как второму лидеру — мачете. Оно проходило не как кинжалы и короткие ножи, книга называлась «тесаки». Навыки только базовые, самые дешёвые из имеющихся в продаже.

Метательное оружие никому не досталось. Да, хотелось бы его побольше, но это надо ещё день терять, истребляя крокодилов, а Грешник опасался здесь задерживаться.

И дело даже не в том, что срок существования яруса невелик. Слишком долго топтаться на месте, в которое уже столько народа уткнулось, это верный способ нарваться на неприятности. Рано или поздно сюда обязаны наведаться охотники за головами. Может поодиночке они Грешнику уступают, но большая группа уже заматеревших головорезов без труда его задавит количеством.

А уж о Рыське и прочих говорить нечего — лёгкая добыча.

Если собрать воедино все обрывки информации, полученные от участников испытания и добытые из трофейных телефонов, напрашивается нехорошее предположение. Похоже, Грешник и прочие безкастовые угодили в одно из самых паршивых мест. Здесь, на узкой полоске побережья, скопилось множество людей. Больших населенных пунктов раз-два и обчёлся, за их пределами почти нет источников хорошей воды, зато предостаточно агрессивной живности.

И самое неприятное — удобной дороги на север не видать, а в глаза бросается преграда — невысокий, но труднопреодолимый хребет, подступы к которому покрыты лесами с опасными обитателями. Пока у привилегированных участников хватало добычи в городках и посёлках у моря, их всё устраивало. Но поголовье гаков уже изрядно проредили, а уцелевшее мясо массово укрывается в джунглях. Плюс таймер отсчитал уже пять дней из пятнадцати, пора бы призадуматься о том, как отсюда выбираться.

Охотники за головами ремонтируют мост. Там их сейчас немалая толпа собралась, пешком мимо них проскочить трудновато, но реально. Также можно направиться на восток или запад, в места, где, возможно, нет столь серьёзных преград, мешающих уйти на север. Для Грешника и его группы — далековато. Им ведь своими ногами топать, а не на машинах кататься. Можно попробовать захватить транспорт, но нужно ли? Это лишний риск, и слишком заметный способ передвижения.

В общем, как ни крути, а надо сваливать отсюда, пока кастовые сами не занялись проверкой этого прохода. Он ведь издали заметен, будто пару зубов из далеко раскинувшейся клыкастой челюсти хребта выбили.

Напрашивается на то, чтобы его разведали.

Значит, тратить ещё один день на крокодилов нет смысла. Да — это весьма выгодное занятие, однако пора и честь знать. С рассветом отправятся к водохранилищу. И, похоже, придётся Грешнику там попотеть. Он — главная ударная сила отряда, если не сказать больше. И, увы, на себя не так много символов развития оставил. Хватило поднять выносливость и физическую защиту на единичку, да атаку на двойку. Из навыков лишь глефы довёл до третьего ранга.

Достаточно ли этого, чтобы пройти через ущелье?

Завтра узнает.

Глава 11 Рассадник крокодилов

Глава 11

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Водохранилище Кун Бэй.

Рассадник крокодилов

— Сзади! — истошно прокричал Перч.

Стараясь не потерять скорость, Грешник на миг обернулся. Позади полсотни метров ровного покрытия автостоянки, устроенной возле начала дамбы, впереди примерно столько же. Зачем здесь столько места для машин? Возможно, сюда туристов автобусами возили, фотографироваться на фоне озера да плавать на лодках по его водам. Или строители гидротехнического сооружения не знали, куда асфальт девать, вот и вбухали почти весь в одно место.

Глупые мысли для мира, где лишь внешне всё устроено так, как в нормальной жизни. Обмануться можно только с большого расстояния, когда не видишь человеческие останки и прочие нехорошие вещи.

А ещё эти мысли не только глупые, а и неуместные для обстоятельств, когда надо или драпать, или драться.

Сколько крокодилов вчера успели заманить сверху? Пятнадцать? Двадцать? Двадцать пять? Грешник точно сосчитать рептилий не догадался, его тогда куда больше волновало снижение эффективности охоты. Тварей приходилось приводить издали, а это лишнее время.

Серьёзно проредить верхнюю стаю не успели. Да и судя по тому, что видели глаза — это бессмысленно. Водохранилище, растянувшееся за дамбой, оказалось не просто большим, а колоссальным. Его дальний берег терялся в дымке, едва просматривался. Больше на морской залив похоже, чем на искусственное пресноводное озеро. Берега стиснуты нависшими скалами и столь сильно изрезаны, что вряд ли с дамбы можно разглядеть хотя бы половину площади водной глади.

В общем, крокодилам есть, где порезвиться. И два десятка убитых вчера тварей — это несерьёзно.

Несмотря на все предосторожности, одна из рептилий почти сразу заметила вереницу людей, крадущихся по гребню дамбы. Грешник не знал, как действуют обычные крокодилы, но у местных всегда одна тактика: торопливо бросаются к добыче, едва её завидят. Вот и этот выбрался из воды, ловко вскарабкался по крутому бетонированному склону и помчался за людьми с резвостью профессионального спринтера.

Рептилия рекордных габаритов — метра четыре с половиной, если глаза не обманывают. И приметная, из-за ленты синего пластика, намотавшейся на шею на манер неряшливого ошейника. Благодаря этой забавной черте тварь смотрелась курьезно, но тут не до смеха. Встречать громадную гадину на открытом пространстве не хочется. Лук, как показали вчерашние эксперименты, против этих созданий малоэффективен. Они почти все с усиленной защитой, что заключалось в повышенной прочности шкуры. Стрелы её пробивают с трудом и вонзаются в мясо неглубоко.

Грешник вчера вечером скупил у Беса и Сяо все усилители уровня предметов. Этого, в сочетании с добытыми на охоте, хватило, чтобы приподнять лук до тройки, что должно положительно отразиться на пробитии. Но испытывать улучшенное оружие здесь и сейчас нет ни малейшего желания.

— Бегом! Бегом! — добавил он, отвернувшись от крокодила.

До лодки уже рукой подать, останавливаться и затевать бой нет смысла, успеют добраться до причала раньше рептилии.

Добраться-то добрались, но не всё прошло гладко. Заха, торопливо перебираясь на лодку, не дотянулась ногой до раскачивающегося борта и полетела вниз. Ей грозило падение в глубокую воду в то время как её поверхность волнуется, выдавая продвижение устремившихся к добыче рептилий.

Бактр успел ухватить её каким-то чудом. Причём не просто ухватил, а легко удержал над водой. Будто это не женщина средней комплекции, а котёнок. Однако на большее силы у него не хватило, так и застыл в неустойчивом равновесии. При этом нехорошо рявкнул на Карта, попытавшегося ему помочь.

Здоровяк от такого обращения опешил:

— Да ты чего?! Давай её вытащим! Я же помогу!

— Я сам! Не трогай мою женщину!

— Да чтоб вас обоих сожрали! — в сердцах бросил Карт, небрежным прыжком перемахнувший через преграду.

— Бактр, быстрее! — поторопил араба Грешник, сиганув следом.

Крокодил оказался тупым, запутался в ограждении ступеней, спускавшихся к причалу. Но эта отсрочка надолго не затянется, плюс его сородичи тоже стягиваются к добыче. Вон одна голова поверхность озера рассекает, вон ещё две, а дальше повсюду движение просматривается.

Вода под бортом забурлила, показалась вытянутая башка, оценивающе уставилась на Заху, так и болтавшуюся между бортом и причалом.

Грешнику ничего не оставалось, кроме как посильнее размахнуться и врезать остриём гуаня сверху вниз. Без затей бил, будто лом в лёд заколачивал. Разве что старался целиться в область шеи, как и вчера. Там и шкура податливее, и место уязвимое, рептилиям такие раны не нравятся.

Попал удачно, ощутив, как металл вонзается меж позвонков. Крокодил забился в агонии, перевернулся светлым брюхом кверху. И тут полезли сразу двое. Один даже попытался выскочить из воды, но исполнить трюк помешала туша раненого сородича.

Заха завизжала. Если память не обманывает, это первый звук, услышанный от неё за всё время знакомства.

А Грешник, увидев, что вся вода у борта пришла в движение, выдавая приближение множества тварей, закричал:

— Кончайте тупить! Бегом вытаскивайте! Бегом!!!

На этот раз у Бактра хватило ума не возражать. Пока Грешник бил всё новых и новых крокодилов, не позволяя им резвиться без помех, женщину почти затащили в лодку. Вот она уже перевалилась через планшир, только ноги над водой трепыхаются.

И тут, наконец, один из крокодилов, выбрав удачный момент, рванул наверх с такой прытью, что Грешник понял — достанет.

Сделал единственное, что успевал сделать — вбил лезвие гуаня в разевающуюся пасть, уже почти ухватившую Заху за ступню. Металл вошёл под удачным углом, пробив нёбо. Крокодил судорожно выгнулся, сжал челюсти, зубы проскрежетали по лезвию. Грешник с трудом удержал древко, оружие едва не вывернуло из рук.

Рана вроде не смертельная, но тварь, завалившись в воду на своих живых и мёртвых сородичей, не стала устраивать новую атаку, рванула прочь. Да и женские ноги, наконец, скрылись из виду, больше доступных целей нет.

— Заводи мотор! — перепугано вскрикнул Перч, с ужасом глядя на крокодилов, окружавших лодку.

Краска, успев добраться до кормы, торопиться выполнять приказ рядового участника отряда не стала.

Тоже крикнула:

— Грешник! Что мне делать?! Заводить?!

Оглянувшись, он оценил обшарпанность лодки и предметы, выдававшие её рыболовецкое предназначение, после чего скомандовал:

— Будь наготове! Перч, Люэнь, Бактр! Разберитесь с этими сетями! Парочку можно с собой прихватить, остальных набросим на крокодилов! Карт, возьми вон тот подхват и собирай контейнеры! Они не тонут, но давай быстрее, могут уплыть!

— Ты осторожнее, сети на винт можно намотать! — предупредила Краска.

— Отойдём без мотора, шесты тут есть! — ответил на это Грешник.

Зачем покидать причал, если добыча сама в руки лезет? Вчера пришлось мудрить с устройством западни, чтобы убивать крокодилов с высоты относительно безопасного помоста. Сейчас это не требуется — борта у лодки серьёзные, забраться на них тварям непросто. Разве что самых здоровенных приходится опасаться, но их немного, да и нет у них в воде опоры, чтобы эдакие трюки устраивать.

Дальше пошла потеха. Сначала Грешник работал в одиночку и надо сказать, справлялся прекрасно. За минуту парочку успевал прикончить, а то и больше. Проблема только одна — хорошо примериться и нанести один точный и смертельный удар. Если рана не убивала тварь на месте, подранок уходил прочь, унося с собой не добытые контейнеры.

Вскоре за борт полетели сети, накрывая воду и десятки тварей, кишевших со всех сторон. А затем в ход пошли копья. Может спутники отрабатывали не так хорошо, как Грешник, но крокодилы начали погибать с такой быстротой, что озеро перестало казаться таким уж бесконечным рассадником хищных рептилий. Карт не успевал работать подхватом, да и некоторые твари умирали в отдалении, уже выбравшись из свалки. Куда ни глянь, везде на воде покачиваются оранжевые контейнеры разных размеров.

Каждую минуту смерть находили несколько крокодилов. Грешник прикинул, что в таком темпе за полчаса можно набить раза в два больше, чем вчера почти за целый день. И пусть контейнеры поднимаются не все, пусть кожу, кости и зубы не заготавливают, всё равно занятие выгоднейшее.

Но крокодилы в материальном процветании отряда заинтересованность не проявили. После того, как тройка крупных хищников, одновременно напав с разных сторон, успеха не достигла и понесла потери, боевой задор тварей начал резко ослабевать. И вот уже Грешник, не обнаружив новой цели, остановился, смахнул пот со лба, начал недоумённо оглядываться. Так и есть, вокруг лодки плавают десятки неподвижных туш, но живых крокодилов поблизости не наблюдается. В отдалении просматриваются отдельные особи, удирающие в разные стороны, да в паре мест вода волнуется от множества рептилий, которые приближаться не торопятся.

— Они больше не лезут, — озвучил Люэнь очевидное.

— Собираем контейнеры и отчаливаем, — приказал Грешник. — Только осторожно. Копьями отталкивайтесь, надо немного отойти от причала.

Нечего и думать мотор заводить. В сети, сброшенные за борт, запуталось немало тварей. Пытаясь освободиться, они не намотались на винт только потому, что двигатель Краска догадалась поднять. Опусти его, и проблем не обернёшься.

Но, несмотря на немаленький размер и массу судёнышка, выйти вручную на чистую воду завалы из сетей и туш не помешали.

Краска завела, наконец, мотор и направила лодку на север. А Грешник, присев на скамью, начал поглядывать по сторонам, любуясь прекрасными видами. Но и на то, чем занимались спутники под командованием Рыськи, тоже не забывал смотреть.

Ведь это зрелище не менее приятное для взора.

Зрелище сортировки добычи, извлекаемой из контейнеров.

* * *

Судя по рельефу берегов, до затопления здесь располагался глубокий и широкий каньон, с двух сторон стиснутый стенами из живописных горных вершин. Река, что текла по нему, прорезала тот самый хребет, который вытянулся вдоль побережья, перекрыв путь на север. Скалы даже издали выглядят так, что к ним приближаться страшно, вот и приходится искать лазейки.

Похоже, чуть дальше начинается одна из них. Река, на которой Бактр мыл золото и кристаллы, устроила прорезь, протянувшуюся с севера на юг. В одном месте люди поставили поперёк долины плотину. Получилось частично природная, частично рукотворная чаша заполненная водой.

И кишащая крокодилами.

Но, возможно, тварей здесь не так уж много, или они обитают не везде. Сколько Грешник ни всматривался, ни одной рептилии на озёрной глади не заметил. А ведь крокодилы дышат воздухом и потому обязаны всплывать. Похоже, отдаляться от берега не любят. Чайки и бакланы сидели на воде бесстрашно, что также говорило в пользу этого предположения.

Первую половину пути можно охарактеризовать одним словом — скучно. Ровная гладь воды, рассекаемая лодкой, да нескончаемый рёв мотора, мешающий общаться. Из развлечений только наблюдение за берегами. Но они однотипные: круто вздымающиеся изрезанные склоны, местами затянутые буйной тропической зеленью почти до вершин. Растения кое-где даже на вертикальных скалах ухитрялись корни пускать. Породы, скорее всего, известняковые, потому как повсеместно похожи на уродливые остатки зубов, сгнивших от кариеса. Изъязвлённые, оплывших очертаний, с причудливыми обнажениями, с громадными каменными натеками, с многочисленными гротами и пещерами.

Пройти здесь по берегу пешком не получится. Это возможно разве что на отдельных участках, да и то недалеко. Альпинисты может и проберутся, если со снаряжением. Но не факт, скалы выглядят ненадёжно, их будто оспа поразила. Упрёшься ногой не там, где надо, и знатный камнепад устроишь, похоронив себя под ним. Плюс заросли под ними настолько густые, что без топоров и мачете пробраться через них проблематично.

Даже непонятно, каким образом сюда смогла спуститься группа Краски. Похоже, им крупно повезло выбраться к ведущему к воде относительно чистому ущелью. Там, конечно, тоже дорожка ужаснейшая, зато есть шанс добраться до озера без переломов. Дальше удача улыбнулась им второй раз, когда наткнулись на лодку. Без неё поход там бы и закончился.

Впрочем, если вспомнить, что с ними случилось дальше, везением это назвать нельзя.

Несмотря на однотипность пейзажей, Грешник смотрел по сторонам неотрывно и вдумчиво. Лодку потряхивало на волнах, плюс вибрация от мощного мотора свою лепту вносила. Нечего и думать подмечать в таких условиях мелкие детали в бинокль. Но у него проблем с оптикой не возникало, потому что оптику он не использовал. Непонятно, как работает цепочка-амулет, но с её помощью заметил много чего интересного. Редкие пологие участки берегов местами сплошь устилали туши греющихся крокодилов. Особенно поразил один плоский островок: рептилий на нём собралось столько, что свободного места не осталось. Цвет почвы получалось определить лишь в некоторых местах, а растительность вообще не просматривалась.

Потому что вытоптана.

В зелени на крутых склонах то и дело мелькали обезьяны. В основном уже знакомые макаки, но иногда на глаза попадались какие-то крупные чёрные приматы с непомерно длинными передними конечностями. Эдакие четырёхлапые пауки. Скорее всего, уровни у них приличные, а если у этого вида есть лидеры, они способны даже Грешнику проблемы доставить.

Хотя поодиночке обезьяны вряд ли представляют опасность. Лук — страшное оружие, если надо разобраться с незащищённым противником. Кожа у приматов не идёт ни в какое сравнение с биологической бронёй здешних крокодилов.

Зря он столько времени проторчал у побережья. Надо было отправляться сюда сразу же после первого посещения торговца. Живности здесь видимо-невидимо, в том числе и не мелкой. Да, берега труднопроходимые, но недалеко от дамбы присмотрел немало удобных уголков, где так и тянуло поохотиться.

Эх, прорву времени убил, без толку пытаясь найти богатые охотничьи угодья. Да ещё и нарвался при этом, едва не схлопотав заряд картечи. А ведь в считанных километрах скрывалось настоящее Эльдорадо. Крокодилов здесь не на одну неделю хватит. Можно поднять все параметры под уровень и развиваться дальше.

Хоть бери и командуй остановку.

Да, соблазн велик, но тяготит неизвестность, ведь так и не узнал дорогу к выходу. А время не ждёт, надо побыстрее к границе выдвигаться. И как не жаль мимо таких благодатных мест проплывать, раз уж решено двигаться на север, придётся двигаться. Ещё неизвестно, что ожидает там, по другую сторону хребта. Возможно, придётся преодолевать новые природные преграды, а это означает потерю времени.

Поставь таких хребтов на пути штук пять-шесть, и можно запросто застрять до затопления яруса. Так что, чем ближе к выходу, тем спокойнее на душе.

Рыська оторвалась, наконец, от контейнеров, села рядом, склонилась к самому уху, чтобы разговору не мешал мотор.

— Я всё пересчитала. Символов почти девятьсот штук. Ты говорил, у тебя навык лука самый дорогой, что до следующего ранга надо восемьсот знаков. Всё верно?

— Да, — кивнул Грешник. — С третьего на четвёртый поднять.

— Вот и поднимай. Это лучшее вложение. И остальные со мной согласны. Мы это ещё вчера обсуждали. Ты очень хорошо стреляешь, а с четвёртым рангом станешь стрелять ещё лучше. Твой лук нам нужен.

Грешник чуть поразмыслил, затем покачал головой:

— Рыська, разница там небольшая. Именно по луку я прибавку от одной цифры вряд ли замечу. Нет смысла. Давай лучше тебе арбалет и ловкость поднимем. Так у нас будут два неплохих стрелка, а не один. Это выгоднее, чем всё слить в меня ради почти незаметной прибавки. А вдруг со мной что-нибудь случится? Допустим, упаду, сломаю руку, и у нас не останется стрелков. Уж прости, но с арбалетом ты дружишь плохо.

— Сам же хвалил, что метко стреляю.

— Да, хвалил, не отрицаю. Но ты целишься слишком долго и часто мажешь по движущимся целям. С этим надо что-то делать. Твой арбалет нам пригодится, так что приподнимем тебя.

— Но сам же сказал, что прибавка незаметная, — не сдавалась девушка. — И вообще, ты большую часть работы делаешь, а получаешь меньше всех. Может ты сейчас в топе участников, но если так и дальше будет, быстро скатишься.

— За меня не переживай, я своё ещё наверстаю.

— И когда ты навёрстывать собираешься?

Грешник указал вперёд:

— Там нас ждёт не дождётся богатая добыча. Вспомни, что с группой Краски случилось.

— Они не прошли, — сказала Рыська. — И мы тоже не пройдём, потому что вся надежда на тебя, а ты не хочешь улучшить навык лука.

— Я же тебе объяснил: глупо ставить всё на одного стрелка.

— Да-да, — кивнула Рыська. — Я помню. Ходи осторожно, не падай, и тогда рука не сломается.

— Всё предусмотреть невозможно, — заметил на это Грешник. — Если там и правда так трудно пройти, единичка на лук нас не спасёт. Второй стрелок для нас полезнее. Да, тебе сейчас меня по цифрам не догнать, но ты со мной не сравнишься даже если и навык, и ловкость станут, как у меня. И даже такой браслет с меткостью тебя не спасёт.

— Это почему же?

— Потому что я неплохо умел стрелять из лука ещё до того, как сюда попал.

— Зачем такому учиться? — удивилась девушка. — Ты что, спортсмен? Или охотился древними способами?

— Что-то вроде этого... — туманно ответил Грешник, не желая вдаваться в подробности. — Понимаешь, здесь, если ты изначально был в чём-то силён, эта сила никуда не пропадает. Как я подозреваю, все эти единички к параметрам добавляют некоторый процент к тому, что у тебя уже есть. Допустим, у меня сила условных сто единиц, — начал пояснять наглядно, указав на свой внушительный бицепс. — А у тебя пятьдесят. Пусть единица к параметру сила добавляет десять процентов к возможностям. В итоге у меня из сотни выйдет сто десять единиц, у тебя станет пятьдесят пять. Получается, если не поднимать параметры в два раза быстрее меня, тебе со мной не сравняться.

— В таком случае вам, мужчинам, здесь проще, — сказала Рыська. — Среднестатистический мужчина физически сильнее среднестатистической женщины. Несправедливая биология. Из-за неё приходится спорт на женский и мужской разделять.

— Да, так, тебе сложнее, — согласился Грешник. — Разве что у тебя найдутся старые навыки вроде стрельбы из лука. Но, сама понимаешь, в наше время это редкость и у мужчин, и у женщин. Спасибо, что сюда детей не забросили.

— Может и забросили, — печально заявила девушка. — Никто не знает размеры яруса. Может он на тысячу километров тянется, а мы не знаем, что творится хотя бы за полчаса быстрой езды. Вот, возьми, тебе это точно пригодится, — Рыська протянула невзрачный серебряный перстенёк. — Модифицированный попался. Добавляет единичку к ловкости. От символов отказываешься, так хоть от этого не отказывайся. Ты же у нас самый сильный боец, мы за тебя переживаем.

Грешник хотел было сказать, что ловкость Рыське тоже не помешает, но промолчал.

Раз за него так волнуются, придётся народ утешить. Тем более кольцо непростое, намётанным взглядом заметил характерный рельеф.

Таким удобно поддевать тетиву.

Кольцо для лучника.

* * *

Краска не обманула, уверенно провела лодку через лабиринт островов и скалистых мысов, раскинувшийся в хвосте водохранилища. Лишь однажды чуть не пробили дно о скрытый под водой острый камень. Но это не её вина, он плохо просматривался в такую погоду. Ветер задувал не всё время, но если уж начинался, приходилось лицо отворачивать. Рябь и волны не стихали.

Река обнаружилась в одном из заливов. С озера её не видать, но чуть дальше, из-за стены деревьев, склонившихся с обеих берегов, доносился шум бурлящей воды.

— Дальше не пройти, — сказала Краска.

— Почему? — спросил Люэнь. — Здесь глубоко, дно не видно.

— Может и глубоко, но дальше деревья в воде лежат, вокруг них всякого мусора и бамбуковых стволов нанесло. Сплошной завал. Мы когда сюда приплыли, пытались выше пройти. Не получилось. И высадиться там негде, берега неудобные. Вот там, у камня, причаливали. Там удобно.

— И сколько ты потом бежала до лодки? — напряжённо уточнил Грешник, всматриваясь в зелёную стену густых зарослей, протянувшуюся через всё ущелье.

Краска пожала плечами:

— Не знаю, мы не измеряли. Если верить телефону, вышло немного, шагов пятьсот. Но это по прямой, а там нет прямых путей. Там всё очень сложно. Сейчас сами увидите. И Рыся, ты лучше прямо сейчас арбалет заряжай.

В этот миг где-то в чащобе истошно-злобно провизжало-пролаяло неизвестное животное. Судя по силе крика — немаленькое.

Все как по команде уставились в сторону источника шума.

Кроме Краски. Та, держа притихший двигатель на низких оборотах, повторила приказным тоном:

— Да заряжай уже! Не стой! Стрелять тебе придётся много.

Глава 12 Тысячи шагов

Глава 12

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Юг каньона Фай Бэй.

Тысячи шагов

Расслышав подозрительный шум над головой, Грешник, не отвлекаясь на него, выпустил стрелу в намеченную цель и тут же вскинул лук, высматривая, кто же там пытается подобраться сверху.

И увидел именно то, что ожидал увидеть. Очередная чёрная обезьяна с длинными передними конечностями ловко спускалась головой вниз по древесному стволу. Наверное, считала себя самой хитрой, до последнего пряталась на верхушке, чтобы коварно обрушиться людям на головы, а не топорно атаковать в лоб.

Но стрелам всё равно куда лететь: вперёд или вверх. Как и предполагал Грешник, против лука чёрные приматы совершенно беззащитны. Стальным наконечникам туго приходится только если в темя попадают. Да и то во многих случаях это приводит к смерти, а в остальных обезьяны зарабатывают оглушение, становясь лёгкой добычей копейщиков.

Лишь первый натиск новых антагонистов заставил напрячься. Случилось это в том самом месте, где наткнулись на останки людей из группы Краски. Тела не сохранились, только обрывки тряпья да велосипедный шлем указывали на недавнюю трагедию. Или местные обезьяны плотоядные, или какие-то падальщики поработали, но результат впечатлял. Не зная, не определишь, сколько человек здесь погибло.

Обезьяны как будто специально караулили именно там, будучи уверенными, что люди обязательно вернутся на место гибели сородичей. Как и макаки, горные сиаманги не напали сразу, едва завидев добычу. Сначала пронзительно орали издали, в чём им помогали болтающиеся под нижними челюстями горловые мешки. Благодаря этим природным резонаторам вопли разносились на километры. Сородичи, заслышав их, спешили на звук. И когда набиралось десятка два, приматы отважились наброситься.

И получили достойный отпор. Лук и арбалет успели достать нескольких до начала рукопашной схватки, ну а та начаться толком не успела. Самых прытких приняли на копья, остальные при виде нехорошего зрелища замешкались, вновь начали орать, пытаясь разжечь в душе пламя храбрости. Но вместо этого несли всё новые и новые потери от болтов и стрел.

Жалкие недобитые остатки отступили, но недалеко и ненадолго. Продолжая созывать сородичей, сиаманги нападали снова и снова, едва их численность доходила до полутора десятков или чуть больше. Интеллекта проанализировать результаты предыдущих схваток у них не хватало, или не было вожака, способного сдержать их жажду крови пока не соберётся действительно большая орава.

В какой-то момент приматам почти улыбнулась удача. Прямо с вертикальных скал, ловко цепляясь за камни, спустилась серьёзная группа. Почти два десятка обезьян, что вместе с вопящей внизу дюжиной составило приличные силы. Но сиаманги напали несогласованно. Отряд легко разгромил сначала большую группу, затем набросился на маленькую.

Народ, сильно напрягшийся поначалу, чем дальше, тем больше радовался. Никто ни царапины не заработал, зато заполучили несколько десятков контейнеров. Учитывая, что уровни сиамангов колебались от четвёртого до седьмого, добыча получалась приличная.

Обезьяны Грешника перестали волновать уже спустя несколько минут. Куда больше напрягала тропа, если это убожество можно так назвать. Приходилось пробираться через развалы камней, продираться через заросли, пропуская вперёд Люэня, чтобы тот расчищал путь своим мачете.

И расчищать приходилось столь часто, что клинок то и дело тупился. Спасибо, что ремонтных марок припасли достаточно, а пустых контейнеров здесь хватало. Наточить до идеального состояния — дело одной минуты.

Спустя час и полсотни истреблённых сиамангов группа забрела в такую чащобу, что здесь даже обезьяны не могли атаковать. Метались сверху, у макушек деревьев, визжали недовольно, бросаясь плодами, орехами и даже собственными экскрементами.

Спасибо, что для рубки растительности не требовался навык работы с мачете. Люэня начали подменять по очереди, в одиночку долго при такой работе не продержишься.

Зато дальше заросли начали резко сходить на нет, а скала слева стала вертикальной и всё ближе придвигалась к береговому обрыву, под которым среди валунов шумно пенились речные воды.

Обезьяны остались позади. Здесь им не разгуляться: деревья не росли, а скалы на удивление ровные, лишь местами причудливо изъедены водой. Даже ловким приматам по таким лазить некомфортно.

Километра два прошли по каменной полке шириной не больше пяти метров в самом раздутом месте, и сантиметров тридцать в самом узком. Слева так и тянулась гладкая скала, на которую не всякий альпинист заберётся, справа обрывалась высокая круча, под которой бурлила зажатая в узости река.

Противоположный берег здесь такой же, даже похожая полка с тропой просматривается. И расстояние до неё всего ничего, не больше семидесяти метров по прямой. Ущелье глубокое и очень узкое понизу. Сюда бы подвесной мост приспособить, весьма живописно должен смотреться.

Да только даже для этого сумасшедшего мира такая постройка будет смотреться неуместно. Сюда ни тропы нормальные не ведут, ни дороги. Смысл? Просто так? Ну а как тогда материалы доставлять, и кто станет выплачивать компенсации за гибель рабочих? Ведь что ни предпринимай, они то и дело будут разбиваться, или попадать под камни, частенько скатывающиеся со скал.

Никаких следов цивилизации в таком месте быть не должно.

Однако Грешник заблуждался.

* * *

Всё случилось неожиданно, в самый неудобный момент, когда люди расслабились. Крики обезьян к этому времени доносились издали, их источники остались позади. Причём доносились изредка. Или почти все приматы успокоились, или оказались настолько далеко, что за шумом реки их не слыхать. Последние полчаса никто не попытался напасть. Даже змеи пропали, ни одной не встретили. Из опасностей — только риск сверзиться с берегового обрыва, что при такой ширине тропы — запросто. Как раз очередное сужение миновали, где приходилось бочком протискиваться. После этого вздохнули спокойно.

И потеряли бдительность.

Очередной перегиб тропы, несколько шагов вверх, взгляд вперёд, и...

И Грешник остолбенел, уставившись на человека, застывшего в десятке метров впереди.

Молодой мужчина в свою очередь вытаращился на Грешника. Похоже, встреча и для него стала неожиданностью: замер, взгляд изумлённый.

Широченные тёмно-зелёные шорты, чёрные кроссовки, на поясе здоровенный нож, в руке небрежно сжимает короткое копьё, за спиной болтается стандартная мелкокалиберная винтовка, такие массово раздавались кастовым участникам на старте.

И песочно-камуфляжная майка с неровной кроваво-красной надписью.

«Бойня».

Замешательство Грешника и секунды не продлилось. Да, он действительно расслабился, но не настолько, чтобы надолго остолбенеть.

Сорвавшись с места, помчался на головореза, изготавливая гуань для колющего удара. Точнее, всем своим видом демонстрируя, что последует именно этот незатейливый приём, а не что-либо иное. При этом, пользуясь расширением тропы, чуть отодвинулся от скалы, мысленно умоляя Рыську сделать всё правильно.

Если девушка растеряется, придётся разбираться самостоятельно. А противник не ротозей, замешательство прошло, вон, как проворно отпрыгивает, угрожающе перехватывая копьё и разевая рот.

Разинутый рот — это никуда не годится. Это означает, что он сейчас закричит. Шестёрки Лорда поодиночке не ходят, за спиной копейщика можно рассмотреть, что тропа расширяется и дальше, вливаясь в широченную площадку, раскинувшуюся над береговым обрывом. И там виднеется краешек бампера машины, к которой прислонилась девушка, сосредоточено тыкающая пальцем в телефон. Она пока не видит ни Грешника, ни его спутников, но стоит зашуметь, сразу повернёт голову и разглядит каждого.

Нет, Грешник не успевает. Чересчур далеко, надо было лук наизготовку держать, передав кому-нибудь гуань, чтобы руки освободить.

Но время назад не откатишь, значит, придётся прижиматься к скале и надеяться, что Рыська не оплошает.

За спиной стукнул арбалет. Девушка стреляла не сказать, что хорошо, но дистанция плёвая, а рука у неё на удивление твёрдая, — не дрожит, даже если мишенью выступает человек.

Болт ударил бандита точно в середину груди. Воздух выбило из лёгких, вместо крика вырвался прерывистый хрип, раненый попятился, глаза его наполнились ужасом. Попытался было парировать выпад Грешника, но сделал это столь медлительно и неуклюже, что с таким же успехом мог вообще не шевелиться.

Вбив остриё гуаня в горло, Грешник окончательно заставил противника замолчать.

Увы, хоть река журчит громко, но она далеко внизу. Тяжело за её шумом скрывать тёмные делишки. Несмотря на все предосторожности, девушка у машины что-то услышала. Обернулась и без промедления закричала, засуетилась, хватаясь за лук. Понимая, что доставать свой из-за спины некогда, Грешник рванул к ней, надеясь, что за изгибом скалы не скрывается ещё десяток стрелков.

С оружием наготове.

Десяток не обнаружился, а обнаружились четверо. Трое парней и одна девушка предавались картёжным играм, рассевшись на камнях. То есть играли они до крика, а сейчас замерли, уставившись на тропу. Глаза их стремительно покидал азарт, а в разжимающихся ладонях рассыпались веера карт.

Грешник, лишь покосившись на четвёрку, всё внимание устремил на девушку у машины, не забыв прокричать приказ:

— Бейте остальных! Быстрее валите!

Неудачный приказ. Сумбурный и невнятный. Это плохо. Но нервишки шалят, ведь даже один уцелевший враг — это очень и очень плохо. Сбежавший быстро свяжется с шайкой, и неизвестно, во что это выльется. По-хорошему следует развернуться и самому обрушится на четвёрку. Черноволосая лучница при этом останется прижатой к обрыву, и чтобы вырваться на простор, открывающийся слева, ей придётся проскочить возле Грешника и его спутников. То есть сбежать не так-то просто. А вот этих надо сходу сковать боем, после чего подтянуться остальные и помогут.

Ну а то, что противников в таком случае окажется четверо, плюс сзади стрела может прилететь — уже другой вопрос. В себе Грешник уверен, шансов на то, что кто-то успеет не только сбить отражение, а ещё и нанести тяжёлую рану, у бандитов немного.

Однако если думать не только о себе, — это тоже проблемный вариант. Увы, нельзя оставлять лучницу без присмотра. Убить или покалечить — один хлопок тетивы. В отряде ни у кого нет щитов и только два бронежилета, которые не защищают тела полностью. Увы, ни браслет, ни зелья не лечат мгновенно. Стрела, даже если не попадёт во что-нибудь жизненно-важное, способна нанести такое ранение, что придётся тащить пострадавшего на самодельных носилках. Это скверно скажется на скорости передвижения. А Грешнику чертовски не хочется ночевать в сыром ущелье, где водятся обезьяны приличного уровня.

А может и кто-то похуже.

Машина слишком далеко. Как ни быстр Грешник, чуть-чуть не успевает. Девушка наложила стрелу на тетиву, уже примеривается, сузив глаза. Рослая мускулистая барышня с суровым лицом, эдакая амазонка. Смотрит на цель с хищной уверенностью, совершенно не боясь. Похоже, такое с ней не впервые, она уже убивала.

И, не задумываясь, убьёт ещё.

Движение влево, и тут же рывок вправо, с резким разворотом корпуса. Пришлось опасно сбавить темп, пытаясь удержать равновесие на крутом изменении траектории. Но это сработало, стрела разминулась с телом на жалкие сантиметры, едва не пощекотав плечо оперением.

Девушка промахнулась в упор, не сумев подловить непредсказуемо мечущуюся цель.

Но радоваться рано, потому как акробатика в шаге от противника сыграла неидеально. В самый неудачный момент ступня опустилась на неустойчивый камешек. Подошва прокатилась по нему, будто колёсами обзавелась, и Грешник с большим трудом удержался от совсем уж разгромного падения, жёстко впечатавши колено в скалу.

А лучница тем временем без дела не стояла. Вновь хлопнула тетива, и на этот раз увернуться уже не получилось. Увы, но присев на три опорные точки, существенно теряешь в мобильности.

По левому боку пробежала волна знакомого ощущения. Бледное подобие электрического разряда.

У этой лучницы получилось то, что не вышло у крокодилов и обезьян. Она сбила отражение, поддерживаемое с самого утра.

В следующий миг Грешник повернул корпус в нормальное положение, одновременно взмахивая гуанем. И его широченное лезвие дотянулось до попятившейся девушки. Та попыталась прикрыться луком, но куда там. Рубящий удар был усилен движением тела, а остановить разогнавшийся металл способен только другой металл, или что-нибудь равноценное.

Удивительно, но лук выдержал. Да только это лучницу не спасло — хрустнувшая деревяшка прогнулась и подалась в руках, не сдержавших мощь удара. И лезвие глубоко врубилось в подреберье.

Кровь водопадом хлынула из длинной раны. Взвизгнув, девушка попыталась отбежать спиной вперёд, и новый удар, уже не встречая даже намёка на защиту, подсёк её выше колена, развалив мясо до кости и сбив с ног.

Развернувшись, Грешник увидел нехорошее. Карт, Краска и Бактр отчаянно рубились с тройкой бандитов, Люэнь и Перч переминались с ноги на ногу за их спинами, не очень-то торопясь лезть в схватку.

Но нехорошее заключалось не в том, что на врагов набросились недружно, а в том, что и противники не проявили единодушие. Вторая девушка сейчас улепётывала со всех ног. Отбежала уже шагов на пятьдесят, и останавливаться даже не думала. Достать её из лука уже не получится, надо догонять. Но как, если оставшаяся троица с явным превосходством яростно наседает на Карта, Краску и Бактра. Белокурый здоровяк бьётся отчаянно, но уже обливается кровью, хлещущей из пробитого плеча; араб остался без копья и неистово отмахивается дубинкой.

Радует Рыська. Расчётливо заняв удобную позицию, целится в бандитов, пытаясь подловить их в удобный момент, чтобы не зацепить своих.

Увы, действия девушки видит не только Грешник. Один из головорезов, перестав наседать на Карта, выкрикнул что-то невнятное и отскочил на пару шагов, потянувшись к поясу. Миг, и из-под майки показался пистолет.

Грешник не успевал. Чуть-чуть не успевал. Прекрасно видел, как оружие наводится на Рыську, и ничего не мог сделать.

Разве что...

Продолжая бежать, чуть скорректировал курс, направившись не прямиком на троицу противников, а на парочку колеблющихся союзников.

В следующий миг одновременно случились несколько событий. Грешник толкнул Люэня в спину, щёлкнул маломощным патроном пистолет, стукнул, разряжаясь, арбалет.

И тут же Перч ринулся, наконец, в бой, удачно зайдя в бок одному из головорезов. Тот, отбиваясь от неистово наседающего Карта, не успел среагировать и заорал, когда наконечник пробил его печень.

Люэнь тоже вскрикнул, приняв пулю, предназначенную Рыське, а болт из её арбалета вошёл чуть ниже шеи второму бандиту, отбивавшемуся топориком на длинной рукояти. Тот завалился синхронно с напарником, а обладатель пистолета развернулся и припустил вслед за улепётывающей союзницей.

Грешник, подставив азиата под выстрел, даже не притормозил. Снова изменил траекторию и метнул гуань будто дротик. Тот, пролетев десяток метров, ударил убегающего немного выше поясницы. Широкая и глубокая рана в сочетании с толчком от увесистого оружия — убойное сочетание. Вскрикнув, мужчина завалился, проехавшись всем телом по острым камням. А Карт, догнав его, начал раз за разом бить копьём, превращая спину жертвы в дуршлаг.

Убедившись, что боеспособных противников не осталось, Грешник напряжённо уставился в спину удаляющейся девушки. Та бегала прекрасно, на сотню с лишним метров успела умчаться. Несётся прочь, не оглядываясь, но расчётливо. Похоже, направляется к скопищу каких-то нежилых построек. Сплошной железобетон и металл — явно что-то производственное. Может ещё один рудник, может что-то другое. Располагается в низине, протянувшейся западнее ущелья. Полного обзора нет, долина там причудливо извивается, разветвляется. Один из её ровных отростков протянулся до реки, чуть расширившись над береговым обрывом. Именно по этой дороге сюда заехал бандитский пикап.

Похоже, проход к ущелью бандиты обнаружили недавно. Или держали его в секрете от прочих. У Беса не было причин скрывать такую информацию, он ведь охотно делился всей прочей, что касалась дороги на север.

А это что там такое?

Грешник схватился за цепочку-амулет. Приблизил картинку на максимум. Так и есть, девушка бежит не ради того, чтобы спрятаться. Там на плоской крыше одного из бетонных строений расположился наблюдательный пост. Кое-как натянутый навес, под ним на пластиковых стульях расселись двое. Смотрят в другую сторону, выстрел из малокалиберного пистолета не услышали. Но даже если беглянка не воспользуется телефоном, скоро узнают о случившемся.

И можно на что угодно поспорить: там не двое, там народа побольше. Возможно, решили разведать ущелье на предмет прохода через горы, и разгромленная группа была первой ласточкой.

Следом пожалует вся стая. Но не ласточек, а тех ещё стервятников.

— Ты зачем это сделал?! Зачем?! — страдальчески закричал Люэнь, зажимая обеими руками рану в верхней части бедра.

Полагая, что речь идёт о толчке в спину, когда, не колеблясь, подставил азиата, спасая Рыську от пули, Грешник сделал вид, что ничего не понимает:

— Что сделал? Люэнь, о чём ты?

— О чём?! Да как ты мог! Зачем на них напал?! Зачем?! Ты ведь даже не поговорил с ними, ты сразу напал!

У Грешника отлегло от сердца. Значит, речь идёт не о сомнительном проступке, раненый всего лишь неправильно понял ситуацию.

Хотел было объясниться, но опередил Карт:

— Лю, заткнись. Посмотри на их одежду. И на машину. Они из Бойни. О чём с ними разговаривать?

Глаза Люэня изменили выражение. Он действительно только сейчас осознал, с кем пришлось схлестнуться.

А Грешник, убедившись, что с Рыськой всё в порядке, принялся командовать:

— Займитесь ранами. Перевяжитесь и не забудьте про таблетки. Краска, раненые на тебе, проследи. Рыська, собери контейнеры. Где Заха? Я её не вижу.

— На тропе осталась. Я приведу, — буркнул Бактр.

Голова у араба в крови, но непохоже, что серьёзно ранен и срочно нуждается в помощи. Поэтому Грешник промолчал. Пусть разбирается со своей женщиной.

Сам метнулся к пикапу, торопливо его обыскал. Россыпь дубинок и неказистых копий в кузове его не обрадовала. Рядовое оружие макак, такое тащить к торговцу, только спину за гроши напрягать.

Да и где прикажете искать коллег Сяо по другую сторону хребта?

И есть ли они там вообще?

Неизвестно.

— Девка сбежала, — буркнул Карт, не обращая внимания на действия Краски, торопливо заматывающей его плечо. — Можно поискать ключи от пикапа и догнать.

— Нет смысла, там, дальше, ещё люди есть. Скоро сюда толпа подтянется, — сказал на это Грешник.

— Что?! — вскинулся Люэнь. — Откуда они здесь взялись?!

— Не знаю. Похоже, они, как и мы, ищут проход через хребет. Но ищут с машинами, проверяя все пути. Вот и нашли проезд до этих мест. Вон, в той стороне такая же долина, но пошире, с дорогой. Им не пришлось ломиться через крокодилов и обезьян. Удобно.

— Надо возвращаться, пока их нет, — продолжал волноваться азиат.

— Если хочешь вернуться, валяй, — лениво высказался Грешник, а затем пожёстче добавил: — Но учти, если у этих уродов найдутся следопыты, они быстро определят, что кто-то из нас развернулся к озеру. Я думаю, у них такие спецы найдутся. Бес рассказывал, что у некоторых есть навыки, которые помогают на голых камнях следы находить.

— Кто-то из нас? — из всего услышанного Люэня задело лишь одно. — Мы что, не все назад пойдём?

— Ты можешь говорить только за себя, — ответил Грешник. — Другие пусть сами решают. Лично я иду на север. И, — на миг переглянулся с Рыськой, тоже оторвавшейся от сбора контейнеров. — Нас минимум двое.

— Ты не можешь так поступить! Без тебя мы не прорвёмся через обезьян! — почти разрыдавшись, пролепетал Люэнь.

— Это не мои проблемы. Я вам не нянька.

— Я тоже с тобой иду, — буркнул Карт. — Одна рука у меня в порядке, ноги тоже. Я не буду вас задерживать.

— Мы даже не знаем, что там дальше! — продолжал надрываться Люэнь.

— Зато прекрасно знаем, что позади, — жёстко заявил Грешник. — Позади полно обезьян, и они нас не любят. Мы сцепимся с ними, а в спину нам ударят ребятки из Бойни. Или проскочим обезьян, разберёмся с крокодилами и окажемся там, откуда начали. И Бойня там будет рядом, а они, как вы видите, занимаются разведкой хребта. Если ты этого хочешь, валяй, а мы попробуем пройти дальше.

— А если и там обезьяны? — не сдавался Люэнь. — Может попробуем на машине уехать? Здесь есть дорога.

Грешник, достал нож, пробил им боковину колеса трофейного пикапа и указал на юг:

— Там обезьяны точно есть. А там, — рука повернулась на запад. — Пост Бойни. И, думаю, их на том посту не пара человек. По звонку быстро приедут остальные. Дорога узкая, ведёт к побережью, навстречу тем, кто примчатся по звонку. Ты хочешь с ними разобраться? Я нет. С двух сторон горы, на восток нам тоже не пройти. Остаётся север, куда мы и собирались. Похоже, там самые лучшие варианты.

— Колёса не трогай, — сказал Бактр, появившийся со стороны тропы. — Колёса другие найти можно. Лучше эту машину сжечь. И что за варианты? О чём ты говоришь?

Грешник указал на север:

— Глянь туда. Видишь? По-моему дальше горы расходятся. Лучше с края площадки посмотри, там обзор пошире. Возможно, это конец хребта. Если так, получается, мы уже почти прошли через него, километров пять осталось. Если там тропа такая же, как здесь, часа за полтора доберёмся.

Глава 13 Своевременная подсказка

Глава 13

Пространство Ксай. Ярус 1. Команда 2. Локация Юг каньона Фай Бэй.

Своевременная подсказка

То, что насчёт полутора часов Грешник погорячился, пришлось осознать с первых шагов. Люэнь не шёл, а ковылял, опираясь о копьё, скрипя зубами и постанывая. Пуля, засевшая в мышцах бедра, невелика, но или болевой порог у азиата невысок, или что-то серьёзно повредило. Едва плёлся и увеличить скорость не мог, как ни старался.

Люэнь не единственный, кто задерживал отряд. Заха не просто так оставалась на тропе до последнего, не приняв участия в схватке. Когда началась драка, женщина ухитрилась оступиться и подвернуть ногу. Да так жестоко, что жутко хромала, передвигаясь с черепашьей скоростью. Бактр пытался ей помогать, и даже заикнулся было, что надо соорудить носилки и тащить пострадавшую по очереди. Но его предложение не встретило понимания: времени нет, да и тропа здесь не отличалась изобилием материалов для изготовления таких вещей.

Плюс Карт хоть и держался бодро, но надолго ли его хватит? Широкий наконечник копья пробил его плечо насквозь, повредив кости. И прежде чем оказали помощь, крови вылилось немало. Бедолага весь в ней изгваздан, и только благодаря этому не разглядеть толком, насколько бледное у него лицо. Однако в том, что оно именно бледное, сомнений нет. Да и походка неуверенная, будто у смертельно уставшего человека. Чудодейственные лекарства должны справиться с раной быстро, но далеко не мгновенно. Плюс для полноценного восстановления сил требуются покой и хорошее питание.

А с покоем сейчас сложно.

Водный поток, даже бурный и шумный, иногда способен творить чудеса, если речь заходит о передаче звуков на значительные расстояния. Вот и сейчас Грешник отчётливо различил шум нескольких моторов. К оставленному полю боя съезжаются машины, и нет сомнений, что головорезы сходу разберутся, куда подевались убийцы их подельников.

Вот-вот организуют погоню.

Отряд к тому времени едва метров на семьсот успел удалиться. И дело не столько в раненых, сколько в том, что с перевязками повозиться пришлось, и тропа с каждым шагом становилась всё хуже и хуже. Множество перегибов, каменных завалов и сужений. Даже для здоровых людей — это серьёзные препятствия. Плюс наметился уклон — идти приходилось вниз, а это только для людей, незнакомых с переходами по подобной местности, покажется однозначным плюсом.

Но они быстро осознают свою неправоту.

И самое скверное — дальше проглядывалось расширение, на котором появлялись приличные кусты и трава. Чем дальше, тем их больше, сливались в сплошную массу. Если посмотреть ниже, там, на обрыве, каждая неровность густо заросла, а на берегу высокие деревья зеленеют. Да и чуть выше воды они просматриваются, метрах в трёхстах по тропе.

Там где есть густая растительность, без обезьян вряд ли обойдётся. Это запомнилось по той части тропы, которая завершилась на площадке. Поэтому Грешник опасался того самого развития ситуации, когда придётся схлестнуться с приматами, и в этот момент в спину ударят головорезы Бойни.

Неприятный расклад.

Всматриваясь вниз при помощи амулета, предположил, что там, дальше на севере, за непроницаемой стеной разросшейся растительности, береговой обрыв сходит на нет, тропа спускается к воде. Река неширокая, почти везде мелкая, как и у лагеря Бактра. Может там получится идти по руслу, где отбиваться от обезьян проще, чем среди кустов и деревьев?

Но странное дело: вот первые кусты миновали, вот продираться через них начали, вот зашли в тень от невысоких деревьев. И ничего угрожающего, ни одной обезьяны или хотя бы злобных криков этих бестий. Лишь птицы среди ветвей порхают, стрекочут насекомые, да одиночная змея торопливо заползла под камень.

Странно. Место, по мнению Грешника, подходит для приматов даже больше, чем оставленное за спиной. Скалы здесь выглядели обгрызенными кусками сыра из-за многочисленных гротов и тёмных провалов пещер. Местами над головой нависали уступы, с которых свешивались исполинские натёчные известковые образования, по которым так удобно ползать обезьянам. Ну а в нишах зверьё может устраивать логова и укрываться от непогоды.

Выбравшись на относительно открытый участок, Грешник убедился, что прав в своих предположениях. Тропа действительно спускается настолько круто, что нет сомнений — дальше она выведет к урезу воды.

Обезьяны так и не появились, а крокодилов в реке как не было, так и нет.

Решившись, остановился.

— Народ, мы так никуда не уйдём.

— Я тоже хотел это сказать, — устало протянул Карт. — Давайте я останусь здесь. Вернусь чуть назад, где тропа узкая. Задержу их там.

— Не говори глупости! — вскинулся Люэнь. — Ты никого не задержишь. Они легко убьют тебя и пойдут дальше. Давайте лучше поищем пещеру побольше. Посмотрите как их здесь много. Попробуем спрятаться.

Грешник не стал объяснять Люэню, что его предложение в высшей степени наивно. Даже если отбросить фактор предательских телефонов, оно вряд ли сработает. Нет времени на разговоры, надо действовать.

— Карт, ты всё правильно сказал. Но и Люэнь прав. Ты их не задержишь. А вот я задержать смогу, и выживу при этом. Дальше пойдёте сами. Обезьян тут нет, вам они не помешают.

— Я с тобой, — решительно заявила Рыська.

Покачав головой, Грешник мягко возразил:

— Нет, ты здесь не останешься. Даже не спорь.

— А я вот хочу поспорить, — не сдавалась девушка.

— Да пойми ты, сам я выживу, а вот с тобой — вряд ли. Извини, Рыся, но здесь ты не помощница, а гиря на ногах. Да и твой арбалет пригодится, если дальше водятся обезьяны. На привале поделите трофеи с тех неудачников. Подними себе стрельбу или ловкость. Не знаю, на что хватит, ведь добычу не считали. Посиди немного, пока слабость не пройдет, и шагайте дальше. Ты справишься.

— Да тебя же здесь убьют... — чуть ли не со слезами пролепетала Рыська. — Ты же обещал, ты говорил, что мы дойдём вместе.

— Да успокойся, я здесь умирать не собираюсь. Можно задержать их без этого, ведь они тоже умирать не торопятся. Заберусь вон туда, — Грешник указал на уступ, протягивающийся вдоль тропы.

— Зачем? — не поняла Рыська.

— Затем, что это отличная позиция. Красивые виды, и тропа, как на ладони. Подстрелю парочку самых прытких, остальные побоятся лезть напролом.

— И что потом? — не сдавалась девушка. — Жить там останешься?

Грешник покачал головой:

— Я туда ненадолго. Если что, ночью можно перебраться повыше, там тоже что-то вроде этой тропы тянется. Посмотри, вся скала в уступах, а высоты я не боюсь. Как-нибудь выберусь. В общем, не переживай, скоро вас догоню. Если что, по телефону свяжемся, по три сообщения в день давать можно. Так что, заканчиваем разговоры, нет времени. И постарайтесь уходить побыстрее, вдруг к тропе не только та площадка выходит. Нехорошо получится, если вас перехватят дальше без меня.

* * *

Грешник никогда не увлекался альпинизмом, но здесь профессиональные навыки и снаряжение не требовались. Самое главное — не бояться. Плюс не помешают сильные конечности при хорошей координации.

И того и другого у него достаточно.

Скалы здешние не просто пещерами и гротами пронизаны, они изъедены по всей поверхности. Такое впечатление, что здесь поработали тысячи здоровенных гусениц, питающихся камнями, а не зелёной массой. Всегда найдется, за что ухватиться рукой и куда пристроить ногу. Облюбованное место располагалось на высоте трёхэтажного дома, Грешник забрался на него, вскарабкавшись меж двух исполинских натёков, концы которых свешивались до самой тропы. Там, внизу, между ними, зиял проход в самое серьёзное подземелье. Ничего подобного ни до этого, ни здесь не встретилось. В скале будто пятиметровым буром поработали, проделав почти идеально-круглое отверстие, ход от которого уводил куда-то в непроглядные недра. Грешник, опасаясь, что на его шевеления оттуда вылезут какие-нибудь нехорошие обитатели мрачных глубин, постарался лезть как можно аккуратнее, по краешку, дабы не мелькать перед пещерой и не шуметь.

Козырёк над подземельем поддерживался теми самыми натёками и сверху оказался заметно шире, чем представлялось снизу. Площадка шириной метра три и длиной в добрых два десятка. С юга её будто ножом обрезали, а с севера она резко сужалась, продолжаясь далее тем самым узким подобием тропы, о котором Грешник рассказывал спутникам.

Но, в отличие от нижележащей, эта тянется не сплошной лентой. Местами придётся перепрыгивать с уступа на уступ, местами карабкаться, зависая над обрывом. Не факт, что в темноте сумеет там пробраться. И непонятно, как потом оттуда спускаться во мраке тропической ночи. Но это Грешника волновало меньше всего, потому что его план не подразумевал скрытное покидание позиции.

Он здесь воевать собрался, а не драпать втихаря.

У него почти сто сорок стрел в колчане и контейнерах. Даже если шайка Лорда серьёзно приросла новобранцами, этого хватит на всех по одной, а то и по две. Но сомнительно, что сюда, в горный лабиринт, потащат весь состав. Кто-то занимается восстановлением моста, кто-то стережёт многострадальный загон, а кто-то завяз в своих делах и может не откликнуться на клич всеобщего сбора. К тому же народ разбросан по обширной территории, всех стянуть в одно место быстро не получится. При этом в данный момент противник понимает, что мешкать нельзя, что надо выдвигаться сейчас, чтобы не позволить добыче уйти далеко. Так что, скорее всего, дело придётся иметь с относительно небольшой группой.

Позиция у Грешника прекрасная. Его противникам придётся под обрывом продвигаться, ну а он в это время сможет творить зло им на головы. Да, они способны ответить тем же, но им будет чертовски неудобно это делать, плюс внизу приличных укрытий нет, а вот его позицию надёжно защищает абсолютно непробиваемый скальный карниз. Ну а на тот случай, если кому-то повезёт попасть в те мгновения, когда придётся показываться, выручит обновлённое отражение.

А если бандиты не станут торопиться или надолго застрянут на подступах, понеся потери, энергия тела успеет восстановиться и её хватит на ещё одно применение навыка.

Все козыри сейчас у Грешника.

За исключением единственного.

Врагов много, а он остался без союзников.

Но ему так даже лучше. Проще.

Он ведь по жизни одиночка.

* * *

Охотники за головами тянуть резину не стали, появились минут через десять. И рассмотрев их, Грешник предположил, что это или клинические идиоты, или они просто не сообразили, с кем столкнулись.

Скорее всего, следует поставить на последнее. Та сбежавшая девица разглядывать нападавших не стала, умчалась, не оглядываясь. Рассказала своим, что это был не всем известный злодей-одиночка, а группа. Откуда ей знать, что в ряды «кормовой шайки» затесался тот, за кого лидер шайки назначил немалую награду. Он ведь там даже лук не использовал — свою «визитную карточку».

Прав Грешник или нет — неизвестно. Зато известно самое главное — количество противников. Он ведь облюбовал этот карниз, в том числе потому, что с него несложно разглядеть открытый на широком протяжении участок тропы. Это не так далеко, даже без амулета можно сосчитать каждого.

Но Грешник всё же его использовал, чтобы разглядеть детали.

Одиннадцать человек пожаловало. Если вспомнить, что там, на площадке, отряд прикончил четверых, не потеряв ни одного, погоня, мягко говоря, не смотрится впечатляющей.

Но это если не вдаваться в те самые детали, которые Грешник выяснил при помощи амулета.

Нет, первое впечатление обманчиво. Зря он их за недоумков принял. Это не рядовые боевики, или, как минимум, не все из них заурядные. Заметно по выражению лиц, по манере передвижения, по взглядам, по построению и, конечно же, по оружию и амуниции. Почти у всех бронежилеты, кирасы и даже кольчуги, помимо легкодоступных мотоциклетных и велосипедных шлемов у некоторых головы прикрыты куда более продвинутыми изделиями из арсеналов спецназа, или что-то средневековое, но далеко не антикварная рухлядь.

Один вообще на рыцаря походил. Закрытый шлем, туловище заточено в стальные латы, верхняя часть бёдер опоясана подобием юбки из укреплённых металлом кожаных полос. Даже на ногах высокие сапоги с кольчужным плетением поверх голенищ. Только руки подвели — какие-то явно самодельные обмотки с пластиковыми щитками.

Как он по такой жаре не свалился от теплового удара — великая загадка.

Неприятно озадачило изобилие метательного вооружения. Его таскали абсолютно все: семь арбалетов, два лука, две малокалиберные винтовки и минимум столько же пистолетов.

У одного к рюкзаку приторочено подобие самопала, уже однажды виденного. С трофейного Грешник запасливо прихватил механизм воспламенения заряда, запасы пороха и не распотрошённые петарды.

В хозяйстве пригодится.

Прочего оружия тоже хватало. Явно не первое попавшееся: копья, мечи, топоры, палицы, кинжалы, ножи. Трое носили щиты, к счастью небольшие, полностью за такими не укрыться.

Грешник надеялся, что врагов заявится поменьше и качество их окажется пожиже. Но, увы, эти боевики не похожи на тех, которых разгромили на площадке. Куда более серьёзные ребята.

Это плохо, но не смертельно.

Можно работать.

Выбор первой цели — непростая задача. Грешник обоснованно подозревал, что против него действуют далеко не самые никчемные боевики Лорда. Нет, вряд ли их можно назвать заматеревшим головорезами, всё же срок невелик, трудно успеть втянуться в такое. Однако они уже поднабрались кое-какого опыта и усилились неестественным образом за счёт возможностей, предоставляемых этим миром. Первая стрела может оказаться если не последней, то единственной, которую получится выпустить, безнаказанно прицелившись.

Следовательно, надо постараться сначала достать самого опасного: или серьёзно защищённого, или лидера.

Подмывало в первую очередь угомонить рыцаря — явно богатенький тип, следовательно, может оказаться командиром группы. Благо, от бронебойных стрел Грешник не отказался, несмотря на то, что охотничьи куда эффективнее против кого угодно, кроме крокодилов. Вряд ли тонкая листовая сталь сдержит иглу добротно закалённого наконечника на столь небольшой дистанции. Мотоциклетный шлем при удачном попадании она прошибает запросто и на куда большем расстоянии.

Но нет, не следует поддаваться соблазну. Эта куча металлолома неповоротливая, небыстрая и уж точно не сможет сюда вскарабкаться проворнее всех прочих. Разве что винтовка на плече да пистолет на поясе внушают опасения, но нанести мелкой пулей серьёзную рану непросто, да и попасть ещё надо. К тому же, если верить трёпу Беса и словам Мощи, стартовый огнестрел не пользуется спросом по причине тотальных проблем с боеприпасами. Поэтому навыки на него мало кто развивает, народ предпочитает тратить символы на более практичные умения.

Ладно, пускай живёт.

Пока что.

Целью номер один Грешник назначил владельца самопала. У него ещё и лук имеется, а это неспроста. Головорез явно делает серьёзную ставку на дистанционное оружие, потому что ни копьё не носит, ни хотя бы приличный топор. Невзрачные ножны с кинжалом на поясе — это слабовато для того, кто готовится к ближнему бою.

Приподнявшись на колено, Грешник выставил лук, прицелился тщательно и выстрелил. Удачно получилось, стрела вонзилась в основание шеи, уйдя в тело на пару ладоней. Жертва носила простенький бронежилет, но этот участок он не прикрывал.

Хорошо прилетело, свалился сразу, без крика, только охнул еле слышно.

Грешник потянулся было за второй стрелой, но скорее шестым чувством определил, чем увидел, что пребывает в шаге от больших неприятностей. Отшатнулся, заваливаясь на бок. И тут же чуть выше просвистело, и почти одновременно два арбалетных болта ударили в скалу.

Ловко работают. Промешкай миг, и один бы приняло отражение, а вот второй мог наворотить дел.

— Он наверху! Наверху! — закричали несколько голосов.

Грешник прижался к скале, осторожно, стараясь не шуметь, перебрался дальше по уступу. Высунулся с луком наизготовку, но выстрелить не рискнул, увидев, что в его сторону проворно наставляют разнообразное оружие.

Да уж, прекрасная реакция. Действительно не желторотые новички, чему-то успели научиться, кое-какую слаженность отработали. Будь у Грешника арбалет, он бы мог даже таких шустрых безнаказанно озадачить. Знай себе высовывайся в разных местах и стреляй навскидку, не целясь. При наличии приличного запаса болтов можно наделать раненых и трупов даже так, отработкой по площадям, а не по точкам.

Но, увы, лук к молниеносным вылазкам не располагает. Нельзя резко показываться им на глаза с натянутым оружием, да со стрелой на тетиве, готовой сорваться в один миг. Да и наводиться на цель не так просто, это требует лишних затрат времени.

Но Грешник, готовя эту засаду, подозревал, что врагов может оказаться много, в том числе и сильных. Просчитал все плюсы и минусы своего оружия, предвидел, что возникнет ситуация, когда ему не позволят безнаказанно резвиться с луком.

И пока противник не придумал какую-нибудь более эффективную тактику, приступил к «бомбёжке» альтернативным вооружением. Благо, новые знакомые, обсуждая навык швыряния предметов, рассказали, что если делать это неприцельно, не видя противника, то, собственно, навык не требуется, руки не парализует, или это случается нечасто.

Забавная недоработка в системе запретов.

Весьма удобно для сложившейся ситуации.

Изъеденные скалы охотно разрушались, из-за чего на карнизе скопились тонны обломков разного размера. Вот их-то Грешник и пустил в ход.

Не сказать, что на врагов обрушился камнепад, но прилетало часто и много. Разумеется, ни о каком прицеливании не могло быть и речи. Не позволяло отсутствие навыка, без него паралич неминуем. В лучшем случае Грешник высовывался на неуловимо-короткий миг, запоминал положение ближайших противников и скрывался до того, как враги открывали огонь. После чего начинал отправлять булыжники, уже не видя бандитов, но не сказать, что совсем уж наобум.

Внизу то и дело кричали, в том числе болезненно. И много ругались, угрожая Грешнику самыми мучительными карами. Но на него это не действовало, продолжал «бомбёжку» в том же темпе.

И чуть не попался на неожиданную уловку. Спасибо, что удачно высунувшись в очередной раз, успел разглядеть, как один из противников отошёл к краю тропы и чем-то замахивается.

Мысли не успели оформиться, тело само сработало, на рефлексах заставляя убраться подальше. Но Грешник успел отскочить всего ничего, прежде чем позади него звякнуло стекло, и спину обдало волной жара.

А вот это совсем плохо. В ряды врагов затесался умелец, способный метко зашвырнуть бутылку с коктейлем Молотова на не такую уж маленькую высоту. Если у него приличный запас «снарядов», он сможет устроить на карнизе огненный ад. Вон как пылает весело, за полтора метра волосы на голове скручиваются. И дым густой, и запах тяжёлый. Это явно не банальные бензин или керосин, это что-то вроде кустарного напалма.

Опасная штука.

Однако метатель совершил ошибку. Не стоило ему отходить на край тропы, отрываясь от сообщников. Да, с края обрыва удобнее бросать бутылки, ведь ему не мешают нависающие каменные натёки, и не нужно запускать увесистые предметы почти строго вертикально.

Ну а Грешнику не пришлось высовываться, подставляясь под всю шайку. Он выпрямился во весь рост под самой скалой. Лук наготове, осталось только навестись. Метатель только было начал замахиваться, мгновенно отреагировав на появление цели, как вдруг взгляд его резко переменился, что даже на такой дистанции заметно.

Головорез внезапно осознал, что подставился по-крупному. Метнулся было назад, под защиту мёртвой зоны, протягивающейся под скалой.

Не успел.

Стрела опередила.

Грешник вновь спрятался, удовлетворённо выслушивая, как витиевато ругаются враги, комментируя его очередной успех.

И краем глаза уловил нехорошее движение.

Развернулся, ничего ещё не понимая, но, уже хватаясь за нож, рефлекторно определив, что на такой дистанции лук уже вряд ли поможет.

И тут же расслабился.

Всего лишь змея. Не сказать, что безобидная, но и великой опасности не представляет. Молодая кобра. Шумно шлёпнулась откуда-то сверху, будто альпинистка, которую постигла неудача. И, похоже, падение не обошлось без последствий. Вон как неуверенно движется, будто слепая. Зачем-то направляется к скале, где не осталось укрытий для рептилий, после того, как Грешник использовав все камни, лежавшие на этом участке карниза.

Гадина не матёрая, но всё равно смертельно-ядовитая, делить с ней невеликую площадь скального карниза — рискованно. Потянулся было за гуанем, но замер.

Эта змея не просто сильно стукнулась, она явно ненормальная. Неуверенно-дёргано подползла к скале, приняла боевую стойку, отклонилась назад и распласталась в молниеносном выпаде.

Вот только атаковала она не живую цель, а каменную поверхность. Стукнулась с такой силой, что Грешник даже удивился. Не ожидал, что змеи способны атаковать столь мощно. Результат предсказуем, — разодранную кожу обагрила кровь. Тут же последовал аналогичный выпад, но уже не столь сильный. После этого рептилия не стала идти на третий заход, а занялась не менее странным делом. Начала сосредоточенно водить разбитым носом по поверхности камня.

Грешнику это представление надоело. Подумаешь — свихнувшаяся кобра. Вполне нормальное явление для сумасшедшего мира.

Снова потянулся за гуанем ...и снова замер.

Змея не просто так елозила по камню, она рисовала. Звёздочку на три луча из трёх изогнутых и изломанных линий.

Знак, который можно найти на каждом предмете испытания.

Грубо набросав символ, рептилия не остановилась. Она, двигаясь скованно, будто не живое существо, а механизм, продолжила.

Только теперь на камне появлялись не знаки, а буквы.

И буквы эти сливались в слова.

«Подсказка. Бей в тёмное пятно на затылке. Не трать УСР на дорогие навыки».

Написав последнее слово, змея поникла и разлеглась на камнях неподвижно. Похоже, добивать её не надо.

А Грешник, ощутив вибрацию телефона, не сводя с надписи глаз, потянулся к разгрузке.

Странно, но он совершенно точно знал, что за сообщение сейчас пришло. Однако, несмотря на не располагающую к чтению ситуацию, захотел убедиться.

Получена подсказка: «Бей в выпуклое тёмное пятно на затылке. Не трать УСР на дорогие навыки».

Использовано подсказок: 1

Текущий остаток подсказок для первого яруса: 0.

Подсказка?! Что это значит? Тот самый безликий собеседник, о котором почему-то не хочется вспоминать, дал о себе знать?

Но в чём смысл этих слов? Сейчас, в такой момент, если какие-то высшие силы решили поделиться информацией, они должны объяснить, как побыстрее разделаться с шайкой под скалой. Но что Грешник получил вместо этого? Какие-то непонятные слова насчёт тёмного пятна на затылке. И ещё сказано, что символы развития не следует тратить на дорогие навыки.

Тогда как их прикажете развивать?

Не говоря уже о том, что советы такого рода Грешнику в данный момент нужны так же сильно, как самолёту якорь.

Снизу раздался доселе никогда не слышанный звук. Громовое шипение, заставившее зашевелиться волосы по всему телу. А то и поседеть от корней до кончиков. Страх сдавил гидравлическим прессом, заставив прижаться к камню. И хотя Грешник никогда ни с чем похожим по тональности не сталкивался, непонятно откуда он точно знал, что это не к добру, что под скалой происходит нечто ужасающее. Наверное, пробудилась память предков, живших в те времена ещё даже не в пещерах, а на деревьях, где по ночам появлялись ужасающие чудовища.

Но сидеть на месте и бояться — не выход. И потому, сбрасывая оковы оцепенения, придвинулся к краю и бросил взгляд туда, где неистово шипело что-то, заставившее головорезов Лорда перестать ругаться и исторгать угрозы. Сейчас тон их голосов стал совершенно иным.

Они орали.

Орали в ужасе.

И Грешник, опустив взгляд, увидел то, что так их перепугало.

Да и он тоже не остался равнодушным.

Из пещеры, что темнела под его позицией, выбиралось чудовище.

Змея...

Змей...

Аспид исполинский; гад, воплощающий весь ужас мира.

Ужасающий монстр из легенд, доисторический кошмар, страшный до такой степени, что сохранил память о себе в генах. Голова размером с упитанного бычка, за которой извивается тело такой толщины, что понадобится пара длинноруких людей, чтобы обхватить. Лоснящаяся туша метров на десять высунулась из пещеры, а сколько ещё скрывается в глубинах — неизвестно.

Выскочив на белый свет, рептилия первым делом сбила с ног всех, кто стояли рядом с пещерой. Просто растолкала их головой, заставив разлететься в разные стороны с многочисленными переломами и ушибами. И сейчас, шипя пробитым паровым котлом, петля за петлёй вытягивала тело на белый свет.

Один головорез метнулся прочь со всех ног, но, к чести оставшихся в строю, они не последовали за ним. В змею полетели стрелы и болты, треснула мелкашка, уместная здесь не больше, чем зубочистка при битве с мамонтом.

Змея, не обращая внимания на все эти мелочи, наконец, полностью выбралась на площадку перед пещерой. И тут же распрямилась, бросая тело дальше, вслед за убегающим. Миг, и навалилась на него всем своим весом, скользнула по смятой человеческой фигурке, размазывая по камням. Ещё миг, и, сложившись, вновь резко вытянулась, устремившись обратно, к оставшимся бандитам.

Один из покалеченных не успел отскочить, и повторил судьбу пытавшегося убежать. Но и остальные недолго радовались тому, что уцелели.

Исполинский змей махнул хвостом, будто плетью. Хлестнул почти горизонтально, начиная с уровня колен. Заорали те, кому раздробило только ноги, молча разлетелись те, кому не повезло больше. Лишь двое избежали общей участи, успев укрыться за каменными натёками.

И когда чудовище обернулось к ним, Грешник отпрянул от края.

Внизу ад. Нет сомнений, что там никто не выживет. И если эта тварь его заметит, он тоже здесь останется. Так что, как ни интересны развернувшиеся на тропе события, придётся покинуть зрительское место.

Последний крик стих, но шипение не прекратилось, лишь громкость его снизилась. Звук стал не ужасающим, давящим, заставляющим ноги подгибаться, а будто душу царапающим, угрожающим чем-то нехорошим.

И неминуемым.

Грешник сидел возле края и потому увидел, как голова змеи вынеслась с тропы, зависла над невысоким здесь береговым обрывом, извернулась, и начала тыкаться в заросли.

Нетрудно понять, что она обыскивает местность на предмет уцелевших. И, судя по тому, как тщательно этим занимается, карниз над пещерой гадина тоже не пропустит.

Сколько в ней длины? Пятнадцать метров? Двадцать? Этого вполне достаточно, чтобы сюда дотянуться.

Ну а если не хватит, что с того? Это ведь змея, она запросто заберётся, обвиваясь вокруг колонн каменных натёков.

Бежать? Но смысл? Случившееся с улепётывающим головорезом свежо в памяти, и нет ни малейшего желания повторять его участь.

Змея то и дело крутила громадной башкой, не просто осматривая заросли, а ещё и контролируя округу. Насколько Грешник помнил, зрение рептилий прекрасно приспособлено под выявление движущихся объектов. Если сейчас чудовище не обращало на его голову внимания, стоит шевельнуться, и всё может измениться.

В нехорошую сторону.

Лоснящееся тело изогнулось, сложившись вдвое. И вот уже змея, потеряв интерес к зарослям, выгнулась, подаваясь наверх. Голова её начала подниматься, раздвоенный язык раз за разом касался каменного натёка. Именно вдоль него Грешник не так давно забрался наверх.

Она что, его след чует? Очень похоже на то.

Вот-вот, и начнутся проблемы.

Да ещё какие...

Меньше десятка метров, и голова исполинской гадины окажется на уровне каменной полки. И нет сомнений, что она здесь ничего не пропустит.

Да и что тут осматривать? Прятаться негде, сразу заметит.

Глядя, как приближается змеиная голова, Грешник напрягся, готовясь сделать то, что делать не хотелось.

Очень не хотелось.

Однако какой у него выбор? Покорно ждать смерти?

Губы беззвучно шевельнулись:

— Не надо тратить символы на дорогие навыки?.. Какой своевременный совет...

Чудовище чуть поднялось и вновь прильнуло к натёку, раздвоенный язык скользнул по камню.

А Грешник, выпрямившись, что есть силы оттолкнулся, замахиваясь гуанем. И, пролетев несколько метров, всей силой рук и весом разогнавшегося тела вбил остриё оружия туда, куда примерялся.

В выпуклое пятно, что темнело в основании головы.