"Факультет психологии. Магистр." Книга 1

Глава 1

- Привет. Отчего такая растерянность? - глубокий негромкий мужской голос заставил меня слегка вздрогнуть и обернуться. Вздрогнула я не от страха или неприязни - голос был обволакивающе-бархатным, а от неожиданности.

Я действительно растерялась - пришла в Университет подавать документы и не могла выбрать специальность. Наивно предполагала лишь один вариант, а здесь предлагалось их множество: "Психология педагогики", "Психология служебной деятельности"... "Психология" просто, несмотря на то, что стояла в списке первой, выделялась среди них не особенно.

Стоявший передо мной молодой высокий мужчина в тёмной одежде, снисходительно улыбнулся, заметив в моих руках документы - типичный "набор абитуриента".

- Не знаешь, что выбрать? - спросил с пониманием.

- Да, вы понимаете... - пролепетала в ответ, но он прервал меня на полуслове.

- Стоп. На "ты" и сначала. Меня зовут Влад, - он сделал плавный жест рукой сверху вниз и я... успокоилась.

- Да... Меня зовут София. Ты понимаешь Влад, я думала, здесь одна специальность и не знаю, что выбрать! - я моргнула как-то замедленно, неотрывно глядя в искрящиеся серо-стальные глаза. Или это он смотрел мне в глаза неотрывно? - А на каком факультете учишься ты?

- На том, на который ты собралась поступать.

- Ты, наверное, старшекурсник?

- Магистратура, - коротко кивнул Влад. - Выбирай "Психологию". "Педагоги" могут лишь обучать школьников, - он усмехнулся, - да и то - с переменным успехом. "Управленцы" - руководить, ничего больше. А выпускники нашего факультета... - он сделал паузу, подбирая слова. - Наш факультет может всё. Мы - универсалы. Раньше наши выпускники могли сразу входить даже в больницу в белом халате, как медицинский психолог. Сейчас нам достаточно полтора года пройти спецподготовку при кафедре мединститута, - по тону чувствовалось, что он гордится и факультетом, и профессией.

- А... какие специальности можно выбрать? - я слушала Влада, едва не раскрыв рот от интереса и удивления.

-Любой профиль психолога.

- Какой у тебя?

- Экстремальный.

Он продолжал улыбаться, глядя мне прямо в глаза и удивительно, но меня это ничуть не смущало! Мне был приятен его открытый, наполненный теплотой взгляд. Я покачала головой давая знать, что ничего не понимаю и развела руками. Ещё немного - и я начну доверчиво хлопать ушами!

- "Специалист в области психологического обеспечения профессиональной деятельности в особых условиях". Фу, еле выговорил! Так название звучит официально, - он широко улыбнулся, глаза засияли ещё ярче. - Да ты сначала экзамены сдай!

- Я прохожу по баллам.

- У тебя уже есть высшее?

- Да, внешэкономфак, "Управление организациями и персоналом", - я стесняясь, опустила глаза - что магистру психологии, да ещё "экстремалу", мой внешэконом?!

- Менеджер? Это хорошо - весь менеджмент построен на психологии. Одну минуту, прости, - извинился Влад.

По коридору к нам приближалась роскошная и холёная блондинка лет тридцати. Одетая во всё чёрное, она выглядела потрясающе элегантно, но без вычурности. Коридор наполнился ароматом дорогих, необычных духов.

- Илона Николаевна, здравствуйте. У меня возникли вопросы по курсовой. Вы сегодня до которого часа? Проконсультировать сможете?

- Здравствуй, Влад. Здравствуйте, - она кивнула мне легко и дружелюбно - я смогла только кивнуть в ответ, совершенно очарованная её непринуждённым поведением и уверенной грацией - У меня ещё две пары... Примерно в три буду на кафедре - подходи, - она поплыла дальше по коридору к аудитории - по времени пара вот-вот должна начаться.

- Хорошо, спасибо вам, - бросил ей вслед Влад.

- Что она читает? - не могла сдержать любопытство. Надо же, такая молодая и уже - преподаватель!

- Несколько дисциплин. "Введение в профессию", "Девиантное поведение" и ещё кое-что.. Да, и "Парапсихологию".

- Что?!

- "Паранормальную психологию". Некрасова - доцент, - он рассмеялся негромким, приятным смехом - видно, его здорово позабавил мой ошарашенный вид. - Она - практик, в психушке консультирует.

- Доцент?! Сколько ей лет?! - у меня в голове не складывалась мозаика. Доцент в таком возрасте? Доцент - седой дядька в очках, костюме и галстуке, а не...

- Ей? Пятьдесят пять, - он веселился, наблюдая за моей реакцией.

- Нет. Ты надо мной потешаешься, - не верила я. Женщине нельзя было дать пятьдесят пять ни при каких обстоятельствах.

- Да, мы психологи, многое можем, что не поддаётся человеческому пониманию, - Влад на сантиметр-другой подался ко мне и сердце моё забилось чаще от ощутимого тепла его тела и тонкого аромата мужской туалетной воды, древесно-цитрусовой. - Мы можем даже создавать иллюзии.

В тишине коридора (пары уже начались) прошелестел его шёпот, начиная шевелить волосы у меня на затылке. Нет, он точно надо мной насмехается, бессовестный старшекурсник!

Я испытующе и сердито посмотрела ему в левый глаз, прищурилась и сказала ехидно:

- Иллюзии? Ну-ка, создай хоть одну! - и вскинула голову с видом: "Давай! Попробуй!"

- Пожалуйста, - спокойно сказал Влад и сделав всего один шаг, стал лицом ко мне, а спиной - к окну.

Передо мной высилась мужская фигура, большая и тёмная, черты лица сразу стало рассмотреть невозможно - свет ослеплял. Нет, я знала что это - Влад, но... Фантастика!

- Самая простая - "Иллюзия восприятия света". Второй семестр, первый курс, тема: "Восприятие". Её создают, когда не хотят, чтобы лицо кто-то рассмотрел и запомнил. Ещё - она отнимает уверенность и рассеивает внимание оппонента, - он наклонился ещё немного ближе, голос стал совсем тихим. - Существует масса иллюзий, София. Пространственные, зрительные, слуховые и осязания. Их много...

- Мистика! - прошептала восторженно.

- Ну, что ты, никакой мистики, чистая психофизика, - усмехнулся Влад снисходительно, но довольно. Он снова переместился так, чтобы я могла видеть его лицо беспрепятственно. - Дальше будет поинтереснее.

- Я поступаю к вам! - кивнула я очень решительно, всё больше утверждаясь в своей правоте. - И, Влад... спасибо за пояснения и подсказку.

- Да не за что. Обращайся, - он сделал ко мне едва заметный шаг и остановился. Приподнял брови, заметив как я напряглась. Не выдержала - этот шаг был последним между нами, он нарушал моё личное пространство. У меня с этим связан комплекс. - До скорой встречи... коллега? - улыбнулся мне вопросительно.

- До встречи, Влад.

"Н-да, интересный какой факультет!" - думала я, глядя вслед элегантно-небрежному, удаляющемуся мужчине.

Университет был известен как одно из самых лучших высших учебных заведений страны. Чувствую, мне здесь понравится!

Глава 2

Первый день занятий в Университете был полон сюрпризов и впечатлений. Не знаю, как для остальных, но для меня - однозначно.

Прежде всего, невероятно впечатляющей была наша группа. "Пёстрая", разномастная и возбуждённо шумящая. Все - совершенно разных профессий, жизненных целей и степени "взрослости". Особенно выделялись тётки постарше, примерно одного со мной возраста, правда они об этом не подозревали - выглядела я гораздо моложе. И скромно помалкивала, в то время когда выясняли кому сколько лет. Женщины были яркими, уверенными в себе и опытными. Позже я узнала о судьбе каждой из них множество неожиданных, иногда - очень тяжёлых подробностей.

Самой яркой из всех была Олечка Соболева: с выкрашенными в тёмно-малиновый цвет волосами (неоднократно потом перекрашенными), безупречным макияжем и очень активной жизненной позицией. Осознанно или нет, Оля стремилась привлечь к себе внимание: яркий цвет волос, макияжа и некоторый перфекционизм в одежде. Причины были мне не ясны, ведь Оля была из тех, о ком говорят: "Удачно вышла замуж". И в семье всё складывалось неплохо: любимый и любящий муж, прекрасный сын... но видимо, что-то шло не совсем так, как Оля хотела.

Она немедленно была записана в заместители старосты, Эмилии. Эмилия, высокая, молодая блондинка, очень мягкая на первый взгляд, но со стальным стержнем внутри. В общем, постелет мягко, да только спать будет жёстко! Эмилия смотрела строгим, оценивающим и бесстрастным взглядом, который плохо вязался с её внешностью "куколки". Позднее всё прояснилось - параллельно наша Эмилия училась заочно в Академии МВД. Скорее всего, её целью была профессия психолога-криминалиста. Эмилия сразу сказала, что не может терпеть, когда пытаются сократить её имя и именуют всякими "Эмами", "Милями" и так далее.

В общем, все были по-своему интересны и оригинальны. Было даже несколько представителей сильного пола, из которых в учебном процессе мы более-менее постоянно видели только двоих. С одним из них - Виктором, я сразу же подружилась. Второй, Ярослав, был очень молод и высокомерен. С юношеским максимализмом он верил в свою правоту во всём и во всём исключительность. Возможно, жизнь внесёт коррективы в его мировоззрение.

Но главный сюрприз нас ожидал на первой лекции, вернее сюрпризов было два: первый - мы оказались вовсе не на заочной форме обучения, а на очно-заочной.

- Психологов не готовят заочно! - с некоторым торжеством и гордостью объявил нам наш преподаватель профильной дисциплины "Общая психология", доцент Безродный. - В высших учебных заведениях нет заочной формы обучения для психологов. Только очная и очно-заочная. Почему - поймёте потом.

- Прямо, какой-то мединститут! - проворчала я негромко, гордясь тем не менее исключительностью нашей профессии. Заочного обучения нет в мединституте. И у нас. Так что, мы немедленно подняли вверх свои носики!

Почему - потом мы, конечно, поняли. Объём информации, который нам давали по всем дисциплинам, был настолько огромным и всеобъемлющим... Когда мы сдали первую сессию, с полным правом посматривали свысока на так называемых "гуру" от психологии и всяких там "коучей", в лучшем случае окончивших непонятные курсы. О психике и психологии они имели знания очень поверхностные и отдалённые, а мы понимали - ещё учить и учить.

Перечень экзаменационных дисциплин за первый семестр, заставил нас слегка трепетать. "Антропология", "Зоопсихология и сравнительная психология", не считая зачётов по "Русскому языку и культуре речи", "Английскому языку", "Введению в профессию", экзамен по "Истории"...

И, конечно, экзамен профильный, по дисциплине "Общая психология", а также королева психологии - "Анатомия ЦНС", в полном объёме. Как нам по секрету сказали, у нашего преподавателя анатомии, Марины Юрьевны Розиной, экзамен пересдают по пять раз. Пока не выучат, в общем.

Владимир Иванович, читавший у нас "Общую психологию", был в полном смысле слова неподражаем! Он и был вторым и самым приятным в тот день сюрпризом. Как, впрочем и дальше: преподаватели были замечательными, разными по характеру но все без исключения - прекрасные специалисты, влюблённые в свои дисциплины.

Владимир Иванович был очень немолод, но вот стариком назвать его просто язык не поворачивался! Несмотря на залысины и седые волосы. Живой как ртуть, он находился в постоянном движении, приковав к себе наше внимание, ходил по аудитории во время лекции и чередовал правила и определения с формулами, с утончёнными анекдотами из среды психологов. Мы сидели раскрыв рты от внимания и интереса, и слушали как зачарованные.

Каждая его лекция напоминала...

...Последний парад алле! (Барабанная дробь!). На арене в качестве дрессировщика - доцент Безродный Владимир Иванович! В качестве диких зверей - студенты! Головокружительно!

Он выплёскивал столько эмоций, что мы не могли не ответить взаимностью. Его лекций мы всегда потом ждали с большим нетерпением - своим энтузиазмом он заставил нас полюбить психологию с первых минут и навсегда!

Особенно мне, да и всей группе, нравился разбойничий блеск искрящихся голубых глаз Безродного, когда он задавал вопрос по теме, которую читал только сегодня. Ясно было: он прощупывал почву, выяснял кто и насколько заинтересован в предмете и обучении. Для чего он это делал, мы пока были не в курсе.

Сегодняшней темой был "Фрейдизм".

- Итак, кто знает, почему даже верные ученики отреклись от Зигмунда Фрейда?! Ну, за что они его критиковали впоследствии?! - Владимир Иванович обвёл взором хищника на охоте притихшую аудиторию. Вопрос был элементарный - для тех, кто читал, но все стыдливо молчали. Я поняла, что пора отвлечь внимание "охотника" на себя:

- За пансексуализм! - пискнула нерешительно.

- Вот! - улыбаясь с яростным удовольствием, по-юношески сверкнул глазами Безродный и пронзил воздух указательным пальцем в моём направлении. - Лучший и любимый его ученик, Карл Густав Юнг, сказал о теории Фрейда: "Это тёмный подвал, в котором в смертельной схватке сошлись охваченная вожделением обезьяна и старая дева!" - чем очень обидел учителя. Как вы думаете, почему обиделся Фрейд?

- Юнг слишком утрировал его теорию. - несмело проблеял всезнающий Ярослав.

- Совершенно верно! - разгорался Владимир Иванович на топливе нашего нескрываемого интереса.

Ему было приятно видеть в наших глазах мысль и заинтересованность, а нам было приятно осознавать, что мы его не разочаровали. Все были весьма друг другом довольны.

После двух лекций "Общей психологии" и передозировки Безродным мы пребывали в совершеннейшей эйфории, пили кофе и курили на улице рядом с учебным корпусом. За увлечёнными разговорами совершенно не замечали вокруг ничего: ни проезжающих по дороге неподалёку машин, ни проходящих мимо людей.

- Привет, коллега. - послышался за спиной знакомый, добродушно-насмешливый и глубокий мужской голос. Я сразу узнала его, даже ещё не обернулась - надо же, как запал в память! - Можно тебя на минутку, София? - за спиной стоял Влад. Как всегда - одет в тёмное, с элегантной небрежностью.

- Да, конечно. Привет, магистр. - улыбнулась, пытаясь беззлобно ответить на его шутку о том, что мы с ним "коллеги".

- София, сколько у тебя ещё пар? - Влад немного отвёл меня в сторону и заслонил собой от одногруппников. Создалось впечатление, что мы с ним вдвоём.

- Эта - последняя. Что-то случилось?

- Просто хотел пригласить тебя выпить кофе. Продолжить наше знакомство. Как ты смотришь на такую идею? - Влад ласково мне улыбнулся и я почувствовала рядом с ним небывалый комфорт и тепло. Возможно, так на меня действовали исходившие от него спокойствие и уверенность.

- С удовольствием, Влад. - улыбнулась ему против воли в ответ.

А почему, собственно, "против воли"?! Почему я не могу улыбнуться мужчине, который пригласил меня выпить кофе и который мне очень нравится?! Я о нём думала, я о нём помнила, я... хотела снова увидеть его и тайком посматривала по сторонам в коридорах Университета!

Ой... "очень нравится"... когда он успел мне так сильно понравиться?

Глава 3

- Ты что будешь - чай или кофе?

- А здесь разве подают кофе? Это же чайная, - удивилась, поправляя шёлковую подушку у себя за спиной. Влад привёл меня в известную на всю республику чайную "Золотой жук".

- Можно и кофе. Но если ты любишь чай - я бы советовал чай.

- А что будешь ты?

Он улыбнулся:

- Я буду чай. У них есть мой любимый сорт.

- Раз уж мы пришли в чайную - я тоже хочу чай! Только... выбери сам. Я всю жизнь пью чёрный Пекое и не особенно разбираюсь в изысках, - честно призналась ему.

Влад приподнял руку, подзывая официантку. Удивительно, но этот жест у него получился каким-то ненаглым и ненавязчивым.

- Здравствуйте! Давно к нам не заходили! - радостно приветствовала его молоденькая официантка, мимоходом скользнув по мне странным взглядом. В её голубых, с серым оттенком, глазах читалось сомнение и удивление. Влад здесь в первый раз с женщиной? Вряд ли. Или я - не та, с которой он раньше бывал? Неожиданно поймала себя на мысли - меня взволновал её взгляд. Интересно, я проигрываю или выигрываю при сравнении?

- Здравствуйте, - Влад улыбнулся девушке - и я успокоилась. Сразу. Так улыбаются малознакомому человеку - вежливо, но отстранённо, оставляя его на расстоянии.

- Мне Оолонг, пожалуйста, а девушке... - он повернулся ко мне и улыбка его изменилась, в ней появилось тепло. - Цветы или фрукты?

- В смысле? - не поняла его я.

- Чай любишь цветочный или фруктовый?

- М-м-м... цветы!

- Тогда... - он пробежал глазами меню. - Вот этот. Да - и набор цукатов.

- Хорошо, - кивнула официантка и умчалась выполнять наш заказ.

- Я решил, что цукаты ты тоже любишь. Я угадал?

- Ты же магистр! Конечно, ты угадал! А как ты узнал, что я люблю фрукты?

Влад рассмеялся - его негромкий смех согревал. С ним вообще, было уютно и интересно. Он обладал удивительным качеством: рядом с ним я расслаблялась, исчезало желание постоянно быть начеку и держать оборону. Неужели я так тоже смогу, когда стану профессионалом?

- Как узнал? Большинство людей любят цукаты или по случаю пробуют.

- Нет, ты был уверен, что я не откажусь! Так не честно, давай, выдавай тайное знание! - воскликнула я.

- Тайное знание... ты весёлая. С тобой хорошо, - его голос стал негромким и обволакивающим. Я растерялась от его искренности - разве можно вот так, прямо в лоб? На первом свидании - "с тобой хорошо" или у нас не свидание? Что-то, запуталась я...

- Так уж и быть - выдам тебе тайну: ты задумалась, когда выбирала сорт чая, тебе хотелось и фруктовый и цветочный попробовать. Но цветочный чай ты пьёшь очень редко и решила воспользоваться случаем, - он слегка пожал плечами. - Приблизительно так. Я в чём-то ошибся?

- Нет, ты не ошибся... всё так, - протянула я медленно. По спине пробежал холодок. - Ты во всём - так?

- Как? - он приподнял брови непонимающе.

- Как открытую книгу читаешь?

- София, не надо так настораживаться, - он почувствовал моё состояние. - И закрываться от меня тоже не надо. Вывод о фруктах - элементарный, ты очень скоро их начнёшь делать сама, когда разовьёшь профессиональную наблюдательность, - неожиданно взял меня за руку и легонечко сжал сухими, горячими пальцами. - Я просто... хочу тебя ближе узнать. Тебе не стоит меня опасаться. А это всё - профессиональная деформация и тебя она ожидает. Только нужно её контролировать и в узде научиться держать, иначе... не заставит себя ждать выгорание. Успокойся, расслабься - хорошо? Я не хотел тебя испугать.

- Да, извини, - послушно кивнула. - Я не очень легко подпускаю к себе посторонних. С тобой - какой-то исключительный случай.

- Не извиняйся. Ты в этом права - не стоит к себе всех подряд подпускать. Это приятно - "исключительный случай"... - он внимательно посмотрел на меня: - Ты - тоже.

Не выдержав его взгляда, опустила глаза. Между нами возникла неловкая пауза и какая-то странная связь. Возможно, причиной ощущения связи было то, что он продолжал держать меня за руку и мне не было неприятно. Личный контакт - кажется, так это называется?

К счастью, затянувшееся молчание прервала официантка - она принесла чай и блюдо с цукатами.

- Спасибо, - кивнул Влад девчонке.

Сервировка была безупречна : чайник для Влада был белый фарфоровый, а для меня - прозрачный стеклянный.

- Спасибо, я сам, - остановил девушку, которая собралась налить чай ему в чашку. Она аккуратно поставила чайник на подставку и слегка одёрнув форменную, шёлковую курточку вишнёвого цвета, произнесла:

- Приятного вечера.

- Почему у тебя чайник фарфоровый, а у меня - стеклянный? - поинтересовалась я , чтобы перевести разговор в безопасное русло.

-В моём сорте чая нет ничего интересного, только вкус, а твой... я хочу поразить твоё воображение, - усмехнулся мужчина.

- Поразить? - я с сомнением посмотрела на чайник: в кипятке, на самом дне, болтался невзрачный серо-зелёный шарик.

- Да. Я, вообще, собираюсь тебя удивлять, чтобы вызвать восторг, - с видом заговорщика кивнул Влад. - Но для полноты и волшебства момента твой чай должен настояться. Сделаем так, - он накрыл мой чайник полотняной салфеткой.

- Влад, я хотела у тебя проконсультироваться, как у бывалого - первую сессию трудно сдавать?

- Тебе нравится профильный предмет? Тебе интересно изучать психологию?

- Да! Я пришла к выводу, что психология - страшная сила!

- Тогда - всё в порядке. Учи, выполняй задания на межсессии вовремя - Владимир Иванович любит, чтобы всё было сдано вовремя. Он обратил внимание на то, что ты интересуешься, что-то читаешь?

- Да, пару раз, - закивала в ответ.

- Не волнуйся, всё сдашь. Скажу по секрету - он позволяет списать и пользоваться конспектом. Но на экзамене он должен видеть, что ты понимаешь, что ты списала и о чём говоришь. Если поймёт, что не соображаешь - будешь пересдавать.

- А анатомия ЦНС, Влад? Говорят, у Марины Юрьевны пересдают по пять раз!

- Она позволит пользоваться конспектом - не книгой, а своим, рукописным. Пиши хороший конспект, но анатомию ЦНС надо знать. Ты психолог - тебе пригодится.

- Ты сдал с первого раза?

- Н-е-е-т! - рассмеялся он. - С третьего, когда понял, что придётся всё-таки выучить. Подожди... - он приподнял краешек салфетки на моём чайнике и удовлетворённо кивнул, - твой чай готов, пора тебя удивлять! - и быстро сдёрнул салфетку.

- О-о-о... - я сложила ладони вместе в "молитвенном" жесте и поднесла ко рту, не в силах произнести ни слова от восторга и удивления. Это было настоящее волшебство.

Невзрачный серо-зелёный шарик превратился в удивительной красоты цветок. Он расцвёл и заполнил собой почти весь чайник, гордо расправив листья и нежные розоватые лепестки в прозрачном, золотисто-зелёном настое.

- Но... как такое возможно?! - спросила шёпотом, не отводя взгляда от чуда.

- Его хитро сворачивают, а потом - сушат. Цветок для принцессы. Я убил сразу двух, нет трёх зайцев: угостил тебя чаем, порадовал цветком и удивил.

- А для чего накрывал чайник салфеткой?

- Это такой приём. Если бы ты видела, как он медленно распускается - он не произвёл бы на тебя впечатления. А так - волшебство, - улыбнулся мужчина, как мне показалось, немного печально.

- Что за цветок?

- Лотос.

- Спасибо, Влад. Правда - спасибо, ты сделал этот вечер таким замечательным... - произнесла очень тихо и его глаза засияли.

После, мы пили чай, лакомились цукатами и уютно обо всём разговаривали. Влад объяснял мне, как подготовиться к сдаче экзаменов и выполнять задания. Ему нравилось "шефствовать" надо мной.

- Знаешь, с цукатами ты не промахнулся - удивительно вкусные!

Запах над блюдом с цукатами дразнил и заманивал, как восточная ярмарка. Солнечная курага, чернослив - с терпким "мужским" ароматом, медовые финики, чипсы - кокосовые и банановые, благоухали тропическим раем. Несколько долек засахаренного ананаса с искрящимися и кисло-сладким нотками. Апельсин и лимон - напоминали о чуде и празднике, с которым всегда были связаны. Киви с неожиданным запахом засахаренной земляники - так они пахнут, когда полностью вызрели. И самые мной любимые - цукаты папайи, даже запах их был острым и сладким.

Пока Влад раскрывал мне экзаменационные тайны, я смаковала чай и фрукты, исподтишка разглядывая интерьер чайной. Хорошо поработал дизайнер, со вкусом и вдохновением. Невысокие столики, а вместо стульев - удобные диванчики с шёлковыми подушками разных форм. Портьеры и драпировки из шёлка чистых неярких оттенков, золотистый свет - ощущался уют, в который вплетались нотки восточной роскоши. Роскошь - неброскую и ненавязчивую, создавали детали: чеканный кувшин на подставке, ажурный фонарь ручной ковки, в котором горела свеча.

Яркую сладость папайи я запивала чудесным чаем - над чашкой витал аромат лотоса, тонкий, едва уловимый, как прикосновение мимолётного взгляда... Такого прекрасного вечера в моей жизни ещё никогда не было.

Душа замерла, боясь спугнуть тепло и восхищение, что окутали меня от близости Влада. И робко рождалось новое чувство, имя которого я назвать просто боялась. Не смела.

Я ещё не встречала такого, как Влад.

Глава 4

- Мы с внуком выполняли домашнее задание по русскому языку и получили три балла! - с озорной улыбкой вещала на лекции доцент кафедры "Русского языка", Алла Николаевна. Она читала у нас "Русский язык и культуру речи".

- Да ладно! Быть такого не может! - воскликнула Леночка Селик, лучшая ученица в группе.

- Да! - маленькая, симпатичная брюнетка в возрасте, Алла Николаевна умудрялась сделать каждую лекцию и даже практику русского языка яркой и запоминающейся. Отличный профессионал. - Так вот, мы разбирали с ним предложение по частям речи и "жили - где? - в доме". А школьный учитель сказала, что нужно было определять "жили - в чём? - в доме". Вот и выходит, что я живу не в доме, а как сурок - в коробке.

Мы смеялись, походя записывали правила и усваивали легко на удивление. В этом и была заслуга преподавателя.

Только, я никак не могла сосредоточиться на занятиях - мысли мои крутились вокруг одного объекта и воспоминаний о нём. Естественно, этим объектом был Влад и вечер с ним, который он сделал незабываемым.

"О, он умело разжёг мой интерес! Хитрый манипулятор!" - размышляла, сузив глаза и сердито затягиваясь сигаретным дымом за углом учебного корпуса в перерыве между лекциями.

Интересно, чего же он добивается? Может, я просто ему не понравилась? Причиной моих мрачных мыслей и безрадостных размышлений был до пошлости простой факт - Влад не попросил у меня номер моего телефона.

***

Учёба на нас навалилась снежной лавиной - двое суток мы писали всей группой контрольную по "Введению в профессию", чтобы сдать её в срок. Старшие курсы выдали нам информацию: если не сдадим вовремя - Некрасова нам спуску не даст. После двух бессонных ночей мы выглядели все одинаково - с огромными от недосыпа глазами в ореолах чёрных кругов.

Некрасова повесила плащ на вешалку для одежды, окинула взглядом ярких голубых глаз полупустую аудиторию - большинство студентов стояло сейчас в очереди за зачётками в деканат (нам их выдали с опозданием).

- Ну что, коллеги, начнём? - демократично спросила удивлённых студентов. У нас была совместная лекция перед зачётом с параллельной группой, друг друга мы пока плохо знали в лицо. Скорее всего, все решили, что она - одна из студенток.

Я дёрнулась, когда услышала слово "коллега" - так меня шутливо называл Влад. Вот, откуда оно в его лексиконе...

- А что вас так мало? Сейчас - совместная лекция, из двух групп - это всё? - Некрасова посмотрела на нас рассерженной кошкой.

- Все зачётки пошли получать... - ответил кто-то, в полной уверенности, что она нас поймёт.

- А я здесь при чём? - резонно спросила Некрасова. - Ходите их получать на другой паре. Так, начнём. Кто опоздал - незачёт.

Народ попритих и прижал ушки. Постепенно аудитория заполнялась - потянулись счастливые обладатели новых зачёток, на задних партах стали шушукаться.

- Так, что за хамство такое завуалированное?! - гаркнула, гневно сверкнув голубыми, как небо очами, очаровательная Илона Николаевна. - Вы не смотрите, что я так долго запрягаю. - она, как полководец, отставила ножку в элегантном, чёрном ботиночке. - Я вас так сейчас прокачу - в ушах свистеть будет!

Некрасова слово сдержала - прокатила со свистом. Отчитала одним махом две лекции без перерыва так увлекательно, что мы слушали, затаив дыхание от интереса. О перерыве все просто забыли, а может, решили лишний раз не дёргать за усы тигра.

***

Из лекции мы неожиданно узнали массу полезного и интересного. О профессиональной этике и конфиденциальности, об особенностях девиантного поведения, о том, куда лучше трудоустраиваться и что обязательно нужно практиковать.

А также о том, сколько "раскрученные" психологи и разнообразные "коучи" тренингов "личностного роста" грохают на рекламу. И как потом пациенты, которые им заплатили огромные деньги за "консультации" с "тренингами", в лучшем случае попадают в психоневрологический стационар, где Илона Николаевна, по второму образованию - психиатр, долго бьётся над стабилизацией их психики.

- Но это - в лучшем случае. - Некрасова сделала паузу. - Бывают и попытки свести с жизнью счёты. Поэтому, хорошенько запомните: психика человека - очень сложная и хрупкая структура. Невозможно стать хорошим психологом, окончив какие-то курсы. У нас бакалавры учатся четыре с половиной года, специалисты - пять лет, магистры - семь с половиной. Проходят практику при мединституте. Суть уловили? - мы закивали послушно болванчиками. - Сейчас коснёмся дисциплины, которую я вам буду читать на четвёртом курсе.

- Так долго ждать? - воскликнула я разочарованно. Все зашумели : "Так долго?"

Некрасова улыбнулась - ей было приятно видеть, что её лекция нам понравилась.

- Раньше эту дисциплину читать нельзя - вы не подготовлены. Итак, "Парапсихология". - мы затаили дыхание перед "таинственным знанием". - Прежде всего, уясните - она существует. - Илона Николаевна обвела нас пристальным взглядом. - Многие из психологов её практикуют, вы даже не представляете, насколько их много. Но отрасль эта невероятно сложна и опасна, психика должна обладать железной устойчивостью. И если вы просите о каких-то... - она помолчала, - необычных способностях или о чём-то ещё, зарубите себе на носу - придётся расплачиваться. Поэтому, "Бойтесь ваших желания - они исполняются!" - Некрасова вдруг тепло улыбнулась. - А сейчас - давайте ваши зачётки. Зачёт по результатам контрольных работ. Это вам - бонус. Дальше так легко уже не проскочите. Я не всегда буду так снисходительна.

Мы разузнали, что можно прочитать две её книги, изданные в соавторстве, третья - единоличная, готовится к публикации. Счастливые и возбуждённые, мы высыпали галдящей стайкой из центрального входа на улицу. Курящие рванули курить за угол, некурящие разъехались по домам. Было уже около пяти вечера, солнце садилось. Одногруппницы, поделившись впечатлениями и получив свою вожделенную дозу никотина, разбежались в разные стороны. На душе стало тоскливо, никуда не хотелось - я подкурила ещё одну сигарету уже в одиночестве.

Сегодня - пятый день как мы провели с Владом самый лучший вечер в моей жизни. Пятый день он не появлялся. Я затянулась задумчиво и медленно, глядя в пространство остановившимся взглядом. Если мужчина не обменялся с тобой номерами телефонов и не один день не даёт о себе знать... Что ж, просто нужно признать очевидный факт - при близком знакомстве я ему не понравилась. Возможно, ему было неинтересно со мной. Голова моя опустилась. Жаль... но ничего не поделаешь.

Напряжённо расправив плечи, я выбросила сигарету: пора ехать домой - мне добираться в соседний город, а это - не меньше часа.

- Привет, коллега. - раздалось у меня за спиной без обычной насмешки. - Как хорошо, что я успел и ты домой не уехала.

Сердце заколотилось в волнении, но внешне я попыталась с собой совладать:

- Привет. Не называй меня так. Что ты хотел? - сказала я холодно. Корону решила напялить - со мной это случается.

Я пожалела о своём тоне в то же мгновение. Влад, с пятидневной щетиной и залегшими под глазами тенями, улыбнулся устало:

- Что хотел? Увидеть тебя. - ответил он просто. Мне стало неловко.

- Ты... пять дней ждал? - голос мой прозвучал растерянно-тихо.

- София, мне пришлось срочно уехать. Когда проводил тебя - только тогда опомнился, что совсем забыл спросить твой номер телефона. Не смог сообщить, что уезжаю. - он осторожно сжал мои руки в горячих, сильных ладонях. - Ты не в духе, совёнок? Что-то случилось? - тон был обеспокоенным.

Я тяжело, надрывно вздохнула и едва не расплакалась от облегчения и радости - вот как всё просто!

- Эй, совёнок, ты что? - он погладил мне руки и чуть крепче сжал. Мне стало тепло, несмотря на холодный вечер.

- Столько всего навалилось! Столько всего выучить нужно - я даже не знаю, как всё запомнить! - Я подняла на Влада глаза: - А куда ты уезжал? - спросила почти шёпотом.

- По работе. Подробности не могу рассказать - ты же знаешь мой профиль. Я о тебе думал, совёнок. - тон согрел меня лаской. Удивительно, но я это тепло кожей почувствовала.

- Я... тоже. - не выдержала и призналась. Глаза его улыбнулись радостно. - Почему - совёнок?

- У тебя от недосыпания глазищи огромные, как у совёнка. - негромко рассмеялся мужчина. - В чайную?

- Если хочешь. А можем просто купить кофе и погулять в парке. Я с удовольствием просто побуду с тобой вдвоём. В заведениях сидишь, как на выставке и вокруг - люди разные... Но если ты хочешь... - с чего это я такая послушная?

- Нет, я даже рад. Если честно - за эти дни я столько общался с людьми... Не ожидал, что ты предпочтёшь походу в кафе прогулку в парке. И не ожидал, что ты куришь.

- Я тоже могу удивлять. - улыбнулась я слабо. - Влад, главное ведь не место, а общество.

Он был прав - мне часто говорили, что я не выгляжу как человек, который курит.

***

Мы сидели на деревянной скамье в уютном, маленьком парке на бульваре, неподалёку от Университета. Вечер был прохладным, но неожиданно мягким и не морозным.- Рассказывай, как сдали зачёт. - улыбнулся Влад, держа меня за руку.

- Откуда ты знаешь? - раскрыла глаза от удивления.

- Расписание у деканата. - коротко объяснил он. - Некрасова вам понравилась?

- О да, очень понравилась! Сначала она на нас наорала, а после - совершенно очаровала. Потрясающе интересно подаёт свои лекции.

- Она всегда так: обеспечит дисциплину в аудитории, а потом - читает лекцию так, что забываешь о перерыве. - понимающе усмехнулся Влад. - М-м-м... снова чуть не забыл! Ты совершенно сбиваешь ход моих мыслей! - возмутился шутливо и запустил руку в карман черной, стёганной куртки. - Это тебе.

Влад протянул мне швейцарский шоколад в жестяной коробке - чёрный, с апельсиновыми цукатами.

- Влад, спасибо тебе! Как ты узнал, что я люблю именно чёрный? - я была в совершенном восторге от знака внимания. И дело было не в сумасшедшей дороговизне шоколадки - он обо мне помнил и купил мне подарок!

- Ты любишь всё натуральное. Так, зубы мне не заговаривай - диктуй номер своего телефона! Давай, давай! - усмехаясь, набирал цифры номера, который я диктовала, позвонил мне. - Это - мой номер. Есть связь.

- Хорошо, - чувствовала себя на пушистом облаке - Влад у меня вызывал ощущение абсолютного счастья. - Влад, ты не хочешь рассказать о себе? Я ведь о тебе ничего совершенно не знаю, даже фамилии.

- Моя фамилия - Недич, я серб по отцу. Подробностями моей биографии займёмся в следующий раз, у нас не так много времени - тебе ещё домой ехать. Сейчас, совёнок, я научу тебя самым простым мнемотехникам - легче будешь запоминать материал.

- Мнемо... чему?

- Мнемо - "память". - сдержанно улыбнулся. - Будете проходить во втором семестре, в разделе "Память". Мнемотехники могут облегчать или усложнять запоминание любой информации. - в улыбке появилось лукавство.

Глава 5

- София, слушай меня внимательно. Первое и самое главное для запоминания - осмысленность.

- Это как? Объясни. - мотнула головой непонимающе. Нужно же выучить, вызубрить...

- Никогда не зубри. - Влад словно читал мои мысли - я уже начала привыкать к этому. - Зубрят только даты и названия, психологию - нет. Её нужно понять. Впрочем, как любой другой материал, которым ты в будущем собираешься пользоваться. Есть два вида запоминания по осмыслению: механическое - это зубрёжка и есть. Ты должна освоить второй метод - осмысленный, он основан на понимании логических связей между частями материала. Зубрёжка не даст тебе прочных временных связей. - он посмотрел на меня и усмехнулся. Я похлопала глазами. - Скажу проще: если вызубришь и не будешь смысл понимать - быстро забудешь. Да и пользы от такой информации - ноль. Ты должна понять суть материала.

- Как это сделать? - мне было уже интересно. Надо же, а мы всегда зубрили, как попугаи!

- Для этого не торопясь прочитай весь текст целиком и выдели главную мысль. Это - стержень, на нём будет держаться вся твоя "башня" с материалом. Теперь насчет способов заучивания: есть концентрированный - им давно не пользуются, а есть распределённый - он результативней и лучше.

- Распределённый - это учить по частям? - уже пыталась вникать.

- Нет, совёнок, по частям - это частичный. Он не особо хорош, при нём почти нет логической связи. Мы до него ещё доберёмся. Пей кофе, остынет. - он улыбнулся и мы одновременно сняли со стаканов крышки.

Влад поднял брови:

- Ты тоже не любишь крышки облизывать?

- Даже не собираюсь. Это ужасно негигиенично - бариста за них брался руками! - возмутилась, мгновенно оседлав конька чистоплотности.

- Да и ещё всё портит вкус этого пластика... А ты, совёнок - брезгливая.

Я с удовольствием отпила капучино с большим количеством пенки и попыталась незаметно слизнуть с губ лакомство с крошкой из настоящего, тёртого шоколада. Открыла глаза потому, что Влад замолчал.

Взгляд у него был такой, что мне стало не по себе. Из всегда смеющихся глаз Влада на меня сейчас смотрел голодный волк, готовый схватить и унести...

- Пенка - самое вкусное. - сказала тихо и неуверенно, просто чтобы что-то сказать и разрядить искрившее напряжение.

Мужчина молча, очень нежно и осторожно отёр мне верхнюю губу большим пальцем. Не отрывая глаз от меня, собрал пенку со своего пальца губами.

- У тебя... были смешные усы. Белые. - произнёс немного охрипшим голосом.

По спине моей прокатились щекотные искры странного возбуждения. Хлынули горячей, мягкой лавиной от затылка и вниз, ударили в пятки тёплой волной. Я опустила глаза - мне стало стыдно. Так реагировать на простое прикосновение в моём возрасте!

Спустя много событий и времени в нашей жизни, я думала - когда это произошло? В какой момент я стала принадлежать только ему? Сначала казалось, что именно в этот, но я поняла - гораздо раньше. Всё случилось, когда он осторожно сжал мои руки горячими пальцами и спросил: "Эй, совёнок, ты что?" И мне захотелось прижаться щекой к осторожным и сильным ладоням. Ему было не всё равно.

Влад наконец-то отвёл от меня свой завораживающе опасный взгляд, покачал головой и усмехнулся.

- Что? Что-то не так? - спросила тревожным, глухим шёпотом.

- Нет, совёнок, всё так. Просто не думал, что... Ладно, сейчас об этом невовремя.

- Говори - что? - я осмелела. Не хочу больше никакой недосказанности!

- София, ты просто мне не поверишь и...

- А если поверю? - не дала договорить ему я.

- А если поверишь... значит чувствуешь то же, что я. Для меня - слишком большая удача. Совёнок, я не хочу спугнуть её и... тебя, понимаешь?

- Да, хорошо. - я почувствовала, что выяснять и добиваться ответа не нужно. Он чувствует - и я чувствую. Мы оба знаем об этом. Он хочет быть осторожным, значит на то есть причины.

- Мой совёнок. - он сжал мою руку, прижал к небритой щеке. Мне так хотелось прижаться к нему, но я побоялась - вдруг он хочет вовсе не этого? - Хороший, милый совёнок. Так на чём я остановился?

- Я забыла. - сказала немного сердито.

- Я тоже. - Влад хмыкнул. - С тобой своё имя забудешь... А, распределение, вот. Когда будешь учить, не стремись повторять много раз без перерыва. Делай промежутки между повторами - так усваивать легче. И, самое главное - воспроизводи комбинированно во время заучивания. Есть три метода: целостный, он сродни концентрированному - повторяют целиком несколько раз. Частичный - делят на части, мы с тобой о нём уже говорили. Оба они неэффективны. Лучший из всех - третий, комбинированный, он самый осмысленный.

- Рассказывай! - я увлечённо отпила кофе. - Ой, Влад, пей кофе - он остывает!

- Ты - прелесть, совёнок! Мысли у тебя очень живые, как белки по веткам скачут! - легко рассмеялся Влад и послушно вслед за мной выпил кофе.

Мне с ним нравилось - так интересно, как с ним, ни с кем не было. Объяснял он доходчиво и увлекательно, ему бы работать преподавателем! И ещё... мне очень нравилось как он "совёнком" меня называет. Было в этом милом прозвище что-то необыкновенно ласковое. Что-то глубоко только наше с ним, на двоих и ничьё больше.

Да мне просто нравилось быть вместе с ним, а почему - расшифровывать я не собиралась!

- Так вот, - тем временем продолжал Влад, - комбинированный: читаешь всё несколько раз от начала и до конца, в идею вникаешь. Потом выделяешь отдельные, трудные части и заучиваешь. После - вновь читаешь всё целиком. Поняла?

- Потрясающе! А все зубрили всегда!

- Зубрёжка сродни механической записи - от неё нет никакой пользы. Всё дело - в логических связях, София. Повторим: осмысленно, распределённо и комбинированно. Да?

- Да. - улыбнулась ему. Мне нравилось, как моя улыбка мгновенно находила отклик в его глазах. - Спасибо тебе огромное, Влад! Ты столько всего полезного так интересно рассказываешь.

- Да не за что. Обращайся. Звони в любое время, всегда. - последнее сказал совершенно другим тоном.

- Ты... тоже.

- Хорошо. - ответил очень серьёзно.

Он всё время думал о чём-то, делал какие-то выводы из моих слов. Но я решила не зацикливаться на этом и не озадачиваться больше вопросом. Он же сказал ещё раньше: "профессиональная деформация". С этим ничего не поделаешь и это - не самый большой недостаток. Посмотрим, что будет дальше.

- Ой, совёнок, чуть не забыл: какой у тебя тип памяти? - спохватился Влад.

- Я не знаю. - беспомощно пожала плечами.

- Ты лучше запоминаешь на слух, зрительно или при написании?

- Хм... на слух и прочитать. - сделала вывод, подумав.

- Зрительно-слуховой. Тогда, чтобы лучше запомнить, читай вслух.

- А какие ещё есть типы памяти?

- Чистая классификация - зрительный, слуховой и рече-двигательный. Но в чистом виде они очень редко встречаются, у большинства людей они смешанные. Бывает зрительно-двигательный и слухо - моторный.

- Всё кажется так просто, когда ты объясняешь. Такие простые секреты! - мне даже не верилось.

- Они просты для тех, кто знает. - усмехнулся мужчина. - Есть методики посложнее, высокого уровня, но тебе они пока не нужны. Всему - своё время, совёнок.

- Ты меня просто интригуешь и заманиваешь. - рассмеялась я тихо.

- Есть немного. - заискрились в ответ серо-стальные глаза.

***

В первый раз за долгое время я засыпала с ощущением счастья. От полноты нахлынувших чувств даже чуть не расплакалась. Влад мне вызвал такси, невзирая на то, что я собиралась дождаться автобуса. Помогая мне сесть в машину, Влад снова порывисто сжал мои руки и легко коснулся губами:

- Когда доберёшься - позвони мне, совёнок.

- Хорошо. - кивнула послушно.

- Давай, я жду звонка.

- Да. Спасибо за замечательный вечер.

- Тебе спасибо, София. - он смотрел мне в глаза, словно я должна была ещё что-то сказать.

Я не знала и боялась до дрожи сказать что-то не то, но позволила дерзко погладить слегка его пальцы - нежно, едва прикасаясь. Глаза Влада вспыхнули затаёнными искрами, лицо осветилось улыбкой. Он повторил:

- Я жду звонка. - и аккуратно закрыл за мной дверцу машины.

Когда приехала - мама уже спала. Мама у меня невероятная: спит при включённом свете и работающем телевизоре, но стоит выключить - немедленно просыпается! Стараясь не разбудить её, тихонько пробралась в кухню и набрала номер, который был первым в журнале звонков.

Четыре гудка:

- Да, София?

- Влад, я добралась, всё нормально. Звоню, как ты велел.

- Молодец, теперь я спокоен.

- Ты - как? Ты уже дома, Влад?

- Да, уже дома. Завтра у тебя пары есть в Университете?

- Нет. - я попыталась скрыть сожаление.

- Жаль. Думал - увидимся.

- Ну, ничего, тогда - послезавтра?

- Надеюсь. - негромко и ласково рассмеялся мужчина. - Совёнок, ты знаешь главное свойство времени?

- Быстротечность?

- Нет, совёнок. Главное свойство времени - его необратимость. Мы можем вернуться в точку пространства, которую покинули раньше. Но не можем вернуть время, которое прошло. Мне жаль тратить его без тебя теперь, когда... - он замолчал, будто сам одёрнул себя

- Когда - что? - спросила его тихо-тихо.

- Когда я... встретил тебя.

- Влад, нам нужно поговорить при встрече. Если ты не против, конечно. - сказала тихо, но очень решительно.

- Я - за. А сейчас - спокойной ночи, совёнок.

- Спокойной ночи, Магистр! - улыбнулась непроизвольно и отключилась.

Перед сном я приказала себе успокоиться: у меня пока нет прав требовать у него объяснений. Да я и не собиралась требовать. Я привыкла уже обходиться без всего этого: без заботы... без тепла... без надёжности мужских рук... без любви. Я попыталась мириться с тем, в чём меня хотели убедить все окружающие - нет любви. Всё это - женские бредни, розовые облака в голове. Все пытались заменить их на серые облака, весь мир вокруг меня превратить в серый. Без надежд на обычное счастье.

Я не давалась им в руки, но приучала себя жить в этом их сером мире - без чувств, без любви и доверия. Я привыкала жить с ними. Я смирилась, что останусь одна, но не буду довольствоваться заменителями. Я очень старалась. Я почти научилась.

И вдруг, на меня обрушился Влад. Со своими прикосновениями, улыбающимися глазами, заботой и шоколадкой... Сбил с ног, как цунами. Да, ещё "совёнком" меня называл.

Мне было тепло от его рук и заботы, и хотелось в ответ о нём позаботиться. Я растворилась в своём чувстве к нему, как снежинка на солнце растаяла. Так хотелось прижаться к нему, обхватить шею руками и коснуться шершавых ладоней губами.

Только... а если... если всё это кончится?! Если я сделаю что-то не так и ему не понравится?

Мне стало страшно до тянущей пустоты в желудке, до ледяного озноба.

Нет, уж лучше поговорить откровенно, начистоту, пока не поздно.

Глава 6

Проснулась я ближе к полудню - накануне мне никак не давали уснуть мысли о Владе. Мама тихонько тарахтела в кухне, а я продолжала в постели лежать и думать. О нём, конечно - о ком ещё может думать женщина?!

Снова, как и вчера перед сном, перебирала в уме все подробности: каждое слово Влада, каждый его взгляд и интонацию, и прикосновение... каждое.

Интересно, который час? Как долго я проспала и сколько уже предаюсь "девичьим грёзам"? На телефонном экране маячил конвертик - сообщение от "Магистра". Я обозначила этим титулом Влада. Сердце тревожно и радостно заколотилось.

"С добрым утром, совёнок! Не хотел разбудить тебя ранним звонком. Позвони, как только проснёшься."

Я даже его улыбку представила, когда он это писал! Быстро ответила:

"Доброго утра, Магистр! Перезвоню, как только освобожусь - не хочу, чтобы нам кто-то мешал."

Сама себе улыбнулась - наверное глупо, но очень счастливо! Говорят, что любовь - когда засыпаешь и посыпаешься с мыслью о человеке. Неужели со мной это случилось? Хм... Девушка, вам не поздновато влюбляться?! Но, раз уж со мной радость такая приключилась, главное - не ошибиться. Не сделать и не сказать ничего, что может его оттолкнуть от меня.

Я панически боялась сказать или сделать что-то не то. И ещё, я давно уяснила, главная черта жизни - внезапность. В жизни всё происходит внезапно, когда ты не готов, как испытание. Внезапно встречаешь кого-то самого главного в жизни и - не готов. Не вовремя всё. Откладываешь любовь, разговоры, признания. Ведь успеешь ещё, правда же? И теряешь внезапно.

А второго шанса жизнь почти никогда не даёт - она и первый даёт очень редко. В жизни всё необходимо делать сразу и не откладывая. Любить человека и делать счастливым всеми возможными способами. Жизнь не церемонится, если не ценишь её подарки и считаешь, что всё именно так быть и должно - она отбирает подарки.

Жизнь не любит неблагодарных.

***

- Ребёнок, вставать сегодня думаешь? - мама заглянула ко мне в спальню, как любопытный кот.

- Да вот, думаю. - засмеялась в ответ - настроение было хорошим.

- Уже времени много, вставай. Я свежий чай заварила.

- Свежий чай? Тогда - встану, пожалуй!

"Свежий чай" - эта фраза была нашей с мамой домашней шуткой. Мы с ней любили пить чай и заварка была постоянно. Но, вот "свежий чай" у нас считался особенно вкусным.

После завтрака мама пощупала как енот - лапкой, коробку с подаренной мне шоколадкой. У неё сейчас нелады со зрением и ей всё нужно потрогать.

- А что это? - спросила с большим интересом.

- Шоколадка. Будем пить чай?

- Вкусная? - подозрительно покосилась она на меня. Я не даю ей есть много сладкого - ей нельзя из-за зрения, а мама - сластёна просто неимоверная!

_ Думаю, да.

- Ты купила? - как на беду, у мамы начался приступ её любознательности, а врать я не умела.

- Держи. - я разложила дольки на блюдце, надеясь, что любовь к сладкому победит мамино любопытство.

- Вкусная. С апельсинами? - мама с удовольствием прожевала кусок шоколадки.

- С цукатами. - я, прикрыв глаза, смаковала свой кусочек - шоколад был действительно вкусный. Раскусывался с хрустом, как и положено настоящему, чёрному шоколаду, а не прилипал к зубам, словно замазка. Растворялся насыщенным вкусом - горьковато-приятным и бархатным. А потом попадался цукат - тонкая корочка сахара растворялась, апельсин взрывал рецепторы свежим, кисло-сладким вкусом, как вспышкой.

- Дай кусочек ещё.

- Мама, куда столько сладкого? - возмутилась небезосновательно: пока я наслаждалась, зажмурив глаза от удовольствия, она слопала всё, что в блюдечке оставалось.

- Дай кусочек! - повторила мама сердито. - Тебе, что жалко? Жлобяра! - театрально заныла. - Дорогая, наверное?

- Да. - ответила коротко.

Я не сердилась - такие у нас с ней шутки. Шоколадку дала, чтобы она отстала с расспросами.

Я не хотела ничего говорить ей о Владе. Я вообще о нём говорить никому не хотела, решила скрывать его ото всех, как самую большую свою драгоценность. Как самую сокровенную сердечную тайну - хранить наши с ним отношения от чужих глаз. Как самое дорогое желание души - спрятать в самой её глубине и не позволять никому прикасаться. Я не хотела им хвастаться, как делают некоторые - словно ценным военным трофеем. Я любила его не для этого.

Я просто любила.

***

Устроившись на скамье, с улыбкой зажмурилась и подставила лицо яркому солнцу полудня. Солнышко припекало - так бывает зимой, очень редко, но всё же бывает. На аллее никого не было: ни детей, ни бабулек, ни молодых мам с колясками - и я наслаждалась солнцем и уединением. Чтобы позвонить Владу, маме сказала, что мне нужно в парфюмерную лавку - вот и повод из дома уйти.

Быстро и не задумываясь, нажала на вызов "Магистр". Руки дрожали, мелко-мелко так. Не понимала, отчего я так волновалась.

- Привет, София. Ты освободилась? - я растерялась - голос звучал не так ласково, как я привыкла уже и ожидала.

- Привет, Влад. Тебе удобно сейчас разговаривать? Если нет - я перезвоню. - да что со мной?! Даже голос дрожит - чую неладное.

- Нет, мне удобно, всё в порядке. - а вот его голос звучал спокойно и ровно.

- Хорошо. Ты сказал позвонить - я и звоню. Как твои дела? Чем занимаешься? - совсем растерявшись от сквозившей прохлады в его голосе, я несла какую-то стандартную чушь. Совсем не то, что хотела сказать, совсем не то, что я чувствовала. О том, как скучаю и думаю только о нём.

- Дела - хорошо. - Влад сделал паузу. Во время его молчания я решила уже - сейчас попрощаюсь и... всё. Выглядит так, что я внимание у него выпрашиваю! Только сначала скажу... сейчас, соберу волю в кулак...

- Влад, если ты решил мне показать, что тебе вдруг стало не о чем со мной разговаривать - не трудись. Я не буду надоедать и названивать. Не беспокойся. Спасибо за всё и всего тебе доброго. - нажала отбой и едва не заплакала.

Вот и всё. Главное свойство жизни - внезапность. Счастье закончилось, толком не начавшись.

Сейчас я пойду куда-нибудь... куда я там шла? А, в парфюмерную лавку. Да, да. Я должна там что-то купить - не стоило ради него маму обманывать. Сейчас, только боль отпустит немного.

Зазвонил телефон. Я уставилась на экран с тупым непониманием - это был Влад. Что ещё?

- Да, слушаю. - сказала очень спокойно и ровно. По крайней мере, надеялась - мой голос звучит именно так.

- София, я хотел бы узнать: чем ты была занята, что позвонить не смогла? Кто нам мог помешать? Ты ведь не замужем. - для слов, которые произносил, он был слишком спокоен.

- Не замужем? Почему ты уверен - ты же не спрашивал? - сказала тихо-тихо от ярости, чем себя с головой выдала.

- Уверен. - почти отрезал. - Иначе ты не пошла бы в кафе, не дала номер своего телефона. И прикасаться к себе не позволила - для таких как мы, прикосновения больше слов значат. - голос стал резче. - Так кто нам мог помешать?

Всё так обыденно? Он просто обиделся, в нём говорит задетая гордость? Неожиданно я успокоилась и расслабилась.

- Влад, я ушла из дома, чтобы тебе позвонить. Не хотела при маме с тобой разговаривать.

- Вот как? Почему? Ты... стыдишься меня? - тучи сгущались.

- Я не стыжусь, что за бессмыслица? Я... как тебе объяснить? Я тебя берегу и скрываю, я не хочу расстаться с тобой. Понимаешь?

- Не понимаю. Объясни, я не вижу никакой связи.

Ты, Влад, маму мою не знаешь. Ты много обо мне не знаешь.

- Хорошо. Ты будешь смеяться, но я расскажу. Если хочешь с мужчиной поссориться - просто скажи моей маме. Ей достаточно только знать, что ты существуешь - и можно себя свободной считать. Проверено временем и доказано экспериментально.

- А-а-а, так! "Дурной глаз"?! - Влад рассмеялся негромко и облегчённо. - Не говори больше так: "Не о чем разговаривать". Я думал, ты со мной говорить не хочешь, вот сообщением и отбоярилась.

- Влад, я могу попросить тебя кое о чём? - выдохнула - тучи рассеялись!

- Да, совёнок, говори - что? - голос снова стал ласковым, а я из холодной "Софии" снова превратилась в "совёнка". От теплоты в его голосе совсем осмелела и бросилась в "лобовую атаку":

- Если тебя будет что-то смущать или я скажу и сделаю то, что тебе не понравится - просто скажи, честно и прямо. Пожалуйста. Я прошу только о честности.

- Да. И ты, если возникнут вопросы - не молчи, спрашивай. Договорились.

- Договорились. - скрепили мы " мирный договор".

- Ты мне сегодня приснилась, совёнок. - он засмеялся. - Я и не знал, что такое возможно.

- А что я у тебя во сне делала?

- Я очень хотел и всё время пытался тебя обнять, но ты не давалась. Я сердился и снова пытался, но - никак.

- Сон в руку. - фыркнула я.

- Правда? Почему, как?

- Обниматься во сне очень плохо. Но мы не обнялись - и не поссорились. Видишь, значит сны - это правда.

- А если... обняться по-настоящему? Примета хорошая, как ты думаешь? - бархатные нотки меня поглаживали и обволакивали, но это было неожиданно.

Мне пришлось выпрямиться - от его интонации по всему телу рассыпались колкие искры, кончики пальцев стали горячими, щёки обдало жаром. Как ему удаётся - не сказать ничего пошлого и вогнать меня в краску?!

- Если по-настоящему? Хм... не знаю. - протянула задумчиво. - Не попробуешь - не узнаешь.

- Ах, ты... совёнок! - он тихо смеялся и в душе у меня его смех прыгал весёлыми, солнечными зайчиками.

- Я очень хочу тебя обнять. Видеть хочу.

Так недалеко и до состояния эйфории от счастья!

- У меня завтра пары.

- Завтра. Да, совёнок, я не люблю сообщений по телефону...

- Я тоже их терпеть не могу. - сказала поспешно и это была чистая правда.

- А ты - почему?

- В большинстве случаев - это наборы букв, которые ничего не значат. Эмоциональный поводок. Я... не права?

- Права... именно так. А что, по-твоему значит? - я чувствовала, как он меня изучает.

- Поступки, Влад. Значение имеют только поступки. - я улыбнулась и, чтобы мой ответ не звучал слишком жёстко, добавила: - Но твоё сообщение мне очень понравилось.

- Ну, раз уж стал твоим тайным поклонником, то пришлю тебе сообщение на ночь.

Глава 7

Задержавшись в пути и безбожно опаздывая на пары, всё же решила в оставшиеся пять минут выкурить сигарету. Слишком уж моему организму эта привычка нравится. Знаю, что это - обман и никотин не успокаивает, а наоборот, подстёгивает сердце и нервную систему, но психологически ничего не могу поделать с собой. Для меня этот процесс - маленький и по времени сжатый анализ. Сродни медитации.

- Совёнок, ты предсказуема - я всегда знаю, где мне тебя искать! - услышала голос, заставивший всё внутри задрожать от радости. Сигарета, конечно же, вывалилась из ставших вдруг непослушными, пальцев.

Ни слова не говоря, повернулась и прижалась к нему крепко, как только могла. Куртка у Влада была не застёгнута и, скользнув под полы ладонями, я блаженно его обняла, вдохнув мужской аромат с нескрываемым удовольствием. Потрясающий запах - чистый, горячий запах мужчины, стыдливо замаскированный древесно-цитрусовым парфюмом, лёгким и ненавязчивым!

Руки Влада со сдержанной силой сжали меня, пальцы погрузились в волосы на затылке и прижали к груди мою голову.

Сердце. Его сердце билось так сильно, так быстро... Я замерла, слушая и наслаждаясь всем: надёжной безопасностью в сильных объятиях, говоривших без слов: "Ты - моя, я тебя никому не отдам!". Биением сердца мужчины, ставшего для меня самым важным на свете. Я не понимала - как он это сделал?! Я наслаждалась одним только фактом, что он рядом и обнимает меня - тот, кого я ждала всю свою жизнь. Нет, до него всё это было - не жизнь, а ожидание Влада!

- Боже, как хорошо! - послышался глухой от волнения шёпот.

- Хорошо. - повторила, как эхо. - Ничего, что мы так делаем?

- Как, совёнок?

- Ну, на виду у всех обнимаемся?

- Мне бояться нечего! Тебе?

- Влад, ты издеваешься?! - возмутилась всё также шёпотом и попыталась прижаться к нему ещё крепче. - Просто, знаешь, я так никогда не делала. Никогда, понимаешь? - и вздохнула, погладив ему спину ладонями.

- Знаю. Мне нравится, как ты вздыхаешь. - усмехнулся негромко, прижимая меня к себе крепче и бережней.

- Как я вздыхаю?

- Счастливо.

- Ну, вот, мы и попробовали.

- Что попробовали, совёнок?

- Ты спрашивал: как будет - если обняться по-настоящему. Хорошо! Теперь мы оба знаем! - тихо фыркала ему в грудь от смеха.

- Ах, ты... Ну, да: "Не попробуешь - не узнаешь." - он ласково гладил мои волосы и я чувствовала себя кошкой.

- Целовать не буду тебя! - сказала ему очень строго.

- Почему? - он слегка отпустил мою голову и я смогла увидеть удивлённое выражение глаз.

- Во-первых - я опоздаю. Во-вторых - это слишком... хм... интимно и я не могу целоваться на улице.

- Всё правильно, совёнок, всё правильно. - он улыбнулся и снова погладил меня. - Знаешь, мне иногда кажется, что ты произносишь вслух мои мысли. Я не хотел бы, чтоб посторонние видели, как я целую тебя.

От его слов сердце сладко оборвалось и рухнуло вниз а кровь зашумела в ушах.

- Опять же - я опоздаю на пары бесповоротно и окончательно. И, потом, я не знаю - хочешь ли ты со мной целоваться. - выдала я улыбаясь, но краснея совершенно предательски.

- Совёнок, ты знаешь, кто ты?

- Кто? - посмотрела доверчиво в серо-стальные глаза.

- Ты - зараза! - рассмеялся Влад. - Милая, маленькая зараза! И мне это очень нравится! Беги, уже опоздала. Встретимся после пар. - он продолжал удерживать меня за руку.

- До встречи, Магистр.

Влад вдруг наклонился так опасно, так притягательно близко и обдал мне шею горячим дыханием:

- Тебе очень хотелось, чтоб я тебя поцеловал?

Манипулятор и провокатор! Ну, держись у меня!

- Очень! - я прильнула чуть ближе, почти касаясь его мочки уха губами: - Но - не сейчас! - выскользнула, услышав за спиной короткий, сдавленный выдох. Побежала к центральному входу, где за порядком следил строгий и важный охранник.

- Здравствуйте! - пролепетала, чувствуя себя влюблённым подростком.

- Здравствуйте. - охранник посмотрел на меня поверх очков очень внимательно и я сразу же почувствовала себя во всём виноватой! В своём радостном виде, в том, что так неприлично счастлива, что идёт снег - а в сердце поют весенние птицы!

***

- Итак, локализация функций в коре больших полушарий. - раздался из открытой в аудиторию двери звонкий и чистый голос Марины Юрьевны Розиной.

Я опоздала на "Анатомию ЦНС". Сдавленно пискнув:

- Здравствуйте. Извините. - я шустрой мышкой юркнула на свободное место на первой парте - садиться туда никто не хотел.

- Двигательная или моторная зона коры отвечает за движения. Движения возникают при раздражении коры в области предцентральной извилины...

Я конспектировала совершенно автоматически. В голове всё время звучал хрипловатый, негромкий голос: "Я не хотел бы, чтоб посторонние видели, как я целую тебя..." - снова горячей волной окатило меня.

- София, какие движения не могут осуществляться при повреждении моторной зоны коры? - спросила Марина Юрьевна строго. Видимо, у меня на лице было написано, что нахожусь я не в аудитории, а витаю самым бессовестным образом в розовых облаках.

Спасла открытая в правильном месте книга по "Анатомии ЦНС". Я панически впилась глазами в строчки:

- При повреждении моторной зоны коры не могут осуществляться произвольные движения.

- Правильно. - она слегка нахмурила идеальные брови на красивом лице. - Отростки гигантских пирамидальных клеток спускаются к двигательным нейронам среднего, продолговатого и спинного мозга, иннервирующим скелетную мускулатуру. Путь от коры к мотонейронам носит название пирамидного пути. Это и есть путь произвольных движений. Далее - сенсорные зоны коры...

"Тебе очень хотелось, чтобы я тебя поцеловал?"

Очень. Мне очень хотелось его поцелуев и ласк, и одновременно - я их боялась! Глубинным, внутренним чувством я понимала: как только он меня поцелует - пути назад больше не будет. Он утвердит на меня своё право. Но... может, не так уж и плохо - принадлежать тому, кого любишь?

Я мечтательно улыбнулась. Люблю... я люблю!

- Следующее занятие - практика. Самостоятельно изучить агнозии, афазии и апраксии, наступающие при нарушениях зон коры.

Пока я пихала в сумку конспект и учебник, зазвонил телефон.

- Да, слушаю.

- Ты уже освободилась? Жду у центрального входа, совёнок. - голос Влада был ласковым и немного взволнованным.

- Я сейчас. - голос ослабел от волнения - мне передалось его состояние.

- Ты голодна? - Влад опустил мне ладони на плечи, посмотрел в глаза очень внимательно и улыбнулся.

- Поесть бы не отказалась. - почему-то несмело ответила я, оробев от его улыбки и взгляда. В выражении его глаз появилось что-то новое, непонятное для меня.

- Недалеко есть хорошая пиццерия. Ты пиццу любишь?

Я только кивнула в ответ.

И когда мы обедали, и когда пили кофе (Влад - чёрный эспрессо без сахара, я - капучино с пирожным) - я была под гипнозом его голоса, улыбки и неотрывного взгляда.

- Влад, ты можешь мне рассказать об афазиях, апраксиях и... о, забыла, что третье! Нам нужно знать к следующей лекции, а лучше тебя мне никто не расскажет!

Если быть честной - я спросила его, чтобы просто отвлечься от сумбура, царящего в голове. Да и он был слегка напряжён - мы будто были на первом свидании, когда не знаешь, куда руки девать, что спросить, что сказать! Странно, что между нами произошло - утром всё было нормально! Неужели, дело в объятиях?

Влад рассмеялся - негромко и добродушно:

- Добрались до локализации функций коры?

- Угу. - покивала, набив рот вкусным пирожным.

- Хорошо. Скажу кратко, то что ты должна знать. Все наши функции - зрение, слух, чувствительность, навыки связаны с проекционными и ассоциативными зонами коры. Причём, величина проекционных зон неодинакова. Проекция кожи кисти рук занимает в коре такую же площадь, как проекция всего туловища. Величина корковой проекции пропорциональна значению рецептивной поверхности в поведении. Поняла? - смеялись серебряными искрами его глаза.

- Да. - я отпила кофе и приготовилась внимательно слушать. Напряжение между нами стало немного спадать.

- Кстати, совёнок, интересный факт: у свинки особенно велика проекция в кору пятачка! - он усмехнулся. - Почему - догадаешься?

- Он... самый чувствительный?

- Да. Дальше - первая из агнозий. Зрительная. Наступает при повреждении не проекционной, а ассоциативной зрительной зоны.

- Человек слепнет?

- О, нет. - усмехнулся он как-то криво. - Способность видеть у него сохраняется, только она ему ни к чему - он теряет способность узнавания.

- О, Господи! Это как? - я даже вздрогнула.

- Будучи грамотным, он не может прочесть написанное, узнаёт знакомых с детства людей только по голосу.

- Ты с таким... сталкивался? - поняла его кривую улыбку.

- Да. В другой раз расскажу - где и когда. Следующая - слуховая агнозия, наступает при повреждении слуховых зон коры.

- И как она протекает? - спросила немного испуганно.

- Такая же хитрая, как и зрительная: человек слышит, но значение слов перестаёт понимать. Родной язык становится ему непонятен, как иностранный. А, есть ещё стереоагнозия - человек не может распознавать предметы на ощупь, хотя зрительно их узнаёт. Что там ещё - апраксия и афазия? Афазия наступает при нарушении ассоциативных зон - это потеря способности речи.

- Человек немеет?

- Нет-нет, совёнок, не совсем так. Афазии бывают двух видов - сенсорная и моторная. Моторная бывает при повреждении центра Брока - больной речь понимает, но сам говорить не может. Сенсорная случается при поражении центра Вернике - больной речи не понимает. При аграфии человек разучивается писать, при апраксии - теряет способность к заученным движениям: не может спичку зажечь или застегнуть пуговицу. Все эти расстройства очень... хитры.

- Где... где ты всё это видел? - спросила от страха шёпотом.

Взгляд его стал вдруг странным - тяжёлым и непроницаемым:

- Я всё тебе рассказал.

- Да... прости. - смешалась и опустила голову. Чувство было, словно я попыталась открыть дверь в запретную комнату.

- Ничего. София, я могу пригласить тебя... в гости?

Меня охватило чувство неотвратимо приблизившейся Судьбы - он решил, решил... поэтому был как мальчишка взволнован! Я перестала слышать весь окружающий мир - только бешено бьющийся пульс. Сопротивляться себе и ему бесполезно и глупо.

Что же... попробуем.

Я нерешительно подняла глаза и попалась в капкан серо-стальных, мягко мерцающих глаз.

- Я предупрежу маму, что задержусь...

Влад с осторожной нежностью сжал мою руку:

- Нет. Ты не задержишься. Ты останешься.

Глава 8

Больше он не отпускал меня - наши руки были сцеплены неразрывно, пальцы переплелись. Ладони соприкасались, согревая друг друга, разделить их было уже невозможно - слишком важно было нам ощущать долгожданное прикосновение. Так мы и сидели в такси, по пути к его дому - крепко держались за руки и молчали. И я была ему благодарна за это молчание - все разговоры в эти минуты казались пустыми и пошлыми.

В прихожей Влад снял с меня куртку - и я попала в плен его сильных, горячих рук, настойчивых и осторожных. Нет, не попала в плен - я сдалась добровольно.

Слова не нужны были больше.

Все слова замерли и растворились в темноте спальни. Замерли на сухих и горячих от страсти губах, сгорели на кончиках дрожащих от возбуждения пальцев, на истосковавшихся друг по другу телах. Слова стыдливо затихли в нежности прикосновений и неистового желания поцелуев и ласк - ненасытных и непрерывных.

Слова не могли сказать больше жадного желания обладать друг другом до конца, без остатка. Не разжимать объятий. Всегда.

И, всё же, Влад их сказал - два самых необходимых слова:

- Ты - счастье! - выдохнул шёпотом, поймав мои стоны губами.

***

- Вот почему я не хотел, чтобы кто-нибудь видел как я целую тебя! - Влад усмехнулся, лаская меня и поглаживая.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мы смогли оторваться с ним друг от друга и лежать, спокойно обнявшись.

- Ты знал, чем закончится наш поцелуй? - фыркнула мужчине куда-то подмышку.

- Нет, совёнок, я знал, что он не закончится. Не закончится... - моего виска коснулись горячие губы.

- Влад, ты не сердись, что я ничего не говорю. Это было так... потрясающе и я... я не могу найти слов - они разбежались! Наверное, они ни к чему... Я не понимаю, что со мной происходит. - прижалась ласковой кошкой к его сильному, по-волчьи поджарому телу, с нежностью коснулась губами горячей и терпко пахнущей кожи. Самый лучший аромат в мире - так может пахнуть только один мужчина! Любимый.

- Я могу тебе повторить: "Ты - моё счастье!" - он удовлетворённо прижал меня к себе крепче. - Состояние, да... вы ИСС уже проходили?

- Изменённые состояния сознания? Да. Думаешь, мы с тобой впали в аффект? - засмеялась негромко и счастливо.

Влад тоже в ответ весело хмыкнул:

- Ага. Перманентный аффект. Есть там ещё одно состояние, сродни аффекту.

Я замерла: нет, не может быть, чтобы он тоже... это он так мне в любви признаётся?!

- Какое? - от волнения вышло шёпотом.

- Состояние суженного сознания помнишь? Когда сознание сужается до одного в мире объекта.

- Их несколько. Ты какое имеешь ввиду?

- Любовь я имею ввиду, совёнок.

Я молча уткнулась лицом ему в грудь, изо всех сил стараясь сдержать счастливые слёзы.

- Значит, у меня - тоже.

- Что у тебя - тоже? - поинтересовался Влад оживлённо.

- Состояние суженного сознания. - улыбнулась ему.

- Да скажи уже это, зараза! - усмехнулся мужчина. - Скажи. Я очень хочу это услышать. - произнёс нежнее и тише.

- Я люблю тебя. - слова легко сорвались с языка. А ведь я сказала их первый раз в жизни.

Он бережно обхватил моё лицо ладонями, пристально посмотрел в глаза:

- Ты... никому раньше... не говорила?

Я помотала головой отрицательно.

- Я люблю тебя. Люблю, слышишь?! - прошептал тихо и яростно.

- Слышу. Я люблю тебя. - погладила сильные пальцы, предплечья и плечи. - Влад, ты расскажешь мне что-нибудь о себе?

- Ты хочешь знать моё прошлое? - в голосе появилась какая-то настороженность.

- Нет. Мне всё равно, что было в твоём прошлом - мне это неважно. Я люблю тебя. Я хочу знать тебя.

- Расскажу - и ты мне расскажешь. Что захочешь, что сочтёшь нужным. Я знаю о тебе самое важное - я люблю тебя. А прошлое... прошлое не интересно - там уже ничего не изменишь. Я расскажу. Потом. Не сейчас. Сейчас я очень занят... мне некогда... - тихо закончил, целуя меня.

***

- Совёнок... совёнок, давай, просыпайся! - кто-то шептал мне на ухо и ласково водил по губам горячим, немного шершавым пальцем.

Странно... я давно сплю одна... Влад. Меня будил Влад.

- Доброе утро! - обхватила шею мужчины, прижала щёку к его щеке - уже гладковыбритой.

- Доброе утро. Мы в университет опоздаем. - сказал утвердительно, дерзко шаря по моему телу руками. - Я сварил тебе кофе. - и впился ртом в мои губы.

С головой захлестнуло волной горячего счастья. Горячего, как летнее солнце и ласкового, словно тёплый прибой. Влад напоминал океан - сильный и щедрый на любовь и эмоции. Дарил страсть и нежность не отмеряя и не задумываясь, полностью погружал нас в бескрайние волны единственно важного чувства.

Я раскрылась навстречу и поняла, как прекрасно принадлежать мужчине, который овладевая тобой, ни о чём и ни о ком больше не думает - не существует для него никто в мире, кроме тебя! Доверилась ему полностью. Ведь слова могут лгать, а поцелуи и ласки не могут. Любовь невозможно сыграть.

***

Краснела на лекции, мечтательно улыбаясь и вспоминая самое счастливое утро в жизни. Как не сдержалась и прошептала, растворяясь в ответной любви:

- Ты сделал меня самой счастливой!

Влад слегка отстранился, приподнявшись на локтях, внимательно посмотрел мне в глаза и ответил очень серьёзно:

- Ты меня - тоже. Поверь. - и улыбнулся.

За эту улыбку я готова отдать очень многое.

В университете наша группа, смеясь и переговариваясь. входила в аудиторию. Я почувствовала его. Взгляд. По спине и затылку прокатилась волна сладких импульсов, кровь забилась в висках а сердце радостно заколотилось.

Влад. Стоял в отдалении и улыбался красноречиво: в серебристых глазах мерцали искрами воспоминания ночи и утра. Эффектная старшекурсница с чёрными, как смоль волосами, что-то ему говорила, безуспешно пытаясь заглянуть прямо в глаза. Влад, со скрещенными на груди руками, неотрывно смотрел на меня. Под его магнетическим, ласкающим взглядом со мной творилось нечто невероятное.

У центрального входа он погладил меня по щеке - у всех на виду! - жестом счастливого собственника, ясно дававшим понять: "Ты -только моя!"

Сейчас всё стало неважным: коридор, люди вокруг, старшекурсница, что пыталась привлечь к себе внимание моего Магистра. Мы с ним остались вдвоём - даже звуки вокруг стихли, не в силах прорвать неразрывную связь наших взглядов. Тишина наполнилась потоком искрящихся чувств, которые можно лишь испытать, рассказать о них невозможно - слишком мало значат слова в сравнении с ощущением, от которого хочется кричать на весь мир, как ты счастлив!

Тихо прижаться к своей радости и, коснувшись губами, замереть, зажмурить глаза, отдать всю любовь в подарок единственному.

- Кхм... кхм... София, о чём вы так крепко задумались? - прозвучал за спиной голос доцента Безродного. Как мне показалось - с шутливой, двусмысленной интонацией.

Глава 9

После фразы Безродного на меня обрушился окружающий мир со всеми своими звуками и ощущениями: коридор, преподаватель, который стоял вместе со мной перед дверью в аудиторию и чёртова старшекурсница, которая никак не хотела отвязаться от моего Магистра!

Но связь не прерывалась - взгляд серебристых глаз не позволял сделать этого. Любовь. Сознание сузилось. Влад улыбнулся и прикрыл глаза на секунду - я, наконец-то, смогла юркнуть в аудиторию, пробормотав:

- Простите, задумалась!

Владимир Иванович глубокомысленно хмыкнул.

***

- Что же ответил Фрейд своей ученице, Блюме Зейгарник, когда она предложила ему доказательную базу его теорий психоанализа? - Безродный хищно прицелился взглядом в первые парты. - София?

Дрогнув, с трудом выбралась из омута сладких воспоминаний чудесного утра, подаренного Владом и взглянула в бедовые и блестящие глаза преподавателя. Он усмехнулся мне... с пониманием?!

- Фрейд ей ответил, что его теории не нуждаются в доказательствах - в них нужно просто верить. - мурлыкнула немного задумчиво.

- Именно так! - припечатал Владимир Иванович, продолжая в упор смотреть на меня и добавил: - В них нужно просто верить. Далее, рассмотрим теорию Карла Густава Юнга, которую он стащил у своего учителя и приукрасил.

Я слушала очень внимательно. Щёки горели.

***

- Ты сегодня поедешь домой. - Влад не спрашивал, а утверждал.

Торопливо сбежав навстречу ему по ступенькам, я словно наткнулась на стену. Он не спросил, а поставил меня перед фактом, как пощёчину дал. Эффектная черноволосая старшекурсница бросила на меня снисходительный взгляд, стоя в сторонке. На девяносто девять процентов я была абсолютно уверена в том, что знаю, кого она ждёт.

Значит... всё? Как быстро. А прошлой ночью я была его "счастьем". Прошло, значит, "суженное состояние сознания".

Опустив глаза, посмотрела на свои аккуратные ногти - не накрашены. На простые ботинки, удобные но не изящные. На серую курточку без изысков - тёплую и любимую.

Я его понимаю и не виню. Она, конечно, моложе, красивее и эффектнее. Улыбка моя стала печальной - на что я только надеялась? Но... я благодарна - он подарил мне одну ночь и день, когда я была очень счастлива! Очень счастлива... Царский подарок.

Мне не было стыдно. Мне не было больно. Мне было... никак, от шока я ничего не чувствовала. Я справлюсь - это не первое разочарование. Подняла лицо с застывшей улыбкой:

- Да, конечно. Как скажешь. Прощай.

- Стоп. - Влад быстро сжал мои руки в горячих ладонях. Красивая старшекурсница презрительно фыркнула и отвернулась. - Что значит: "Как скажешь. Прощай."?

- Пожалуйста, Влад... не надо. Я всё поняла, я не так уж глупа. Просто слишком доверчива. - только б успеть уйти и не расплакаться.

- И что ты поняла? - голос звучал настороженно.

- Что на сегодня я тебе не нужна. И завтра, наверное, тоже. И никогда. - ответила тихо и без эмоций.

- Ты считаешь меня таким вот скотом? Да, совёнок? - он резко втянул в себя воздух, ноздри расширились как у хищника. Немного отпрянул но руки мои держать продолжал.

- Я ошиблась? Это не так? - спросила устало. Навалилась усталость - пусть отпустит меня. Пропало желание всё это выяснять.

- Я не объяснил. - он с силой и облегчением выдохнул. - Сейчас ты поедешь домой, соберёшь свои вещи - ну, что вы там, девочки в таких случаях собираете? Завтра ты переезжаешь ко мне. Ты же должна объяснить маме, почему ты не ночуешь дома и не будешь уже ночевать. Завтра утром возьмёшь такси и приедешь ко мне... к нам домой. Я буду ждать.

Я закрыла глаза - слишком много эмоций. Слишком сильные. Он заставлял меня чувствовать слишком сильно.

- А это? Мальчишник, последний день холостой жизни, да?

- Ты о чём? - непонимающе хмурился Влад.

- О девушке, которая ожидает в сторонке.

Он вдруг расплылся в улыбке, поднёс мои пальцы к губам, легонько поцеловал:

- Ух ты! Какой у меня ревнивый совёнок! Так ты считаешь меня... мачо? - он рассмеялся негромко. - Об этом поговорим завтра. С Натальей мы идём сейчас в другой корпус. Ты же не знаешь - я ассистент преподавателя, а у неё практика. Преподавателя нет - значит я должен проконсультировать.

- Прости. - улыбка моя была виноватой. - Это было... очень смешно?

- Совёнок, ты у меня замечательная! - улыбаясь, Влад наклонился ко мне и прошептал: - Я люблю тебя.

- Я - тебя. - лёд внутри таял со скоростью света.

***

Влад вышел встретить меня у подъезда. Молча взял в одну руку мой небольшой саквояж, в другой сжал мои пальцы и повёл за собой. Теплом окутало осознание факта - я всегда мечтала об этом моменте: моя рука в сильной горячей ладони и мой мужчина, без всяких вопросов, ведёт меня за собой! Этого хочет каждая женщина, какой бы свободной и независимой она не пыталась казаться и быть. Женщина хочет иметь право на слабость рядом с любимым мужчиной. Только для этого нужно поверить ему, знать, что не обидит и защитит.

За дверью, в квартире, он обнял меня:

- Я рад, что ты мне поверила! - сказал почти шёпотом и прижался губами к моим волосам. От его слов тряхнуло в ознобе - он и мысли читает?! - А сейчас - раздевайся, мы будем праздновать!

- Так сразу? - он помогал мне снять куртку.

- Совёнок, я говорил тебе, что ты - зараза?! - мужчина смеялся.

- Угу. - я покивала. - А что мы будем праздновать?

- Наш первый день вместе. Идём. - он снова взял мою руку, провёл меня в зал. На кофейном столике ждала бутылка вина, сыр и фрукты. Полыхал букет ярко-жёлтых роз в вазе. Края лепестков были красными, делая цветы похожими на языки пламени.

- Какие красивые! - не сдержала восторга. Больше всех остальных люблю цветы жёлтого цвета. Любые - лишь бы они напоминали солнце и лето!

- Тебе нравятся?

- Очень! Я люблю жёлтые, а эти напоминают огонь. Как ты узнал?

- Ты во всём на других не похожа и взгляды у нас с тобой совпадают. Когда выбирал - мне эти понравились. Они чем-то тебя напоминают. - он улыбался и ласково гладил мне щёку.

- Спасибо. Ты... спасибо, Влад. - мне стало не по себе - за мной так никто никогда не ухаживал, не был так добр ко мне.

Он налил нам вина, подал бокалы:

- За то, что ты выбрала психологию и мы встретились!

- Ты поступаешь опрометчиво! Я не пью - очень быстро и сильно пьянею. - засмеялась в ответ.

- Я и хочу, чтобы ты опьянела. - он сел на диван и поманил меня, несколько раз сжав пальцы в кулак. - Иди ко мне. Ну, София, иди! - прозвучало нетерпеливо.

- Я тебя предупредила! - смеясь, села рядом. - Мне же ещё в универ идти.

- Нет. Сегодня никуда не пойдём: я предупредил на работе и у тебя только лекции, практики нет. - он прижал меня крепче.

- Ты всё разузнал? -

- Конечно! Ты моя женщина, я должен всё знать о тебе! - Влад улыбался. Он не переставал меня удивлять предупредительностью и свои м интересом ко мне.

- Тогда, я тоже всё должна знать о тебе!

- Я ничего не скрываю, только спроси. Пей, София.

Вино было вкусным невероятно, не порошковая дрянь, а настоящее. Мягкий прохладный вкус белого винограда и летних цветов рассказывал о краях, полных моря, солнца и счастья.

Через пять минут я "в лицах" рассказывала, как Безродный ругал нас за отсутствующих. Мне было весело и очень легко.

- Да, Владимир Иванович сощурил глаза и спросил: "А вы не рано расслабились, первый курс?!"

- Да-да, у нас тоже так было! Ты очень похоже изобразила! - Влад подлил нам вина. - Будешь ещё?

- Да. Вкусное, я такого никогда не пила. Только, кажется, я опьянела. - беспечно хихикнула. - А когда пьёшь - не кажется крепким.

- Это вино с моей родины. У вас крепят спиртом - потом, а у нас - сразу сахаром. Поэтому пьётся как сок и совсем не чувствуешь крепости.

- Вкусно. - я отпила, посмаковала. - Ты успешно споил меня... по-моему.

- Отлично. Тогда... - он отставил бокалы, - займёмся тем, чем я сразу хотел!

- Ты хитрец! - засмеялась я счастливо. - Так ты подпоил меня специально?!

- Не сомневайся! - Влад изобразил театрального "злодея".

Страстный и нежный, хмельной и несдержанный, как морской шторм в девять баллов, он заставил меня шептать и кричать его имя снова и снова, и забыть от любви своё собственное...

***

- Совёнок, я вот, хотел спросить тебя: почему ты решила тогда, что... больше мне не нужна?

- Согласись, так это выглядело. - прильнула к худощавому сильному телу, уютно устроилась. Влад ласково перебирал мои волосы.

- Я не подумал. Тебя кто-то бросал? Отец, может быть?

- Да. - я слегка насторожилась: если он настолько решил копаться в моём прошлом... - Откуда ты... думаешь - комплекс? - осенило меня.

- Похоже. - он поцеловал меня и продолжил: - Перестань думать, что ты малоценна, что тебя обязательно бросят. И что это будет твоя вина. В том, что он вас оставил, твоей вины нет. Абсолютно. Поведение таких отцов глупо и безответственно, ты такого отношения не заслуживаешь. Никто из детей не заслуживает. Разная степень ответственности - вот и всё. - он потёрся щекой о мой висок. - Просто вычеркни эпизод из своей памяти - он не имеет значения. А ты - самая лучшая. Для меня точно. - он улыбнулся, обнял крепче и бережнее.

- Да нет, Влад. - произнесла очень медленно. - Это ты - самый лучший.

Внутри стало тепло: Влад согрел мою душу. Не от того, что он одним движением вышвырнул из моей жизни чёртов комплекс, отравлявший мне жизнь. О котором я даже не знала. Счастье - доставить радость тому, кого любишь. Отдать свою нежность, заботу и знать, что ему с тобой хорошо. Отдать всё, что замёрзло в душе и никому не было нужно!

Главный секрет счастья, который так легко открывался.

Я была благодарна ему за чуткость, с которой он отнёсся ко мне. Влад добился, чтоб я расслабилась, свободнее себя чувствовала. Да, между нами уже всё случилось, этот раз не был первым... он был другим! Я ощущала себя в новом качестве и, почему-то, не знала куда от стеснения деться. Как кошка, которую принесли в новый дом...

Глава 10

Первый раз в жизни я была по-настоящему счастлива - я жила для любимого. Пекла Владу блинчики, пиццу и его любимое мясо под маринадом, не потому, что так надо - мне хотелось его чем-то побаловать!

Аккуратно и осторожно расставляла свои вещи на полках, стараясь быть незаметной в "захвате пространства" и занять как можно меньше места, не нарушать привычный для Влада порядок. Он заметил это однажды и рассмеялся:

- София, ты не на минном поле, расслабься! Хватит маскироваться. - сказал, увидев, как я пытаюсь спихнуть в уголок все свои флаконы и тюбики в ванной.

- Я не хотела... нарушить привычное для тебя пространство. Не хотела стеснять. - ответила тихо и виновато, чувствуя себя странно.

- Ты что, совёнок? - мужчина обнял меня. - Оставь эту чепуху о "личном пространстве"! Неужели ты думаешь, я испугаюсь твоего геля для душа? Как меня может стеснить любимая женщина? - он прижался щекой к моему лицу. - Перестань забиваться в угол как... испуганный котёнок, теперь этот дом - общий. Наш с тобой общий дом, совёнок.

Уткнувшись в грудь Влада, пробормотала взволнованно-глухо:

- Спасибо. Ты знаешь всё, что я чувствую. Это какая-то мистика!

- Нет тут никакой мистики, что ты, совёнок? У меня, как у психолога, всего-навсего больше опыта и наблюдательности. Я же вижу, как ты по углам жмёшься и садишься, будто в гостях. Я всё замечаю - мне... не всё равно.

- Я тоже хочу. - подняла голову - Влад усмехнулся.

- Что ты "тоже хочешь"?

- Знать, что ты чувствуешь. Пойми, для меня это важно, ты мне... очень дорог.

- Что я чувствую? Я счастлив, совёнок. - Влад погладил мне спину и волосы, вздохнул спокойно и тихо. - София, запомни: я никогда не вру. Не считаю нужным. Могу не сказать то, что человека расстроит, но врать точно не буду.

- Я поняла. - мои пальцы вцепились в рубашку у него на спине. Стало так хорошо - до кома в горле, до слёз на глазах.

Влад, он такой идеальный, мне в нём абсолютно всё нравится. Нравится спокойная рассудительность и внезапные вспышки страстного темперамента. Нравится стирать Владу рубашки и мыть посуду после совместного ужина. Особенно мне приятно, что он мне помогает: пока я мою посуду или готовлю, он протирает пыль или расставляет книги на полках, или чистит ковёр пылесосом.

Нравится накрыть его пледом, когда он устало уснёт на диване, даже не досмотрев новости и тихонько, стараясь не шуметь, готовить нам ужин. А после ужина Влад мне помогает с заданиями, объясняет лабораторную. Или ходить на цыпочках и приносить чай с лимоном без сахара, и ловить благодарный взгляд, когда он с головой погружён в работу за большим старым столом.

Да, я счастлива, определённо. Простым человеческим счастьем - я живу для любимого и он мне отвечает взаимностью. Разве для счастья ещё что-то нужно?

***

- Влад, это ужасно - нам задали лабораторную по антропологии! Индексы, кефалометрия, вычисление норм и не знаю, что всё ещё! И нужен подопытный. Ты будешь моим подопытным? - я вернулась из университета и, смеясь, обняла его со спины. - А что ты готовишь?

У Влада сегодня был выходной и он чистил овощи в кухне. Как мужчина, он очень вкусно готовил - мужчины готовят всегда с вдохновением. Никакой проблемы он в этом не видел и, когда у него было время, баловал меня потрясающе вкусными блюдами.

- Решил запечь овощи с мясом. - он повернулся, отставил ладони, чтобы меня не испачкать, поцеловал и обнял. Влад выглядел очень родным и домашним в старой футболке и джинсах, уютным и... очень желанным. И как же он здорово пахнет моим мужчиной! Моим.

- Ты что там сопишь мне подмышку?

- Не мешай, я тебя нюхаю! - заявила нахально. - Целый день так скучала!

Он тихо рассмеялся:

- Хорошо, раз уж тебе так нравится - нюхай! Если это не больно - я буду подопытным.

-Ура! Займёмся сейчас?

- Давай, я всё это в печку поставлю. Ты не голодная? - он подул мне в макушку.

Я ответила очень задумчиво:

- Хм...

Овощи мы начали печь спустя много времени, очень много! Влад каждый раз вёл в постели себя так, словно этот раз - последний.

- Никак не могу тобою насытиться! - щекотал мне ухо словами.

- Хорошо. - мягко шепнула в ответ, целуя его. - Значит, не надоела.

- Болтушка!

Тем временем, как готовился ужин, мы выпили чаю со сладкими булочками - я купила их по дороге домой.

- Так, мне нужны твои данные. - я записала в таблицу в тетради. - Рост и вес.

- Рост - 188, вес - 90. - Влад улыбнулся моей сосредоточенности. Думаю, его забавляет меня обучать и помогать.

- Минутку... - посчитала на калькуляторе. - Н-да... ты находишься на грани ожирения. - я растерялась.

Влад, на теле которого не было жира, вот просто ни грамма, задумчиво осмотрел себя:

- Ты уверена? - и приподнял брови слегка.

- Вот смотри: в таблице твой индекс соответствует графе "избыточный вес", потом идут стадии ожирения... потом - морбидное ожирение - Влад, а что такое "морбидное"?

- Покажи формулу, по которой считала. - сказал с подозрением.

- Да пожалуйста! - я предъявила тетрадь с независимым видом.

Он посмотрел на мою писанину, потом - на меня и... улыбнулся:

- Ты перепутала формулы. Это - индекс гармоничности телосложения, считать надо было по формуле индекс Пинье.

- Да? Ой, действительно, но... как же? - наверное, вид у меня был виноватый.

- Ты похожа на нашкодившего котёнка, которого поймали на горячем, София! Ожирение!.. - Влад почти плакал от смеха. - Хорошо, что не морбидное!

Я не выдержала и расхохоталась:

- Я пересчитаю! Ты рано не радуйся!

- Да уж, пожалуйста!

Показатели Влада были эталонными нормами. Кто б сомневался!

***

Я хорошо помню тот день - поначалу он был замечательным. Я надела новое платье и заметила, как вспыхнул взгляд Влада - я купила его специально. Мне так хотелось нравиться, я сияла и была совершенно счастлива, когда он меня похвалил:

- Новое платье? Тебе идёт.

- Тебе нравится? - спросила обрадованно, боялась, что не заметит.

- Ты, совёнок, у меня вообще весьма привлекательна. - он обхватил ладонью мне шею, наклонился к уху и тихо сказал: - Без платья - особенно!

От этих слов покраснела, и по пути в университет размышляла - я ведь уже забыла, что значит от мужской похвалы покраснеть! Пока не встретила Влада.

По окончании лекций спешила на кафедру - телефон Влада не отвечал и я решила узнать, когда он освободится, чтобы вместе уйти. Пары закончились поздно и людей в коридорах университета уже почти не было.

- Влад, ты должен её удержать, ты понимаешь?! - послышался из приоткрытой двери в преподавательскую слегка возбуждённый голос доцента Безродного. - Мы не можем её упустить! За всю свою жизнь я не сталкивался с таким потенциалом. Вот-вот обострение грянет - договориться не вышло. Ты меня понимаешь?

- Я... понимаю. - прозвучало негромко, напряжённо и холодно.

Даже не сразу поверила, что слышу сейчас голос Влада. Обычно спокойный и мягкий - сейчас он был наполнен холодной сталью, как звенящий клинок. О чём они говорят? Не понимаю, кого должен удерживать Влад?

- Владимир Иванович, успокойтесь, Влад справится. У него - степень Магистра психологии, о его способностях вы тоже знаете. Он высококлассный профессионал, неужели вы думаете, он не справится с наивной девчонкой? - послышался певучий голос Некрасовой с нотками снисходительности.

- Илона, детка, это - большое везение, что она нам попалась! Если хочешь - подарок Фортуны! Дважды так не везёт. Что ты молчишь, Влад?

- Я понял. Я справлюсь. - процедил он чужим голосом.

О чём и о ком они разговаривают?

- Влад, ты можешь убедить девушку? - прозвучал вопрос Илоны Некрасовой.

- Чего вы хотите? - чувствовалось: ему разговор встал поперёк горла.

- Убеди её записаться в группу к Логу на факультатив. Хорошо? Нужно готовить быстро и усиленно, у нас совсем мало времени.

- Хорошо, постараюсь.

- Всё, коллеги, мне пора - через двадцать минут видеоконференция с МГУ. Сотрудничать с нами хотят

- До свидания.

Я, словно заяц, бросилась за угол. Сумбурные мысли разбегались и путались, отчего-то вдруг стало страшно - на нас надвигается испытание. Лёгким оно не будет. Лёгких - их ведь не бывает.

***

После занятий Влад пригласил меня в "Золотой Жук" - чайную, где состоялось первое наше свидание. Но настроения не было: не помогал ни "волшебный чайный цветок", ни потрясающе вкусные цукаты, ни новинка меню - свежие фрукты-фондю в шоколаде. Я ёрзала на мягких подушках, как на иголках и ничему не была рада.

- София, скажи, ты хотела бы узнать больше, чем вам дают в учебной программе?

- Больше? Ты о чём? Нам бы осилить этот объём... - сказала рассеянно.

- Один из преподавателей ведёт факультатив, может слышала о группе Дмитрия Лога?

Я только решилась съесть дольку свежего яблока в шоколаде и как раз держала в руках шпажку с лакомством. Шпажка выскользнула из переставших чувствовать пальцев, всё упало обратно в тарелку. Мне показалось, что я в дурном сне.

- Так слышала? - настойчиво продолжал спрашивать Влад. - Что такое, совёнок?

- Да... слышала... конечно, все о нём говорят. - язык еле ворочался.

- Занятия начались, группа укомплектована, но если захочешь - я с ним поговорю, он сделает исключение для тебя.

- Да. Поговори. - соображала я плохо.

Значит, в преподавательской речь шла обо мне. Меня нужно удерживать, как зверушку для опытов с каким-то там необходимым им потенциалом.

А напротив меня сидит совершенно чужой человек.

Буду знать, что чувствует тот, кто упал с неба на землю.

Глава 11

Я верила в то, чего не было. Поняла, когда судорожно собирала второпях свои вещи, чтобы успеть убежать, пока он не вернулся. После того, как я заявила, что устала и хочу над конспектами поработать, Влад сказал, что зайдёт в университет - остались дела, заодно поговорит с Дмитрием Логом. Я покивала послушно и пошла домой... нет, больше мне это место не было домом. Шаги мои ускорялись - вот он, шанс сбежать от него без выяснений и сцен! Находиться с ним рядом у меня сил не осталось - ни моральных, ни физических.

Ничего не было. Он красиво ухаживал, знал, что сказать, как целовать... Он всё просчитал! Не дал мне подумать, использовал "состояние суженного сознания" - хороший психолог. Высококлассный.

Со мной не нужно было много усилий - я полюбила, ему и труда не составило. Хватило внимания и шоколадки. Что ж... не накладно. Сейчас, когда от потрясения романтический флёр рассеялся, я поняла - всё произошло слишком быстро. Не для меня - я верила в чувства с первого взгляда. Да, я наивна и верю в честность - что в этом плохого?! Для него всё произошло слишком быстро.

Как можно было поверить, что мужчина, за которым увивается большая половина девушек факультета, который до сих пор не женат и даже ни с кем не встречается постоянно - вдруг взял и влюбился без памяти в такую, как я?! Кулаки мои сжались, ногти впились в ладони до боли. Я справлюсь - это не первое разочарование, я справлюсь. Не первое, но станет последним - полюбить я уже не смогу, не смогу больше поверить.

Случайно брошенный взгляд на постель, мощным тайфуном поднял воспоминания о той ночи. О первой счастливой ночи в моей неудавшейся жизни.

"Ты - счастье!" - сказал он тогда.

Всё. Кончилось счастье, которого не было.

***

- Мама, я приеду сейчас. Хорошо? - она ничего не спросила, только сказала:

- Конечно, я буду ждать. Сейчас заварю свежий чай.

От нашего с ней "свежий чай" на душе потеплело, слёзы хлынули градом от облечения, так я всю дорогу в такси беззвучно проплакала. Всё же мама - единственное пристанище для человека. Народная мудрость о том, что дом - там, где мать, доказана практикой.

Мы выпили чаю с кусочками сахара вместо конфет - мама любит грызть простой рафинад.

- Завтра расскажешь? - она осторожно покосилась в мою сторону.

Я молча кивнула.

- Мама, спасибо. - нашла в себе силы на благодарность. Для неё важны эти слова и для меня, даже если сил и желания говорить у меня совсем не осталось. Мама в ответ только фыркнула:

- Ребёнок, это - твой дом. - и принялась за ещё один кусок сахара.

Через час после моего возвращения к маме раздался звонок телефона - Влад. Он вернулся и обнаружил ключи на кухонном столе - дверь я просто захлопнула.

- София, в чём дело? - голос Влада был полон тревоги и... страха? - Что случилось, совёнок? Ты где?!

- Мы расстаёмся. Я не хочу, чтобы ты мучался с абсолютно безразличным тебе человеком. Тебе не придётся больше лгать и изворачиваться. - мой голос не дрогнул, не выдал эмоций - их просто не было. Пусто.

- Я не понимаю, что произошло? Да объясни ты мне, наконец, в чём дело!

- Я случайно услышала ваш разговор с Некрасовой и Безродным. Сначала надеялась, что не обо мне, но ты предложил пойти в группу к Логу. Всё поняла.

- София, милая, ты должна меня выслушать! Нам нужно поговорить, нам нужно увидеться! Мы же с тобой договаривались прямо спрашивать. Помнишь, в самом начале?

Нет, только не это! Если мы встретимся - он обрушит на меня всю мощь своего обаяния, возьмет меня за руки... я не смогу устоять.

- Нет. Нам ни к чему с тобой больше видеться.

- София, послушай меня...

А я поняла, почему он так переживал и меня уговаривал: если я сорвусь у него с "крючка" - он "провалит" задание! Как же так?! Неотразимый Влад - и не справился с глупышкой вроде меня!

Губы скривились в болезненной, горькой усмешке:

- Не волнуйся ты так. Что вам там от мен нужно? Я всё сделаю, тебе беспокоиться не о чем - ты с заданием справился. Видеть тебя я не хочу. - чужой. Он чужой мне человек и предатель.

- Совёнок, прошу тебя...

- Хватит. Достаточно. До свидания, Влад.

Я нажала отбой: смысла продолжать разговор больше не было. Он будет уговаривать, я - отказывать. Рубикон перейдён. Задумчиво грызла кусочек сахара.

На душе было гадко. Я слышала - чувства, когда человек задевает струну в вашей душе и заставляет звучать.

Влад играл на моей душе, как на арфе. Извлекал самые чистые и прекрасные звуки - наверное, больше так в жизни не будет, никто не заставит "струны" снова звучать. Но и этот концерт пора прекращать - партитура у музыканта оказалась фальшивой.

***

- Фрейд справлялся с неврозами и истерией без всяких медикаментов, исключительно с помощью психоанализа! - Владимир Иванович опирался одной рукой на кафедру - стоя за кафедрой он лекций никогда не читал. Носился по аудитории, как ураган, приковав к себе наше внимание полностью. - Австрийский еврей, Зигмунд Фрейд понял, что рейх его не помилует. Его вывезли в Лондон при содействии некой влиятельной особы - греческой аристократки, которая за него попросту заплатила. В канцелярии рейха Фрейда перед отъездом заставили подписать документ о том, что он не имеет к рейху претензий и с ним хорошо обходились. Измучанный Фрейд, потерявший четырёх сестёр в концлагерях к тому времени, с горьким сарказмом спросил: "Я могу рекомендовать рейх всем?"

Я отвлеклась от своих грустных мыслей - таких сведений я о Фрейде не знала и в этот момент во мне родилось уважение к основателю психоанализа. Нет, не к его теориям, в которых многое работало и было правдой, но со многим в них я была не согласна. Я начала уважать его как мужчину и как человека.

- В Лондоне Фрейда приняли абсолютно восторженно, но его уже это не радовало. Он был болен - у него была тяжёлая онкология нёба. Больше не помогали многочисленные операции, перестало помогать и обезболивающее, врачи ничего сделать были не в состоянии. - голос доцента Безродного стал звучать немного потише. - Когда Зигмунд Фрейд больше не смог выдерживать боли, не дававшие психиатру работать, он попросил своего врача о последней инъекции. Врач сделал. В 1939 году сердце отца психоанализа остановилось. - Негромко и очень прочувствовано закончил Владимир Иванович.

Он лоялен к учению Фрейда и я подозреваю в нём не особенно скрытого сторонника теорий фрейдизма. Мы сидели притихшие. Уважение к мужеству Фрейда окрепло.

- Коллеги, на сегодня занятия наши окончены. На дом - конспект по теории гештальтпсихологии, трансперсональной психологии. Буду спрашивать! - "кровожадно" улыбнулся Безродный

Почти все вышли из аудитории, когда я услышала в спину:

- София, а вы задержитесь.

***

- Присядьте, София. - Владимир Иванович уселся за преподавательский стол напротив меня. Надел очки, потом снял, задумчиво покрутил их в руках и спрятал в нагрудный карман. Поправил тёмно-синий, в косую полоску, галстук.

Я следила за всеми его манипуляциями с лёгкой улыбкой - он думал, как ему начать со мной разговор. Моя тактика в таких случаях - ждать и помалкивать, тогда человек скажет даже то, что не собирался сначала.

- София, как я понял, вы уже знаете, что факультет и кафедра в вас заинтересованы. - искристые голубые глаза смотрели на меня по-новому - изучающе.

- Так вышло, что - да. - я даже не волновалась. В любом случае, у меня есть два выхода: отказать или согласиться. Но я чувствовала, что не откажу. Думаю, тоже чувствовал и Безродный.

Неожиданно он улыбнулся, тепло и располагающе. "Вот... хитрый лис!" - беззлобно подумала в ответ на улыбку.

- Вы необычны, София. Подпускаете к себе тяжело, но при этом добры и дружелюбны.

- Жизнь сделала меня осторожной, Владимир Иванович. У меня есть недостаток - воспитали так, что я долго была уверена - все люди честны и зла не желают. Жизнь показала, что это не совсем так. Я научилась относиться к людям с опаской.

- Понятно, так я предполагал. - он переплёл пальцы рук. - Тогда я постараюсь завоевать ваше доверие единственно приемлемым для вас способом - честностью. вы нужны нам, София. Ваши способности и мощность потенциала уникальны. За всю свою многолетнюю практику - а я работаю на факультете со дня его основания, я с такими не сталкивался.

- Владимир Иванович, но я сомневаюсь, что обладаю какими-то способностями. - я улыбнулась. - По крайней мере, они себя никак не проявляют.

- Вы ошибаетесь. - он взглянул мне в глаза так, что я поняла - он всё обо мне знает. - Вы обладаете и все женщины в вашей семье обладают.

Понятно. Что уж там, не в первом ведь поколении! Я молча ждала.

- А самое главное - свет в ваших глазах. - он усмехнулся. - Вам предмет нравится и вы его понимаете, часто - интуитивно, ведь так?

- Да. - я решила сократить время его "агитации". Придётся сдержать слово, сгоряча данное Владу. - Владимир Иванович, я уже пообещала... вашему коллеге, что сделаю всё, что вам надо. Только... я не хочу с ним больше сталкиваться. Если возможно. - с трудом подобрала слова, стараясь не упоминать имени Влада.

- вы имеете в виду Влада?

- Да.

- Но он - ваш куратор! - воскликнул Безродный.

- Назначьте другого. - стала я непреклонной.

- О, нет, София! Мы его не назначали - назначить его он потребовал сам. Весьма настойчиво. - едва заметно улыбнулся Безродный. Я покраснела. - При всём желании я не могу заменить вам куратора - этого делать нельзя! У вас с ним - связь, многоуровневая. Это очень опасно.

- Для него или для меня?

- Для обоих. - Безродный смотрел очень внимательно. - Но для него гораздо опаснее - он вас сейчас собой как щитом прикрывает.

- От чего... прикрывает?! - непроизвольно широко раскрыла глаза.

- Ото всего: от ментальных атак, от рецепиентов энергии - да от многого. Элементарно - от травм и опасностей! Это лучше Илона... Николаевна вам объяснит - она с этим чаще сталкивается.

- И чем это опасно?

- Защитник сильнее, если есть кого защищать. Без вас он ослабеет, вы уйдёте - враги останутся. Вот так.

- Он знал, что будет именно так?

- Конечно. Но всё равно на своём настоял. Хотели предложить другого куратора, но Влад поставил условие: или он, или вплоть до увольнения. Мы его не хотели терять. Он уникален, по-своему.

Нет, при всех обстоятельствах я не могу Влада подставить.

- Я могу с ним лишний раз не встречаться?

- Сведём к необходимому минимуму ваши контакты. - он согласно кивнул.

- Завтра вам всё объяснят на занятиях. Спешить не хотелось, но времени у нас нет. - он пожевал губами с видимым сожалением.- Вам удобно приступить к занятиям завтра, София?

Терять мне нечего, семьи нет, жизнь станет неинтересной, с недавних пор и любимого человека у меня больше нет, а тут - такая интрига! Возможно, это поможет отвлечься от боли, что поселилась в душе после разрыва с Магистром.

Я любопытна, как кошка - на это и сделана ставка. Так что...

- Я совершенно свободна.

- Отлично. Мне нравится ваш подход к делу. - доцент улыбался. - София... - он помолчал. почему вы не спросите, насколько это опасно?

- Владимир Иванович, а что выбор есть?

- София, запомните: он есть всегда. И только вам его делать. - он сделался очень серьёзным.

- Я его сделаю. - сказала спокойно, как никогда.

Не сомневайтесь, Владимир Иванович, в нужный момент я выбор сделаю.

Глава 12

С того самого дня как я дала согласие на занятия, времени у меня просто не стало. Сил еле хватало вечером принять душ и доползти до постели.

В первое воскресенье, волнуясь, вошла в лабораторию в подвале дальнего крыла корпуса. Некрасова уже попивала вкусно пахнущий кофе в крохотном кабинете. Выглядела она, как всегда, безупречно, комнату наполнял аромат необычных духов. До сих пор не могла поверить в то, сколько ей лет.

- Проходи, проходи! Присаживайся, я только кофе выпью - не завтракала, - она изящно откусила галетку. - Ты кофе будешь? С печеньем.

- Нет-нет, спасибо, я позавтракала. Могу посмотреть? - я подошла к стеллажу с книгами, который полностью занял одну из стен помещения.

- В полном твоём распоряжении.

Сначала я заинтересовалась книгами, чтобы не мешать ей спокойно поесть. Но книги были действительно потрясающе редкими - о некоторых я только слышала, некоторые впервые видела и понимала, что книги имеют отношение к психологии лишь по названиям и именам авторов.

- Этого нет в библиотеке, - обронила я утвердительно, с восторгом погладив корешки пальцами. Они имели особенный запах - драгоценных книг прошедших столетия, перевороты, спокойно и гордо несущих знания тем, кто их получить очень желает.

- Нет, - Некрасова закончила завтракать и мыла чашку в маленьком умывальнике. - Это - книги закрытого фонда. Хочешь взять почитать?

- А можно?! - мне даже не верилось.

- Тебе не только можно, а нужно, - ответила просто. - Скажи, София, что ты знаешь о явлениях "пси"?

- Я читала о них и об исследованиях в области парапсихологии, но... - мямлила я нерешительно. Я в эту область науки не верю, но сказать Илоне Николаевне в лоб стесняюсь: она на четвёртом курсе этот предмет читает. Если есть академический курс - значит он имеет право на существование.

- Ты в это не веришь, не так ли? - она улыбнулась, из голубых глаз посыпались озорные искорки.

В ответ я неловко пожала плечами:

- Знаете, это как с френологией - если Владимир Иванович говорит: "Экспериментально не доказано" - можешь даже не конспектировать!

- Да, его любимая поговорка, когда я только училась! - она рассмеялась и помолодела ещё лет на десять. - София, она существует, просто область очень закрытая, в неё невозможен массовый допуск, - она помолчала. - Он просто опасен, как в магию. Ты в процессе поймёшь. Присядь, я кратко введу тебя в курс, ты должна иметь представление, с чем будешь иметь дело, - Некрасова выпрямилась, подобралась и я поняла - она прочитает мне лекцию. Профессионал!

- Итак, явления "пси" изучают способы получения информации при отсутствии стимуляции известных органов чувств. "Пси"-процессы - процессы обмена информацией и энергией, и исследует их парапсихология. В свою очередь, парапсихология изучает две группы явлений: первая - экстрасенсорное восприятие или реакция на внешние стимулы без всякого известного чувственного контакта. В эту группу входят: телепатия - передача мысли от одного человека к другому без помощи любого известного канала сенсорной коммуникации и ясновидение - восприятие объектов или событий, не создающих стимулов для известных органов чувств. Да, ещё сюда же относится предсказание - восприятие будущего события, которое невозможно предвидеть. Но к предсказаниям уже я отношусь с огромным сомнением.

Вторая группа - самая опасная и закрытая. Психокинез - мысленное влияние на физические события без применения любой известной физической силы. Найти такого специалиста - всё равно, что найти алмазное месторождение!

Забыв, где мы и для чего я пришла, раскрыв рот, завороженно слушала.

- Интересно, где есть специалисты психокинеза? - прошептала задумчиво.

- У нас есть один! - Илона Николаевна гордо вскинула голову и чуть приподняла подбородок, словно была обладателем царской короны.

- Кто он? - вопрос я выдохнула, предчувствуя, что в глубине души знаю ответ.

Некрасова проницательно посмотрела в мои глаза, легонько кивнула:

- София, мы храним это в строжайшей тайне, если узнают, - она красноречиво ткнула вверх указательным пальцем, - мы его только и видели! Я скажу тебе, но ты сохранишь эту тайну, если об этом тебя спросит посторонний, не связанный с нами - ты просто забудешь, - глаза её потемнели.

- Да... - мой голос долетел откуда-то издалека.

- Ты его знаешь. Твой куратор - наш психокинетик, - она улыбнулась, лукаво сощурив глаза, словно кошка.

- Влад - психокинетик?! - я даже забыла, что не хочу называть его имени, от смешанных чувств удивления и уверенности - я это знала!

- Да, Влад психокинетик, причём необычайно сильный. Сейчас успокаивайся и мы проведём с тобой ганцфельд-процедуру.

- Это... больно? - спросила её нерешительно, а скорее всего вышло жалобно.

Некрасова рассмеялась, весело и заразительно:

- Нет, София, ни в коем случае! Ты, что же, решила - мы будем ставить над тобой ужасные эксперименты? Ганцфельд-процедура тестирует телепатические способности. Мои довольно сильны, проверим твои. Я буду "отправителем", ты - "получателем" мыслей. Идём, объясню тебе всё на месте.

Мы вышли из кабинета и вошли в дверь по правую сторону.

- Это - акустическая камера со звуковой изоляцией, - объясняла мягко Некрасова. - Мы прикроем тебе глаза, наденем наушники - в них подают "белый шум". Это и есть ганцфельд - в переводе с немецкого "абсолютно пустое поле". Я буду концентрироваться на зрительных стимулах, а ты будешь непрерывно говорить о своих образах и ассоциациях. Поняла?

- Да. Хорошо.

- Тогда начинаем. Присядь в кресло, - Илона Николаевна прикрыла мне глаза половинками полупрозрачного шарика для пинг-понга, надела наушники. Комната осветилась рассеянным красным светом, в наушниках послышался шорох "белого шума".

... что-то круглое, пёстрое... чёрно-белое, зелёный газон... мужчины пинают предмет друг другу ногами... это - игра... мяч. Футбольный мяч.

Потом была чашка кофе, а после - жёлтый равносторонний треугольник. После него было что-то отвратительное, грязно-болотного цвета. Я даже не стала рассматривать - так и сказала:

- Не знаю. Не могу рассмотреть. И не хочу! Не буду.

Вдруг я увидела... Влада. Он улыбался и лучи солнца прыгали блестящими бликами в его тёмных прямых волосах. Лёгкие "лучики" обозначали улыбку у глаз. В неизменной чёрной одежде, с книгой подмышкой, в правой руке у него была... трубка?

Всё неожиданно прекратилось: исчез "белый шум", освещение изменилось, Некрасова помогла мне снять наушники и освободила глаза.

- Ну, как ты, София? - она коснулась пальцами пульса у меня на запястье. - Пульс в норме.

- Да, всё хорошо, только голова...

- Что? Болит? - спросила тревожно Некрасова.

- Нет, немного ватная. Можно мне воды и покурить? - начала мучать жажда.

- Да, только взгляни карты со стимулами - это быстро.

В комнате пред акустической камерой она на столе разложила карточки с изображением: мяч, чашка и жёлтый треугольник.

- А что было четвёртым? - всколыхнулся неприятный осадок.

- Военная техника, но ты её воспринимать отказалась. Оттолкнуло сознание.

Я молча отпила из стакана воды. В эксперименте участвуют четыре карточки-стимула, Почему же... выходит, я сама себя выдала? Когда говорила о Владе, карты которого быть не могло.

- Что не спрашиваешь, какая карта была пятой? Ты её описала сразу и в мельчайших подробностях.

- Была пятая? - я почувствовала облегчение - значит, не привиделось. Некрасова молча выложила на стол фотографию Влада. В чёрных футболке и брюках, с книгой подмышкой и курительной трубкой в правой руке, он улыбался, освещённый со спины лучами закатного солнца.

- Почему - трубка? Он же не курит. Это его фотография, - смогла выдавить из себя. Думаю, боль я ещё долго буду испытывать, напрасно я согласилась на всю эту авантюру.

- Да, её ты рассмотрела лучше всех остальных, сразу и без подготовки. Беги, покури, выпей кофе.

Я покурила у безлюдного центрального входа и возвращалась со стаканчиком ванильного кофе, когда послышался голос Некрасовой:

- Владимир Иванович, процент невероятный! - тон был немного растерянным. - Сорок девять процентов, Владимир Иванович... да знаю я, что тридцать восемь - предельно высокий процент! Но есть специфика - совсем не воспринимает военную технику... Да... это не всё, я подложила фотографию Влада в качестве эксперимента. Он - её "целевой стимул", Владимир Иванович! Связь - девяносто два процента! Да! Да, бывает, как видите. Его ещё нужно проверить.

***

На неделю, до следующего воскресенья, мне дали отдохнуть - оставили в покое со спецзанятиями. Но мне хватало нагрузок без изнуряющих тренировок - шла сессия, мы сдавали экзамены. когда Илона Николаевна сказала, что я - почти идеальный телепатический "получатель", что думать, не знала. Радость, что я их не разочаровала и любопытство перед неизведанным знанием смешались с пониманием нелёгкой ответственности и... усталости. Элементарной усталости, физической и моральной. Наверное, от этого утомления и забыла конспект и учебник на факультативном занятии в группе Дмитрия Лога. Пришлось возвращаться от центрального входа.

- Дмитрий, как она? Как ведёт себя на занятиях?

Я этот голос узнаю из тысячи, где угодно: в толпе, во сне и и если услышу его в другой комнате, и если он будет кричать или говорить шёпотом - я узнаю его в любых обстоятельствах!

- Влад, да она просто находка! Слушает так внимательно, глаза светятся и впитывает всё. как губка! По вопросам скажу - она понимает, о чём говорит намного лучше, чем на третьем курсе, а ведь она первокурсница. Ей очень нравится, только... - хрипловатый приятный голос Лога затих.

- Что? Говори! - в словах Влада звучала тревога.

- Понимаешь, я присмотрелся, сначала думал - растерянность от обилия нового, но...

- Да не тяни ты кота за все подробности! - рявкнул Влад неожиданно. - Говори, что с ней не так?!

- Не ори, что с тобой, Влад?! - удивление Лога было понятно - Влад даже голос никогда не повышал и вдруг - такая вспышка эмоций! - Всё с ней так, более чем. Я ж говорю - находка, только Влад, она очень устала, мозг работает почти на пределе возможностей. Вот, сегодня забыла книгу с конспектом. Ещё немного такого непрерывного стресса - и она начнёт черпать энергию из глубинных резервов. Что будет дальше, сам знаешь - этот резерв не восполняется.

- Я понял тебя, извини за срыв - не имеет к тебе отношения, - голос Влада был тихим, но вибрировал от скрытого напряжения, чувствовалось: он с трудом себя сдерживает. - Повторю: я очень тебе благодарен за то, что ты взял её в группу.

- Да, оставь! Какие счёты между друзьями. Кому угодно мог отказать, но не тебе.

Они попрощались, а я юркнула за выступ угла, чтобы Влад меня не увидел. Что-то, последнее время, я слишком часто становлюсь случайным свидетелем чужих разговоров и все - обо мне!

Он прошёл и я уже с облегчением выдохнула, что не попалась ему на глаза, но в этот момент шаги его замерли:

- Я же тебя не просто вижу, София. Я тебя чувствую, - сказал не оборачиваясь. - Выходи, что ты прячешься, как ребёнок?

- Я забыла конспект и учебник, - сделала шаг из-за угла и отвела глаза в сторону. Чувствовала себя перед ним именно, как ребёнок.

- Всё слышала? - он повернулся.

- Я не хотела.

- Знаю, совёнок, - он успокоено улыбнулся. - Забирай конспект и пойдём, выпьем чаю. Нужно поговорить о твоём состоянии.

- Я в нормальном состоянии.

- София, я жду тебя.

Спорить с ним не было сил - я, действительно, устала немыслимо. Спорить не было и желания - я по нему очень... скучала. Так хотелось его надёжной руки и заботы, пусть и ненастоящей. Чтобы он улыбался и, держа за руку, ещё раз назвал меня "совёнком" и поил вкусным чаем...

Я шла рядом с Владом по холодным январским улицам с усталой покорностью, слишком охотно позволив ему взять меня за руку. Мне не было холодно - как и раньше, горячая сильная ладонь согревала меня. Как жаль, что я не нужна ему просто так, как мужчине необходима женщина. Что чувства его ко мне - неправдивы, в отличие от моих. Жаль, что всё так... а не иначе.

В чайной Влад сделал заказ и тихо сказал:

- Я знаю, что ты не станешь сейчас слушать меня, но скажу всё равно: я скучаю, София. Мне без тебя тяжело. Очень. О чувствах я говорить не умею. Не знаю, что сделать, чтобы ты поверила - всё не так, как ты думаешь, - слова давались с трудом всегда красноречивому Владу. - Скажи - я сделаю, - он замолчал, продолжая сжимать мои пальцы.

- Я тоже не знаю, Влад. Тупик какой-то! - прошептала горько, не в силах поднять на него глаз.

Я больше всего хотела слышать эти слова и верить, верить ему, но боялась. Боялась панически. Второй раз такую боль трудно выдержать.

- Мы найдём выход, совёнок, обязательно найдём с тобой выход. Открою тебе секрет: на самом деле, тупиков нет, всегда есть несколько выходов. Тупики мы создаём сами. А так - их просто нет.

- Хочется верить тебе, - ответила тихо, всё так же не глядя, боясь себя выдать. Только, он всё равно знает о моей тоске по нему.

- Вот и прекрасно. Сейчас меня тревожит твоё состояние - им и займёмся.

- И что же ты хочешь делать?

- Ну, что хочу - не получится, видимо, - глаза заблестели, а я покраснела, даже уши горели от чувственного намёка мужчины. - Поэтому, будем делать то, что положено, я научу тебя релаксации.

Глава 13

- Влад, сначала объясни мне явление стресса, мы его не проходили. - в тепле я расслабилась и придирчиво осмотрев кусочек банана-фондю в шоколаде, с удовольствием его прожевала. Только сейчас поняла, как сильно проголодалась

Влад рассмеялся, смех был приятным и согревающим - как раньше. Как раньше...

- Ты становишься всё более любознательной.

- Любопытной - ты хочешь сказать. - негромко фыркнула я и захрустела долькой яблока в шоколаде.

- Нет, я сказал именно то, что хотел - любознательной. Стресс вам ещё рано, его проходят на втором курсе. Раз сама напросилась - так слушай, о стрессе я знаю многое, это - моя специальность.

Запомни главное: стресс очень тяжёлая и опасная штука, иногда - смертельно опасная. Это эмоциональное состояние, для него характерны повышенная физиологическая и психическая активность. Он бывает двух видов: системный - это физиологический и бывает психический. Системный связан с информационными перегрузками, когда человек не в состоянии справиться с объёмами поступающей к нему информации. А вот эмоциональный - он гораздо опаснее.

- Почему?

- Контролю он поддаётся гораздо хуже, совёнок. Он связан с угрозой, опасностью, страхом и даже обидой. - он улыбнулся, глядя как я стеснительно уплела последнюю дольку мандарина, покрытую шоколадом и печально уставилась в пустую тарелку.

- Я ещё закажу. - он кивнул официантке.

- Какие-то порции у них маленькие. - проворчала сердито - мне стало стыдно, что Владу я ничего не оставила. - Я так увлеклась, что даже тебе ничего не досталось. - пыталась я оправдаться.

Влад повторил заказ и молча мне улыбнулся. Как с ним хорошо и уютно! И как хочется погладить прямые тёмные волосы, сделать для него что-то... обнять и услышать: "Совёнок, ты - счастье!" Горло предательски сжалось, но я взяла себя в руки и отпила ароматного чаю:

- Продолжай, пожалуйста. Ты говоришь так, что хочется слушать тебя. - я попыталась ему улыбнуться и посмотрела в глаза: они потемнели, в них, как туман, клубились эмоции. "Я люблю тебя! Я так люблю тебя!" - промелькнула мысль в голове, но мысль... была не моя! Она была мужская! Тряхнула головой, будто пыталась её вытряхнуть - только чужих мыслей мне и не хватало!

- Что случилось, София? - встревожился Влад.

- Нет... ничего. Скажи, у тебя не бывает так, что какая-то мысль у тебя в голове кажется... не твоей? Чужой мыслью?

- А какая мысль смутила тебя? - он наклонился ко мне.

- Знаешь, было похоже - кто-то подумал, а я услышала: "Я люблю тебя! Я так люблю тебя!"

- Интересно...

- Со мной что-то... не так? - спросила испуганно-тихо. Я знаю, симптомом чего являются голоса в голове.

- Успокойся, с тобой всё нормально. - он снова взял меня за руку и мне стало легко и спокойно. Безотчётно сжала его ладонь крепче и он увидел мой страх. - Совёнок, не надо, не бойся. Всё хорошо, ты здорова, не бойся.

- Правда? - не знаю, каким я чудом, но слёзы всё же сдержала.

- Правда. Я не вру - ты помнишь? С тобой всё в порядке. - качнул головой. - Интересно однако. - повторил Влад задумчиво.

Принесли ещё порцию фруктов и я налила Владу чаю. Улыбка его стала особенно мягкой - так он мне улыбался, когда мы ещё были вместе.

- Что? Я сделал что-то не то?

- Нет, ты всё правильно сделала. Мне приятно, когда ты обо мне заботишься. - он продолжал улыбаться и глаза твердили:" Моя. Ты - моя!" Невольно я выдала себя с головой: подсознание считало, что мы вместе и мужчина - мой. Я продолжала заботиться о любимом.

- Что там дальше о стрессе? - от смущения вышло чересчур строго.

- Дальше? Углубляться особо не буду - возьмёшь книги в закрытом фонде и почитаешь. Бегло пройдёмся: у стресса три фазы. В первой из них - тревоги и мобилизации, организм работает с большим напряжением, мобилизуя все силы. чтобы повысить устойчивость. В этот период организм ещё справляется со сверхнагрузкой с помощью поверхностных, функциональных резервов, не затрагивая глубинные.

У большинства людей к концу первой фазы работоспособность даже повышается. Вторая фаза - резистенции, ещё её называют стабилизации. Организм адаптировался и функционирует в норме. Но здесь есть один нюанс. - Влад отпил чаю и пожевав мандарин в глазури, сказал удивлённо: - Хм... вкусно!

- Ты ещё не пробовал яблоко! - я увлечённо схрупала дольку, пока его слушала. - Попробуй, тебе понравится, правда! Иначе, опять ничего не достанется. - пробормотала со смущённой улыбкой.

Влад послушно съел яблоко и согласился:

- Да, яблоко лучше! В следующий раз закажем только яблоки, да?

Я отпила из чашки и опустила глаза. В следующий раз... Он не сдастся, похоже.

- Так, что там с третьей фазой, Влад? Почему ты сказал, что стресс смертельно опасен?

- С третьей фазой, совёнок то, что если стресс продолжается долго и интенсивно - функциональный резерв исчерпан, организм начинает черпать из глубинных резервов, а они невосполнимы. Всё заканчивается истощением, а иногда - гибелью. Это и есть третья фаза и называют её срыв адаптации.

- Ты что? Действительно гибелью?!

- Стресс - это не шутки, он затрагивает гомеостаз. Проходили уже. что такое гомеостаз?

- Угу. - я дожевала кусочек банана и запила чаем. - Поддержание оптимального физического и биохимического равновесия в организме. - отчеканила определение.

- Молодец! Всем пять, тебе - десять! - усмехнулся Влад. - Кстати. люди реагируют на воздействие стрессора по-разному. У одних активность повышается, растут показатели деятельности, "стресс льва" называется. У других, наоборот, активность ускоренно падает, эффективность снижается - это "стресс кролика".

- Кролика?! Ты шутишь надо мной, Влад! - я рассмеялась.

- В книге посмотришь! - фыркнул он весело. - Но вернёмся к главному - релаксации.

- Да. - я уселась, слушая очень внимательно.

- Релаксация очень важна, я говорил уже? Это состояние успокоения, расслабления и восстановления. Совёнок, я заметил, что ты не даёшь себе расслабляться.

- Я... не умею. - растерялась, он, как всегда всё подметил: я не даю себе расслабляться.

- Это плохо, ты заставляешь работать на пределе и нервную систему, и организм в целом. Держишь себя в постоянном стрессе. - он наклонился ко мне: - Рядом со мной ты расслаблялась. Ты мне... доверяла? Поэтому?

- Наверное. - постаралась отмахнуться неопределённо.

- Что изменилось, совёнок? - он снова коснулся моей руки с доверительной нежностью. - Я, ведь, всё тот же. Ты пойми: всё, что ты придумала, не изменило меня и моего отношения. Не изменило моих чувств к тебе. Совёнок. всё между нами по-прежнему. - он напряжённо следил за моими реакциями.

- Влад, я просто нужна тебе. Безродный мне рассказал о связи куратора и подопечного. - спокойно улыбнулась в ответ, а душа мысленно плакала: "Да, я тебе верила! Но больше - нет!"

- Он сказал тебе, что я сам захотел быть твоим куратором? - Влад слегка отстранился, продолжая смотреть мне в глаза.

- Да. Что это меняет? - под его магнетическим взглядом я успокоилась и даже готова была выслушать аргументы. Почему он так на меня действует?

- Я не хотел, чтобы ты попала в руки другому... не мог допустить. Почему - понимаешь?

- Влад, пожалуйста, давай пока это оставим. Дай мне прийти в себя, хватит с меня потрясений, хорошо? - это я говорю?! Я даю надежду себе и ему?!

- Согласен. - Он улыбнулся - так улыбаются, когда получают в подарок именно то, что очень хотят. - Я подожду. Я рядом, совёнок. Я рядом.

- Рассказывай о релаксации, кот Баюн!

- Кот Баюн? - удивился. - Что за кот? Плохой или хороший?

- Сказочный. - я рассмеялась. Не смеялась несколько дней с нашей разлуки. - Он любит рассказывать сказки. Может и усыпить своими интересными россказнями.

- Сказочный кот? Нет, София, нет. Я - настоящий.

- Влад, релаксация.

- Да. Ты нарушаешь ход моих мыслей. Рациональных. - его смех окутывал тёплым дождём, заставляя расслабиться. - Итак, релаксация необходима: во время неё восстанавливаются силы, которые организм израсходовал и нужна она ежедневно. Ты знаешь, что релаксацию используют психотерапевты в лечебных сеансах?

- Да? Не думала.

- Все психологические методики применяются очень активно. Но ты это сможешь сделать сама - я научу тебя. Нас с тобой интересует произвольная релаксация - это один из её видов.

- А вообще их сколько?

- Два. Есть ещё непроизвольная. Произвольную можно вызвать самовнушением. Для этого нужно принять спокойную позу - лучше лёжа, ты должна быть максимально расслаблена. Мысленно представляй, что находишься в месте, где тебе быть приятней всего. Для меня - это берег моря.

- Для меня тоже. - я поёрзала на мягких подушках диванчика, подчиняясь голосу Влада и устроилась поудобнее.

- Мы с тобой во многом похожи. - тон его стал более ласковым. - В первый раз тебе будет трудно - я помогу. Сделаем так: приедешь домой и позвонишь мне - я буду говорить по телефону, что нужно сделать. Объяснять долго и бесполезно.

- Расскажи о втором виде.

- А, второй вид - непроизвольная, возникает при сильном переутомлении, как физическом, так и психическом. Как сейчас у тебя или при засыпании. Насчёт сна - София, ты должна высыпаться. Сон сродни релаксации, только действие его глубже и более выражено. - он погладил мне пальцы - я не отняла. Хоть немного позволить себе его ласковых прикосновений, без которых у меня просто "ломка"! Немного ощущения счастья - пусть даже обман! Ещё немного тепла любимых ладоней...

- Высыпаться, Влад?! Ты о чём, вообще?!

- Я поговорю с Илоной... Николаевной и Безродным. - голос стал твёрдым. - Ты должна отдыхать. К твоему сведению, если женщина не спит двадцать четыре часа, в её организме начинаются необратимые гормональные изменения.

- Действительно? Вот так да!

- Отсутствие сна - сильный стресс для организма, есть даже вид пытки, когда человеку просто не дают спать. Через пару суток без сна он готов абсолютно на всё - лишь бы дали поспать!

- Откуда ты знаешь? - иногда он выдавал невероятные факты!

- Неважно.

- Ой, Влад, уже поздно! Мне же ещё домой добираться и тебя задержала. - всполошилась я.

- Ты не можешь меня задержать - я рад быть с тобой. - он вложил в простые слова столько чувства и смысла! Я начинала верить ему, я уже почти верила... если бы не всплывал каждый раз в памяти его разговор с Некрасовой и Безродным. - Действительно, поздно. Я такси вызову.

Глава 14

- Влад, тебе говорить удобно сейчас? Ты сказал, чтобы я позвонила, когда буду готова к релаксации.

- Удобно. Я ждал твоего звонка, София. Готова?

- Да. - ответила почему-то взволнованно.

- Ляг поудобнее, включи громкую связь. Телефон клади ближе к уху - ты должна хорошо меня слышать и не прислушиваться. Свет лучше выключи и предупреди, чтобы к тебе никто не входил.

Я повозилась, сделала всё, как он велел. Маму предупредила заранее, что буду испытывать новую методику со своим куратором и просила меня не беспокоить.

- Я всё сделала, я готова.

- Хорошо, слушай меня. Всё, что ты слышишь - только мой голос. - тембр его чуть изменился - добавилось глубины и бархатной мягкости. - Закрой глаза, София. Ты лежишь на тёплом песке летнего пляжа, тебя согревает вечернее солнце, приятно-тёплое, не палящее. Тихо шумит морской прибой, никто тебе не мешает. - тихий ласковый голос окатывал меня тёплыми волнами с головы и до ног. В ушах послышался шорох морских волн, даже почувствовала запах морского ветра!

- Море, Влад! Шумит море! Я десять лет не была у моря... как оно пахнет... - прошептала восторженно.

- Тише- тише, совёнок! Тихо, не разговаривай, не напрягай мышцы. Слушай меня: я увезу тебя к морю, обязательно. Я обещаю. А сейчас - расслабляйся. Тебя ничто не волнует, ты расслабляешься. - голос пробрался внутрь и щекотал каждое нервное окончание. Приятно. - Все твои мышцы расслаблены. Ни о чём не думай, тебе хорошо.

Я тихо вздохнула от удовольствия - так хорошо мне было от его голоса, так спокойно, напряжение уходило... так легко бывало лишь когда Влад обнимал меня!

- София, ты все мышцы расслабила? - послышался мягкий вопрос. - Что ты молчишь?

- Ты сказал не разговаривать. - с трудом пробормотала в ответ.

- Не расслабилась, значит. У тебя в ногах случаются судороги? В ступнях, икрах, даже в бёдрах бывают?

- Откуда ты знаешь? - судороги меня действительно мучают, особенно часто - последнее время.

- Ты должна уже почти спать и не реагировать на мои вопросы, не разговаривать. Совсем себя загнала! Продолжим, болтушка моя. - он засмеялся и от тихого смеха приятные колкие искры пробежали по всем моим нервам, от затылка до самых кончиков пальцев ног. - Расслаблять будем мышцы поочерёдно. Слушай меня, не отвлекайся. Расслабь мышцы ног. Они расслабляются, ты чувствуешь в них приятную тяжесть, не можешь пошевелиться. Тяжесть превращается в лёгкость, ты веса не ощущаешь. Приятное чувство расслабленности поднимается вверх, к твоим бёдрам. Расслабляются мышцы живота - вот так, тебе легко и приятно. - живот вдруг дёрнулся, по коже прокатилось ощущение прикосновения шёлка. - Расслабь мышцы груди, дыши свободно и ровно.

Руки теряют вес и напряжение, от кончиков пальцев - вверх... к локтям... плечи, расслабь плечи. Тебе хорошо, во всём теле - тепло и лёгкость. Ты ничего не весишь, как пёрышко... Теперь самое главное - шея. Расслабь мышцы шеи, расслабляй... расслабляй. - когда из шеи ушло напряжение - ноющее чувство в затылке прошло, в голове прекратилось ощущение "ваты". - Теперь - мышцы лица расслабились. - Влад говорил почти шёпотом, но я слышала каждый оттенок каждого слова. - Расслабились... разгладились...

Я издала тихий стон наслаждения: напряжения больше не было, мышцы не ныли, грозя неизменными судорогами среди ночи, шея прошла. Невесомая, я парила на облаке, окружённая потоками невиданной, сказочной силы мужского голоса. Слушала слова Влада и шум прибоя в ушах.

"У счастья твой голос, Влад!" - с любовью подумала я.

- Всё, ты расслаблена полностью, тебе хорошо... всё прошло, ты отдыхаешь, силы твои восстанавливаются. Спи, милая. Спи. До завтра, совёнок. Спи.

Открыла глаза я только утром.

***

- Влад, я не знаю, как ты это сделал, но... спасибо тебе! - говорила тихонько с искренней благодарностью.

Мы стояли на улице, в сторонке от места для курения. Близкой дружбы у меня ни с кем в группе не было, а с тех пор, как у меня начались отношения с Владом - я всё сильнее от них дистанцировалась, элементарно не было времени. Относились ко мне не особенно доброжелательно и я по этому поводу не расстраивалась. Помочь я всегда готова, но в остальном - абсолютно взаимна, общих интересов у меня с ними не было. Думать о том, почему я не нравлюсь совершенно посторонним для меня людям - нет. Своё драгоценное время я на это точно тратить не буду.

- Ты хорошо себя чувствуешь? - даже глаза его мне улыбались. Только он мог улыбаться одними глазами!

- Замечательно! Во мне столько сил и энергии - не представляешь! - я вздохнула и улыбнулась ему. - Хотя... наверное, представляешь.

Утром я подошла к зеркалу, чтобы расчесаться и... замерла: на меня смотрела сияющая молодая женщина с юным блеском в глазах. Исчезли тонкие, как волосок, морщинки, что появились после расставания с Владом от бессонных тоскливых ночей. Их не помогли разгладить никакие кремы. Сейчас их больше не было - они бесследно исчезли!

Не было загнанного усталого выражения и потухших, безрадостных глаз. Даже кожа приобрела совсем другой цвет и оттенок свежести. Не предполагала, что к ощущению бодрости и лёгкости во всём теле получу такой "бонус"!

- Спасибо, Влад. Я даже выгляжу совершенно иначе.

- В тебе всё это было и есть - нужно было только снять грубую обёрточную бумагу.

- А что со мной было?

- Хроническая усталость. До синдрома дело пока не дошло, но ты была к нему очень близка.

- К какому синдрому? - серьёзность Влада меня насторожила.

- Синдром хронической усталости. Причина его - постоянный стресс и отсутствие отдыха или же неумение отдыхать. Пойми, совенок, все психологические явления, процессы и состояния - лабиринт, в котором одно становится причиной другого, и все они взаимосвязаны. Синдром, по большому счёту, не лечится в обычных условиях. Помочь может только психолог такого уровня как Некрасова или Безродный. И только в том случае, если потратит большое количество сил и времени на пациента.

- Или такой, как ты. - улыбнулась ему.

- Или такой, как я. - замерцали в ответ серо-стальные глаза.

- Влад, скажи... - я поводила носком ботинка в снегу. День выдался морозный и солнечный: солнце грело, а щёки пощипывало морозцем и дышалось легко даже в городе. После того, как мы с Владом расстались, я перестала замечать время суток и даже погоду, находясь в какой-то серой реальности. Сейчас опять ожила.

- Скажу, если спросишь. - прервал мои размышления Влад.

- Почему люди не делают всего этого? Ведь помогает же.

- Не верят, нет времени, не умеют. Не доверяют психологам. Я их понимаю - пространство наводнено так называемыми "специалистами", у которых за плечами, в лучшем случае - какие-то курсы. Они просто "стригут купоны", деньги они зарабатывают. Людям, в большинстве случаев, не помогает, иногда становится только хуже. Чтобы стать хорошим специалистом, нужно грохнуть на обучение от пяти до семи лет. Им деньги нужны сейчас, их это никак не устраивает. Вот люди потом ко всем психологам с недоверием и относятся. - он задумчиво покачал головой. - Тебе достался нормальный специалист с большим опытом, кому-то достанется шарлатан.

- Но ты мне помог за один сеанс! - воскликнула я.

- С тобой работать легко, ты очень... - он посмотрел на меня долгим взглядом, - восприимчивая. - от тона, которым он произнёс "восприимчивая", начали гореть щёки и виноват был не мороз! - Эффект это временный, Если оставить всё, как есть и больше не проводить сеансов - случится рецидив, твоё состояние усугубится и вывести тебя из него будет ещё труднее. - он улыбнулся, жмурясь на солнце. - Поэтому, я от тебя не отстану, пока не увижу, что ты стабильна.

- Ты сказал, я могу научиться сама.

- Попробуй. Так боишься моей помощи? - он пожал плечами. - Не получится - позвони. Только, прошу, позвони обязательно. Я не шучу - твоё состояние очень серьёзно, а ты мне здоровой нужна.

- Влад, я не настолько глупа, чтобы из-за упрямства не признать, что ты прав. - он чаще всего прав и оказывался. Чаще всего... может, всё-таки, я не права в своём решении с ним расстаться?

- Плохо, что сеанс по телефону. Быстрее и лучше я бы помог при личном контакте. - он выжидающе смотрел на меня, слегка сузив глаза.

- Влад, я... не торопи меня. - коснулась его руки. - Не пользуйся ситуацией. Это как-то... неправильно.

- То, что мы не вместе - вот это неправильно. - двумя ладонями взял мою руку. - Я не пользуюсь ситуацией. - по тону чувствовалось - он задет моими словами.

- Да, прости. Глупость сказала. - извинилась неожиданно быстро.

- Сходим куда-нибудь после занятий?

- Не сегодня. Я бы с удовольствием, но - лабораторная по психологии.

- Я поговорю с Владимиром Ивановичем...

- Не надо, Влад. Во-первых, я должна знать. Во-вторых, на меня в группе и так смотрят косо, с тех пор, как ты стал меня выделять.

- Тебя волнуют косые взгляды, совёнок? - он коснулся моей щеки пальцами. Какие они у него всегда горячие!

- Нет, не волнуют. - закрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями, по которым скучала невыносимо. - Но я хочу сама написать лабораторную! - я рассмеялась и моему смеху вторил волнующе-тихий смех Влада.

- Хорошо, как там у вас говорят? "Будь по-твоему!"

- Я позвоню, если справлюсь пораньше. Поздно не буду тебя беспокоить.

- Нет, звони в любое время, София. Я буду ждать, сеансы нельзя прерывать.

***

Я, конечно, попробовала провести релаксацию без помощи Влада. Даже сама усмехнулась своей предсказуемости и упрямой самоуверенности.

Четверть часа я честно пыталась расслабиться, но чувство блаженной неги никак не наступало - мышцы вновь напрягались, глаза открывались. Чего-то важного мне не хватало.

- Привет, Влад. От дел не отрываю? - сдалась наконец-то.

- Привет. Для тебя найду время. Не получилось? - хмыкнул он понимающе.

- Нет, без тебя не получается. - усмехнулась - не видела смысла хитрить с ним. - Ты был уверен, что я попытаюсь? - как же он хорошо меня знает! А вот его характер - загадка.

- Уверен, совёнок. Долго пыталась?

- Пятнадцать минут.

- Быстро у тебя терпение кончилось. - он рассмеялся. - Но ты у меня нетерпеливая, я это помню. - в голос прокрались ласкающие нотки, казалось, мурлычет какой-то большой хищник. Мне стало жарко.

- Нет, я просто достаточно быстро признала, что без тебя не получится. Чего-то мне не хватает.

- Хорошо. Ложись и расслабься, телефон - на громкую связь, помнишь?

- Да-да. - я откинулась на подушку, закрыла глаза. Когда он успел сделать меня такой послушной?

- Ты лежишь на берегу моря, солнце греет приятно и ласково, шумит спокойный прибой. Он накатывает волнами... вот так... одна за другой. Начнём с твоих ног. Мышцы приятно-тяжёлые, неподъёмные, они расслабляются... - заструился по телу и нервам глубокий бархатный голос. Снова обдал меня с головы и до ног тёплой волной - мышцы дрогнули и благодарно расслабились.

- Голос... - прошептала, слушая шорох моря в ушах. - Не хватало твоего голоса...

- Не болтай. Приятное чувство расслабленности поднимается вверх по твоим бёдрам...

Как отключилась, я даже не помнила.

Глава 15

Сегодня был последний день зимней сессии, мы сдали профильный предмет - "Общую психологию". Не обошлось и без казусов: наш Ярослав подготовился плохо и на вопрос Владимира Ивановича, как он собирается быть психологом с таким багажом знаний, отчеканил:

- Я не собираюсь работать психологом.

- А для чего вы тогда поступили на факультет, милостивый государь? - приосанился и поднял брови Безродный.

- Мне нужна психология, чтобы познать человека, но работать по специальности я не собираюсь. - негромко и высокомерно заявил Ярослав.

- Вот как. Вы на тройку ответили, вас тройка устроит? - по тону и взгляду преподавателя все поняли, что как студент, Ярослав Безродного разочаровал и стал пустым местом.

Негромким, обволакивающим голосом я лепетала ответы на свой экзаменационный билет, Владимир Иванович улыбался и довольно кивал.

- Пять! - он размашисто расписался в зачётке.

- Спасибо большое, Владимир Иванович! До свидания. - я выпорхнула из аудитории, схватив сумку и куртку.

- Влад, я сдала! На пять сдала, понимаешь?! Наш Виктор всё выучил, но запутался и не сдал вовремя лабораторную - пойдёт на пересдачу. А Ярослав отколол такой трюк - я тебе потом расскажу! - возбуждённо докладывала Владу по телефону. Он просил позвонить ему, как только я справлюсь - хотел пригласить меня отпраздновать окончание сессии.

- Я рад, совёнок. Я тебя поздравляю, только... сегодня я очень занят - мы не сможем сходить никуда. Непредвиденные обстоятельства, София. Прости, как только смогу - перезвоню. - голос был слегка напряжённый.

- А... нет, ничего страшного. Я понимаю - что-то более важное. Пока. - нажала отбой и расплакалась - так было горько осознавать себя второстепенной, неважной, которую можно вот так отставить в сторонку. Расплакалась прямо на улице, почувствовав себя ребёнком, которого обидели, обманули и бросили. Только дети могут плакать так горько.

Но, собственно... я ведь теперь ему никто и требовать чего-то не в праве. Я надеялась на этот праздничный вечер, надеялась. Вздохнув, вытерла слёзы. Второго шанса у нас не случилось.

***

Яркое солнце холодного марта выгнало много людей на улицы города - все за зиму по весне и солнцу соскучились. Накануне, вечером, я получила сообщение от Влада: "София, нам завтра с тобой нужно встретиться. Очень прошу - это важно. Пожалуйста."

Мы с ним не виделись и не созванивались два дня - с того самого последнего дня сессии. Я старалась смириться и свыкнуться с мыслью, что мы стали чужими. Но что-то такое было в словах сообщения - я не смогла отказать и ответила: "Хорошо. Завтра в полдень, у нашего корпуса." Ответ пришёл сразу: "Спасибо. До завтра." Всю ночь я каждый час просыпалась - в душе разрасталась тревога за Влада.

До учебного корпуса оставалось пятьдесят метров, когда я его увидела: Влад стоял совершенно один, никого из студентов не было. Очно-заочное отделение уже расправилось с сессией, а очников перевели на дистанционное обучение - началась "горячая фаза" конфликта. Нам объявило войну государство, частью которого раньше был наш анклав. Они уничтожали наших людей и города со звериной жестокостью. Люди не понимали, откуда в бывших согражданах вдруг взялась такая дикая, нечеловеческая кровожадность.

К счастью, за нас заступилось соседнее государство, к которому мы исторически принадлежали. Мы говорили на одном языке и они считали нас братьями.

То ли Влад почувствовал мой взгляд, то ли повернулся случайно - глаза наши встретились. Губ мужчины коснулась улыбка - несмелая, но очень радостная. Печальный взгляд вновь заискрился, хмурая складка между бровей разгладилась.

В эту минуту послышался отдалённый вой двигателя: ни я, ни люди на улице не испугались, решили, что это - авиация дружеского государства.

А вот в зрачках Влада, который рванул мне навстречу, не разбирая дороги, метался ужас. Я стала в ступоре, пока он не схватил меня за руку и, мгновенно оценив ситуацию, поволок к лестнице подвального ресторана.

Мы слетели вниз по ступеням и как только Влад подмял меня под себя и накрыл своим телом, начался Ад.

Слышались взрывы, но больше меня оглушали крики людей, полные боли и животного ужаса. Я никогда в своей жизни не слышала, чтобы люди так страшно кричали!

- Рот открой! - рявкнул Влад. - Контузит!

Я послушалась, подумала, что голова у него совсем не защищена и накрыла затылок мужчины ладонями.

- Не бойся, совёнок, всё будет нормально!

Я только крепче прижалась к нему, пытаясь получше защитить руками голову Влада.

- Лежи спокойно, совёнок. - сказал между взрывами тихо и ласково.

Не знаю, сколько мы так пролежали, прижавшись друг к другу. Казалось - мгновение, а через секунду - бесконечная вечность. Наконец, взрывы стихли, остались лишь крики раненых и звуки сирен машин "скорой помощи".

- Всё, совёнок, встаём. Не бойся - всё кончилось. - он подал мне руку. - Идём.

Влад помог мне подняться, ноги абсолютно не слушались, будто сделаны были из ваты. Он вёл меня, крепко держа за руку.

- Что такое, София? - шаг мужчины замедлился, он повернулся ко мне.

- Ноги... извини, трудно идти. - голос предательски дрогнул. Мне стало стыдно за свою слабость.

- Испугалась. - он так тепло улыбнулся, что мне стало легче. - Пройдёт, я напишу, какие нужно будет сделать инъекции. - ободряюще сжал мою руку.

Я попыталась привычно свернуть на центральную улицу, но Влад остановил меня:

- Куда? Идём ко мне короткой дорогой.

Послушно переставляя онемевшие ноги, цеплялась за тёплые сильные пальцы. В одном из дворов стояла машина "скорой", пожилой мужчина навзрыд рыдал, держа за руку женщину приблизительно своего возраста. Врачи несли её на носилках и я успела заметить, что нога её окровавлена. Женщина-врач с напряжённым лицом, сочувственно погладила старика по плечу, что-то сказала негромко. Влад быстро обнял меня и прижал к своей груди мою голову:

- Не смотри, совёнок! Тебе это видеть не нужно.

Так мы и дошли до самого его дома - в обнимку.

***

- Влад, а как ты узнал, что это не самолёт? - я отпила горячий глинтвейн, который он приготовил. Согрелась, завёрнутая в плед на диване: немота ног прошла, головная боль отпустила. Он улыбнулся, отпил из кружки ароматный горячий напиток:

- Я отличаю двигатель самолёта от ракетного двигателя.

- Как?

- Он один у ракеты. И звучит совсем по-другому. Смотри, я здесь написал, какие поставить уколы. - он отдал мне лист из блокнота. - Сначала - вот эти, эти потом. Не вздумай колоть их вместе - активные вещества разрушают друг друга.

- От чего первое? - я знала название, но лекарство считалось самым простым.

- Антинейрин. Поможет и сердцу, важен для проведения нервного возбуждения в синапсах. Меньше будешь пугаться и нервничать. Ноги не будут от страха "ватными". - он улыбнулся и замолчал, пристально глядя в глаза.

- А эти? Они же, вообще, безобидные.

- Противисудорожное.

- Не может быть! - такие свойства за простым витамином мало кто подозревал.

- Да. Избавит от судорог, в ногах преимущественно. Необходим для нормального функционирования ЦНС и периферической нервной системы. При Паркинсона используют для уменьшения дрожи.

- Удивительно! Я об этом не знала. - повозилась сонно в коконе пледа, в который меня укутывал Влад. - О чём ты хотел поговорить?

- Да... хотел. - взгляд мужчины ласкал меня с такой нежностью, как будто... - Совёнок, мне придётся уехать и я не хочу, чтобы ты думала... ты не была для меня просто заданием. Я люблю тебя.

- Влад, ну что ты... "Не верь глазам своим, поверь моей совести". - поморщилась как от боли - сейчас он убедит меня в чём ему только будет угодно!

- Я не буду ни в чём убеждать тебя. - "прочитав" мои мысли, он опустил глаза и замолчал. - Я могу... может случиться так, что мы больше не встретимся. Я просто хочу, чтобы ты знала - я люблю тебя.

- Ты уезжаешь на Родину, в Сербию? - винить его не в чем. Только к чему тогда всё это: "я люблю тебя и мы можем больше не встретиться"?! Мелодрама какая-то!

Он усмехнулся:

- По-твоему, было б логично всё бросить, оставить любимую женщину, чтобы спасти свою шкуру? - он усмехнулся и покачал головой.

- Это не обвинение. - сказала поспешно. - Влад, людей, которые уезжают из зоны конфликта, винить абсолютно не в чем.

- Нет, совёнок, я мобилизован.

Рот приоткрылся, но я не смогла произнести ни слова от шока, только хватала воздух, как рыба. Не должно было, а стало нечеловечески больно и страшно: за него, за то, что нас связывает!

- Но зачем... почему?! - смогла из себя выдавить.

- Я мужчина. У меня гражданство Республики, я воевал. Совёнок, от повестки я прятаться не хочу и не буду.

- Ты воевал? Когда? - вот откуда у него старые шрамы на теле!

- В Сербии. Я был тогда очень молод.

- Лет тебе сколько? - что-то не стыковалось - двадцать три года прошло с той войны.

- Сорок шесть мне, совёнок.

Я непонимающе распахнула глаза: он старше меня на два года! Я ужасно комплексовала, считая себя старше него - Влад выглядел лет на тридцать, не больше!

- Нет... как такое возможно?!

- Ты же Илону видела? Вот так и возможно. - он улыбнулся. - София, я очень хочу, чтобы ты поняла: я встретил тебя до того, как факультет тобой заинтересовался и сразу влюбился. Я о любви говорить не умею, прости. Просто знай - я люблю тебя.

Струны в душе, которые отзывались лишь на его прикосновения и которые я считала мёртвыми, ожили. Я очень хотела верить ему и прямо об этом сказала:

- Я так хочу тебе верить... ты даже не представляешь, как сильно...

- Представляю. - он сиял спокойной улыбкой.

- Ты... однако, наглец! - рассмеялась бессильно - я не могла уже сердиться.

- Нет, совёнок, я просто логичен до неприличия. Ты сказала, что любишь, а для тебя такие слова много значат. Ты врать не умеешь. - сел рядом и обнял меня, прижал с осторожной нежностью, защищая собой. Сопротивляться ему я не могла и не хотела.

Ослепила вспышка окончательного понимания: он меня никогда не обманывал, он действительно любит меня! Мужчина, который идёт на войну, не станет тратить время и чувства на безразличную женщину. Он захочет увидеть ту, что для него важнее всех женщин на свете! Владу стоило лишь щёлкнуть пальцами - выбор неограниченный!

Он выбрал меня.

Обняла его шею, прижалась к горячей колючей щеке с отчаянной нежностью:

- Я верю, Влад! Я тебе верю, даже если... нет, без "если" - я тебе верю! Я люблю тебя, Влад.

- Спасибо, совёнок. - он сжал меня крепче. - Спасибо, что поняла. - он прижался лицом к моим волосам. - Хочу унести с собой твой колдовской запах...

- Когда ты уходишь? - спросила, собрав всё своё мужество, чтобы услышать ответ.

- Завтра. В девять утра я должен быть в военкомате. - он ласково перебирал мои волосы.

Сердце болезненно замерло:

- Так скоро...

- Останешься? - в одном слове было всё: вопрос, просьба, надежда.

- Влад, ну зачем же ты спрашиваешь? Я только сообщу матери, чтобы не волновалась.

Вспышка страсти была испепеляющей лавиной торопливых, нежных и жадных прикосновений. Двух желаний успеть, всё успеть! Мы жгли чувствами друг друга снаружи и изнутри. Дотла. До конца. Навсегда.

Потом долго просто молча лежали - говорить не могли, касались молча губами, руками и душами.

Ближе к утру Влад на пару минут вышел из спальни, вернулся, что-то зажав в кулаке.

- София, руку мне дай. - он надел кольцо мне на палец.

Присмотрелась: в лучах ночника, в изящном колечке из золота старинной работы, в разные стороны брызнул кровавыми искрами крупный гранат.

- Спасибо, Влад... оно очень красивое! Антикварное? - я не могла отвести завороженный взгляд от камня квадратной огранки "принцесса".

- Не совсем. Мужчины в нашей семье женятся по любви. Исключительно. Это кольцо носят только любимые женщины.

Не выдержав, тихо расплакалась.

- Ш-ш-ш... совёнок мой, ну что ты? - утешая, он ласково гладил меня.

- Мы с тобой потеряли столько времени и всё - из-за моей глупости и упрямства. - жалобно шмыгнула носом и повторила: - Да, из-за упрямства и глупости. А ведь не вернуть ни минуты!

- Не нужно их возвращать. Ни в чём не вини себя, милая. Случилось так, как случилось. Успокойся, поспи. - тепло и нежность в голосе Влада были важнее, чем страсть.

От нервного напряжения я отключилась, но и во сне продолжала держать его, крепко вцепившись в руку и плечи.

Глава 16

- Илона... Николаевна, как же так?! - мой голос дрожал. - Как вы позволили, как вы допустили, что Влад мобилизован?!

- Приезжай ко мне. Возьми такси и приезжай. - бросила она коротко. - Такси, София, на остановках не надо стоять.

Некрасова жила в отдалённом спокойном районе, ехать к ней было около часа. В такси не смогла спастись от боли воспоминаний, как провожала Влада у военкомата.

... он тепло улыбался и вытирал шершавыми пальцами мои безостановочно бегущие слёзы.

- Не плачь, София, не надо. Всё хорошо. - он поцеловал меня с ласковой нежностью, осторожно сжав мою голову в тёплых ладонях. - Совёнок мой, всё хорошо, успокойся, не плачь.

- Я... не плачу. Не плачу. - резко вдохнула воздух - его не хватало. - Я жду тебя, Влад. Ты должен вернуться, ты просто обязан! Ты обещал увезти меня к морю. - накрыла его руки сверху ладонями, крепче прижала к щекам, закрыла глаза и прошептала: - Я жду тебя. Ты обещал!

- Я всегда держу слово. - коснулись моих губ горячие губы.

- По машинам! - крикнул нервно куривший военный, который их сопровождал.

Горячие руки исчезли - вокруг был только холод.

Когда машины скрылись за поворотом, начался снегопад. Так мы в опустевшем дворе и стояли - горстка растерянных женщин, у которых враг вырвал счастье из рук и из дома. Кто-то тихо плакал от страха и горя.

С неба беззвучно падали пушистые хлопья.

... дверь открыла Некрасова в уютном домашнем костюме. Рядом с ней на пороге стоял огромный рыжий котяра и не давал мне пройти.

- Здравствуй, проходи. Семён, пропусти.

Кот осмотрел меня очень придирчиво и очень внимательно, и неспеша удалился вглубь квартиры, с независимым видом задрав "трубой" пушистый хвостище.

- Здравствуйте. Думала, ваш Семён у меня документы потребует. - попыталась пошутить, пока куртку снимала.

- Наверное, может. - улыбнулась слабо Некрасова. Выглядела она как всегда потрясающе, но во взгляде поселилась тревога.

- Влад тебе ничего не объяснил - я так понимаю? - Илона Николаевна приготовила кофе и наливала ароматный напиток нам в чашки.

- Сказал, что от повестки не хочет и не будет прятаться и что уже воевал. Как же вы могли допустить, Илона Николаевна?! Вы же сказали - он уникален!

- Да меня не особенно спрашивали. - голубые глаза потемнели. - Не захотел расстраивать и тратить время на объяснения - в этом весь Влад. - она отпила кофе. - Придётся мне всё объяснять. Слушай внимательно: всё, что я тебе расскажу, останется между нами. Ты не будешь ссылаться на наш разговор нигде, никогда. Поняла? Я расскажу, потому что считаю - ты имеешь право всё знать.

Я молча кивнула.

- Он сказал тебе правду - он мобилизован, но не сказал, в каком качестве. - она коротко выдохнула, как перед прыжком в глубокую воду. - Ты знаешь, союзные войска взяли штурмом город-миллионник и сейчас зачищают.

- Я знаю. - сейчас она скажет то, что мне не понравится.

- Там есть проблема: несколько тысяч боевиков засели в бункере на огромном заводе. Бункер построен с расчётом на то, что выдержит удар ядерной бомбы.

- Но есть же какие-то способы их... - я едва не произнесла "уничтожить" - выбить оттуда?! Спецподразделения! Каким образом им поможет присутствие Влада?!

- Нет, София. - она отрицательно покачала в ответ головой. - Они держат несколько сотен гражданских заложников и сдаваться не собираются. Остаётся лишь штурм. При штурме счёт погибших будет на тысячи, сама понимаешь.

- Я всё ещё в толк не возьму, чем поможет то, что Влад пошёл в армию. - упрямо твердила дрожащим от волнения голосом.

- В последний день зимней сессии Влад и Владимир Иванович были на переговорах с военными - их вызвали. Двое наших уже там, но... - она кашлянула, глаза заблестели предательски. - Они не смогли справиться. Влад и Безродный уговорили отсрочить штурм на неделю.

Я вспомнила, как командующий отдал приказ блокировать бункер, сочтя штурм слишком рискованным. Это случилось через день после окончания зимней сессии.

- Кто там... кто не справился? - мне стало физически плохо перед ответом.

- Дмитрий Лог и Наташа, специалист с пятого курса. - Илона сглотнула и продолжила очень спокойно: - Вчера Наташа погибла, а Лог тяжело ранен.

Наташа погибла... никак в голове не укладывалось. Красивой жизнерадостной Наташи, к которой я так ревновала Влада, больше нет. Она не успела получить свой диплом.

Я подняла глаза на Некрасову и молча ждала, что ещё она скажет. Задавать вопрос было страшно.

- Сегодня Влад отправился в переговорной группе к боевикам. Он рискует одной жизнью, чтобы спасти тысячи, его выбор - единственно правильный.

- Но как он их убедит?! Что он сделает?! - "прокричала" сорвавшимся шёпотом.

- С вражескими боевиками работали высококлассные военные психологи, чьи - сама знаешь. - голос её стал совсем тихим. - Они проходили тестирование на уровень жестокости. Тех, кто был недостаточно зверем, отсеивали. Это убийцы, София. Они не будут сдаваться не потому, что они смелые - психологи сделали им установки по древней методике "Чёрного солнца". Сломать такие установки в силах лишь Влад.

С этого дня я, Некрасова и Безродный жили исключительно новостями: смотрели по всем телеканалам и слушали по всем радиостанциям. С Владом никакой связи не было.

За два дня союзные войска четыре раза объявляли режим тишины и открывали гуманитарные коридоры для эвакуации. Когда после двух сорвавшихся попыток эвакуации я почти не могла есть и спать, боевики неожиданно выпустили первую группу гражданских. Среди них были дети и женщины.

Сердце забилось безумным стаккато, когда на мгновение камера военкора поймала в фокус высокую мужскую фигуру в чёрной одежде. Мужчина, заметив, что попал в объектив, отвернулся в ту же минуту и быстро ушёл к военному грузовику.

Я тихо плакала, глядя как садятся в автобус заложники.

Он победил. Он справился. Он просто жив!

Конец первой части

но не конец истории.

До встречи во второй книге,

искренне Ваша,

Вероника.

Вероника Джамбек (с)

26 июня 2022