Fairy Tail: Тайный огонь

Пролог

Ворон сел на ветку давно иссохшего старого дерева метров под пять высотой. Редко встретишь достаточно молодые дубы, которые к пятому десятилетию полностью иссохли. Этот дуб был особенным — по крайней мере, его каждый раз видели из окна жители деревни, в центре которого он стоял. Под его кронами встречались влюблённые, ссорились женатые и увядали престарелые пары. На протяжении пятидесяти лет дуб радовал взгляд проходящего мимо горожанина или просто путешественника.

Но к настоящему времени ни пары, ни обычные жители, ни путешественники больше не ходили под кроны этого дерева в городе, который находился на территории графства, разорённого бандитским кланом «Алый полумесяц». Город и так был небольшим, но большинство его жителей покинул родные края, спасая свои жизни. Некоторые дома, крытые деревянными балками, были полностью сожжены бандитами. В этом пепелище до сих пор лежат обугленные и покрытые пеплом тела тех, кто решил остаться здесь до самого конца.

Чёрные глаза удивлённо раскрылись, адреналин наполнил жилы ворона, и тот в последний раз взвыл своим карканьем. Его брюхо было пробито арбалетным болтом. Перья сорвались с крыльев, которые пытались в последнее мгновение заставить ворона взлететь или хотя бы уклониться от арбалетов едва вышедших из мальчишества парней. Но хотя они и были молоды, они уже стали частью клана, обосновавшегося в деревне.

— Ха! Видал, Адрен? Давай свои пять медяков — я попал в него с пятидесяти шагов!

— Ц, на. Моя очередь. — первый сиплый мальчишка передал промасленный арбалет своему ободранному другу.

Поправив металлический шлем, парень нацелился на гнездо, которое покоилось на несколько веток выше, где была погибшая птица.

— Не, на два шага назад давай. Тогда будет пятьдесят шагов.

Светловолосый парень отошёл на два шага, но быстро выпятил воинственно грудь и положил приклад арбалета на плечо.

— Много командуешь — готовь медяки.

— Аааа, чёрт! Горячо! — что-то горячее обожгло спину мальчишки, краем глаза он заметил, что пламя было синего цвета.

А из башни позади послышался громкий хриплый голос:

— Пошли вон, чёртовы люди! Не смейте мешать мне!

— Старик! — крикнул второй, направляя арбалет прямо в окно, откуда выглядывала седая борода архимага. — Получай! Аааааа!

Металлические части арбалета начали раскаляться добела, и парнишка уронил арбалет прямо в последождевую грязь.

На крик сбежалось под десяток человек, вместе с главарем из гайки. Тот быстро оглядел всю картину, и понял, что за ситуация свалилась на его годову

— Odahvini (Приветствую), древний могучий маг! — вышел из тени главарь (если его так можно назвать) этих «недобитков». Он часто говорил на своём родном языке. — Решили спалить моих ребят из-за двух маленьких птичек? Нехорошо! Но думаю, я знаю, как решить эту проблему.

Командир, смахнув с лица смолянистые иссиня-чёрные волосы, выкинул из рукава метательный нож. Тот не вертелся — он просто летел лезвием вперёд прямиком в птенцов… Которые внезапно исчезли, окружившись сине-голубой энергией.

— Я тоже знаю, как решить эту проблему! — закряхтел дед в тёмной мантии, похожей на монашескую. — Просто перебить вас, недобитков, и дело с концом!

Главарь усмехнулся, потёр бородку, глядя, как метательный нож торчит из кроны дуба.

— Тогда приглашаю вашу древность прямиком во двор. Или вы не можете спуститься? Боитесь? — сказал старый бандит, толкнув ногой корчившегося от боли пацана в грязи. Тот пытался потушить магическое пламя.

— Вас? Ха! Так отчего же вы не подниметесь в мою башню? Приглашаю!

— Я запомню это предложение и воспользуюсь им. Как бы вы потом не плакали — я ведь не люблю обижать старшее поколение.

— Вот и иди себе, пока я тебя сам не обидел. — Щёлкнув пальцами (что немыслимо для обычного академика магии и является высоким уровнем овладения магией), старый маг потушил магическое синее пламя на юноше. Тот застонал — вся спина парня обгорела до хрустящей корочки и волдырей.

— Поднимай его и зови старшину. Скоро будем резать магов. — прошептал командир, но старик всё слышал благодаря улучшенному слуху, чего тот не подозревал.

Уже неделю они торчали на территории разрушенного селения из-за поднятого магом барьера. Всем было известно, что в монументальной башне жил архимаг. Даже эта деревня появилась благодаря осевшим здесь строителям жилища мага. Однако так же все знали, что старик не проявлял никакого трепета к жизням деревенских и даже игнорировал разбойников, если те не лезли к нему. Лишь это правило дало решимости "Алому полумесяцу" ограбить деревню. Вот только в этот раз всё оказалось иначе и число запертых в ловушке нападающих магически сократилось более чем в половину. Еда постепенно сокращалась, как и срок времени данного их новым лидером для возвращения к его войску.

Архимаг тяжело вздохнул: такие ситуации с таким напряжением на старости лет даются ему особенно тяжело. Может, подскочит давление или начнут шалить нервы — а ведь ему это нужно в самую последнюю очередь!

Старик погладил край ветки гнезда, которое он телепортировал к себе на комод под подоконник. По виду все яйца были на месте. Без тепла матери-вороны яйца вряд ли согрелись бы должным образом, поэтому старик наложил мягкие согревающие чары на всё гнездо, и шарообразный купол следил за тем, чтобы всё было в порядке.

Меланхолия совсем его затянула, подумал маг. Но подойдя к тумбочке, на которой лежало его портмоне, слева от окна, и взглянув в зеркало, он вздохнул ещё тяжелее. Он опять зарос и не заметил этого. Время летит. Даже слишком быстро.

Опрятно с помощью магии он изменил рост волос, обратив их вспять. Это более сложная магия, легче было бы обрезать волосы, но сложность уже не доставляла архимагу проблем. Его волновало лишь время затраченное на это.

В итоге волшебник укоротил бороду и отросшие до спины волосы на добрых сантиметров тридцать. Смыв бытовой магией появившуюся сальность волос, он предстал в совершенно другом виде. И пусть зазеркальные сущности удивляются его симпатичности! В волосах присутствовала не только седина, но и темнота корней волос — цвет, который был у него в молодости. Да, он мог с помощью магии поддерживать цвет волос или с помощью эликсиров, содержащих три-четыре свойства, скажем, немного свойств от киновари, гидрагена, альбедо и нигредо, чтобы затемнить волосы. Но это не стоило того, чтобы стараться хорошо и красиво выглядить.

Кроме ещё Эфира (или иначе говоря пятого элемента), или волосы начали бы светиться.

Борода обзавелась аккуратными ровными линиями роста щетины, да и корни волос тоже имели своеобразный привлекательный контраст темноты на фоне почти белых тонов.

Правда, красота волос и внешность в целом рядом не стояли с целями архимага.

Но великий волшебник отвлёкся.

Комната была в творческом беспорядке: некоторые самодельные реторты и кальцинаторы стояли слишком близко друг к другу, и тепло жидкостей в них могло значительно повлиять на качество дистилляции зелий.

Только правда в том, что старик за последние два месяца сварил только тоник для сна. Большего ему уже не требовалось. Все нужные приготовления закончены и не хватало лишь последнего ингредиента.

Книги лежали открытыми на тех же страницах уже полгода. Страницы полупустых заметок валялись на полу.

Тома заклинаний вывалились с полки.

А письма лежали пеплом в камине под решёткой, потому что их вечером со стола сдул ветер.

Это заставило старого волшебника тяжело, меланхолично вздохнуть — уже в третий раз. Его расчёты сделаны, а библиотека и созданные за долгие десятилетия научные труды больше не имели никакого смысла.

«Надо дописать дневник. Странно, что я вообще веду дневник на старость лет…» — подтянув подол мантии, он уселся на стул перед рабочим столом. Это был его первый дневник за всю жизнь и, вероятно, последний. «Старость не в радость…» — заострив перо и макнув его в чернила, маг остановился.

— Эх, придётся перечитать.

Перелистнув назад несколько страниц, он начал читать про себя:

«Меня звали Аллозий Тайный Огонь. Пламя поднялось к моей среднестатистической жизни и спалило её дотла своим огненно-алым языком…»

Маг немедленно аккуратно под линейку вырвал этот абзац. В тот момент он был опьянён долгожданным прорывом и не совсем адекватно смыслел. Придётся переписывать, но для начала нужно понять, какие ещё есть ошибки:

«Я рос в купеческой семье, которая давно не знала нищеты и горя от недостатка денег. По крайней мере, так было уже несколько поколений. Мой отец был купцом, мой дед — купцом, и прабабка тоже занималась торговлей. Чем больше мы наживали денег, тем больше предъявлось требований для наследников. Благо, я был средним сыном в семье — среди двух старших братьев и младшей сестры — и мог заниматься чем хочется.

И страстью моей были книги. О книги… Я провёл в отцовской библиотеке несколько лет, начиная с того момента, как научился внятно читать по слогам. Пусть мальчики и учатся этому дольше, чем девочки, но в разносторонних, бесполезных для будущего знаниях меня не переплюнет никто!

Пока я не нашёл одну энциклопедию, в которой были описаны разные виды магического искусства. То, как маги использовали своё ремесло, всегда удивляло меня на рынке, но после этой толстой и обветшавшей книги мне, тогдашнему юнцу, это показалось расточительством всего, что только можно себе представить: потенциала, времени, денег и, главное, магии внутри человека. Бросать в воздух подожжённые ртом бутыли и ловить их за горлышко казалось ужасным занятием. Пока я потом не понял, в силу возраста, что они так зарабатывали на жизнь и выбора у них не было.»

Аллозий заново макнул перо в чернила и начал дописывать автобиографию:

«Сложности возникли, когда книги закончились — по магии, разумеется. Отец был поначалу против моих занятий магией, но потом осознал, что у меня полностью отсутствует интерес к торговле и сосредоточил всё своё внимание на старшем наследнике. Правда, "поначалу" это длилось, как мне тогда казалось, целую вечность.

Когда же я в более взрослом возрасте накопил карманные деньги на академические учебники и создал свои первые проекты по заданиям из книг, а тем более первые заклинания, которые помогли моей матушке с болезнью желудка, отец решил профинансировать моё обучение. Конечно, тогда я и не мог представить, что матушке мог помочь более квалифицированный врач или маг — и отец мог позволить себе и десять таких врачей и целителей, — но тогда это уже не имело значения. Я отправился в королевскую академию магии. Там было несколько факультетов, и я не скажу, который выбрал, ведь всё равно изучал понемногу все направления, но важным этапом моей жизни… стало бродяжничество. После ссоры с родителями и всей семьёй в целом я отрёкся от наследства от погибших в недавней войне старших братьев и решил затянуть пояс потуже, мешок за спину — и на ближайший тракт. За приключениями.»

Перо замялось, и чернила иссохли, поэтому Аллозию пришлось обновить и перо, и чернила.

«После пары лет бродяжничества меня приметил один бывалый авантюрист, который был на задании в том же городе, в котором я снял номер. Это был добродушный воин в команде с двумя лучниками. Они не могли купить услуги мага, поскольку все пропили. Но взамен на вступление в их команду я помог им найти в горах необходимые ингредиенты для выполнения задания. После совместной работы он торжественно предложил мне вступить в гильдию авантюристов и, соответственно, в их команду. С моим присоединением группа постепенно стала набирать репутацию.

Спустя ещё пару лет мне дали рекомендацию в королевский дворец на должность придворного мага. Мне уже тогда было двадцать три года, а это был невероятно малый возраст для такого достижения. Даже не обращая внимание на то, что это королевство являлось самым маленьким и слабым по сравнению с соседями статус правящей семьи и их ресурсы позволяли мне продвинуться в своих магических изысканиях ещё дальше. Опыт авантюриста мне сильно помог, но был слишком ограничен в дальнейшем развитии. Я распрощался со своей старой командой, с которой провёл два года. Но взамен я приобрёл новое трудоустройство и очень много работы. Я был своего рода советником для короля в вопросах магии, но в остальное время либо изучал магию, либо поставлял для приближённых короля те или иные препараты или помощь.

Но во дворце проживали не только его хозяива и я, но ещё и слуги. Одна из служанок была направлена на помощь мне в уборке и чистке лаборатории. Однажды она уронила дорогие инструменты. Как сейчас помню, это была просто сделанная мной огромная реторта, но сделана она была столь качественно для неосведомлённого человека, что она сама додумала в своей голове, что это была её последняя ошибка в замке. Я уверил девушку, что сам заплачу за эти убытки. Она так сияла от радости, что я не мог не удивиться. Я давно не видел столь искренних людей, а в детстве и подавно ничего и никого не было искреннего, кроме книг. После этого она всё чаще и чаще приходила ко мне в кабинет, а я отвлекался от экспериментов и работы, даже от чтения книг. Мы влюбились друг в друга, возможно, в тот самый момент, когда она разбила реторту.

Мы начали встречаться, а потом и поженились. Конечно, она стала бы лёгким предметом для давления на меня со стороны аристократии, но король приставил к ней сопровождение в лице королевской стражницы.»

Аллозий прокашлялся. Он почувствовал, как магические энергии собираются у ритуального круга телепортации.

— Ты до сих пор пишешь ту книгу? Я думал, что писанина не для тебя, а больше чтение. — немолодой мужчина предстал перед вставшим со стула Аллозием. Он определённо был младше архимага, но уже готов был уйти на пенсию (для магов на высоких должностях пенсия полагалась примерно в пятьдесят пять лет). Его серебристая мантия колыхалась на сильном ветру, который заходил на верхние этажи башни. Немного морщин, но тёмные короткие волосы были как щётки, а ровная борода блестела от лунного света.

— Аластриус! Нет-нет, это просто на дорожку.

— Так ты решил всё же уехать из этого богами забытого места? Тем более чем больше ты здесь остаёшься, тем большая опасность тебе грозит.

Аллозий усмехнулся.

— Ты об этих ублюдках? Эти бандиты не меня заперли с ними. Это я их запер со мной.

— Ха-ха-ха. Очень надеюсь на это. — потянул за собой мешок Аластриус Ривербельт. Маг остановился в полушаге от Аллозия. Хмуро посмотрел. — Но чем больше их сейчас собирается во дворе, тем меньше вероятность правдивости в том, что ты сейчас сказал. Ты сам-то в это веришь? Эта свора — часть той бандитской армии Короля бандитов, которая разорила это графство. Дальше они двинутся на восток, к Бискордану. А на восток — значит через твою башню. Через этот город…

— Говори конкретнее — ты принёс детёныша феникса?

— Вот он, в мешке.

— Тогда уходи. Ты сам сказал, что тут опасно. Я видел магическим зрением, что те недобитки собираются у башни. Но и ты задерживаешь меня.

— Надеюсь, у тебя всё получится. — Аластриус исчез в зелёном свете телепорта, а Аллозий провёл ритуал над бессознательным телом птенца. Позаботившись о будущем малыша маг зачаровал вещи вокруг, чтобы те слили кровь у детёныша феникса.

Он продолжил писать:

«У нас родился ребёнок ровно через год. Крепкий, сильный мальчик. Мы планировали второго, но…»

К глазам нахлынули слёзы от старых шрамов.

«Но она не выдержала родов. Я растил Ринеуса сам. Он не познал материнской любви и быстро вырос. Он был похож на меня, а не на мою жену Берту, и это дало мне, прости Господи, некоторый покой. Я не мог видеть ни наших общих портретов, ни вспоминать лик любимой женщины… Хорошо, что Ринеус не помнит этого периода, так как был слишком маленький. Мне помогла тогда сестра с его воспитанием — мы до сих пор переписываемся и иногда видемся в моём родном городе.

Но этот гнев от собственной беспомощности и привёл меня в эту башню на границе с враждующим с моей родиной государством. Варвары никогда не должны навредить моей сестре или Ринеусу. Никогда…

Но я искал способ с помощью которого чувство гнева и беспомощности больше никогда не омрачнят мою семью. Мой сын вырос, но для него тоже нужно это лекарство… лекарство от беспомощности. Я пишу этот дневник с рецептом на первой странице в надежде, что мой сын найдёт копию этого дневника, который вскоре переместиться в покои моего друга. Он обязательно передаст его вам. Прощайте, сынок, сестра. Мама… Я так и не смог прийти к вам с отцом на кладбище, простите меня за это.»

Кровь полностью слилась в кубок.

Послышались взрывающиеся магические ловушки на первом этаже башни. Эти шавки решились пойти в атаку и у них это даже может получится ведь архимаг не мог отвлечься от начавшегося ритуала, да и большая часть магии была направлена на его поддержку. К счастью защита башни должна выиграть достаточно времени. Аллозий обернулся и поднял с пола кубок.

— Пора.

Подняв кубок над зажжёнными благовониями и магическим кругом, в центр которого встал Аллозий, архимаг увеличил свою ауру и сказал:

— Вызываю астральных богов в свидетели, я взываю к Тени, куда уходят души безбожников. Сегодня, в день и час Юпитера, я разрываю оковы, данные Жизнью и Смертью! Сдавливающие оковы, срывающие тень, плоть и кости! Я взываю к свидетелям, чтобы они пришли и помогли мне в этом великом деле! Я выпиваю кровь непорочного, кровь вечного, кровь дракона и птицы в одной тени, плоти и кости! — к кругу подлетели кости, которые вырвались из тела птенца, а тень от всех предметов начала подниматься к кругу, который начал светиться голубым светом. Аллозий провёл кости над благовониями, а ритуальным ножом срезал тень от феникса и бросил в кубок оба ингредиента. Кость растворилась в начавшей кипеть массе. Выпив это, он точно умрёт. — Я отныне непорочен, вечен! Я отныне и дракон, и птица в тени, плоти и кости! Я жизнь и смерть!

Он выпил кипящую массу в страданиях, но с эмоциями, важными в магии, сказал:

— Я вечен!

И Аллозий упал прямо внутри магического круга.

Через полчаса оставшиеся в живых бандиты выломали последнюю дверь.

— Ха, гляди, шеф, он таки сдох!

— Он решил, что умереть от своей руки лучше, так, что ли?

— А ну заткнулись! Осмотреть всё! — рявкнул главарь.

— Смотри, шеф, а тут бесовщина! Богохульство! — указал тот на превращенную в фарш курицу (как тот думал), и льющуюся отовсюду кровь. Даже из-под тела мага, чья судьба Фена не волновала, а даже уже удовлетворяла.

— Уж кто бы говорил, Адрен! Сам-то местный храм разграбил и жриц изнасиловал, а теперь до мага докопался! — Адрен был как всегда злопамятен. Обернувшись на мага, тот усмехнулся.

— Смотри, Фен! Он тебе спину сжёг? Развлекайся!

— А вдруг он оживёт? Я слышал, что маги превращаются в нежить, если проведут ритуал…

— Завали хайло! А то беду нам накличешь.

— Заткнулись оба! — закричал снова бывший солдат. — Адрен, Фен! Осмотрите кладовые. Я рассмотрю здесь вещички.

Адрен и Фен подумали, что главарь захочет приглянуть всё себе, но спорить не стали. Они закрыли дверь и спустились по лестнице.

Главарь толкнул ногой тело мага. Но вдруг заметил дневник. Прочитав его, он положил его за пояс.

— Часть страницы вырвана и сожжена. Мда, дедуль. Я так и не узнаю, как тебя звали. Но дневник может пригодиться. Парни! Выносите вещи, а потом спалите тут всё! Нам не нужны следы. Бандитский король не должен знать, что мы приютили мага под боком. Иначе в этот бок он нам лично засадит меч!

Главарь вышел и хлопнул дверью. Импульса двери было достаточно, чтобы яйца под подоконником зашевелились. Одно, затем второе и третье треснули, и из них появились и запищали птенцы. Они очень быстро выросли в огненно-алых птиц и улетели как можно дальше из этого разорённого войной места. Под громогласный взрыв башни позади они издали волнующий клёкот и скрылись в алых облаках окрашенных лучами заходящего солнца.

1. Перерождение?

— Я вечен! — это были последние слова-активаторы как в ритуале, так и в нынешней жизни архимага.

Мужчина знал, что созданное из разных школ заклинание окажется неприятным, особенно учитывая, к каким сущностям приходилось взывать во время него, однако боль от перестройки души превзошла все возможные ожидания. В прошлом, когда он скитался в группе авантюристов, ядовитая лягушка задела плевком его руку. Аллозий три дня не мог уснуть и вздрагивал от малейшего движения или прикосновения к повреждённой конечности. К счастью, у группы имелось достаточно денег для пожертвования в храм, и рану излечили. С того дня архимаг никогда не чувствовал более сильной физической боли, лишь душевные раны превзошли тот момент. Так было до нынешнего мгновения.

После агонии маг как будто медленно уснул. Боль стихала, а конечности немели, хотя только что чувствовались как никогда раньше. Аллозий не понимал, сколько времени прошло и как долго оно тянулось в сознании. Вскоре он почувствовал, как его собственные мысли исчезают и исчезают воспоминания.

А кто он? Маг? Что такое... Маг?

Его как будто окунули в реку, только более плотную и тёплую. Словно вода протекала сквозь него самого. Но вскоре его самоосознание начало растворяться в воде, как и он сам.

Какое-то время спустя.

Мысли резко скакали в бессвязном потоке, стараясь игнорировать охвативший всё естество жар. Аллозий мог лишь представить, словно его тело медленно, сантиметр за сантиметром, сгорает в горниле, питаемом огненным драконом. Он даже не мог понять, что давно умер и все адские муки исходят от переплетения души и сущности феникса.

Сколько длился процесс, архимагу было не известно. Понятие времени стёрлось в бесконечном потоке огня и боли, но в один миг чувства вернулись. Ошеломлённое сознание не сразу смогло осознать происходящее. Резкие звуки первыми достигли разума Аллозия, выводя того из ступора.

— У меня... получилось? — неуверенно, словно впервые за долгое время, прошептал он. Именно это позволило ему ощутить металлический привкус, перемешанный с грязью, на своих губах.

— Что происходит? — проморгавшись, маг понял, что всё это время лежал на земле. Попытка подняться не увенчалась успехом из-за навалившейся сверху тяжести.

Контроль над телом возвращался медленно, поэтому приходилось напрягаться изо всех сил, чтобы скинуть с себя препятствия. Лишь секундами позже, когда его голова смогла не только двигаться, но и более-менее соображать, Аллозий заметил, что мешало ему двигаться, — труп. Именно тело этой немолодой женщины навалилось на него, пачкая стекающей кровью из сквозной раны на груди.

— Ха-ха-ха! А вот и ещё один крысёныш, прячущийся от нас, — весёлый сиплый голос грубо выдернул Аллозия из размышлений. В этот миг шум перестал быть бессвязным фоном для архимага, наполняя уши отчаянными криками мольбы вдалеке, смехом и руганью.

— Вне зависимости от места и времени такой мусор, как ты, никогда не переведётся, — отбросив на время аномалию в ритуале, он сосредоточился на разбойнике и очевидном нападении на это место. — Мне некогда, отребье. Умри. — Привычным жестом маг щёлкнул пальцами, желая избавиться от бандита, но ничего не произошло. — А?

— Ха-ха-ха! Что ты там лопочешь себе под нос, пацан? Крыша совсем потекла, что ли? — мужчина лишь с насмешкой взглянул на худощавого мальчика и медленно стал приближаться, угрожающе демонстрируя свой меч. — Не рыпайся — останешься цел, хотя можешь и попытаться сбежать, но тогда не вини меня за сломанные кости. Ха-ха! Главному лишь важно, чтобы товар остался жив.

Бросив мимолётный взгляд на окровавленное лезвие, Аллозий сосредоточился на собственных ощущениях.

«Странно. Я чувствую магию и эфир, они буквально разлиты повсюду. Так почему же я не могу их использовать?» — маг медленно сжал и разжал маленький кулак, мимолётно отметив несоответствие. — «Это детское тело... внутри него я ощущаю магическую энергию. Слегка отличающуюся от привычной мне, но это она. Вот только почему она кажется запечатанной? Никто не удосужился пробудить источник будущего мага?»

Вопросов было много. Начиная с того, почему он очутился в теле молодого ребёнка, а не новорожденного, как изначально планировалось, и заканчивая отсутствием воспоминаний предыдущего хозяина тела. Согласно расчётам его душа должна была заменить пока ещё не сформировавшуюся личность младенца с огромным магическим потенциалом, однако что-то пошло не по плану. Неужели астральные боги решили подшутить над ним? Толчок в спину заставил юное тело пошатнуться и упасть лицом в грязь.

— Хватит меня игнорировать! Встал и пошёл за мной! — разбойник больше не смеялся. Не видя страха и вообще какой-либо реакции на лице жертвы, он разозлился.

— Да-да, — такой вялый ответ и неторопливость ещё больше взбесили мужчину, из-за чего он пнул паршивца.

— Я с тобой тут не в игры играю, мясо. Если сейчас не встанешь, я сломаю тебе руку.

«Кричи пока ещё можешь, отброс. Как только я разблокирую магию, ты сдохнешь, как и прошлые недобитки», — несмотря на внутренние проклятия, Аллозию пришлось подчиниться.

Двигаясь сквозь разрушенную деревню, он наблюдал схожую картину, что и у себя дома. Здания горели, местами земля была пропитана кровью или трупами сопротивляющихся жителей. Его же привели на окраину поселения, где собрались нападавшие и схваченные жители. Приблизительно маг насчитал 30–35 избитых и испуганных деревенских, уже связанных между собой верёвками, которые в ужасе наблюдали за пленителями. С учётом небольшого количества увиденных домов — это, должно быть, все жители деревни. Возможно, даже существовали счастливчики, сбежавшие отсюда или вовсе избежавшие участи раба, находясь где-нибудь за пределами поселения.

Со стороны пленителей Аллозий видел около полусотни разношёрстных мужчин, чей потрёпанный и неухоженный вид сразу выдавал в них бандитов. Основная часть своры имела при себе разного вида холодное оружие, но среди кучи отбросов выделялись трое. Два долговязых молодых парня, по внешнему сходству напоминавших братьев, держали в руках ружья. Архимаг уже слышал об этом изобретении, но в тот момент это был слишком редкий магический артефакт, чтобы оказаться у каких-то разбойников. Впрочем, этот вопрос он отложил к куче остальных непонятных пока вещей и сосредоточился на их, видимо, лидере. Юнец, едва переступивший порог второго десятилетия, сейчас демонстративно избивал взбунтовавшегося парня. Делал он это с садистским наслаждением, втаптывая жертву в землю на глазах у остальных пленников.

— Теперь вы должны были понять своё место! — нанеся последний размашистый удар ногой, он вырубил цель. С широким оскалом маг призвал на своей руке магический круг, из которого, словно жидкость, на землю просочился зелёный огонь. За считанные секунды он полностью поглотил валявшегося мужчину и начал сжигать. — И его жизнь станет для вас примером. Посмеете ослушаться или пойти против приказов — сдохнете!

— Необычная магия... — для Аллозия подобная картина казни была не нова. Его больше интересовал магический конструкт, создавший зелёный огонь со свойствами «текучесть», «липкость» и «жар», нежели крики заживо сжигаемого незнакомца.

Посетовав на отсутствие магического зрения, для активации которого нужна магия, архимаг замедлил шаг. Ему предстояло обдумать свою необычную ситуацию и быстро принять решение.

«С одной стороны, эти бандиты явно планируют продать людей, а значит, жизнь на данный момент будет сохранена. Мне ещё предстоит понять и разобраться, где я сейчас нахожусь и что пошло не так с ритуалом, — взгляд мальчика, слишком зрелый и осознанный, заставил главаря бандитов насторожиться. — Однако будет ли у меня потом время и возможность прийти в себя? Для правильной активации источника нужна помощь другого мага, а будет ли кто-то заморачиваться этим для раба? И ещё неизвестно, для каких целей будут проданы люди. Может, им нужны подопытные или расходный материал? И самое главное, — Аллозий продолжил смотреть на неизвестного волшебника и ухмыльнулся, — я просто ненавижу подобный самодовольный мусор!»

— Куда ты пошёл?! — конвоир попытался ударить мальчика, но лидер жестом остановил его.

— Это был кто-то важный для тебя? — тон бандита был притворно-сочувственным, смотря на ребёнка, остановившегося возле горящего трупа, он улыбнулся. Его попытка поглумиться так и осталась невысказанной, ведь мальчишка потянулся к его пламени. — Эй, не трожь!

— Ха-ха, забавно. Похоже, мои мучения не прошли даром, — в отличие от ожиданий, «товар» не оказался испорчен ожогами, а с любопытством держал на руке частичку зелёного огня. — Хм... Это волшебство отличается от привычного. Но имеет под собой схожую логику построения. Любопытно...

— Какого чёрта?! Как ты смог его взять и не загореться? Я не видел никаких признаков волшебства.

— Всё просто — огонь моя стихия, — Аллозий закончил внутренние расчёты. Этот внешний катализатор станет подходящим инструментом для принудительного пробуждения его ядра магии, однако за это придётся заплатить определённо высокую цену. — Была не была.

Все в шоке наблюдали, как мальчишка поднёс ладонь с пламенем и проглотил его. Секундой позже он слегка скривился, схватившись за грудь, но вместо криков боли тот засмеялся.

— Безумец.

— Аха-ха-ха-ха! По сравнению с пережитым эта боль — детский лепет, — вернувшийся контроль над магией доставил Аллозию небывалый комфорт. Особенно его порадовал объём магии в половину его прошлых запасов, и это только в момент пробуждения. Вот только... — Сосуд повреждён гораздо сильнее, чем рассчитывалось. Серьёзная манипуляция энергией только усугубит положение. Как невежливо. — Архимаг жестом остановил поток пламени (чего раньше не мог, и требовалось хотя бы щёлкнуть пальцами), заставив волшебство окутать его на манер изумрудного плаща. — И спасибо за помощь.

— Чего застыли?! Атакуйте этого урода! — после выкрика лидер попытался двинуться к деревенским за заложником, но подошвы сапог намертво приклеились к земле, где просочился тонкий слой огня, просачивающегося из мантии архимага. (Ещё в своей прошлой жизни Аллозий имел титул, связанный с огнём, а теперь его власть над этой стихией стала ещё больше.)

— Грубо и глупо, — роли поменялись, и теперь бандиты стали жертвами. Пули, мечи, копья и дубины — сталкиваясь с огнём, всё вязло, словно в медленном потоке воды, не достигая тела мальчика. — Моя очередь.

Аллозию хотелось испытать свои новые возможности с разных сторон, но времени для этого не было. Ситуация оказалась более плачевной, чем он мог показать окружающим. С каждым мгновением его источник магии медленно разрушался. Та небольшая точка, которую он прожёг ради моментального доступа к волшебству, грозила полностью разорвать сосуд. Если архимаг не предпримет скорых действий по лечению, он может потерять вместе с магией и жизнь.

Мальчик дважды хлопнул в ладоши, и огонь перекинулся с застрявшего оружия прямо на лица бандитов. Их криков никто не услышал, ведь стоило им открыть рот, как пламя заползало внутрь, моментально сжигая всё там. Не обращая внимания на беззвучную пантомиму смерти, Аллозий раскинул руки в стороны и щёлкнул пальцами. В тот же миг пожар в деревне прекратился, так как весь огонь словно бурный поток направился на зов мага.

— Яростней бури, жгучее пламя, кружись в хороводе нескончаемых огней. Огненный шторм.

Волшебство эффектно и эффективно выполнило своё предназначение — большая часть разбойников превратилась в обугленные головешки. Целыми остались лишь двое счастливчиков, что успели добежать до пленных, и лидер банды. К этому моменту созданный плащ уже сократился на две трети, но этого объёма более чем хватало, чтобы спеленать разбойников вместе со схваченными ими заложниками.

— Ждите здесь, а мы отойдём ненадолго, — Аллозий создал огненную верёвку и потащил главаря к ближайшему дому. Жгучее пламя не давало мужчине сопротивляться, если он не хотел прожариться до хрустящей корочки. — То, что нужно. Встань в центре.

Архимаг расчистил широкое пространство, попросту спалив все препятствия, и пламенем выжег магический круг на полу. Когда жертва заняла положенное место, он зачитал слова ритуала.

— Огненные духи, Саморант, Алькорн, Избелла. Взываю к вам для помощи, обратите жертву в жизненные силы! — огненные духи, которые служили Аллозию, появились в виде высоких элементарных духов. Они выглядели как поток и буря пламени, имевшие полугуманоидную форму, если не считать хвоста вместо ног. На руках у них были вполне себе железные магические кандалы. Они встали по разным сторонам магического круга и подняли руки. Жертва очень громко закричала, пока его агония не прекратилась. Из обугленного тела начала бурлить и вытекать жизненная энергия, которую с упоением выкачивали слуги архимага, подпитываемые страданиями ещё живого человека. Из его тучного тела в воздух поднялось достаточно объёмное количество энергии жизни, а огненные духи собрали её и очистили своей магией, после чего исчезли с частью оплаты, как и свечение магического круга.

Он не был силён в некромантии и магии жизни, но при создании ритуала перерождения пришлось углубиться в эти неприятные школы волшебства. Воспользовавшись вновь обретённым магическим зрением, Аллозий проанализировал своё состояние.

«Сойдёт. Для первой помощи в полевых условиях я справился на ура. Теперь необходимо дать этой заплатке прижиться, а позже провести надлежащий ритуал восстановления, — маг создал уже собственное пламя, чтобы убрать все следы произошедшего здесь. — Теперь нужно восстанавливаться несколько недель, желательно не перегружая себя колдовством, иначе сосуд может вновь дать трещину».

Покинув остатки хижины, он вернулся к шокированным жителям деревни. Они с паникой и ужасом следили за приближением мальчика, который рос на их собственных глазах, но сейчас вёл себя как незнакомец. Альберт был добрым ребёнком, постоянно цеплявшимся за мать. Он всегда с радостью общался с окружающими и помогал им в любой просьбе. Никто не мог сопоставить мальчишку, без всяких проблем и эмоций спалившего полсотни живых людей и, по-видимому, даже не обратившего на это внимание, с милым робким Альбертом.

— Что с тобой случилось? И где Марта? Она ведь была с тобой, — Аллозий понимал, что обратившаяся женщина волновалась не о нём, а о предыдущей личности этого тела. — Почему ты молчишь, Альберт?

— Это не важно. Можете считать, что Альберт и Марта погибли от рук бандитов, — даже не взглянув на шокированную жительницу, он подошёл к пленённым разбойникам. — Если не хотите разделить судьбу своих товарищей, не пытайтесь рыпаться. Сейчас я вас отпущу, и мы отправимся на вашу базу.

Не дожидаясь ответа, архимаг снял путы, освободив разбойников и крестьян в их руках. В то время как один со страхом отпустил жертву, второй попытался приставить нож к горлу женщины, но в тот же миг раздался щелчок пальцев.

— Видимо, мозгов у него совсем нет, поэтому и решил стать бандитом, — мальчик обратил внимание на последнего выжившего из нападающих. — Надеюсь, ты понимаешь своё положение?

— Д-да, гос-господин волшебник. Я буду слушаться.

— Молодец, а теперь отведи меня на вашу базу. Заодно по дороге расскажешь о своей банде и сколько человек там осталось.

Никто из деревенских не решился остановить их уход. Страх людей переключился с уже мёртвых разбойников на их хладнокровного убийцу. Неизвестность пугает, и они не знали, чего ожидать от некогда знакомого им мальчика.

Тем временем Аллозий внимательно слушал исповедь своего проводника, прикидывая в уме дальнейшие действия. Исходя из слов пленника, в «Диких тиграх» был только один маг, которого он одолел, все остальные члены — простые люди. Помимо уже убитых бандитов, в живых осталось семь человек, включая проводника. Оставшиеся сторожили базу, дожидаясь возвращения остальных.

Продолжительное путешествие позволило магу привыкнуть к своему новому телу, заодно более детально оценить нынешние возможности в магии. Слишком слаб — таков вердикт вынес архимаг. Детское тело нуждается в укреплении и тренировках, а повреждённый сосуд не позволит безопасно колдовать ничего выше базового волшебства. Хотя этого более чем достаточно для противостояния обычному сброду, но более-менее компетентные воины и тем более маги с лёгкостью одолеют его. Аллозию и так повезло наткнуться на мага, специализирующегося на огненном волшебстве, из-за чего он и решил рискнуть в деревне. Будь на месте лидера другой маг, ему бы пришлось смириться и понадеяться на удачу.

Спустя четыре часа ходьбы они прибыли на место. Если деревня, где он пробудился, считалась глушью, то бандиты забрались в самые дебри непроходимого леса. Как удалось понять архимагу, он очутился на материке Ишгар в северо-восточной его части. Мало того, он ещё был в самой крайней точке королевства Севен, где приходилось тратить несколько дней пути до ближайшего города.

— Мы почти на месте, уважаемый волшебник, — голос мужчины больше не дрожал, но он всё ещё побаивался этого мальчишку. — Осталось пройти меньше десяти минут.

— Вот как, благодарю. На этом мы закончим наше сотрудничество.

— Чт...

— Неужели он действительно верил, что я оставлю его в живых? — сам у себя спросил Аллозий, вспоминая неверящий взгляд бандита. — Не важно. Сейчас разберусь с оставшимся мусором и хорошенько всё обдумаю. Слишком уж это место отличается от знакомого мне. Неужели боги закинули меня в другой мир? Или же я перерождался столь долго, что известный мне мир изменился? Сколько вопросов, но некому дать ответы.

2. Работорговцы

Аллозий продолжил путь после убийства бандита, и, по совместительству, своего проводника. До самого лагеря осталось рукой подать и его было легко видно на возвышенности. Он скрыл иллюзией сгоревшее от магического пламени тело и болезненно закашлялся. Несмотря на первую помощь в исцеление, рана ещё свежая и причиняет дискомфорт повреждённой части контейнера/сосуда при колдовстве. Однако сейчас Аллозию необходимо безопасное место в уединении и «материал» для восстановления.

— Черт… нужно срочно запитать ядро. — приложив усилия, он взобрался на высокое дерево.

Магическим взглядом он сократил расстояние для своего зрения и осмотрел лагерь. Из-за относительно близкого расстояния, архимаг мог усилить свои чувства маной, чтобы стало слышно и звуки, поэтому все было как на ладони:

Вокруг небольшого лагеря из нескольких деревянных домов и невысокой смотровой вышки стоял частокол. Постройки и «забор» выглядели новыми, без каких-либо следов повреждений, а отсутствие привычных для поселения удобств намекало на временный характер этого лагеря. Внутри логова царила удушающая атмосфера. Прямо в центре под открытым небом стояли десятки металлических клеток, большая часть из которых была заполнена рабами, и лишь малая часть людей бродила на свободе. Никаких строительных работ не происходило, поэтому Аллозий решил, что разбойники просто дожидаются возвращения остальной группы с пополнением «добычи», чтобы потом разом продать их и покинуть это место.

Через некоторое время прямо посередине лагеря началось мельтешение, привлекая внимание архимага.

— Нет, пожалуйста! — огненная плётка ударила мужчину по спине и по части его предплечья, когда раб пытался защититься от удара. Тут он не мог ничем сопротивляться этому приспешнику темного мага. Он не был ни магом, ни воином, и не имел опыта каких-либо сражений — соответственно он получил ещё два хлещущих удара магией. — Прошу! Не бейте моего ребенка!

— Заткнись! Если бы ты работал соответствующе на лесопилке у своего хозяина, то не вернулся бы сюда, а моему боссу бы не пришлось возвращать деньги! А девчонка больна и бесполезна, её приказали пустить в расход! — сухо крикнул мужчина лет сорока, полностью бандитской наружности. На его темно-зелёную жилетку плеснули капли крови раба, которого бандит избивал.

Согнувшись, мужчина продолжал укрывать под собой свою дочь и старался терпеть удары, стиснув зубы от чувства сжигаемой кожи. Он мог сопротивляться лишь из-за отсутствия рядом остальных бандитов, что из-за малого числа были заняты другими делами. Избиение длилось уже некоторое время, и силы мужчины постепенно покидали раненное тело.

— Нет! Прошу, хватит! — закричала женщина, прикованная цепями и кандалами к стене. Она вместе с мужем ринулась защищать дочь, но её легко оттащил в сторону другой бандит, что с ухмылкой сейчас наблюдает за потугами товарища.

— Заткнитесь, я сказал! — терпение мага подходило к концу. Он уже перестал сдерживаться, чтобы пощадить жизнь мужчины. — Все должно быть готово, когда босс придет, поэтому девки должны быть идеально шелковыми, а мужчины податливыми! А больные же уничтожены!

— Прошу, не надо… — мужчина внезапно потерял сознание от боли, и упал прямо на девочку. Но бандит оттолкнул тело отца.

— Папа, нет! — маленькая девочка лет шести на вид уже не плакала в истерике, слёзы давно кончились. Она не могла двинуться из-за страха, а руки вцепились в рубашку отца

— Пошли за мной, маленькая дрянь! — мужик схватил ее за руку и повел к ближайшей стене, где были кандалы в крови. Если раньше он планировал милосердно и быстро лишить её жизни, то теперь ему не терпелось выплеснуть весь гнев и наглядно продемонстрировать наказание за непослушание остальным.

— Нет! Мама! Мама, помоги! — сколько бы сил она не прикладывала вырваться из хватки было невозможно, но внезапно девочка ощутила свободу.

— А-а-а! Черт, горячо! — вначале на спине бандита появились маленькие искорки, что моментально начали разрастаться по всему его телу. Мощный жар без сопротивления поглощал кожу, добираясь до костей. — Я горю! Помогите!

Вскоре он сам был похож на ходячее огненное марево, что бессмысленно металось по земле в попытке сбить пламя. Девочка отбежала к отцу, пытаясь привести того в чувство и неотрывно смотря на неизвестного человека, что откуда-то появился рядом с горящим бандитом.

Эта сцена и шум моментально привлекли к себе внимание всех в лагере. Особенно новоприбывший в плаще и мёртвый бандит. Решение возникло сразу:

— Стрелки, огонь! — залп стрел стал пеплом ещё на подлёте, но огонь не остановился на достигнутом и направился к цели.

— Он спалил всех, помогите! Вызывайте подмогу! Живо!

— А ты ещё кто?! — из начавшей гореть палатки вышел громила. Он был примерно в два раза выше чем тело Аллозия. Тонкие усы, хвост из волос на голове и яростная гримаса на лице явно не располагали внешним видом к дружеской беседе. — Спалил тут все… Жить надоело?!

— Не твое дело, отброс. — жуткий взгляд убийцы из под капюшона никак не повлиял на мужчину. За свою долгую карьеру он встречал многих безжалостных тварей.

— Сначала я выкручу тебе ноги, чтобы ты не сбежал, — бандит начал загибать пальцы, медленно подходя к Аллозию. — А затем руки, но голову… я ее оторву у тебя в самом конце.

— Ты считать умеешь только на пальцах? Бедняга. — не смотря на насмешку, противник перед ним насторожил парня. Тот явно был магом физического типа, а в нынешней ситуации это могло плохо кончится.

— Ах ты! — это спровоцировало громилу напасть на архимага, но тот исчез и появился неподалеку. Затем ситуация повторилась еще и еще, пока Аллозий не решил использовать магию огненных змей.

— Шипящие и скользкие, саламандр потомки, придите мне на помощь и сожгите моих врагов – Огненные Змеи! — прочитав базовую версию простого заклинания, Аллозий призвал магический круг в ладони, откуда высвободились змееподобные потоки пламени. Змей было с огромный клубок, и они вцепились в руку громилы, впуская огонь прямо через зубы в его жилы.

— Удар Громовой Бури! — Огненные духи оторвались и превратились под натиском бури в огненный шквал, который приближался к Аллозию. — Уже не такой наглый? А, огненный маг?

Аллозий спокойно увернулся умением «Шаг в Тень». Оно очень помогло сбежать от видимого обзора громилы прямо в тень, но давало сильную нагрузку.

— Убегать ты умеешь, а что насчёт битвы?! А, ублюдок? Ты боишься меня развлечь?!

Бахвальство быстро прекратилось, когда вместо огня бандита обдало струёй раскаленной воды, которая содрала часть его кожи и превратила ее в месиво.

— Я не только огненный маг. Я знаю все стихии, просто люблю огонь.

— ЧЕРТОВ УБЛЮДОК! — он теперь был похож больше на недоваренную котлету, чем на человека. — Моя кожа! Окаменение!

Некоторая часть его кожи действительно стала камнем, а именно передняя, которой он смог закрыть свою спину от порыва очень горячей воды. Громила впал в ярость, и словно зверь он зарычал, бросившись давить своей тушей Аллозия.

Но маг снова исчез в тени. Несколько раз подобное продолжалось, пока Аллозий не почувствовал боль в ядре, схватившись за грудь. Увидев свой шанс, разъяренный волшебник бросился на противника, но вновь упустил цель в самом конце. К несчастью для бандита, он угодил в подготовленную ловушку.

Последняя опорная балка была срезана водным лезвием и деревянная вышка отправилась к земле. Она быстро накренилась и рухнула прямо на бандита. Использовав магию синего пламени тот поджег башню и ту часть тела бандита, которая не была под действием окаменения.

— Помогите! Парни, помогите! Помогите мне! — вскоре он затих и продолжил догорать под деревянными балками, которые одна за другой под собственным весом свалились на него.

Через несколько минут все деревянные хижины и палатки полностью загорелись и все пространство наполнилось дымом.

— Вот и все, всех добил.

На мальчишку в дорожном плаще все смотрели и со страхом, и с благоговением. Но больше со страхом, но пусть и понимали, что это скорее всего маг пришел их спасать.

— Теперь клетки. — подняв ключи, которые обронил в начале тот садист, Аллозий подобрал нужные спустя несколько попыток, и открыл каждую клетку. — Идите домой, а то задохнётесь тут.

— Спасибо вам!

— Благодарим!

— Спасибо вам, но… из какой вы гильдии?

«Гильдии?» — переспросил про себя Аллозий.

— Что вы имеете в виду? Какой ещё гильдии? — маг решил все же не врать и поинтересоваться. Пусть это и может пустить слухи среди народа – тут достаточно много людей, человек пятьдесят.

— Вы из соседней страны? Гильдии магов очень популярны в Фиоре и в нашем королевстве, Севен.

— Вы из какой деревни? — Аллозий решил просто проигнорировать его вопрос, задав свой.

— Боюсь уже не из какой… спалили все, ублюдки, все, до последнего дома! Но мы найдем убежище. Если мы ещё встретимся, и вы скажете свое имя, то мы в соседнем городе с радостью вам поможем , чем сможем. Верно, люди?!

Жители сгоревшей деревни заулюлюкали и поблагодарили, но пламя не думало утихать, пока его не потушил Аллозий.

— Меня зовут Аллозий Тайное Пламя.

«Надеюсь от этого не будет слишком много проблем»

Старик, который скорее всего был старостой, едва заметно улыбнулся, что-то вспоминая.

— Господин, помогите нам! — Крикнула закованная женщина в одном тряпье. Из-за предыдущей потасовки её левая грудь была оголена, но обе руки были прикованы к доскам, мешая прикрыться

— Сейчас… — Несколько движений ключом и она облегчённо упала на землю. Но она сразу же подползла к подошедшей к ней девочке, которая раз за разом кричала: «Мама».

— Спасибо вам… Огромное спасибо!

— Рано благодарите, — Аллозий использовал исцеляющую магию на лежащем в грязи мужчине, отчего через пару минут он проснулся. — Пожалуйста.

«Ненавижу на старость лет слышать столько благодарностей»

Но неожиданно тот согнулся, держась правой рукой за солнечное сплетение.

— Ядро… чёрт…

— Господин, вам плохо?

— Вас ранили?

— Отойдите, черт возьми, ему нужен воздух! — приказал староста. Все отошли, но Аллозий поплелся к трупам бандитов.

В прошлый раз он использовал мага в качестве донора для лечения собственного ядра, однако в этот раз ему необходимо просто пополнить запасы праны в теле. Погибшие недавно люди ещё могли послужить этой цели.

— Отойдите ещё дальше… — прочитав заклинание призыва духов, он указал на гору трупов, которых он потянул телекинезом. Порыв пламени вытянул остатки жизненной энергию из тел.

Старик тяжело вздохнул и сказал:

— Темная магия, да в таком возрасте… — староста сильно расстроился, увидев подобную картину, но решил не учить жизни мага, который его спас.

Жители нервно оглянулись на мага, но он неожиданно исчез там, где стоял.

Спустя некоторое время.

— Стоит отдохнуть, — мысли вслух никому ещё никогда не вредили. Бандиты сильно помогли своими жизнями восстановить магическое ядро, но из-за многих структурных неполадок и отсутствия былого контроля над энергией, некоторая часть жизненной энергии бандитов помогла восстановить хорошее самочувствие и некоторую часть ядра, а вся остальная часть просто растворилась в воздухе вокруг мага.

Тем не менее, процентов десять они помогли восстановить, но структурные нити (иначе называемые в терминологии, связанной с магическим ядром, струны) ломали все погружение в магическое ядро – их было совсем не видно в ядре, а восстановление без надлежащего контроля – просто глупость. Глупость, на которую пришлось потратить последний имеющийся человеческий ресурс.

Также стоит упомянуть что Аллозий почти сразу вернулся в деревню, отойдя от неё не так далеко, но оказался там один с обезжизненными телами. Их запас помог ему набраться сил перед дальним походом. Деревенские ушли почти сразу же, как тот отправился вместе с его «попутчиком» к лагерю работорговцев. От деревенских в воздухе разило остаточными эмоциями страха, и, скорее всего, причиной этого был сам Аллозий.

«У меня не было выбора – ходить с треснувшим ядром все равно что с часовой бомбой в груди.» — и среди тех деревенских, кто сбежал была та женщина. Та, которая признала того, в чьем теле сейчас находился архимаг. Но отныне тот мальчишка Альберт мертв, а Аллозий жив.

Как бы цинично это не звучало.

Архимаг погрузился в размышления. Что стало с тем мальчишкой, точнее, с его душой? Она слилась с его душой во время перерождения? Или же она отправилась в иной путь? Через который, конечно же, прошел и сам Аллозий. Без должного магического зрения тело или душу на предмет остаточных энергий не осмотреть, но можно строить догадки, которые перерастут в теории. Можно изучить, рано или поздно.

Правда исследовательский ум мага снова повел его в дебри размышлений. Сейчас было необходимо восстановить ядро и либо сматываться в ближайший город, либо тем же самым восстановлением ядра и заняться в первую очередь. Напитать ядро можно было только большим количеством магической энергии, после чего бы оно само зажило. Но самым быстрым и надёжным путем будет перебить тех работорговцев и занять у их тел немного жизненной энергии, иначе же праны. Вот и изучение магии и теории энергетики восточных королевств пригодилось.

Маг откинулся спиной в кресле, которое нашел в одном из полуразрушенных домов, и задумался.

Возможно освобождение всех невинных рабов было бы очень кстати. И возможно стоит разобраться со всем окрестным сбродом. А рабы могли бы в благодарность за спасение поделиться информацией, что это за мир и как в нем живут. А дальше простой жизни и изучения магии, чтобы связаться с прошлым миром и своим сыном, архимаг не задумывался.

«Не стоит задумываться о том, чего до конца сам не понимаешь…»

Но это определенно другой мир. Эфир совсем другой, он плотный, его много, даже слишком много на квадратный метр! А то что магия у бандитов работала без чтения заклинаний поражало воображение. И потенциальные знания, о которых сел фантазировать маг. Все же фантазия тоже была ключом к магии. А вот разработанной фантазии у Альберта было, что называется, кот наплакал.

— Агггх, больно! — Аллозий упал, содрогаясь от боли во всем теле. Это не могло быть ядро – боль была бы выражена локально, в груди. Магический анализ со скоростью мысли пронесся по телу. Импульс магии обнаружил небольной орган, или что-то подобное. Некая болезнь влияла на клетки тела. Это было что-то среднее между омертвением и вирусом, но влияло напрямую из души.

Усилив магический взгляд, Аллозий закрыл глаза и углубился в энергетику и основу ядра. Там, в глубине, он обнаружил остатки души мальчишки Альберта, но из-за разницы в энергии его и души мальчика началось отторжение. Да, он смог поглотить большую часть его души и стать сильнее. Но душа Альберта страдала, устала, но пыталась из последних сил поглотить огромную душу мага. Это не могло произойти, но влиять на тело – вполне себе. Притом, это как битва титана и крохи – кроху размазывают по арене, но сама арена от этого страдает.

Душа мага гораздо сильнее чем у обычного человека, и…

— Черт, точно! Если я попал в тело «не-мага», то как могу колдовать?! Агггх! — Аллозий широко открыл глаза, вырывая себя от просмотра души, и скривился от боли. — Если… если он имел магический потенциал, но я его расширил и усилил, то это все объясняет… Черт!

Рука архимага засветилась, наполнившись защитными формулами, и тот без промедления вогнал ее себе в грудь, сдавливая зубами крик, вырывающийся из его рта.

— Аггггх... Ха… ха… — Аллозий наконец-то нащупал свою душу и вырвал из груди часть того мальчишки.

«Маль… мальчишка… мне… жаль…»

Архимаг начал сдавливать в светящейся руке душу мальчишки. Из-за этого из сгустка света послышался жалобный, уставший и наполненный стараниями стон.

— Ты хочешь показать мне свою жизнь? Ха-ха-ха... Я слишком устал для историй… Но ты мне… кое-кого мне напоминаешь… Он тоже потерял мать… а отец… отца, наверное, уже тоже. Осталась только сестра, как у тебя.

Маг отдышался и решил судьбу мальчика.

— Ты умоляешь? Не надо. Я уже все решил.

Свет потускнел, рука только что перестала светиться. Из-под пальцев Аллозия продолжал литься свет, но он раскрыл ладони и поднял руки к небу.

— Лети, мальчишка. Пусть тебе повезет с новой жизнью также, как и мне.

С благодарностью, сгусток света взлетел как светлячок и исчез в воздухе

«Хм. Давненько я не делал хороших дел бескорыстно. Может и список моих хороших дел пополнился подобной ерундой, и я смогу избежать очередной кончины» — Аллозий присел на ступеньки дома и устало вздохнул. Небольшая пульсирующая боль пока так и осталась в груди, но тот уже не обращал внимания. Надо думать что делать дальше.

— Босс, я видел свет!

— Мы нашли его!

Едва увидев трех-четырех мужчин в лёгкой кожаной броне из-за кустов, Аллозий вскочил и вскинул руку с огненным шаром, который пролетел все расстояние между ними, и он бы попал, если бы не темно-алый щит. Огненный шар отскочил прямо в архимага. Он проглотил эфир из огненного шара ещё в полете, потушив его. Подобные манипуляции плохо влияют на устойчивость ядра, но это лучше, чем раскидываться щитами.

Маг пустил в ход такие быстрые заклинания, которые позволило его состояние ядра и магическая болезнь в теле. Стихия молнии и воды синергировались друг с другом и создали пар, а оставшаяся наэлектризованная вода попала в кровавый щит. И снова заклинание отлетело в Аллозия, черт возьми!

«Защитная магия крови, которая отражает заклинания по факту крови? Даже не родственной? Черт, он силен, как и любой маг крови. Если остальные тоже маги или даже маги крови, то будет невозможно их победить. Придется сбежать»

— Стоять! — приказал маг крови остальным. У тех поменялся цвет глаз на кроваво-алый, и они отступили. Их цвет глаз снова поменялся на обычный. — Давай поговорим, как волшебник с волшебником. На равных.

— Ты хочешь поговорить? — удивился Аллозий. Он все же потушил пламя. — Ну давай поговорим.

— Как тебя зовут и зачем ты убил наших людей? Я так понимаю ты не борец за справедливость или праведник из светлой гильдии? — маг крови сделал несколько шагов из стороны в сторону, так и не приближаясь к Аллозию. Остальные, хрипя как звери, стояли позади него, но в достаточной готовности по приказу убить противника.

— Три вопроса за раз? Надеюсь, ты не ведёшь дневник куда запишешь мое имя.

— Ты можешь не называть свое имя, но взамен ответь на остальные вопросы.

— Если тебя это утешит, то меня зовут Анджейуюс.

Маг крови поднял голову, словно что-то заметил.

— Ты врешь. Слышу по твоему сердцу, врешь. Давай начнем сначала. Имя можешь пропустить.

«Он услышал биение моего сердца? Видимо это из-за крови. Тогда и остальное он тоже знает: и про ядро, и про состояние тела. А он способный малый. Нельзя его недооценивать.»

— Нет, я не из «светлой» гильдии. И не борец за справедливость. Далеко нет.

— Ты сделал такую интонацию на «светлой». Даже не сарказм, а… стой, ты не знаешь что это такое. Ты будто слышишь об этом в первый раз. Как будто ты издалека, да?

«Черт. Он ещё и умный. Нельзя себя выдавать, так ещё нужно сбежать отсюда. Но это хорошая возможность кое-что узнать.»

— Мой черед задавать вопросы. — Аллозий отступил на полшага, остальные темные маги это заметили.

— Да, но не забывай что у тебя их два.

— Что же, — Аллозий начал накапливать эфир в теле. — Твоя магия – не вампирская, ведь так? У тебя нет клыков и ты не дымишься на солнце, хотя и это может быть объяснимо, будь ты как вампир сильнее.

Маг выгнул бровь.

— Вампир, да? Мне бы точно хотелось бессмертия, но нет, я не вампир. Это сказки тут. Но теперь я понял что ты ещё более издалека. Ты интересный.

— У меня ещё один вопрос.

— Да, конечно.

— У нас ведь не получится разойтись по-мирному? — темные маги усмехнулись – теперь они понимают что их добыча слаба.

— Собираешься бежать, да? Боюсь что нет, ты слишком помешал моей гильдии и боссу Брейну. Эритроцитовый барьер! — Аллозий быстро попытался расшифровать формулу барьера, но потерпел неудачу – формулы просто не было. Вместо этого он попытался энергией сдавить барьер.

— Атрос – инифицаутус, инифицаутус – ингвильд! (Жизнь – вода, а вода – это лед!) — барьер из крови заморозился, а затем он быстро осыпался, охладив воздух кристалликами льда.

— Барьер из слизи! — выкрикнул мерзкий на вид и похожий на жабу темный маг, выплюнув обильное количество слизи в воздух. Жёлтая слизь покрыла все пространство жидким куполом, стало душно.

Однако на прерывание этого барьера у архимага не хватило магии. Пока была возможность тот пытался собрать эфир.

— Воу! — маг крови похлопал в ладоши. — Хорошее представление с неизвестным языком. Странно что у тебя на родине так делают магию. Как по мне это слишком сложно. Но хватит. Взять его живым!

— Пламя Феникса! — огненный маг перекинулся с Аллозием несколькими заклинаниями, а тот самый маг крови медленно, как хищник идёт за добычей, шел по направлению к архимагу.

Тайный огонь переместился в пространстве ещё раз, как только маг крови попытался его схватить и укусить.

«Так он все же вампир? Или это особенность его магии? Черт!»

При следующем шаге в тень ядро снова треснуло.

Маг свалился на землю, но через силу и эмоции использовал магию земли и сделал пули, которые пробили плоть нескольких магов.

Работорговец все также пытался поймать Аллозия, но пытался перемещаться в дымке примерно раз в минуту. Маг это заметил.

«Значит надо бить его в этот промежуток. Если он пытался меня укусить, то кровь в его теле могла закончиться, если он вампир. Пора атаковать!»

— Анорас вактофильд отос (Огонь примет тебя!)! Пламя феникса!

— Это мое заклинание! Аааааа! — огненные язычки спалили темного мага, будто он был просто бумагой.

«Это из-за его магии крови?»

— Несколько видов магии, так ещё и какие-то волшебные слова активации! Тебя надо держать с закрытым ртом. — внезапно, тот укусил своего союзника, или скорее очередного раба. Облизав губы от крови, он произнес снова заклинание: — Контроль крови!

Внезапно тело Аллозия выгнулось и перестало подчиняться ему. Оперативно остальные темные маги надели подготовленные антимагические кандалы на жертву, а по приказу их главаря рот Аллозия заткнули частью их одежды.

Удар по затылку погрузил сознание архимага в глубокий сон.

3. Рабская жизнь

Слабость. Это чувство пронизывало его каждый раз, когда сознание поднималось из забытья. Аллозию было неведомо сколько времени прошло с момента пленения, ведь большую его часть он провёл без сознания. Причиной такого состояния послужило не только сильное переутомление из-за последней схватки с магом крови, но и ещё гастрономический интерес кровопийцы к этому молодому волшебнику. Вкус крови архимага стал для него неким изысканным деликатесом, который мужчина смаковал ежедневно, оставляя для своего пленника лишь минимум необходимый для выживания.

Подобный режим жизни вылился для Аллозия неприятными последствиями. Организм юного волшебника не справлялось с общей нагрузкой, поэтому в первую очередь направил свои силы на восполнение жизненно необходимой жидкости в теле, а не на лечение многострадального контейнера магии. Отсутствие своевременного лечения и перенапряжение только ослабили сосуд, сделав повреждённый от собственного огня участок более хрупким.

— Не стоит отключаться, малец. Мы почти прибыли, — мужчина несколько раз хлопнул свою добычу по щеке, приводя в чувство. — Можешь теперь считать это своим домом, если, конечно, сумеешь здесь выжить. Ха-ха-ха!

Архимаг сдержал при себе проклятия, ведь, к сожалению, это были простые слова без магического эффекта и поднял взгляд. Вися на плече одной из кровавых марионеток, он сумел разглядеть прекрасный пейзаж перед собой. Между гор, где поблизости нет и следа циливизации, существует живописный рай. Вся долина покрыта густыми высокими деревьями, создавая ощущение зелёного ковра. С одной из возвышенностей стекал мелкий ручеёк, что в конце своего пути образовывал широкое кристально чистое озеро, заполняющее собой центр всей территории. На скале рядом возвышался монументальный каменный замок. Строение не только поражало своим видом, но и словно бы сливалось с окружающими пейзажем, создавая необычную гармонию сосуществования.

"Всё ещё хуже, чем я думал, — устало вздохнул Аллозий, продолжая висеть на плече своего транспорта словно мешок. Думать — единственное, что ему сейчас было по силам. — Учитывая размеры замка внутри могут разместиться не меньше полутора сотни человек. И это по самым скромным меркам. Даже, если не все из них также сильны как этот недовампир, пара человек точно найдется. Думаю, около пяти, самый максимум восемь. Слишком уж не любят тёмные маги конкурентов вокруг себя".

Оставшаяся дорога до замка заняла час неспешного пути. Маг крови двигался медленно и размеренно, ему хотелось вновь испробовать вязкий кисло-сладкий вкус своего пленника, но, к сожалению, тот должен оставаться в сознании.

Худшие опасения Аллозия подтвердились ещё на подходе к высоким каменным стенам. Там, на широком расчищенном участке, он увидел большое количество клумб и грядок, а также занимающихся их обработкой людей. Они не были похожи на свирепых бандитов, в основном там присутствовали женщины и дети, что по предположению архимага являлись захваченными рабами. Самообеспечение этой темной гильдии говорило архимагу о хорошей подготовке, умном лидере и больших проблемах уже для него самого. Настоящая община разбойников, промышляющая торговлей людьми должна иметь хорошую боевую мощь и связи с самыми разнообразными слоями общества.

"Выбраться из этого места будет крайне сложно, — его всё также небрежно несли как груз, но это не мешало юноше подмечать все возможные детали от самых ворот замка. — Помимо часовых вокруг слишком много мелкой сошки. Ха! А ведь из-за этой ходячей пиявки я теперь тоже на уровне поступившего в академию магии деревенщины. Знаний и энергии с головой, вот только пропустить из источника можно лишь слабый ручеёк магии. Теперь даже эти слабосилки могут оперировать большим объемом маны, — не смотря на плачевное положение на губах Аллозия появилась слабая улыбка. — С этого момента мне придётся полагаться на контроль, точность и самое главное — креативность волшебства. Это будет отличная возможность отточить свои силы".

— Ах, Зорек, ты вернулся. И, что удивительно, не привёл с собой обещанный товар, — от этих слов волшебник скривил лицо и посмотрел в сторону говорившего.

— Заткнись, Дэмиан. Я не виноват, что тот бесполезный мусор, который ты нам нашёл, оказался перебит одним единственным магом.

Стоило марионетке повернутся вслед за своим хозяином, как Аллозий и сам смог увидеть обладателя этого бархатного голоса. Низкий широкоплечий мужчина, чей наряд пестрел яркими цветами, но не вызывал тошноту, а странно-гармонично сочетался на полноватой теле. Его прищуренный взгляд на мгновение встретился с пленником, но потом вновь вернулся к лицу соперника/конкурента/соратника.

— Чего ты ещё ожидал от одноразового сброда? Их задача — собрать людей из отдаленных районов и по быстрому перепродать, пока власти не успели отреагировать. Любой компетентный волшебник из светлой гильдии может с ними справиться, но почему я не вижу с тобой виновника провала? — улыбка Дэмиан стала ядовитой? — Неужели ты был так раздражён, что убил героя и прихватил в отместку его родственника? В принципе, выглядит он неплохо, но сейчас в цене мальчишки с более смазливым личиком. Таких любят покупать и мужчины и женщины.

— Нет. Именно этот пацан перебил всех шестёрок и освободил товар.

— Ты шутишь? — перестав насмехаться, мужчина внимательно осмотрел ребенка, а потом изучил выражение лица собеседника. — Нет, о таком ты врать не будешь. Насколько он хорош?

— Две мои куклы и я не поддавался, — после мысленной команды, Аллозия поставили на землю, крепко держа за плечи. — Как можешь видеть, парень сумел избежать всех серьезных травм во время боя, однако могут быть какие-то проблемы с организмом. Стоит проверить, прежде чем помещать его к остальным. Не хотелось бы тратить время и ресурсы зря.

— Согласен. Такие перспективные кадры всегда нужны. Пойдем, — Дэмиан махнул нескольким стоящим в сторонке бандитам и направился в лазарет. Архимаг ощутил на себе жёсткую хватку, когда его вновь поволокли по неизвестному маршруту. — Старик, осмотри его внимательно. Проверь, нет ли каких болячек или дефектов.

Лазарет представлял из себя просторную комнату в отдельном крыле замка. Тут находился единственный квалифицированный доктор, который следил за состоянием как членов темной гильдии, так и их ходового товара. Старый скупой волшебник со спокойной душой лечил захваченных в плен людей, чтобы его наниматели смогли выручить гораздо большую цену за "вещи". Комната была разделена на рабочее место и койки для пациентов, две из восьми которых оказались заняты.

— Усадите и держите его крепче. - можно вставить слова для активации магии сканирующего организм. — Удивительно, как парень вообще остался жив.

— Ближе к делу, Винсент. Что с ним?

— Общая усталость организма, серьезная потеря крови и истощение, что вполне нормально, однако, — старик с неподдельным интересом разглядывал странного пациента, — его контейнер магии... такое ощущение, что часть его разрушилась, а с верху налепили аналогичный кусок от другого человека. Впервые такое вижу.

— Это серьезно? Сумеешь исправить? — Дэмиан понял его слова, но он совсем не разбирался в подобном.

— У меня нет подобных навыков, и не думаю, что вообще кто-то способен исправить подобное, — врач устало отмахнулся и отвернулся, чтобы найти подходящие для восстановления тела лекарства. — В нынешнем состоянии парень не станет выдающимся волшебником. Его потолок — ранг D.

— Ты уверен? Я точно знаю, что он продемонстрировал более сильные навыки.

— И скорее всего, это стало для него последней каплей. Высокая нагрузка на контейнер магии повредила его, а отсутствие своевременного лечения поставило крест на возможности выздоровления. Такова суровая реальность, — налив стакан воды, он раскрошил две таблетки и высыпал в него, а после передал Аллозию, — остаётся только смириться с потерей таланта.

"Для вас такая ситуация может и выглядит безнадёжной, но мне лишь нужно найти подходящие реагенты для создания ритуала, — архимаг без вопросов выпил предложенное лекарство и просто ожидал дальнейшего решения. Сейчас он должен сначала восстановить силы и получить нужную информацию. — С учётом моих знаний и десятилетий опыта в магии, я могу легко воспользоваться самомнением и надменностью противника в борьбе с ним и убить, если он расслабиться".

— Неприятно, конечно, но такова судьба, — Дэмиан даже не старался скрыть разочарование в голосе. — Но раз Зорек привёл тебе, то стоит использовать по полной. Толковые пешки всегда нужны.

Он в очередной раз провёл их по запутанным коридорам в новое место. Подвал с необычным ритуальным кругом на полу. По пути он проходил мимо камер с людьми и в одном месте он слышал слезы и мольбы остановиться, но задорный смех лишь продолжался, также как и женские всхлипы.

— Не волнуйся, ты находишься не в группе развлечения и среди руководителей нет любителей мальчиков, поэтому тебе такое не грозит.

— Встань в центре, — когда они оказалась у цели, тёмный маг зловеще ухмыльнулся. — Ты умён, глаза выдают это, но теперь твои мозги послужат на благо нам. Сбежать не получится, ведь с этого момента ты часть "Пандемониума".

Использовав магию, маг наложил на Аллозия символ в виде носорога, заключённого в круг. Сам символ был темно-фиолетового цвета. Но было ощущение и в сердце, такое жгучее и зудящее, что сводило зубы.

— Метка на твоём сердце не позволит сбежать, напасть на руководящий состав, ослушаться приказов или убить себя. Ха-ха-ха! Теперь ты отправишься к остальным новобранцам. Будь осторожен и не умри раньше времени.

Так называемые казармой для новобранцев была деревянная пристройка во дворе. Обессиленное тело архимага просто закинули внутрь без каких-либо объяснений и закрыли двери. Это зрелище привлекло внимание всех обитателей хижины, а из-за близости вечера внутри присутствовали все её невольные жители. Всего отобранных новобранцев насчитывалось двенадцать, с Аллозием их стало тринадцать. Возраст варьировался от десяти до семнадцати, причём большинство из присутствующих были старше новичка.

— Свежее мясо! — с весельем произнёс подросток постарше, что вместе со своей группой решили подойти поближе. — Ещё мелкий, но раз тебя захватили, то что-то ты можешь.

— Не обязательно, Френк. Может он тоже будет прятаться за нашими спинами и использовать бесполезную магию. Ха-ха-ха!

— Эй, малец, в чём твоя сила? — мальчик без раздумий схватил Аллозия за волосы и приподнял его голову. — Тебе не стоит нам врать или перечить.

— Прекрати, Марк! Он всего лишь ребенок, к тому же ослаб и навряд ли осознаёт происходящее, — единственная девушка старшего возраста вмешалась и отбросила хулигана. Она нежно подхватила мальчика и увела в отдельный угол, где ожидали несколько детей. — Я сама ему всё объясню, вам не стоит на него давить.

— Катия, ты опять вмешиваешся в наши дела, — с раздражением заявил лидер подростков. — Не переступай черту.

— Я не собираюсь конфликтовать, но новичок явно не в состоянии сейчас вам нормально ответить. Поэтому я займусь им. Обещаю, он не доставит проблем.

— Хорошо, но ты всё чаще начинаешь своевольничать. Не пожалей потом о своих действиях.

Весь происходящий разговор Аллозий молчал, оценивая людей вокруг и местную иерархию. Они имели некую разделенность, но всё равно признавали/подчинялись лидеру подростков. Парень имел суровый вид, явно уже вкусившего неприятной стороны взрослого мира, рядом с ним стояли два подручных с большим энтузиазмом, но маленьким умом. Ещё несколько подчинённых стояли или сидели в той стороне, откуда изначально пришёл лидер. В противоположной стороне находилась группа детей из двух девочек лет десяти и хилого парня около двенадцати. Они с опаской смотрели на других, ожидая возвращения своей воспитательницы/защитницы Катии, что теперь взяла под опеку ещё одного человека.

— Прости за такой приём, но тебе стоит сразу понять в каком мы сейчас положении. Просто не провоцируй Марка и старайся его слушаться.

— Спасибо за помощь. Я не доставлю тебе проблем, — Аллозий спокойно подошёл к своему новому месту. — Можешь рассказать, что от нас требуется и кто такие руководители? Этот ржавоголовый толстяк ничего толком не сказал.

— ...Хорошо, — девушка моментально заметила странность в юноше, но решила сначала получше его узнать. — Теперь мы часть тёмной гильдии Пандемониум. Печатью, что нам всем установили могут пользоваться лишь четыре руководителя и глава гильдии, никто другой не может её активировать. Ты можешь игнорировать остальных шестёрок, но должен осознавать к каким последствиям это приведёт. Начальство не особо заботит жизнь и здоровье мелкой сошки, пока это не затрагивает интересы и выгоду гильдии.

— Ха! Понятно, — эта реакция ещё больше убедила Катию в ненормальности новичка.

— Глава гильдии очень сильный и влиятельный волшебник, но он редко посещает это место. Я здесь уже семь месяцев и лишь однажды в начале смогла его увидеть. Жуткий тип, — от одного только воспоминания её передёрнуло. Мастер гильдии поистине был тёмным магом. — Зорека ты уже встречал, он отвечает за поиск и продажу рабов, а также в основном именно он управляет делами в этом замке. В основном его поручения мы и будем выполнять. Остальные трое руководителей занимаются делами вне базы. Зорек руководит боевыми действиями и чаще других появляется тут. Жестокий и могущественный волшебник, любящий издеваться над своими жертвами. Иногда он берёт некоторых из нас на задания.

— Знаю, а ещё у него отвратительные гастрономические пристрастия.

— А?

— Именно он схватил и привёл меня сюда, — архимаг не стал вдаваться в подробности. — Что насчёт остальных двух?

— Мне известны лишь их имена и обязанности. Рудольф занимается исследованиями, а Зельда, единственная девушка в руководстве, налаживает связи в крупных городах.

— Спасибо. У меня ещё есть куча вопросов, но сначала давайте представимся, — он заметил отстранённость и нервозность детей вокруг по мере их разговора, поэтому решил наладить контакты. Ведь ему предстоит пробыть вместе с ними немало времени. — Аллозий, скромный маг-самоучка.

— Анис. — коротко представился мальчик с темными волосами. — Я тоже недавно здесь, но, надеюсь, мы подружимся.

Аллозий пожал Анису руку, мягко меланхолично улыбнувшись. Ему вспомнилась его старая команда из двух лучниц и воина, чьи точные имена он давно позабыл. Теперь в памяти появлялись то одно, то другое имя, но их добрых поступков и лиц он не забудет никогда.

— А я Катия, но ты уже это и так знаешь. — Миловидная девушка с узкими глазами и более темной чем у других детей кожей тоже представилась. Ее белые волосы до плеч колыхнулись от резкого разворота к тумбочке. Открыв тумбочку, она достала сверток, в котором аккуратно лежала булочка. — Вот, возьми. Тебе стоит подкрепиться.

— Не стоит, моя кровь скоро восстановится сама собой. Малокровие, понимаешь... — Аллозий только через секунду понял что его бесконечный самоанализ дал жесткую трещину, когда у девочки от страха за него раскрылись глаза. И в тот же момент она сама же насильно раскрыла ему рот и сунула туда булку. Булочка оказалась довольно старой и оттого твердой, но не менее вкусной на фоне того, что Аллозий давно не ел.

— Этот мерзавец Зорек за все в свое время поплатится, это я тебе обещаю. А пока ешь, тебе понадобятся силы. А нам пора спать.

Вскоре, доев булочку, Аллозий почувствовал сильную слабость, которую просто не чувствовал до этого полностью из-за адреналина. Как только его голова коснулась подушки, он провалился в сон.