Фабрика бесконечности

Пролог | «Несуществующий груз»

В любой профессии существуют вещи, которые способны вывести человека из себя. Повара ненавидят испорченные продукты, водители — пробки, а врачи, наверное, пациентов, которые сначала ставят себе диагноз по интернету, а потом приходят спорить с результатами обследования.

У инженеров по автоматизации всё несколько сложнее. Мы ненавидим неисправности, которые невозможно воспроизвести, оборудование без документации и людей, искренне считающих, что любую проблему можно решить перезагрузкой.

Последние особенно опасны, поскольку некоторые из них занимают руководящие должности.

Впрочем, сегодня мне довелось столкнуться с совершенно новым видом неприятностей. И что самое обидное, никакой инструкции на этот случай предусмотрено не было.

— Кирилл, ну что там у тебя? — раздался из телефона усталый мужской голос. — Нашёл причину?

— Нашёл причину моего желания уволиться. С причиной неисправности пока сложнее.

— Опять четвёртая линия?

— Она самая. Слушай, Михалыч, ты когда-нибудь видел конвейер, который взвешивает воздух?

На другом конце несколько секунд молчали.

— В каком смысле?

— В самом прямом. Сто тридцать семь килограммов чистейшего воздуха. Причём исключительно отечественного производства, потому что никакого импортного груза там точно нет.

— Ты датчики проверял?

— Нет, конечно. Третий час стою перед конвейером, любуюсь и жду, пока он сам признается, что сломался.

— Ладно, понял, не дурак. А перезагрузить пробовал?

Я медленно закрыл глаза.

Вот оно. То самое слово.

— Михалыч, — произнёс я настолько спокойно, насколько вообще мог, — скажи мне, пожалуйста, почему каждый раз, когда я сообщаю о технической неисправности, ты предлагаешь перезагрузить оборудование?

— Потому что иногда помогает.

— А если у тебя двигатель загорится, ты тоже предложишь его перезагрузить?

— Нет, сначала огнетушитель возьму.

— Прогресс.

— Потом перезагружу.

Я не выдержал и рассмеялся. Всё-таки у человека имелся определённый талант доводить окружающих до нервного срыва, сохраняя при этом совершенно невозмутимый тон.

— Ладно, всё. Иди домой, я сам разберусь. Если что-нибудь найду, завтра расскажу.

— Ты там долго не задерживайся. Начальство твоего героизма не оценит, а сверхурочные опять придётся выбивать.

— Буду иметь в виду.

— И смотри, ничего не взорви.

— Спасибо за доверие!

Разговор завершился. Я убрал телефон в карман и снова посмотрел на огромную конструкцию из металла, резиновых лент, электродвигателей и всевозможных датчиков, которая занимала добрую четверть складского комплекса.

Меня зовут Кирилл Серов. Мне двадцать три года, и вот уже почти два года я работаю инженером по автоматизации на предприятии, занимающемся обслуживанием промышленного оборудования. В мои обязанности входит настройка контроллеров, диагностика датчиков, проверка исполнительных механизмов, написание управляющих программ и множество других интересных занятий, о существовании которых большинство людей даже не подозревает.

В целом работа мне нравилась. Особенно когда удавалось найти действительно необычную неисправность, над которой остальные безуспешно ломали голову. Есть определённое удовольствие в том, чтобы разобраться в сложной системе, обнаружить причину её неправильного поведения и заставить всё работать так, как задумывалось.

Вот только сегодняшняя проблема упорно отказывалась подчиняться здравому смыслу.

Я посмотрел на часы.

Двадцать один сорок семь.

Прекрасно. Рабочий день закончился почти четыре часа назад, последний персонал покинул склад, а я всё ещё торчал здесь, пытаясь разобраться с неисправностью, которую даже описать нормальными словами было затруднительно.

Дело в том, что автоматизированная сортировочная линия периодически обнаруживала груз, которого на ней физически не существовало.

Нет, не потерянную посылку, не застрявшую коробку и даже не забытый кем-то контейнер.

Конвейер был совершенно пуст.

Однако лазерный сканер уверенно сообщал о наличии прямоугольного объекта длиной два метра сорок сантиметров и шириной метр восемьдесят. А весовая платформа, словно решив поддержать коллегу по цеху, показывала вполне конкретную массу.

Сто тридцать семь килограммов.

Сначала я, разумеется, заподозрил неисправность измерительного оборудования. Проверил кабели, разъёмы, питание, сигнальные линии и настройки контроллера. Затем откалибровал весовую платформу, проверил её на контрольном грузе и даже временно заменил один из сканирующих модулей.

Оборудование работало исправно.

Во всяком случае, до тех пор, пока я не возвращал его в обычный режим.

Тогда на экране снова появлялся проклятый контейнер.

Я подошёл к весовой платформе, присел возле опорной рамы и внимательно осмотрел крепления тензодатчиков. Ничего необычного. Ни механических повреждений, ни перекошенных опор, ни следов того, что на конструкцию воздействовала посторонняя нагрузка.

Подключив диагностический адаптер, я открыл значения непосредственно с измерительного модуля.

[ТЕКУЩАЯ НАГРУЗКА: 137,04 КГ]

— Ну здравствуй, красавица, — пробормотал я, рассматривая показания. — И что мы сегодня будем делать? Продолжим изображать из себя весы для невидимых слонов?

Ответа, естественно, не последовало.

Я осторожно надавил рукой на край платформы. Показания изменились, прибавив несколько килограммов. Убрал руку, и они практически сразу вернулись к прежнему значению.

Любопытно.

Это означало, что измерительный модуль корректно реагировал на дополнительные воздействия. Более того, когда я переключил его на отображение сигналов отдельных датчиков, выяснилось, что странная нагрузка распределена так, словно на платформе действительно стоял крупный тяжёлый предмет.

Вот только предмета не было.

Может, дело в неправильной компенсации нуля?

Я задумчиво почесал затылок. Теоретически контроллер мог использовать некорректные калибровочные значения, но тогда совершенно непонятно, откуда брался совпадающий по размерам объект на лазерном сканере. Две независимые системы не должны были одновременно выдавать настолько согласованные ошибки.

Конечно, совпадения случаются. Особенно на промышленном оборудовании, которое обслуживается десятком разных специалистов, каждый из которых совершенно уверен, что предыдущий работник был идиотом.

Но здесь всё выглядело слишком уж необычно.

Я вернулся к терминалу управления и открыл журнал событий центрального контроллера. На экране появилась длинная таблица с временными отметками, кодами команд, идентификаторами устройств и служебными сообщениями.

Первое срабатывание произошло в девятнадцать сорок две. Сканер обнаружил неизвестный объект, после чего система попыталась получить его идентификатор и назначить маршрут транспортировки. Ответа не последовало, запрос повторился, а спустя несколько секунд объект исчез.

Через три минуты ситуация повторилась.

Потом ещё раз.

Я пролистал записи и нахмурился. В поле идентификатора значилась последовательность нулей, а вместо адреса получателя система отображала значение, которого вообще не было в таблице доступных маршрутов.

[ОБЪЕКТ: 00000000-NULL]

[ИСТОЧНИК: НЕ ОПРЕДЕЛЁН]

[АДРЕС ПОЛУЧАТЕЛЯ: ОТСУТСТВУЕТ]

[СТАТУС: ОЖИДАНИЕ МАРШРУТИЗАЦИИ]

— Интересно девки пляшут...

Я открыл конфигурацию маршрутизатора и проверил таблицу адресов. Ничего похожего. Более того, подобный идентификатор вообще не должен был проходить первичную проверку, поскольку используемая нами система имела совершенно другой формат регистрации грузов.

Получалось, что контроллер обрабатывал неизвестный объект, данные о котором не могли появиться при нормальной работе оборудования.

Первой мыслью было чьё-то вмешательство в программное обеспечение. Возможно, один из сотрудников изменил настройки, случайно загрузил неправильную конфигурацию или решил проверить оборудование нестандартным способом.

Я проверил историю изменений программы.

Ничего.

Посмотрел журнал удалённых подключений.

Только моя диагностическая сессия и автоматические запросы сервера мониторинга.

Тогда я выгрузил необработанные данные с измерительных модулей и запустил отдельную программу построения трёхмерной модели. Если уж датчики утверждали, что перед ними находится какой-то загадочный контейнер, хотелось хотя бы понять, как он должен выглядеть.

На экране постепенно сформировалась прямоугольная фигура, составленная из множества измеренных точек. Сначала ничего необычного я не заметил, но при увеличении обнаружил странное искажение геометрии.

Некоторые участки поверхности словно находились сразу на нескольких расстояниях от сканера. Причём речь шла не о случайном шуме измерений: одинаковые отклонения повторялись при каждом новом проходе лазерного луча.

Я изменил параметры визуализации, убрал фильтрацию некорректных точек и пересчитал модель.

Теперь она выглядела ещё страннее.

Внутри прямоугольного контура обнаружилось несколько пересекающихся плоскостей, которые не могли существовать в таком положении. Если верить данным, отдельные поверхности одновременно находились друг перед другом и за друг другом, нарушая привычную геометрию пространства.

Впрочем, если бы я сразу сделал подобный вывод, пришлось бы признать себя человеком с весьма сомнительным отношением к физике.

Поэтому вместо этого я предположил ошибку обработки отражённых сигналов.

Гораздо более приятное объяснение.

Особенно потому, что его можно проверить.

Я сохранил результаты сканирования, изменил угол измерительной головки и запустил повторную диагностику. Несколько секунд программа собирала данные, после чего построила новую модель.

Искажения остались.

Причём изменились именно так, словно сканер действительно наблюдал трёхмерный объект с другого ракурса.

Я медленно откинулся на спинку стула.

Ладно. Допустим, это не ошибка программы. Тогда что?

Ответ мне совершенно не понравился, поскольку ничего разумного в голову не приходило.

Телефон коротко завибрировал. На экране появилось сообщение от Михалыча.

«Ну что, победил?»

Я посмотрел на странную модель, затем перевёл взгляд на совершенно пустой конвейер.

«Пока ничья».

Ответ пришёл практически мгновенно.

«Может, весь склад перезагрузить?»

Я невольно усмехнулся.

«А лучше снести и построить заново. Гарантированно поможет».

«Вот видишь, можешь, когда захочешь».

Убрав телефон, я снова посмотрел на часы. Десятый час вечера, впереди дорога домой, а завтра очередная смена. Вообще-то у меня были вполне конкретные планы на остаток вечера, и ни один из них не включал изучение паранормальных явлений на территории логистического центра.

Особенно обидно было то, что дома меня ждала собственная фабрика.

Виртуальная, разумеется.

Я уже несколько недель играл в одну промышленную песочницу, где нужно добывать ресурсы, строить производственные линии и постепенно развивать автоматизацию. Накануне мне наконец удалось наладить стабильный выпуск сложных электронных компонентов, и сегодня я собирался заняться оптимизацией энергосистемы.

Звучит как продолжение рабочего дня?

Возможно.

Но есть одно принципиальное отличие: в игре никто не заставляет тебя заполнять отчёты о неисправностях.

А ещё там можно снести неправильно установленный станок и получить обратно все потраченные материалы. В реальности подобная возможность существенно облегчила бы жизнь человечеству, хотя я подозреваю, что строительные компании довольно быстро нашли бы способ превратить её в платную подписку.

Я ещё раз взглянул на терминал и решил, что на сегодня достаточно. Неисправность явно выходила за рамки обычной диагностики, поэтому разумнее было оставить оборудование отключённым, оформить заявку и вернуться завтра вместе с коллегами.

С этой мыслью я открыл панель управления и перевёл четвёртую линию в режим технического обслуживания. Контроллер последовательно остановил транспортные механизмы, отключил электроприводы и подтвердил размыкание силовых контакторов.

Оставалось проверить отсутствие напряжения, зафиксировать отключение и спокойно отправиться домой.

Именно в этот момент над моей головой мигнул свет.

Я машинально поднял голову.

Несколько светильников в дальней части помещения одновременно погасли, затем вспыхнули снова. Где-то возле распределительного шкафа негромко щёлкнуло реле, а на терминале появилось предупреждение о кратковременном провале напряжения.

— Только этого не хватало...

Открыв схему электроснабжения, я обнаружил ещё одну странность. Нагрузка на распределительную секцию, питавшую четвёртую линию, резко увеличилась, хотя оборудование находилось в отключённом состоянии.

Я проверил показания счётчика и состояние контакторов. Всё подтверждало отсутствие питания на электроприводах, но общий расход энергии продолжал расти.

Сначала на несколько киловатт.

Затем ещё.

Где-то под потолком загудел вентиляционный двигатель, пытаясь компенсировать изменение режима. Система автоматического управления электроснабжением перебросила часть нагрузки на соседнюю секцию, однако этого оказалось недостаточно.

И тогда мне впервые стало по-настоящему не по себе.

Потому что оборудование, которое потребляло энергию, не существовало ни на одной электрической схеме.

Я немедленно отправил команду аварийного отключения подозрительной секции, дождался подтверждения размыкания вводного аппарата и проверил показания измерителей.

Напряжение на отключённой линии упало до нуля.

Потребление исчезло.

На несколько секунд всё успокоилось.

А потом со стороны четвёртого конвейера раздался металлический скрежет.

Я обернулся.

Транспортная лента медленно двигалась.

Причём в направлении, противоположном штатному.

В первое мгновение я даже не поверил собственным глазам. Перепроверил состояние электропривода, посмотрел на силовые контакторы, затем снова на конвейер.

Питание отсутствовало.

Двигатель был неподвижен.

А лента продолжала ползти.

Я осторожно подошёл к защитному ограждению, стараясь держаться подальше от движущихся частей. Приводной барабан действительно не вращался. Лента словно протягивалась через механизм какой-то невидимой силой, преодолевая сопротивление неподвижного привода.

Это уже не было похоже на неисправность.

Вернее, если подобное и можно было назвать неисправностью, то её причина явно находилась за пределами моих профессиональных знаний.

Я отступил назад и достал телефон. Связь с охраной объекта осуществлялась через внутреннюю сеть, но сейчас мне хотелось разговаривать с кем-нибудь живым, желательно находящимся как можно дальше от этой проклятой линии.

Выбрав номер дежурного, я приложил телефон к уху.

Вызов не прошёл.

На экране высветилось сообщение об отсутствии сети.

Я нахмурился и проверил индикатор сигнала. Ещё несколько минут назад связь работала совершенно нормально. Теперь телефон не видел ни одного оператора, а попытка подключиться к беспроводной сети склада тоже закончилась неудачей.

Словно всё помещение внезапно оказалось отрезано от внешнего мира.

Я убрал телефон и решительно направился к ближайшему служебному выходу.

В конце концов, существуют ситуации, когда лучший способ решить техническую проблему заключается в том, чтобы отойти от неё на безопасное расстояние и вызвать специалистов.

Желательно вооружённых.

Хотя бы огнетушителями.

До двери оставалось около тридцати метров, когда позади раздался негромкий хлопок.

Я невольно оглянулся.

Над четвёртой линией висела тонкая голубоватая полоска света.

Она находилась прямо в воздухе, сантиметрах в сорока над конвейером, и медленно изгибалась, словно кто-то рисовал невидимым инструментом светящуюся линию.

Рядом появилась вторая.

Потом третья.

Я остановился, не веря собственным глазам.

Несколько секунд полосы двигались совершенно хаотично, затем начали соединяться, образуя сложную геометрическую конструкцию. В воздухе постепенно возникло подобие неправильного многогранника, внутри которого пересекались десятки светящихся граней.

Именно тогда я понял, что происходит нечто, не имеющее никакого отношения к промышленной автоматизации.

Передо мной не было ни лазерного проектора, ни голографической установки, ни другого оборудования, способного создать подобное изображение. Светящаяся конструкция возникла сама по себе, прямо посреди склада, и продолжала медленно увеличиваться.

Более того, пространство внутри неё выглядело совершенно неправильно.

Некоторые грани казались расположенными одновременно на разных расстояниях. Другие изгибались под углами, которые невозможно было объяснить обычной перспективой. Когда я немного сместился в сторону, изображение изменилось, словно внутри фигуры существовала собственная система координат.

Я вспомнил результаты лазерного сканирования.

Те самые пересекающиеся поверхности.

Невозможную геометрию.

И неизвестный объект, который датчики обнаруживали на пустом конвейере.

Получается, всё это время сканер действительно что-то видел?

Мысль была настолько невероятной, что я даже не сразу осознал её последствия.

В центральной части светящейся конструкции появилось тёмное пятно. Сначала небольшое, не больше ладони, затем оно начало расширяться, постепенно превращаясь в прямоугольную поверхность.

И вдруг на этой поверхности возникло изображение.

Я увидел огромный зал.

Совершенно незнакомый, наполненный массивными металлическими конструкциями, промышленными платформами и оборудованием, назначение которого мне было неизвестно. Под потолком горели редкие красноватые светильники, а вдоль стен тянулись какие-то тёмные образования, напоминающие кристаллы.

Изображение выглядело настолько реальным, что я различал отдельные царапины на металле, слой пыли на полу и мелкие обломки возле повреждённого механизма.

Я осторожно сделал шаг в сторону.

Перспектива изменилась.

Теперь я видел часть пространства за ближайшей колонной, которая прежде оставалась скрыта.

Это было не изображение на экране.

Передо мной словно открылось настоящее окно в совершенно другое помещение.

Я почувствовал, как по спине медленно пробежал холодок.

Нет. Такого просто не может быть.

Однако окно никуда не исчезло.

Более того, из него донёсся звук.

Тихий металлический скрежет, за которым последовало несколько коротких щелчков. Где-то в глубине неизвестного зала работал механизм, и теперь я совершенно отчётливо слышал его.

А затем почувствовал запах.

Что-то среднее между нагретым металлом, пылью и озоном.

В тот момент всякая надежда на оптическую иллюзию окончательно исчезла.

Я продолжал смотреть в странный проём, пытаясь понять, что именно находится передо мной. Как инженер, я привык искать объяснения непонятным явлениям. Но сейчас разумные предположения заканчивались одно за другим, оставляя лишь совершенно фантастические варианты.

Другой склад?

Секретная лаборатория?

Какой-нибудь эксперимент по пространственной транспортировке?

Последняя мысль неожиданно заставила меня вспомнить научно-фантастические книги, которыми я увлекался ещё со школы.

Там подобные происшествия обычно становились началом невероятных приключений. Герой обнаруживал загадочный портал, проходил через него и оказывался в другом мире, где его обязательно ждали удивительные открытия, могущественные способности и красивые девушки.

Звучало замечательно.

Особенно если забыть о том, что в реальности тебя никто не обязан встречать с распростёртыми объятиями.

А ещё о том, что неизвестная технология вполне может просто превратить человеческое тело в бесформенную массу.

Так что я принял единственное разумное решение.

Уходить.

Немедленно.

Я развернулся к выходу, но не успел сделать и нескольких шагов, когда сзади раздался низкий протяжный гул.

Пол под ногами едва заметно завибрировал. На дальних стеллажах зазвенели металлические крепления, а по поверхности ближайшего ограждения пробежала мелкая дрожь.

Я машинально обернулся.

Светящаяся конструкция увеличивалась.

Теперь её грани достигали почти двух метров, а изображение неизвестного помещения стало настолько отчётливым, что больше напоминало открытый дверной проём.

При этом окружающий воздух начал заметно охлаждаться. На металлических поверхностях выступил конденсат, а несколько бумажных наклеек сорвались с ближайшего стеллажа и медленно поплыли в сторону аномалии.

Я почувствовал слабое движение воздуха.

Затем ещё одно.

Через несколько секунд ветер стал достаточно сильным, чтобы заставить меня придержать висевшую на плече сумку с инструментами.

— Вот теперь точно пора валить...

Я бросился к выходу.

Именно в этот момент погасло основное освещение.

Огромное складское помещение погрузилось во тьму, которую почти сразу прорезали красные огни аварийных светильников. Где-то под потолком завыла сирена, а по внутренней системе оповещения раздалось искажённое сообщение об аварии электроснабжения.

Я не стал останавливаться.

До двери оставалось совсем немного, когда пространство передо мной внезапно дрогнуло.

Не знаю, как ещё описать произошедшее.

На одно короткое мгновение мне показалось, будто пол, стены и потолок превратились в поверхность огромного прозрачного полотна, которое кто-то осторожно потянул в разные стороны.

Прямые линии изогнулись.

Расстояния изменились.

Служебная дверь, находившаяся всего в нескольких метрах, внезапно оказалась значительно дальше.

Я остановился так резко, что едва не потерял равновесие.

Моргнул.

Дверь осталась на новом месте.

Попытался сделать шаг вперёд, но возникло странное ощущение, словно ноги преодолели гораздо большее расстояние, чем позволяла длина шага.

Я посмотрел на пол.

Знакомые бетонные плиты тянулись к выходу бесконечными рядами. Их размеры не изменились, но между ними словно появилось дополнительное пространство.

Это было невозможно.

Однако происходило прямо перед моими глазами.

Сзади раздался оглушительный металлический треск.

Я обернулся и увидел, как одна из направляющих четвёртой линии медленно изгибается внутрь светящейся конструкции.

Металл не ломался и не деформировался привычным образом. Он словно растягивался, постепенно исчезая в пространстве между несколькими пересекающимися гранями.

Светящаяся фигура теперь занимала почти всю транспортную секцию.

И продолжала расти.

Я снова попытался добраться до выхода, но через несколько шагов понял, что практически не приблизился к двери. Пространство словно сопротивлялось моему движению, растягиваясь именно в том направлении, куда я пытался уйти.

В груди неприятно похолодело.

Это уже было не любопытство и даже не обычный испуг.

Я впервые по-настоящему осознал, что могу умереть.

Причём совершенно не понимая, что именно меня убьёт.

Пальцы непроизвольно сжались на ремне сумки. Я огляделся, пытаясь найти другой путь, но ближайшие проходы тоже выглядели искажёнными, словно всё помещение постепенно теряло привычные размеры.

Телефон внезапно завибрировал.

Я машинально достал его.

Экран был включён, хотя я точно помнил, что блокировал устройство. На нём отображалось системное окно с незнакомыми параметрами.

[ОБЪЕКТ ОБНАРУЖЕН]

[ИДЕНТИФИКАЦИЯ: НЕ УДАЛАСЬ]

[МАРШРУТ: ОЖИДАНИЕ]

Я уставился на надписи.

Телефон не был подключён к промышленной сети. На нём вообще не существовало программного обеспечения, способного обрабатывать подобные команды.

Однако сообщения выглядели практически так же, как записи в журнале складского контроллера.

Словно какая-то неизвестная система использовала знакомые интерфейсы, чтобы передавать информацию.

Затем экран мигнул.

Появилась новая строка.

[МАРШРУТ СОГЛАСОВАН]

Я почувствовал, как неприятно сжалось сердце.

— Какой ещё маршрут?..

Ответа не последовало.

Зато светящаяся конструкция внезапно раскрылась, образовав огромный прямоугольный проём.

Из него повеяло холодом.

Внутри больше не было видно пересекающихся граней и геометрических искажений. Передо мной находился тот самый неизвестный зал, который я разглядывал несколькими минутами раньше.

Только теперь он выглядел совершенно реальным.

Более того, из-за открывшегося прохода донёсся громкий металлический удар, словно где-то далеко рухнула тяжёлая конструкция.

Я невольно отшатнулся.

И вдруг заметил одну странную деталь.

На противоположной стороне проёма, прямо напротив меня, находилась транспортная платформа.

Практически такая же, как наша четвёртая линия.

Только значительно массивнее и совершенно незнакомой конструкции.

Её поверхность покрывали какие-то тёмные кристаллические образования, а вдоль краёв мерцали тонкие голубоватые линии.

В глубине неизвестного помещения стояло огромное кольцевое устройство, внутри которого медленно вращались несколько металлических сегментов.

И почему-то мне показалось, что именно оттуда исходит гул, заполнивший склад.

Телефон снова завибрировал.

[ГРУЗ ПОДТВЕРЖДЁН]

Я невольно посмотрел на экран.

Ниже появилась ещё одна строка.

[ПОДГОТОВКА К ТРАНСПОРТИРОВКЕ]

На мгновение я совершенно перестал понимать происходящее.

Груз?

Какой груз?

Неужели та самая неизвестная система собиралась что-то переместить через открывшийся проход?

Я быстро оглядел склад, пытаясь обнаружить предмет, который мог оказаться целью транспортировки.

Ничего.

Пустые конвейеры, неподвижные механизмы, металлические стеллажи и несколько разбросанных упаковочных материалов.

И только потом до меня дошло.

На платформе не было другого объекта.

Кроме меня.

Я медленно перевёл взгляд на телефон.

[ТРАНСПОРТИРОВКА НАЧАТА]

— Да вы издеваетесь?!

Я бросился в сторону ближайшего стеллажа, надеясь хотя бы ухватиться за его металлическую раму, но пространство вокруг внезапно словно потеряло привычную плотность.

Ноги перестали ощущать пол.

Воздух перед лицом вытянулся в длинные светящиеся полосы.

Я успел заметить, как несколько пластиковых контейнеров одновременно сорвались со стеллажей и зависли в воздухе, вытягиваясь в направлении неизвестного проёма.

Затем мир резко изменился.

Не было ни удара, ни падения, ни привычного ощущения ускорения. Просто в какой-то момент окружающее пространство перестало соответствовать тому, что я видел.

Пол находился одновременно под ногами и где-то далеко внизу.

Стены склада растянулись в бесконечные полосы.

Свет аварийных ламп превратился в длинные красные линии, уходящие в неизвестном направлении.

Я попытался закричать, но не услышал собственного голоса.

Не знаю, сколько продолжалось это состояние. Возможно, долю секунды. Возможно, значительно дольше. Время словно перестало существовать, а вместе с ним исчезло и ощущение собственного тела.

Я ещё мог думать, но каждая мысль давалась с невероятным трудом, словно сознание пыталось работать внутри совершенно чуждой ему системы.

На какое-то мгновение перед глазами возникло изображение неизвестного зала.

Красные аварийные огни.

Металлическая платформа.

Тёмные кристаллы на стенах.

Затем всё исчезло.

И я почувствовал падение.

Короткое, резкое, закончившееся болезненным ударом обо что-то твёрдое.

Воздух выбило из лёгких. Перед глазами вспыхнули белые пятна, а в ушах раздался неприятный звон.

Я попытался пошевелиться, но тело почти не слушалось.

Где-то поблизости тихо потрескивало электричество.

Пахло пылью, озоном и чем-то незнакомым.

Сквозь звон в ушах доносился низкий механический гул, который постепенно стихал.

Я с трудом приоткрыл глаза.

Надо мной возвышался совершенно незнакомый потолок.

Огромные металлические балки, покрытые странными тёмными образованиями, уходили куда-то в темноту. Между ними мерцали слабые аварийные светильники, окрашивая помещение в тусклые красноватые тона.

Я попытался поднять голову.

Не получилось.

В висках резко заболело, и пришлось снова опуститься на холодную поверхность.

Что... произошло?

Память постепенно возвращалась.

Склад.

Четвёртая линия.

Странный контейнер.

Светящийся проём.

И сообщение на телефоне.

Транспортировка начата...

Я медленно повернул голову.

Совсем рядом, возле повреждённого металлического ограждения, лежала моя рабочая сумка. Ремень порвался, и часть инструментов рассыпалась по полу.

Чуть дальше виднелась массивная конструкция, напоминающая промышленную транспортную платформу.

Её поверхность покрывали незнакомые символы.

Вдоль края медленно гасли тонкие голубоватые линии.

Я несколько секунд смотрел на них, пытаясь заставить собственный мозг предложить хоть какое-нибудь разумное объяснение.

Но объяснений не находилось.

Затем где-то в глубине помещения раздался глухой металлический удар.

Я замер.

Ещё один.

И тихий скрежет, словно по полу медленно волокли что-то тяжёлое.

Судя по звуку, происходило это довольно далеко.

Но совершенно точно не в том направлении, откуда меня могли бы ждать спасатели.

Я осторожно попытался приподняться на локтях.

Голова отозвалась новой вспышкой боли.

Пришлось несколько секунд просто сидеть, прислонившись спиной к ближайшей опоре и стараясь восстановить дыхание.

И только тогда я наконец осознал одну простую, но чрезвычайно неприятную вещь.

Вокруг не было ничего знакомого.

Ни одного привычного механизма.

Ни одного понятного обозначения.

Ни единого признака того, что я всё ещё нахожусь на складе.

Я медленно посмотрел на тёмный проход, уходящий в глубину неизвестного помещения.

Потом на собственные руки.

И снова на проход.

Куда же меня занесло?..

Ответа, разумеется, не последовало.

Зато где-то за стеной снова раздался тот самый металлический скрежет.

И на этот раз он прозвучал заметно ближе.

Глава 1 | «Неизвестный получатель»

Первое, что я понял, окончательно придя в себя, — лежать на холодном металлическом полу чрезвычайно неудобно.

Второе — моя голова категорически не одобряла любые попытки изменить положение тела.

И третье, самое неприятное: окружающая обстановка совершенно не напоминала знакомый складской комплекс.

Я осторожно приподнялся на локтях и тут же пожалел об этом. В висках болезненно запульсировало, перед глазами на мгновение потемнело, а к горлу подкатила тошнота. Пришлось снова опуститься на пол и некоторое время просто лежать, стараясь восстановить нормальное дыхание.

Впрочем, поводов для оптимизма тоже хватало. Я был жив, относительно цел и, судя по всему, не лишился способности двигаться. Уже неплохо, особенно если вспомнить, каким совершенно противоестественным способом меня сюда доставили.

Так. Давай попробуем разобраться, во что ты умудрился вляпаться.

Последние воспоминания выглядели настолько неправдоподобно, что разум упорно пытался представить их результатом какого-нибудь особенно реалистичного кошмара. Светящиеся линии, невозможная геометрия, пространственные искажения, незнакомое помещение за внезапно возникшим проёмом...

И сообщение о начале транспортировки.

Если всё это мне действительно приснилось, то объяснить нынешнее местоположение становилось ещё сложнее.

Над головой возвышались массивные металлические конструкции, между которыми тянулись переплетения труб и кабельных магистралей. Большинство светильников не работало, однако несколько тусклых красноватых ламп всё ещё освещали помещение. На стенах виднелись следы давних повреждений, местами облицовка отсутствовала, обнажая сложную внутреннюю структуру неизвестного материала.

Особенно настораживали тёмные кристаллические образования, выступавшие из стыков между панелями. Некоторые напоминали обычные минеральные наросты, другие формировали целые скопления острых пластин, словно застывших в процессе роста.

И если кристаллы ещё можно было объяснить каким-нибудь необычным химическим процессом, то совершенно незнакомая конструкция оборудования вызывала куда больше вопросов.

Я неплохо разбирался в промышленной автоматике и за время работы успел повидать достаточно самых разнообразных механизмов. Однако сейчас не мог определить назначение большей части устройств, находившихся в пределах видимости.

Некоторые походили на транспортные платформы, другие — на массивные манипуляторы. Возле дальней стены возвышалась кольцевая конструкция, окружённая несколькими неподвижными сегментами. От неё во все стороны расходились толстые кабельные каналы и трубопроводы, часть которых была оборвана.

Не хватало разве что учёного в белом халате, который радостно сообщил бы, что эксперимент прошёл успешно, а я теперь должен спасти вселенную.

Впрочем, учитывая общее состояние оборудования, успешность подобного эксперимента вызывала определённые сомнения.

Я глубоко вдохнул и осторожно сел.

На этот раз голова отозвалась лишь неприятным головокружением. Подождав, пока оно пройдёт, я принялся проверять собственное состояние.

Руки двигались нормально. Пальцы слушались, чувствительность сохранялась. На правом предплечье обнаружилась длинная поверхностная царапина, а левое запястье болезненно ныло при попытке повернуть кисть. Ноги тоже оказались на месте, хотя колено неприятно саднило, а мышцы спины словно несколько часов подряд использовали вместо тренировочного оборудования.

Судя по всему, приземление получилось не самым мягким.

Я осторожно ощупал голову. Под волосами обнаружилась довольно болезненная шишка, но открытой раны, кажется, не было.

Возможное сотрясение. Прекрасно.

В идеале сейчас следовало бы обратиться к врачу, пройти обследование и хотя бы некоторое время находиться под наблюдением. Но единственные доступные мне специалисты, если таковые вообще существовали, находились неизвестно где.

Пришлось ограничиться тем, что я запомнил основные симптомы и решил не геройствовать без особой необходимости. Если головокружение усилится, начнётся рвота или появятся другие тревожные признаки, ситуация станет совсем неприятной.

С другой стороны, оставаться посреди неизвестного помещения тоже не хотелось. Особенно учитывая странный скрежет, доносившийся откуда-то из глубины комплекса.

Я повернул голову в сторону звука и прислушался.

Несколько секунд ничего не происходило. Потом раздался глухой металлический удар, за которым последовало протяжное скрежетание.

Пауза.

Ещё один удар.

Очень похоже на работу повреждённого механизма.

По крайней мере, именно так я решил себя успокоить. Если где-то поблизости действительно находилось что-то живое, знакомиться с ним прямо сейчас совершенно не хотелось.

Я огляделся в поисках собственных вещей.

Рабочая сумка лежала в нескольких метрах, возле повреждённого ограждения. Один из ремней порвался, молния бокового отделения разошлась, а содержимое частично рассыпалось по полу.

Осторожно поднявшись, я проверил, насколько уверенно держусь на ногах. Мир слегка качнулся, но быстро вернулся в нормальное положение. Сделав несколько пробных шагов и убедившись, что колено выдерживает нагрузку, я добрался до сумки.

И тут обнаружилась первая действительно хорошая новость за последнее время.

Мои инструменты пережили неизвестное путешествие значительно лучше хозяина.

Разложив всё на относительно чистом участке пола, я принялся проводить инвентаризацию. Набор отвёрток с битами, складные пассатижи, небольшой разводной ключ, мультиметр, налобный фонарь, изолента, несколько кабелей, диагностический адаптер, блокнот, ручка и горсть различных переходников.

Нашлась даже упаковка пластиковых стяжек.

На первый взгляд набор выглядел совершенно бесполезным для человека, неизвестно каким образом оказавшегося в загадочном месте. Но я придерживался другого мнения.

Хорошая отвёртка ещё никому не мешала.

Особенно если вокруг полно оборудования, которое можно разобрать.

Хотя последнее пока представлялось довольно сомнительной идеей.

Из бокового кармана я вытащил небольшую аптечку. Пластырь, бинт, антисептические салфетки и несколько стандартных перевязочных средств. Ничего выдающегося, но царапину обработать хватит.

Затем проверил налобный фонарь. К счастью, тот включился с первого раза, выдав яркий белый луч. Я сразу переключил его на экономичный режим, поскольку совершенно не представлял, когда смогу снова зарядить аккумулятор.

Оставался телефон.

Я достал его из кармана и нажал кнопку включения.

Экран загорелся.

Пятьдесят восемь процентов заряда.

Неплохо.

Особенно после того, что произошло на складе.

Я сразу проверил сеть. Ожидаемо, связи не оказалось. Попытка вручную выбрать оператора тоже ничего не дала, а программа навигации после долгого поиска так и не смогла определить местоположение.

Интернет отсутствовал.

Спутники не обнаруживались.

Беспроводные сети тоже.

В принципе, последнее можно было объяснить нахождением глубоко под землёй, поэтому я пока не спешил делать окончательные выводы.

Проверил дату и время. Телефон показывал тот же день, двадцать один пятьдесят девять. С момента последнего взгляда на часы прошло совсем немного времени, хотя насколько корректными оставались показания после произошедшего, я не знал.

Затем открыл камеру.

Изображение появилось без проблем.

Я навёл объектив на ближайшую стену, сделал снимок и внимательно его рассмотрел.

Всё выглядело точно так же, как в действительности.

Никаких странных контейнеров, невидимых объектов и пространственных искажений.

Обычная фотография необычного помещения.

Как ни странно, это немного успокаивало. По крайней мере, окружающая реальность пока соглашалась выглядеть одинаково как для моих глаз, так и для электронной камеры.

Я сфотографировал помещение ещё несколько раз, после чего перевёл телефон в режим экономии энергии и убрал обратно.

Теперь следовало разобраться с собственным местоположением. И желательно сделать это до того, как неизвестный источник металлического скрежета решит познакомиться со мной поближе.

***

Первым делом я решил осмотреть транспортную платформу, на которой оказался после перемещения.

Она представляла собой массивную конструкцию шириной около четырёх метров, окружённую защитными ограждениями и несколькими сложными механизмами. По краям платформы проходили узкие каналы, внутри которых местами всё ещё мерцал слабый голубоватый свет.

Я осторожно приблизился к одному из них.

На первый взгляд это напоминало световод или какой-нибудь необычный оптический элемент, встроенный непосредственно в металл. Однако привычного источника света поблизости не наблюдалось.

Более того, голубоватое свечение медленно перемещалось вдоль канала, словно внутри конструкции происходил какой-то процесс.

Я присел и внимательно присмотрелся.

Поверхность казалась совершенно гладкой, но под определённым углом внутри неё можно было различить множество тончайших линий, соединявшихся в сложный геометрический рисунок.

Интересная технология...

Рука сама собой потянулась к незнакомому материалу.

И остановилась в нескольких сантиметрах от поверхности.

Нет уж.

На сегодня я и без того достаточно наэкспериментировался с неизвестными физическими явлениями.

Неизвестный материал мог оказаться горячим, находиться под напряжением, выделять токсичные вещества или обладать ещё какими-нибудь неприятными свойствами.

Поэтому вместо непосредственного контакта я ограничился осмотром и несколькими фотографиями.

Впрочем, внимание быстро переключилось на другую деталь.

Вдоль внешнего края платформы проходила широкая полоса из тёмного материала, покрытая незнакомыми символами.

Я направил на неё фонарь.

Знаки напоминали письменность, но совершенно не походили ни на один знакомый мне алфавит. Некоторые представляли собой сложные геометрические сочетания, другие выглядели как стилизованные изображения предметов.

Первые несколько секунд я пытался найти сходство с китайскими иероглифами, японской письменностью или какими-нибудь древними символами.

Безуспешно.

Конечно, мои познания в лингвистике были весьма ограниченными, поэтому сама по себе незнакомая письменность ещё ничего не доказывала. На Земле существовало достаточно языков, с которыми я никогда не сталкивался.

Но в сочетании с окружающими технологиями это выглядело всё более подозрительно.

Я сделал снимок надписи и попытался воспользоваться встроенным переводчиком телефона.

Приложение задумалось.

Потом сообщило, что распознать текст не удалось.

— Спасибо, дружище. Очень помог.

Я убрал телефон и снова оглядел помещение.

Если это действительно был какой-то исследовательский комплекс, здесь обязательно должны были существовать проходы для персонала, технические помещения, система вентиляции и аварийные выходы.

Во всяком случае, при проектировании нормального промышленного объекта всё перечисленное являлось обязательным.

Насколько местные строители придерживались подобных правил, ещё предстояло выяснить.

От платформы отходили три основных направления.

Первое вело к огромному кольцевому механизму, окружённому повреждёнными кабельными магистралями. Там же находилась часть разрушенного оборудования, из которого периодически доносилось слабое потрескивание.

Второе представляло собой широкий транспортный коридор, уходивший в темноту. Его пол пересекали металлические направляющие, а вдоль стен располагались крепления для перемещения тяжёлых грузов.

Третье направление выглядело наиболее многообещающим.

Небольшая дверь возле дальней стены, рядом с которой находилась панель управления и несколько предупреждающих обозначений.

Размеры дверного проёма вполне соответствовали человеческому росту.

Следовательно, вероятность обнаружить за ним помещения, предназначенные для людей, была значительно выше.

В условиях отсутствия нормальной информации даже такой вывод казался достижением.

Я перекинул сумку через плечо, поправил налобный фонарь и направился к двери.

По дороге пришлось обойти несколько обломков неизвестного оборудования. Один из них представлял собой массивную металлическую деталь, покрытую сетью глубоких трещин. Внутри трещин виднелись небольшие тёмные кристаллы, будто проросшие непосредственно через металл.

Любопытство снова потребовало остановиться.

Я присел рядом и внимательно осмотрел поверхность.

Кристаллы имели неправильную форму и местами образовывали тонкие пластины, уходившие в глубину повреждённой конструкции. Некоторые выглядели почти чёрными, другие отливали тёмно-янтарным оттенком.

Ничего подобного я раньше не видел.

Особенно странным казалось то, что между кристаллами и металлической поверхностью практически не было заметной границы. Словно материал каким-то образом изменил собственную структуру.

Я наклонился чуть ближе, стараясь рассмотреть место соединения двух материалов, но вскоре отказался от этой затеи. Без подходящего оборудования определить состав кристаллов всё равно не получится, а неизвестная пыль на их поверхности могла представлять куда большую опасность, чем казалось.

Да и проверить, не выделяют ли они какие-нибудь вредные вещества, сейчас было нечем.

Поэтому я ограничился несколькими фотографиями, стараясь не задевать повреждённую поверхность.

Если удастся выбраться из этой передряги, можно будет изучить подробнее. При условии, что найдётся подходящее оборудование и нормальная защита.

Мысль о том, что я уже начал планировать исследования неизвестного материала, находясь посреди разрушенного комплекса, заставила невольно усмехнуться.

Похоже, некоторые привычки действительно неискоренимы.

***

Возле двери обнаружилась небольшая панель управления.

Её поверхность была покрыта тонким слоем пыли, а в верхней части виднелся потемневший экран. Ниже располагались три физических элемента управления, назначение которых я совершенно не понимал.

Первый напоминал обычную кнопку.

Второй представлял собой узкую сенсорную площадку.

Третий выглядел как небольшой переключатель с защитным кожухом.

Рядом находились незнакомые символы.

Я внимательно осмотрел дверь.

Она состояла из двух массивных створок, утопленных в стену. По периметру проходило резиновое уплотнение, а возле нижнего края виднелись следы механического износа.

Судя по конструкции, дверь могла обеспечивать герметичное разделение помещений.

Не самый приятный признак.

Если за ней находился участок с опасной атмосферой, открывать её без проверки было бы крайне неразумно.

К счастью, рядом обнаружилась небольшая смотровая вставка из прозрачного материала.

Я направил туда свет фонаря.

За дверью виднелся короткий коридор, освещённый несколькими тусклыми лампами. Никаких очевидных признаков разрушения, дыма или затопления я не заметил.

Правда, это ещё не означало, что там безопасно.

Я вернулся к панели.

Попробовал нажать первую кнопку.

Ничего.

Удержал несколько секунд.

Результат тот же.

Провёл пальцем по сенсорной площадке.

Экран даже не мигнул.

— Ну кто бы сомневался...

Я осмотрел корпус панели и заметил небольшой зазор возле нижнего края. Судя по форме креплений, крышка могла сниматься для технического обслуживания.

Инструменты у меня были.

А вот уверенности, что вскрытие незнакомой панели не приведёт к неприятным последствиям, не наблюдалось.

Я некоторое время раздумывал, затем решил начать с менее радикального метода.

Осмотрел стену вокруг дверного проёма.

Справа находился небольшой технический лючок, на крышке которого был изображён стилизованный символ руки, поворачивающей нечто похожее на колесо.

Вот это уже выглядело перспективно.

Лючок оказался закрыт механической защёлкой. Я осторожно поддел её отвёрткой, открыл крышку и обнаружил внутри металлическую рукоятку, соединённую с каким-то приводным механизмом.

Рядом располагалась табличка с незнакомыми надписями и довольно понятной последовательностью рисунков.

На первом изображении рукоятка находилась в исходном положении.

На втором её поворачивали.

На третьем две створки двери расходились в стороны.

— Вот. Совсем другое дело. Нормальная человеческая инструкция!

Хотя насчёт человеческой я, пожалуй, немного поторопился.

Я внимательно осмотрел механизм. Рукоятка была связана с системой аварийного разблокирования, но для её использования, судя по схеме, требовалось сначала вывести из зацепления два фиксирующих элемента.

Первый обнаружился почти сразу.

Второй пришлось поискать.

Несколько минут я возился с механизмом, стараясь не прилагать чрезмерных усилий. Наконец удалось освободить оба фиксатора и осторожно провернуть рукоятку.

Внутри стены что-то негромко щёлкнуло.

Затем раздался тяжёлый металлический стук.

Створки двери слегка разошлись, образовав узкую вертикальную щель.

Я удовлетворённо улыбнулся.

— Ну вот, а говорили, что образование не пригодится.

Правда, радость оказалась преждевременной.

Дальше дверь открываться отказалась.

Я попробовал повторно провернуть рукоятку, но механизм упёрся в ограничитель. Судя по всему, аварийная система только разблокировала створки, а для полного открытия требовался исправный электропривод.

Которого, разумеется, не было.

Я посмотрел на узкую щель.

Потом на массивные створки.

Затем на собственные руки.

— Ну что, Кирилл, добро пожаловать в спортивный зал.

Пришлось снять сумку, поставить её возле стены и попытаться раздвинуть дверь вручную.

Первая попытка закончилась ничем.

Вторая позволила сдвинуть одну из створок примерно на сантиметр.

Третья подарила мне неприятную боль в запястье и желание высказать создателям механизма несколько очень содержательных пожеланий.

Я остановился, отдышался и ещё раз осмотрел нижнюю направляющую.

Проблема оказалась вполне понятной. В пазу скопилось огромное количество пыли, мелких обломков и какого-то тёмного налёта, который мешал створке свободно перемещаться.

Пришлось потратить ещё несколько минут на очистку доступного участка.

После этого дело пошло заметно лучше.

Используя длинную отвёртку как небольшой рычаг и следя, чтобы её не заклинило, я постепенно увеличил зазор между створками. Когда расстояние достигло примерно сорока сантиметров, решил не испытывать судьбу.

Сначала осторожно просунул через проём сумку.

Потом протиснулся сам.

И наконец оказался по другую сторону двери.

Неплохой результат.

Если не считать того, что я совершенно не представлял, куда именно попал.

***

За дверью действительно находился технический коридор.

Он был значительно уже основного зала, а его стены покрывали аккуратно расположенные панели. Вдоль потолка тянулись кабельные каналы, трубы и несколько коробов вентиляции.

Всё это выглядело куда более знакомо.

Не в смысле конкретных технологий, разумеется. Просто принципы организации технического пространства оказались вполне понятными.

Кабели необходимо где-то прокладывать.

Трубопроводы требуют креплений.

А обслуживающему персоналу нужен доступ к оборудованию.

Видимо, некоторые инженерные решения действительно универсальны.

Я прошёл несколько метров, внимательно осматривая стены.

На одной из панелей обнаружился небольшой экран, покрытый трещинами. Рядом располагалась схема, напоминающая план помещений.

Я приблизился и направил на неё фонарь.

Вот теперь стало действительно интересно.

Передо мной находилось нечто вроде эвакуационного плана или карты технического сектора.

Несмотря на незнакомую письменность, некоторые обозначения выглядели вполне узнаваемо: прямоугольники помещений, линии коридоров, стрелки и условные символы оборудования.

Я достал телефон и сфотографировал схему.

Затем открыл изображение и увеличил.

Судя по всему, комплекс состоял из нескольких крупных секций. Центральное помещение, откуда я пришёл, соединялось с транспортным коридором, техническими зонами и целым рядом небольших комнат.

А ещё на схеме обнаружилась лестница.

Причём ведущая вверх.

— Вот это уже интересно...

Если лестница действительно выводила на другой уровень комплекса, появлялся шанс добраться до поверхности.

Впрочем, прежде следовало выяснить, насколько безопасен путь.

Я достал блокнот и схематично перерисовал основные направления. Неизвестные обозначения заменил собственными пометками.

Центральный зал назвал «Платформа».

Текущий коридор — «Технический».

Лестницу обозначил стрелкой вверх.

А несколько помещений, назначение которых пока оставалось неизвестным, просто пронумеровал.

Впоследствии эта маленькая карта могла оказаться гораздо полезнее, чем казалось на первый взгляд.

Закончив, я убрал блокнот и отправился дальше.

Коридор постепенно поворачивал налево. За очередным изгибом обнаружилось небольшое помещение с прозрачной перегородкой и несколькими рабочими столами.

Похоже на операторскую.

По крайней мере, именно так я определил его назначение.

За стеклом виднелись кресла, встроенные терминалы и несколько больших экранов, большая часть которых была разбита.

Один из столов лежал на боку.

На полу валялись неизвестные предметы, напоминавшие планшеты или переносные диагностические устройства.

А возле дальней стены виднелось крупное тёмное пятно.

Я направил туда свет.

И замер.

Пятно оказалось следом от сильного термического воздействия. Часть облицовки оплавилась, металл местами изменил цвет, а через повреждённый участок стены наружу выступали те самые чёрные кристаллы.

Они покрывали повреждённые конструкции неровными пластинами, постепенно переходя в тонкие прожилки, уходившие под облицовку.

Выглядело неприятно.

Очень неприятно.

Я осторожно приблизился к двери операторской.

Она оказалась приоткрыта.

Изнутри не доносилось никаких звуков.

Но прежде чем войти, я всё-таки некоторое время постоял возле проёма, прислушиваясь.

Ничего.

Только слабое гудение вентиляции.

Я осторожно заглянул внутрь.

Никаких людей.

Никаких животных.

И, к счастью, ничего похожего на живые тёмные кристаллы, готовые броситься на незадачливого исследователя.

Пожалуй, можно было продолжать.

Первое, что бросилось в глаза, — количество пыли.

Она покрывала столы, панели и почти все горизонтальные поверхности толстым сероватым слоем. Причём местами пыль была перемешана с мелкими металлическими частицами.

Судя по всему, помещением давно никто не пользовался.

Очень давно.

Я осмотрел ближайший рабочий стол.

Его поверхность была выполнена из какого-то гладкого серого материала, напоминавшего металл с тонким полимерным покрытием. Вдоль переднего края располагались сенсорные элементы управления, а в центре находилась утопленная в поверхность площадка.

Над ней возвышался повреждённый экран.

Рядом лежало небольшое устройство размером с ладонь.

Я осторожно поднял его, предварительно убедившись, что на поверхности нет подозрительных повреждений или налёта.

Предмет напоминал компактный терминал. Плоский корпус, несколько контактных площадок и узкая прозрачная вставка на лицевой стороне.

Никаких привычных кнопок.

Никакого стандартного разъёма.

Я перевернул устройство и обнаружил на обратной стороне ряд тонких металлических контактов.

Похоже на идентификатор доступа или переносной модуль памяти.

Возможно, оно использовалось для авторизации персонала.

Я сфотографировал находку и положил обратно.

Пока не было смысла таскать с собой всё подряд.

К тому же неизвестный предмет мог оказаться совершенно бесполезным, а лишний вес мне сейчас ни к чему.

Продолжив осмотр, я обнаружил возле дальней стены несколько закрытых шкафов.

Первый оказался пустым.

Во втором лежали аккуратно сложенные предметы, напоминавшие защитную одежду. Тёмная ткань, гибкие вставки, металлические крепления и какие-то необычные элементы на рукавах.

Я осторожно развернул один из комплектов.

Похоже на рабочий костюм.

Причём весьма технологичный.

Материал оказался необычайно плотным на ощупь, но при этом легко сгибался. На некоторых участках располагались тонкие жёсткие пластины, а в районе предплечий виднелись специальные крепления для дополнительных устройств.

Размер, правда, определить было сложно.

Да и переодеваться в неизвестную экипировку без понимания её назначения мне не хотелось.

Я аккуратно вернул костюм на место.

Третий шкаф оказался наиболее интересным.

Внутри обнаружились несколько небольших контейнеров, прозрачные упаковки и предметы, напоминавшие медицинские принадлежности.

Я внимательно осмотрел содержимое.

На одной из упаковок находился понятный символ, похожий на медицинский крест. На другой был изображён человеческий силуэт с выделенной рукой.

Возможно, перевязочные материалы.

Но проверять их состав на себе я не собирался.

Тем более что собственная аптечка пока вполне справлялась со своими обязанностями.

Зато здесь обнаружилось несколько плотных рулонов ткани, внешне напоминавших обычные бинты. Я запомнил их расположение, но решил не пользоваться без крайней необходимости.

Осмотрев шкафы, я вернулся к рабочим терминалам.

Большинство было обесточено.

Однако возле одного из столов виднелся слабый голубоватый индикатор.

Я приблизился.

Экран оставался тёмным, но небольшая светящаяся полоска под его нижним краем периодически мигала.

Раз в несколько секунд.

Совершенно регулярно.

Очень похоже на режим ожидания.

Я присел возле терминала и осмотрел его основание.

Под корпусом находился небольшой технический отсек, закрытый защитной крышкой.

Вдоль стены проходил кабельный канал, от которого к столу тянулось несколько соединений.

Если индикатор действительно работал от резервного питания, существовала вероятность, что часть вычислительной системы ещё функционировала.

А значит, где-то поблизости могли находиться исправные источники энергии.

Мысль была заманчивой.

Настолько, что я уже потянулся за отвёрткой.

Но остановился.

Не сейчас.

Я не понимал ни электрических параметров местного оборудования, ни принципов его подключения. Даже если напряжение окажется относительно безопасным для человека, неизвестная энергетическая система вполне могла иметь другие неприятные особенности.

Поэтому вскрытие терминала пришлось отложить до лучших времён.

Вместо этого я достал блокнот и сделал пометку:

«Операторская. Есть рабочий индикатор, возможно резервное питание. Проверить позже».

Слово «позже» выглядело довольно оптимистично.

Особенно учитывая, что я пока даже не знал, удастся ли покинуть этот комплекс.

Но почему-то мне хотелось верить, что удастся.

***

Следующие полчаса я потратил на исследование технического сектора.

Точнее, полчаса по часам телефона.

Насколько это соответствовало времени за пределами комплекса, оставалось неизвестным.

За операторской обнаружился ещё один коридор, от которого отходило несколько ответвлений. Часть помещений оказалась заблокирована, другие были повреждены настолько сильно, что заходить внутрь представлялось откровенно опасным занятием.

В одном из отсеков обрушилась часть потолка.

В другом пол покрывали глубокие трещины, а между панелями виднелась темнота.

Третий был полностью перекрыт огромным кристаллическим образованием, проросшим из повреждённой стены.

Именно возле него я впервые заметил нечто действительно странное.

Подойдя к границе кристаллического нароста, я почувствовал лёгкое покалывание в пальцах. Ощущение было слабым, но довольно отчётливым, словно рядом находился источник статического электричества.

Я остановился и осторожно отступил на шаг.

Покалывание постепенно исчезло.

Когда же я снова приблизился к образованию, неприятное ощущение вернулось.

Любопытно. Электростатическое поле? Или что-то другое?

Я внимательно осмотрел кристаллы. Они выступали непосредственно из повреждённой стены, местами срастаясь с металлическими панелями. Никаких видимых проводов или источников питания поблизости не наблюдалось, но это ещё ничего не означало.

Вполне возможно, внутри стены проходили скрытые коммуникации. А само покалывание могло оказаться следствием совсем других причин, начиная с раздражения кожи и заканчивая последствиями недавнего удара головой.

Обычными измерениями здесь ничего толком не выяснишь. Даже если предположить наличие электрического поля, сначала нужно понять его природу, подобрать подходящие приборы и убедиться, что приближаться к образованию вообще безопасно.

У меня ничего подобного не было.

Зато имелось вполне обоснованное желание сохранить собственные конечности в рабочем состоянии.

Я достал блокнот и сделал пометку:

«Чёрные кристаллические образования. При приближении возникает покалывание в пальцах. Причина неизвестна. Контакт исключить».

После некоторого размышления добавил ещё одну строку:

«Для исследования потребуется подходящее диагностическое оборудование».

Убрав блокнот, я продолжил путь.

Любопытство любопытством, но превращаться в испытательный образец для неизвестного минерала совершенно не хотелось.

И вскоре я обнаружил источник того самого металлического скрежета, который слышал ещё в центральном зале.

Правда, знакомство получилось несколько более эмоциональным, чем мне хотелось.

Я как раз проходил мимо широкого технического проёма, когда внутри внезапно что-то загудело.

Инстинктивно остановившись, я направил туда свет фонаря.

За проёмом располагался небольшой грузовой отсек.

Под потолком висела массивная направляющая балка, вдоль которой мог перемещаться промышленный манипулятор. Сам механизм находился возле дальней стены, а его захват был опущен к полу.

Одна из металлических лап выглядела повреждённой.

Судя по следам на напольных панелях, именно она периодически волочилась по поверхности, создавая неприятный скрежет.

Я с облегчением выдохнул.

— Ну вот. А я уже успел себе напридумывать...

В этот момент манипулятор дёрнулся.

Сначала едва заметно.

Затем резко повернулся в мою сторону.

Я замер.

Несколько секунд механизм оставался неподвижным, после чего внутри его корпуса что-то щёлкнуло, а на боковой панели загорелся слабый индикатор.

Похоже, повреждённая система управления пыталась выполнить какую-то старую команду.

Я медленно попятился.

Манипулятор снова дёрнулся.

И внезапно сорвался с места.

Тяжёлая конструкция с оглушительным лязгом проехала по направляющей, одновременно опуская повреждённый захват.

Я едва успел отскочить от проёма.

Металлическая лапа ударила по краю стены, выбив несколько обломков облицовки. Один из них пролетел совсем рядом с моей головой и с громким стуком врезался в противоположную панель.

— ТВОЮ ЖЕ!

Я бросился назад, стараясь как можно быстрее увеличить расстояние до механизма.

За спиной снова раздался скрежет.

Манипулятор попытался продолжить движение, но что-то внутри его привода заклинило. Огромная конструкция несколько раз дёрнулась, после чего замерла, продолжая тихо гудеть.

Я остановился лишь за ближайшим поворотом.

Несколько секунд просто стоял, тяжело дыша и прислушиваясь.

Сердце колотилось настолько сильно, что казалось, его слышно на весь коридор.

Прекрасно.

Меня чуть не убила промышленная автоматика.

В другом мире.

Впрочем, судя по всему, у меня с ней давние и весьма непростые отношения.

Когда дыхание немного восстановилось, я осторожно выглянул из-за угла.

Манипулятор больше не двигался.

Его повреждённый захват неподвижно лежал возле стены, а слабый индикатор на корпусе постепенно погас.

Вероятно, резервная система питания снова отключилась.

Я задумчиво посмотрел на механизм.

Получалось, что даже сильно повреждённое оборудование здесь могло неожиданно оживать.

Это существенно усложняло исследование комплекса.

Особенно учитывая размеры некоторых устройств.

Я сделал ещё одну запись:

«Грузовой отсек. Манипулятор работает нестабильно. Не приближаться».

Затем несколько раз подчеркнул последнее предложение.

На всякий случай.

***

После встречи с манипулятором я решил немного изменить подход к исследованиям.

До этого момента основное внимание уделялось поиску выхода и попыткам разобраться в окружающих технологиях.

Но теперь стало ясно, что необходимо сначала найти относительно безопасное место, где можно отдохнуть, привести себя в порядок и оставить часть вещей.

В идеале небольшое помещение с прочной дверью, работающей вентиляцией и минимальным количеством неизвестных механизмов.

И желательно без склонности к внезапному запуску огромных металлических конструкций.

К счастью, искать долго не пришлось.

В одном из боковых ответвлений обнаружилась небольшая комната, явно предназначенная для обслуживающего персонала.

На двери находился стилизованный символ, напоминавший человеческую фигуру за рабочим столом.

Внутри располагались два кресла, несколько шкафчиков, узкая рабочая поверхность и небольшое устройство, внешне похожее на настенный терминал.

Помещение выглядело относительно целым.

Самое главное — дверь закрывалась механически.

Я осторожно проверил её несколько раз, убедился, что запорный механизм работает, и наконец позволил себе немного расслабиться.

Здесь хотя бы можно было спокойно перевести дух.

Первым делом я осмотрел вентиляционную решётку. Из неё поступал слабый поток воздуха. Это ещё не гарантировало его полной безопасности, но по крайней мере система вентиляции продолжала частично функционировать.

Затем проверил помещение на наличие очевидных повреждений.

Кристаллических наростов здесь почти не было.

Стены выглядели целыми.

На полу отсутствовали подозрительные трещины.

Всё это внушало осторожный оптимизм.

Я поставил сумку возле рабочего стола, снял фонарь и устало опустился в ближайшее кресло.

Оно оказалось неожиданно удобным.

Настолько, что на несколько секунд я даже прикрыл глаза.

И тут же вспомнил о головной боли.

Нет, отдыхать, конечно, необходимо. Но перед этим следовало разобраться хотя бы с основными проблемами.

Я достал аптечку и обработал царапину на предплечье. Затем осмотрел запястье. Отёк был небольшим, движения сохранялись, но при некоторых поворотах кисти возникала неприятная боль.

Похоже, обычный ушиб или растяжение.

Хотя без обследования утверждать что-либо наверняка было нельзя.

Пришлось временно ограничить нагрузку на руку.

Закончив, я открыл блокнот и принялся составлять список первоочередных задач.

На первый взгляд подобное занятие могло показаться странным.

Человек неизвестно где, вокруг разрушенный комплекс, а он сидит и пишет список.

Но лично мне подобный подход помогал привести мысли в порядок.

Когда ситуация выглядит совершенно непонятной, полезно разделить её на несколько конкретных проблем.

Что необходимо сделать прямо сейчас?

Что можно отложить?

Какие ресурсы уже есть?

Какие риски представляют наибольшую опасность?

С такими вопросами я сталкивался практически каждый день на работе.

Правда, обычно последствия ошибки ограничивались остановкой производственной линии и неприятным разговором с начальством.

Теперь ставки несколько изменились.

Я задумчиво покрутил ручку между пальцами и начал писать.

Первым пунктом поставил безопасность.

Вторым — воду.

Третьим — еду.

Четвёртым — поиск выхода.

Пятым — связь с внешним миром.

А шестым, после некоторого размышления, добавил исследование транспортной установки.

Последний пункт был важен по вполне очевидной причине.

Если именно эта машина каким-то образом доставила меня сюда, существовала вероятность, что с её помощью можно будет вернуться обратно.

Впрочем, пока подобная надежда выглядела весьма призрачной.

Я даже не знал, работает ли установка после произошедшего.

Не говоря уже о том, способен ли кто-нибудь вообще управлять ею.

На несколько секунд мысли невольно вернулись к дому.

К привычной квартире, компьютеру, работе, знакомым людям и совершенно обычным проблемам, которые ещё недавно казались такими важными.

Что сейчас происходит на складе?

Обнаружил ли кто-нибудь моё исчезновение?

Сработала ли система пожарной сигнализации?

И что подумают близкие, если я просто не вернусь домой?

Последняя мысль оказалась особенно неприятной.

Я медленно отложил ручку.

До этого момента мозг был занят конкретными задачами: проверкой состояния, поиском инструментов, исследованием оборудования. Всё это позволяло хотя бы временно не думать о произошедшем.

Но теперь, оказавшись в относительно безопасном помещении, я впервые по-настоящему осознал ситуацию.

Меня куда-то перенесло.

Куда именно, неизвестно.

Вернуться самостоятельно я не мог.

Связаться с кем-нибудь тоже.

И никто не знал, где меня искать.

Некоторое время я просто сидел, глядя на исписанную страницу блокнота.

Весёлого в происходящем было мало.

Даже очень мало.

Впрочем, сидеть и жалеть себя можно было сколько угодно. Проблема заключалась в том, что от этого ничего не менялось.

Я глубоко вдохнул и снова взял ручку.

Рядом с первым пунктом написал:

«Не паниковать. Действовать последовательно».

Посмотрел на получившуюся запись.

И невольно усмехнулся.

Звучало как совет из дешёвого руководства по выживанию.

Но ничего лучше пока не придумалось.

***

Следующим этапом стала проверка найденного убежища.

Я осмотрел шкафчики, рабочую поверхность и встроенное оборудование. Большинство ящиков оказалось пустым, однако в одном обнаружилась небольшая металлическая ёмкость с герметичной крышкой.

Внутри что-то плескалось.

Я осторожно покрутил ёмкость в руках.

На поверхности находились незнакомые обозначения, среди которых удалось различить символ, напоминающий каплю.

Возможно, вода.

Но пить неизвестную жидкость, найденную в заброшенном комплексе, было бы верхом безрассудства.

Я поставил ёмкость на стол и сделал соответствующую пометку.

Позже нужно будет попытаться выяснить её назначение.

В другом ящике обнаружился небольшой набор инструментов.

Вот это уже было интересно.

Несколько металлических приспособлений непонятной формы, пара тонких щупов, устройство, напоминавшее электрический тестер, и компактный инструмент с вращающейся головкой.

Я осторожно осмотрел содержимое.

Некоторые предметы были вполне узнаваемыми по принципу действия. Другие выглядели совершенно необычно.

Но само наличие подобного набора говорило о многом.

Кто бы ни построил этот комплекс, его оборудование требовало регулярного обслуживания.

А значит, здесь должны были существовать ремонтные инструкции, запасные части, технические схемы и, возможно, полноценная система диагностики.

Я невольно улыбнулся.

Впервые за всё время после перемещения у меня появилась хоть какая-то понятная перспектива.

Если удастся разобраться с местными технологиями, можно будет восстановить часть оборудования.

А если получится восстановить оборудование, появится возможность обеспечить себя энергией, освещением и другими необходимыми вещами.

Правда, между этой прекрасной теорией и практическим результатом лежала огромная пропасть неизвестных знаний.

Но пропасть хотя бы можно было постепенно преодолевать.

Я вернулся к рабочему столу и открыл блокнот на новой странице.

В верхней части написал:

«Исследование комплекса. День первый».

Затем задумался.

А ведь я даже не знал, можно ли считать нынешний день первым.

Возможно, перемещение заняло больше времени, чем мне показалось.

Возможно, здесь вообще использовалась совершенно другая система отсчёта.

Впрочем, пока это не имело большого значения.

Я посмотрел на часы телефона.

Двадцать два сорок три.

Заряд аккумулятора — пятьдесят четыре процента.

Получалось, что с момента пробуждения прошло около сорока минут.

За это время я успел проверить собственное состояние, исследовать часть комплекса, найти несколько технических помещений и едва не попасть под работающий манипулятор.

Для первого знакомства результат оказался довольно насыщенным.

Особенно если учесть, что я до сих пор не понимал, где нахожусь.

Я закрыл блокнот и некоторое время разглядывал карту, составленную по найденной схеме.

Судя по ней, ближайшая лестница находилась за техническим коридором, который я ещё не успел обследовать.

И если план действительно соответствовал реальной структуре комплекса, именно там мог находиться выход на верхние уровни.

Решение напрашивалось само собой.

Нужно проверить лестницу.

Но прежде стоило немного отдохнуть.

Я откинулся на спинку кресла, стараясь устроиться поудобнее, и снова прислушался к окружающим звукам.

Тихое гудение вентиляции.

Редкие щелчки неизвестного оборудования.

Где-то далеко продолжал периодически скрежетать повреждённый манипулятор.

Всё остальное было погружено в почти полную тишину.

Странное чувство.

Обычно промышленное предприятие живёт собственной жизнью. Даже ночью там что-нибудь работает, гудит, вибрирует, переключается или хотя бы периодически подаёт сигналы.

Здесь же складывалось ощущение, будто огромный механизм давно умер, но отдельные его части по какой-то причине продолжали выполнять давно забытые команды.

И именно это пугало сильнее всего.

Неизвестные технологии сами по себе меня скорее заинтересовали бы.

Но технологии, которые продолжали работать после столь серьёзных повреждений, внушали вполне обоснованные опасения.

Я закрыл глаза буквально на несколько минут.

И, кажется, всё-таки ненадолго задремал.

***

Проснулся я от резкого электронного сигнала.

Сначала даже не понял, где нахожусь, и машинально потянулся к телефону, решив, что сработал будильник.

Но телефон спокойно лежал на столе.

Сигнал доносился откуда-то из стены.

Я мгновенно выпрямился, одновременно поморщившись от боли в спине.

На встроенном терминале, который прежде оставался полностью тёмным, теперь горел небольшой прямоугольник голубоватого света.

Внутри него медленно сменялись незнакомые символы.

Затем изображение исчезло.

Экран снова погас.

Я несколько секунд неподвижно смотрел на устройство.

— Да что ж вам всем спокойно не работается?..

Впрочем, раздражение быстро уступило место интересу.

Терминал явно получил питание или попытался выполнить какую-то автоматическую процедуру.

Возможно, в комплексе существовала резервная энергосистема, периодически подававшая напряжение на отдельные устройства.

А значит, часть инфраструктуры ещё могла функционировать.

Я подошёл к экрану и осторожно осмотрел его.

Никаких активных элементов управления.

Никаких понятных обозначений.

Только тонкая светящаяся полоска возле нижнего края корпуса.

Я подождал несколько минут.

Ничего не произошло.

Попробовал осторожно коснуться сенсорной поверхности.

Безрезультатно.

Тогда решил пока оставить устройство в покое.

Сейчас куда важнее было найти выход.

Я проверил сумку, закрепил фонарь и направился к двери.

Перед выходом остановился и ещё раз оглядел помещение.

Рабочий стол.

Шкафчики.

Небольшой терминал.

Исправная дверь с механическим замком.

Пожалуй, лучшее место из всех найденных.

Я решил считать его временной базой.

Звучало, конечно, несколько громко для небольшой комнаты с двумя креслами и пыльным столом.

Но начинать с чего-то нужно.

В конце концов, любая крупная система когда-то состояла из нескольких простых элементов.

Даже самые огромные промышленные комплексы начинались с проекта, набора инструментов и людей, которые почему-то решили, что смогут построить нечто грандиозное.

В моём случае проект пока отсутствовал.

Людей тоже было маловато.

Зато инструменты имелись.

Уже неплохо.

***

Дорога к лестнице оказалась несколько сложнее, чем я предполагал.

Первый коридор заканчивался повреждённой дверью, за которой виднелась груда обломков. Второй уходил в техническую шахту, где часть пола отсутствовала вовсе.

Пришлось вернуться и воспользоваться третьим маршрутом, обозначенным на схеме как вспомогательный проход.

Там обнаружилась узкая лестница, ведущая на небольшой промежуточный уровень.

Подниматься по ней пришлось осторожно. Некоторые ступени были повреждены, а поручень местами отсутствовал. К тому же левое колено продолжало напоминать о неудачном приземлении.

Впрочем, через несколько минут я всё-таки добрался до верхней площадки.

И оказался в ещё одном коридоре.

Этот выглядел значительно лучше предыдущих.

Стены оставались целыми, освещение работало почти по всей длине, а на полу практически не было обломков.

Даже воздух казался немного свежее.

Я прошёл несколько метров и заметил вдоль стены ряд больших прозрачных панелей.

За ними виднелось огромное помещение, уходившее куда-то вниз.

Похоже на центральный технический зал.

Я приблизился к ближайшей панели и направил туда свет фонаря.

А затем невольно присвистнул.

Внизу располагался целый промышленный комплекс.

Не такой, как привычные мне заводы или автоматизированные склады. Его конструкция выглядела значительно сложнее, а отдельные механизмы имели совершенно непривычные формы.

Однако общая логика организации производства просматривалась достаточно отчётливо.

Большие транспортные платформы.

Ряды оборудования.

Массивные трубопроводы.

Разветвлённые кабельные магистрали.

Секции хранения материалов.

И целая система подвесных направляющих, по которым, судя по всему, когда-то перемещались тяжёлые грузы.

Большинство установок не работало.

Некоторые были разрушены.

Другие покрывали тёмные кристаллические наросты.

Но даже в таком состоянии комплекс производил впечатление.

Я стоял возле прозрачной панели и совершенно забыл о головной боли.

Передо мной находилась настоящая технологическая сокровищница.

Разумеется, если не обращать внимания на то, что большая её часть была повреждена, а происхождение оборудования оставалось неизвестным.

Но ведь именно этим всё и становилось интереснее.

Я медленно перевёл взгляд с одной установки на другую, пытаясь определить их назначение.

Вон та конструкция, вероятно, использовалась для транспортировки тяжёлых заготовок.

Соседняя могла оказаться каким-нибудь промышленным прессом.

А устройство с несколькими концентрическими кольцами, расположенное в центральной части зала, вообще не имело очевидных аналогов среди знакомых мне механизмов.

Отдельное внимание привлекли широкие линии, соединявшие различные участки комплекса.

Сначала я принял их за обычные кабельные каналы.

Но потом заметил, что некоторые из них светятся слабым голубоватым светом.

Похоже на ту странную систему, которую я видел возле транспортной платформы.

Возможно, здесь использовался какой-то необычный способ передачи энергии.

Я достал телефон и сделал несколько фотографий.

Затем ещё несколько.

А потом принялся изучать общий план оборудования.

Интересно, насколько развитой должна быть цивилизация, способная создавать подобные комплексы?

И что вообще произошло с этим местом?

Судя по повреждениям, речь шла не об обычной аварии.

Некоторые конструкции выглядели так, словно подверглись воздействию огромных механических нагрузок. Другие оказались буквально разорваны на части.

А тёмные кристаллы...

Вот они беспокоили меня особенно сильно.

Я уже несколько раз замечал, что эти образования появляются преимущественно возле повреждённых участков оборудования.

Совпадение?

Возможно.

Но слишком уж часто повторяющееся.

Я сделал ещё одну запись в блокноте.

«Кристаллические образования связаны с повреждёнными конструкциями. Причина неизвестна».

Затем задумчиво посмотрел на огромный промышленный зал.

Если бы мне удалось найти работающую систему управления, можно было бы попробовать получить доступ к информации о комплексе.

Технические схемы.

История оборудования.

Журналы аварий.

Возможно, даже данные о том, что произошло с транспортной платформой.

Но прежде необходимо было решить гораздо более простую задачу.

Найти выход.

Я оторвался от прозрачной панели и продолжил путь.

***

В конце коридора обнаружилась широкая дверь, рядом с которой находился знакомый по найденной карте символ.

Стилизованная фигура, направленная вверх.

Похоже на обозначение лестницы или перехода на следующий уровень.

Я подошёл ближе.

В отличие от предыдущих дверей, эта выглядела исправной. На панели управления горел слабый зелёный индикатор, а рядом располагались несколько вполне понятных пиктограмм.

Одна изображала закрытую створку.

Другая — открытую.

Третья напоминала предупреждение.

Я некоторое время рассматривал панель, затем осторожно нажал на символ открытой двери.

Раздался негромкий сигнал.

Зелёный индикатор мигнул.

И створки медленно разошлись в стороны.

Я несколько секунд смотрел на открывшийся проход.

Потом невольно улыбнулся.

— Ну наконец-то! Хоть что-то здесь работает нормально!

Правда, радость была несколько преждевременной.

За дверью находился небольшой шлюзовой отсек.

На противоположной стене располагалась ещё одна массивная дверь, а между ними виднелись несколько вентиляционных решёток и неизвестных датчиков.

Когда я вошёл внутрь, первая дверь автоматически закрылась.

Я вздрогнул и резко обернулся.

Створки уже сомкнулись.

На панели возле них загорелся жёлтый индикатор.

Затем где-то под потолком загудела вентиляция.

Я замер.

Только не говорите, что сейчас начнётся какая-нибудь дезинфекция...

К счастью, ничего подобного не произошло.

Система несколько секунд работала в неизвестном режиме, после чего вентиляция стихла.

Жёлтый индикатор погас.

Загорелся зелёный.

Вторая дверь разблокировалась.

Я медленно выдохнул.

Похоже, обычный шлюз.

Хотя лично мне было бы гораздо спокойнее, если бы он не закрывался автоматически без предупреждения.

Я осторожно подошёл к противоположной двери.

Рядом находилась узкая прозрачная вставка.

За ней виднелось что-то светлое.

Причём свет явно отличался от искусственного освещения комплекса.

Я приблизился и посмотрел внимательнее.

За дверью находилось небольшое помещение с широким выходом, через который проникал естественный свет.

Я замер.

Естественный свет.

Значит, где-то рядом действительно была поверхность.

Впервые за всё время после перемещения я почувствовал настоящий прилив надежды.

Если удастся выбраться наружу, можно будет хотя бы определить, где находится комплекс.

Осмотреть окружающую местность.

Найти признаки цивилизации.

Возможно, даже связаться с кем-нибудь.

Конечно, существовала вероятность, что я оказался в какой-нибудь удалённой лаборатории посреди пустыни или гор.

Но даже это было бы значительно лучше бесконечных коридоров неизвестного подземного сооружения.

Я осторожно нажал на кнопку открытия.

Створки медленно разошлись.

В лицо ударил прохладный поток воздуха.

Я сделал шаг вперёд.

И остановился.

Передо мной располагался широкий технический выход, частично заваленный обломками. За ним виднелись скалистые образования, необычная растительность и узкая полоска яркого неба.

Никаких знакомых зданий.

Никаких дорог.

Ни одного признака человеческой деятельности, кроме самого комплекса.

Я осторожно приблизился к выходу.

Снаружи дул слабый ветер, принося запах влажной земли и каких-то незнакомых растений.

Воздух оказался неожиданно свежим.

Где-то далеко слышался странный протяжный звук, напоминавший одновременно крик птицы и металлический свист.

Я поднял голову.

И почувствовал, как всякая надежда на простое объяснение происходящего окончательно исчезает.

Потому что небо...

Небо было неправильным.

Я медленно сделал ещё один шаг к выходу, пытаясь разглядеть то, что возвышалось над горизонтом.

А затем просто замер, совершенно забыв обо всём остальном.

Что за...

В голове не осталось ни одной связной мысли.

И впервые за всё время после перемещения я действительно испугался не того, что могу погибнуть.

А того, что, возможно, никогда больше не увижу Землю.

Глава 2 | «Под чужим небом»

Знаете, что самое неприятное в ситуации, когда привычная картина мира внезапно рушится? Даже не сам факт произошедшего, а полное отсутствие инструкции, объясняющей, как теперь жить дальше.

Впрочем, инструкция мне бы сейчас вряд ли помогла. Потому что я стоял возле выхода из неизвестного промышленного комплекса, смотрел на небо и пытался осознать одну очень простую вещь.

Это была не Земля.

По крайней мере, ничего подобного я за свои двадцать три года на родной планете не видел. И дело заключалось вовсе не в незнакомой растительности, странных скалах или отсутствии признаков цивилизации. Всё перечисленное ещё можно было объяснить тем, что меня каким-то образом забросило в отдалённый уголок мира.

Проблема находилась гораздо выше.

Над горизонтом возвышалось нечто огромное.

Настолько огромное, что первые несколько секунд мой мозг отказывался воспринимать увиденное как единый объект. Казалось, будто значительная часть небосвода занята необычайно близкой планетой, поверхность которой пересекали широкие полосы облаков.

Нежно-золотистые, серые, бледно-голубые и почти белые слои изгибались огромными дугами, постепенно растворяясь в более тёмных областях. Некоторые полосы образовывали сложные завихрения, другие тянулись почти параллельно друг другу, словно кто-то старательно перемешивал краски внутри гигантской сферы.

Нижняя часть этого невероятного объекта скрывалась за далёкими горными вершинами, однако даже видимая область занимала пугающе большую часть неба.

Я молча смотрел на него, совершенно забыв о собственной головной боли.

Газовый гигант?

Первая мысль оказалась настолько неожиданной, что я несколько секунд просто пытался разобраться, откуда она вообще взялась.

Конечно, я не был астрономом, но кое-что о строении Солнечной системы знал. Подобные атмосферные полосы встречались у Юпитера и Сатурна. Правда, наблюдать их невооружённым глазом с поверхности Земли в таких подробностях было невозможно.

А здесь передо мной находилось нечто, сравнимое по масштабам с огромным небесным диском, повисшим непосредственно над окружающим ландшафтом.

Если это действительно газовый гигант, значит, я нахожусь на каком-то другом небесном теле. Возможно, на его спутнике. Хотя для подобных выводов у меня пока не было ни орбитальных измерений, ни астрономических наблюдений.

Только собственные глаза и совершенно неприличное количество вопросов.

Я медленно отступил к стене и опустился на выступающий из земли металлический блок.

Некоторое время просто сидел, глядя вверх.

Дело было даже не в страхе. Вернее, страх присутствовал, но сейчас его заглушало совершенно другое чувство. Невероятное, почти болезненное осознание того, насколько далеко я мог оказаться от всего знакомого.

Ещё совсем недавно меня беспокоила неисправность сортировочного конвейера. Я думал о том, как закончу работу, доберусь домой, приготовлю ужин и наконец займусь виртуальной фабрикой.

А теперь...

Теперь над моей головой висел целый чужой мир.

И я совершенно не представлял, как отсюда выбраться.

Некоторое время пытался найти более простое объяснение. Может, я всё ещё лежу без сознания на складе? Может, удар головой оказался настолько серьёзным, что происходящее представляет собой невероятно реалистичную галлюцинацию?

Последняя версия, надо признать, выглядела весьма привлекательной. По крайней мере, она подразумевала возможность однажды проснуться в больничной палате, выслушать лекцию врача о технике безопасности и вернуться к обычной жизни.

Однако прохладный ветер, болезненные ощущения в ушибленном колене и шероховатая поверхность металлического блока под ладонями казались слишком настоящими.

Я достал телефон, открыл камеру и направил объектив в небо.

На экране появился тот самый гигант.

Со всеми полосами, завихрениями и невероятными размерами.

Я сделал несколько снимков, затем увеличил один из них и внимательно рассмотрел изображение.

Никаких очевидных артефактов. Никаких признаков того, что глаза показывают мне одно, а камера фиксирует другое. Конечно, это не исключало возможности галлюцинации, но добавляло ещё один аргумент в пользу неприятной версии.

Я действительно находился где-то далеко от Земли.

— Ну что, Кирилл, — тихо произнёс я, убирая телефон. — Поздравляю. Кажется, ты всё-таки доигрался в космические приключения.

Слова прозвучали довольно жалко.

Наверное, потому что никакого особенного веселья я сейчас не испытывал.

Перед глазами неожиданно возникло воспоминание о квартире. О компьютере, оставленном в спящем режиме, о недопитой утром чашке кофе, о сообщении от матери, на которое я собирался ответить после работы.

Она ведь даже не знает, что произошло.

Никто не знает.

Я сжал телефон чуть сильнее, чем следовало, и некоторое время смотрел на потемневший экран.

Потом заставил себя подняться.

Как бы ни хотелось сейчас просто сидеть и ждать, пока всё происходящее окажется дурным сном, реальность не собиралась предоставлять мне такую роскошь.

Значит, придётся действовать.

Хотя бы до тех пор, пока не появится возможность разобраться в произошедшем.

***

Первым делом я решил осмотреть окружающую территорию.

Разумеется, не уходя далеко от входа. Комплекс пока оставался единственным известным мне местом, где можно было укрыться от неизвестных опасностей, поэтому терять его из виду совершенно не хотелось.

Я подошёл ближе к краю широкой площадки, на которой находился выход, и внимательно осмотрел открывшийся пейзаж.

Промышленный комплекс оказался встроен непосредственно в скалистый склон. Его внешняя часть представляла собой массивные укреплённые конструкции, частично скрытые под слоем камня и земли. Вдоль стены тянулись большие металлические панели, некоторые из которых были сорваны со своих креплений.

Из нескольких трещин выступали уже знакомые тёмные кристаллы.

Рядом с главным выходом виднелась широкая транспортная дорога, выложенная необычными сероватыми плитами. Судя по остаткам разметки и металлическим направляющим вдоль краёв, когда-то здесь регулярно перемещались тяжёлые грузы.

Теперь дорога находилась в весьма плачевном состоянии.

Некоторые плиты просели, между ними проросла растительность, а примерно в сотне метров от выхода часть полотна обрушилась вместе с небольшим участком склона. Дальше дорога изгибалась и исчезала за каменистым выступом.

Я перевёл взгляд на окружающую местность.

Комплекс располагался на склоне широкой долины, окружённой несколькими горными хребтами. Ближайшие возвышенности были покрыты редкими деревьями и кустарниками, между которыми виднелись крупные каменные образования.

Растительность выглядела удивительно знакомой.

По крайней мере, на первый взгляд.

Трава оставалась травой, кустарники обладали вполне обычными ветвями, а высокие растения на дальних склонах напоминали деревья с широкими кронами. Вот только при внимательном рассмотрении обнаруживались странности.

Некоторые листья имели необычный сизовато-серебристый оттенок. Другие были настолько узкими, что больше походили на длинные плоские иглы. А возле самого комплекса рос кустарник с тёмно-фиолетовыми стеблями и крупными полупрозрачными пластинами вместо привычной листвы.

Когда подул ветер, эти пластины тихо зазвенели, ударяясь друг о друга.

Я несколько секунд слушал необычный звук.

Интересно.

Похоже, местные растения могли обладать совершенно иными механическими свойствами, чем земные. Хотя, возможно, я просто никогда раньше не сталкивался с подобными видами.

В конце концов, ботаником я не был.

И определять съедобность неизвестных растений по одному только внешнему виду точно не собирался.

Слишком уж хотелось прожить достаточно долго, чтобы хотя бы выяснить название этого места.

Над долиной дул умеренный ветер. Воздух казался прохладным, но вполне комфортным для дыхания. Не было ни необычного запаха, ни очевидных признаков удушья, хотя отсутствие неприятных ощущений ещё не означало, что местная атмосфера полностью безопасна.

Я уже дышал ею достаточно долго, чтобы понять: по крайней мере, немедленной опасности не наблюдалось.

А вот последствия длительного воздействия неизвестных веществ предсказать было невозможно.

Ладно. Пока живём.

Я достал блокнот и начал записывать первые наблюдения.

Температура воздуха на ощупь была умеренной, хотя без термометра назвать точное значение я не мог. Ветер преимущественно дул со стороны дальнего хребта. Видимость оставалась хорошей, а естественное освещение указывало на дневное время.

Последнее особенно заинтересовало.

Я посмотрел на часы телефона.

По земному времени сейчас было почти одиннадцать вечера.

При этом здесь вовсю светило местное солнце.

Вернее, звезда, которую я пока условно решил называть солнцем.

Светило располагалось достаточно высоко над горизонтом и выглядело несколько иначе, чем привычное земное. Но для уверенных выводов мне потребовались бы измерения, а смотреть на него напрямую я, разумеется, не собирался.

В любом случае стало окончательно ясно, что ориентироваться на часы телефона при определении местного времени нельзя.

Я перевернул страницу и написал в верхней части:

«Поверхность. Первые наблюдения».

Закончив, я решил немного пройтись вдоль внешней стены комплекса. Необходимости немедленно отправляться в дальнее путешествие не было, зато обследование ближайшей территории могло дать полезную информацию.

Особенно меня интересовали источники воды, состояние внешних коммуникаций и возможные пути к другим сооружениям.

С последним, кстати, дела обстояли не так уж плохо.

Примерно в километре, если доверять моей весьма приблизительной оценке расстояния, на противоположном склоне возвышалась узкая металлическая башня.

Она состояла из нескольких соединённых секций, а на верхушке располагалась конструкция, напоминавшая антенну или систему наблюдения.

Ещё дальше виднелись силуэты каких-то строений.

Они были слишком далеко, чтобы я мог уверенно определить их назначение, но сам факт существования искусственных сооружений за пределами комплекса уже внушал определённую надежду.

Значит, здесь действительно существовала развитая цивилизация.

По крайней мере, когда-то существовала.

Я сделал несколько фотографий и продолжил осмотр.

***

Вдоль внешней стены тянулась узкая техническая дорожка. Её поверхность частично покрывали камни и песок, однако основная конструкция сохранилась достаточно хорошо, чтобы по ней можно было передвигаться.

Я шёл медленно, внимательно осматривая окружающее пространство и стараясь не наступать на незнакомые растения.

Впрочем, последние довольно быстро перестали быть главной проблемой.

Примерно через пятьдесят метров я обнаружил первые следы местной живности.

На влажном участке грунта виднелось несколько отпечатков, совершенно не похожих на человеческие или принадлежащие знакомым мне животным.

Каждый след состоял из трёх вытянутых углублений, расположенных под необычным углом друг к другу. Рядом находились более мелкие отметины, которые могли принадлежать дополнительным конечностям или каким-нибудь выступам на лапах.

Я присел и внимательно осмотрел находку.

Размер отпечатка составлял примерно пятнадцать сантиметров.

Судя по глубине, существо обладало достаточно внушительной массой. Хотя делать выводы по одному только следу было бы неправильно: влажность грунта, скорость движения и форма конечностей сильно влияли на результат.

Я сфотографировал отпечатки, положив рядом складной инструмент для приблизительного масштаба, и осторожно поднялся.

Так. Значит, здесь кто-то ходит.

Вопрос заключался в том, кто именно.

И насколько этому кому-то понравится встреча с человеком.

Я внимательно оглядел ближайшие кустарники.

Ничего подозрительного.

Только ветер шевелил широкие листья, а где-то вдалеке раздавались короткие необычные крики.

Следы уходили в сторону небольшой каменистой ложбины, где между валунами росли невысокие деревья. Дальше различить их уже не удавалось.

Разумеется, идея пойти по следам неизвестного животного даже не рассматривалась.

Мне вполне хватало того, что я уже находился на чужой планете без нормального снаряжения, оружия и знаний о местной природе.

Искать дополнительных приключений на собственную голову совершенно не хотелось.

Поэтому я сделал в блокноте очередную запись и продолжил движение, теперь значительно чаще оглядываясь по сторонам.

Кстати, о безопасности.

На Земле я никогда особенно серьёзно не задумывался о том, насколько человек зависит от окружающей цивилизации. В обычной жизни достаточно открыть кран, чтобы получить воду, включить выключатель для освещения или зайти в магазин за продуктами.

Даже если что-нибудь ломается, всегда можно обратиться к специалистам, заказать запчасти или воспользоваться готовой инфраструктурой.

Здесь ничего подобного у меня не было.

С одной стороны, вокруг находилось множество технических устройств, которые могли оказаться невероятно полезными.

С другой, пользоваться ими я пока не умел.

А значит, в практическом смысле находился примерно в том же положении, что и любой человек, неожиданно оказавшийся посреди дикой природы.

Разве что с набором отвёрток.

И с перспективой когда-нибудь разобраться в местном оборудовании.

Хотелось надеяться, что это «когда-нибудь» наступит раньше, чем закончится моя способность обходиться без воды.

***

Первую действительно полезную находку я обнаружил возле небольшого технического сооружения, расположенного чуть ниже основной площадки.

Оно представляло собой низкое прямоугольное здание, частично встроенное в склон. Над крышей возвышались две массивные трубы, а вдоль стен проходили несколько металлических магистралей.

Большая часть оборудования выглядела повреждённой, но одна из труб продолжала тихо вибрировать.

Я остановился и прислушался.

Изнутри доносилось слабое журчание.

Вода?

Возможно.

Я обошёл сооружение и обнаружил возле дальней стены небольшой сливной канал, из которого периодически вытекала прозрачная жидкость.

Она собиралась в неглубоком бетонном углублении, после чего уходила по узкому желобу вниз по склону.

Я присел на безопасном расстоянии и некоторое время наблюдал за потоком.

На первый взгляд жидкость действительно напоминала воду.

Прозрачная.

Без заметной окраски.

Текла вполне естественным образом.

Но всё это ещё ничего не доказывало.

Здесь могли использоваться самые разнообразные технологические жидкости. Некоторые охлаждающие составы, например, внешне практически не отличались от обычной воды, а последствия их употребления могли оказаться весьма неприятными.

И даже если передо мной действительно находилась вода, оставались вопросы о её химическом составе и возможном загрязнении.

Я внимательно осмотрел сливной канал.

Вокруг него практически не росла трава.

Причём отсутствие растительности распространялось на довольно широкий участок грунта, по которому стекала жидкость.

Не самое обнадёживающее наблюдение.

Возможно, дело заключалось в постоянном механическом воздействии потока или особенностях поверхности. Но проверять альтернативные объяснения на собственном желудке я не собирался.

Я сфотографировал сооружение и сделал запись в блокноте.

«Техническая постройка возле восточной стены. Действующий слив неизвестной жидкости. Не использовать для питья до проверки».

Затем внимательно посмотрел на проходящие вдоль стены трубы.

Одна уходила непосредственно в скалу, другая поднималась к основному комплексу, а третья соединялась с небольшим цилиндрическим резервуаром.

Резервуар оказался снабжён несколькими контрольными элементами и устройством, напоминавшим клапанный блок.

Рядом виднелась табличка с незнакомыми символами.

Я сделал ещё несколько фотографий.

И вдруг поймал себя на мысли, что начинаю воспринимать это место как обычный промышленный объект, который мне предстоит обследовать и восстановить.

Странное ощущение.

Всего пару часов назад я не знал даже о существовании этого комплекса, а теперь уже мысленно распределял оборудование по категориям и планировал будущие исследования.

Впрочем, ничего удивительного.

Когда не понимаешь происходящего, хочется найти хотя бы что-нибудь знакомое.

Для меня таким знакомым оказался принцип работы технических систем.

Независимо от того, кто построил это сооружение, у него должно было быть определённое назначение.

А значит, существовал шанс понять его устройство.

И, возможно, научиться использовать.

Но сначала всё-таки следовало разобраться с водой.

Я ещё раз осмотрел сливной канал, затем перевёл взгляд на дальний склон долины.

Там, между двумя каменистыми выступами, виднелась узкая полоса блестящей поверхности.

Похоже на ручей.

Или небольшой водоём.

Расстояние до него было значительно больше, чем мне хотелось бы проходить по незнакомой территории, поэтому отправляться туда немедленно я не стал.

Но сам факт существования естественного источника жидкости уже немного успокаивал.

Если это действительно вода, оставалось найти способ очистить её и проверить хотя бы на основные загрязнения.

С последним, правда, возникали определённые сложности.

Ни химической лаборатории, ни портативного анализатора воды у меня при себе не было.

Впрочем, при наличии подходящих материалов можно было бы собрать простейшую систему фильтрации, а затем организовать кипячение. Это снизило бы часть рисков, хотя и не гарантировало удаления растворённых химических примесей.

Но до подобных экспериментов пока было далеко.

Сначала необходимо понять, чем я вообще располагаю.

***

Возвращаться к главному выходу я решил другим маршрутом, вдоль старой транспортной дороги.

Во-первых, это позволяло осмотреть дополнительный участок территории.

Во-вторых, дорога выглядела значительно удобнее узкой технической тропинки, по которой я пришёл.

Правда, довольно быстро выяснилось, что удобство местных транспортных систем имело весьма относительный характер.

Уже через несколько десятков метров пришлось обходить огромную трещину, пересекавшую дорожное полотно почти по всей ширине.

Её края были неровными, а глубина в некоторых местах достигала нескольких метров. Внизу виднелись обломки металлических конструкций и крупные камни.

Я осторожно приблизился к краю.

Судя по характеру повреждений, участок дороги когда-то подвергся очень серьёзному воздействию.

Возможно, землетрясению.

Возможно, промышленной аварии.

А может, чему-то совершенно другому.

Пока вариантов было слишком много, чтобы делать выводы.

Я обошёл трещину по достаточно широкому участку у склона и продолжил движение.

Именно тогда справа от дороги раздался тихий шорох.

Я остановился.

В нескольких метрах от меня находились заросли низкого кустарника.

Листья одного из растений медленно покачивались.

Хотя ветер на мгновение стих.

Я внимательно посмотрел на кусты.

Сначала ничего не происходило.

Затем среди ветвей мелькнуло что-то тёмное.

Движение оказалось настолько быстрым, что я не успел разглядеть форму существа.

Только небольшой вытянутый силуэт и несколько тонких конечностей.

После этого кустарник снова замер.

Так. Значит, местная живность всё-таки имеется.

Я медленно отступил на пару шагов.

Совершенно не хотелось провоцировать неизвестное животное.

Тем более что определить его размеры по одному короткому движению было невозможно.

Возможно, передо мной находилось небольшое безобидное существо.

А возможно, просто торчала конечность чего-нибудь значительно крупнее.

Я осторожно обошёл заросли, стараясь не выпускать их из виду.

И почти добрался до следующего участка дороги, когда позади раздался резкий пронзительный звук.

Я невольно вздрогнул.

Из кустов выскочило небольшое животное.

Оно действительно оказалось сравнительно маленьким, размером примерно с крупную домашнюю кошку, но выглядело совершенно необычно.

Вытянутое тело покрывали короткие пластинчатые образования серовато-зелёного цвета. Передняя часть напоминала широкую голову с двумя крупными тёмными глазами, а вдоль спины тянулся ряд гибких выступов, которые при движении складывались и расправлялись.

Но больше всего меня удивили конечности.

Их было шесть.

Причём задняя пара выглядела заметно мощнее остальных, позволяя существу совершать длинные прыжки.

Животное выскочило на дорогу, замерло и уставилось прямо на меня.

Я тоже замер.

Несколько секунд мы молча рассматривали друг друга.

Признаться, чувствовал я себя довольно глупо.

Стоял посреди неизвестной планеты и пытался понять, представляет ли опасность шестиногая ящерица с глазами мультяшного персонажа.

Существо издало короткий свистящий звук.

Я осторожно поднял свободную руку, стараясь не делать резких движений.

— Спокойно, приятель. Я тут случайно. Честное слово.

Разумеется, животное меня не поняло.

Зато внезапно повернуло голову в сторону ближайшего склона, издало ещё один резкий звук и бросилось прочь.

Причём с такой скоростью, что через несколько секунд от него не осталось и следа.

Я проводил его удивлённым взглядом.

— Ну и знакомство...

И тут услышал другой звук.

Низкий.

Глухой.

Похожий на короткое рычание, доносившееся из-за камней значительно выше по склону.

Улыбка медленно исчезла с моего лица.

А вот это уже не нравится.

Я осторожно повернул голову.

Между валунами виднелось какое-то движение.

Не слишком отчётливое, но достаточно заметное, чтобы понять: там находится нечто гораздо крупнее только что убежавшего животного.

На мгновение между двумя камнями появилась тёмная вытянутая форма.

Затем исчезла.

Я не стал ждать, пока неизвестное существо решит продемонстрировать себя во всей красе.

Медленно отступив за ближайшую металлическую конструкцию, я опустился на одно колено и замер.

Несколько секунд прислушивался.

Тишина.

Потом снова раздалось низкое рычание.

На этот раз немного дальше.

Судя по звуку, неизвестное животное перемещалось вдоль склона.

Я осторожно выглянул из-за укрытия.

В районе камней ничего не было видно.

Но кустарник неподалёку продолжал покачиваться, хотя ветер практически отсутствовал.

Похоже, местная фауна не ограничивалась небольшими безобидными существами.

И это становилось проблемой.

У меня не было ни оружия, ни защитного снаряжения, ни малейшего представления о поведении здешних животных.

Даже обычная земная дикая собака могла представлять серьёзную опасность для неподготовленного человека.

А здесь...

Я осторожно посмотрел в сторону главного выхода.

До него оставалось несколько сотен метров.

Не так уж далеко.

Но сейчас это расстояние почему-то казалось весьма внушительным.

Ладно. Исследования на сегодня закончены.

Подождав ещё немного и убедившись, что рычание больше не повторяется, я начал осторожно двигаться вдоль дороги, стараясь держаться поближе к металлическим конструкциям.

Оглядывался буквально каждые несколько шагов.

И только когда добрался до внешней площадки комплекса, позволил себе немного расслабиться.

Похоже, первая прогулка по неизвестной планете закончилась без серьёзных происшествий.

Если не считать знакомства с местной фауной, которая успела наглядно продемонстрировать, насколько я здесь беззащитен.

Впрочем, могло быть и хуже.

Гораздо хуже.

***

Вернувшись к главному входу, я решил не торопиться спускаться в подземные помещения.

Сначала нужно было ещё раз осмотреть ближайшую площадку и убедиться, что путь наружу не будет случайно заблокирован.

Шлюзовая дверь продолжала работать, но полагаться исключительно на исправность неизвестной автоматики представлялось неразумным.

Поэтому я внимательно осмотрел её внешнюю часть.

На первый взгляд конструкция ничем не отличалась от внутреннего механизма. Массивные створки, защитное уплотнение и небольшая панель управления, возле которой находилось несколько символов.

Рядом обнаружился технический люк.

Я осторожно открыл его и с облегчением увидел внутри знакомую по предыдущей двери рукоятку аварийного разблокирования.

По крайней мере, местные инженеры не забывали о механических способах открытия дверей.

Это немного обнадёживало.

Я проверил состояние механизма, убедился, что рукоятка не заблокирована, и осторожно закрыл люк.

Затем ещё раз осмотрел расположение основного входа относительно дороги и ближайших ориентиров.

После этого сделал несколько фотографий.

На всякий случай.

Хотя потерять вход в огромный промышленный комплекс, встроенный непосредственно в скалу, было бы довольно своеобразным достижением.

Впрочем, после сегодняшних событий я уже не собирался недооценивать собственную способность попадать в неприятности.

Закончив с дверью, я присел возле стены и достал блокнот.

Пора было подвести предварительные итоги.

Итак, что удалось выяснить?

Первое: я находился на поверхности неизвестного небесного тела. Атмосфера, по крайней мере в течение непродолжительного времени, позволяла нормально дышать.

Второе: здесь существовала достаточно развитая растительность, а значит, местная экосистема могла оказаться сложной и разнообразной.

Третье: имелась фауна. Причём не обязательно дружелюбная.

Четвёртое: вокруг находились искусственные сооружения, включая довольно крупный промышленный комплекс и удалённые объекты.

Пятое: неизвестные тёмные кристаллы встречались не только внутри помещений, но и на внешних конструкциях.

И шестое: я по-прежнему не представлял, как вернуться домой.

Последний пункт настроение совершенно не улучшал.

Я некоторое время рассматривал записи, затем добавил ещё одну строку.

«Приоритет: найти безопасный источник воды, определить наличие обитаемых поселений, изучить комплекс».

После некоторого размышления дописал:

«Избегать контакта с неизвестными животными и кристаллическими образованиями».

А ниже, уже совсем мелко:

«Желательно больше не попадать в пространственные аномалии».

Последнее, конечно, было скорее пожеланием, чем реальным планом.

Но, как говорится, надежда умирает последней.

Я закрыл блокнот и поднялся.

Пожалуй, на сегодня действительно хватит.

Организм всё настойчивее напоминал о необходимости отдыха, а головная боль после прогулки заметно усилилась. Сильно хотелось пить, да и желудок уже начал выражать недовольство отсутствием нормального питания.

Именно поэтому необходимо было как можно быстрее найти источник пригодной воды и что-нибудь съедобное.

Однако прежде следовало вернуться в относительно безопасное помещение.

Я направился к шлюзу.

И уже собирался нажать кнопку открытия, когда заметил нечто странное на поверхности ближайшей металлической панели.

Следы.

Сначала я решил, что это обычные потёртости, оставленные старым оборудованием.

Но, присмотревшись, понял, что ошибся.

По пыльной поверхности тянулась цепочка небольших отпечатков.

Причём они совершенно точно не принадлежали тому шестиногому существу, которое я встретил на дороге.

Я присел.

На металле виднелись следы подошвы.

Не идеально сохранившиеся, но вполне узнаваемые.

Вытянутая форма.

Отчётливый рисунок протектора.

Несколько поперечных элементов, расположенных под характерным углом.

Кто-то ходил здесь в обуви.

Я медленно перевёл взгляд на ближайшую площадку.

Отпечатки уходили в сторону транспортной дороги.

Некоторые были почти полностью занесены пылью, другие сохранились заметно лучше.

Насколько давно они появились, определить было невозможно.

Но сам факт их существования заставил меня почувствовать осторожную надежду.

Здесь были разумные существа.

И, судя по следам, они могли пользоваться вполне привычными предметами одежды и обуви.

Конечно, это ничего не говорило об их внешности, языке или намерениях.

И тем более не означало, что они захотят мне помочь.

Но после нескольких часов полного одиночества даже подобная находка выглядела почти чудом.

Я сфотографировал следы и осторожно поднялся.

Возможно, где-то неподалёку существовало поселение.

Или действующая исследовательская база.

А может, этот комплекс периодически посещали какие-нибудь путешественники или сборщики материалов.

В любом случае появлялась перспектива найти кого-то, кто сможет объяснить, где именно я нахожусь.

Главное, чтобы первое знакомство с местной цивилизацией не закончилось так же, как с промышленным манипулятором.

Я ещё раз посмотрел на цепочку отпечатков, затем открыл шлюзовую дверь.

Пора возвращаться.

***

Обратный путь по знакомым коридорам занял значительно меньше времени.

Теперь я уже примерно представлял расположение основных помещений, знал, где находятся повреждённые участки, и старался обходить потенциально опасное оборудование.

К счастью, манипулятор больше не проявлял активности.

В операторской тоже ничего не изменилось.

Только слабый индикатор одного из терминалов продолжал периодически мигать, словно устройство упорно пыталось выполнить какую-то давно забытую задачу.

Я остановился возле прозрачной перегородки и некоторое время смотрел на него.

Интересно, сколько лет это оборудование находилось здесь без нормального обслуживания?

И кто вообще его построил?

Если судить по состоянию некоторых помещений, авария произошла достаточно давно. Пыль, разрушения, отсутствие персонала и постепенно разрастающиеся кристаллические образования явно указывали на длительный период запустения.

Но почему тогда часть оборудования продолжала работать?

Откуда поступала энергия?

И зачем неизвестный транспортный механизм вообще активировался, если комплекс давно заброшен?

Вопросов становилось всё больше.

А ответов пока не прибавлялось.

Я вздохнул и продолжил движение.

До комнаты персонала добрался без происшествий.

Открыл дверь, вошёл внутрь и первым делом убедился, что ничего подозрительного не изменилось.

Терминал оставался тёмным.

Вентиляция тихо гудела.

На рабочем столе лежали оставленные мной вещи.

Всё выглядело вполне нормально.

Если не считать самого факта, что я оказался в неизвестном комплексе на чужом небесном теле.

Но к этому, похоже, придётся постепенно привыкать.

Я поставил сумку возле кресла и устало опустился на сиденье.

Колено неприятно ныло, голова продолжала болеть, а во рту пересохло настолько, что даже собственное дыхание казалось не слишком комфортным.

Очень хотелось воды.

Нормальной, чистой, привычной воды из обычного крана.

Вот уж никогда не думал, что буду настолько сильно скучать по водопроводу.

Я посмотрел на небольшую металлическую ёмкость, найденную ранее в одном из шкафчиков.

Внутри по-прежнему что-то плескалось.

Но использовать неизвестную жидкость без проверки было слишком рискованно.

Пришлось отложить её обратно.

Вместо этого я достал телефон и начал просматривать сделанные фотографии.

Сначала изображения кристаллических образований.

Потом оборудование центрального зала.

Затем карту технического сектора.

И наконец фотографии поверхности.

Я задержался на снимке огромного небесного тела.

Теперь, находясь в относительно безопасном помещении, удалось рассмотреть некоторые детали значительно внимательнее.

Широкие атмосферные полосы.

Сложные завихрения.

Необычную цветовую гамму.

И невероятные размеры.

Я увеличил изображение.

Если передо мной действительно газовый гигант, то наиболее логичным объяснением являлось нахождение на одном из его спутников.

Это не было доказательством, разумеется.

Но гипотеза хотя бы согласовывалась с наблюдениями.

Существование пригодной для дыхания атмосферы при этом выглядело весьма необычно. Хотя в бескрайней Вселенной наверняка могли существовать самые разнообразные условия.

Меня куда больше беспокоило другое.

Как я вообще сюда попал?

Сколько расстояния преодолел?

И возможно ли повторить произошедшее?

Я задумчиво смотрел на фотографию, пока экран не начал постепенно тускнеть.

Телефон сообщил о переходе в режим энергосбережения.

Заряд аккумулятора составлял сорок восемь процентов.

Я выключил устройство.

Электричество.

Вот ещё одна проблема, о которой необходимо подумать.

Пока батарея телефона работала, у меня оставались камера, часы, заметки, фонарь и множество сохранённых данных.

Но рано или поздно аккумулятор разрядится.

И тогда значительная часть привычных возможностей исчезнет.

Конечно, у меня имелись кабели и инструменты, а вокруг находилось множество технических устройств. Теоретически при наличии подходящего источника энергии можно было бы организовать зарядку.

Однако местное оборудование пока оставалось совершенно неизвестным.

И подключать телефон к первой попавшейся энергетической системе я точно не собирался.

Слишком уж дорогой эксперимент.

Особенно когда другого телефона взять негде.

Я открыл блокнот и добавил новый пункт в список задач:

«Электропитание. Найти безопасный способ зарядки имеющихся устройств».

Затем ещё раз просмотрел остальные записи.

Вода.

Питание.

Безопасность.

Связь.

Исследование оборудования.

Поиск разумных существ.

И, конечно, возвращение домой.

Список получился довольно внушительным.

Особенно для одного человека с сумкой инструментов.

Я некоторое время смотрел на страницу, затем невольно усмехнулся.

Если бы кто-нибудь ещё вчера предложил мне организовать самостоятельное выживание на неизвестной планете, используя исключительно инженерные навыки, я бы решил, что человек слишком много играет в компьютерные игры.

Теперь же подобная задача оказалась вполне реальной.

И никакой кнопки сохранения у меня не было.

Я отложил блокнот и устало потёр лицо ладонями.

Ситуация выглядела отвратительно.

Но постепенно начинала приобретать хотя бы какие-то понятные очертания.

У меня имелось временное убежище.

Были инструменты.

Была приблизительная карта комплекса.

Удалось обнаружить несколько потенциальных источников воды, действующую вентиляцию и остатки энергетической инфраструктуры.

А самое главное, я теперь знал, что за пределами этих стен существует целый мир.

Мир с огромным газовым гигантом в небе, неизвестными животными, необычной растительностью и технологическими сооружениями, которые даже в разрушенном состоянии выглядели невероятно сложными.

И где-то в этом мире могли находиться разумные существа.

Возможно, даже те, кто сумеет помочь мне разобраться в произошедшем.

Я снова посмотрел на небольшой терминал возле стены.

Тонкая светящаяся полоска под его экраном периодически мигала.

Один раз.

Пауза.

Ещё один.

Потом два коротких мигания подряд.

Я нахмурился.

Раньше индикатор работал с почти идеально равномерным интервалом.

Теперь его поведение изменилось.

Я поднялся с кресла и осторожно подошёл ближе.

Несколько секунд ничего не происходило.

Затем экран внезапно вспыхнул слабым голубоватым светом.

На нём появилась строка незнакомых символов.

За ней вторая.

Третья.

Изображение на мгновение дрогнуло, после чего большая часть экрана погасла.

Остался только небольшой прямоугольник в центре.

Внутри него медленно вращался геометрический символ, напоминавший несколько вложенных друг в друга многогранников.

Я замер.

Символ остановился.

Затем снова начал вращаться.

Где-то внутри терминала тихо щёлкнуло реле.

На несколько секунд экран засветился ярче.

И погас.

Я продолжал смотреть на него.

Теперь сомнений практически не осталось.

Какая-то часть вычислительной системы комплекса всё ещё функционировала.

Вопрос заключался лишь в том, что именно она пыталась сделать.

И почему активировалась именно сейчас.

Я медленно вернулся к креслу и открыл блокнот.

В конце списка задач появилась новая запись.

«Неизвестный терминал. Повторная активация. Проверить источник питания и назначение устройства».

Некоторое время я смотрел на написанное.

Потом добавил ещё одну строку.

«Не вскрывать до выяснения параметров энергетической системы».

Очень разумное замечание.

Особенно учитывая мою привычку сначала искать интересные задачи, а уже потом думать о возможных последствиях.

Я закрыл блокнот и устало откинулся на спинку кресла.

Что ж.

Похоже, завтра меня ждёт ещё один чрезвычайно насыщенный рабочий день.

Правда, теперь никто не собирался платить за сверхурочные.

И это было, пожалуй, самым обидным обстоятельством.