Эволюция целителя

Глава 1

/Идёт загрузка…

Подождите…/

Я сделал глубокий вдох. Лёгкие пылали от саднящей боли, словно кто-то стекловаты в них напихал. Но с каждым новым вздохом боль проходила. Я открыл глаза, всё расплывалось в каких-то цветных пятнах.

— Если ты, сука, не встанешь, я те башку отрежу, — сквозь гул в ушах прорезался чей-то грубый голос. Он звучал откуда-то сверху. Затем последовал удар в плечо. Били, похоже, ногой. — Ну, подъё-о-ом!

Я завалился на бок. Зажмурился и вновь открыл глаза. Взгляд прояснился. Шибануло меня прилично. А теперь… А что теперь? И где я вообще?

Это не коридор больницы на Петропавловской. Некая комната, таких убогих нет в том учреждении. Облупившаяся краска на старом деревянном полу. Обшарпанные стены с сорванными обоями, и побитые жизнью кроссовки перед глазами.

— Щегол очнулся! — крикнул кому-то грубый тип.

— Тащи его к столу! Быстрее! — хрипло зарычал кто-то. — Кардан подыхает!

— А ну вставай и лечи, твою мать! — меня за воротник поднял небритый качок и встряхнул. — Бегом!

Я хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. На меня смотрела сальная, небритая и откровенно бандитская рожа. Глаза навыкате будто пытались прожечь во мне дыру.

— Не надо. Не стреляйте! — раздался рыдающий голос. — Мы с Алексеем всё сделаем.

Я заметил забившуюся в угол брюнетку в белом халате и с растрёпанной причёской. Она сжалась в комок на стуле и умоляюще смотрела в мою сторону. А над ней короткостриженый тип, одетый в джинсы и кожанку. У этого типа был пистолет, который он направил на девушку.

На ватных ногах я подошёл к столу. Точнее мне помог небритый тип, подталкивая в спину. И как меня угораздило влезть в это дерьмо? Что было до этого? И почему меня называют Алексеем? С кем-то перепутали? Что происходит?

— Я не… — чужим голосом выдавил я, и замер. Голос точно не мой.

Сон? Вот только слишком реалистичный. Запах курева, пота и крови был настолько чётким, что я не знал, что думать.

Может, это розыгрыш? Как-то жестковато. Кому я так перешёл дорогу? Попробовал вспомнить — ничего на ум не приходит. И вообще… Я не Алексей, но… кто?!

— Захарыч сказал, что ты вывезешь, щегол, — прошипел мне на ухо небритый, обдавая перегаром. — Вот и вывози. А не справишься — ляжешь рядом с Карданом.

На столе я увидел раненого мужика в джинсах и клетчатой рубашке. Причём рубашка уже была разрезана.

Огнестрел. Картина была ясна даже для Интерна. Пуля попала ему в лёгкое, неподалеку от сердца. Плохо. Кровь не останавливается. Его надо везти в операционную, где есть оборудование и стерильные условия. Но выбора у меня явно нет.

Я повернулся к стоявшему возле меня бандиту. Он откровенно мешал, постукивая битой по столу, явно стремясь подтолкнуть к действиям.

— Отойди от стола, по-человечески прошу, — выдавил я, стараясь выиграть время. — Мне нужно сосредоточиться, и нужна ассистентка.

— Чо ты сказал? — агрессивно дёрнулся в мою сторону небритый, замахнувшись битой.

— Оставь его, Гвоздь, пусть пацан работает, — остепенил его второй, затем пахнул стволом на девушку, указывая в сторону стола. — Иди, помогай.

— Ну, вперёд, чо. Даю тебе последний шанс, Лёша, — набычился небритый, сдавая назад. — Давай, твори чудо.

Брюнетка подошла, размазывая тушь по лицу, затем подвинула ванночку с инструментами. Ножницы, кусачки, пинцет, скальпель. Ещё несколько предметов, похожих на ватные салфетки. Негусто.

— Нужен антисептик, — взглянул я на неё.

— Ох, да, сейчас, — брюнетка метнулась к шкафчику, доставая оттуда пузырёк с прозрачной жидкостью и так же быстро вернулась. — Спирт.

Я между тем проверил у раненого пульс. Еле прощупывается. Затем повернул раненого и увидел, что рана сквозная, на выходе не рваная.

Но я далеко не опытный врач. Интерн, который только устроился на работу, и как проводить операцию, знаю лишь из учебников. Вроде что-то такое было в теории. Плохо, что голова ватная — ни черта не могу вспомнить.

/Загрузка завершена.

Статус: ученик.

Навык: нет данных.

Анализ задачи: информация отсутствует.

Инструкция: недоступна/.

Вот опять эта хрень. Что за игры разума, мать их? Я пытался вспомнить, что произошло, откуда это во мне, но ответа не было. Мало того, стало только хуже. Прострелило такой болью, что я сморщился, и на мгновение потемнело в глазах.

— Шевелись, — процедил Гвоздь, ударив битой по небольшому шкафчику.

— Лёш, приди в себя, наконец, – процедила брюнетка. – Иначе мы покойники.

Так, ладно, приступим. Я вновь сконцентрировался, и снова вспыхнула полупрозрачная панель. Теперь я понял, что она возникла в сознании. Её никто не видел, кроме меня.

/Библиотека загружена.

Инструкция: операция по зашиванию сквозной огнестрельной раны груди в полевых условиях/.

Передо мной раскрылась инструкция. Прям как из той книги, которую я держал в руках. Когда я ее держал? Нет, что держал помню, а вот когда… сейчас времени разбираться нет. Я принялся за работу.

Руки поначалу не слушались, но затем, когда я обработал рану и сделал надрез, словно открылось второе дыхание. Руки перестали дрожать, и появилась какая-то странная уверенность. Я смотрел на полупрозрачный экран, изучал картинки и делал всё поэтапно.

Осуществил доступ через межрёберный промежуток. Провёл ревизию плевральной полости. Но два крупных сосуда были повреждены. Как я могу их зашить?

Имевшаяся в наличии у меня нить была грубой, и, понятное дело, не хирургической. Притом игла обычная. Зашивать такой сосуды — чистое сумасшествие. Я сосредоточился на ране.

И перед глазами мелькнула… нить? Какая-то призрачная, но это была нить. Откуда-то я знал, как нужно её зацепить и направить к первому крупному сосуду. Стоило мне довести её до места назначения, как нить замельтешила перед глазами. В итоге получился неплохой мерцающий шов. То же самое я проделал и со вторым сосудом. И это без всякой иглы!

Очень странно это осознавать, но я остановил кровь за счёт чего-то… странного. Ладно, разберусь с этим чуть позже. Сейчас надо довести дело до конца.

Брюнетка мне помогала. В этот раз подала салфетки, и я убрал при помощи них скопившуюся кровь. Не знаю, из какого материала сделаны эти салфетки, но справились они со своей задачей быстро, осушив рану.

Хорошо, иначе бы пришлось устанавливать дренаж. А здесь явно о нём и не слышали, раз ассистентка не приготовила его заранее.

В завершение следовало зашить саму рану. Я вновь попытался вызвать нить, но в этот раз не получилось. Пришлось зашивать, используя обычную иглу и ту самую грубую нить, которая имелась в наличии. Перед этим брюнетка обработала их спиртом. Я наложил более двадцати не очень ровных швов. Руки дрожали и плохо слушались. Меня будто выжали досуха, и в голове вновь начало гудеть.

Когда операция подошла к концу, я выдохнул. Вновь пощупал пульс раненого. Тот прощупывался лучше, стал более чётким.

— Всё, я закончил, — обратился я к бандитам.

Гвоздь подвалил ко мне, уставился на своего товарища на столе.

— Ну чо, можете выдыхать, – оскалился он, блеснув парой золотых коронок. – Помоги его поднять, Михей.

Два уголовника взяли дружка под плечи и, больше не сказав ни слова, вынесли из комнаты.

Руки мои дрожали от перенапряжения, пульс стучал в висках, а голова уже не только гудела, но и кружилась.

Я увидел стул в стороне и устроился на нём.

/Задача выполнена!

Операция проведена успешно.

Заработано: 50 очков опыта.

Бонус за применение особой способности «Магические швы»: +20 очков опыта.

Текущий уровень: 1 (70/100)/.

Так вот оно что! Особая способность! Вот откуда взялись эти нити! Но откуда у меня вообще эта способность, чёрт её подери?!

— Алексей, неужели ты справился? Ф-фух, — устроилась на соседнем стуле брюнетка. — Нас чуть не убили, и, между прочим, из-за тебя. У меня до сих пор руки трясутся.

— Из-за меня? — удивился я.

— А кто начал грубить им? Я что ли? — скривилась брюнетка.

Затем она подсела ближе и коснулась рукой моего виска.

— У тебя кровь. Прилично тебе прилетело, — покачала она головой. — Мне даже на секунду показалось, что тебе тот мудак голову проломил.

— Всё обошлось, — кивнул я, с трудом улыбнувшись.

— Даже шишки нет, странно. Нормально себя чувствуешь?

— Да, вроде, — кивнул я, понимая, что сознание будто уплывает от меня. — Надо отдохнуть. Не помню вообще ничего. Где мы, кто я. Даже твоего имени не помню.

— Долбанули тебя сильно, вот и не помнишь. Настюхой меня звать, — растянула улыбку девушка.

— Настя, значит, ага, — кивнул я.

А какого чёрта я Алексей, мне ещё предстоит разобраться. Но раз не помню, как меня звали раньше, то в принципе сойдет.

— Помощник, на выход. К боссу, — показался в дверном проёме Михей, напряжённо посмотрев на меня.

Настя проводила меня испуганным взглядом.

— Мы же справились! — воскликнула она.

— Да успокойся ты уже! Просто поговорить хочет, — прикрикнул на неё Михей. — Давай шевелись. Крест не любит ждать.

Я поднялся со стула, меня качнуло. Брюнетка хотела что-то высказать бандиту, но все же не решилась.

Я вышел, снимая белый халат и накидывая его на вешалку у входа. Затем проследовал по коридору за бандитом. Прошёл мимо зеркала, бросив в него взгляд. И холодок пробежал по спине. Это был не я. Кто-то другой!

Волевой подбородок, плечи шире, глаза голубые, а не карие.

И тут я вспомнил…

Алексей Логинов… Нет, я Владимир Тимашов! Я это точно помню… Да, я точно Владимир, не Алексей!

Но почему я-не я? Дочитался книжек про попаданцев и сам так вляпался? Вот же ж…

Ну а как ещё это назовёшь? Жил в отдельной квартире, доставшейся от бабки. Три остановки метро до больницы, в которую устроился после окончания мединститута. На еду вполне хватало денег, что мне продолжали высылать родители каждую неделю. Живи и радуйся, что называется.

А затем полез я в щиток на площадке — свет погас в квартире, хотел пробки проверить. И всё, больше ничего не помню.

— Алексей, я ведь могу и поторопить, — угрюмо произнёс Михей.

Я продолжил свой путь до входной двери. В голове бардак от кружащихся мыслей.

Неужели это правда? Меня закинуло в чужое тело? Это не сон? Ущипнул себя за руку — больно. Вот же…

Мы вышли на улицу, и Михей указал в сторону чёрного седана:

— Садись на заднее.

Я открыл дверь, встретившись взглядом с Гвоздём.

— Ну что, как головушка? — оскалился он.

— Жить буду, — хмыкнул я, стараясь не показывать, как у меня болит голова. Начало стрелять болью в лобной доли, будто туда кто-то гвозди заколачивал.

— Но недолго. Крест вызывает либо когда хочет похвалить, либо когда планирует замочить, — продолжал куражиться Гвоздь, когда мы тронулись в путь. — Хвалить тебя пока не за что. Вот и думай.

— Гвоздь, помолчи, — резко бросил в его сторону сидящий впереди Михей.

— Ну ты сам подумай, чо б Кресту вызывать этого сопляка? — Гвоздь положил мне локоть на плечо. И я скинул его руку.

— Не приставай к парню. Он помог нам, — повернулся к нему Михей. — Просто держи себя в руках. Иначе будет как в прошлый раз.

— Да понял я, чо ты вздёрнулся, — поднял руки Гвоздь.

Дальше мы ехали молча, лишь из магнитолы играл незнакомый шансон. Мужик, чем-то похожий голосом на Круга, пел про побег из тюрьмы.

Минут десять мы были в дороге, а я посматривал в окно. Если это другой мир, то я точно увижу что-то удивительное. Но как ни старался, так и не смог ничего разглядеть. Обычные люди в привычной одежде, совершенно такие же автомобили. Даже разметка, дорожные знаки и светофоры как и в моем мире.

Может, это всё плод моего воспалённого воображения? Эти нити, сообщения, инструкция, перед глазами, будто я подсматриваю в книгу?

Мои мысли прервал мордоворот, который ждал нас на стоянке перед воротами, за которыми расположился сделанный под старину двухэтажный особняк.

— Крест уже нервничает, — сообщил он густым басом.

— Всё, идём, — выскочил из машины Михей, и я тоже поспешил покинуть салон.

Мы прошли в ворота. Я заметил троих вооружённых автоматами охранников. Они проводили нас хмурыми взглядами.

Хозяин дома встретил меня в своём кабинете на втором этаже, сидя за массивным столом. Крест оказался плечистым усатым мужиком с трубкой во рту и каким-то одутловатым лицом. Его холодный равнодушный взгляд заставил меня вздрогнуть.

— Присаживайся, Алексей, — предложил он мне табурет у стола. А когда я устроился напротив, слегка нахмурился. — Что это за выкрутасы были? Расскажешь? Ты чо, забыл условия? А про долг, который мне торчишь? Тоже забыл? Отрабатывать надо, Лёша, усердней.

— Я не помню ничего. Гвоздь ударил меня битой, — пожал я плечами, чувствуя как во рту пересохло. Затем бросил взгляд на бутылку в стороне.

— Битой, говоришь? — заиграл желваками Крест. — Ты пей, не стесняйся, — подвинул мне бутылку воды авторитет, а затем крикнул в сторону замершего в дверях Михея: — Вы чо там, охренели, что ли, совсем?! У нас один лекарь остался, и того хотите уработать?!

— Захарыч у нас есть, — заметил бандит.

— Он ещё сидеть будет неделю как минимум, твой Захарыч, — процедил авторитет, пыхая трубкой и выпуская клубы сизого дыма.

— Да Гвоздь не специально, просто зацепился языком с Лёхой, вот и не выдержал, — промямлил Михей.

— В чём суть? Почему зацепились? — обратился он ко мне. — И этого не помнишь?

— Вообще ничего, — признался я, и Крест нервно задёргал усами.

— Алексей требовал нормальные инструменты для операции. Гвоздь сказал, чтобы брал то что есть и пошевеливался, — сообщил Михей.

— Потом ко мне позови, — мрачно сообщил Крест. Затем перевёл на меня пристальный взгляд. — В общем, так. Тебе надо свалить со своей хаты. На нас наехал Мамонт. Круто наехал. Пять жмуров и Кардан, которого ты резал. Так что вещи собирай и чеши вот сюда.

Крест положил передо мной клочок бумаги, на котором я разглядел адрес.

— Я не просто так говорю, Алексей. Дело серьёзное, — продолжил Крест. — Никому не распространяйся, где ты живёшь. Понял? И вот ещё.

Он положил передо мной небольшой пистолет, похожий на ТТ, но обойма чуть длиннее и ствол чуть шире.

— Этого не нужно, — произнёс я.

— Бери, дурак, потом спасибо скажешь, — ухмыльнулся Крест. — Ствол нигде не засвечен. Травмат.

Я взял оружие, спрятал его в кармане брюк.

— До вечера с Настюхой в лазарете будь, может, ещё кому помощь понадобится, — процедил сквозь зубы Крест, вновь пыхая трубкой. — А после семи домой и переезжай.

— Понял, сделаю, — кивнул я.

— Свободен, — холодно добавил Крест, продолжая на меня пялиться, будто что-то разглядел не то.

Я вышел в сопровождении Михея, он проводил меня до машины.

— Пуля, верни нашего лекаря в лазарет, — наклонился он к открытому окну водилы. — И поглядывай по сторонам.

— Понял, сделаем, — густым басом произнёс Пуля, покосившись на меня в стекло заднего вида. Он был таким здоровым, что еле помещался в водительском кресле.

Мы тронулись с места, водила вырулил из двора и встроил наш чёрный седан в автомобильный поток. Я же продолжал глазеть на мир за стеклом. Решил поиграть в игру «Найди 5 отличий».

И первое, что меня смутило — автомобильные знаки на транспортных средствах. Числовое значение было тем же, три цифры. Но вот буквы расположены совсем не так. Размещены они после чисел, а на некоторых впереди странные символы, вроде стрелы или меча. Притом вместо региона и российского флага — двуглавый орёл.

Очень интересно, надо в этом потом разобраться.

Отличие «номер два» я заметил пару минут спустя, когда мы проехали оживлённый перекрёсток. Стоило поднять голову выше, как мой глаз выцепил болтающийся в пространстве экран, на котором конечно же была реклама. Радостная девушка открывала шкатулку и доставала какие-то мерцающие плоды.

«Золотые жёлуди от „Сбера“! Насладись вкусом! Почувствуй жизнь!» — появилась размашистая надпись с завитушками.

Даже несмотря на то, что кружилась голова, и мутило, мне стало смешно. Сбер — это же банк. Кредитные карты, накопительные счета, инвестиции — и всё в таком духе. Но чтобы он жёлуди втюхивал? К тому же непонятно, что та девушка с этими желудями делает. Очень странно.

Что меня ещё удивило — экран не имел точки опоры. Он висел буквально в воздухе. Ещё одна загадка, которую надо разгадать.

— Приехали, — глухо пробубнил Пуля, поворачиваясь в кресле, и кресло под ним жалобно скрипнуло.

— Спасибо, — поблагодарил я и выскочил из салона, поднимаясь по уже знакомым ступеням.

Миновав коридор и ещё несколько дверей по бокам, я вернулся в лазарет, точнее в ту комнату, где и очнулся не так давно. Настя уже закончила отмывать операционный стол от крови и теперь закидывала инструменты в небольшую мойку.

— О, живой, и даже целый, — растянула улыбку Настя. — И что сказал босс? Ругался?

— Сказал, что надо быть осторожней, — поделился я с брюнеткой, устраиваясь у электрочайника и проверив воду. Затем нажал рычаг, и чайник зашумел, приступая к своим прямым обязанностям. — Мамонт какой-то на него наехал.

— Какой-то? — нервно хихикнула Настя. — Ты с дуба рухнул? Его все в городе боятся. Мамонт Петрович ещё называют.

— Я не знаю такого, — пробубнил я в ответ. — Кстати, насчёт дуба. Что такое золотые жёлуди?

— Лёш, может хватит стебаться? — Настя скривила ещё недавно симпатичное личико. — Ты память потерял, но не настолько же.

— Настолько, — вздохнул я и улыбнулся, вспоминая тот самый рекламный слоган. Но мою улыбку ассистентка восприняла по-своему.

— Нет, ты издеваешься, — процедила она. — Мало того, что чуть не подвёл нас под монастырь, так ещё и шутишь. А вот мне не смешно, Лёша! Совсем не смешно! Тем более после твоих слов о Мамонте.

Брюнетка замолчала, взглянула на наручные часы, поняла, что надо спешить. Сделала напор воды сильнее, начиная энергичней мыть инструменты.

Я же услышал, как щёлкнул чайник, булькая кипятком, заварил чайный пакетик. Принюхавшись, понял, что аромат странный какой-то. Вроде манго, но с другой стороны на упаковке нарисована трава, вроде мяты.

«Чёрный цейлонский чай с листиками кураре. Потрясающий и незабываемый вкус» — прочёл я.

Яд кураре. Но чтобы им травили местное население — это очень интересно. Хотя этот яд, насколько я слышал, добывают из коры растения, а тут листики.

Вообще ничего не понял, но не стал я пытать Настю. Она вон и так надулась как пузырь. Только злобно зыркает в мою сторону.

Так что лучше попью-ка я чайку. Плеснул я из графина прохладной водицы, разбавляя кипяток, затем глотнул чая. А что, неплохо. Вкус мяты и манго одновременно, причём манго был еле ощутимым.

Схватив из вазы галетное печенье и делая очередной глоток чая, я вспомнил про время. Если этот мир развит в плане технологий, значит, и смартфоны в нём есть, или что-то такое.

Мой взгляд остановился на шкафу. Раз в моих карманах нет телефона, значит, он в сменке. Ладно, потом доберусь, когда домой поеду.

— А Захарыч — нормальный мужик? — спросил я у Насти, решая разбавить паузу.

— Нормальный, — холодно ответила ассистентка. — Только строгий. Но справедливый. Кстати, он и заказывал инструменты. Его как раз и накрыли, когда он встречался с подпольным торгашом.

— Понятно, — вздохнул я.

— Всё, — Настя выключила воду, быстро вытерла руки о полотенце. — Рабочий день закончился. Мне ещё на ногти бежать.

Она вновь посмотрела на время, заохала, что опаздывает, кинулась к шкафу, достав светлое приталенное платьице по колено и отправилась за ширму в углу.

— Будешь подсматривать как в прошлый раз — прибью, — услышал я из-за ширмы. — И всё расскажу Толику.

Я улыбнулся. Ага, делать мне больше нечего. Если мой предшественник таким и занимался, то я таким не балуюсь. Смысла нет. Ещё и Толик какой-то у неё есть. Тем более.

Я сделал ещё глоток вкусного чая, затем направился к шкафу, обнаружив там явно мой спортивный костюм и кроссовки. Совершенно привычная одежда. Даже странно — мир-то другой.

Быстро скинул халат, льняные штаны и рубашку, надел костюм, затем кроссовки. Проверил карманы и почувствовал привычный прямоугольник смартфона. О как, значит, все же есть он у меня.

Вытащив телефон, я полюбовался им. Блестящий, чёрный, с тремя камерами. Я тыкнул пальцем, включая экран.

«Введите пароль» — гласила надпись. И шесть символов.

Ну замечательно. Я ведь не помню его. Ну и как мне его тогда включить?

Хоть время показывает и погоду. И то уже хорошо. А память Алексея, уверен, скоро ко мне вернётся.

Мы с Настей покинули кабинет. Нас уже ждал в коридоре Пуля. Ни слова не сказав, он закрыл на ключ операционную. С нами громила не пошёл, а исчез в одной из нескольких боковых дверей.

— Блин, на такси денег не хватает, — вздохнула Настя, взглянув на экран своего смартфона.

Уже сгущались сумерки, зажглись фонари и неоновые вывески магазинов.

— Придётся опять пилить на метро, — расстроенным голосом добавила брюнетка.

— А чем оно хуже? — улыбнулся я, направляясь вместе с ней к светящемуся в стороне знаку «М».

— Комфортом. Пусть даже в пробке постою полчаса, зато в удобном кресле, — пояснила ассистентка, уже сжимая во рту тонкую сигаретку и чиркая зажигалкой.

Поджигая сигаретку, она выпустила клуб дыма. В нос ударил запах… конопли?! Да что здесь происходит?!

— А ты что куришь? — я косо, взглянул на брюнетку, которая шла рядом, цокая каблучками.

— Лёш, тебе точно надо проверить голову, — заблестела на меня взглядом ассистентка. — Обычный табак.

— Аромат дыма довольно… специфический, я бы сказал, — заметил с легким напряжением в голосе.

— А, ты про это? — весело выдавила Настя и звонко рассмеялась. — Ну да, я тоже раньше ловила себя на мысли. Но это аромат вергона. . Я что, дура, коноплю курить? Меня сразу же завернут на ближайшем датчике. Да и не собираюсь себя травить.

Ну вот, ещё какие-то датчики появились. Потом выясню, а то она уже злится от расспросов.

Пока следует уложить в голове те странности, которые уже заметил.

Мы спустились в подземку в толпе людей, которые спешили домой.

Над каждым турникетом мерцал небольшой красный значок в виде буквы «Х». Люди впереди прикладывали сотовые к небольшому тёмному кругу на турникете, и экран менялся на зелёный, в виде галочки. Пасти турникета в это время открывались, пропуская оплативших проезд.

Настя прошла, проделав то же самое, а я достал свой телефон. Значит, нужно просто приложить? Интересно, есть ли у меня деньги на счету. Прислонил я телефон к нужному кругу, и значок поменялся на зелёный. Турникет открылся, приглашая пройти дальше.

На платформе наши пути разошлись. Настя повернула направо, мне же нужно было налево.

Память предшественника порционно подкидывала мне информацию. Я точно знал, что мне выходить на Таганской, а затем пилить ещё полкилометра до девятиэтажки, где я снимаю однокомнатную квартиру.

Зашел в вагон, двери с шипением закрылись, а приятный грудной женский голос объявил следующую станцию.

Я огляделся. Все уткнулись в смартфоны, будто зомбированные. Всё как в моём мире.

Хотя нет. Некоторые держали телефоны в руке, закрыв глаза. Что они делали, я пока не понимал, но явно ведь не спали. Например, глаза парня напротив были закрыты и двигались под ве́ками, будто он читал книгу.

Еще я обратил внимание на стену. Несколько экранов — что-то вроде голограммы. Уменьшенные копии того, что я заметил между высотками.

И реклама интересная. Те же «золотые жёлуди от Сбера», новый броневик «Запорожец». Насчёт последнего я удивился, насколько он мощный. Это не тот горбатый кроха, над которым мы смеялись в детстве. Совершенно другой. Я бы тоже хотел обладать таким красавцем. С некой усиленной капсулой, которая выдержит даже прямое попадание баллистической ракетой.

«Запорожец — ваш гарант безопасности».

Я не выдержал и хохотнул, представляя, как бы это выражение восприняли в моём мире, чем спровоцировал на подозрительные взгляды соседей.

Затем пошла реклама сладостей непонятной марки, потом йогурт с каким-то активным урром.

Охренеть просто! Да ещё и память Алексея Логинова молчала как проклятая.

Мне вроде бы и хотелось вернуться в родной мир, а с другой — этот я ещё не узнал как следует. Только это пока сдерживало от нарастающей паники из-за происходящего. Может, все не так плохо?

Я вышел на Таганской, поднялся по эскалатору и выскочил на свежий воздух. Моросил дождь, было прохладно, но не настолько, чтобы замёрзнуть в спортивном костюме. Переходя по зебре дорогу, я пошёл в сторону своего дома, чувствуя на себе чей-то взгляд.

Пейзаж привычный — спешащие домой люди, пара рекламных вывесок, привычные панельные многоэтажки.

Добравшись до своей квартирки, которая выглядела совершенно привычно, я собрал все вещи, которые нашел, в спортивную сумку. Их оказалось немного.

Пара футболок, серые штаны, ещё один спортивный костюм, несколько пар носков и плавки. Ещё туфли, которые я точно не буду носить. Видно, прошлый Алексей любитель попинать камни. Носы туфель сбитые напрочь. Да и потрёпанные они какие-то. В общем, я выкинул туфли в мусорное ведро.

Открыл холодильник, забирая из него бутылку воды, пачку сосисок, макароны и пакет кефира. Закинул всё это в сумку, поняв, что очень сильно хочу есть. Но раз Крест сказал, что надо срочно валить, значит, трапеза откладывается.

Закрывая за собой дверь, я положил ключ под коврик. Из памяти всплыло, что этого достаточно, чтобы переехать.

Спустившись в лифте, я выскочил из подъезда и заметил знакомый седан на другой стороне улицы. Пуля махнул мне из открытого окна, подзывая.

— Садись, Алексей, — пробасил он.

Я устроился в салоне, и Пуля ударил по газам. Мы повернули в проулок, затем выехали на оживлённую улицу.

— Чтоб вас! — ударил по рулю Пуля. — Уже пробка. Так, поступим по-другому.

Он развернулся до того как нас подпёрли сзади. Гневно засигналили несколько автомобилей, которые ударили по тормозам.

— Чо сигналишь?! — зарычал Пуля в окно одному из водителей. — В жопу себе посигналь, урод!

Мы вновь повернули в проулок, затем попетляли по улочкам и остановились у очередной девятиэтажки.

— Всё, давай, — напряжённо выдавил Пуля. — Ключи под ковриком, как всегда. За хату проплачено на месяц, потом платишь ты. И смотри по сторонам, ушами не хлопай.

— Понял, спасибо тебе, — отозвался я, выходя из салона.

— Спасибо, ха! — услышал я в ответ. — Смотри аккуратней там, лекарь.

Седан сорвался с места, оставляя меня наедине с унылым пейзажем. Пара кривых деревьев у входа, полуразвалившийся козырёк подъезда, двери, обитые вагонкой и прожжённые в нескольких местах сигаретами.

Ещё лучше, чем было, блин!

Я зашёл в подъезд, подскочил к лифту и увидел табличку «Ремонт». Рядом вторая кабинка, над которой горела цифра «7». Подождал минуту, но ничего не поменялось.

Придётся топать по лестнице аж на шестой этаж. Я со вздохом зашагал по ступенькам, отмечая, что во многих местах освещение отсутствует.

Первый этаж, второй…

Голова вновь начала кружиться, а ноги будто свинцом залили. Когда я поднялся до четвёртого этажа, появилась одышка.

На пятый этаж я чуть ли не заползал. Силы окончательно покинули меня.

/ВНИМАНИЕ!

Угроза в радиусе 20 метров! /

Неужели меня вычислили люди Мамонта?!

Ослабевшей рукой я нащупал в кармане травмат. Адреналин выплеснулся в кровь, давая силы и обостряя органы чувств.

/ВНИМАНИЕ!

Угроза в радиусе 15 метров/

Именно в этот момент я заметил тень, мелькнувшую на площадке сверху. Кто-то спускался вниз, причём он был не один.

— Пацан уже зашёл, — услышал я тихий голос. — Лифт тормознули.

— Тогда валим его и уходим, — прошипел второй.

Я на секунду замер, но взял себя в руки и достал пистолет.

Глава 2

Наверх мне путь заказан. Маловероятно, что я справлюсь с двумя. А если там их трое? Нет, не буду рисковать. Надо воспользоваться эффектом неожиданности и валить отсюда куда подальше.

Стараясь не поднимать шума, я спрятал травмат в карман куртки и спешно начал спускаться по ступеням. Повезло — пластичные подошвы кроссовок позволяли спускаться почти бесшумно. Спортивная сумка не давила плечо и не мешала двигаться.

Один пролёт, второй, третий… Если сейчас кто-то мне позвонит — всё, считай пропал. Только бы не позвонили! и даже звук выключить не могу — мало ли зазвенит…

В висках бился пульс, а в голове мелькала лишь одна мысль: хоть бы никто меня не ждал на выходе. В это верилось с трудом, но всё же была надежда вырваться.

Когда я оказался на втором этаже, с лифтовой площадки выскочил лохматый парень. Широкоплечий, спортивный, с татуировкой на щеке.

— Сюда иди, э, — загундосил он и оскалился, на ходу раскрывая нож-бабочку.

Оказавшись рядом, лохматый сгрёб мой воротник и пихнул меня на руку с выставленным лезвием. Нож целил аккурат в мой живот. Я в последний момент закрылся сумкой, в которую и воткнулась бабочка.

Лохматый вырвал нож и нанёс ещё удар теперь уже целясь в шею, но я успел выхватить травмат, направил ствол в грудь бандита и нажал на курок.

— Бу-у-ум-м-м! — громыхнул выстрел, отдаваясь эхом в подъезде. Лохматого отшвырнуло, впечатывая в стену, а у меня напрочь заложило уши.

Нихрена себе травматик! Отличное средство самообороны.

Наверху зашевелились мои преследователи, кинувшись по ступеням вниз. Ну а я не собирался надолго здесь задерживаться. Сиганул на первый этаж, буквально плечом открыл подъездную дверь и… чуть ли не врезался в Пулю, который собирался заскочить в подъезд.

— Не тормози, малой! В тачку! — зарычал он. Чёрный седан водила подогнал к подъезду, поэтому он быстро прыгнул за руль, а я галопом преодолел расстояние до машины, по пути заметив два тела у стены.

У одного был нож в плече. Раненый мычал расквашенным лицом и пытался его вытащить. У второго свёрнута челюсть. Он валялся без сознания.

Я запрыгнул в тачку на заднее сиденье, кинул рядом сумку. Пуля сразу же надавил на газ. Движок взревел, шины завизжали, и мы сорвались с места.

Позади нас громыхнули два выстрела. Одна из пуль с глухим стуком ударила в багажник.

— С-суки, — процедил Пуля. — Опять на ремонт везти, — затем он зыркнул на меня в зеркало заднего вида, — Ты как, малой? Не ранен?

— Всё отлично, — кивнул я, чувствуя, как в груди колотится сердце. — Одного подстрелил в подъезде.

— О, это по-нашему, — оскалился Пуля. — А ну покажь ствол.

Я вытащил из кармана ещё тёплый, пахнущий порохом пистолет, показал ему.

— Беркут, что ли? — усмехнулся он. — Да им только голубей пугать, чтоб не срали на памятники! Ха-ха! Хотя если вплотную шмальнуть…

— Я так и сделал. Он хотел нанести ножевое, целился в сердце, — выдавил я, осознавая, что жизнь моя висела на волоске.

— Сразу видно лепилу! — засмеялся Пуля. — Разговариваешь заумно. Ну да, тогда его прилично накрыть должно было. У меня в детстве была такая игрушка. Так мы в карьер бегали, бродячих собак пугать и в войнушку играли… А сейчас во, зацени.

Не отпуская руль, водила вытащил из-за пояса ствол, похожий на беретту. Видел такую в одном из боевиков. Вроде Стивен Сигал мочил из неё злодеев.

— Пятнадцать пуль, усиленных, — причмокнул Пуля. — Так что, малой, такой надо брать. А с тем, что у тебя, на серьёзное дело не пойдёшь. Только проблем заработаешь.

Смартфон в кронштейне, закреплённом на приборной панели, разразился энергичной мелодией. Пуля тыкнул пальцем в экран, принимая звонок. Сразу поставил на громкую связь.

— Как у вас? — донёсся из динамика напряжённый голос Креста. — Алексея вытащил?

— Он сам вышел. Я лишь зачистил вход, — сообщил водила. — Двух мамонтят успокоил.

— Что с ним? Не ранен?

— Цел и невредим, — весело ответил Пуля, затем крикнул мне: — Малой, подай голос!

— Да не ори так. Башка трещит, а тут ты орешь, — проворчал авторитет.

— Всё нормально! — отозвался я.

— Знач так. Вези его на Профсоюзную пять, квартира семь. Там есть свободная хата, — сообщил Крест водиле. — Хозяин в курсе, он живёт этажом выше. Нашим когда-то сдавал уже угол. Пуля, ты понял?

— Да, всё запомнил, — отозвался водила.

— Проплати хозяину за неделю, а там что-нибудь безопаснее подыщем.

— Понял, босс, — прогудел Пуля. — Сделаем всё по красоте.

— Я не сомневаюсь, — сухо бросил в трубку авторитет и отключился.

— Разворачиваемся, — закряхтел Пуля, выворачивая руль. Кресло натужно заскрипело, грозясь рухнуть на меня. Я даже на всякий случай отсел подальше.

Мы проехали ещё пару экранов, которые я видел раньше. На одном шла реклама тонированного гоночного болида каплевидной формы. Причём меня удивила марка машины. Волга. Охренеть, да эта Волга любым Феррари и Порше фору даст!

На втором экране шёл ролик, где счастливая семейная пара застилает большую кровать постельным бельём, усыпанными странными мерцающими символами. Я так и не разобрал, что там за витиеватые закорючки.

— Всё, приехали, — остановился Пуля. — Посиди пока.

Грузный водила достаточно бодро покинул кресло, выскакивая из салона. Заскочил в подъезд многоэтажки, такой же серой, как и сотни домов в городе. Через минуту Пуля показался из подъездной двери и позвал меня.

Мы поднялись по лестнице на третий этаж. Освещение здесь было получше, чем в прошлом подъезде, и лестничные пролёты шире. Да к тому же чисто, ни соринки. Видно было, что за подъездом следят.

Оказавшись у двери, за которой играла громкая музыка, Пуля нажал на кнопку звонка, затем ещё раз, и ещё.

Наконец-то щёлкнул замок, дверь открылась.

— Чо надо? — окинул нас пьяным взглядом мужик в майке и трико.

— Да то и надо. Нашего человека пристроить. Крест звонил тебе, — так же резко произнёс Пуля.

— Какой, мля, Крест? Вы о чём ваще? — затем мужик задумался, почесал небритый подбородок. — А, да, точно. Ладно, тогда по деньгам. Я бы хотел…

— Знаем мы твои расценки, — буркнул Пуля. — Давай ключи.

— Ну, сразу бы так и… — расплылся в улыбке мужик. — Меня Борис зовут. Договор подписать, эт самое…

— Никаких договоров, ты ведь знаешь, — сказал Пуля.

Пьяный мужик в это время протянул смартфон, на котором высветилось окошко какого-то банка.

— Убери, — зыркнул на него Пуля. — Крест только налом платит.

Он протянул соседу пачку купюр, и тот выхватил её, проявив чудеса реакции.

— С-с вами приятно иметь дело, — Борис довольно улыбнулся, быстро пересчитал бумажные деньги. — А чо эт такое?

— На неделю, — холодно сказал Пуля.

— Я сдаю помесячно, э! — выкрикнул Борис.

— Э! Разговаривать так со своей женой будешь! — надвинулся на него Пуля.

Борис попятился, выставил руки, нервно хохотнул.

— Да всё, понял. Во, держи, — кинул он мне кольцо, на котором болтались два ключа. — Всё?

— Всё, — кивнул Пуля, закрывая дверь перед его носом. Дверь вновь открылась, но водила снова её захлопнул, на этот раз более резко.

Мы спустились на второй этаж, останавливаясь у съёмной квартиры.

— Всё, отдыхай, — Пуля хлопнул по моему плечу могучей рукой. Так, что я дёрнулся в сторону. — И включи, наконец свой телефон. А то мало ли что.

Водила исчез на лестничной клетке, а я подошёл к двери, обитой потёртым и расцарапанным дерматином. С трудом, но открыл верхний замок, следом второй, зашёл внутрь.

Пошарив в темноте рукой в поисках выключателя, я нашёл клавишу слева. Небольшой плафон под потолком осветил прихожую.

Я хмыкнул, осматривая сие благолепие. Комната в студенческой общаге — хоромы по сравнению с этим убожеством.

Прихожая сразу переходила в небольшую комнату, где ничего не было кроме кровати-полуторки, покосившегося кресла с подбитой ножкой и узкого шкафа в углу. На дощатом полу следы от потушенных окурков. И застарелое амбре перегара с куревом — будто в рюмочную зашёл. Уныло всё, в общем.

Хотя нет, на стене я заметил небольшой телек, правда пульта нигде не было.

Я прошёл на кухню, кинул сумку на один из стульев, доставая еду.

И здесь всё та же разруха. Два сиротливых шкафчика на стене, металлическая мойка с капающим краном. Несколько напольных шкафов, ну и холодильник в мой рост, у окна.

Что ж, неделя не месяц, так что это лучше, чем отправиться на тот свет от руки очередного уголовника.

Меня приятно удивила ванная. В ней я обнаружил душевую кабинку, причём вполне нормальную. Освежившись, я вернулся на кухню и приготовил простейший ужин из того, что было. Хотя я был так голоден, что умял тарелку макаронов с сосисками в два счёта.

Затем разобрал вещи, осмотрел прорезь от ножа в спортивной сумке. Если бы не она, меня бы уже здесь не было.

А где бы я был? Может, вернулся бы обратно? В больничный коридор? Хотя я почему-то подсознательно понимал, что этого не произойдёт. Проверять особо не хотелось. В груди похолодело, сердце сжалось до боли. Трудно принять то, что теперь это моя жизнь.

Там у меня было многое впереди. Карьера врача-хирурга. Родители, которые так радовались тому, что я устроился интерном. Костик, с которым мы дружили со школы и постоянно зависали в ночных клубах. Ленка с соседнего подъезда, с которой гуляли по вечерам и мечтали о будущем.

А здесь что меня ждёт? Работа на Креста? Постоянно ходить на измене, опасаясь, что прирежет очередной уголовник?

Но всё же следовало хотя бы на время принять правила игры и разобраться, что это за Система поселилась у меня в голове, и как её вызвать?

Я попытался вспомнить, что было, когда я увидел экран. Сфокусировался на дыхании, сосредоточился.

Перед глазами мелькнула картинка, которая тут же и погасла.

Сверху громче задолбила музыка. Раздались крики, кто-то упал, затем что-то разбилось. Весело отжигает Борис, ничего не скажешь.

Только дело в том, что сбиваться нельзя. У меня ведь почти получилось.

Я вновь задышал ровно и глубоко. И… передо мной раскрылись страницы книги.

«Большая книга хирурга» — прочёл я.

И в голове сразу же мелькнула шальная мысль. Когда меня шибануло током из электрощитка, я держал под мышкой эту книгу. Получается, что после смерти я попал в тело Алексея, когда его отоварили битой, а страницы книги каким-то образом отпечатались в моём сознании.

Я мысленно пролистывал книгу, изучая знакомые страницы. Сколько здесь ценного, что спасёт мне жизнь в этом мире — и не сосчитать. Что самое важное — система сама находит то, что нужно в данный момент, по моему мысленному запросу.

Сверху вновь заорал матом Борис, ему ответил истеричный женский голос. Что-то грохнуло об пол, а затем снова всё стихло.

Повезло мне с соседями, не то слово.

Только я взял в руки телефон, как в дверь затарабанили, затем раздался громкий протяжный звонок.

Я отправился к двери, посмотрел в глазок и увидел искажённую физиономию Бориса.

— Да, слушаю, — приоткрыл я дверь.

— Да пусти ты, — он оттолкнул меня в сторону, заходя в прихожую и деловито оглядываясь. — Уже небось сломал чо-то?

— Было бы что ломать, — усмехнулся я.

— Ты это… — Борис потряс пальцем перед моим лицом. — Смотри у меня. Вс-сё проверю, ик.

— Что хотел? Мы же обо всё договорились.

— Вы договорились, а я нет, — выдавил Борис, добавляя перегара в комнату. — Мне нужны деньги за месяц. А чо вы мне дали? За неделю? Не, так не пойдёт, ребята.

— С тобой договорились на неделю, — холодно произнёс я.

— Я сдаю квартиру, — Борис тыкнул себя в грудь. — Я. Не ты, а я! И я тут хозяин. Плати прям щас за месяц вперёд, иначе спущу с лестницы.

— Нет, не спустишь, — я бросил взгляд в сторону травмата, который я оставил в сумке у шкафа. Что-то уж больно агрессивно этот тип себя ведёт.

— У меня очередь таких как ты! — только распалялся Борис, краснея. — И мне похер, что твои друзья трещат. Звони им! Ну!

— Ты хочешь проблем? Я от Креста, — напомнил я, но кажется, что он всё забыл и все мозги свои пропил.

Борис захохотал в потолок, затем насмешливо посмотрел на меня.

— Крест. Ну да, так я и поверил. Сопля ты ещё. Крест, говорит… — выдавил он.

— Иди проспись, дядя, — толкнул я его плечом, открывая дверь. — За квартиру оплачено? Оплачено. Значит, ты вломился в чужую квартиру.

— Чужую? Да ты, с-ска, что, совсем… тварь… уф-ф, — Борис надул щёки, покраснел и сжал кулаки, надвигаясь на меня. Лицо его исказилось от концентрированной злобы.

Я не успел увернуться и получил удар под дых.

Воздух со свистом вылетел из моих лёгких, боль вспыхнула в грудной клетке. Я согнулся, хватая ртом воздух.

— А теперь, сучёныш, гони бабло, иначе я тя рвать буду! — зарычал Борис.

— Пош-шёл ты, — выдавил я, распрямляясь и встречаясь с его злобным взглядом.

— Ах ты, щ-щенок, — левая рука Бориса сжала моё горло, словно в тисках. Перед глазами заплясали тёмные пятна.

В этот момент непонятный импульс энергии поднялся изнутри. Она будто ждала всё это время, чтобы проявить себя точь-в-точь как тогда, во время операции. Но если тогда я её не почувствовал, то сейчас каждая клеточка моего тела будто вспыхнула, напитываясь силой. Борис что-то шипел мне в лицо, выплёвывая слова, а я схватил его за руку.

Импульс энергии словно перешёл к хозяину квартиры. Борис содрогнулся, отпустил мою шею и странно захихикал.

— Апр-р-рф-ф, — выдавил он, оскалившись в беззубой улыбке. — Ититьская сила. Прост… прост… их-хи-хи… Ну всё-всё… всё…

Борис поднял руки, продолжая хихикать, как дурак. Тут его глаза закатились, и он рухнул на пол как подкошенный.

А из меня будто всю жизненную силу выкачали. Ноги стали ватными. Я покачнулся, едва успев ухватиться за спинку стула, иначе бы клюнул носом в пол.

Голова кружилась, во рту пересохло, а в голове билась одна мысль: надо срочно вытащить этого придурка из квартиры.

Я схватил Бориса за шиворот. Хозяин этой халупы вновь очнулся и находился будто бы в состоянии эйфории, и потащил к выходу. Благо он был всего чуть больше меня по весу, иначе бы не справился. Шатало меня знатно. Из последних сил я выволок этого бухарика за дверь, слыша его ишачий смех.

Непослушными руками кое-как закрыл дверь, щёлкнул замком и оставил ключ в замочной скважине. Даже если этот кретин оклемается и попытается зайти, у него ничего не выйдет.

Ноги заплетались, пока я шёл до кровати. Сердце билось неровно, с остановками, что не могло не пугать.

По пути я даже умудрился прихватить бутылку воды, которую оставил в сумке рядом со шкафом. Через несколько секунд я рухнул на скрипнувшую пружинами койку и хлебнул живительной влаги. Стало чуть легче, слабость немного отступила.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы приобрели новую способность: «Веселящий анестетик».

Уровень: 1.

Требуется время до полного восстановления способности/.

Я улыбнулся этому сообщению системы — всё что я мог сделать в текущем состоянии. А затем закрыл глаза и отключился.

Проснулся я, когда за окном ещё было темно. Сухость во рту сводила с ума.

Надо сказать, что поднялся с кровати я нормально. Жажда мучила, но всё же я был значительно бодрее, чем после того как отправил в незапланированный наркоз Борю.

Ведь это был самый натуральный наркоз, но с изюминкой. Не только обезболивающий, но ещё и веселящий. И я помнил последнее сообщение системы. У меня появилась новая способность.

Также я помнил и слова Пули. Надо включить телефон, иначе будут проблемы с Крестом.

Добрался до крана, открыл его на полную и присосался к нему как клещ. Не знаю, сколько я выпил воды, но постепенно состояние начало улучшаться. Головокружение прошло, сухость во рту тоже исчезла, сердцебиение выровнялось. Я вздохнул с облегчением.

Затем я умылся, доел то, что оставалось от вчерашнего ужина и понял, что будто заново родился. Ну, почти.

Вместе с организмом проснулся и мозг. Куча мыслей появилась в голове. Я постарался сконцентрироваться на главном.

Получается, применяя способность, я расходую скрытую внутреннюю энергию. И когда её становится слишком мало, организм отдаёт свои ресурсы. Витамины и минералы сжигаются моментально. Вода восстанавливает силы, но не так, чтобы отплясывать гопак.

А если всё так, мне следует найти универсальные средства, чтобы потраченные ресурсы восполнять быстро и в полном объёме.

Память Алексея Логинова проснулась, давая мне ещё немного информации. Я как раз схватил телефон, и тут же вспомнил пароль. Да, я его вспомнил!

Ввёл шестизначный код, и вот тебе на!

«Добро пожаловать, Алексей!» — прочёл я приветствие и радостно осмотрел несколько ярлычков.

«Галерея», «Вызовы», «Сообщения», «Проводник», несколько программ, назначения которых я пока не знал.

Кстати, мне кто-то звонил. Есть пропущенные, но с неизвестных номеров. Перезванивать — себе дороже. Хрен знает, кто это.

Затем телефон просигналил входящим сообщением. Тоже от анонима. Недолго думая, нажал «Открыть».

«Я знаю, кто ты!» — прочёл я, и холодок пробежал по спине.

Что это опять за чёртовы загадки?!

А следом с этого же номера пришло фото, которое начало загружаться.

Глава 3

Волнение зашкаливало. Я не знал, куда себя деть, пока грузилась фотография, и старался не строить догадки, пока не увижу, что же мне там прислали.

Но мысли, будто черви, вгрызались в черепную коробку. Кто это? Что им от меня нужно? Что они знают?

Память предшественника молчала, будто издеваясь надо мной.

Но вот файл загрузился. Я увидел себя, выходящего из подъезда. А над своей головой какое-то синее свечение, похожее на ауру.

Что это за свечение — ума не приложу. Фотошоп? Или нечто, зафиксированное датчиками? То, что я уже понял об этом мире — тут есть то ли магия, то ли техномагия. Поэтому, возможно, это какие-то замеры.

Но гадать можно бесконечно.

«Я не понимаю, о чём вы» — хотел я отправить сообщение. Палец замер над экраном.

Да пошёл он на фиг! Кто бы это ни был — пошёл на фиг! Зачем мне заводить беседу? Я просто заблокировал контакт, отмечая его спамером.

Разнервничался я прилично. Даже сердце забилось сильнее. Неприятно, что кто-то за тобой следит.

Но какой в нервах смысл? Что изменится, если я буду нервничать?

Как говорил мой отец: «Береги нервы смолоду, они тебе ещё пригодятся». Что ж, так я и поступлю.

Выкинув лишние мысли из головы, я решил проверить, насколько крепкое моё тело. В прошлом мире я взял за правило каждое утро разминаться. Элементарные отжимания и приседания неплохо разгоняют кровь и тренируют сердечную мышцу.

В прошлом мире я ходил в тренажёрку пару раз в неделю. Держал себя в форме, чтобы не превратиться в рохлю или, наоборот, в надутый пузырь, как некоторые мои сокурсники, валяющиеся на диване.

Серию упражнений пришлось завершить на десятом отжимании. Я просто упал на пол и не мог подняться. Ну ничего, это ведь только начало. Восстановлю и у этого тела нормальную форму.

Закончив с физподготовкой, я обратил внимание на смартфон. Пора заняться его изучением.

Схватив пластиковую коробку, я разблокировал ее кодом, который уже знал. Зашёл сразу в галерею.

Мой предшественник явно не был любителем выставлять напоказ свою личную жизнь. Или телефон был куплен недавно и ещё не успел впитать в себя ее фрагменты. Всего пара фоток. На одной Красная площадь. На второй он с какой-то носатой пухлой девушкой в обнимку. В упор не знаю, кто это такая, а память пока молчит.

Я зашёл в соцсеть, которая тут называлась «Импер». Забавно, что ник у меня был Скальпель Стетоскопыч. Остроумно, ничего не скажешь. И аватар анимэшный — парень с двумя скальпелями в руках вместо кинжалов. В инфе акка лишь упоминание, что закончил Московскую Академию, фельдшерский факультет.

Несколько страничек в друзьях. Михаил Рюмаев, судя по щёкам, полного телосложения, одногруппник. Рома Хмурый, набыченный рыжий парень на фото, и действительно хмурый на вид. Согласно инфе в аккаунте, сокурсник, но на лекарском факультете. Ещё несколько друзей. Среди них та самая носатая пухлая подруга, ну или может даже девушка, Зинаида Артишок. Это точно не придуманный ник, скорее очень редкая и забавная фамилия.

Насти-ассистентки в друзьях не было. Зато в личке мы переписывались, но в основном по работе.

Я полазил по другим личным сообщениям. Ничего интересного, пустой трёп. Хотя неделю назад обсуждали с Рюмаевым и Хмурым вылазку в одну из кафешек на Тверской. Но так обсуждение и заглохло на минорной ноте. У Хмурого внезапно появились дела, а Рюмаев слёг от какого-то зелёного гриппа.

Группы — «Интересное рядом», «Анимэ тут», «Смех да и только» и ещё несколько бесполезных ерундовин.

Затем я зашёл в мессенджер, «Пульс». Но там вообще ничего интересного я не увидел. Лишь фото котов и кроликов от Зинаиды, и эмоциональный рассказ, как она работала официанткой в «Брокколи-хаус», и к ней приставали пьяные посетители, а управляющий орал по любому поводу.

В общем, я выкинул из головы лишний информационный шум, затем зашёл в поисковик. На удивление, он назывался также — Яндекс. Только ещё стоял значок «+».

Почитал новости, полазил по сети, и стало более-менее ясно, где я нахожусь.

Российская империя. Правит ею монарх, император Пётр III Астафьев. Увидел фото государя в одном из залов Кремля. Аккуратная бородка, волевой подбородок, мудрый взгляд, в котором прослеживалась сила и уверенность.

Затем взглянул на новости.

«Посол Пятого Рейха принят в Кремле». И лысый хрен в костюмчике, здоровающийся с императором.

Рейх? Мы же его победили в Великую Отечественную. А здесь войны не было, что ли? Я решил чуть позже вернуться к местной истории. Никогда не интересовался политикой, и не собираюсь. Но вот на ключевые вопросы ответы знать нужно, чтобы не палиться.

«Закончено строительство пятой скоростной магистрали Москва— Владивосток!» — так гласила очередная новость.

И скоростные болиды, вроде той Волги, что я видел на рекламном экране. Даже видео посмотрел. Крутые тачки рассекают пространство, устремляясь через всю Империю в сторону восточного порта. А диктор на фоне чуть ли не в истерике бьётся от счастья и благоговения перед таким событием.

Оказалось, Российская империя занимает почти всю Евразию. Лишь Турция на юге, на востоке клочок Китая. А в Европе — Германия вместо Нидерландов, и островная Британия.

И самое главное открытие — магия в этом мире всё же есть.

Лекари владели даром. Но не все. Таких специалистов было достаточно, способности их разные, как и стоимость услуг, в зависимости от разряда. Прям как в технических специальностях моего мира. И я, судя по инфе в профиле, выпустился лекарем третьего разряда широкого профиля.

Ещё были целители. Их ценник просто космический. Лечение обычной травмы — от десяти тысяч рублей. А что говорить об операции на сердце и тому подобном.

Поэтому я сделал предварительный вывод о том, что целители — это как частные врачи для богатых. Нужно было спросить, у тех же друзей, причём сделать это ненавязчиво, не привлекая к своей попаданческой персоне никакого внимания.

Были и боевые маги, но их единицы, и в основном это князья и графы сильных дворянских родов. Вроде императорской семьи, Меньшиковых, или Останиных, которые упоминались как самые сильные маги Империи.

Пока я лазил в Сети, уже рассвело. Даже более того — я взглянул на время «08:30».

Вновь проснулся аппетит, и я решил приготовить оставшиеся макароны. Сосиски-то я уже все приговорил.

Во время скудного второго завтрака, уныло пережёвывая неказистую пищу, я решил зайти в Сбер и два раза неправильно вводил пятизначный пароль.

«Внимание! При третьем неправильном вводе пароля счёт будет заблокирован на 24 часа».

Так, надо собраться. Я обратился к памяти Алексея, отрешившись от криков, доносившихся от квартиры сверху. Дядя Боря никак не угомонится. Очнулся и опять буянит.

Но теперь я вспомнил код гораздо быстрее. Успешно.

Затем вошёл в банковскую систему и увидел на своём счету всего пятьдесят один рубль.

В ценообразовании я относительно разобрался, когда изучал рекламные слоганы. Сто рублей здесь как десять тысяч в моём мире.

Даже с учётом этого я гол как сокол. Надо спросить у Насти, когда и сколько платит Крест за работу. А то надо ведь питаться чем-то, и на проезд тоже нужны деньги.

Кстати, проезд. Я зашёл в приложение банка и увидел, сколько я потратил на поездку в метро. Пять рублей. Это пятьсот рублей в пересчёте на привычные мне деньги.

Охренеть не встать! У меня на счету осталось всего на десять поездок на метро.

Кто-то позвонил в дверь. Я подошёл к глазку. Борис мялся перед дверью. Рожа опухшая, глаза заплыли, будто его пчелы покусали. Под глазом сине-красный фингал.

— Что хотел? — спросил я его, приоткрывая дверь.

— Ну во-первых, здравствуй, — покраснел он. — Во-вторых, я прошу прощения за вчерашнее. Помню смутно, и то не всё.

— Проехали, Борис, — ухмыльнулся я.

— Только не говори своему боссу, что я это… Ладно? — с надеждой во взгляде посмотрел на меня Борис. — Ну что ударить пытался, угрожал.

— Посмотрим на твоё поведение, — ответил я.

— Хорошее будет поведение, — закивал Борис. — Я уже всё осознал. Просто не хотелось бы ссориться с вами, ребята.

— Если бухать бросишь и жену перестанешь лупить, то не скажу ничего Кресту, — решил я хотя бы так повлиять на его зависимость.

— Гальку-то?! Ха-ха! — заржал Борис. — Да она сама вон… — он повернулся ко мне разбитым лицом. — Смарри чего сделала. Утюгом огрела.

— Мне это неинтересно, — попытался я закрыть дверь, и Борис выставил ногу, придерживая её.

— Только вот ты поговори со своим боссом. Хорошо? — вздохнул арендодатель.

— Насчёт чего? — прикинулся я дурачком.

— Да ты же знаешь о чём я, — в голосе Бориса появились раздражительные нотки. — Уговори босса, чтобы он мне за месяц хотя бы перевёл деньжат. А то я обычно на полгода заселяю, минимум. И так пошёл на уступки, ну.

Вчера говорил, что заселяет обычно на месяц, сейчас на полгода. Что-то путается он в показаниях.

Телефон зазвонил, и я вновь увидел незнакомый номер. Брать или нет? Затем я вспомнил, что говорил Пуля, и решил принять звонок.

— Да, кто это? — осторожно бросил я в трубку.

— Малой, собирайся, я подъезжаю, — услышал я густой бас Пули. — Срочная операция! Но пока не выходи, жди звонка.

— Понял, — произнёс я в ответ, нажимая на красную трубку.

Что там опять случилось? Мамонт опять покрошил людей Креста?

— Мне пора, — сообщил я Борису, который всё ещё придерживал ногой дверь.

— Ну ты ж поговоришь с боссом? — вновь заканючил хозяин квартиры.

— Это ведь решение Креста, не моё, — объяснил я ему. — Так что сам разговаривай с ним. Я тут ничем не могу помочь.

— Алексей же? Тебя так зовут? Так вот, Лёша, я перед тобой извинился, а ты так грубо разговариваешь… — заблестел глазами Борис.

— Я же сказал — спешу, — теперь уже грубо процедил я, и… не знаю что произошло. Борис отпрянул.

— Ладно, что ты кипятишься, — пробормотал он.

И что он увидел? Очень странно. Сразу поменялся в лице, будто я в монстра начал превращаться.

В спешке я натянул спортивный костюм, надел кроссовки и схватил ключи с тумбочки. Ровно в этот момент телефон снова ожил.

— Всё чисто в подъезде, выходи, — услышал я голос Пули и тут же выскочил на площадку.

На втором этаже громила встретил меня. На его лице я заметил синяк.

— Мамонт? — спросил я коротко.

— Да. Урод совсем берега попутал, — процедил громила, сопровождая меня к выходу.

Мы спешно покинули подъезд, сели в чёрный седан и рванули в сторону лазарета.

— Так что произошло? — поинтересовался я у Пули.

— Босс сказал не говорить никому об этом, — пробубнил водила, направляя машину через перекрёсток, затем завернул в переулок, внимательно посматривая в зеркало заднего вида.

— Я его людей штопаю, так-то, — напомнил я. — Работаю на него.

— Нельзя значит нельзя, — сказал, как отрезал, Пуля.

Мы добрались до лазарета. В коридоре меня встретил Михей, проводив в комнату.

В комнату притащили ещё один стол. Двое пострадавших. У одного, длинноволосого, проникающее ножевое в районе живота. Лицо второго, лысого, похоже на сплошное месиво. Он был так избит, что еле дышал и булькал кровью.

Я решил облегчить его участь. Коснувшись его руки, я передал импульс «Веселящего анестетика». Почти такой же, каким вчера успокоил Бориса. Лысый содрогнулся и затих, мерно посапывая.

Настя уже ждала у первого стола, где очень быстро терял кровь длинноволосый. Это приоритетный пациент. Он без сознания, что упрощало операцию. Хотя не сказал бы, что она будет намного легче, чем в прошлый раз.

— Алексей, ты же спасёшь их?! — окликнул меня Михей.

— Сделаю всё что в моих силах, — вздохнул я и попытался сосредоточиться.

Но здесь был мой главный раздражитель, Гвоздь, пусть сегодня и без биты. Скорее всего Крест сделал ему внушение. И настрой отморозка немного другим. Хотя по взгляду понятно, что отношения ко мне он не поменял.

— Ну что ты ждёшь, лепила, — процедил он. — Давай уже, шустрее.

— Гвоздь, заткнись! — рявкнул на него Михей. Уже он не выдержал.

— Да что я-то! — вспыхнул Гвоздь, сжимая кулаки, затем показал в мою сторону пальцем. — Ты вот ему потом предъяву кидать будешь за то что Сан Саныча и Филина не вытащил.

— Давай выйдем, покурим, — предложил ему Михей, облегчая мне задачу.

Я благодарно кивнул ему.

— Работайте, — холодно бросил нам Михей.

— Да, работайте, — помахал перед собой пальцем Гвоздь в нашу сторону, проходя к выходу. — И попробуйте только…

— Гвоздь, мать твою! — зарычал Михей.

— Да иду я, — насупился отморозок. — Надо было подстегнуть их.

Парочка удалилась, а я встретился взглядом с бледной Настей.

— Соберись и начинаем, — обратился я к девушке.

— Я уже готова, — кивнула она, положив руки на столик, у ванны с хирургическими инструментами.

Я вошёл в медитативное состояние. Для начала надо было оценить степень внутренних повреждений.

Эндоскопа, разумеется, под руками не было. Возможно, в этом мире и есть нечто подобное, но точно не здесь.

Оставался лишь один вариант — применить способность. Ту самую, что проснулась во мне во время первой операции.

Сосредоточился я на разрезе, вызвал магическую нить и коснулся ею ножевой раны. Я не собирался зашивать, а хотел понять, что творится внутри.

Но ничего не произошло. Разумеется, нити служат для того, чтобы зашивать. Но мне нужна диагностика. Причём срочно.

А затем почувствовал что-то. Будто еле осязаемая энергия, пульсирующая в груди, тонкой струйкой вытекает из меня. Несколько магических нитей сплелись в подобие щупа. Он скользнул в рану, и я понял характер повреждений. Вся информация вспыхнула в моём сознании.

Я убрал щуп, затем обдумал план действий. Задет желудок, надо зашивать. А затем переключиться на кишечник, который тоже был повреждён. Но для начала всё же следует сделать надрез.

— Скальпель, — протянул я руку, и ассистентка вложила затребованное в мою ладонь. Я сделал всё так, как было показано на странице книги. Еще вспомнил лекции, и съёмки операции на брюшной полости.

После разреза выступила кровь, и Настя моментально подала чудо-салфетки. Я прижал их к краям надреза, закрепил.

— Салфетки в рану, — сухо бросил я Насте, которая тут же аккуратно разместила их в ране. Когда салфетки впитали скопившуюся кровь, я аккуратно вытащил их пинцетом и приступил к зашиванию внутренних органов магической нитью. Дело кропотливое, но в итоге я справился.

— Ещё салфетки, — бросил я ассистентке, и она разместила их внутри разреза, окончательно высушив рану.

А через секунду я вновь выпустил магические нити, когда Настя убрала зажимы, и принялся зашивать кожный покров.

В этом процессе участвовали уже две магические нити. Было непросто управлять ими, но затем я приноровился. Представлял как зашиваю рану, а нити повторяли движения. Капельки пота выступили на лбу, и я почувствовал сухую салфетку. Ассистентка вовремя убрала помеху.

В итоге дело было сделано. Магические нити стянули края раны, материализуясь и превращаясь в тёмные, с виду обычные швы, которые рассосутся сразу после заживления раны. Это я точно знал, правда не понимаю, откуда.

— Ну что ж, теперь приступим ко второй жертве обстоятельств, — подошёл я к соседнему столу.

Сказал прямо как наш профессор, Аркадий Христофорыч, во время практики в институте. Он любил именно так изъясняться.

Чувствовал я, что могу не потянуть. После применения магических нитей ноги подкашивались, слабость разлилась по телу. Сейчас бы самое время перерыв сделать да чайку вприкуску с печеньем выпить. Немного выдохнуть, а набравшись сил приступить к избитому.

Но я понимал, что у меня даже пары минут нет. Избитый очнулся, что-то бормотал себе под нос и улыбался разбитыми губами.

Я вновь воспользовался магическими нитями для мониторинга состояния. Точно также собрал несколько магических нитей в подобие щупа, дотронулся им до пациента. Но, кроме трёх сломанных рёбер, критических внутренних повреждений я не увидел. Несколько глубоких порезов на руках, на боку и под ключицей. Одежда закрывала раны, и Насте пришлось разрезать рубашку.

После того как ассистентка собрала кровь салфетками, я зашил раны и занялся лицом. Два больших рассечения, из-за которых всё лицо было в крови, впечатляли.

Били кастетом, судя по характерным кровоточащим ссадинам, а пара овальных синяков на голове намекали на биту или что-то вроде того.

В общем и целом, мы справились. Я зашил открытые раны на лице. Настя натянула что-то вроде тугой тканевой повязки на грудную клетку, именно в том месте, где я сказал. Михей и Гвоздь уже вернулись пару минут назад и забрали длинноволосого, затем вернулись за лысым, который улыбался и фыркал под нос.

— Что с ним? — удивился Михей.

— Он под наркозом, — объяснил я. — Всё нормально.

— Напоил его чем-то, да? — Гвоздь скривился, да так, что мне хотелось впечатать ему в рожу кулак. Но что будет потом, понятно и без уточнений.

Скорее всего я окажусь на одном из этих столов, и не факт, что выживу после помощи, оказанной Настей. .

— Какая тебе разница? — улыбнулся я, чувствуя все усиливающуюся слабость.

— Ещё так заговоришь, щегол, я те, знаешь чо?.. — зарычал в мою сторону Гвоздь.

— Иди вперёд, говорю, — осадил его Михей.

Они покинули нашу операционную. Пока Настя отмывала кровь со столов и пола, я на дрожащих ногах двинулся к столику.

Что-то стало совсем дурно. Голова была чумная, всё расплывалось перед глазами. Это без сомнений что-то вроде отката после применения скрытой во мне силы. Это сомнений уже не вызывало.

— Знаешь, а ты меня радуешь, Лёш, — услышал я голос ассистентки, который раздавался в голове эхом. — Я бы никогда не подумала…

Почти наощупь я нажал на клавишу чайника, который тут же зашумел. Увидел графин с водой, потянул руку…

/Задача выполнена!

Операции проведены успешно.

+100 очков опыта.

Бонус за применение особой способности «Магические швы»: +20 очков опыта.

Бонус за применение особой способности «Веселящий анестетик»: + 20 очков опыта/.

Отлично.

Это была последняя мысль до того как в голове окончательно помутилось. Потолок и пол поменялись местами, и я рухнул на пол, теряя сознание.

Глава 4

— Алексей! Лёша! Очнись! — голос ассистентки был глухим, отдалённым. Я будто вынырнул на поверхность. — Что с тобой?

— Да, всё отлично, — онемевшими губами пробормотал я. Кровь между тем постепенно приливала к лицу.

— Да ты бледный, губы синие. Может, водички? — спросила Настя.

Я всмотрелся в её лицо. Взгляд испуган, губы дрожат. Возможно она искренне переживала о моём здоровье. А может понимала, что будет, случись со мной что-нибудь. Её поставят оперировать, пока будут искать мне замену, а она не справится. И… ну понятно, чем всё закончится.

Я поднялся, поднял стул и устроился за столом, принимая стакан воды от Насти.

— Пей давай уже. Куда уставился? — настойчиво произнесла ассистентка.

А замер-то я неспроста. Система ожила. Поднеся стакан ко рту, я мелкими глотками вливал в себя воду и продолжал смотреть перед собой.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Достигнут новый уровень!

Бонус за получение уровня: Усиление особой способности «Магические швы».

Теперь швы наносятся быстрее, точность их увеличивается, а затрачиваемая энергия уменьшается.

Текущий уровень: 2 (110/250)/.

— Ну что, полегче? — с надеждой в голосе спросила Настя.

— Да, всё хорошо, — честно ответил я.

Даже не так. Я себя прекрасно чувствовал. Новый уровень, похоже, подпитал меня силой, энергия восстановилась. Мало того, я себя чувствовал свежее, чем даже утром.

Ух, а что будет на третьем уровне? Наверное, и скрытой энергии прибавилось, но об этом Система молчала.

— Напугал. Что случилось-то? — всмотрелась в меня Настя.

— Сам не пойму. Операции сложные, вот, наверное, организм и не выдержал, — рассудительно произнёс я.

— Ещё бы, ты молодец, — улыбнулась Настя. И я отметил, что улыбка ей очень идёт, вот только улыбалась она редко. — Такие сложные операции. Захарыч тебя бы точно похвалил.

— Он бы меня и не допустил до них, — рассмеялся я.

Память Алексея и тут подкинула мне пару крупиц информации. И то, что я помнил, говорило не в пользу Захарыча. Я был для него вечным учеником. Стоял рядом, смотрел, помогал, но под его бдительным присмотром. Не доверял он мне, да и никому бы не доверил работу, предпочитая сделать все сам. Еще и характер тяжелый.

— И как попался Захарыч? Ты знаешь? — ненавязчиво спросил я.

Настя округлила глаза, наклонилась ко мне и прошептала:

— А тебе это зачем? Меньше знаешь — крепче спишь. Так что не знаю я ни черта, что произошло.

— Ну и ладно, — пожал я плечами. — Просто спросил.

— Здесь надо держать язык за зубами, иначе отрежут, — огляделась Настя, будто в поисках скрытых камер или жучков.

Но намёк был ясен.

— Что ж, пойду прибираться, — вздохнула Настя. — А то опять полно крови. Ты чай пока завари.

— Да он и остыть успеет, пока ты управишься, — я поднялся со стула.

— Намекаешь на то, что я тормоз? — нахмурилась Настя.

— Намекаю на то, что работы много, — улыбнулся я в ответ. — Я пока инструменты промою и продезинфицирую. Спирт ещё остался?

— Да, вон в той колбе глянь, — махнула ассистентка в сторону полки на шкафчике.

Я вытащил стеклянную ёмкость, в которой плескалась треть прозрачной жидкости. На пару раз ещё хватит, но лучше заказать заранее.

Непонятно, сколько ещё пострадавших прибудет. Тенденция мне эта очень не нравится. Сначала один раненый, сегодня два. А затем будет три? Четыре?

Я отправился к небольшой мойке и открыл кран, всполаскивая скальпель, ножницы, зажимы и пинцеты. Всё старое, но хоть скальпель ещё острый. Понимаю, почему Алексей начал конфликт с Гвоздём. Было и-за чего, учитывая обстановку и агрессивность последнего.

После обработки инструментов разложил я их в контейнере, закрыв крышкой, и отправил в шкаф. А Настя тем временем домыла пол и устроилась за столом.

Электрочайник щёлкнул, отключаясь, и уже через несколько секунд мы пили чай с привкусом манго. Хотя я бы не прочь и обычного цейлонского, если здесь такой существует.

Настя между тем достала десерт, зачерпывая его ложкой и отправляя в рот.

— Слушай, я же всё забыл, — начал я.

— Да, ты говорил, — кивнула ассистентка. — До сих пор память не вернулась?

— Не-а. В одной рекламе видел золотые жёлуди, — улыбнулся я. — Что это вообще такое?

— Ну золотые жёлуди, — застыла с ложкой у рта Настя. — Обычные золотые жёлуди. Очень дорогие. Я всего раз их в жизни пробовала, на дегустации Сбера на Воробьёвых горах.

— Что это такое? И где растёт золотой дуб? — продолжал я допытываться у ассистентки.

— Да блин, Лёша. Энергетик так называется магический. Ты и это не помнишь? — округлила глаза Настя.

— И какой он на вкус? — спросил я.

— Его не едят! — засмеялась Настя. — Те, кто обладает даром, сжимают его в руках и таким образом подпитываются. Для остальных золотой жёлудь придаёт бодрости… Ты ещё скажи, что урр — это что-то с животом голодным связано.

— Ну да, в целом можно такое предположить, — кивнул я.

— Да ладно тебе, — ассистентка положила стаканчик с десертом на стол, достала чистую ложку из стаканчика с приборами. — На, попробуй.

Я вспомнил о рекламе, которую видел недавно.

— Что-то я опасаюсь. Он же активный. Не знаю, что и ожидать, — растерялся я, подозрительно посматривая на поблёскивающую молочную массу в стаканчике.

— Это полезная пищевая добавка для того, чтобы желудок лучше работал, — хмыкнула Настя. — Хотя я не верю этим маркетологам. Что только не придумают, чтобы продать товар.

Понятно, что-то вроде бифидобактерий, только магическое.

Я зачерпнул ложкой блестящую массу, попробовал и почувствовал лёгкое пощипывание на языке.

— Пощипывает, — заметил я.

— Это нормально, — хмыкнула Настя.

Затем она достала пакет с печеньем, угощая меня.

— Тоже с урром, или с желудями? — пытался я сострить, отмечая обычный вкус.

— Нет здесь никакого урра, — вздохнула Настя. — А жёлуди на то и золотые, что только для тех, кто может себе это позволить. Обычный человек, как мы, не купит даже одну штуку, пусть даже пахать будем полгода.

— Крест так мало платит за работу? — удивился я. Хотя память Алексея и тут намекнула, что достаточно.

— Крест уже неделю задерживает, а так платит неплохо. На жизнь хватает, — печально произнесла ассистентка. — Этот конфликт с Мамонтом выжал из него все соки, — затем Настя вновь понизила голос до полушёпота, — Говорят, что он просаживает бабки в казино, а тут всем трындит, что на оружие много уходит и патроны. Но я тебе ничего не говорила.

— А я ничего и не слышал, — кивнул я.

Мы обсудили дальнейшие перспективы. Когда Захарыч выйдет — а в том, что он скоро выйдет, сомневаться не приходилось — всё вернется в привычное русло. Хотя, если Мамонт не успокоится, с каждым днём будет только хуже.

Дверь распахнулась, и на пороге появился довольный Михей.

— Ну что, работнички, вот и премия подоспела, — произнёс он и раздал нам по конверту, на каждом написано имя. — И ещё. Пять дней выходных. Так что отдыхайте и оторвитесь по-полной.

— О, спаси-и-ибо, — Настя заблестела глазками, прижала конверт к груди. — А мы как раз вспоминали об оплате.

— А почему пять дней отдыхаем? — спросил я, пряча конверт за пазухой. Потом гляну, сколько я заработал.

— Какая тебе разница, лепила, — положил руку на моё плечо Михей, затем подозвал Настю и приобнял её, подталкивая нас к выходу. — Всё, переодевайтесь. Вас во дворе ждёт Пуля. Пока Крест добрый — пользуйтесь.

Мы скинули халаты, переоделись и покинули операционную. Заняли места в чёрном седане. Пуля сразу же надавил на газ, и мы с пробуксовкой сорвались с места.

Всю дорогу мы молчали. Из магнитолы звучала блатная музыка, а над приборной панелью тихо постукивал своими костяшками деревянный скелетик.

Сначала Пуля отвез Настю, затем поехали на мой адрес.

— Круто, пять дней отдыхаем, — закинул я удочку, пытаясь разговорить.

— Если бы не стрелка с Мамонтом, пахали бы вы как про́клятые, — пробасил Пуля.

— Вот значит как? Перемирие будет, — произнёс я.

— Всего пять дней. А там стрелка, и хрен знает, что на ней произойдёт, — напряжённо пробасил тот, сворачивая в уже знакомый проулок. — Так что, малой, веселись, пока есть возможность.

Мы остановились у подъезда. И я выскочил из седана, махнув Пуле рукой.

— Давай, — отмахнулся он от меня, ухмыляясь. — Вали уже.

Поднявшись в квартиру, я сбросил кроссовки на пороге и прошёл к кровати, падая на неё, достал конверт. Пора взглянуть, во сколько меня оценивает Крест.

Пачка была внушительной.

Новенькие пятидесятирублёвые хрустящие купюры с изображением Спасской башни и водяными знаками радовали глаз.

Пересчитав, я присвистнул. Две тыщи пятьсот рублей! Это очень неплохая сумма, так что я решил прогуляться в местный супермаркет и закупиться продуктами.

Вскочив с кровати, я обулся и уже через пару минут шёл по тротуару в сторону большого здания с манящей надписью «Семёрочка».

***

Москва, СИЗО № 5 на Выборгской, в это же время

Егор Захарович Плетнёв сидел в комнате свиданий и смотрел колючим взглядом на Трофима, замначальника СИЗО. Холёный, в выглаженном костюме, Трофим был сейчас не таким улыбчивым, как в начале, когда обещал, что посидеть придётся пару дней, не больше. Уже третий день пошёл, а Захарыч всё еще в клетке.

— Повтори что сказал, шкура, — процедил лекарь.

— Захарыч, не кипятись, — нахмурился Трофим. — Я ещё раз тебе объясняю — да, деньги проплачены куда надо, но обстоятельства изменились.

— Какого хрена они изменились? Ты обещал. И что улики уничтожат, — напомнил Захарыч. — Уничтожили?

— В процессе, — вздохнул Трофим, нервно поправляя воротник, и прошипел: — И даже то, что ты дружишь с моим отцом, это не даёт тебе права…

Лекарь не выдержал. Ударил по столу и поднялся.

— Не ожидал я от тебя, Трофим, — процедил он. — Ведёшь себя как паскуда. Скажи, чтоб уводили.

— Да ты дослушай, — процедил Трофим, краснея от злости. — Сядь и послушай. Мамонт сейчас…

— Да знаю я всё. Мне новости с воли приходят регулярно, — плотно сжал губы Трофим, шумно выдувая воздух из носа. — Ты уже всё сказал. Я всё понял.

— Ещё придётся посидеть, Захарыч, — предупредил напоследок Трофим, отправляясь к двери. — Но эти два дня ты будешь в одиночке, так спокойнее.

— Зови надзирателя, — напряжённо выдавил Захарыч, и замначальника СИЗО лишь покачал головой, исчезая за дверью.

Захарыч всмотрелся в потолок. Он догадывался что пошло не так. Мамонт, сука, и тут подсуетился. И, кажется, сидеть ему здесь точно не два дня. Больше. Гораздо больше.

***

Добрался я до супермаркета, закупился гречей, макаронами, картофаном. Взял курицу и овощи. Затем добрался до отдела со сладостями и взял коробку трубочек с вареной сгущёнкой. Всегда любил их. Осталось оценить здешние.

Еще прихватил яблок и апельсинов. Подумал и взял четыре йогурта с активным урром. Прихватил кочан капусты и несколько пакетиков со специями. Соль и перец.

Моя корзина в итоге была переполнена настолько, что я кое-как её допёр до кассы.

— Пакет какой, — прогундосила тётка в шляпке кассира. Затем закатила глаза. — Ну, большой, маленький? Или в руках понесёте?

— А, да, большой, — закивал я, засмотревшись на прилавочек у кассы, где на одной из полок в ячейках лежали Киндер-болы. И картинка такая завлекательная. Что меня зацепило, так это магическая игрушка внутри.

И цена хоть и кусалась, аж десять рублей, но я решил взять. Выбрал ту, что с воином.

— С вас пятьдесят три рубля пятьдесят копеек, — протянула продавщица, чем-то недовольная. Видимо день у неё сегодня явно не задался. — Карта? Наличные?

— Наличка, — положил я на прилавок два новеньких полтинника.

Кассирша бросила на меня хмурый взгляд, затем выдала сдачу.

Накидав в пакет купленные продукты, я подался на выход, и уже через десять минут вернулся в квартиру.

Разобрал всё из пакета, раскидал скоропортящееся в холодильник и решил приготовить первое. Годы в общаге научили готовить, пусть и на минимальном уровне. Так что сделаю куриный суп.

Разделал курицу, расфасовал по пакетам, а крылья и одну ножку закинул в кастрюлю, которую нашёл в одном из шкафчиков. Набрал воды, поставил на плиту.

Ну всё, теперь пока варится бульон, отвечу на сообщения, а то там уже, судя по звукам, написывают.

«Как дела, бро? Чо как и почём?» — прочёл я от Ромы Хмурого.

«Поступило предложение пойти в „Стекляшку“. Ты с нами?» — это был Миша Рюмаев.

«Лёшик, ты куда пропал?» — это уже Зина Артишок.

Хм… Лёшик. И насколько тёплые у них отношения, раз она меня так называет? Что-то не очень меня привлекают полные барышни. Я как-то больше любитель стройных. Для меня и внешность важна.

«Лёшик, ответь» — вот ещё одно от Артишок.

Ну да ладно, раз просят — отвечу.

«Привет. Тут я. Был на работе» — отправил я, и тут же телефон зазвонил. Увидев на аватарке счастливое лицо носатой барышни, я принял звонок.

— Лёшик, ты уже третий день меня динамишь! — раздался из динамика звонкий голосок. И судя по ноткам, Зина была напряжена до предела. — Встретиться не хочешь?

— Хочу, — ответил я, понимая, что меня уже начинает напрягать то, как она коверкает моё имя. — Вон, народ предлагает в «Стекляшку» пойти.

— Знаю я этот народ. Опять Рома всех подбивает? А платить опять буду я? — затараторила Зина.

— Всё нормально, я премию получил на работе, — улыбнулся я.

Где я тружусь, друзья не знают. Но опять же из памяти Алексея я вытащил, что для всех я перебиваюсь на стройке подсобным работником.

— Тогда ладно, — согласилась Зина. — В общем чате напиши, и соберёмся. Я такое платье надену — закачаешься, — хихикнула она.

Заинтриговать меня ей удалось. Мне стало интересно, в каком платье она придёт в кафе, но больше поместится ли она в него.

Был у нас и общий чат, где мы все четверо просто трепались. Хотя больше всех флудили Миша с Зиной. Мой предшественник не хотел тратить своё время, участвуя в пустой болтовне, и я был с ним солидарен. Ну а Рома — это Рома, он включался лишь в разговоры, которые касались того, где бы потусить.

Договорились мы на шесть вечера. Я приготовил вполне съедобный суп, навернул тарелочку, открыл Киндер-бол и употребил вкусный шоколадный шар вприкуску с чаем. Затем открыл пластиковый контейнер.

О, игрушка мне прям зашла. Воин был с мечом. Мало того, клинок у него ещё и светился. К нему даже прилагалась краткая инструкция. Ну надо же.

Я изучил её беглым взглядом и понял, что в него встроен датчик движения, который можно включать. Замечая движение в радиусе трёх метров, он машет мечом и выкрикивает «Слава Империи!».

Я проверил, и заценил. Отлично работает. Иногда буду включать, чтобы нескучно было. К тому же в него был встроен будильник. Сзади я разглядел настроечный механизм с числовыми значениями.

Неплохая штуковина.

Ну а затем я полистал новостную ленту.

Ничего интересного не прочёл. Лишь отметил аварию на скоростной трассе под Новосибирском. Столкнулись две спортивные тачки, «Волга» и Лада-Кайен. Я хохотнул от сочетания несочетаемого. С «Волгой» еще ладно. Но Лада-Кайен! Блин, это просто сюр какой-то.

Пошарился в поиске и, увидев эту модель, аж присвистнувл. Да это самое натуральное Феррари российского розлива. Ух, отечественный автопром прямо радует!

Но самое главное — пассажиры и водители остались живы, хотя на фото аварии тачки разнесло просто в хлам. Видимо защитные капсулы, как в том Запорожце из рекламы. Они и спасли водителей и пассажиров.

Взглянул на время и понял, что пора выдвигаться.

Через минут сорок, проехав пять остановок на метро, а затем сменив ветку и проехав ещё две остановки, я вышел на нужной станции.

Преодолев пешком расстояние в пару футбольных полей, я оказался у «Стекляшки». Кафе вполне соответствовало названию — в основном здание состояло из стекла.

— О, вот и наш Лёха! — махнул мне Рома Хмурый. На самом деле он был весельчак ещё тот. Рыжий был в дешёвой куртке цвета асфальта, потертых джинсах и кроссовках.

— Всем привет! — поздоровался я с парнями.

— Погнали уже, а то столы все займут, — махнул в сторону кафе Миша, широко улыбаясь.

— Зину ждём, — вздохнул я.

— Да вон же наша Зинаида, — махнул в сторону выскочившей из такси девушки.

Наша. Значит, всё же мы с ней не встречаемся. Хотя меня терзали смутные сомнения. Зинаида смотрела на меня как удав на кролика, когда приближалась к нашей компании.

— Привет, мальчишки, — поздоровалась Зина, продемонстрировав красное платье. Декольте пыталось сдержать грудь пятого размера, стремящуюся наружу.

— Красота, — довольно причмокнул Рома.

— Нравится, да? Я долго выбирала, и вот, — щёки Зинаиды покрылись краской, затем она перевела взгляд на меня. — Ну как?

— Хорошее платье, — оценил я.

Мы зашли в кафе. Почти все столики заняты молодыми и не очень людьми. Семейные пары, некоторые с детьми, да студенты — таких было большинство. Я первым увидел незанятый столик и поспешил его занять, а остальная компания присоединилась ко мне.

Все оказались в курсе, что гуляем за мой счёт, поэтому заказывали по несколько блюд, но все же не наглея.

Когда наш стол официантка заставила блюдами, все принялись за еду.

— Так, а что случилось, Лёха? — спросил Рома, прожевав гамбургер. — С чего такая щедрость?

— Да, Лёшик, что произошло? — с любопытством заблестела в мою сторону глазками Зинаида, выловив из Цезаря помидор и цепляя его на вилку.

Как бы ей вежливо намекнуть, чтобы меня так не называла. Обидится же.

— Заказ прибыльный закрыли, и премию дали хорошую, — объяснил я. — Вот и решил угостить друзей.

— Отличная у тебя работа, Лёха, — заметил Миша, запивая стейк апельсиновым соком. — У меня на скорой никакого просвета. А у аристо свои лекари, точнее целители. Вон там крупные чаевые.

— У нас Миша думает, что чаевые для фельдшера это нормально, — скривился Рома. — Тогда чем ты отличаешься от вон их, — махнул он вилкой в сторону проходящей девушки с подносом в руках, — Я ничего против официантов не имею. Просто ты не они. Ты почти лекарь.

— Если бы я был лекарем, сидел бы в кабинете и спокойно принимал пациентов, — надулся Миша, посматривая на Романа. — Вон, как некоторые.

— Да брось, — хохотнул Рома. — Ты бы уже на второй день повесился от бумажной волокиты. Ничего там нет лёгкого, поверь.

— Мальчики, ну что вы всё спорите? — хихикнула Зинаида. — Надо найти любимую профессию, вот и всё.

— Зин, ты на рынке торгуешь, и недавно жаловалась, что достала работа, — заметил Рома. — Лёха тоже нервничал ещё неделю назад.

— Это не в счёт, — Зинаида помахала перед собой вилкой. — Издержки профессии. Но в целом я неплохо зарабатываю. Ну а Лёшик у нас самый счастливый, да?

— Непростая работа. Каждый день что-то новое. И не скажу, что я счастлив, — признался я.

Ещё бы! Я в афиге! Работать на криминального авторитета, латая преступников — то ещё болото. И надо бы из него выбираться поскорей. Всё отдам Кресту, что должен, и свалю в туман. Вон, устроюсь в больницу для начала.

Но отпустят ли меня после результатов, что я показал? Сомневаюсь. С другой стороны, из любой, даже самой безнадёжной, ситуации есть выход. И эта — не исключение. Надо лишь хорошо поискать его, выход этот.

— Ты слушаешь, Лёшик? — вырвала меня из размышлений Зина. — Я говорю, что ты ведь не по специальности устроился, вот и я тоже. И, кажется, мы самые здесь счастливые.

Она указала на Мишу и Романа, начинающих спорить, у кого зарплата меньше. И я решил вторгнуться в их напряжённый разговор.

— Напитки будем заказывать? — обратился я к ним.

Они сразу затихли, Рома просиял от счастья.

— Вот это наш человек. Для меня джин-тоник — самый лучший напиток, — хохотнул он.

Михаил, не мудрствуя лукаво, выбрал пиво. Я захотел попробовать местный коньяк. А Зинаида решила пройтись по шампусику.

Сидели мы более двух часов. Я оценил коньяк, поняв, что пробовал и лучше. Уже стемнело, так что пора отчаливать. Я попросил официантку, чтобы принесли счёт.

— …И я же такая не растерялась. Как ему!.. — весело хохотнула Зина, захмелевшая от двух бутылок шампанского. Она покачнулась, и высокая спинка её стула пихнула в плечо парня за соседним столиком. Тот пролил на себя вино.

— Эй, осторожней! — воскликнул он.

— Ты чо в ухо кричишь, невоспитанный? — грубо ответил ему Зина.

— Ты толкнула меня, — удивился парень, показывая на несколько пятен на белой рубахе.

— Да ты сам дёрнулся, а на меня свалить решил, — усмехнулась Зина.

Конфликт только разгорался. Надо вмешаться.

— За языком следи. Ты мне рубашку испортила, — процедил парень, девушка которого притихла и побледнела.

— А ты моё настроение. Оно дороже, чем твои обноски, — ядовито заметила Зина.

— Так, давай всё урегулируем. Мы уже уходим, никто тебя толкать больше не будет, — подошёл я к парню, закрывая его от пышущей гневом Зинаиды.

— Ещё будет мне тут угрожать! — выкрикивала она, обращая на себя половину столиков.

К нам уже спешил администратор, но я решил разобраться раньше.

— Держи, — я протянул ему пятьдесят рублей. — Стоимость твоей рубашки. Без обид.

— Она дороже сто́ит, — выдавил он, забирая деньги. — Ладно, проехали.

Администратора отвлекли посетители с другого столика, а в это время нам принесли счёт. Я выложил двести рублей, и мы спешно подались к выходу. А то Зина пыталась продолжить спектакль, уже угрожая парню, который старался не обращать на неё внимания.

— Зина, что на тебя нашло? — резко обратился я к ней, когда мы оказались на улице.

— Да ты посмотри на него, Лёша! Он же неадекватный! — зарычала Артишок, затем крикнула через стекло: — Чо пялишься, придурок?! Отдавай деньги!

— Пойдём отсюда, и хватит орать, — вновь попытался урезонить я Зину.

Она затихла, шумно дыша и цокая каблучками по асфальту.

— Казлина, — тихо вхлипнула она. — Всё настроение испоганил.

— Отлично посидели, — усмехнулся Рома, прощаясь с нами. — Почти.

— Ну да, спасибо, Лёха, за проставон, — Миша покосился на Зинаиду, которая вытирала лицо платком. — Пойду и я. Надо ещё в «Озон» зайти.

Нас технично оставили вдвоем. Зина успокоилась, затем взяла меня под ручку. Мы как раз держали курс в сторону подземки.

— Может, пойдём ко мне? — Зина взглянула на меня, многозначительно улыбаясь.

— Не, в другой раз. У меня дел выше крыши, — хмыкнул я.

— Ну пойдём, Лёшик, — Зина сделала губы уточкой и груб о дёрнула меня за локоть. — Устроим у меня дома небольшую и очень частную вечеринку.

— Зин, я же говорю — дела у меня, — холодно повторил я, убирая её руку.

— Да пошёл ты! — вскрикнула Зина. — Дела, говоришь?! С очередной тёлкой будешь зависать? Думаешь, я не догадываюсь?

— Да мне всё равно, — усмехнулся я. — Догадывайся сколько влезет.

— Ур-род! — ткнула в мою сторону пальцем Зина, страшно округляя глаза в потёках туши. — Ты урод, Алексей! Чтоб я ещё раз!..

Зина выскочила на дорогу, а и её силуэт осветили автомобильные фары. Я дернулся, но не успел

Водитель пытался вырулить, но тоже не смог. Зина лишь вскрикнула, закрываясь рукой, раздался глухой удар и хруст стекла.

Глава 5

Грузное тело Артишок принял на себя обтекаемый корпус гоночной «Волги». Зинаида влетела задом в тонированное лобовое стекло, которое жалобно захрустело от удара. Машина затормозила, сбрасывая Зину на асфальт.

Из-под капота автомобиля заклубился дым, распахнулась дверь со стороны водителя.

Я же подскочил к Зинаиде, проверил пульс. Жива. Рассечение на голове в височной доле. Платье разорвано, и из бедра толчками выбивалась кровь. Кровь яркая, а значит, артериальная. Надо пережать её выше. Я оторвал лоскут от платья, затянул его в районе паха.

— Как же так?! Она так быстро выскочила! Я не успела!.. — услышал я всхлипывающий женский голос. — Ох, сколько крови!

Рядом металась, заламывая руки, блондинка в светлом брючном костюме. Красивое лицо было встревожено, а большие голубые глаза испуганно зыркали то на меня, то на лежавшую без движения Зину.

— Чем я могу помочь? — выдавила аристократка, вновь подходя ко мне. По её щеке скатилась слеза, и девушка тут же смахнула её.

— Ничем. Всё будет хорошо, — поспешил я её успокоить. — Она выживет.

Посмотрим, что на самом деле случилось с Зиной.

Я сконцентрировался, выпустил несколько магических нитей, собравшиеся в подобие щупа, который погрузился в тело Зинаиды Артишок. А через пару секунд я уже знал весь расклад.

На удивление ни одна кость не сломана. Зину, похоже, спасла её жировая прослойка. На виске рассечение. Пришёлся бы удар сантиметром правее, она бы не выжила. Сейчас опасность представлял лишь большой порез на бедре. Тазобедренную артерию надо срочно зашивать.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Операция успешно проведена.

Заработанный опыт: +30 очков опыта.

Вы изучили новую способность: Диагностический щуп!

Бонус за приобретение новой способности: +30 очков опыта.

Текущий уровень: 2 (160/250)

Странно, я этим щупом и ранее пользовался в лазарете. Тут либо система запоздала с реакцией, либо в прошлый раз просто не поняла, что это было. В общем, чёрт его знает, почему так.

Я отрешился от всего, что происходило вокруг. От проезжающих мимо автомобилей. От слов блондинки, переживающей за здоровье Зины.

— У меня есть целитель. Звоню ему, — сквозь пелену пробился голос красотки.

Пусть куда хочет звонит. Мне сейчас не до этого. Я и сам справлюсь.

На всякий случай я отправил крохотный импульс «Веселящего аналептика», коснувшись щеки Зинаиды. Не хватало ещё чтобы Артишок очнулась, когда я её буду зашивать.

Я надорвал платье, чтобы видеть рану, и сосредоточился на глубоком порезе. Выпустил несколько магических нитей. Они тут же принялись за дело.

Мне не привыкать работать в таких условиях. Чем отличается коробка бомжа от оживлённой дороги? Правильно, ничем. И там, и тут далеко не стационар.

Но система и правда не обманула. Управлять нитями значительно легче прежнего. Если чуть раньше такой объём работы занимал бы полчаса, не меньше, то сейчас я справился за пять минут. Зашил артерию, взялся за несколько поврежденных сосудов, затем сразу переключился на рассечение. С ним я справился за полминуты, не более того, затем убрал лоскут, перетягивающий артерию.

Услышал шум в стороне. Блондинку уже окружила охрана. Рядом с ней я заметил ещё одного человека в тёмно-сером костюме и тонкими усиками.

— Больше так не делайте, Софья Ивановна, — бормотал он ей. — Это уже не первый раз. Хватит убегать от охраны. Ваш отец приказал не спускать с вас глаз.

— Вы слишком опекаете меня, Михаил Фёдорович, — выдавила блондинка, посматривая в нашу сторону.

— Ну вот, вы оказались на свободе, — ядовито заметил человек в пенсне. — И попали в беду.

К нам подошёл мужчина в светлом костюме в очках. Он поставил металлический чемоданчик на асфальт, присаживаясь на корточки. Затем, не говоря ни слова, натянул резиновые перчатки и открыл свой чемодан.

— Вы целитель? — спросил я у него, раздражаясь, что он даже не представился.

— Да, — коротко и довольно сухо ответил он, доставая стетоскоп и непонятный мерцающий жезл.

— Мы не нуждаемся в вашей помощи, — так же сухо произнёс я. — Я уже всё сделал.

Мужчина в пенсне замер, округлил глаза, явно заметив ровный шов на бедре, затем провёл рукой по зашитому рассечению на виске.

— И вы хотите сказать, что сами это сделали? — удивился он, вытягивая лицо.

— Да, сам. Её жизни больше ничего не угрожает, — кивнул я в ответ.

— А чем зашивали, если не секрет? — спросил целитель. — Отличная работа.

— Секрет, — резко ответил я, и мужик, нервно поправив пенсне, собрался и покинул нас, оглядываясь пока шел до машины.

Зина между тем пошевелилась, открыла глаза и поднялась на ноги, слегка пошатнувшись. Каблук под её правой туфлёй хрустнул. Артишок смахнула пыль и мусор с платья, обратила внимание на разошедшуюся на боку ткань и пятно крови.

В это время я услышал разговор усача с аристократкой. В основном говорили о том, как это дело замять. Усач успокаивал блондинку, которая явно была на грани нервного срыва, уверял, что всё получится решить.

Зина охнула, ощупывая зашитую рану. Артишок всё ещё явно не понимала, что происходит.

— Лёшик, кто эти люди? — жалобно протянула она, широко улыбаясь. Видно анестетик давал о себе знать. Доза небольшая, но её хватало, чтобы Артишок не начала скандал и была спокойной как слон. — Ничего не помню. Яркий свет, а затем больно.

— Тебя сбила машина, — разъяснил я ей одной фразой. — А я зашил рану.

— Машина? Зашил рану? — Зина вытаращилась на меня, продолжая улыбаться, затем вновь покосилась на своё платье, точнее то, что от него осталось.

Затем Артишок всмотрелась в примятый слегка капот, в рассыпавшееся лобовое стекло.

Но что-то не так. Стекло лобовое должно быть крепче. Я это знал по прошлому миру. Либо калёное, которое бы рассы́палось на мелкие кусочки, либо на плёнке, и тогда была бы вмятина. И тоже не должно быть никаких, мать его, осколков!

Понятно, что здесь другой мир, тем более магический. Но ведь такие тачки точно имели серьёзную защиту! Что за фигня?

— Добрый вечер, — подошёл к нам холёный усач. — Мы хотим уладить это недоразумение. Прошу, никому не рассказывайте об этом инциденте. Примите нашу нескромную компенсацию на услуги лекаря.

Мужчина вытащил толстенную пачку денег. Если навскидку, он держал в руках тыщи две, не меньше.

— Нам не нужны ваши деньги, — отказался я.

Не люблю подачки. Да, эта дорога не скоростная, скорость машины была выше нормы, но ведь Зина сама спровоцировала аварию и выперлась на дорогу, кинувшись под колёса едущего транспорта.

— Это тебе не нужны деньги. А мне нужны! — воскликнула Зинаида, задорно засмеявшись. Она вырвала из рук Михаила Фёдоровича пачку. — Я пострадала! И должна полечиться, их-хи-хи. Полечиться мне надо!

Усач озадаченно уставился на радостную Зину, бросил взгляд на ровный хирургический шов у её виска, и вздохнул, вновь обращаясь к нам, точнее ко мне, так как я выглядел явно более адекватным.

— Я серьёзно. Нам шумиха не нужна. От вас требуется — никому не распространяться об этом, — предупредил он.

— Само собой. Уговор, — хохотнула Зина, которая чувствовала себя лучше всех. Затем она зашипела в мою сторону, хватая за руку: — Быстрей пошли отсюда.

Почувствовал на себе взгляд, я обернулся. На меня из окна автомобиля охраны смотрела та самая блондинка. Заинтересованно смотрела, и в то же время удивлённо. Видно, ей целитель уже всё рассказал, а может, и сама увидела.

Наверно, она была впечатлена моими способностями. Возможно, хотела поговорить со мной. Но разве получится, когда тебя буквально обложили со всех сторон?

Девушку увезли, несколько охранников остались у разбитой машины. Один из них отобрал смартфон у пешехода, начинающего снимать на камеру. Другой уже встречал эвакуатор. Ну а Зина сбросив туфли и оставшись босиком, тащила меня под руку от места аварии.

— Да что ты так вцепилась? — отдёрнул я руку.

— Подожди ты, — заблестела глазками Зинаида. — Знаешь, сколько бабла отвалили? Ха! — хихикнула она, показывая пачку денег, — Да здесь три моих месячных выручки, точно говорю!

— Не пойму твоей радости, — заметил я. — Ты чуть не отправилась на тот свет. Вот какого чёрта выскочила на дорогу?

— Да психанула просто, — отмахнулась Зина, затем замедлила шаг, остановилась, удивлённо посматривая на меня. Пригладила шов на боку, потрогала висок. — И правда шов. Но ничего не болит. Странно. А как ты?.. Как ты зашил рану?

— Способность есть у меня, врождённая, — улыбнулся я.

— Ты говорил, что у тебя есть скрытый дар. Он и проявился, получается?

— Ну да, видимо так и есть.

— Тогда ты точно не там работаешь, — заблестела глазками Зинаида. — Представляешь, сколько жизней бы спасал?

— Я думаю над этим, — хмыкнул я.

— Думай получше, ты бы такие деньги заколачивал, — словно подчеркнула Зинаида.

— Ты всё меряешь деньгами, — усмехнулся я в ответ.

— И ничего смешного, кстати, — скривилась Зина. Кажется, она уже полностью отрезвела, и действие моего наркоза прошло. — Деньги — это статус, комфорт, здоровье, окружение аристо. Хотя не, аристо рядом не надо, терпеть их не могу.

— Отчасти ты права. Но не всё деньгами меряется, — произнёс я. — Есть ещё любовь, морально-этические ценности…

— Ой, философ доморощенный, — вновь скривилась Зина, толкнув меня бочком. — Хватит грузить. Вон, сейчас в «Праду» метнёмся, поможешь мне выбрать одежду и туфельки.

— Думаю, что ты отлично и сама справишься, — хмыкнул я. Она ещё хочет, чтобы я для неё стилистом работал?

— Не справлюсь, нужна твоя помощь, — заупрямилась Зина.

— У тебя прекрасный вкус, Зин. Ты умеешь и сама выбирать классные вещи, — решил я отмазаться.

— Ой, спасиб, Лёшик, — Артишок раскраснелась. — Ладно, сама выберу. Но ты никуда не уходи. Дождись меня.

Мы шли дальше, направляясь в сторону «Прады». Зина теснее прижималась ко мне, все больше.

Разрез на своём платье она защёлкнула заколкой, которую нашла в сумочке, а каблуки оторвала напрочь, чтоб не мешали ей идти. Кровь не сильно контрастировала на и так красном платье, так что на неё никто не обращал внимания.

Хотел я поначалу распрощаться с ней, но в итоге решил составить компанию. Всё же мне не хватало информации о своём прошлом, и об этом мире хотелось узнать что-то новое. И Зина может мне в этом помочь.

Через полчаса мы посетили просторный двухэтажный магазин, который ещё не успел закрыться. Я дождался в холле, пока Зина приоденется. А затем и полчаса не прошло, как я увидел обновлённую Артишок. В светлом просторном платьице, на ногах блестящие бежевые туфли на низких каблуках.

— И всего-то пятьсот рубликов, — деловито подытожила Зина.

Мы вышли в ночь, направляясь в сторону подземки.

— Ты забыл сказать что-то, — напомнила Зинаида, закуривая длинную сигаретку.

— Что-то, — ответил я.

— Не придуривайся. А лучше скажи — как я тебе. Красавица? — покрутилась передо мной Зинаида.

— Я просто ослеп от твоей красоты, — ответил я, улыбаясь.

— Спасибки, — зарделась румянцем Зина, затем бодро зашагала рядом со мной. Будто ещё недавно не сбивал её спорткар отечественного розлива, и не хлестала из неё кровь ручьём.

— Поделим деньги поровну, — затараторила она по пути. — Хотя нет. Я же пострадавшая, значит, мне две трети. А тебе, так и быть, за то, что спас меня…

— Оставь деньги себе, — ухмыльнулся я. — Ты ж пострадавшая сторона.

— Ну хорошо, — ещё шире улыбнулась Зина. — Как скажешь.

Затем она затихла и бросила на меня задумчивый взгляд.

— Кста-а-ати, поехали ко мне, чайку попьём, поговорим, — предложила Зинаида, ущипнув меня. — Расскажешь, где пропадал всё это время.

— Зин, я уже говорил, что у меня ещё дела, — заметил я, вспомнив, что хотел вытащить из неё немного информации о мире.

— Ну пойдём, Лёшик. Красивая девушка зовёт тебя в гости, а ты упираешься. Подождут твои дела, — Артишок притянула меня к себе, цепляясь за локоть. — Заодно отдам одну ценную вещь, которую ты у меня оставил.

— О чем ты? — хмыкнул я.

Интересно, что же я там такого мог у неё оставить? И это значит, я бывал у Зины в гостях? Надеюсь, что не один, а в компании.

— А ты не помнишь? — удивилась Зина.

— Да, этот момент плохо помню. Провалы в памяти после травмы, — отмахнулся я, а заметив волнение во взгляде Зинаиды, поспешно добавил. — Но уже восстанавливаюсь.

— Я же говорю — чаю попьём, посмотрим фильм интересный, и верну твою вещь, — пообещала Зина. — А то пылится на полке.

— Хорошо, пойдём, — согласился я.

— Ну наконец-то! — хихикнула Зина, когда мы уже спускались в подземку.

Мы добрались до вагонов, проехали более десяти станций и вышли на Новослободской, поднимаясь по эскалатору на поверхность. Зина всё это время держала меня за локоть. Вцепилась, будто надзиратель. Думает, что я слиняю от неё. Наивная. Если бы хотел, давно бы ушёл. Закинул бы в неё порцию анестетика, делов-то.

Добравшись пешком до серой высотки, мы зашли в подъезд, чуть не столкнувшись с соседом, выводящим пуделя на прогулку. Артишок жила на первом этаже, что для человека её комплекции было счастьем.

Мы зашли в квартиру, которая оказалась двухкомнатной, и уж точно получше моей. Кругом совсем не старая мебель, чисто, везде ламинат, стены в светлых приятных обоях. Большая застеленная кровать в спальне и разложенный стол. В зале два кресла, телик на стене.

— Проходи, я пока переоденусь и поставлю чайник, — предложила Зина, затем замерла в дверном проёме. — Слушай, а может что покрепче? Такой стресс испытали всё-таки.

— Можно и покрепче, — кивнул я, устраиваясь в кресле и щёлкая пультом.

«В Уральской губернии Печора вышла из берегов. Доблестные спасательные службы эвакуировали более полутора тысяч жителей из зоны подтопления» — говорил диктор на фоне.

На экране мелькали кадры потопа. Дома затоплены по второй этаж. И люди в серо-зелёной спецодежде передвигались на странных левитирующих платформах, снимая жителей с окон и крыш домов.

Что это за платформы? И на каком принципе они работают? Очень интересно. Воздушная подушка отпадает. Значит, опять нечто магическое. Вон, под каждой платформой что-то мерцало.

— Я тут решила открыть вино, которое дожидается особого момента, — улыбнулась показавшаяся из коридорчика Зина с подносом в руках.

Нарезка мяса, сыра и фруктов. Ну и тёмная бутылка вина с кораблём на этикетке. «Фрегат» — прочёл я название.

Зина, устроив всё на круглом столике, подвинула его к моему креслу, а сама плюхнулась в кресло напротив.

«Доблестная Гвардия уничтожила ещё один прорыв в Красноярской губернии…» — продолжал диктор. — «Прямо сейчас над причиной возникновения аномалии думают лучшие умы Империи. Будем держать вас в курсе».

Я увидел дымящуюся поляну, несколько тёмных островков, у которых толпились гвардейцы. Никаких существ я не заметил. Почему?.

— Давай что-нибудь повеселее посмотрим, — широко улыбнулась Зина, переключая на другой канал.

Парень с голым торсом в татуировках, с причёской «а-ля взрыв вулкана», отплясывал гопак и что-то неразборчиво повизгивал.

Я прыснул со смеху. Что-то попса здесь совсем жёсткая. Хочется это развидеть срочно.

— Может, переключим на что-то более спокойное, — предложил я.

— А давай. Терпеть не могу это чучело, — хихикнула Зинаида, переключая на канал, где шло юмористическое шоу. Ну вот, хоть что-то нормальное.

— А что за прорыв в Красноярской губернии? — спросил я, вспоминая недавние новости.

— Да там вечно что-то происходит, — отмахнулась от экрана Зина. — То ментальная буря, то вот разлом.

— И какие твари там выскочили? — продолжил я допытываться. — Ящеры? Или какие-нибудь монстры с щупальцами?

— Ты ужастиков пересмотрел?! — засмеялась Зинаида. — Какие монстры? Козявки зубастые. Вроде саранчи. Или тёмные шершни, но их быстро убивают. А так ничего страшного. Ох, кстати! — подскочила с кресла Зина, — У меня же ещё красный ананас есть!

— Это хоть съедобно?! — бросил я ей вдогонку.

— Да ладно! Ты ведь должен его знать вкус, — остановилась посреди комнаты Зина. — Красный ананас, Лёшик. Ты чего?

Память Алексея молчала, поэтому я честно признался, что не помню.

— Значит, попробуем прямо сейчас, — хихикнула Артишок, махнув мне в сторону белого пакета на полке шкафа. — Кстати, вон твоя вещь. Забери сразу, а то опять забудешь.

Зинаида почесала на кухню, начиная греметь тарелками, а я подошёл к шкафу. Вытащил из пакета небольшую тёмную шкатулку, которая оказалась почти невесомой, и вернулся в кресло.

Затем попытался открыть, но крышка не поддавалась. Я взглянул на окошко, с рисунком в виде отпечатков пальца. Недолго думая, я приложил большой палец и внутри шкатулки тихо щёлкнул замок.

Я приготовился, выдохнул и откинул крышку.

Глава 6

Я увидел в шкатулке кусок пластика. Вроде банковской карты, но не совсем. Покрутил этот предмет в руках и заметил магнитную ленту.

— А вот и тот самый фрукт. Смотри, какая красота, — радостно сообщила Зина, поставив на стол блюдо. Я бросил взгляд на обычный с виду ананас, нарезанный ломтями. Вот только мякоть была красного оттенка.

Зинаида явно что-то вспомнила и удалилась на кухню, а я переключился на изучение странного предмета. Заметил логотип Сбера, а с другой стороны полустёртый восьмизначный номер.

— Так это ж ключ от банковской ячейки! — воскликнула Зина, поставив на стол тарелку с нарезанной ветчиной. — И что там лежит? Признавайся.

— А чёрт его знает, — пожал я плечами. — Я ж не помню ничего.

— Тю, это разве проблема. Щас найдём твой филиал. Надо позвонить в контактный центр. Они подскажут, — заблестела глазами Зина. — Можем и прямо сейчас узнать.

Она шустро схватила смартфон со стола, нашла номер и поставила на громкую связь.

Оператор уныло попросила продиктовать номер ключа. И я, кое-как различив цифры на пластике, выдал ей информацию.

— Подождите минуту, мне нужно узнать статус вашей ячейки, — пробормотал оператор.

На фоне заиграла скучная музыка.

— А прикинь, там сотни тыщ рублей, — прошептала Зина, разливая вино по бокалам. — Ну ты прикинь, а!

— Кто о чём, а Зина всё про деньги, — улыбнулся я.

— Что ещё может в ячейках банковских храниться? — удивилась она.

— Да всё, что угодно, Зин. Документы, например, — предположил я, и Зинаида ещё сильнее заохала.

— Прикинь, открываешь, а там документы на дом или автомобиль гоночный, — восхищённо уставилась она на меня. — Ты ж детдомовский. А может, у тебя родители в прошлом князья были.

— Да нет, бери выше, имперские советники, — пошутил я.

— Ого! Ты уверен? — Зина приняла мои слова за чистую монету.

— Нет, разумеется. Я пошутил так, — хмыкнул я, пробуя хвалёный красный ананас. Ничего особенного, обычный. Хотя нет, более приторный. В общем, я так и не понял восторга Зины.

— Шутник, тоже мне. Но что-то ведь тебе оставили. Ты говорил, что это тебе после детдома передали. Да, вроде так ты тогда сказал, — произнесла Зинаида, а затем замерла. — Стоп. А чего ты сразу не забрал?

— Подтверждён ваш статус ячейки на имя Логинова Алексея, — раздался в это время из трубки монотонный голос оператора. — Филиал Сбера номер пятьдесят семь, адрес — улица Новокузнецкая…

— Когда можно забрать содержимое? — спросил я, запоминая адрес.

— К сожалению, вы не можете воспользоваться ячейкой до уплаты долга за хранение, — сообщил оператор.

— Как можно будет оплатить?

— Оплачивается оффлайн с девяти до девятнадцати часов, — ответил оператор.

— Озвучьте сумму, пожалуйста, — попросил я, прикинув, что в кармане больше двух тысяч, и я вполне могу рассчитаться.

Понятно, что раньше таких денег не водилось, поэтому и не мог погасить долг.

— Пять тысяч сто двенадцать рублей составляет общая сумма задолженности, — пробормотал оператор.

— Благодарю, до свидания, — сбросил звонок.

Что-то до хрена накопилось. Очень много. И, понятное дело, я сейчас не смогу найти такую сумму. Даже если Зина прибавит свои две тысячи, будет меньше этого грёбаного долга.

— Да они там совсем очумели, уроды! — возмутилась Зинаида, затем тяжело вздохнула. — Сочувствую. Может, кредит в банке взять? Откроешь ячейку, а там миллион рублей, и погасишь сразу.

— Я не уверен, что там деньги, — покачал я головой. — Ладно, разберусь с этим потом, — я убрал ключ в шкатулку, оставил на небольшом столике рядом, — Давай лучше попробуем твоё вино.

— Ага, — привычным движением Зина разлила вино по бокалам, подняла один. — Выпьем за чудесное спасение!

— Да, за него, — присоединился я к ней, поднимая свой бокал. Мы чокнулись, в воздухе зазвенел хрусталь. — Чтоб больше машины тебя не сбивали, и за твоё здоровье.

Я сделал небольшой глоток вполне достойного вина и заметил, что Зина выдула весь бокал, наполнив его вновь. Видно, сказывается стресс после аварии. А может, уже отошла от моего наркоза, и раны побаливают, вот и решила погасить болевые ощущения таким образом.

— А по мне неплохой бизнес, — хихикнула Зина и заметила осуждающую реакцию на моём лице. — Ладно, плохая шутка. Согласна.

Артишок защебетала, что на самом деле она ужасно разозлилась, когда я отказался идти в гости, причём так, что не понимала куда идёт и выскочила на дорогу.

Зина подробно принялась описывать свои ощущения. Память Алексея внезапно подкинула порцию воспоминаний.

Я вспомнил, как Родионов, директор приюта — седой старик и мировой, душевный мужик — провожал меня во взрослую жизнь и выдал эту шкатулку. Ссказал, что ему оставили неизвестные, чтобы он передал её мне когда я буду покидать приют.

— Давай выпьем за то, что пронесло! — хохотнула Зинаида, сбивая меня с мысли.

Мы вновь чокнулись. Я сделал ещё один небольшой глоток вина, Зинаида осушила бокал и вновь наполнила его.

— Подругам расскажу — офигеют, — прыснула она со смеху, затем пощупала швы на боку. — Не думала, что ты такой крутой лекарь.

— Ничего особенного, — улыбнулся я.

Зина наклонилась ко мне, выпучив глаза.

— Расскажи, — выдохнула она мне в лицо винными пара́ми. — Ну Лёшик! Как дар проявляется? Ты швы прям накладывал, или оно само?

— Оно само, — решил я отмазаться. Не хочу ей раскрывать секреты. Да и вообще никто не должен знать этого.

— А если подробней? — не унималась Зина.

— Ничего я особенного не расскажу, сам не понял, — вздохнул я.

— Просто прикоснулся, вспышка и залечил? Как в кино? — охнула она.

— Типа того, — сухо ответил я.

— Ну ты крут, конечно, — засмеялась Зинаида. — Помнишь, как мы встретились в начале первого курса? Ты тогда признался мне, что не маг и расстраивался сильно.

— Смутно помню, — кивнул я.

— На нас смотрели те, кто на болоте… — улыбнулась Зина, взглянув куда-то вдаль.

— На болоте? — переспросил я.

— Ну Целительский факультет. Мы его болотом называли, — ответила Зина, отхлебнув половину содержимого своего бокала. — Там одни надменные синекровки учатся.

Понятно. Синекровки — аристократы, значит. Голубая кровь.

— А у нас отдельное здание было, в квасилке… — продолжала Зина, подкурив тонкую сигаретку и отходя к приоткрытому окну. — Ты чего, и это не помнишь?

— Я ж говорю — очень смутно, — вздохнул я. — Что за квасилка?

— Квасилка, наш фельдшерский факультет. Так вот. Мы только познакомились, выходим из квасилки. И тут ты столкнулся у лавочек с этим, как его… — пощёлкала пальцами Зина. — Во, с Колей Верещагиным. Вот это ублюдок, такую гниль ещё поискать!

— И что было? — заинтересованно спросил я.

— Он такой — «Свали, плесень»! — злобно запыхтела Зинаида, которой вино явно ударило в голову. Видно, на старые дрожжи наложилось, вот и захмелела быстро. Она потушила в пепельнице окурок, выдувая струйку дыма в окно.

— Плесень?

— Ну да, плесень, — кивнула Зина. — Ну, ты ваще. Нас так называли все эти синекровки с болота.

— А я что? — глотнул я ещё немного вина и закусил ветчиной.

— А ты — «От синекровки слышу», — захохотала Зина. — Тогда он так разозлился, помню. А потом в кампусе драка была. Надрали зад этим толстосумам!

Мы подняли тост за силу лекарей, затем ещё за то, чтобы все синекровки резко обанкротились и вышли на улицу просить милостыню. Следом Зина поставила на стол наливку.

Я продолжал цедить бокал неплохого вина. Наслаждался вкусом напитка и слушал рассказы захмелевшей Зинаиды.

А она вспомнила, что мы участвовали в паре таких драк. Одна из них произошла в «Студео», в студенческом кафе на территории городка. Тогда аристократы одержали верх. Вторая случилась недалеко от библиотеки, и там уже силы были равны. Даже с учётом того, что синекровки применили артефактные жезлы, вышла ничья. И Зина принялась красочно описывать, как чуть лично не задушила одного из самых борзых.

Если во время вина Зинаида ещё держалась, то после наливки совсем поплыла.

— А я ж как только глянула на тебя, Лёшик, так сразу… — выдохнула она. — Думаю, какой красивый парень. А ты тогда даже на меня и не смотрел… Посмотри на меня сейчас.

— Смотрю, — встретился я с Зиной взглядом. Напилась подруга прилично и многозначительно улыбалась мне.

— Может по водочке, а? — прищурилась она. — И оставайся у меня. Куда ты ночью-то попрешься? Темень там такая, и метро скоро закроется.

Она игриво прижалась ко мне бедром.

— Зин, мне пора идти, — встал я из-за стола, делая последний глоток вина. — Помнишь, я говорил, что у меня ещё дела?

— Ну и давай! Чего расселся? Дела у него. У меня тоже полно важных, и-ик, дел! — насупилась Зинаида и поднялась из-за стола, провожая меня до порога.

— Благодарю за то, что сохранила это, — я забрал шкатулку со стола и спрятал во внутренний карман куртки, которую накинул на плечи.

— Знала бы, что ты такое хамло — выкинула бы её к чёртовой матери, — процедила Зина.

Я обулся, вышел за порог и хотел попрощаться, но дверь перед моим носом захлопнулась.

— Ну ладно, так даже лучше, — хмыкнул я.

Дверь вновь открылась, и в лицо мне прилетел белый пакет, в котором ранее лежала шкатулка.

— Кажется, вы забыли! — выпалила Зинаида, окатив меня перегаром.

Дверь вновь захлопнулась.

Я отправился к выходу, столкнувшись на ступеньках с тем же мужичком, который выгуливал пуделя.

Он прищурился, проводил меня взглядом до дверей. Видно понял, что я здесь не живу. Да мне как-то по барабану, что он понял, а что нет.

Я вышел во двор и почесал в направлении метро. По пути пытаясь разложить по полочкам в голове новую информацию.

Ладно, бог с ним, с этими летающими платформами и разломами. Меня интересовала шкатулка, которую я сжимал в кармане. Точнее то, что там лежало.

И как же столько долга набежало? По логике, раз это оставили родители, которых уже нет в живых, они должны были оплатить наперед время хранения.

Откуда этот чертов долг — ума не приложу. Я решил, когда вернусь домой, обязательно позвоню ещё раз оператору. Служба поддержки работает круглосуточно. Вот пусть и расскажет мне, отчего такая крупная сумма. Пол-ляма, если перевести на деньги моего родного мира! Это же уму непостижимо!

Обо всем этом я размышлял трясясь в вагоне метро. У выхода на моей станции была толпа людей.

Недалеко на парковке мерцали в свете фонарей лакированными боками несколько крутых тачек.

В памяти что-то мелькнуло. Я увидел лицо отца, точнее отца Алексея. Он улыбался, когда мы подходили к одному из таких автомобилей. Отец посадил меня на колени, за руль «Волги». Я точно знаю, что это была именно «Волга». Не спортивная модель, но люксовый класс. Счастью Алексея не было предела, а отец обещал, что у него будет целый автопарк таких машин.

Погружённый в воспоминания, я столкнулся с кем-то, причём меня тут же пихнули в сторону. Белобрысый парень в чёрном костюме. Рожа знакомая. А с ним худощавый и бородатый парень в сером. Он меня и оттолкнул.

— Полегче! — воскликнул я ему.

— Так это ж вы налетели на меня, уважаемый! — процедил мне белобрысый. Затем он присмотрелся и оскалился. — О-о-о, ах-ха-ха! Знакомая плесень!

Память Алексея подсказала, кто это. Белобрысый — барон Эльдар Бородин, а рядом с ним Петя Маклаков. Оба те ещё упыри.

Надо же, повезло мне встретиться с ними именно сейчас! Память подсказала, что эта парочка на последних курсах связалась с бандой Мамонта, спирт палёный доставляла студентам в общаги. Бароны активно прикрывались авторитетом Мамонта, поэтому их никто не трогал. Зато они активно задевали всех, кто был ниже по рангу, в том числе и меня.

А с барыгами встречались в таких вот людных местах. И сейчас явно ждали кого-то. Тем более, как подсказала та же память, именно Мамонт контролировал эту территорию. И мало ли что его банде было надо в данный момент — инструменты, оружие, спирт, или ещё чего запрещенное.

Моего реципиента, они хорошо знали, особенно Бородин, которому тот однажды, в ответ на оскорбления, разбил лицо.

— Ну что, плесень, как будешь извиняться? Ты ведь меня толкнул, — окликнул меня Бородин, направившись следом.

— На колени упадёт, — весело выпалил Маклаков и затормозил меня, уводя в сторонку, подальше от толпы. Он хохотнул, перекидывая между зубов зубочистку. — Мы ведь ещё не договорили. Извинись сначала.

— Извиняться перед упырями? — ухмыльнулся я. — Вряд ли.

— Полегче, плесень, — прошипел блондин, и оглянулся в сторону проходящих мимо нас людей. — За это ведь может и прилететь.

— А потом будешь Кресту всё объяснять, — улыбнулся я.

— Крест? Ты на него работаешь? Ха! — Бородин слегка растерялся такой новости, но всё же не потерял бодрости духа. Хотя он отпустил мой воротник, и на том спасибо. — А ты разве не слышал? Твой Крест последние денечки живет. Мамонт его завалит.

— Откуда такая информация? — удивился я. — Ты так тесно общаешься с Мамонтом? Принеси — подай — иди нахер не мешай?

— А он стал ещё более дерзким, — бородатый Маклаков переглянулся с Эльдаром, затем подмигнул мне: — Ладно. Смотри, больше не попадайся нам на пути, плесень, — тыкнул он в мою сторону пальцем, — Иначе зашибём ненароком.

— Аналогично, — хмыкнул я.

— Дерзкий, да? — раздул ноздри Бородин, будто бычара на корриде. — Смотри, как бы язычок не подрезали…

— Эй, молодёжь! — появившийся из толпы полицейский, не спеша направлялся к нам. — Что это вы там устроили?

Видно кто-то уже сообщил ему, что начинается драка, либо камеры подсказали. Вон, одну я, кажется, вижу. Плоская таблетка мерцала огоньком на столбе неподалёку. Это ведь точно камера.

— Да всё хорошо! — радостно ответил ему Бородин. — Встретили старого друга. Беседуем.

— Знаем мы эти ваши беседы, — заворчал полицейский, не сбавляя шага. — А потом собирают трупы по подворотням после таких бесед.

— Валим отсюда, — прошипел своему дружку Бородин.

— Ох, смотри, Лёха, — тихо пробормотал Маклаков, проходя мимо меня. — Как бы чего не вышло.

Он прошёл мимо меня, догоняя Эльдара. Именно в этот момент меня что-то кольнуло в плечо. Я аж дёрнулся. Будто прививку поставили. Странно.

— Всё нормально? Будешь писать жалобу? — обратился ко мне коренастый полицейский, подойдя вплотную. — Я всё видел по камерам. Отвечаю за этот участок, вот и среагировал.

— Спасибо за помощь, — поблагодарил я. — Но я бы сам справился. И жаловаться никуда не собираюсь.

— Правильно, — закивал полицейский. — Это очень здравое решение, парень. Свяжешься с этими отпрысками богатых и знаменитых — затопчут. Как пить дать затопчут.

— Я не поэтому отказался от жалобы, — улыбнулся я в ответ. — Ещё раз благодарю за бдительность.

— Береги себя, парень, — махнул мне полицейский, покачав головой.

Ну да, я никогда не жаловался, и не собираюсь этого делать. Сам решу свои проблемы. Разберусь я с этим Эльдаром и с его дружком, если ещё раз попадутся под ноги. Для них припасена как раз парочка разрядов анестетика. Я даже энергии не пожалею на сутки наркоза.

Я подошел к стоявшему неподалеку банкомату и положил все деньги, которые оставались в конверте, на свой сберовский счёт. Достаточно было просто открыть приложение банка на телефоне, прислонить этот коммуникатор к экрану, и в пасть ящика закинуть две тысячи сто девяносто пять рублей.

Когда данная сумма пришла на телефон я взглянул на итоговую.

Чуть больше двух двести. А хотелось бы больше пяти, чтоб выкупить ячейку в банке.

Занять у Креста? Так я ему и так уже должен. Причём, как я уже вспомнил, приличную сумму. Посадил он меня на финансовый крючок конкретно. Десять тысяч рублей с процентами — это последняя озвученная им сумма, когда Алексей месяц тому назад просил денег взаймы. Но Крест просто напомнил о долге и кинул подачку в пару сотен.

Память предшественника вновь мне помогла. Я вспомнил, как он попал в кабалу к авторитету. После окончания обучения Юрка, детдомовский дружбан, уже работал на Креста курьером. Вот он посоветовал мне перекантоваться, пока не найду работу. Крест завлек Алексея. Дал деньжат, подкормил, затем сказал, что тот должен, ну и всё.

Так что Крест — точно не вариант.

Зина не отдаст своё богатство, которое упало на неё буквально с небес. Точнее приехало со стороны перекрёстка. Если она вот так буквально тащится от денег, то я даже ста рублей не выпрошу, услышав в ответ сто причин, почему она не займёт.

К тому же мы с ней поругались.

Погружённый в тревожные мысли, я побрел домой.

***

База Мамонта, переговорная комната, двумя часами ранее

— Ну что, господа? — просипел Аркадий Романович Мамонтов, оглядев двух командиров бригад. — Сегодня мы собрались по очень важному поводу.

Сегодня настроение босса было отличным. Мало того, что он получил отличные новости о Кресте, так ещё и взвесился после тренажёрного зала.

Сначала он не поверил, но цифры врать не будут. Свершилось. Он сбросил ещё полкило!

— Да, Аркадий Романыч, мы знаем, зачем позвал, — кивнул худой мужичок с проплешиной на голове, крутивший перед собой чётки. — Насчёт Креста побазарить.

— Что ты, Тимур. Я обычно не базарю, а раз-го-ва-ри-ваю, — хохотнул Мамонт. — И хватит щёлкать своими чётками. Ты что, нервничаешь?

— Никак нет, Аркадий Романыч, — покачал он головой. — Просто привычка.

— А ты, Ефим, чего молчишь? — всмотрелся он в накачанного лысого «быка» с татуировкой молнии на щеке.

— Я сразу скажу, Романыч — Креста надо валить, — выдавил Ефим. — Он дал слабину, первым пошёл на мир.

— Согласен, — кивнул Мамонт. — Значит, дела у него не очень хороши.

— Он слабеет, — произнёс Тимур.

— Ага, и боится, — кивнул Ефим.

— Нет, — выставил указательный палец Мамонт, спрятав улыбку. — Ефим, ты не прав. Да, Тимур вот правильно сказал. Слабеет наш враг. Но запомните — Крест не боится, и никогда не боялся.

— Обязательно запомним, — отозвался Тимур. — Тогда и я тоже за мочилово.

— Тогда единогласно, — оскалился Мамонт, поднимая руку вслед за своими помощниками. — Но… Не нужно всех мочить. Нам нужны бойцы и хирурги. Анаболик решил зубы показать, огрызается.

— Вот поэтому Креста и надо мочить. Объединятся с Анаболиком — и могут затоптать, — выпалил Ефим, доставая сигарету из пачки.

— Здесь не курят, Ефим, — холодно заметил Мамонт, и его помощник спрятал сигарету. Затем босс хлопнул в ладоши. — Ну что ж. А теперь перейдём к самому интересному. У нас есть четыре с половиной дня. Всё это время мы будем готовить к стрелке и вооружаться.

***

Добрался я до квартиры после полуночи. Стоило мне зайти в комнату, как среагировала фигурка воина.

— Слава Империи! — закричал он через динамик, взмахнув сияющим мечом.

— И тебе привет, механический, — поздоровался я с ним, сбрасывая костюм и отправляясь сразу в душ.

Постояв под бодрящими контрастными струями, я немного освежился. Затем отправился на кухню и навернул две тарелки куриного супа.

Плечо странно зачесалось. Именно там, где я почувствовал укол, когда один из мажоров проходил мимо. Я запомнил его взгляд. Эта сволочь явно торжествовала.

А значит, и укололо меня в плечо неспроста.

Я отодвинул от себя пустую тарелку, закатал рукав футболки и всмотрелся на небольшой прыщ. Точнее даже крохотный. Очень похоже на укол.

Но ведь Маклаков просто прошёл мимо! Хотя этих магов хрен разберёшь. Явно ведь какое-то заклинание на мне использовал.

Внезапно плечо свело судорогой, которая распространилась по всему телу. И вдруг холодильник передо мной дёрнулся и начал вытягиваться к потолку, изгибаясь дугой.

Глава 7

/ВНИМАНИЕ!

В организме обнаружен сильный галлюциноген.

Нейтрализация…/

Между тем комната вокруг меня продолжала меняться. Теперь на столе появились глаза. Один из них подмигнул мне, а затем стол ударил ножкой по полу, словно конь, просящийся на волю.

Я вскочил, кинулся в сторону окна. Но мои ноги вязли в полу, словно в зыбучих песках. Упорно продолжал я идти в сторону окна. Следует открыть его, вдохнуть свежего воздуха. Может это ускорит процесс нейтрализации?

Через пару секунд глюки меня покинули. Окно было распахнуто. Я склонился над подоконником, высунувшись наружу. Снизу доносился шум проезжающего транспорта, голоса шумной компании у подъезда.

Вот это меня накрыло! Я ведь мог выпасть из окна. Запросто. Чего-то похожего и добивался Петя Маклаков. Вот же псих чёртов. Впрочем, как и Бородин. Два сапога пара. Укол блин…

/Поздравляем!

Опасное вещество выведено из организма.

Потрачено: -100 очков опыта.

Текущий уровень: 2 (60/250)/.

Эй! Куда?! Это мой честно заработанный опыт, мать твою!

Было до жути обидно. С какой стати у меня забирать так много опыта? Ещё пара операций — и я достиг бы третьего уровня. И меня ждали много бонусов, и скорее всего очередная крутая способность. Как же так?!

Но больше я ничего додумать не успел. Накрыло такой волной слабости, что я лишь смог доплестись до кровати, и моментально отключился.

/Идентификация…

Статус: лекарь 4-го разряда.

Специальность: лекарь-хирург.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик».

Анализ задачи: информация отсутствует.

Инструкция: доступ получен.

Текущий уровень: 2 (60/250)/

Я потянулся, зевнул, вытащив смартфон из кармана штанов. Вырубило меня знатно. Уснул в одежде на кровати, ну надо же!

— Слава Империи! — воскликнул механическим голоском мечник, здороваясь со мной блестящим мечом.

— И тебе доброе утро, дружище, — вновь зевнул я. Затем бегло взглянул на часы, горящие на экране телефона.

«09:12».

Вот это я задрых. Уже утро, пора шевелиться.

Спрыгнул я с кровати и направился в ванную.

Что ж, сообщение системы уже в целом более-менее наглядное. Я поднялся в разряде. Был третьего разряда, а стал четвёртого. Что ж, эволюция Алексея Логинова началась. Да и способности радовали. Ещё недавно у меня не было ни одной. А теперь целых три!

Инструкция — понятно. Это ведь та самая книга, отпечатанная в моём сознании, когда я попал в этот мир.

Единственное, что меня смущало — некая задача. По ней отсутствовала информация. Что это может быть — вообще непонятно. Либо это глюк системы.

Умывшись, я вернулся за стол. Провёл самодиагностику. А точнее — собрал магические нити в подобие щупа, а затем погрузил его в выставленную ладонь. В целом всё хорошо. Сердце работает стабильно, давление в норме, внутренние органы чувствуют себя отлично.

Вчерашняя галлюциногенная встряска осталась в прошлом. И система действительно справилась с той дрянью, которой одарил баронский ублюдок.

Да, система, спасая, прилично откатила меня назад. Но тут уж ничего не поделаешь. Придётся принять и учесть в дальнейшем.

Заварил я в кружке чайный пакетик, сделал пару бутербродов и отправился в спальню. Затем покосился в сторону телика. Пульт я не нашёл, но ведь он должен быть где-то в этой комнате.

Оставив лёгкий завтрак на столике, я оглядел каждый угол. Пульт может валяться где-нибудь, но так же быть в одном из ящиков шкафа.

В итоге я перерыл всю квартиру и нашёл его в итоге почему-то на кухне. Какого чёрта он делал в шкафу рядом с мойкой — ума не приложу. Видно Борис по-пьяни туда закинул и забыл.

Вернувшись в спальню, я включил телевизор, устроился на кровати. Попал на унылое шоу, где семейная пара чинила разборки прямо в студии.

Обычное шоу, каких и в моём мире достаточно. Но меня смущало, что муж был с лыжной палкой, а жена со сковородкой. И ведущему это безумно нравилось. Он хохотал, стравливая их, и публика в зале аплодировала и подбадривала семейную пару.

Вот это бред, конечно. В этом мире явно шоу шагнули на другой уровень, и не сказать, что вверх. Днище конкретное.

Когда супруги схлестнулись, картинка поменялась.

«Экстренный выпуск» — мелькнула красная надпись, и на экране появился встревоженный репортёр в очках.

«- Аномалия появилась на старом Арбате!» — тревожно говорил он в микрофон со значком канала. — «И прямо сейчас готовятся к её ликвидации наши доблестные гвардейцы Империи!»

Я даже про чай забыл, всмотрелся в экран. Каменная мостовая, несколько ларьков в стороне, ни одного гражданского. Их видно успели уже эвакуировать.

За спиной репортёра толпа гвардейцев в красной броне. На некоторых уже баллоны, а в руках большие устройства, вроде огнемётов.

Ну да, они и есть, огнемёты. Я увидел языки пламени, которыми выстрелили в воздух несколько гвардейцев. Остальные ликвидаторы проверяли и настраивали в руках что-то вроде электронных дубинок. Те вроде стреляли разрядами.

И ещё эти доблестные гвардейцы не спешили. Будто к прогулке готовились.

Диктор продолжал рассказывать, как датчики обнаружили появление аномалии и как гвардейцы сразу же отреагировали на сигнал.

Но я пытался понять, где же там сама аномалия. Вглядывался, и не мог различить. Хотя что-то блестело на горизонте. Картинка была плохой, не разобрать.

Затем репортёр нашёл одного из гвардейцев, который был не столько напряжён, сколько собран. Лёгкая улыбка на лице говорила, что ничего страшного в этой аномалии нет.

«- Насколько это опасно», — обратился к нему репортёр. — «Как бы вы оценили по Шкале Шрёдера угрозу?»

«- Я бы не стал пока оценивать. Показания меняются. Остальная информация пока засекречена», — сообщил гвардеец.

Гвардеец присоединился к своим товарищам, репортёр же пообещал держать всех в курсе. Новости завершились, и вновь на экране продолжилось шоу.

Визг, крики, матерщина, хруст лыжной палки, просьбы ведущего не останавливаться.

Я переключил этот бред, нашёл новостной канал. Но там транслировали старый сюжет про наводнение в Уральской губернии.

В это время телефон на столе просигналил сообщением. Кто там жаждет общения со мной? Зина успела отрезветь, съев пару килограммов йогурта с усиленным уррой? Я даже хохотнул, представив такую картину.

Но нет, сообщение пришло от «Импер-чс».

«Внимание! Действующая аномалия!

Просьба всем жителям Восточного административного округа оставаться дома до дальнейших распоряжений».

Стоп. Я ж как раз в этом районе. Выглянул в окно. По улице так же неспешно прогуливались горожане. Кто-то выгуливал собак, а кто-то спешил в супермаркет неподалёку, либо в сторону метро.

Никто особо и не реагировал на сообщения. Странно.

Ведь это аномалия! В самой Москве! Причём она появилась внезапно. Иначе бы сразу же локализовали. Но затем я вспомнил слова Зинаиды, сложил их с тем, что увидел из окна. Ну да, аномалии не воспринимали серьёзно.

Прожевав ещё одну печенюшку и запивая её чаем, я залез в телефон. Решил просветиться в Сети. В «Яндексе+» накопал об этом очень двоякую информацию. Эксперты не сходились во мнениях, пытаясь объяснить природу аномалий.

Была официальная информация. Учёные умы утверждали, что магия появилась после того как откопали древние кристаллические пещеры. Те являются источниками силы для магов, и в то же время выдают магический фон, который периодически прорывается через защиту. Вот за счёт этого фона и образуются аномалии. Или, другими словами, разломы, из которых крупнее шершня ничего не показывалось.

Но была и другая сторона экспертов. Она утверждала, что аномалии являются следствием используемых в черте города магических заклинаний. Целительная магия и магия лекарей якобы влияют на это. Усугубляют ситуацию и аристократы, устраивая между собой магические дуэли. К тому же элита аристократии изредка собирается на демонстрациях силы, которые изредка проходят на Красной площади. И показывают, на что способны. Я подметил про себя, что интересно будет посмотреть на это.

Так вот, по мнению оппозиции в итоге остаточный фон после всех заклинаний и провоцирует аномалии.

В общем, ничего непонятно. Но жутко интересно. Некоторую информацию я всё же для себя почерпнул.

Затем я понял, что чай и бутерброды — это, конечно, хорошо, но следует заняться приготовлением более серьёзного блюда.

Куриный суп в печёнках уже сидит. Так что пора приготовить картофельный соус. На одном из развлекательных каналов я нашёл документальный фильм о глубинах океана. На экране мелькали большие медузы, косяки рыб закручивались в спирали. Диктор завораживающе бормотал на фоне.

Я расположился в спальне напротив экрана и принялся чистить картофан в большую кастрюлю, отправляя очистки в ведро.

Справившись, вернулся на кухню, бегло проверил наличие остальных ингредиентов. Куриная грудка есть, лук тоже имеется, картошку почистил. Зато нет специй. Забыл я про них напрочь.

Пора сгонять в магазин. Аномалия, насколько я понял, не сильно тревожит местных. А почему я должен сидеть дома? Выскочив из подъезда, я направился в сторону супермаркета, который к моему удивлению назывался «Семёрочка», наблюдая за прохожими и всем, что творится вокруг.

Но ровным счётом ничего не происходило. В стороне под деревьями несколько соседей выгуливали собак. Далее по тропинке проезжали велосипедисты, а по дороге так же мерно проезжали машины, заруливая во дворы.

Правда, отличие одно было. В воздухе пахло озоном, будто во время грозы. Хотя небо было чистым, ни облачка.

Я добрался до супермаркета и двери с шелестом передо мной раскрылись. Преодолевая несколько стеллажей, я нашёл то, что мне нужно. Взял несколько пакетов Хмели-сунели. Затем прихватил лаврушку про запас. Увидел пакет высушенных водорослей Вакаме, причём с добавлением всё того же активного урра. Что ж, их тоже попробуем.

Прихватив всё добро с собой, я добрался до кассы. Дождался, когда кассирша отпустит бабушку передо мной и протянул ей продукты.

В этот момент загудела сирена. Очень близко.

Я метнул взгляд через стеклянную витрину на улицу. В глубине между высотками что-то поблёскивало. И я заметил гвардейцев, которые заливали что-то впереди себя столбами огня.

— Ну всё, щас начнётся, — процедила остроносая кассирша. — Давайте быстрее, — затем обратилась к ещё двум мужчинам, которые стояли за мной: — Всё! Перерыв! Больше не отпускаю!

— А что начнётся? — спросил я, оплачивая с помощью телефона купленные товары. Прислонил его к датчику на кассе, как делал это много раз в родном мире.

— А то вы не знаете. Опять шум поднимут. В подвал сейчас спускаться будем, — пробурчала продавщица, пробивая мои товары.

Двери с шипением разъехались в стороны, впуская двух плечистых гвардейцев.

— Ну а я что говорила, — тихо произнесла кассирша и уже более громким голосом встретила новых посетителей: — Что произошло?

— Всем покинуть помещение и спуститься в подвал, — хмуро сообщил усатый гвардеец.

— И заблокируйте вход, — произнёс второй гвардеец. — У вас же есть щит?

— Да, есть. Сейчас, — вздохнула кассирша.

Второй гвардеец выскочил наружу, тогда как первый собрал всех и повёл в подвальное помещение, которое находилось в районе склада.

В это время кассирша нажала на пульт. Снаружи опустились стальные жалюзи, закрывая вход и стеклянные витрины супермаркета.

Именно в этот момент я почувствовал некое касание. Будто еле ощутимый порыв ветра дунул в мою сторону, едва коснувшись сознания.

Что это было непонятно. Да к тому же датчики гвардейцев в виде жезлов, прикреплённые к их поясам, молчали и лишь мерно мигали зелёными индикаторами.

Мы спустились в подвал, который больше походил на бомбоубежище. Здесь под потолком крутился вентилятор, в стороне я заметил стулья и пару диванов, а чуть дальше холодильник и за ним дверь с табличкой «Вход только для служебного персонала».

— А что там? — показал я рукой в сторону двери. — Щитовая?

— Ага, жрачная. Припасов там на неделю, — улыбнулась кассирша, затем нетерпеливо обратилась к гвардейцу, который собирался на выход: — И скоро эти ваши мероприятия закончатся? Мне людей отпускать нужно.

— Когда надо, тогда и закончатся, — зыркнул он в её сторону, замирая у входа и доставая рацию. Затем буркнул в неё: — Пятый, что у тебя?

— У меня пустые баллоны, но аномалия погашена, — выдохнул он. — Третий добивает.

— Красавец, — похвалил его гвардеец. — Выходим тогда.

— Ага, выходите, — вяло отозвался Пятый. — Вроде наши маги говорили, что это последняя. Достала уже эта хрень, если честно.

— Всё нормально, пятый, — ухмыльнулся гвардеец. — Много, зато зелёные.

— Типун тебе на язык. Ещё оранжевых нам не хватало, — хохотнул в ответ Пятый. — Всё, отбой.

— Ну вот и всё, — улыбнулся нам гвардеец. — Немного посидели, зато все живы и здоровы.

— Да ничё б с нами не случилось, — отмахнулась от него кассирша. — Только пугаете.

— Всегда надо перестраховываться, — хмыкнул усатый гвардеец, открывая дверь наружу и выходя из подвала.

Следом за ним потянулись и мы.

Стальные жалюзи поползли наверх, открывая нам дорогу, по которой бодро шагали гвардейцы.

— Вы и правда сжигаете аномалию огнём? — спросил я у усатого гвардейца, когда он собирался на выход.

— Парень, тебе незачем это знать, — сухо произнёс он и покинул супермаркет.

Я ещё хотел узнать о зелёных и оранжевых аномалиях, но понял, что мне никто не собирается это объяснять.

— Ты больше так не спрашивай, — предупредила кассирша. — А то напросишься.

— На что? — удивился я. — Всего лишь поинтересовался.

— На штраф напросишься, — хмуро произнёс мужчина, который подошёл к кассе. — Они придумают, за что тебе его выписать.

— А вы не знаете, чем отличаются зелёные аномалии от оранжевых? — спросил я у него.

— Безопасностью отличаются, — натянуто улыбнулся мужчина.

Ну ладно, узнаю из других источников. В Сети информация точно по ним будет.

Я вышел из супермаркета, всмотрелся туда, где ещё недавно боролись с аномалией. Заливали всё огнём, мда. Но ни подпалин на припаркованных тачках, ни следов на асфальте. Если это и огонь, то какой-то магический.

Вернувшись в квартиру, я застал на лестничной клетке Бориса. И его слегка знобило. Видно ещё не похмелился.

— О, а я тебя как раз жду, — выдавил он. — Ты где шастаешь?

— В магазине был, — холодно сообщил я ему. — Что хотел?

— Дай денег, а? Ты ведь заплатил за неделю, она скоро пройдёт, — заметил арендодатель.

Я подумал, посмотрел на него. Он же не отстанет. Хотя я ведь могу и помочь. А в следующий раз он поможет мне. Куда денется.

Вспомнил я, что у меня оставалась наличка. Пятирублёвая купюра, которую припрятал на чёрный день. Вот, считай, и пригодилась.

— На, держи, — протянул я ему смятую купюру. — И чтоб не шумел, понял?

— О, братец! Да ты меня выручил! Ха-ха! — радостно оскалился Борис, вырывая деньги из моих рук. — Слушай, я вообще не хотел у тебя просить. Но сам понимаешь, трубы горят.

— Потуши свои трубы, но не буянь. Понял? — предупредил я.

— Конечно, обижаешь, — расплылся он в улыбке и побежал вниз по лестнице.

— Спасибо, друг! — услышал я его голос.

Друг. Как же. От таких друзей надо подальше держаться. Я достал ключи, справляясь с замком, перешагнул порог.

Разувшись, закрыл за собой дверь и направился на кухню и принялся готовить соус. Лишь включил музыку на смартфоне, чтобы не так скучно было.

Вроде даже нашёл спокойные треки, где барабаны не долбили в уши, и была хоть какая-то гармония.

Но послушать мне не дали. Смартфон разразился энергичной мелодией входящего вызова. Я дорезал лук, вытер руки о полотенце и взял телефон в руки.

Звонила Зинаида. Поначалу я не хотел принимать звонок. Но затем всё же решил поговорить.

— Лёшик, привет, — начала она извиняющимся тоном.

— Зин, не называй меня так, — не выдержал я. — Хотя бы Лёша. Давай так.

— Лёша, я вчера слишком погорячилась, — вздохнула Артишок. — Ты ведь спас меня, а я вот так себя повела. Прости меня, пожалуйста.

— Я не в обиде. Хорошо посидели, — сказал я, и Зина выдохнула.

— Ну и замечательно, — хмыкнула она. — Ты хоть успел на метро?

— Да, всё нормально, Зин, — ответил я. — Успел, конечно. Ты что-то ещё хотела? А то я тут занят.

— Занят, ну да. Ты вечно чем-то занят, — пробубнила Зинаида. — Кстати, мы можем прогуляться сегодня.

Я закатил глаза. Ну вот как сказать, чтобы не обидеть? Она ведь намёки совсем не понимает.

— У меня полно дел, — сообщил я ей. — Если освобожусь раньше — напишу.

— Ладно, не отвлекаю, — тихо ответила Зина и отключилась.

Картошка уже закипела, и я тут же убавил конфорку. А затем услышал сверху громкие басы. Да твою же мать, Борис! Ты же обещал не шуметь. Но видно он уже всё забыл, пока шёл за своим пойлом.

Затем музыка резко стихла. Я услышал сверху ругательства дяди Бори. А затем почувствовал вновь лёгкое касание.

— Слава Империи! — воскликнул игрушечный мечник из спальни.

На меня он не мог среагировать. Но что же тогда? Кто там?

В груди похолодело, я направился в комнату, сжимая нож в руке.

На уровне глаз что-то мелькнуло, нечто призрачное. А затем я почувствовал, как голову сжало от боли.

— Ну всё, человек! Теперь ты в моей власти! Их-хи-хи! — раздался тонкий голосок.

Глава 8

/Внимание!

Обнаружена ментальная сущность!/

Да я уже понял это, и безо всякой системы.

— Подчиняйся мне! Ну же, давай! Подчиняйся! Ну! — продолжал кто-то распинаться в моём сознании.

Я пытался унять головную боль, сосредоточиться, и внезапно увидел нечто скорее на грани восприятия, чем визуально. Вот прямо перед собой, на уровне глаз.

Долго размышлять было явно вредно для моей головушки, которая прямо сейчас словно раскалывалась на несколько частей. Я машинально выпустил магические нити, связывая ими непонятное существо. Получилось. Полупрозрачные очертания существа заколыхались. Оно дёрнулось и забилось, будто попало в силок.

— Гра-а-а! — раздалось хрипло и надсадно, затем я… увидел крылья. Так это же птица! Ну, точно! Птица!

— Отпу-у-усти-и-и-и, изверг, — закряхтело существо. — Гр-р-ра-а-а-а!

Вот это да! Я вспомнил ментальное касание в тот момент, когда опускались стальные жалюзи в супермаркете. Получается, это существо из аномалии. Именно тогда оно привязалось ко мне. Но почему выбрало именно меня?

— Отпустишь — скажу, — выдавила птичка, которая, оказывается, ещё и мысли читает.

— Ты кто будешь? — задал я вполне закономерный вопрос.

— Да грач я, астральный грач. Доволен? — расстроенным голосом произнесло существо. — Теперь давай уже отпускай.

Я немного ослабил нити, и призрак вздохнул от облегчения.

— Ну ладно, я пошутил, так-то, — протянул грач. — Не хотел я тебя подчинять. Мирок неплохой, уже который раз наведываюсь. Но даже не знал, что вы, люди, такие злые.

— Так ты ж сам напал на меня, — рассмеялся я в ответ.

Голова прошла, даже немного прояснилась. Сразу после того, как нити опутали существо, оно прекратило атаку, переключившись на своё спасение. И атаку эту я бы назвал ментальной. Не просто же так у меня голова разболелась?

— Ой, напал! Ха-ха! — захихикало астральное существо. — Крохотная хищная птичка напала на большого и совершенно беззащитного громилу. Ой, беда!.. Ты серьёзно это утверждаешь? Я ведь просто пошутил.

— Не думаю, — замотал я головой. — Ты ведь точно хотел подчинить меня.

— Ой, ладно. Проехали, — я заметил, как грач нервно поёрзал в магической ловушке. — Ну что, отпустишь меня? Больше не потревожу.

— Ну и куда ты отправишься? — не спешил я выпускать птаху на волю. — Тебя же поймать могут. Думал над этим?

— Отсижусь где-нибудь, — пробурчал грач.

/Внимание!

Ментальная сущность под угрозой.

Риск обнаружения ментальной сущности — 95%!

Риск раскрытия владельца системы — 95%!/

— Ну и что ты замер? Отпускай! — взвизгнуло существо. В этот момент я подошёл к окну. К подъезду подъехал фургон с гербом Империи.

Если отпущу — точно поймают грача, а затем ведь могут вычислить и меня по его следу. С таким уровнем технологий это очень даже возможно. Так что я напряженно думал, что предпринять.

/Внимание!

Угроза в радиусе 30 метров!

Риск обнаружения ментальной сущности — 99%!

Риск раскрытия владельца системы — 99%!/

«Имперская служба зачистки» — прочёл я на борту. Боковая дверь фургона отъехала в сторону. Из него выскочили несколько гвардейцев с мерцающими овалами на штативах.

Один из них растянул штатив, поднимая его к окнам моего дома. Остальные также подняли головы. Я успел отойти от оконного проёма до того, как на меня обратили внимание.

«Исключить риски» — отправил я команду Системе.

/Запрос принят.

Необходима привязка ментальной сущности к объекту/.

«Запустить привязку» — подтвердил я, чувствуя, как колотится сердце.

/ВНИМАНИЕ!

Перезагрузка…/

Сразу после этого меня изрядно тряхнуло, стрельнуло в голове, будто в мозг врезались несколько иголок. Грач запищал как резаный, что его убивают.

На пару секунд я потерял слух, зрение, обоняние. Вообще потерялся в пространстве, очнувшись на полу.

Всё прекратилось. Я поднялся, выдохнул. Чувствовал я себя вполне нормально, да и грач тоже не жаловался. Он появился перед моими глазами, часто махая крылышками в воздухе. Видимо, понял, что произошло.

/Загрузка завершена!

Ментальная сущность привязана к хозяину системы.

Защита от внешних воздействий активирована/

— Не сказал бы, что я в восторге. Но это лучше чем быть пойманным, — рассудительно подытожил грач.

А что, неплохо! Теперь у меня появился питомец. Ну надо же! Я до сих пор не верю, что такое вообще произошло со мной.

— Тебя ведь ищут, так что лучше спрячься, — порекомендовал я.

— Ох, точно! — спохватился грач, растворяясь в воздухе.

/Внимание!

Угроза в радиусе 10 метров!

Риск обнаружения ментальной сущности — 0,1%!

Риск раскрытия владельца системы — 0%!/

Буквально в этот же момент на площадке раздались шаги. Постучали в дверь к соседям. Рядом жила пожилая семейная пара.

Судя по голосам гвардейцев, их было трое. И разговаривали они очень напряжённо. Что-то запищало, видимо, измеряли фон магический, ну или след.

Через минуту постучали и в мою дверь.

«Ох, и чо будет, если найдут. Блин, чо будет-то? Меня заберут? Сожгут?» — начало паниковать в моей голове ментальное существо.

— Просто затихни. И ни слова больше, — пробормотал я себе под нос. Грач прекрасно услышал каждое моё слово и послушно замолк.

Я открыл дверь, встречая на пороге трёх здоровых лбов.

— Доброе утро. Нам бы замеры провести, — вежливо обратился ко мне гвардеец с бритыми висками. Он сунул мне под нос удостоверение гвардейской службы зачистки со своим фото.

— А что случилось? — постарался я изобразить удивление. — Я слышал, что аномалия в Москве была.

— Да, всё так. В вашем районе, — кивнул второй, с колючим взглядом. — Нам надо проверить вашу квартиру и вас.

— Так, а что ищете? — вновь спросил я. — Меня в чём-то подозревают?

— Всё нормально. Просто формальность, — улыбнулся третий, высокий с вытянутым лицом. — На вашем этаже зафиксирована подозрительная активность. Это для вашей же безопасности.

— А, если так, прошу, — отошёл я в сторону, пропуская гвардейцев в квартиру. — Можете не разуваться.

Ну да, они так меня и слушают. Уже попёрлись в спальню, затаптывая пол ботинками. Затем включили свои устройства и начали водить ими по стенам и углам.

Их датчики напоминали мерцающие овалы, с циркулирующей энергией внутри. Овалы закреплены на штативах будто от настольных ламп, только массивней. А держали гвардейцы эти приборы при помощи специальных рукоятей, над которыми были закреплены экраны с пульсирующими кривыми. Точь-в-точь как на мониторах пульсоксиметров из моего мира.

— Так, Роман, кухню и ванную проверь, — приказал тот, что с колючим взглядом. — Я пока тут.

— Да погодь, Саня. Ща всё сделаем. Настраиваю чувствительность, а то опять сбилось, — тяжело вздохнул гвардеец с бритыми висками. Он потыкал в экран и направился в ванную, скрипнув дверью.

— У тебя что, Григорий? — спросил Саня у второго.

— Вообще ничего, — хмыкнул он. — Даже эха нет. В прихожей чисто. Под кроватью и в шкафу смотрел.

— Слава Империи! — воскликнул игрушечный мечник, взмахнув своим засиявшим клинком, а Саня хмыкнул.

— У моего сына такая же, — произнёс он, затем огляделся и подошёл ко мне. — Максимально расслабьтесь. Я просто проведу искателем. Никакого облучения или ещё чего-то не будет.

— Хорошо, — попытался я скрыть нарастающее волнение.

Меня ослепило искрящимся овалом, в нос ударил запах перегретого металла и проводки.

Прибор еле заметно пискнул, и Саня напрягся.

— Что там у тебя? — подошёл к нему Григорий, скользнув по мне настороженным взглядом. Я заметил, как его рука сместилась к поясу, поближе к жезлу, мигающему красным индикатором. — Нашёл?

Струйка холодного пота скатилась по моей спине. Но я старался не показывать вида. Лишь обеспокоенно смотрел в сторону прибора.

— Да не пойму. Хрень какая-то, — пробубнил Саня, потыкав в экран и вновь провёл передо мной.

На этот раз сигнала не последовало.

— А я говорил Михалычу, что давно их менять нужно. Пять лет старичкам, — вернулся из кухни Роман. — Всё чисто.

— Чудо техники, блин, — вздохнул Саня, и снова провёл искателем, теперь уже вокруг меня и за мной. — Ничего не показывает странного, а вдруг взял и запищал.

— Неужели что-то обнаружили? — я изобразил удивление на своём лице, как мог естественно.

— Всё хорошо, не волнуйтесь, — успокаивающе произнёс Саня. — Угрозы не нашли.

— Ну что? Всё тогда? Отбой? — вопросительно взглянул на него Григорий.

— Да, сматываем удочки, — кивнул Саня и собрал штатив, выключая экраны и гася свой датчик.

Остальные гвардейцы сделали то же самое и покинули квартиру.

Какое-то время я в шоке осмысливал произошедшее. В глубине сознания заворочался мой новый питомец.

— Пока не высовывайся. Ждём, — произнёс я вслух, обращаясь к нему.

«А я и не собираюсь», — проворчал грач, вновь затихая.

/Поздравляем!

Уровень безопасности восстановлен.

Спасены: одно ментальное существо.

Привязаны: одно ментальное существо.

Награда: +100 очков опыта!

Текущий уровень: : 2 (160/250)/

Я окончательно выдохнул, затем отправился в ванную за ведром и нашёл швабру с тряпкой, планируя промыть пол. На уборщицу я ещё не зарабатываю, так что придётся всё делать своими ручками.

А натоптали гвардейцы в моей обители изрядно.

— Ну вот и всё! — воскликнул грач, показываясь в воздухе. — Ты видишь меня?

— Не очень, — признался я, домывая пол в спальне.

— А так? — питомец появился у меня на плече. Полупрозрачный, но птичьи контуры были видны отчётливо. Грач клюнул меня в плечо, и я почувствовал еле ощутимый укол. — Ага, видишь и даже чувствуешь.

— Но это не даёт тебе права клевать меня, верно? — заметил я, выжимая тряпку и вновь бросая её на швабру.

— Да я просто проверил, — хихикнула птичка. — Тогда я полетел, до скорого. Может и увидимся ещё.

Он вылетел в окно. Я улыбнулся. Что-то мне подсказывает, что он вернётся. Система говорила о привязке сущности. Следовательно, никуда этот птиц не денется.

Где-то заработала тревога, а затем я вновь почувствовал касание, в районе лба.

— Вот же попадалово, — тяжело вздохнул грач, устроившись на столе. — Меня засекли и давай шмалять. И что я им сделал плохого?

— Ты пришёл из разлома, поэтому тебя и боятся, — заметил я.

— Как и гусениц, и пчёл с осами, и моих собратьев, — злобно заметило существо. — Ладно, чёрт с ними. Ты лучше скажи, какого короеда я тут снова оказался?

— Ты привязан ко мне, забыл? — улыбнулся я.

— А-а-а, блин, — протянула птичка, я даже увидел, как он хлопнул крылом себе по лбу. — Точно. Я ж привязан к тебе.

— Тебе повезло со мной, — заметил я.

— Посмотрим. Как говорили мои родители, которых сожгли на прошлой вылазке — никогда не доверяй словам хомо сапиенс, время покажет, — сообщил грач. — Ты меня спас, но только потому что и сам мог попасть под замес. А так бы…

— И так бы тоже спас, — уверил я его.

— Ну ладно, почти убедил. Я ведь мысли читаю. Так что верю, — хмыкнул пернатый.

— Меня зовут… — я осёкся, чуть не сказал «Владимир». — Алексей.

— Алексей, Алексеюшка, Алексий, Лёша, Лёха, — перечислил грач. — Буду звать тебя Лёхой.

— А тебя я буду звать Карычем, — сообщил я птичке. — Карыч. Классное прозвище.

— Да ну, фи, — птичка показалась в пространстве более чётко.

Теперь я мог различить перья и поблёскивающие бусины глаз. Поблёскивали глазки больше от недовольства.

— Хорошо, тогда Геннадий Карович, — кивнул я.

— Не-не, отматываем назад, — замотал крыльями передо мной грач. — Карыч вполне нормальное имя. Да, я подумал и решил. Отличное имя.

— Тогда Карыч, — ухмыльнулся я.

В дверь громко постучали. Так мог только ломиться один товарищ. Борис, больше некому.

— Спрячься, — тихо обратился я к питомцу, и тот растворился в пространстве.

Добрался я до двери, распахнул её. На пороге стоял обеспокоенный Борька. Был он явно опять под шафе. Вроде и стоял ровно, но взгляд уже мутный.

— Кто это был, Алексей? Я ж хотел к тебе зайти. А потом это… увидел гвардейцев на этаже, — напряжённо спросил он, шагнув в квартиру без спроса. Но дальше порога не прошёл. Лишь окинул квартиру беглым взглядом.

— Искали тех, кто громко музыку врубает и соседям покоя не даёт, — ответил я.

— Серьёзно? О как, — Борис чуть не присел от такой новости, явно принимая её за чистую монету.

— На тебя намекали, — продолжал я нагнетать. — Наверное, кто-то на тебя пожаловался. Но сам не пойму, почему ко мне пришли.

— И чо ты сказал? — чуть ли не шёпотом выдохнул Борис.

— Сказал, что Борис давно бросил пить. Они обознались, — попытался серьёзно ответить я, но всё же уголок моих губ дрогнул.

— Ну да, бросил. Почти. Ну дела, — охнул Борис, затем прищурился. — А, дык ты шутишь! Ты ведь пошутил?

— Что ты хотел? Я занят, — произнёс я, и дядя Боря запыхтел, слегка краснея.

— Шутник, тоже мне. Чуть приступ не хватил, — процедил Борис, затем в его взгляде промелькнула надежда. — Займи пять рублей, а?

— Нет у меня налички, — холодно сообщил я этому алкашу. — И вообще, пора завязывать. Как лекарь тебе говорю. Одышка, красное лицо. Голова кружится? Сильно потеешь?

— Да пошёл ты! — психанул Борис, выскакивая за дверь и обернувшись. — Я к нему как к человеку, а он…

— Ладно, держи, — я протянул ему несколько копеек, что нашёл в кармане. Вроде даже рубль наскрёб.

— Ох, спасибо, Алексей, — расплылся он в улыбке, подставляя ладонь монетам. — Просто на работе зарплату задерживают. Я как получу — отдам.

Из его уст это явно значило никогда. Но он мог быть полезен в ближайшем будущем, так что пока буду одалживать.

***

Южное Бутово, поместье Державиных, в это же время

— И как это понимать, Софья? Ты что опять творишь? — с тудом сдерживая гнев посмотрел на неё отец, когда они возвращались с прогулки по саду. — Угнала машину из-под носа охраны. Ты понимаешь, что могло произойти? А если б ты сбила ту девушку насмерть?

— Отец, я не пойму, почему защита на «Волге» не полностью сработала, — вздохнула Софья. — Стекло не должно было треснуть.

— Я уже разобрался и выгнал одного деятеля, — мрачно произнёс князь Державин.

— И что он сделал? — удивилась Софья, и в ответ её отец вздохнул.

— Какая тебе разница, дочь? — нахмурился Державин.

— Я хочу знать, — произнесла княжна.

— Недавно менял лобовое стекло и поставил липовое, у барыг каких-то нашёл, — тихо произнёс Державин. — Но ты не уводи разговор в сторону. Речь о твоей выходке.

Они уже прошли сад, который уже наскучил Софье так, что выть хотелось. Затем впереди показался огромный трёхэтажный фамильный дом, чем-то даже смахивающий на дворец, который ей тоже опостылел.

Княжна очень хотела вырваться на волю из этого душного пространства. — Иван Тимофеевич, девушку вылечил её попутчик. Он оказался лекарем, — сообщил её отцу Владислав, начальник охраны, который сопровождал их.

О да, Софья запомнила этот взгляд. Чем-то зацепил её незнакомый парень. Уверенностью, спокойствием и ещё чем-то. Она не могла разобраться, чем, но он ей был симпатичен. Да и Ярослав Сергеич, их целитель, был крайне удивлён способностями незнакомца.

Она очень хотела перемолвиться с ним парой словечек. Узнать, как он так быстро остановил кровотечение. Если бы не Владислав и его псы, которые буквально запихнули её в машину…

— А если бы девушка была одна? Если б попутчик не оказался лекарем? — раздраженно спросил Державин, вырывая её из воспоминаний.

— Если бы кто-то не поставил липовое стекло, — продолжила Софья. — Так можно долго перечислять, отец.

— Софья, это уже ни в какие ворота не лезет, — покачал головой князь Державин. — Ведь это уже не первый раз. Я долго сдерживался, всё шёл на поводу твоей матери. Но моему терпению пришёл конец. Ты под домашним арестом на неделю.

— Отец! — возмущённо воскликнула Софья.

— И больше ни слова. Я уже понял, что бесполезно с тобой разговаривать, — холодно выдавил Державин. — Иди в свою комнату.

— Ну и ладно, — щёки Софьи вспыхнули румянцем, она отшвырнула зонтик от солнца в сторону и отправилась к фамильному дому.

Их домом и поместьем регулярно восторгались гости их семьи, а также подруги Софьи. Ох-хо-хо, какой бассейн. Ах-ха-ха, какая конюшня! Ого, какие у вас красивые кустарники и декоративные пальмы!

Всю свою жизнь Софья прожила здесь. Знала каждый уголок дворца, каждый сантиметр территории был ей знаком. И ей просто надоело сидеть на одном месте. Хотелось чего-то нового.

Но родители решили, что за пределами поместья опасно, что ей здесь будет гораздо комфортней. А если и выходить в город, то в сопровождении десяти вооружённых здоровых лбов.

— Ага, очень комфортные условия. Прям обхохочешься, — пробормотала под нос Софья. Она буквально залетела в дом, чуть не сбивая с ног служанку Марфу. Та попятилась и едва не уронила поднос с чайным сервизом.

— Доченька! — услышала она голос маменьки, но не остановилась.

Софья поднялась на второй этаж, шурша полами платья по широким мраморным ступеням, добежала до своей спальни и скрылась внутри, закрывая дверь на замок.

Сжав губы от нахлынувшей злости, она прошла до графина с водой, плеснула в стакан, глотнула и вернула его на стол.

Затем девушка подалась к окну, выглянув во двор. Отец давал распоряжения охране, которой стало в два раза больше.

— Наивный ты, папочка, — губы княжны растянулись в хитрой ухмылке. — Думаешь, что это меня остановит.

Софья смотрела на охрану, которая распределялась по периметру поместья, и глаза её хищно поблёскивали.

***

Тем временем я приготовил вкуснейший картофельный соус с куриной грудкой. И наелся им до отвала. После того как я допивал чай, Карыч предложил прогуляться.

Местом для нашей прогулки стал небольшой парк, который даже названия не имел. Парк и парк. Небольшой, метров сто, если не меньше. Хотя дышалось здесь легко. Птички щебетали на ветках. Да и поднявшийся ветерок, шелестевший листьями деревьев, отправлял меня в воспоминания из прошлой жизни. Я так же гулял по парку, недалеко от своей съёмной квартиры и грезил о светлом будущем.

Я ещё не смирился, что жизнь Владимира Тимашова закончена, но решил всё же воспринимать эту жизнь более реальной. Ведь я же здесь. Дышу, ем, говорю. А значит, существую в моменте именно здесь, а не там.

— Нет, мирок и правда симпатичный, — напомнил о себе Карыч. Я чувствовал его присутствие у себя на плече. Хотя для остальных он был невидим. — Я говорил, что часто сюда наведывался? Ещё раз скажу. Грачихи здесь просто кровь с молоком.

— Значит, прилетал поухлёстывать за местными грачихами? — я не выдержал и рассмеялся.

— Ну да, дело молодое, — хмыкнул Карыч.

— Ты ж призрачный. Не пойму механики, — ухмыльнулся я.

— Требуется совсем немного энергии, чтобы стать материальным ненадолго, — произнёс Карыч.

— Вот оно как, значит, ты такое можешь, — произнёс я, проходя мимо небольшого фонтана, который судя по всему давно не работал. Так что каменное изваяние в виде кувшина больше похоже на памятник. Ну да, памятник всем кувшинам, в которых закончилась вода, хах!

— Я вот что подумал, Лёха, — задумчиво пробормотал Карыч. — Мы ж теперь связаны? Может, ты того? Поспособствуешь моему росту?

— Раз мы связаны, ты и так будешь расти вместе с моим развитием, — ответил я. — Я точно не знаю, но скорее всего так и будет.

— Хочется верить, ага, — радостно каркнул Карыч. — Ещё бы пожрать чего-нибудь.

— Ты ещё чем-то питаешься? — озадаченно взглянул на плечо, где сидел невидимый грач.

— Будешь смеяться, но воздухом, — хихикнул Карыч. — Правда, особенным. Рядом с источниками силы, кристаллами.

— Ещё скажи, что ты можешь найти ближайший источник, — хмыкнул я.

— Ага, я его очень хорошо чувствую, — признался Карыч. — В стороне справа труба котельной, за дорогой. Километра два примерно.

— Тогда пойдём, прогуляемся, — улыбнулся я, и поменял маршрут.

Сворачивая на небольшую аллейку, я вышел на протоптанную тропинку, ведущую к проезжей части и под тихое весёлое посвистывание Карыча направился к месту силы.

***

Москва, где-то на дворцовой территории, незадолго до текущих событий

— Матвей, проходи, — зазвучал его голос, и слуга поклонился, заходя в небольшое помещение.

— Да, Магистр, неожиданные новости, — слуга, судя по всему, был растерян.

— Что ты там бормочешь? Отвечай, что произошло с аномалиями, — процедил Магистр. — Кто их потревожил? Ты ведь понимаешь, чем это чревато?

— Понимаю, но произошло. кхм… смещение магических полей. Удерживающие барьеры не справились, — тихо выдавил Матвей. — У нас гость.

— Очередное существо? — голос Магистра зазвенел в воздухе. — Ну, что ты молчишь? Крупное существо? Монстр?

— Нет, на этот раз человек, — растерянно взглянул на него слуга.

Магистр замер, округлил глаза, затем вскочил с кресла и заходил по комнате. Кто это может быть?

— Немедленно найти его, — процедил он, кое-как сдерживая гнев. — Бросить на это все силы, но не светиться лишний раз.

— Подключить тайную канцелярию? — спросил у него Матвей.

— Да, ступай, — отмахнулся он, и вернулся к своему креслу, устраиваясь поудобнее.

Хаос в Империи. Вот цель Магистра, вот к чему он стремится. А еще он прекрасно помнил предсказание, которое получил недавно от медиума Клауса.

«Ты хочешь вознестись на престол. Но придёт человек из другого мира, который помешает тебе это сделать», — так он сказал, перед тем как умереть от кинжала Магистра.

Он должен найти незваного гостя. И чем раньше он это сделает, тем лучше.

Глава 9

Москва, СИЗО №5 на Выборгской

Захарыч сидел в столовой за отдельным столом, жевал осточертевшую пресную перловую кашу и раздумывал, что делать дальше.

Трофим, замначальника СИЗО, как оказалось, трепло знатное. Захарыча всё же перевели в общую камеру. Хотя никто его особо не трогал, знали, что работает на Креста. К тому же Трофим так и не достал ему скальпель, который медик просил, оэтому Захарыч решил сделать хотя бы заточку из металлической пластины, скрывавшейся в подогнанной Крестом передачке. Даже неказистое оружие в умелых руках может быть достаточно опасным. И если вдруг кто-то осмелится напасть на него, пусть пеняет на себя.

Он думал о новостях с воли. Первая новость хорошая и неожиданная, вторая — ожидаемая и плохая.

Его помощник, бездарный и пустой лекарь с слабым даром, показывал чудеса хирургии. Он провёл уже несколько сложных операций и вытащил буквально с того света несколько людей Креста.

Просто с ума сойти! Алексей не использовал специальные нити, а зашивал исключительно магической энергией! Работа ювелирная. Не смог рассмотреть он в этом парне такие способности. И это его как изумляло, так и настораживало.

И ещё Захарыч узнал, что Мамонт не собирается и дальше держать его за решёткой. Эта паскуда хочет убрать его. Когда это будет, непонятно, но уж точно в ближайшее время. Либо Захарыч получит заточкой на прогулке, либо в одиночке удавку накинут ему на шею. Именно поэтому Егор Захарович сейчас обдумывал план побега.

Его должны перевезти сегодня из СИЗО № 5 в Бутырку, а там усилить режим. Скорее всего там и порешат. Так что если спасаться, то именно во время этапирования.

Лекарь уже отправил на волю послание и ждал ответа от Креста. Но успеет ли весточка дойти?

Напротив него за стол уселся здоровяк в майке с татуировками черепов на плечах. Амбал пристально посмотрел на него, принимаясь за еду.

— Ну и какого хрена ты припёрся? Я тебя не звал, — процедил Захарыч, зыркнув на здоровяка.

Амбал недобро оскалился и смял в ладони алюминиевую ложку.

— То же самое будет с твоей шеей, лепила, — оскалился амбал. — Мамонт заказал тебя.

— Ты хочешь связаться с лекарем-хирургом? — скривился Захарыч, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Жить захотелось с удвоенной силой. И он обязательно выживет. — Я ж тебя выпотрошу как цыплёнка.

— Меня просили тебе передать, — оскалился амбал. — Я передал.

— Молодец, теперь свали с горизонта, — прожёг его взглядом Захарыч.

Здоровяк хмыкнул и отсел за другой столик, поворачиваясь к нему спиной.

Захарыч доел кашу, и, отставляя тарелку, надзирателя, который посматривал на время и шёл к его столу.

— Егор Захарович Плетнёв. На выход, — сухо обратился надзиратель к нему. — За тобой приехали.

— Неужели на волю? — усмехнулся Захарыч. — А то я думаю, чего у меня настроение сегодня хорошее?

— Поговори мне ещё, — буркнул надзиратель, держа руки на поясе возле силового жезла, мерцающего энергией. — Сам пойдёшь, или помочь?

— Сам, конечно, — хмыкнул лекарь, отодвигая пустую чашку и вставая из-за стола.

— Тогда вперёд, в коридор, — холодно приказал надзиратель, и Захарыч послушался.

Они прошли по узкому коридору на выход, где его приняли двое крепких парней в тюремной форме. Бейджики на груди, всё как полагается. Вот только взгляды Захарычу не понравились.

Расписываясь в документах у дежурного, они посматривали на него слишком пристально, что ли. Люди, которые делают привычную для себя работу, так не смотрят.

На руки лекаря надели наручники, вывели во двор и посадили в обычную машину. Водила впереди, а конвойные по бокам.

Когда они выехали с территории СИЗО, сердце Захарыча тревожно забилось. Что-то было не так. Они сразу повернули в проулок и поехали совсем не по традиционному маршруту.

Он проводил взглядом торговый центр «Галактика», который не должен был видеть по пути.

На сердце Захарыча расползлась тревога. Адреналин ударил в кровь с такой силой, что закружилась голова, даже мутить немного стало.

Он нащупал под складками своего рукава самодельную заточку. Руки впереди, что уже хорошо. Так хоть есть простор для действий.

— Мы едем не в Бутырку? — удивлённо спросил Захарыч, постаравшись, чтобы это выглядело как можно более естественно.

— Какая тебе разница? — буркнул сидящий справа громила, нервно поправив воротник.

Рукав униформы немного оголил запястье, и Захарыч увидел край татуировки. Изгиб сабли и кандалы.

Всё стало понятно. Ни в какую Бутырку он не попадёт. Его уберут прямо сейчас, на точке приема металлолома, куда они в данный момент явно собирались заехать. Вокруг ни души, жилой квартал остался немного в стороне, а груды металла отлично скрывали то, что творилось за ними.

— Почти приехали, — напряженно ответил лысый парень слева. — Надо открыть ворота.

— Не тормози, Виталя, — бросил водиле светловолосый парень справа от Захарыча.

Водила зыркнул на него, выскочил из салона и быстрым шагом направился к воротам, поигрывая связкой ключей и оглядываясь.

Пора.

Ловким движением Захарыч выхватил скальпель и, чиркнув по шее светловолосого, разрезал сонную артерию.

— Ах, хр-р-р, — схватился тот за шею, пытаясь пальцами остановить выплеснувшуюся кровь.

— С-сука! — выкрикнул лысый.

Захарыч достал его в шею и нанёс пару рассекающих ударов, чтоб наверняка. Но тут же почувствовал удар в бок, затем ещё один.

Пожилой лекарь зарычал от боли, вспарывая горло лысому от уха до уха. Тот уронил голову, забулькав кровью.

В боку две большие раны от ножа, кровь идёт сильно. Но остался ещё один урод, и он уже почти у машины.

Лекарь дотянулся до дверной ручки. Открывая дверь, он протиснулся наружу, напоследок выхватив из рук лысого охотничий нож и тут же рухнул на землю.

— Твою мать! — вскрикнул водила, оказываясь рядом. Он вытаращился в салон и сильно побледнел. — Ты что сдел.?

Захарыч из последних сил бросился ему в ноги, повалил на землю, остервенело нанося удары ножом и чувствуя, как водила, хрипя, освободил руку. Удар в живот опрокинул Захарыча на спину. Водила обмяк, раскинул руки. Он тоже готов.

Лекарь увидел плетеную рукоять ножа, торчащую в животе. Вот же попал! Вытаскивать оружие сейчас нельзя, он это прекрасно понимал. Но ещё две открытые раны… он продолжал терять кровь. Слишком много.

Шансы не сдохнуть прямо здесь стремятся к нулю. Но они все же есть.

В стороне зазвонил телефон одного из людей Мамонта. Видно, авторитет хотел узнать, как всё прошло. Пусть звонит дальше, ублюдок.

В затуманенном сознании Захарыча хаотично мелькали обрывки мыслей. На тачке он не доедет, слишком слаб. Надо бы забрать телефон у одного из злодеев, позвонить своим. Но на это тоже нет времени. Кровь идёт сильно.

Лекарь выпустил всю энергию, которая у него еще оставалась, закупоривая одну из более серьёзных ран. Вторую надо закрывать дедовским способом. Это единственный выход.

Шатаясь и плотно зажимая бок ладонью, Захарыч добрался до аптечки в машине. Тяжело сел прямо на землю снаружи, оперевшись спиной на колесо, достал из белого ящика бинт, дрожащими руками намочил его перекисью и сразу же начал, скрипя зубами от боли, запихивать его в открытую рану.

Когда материал закончился, лекарь разорвал свою рубашку на лоскуты. Затем начал их один за другим, также как и бинт, пропихивать в рану, которую уже не чувствовал. В итоге закрыл отверстие в боку.

В этот момент сознание Захарыча поплыло. Он растянулся на земле, на грани потери сознания слыша знакомые голоса. И, довольно улыбнувшись, позволил себе отключиться.

***

Когда мы с Карычем добрались до котельной, грач вспорхнул в небо. Я не видел, как он это сделал, зато услышал над ухом характерный шорох крыльев.

Но затем питомец тут же и вернулся.

— Разведал немного. Да, мы почти на месте. В общем, Лёха, надо нам подойти ближе, — посоветовал он. — Огибаем котельную.

— Место силы рядом? — поинтересовался я, хотя уже слышал гудение охранного периметра.

— Мы почти у него, ага, — довольно хихикнул грач.

— И как ты будешь питаться энергией? Место силы ведь под охраной, — предположил я. — Его точно будут охранять.

— Да не энергией, — вновь хихикнул грач. — Ты ведь не в курсе. Такие существа, как я, питаются фоном от магических кристаллов. Чистая энергия сожгла бы меня в два счёта.

— Теперь ясно, — произнёс я, продолжая идти вперёд. — Тогда и подходить вплотную не надо.

— Да, ты прав, — добавил грач. — Я скажу, где остановиться.

В это время я уже брёл мимо забора котельной, собранного из металлических прутьев. За ним вяло слонялись люди в синих робах. Из курилки в стороне раздавались весёлые голоса.

По протоптанной тропе я прошёл мимо, а затем в полусотне метров увидел бетонные столбы с натянутой между ними колючей проволокой.

«Посторонним вход воспрещён!»

«Охраняемая територия!» — прочёл я надписи на развешанных табличках.

Кроме этого все столбы утыканы камерами, которые смотрели на подходы к запретной зоне. На территории возвышался небольшой холм, и прямо в него был врезан укреплённый вход с козырьком.

Там, видно, и находится скопление магических кристаллов.

Особенно поразило количество охраны. Несколько групп по три человека, вооружённые жезлами. Один из отрядов дежурил на входе, ещё три шастали по периметру. Стояли даже две небольшие укреплённые стальным каркасом вышки с выглядывающими прожекторами.

— Эй, парень! Ты что здесь забыл?! — окликнул меня с одной из вышек патлатый охранник.

— Да заблудился я! — так же громко ответил я. — Хотел срезать до магазина.

— Срезай в другом месте! — резко ответил он. — Здесь охраняемая территория!

— Понял, ага! — кивнул я ему. — Сейчас, навигатор настрою.

Достал я из кармана смартфон, планируя потянуть время. Все это время Карыч сидел на моём плече и питался энергией. Я слышал его довольное причмокивание.

Одной из групп охранников пришёл сигнал о моём присутствии. От неё отделился коренастый длинноволосый мужчина, срывая с пояса жезл. Тот запищал, явно переходя в активную фазу. Судя по потрескиванию на конце жезла, стрелял тот разрядами.

— Здесь нельзя находиться, парень, — нахмурился длинноволосый, останавливаясь у забора. — Немедленно покинь территорию.

— Да, я уже всё настроил, — улыбнулся я, показывая телефон, на котором заранее врубил навигатор. — Просто заблудился, бывает.

— Давай, шуруй отсюда, если не хочешь получить разряд, — пристально взглянул он на меня, поднимая жезл в мою сторону.

— Не имею такого желания, — вновь дружелюбно улыбнулся я в его сторону и повернул назад, к котельной.

Когда я проходил мимо котельной, меня заметили со стороны курилки. Пожилой мужик в робе аж крякнул, выскакивая из неё.

— Всё нормально?! Не долбанули тебя?! — окликнул он меня.

— Всё хорошо, — поднял я руку, — не тронули, да я и не нарывался. Заблудился, со всеми бывает.

— А то, бывает, пуляют молниями во всё что движется, — печально ответил он. — Котов всех наших пожгли, засранцы. Ты больше тут не показывайся. Тебя сняли уже. В следующий раз точно шмальнут, вот помяни моё слово.

— Спасибо за предупреждение, — хмыкнул я и продолжил путь.

Выходя из проулка, я тихо обратился к Карычу:

— Видно, надо искать новое место для твоей кормёжки.

— Уф-ф, на неделю точно натрескался, — выдавил он. — А потом поищу, что еще есть рядом.

В этот момент мой телефон затрещал от мелодии входящего звонка. Это был Пуля.

— Ты где, малой? На хате я тебя не нашёл, — голос его был запыхавшимся.

— Что случилось? — озадаченно спросил я.

— Ты где, я спрашиваю?! — зарычал Пуля.

Я увидел табличку на одном из ближайших домов и назвал адрес.

— Стой на углу, подберу, — выпалил в ответ водила и отключился.

Что там могло произойти? Мамонт напал на Креста, так и не дождавшись стрелки? Вроде ж не по понятиям так. Кто-то другой решил наехать на банду?

Чёрный седан, визжа резиной, показался из проулка. Пуля подрулил к тротуару, открывая дверь со стороны переднего пассажирского кресла.

— Залетай! Мухой! — пробасил он, и я запрыгнул в салон, закрывая дверь. Меня тут же вжало в спинку кресла — Пуля, похоже, решил выжать все соки из автомобиля. Втопил педаль газа в пол и понесся как умалишенный.

— Кому нужна помощь? — задал я вполне закономерный вопрос. Просто так бы меня с такой срочностью дергать бы не стали.

— Захарычу, — процедил Пуля.

— Он уже вышел? — озадаченно спросил я, и водила покачал головой.

— Не, его бы никто не выпустил. Люди Мамонта его убрать пытались, — объяснил Пуля, ещё сильней вцепившись в руль. Да так сильно сжал его, что пластик заскрипел, грозясь рассыпаться в руках здоровяка.

— В СИЗО?

— Потом всё узнаешь, Малой. Всё потом. Пока готовься к операции, — выдавил Пуля. — У Захарыча ножевые. Он тяжёлый.

Вот как. Значит, отбился от людей Мамонта, но его покоцали.

— Получили от него записку, вот и отправились искать, — Пуля решил мне рассказать ещё немного. — Василий нашёл Захарыча у машины. Он был в отрубе, весь в крови. Говорят, он уработал трёх людей Мамонта.

Серьёзный дядька, ничего не скажешь. Неплохо было бы с ним познакомиться. Разумеется, я рассчитываю спасти его.

Мы остановились у незнакомого дома.

— Всё, приехали, — выскочил из салона Пуля, я подался следом.

— Мы переехали? — оглядел я старенькое крыльцо. Козырёк сверху болтался на ветру, того и гляди сорвёт его.

— Временно, — кратко сообщил Пуля, открывая дверь и пропуская меня вперёд в полутёмный холл.

Здесь мне понравилось больше. Во-первых, много пространства, высокие потолки, даже гардероб имеется.

Во-вторых, большая операционная. Мы вошли в неё, проходя по коридору и заворачивая налево.

— Алексей, привет, — поздоровалась со мной Настя, уже надевая на руки перчатки. — Быстрей. Я уже приготовила инструменты.

Я бросил взгляд в сторону большого стола, на котором лежало тело небритого старика в тюремной робе. Из его живота выглядывала тёмная рукоять ножа. Хорошо хоть додумались не вытаскивать ее.

Не сказать, что Захарыч был щуплым. Комплекцией он ничем не уступал тому же Михею, который замер в стороне, нервно теребя четки.

Гвоздя не было, уже проще. А то я уже готов ему рожу расквасить за тупые наезды.

В целом, операционная тут была светлее, хотя кроме стола и большого стеклянного шкафа в углу больше ничего не было. Ну если не считать еще железной раковины в другом углу.В которой я сразу и отправился, помыть руки.

Дверь за моей спиной хлопнула. В операционной появился Крест.

— В общем, так, Алексей, Анастасия, — выдавил он, посматривая в сторону Захарыча. — Если спасёте Захарыча — будет солидное вознаграждение.

Я уже успел накинуть белый халат и надеть медицинские перчатки. Поймал заблестевший взгляд Насти. Её, как и меня, взбодрили слова авторитета.

— А не спасёте — считайте, что ваши долги умножаются на два, — добавил Крест. — Удачи.

Он покинул комнату, а мы с ассистенткой переглянулись. Всё было понятно без слов. Обратной дороги нет.

Я приступил к делу. Пульс у Захарыча прощупывался, но очень слабый. Я взглянул на рукоять ножа. Займусь ею в последнюю очередь. Для начала осмотрел две большие раны, и… просто в осадок выпал.

Одна рана на боку не кровила, хотя дыра была серьёзной. Видно, лекарь применил магию. Кровь остановил. Но вот вторая рана… Из неё выглядывали лоскуты тюремной робы. Он сделал себе тампонаду?!

Когда я учился, мы проходили такие случаи. Если остановить кровь не получается до стационара, делают тампонаду. В раневой канал постепенно забивают небольшие кусочки марли, бинта или лоскуты чистой ткани, причём полностью, до верха. Что Захарыч и сделал. Вот только лоскуты робы — не то же самое, что стерильный бинт или марля.

— Убираем тампонаду, — сухо сообщил я Насте, приготовившись к осмотру.

Ассинтентка принялась аккуратно доставать из раны лоскуты.

Захарыч дёрнулся, захрипел и сразу же получил от меня заряд «Веселящего анестетика». Уголок губ лекаря поплыл вверх, он успокоился.

Затем пришла очередь «Диагностического щупа». Я запустил его в освободившуюся рану, которая вновь начала медленно наполняться кровью.

Понял.

— Зажим, — протянул я руку, получая от Насти инструмент.

В это же время картинка раскрылась перед глазами. Очередная инструкция из книги. Схема, способы пережимания.

Я остановил кровь, затем Настя высушила салфетками рану. Минут десять я корпел над большой раной. «Магические швы» закрыли поясничную артерию, пару крупных капилляров, несколько вен. Последним на очереди был желудок, который также немного пострадал от ножа. Хотя удар пришёлся вскользь, что упростило операцию.

Следом настало время второй раны. В ней крови не было, и я сразу же приступил к зашиванию крупных сосудов.

— Вытаскиваю нож, — произнёс я, обращаясь к Насте. — Готовь сразу же кровоостанавливающие салфетки.

— Ага, уже готовы, — закивала ассистентка, смахнув с моего лба скопившийся пот.

Я убрал нож, и тут же брызнула струйка крови. К счастью, Остановили мы кровотечение оперативно.

Еще раз осмотрел щупом желудок. Оказалась задета правая желудочно-сальниковая артерия. Ещё бы на пару миллиметров ниже — и пострадала бы поджелудочная железа.

Я зашил артерию за пять минут. Магические швы накладывались как никогда идеально и быстро. К тому же я наконец приноровился и сейчас щупом контролировал процесс.

В итоге все раны внутри были высушены. Я уже собирался зашивать их окончательно.

Но… диагностический щуп вспыхнул красным, тревожно запульсировал.

— Алексей, что с тобой? — услышал я откуда-то издалека. — Лёша?

Что-то не то. Что же обнаружил щуп? Зафиксировал интоксикацию? Отравление?

«Да, он отравлен», — услышал я печальный голосок Карыча.

/ВНИМАНИЕ!

В крови пациента обнаружен сильнодействующий яд!

Через две минуты споры Крахома доберутся до сердца и остановят его.

Таймер запущен!

Внимание! Требуется уложиться в отведённые сроки! /

Я взглянул на Настю. Ассистентка побледнела, отходя от стола.

Захарыч в это время выгнулся на столе, и захрипел, а от одной из его ран расползлась в разные стороны зелёная паутина яда.

/ВНИМАНИЕ!

До смерти пациента 1 минута 45 секунд! /

Глава 10

Настя продолжала таращиться на заражённую рану. Михей что-то рычал. Явно угрожающее.

Ну а мне было не до этого. Я чувствовал, что могу справиться с этой заразой. Внутреннее знание проснулось во мне точь-в-точь, как тогда, во время первого появления «Магических швов» и остальных способностей.

Не было времени размышлять на эту тему, поэтому собрался и выплеснул несколько десятков нитей, и сразу же почувствовал нарастающее истощение.

На одной чаше весов новая способность. Вот она, осталось лишь пустить её в ход. На другой — слабость, из-за которой я могу вот-вот потерять сознание.

Голова кружилась страшно, а сердце шарашило с бешеным темпом, перекачивая кровь и подпитывая мой напряженный до предела мозг.

/ВНИМАНИЕ!

До смерти пациента: 45 секунд! /

Я взял себя в руки. Да, я должен справиться — многое на кону, в том числе и новый уровень, который обязательно должен получить!

Сконцентрировался я на хрипящем Захарыче. Он уже закатил глаза и пускал изо рта зелёную пену. Несколько десятков нитей я сплёл в сеть, оплетая ею корчащееся тело лекаря.

/ВНИМАНИЕ!

До смерти пациента: 30 секунд! /

Энергетический кокон туго оплёл Захарыча и вспыхнул. Я лишь мельком заметил множество искр, который зациркулировали по энергосети, а затем будто по команде впитались в тело пациента.

Захарыча трясло будто в лихорадке. Он заскрежетал зубами, а я коснулся его плеча рукой и отправил импульс «Веселящего анестетика».

Зашил кожные покровы Захарыча, уже находясь на грани потери сознания. Хорошо, что «Магические швы» теперь накладывались быстрее и гораздо точнее, чем в первый раз. Повезло…

Когда я закрывал последнюю рану, меня под руку поддерживала Настя, но меня все равно слегка пошатывало. И стоило мне завершить работу, наступила тьма…

***

/Задача выполнена!

Операция проведена успешно.

Деинтоксикация пациента успешно завершена

Изучена новая особая способность: «Нейтрализатор». Уничтожает все известные яды и токсины/.

Я открыл глаза, увидев перед собой встревоженное лицо Насти. Валяюсь на полу, а она рядом присела на корточки и зачем-то щупает пульс.

— Живой? Он живой! — махнула кому-то ассистентка.

— Куда же я денусь? — пробормотал я непослушными губами.

— На, выпей. С активным урром, — улыбнулась ассистентка, подсовывая мне стакан, в котором шипела таблетка. — Немного взбодрит.

— Мне бы золотой жёлудь. От Сбера, — попытался я рассмеяться, но лишь закашлялся.

— Пей давай, а не умничай, — буркнула Настя. — Я уж думала всё, хана пришла. Но ты… Лёшка, ты просто монстр. Я тебе не перестаю удивляться. Талантище.

— Вот перехвалишь, я и начну нос задирать и командовать, — предупредил я, замечая, что стол уже освободили. Захарыча уже унесли из операционной.

— Ага, ещё не родился тот, кто мной командовать будет, — хохотнула ассистентка. — Но ты скажи, как от яда организм почистил?

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Заработано: + 100 очков опыта.

Бонус за применение особых способностей: +20 очков опыта.

Бонус за применение новой особой способности: +50 очков опыта.

---

Вами достигнут новый уровень!

Текущий уровень: 3 (80/500)

Бонус за получение уровня: Усиление особой способности «Диагностический щуп». Теперь щуп способен распознать яды и токсины!

Дополнительный бонус за получение уровня: затрачиваемая энергия на особые способности уменьшается в два раза/.

Я улыбнулся сообщению, но Настя восприняла это по-своему.

— У тебя всё нормально с головой? Не перегрелся? А то с лекарями такое бывает. Ты ж одарённый, — произнесла она, продолжая встревоженно посматривать на меня. — Ладно, отдохни, я ещё что-нибудь намешаю.

Активный урр никакого результата не принёс. Я выпил всё без остатка, и всего лишь дышаться легче стало.

Попытался встать, но не вышло. Только и смог что подняться на локте и вновь вернулся в горизонтальное положение.

Настя убежала к шкафу, начиная греметь банками-склянками. А рядом со мной слегка блеснуло пространство.

«Ты не пугай так, Лёха. На, подпитайся, я и так недавно наелся» — услышал я тихий голосок Карыча в голове.

Питомец явно поделился энергией, и это меня взбодрило так, что я смог встать на ноги.

А тут и бонус пришёл после получения нового уровня. Силушки прибавилось так, что я почти вернулся к прежнему состоянию.

Карыч исчез, ну а Настя подошла с колбой, в которой я рассмотрел синюю жидкость.

— Надеюсь, это не яд Крахома? — вспомнил я название яда, которое озвучила Система недавно.

— Да ты и в ядах разбираешься? — удивилась Настя, затем хихикнула. — Шуточки, конечно, потомственного лекаря. Это витамины. Пей.

Я влил в себя терпкую жидкость.

— Ну как? — насторожилась ассистентка.

Я захрипел, схватившись за горло.

— Во дурак! — хлопнула она меня полотенцем, которое держала в руках.

— Да никак, если честно, — признался я.

— Значит, позже должно помочь. Витамины Юкка всё же эффективные, — подчеркнула Настя.

— Надо было сразу объяснить. Может, у меня аллергия на эти, как его, — щёлкнул я пальцами.

— Юкка, — улыбнулась Настя. — Это микроэлементы из глубоководных водорослей. Очень полезные. Это я взяла с собой свои, вот и пригодились.

— Хорошо, спасибо. Поделюсь результатом, — улыбнулся я. — Если он будет.

— Не сомневайся. Будет, — многообещающе закивала Настя.

В этот момент дверь распахнулась. В операционную зашёл Крест. И улыбка на его лице говорила о том, что он доволен работой.

— Я впечатлён, Алексей, — покачал он головой. — Такое сотворить может только профессионал своего дела. Я недооценивал тебя.

— Вознаграждение в силе? — спросила Настя.

Босс взглянул на неё, подошёл к столу и постучал по нему.

— Да, как и обещал, — кивнул он. — Выдам в конвертах. И столик поменяем. Поставим нормальный. Инструменты я тоже заказал через барыг. Придут завтра.

— Это радует, — улыбнулся я.

— Алексей, пойдём, поболтаем, — махнул он мне. — Есть у меня к тебе пара вопросов.

Мы вышли из комнаты в сопровождении Михея и ещё пары головорезов. Гвоздя не было видно. Скорее всего Крест решил убрать подальше этого шибко агрессивного типка, чтобы не отвлекал меня от работы. Наконец-то!

Мы зашли в одну из смежных комнат, и Крест оставил Михея у дверей.

— Проходи, садись, — махнул мне в сторону стола авторитет, сам же расположился в кресле напротив и откинулся на спинку, внимательно, с прищуром всмотревшись в меня.

— В чём твой секрет, Алексей? — спросил он.

— Никаких секретов, — развёл я руками. — Я чист перед тобой. Лекарем я устраивался, вот и выполняю свою работу.

— Ты изменился. Раньше был пассивным, угрюмым. Да и Захарыч отзывался о тебе как о слабеньком помощнике, не более того. Злился, что ты рукожопый, всё не так делаешь, — продолжал Крест, не отводя от меня внимательного взгляда. — А сейчас ты… кхм… ты показываешь такие результаты, что на голову превосходишь Захарыча. Он через одного спасал. Говорил, условий и возможностей не хватало.— Хорошо, буду говорить откровенно, — вздохнул я.

— Уж постарайся, — улыбнулся Крест. Улыбка эта была странной. Либо он мне не верил и нервничал, либо радовался, что подцепил на крючок талантливого лекаря.

— Во мне проснулся дар лекаря, — сообщил я ему. — И это произошло, когда оперировал Кардана.

— Интересно, — склонился над столом Крест, продолжая смотреть мне прямо в глаза.

— Я просто чувствую энергию, и использую её, — сообщил я, стараясь не отводить взгляда.

— И как ты ею управляешь?

— Интуитивно. Концентрируюсь на ранении, изучаю его, зашиваю. В общий наркоз, когда надо, ввожу, — перечислил я.

— Прям как Захарыч всё рассказал, — довольно причмокнул Крест. — Ладно, не пристаю. В вашу с Захарычем кухню я залезать не собираюсь, но откровенность ценю. Вот, держи. И своей ассистентке передай.

Авторитет скрипнул ящиком и достал из него два конверта, кидая их на стол. Они были подписаны, и, как и прежде, один был значительно тяжелее другого.

— Как думаешь, когда Захарыч встанет на ноги? — спросил меня Крест, когда я был уже в дверях.

— Сам не знаю, — пожал я плечами, бросив наугад: — Возможно, неделю будет восстанавливаться, или раньше придёт в себя. Теперь всё зависит от его иммунитета.

— Кардан, которого ты подлатал, уже вовсю работает, — улыбнулся Крест. — Так что и Захарыч поправится раньше.

— Это хорошо, — кивнул я.

— Ну ладно, можешь идти. Приводите в порядок комнату — и можете быть свободны, — произнёс авторитет.

Я вышел в коридор, Михей проводил меня до операционной.

— Красава, Алексей, — хлопнул он меня по плечу. — Ты прям ваще. Я просто охренел, когда ты это… ну, засияло всё вокруг. Короче, искры какие-то появились. Ну ты просто… просто мощь.

— Спасибо на добром слове, — улыбнулся я и вернулся в наш закуток

Ассистентка была на взводе. Наверное, думала, что авторитет меня решил попытать немного.

— Ну что там было? Что сказал? — тихо прошептала она, еле шевеля пухлыми губками.

— Вот, это тебе, — протянул я ей конверт с деньгами.

Настя открыла его, доставая пачку сторублёвых купюр.

— Пятьсот рублей, — ассистентка надула губки, хотя глаза её блестели от неожиданной премии. — В прошлый раз было то же самое.

— Так то было за месяц, — заметил я.

— Хотя да, ты прав, — скромно улыбнулась ассистентка, убирая деньги в сумочку.

Я в это время бегло пересчитал свою наличку и понял, что Крест выплатил мне три тысячи пятьсот рублей.

Методом нехитрых вычислений я понял, что могу смело идти в банк. Теперь у меня есть необходимая сумма, чтобы получить доступ к банковской ячейке! Хотя, с другой стороны, остаётся всего пятьсот рублей, и это на месяц.

Вряд ли Крест расщедрится ещё на одну премию. Раз он держит нас на поводке, значит ждать нам конвертов еще долго, и экономить опять придется на всём.

Надо будет подумать насчёт дополнительного заработка.

— Так ты же мне не ответил, — услышал я голосок Насти. — Как ты яд нейтрализовал? Это ведь только лекарям-магам под силу, и то не всем!

Я вспомнил слова Михея. Про искры.

— Ты ведь видела, как я лечил Захарыча от яда, — ухмыльнулся я.

— И просто охренела, — округлила глаза Настя. — Откуда это в тебе, Лёша?

— Да я и сам охренел. Вот как и ты, — рассмеялся я. — Во мне проснулся дар, и теперь я полноценный лекарь.

— Вам с Захарычем точно будет о чём поговорить, — радостно произнесла Настя. — Скорей бы он выздоровел. Хотя… мне и в твоей компании неплохо.

Разумеется, премий при Захарыче ей обычно не выплачивали, насколько я вспомнил, покопавшись в памяти Алексея. Лишь месячные выплаты, так сказать для поддержания штанов.

После того как Настя отмыла стол и полы, а я обработал инструменты, мы выпили по кружке чая с эклерами, которыми угостила ассистентка, и покинули операционную в сопровождении Михея и ещё одного молчаливого лба.

Мы добрались до метро, спустились в подземку, а на платформе наши пути разошлись. Я поехал в одном направлении, Настя — в противоположном.

Оказавшись дома, я решил устроить комплексный обед, точнее уже ужин. Разогрел остатки куриного супа и картофельный соус и сытно поел, подпитывая свой организм дополнительной энергией.

— Слава Империи! — воскликнул воин из комнаты.

— Забавный какой, — донёсся голосок Карыча. — И что только не придумают человеки, чтобы усложнить себе жизнь.

— Да просто забавный персонаж, — вернулся я в комнату с кружкой горячего чая. Устроился на кровати, подложив под спину подушку.

— Он тебя задолбает этой фразой. Ещё три дня повосхищаешься, а потом разобьёшь его вдребезги, — хихикнул грач, приобретая еле уловимые очертания. Он несколько секунд всматривался в игрушечного воина, затем клюнул сияющий меч. Разумеется, клюв птички пролетел фигурку насквозь.

— Зачем так радикально? Просто выключу, пусть для красоты стоит, — ухмыльнулся я, заходя через смартфон в Сеть.

Узнал график работы нужного мне филиала Сбера и понял, что тот уже закрыт. Значит, отправлюсь туда завтра.

Решил я узнать немного про этот удивительный мир и набрал в поиске «Что обозначают стрелы и мечи на автомобильных знаках».

— У меня кузен был вот такой болтун, и тупой страшно, — произнёс Карыч, отвлекая меня. — Блестяшка! Вот его любимая фраза. Как увидит отражение лучей солнца на воде — блестяшка! Посмотрит на солнце — блестяшка! Больше ничего и не мог сказать.

— Книжек мало в детстве читал? — хохотнул я.

— Да он и не умел, — признался Карыч. — Его в итоге перевоплотил в сорняк Астральный Грох.

— Это кто ещё такой?

— Кто такой… Божество астрального мира. Ему все астральные существа поклоняются, — объяснил Карыч. — Ой, ладно, там всё сложно. Не хочу даже вспоминать. Даже рад, что свалил из этого царства абсурда.

— А ты самый умный там был, получается, — заметил я.

— Ну да, я такой, — хихикнул Карыч. — Гений, что уж говорить.

Я покачал головой, переключаясь на смартфон. От скромности Карыч точно не умрёт.

Оказывается, эти знаки обозначают принадлежность к обеспеченному дворянскому роду.

Стрела — зажиточный барон или граф. Меч — княжеский род. А вот когда меч на имперском гербе — это очень крутая княжеская семья.

Я вспомнил значок на автомобиле той аристократки, которая сбила Зинаиду. Как раз там и был изображён меч на гербе. Значит, недалеко от меня, буквально в паре метров, стояла княжна одной из самых богатых семей Империи? Вот это да!

Да там и по целителю было понятно, что семья шибко обеспеченная. Даже он вёл себя так, будто сошёл с небес к простым смертным, морщил всё время нос.

Вот только девушка не была такой. Более естественная она, что ли.

Я даже вспомнил, как её усадили в машину, и взгляд, которым она меня одарила. Очень интересная особа. Я бы не прочь бы пообщаться с ней.

Вот только не по рангу, увы.

Затем я прочёл, что эти стрелы и мечи можно встретить также на одежде, на светских балах и не только. Вообще с титулами в здешней Российской империи была следующая ситуация. Князья… понятно высшая аристократия и даже император при желании не мог лишить их титула. Ну если только на поймал за задницу на каком-нибудь преступлении вроде подготовки государственного переворота. За ними шли графы. Это тоже титул передающийся по наследству и который невозможно купить. Древность рода и все дела.

Ну и император мог пожаловать графский титул в редких случаях особых заслуг. И последними шли бароны. Вот с ними была совсем другая ситуация. Баронский титул практически мог купить любой. Как я понял здешние миллионеры быстро становились баронами. Не знаю какой там был ценник, но судя по всему впечатляющий.

Затем я нашёл информацию об аномалиях. Оказывается, они возникают наплывами. Зелёные появляются чаще, и они наиболее безопасные. Насекомые, жучки, паучки и всякая такая мелочь. Есть и оранжевые аномалии. Они возникают гораздо реже, и информации о них почти и не было.

«Метровые зубастые крысы с чешуёй» — вот что я понял из последней сводки. Вот что вылезло из прошлой оранжевой аномалии. Это уже повеселее будет пчёлок и муравьёв.

Теперь хоть более-менее понятно. Хотя график появления постоянно менялся. Забавно, что он выглядел в Сети почти как прогноз погоды.

Следующий наплыв ожидался через полторы недели. Но это неточно, как писали прогнозисты.

После беглого изучения инфы в местной википедии, которая называлась «Библио-мир» — я примерно понял политическую картину мира.

Китай нам не конкурент. Британия, как и Япония — враги Империи, правда, этакие дремлющие.

Ну а Пятый рейх нейтральный, хотя сложно в это поверить. После Третьей Мировой войны имперцы разгромили Четвёртый рейх, в итоге на месте которого образовался Пятый рейх, в весьма сокращенных границах. И кстати теперь они довольно дружелюбные ребята, которые внезапно захотели сотрудничать с Российской империей. .

Африка раздроблена на племена, которые постоянно воюют друг с другом. Ну а то, что было Северной и Южной Америкой, здесь называют просто Штатами. Сколько там этих Штатов я так и не понял. Этакий продвинутый феодализм

Там больше распространена тёмная маги, жертвоприношения, поклонения Сатане и всему тёмному. А технологии там замерли на уровне кнопочных телефонов и пейджеров.

Телефон внезапно просигналил входящим звонком, а затем кто-то сбросил. Неизвестный номер. Кто бы это мог быть?

Затем в «Пульс» пришло сообщение с того же номера.

«Ну и зачем ты меня забанил, чудак?» — прочёл я.

И следом пришло сообщение, от которого я сразу похолодел.

Глава 11

«Ты не понял. Я знаю, кто ты!» — прочёл я сообщение от неизвестного. Это он о чем? Что за ерунда?

И вновь пришло следом фото. На этот раз оно загрузилось гораздо быстрее.

Опять я на первом плане, с синей аурой над головой. В этот раз я выходил из супермаркета. Но ладно это. Аноним влепил сверху стрелочку и подпись: «Владимир Тимашов».

Что?!

Мысли мои спутались, я смотрел на это фото ещё минут десять, не меньше, размышляя, кому я так перешёл дорогу, и что от меня надо. И как, блин, они узнали?!

— Ты удивлён, — заметил Карыч, материализуясь на кровати рядом со мной. Теперь я чётко видел очертания птицы. Недавняя подпитка явно пошла ему на пользу.

— Ещё бы. Да я просто охренел! — воскликнул я в ответ, отбрасывая от себя телефон. Затем снова схватил его и отправил сообщение: «Ты кто?»

Сообщение сразу прочитали, судя по галочке рядом с ним, окрасившейся зелёным цветом. Но аноним не спешил с ответом.

Карыч всмотрелся в экран, затем пощёлкал клювом. Он явно был озадачен.

— Это ведь ты. Но тебя зовут Лёха, — произнёс он.

— Я не из этого мира, — пробормотал я.

— Ну точно! — воскликнул грач, взмахнув крыльями и перелетая на стол. — А я думал, что не так? Какие-то сообщения, воспоминания странные. Ещё магия эта. Хотя нет, магия из этого мира.

— Я попал в это тело несколько дней назад. Раньше я жил в другом мире, — выдавил я, вновь взяв в руки телефон. Сообщения от неизвестного все еще не было. Он явно испытывает моё терпение.

— Как мы, оказывается с тобой похожи, — хихикнул Карыч. — Точнее не внешне… Ну, ты понял. Чтоб меня Астральный Грох в червяка превратил! А ты в свой мир можешь вернуться?

— Я там умер… наверное, — вздохнул я, чувствуя, как вновь подбирается ностальгия. — Давай лучше сменим пластинку.

— Пластинку? Какую? — растерялся пернатый.

— Выражение из прошлого мира, — улыбнулся я. — Сменим тему. Есть соображения, что это за псих мне пишет?

— Во! Псих! Как с языка снял! — засмеялся Карыч. — Есть пара версий.

— Озвучь, — попросил я, краем глаза посматривая на экран смартфона. Неизвестный вышел из сети.

Карыч спрыгнул на кровать, деловито зашагал по пледу.

— Либо это какой-то учёный из твоего мира, который вычислил твой переход, в кого ты попал, и теперь решил доставать тебя, либо это настоящий Алексей Логинов, который переместился в твоё исходное тело. Но вторая версия — бред.

— Почему? — задумчиво взглянул я на Карыча.

— Я изучал теорию полей и пространства, — заметил грач. — Да-да, не смотри так на меня. Карыч — птичка умная, читать умеет получше любого прямоходящего. Так вот, попалась мне на глаза одна книженция. Там сказано, что такого рода энергия импульсная, мощная и работает лишь в одну сторону. Не буду приводить тебе формулы. Я сам в них не секу.

— Первая версия вполне логичная, — произнёс я, вновь бросив взгляд на чат с незнакомцем. Не стал я его снова блочить. А какая разница? С другого номера опять даст о себе знать.

Переключился вновь на новости в Сети, где ничего особенного и не сообщали. Вновь домыслы насчёт предстоящих аномалий, размусоливание уже прошедшей, рассуждения о скоростных магистралях и возобновлении торговли с Китаем и Штатами.

Вот так незаметно день и подошёл к концу.

Когда я готовился ко сну, кожа в районе шеи начала чесаться. И что могло произойти? Странно как-то. Предположений от Карыча я слушать не стал. Он выдвинул версию, что так иногда действует магический фон, который вполне может раздражать кожу. Но сомневаюсь, что это так. Иначе бы все только и чесались вокруг места силы, и по всему телу.

Отправился под душ, постоял под тёплыми струями и поймал себя на мысли, что кожа перестала зудеть. Очень странно. Что бы это могло быть?

Вернулся в спальню и почувствовал, что кружится голова. Всё же потраченная энергия давала о себе знать.

Веки мои отяжелели, и я принял единственное правильное решение — лёг в кровать, закрывая глаза, и через пару секунд я отключился.

***

Ресторан «Прага», в это же время

Крест пристально смотрел на своего собеседника, который, в свою очередь, также внимательно уставился на него.

Он вызвал Мамонта на встречу, чтобы тот ответил за свои действия. Захарыч пришёл в себя, и то, что авторитет услышал, его очень сильно напрягло.

— Саша, ну сам посуди, с какого перепугу мне портить с тобой отношения? — улыбнулся Мамонт. Он ещё пару раз поболтал чайной ложкой в своей чашке, затем постучал ею о фарфоровую поверхность.

— Чего изволите? — подскочил бодрый официант с папкой в руках и ручкой.

— Принеси-ка нам бутылку виски. И лёд, отдельно, — распорядился Мамонт, отпуская парня.

— Сей момент, — кивнул тот.

— Захарыч видел татуировку, — процедил сквозь зубы Крест. — На руке одного из бандитов.

— Послушай, я слышал, что на твоего лекаря напали, — закивал Мамонт. — Но к этому я не имею никакого отношения. Мне-то оно зачем?

— Аркадий, татуировка, — напомнил ему Крест. В это время принесли виски и стаканы, официант по команде Мамонта разлил напиток. — Я не буду с тобой пить. Сначала давай решим основной вопрос.

— Вот ты упёртый, — удивлённо уставился на него Мамонт. — Татуировки, ха!

— Угу, на запястьях, — мрачно добавил Крест.

— А у Анаболика не носят татуировки? А у Мережина? — закинул риторические вопросы Мамонт. — Да там поголовно в них, и на мордах, и на запястьях и на плечах и спинах. Я не сторонник всей это чуши. Но да, и у меня есть такие кадры, любители забиться по уши. Но это ведь не повод обвинять меня. Да и что твоему лекарю могло померещиться во время нападения? Испуг, все дела. Сам же знаешь.

— Он увидел чёткий рисунок, — заметил Крест.

— Ну а теперь давай прикинем. Раз, — закинул первый кусок льда в свой стакан Мамонт. — В тюрьме он услышал, что Мамонт хочет его убрать. Ну допустим. Два, — в стакан упал второй кусок льда. — На воле кто только не говорит, что я мечтаю тебя замочить. Три, — Мамонт добавил в стакан ещё льда, — Твой лекарь и сам поверил в это. Ведь сложно не поверить после всех этих дел, правда? Вот и показалось ему… Ты разве не понимаешь, что нас пытаются столкнуть лбами?

Крест промолчал, обдумывая сказанное. Он тоже думал насчёт этого. В целом, Мамонт может быть и прав. Всё настолько неоднозначно, что хрен поймёшь, где правда, а где разводка.

— Возможно. Но кому это выгодно? — произнёс Крест.

— Саша, дорогой ты мой человек! Вот Анаболика возьмём для примера, — выдавил Мамонт. — Он ведь до сих пор слюни пускает на твою барахолку. Знает, что ты стрижёшь с неё нехилое бабло.

— Мы с ним союзники, Аркадий. Ты не путай, — заметил Крест, нервно постучав по столу.

— Я сказал, ты услышал, — хмыкнул Мамонт. — А дальше дело твоё. Хочешь верь, а не хочешь, можем разойтись. И тогда на стрелке будет совершенно другой разговор. Речи о мире идти не будет.

— Ладно, давай, — взялся за стакан виски Крест, поднял его и звонко чокнулся с Мамонтом. — Пока не делаем поспешных выводов. Возможно ты и прав.

— Да прав я, Саша, прав. Анаболик мутный, и ты лучше меня это знаешь, — Мамонт залпом влил в себя янтарный напиток, затем шумно выдохнул и закусил мясной нарезкой.

— Ладно, давай ещё разок, и я пойду. Дела не ждут, — кивнул Крест.

— У кого их нет, Саша. Тоже скоро побегу, — довольно улыбнулся Мамонт, и разлил виски по стаканам.

***

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ…

Статус: лекарь 4-го разряда.

Специальность: лекарь-хирург.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор».

Анализ задачи: информация отсутствует.

Инструкция: доступ получен.

Текущий уровень: 3 (80/500)/

Я открыл глаза, затем потянулся и протяжно зевнул.

— Слава Империи! — закричал мечник, и я дотянулся до тумбочки и щёлкнул выключателем позади игрушки. Затем взглянул на часы.

Уже одиннадцать утра, почти полдень! Вот это я задрых!

— Ну а я о чём говорил, хе-хе, — ехидно отозвался Карыч со стороны подоконника. — Достала тебя эта игрушка, правда ведь?

— Не усугубляй, просто решил от неё отдохнуть, — ухмыльнулся я. Карыч прав. И правда надоел до чёртиков этот клич.

Умывшись, я подался на кухню. Решил приготовить ещё одно простецкое блюдо — пожарить яичницу. В итоге получилась она у меня просто шикарной. Я решил апгрейдить её, добавил томаты и сверху потёр сыра, затем посыпал укропом, когда это кулинарное чудо было почти готово.

И конечно же слопал яичницу с удовольствием и в один присест.

После завтрака заварил я себе в кружке чай с бергамотом и активным урром, сделал пару бодрящих и обжигающих глотков. И в этот момент в «Пульс» пришло сообщение в наш общий дружеский чат.

«Народ, выбил скидосы на вечер в бильярдном клубе на Кутузовском!» — написал Рома Хмурый.

«Я не смогу, извини, бро» — ответил Миша Рюмаев.

«Я за любой кипиш, ребята! Поддерживаю. Когда соберёмся?» — пришло сообщение от Зинаиды Артишок.

«Мишаня, там на четырёх человек девяноста процентов скидка. Не подводи друзей», — написал Рома.

«Лёха скорей всего тоже не пойдёт» — ответил Миша.

Интересно почему он так считает? Я прикинул. А почему бы и нет? Я ещё много где не был. В бильярдные, конечно, не ходок. Но что такое кий знаю, правда, на уровне новичка.

«Я с удовольствием пойду», — написал я в чат.

«Миша, тебя ждём. Идёшь?» — появилось сообщение от Зинаиды.

«Да вы и мёртвого уговорите. Ладно, я в теме» — написал он в ответ.

«Ваще круто! Тогда собираемся через час у здания. Щас адрес пришлю» — ответил Рома Хмурый.

Судя адресу, я потрачу на метро минут сорок. Надо будет пересесть на Филёвскую линию и ехать до Кутузовской, а там ещё пешочком, судя по карте, минут десять.

Поэтому собираться надо уже сейчас.

— Ну и что это такое? Слово ещё какое заковыристое. Бльяр, — выплюнул Карыч.

— Бильярд, — улыбнулся я, переодеваясь в спортивный костюм. — Игра такая. Палкой бьют по мячу и загоняют его в лунку.

— Ой, не смеши меня! Ха-ха! — пернатый прям захохотал в голос. — Я представил.

— Пока не увидишь — не поймёшь, — добавил я, накидывая куртку и застёгивая молнию.

— Теперь я понимаю, почему люди злые, — заметил Карыч, подлетая к порогу, где я натягивал на ноги кроссовки, протирая их края влажной салфеткой. — Такие игры кого угодно заставят нервничать.

— Нормальная игра, — пожал я плечами. — Я же говорю — увидишь.

Я выскочил из дома, у подъезда автоматически здороваясь с бабушками, щёлкающими семками на лавочке.

— Здравствуйте, — натянуто улыбнулась самая пышная.

— Это ведь тот, что с Борькой бухает, ага, — услышал я за спиной и, не выдержав, рассмеялся.

Бабули у подъезда везде одинаковы. Сарафанное радио, просто катастрофически искажающее факты. Таким бы истории писать да в издательства стучаться. Ну или сценарии для русских сериалов. Туда бы энергию свою лучше направили, а не головы людям забивали своими фантазиями и домыслами.

Добрался я до метро энергичным шагом и спустился в подземку.

Народу было как-то неожиданно много. Создавалось ощущение, что все хором взяли отгулы и решили помешать мне приехать вовремя.

Хотя нет, у многих я увидел в руках папки, тубусы, кто-то был с чемоданчиками, почти таких, в которых передают деньги, либо ценные бумаги.

Народ гудел, ломился к эскалатору, а в стороне вяло посматривали в сторону толпы несколько человек из охраны подземки.

Всё как и в моём мире, за исключением того, что вместо дубинок или шокеров на поясах бравых стражей порядка мигали индикаторами силовые дубинки. Не знаю, на что они способны. Может, силовым полем бьют, а возможно и разрядами. Но проверять не хотелось.

В итоге я пролез к эскалатору и начал спускаться, стиснутый спереди и сзади. На всякий случай сжал в кармане кошелёк и сотовый. В такой суматохе могут подрезать, и глазом моргнуть не успеешь.

К платформе уже подошёл поезд, двери раскрылись, и я успел забежать в последний вагон.

Диктор сообщил о следующей станции, и поезд тронулся, разгоняясь. В этот раз я увидел рекламу умных кроватей с усыпляющим эффектом.

«Забудьте про бессонницу!» — кричал с экрана довольный усатый мужик. — «Кровати „Сигма“ подарят вам комфортный отдых!»

На экране девушка упала на кровать, улыбнулась, и я поймал себя на мысли, что не прочь бы оказаться рядом. Затем показали крупным планом слоя кровати, на которой возлежала красотка, томно улыбаясь. Понятно, ортопедический эффект верхнего слоя. От давления в верхнем слое запускалась реакция в нижнем, и магическая энергия окутывала девушку.

«Циркадные ритмы будут восстановлены за одну ночь!» — продолжал вещать диктор.

Затем последовала реклама золотых желудей от Сбера, следом вновь каплевидная «Волга» рассекала по скоростной автостраде.

«Скорость. Комфорт. Безопасность».

Ну да, безопасность, но только для водителей. Я вспомнил, как из-за треснувшего лобового стекла чуть не погибла Зинаида. Неужели местные при всех своих магических технологиях так и не смогли учесть этот момент?

Но в этом и странность. Должны были учесть. Тут точно что-то нечисто.

«Осторожно, двери закрываются…» — проговорил женский голос из динамика.

Вот же, чуть не проворонил свою остановку. Я выскочил на перрон за секунду до того, как двери с шипением захлопнулись.

Потратил ещё чуть более десяти минут на переход и поездку по Филёвской ветке до Кутузовской. Кстати, даже удивительно, как метро было похоже на знакомое мне Московское. Правда часть станций носила другие названия, но не все.

«Неплохо придумали человеки, спору нет», — отозвался в моей голове Карыч. — «Быстро и удобно доехали».

«Это тебе удобно», — мысленно ответил я питомцу. — «А твоему хозяину пришлось потолкаться».

«Но быстро же?» — не унимался пернатый. — «Я ведь прав?»

«Да прав, конечно. Тут не спорю», — улыбнулся я, выходя на свежий прохладный воздух.

Моросил дождь, шумели легковые машины и автобусы, проезжающие в ста метрах от выхода из подземки.

Я накинул капюшон и почесал в сторону бильярдного клуба, заранее доставая телефон и сориентировавшись по маршруту в навигаторе.

В родном мире я был в столице не так чтобы часто, но регулярно. В Москве жил брат отца, мой дядя, и двоюродные брат с сестрой. Как выдавалось время, так сразу прыгал на «Сапсан», и через четыре часа уже оказывался на Ленинградском вокзале, а затем на метро и в Крылатское.

Я увидел Рому и Михаила у большого здания с высокими ступенями. И к ним уже подошла Зинаида.

— О, вся банда уже в сборе! — радостно воскликнул я. Хоть я и знаком с ними совсем недолго — это ведь всё же друзья моего предшественника — но всё же возникло некое тёплое чувство от встречи с ними.

Мы поздоровались, Зинаида тепло улыбнулась мне.

— Ага, только вот один бандит чуть не опоздал, — посмотрел на время Роман. — Вперёд, надо столик занять.

— Ты же сказал, что забронировал, — напряглась Артишок. — Рома!

— Ну а что сразу Рома? Разумеется забронил, — улыбнулся он, поднимаясь по ступеням. — Но ведь там ажиотаж сегодня.

Мы зашли в здание. Вау, пол выложен мраморными плитами! Пройдя по коридору, попали в большой пустой зал. Судя по стоявшим пустым стремянкам и запазуху свежей штукатурки здесь шел ремонт.

Я оглядел высокие потолки с большими горящими плафонами-шарами. Заценил лепнину по бокам в виде колонн.

— Я не поняла, а где бильярд? — спросила Зина.

— Да мы не дошли ещё, — буркнул Рома и завернул в одну из дверей.

Очутились мы в просторной комнате. Два охранника находились в дальнем углу, о чём-то беседуя.

Шесть столов с лампами над зелёным сукном расположились по центру зала. Четыре из них уже собрали вокруг себя небольшие группы по пять человек. Ещё пятеро выбирали кии со стендов.

— Фух, нет толпы, — выдохнул Рома, кинувшись к стенду.

Один из охранников поднялся, вальяжно направился к нам. Роман показал скрин на смартфоне и перевёл ему деньги.

Выбрав палки, как их назвала Зинаида, мы устроились за дальним столом.

— Ну а это зачем? — взяла в руки мелок Зинаида. — Я ж в первый раз здесь.

— Намазываешь вот так, — показал я ей, натирая кончик кия мелом. — Чтобы не соскальзывал с шара при ударе.

— Ну вот, ничего сложного, — улыбнулась Зина.

— Ты ещё играть не начала, — заметил Миша. — Ну а кто по пиву?

Никто не возражал. Скинулись за сеанс бильярда Роме по пять рублей и ещё по пять за пиво, и он отправился к стойке, за которой маячил бармен.

Чуть позже мы сыграли партию, разбившись по парам. Я с Зиной, Рома с Михаилом. Получалось у меня сначала не шибко удачно, но затем я приноровился. Да и Артишок вошла во вкус. Сначала, чуть не угробила сукно, чиркнув по нему кием, но затем адаптировалась. Первую партию, пристрелочную, мы проиграли, но зато вторую выиграли почти всухую.

Пиво уже было выпито, и Миша метнулся за второй партией.

А затем начался реванш. Рома установил шары на место. Биток положил напротив.

— Да и ваще Пятый рейх нам друзья, если так рассудить, — услышал я от соседнего стола.

— Ага, с какой это стати? — пробормотал Рома, ухмыляясь. — Двуличные твари.

— Ты что-то сказал? — обернулся к нему плечистый бритоголовый амбал. Он был изрядно выпивши, судя по мутному взгляду.

— Говорю твари они двуличные, этот твой Пятый рейх, — усмехнулся Рома, раскрасневшийся от выпитого пива.

— У меня там родня живёт, ты… — надвинулся на него амбал. — Ты щас на мою родню гонишь?

Я уже хотел выйти вперёд и объяснить, что нужно успокоиться, иначе у меня есть отличная успокоительная терапия., но Артишок стояла как раз передо мной.

— Эй! Куда ты лезешь, — зашипела Зинаида, вставая у него на пути. — Тормози.

— Он сказал, что Пятый рейх — дерьмо, — амбал тыкнул в сторону Романа пальцем. — Я те башку проломлю. Иди сюда!

— Придётся пройти через меня, — зарычал Зинаида, поудобней перехватывая кий. В этот момент и Миша подошёл. Он, как и я, ждал момента, чтобы отреагировать. Но разве пройдёшь мимо Артишок? Она загородила собой всё пространство.

— А ну свали, толстуха! — выкрикнул амбал.

Охранники только поднимались со своих стульев, доставая дубинки, ну а громила кинулся к Роме, пытаясь отпихнуть в сторону Зинаиду.

— Ах так?! — воскликнула Зина, разбивая кий о черепушку амбала и оставляя ссадину. — Это за толстуху! — затем она схватила ещё один кий, так же поступив и с ним, — а это за то, что повышаешь голос на девушек! — и ещё один кий разлетелся о череп амбала, который не успел закрыться руками, — а это за то, что наезжаешь на моих друзей!

— Тормози, дура! — зарычал подскочивший дружок амбала. Он ухватил Артишок воротник, пытаясь оттащить.

— Спать, — тихо обратился я, касаясь его кисти.

Не пожалел я «Веселящего анестетика». Отправил концентрированную дозу — на полчаса точно хватит. Энергия впиталась в кожу коренастого парня, и тот рухнул как подкошенный, цепляясь за ближайший стенд с киями и переворачивая его на себя.

— Всё, разошлись! — гаркнул один из охранников с орлиным носом.

— Они первые начали! — ткнул в нашу сторону амбал, коснувшись головы и показывая стражам порядка. — Во, и голову разбили.

— По-моему это ты начал прыгать на нас, — подчеркнул я. — И голова твоя целая, приятель. Всего лишь ссадина и пара шишек.

— И вон ещё с Толиком что-то сделали, — показал он на хихикающего и причмокивающего парня на полу.

— Шмейх-дрейх, их-хи-хи, — бормотал он, прикрыв глаза и сжимая в руках обломок кия. — Рейх-шмейх-дрейх…

— С ним всё нормально. Скоро очнётся, — хмыкнул я.

— Заплатите за причинённый ущерб — и попрошу на выход, — строго заявил охранник с орлиным носом.

— Но мы оборонялись! — воскликнула Зинаида.

— Мы всё видели, девушка. У нас глаза на месте, — кивнул ей второй охранник, светловолосый.

— Сколько мы должны? — вздохнул Миша.

— Три сломанных кия, повреждённые стойки на стенде, — перечислил светловолосый. — Итого двести рублей. Сто пятьдесят за кии, и пятьдесят за стойку.

— Держите! — Зинаида сунула ему купюры в руки и махнула нам. — Пойдёмте отсюда, ребята.

— И ещё за физический и моральный ущерб! — вскрикнула худая девушка из компании амбала.

— Вот тут и ваши приятели тоже хороши, — скривился в её сторону светловолосый охранник. — Так что попрошу вас тоже на выход.

— Да мы чо сделали-то? — замычал амбал. — Он мою родню дерьмом обзывает, а я терпеть должен?

Пока компания объяснялась с охраной, мы покинули здание.

— Мда, покатали шары, ничего не скажешь, — пробубнил Михаил. — Рома, ты бы мог свой язык за зубами держать?

— Ты вот только не начинай, — выдавил Рома.

— Зачем ты вообще реагировал на этого козла? — улыбнулся я.

— Он несколько раз пихнул меня во время игры когда проходил мимо нашего стола, вот и решил обломать его, — хмыкнул Рома.

— Ну и обломал нас в итоге на двести рублей, — заметила Зина. — В общем, я разбила эти палки, я и заплатила. Зато как эпично! Видели?!

Мы шли по тротуару в сторону парка и по пути размышляли, что бы ещё организовать. В итоге купили по две бутылки пива, чипсов, и устроились в одной из беседок. В основном трепались о недавнем приключении, рассказывали анекдоты и забавные истории из Сети. Как по мне, время провели лучше, чем в бильярдной. Но ведь если б не было бильярдной, мы бы и не встретились сейчас здесь, в этом парке.

К тому же я перевёл Зине на счёт пятьдесят рублей. Всё же я усыпил второго здоровяка. Получается, что стойка повреждена по моей вине.

Разошлись мы после обеда. Зинаида вновь намекала на чай, активно подмигивала, ну а я вновь сослался на срочные дела.

Домой я возвращался, когда на часах было «16:04». Добрался на метро до своей станции, прошёлся пешком ещё квартал под начинающим накрапывать дождём. Ну а когда зашёл в квартиру и закрыл дверь, понял, что срочно нужен контрастный душ.

Взбодрившись, вышел из ванной и направился на кухню. Одними чипсами сыт не будешь, поэтому решил разогреть остатки картофельного соуса.

Но добраться до холодильника не успел.

В дверь раздался звонок. Интересно, что опять надо Борису? Но больше от меня он не получит ни копейки. Хватит подкармливать алкаша.

Я всмотрелся в глазок, но увидел лишь тёмные локоны. Это точно не дядя Боря, если только не он решил надеть парик.

Открыл я дверь, и на пороге увидел Настю.

— Лёша! — всхлипнула она и вдруг зарыдала.

Глава 12

— Проходи, — впустил я её. — Что случилось?

— Я больше… я не могу, понимаешь? — продолжала рыдать Настя. — Я… ничего не могу достать… Операция… А там столько!..

— Сейчас, — отправился я на кухню.

Где же я видел капли валерианы? В холодильнике?

Налил стакан воды из-под крана, открыл дверцу холодильника. Ну точно, вот он пузырёк. Хоть и на донышке, но этого вполне должно хватить. Плеснул валерианы в воду, размешал ложкой.

«В таких случаях в моей стае давали личинок Вабрулли, призрачных гусениц. Мерзкая вещь, я те скажу», — услышал я в голове голосок Карыча. — «Но успокаивало в момент».

«Она не грач, и тем более не астральный», — заметил я.

«Да я просто вспомнил. Не знаю, как там у вас, прямоходящих, принято. Но сомневаюсь, что капли ей помогут».

Карыч начал что-то ещё бормотать насчёт эффективности личинок. Я не стал его слушать. Мне надо было срочно успокоить Настю.

— Пей, — вручил я стакан с лекарством ассистентке, которая не могла остановиться. Слёзы катились буквально градом.

Настя выпила содержимое стакана залпом, и капли начали действовать почти сразу же. Она затихла, достала платок, вытирая слёзы.

— Пойдём на кухню, я пока чай поставлю, — пригласил я её. — А ты расскажешь, что у тебя стряслось.

— Ага, спасибо, Лёш, — потупила взгляд ассистентка, разуваясь на коврике. — Я просто уже не знаю, что делать. Пришла к тебе, потому что больше не с кем поделиться.

Она добралась до кухонного стула, тяжело вздохнула, наблюдая, как я достаю кружку из верхнего шкафчика.

Пока я кидал чайные пакетики и заливал их кипятком, Настя начала свой рассказ.

— Это началось неделю назад, — тихо произнесла она. — Моя мама попала в аварию на своем стареньком «жигуленке». Какой-то неадекват её подрезал на МКАДе, и она улетела под грузовик.

— Защита сработала? — спросил я и тут же одернул себя мысленно. Какая, блин, защита машинах «ВАЗ». Но, как выяснилось, я как обычно недооценил здешний автопром.

— Да, сработала, как и подушка безопасности, — тихо продолжила Настя. — Но удар был очень сильным. Там от машины почти ничего не осталось. В итоге сотрясение, пара сломанных рёбер, сломанная рука. О ссадинах и ушибах вообще молчу.

— Но, главное, ведь жива? — спросил я.

— Да, она выжила, — вздохнула Настей, принимая кружку чая с выбивающимися струйками пара. — Спасибо.

Ассистентка натянуто улыбнулась, а в глазах её плескались отчаянье и боль.

— По скорой оказали первую помощь, — продолжала Настя. — Затем отвезли в травмпункт, в бесплатную клинику. Но там столько людей! Маму осмотрел лекарь, сказал ждать своей очереди, вколол обезболивающее. Но спустя время маме стало хуже.

— И вы срочно обратились в частную клинику, — предположил я.

— А выбора не было. Она чуть ли не кричала от боли, не могла двинуться, — выдавила Настя. — В общем, обратились в ту частную клинику, которую тянули по деньгам. «Благовест-плюс». Нас встретил лекарь, назвался Ильёй Хоботовым, сказал, что теперь он возьмёт под персональный контроль лечение мамы. Далее провели ей операции по сращиванию костей и положили в стационар под наблюдение на пару дней.

— Стало хуже? — предположил я.

— Да, состояние мамы ухудшалось с каждым днём. А вот сегодня сказали, что из-за ушиба сердца возникла аритмия, и нужна срочная операция.

Серьезный диагноз. Но тут главное не ошибится.

— И ты уверена в этом диагнозе? — взглянул я на ассистентку.

— Лёш, всё же это серьезная клиника. Они проводили диагностику, анализы брали, — Настя округлила глаза. — Там серьёзные лекари. Хоть и не элитная клиника, но её хвалят.

— Я могу её осмотреть, — вызвался я, хлебнув чай с бергамотом. — Мало ли что они там брали. Возможно, и не нужна операция, — я тут же вспомнил лекции в институте на эти темы, — Знаешь, что такое мерцательная аритмия?

— Да, конечно, — кивнула Настя, глотнув чая. — Фибрилляция предсердий.

— Тогда ты знаешь, что она тоже может возникнуть вследствие ушиба сердца, — добавил я. — И операция в этом случае не нужна.

Я вспомнил даже фильм, где подробно описывалось такое нарушение сердечного ритма. В общем, там царил полнейший хаос. Мышечные волокна предсердий бились сокращались отдельно от желудочков сердца, еще и независимо друг от друга. Жуткий рассинхрон. И при этом диагнозе вполне спасал препарат, который назывался дигоксином. Курс лечения — и сердцебиение восстанавливалось.

— Лёша, я это знаю. Но там всё наоборот. Очень слабый пульс. Вчера ещё было всё более-менее нормально, а сегодня мама еле дышала, — тихо выдавила Настя. — Поэтому я просто в панике.

— Блокада сердца? — спросил я.

Да, уже при третьей стадии блокады необходима операция на сердце. Неужели всё так плохо?

— Похоже на то, — кивнула Настя.

— Но ты сомневаешься насчёт операции, — скорее утвердительно произнёс я.

— Я уже не знаю, что и думать, — печально взглянула на меня ассистентка. — Но Хоботов сказал, что надо решать сегодня, и чем раньше, тем лучше. Иначе она умрёт.

— Понятно. Значит, надо проверить, — поднялся я из-за стола, так и не допив чай. — Времени мало, насколько я понял. Поехали.

Мы покинули квартиру, спустились на первый этаж.

— И сколько по деньгам вышло? — поинтересовался я.

Судя по тому, что я уже успел выяснить, изучая местные расценки, лечение и стационар обернулись Насте в копеечку.

— Прилично, — Настя сглотнула ком в горле. — За оказание матери экстренной помощи, за сращивание костей и за неделю стационара. Я отдала все накопления, да у родственников наскребла ещё немного. В итоге ещё и должна осталась. Попробую взять кредит в банке.

— Да подожди ты с кредитами. Итак Кресту должна, — заметил я. — Хочешь вообще в кредитной яме утонуть?

— Мне ничего не остаётся, Лёша, — всхлипнула Настя.

— И сколько нужно доплатить за лечение? — поинтересовался я, открывая подъездную дверь и пропуская Настю вперёд.

— Две тысячи почти, — выдавила ассистентка подавленным голосом. — Так ещё и операцию надо оплачивать — целых одиннадцать тысяч! Это ужас просто.

— Давай для начала насчёт операции выясним, — пообещал я. — Зайдём в палату, представишь меня как брата.

— Зачем? — удивилась Настя.

— Хочу продиагностировать твою маму, — сообщил я

— Спасибо, Лёша, — тяжело вздохнула Настя. — Но мне кажется, что всё это без толку.

— Посмотрим.

Затем мы спустились в метро, вышли на нужной станции и добрались до здания «Благовест-плюс».

Я увидел большой вход с четырьмя колоннами, поддерживающими крышу, массивные ступени, вывеску с улыбающимся анимированным лекарем с пышными усами, который приглашал внутрь.

В целом, клиника с виду впечатляла. Да и внутри было на что посмотреть. Белые настенные плитки и мраморные плиты на полу сияли от чистоты, большие круглые плафоны, похожие на огромные таблетки, сияли на потолке.

На входе мы надели бахилы, подошли к регистратуре, где нам приветливо улыбающаяся девушка выписала пропуск в одиночную палату к Веронике Черниковой, как звали Настину маму. К тому же нам выдали белые халаты. В общем, всё как в серьезных клиниках моего родного мира.

Поднявшись на лифте на третий этаж, мы попали в идентичный первому этажу коридор. Немного персонала в халатах, мерно шагающих по коридору. Несколько пациентов, которые явно шли на процедуры.

— Вон тридцать четвёртая, — махнула в сторону двери Настя. И в это время из палаты вышел бородатый пожилой мужчина в халате и очках.

— Добрый день, Анастасия, к вашей маме сейчас нельзя, — поздоровался с нами лекарь. — Она только после капельницы.

— Илья Владиславович, нам нужно пройти в палату, — произнесла Настя, плохо скрывая волнение в голосе.

— Молодой человек ваш родственник? — покосился на меня Хоботов.

— Да, мой брат, — кивнула Настя и добавила. — Родной.

— Я же говорю, нельзя в палату, — вздохнул лекарь, оглядев нас. — Так вы приняли решение? Нам надо срочно спасать вашу маму. Ситуация ухудшается.

— Пока ещё не приняли решение. Нам нужно взглянуть на неё, — настойчиво произнёс я.

Хоботов вновь вздохнул и открыл дверь палаты.

— Ну хорошо, проходите, — впустил он нас внутрь. — Но недолго.

Я сразу же увидел большую удобную кровать по центру палаты, на которой лежала пожилая женщина. Лицо её было бледным, и создавалось ощущение, будто она не дышала. Но голографический экран пульсоксиметра сбоку говорил, что пульс есть, хоть и очень редкий. Как раз к этому экрану от датчиков на запястье правой руки женщины вели тонкие полупризрачные нити. По ним пробегали блеклые искры.

— Она вообще не дышит, — охнула Настя, вновь всхлипывая.

— Поэтому я вас и тороплю, Анастасия, — заметил Хоботов. — Атриовентрикулярная блокада сердца.

— Ох-хо, — тихо всхлипнула Настя.

— Я ничуть не приукрашиваю, — подбавил масла в огонь Хоботов. — Причём ситуация осложнилась. Я как раз вам хотел звонить, чтобы сообщить об этом… Произошёл переход на третью степень. Буквально в ближайшее время необходима установка кардиостимулятора Галия.

Впервые слышу, что это за Галий, но в этот раз меня выручила память Алексея. Не зря он просиживал скамью в Академии. Кардиостимулятор Галия лишь в одном отличался от привычного стимулятора из моего мира: электрические импульсы, которые задавали правильные ритмы предсердиям и желудочкам, заменялись магической энергией. Эта энергия была настроена на заданный ритм и подзаряжалась от мини-кристаллов, выполняющих роль аккумуляторов.

— Я ведь тоже лекарь, — сообщил я ему, и подошёл вплотную к кровати Вероники.

— Да вы что? Уверен, что вы со мной согласитесь, — услышал я позади голос Хоботова.

Я сконцентрировался на магических нитях, сформировал из них щуп и погрузил его в грудную клетку женщины.

Действительно, ситуация была похожа на блокаду. Притом и степень была очень близка к третьей. Сердце билось редко, предсердия и желудочки сокращались невпопад.

Но причиной этому был не ушиб сердца, его вообще не было, насколько я видел картину.

— Какие препараты вы ей назначили? — с ходу спросил я.

Хоботов что-то втирал на ухо Насте, но, услышав меня, затих.

— Витамины Юкка, как и положено в таких случаях, — произнёс он.

Я тут же вспомнил, как у меня недавно чесалась шея, и это было после солидной дозы этих странных витаминов. Представляю, в каких дозах их вливают в организм Настиной мамы.

— Нам не нужна операция, — холодно сообщил я, решив прямо здесь и оживить Веронику Черникову.

— Но подождите, — Хоботов чуть не задохнулся от возмущения. — Если вы лекарь, должны понимать ситуацию. Блокада сердца…

— Да, она есть, но это не результат ушиба сердца, — подытожил я, обернувшись к лекарю.

На лице его смешались чувства. Он был растерян, удивлён, а ещё изрядно раздражён, хотя последнее пытался скрыть.

— Вы о чём говорите? Синяк на грудной клетке, цвет лица вашей матери, одышка, осложнение. Я могу показать вам всю историю болезни с самого начала, — произнёс Хоботов.

— У неё аллергия на ваши витамины, — сообщил я.

— Мы брали общий анализ на аллергию, — сообщил лекарь в своё оправдание.

— Верю, — кивнул я. — Охотно верю. Но это общий анализ, и он не всегда показывает аллергены. И брали вы анализ задолго до того как началось осложнение, верно?

— Откуда вы знаете? — удивился Хоботов, затем замотал головой. — Подождите, всё это какой-то бред. Вы хотите сказать, что так на вашу матушку действуют витамины? И это они создали аритмию вплоть до полной блокады?

— Да, именно так я и хочу сказать. А вы ей ещё одну капельницу влили, — произнёс я, переключаясь на женщину, которая с трудом приоткрыла глаза.

— Тогда надо провести более точный анализ, — упорствовал Хоботов. — Прямо сейчас.

— Времени нет, — сообщил я ему, концентрируясь на магических нитях.

Из нитей сплелась мерцающая сеть, которая окутала женщину и, как и в прошлый раз, в тело одновременно ударили миллионы микроскопических искорок.

Я чувствовал, как силы покидают меня, и в то же время ощущал, что концентрация препаратов в крови Вероники уменьшается. Витамины Юкка в виде зелёных вкраплений окутали сердце, мешая ему нормально работать, проникли в кровь, затрудняя её нормальный ток. И эти вкрапления таяли одно за другим, под воздействием искр «Нейтрализатора».

Я почти выдохся, понимая, что вся эта дрянь наконец-то выведена из организма Настиной мамы. Её сердце само начало биться, как и положено. Убирая щуп, а вместе с ним и энергетический кокон, я отошёл от больничной кровати, покачнувшись.

/Задача выполнена!

Нейтрализация вредных веществ проведена успешно.

Заработано: 100 очков опыта.

Бонус за применение особой способности «Нейтрализатор»: +50 очков опыта.

Текущий уровень: 3 (230/500)/.

— Лёша, осторожней, — поддержала меня Настя. Затем её глаза чуть на лоб не полезли. Она смотрели на свою маму, которая всхлипнула, затем сделала глубокий вдох и задышала ровно, ритмично, как и подобает здоровому человеку.

Пульсограмма показала отличный ритм, а Хоботов кинулся к прибору, затем к пациентке, которая уже открыла глаза.

— Что со мной? Я чувствую себя намного лучше, — тихо произнесла она.

— Вы пошли на поправку, — пробормотал Хоботов, затем обернулся, посмотрев в мою сторону. — Но как? Цвет лица в норме, пульс тоже…

— Говорил же вам — я тоже лекарь, — улыбнулся я.

— Лёшка! — Настя сжала меня в обьятиях, а моё плечо увлажнилось от её слёз. — Ты даже… даже не представляешь, что ты сейчас сделал! Я так тебе обязана!

— Ничего не понимаю, — пробормотал Хоботов, усевшись на свободный стул у кровати. — Нужна была операция…

— Нет, как вы уже успели заметить, — ответил я.

— Ты бледный, попей водички, — Настя подвела меня к кулеру, набрала стакан прозрачной жидкости и дала мне.

Я сделал глоток, затем ещё один. Стало легче, хотя не то чтобы сильно.

«Лёха, а ты крутой лекарь» — услышал я голосок Карыча. — «Впечатлён, чесслово. У нас так даже Верховные шаманы не оживляли существ. Я прям прочувствовал твои эти искры. Ух-х, до дрожи прям».

Пернатый продолжал болтать, но я абстрагировался от его карканья. Переключился на маму Насти, которая уже поднялась с кровати.

Ноги её ещё не слушались, кровь только начала активно циркулировать по организму.

— Мам, осторожней! — воскликнула Настя, кинувшись к ней и подставляя плечо. — Упадёшь ведь. Ещё одного перелома не хватало.

— Всё хорошо, Настюш. Я справлюсь, — глянула она в мою сторону, и Настя ей тут же зашептала на ухо. Видно, чтобы она не спалила меня перед врачом. Всё-таки посторонним в клинику вход воспрещён.

— Ну что ж… сынок, — улыбнулась мне Настина мама. — Спасибо тебе. Я очень тебе благодарна.

— Не болей больше… мамуля, — улыбнулся я в ответ.

Затем мы оставили маму Насти в палате. Хоботов продолжал её расспрашивать о самочувствии, всё ещё не веря в результат.

— Лёша, я останусь. Надо подготовиться к выписке, — радостно улыбнулась Настя, когда мы вышли в коридор. — Теперь надо бежать в банк. Надеюсь, что две тысячи рублей мне дадут.

— Боюсь, что с твоей кредитной историей вряд ли, — хмыкнул я, доставая смартфон и заходя в платёжную систему.

Размышлял я на эту тему недолго. Да, я хотел сегодня выкупить банковскую ячейку и посмотреть, что же там спрятано внутри, и денег на это у меня было впритык.

Но ведь Насте требовалась помощь. Кто ей поможет? Кредит в банке могут и не дать. Её матушку, понятно, выпишут из клиники, чтобы не занимала палату.

Но ведь повесят на неё ещё один долг. Коллекторы будут доставать, если они есть в этом мире, конечно. Почему-то мне кажется, что они здесь точно есть.

А сама Настя просто не вывезет, ну вот никак. Поэтому я и решил протянуть ей руку помощи.

Используя номер телефона ассистентки, я перевёл ей две тысячи рублей.

Телефон Насти просигналил сообщением. Она изумлённо уставилась на экран, не веря, что такая сумма на счету, а затем вновь заплакала, но в этот раз от счастья. Смахнула ручейки слёз рукой.

— Я тебе так благодарна! Как заработаю — всё верну, — пообещала Настя и вновь обняла меня. — Если бы не ты, я бы потеряла маму.

— Рад был помочь, Настя, — кивнул я, кода мы отошли от палаты. Затем я заметил Хоботова, который искал нас взглядом. — Иди, расплатись. А то вон медперсонал уже нервничает.

— Ага, тогда до встречи, — улыбнулась Настя и направилась к лекарю.

Меня же здесь больше ничего не держало. Я спустился на лифте на первый этаж, прошёл по просторному коридору и, миновав регистратуру, покинул клинику.

На душе было спокойно. Я помог Насте. Прошёл бы мимо, и кем бы я себя сейчас чувствовал?

«Ты знаешь, а тебе ведь нужна подзарядка», — заметил Карыч, когда я направился по тротуару в сторону парка. Просто захотелось прогуляться на свежем воздухе, т Тем более было свежо и дул лёгкий ветерок. Самое оно для лекаря после изнурительной операции.

«Ты намекаешь на то, что можешь подзарядить меня?» — улыбнулся я, и один из прохожих настороженно взглянул на меня, ведь я в этот момент смотрел в его сторону.

«Но в прошлый раз ведь получилось? Так ведь? Я тут почувствовал один источник. Но пока не пойму, место силы это, или ещё что», — задумчиво изрёк пернатый. — «Одно знаю точно — я смогу подпитаться так, что и тебе хватит».

«Ну тогда веди, Сусанин-герой», — обратился я к нему.

«Кто такой Сусанин? И почему он герой?» — удивился Карыч.

«Он завёл толпу врагов в болото, за что его изрубили саблями» — объяснил я.

«И это героизм? Ха! Быть изрубленным саблями? Я говорил, что вы, прямоходящие, странные? Так вот, ещё не раз скажу» — иронично ответил пернатый.

«Враги не выбрались из болота, а он не выдал местонахождение монарха, которого они хотели убить», — растолковал я ему.

«Хе, ну в целом, с большой натяжкой, может и подвиг. Но ты ведь назвал меня этим, как его… Сусаниным. Значит, это была человеческая ирония?» — отозвался Карыч.

«Вроде того, ага», — хмыкнул я.

«Не боись, Лёха. Там будет безопасно», — хихикнул питомец.

Мы прошли через парк, затем перешли дорогу по зебре и углубились в один из проулков. Через минут десять высотки закончились, и началась промзона.

Справа потянулись высокие бетонные заборы, за которыми высились цеха и сооружения вроде больших цилиндрических ёмкостей.

«Я щас», — произнёс Карыч, силуэт его мелькнул в пространстве, исчезая за углом очередного ограждения.

Дожидался я его более получаса. Отправлял ментальные команды — ноль реакции. Поэтому ничего не оставалось, как пройти в ту сторону, где исчез астральный грач.

С территории завода послышались крики. Голоса приближались.

— А ну, паскуда! Иди сюда! — зарычал чей-то голос у ворот.

— Лови эту с-суку!

— Вон она!

Несколько магических разрядов прожужжали над стеной, затухая в небе. Охренеть! Куда уже вляпался этот пернатый негодник?!

/ВНИМАНИЕ!

Угроза в радиусе 30 метров! /

/ВНИМАНИЕ!

Дополнительная угроза в радиусе 18 метров! /

Буквально в этот же момент через стену перелетел Карыч. Он полностью материализовался, а глаза у него искрились от переизбытка энергии.

— Тикаем, Лёха! — закричал он. — Быстрей!

Калитка в воротах прогудела на петлях, и наружу выскочил патлатый мужик с жезлом в руке, выстрелив ещё раз в Карыча.

Глава 13

Разряд молнии прошёл рядом с Карычем, совсем близко, и, кажется, опалил его перья. Пернатый сразу же юркнул за меня, но сияние, исходящее от его глаз, не позволяло спрятаться.

— Я говорю серьёзно. Валим, — напряжённо выдавил Карыч. — Я свечусь, как мох в Заразной пещере. Меня засекли.

— Ну да, и получим разряд в спину, — подчеркнул я, встречая улыбкой ошалелого мужика с дубинкой, по которой пробегали волнами микро-молнии.

Не знаю, что у него там за пещера, и какой в ней мох. Но то, что проблемы появились буквально на пустом месте, было понятно без слов.

— Так хоть шанс есть. А щас… — Карыч не договорил.

Патлатый уже подбежал ко мне, шумно дыша, а следом за ним выскочил ещё один, худощавый. Оба в оранжевой спецухе, оба с одинаковыми татуировками на запястьях, которые выглядывали из рукавов. Явно непростые работнички.

— Ты это, давай… — махнул патлатый, шумно дыша. — Тварь свою давай сюда. Она у нас энергию ворует.

— У кого это у вас? — спросил я.

— Пацан, не бурагозь. Мы ж и тебя прижарить можем, — худощавый погрозил мне разрядником.

— Да, сейчас, — сделал я шаг навстречу патлатому, оказываясь рядом. — Держи.

Стоило мне прикоснуться к его плечу, как анестетик впитался в его тело. Работяга охнул и упал, словно пучок травы, подрубленный косой, и захихикал, валяясь на земле.

— Эт чо это? — растерялся худощавый. — Чо ты с ним сделал?

Я воспользовался тем, что тот взглянул на своего товарища, сократил дистанцию. Всего три шага — и вот я уже рядом с ним и отправил его следом, подпитываяошарашив общим веселящим наркозом.

Мне повезло. Больше никто не вышел из ворот, лишь раздавались громкие голоса за стеной. А парочка охранников лежала на земле, прыская со смеху. Им было уже не до нас с Карычем.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Успешное применение особой способности «Веселящий анестетик»: 2 раза.

Теперь способность расходует энергии в 1,5 раза меньше.

Вы заработали: + 100 очков опыта.

Текущий уровень: 3 (330/500)/

Эта новость меня порадовала. Но было понятно, что лучше свалить отсюда, и как можно скорее.

Я скользнул за бетонный угол завода, прошёлся по утоптанной тропе, и меня почему-то изрядно качнуло в сторону. М-да, всё же я переборщил с анестетиком. Полдня эти бедолаги точно будут под наркозом. Ко всему прочему, сказывалось недавнее использование «Нейтрализатора».

Кое-как я устоял на ногах, чуть не навернувшись в густую траву, справа от тропы. И сразу же почувствовал, как в меня вливается энергия. По эффекту было чем-то похоже на бокал холодного пива в жаркий день. В голове посветлело, наступила лёгкая эйфория, стало гораздо легче.

— Не благодари, — отозвался над ухом Карыч.

Я взглянул на птичку, тельце которой уже размывалось в пространстве. Это продолжалось несколько секунд, до тех пор, пока пернатый окончательно не перешёл в астральную форму. Теперь я угадывал его лишь по слегка мерцающему силуэту.

— Ну вот, опять я призрак, — вздохнул пернатый. — Но хоть подпитку себе нашёл. Вернусь потом. Там ещё этих кристаллов дофига.

— Так ты же фоном питаешься, — хмыкнул я, не понимая пока, что за место он нашёл.

Работники в робе, но с жезлами. Не охранники, раз в рабочей одежде, да ещё и татуировки эти, вроде кандалов и мечей. Точнее не мечи, скорее на сабли похоже.

— Не только фоном. Оказывается, могу и таким образом подпитываться, — хихикнул Карыч. — Решил проверить на практике. И ты знаешь, так даже быстрее.

— А стал материальным из-за того, что переел энергии? — задал я вполне риторический вопрос.

— Вот за что уважаю тебя, Лёха, так это за твой прозорливый ум, — рассмеялся Карыч. — Именно так. Я я увлёкся мальца. Но больше такого не повторится, думаю. Я уже понял, как правильно вытаскивать энергию из кристаллов.

— Всё равно не понимаю, — продолжал я, покидая в этот момент промзону и углубляясь в проулок. — Ты ж говорил, что энергия от кристаллов может тебя сжечь.

— Да там мелочь, — звонко защебетал Карыч. — Если б ты видел. Это ж не место силы. Кристаллы раздроблены, так что я не рисковал ни капельки.

Проулок между высотками был пустынным. Лишь пара мусорных баков и несколько зарешёченных окон на первом и втором этажах, закупоренных плотными шторами.

Так что я продолжал идти вперёд, разговаривая с Карычем вслух и не опасаясь, что меня кто-то услышит.

— Ну и что там ты увидел? Что за стеной? — продолжал я допытываться у пернатого.

— Ой, да там толпа мутных типов собирали аккуляторы, да, — затараторил Карыч. — Они так и говорили — аккуляторы… Или аммуляторы.

— Может, аккумуляторы? — улыбнулся я.

— А я так и сказал. Аккумуляторы, — согласился пернатый. — Они заправляли их мелкими кристаллами. Говорили, что через барыг придётся опять толкать. Кто такие барыги, Лёха?

— Нелегальные торговцы, — расшифровал я. — Так и что дальше?

— Да ничего. Устроился я себе тихо на веточке, да и начал тащить энергию, — вздохнул Карыч. — Одного шарахнуло разрядом, когда он дотронулся до нити, которую я тянул. Вот я и попалился.

— Так и что они с этими аккумуляторами делали? — поинтересовался я, и Карыч спрятался в астрал. Впереди показалась пожилая пара.

«А хрен их разберёт», — продолжил Карыч, но уже ментально. — «Хотя я увидел открытые внутренности повозки. На таких обычно вы, человеки, передвигаетесь».

«Да понял я. Ну и что? Там такой же ящик?» — почему-то я подумал, что здесь аккумуляторы похожи на те, что из моего мира.

«Именно! Такой же я и увидел под крышкой повозки», — добавил Карыч и вновь вздохнул. — «Блин, материальным стал всего-то на десять секунд. Эх-хе-хе…»

Затем пернатый затих, ну а я вышел к метро, спустился в подземку и продолжал по пути размышлять над словами птички.

Теперь всё ясно. Собирали аккумуляторы люди явно не просто работяги. Были бы у них татухи набиты разные и в разных местах — велик был шанс, что они просто угорают по ним. Но татуировки одинаковые, и у обоих на запястьях. Это точно банда, но не Креста.

Крест таким не заморачивается. И его цепные псы разное себе набивают, начиная от цепей и крестов с черепами, заканчивая голыми тётками.

Значит, это другая банда.

Тем более кристаллы явно ворованные. И через барыг они толкали собранные аккумуляторы на рынок по низкой цене. Ну вот и ДТП всякие потом происходят. Возможно, и со стеклом той самой «Волги», что сбила Зинаиду, похожая история.

В общем, Карыч налетел на некую подпольную фирму, причём явно криминальную. И поэтому ответ мой пернатому был очевиден.

«Я даю тебе добро, Карыч. Можешь грабить их хоть до посинения», — произнёс я.

«Это я и хотел услышать», — довольно ответил астральный грач. — «Но не до посинения. Спокойно и методично буду грабить и расхищать. Воровать у воров. Звучит же, да?»

«Хорошо сказал», — оценил я, улыбнувшись в ответ. — «Только больше так не пались».

«Да ну — нафиг мне такие приключения?! Конечно не буду!», — воскликнул Карыч.

В это время датчик на поясе одного из полицейских в переходе подал громкий витиеватый сигнал. Видно, среагировал на ментальную речь Карыча.

Страж порядка оживился, посмотрев в в мою сторону. Но я уже смешался с толпой и успел шикнуть на пернатого, чтоб ни звука больше не произносил.

Выходит так, что Карыч слишком эмоционально отреагировал, а прибор засёк это и чуть не навёл на нас охрану.

Миновав переход, я спустился в подземку, а добрался до поезда, отправляясь на нём туда, где меня ждали остатки куриного супа в холодильнике и булочка с изюмом к чаю. Нет, всё же надо по пути забежать в магазин и прикупить что-нибудь эдакое на обед.

Я взглянул на время.

«15:10»

Пока доберусь до дома, пока обед приготовлю, как раз и наступит вечер. Поэтому я решил приобрести в «Семёрочке» лапшу быстрого приготовления. Заморю червячка, а потом спокойно сварю что-нибудь вроде очередного соуса, либо просто картофель.

При упоминании последнего в голове возникла картинка селёдки с лучком, да ещё и маслом подсолнечным и с парой капель уксуса. Я чуть слюной не подавился.

Да будет так! Устрою сегодня рыбный вечер.

Покидая подземку, я добрёл до супермаркета недалеко от дома. В итоге прикупил две сельди в прозрачной упаковке, а на соседнем стеллаже нашёл белые коробки с иероглифами. Это ведь точно лапша быстрого приготовления, да?

Но… ни одной надписи на русском. Хоть на упаковке и стоял значок Империи с зелёной галочкой, типа проверено, гадости нет, большего я не увидел.

Что ж, придётся доверять лишь картинкам. Я выбрал бокс со значком индейки на зелёном фоне. Вроде именно такой цвет обозначает, что блюдо не острое. Затем подумал, и выбрал ещё один бокс, с курицей на блестящем жёлтом фоне. Интересно, это что такое? Очередные магические добавки?

Всё, что нужно, взял на обед, затем решил прикупить зелени и овощей. Картофан, морковь, капуста, лук — всё этого, да понемногу, оказалось в моей корзине, и та заметно потяжелела.

Вдобавок недалеко от кассы я прихватил со стеллажа нарезанный ржаной кирпич хлеба и пару батончиков с орехами.

— А вы поклонник китайской кухни, — услышал я от симпатичной кассирши, которая тепло мне улыбнулась, как раз пробивая коробки с лапшой.

— Не сказать, что прям поклонник. Но почему бы иногда не купить что-нибудь… этакое? — улыбнулся я в ответ девушке.

В прошлой жизни я точно так же объяснял своим родителям, когда они заставали меня в общаге за такой вот лапшой либо гамбургером.

— Вот-вот. Иногда хочется попробовать не очень полезное. Приятного вам аппетита, — весело произнесла кассирша.

Она забрасывала овощи в пакетах в горловину специальных цилиндров сбоку от себя. На выходе кульки выскакивали уже завязанные, взвешенные и даже с ценниками сбоку. Хм, очень удобная штуковина. Времени экономит просто уйму.

— Спасибо, — поблагодарил я, обдумывая странную весёлость кассирши.

«Она просто радовалась, что ты купил продукцию в магазине. Что ты везде подвох ищешь?» — услышал я недовольный голос Карыча.

«В том-то и дело — слишком странная радость», — подчеркнул я.

«Тебе не угодишь», — пробурчал пернатый, когда я уже подходил к подъезду.

На лавочке сидели всё те же бабули, вооружившись пакетами с семечками.

— Во, идёт, — пробубнила одна из них, поплотнее, и принялась активней лузгать семки, искоса посматривая на меня.

— Доброго денечка, — радостно поздоровался я с ними.

— И вам, и вам, ага, — закивала она.

— Добрый день, — хмуро отозвалась бабушка со впалыми щёками, блеснув в мою сторону недобрым взглядом.

Я лишь усмехнулся в ответ. Надо же, опять что-то про меня придумали.

Оказавшись в подъезде, поднялся я по ступеням на свой этаж и уже через несколько секунд оказался в квартире, а потом сразу же переместился на кухню. Решил заварить лапшу, причём в обоих боксах. Интересно же.

Открыл я первую коробку и увидел брикет прессованной лапши. Не ошибся, значит. Да и запах такой знакомый, что желудок радостно отозвался, призывно урча.

Кроме лапши внутри, как водится, хранились пищевые добавки, которые я и сыпанул, заливая кипятком. Через минуту лапша была готова. Та самая, с зелёной курицей на этикетке.

Я привычно зачерпнул ложкой вкусно пахнущую зелёную жидкость и проглотил. И вдруг язык обожгло, во рту вспыхнуло, будто я лавы хлебнул, из глаз хлынули слёзы.

Сколько же капсаицина содержится в этом блюде?!

Ещё мелким я смотрел по ящику чемпионат по поеданию перцев. Вроде это происходило в США, либо в Мексике. Уже точно не помню. Но что засело в памяти, так это как покрасневшие, с глазами навыкате участники во время поедания особо жгучих перцев запивали их молоком.

Уже потом, в институте, мы проходили действие капсаицина на желудок, как он провоцирует гастриты, язвы и прочее. К счастью, молоко активно нейтрализует капсаицин. Поначалу в дело вступает белок казеин, который связывает капсаицин, а затем финальный удар наносят жиры, растворяя жгучий фермент без остатка.

Поэтому я добрался до холодильника, доставая молоко. Хорошо, что я вчера его не выпил. Оставалось в пакете чуть больше половины, и я выдул всё, что там было.

Огонь во рту начал стихать. Даже не представляю — и не горю желанием представлять — какой будет на вкус лапша с картинкой на красном фоне.

— Эт-то было очень экстремально. Уф-ф-ф, — отозвался Карыч, развалившись на столе между сахарницей и вазой с печеньем. — Даже я вспотел, несмотря на то, что астральный.

— А я чуть не сгорел, — рассмеялся я. — Попробуем вторую?

— Может, пошла она в пень-колоду? Выкинь сразу, Лёха, — предложил Карыч. — Не рискуй.

— Раз продавалось в магазине, значит съедобно, — улыбнулся я, посматривая ещё какое-то время на зелёную лапшу. Затем выкинул её в ведро, выливая в раковину ядрёный бульон.

Вот это безопасная еда! Китайцы, видимо, совсем там с дуба рухнули, не зная, чем удивить остальных! Это ведь сразу хана желудку, полная и безоговорочная.

Открыл я второй бокс, заварил его, щедро засыпав жёлтым порошком, который даже искрами поблёскивал. Запахло знакомым ароматом. Вроде томатов, но именно жёлтых. Очень вкусные они, прекрасно помню вкус этих чудо помидоров, когда приезжал на деревню к бабушке в прошлой жизни.

Это блюдо оказалось более съедобным и безопасным. Хотя я осилил всего лишь ложек пять. То ли от обилия специй, то ли от высокой концентрации активного урра, но появилась изжога, и второй бокс полетел в мусорку вслед за первым.

Как выкинуть три рубля на ветер? Я знаю один способ. Достаточно зайти в «Семёрочку», найти стеллаж с белыми коробками…

— В общем, я полетаю немного, если ты не против, — донеслось со стороны вазы с печеньем. — А то заманало сидеть на одном месте.

Силуэт Карыча мелькнул в воздухе, исчезая в окне. Ну а я понял, что надо срочно чистить картоху и ставить на плиту. Быстрее сварится — быстрее я поем.

Включив на смартфоне электронную музыку вроде чиллаута, я принялся очищать картофель от кожуры.

Так прошло около двадцати минут. Зато картофель на плите, селёдочка уже полита маслом и с лучком, а прилетевший с прогулки Карыч довольно цокает языком, рассказывая, каких он повстречал сочных грачих.

А ещё через полчаса я устроился за столом, приготовившись к обедо-ужину.

Телефон заиграл мелодией входящего звонка.

Я слегка напрягся, но фото на экране решило все вопросы. Звонил Захарыч.

Принял я звонок и услышал знакомый хрип лекаря:

— Алексей, привет.

— Как ваше здоровье? — поинтересовался я.

— На удивление отлично. Швы почти рассосались, и боли уже не чувствую. Помнишь, я говорил про своё общеукрепляющее средство?

Я ответил, что да, хотя ни черта не помнил. Всё же память Алексея меня не особо баловала информацией.

— Так вот, всё выгреб из старых запасов, влил в себя, — печально вздохнул Захарыч. — Жаль конечно, что потратил. Но это ладно… Как ты спас меня?

— Дар проснулся, — объяснил я ему точно так же, как недавно Кресту.

— Дар, говоришь? Я предполагал, что это может произойти, — удивлённо прохрипел Захарыч. — Но чтобы такие способности проявились… Ладно, после стрелки поговорим, нам есть что с тобой обсудить.

Захарыч отключился, а я ещё некоторое время обдумывал его последнюю фразу. Он явно что-то хочет предложить. И что это было за предложение, я догадывался.

В общем я, недолго думая, накинулся на варёный картофель и сельдь. Лучок похрустывал на зубах, сельдь практически растворялась во рту, а картофель добавлял новых ноток.

В итоге я так наелся, что даже чай не стал пить. Добрался до телика, посмотрел фантастический боевик про огромного монстра, разрушающего город. Похоже чем-то на Годзиллу. Но здесь это был не ящер, а помесь Кинг-конга и спрута.

Мой день закончился в переписке с друзьями. Обычный трёп о недавней прогулке в бильярдную, который начал Миша, а закончила Зинаида. Затем договорились о завтрашней вылазке в Центральный парк.

Стоило мне коснуться головой подушки, как я задрых как младенец.

***

День спустя, за час до стрелки

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ…

Статус: лекарь 4-го разряда.

Специальность: лекарь-хирург.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор».

Анализ задачи: информация отсутствует.

Инструкция: доступ получен.

Текущий уровень: 3 (330/500)/

Прошлый день прошёл обыденно. Прогулка с друзьями в парке, пустая болтовня и немного пива с сухариками. Вернулся, прибрался дома, встретил Бориса, который опять пытался выпросить у меня ещё денег на опохмел. Но в этот раз у меня налички не было, и сосед, расстроенный, ушёл на этаж ниже, донимать ещё кого-то.

Ну а сегодня будет стрелка с Крестом. От её исхода зависит моё будущее.

Я уже проснулся, потянулся, хрустнув несколькими суставами. Затем тоскливо посмотрел на мечника, который замер, намереваясь поднять по-прежнему блеклый клинок.

— Нет, только через мой астральный труп! — воскликнул Карыч. — Не надо его включать!

— Без него скучно, — заметил я.

— А с ним невыносимо, — добавил пернатый.

— Подожди, я знаю, что делать, — успокоил я Карыча, который нервно заходил по столу, мелькая своим силуэтом.

Нашёл я в Сети инструкцию от этой игрухи-будильника ещё вчера. Случайно натолкнулся. Оказывается, можно поставить на воине особый режим, который распространяется на всю квартиру. Называется он — «свой/чужой».

В итоге на мои движения он реагировать не будет, да и Карыч связан со мной. Так что тоже будет спокойно перемещаться по комнате.

Зато на чужих воин реагировать будет ещё как! Это мне и нужно.

Согласно инструкции, я поднял фигурку, увидел в углублении левой подошвы крохотный тумблер и щёлкнул им; подставил палец сканеру, выскочившему из углубления правой подошвы.

— Приветствую, Алексей Логинов! Слава Империи! — воин замерцал зрачками, выставил искрящийся меч над собой.

Он вновь на страже моего жилища.

— Ну если только так, — пробурчал Карыч, подлетая к воину. — Эй, я ту-у-ут!

— Сейчас дядя Боря придёт, накричишься, — предупредил я, направляясь в ванную. — Опять начнёт выпрашивать деньги.

— Ну уж нет, этой алкоты нам точно здесь не надо, — хихикнул пернатый, перелетая на моё плечо. — От его перегара у меня астральные перья скукоживаются.

— Не выдумывай, — хмыкнул я, и принялся чистить зубы.

Умывшись, я приготовил себе омлет, быстро позавтракал, и тут мне позвонил Пуля.

— В общем так, Малой, — напряжённо сообщил он. — У тебя десять минут на сборы. Босс сказал, что лекарей тоже надо брать. Я заеду. Отбой.

Пуля сбросил звонок, а я ещё некоторое время озадаченно смотрел на телефон.

— Какого?.. — пробормотал я, и тут позвонила Настя.

Я сразу же принял звонок, ставя на громкую связь. Между тем решил не терять времени даром, натянул спортивные штаны и снял футболку со спинки стула.

— Лёша, привет. Я уже в машине. Взяла чемодан с инструментами и остальным. Раскладную кушетку загрузили в багажник, — услышал я встревоженный голос Насти. — Выходи. Мы через пять минут будем.

— Хорошо, — бросил я в трубку и отключился.

Так, пора. Карыч спрятался в астрал, я же решил ничего не брать с собой лишнего. Накинул спортивную куртку, проверяя бумажник, схватил телефон со стола и ключи, и выскочил из квартиры.

Выходя из подъезда я увидел на лавке полную бабулю, которая дожидалась своих подруг. Она покосилась в сторону чёрного седана, из окна которого громко играла блатная музыка. Пуля подмигнул ей из окна, и та побледнела, схватившись за телефон. Явно же в полицию будет звонить.

Я запрыгнул на заднее сиденье, встречаясь взглядами с Настей и Захарычем.

— Привет, Лёша, — улыбнулась мне ассистентка, но взгляд её был испуганным. Я поздоровался в ответ.

— Здравствуй, Алексей, — пожал мне руку лекарь. — Видишь, нас тоже вызвали.

— Не понял только зачем, — озадаченно произнёс я.

— Будем на подстраховке. Если вдруг что пойдёт не так — подключаетесь, — пробасил Пуля, поворачивая на Тверскую и встраиваясь в поток машин. — Да вы не переживайте. Мы будем в стороне от стрелки.

Мы проехали в арку, затем нырнули в тоннель и оказались… под землёй. Только непонятно, что это за пустырь такой. То ли станцию метро делали да забросили, то ли подземную парковку.

Впереди из представительного автомобиля, похожего на кадиллак, выходил Крест в кожанке. На его стороне толпа бандитов, человек сорок.

Мамонт, здоровяк с пухлыми щёками и в сером костюме, уже ждал его в десяти метрах от своего автомобиля. И с его стороны полсотни бандитов.

Они о чём-то поговорили, пожали друг другу руки. Мамонт исчез за автомобилем. Крест направился к своему кадиллаку, но не дошёл. В этот момент началась стрельба. Михей и ещё несколько бандитов, которые пытались закрыть босса, упали как подкошенные, а следом в голову Креста выстрелил его собственный телохранитель. Босс упал как подкошенный.

— Вот же твари! Жора, ублюдок! — зарычал Пуля, пытаясь выскочить из машины и выхватывая берету из кобуры.

— Постой! Креста убили! — закричал ему в ухо густо покрасневший Захарыч. Он тоже не ожидал такого поворота.

— Босс ранен! Я его принесу! — Пуля сбросил руку лекаря со своего плеча, затем открыл дверь, в которую ударило несколько пуль.

— Кресту мозги вышибли. Очнись, Пуля! — воскликнул я. — Уходим. Смотри, что там делается!

Люди из банды Креста, а точнее почти весь её костяк, падали как подкошенные под градом пуль, молний, каких-то магических стрел. Кто-то пытался спрятаться за машинами, но огонь шёл как спереди, так и с флангов, к тому же ещё из двух колонн вдали. Работали снайперы.

/ВНИМАНИЕ!

Угроза по центру: 200 м! /

…

/ВНИМАНИЕ!

Две угрозы слева: 53 м! /

…

/ВНИМАНИЕ!

Три угрозы справа, расстояние: 18 м! /

От десятков таких сообщений запестрело перед глазами, но я отрешился от них. Всё же это было у меня в сознании, и я уже научился немного абстрагироваться от этого и переключаться на то, что происходит вокруг.

В этот момент Пуля охнул, упал на землю, и мы его затащили на заднее сиденье, заливая его кровью.

Бандит держался за шею. Кровь сочилась сквозь его пальцы, но не слишком быстро, что уже обнадёживало.

— Спасайте Пулю! Я за руль! — выпалил Захарыч, протискиваясь к водительскому креслу.

— Настя, зажим, — обратился я к ассистентке, и девушка открыла чемодан, подала инструмент. Но, судя по медленной реакции, она была в шоке.

Пока Захарыч выруливал под градом пуль, я временно остановил кровь на шее Пули. Его рваная рана на шее была сейчас стянута двумя зажимами. С мелкими капиллярами справилась Настя при помощи обеззараживающих и впитывающих чудо-салфеток.

— Справишься, Алексей?! — крикнул мне Захарыч, выезжая из тоннеля наверх.

— Да, но нужна остановка, — сообщил я.

Джип пытался заблокировать нам выезд, но наш седан врезался со всего маха в его заднее крыло, разворачивая внедорожник и давая нам проехать

Мы устремились прочь от места бойни.

Захарыч в итоге вырулил в переулок, затем поменял маршрут и заехал в гараж, потушив габаритные огни, а я в это время уже почти справился с двумя крупными сосудами.

Магические швы почти закрыли рану Пули, который ухмылялся и пытался хихикать под наркозом.

***

Недалеко от ангара, в это же время

Мамонт вышел из-за угла с двумя помощниками, вооружёнными АК-110. Стволы дымились от перегрева. Авторитет подошёл к Кресту, у которого в черепе зияло сквозное отверстие, присел возле него.

— Ну что, дружище, доигрался? Недооценил ты меня, да? — улыбнулся Мамонт.

— Ух, было жарко, — ухмыльнулся лысый амбал, перезаряжая автомат.

— Не то слово, Ефим. Костяк мы уничтожили, банды считай что нет, — оскалился Мамонт.

— Ты обещал меня не трогать, Мамонт! — поднял руки Жора, телохранитель, предавший Креста, роняя пистолет. — У нас был уговор!

— А ты обещал не стрелять Кресту в голову, идиот! — зарычал Мамонт.

— Постой, — выставил руки ладонями вперёд Жора, но Мамонт уже выстрелил в него. Затем ещё раз. — Эльдар, доставай моих крошек.

Усатый парень улыбнулся в бороду, поставил на землю небольшую спортивную сумку, расстегнул и выложил из неё на землю пару шестиугольных плоских камней. Он отошёл назад, вытаскивая из кармана предмет в виде сенсорного экрана.

— Упустили лекарей! Надо было их сразу валить! — зарычал Тимур, выходя из колонны. Он закрыл оптический прицел на снайперской винтовке, подошёл к ним. — Да ещё Пуля ушёл.

— Не кипишуй, Тимур, — остепенил его Мамонт. — Эльдар всё сделает. Скоро мои крошки найдут их и покрошат в капусту. Они и пикнуть не успеют, — улыбнулся Мамонт, затем замахал руками остальным. — Первая группа, выдвигайтесь по следу! Ну же, шевелитесь, дело ещё не закончено!

— Босс, готово, — отошёл от места пуска Эльдар.

Авторитет довольно улыбнулся, когда два шестиугольника закрутились вокруг своей оси, расплылись в воздухе и превратились в две энергетические стрелы, исчезая в тоннеле поворотом.

Ещё пара секунд — и они доберутся до цели и разрежут автомобиль на части, вместе с врагами, которые надеются уйти живыми.

***

Я уже почти закончил зашивать рваную рану водилы, как…

/ВНИМАНИЕ!

Две смертельные угрозы в радиусе 3 метров!

Вероятность летального исхода: 99,99%! /

…я почувствовал два глухих удара, один со стороны капота, второй — в районе багажника.

— Всё. Хана, — встретился со мной взглядом Захарыч. — Пилы.

— Пилы? — испуганно переспросила Настя.

В тот же момент вокруг нас расплелась яркая сетка, захватывая весь салон ловушку, а затем начала сжиматься в точку, прожигая крышу, приборную панель, задние сиденья.

Меня ловушка всё-таки настигла первым. Если Пуля лежал на сиденье, а Настя сползла на коврик, как и матерящийся Захарыч, то я никуда не собирался прятаться.

А смысл?

Я взглянул вверх, видя свою смерть, в трёх сантиметрах от себя. Сеть, вроде лазерной. Она уже прожгла обшивку потолка и почти коснулась моей головы.

Доли секунды. Столько времени оставалось до того, как я умру.

Но разве я согласен на это?