Эволюция целителя 7

Глава 1

В прошлом мире я жил тихо и спокойно, здесь же чуть ли не каждый день проверяет меня на прочность. Да и если разобраться, не так уж мне это не нравится. Я уже привык.

Вот и сейчас, когда Козловский кинулся ко мне, в надежде нанести серию болезненных уколов, ум мой был холодным, а концентрация зашкаливала. Я даже слышал биение своего сердца. Громкое, размеренное, замедленное, как и прежде, когда я находился в таком состоянии.

Секунда и всё будет кончено, и скорее всего для Козловского. Софья что-то кричала на фоне. Новиков выкрикивал приказы, скорее всего обращался к своей охране.

Я же сформировал «Экстрактор». Воронка зашелестела, раскрываясь в пространстве, закрутилась вокруг невидимой оси. Она не пробьёт барьер, которым укрылся от меня барончик, это и так понятно.

Поэтому следует воронку модернизировать. Я выплеснул энергии, которая принялась изменять тело крутящегося мини-смерча. Оно начало меняться, превратившись в наконечник копья. А теперь — вперёд.

Шпага Козловского не смогла добраться до меня. В него ударил заострённый смерч, проворачиваясь как шуруповёрт и вгрызаясь в плотную защиту.

— ХР-Р-Р-РУП-П! — будто и правда скорлупа хрустнула. Ментальный звук врезался в уши.

Я увидел рассыпающийся барьер, затем Карыч мелькнул в воздухе, делая всё по красоте. Я не видел, как у него это получилось, но во внутреннем кармане пиджака раздался хлопо́к, затем задымилась ткань.

Козловский испуганно дёрнулся в сторону, сбрасывая пиджак, затем перехватил шпагу, намереваясь завершить начатое, но я уже был рядом.

— Привет, дружок, — широко улыбнулся я, отправляя то, что у меня оставалось, зачерпывая остатки энергии из резервного источника и бросая на «Анестетик».

Наркоз оказался недостаточным, чтобы усыпить барончика, но хватило, чтобы остановить его.

— Ты пож-жлеиш-шь, — выдавил Козловский онемевшими губами, из его ослабевших рук выпала шпага.

— А теперь ты падаешь, — продолжил я, смачно врезав в его скулу.

Козловский хрюкнул, упал на колени и завалился на бок.

— Барон Логинов одержал победу! — зафиксировал граф Новиков, подскочив ко мне.

Я приятно удивился. Многие из аристократов, которые прежде не обращали на меня внимание, либо открыто выражали неприязнь или смотрели свысока, сейчас аплодировали и выкрикивали ободряющие слова.

Софья подскочила ко мне, приобнимая. Видимо, подумала, будто я сильно ранен. Хотя это всего лишь уколы, которые не добрались до жизненно важных органов.

— Помогите ему кто-нибудь, — Новиков пренебрежительно махнул в сторону Козловского, и слуги подняли поверженного барона, оттаскивая его в сторону.

Ко мне подошёл целитель графа, раскладывая чемоданчик, но я отправил его к своему противнику, который уже очнулся и ничего не понимал, мотая головой и мыча что-то непонятное.

Я же чувствовал себя не намного лучше, хотя вида старался не подавать. Истощение — не очень приятная штука, особенно когда нужно его скрывать от любопытных глаз аристократов, еще и когда неоткуда восполнять энергию.

Карыч уже начал меня подпитывать, но я эту энергию направил на регенерацию повреждённых мышц и сосудов. А пояс с энерго-бустером, спеша на вечер, я забыл на диване. Так он там и остался лежать вместе с дракончиком.

В голове шумело, чертовски хотелось пить.

— Лёша, у тебя кровь. Я позову Ярослава Сергеича, — обеспокоенно произнесла Софья, сопровождая меня к столу.

— Зачем? Я уже подлечил себя. Это всего лишь царапины, — улыбнулся я княжне. — Костюм только испортил, зараза.

— Костюм, — нервно засмеялась Софья. — Да я тебе таких десять куплю! Главное, живой, и держался достойно. Вон как тебе рады. Даже княгиня Волконская, которая была настроена к тебе критично, в ладоши хлопает.

— Раз уж княгиня Волконская, то да, — иронично произнёс я, добираясь до графина с минеральной водой, и наполнил ею стоявший рядом стакан. Живительная влага потекла по гортани, и стало намного лучше.

Конечно, шум в голове никуда не делся, но он стал тише, да и перед глазами перестали мелькать чёрные пятна.

Карыч продолжал меня подпитывать, сообщая, что его запасы не безграничны. Через минуту я полностью восстановился. Проверил уколы, которые получил от Козловского. Ни одного намека на раны. Даже шрама не осталось.

— Я прошу прощения, Алексей Михайлович, за столь дерзкое поведение барона, — подошёл ко мне смущенный граф Новиков. — Этого не должно было случиться.

— Я не в претензии к вам, Пётр Геннадьевич, — я дружелюбно улыбнулся. — Барон Козловский выпил лишнего, и это полностью его вина.

— Рад слышать, что вы понимаете ситуацию, — улыбнулся в ответ хозяин поместья. — Вы ранены?

— Для лекаря это пустяки, я уже залечил раны, — признался я, и граф окончательно успокоился.

— Пройдите с Прохором, прошу вас. У меня большой гардероб, он подберёт для вас достойный костюм, — произнес Новиков, махнув слуге. — Прохор! Бегом сюда!

Он прав. Находиться на вечере среди аристократов в порванном пиджаке, причём со следами крови, мне было не очень комфортно.

— Я скоро вернусь, — шепнул я Софье, и направился к ожидающему меня в стороне усатому слуге.

Стоило мне отдалиться от столиков, как меня перехватили Зинаида с Эдиком. Точнее Зина была инициатором, а Эдику пришлось идти следом за ней.

— Лёша, привет! — радостно воскликнула она. — Лихо ты ему вмазал. Я ведь тоже хотела ему расквасить хлебало.

— И потом бы у тебя начались проблемы, — печально подытожил Эдик.

— Ой, проблемы, — хохотнула Зина, хлебнув из бокала. — Таких Козловских надо учить, только силу и понимают. А ты бы всё разрулил. Верно, Эдичка?

— Не уверен, моё солнышко, — ухмыльнулся Эдик. — Это так не работает. Тебя бы обвинили в покушение на жизнь аристократа.

— Ну да, я ведь не из ваших кругов, — ехидно заметила Артишок.

— Не обижайся, я говорю как есть. Но Козловский заслужил того, что с ним стало, — заметил барон Хлебников.

— Это верно, — оскалилась Артишок, затем вновь оглядела меня. Её взгляд остановился на следах крови на моём плече. — Как ты?

— Отлично, уже подлечился, — я оглядел её стройную фигурку, которую подчёркивало обтягивающее бордовое платье. — А ты знатно похорошела.

— Спорт и диета. И ещё кое-что регулярное, — Зина многозначительно посмотрела на Эдика, и тот рассмеялся.

— Меня ждут, ещё увидимся, — взглянул я в сторону слуги Новикова, который застыл как изваяние, дожидаясь меня.

Чуть позже я выбрал из необъятного гардероба графа похожий костюм. Такой же чёрный, и почти впору, лишь немного жало в подмышках. Что мне понравилось, Новиков его ещё ни разу не одевал. Это доказывали магазинные бирки, болтающиеся сбоку.

Вернувшись к остальным, я заметил, как барона Козловского охрана провожает к стоянке. Поверженный аристо даже голову не повернул в мою сторону. Разумеется, он был подавлен. Ещё бы. Потерпеть поражение на глазах у аристократов, которые занимали довольно высокое положение в аристократическом обществе. Было из-за чего печалиться.

Софья весело щебетала у меня над ухом, хваля мой новый костюм и иронизируя насчёт поражения барончика. А я всё пытался понять, зачем Козловский это сделал.

Явно же кто-то его подстегнул. И этот кто-то явно чувствовал за собой силу и имел хорошие связи. Он понимал, что я нахожусь как минимум в деловых отношениях с Меньшиковым, значит этот кто-то находился на ступени не ниже.

Я решил всё же отложить этот странный случай и не гадать, а подождать. Время всё расставит на свои места, и всё станет понятно.

Раз я на вечере, значит и отвлекаться больше поводов не было.

С Софьей мы подняли бокалы за любовь, затем посмотрели ещё одно выступление на сцене. На этот раз перед нами кривлялись два клоуна, одетые в разноцветные костюмы.

Я ничего не имею против этих ребят. В целом даже помню из далекого детства, как сидел в цирке и хохотал над забавными номерами. Но здесь это выглядело как просто кривляния.

Кто-то из аристократов смеялся, но большинство, как и мы с Софьей, недоумевали, что это за ерунда.

Разбавил вечер тенор, вышедший на сцену. Голос у него был таким, что я заслушался. Особенно цепляли моменты, когда он брал излишне высокие ноты.

Затем к нам присоединились Зина с Эдиком. Мы отправились на прогулку, подальше от шумной толпы разгоряченных алкоголем аристократов.

Мы вышли с тропинки на вымощенную аллейку и направились по ней, любуясь природой и беседуя о прошлом инциденте.

— Вот уж не могла подумать, что ты одолеешь Козловского, — удивилась Софья, восхищенно посматривая на меня.

— Он пытался толкнуть тебя, — хмыкнул я. — Но это была провокация, и он понимал, что я заступлюсь.

— Ты тоже увидел это? — рассмеялась княжна. — Хотя зачем ему ссориться с моим родом, загадка.

Я не стал пока делиться с ней своими мыслями. Как точно увижу всю картину, тогда и сообщу.

— Давно пора было поставить на место этого сукиного сына, — заметил Эдик. — Он ведь уже всех достал своими выходками.

— Надо было еще пинка ему отвесить. Такого добротного пенделя, — злобно прошипела Зинаида.

— Ты сама милота, — рассмеялся Эдик. — Зин, нельзя так себя вести в светском обществе. Тогда чем ты отличаешься от таких как он?

Зина призадумалась, затем кивнула.

— А ты прав. Ничем. Тогда словесно опустить на глазах у всех, — предложила она.

— Можно, но для этого нужен весомый повод. У Алексея была дуэль. Он мог действовать как угодно, — подчеркнул Хлебников. — Ведь правила были расплывчаты. Да ещё Козловский использовал артефакт.

— Который оказался паленым, — хихикнула Софья.

— Просто не выдержал взгляда Лёши, — хохотнула Зина.

— Да ладно, что мы всё об этом паразите? — оглядел нас Эдик. — Кстати, что случилось с оранжевой аномалией? Кто в курсе?

— Чёрт её знает. Устранили и забыли до следующего раза, — произнёс я. — Наверное так.

— Я слышала от командира гвардии, что её устранили не полностью, — сказала Державина. — Вроде бы опять закрыли в колпак.

— Закрыли? В колпак? Это ещё что за ерунда? — растерянно оглядела всех Артишок.

Я слышал о такой практике, точнее об этом знал мой реципиент. Изредка военные оставляют малую часть аномалии, изолируют её, возводят вокруг хренову кучу сооружений с установками и датчиками, а затем изучают её природу.

Такие места называют колпаками. Места, вроде наземных лабораторий, которые охраняют похлеще мест силы.

Именно это Эдик и объяснил Зинаиде.

— Хм, а я даже не знала этого. Хотя, кажется, видела один из таких колпаков, — произнесла Артишок. — В Раменском. да?

— Его уже ликвидировали, — заметила Софья. — Изучили всё что можно и сожгли остатки этой гадости.

— Доиграются когда-нибудь, — хмыкнул Хлебников. — Вылезет какой-нибудь сильный монстр, и разнесёт к чертям собачьим все их барьеры.

— Эдик, не пугай, — весело произнесла Софья. — Такого не будет. Всегда рядом дежурят боевые маги на такой случай.

— Поменьше смотри «Буран-тв». А то я знала одну такую знакомую, — хихикнула Зина. — Насмотрелась таких вот передачек и потом начала вызывать шаманок, чтобы ей почистили квартиру от привидений. В итоге квартира сгорела от очищающих действий одной из бабок.

— И что с ней стало? С подругой? — округлила глаза Софья.

— Да живая она. Что с ней будет? Живёт в общежитии и тихо ненавидит всех, кто носит костяные бусы и ставит тотемы, особенно огненные, — печально улыбнулась Зина.

— Было бы смешно, если б не было так грустно, — произнесла Державина.

— А чтобы не было грустно, у меня вон чо есть, — Зина достало из дамской сумочки фляжку и потрясла ею.

— Что это? — спросил я. — Ведь точно не шампанское.

— Угадал, точно не оно, — загоготала Зина. — Сейчас узнаешь. Пробуй первым. Одни глоток, небольшой.

— Зин, может, не надо? — взглянул на неё Эдик.

— Так. Стоп. Что ты имеешь против моих коктейлей? — нахмурилась Артишок.

— Твои коктейли меня, конечно, радуют, — неловко улыбнулся барон Хлебников. — Я просто вспоминаю прошлый раз.

— А что было в прошлый раз? — напряженно спросила Софья.

— Неважно, — махнула Зина, протягивая мне фляжку, поблескивающую стальным боком в свете фонарей. — Алексей, вперёд. Ты открываешь сезон веселья.

Слова Зины меня насторожили. Что она туда добавила? Но я взял вляжку, открутил крышку и понюхал. Лучше бы я этого не делал.

В нос ударил резкий запах, который я бы сравнил больше с самогоном. Но здесь он был немного другим, и с ореховым оттенком.

— Пей, не бойся, — хмыкнула Зина.

— Лёш, не надо, — охнула Софья, хватаясь за мою руку.

Я проверил напиток на ингредиенты своим диагностическим щупом. Ничего опасного. Как я и думал — цедра грепфрута, кедровые орехи и экстракт чернил моллюска, который не водится в моём родном мире. Здесь его называли гарпом, и он применялся даже в кулинарии. Но концентрация чернил именно в этом напитке была повышена.

— Да я и не боюсь, — улыбнулся я и сделал глоток.

В целом отторжения не было. Напиток прошёлся горячей волной по организму, я почувствовал вкус орехов, цитруса.

Я вернул фляжку. Зина покачала головой, затем вновь вручила её мне.

— Нужно сделать два глотка, затем передай Софье, — сообщила она.

Спустя пять минут мы продолжили свой путь по аллейке, весело посмеиваясь над вполне обычными шутками. А затем коктейль начал действовать. Зина скорчила рожицу, и меня чуть не порвало от смеха. Эдик схватился за живот, надрываясь от хохота, а у Софьи от смеха полились слёзы.

Ну его нафиг. Я всё же решил нейтрализовать воздействие напитка. Убрал у всех из крови избыточную дозу чернил гарпа, и все моментально пришли в чувство.

— Зина, что ты подмешала?! — выдавил Эдик. — Опять гарпы?

— Да, но зря я в этот раз вылила весь пузырёк, — оскалилась Артишок.

— Удивительно. Я пробовала напиток с концентратом чернил гарпа, — рассмеялась Софья. — Это ж не запрещено?

— Если его суют чуть ли не во все продукты, какой же он запрещённый? — ухмыльнулась Зина. — Просто переборщила.

Чуть позже мы вернулись к столам, продолжая веселье. На сцене выступали танцевальные коллективы, мы любовались танцами, а затем решили и сами потанцевать.

Вечер завершился, как и водится у Новикова, салютом.

— Просто прелестный вечер, — прижалась ко мне Софья, наблюдая в небе затухающие огненные узоры последнего залпа. — Каждый вечер с тобой незабываем.

— Взаимно, красотка, мне приятно проводить с тобой время, — прижал я её к себе .

— Софья, нам пора, — услышал я за её спиной строгий голос Державина.

— Давай задержимся ещё на полчаса, дорогой, — умоляюще взглянула на него мать Софьи. — Куда спешить?

— Нет, нам пора, уже поздно, — стоял на своём князь. — Софи?

— Ладно, пока, — улыбнулась княжна, поцеловав меня в щёку. — Увидимся.

— До встречи, — кивнул я ей, встречаясь взглядом с её отцом.

И от взгляда этого мне стало не по себе. Почему он так на меня смотрит, будто я враг народа? Удивительно. Понимает же, что Софья выбрала меня.

Вновь я наталкиваюсь на стену ненависти и странную реакцию. Да к чёрту.

Я повернул к Новикову, попрощался с ним и направился в сторону стоянки, где меня ждал Пуля.

***

Где-то на дворцовой территории, в это же время

Магистр сидел в кресле у небольшого бассейна, молоденькая служанка массировала ему плечи. Было приятно, и даже более. Он подумывал перехватить нежную руку, повернуть её к себе и приказать раздеться. Впрочем, как и обычно.

— Розочка, солнце… — мягко произнёс он, коснувшись её ладони.

— Да, мой господин? — прошептала она в ухо. Да так, что он понял — ближайшие полчаса он проведёт с ней прямо здесь, на соседнем диване.

Но затем дверь приоткрылась, и оттуда высунулась лысая голова Юрия, его доверенного помощника по особо важным делам.

— Ты не видишь, что я занят? — раздраженно пробурчал Магистр. — Что хотел?

— Игорь Сергеевич, — пробормотал лысый парень, показывая смартфон. — С вами хочет поговорить Молот. Говорит, что срочно.

— Какого чёрта, — зарычал Магистр, тяжело поднимаясь с кресла. Тело размякло после нежных прикосновений Розы, и он с трудом добрался до двери.

Молот — руководитель его тайной службы, с которым они договорились связываться лишь в крайних случаях.

— Да, что у тебя?! — раздраженно бросил в трубку советник.

— Игорь Сергеич, в наш мир кто-то проник только что, — напряженно прогудел Молот, а на фоне что-то тихо шумело. — Едем на место. Уже оцепили его, никуда не денется.

Магистр замер, сердце его забилось чаще.

— Так, и кто бы это мог быть? Есть версии? — он бросился на выход, забывая об отдыхе.

— Точно человек, — сухо сообщил ему Молот. — Так показывают приборы.

— Кидай адрес, — напряженно произнес Магистр, быстро преодолев коридор и уже добравшись до своих покоев, где его ждал слуга. — Выезжаю.

Глава 2

Недалеко от Воробьёвых гор, десять минут спустя

Семён Иванович сидел на бордюре и лениво наблюдал, как вокруг него суетились люди в серой форме.

Вот чем не нравился ему этот мир, так это всякими датчиками, сонарами и прочей чушью. Шаг в сторону — и вот на тебя обратили пристальное внимание гвардейцы, чистильщики, военные и наёмные товарищи, жадные до денег и славы. Копошатся как мухи, а толку?

Вот и сейчас. Стоило ему появиться, так его уже ждали. Забили по периметру стержни. Да ладно бы просто поставили. Так ещё же приложили усилия, прямо в проезжую часть заколотили и в тротуары. Никакого уважения к дорожникам.

В итоге Семён Иванович оказался под куполом, который его якобы должен сдерживать. Ну да, якобы.

Странник подобрал камешек, ухмыльнулся, затем швырнул в сторону вышедшего из джипа рыжего бородатого мужика в камуфляже. Тому передали рупор. Камень не долетел до военного, ударился в мерцающую преграду и отскочил.

— Ты всё равно отсюда не выйдешь! — раздался голос рыжего бородатого мужика в камуфляже. — Можешь не пытаться!

Странник, теперь уже повелитель Ровена и победитель Астрального Гроха, хрипло засмеялся. Он ведь даже и не пытался выходить.

Судя по всему, они кого-то ждут. Значит и он подождёт.

Хотя долго ждать не пришлось. Недалеко от купола остановился лимузин, судя по просадке колёс, бронированный. Из него вышел мужчина в чёрной мантии с вышитым золотыми нитями двуглавым орлом на груди. Какая-то важная птица, не иначе. Скорее всего даже в имперских кругах летает.

Важный пригладил седую шевелюру, затем переговорил с бородатым рыжим военным и пристально всмотрелся в сторону странника, затем не спеша направился к куполу. Он ещё не добрался до сдерживающей энергии, а Семён Иванович уже считал его магический фон, прикинул степень угрозы, понял, что перед ним боевой маг довольно приличного уровня. Ещё недавно странник бы сразу же свалил куда подальше и на всякий случай залёг бы на дно, месяца эдак на два. Сейчас же даже лёгкого волнения не было.

— Я представитель власти, советник! И сейчас я требую объяснений! — зычно воскликнул важный тип. — Ты кто такой и откуда взялся?!

Странник размял шею, вздохнул. Ответить или послать его куда подальше? Ладно, ответит.

— Какая разница?! — улыбаясь, бросил он в ответ. — Тебе это ни о чём не скажет!

— А что вы его не взяли? — обратился мужик в мантии к бородатому рыжему военному.

— Так мы к нему подойти не можем, — тихо пробормотал тот, но Семён Иванович услышал.

— Ладно, я сам попробую. Сделайте вход, — напряжённо произнёс советник.

— Игорь Сергеевич… Это небезопасно, — выдавил военный. — Если что с вам случится, с нас три шкуры сдерут.

— Я знаю что говорю, — рявкнул советник. — Делай вход!

Двое из толпы, одетые в серые костюмы, раскрыли треноги, поставили на них небольшие кубы, которые поднялись в воздух и начали крутиться. Из них выскочили тонкие лучи, вырезая в куполе дыру. Через неё советник и попал внутрь.

Сделал пару шагов, оказываясь в паре метров от странника, и врезался в плотный, почти прозрачный барьер, который вспыхнул красным.

— Может, пустишь? — нахмурился советник.

— Там стой, — хмыкнул странник.

— Что ж, ладно, — напряжённо произнёс советник, махнув рукой. Двое слуг подбежали к нему. Один разложил кресло, второй накинул на него плед.

Советник вальяжно устроился в кресле, затем пристально вгляделся в странника.

— Давай тогда так поговорим, раз боишься меня, — произнёс советник.

— Я тебя не боюсь, — оскалился Семён Иванович.

— Хорошо, не боишься. Что тебе надо? Зачем ты пришёл и откуда, — мужик в мантии вцепился в него взглядом словно ястреб, увидевший заблудшего оленёнка.

— Если я скажу — ты меня не поймёшь, — ухмыльнулся странник.

— Не пойму? Почему же? — советник взглянул на него как на сумасшедшего смотрит врач в психиатрической клинике. Сочувствующе, опасливо и в то же время нацепив маску мудрого папаши.

— Понимаешь, как бы это сказать… — скривился странник, подбирая слова, — …мы с тобой на разных уровнях. Нам не о чем договариваться, нечего обсуждать. Да к тому же я ничем не обязан ни тебе, ни кому-то из них, — махнул он в сторону проверяющих оружие военных.

— В таком случае у тебя крупные неприятности, парень, — недобро улыбнулся советник. — Я лишь хочу тебе помочь и сделать так, чтобы ты не навредил никому из жителей.

— Не нужно красивых слов. Я сам себе помогу, — печально улыбнулся Семён Иванович. — Просто убери своих шавок и дай мне пройти. И никто не пострадает.

— Я не могу отпустить тебя, — покачал головой советник.

— Я же говорю — мы на разных уровнях, — странник тяжело вздохнул, затем поднялся с бордюра, и человек в мантии вскочил со своего кресла.

Глаза советника сверкнули, он сложил пальцы и махнул рукой. С его пальцев сорвалось ментальное поблёскивающее лазурным светом лезвие, разрубившее защиту странника.

Семён Иванович лишь поднял руку, выставил ладонь, и на советника надвинулся плотный ментальный барьер, причём так резко, что сбил того с ног, вышвыривая в проход как нашкодившего котёнка.

— Огонь! — зарычал бородатый военный, и в странника полетели пули, которые с глухими шлепками начали врезаться в тот самый барьер, которым тот прикрывался.

— Он вышел! — вскрикнул ещё один.

Советник в это же время вскочил, и тут же на него обрушился сверкающий молот. Он поставил защиту, уклонился и снова поднялся на ноги, но на него упали ещё два молота.

Гранаты, пара пулемётов, разрядники повышенной мощности — всё пошло в ход против странника, пока он добирался до ближайшей машины.

Семён Иванович с изяществом дирижёра ставил щиты от пуль и отбивал летящие в него гранаты. Затем поднял машину и уронил на группу военных. Следом выстрелил цепной молнией, которая прошила ещё десять человек, прожигая их кевларовые бронежилеты насквозь.

Когда всё было кончено, в живых остался лишь советник. Он распластался в стороне на асфальте проезжей части и кряхтел, удерживая в воздухе давящую сверху огненную глыбу. Та выплёскивала языки пламени, которые пытались добраться до лица слишком много возомнившего о себе мага.

Странник присел рядом с ним на корточки, ухмыльнулся, вглядываясь в то, как советник миллиметр за миллиметром собирает защитный барьер между собой и глыбой странника. Минут пять ещё точно будет возиться.

— Если надо будет, я с тобой свяжусь, — произнёс Семён Иванович, добираясь до портмоне советника. Вытащил пачку сторублёвых купюр и спрятал в карман, швыряя пустой кошелёк на асфальт.

Сразу же после этого странник услышал сирены полицейских машин. До того как те появились на горизонте, он успел свернуть в ближайший проулок и быстрым шагом направился в сторону стоянки такси.

Ему надо было срочно попасть в Тушино. Пора кое-кого навестить.

Через час он был на месте и расплатился с таксистом деньгами советника.

— Подожди здесь, — приказал он усатому водиле.

— Долго? — вяло поинтересовался таксист.

— Сколько потребуется, — бросил ему Семён Иванович и выскочил из салона.

Окраина деревни Весёлково порадовала натуральными ароматами. Запах куриного помёта, коровье мычание в стороне. Он будто в детство вернулся, когда гостил у бабки с дедом.

В полуразрушенном доме и спрятались те, кого ему надо было приручить. Только вот и они почуяли его.

— Спокойно! — воскликнул Семён Иванович в открытую дверь. — Вас отправил сюда Астральный Грох, но он повержен! Теперь я ваш новый хозяин!

Перед ним мелькнули когти и огненные глаза, клацнули зубы. Странник охнул, в последний момент закрываясь от внезапной атаки.

В поставленный им заслон ткнулась звериная морда с огромной зубастой пастью. Причём в остальном это был человек, который стоял на двух ногах, как и он, и у него было две руки, которые росли из плеч.

— О, поздравляю с метаморфозой! — хохотнул странник, и ему стало не очень уютно от такого ненавидящего взгляда.

— Небу-у-ула-а, — прорычал второй, выходя на свет. Та же звериная морда, и тот же взгляд, прожигающий насквозь. — Вокс-сарион!

Семён Иванович почувствовал ментальный удар, но отразил его. Они хотят его загипнотизировать?! Серьёзно?! Даже смешно.

— Я понимаю, о чём вы. Частица Гроха всё же есть во мне. Вот тут, — весело произнёс странник, постучав себе по лбу. — Но теперь я ваш хозяин. И так как я ваш хозяин, приказываю вам отказаться от задания. Нам надо всего лишь поймать одного барона.

Странник говорил и в это же самое время собирал вокруг гончих ментальный капкан. Но эти твари всё же почуяли его. Чтоб их!

Один монстр кинулся в тень, второй щёлкнул челюстью, прорывая барьер.

— Да что такое?! — зарычал Семён Иванович, ставя ещё два барьера, а затем обрушив ментальный молот на череп гончей. Хотя бы одну ведь он должен поймать? А вторая сама придёт, куда денется.

Но… тварь дёрнулась в сторону, и удар пришёлся ей в плечо, которое хрустнуло. Гончая взвизгнула и кинулась от него во тьму комнаты.

— Я вас всё равно найду! Вы будете моими слугами! — воскликнул странник, формируя фонарь и сконцентрировался, выплёскивая из себя сотни нитей, поблёскивающих разрядами.

Вокруг ничего, кроме обветшалой мебели, точнее того, что от неё осталось и не успели разворовать. Кресло без ножки. Шкаф с покосившейся дверцей, наклонившийся под опасным углом. Полуразобранная каменная печь по центру.

Окно было открыто, и следы крови вели к нему.

— Убежали, что ли? — удивлённо пробормотал странник, кинувшись к окну и выглядывая. След терялся, а это значило, что гончие воспользовались камуфляжем.

— Точно смылись, — вздохнул Семён Иванович и уселся на пол, развоплощая разрядные нити. — Ну вот как так? И где мне теперь их искать?

Спустя пять минут он поднялся и уже не спеша направился в сторону такси, обдумывая, где могли спрятаться твари?

Странник недооценил их силу, но ведь и они не увидели всё, на что он способен. Поэтому сейчас надо врубить заклинание поиска и найти этих вышедших из-под контроля чудовищ.

***

Только я добрался до поместья и вышел из «Нивы», как в сознании вспыхнуло запоздалое сообщение от Системы.

/Анализ завершён!

Вами были предприняты действия по изменению навыка «Экстрактор». Экспериментальным путём получено боевое усиление навыка.

Награда: +10 000 очков опыта!

Текущий уровень: 11 (31430/75000)/.

Вот это прибавочка!

Глядишь, ещё дней десять — и я получу следующий уровень. А может, и того больше, поднимусь в целительском ранге. Кто знает?

Я зашёл в гостевой дом как раз когда шло живое обсуждение того, как скоро будут выступать светила отечественной науки.

— О, а вот и Алексей, присаживайся, — Захарыч поддел ногой стул напротив себя, и тот загремел, отодвигаясь от стола. — Разговор есть.

— Да, Лёша, всё так классно складывается. Это твой шанс, — улыбнулась Настюха, натирая полотенцем чашку.

— Ничего не понял, — хмыкнул я, присаживаясь за стол. — О каком шансе речь?

— Смотри сюда, непонятливый, — старик повернул мне экран своего смартфона. — Сейчас всё узнаешь.

Яркий сайт. Приглашение на конференцию. Я пробежал глазами текст. В Сочи через десять дней будет проходить конференция, где будут выступать целители, различные кандидаты лекарских наук. И тем было просто море. Но не в этом суть.

На территории будет находиться аттестационная площадка, где каждый желающий — разумеется после соответствующей солидной оплаты — сможет подтвердить свою квалификацию.

— Не профукай шанс, Алексей, — просипел Захарыч. — Комиссия там более лояльная, местная. Не то что столичные акулы, которые сожрут и не подавятся.

— Интересно, да, — подтвердил я, радуясь такой возможности. — Получается, что документ мне выдадут гос образца.

— А я тебе про что? — довольно улыбнулся Захарыч. — Там ты получишь не только корочку лекаря. А ещё аттестат с подробными данными. Всё как полагается, на бумаге с гербом, с водяными знаками и прочими ерундовинами. Наши проблемы решатся сами собой.

Хотел я ему сказать, что рассчитываю всё же на ранг целителя, но промолчал, понимая, насколько после моих слов старик разольётся в своём безудержном сарказме.

— Кстати, с документом на руках тебе уже проще будет проходить московские аттестации, — заметила Настюха, поставив передо мной кружку горячего чая, пахнущего мятой.

— Вот именно. Если, конечно, дорастёшь до целителя, — деловито причмокнул старик. — Так что ноги в руки, Алексей, и чеши в Сочи.

— Я ведь тогда тоже с Лёшей поеду? — засияла Настя.

— А тебя, Анастасия, никто не отпускал, — пробурчал Захарыч. — Будешь также принимать клиентов. В паре со мной работать будешь.

— Ну вот что опять начинается? — Настя с чувством бросила полотенце на столешницу. — Возьмите Викторию или наймите ещё кого-нибудь.

— Я понимаю, к чему ты клонишь, — ухмыльнулся старик. — Ножки пополоскать в морской водице захотелось. Успеешь ещё. У тебя отпуск в сентябре.

— Я, может, очень хочу посетить конференцию, — нахмурилась Настя.

— Алексей по делу едет, а тебе там делать нечего, — Захарыч сказал, как отрезал. — Конференцию она хочет посетить. Работы невпроворот, вот и будешь мне помогать.

Настя вздохнула, но смирилась со своей участью. Захарыч прав. Клинику оставлять только на Рому с Михаилом нельзя. А Захарыч намекнул, что ему нужны проверенные люди. Пусть Настя и была всего лишь ассистенткой, но старик ей доверял, в отличие от новеньких.

Я допил чай и решил прогуляться на новую территорию, посмотреть захотелось за ходом строительства.

Добравшись до места, я заметил, что бригада Иванова уже ставит кровлю на будущем доме медитации.

В стороне уже почти разобрали старый дом. Осталось лишь разломать половину первого этажа и оставить на месте развалины бетонную площадку.

Я сделал пару шагов и понял, что Змей Горыныч ожил. Он вылетел из окна, начиная рычать.

— Не понял. Гончие рядом? — покосился я на Горыныча, который завис надо мной, и вдруг я просто перестал видеть. Будто свет выключили.

Но затем появилась мутная картинка. Полутёмная комната, знакомый прыщавый парень в сером костюме, но уже будто более подтянутый и не сутулый, а рядом с ним два огненных глаза и невероятно большие клыки.

— Небу-ула! — выскочило из пасти второго отродья. — Вокс-сарион!

Картинка исчезла, я упал на газон, а Змей Горыныч приземлился передо мной, вновь превращаясь в игрушку.

Твою же мать! Я только что увидел гончую? А тот психованный выжил? Он вернулся в этот мир? Вообще ничего не понимаю.

«Вот это да! Я ж говорил — не знаю, как сработает моё заклинание! — воскликнул Карыч. — И да, ты верно подметил — странник нашёл их. Он их нашёл, Лёха!.. Хотя пока не пойму, откуда пришёл сигнал. Надо срочно расшифровать».

«И сообщи Небуле», — напомнил я.

«Да, разумеется. Ох, ну и дела», — пробормотал пернатый и растворился в астрале.

Я же попытался прийти в себя и понять, что только что произошло. Но было столько вопросов, что я послал всё к чёрту. Лучше дождаться возвращения Карыча и обсудить это с ним, чем путаться в догадках.

Мой телефон ожил. Пришло сообщение от слуги Меньшикова. Он просил прислать курьером ещё двести миллилитров яда для вакцины. Именно столько не хватает, чтобы закрыть крупный заказ. Притом надо было действовать прямо сейчас.

Хорошо, что у меня в сейфе были запасы яда как раз на такой случай.

Через двадцать минут я вызвал курьера и уже давал наставления Абдуле, который и должен будет отвезти груз. Упаковывать колбу с ядом времени не было, а доверять хрупкий груз первому попавшемуся курьеру я не собирался.

Поэтому Абдуле я вручил колбу, замотанную плотной тканью, которую я нашёл в одном из сараев.

— Храни это так, будто это твоё сердце, — предупредил я араба.

— Хазяина зря переживать, — Абдула покопался в своё поясной сумке, проверяя амулеты, какие-то пузырьки, вроде тех бустеров, что периодически выручали меня. — Я доставить в целость и сохранность. У меня машин есть. Положить рядом и закутать плотнее, да.

— Всё, удачи, — похлопал я его по плечу. — Надо отправляться.

Араб поцеловал один из амулетов на шее, затем бережно взял у меня колбу и быстрым шагом направился в сторону своего бежевого автомобиля.

***

В километре от лаборатории Меньшикова полчаса спустя

Из магнитолы доносился голос Рашида Ибрагимова, шины шуршали по асфальту. Абдула высунул локоть в открытое окно и подпевал себе под нос под зажигательные восточные ритмы. Его рука периодически нащупывала запакованную в плотную ткань колбу, которую передал босс.

Вот очередная почётная миссия, после которой он наверняка получит премию. Придёт домой, обрадует жену, которая за последнее время устала от того, что они во всём себе отказывают. Настроение у него было отличное.

Он въехал на пригорок, когда его резко обогнал серый внедорожник с тонированными стёклами, следом за ним ещё один.

— Иш-шак чёртов! Водить учиться! — бросил он вслед, и тут же нажал на тормоз, кое-как успевая задержать колбу, которая собиралась упасть под кресло.

Один из джипов резко повернул на его полосу и перегородил дорогу, остановился, предлагая сделать то же самое и Абдуле.

Из джипов высыпали вооружённые до зубов люди в чёрных масках. Один из них вышел на шаг вперёд.

— Выходи! — крикнул он. — Иначе мы будем стрелять!

— Щ-щто вы хотеть?! А?! Кто такой?! — выскочил из машины араб, хХотя прекрасно понимал, за чем они пришли.

— Щто хотеть… их-хи-хи, — передразнил его кто-то из толпы.

— Маг, дай мне то, что ты везёшь! Мне нужен груз! — прохрипел тот, что вышел вперёд. — И мы тебя не тронем! Обещаю!

— Ай, ш-шайтанамана, — прошипел Абдула, а затем скрестил руки, и вокруг него вспыхнул огненный купол.

Глава 3

— Может, ещё чаю, Лёш? Мята, говорят, успокаивает, — обратилась ко мне Настюха, застав меня недалеко от дома на лавочке.

— Да всё нормально, я спокоен. День просто тяжёлый, — я поднялся и направился мимо ассистентки в сторону кухни гостевого дома. — Но от чая не откажусь.

Да ни черта я не спокоен, просто ей об этом знать необязательно.

Мы прошли в дом. Пока Настя колдовала с заварочным чайником у плиты, я продолжал размышлять.

Новостей от Карыча пока не поступало. Если бы он вернулся из астрала, сразу бы начал щебетать. Но пока тишина. Видно, пытается понять, что произошло.

Ну и я тоже пытался, используя ту информацию, которая мне известна. Итак, что мы имеем на данный момент?

Странник появился в нашем мире. А раз он здесь, значит, как-то получилось у него улизнуть из астрального мира. Но мог ли его Грох отпустить, и на каких условиях? В любом случае есть что-то, о чемх мне неизвестно.

Удивительно то, что странник только появился в нашем мире и сразу же нашёл гончих. Моментально. И это когда мы прикладывали все возможные усилия, чтобы обнаружить тварей.

Странник каким-то образом залез в голову божества и привязал гончих к себе? Да нет, это бред полный. Хотя я ведь ничего не знал об этом прыщавом мужичке. Если он путешествует между мирами, и у него получилось пробраться в Ровен, почему бы и нет.

В общем, ничего непонятно, и от этого я чувствовал жуткий дискомфорт.

Что ещё меня тревожило — полчаса прошло, а от Абдулы до сих пор не поступило сообщение о том, что груз доставлен. Мы с ним договаривались об этом. Неужели забыл на радостях? Хотя араб не из тех людей, чтобы поддаваться эмоциям, хотя и выражает их достаточно ярко. Он помнит своё обещание, знает, что нужно срочно доставить яд Небулы в лабораторию Меньшикова. Значит, что-то случилось.

Я бы отправил Карыча на разведку, но пернатый сейчас в своей ментальной библиотеке.

Я взглянул на Настю, которая поставила передо мной кружку. Из неё вился ароматный пар. Улыбнулся ей, кивнул в знак признательности.

— Переживаешь насчёт поездки? — вгляделась в меня Настюха, садясь напротив.

— Я не знаю, что там будет, — туманно ответил я ей. — Поэтому и переживать не о чем.

— А я видела такие аттестационные площадки, ничего страшного в них нет, — ассистентка ещё шире растянула улыбку, откусила галетное печенье и запила его небольшим глотком чая.

— Где ты успела их увидеть? — удивился я.

В Москве не было смысла их ставить. Здесь, как и в Петербурге, проводил аттестации Совет целителей. Ведь по сути площадки — это мобильные сборные пункты для работы на выезде.

— В детстве, — тихо произнесла Настя. — В Новороссийске мы отдыхали на море с родителями, а в стороне собирали такую штуковину и тестировали оборудование. Мне тогда было семь лет, и эти впечатления были одними из самых ярких .

— Что там было необычного? — заинтересовался я.

— Я видела как проверяют, — хихикнула Настя. — И представляла себя на месте одарённых.

— Капсула? — спросил я, и Настя кивнула.

— Да, капсула, прозрачная, через которую были видны энергетические нити. Они, знаешь, выскакивали из таких вот трубок внизу. Поднимали в воздух испытуемых, — сладко произнесла Настюха, поглядывая в окно. — Те летали в воздухе, прикрыв глаза и улыбаясь. А затем из отверстий снизу поднялся туман, будто открыли дверь в накуренное помещение, и он окутывал тела, считывая показатели.

— Увлекательно описываешь, — признался я, обращаясь к памяти реципиента. Всё же он что-то знал про мобильные площадки. — Но сейчас вроде никаких трубок нет.

— Да, потом всё это немного усовершенствовали, — кивнула Настя. — Трубок нет, но в целом всё так же и происходит.

— Ну и что вы тут расселись? — гаркнул Пуля, показываясь на кухне. — Всё пропустите.

— Что пропустим? — насторожилась Настюха.

— Там вон Захарыч решил пользу принести твоему поместью, Лёха, — хохотнул Пуля. — За двором сажает какое-то чудо-дерево. как он говорит. Хотя я не уверен.

Мы вышли во двор, обогнули дом. В стороне пожилой лекарь кряхтел, махая лопатой и засыпая землю вокруг криво стоявшего… саженца. Хотя я бы назвал его больше не деревом, а кактусом. Толстые распухшие ветви, вместо листьев крупные сдвоенные колючки, торчащие в разные стороны.

Хотя я догадывался, что это. Довольно редкое растение. Корабагус, как его величают в ботанической среде. Или, по-простому, игольчатый дуб.

— Ух ты! — воскликнул я, и Захарыч дёрнулся, чертыхнувшись. — Интересный экземпляр.

— Я почти закончил, — просипел старик, утрамбовывая землю.

— Криво закопали, Егор Захарович, — заметила Настя.

— Да будет вам известно, Анастасия, что корабагус так сажать и следует, — недовольно взглянул в её сторону Захарыч. — Ровно под таким углом. Он выпрямится перед цветением.

— Главное не уколоться об эту ерунду, — хмыкнул Пуля.

— Ерунду, тоже мне эксперт. Это лучшее, что можно посадить в поместье, — заметил старик, поливая напоследок деревце из лейки. — Приносит удачу, отгоняет злых духов и очищает воздух от аномального фона.

Не знаю, как остальное, но о последнем я слышал. Корабагус впитывает не только углекислый газ, но и аномальный фон. И в последнем случае он выделяет совсем не кислород, а магическую энергию.

— Редкое деревце, — подчеркнул я, и старик понял, на что я намекаю.

Дерево занесено в Красную книгу, и только это меня напрягало.

— Если ты о проверках — забудь. У меня есть все документы, к которым не прицепится даже Рохлин. Я тебе их выдам, — ухмыльнулся Захарыч, поставив руки в боки и зацокав языком в сторону колючки. — Ну какая красота, а?! Просто загляденье.

— Теперь я знаю, что Егору Захаровичу на день рожденья подарить, — хихикнула Настя. — Кактус.

— Ну да, я, наверное, тоже так сделаю. Присмотрю большой, в человеческий рост, — загоготал Пуля.

— Только попробуйте, — прошипел в их сторону Захарыч, затем взглянул на меня. — Решил полезное дело сделать для твоего поместья, Алексей. А то мы тут живём как нахлебники.

— Да брось, мне наоборот только веселее от этого, — признался я, подойдя к саженцу.

— Кстати, и от комаров тоже спасает, — заметил Захарыч. — Выделяет запах, от которого все кровососы благополучно сваливают к соседям.

— У Долгопрудного галогеновая ловушка, так что комаров там точно нет, — напомнила Настя.

— Ну значит к соседям соседей, — засмеялся старик, довольно почесав руки. — И это дело я предлагаю обмыть как следует. У меня есть первосортный коньяк, между прочим.

— Ох, завтра на работу, — тяжело вздохнула Настя.

— А мы по чуть-чуть, — показал Захарыч пальцами зазор в миллиметр.

Через пять минут мы устроились недалеко от нового дерева. Пуля принёс стол из кухни, мы с Захарычем вынесли стулья. Все расселись и махнули по глотку коньяка за процветание поместья и каждого, кто в нём живёт.

Я вновь пригляделся к корабагусу, понимая, что он отличается от оригинала. Поднявшись из-за стола, я подошёл к саженцу в мой рост и вгляделся в довольно опасные иглы.

— Колючки красного цвета, — заметил я. — Какая-то разновидность?

— Да, кстати, это выведенный сорт, — заметил старик, увлечённо разливая по бокалам коньяк. — Мой друг — просто мировой мужик, селекционер по профессии. Вот он и занимается этим профессионально. Архип — мировой мужик. Поэтому и говорю — не переживай, сертификат есть. После того как пойдут плоды все вы удивитесь, точно говорю.

— Это интрига? — охнула Настя. — Не расскажете?

— Конечно не расскажу, — закивал довольный старик. — Узнаете, когда придёт время.

Я ещё раз оглядел игольчатый дуб, затем вернулся за стол и допил то, что было в бокале.

— Всё, я пойду отдыхать, — обратился я к остальным, увидев, что мне звонит сам Меньшиков. Не его слуга или помощник, сам князь. Значит, что-то точно случилось.

Отправившись к фамильному дому, я на ходу принял звонок.

— Добрый вечер, Михаил Александрович, — поздоровался я с князем.

— Добрый, Алексей Михайлович. Я вам звоню насчёт доставки груза, — вздохнул он в ответ.

— Что с ним? — спросил я, стараясь говорить спокойно.

— Как раз с ним всё хорошо, груз доставлен, — ответил Меньшиков. — Но его сопровождающий приехал в лабораторию израненный. Мой целитель поставил его на ноги. Кстати, он уже скоро должен прибыть в ваше поместье… Алексей Михайлович, у вас есть предположения, кто мог совершить такой дерзкий налет?

Я недолго думал. Уж слишком всё это хорошо складывалось.

— Недавно в театре ко мне подходил князь Трубецкой, — произнёс я. — Он хотел перекупить меня.

— Вот, значит, как? — Меньшиков взял паузу, затем добавил: — Борис Сергеич решил, что ему всё позволено. Но пока никому об этом не говорите.

— Само собой, — пообещал я.

— Мои службы всё тщательно проверят, — добавил князь. — Возможно, кто-то хочет столкнуть нас лбами. И ещё, Алексей Михайлович. Я признателен вам за честность и порядочность. Вы сделали правильный выбор.

На этом мой разговор с Меньшиковым был окончен. Через 15 минут в поместье вернулся Абдула. Я встретил араба на пороге дома.

Приехал он на такси, поникший, угрюмый, прячущий взгляд.

— Абдула, проходи в гостиную, — пригласил я его внутрь. — Побеседуем.

Араб лишь кивнул и, не поднимая взгляда, прошёл за мной.

— Садись в кресло, — показал я через столик. Сам же устроился напротив. — Рассказывай.

***

Окраина деревни Весёлково, в это же время

Виктория выехала на место сразу же, как только узнала от Карыча, где странник встретился с гончими. Она побродила по хижине, затем посветила фонариком на пол. Светло-красные пятна. Кровь. И чья это кровь, она прекрасно понимала.

Тут же в стороне пространство заискрилось, и Небула дёрнулась в сторону, выключая фонарик.

— Да не бойся ты, подруга, это ж я, — прощебетал Воксарион, пролетая мимо ней, делая вираж в воздухе и садясь рядом с пятнами крови.

— Я тебе не подруга. Мы всего лишь временно на одной стороне, и всё, — прошипела она, вновь включая фонарик и увеличивая мощность. Кристаллические батарейки тихо зажужжали, в помещении стало светло как днём.

— Как скажешь, подруга, — издевательски хихикнул этот комок перьев.

В другой ситуации удавила бы его, но сейчас не до этого. Следует разобраться, что здесь произошло.

— Хм… кровь гончих, — уставился на одно из пятен Воксарион, затем дотронулся до него клювом. — Хтьфу! Точно она!

— Это необязательно было делать, — хмыкнула Небула. — И так было понятно.

— Надо было удостовериться, — отозвался комок перьев, попрыгав вокруг следов босых ног на полу. — Интересно, их ранил тот психованный идиот? Или ещё кто?

— Больше никого здесь не было, — пробурчала Небула, проходя по кровавому следу к открытому окну. Хотя скорее это были всего лишь створки, лишь в одной торчал осколок стекла. След прерывался за пару метров до подоконника.

— И гончая восстановилась очень быстро, — тихо сообщила Небула, слыша за окном отчаянное громкое лаянье какой-то псины.

— То есть она уже не ранена?

— Конечно.

— А странник? Он ведь точно был здесь. Горыныч Лёхи показал нам картинку, что прыщавый урод встретился с ними, и они назвали твоё и моё имя, — прощебетал Воксарион, устроившись на спинке разодранного кресла, из которого торчали пружины.

Небула нашла табурет, поставила его на ножки и села, вздыхая.

— Я вообще ничего не понимаю, — прошипела она. — Как гончие его не разорвали? И как он мог ранить одну из них? В голове не укладывается. И ещё… я почуяла энергию Гроха.

— В смысле? — икнул Воксарион, перелетая ей на плечо.

— В коромысле, — буркнула Небула и схватила его.

— Ты чего?! Эй?! — возмутился Воксарион. — Договор!

— Да подожди ты, — процедила она. — Вот, понюхай.

Она раскрыла ладонь, прошлась по комнате, и будто намотала невидимую нить на пальцы, затем поднесла их к клюву пернатого.

— Ну что, чуешь? — Небула заблестела взглядом. — Говори.

— Ого! — охнул Воксарион. — Это же Грох! Он был здесь?!

— Боюсь, что нет, — мрачно произнесла Небула. — Здесь был тот, кто убил его.

***

Абдула поведал мне, как его остановили, когда он почти добрался до лаборатории Меньшикова. В красках поведал, с включением непередаваемой игры слов на арабском языке.

Затем рассказал, как он нацепил огненную защиту и принялся гоняться за отстреливающимися негодяями.

— Один ш-шакал достал топтамыш и кинуться на Абдула… — араб вскочил с кресла и принялся ходить по комнате, размахивая руками.

— Топтамыш? — хмыкнул я, не удержавшись.

— Ай— щ-щёт, как называться эта штук… разрядника, вот. И он ударить Абдула, Абдула ударить его, — продолжал араб. — Потом он опять ударить Абдула. И тут один какащька верблюда сорвал защита с Абдула…

В итоге я понял, что трое, кого не успел вырубить араб, начали палить в него, и всё же его ранили. Три пули он получил. Одна прошла по касательной, задевая бок, вторая врезалась в плечо, третья продырявила ему бедро.

Но маг добрался до каждого, отключая его огненно-вихревыми заклинаниями. Убить никого не убил, но поджарил конкретно.

Затем Абдула вернулся к изрешечённому автомобилю, забрал груз, который лежал под бардачком и не пострадал, и уже пешком доковылял до лаборатории.

Если бы он не прижёг свои раны огнём, не добрался бы до места.

— Машин жалко, — печально выдавил Абдула. — Покупать денег нет.

Я поднялся с кресла, подошёл к нему и похлопал по плечу.

— Ты молодец. Груз сохранил, поэтому получишь щедрую награду, — пообещал я.

— Щедрый награда? — глаза Абдулы заблестели, он даже улыбаться начал.

— Да, очень щедрую. Новую машину, — кивнул я в ответ, и Абдула восторженно закричал, затем начал приплясывать.

Проводив его, я вернулся и решил дождаться Карыча. Сейчас они с Небулой изучают место встречи странника и гончих, и скоро пернатый вернётся с новостями.

Долго ждать не пришлось. Вышел я из душа и увидел Карыча, который сидел на пятой точке между стражем и Горынычем.

— Короче, Лёха, ты удивишься, но Гроха больше нет, — первым делом сообщил пернатый.

Я аж ступор поймал от такой новости.

— А что с ним? Точнее кто его?

— Тот, кто и встречался недавно с гончими, — тяжело вздохнул Карыч, одним махом вскочив на лапки. — Он убил Гроха и вернулся в этот мир. И мотивы его понятны. Он хотел подчинить себе гончих, а те пытались дать отпор.

— Так… И? — я поискал взглядом стул, но тот был далеко. Так я и сел на паркет.

— И между ними произошла стычка, — тихо и печально прощебетал Карыч. — Там кровь на полу. Кровь гончих. Надеюсь, ты теперь понимаешь, насколько опасен этот прыщавый тип?

— Но гончие хотят выполнить задание, — продолжил я за пернатого.

— Конечно. Грох им дал задание ещё при жизни. Им деваться некуда, — сказал Карыч, заблестев глазками. — Но мотивы странника мы с Небулой так и не понимаем. Надо тут подумать и следить за всем, что творится вокруг. Быть настороже.

— Ты настроил моих стражей, так что врасплох они нас не застанут, — сообщил я.

— А вот тут чёрт его знает, — задумчиво пробормотал пернатый. — Пожалуй, я ещё немного их усовершенствую.

Питомец принялся возиться с игрушками, а я разлёгся на диване, всматриваясь в потолок.

Что мне предложит странник, когда доберётся до меня? И доберётся ли? Ведь сейчас его может обнаружить чуть ли каждый полицейский, имея на руках самый простенький радар.

Конечно, он найдёт способ, как обойти всё это. Смог прорваться в Ровен и спалить Гроха, сможет справиться и с этими мелочами.

А гончие? Сколько ещё они будут скрываться? Нанесут ли удар до третьей ступени трансформации? Тоже вполне вероятно. Ведь им стало понятно, что появилась ещё одна сила в виде странника. Они будут спешить завершить свою миссию.

И что потом? Конец света? Разумеется, я погибать не собирался, поэтому особо об этом и не думал.

Бессонница навалилась тяжким грузом. Пришлось ударить себя анестетиком ровно в такой дозировке, чтобы быстро уснуть и проснуться под утро.

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ!

Статус: целитель 5-го ранга (низшая категория).

Специальность: целитель широкого профиля.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи», «Экстрактор».

Пассивные навыки: «Отражатель», «Ментальный щит».

Уникальный навык: «Феникс», третья ступень.

Текущий уровень: 11 (31430/75000)/.

Едва я зашёл в клинику, как снова чуть не наступил на робота-мойщика. Тот зажужжал моторчиком, вовремя вильнул в сторону.

— Прошу прощения, сударь, что чуть не заставил вас споткнуться. Я лишь решил прибраться в коридоре, — донеслось из динамика робота. — Остальные комнаты блестят от чистоты.

— Всем привет! — выскочила из своей мастерской Дарья. — Ну как?! Прикольно, правда?!

— Отличный апгрейд, — оценил я.

— Вот сейчас всё хорошо, Дарья, — оценил Захарыч, одобрительно покачивая головой. — Этот вариант мне очень нравится. Спокойно и вежливо.

— Отлично, — улыбнулась Дарья. — Не зря до утра возилась с этой железкой.

— Позвольте, сударыня, — возразил робот-мойщик, шлифуя мраморный пол щётками. — Не железка, а высокотехнологичное устройство с уровнем культуры выше одиннадцати баллов по шкале Вольсберга.

— Он у тебя ещё и скромный, — рассмеялась Настя.

— Да, всё верно. Скромность — одна из моих главных черт, — подтвердил робот.

Мы вернулись на свои рабочие места. Точнее, Рома с Мишей, появившиеся чуть позже в клинике, зашли в свою приёмную, начиная принимать пациентов. Виктория переключилась на бумажные дела. Захарыч договаривался насчёт мебели в остальные комнаты, собираясь делать в них одиночные палаты.

Настюха отправилась помогать Даше. Та просила подержать какую-то железку.

Я зашёл в свой кабинет и развалился в кресле. Те редкие минуты покоя, когда не нужно думать ни о чём.

Хотя нет, я ошибался. Всё же секунды покоя, не минуты.

Дверь распахнулась, и на пороге показался растерянный Рома, который попросил зайти подростка на костылях. За ним зашли и мужчина с женщиной, явно его родители.

Я сразу же обратил внимание на колено пациента, на котором мерцал энергопротез. Ещё одно изобретение этого мира, которое состояло из мягкого полимерного кожуха. Тот закрывал сложный механизм, подпитываемый кристаллами. На эту ногу парнишка и прихрамывал.

— Вот наш ведущий лекарь, — показал на меня Рома. — Алексей Логинов. Он вас и осмотрит.

— Спасибо, Роман, — одарил я Хмурого довольно напряжённым взглядом. — Можете идти.

— Ах, да, я пойду, — встрепенулся Рома. — У меня же там очередь.

Парень, которому помогли родители, в это время уже устроился на кушетке. Родители, к слову, богато одетые, явно шили на заказ. И видно по их стрелам в виде значков, поблескивающих на воротниках пиджаков, что они аристократы.

— Итак, — я взглянул в сторону подростка. — Что вас беспокоит?

— Док, у меня очень сильно болит колено, — выдавил парень.

— Позволь я расскажу, сынок, — остановил его отец и взглянул на меня, собираясь с духом.

Родители в отчаянии, это я видел по их взглядам. Видно уже и не знали, к кому обратиться и решили прийти ко мне.

— Василий Сорокин, мой сын, — начал отец, пригладив седую причёску. — В общем, состояние его ухудшается, он хромает все сильнее.

— Расскажите подробней. С чего всё началось, — предложил я, не спеша расплетать диагностический щуп. Для начала следует понять, как его лечили и от чего.

В общем, Сорокин-старший начал с самого начала. Как пять месяцев назад после пробежки у их сына появилась тупая, ноющая боль в правом коленном суставе. Несколько дней они лечились самостоятельно. Боль усиливалась в вечернее время, и обычно после физической нагрузки, либо после пробежек, либо после посещения футбольной секции.

Ночью Василий периодически просыпался от болей, и они давали обезболивающее.

На третий день появилась хромота, Вася перестал свободно двигать коленным суставом, ему было больно. Появилась лёгкая, плотная припухлость чуть выше колена.

— Затем мы обратились к лекарю Седельскому в местную клинику, так как целителя у нас своего нет, к сожалению, — продолжила мама Василия. — И он обнаружил «Синдром Беринга», и боли связаны с ускоренным ростом.

Я в это время подсматривал в интерактивную книгу, понимая, что это тот же самый «синдром Шляттера» из моего мира.

— Он сказал про ограничение нагрузок, назначил эластичное бинтование, лечебную физкультуру и курс Резидина.

Что касается Резидина — это был аналог Ибупрофена из моего мира. В целом, пока всё вроде правильно. Этот нестероидный препарат должен был оказать противовоспалительное, обезболивающее и жаропонижающее действие. Да и вкупе с упражнениями и бинтованием логично звучит.

У моего двоюродного брата, который был примерно его возраста, также обнаружили болезнь Шляттера. И было то же самое.

Я продолжал слушать рассказа Сорокиной.

После этого произошло кратковременное улучшение на десять дней, а затем вернулся болевой синдром, и он нарастал с каждым днём.

Родители самостоятельно прекратили приём Резидина из-за диспепсии. То есть началась изжога, вздутие живота.

Рентген им не делали, объясняли «клинической картиной, характерной для подросткового возраста».

А потом Сорокины отвалили приличную сумму и обратились к целителю Фригману, которого рекомендовали знакомые. И тот выявил остеосаркому. Злокачественную опухоль, которая образовалась из костной ткани, причём даже не в колене, а в дистальном отделе правой бедренной кости.

Как объяснил Фригман, колено болело из-за подросткового возраста, а опухоль развивалась в тазобедренном суставе.

Целитель провел энергооперацию, опухоль была удалена без хирургического вмешательства.

— Это произошло месяц тому назад. Васе восстановили костную ткань, мы обрадовались. Он вновь начал ходить спокойно, — продолжил Сорокин-старший. — Но вот вчера вновь всё вернулось, причём очень быстро. Опять боли в колене. Наш мальчик начал резко хромать и вновь жаловаться на страшные боли. Мы в срочном порядке оплатили внешний протез на колено. Опухоли вроде нет, но Вася жалуется на такие же боли. А Фригман говорит, что повторная операция будет дороже в три раза, и нет гарантий, что это не повторится. А потом нам рассказал о вашей клинике Геннадий, мой приятель, вместе с ним учились в Академии. Я с ним встретился в «клубе пятисот», и…

— Да, знаю его, — кивнул я. — А теперь я хочу осмотреть Василия. Присядьте на диван.

Я указал родителям на удобную мебель, которая стояла у стены напротив.

— Может, это из-за излучения оборудования такая реакция? — предположила Сорокина, отойдя в сторону. — Мы сейчас ещё проходим физио-процедуры на Излучателе. Знаете? Который испускает микроволны энергии, на кристаллах работает.

Я кивнул. Знаю такое оборудование. Захарыч даже хотел такое приобрести, но до сих пор деньги шли на мебель и ремонт комнат на втором этаже.

Родители отошли к дивану.

— Ляг на спину. Постарайся дышать ровно и не дёргаться, — предупредил я светловолосого парнишку, и тот кивнул, сморщившись от боли, когда потревожил правую ногу.

Я обезболил его анестетиком, и парень облегчённо улыбнулся.

Диагностический щуп я запустил в его колено, и погрузился в изучение информации.

В коленном суставе, а также в тазобедренном мерцала энергия, которая медленно, но уверенно разрушала костную ткань.

И с этой энергией я очень хорошо знаком. Виделись недавно с её источником. С оранжевой аномалией.

Глава 4

Я всматривался в два бушующих воспалительных процесса. Коленный сустав и тазобедренный. Их разрушала энергия аномалии. Почему так произошло, потом подумаю. Надо спасать парня.

Еще часа три-четыре и Сорокин-младший останется на всю жизнь инвалидом. Аномалия наберёт темп, и ни один целитель, будь он хоть трижды титулованным, не сможет её остановить.

— Начинаю операцию, — сухо произнёс я.

— Операцию?! — охнула Сорокина. — Да вы что?! Мы за консультацией пришли. Мы… мы не готовы!

— Неужели всё так плохо? — донеслось от Сорокина-старшего.

— Да, каждая минута на счету, — признался я. — Я всё объясню потом.

— Х-хорошо, — растерянно выдавила мать Василия. — Но прошу вас, помогите нашему сыну.

— Конечно, я вылечу его, — успокаивающим тоном произнёс я.

Когда родители покинули помещение, я взглянул в сторону Насти.

— Приготовь запас моего бустера, он на полке. В колбе с красной пробкой, — предупредил я её. — Как протяну руку — давай мне.

— Поняла, ага, — кивнула Настюха, кинувшись к шкафу.

Если я всё правильно подсчитал — энергии мне хватит впритык, а может даже ещё и в минус уйду.

«Я понял, буду следить», — отозвался Карыч.

Главное сейчас сделать всё точно и быстро, чтобы изолировать аномальную энергию и не дать ей перекинуться куда-нибудь ещё. Сформировал из «Нейтрализатора» два сетчатых зонда, окутал ими коленный сустав, затем тазобедренный. Влил ещё энергии, затем ещё немного.

Ну давай, ты, сволота! Растворяйся!

Напряжение было таким, что я заскрежетал зубами. Тихий щелчок в голове. Подключился резервный источник. Карыч что-то пробубнил в голове.

Сколько раз говорить пернатому, что под предельной концентрацией, пусть он даже надрывается в крике, я его не услышу.

Но вот я заметил через сети «Нейтрализатора», как оранжевые всполохи тают. Поначалу медленно и почти незаметно, но затем всё быстрее и быстрее. Я переломил хребет этой дряни! Наконец-то!

Когда в организме Василия больше не осталось даже молекулы чужеродной энергии, я расплёл «Регенеративные лучи» и начал кропотливо восстанавливать костную ткань.

Энергия была на нуле, когда я закончил. Вытянул руку, почувствовал в ней горлышко колбы и выпил залпом всё что в ней было.

— …ты? Лёш? Как ты себя чувствуешь? — увидел я над собой взволнованное лицо ассистентки. — Ты так побледнел…

Оказывается, я сидел на хирургическом кресле, в паре метрах от кушетки с мерно сопящим парнишкой. Как я туда добрался — не помню.

Пот катился градом, рубашка под белым халатом прилипла к спине, сердце гулко ухало в груди, и пульс отстукивал в висках ритм техно.

— Всё позади, мне легче, — прошептал я непослушными губами.

— Вот ещё, водички выпей, с витаминами, — Настюха поднесла к моему рту кружку и влила в меня тёплый раствор с привкусом цитруса.

Полегчало, но больше от того, что Карыч увеличил поток вливаемой в меня энергии.

«Да-а-а-а! Получилось! — заверещал он. — Ну как? Теперь получше, да?!»

«Да, отлично», — улыбнулся я, оживая на глазах.

— Ну вот, смотри, как витамины помогли, — просияла от радости Настюха. — Сразу стал на человека похож.

— А до этого кем был? — улыбнулся я, поднимаясь с кресла. Голова была ясной, и слабости я не ощущал.

— Да белый был как стена за твоей спиной, — махнула ассистентка.

Я оглянулся, оценил цвет плитки. Прилично меня накрыло.

— Что с парнем? Справился? — Настя взглянула в сторону пациента.

— Да, он здоров, — кивнул я, осмысливая то, что услышал от его родителей, связывая это с тем, что обнаружил в организме Василия.

По логике выходит, что парень очень чувствителен к аномальному фону, и оранжевая аномалия, которая появлялась недавно, сказалась на его состоянии пагубным образом.

— Тогда надо будить его, — предложила Настя.

— Нет, я ещё не закончил, — покачал я головой. — Нужно ещё кое-что.

— Что нужно? — Настя отошла, уступая мне дорогу. — Лёш, ну что ты молчишь?

— Насть, я скажу, когда всё сделаю, — успокоил я её. — Жди.

Я вновь запустил в тело парня диагностический щуп и понял, что он абсолютно здоров. Сердце бьётся ровно, все суставы чистые, в крови постороннего.

Теперь всё понятно, как аномалия проходит в тело парня. Ну разумеется! Её принимает ядро Василия, которое находится под сердцем. Я увидел остаточные следы аномальной энергии, с которыми уже справлялась его собственная иммунная система.

По идее целитель, к которому обращались Сорокины, должен был учесть все варианты, в том числе убедиться в работоспособности этого важнейшего ментального органа одарённого. Но он даже и не смотрел в эту сторону, я уверен.

Я увидел пульсирующее ядро и тут же принялся сплетать вокруг него защитный нейтрализующий барьер. Что-то вроде страховки на случай очередной атаки аномалии.

Справившись, я отошёл от кушетки.

— Вот теперь всё, — улыбнулся я.

— Расскажешь? — растерянно взглянула на меня помощница.

— Куда я денусь-то? — засмеялся я в ответ, и мы переместились за стол.

Я продиктовал Насте каждое своё действие. Она то останавливалась, округляя глаза, то продолжала заполнять карточку пациента.

— Вот это да! — Настюха аж засияла от счастья. — Ты же этого парня не только вылечил. Ты ему будущее подарил. Теперь он может жить как нормальный человек, не опасаясь аномалий.

— Ну а как в нашей работе по-другому? Мы спасаем жизни. В общем, посмотрим, — произнёс я. — Напиши, что нужно повторное посещение, чтобы понаблюдать за его состоянием.

— Ага, — кивнула Настя. — А какие лекарства выписываем?

— Аскорбинку выпиши, если тебе так будет спокойней, — хохотнул я. — Ладно, приглашай родителей.

Я разбудил Василия, в этот момент в приёмной показались Сорокины. В целом ничего ведь не изменилось.

Вот их сын, цвет лица такой же, дышит, улыбается, пусть даже легче, чем прежде. Вася спрыгнул с кушетки. Когда отец подал сыну костыли, я убрал их в сторону.

— А вот это ему больше не понадобится, — улыбнулся я. — У него есть ноги, и уже здоровые.

— Ма! Па! Смотрите! У меня ничего не болит! — засиял от счастья Василий, неуверенно, но всё же шагая в их сторону.

Он заново привыкал ходить без боли.

Пришлось в упрощённой форме объяснить Сорокиным, что их сын впитывает помимо своей воли энергию аномалий. Мне пришлось удалить эту дрянь, восстановить костную ткань колена и бедра, и поставить защиту. Рекомендовал прийти на консультацию через месяц.

Сорокины так обрадовались, что вместо озвученных двух тысяч перевели три.

Когда они вышли в коридор, и я выдохнул и растекся в кресле.

— Ну вот, ещё один спасённый, — произнёс я, машинально моргнув, так как в сознании вспыхнуло сообщение от Системы.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы провели комплексную уникальную операцию. Навык «Экстрактор» использован в качестве растворителя аномальной энергии. Впервые был применён нейтрализующий кокон.

Итоговая награда: 5000 очков опыта.

Текущий уровень: 11 (36430/75000)/.

Воспользовавшись небольшой паузой, я решил восполнить запасы энерго-бустера. Смешал в двухлитровой колбе ингредиенты в строгой пропорции, сделал отвар зверобоя, добавил из припасённого пузырька несколько капель яда Небулы. Тщательно размешал, а затем восполнил половину пустых пузырьков на поясе. Оставшиеся запасы, чуть больше литра, вернул в шкафчик.

Теперь я заряжен до конца дня. Погнали дальше.

Принимал я пациентов до вечера, разгружая Рому. Но больше Хмурый не приводил никого, сам справился.

Вернувшись в поместье, я поужинал в компании коллег. Они обсуждали излучатель и модернизацию клиники, а я размышлял о том, что сейчас для меня было главнее — подтверждение статуса и связанную с ним поездку в Сочи. Надо бы прибыть на курорт за пару дней до начала конференции. Всё же слишком интенсивные дни сказывались на моральной усталости, хотелось элементарного отдыха. Два дня на море без связи, без шума мегаполиса, без лечения пациентов.

Что может быть лучше?

Понятное дело, что Софью со мной не отпустят. Да и если бы не внезапный бзик Державина, вряд ли бы она поехала со мной. Чуть ли не каждый день Державины принимают гостей, в том числе и влиятельных господ, и на этих приёмах Софья присутствовать обязана. К тому же с ней занимаются лучшие преподаватели столицы, то магические навыки закрепляют, то вдалбливают в голову светские манеры, от которых у неё уже изжога.

Но мне это как раз и не нужно. В другой раз отдохнем с княжной. Сейчас слишком много угроз, чтобы я подвергал её жизнь опасности.

Разумеется, я возьму с собой Викторию. В свете недавно произошедших событий, мы должны держаться вместе. Странник появился, и он опасен. Не менее опасны и гончие. Поодиночке нас легче разбить. Хотя о чём я? Есть же магический договор. Погибнем мы с Воксарионом, умрёт и Небула.

Никто не знает о договоре, разумеется, но вдруг такое случится? Кто будет противостоять гончим, которые начнут разрушать этот мир?

— Вон, и Алексей подтвердит, — услышал я голос Захарыча.

— Ты о чём? — взглянул я на старика, понимая, что пропустил весь разговор.

— Ку-ку, Лёша! — засмеялся старик. — Я тебе уже третий раз говорю про излучатель. Берём самый дорогой, ставим в комнату. Но нужно связаться с твоим Саней Фартовым. Они в прошлый раз мне сказали, что они подрабатывают — ставят медицинское оборудование в клиники.

— А, конечно, я его наберу, — пообещал я, а затем решил сразу подготовить старика. — В общем, говорю за неделю до выезда в Сочи, чтобы не застать врасплох.

— Продолжай, — напряжённо просипел старик.

— Я Викторию забираю с собой, мы едем вместе в Сочи, — сообщил я тоном, не терпящим возражений.

Захарыч аж подавился своим кофе, закашлялся. Настя захлопала по его спине.

— Руки поднимите, — потребовала она, продолжая хлопать, и старик послушался.

— Да всё, прошло вроде, — Захарыч ещё пару раз кашлянул, вытер слёзы, а затем пристально уставился на меня. — Ты, Алексей, очень не смешно пошутил сейчас. Виктория моя помощница, и она сидит в регистратуре.

— Ты меня услышал, — холодно произнёс я. — Мы с ней уже сработались.

— Да я понимаю, как вы с ней сработались, да, — закивал Захарыч, вытаращившись на меня. — Но ты предлагаешь мне встать за стойку регистратуры? Так? А кто будет клиентов принимать?

— Что за шум, а драки нет? — зашёл на кухню Пуля.

— Вот только ты не влезай, Олег, — раздражённо произнёс старик, и вновь уставился на меня. — Алексей, это несерьёзно. Ты едешь на конференцию, ну а Виктория там лишняя.

— Я поеду с Викторией, — настойчиво повторил я. — А за регистратуру ты можешь поставить кого угодно. Особых навыков не нужно, чтобы бумажки перебирать.

— Во блин, страсти, хо-хо, — тихо засмеялся Пуля, садясь в стороне от нас, и Настя сразу же шикнула на него, чтобы вёл себя потише.

Захарыч в это время напряг мозговые извилины, обдумал мои слова.

— Ты хотя бы объясни, зачем тебе Вика, — просипел старик. — Не берём в расчёт ваши слишком близкие связи. Я про лично твою выгоду.

— Ты ведь помнишь как Вика договорилась с Эзоповым в своё время? — напомнил я Захарычу. — На конференции будет много важных людей. С кем-то еще она поможет познакомиться, ну или повлиять на комиссию, если что не так пойдёт на аттестационной площадке.

— Околдует, — добавил Пуля. — Она это умеет.

Захарыч бросил злобный взгляд в сторону здоровяка, затем тяжко вздохнул, вновь откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, посматривая на меня исподлобья.

— Егор Захарович, не пойму, что вам мешает отпустить Вику, — произнесла Настюха. — Она как-то мне призналась, что ни разу на море не была. С ума сойти, ей двадцать четыре, а она ни разу…

— Анастасия, тебя никто не просил влезать в наш разговор, — процедил Захарыч, повернувшись ко мне. — Ладно, найму кого-нибудь в регистратуру на неделю. Но отпуск у Виктории будет не оплачиваемым.

— Это не проблема, я компенсирую, — хмыкнул я.

На этом наш непростой разговор был завершён. У меня отлегло от сердца. Я нашёл нужный довод в пользу Виктории. Захарыч принял это, переварил и согласился, что так будет лучше.

Чуть позже я отправился отдыхать. Даже не заглянул к построенному домику и клинике, точнее тому, что пока ещё было на её месте — котловану с торчащей арматурой, усиленной магическими присадками.

Я отправил Карыча и взглянул его зрением на эту красоту. Темнело и сотни арматурин причудливо переливались, создавая удивительное зрелище, на которое слетались мотыльки со всей округи.

А в стороне стоял аккуратный одноэтажный домик с двускатной крышей, застеленной зелёной черепицей.

А затем сообщение прислал Иванов с подробным фото и видео-отчетами, а также суммой, которую надо было закинуть за работу и материалы, которые пришлось докупать.

Я расплатился с ним, отправив три тысячи, затем попереписывался с Софьей, которая очень скучала и жаловалась, что родители её стали опекать еще сильнее. Я лишь ответил, что это временное явление, и всё пройдёт.

Пять минут спустя я закрыл глаза и благополучно уснул.

***

Где-то на дворцовой территории, в это же время

Магистр места себе не находил. Он мерил шагами кабинет и буквально рвал и метал.

Всех раскидал какой-то прыщавый мужик! Кто он такой?! Как у него получилось уложить на лопатки его, Магистра?!

Он хотел разорвать эту гниду, а перед этим забрать урода в лабораторию и вытащить всю энергию, впитывая ее.

Откуда он прибыл, чёрт его дери?!

— Игорь Сергеевич, вызывали? — показался в дверях один из его помощников по особо важным делам.

— Да, Юра. Закрой дверь, — резко произнёс Магистр, нажимая под столом кнопку. За стеной тихо зажужжал механизм глушилки. Их никто не подслушает, при всём желании.

Помощник прошёл в кабинет и остановился навытяжку перед столом.

— Поднимай всех. Все секретные службы, — процедил Магистр. — Службу безопасности, тайных сыскарей, агентов. Всех! Понял?!

— Я так понимаю, что надо это сделать тихо? — спросил помощник.

— Ты всё верно понял, — вздохнул Магистр. — Пока незачем тревожить Его Величество. И ещё. Ты будешь моими ушами и глазами.

— Что передать службистам? — сухо произнёс Юрий.

— На все вокзалы и аэропорты отправить людей с усовершенствованными датчиками обнаружения, — объяснил Магистр. — И не ту хрень, которую мы недавно отбраковали, а новейшие разработки. Они только пришли на склад.

— За пару дней всё сделают. Не проблема, — кивнул Юрий.

— Нет, нужно сделать за сутки. За сутки, Юра! Ты меня услышал?! — сорвался на крик Магистр.

В глазах помощника мелькнули удивление, страх, искренне желание служить во благо отечества.

— Понял, за сутки, — коротко кивнул он.

— Иди, — отмахнулся Магистр. — И держи меня в курсе.

Когда Игорь Сергеевич остался наедине со своими мыслями, он сразу же многозначительно покосился в сторону бара, скрытого в стене.

Надо унять эмоции. Он впервые в жизни повысил голос на подчинённого. Впервые. Поэтому стоит немного отвлечься.

Он со вздохом поднялся с кресла, по привычке схватившись за бок, который ещё недавно горел от ожога. Его уже подлечили, но фантомная боль всё же напоминала о себе.

— И тебя заглушим, — пробормотал под нос Магистр, а затем набрал на смартфоне нужный номер. — Розочка, приди в кабинет. Очень нужен массаж.

Он прошёл мимо зеркала в полный рост, улыбнулся своему отражению, подмигнул и направился в сторону бара, по пути выбрасывая из головы все лишние мысли.

***

Неделю спустя

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ!

Статус: целитель 5-го ранга (низшая категория).

Специальность: целитель широкого профиля.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи», «Экстрактор».

Пассивные навыки: «Отражатель», «Ментальный щит».

Уникальный навык: «Феникс», третья ступень.

Текущий уровень: 11 (70120/75000)/.

Я проснулся в отличном настроении под бодрящие сигналы стража и Горыныча. Вскочил, сходил в душ и позавтракал в компании коллег, которые с исключительно доброй завистью посматривали на меня.

— Ты уж сувениры привези, — хмыкнул Пуля.

— Вот на кой-чёрт тебе эти ракушки, Олег?! — вскипел Захарыч. — Ты закинешь её на полку, и будет пыль собираться. Всё.

— Во завёлся. Да я просто говорю. Может, я магниты на холодильник собираю? — хмыкнул Пуля.

— Ни разу не видела, — улыбнулась Настя, запивая хрустящий тост чаем.

— Так это ж не мой холодильник, а Лёхин. Я пока собираю, — парировал здоровяк.

— Привезу, не переживайте, — пообещал я им и взглянул на время. Самолёт через два с половиной часа, а надо чуть раньше приехать. Регистрация багажа, то-сё. Лучше перестраховаться.

Чуть позже я прихватил с собой небольшой чемодан, в котором лежал костюм на выход, спортивная форма, туфли и кроссовки, а также мыльно-рыльное, полотенце и бритвенные принадлежности. Затем Пуля, подбросив Захарыча и Настю в клинику, заехал за Викторией, помогая загрузить в багажник её чемодан. Тот был в два раза больше моего и, судя по кряхтению здоровяка, тяжелее.

— Вика, ты будто кирпичи везешь, — заметил Пуля, устраиваясь за рулём.

— Ага, строиться на побережье буду, — хихикнула Виктория. — Поехали с нами, поможешь.

— Если я поеду с вами, Захарыч меня четвертует, — печально заметил Пуля. — В другой раз.

Мы добрались до аэропорта, когда до вылета оставалось полтора часа. Рамок натыкали у входа штук десять. Карыч уже разведал и сообщил, что датчики мощные, и отрядов с радарами полным полно, поэтому нужно быть осторожнее.

После этого пернатый забился в самые отдаленные уголки астрала, и Виктория вздохнула, понимая, что нужно также спрятать куда подальше свою астральную энергию.

В итоге мы успешно прошли регистрацию, миновали две проверки документов и добрались до автобуса. Тот доставил нас к трапу, у которого я заметил ещё одну группу имперских гвардейцев. И ещё одна рамка, вот же зараза!

В итоге у самолета собралась очередь.

— Ну и что вы тормозите, молодой человек? — резко прошипел мне в ухо пожилой мужчина. Судя по одежде, состоятельный. Но уж очень он наглый.

Пихнул меня в плечо, пытаясь протиснуться вперёд.

— Извините, мне нужно побыстрей попасть в самолёт, — выдавил он, пытаясь обойти меня.

— Без вас не взлетит, — остановил я его, не давая пройти.

— У меня важные документы. Я должен их доставить в целости и сохранности, — потряс он передо мной портфелем. — И вы задерживаете посла, между прочим.

— Вы здесь такой же человек, как и я, — заметил я, и посол надул щёки и запыхтел, пытаясь вновь пробраться к рамке.

— Я вас не пущу, — предупредил я его. — Стойте в очереди, как и все.

— Как ваша фамилия? Представьтесь? — прошипел он.

— И не подумаю, — хмыкнул я.

— Ваше лицо я запомнил, — многообещающе процедил посол.

И в этот момент Карыч не выдержал.

«Да тресни ты его по лбу! Делов-то!» — возмутился он.

В этот момент в руках одного из гвардейцев, блестевшего на солнце лысиной, запищал прибор на поясе. Он напряженно взглянул в нашу сторону, затем навел на нас раструб, соединяя его с запищавшим датчиком при помощи шнура.

Два гвардейца вместе с лысым направились прямиком ко мне, и артефакт на поясе лысого запищал еще громче.

— Твою мать, — злобно выдавила Виктория. — И всё из-за тебя, комок перьев.

Карыч начал извиняться, а я лихорадочно принялся размышлять, как нам выкрутиться из этой непростой ситуации.

Глава 5

Периферийным зрением я посматривал в сторону приближающихся охранников, а сам искал пути решения. Одно точно было, и для этого мне как раз нужен был Карыч. Пусть исправляет свою ошибку.

«Я же заглушил сигнал, — продолжал оправдываться пернатый. — Я заглушил себя. Как они обнаружили?»

— Закройся, паскудник, — зашипела Небула.

— Это вы мне?! — уставился на неё посол, густо покраснев. — Просто замечательно! Один толкается, другая оскорбляет!

«Карыч, ты ведь можешь пустить их по ложному следу? Скажи, что да», — обратился я к питомцу.

«Хм-м-м, а кстати да, получится», — отозвался пернатый. — «Привязать астральную энергию к кому-нибудь я могу, но временно».

«Так нам это и нужно».

«Только на кого повесить? И его же схватят, сами понимаете».

«Ты знаешь, кому подложить свинью», — ухмыльнулся я про себя.

«Какую свинью? Зачем её подкладывать?.. А-а-а, понял! Подставить. Опять эти ваши человечьи фразеологизмы. А ведь ты прав, Лёха. Просто идеальный вариант», — прочитал мои мысли Карыч, злодейски хохотнув.

— Я вас запомнил! Да-да! Вы у меня ещё попляшете! — голосил между тем посол, тряся перед нами крючковатым пальцем. — Оскорблять посла, тем более прилюдно… Это уже административное нарушение как минимум!

Карыч между тем мелькнул в воздухе, попав в портфель распинавшегося мужичка, затем силуэт питомца вновь показался над моим плечом, растворяясь в воздухе. Дело сделано. Теперь ждём эффект.

«Я ему столько астрала накидал в его сумочку! Ха-ха! Прям от души!» — напоследок воскликнул Карыч и затих, вновь забился в свою астральную норку.

Датчик лысого гвардейца будто сошёл с ума и запищал протяжно и так противно, что многие закрыли уши от резкого звука. Особенно прибор разрывался, когда раструб был направлен на портфель посла.

— Расступитесь! — гаркнул в нашу сторону второй гвардеец, со шрамом на виске. — Подойдите! Да, вы! Держите руки на виду!

Он указал на посла, который аж дёрнулся от удивления, прижимая к груди портфель словно щит.

— Я посол, неприкосновенное лицо, — залепетал он. — Я… я не понимаю в чём де…

Гвардеец махнул двум помощникам, которые дружно подхватили под руки мужичка и отвели в сторону.

— У меня рейс. Мне срочно нужно в Сочи, — продолжал бормотать он, пока его обыскивали светящимися щупами. — Если я не передам вовремя… Впрочем, что я вам докладываю? Отпустите, немедленно!

— Что у вас в портфеле? — мрачный гвардеец кивнул на его руки, которые продолжали сжимать кожаный портфель.

— Там очень и важные бумаги. Послушайте, это чудовищная ошибка, — пытался объяснить посол.

Мы к этому времени уже поднимались по трапу к встречающей нас сияющей от счастья нас лицезреть стюардессе. Уже оказавшись возле иллюминатора, я заметил, как у посла отняли портфель, закрывая предмет под силовой колпак. Самого мужичка потащили в сторону джипа с оранжево-белой расцветкой охранной службы аэропорта. Тот упирался как мог, чем ещё больше прибавлял энтузиазма охране аэропорта.

— Всё, комок перьев, косяк отработан, — хмыкнула Виктория, посматривая через меня в круглое окошко. — Забавно получилось. Этот прямоходящий прям напрашивался на проблемы. Посол, хе-хе. Вот он и посол куда следует.

Карыч ничего не ответил. То ли испугался, что его вновь обнаружат, то ли просто не услышал, так как слишком глубоко спрятался в астрал. Самолёт начал движение по рулевой дорожке к взлётно-посадочной полосе. Из динамика раздался вежливый голос пилота.

— Мы ведь сейчас взлетим, да? — толкнула меня плечом Виктория-Небула. В глазах её я различил волнение.

— Да, но попрошу не кричать и даже громких звуков не издавать, — предупредил я её, понимая, что она впервые поднимается в воздух и может что угодно выкинуть, а люди всё же могут это принять совсем не за признаки счастья и бурного восторга.

— Да поняла я, — нервно хихикнула Виктория, прислушиваясь к шуму разогревающихся двигателей. — Точно взлетим?

— Для этого мы и попали сюда. Чтобы взлететь, — улыбнулся я.

Шум усилился, следом за этим из подлокотников выскочили энергетические ремни, защёлкиваясь в районе живота и слегка прижимая меня к креслу. О как, довольно удобно. И не надо самому искать ремень и застёгивать его. Ещё один интересный нюанс нового мира.

Произошёл стартовый рывок, и мы начали разгоняться. Виктория вцепилась в подлокотник, точнее в мою руку, которая лежала на разделяющей нас перегородке. Затем я ощутил, как её ногти врезаются мне в кожу. Я почувствовал ноющую боль.

— Ты мне так руку проткнёшь. Спокойней, — произнёс я ей на ухо.

— Ой, не заметила, — Вика убрала руку и побледнела, вцепившись в блестящий энергией ремень.

Мы в это время уже разогнались довольно прилично, а затем… оторвались от земли, да так что дух захватило. Виктория хватала ртом воздух, глаза засияли у неё словно у маленького ребёнка, который впервые попал на аттракцион.

— Ещё раз говорю — не кричать, — вновь предупредил я. — Напугаешь народ.

— Да поняла я, ах-ха, — буквально на выдохе сказала Вика. — Я ж ни разу…

Далее она начала что-то лепетать неразборчивое про то, что в Ровене никогда такого не было, что она не летала и боялась высоты. Потом я вообще потерял нить её монолога, да ещё и голос пилота заглушил ее рассказ. Я услышал из динамиков, что мы взлетели, набрали высоту, и сколько наш полёт продлится. Ровно полтора часа мы будем в воздухе.

Я смотрел, как мы пролетали над плотным облачным ковром, в стороне сверкало ярко и весело солнце, отражаясь от стальной обшивки крыла.

Я вновь стал семилетним мальчиком, который вместе с родителями летел из Санкт-Петербурга в Геленджик. Тем, кто впервые оказался в небе, и радовался солнечным бликам в иллюминаторе и ватному покрывалу, лениво проплывающему где-то внизу. И вновь почувствовал свободу, оказавшись в нескольких километрах над землёй.

Пару раз нам приносили напитки, один раз небольшой перекус в боксе с паштетом и булочкой, и на выбор стаканчик чая или кофе. Кроме этого, одна из стюардесс, на бейджике которой я разглядел имя «Марина», тёмненькая и самая радостная из всех, явно пожалела, что попала на этот рейс. Виктория на протяжении всего полёта тыкала на кнопку вызова и просила в очередной раз минеральной воды. Что-то змейку жажда замучила, скорее всего от излишнего волнения. На последних вызовах, незадолго до нашей посадки, лицо Марины отражало уже откровенную враждебность, и я представлял, как ей тяжело держать добродушную улыбку. Всё же профессионализм победил, а Небула наконец-то поняла, что всему есть предел.

По истечении полутора часов мы пошли на снижение и приземлились в итоге в аэропорту Сочи. В иллюминаторе мелькнула взлётка, а в стороне здание, похожее на гигантскую волну, вокруг которой суетились самолёты-чайки.

Мы благополучно перешли на автобус, и Небула выдохнула, восторженно посматривая в сторону отдаляющейся стальной птицы. Вцепившись в локоть, блондинка принялась делиться впечатлениями мне на ухо, да так громко, что я чуть не оглох.

Так мы добрались до здания аэропорта, а потом дождались своих чемоданов и направились к выходу. На этот раз хрупкая с виду Виктория тащила здоровенный груз в одной руке, даже не напрягаясь. Незачем ей было строить из себя хрупкую барышню.

— Эй, куда вас отвезти, уважаемые? — встретил нас на выходе бородатый кавказец, поигрывая ключами. Причём говорил он вежливо и почти без акцента. — Доедем с ветерком и недорого. Вам куда?

Я уже обдумал в дороге, где мы остановимся. В целом всем, кто собирался на конференцию, предлагались номера в обычной трёхзвёздочной гостинице. Убранство номеров посредственное, да к тому же здание находилось далеко от побережья.

Но я присмотрел более подходящий вариант. Дом отдыха «Жемчужина», пять звёзд, есть люксовые номера. И цены не кусаются — всего-то сто рублей за ночь. И это в апартаментах с видом на море и на первой береговой линии!

— «Жемчучина», — произнёс я, отвечая кавказцу.

— Отличный выбор. Там рукой подать до моря, — улыбнулся таксист, протягивая руку к чемодану Виктории. — Позвольте. Даме не пристало таскать тяжести.

— Ой. Да я сама, — замялась Вика, но кавказец уже ухватил груз за ручку. Когда блондинка отпустила багаж, который таксист попытался поднять, но… лишь кое-как оторвал его от земли.

— Не понял, — скривился таксист, затем дёрнул ещё раз, поднимая чемодан на сантиметров тридцать, но так и не смог забросить груз в багажник. — Мне это снится, да?

— Я ж говорю — сама справлюсь, — мило хихикнула Викторя-Небула, легко поднимая чемодан и помещая его рядом с моим.

— Что за девушка! — восхищённо взглянул на неё кавказец, всплеснув руками. — Просто герой, а не девушка, да! Поэмы надо таким сочинять!

Мы добрались до гостиницы. В приоткрытое окно тянуло свежим морским воздухом, который бодрил и манил на побережье. Таксист весело рассказывал, как он переехал десять лет назад в этот чудесный город, и как ему всё здесь сразу понравилось.

Я же думал, как бы поскорей окунуться в морскую воду. Единственное, что было преградой — заселение в отель.

И на удивление оно прошло быстро. Мы зашли в просторный холл. В целом он блестел после ремонта, как и фасад пятиэтажного здания, и в воздухе витал свежий запах краски и дерева. С потолка бил яркий свет хрустальных люстр, но от него не раздражался взгляд.

Рыженькая девушка с ресепшена быстро оформила нас, вручив пластиковую карту-ключ. Носильщик попытался вырвать багаж из цепких рук Виктории, но та вцепилась в свой чемодан мёртвой хваткой. Мы добрались до лифта, зайдя в просторную кабину, и оказались будто в стеклянной капсуле.

— Добрый день. Добро пожаловать в отель «Жемчужина». Нажмите на нужный этаж, — проговорил откуда-то сверху приятный женский голос.

Впереди вспыхнуло табло, и Виктория блеснула взглядом. Я понял, что она чуть не обратилась в кобру, но вовремя остановила метаморфозу.

— Ух, так неожиданно. Я чуть было не кинулась… А лифт крутой, да, — оценила Виктория, тыкнув пальцем в светящуюся в воздухе кнопку. Её палец погрузился в сияющий кругляш с цифрой «5», табло исчезло, кабина медленно и плавно принялась поднимать нас к нужному этажу.

— Так ведь пять звёзд, — хмыкнул я, хотя такое видел впервые. Явно ведь такие лифты были новшеством в этом мире. Даже в Москве этого нет. Точнее там, где я был, такого не замечал.

На пятом этаже нас встретила молоденькая горничная, проводила в номер и показала две большие комнаты, в одной просторная кровать, в другой — диван, похожий на мой, из поместья. Ванная с джакузи, в белом кафеле. Среднего размера кухня, хотя она была не нужна, я ведь доплатил за шведский стол, который находился в ресторане на первом этаже. И как вишенка на торте просторный балкон, с которого открывался великолепный вид на море.

Частный пляж, принадлежавший «Жемчужине», был не слишком многолюден. В отличие от городского в стороне, где яблоку негде было упасть, на частном совсем не маленьком пляже я насчитал не более тридцати человек. Увидел справа причал, у берега кружились гидроциклы, а чуть дальше лениво рассекали воду катамараны. Причём прибрежная территория была огорожена от остальных пляжей высокими стенами, которые к тому же мерцали от энергии.

— Ты в какой комнате будешь спать? — спросил я у Виктории-Небулы, заходя в комнату. И тут же отвернулся. Она натягивала купальник.

— Какой спать? Об этом потом поговорим. Я купаться хочу, — оглянулась она, довольно улыбаясь.

Я был полностью с ней согласен. Переоделся в ванной, натянув плавки, а сверху шорты, и мы отправились на выход.

— Знаешь, в Ровене отродясь не было ни моря, ни пляжа, — тихо произнесла Небула, когда мы повернули в холле в сторону очередного лифта, который нас должен был доставить прямо на пляж. — И даже солнце светит там не так, как здесь.

— А как светит? — улыбнулся я. — Как-то по особенному?

— Блюдце сияет на небе, и ни жарко ни холодно от него. Просто сияет, и всё, — печально вздохнула девушка, устами которой говорила астральная кобра. — А здесь всё по-другому. Я даже жалею, что раньше так не сделала.

— Как?

— Вот так. Что не переместилась в этот мир. Здесь даже воздух пахнет по-другому.

— Честно сказать, я удивлен, — признался я. — Тебе нравится этот мир?

— Не всё мне здесь нравится, — хмыкнула Небула. — Многого откровенно не понимаю. Но всё же тут лучше, чем у нас. Я только сейчас начинаю это осознавать.

Я аж оторопел от такого признания Небулы. И даже дело не в том, что она раньше не говорила со мной так откровенно. Астральная кобра, очутившаяся в теле человека, откровенно чуждая этому миру и враждебно к нему настроенная, заводит такие разговоры. Не знал я, что ответить, да если бы что-то и сказал, она бы меня не услышала. Ведь очередной лифт уже раскрыл двери, и Виктория-Небула увидел жёлтый песок, а чуть дальше, в полусотне метров. голубые волны, набегающие на берег.

Небула сорвалась в сторону воды со скоростью гепарда, по пути сбрасывая лёгкий халат, накинутый на плечи, и шлёпанцы. и прыгнула в воду, оставляя после себя сотни брызг.

Я покачал головой, улыбнулся, подбирая её обувь и халатик, и добираясь до ближайшего свободного шезлонга под высоким тентом. Сбросил с себя футболку, шорты и отправился в сторону кромки воды.

Не спеша зашёл я в прохладную морскую воду, затем погрузился с головой. А когда вынырнул, из-под воды показалась Виктория. Мокрые волосы, счастливый взгляд на красивом личике. Она будто сошла с обложек журналов и теперь позирует на очередной фотосессии. Очень привлекательная особа, и в то же время очень опасная.

— Что удивительно, я терпеть не могу воду, — хихикнула Вика. — А тут прям потянуло. Просто чудесно!

Она вновь нырнула и показалась уже у причала.

— Привет, красотка! — замахал оттуда кучерявый парень с раскрасневшимся лицом. Он как раз собрался прыгать в воду, и отвлёкся на Вику. Судя по весёлому тону и стеклянным глазам, паренёк был изрядно поддатый.

— Это вы мне? — удивилась Небула.

— Ты единственная здесь красотка, — парень настолько расплылся в улыбке, что я подумал — ещё немного, и у него треснут щёки.

— За комплимент спасибо, но я не разговариваю с незнакомыми мужчинами, — бросила в его сторону Виктория, напоследок хищно блеснув взглядом.

— Так мы можем познакомиться, — оскалился поддатый парень. — Залезай, вместе попрыгаем.

— Неинтересно, — холодно бросила в его сторону Виктория и вновь исчезла под водой.

Я наплавался вдоволь, дождался Викторию на берегу под тентом. Она, радостно смеясь, пробежала по песку, упала на соседний шезлонг.

— Ох, это что-то необыкновенное, — сладко пропела она, поглядывая вверх, затем перевела взгляд на меня. — Представляешь, я даже видела в воде желеобразных тварей. Как их у вас называют… Забыла.

— Медузы? — предположил я.

— Точно, они, — кивнула Вика-Небула. — А ещё краба заметила на дне, и вот что нашла.

Она показала мне монету. Я взял её в руки, повертел, рассматривая с разных сторон. Странная, тяжёлая, как советский рубль. Края протёрты, но это не что-то из древности. Многие рода, которым заняться было нечем, изредка напрягали Монетный двор и чеканили деньги со своим гербом.

И вот надо же было такое найти? На одной стороне — «Десять рублей». На другой герб рода, два оскалившихся волка.

— Это монета Долгопрудных, — хохотнул я.

— Не угадал. Это моя монета, — холодно улыбнулась Вика, засовывая монетку себе в трусы купальника.

— Вик, это неприлично, — заметил я, наблюдая, как удивлённо взглянул в её сторону проходивший мимо седой мужчина.

— А мне плевать, — хихикнула Виктория, махнув случайному свидетелю её действий. — Дедуля, проходи мимо, нечего так пялиться.

— Совсем распустились, — пробубнил пожилой мужчина. — Ни стыда, ни совести…

Он быстро покинул пляж, по пути всё ещё посматривая в нашу сторону.

— Ну вот что ты делаешь? — укоризненно взглянул я на неё.

— Я присваиваю трофей. Что не так? — скривилась в усмешке Виктория. — А этот дед просто извращенец. Уже напридумывал себе кучу всего.

— Ещё скажи, что ты это сделала не специально, — хмыкнул я.

— Да просто сделала. Могу вот так, — Виктория достала монету из трусов, засунула в бюстгалтер, под ткань, закрывающую левую грудь. — И что в этом такого?

— Это считается аморальным в обществе, — заметил я. — Особенно в светском.

— Ой, ладно, — хихикнула Вика. — Я просто пошутить хотела… Кстати, что ты там говорил насчёт монеты Долгопрудных? Не поняла.

Я ей пересказал то, что выудил из памяти реципиента. Что Долгопрудные решили выпустить свои деньги. Даже вроде пара статей мелькала в жёлтой прессе.

— Это не отменяет тот факт, что она моя, — заметила Виктория, затем потянулась. — Ладно. Предлагаю сходить и попрыгать с причала. Как раз покажешь, как вы это делаете. Как раз этот кучерявый самец свалил оттуда.

— Кучерявый самец! Ха-ха! — прыснул я со смеху от сленга астральной кобры. — Ну пойдём.

Мы прошли по перегретому песку в сторону причала, выбрали удачное место минуя ещё тридцать метров гладкой просмоленной доски, огибая отдыхающих. Парочки сидели и болтали ногами в воде, общаясь. Дальше два прыгуна-подростка по очереди плюхались в воду.

— Вот, здесь точно должно быть глубоко, — показал я на воду. Она была настолько чистой, что в ней я видел дно, по которому ползали рачки и мелькала мелкая рыбёшка.

— Ну, показывай, — улыбнулась Виктория, замирая на краю и поднимая руки. — Как вы там руки складываете?

— Так, главное здесь не только сложить руки правильно, но ещё и мощно оттолкнуться ногами, и в воздухе изменить траекторию, — произнёс я, затем подошёл к воде. — Вот так, смотри внимательно.

Я прыгнул, сложился в воздухе, заходя в воду вертикально, почти без брызг. Затем вынырнул.

— Ну что, поняла?! — бросил я Виктории.

— Да вообще ничего сложного, — засмеялась она, приготовившись. — Так. Сейчас.

В тот же момент я заметил рядом с Викторией того самого кучерявого парнишку. Он, жадно пожирая глазами её грудь, покачнулся, затем сделал глоток пива из тёмной бутылки и поставил её рядом.

— Разве это прыжок?! Ща покажу! — весело воскликнул он.

Небула дёрнулась в сторону, но он уже поднял её на руки и прыгнул вместе с ней в воду.

Фонтан брызг взметнулся вверх. Первым выплыл этот смертник, по-другому я сейчас его назвать не смогу.

Он поискал глазами Вику, затем подплыл к лестнице причала и поднялся наверх. И в этот момент Виктория-Небула показалась из воды. Взгляд её был убийственным.

— Я всего лишь показал, как надо! Не злись, красавица, — нервно хихикнул парень.

— Ну и я тебе тоже кое-что покажу, кучеряшка, — злобно улыбнулась Вика-Небула. — Наклонись.

Она отогнула лямку на ткани купальника, закрывающей сочную грудь.

— Ну-ка, засвети, — довольно улыбнулся этот придурок, приседая на корточки.

Из воды показался змеиный хвост, который обхватил парня за руку и дёрнул на себя. Небула поймала его в полёте. Её рука ухватила его космы и опустила его лоб на острый угол деревянной доски, тут же окрашивая воду в красный цвет.

В стороне замер полицейский, патрулирующий территорию.

Он достал рацию и явно вызвал подкрепление, а затем сорвал с пояса усиленный разрядник и быстрым шагом направился к причалу.

Глава 6

Два гребка — и я добрался до пострадавшего. Оттолкнул Небулу, которая вцепилась в потерявшего сознание парня и не знала, что делать. Глаза кобры ещё мерцали силой, но на лице отражалась растерянность.

Пора брать ситуацию в свои руки. Вон и четверо людей в форме приближаются к причалу.

— Очнись! Отвлеки полицейских как можешь. Я пока займусь им, — бросил я Вике, поймавшей ступор. Ну да, натворила делов, а мне теперь расхлёбывать.

— Что делать? — взглянула на меня Виктория, захлопав глазами.

— Изобрази панику, скажи, что этот парень прыгнул в воду и ударился о причал, — бросил я ей, затем переключился на Карыча.

«А ты постарайся вырубить датчики охраны», — дал я ему задание.

«Да там у них всего один датчик. Не проблема», — сообщил пернатый, исчезая в астрале.

Я же поплыл с парнем к причалу. Два крепких спасателя приняли его, аккуратно положив на доски.

— Ром, а ему по ходу кранты, — протянул рыжеволосый своему напарнику. — Смари скока кровищи.

— Пробил башку? — пролепетал побледневший темноволосый спасатель с квадратным подбородком. — Да блин, и как раз в мою смену. Что произошло? — обратился он ко мне.

Я в это время уже присел возле пострадавшего, голову аккуратно приподнял, приготовился сформировать диагностический щуп.

— Прыгнул неудачно, — произнёс я. — Сейчас вылечу его.

— Ну ты чудак-человек, — криво улыбнулся один из собравшихся зевак. — У него голова пробита. Вон скока кровищи.

— Не мешайте, пожалуйста, — взглянул я на него. — Я лекарь, и знаю что делаю.

— Слышали? Он лекарь, — резко бросил в его сторону рыжий спасатель. — Отойдите в сторону.

Слева я услышал хлопок, вскрик одного из охранников, истерику Виктории. Сконцентрироваться в такой ситуации было непросто, но я постарался.

Изучив рану на голове, я понял — чуть сильней бы приложила Небула парня о причал, и точно бы прикончила. А так — да, на лобной доле черепа сильное рассечение и небольшая трещина.

Я затянул её регенеративными лучами, убрал заразу, успевшую попасть в кровь «Нейтрализатором», следом вновь применил регенерацию, затягивая рассечение на голове.

Сотрясение кучерявый получил серьёзное, но благодаря вовремя оказанному лечению, восстановится довольно быстро. Лишь в голове будет ещё шуметь некоторое время.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы успешно провели восстановительную операцию после черепно-мозговой травмы.

Награда: +1000 очков опыта.

Текущий уровень: 11 (71120/75000)/.

Я будто вынырнул из воды. Звуки нахлынули на меня, я огляделся. Виктория тряслась в истерике и рыдала. Её поддерживали два охранника.

— Я так испугалась! Крови столько! Он же не умер, правда?! — восклицала она. Плечи её тряслись, а по щекам катились слёзы.

— Успокойтесь. Сейчас всё выясним, — произнёс тот самый полицейский, кто первым заметил падение кучерявого. — Витя, дай ей успокоительного.

Парень пришёл в себя через пару секунд. Оглядел всех полубезумными глазами, затем резко вскочил на ноги и схватился за голову.

— Я бы вам рекомендовал покой и не делать резких движений ещё неделю точно, — произнёс я.

— Что произошло? — спросил он, громко икая.

— Я видел, как вы упали с причала в воду, — показал в сторону Виктории полицейский. — Будто вас кто-то сбросил.

— Д-да, будто кто-то хватил меня, — кучерявый потёр руку, растерянно оглядел всех собравшихся, попытался что-то вспомнить, но явно не смог это сделать. — Ничего не понимаю.

— Витёк, что с датчиком? — бросил в сторону своего сослуживца полицейский.

— Да сам не пойму, крякнул по ходу, — отозвался тот. — Что-то вспыхнуло внутри.

— Говорил я тебе, чтобы заказывал оригинал? — процедил страж порядка, затем принюхался и достал баллончик с экраном и тремя антенками, вытянул его в сторону пострадавшего. — А ну дыхните, уважаемый.

— Это ещё зачем? — возмутился кучерявый. — Я пострадал, а вы меня хотите в чём-то обвинить? Ищите того, кто скинул меня.

— А я говорю дыхните, — нахмурился полицейский.

Кучерявый набрал воздуха в грудь, затем выдул его на антенки. Прибор пропищал три раза.

— Понятно. Две с половиной промилле, — хмыкнул полицейский и недовольно посмотрел на пострадавшего. — Вы бы поменьше потребляли, гражданин. Так бы и падали меньше. Скажите спасибо лекарю, который вас вылечил.

Полицейский кивнул на меня, и кучерявый смущённо взглянул в мою сторону.

— Сп-пасибо вам. Я очень благодарен. Очень, — забормотал он, и я кивнул в ответ.

Он хищно взглянул в сторону Виктории, которая уже отыграла свою роль, удаляясь с причала, ну а я отправился за ней.

Виктория вытирала слёзы с лица, довольно улыбаясь, хотя и была слегка растерянной. Я взял её за локоть и повёл по песчаному берегу к нашему шезлонгу под тентом.

— Не останавливайся, — тихо произнёс я. — Идём не спеша, не суетимся. И вообще, что это было? Какого чёрта, Вика?

— Да этот самец меня просто выбесил, — фыркнула в ответ Виктория-Небула. — Руки нехрен распускать. Вот и не выдержала.

— Он пьян. Ты ведь могла сделать скидку на это? — уселся я на шезлонг. Виктория устроилась рядом, виновато взглянула на меня.

— Поверь, я сделала скидку, — тихо произнесла она, блеснув глазами. — Иначе бы размазала его по этому причалу.

— Старайся держать себя в руках, я прошу тебя, — подчеркнул я. — Злилась недавно на Карыча, а сама…

— Да поняла я, — раздраженно прошипела Виктория. — Просто не смогла сдержать ярость. Как бы тебе объяснить. Это больше похоже вон на такой эффект, — она махнула в сторону лазурной волны, набегающей на берег, — Накатило так, что я только после того, как приложила этого урода черепушкой о причал, опомнилась. Но ведь не убила же.

— Но нанесла ему травму, — заметил я. — Постарайся не реагировать так резко. Сначала оцени ситуацию.

— Да, хорошо. Постараюсь…

— Не постараюсь, а сделаю.

— Ну вот что ты такой дотошный? Да, сделаю выводы. Больше не повторится, — пробурчала Виктория-небула, а затем уставилась в сторону причала. — Блин, вон он, идёт сюда.

— Так, теперь я с ним поговорю, а ты просто молчи, — предупредил я, поднимаясь с шезлонга.

К нам шел поддатый кучерявый парень. Он добрался до нас, широко улыбнулся.

— Прошу меня извинить, я совсем не владел собой, — произнёс он, с вожделением посматривая в сторону Виктории. — Ещё раз огромное спасибо, что спасли меня.

— Это долг каждого лекаря — спасать тех, кто нуждается в помощи, — я закрыл обзор парню, вставая перед ним.

— Скажите, что произошло, там, на причале? — спросил он меня. — Вы видели какое-нибудь существо в воде?

— Нет, вы просто дернулись и сорвались в воду, — сообщил я.

— Просто с этими аномалиями надо быть осторожными. Говорят, что ловят тварей. А если кого-то ещё не поймали? — вздохнул кучерявый, затем вытянул шею и посмотрел на Викторию. — А вы что-то видели?

Всё же парень успел немного протрезветь. Адреналин сжёг некоторое количество алкоголя. Вот уже и на «вы» начал общаться.

— Нет, вы просто упали в воду, — покачала головой Вика. — И очень некрасиво себя вели, между прочим.

— Да, согласен, не удержался, — хмыкнул парень.

— Кстати, это моя девушка, — я вновь закрыл ему обзор, обращая на себя внимание. — За ваши слова и выходку я мог бы вызвать вас на дуэль, но сделал скидку на алкоголь, которым вы, судя по всему, прилично заправились.

— Ох, я даже и не знал, что вы пара. Ваша девушка очень красива, но я не имел права к ней приставать, — смутился парень, протягивая руку. — Граф Шаламов. А вы тоже аристократ?

— Да, барон Логинов, — представился я, проигнорировав его жест. — Приехал на конференцию «Светлые ночи».

— Замечательно. Она начнётся послезавтра, недалеко отсюда в актовом зале клуба «Ровесник». А остановились вы в «Жемчужине», или у вас ВИП-пропуск на частные пляжи? — поинтересовался граф.

— В «Жемчужине», — произнёс я, и Шаламов аж хохотнул в ответ.

— Вот так случай! Мой дядя владеет этим отелем, — просиял граф и принялся лихорадочно что-то обдумывать.

— Послушайте, мы хотим отдохнуть наедине, — донёсся раздраженный голосок Виктории.

— Ох, да, конечно, — взглянул Шаламов в её сторону, выглядывая из-за моего плеча. — Я скоро уйду. Но перед этим хочу предложить в качестве извинения лучший номер отеля за счёт заведения. Я договорюсь.

Мы с Викторией переглянулись, и я понял, что она не против, хотя не особо хотелось принимать такой щедрый жест. Всё же нездоровый блеск в глазах графа заставлял меня насторожиться.

— Мы уже снимаем люкс, — холодно подчеркнул я.

— А я вам хочу предложить супер-люкс на неделю. Кстати, в нём недавно останавливался племянник Его Величества, — радостно сообщил Шаламов.

Я понял, что он не отстанет. Есть такая категория людей. Прилипнет словно клещ, и даже щипцами не оторвёшь. Но, с другой стороны, я ни разу не был в таком номере, да и Виктория тоже. Так почему же не воспользоваться представившейся возможностью. Своего рода компенсация за нервы Виктории-Небулы и проведённое мной лечение.

— Хорошо, мы согласны, — кивнул я.

— В таком случае предлагаю обменяться номерами, — довольным голосом произнёс граф, добравшись до своего шезлонга, точнее до заплечной сумки, которая лежала на нём.

После обмена контактами мы отправились купаться. Шаламов поспешил в сторону арки, оплетённой плющом. Именно за ней был лифт, который доставит его в холл «Жемчужины».

Вновь окунувшись в прохладную воду, я доплыл до ближайшего красного буйка, качающегося на волнах, уцепился за него, наблюдая, как в стороне плывёт Виктория. Причём стиль её отдалённо напоминал брасс, вот только тело её чуть сильнее изгибалось, отчего скорость была такой, что позавидовал бы любой профессиональный пловец.

Вода холодила кожу, успокаивая разгоряченный разум. Всё же и на отдыхе нашлась мне работенка. Но ведь это всё мелочи. По сравнению с тем, сколько я впахивал в клинике, можно сказать ненадолго отвлекся.

Бросил взгляд в сторону берега. Тонкая полоска суши, люди, похожие на муравьёв, и здание «Жемчужины» с большими окнами и балконами, почти вплотную подходящая к береговой черте. На крыше я заметил что-то вроде «инфинити-бассейна». Вроде так называются такие в моём мире. Когда вода переливается через край, создавая ощущение бесконечности искусственного водоёма.

Царский номер, который нам пообещал Шаламов, как раз имел частный выход на крышу. И логично было предположить, что скоро мы посетим этот бассейн.

Я отплыл от буйка, провожая взглядом пару катамаранов и слыша звук приближающегося гидроцикла. Мимо мелькнул ярко-зеленый корпус водного транспорта, за которым бил метра на два вверх фонтанчик воды.

Надо будет в ближайшее время прокатиться на нём, и Небулу пригласить на прогулку. Даже любопытно, как она будет реагировать на это

Вышел я на берег, добрался до шезлонга и обтёрся полотенцем. А затем из воды выскочила довольная Виктория, ловя на себе взгляды мужчин. Капельки воды поблёскивали на её слегка покрасневшем от загара стройном теле, сочная грудь слегка покачивалась в такт её шагам.

Я аж залюбовался её фигурой, но потом вспомнил, кто сидит внутри этой эффектной блондинки, и выбросил лишние мысли прочь. Тем более у меня есть Софья, которая может ещё составить конкуренцию ей в плане внешности. Я уж не говорю про характер. У Виктории так уж вышло, что он непростой, надо честно признаться в этом. И мне жаль того, с кем она начнет встречаться, если вдруг появятся такие мысли в её голове.

Мы вернулись в номер, где сходили по очереди в душ и переоделись. И в этот момент в наш номер постучали.

Виктория взглянула на меня, улыбнулась.

— Мы переезжаем в супер-люкс? — ухмыльнулась она.

— Похоже на то, — улыбнулся я в ответ и добрался до двери, открывая её.

— Добрый день, — растянул тонкие губы в улыбке усатый мужчина. Одет в отельную форму, на носу поблёскивают круглые очки в тонкой оправе. — Меня зовут Владислав. Меня прислал граф Шаламов. Я буду вам прислуживать в течение ближайшей недели. Предлагаю пройти за мной, в супер-люкс.

— Конечно, мы готовы, — подошла Виктория.

— Вот только… — замялся Владислав. — Надо собрать вещи прямо сейчас. Этот номер мы уже скоро сдадим другим постояльцам.

— Хорошо, сейчас соберём чемоданы, — произнёс я.

Владислав замер в дверях, будто восковая фигура из музея мадам Тюссо, терпеливо дожидаясь, когда мы соберёмся. Затем увидел чемоданы, которые мы вынесли к нему.

— Если нужна помощь, у нас есть носильщики, — услужливо сказал Владислав.

— Нет уж, мы сами справимся, — кисло улыбнулась ему Виктория и мельком взглянула на меня. Она прекрасно помнила мои слова, что не стоит привлекать к своей персоне внимания. Приключений было достаточно, и хочется провести эти пару дней в спокойной обстановке.

Далее мы с чемоданами и сопровождавшим нас Владиславом зашли в прозрачный лифт. Его кабинка находилась отдельно и по периметру была расписана витиеватыми узорами, подчёркивая свою уникальность, хотя внутри он ничем не отличался от того, который нас поднял в предыдущий номер. Всё те же стеклянные стены и несколько кнопок, зависших в воздухе.

В итоге лифт поднял нас на крышу. Я вышел первым, огляделся и остался доволен увиденным. Большая пристройка, почти полностью из стекла с закрытыми жалюзи, где мы и будем обитать. Несколько больших пальм, произрастающих из земляных пятачков, которые разбросаны по периметру. Рядом мангальная с козырьком от осадков. Чуть в стороне деревянное строение из бруса. Труба торчит слева, а из неё лениво тянулся дымок.

Ну а впереди тот самый бассейн, который я увидел с пляжа. С кристально чистой водой, и край бассейна почти сливался с морем, занимающим всё обозримое пространство.

— Баня почти натоплена. Если нужен шашлык — только скажите, и я пришлю повара, — начал рассказывать Владислав. — Завтрак, обед, ужин подаются по запросу. Я оставлю номер телефона.

— За стеклом наш номер, значит, — улыбнулась Виктория.

— Всё верно, — кивнул Владислав. — За стеклом — номер люкс, который мы сейчас и посмотрим.

Внутри номера Владислав показал большую душевую кабинку с тропическим душем, безразмерное джакузи, просторную кухню с круглым столом, занимающим четверть пространства, и три комнаты, в двух из которых двуспальные кровати, а в третьей камин, два дивана и несколько кресел.

— Гардеробные встроены в стены. Вот, — Владислав подошёл к стене, дёрнул за ручку, которую я заметил не сразу, ибо она почти сливалась с общим фоном.

Часть стены отодвинулась, показывая вешалки, пустые полки и дожидающиеся новых постояльцев запечатанные наборы, начиная от тапочек и заканчивая лосьонами для лица и зубными щётками.

— Красота-а-а, — сладко протянула Виктория.

И вновь я обратил внимание на её настроение. Что-то с ней происходит, будто и правда она хочет пустить корни в этом мире. Если выживет, разумеется.

Владислав оставил нас, и я собрался посетить баньку, куда наотрез отказалась идти Виктория-Небула.

— Высокая температура для астральных змей не так страшна, как продолжительность такого воздействия, — подчеркнула она. — Потом шкура начинает грубеть раньше времени, я уж не говорю о частой линьке. А вот в той большой ванне я бы поплескалась. Там же массаж есть, да?

— Ага, джакузи называется, — хмыкнул я. — Встретимся в бассейне.

Напарился я на славу. Час потратил точно, и за это время сделал три продолжительных захода в парилку. Разгорячённый, я прыгнул в бассейн, заставив зашипеть Викторию, которая мирно проплывала рядом.

Затем мы заказали по коктейлю. Достаточно было сделать один звонок, и через несколько минут официант принёс нам по витаминно-цитрусовый коктейль, сделанный по фирменному рецепту Шаламовых.

На исходе дня, отдохнувшие каждый по-своему и оттого счастливые, мы с Викторией вышли в местный сквер, который находился на территории «Жемчужины». Небольшой, но уютный и вполне зелёный. Здесь, в отличие от московских аналогов, преобладали пальмы, лианы и живность вроде цикад громко стрекотала в кустарниках, постриженых в виде различных зверей.

Как раз начало смеркаться. Загорелись первые фонари по бокам аллейки. Но людей почти не было. Редкие парочки проходили мимо нас, кто-то сидел в беседках.

— Знаешь, а мне здесь нравится. Я не привыкла отдыхать. Всю жизнь работала, — тихо заметила Виктория.

— Не думал, что в астральном мире есть такое понятие — «работа», — улыбнулся я, замечая взгляд Небулы. Печальный взгляд.

— Да, Алексей, я служила Гроху и даже не думала об отдыхе. Ни минуты покоя, если честно, — призналась она. — Небула, ты где? Небула, достань мне два корня призрачной мяты. Небула, найти информацию о Грозовых мирах. Небула, туда. Небула, сюда.

— Можно сказать, остальные отдыхали, — отозвался пернатый. — Я вон тоже как на посылках был. Мотался как угорелый.

— Речь не про тебя, комок перьев, — зашипела Виктория-Небула.

— Опять вы ссоритесь? — взглянул я на Карыча, затем на блондинку. — А мы ведь договаривались.

— Всё, ладно, я слишком резко выразилась, — скривилась Виктория. — В общем, я там впахивала как не в себя. Не жалея сил. Даже можно сказать, что и не задумывалась об этом. Некогда было. А вот сейчас…

— А сейчас есть с чем сравнивать, — подчеркнул Карыч.

— Вот, правильно, всё познаётся в сравнении, — подтвердил я.

— И когда я попала в этот мир… — Виктория-Небула вдруг остановилась, принюхалась. — Что такое?

— Пахнет псиной, — пробормотал Карыч.

Людей вокруг вообще не было. Мы забрели по тропинке вглубь сквера. Лишь откуда-то издалека раздавался приглушённый смех.

А на тропе впереди нас мелькнули две пары огненных глаз. Два близнеца в серых костюмах, остроносые, с чёлками, зачёсанными одинаково налево.

Ох ты, мать моя женщина! Я ж их видел. В самолёте обратил внимание. Что я тогда подумал? Будто это какие-то наёмные убийцы, настолько тогда мне их взгляды не понравились.

— Гончие, — выдохнула Виктория. В этот момент и мой Змей Горыныч ожил, затрепыхался во внутреннем кармане.

В груди гулко забилось сердце, я остолбенел на пару секунд.

Карыч не успел ничего сказать.

— Вокс-сарион, — прорычал один из братьев-близнецов.

— Небула, — оскалился второй.

Ещё мгновение, и будто по щелчку пальцев они кинулись в нашу сторону. Головы их в полёте удлинились, трансформировались, из-под верхних губ показались клыки, а на пальцах выросли приличные когти.

Небула уже обернулась в кобру, до которой добралась первая гончая. Она прижала её к земле лапой, второй лапой ухватила за шею.

Вторая гончая бросилась на меня, разрывая лапой сеть, которую выплюнул Горыныч.

Я выбросил анестетик, который впитался в гончую, но та лишь хрипло зарычала, роняя меня на асфальт и навалившись всем телом.

От смрада, вырывающегося из пасти монстра, меня сразу замутило. Но я справился с этим и попытался сконцентрироваться.

Карыч попытался сместиться, растворяясь в воздухе, но гончая перехватила его лапой. Притянула к себе астральное тельце, зажатое в когтистой лапе, а на второй руке когти удлинились.

Взмах — и моя связь с Карычем разорвалась. Всё моё тело пронзила адская боль, я закричал и затем зарычал. Я не сдамся! Я верну Карыча! Разорву этих исчадий ада на части!

Начал я раскручивать Экстрактор, точнее воронку, которая была похожа на наконечник копья. Уже примерился к черепу гончей, скрипя зубами от боли и чувствуя, как сердце ускоряется. Связь с Карычем разорвана резко и бескомпромиссно, и от скачка энергии у меня вот-вот разорвётся кровяной насос.

Я считал секунды до своей смерти. Уже готов был отправить воронку-копьё в один из горящих глаз гончей, когда в стороне взвизгнула вторая тварь, та, что старалась уничтожить Небулу.

В этот момент яркая вспышка на секунду ослепила меня…