Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ

Глава 1

Хабаровск.

Абсолюты вместе с исцелёнными гвардейцами покинули карантинную зону. Стена захлопнулась за ними с глухим стуком, даруя свободу. Шереметев обернулся к гвардейцам и, кашлянув, рявкнул:

— Все свободны! У вас сутки отгула и по тысяче рублей выходное пособие. Напейтесь и забудьте всё, что было.

Гвардейцы устало улыбнулись и побрели кто куда.

— Да, дядь. Умеешь ты поднять боевой дух, — ухмыльнулся Леший.

Шереметев опалил его суровым взглядом, но вступать в спор не стал.

— Вас это тоже касается. Отдохните сутки, а после возвращайтесь. У нас война на носу, — сурово сказал Шереметев, развернулся на пятках и направился в сторону дворца.

Леший потянулся, размял плечи, зевнул:

— Ну что, куда идём? В бар или замочим парочку мертвяков?

Серый взглянул на него с осуждением, достал из кармана шапку и натянул на лысину:

— Идём отдыхать и ждать новых приказов.

Леший вздохнул и страдальчески закатил глаза:

— Серый, ей богу, ты тот ещё зануда. Может хоть в кабак сходим? Познакомимся с девчонками или…

— Лёх, давай без «или». Просто поедим, отоспимся, а после нам уже будет не до кабаков, — отмахнулся Серый.

— Да… Да. Как скажешь, — покачал головой Леший и пошел следом за Серым по заснеженной улице.

Фонари тускло освещали дорогу, бросая длинные тени на сугробы. Ветер свистел, задувал снег за воротники. Серый шёл молча, погружённый в мысли. Леший поглядывал по сторонам, насвистывая доставучую мелодию.

Свернув за угол, Лёха уставился на парочку девчонок. Близняшки, похожие друг на друга как две капли воды. Стройные, длинные тёмные волосы развеваются на ветру, белые шубы, сапоги на каблуках. Леший притормозил и улыбнулся, словно хищник, заметивший добычу:

— Серый, не жди меня. Я пойду устраивать личную жизнь.

Серый обернулся, посмотрел вслед уходящим девушкам и, покачав головой, выдохнул:

— Ловелас недоделанный.

Леший подмигнул:

— А чё? Война войной, а гормоны-то играют.

Серый пошёл дальше, а Леший на всех парах рванул следом за близняшками, свернувшими за очередной поворот.

Леший нырнул за угол, и его лицо тут же стало серьёзным. Он остановился и аккуратно оглянулся, чтобы убедиться, в том, что Серый ушёл. Сергея и правда нигде не было видно. Тихо, почти шёпотом Леший произнёс:

— Хрен я буду отдыхать, когда все, кто мне дороги, могут подохнуть.

Он развернулся и побежал. Но не в сторону девушек, не к казармам, а к центру города. К телепортационной станции, расположившейся на главной площади. Ноги стучали по утрамбованному снегу, дыхание вырывалось облаками пара.

Спустя пару минут он добрался до телепортационной станции. Массивное каменное здание, от которого исходил сильный магический фон. Всё из-за разломных кристаллов, с помощью которых питаются телепортационные платформы. Лёха ворвался внутрь и увидел привратника. Лысого старикашку в сером пиджаке, сидящего за столом. Леший подбежал к нему и, оперевшись на стол ладонями, заорал:

— Папаша, мне срочно нужен портал! Село Амагуга, Амамума… Тьфу, твою мать! Короче, какая-то Ама, — выругался Леший, совершенно позабыв, как называется нужное ему место.

Привратник поднял взгляд и нахмурился:

— Вы хотели сказать, село Амгуэма?

— Ага, вот это самое, — выпалил Лёха. — Давай. Открывай портал. Именем абсолюта, и всё такое. Ну, чего медлишь? Шустрее, папаша, я спешу.

Привратник меланхолично указал пальцем на карту, лежащую на столе, и произнёс:

— Молодой человек, вы, наверное, не в курсе. Но село уничтожено. Телепортационная плита разрушена. В те края больше не попасть.

Леший стиснул зубы:

— А где ближайшая точка к этой Ама-что-то там?

Привратник провёл пальцем по карте и остановился на небольшом посёлке:

— Ближайшая действующая точка перемещения — это посёлок городского типа Эгвекинот. Восемьдесят три километра южнее Амгуэмы. Могу вас отправить туда, если пожелаете.

— Желаю! — выпалил Леший, с нетерпением барабаня пальцами по столу.

Привратник медленно встал, подошёл к центру зала, где на полу была выгравирована огромная руническая печать. Потянулся к мане и начертил в воздухе сложный узор. Пространство задрожало, послышался треск, похожий на молнию, а после открылся портал. Не теряя времени, Леший заскочил в синеватую дымку, крикнув на прощание:

— Спасибо, папаша! Империя тебя не забуде-е-ет…

Первое, что ощутил Леший после перемещения, так это нестерпимый холод. Хотелось выругаться и возмутиться, сказав: «Что за идиот решил открыть окно и проветрить на телепортационной станции?». Вот только телепортационной станции как таковой и не было. Он стоял на каменной площадке, покрытой рунами, а вокруг были лишь руины. Посёлок полностью уничтожили. Причём столь стремительно, что в столице до сих пор не знают о том, что поселение перестало существовать.

Пройдя через руины телепортационной станции, Леший очутился на улице. Дома разрушены. Стены пробиты, крыши провалились. Повсюду валялись доски, кирпичи и куски мебели, припорошенные снегом. Местами на стенах виднелась застывшая кровь. Будто кто-то налил её в ведро и щедро плеснул на стену. Однако во всей округе не было ни одного трупа. Местные жители исчезли, оставив после себя лишь тишину и свист ветра.

— Куда все подевались? — прошептал Леший.

Посмотрев на запад, он заметил следы. Множество следов человеческих ног, а ещё отпечатки копыт и когтей. Следы тянулись на сотни метров во все стороны, уходя за горизонт.

Леший посмотрел на небо, с которого по-прежнему валил снег, и понял, что следы свежие, раз их ещё можно прочитать. Задержись он на пару часов, и всё бы замело окончательно.

— Выходит, они забрали жителей… — задумчиво произнёс Лёха.

Он ощутил, как внутри начал бурлить гнев, а мана сама собой хлынула по каналам, сформировав покров света. Тело вспыхнуло золотым свечением, окутавшим его с головы до ног. Скорость многократно увеличилась, а рефлексы обострились.

Леший сорвался с места и понёсся вслед за полчищем мертвяков. Снег взметнулся вверх, ветер засвистел в ушах. Его ноги двигались с чудовищной скоростью. Деревья, дома, холмы проносились мимо размытыми пятнами, а враг с каждой секундой становился всё ближе.

***

Разлом.

Под нашими ногами разверзлась земля и мы с Азраилом рухнули вниз. Ветер засвистел в ушах, свет померк и я уже было подумал что мы попали в многослойный разлом, но нет. Нам повезло. Спустя двадцать секунд свободного полёта, пространство завибрировало и нас вышвырнуло в заснеженной аномальной зоне. Азраил водил модрой из стороны в сторону пытаясь понять как мы тут очутились, меня же это не интересовало. Я достал из кармана телепортационную костяшку и активировал её.

Перед глазами воцарилась тьма, по ушам ударил громогласный хлопок, и вот мы уже стоим на телепортационной станции Хабаровска вместе с Азраилом. Дракончик, виляя хвостом, тёрся о мою ногу, оставляя на сапоге царапины шипастой чешуёй. Я погладил его по голове и заметил ошалевшего привратника.

— Д-д-дракон? — спросил старик в сером пиджаке, попятившись назад.

— Ага. Он самый. Не бойтесь, он не укусит, — улыбнулся я.

— Ну и денёк. Кто-то рвётся на север, а кто-то тащит с собой в столицу дракона, — вздохнул привратник.

Не обратив внимания на его слова, я направился на выход. До дворца было рукой подать, поэтому мы пошли пешком. Столичные жители провожали нас шокированными взглядами, машины прибавляли газу, желая оказаться как можно дальше, а патрули гвардейцев то и дело шли нам навстречу, взяв оружие наизготовку. Однако замечая меня, они тут же успокаивались, отдавали честь и отправлялись по своим делам.

Азраил трусил рядом, оглядываясь по сторонам. Он с интересом принюхивался, вдыхая морозный воздух. Новое место ему пришлось по вкусу, так как здесь было множество вкусных душ. Дракончик отстал на пару шагов, широко разинул пасть и…

— Фу! Нельзя! Зараза эдакая! — рявкнул я, подскочив к Азраилу, и с силой закрыл его пасть голыми руками.

Дракончик посмотрел на меня глазами, из которых вырывалось чёрное пламя, и жалобно пискнул.

— Нет. Когда можно будет жрать, я тебе скажу. А пока топай следом и не выделывайся. Усёк? — строго сказал я.

Азраил тяжело вздохнул и, повесив голову, засеменил следом за мной. Дальше шли без происшествий, но как только добрались до дворцовых ворот, нам навстречу выбежал пожилой слуга в ливрее. Он поклонился так глубоко, что едва не расшиб лоб о мостовую. Его взгляд метнулся к дракону, задержался на белых чешуйках, чёрных глазах и шипастом хвосте. Слуга кашлянул, собрался с духом и, посмотрев на меня, выпалил:

— Михаил Константинович, Император просил вас немедленно прибыть в тронный зал. Дело государственной важности.

— Веди, — кивнул я.

Врата плавно распахнулись, и мы двинули в сторону дворца. Дворец… Он показался мне неполноценным, я бы даже сказал, ущербным. Почему так? Ну-у-у… Наверное потому, что весь третий этаж был снесён подчистую. Ага. Величием тут даже не пахло. Только разрухой высшей степени. Впрочем, мой братишка подрядил иллюзионистов. Маги набросили довольно слабое заклинание, которое работало на горожан, показывая им целое здание, а вот я видел истинный облик дворца.

Войдя внутрь, мы прошли через длинный коридор, на стенах которого не осталось ни единого портрета рода Романовых. Видать, бабуля похозяйничала, отправив их в помойку, а новые портреты правящей династии ещё не нарисовали. Неужели Артём зовёт меня для того, чтобы попозировать художнику? Нет. Бред какой-то. Отмахнувшись от этих мыслей, я продолжил путь.

Встреченные нами слуги шарахались от Азраила, прижимались к стенам и тихонько шептались. Дракончик не обращал на них внимания, лишь следил за тем, чтобы шипастый хвост не разнёс очередную вазу, так как за время нашего визита, Азраил разбил уже три штуки.

Наконец-то мы добрались до тронного зала. Массивные двери распахнулись, впуская нас внутрь. Высокие потолки, колонны из белого мрамора, окна, пропускающие лунный свет. В центре стоит трон, на котором расположился Артём. Выглядел он паршиво. Будто не выспался. Бледный, под глазами тёмные круги, но держится уверенно, спина прямая, взгляд твёрдый.

Рядом с троном стояла девушка. Миловидная, лет двадцати пяти, чёрные волосы собраны в хвост, серые глаза внимательно следят за каждым моим движением. Одета в тёмную кожаную броню, два коротких меча на поясе. Руки сложены за спиной, стоит в метре от Артёма, готовая в любой момент выхватить оружие.

Я остановился перед троном и спросил:

— Тёмыч, вызывал?

Артём, кивнув, поднялся с трона и серьёзным тоном сказал:

— Михаил Константинович, давайте без фамильярностей, — подойдя ближе, он шепнул мне на ухо. — По крайней мере, пока рядом слуги.

— Прошу простить меня, о великий. Я не хотел опорочить вашу честь, — улыбаясь, я рухнул на колени и страдальческим голосом добавил. — Молю, не казните меня. У меня жена и пятеро детей! Как же они будут без…

Артём, едва сдерживаясь от смеха, махнул рукой в сторону выхода и громогласно гаркнул:

— Оставьте нас!

Слуги, вместе с гвардейцами вышли прочь. Однако дамочка не сдвинулась с места. Как только двери захлопнулись, Артём устало вздохнул и продолжил без официоза:

— Хорошо, что ты пришёл. Ночью пятнадцать убийц проникли во дворец и попытались меня убить. А ещё снайпер прострелил мне сердце. Я жив только благодаря твоим доминантам и… — Артём улыбнулся и тайком зыркнул на девушку, стоящую у трона.

— Понятно. Любовь спасла нашего правителя, — усмехнулся я, вставая с колен.

— Дурак. Ты что такое мелешь? — возмутился Артём, но его уши покраснели, говоря, что я попал в точку. — Меня спасла Агата. Пока она сражалась с убийцами, я успел восстановиться и шарахнул так, что разрушил весь этаж дворца.

Я перевёл взгляд на девушку, изучил её с ног до головы. Заметил лёгкие шрамы на руках, следы от ожогов на шее и мозоли на пальцах, признаки упорных тренировок. Она держалась уверенно и смотрела перед собой, будто статуя.

— Понятно. И ты хочешь, чтобы я… — сказав это, я замолчал, давая Артёму возможность закончить фразу.

Артём откашлялся и выпрямился, приняв величественный образ:

— Я хочу, чтобы ты выяснил, кто именно организовал покушение? Мы должны отсечь голову змее раньше, чем она успеет нанести новый удар.

— Тёма, Тёма… Тебе бы больше общаться с простым людом, — вздохнул я, доставая телефон из кармана. — А то говоришь слишком высокопарно. Впрочем, я знаю, как разыскать твоих убийц. Причём довольно быстро.

Набрав номер, я поднёс трубку к уху и после щелчка услышал знакомый голос:

— Слушаю, Михаил Константинович.

Глава 2

Трубку поднял мой одноглазый друг. Он своего рода пират, правда из благородных! Грабил лишь богатеев и всё раздавал бедным. Правда попутно он был тем ещё шантажистом и занозой в заднице. Но это всё в прошлом. Важно то, что люди его боготворили и слава о его благих деяниях разошлась по всей Империи. Тем более, что Маргарита Львовна по моей просьбе стала вести двойную отчётность…

Да, да. Поймали меня. Я провернул махинацию, согласно которой из государственной казны мы отщипывали один процент и отдавали его Вячу на реализацию социальных проектов. Где-то школу построить, где-то крышу подлатать, где-то инвалидам помочь. Почему мы действовали скрытно? Ну-у-у…

Сейчас идёт война на всех фронтах, и Артём явно захотел бы всё пустить в оборонную промышленность, однако это никак бы не помогло справиться с нависшими угрозами. А ещё нам с бабушкой просто нравилось смотреть, как Макар часами напролёт пытается найти недостающие средства в отчётах. Ха-ха. Попробуй их найди, когда Маргарита Львовна всё спрятала собственноручно!

— Вяч, мне нужна информация, — сказал я, но пояснять не пришлось.

— Вы о покушении на Императора? — спросил Вяч.

— Как всегда, в точку. Что слышно?

— Маловато времени прошло, чтобы всплыло что-то конкретное. Однако уже неделю в аристократических кругах мусолят слух, что граф Филатов и барон Шипилов подстрекают аристократию к измене. Не в открытую, разумеется. Просто ведут крамольные беседы, ищут недовольных, попутно вербуя самых отмороженных наёмников.

— Я тебя услышал. Спасибо, Вяч, — сказал я и, положив трубку, убрал телефон в карман.

Повернувшись к Артёму, я широко улыбнулся:

— Тёма, накрывай на стол. К нам едут гости.

Артём нахмурился:

— Чего? Какие, нахрен, гости?

— Граф Филатов и барон Шипилов. Думаю, они будут рады нанести визит Императору, на которого совсем недавно совершили покушение.

Азраил, стоявший рядом со мной, зарычал и выпустил струю чёрного дыма из ноздрей. Воздух моментально наполнился ароматом серы.

— Попроси своего питомца так больше не делать. Вонища жуткая, — скорчившись, произнёс Артём. — А что до гостей, то я приглашу их. Однако умолчу, что барон и граф станут главным блюдом на столе. — Артём зловеще улыбнулся.

А я лишь кивнул, соглашаясь с его мыслями:

— Пора напомнить аристократии, что измена карается смертью.

Спустя три часа во дворец прибыли гости. Граф Филатов и барон Шипилов въехали через главные ворота на роскошных бронированных автомобилях в сопровождении вооруженного кортежа. Взяли они с собой ни много ни мало, а двадцать магистров, по десять на каждого аристократа. Все в чёрных деловых костюмах и с надменными мордами.

То, что эта парочка так скоро заявилась в гости, намекало на то, что они чувствуют за собой грешок. Вопрос только, какой именно? Если Вяч прав, то два десятка магистров, которых они взяли с собой, должны закончить начатое в случае если Император наступит аристократам на мошонку.

Я стоял у окна тронного зала, наблюдая, как процессия входит во дворец. Улыбка сама собой возникла на лице, и я спросил в пустоту:

— Интересно. Почему на мирную встречу с Императором взяли двадцать боевых магов?

Артём стоял рядом, скрестив руки на груди:

— Думаю, они подозревают, что их позвали не на ужин, а на казнь.

— Скорее всего, — усмехнулся я.

Дверь тронного зала распахнулась, впустив внутрь графа Филатова и барона Шипилова. Филатов, мужчина лет шестидесяти, седые волосы зачёсаны назад, борода аккуратно подстрижена, дорогой камзол расшит золотыми нитями. Шипилов моложе, лет сорока пяти, тёмные волосы с проседью, лицо угловатое, взгляд хищный. За ними молча вошли и магистры. Магистры выстроились в сумраке, прижавшись спиной к стенам и замерли словно статуи.

Артём радушно улыбнулся и развёл руками в стороны:

— Граф Филатов! Барон Шипилов! Благодарю, что столь быстро прибыли по моему приглашению. Прошу, присаживайтесь. Обед уже готов.

В центре зала стоял длинный стол, уставленный блюдами. Жареная дичь, печёный картофель, свежий хлеб, графины с вином. Слуги стояли в стороне, готовые подать всё, что потребуется.

Филатов и Шипилов переглянулись, подошли к столу и сели напротив Артёма. Магистры остались у стен, держа руки на оружии. Слуги молниеносно налили вина в четыре бокала, протянув два из них гостям:

— Прошу, пейте. Вино отменное, из погребов покойного Императора, — произнёс Артём, отслеживая реакцию аристократов.

Филатов взял бокал, понюхал и сделал глоток. Шипилов, помедлив, последовал его примеру. Отставив бокал в сторону, Филатов спросил:

— Ваше Величество, позвольте узнать, почему именно мы удостоились чести отобедать, наслаждаясь вашим обществом?

Артём отпил вина, поставил бокал на стол и пристально посмотрел на аристократов:

— Есть один вопрос, который я хочу обсудить именно с вами. — Повисла тишина. Аристократы напряглись, а Артём не спешил продолжать. Он выдержал театральную паузу, сделал ещё глоток вина и, улыбаясь, спросил. — Скажите, граф Филатов, барон Шипилов, всё ли вас устраивает в правлении нового Императора?

Филатов и Шипилов переглянулись. Филатов сложил руки на столе и расплылся в радушной улыбке:

— Всё отлично, Ваше Величество. Вы прекрасно справляетесь. А почему вы задаёте такой странный вопрос?

Артём внезапно посерьёзнел, однако продолжил улыбаться, хотя теперь улыбка не касалась его глаз:

— Ходят слухи, будто вы готовите переворот. Собираете недовольных аристократов, вербуете наёмников. Я хотел бы услышать ваше мнение на этот счёт.

Шипилов вскочил со стула и ударил кулаком по столу:

— Это клевета! Грязная ложь! Кто посмел такое сказать?!

Филатов протянул руку, останавливая своего вспыльчивого товарища:

— Спокойно, барон. Присядьте, — голос Филатова лучился спокойствием.

Шипилов нехотя сел обратно. Филатов посмотрел Артёму в глаза и улыбнулся.

— Ваше Величество, нынче на наших землях много недругов, которые хотели бы разжечь смуту и устроить гражданскую войну. Вот и распускают слухи, пытаются поссорить верных аристократов с их правителем. На самом же деле, мы с бароном невероятно верны своему Императору. Когда вы одолели Романова и освободили Империю от демонического гнёта, мы с Шипиловым открыли бутылочку шампанского за ваше здоровье. Уверяю, вы не найдёте более благонадёжных людей, чем мы.

Артём кивнул, улыбаясь:

— Рад это слышать. Я-то даже не сомневался в вашей верности. Но вот мой друг… — Артём посмотрел на меня и продолжил. — Он любитель перестраховываться. Думаю, вы знаете, что Михаил Константинович Багратионов - абсолют. Так вот. Он не просто абсолют, но ещё и владеет Ментальной магией. Настоящий виртуоз в этом деле. — Артём сделал паузу, наблюдая, как побледнели лица аристократов. — Вы не против, если мы прямо сейчас изучим ваши воспоминания? Сами понимаете, времена неспокойные. Необходима предосторожность.

Филатов застыл, делая хорошую мину при плохой игре, а вот у его друга нервишки окончательно сдали. Шипилов вскочил, и его рука молниеносно потянулась к клинку, висящему на поясе. Увы, я оказался быстрее. Швырнув вилку, я использовал пространственный обмен и очутился за спиной барона.

Мой кулак обрушился вниз с чудовищной силой. Удар пришёлся по темени, расколов череп, как яичную скорлупу. По залу разлетелся хруст ломаемых костей, а мозги брызнули во все стороны, попав на стол и лицо Филатова. Тело Шипилова дёрнулось и обмякло, рухнув под стол. Кровь хлынула из разбитого черепа, заливая персидский ковёр.

Глаза Филатова расширились от ужаса. Он понял, что пробил его смертный час, а посему нужно идти ва-банк. Вскочив, он закричал, срывая глотку:

— Прикончите их! Немедленно!

Двадцать магистров дёрнулись, но к оружию не потянулись. Просто продолжили стоять словно статуи.

— Вы оглохли?! Убить Императора! Во имя рода Романовых! — гаркнул Филатов, свирепо глядя на магистров.

Я усмехнулся и поднял руку, развеивая магию Теней, которой только что удерживал тела задушенных мною магистров. Двадцать трупов безвольно упали на пол. В зале воцарилась тишина, прерываемая лишь хриплым дыханием Филатова. Артём встал, медленно обошёл стол и направился к графу, хищно улыбаясь:

— Знаете, граф? У вас столь изящная шея. Уверен, на ней будет отменно смотреться петля, когда вас повесят, — он остановился в шаге от графа и посмотрел ему прямо в глаза. — Стража! Взять его!

Двери с грохотом распахнулись. В зал вбежали десять гвардейцев в стальных доспехах. Схватили Филатова, заломив руки за спину, и для пущей острастки выдали пару ударов по печени. Граф будто не почувствовал боли и завопил, срывая глотку:

— Нет! Нет! Ваше Величество, прошу! Я не хотел! Меня заставили! Барон Шипилов! Всё он! Я лишь выполнял приказы! Он меня шантажировал!

— Да, да. Очень интересная история, — отмахнулся Артём. — Сможете её рассказать сокамерникам. Только рассказывайте побыстрее, так как вас казнят на рассвете.

Гвардейцы поволокли графа к выходу. Он всё ещё орал, моля о пощаде, но мы его уже не слушали. Артём с облегчением выдохнул, а я толкнул его в плечо и сказал:

— Напомни мне, чтобы я никогда не играл с тобой в карты. Блефуешь виртуозно.

— А ты придумываешь отличные планы, в которых мне только и остаётся, что блефовать, — усмехнулся Артём.

Я щёлкнул пальцами, и из пространственного кармана материализовался Азраил. Дракончик рухнул на ковёр, принюхался и облизнулся, учуяв свежие души. Чёртов обжора. Запихнуть его в пространственный карман удалось лишь после обещаний что накормлю свежими душами.

— Приятного аппетита, — произнёс я, кивнув в сторону мёртвых магистров.

Азраил разинул пасть и сероватая дымка потянулась из тел покойников, закручиваясь по спирали. Забавно, но эта трапеза оказалась весьма питательной. Наверное, из-за качества душ. Дракон рос на глазах. С размера пони увеличился до размера небольшой лошади. Артём с опаской покосился на моего питомца:

— Смотри, чтобы он и наши с тобой души не сожрал.

Я улыбнулся и почесал Азраила по голове:

— А разве у тебя есть душа? Думаю, Филатов и прочие аристо скажут в один голос, что ты бездушный монстр, который кошмарит их почём зря.

Дракон довольно заурчал и нагнувшись толкнул меня головой в грудь.

Вздохнув Артём посмотрел на трупы, валяющиеся на полу:

— Это верно. Монстр, который только что приговорил двадцать магистров. А ведь они могли помочь в борьбе с Тузом Крестов.

— Ага. Или могли бы помочь Тузу Крестов, начав сеять смуту в наших рядах. Мы всё сделали верно, — успокоил я брата.

— Может и так, — кивнул он и добавил. — Нужно убрать тела, да и стол с едой тоже. От созерцания разбрызгавшихся мозгов что-то аппетит пропал.

— Согласен, — кивнул я. — Кровь и мозги нам с тобой понравятся, если проиграем Тузу Крестов, но надеюсь, этого не случится.

— Ну и шутки у тебя. Такие чернушные, что даже в глазах потемнело, — хмыкнул Артём.

— Всё лучшее для любимого брата, — сказал я, отбив церемониальный поклон.

— Ага. Спасибо, блин, — хихикнул Артём и направился на выход.

Я последовал за ним, оставив слуг разбираться с последствиями резни. Выходя из зала, я выставил руку в сторону, и теневой жгут вложил в неё небольшой окровавленный кусок тряпки. А как иначе? Кровь двадцати магистров на дороге не валяется. В хозяйстве точно пригодится.

***

Леший мчался по следам нежити, оставляя за собой стену снега, подброшенного вверх. Покров света окутывал его золотым сиянием, чудовищно увеличивая скорость бега. Сейчас он нёсся со скоростью больше ста пятидесяти километров в час. Ветер ревел в ушах, мир превратился в смазанную картинку, где различимы лишь контуры крупных объектов вроде зданий.

Спустя два часа впереди показалось полчище мертвецов. Тысячи, сотни тысяч ходячих трупов. Рыцари смерти на полусгнивших лошадях, скелеты с мечами и щитами, зомби, раздувшиеся мясные шары, катящиеся по снегу. Над армией кружили костяные драконы, размахивая огромными крыльями.

В центре легиона парили высохшие мумифицированные тела личей, облачённых в истлевшие мантии. Их глазницы горели зелёным пламенем, а костлявые руки сжимали посохи с черепами.

Заметив их, Леший не сбавил скорости. Напротив, он лишь сильнее ускорился и на всём ходу врубился в ряды мертвецов, как метеор. Взмахнув руками, он сложил ладони перед грудью, и из них вырвался яркий луч света. Ослепительный и жгучий, испепеляющий всё на своём пути.

Леший развёл руки в стороны. Луч тут же разделился надвое, следуя за его ладонями, и прорезал толпу мертвецов, словно нож масло. Рыцари смерти разваливались пополам, разевая костлявые пасти в немом крике. Мясные шары лопались, разбрасывая во все стороны внутренности, горящие синим пламенем.

Одна-единственная атака уничтожила тысячи мертвецов, но и сожрала добрую четверть маны Лешего. Однако не все мертвяки погибали от магии Света. Десяток личей, парящих в воздухе, закрылись зеленоватыми щитами. Созданные барьеры с лёгкостью отразили лучи, а теперь личи, уставившись на Лешего, принялись колдовать, возрождая поверженную нежить.

Леший возмущённо выкрикнул:

— Эй! Уважайте чужой труд, ублюдки! Я вообще-то старался их прикончить!

Он потянулся к мане и поднял руки к небу. Магия Света взорвалась вверх, пробила тучи, достигла верхних слоёв атмосферы, а после Леший сжал кулаки, рявкнув:

— Познайте силу света, доходяги!

С небес обрушился столп света. Яркий и ослепительный, радиусом в сотню метров. Столп пронзил землю, накрыл личей, мертвецов, всё, что находилось в зоне поражения. Снег мгновенно испарился, земля раскалилась добела, воздух закипел. Мертвецы, попавшие под столп, испарились без следа.

Свет угас. Леший, тяжело дыша, опустил руки. Он был уверен, что увидит обугленные останки личей. Но личи до сих пор парили в воздухе, а их щиты, хоть и треснули, но сумели выдержать подобный выпад.

Личи разинули костлявые пасти и синхронно зашипели. Звук был нечеловеческий, он больше походил на змеиное шипение, смешанное со скрежетом металла по стеклу. Леший зажал уши и скривился от боли. Осев на снег, он заметил, что внезапно стало темно.

— Твою мать! — рявкнул он, отпрыгивая в сторону.

Туда, где только что стоял Леший, рухнул костяной дракон. Пустые глазницы, горящие зелёным пламенем, уставились прямо на Лёху, будто жаждали пожрать не только его плоть, но и душу. Дракон разинул пасть, и из неё вырывалось некротическое пламя. Однако Леший был куда быстрее этой груды костей.

Лёха ушел в сторону и выбросил вперёд указательный палец, из которого вырвался тонкий, сфокусированный луч толщиной с карандаш. Луч полоснул дракона по шее, начисто срубив голову. Разумеется, дракон не помер, так как его ядро не было разрушено, но секундное замешательство подарило Лешему возможность перейти в насту… А, нет. Не подарило.

Леший развернулся, готовясь атаковать личей, личи уже выбросили вперёд свои посохи. Из черепов, венчающих посохи, вырвались некротические лучи. Тёмно-зелёные пульсирующие линии преодолели две сотни метров за одно мгновение и врезались в щит света, который Леший успел сформировать в последний момент.

Щит моментально покрылся трещинами, готовый разлететься на куски в любой момент. Леший стиснул зубы и вложил в заклинание больше маны. Трещины начали зарастать, но расход маны был слишком велик. В защите не отсидишься. Нужно делать решительный рывок и валить отсюда к чёртовой матери.

Личи резко оборвали заклинание. Зеленоватые лучи исчезли, а мертвяки разинули пасти, зашипев ещё громче. В воздухе материализовались фиолетовые шары. Их были сотни. Каждый размером с футбольный мяч.

— Дайте угадаю, из каждого шарика сейчас ударит лучик? — усмехнулся Леший, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Леший нервно сглотнул, оглядел шары, окружившие его со всех сторон, и резко сорвался с места. Выхватив из-за спины два кинжала, он набросил на оружие покров света и превратился в золотую молнию, пролетевшую между шарами, уклоняясь от выстреливших зелёных лучей.

Некротические лучи раз за разом били туда, где Лешего уже не было, оставляя после себя дымящиеся кратеры. Леший уворачивался, прыгал, вращался в воздухе как юла, постепенно приближаясь к личам.

Взмахнул кинжалом, он рассёк защитный барьер и ворвался внутрь. Левый кинжал швырнул в черепушку лича, стоящего перед ним. Лезвие вошло промеж глаз. Правым кинжалом он прорезал шею костлявого, заставив голову отделиться от тела. Леший ловко поймал череп на лету, засунул пальцы ему в глазницы, убрал кинжал в ножны и тут же выхватил телепортационную костяшку, влив в неё ману.

Глава 3

Хабаровск. Центральная площадь.

Леший материализовался на площади, тяжело дыша. Он сжимал в руке череп лича, который всё ещё был жив, если конечно слово «жив» применимо к нежити. Череп шипел, клацал зубами пытаясь дотянуться до пальцев Лёхи, но это ему никак не удавалось.

— Буду тобой в боулинг играть, — улыбнулся Леший и услышал кашель за спиной.

Обернувшись, он увидел Серого. Тот сидел на корточках и жевал зеленоватое яблоко, осуждающе глядя на Лешего. Откусив последний кусок, Серый резко швырнул огрызок и попал точно в лоб Лёхи. Огрызок разлетелся на куски, оставив на коже неприятный холодок. Леший возмущённо уставился на Серого и выпалил:

— Ты ошалел, лысый? Чё я такого сделал?!

Серый, не торопясь, встал, отряхнул снег со штанов и подошёл ближе:

— За то, что ты, друг мой, превратился в некрофила.

— Чё ты мелешь? Голову застудил, что ли? — возмутился Лёха.

— Когда ты уходил, сказал, что отправляешься налаживать личную жизнь и рванул за красотками. А спустя пару часов я нахожу тебя с черепом, широко разевающим пасть. Страшно представить, что ты собирался с ним сделать, извращуга, — улыбаясь, сказал Серый.

— Да иди ты! Ничего такого я не собирался, и вообще… Чё ты, следишь за мной?

— Если бы я следил за тобой, ты бы не выбрался из города. А так, скорее, я недоследил за своим тупоголовым другом.

Леший расплылся в улыбке и высоко поднял череп:

— Да ладно тебе. Гля, какой трофей приволок! Он всё ещё живой! Скажи «привет»!

Лич разинул костяную пасть. Из глубины черепа вырвалось гортанное шипение, наполненное ненавистью. Серый закатил глаза и, шагнув вперёд, влепил Лешему увесистый подзатыльник.

— Идиот. Когда Мишка узнает о твоих проделках…

Леший схватил Серого за рукав и затараторил:

— Что значит «когда»? Не «если», а «когда»? Серый, ну ты чё?! Подожди! Не рассказывай! Ну пожалуйста! Всё же хорошо прошло! Все живы, здоровы! Я даже трофей добыл! — он потряс черепом перед носом Серого. — Смотри, какой красавчик! Может, я и не сильно потрепал нечисть, но хоть одного лича завалил, это ж уже хорошо, правда?

Серый вздохнул и серьёзно посмотрел на Лешего:

— Лёх. Ты понимаешь, что мог погибнуть? Один против легиона нежити? Ты в себя поверил или забыл, как гвардейцы один за другим подыхали от зелёной дымки?

Леший потупил взгляд:

— Да ничё я не забыл. Но у нас же, типа, иммунитет… — поняв, что отпираться бессмысленно, он добавил. — Я просто не мог сидеть, сложа руки. Иметь силу абсолюта и отсиживаться в столице - это ведь идиотизм.

Серый положил руку на плечо Лешего и вкрадчиво сказал:

— Вот именно, Лёша, ты абсолют. Твоя жизнь дороже тысяч жизней обычных бойцов. Понимаешь? Если ты погибнешь, Империя потеряет огромную силу. Поэтому нельзя действовать в одиночку, — он помолчал и мягче добавил. — Я понимаю твой порыв. Но обещай больше так не дурить.

Леший кивнул:

— Ладно. Если снова потянет на глупости, возьму тебя с собой. Будешь моим голосом разума.

— Отлично. — Серый усмехнулся. — А теперь пошли искать Мишку. Отдадим ему твой трофей.

— А может не стоит? У него и так переживаний хватает, а тут ещё я с этим…

— Стоит, Лёшик, стоит, — настоял Серый, схватил друга за руку и потащил за собой в сторону Императорского дворца.

***

Императорский дворец.

Серый и Леший вошли в тронный зал и остановились, ошарашенно оглядываясь по сторонам. Повсюду кровь и ошмётки человеческого черепа, которые слуги тщательно собирают, пытаясь отчистить белоснежный ковёр от бурых разводов. А ещё у стен валялись двадцать трупов со сломанными шеями. Серый присвистнул и услышал шаги за спиной. Обернувшись, он увидел меня и Артёма, идущих в их сторону по коридору.

— Что случилось? — спросил Серый.

Я пожал плечами, демонстрируя окровавленный рукав:

— Только что предотвратили дворцовый переворот. Граф Филатов и барон Шипилов решили убить Артёма. Привели с собой двадцать магистров, которые оказались некомпетентны и совершенно бесполезны, — я кивнул в сторону трупов и добавил. — Шипилов мёртв, Филатов в темнице. Завтра его повесим в прямом эфире. Пусть все аристократы знают, чем карается желание свергнуть Императора.

Серый кивнул:

— Жестоко, но необходимо.

— А вы уверены, что править с помощью страха это правильно? — спросил Леший, не отводя взгляда от окровавленного стола, где совсем недавно лежало тело Шипилова.

— Я думаю, Лёх, что это единственный способ в кратчайшие сроки прекратить смуту. Ты прав, страхом править вечно не получится. Но нам это и не нужно. Так мы выиграли небольшую передышку, в течение которой попытаемся разделаться с Великими Бедствиями, а после Артём станет замечательным правителем, которого будут любить и воспевать в веках. Верно? — я толкнул брата локтем в бок, но промахнулся, Тёмыч ловко ушел в сторону.

— Нужно побыстрее обзавестись наследником и скинуть на него бремя правления, — фыркнул Артём.

— О, ну с этим проблем у тебя точно не будет. Верно? — ухмыльнулся я.

— Мы чего-то не знаем? — спросил Серый.

— Тёмыч нашел себе жену? Кто-то в здравом уме решил выйти за рядового Сви… — Леший осмотрелся по сторонам, заметил слуг и прикусил язык.

— То-то же. Прикрой рот, пока и тебя не повесили вместе с Филатовым, — улыбнулся Артём.

— Вот оно чё. У тебя теперь Императорская неприкосновенность и иммунитет от тупых шуток? — надулся Леший.

— Типа того, — кивнул Артём.

— Мих, ну раз наш владыка не желает рассказывать, то хоть ты поделись. Красивая у него дама или дурнушку нашел себе? — с издёвкой спросил Леший.

— Скажу только что её зовут Агата. А дальше ломайте голову, друзья. Кто она такая, откуда, и как мой братишка сумел охомутать её, имея такую серьёзную морду, — хихикнул я и на этот раз таки толкнул Артёма локтем в бок.

— Нормальная у меня морда, — нахмурился Артём. — И вообще, что этот полудурок притащил во дворец? — он кивнул в сторону головы лича.

— А-а-а! Это трофей! А фактически, бомба замедленного действия. Наш глупый друг притащил эту головешку и теперь нам предстоит предотвратить распространение чумы в столице, — весело произнёс Серый.

— Да ты достал уже! Это просто трофей. Я на вылазку сходил, и вот… — Лёха замялся и протянул мне голову. — Принёс сувенирчик. Так сказать…

Я закатил глазаи, тяжело вздохнув, подошёл ближе:

— Лёха, как и сказали ребята, ты идиот, — я сделал театральную паузу и, потрепав его по волосам, добавил. — Но за это я тебя, придурка, и люблю. Гони сюда эту головешку.

Леший широко улыбнулся и передал мне череп. Повертев его перед глазами, я стал изучать рунический рисунок, нанесённый на поверхность костной ткани, как вдруг из-за моей спины высунулась морда Азраила. Дракончик высунул язык и облизнулся, оставив на моём костюме след от слюны, а после он громко сглотнул.

— Хочешь погрызть косточку? — спросил я, посмотрев в чёрные глаза дракона.

Азраил снова облизнулсяи кивнул головой, вилял хвостом всё быстрее.

— Стоять. Ты хочешь не поиграть с головешкой, а сожрать душу, привязанную к ней?

Дракон энергично закивал головой, разинул пасть и показал ряды острых зубов. Я подбросил череп вверх, так, чтобы тот приземлился прямо в открытую пасть Азраила. Череп влетел внутрь, и тут же из глазниц лича вырвалась сероватая дымка. Душа закрутилась спиралью и устремилась в пасть дракона. Фиолетовый свет в глазницах лича погас, а череп стал осыпаться прахом, осев сероватым слоем на языке Азраила. Дракон чихнул, выплюнув пепел прямо в лицо Лешего.

Леший закашлялся и стал отплёвываться от серой пыли. Я же расхохотался и стал хлопать Лёху по плечу:

— Ты, конечно, совершил безрассудный поступок, отправившись на вылазку в одиночку. Но вместе с этим ты помог нам нащупать способ, как справиться с Тузом Крестов.

Леший моргнул, не понимая, о чём я говорю:

— В смысле?

Артём и Серый тоже переглянулись озадаченно. Я обернулся и погладил Азраила по шипастой голове. Дракон заурчал от удовольствия и стал вилять хвостом словно пёс:

— Азраил питается душами. А раз он смог выпить душу лича, значит, это весьма необычная нежить. Зачем-то в истлевших костяках Туз Крестов запечатал души. Души, которыми с радостью полакомится Азраил. — Я посмотрел дракону в глаза. — Похоже, что ты наш ключик к победе.

Азраил лизнул меня в щёку. Чёрный язык был шершавым, словно наждачная бумага. Хотя, что значит «словно»? После его языка на моей щеке осталась кровавая полоса, так как дракончик попросту слизнул с меня кожу. Однако я не отстранился, я знал о возможных последствиях, но не увернулся; сам виноват, так сказать. Услышав мои слова, Леший выпрямился, расправил плечи и заявил с самодовольной мордой:

— Это и был мой план! Разведка боем, так сказать, а ещё…

Серый хлопнул Лешего по спине так, что тот пошатнулся:

— Лёх, заткнись, за умного сойдёшь.

Артём усмехнулся:

— Да-да, великий создатель «силы ног», создал ещё и великий план; и попутно едва не подох, реализуя его.

Леший улыбнулся и махнул рукой:

— Да пошли вы.

Мы синхронно расхохотались, а я ощутил, как напряжение уходит. Чёртова гонка со временем меня уже доконала, нехватает вот таких тёплых моментов с друзьями, где можно говорить ни о чём, и просто радоваться жизни. Вот только как я и сказал, времени у нас нет.

— Ладно. Хватит веселиться. У нас появилось оружие против Туза Крестов. Но есть нюанс. Азраил один, и его с лёгкостью прикончит орда нежити. Значит, нам нужно придумать план как доставить дракона на фронт, а самое главное, мы должны защитить его, дав возможность поглощать души.

Артём задумался:

— Может, стоит совершить отвлекающий манёвр? Часть абсолютов атакует с одной стороны, привлекая внимание нежити. А Михаил с Азраилом зайдут с тыла и начнут пожирать души?

— Разумно, — кивнул я. — Но бессмысленно. Ты помнишь, как нам надрали пятую точку в прошлом столкновении с нежитью? Если мы и сейчас вступим в прямое столкновение, то нам конец.

— Тогда стоит использовать тактику монголов, — со знанием дела сказал Серый. — Бей, беги. Нанесли удар, переключили на себя внимание нежити и дали дёру, чтобы после снова ударить и убежать.

— Резонно, — согласился я. — Если я заранее создам пару десятков телепортационных плит, то мы без особых проблем сможем прыгать на сотни километров и безнаказанно атаковать неприятеля.

Леший ухмыльнулся и потёр руки:

— Вот это мне нравится! Когда начинаем?

Я серьёзно посмотрел на него и стальным тоном произнёс:

— Начнём, когда я скажу. А пока отдыхай и набирайся сил.

Леший закатил глаза:

— Как скажешь, мам.

Все рассмеялись. А я сделал вид, что собираюсь ударить Лешего в живот, от чего он напрягся.

— Тогда до встречи. Я свожу Азраила в столовую, а после вернусь, и мы приступим к плану Серого.

Азраил радостно завилял хвостом и побежал за мной к выходу.

— Великий лысый беглец, — хихикнул Леший, и тут же был вынужден уворачиваться от удара Серого. — Да чё я сделал-то?! — выкрикнул Лёха, обогнав меня, и с улыбкой выбежал из дворца.

***

В ста километрах от Краснодара. Руины неизвестного города.

Карим и Валет Бубнов ожесточённо сражались посреди разрушенных зданий. Обломки бетона, искорёженная и оплавленная арматура, обугленные останки домов - всё это было результатом их битвы. Валет давно отбросил свои заклинания, так как они были бесполезны, и использовал лишь стихийные покровы для сражения врукопашную. Нанося удары, Карим улыбался как безумец и кричал, срывая глотку:

— Наконец-то! Драка кость в кость! Именно то, что я так люблю!

Карим ударил правой рукой в челюсть Валета. Хруст. Челюсть треснула, кровь брызнула из разбитых губ. Валет ответил локтем в переносицу. Нос Карима сломался, свернувшись на правый бок, кровь хлынула ручьём. Карим рассмеялся и облизнул текущую кровь:

— Разве это удар? Я покажу тебе, что такое настоящий удар!

Валет выбросил вперёд ногу, пытаясь сломать рёбра Карима, но тот поймал его на противоходе, сместившись влево. Боковой удар Карима врезался в лоб Валета с такой силой, что чернокожий шаман сделал несколько оборотов вокруг своей оси и ударился затылком о заледеневшую землю. Карим сел сверху, притянул к себе Валета и ударил лбом в лицо. Лицевые кости шамана сломались, и глаза быстро стали опухать.

Но Валет даже не думал помирать. Поднявшись на мостик, он сбросил с себя Карима, а вместе с этим умудрился ещё и пнуть его в спину. Карим пробежал десяток метров и развернулся, хищно улыбаясь. Оба обливались кровью, их кости были сломаны, мышцы разорваны. Но регенерация делала своё дело. Переносица Карима с хрустом встала на место. Опухшее лицо Валета стало приходить в норму.

Карим хохотал, готовясь к новому рывку, а его глаза горели безумным восторгом:

— Именно такой битвы я и ждал все эти годы! Противник, равный мне по силе! Без магии! Без артефактов! Только кулаки, кровь и боль! Это прекрасно!

Валет вытер кровь с губ и холодно усмехнулся:

— Ты чокнутый ублюдок. Битва ради битвы лишена смысла. Я не понимаю, ради чего ты дерёшься. Хочешь почувствовать себя живым? Найти достойную смерть?

Карим перестал смеяться и серьёзно посмотрел на Валета Бубнов:

— Жизнь вообще бессмысленна. Каждый сам привносит в неё свой собственный смысл. Кто-то копит богатства. Кто-то строит империи. Кто-то растит детей. Я же жажду лишь одного. Сражений на грани жизни и смерти.

Валет покачал головой:

— Это бред. Ты тратишь силу, дарованную богами, на бессмысленные драки. Ты мог бы править, завоевывать миры, подчиняя их своей воле. Но вместо этого ты дерёшься со мной в руинах забытого города, даже не пытаясь победить.

Карим усмехнулся:

— Раскусил меня? Да, я сражаюсь не в полную силу. А что до твоих слов, то какой в этом смысл. Править народом - это скука смертная. Завоевывать миры? Весело, но как только ты убьёшь сильнейших, радость снова будет потеряна. Изменить мир под себя? Мне плевать на мир и его правила. Всё, что я хочу, так это драться. И ты лучший противник, которого я встречал за долбанные столетия.

Валет вздохнул:

— Жаль, что ты такой тупоголовый. С твоей силой…

Договорить шаман не успел, так как Карим рванул вперёд, выбросив кулак, целясь в грудь. Валет Бубнов уклонился, шагнув в сторону, и нанёс резкий удар коленом в солнечное сплетение.

Удар был чудовищной силы. Вся мощь Валета Бубнов, усиленная стихийными покровами, легла в одну точку. Колено вонзилось в живот Карима, пробило адамантовую плоть и достигло внутренних органов. Словно пушечное ядро, работорговец улетел назад. Пронёсся над землёй и врезался спиной в стену разрушенного здания. Пробив её насквозь, он вылетел с другой стороны и продолжил полёт.

Пролетел двести метров, триста, четыреста… и наконец врезался в холм, зарывшись в землю на десять метров вглубь. Валет вытер кровь с губ. Посмотрел в сторону, куда улетел Карим и усмехнулся:

— Сражение и правда весёлое. Но у меня есть дела поважнее.

Шаман потянулся к мане. Магия Ветра засвистела под его ногами, и Валет взмыл в воздух, устремившись на восток. В сторону Хабаровска. Скорость нарастала с каждой секундой. Сто километров в час, двести, триста. Ветер ревел в ушах, облака проносились мимо. Он пролетел уже километров десять, когда вдруг услышал за спиной громогласный голос и вздрогнул.

— Куда собрался?! Битва ещё не окончена!

***

Хабаровск.

Выйдя за пределы дворца, я направился в сторону телепортационной станции. Следом за мной увязались и Леший с Серым, так как ресторан, в котором они хотели отобедать, располагался неподалёку. Рядом по мостовой клацал когтями Азраил, распугивая прохожих.

Я же мечтал изучить магию Иллюзий, чтобы иметь возможность сделать так, чтобы Азраил для всех выглядел милым щеночком. Щеночком, который, лизнув, может сорвать плоть с костей… Нет уж, пусть лучше будет жуткой образиной, распугивающей всех и вся. От размышлений меня оторвал телефон, вибрирующий в кармане. Достав аппарат, я посмотрел на экран и увидел незнакомый номер. Нахмурившись, поднёс трубку к уху и принял вызов:

— Михаил Константинович? — послышался напряжённый голос с китайским акцентом. — Это Император Чжу Юаньчжан Третий. Простите за беспокойство, но ситуация критическая. Нам нужна ваша помощь.

Глава 4

Признаться, я немного удивился тому, что сам Император Китая звонит мне. Не сказать, что мы друзья с ним. Так, пару раз я угрожал оторвать ему голову и сравнять его империю с землёй, а сейчас он звонит и просит меня о помощи? Вот это новости. Что ж. Постараюсь извлечь из этой ситуации максимальную прибыль. По заветам Шульмана, разумеется.

— Что случилось, Ваше Величество? — лениво спросил я, будто вовсе не был заинтригован его звонком.

Голос Императора дрогнул, и я услышал в нём плохо скрываемый страх:

— На Японию обрушилась волна нежити. Костяные корабли высадили легионы мертвецов на побережье. Некротическая зараза распространяется с невероятной скоростью. Японские войска несут тяжелейшие потери. Если вы не придёте им на помощь, то боюсь, к концу недели от Японии ничего не останется, и мертвяки двинутся дальше.

— Эммм… А я тут причём? Помнится, вы собирали коалицию азиатских стран. Ну так и перебросьте туда все свои силы.

— Мы уже это делаем. Вот только тотально не успеваем укомплектовать войска и перебросить их на острова. Без вашей помощи у нас не будет даже малейших шансов спасти Японию от неминуемого краха.

— Раз не сможете остановить неприятеля, то вам стоит бежать.

— Что, простите? — опешил китайский Император.

— Вы не ослышались. Я рекомендую вам спасаться бегством. Пусть японцы начинают тотальную эвакуацию. Уверен, союзники с радостью примут беженцев.

— Михаил Константинович, признаться, я рассчитывал на…

— Как и я рассчитывал на то, что азиатская коалиция принесёт пользу в борьбе с общим недругом. Но, видимо, я был слишком оптимистичен. Увы, на наши земли также напали мертвяки, и я буду занят в ближайшее…

— Сёгун Японии обещал подарить вам фамильную рекликвию, если придёте на помощь, — сказал Император Китая, поняв, что я набиваю себе цену.

— Реликвию? — задумчиво произнёс я. — Знаете, фарфор династии Цинь, конечно, ценная безделушка, но именно что безделушка. Я больше ценю предметы, имеющие практическое применение.

— Уверяю, вы будете довольны.

— Что ж, в таком случае, я хочу, чтобы все азиатские страны, входящие в вашу коалицию, прислали мне в дар… — я замялся, не зная, какую цифру назвать, а потом ляпнул первое, что пришло на ум. — Двадцать миллионов Слёз Мироздания.

— Сколько?! — выпалил китаец. — Михаил Константинович, вы в своём уме? Откуда у нас столько…

— Во-первых, прикусите язык, — стальным тоном произнёс я. — Вы пришли ко мне просить о помощи, а не я к вам. Во-вторых, меня не интересует, где вы возьмёте столько. Да, я знаю, что аномальная зона лишь отдалённо соприкасается с вашими государствами, но это не моя проблема. Не можете предоставить Слёзы Мироздания? В таком случае я с радостью приму в дар деньги на их приобретение. Возьмём стандартный розничный курс в три сотни рублей за одну Слезу Мироздания; итого вы будете мне должны…

Краем глаза я заметил, что нас догнал запыхавшийся Артём в соболиной шубе. Выглядел он избалованным аристократом, хотя таковым и не являлся. Он вздёрнул подбородок вверх, как бы спрашивая «кто звонит?», я отмахнулся, давая понять, что всё расскажу позже.

— Шесть миллиардов рублей… — закончил за меня фразу Император.

— Именно так. А ещё и фамильную реликвию. Точнее, реликвии для каждого из бойцов, которых я приведу с собой. Не переживайте, их будет не много, — успокоил его я.

— Это очень большая…

— Мертвецу деньги не нужны, — перебил я Императора.

— Вы правы. Мы заплатим, — согласился Император, хотя в его голосе сквозила обида.

Ну и плевать. Пусть обижается. Мне-то что? За шесть миллиардов я могу… Могу… Очень много что могу. А что конкретно, разберусь позже. Разумеется, в бюджет Империи я эти средства никогда не передам. Ещё чего. Казнокрады растащят… Стоп… Мы ведь с Маргаритой Львовной теперь самые главные казнокрады в Империи. Ха-ха. Ну и ладно. Мы-то не ради себя воруем, а на благое дело! Да и то, не воруем, а перенаправляем финансовые потоки.

— В таком случае, можете отводить войска и ждать всадника на белом коне, — сказав это, я посмотрел на Азраила, думая, выдержит ли он мой вес?

Азраил понял мои намеряния и отрицательно покачал головой, как бы говоря «Даже не думай». Пришлось показать ему кулак, чтобы не выделывался. А то ишь чего. Душами его кормлю, а он возить меня не желает? Ага. Ещё чего. Будет катать, как миленький, или я не кашевар!

Помедлив, я добавил:

— Если ситуация станет критической, то можете отправить мирных жителей на территорию Российской Империи. Мы примем беженцев… Да и ваши войска тоже. Создадим последний оплот человечества, так сказать.

Послышался удивлённый голос:

— Вы… предлагаете принять нас на своей земле? Это невероятно великодушно. И…

— И глупо? — закончил за него я. — Да, знаю, что наши нации периодически грызлись, но сейчас немного неподходящее время, чтобы вспоминать былые обиды. Если Китай падёт, нежить хлынет в Россию. Нам выгоднее сражаться, стоя плечом друг к другу. Иначе нам даруют вечную жизнь, которая будет хуже смерти.

— Этого не случится. Я принимаю ваше предложение, но Азиатская коалиция примет бой на своей земле. Без боя мы не отступим.

— Отличный настрой, — кивнул я, хотя он меня не видел. — Кстати, постарайтесь всеми силами защитить лабораторию в Шанхае. Профессор Преображенский, ни много ни мало наша единственная надежда в борьбе с этой заразой. Без регенерационной эссенции мы обречены.

— Да, я это понял ещё в тот раз, когда вы обещали сравнять с землёй мою Империю, — усмехнулся он. — Алхимический комплекс уже охвачен тройным кольцом лучших магов. Если нежить прорвётся к Шанхаю, их встретит нерушимая огненная стена.

— Тогда я спокойно выдвигаюсь за суши… Эммм… Я хотел сказать, на спасение наших японских братьев, — шутливо сказал я и сбросил вызов.

Я убрал телефон в карман и повернулся к Серому, Артёму и Лешему, стоявшим рядом со скрещёнными на груди руками.

— Кто звонил? — спросил Леший.

Я пожал плечами и буднично ответил:

— Император Китайской Империи. Видимо, Преображенский дал ему мой номер телефона.

Лицо Артёма тут же покраснело, брови сдвинулись к переносице:

— Я тут Император! А звонят тебе?! Какого чёрта?! Я тут главный, между прочим! — возмутился брат, заставив нас рассмеяться.

Я примирительно поднял руки и, едва сдерживая смех, сказал:

— Успокойся, Тёма. Во время визита в Китай я пообещал сравнять их страну с землёй, если они обидят Преображенского. Вот они, видать, и решили, что я главный дипломат великой Артёмской Империи.

Артём вздохнул и покачал головой:

— Да, паршивый из тебя дипломат. Годишься лишь для того, чтобы войны развязывать.

— Что есть, то есть, — кивнул я, улыбаясь. — Зато теперь весь азиатский альянс будет у нас в долгу.

Артём задрал голову и посмотрел на небо, с которого сыпались пушистые снежные хлопья:

— Знаешь, вчера приехала делегация из Европы. А именно англичане. Они выражали благодарность за спасение от Короля Червей. А ещё всё время пытались узнать, кто такой этот загадочный Кашевар, и как им вернуть дар владения магией? — он посмотрел на меня с усмешкой и добавил. — Очень хотели узнать.

— Если предложат большие деньги, соглашайся. Выдоим их досуха, а я, так и быть, передам европейцам десяток доминант предрасположенности к магии. Глядишь, через несколько тысяч лет естественная популяция магов восстановится, и они снова будут скалить в нашу сторону зубы, — улыбнулся я.

— Отличный план, — одобрительно хмыкнул Артём. — Иногда я сомневаюсь в том, что мы с тобой произошли от одного отца. На роль твоего папаши больше подошел бы Шульман.

— Молодой человек, таки шо вы такое говорите? Разве я похож на иудея? — попытался я спародировать говор торговца, и вышло весьма сносно, по крайней мере, все расхохотались.

— Ага. Очень похож, — вытирая слёзы, сказал Артём. — А вообще, англичане весьма благодарны за спасение. Вызвались помочь в сражении с нежитью, и даже предложили прислать войска. Но я отказался и рекомендовал им оборонять собственные побережья. Чёрт знает, куда пристанут костяные корабли в следующий раз?

— Знаешь, Тёмыч, а ты весьма мудрый правитель. Я не ошибся, сделав тебя Императором.

Щёки брата порозовели от смущения, и он тут же отмахнулся от меня:

— Да иди ты. Ты сделал меня Императором не потому, что я так хорош, а чтобы сбросить со своих плеч лишние обязательства.

— Ты не прав, братишка. Просто я всегда верил в тебя. Даже в те далёкие дни, когда ты сам в себя не верил и ненавидел того, кем был, — вкрадчиво сказал я, положив руку на плечо брата. — Ты отличный Император, Артём Константинович. Твой род гордится тобой.

Артём шмыгнул носом и отвернулся, но я успел заметить, что задел струны его души, так как глаза брата наполнились слезами. Я же строго посмотрел на Лешего и Серого, надеясь, что они сейчас не болтнут лишнего. Но они и не собирались.

— Ладно. Пора в дорогу. Возьму с собой Азраила, а вы отдыхайте.

— Ага, отдыхайте, ваше высочество. А мы пойдём, — поддакнул Леший приуменьшив титул Артёма.

— А ты куда намылился? — удивлённо спросил я.

Леший самодовольно ухмыльнулся:

— Хочешь, чтобы мы отпустили кашевара одного? Чёрта с два! Готов спорить, там будет весело, а значит, мы не можем этого пропустить.

— Он прав. Ты, конечно, то ещё чудовище, но далеко не бессмертен. Компания тебе явно не помешает, — добавил Серый.

— Выступим единым фронтом, как в былые времена? — спросил я.

— Козлы. Валите уже отсюда, — буркнул Артём.

— Тём, не печалься, в другой раз и тебя возьмём, — пообещал я.

— Очень надо. Мне и в столице весело. Что ни день, то покушение или мятеж, — фыркнул Тёмыч и пошел прочь.

— Тогда развлекайся! — крикнул я ему в след и повернулся к друзьям. — А вы, господа, прошу за мной. И не смейте подыхать.

— Ой-ой. А так хотелось сдохнуть во имя вьетнамцев, — буркнул Леший.

— Японцев, — поправил его Серый.

— Да плевать. Я что тех, что тех никогда не видел, — отмахнулся Леший и бодро зашагал в сторону телепортационной станции.

Спустя десять минут мы вошли в здание, в дальней части которого за столом сидел лысый привратник. Он поднял голову и устало вздохнул:

— Опять вы? Куда на этот раз собираетесь? В центр аномальной зоны?

— В Японию, — коротко сказал я. — В Киото, если точнее.

Привратник поморщился:

— Киото сейчас в огне. Телепортационная плита повреждена и работает нестабильно. Могу перебросить, но возможно вас вышвырнет на десятки километров южнее или севернее, а может, западнее, а может…

— Мы поняли, — прервал я его занудную речь. — Нас устраивает.

Привратник причмокнул губами, лениво поднялся и остановился в центре зала, где начал чертить руны в воздухе. Пальцы двигались размеренно и не спеша, аккуратно выводя светящиеся символы. Пространство задрожало, и появилась синеватая арка портала.

— Удачи, — сухо бросил привратник и вернулся за стол. Судя по всему, неразгаданные кроссворды были важнее нашего перемещения.

Улыбнувшись, я шагнул в портал первым. Азраил тут же последовал за мной, а за ним уже и Серый с Лешим. Темнота поглотила нас на мгновение, а затем мир утонул в алых тонах.

Мы материализовались на центральной площади Киото, и я сразу почувствовал запах гари, крови и разложения. Здания пылали, чёрный дым вздымался столбами в небо. Повсюду валялись разодранные трупы самураев и мирных жителей. Кровь заливала брусчатку, смешиваясь с талым снегом, а трупы уже начинали подрагивать. Пройдёт пара минут, и они поднимутся, повинуясь зову Туза Крестов.

Посмотрев налево, я увидел, что на улицах происходила жуткая резня. Полусгнившие самураи в противогазах и истлевших доспехах рубили мирное население мечами. Их движения были механическими и бездушными. Мёртвые руки поднимали клинки, опускали и поднимали снова, а на землю падали всё новые покойники.

Вдалеке гремели взрывы снарядов. Судя по всему, на окраине города японская армия пыталась сдержать натиск метрвяков. Стрекотали пулемётные очереди, взрывались заклинания, освещая небо разноцветными вспышками. Над городом же парили костяные драконы, поджигая дома зеленоватым пламенем.

В конце улицы над асфальтом парили личи. Я насчитал около двух десятков. Они парили в воздухе, окружённые зеленоватыми щитами, и управляли бойней. Направляли войска, усиливали их заклинаниями и воскрешали павших.

Леший тут же радостно ткнул в них пальцем:

— Во! Я такого же прикончил! Ну вы видели.

Поддерживать его бахвальство я не собирался, поэтому сразу же перешел к раздаче приказов:

— Леший, займись костяными драконами. Не дай им сжечь город. Серый, призови теневых тварей и сдерживай мертвяков, пока мирное население пытается эвакуироваться. Мы с Азраилом отправимся в самое пекло и постараемся не сдохнуть.

— Отличный план. Мне нравится, — улыбнулся Леший и потянулся к мане.

В руке Серого появился топор с чёрным солнцем на лезвии, и в ту же секунду тени вокруг него ожили, формируя контуры тварей, некогда убитых моим другом.

— Вперёд! — рявкнул я, призывая Косу Тьмы.

Леший мгновенно выбросил руки вперёд, фокусируя ману между ладоней. Яркие лучи света вырвались из пальцев и устремились к костяным драконам, парящим над горящим городом. Первый луч пронзил крыло дракона. Кости задымились и стали осыпаться прахом. Это была всего-навсего малюсенькая дырочка на теле огромного дракона, но эта дырочка быстро увеличивалась в размерах, пока крыло не отвалилось вовсе.

Дракон завалился набок, потерял равновесие и вошел в крутое пике, падая вниз. Многотонная туша с грохотом врезалась в жилое здание, пробила крышу и обрушила стены. Облако пыли взметнулось вверх, накрыв собой добрых пятьдесят метров.

Леший тут же выстрелил снова. Ярко-белым лучом отсек хвост второму дракону, другой луч пробил насквозь черепушку третьего. Оставшиеся костяные ящерки попытались уклониться. Маневрировали в воздухе, ныряли вниз и тут же взмывали вверх, пытаясь сбить Лешего с толку. Но сложно сбить с толку того, в ком толку отродясь и не было.

Покров света даровал Лешему не только скорость, но и обострённые рефлексы. Лёха видел движения драконов словно в замедленной съёмке. Раскинув руки в разные стороны, он выпустил веер лучей. Десять лучей из каждого пальца устремились в небо, расчертив его белыми полосами.

Драконы завизжали жутким вибрирующим механическим звуком и стали падать один за другим. Кому-то срезало лапы, кому-то голову или крылья. Один дракон упал на храм, разрушив его до основания. Другой рухнул на площадь, где толпились мирные жители. Леший закричал, метнулся в их сторону, но не успел. Туша с грохотом раздавила сотню человек. Зарычав, Леший снова потянулся к мане.

Серый же расположился на перекрёстке. Его глаза горели могильным пламенем, а тень под ногами ожила. Она расползлась во все стороны, покрыла землю чёрным ковром, из которого появлялись теневые твари. Вервольфы размером с медведя. Птеросы с размахом крыльев в десять метров. Баргуды, крысолюды и полчища прочей пакости.

Одного взгляда было достаточно, чтобы понять. Серый не сидел, сложа руки, всё это время. Вокруг него поднялась тысяча теневых существ. Настоящая армия теней.

— Вперёд. Защитите людей, — стальным тоном произнёс Серый, хотя твари его понимали без слов.

Существа бесшумно сорвались с места и заскользили по улицам, набрасываясь на нежить. Они рвали их клыками, когтями, жалами. Хватали за головы, поднимали на десятки метров вверх, а после сбрасывали на мостовую, превращая в зелёные пятна слизи, из которой торчали сломанные кости.

Серый управлял боем, глядя через глаза своих созданий, направлял их туда, где мирные жители оказались в ловушке. Теневые вервольфы прорывались сквозь толпу мертвецов, создавая безопасный коридор. Люди, не веря своим глазам, в ужасе бежали по этому коридору, рыдали, выли, но бежали, понимая, что это единственный шанс на спасение. Мимо него просеменила сморщенная старушка и сказала на незнакомом языке:

— Аригато, — она низко поклонилась и пристально посмотрела в глаза.

— Мать, беги отсюда. Не понимаю я по-вашему, — буркнул Серый и ощутил такую опасность, от которой волосы на спине встали дыбом.