Эвенхарт: первая книга Роуэна

Пролог

Ритуал был глупый. Ритуал был старый.

Особенно в современном прекрасном мире, где есть чудеса техники, где можно уже не перемещаться на лошадях, где одежда создана из уникальных обработанных нитей…

Ритуал казался пережитком прошлого, за который упорно цеплялись представители Системы.

Кориан вздрагивал каждый раз, когда видел в толпе их белые костюмы и черные галстуки. Иногда они просто гуляли по улицам их города, вглядывались в лица людей, особенно матерей и беременных женщин. Особенно тех, кто был на сносях.

Конечно, все знали, кого они ищут. И зачем.

Когда его собственная жена залетела, они долго обсуждали возможность прекращения этой беременности. К сожалению, их беседы продлились больше двух месяцев, и выбор выскользнул из пальцев.

Следующие семь месяцев были полны тревоги, робкой надежды и слабенькой радости. Потому что, несмотря на грозящую их сыну опасность, Кориан никогда не работал так воодушевленно. И никогда так сильно не молился всем выдуманным и не выдуманным богам.

В положенный срок Клара произвела на свет здорового мальчика. Кориан никогда не был настолько счастлив. Лишь к концу дня он понял, что Ритуала не избежать.

***

Все было просто. По истечении трех лет, когда ребенок уже мог и ползать и ходить, родителям следовало взять отпрыска на ручки и отнести в Центр. Обычно проводился ритуал за три дня до его дня рождения. И перед ребенком вспыхивали четыре экрана со значками. “Ручка”, “мишка”, “кирпичик” и “лопатка”. И дальше уже отпускали дитя и давали ему возможность выбора.

Выбравшего ручку ждало нелегкое бремя: это означало, что в городе родился еще один Служитель Системы. Его работой до конца его жизни становилось писательство. Разумеется, Система давала возможность ребенку отучиться. Но если способности проявлялись раньше, то бывали случаи, что Служителями становились даже одиннадцатилетние дети.

Они отдавали свою творческую энергию, чтобы Город мог жить.

***

Ну и тут существовала лазейка. Выбравшие ручку могли стать просто Представителями Системы - ее солдатами, ее критиками и наблюдателями. Их муштровали на то, чтобы следить за Служителями, не давать им нарушать правила и исправлять то, что им покажется ненужным или неугодным. И все же это было лучше, потому что Представители доживали до почтенного возраста и всегда имели кусок хлеба.

Служители же доживали самое большее до сорока-пятидесяти лет. Никакие лекарства, никакие иные способы не помогали. Если Служитель не писал больше четырех недель, о нем говорили, что он “исписался”. Его мир, живущий на бумаге или экране, забирали, а самого его отправляли в Место Вечной Тишины /круг/.

Оттуда никто еще не выбирался.

***

Кориан с тревогой ждал своего сорокалетия. По крайней мере, у него была семья, и он жил и творил ради них. Прекрасные миры. Сказки. Истории.

Малыша назвали Роуэном. Но чаще мама его ворковала над ним, называя его просто “Роу” или “Ру”.

Система подарила им почти три года счастливой жизни, и все же Кориан не раз и не два ловил сына на том, что тот пытался стащить его электронную ручку.

Все было понятно: малышу предстояло продолжить дело родителя.

***

Робкая надежда на то, что Ру выберет что-то иное, таяла с каждым днем. Клара этому не очень-то удивлялась: Кориан тоже был Служителем, а дар часто передавался по наследству.

В назначенный срок вся семья отправилась в Ратушу, а затем и в комнату для проведения Ритуала.

Ру опустили на пол, дверь закрыли, и малыш остался один в полумраке. Сначала он мало что понимал, а затем зажглись экранчики с картинками, и он издал заинтересованное угуканье.

Сердце Кориана провалилось куда-то внутрь. Он следил за тем, как его сын ползает между светящихся картиночек, тянет пальчики то к одной, то к другой, а затем вдруг сжимает кулачки, и они все разлетаются на пиксели.

Роуэн сломал три таблички из четырех. Оставалась последняя, и он задумчиво смотрел на нее. Она напоминала папину вещь, ту самую, которую трогать нельзя.

Поэтому малыш осторожно поднялся на ножки и протянул к ней пальчики.

– Что ж, выбор все же был сделан, - один из Представителей кивнул. - Мои поздравления, Кориан. Тебя есть кому заменить. У твоего сына отличный творческий потенциал.

– Благодарю, сэр, - Служитель боялся взглянуть на свою жену.

– Приведете его, когда исполнится пять. Нужно измерить творческое начало.

– Конечно, сэр.

В комнате Роуэн все же сжал кулачок, и картинка с ручкой разлетелась на пиксели.

Двери в это время открылись, появились мама с папой, и он разревелся, смутно ощущая, что случилось что-то очень плохое.

Глава 1

Кориан был счастлив уже тем, что сможет увидеть, как растет его сын. Пусть и чувствовал, как мороз бегает по коже каждый раз, когда в их дом приходят Представители. Узнав о том, что Ру продолжит дело своего отца, они приносили подарки. Кубики с буквами и цифрами. Планшет с ручкой. Разноцветные маркеры и альбомы.

Роуэна они не волновали. Он радовался подаркам по мере взросления. Единственный раз, когда он расплакался, был, когда перед ним распаковали кубики. Слишком уж монохромными они были - белые цифры на черном фоне. Мрачновато для ребенка.

Клара же просто старалась быть счастливой, и ей это вполне удавалось. Она кормила и гуляла с Роуэном, нежно любила Кориана, слушала его мысли после работы, не мешала ему отсыпаться в выходные.

Счастливая мирная семья, каких в городе несколько тысяч.

***

Ру научился писать в семь лет. До этого он просто выводил разрозненные буквы и рисовал корявые картинки, которые забирали Представители системы. Даже такая ерунда, созданная очень маленьким мальчиком, могла напитать электричеством одну-две комнаты.

Кориан нередко пытался прятать хоть что-нибудь, но Клара всегда уговаривала его этого не делать. Пусть лучше заберут это, чем Роуэн попадет в Приют.

Приют был страшным местом. Там жили не только дети, от которых отказались родители. Там жили еще и те, кого забирали Представители системы от родителей, не выполняющих условий договора. Эти дети проводили все время, за исключением питания и сна, в Творческой комнате. Им не дозволялось “играть”. Их задачей было создать хоть что-нибудь из чего-нибудь. Бумажные куклы, рисунки, поделки… Все шло в топку безжалостному Городу.

Клара, которая была там однажды, помнила свой собственный ужас. Как на входе стояли те самые люди в черных костюмах, как у нее забрали сделанную ею тряпичную куколку… Хорошо, что потом пришли мама с папой. Хорошо, что ее объявили “неподходящей”.

Она смутно помнила те моменты, когда ее родители говорили с Представителями. Что-то в созданных ею рисунках или поделках смутило их, и ее исключили. Где-то в глубине себя самой Клэр надеялась, что Роуэна тоже сочтут “неподходящим” и тогда ему не придется зарабатывать, отдавая свое творчество городу.

Но с каждой выведенной буквой с огорчением убеждалась, что на это мало шансов.

***

Роу было десять, когда его отец подхватил простуду и не смог писать около двух недель. Мальчик уже неплохо владел клавиатурой, меньше рисовал и больше писал. Иногда даже стихи, которые прятал в коробку под кроватью. Из-за болезни отца Клэр не была так уж внимательна, и поэтому не особенно следила за тем, что делает ее сын.

Кориану стало хуже, температура скакала, и в конце концов, его увезли в больницу. Клэр хотела было взять с собой и Роуэна, но в это время пришла соседка, которую удалось уговорить ее посидеть с мальчиком вечером.

Это была добрая женщина, она прожила всю свою жизнь, работая в бухгалтерии, читая книги и рассказы в свободное время. Ее выбирали, чтобы стать частью Системы, но в итоге она предпочла цифры, и это стало тем, что определило ее судьбу.

Она не знала сказок. Она лишь рассказала ему немного о себе и затем уложила спать. Мальчик уснул очень крепко, ему снился отец, который сидел за своим столом, его пальцы бежали по клавиатуре с невиданной скоростью.

– О чем ты пишешь, пап? - спросил он.

– Это о приключениях двоих людей. Они попали в другую страну, а потом влюбились и у них появился чудесный мальчик.

– Роман, да?

– Это мама тебя научила?

– Нет, Костюм. (маленькому Роуэну сложно было выговорить слово “Представитель”). Он приносил книжку с картинками. На ней было написано Жабры. Или погоди. Жан-ры. Вот. Жанры.

– Тебе нравится этот Костюм?

– Он меня немного пугает. У него глаза как бездонные дыры.

Кориан улыбнулся ему.

– Скоро я закончу, и мы сможем с тобой поиграть.

– Там будет счастливый конец? Мама, папа и сын найдут способ вернуться домой?

– Нет, они создадут свой дом уже в этой стране.

Роу не удержался от разочарованного вздоха.

– А как по мне, лучше, если они просто уйдут в другое место, а этот мир разлетится на куски.

– Но ведь там живут другие люди, сынок.

– Но тогда твои герои будут свободны, нет?

– Никто так не делает, Роуэн, - голос отца звучал смертельно серьезно. - Система запрещает уничтожать миры и убивать персонажей, какими бы ужасными они ни были. Чем дольше книга, тем сильнее твой персонаж. Тем больше в ней силы и энергии.

– То есть, если я вдруг уничтожу кого-то из тех, кого ты написал…

– Может случится все, что угодно. Вплоть до гибели самого автора. Я повязан со своими героями, пусть я и просто веду их.

Роуэн ощутил мягкое прикосновение губ к его лбу.

– А теперь иди спать. А то мама будет волноваться.

***

Мальчик проснулся от того, что его осторожно тронули за плечо.

Старушка-соседка смотрела на него с глубокой печалью.

– Прими мои соболезнования, малыш. Твой отец скончался этой ночью.

– А мама? - глупо переспросил Ру. Ему сложно было понять, что папы больше нет, и он внезапно ощутил испуг за Клэр.

– Я отвезу тебя к ней. В такое время семье лучше держаться вместе.

***

Похороны Роуэн запомнил смутно. Было много костюмов, много людей, одетых в черное. Белой была лишь плита, на которой было выбито имя Кориана. Молочного цвета камень был теплым под его маленькой ладонью.

Потом были посиделки, во время которых он автоматически отвечал на вопросы Костюмов, редких друзей его отца и мамы. Ее лицо было вторым белым пятном посреди всего этого. Он никогда не видел ее такой бледной, словно ее кожу натянули ткань, по которой прошлись утюгом.

Он хотел поговорить с ней, спросить, как было в больнице, что именно произошло, но вокруг было слишком много посторонних. Вскоре его отпустили к себе в комнату, и Роу улегся на кровать, устроился на боку и принялся водить пальчиком по обоям, пытаясь понять, что же будет дальше. Папа так и не дописал свою историю. Теперь это придется делать ему? Но ведь он такой маленький…

За всеми этими мыслями мальчик и не заметил, как уснул. Отца во сне не было, но был Костюм, который бил его по пальцами большой прозрачной линейкой и повторял:

– Твое дело - написать продолжение! Без создателя нет мира! Пиши! Пиши! Если не будет написано десяти страниц за день, ты останешься без сладкого!

– Но я не знаю, что мне писать! И у меня болят пальцы! Перестаньте!

Костюм размахнулся, чтобы ударить его еще, и Роу скатился со стула…наконец приходя в себя. Сон…просто сон. Не более.

Но…кругом еще царила темнота, во рту пересохло, и мальчик осторожно двинулся на кухню, откуда доносились приглушенные голоса. Там обнаружилась Клэр и один из Костюмов. Его лицо выглядело не таким застывшим, как у других, поэтому Роу смутно помнил его.

– А как же…?

– Система дает компенсацию тем, кто потерял кормильца. Ваш сын еще слишком мал, чтобы работать полноценно. Мы дадим ему время обучиться и продолжить дело своего отца.

– Сколько? - спросила мать, и Роу поразился печали в ее голосе.

– Пять лет. Если будут трудности, то семь. Но ваш сын одаренный ребенок. Он уже подает надежды…

– Я понимаю, - сухо произнесла Клэр.

– Еще раз примите мои соболезнования.

Костюм поднялся, мама тоже, и Роу замер в проходе.

– Милый, ты почему не спишь?

– Пить хотел.

Рука у Костюма внезапно была теплая, и мальчик поднял голову, изучая его лицо.

– Славный парень. Мы еще увидимся. Мои соболезнования, Клэр.

– Я провожу, - лаконично ответила женщина. - Роу, молоко в холодильнике. Потом иди ложись. Я приду и проверю.

– Да, мам.

Роуэн поспешил к холодильнику, вытащил оттуда бутылочку с соком и побежал к себе.

Когда Клэр говорила таким тоном, с ней лучше было не спорить.

Глава 2

Представитель не обманул: Роуэну дали пять лет, чтобы закончить обучение. После двух творческих экзаменов его повели в кабинет директора, где парень снова увиделся с тем самым “Костюмом”, которого видел после похорон.

– Очень впечатляющие вещи, - произнес он, глядя на Роу. Тот кивнул, не находя слов. Казалось, будто все их он уже перенес на экран компьютера и теперь внутри головы звенящая пустота. - Через неделю увидимся. Я пришлю за тобой машину.

– На весь день? - спросил Роуэн пустым голосом.

– Первый месяц на полдня. Посмотрим, как ты будешь справляться, - Представитель поднялся и похлопал его по плечу. - Ты можешь гордиться собой, парень! Не каждый выпускник получает работу сразу после окончания основного курса!

– Да, - уголки губ парня поползли вверх, но и только.

– Ну вот и отлично, - Представитель вышел из комнаты, оставив его ноутбук на столе.

Директор школы равнодушно скользнул по лицу Роуэна.

– Документы заберешь у секретаря. Печати уже поставлены. В добрый путь.

– А выпускной? Мне надо на нем быть?

Директор оторвал взгляд от экрана, посмотрел на парня так, словно впервые его увидел. Роуэну на мгновение стало жутко, словно его ощупывали. За пять лет они встретились впервые. Пусть парень и учился не отлично, но в кабинете никогда до этого момента не бывал.

Во взгляде главы школы он прочел странную жадность и нетерпение. И голод.

– Совершенно необязательно. Кроме того, полагаю, что ты будешь уже работать, и тебе вряд ли разрешат покинуть офис до конца дня.

– А вы были там?

– Где? - директор снова раздраженно поднял на него глаза.

– Где работают Представители Системы? И ее Служители?

– Там бывают все работающие люди нашего Города. И твоя мама тоже. Особенно, когда приходит время платить за проживание. Ведь именно мы платим деньги за то, чтобы такие, как вы, могли поддерживать Город в рабочем состоянии. Вы отдаете энергию, мы - делаем всю остальную работу. Так устроен этот мир. И так будет всегда.

– А что, если уехать отсюда? - вырвалось у Роуэна.

– В другой Город? Пожалуйста. Но там не будут столько платить. Да и жизнь за пределами защиты весьма сложная. Многие умирают, когда покидают его. Силы, что живут там, способны стереть само упоминание слова “человек”. Так что, советую отдохнуть как следует. И стать наконец-то достойным членом Системы, Роуэн.

– Конечно, сэр, - еле слышно отвечает парень. - Прощайте.

– Закрой дверь с той стороны.

***

После экзаменов Роуэна звали в ближайшую кофейню отметить окончание обучение, но он отказался. Разговор с директором оставил тягостное впечатление. Хотелось увидеть маму, спросить ее о том, когда она в последний раз была в здании, где работал отец.

После похорон Клэр закрыла кабинет Кориана. Она не пускала туда никого, лишь заходила раз в месяц, чтобы прибраться. Роуэн в эти дни пытался как-то проникнуть, но женщина была бдительна и выставляла его вон, а то и вовсе отправляла гулять или делать уроки.

После посещения кабинета мужа она всегда чувствовала разбитость и потерянность. За пять лет ее любовь к нему не стала меньше. Мысль о том, что ей придется вскоре отдать его сыну, не давала ей покоя. Ей нужны были эти несколько часов наедине с местом, где еще жила частичка души ее мужа. А если Роуэн начнет тут работать, все это исчезнет.

Холодная белая плита не заменит теплоты комнаты.

В те дни, когда Роуэн убегал с друзьями, и приходило время вытирать пыль, Клэр часто представляла себе, что ее муж просто задержался на работе. И сейчас она сделает ему сюрприз - аккуратнее сложит пачки бумаги, положит домашний ноутбук поровнее, вытрет следы от чашек с кофе, поправит картинки на доске.

Потом она пойдет на кухню, аккуратно притворив дверь за собой. Испечет его любимое печенье и принесет ему вечером.

Они запрут дверь на ключ, он посадит ее себе на колени, обнимет и прижмет к себе. И тихо расскажет, как прошел его день.

Когда Клэр чувствовала, что ей становится совсем тяжело, она подхватывала тряпку и ведро с водой и поспешно выходила из кабинета, закрывая его. На мгновение прижималась лбом к теплому дереву двери и поворачивала ключ в замке дважды.

До щелчка.

***

Когда Роуэн вернулся со школы, Клэр уже закончила с печеньем. Взглянув на сына, она вдруг поняла, насколько же он похож на отца. Пусть еще совсем юный, но черты Кориана уже проглядывали в нем, когда он улыбался или хмурился.

– Мама?

– Как экзамены? - Клэр очнулась от своих мыслей. - Я испекла печенье, твое любимое.

– Я все сдал.

Женщина опустилась назад на стул.

– Они дадут еще пару лет, да? Высшее образование - это так важно в наши дни. Я поговорю с…

– Они дали мне неделю на отдых. Они приедут, и я начну работать. Вроде сначала частично, а потом полный день, - Роуэн присел за стол тоже. - Ты была в здании системы? На что это похоже?

Клэр облизнула пересохшие губы, поднялась и вытащила пакет сока из холодильника. Налив его в оба стакана, она поставила один перед сыном, а другой взяла себе. Снова опустившись на стул, Клэр выпила почти половину прежде, чем снова начала говорить.

– Я не бываю там каждый месяц. Тот Представитель, который был на похоронах отца, все устроил так, что я получаю переводы на карту. Мне не надо оплачивать налог, потому что я вдова Служителя. А вскоре и тебе назначат первую ставку. Моей пенсии и твоей ставки хватит, чтобы вести ту жизнь, которую мы привыкли.

– Но ты бывала в кабинете у отца?

Взгляд Клэр метнулся к запертой комнате.

– Я про здание, где он работал.

– Это только на первое время, сынок. Пока ты не станешь работать полноценно по десять часов. Потом тебе будет все равно, где работать. Думаю, со временем тебе все станет ясно. Представитель объяснит. Научит, - она мягко улыбнулась. - Ешь печенье, дорогой.

– А могу я зайти ненадолго к отцу в кабинет? Пожалуйста.

– Ты врядли что-то найдешь там. Кроме того, я убралась там сегодня. Давай как-нибудь в другой раз.

Роуэн хотел было возразить, но взглянул на расстроенное лицо матери, и не стал спорить. Вместо этого он взял свежеиспеченное печенье и откусил кусочек.

– Вкуснятина, мам.

***

Роуэн отправился к себе. Дни, когда мать проводила уборку в кабинете, он не очень-то любил. Она казалась ему замкнутой и потерянной, словно утонувшей в воспоминаниях. Сам он помнил отца смутно. В голове мелькали лишь пара эпизодов, когда они говорили друг с другом.

Улегшись на кровать, парень попытался представить себе его, напрягая воображение. Он постарался не использовать уже сделанные фото и просто положиться на себя.

Выходила не очень-то веселая картина. Отец выглядел нервным, тревожным и его постоянно тянуло к клавиатуре, которая была встроена прямо в стол. Роуэн помнил, что надо было нажать невидимую маленькую кнопку, и потом она появлялась. Клавиши на ней сияли ровным белым цветом, а нажатие было таким мягким, словно на ней никогда не работали.

Но это было не так. Отец работал. Писал что-то. Жаль, Роуэн никогда не видел или не знал, о чем был текст. Та история, что приснилась ему в детстве, уже забылась.

Услышав нежный электронный звук, парень сел на кровати. Его собственный ноутбук, подаренный на четырнадцатилетие, внезапно подал голос. На его электронную почту пришло письмо.

Заинтересовавшись, Роуэн сел за стол. Он сказал себе: это явно очередной спам или кто-то из одноклассников все же решил написать, отметить, что его не было на выпускном…

Открыв почту, он замер на месте. Адрес включал в себя три звездочки. Название письма: “Моему сыну Роуэну в честь начала его карьеры”.

“Какой официоз, - вздохнул парень. - И все же… Сейчас это как никогда актуально”.

Он кликнул по кнопке “Открыть”.

“Мой дорогой сын,

Возможно, к тому времени, как ты станешь Служителем, меня уже не будет рядом. Я предчувствую это с каждым прожитым днем. стараюсь работать как можно усерднее, чтобы тебе было как можно легче продолжить мою книгу.

То, что нужно знать о Служителях, ты найдешь в прикрепленном файле. В письме я расскажу тебе лишь общие вещи.

В твой первый день будут следить особенно пристально. Вся моя работа будет храниться в специальном серийном компьютере. Тебе дадут к нему допуск на несколько недель, пока ты будешь ознакамливаться с Книгой и ее персонажами.

После того, как ты все прочитаешь, сделаешь пометки, тебе предстоит выбрать ту сюжетную линию, что ты будешь продолжать. Будь осмотрителен. Это будет делом всей твоей жизни.

Следующей задачей станет создание плана, по которому ты будешь работать. Как только он появится, нужно будет сдать его в специальное ведомство. Отклоняться от плана строго запрещено! За это могут уменьшить ежедневный паек, и так будет, пока ты не вернешься на первоначальную тропу. Поступи правильно: создай несколько планов и покажи их. Покажи все вероятности, которые могут быть.

Это письмо не будет последним. Жди новых через неделю и больше.

С надеждой на то, что у тебя все получится.

Твой отец

П.С. Они никогда не позволят тебе написать что-то полностью твое. Поэтому будь осторожен”.

Роуэн перечитал письмо. Кажется, тревожность его отца явно не была напрасной.

Жаль,что ему все же не дали доучиться. Что он может написать в свои пятнадцать?

И все же, внутри билось любопытство: что же писал отец?

Опять же, жаль, что такие неоконченные вещи нельзя найти в библиотеке.

Там лежат файлы и книги тех писателей, что уже умерли или чей род уже прервался.

“Библиотека, - подумал он, выключая компьютер. - Мне нужно туда попасть. Обязательно”.