Эвелина де Вилье. Возвращение в Хогвартс

Пролог

«Знать бы хотя бы, где ты и с кем ты? Тепло ли там? Я – то на твоей планете. Слать бы тебе конверты, Как Кай Герде кубики изо льда, прямиком в никуда… Знать бы хотя бы с кем ты да как ты? Честно, кормлю кота, поливаю кактус… В гости к тебе идти по парапету. И не верить бреду, что тебя нету…»

— «Та что» — Бумбокс

Девушка сидела на полу с бокалом вина, облокотившись на стену. В доме играла одна и та же песня, которую знала уже наизусть. Кажется, что она только пришла в себя, пытаясь вспомнить последнюю неделю жизни. Снова и снова прокручивая тот день…

Воспоминание

На пороге стоял Драко. «Он смог открыть дверь, а я нет. Почему?» Бросившись к нему в объятия, Эвелина стала тараторить. Даже было не понятно что она говорит. С трудом ему удалось посадить её на диван.

— Мне нужно тебе кое-что сказать… — начал он.

— Письмо, Драко, — суя под нос ему. — Я его не понимаю, где мама, Сириус? Где Гарри? Что происходит, Драко? Где моя мама?

Она всё понимала и всё отрицала одновременно. Жгучий страх прошёл по венам, её кровь застывала в жилах.

— Драко, пожалуйста, — уже шепча, стала говорить она, взяв его за руку. — Пожалуйста, Драко, скажи, где моя мама… — слезы предательски стекали по щекам.

Он молчал, не в силах это произнести. И вообще, почему он не взял с собой Гарри? Ведь так было гораздо легче сказать. Наконец, набравшись храбрости и подняв на неё свой взгляд:

— Эва, мне так жаль... Мне очень жаль...

— Нет, — вскочив на ноги, — ты её не знаешь, она вот-вот придёт. Она придёт...

Драко встал, подошёл и обнял со спины:

— Милая, её больше нет, — произнося это, он понимал, что сейчас будет, поэтому просто обнял крепче.

— НЕЕЕЕТ! НЕЕЕЕТ! — истерически закричала Эва. — Ты лжёшь!!! Зачем ты врёшь мне, она вот-вот придёт, — стала лепетать девушка, не веря своим ушам. Как будто от её слов будет какая-то польза. Она пыталась выбраться, но он держал её крепко.

— Драко, зачем ты обманываешь меня? Что тебе нужно? Деньги? Я дам сколько угодно. У меня их много, правда, — всё лепетала и лепетала Эва. — Не нужны деньги? А что тогда? Я нужна? Хочешь, возьми меня, ты же этого хочешь, да? — Говоря эти слова, она попыталась снять одежду. Однако Драко держал её так сильно, что она еле могла шевелиться. — Только, пожалуйста, Драко, скажи, где мама…

— Эва, нужно принять тот факт, что твоя мать мертва, — строго сказал он. Если честно, он никогда никого не успокаивал. Он не знал, что нужно делать и что говорить. В очередной раз пожалев, что не взял с собой Гарри, он продолжил:

— Эва, завтра доставят тело твоей мамы сюда, а дальше тебе нужно решить, где хоронить. Ты сможешь взять себя в руки? — Он старался говорить уверенно, не поддаваться эмоциям, но с каждой минутой это становилось всё тяжелей.

— Мертва… Она мертва — опустив руки, лишь повторяла Эва.

Ему показалось, что она успокоилась, поэтому отпустил её. Девушка несколько секунд молчала, потом, вскочив, повернулась к Драко лицом. В эту же секунду его сковали верёвки. «Невербальная магия, чёрт её дери», — пытаясь вырваться, подумал Малфой.

— Драко, если ты не скажешь правду, тебе не поздоровится, — она явно сходила с ума.

«Что же делать? Надо её как-то отвлечь» — в голове Драко стали происходит различные варианты. Но как будто его сама вселенная услышала. Как в этот момент, его рубашка порвалась от веревок именно в том месте… На внутренней части предплечья левой руки красовалась чёрная метка.

— Это что такое? — расслабив тиски, она схватила его руку. — Это что, мать твою, ТАКОЕ? — переходя на крик.

— Я всё объясню, — почувствовав, что его уже ничего не стягивает, он попытался взять её за руку.Эвелина отбросила его руку с презрением, даже с отвращением, в глазах читалось осуждение.

— ПСу нечего делать в моем доме, убирайся. — С таким холодом в голосе сказала она, что казалось, вот-вот все вокруг заледенеет, дверь открылась.

Встав, Драко отряхнул джинсы, пытаясь сделать несколько шагов навстречу к ней.

— Эва, дай мне всё объяснить. Он заставил меня, иначе моя семья пострадала бы... — начал было он, как она его жестко перебила.

— Из-за таких, как ты, слабых, никчемных людишек, моя мать погибла. Из-за вонючих ПСов. Я сказала: пошёл ВОН. — На этих словах Драко вылетел из дома и упал на траву, дверь закрылась.

Он услышал дикий крик и грохот в доме. Подлетев к двери, пытался её открыть, но безрезультатно. Магия тоже не помогала. Он заглянул в окно, в доме творился хаос. Девушка крушила всё на своем пути. Её истерика. Он не мог её слушать. Это было настолько болезненно, настолько отчаянно, что казалось, она вот-вот сойдёт с ума. Но делать нечего, он не может оставить её в таком состоянии. Послав сообщение патронусом Гарри, чтобы тот пришёл, долго ждать не пришлось. Он пришёл с Гермионой. Драко вкратце рассказал, что произошло, и ушёл. Они не были друзьями, даже после всего, что произошло, но не сообщить ЕЁ друзьям он не мог.

Гарри с Гермионой слышали, что творится в доме, и решили подождать. Через несколько часов, когда всё утихло, они постучались, дверь открылась. В комнате творился хаос, всё было разбито, порвано, сломано. Она сидела в углу. Они кинулись к ней.

— Не подходите, я вас не звала, зачем припёрлись? — грубо сказала Эва.

— Эва, милая... — начала было Гермиона, как та заорала.

— НЕ СМЕЙ МЕНЯ ТАК НАЗЫВАТЬ.

— Извини, пожалуйста, — тут же попыталась Гермиона смягчить ситуацию. — Ты не звала, верно. Нас позвал, кхм, Драко.

— И что сказал этот чёртов пожиратель? — с ухмылкой сказала она.

— Он беспокоится, поэтому попросил прийти, поддержать тебя, — отозвался Гарри.

— Ха-ха-ха, — надменно сказала Эва. — Какая ирония. Пожиратель и беспокоиться. Может, он ещё никого не убивал? Не причинял боль? Не смешите меня. Когда Драко вообще хоть о ком-то беспокоился? Он жалкий трус, который спрятался за спинку своего отца. Нет у меня к нему ни уважения, ни жалости. Пусть сгниёт где-нибудь.

— Эвелина, не говори о нём так. Он нам помогал, он не такой... — попыталась хоть как-то оправдать его Гермиона, но была перебита Эвой:

— Даже не смей говорить, что он «не такой плохой», проходили это уже. Я хочу, чтобы вы сейчас же ушли из моего дома и забыли сюда дорогу.

— Эва, мы лишь хотим помочь, — попытался влезть Гарри.

— Я сказала, пошли ВОН из моего дома, — уже повышая голос на последнем слове.

Гарри что-то хотел сказать, но Гермиона потянула его за руку, показывая, что лучше выйти. И на пороге, перед тем как Гарри вышел, Эвелина окликнула его.

— На столе лежит лилия, это твоей мамы от Северуса. Моя мама просила передать тебе. Они бы хотели, чтобы она была у тебя.

Гарри посмотрел по сторонам, сложно было тут найти стол. Увидел вазу на каких-то обломках с двумя цветками одинаковой раскраски. Взяв лилию, поблагодарил и вышел.

Она пошла на кухню и достала бутылку вина. Посмотрев на разбитую посуду и поняв, что вся она разбита, она стала пить с горла. А всё это время за окном сидел Драко...

Первая глава

«Ты не покидай меня, очень прошу

Видишь, что я без тебя не дышу

Не покидай меня, не покидай меня

Не покидай меня, очень прошу»

«Лёд» — SHAMAN

В доме громко играла музыка, Эвелина сидела в гостиной на полу. Все вещи были разбросаны, часть сломана. Это был первый день рождения без неё. Она помнила каждый свой праздник, который устраивала мама. Девушка недавно похоронила мать. Всё, что у неё осталось, — это воспоминания свои и её.

Она просматривала их каждый день, утопая в своей депрессии. Жгучая боль утраты протекала по её венам. Злость несправедливости окутывала её разум. Сердце и душа раскололись на ДО и ПОСЛЕ. Непринятие ситуации её губило. Она стала пить, много пить. Алкоголь позволял ей хоть на время расслабиться и в то же время разжигал в ней искру безумия, из-за которой она крушила всё вокруг.

Эва понимала, что своим поведением она губит себя и свою жизнь, но ей было плевать. Глотнув из бутылки, обжигающий яд полился по горлу внутрь. Эти ощущения хоть и на время давали ей умиротворение, с каждым разом увеличивая дозу алкоголя. Слезы предательски текли по щекам каждый день, как будто у неё не организм, а океан какой-то.

«Да нет, этого не может быть, это всё неправда…». Каждый раз при таких мыслях девушка отрицательно мотала головой.

«Почему она меня оставила? Почему жизнь так несправедлива? Она должна быть рядом со мной». Злясь и крича подобные вопросы.

«А что, если это чья-то шутка и на самом деле она жива и наблюдает за мной? Хочет проверить, как я буду справляться без нее?». С подобными вопросами она всегда вскакивала и начинала убираться в квартире.

После уборки, насколько ей позволяло её состояние, девушка садилась куда-нибудь, и осознание произошедшего ударяло в голову. Она ощущала пустоту внутри себя и боль утраты, беря каждый раз в руку напиток покрепче. В минуты полного невменяемого состояния она понимала, что мамы действительно нет. Ей становилось страшно и одиноко. Никто не остановит её пить и тратить свою жизнь впустую. Никто не заставит её пойти в эту «гребанную» школу доучиваться и смотреть на всех этих людей, причастных к смерти мамы, Сириуса и Северуса. Денег много, на жизнь хватит. Бабушка до сих пор пополняла счёт, хоть и на похороны к дочери она не приехала. Но оно и к лучшему, а то ещё забрала бы с собой во Францию.

Утопая в своих страданиях, ей казалось, что она сходит с ума. У нее не было ни сил, ни желания бороться со всеми этими переживаниями. Она медленно угасала в круговороте своих мыслей, воспоминаний и алкоголе. Находясь в бреду, силуэт мамы мерещился повсюду:

— Я так хочу сказать тебе спасибо за то, что я научилась у тебя твёрдости в этой жизни и смелости. Всё, что я знаю и умею сейчас, — это всё благодаря тебе. Мне тебя так не хватает, я не справляюсь, да и не хочу справляться. Нет мне места без тебя. Мамочка, прошу тебя, назови в последний раз «милая», в последний раз обними, скажи, как ты меня любишь. Ведь я тебя очень люблю, — шептала Эвелина.

Из мыслей ее вырвал стук в дверь, она даже не сразу поняла, что кто-то стучится. Еле встав, она поплелась к двери, падая на каждом шагу. Поняв, что не дойдет, она вспомнила: «Я же чертова волшебница, где же эта дурацкая палочка?» Кое-как она нашла палочку где-то в углу. С ее помощью она открыла дверь, так и оставшись сидеть на полу.

На пороге стоял парень. Прищурив глаза, чтобы понять, кто это, все равно не смогла разобрать черты, махнув рукой, попыталась встать. Не выпуская из рук бутылку, она одной рукой пыталась держаться за стену. Кто-то подхватил ее за локоть и помог. В нос ударил запах мяты и цитруса.

— Аааа, это ты… Зачем (ик) приперся? Я тебе (ик) в прошлый раз всё сказала, еле выговорила девушка.

— Разговаривать сейчас явно не твой конек, — держа ее за руку, сказал парень, не скрывая в голосе раздражение.

— Пфф, пошел вон (ик), — вырывая руку. — Тебя сюда (ик) никто не звал, — старалась говорить твердо и уверенно, но куда уж ей, учитывая количество алкоголя в крови.

Она попыталась пойти куда-то вдоль стены, не забывая отпивать из бутылки.

— Эвелина, еб твою мать, ты можешь хотя бы 5 минут не пить и поговорить со мной? — переходя на крик. Девушка резко развернулась, ее глаза были черные как смоль.

— Не смей повышать голос в моем доме, Малфой, — она сказала это так четко и уверенно, что можно было бы предположить, что она симулирует пьяное состояние. Как ее глаза снова приобрели небесно–черный цвет, она икнула и отвернулась, пытаясь куда–то дойти.

По ее глазам потекли слезы. Она вспомнила встречу мамы и Снейпа, на этом же месте, которая произошла два года назад. Парень злился, сжимая кулаки.

— Вот скажи мне, Малфой, что ПСу нужно в моем доме? — она повернулась к нему, шатаясь, вся в слезах, еле разговаривая. У нее был жалкий вид. Очень жалкий.

— Не называй меня так, — процедив сквозь зубы, трясясь от гнева. — Я пришел сюда поговорить с тобой. Ты что, думаешь, ты одна кого-то потеряла в этой войне? Мы все кого-то потеряли, — на этих словах он подошел к ней так близко. Эва, впитывая всю ярость от юноши, стала кричать:

— А мне плевать на других людей. Мне плевать, кто и кого потерял, ясно? Мне важна моя потеря, моя жизнь. — Драко молча на нее смотрел. Она, смахнув слезы, продолжила уже более спокойнее: — Ты мудак, Драко. Жалкий. Никчемный. Мудак, — на этих словах он замахнулся, она инстинктивно зажмурилась, отвернувшись. Спустя секунду девушка почувствовала, как ее обнимают его руки, легкие наполнялись мятно-цитрусовым воздухом.

— Хватит пить, тебе нужно с кем-нибудь поговорить, — мягко проговорил Малфой, уткнувшись в ее волосы.

— Ооо, поверь, ты последний, с кем я захочу поговорить, — и отталкивая парня от себя. — Убирайся, Малфой. Забудь сюда дорогу. Как ты мне в прошлый раз сказал? Забыть тебя? Так вот и ты меня забудь. ПОШЕЛ ПРОЧЬ, — последние слова она прокричала.

Он старался держать ее крепко в момент, когда она вырывалась. Бутылка выпала из ее рук, дотянуться до палочки не было возможности, но ее это не остановило, она отбросила его от себя. Он был удивлен, что девушка в таком состоянии смогла воспользоваться невербальной магией.

— Ты об этом пожалеешь, де Вилье, — выплюнув эти слова, вышел из дома.

— Пошел отсюда, — крикнув ему вслед.

«Мудак, блять», — девушка закрыла дверь, подняв с пола бутылку.

— С днем рождения, Эвелина, — выпивая с горла. — Твое здоровье, — поднимая бутылку и делая еще один глоток, сев на пол и обхватив себя руками. Она была слишком пьяна и слишком устала, поэтому неудивительно, что так быстро уснула.

Вторая глава

Мир вокруг неё крутил, называл странной

Выхода не находила — пряталась в ванной

Плакать будет долго ли? гадали, да думали

По утру пила эспрессо возле фонтана

Небо с интересом наблюдало за планом

Станет легче, знает ли? гадали, да думали

«Пряталась в ванной» — Мари Краймбрери

Эвелина открыла глаза, смотря в потолок, в комнату проникали лучи солнца, голова нещадно болела. Как оказалось, она лежала в своей кровати. До этого она спала либо где уснет, либо, если повезет доползти, на диване. Повернув голову к окну, на тумбочке она увидела флакон. Руки потянулись к нему. «Антипохмельное зелье», — гласила надпись.

«Тут кто-то был?» Она выпила, это зелье оставило после себя послевкусие мяты, подумав: «Ну если оно и отравлено, то так тому и быть». Зелье было отличным.

Спустя несколько минут головная боль прошла, желудок пришел в порядок, она стала чувствовать даже некую бодрость, а не постоянную апатию. Встав с кровати, девушка медленно направилась к двери. Ей приходилось ступать осторожно, так как боялась, что незваные гости еще тут.

«Ой, как не хотелось бы кого-то встретить в таком-то виде». Лестница пройдена успешно, холл был чистый, мебель починена,

«Надо обязательно поблагодарить этого доброго человека», а еще стоял вкусный запах. Запах домашней еды. Дойдя до кухни, легонько ее толкнула, и сразу послышались звуки готовки и голоса. Видимо, «Оглохни» было наложено на дверь.

— Эвелина, кто-то заключил ее в объятия. В глаза бросились рыжие волосы.

— Джинни? — удивленно прошептала, поворачивая голову в другую сторону. — Гермиона? Миссис Уизли?

— Ох, дорогая, — к ней подоспела Молли и крепко прижала к себе. — Моя дорогая девочка, ты умылась? Садись, сейчас завтрак будет на столе. Эвелина была в недоумении, —«Кто их позвал сюда? Я? Ничего не помню…»

— Пойдем, я провожу тебя в ванну, — беря за руку, сказала Гермиона. Они вышли.

— Эмм, Герм, а что Вы здесь делаете? — как-то неуверенно начала та.

— Прости, мы должны были раньше прийти или как минимум тебя забрать, — виновата пробормотала Гермиона. — Малфой, мы с ним встретились пару дней назад в Министерстве магии, у них было слушание. Он и рассказал. Я сразу к Гарри, ну а он к Джинни... А там и Миссис Уизли услышала... И вот мы тут.

— Подожди, подожди, что значит несколько дней? Какое сегодня число?

— 1 июня.

— Вчера только было 15 мая, — и, видя, что Гермиона опустила глаза вниз, явно что-то скрывая, — Миона, рассказывай, что произошло сейчас же, — та лишь достала флакон и отдала его Эве:

— Вот посмотри, только прошу тебя, давай после завтрака. Ты не ела столько дней, — умоляюще посмотрев.

— Я очень голодная, — улыбнулась Эвелина.

После ванны девушки вернулись на кухню, где стол уже был накрыт различными яствами. Эвелина положила всего понемножку и, боясь накинуться на еду, ела медленно. Стояла тишина, гости боялись что-то сказать, чтобы не спугнуть хозяйку дома.

— Как… как дела у вас, миссис Уизли? — запнувшись, спросила Эва.

— Дорогая, у нас всё хорошо. Гарри поступает в Отдел магического правопорядка, в Управление мракоборцев. После всего, что случилось, его берут и без экзаменов, но обещал мне, что их всё-таки сдаст в следующем году вместе с Гермионой, — улыбаясь, проговорила. — Рон решил помогать Джорджу в их магазине. Билл женился на Флёр, ну, ты их видела на площади Гриммо в том году.

Только после произнесения этой фразы она поняла, что сказала. Все замерли. Эва при упоминании этой улицы уронила вилку на пол.

— Я принесу другую, — быстро залепетала Молли. С помощью палочки дала чистую вилку, а с пола отправила в раковину.

— Я вот возвращаюсь в школу. Считаю, что нужно закончить, как положено, — быстро заговорила Гермиона.

— А я хочу после учебы подать заявку в команду «Холихедские гарпии». Они меня предварительно одобрили, — улыбнувшись, сказала Джинни.

Эва молчала, она чувствовала все их переживания, страх, беспокойство. Она понимала, что эти чувства относятся к ней. Она была благодарна за заботу, но от этого было тяжелее. «Война коснулась всех» — это она понимала.

— Спасибо, всё было очень вкусно, миссис Уизли. — Закончив завтрак, проговорила девушка.

— Не за что, дорогая. Может, ты переедешь к нам? — обнимая, спросила женщина.

— Благодарю за приглашение и заботу, но это мой дом.

Молли вытерла слезу и начала убирать со стола, выгнав девочек из кухни. Девочки сели на диван, каждая не знала что сказать.

— Мы решили с Гарри повременить с отношениями, вдруг начала Джинни.

— Почему? — удивлённо спросила Эва.

— Если честно, я не хочу проверять отношения на расстоянии. Да и потом, планирую в команду «Холихедские гарпии» попасть. А они часто в разъездах, а Гарри станет более офисным сотрудником, хотя с этими рейдами... Поэтому вот решили повременить. Короче, посмотрим, что будет. Надеюсь, я вас не огорчила такими новостями, и мы будем общаться, как и всегда. — Сделав выдох.

— А мы с Роном тоже решили повременить, точнее, я попросила время. Мы были столько времени вместе, «Золотое Трио», блин, — закатив глаза. — Если честно, не знаю, что я к нему испытываю... Больше всего я переживала за наши с тобой отношения, Джин, он все-таки твой брат, — замялась Гермиона.

— Гермиона, он всего лишь мой брат. Конечно, мне бы хотелось с тобой породниться, но не мне с ним жить и тем более делить кровать, — рыжеволосая девушка взяла её за руку. Они обе посмотрели на Эву.

— А что вы на меня так смотрите? Я как была свободной, так ей и осталась. А уж с кем вам встречаться, решите как-нибудь сами. Для дружбы это не имеет никакого отношения. По мне, хоть встречайтесь с Кребом и Гойлом, — девушки рассмеялись. — Пойдемте на улицу, — Эвелина встала, идя в направлении к двери, подруги поспешно встали и пошли за ней.

Дверь открылась, в комнату влетел прохладный ветерок, обдувая лицо. Закрыв глаза, Эва вздохнула полной грудью. Было ощущение, что она давно не дышала свежим воздухом. А собственно, когда она последний раз выходила на улицу? Недели три назад, после прочтения письма от мамы, которое ей отдал Драко, когда она проснулась. Тогда он вылетел из дома, и, если бы не парень, который держал её, пока та билась в истерике, неизвестно, что случилось бы. Девушка глубоко вздохнула от своих мыслей.

На крыльце так же стояло кресло-качалка, рядом на тумбочке лежала книга, видимо, её мама оставила. Взяв книгу, прижала к себе. Делая шаги вперёд, её тело отдавалось какой-то болью, в голове вспыхивали фрагменты прошлого. Она дошла до деревьев, на которых было натянуто несколько гамаков. На глаза наворачивались слезы. Совсем недавно она тут лежала с мамой, а рядом был Сириус.

— Будет больно каждый раз, — прошептала Джинни. — Я знаю, что говорю. — Эвелина повернулась к ней. «Она потеряла брата, с которым жила всю свою жизнь, как и я с мамой», — с этими мыслями подошла и обняла.

— Со временем боль притупится, но, к сожалению, не исчезнет, — то ли говоря это Эвелине, то ли себе, Джинни не знала.

— Нужно создавать новые воспоминания, — и с этими словами Гермиона залезла и легла в гамак.

Девочки переглянулись и сделали то же самое. Через пару дней уехала миссис Уизли, взяв обещание, что Эва приедет в гости. Ей на замену приехали Гарри и Рон, девчонки решили ещё погостить. Эвелина понимала, что они просто боятся её оставить одну. И она была благодарна за это.

Так они впятером гуляли по деревушке. Эвелина им показала достопримечательности, а их было две. Водопроводная башня и искусственное озеро. Они много гуляли. Хоть деревушка была небольшая, но очень красивая, как отметила Гермиона. Домой возвращались только под вечер. Тем самым они возвращали к жизни ту, которая была им очень дорога. Но быть всегда они тоже не могли. И настал тот день, когда все разъехались. Закрыв дверь за последним гостем, Эвелина повернулась к пустому холлу. В доме стояла мертвая тишина.

«Раз… Два… Три… Дыши, Эва, дыши». Это тишина её убивала изнутри. Все мысли снова пришли в направлении алкоголя. Пройдя на кухню, достала бутылку вина. Не успев отпить из бокала, перед её глазами предстал образ девушки.

Белая кожа, чёрные волосы, на правой стороне лица шрам, который был от подбородка до основания волос на лбу, белые глаза. Одета в длинное черное платье с глубоким вырезом, который подчеркивал не столько её грудь, сколько кулон белоснежного цвета, который слегка поблескивал лунным оттенком. На голове головной убор, похожий на кокошник. Длинные ногти, которые переходили из белого цвета к черному, кончики пальцев искрились и поблескивали, в руке посох, сверху которого был заостренный серп, а на плече сидел ворон. От неё веяло морозом. И тьмой...

— Здравствуй, Эвелина, — голос был ледяной, а изо рта шёл пар, как зимой на улице. Девушка, нащупав свою палочку за спиной, достав, направила на незваную гостью.

— Кто ты? — Эва старалась говорить уверенным голосом и не подавать виду, что по её телу прошла холодная волна страха.

— А ты разве меня не узнаешь? — как-то грустно ответила девушка, став глазами что-то выискивать, поворачивая голову в разные стороны. Отвернувшись от неё, она прошла в гостиную, следом за ней спешила Эвелина, держа палочку наготове.

— Ах вот оно что — с улыбкой проговорила незнакомка смотря в зеркало — Ты меня не узнаешь в таком облике.

Эвелина внимательно смотрела на неё, пытаясь понять, кто же она. Девушка напротив лишь улыбалась и ждала, гладя возле ног своего волка, который появился непонятно когда и как. В её голове зашевелились шестерёнки, как после долгого застоя, смазанные маслом. Сначала смотрела на неё как-то скептически, с недоверием, но чем больше смотрела, тем больше понимала, кто это. Спустя несколько минут она спросила:

— Морана? — ещё с недоверием спросила Эвелина.

— Долго же до тебя доходит, — Морана смотрела, явно удовлетворенная тем, что её узнали без каких-либо подсказок. Глаза Эвы расширились, и она быстрыми шагами направилась к ней. Подойдя ближе, она хотела обнять её, но прошла лишь сквозь неё. Ворон на плече издала «кар», протягивая букву «р».

— Прости, Эв, пока меня видишь и слышишь только ты, — слегка улыбаясь, ответила Мора.

— Но почему? Когда остальные тебя смогут увидеть? — с какой-то надеждой спросила та.

— Когда ты позволишь мне вернуться, но об этом поговорим позже. Сейчас я хочу поговорить о другом — её голос отдавался холодом, да и в комнате становилось прохладно.

— О чем же? — девушки сели на диван, а волк улегся между их ног на полу.

— Твоё поведение, оно меня не устраивает.

— Позволь мне судить, как реагировать на смерть мамы.

— Ты выходишь уже за рамки человеческих норм скорби.

— Не тебе меня учить, — огрызнулась Эва.

— А кому? Может, твоим подругам, которые бросили тебя здесь одну? Или, может, тому светловолосому юноше, который стёр тебе воспоминания за несколько дней, проведённых вместе?

— Что? Ты говоришь о Драко?

— Не помню, как его зовут. Только знаю, что спустя две недели он ушёл и попытался стереть воспоминания об этом.

— Что значит «пытался»?

— То и значит. Я-то всё помню, а он оставил тебе лишь флакончик, и что-то мне подсказывает, что там далеко не всё.

— Ну так верни мне мои воспоминания, — Эвелина старалась говорить строго, но учтиво, всё-таки перед ней сидит Богиня.

— Сбавь тон, девочка, — кровь в жилах застыла на несколько секунд после её голоса, — сначала посмотрим, что оставил тебе этот Дракон, а потом уже посмотрим исходники. — Девушки замолчали.

На лице Богине еле еле дернулись уголки губ, а Эва думала как бы не перегнуть палку в общении с ней, хоть она и не осязаема, но кто её знает что она может, все-таки Богиня. Её размышления прервал стук в дверь, обернувшись на секунду в ту сторону, Морана уже исчезла.

Третья глава

Просто рано выросла

Она сильная, он был слаб

Проблему не смог решить

Но нашел кучу причин…

…Она хочет быть одна

Любовь выпита до дна

Кто бы к ней не подходил

В итоге уйдет один

«Она Хочет» — Мичелз

Эвелина ощутила знакомое чувство «за дверью кто-то знакомый», успокоившись, она подошла к двери и открыла дверь.

— Здравствуй, Эвелина, — на пороге стояла женщина со светлыми волосами.

— Миссис Малфой? — удивлённо сказав, тут же опомнившись, рукой пригласила в дом. Пройдя на кухню, — вина?

— Если можно, — подходя ближе, она села за стол.

— Чем обязана такому визиту? — наливая и подавая бокал, спросила девушка.

— Я хотела проведать тебя, — нервно отпив.

— Вы знаете о моих способностях, миссис Малфой?

— Зови меня просто Нарцисса или Цисси, тошнит уже от этих формальностей. Одним глотком опустошая бокал, девушка налила ещё. — Спасибо, — улыбнувшись, сказала.

— Так зачем вы здесь?

— Твоя мама, — нервно крутя бокал в руках, — она попросила передать тебе — вынув конверт, положив на стол, сделав паузу, продолжила, — и приглядеть за тобой.

— Я удивлена, что вы знакомы с моей мамой, точнее, были знакомы, — поправила себя, забирая конверт от матери.

— Мы и не были знакомы. Я слышала о ней только раз, когда помогала Северусу много лет назад, и там… На поле боя… Она спасла Драко, — её голос дрогнул, взяв себя в руки, продолжила: — Она оттолкнула его, и заклятие попало в неё. Мы с Драко оттащили её в какой-то кабинет. Он ушел, а я осталась с ней. Мы говорили, она рассказала о тебе, я — о Драко. Придя в себя, мы с ней разошлись, после всего случившегося мой сын передал мне письмо от неё. — На этих словах она вынула письмо и протянула Эве, та, схватив, стала читать.

«Здравствуй, Нарцисса.

Благодарю тебя за помощь. Да, это я была той девушкой, которой помогал Северус скрыться, но, думаю, ты это и так знаешь. Я понимаю, ты не выбирала этот путь, ты лишь шла за тем, кого любишь. Каждый из нас делает свой выбор. Однажды и я выбрала того, кого люблю, а позже и ту, которую люблю.

Я благодарю тебя за то, каким ты вырастила своего сына, несмотря на все трудности и темное время. Уверена, он станет хорошим мужчиной. Мне кажется, ты, как мать, чувствуешь, что у него на сердце, помоги ему справиться. И ещё одно. У меня к тебе просьба. Позаботься о моей дочери, ей понадобится поддержка. Материнская поддержка. Только прошу тебя, не говори об этом Драко».

Слёзы градом стекали по ее щекам. Эвелина отложила письмо, осушив бокал полностью, она налила еще. Нарцисса забрала свое письмо и убрала.

— Эва, что происходит между тобой и моим сыном?

— Не знаю. Правда. Мы пару раз целовались, не более, — как-то лукаво проговорила.

— Но все же…

— Он приходил ко мне пару раз. Если честно, я плохо помню, слишком была пьяна. Помню, что сильно поругались, а еще, — достав из кармана флакон с воспоминанием, поставила на стол. — Вот это. Гермиона отдала мне, сказала, что Драко передал. Но я его не смотрела… Посмотрите со мной? — взглянув на Нарциссу.

— Почту за честь, — она мило улыбнулась.

Они поднялись на второй этаж, Эва достала Омут памяти и вылила содержимое флакона. Они обе нырнули в воспоминание.

Повествование от имени Драко Малфоя.

«Да что себе позволяет эта девчонка?» — вылетев из ее дома, думал Малфой. «Кто позволил ей так со мной разговаривать?»

Он шёл вперёд, даже не понимая куда. В нем кипела ярость, руки сжимались в кулак.

— Да пошла ты к черту, де Вилье, — повернувшись к дому, прокричал.

Подойдя к дереву, он остановился и ударил кулаком об ствол, потом прислонился к дереву лбом.

— Да, Мерлин! — гневно произнёс, подняв голову к небу, Драко развернулся и пошел обратно в дом.

Зайдя, он увидел странную картину. Посреди всего хлама Эвелина мирно спала, облокотившись к стене, положив голову на колени. Он взял ее на руки и отнес наверх, уложив в кровать. Но как только собрался отойти от нее, она схватила его за руку.

— Не уходи, прошу тебя, — девушка попыталась встать.

— Я здесь, но тебе нужно поспать. А когда ты проснёшься, я буду рядом, — говоря это, он сел на кровать рядом, одной рукой держа её руку, другой гладя по щеке.

Она моментально уснула. Он вздохнул. Спустившись вниз, «ну и устроила она тут, конечно» стал убираться. Не заметив, как уже наступило утро и первые лучи солнца мягко коснулись дома. От усталости парень сел на диван и не заметил, как уснул.

Открыв глаза, он почувствовал на своих ногах тяжесть, а его рука была поверх чего-то мягкого и шелковистого. На диване мирно лежала Эвелина, головой на его коленях. Он пошевелился, пытаясь встать, она пошевелилась в ответ.

— Доброе утро, — послышался сонный голос Эвелины.

— Ты чего тут? — поинтересовался Драко.

— Мне приснился кошмар, — поняв, что уже не уснёт, села на диван. Зевая и потягиваясь.

– Ты голодная? — не выпуская руки.

— Да, закажем пиццу или суши? — Он лишь удивлённо на неё посмотрел. — Точно, я и забыла, что ты никогда это не пробовал. Или ПСу негоже пробовать магловскую еду?! — Говоря последнюю фразу, она встала и направилась на кухню, внутри него кипела ярость. Послышался звон бокалов.

— Эвелина, ты что делаешь? — вставая и идя к ней.

— Вино, — показывая бутылку, — будешь? — отпивая из бокала.

— Сейчас утро, какое вино? — смотря, как Эва опустошила свой первый бокал, наливала второй. Она лишь пожала плечами и на всякий случай налила вино или для него.

— Чай, кофе в этом шкафчике, сок в холодильнике, бери что хочешь

На этих словах девушка вышла из кухни и направилась на диван. Поудобнее сев, достала телефон и начала смотреть доставку. Драко, взяв бокал, направился к ней.

— Ооо, у тебя есть телефон?

— Ооо, ты знаешь, что такое телефон? Похвально, похвально.

— Дай свой номер, — достал свой телефон, — Блейз научил год назад. Нужен был способ связываться, чтобы никто не знал.

— У тебя что, был телефон, когда мой папаша хотел уничтожить всё, что было связано с маглами?

— Я пересмотрел свои взгляды, — пожимая плечами, промолвил парень.

— Малфой, ты меня удивляешь. Ладно, я заказала доставку, через час привезут.

— Ты всегда пьёшь по утрам?

— После новости о смерти мамы…

— 2 недели? Не просыхая? Ты что, блять, с ума сошла? — Эвелина лишь пожала плечами и пошла на кухню за бутылкой.

Спустя час им привезли еду. Он отметил, что это было очень вкусно. Эва лишь довольно кивнула. Парень рассказывал, как прошли для него эти полтора года. Она сидела и внимательно слушала. Ему становилось легче. Он и не думал, что всё это время нужно было просто с кем-то поговорить. Рассказать, что он пережил. Все только тыкали в него пальцем, называя пожирателем смерти. Но никто не пытался даже представить, что ему пришлось пережить. Эвелина принесла ещё вина.

— Эв, может, хватит уже? Это третья бутылка.

— Начнёшь читать мне нотации — пойдёшь за дверь.

— Ты угрожаешь мне? — как-то игриво сказал Драко.

— Ой, упаси Господи, больно надо мне переходить дорогу ПСу. — Эва поняла, что перегнула палку. — Прости, Драко, случайно вырвалось, прошу, не злись.

И он перестал злиться. Действительно перестал. После её прикосновения злость, бушевавшая в нем, испарилась.

— Ты умеешь забирать эмоции? — удивлённо спросил.

— Наверное… Не знаю… Мама говорила, что на близких людей способность реагирует по-разному. Я так и не научилась это контролировать.

Голос дрогнул, на глазах наворачивались слезы. Малфой это увидел и прижал её к себе.

Воспоминание обрывается и начинается другое.

Они сидели на диване, за окном было темно. В её руке было письмо, которое Орадея адресовала Драко.

«Здравствуй, Драко.

Не буду ходить вокруг да около. Я хочу попросить тебя о помощи. Мне кажется, ты единственный, кто сможет это сделать безболезненно для моей дочери. Если я не вернусь, Эвелине необходимо выпить несколько зелий, чтобы до конца завершить ритуал. Они лежат в моей комнате, сейф за портретом. Он откроется, как только ты прикоснешься к нему. Все зелья подписаны, а также приложена инструкция. Она уснет, возможно, на несколько дней или недель, нужно будет ухаживать за ней. Давать другие зелья для поддержки жизни. Ей нужно объяснить, что сущность уснет навсегда, я знаю, они подружились, но ей не место рядом с Эвой. Возможно, побочные эффекты — потеря каких-либо воспоминаний. С тобой ей будет комфортно это сделать».

— Значит, нужно пить, — вытирая слезы, сказала Эвелина.

— Я ознакомился с инструкцией и записями, которые оставила Орадея.

— Я должна просто выпить его?

— Сначала я скажу, что узнал из записей.

— Слушаю.

— Если вкратце, у тебя будет внутренняя борьба с твоим вторым я. Она будет блокировать твою память на воспоминания или чувства. И это может случиться не сразу, а в течение пяти месяцев, но это гарантирует не возврат твоего второго я.

— Но я могу и проиграть, верно? Тогда она завладеет моим телом и разумом? То есть ты хочешь сказать, что я могу забыть смерть мамы или любовь к тебе? — спокойно спросила Эва.

— Я не знаю, — прокашлял он.

Никто ещё не говорил так спокойно о любви к нему. В школе все вешались на него из-за статуса, из-за власти отца и из-за богатства. Все они крутились, показывая, кем они на самом деле не являлись. И даже говорили о любви всегда как-то приторно, сладко и фальшиво.

— А если я не выпью?

— Она написала, что рано или поздно сущность вернётся, и тогда её не убрать с помощью одного ритуала…

— Я подумаю…

— А чего тут думать, Эв? Ты же не хочешь, чтобы она вернулась? Или…

— Я не знаю, понятно? Не знаю… — огрызнулась девушка со слезами на глазах.

Воспоминание обрывается и начинается другое.

— Эва, может, хватит тянуть с зельем? — Он стоял возле дивана.

— Я знаю, просто страшно… — Девушка опустила голову, стоя возле окна.

— Не бойся, это же от твоей мамы.

Драко подошёл, доставая руки из кармана, и обнял её. За окном лил дождь.

На этом воспоминания закончились.

— То есть я просто выпила зелье и заснула на несколько дней, не помня этого времени, что он показал? В чем смысл? Почему он не мог дождаться, когда я проснусь, и самому все рассказать? Ничего не понимаю, — Эва опустила голову.

— Если честно, я тоже, — как-то неуверенно начала женщина. — Может, спустимся вниз?

На лестнице Нарцисса вспомнила, что, кажется, забыла палочку в комнате, и попросила разрешение вернуться. Сказала, что сама найдёт, а Эва может подождать её на кухне. Как только Эва спустилась, женщина быстрыми шагами дошла до комнаты, только не там, где стоит омут, а в комнату Эвелины. Недолго думая, она повернула ручку и зашла. Стала что-то искать на полу.

— Нарцисса, вы это ищете? — женщина резко повернулась, стоя на коленях. В проеме стояла девушка, держа в руке записку. Голос был холоднее стали.

— Эва, я могу всё объяснить… — вставая с колен, пытаясь подойти.

— Что вы мне сможете объяснить? Что воспользовались именем моей матери, чтобы втереться в доверие? Или что ваш сын — трус? Вместо того чтобы прийти самому, послал свою мать…

— Эва, всё не так, ему просто тяжело…

— Для вас я мисс де Вилье, — перебив, не дав договорить женщине, кинув на пол записку. — Считайте, вы её нашли, миссис Малфой. А теперь я прошу покинуть мой дом, — на этих словах девушка вышла из комнаты.

Нарцисса подняла записку и спустилась, зайдя на кухню:

— Эва. Кхм, мисс де Вилье, прошу, дайте всё объяснить.

— Только из-за уважения к моей матери я дам Вам один единственный шанс сказать правду. Мама бы не просила Вас проявить ко мне поддержку, если бы не доверяла.

«Это последний раз, когда я поверила этой семье. С меня хватит. Я начну всё заново. Заново строить. Заново жить. Заново чувствовать. Заново любить».

Четвертая глава

Знает, чего хочет, у нее свои секреты

Она свою боль прячет под слезами

И никто не узнает, что она скрывает

За красивыми глазами скрывается дьявол

За красивыми словами раскаленная лава

Девочка в зеркале, ну, кем ты стала?

«За красивыми глазами» — Лиза Эванс

После прихода миссис Малфой Эвелина больше никого не приглашала. Друзья не забывали о ней и часто писали письма, в которых уже не просили, а требовали приглашение погостить. Но она влюбилась в одиночество, в котором часто присутствовала Морана, и в ту тишину, что оно за собой влекло.

Много гуляла, вспоминая, как раньше она здесь ходила с друзьями, и пыталась понять, почему же так хочет избежать встречи с ними. Девушка решила не идти в школу и не заканчивать ничего. Вернуться туда было больно. Да и не видела в этом никакого смысла. Она теперь сама по себе. Она теперь одна. Почти.

Вечера проходили больше в алкогольном ключе, но теперь Эва не пила в таком количестве и ничего не громила, как раньше. С бокалом вина как-то читалось лучше, да и засыпала потом быстро. Морана часто ее критиковала по этому поводу и даже перестала часто появляться. Но Эвелине это было лишь на руку.

Ее связь с Морой душила ее в этих стенах дома. Ведь ее не отпускала мысль, что ритуал проведен, но почему же тогда Богиня беспрепятственно может появляться рядом с ней? А спросить даже не у кого... Единственный, кто хоть что-то знал об этом, молча ушел. По-английски.

Вспоминая о нем, пыталась понять, почему же всё так. Да, при последней встрече он сказал держаться ей подальше, но зачем тогда столько времени провел сейчас? «Потому что об этом его попросила моя мама», упрямо повторяла себе.

«И что значит «стер воспоминания»?» Это еще один вопрос, который не давал ей покоя. Но, с другой стороны, Морана может и врать, так как в письме было указано, да и сам Драко говорил о том, что воспоминания могут быть стерты. В голове было куча вопросов, а ответов не получить...

Несколько писем пришло из России, где высказывали сочувствие по поводу смерти мамы и что она всегда может рассчитывать на них. «А что, если написать Михаилу? Ведь он наверняка в курсе об этом ритуале?»

Ее подруга Катерина атаковала ее письмами, Эва же отвечала на них сухо. Но, если честно, ей это всё было не нужно. Она никогда не смирится с этим, да и вообще больше не покинет этот дом. «Мне и с Мораной тут хорошо».

С приходом Богини в её дом появились также ворон и волк, с которыми она часто играла, хоть и не могла коснуться. А ещё она записалась к психологу, все же проработать утрату нужно было, ведь сама она явно не справляется.

Так проходили дни, а за ними недели. В конце июля получила приглашение на день рождения Гарри. «Знает ведь, что не приду, но все равно пригласил». Ей было приятно их внимание, но также это доставляло неудобство. Будто она капризный ребенок, и все возле нее суется.

В начале августа получила письмо от миссис Уизли, которая напоминала о своем обещании погостить у нее. Также в письме она упомянула, что на данный момент живут с мужем вдвоем, дети в разъездах. Сначала девушка подумала, что это уловка, но ведь она обещала. Тем более ей очень нравилась миссис Уизли, поэтому она прибыла к ним погостить. И каково было ее удивление, когда увидела, что действительно оказалось так, что кроме них никого не было.

— Благодарю, Молли, что позволили приехать, когда никого нет, кроме Вас с Артуром. Эвелина поистине была благодарна за это.

— Да что ты, дитя мое. Я понимаю, как тебе сейчас тяжело. Пойдем пить чай.

Миссис Уизли в самом деле понимала ее и не хотела подвергать пока что ненужными встречами с Роном и Джинни.

Артур был каждый день на работе, возвращался поздно. Слишком большой хаос остался после войны, который нужно было решить. Поэтому они большую часть времени были вдвоем. Молли учила ее готовить различные блюда, рассказывала интересные истории, да и вообще всячески пыталась поддержать её. Тепло и уют витал в доме, чтобы она чувствовала себя не как в гостях, а как дома.

Погостив несколько дней, Эвелина отдохнула как физически, так и морально. Ей даже не хотелось уезжать, но в один день Молли сообщила ей о том, что получила сову и что дети возвращаются. За что в очередной раз девушка была очень благодарна. Вернувшись домой, она получила письмо от профессора Макгонагалл, которая просила встретиться с ней. Эва понимала, что нужно как-то забрать документы или вообще, как это делается? Она ответила положительным ответом.

***

— Добрый день, профессор Макгонагалл, пойдемте в дом, чайник уже закипел. Через несколько дней Эва встретила ее на крыльце.

— Спасибо, мисс де Вилье, — заходя в дом, двигаясь на кухню. Она села за стол, пока девушка готовила чай.

— Надеюсь, Вам понравится чай с мятой и бергамотом, — ставя кружки на стол.

— Мисс де Вилье...

— Прошу, называйте по имени или его сокращению, мы же не в школе, — с улыбкой попросила.

— Конечно, Эвелина, — отпивая из кружки. — Чай действительно вкусный.

Было видно, что профессор как-то нервничает, хоть и пыталась этого не показывать. Но Эва чувствовала ее состояние.

— Спасибо, — делая глоток. На кухонной тумбе появилась Морана.

— Говори так, как мы с тобой договаривались.

— Вы не ответили на письмо, которое прислала Вам профессор Синистра, могу я узнать, почему? — Макгонагалл говорила строго, но эта строгость была как будто другая. Более обеспокоенная.

— Видите ли, профессор, я решила не возвращаться в школу, — опустив глаза.

— Правильно, нечего там делать. Поддерживаю, — отозвалась Морана.

— Что значит «не возвращаться»? — Минерва вздернула брови вверх. — Об этом и речи не может быть. Вы вернетесь и закончите школу.

— Но профессор…

— Эва, не слушай её, стой на своём, — подначивала Богиня.

— Никаких «НО», это не обсуждается. Я обещала вашей матери, что вы вернетесь в школу и закончите ее, — как-то по-матерински сказала та. — Я понимаю, как вам тяжело, Эва, но, пожалуйста, не выставляйте меня лгуньей перед вашей матерью, — как-то уже с улыбкой отпивая из кружки.

Ворон прокричал: «Кар, кар, кар».

— Даже не думай с ней соглашаться, Эв, и возвращаться, — быстро произнесла Мора, слезая с тумбы и подходя ближе.

Эва украдкой взглянула на богиню, потом на профессора, помолчав несколько минут, обдумывая свой ответ.

— Хорошо, профессор, если этого хотела моя мама...

— Не смей этого говорить, — пыталась перебить Мора.

— Вот и отлично, а то я уж приготовилась вас уговаривать, как маленькую девочку. Вот список, что нужно приобрести, — протягивая запечатанный конверт. — Но слышала, что профессор Снейп, кажется, предоставил вам все необходимое.

— Я посмотрю, если чего-то нет, приобрету, — взяв конверт. — Как продвигается ремонт в школе?

— Неплохо, к началу учебного года сделаем большую часть. Мистер Поттер и мистер Малфой пожертвовали школе крупную сумму на ремонт, — при упоминании последней фамилии девушка вздрогнула. Как будто по ее телу прошелся электрический ток.

— Профессор, а можно мне тоже?

— Да, конечно, вот счет, куда Вы можете перечислить на нужды Хогвартса, — доставая из мантии листок и протягивая его девушке.

— Спасибо, профессор, — Эва посмотрела в сторону, где была Мора, та лишь закатила глаза.

— Это Вам спасибо, Эвелина.

Они еще немного поговорили. Эва спросила, как погибла ее мать, но та лишь ответила, что уже узнала по факту. Единственное, что она знает, это то, что Сириус погиб, защищая Орадею.

— Я не удивлена этому, — с улыбкой сказала Эва. После нескольких вопросов МакГонагалл, попрощавшись, покинула дом.

«Придется ехать, но это только ради тебя, мама, слышишь?» Эвелина раскрыла конверт и прочла. Действительно, у нее было все, что нужно, точнее, все, что было указано на листке из конверта.

— Что это было? — обиженно проговорила Мора.

— Она права, мама бы этого не одобрила бы.

— Но а как же я?

Было ощущение, что она специально пытается оставить её дома, будто боясь, чтобы та вернулась в школу.

— Но ты же часть меня, так? А это значит, что и ты туда едешь, — с улыбкой отозвалась Эва.

— Что-то я в этом сомневаюсь, — и она исчезла, забрав с собой ворона и волка.

***

Оставшееся время Эвелина решила насладиться одиночеством, так как в скором времени у нее не будет такой возможности. Гермиона прислала письмо, где предлагала встретиться у Гарри на Гриммо и отправиться вместе на Хогвартс-Экспресс, девушка не возражала.

Как-то вечером ей пришла эсэмэска на телефон:

— Как ты? — Девушка удивилась.

— Что тебе нужно, Малфой? — ответила она.

— Некрасиво отвечать вопросом на вопрос.

— Некрасиво писать девушке, уйдя по-английски.

— Что это значит?

— Загугли, это есть в интернете.

— Ты не ответила на вопрос, новенькая, — через время ответил парень, видимо, смотрел, что означает «уйти по-английски».

— Нормально.

После этого он больше ничего не написал, оставив девушку в растерянности. Но и первая писать не собиралась. «Да и вообще, с чего это вдруг спустя столько времени он вообще пишет?» Эва зло отложила телефон на стол и пошла на кухню за очередной бутылкой вина. «Надо бы завтра купить ещё, да и собой надо взять», — проверяя свои запасы и беря бутылку.

Следующие несколько дней ушли на походы в магазин и сбор чемодана. Эва решила прикупить несколько платьев и юбок, зная, что на одну из вечеринок точно пойдёт. Морана всё продолжала её уговаривать не ехать.

Стук в дверь. «Да неужели?!» Закатив глаза, пошла открывать дверь.

— Ты совсем охерела? — с чемоданом зашла черноволосая девушка в дом.

— И я тебя рада видеть, Катерина, — закрывая дверь.

— Ты почему мне не написала? Нашла себе тут других подружек? — сказала девушка, упирая руки в бок.

— Ну что ты, просто как-то не было времени.

— Времени? Ты чем тут занимаешься? Диссертации пишешь? Или, может, научные эксперименты проводишь? А может, ты каждый день спасаешь чью-нибудь жизнь?

— Прости, Кэт, не знаю, как так вышло, честно, — виновато сказала Эва.

— Дура, — обиженно пробубнила. — Иди сюда, — взяв за плечо, потянула на себя, заключив в объятия.

— Как ты тут оказалась? — обнимая подругу, спросила Эвелина.

— Я услышала от семьи Воронцовых и сразу собрала вещи, и вот я здесь. Правда, Лекс куда-то уехал, хотела его с собой взять, — погладила по плечу.

— Да ну его, убила бы при встрече, — зло сказав.

— Эв, ты до сих пор злишься на него? Брось, он был молод. Тем более, расскажу свежие новости. Она ему изменяет, сама видела. Он вроде тоже узнал, но это не точно, мне надо было ехать. Я к тебе на неделю.

— Я рада тебя видеть. А насчёт него не злюсь, конечно, но это не мешает мне убить его при встрече, — обе рассмеялись.

В этот вечер они остались дома и разговаривали до самого утра, как в старые добрые времена. Эвелина рассказала ей абсолютно всё, что с ней произошло, ничего не утаивая. Катерина задавала вопросы, чтобы более точно представлять, что произошло с подругой.

— Мне очень жаль, моя дорогая, — держа за руку, сказала черноволосая девушка. — Расскажи мне про этого Малфоя.

— Если честно, рассказывать-то и нечего. Я просто влюбилась и стала очередной из его девиц. В записке, которую я нашла, из-за которой приходила миссис Малфой, было написано о каком-то обещании, которое он дал моей матери, и напоминание, что это очень важно, но я уверена, мы могли бы что-то сделать, если бы он всё мне рассказал. А тут мало того, что он ушел по-английски и прислал свою мать, так еще и пишет смс, как ни в чем не бывало. Причем я не понимаю, что ему нужно было, просто чтобы я ответила, что со мной всё нормально?

— Мужчины по сути своей те еще трусы, особенно если касается их дорогих людей. Уверена, ты первая, кто его и правда волнует, судя по твоим рассказам о нем, и он просто не знает, что с этим делать. Поэтому и ведет себя так...

— Прячется за юбку мамы? Это бред, Кэт, честно. Не знаю, как возвращаться в школу...

— Всё будет хорошо, вот увидишь. Вы еще поговорите с ним. И, поверь мне, он останется в дураках. Ты посмотри на себя. Ты очаровательная девушка с невероятно красивыми глазами.

— Знаешь, какой бы я цвет глаз ни выбирала, с ним они всегда приобретают свой естественный цвет.

— Просто будь собой. Я знаю, ты без ответов не сдаешься. Попробуй поговорить с ним при удобном случае.

— Спасибо, что приехала, и прости, что не писала.

— Если честно, мне тоже было не до тебя. Свои страсти происходили, — и она стала рассказывать про свою жизнь. Как оказалось, двое ее бывших пытались завоевать ее. Но она отдала предпочтение третьему.

— Ты беременна, — утвердительно сказала Эва, приложив руку ко рту.

— Да... — покраснев, ответила та. — Не думала, что сразу после совершеннолетия забеременею. Но, кажется, мы любим друг друга. У меня срок родов на апрель. Очень надеюсь, что ты приедешь ко мне погостить летом. Хочу, чтобы ты была крестной.

— Я почту за честь, — ее глаза заблестели от слез. — Но, боюсь, что я не вернусь в Россию.

— Я знаю, но тебе не нужно возвращаться туда насовсем, ты можешь просто приехать погостить после окончания учёбы. Ты не можешь не приехать, ты же будешь крестной. А жить будешь у меня.

— Спасибо тебе большое, — обнимая подругу.

— Ну что, уже утро. Я хочу погулять и посмотреть окрестности. Сна что-то нет ни в одном глазу.

— Пойдем, только я переоденусь.

Эвелина поднялась на второй этаж и быстро переоделась в сарафан изумрудного цвета, надев памятный браслет.

— Ооо, что это за красивый браслет? — когда Эва спустилась вниз, к ней подошла Катерина.

— Мне подарил его Драко на Рождество, а свечение сделал Северус. Ну, в общем, он мне дорог, пошли, — направилась в сторону двери.

— А что с кулоном, кстати?

— Расскажу на улице.

Неделя прошла очень быстро. Эвелине показалось, что она просто моргнула, как Кэт уже нужно было возвращаться. Пообещав писать ей, Катерина успокоилась, активировала порт-ключ и исчезла. Девушка снова осталась одна, только ненадолго, так как через несколько дней надо было быть на площади Гриммо.

— Эва, ну давай не поедем, — в очередной раз стала уговаривать Богиня. — У меня плохое предчувствие.

— Успокойся, тебе просто страшно, — с некой раздражительностью отвечала Эва.

— Ага, променяешь меня там на подруг своих, — как-то обиженно отозвалась Морана.

— Мора, послушай, всё будет хорошо, тебе незачем так переживать.

Богиня исчезла, а Эвелина поймала себя на мысли, что поведение Моры подозрительное.

Пятая глава

Не касаясь ажурной глади воды

Он растаял легким шепотом тишины

Время бежит, а он каждый раз

Топит лед, в наших сердцах

«Лёд» — Stigmata

— Рад тебя видеть, Эва, — открывая дверь и пропуская внутрь девушку. Она зашла, но не смогла сдвинуться с места.

— Я знаю… тяжело первое время. Ты пока постой тут, как будешь готова, мы ждем тебя на кухне, — сказав это, Гарри пошел на кухню, где ждала его Гермиона.

Было действительно тяжело. Ей казалось, что она ощущает знакомые запахи. Закрыв глаза, она вспомнила свой первый приезд сюда, потом в мыслях появилось воспоминание, как ее мама оказалась тут на пороге. Как Сириус их здесь встречал, суетился и беспокоился, чтобы всем было комфортно. Радостные лица мамы и его. «Как они были счастливы вновь увидеть друг друга».

Потом в воспоминаниях появился Северус. Его холодное лицо и ощущение заботы. Разговор с мамой о нем. А потом резко, грубо ворвалось воспоминание о нем. Его платиновые волосы, глаза цвета дождя или тучи. Неосознанно коснулась браслета в момент, когда в голове прозвучала его последняя фраза, сказанная в этом доме.

По ее щекам потекли слезы. Она ничего не могла с этим поделать, хоть и не собиралась плакать. Она медленно скатилась по двери вниз, садясь на пол, несколько секунд, и из кухни вылетел Гарри, а за ним Гермиона. Оба подбежали к ней, а она просто не могла остановиться, слезы предательски текли и текли. Ее голос стал дрожать, она не могла ничего внятного сказать. Гарри сел рядом и обнял ее, Гермиона взяла за руку. Спустя некоторое время более-менее успокоившись:

— Извините, ребята, не знаю, что на меня нашло, я не собиралась, — еле проговорила Эва, все еще борясь со слезами.

— Всё в порядке, чувствуй себя как дома, — сказал Гарри, вводя рукой по спине.

— Будешь чай? — спросила Гермиона после того, как они переместились на кухню.

— Я буду вино, оно лежит в моей сумке, принеси, пожалуйста.

— Эва, тебе не кажется, что пить вино днем — плохая идея? — спросила девушка.

— Миона, а тебе не кажется, что я не спрашивала тебя об этом, а просто попросила принести мне вино? — съязвила Эвелина. Гарри показал, чтобы та принесла, что просит девушка. Гермиона закатила глаза, но все же принесла сумку и достала оттуда бутылку вина, Гарри разлил по бокалам.

— Прости, Гермиона, не знаю, что на меня нашло, — виновато отозвалась Эва, когда они все вместе прошли на кухню.

— Ничего, — сказала та. — Вино вкусное.

Они сидели молча, никто не знал, что сказать. Гермиона стояла, что-то готовя, Гарри сидел на кресле, вертя в руке бокал.

— Простите, ребята, я не хотела, чтобы встреча была именно такая, — опуская глаза, промолвила.

— Всё в порядке, Эв. Я себя чувствовал так же, когда вступил на порог этого дома, — сказал Гарри, отпивая из бокала. Ей стало легче, кажется, хоть кто-то разделяет ее чувства. Они еще какое-то время провели на кухне, дальше переместились в гостиную.

— А ты знала, что мой дом находится вблизи города, как называют местные «Сианель»? — спросил Поттер, садясь на диван.

— Кажется, это район, где живут маглы и волшебники, — задумчиво проговорила Эва.

— Да-да. Интересно, почему Тёмный Лорд туда не явился?

— Потому что этот район защищён очень древней магией, которая не пропускает таких, как он, — сказала Гермиона таким тоном, что, как будто, стыдно не знать такую информацию.

— Да... Может, я сюда перееду после школы, — задумчиво отозвалась Эва.

— Было бы круто жить рядом, — как-то радостно сказал Гарри.

Когда бутылка опустела, Эва попросила себе комнату и ушла в том направлении, куда отправил ее Гарри. Там открыла еще бутылку вина, понимая, что одиночество само себя не построит. Выпив ее, легла спать. Но сны снились тревожные, мелькали обрывки воспоминаний. Рано утром прибыла Джинни, и они вместе уехали на свой последний учебный курс.

Вокзал казался таким же, как и в первый раз. Клубы дыма окутывали дорожку на площади, где стояли люди. Тот же шум, тот же хаос. Она повернула голову в тот угол, где когда-то попрощалась с мамой, в ее голове вспыхнуло воспоминание, отогнав все мысли, пошла в сторону поезда, подруги последовали за ней.

По телу прошёлся приятный рой мурашек. «Это никогда не прекратится», — закатив глаза, Эва шагнула вглубь поезда. Позже к ним в вагон подсели Чжоу и Полумна. Эвелина заметила, что на Чжоу лица нет, и даже показалось, что она выглядит так же разбита, как и она. Луна рассказала, в чем причина. Чжоу потеряла лучшую подругу, та погибла при защите Хогвартса. Оставшееся время в пути они ехали молча, оторвавшись только на тележку со сладостями.

— Я пойду выйду, — вставая, сказала Эва. В коридоре было не очень людно, найдя свободное окошко, стала любоваться меняющимся видом за окном.

— Что тебе нужно, Малфой? — Девушка почувствовала его сразу, как только он бросил взгляд на неё.

— А ты не думала, что я просто прохожу мимо? — Наклоняясь к её уху. У неё от шеи вниз прошлась приятная дрожь по телу.

— Кажется, ты невнимательно меня слушал пару лет назад... — Не успев договорить, как его тембр снова прозвучал около уха почти шёпотом.

— Я прекрасно всё помню, новенькая. Однако я и правда могу просто проходить мимо, — последнее предложение он уже сказал обычным будничным тоном, выпрямляясь.

Она ничего не ответила лишь закатила глаза. Его голос заворожил настолько, что Эвелина неосознанно сжала ручки в кулачки, пытаясь унять наступающие возбуждение внизу живота. Она почувствовала исходящий новый запах — древесно лавандовый шлейф оставил после себя Драко. И на протяжении нескольких минут она чувствовали как мурашки захватывают её тело.

«Черт, ну сколько можно» — злостно подумала девушка, но она бы соврала, если бы сказала что ей это не нравится, хоть и злилась на него из-за летнего случая. Сейчас эти мурашки отзывались по новому, никак раньше. Она чувствовала… Возбуждение? «Он хочет меня или это моё желание?» Она уже не могла себя контролировать, стала перебирать ноги, внизу скручивался приятный узел.

Поняв, что лучше уйти, сделала несколько шагов в сторону своего вагона. Но далеко уйти не удалось. Сильные руки схватили её за запястье, повернув в другую сторону, и потянули куда-то. Эвелина хотела бы что-то сказать, но это всё произошло так быстро, что она просто не успела.

Её затащили в какой-то неизвестный ей то ли вагон, то ли помещение какое-то. Было темно, только в углу было маленькое окошко, которое выпускало лучи солнца, едва освещая комнату. Эва посмотрела в эти «ледяные глаза», которые сейчас были совсем не холодные, а, наоборот, в них пылал огонь желания.

Он провел большим пальцем по её нижней губе, приоткрывая рот. С её уст вырвался лёгкий тихий вздох, который было очень слышно в этой тихой комнате, несмотря на шум движущегося поезда, её сердце почти замерло. Драко стал медленно наклоняться, не отрывая взгляда от её глаз, остановившись на миллиметре от её губ.

— Я скучал — шепотом, окутывая её разум, опустился своими губами на её.

Она ответила. Такой сладкий, пьянящий поцелуй. О! Как она скучала по нему, по его теплу, по ощущению безопасности, по его аромату, хотя он пахнет по-другому, для неё как будто ничего не поменялось. Этот аромат пьянил ещё больше, вырывая мысли из реальности, рисуя картинку фантазий. Поцелуй был странный, непохожий на предыдущие, как будто он сдерживал себя. Он боялся... Но чего?

Она сама углубила поцелуй, обхватив руками его за шею, погружая пальчики в его платиновые волосы. Разрывая поцелуй, толкнула его к стене, подходя ближе, снова целуя. Он ответил уже более жадно, его дыхание изменилось....

***

Они оба тяжело дышали. Драко применил очищающее чары на себе и Эву, быстро натянул трусы, джинсы и подошёл помогать девушке. В это время девушка стояла не двигаясь, пытаясь собраться с силами. Парень подошёл сзади погладил бедра, чем вызвал очередной рой мурашек. Эва выпрямилась и оделась. Он взял её руку и поднес к губам, не отрывая взгляда от её глаз. Сейчас в них играл блеск наслаждения. Её волосы были слегка взъерошены, а щечки были розовые.

— Я скучала — не отрывая взгляд прошептала девушка.

Он обнял её, лицом уткнувшись в волосы, жадно вдыхая её запах. Она так же глубоко вдыхала, наполняя свои лёгкие его запахом. Отстранившись от него, она, встав на носочки, кратко поцеловала его и направилась к выходу. Малфой лишь ухмыльнулся и в два больших шага догнал её у двери, схватив за запястье, он развернул её, наклоняясь и даря нежный поцелуй.

— Ты где была, Эва? — её тут же спросила Гермиона, как только Эва зашла в вагон — И что с твоими волосами? И лицом?

— Я упала, мне... Мне помог Тео, а вы знали, что Блейз хорош в колдомедицине? — пытаясь перевести тему.

— Ну-ну, — с лукавой улыбкой отозвалась Джинни, не переставая улыбаться.

— Ладно, пора же... это. Переодеваться, — Эва закрыла вагон на замок.

— А это что такое? — шепотом спросила Джинни, чтобы Гермиона не слышала, показывая на засос.

Эва ничего не сказала, лишь отмахнулась, но улыбка всё сказала сама за себя. Она быстро применила заклинание, чтобы спрятать по всему телу отметки от Драко. Что ей нравилось в своих подругах, так это то, что они никогда не настаивают на рассказе, они покорно ждут, когда Эва будет готова сама всё рассказать. Но один момент всё же не давал ей покоя. Она была очень обижена на него, да и он поступил не по-мужски летом. И эта встреча произошла так, как будто между ними нет никаких обид. Как будто их просто притянуло магнитом друг к другу. «Странно. Очень странно».

Шестая глава

С меня хватит сегодня куплю себе новое платье

Буду собой, перестану бояться

В сумку ключи и права

Хватит, с меня хватит…

«С меня хватит» — ONINO

Заходить в большие двери Хогвартса было тяжелее, чем она себе представляла. На входе в Большой зал стояла профессор Синистра, которая отправляла за крайний стол учеников, прибывших закончить 7-ой курс, которые не смогли этого сделать из-за войны.

— Прошу, вы за этот стол, вы — за тот, — указывая руками и следя за всеми прибывающими, профессор Синистра.

В зале всё было как и до войны. На потолке левитировали свечи, атмосфера дружелюбия и тепла. За исключением столов. Их было 5 вместо 4-х, а также 2 преподавательских стола.

«Намечается что-то интересное». Обратив внимание на стол, куда ей показала идти профессор Синистра, она увидела довольно много знакомых лиц.

Эвелина показала на свободное место Мионе, и они сели. Ей стало грустно, не было той радости, которую она испытывала, оказавшись первый раз здесь. Её разум погрузился снова в мрачные мысли. Даже не спасал тот момент в поезде. Сейчас ей становилось плохо, даже тяжело, как будто кто-то забирает воздух. Она поняла: это приступ паники. Взяв подругу за руку, та крепко сжала. Эва пришла в себя, достала книгу и решила почитать, пока заполняется зал. В душе скреблись кошки.

— Я очень надеялся тебя здесь встретить, — не успев как-то отреагировать, её кто-то обнял сзади. В нос ударил запах шоколада и ванили.

— Тео, и тебе привет. — Закрыв книгу, Тео сел рядом.

— Гермиона, привет.

— Привет, Тео, а вы разве сегодня не виделись? — Задавая вопрос, как-то странно посмотрела на Эву.

— Миона, давай потом. — сказала Эвелина, поворачиваясь к Тео.

— Слышал про твою маму, прими мои соболезнования. — Серьёзно сказал парень.

— Спасибо. — Спокойно сказала та.

— Не знаешь, что тут происходит и почему так много столов? — Девушка отрицательно покачала головой.

— Ты сегодня немногословна. Ну же, Эвочка, поговори со мной. — Начал подтрунивать Тео.

— Если честно, я устала, может, в другой раз, а?

— Ладно, я оставлю тебя, но только на сегодня. — После этого он встал и направился к другой части стола, где сидели его друзья.

Когда зал был заполнен, профессор Синистра ввела первокурсников. После распределения слово взяла Макгонагалл.

— Приветствую всех учеников. Для первокурсников меня зовут Минерва Макгонагалл, директор школы. — На этих словах все зааплодировали. — Как вы могли заметить, школа отремонтирована не вся, но большая её часть. К Рождеству ремонт планируется закончить. Прошу всех быть осторожными в некоторых крыльях, там ещё опасно. Везде есть предупреждающие знаки. Первый, второй и третий курс будут передвигаться строго с учителями или со старостами их факультета. — Послышался недовольный гул. — Успокойтесь. Я понимаю ваше настроение, но так мы сможем всё закончить в срок, потерпите немного. Как вы можете заметить, здесь не четыре стола, а пять. В этом году доучиваются те, кто не смог закончить школу из-за войны. Они не будут относиться к какому-либо факультету. У вас, — обращаясь к ученикам, которые приехали доучиться, — будут отдельные спальни и гостиная, а также другое расписание занятий. Но об этом позже. Так как сегодня среда, было принято решение начать учиться с понедельника. — Послышались радостные крики, и где-то даже аплодисменты. — Я надеюсь, вы проведёте с пользой это время. В ваших гостиных будет стенд, на котором вы можете ознакомиться, какие кружки будут доступны, какой преподаватель ведет, у них же можно записаться, а также можно выбрать дополнительные занятия. Теперь пройдёмся по преподавателям. Заместителем школы и деканом Гриффиндора будет Аврора Синистра, декан Слизерина — Гораций Слизнорт, у Когтеврана и Пуффендуя без изменений. — Зал одобрительно захлопал в ладоши.

— Теперь я хочу представить вам новых преподавателей — зал смолк. Эва только сейчас увидела черноволосого юношу, который смотрел на неё.

— Этого не может быть, — удивлённо прошептала она. Не слыша, что говорит директор, Эвелина просто смотрела, не отрываясь, слух вернулся только в тот момент, когда его стали представлять.

— Алексей Воронцов прибыл к нам из России — молодой человек встал. На вид ему не больше 23-х лет. Черные волосы, приятные черты лица, очень обаятельный, особенно в момент улыбки (как оценили многие девушки). А его глаза были глубоко-синего цвета. Он наклонился в знак приветствия. — Будет преподавать трансфигурацию и заклинания у старших курсов, защиту от тёмных искусств у всех, — продолжала она. У девушки через секунду поднялись уголки рта в улыбку.

— И последний преподаватель — это Эмиль Дюбуа, прибыл к нам из Франции.

С другого стола поднялся молодой парень, на вид ему столько же лет, сколько и Воронцову, такие же приятные черты лица. Золотистого цвета волосы и мягко-пшеничного цвета глаза. Было в нем ещё что-то привлекательное, «Наверное, гены вейлы» подумала де Вилье.

— Он будет преподавать у старших курсов травологию и зельеварение. И последнее, я буду курировать восьмой курс. На сегодня это все новости. Всем приятного аппетита.

Эвелина была шокирована, но не хотела подавать виду, поэтому, не показывая никаких эмоций, она отвернулась. Но ненадолго, так как почувствовала вторжение в разум. Повернувшись к преподавательскому столу, она увидела, что профессор Воронцов не смотрит на неё, но кто-то пытается залезть в голову. Пройдя глазами по всем, увидела, что новый профессор Дюбуа не сводит с неё взгляд. Девушка лишь вздернула брови, давая понять, что чувствует и просит прекратить это. Он лишь кивнул и вернулся к своей тарелке. «Ну что за наглость?!»

По окончании трапезы Макгонагалл снова встала, пару раз стукнув ножом о бокал, в зале наступила тишина.

— Я думаю, пора расходиться по гостиным. Старосты, прошу проводить свои факультеты. Восьмой, Курск, прошу вас задержаться на пару слов.

Все начали вставать, послышались крики старост, строящих в основном первокурсников, а позже — уходящие шаги, преподаватели также все ушли.

— Я хочу поблагодарить каждого, кто решил закончить школу, кто решил вернуться, несмотря на трагические события. Вы все большие молодцы. Завтра после ужина прошу предоставить список предметов, которые Вы хотите изучать. Прошу также взять дополнительные занятия или вступить в один из кружков. По поводу квиддича. Если Вы наберете команду, включу Вас в соревнования. Так как вы уже взрослые, посещать Хогсмид сможете уже со следующей недели, старосты тоже не будет. Надеюсь на ваше благоразумие. Я думаю, все знают, где находится кабинет директора? Пароль «четыре факультета» такой же, как от вашего входа в гостиную. А теперь прошу всех за мной.

И она направилась в сторону двери, все пошли за ней.

— Кажется, этот год будет интересным, — с восхищением пролепетала Миона.

— Угу, — только и ответила Эва.

Они поднялись на восьмой этаж и подошли к одному из портретов. Поговорив пароль, Макгонагалл прошла внутрь, все остальные за ней. Вставай в полукруг возле неё.

— Правое крыло для девочек, левое для мальчиков. В каждом крыле по 20 комнат. Максимум на четыре человека. Но также вы можете выбрать на три, два или же в комнате жить одному. Конечно, при условии, что у всех есть своя кровать. Если же кому-то не хватит, значит, кому-то придется подвинуться. Ваш камин имеет право на перемещение с помощью летучего пороха. Но ночевать строго в школе, за исключением случаев, когда я в курсе. Прошу только никого не звать сюда, да и сами покидайте школу в крайней необходимости. Повторюсь, надеюсь на ваше благоразумие. Если у вас вопросов нет, то спокойной ночи.

На этих словах она кивнула и вышла. Наступил сразу гул голосов, обсуждающих сегодняшний день. Эва посмотрела по сторонам, заметив, как некоторые держатся в стороне и косо смотрят на неё и на бывших слизеринцев.

Всего человек 30–35. С каждого факультета примерно по 7–9 человек. Она хотела отсидеться на диване, пока все уйдут, но Гермиона решила иначе. Она схватила её за руку и потянула наверх выбирать комнату. Они взяли комнату на троих, дожидаясь Полумну. Но, как выяснилось позже, она осталась с Чжоу и ещё несколькими девчонками. Поэтому их комната превратилась на двух человек. Разобравшись с чемоданами, Гермиона предложила поговорить.

— Как ты? — с заботой в голосе сказала Гермиона.

— Нормально, просто устала, — немного с раздражением отозвалась Эва.

— Может, поговорим?

— Давай в другой раз, — с этими словами она легла в кровать и отвернулась.

Спустя несколько часов она поняла, что уснуть не получится. Взяв книгу, Эва спустилась в гостиную. Там медленно горел камин. Сев поудобнее на диван, укрывшись пледом, принялась читать. Не дочитав и страницу, почувствовала, как рой мурашек начинает бежать по её телу.

Он, видимо, увидев её, вернулся в комнату, так как она его по итогу и не увидела. «Оно и к лучшему, видеть его нет ни малейшего желания. Хотя это очень странно. Почему я сейчас думаю так?» Спустя пару часов, нагнав на себя сон, девушка отправилась в кровать.

***

Было непривычно просыпаться вне дома. Особенно после такого тяжёлого лета. Но делать нечего, надо вставать. Гермиона уже не спала, а читала какую-то книгу.

— Я уже собиралась тебя будить, а то на завтрак скоро, — закрывая книгу, сказала та.

— И тебе доброе утро, — с неохотой вставая, сказала Эв.

После того как девушки умылись, оделись и привели себя в порядок, они направились на завтрак. Уже в Большом зале, когда они ели, Эва спросила:

— Почему они на меня так пялятся? — Она это ещё заметила и вчера, но не придала значения.

— Эм. Ну, понимаешь… — начала было Гермиона.

— Миона, не темни, говори давай, — толкнув локтем её бок.

— Про тебя писала Рита Скитер летом. Ну, что ты…

— Что я дочь Тома Реддла, понятно… Ну и пусть смотрят, как будто им от этого станет легче.

— Это правильная позиция. Кстати, Джинни пригласила нас встретиться во дворе, прогуляться, ты как, пойдёшь?

— Да… Пожалуй, пойду.

После завтрака к ним подошла Джинни, и они пошли во двор. Полумна осталась с Чжоу. Из-за потери подруги летом Луна хотела быть рядом.

— Как ты, Эв? — выходя из Большого зала, спросила Джинни.

— Девчонки, хватит спрашивать, как я. Мне херово и больно, но жить как-то надо. Я понимаю вашу заботу, но оттого, что вы постоянно спрашиваете, легче не станет, извините за грубость. — пожав плечами, ответила Эвелина.

— Это ты нас прости, достали тебя этим вопросом, но мы правда о тебе беспокоимся, — слегка приобняв подругу, сказала Миона.

— Если хотите, мы поговорим об этом, но не сейчас. Я ещё не готова. Лучше расскажите, как прошло лето.

Девчонки по очереди рассказали.

— А ещё я снова общаюсь с Крамом, — подытожила рассказ Гермиона.

— Ооо, круто, — одновременно сказали Эва и Джин.

— Обещал приехать на встречу в Хогсмид в октябре.

— Слушай, Эв, а ты заметила, как на тебя смотрели эти двое новых симпатичных преподавателей? — играя бровями, сказала Джинни.

Не успев что-то ответить, как сзади послышался завораживающий тембр. Он звучал спокойно, мелодично, как будто каждый слог проникал в кожу, растворяясь теплой ноткой по телу.

— Мисс де Вилье, можно с вами поговорить? — Джинни с Гермионой переглянулись. У Эвелины слегка дрогнули уголки губ в улыбке. Принимая безэмоциональный вид, она развернулась.

— Поговорить? Да, конечно, — поднимаясь на ноги, она девчонкам прошептала: «Увидимся позже», — направилась в сторону преподавателя Воронцова, который и попросил ее о разговоре.

Подойдя ближе, девушка надменно на него посмотрела и пошла в сторону дверей. Он же ухмыльнулся и пошел за ней, догнав ее у входа. Они пошли молча в его кабинет. Эва зашла первая, за ней Воронцов, и тут же закрыл дверь. И как только девушка повернулась к нему, тот тут же заключил ее в свои объятия и крепко сжал.

— И я тебя рада видеть, Лекс, — отвечая взаимностью на объятия.

— Боже, как я давно тебя не видел. Как же я скучал по тебе.

— Как там поживает твоя невеста? Или уже можно сказать, жена? — разрывая объятия, Эва отошла и уперлась руками о стол.

— У нас произошли некие разногласия, и мы отменили помолвку, — как-то уклончиво ответил парень.

— Изменила? — без каких-либо эмоций спросила девушка.

— Изменила... Только не начинай, Эв.

— Я всего лишь тебя предупреждала, но ты поступил так, как считал нужным. Это было, наверное, правильно. Каждый из нас должен идти своей дорогой и принимать свои решения, — пожимая плечами, ответила. — Сколько вы были вместе? 5 лет?

— Угу. Не хочу об этом говорить. Изменила с моим другом, как узнал, разорвал отношения сразу и сразу подал 2 заявки на преподавательство в Хогвартс и Дурмстранг. В Дурмстранге мне отказали, я думаю, из-за возраста, а вот в Хогвартсе одобрили. Тем более я узнал новости о твоей семье, поэтому планировал приезжать сюда. А тут вон как удачно сложилось. Эва, милая, как ты? Прими мои соболезнования, — подойдя ближе, парень взял её за руку.

— Пожалуйста, не называй меня больше «милая»… Ты же знаешь, она меня так звала всегда… В целом нормально, но больно до сих пор, — опустив голову, промямлила.

— Ох, родная, — подойдя к ней еще ближе и обняв, Эва почувствовала, как внизу живота начал скручивать приятный узел.

— Ну все, все, Лекс, столько нежностей от тебя, — закатив глаза, отодвигая парня.

— А ты что, не скучала? — удивленно спросил Алексей.

— А ты, я смотрю, забыл, в каких отношениях мы расстались?

— Эва, ну ты же была ребенком. Тебе сколько было, лет 10?

— Вообще-то 14. И да, я была ребенком, но то, как ты поступил… Для меня это было по-свински. Мы столько лет были вместе, общались. Столько всего пережили. А ты променял меня на какую-то юбку. Ты понимаешь, что она ревновала к ребенку?

— Сейчас понимаю, но тогда… Слушай, я был влюблен и думал совсем другим местом.

— Боже, без подробностей, — закатив глаза. — Иди сюда. Я скучала, — и он нырнул в ее распростертые объятия. По телу разлилось теплое чувство. Уют. Вот что вспомнила она. Он всегда дарил ей чувство защищенности и уюта.

— Если ты захочешь поговорить о том, ну, о том…

— Я поняла, спасибо. Ладно, мне пора идти. Еще увидимся, — он напоследок еще раз обнял и поцеловал в лоб. Уже перед дверью девушка обернулась:

— Лекс, а ты знаешь этого Эмиля Дюбуа?

— Я знаю, что он родом из чистокровной семьи. Одна из немногих древних семей Франции. Их семья вроде как тесно общаются или общалась с вашей. С бабушкой твоей он точно знаком. Ты, кстати, ее видела?

— Нет. Она даже не приехала на похороны мамы, но счет пополняется до сих пор. Я так полагаю так она пытается откупиться и типо загладить вину. Если честно я ее ни разу не видела да и желания нет. Все что мне нужно знать о фамилии де Вилье мама рассказала. Правда бабушки мне не интересна — пожав плечами, девушка вышла.

Эвелина пошла по коридору в свою комнату, уже на лестнице она почувствовала на себе его взгляд. Его не было в поле зрения, но девушка чувствовала, что он где-то рядом. Внутренне рада была этим мурашкам, она скучала по этому всё лето, хоть и злилась. Девушка не видела его за завтраком, но что-то ей подсказывало, что сидел он рядом. Возможно, им стоило бы поговорить, дабы разрешить все недопонимания, но понимала, что это ни к чему не приведет, раз не сказал сразу, то зачем ему говорить это сейчас.

Эвелина понимала, что мама бы просто так не писала ему такие вещи, значит, были на то причины. Но тот инцидент в поезде не выходил у неё из головы. Она всё равно не понимала, почему они просто не могут поговорить, почему им обязательно нужно быть врагами, а враги ли они вообще? На этих раздумьях её остановили.

— Простите, мисс де Вилье, я звал Вас, но Вы не слышали меня, — молодой человек развернул за плечо к себе.

— А? — пару раз хлопая глазами, приходя в чувства. — Профессор Дюбуа, чем могу помочь? — окончательно приходя в себя, принимая безразличный взгляд.

— Я, кажется, заблудился, — как-то виновато улыбнулся парень.

— Куда подсказать дорогу?

— Если честно, я был бы признателен за небольшую экскурсию.

— Экскурсию? — Эвелина чувствовала его обман и понимала, что ему что-то нужно, поэтому решила использовать это в свою пользу. — До обеда есть время, могу показать основные помещения школы. Остальное уж сами или в другой раз, — на этих словах девушка начала идти в противоположную сторону. По телу прошёл рой мурашек. «Ревнует? С чего бы это?».

Малфой же стоял неподалеку. Всё видел и слышал, по лицу Эвы понял, что та решила использовать его в своих каких-то целях, но после того, как она отвернулась, на лице этого профессора появилась победоносная ухмылка. «Нужно присмотреться к этому Дюбуа и найти побольше информации о нем».

— Блейз, пошли, надо кое-куда сходить, — Драко тронул своего друга за плечо и кивнул головой в сторону.

Седьмая глава

Я слишком гордая и не вернусь назад,

Я слишком ранена, но мне так хочется жить,

Я слишком сильная чтобы упасть и не встать,

Пора взлетать, это мой фирменный стиль…

…Я словно птица феникс, та, что устала молить,

Чтобы воскреснуть нужно испепелить

«Феникс» — Anna Asti

— Ну, теперь я надеюсь, Вы не заблудитесь, — с улыбкой сказала Эва, поворачиваясь к профессору.

— Спасибо, ты очень любезна.

— Профессор Дюбуа, Вы же из Франции?

— Хочешь спросить, знал ли я твою семью? — Девушка кивнула.

— Лично нет, но моя семья знает, — «Врет», подумала она.

— Я пойду, хорошего дня.

— И тебе, Эвелина.

Она пошла к себе в комнату, где её ожидала подруга.

— Ты видела, как он смотрел на тебя? — Из ниоткуда появилась Морана, Эва испугалась, что не могли не заметить проходящие ученики, странно на нее посмотрев.

— Ты бы не могла так не делать? — прошептала Эва. — На меня и так тут косо все смотрят.

— Тебя бы лучше заботило то, как на тебя смотрит этот Дюбуа, — возмущенно отозвалась ее собеседница.

— Давай потом поговорим, — Эва махнула рукой, Мора исчезла.

Зайдя в комнату Гермиона перестала раскладывать свои вещи и сразу спросила:

— Что он хотел?

— Кто?

— Кто-кто, профессор Воронцов.

— Ааа, Лекс, да ничего, — подходя к своей кровати.

— Лекс?

— Эмм, мы знакомы, — не успев договорить, кто-то постучал в дверь. — Заходи, Тео, дверь открыта, — и уже поворачиваясь к подруге, прошептала: — Почувствовала.

— Надеюсь, я не помешал, — заходя, улыбаясь, сказал юноша.

— Тебе здесь рады, Теодор, — проговорила Миона.

— Вот как? — удивился он. — Слушайте, мы завтра хотим устроить…

— Нет, Тео, — тут же отозвалась Эва.

— Ну что сразу нет, обещаю, я не буду тебя спаивать, — с его губ вырвался смешок.

— Это уже в прошлом, — язвительно ответила Эва.— Эвочка, ну пожалуйста.

— Не делай глаза как…

— Как кота из «Шрека»? Да-да, я посмотрел этот мультик летом, расцветая в улыбке, уже более серьезно добавил: «И у меня куча вопросов».

— Да неужели?! — с улыбкой отозвалась Гермиона.

— Ну, девочки, пойдёмте, будет весело.

— Знаешь что, Тео? А я, пожалуй, пойду, все-таки последний курс, а там начнётся взрослая жизнь. Решено, в этом году я не пропущу ни одной вечеринки, — высоко задрав голову. Через секунду все засмеялись.

— Я очень рад, — подойдя к ней и прижав её к себе.

— С тобой точно всё хорошо? — с беспокойством спросила Миона, когда Тео закрыл дверь с другой стороны.

— После ужина предлагаю собраться и поболтать, позовем Джинни к нам.

— С удовольствием. Какие у тебя планы на сегодня?

— Хочу прогуляться по замку, посмотреть, как обстоят дела, — как-то уклончиво ответив.

— Темнишь, Эва, темнишь. Ну ладно, потом расскажешь, хорошо?

— Да, Миона, спасибо — обняв подругу, она взяла сумку и вышла.

Но правда была в том, что Эва хотела посмотреть, в каком состоянии находится её «тайное место» и остался ли тот кабинет, с которого всё и началось. Дойдя до башни, поняла, что отремонтировали только входы, но на саму крышу не подняться.

«Ладно, найдём другое место». А вот кабинет остался нетронутым. «Гоменум Ревелио». Кабинет был пуст. Она сделала глубокий вдох: «Алохомора». Дверь открылась.

Кабинет был такой же, каким она его помнила. Тот же слой пыли. Было ощущение, что его не тронул весь тот ужас, который творился несколько месяцев назад.

Подойдя к окну, Эва вновь увидела тот прекрасный вид и вспомнила, за что ей так понравился Хогвартс. Достав сигарету, она подкурила, наполняя свои лёгкие дымом. Почему-то именно здесь её тянуло втянуть этот едкий дым в себя, как будто было недостаточно того яда, что витал тут в воздухе. В очередной раз поймав себя на мысли: «Зачем маглы это делают на постоянной основе?».

Эва читала, что учёные выяснили, что никотин — это маленький червячок, который сидит в головах людей и требует свою еду — никотин. И именно из-за него люди так часто тянут сигареты в рот, чтобы утолить жажду, хотя в действительности это обычное самовнушение. У них даже есть книга «Лёгкий способ бросить курить», к которой так редко прибегают те, кто желает бросить это. Им гораздо легче врать себе и окружающим, что они могут бросить в любое время, в то время как их червячок всё глубже и глубже проникает в разум, образовывая зависимость. А им всего-то и нужно, лишь признать этот факт...

Тяжело вздохнув и сделав ещё одну затяжку, «А ведь я, как они… Не могу признать действительность и взять ответственность». Её грустный взгляд не отрывался от солнца, которое светило прямо в окно, отчего ей пришлось встать в пол-оборота. Знакомое чувство её посетило.

— Не ожидала тебя увидеть здесь вновь… Малфой.

— Тоже самое могу сказать и о тебе, — закрывая дверь и делая пару шагов.

Он знал, что она здесь, видел, как её силуэт скрывался за дверью. Парень хотел пройти мимо, но как будто невидимые силы его тянули к ней. Это было странное чувство. Одержимость желания, переплетенная со злостью реальности. Он смотрел на неё, пытаясь понять, что же творится внутри неё, внутри него.

— Если это вновь твой кабинет, то скажу, как и раньше. Мне не нужны проблемы, более я здесь не появлюсь, — в очередной раз затягиваясь сигаретой, нарушая тишину, которая давила на лёгкие.

— Ты думаешь, нам стоит видеться здесь? — равнодушно спросил, но в голосе как будто проскользнула нотка надежды на что-то.

— Тебя мало волнует, что думаю я, Малфой, раз ты посылаешь ко мне свою мать, — выдыхая дым, проговорила Эва. Она искренне не поняла, почему у нее такая магнитная тяга к нему, учитывая, что между ними пропасть.

— В этом ты права, меня это совсем не волнует, — подходя ближе к ней, оставляя расстояние в несколько сантиметров. Он ждал, сам не понимая чего. Она затянулась и повернула к нему голову, выдыхая дым прямо в его лицо.

Он не успел увернуться, и в нос ударил едкий запах табака.

— Ты больная? — отходя от неё и кашляя.

Эвелина усмехнулась, потушила сигарету и направилась в сторону выхода. Малфой схватил её за руку и резко развернул на себя. Да так, что она потеряла равновесие и упала.

— Ты больной? — парень ухмыльнулся, но руку все же подал, чтобы помочь ей встать. Девушка же проигнорировала этот жест и встала сама. Отряхнувшись, она бросила на него яростный взгляд и пошла в сторону двери.

— Эв...

— Нам не о чем разговаривать, Малфой. — жёстко перебив парня, на этих словах вышла за дверь. Она как будто знала, что настанет день, когда эти слова обернутся против неё, и хотела сказать их первой…

Слезы предательски брызнули с её глаз. На обед решила не идти. Зайдя в свою комнату, та оказалась пустой, поэтому, наложив заклинание «Оглохни» на дверь, она забилась в истерике. И не потому, что она больно упала, и даже не из-за разговора с Малфоем, а из-за всего в совокупности. Эти стены давили на неё. Ей было мерзко и больно видеть все эти счастливые лица. А встреча с ним... Всё как будто усложнила.

Умом она понимала, что каждый скорбит по-своему и, возможно, все эти люди в душе переживают так же, а улыбаются только на людях, но вот сердцем... Сердце отказывалось в это верить. Её трясло от злобы и обиды. Она искренне пыталась отогнать от себя правду, чтобы задаваться вопросом «Зачем они приехали из России?», ей хотелось верить, что, если бы они остались там, то мама была бы жива. Но жизнь идёт, а она всё никак не может смириться и даже не пытается.

Роль жертвы настолько её устраивала, что менять ничего не хотелось. Не хотелось брать ответственность за свою жизнь. Эвелина как будто не оценила эту детскую жизнь. Было ощущение, что она — маленький котенок, которого бросили в море и теперь просто наблюдают, выплывет или нет. Её душила своя же беспомощность. Но было ли это так на самом деле?

Её мысли прервали тёплые объятия, окутывая запахом хвойного леса.

— Ми–Ми–Миона, не поднимая головы.

— Тише, тише, не говори ничего, наколдовав стакан воды. Вот возьми попей и запей таблетку.

Через время Эвелина успокоилась.

— Мне надоело, я устала, — грустно отозвалась Эва.

— Может, хочешь поговорить?

— Хочу

Эвелина стала выкладывать всё, что у неё творилось на душе. Она говорила и говорила. И с каждым словом ей становилось легче, как при разговорах с психологом. Летом он ей действительно помог, но сейчас… Сейчас ей нужно было с кем-нибудь поговорить. Да и доктор всегда говорил о том, что держать в себе нельзя. Девушка чувствовала ощущение свободы, поэтому и не могла замолчать. Она боялась, что, как только она замолчит, все эти мрачные чувства вернутся к ней.

— Спасибо, что выслушал, подводя итог.

— Спасибо, что рассказала, Гермиона все это время держала её за руку.

— Наверное, и правда нужно было раньше поговорить, как советовал психолог.

— Ты не говорила, что ходила к психологу, но ты поговорила, когда была готова. Это самое главное. А теперь приведём тебя в порядок и пойдём на ужин. Нет, Эва, ты пойдёшь. Нужно что-то поесть, тем более мы собирались собраться у нас, — остановила её подруга, та лишь кивнула в знак согласия.

Зайдя в большой зал, она снова увидела на себе эти взгляды. Только сейчас они оказались уже не значительными. Какая разница, что думают другие, когда у тебя есть друзья? Эва гордо подняла голову. Две подруги прошли вперёд и сели за стол рядом с Дэвидом Роджерсом.

— Эва, привет, — обнимая, сказал он. — Я рад тебя видеть. Я только приехал.

— Привет, Дэвис, — отвечая ему.

— У тебя всё хорошо?

— Да, просто устала, ничего серьёзного.

— Прими мои соболез…

— Спасибо, — перебив его, и добавила с улыбкой: — Не нравится мне эта фраза. Он только кивнул, повернулся обратно к друзьям.

Эвелина посмотрела в сторону преподавательского стола. Воронцов еле кивнул головой, а Дюбуа не сводил глаз. «Надо обязательно выяснить, кто он такой и как связан с моей семьей, вдруг ещё это прихвостень бабушки».

Ужин прошел хорошо, за исключением того, что она почти не чувствовала мурашек, а они ей так нравятся. И, возможно, сейчас это было бы кстати. В конце ужина Джинни им помахала рукой. Гермиона взяла листок из рук Эвелины и отправила её к ней, а сама пошла к директору отдать их расписание занятий.

— Профессор Макгонагалл, простите, можно завтра к Вам подойти?

— Мисс Грейнджер, всё хорошо?

— Да, всё хорошо, просто хотела поговорить с Вами.

— Приходите завтра в 11 часов утра ко мне в кабинет.

— Спасибо, — и Гермиона пошла к девчонкам.

— Что она хотела? — спросила Эва у подошедшей подруги.

— Эмм, попросила зайти завтра к ней обсудить мои предметы, — ответила Миона.

Девчонки направились на запланированную девчачью посиделку. Уже в комнате, попивая сливочное пиво, Эвелина вкратце рассказала про дневную истерику, которая произошла сегодня. Джинни обняла её, и лёгкие наполнились цветочным ароматом. Ей было хорошо с ними. Она действительно чувствовала их заботу и беспокойство о себе.

— Теперь Вы знаете всё, что я чувствую, делая глоток из бутылки.

— Слушай, а может, тебе поговорить с Гарри? — спросила Джинни.

— Зачем?

— Только будет сказано между нами. Он тоже очень переживает. Считает, что все, кто погиб, это из-за него. И, несмотря на то, что мы решили повременить с отношениями, я две недели жила у него. Поэтому, мне кажется, он сможет как никто другой поддержать тебя.

— А это отличная мысль, Джин. Что скажешь, Эв? — спросила Миона.

— Но моя потеря не сравнится с его чувствами.

— Ты же сама сказала, что для каждого потеря того или иного человека ощущается по-разному. Ты сейчас переживаешь так же, как и он. Поговори с ним обязательно.

— Да, наверное, Вы правы, поговорю, как будет удобный случай. В этот момент появилась Морана и, сев на одну из кроватей, стала слушать девушек.

— А что у тебя с Малфоем? — На этом вопросе Мора как-то странно состроила гримасу на лице, чего не могла не заметить Эва, странно посмотрев на нее. К ее ногам подошел волк и устроился рядом.

— Ничего, Джин. Мы не общаемся. Избегаем друг друга. Черт, Вы же ничего не знаете. Слушайте.

И она рассказала про визит миссис Малфой, про то, как нашла записку с почерком её мамы, адресованную Драко. В которой было написано, что ему нужно держаться подальше от девушки. Не потому, что она против, а потому, что Эва будет уязвима из-за своей сущности, которую вызвал Тёмный Лорд. Говоря это, девушка смотрела на реакцию Моры, которая делала вид безразличия, но Эвелина заметила, как её тело дрогнуло, как та на несколько секунд перестала гладить волка. Мора тоже это поняла, поэтому исчезла. Тогда девушка решила рассказать своим подругам про свою новую знакомую.

— Мы подружились с ней в марте. Я дала ей имя Морана. Только теперь она выглядит как-то иначе. Она выглядит как настоящая Богиня Зимы и Смерти из книжек. Я очень много читала про нее до того, как она появилась в моей жизни. И вот Драко, вместо того чтобы прийти ко мне и поговорить, сказать, что ему сказала моя мама, он прислал свою мать. А та, вместо того чтобы рассказать, зачем пришла, решила выкрасть записку. А объяснить толком и не смогла. Извинилась за себя и за сына. Ну, короче, бред. А ещё этот секс в поезде...

— Рассказывай, — живо отозвалась Джинни в момент, когда Миона, поперхнувшись напитком, пыталась откашляться. Эва лишь смущённо отвернулась.

— Как он? — не унималась Джинни. — Ну что? Мне же интересно.

— Не хочу вдаваться в подробности, но это было необычно и, пожалуй, лучший секс в моей жизни, — делая глоток из бутылки, вспоминая поезд.

— Вот это новости, — отпивая из бутылки, сказала Гермиона.

— Мне не было бы так обидно, если бы он сам, как минимум, пришёл бы… А тут молчал, а потом на тебе — и секс в поезде, причём он только сказал, что скучал, и всё…

— А что было в его воспоминаниях?

— Да на самом деле ничего особенного, Миона. Не понимаю, почему он просто не мог сам рассказать. Он показал, что все эти дни был со мной, не понимаю, зачем, только если всё равно потом отказался. Ещё воспоминания как будто изменены... И Морана сказала, что это не полные воспоминания, но истинные так и не показала. Короче, я запуталась во всём этом.

— Когда тут была твоя мама, я слышала, как она говорила про этот ритуал. И я...

— Пошла в библиотеку, — хором с улыбкой сказали Джинни и Эвелина.

— Очень смешно, девочки, — закатив глаза. — Ну а если серьёзно, то там вроде как тёмную сторону привязывают к кому-то, кто не связан с тобой кровно, чтобы через этого человека можно было контролировать её. Но, видимо, Том что-то сделал не так либо не до конца, так как по итогу сущность-то и не возродилась. Еще там что-то было написано про обратный ритуал, я так полагаю, его и сделала твоя мама. Но если предположить, что этим связывающим звеном является Драко, то тогда всё наоборот. Вы должны быть вместе, потому что, когда он рядом, связь контроля усиливается. Там было очень мало информации, я всё еще ищу. Но вкратце как-то так. Так что, по сути, вам нужно будет с ним вместе же и бороться, чтобы вверх не взяла тёмная сторона, и всё.

— Да в том-то и дело, Миона, если бы он просто поговорил бы со мной, уверена, мы нашли бы решение. Но он поступил как настоящий Малфой, разводя руками, подытожила Эвелина.

— Гадство, — делая глоток, сказала рыжеволосая подруга.

— Может сменим тему? Злюсь, когда говорю про него, — сжимая кулачки, как ребенок, с улыбкой сказала Эва.

— Вы пойдёте на вечеринку? — палочкой левитируя к себе очередную бутылку сливочного пива.

— Да, и в этот раз меня даже не пришлось уговаривать.

— Да неужели? — с улыбкой проворковала Гермиона.

— Ну, может, совсем чуть-чуть, — и все втроем рассмеялись.

Дальше подружки уже стали обсуждать парней, в чем пойдут на вечеринку, и остальные девчачьи разговоры. Эва похвасталась своими нарядами, в этот раз предусмотрев, что на одной из вечеринок все-таки будет присутствовать. Проговорив, кто куда планирует пойти после учёбы, какие предметы выбрали для изучения и многое другое. И, конечно, начали обсуждать двух новых преподавателей.

— Слушай, коль мы затронули тему преподавателей, Эв, а ты их случайно не знаешь? — спросила Джинни.

И она рассказала про встречу и экскурсию с Дюбуа и старое знакомство с Воронцовым.

— То есть тебе нравился Воронцов? — с улыбкой спросила Джинни.

— Ты его видела? Он божественен. Мне он не просто нравился, я была влюблена в него, — с хитрой улыбкой сказала Эва. — Но, увы, возраст и всё такое. Потом он встретил свою любовь, которая его использовала, по итогу он узнал об изменах и ушёл. А я ведь ему говорила ещё в самом начале. Он даже, представляете, променял меня на неё, — изобразив отвращение на лице.

— О, так, значит, он свободен, — мечтательно проговорила Джинни.

— Тебе же Блейз нравится...

— Миона, ты как монашка, ей-богу. Мне что, не могут нравиться несколько парней? На себя бы, кстати, посмотрела. У самой вон сколько ухажеров.

— Ой, не начинай, — и, поворачивая голову к Эве, — а что с Дюбуа?

— А с ним вот всё странно. Его семья знакома с моей бабушкой. Вот же парадокс, да? Чужие люди знакомы, а я нет, — пожимая плечами. — Он говорит, лично не знаком, но я чувствую, что он лжет. Мне кажется, его прислала бабушка, правда, пока не понимаю зачем. Но я это выясню обязательно.

— Мы поможем, — сказала Миона, кивая в сторону Джинни, та закивала в согласие.

Стук в дверь. Девочки переглянулись. Эвелина закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Заходите — открывая палочкой дверь шепча «Луна и Чжоу».

— Чжоу, что случилось? — спросила Джинни, показывая на место рядом с собой.

Теперь они сидели впятером. Успокоив Чжоу, стали говорить обо всём. Около полуночи ушла Джинни, а ещё через пару часов и Луна с Чжоу ушли.

На утро Гермиона сходила к Макгонагалл, Эвелина целый день читала, выйдя только на обед.

— Ты пойдёшь на ужин, Эва, это не обсуждается. Тебе ещё пить сегодня, на голодный желудок собралась? — по-матерински заговорила Гермиона.

— Ну мааам, — падая на кровать спиной, протянула девушка.

— Не мамкай, вставай давай, одевайся, и идем.

Эва понимала, что надо действительно поесть, а то быстро опьянеет, да и на утро будет плохо. И как только она вышла из комнаты вслед за Гермионой.

— Гарри, побежала в гостиную, её окутала волна храбрости, так отзывалась о нем её способность. И там действительно был он и Рон.

— Что вы тут делаете? — обнимая по очереди парней.

— Я на вечеринку пришёл, — сказал Рон.

— Я тоже, но ещё Макгонагалл попросила приехать, надо какие-то документы подписать по ремонту.

— А тебе-то зачем? — подходя ближе, спросила Гермиона.

— Я один из инвесторов по ремонту Хогвартса, — спокойно сказал Гарри. — Ты что, забыла?

— Ой, прости, Гарри, действительно вылетело из головы. Ладно, мы пошли на ужин, вам вроде тоже можно.

— Да, пойдёмте все вместе.

И они вчетвером пошли на ужин в Большой зал. Все взгляды устремились на них. Ну конечно, сам Гарри Поттер стоит в дверях. Эвелине что-то совсем не хотелось есть, но попыталась что-то засунуть в рот из еды. Уже в конце ужина Макгонагалл попросила восьмикурсников остаться обсудить расписание. Как только зал опустел, она проговорила, что всё расписание висит на стенде в гостиной, а также в каком кабинете будет проходить и кто ведёт. На этом директор завершила свою речь и попрощалась, позвав с собой Гарри, Эвелину и Драко.

— Мы ждём Вас в гостиной, — сказала Гермиона, забирая с собой Рона.

Они молча пошли за профессором в её кабинет.

— Прошу, садитесь, — показывая на стулья напротив своего стола, села сама. — Хочу поблагодарить Вас за финансовую помощь школе. Эти деньги действительно нас очень выручили, что мы успеваем закончить ремонт к Рождеству. Хочу показать Вам смету, что было сделано и что ещё будет сделано. А также что нового мы приобретем на оставшиеся деньги.

— Честно, в этом нет необходимости, можете хоть себе забрать, у меня много…

— Мисс де Вилье, — строго сказала профессор Макгонагалл.

— Простите, директор, — пытаясь скрыть улыбку, сказала Эва, парни тоже ухмыльнулись.

Она вручила троим листки и вкратце рассказала. Все, не смотря, расписались.

— Ещё раз спасибо, — забирая листки. — Мистер Малфой, можете идти.

Тем самым показывая, что у неё ещё есть разговор к оставшимся, тот вышел.

— Мисс де Вилье, мисс Грейнджер попросила меня дать Вам возможность поговорить с Гарри наедине, думаю, мой кабинет вполне подойдёт.

— Спасибо, — только и смогла вымолвить девушка.

— Эва, иди сюда, — как только Макгонагалл вышла, Гарри обнял девушку. А она, недолго думая, залилась слезами. Гарри лишь молчал и гладил её по спине.

— Гарри, как ты с этим смирился? — сквозь слезы спросила она.

— Если честно, никак. Я просто подумал, что нужно жить дальше. Они погибли не из-за меня, а из-за Темного Лорда. Они умерли, чтобы мы все жили в спокойном мире. Так и твоя мама погибла, чтобы ты жила, не зная бед. Я понимаю, это сложно осознать, я и сам не до конца уверен в этих словах, но так оно и есть. Мне Джинни помогла принять ситуацию.

— Ты любишь её? — уже более спокойно спросила.

— Да, люблю, но, кажется, как хорошего друга. — пожимая плечами, ответил тот.

Они ещё какое-то время поговорили. Приняв решение, что им обоим нужно говорить об этом почаще и что вполне могут обсуждать это друг с другом. Как раз в этот момент зашла профессор. Она обняла по очереди ребят и отпустила их, попросив долго не засиживаться.

— Она знает про вечеринку.

— Сто процентов, — и оба рассмеялись, направляясь в гостиную.

Через час, когда Гермиона и Эвелина оделись, они вышли в гостиную, где их уже ждала Джинни, болтая с Гарри и Роном. Через минуту подоспели Луна и Чжоу. Такой компанией они направились в Выручай-Комнату. А за ними следовала появившаяся Морана, ее волк помчался вперед.

Заметив его, Эва обернулась и внимательно посмотрела на Морану, которая хоть и держалась в стороне, все равно шла с ними.

Восьмая глава

Ты знаешь, пускай я больше не летаю

Он был мой главный кайф, я без него пустая

Кричала, что не прощу и не пущу на порог

Но он зашел за черту, а я позволила вновь

«Под гипнозом» — Artik & Asti

Комната была такой же, как и в прошлый раз. Достаточно просторной, чтобы вместить человек 50. Несколько игровых столов, в дальнем углу расположен бар, за барной стойкой сияет всё то же самодовольное лицо Забини. «Как будто оказалась в прошлом».

Морана, завидев Теодора, тут же расплылась в своей кошачьей улыбке, хоть и знала, что он её совсем не видит, стараясь подойти как можно ближе. Но, подойдя к нему, она резко кого-то увидела и исчезла. «Что это с ней?», но Эвелина не успела это обдумать:

— Добро пожаловать, — держа поднос с тремя бокалами, поздоровался Тео. — Белый напиток для Джинни, красный для Гермионы, синий для тебя, Эвелина. Попробуйте и скажите, как вам. Девушки разобрали бокалы и отпили.

— Вау, — удивлённо сказали Джинни и Гермиона.

— Ничего такой, но в прошлый раз был лучше, — с ехидной улыбкой сказала Эва.

— Будет тебе тот коктейль, будет, — убирая поднос и беря под руку Эвелину. — Я её у вас украду, но обещаю защищать. Красный напиток — Кир, белый — Дерби, можете заказать у Блейза.

На этих словах он увёл Эвелину в сторону, ведя в другую комнату, дверь которой состояла из штор-висюлек.

— Эва, ты в порядке? Тебе можно пить? Не хочу, чтобы произошло как в прошлый раз, — с беспокойством спросил парень, когда они прошли в комнату.

— Да, Тео, сейчас всё в порядке. Длинная история. Я расскажу её как-нибудь потом, — добавила, видя его взгляд. — Сейчас мне можно пить.

— Ну, ты если что, скажи, ладно? — положив руку ей на щеку.

— Конечно — положив свою ладонь на его руку.

И в этот момент зашли Драко и Пэнси, видимо, желая уединиться. Увидев их, у Малфоя сжались кулаки, а Эва почувствовала нарастающую злость внутри него. Она ухмыльнулась, демонстративно взяв Тео за руку, направилась к выходу.

— Что между вами? — спросил Тео, когда они вышли.

— Не понимаю, о чем ты, — отпустив его руку, — жду коктейль Тео, — подмигнув, направилась к дивану, где сидели Гарри и Гермиона.

Сев рядом, она оглянулась по сторонам. Джинни кокетничала с Блейзом, поглядывая на Гарри. То ли проверяя, вызовет ли это ревность, то ли, наоборот, не перегнула ли она палку. Рон, Ханна, Роджер и ещё несколько человек играли во что-то за столом, Луна и Чжоу мило беседовали в стороне.

— Кого-то ищешь? — спросил Гарри.

— Нет, просто осматриваюсь.

— Дамы и господа, — постучав о бокал, привлекая всеобщее внимание. — Предлагаю нам всем сыграть в игру под названием «Я никогда не». Правила игры следующие: мы все садимся в круг, не переживайте, диванов и стульев хватит на всех. Кто-то говорит «Я никогда не» и что он никогда не делал, все остальные, кто это делал, делают глоток из своего бокала или бутылки, кто этого не делал, не пьют. Говорить нужно правду. Комната не любит лжи. Кто соврет, у того лицо станет красным, и с каждой ложью будет краснеть еще больше. Так что в любом случае все узнают правду. Рекомендую говорить правду и ничего, кроме правды. Я начну первый, а там по часовой стрелке, ну что, играем? Ну, ребята, давайте, будет весело, познакомимся друг с другом, узнаем поближе, — больше половины закивали. — Итак, кто готов, садитесь на свободные места или берите стулья вот из того угла. А в конце игры посмотрим, кто будет у нас самый пьяный.

Многие стали подходить, брать стулья, садиться, образовывая круг.

— Итак, все готовы? Поехали! Я никогда не целовался на вечеринках. И так, кто целовался, отпивает из своего бокала.

Послышались в толпе смешки из-за легкого вопроса, многие отпили.

— Ну что, понятно, как играть? Идём дальше, — поворачиваясь к рядом сидящему парню, взяв его за плечо. — Ну что, дружище, твоя очередь.

— Эээм.

— Давай, давай, парень, — подначивал Тео.

— Нууу, я никогда не влюблялся/не влюблялась, — снова послышался смешок по залу.

Эвелина в этот момент поднесла к губам свой бокал, и ее взгляд встретился с «ледяным», который тоже отпивал из своего бокала.

— Ну тише, тише, зал. Мы же только начали. Первый круг всегда такой застенчивый, мы даже еще и не выпили толком. Продолжаем. Следующий.

Дальше пошли легкие вопросы по типу «не врал/не брал/не ходил и т. д.». Очередь дошла до Блейза.

— Готовьтесь, мои зайки, — потирая ладошки друг об друга. — Я никогда не занимался сексом / не занималась сексом.

Послышался где-то возмущенный гул, несколько парней радостно вскрикнули. Но делать нечего. Почти все отпили из своего бокала. В этот момент Эвелина снова встретилась с «ледяным взглядом». Гермиона засмущалась, так как не отпила. Джинни, бросив быстрый взгляд на Гарри, отпила, Рон стал смотреть по сторонам, проверяя, кто из парней, кроме него, тоже не отпивает.

— Забини, шалунишка, ну и вопросики у тебя. Продолжаем. Малфой, ты следующий.

— Я никогда не испытывал чувства влечения к кому-либо.

И это была правда. Он никогда не испытывал влечение к кому-либо. У него был лишь легкий флирт да редкие встречи наедине с девушками. Даже к Эвелине он не испытывал влечение. Это были просто другие чувства...

Он прямо посмотрел в ее глаза, не делая глоток из стакана. По ее телу пробежался рой мурашек с каким-то холодком, она поежилась. Он ухмыльнулся своей завораживающей улыбкой, увидев тот эффект, на который надеялся.

А вот девушка была крайне задета этим, так как ее влекло к нему, и она просто не могла не отпить. И, как назло, в этот момент он смотрел на неё со своей чёртовой ухмылкой.

Дальше были вопросы уже более пикантные, а кто-то задавал вопросы, чтобы просто выпить и посмотреть, кто же еще так делал. Очередь дошла до Гарри.

— Я никогда не раздевал кого-то взглядом, — отпив, сам улыбаясь.

Послышались положительные крики от парней. Посмотрев по сторонам, заметив, что Эва, Джинни и Миона отпили, смеясь.

— Поттер, не ожидал от тебя такого, — показывая большой палец вверх, сказал Забини.

— Гермиона, твоя очередь, — перебив крики окружающих, повышая тон, сказал Тео.

— Я никогда не спала со своим другом/подругой, — быстро протараторила она. Снова одобряющие крики толпы.

— Я следующая, — сказала Джинни. — Я никогда не думала, что Гриффиндор и Слизерин будут сражаться на одной стороне. Наступила тишина.

— А это отличный тост, — тут же сказал Блейз. — Предлагаю выпить всем!

Толпа стала шуметь, даже кто-то внес аплодисменты.

— Молодец, Джинни, внесла тост в нашу игру.

Следующий задавал вопрос Роджер:

— Я никогда не оставлял засос на ком-либо. — послышались восклицания с перемешкой со смехом.

Драко отпил, смотря прямо на Эвелину. Астория стала дёргать его, шепча, что она никогда не замечала этого на своём теле. Он лишь отмахнулся.

Эвелина коротко посмотрела на него. Он улыбался, и она знала почему. Его отметки до сих пор были на её теле. Она провела рукой по шее в тех местах, где остались отметины, только скрытые под чарами.

Парень усмехнулся, поняв, что она их не свела, а всего лишь скрыла. Ему это понравилось. Астория хоть и сидела рядом, но ничего не заметила. Это был мимолетный жест, но его увидел тот, для кого он был предназначен. От воспоминаний внутри живота стало жарко. Драко пришлось откинуться на спинку и скрестить ноги, чтобы никто не заметил его бурного возбуждения.

Следующий вопрос задал парень из Пуффендуя.

— Я никогда не видел эротические сны с человеком, который мне нравится — после этого «не» отпил каждый кто играл, в комнате царила дружелюбная атмосфера, слышны посвистывания и радостные восклицания. Каждый хотел дружески поддеть своего друга или подругу.

— Давай, Эвочка, ты следующая.

— Я никогда не любила, — сказала она, смотря прямо в «ледяные глаза», отпивая из своего бокала, который уже наполнил Тео. Малфой ухмыльнулся и отпил.

— Ооо, дружище, тебя можно поздравить? — тут же откликнулся Тео, смотря на Драко. Рядом сидящая Астория покраснела, думая, что речь о ней, прижалась к нему.

— Да пошел ты, — отозвался Драко, убирая от себя прилипшую девушку.

В этот момент Эвелина грустно улыбнулась, стараясь не смотреть на это фальшиво-притворное обжимание со стороны Гринграсс. «Вот дура, зачем сказала именно это?».

— Ребята, давайте поднимем градус, — сказал Тео, когда очередь дошла до него. — У меня никогда не было секса с мулаткой. Девушки для вас с мулатом. — Одна треть от всей толпы отпила.

Блэйз в этот момент раздавал воздушные поцелуи тем, кто выпил. Джинни поменялась в лице. Она не думала, что столько партнеров было у него. Ее взяла за руку Эва.

— Не думай даже об этом. Он переспал только с 2–3 из всех, кто выпил, поверь мне, — прошептала на ухо Джинни, от этого той стало немного легче.

После этого вопроса градус вопросов действительно поднялся, и многие даже уже изрядно напились.

Кто то сказал:

— У меня никогда не было секса по дружбе — и какого было удивление Гермионы, Джинни, а особенно от Драко, когда Эвелина отпила из своего бокала.

Девушку чем-то развеселил рядом сидящий Роджер, поэтому она, смеясь, отпивала из стакана и посмотрела на Тео. Он же, в свою очередь, поиграл бровями, и всё это видел Драко.

Эва поперхнулась, повернув голову в сторону того, от кого чувствовала ярость. Встретившись с ним глазами, а потом посмотрев на Тео и снова на него, она всё поняла. Он не так понял. Она покачала головой в стороны, показывая отрицание. И в этот момент почувствовала успокоение. «Одно неосторожное движение, и он взрывается, как банка сгущёнки на плите».

Еще несколько вопросов, и кто-то решил поднять градус.

— Я никогда не фантазировал о ком-то другом, занимаясь сексом с другим человеком.

Отпили многие, в том числе и Джинни с Гарри, даже как-то неловко смотря друг на друга, но в то же время облегченно. Эвелина заметила, что и Драко тоже выпил, смотря прямо на неё, а рядом Гринграсс обиженно стала теребить его, видимо, пыталась узнать об этом подробнее.

К ней подошла Дафна, взяв за руку, отвела в сторону. Её попросил взглядом Блейз, он видел, как злился Драко. Малфой же облегченно вздохнул, когда от него увели Асторию, слегка кивнув в сторону Забини в знак благодарности. Игра продолжалась.

— Я никогда не спал с другим человеком, имея постоянного партнера для секса.

— Ты имеешь в виду измены в отношениях? — задала уточняющий вопрос какая-то девушка из Гриффиндора.

— Нет. Например, мы с тобой не в отношениях, но спим только друг с другом, и вот ты в какой-то момент решила, что тебе меня мало, и переспала с другим.

— Интересный вопрос, парень, — отозвался Тео. — Но, видимо, ты задал вопрос для кого-то конкретного. — Парень лишь улыбнулся.

Эва зачем-то посмотрела на Драко, и тот отпил. Внутри у неё стало как-то неуютно и прохладно. Она не знала про Драко и Асторию, только догадывалась, когда увидела их в первый день, она вилась возле него. Но, видя его безразличие, убедила себя в том, что это она хочет быть с ним, а не он с ней. Но сейчас, когда он отпил, она как будто всё осознала. Поняла, что именно она является тем человеком, с кем изменили. Это осознание как ножом прошлось по телу. Играть больше не хотелось.

Она действительно расстроилась от осознания происходящего. Ей даже показалось, что она всего лишь игрушка в его руках. Это заметил Драко. И перед тем, как она опустила голову вниз, в глазах он прочитал грусть и обиду.

Удивительно, но его это тоже задело. В том году, когда здесь не было Эвелины, он позволял Астории вешаться на него. Но в этом году он всячески пытался отстраниться от неё. Главное, чтобы Эвелина ничего не подумала. Хотя какая ему разница? Он ведь хотел отстраниться от неё. «Почему меня это вообще волнует?» Но всего лишь один нелепый вопрос — и вот она в курсе происходящего. Он злился, и в его руке слегка треснул стакан.

Когда очередь дошла до Блейза, то он не стал задавать вопрос, а молча подошел и поднял Джинни, поцеловав у всех на глазах. Все были в шоке. Особенно Рон. Хотя Гарри, наоборот, аплодировал вместе со всеми.

— Я никогда не делал того, чего не хотел — разрывая поцелуй сказал Забини.

Посадив обратно девушку на диван, направился в сторону своего места. Эвелина подняла глаза и обратила внимание, что Малфой отпил из своего стакана. Потом поднялся и направился в сторону бара.

— Эй, Малфой, твоя очередь, — позвал Тео.

— Возьми мое «не» на себя, дружище, мне нужно налить, — идя в сторону бара.

Эвелина в этот момент провожала его грустным взглядом. Он прошел рядом и еле коснулся ее. По ее телу разлилось странное чувство, будто желание, переплетенное с какой-то грустью.

Подойдя к бару, он взял бутылку и повернулся лицом ко всем. Он открыл свой разум, смотря на Эвелину, и проговорил: «Подойди ко мне».

Девушка посмотрела в его сторону и услышала, как он зовет её. Тело накрыло странной волной магнетизма. Её тянуло к нему, а так как алкоголь уже был в крови в достаточном количестве, отдалась этому загадочному чувству, хоть сердце и разум сопротивлялись.

Она встала и направилась в сторону бара, давая понять Тео, что не нужно делать на этом акцент. Игра продолжилась.

— Ну и вопросы, — подойдя, сказала Эва. — Налей мне, пожалуйста.

— Может, тебе хватит пить? — наливая себе виски в стакан.

— Тебя не спросила, Малфой. Либо поухаживай за девушкой, либо сама налью, — пытаясь дотянуться до бутылки.

— Не дерзи мне, де Вилье, — наливая ей чистый виски. — Осилишь?

— Еще бы, — выпивая залпом и морщась от крепкого напитка. — Давай еще.

— Не налегай так, новенькая, — наливая новую партию напитка себе и ей.

Она взяла стакан, крутя его в руке, задумалась.

— Все хорошо? Я видел твоё заплаканное лицо — парень подошел к ней так близко, что она на теле ощущала его тяжелое дыхание. Их лица были в нескольких сантиметров друг от друга.

— А ты ничего не хочешь мне рассказать? — с каким-то вызовом пролепетала девушка.

— Нет, — жёстким, стальным голосом услышала ответ.

— Ну вот и я не обязана тебе что-либо рассказывать. — Её губы стали сухими, и она их облизала.

— Не делай так, — процедив сквозь зубы, сказал Драко, поднимая свою руку, положив на её. В этот момент они услышали следующий вопрос из игры:

— Я никогда не отказывался от секса.

Они посмотрели друг на друга, сверля взглядом, и он отпил. Она вздернула бровь от удивления.

— Вот бы никогда не подумала, что сам Драко Малфой откажется от этого, — с некой улыбкой проворковала.

— Я тоже, — как-то странно ответил он.

Его голос приобрёл нотку бархатного тембра, от чего у девушки вновь вспыхнул лёгкий зуд возбуждения внизу живота. Она ещё раз облизала губы, смотря прямо в его серые глаза.

Драко закатил глаза. Взяв ее за руку, он потянул на себя, она упала в его объятия. Их губы были в миллиметре.

— Ты нужна мне, — прошептал он так тихо, что она не услышала.

— Что ты делаешь, Малфой? Нас же увидят, — язык предательски стал заплетаться, она попыталась отодвинуться от него.

— Этот угол самый тёмный, нас никто не увидит, к тому же все поглощены игрой.

— Драко… Я не хочу быть твоей очередной игрушкой… — Не успев договорить, он её перебил:

— Очередной игрушкой? Что ты несёшь, Эва?

— Я не собираюсь это с тобой обсуждать. Я сегодня узнала достаточно, — взяв бутылку и стакан, она быстрыми шагами направилась в комнату по соседству. Драко пошёл за ней. Зайдя туда, они увидели целующуюся парочку.

— Найдите себе другое место, — дерзко сказал Малфой.

Они ничего не ответили. Девушка смутилась, опуская лицо, быстрым шагом направилась ко входу, за ней двинулся парень, злобно посмотрев на Малфоя:

— И почему ты такой злой, Малфой? — отпивая из бутылки, сказала Эва.

— Не пей с горла, у тебя же стакан в другой руке.

— Ой, точно, — отпивая из стакана.

— Всё, отдай бутылку, — пытаясь забрать.

— Не так быстро, — девушка ловко увернула руку с бутылкой.

— Не нарывайся, — сдерживаясь, сказал парень. Он видел, что она уже достаточно пьяная.

— Ой, не душни, Драко. И я бы хотела побыть тут одна, зачем пошёл за мной? — оборачиваясь и столкнувшись с его телом.

Он стоял к ней близко, их тела соприкасались. Малфой тяжело вздохнул. Эвелину окутал запах дерева и лаванды с нотками мяты, она закусила губу. И в этот момент Драко примкнул к ее губам. Его язык жадно открывал ее рот, врываясь внутрь. Властно владея языком, он подчинял ее. Словно молния пронзила ее тело от поцелуя. Он, словно зверь, поглощал каждый вдох, перекрывая воздух. Его дыхание, горячее и шумное, обжигало кожу.

Чуть прикусив нижнюю губу с тихим рывком, он углубил поцелуй. Словно обживаясь, проходя по зубам, приласкал нёбо и пустился в дикий пляс, оплетая язык. Поцелуй потерял все оттенки нежности, став грубым и властным. Его руки сильно сжали талию девушки. Воздуха не хватало, она запрокинула голову назад, глубоко вздохнув. Драко в тот момент примкнул губами к ее шее, делая дорожку сверху вниз, покусывая и посасывая кожу. Взяв себя в руки, она отодвинула его от себя, тяжело дыша.

— Драко, не стоит...

— Заткнись, Эва, — и он снова сократил расстояние, рывком притянул к себе и, запустив руку в волосы, впился в губы жарким, немного грубым, но таким страстным поцелуем.

Застонав, девушка вцепилась ему в плечи. Ее тело опалило жаром. Прикрыв глаза, почувствовала, как его язык скользнул по нижней губе и проник в рот. Эва на мгновение ощутила вкус виски. Его руки сжали тело девушки, он издал рык в губы и отстранился.Оба тяжело дышали.

Через несколько секунд в проеме показался Блейз:

— Вот вы где, а мы вас потеряли, — с улыбкой сказал, стоя в проеме.

— Пытаюсь забрать у неё бутылку, кажется, кому-то хватит пить, — поворачиваясь к Блейзу лицом.

Эвелина увидела в этом моменте для себя лазейку и проскользнула мимо него с другой стороны. Победоносно поднимая руки вверх, она подошла к Блейзу, поцеловав его в щеку:

— Спасибо за помощь, Забини, — кинув быстрый взгляд на Драко, увидела, что этот лёгкий короткий поцелуй возымел эффект — он злился. Улыбнувшись, она вышла.

— Дружище, всё в порядке?

— Да, Блейз, — стукнув кулаком ближайший стол.

— Оно и видно. Пошли, — и он вышел.

Вечеринка была в самом разгаре, всем так понравилась игра, что попытки предложить какую-либо другую заканчивались неудачей. Все уже изрядно так напились, что некоторые вопросы были уж слишком пикантные. Но кому дальше игра не заходила, они переходили в другую часть комнаты к различным игровым столам. Когда Эвелина вышла из другой комнаты, она заметила, что Гарри пытается что-то объяснить Пэнси, а Гермиона разговаривала с Тео.

«Ну и ну, а ведь когда они враждовали», на этих мыслях она пошла к свободному дивану. Со стороны играющих её попытались позвать, но она уже больше не хотела играть. На сегодня хватит правды. Ее мысли крутились возле «не», на которые Драко реагировал, и пыталась понять, что из этого относится к ней, а что нет. Почему он ее отталкивает и в то же время целует. Почему ее тянет к нему как магнитом и почему в Хогвартсе так странно ведет себя Морана. Её мысли прервал подходящий к ней Невилл.

— Эй, а ты чего одна?

— Не знаю, так получилось, — с улыбкой отозвалась она. От него пахло пирожками, и девушка поняла, что проголодалась.

— Как тебе вечеринка?

— Весёлая. Невилл, слушай, а ты не видел случайно, здесь есть еда какая-нибудь?

— Да вроде была, тебе принести?

— Если не сложно.

Он ушёл, а она стала дальше наблюдать за всеми. В толпе она нашла его платиновую макушку, он стоял в пол-оборота, флиртуя с какой-то особой из седьмого курса Когтеврана. То ли специально, то ли не придав этому значения, Малфой в момент, когда Эвелина на него посмотрела, наклонился к девушке и что-то прошептал ей на ухо. Та в свою очередь захихикала и легонько толкнула его в плечо, не переставая заигрывать. А недалеко за всем этим наблюдала Астория, не выдержав, она почти со слезами на глазах пересекла комнату и скрылась за проёмом выхода.

— Вот, держи, — отвлек от этого зрелища Долгопупс, протягивая поднос с фруктами и пирожными.

— Спасибо, Невилл, ты настоящий друг, присоединяйся, — Невилл сел, и они мило стали беседовать, краем глаза девушка наблюдала за Драко.

Тот, видимо, делал то же самое, так как пытался вызвать в ней ревность, искоса смотря, чем она занята. Уже под хорошим градусом Эвелина решила: а почему бы и нет? Закончив разговор с Невиллом, она направилась в сторону Роджера, она помнила, как он ревновал к нему.

Долго ждать не пришлось. Рой мурашек пробежался по телу, а внутри чувствовала его злость. На лице появилась злобная победоносная улыбка. Девушка стала открыто флиртовать и строить глазки своему партнёру по общению, чем вызвала ярость в этих «ледяных глазах». Прервали эту игру на стойкость шум. Тео разнимал двух парней, которые, видимо, перебрав алкоголя, что-то не поделили.

— Так, ребята, круто поиграли, но пора бы игру сменить, — начал Тео, как только успокоил их. — Играем «Правда или действие». Прошу, присоединяемся. — Указывая на стулья. Все охотно согласились.

Эвелина же решила, что на сегодня хватит игр, и осталась на своём месте. Игра началась. Многие выбирали действия, видимо, устали откровенничать. По комнате послышался смех и выкрикивания различных заданий. Очередь дошла до Пэнси.

— Гарри, правда или действие?

— Правда. — Гарри уже был изрядно пьян.

— Кого бы ты трахнул из присутствующих девушек? Выбрать можно только одну.

— Тебя, — быстро сказал, отпивая из стакана виски.

Послышались одобрительные и не очень «уууу». Пэнси, видимо, рассчитывала на такой ответ, так как облизнула губы. Джинни, сидящая рядом, была немного в ступоре, не зная, как отреагировать. Гарри кому-то задал вопрос, и игра продолжилась. Поняв, что уже хватит веселиться, да и время приближалось к двум часам ночи, решила пойти спать. Подойдя к Гермионе, она шепнула, что уходит.

Выйдя из Выручай-комнаты, она вздохнула полной грудью, наслаждаясь тишиной и прохладным ветерком. Девушка зачем-то свернула не в ту сторону, спускаясь по лестнице, она свернула в коридор и сама не поняла, как оказалась возле того кабинета. Она вспомнила, что произошло в прошлый раз, опустив голову, она развернулась, уткнувшись в рядом стоящее тело. В нос ударил древесно-лавандовый запах. Она подняла голову и посмотрела в эти «ледяные глаза».

— Решила уйти, не попрощавшись, новенькая? — поправляя прядь волос за ухо.

— Малфой, чего тебе? — делая шаг назад, упираясь в дверь.

Резким движением он открыл ее, ухватив Эву за талию, чтобы она не упала. Вместе с ней он сделал несколько шагов внутрь, закрывая за собой дверь.

— Малфой, отвали…

— Заткнись, Эва… Просто замолчи… — жёстко сказал Драко, обхватил голову руками, запустив пальцы в волосы, и притянул к своим губам.

Эвелина разорвала поцелуй, оттолкнула его и попыталась подойти к двери. Драко толкнул её к стене, она ударилась, но несильно. На её лице можно было прочитать полное возмущение, а он поставил вытянутую руку на стену, преграждая путь.

— Не так быстро — в его глазах горел огонь.

Эва услышала его возбуждающее дыхание. Их тянуло друг к другу магнитом. Он стиснул ее руками и так жарко начал целовать в шею, щеки, губы, было понятно, как же на самом деле он желал эту девушку все это время. Запах ее волос, тепло ее тела, мурашки по телу... «Его» мурашки сводили с ума.

Девушка пыталась его оттолкнуть, но это было больше похоже на игру в «недотрогу», чем истинное «нет». Эвелина ответила на поцелуй с желанием. Поцелуй был страстный, его язык блуждал во рту, периодически кусая нижнюю губу. Внутри у неё всё сжалось в узел. Из её губ вырвался страстный стон прямо в его губы. Малфой напрягся, он чувствовал то же желание, что и она. И он также желал её, как и она его.

Парень не выдержал, подхватил Эву на руки, усадил на ближайший стол. Узкое платье не позволяло девушке раздвинуть ноги. Когда Драко это понял, то выругался и начал расстегивать платье. Тем временем Эва смогла расстегнуть пряжку ремня на брюках и взялась за ширинку, прильнула снова к мягким губам. Этот поцелуй у нее ассоциировался с мятным мохито. Был такой же привкус мяты и алкоголя. И этот поцелуй хотелось пить и пить.

Чёртов воздух закончился и она вздернула голову на верх. Малфой расстегнув её платье и снял с плеч оголяя верхнюю часть девушки. Его рука нежно коснулась ее, сначала он погладил по лифчику, потом провел пальцами по коже. У неё заныло в интимных местах от возбуждения. Он приподнял Эву, резким движением вздернул её платье вверх оголяя её трусики. Она сглотнула и облизала покрасневшие от поцелуев губы. Снова увлекая её в поцелуе, одной рукой бродя по бедру, другой зарывшись в волосы. Она инстинктивно пыталась прижаться всем телом к нему, обхватив своими ногами его ноги.

***

Он встал, используя на ней и себе очищающее заклинание, надел брюки. Она встала, поправила свое платье. Стояла тишина, нарушаемая только поправляемой одеждой. Девушка стояла спиной к нему, Малфой подошёл сзади и помог ей застегнуть платье. Эвелина развернулась к нему лицом. Он посмотрел в эти небесно-черные глаза, рукой провел по подбородку.

— Драко, давай поговорим...

— Нам не о чем разговаривать, Эвелина. — Большим пальцем проводя по губам, он развернулся и ушёл.

Она осталась стоять, слезы предательски потекли по её щекам.

Девятая глава

Мы просто друзья, не более.

Волей-неволей друг друга сложно нам забыть, увы.

Был каждый из нас по-своему

Счастлив, и потому друзьями только лишь остались мы.

«Мы просто друзья» — Батыр

Девушка открыла глаза, оказавшись в какой-то тьме.

— Морана? — вопросительно позвала девушка, поняв сразу, где она. Никто не ответил, только ветерок откуда-то дул.

«Надо найти ее». Закрыв глаза, она сосредоточилась, подняв одну руку вперёд. «Экспекто патронум». Появился светящийся шар, превращаясь в кобру. «Отлично, приведи меня к Моране».

Змея поползла в сторону, на ходу Эва вызвала свет, и он тоже появился с помощью шара и стал лететь над коброй. Они шли по темноте, девушка пыталась прислушаться, но никаких звуков не было слышно. Гробовая тишина.

— Морана, — ещё раз громко позвала, по всей темноте послышалось: «Морана, Морана, Морана», скрываясь где-то в темноте. Дав знак змее, они побежали. Она даже не понимала, почему бежит.

«Ты нужна мне», — услышала мужской голос, как будто ни на чей не похож. Но она поняла сразу, чей это голос, и когда именно он ей сказал это.

— Ты мне тоже нужна, — крикнула она в темноту. — И ты нужна мне, Морана.

— Правда? — отозвался уже знакомый голос. Её голос.

— Правда, Мора, ты где? — поворачиваясь из стороны в сторону, продолжала идти.

— Я не знаю, тут темно.

— Ты главное не переживай, я найду тебя, слышишь? — ответа не последовало. Эва понимала, что сейчас вот-вот проснётся.

— Я вернусь за тобой, просто подожди меня немного.

И как только она это крикнула, она открыла глаза уже в своей комнате. Вскочив резко с кровати, «Ай» — голова болела.

— Вот выпей, — Гермиона уже проснулась и протягивала ей антипохмельное зелье.

— Спасибо, моя спасительница, — выпив это зелье, — черт, — выругавшись, полезла к себе в сумку.

— Что ты ищешь? Может, у меня есть?

— Противозачаточное зелье у тебя есть? — продолжая рыться в сумке, — черт ногу тут сломит.

— Боже, Эва, — открыв свою тумбочку, достала из коробочки, — держи.

— Спасибо, — взяв зелье и выпив его.

— А заклинание не могла использовать сразу перед этим делом?

— Я забыла, — как-то виновато отозвалась.

— Что тебе снилось? Ты как-то беспокойно спала.

— Снова снилась темнота, и Эва рассказала про этот сон. Так странно… Было ощущение, будто я потеряла ее.

— Интересно, что такое произошло с тобой после ночи с Драко... — задумчиво проговорила Миона.

— Но такого не было после поезда, — пыталась найти логику Эвелина.

— Ты говорила, что она к тебе приходит, может, подождем?

— Пока других вариантов нет, — опустив голову, ответила Эва.

— А может, тебе поговорить с Малфоем? Ну разузнать, что твоя мама ему сказала, а?

— Да, наверное, надо бы поговорить с ним.

— Ты думаешь, он бы так рисковал, если бы знал, что ваша близость вернёт твою темную сущность?

— Не знаю, Герм, но уверена, он что-то знает.

— Ладно, оставим это на свежую голову. Какие планы на сегодня?

— Если честно, я хочу полежать и никуда не выходить. Что-то тяжко после вечеринки.

— Ну ты что, планируешь все выходные пролежать? Нет уж, вечером пойдём гулять. Ты пропустила завтрак, я принесла пару тостов, — указывая на тумбочку, — да, да, я твоя спасительница. Гарри и Рон уезжают примерно через час, спускайся, как позавтракаешь, — с этими словами Гермиона вышла, оставив Эву одну сидеть на кровати.

«Господи боже» плюхнулась на кровать спиной. Но делать нечего, нужно спускаться. Девушка приняла ванну, позавтракала, оделась и вышла из комнаты.

Её схватила сильная рука и потянула на себя, не давая опомниться, что произошло, впиваясь в губы. «Его запах меня точно сведёт с ума». Его руки прошлись по телу снизу вверх, вызывая рой мурашек. Малфой ухмыльнулся, не прерывая поцелуй, Эва это сделала за него.

— Держись от меня подальше, Малфой. С меня хватит всех этих игр. — Развернувшись, она пошла в гостиную. «Да что с ним не так? Сначала отталкивает, потом целует». Настроение было испорчено.

«Какой же идиот» с этой мыслью он прошёл чуть дальше и зашёл к Дафне, где уже тусовался Блейз, Тео и… Астория.

— А где Пэнс? — закрывая дверь, спросил вошедший Драко.

— Она вышла минут 30 назад, сказала, сейчас придёт.

— Ясно, — парень прошёл и сел на её кровать, к нему тут же прильнула Астория.

— Привет, Драко, — приторно-сладко защебетала та.

— А ты что здесь делаешь?

— Я пришла к сестре и с тобой увидеться. На вечеринке мне стало плохо, и я вышла, а когда вернулась, ты куда-то пропал. Я тебя потеряла, вот хотела узнать, всё ли в порядке.

Её слащавый голос сейчас раздражал больше обычного. То ли потому, что произошло ночью, то ли потому, что произошло сейчас. «Идиот, блять, но почему меня так тянет к ней? Надо держаться от неё подальше», — вылезая из объятий Астории.

— Милый, ты в порядке? — надула губки девушка.

— Блять, я сказал тебе не зови меня так. Я устал, не лез, ладно?

— Но я скучала по тебе, — подвигаясь ближе к уху, — и по твоим ласкам.

Малфой вспомнил стоны, наполняющие кабинет, её растрепанные шелковистые волосы, припухлые губы от поцелуев, блеск в глазах. Эти небесно-черные глаза…

— Я же сказал, что устал, — вставая с кровати, — Увидимся позже.

На этих словах он вышел за дверь и пошёл в свою комнату. Ему нужно было выпустить пар, от одного только воспоминания о ней при «таких» обстоятельствах в штанах становилось очень тесно.

Проходя мимо гостиной, он заметил её. Она стояла, обнявшись с Уизли. «А где Поттер?», Драко как будто догадывался, но решил все же увидеть это своими глазами. Спустившись, прошел к окну и встал возле него. Спустя несколько минут в комнату зашли Пэнс и Гарри, оба улыбались.

— Ну ты где был? Мы тебя тут заждались.

Эва поняла всё сразу и, стараясь не делать на этом акцент, потянула на себя. Почувствовав на себе взгляд Драко, быстро встретившись с ним, он еле кивнул в знак благодарности. Её глаза быстро поменяли цвет с небесно-черных на полностью черную радужку и после моргания снова стали небесно-черными. Парень напрягся.

— Я тебе потом всё расскажу, а сейчас постой со мной тут, — подходя к Драко, тихо сказала Пэнси. Тот лишь кивнул, не отводя взгляда от Эвы, следя за её реакцией. «Мурашки вроде остались», отворачиваясь от неё.

— Ну всё, идите уже, а то мы вас так никогда не отпустим, — заключив в объятия, сказала Эва.

— Да так и скажи, что хочешь просто вернуться к себе в постель и проваляться весь день.

— Ой, я бы не в своей постели лучше провалялась бы весь день, — она это сказала достаточно громко, чтобы услышал тот, кто должен был это услышать.

Слегка повернув голову, она увидела его ухмылку. Она чувствовала его взгляд не с помощью мурашек, а просто знала, что он не сможет устоять перед искушением. Она облизнула губы. Его кулаки сжались, её победоносная улыбка.

— Кое-кто мне тоже должен что-то рассказать, — увидев всё это, сказала его подруга. Драко кивнул.

Больше этого никто не заметил, слова Эвы восприняли как шутку. Примерно через минут 30 Рон и Гарри уже в который раз попрощались со всеми, зашли в камин и исчезли в зеленом пламени. Эва заметила, что Гарри еле-еле кивнул кому-то за её спиной.

— Я думала, они никогда не уйдут, — поднимая руки вверх, потягиваясь. — Ну теперь можно и в кровать.

***

Выходные прошли быстро и лениво. Эва старалась не выходить из комнаты, чтобы ни с кем не встречаться. Ни с Малфоем, ни с Воронцовым, ни тем более с Дюбуа. Хотя она понимала, что разговор с Драко не избежать. «Но ведь его можно просто отложить, верно?»

Морана так и не появилась. Гермиона пыталась её вытащить на прогулку, но всё безуспешно. Но был один человек, которому всё же это удалось. Воскресенье вечером в комнате раздался стук двери.

— Тео, заходи, — откладывая книгу на тумбочку, сказала Эва.

— Ооо, ты одна, не ожидал, — заходя и закрывая дверь, добавил, — но надеялся.

— Садись, что-то случилось или просто так пришел?

— У меня для тебя прекрасная новость. Я нашел нам новое место. Предлагаю пойти туда и отметить, — доставая из пазухи бутылку.

— Не думаю, что это отличная идея, Тео. Пить перед первым учебным днем — такая себе затея.

— Ну что ты ворчишь, вставай, — подойдя к ней ближе и хватая за руку, стал тянуть на себя.

— Боже, ты и мёртвого достанешь, пошли.

И они оба вышли из её комнаты, как раз в этот момент Драко выходил из комнаты Пэнси. «Эва с Тео? Куда это они пошли вдвоём?!» Несмотря на то, что Драко на неё смотрел, она не почувствовала его.

Обычно, когда Драко на неё смотрел, он видел её мурашки на открытых участках кожи, также девушка после них всегда искала его в толпе, но не в этот раз. И он решил за ними последовать.

Тео взял её за руку и тянул на себя, хотя она и пыталась выдернуть свою руку из его. «Не отпущу», — только и сказал он, далее шли молча.

Они остались на 8-м этаже, только прошли в другое крыло, там было несколько дверей, они подошли к темно-дубовой.

— Только, пожалуйста, аккуратнее, — открывая дверь, сказал парень.

Внутри был небольшой погром, видимо, тут ещё не делали ремонт. Кое-где стояли балки, поддерживая верхние доски, пол был в дырах, а кое-где даже скрипел, по бокам стояла сломанная мебель или старая — непонятно, пару окон и дверь. Именно к этой двери её вёл Тео. Взяв плед, висящий на доске возле двери, открыв её, потянул девушку за собой. Эва увидела великолепную картину перед собой. Вид открывался на Чёрное озеро, через которое проходили рельсы для поезда, в небе посередине было красно-оранжевое солнце, уходящее в закат, с правой стороны — запретный лес, с левой стороны виднелись холмы и горы.

— Тео… — Только и смогла вымолвить Эва.

Этот вид был будораживший, её так же тронула его забота. Парень лишь подошёл сзади, укутал в плед и обнял её. Они стояли, любовались этим прекрасным видом, а ветерок обдувал их лица, окутывая прохладой. Они и не услышали, как позади них открылась дверь и как платиновая макушка спряталась за огромной колонной.

— Я рад, что тебе понравилось, — прижимая крепче к себе, отозвался Тео.

Спустя несколько минут Эва наколдовала второй плед и постелила на пол, садясь и приглашая к себе парня.

— У меня к тебе будет много вопросов. Но самый главный вопрос, который я хочу задать, звучит так, — садясь на плед и поднимая палец вверх, — у меня правда глаза как у кота из «Шрека»?

У девушки случился ступор. Она ожидала любой вопрос, абсолютно любой, но не этот. Спустя несколько секунд раздался звонкий смех. Этот смех настолько был искренен, что даже Драко, не поняв смысл, ухмыльнулся.

— Тео из миллион вопросов, ты выбрал именно этот? Ты безнадежен — пытаясь утихомирить свой смех.

— Тебе смешно, а мне вот это не давало покоя всё лето, — с улыбкой отозвался тот.

— Да, Тео, у тебя правда получаются такие глаза. Какой будет следующий вопрос?

Тео достал бутылку, наколдовал стаканы, разлил алкоголь. Он не знал, как можно задать действительно интересующие его вопросы. Боялся реакции и дружбу не хотел разрушить...

— Тео, я чувствую, что тебя что-то тревожит, поделись со мной. Не заставляй читать твои мысли, — взяв стакан, подняв бровь.

— Я просто не хочу тебя потерять как подругу, — отпив из стакана.

— Я поняла, давай я скажу, а ты скажешь, правильно ли я всё трактовала или нет, хорошо? — Парень кивнул. — Я тебе нравлюсь и ты бы не прочь залезть мне под юбку, ну то есть построить отношения — видя его взгляд исправила фразу. — Ты мне тоже нравишься Тео, но только как друг понимаешь?

— Я так и думал. Боялся тебя спугнуть. Ты мне правда важна как подруга. С тобой здорово проводить время.

— Мне тоже, — взяв его за руку. — Друзья?

— Нет… Мы лучшие друзья, — с этими словами он поднял стакан вверх.

— Дурак, блин, — ударив по плечу.

— Испугалась? Тебе от меня не отвертеться, — взяв её руку и поцеловав.

— Хорошо, что мы это выяснили. Но тебя ещё что-то беспокоит, спрашивай.

— Малфой… Могу я спросить о нем?

— Давай так, Тео, тут, на нашем месте, мы можем спрашивать друг у друга всё что угодно, только пообещаем, что говорить будем правду.

— Готов дать Непреложный обет, — вытянув руку вперёд.

— Нет, Тео, без магии, а на честном слове. Ведь именно так поступают лучшие друзья. Говорят только правду и спрашивают то, что их действительно интересует, а не только для галочки. Я бы хотела иметь такого друга и знать, что есть человек, который действительно всегда скажет правду.

— А что, если я совру или ты?

— Это останется на нашей совести. Если ты соврешь, то тебя съест совесть, и тогда правда все равно выйдет наружу. А если нет, значит, мы не лучшие друзья, вот и все.

— Я согласен. Предлагаю за это выпить до дна. И они опустошили стаканы. Тео, наливая следующую партию:

— Что у вас с ним? — протягивая стакан.

— Ничего, — пожимая плечами и беря из его рук стакан. — Он попросил держаться от него подальше, что я и пытаюсь сделать. И да, я люблю его, — понимая, какой вопрос следующий хочет задать парень.

— Он тебя тоже. Только боится признаться. И плевать, если бы он не хотел говорить об этом кому-то, но он врет сам себе. Я вижу, как он смотрит на тебя, вижу, как заботится о тебе. И если сначала я думал, он пытается уберечь тебя от твоего отца… — Друг замолчал и осекся на ней.

— Тео, говори спокойно о нем, не думай, что я как-то плохо отреагирую, он же мой папаша, я никуда не дену его из своей биографии.

— И так, на чем я там остановился? Ммм… Ах да. Ну вот, сначала думал из-за твоего отца, но теперь-то его нет. Люциус в Азкабане, а Нарцисса, не думаю, что будет против. Не понимаю я его и как друг не знаю, как ему помочь.

— Я тоже, Тео, я тоже… Но там не совсем всё так просто… Хотя просто поговорить — это просто, — пожимая плечами.

— Ну ладно, если тебе понадобится помощь, ты знаешь, к кому обращаться.

— Спасибо, Тео, и за то, что тогда был тоже рядом. Я знаю, ты вёл себя как «собачка» для него, чтобы знать, где я и что со мной всё в порядке. — Эва взяла его за руку и сжала её.

— Не только для него. Мы все о тебе беспокоились. Просто так вышло, что ты подпускала только меня. — Подняв её руку, положил себе на щеку.

— Идеальный момент, чтобы поцеловаться. — И оба разразились смехом.

— Тео, что ты будешь делать после окончания школы?

— Если честно, не знаю. Из-за моего отца путь в Министерство мне закрыт. Может, поеду путешествовать, денег-то полно. Ещё Забини предлагал с ним в Италию переехать. У него там дом и винодельня. — Как-то неуверенно закончил парень, отпив из стакана, задал тот же вопрос ей.

— Мне Гарри сказал, что в Лондоне есть район-город, где живут маглы и волшебники вместе. Думаю, перееду туда жить. В дом, где мы жили с мамой, не хочется возвращаться, там тяжело. Оставлю его как загородный дом. А насчёт работы никогда не думала, если честно.

— Ооо, кстати, переехать в «Сианель» — отличная идея. И почему я о ней не подумал? Значит, так, у меня появился план. А давай туда вместе переедем.

— Вместе?

— Ну, в смысле, купим квартиры по соседству. Может, вместе чем-нибудь займёмся. Как тебе идея?

— Да, мне нравится. И даже если ты сначала поедешь путешествовать, то ты знаешь, где меня найти, — парень кивнул, потянув её на себя, и заключил в объятия.

Это такая искренняя дружба, она чувствовала. По её телу разлилось тепло надежды. Надежды на будущее, на нормальную жизнь, в которой будут друзья. Она даже подумала, что в целом, может, и смогла бы расценить Тео как парня и мужа. «Интересно, как долго он тут находится и что слышал? Да пофиг, пусть слышит и видит». На этих мыслях она подвинулась к Тео ближе, укутавшись лицом в его грудь.

Они просидели на крыше несколько часов, разговаривая обо всем. Сначала они обсудили прошедшую вечеринку, на которой стало понятно, кто кому нравится.

— Будет здорово, если Блейз перестанет быть таким мудаком и подкатит к Джинни, — рассуждала Эва.

— Слушай, но она ему правда нравится, так что всё может быть. А Невилла видела с Полумной? Я видел, как они сражались вместе. Тоже классная пара.

— Дааа. А Гарри с Пэнси видел?

— Ты тоже заметила? Ну они и мастера касперовки, конечно. Удивительно, что с таким навыком скрытности он до сих пор жив, — Тео состроил гримасу.

— Это всё благодаря Гермионе, — и они вместе стали смеяться. Даже за колонной Малфой отметил, как чертовски была права Эва.

— Эва, что у тебя с глазами? — прекратив смеяться, Тео настороженно спросил. Глаза Эвы были чёрные.

Малфой напрягся и готов был уже выскочить из укрытия, как услышал.

— Снова небесно-черные. Что происходит, Эва? — уже более строже спросил парень.

— Я не знаю, Тео, правда. Мне провели ритуал, который должен был помочь. Но иногда глаза становятся чёрные на несколько секунд. Может, это остаточное явление, — пожав плечами, ответила та. «Ему пока не нужно знать про связь с Драко».

— Ладно, разберёмся с этим, хорошо? — Девушка лишь кивнула.

— Что между Драко и Асторией? — спросила девушка, чтобы переключиться на другую тему.

— Если честно, я не знаю. Это правда лучше уточнить у него, — за это Малфой был благодарен другу.

Тео же подумал, что он не вправе говорить больше, так как, во-первых, действительно мало что знает, а во-вторых, не хочет быть «разлучником», в случае если из-за его слов Эва не захочет больше разговаривать с Драко.

— Я рад, что сейчас нас не делят. Было бы странно учиться сейчас на Слизерин. Да и взрослые мы уже, пережить такое... А ты что думаешь?

— Я думаю, это правильно отделить нас от всех. Тео, хочу задать вопрос про твоего отца...

— Он умер, когда воевал тут. Его, кажется, убил Люпин. И знаешь что? Я рад, что его больше нет со мной. Он относительно нормальный был в плане отцовства, даже пытался меня запереть дома для безопасности. Но я вовремя сбежал к Блейзу. Но вот как человек он был ужасный. И я рад жить без него.

— Ты его так ненавидел?

— Нет, вовсе нет. Но я не разделял его взгляды с самого начала, за что получал хорошую порцию Круциатуса, — его руки сжались в кулаки, девушка взяла его за руку, показывая, что поддержка рядом. Он продолжил:

— Моя мать умерла, когда я был маленький, а отец никогда не знал, как воспитывать сына. Он смотрел, как воспитывает Люциус Драко, так и меня воспитывал. Оттуда и друзья мы с ним. А позже с Люциусом и моим отцом стала рядом крутиться красивая колдунья Амелия Забини. Так в наших кругах появился Блейз. И вот мы втроём идём рука об руку. Мы сбегали от наших отцов к Блейзу, его мать всегда знала, как утихомирить этих «мужчин». Не зря же она освоила такую профессию, как «чёрная вдова», — Тео ухмыльнулся. — А потом школа, разные интересы, и я как-то отдалился от них, что ли. Но мы всё равно остаемся друзьями и знаем, что, чтобы ни случилось, придём на помощь. Так нам Блейз показал, что такое телефоны, и благодаря им я смог сбежать. Вот никогда бы не подумал, что устройство маглов мне спасёт жизнь.

— Вы отличные друзья, я наблюдала за вами. Всегда держитесь вместе, заботитесь друг о друге.

— Да, спасибо. Нарцисса не хотела отпускать Драко в школу, даже почти убедила Люциуса в этом. Но потом Тёмный Лорд обмолвился, что будет сюрприз в школе, Драко сразу принял решение возвращаться. — Тео замолчал на несколько секунд, как бы раздумывая, следует ли говорить, продолжил:

— Драко стал переживать, что этот сюрприз ты, Эва, поэтому и вернулся. Ну а мы с Блейзом, как верные товарищи, за ним пошли.

— Странный он, этот Драко, — задумчиво проговорила девушка.

— Не странный, просто у него было совсем другое воспитание. Он, да и многие из слизеринцев, если честно, не знают, как проявлять эту самую «любовь». Мы только и слышали эти идеалы о чистокровных, о грязнокровках, что мы лучше остальных. За нас всё решали: с кем дружить, куда ходить, на ком жениться. Но больше всего доставалось Малфою, так как его отец был один из самых преданных последователей. Он воспитывал его таким же, какой он был сам. А Люциус, ты сама знаешь, не любитель проявлять каких-либо эмоций. Дай ему время.

— Да я это понимаю... Но мне бы хотелось просто поговорить с ним.

— Я постараюсь помочь чем смогу, Эвочка, обещаю.

— Спасибо, Теодорчик.

— Теодорчик? — И они снова рассмеялись.

Оставшееся время они провели за простой беседой ни о чем. Ближе к двум часам ночи решили разойтись. Как и раньше, пообещали тут встречаться почаще.

Как только они скрылись за дверью, Малфой выдохнул, не поняв, узнала ли Эва, что он все время был здесь, или нет. В голове было много разных мыслей, даже не знал, с чего начать. Но одно он понял: поговорить все равно надо, и желательно в ближайшее время.

Десятая глава

Что же ты, девочка моя,

Делаешь с собой, сколько в тебе силы.

Сколько же, девочка моя,

Выплакала слёз, соли бы хватило…

Помни, у тебя я есть, даже если ты совсем одна.

Около тебя, я здесь — ничего не бойся никогда.

«Девочка моя» — Вера Брежнева

Наступил понедельник, а это означало, что начался новый и последний учебный год. Эвелина с нетерпением ждала урока с Воронцовым. Она ещё с детства помнила, как он классно и понятно всё объяснял. А вот на урок с Дюбуа она слегка побаивалась идти. Было в нём что-то такое, что отталкивало.

— Что у нас там по расписанию? — спросила Эва за завтраком, уплетая яичницу.

— А ты не хочешь забрать свое расписание у меня? — Гермиона достала пергамент и протянула подруге.

— Знаешь, Миона, я тут подумала, куда ты, туда и я. Мне все равно, что здесь заканчивать, — пожимая плечами.

— Ладно, не хочу быть занудой, делай как знаешь. — раскрывая пергамент. — Поговорив с профессором Макгонагалл, она разрешила посещать все предметы. Учитывая то, что обязательных нужно было выбрать 5–6, остается куча свободного времени.

— И почему я не удивлена, — но глаза все равно округлились от удивления.

— Так ты будешь со мной ходить или как? — строго отозвалась подруга. Эва кивнула.

— Значит, после завтрака у нас древние руны и Астрономия. После обеда — зелья и травы.

— О! Дюбуа. Это интересно, — живо отозвалась Эва.

— А завтра целый день с Воронцовым.

— Шикарный день, можно мне уже завтра?! — подруги рассмеялись.

После завтрака девушки отправились на занятия. Руны были сразу после завтрака, потом пару часов свободного времени и астрономия. В свободное время они пошли в библиотеку, чтобы сразу выполнить домашнее задание, ну, точнее, начать его делать, так как оно было довольно большое. Астрономия прошла спокойно. Эва, в принципе, любила этот предмет. На обеде было достаточно шумно и тесно.

На входе в большой зал ей кто-то сунул записку в руку, она не смогла рассмотреть, кто это был. Раскрыв её, прочла: «Нужно поговорить, жду тебя в 20:00» без подписи. Но она ей и не нужна. Она помнила этот почерк, его не спутать ни с каким другим. Она заулыбалась.

— Ты чего такая счастливая? — спросил Тео, когда мимо него проходила девушка.

Эва повернулась в его сторону и встретилась с «ледяными глазами», и в этот раз они действительно были ледяными. Девушка почувствовала, как будто на неё рухнула волна, окатив её с ног до головы мерзкой субстанцией, включающей в себя ярость, ревность и… удивление? Кажется, и сам Драко не мог понять, почему сейчас испытывает такие чувства, отсюда и удивление. Она смогла увидеть это в его глазах. Поняв, что она слишком долго молчит и палится на Драко, даже растерялась.

— Кажется, ты сейчас летаешь в облаках, раз ответа до сих пор нет. — Тео её остановил за руку и всё это время держал её. И она это почувствовала только сейчас. Опустив взгляд вниз, посмотрев на руки. Она с улыбкой сжала его руку и пошла дальше.

«Интересно, почему он так отреагировал... И он был удивлен сам этим чувствам?» Её мысли прервала Миона каким-то рассказом про звезды, Эва не сразу даже смогла понять, о чем речь.

После обеда они поплелись на 3-й этаж, где были соединены 2 кабинета в единый для уроков Дюбуа. Помещение было светлое и достаточно просторное. Посередине кабинета стоял длинный стол, на котором были горшки и ящики с землей и с растениями.

— Похоже на теплицу мадам Стебель, — Эвелина это прошептала на ухо своей подруге, та кивнула.

— Проходите и вставайте вокруг стола, — голос Дюбуа звучал мелодично, мягко, с ноткой завораживания.

От его голоса многие девушки заулыбались: «Ну точно гены вейлы». Эвелина лишь закатила глаза. На неё не действовали все эти уловки вейл из-за её способности. Она встретилась с его глазами. Они были удивительного пшеничного цвета. Было в них что-то тёплое: «Может, он и от бабушки, но вряд ли желает мне зла». Когда все заняли свои места, Дюбуа продолжил:

— Добро пожаловать в мой кабинет. Я с радостью буду учить вас. Будут небольшие изменения в расписании, а именно в день будут одинаковые предметы. То есть по понедельникам будет травология, а по четвергам — зельеварение. Мадам Стебль с радостью поделилась со мной об успехе каждого. Рад, что тут есть ученики, у которых явно в этом талант, — на этой фразе он посмотрел на Невилла и Ханну. — Мы вкратце пробежимся по уже изученным растениям и далее перейдём к более опасным, но в то же время нужным, а некоторые даже необходимым растениям.

Далее Дюбуа стал задаваться вопросами про все растения. И про каждое мог что-то дополнить. Его речь было приятно слушать, однако Эва не стала привлекать к себе его внимание и отмалчивалась обо всех тех фактах, которые он озвучивал. Она почти всё это знала, еще со времен учебы в «Колдовстворце». Там более глубже изучали травологию, если сравнивать с занятиями с пятого курса, на которых была Эва.

— Мисс де Вилье, очень странно, что Вы молчите. Насколько я знаю, вы 4 года учились в «Колдовстворце», а сейчас отмалчиваетесь о других фактах растений. Неужели не хотите поделиться с остальными? — Было непонятно, зачем он так подставляет её.

Таким высказыванием он явно не располагает к себе. Все ученики обернулись на неё. Кто-то смотрел с восхищением, кто-то с осуждением. Эва лишь сверлила злостным взглядом Дюбуа. Но не успела ничего сказать, как вмешался кто-то другой.

— Профессор Дюбуа, как же ей делиться знаниями, если Вы ни разу её и не спросили? Вы задавали вопросы и тут же выбирали, кто будет отвечать, а её так и не спросили.

— Вы, я так полагаю…

— Малфой. Драко Малфой.

— Мистер Малфой, я учту ваше замечание, — уже более строго заговорил профессор.

Он решил, что лучше не зацикливаться на этом, и дальше стал что-то рассказывать. Эвелина повернула голову назад и, встретившись глазами, прошептала «спасибо», Драко лишь еле заметно кивнул ей.

Он сам и не понял, как оказался рядом с ней. Как будто его разум отключился на несколько секунд, а включился уже в тот момент, когда Эва на него посмотрела. Ему хотелось подойти ближе. И это были не его чувства. А будто магнитом тянуло к ней.

Спустя несколько минут она почувствовала дыхание, а потом касание руки. Он подошёл и сжал её руку, стараясь закрыть своим телом этот момент от любопытных глаз.

Профессор так интересно рассказывал о растениях, что мало кто обратил внимание на хождение Драко, однако Дюбуа это заметил. И отметил про себя, что у него явно будут проблемы с этим парнем.

До конца занятий Эмиль больше не обращался напрямую к Эве, однако та решила не упускать возможность поговорить, тем более что он сам обмолвился об этом. И поэтому на все его вопросы она отвечала, не дожидаясь, кого спросит профессор. Она была права, тем самым она привлекла не только его внимание, но и окружающих. Но всё это время за спиной стоял Драко, и ей от этого почему-то было легче.

Девушка чувствовала как будто его защиту, это было странно. Их отношения нельзя назвать нормальными. Все их разговоры превращались либо в ругань, либо в секс. Отчего ей не хватало обычного общения с ним. Она не понимала, в каких они отношениях и на что она вообще может рассчитывать. Ещё эта Астория, непонятно, что у них там. Время на занятии пролетело быстро, никто и не заметил, как наступило время идти на ужин.

— Всем спасибо, вы большие молодцы. Домашнее задание задавать сегодня не буду, так как мы все-таки больше знакомились. Однако учтите, дальше будут большие объёмы, и 70% вы будете изучать сами, написав свои эссе.

Все стали собираться, однако Драко стоял, не шевелился, она повернулась к нему, пытаясь выдернуть руку. Он лишь смотрел ей в глаза, тем самым привлёк к ним лишнее внимание.

— Мисс де Вилье, не могли бы вы задержаться на пару слов? — на этих словах парень сильнее сжал руку и злобно посмотрел на Эмиля.

— Не нравится он мне, — прошептал парень и, отпустив девушку, направился за своими вещами и далее к двери.

— Я слушаю Вас, — с холодом и надменностью сказала Эва.

— Я бы хотел извиняться. Я высказался слегка резче, чем планировал. Я ни в коем случае не хотел вас выставить перед одноклассниками в каком-то плохом свете. Просто неверно выразился…

— Можете не продолжать, профессор, всё в порядке, — отмахнулась девушка.

— Это ваш парень?

— Нет.

— А выглядит по-другому, — девушка лишь пожала плечами.

— Это всё, что вы хотели? — ей были неинтересны комментарии с его стороны.

— Да. Надеюсь, мы подружимся с вами.

Эвелина ничего не сказала, лишь кивнула и направилась в Большой зал на ужин.

Остаток дня прошёл спокойно. Ближе к 20:00 девушка попрощалась с Гермионой и вышла из библиотеки, направившись к знакомому кабинету. Постучав и услышав «входите», она толкнула дверь и вошла.

— А я все думаю, на сколько тебя хватит, чтобы самому написать.

— Ну и как, рада, что так быстро?

— Наверное, больше разочарована, что так быстро.

— Что? — повернувшись к ней и неодобрительно посмотрев.

— Я шучу, Лекс, шучу, — Эва подошла ближе и обняла его.

— Неужели ты соскучилась?

— Ещё как, — девушка лишь крепче обняла. — Ты просто позвал или хотел поговорить?

— И то и другое, — Алексей закрыл дверь, подошёл к шкафу и достал винный напиток.

— Это «Акура»? Сто лет её не пила. Рада, что ты помнишь, что мне нравится, — отозвалась Эва, когда к ней подошёл парень с бутылкой и бокалами.

— Ещё бы я забыл. Эва, ты мне правда дорога, как и раньше, — уже более серьёзнее отозвался он, наливая в бокал вино.

— Боже, какое оно вкусное, — делая небольшой глоток, смакуя напиток. — Давай я расскажу сначала про урок Дюбуа, а потом ты начнёшь.

Воронцов кивнул, и Эва рассказала, что произошло на уроке:

— Причём мотив я так и не поняла. То ли хотел обидеть, то ли привлечь внимание, — закончила рассказ девушка.

— Может, правда ляпнул, не подумав, знаешь, такое бывает, когда тебе нравится девушка, а ты этого не признаешь, — как-то застенчиво отозвался.

— Ты говоришь это по опыту? — Эвелина расплылась в улыбке.

— Да, — посмотрев в глаза.

И между ними как будто прошлась искра. Он было дернулся в её сторону, но вовремя остановился, делая вид, что он потянулся за бутылкой, чтобы долить.

— Всё в порядке, Лекс? — Девушка посмотрела на него с заботой и поняла, что он хотел сделать на самом деле.

— Да-да. Просто… Ладно, я узнал тут кое-что о Дюбуа, не особо много, но всё же. И, кстати, знаешь, кто мне помог? Малфой.

— Малфой? — удивлённо переспросила Эвелина, дабы убедиться, что ей не послышалось.

— Да, именно он. И знаешь, я был крайне удивлён. В особенности тем, что не смог прочитать его мысли.

— Он хороший окклюмент. Его обучал Снейп.

— Северус Снейп?

— А ты его знаешь? — с некой радостью воскликнула девушка.

— Он приезжал несколько раз на состязания по зельеварению в Россию. И, кстати, он останавливался в том районе, где вы жили. Я как-то слышал его разговор с профессором Смирновым, помнишь его?

— Да, помню. Хороший профессор. Нравились его уроки. А Северус Снейп был крестный Драко, как и мой.

— Кажется, ночь будет длинной. Тебе определённо нужно мне всё рассказать.

— А как же завтра уроки?

— У меня завтра только вы, во второй половине. У тебя тоже. Я же всё сначала разведал, прежде чем пригласить тебя.

— Какой ты заботливый. Ну ладно, расскажу тебе, — отпивая из бокала.

Она рассказала про переезд в Англию, про Тёмного Лорда, про Северуса и Сириуса и про «Золотое трио». Умолчав про темную сущность, Драко и ритуалы. Об этом она решила, что расскажет позже. Закончив разговор смертью мамы, про пьяное лето и приезд Катерины.

— Почему ты мне не написала сразу?

— Потому что я пила, Лекс. Много. И, поверь, писать кому-либо была просто не в состоянии.

— Как же ты пришла в себя?

— Мои новые друзья помогли мне в этом. В том числе и Малфой.

— Что у тебя с ним?

— Секс. Просто секс. Эвелина очень доверяла Воронцову, раньше они были очень близки.

Сколько себя помнила Эва, этот парень всегда был рядом. Можно даже сказать, вырастил её и был как брат. Однако сейчас она решила повременить с рассказами о тёмной стороне. Это, казалось, было глупо, так как он был очень хорош в своей области преподавания.

— А ты хочешь большего от этой связи?

Девушка лишь пожала плечами. Ведь в действительности она не знала, что на самом деле хотела. Сейчас ей нужно принимать свои решения и жить своей жизнью. Теперь нет утешения и советов с материнской стороны. Она задумалась.

— Ты же знаешь, что я рядом? — Подойдя к девушке, Алексей взял её за руку, она кивнула. Уже не было сил плакать, да и обсуждать это тоже.

— Лекс, ты хотел что-то рассказать, — учтиво напомнила ему девушка.

— Да-да. Так вот, держи, — и протянул папку со стола. — Это принёс Малфой.

Это было досье о семье Дюбуа. Их происхождение, их связи и чем занимаются. Эвелина быстро пробежала глазами.

— Мало.

— Ну, конечно, мало. Ты здесь находишься меньше недели. Это то, что можно узнать из открытого источника. Малфой сказал, что выясняет ещё, и как будет информация, скажет. Но больше меня удивил тот факт, что он пришёл ко мне, и знаешь, что он сказал? Что ты однажды ему рассказала обо мне и что мне можно доверять.

— Да? Возможно, было такое, когда рассказывала про жизнь в России.

— Но мы же были в ссоре...

— И что? — перебив его — Не уже ли если бы мне угрожала какая нибудь опасность ты бы не попытался меня спасти?

— Я бы не стал пытаться. Я бы спас. В его голове была твёрдость.

— Ну вот видишь. Так что не зря, что я рассказала. Теперь вот пожинаем плоды, — Эва улыбнулась.

Ей была приятна эта забота от обоих. «Может, не всё так плохо, как кажется?»

— Я связался со своим другом из Франции. Он, кстати, знаком со сводным братом твоей мамы Рафаэлем. Близко знаком, если ты понимаешь, о чём я, — заулыбался Алексей.

— Боже, — закатив глаза, — а бабушка в курсе?

— Насколько я понял, частично. Думаю, догадывается.

— Это удар для репутации де Вилье, — девушка рассмеялась. Лично она не пеклась о репутации. Будучи дочерью самого тёмного волшебника за последнее время, репутация ей обеспечена. Хоть и не самая удачная.

— Так вот, этот Эмиль — сын от первого брака мужа сестры Кассандры. Ну или как-то так. Не буду вдаваться в имена.

— Как сложно. Продолжай, — попивая вино, сказала Эва.

— Несмотря на то что он некровный родственник, его достаточно хорошо принимает Кассандра.

— И почему я не удивлена? Чужих любит больше, чем родных, — фыркнула с обидой она.

— Может, однажды ты с ней встретишься и сможешь лично спросить.

— Сомневаюсь в этом. Значит, он тут точно по просьбе бабушки. И подружиться хочет неспроста.

— Я думаю, он хочет тебя увезти во Францию. Конечно, по своей воле.

— А мы оба понимаем, как это сделать.

— Влюбить в себя, — в один голос сказали.

— Лекс, а ты в курсе, что в нем гены вейлы?

— Догадывался. Учитывая то, как на него смотрят девушки.

— Да, только они не в курсе, что на меня это не действует.

— Тебя хорошо обучила мама.

— Это точно.

— Что будем делать с Эмилем? — наливая очередную порцию вина.

— Ждать. Посмотрим на его следующий шаг — делая глоток.

— Если что узнаешь, держи меня в курсе, — девушка кивнула. — Ну теперь самое время для подарка.

— Подарок?

— Да, я долго думал, что тебе подарить на твоё совершеннолетие. И, если честно, ничего не придумал, кроме как... — И парень достал небольшую коробку. Эва открыла её и увидела красивое кольцо.

— Оно великолепное, Лекс. Спасибо, — примеряя кольцо. Оно было маленькое и аккуратное. Со знаком бесконечности. Девушка обняла его.

— Если честно, ты первый, кто подарил мне подарок, — даже с какой-то грустью в голосе сказала Эва.

— Правда? Но у тебя же столько друзей...

— Поверь, я была в таком состоянии, что они вряд ли думали о подарках. На самом деле, их лучший подарок — это вывести меня из того мрака, в котором я была. Так что, если бы не твой подарок, я бы и не вспомнила об этом, — с улыбкой закончила та.

Алексей лишь сжал её руку, показывая, что теперь он рядом. Они ещё несколько часов поболтали, и около двух часов ночи она направилась в комнату.

А за всем этим следил ворон Мораны, которого Эвелина даже не заметила.

Одиннадцатая глава

Если наша жизнь похожа на кино

То сюжет известен нам давным-давно…

…Я не идеал, не спорю для тебя

Не могу казаться лучше, чем вчера

Не могу решать проблемы каждый день

От меня не требуй ничего взамен…

…Зачастую слышу, как ты мог так с ней?

«Плакала» — Shami

Утро для Эвелины на удивление было безболезненное, учитывая, что пила и мало спала. Настроение было хорошее.

Стоя возле зеркала, одевая кольцо, она обратила внимание на браслет, посмотрев на него, как будто долго не видела. Это было странное ощущение. Воспоминания перешли на последние его слова в кабинете после вечеринки, а потом вспомнила его поведение у Дюбуа.

Это был странный контраст, и как реагировать на это, девушка не знала. Наверное, она понимала, что у него нет к ней чувств, и это всего лишь тяга из-за ритуала, но старалась об этом не думать. Ведь если это окажется правдой, её сердце будет разбито. «Ведь я люблю его».

Её размышления прервала Гермиона.

— Всё хорошо? — она подошла к своей подруге и тронула за плечо.

— Не знаю, Герм. Наверное, да, всё хорошо, — как-то неуверенно отозвалась Эвелина.

— Хочешь поговорить об этом?

— Наверное… Не знаю.

— Эва, ты ведешь себя странно, что такое? — Гермиона насторожилась.

— Прости, я просто задумалась. Просто мне тяжело держать эту маску безразличия с ним, в то время как на душе у меня совсем другое.

— Я понимаю, моя дорогая, — Миона обняла свою подругу. — Слушай, а может, снять этот браслет и посмотреть, как он отреагирует?

— А какой толк? Его реакция не совпадает с его действиями. Вспомни два последних момента в кабинете, о которых я тебе рассказывала. Как будто два разных человека.

— Да уж... Но все равно, сними его.

Подумав, Эвелина решила снять его и пока не носить. Убрав его в тумбочку, девушки пошли на завтрак. В Большом зале, как обычно, было шумно и вкусно пахло. Найдя места, они сели, не обратив внимания, что совсем рядом сидит бывшая компания слизеринцев.

Эвелина почувствовала на себе его взгляд, а потому закрыла глаза, сделала глубокий вздох... и заблокировала его ощущения. Теперь никаких мурашек. Чуть позже к ним подсел Роджер, и они стали мило беседовать.

По расписанию был урок «Уход за магическими существами», но, так как для старших курсов этот предмет вел не Хагрид, Эвелина решила не идти. У Роджера тоже было свободное утро, а потому они решили пойти после завтрака прогуляться у озера. В конце завтрака они взяли пару фруктов с собой и направились в сторону выхода. Эвелина могла только гадать, что сейчас чувствует Драко и чувствует ли вообще что-либо.

— Драко, всё в порядке? — толкнула его в бок Пэнси.

— Да, — со злостью ответил тот.

— Пойдем поговорим, — парень лишь кивнул.

Подруга решила, что нечего сидеть в комнате, и повела друга прогуляться к озеру. И каково было ее удивление, что так решили и Эвелина с Роджером. Пока Драко их не заметил, она свернула, и они пошли в сторону поля для квиддича.

— Драко, что у тебя происходит с ней?

— А у тебя с Гарри?

— Ничего, — девушка пожала плечами.

— Вот и у меня ничего, — отозвался он.

— Слушай, Гарри здесь нет, мы только хорошо провели время на вечеринке. Что будет дальше, никто не знает. Он пока не писал мне, а я не писала ему. А вот она рядом, и я вижу, как ты на нее смотришь, а она на тебя.

— И что? — он огрызнулся.

— Хватит огрызаться, Драко. Я твоя подруга, и мне можно доверять. Сними уже с себя этот кокон безразличия и надменности. Люциус в Азкабане, Темный Лорд повержен, что тебе еще нужно, чтобы проснуться и начать брать на себя ответственность? — парень лишь пожал плечами.

— Я понимаю тебя, как никто другой. Я сама запуталась и не знаю, что делать. Но я пытаюсь взять свою жизнь в свои руки, выйти из состояния, когда за меня все решали. Мы же об этом мечтали, помнишь?

— Да, Пэнс. Просто она... Всё не так просто.

— Так расскажи мне, — она приобняла своего друга. — Может, пора уже поговорить и всё рассказать?

— Это будет долго.

— Я никуда не тороплюсь, — он достал записку и отдал ей.

— Ты всегда ее с собой носишь? — удивленно взяв ее и раскрыв.

«Здравствуй, Драко.

Я благодарю тебя от всего сердца, что ты закончишь ритуал. А так же я надеюсь, что ты выполнишь данное обещание мне, это очень важно. Мы оба желаем ей только счастья, но увы, иногда нужно чем то жертвовать. И мне очень жаль, что ваша жертва будет именно такая…

С Уважением, Орадея де Вилье»

— Пиздец, — отдавай записку ему, — А что ты обещал?

— Ритуал, который проводил Темный Лорд, привязал ее темную сторону ко мне. И пока я рядом, она уязвима.

— А ты пробовал поговорить с Эвой об этом? Наверняка Гермиона бы нашла выход.

— Я все лето читал об этом. Даже ездил в Дурмстранг. Результат один. Это с ней навсегда. А значит, я никогда не смогу быть рядом, не подвергая ее опасности.

— Драко, но это неправильно. Ты уходишь от проблемы, вместо того чтобы решить ее. По крайней мере, вы можете просто поговорить. Ты можешь показать, что написала твоя мама, ты можешь рассказать ей, что ты узнал. А если ей плохо от того, что ты молчишь? А если ты разбил ей сердце?

— Пэнс, хватит. Хватит делать из меня монстра. Ее сердце в любом случае не спасти, так как мы не можем быть вместе.

— Ты идиот, Драко, вот говорю тебе как подруга. Конченый мудак. Ты что, не понимаешь, что ей так больнее, нежели если бы ты поговорил с ней и всё объяснил. Ты защищаешь себя, а не ее. Ты в очередной раз не берешь на себя ответственность, а перекладываешь ее на других. Повзрослей, Малфой. — Пэнси говорила строго, но в то же время Драко понимал, что, наверное, в ее словах есть смысл.

— Ладно, я попробую с ней поговорить.

— Подожди, подожди... Секундочку... Стоп. То есть поговорить ты с ней боишься, а спать — нет? Ты в своем уме? — Пэнс уже не могла скрыть свое удивление. — Боже, Драко.

— Блять, Пэнс, хватит отчитывать меня как маленького. — Он злился, но злился больше на себя. — Я всё знаю и сам. Ну что ты ждешь от меня?

— Жду чтобы ты включил голову. Ты любишь ее?

— А что такое любовь, Пэнс? — гневно спросил Драко.

— Я не знаю…

— Вот и я не знаю. Я знаю, что мне спокойно и хорошо с ней, что я хочу защищать ее ото всех. И так было с того дня, как я спас ее голову в поезде от удара два года назад.

— Может, это и есть любовь, Драко?

— Но сейчас меня тянет к ней как-то неестественно. Как будто я одержим ей. И все вокруг — враги, от которых я хочу ее защитить.

— И это из-за ритуала…

— Да, поэтому я понятия не имею, что делать. Когда мы остаемся наедине, «разговор» — это последнее, что я желаю. Меня захлестывают какие-то эмоции. И все превращается в секс.

— Пиздец…

— Да.

— Сложно…

— Да.

— Что будем делать?

— Не знаю…

Кажется, на этом разговор был закончен. Ведь оба не знали, что можно сказать в данном случае.

— Прости, что я с тобой так разговаривала.

— И ты меня. Я тоже тут перегнул палку.

— Может, больше не будем ничего друг от друга скрывать? Мы все-таки столько всего пережили вместе.

— Согласен. Спасибо, Пэнси. А теперь рассказывай, что у тебя там с Гарри.

При упоминании его имени она заулыбалась, а глаза ее заблестели. Она рассказала, что произошло на вечеринке и что было утром.

— Он сказал, что напишет, но пока молчит.

— Не переживай, напишет. Но если честно, я крайне удивлён.

— Он мне всегда нравился. Просто из-за вашей детской вражды никогда и не говорила. Как ты относишься к нему сейчас?

— Если честно, никак. Это всё было навязано. А сейчас, когда уже весь ужас закончился, мне плевать.

— Ты изменился, Драко.

— Надеюсь, в лучшую сторону? — с грустной улыбкой спросил парень.

— Определенно, — взяв за руку, сказала Пэнс. — Еще бы перестал быть таким мудаком, цены бы тебе не было.

— Не всё сразу, — и они вместе рассмеялись.

Они давно так не разговаривали душевно. Наверное, последний раз пару лет назад. Она была единственная, перед кем не нужно было строить из себя непонятно кого. Он мог быть просто самим собой. Мог говорить, что хочет, и делать тоже. Он даже соскучился по этому чувству свободы.

— Спасибо тебе, Пэнси.

— За что? — удивилась девушка.

— За то, что ты есть у меня, — и Драко притянул ее к себе, чтобы обнять. Она ответила взаимностью. Так они простояли некоторое время.

— Ты права, поговорить все равно надо. Может, и правда найдется решение. По крайней мере, хуже не будет. Надеюсь.

— Хуже уже точно не будет. Может, просто надо отпустить ее? Для ее и твоего счастья?

— Может…

— Драко, а ты видишься с отцом?

— Один раз. Я не готов его видеть, хоть мать и умоляет сходить к нему. Если честно, я не хочу его ни видеть, ни слышать. Достаточно уже насмотрелся и наслушался. А ты?

— Несколько раз ходила к нему. Но он против моих приходов. А я не знаю, зачем хожу туда…

— Расскажи, что ты чувствуешь, — и девушка рассказала о своих внутренних ощущениях и переживаниях.

— Всё будет хорошо, Пэнс. Нам надо только закончить школу, и мы свободны. Ты сможешь уехать, куда захочешь.

— А что ты будешь делать после школы?

— Не знаю, но сначала уеду на несколько лет отсюда. А там видно будет.

На этом они решили вернуться в замок. По пути Драко понял, почему его подруга увела его от озера, и он был благодарен за это. Видеть Эвелину рядом с другим было нелегко. Они шли молча, поэтому Драко мог обдумать весь разговор: «А что, если Пэнс права и разговор поможет? А что, если отпустить ее?». Из раздумий ее вырвала Пэнс, толкая в бок и показывая на Асторию.

— А что у тебя с ней? — беря за руку и потянув за угол, чтобы она их не увидела. — Придется обходить, пошли.

— Ничего. Надоела она мне. Вешается постоянно, ждет чего-то. Хотя я ей сразу сказал, что она меня не интересует, но, видимо, надеется на брачный договор, который заключили наши отцы, — сказал парень, идя за своей подругой.

— Ты женишься на ней?

— Конечно, нет. Она ребенок, Пэнси. Избалованная девочка. С ней даже поговорить не о чем.

— А как же договор?

— Никто ничего не подписывал. Это всё было на словах.

— Может, оно и к лучшему.

Дальше они шли молча и смогли все-таки пройти через другой вход, чтобы не встречаться с Асторией.

Эвелина возвращалась с Роджером обратно и заметила эту картину: как Драко и Пэнси прячутся от Астории, это вызвало улыбку. Ей было непонятно, почему он от нее скрывается, но в то же время позволяет ей вешаться на него.

Проходя мимо них, она почувствовала ее грусть. «Она ждет его, но, увы, она ему не нужна». Ей стало жалко Асторию, но, с другой стороны, она чувствовала то же самое, что и она. Ведь у нее такая же проблема: она ждет его, но, видимо, ему она не нужна.

Эвелина рассталась с Дэвисом возле входа. Он пошел по своим делам, она — по своим. Они встретились на обеде с Гермионой и пошли на ЗОТИ. Заходя в кабинет, она увидела сидящего за столом профессора, который что-то писал на бумаге, не обращая ни на кого внимания. Уже полкабинета были заняты.

Гермиона хотела сесть впереди, но Эва показала, что в таком случае без нее. Закатив глаза, Гермиона села там, где подруга. Эва же, в свою очередь, решила сесть подальше от Малфоя, который о чем-то разговаривал с Тео и Блейзом на задней парте.

Она старалась о нем не думать и не смотреть. «Пусть всё идет своим чередом. Может, мама права, и нам лучше не сближаться? Ведь она бы просто так не писала бы об этом». Из этих мыслей ее вырвал голос Воронцова.

— Добро пожаловать, ученики, — весело проговорил профессор. — Сегодня мы пройдемся по материалам 7-го курса, чтобы я смог понять ваш уровень и к следующему занятию смог подготовить план обучения.

Далее он стал задавать вопросы по материалу, попутно рассказывая истории о тех или иных заклинаниях, где и когда используются и многое другое. Слушать его было одно удовольствие. Его речь была приятная, а истории интересные.

Он все время не сводил глаз с Эвелины, она же в свою очередь не сводила глаз с него. Слегка кокетничала глазами, теребила свои волосы, улыбалась, отворачивалась. В общем, вела себя как подросток, что в свою очередь забавляло профессора.

Он понимал, что она играет с ним, и старался поиграть с ней. Частенько у нее что-то спрашивал, но она была не промах. Эвелина знала многое. Благодаря маме, отцу Воронцова и учебникам, который принес Северус. Удивительно, но эту мини-игру почти никто не заметил. Ключевое слово «почти»...

Конечно, это все увидел Малфой, а еще он увидел, что Эвелина сняла браслет. И он даже не мог понять, что хуже: их флирт на его глазах или же снятие браслета. Пэнс видела, в каком состоянии Драко, и пыталась одергивать его, иначе он сломал бы несколько перьев.

— Ты же знаешь, что они друзья с детства, успокойся.

— Она сняла браслет.

— А ты что, думал, она всегда его носить будет?

— На ее руке новое кольцо.

— Ну и что? Это же просто подарок.

— Подарок? Блять. Ей же в этом году исполнилось семнадцать. Я забыл про подарок.

— Ну вот видишь, а кто-то не забыл. И наверняка это Воронцов. Не нервничай. Поговори с ней, Драко.

— Ладно, не бурчи, — огрызнулся Драко. Ему надоел этот разговор, но еще он пытался понять, почему он стал так реагировать.

Никто и не заметил, как занятия подошли к концу.

— Я слышал, что профессор Дюбуа не задал вам домашнее задание. И я решил, что не буду уступать ему место в ваших сердцах на звание «любимый преподаватель», так что сегодня ничего задавать не буду. Всем спасибо. Мисс де Вилье, прошу задержаться на несколько слов.

Эвелина закатила глаза, Гермиона улыбнулась, а вот Драко не оценил это. Когда все ушли, она подошла к профессору.

— Привет, — спокойно отозвалась девушка.

— Ну как, я справился? — с неким возбуждением спросил парень.

— Я давно тебе говорила, что ты хороший рассказчик. Так что все было круто, не сомневайся.

— Спасибо, моя милая, — он подошел, приобнял и поцеловал в щечку. И в этот момент зашел Драко.

— Прошу прощения, забыл тут книгу, — ухмыляясь, заходя в кабинет.

— Я пойду, Лекс, — тихо проговорила Эва.

— Да, увидимся позже, — он отпустил ее руку.

Эва посмотрела на Драко и закатила глаза: «Ну какой же он идиот». Она вышла в коридор и направилась в сторону Большого зала.

— Где браслет? — нагоняя ее, спросил Драко.

— Не твое дело, — огрызнулась Эва.

Парень, не долго думая, открыл какую-то дверь и потянул за собой девушку.

— Малфой, отвали, — пытаясь вырваться.

— Почему ты сняла браслет? — не унимался он.

— Захотела, вот и сняла. А теперь отпусти меня, — процедив сквозь зубы.

Малфой смотрел на нее и злился. Их дыхание было тяжелое от злости. Но будто магнитом тянуло друг к другу.

Не выждав и нескольких секунд, они молниеносно слились в поцелуе. Этот поцелуй был страстный, жаркий. Будто пытались напиться. Он толкнул ее к стене, из ее уст вырвался стон. Губы снова были единым целым.

Через несколько секунд ее будто окатило холодной водой, она оттолкнула его. Он хотел примкнуть к ее губам снова. Она ловко увернулась от него. Раздался громкий звук пощечины.

— Я же сказала, держись от меня подальше, — на этих словах Эва вылетела из кабинета, оставив его одного.

Двенадцатая глава

Остановись, все хватит, это конец

Уже не соберём осколки наших сердец

Мы ведь знали, что это не на совсем

Но врали себе каждый гребаный день

«Спасибо» — Миша Марвин, НАZИМА

Первые несколько недель прошли очень быстро. Учёба, учёба и ещё раз учёба, домашней работы было много, но несмотря на это занятия были интересные. Девушки не сводили глаз с Воронцова и Дюбуа, уж слишком они были привлекательные, а эти двое в свою очередь не сводили глаз с Эвелины.

Дюбуа не оставлял попыток произвести впечатление на нее, но всё безуспешно. Она его как будто совсем не замечала, частенько ежилась, как будто от холода, никак не реагировала на его флирт и подкаты. Дюбуа настолько это делал аккуратно, что со стороны сложно было это понять. Однако для одного человека это всё же не осталось без внимания, и его это сначала злило, а потом он даже усмехался над ним, так как видел, что девушка никак не реагирует. Дюбуа же в свою очередь раздражал Воронцов, так как периодически видел, что она с ним всегда мило общается, в отличие от него, с ним она всегда холодна.

Эва всё чувствовала, только ей действительно было наплевать на всех парней, даже на того же Малфоя. Она хорошо проводила дни с девчонками, а по вечерам с Тео на крыше. Ещё она много времени проводила с Воронцовым, их старая дружба возродилась. Девушка старалась просто не думать о Драко, хоть это и было достаточно сложно.

В один из дней снова появилась Морана, но не отвечала на вопросы Эвелины, куда та пропала, всегда отмахивалась. Мора пыталась вернуть Эву домой, говорила, что здесь себя плохо чувствует и тоскует о доме. Эвелина несколько раз пыталась с ней поговорить о воспоминаниях, которые оставил ей Драко летом, и о тех, которые не показала ей Богиня, та лишь говорила, что ничего особенного в них нет. Богиня одобряла ее отношения с Алексеем и Тео и всячески пыталась отвадить ее от Драко, что тоже рождало новые вопросы в голове Эвы.

— Ну, может, ты присмотришься к одному из них? — не унималась Богиня.

— Мы с ними просто друзья, — говоря уже это не в первый раз. — Сколько можно это говорить уже, Мора?

— Ну не знаю, что ты морозишься. Вроде хорошие оба, выбирай любого, и всё. А я уж помогу тебе заполучить его сердце.

Девушку всегда пугала ее улыбка, такая хищная, холодная.

— Если ты можешь преподнести мне их сердце...

— Я могу преподнести тебе любое сердце, — перебила ее Мора.

— Тогда преподнести мне сердце Малфоя, — когда речь заходила о нем, Морана всегда странно реагировала, как будто боялась его.

— Любое, кроме него, — жестко ответила та.

— Тогда не говори, что любое, — съязвила Эва.

— Ну вот зачем он тебе нужен? Он же крутит с этой шатенкой, как ее там... — преподнесла руки к подбородку, пытаясь вспомнить имя.

— Астория, — помогла ей ее собеседница.

— Точно, Астория. Я видела их вместе, Эва. И занимались они непристойными делами.

Говоря это, Богиня внимательно смотрела на девушку, та лишь вздрогнула от упоминания этого, но больше не подала никакого вида.

— Ну и что? — пыталась говорить уверенно.

— А то, что пока ты по нему сохнешь, он развлекается. И, кстати, не только с ней.

— Хватит, — она сказала это жестко, как отрезала, повернувшись к Моране, и ее глаза приобрели черный, как смоль, цвет.

Богиня сделала сочувственное лицо и подошла к ней, но вот в душе она улыбалась ее темным глазам: «Скоро, милая, очень скоро…»

— Поехали домой, Эв. Тебе же не обязательно заканчивать тут учиться.

Говоря последнее слово, она подняла руку и постаралась коснуться ее, понимая, что ее рука пройдет сквозь нее. Но не в этот раз. Ее рука действительно коснулась ее лица, и обе опешили.

— Как ты смогла? — открыв рот, попыталась дотянуться до нее Эва.

— Не знаю, — тут же одернула руку и сделала пару шагов назад.

Волк, который все это время кружил под их ногами, стал тереться о ее ногу, и она почувствовала его мягкую прохладную шерстку. Присев на корточки, чтобы стать ближе к его лицу, медленно протянула к нему руку. Волк же, в свою очередь, дотронулся до руки и тут же полез к лицу, повалив ее с ног, взобравшись на нее, стал лизать лицо.

— Боже, хватит, — пыталась его снять с себя и встать.

Морана стояла и пыталась понять, что же сейчас произошло и как такое возможно. Как неожиданно дверь в комнату открылась, и зашла Гермиона.

— Ты чего тут разлеглась на полу? И что ты пытаешься сделать?

— А ты не видишь тут никого? — странно спросила у нее Эва. Гермиона посмотрела по сторонам.

— Эва, ты тут одна, — как-то медленно это произнесла. — С тобой точно всё в порядке? Может, к мадам Помфри?

— Нет-нет, всё в порядке. Просто... — оглянувшись по сторонам, Морана и волка уже не было. — Ох, Гермиона, сейчас такое тебе расскажу.

После этого случая Морана долго не приходила к ней, хоть Эвелина и звала ее неоднократно. Однако волк приходил к ней частенько и ластился к ее ногам, да и ворон периодически прилетал, садясь к ней на плечо.

Однажды Драко заметил, как Эва как будто гладит кого-то у своих ног и что-то шептала: «Но там же пустота... Она что, с ума сошла?» Аккуратно подойдя ближе к ней, он услышал:

— Лайка, не кусайся, — одергивая руку. — Если играешь, то будь добра без зубов. Эй, ну куда ты исчезла? — Она обернулась по сторонам, Драко сразу спрятался за колонну, чтобы та его не увидела, спустя несколько секунд он услышал.

— Лайка, ты куда исчезла? Обиделась? Ну прости, просто больно же. — Драко аккуратно выглянул из своего укрытия, он не понимал, что происходит, от слова совсем. Собравшись с мыслями, чтобы к ней подойти и поговорить, выйдя из своего укрытия, снова услышал:

— Да куда ты снова исчезла?

— Эй, новенькая, потеряла кого-то? — он подошел к ней и внимательно стал смотреть на нее. Как только она подняла взгляд, он увидел черные глаза.

— Чего тебе надо, Малфой? — глаза снова приобрели обычный цвет.

Он схватил ее за руку и повел куда то в сторону леса.

— Да отпусти ты меня, — пытаясь вырваться, однако хватка была крепкой. — Малфой, отпусти меня.

Дойдя до более-менее безопасного расстояния, Малфой развернулся к ней.

— Что происходит? — он старался говорить спокойно, но всё ж в его голосе прослеживались нотки тревоги.

— Все нормально. Я пойду.

— Никуда ты не пойдешь, пока не расскажешь мне всё, — он снова схватил ее за руку и на этот раз не отпускал, чтобы она снова не пыталась уйти.

— Да отпусти меня, — пытаясь выдернуть руку. — У тебя что, фетиш такой? Постоянно хватаешь меня за руку...

— Эвелина, блять. Прекрати нести чушь и ответь мне уже на вопрос.

Парень выходил из себя.

— Я тебе уже все сказала. — Эва еще раз дернула рукой, и в этот момент Драко отлетел от нее, врезавшись в дерево. Девушка, испугавшись, подбежала к нему.

— Драко, — пыталась привести его в чувства, садясь на корточки, и стала аккуратно бить его по лицу. — Боже, Драко, очнись.

Он немного мотнул головой и открыл глаза, через несколько секунд встал, опираясь на дерево и ее руку.

— Эва, что происходит? — держась за голову.

— Я… Я… Я не знаю… Прости, я не знаю, как это вышло, я не хотела… — держа его другую руку, не выпуская.

Оперевшись на дерево плечом, он протянул ее к себе в объятия.

— Я видел твои глаза, они были черные. Расскажи мне, что происходит.

Эва обняла его, наслаждаясь стуком его сердца, легким ветерком, криком птиц, его запахом, прикосновениям. Как будто она долго была взаперти, а тут ей дали свободу, глотнуть свежего воздуха.

— Ничего, всё нормально, — девушка говорила с легкой усталости, как будто столько времени злилась, а тут внезапно ее отпустило. — А глаза… Глаза иногда становятся черными на несколько секунд, но больше ничего. Правда, не как раньше.

— Точно?

— Да, — Эвелина решила, что не готова ему рассказать про Морану и всё, что с ней связанно, но чувствовала, что эта выходка явно ее рук дело, только не понимала, как она это сделала.

— Нам нужно поговорить, — сказал Драко, крепче прижимая ее к себе.

***

После того случая в лесу Малфой стал пристально за ней наблюдать, но так, чтобы она этого не видела, и выжидал момента, чтобы поговорить с ней. Эвелина же всё никак не могла достучаться до Мораны, она как будто бы исчезла. По ночам стала плохо спать, оказываясь всё в той же темноте.

Боясь разговора с Драко и не придумав ничего лучше, стала его избегать, даже не скрывая этого. Было несколько моментов, когда он видел, что она идёт навстречу к нему, но, стоит ей понять, что она сейчас пройдет мимо него, так она либо сворачивала в другую сторону, либо вовсе разворачивалась и шла назад. Его это забавляло, ведь они оба понимали, что в этой битве выиграет Малфой, стоит ему только захотеть. Вот и в очередной раз, увидев его на своем пути, она повернула назад, как её окликнул мужской голос.

— Эвочка, постой, — обернувшись, к ней направлялся Тео. — Слушай, а мы можем перенести нашу встречу на крыше? Мы тут с ребятами решили посидеть, так сказать, мужской компанией.

— Конечно, Тео, отдыхай. Ты только не приводи их туда, я все же пойду почитать, в спокойствие хочу.

— Ну вот, мне теперь неловко, что я тебя бросаю.

— Перестань, я же говорю, хочу почитать, а с тобой все равно не почитаешь. Поэтому я даже рада, что наконец-то побуду одна. Только без обид, — добавила, сразу увидев выражение лица парня.

— Хорошо, — Тео обнял её и легонько поцеловал в щеку.

Это, конечно, увидели «ледяные глаза», так как Эва почувствовала ощущение злости.

Гермиона знала, где пропадала вечерами Эва, поэтому была спокойна за неё. Вот и в этот раз девушка взяла несколько фруктов и тостов с ужина, пару бутылок вина с рюкзака и пошла на крышу. Поудобнее расположившись и укутавшись в плед, она принялась читать.

Это было любимое занятие — пить вино и читать хорошую книгу. Вокруг была идеальная атмосфера для этого. Шум прохладного ветерка, который трепал её волосы, щебетание кое-каких птиц, далёкий шум воды, бьющийся о камни... И никаких разговоров. Одиночество. Как же она соскучилась по этой упоительной тишине. Можно почитать или унести свой разум в круговорот мыслей.

Спустя пару часов Эва закрыла книгу, отложив её рядом, и стала просто наблюдать за солнцем, которое почти ушло в закат.

«Может поехать путешествовать вместе с Тео? А что, кажется, неплохая идея. Только вот как же с ним строить отношения, если я ничего не чувствую, кроме дружбы? А может, и не обязательно нам быть парой, в конце концов, у нас классная дружба», — на этих мыслях девушка глубоко вздохнула.

«Но если мы поедем вместе, он явно будет на что-то надеяться, а я, кажется, ничего не смогу дать, кроме дружбы. И почему эти «ледяные глаза» не выходят у меня из головы? Как бы ни старалась, я вновь и вновь возвращаюсь к ним. Нам надо просто поговорить, и дело с концом».

Её мысли окутывали в некую тревожность, так как она не понимала, что делать дальше. На улице уже совсем стемнело, время подходило к полуночи. Холодный ветер подул на девушку, отчего та поежилась. «Бррр». И в этот момент по её телу разлилось тепло, она поняла, что это согревающие чары.

— Де Вилье, ты волшебница или кто? Не учили в холодную погоду использовать согревающие чары?

— Малфой, а ты-то тут откуда? — вставая на ноги.

Парень стал двигаться к ней. Она хотела отойти, но вспомнила, что они на крыше, и вслепую идти спиной совсем не вариант, поэтому она стояла, не шевелясь. Лишь поправила плед, который спал ей на плечи.

— Надо поговорить, — он явно хотел сказать что-то другое, так как эти слова дались ему с трудом.

Он подошёл слишком близко, Эва инстинктивно потянулась вперёд. В нос ударил запах древесной лаванды, смешанный с мятой и алкоголем. Их губы были в нескольких сантиметрах друг от друга. Драко обхватил талию девушки, аккуратно потянув на себя, не отрывая взгляд от небесно-черных глаз.

Девушка не сопротивлялась, лишь потянула руки к нему. Она прижалась, вдыхая его запах, который сводил с ума. Парень одной рукой держал за талию, второй зарылся в волосы, уткнувшись в них лицом. Её запах был такой мягкий, уютный, родной. Если бы он только мог, он отдал бы все деньги мира, лишь бы этот момент длился вечно. Но он должен держать себя в руках. Она это сделала за него, отодвигаясь, она спросила:

— Что тебе нужно, Малфой?

— Нам нужно поговорить. — Малфой не выпустил её, а лишь держал на небольшом расстоянии, чтобы была возможность смотреть ей в глаза, наслаждаясь её запахом.

— Ещё не время.

Девушка резко дернулась вперёд, чтобы их лица соприкоснулись в районе носа. Она потерлась своим носиком об его, переходя к щеке. Он сжал её талию. Его возбуждала она и все её действия.

— А когда оно наступит? — стараясь говорить спокойно, Эва убрала его руки и сделала шаг назад, поворачиваясь к нему спиной.

— Не знаю. Сначала нужно найти и поговорить с Мораной, а потом уже с тобой, — поправляя плед на плечах.

Он подошёл к ней вплотную и обнял, прижимаясь сильнее к ней. Его сводили с ума её запах и его возбуждение. Драко переставал контролировать свои действия. Убирая её волосы на другую сторону, обнажая шею, слегка провел рукой по ней, обхватывая, еле сжимая. Лицом уткнувшись в волосы, делая глубокий вдох, чтобы лёгкие заполнились только её запахом, касаясь губами волос, двигаясь всё ближе к шее. По её телу прошлись мурашки от его прикосновений, образуя желание внизу живота.

Эва наклонилась в сторону, давая больше пространства для парня. Его губы делали дорожку из поцелуев, покусывая и посасывая кожу, отчего оставались багровые следы. Этот контраст страсти и острых ощущений вызывал дикое возбуждение. Она почувствовала его холодные пальцы у себя под футболкой на коже, отчего прикусила губу. Парень развернул её к себе лицом и впился страстно в её губы. Она почувствовала во рту вкус мяты и алкоголя. Девушка вцепилась руками в его кофту, отчего плед стал сползать по телу вниз.

Его резкий толчок — и вот он уже припёр её к колонне. Тело пылало от страсти, а колонна была слишком холодна. Этот контраст температуры придавал ярких ощущений в моменте. Её рука впилась жадно в волосы, сжимая их своими пальчиками. Губы жадно впивались в его губы. Он как будто был для неё глотком воздуха, который вот-вот закончится. Его язык обвивал её язык, танцуя как будто в танце. Она почувствовала его руку у себя на голове, хватаясь за волосы, он потянул её назад, открывая путь к её шее.

— Ты моя, — прошептал он возле уха.

Она лишь закрыла глаза и закусила губу. Его рука блуждала под футболкой. Её дыхание участилось.

— Драко, пожалуйста...

— Что, пожалуйста, новенькая? Скажи мне, — продолжая мучить девушку.

— Драко… — она не успела договорить как парень дёрнул её на себя и увлек в очередном поцелуи.

Отрываясь от неё, она облизала губы. Они тяжело дышали. «Какая она красивая», — смотря на Эву.

Её растрепанные волосы, опухшие губы, румяные щеки и этот блеск в глазах. Но надо держать себя в руках. Сделав несколько шагов назад, девушка с пола подняла плед и укрылась им.

— Уйди, пожалуйста, — девушка отвернулась от него.

— Нет, — его голос звучал холодно.

— Хорошо... Ты пришел поговорить, говори, я слушаю, — она старалась говорить уверенным голосом, несмотря на алкоголь и обиду.

— Мы не можем быть вместе.

— Это всё?

— Да.

— Ничего нового ты мне не сказал, это я и так знаю, в чем разговор не понимаю, — она пожала плечами, голос слегка дрогнул.

Малфой просто стоял и смотрел на нее. На самом деле хотел сказать совершенно другое, но почему то именно эти слова вырвались у него из груди. Он не хотел ей сделать больно, но и вместе они быть не могут. Вся эта «любовь» была чужда для него.

Ему было не понятно как нужно себя вести, с той, о ком постоянно мечтаешь, но быть вместе не можете. Как объяснить ей, что это не его прихоть, это просто судьба. Он пытался быть в стороне от нее, но просто не мог. Ему было важно знать все ли с ней в порядке, особенно после того, что он видел пару лет назад. Но вот слова… Слова ему давались крайне сложно, и может быть даже невозможно. Невозможно объяснить все что происходит.

— Чего ты ждешь? — нарушая тишину, промолвила девушка.

— Когда мы поговорим.

— Мне кажется, мы уже поговорили.

— Да.

— Малфой, ты идиот? — она уже не выдержала и повернулась. Их взгляды встретились, она облизала губы.

— Меня тянет к тебе, — он сделал шаг ей навстречу. — Я пытаюсь это контролировать, но не выходит. Я хочу, чтобы ты держалась от меня подальше.

— Что я и делаю, — состроив гримасу. — Только ты постоянно ищешь встречи и не оставляешь меня в покое.

— Что же нам делать, новенькая? — он снова подошел к ней так близко, что их дыхание касалось друг друга, опыляя жаром. Эвелина подняла голову вверх, чтобы встретиться с его глазами.

— Хватит меня так называть, — ее голос дрогнул от легкого покалывания, прошедшего по всему телу, когда он заправил прядь волос за ухо.

— А то что?

— Хватит, Малфой, я устала, — попыталась отвернуться от него, чего он ей не дал сделать, схватившись за локоть, который был под пледом.

— А я, думаешь, не устал? — внимательно разглядывая её лицо, наблюдая за реакцией. Девушка молчала. А что сказать? Что вообще можно сказать в этой ситуации?

— Пойдём, — делая шаг назад и нагибаясь, чтобы взять её вещи, Эвелина сделала шаг вперёд, ближе к нему.

Он остановился, поднял на неё свои глаза. Его рука поднялась и коснулась её ноги в районе щиколотки, пальчиками поднимаясь выше, ко внутренней стороне бедра. Эва сжала ноги, Драко ухмыльнулся. Схватив её за руку, куда-то повел.

Они вышли в коридор, направляясь прямо мимо их входа в гостиную. Она хотела что-то сказать, но он лишь сильнее сжал её руку. Как будто боялся, что, если ослабит хватку, она исчезнет.

Лестница вниз, ещё один коридор, поворот, «Алохомора», и открылась дверь, куда он её завел. Он шёл вперёд, не отпуская её руки, бросив её сумку в сторону.

— Эй, аккуратнее, там вино вообще-то, — пытаясь вытащить свою руку.

— Да ну? — отпустив её руку.

Эвелина тут же подошла к сумке и, проверив, что вино в целости, наколдовав 2 бокала, она разлила по ним вино. Один бокал потянула ему.

— Ты привезла вино с собой в школу? — удивлённо спросил парень.

— Естественно, иначе без вина было бы намного скучнее, — она села на парту, отпивая из бокала. Парень разместился на диване рядом, доставая из кармана портсигар.

— Продолжаешь курить, Малфой?

— Так же, как и ты, де Вилье, — она усмехнулась, он резко встал и подошёл к ней. Смотря ей прямо в глаза. Закурив сигарету, он протянул ей и отошёл обратно к дивану.

— Что происходит, Эвелина? — закуривая вторую сигарету.

— Даже не новенькая? Вспомнил, как меня зовут? — сделав затяжку.

Она рассказала про Морану и ее спутников и что происходит в целом. Что после близости с ним, да и вообще, когда он рядом, Мора и ее спутники исчезают. Что ей снова снится темнота, в которой она ищет Богиню.

— Вот что происходит, — потушив сигарету.

— Понятно, — растянул это слово парень, крутя бокал в руке.

— Зачем мы пришли сюда, Драко?

— Потому что там холодно. Ты вся дрожала, — в полуулыбке отозвался он.

Она лишь закатила глаза и облизнула губы.

— Не делай так, де Вилье, — с каким-то странным тембром отозвался он.

Она в руке сожгла бычок от сигареты и сделала приличный глоток.

— Ты столько же пьешь, как летом? — строгим голосом спросил.

— Нет, папочка.

— Не паясничай.

— А то что? — парень залпом опустошил свой бокал, резко встал и за пару шагов подошёл к ней близко.

Взяв её бокал и отшвырнув его в угол, поцеловал. Эва не сопротивлялась, у неё всё тело ныло от возбуждения, она жаждала его внутри себя. Недолго думая, она резко отстранилась от него и сняла с себя футболку, он сделал то же самое. Их губы снова соединились, их руки блуждали по телу друг друга. Он расстегнул ей лифчик и снял его, кидая на диван.

— Останови меня, если что-то не так, — разрывая поцелуй, сказал Драко, она лишь кивнула.

Малфой надавил ей на плечи, показывая чтобы та легла на спину. Девушка послушно выполнила. Его губы оказались на её шеи процеловывая дорожку от шеи вниз, не забывая оставлять отметки на теле. Эва выгнулась, руками пытаясь за что то схватиться.

Драко это раззадоривала. Ему хотелось доставить ей удовольствие, как будто от этого зависела его жизнь. Была странная тяга ощущать её кожу и запах на себе. Не отрывая губы от кожи, рукой потянулся ниже увлекая её в штаты девушки. Из её уст вырвался гортанный стон, парень ухмыльнулся стал поцелуями спускаться ниже.

Драко выпрямился, смотря, как тяжело дышит Эва, её волосы лежали по всему столу. Он начал снимать с неё штаны, медленно, растягивая удовольствие. Она напряглась, слегка приподнялась на локтях.

— Расслабься, малышка, — полушепотом проговорил парень. Она лишь кивнула, снова легла и постаралась расслабиться.

***

Только тяжёлое дыхание было слышно в кабинете. Малфой отошёл от неё, накладывая на обоих очищающие чары и одеваясь. Подойдя к окну, подкурил сигарету.

— Интересно, у нас получится просто поговорить, не превращая каждый разговор в секс? — одеваясь, сказала девушка. Драко лишь ухмыльнулся.

— Иди ко мне, — протягивая руку к ней. Эва лишь улыбнулась уголками рта и двинулась навстречу к нему. Их окутывал едкий табачный дым.

— Тебя тянет ко мне как-то неестественно, верно? — обвив руками его за шею.

— Откуда знаешь? Почувствовала?

— Нет, Гермиона сказала. Она вычитала про ритуалы, который делал папаша и моя мама. И ты оказался в самом эпицентре, — пожимая плечами, забрав сигарету и затянувшись, ответила Эва.

— А поподробнее, — заправляя её локон за ушко. Ему хотелось просто слушать её.

— Папаше нужно было привязать к кому-то мою темную сторону. Себя он выбрать не мог, так как мы кровные родственники, а из верных последователей был только Люциус, у которого был достаточно привлекательный сын, поэтому он выбрал тебя. Ещё, я думаю, так он хотел больше контролировать его. Наверно, поэтому тебя тянет ко мне, но вот Морана… — она замешкалась, но, выпрямив голову, посмотрела в его серые глаза. — Может, из-за этого у тебя есть чувства ко мне.

— Ты правда думаешь, что у меня к тебе чувства из-за какого-то ритуала? — Он сильнее сжал её руку, девушка лишь пожала плечами, отвернувшись:

— Я не знаю, что будет, когда я её найду и найду ли вообще, — тихо сказав.

— Найдёшь, — прижимая к себе. — А чувства… Мы разберёмся с этим.

Наверное, им обоим нужен был этот разговор. Без выяснения отношений, упреков или еще чего-либо, а просто поговорить. Он обнял её и зарылся в её волосы, наслаждаясь её запахом.

— Драко, можно я задам тебе один вопрос? — как-то неуверенно начала девушка.

— Ммм, — отозвался он.

— Что у тебя с Асторией? — он тяжело вздохнул, поднимая голову и опуская её ей на плечо.

— Ничего. Наши отцы договорились о помолвке, но договор не успели подписать. Я никогда не хотел этого, в отличие от неё.

— Она ждет тебя.

— Откуда ты это знаешь?

— Я почувствовала её. Она любит тебя.

— Не любит. Она избалованная девочка и хочет меня только потому, что ей отец сказал, что я буду её.

— Но это не значит, что она не любит тебя.

— А ты любишь меня? — прямо спросил у неё. Она молчала.

— Ну вот видишь. О какой любви может идти речь — как-то обыденно произнес Малфой.

— А ты? Ты любишь меня? — Она боялась задавать этот вопрос ему, но алкоголь сделал своё дело.

— Ты говорила про один вопрос. А это уже второй.

— Ясно. — Эва хотела отстраниться от него, но он не отпустил.

— Это важно?

— Нет, для меня это совсем не важно, — подумав, ответила Эва.

Её сердце разрывалось, но она понимала, что сейчас идеальное время, чтобы закончить всё это.

— Драко… Давай больше не встречаться. Не вижу в этом никакого смысла. Мы разные, и все равно не сможем быть вместе. А секс… Это был просто секс. Давай держаться друг от друга подальше. — Он отпустил её.

Она собрала свои вещи. Парень подошёл к ней и посмотрел в её глаза. Они слегка блестели. Он сжал её руку и отпустил, отходя к окну.

Она бы хотела, чтобы он не отпускал её, остановил, сказал, что всё будет хорошо, что они всё преодолеют. Но он отпустил и даже ничего не сказал. От этого стало ещё больнее. Она спокойно покинула кабинет и пошла в комнату, где мирно спала Гермиона.

Драко же остался в кабинете один. Закурив сигарету, он снова и снова прокручивал её слова. И тут он понял. Он отпустил её, и в нём нет одержимости к ней. Даже чувства стали холоднее. Как будто оковы, которые его связывали с ней, сломались.

Он вздохнул полной грудью. «Неужели всё закончилось? И чувства правда прошли?» Было больше вопросов, чем ответов. Но одно он понимал точно: она ушла, и он её не остановил.

Тринадцатая глава

Молчать. Гораздо больнее молчать.

Лучше голос сорвать. Кричать!

В самое сердце на пораженье!

Что же ты медлишь с этой мишенью?

Я всё растратил, карты открыты

Бей что есть силы, и будем квиты!

В самое сердце…

«В Самое Сердце» — Сергей Лазарев

Эвелина открыла глаза, оказавшись в доме тёти, в нем пахло пирогом. Встав с кровати, она спустилась вниз.

— Морана? — Эва не могла поверить своим глазам. Она шла к черноволосой девушке, которая, улыбаясь, ела пирог.

— Эва! — радостно воскликнула та.

Обе кинулись обнимать друг друга.

— Мора, я не могу поверить, я нашла тебя, я могу касаться тебя, — не веря своим глазам, она стала рассматривать её.

— Это я, правда. Но ты так ничего и не поняла, правда? — Богиня лукаво улыбнулась.

— Видимо, нет, раз я не понимаю, о чем ты говоришь.

— У тебя стоял выбор между мной и им... — попыталась грустно ответить Мора, но на лице у нее были совсем другие эмоции. — И ты, кажется, выбрала меня, а не его...

— Да? На самом деле, я не выбирала... Просто так получилось. Я скучала по тебе, — и в этот момент жгучие слезы стали скатываться по её щекам.

Морана лишь обняла её. А волк стал мордочкой тыкаться в её ногу. Сказать тут нечего. Даже если она сделала выбор неосознанно, она потеряла того, кого любит всем сердцем.

— Что теперь? — через время спросила Эва, успокоившись.

— Не знаю, можно попытаться меня отсюда вытащить, — туманно проговорила Морана.

— А разве это можно сделать? Ты же у меня в голове.

— Можно провести ритуал...

— Нет, никаких больше ритуалов, — прервала её Эва. — Я не настолько глупа, Мора, и понимаю, что тебя отсюда не вытащить как отдельную личность. А проведя ритуал, ты овладеешь мною. Та лишь пожала плечами:

— Не забывай, я тёмная твоя сторона и всегда буду желать завладеть твоим телом и разумом. Будь осторожнее со мной.

— Ты не та, Морана, которую я знала... — осторожно проговорила Эва, делая шаг назад.

— Я та, просто это ты забыла, кто я на самом деле. Я давно одна, наверное, вся тёмная сущность во мне заиграла, дай мне время, — она улыбнулась.

Эва лишь кивнула, понимая, что сейчас нет смысла что то выяснять. Она слишком устала. «Выясним это потом».

***

Пару недель было очень тяжело. Видеть его каждый день, но больше не чувствовать мурашек. Они прекратились после той встречи. Теперь она чувствовала его, как и всех остальных. Гермионе и Джинни она рассказала сразу, за исключением последнего разговора с Богиней, но девочки насторожились. «Эвелина явно что-то скрывает», — пришли к выводу её подруги. Но пока выяснить это не получалось.

Она стала замыкаться в себе, всё больше и больше проводить время одна. Эве было больно видеть Драко с Асторией. И тут, наверное, он ответил ей взаимностью. Хоть он и не выражал каких-то явных эмоций, но и Асторию не держал на расстоянии, как раньше. А та лишь была рада, что наконец-то он позволил ей быть рядом с ним везде. Эвелина сдерживалась, как могла, но каждую ночь эмоции переполняли ее, и если бы не Богиня, то, возможно, она бы уже выплакала целое море слез. Она пыталась забыть его и отпустить из своего сердца.

Малфой же решил попробовать выполнить обещание, которое он когда-то дал Орадеи. И только поэтому позволил Астории быть рядом. Он и сам пытался забыть ту, к которой он испытывал какие-то странные чувства. Чувства, которых он не знал, к которым его никто никогда не учил. Он пытался отпустить ее.

***

В ноябре, в субботу, она возвращалась из библиотеки, и чёрт её дёрнул пройти мимо «их» кабинета. Это была ошибка, самая большая ошибка.

Дверь была приоткрыта, а оттуда доносились стоны. «Нет, нет, нет, пожалуйста, нет», — она подходила медленно, молясь всем известным и неизвестным богам, чтобы это был не Драко.

«Это же наш кабинет…» И чем ближе она шла, тем тяжелее ей становилось дышать, тошнота подходила к горлу, глаза застилали застывшие слезы. Заглянув и увидев макушку платиновых волос, толкнула дверь.

Она со скрипом открылась, тем самым привлекая внимание внутри находящихся людей. Астория стояла, облокотившись животом на стол, Драко был сзади. Услышав скрип, он резко обернулся.

Эва побледнела. «Это же наш кабинет, наш…» Малфой, кажется, удивился не меньше её, увидев её на пороге. Он несколько раз перевел взгляд с одной девушки на другую.

Эвелина пришла в себя и бросилась прочь оттуда, услышав последнее: «Подожди, я всё объясню».

Для неё это был удар. Нож в спину. Добивание. Назвать можно как угодно. Она бежала и бежала, не пойми куда. Только оказавшись в другом кабинете, она смогла перевести дух. Сосредоточившись, она послала патронуса за помощью. Сев в углу, она стала рыдать. И плакала до тех пор, пока её не обняли сильные мужские руки.

— Я не знала, куда мне идти, — заикаясь, еле смогла выговорить.

— Ты правильно сделала, что пришла именно сюда, — парень держал ее в своих объятиях и гладил по голове.

— Я дура, Лекс, я такая дура...

Ему оставалось только утешать ее.

— Тише, тише, родная. Расскажи, что случилось, — ему было больно видеть ее в таком состоянии.

У Эвелины не было другого выбора, как рассказать всё. И она стала рассказывать всё, что в прошлый раз утаила. Алексей посадил её на кресло, слушая рассказ, в этот же момент он достал бутылку вина и разлил. Первый стакан она опустошила полностью, чем вызвала смешок с его стороны. Она говорила и говорила. Этот момент ей напомнил, как когда-то она также выговаривалась Гермионе. Парень периодически менялся в лице, и Эве даже показалось, что он скрывает что-то от неё.

— Теперь ты знаешь всё, что происходило, делая глоток.

Это было как в старые времена. Ведь раньше именно ему она могла рассказать всё, о чем тревожилась, всё, о чем переживала.

— И почему я не удивлён, что у тебя есть секреты от меня, — улыбнулся он.

— Были, Лекс. В прошлый раз я рассказала всё, за исключением этого, теперь ты знаешь всё.

— Тебе больно, потому что он переспал с кем-то или потому что это Астория?

— Мне больно, потому что это был наш кабинет. Понимаешь? Наш.

— Формально он никогда не был «ваш», — улыбаясь, сказал он.

— Ты понял, что я имею в виду, — в девушке говорила обида.

— Да, прости. Я просто попытался пошутить, — Эва лишь грустно улыбнулась.

— Но вы же расстались… — начал было Алексей.

— И что? — со злостью выплюнула она. — Значит, можно трахаться в нашем кабинете?!

— Успокойся, но твоя злость неоправданна. Ты же это понимаешь?

— Понимаю, — опустошив бокал. — Но мне больно, понимаешь?

— Понимаю. Я знаю, каково это…

— Ой, прости, Лекс. Я не хотела ворошить твоё прошлое, — парень лишь сжал её руку. — Давай сменим тему, — по её щекам снова стали стекать слезы, она выпила ещё один бокал.

— Не пей так много…

— Боишься, что выпью твои запасы? — с улыбкой проворковала Эвелина.

— Для тебя мне не жалко, но мне жалко твой организм.

— Ладно, ладно.

— Расскажи мне про последнюю встречу с Мораной.

— Она сказала, что я выбрала её, когда расставила все точки с Драко. Но, получается, я это сделала неосознанно. А ещё она вела себя как раньше, когда хотела завладеть мной. И что-то мне подсказывает, сейчас она хочет сделать то же самое.

— Да, это возможно. Эва, мне нужно кое-что сказать. Но обещай, что ты не будешь злиться и психовать.

— Тааак, говори. — Эва сделала глоток и пристально стала смотреть на парня.

— Ну, в общем… С чего бы начать.

— Сначала. Всегда лучше начинать сначала.

— Ну я как бы в курсе твоего ритуала. Даже больше скажу — это мой отец рассказал твоей маме, что нужно делать.

— Что? — Эвелина не могла поверить своим ушам, но не злилась на него. Наверное, потому что она все же в глубине души догадывалась.

— Она приезжала к нам примерно год назад. Отец сказал, что нужно сделать, но просил её приехать вместе с тобой, так было бы надёжнее. Но что-то пошло не так, и вы не приехали. Мы не сразу узнали, что творится у вас. Так бы мы приехали, но от нас скрывали это. А когда узнали, было уже поздно.

— Ты здесь из-за меня? — перебила его.

— Больше нет, чем да. Орадея сказала о твоем самочувствии, так что мы знали, что ритуал вы начали. Тут главное — начать вовремя, и, как я вижу сейчас, они сделали всё верно.

— Расскажи мне больше об этом. Я ведь ничего не знаю. Инструкция была у Драко, а потом мама и вовсе попросила уйти его из моей жизни.

— Ну… Тут не совсем надо было так… Но, видимо… Я думаю, тут твоей маме было виднее, — он сделал глоток и, обдумывая свои следующие слова:

— Дело в том, что Морана привязана к Драко, и, по сути, он может ее контролировать, поэтому она исчезает, когда он рядом. Но из-за ритуала Драко не может контролировать свои чувства, потому что его тянет к тебе из-за контроля над Мораной.

— Как всё сложно, — перебила его Эва.

— Да, это сложно. Постараюсь понятнее. До завершения ритуала, по-хорошему, ты наоборот должна быть рядом с ним, чтобы не связываться с ней.

— Это чушь, не слушай его, — тут появилась Морана и подошла к девушке.

— Лекс, она здесь, — девушка смотрела на богиню, которая говорила ей, пытаясь перебить Алексея. Парень лишь видел, как Эва смотрела куда-то, Морану он не видел.

— Я тебе сама все расскажу, пойдем отсюда, — она взяла ее за руку и потянула на себя.

Алексей тут же подошел к девушке и обнял ее, закрывая уши и что-то шепча, Морана и ее волк исчезли.

— Она давно может касаться тебя? — встревоженно спросил Воронцов.

— Нет, может, несколько недель или месяц. Что ты сказал, что она ушла?

— Одно заклинание, теперь она набирается сил и пока не придет к тебе. Тебе нельзя с ней видеться и общаться, ты это понимаешь?

— Нет, не понимаю. Она моя под...

— Подруга? Ты серьезно? — Лекс перебил ее с неким удивлением.

— Она приходит, и мы разговариваем.

— Как давно?

— С лета, после того как ушел Драко.

— Дело в том, что тебе нужно выбрать кого-то из них.

— Я ничего не понимаю, Лекс, ничего.

— Что-то пошло не так, она не должна тебя касаться после ритуала.

— Почему всё так сложно?

— Я тебе еще рассказал вкратце, но на самом деле там очень много подводных камней. Для выбора важно, чтобы твоё сердце действительно сделало выбор, а не просто на словах. А ещё, выбрав её, связь, которая образовалась между тобой и им, будет убивать его чувства к тебе.

— Господи...

— Я думаю, если мама осталась бы жива, она бы обязательно отозвала свое письмо ему, и Вы бы приехали в Россию.

— Михаил знает, как одним ударом убить двух зайцев…

— Да, поэтому Вы должны были приехать в Россию.

— Мы собирались… Но не получилось…

— Ну тише, тише, — он поставил стакан на стол и подошёл к ней, чтобы обнять ее.

— Прости, эти чёртовы слезы льются рекой, никак не могу их остановить.

— Всё в порядке, тебе это нужно сейчас.

— Получается, все его чувства были фальшивы?

— На самом деле, я так не думаю. Мне кажется, у него есть реальные чувства к тебе. Но сейчас в дело пойдёт магия, и, увы, всё зависит от него.

— Не понимаю тебя… — Нет такой магии, которая позволит настоящим чувствам уйти. Она может помочь заглушить их, заблокировать, но не исчезнуть.

— Но, а как же заклинание «Обливиэйт» ?

— А что делает это заклинание?

— Стирает память, — немного помедлив, сказала дальше. — Но не чувства.

— Верно, — погладив по голове. — Ты можешь не знать этого человека. Но определённо будешь к нему что-то испытывать. И ты не всегда сможешь понять, что именно испытываешь, ведь ты человека не знаешь. Понимаешь, о чем я?

— Да, Гермиона рассказывала про своих родителей. Там было что-то подобное.

— Так что сейчас всё зависит от него. Эти чувства будут глушиться в нем, важно, как он будет поступать.

— Я, кажется, уже видела, как…

— Ну хватит. Ты ведёшь себя как ребёнок. Вы расстались, он может делать что хочет, — и, видя, что она хочет возмутиться, поднял руку вверх и продолжил. — Даже в «вашем» кабинете.

— Гадство, — слегка обиженно отреагировала.

— Я знаю, как никто другой, как это больно. Но это жизнь. А он так и вовсе твоя первая любовь.

— Не первая…

— А кто первый? — он посмотрел на неё с интересом, она же отвернулась, чтобы не встречаться с ним глазами.

— Посмотри на меня, Эва, — он взял её лицо и повернул на себя, она подняла на него свой взгляд, щёчки порозовели.

— Да не может быть такого... — на его лице появилась улыбка. — Правда?

— Правда, — еле пробубнила она, вырывая свое лицо, сделав глоток, отворачиваясь.

— Я даже не мог представить такого... И в тот раз, получается, я сильно обидел тебя...

— Очень... — только и смогла сказать она.

— Прости меня, — он подошёл и снова обнял её, прижимая к себе.

Он сделал шаг назад, чтобы посмотреть на неё, она же подняла голову, чтобы посмотреть на него. Их глаза встретились. То ли от откровенного разговора, то ли от выпитого вина в них что-то щелкнуло.

Он резким движением поднял её и посадил на рядом стоящий стол, предварительно рукой снёс на пол, что было. Их глаза оказались на одном уровне, оба немного тяжело дышали, она облизала губы. Это было как импульс. Их губы прикоснулись друг к другу в жадном, страстном поцелуе. Но поцелуй был другой. Несмотря на всю страсть, преобладающую сейчас, в нем не было той искры, того покалывания по телу, того желания, которое она испытывала с другим. Поцелуй больше превращался во что-то обыденное, как целуются муж с женой при внезапном охвате страсти.

Эва хотела его оттолкнуть, сказать, что это неправильно, но нарастающее возбуждение внизу живота да выпитое вино туманили её разум, увлекая в желании. Его губы были мягкие, сладкие, с привкусом вина, его аромат окутывал, даря ощущения чего-то домашнего и защиты. Его руки блуждали по телу, девушка запрокинула голову назад, обнажая шею. Алексей сразу перешёл от губ к шее. Его поцелуи были до боли раздражающие. Такие неправильные. Такие нежные, чувственные, приторно сладкие. Это было всё не то и было всё не так…

— Ты уверена? — услышала она его шёпот.

Такой родной, чувственный и полон желания. Она опустила свою голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Наверное, если бы не выпитое вино и жажда отмщения, она сказала бы «нет», а так:

— Более чем… — целуя его.

Четырнадцатая глава

Кричала au revoir и возвращалась назад

У меня паранойя, слышала голоса

В душе моей непонятно зима или весна

Я думаю эта встреча наш самый яркий провал

«Море» — Elvira T

В комнате стояла тишина, было слышно только дыхание двоих и шум натягивания одежды. Она стояла к нему спиной, натягивая футболку, он подошёл сзади и обнял ее.

— Эва, всё в порядке?

— Да, я просто немного в шоке…

— Прости, я не должен был… — она его перебила.

— Лекс, я не жалею и даже рада. Моя когда-то давняя мечта сбылась. Просто это неожиданно, вот и всё.

— Ты думала об этом? — удивлённо спросил парень.

— Ооо, ещё как. Если бы ты только знал, на что способна моя фантазия, — она лукаво улыбнулась. Подойдя к нему, она положила свою руку на его щеку, о чем-то задумываясь, потом потянулась к нему и поцеловала.

— Знаешь, дружеский секс хорош, и я бы не прочь повторить.

— Эва, что ты сделала с моей маленькой подругой?

— Она всего лишь выросла, — как-то безэмоционально проговорила, идя к журнальному столику, где стояли бокалы.

Взяв свой, она допила остатки и, взяв бутылку, налила ещё. Сначала разговор не складывался, чувствовалась неловкость от обоих. Но Алексей умел на раз убирать эту неловкость, и вот, спустя перебор нескольких тем, он все же нашел ту, с чего начался обычный разговор.

В эту ночь Эва осталась в комнате Воронцова. Гермиона была на каком-то советском вечере, куда пригласили «Золотое трио», а потому вернуться должна была только в воскресенье ближе к вечеру. Смысла возвращаться в пустую комнату нет. Она давно уже лежала с открытыми глазами и пыталась обдумать вчерашний вечер и сегодняшнюю ночь. К чему всё это приведет? Раньше она была бы счастлива от таких посиделок с ним. Но сейчас… Сейчас как будто всё сложнее, или, может, она накручивает себя? Её из мыслей вырвал входящий в комнату Лекс.

— Ты проснулась, как ты себя чувствуешь?

— Ужасно, — при вставая и облокачиваясь на спинку кровати. На тумбочке стояла мутная склянка с надписью «Антипохмельное зелье». Опустошив бутылочку, Эва встала:

— Тебе идёт моя футболка, — он стоял, облокотившись на стену, в его глазах играл азарт.

— А ты не поможешь её снять? А то у меня лапки, — разведя руками, делая позу кошачьих лапок, улыбаясь.

Он усмехнулся и подошёл к ней. Футболка мигом оказалась на полу, а девушка — на кровати. Лекс не смог удержаться от её вида. Их утро началось горячо. Она пыталась одеться несколько раз, но каждый раз её одежда оказывалась на полу. В очередной раз, когда она стала одеваться и вновь оказавшись под ним, она сказала:

— Мы так опоздаем на завтрак, пытаясь вырваться из его объятий.

— Не хочу тебя отпускать, не хочу, чтобы это заканчивалось, — он уткнулся в её волосы. Ей это напомнило одну сцену, Эва быстро мотнула головой, чтобы отогнать эти мысли.

— Я тоже не хочу, но мне правда пора, — он отпустил её, она оделась, поцеловала на прощание и ушла.

На входе в Большой зал её остановили.

— Где ты вчера была? Я искал тебя...

— Что-то случилось, Тео? — девушка обеспокоенно взяла его за руку.

— Это у тебя что-то случилось, — он действительно за неё волновался. Его выдавал голос и глаза. А также ощущения, она их чувствовала.

— О чем ты? Подожди... — она сурово посмотрела на него, понимая, что его подослал Драко. Подойдя максимально близко к его уху, чтобы только он услышал её: — Можешь передать ему, что мне плевать, с кем и где он трахается. Я счастлива, что наконец-то избавилась от него.

Её голос звучал странно. Он был холодным, она посмотрела ему в глаза, и Тео увидел в них черную бездну. Небесный цвет появился не сразу, а через несколько секунд.

— Эва, я...

— Тео, не порти мне настроение, пожалуйста. — Голос снова приобрёл тёплые нотки. — Со мной правда всё хорошо.

На этих словах она пошла дальше вдоль столов. Она снова почувствовала мурашки, которые так давно не чувствовала, прошедшие по её телу: «Видимо, от них я не избавлюсь никогда». И, вздернув гордо голову, она прошла мимо, даже не посмотрев на него.

Эвелина пыталась понять, почему всё произошло так, как произошло. Ведь они всегда были просто друзьями, а теперь что? А если кто узнает об их связи, что тогда? Конечно, они взрослые люди, но здесь он в первую очередь профессор. Повторится ли это снова или это была лишь одна ночь? Вопросов было больше, чем ответов, как и всегда, в принципе. Ее не волновало чье-то осуждение и косые взгляды, сейчас она почему-то думала, как отреагирует Тео, когда узнает.

Его мнение ей сейчас было интереснее всего. Наверное, из-за того, что ее подруги и сами не прочь лечь к профессору в постель, а Тео всё-таки парень и в данном случае будет объективнее. Казалось бы, она совсем забыла про Малфоя, если бы не эти «мурашки». «Как же мне отпустить тебя?» Сцена из кабинета снова и снова пыталась ворваться в сознание девушки, только та упорно отодвигала ее в дальний угол.

После завтрака Эвелина пошла в Хогсмид. Хотя её звали с собой и Полумна с Джинни, и Роджер, но она отказалась. Ей хотелось побыть в тишине и всё хорошенько обдумать. Зайдя в несколько прилавков и купив всё, что нужно, она пошла в «Кабанью голову», ведь там точно не будет знакомых и никто её не потревожит, в отличие от «Трех метел».

Заказав напиток и сев в самый дальний угол ото всех, она задумалась. Её мысли блуждали как-то хаотично, в них не было какой-то структуры, это были мысли ни о чем, плохом или хорошем. Мысли были о фактах: она окончательно разошлась с Драко, переспала с профессором, также она ощущала, что связь становилась крепче с Мораной. Мысли переходили от одной к другой. Она не могла сосредоточиться, сделав глоток, девушка поежилась, но не от напитка, а от ощущений.

— Можно я присяду? — Позади послышался странный женский голос.

Эвелина обернулась, чтобы посмотреть, но та, не дожидаясь ответа, присела напротив.

— Зачем было спрашивать, если ответ Вам был не нужен? — как-то язвительно ответила Эва.

— Ты знаешь, кто я?

Напротив неё сидела молодая девушка в серебристом плаще, из которого немного торчали перья, её голос был мелодичным, даже успокаивающим, глаза светлые, как облако на небе.

— А я должна знать, кто Вы?

— Мне казалось, ты узнаешь сразу меня, как только увидишь. Или ты зря столько читала?

— Как моё чтение относится к Вам? Вы меня извините, но не думаю, что нам следует продолжать этот разговор.

Эва пыталась говорить твердо, но почему-то не получалось. Да и вид её был знакомый, но не могла никак вспомнить. Как только Эва встала из-за стола и хотела уйти, девушка вновь заговорила.

— Нужно поговорить о Моране.

Эвелина медленно развернулась к ней, пытаясь понять, кто она и откуда знает о Богине. Она снова села за стол и стала внимательно её разглядывать. Её светлые прямые волосы, светлые глаза и кожа, светлые перья…

— Ты, Гамаюн, — девушка закрыла рот рукой, кого-кого, а вот славянскую посланницу Богов она никак не ожидала встретить, — прошу прощения за мою грубость, — Эва слегка наклонила голову в поклоне.

— Ты знаешь, кто такая Морана? — Да, это Богиня Зимы и Смерти, а по совместительству моя тёмная сторона.

— Благодаря тому, что ты дала ей имя, да ещё и имя Богини, ты лишь укрепила её связь с этим миром и почти возродила её в человеческом облике.

— Я не…

— Тебе нужно выбрать, на чьей ты стороне. И чем быстрее ты это сделаешь, тем проще будет в будущем.

— Мне казалось, я сделала уже свой выбор…

— Ты лишь выбрала персонажа, а не сторону.

— Я не…

— Ты выбрала её, а не светловолосого юношу. Это было ожидаемо. Но ты не выбрала, на какой ты стороне. На тёмной или светлой. Тем самым ты даёшь возможность завладеть собой. Богам это не нравится.

— Что мне нужно сделать? — как будто с мольбой в голосе отозвалась Эва.

Посланница Богов ничего не ответила, а просто смотрела на девушку. Эва не понимала, что происходит и что от неё ждут. Её отвлёк шум, она отвернулась на секунду, но её собеседница исчезла. Оставив после себя несколько перьев с золотистым свечением. Эва быстро их спрятала в плащ.

***

Эва вернулась в свою комнату ближе к ужину, там её уже ждала Гермиона. Эва пока не готова рассказать, что произошло за то короткое время, что её не было, поэтому сказала, что скучно провела выходные.

Гермиона поделилась, как у нее прошел «светский» вечер, и отметила, что там же была и Нарцисса Малфой. У которой всё время спрашивали, где ее сын, на что она отвечала: «Он не смог присутствовать из-за учебы».

— Случайно не из-за тебя? — подруга это сказала без какого-либо подвоха.

Она ведь не знала правду. Эвелина сжала кулаки и повернула голову в сторону, наткнувшись на зеркало. Она ужаснулась. На нее смотрели черные, как бездна, глаза. Она несколько раз помотала головой, глаза снова приобрели небесно-черный цвет. «Что происходит?»

— Эва, эй, подруга, — Гермиона пыталась до нее достучаться. — Все в порядке?

— Да, прости, что-то задумалась. Мы на ужин идем?

Эва очень надеялась, что ее подруга не вернется к своему вопросу. На ее счастье, та только отмахнулась, и они вышли. Выйдя в коридор, Эва вспомнила, что она забыла кое-что в комнате, и, сказав подруге «Встретимся на ужине», побежала обратно в комнату.

На выходе из своей комнаты она столкнулась с Асторией. Ну как столкнулась, она прям врезалась в нее, толкнув ее в стену.

— Ой, извини, — Эва подошла к девушке, не сразу поняв, кто это. И как только та подняла голову, Эвелина выпрямилась, хотя до этого предложила помощь встать.

— Не подашь мне руку, я вообще-то упала из-за тебя, — послышался голос снизу. Такой тошнотворно приторно сладкий. Эвелина посмотрела вниз с какой-то надменностью, как будто перед ней холоп. На ее губах заиграла злобная улыбка. А радужка глаз окрасилась в чёрный.

— Эй! — обе девушки повернулись на мужской голос. — Что происходит?

Блейз выходил из комнаты Дафны, за ним Дафна, Тео и... Малфой. На одно лишь краткое мгновение эти двое встретились глазами. Малфой как будто замер, увидев ее глаза. Они были черные, как смоль. Спустя мгновение цвет глаз снова окрасился в небесно-черный. Эвелина хотела протянуть руку, но на помощь подоспел Забини, который и помог ей встать.

— Извини, — сказала Эва и направилась, как ни в чем не бывало, к выходу. Тео и Драко переглянулись.

— Ты чего так долго? — спросила Гермиона, когда Эва наконец-то добралась до Большого зала.

— Всё в порядке, просто столкнулась по пути с шайкой бывших слизеринцев, — с каким-то отвращением проговорила Эва. Гермиона удивилась такому высказыванию, ведь раньше она никогда так не говорила.

— Всё в порядке? — Гермиона сама встречи понимала, что что-то не так. Но подумала, что подруга сама всё расскажет, когда придет время.

— Да, а что такое? — Эва спокойно отвечала, кладя в рот очередной кусочек курицы.

— Ты странно себя ведешь, — и в этот момент к ним подошел Тео.

— Привет, Гермиона, Эве нужно поговорить.

— Давай позже, я устала. Хочу поесть и лечь спать, — она улыбнулась своей милой улыбкой.

— Хорошо, давай позже, — Тео пошел обратно к своему месту.

Эва глазами проследила и увидела, что тот кивнул Драко, и они вместе ушли. Она перевела взгляд на преподавательский стол. На нее смотрели Дюбуа и Воронцов. Она им мило улыбнулась и принялась за ужин дальше.

Пятнадцатая глава

Друг другу врали о любви, все чувства в бан

Знаю точно — ты меня хочешь забыть

Ведь со мной были самые лучшие дни

Это все, мне пора идти

А ты меня если надо, дальше ищи

«Спасибо» — Миша Марвин, НАZИМА

Прошло несколько недель. Тео так и не удавалось поговорить с Эвелиной. На его вопрос «Когда сможем поговорить?» она отвечала «Мне сейчас некогда, давай потом». Она ещё несколько раз встречалась у Воронцова, то в его комнате, то тет-а-тет в кабинете. Дюбуа не упускал возможности поговорить с ней, на что она отвечала более чем любезно. Он даже пытался пригласить её на свидание, но Эва включила «дурочку» и сделала вид, что не поняла намека. Чем вызвала ревность не только у девочек, но и у Воронцова и…

Малфоя. Он же, в свою очередь, не понимал, почему это его так раздражает. Только ему хотел её коснуться, услышать её желание из уст, почувствовать на себе её жаркое дыхание. Только с ней он мог быть собой. С ней не нужно притворяться. Но сейчас рядом Астория… Такая фальшивая, наигранная девочка.

Эвелина ещё несколько раз видела его с Гринграсс в туалете и на одной из вечеринок. Но только вот он уже был более холоден с ней, чем вызывал каждый раз улыбку на лице девушки. Эва же, в свою очередь, пока ничего не рассказывала своим подругам о Драко и Алексее: «Ещё не время», — твердила она сама себе. Почему-то ей было больно говорить об обоих. И если о Малфое понятно, то с Воронцовым всё было как-то быстро и странно. Наверное, в глубине души она все же понимала, что их связь на время, хоть и ловила себя на мысли построить отношения с ним. Но как будто была не уверена, не могла принять решение.

Близилось Рождество. И с каждым днем Эва становилась мрачнее тучи. За всеми этими событиями она как-то позабыла про маму. А ведь впереди первое Рождество без неё. Радовало только одно. Она вернётся домой одна и будет в тишине и покое. Гермиона с Джинни планировали грандиозное мероприятие на Рождество. Они хотели отметить всё вместе. Ведь это первое спокойное Рождество за несколько лет. Грех не отметить его. И, к их удивлению, каким-то образом об этом узнали Тео и Блейз, которые не прочь не только прийти на вечеринку, но и поучаствовать в её организации.

После первой вечеринки Блейз и Джинни стали хорошо общаться. Было непонятно, что у него с Дафной, но и с Джинни они общались как друзья. Эва не старалась сторониться своих подруг, но и ничего не рассказывала. Единственное, что попросила Эва у своих подруг, это чтобы они не позволяли ей отстраниться, как пару лет назад. Она боялась, что может потерять контроль, хотя никаких предпосылок к этому не было, как в прошлый раз. Но встреча с Гамаюн её обеспокоила. Она не понимала, что значит «выбрать сторону», ведь ей казалось, что она и так выбрала её. «Видимо, надо что-то сделать, но что?» Ответа пока не было.

Морана стала все больше появляться и ходить везде за ней, исчезая только в присутствии Малфоя и Воронцова. Но вот чем дальше, тем темнее она становилась. Эва видела, что её «подруга» уже не та, как была раньше. «Может, это действительно из-за того, что я дала ей ТАКОЕ имя?» Вопросов больше, чем ответов. В принципе, как и всегда. Её глаза периодически становились чёрными при упоминании Драко. И Эва подумала, что, скорее всего, это из-за связи. Видимо, она боится, что в конечном итоге выбор будет за него.

Чтобы не допустить такого, что было пару лет назад, она стала более тщательнее прислушиваться к себе и к своим ощущениям. Всё без изменений. Это не могло не радовать. На одном из уроков Дюбуа все же спросил напрямую, пойдёт ли она с ним на свидание. Та взяла паузу подумать, что вызвало явную злость «ледяных глаз». Всё, что происходило с Эмилем, она рассказывала Воронцову. Тот, в свою очередь, подтвердил, что Дюбуа — желанный гость в доме Кассандры, ее бабушки, и что вероятнее всего та действительно послала его к ней.

В четверг Эва узнала, что на выходных Воронцов должен сопровождать Гермиону на какую-то очередную светскую встречу, тогда она решила пойти на свидание с Дюбуа. И оба ревновали. Он — к нему, а она — к своей подруге. Но ведь оба понимали, что их связывает только дружба и ничего больше, несмотря на проведенные вечера и ночи вместе. Это было лишь развлечение друг для друга и «почему нет, если да», как однажды ему сказала девушка. Только вот правда ли это просто развлечение? Прям для обоих? Согласие на свидание с Дюбуа привело к тому, что домашнее задание было не задано, что не могло не радовать. Ведь тем самым он освободил им больше времени на свидание. Наступили долгожданные выходные.

Суббота выдалась мерзкой, в связи с чем было перенесено свидание на воскресенье. А это значит, у неё целый свободный день. Так как светская вечеринка была вечером, Алексей и Гермиона решили уехать вместе из Хогвартса днем, оставляя себе спокойное утро. Ну, у кого как. После завтрака Эвелина быстро попрощалась со своей подругой и направилась в знакомый ей кабинет, который стал ей уже как второй дом.

Зайдя в него, он оказался пуст. Девушка подошла к столу, на неё нахлынули воспоминания, а после она почувствовала, как узел сужается внизу живота. Она села в кресло, запрокинув ноги на стол, и стала ждать. Долго ждать не пришлось.

— Какая превосходная картина — он стоял в проёме. Девушка лишь хищно улыбнулась и закусила нижнюю губу. Он подошёл к ней и поцеловал.

— Профессор, не могли бы Вы мне объяснить, как использовать одно заклинание? — она опустила ноги и сделала невинные глазки. Что его возбудило ещё больше.

— Какое же, мисс де Вилье? — он решил подыграть ей, сделав серьёзное лицо.

— А я вам покажу сейчас, — она встала и подошла к нему вплотную, повернувшись спиной, а потом нагнулась, чувствуя своим телом его возбуждение.

В этот момент она почувствовала рой мурашек: «Интересно, что ему тут нужно?» — так как мурашки не прошли, она поняла, что он смотрит. Воронцов сжал её талию, а после взял за хвост волос и потянул на себя. Целуя в шею, переходя на ключицу и плечи. Эва почувствовала ярость. Именно этого эффекта она и добивалась. Мурашки быстро исчезли, остались только те, которые вызывал Воронцов.

— Закрой дверь, — промурлыкала она. Он стукнул себя по лбу и тут же это исправил, вернувшись к поцелуям.

***

— Где ты была? — спросила её Миона, когда та пришла в комнату.

— Надо было уточнить у Воронцова по поводу задания, — ответила так, как будто это была правда.

После ухода Гермионы Эвелина осталась одна. Сначала её охватил страх одиночества. Она так давно не оставалась одна... Взяв себя в руки, она достала вино и открыла книгу «Славянская мифология», а рядом лежали другие книги по типу различных мифологий. Она надеялась, что это ей поможет найти ответы по поводу Мораны. Ближе к ужину она отложила бокал и книгу, стала собираться.

— Заходи, Тео, — услышав стук в дверь.

— Теперь мы пойдём. — Заходя, начал было Тео. — Ты что пьёшь? Без меня? А как же я? — с грустью спросил Тео, изображая плачущее лицо, увидев бутылку вина.

— Ты же не отстанешь, да? (Тео отрицательно покачал головой). Ладно, давай вместе пойдём на ужин, а потом ко мне, и поболтаем. А то на улице мерзко, на крыше не айс сидеть. На том и порешали.

Плотно поужинав, она всё же попрощалась с Тео в Большом зале, сказав, что будет его ждать у себя, так как ей нужно было кое-куда сходить, и попросила взять с собой еду. Выйдя из Большого зала, она направилась к Дюбуа, ей нужно было уточнить о времени и месте встречи. Не дойдя до его кабинета, она почувствовала мурашки, и, так как она была к этому готова, смогла увернуться от его захвата.

— Чего тебе, Малфой? — разворачиваясь к нему, спросила девушка.

— Поговорить, — во второй раз пытаясь схватить её.

— По-моему, в прошлый раз мы всё обсудили, — разворачиваясь и делая несколько шагов.

— Ты что, спишь с профессором? — специально громко сказал он, чтобы привлечь её внимание. Эва остановилась, на её лице появилась кошачья улыбка.

— Драко, Драко, некультурно такому аристократу, как ты, подглядывать, — это была победа.

Он побледнел от злости, за несколько шагов он настиг её и толкнул к стене, она ударилась, но продолжила:

— Ты только это хотел узнать? — не переставая улыбаться.

Он злился, да же нет, он был в ярости.

— Драко, милый, мне нужно идти, меня ждёт Дюбуа на свидание.

Он опешил, сделал шаг назад, она пошла дальше. Внутри Эва ликовала, это была победа. Только сердце почему-то ныло, как будто сковырнули старую рану, которая снова стала кровоточить. Не успев дойти до его кабинета, её схватили его руки, казалось, они были ледяные и обжигали кожу.

Резкое движение на себя, и они оказались в каком-то кабинете. Грубо, властно прижал её к стене, прикрывая своей ладонью её голову от удара. Примкнул к её губам с жадностью, увлекая в поцелуи. По её телу прошлись мурашки. Драко их почувствовал, отстраняясь от неё, на его лице красовалась ухмылка. Её дыхание участилось, его рука легла на её лицо, большим пальцем проводя по нижней губе.

— Драко не… — Не успев договорить, её перебили.

— Тише, малышка, тише, — он наклонился к ней, увлекая в новом поцелуе.

Между ними будто искра пробежала, она скучала по нему. По его губам, рукам, тембру, её лёгкие наполнились древесно-лавандовым запахом с ноткой мяты. Его поцелуи были до боли родные, страстные, собственнические. Как будто только он мог зажечь и погасить в ней пламя. Только он мог одним поцелуем подчинить себе. В комнате было слышно только звуки поцелуев и их тяжёлое дыхание.

Он хотел её прямо здесь и сейчас. Его поцелуи блуждали от губ к шее, оставляя после себя огонь в душе и отметины на теле.

Её разум будто проваливался в какое-то безумие. Она жаждала его прикосновений к себе. Здесь и сейчас. И это всё, о чём она могла думать.

Она открыла глаза, в этот момент и он это сделал, их взгляд встретился. На него смотрели чёрные, как бездна, глаза. Следующие действия произошли в считанные секунды. Малфой остановился, Эва оттолкнула его, комнату наполнил звонкий звук пощёчины. Оба тяжело дышали.

— Не прикасайся ко мне, Малфой, — переводя дыхание и тыча в него пальцем. Он стоял как вкопанный. Спустя секунду её глаза приобрели обычный цвет. Она развернулась и вышла. Парень не стал её останавливать.

— Ты ответила на поцелуй — крикнув вслед.

Он видел похожий взгляд и действия пару лет назад. Но в этот раз все было по другому. «Что за черт?», он выглянул из кабинета и смотрел как удаляется её силуэт и скрывается в кабинете.

Шестнадцатая глава

А мне по барабану

Я пишу свои правила сама

Плутала, терялась, боялась

Ошибки казались смертью

Но все, что потом осталось мне

Открыть своё сердце

«Минуты» — TASIIA

— Тео, со мной всё в порядке, ну что пристал? — Эва сидела на своей кровати, попивая вино.

— Эва, ты видела свои глаза? Они становятся чёрные, как в прошлый раз.

— Ну сколько можно говорить, я контролирую это, правда, — она пыталась говорить уверенно.

— Я знаю, что ты видела Драко в кабинете с Асторией.

При упоминании этих имён девушка скривилась, а её глаза снова приобрели чёрный цвет на несколько секунд:

— Вот посмотри, — не унимался Нотт. — Стоит только упомянуть их, как твои глаза меняются.

— Господи, Теодор, хватит. — Глаза были чёрные. — Я не хочу слышать о них. — Девушка повысила голос, что странно в их отношениях. Возможно, это было впервые, когда она в принципе повысила на него голос.

— Эвочка, ты либо мне рассказываешь, либо я ухожу… Навсегда.

— Я никого не держу, дверь там. — Он удивлённо на неё посмотрел, но слов из песни не выкинешь. Парень встал и пошёл в сторону двери, как только повернул ручку:

— Тео, подожди. — Она быстро поставила бокал на тумбочку и ринулась к нему, обнимая: — Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто… не хочу говорить о нем.

— Надо, Эвочка, надо. Мы же с тобой лучшие друзья, помнишь? — не унимался парень.

Цвет глаз вернулся в своё русло. Девушка лишь тяжело вздохнула, но делать нечего. Он прав, она вспомнила их уговор.

— Мёртвого из могилы достанешь, — говорила с улыбкой и теплотой. — Ладно, Тео, твоя взяла. Слушай.

Она допила бокал и налила ещё. «С чего начать? Стоит ли ему говорить всё?» Эва не знала, насколько она теперь может доверять ему, если понимала, что Драко ему рассказал специально, чтобы он проверил, как она. Но это вроде как не отменяет того факта, что он правда беспокоится о ней. «Ладно, была не была», и она начала свой рассказ. Она не стала утаивать что-то, поэтому её рассказ получился длинный: сначала про кабинет с Драко и Асторией, потом про тусовку у Воронцова, про Морану и Гамаюн.

— Поэтому я правда устала за последние дни, — подытожила она, вставая, чтобы принести очередную бутылку.

— Я даже не знаю, с чего начать, — парень действительно был шокирован всем этим, она лишь грустно улыбнулась.

— Тео, скажи мне честно. Тебя подослал Малфой? — подходя и разливая вино по бокалам.

— Нет, я услышал это от Астории. Она рассказывала своим подружкам, что ты их видела, ну и… — он замялся.

— Говори, — ее голос приобрел нотки стали.

— Что ты убежала в слезах. — послышался треск, а после и вовсе в её руке разбился бокал.

По руке стекало вино вперемешку с кровью, её глаза превратились в два уголька. Тео подозвал аптечку, доставая бинты и бадьян:

— Сейчас я всё исправлю, Эвочка, — но он не успел ничего сделать, Эва сделала это сама. Затянула раны, убрала кровь и вино с руки.

— Эва, твои глаза, — она как будто только сейчас осознала, что кто-то рядом. Она повернулась к нему, и через несколько секунд её радужка глаз изменилась на прежнюю.

— Вот сука, надо было её в прошлый раз не случайно, а специально пришибить к стене, да посильнее, — она стала убирать в комнате.

— Эва, твои глаза… Они снова были чёрные, — парень был шокирован.

— Когда моя злость или ярость на пределе, они чернеют. Так сказала Морана, — пожимая плечами, ответила та.

— Ты ей веришь?

— Ну пока у меня нет другого, более логичного объяснения.

— Ты ненавидишь Асторию? Как у тебя с Драко сейчас? — эти вопросы он задавал специально, ему нужно было проверить теорию, о которой сказала Морана. Глаза Эвы снова почернели, и как только он тронул её за руку, глаза были обычными.

— Ты чувствовала злость от моих вопросов?

— Мне эти вопросы неприятны. Да, я, наверное, немного злюсь из-за них.

— Твои глаза почернели, но ты не испытывала злость на пределе. Её теория не работает. — Тео победоносно улыбнулся.

— Ну и что? Может, я была на пределе, просто этого не поняла, так как глаза забрали всё это, — не унималась девушка. — В любом случае, другого пока варианта, почему так, нет.

— Ладно, ты права. Всё становится как пару лет назад? — он сжал её руку, боясь ответа.

— Нет, правда нет, — она сжала руку в ответ. — По крайней мере, сейчас меняются только глаза. Но никаких внутренних изменений. Если что, я сразу скажу.

— Спасибо. И я в любом случае буду рядом, — кажется, она только сейчас вспомнила о гравировке на браслете. Она наклонилась к тумбочке и достала оттуда браслет. Он уже еле-еле блестел, протянув его ему:

— Это подарок от него. Переводится как «И я в любом случае буду рядом», — она грустно вздохнула. — Он подарил на Рождество.

— Красиво. И так символично…

— Тогда это было так символично, а сейчас… — он пересел к ней рядом и обнял её, она облокотилась на его плечо.

— Но с профессором Воронцовым… — послышались смешки, выпрямившись, стукнула его в плечо.

— Во-первых, он мой старый друг, а только потом профессор, а во-вторых, я уже взрослая совершеннолетняя девушка, что хочу, то и делаю, — в конце показывая язык.

— На самом деле он классный парень, я не против, — и он подмигнул ей.

— Спасибо, папочка, — съязвила она.

— Ну-у-у-у, нет, лучше уж братик тогда, — и они рассмеялись.

Дальше она показала ему книги о мифологии и побольше рассказала о Моране и Гамаюн.

— А разве может посланница Богов вмешиваться в судьбу?

— В том-то и дело. Она лишь сказала, что мне нужно сделать выбор, а вот как его сделать — не сказала. Поэтому фактически она не вмешивалась. Но то, что она пришла, это странно. Это же миф…

— Не забывай, что для маглов магия тоже миф.

— Да, ты прав… Как думаешь, она правда становится Мораной — Богиней Зимы и Смерти?

— А почему ты её так назвала?

— Не знаю, это первое, что пришло в голову.

— Давай по фактам. Она появилась у тебя как раз в ноябре, ну, стала проявляться. А тут говорится (тыча в книгу пальцем), что её начало начинается с 22–24 ноября. Потом она тёмная сущность, а потому почему не быть ей Смертью? Тем более она хотела завладеть тобой, чем тебе не смерть?

— Логично… Но что значит «выбрать сторону»? Это же и так понятно, что я добрый светлый человек, — на этой фразе она положила свое лицо в свои ладошки. Он рассмеялся.

— А может, это не в прямом смысле выбрать темную или светлую сторону? Может, это метафора? У него светлые волосы, а у неё черные… Может быть, речь идёт об этом?

— Как ты помнишь, Морана сказала, что я якобы уже сделала свой выбор. — А ты не подумала, что она это сказала специально? Может, выбор ещё не сделан, но если ты будешь думать, что он сделан, то при выборе у тебя не останется выбора?

— Тут что-то другое. Гамаюн сказала, что я выбрала «персонажа», а не сторону.

— А что, если это тоже метафора? Ты выбрала «персонажа» ее, а что, если тут имеется в виду помочь ей или нет?

— А что, если бы я выбрала Драко? Это что, автоматом выбор светлой стороны?

— Не складывается… Ну ладно, подумаем еще потом.

— Спасибо тебе, Тео.

— За что? Я же сказал тебе: «И я всегда буду рядом», — на этих словах он ее обнял.

Он сказал ей именно эту фразу, только потому что пару лет назад он подсказал эту фразу Драко. Он видел, как она и он страдают друг без друга, хоть и не показывают этого. А он, как истинный друг обоих, хочет помочь. Они болтали до самого утра. Эва уснула у него на коленях, он, чтобы не будить её, поудобнее сел возле стены, облокотился и сам уснул.

Утро было тяжелое. У них все затекло из-за положения тел. Отправив его к себе, девушка еле-еле привела себя в порядок. Разбитая спустилась на завтрак, чем привлекла к себе внимание окружающих. Она встретилась с глазами Тео, таким же разбитым, и улыбнулась. Решив далеко не идти, она села рядом с ним.

— Присяду? — обратилась она к нему.

— Да.

— Нет.

Одновременно сказали Тео, Роджер и Драко, теперь они привлекли к себе внимание. Эва же сделала вид, что услышала только ответ от Теодора, и села прямо напротив Драко, а с другой стороны от неё сидел Роджер, который сразу увлек её внимание на себя. Она чувствовала, как Драко злился, только было непонятно, на что. Он вообще всегда отрицательно на неё реагировал. И это было странно.

Спустя некоторое время, в момент, когда Драко что-то рассказывал Блейзу, Эва решила немного накалить градус. Сняв с ноги обувь, выпрямила её так, чтобы ее нога коснулась его ноги. Малфой сделал вид, что ничего не происходит. Ее нога медленно, но верно поднималась вверх по внутренней стороне его ноги.

Его пульс участился, а зрачки слегка расширились. Девушка это заметила, когда он бросил на неё быстрый взгляд. Её это забавляло, поэтому останавливаться она не собиралась. Смотря, как Малфой сжимал вилку или стакан с соком. Поняв, что пора заканчивать завтрак, она убрала ногу, надела обувь и, попрощавшись с ребятами, направилась в гостиную.Поднявшись к себе в комнату, сначала пошла в душ, и зайдя в комнату, дверь закрыла не сразу. Услышав хлопок, резко развернулась:

— Еб твою мать, Малфой, напугал меня. Что ты здесь делаешь? — она почувствовала его, но не поняла, что он уже в комнате.

По телу прошлась приятная дрожь и лёгкое возбуждение. Она улыбнулась по-кошачьи. А вот на нем красовалась её любимая ухмылка. Он медленно стал двигаться в её сторону, девушка сначала стояла, но потом все же стала отступать назад.

Неудивительно, что когда закончилась комната, она была прижата к стене. Он медленно наклонился к ней, чтобы их глаза были на одном уровне. Она закусила нижнюю губу, её дыхание слегка участилось.

— Де Вилье, ты что устроила за завтраком? — не переставая ухмыляться.

— А что такое, Малфой? Тебе меня в коридорах целовать можно, а мне тебя трогать нет?! — она ещё раз закусила губу и скрестила руки на груди.

— А ты не боишься играть с огнём?

— Я умею потушить его.

— Уверена? — он наклонился к ней ещё ближе, чтобы их губы едва касались друг друга.

— Не уверена, — прошептала она.

Он коснулся ее губ своими так нежно, что она просто улетела в блаженство. Его рука легла ей на талию, прижимая ее крепче к себе, углубляя поцелуй, запустив свою руку в его волосы.

— Чертовка, как ты манишь к себе, — он разорвал поцелуй и облокотился на её лоб, не отпуская ее. Она лишь улыбнулась по-кошачьи.

— Драко, я не…

— Заткнись, Эвелина, просто замолчи…

Он снова примкнул к ее губам, сжимая талию. Поцелуй стал более страстный, она чувствовала его возбуждение, а он её. Дыхание стало чувственным и учащенным. Его рык вырвался в её губы. Он развернул её лицом к стене и запустил свои руки на её тело… А дальше он отпустил её и ушёл. «Вот сука, отомстил, значит, ну ладно. Я умею играть в эту игру». Но желание от этого стало не меньше. Делать нечего, нужно идти на свидание.

***

— Мисс де Вилье…

— Просто Эва, — она улыбнулась.

— Да, мы же не в школе, — он тоже улыбнулся. Они перебирали одну тему за другой. Но их разговор никак не клеился, пока Эва не начала:

— Эмиль, давайте не будем ходить вокруг да около. Скажите мне прямо, что Вам от меня нужно?

— Я не… — начал было он, но она его перебила:

— Я знаю, что Вас прислала моя бабушка, — девушка говорила уверенно и смотрела прямо в глаза.

— Ох, — Эмиль явно такого не ожидал, но, видя её настрой, решил, что уже всё равно ничего не скрыть:

— Да, признаюсь, меня прислала миссис Кассандра де Вилье.

— Зачем? Чтобы вернуть меня во Францию?

— Это по возможности. В первую очередь она хотела знать, как ты.

— Почему сама не приехала? Могла бы хоть написать.

— Ты можешь это спросить у неё самой, если поедешь со мной.

— Это исключено. У меня здесь дом. А ещё есть дом в России. А там у меня ничего нет.

— У вас там есть родственники.

— Моя мама, по совместительству её дочь, похоронена здесь. Что-то я сомневаюсь, что мне будет комфортно там, нежели тут. Особенно учитывая тот факт, что она не явилась к ней на похороны, про покойного мужа я вообще молчу.

— Я понимаю, вы злитесь на неё…

— Злюсь? Нет, что Вы. Мне правда все равно, есть она или нет. Всё, что мне нужно знать о семье де Вилье, мне рассказала мама. В рассказе бабушке я не нуждаюсь.

— Может, хотя бы приедете погостить к ней?

— Чтобы она заперла меня? Нет уж, извольте.

— Откуда такая неприязнь к ней? Почему вы думаете, что она запрет вас, что она деспот? Вы так свято верите своей маме?

— Тебя Люба, ой, простите, Вы же знаете её под другим именем, — видя удивление на его лице, — тётя Азалия мне достаточно рассказала о своей сестре. Ах, ещё же есть дядя Андрэ, с которым я тоже общалась. Поверьте, они не поливали её какой-либо грязью, исключительно голые факты.

— Но мы… Мы можем просто дружить?

— Если не будете лезть ко мне в трусы, — кажется, эту битву она выиграла.

Он лишь улыбнулся. После этого разговора любые темы пошли на ура. Наверное, с самого начала нужно было разложить все карты. Эвелина понимала, что бабушка явно не хотела ей какого-либо зла, иначе приехала бы сама и забрала её. Она действительно интересуется её жизнью. Поэтому девушка с легкостью рассказывала про свое прошлое и настоящее. А он же больше рассказывал про бабушку. Но, как она и сказала раньше, никто не поливал грязью Кассандру, поэтому его слова не производили на неё какой-то фурор. Ну, может, только несколько раз, когда рассказывал интересные рассказы про неё. Можно сказать, что свидание удалось. Пусть и дружеское. Но одно она заметила точно. Он с интересом наблюдал за Чжоу Чанг, когда та пришла с Полумной в «Три метлы».

***

Вот и прошли последние выходные перед каникулами. На неделе она заскочила к Воронцову и рассказала про свидание с Дюбуа. Однако заметила, что он был слегка холоден к ней. Решив не обращать на это внимание, она просто ждала, когда уже сможет оказаться дома. Вдали от этой вечной беготни, суматохи и шума. Гермиона тоже что-то скрывала, но обещала рассказать позже. Также она заметила переглядки её с Воронцовым. Но не придала этому значения, так как, если бы не рассказала её подруга, то Лекс по-любому бы рассказал.

Дни тянулись и тянулись, как будто никак не хотели заканчиваться и приближать каникулы. С Мораной тоже было не все гладко. Их связь держалась, но уже не так, как раньше, явно было что-то не так.

Морана стала более раздражительной, да настолько, что Эве пришлось закрыть свое сознание от неё, чтобы та не приходила, чего раньше никогда не делала. Где-то в среду, когда она шла на занятие, она услышала характерные стоны, дверь была приоткрыта, а любопытство взяло вверх.

Конечно, там был Драко и Астория. «И чему я удивляюсь?» Однако сердце заныло, ведь их игра в недотрогу продолжалась. И для неё это было почти не странно. Но ключевое слово тут «почти». До этого дня она надеялась, что между этими двумя все закончилось. Но утреннее открытие её разочаровало.

«Думаю, с меня хватит этих игр. Пусть победа будет за ним». Но что ещё для неё было страннее, так это то, что в этот же вечер он открыто к ней клеился. Сначала за столом, а после так вообще в общей гостиной. Когда нет Астории рядом, он липнет к ней, но как только Астория рядом, он как будто её не замечает. Эвелина не любила быть на вторых ролях, а потому даже не стала обращать внимание на него. Тео объявил, что в пятницу будет вечеринка, на которой, естественно, она должна быть.

Вот и неделя подошла к концу. Последний урок был у Воронцова, а потому она задержалась у него, а после и опоздала на обед. Так получилось, что она села напротив Малфоя, сначала даже не заметив этого. Её в разговор сразу увлёк Роджер. Как внезапно она подавилась соком. По её телу прошёлся рой мурашек, но не от взгляда, а от прикосновений.

Эвелина почувствовала его руку у себя на лодыжке, которая поднималась вверх. И это было настолько всё быстро, что никто ничего не понял. Малфой выпрямился со своей ухмылкой, она, конечно, тоже не могла скрыть кошачью улыбку. Но решила, что хватит игр, а потому он не получил больше ничего, кроме как её мимолетной улыбки. Ему такое не понравилось, и в момент, когда он снова хотел сделать точно так же, она встала и пошла в сторону Гермионы, что-то шепнула ей и ушла.

Эвелине нужно было успокоить тело и душу. И лучшее, что она могла придумать, это побродить по Хогвартсу, как бы проверяя школу, а потом решила, что раз вечеринка уже в самом разгаре, то можно и вовсе не идти на нее.

«Пойду к Лешке», дёрнув дверь, она закрыта.

«Странно, где он?», пожав плечами, решила вернуться в комнату. Но на подходе её поймал Тео.

— Вечеринка уже как пару часов идёт, почему тебя нет? Ой, только не говори, что не собиралась, — Тео скрестил руки на груди, давая понять, что он пришёл за ней и без неё не уйдёт.

— Да что ты! Задержалась в библиотеке просто, — пожав плечами, — сейчас выйду.

Она на скорую руку оделась, и они направились в Выручай–комнату.

— Хоть сменили бы интерьер, всё одно и тоже, — заходя в комнату, отметила девушка.

— Не ворчи, — он взял её руку и потянул за барную стойку к Блейзу.

— Нам что-нибудь вкусное и мегаалкогольное, она пропустила пару часов, — и, смотря на Эву, — и нечего дуть губки.

Она взяла коктейль и села рядом с Тео. Потом все захотели снова играть в ту игру «Я никогда не», Эва пересела. Играть не было никакого желания. Она предупредила директора, что уедет домой в субботу утром или в пятницу вечером. И сейчас снова и снова мысленно возвращалась к тому, чтобы все-таки уехать в пятницу вечером. Её мысли прервал голос:

— Привет, а ты почему не играешь?

— Привет, Невилл, не хочу. Я хочу домой, — она не подняла на него взгляд, а продолжала крутить в руке бокал и смотреть, как алкоголь перетекает с одного края в другой. — Прости, я, пожалуй, пойду.

Она посмотрела на своих подруг, которые что-то активно обсуждали в другом углу, на Тео, который в очередной раз присвистнул от заданного «не», нашла Роджера, который в это время выпивал и мило общался с какой-то гриффиндоркой, а вот платиновую макушку так и не увидела. Эва улыбнулась ничего не понимающему Невиллу и пошла в свою комнату собирать вещи.

— Эй, Эва, постой, — её окликнул женский голос, когда она уже почти зашла в свою комнату.

Эва выглянула из проёма, ей навстречу шла Пэнси:

— Заходи, Пэнси.

Эва прошла к своему чемодану и, открыв его, стала бросать туда вещи:

— Ты уезжаешь? — Пэнси закрыла дверь и села на стул.

— Да, каникулы дома буду справлять. Что ты хотела?

— Что у вас с Драко?

— И ты туда же, — вещи стали лететь в чемодан уже более резко. — Ничего.

— Мы с ним лучшие друзья.

— Ну раз друзья, так у него и спроси. Чего ко мне пришла? — съязвила девушка.

— Он уехал пару часов назад.

— Пэнси, я не понимаю, что тебе нужно от меня? — Эва развернулась в сторону девушки, та же в свою очередь подошла и обняла ее:

— Я переспала с Гарри, — на этих словах она ещё крепче обняла Эву, та глубоко вздохнула и обняла её в ответ:

— Я знаю, — гладя по голове.

— Что мне делать?

— Для начала доучиться, а там видно будет.

— Я уже вижу эти заголовки в газете: «Змея пригрелась к избранному: искупление или тайный замысел?».

Девушки рассмеялись. Эва взяла за руку черноволосую девушку, и обе сели на кровать:

— Не думай об этом сейчас. Будь что будет. Может, не всё так страшно, как нам кажется, — Эва крепче сжала её руку.

— Что у вас с Драко? — не унималась та.

— Я думала, этот вопрос был предлогом.

— Предлогом, чтобы остаться, был Гарри, — она улыбнулась. — Он любит тебя, а не её.

— Хороша любовь, трахаться с ней направо и налево.

— Дай ему шанс.

— Какой шанс, Пэнс? Он меня оттолкнул, а я оттолкнула его. Он ушёл, и я ушла, понимаешь? Он не захотел поговорить, хоть я и пыталась. Я устала, правда. Устала надеяться и ждать его. — Она встала и подошла к чемодану, чтобы проверить, всё ли положила.

— Можно мне поехать с тобой? — Эва замерла, она не ожидала от неё такого вопроса:

— Пэнс, прости, сейчас я хочу побыть одна. — И заметив, как девушка погрустнела, добавила:

— Я буду рада твоему приезду на каникулах. — С этими словами она протянула ей визитку с адресом.

Чар на защиту дома больше не было, и смысл визиток терялся, но Эва была привязана к ним. Ведь эти визитки делала её мама, а потому она их сохранила. Взяв чемодан, она пошла к выходу, попутно тронув Пэнс за плечо.

Семнадцатая глава

Была готова полюбить весь мир, но никто так и не понял

Музыку громче, чтобы не слышать собственной боли

Снова я по третьему теряюсь

Не лечи меня, я и так справляюсь

«Была готова полюбить» — MILENA

Дочитав книгу, она её закрыла, запрокинув голову на спинку дивана. Был вечер воскресенья, скоро Рождество, а в доме ни единого украшения. Эвелина повернула голову вбок и оглядела гостиную.

Она вспомнила, как оставалась одна на несколько дней в России, и тогда дом не казался таким пустым, как сейчас. Несмотря на приближающийся праздник, который очень любила, праздничного настроения не было. Она вспоминала, как каждый год ждала Рождество, чтобы украшать дом и наряжать ёлку, которую впоследствии очень долго не давала убирать. Девушка грустно усмехнулась, сев на диван и положив книгу на стол, отпила из бокала.— Здравствуй Морана — Богиня появилась рядом с Эвой.

— Ты снова грустишь? — она сидела на диване, скрестив руки на груди.

— Немного, — Эва одарила её грустной улыбкой.

— Когда мы будем украшать ёлку?

— Не в этом году, Мора, не в этом году…

— Что значит не в этом? Это же лучший праздник года, — Морана встала и стала руками вертеть, как будто что-то подкидывая наверх, ее пальчики рук искрились блестками, как снег при лунном свете.

— Это же твой праздник, да?

— Мне иногда кажется, ты забываешь, кто я, — на ее лице появилась улыбка. — Но сейчас мне интересно другое. А ты правда не слышала звуки из кабинета Алексея?

— Не хочу об этом говорить.

— Ага, значит, всё-таки услышала, но не обратила внимание, да?

— Да, а еще я видела их постоянные переглядки… Я думала, мы друзья и у нас нет секретов друг от друга, — девушка грустно улыбнулась и опустила голову вниз.

Все эти секреты друг от друга ее утомляли, она, конечно, не лучше, так как имела свои, однако, как говорится, в чужом глазу соринку видишь, в своем бревна не замечаешь.

— Так давай вместе сбежим, а? — Морана села рядом и взяла ее за руку. — Давай не вернемся в эту школу?

— А ты ничего рассказать мне не хочешь? — пристально посмотрев на богиню, та тут же отдернула руку и постаралась придать своему лицу невозмутимый взгляд.

— Нет, и даже не понимаю, о чем ты, — гладя волка, который появлялся всегда, чтобы отвлечь Эвелину, но, видимо, не сегодня.

— Мне так не кажется, Мора, выкладывай.

— Только обещай, что выслушаешь меня, — ее собеседница кивнула. — Есть один ритуал, он правда безопасный, который поможет мне стать более человечной. Его действие длится несколько дней, как раз на Рождество. Ну пожалуйста, Эва.

— Мора, мы это обсуждали уже. Никаких ритуалов.

— Ну что ты, какая зануда, всего лишь на Рождество, пожалуйста, пожалуйста, Эва.

Эвелина видела в ее глазах мольбу: «Может, правда, ничего страшного не будет, если я выпущу ее на несколько дней?» Эва молчала, не зная, что ответить.

— А может, не хочешь помочь мне, нам? Может, я тебе уже и не нужна? Только кто с тобой останется, посмотри, ты одна, где твои друзья?

— Не говори глупостей, Морана. Ты нужна мне, просто не могу тебя выпустить. И про друзей ты тоже знаешь.

— Ладно, извини.

— Я подумаю над твоим предложением, хорошо? — Богиня кивнула и кинулась к ней в объятья.

Наверное, это были первые их искренние обнимания. По телу Эвы прошелся холод, как будто она легла на снег, тут же отстранилась от нее, стараясь делать это обычно, чтобы не вызвать в ней подозрения. Морана исчезла. Эва знала, чего та добивается, а ещё понимала, что, выпустив её, обратной дороги не будет. Она потеряет саму себя, а в мире появится «живой славянский миф». Встав с дивана, направилась в сторону кухни и, не дойдя до неё, услышала стук в дверь. Эва как-то научилась отключать способность. А потому и не знала, кто там за дверью. Поплелась обратно.

— Эва, открывай, — услышала голос за дверью и очередной стук.

— Иду, Лекс, иду, — открыв дверь, впустив незваного гостя.

После приветствий они пошли на кухню.

— Ты так быстро уехала, даже не попрощалась.

— А ты ничего не хочешь мне сказать? — она повернулась к нему лицом, скрестив руки на груди.

— О чем ты, Эва? — замешкался Алексей.

— Сколько уже?

— О чем ты?

— Ой, перестань, Лекс. Ты знаешь, о чем я говорю, — отворачиваясь от него и занимаясь делами на кухне.

— Нет, не понимаю. Если ты хочешь что-то сказать, так говори прямо.

— А ты сам не хочешь мне прямо сказать? — она отложила нож и сыр, не поворачиваясь. — Сколько уже продолжается твоя связь с Гермионой?

Парень явно к этому был не готов, поперхнувшись глотком воды.

— Я не… — после недолгого молчания начал было парень, но девушка его перебила:

— Сколько? — спокойным голосом повторила свой вопрос.

— Мы общаемся уже несколько недель, но переспали только на тех выходных, когда ездили на приём в министерство.

— Ты издеваешься, Воронцов? — гневно развернувшись. — Ты спал со мной, когда общался с другой?

— Подожди, я тогда не думал об отношениях, мы просто общались иногда, а ты — другое дело.

— Воронцов, ты дурак? Ты на выходных переспал с ней, а потом на буднях со мной.

— А что, мне нужно было порвать с тобой?

— То есть отношения со мной ты не рассматриваешь, да?

— Извини, я совсем не то хотел сказать…

— Да, Лёш, надо было прекратить со мной спать и все рассказать.

— Да господи, Эвелина, это было всего лишь раз. Что ты устраиваешь…

— Я что устраиваю? Это ты с каких пор стал таким? Раньше для тебя это что-то значило.

— Прости, я просто боялся тебя обидеть. Не хотел, чтобы тебе снова было больно. Как в прошлый раз, когда я выбрал другую. Да ещё и смерть твоей мамы, вдруг ты почувствовала себя брошенной… — он подошёл к ней и обнял её, она не сопротивлялась:

— Неприятно сейчас. С каких пор у нас секреты? Не было такого никогда… Мы договорились, что если что, прекратим без всяких обид. А получается…

— Ну всё, всё, хватит. Прости, я был неправ. Если честно, я не могу определиться, с кем мне лучше… — как-то виновато произнёс последнюю фразу.

— Не переживай, выбор делать не нужно. Я всё сделаю сама. Между нами всё кончено. — И тут же добавила, видя, как округлились его глаза: — Имею в виду, мы теперь не спим, просто дружим, как раньше.

Эва резко развернулась и продолжила резать сыр, пытаясь взять себя в руки. У неё дрожали руки, и голос наверняка. Глаза становились мокрее обычного, но плакать сейчас ни в коем случае нельзя. На помощь к ней пришла Мора. Она на несколько секунд взяла контроль над разумом и телом, тем самым успокоив свою подругу, и вернула контроль ей обратно. Глубоко вздохнув, она развернулась, поставив на стол сырную тарелку и два бокала.

— А вино? — удивлённо спросил парень.

— А вино с тебя, доставай, — она улыбнулась своей милой улыбкой. Он громко усмехнулся, но вино достал из пакета. Открыв и разлив его по бокалам:

— За что выпьем?

— За новую жизнь и никаких секретов, я серьёзно, Лекс.

— Хороший тост, — они чокнулись и отпили.

Он нежно коснулся её руки, по её телу прошлась приятная дрожь. Возбуждение, но не сексуальное. Она закрыла глаза от удовольствия. С ним всегда было так тепло и уютно. Он пах Россией, он пах домом. Эвелина почувствовала его губы на своих. Ответив на поцелуй с мыслью: «Это последний наш поцелуй. Прощальный». Взяв себя в руки, она оттолкнула его:

— Хватит…

— Я понял.

Сначала было неловко из-за разговора и поцелуя. Потом вопрос за вопросом, и вот завязался разговор. Он умел быстро сглаживать углы и разговаривать на любые темы. Однако в этот раз Эва не смогла расслабиться. Ей действительно было обидно. Они столько лет знают друг друга, столько прошли вместе, что ей показалось: «А вдруг все получится?», и тут он просто вдребезги разбил все надежды, возможные планы. В очередной раз принял решение за них обоих. Конечно, она была рада за него и Гермиону, и за возможный союз их в будущем. Но почему снова про неё забыли? Да, это звучит эгоистично, все взрослые люди, но почему-то она думала иначе.

Девушка ощущала боль предательства, очередную ложь и секреты. В этот момент она очень была благодарна Моране, которая забрала на себя всю боль и слезы, иначе бы та просто разревелась бы. «Может, и правда стоит её выпустить, отдать ей свою жизнь?». Девушка просто хотела остаться одна в полной тишине.

«Но так просто от него не избавиться, придется ждать, когда он сам уйдёт».

И ей повезло. Около девяти вечера ему кто-то позвонил, и он ушёл. Как только закрылась за ним дверь, по её щекам потекли слезы, Эвелина сползла по двери вниз.

— Успокойся, что ты опять плачешь? — Богиня появилась рядом и обняла ее, волк тоже пытался успокоить своего нового друга, она действительно не понимала человеческие чувства и тем более слезы ей были чужды.

— Мора, неужели я никому не нужна?

— Глупенькая, конечно нужна. Мне. — На последнем слове в её глазах мелькнул какой-то зловещий огонек. И Эва это заметила бы, если бы в очередной раз не упивалась в своей роли жертвы. — Просто выпусти меня, и будем вместе. Ты никогда больше не будешь одна, ты никогда больше не будешь плакать и уж тем более тебя больше никто не обидит.

— Я подумаю. — Махнув рукой, Морана стала исчезать со зловещей улыбкой.

Эвелина плюхнулась на диван, запрокинув голову на спинку. Такое положение головы помогает успокоиться и перестать лить слезы. Взяв себя в руки, она решила напиться и плевать на всех и вся.

Прошло несколько часов, девушка сидела на полу, подложив под себя подушку для мягкости и скрестив ноги. Казалось бы, удобнее сесть на диван, но от него уже тошнило. Сначала ей компанию составила Морана, но ей это быстро надоело, и она ушла. Та уже была в таком состоянии, что даже не сразу заметила, что и Мора ушла, а как только это заметила, пожала плечами и включила музыку.

Сначала пение, а потом и танцы пошли. Ей действительно было хорошо, либо же она сама себе это внушила, было неважно. Важно было только то, что сейчас ей хорошо. Неожиданный стук в дверь её слегка отрезвил. «Время ночь, кого это занесло? Гостей не жду, а значит, и открывать не обязаны».

В очередной раз пожав плечами, поплелась на кухню за алкоголем. Но стук за дверью не прекращался, кто-то настойчиво стучал и стучал. Эва уже стала беспокоиться: «А вдруг там кому-то нужна помощь? Но почему же тогда кроме стука нет голосов?» Как обычно, куча вопросов без ответов.

Взяв палочку, направилась к двери. Сделав глубокий вдох, она открыла дверь. И в этот момент, видимо, облокотившись на дверь, на неё упало тело. Оба полетели вниз. Кто-то бережно положил свою руку на её голову, дабы уберечь от удара. В нос ударил древесно-лавандовый запах, вперемешку с мятой и алкоголем.

— Я без приглашения, — парень встал и подал руку девушке.

— Я вижу, — взяв его за руку для помощи подняться. — Чего тебе, Малфой?

— Я тебя забираю к себе. Собирайся.

— Я тебе что, вещь какая-нибудь, чтобы ты мог меня забрать?

— Всё, не выпендривайся, собирайся.

— Нет, Малфой. Уходи.

— Тогда решено. Я остаюсь у тебя. Винки, — позвав своего домового.

— Да, хозяин, — домой эльф появился в эту же секунду.

— Передай моей матери, что я ухожу из дома и буду жить у своей девушки.

— Винки, постой, — тут же остановила её Эва. — Не слушай его, видишь, какой он пьяный. Малфой, не выдумывай, тебе здесь не рады. Винки, забери его лучше домой.

— Простите, мисс…

— Обращайся ко мне Эвелина или Эва, как удобно, в общем. — На этих словах девушка протянула ей свою руку, Винки заулыбалась и протянула свою маленькую ручку.

— Мисс Эвелина…

— Винки, ты меня слушаешь вообще? — Прервал этот разговор. — Ты вроде мой эльф, а не её. Будь добра, выполни поручение.

— Хозяину будет лучше проспаться дома и не тревожить эту милую мисс. — Она улыбнулась ей и, взяв Малфоя за руку, исчезли.

— Не дом, а проходной двор какой-то, — девушка поплелась к двери, но не успела она её закрыть, как услышала хлопок и голос Малфоя. Он трансгрессировал возле крыльца и чуть не упал, если бы Эва вовремя не схватила бы его за руку.

— Господи, Малфой, ну чего тебе нужно? — в её голосе прослеживались нотки усталости и… Грусти?

— Нам надо поговорить, — его голос звучал уверенно и слегка холодно. — Пожалуйста, Эва, — это уже было сказано более мягко и тепло.

Девушка пожала плечами и махнула рукой в знак «Заходи». Зайдя в дом, жестом показала на диван, а сама отправилась на кухню, принеся оттуда поднос с тарелкой сыра, пару бокалов и вино.

— Ты пьян. Не думаю, что сейчас самое время разговаривать, — взяв бокал из его рук.

— Ты тоже. Но в таком состоянии проще разговаривать.

— Только на утро стыдно.

— Есть такое. Но, как говорится, «из песни слов не выкинешь».

— Малфой, ты меня пугаешь. От кого понахватался магловских фразочек?

— Нравится?

— Понятно, значит, от Теодора.

— И всё-то ты знаешь.

— Не всё, но это очевидно. Повторю свой вопрос, что тебе нужно, Малфой?

— Ну что ты заладила, Малфой, Малфой. Как будто у меня имени нет, де Вилье. Сказал же, пришёл за тобой, пойдём домой.

— Я уже дома, Мал… Драко, — вовремя исправив обращение.

— Нет, ко мне домой. Давай жить вместе.

— Ты сдурел? Очнись. Мы не пара. Всё, точка.

— А моё мнение тебе что, совсем не интересно? — как-то проговорил со злостью.

— А тебя моё? — с той же злостью ответила девушка. — Малфой, пожалуйста, уходи отсюда, умоляю тебя.

— Ну с тобой и так всё понятно, ты меня любишь и хочешь быть со мной вместе, — пожимая плечами.

— Да не уже ли? А ты в этом прям уверен? — она встала, он схватил ее за руку и потянул обратно на диван.

— Ну куда ты собралась, сейчас, — он был слишком пьян, встав, стал что-то искать в карманах, попутно всё выкладывая из них.

На телефон пришло смс, на которое Малфой не обратил внимание, зато обратила внимание Эва.«Спасибо за проведенное время, все было классно. Жду тебя» — Астория.

Пока Эва читала смс, Драко нашел то, что искал. Ее взгляд медленно переместился на парня: «Серьезно? От нее сразу ко мне?»

— Дай мне пять минут, — выпивая что-то из флакона.

— Малфой, а ты не охренел ли? — ее глаза были похожи на российскую пятирублевую монету.

— О чем ты? — не понял он, Эва глубоко вздохнула и выдохнула.

— Просто уйди по-хорошему, — вставая с дивана, пройдя на середину гостиной.

— Да что произошло? — он явно отрезвел от выпитого из флакона. — Все же было нормально.

— Малфой, если ты сейчас же не покинешь мой дом, я применю силу, — хоть девушка была пьяна, но все же недостаточно, а значит, контролировать она себя могла.

— Эва… — начал подходить к ней, попутно все кладя в карман обратно. Однако дойти до нее у него не получилось, как он моментально оказался на улице, в очередной раз Эва вышвырнула его из дома и закрыла дверь.

— Да что с тобой не так? — закричал он. — Долбанутая.

Но делать нечего, сейчас поговорить явно не получится, он трансгрессировал куда-то.

Восемнадцатая глава

Снег кружится летает летает. И поземкою клубя

Заметает зима заметает. Все что было до тебя

Раскинутся просторы

До самой дальней утренней звезды

И верю я что скоро

По снегу доберутся ко мне твои следы

«Самоцветы» — Снег кружится

За день до Рождества Эве принесли ёлку, заказала её в доставке. Поставив в угол, достала коробку с игрушками для украшения. Обычно она всегда наряжала сама, но не в этот раз. Применив магию, по всему дому разлетелись игрушки и мишура, украшая дом и ёлку. Морана смотрела на это всё заворожено.

— Как красиво, — смотря на все это.

— Да, наверно… — это было все не так и все неправильно, не так, как раньше.

— Эвелина, ну что такое? Это все из-за него, да? — Богиня подошла к ней и взяла ее за руку, та лишь кивнула.

— Ну перестань ты из-за него так убиваться, не стоит он такого. Представь лучше, как мы классно проведем время завтра, когда ты сделаешь ритуал.

— Кстати об этом… — начала было Эва, но ее прервал стук в камин, кто-то стучался, подойдя к нему, увидела, что это Гермиона, впустив ее. Морана тут же исчезла.

— Привет, — робко начала подруга.

— Привет, Миона, чай, кофе, вино?

— Наверное, лучше вино, разговор будет не из легких, — проговорила Гермиона.

— Если ты хочешь поговорить об Алексее, то все в порядке, — идя на кухню.

— Мы можем поговорить об этом? — садясь за стол, спросила Миона.

— Если ты хочешь, да, — подходя к ней с бокалами и открытой бутылкой.

— У тебя там что, неиссякаемый источник? — улыбаясь, принимая наполненный стакан.

— Типа того, я слушаю тебя.

Сначала Гермиона рассказала про взгляды, потом как неожиданно даже для себя пригласила его составить ей компанию на том вечере, а потом про их отношения.

— Я только сегодня узнала про вас.

— Прости, наверное, надо было сразу рассказать тебе, Миона, просто я не подумала, что у тебя с ним что-то будет.

— Я тоже… А еще мне важно, чтобы ты не злилась на меня, мы же подруги, так?

— Это мне нужно такое просить у тебя, — Эвелина взяла ее за руку.

— Все получилось глупо, все промолчали, и получилось так, как получилось.

— Да секреты эти дурацкие, — состроила гримасу.

— Может, уже обойдемся без них? Вроде взрослые все уже.

— Ну да, такое уж точно нельзя скрывать.

— Друзья? — промолвила Гермиона.

— Конечно, Миона, о другом и речи не может быть.

— Рада, что мы всё выяснили, — теперь Гермиона сжала руку своей подруге. — А что ты делаешь завтра, на Рождество?

— Пью, пью и еще раз пью.

— У меня есть предложение к тебе…

— Прости, Гермиона, завтра я буду одна, — тут же перебила ее Эвелина. — Даже не упрашивай.

— Ты не можешь завтра быть дома… Это… Это неправильно, — Гермиона быстро рукой ее остановила. — Просто послушай, хорошо? — та лишь кивнула. — Мы решили с Джинни устроить, но об этом узнали Тео и Блейз. Там будут только все наши, человек 10, не больше, — Гермиона умоляюще посмотрела на свою подругу. — Пожалуйста, Эва.

— Гермиона, спасибо за заботу, но завтра я хочу побыть одна, и точка. Пожалуйста, не уговаривай меня.

— Но… Но это было сделано для тебя, чтобы ты не была завтра одна дома, — подруга как-то грустно улыбнулась. — Я понимаю, почему ты хочешь завтра остаться одна, но это же не выход… Праздник все-таки.

— Я ценю это, правда, — Эва крепче сжала ее руку.

— Это из-за Малфоя, да?

— Не только из-за него, — допивая из бокала и разливая еще, ответила Эвелина.

— А хочешь, мы попросим его не приходить? — с надеждой спросила Миона.

— Миона, ну что за глупости ты говоришь. Пусть приходит, вам всем нужно отдохнуть, последнее время было трудно, расслабьтесь.

— Правильно говоришь, Эва, тем более у нас на завтра планы, — услышала голос за своей спиной Эвелина.

Девушка почувствовала возле своей ноги холодную шерсть и мокрый нос волка, обернувшись, Богиня сидела на тумбочке, гладя своего ворона.

— Прости, что ты сказала? — оборачиваясь снова на Гермиону.

— Я говорю, что нет смысла в вечеринке, если ты на нее не придешь.

— Пожалуйста, давай закончим этот разговор.

Гермиона еще пару часов просидела с Эвелиной, а после разочарованно ушла, оставив свою подругу одну. Девушка же глубоко вздохнула, оделась потеплее и ушла из дома. Пока ее не было, хозяйничала Морана. Она примеряла на себе разные наряды, думая, что бы надеть на Рождество, хищно улыбаясь. Она коснулась зеркала, и это место слегка покрылось инеем, богиня тут же отдернула руку. Через несколько секунд иней растаял, а по зеркалу стала стекать капля.

— А это интересно, — смотря на свою руку, переводя взгляд на зеркало.

Тут камин вспыхнул зеленым пламенем, и оттуда вышел Малфой, Морана тут же исчезла.

— Эва? — парень сделал пару шагов. — Эвелина, давай поговорим.

Но в доме стояла тишина, обойдя первый этаж, он сделал вывод, что ее нет, и скрылся обратно в камине. Через несколько часов на пороге дома появилась Эвелина с пакетами, пройдя на кухню, стала разбирать пакеты.

— Морана, — позвала она, но та не отозвалась, тогда девушка просто пожала плечами и принялась готовить.

Поздно вечером все приготовления были завершены, Морана так и не появилась, Эвелина уселась на диван и читала до глубокой ночи, а после поплелась к себе на второй этаж. Зайдя в комнату, ей стало грустно, а в голове стали проноситься воспоминания. Она легла на кровать и провалилась в тревожный сон, а ночью пришла Морана и укрыла ее одеялом, оставляя после себя инеем покрытое одеяло, в том месте, где его касалась.

Ее разбудил волк, который взобрался к ней на кровать и стал лизать лицо.

— Лайка, всё-всё, хватит, — она пыталась скинуть его с кровати, но, видимо, волк не на это рассчитывал, тогда она просто его обняла.

Окончательно проснувшись, приняв водные процедуры и одевшись, спустилась вниз.

— Привет, Морана, — с улыбкой проговорила Эвелина, видя, как ее гостья стоит возле елки и любуется ей.

— Доброе утро, Эвелина, — ее голос приобрел какие-то нотки теплоты и сладостной фальши.

— Всё хорошо? — насторожено решила уточнить.

— Да, что там с ритуалом? — как-то задумчиво произнесла Богиня.

— Как раз об этом… — Эва не знала, как сказать ей то, что она собиралась.

— Ты передумала? — тут же спросила Мора.

— Не совсем… Просто… — девушка как-то замялась. — Просто я правда хочу побыть одна в этот день…

Девушка смотрела на Богиню, надеясь, что та поймет ее, та лишь обернулась на нее и стала внимательно смотреть.

— Ну что ж, не видать мне тогда Рождества.

— Прости, Морана, — быстро сказала девушка исчезающей богине. — Надеюсь, она и правда поняла.

Эвелина прошла на кухню и стала дальше заниматься приготовлениями. Торопиться ей было некуда, а потому не страшно, если все будет готово ближе к полуночи. Встретившись с тоской один на один, она не выдержала, все бросила и ушла из дома, вернулась только ближе к вечеру. Но закончить все равно нужно было, ближе к восьми вечера камин вспыхнул зеленым пламенем, оттуда вышли две девушки, обе в красивых платьях.

— Эй, Эва, — услышала она с кухни голос Джинни.

— Я на кухню, — услышали две девушки голос с кухни, они направились туда.

— Привет, девчонки, — развернувшись к ним на несколько секунд, сказала Эва. — Прекрасно выглядите.

— А ты, я смотрю, решила в этом отмечать? — спросила Джинни.

— Ты ей что, не сказала? — Гермиона замялась.

— Джинни, я не иду, — продолжая что-то резать на столе.

— В смысле не идешь? — и, поворачиваясь к другой своей подруге, — А ты почему не сказала мне?

— Потому что надеялась, что ты сможешь меня уговорить, — ответила Эва, почти закончив на столе.

— А ты полагаешь, у меня это не выйдет? — удивленно отозвалась та.

— Так, девочки, еще раз. Сегодня я хочу побыть одна, и точка. Хватит бегать за мной, — ее это уже слегка раздражало.

— Но Эва… — начала было Джинни.

— Так, все хватит. Сами найдете дорогу или Вас проводить? — обернувшись с ножом.

Наступило неловкое молчание на несколько секунд, а потом все втроем разразились хохотом.

— Это действительно было страшно, — смеясь, проговорила Джинни.

Они пробыли у нее какое-то время, пытаясь уговорить, но это было сделать невозможно, оставив все свои попытки, попрощались и направились к камину.

Эвелина еще какое-то время провела на кухне, заканчивая приготовления, а после стала таскать в гостиную блюда, ставя на стол. Когда все было поставлено, она немного удивилась, зачем было столько готовить на одного человека. Но когда ей грустно, она всегда много готовила, ей это позволяло отвлечься. Включив свой плейлист, девушка подошла к окну, через несколько секунд она прислушалась к песне:

Ты только не молчи Не молчи Скажи хоть слово Но сломаны все ключи От твоего дома Ты все забрал Получил Кто тебя научил Обрести душу Чтобы ее разрушить (Не молчи — Дажа Эпова)

«Как же эти слова подходят под наши с ним отношения…», ее окутали мысли о нем, а в голове проносились воспоминания двухлетней давности, неосознанно она тронула браслет: «Вот все, что у меня осталось от него».

На последних словах песни Эвелина вздохнула и прошлась к дивану, сев на него поудобнее, принялась читать книгу.

Ближе к 10 вечера камин снова вспыхнул зеленым пламенем: «Ну конечно, Эва, выключать камин не нужно же, пусть приходит кто хочет», по ее телу прошелся рой мурашек: «Только не он…», сделав вид, что внимательно читает книгу, даже не посмотрела на своего гостя.

Парень, появившись возле ее камина, постоял несколько секунд, а после сделал несколько шагов вперед, прислушиваясь к песне, ухмыльнувшись:

Половина меня просит все вернуть назад, Половина меня бьет по тормозам Некуда бежать, нечего сказать Только как бы с тебя слезть, чтобы завязать?

(Половина — Клава Кока)

— Тебе так нравится вылетать из моего дома, что ты снова и снова сюда возвращаешься? — не отрываясь от книги, спросила Эва. «Как же в тему эта песня сейчас».

— В прошлый раз ты неправильно поняла смску, — сказал он.

— Малфой, всё я правильно поняла. Ты нежеланный гость в этом доме, прошу тебя, уйди. — Девушка повернулась к окну. — Не порти настроение ни мне, ни себе.

— Да, я был в тот вечер у нее и много пил, но между нами ничего не было.

— Ты зачем мне всё это говоришь? — не поворачиваясь к нему.

— Чтобы ты поговорила со мной.

— Интересный же у Вас способ, мистер Малфой, вовлекать девушку в разговор, — съязвила Эвелина.

— Я не знаю, зачем она прислала эту смску. Давай поговорим.

Девушка повернулась к нему, внимательно смотря на него, как бы изучая, говорит он правду или нет. Малфой стоял не шевелясь, но внутри слегка злился, что ему приходится что-то объяснять и оправдываться.

— Малфой, тебе не нужно мне что то объяснять и уж тем более оправдываться передо мной — почувствовав его чувства сказала девушка, переводя свои ноги на пол показывая рукой на место на диване, он прошел и сел.

Наступила тишина. Только было слышно тихо играющую песню:

Это всё Это финал Вся твоя любовь — бесконечный скандал Нам пора закончить Нам пора уйти И не появляться друг у друга на пути Ты для меня — урок Я для тебя — мотив Если б я только мог Это бы прекратил Хватит ненужной лжи (Финал —Миша Марвин, ХАННА)

Спустя несколько секунд оба улыбнулись, прислушавшись к словам песни, Эвелина нарушила тишину:

— Ты хотел поговорить, я слушаю тебя.

— Я дал обещание твоей матери, что уйду из твоей жизни, для твоей же безопасности.

— Ну раз дал обещание, что же ты тогда тут делаешь?

— Не знаю, — он посмотрел в сторону елки.

— Малфой… Драко, я устала от всего этого, — девушка встала и подошла к елке. Наступила снова тишина.

Мы уже давно чужие И там сверху всё решено Нам с тобой не по пути Ведь прошлое разбито давно (Финал —Миша Марвин, ХАННА)

— Интересная у тебя тут музыка играет, — ухмыльнувшись, сказал Драко, вставая и подходя к ней ближе, та лишь пожала плечами.

— Драко, не стоит… Пожалуйста, уйди, — отойдя от него к окну.

— Я не могу, — подойдя к ней, Эва развернулась к нему.

— Ты же понимаешь, что тебя тянет ко мне из-за ритуала? И все это неправда?

— Нет, не тянет… Уже не тянет, — они смотрели друг другу в глаза.

— В смысле?

— Не знаю, но после нашего последнего разговора, как будто оковы слетели, и я стал яснее мыслить…

— Драко, прошу тебя, не усложняй всё, — Эва хотела отойти от него, но Драко взял ее за руку, тем самым останавливая ее.

— Воронцов сказал, что твоя мама не так поняла, и я, наоборот, должен быть рядом до окончания ритуала, — медленно потянул на себя ее за руку, обнимая. — Я не уйду.

— Мне не нужно, чтобы ты был рядом до завершения ритуала, — обвивая его тело своими руками, прижимаясь ближе.

— Я здесь не поэтому.

— Зачем ты тогда пришел?

— Чтобы забрать тебя на вечеринку, которую устроили специально для тебя.

— Я не пойду.

— Пойдешь, марш одеваться, — размыкая руки и слегка толкая ее в сторону лестницы.

Девушка лишь улыбнулась и медленно пошла наверх. Драко остался внизу ее ждать, смотря на елку и слушая музыку.

Плакала, когда он уходил, ты плакала И на колени свои падала Просила все ещё сохранить, сохранить «Плакала» — Леша Свик

— Ну что у нее за песни играют, — слегка покачав головой, стал осматриваться, идя к камину.

Эва же в своей комнате стала быстро перебирать свой гардероб: «Ну почему я не купила то платье?!». Через некоторое время девушка уже стояла и рассматривала свое отражение в зеркале.

— Эва, — услышала она за спиной тихий голос.

— Мора? — она увидела отражение в зеркале, Богиня стоит, упираясь на свой посох, выглядела она не очень, обернувшись, спросила: «Что случилось?»

Эва подошла к ней, но коснуться не смогла, ее рука прошла сквозь нее.

— Не доверяй ему, Эва, — ее глаза стали черными, такие же, как периодически были у Эвелины, девушка сделала шаг назад, но Богиня схватила ее за руку, руку пронзил холод, а в голове всплыли летние воспоминания, те, о которых она не помнила.

Как она проснулась у себя в комнате и спустилась вниз, видя, какой порядок навел парень, спавший на диване. Как она улеглась на его коленях, разговор утром, смех, его прикосновения. В ее голове быстро-быстро пролетели дни, как будто она смотрела фильм в быстрой перемотке своими глазами: их откровенные разговоры, секс, прогулки по деревушке, его счастливые глаза и грустные, когда он говорил про ритуал. Инструкцию, письма, подписанные флакончики и их последнюю встречу. Как он обещал, что будет рядом, когда проснется. Как она, выпив какое-то зелье, легла на кровать, держа его за руку. А потом стала смотреть как бы сбоку. Эвелина увидела, как сжал ее руку Малфой, целуя в лоб, как опечалены были его глаза, как он встал и подошел к кровати, направляя палочку. В этот момент она все поняла, она стала кричать: «Нет, не делай этого, прошу тебя, стой». Она не могла пошевелиться, лишь села на корточки, и по ее щекам градом текли слезы. «Прошу тебя, не делай этого».

— Обливиэйт, — услышала она его голос, а из палочки, как в замедленной съемке, выпустился голубенький луч, окутывая Эву.

— Эва, Эва, очнись, — она медленно открыла глаза.

— Зачем? — еле слышно прошептала она.

— О чем ты, Эва, что случилось?

Девушка пыталась прийти в себя, обнаружив, что находится у него на руках.

— Зачем ты это сделал? — девушка говорила медленно, еще набираясь сил.

— Помолчи немного, дай прийти в себя, а потом расскажешь, что случилось.

Она глубоко вздохнула и постаралась встать с его помощью, голова слегка кружилась, а рука ныла, как после обморожения, взглянув на нее. Там остался красный след, отпечаток руки.

— Что это? — тут же всполошился Драко.

— Морана, — только и сказала, понимая, что уже силы почти все к ней вернулись.

— Она была здесь? Что она сделала? — ведя ее на кровать, чтобы сесть.

— Она лишь показала мне те воспоминания, которые были стерты, — спокойно сказала она.

— Эва, я все объясню, — держа ее за руку, девушка на удивление не убирала руку.

— Будь любезен.

На несколько секунд Эвелина хотела выгнать его из дома, вышвырнуть, как это делала уже не раз, но это ведь не поможет узнать правду.

Она вспомнила слова Северуса: «Настанет день, а он обязательно настанет, когда Вы будете обозлены на Драко, дайте ему шанс. Хотя бы на то, чтобы объясниться».

Видимо, этот день настал. «Как в воду глядел», — девушка стала внимательно слушать парня.

Драко рассказал про его разговор с ее мамой во время битвы в Хогвартсе, про ритуал и что он должен был сделать. Про то, что это не его идея, а ее мамы со стиранием памяти, что он должен был больше не приближаться к ней.

— А в поезде что-то пошло не так… — закончил он свой разговор. — Я лишь выполнял указания, которые дала твоя мать, которые я ей обещал выполнить.

— Кроме одного…

— Кроме одного, — повторил Драко.

— Морана против нашей связи, видимо, Алексей прав, при тебе она слабеет.

— Но почему твоя мама сказала наоборот? Ведь они никак не сходятся с тем, что мне сказал Алексей.

— Видимо, она что-то не так поняла, — с улыбкой ответила девушка. — Она общалась с Михаилом пару лет назад, может, что упустила из его слов.

— Попробуем все сначала? — внимательно смотря на Эву, спросил Драко.

— Эвелина де Вилье, — с улыбкой протягивая ему свободную руку.

— Малфой. Драко Малфой, — пожимая руку девушки, он ухмыльнулся, будто вспомнил что-то, а потом сказал:

— То же самое я сказал Гарри при первой нашей встрече, только в тот раз он не пожал мне руку в ответ.

Она обняла его, ее окутал древесно-лавандовый запах с нотками мяты, Драко зарылся в ее волосы, наслаждаясь ее ароматом, по ее телу прошлись мурашки, в его штанах становилось тесно. Он отодвинул ее за плечи и медленно опустился на ее губы, даря нежный поцелуй. Но что-то пошло не так, и этот поцелуй из нежного превратился в страстный. Сжимая ее волосы на голове, тянул назад, открывая себе доступ, чертя поцелуями дорожку от губ до шеи, переходя на плечи.

— Я хочу тебя, — шептал ей на ухо, как только вернулся к ее лицу.

— Драко… — лишь смогла сказать Эва, до того как ее парень увлек в новом поцелуе.

Девятнадцатая глава

Многоточие в полночь.

Это просто возможность не терять целый год.

Снова взять твою руку и однажды признаться в любви друг другу.

Оставайся со мной, не могу без тебя.

Оставайся со мной, я люблю тебя.

«Многоточие» — Виктория Дайнеко и Корни

Гостиная дома была большая и вся завешена рождественскими украшениями, недалеко от центра стояла большая елка. Свет был только от нее и от гирлянд, увешанных по всему дому. Недалеко от елки стояло несколько столов, ожидающих своих гостей. В доме достаточно громко играла музыка, чтобы ее было слышно, но не достаточно громко, чтобы гости в попытках поговорить друг с другом ее перекрикивали. А потому гости себя комфортно чувствовали, общаясь небольшими группами. Гермиона и Джинни стояли в стороне и о чем-то судачили.

— Ты же говорила, тут будет всего несколько человек… — шептала Джинни, смотря на всех этих людей.

— Блейз случайно проболтался своим друзьям, а те своим друзьям… Ну и так по цепочке, — нервно отпивая из бокала шампанское, ответила ее подруга.

— Ты же понимаешь, что он ее уговорит и она придет, мы про это все, — разведя руками. — Что ей скажем?

— А уговорит ли? — как-то странно ответила Миона.

К ним подошел Забини и Нотт.

— Блейз, еб твою мать, это что такое? — не унималась Джинни.

— Прости, душа моя, — с заигрыванием начал говорить тот. — Так получилось, — виновато пожал плечами.

— Она нас убьет, — опустошая бокал, сказала Гермиона.

— Девочки, все будет хорошо, — Тео пытался как-то подбодрить их.

— А где Гарри? — на этих словах камин загорелся зеленым цветом, и оттуда вышли Гарри и Пэнси, которые тоже слегка были удивлены такому количеству людей. Найдя в толпе своих друзей, они подошли к ним.

— Эээ, привет, — начал Гарри, пожимая руки парням.

— Блейз, мы же договаривались, что никого лишнего тут не будет, — начала было Пэнси.

— Ну простите, ребят, — виновато посмотрев на своих друзей. — Я правда случайно.

— Ладно, что уж тут говорить уже. Получилось как получилось, — пытаясь поддержать своего друга, сказал Тео.

Камин снова вспыхнул, и оттуда вышел Воронцов.

— А он откуда тут? — начал Тео.

— Это ко мне, — Гермиона тут же оставила своих друзей и направилась в сторону к пришедшему профессору.

— Это то, о чем я думаю? — спросил Гарри.

— Да, — ответила Джинни. — Кстати, Рон будет?

— Вроде собирался, — задумался он, смотря, как Воронцов нежно обнял его подругу и поцеловал в щечку. — Кажется, у кого-то будет серьезный разговор.

В этот момент Пэнси слегка толкнула его, а Джинни ответила, так же смотря на свою подругу:

— Не у него одного. — И, поворачиваясь к Гарри: — Поговорим?

Тот лишь кивнул, они прошли к столу, на котором стояли бокалы с шампанским, взяв их, удалились в сторону сада. Блейз, Тео и Пэнси остались стоять втроем.

— Это то, что я думаю? — спросил Блейз.

— Угу, — ответила Пэнси и пошла за бокалом шампанского.

— Что думаешь, Блейз?

— Я вчера всё выяснил с Дафной, как оказалось, она хотела того же. Так что…

— Поговоришь с ней?

— Да, — хлопнув по плечу, он отдалился к Пэнси, Тео пошел за ним.

— А где Малфой? — спросила Пэнси, когда к ней подошли парни, наливая себе виски в стакан.

— Ушел за Эвой.

— Я бы сказал, давно ушел, — Блейз расплылся в довольной улыбке.

— Перестань, Блейз, — толкнула его подруга.

— Думаете, они помирились? — через недолгое молчание спросила их подруга.

— Посмотрим.

Время близилось к 11 часам вечера, Джинни с Гарри всё обсудили в саду и приняли решение остаться друзьями, вернулись к своим друзьям. Подходя к кучке своих друзей, которые пополнились Полумной, Чжоу, Роджером, Невиллом, Ханной и еще ребятами из Хогвартса, Гарри взял Пэнси за руку, та лишь внимательно посмотрела на него, а потом на Джинни.

— Всё в порядке, — Джинни подошла к ней и обняла. — Мы с тобой потом обсудим это, мне есть что тебе рассказать, — улыбаясь и смотря на Гарри.

— Джинни, — позвал ее Гарри, та лишь хитро улыбнулась.

В этот момент из камина вышли Дафна и ее друг, а следом за ним Астория.

— А она что тут делает? — гневно спросила Пэнси. — Кто ее приглашал, Блейз?

Но парень ничего не успел ответить, к ним уже подходила эта троица.

— Блейз, спасибо за приглашения, — обнимая его, сказала Дафна, и уже шепча на ухо: — Я не смогла от нее отвязаться, привязалась, как банный лист.

— Пойдем поговорим, — Блейз пожал руку новому парню Дафны, улыбнулся Астории и направился в сторону с Дафной.

— Дафна, ты же понимаешь, что сейчас придет Малфой и будет не один?

— Я догадывалась об этом, но ты же знаешь моих родителей и ее.

— Знаю, поэтому я и просил прийти без нее.

— Он придет с ней?

— Мы надеемся на это.

— Ну, значит, будет ей уроком. Блейз, не переживай, я послежу за ней, чтобы она ничего тут не учудила.

— Надеюсь на тебя, Даф, — парень крепко сжал ее руку, она в ответ обняла его.

— Это же из-за нее, да? — она махнула головой в сторону рыжеволосой девушки, которая общалась с ее парнем.

— Да, — ответил с улыбкой он. — А это он?

— Да, — улыбнувшись, сказала. — Спасибо тебе, Блейз, ты настоящий друг.

— И тебе спасибо.

На этом они подошли к своим друзьям и стали о чем-то общаться, через несколько минут камин вспыхнул, и оттуда вышел Малфой… один. Гермиона опустила на несколько секунд голову, ее приобнял за плечи Алексей, а по бокам Джинни и Пэнси крепко сжали ее руки. Малфой подошел и пожал руки, кого не видел, ему тут же поднес стакан Тео.

— Она не придёт, да? — грустно спросила Гермиона.

— Драко, — он услышал приторно сладкий голос, он зло посмотрел на Блейза и Дафну.

— А ты что тут делаешь? — развернувшись и взяв ее за руку, стал отводить в сторону.

— Я пришла к тебе, сегодня же Рождество, семейный праздник, — она пыталась коснуться его лица.

— Я тебе уже всё сказал, мы не семья и никогда ей не будем, — останавливая ее руку своей. — Ты должна уйти, Астория.

— Но почему? — непонимающе спросила девушка.

В этот момент в камине появились зеленые языки пламени, предвещавшие гостя. Как только языки исчезли, вышла Эвелина, смотря на все с каким-то ужасом. За ней потихоньку выходили несколько эльфов, держа в руках блюда, которые она приготовила. Ее взгляд упал на Драко, который держал руку Астории, ее глаза превратились в черную бездну. Малфой, увидев ее, тут же опустил руку своей собеседницы и направился в ее сторону, их взгляды встретились, ее глаза снова приобрели свой цвет глаз.

— Я всё объясню, — подходя к ней, сказал парень.

— Не много ли объяснений за один вечер, Малфой?

Драко лишь протянул к ней руку, надеясь, что она возьмет ее. Та несколько секунд замешкалась. «Если ты сейчас уйдешь, то уйдешь навсегда, понимаешь?» Ее губы слегка тронула улыбка, и она положила свою руку на его. Сжав ее, он развернулся и направился к толпе друзей.

— Эвелина, — ее тут же обняла Гермиона, как только они подошли к ним. — Я так рада, что ты пришла, — дальше она стала всех обнимать по очереди.

— Молодец, — сказала она на ухо Гарри и Пэнси по очереди в момент обнимания. В этот момент к ним подошла Астория, которая прижалась к Драко, тот не успел ничего сделать до того, как Эва не обернулась.

— Астория, — приторно сладко сказала Эва, у которой глаза снова стали чернее тучи.

— Что с твоими глазами? — не отрывая взгляд, спросила светловолосая девушка.

— Пугает, не правда ли? — та лишь кивнула. — Так вот, милая Астория, будь любезна и отойди от моего парня, пока эти глазки тебя не поглотили в бездну, откуда нет выхода.

Астория посмотрела на Малфоя, который лишь ухмыльнулся, но страх взял свое, и она отпустила его, сделав шаг в сторону. Глаза Эвы приобрели свой цвет, и она почувствовала в этой юной девушке не только страх, но и обиду, вперемешку со злостью. Ей стало жалко ее, ведь она не виновата в том, что происходит. «Надо бы с ней потом поговорить». Драко приобнял свою девушку, она повернулась к своим друзьям, увлекаясь в их разговор.

— Все за стол, скоро уже все начнется, — начал говорить Блейз, убавляя музыку.

Все стали усаживаться за стол, продолжая каждый говорить о чем-то своим слушателям.

— Представляя вашему вниманию уникальное изобретение маглов, — хозяин дома взмахнул палочкой, к ним сверху свисс телевизор.

Блейз включил его на какой-то канал, где там готовились к отсчету времени до полуночи. Некоторые ахнули, видимо, ни разу не видев такого, некоторые, наоборот, оценили и показывали большой палец вверх. Разговоры за столом стали тише, но уже обсуждали что-то не группами, а всем столом. Эвелина не могла поверить в это, казалось бы, несколько часов назад она сидела на диване одна, наслаждаясь тишиной, а потом круговорот каких-то событий, и вот она сидит нарядная в кругу знакомых и незнакомых людей. А рядом сидел тот, кого, казалось бы, она уже потеряла, не выпуская ее руки из своей. Наверное, она никогда его таким не видела, его искренняя улыбка и любящий взгляд наполняли ее душу теплом и надеждой на будущее.

Все встали из-за стола и начали вслух считать, Гермиона, Джинни и Пэнси что-то быстро-быстро писали на клочке бумаги и ровно на отсчете 11 подожгли бумагу и бросили в бокал с шампанским.

— 12, — произнесли все громко и с криками стали поднимать бокалы вверх, поздравляя всех с Рождеством.

— С Рождеством, Эвелина, — повернувшись к ней, сказал парень.

— С рождеством, Драко, — девушка нежно коснулась его губ своими.

Празднование началось, после того как все поели и разбрелись по гостиной, столы были убраны, давая больше пространства. Играла музыка, были слышны голоса гостей, кто-то танцевал на середине зала. Камин еще несколько раз вспыхивал, впуская через себя гостей. Так прибыли Роджер с друзьями, Рон с Джорджем и Анжелиной, и еще куча каких-то людей.

Эвелина стояла возле окна, наблюдая за прекрасным садом, который был по ту сторону.

— Ты почему тут одна? — протягивая бокал, спросил подошедший Драко.

— Думала о маме, — принимая бокал.

— Всё в порядке?

— Да… Просто… — она тяжело вздохнула, отпивая из бокала. — Просто не так себе представляла это Рождество.

— Ну оно же лучше, чем ты представляла? — обнимая сзади.

— Конечно, ты же рядом, — она услышала, как он ухмыльнулся, ее губы тоже тронула улыбка. — Надо поговорить с ней.

— С кем?

— С Асторией. Она не заслужила такое отношение к себе, — парень слегка напрягся, пытаясь что-то сказать. — Не желаю ничего слушать, я все равно поговорю с ней.

— Как знаешь, — прижав еще крепче к себе.

— Пойдемте все в сад, сейчас будет салют, — услышали они голос Блейза из середины комнаты.Все поспешили на выход, парочка возле окна подождала когда все покинут дом и последние вышли.

— Ну что все готовы? — судачил Блейз, после одобрительных выкриков он зажег фитиль и салют начался.

***

Эва открыла глаза, через окно струились лучи утреннего солнца в комнату, она стала рассматривать, где находится. Комната была просторная, в зеленых тонах. Кровать большая, даже нет, не так, невероятно огромная, пахнущая лавандой. Напротив кровати стоял камин из чёрного мрамора, несколько шкафов, дверь, также стоял стол, стул и кожаный диван.

«Кажется, я в комнате Драко», напрячь разум и что-то вспомнить было сложно, так как голова жутко болела. Потерев лоб, девушка привстала и облокотилась на спинку кровати, пытаясь все же что-то вспомнить. Из-за двери доносился шум воды: «Боже, как болит голова, кажется, там ванна, мне срочно нужно туда», повернув голову в бок, она увидела флакончик с антипохмельным зельем, тут же схватив его, она выпила. Он был не очень приятный, но нотки мяты это сглаживали.

«Неплохо мы так вчера погуляли», по мере того как стало действовать зелье, в ее голове стали всплывать обрывки вчерашней вечеринки. Сначала ничего особенного, но вот потом узел внизу живота стал предательски ныть от воспоминаний, по ее телу стали проходить мурашки от увиденного.

— Боже, — девушка накрылась одеялом с головой, пытаясь хоть как-то не вспоминать о том, что было на этой кровати, да и у Блейза в кабинете. Услышав, как вода стихла, еще больше зарылась в одеяло, как бы прячась там.

— Это тебе никак не поможет, — парень ухмылялся, стоя облокотившись на косяк.

Она почувствовала, как одеяло медленно сползает вниз, схватив его за края, стала натягивать обратно.

— Так, — он прыгнул на кровать с другой стороны от девушки, резко поднимая его и протискиваясь внутрь. — Пусти.

Эвелина стала смеяться и извиваться, так как Драко стал ее слегка щекотать. Вынырнув из-под одеяла, чтобы глотнуть свежего воздуха, оттуда появилась и его голова, их взгляды встретились.

— Иди сюда, — Драко поудобнее лег и потянул на себя девушку, та в свою очередь легла ему на плечо, приобнимая за тело.

— А если нас кто-то услышал? — как-то неуверенно начала Эва.

— О-о-о, это возможно, — ухмыляясь, ответил он, она спрятала свое лицо в его грудь.

— Всё в порядке, не волнуйся за это, — поцеловав ее в макушку.

Они еще какое-то время так лежали, пока Драко не понял, что в домашних штанах становится теснее. Он вынырнул из ее полуобъятий и навис над ней с хищной улыбкой.

— О-о-о, нет, нет, нет, — быстро встав с кровати, — мне надо в душ.

Девушка направилась в сторону двери, за которой скрывалась его персональная ванна.

— Тебе идет моя футболка, — крикнул он вслед, перед тем как она скрылась за дверью.

Спустя несколько секунд послышался шум воды, ударив по кровати, он резко встал.

— Ну уж нет, так не пойдет, — открыв дверь, скрылся в ванной.

Они спускались на завтрак, держась за руку и о чем-то шепча, за столом сидела Нарцисса, которая слегка была шокирована, увидев Эвелину. Утром ей сообщили, что Драко пришел не один, но она не стала уточнять, с кем, так как подумала, что это Астория.

— Миссис Малфой, — она поклонилась ей.

— Привет, мам, — Драко подошел к матери и поцеловал ее в щеку, после того как усадил Эву за стол.

— Мисс де Вилье.

— Называйте меня Эвелина или Эва, — та лишь кивнула головой.

Завтрак прошел в какой-то давящей тишине. Эвелине хотелось покинуть этот стол, но из-за уважения сидела и ковыряла вилкой омлет. Драко это заметил, но пока не стал ничего говорить. Через время Нарцисса поднялась из-за стола и удалилась в сторону сада, где находилась ее оранжерея.

— Иди поговори с ней, — толкнула его Эвелина. — Я пойду домой.

— Нет, — тут же взяв ее за руку, строго сказал он.

— Придешь ко мне потом, тебе нужно поговорить с мамой.

Они оба встали из-за стола, Драко проводил Эвелину к камину, поцеловав и сказав, что скоро прибудет, отпустил ее. Как только она скрылась, он направился к матери.

Эвелина, оказавшись дома, сразу плюхнулась на диван. В доме царило умиротворение и тишина. Осознав всё, что было вчера, ее лицо приобрело смущение и улыбку до ушей, встав, направилась на кухню, где достала вино и налила в бокал.

— А ведь сейчас только утро, — крутя в руке бокал, сказала вслух девушка.

Попивая бокал вина, Эвелина стала приводить кухню в порядок, переходя в гостиную. Спустя несколько часов в дом прибыл Драко. Было тихо, и ему даже показалось, что ее нет, сделав несколько шагов вперед, он увидел, как девушка мирно спала на диване, а на столе рядом стояла почти пустая бутылка вина и бокал.

— Да еб твою мать, Эва, — как-то громко сказал Малфой, отчего девушка слегка застонала, переворачиваясь на другой бок.

Он подошёл ближе. «Какого черта?», на диване лежала Эвелина, но другая… «Что с ее волосами?», тронув ее за плечо, понял, что пришёл как раз вовремя, девушка была холодная, как лёд, местами даже покрытая инеем. Он быстро наложил на неё согревающие чары и стал будить. Как только Эва открыла глаза, тут же вскочила с дивана.

— Тише, тише, милая, это я, — пытаясь успокоить и взять за руку свою девушку.

— Малфой? — как будто приходя в себя. — Драко!

Выкрикнув его имя, тут же набросилась на него, как будто они не виделись несколько лет.

— Я думала… Я уже начала… — Парень ничего не понимал, что пыталась сказать Эва, так как она быстро тараторила.

— Тише, тише, я рядом, я здесь, — успокаивал её, гладя по спине, пока та расцеловывала его, что-то говоря.

Через несколько минут она успокоилась, и он усадил её на диван.

— Что случилось, расскажи мне.

— Морана… Она убила тебя… Она стала сильнее, смогла проникнуть в меня, я думала уже всё, она выиграла, как открыла глаза, а ты тут… Живой.

— Ты от меня так просто не отделаешься.

Парень лишь крепче обнял девушку.

— Эмм… Эва, а что с твоими волосами?

— А что с ними? — взяв прядь волос, ужаснулась и побежала к зеркалу.

На нее смотрела та же Эва, те же небесно-черные глаза, только волосы… Они были белоснежные, как снег, местами виднелись платиновые локоны.

— Кажется, это подарок от Морганы, — как-то злобно проговорила Эва, пытаясь поменять цвет волос, но безрезультатно. — Ну, надеюсь, я тебе и такая буду нравится, волосы непоправимы, — вздохнув и бросив свои попытки, сказала девушка.

— Ты безумно красивая, — Драко подошел к ней сзади и обнял ее.

— Как все прошло с мамой? — смотря прямо на него через зеркало.

— Всё нормально, сказала, надо отцу сказать.

— Ты скажешь ему?

— Потом.

— Драко, пообещай мне кое-что…

— Ммм? — повернув к себе, он посмотрел на неё и заправил прядь волос за ухо.

— Ты обязательно мне расскажешь, о чем вы говорили.

— Нет, милая, этого я обещать не могу. Зная своего отца… — он отвел взгляд куда-то вдаль поверх Эвы.

— Но Драко…

— Эва, — строго сказал. — Хватит, этого я обещать не могу. Если я смогу что-то сказать, я скажу, хорошо?

Она грустно улыбнулась и кивнула, его не переубедить. Она лишь понадеялась, что он сделает правильный выбор. Подхватив девушку на руки, понёс на второй этаж.

— Эй, ты что делаешь?

— То, что я хотел сделать ещё утром.

— Но как же ванна?

— Но это же не кровать, верно? — Он хитро улыбнулся.

Двадцатая глава

И если ты давно, хотела что-то мне сказать, то говори.

Любой обманчив звук, страшнее тишина.

Когда в самый разгар веселья, падает из рук, бокал вина.

И чёрный кабинет, и ждёт в стволе патрон.

Так тихо, что я слышу, как идёт на глубине, вагон метро.

«Романс» — Сплин

Рождественские каникулы закончились. Снова школа, снова учеба и вся сопутствующая суматоха. Эвелина и Драко не расставались от слова совсем, проводили все время вместе. Так они ходили на елку, которую поставили на площади в деревушке, где жила девушка, смотрели много фильмов, до утра разговаривали и с неохотой вставали с кровати. В их отношениях началась идиллия. Ругаться им было не на что, да и незачем, они все больше и больше узнавали друг друга. Несколько раз ночевали у него дома и завтракали с Нарциссой.

Миссис Малфой хорошо относилась к девушке, но была опечалена тем, что Драко оттягивал разговор с отцом, да и ей запретил что-либо говорить ему о ней. Эвелина сперла у него футболку, в которой только и ходила по дому, вместе готовились и дурачились.

На последней вечеринке у Забини все оценили новый цвет волос у Эвелины. Там же все узнали, что Гермиона строит отношения с Алексеем, Блейз с Джинни, Гарри с Пэнси. Один только Тео оставался без девушки. Компания друзей решила, что так дело не пойдет и обязательно нужно найти девушку для своего одинокого друга.

На первом ужине после каникул их собрала Макгонагалл и сказала, что их экзамены начнутся в конце марта и плавно перетекут на апрель до каникул, а на каникулах будет вечеринка в честь окончания их учебы, а после вручение диплома об окончании школы. Для всех это было неожиданной новостью, но директор объяснила, что им нет смысла еще учиться дополнительно два месяца, как остальным учащимся. И в связи с этим образовались такие правила. Какие-то предметы они сдадут еще в марте и будет больше времени подготовиться к другим предметам. Все протекало довольно хорошо.

После единственного свидания с Эмилем, он оставил свои попытки подкатывать к Эвелине, зато не упускал возможности поговорить с другой девушкой, которая явно была ему небезразлична.

С Алексеем была такая же ситуация. Ей даже показалось, что они отдалились на какое-то время. Ведь теперь у него была «дама сердца», которой он уделял все свое свободное время. И если бы не Малфой, она ревновала бы. Так как Гермиона часто пропадала, они жили с ним в одной комнате. Астория отступила после Рождества. Им больше никто не мешал быть вместе.

Хоть Гарри и не учился последний курс в Хогвартсе, но профессор Макгонагалл разрешила ему сдавать экзамены со всеми. Он приехал в конце января и за 2 месяца должен был подготовиться к предстоящим экзаменам. Гермиона считала это невозможным, но Гарри оставался оптимистом.

Рон тоже приехал, его заставила мама все-таки сдать экзамены. Да, он не посещал занятия, но дома периодически все же занимался. Он знал, что высшие оценки не получит, но и диплом не будет лишним.

Январь пролетел незаметно, за ним наступил февраль. Учеба — всё, о чем думала Эва, почти… И «почти» — это было ключевое. После того как они стали парой с Драко, ей все сложнее было сосредоточиться. Еще ее беспокоило то, что Морана перестала выходить на связь. Ни она, ни ее питомцы больше не появлялись. Воронцов объяснил ей, что это связано с тем, что Малфой рядом, и что скоро ее совсем не будет. Но ей будто от этого становилось не легче. Ей хотелось в последний раз поговорить с ней, в последний раз коснуться ее. Ее белоснежные волосы оставались с ней, и ей казалось, что Морана рядом. К ее глазам очень подходил этот цвет волос, внешность преобразилась, будто так и должно было быть с самого начала. Смена цвета волос вызвала только восторг в кругу ее друзей. Будто никто не видел в этом проблемы. Никто, кроме нее… Она боялась, что Богиня с помощью этого поддерживает свою связь. И в этом с ней был согласен Воронцов. Но волосы никак не хотели возвращаться в свой естественный цвет.

Февраль так же бесследно исчез. Наступил долгожданный март. Наверное, многие ждали его, чтобы побыстрее сдать часть экзаменов и хоть чуть-чуть успокоиться. Только вот с наступлением марта Эвелина стала более раздражительной. Ее настроение менялось быстро. Она могла быть счастлива и за секунду могла расстроиться чем-то. Все сваливали это на экзамены. Ее стало часто тошнить, она перестала нормально есть. А ее желания в еде заставляли задуматься. Но так как каждый был поглощен своими какими-то проблемами, никто не обратил внимание на это, даже сама Эвелина. У ее подруг были свои заботы. Тео вроде бы обратил внимание на это, но, видя безучастное отношение Эвы, тоже не стал докапываться. В один из дней Малфой сообщил, что ему нужно посетить Азкабан.

Эвелина не хотела его отпускать и всячески пыталась оттянуть это время. Но понимала, что рано или поздно он все же съездит к нему. Ее окутывал страх, что после встречи с ним что-то пойдет не так. Она будто это чувствовала. Будто знала, что после того, как Драко встретится с отцом, все пойдет наперекосяк. Хоть Малфой и отнекивался и пытался убедить ее в обратном, девушка стояла на своем. И это, наверное, было единственное, из-за чего их пара стала ругаться. Они будто стали отдаляться друг от друга. Парня злило это вечное переменчивое настроение своей девушки. И будто из раза в раз он пытался найти какие-то отмазки, чтобы не оставаться с ней наедине.

Эти три месяца настолько быстро пролетели для всех, что Эвелина и половины не запомнила. Все в каких-то общих чертах. Учеба отнимала слишком много времени. Было почти невозможно найти время на посиделки с подругами или с Тео на крыше. Вечеринки тоже перестали приносить удовольствие. Ее все раздражало.

***

День не заладился с самого утра. Сначала Эвелина проспала завтрак. Потом чуть не опоздала на последний экзамен. «Вот надо было ей ночевать у Воронца в такой-то день», — девушка злилась на свою подругу, хотя и понимала, что та не виновата. Сдав последний экзамен, они направились в Большой зал. На входе ее затошнило, та быстро что-то промямлила Гермионе и побежала в ближайший туалет. Еле добежав, ее вырвало.

— Эва, это то, что я думаю? — из ниоткуда появилась Богиня. Впервые за долгое время отсутствия.

Девушка сидела на полу в обнимку с унитазом. На услышанный вопрос Эва применила магию.

— Этого не может быть… — прошептала она.

— Эвелина. Это правда? То, что я чувствую, правда? — Морана пыталась говорить спокойно и уверенно, но голос все равно был с нотками стали и даже с какой-то разочарованностью.

— Мора, поговорим об этом потом. Сейчас мне нужно подумать, — махнув рукой, Богиня исчезла.

«Этого просто не может быть…» — только эта мысль крутилась в ее голове. Она даже не обратила внимание на то, что появилась Морана, которая три месяца не выходила на связь. Будто и не было того времени в разлуке. Ее сейчас волновало совсем другое.

Медленно встав, она поплелась к себе в комнату. Есть перехотелось моментально.

— Все в порядке? — из мыслей ее вырвала Гермиона, севшая рядом с ней на кровать.

— А? — как будто только пришла в себя. — Да, да…

— Что-то я в этом сомневаюсь, — подруга взяла ее за руку. — Расскажи мне, Эва.

— Давай потом, ладно? Мне пора, — раздраженно сказала Эва и, быстро встав, удалилась из комнаты, оставляя свою подругу в недоумении.

Выйдя из гостиной, девушка не знала, куда идти, ее просто куда-то вели ноги. Она только пришла в себя, когда оказалась на крыше. На улице был теплый апрельский день. Солнышко грело своими лучами, легкий ветерок шевелил ее волосы.

«Что же мне теперь делать?» Но молчать нельзя. Пока не поздно, это можно исправить. «Надо сказать, и будь что будет». Тяжело вздохнув, Эва пошла обратно. Драко после экзамена уехал к своему отцу на встречу, а значит, вернется только через несколько дней. Эвелина решила, что пока никому говорить не будет о своем секрете. Да и рассказать Драко тоже уже под вопросом.

После очередного появление Богини, эти девушки поговорили. Хоть и Эва не особо поверила Море, но и допытываться не стала. Ей как будто было наплевать на все то, что рассказала ей Морана и почему исчезла.

Исчезла, появилась — все это будто было не важно. Сейчас было важно совсем другое. Что ей делать в ее ситуации. Как правильно поступить? И есть ли тут вообще правильный выбор.

Морана настаивала на том, чтобы прекратить это и никому не говорить. Ее стало тошнить, кажется, от всех запахов. Гермиона неоднократно спрашивала, но та молчала.

— Всё в порядке, Гермиона, честно слово. Я в своем уме, и рассудок тоже в порядке. Просто устала. — Эвелина действительно устала.

Устала от своей слабости, ей постоянно хотелось спать. Устала от учебы, хоть она и была готова к экзаменам. Устала от бесконечных вопросов Гермионы, Тео и Алексея. Устала от Мораны, которая в последнее время все больше и больше надоедала ей. Устала молчать и скрывать все. Она просто устала. «Как же я могла быть такой беспечной?»

Осталось пережить каникулы, получение диплома и вечеринку в честь нее, а после можно наконец-то уехать домой. «Как же я могла не заметить этого сразу? Куда я вообще смотрела?» Она злилась и злилась сильно. На всех, в особенности на себя.

Тео сообщил, что Драко задерживается и вернется позже, а потому предложил встретиться на крыше. Эва была не против.

— Эвочка, с тобой точно всё хорошо? — сидя на крыше, спросил Тео.

— Да, просто есть кое-что… Я потом расскажу, ладно? — Эва внимательно смотрела на бокал с вином.

— Когда? — парень действительно переживал за нее. А в последнее время так особенно.

Она стала более молчаливой, почти всегда сидела в комнате и мало ела. А это первые признаки того, что не всё в порядке.

— Позже, — сделав глоток, ощутила, как холодный напиток стал протекать внутри. — И хватит об этом, пожалуйста.

— Я просто переживаю за тебя, — друг взял ее за руку и сжал.

— Я тоже, — как-то тихо произнесла она, но Тео ничего не услышал.

Они просидели на крыше несколько часов. Ночью все еще было прохладно, но красиво. Звезды и луна были этой ночью необыкновенные.

— Тео, а правда, что в семье Малфоя есть традиция называть детей в честь созвездий?

— Да. Он же и сам назван в честь созвездия. А к чему вопрос?

— Просто вспомнила… У нас что-то разговор не клеится, — безэмоционально ответила девушка, пожимая плечами. Из-за этого жеста Тео не особо обратил внимание на этот вопрос.

Разговор действительно не клеился, большую часть времени они просто молчали. Допив вторую бутылку вина, они разошлись. На следующий день она получила письмо от Драко, где тот попросил ее встретиться на следующий день в «их» кабинете. Эвелина нервничала и никак не могла принять решение.

«Рассказать ему сейчас или потом? А может, вообще не говорить?» — вопросы остались без ответа…

Двадцать первая глава

Когда вдруг отпустил он мою руку

И обнял на прощание, уходя

Объясни, почему без тебя не могу

И как можно, любя, отпустить тебя?

Свет становится тьмой, мой разрушен покой

Как могу я, любя, отпустить тебя?

«Отпустить» — Фидель

Эвелина почти не спала всю ночь, она нервничала и никак не могла принять решение. «Если он прислал письмо, а не пришел сам, значит, всё плохо», слишком уж было все подозрительно. За то короткое время, что она знала Драко, Эва понимала, что разговор будет не из легких. Больше не было сил лежать, она встала и стала собираться. А дальше как в тумане, с некоторой долей видимости.

Она помнила, как оказалась в пустом кабинете, как ждала его несколько часов, потому что пришла заранее. Она помнила его лицо. Такое угрюмое, злое, явно не предвещающее ничего хорошего. Девушка запомнила его отстраненное поведение. Несколько слов, а дальше колкости с его стороны. Она какие-то моменты помнила так отчетливо, а некоторые были просто провалами в памяти. Но было буквально несколько слов, несколько секунд, которые въелись в ее память. Она помнила его древесно-лавандовый запах, с ноткой мяты. Его тембр голоса, который был наполнен ядом, который выпускал из своего рта вместе со словами. Его последние слова, ее последний крик. Она упорно хотела забыть это, но никак не могла. Раз за разом возвращаясь в «их» кабинет…

Когда к ней вернулось ее сознание, она не понимала, как очутилась в комнате, да еще и с собранным чемоданом, посмотрев по сторонам:

— Мора? Это ты? — пытаясь рассмотреть, кто находится в комнате. Глаза застилала пелена от слез. Казалось, что она сидит так уже не первый час.

— Да, Эва, это я. Поехали домой, — ее голос звучал спокойно и устало.

Богиня грустно подошла к ней и приобняла. По телу девушки прошелся холод, а на плечах под руками Моры появился иней, но девушка даже не дрогнула, не обратила на это никакого внимания. В душе у нее и так было холодно, холоднее, чем даже на Оймяконе*.

— Мне нужно сказать директору и Гермионе, — голос Эвы дрожал.

— К директору мы уже сходили, не переживай, я всё устроила. Гермиона… Нечего с ней видеться. Пойдешь сама или тебе помочь? — проговорила строгим, надменным и повелительным голосом.

— Сама, но сначала напишу записку Гермионе, — так же надменно проговорила девушка, давая понять, что она без этого не уйдёт и даже Богиня не заставит.

Их взгляды встретились, глаза Богини стали черными, пытаясь завладеть душой Эвы, но в этот раз что-то пошло не так. Девушка даже не шелохнулась под этим взглядом, Мора отступила, пропуская девушку к столу. Написав записку для своей подруги, она еще раз оглядела комнату.

«А может, дождаться и поговорить с ней?» И как только эта мысль пронеслась в голове девушки, ее глаза стали черными. Высоко подняв голову, забрав чемодан, двинулась в сторону камина. Перед тем как скрыться в зеленых языках пламени, Эвелина увидела Тео:

— Эва? — неуверенно произнес он, но девушка уже исчезла.

***

— Эва, я знаю, что ты дома, открой дверь, — за ней стоял Тео и стучал. — Давай поговорим, мне нужно убедиться, что с тобой всё в порядке.

После окончания Хогвартса Гермиона и Джинни, и даже Пэнси приходили к ней несколько раз, но дверь никто не открывал. Теодор всех успокоил, что сам ее найдет, поэтому к ней перестали приходить.

Он стал приходить к ней каждый божий день, обивая пороги, но Эвелина молчала. Он заглядывал в окна, но там было темно и тихо, пытался магией выбить дверь — тоже безрезультатно. Но он не оставлял попыток выяснить, что с ней, ему это было важно:

— Обещаю, я уйду сразу, как узнаю, как у тебя дела. Эвочка, ну пожалуйста, открой дверь, — но никто ему дверь так и не открыл. — Да, еб твою мать, Эвелина де Вилье, открой мне эту чертову дверь, — он уже перешел на крик.

Ничего… Пустота и тишина. Нотт сел на ступеньку крыльца и опустил голову на руки. Ему казалось, что с ней не всё в порядке, он знал, что ей сейчас нужна поддержка. Хоть его друг и не рассказал подробности, но то, что он услышал, для него было достаточно.

Он помнил по рассказам, как переживала Эва потерю мамы. Хоть тут и другая потеря, но вряд ли менее болезненная. Тео чувствовал, что ему необходимо быть с ней. Их дружба стала для него чем-то большим. Она стала семьей для него. Семьей, которой у него никогда не было. И сейчас он готов бороться за свою семью, даже если окажется, что он ей не нужен, то она ему нужна.

Так он просидел добрых четыре часа. Пытаясь понять, где она, всё ли с ней в порядке, как помочь и что вообще теперь делать. От мыслей его оторвал телефонный звонок:

— Да? — слегка раздраженно ответил парень.

— Она дома? — послышался вопрос на том конце провода.

— Нет, — Тео глубоко вздохнул. — И я понятия не имею, где она может быть.

— Как узнаешь что-нибудь, позвони мне.

— Позвоню, — положил трубку.

И как только он уже собрался трансгрессировать, послышались приближающиеся шаги где-то сзади дома. Думая, что это Эва, он состроил гримасу для встречи с ней, но каково было его удивление, что это всего лишь курьер, доставляя…

«Еда? Значит, она дома?», курьер, увидев, что его ждут, отдал пакет и с улыбкой отдалился. «Значит, она сейчас выйдет за едой, ничего, столько ждал, подожду еще», Тео улыбался. И действительно, спустя минут 20 открылась та заветная дверь, у которой он провел столько часов.

— Эва, боже мой, — подлетая к ней и, не давая опомниться девушке, стал обнимать ее.

— Тео? — вытаскивая наушники из ушей, где громко играла музыка.

— Еб твою мать, Эва, что с твоим телефоном? Почему не открывала столько времени дверь? — только эти вопросы поняла девушка, так как Тео тараторил, усыпая ее различными вопросами.

— Во-первых, моя мать не виновата, что я утопила телефон, а во-вторых, я была в наушниках, не слышала, как ты стучал, — пожимая плечами, ответила Эва. — Проходи.

На этих словах девушка забрала у него пакет с едой, и они оба прошли в дом. На первом этаже был небольшой погром, кое-где валялись бутылки из-под алкоголя.

— Ты снова за свое? — оглядев гостиную, спросил Тео.

— Ты зачем пришел? — как-то резко обернулась она к нему.

— Я волновался, беспокоился о тебе.

— Ну, как видишь, со мной все в порядке, можешь идти, — развернувшись, пошла на кухню, парень за ней.

— Сколько ты пьешь? — проходя вместе с ней на кухню.

— Какая разница?

— Большая, Эва. Все, собирайся, я тебя забираю к себе, — девушка громко рассмеялась.

— Значит так, Тео, либо ты здесь молча находишься, либо дверь в той стороне, — указывая на дверь, продолжая выкладывать еду из пакета и доставая алкоголь из шкафа, пытаясь определиться, что ей сегодня пить.

— Эва, я ведь могу уйти… навсегда… — не успел договорить фразу Нотт.

— Я сказала, дверь там, — раздраженно поворачиваясь к нему. — Можешь убираться.

Ее слова прозвучали грубо и обидно. Парень смотрел на свою подругу, пытаясь что-то понять. Он не узнавал ее сейчас. Она никогда раньше так с ним не разговаривала. Его не на шутку задело это. Он столько времени беспокоился о ней, переживал, места себе не мог найти, а она с ним так…

Эва же в свою очередь продолжала заниматься своими делами, когда она обернулась, его уже не было. Пожав плечами, она воткнула в уши наушники и, левитировав еду и алкоголь, пошла на второй этаж.

Через несколько дней Теодор вновь решил навестить свою подругу. Последний их разговор не давал ему покоя. Он понимал, что с ней что-то происходит, что ее сейчас ну никак нельзя оставлять одну. «Пообижаться я могу и потом», — на этой мысли он шагнул в камин.

В прошлый раз перед уходом он включил ее камин только для своего, чтобы снова не стоять под дверью. И, как оказалось, это была самая удачная его идея, да и приход был вовремя. Оказавшись в ее гостиной, он сразу услышал тихий жалобный отклик:

— Тео…

Повернувшись в сторону лестницы, Нотт увидел, как на полу скорченная лежит Эва.

— Господи, Эвочка, — бросился тут же к ней парень. — Что с тобой?

— Тео… мой телефон на втором этаже, найди его и позвони Марьяне, скажи, чтобы срочно пришла, — она еле говорила.

Парень левитировал подругу на диван, а сам побежал на второй этаж звонить некой Марьяне, когда он спускался со второго этажа, из камина выходила та самая женщина, которая только что ответила ему на звонок.

— Боже, Эва, что случилось? — к ней подошла рыжеволосая женщина и стала проверять ее организм.

— Голова закружилась, и я упала с лестницы, — спокойно ответила та.

— С ним всё в порядке, видимо, твои защитные чары его спасли, алкоголь я тоже сейчас уберу. Но Эва, сколько это будет продолжаться? Я не смогу помогать тебе вечно.

— Я плачу тебе не за вопросы, а за работу. Не готова это делать, найду другого колдомедика, — говорить ей было сложно, но это не помешало тому, что слова были с нотками стали и даже угрожающие.

— О ком Вы говорите? — не понимая, о ком идет речь, спросил парень.

— Ваша девушка…

— Марьяна, занимайся своей работой, мы не встречаемся. Ему знать ничего не нужно, — зло прошипела Эвелина.

Через некоторое время рыжеволосая женщина выпрямилась.

— Простите, как Вас зовут? — обратилась она к парню.

— Теодор Нотт, можно просто Тео, — парень встал.

— Мисс де Вилье проспит несколько часов, мы сможем спокойно поговорить на кухне.

Часов через 12, под утро, Эвелина пришла в себя, лежа на своей кровати. «Тео… И еще здесь. Черт», из-за этого даже вставать не хотелось.

Ей не хотелось его видеть и отвечать на его вопросы о том, что случилось вчера, о том, что случилось тогда, да и вообще на любые вопросы. Но делать нечего, без ответов он теперь точно не уйдет.

Выбираясь из кровати, обратила внимание на тумбочку, на которой стоял флакончик от Марьяны, выпив его, она спустилась вниз.

На диване сидел ее друг и что-то читал, медленно подошла к нему и села.

— Господи Иисусе, напугала, — держась за грудь. — Как ты, Эвелина?

Голос его на вопросе был более строгий, как будто отец хотел отчитать свое дитя за какую-нибудь провинность.

— Ты откуда таких выражений понабрался? — улыбаясь, спросила Эва.

— То тут, то там. Но ты от ответа-то не уходи.

— Все в порядке, Тео, можешь идти.

Девушка встала и направилась на кухню, парень вскочил и побежал за ней. Она прошла к шкафу, откуда достала вино.

— Ну уж нет, — подбегая к ней, отнял бутылку.

— Ты прикалываешься? — ее бровь дернулась вверх.

— По-моему, это ты прикалываешься, — сердито ответил парень, Эве это не понравилось, и с помощью магии она все же отобрала свою бутылку.

— Ещё раз вытворишь что-то подобное, вылетишь из этого дома, как пробка от шампанского, — злостно проговорила Эва.

Открыв бутылку, разлила в два бокала, один из которых протянула своему другу, и села за стол напротив Тео, который уже сидел за столом.

— Со мной все хорошо, спасибо за помощь, можешь идти, — она пыталась говорить с улыбкой, которая плохо у неё получалась.Она просто устала. И эта усталость была далеко не физической. Она устала морально. Ей не хотелось, что то рассказывать. Ей просто хотелось остаться одной.

— Ты уверена, что в твоём положении можно столько пить? — прямо спросил он.

— Не понимаю, о чем ты, — делая вид, что не понимает его.

— Она мне всё рассказала.

— Блять, вот не умеет держать язык за зубами, уволю, — девушка явно нервничала, отчего опустошила бокал одним глотком, наливая ещё.

— Не уволишь, — смотря прямо на Эву. — Теперь она работает на меня.

— Ну чудно. Теодор, ты чего лезешь в мою жизнь?

— Потому что она и моя тоже.

— С каких это пор? — прошипела девушка.

— С тех самых, как мы построили планы на жизни, сидя на крыше, — она ухмыльнулась.

— Столько уже времени прошло, — ее голос слегка дрогнул при упоминании школы, опустив голову, смотрела на бокал.

Он подошёл и взял её за руку, отвёл на диван:

— Рассказывай, что произошло, — попросил Тео, когда они сели на диван.

— А тебе Малфой ничего не рассказал? — с какой-то надеждой спросила она.

— Нет, но, как я понял, вы расстались. Он знает о нем?

— Нет, и ты не смей ему говорить, — голос ее был тверд.

— Но…

— Никаких «но», Теодор. Он не должен узнать, тебе это ясно? Никто не должен знать об этом, — голос был требовательный, без намека на уступки.

— Да понял я, понял. Что ты собираешься делать?

— Не знаю, но уже поздно предпринимать кардинальные меры.

— А ты хотела?

— Не знаю… Может и нет, раз сразу не сделала, — пожав плечами.

— Значит так, я остаюсь с тобой жить, раз ко мне не собираешься переезжать. И даже не спорь со мной, — добавил он, видя, как подруга собралась что-то сказать.

— Нет, Тео, не будешь. Тебе надо строить свою семью, а у нас все равно ничего не получится.

— Ты моя семья, слышишь? — парень подвинулся к ней ближе и обнял её.

Эвелина, наверное, только в этот момент поняла, что такое настоящая дружба. Да, у неё были друзья, и они были настоящие. Гермиона, Джинни, Гарри, Алексей — всегда были рядом с ней. И сейчас она даже рада, что их нет. Но с Тео… Дружба с ним, как отдельный вид искусства. С ним ей было уютно, так же, как когда-то с Алексеем. В последнее время столько всего навалилось, что сейчас, сидя с ним в обнимку, ей легко. Будто кто-то снял с неё тяжёлый груз, будто крылья за спиной раскрылись.

***

Но давайте немного вернемся назад и узнаем, что же было с Эвелиной за это небольшое время, пока она не встретила Тео на пороге своего дома.

Вернувшись домой, девушка быстро собрала свои вещи, не обращая внимание на Морану, взяла пригласительный и уехала в Россию к своей подруге. Катерина как раз только родила, и им было что обсудить. Время, проведенное в России, пролетело незаметно. Как будто она только глазками моргнула, как уже нужно было возвращаться. Вернулась оттуда примерно через две недели.

И тогда Богиня ни на шаг не отходила от нее. Пыталась манипулировать ей и окучивать на проведение ритуала, с помощью которого она станет живой. Опираясь на то, что у нее больше никого нет. И как только та станет живой, то они будут жить вдвоем. Эвелина же просила её оставить ненадолго одну, просто чтобы пережить этот момент. Но то ли Морана боялась, что Эва «потом» передумает, то ли совсем не слышала, что говорит её «подруга», а потому все оседала и оседала на неё.

Эвелина же, устав её терпеть, выгадала момент, наложила на себя чары защиты и наделала наушники, тем самым перекрывая слова Моры. А позже, когда Мора исчезла, наложила чары на дом, которые не давали Богине появится. Этим чарам её научил Алексей ещё в Хогвартсе.

Но однажды Эва забыла про Морану и пошла гулять без наушников, а когда пришла в сознание, оказалась в воде. Ей чудом удалось остаться в живых, а вот её телефону — нет. И вот с тех самых пор Эвелина не выходила больше из дома, да и наушники не стала снимать, мало ли что, а потому и не слышала, как долго пытался до неё достучаться Тео. Ей было крайне тяжело находиться в этом доме. Ведь теперь она осталась совсем одна. Не было у нее близкого человека, некому положить голову на плечо и раствориться в теплоте и уюте. Друзья — это совсем другое. Видеть их сейчас ей совсем не хотелось. Не хотелось что-то рассказывать. Она просто хотела молчать, надеясь, что эта внутренняя боль когда-нибудь исчезнет.

***

Жить она ему, конечно, не разрешила, но больше не противилась его приходам, которые стали почти ежедневными, и ночевкам. Со временем и пить совсем перестала при нем, стала заботиться о себе и новой жизни, которую носила под сердцем. Ей нравилось проводить время с ним.

Они вместе готовили, гуляли, смотрели фильмы или сериалы и очень много разговаривали. Девушка запретила ему кому-либо что-либо рассказывать о себе, придумав, что она уехала путешествовать, чтобы к ней не приходили и не беспокоились, если она долго не отвечает на письма.

В одном из разговоров Эвелина рассказала про Морану, которая попыталась её утопить, именно тогда и утопила свой телефон, а после неудавшейся попытки исчезла и больше ни разу не появлялась. Тео рассказывал про выпускной в школе, про общих друзей, как у них сложилась жизнь и кто чем стал заниматься.

На ее день рождения они ездили в Вегас, где помимо того, что круто провели время, так ещё и выиграли кучу денег, которые пожертвовали в первый попавшийся благотворительный фонд. В начале лета Тео пришлось уехать в Грецию на несколько месяцев, но перед этим взял обещание с нее:

— Обещай мне, что ты не будешь пить, — строго просил Тео.

— Обещаю, сколько уже можно? Ты мне настолько не доверяешь? — уперев руки в бок.

— Доверяю, просто очень переживаю за тебя, как ты тут останешься одна.

— Нормально, я же уже жила одна, Тео.

— Вот именно поэтому я и переживаю. Может, поедешь со мной? — взяв её за руку.

— Ты слышал Марьяну, мне сейчас нельзя, слишком большой риск.

— Хорошо, позаботься о мамочке, малыш, — нагнувшись, сказал это её животу, который еле виднелся.

— Я позвоню, как доеду, хорошо?

— Конечно, — Эвелина обняла его и поцеловала в щёчку, после чего Тео скрылся в камине.

Она снова осталась одна, пройдя на кухню, тут же схватила бутылку вина. Конечно, пить она не бросила, просто при нем не пила. Естественно, это не означало, что доза осталась такой же, вовсе нет. Но пару бокалов вина раз в одну-две недели позволяла себе. Марьяна это не одобряла, но и сказать Тео не могла, так как понимала, что все же её могут уволить, а платили ей хорошо, да и за молчание доплачивали. И вот Тео уехал, и теперь у неё несколько месяцев тишины и покоя, только была ли она этому рада? Она не знала ответа.

***

Сначала всё шло хорошо: прогулки, чтение, просмотр фильмов, немного алкоголя и вредной еды, а потом прочитала свежую газету… И будто мир перевернулся, земля ушла из-под ног, сердце остановилось, перестала дышать, газета выпала из рук, мысли куда-то разлетелись, оставив в голове только одну фразу, одну надпись, которую она только что прочитала: «Драко Малфой и Астория Гринграсс сообщили о своей помолвке: это любовь или попытка обелить свое имя?»

— Этого не может быть… — прошептала она и, как в тумане, прошла на кухню и достала огневиски, которое осталось ещё с зимы.

Эвелина даже не пыталась найти стакан, просто поднесла к губам бутылку и стала пить, как воду. Горло жгло, слегка поморщившись, все равно пила, убрала только после того, как выпила примерно одну треть бутылки. Дальше как в тумане.

Она пришла более-менее в себя через несколько дней. По всему дому были разбросаны бутылки и газеты, на которых красовался блондин, либо один, либо с Асторией. У неё не осталось больше слез и сил. Все повторялось так же, как год назад. Только изменилось событие, да и песни стали звучать другие:

Я же обещала себе не скучать

Ну так почему же хочется кричать

Я не хочу, я не хочу

Быть без тебя

Не смей, станет лишь больней

Без иллюзий

Просто не забыла запах его худи

Перестать листать те фото, болит голова

Представлять, кому теперь все слова…

Умоляю, пусть мне станет все равно

И то что без него так стало холодно

Как же согреваться по вечерам…

«Пусть мне будет всё равно» — Маша Кольцова

Очнулась Эвелина лежа на полу, в доме играла одна и та же песня, которую она уже знала наизусть, ее губы шептали ее из раза в раз.

«Я больше так не могу… Я больше не хочу… Если его рядом нет, то и меня не будет…». Ей было больно, больше ничего не хотелось. Мир перестал быть интересным. Для нее он нес только утрату. Счастливые и светлые моменты будто испарились, будто их никогда и не было.

Очередная истерика, какой-то блеск сверкнул в темноте, после которой наступила сильная усталость, и она провалилась во тьму…

Двадцать вторая глава

Больно на душе, тебя рядом нет.

Хочу забыть тебя, но сил больше нет.

Я сижу в темноте, а вокруг пустота.

Но ты будешь в душе, у меня навсегда.

Ты меня прости, за всё меня прости…

«Самоуничтожение — Dj Оленька

Теодор, находясь в Греции, получил срочное письмо от Гермионы. Он уже собрался возвращаться, но хотел посетить пару мест. После письма его планы резко изменились. Собравшись на скорую руку, он вернулся в Англию и сразу пришел к Гермионе.

— Что случилось?

В её гостиной сидели Гарри и Пэнси, все молчали, не зная, что сказать.

— Что случилось? — его голос слегка дрогнул. — Что с Эвой?

— Тео, послушай… — начала было Пэнси.

— Где Эвелина? — его голос был тревожный.

— Мы не знаем... — вполголоса озвучила Гермиона, опуская голову.

— Что значит «мы не знаем»? — он переходил на крик, его друзья молчали.

Он быстрыми шагами вернулся к камину, оттуда к себе домой, а дальше в дом к Эвелине, ведь только у него был доступ к ней домой… и ужаснулся.

Повсюду валялись бутылки от алкоголя, много битого стекла, разбросанная по всему дому газета, на которой красовался Драко со своей невесткой, а он даже не знал, что те обручились, и… кровь. Много крови. У него пошатнулись ноги, от падения его спасло то, что он вовремя облокотился на стену.

«Боже мой, что случилось? Где она? Меня не было всего лишь пару недель, что же произошло?» Он боялся даже думать, почему здесь кровь. Её было слишком много… «Марьяна! Она должна знать, что произошло». Дрожащими руками он набрал её номер.

— Марьяна, привет, ты знаешь, где Эва?

— Привет, Теодор. Нет, мы с ней не виделись уже недели как две. А что-то случилось?

— Спасибо, пока, — он повесил трубку.

Ему было сложно говорить. Его глаза стали мокрые. Наверное, он никогда в жизни не плакал, потому что это ощущение для него было чуждо. Спиной он встал к стене и медленно спустился вниз. Сил больше не было.

Он вернулся к Гермионе. В руке у него была бутылка вина, того самого, которое очень любила Эва, глаза красные, лицо мокрое.

— Что случилось? — он говорил тихо. Ему было страшно. Очень страшно узнать правду.

Все молчали. Все боялись что-либо сказать. Через несколько минут камин вспыхнул зеленым пламенем, и оттуда вышел Блейз.

— Очередной приступ, вроде успокоил. Он спит. С ним Джинни, — пройдя ко всем, сказал он.

— Дружище, пожалуйста, скажи мне… — Тео было тяжело говорить, каждое слово будто эхом повторялось у него в голове.

— Нечего рассказывать, друг, — он подошел и сжал его плечо. — Драко пришёл к ней несколько дней назад и увидел то, что ты увидел у неё в доме. Больше у нас нет никакой информации.

— Где она?

— Мы не знаем, но ищем, — сказал Гарри.

— Почему мне сразу не рассказали? — теперь он злился. — Чего Вы ждали? — он кричал.

— Мы занимались поисками, о тебе даже не сразу вспомнили. Но и ты бы ничего не сделал.

— Она моя семья, — заорал он.

По его щекам текли слезы, он был в ярости, что ему сразу ничего не рассказали. А что, если бы он мог как-то помочь? А что, если бы они сразу сказали, он нашёл бы её? А что, если уже поздно? «Нет, не поздно».

— Она моя семья, — повторил он спокойно. — И я найду её, чего бы мне это ни стоило.

На этих словах он встал и скрылся в камине.

— Где Воронцов? Нам бы не помешала его помощь, — спросил Гарри.

— Несколько дней назад уехал по срочным делам в Россию. Я писала ему, пока не ответил. Ему ведь тоже Эва очень дорога… Боюсь представить, как он там один… — Гермиона говорила тихо, по её щекам текли слезы, а рядом стояла Пэнси, которая пыталась её успокоить. Но ей и самой нужен в этом помощник, по её щекам тоже текли слезы.

— Он вообще просыхает? — грубо спросила Паркинсон, поворачиваясь к мулату.

— Нет, и боюсь, что пить ещё будет очень долго. Я постараюсь увести его в Италию. Сообщите, если будут новости, — Забини пожал руку Гарри, кивнул подругам и скрылся в камине.

Все безумно переживали за Эву, и каждый боялся произнести вслух очевидную вещь. Люди при такой потере крови не выживают…

***

Девушка открыла глаза, оказавшись на какой-то поляне.

— Здравствуй, Эвелина, я давно тебя здесь жду, — её встречала Морана с хищной улыбкой.

— Морана…? Наконец-то сможем поговорить, — она старалась говорить уверенно, вставая.

— Что-то мне подсказывает, что не поговорим, — Богиня перевела свой взгляд в сторону.

— Господи!

И девушка побежала к лежащему неподалеку телу, которое было все в крови. Она стала трясти его, пытаясь привести в чувства, уложив к себе на колени:

— Что ты с ним сделала? — закричала в сторону Моры, по её щекам градом текли слезы.

— Я? Нет, моя дорогая, я к этому не причастна, это сделала ты, — её губы еле дрогнули в улыбке.

— Ты врешь мне, врешь. Я не… ни за что бы не причинила ему боль.

— Неужели ты забыла? — удивлённо спросила стоящая перед ней Богиня. — Хотя это может быть шоковое состояние, не удивительно. Говорят, у вас, у людей, такое бывает. Но давай я помогу тебе вспомнить.

Богиня подошла к Эве и тронула её за плечо, то моментально покрылось белым инеем, она неистово закричала, ее голова запрокинулась назад, а в голове вспыхнуло воспоминание, как она убивает Малфоя.

— Этого не может быть, — шептала Эва, как только её отпустила Морана. Ей казалось, что она в каком-то бреду.

— Понимаю твоё шокирующее состояние, однако он ещё жив, и только я могу ему помочь.

— Нет, ты врешь, я не могла этого сделать. А спасти я и сама могу, — Эва пыталась колдовать, но все было тщетно, как будто у неё не было магии совсем, забыв все заклинания.

— Ты можешь думать как хочешь, только вот часики-то тикают, — её улыбка была хищная, злобная, как будто она вот-вот получит что хочет.

— Что тебе нужно, Морана? — Эвелина смотрела на неё сквозь пелену слез, которая застилала её глаза. Ей казалось, что вот-вот и она сойдёт с ума.

— Мне? Ой, да ничего не нужно… Только вот спасти его возможно, если я буду в живом теле.

— Это всё, чтобы завладеть моим телом, да? — Эвелина рыдала так, как никогда раньше, наверное, видеть и чувствовать, как любимый человек умирает на твоих руках, — очень сильные эмоции.

— Эвелина, — уже более жестче сказала Мора, — мне от тебя ничего не нужно, кажется, это ты просишь моей помощи, и я готова её оказать. Но для этого ты что-то должна дать взамен…

Девушка колебалась, держа парня на руках, по локоть в крови. Она понимала, чего добивается Морана, но ведь и Малфой лежит здесь, еле живой, нужно сделать выбор.

«Если я выберу её, отдам ей свою жизнь, то он будет жить, он сможет жениться и построить свое светлое будущее, и тогда я выберу темную сторону, так как она возродится. А если я выберу его, то он умрёт на моих руках, от моих же рук, хоть и сторона будет выбрана светлая. Да какой в этом толк? Чтобы я ни выбрала, я все равно проиграю… Хотя бы один из нас будет жить, но это неправильно… Это так неправильно… Я не могу выбрать его, просто не могу, под угрозой тогда окажутся все. Да и плевать на всех, главное, что он будет жить, остальное меня не волнует. Я люблю его и всегда буду любить. Пусть он будет счастлив. Его там ждёт невеста…», — раздался страшный, отчаянный крик от беспомощности.

Богиня смотрела на это все с мерзкой ухмылкой, ей нравилось видеть её страдания, она чувствовала, как силы к ней возвращаются, как она становится живой.

— Ладно, ладно, — закричала Эва. — Я согласна, согласна.

Девушка продолжала держать его на своих руках, покачиваясь, как психически больная в психушке, у которой съехала крыша.

— Что мне нужно сделать? — проливая слезы, зло спросила Эва.

— Ничего, родная, достаточно твоей крови, я возьму сама.

Но не успела Богиня и шага сделать, как Эва метнулась к ней и упала в ноги, касаясь её, отчего рукам стало адски холодно:

— Я умоляю тебя, Морана, пожалуйста, спаси его.

— Ну тише, тише, дитя мое, — помогая ей подняться на ноги, отчего девушке стало безумно холодно. — Я обещаю тебе, я помогу ему.

Их взгляды встретились на мгновение, Мора положила свою руку на её щеку, как глаза Эвелины приобрели белый цвет:

— Прости меня, Морана, прости…

Богиня пошатнулась и сделала шаг назад, хватая воздух ртом. Её рука коснулась груди, окрасив ее в ярко-красную краску:

— Что ты наделала? — прошептала Богиня, упав на колени, а после и вовсе всё её тело оказалось на полу, из-под которого стала медленно течь алая кровь.

Глаза Эвелины снова стали небесно-черного цвета. В этой тишине раздался душераздирающий крик девушки. Сделав несколько шагов назад, смотря на мёртвую Богиню, бросив длинный осколок на пол, который каким-то образом оказался у нее в руке, она развернулась и побежала к телу Малфоя, истошно крича и проклиная все на чем свет стоит.

«Я убила его… Убила…» — эта мысль разъедала её изнутри, ядом протекая по венам, медленно убивала и её. Она кричала и кричала от беспомощности. Она сходила с ума. Её разум будто расщепило на атомы, оставляя после себя одно лишь безумие. Внезапно её окутала волна тепла, мягкая рука коснулась плеча, а после перед её лицом появилась девушка с белой кожей, серыми полупрозрачными глазами и с крыльями за спиной:

— Тише, дитя мое, открой свой разум и посмотри внимательно, — проведя рукой в воздухе.

— Что? — еле смогла сказать Эвелина.

— Это все неправда, посмотри.

Рядом сидящая девушка указала головой на её руки, Эва непонимающе посмотрела, тело Драко исчезло.

— Где он? Где? — резко встав стала оглядываться по сторонам, не переставая спрашивать.

— Успокойся, открой свой разум Эвелина и посмотри внимательно.

Её голос был так мелодичен, так успокаивал, даже убаюкивал, расслабляя разум. Она взяла Эву за руку. По её телу разлилось тепло, спокойствие, отчего та закрыла глаза на несколько секунд и снова открыла. Перед её глазами не было никакой поляны, было просто белое пространство, в середине которого лежала Богиня Зимы и Смерти в луже собственной крови, а неподалеку осколок, которым Эва ударила Морану:

— Гамаюн? Что происходит? Я умерла? — пытаясь вспомнить, что последнее она делала.

— Нет, дитя моё, ты не умерла, — нежно коснувшись своей рукой её щеки.

— Но где Драко? Я же убила его… — она с трудом смогла это сказать, чтобы не впасть в очередную истерику.

— Ты в этом уверена? — ласково спросила посланница Богов.

— Я видела это собственными глазами, — не унималась девушка, по ее щекам текли слезы.

— Ты видела только то, что тебе показала Богиня Морана, но твои ли это воспоминания?

— Нет, не мои… — подумав, ответила и спросила: — Откуда в моей руке оказался этот осколок?

— Потому что ты выбрала сторону.

— Но я же выбрала, чтобы Драко остался жив, я хотела отдать свою жизнь…

— Ты в этом уверена?

— Не знаю… — Эвелина опустила свои глаза.

— Как бы ты страстно этого ни желала, как бы ты ни хотела спасти этого юношу, ты не смогла выбрать темную сторону.

— Это то, о чем ты говорила? — Гамаюн лишь кивнула.

— Но… Но теперь Мора ушла навсегда от меня?

— Да, и я позабочусь о том, чтобы ты и все, кто о ней знал, больше никогда не вспоминали её.

— Это всё у меня в голове?

— Можно и так сказать, — видя, что девушка ещё хочет спросить об этом, добавила: — Большего тебе знать необязательно.

— Спасибо… Я… Я знаю, ты помогла мне…

— Сейчас ты проснешься и забудешь всё, что тут было, но это требует цену. Твои способности… Я должна забрать их, частично у тебя что-то останется, но не более. Ты согласна?

— Да, Гамаюн, спасибо, — Эвелина поклонилась ей, как поклоняются богам.

— Моё милое дитя, ты обязательно будешь счастлива, просто позже, возможно, гораздо позже, чем тебе хотелось бы. Но обязательно будешь. Всё всегда зависит от нас и нашего выбора. Свой ты уже сделала, а я сделала свой, — её рука снова коснулась её щеки, а после, взяв за руку, произнесла: — Береги себя, Эвелина де Вилье, — поцеловала девушку в лоб, та исчезла.

— Что же ты натворила, Морана… — грустно сказала Гамаюн, смотря на лужу крови, в которой уже не было тела Мораны.

***

— Боги будут недовольны твоим вмешательством, — сказала подошедшая девушка. Ее кожа была белая, глаза прозрачно белого цвета с нотками голубого, одетая в кольчугу, за спиной виднелся лук.

— Я знаю, Скади, но все зашло слишком далеко, — грустно ответила девушка.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Гамаюн, — ее собеседница исчезла, Гамаюн лишь грустно вздохнула. — Не стоит благодарностей, Стикс.

Рядом с ней появилась другая девушка. Ее кожа была слегка синего оттенка, глаза мутно-голубого цвета, с нее капала вода:

— Ты сделала все правильно, она не должна быть в мире мертвых. Ее время еще не пришло…

— Я чуть не опоздала… — туманно сказала Гамаюн.

— Но не опоздала же… Благодаря тебе, она жива… — Стикс не успела договорить.

— Я буду на твоей стороне, — с другой стороны появилась девушка, наполовину мертвая, наполовину живая, с мрачным выражением лица.

— Спасибо, Хель, — посланница Богов повернула голову в ее сторону и поклонилась.

— Мой голос тоже твой, Гамаюн, — со спины к ним подошла высокая молодая женщина с темными волосами и красными глазами, на голове были рога. — Они зовут тебя, пойдем. Морана уже там.

Женщина стала отдаляться, развернувшись, Хель пошла за ней.

— С поддержкой Лилит тебе ничего не угрожает, — коснулась ее плеча Стикс и направилась в сторону уходящих женских силуэтов.

— До свидания, Эвелина, — Гамаюн в последний раз взглянула на девушку, которая медленно вставала, держась за стену, развернувшись, пошла в сторону, где ее ждали Лилит, Хель и Стикс — богини мифов, о которых так много читала Эвелина.