Это такая малость... (2)

Глава 61. И в итоге узнал…

- Вот накупила тут всякого в крядит, - скрипела Старушенция, - Так давай, отрабатывай теперь!

- Я? – удивилась Прынцесса.

- Но не я же! – завелась Старушенция, - К тому же, я тебя только что обедом кормила! Сколько ты тут дармоедничать будешь? Да мышей подкармливать? Казённую еду на вредителей переводить…

- Но я бросила всего лишь маленькую крошечку, - оправдывалась Прынцесса.

- Даже маленькую крошечку! – продолжала пилить Старушенция, - Ты хоть представляешь, каким трудом все эти крошки даются? Нет? Вот поработай, так и представишь!

- Но я уже и так написала весь План Побега своей рукой, - принялась жалнить Прынцесса, - Так что очень даже себе представляю…

- Это ты для себя делала! – недовольной уткой крякала Старушенция, - Тебе очень надо было, вот коли как для себя – так вот сразу вскочишь и как электровеник вертеться будешь! А ты поди долги все отработай! Давай уже приступи к исполнениям своих обязанностей!

- Обязанности? У меня? – удивилась Прынцесса.

- Но не у меня же! – огрызнулась Старушенция.

- Мой отец Вам за всё заплатит, как только найдётся, - нашлась на это Прынцесса.

- А он разве потерялся? – тут же подметила Старушенция, - По-моему, это ты потерялась, а не он. И находиться нужно тебе…

- Но я найдусь, - затянула Прынцесса, - Как только Прынц меня здесь найдёт, вот я и найдусь. Без него я сама найтись не могу. Чтобы мне найтись, мне надо, чтобы меня нашли. Но Прынц обязательно придёт за мной, ведь по-другому не бывает и быть не может! Он меня спасёт, потом мы будем приключаться, и только потом отправимся к моему отцу за деньгами, но как только так сразу, он за всё с Вами расплатится…

- Ишь чаво удумала! – раскипятилась на это Старушенция, - То есть мы тут ждать должны? Нам деньги уже сегодня нужны, продукты покупать да счета оплачивать. Нам, между прочим, в кредит ничего не продают! Утром деньги, и только вечером стулья. А коли нету, давай, работой отрабатывай! Ещё чаво, ждать пока вы там с этим твоим Графон-Графонычем Безымянным наприключаетесь… Ты хоть у самого Графона спросила, то согласен он или нет приключаться с тобой? Нет? Ну так и работай тогда!

- Но я так не могу, я же Прынцесса! – зажалнила Прынцесса, - А Прынцесса должна ничего не делать…

- Насколько я знаю, - заскрипела Старушенция, - Прынцессы должны не бездельничать, а страной управлять! Когда вырастут и взойдут на престол. А ты представляешь, что это такое? Управлять целой страной? Ну или хотя бы одним локальным Безымянным Королевством? Не пробовала никогда? Вот и давай, начни с малого, так сказать, потренируйся! Научись управлять хотя бы маленьким хозяйством. И руководить людями. Из них тут я, но я старшая по званию и значит, я руковожу тобой. А ещё Хламовщик. И вот задача вообще не сложная. Тебе-то надо всего-ничего - просто пойти наверх и сказать этому Обалдую – Хламовщику, чтобы перестал ломать наши замки!

- Это? – растерялась Прынцесса, - Но он меня не узнаёт! А ещё он и домахиваться до меня будет! Потому что он меня не узнаёт и теперь я ему нра-а-а-авлюсь… А я не хочу ему нравиться! Я не ему должна нравиться, а моему Прынцу, я для своего Прынца красоту и девственность берегу…

- Это ту, что ли, которую ты собиралась Дрокону за просто так отдать? Ну, когда говорила, что он должен иметь тебя во всех позах? Это про тебя я тут думала, что ты не такая, и что зря я на тебя всякого наговорила? А оказывается – не зря! Оказывается, как в воду глядела, и моя женская интуиция меня не подвела! Дрянь ты и есть! А ну живо иди и вели Хламовщику…

- Не пойду я наверх!

- Слушай, пойти и повялеть – это так трудно? – раскудахталась Старушенция, - Между прочим, если ты – Прынцесса, то вялеть то, вялеть сё тебе должно быть как раз плюнуть! Работу у тябя такая – повелевать тем и этим! Вот и иди, повелевай Хламовщиком. Или не называй себя больше Прынцессой. Будешь тогда Дрянью.

- Но Вы не понимаете! – захлопала глазами Прынцсса, - Волшебная Дражанка меня больше не защищает…. Вдруг он домахиваться будет, а я не под защитой…

- Пр-р-рынцесса! – тут же каркнул Попугай, - Давай я тебе помогу! Лететь я не могу, ползти вверх по ступенькам тоже, слишком далеко… Не доползу… Но, если ты меня понесёшь… - он подковылял к ней поближе и посмотрел снизу вверх, склонив голову на бок, - Соглашайся! Вместе мы сможем ему объяснить, что от него тр-р-ребуется! Как ни кр-р-рути, я тоже должен отр-р-рабатывать своё пребывание здесь.

Клариса тут же с писком выскочила из своей норки и тоже подбежала к Прынцессе, схватила её за подол платья.

- Вот! И Клариса хочет с нами! – подметил Попугай.

- Но она нам там незачем, - принялась отпираться Прынцесса, чувствуя, что не смотря на все свои недавные мысли, на Кларису всё равно всё ещё обижена. И кажется, это навсегда.

- Не спорь, - шепнул Прынцессе на ухо Попугай: - Кларисе очень нужно получить признание Старушенции, потому что иначе её так и будут считать вредителем…

- Ну и что! – завозмущалась Прынцесса, - Меня вот тоже тут Дрянью постоянно называли и на положении оной же и держали, и ничего, я ничего, не сахарная, не растаяла!

- Но чего тебе стоит! – возражал Попугай, - Всего лишь маленько помочь тому, кто в этом нуждается. К тому же, разве вы с ней не друзья?

- Во-первых, - принялась отвечать Прынцесса, загибая пальчики, - Раз тут так в порядке нормы обращаться с девушками, как тут обошлись со мной по прибытии, то почему я должна быть чем-то лучше всех окружающих?

Клариса разочарованно пискнула и поникла.

- Во-вторых, - Прынцесса загнула ещё один свой точёный пальчик: - Клариса передо мной провинилась вместе с остальными девками, которые как раз наплевали на мой проделанный труд! На мой План Побега, который я писала всю ночь! И может она не собственнолапно упустила мои листочки, но она была активная участница в общей затее, где меня подбивали вытереть руки о грязную собаку и вытащить из лифчика какую-то проклятую визитку…

- Не какую-то, а самого Вертолоха! – заявил Попугай, - Которую можно было неосторожно активизировать одним лишь прикосновением слезинки, а ты как раз не переставая плакала, так что ситуация…

- Так вона кого надо за всё благодарить! – подключилась в этом месте Старушенция, - Это значит ты тут Вертолоха накликала?

- Ничего я не кликала, - возмутилась Прынцесса, - Это бездоказательно… И к тому же, Вы меня перебили, потому что в-третьих, никакие мы с Кларисой не друзья. Женской дружбы не существует!

- Тогда я тебе энто… Женскую вражду сейчас покажу! – взбеленилась Старушенция, - А ну живо пошла наверх, а то мятлой ударю! И птицу эту, говоруна, прихвати, а то поди, объяснять ты ничего не умеешь! Рано я тябя в интеллектуальные работники зачислила! Не достойна ты ни писарем, ни бухгалтером быть! А дипломатом – и подавно не способна! Поработай хоть подъёмником! Взяла пятуха и пошла наверх!

Всхлипывая и утирая нос, Прынцесса отправилась наверх, держа на руках Попугая. Клариса тащилась следом по ступенькам, взбираясь на каждую из них самостоятельно.

Прынцесса остановилась на середине пути, села на ступеньку, спустила с себя Попугая и заплакала.

- Но как же так? – пришёл в недоумение Попугай, - У нас же задание! Нам надо подняться наверх и сказать Хламовщику…

- Я не собираюсь выполнять задание! – разревелась Прынцесса, - Я – Прынцесса! Я не должна выполнять задания! Я должна сидеть в башне со всеми удобствами и ждать, когда мой Прынц меня спасёт…

- Но зачем тогда ты из неё ушла? – осведомился Попугай, - Я же слышал, что ты попросила Лепесток чтобы открыть дверь, то есть сидеть в башне тебе было не охота?

- Но, видишь ли, - принялась всхлипывать Прынцесса, - Дело в том, что я там оказалась не одна! Этот номер люкс, мало того, что никакой вообще не люкс, так ещё занят какими-то непонятными сожителями, и они все, определённо, мужчины! Это непорядок! Потому что я – Прынцесса, у меня должен быть личный будуар, куда мужчины не должны входить без моего дозволения и без стука. Даже сам Дракон, который меня похитил. И только Прынц на белом Коне, или нет… На Ездовой Одноногой Механической Блохе, подкованной самим Левшой в ночь с пятницы тринадцатого на субботу четырнадцатого имеет право ко мне туда войти, и только для того, чтобы сделать предложение…

- Руки и Сердца?

- Нет! О Побеге! – заявила Прынцесса.

- Ишь нашла о чём мечтать, - закудахтала где-то снизу Старушенция, - Эдак мелко мыслишь…

- Вот и я так же говорю, - подхватила Прынцесса, - Разве я так много хочу? Это такая малость… Но все ворчат, будто я прошу пол-Королевства или весь мир к своим ногам! Не так уж много нужно для простого человеческого счастья… Но нет же! Вместо этого… Там темно, холодно, самообслуживание, вертолохи, превратившиеся в мух, летают, упыри в окно заглядывают, какой-то ужасный Кактус стоит, который вечно загорается, а главное – там в Зеркале живёт настоящее Чудовище с горящими глазами!

- Б-р-р-р… - нахохлился и помотал головой Попугай.

- И самое главное, что мы с этим Чудовищем ещё и поругались и поссорились! – продолжила Прынцесса.

- То есть, сначала Чудовище вело себя мир-р-рно и др-р-ружелюбно? – заинтересованно уточнил Попугай.

- Я не могла там больше оставаться! – продолжала Прынцесса, проигнорировав этот вопрос, - Это какое-то надругательство надо мной! Я нуждаюсь в уединении. Или в контактах только с теми особами, которых хочу видеть. А по поводу задания… Эта Старушенция ещё и попросила невежливо, я не обязана в таком случае выполнять! Я особа королевских кровей, если ко мне обращаются с прошением, то всё должно быть по всем нормам этикета, а это… Неслыханная дерзость! Я пожалуюсь отцу! И не будет он ничего им оплачивать, потому что за такое положена настоящая кара! Смертная!

Попугай бочком-бочком отстранился от Прынцессы, с сомнением посмотрел на неё издалека и, цепляясь за ступеньку клювом, полез дальше.

И как раз тут на лестнице появилась Старушенция с веником:

- Мало тебя в детстве драли! – заявила она замахиваясь, - А ну живо взяла птицу и пошла наверх! А по поводу всех твоих этих угроз… С жалобами отцу, да с наказаниями… Да нашла кого этим пугать! Я старая уже, мне и так уже помирать скоро, так что па-а-а-адумаешь! Пока твой Прынц Графон сюда явится, я и сама уже помру, а твой отец – он вообще на тебя по ходу забил, так что ничаво ты мне не сделаешь!

- Да не может такого быть! – заявила Прынцесса, - Мой отец меня очень любит, и сейчас он меня уже ищет…

- А как же, - крякнула Старушенция, - Сначала выдал замуж заочно, а теперь ищет? Да сдаётся мне, что он тебя для того и выдал заочно, чтобы вообще не искать!

- А может это вообще и не меня вовсе! – продолжала всхлипывать Прынцесса, - Мало ли на свете Безымянных Королей? Да с Безымянными Дочерьми? Может, это и не меня вовсе замуж выдали, а меня… Меня ищут…

- Безымянных королей, может, и не мало, - принялась рассуждать Старушенция, - Как и безымянных прынцесс. А вот Графон Графоновичей всего двое! Ученик и учитель! Так что тут к бабке не ходи, ежели Прынц – Графон Графоныч Младший, и если это он и есть твой суженый…

- Моего Прынца зовут просто Прынц! – ревностно возразила Прынцесса, - А никакой не Графон… Разве бывают такие имена вообще?

- О, да ты, поди, даже ничего про своего жониха-то не знаешь! – махнула рукой Старушенция, - Похоже, я даже знаю больше! Вот только интересно, кото тебя в таком случае найдёт раньше, твой отец, или Прынц, с которым ты ещё собираешься долго приключаться?

- Между прочим, это в Ваших интересах, - заявила Прынцесса, - Чтобы мы с Прынцем приключались подольше, тогда дольше я не нажалуюсь своему отцу, что он Вас покарать должен.

- Ты енто, не сумневайся, - ответила на это Старушенция, - Твоя дорога к отцу определённо затянется достаточно, чтобы я успела помереть своей смертью, причём, спокойно и без всякой спешки! Так что встала и пошла делать то, что я тебе велела! – она хлестнула Прынцессу веником, который прошёл в аккурат над головой успевшего пригнуться Попугая, - Я с ней по-хорошему, а она вона чаво удумала! Совсем бабушку не жаль, заставляешь старушку на такую вярхотуру пешком переться! Уже второй раз! Когда я первый раз тебе Зеркало принесла…

- Лучше бы не приносила! – огрызнулась Прынцесса, подбирая Попугая и направляясь вверх, - Я бы и без Зеркала обошлась! Фигня это, что Чудище убивается! Не убивается оно, оно без Зеркала просто не показывается и не разговаривает! А так мне пришлось терпеть всё это его общество…

- Правильно, - кивнула Старушенция, - Потому что с Чудищем, точнее, с Хозяином, надо поговорить, чтобы получить Цветик-Семицветик с Катуса, ну и вообще, не только о себе думать надо, но и о том, что Хозяину одному скучно! И надо ему мультики и сериялы показывать, и разговаривать с ним, чтобы не одичал и не затосковал от одиночества!

Прынцесса некоторое время поднималась наверх, шмыгая носом, утирая одной рукой слёзы и сопли, а другой рукой она держала притихшего Попугая.

- Чаво рявёшь, плакса! – то и дело крякала сзади Старушенция, подгоняя веником, - Не ряви! Ишь цаца какая!

И от этих слов становилось ещё обиднее, и слёзы и сопли текли ещё сильнее. Прынцессе уже начало хотеться вытереть их о Попугая. Ну это ведь так же, как в Риме вытирали руки о собак, только о птицу… В самом деле, не о платье же вытирать, оно новое и чистое, и очень не хотелось его пачкать.

Но Прынцесса боялась, что из-за этого только разразится лишний скандал, поэтому просто шла и терпела тот факт, что слёзы и сопли капали на ступеньки.

- Ты слёзы-то да сопли подбери! – комментировала этот факт Старушенция вместо того, чтобы тактично промолчать, - Ишь, сырость тут разводишь, надо же, цаца какая! Как себя-то жалко! – и совсем уж ядовито добавляла: - Ты поплачь, поплачь!

Прынцесса десять раз пожалела, что решила ослушаться. Если бы взялась сделать что велено молча, то не приходилось бы терпеть сейчас эти упрёки, причиняющие мучительный психологический дискомфорт.

- Между прочим, - плаксиво выдала Прынцесса, словно это могло как-то ей помочь и чем-то её защитить, - Нам, особам королевских кровей, запрещено отчаиваться в любых ситуациях! А ещё, нам запрещено унывать! Думаете, это мало? Да за одно только то, что на нас возложена такая обязанность…

- Ты сначала выполни! – резонно прикрикнула на неё Старушенция, подгоняя веником.

А Прынцесса заплакала ещё сильнее. Потому что было очень жалко нового платья, оно же от такого должно было всенепременно запачкаться.

Хотелось быстрее убежать от этого унижения, а путь был только один – наверх. И вот в конце лестницы Прынцесса ступила на лестничную площадку, половина которой отделялась той самой стеной и той самой дверью, за которой находилась та самая мрачная комната, из плена которой Прынцесса буквально недавно высвободилась.

А огромный металлический замок на двери из тёмного плотного дерева Хламовщик пытался взломать обычным ломиком. Прынцесса замерла, глядя на это зрелище и не решаясь ничего сказать.

Но зато Попугай не растерялся:

- Хламовщик! Хламовщик! – позвал он, - Стар-р-рушенция велела тебе пер-р-редать, чтобы не смел ломать замки, что они целые нужны, ибо великая ценность за дверью р-р-расположена…

Хламовщик вдруг раздосадованно вскрикнул, отчаянно швырнул ломик на пол, махнул рукой, после чего вывалил из тачки целый ворох какого-то мусора, а потом сунул руку в карман и достал коробок со спичками.

- Но-но-но! – пыхтя и отдуваясь вскарабкалась наверх Старушенция, - Ты чего это удумал?

- А чё? – голосом провинившегося школьника принялся оправдываться Хламовщик, - Дверь деревянная? Деревянная. Я её подожгу, она и сгорит! Если замки ломать нельзя, тогда надо сжечь дверь! Хорошо, что я предвидел такой вариант и мусор захватил… - он оторопело уставился на Прынцессу, а потом вдруг добавил: - Дура, так это ты, что ли?

- Может быть даже и я, - всхлипнула Прынцесса, - И может быть я даже и дура… Но ты ведь меня сначала не узнал! Что же изменилось теперь?

- Ну раз ревёшь, так значит точно ты! – заявил Хламовщик.

А Прынцесса заплакала ещё горче. Слёзы капнули Попугаю на спину, он взъерощился и попытался отряхнуться.

- Но разве ты не должна быть заперта вот там? – возмущённо зачередил Хламовщик, тыча на дверь, - Ты же была в комнате! Как ты оказалась снаружи?

- Во дурак! – тут же крякнула Старушенция, - Не понятно только, какое имя тебе больше подходит в таком случае: Обалдуй или Осталоп? – она подошла и постучала Хламовщику по лбу: - Хозяин её отпустил!

- Это точно? – осведомился Хламовщик, - Как он её мог отпустить, когда тут всё ещё заперто?

- Не знаю как, - заявила Старушенция, - Он же немного волшебник…

- Он дал ей… - теперь Хламовщик не удержался и закуксился, - А не мне…

- Чего, ещё один ключ? – осведомился Попугай.

- Да нет же! – всплеснул руками Хламовщик, - Ещё одним ключом не откроешь изнутри! Навесной замок снаружи! Цветок он ей дал… Волшебный…

- Это хороший знак! – радовалась Старушенция, - Скоро всё наладится!

- Но я тут был раньше! – принялся ещё сильнее ныть Хламовщик, - Я давно тут и Кактус поливаю, и разговоры с Хозяином веду… И телевизор ему включаю… Но дал Цветок он почему-то ей… Этой Ду-у-уре-э-э… - он схватился за голову, смяв свои фирменные дреды.

Глава 62. И поссорились…

Прынцесса снова заплакала с досады. Ну почему… Почему! Почему если её и узнают, то обязательно по чему-то плохому. Вот пока она была красивая и окрылённая тем, что сумела выбраться из комнаты, Хламовщик принял её за прекрасную незнакомку. А как только заплакала – сразу вспомнил, кто она, но вспомнил явно не с лучших сторон, раз снова назвал Дурой. Почему жизнь так жестока и несправедлива!

- Вот только дверь портить не надо! – скрипела тем временем Старушенция, явно переключившись на Хламовщика, - Ты знаешь, какая ценность в той комнате? Не просто так там на окне решётки, а тут на двери замки и засовы! Такой ценный Кактус беречь от посторонних надо! А мусор отсюда убери! Ишь чаво удумал – дверь спалить! Да не сгорит она! Хоть и деревянная, но из дерева сделана из непростого, а из крепкого! И зачарованного. И после этого ещё специально зачарована от возгораний. И ещё сверх того противопожарным составом обработана! А вот пыль, утеплитель, вещи в комнате – те загореться могут, и быть беде! Ну живо, подбирай мусор! И лом свой тоже убери, не надо ничаво ломать! Не ты строил! Ишь, набрался дури от Вертолоха этого…

- Да только кто ключ найдёт, тот сюда и войдёт! – продолжал ныть Хламовщик, - Чего толку от засовов этих! Так что я уж доломаю. Замки всё равно менять придётся! А Кактус поливать надо. И с Хозяином разговаривать, и мультики с ним смотреть…

- Так вот о чём у тебя душа болит! – Старушенция отвесила Хламовщику подзатыльник, на сей раз просто ладонью, - Мульти-пультиков ему захотелось! Взрослый дурень, а всё мультики смотришь…

- Это не я, - куксился Хламовщик, - Это всё Хозяин… Ему скучно… А я только Телевизор включаю… И слежу чтобы Волшебное Яблоко не остановилось. А смотрю не я, смотрит Хозяин. Я только потому что присутствую, а так, это он смотрит… Ты должна его понять… Вот если бы тебе скучно было…

- Ничаво с ним не будет! – продолжала Старушенция, - Потерпит немного! И Кактус без воды долго обходиться может! Так что иди, того, ключ ищи! Замки тут не простые, а зачарованные, просто так не выломаешь! Да и не надоть их портить, они для дела тута висят! А раз Дрянь уже на свободе, то торопиться уже можно и не торопиться! Хозяин её отпустил. Это добрый знак! Теперь всё наладится… Живо собирай свой мусор и спускаяся отсюда вниз! Обед остывает! Уже льдинки плавают!

- Но Ба… - зажалнил было Хламовщик.

Но в этот момент на лестничную площадку взобралась Клариса, и лишь недовольно покосившись на собравшихся, обошла кучу мусора и юркнула в оставшийся свободным маленький кусочек зазора под дверью.

- Ну вот! – закудахтала Старушенция, - Мышь пошла грызть наш кактус! Ведь будет же плакать, давиться, а догрызёт!

- Поэтому я и должен её поджечь! – пошёл на второй круг Хламовщик, - В смысле, не мышь, а эту дверь. Точнее, мусорную кучу, она разгорится, потом…

- Обед остывает! – Старушенция снова заехала Хламовщику по затылку.

* * *

Клариса стояла посреди комнаты и с недоумением смотрела на треснувшее пополам Зеркало. То самое, которое так берегла её подруга – Василиса. В треснутом пополам полотне не хватало одного маленького треугольничка в самом низу трещины. Клариса опустила взгляд туда, где стена стыковалась с полом и увидела недостающий осколок.

И мигом вспомнила, как те немногие посетители, которые бывали в этой комнате, смотрели в Зеркало стоя у двери. А само Зеркало при этом Старушенция вешала на гвоздик на стене. Хламовщик же держал его в руках, но сам при этом тоже стоял у двери и ловил отражение того, кто, судя по всему, скрывался в углу у окна. Позже Клариса объяснила Прынцессе, где надо стоять, чтобы правильно смотреть в Зеркало. И все, кто смотрели в Зеркало, начинали с кем-то разговаривать. Только Клариса не слышала с кем.

Она уже давно рассказала Скоропее и Василисе о том, как вели себя немногие посетители этой комнаты, и даже при Прынецессе уже обсудили, что может быть Хозяин, с которым разговаривали почему-то именно здесь – или какой-то таинственный обитатель Зазеркалья, или кто-то невидимый, кто проявляется только в отражении. Но почему контачить с ним можно только здесь? И почему стоять надо строго в определённом месте и Зеркало держать так, будто тот, кто в нём отражается, находится у окна? В общем, окно – это единственное место, проливающее хоть какой-то свет, может быть, именно поэтому?

Но сколько Клариса не смотрела в сторону окна, не видела там никого. Только Кактус. Клариса однажды пыталась взобраться Прынессе на плечо и посмотреть оттуда. Но Прынесса не пустила. Пыталась взбираться по стенке чтобы заглянуть в Зеркало, и однажды ей даже удалось, но в отражении не видно было окна, и таинственного Хозяина увидеть так и не удалось.

Но сейчас…

Клариса кинулась к осколку и схватила его. Хоть он и был для неё всё же тяжеловат, но по крайней мере, его удалось ухватить и даже поднять. И оттащить к двери, откуда все смотрели, потом установить на торец и наклонять по-разному.

И вдруг у Кларисы получилось. Она поймала отражение окна, хоть осколочек был маленький и поймать в него отражение было сложно, но Клариса добилась этого. И увидела в отражении светящийся жёлтый глаз с вертикальным веретеном зрачка, и пискнула от ужаса, уронив осколок.

Потом схватилась лапками за свою мордочку, поняв, что сей момент допустила непростительную оплошность – уронила кусок Зеркала. Хорошо, что он не разбился на более мелкие осколки. Ведь это несчастья целых семь лет… Правда, учитывая что это уже осколок, может быть и меньше… Но всё равно, вдруг очень долго, столько, сколько мыши не живут? А ещё… Ежели бы он сейчас разбился, то не вышло бы снова посмотреть на Хозяина.

А что там Прынцесса говорила? Чудовище? Это ведь и правда какой-то монстр! У него глаза такие стра-а-ашные…

Но Клариса подняла осколок и стала искать нужное положение снова. И снова увидела глаз, а потом запищала:

- Здравствуйте!

Она осеклась. И снова чуть не выронила осколок Зеркала.

Она не понимала, зачем это сказала, ведь вне внутреннего двора с Волшебным Озером она могла издавать только писк, которого никто не понимал. А тут… Словно вместо писка сказала человеческое слово.

- Ну здравствуй, маленькая мышка! – пророкотало ей в ответ.

- Должно быть, это Вы – тот загадочный Хозяин, о котором столько разговоров было…

- Обо мне? – удивился Хозяин, - С какой это радости обо мне молва ходит? Само моё существование – это великая тайна, которую положено хранить…

- Я уверена, что за пределы доверенных лиц тайна и не вышла, - поспешила утешить Клариса, хотя в этом она уверена как раз не была. Но разочаровать Хозяина почему-то было страшно, - Простите, что обращаюсь к Вам с этим… Но у нас горе!

- Что ещё за горе? – голос Хозяина становился раздражённым.

- На нашем Волшебном Озере… Мы все могли разговаривать между собой… Я… И мои подруги… Они… Лебедь и Змея. Но мы все могли общаться, и словно говорили на человеческом языке, но однажды что-то случилось, и Волшебное Озеро утратило свою силу… Помогите нам пожалуйста…

- Я? – снова взвёлся Хозяин, - Я не понимаю, почему я должен кому-то помогать…

- Но а кто же тогда… - взмолилась Клариса.

- Но почему именно я? – жёлтый глаз Хозяина вспыхнул, став ярко-огненным.

- Но… - робко пискнула Клариса, - Меня больше никто не понимает… А ты… Я говорю, а ты отвечаешь… Словно мы говорим по-человечьи…

- Это ещё ничего не значит, - равнодушно отрезал Хозяин, - Уходи отсюда!

- Но… - взмолилась Клариса, - Я бы тоже могла тебе помочь… Если бы ты рассказал мне, как… - она попыталась найти в Зеркале отражение Кактуса, но в маленьком осколочке высматривать его было трудно, поэтому Клариса просто повернула голову и посмотрела на сиротливо торчащий из цветка последний алый лепесток.

- Я могу загадать желание! – воспрянула она, и снова повернулась к осколку Зеркала.

Пока Клариса оглядывалась, осколок потерял своё изначальное положение, и теперь отражения Хозяина в нём не было. Зато по полу ползла какая-то пухлая козявка:

- Клариса! Клариса! – надрывалась эта козявка знакомым голосом, - Слушай меня! Я знаю, что делать! Я знаю как…

Клариса отвернула Зеркало, пытаясь снова найти отражение Хозяина и противный голос пропал.

Клариса снова обернулась, теперь на козявку, которая ползла по полу. Это было что-то маленькое, неприятное, похожее на червяка, только короткого и толстого, и цвета не розового, а бледно-жёлтого.

Клариса снова посмотрела Зеркало, нашла положение, чтобы козявка опять начала отражаться:

- …как загадать желание! – услышала она явно окончание какой-то ранее начатой фразы.

- Не поняла… - почесала голову Клариса, - Это что, червяк разговаривает? Что, даже червяки – и те разговаривают? А что же тогда нам есть! Скоропея ест слизней, но вдруг и они тоже могут разговаривать? А для Василисы Старушенция каких-то козявок насушила…

- Клариса! – надрывалась козявка, - Я расскажу тебе секрет Цветика-Семицветика! Только… Только не бросай меня, а выслушай…

- А ты вообще – кто? – задала вопрос Клариса.

- Не признала? – надрывалась козявка, - Значит, жить буду долго!

Клариса продолжала в задумчивости молчать.

- Так, а разве не со мной ты тут сейчас разговариваешь? – осведомилась козявка, - В смысле, через Зеркало… А вот так – уже напрямую! Не доходит? Хозяин – это я! Ну да, когда не в Зеркале, а в натуральном виде, то я такой! Поэтому, чтобы казаться внушительнее и мощнее, мне и нужно, чтобы на меня смотрели через Зеркало! Потому я всегда и прячусь, в иголках Кактуса, чтобы никто не узнал, что я на самом деле такой… Маленький и ничтожный… Но вот в этом осколке… В нём не так как в большом Зеркале… А как в реальности… Потому что Осколок такой ма-а-аленький, ему не хватает сил превратить мою ничтожность в величие…

- Да не надо мне гнать! – возмутилась Клариса, - Только что в этом осколке я видела страшный глаз! И голос был другой, не такой писклявый…

- Но это был я! – пыжилась козявка.

- Но если ты стесняешься себя вот такого, - продолжала Клариса, - То чего сейчас-то вылез?

- Да потому, что Зеркало перестаёт работать так как раньше! – надрывалась козявка, - Просто Кактус теряет свою волшебную силу… Поэтому и осколок сейчас показывал одно, а уже через минуту – ровно другое. Но ещё можно загадать желание! Сорвать последний лепесток и загадать! Только… Тут такое дело… Добыть волшебный Цветок, целиком, или частями, то есть к лепестку тоже относится, может только женщина, а вот загадать может только мужчина. Поэтому ты добываешь, а я загадываю…

- А ты – мужчина? – усомнилась Клариса, разглядывая неприятное недоразумение, похожее на соплю, что из носа выскочила.

- Я знаю, я так выгляжу, - запищала козявка, - Но в душе я статный и брутальный мужчина хоть куда! Не всем же суждено раскрасавцами родиться! А ежели тебя ещё и заколдовали… Ты не суди по внешности! Лучше послушай меня, я знаю как добыть лепесток и что с ним потом делать…

- Но я тебя первый раз в жизни вижу! – взвелась Клариса, - Почему я должна тебе верить? Я первый раз подобное слышу… В смысле, что добыть должна женщина, а загадывать – мужчина.

- Всё бывает первый раз! – возразила на это козявка, - Но разве ты не слышала, как обо мне с почтением отзывались другие…

- С каким-таким почтением? – хмыкнула Клариса, - Называли тебя недружелюбным Чудовищем, что ли?

- Вот только не надо дискриминировать по внешности! – снова возмутилась козявка, - А без меня ты всё равно ничего не сможешь! Ты всё равно не знаешь ни заклинания, ни как загадывать, ни чего по инструкции делать нельзя! Так что у тебя нет выбора! Не чуди, слушай меня! Сорви мне этот лепесток и…

- Хорошо, - неожиданно легко согласилась Клариса, а потом каверзно добавила: - Может быть! Может быть, я и сделаю то, что ты хочешь. Но сначала я должна всё обсудить с моими подругами!

- А вот этого делать не надо! – охотно впряглась козявка, - Даже самые близкие твои друзья могут иметь свои планы и хотеть тебя обмануть! Вообще обманщиком может быть кто угодно! Кто угодно! От родных и близких, до государственных служащих! Поэтому ты должна довериться только мне, сорвать этот лепесток и мне одному его вручить, в безопасные руки…

Клариса ещё раз внимательно оценила внешний вид козявки. Рук у неё не было. Зато было скользкое, неприятное, пульсирующее тело, похожее на жёлто-зелёную соплю. И спереди были малюсенькие свинячьи глазки, а перед ними рот. Которым эта козявка мог чего-нибудь заховотить. В том числе и лепесток.

- Нет! – наотрез заявила Клариса, - Сначала я посовещаюсь с друзьями, а уж потом…

- Но ты не можешь больше разговаривать! – напомнила козявка, - Волшебное Озеро утратило свою силу…

- Но я всё равно попробую! – заявила Клариса, поудобнее перехватила осколок Зеркала и потащила его к двери.

* * *

Хламовщик убирал просыпанный мусор в свою тачку, тачку он наклонил так, чтобы бортиком касалась пола, подобно совку, и заметал веником.

- Чтобы всё до последней соринки подобрал! – скрипела у него над душой Старушенция, - Давай-давай, чтобы всё чисто было!

- Но Ба, - вяло жалнил Хламовщик, - Там же уже обед остынет… Может я сначала поем…

- Вот ещё! – крякнула Старушенция, - Кто не работает – тот не ест! Так что давай, работай! А ещё… Сделал дело – бухай сме… В смысле, гуляй смело! Делу время, обеду час. Короче, сначала сделай, потом уже вниз пойдём! А то мне с больными суставами снова сюда наверх тащиться…

- Но я один приду… - возмущался Хламовщик, - И всё уберу… Потом…

- Потом – суп с котом! – тут же крякнула Старушенция, - То есть я тебе тут наслово поверю, что ты всё тут уберёшь, а ты не уберёшь, если я не проконтролирывываю! Будешь как ты обычно делаешь – под коврик мусор заметать! Знаю, именно так ты мой ключ и нашёл!

- Да не заметаю я ничего под коврик… - Куксился Хламовщик, - Это я методом этой… Электромагнитной индукции нашёл… Как Шерлок этот… Холмс… А не потому, что мусор под коврик заметал… Да и там улица, кто там чего заметает…

- А однако же дворники на улицах метут! – заметила Старушенция.

- Но тут и коврика-то нету! И не было отродясь, - бурчал Хламовщик.

- Но так тогда ты решишь весь неубранный мусор поджечь! – отметила Старушенция, - Как ты сперва решил дверь поджечь, чтобы сгорела, так же решишь поджечь мусор, чтобы его не уберать, чтобы в этот раз сгорел он, но загорится и сгорит ещё и дверь!

- Логика где! – бросил тачку Хламовщик, от чего часть заметённого мусора высыпалась обратно, - Когда я хотел при помощи мусора поджечь эту дверь, ты уверяла что она не загорится. Когда я буду поджигать один только мусор, теперь ты уверяешь меня, что загорится ещё и дверь!

- Ну так по закону подлости же! – незамедлительно сообщила Старушенция, - И вообще, даже если ты не будешь его поджигать, вот мы уйдём всего на пару минут, так он сам загорится! Именно так пожары и случаются!

И в этот момент из-под двери с писком выполозла Клариса, вытащив осколочек Зеркала.

- Что? – тут же встрепенулся Хламовщик, у него даже дреды на голове чуть не вздыбились, он медленно обернулся на Прынцессу: - Так это всё-таки случилось? Ты разбила Зеркало? – он перевёл взгляд на Старушенцию: - Вот говорил же я что так будет! Почему меня вечно никто не слушает? – и снова посмотрел в упор на Прынцессу, - Вот Дура ты и есть!

Та едва-едва успокоилась, но под этим напором зарыдала снова, импульсивно кинула Попугая и, отвернувшись, побежала вниз по лестнице, часто переступая по ступенькам.

- Опять ты, Обалдуй окаянный, девку до слёз довёл! – взъелась на это Старушенция.

- Да это не я, да это ты сама! – возмущался в ответ Хламовщик, - Когда вы с ней сюда пришли, она уже была зарёваная, что, я, что ли, виноват?

- А то не ты? – дразнящим голосом огрызнулась Старушенция, - Кто её не узнал? Я, что ли? Вот из-за того, что не узнал ты её – она и ревёт!

- Я чего-то вообще не понимаю! – возмущался в ответ Хламовщик, - Не узнал – ревёт, узнал – снова в слёзы, да и вообще! Почему ты считаешь, что это я её обидел? Ты ведь сама всё пилишь, пилишь, пилишь, как и пила!

Клариса отчаянно пищала с пола.

- А тебе чего! – взвёлся Хламовщик, бросив небрежный взгляд вниз.

- Хламовщик! – раздался в ушах Хламовщика человеческий голос вместо писка.

- Ну вот! – перешёл в ещё большее раздражение Хламовщик, - Надоело бойкот устраивать? За ум взялась, стала нормально разговаривать?

Клариса снова перешла на писк, но стоило Хламоущику недовольно зыркнуть на неё вниз, писк сменялся человечьим голосом:

- Мы же не на Озере!

- И что с того? – Хламовщик раздражённо вскинул голову, ещё и глаза закатил.

Клариса перестала надрываться, раздражённо вздохнула, и потащила осколок Зеркала к лестнице.

- Подожди, дура, я тебя подброшу, - крикнул вслед Хламовщик, - Когда вот тут мусор уберу… Куда это ты тащишь осколок от нашего Зеркала…

Клариса внезапно встрепенулась, напряглась и кинулась назад к двери, затащила осколок под едва увернувшись от пальцев Хламовщика, пожелавшего её схватить, перевела дух и затаилась.

Хламовщик с той стороны протяжно взвыл. А в комнате прямо на Кларису хитро смотрела уже знакомая ей козявка.

- Ну что, мимо меня не пройдёшь, верно? – ехидно осведомилась козявка.

- Ничего, - сама себе сказала Клариса, - Я подожду, когда этот обалдуй уйдёт, а точнее, для надёжности дождусь ночи, и спущу вниз этот осколок! А с тобой, червяк, я ничего обсуждать не стану до того, как переговорю с моими подругами. Или до того, как удостоверюсь, что это попросту невозможно.

Глава 63. Угрозами и шантажом

Прынцесса спустилась к Озеру, села на большой камень на берегу и заплакала. К ней подплыла Василиса и начала по-лебединому тихонько стрекотать, словно пыталась утешить. Да вот только ничего было не понять.

- Уходи, Василиса! – обиженно выдала Прынцесса, подняла с берега камень и швырнула в сторону названой.

Василиса резко отдёрнулась от брошенного камня, который плюхнулся в воду, оставив вокруг себя след из расходящихся кругов. Обиженно оглядываясь, Василиса погребла прочь, потом причалила к противоположному берегу и затаилась там.

А Прынцесса плакала и плакала, обхватив руками коленки. Не известно, сколько времени прошло, когда на Озеро пришла Старушенция:

- Ну вот опять! Опять рявёт Царевна-Несмеяна! Было бы чаво ряветь! Не серчай, красна девица на меня, бабушку старую, не серчай! Я может поворчу иногда для виду, да для порядку, но хорошесть человека определяется не тем, чаво он окружающим говорит да про них тоже. И не обидностью обидных слов, по больным мозолям метко бьющих и за больные триггеры ловко задевающих. А делами добрыми. А разве я тябе добрых дел не делала? Стряпня тут вся моя, а я хоть и ворчу, но есть-то её тябе не запрещаю!

- Но это не бесплатно! – обиженно молвила Прынцесса.

- Ну а чё такого, отработать – это пять минут всяго, - заявила Старушенция.

- Вы сами говорили, что зарабатывать трудно, - напомнила Прынцесса.

- Мало ли, чаво я говорила? – возмутилась Старушенция, - Нельзя всё понимать так буквально. Не надо быть такой Дурой. И да, мы считаем, сколько добра я тебе сделала. Ядой кормлю, а ещё, это я тябе и Зеркало принясла, и Хламовщика обязала перестать ярундой всякой страдать и спасать тебя из заточения направиться. Кто ж знал, что ты сама спасёшься… Не пришлось помогать, но ведь намеренья же были? И не только намеренья, но и действия тоже по их достижению уже были успешно оперативно начаты.

Прынцесса всхлипнула.

- Да и разве ругаю я тебя? – продолжила Старушенция, - Вовсе не ругаю. Так, пожурила, но это я любя же! Я понимаю, что Цвятка ты не добыла, ещё и Зеркало разбила, но разве же я тябя за это ругаю? А что Хламовщик сказал – так плюнь и разотри, ярунда это! Он Обалдуй и есть, сам не понимает, чаво несёт порой! Разве же можно на женщин обижаться и называть их неуклюжими? Но все мужики так делают, и надо с этим смяриться. Хуже бы было, если бы он запил, да руку бы на тебя поднял, а так… Эх… - она махнула рукой, а потом резко продолжила: - Да мужикам никогда нас не понять! Пошли, короче, поможешь бабушке! Да не дуйся ты, не ругаю я тебя! Лучше вот чаво подумай, пока твой Прынц про тебя вспомнит, да найдётся сам, да тебя тут отыщет, нам жить на что-то надо! Ты думаешь, еда сама из воздуха берётся?

- Но там наверху есть Волшебная Скатерть… - жалобно выдала Прынцесса.

- Ну так, а комната-то заперта! – ответила на это Старушенция.

- Ну так а она ведь может потом открыться, - заявила Прынцесса, - И вообще, если Кларису попросить, она может оттуда и Скатерть эту вытащить… Как она мне плед под дверь подсунула, так же и скатерть вытащить сможет, скатерть же плоская? А ещё, там лепесток один до сих пор висит… Его тоже можно сорвать и загадать чтобы мы никогда ни в чём не нуждались, а работать было не надо…

- Много ты понимаешь, - с укором вздохнула Старушенция, - У Волшебного Кактуса силы тоже заканчиваются, поэтому, чтобы он волшебство своё давал, работать надо. И отрабатывать всё. Поливать Кактус надо, а ещё надо развлекать того монстра в Зелкале… Который Хозяин. Мультики ему по Волшебному Блюдечку показывать, да разговаривать с ним по душам, да так, чтобы он думал, что ты его слушаешь… Я вот не слушала раньше, всё о своём, да о своём трещала… - она вздохнула, - Короче ладно. Я понимаю, что Цвятка ты не добыла, так что на еду да на красивую жизнь нам самим зарабатывать придётся. Да и на средства пожаротушения – тоже. Бяда тут одна, вечно всё горит…

- И Кактус… - робко добавила Прынцесса.

- И он тоже, - сказала Старушенция, - Но короче, нужно денег заработать, а для этого кое-что сделать надо. Сможешь поработать писчей? Надо тут инструкции напясать, я вот не могу, у меня и грамотность хромает, и вижу плохо, и суставы болят, так что сама я тоже хромаю, и долго держать ручку не могу, и энто… Пяро лебядиное тоже не могу… Поэнтому, я продяктую, а ты запишешь. Дяктовать я тоже не могу, но я продяктую один-то раз уж как-нибудь. А дальше ты уже растиражуешь то, что получится, уже без мяня. Энто будет работа твоя – пясать бумаги. За то, что здеся проживаешь! Я вот почему серчала-то, не знала я энто, что ты пясать-то умеешь!

Прынцесса вздохнула. Ей очень не хотелось вспоминать тот страшный момент, когда Хламовщик привёз её на тачке, а потом скормил одну Чёрному Внедорожнику. Сам ушёл, и не остался. Она была напугана, не понимала что происходит, и определённо нуждалась совсем в другого толка помощи. А не в такой. Но она вспомнила. Вспомнила, что попала сюда без всего. Не только без денег и без паспорта, но даже без Плана Побега, без письменного документа, который, будь он при ней, послужил бы ярким и безошибочным признаком интеллигентного человека. Но его не было.

- Но ты когда енто, напясала себе бумаги, - грузила тем временем Старушенция, - То я энто и поняла, что ты интеллигентный человек, а не какая-то там шалава распутная! Но ты наговорила всякого нехорошего про Дракона, вот я и назвала тебя Дрянью снова.

- Я сама теперь понимаю, - вздыхала Прынцесса, - Что Дракон не плохой! Он похищает со всеми удобствами… Как написано в книжке…

В книжке, в общем, не конкретизирвалось, как похищает Дракон, просто Прынцессе хотелось думать, что ежели она читает эти книжки лёжа на своём любимом диване, в обнимку с подушкой или под мягким пледом, то и процесс похищения драконом по комфортности не отличается от процесса чтения этого самого эпизода о похищении. И она наивно продолжала так думать до сих пор. Правда, кто его знает, может быть, она действительно была не далека от истины…

- Во! – подняла указательный палец Старушенция, - Ты ещё и книжки читаешь! Значит, совсем интеллигентный человек! И ты поможешь мне писать бумаги. И нет, не возражай! Чтобы была еда да питьё в нашем Свалочном Замке, да тряпки какие, чтобы в мороз укутаться, да ундобрения под Кактус енти… Мянеральные… Мы зарабатывать должны. Мы с Хламовщиком. Но я-то уже старая, мне тяжело уже! Так что ты давай, подключайся! Хламовщик вон, без вопросов подключился. Правда, дурака валяет обалдуй энтот… Но дело женщины – дома сидеть да быт вести! Звярей прикармливать тоже, коли завели зверинец, то кормить надо!

- То есть, если я буду работать, - осведомилась Прынцесса, а потом как бы между делом добавила: - Вместо Хламовщика… - она замолчала, ожидая реакции Старушенции, но не дождалась и продолжила: - То у нас тут станет так же роскошно, как было в моём Роскошном Дворце?

- Да Бог с тобой, Прынцесса! – махнула рукой Старушенция, - Неужто ты думаешь, что заработать на роскошь честным трудом – легко? Да ни в жизнь! Так что роскошь – это привелегия нечестных людей… Но больше тебе скажу! Даже нечестным трудом на роскошь заработать не так уж и легко! Иначе у всех бы оно сейчас было. Нечестных людей кругом пруд пруди, нечестный каждый второй, но всё равно, поди, живут все бедно. Нет, добро пожаловать в реальность, детка! Хлеб тяжким трудом даётся. Потом и кровью…

- Кровью? – переспросила Прынцесса.

- Ты не пугайся, если што, - заявила Старушенция, - Энто просто выражовывание такое. А так на самом деле оно означает, что нужно трудиться трудным трудом, а платить всё равно будут мало, и жить всё равно будем бедно, еле сводить концы с концами. Но что поделаешь, деваться-то некуда… Кто ж нам выбор-то даёт… - она вздохнула, - Э-эх…

- Но в моём Роскошном Дворце всё-всё было, - взмолилась Прынцесса, - И при этом никто ведь не работал… Ну разве что слуги… Но работали они, а было всё у меня… Но ведь у слуг же работа такая – работать… А у прынцесс работа другая – ничего не делать и любимые книжки читать днями напролёт лёжа на диване, переживать по этому поводу и есть сахарную пудру в клюкве…

- Да ну не говори ярунды, Прынцесса, - крякнула Старушенция, - У тебя всё было потому, что наверняка не покладая рук, а точнее своей государственной головы, работал в поте лица твой отец – Король. Может быть работу его так сразу и не видно, потому что он много головой работает. И вся работа внутри головы происходивовывает, а снаружей её того, не вядать! То есть думает, решения принимает, указы издаёт… Переживает много, если указы не издаются нормально или не издаются вообще… Всего этого может и не видно, но это тоже работа. Как там яго… Интеллектуальная! Не всякому дано такое мочь, вот и не все понимают, не у всех получается, потому и роскошь не каждому доступна. Так что мы выживаем как можем и как умеем. И я думаю, что ежели и ты от работы бегать не будешь, то доход у нас повышаться начнёт. И в гору полезет. И может, не роскошь дворцовская, но на хлеб с маслом хотя бы заработаем… А то одна только пластиковая каша в наличии. Так что давай я тебе задиктую, а ты напишешь один экземпляр инструкции, а все остальные уже потом перепишешь с яго! Может быть, и Хламовщик перестанет дурака своего валять и найдёт энту… Как яво… Копирку! Это шоп не на одном листе писать, а сразу на нескольких. Работы меньше…

- Но если от работы роскоши не прибавиться, - плакала Прынцесса, - значит, всё зря…

- Зря, - скептически хмыкнула Старушенция, - А жить-то мы на чаво будем? Кусок хлеба, чтобы ноги не протянуть – и тот денег стоит! Подём со мной, не здесь же письменностью заниматься-то… - Старушенция посмотрела вдаль: - Эй, Василиска! А ну дуй сюда! Нам пяро твоё нужно! Сюда дуй, я кому сказала! Я кого тут кормлю нахаляву между прочим? Думаешь, это Хламовщик тебя кормит? Это я его научила чем и как тебя кормить надо. Он до этого, помнишь, хлеб тебе кидал, да пластик из каши.

Василиса нехотя поплыла на этот зов, опасливо косясь на Прынцессу, и оплыла Озеро по дуге, приблизившись к Старушенции вдоль берега с противоположной от Прынцессы стороны. И весьма неохотно протянула своё крыло, но всё-таки позволила выщипнуть из него несколько больших маховых перьев, а потом, покосившись на Прынцессу снова, погребла прочь.

- Такое чуйство, шо обидела ты птицу чем, - откомментировала Старушенция.

А Прынцесса всхлипнула и только порадовалась, что Озеро утратило свою магическую силу, и Василиса не может ничего сказать. А то, помнится, на Хламовщика она однажды наябедничала. А раз на Хламовщика ябедничает, значит, и на всех… А раз так… Ну какая она тогда подруга? И ябеда, и обещаний не держит…

* * *

В общем, Василису потом Прынцесса вспоминала ещё долго. Потому что писать пришлось именно Василисиным пером. Где там та самая автоматическая шариковая ручка, которая в своё время досталась от Хламовщика… Который не хотел нормально продавать в кредит, но Прынцесса всё равно взяла своей рукой то, что по праву принадлежало ей.

- Ну так вот, - сидя на старом драном кресле напротив письменного стола, собиралась с мыслями Старушенция: - Пиши большими буквами по центру листа: - Анструкцыя к Цветику-Сямяцветику!

- Что, так и писать: «анструкция»? – удивилась Прынцесса, - Я и слов-то таких не знаю!

- Да не придуривайся, всё ты поняла! – проворчала Старушенция, - Чаво ты хочешь? Я старше тебя и дольше на этом свете живу, и говор у меня от твоего отличается! Это тебе не повод для упрёков, насмешек, язвлений и чего ты там ещё сейчас выкинешь…

- Я ничего не выкину, - обиженно взмолилась Прынцесса и захлопала глазками, изображая уязвлённую беспомощность.

Но Старушенцию это не проняло:

- Пиши: штобы загадать при помощи Цветика-Сямяцветика желание… - она задумалась, видимо, вспоминая дальнейший текст.

- Простите, - вставила в образовавшуюся паузу Прынцесса, - Конечно, я понимаю, что перебивать не вежливо, особенно старших, но он всё-таки «СмеЯцветик» или может, «СемИцветик»? Ведь если первое, то вдруг лепестков больше чем семь, а тогда и желаний…

- Я не для того паузы делаю, штоп ты в них встрявала! – тут же каркнула на это Старушенция, - А шоп ты записать успела то, что я продиктовываю!

- Но как писать… - взмолилась Прынцесса.

- Ты уж реши там как-нибудь сама, - махнула рукой Старушенция, - Кем бы и чем бы он там ни был, а анструкция к няму одна!

- Но может, тогда Вы сначала расскажете всё и я просто сначала послушаю, а я уже там по логике вещей догадаюсь, и тогда уже вы будете диктовать? – осведомилась Прынцесса, - А то вдруг напишу неправильно, потом исправлять… Зачёркивать…

- Ну и зачеркнёшь! – крякнула Старушецния, - Прям такой уж непосильный труд! Всё равно это только черновик! Потом перепишешь начисто.

- Но я… - взмолилась Прынцесса, которой эта перспектива совершенно не нравилась.

- И не ярепенься! – крякнула Старушенция, - Тябе чаво было сказано? Отрабатывай! К тому же, кто Зеркало разбил? Оно, между прочим, было Великой ценностью! Ежели птица эта, с Озера, узнает, то я не знаю, что она с тобой за энто сделает! Это же великая ценность – Зеркало!

- А как она узнает… Она не узнает… - возразила Прынцесса.

- Да ежели я ей сама скажу… - многозначительно протянула Старушенция.

- А это уже называется «шантаж»! – заявила Прынцесса.

- Вумная больно! – крякнула Старушенция, - Ты энто вумничать брось, а пиши давай!

- Это уже принуждение… - затянула Прынцесса.

* * *

А тем временем Клариса прислушалась, и, решив, что путь свободен, схватила осколок Зеркала и потащила его к двери.

- Стой! – оживилась козявка, - Не бросай меня здесь! Возьми меня с собой!

- Это ещё зачем? – фыркнула Клариса.

- Но неужели тебе меня не жалко? – жалнила козявка, - Я знаю, может быть, я в чём-то поступил плохо, вводя вас всех в заблуждение и притворяясь величественным чудовищем, которым я вовсе не являюсь, но ты меня пойми! Хоть ты и мышь, а мышей некоторые тоже находят страшными и пугаются, но ты всё-таки белая и пушистая… А я… Ни ручек нету, ни ножек… И выгляжу так, что вызываю у всех одну только брезгливость… И каждый, каждый кто меня видит, норовит раздавить! – в его голосе появились слезливые нотки, - Со мной никто не хотел дружить, все только морщили носы да хватались за тапки, норовя пришлёпнуть! И вот однажды я нашёл этот колючий-преколючий кактус, забрался на него, затерялся в густых колючках и спрятался от всего белого света…

Клариса тяжело вздохнула.

- На этом Кактусе росли волшебные Цветики-Семицветики, - рассказывала козявка, - всякий, кто срывал лепесток, мог загадать желание, только я один, постоянно, постоянно был с ними рядом, они вырастали один за другим и все были в шаговой доступности, но я не мог ничего загадать потому, что сорвать цветок может только женщина… И эта жинщина, эта Старушенция, постоянно их рвала один за другим и истратила их все… Я не представляю, на что она их столько извела! Это что, это Замок? Это не Замок, это какой-то склеп… Не бросай меня здесь! Я решил что могу тебе открыться потому, что ты – мышь… Хоть ты и красивее меня, но ведь тебя тоже, наверняка, шпыняют метлой, гоняют, травят, считают вредителем и почитают недобрым словом…

Клариса стояла задумавшись.

- А ежели я чего плохого наговорил, то прости меня, - продолжала козявка, - Это я привык, что всяк со мной плохо, вот и я плохо со всеми… Но я исправлюсь! Если у меня появится друг, я обязательно исправлюсь…

- Эх, ну положим, - с сомнением выдала Клариса, - Ну возьму я тебя с собой, а дальше-то что? Что ты там внизу будешь делать? Может, полезешь обратно на Кактус… Хотя… - она с сомнением оглядела то, что осталось от некогда роскошного и пугающего Кактуса, - Это, часом, не ты его так обгрыз?

- Ну вот видишь, может быть и я, - призналась козявка, - Это нервное… Когда я нервничаю, я очень хочу есть… Может быть, будет лучше для нас для всех, если я буду есть всё-таки что-нибудь другое? У тебя там в норке есть запасы? А или нет, я знаю, ты не хочешь чтобы я точно так же объел и тебя, так что проводи меня сразу на хозяйскую кухню, лучше я буду эту сварливую хозяйку объедать.

- Ты ведь про Старушенцию? – решила уточнить Клариса.

- Я знаю, ты не в восторге от такой перспективы, - продолжила козявка, - Что я буду что-то есть на хозяйской кухне, ты, наверное, думаешь, что сожру всё я, а Старушенция на тебя подумает, но я имею на это право! Я ведь всё-таки Хозяин, я не только здесь живу, я ещё повелеваю молниями… Я охраняю это место от всяких ушлых негодяев, которые могут сюда прийти и просто всех тут ограбить и убить! Так что мне положена дань уважения…

- Я должна просто пойти и поговорить со своими друзьями! – заявила Клариса, - Но так и быть, ты пойдёшь со мной… В смысле, далеко ты уйдёшь, ты и ходить-то нормально не умеешь! Я найду какую-нибудь ореховую скорлупку, чтобы тебя нести, тогда за тобой сюда и приду, - она оценивающе посмотрела на козявку и добавила: - Если ты меня тут дождёшься.

- Пока ты ходишь, я сожру этот дрянной кактус! – пригрозила козявка.

- Но я быстро! – заявила Клариса, - Я быстро бегаю!

- То-то я смотрю, что ты тут так долго сидела, ждала пока все уйдут, - продолжала козявка, - А бегала бы быстро, уже бы смоталась…

- Может быть, тебя норовят тапком прибить не потому, что ты с лица противный, - ревностно заявила Клариса, - А потому что ведёшь себя по-гадски! Какие-то условия выдвигаешь, угрозами сыплешь, и врёшь постоянно!

- Это недоказанные обвиняки! – засуетилась козявка, медленно, насколько у неё хватало скорости, давая задний ход: - Между прочим, это нечестно – нападать на слабого! И бить его в его уязвимые триггерные мозоли! И во внешнюю, и во внутреннюю непривлекательность… Да и ещё, если ты хочешь знать, не даром ходит молва, что в Зеркале живёт Чудовище! Да, характер у меня немного скверный, но это потому, что я ещё не приручен лаской!

- Да ну тебя в пень! – выругалась Клариса, - Если ты хочешь, чтобы тебя приручали… - она ещё раз оценивающе оглядела неприглядное существо, - То так и быть, буду тебя приручать! Но методом кнута, а не пряника… - она оглянулась, пытаясь выискать какой-нибудь подходящий предмет, а потом махнула лапкой: - Я быстро вернусь! Ты тут не успеешь ни Кактус сожрать, ни уползти!

С этими словами Клариса юркнула под дверь и оглядела лестничную площадку. Вся она была очень тщательно выметена и буквально лучилась чистотой. И Клариса недобрым словом вспомнила Старушенцию, которая с нахрапистостью, достойной лучшего применения, заставила Хламовщика убрать тут весь-весь мусор.

Глава 64. Тайна Разбитого Зеркала

- Значится так, - диктовала Старушенция, - Цветик-Сямяцветик исполняет семь жаланий. Что, в принципе, логично. По одному на каждый ляпясток. Начинать надобно с первого, с красного. Следующий по счёту идёт арянжевый, потом жёлтый, далее зялёный, после голюбой, за ним синий, и только в само конце – фиёлетовый. Первые шесть ляпястков можно потратить на какую-нибудь ярунду, но делать это следует правильно, по анструкции. Следует загадывать жаланиё так, чтобы каждый нечётный лепясток его исполнял, а каждый чётный потом отменял. Потому что ярунда всегда выходит такая знатная, что отменить её потом хочется всенепряменно.

Прынцесса старательно скрипела лебединым пером, записывая, пока Старушенция молчала призадумавшись.

- А последний ляпясток, фиёлетовый, - задумчиво затянула Старушенция, - Самый опасный и кавайный, потому что он нячётный и за ним ничяво нетути. Поэтому ежели с его подачи ярунды какой наворотишь, отменить нечем будет. Поэтому в качестве последнего жалания рекомяндуеца проверенная опытным путём безопасныя стратегия - потратить его надо на исцеление мальчика-инвалида, и тогда появляется призрачная возможность получить ещё один Цветик-Сямицветик… - она снова замолчала, а потом деловито добавила: - Но это не точно!

- А мне Хозяин другое говорил, - воспользовалась этой паузой Прынцесса, - Что загадывать желания нужно правильно, а ещё, что последний лепесток нужно потратить на искреннее желание кому-то помочь. Не обязательно инвалиду, и не обязательно мальчику. А любому, кому нужна помощь.

- Мало ли кто чего говорил, - закрякала Старушенция, - Это Хозяин – такой же болтун-пустомеля, как и наш Хламовщик! – стоп, это не записывай… - Он считает себя таким взрослым, таким брутальным мущщиной, мудрым и повидавшим многое, а на самом деле он просто болтливый смазливый пацан! Сидит в четырёх стенах и мультики смотрит! И думает на основании этого, будто жизнь лучше других знает! Будто большой и важный он в ней этот… Как яво… Ыксперт! Во. Уж прямо как Хламовщик, без мультиков – никак!

- Но это ведь он стережёт чудесный Кактус? – осведомилась Прынцесса.

- Замок на дверях стережёт Кактус! – заявила Старушенция, - А не он! Ежели бы Хозяин чаво стерёг, то зачем тогда нам замки на дверях-то?

- Но Хозяин мне сказал, что он – Василиск, - продолжала Прынцесса, - Что всякий, кто на него без Зеркала посмотрит – в камень превращается…

- Ну да, ну да, - кивала Старушенция, - А потом из этих камней наш Замок был отстроен! А то думаешь, куда все превратившиеся делись? Почему в виде красивых статуй не стоят в той самой комнате, где Хозяин Кактус стережёт… Где они по логике вещей и обратились?

- Но ведь… - засомневалась Прынцесса, - Хозяин прячется, чтобы никто его случайно не увидел и в камень не превратился. Чтобы никто не пострадал…

- Вот потому и сторож из него, мягко говоря, хреновый! – нашлась на это Старушенция, - Вот был у нас раньше Барбос, царствие ему небесное, вот это был сторож! Не жалел никого, не боялся зла нехорошим людям причинить… И нелюдям тоже! Все кусаные были, все в шрамах, да только мимо никто пройти не мог!

- Барбос от старости умер? – решила робко уточнить Прынцесса.

- Да нет же, - махнула рукой Старушенция, - Ополчились воры на него, и наняли под это дело специального собачьего киллера. Вот что называется, человек сгорел на работе. А этот… Так, болтовня одна, как и Хламовщик наш. Вертолох у него украл один лепесток! Всё потому, что не сторож, а фуфло этот Хозяин. Да потому и не сторож он, что Хозяин, а не Сторож.

- А ещё он говорил, - голос Прынцессы стал обиженным, словно это её саму только что фуфлом назвали, - Что он Василиск, а Василиски могут через пространство проходить, чего даже Драконы не умеют…

- Ну-ну, - скепсис так и зашкаливал в голосе Старушенции, - Через пространство проходить может! Да потому что червяк он самый натуральный, вот и может! Не даром всякие дыры в пространстве называют червячными норами. Червоточинами. Вот нахватался умных слов, теперь мнит себя… Покорителем пространства… Понимаешь ли. А на самом деле, червяк натуральный и есть! И выдумщик, как и наш Хламовщик… - она махнула рукой, и заявила: - А теперь с красной строки пиши вот чего: чтобы загадать желание надо оторвать один лепесток по порядку, и произнести заклинание: лепесток лети-лети по нелёгкому пути…

- …землю кругом облетай и вели-повелевай, - подхватила Прынцесса.

- А ты откудова ужо всё знаешь? – осведомилась Старушенция, а потом сама себе махнула рукой, - Ну, а чего я удивляюсь, ты же там была у Хозяина, и весь Цвяток на себя потратила… Значит, знала уже откуда-то…

- Да не весь! – взмолилась Прынцесса, - Только один лепесточек! Все остальные Вертолох украл… Он в муху превратился, лепестки там тыбзил, загадывал, да только у него не срабатывало ничего! Но все лепестки он перевёл… Я только один взяла… Попросить чтобы дверь открылась… - она всхлипнула и заплакала.

Было горько от того, что Старушенция ей не верит.

- Кончай реветь и пиши что тебе было сказано! – каркнула на неё Старушенция, а потом, подумав, добавила: - А раз ты в сказки всякие веришь – то дура ты малолетняя! Хоть кто плетёт, хоть Хозяин, хоть какой другой сказочник да выдумщик, тебе на уши лапшу вешаешь, а ты, рада стараться, собираешь! Вот дура и есть, правильно Хламовщик тебя окрестил ею.

Прынцесса заплакала ещё горьше и принялась покорно возить пером по бумаге.

- И не ряви! Бумагу всю промочешь! Кляксы будут! И вспучатся потом! Что я людям скажу, как в глаза им буду смотреть!

Прынцесса беспомощно закивала, принялась шмыгать носом и утираться запястьем, а сама продолжала писать.

Под пристальным чужим вниманием, да под требованиями немедленно успокоиться это было горько, больно и унизительно. Сейчас Прынцессе мучительно захотелось, чтобы Старушенция уже наконец ушла. Потому что в её присутствии находиться стало какой-то пыткой. Потому что ну никак не получалось успокоится резко, немедленно и по приказу.

- Чаво ревёшь, рёва-корова! – продолжала злобствовать Старушенция, - Мало того что дура, та ещё и плакса-вакса-гуталин, да на носу ещё и энтот… Горячий блин…

А Прынцесса начинала плакать всё горче и горче.

- Пиши давай! – грубым тоном потребовала Старушенция: - А после произнесения заклинания надо назвать своё желание!

С этими словами, Старушенция встала с кресла, деловито посмотрела на Прынцессин листочек с текстом, а потом, потряся указательным пальцем велела: - Вот и перепиши теперь черновик начисто, а чистовик перепиши в шестнадцати… - она закатила глаза, что-то беззвучно бормоча одними только губами, - Нет, в восемнадцати экземплярах! Нет, лучше в двадцати пяти! И давай, начинай прямо щас, пока солнце ещё не зашло, а то потом тямно и ничаво не видно будет!

- Но ведь… - всхлипывая взмолилась Прынцесса, - Вы обещали, что Хламовщик найдёт копирку…

- Не говори ярунды! – крякнула Старушенция, - Ты видишь здесь Хламовщика? Я нет. Наверняка уже ушёл ярундой какой заниматься, или на это своё сборище киборгов, там они мультики смотрят, здесь ему до целявизера не достать стало, потому что комната заперлась, а дверь поджигать я ему строго-настрого запретила. Так он в соседний замок в гости напросился и ушёл! Да и кто пишет пяром через копирку-то? У пяра нажиму не хватит копирку продавить! И вообще через копирку – дешёвка какая-то. Так пиши! Мне ручная работа нужна, иначе чего я людям скажу, как в глаза смотреть буду?

- Но зачем… Столько инструкций к Цветику-Семицветику, аж восемнадцать… В смысле, двадцать пять… экземпляров, когда у нас нету вообще не одного!

- Не твоё дело! – крякнула-каркнула Старушенция, - Вот энто всё нормально начисто перепишешь, сделаешь двадцать пять экземпляров красивым почерком, да шоп на одном листе всё умещалось, шоп выглядело красиво и товарно, и считай, твоя работа на сегодня сделана, - она задумалась, а потом многозначительно добавила: - Одна из!

* * *

Клариса спустилась на Озеро. За плечом у неё было два узелка, связанных из носового платка, некогда оброненного не кем-нибудь, а самой Прынцессой. В одной секции был осколок Зеркала, и так нести его было удобнее. А в другой она упаковала нахальную козявку, чтобы не оставлять ту наедине с Кактусом. Прибить козявку Клариса не решилась, хотя мелькнула у неё такая мысль. Но всё же, Клариса решила не горячиться, и дать козявке шанс. Не смотря на всю её наглость.

Сняв свою поклажу, Клариса развязала только ту половинку, где был осколок Зеркала, положила его рабочей стороной вверх и задумалась. Хотела позвать Василису, но если она увидит это…

Некоторое время Клариса смотрела на осколок и вздыхала, а потом всё-таки решилась и разразилась пронзительным писком.

Василиса не заставила себя долго ждать, она подплыла к краю берега и с изумлением уставилась на осколок, потом всплеснула крыльями.

- Василиса! – услышала она пронзительный Кларисин писк, - Если слышишь меня – замри и не отворачивайся…

Василиса послушалась.

- И ответь что-нибудь, - продолжила Клариса.

- Мы снова можем разговаривать? – оторопело осведомилась Василиса, а потом, взъерошившись, добавила: - Неужели это потому, что Зеркало разби…

Следующая часть фразы превратилась в неразборчивое лебединое курлыканье. Клариса снова запищала, тыкая в осколок Зеркала.

- Не меняй положение! – отчаянно пищала Клариса.

- Не меняю, но что такое? – удивлялась Василиса.

- Это Зеркало! – пищала Клариса, - Всё сходится!

- Ну я же говорю – разбилось…

- Нет! Не в этом дело! – надрывалась Клариса, - Если бы… На само деле тут другое. Это оно помогает нам слышать друг друга! Мы обе должны смотреть в него и видеть отражения друг друга!

- Так я правильно поняла, это именно оно разбилось? – ошарашилась Василиса.

- Да, увы, это оно, - пищала Клариса, лапками показывая, чтобы Василиса не отклонялась от прямой видимости, - Но даже крошечный осколок всё ещё имеет свою волшебную силу. Только меньше, чем целое Зеркало. Поэтому так неудобно… Нужно чтобы мы видели отражения друг друга…

- Я же говорила, что не знаю, что будет, если Зеркало разобьётся, - разочарованно молвила Василиса, - Но теперь вижу, что это очень неудобно. Буль оно целым, нам было бы легче видеть друг друга в отражениях. И вообще, раньше, когда оно у нас лежало под водой, и этого тоже было не надо! Мы просто разговаривали напрямую, как будто умение говорить – наша неотъемлемая часть.

- Но всё сходится, - продолжала Клариса, - Оно практически всегда лежало тут, в тайном месте, под водой! И мы никогда не задумывались, что общаемся именно благодаря ему! Старушенция брала его, но ненадолго, и потом всегда возвращала на место. Хламовщик тоже, если уносил, то потом возвращал назад. Мы все всегда считали, что оно должно храниться именно здесь, потому что ты его тут сторожишь, но кто бы из нас мог подумать, что именно тот факт, что оно хранится здесь, даёт нам возможность общаться…

- Однажды, когда Хламовщик держал Зеркало в руках, - принялась вспоминать Василиса, он сказал мне что не понимает, что я стрекочу. Ещё решил, что я ему устроила истерику. Я как раз перед этим сама что-то ляпнула про истерику. А там было… Вроде он моего отражения в тот момент видеть не мог. Значит, он не понял, что я говорила, и слышал только лебединое курлыканье… И истолковал это по-свеому… - она вздохнула и язвительно добавила: - В меру своей испорченности. Он вообще испорченный на всю голову. Сейчас, когда мы утратили возможность разговаривать, вбил себе, буто это мы объявили ему бойкот и из вредности специально так себя ведём. И невдомёк ему, что мы просто физически не можем… - она вздохнула.

- В Зеркале всё дело! – продолжала Клариса.

- И оно осталось там, наверху? – уточняла Василиса, - На сколько хоть осколочков оно разбилось?

- Не переживай, всего на три! – махнула лапкой Клариса, - Кстати, само число – счастливое. Два больших, они остались в оправе, и один вот этот, маленький. Считай, что Зеркало почти цело и в рабочем состоянии. Только осталось там.

- Ну а нам тут теперь так неудобно с этим маленьким кусочком… - продолжала сетовать Василиса, - чуть голову наклонишь, и уже не видно и не слышно… А я себя едва вижу за твоим отражением…

- Но когда Зеркало лежало под водой, - принялась рассуждать Клариса, - Мы даже не смотрели в него, просто разговаривали и понимали друг друга. Значит ли это, что вода как-то усиливает или даже меняет его действие, делает его более…

- Вс-с-сенаправленным, - отражение Василисы перекрыло появившееся в зеркале отражение Скоропеи.

- О, Скоропеюшка! – воспрянула Клариса, - А я как раз думала, что и тебя нужно позвать… Но как ты поняла, что нужно смотреть в Зеркало? В смысле, в этот маленький от него осколок?

- Ну я же умная, - заявила Скоропея, - Я увидела, что вы с Василис-с-сой в него с-с-смотрите, и поняла, что не прос-с-сто так!

- Так давайте поместим его опять под воду! – постановила Клариса, - И теперь он будет лежать тут у нас всегда, и даже если кому-то будет нужно Зеркало наверху, мы не будем лишены своего собственного переговорного устройства! – Клариса потащила осколок на себя, к Озеру.

Но Скоропея сзади тихонько зашипела и даже затрясла своим гремучим хвостом, а потом сказала:

- Нет, с-сначала мы должны ус-словиться, как будем действовать и откатывать наши действия назад, если ничего не получится. Я думаю, что под водой было специальное мес-сто, где Зеркало стояло. И Старушенция, и Хлавовщик всегда клали его на одно и то же место под водой, в той маленькой бухточке, и куда-то его там словно ещё засовывали. А когда доставали, словно из какой-то щели вытаскивали. И может быть дело не в самой воде, а в этом месте? Может, оно усиливает эффект?

- Там узкая щель, - сказала Василиса, - В которую это Зеркало всегда засовывают наощупь, рабочей стороной вниз. Но если мы туда засунем наш осколок, то боюсь, обратно его вытащить будет сложно. А кидать его просто в воду на дно я бы тоже не хотела, по крайней мере, так вот сразу. Вдруг завалится в щели между камнями? Тут же булыжники бесформенные, какие-то кирпичи, между ними ил… Не стоит рисковать. Я предлагаю, давайте наберём воды вот в этот таз, который тут у нас на берегу валяется, и положим в него…

Сказано – сделано. Хотя, учитывая, что лапки, похожие на человечьи руки были только у Кларисы, а она среди всей команды была самая маленькая, сделать было довольно-таки трудно. Василиса зачёрпывала тазом воду, а потом тащила его клювом за край на берег, от чего донышко несчастного таза с неприятным шершавым скрежетом царапалось о камни. Должно быть, тазу в этот момент было очень больно.

Но потом зеркальный осколок был аккуратно погружен в таз и помещён в середину, рабочей стороной вверх. Для Кларисы Василиса навалила у края таза ещё несколько мелких камней, чтобы Клариса могла вскарабкаться по ним и посмотреть внутрь таза. Скоропея сама смогла поднять над тазом свою змеиную голову.

- Ну что, девчата, есть контакт? – удовлетворённо произнесла Василиса, глядя в таз.

Клариса и Скоропея кивнули.

- Вроде так удобнее, - добавила Клариса.

- Вода дейс-ствительно ус-силивает действие этого маленького ос-сколочка! – обрадовалась Скоропя.

- А главное, девки, - продолжала радоваться Клариса, - Его же можно вынести за пределы этой комнаты и разговаривать там!

- Ты в этом уверена? – со скепсисом осведомилась Василиса, - До сих пор это Зеркало хранилось здесь, и действовало только здесь…

- Уверена! – заявила Клариса, - Я с помощью этого осколка разговаривала с козявкой там, наверху.

- С какой ещё козявкой? – осведомилась Василиса.

- А вот с этой! – радостно доложила Клариса, бросаясь к своему узелку, от которого оставалась ещё одна неразвязанная половина, но её голос тут же превратился в простой писк.

- Вернись, Клариса! – позвала Василиса, - Не надо отходить от таза!

Глава 65. Когда договор не составлен…

Клариса кинулась к своему узелку и услышала, как человеческая речь сменилось на лебединое стрекотание. Но своё упущение она поняла, схватила узелок, затащила его на горку из камешков, положила на край таза и доложила:

- Козявка тут. Сейчас познакомлю. Только… - Клариса на мгновение заколебалась: - Это не очень приятный собеседник, да и выглядит он, мягко говоря… - она скривила свою маленькую мышиную мордочку, - но он утверждает, что это именно он и есть Хозяин. Но я хочу, чтобы он сам Вам это всё объяснял, я, боюсь, что не воспроизведу… Только… Девочки, не бейте его сильно и сразу, дадим ему шанс, а? Вдруг это и правда Хозяин?

Василиса и Скоропея переглянулись, потом по очереди кивнули, и Клариса развязала второй свой узелок. Там оказалась маленькая неприятная козявка, похожая на выскочившую из носа соплю.

- А она шевелитс-ся! – завороженно молвила Скоропея, - Похоже на слизней, которых я ем, - она высунула язык и пощупала козявку кончиком.

- Не надо! – переполошилась Клариса.

Но Скоропея уже втянула свой язык и зажевала челюстями, пытаясь распробовать оставшийся на языке вкус.

- Да нет же! – сказала Василиса, - Это точно похоже на тех сушёных червяков, которыми меня кормят.

- Ну я не знаю, чем там тебя кормят, - сказала Скоропея, - На вкус эта, так сказать, козявка, на слизней не похожа. А на вид, похожа ли на то, чем кормят тебя, я судить не могу, потому что вообще-то, не очень-то хорошо вижу, и не различаю такие мелочи.

- Я не козявка! – тут же запищала козявка, - Я Хозяин! Я только что вашей подруженции – мыши всё объяснил!

- Что это за слова такие – подруженция? – крякнула недовольно Василиса.

- Да, учитывая, что с тобой тут цацкаются, мог бы быть и повежливее, - добавила Скоропея, а потом задумчиво молвила: - Это что же, еда разговаривает? Я с-специально перешла на слизневую диету, когда узнала, что мыши могут быть разумными, и лягушки, вероятно, тоже. Некоторые змеи могут питаться слизнями, вот и я решила, что с-смогу. А оказывается, и червяки имеют разум, может быть и с-слизни – тоже? Просто мы не проверяли, потому что не тестировали их в этой комнате?

- А меня уже сушёными кормят, - заявила Василиса, - Да и вообще, большая часть моей пищи – это растения.

- Тебе проще, - задумчиво молвила Скоропея, - А вот мне как теперь быть? Я не могу перейти на растительную диету, по природе я чистый хищник…

- Да ладно, мне лучше, - крякнула Василиса, - А вдруг у растений тоже есть душа? Так что нам в этом плане не менее совестно.

- Может, и у Кактуса она есть? – задумчиво молвила Клариса.

- Да ну, нет у Кактуса души! – запищала козявка, - Более чёрствого, мерзкого и отвратительного растения не сыскать на всём белом свете. Да и в тени – тоже.

- Ты так говоришь, - обиженно молвила Клариса, - Потому что всё это время им питался! И надо оправдать свою к нему жестокость! Но даже тебе – и то лучше! Ты ведь не съедал его весь… А вот кто вынужден питаться семенами… Это же растениевые дети…

- Ну да! – козявка аж надулась от гордости, - Я лучше вас всех! Я есть-то ем, но не убиваю! Я его всю его жизнь ем, но так до сих пор и не убил! А вы… - он сделал противный и обидный голос.

Василиса, Клариса и Скоропея отдёрнулись.

- Вот что, - командным голосом заявила козявка, - Раз вы меня от Кактуса отлучили, кормите чем-нибудь другим! Дайте мне съестного, желательно – мясного! Я, всё-таки, не какая-то там гусеница, я самый настоящий Дракон! Да, будем знакомы, это именно я! Дракон, только маленький. Но всё равно - хищник и я этого не стесняюсь в отличие от некоторых!

- Что ты нам притащила? – шёпотом ядовито процедила Скоропея Кларисе, - Мне он не нравится!

- Я тебе не нравлюсь? – возмущалась козявка, - Да я, между прочим, и есть Хозяин! Вы слышали? И к тому же ещё и Дракон! И вот гадости про Дракона не позволено говорить никому!

- Зато храбрым рыцарям позволено отрубать драконом головы, - обиженно запищала Клариса.

- Только для начала надо понять, где у этого недоразумения голова, - ядовито отметила Скоропея, - Он что спереди, что сзади – всё едино…

- Вы договоритесь у меня! Покараю! – надрывалась козявка, пульсируя и подпрыгивая, - Между прочим Мышь обязалась отвести меня на кухню за то, что я не буду есть Кактус… Ну, некоторое время. И где? А ну живо обеспечьте! Да что там живо… Немедленно! Иначе прогневаюсь и покараю! Покараю и прогневаюсь!

Скоропея ненавязчиво поднесла свой кончик хвоста к козявке и в одно ловкое движение сковырнула ту с бортика таза вниз, а потом наклонилась головой к Кларисе и тихонько прошептала:

- Это точно не Дракон! Кто угодно, только не Дракон! Мы, змеи, верим, что состоим с Драконами в родстве. И даже старое название Дракона на нашем языке звучит не иначе как Змей. А Дракон – это пришлое, заимствованное слово, но в том языке, откуда оно пришло, оно тоже обозначало змей и всех, кто на них похож. И китайский дракон имеет длинное гибкое тело, как у змеи. А вот это… Это, прости, насекомое какое-то! Не длинное, не гибкое, где голова, где зад – не понятно…

- Ой, можно подумать, что змей таких не бывает… - тут же возмутилась Клариса, - Которые голову прячут, а показывают врагам кончик хвоста, который у них не острый, а тупой и короткий, на голову похожий.

- Ну ладно, уела, - сдалась Скоропея, - Только откуда ты такие подробности знаешь? Что подобное практикуют не только у гусениц…

- А я говорю, не гусеница это! – настаивала Василиса, - Это похоже на тех червей, которых мне добавляют в корм в качестве питательных добавок. Только меня сушёными кормят, а эта ещё живая…

- А вот давайте сравним! – предложила Клариса, - Где эта козявочка-букашечка? Я сейчас её возьму, пойду туда, где твой, Василиса, корм хранится, и проверю, похожа она или нет.

- А смысл? – усомнилась Василиса, - Там же ящик закрыт и в нём темно! Ежели бы это насекомое светлячком хотя бы было…

- Эх, да, - вздохнула Клариса, - Но вообще, утром Хламовщик придёт, ящик откроет, тогда и можно будет проверить… - она полезла вниз таза, куда Скоропея спихнула неприятную козявку.

* * *

Работе Прынцесса была не рада. Но что поделаешь, она сидела и писала, как было велено. Благо, отдав своё распоряжение, Старушенция всё-таки ушла и терпеть её присутствие больше было не нужно. Первым делом Прынцесса как следует выплакалась, пользуясь тем, что на неё больше не смотрят, а потом, совершенно нехотя, проклиная про себя всё на свете, она взялась за порученную работу, переписывая корявый черновик своим каллиграфическим почерком. И если первый раз было интересно, то уже с третьего начало сводить зубы, ломить шею, и ещё на пальцах натёрлась мозоль. Хотелось всё бросить и пойти развеяться. А ещё хотелось чаю с сахарной пудрой в клюкве. Или с шоколадкой. Или с пастилой. Или с бисквитным тортиком. Всякого Прынцесса насмотрелась по Сказочному Телевизору, имеющему второе название – Волшебное Блюдце. Блюдце – это посуда для еды, теперь Прынцесса понимала, почему именно этот предмет используется в роли Телевизора – ведь он столько вкусного показал в раз, когда Хозяин настоял на просмотре того, как разные обладатели Цветиков-Семицветиков загадывали желания. Но как на зло, её обязали писать эти инструкции к предмету, исполняющему желания, а саму её возможности нормально что-то себе пожелать – начисто лишили.

Вечером приехал Хламовщик со своей телегой, заглянул в комнату, и, увидев Прынцессу коперющую над писаниной, просто молча поставил ей на стол стакан с тоником. Прынцесса сама не заметила, как машинально взяла его и выпила всё содержимое.

И от этого ей всю ночь было не уснуть. Спать хотелось, но глаз было не сомкнуть, и поэтому Прынцесса сидела и продолжала механически выводить буквы.

А ранним-ранним утром, когда уже накорябала все попрошенные двадцать пять чистовых экземпляров, она отправилась с ними к Старушенции на кухню. Прынцесса, разумеется, не помнила, где кухня, поэтому когда она обошла по нескольку раз так и не ставшие знакомыми коридоры, утро уже перестало быть ранним. И Прынцессе, наверное, очень крупно повезло, что Старушенцию она всё-таки застала. Ведь могла и не застать.

- Ну чаво где тебя носит? – скрипела недовольно старушенция, - Завтрак уже остыл, уже ледышки плавают!

Прынцесса посмотрела на невкусную пластиковую кашу с пластиковыми комочками, поковыряла в них ложкой. Ничего похожего на ледышки в каше не было.

- Да не ледышки, а прям айсберги! – сокрушалась тем временем Старушенция, разве что руки не заламывала, - И Хламовщика, этого обалдуя тоже нету! Не ясно где его носит! Ну чаво встала? Садись, жри…

От такого напора, Прынцесса сначала села как по команде, но к процессу приёма пищи так и не приступила. Потому что руки были заняты. В них она держала написанные за ночь двадцать пять чистовиков инструкций к несуществующим Цветикам-Семицветикам, которые не существовали, вероятно, не существовали они аж в количестве целых двадцати пяти штук!

Опомнившись, Прынцесса всё-таки начала свою речь:

- Я шла сюда чтобы принести Вам сделанную работу.

Сказав это, Прынцесса взвесила листочки в руках.

- Я тя просила сюдамс это вот тащить? – осерчала Старушенция, однако, листочки цапнула, а потом бестолково закружилась с ними: - Ну и куда я тут это вот засуну?

И тут, чувствуя, что, кажется, идёт на какую-то хитрость, Прынцесса предложила:

- Так Вы отдайте мне мой План Побега! А эти листочки положите в сейф! Как раз Вам придётся туда пойти чтобы отдать мне…

Но договорить Старушенция не дала и грубо перебила:

- Ишь чаво удумала! Послать старую хромую бабушку до самого синего сейфу! Не пойду я тудыть!

- Но так не честно! – зажалнила Прынцесса.

Прислушалась к себе. Ну да, разве она шла на какой-то обман? Разве она спецом толкала идею занести в сейф листочки с инструкциями к Цветикам-Семицветикам (или это были двадцать пять экземпляров инструкций к одному Цветику-Семицветику?) чтобы получить свой План Побега, который лежит там же? Это просто так совпало, само, что листочки с инструкциями удобно занести в сейф, коли всё равно туда идти за Планом Побега, который Прынцесса вознамерилась получить назад. Да и листочки по-любому лучше положить в сейф, там они всяко сохраннее будут! Она всего лишь говорила как лучше, а не пыталась через это «как лучше» добиться своего. Потому что на своё она и без всякого «как лучше» имела полное право.

- Я Вам написала, - чувствуя, что правда на её стороне, продолжила Прынцесса, - Я сделала всю работу как Вы хотели, думаю, я имею право получить теперь то, что по праву принадлежит мне…

- Ишь чаво! – раскудахталась Старушенция, - План Побега ей подавай! Да на кой он тебе? От кого ты сбегать собралась? Тебя тута никто не держит! Хочешь идти? Пожалуйста! Скатертью, как говорится, дорога, можешь уйти в любой момент хоть сразу на все четыре стороны!

- Да Вы не понимаете… - продолжила Прынцесса, - Мне этот План нужен не чтобы сбежать… - она задумалась, - Точнее, сбежать, но не сейчас и не от Вас, а вообще… - она снова задумалась, а потом добавила: - Мне Прынц его написал, потом я сама его переписала уже по памяти, потому что оригинал у меня отняли разбойники, но я хочу оставить себе то, что у меня получилось на будущее… Когда я буду сбегать… Не от Вас… Или даже если и не буду, я хочу, чтобы это было у меня, мне Прынц подарил, и вообще оно моё! Вы не поняли, это был подарок! Вы не имеете права… Вы должны мне отдать то, что принадлежит мне… Я бумагу купила в кредит, но, если Вы наличкой не хотите, разве я не отработала?

- Значится, так! – тщательно разделяя слова, произнесла Старушенция, - Бумагу в кредит ты не у меня покупала. А у меня в кредит ты купила вчерашний обед. И сегодняшний завтрак…

- Завтрак я у Вас в кредит не покупала, - обиженно заявила Прынцесса, - Я его не ела… И даже не трогала.

- А это не важно! – заявила Старушенция, - Стряпала-то я для тебя? Время потрачено, продукты потрачены, стол накрыт. Значит, теперь оно куплено у меня в кредит тобой! Теперь оно твое, а дальше ты как хочешь, хочешь – сожри, не хочешь – выкини в мусорку, или в окно, или в сточный колодец! Но раз я тебе это продала, ты мне за это теперь должна.

- Но так не честно, - Прынцесса не удержалась и заплакала, - Мы ведь так не договаривались… Вы меня даже не спросили, нуждаюсь ли я в такого рода товаре, сделали на мой заказ без моего заказа и всучили мне…

- Ышо я у тя спрашивать буду! – кипятилась Старушенция, - Ыш, прынцесса вышла… Да шо там, королева! – и титулы она произносила с такой язвительностью и желчью, что явно вкладывала в них какой-то нехороший смысл.

- Можно сказать, что навязали… Силой… - жалобно взмолилась Прынцесса, надеясь, что у Старушенции осталось хоть немного совести и здравого смысла.

Но кажется, она жестоко просчиталась.

- Но уж что сделано – то сделано! – заявила Старушенция, - Таковы законы торговли! Не навяжешь – не продашь. Так что теперь отрабатывай дальше! Тебе Хламовщик показал, как скотину кормить? Вот пойди и покорми. А завтрак съешь, раз я тебе его в кредит уже загнала, не пропадать же добру…

И тут дверь распахнулась, вошёл Хламовщик. Прямо вот так со своей телегой и вошёл.

- Ишь, явилси не запылилси! – отметила это Старушенция, - А ну садись давай, жрать готово!

Хламовщик молча поставил телегу на упор и, потирая руки, прошествовал за стол, сел с другого краю стола и искоса глянув на Прынцессу, так вот без всяких церемоний схватил ложку и принялся налегать на еду.

- Вот пожрёшь, - наказывала ему Старушенция, - Ещё раз объяснишь этой дуре, чем она должна в этом нашем Свалочном Замке заниматься, чтобы отработать всё что куплено ею в кредит!

Хламовщик молча кивнул.

А Прынцесса возмутилась:

- Но так не честно! Какой же это кредит, если покупаю сейчас, и работаю тоже сейчас!

- А ты поговори у меня! – пригрозила пальцем Старушенция, потом с грохотом положила листы перед Прынцессой: - Вот держи пока это сама! Я не знаю куда я это тут засуну! Оставить надо было где написала. Или не оставить. А принести и положить на место! – она снова посмотрела на Хламовщика: - Ещё раз тебе энто… Говорю. Проследи чтобы эта Дура уже начала выполнять все свои обязанности как было уговорено!

Сказав это, Старушенция удалилась за дверь.

А Прынцесса, так и не притронувшись к еде, жалобно посмотрела на Хламовщика и взмолилась:

- Мне нужно в сейф! – взмолилась она, - Я должна положить туда вот эти бумаги, а то они упадут в Озеро и промокнут… Старушенция хочет от меня невозможного! Она хочет, чтобы я и еду поела, потому что она мне её насильно продала… - она замолчала, подумав, что есть, вообще-то, хочется, и коли уж еду насильно продали, то следует ей воспользоваться по прямому назначению, - Она хочет и чтобы я еду ела, и чтобы работала, и чтобы бумаги не запачкались…

Старушенция незмедлительно появилась в дверях снова:

- А что, так трудно, что ли?

- Всё сразу? – беспомощно осведомилась Прынцесса.

- Да, всё сразу! – беспощадно подтвердила Старушенция, - Я, почему-то, могу! И прямо уж тебя о непосильном чём-то просят! Нечего ручки свои белые жалеть…

- Я расскажу отцу, как Вы со мной тут обращались…

- Ябеда! – буркнул Хламовщик, неодобрительно покосившись на Прынцессу.

И та почувствовала себя совсем беспомощно. Она перехватила написанные листочки в одну руку, а во вторую взяла тарелку с пластиковой кашей, которую считала своей и даже не купленной в кредит, а уже отработанной честным трудом, и отправилась из кухни прочь. Ей не хотелось больше ни минуты оставаться там, где её отказывались просто по-человечески понимать.

А за Старушенцией на кухню медленно проковылял Попугай, и, по-птичьи посмотрев боком на Хламовщика, а потом на саму Старушенцию, спросил:

- А не слишком ли сурово вы с ней обращаетесь?

- А ты поговори у меня, курица щипаная! – возмутилась Старушенция, - Ишь, эка невидаль, пятух говорящий! Перья распушил и хочет, чтобы за одно только умение изрекать человечьи слова на него любовались, глаз не отводили, да в ноги кривые и чёрные кланялись! Ишь, павлин заморский! Индюк думающий! Суп из тябя сварить надо! Не всё же один только пластик жрать!

Попугай покосился на Старушенцию, и бочком-бочком усочился в другую дверь, за Прынцессой. Да только самой Прынцессы уже след простыл, она успела уйти далеко вперёд.

Ища место, где можно было бы присесть и позавтракать, Прынцесса так и заблудилась в Замке, ориентироваться в котором так и не научилась. Попутно несколько раз вспомнила, что Хламовщик дал ей какую-то карту. В общем, пользоваться картой он так и не научил, но это было уже совершенно не важно: ведь карта тоже была в тех листочках, которые Василиса упустила на Озере, а потом, судя по всему, Старушенция утащила все эти листы в свой таинственный сейф. И карту тоже, ведь она же лежала в той стопке!

Прынцесса бы уже давно села и поела бы уже не важно где, хоть где-нибудь, но была ещё одна проблема:у неё были заняты руки. В одной руке она держала тарелку, а в другой – те самые листочки, которые по требованию Старушенции писала всю ночь. То есть работа была сделана, а сдать её не получилось! Поняв это, Прынцесса почувствовала, как ей овладевает паника, она совершенно не понимала, чего ей теперь делать с этой самой сделанной, но не сданной работой.

И как на зло, нелёгкая внезапно вынесла её не куда-нибудь, а на то самое Озеро, где случилась беда с предыдущий партией написанной Прынцессой бумаг.

Глава 66. Есть контакт…

Когда Прынцесса переступила порог внутреннего двора, то в аккурат застала сцену, как Скоропея, Клариса и Василиса завороженно смотрели в Медный Таз, будто бы там мультики показывали. А по кайме таза ползала противная жирная козявка, похожая на соплю из носа, и от одного только её вида Прынцессе стало дурно.

- Что это у вас такое! – возмущённо взмолилась Прынцесса, начисто забыв, что Волшебное Оозеро утратило свои Волшебные Свойства, и больше животные здесь не разговаривают.

Все три подруги подняли свои головы от Таза и посмотрели на Прынцессу, а потом Клариса отчаянно запищала, указывая лапками в Таз, а точнее, кажется, в его центр. А Скоропея и Василиса то и дело переводили взгляд с Прынцессы на тот же самый Таз, куда указывала Клариса.

Прынцесса пришла к выводу, что от неё хотят, чтобы и она тоже посмотрела. И хотя не было такого желания, она всё же решила сделать как они хотят.

В Тазу, полном мутной воды лежал маленький осколочек.

- Прынцесса! – запищала Клариса, теперь её голос был человеческим, - Смотри в этот Таз и мы сможем разговаривать! А отвернёшься – не сможем.

- О! – вдруг оживилась Прынцесса, - Так это же Чудо-Артефакт! Лиса из Волшебной Страны говорила мне, что есть такой артефакт, который помогает всем животным вне волшебной страны разговаривать с людьми, - она остановила свой взгляд на козявке, которая ползала по краю Таза, и добавила: - И что, оно работает при помощи вот этой бяки? А у Хозяина по краю блюда Яблоко каталось… А не сопля из носа!

- Я не бяка! – обиженно запищала козявка, - И уж тем более не сопля из носа! Я, между прочим, целый Дракон!

- Дракон? – удивилась Прынцесса, - Так вот ты какой… - она с недоумением уставилась на Кларису: - И это про эту вот соплю Хозяин говорил: добрый и солнечный?

- Кто-кто говорил? – возмутилась козявка, - Между прочим, Хозяин – это я и есть! Помнишь меня? Тот, с которым ты там, наверху разговаривала? А это у тебя там в блюде что? Мультики? Яблоко есть на ободе? Ой, штатная еда? Немедленно дай её мне! Я – сам Хозяин!

Прынцесса брезгливо поморщилась, а потом заявила:

- Ты – не он! Тот был другой! И голос у него был другой. И сам он был другой! Не ври мне!

- Я только что этим дурам объяснил! – надрывалась козявка, пульсируя и подпрыгивая на краю Таза, - Я просто выгляжу величественно и грозно только когда отражаюсь в Зеркале! Только когда отражаюсь, но это ещё не всё! Чтобы красиво отражаться надо постоянно подпитываться волшебной мякотью волшебного Кактуса! Помнишь, что Кактус всё время горел? Так это я его ел! Просто я так быстро как термит его грызу, что он аж воспламеняется! Особенно когда случаются какие-нибудь волнительные моменты. Вот тебе и объяснение, что всё это время происходило с Кактусом!

Прынцесса оторопело смотрела на козявку, не в силах поверить.

- А тут я решил уйти, поэтому потерял свой товарный внешний вид! – добавила козявка.

- Ну и зачем тогда ушёл! – подметила Прынцесса, - Эдак ты совсем исчезнешь!

- Это мышь меня утащила! – пищала козявка, - Принудительно! Дескать, я Кактус там обгладываю… Между прочим, Кактус мой и есть. Я – его Хозяин. Хочу – жру! На каком основании меня от него отлучили? Ведь я - ни кто иной как Хозяин этого замка и Дракон собственной персоной!

- Да никакой ты не Дракон! – в сердцах закричала Прынцесса, неосторожно махнув тарелкой, от чего с него слетел комок пластиковой каши. И осел на краю Медного Таза.

Козявка тут же бросилась к упавшей еде, кинулась в неё и принялась с чавканьем поглощать.

- Ты сам мне… - начала было Прынцесса, а потом осеклась: - В смысле, настоящий реальный Хозяин говорил мне, что он не Дракон, а Василиск! Если бы это был ты, то и сейчас сказал бы так же! – она ещё на полтона повысила голос и раздражённо добавила: - Хотя бы чтобы убедительнее соврать!

- Ты считаешь, что он врёт? – осведомилась Скоропея, глядя на Прынцессу из отражения в маленьком осколке Зеркала, лежащем на дне Медного Таза.

Прынцесса сначала поморщилась, потом точно так же через отражение посмотрела на Кларису, Василису и Скоропею и заявила:

- Это не Дракон, а какой-то червяк! У нас, когда мы с отцом на рыбалку ездили, таких на удочки насаживали! Закидывали в воду и вытаскивали рыб.

- Вот, - оживилась Василиса, - Я тоже девчатам говорю, что меня там кормят такими же… Ну в основном я сушёные водоросли ем, но мне ещё и червячков иногда кидают. Тоже сушёных.

- Я видела Хозяина в Зеркале! – добавила к своим словам Прынцесса, - Он совершенно не такой!

- Да говорю я тебе, Дура набитая… - пискнула было козявка, высунувшись из горстки каши и посмотрев в Таз.

Но Прынцесса ревностно перебила:

- И тот Хозяин меня никогда так не называл! В отличие от тебя, от Старушенции, и да, от Хламовщика!

- Ну и что! – настаивала козявка, - Раньше не называл, но теперь назвал! Всё когда-нибудь происходит первый раз! Ты кого хочешь доведёшь. Да и меня. И без своего Кактуса, без своего грозного вида, после того как вы все меня видели таким, что мне ещё остаётся? У меня, между прочим, стресс!

- Не волнуйся, всё будет хорошо, - прошипела Скоропея.

- А я всё равно хочу сравнить! – настаивала Василиса, - Я хочу понять, чем же меня всё-таки подкармливают. Бочка сгорела, но там в погребке ящик-то остался, только нам не спуститься, не посмотреть. Может, ты, Прынцесса, нам его откроешь и принесёшь сюда горсточку для сравнения?

- Я? – удивилась Прынесса, - Да у меня, вообще-то, руки заняты! – она взвесила в руках по очереди тарелку и стопку собственноручно написанных инструкций.

- Ну поставь тарелку куда-нибудь, - начала было Василиса.

- Ага, а листики – дай тебе подержать! – язвительно добавила Прынцесса.

- Прынцесса, ну прости нас, - взмолилась Василиса, - Мы правда не хотели!

- Мы с-сами очень рас-с-строились, - прошипела Скоропея, - Когда поняли, что натворили. И очень долго переживали.

- От ваших расстройств и переживаний листочки сами себя не соберут и не высушат! – ревностно заявила Прынцесса.

- Мы все твои листики собрали и высушили! – заверила Клариса.

- А потом Старушенция их в сейф утащила и не отдаёт! – насупилась Прынцесса, - И всё равно, после всего они стали грязные, сморщенные, некрасивые, и тушь, наверняка, потекла! Прямо как у меня на ресницах!

И тут как раз упомянутая Старушенция появилась из двери.

- Вона ты где! – заскрипела она, ковыляя навстречу Прынцессе, - Кудамс убяжала-то! С моими бумагами!

- Да возьмите, - фыркнула Прынцесса, сама протянув инструкции Старушенции.

Та резким движением цапнула их, прижав к боку, и поковыляла обратно, ворча себе под нос:

- Заставила старую бабушку так далеко идти, искать тебя везде и всюду! Чёртствая бесчувственная дрянь! Бесчувственная и бессовестная! Бесстыжая абсолютно!

Прынцесса некоторое время растерянно стояла, потом вдруг поставила тарелку с кашей на большой и плоский закопчённый с прошлого пожара камень, где некогда Клариса, Василиса и Скоропея сушили её листочки, накрыв тем самым Медным Тазом, который сейчас играл роль переговорного устройства, и кинулась в дверь, за Старушенцией.

Старушенция ещё некоторое время ковыляла по запутанным ходам, в некоторых, особо тёмных местах включая фонарик. Прынцесса осторожно кралась следом, стараясь двигаться тихо и незаметно. Проследила, в какую дверь Старушенция вошла, потом, не найдя ничего более подходящего, просто встала у двери, прижавшись к стене. Это сработало. Выходя с блюдцем, на котором стояла электрическая свечка с пластиковым неподвижным язычком пламени, в который был вживлён оранжевый мерцающий светодиод, Старушенция даже не оглянулась, а так и пошла в том направлении, откуда явилась. И Прынцессу она в итоге так и не увидела.

Когда её шаги стали тише, Прынцесса выдохнула, и аккуратно, стараясь чтобы дверь не заскрипела, потянула за ручку. К счастью, в помещении за дверью свечка или фонарик не требовались, свет падал из расположенного наверху маленького-маленького окошка в виде чуть заострённой сверху арочки. Сама комната была высотой в два обычных этажа, и было тут мрачновато. И потому что окошко было маленьким, не больше форточки величиной, и выходило явно на северную сторону, где даже в самую ясную погоду солнца не бывает.

Но уже переступая порог, Прынцесса подумала о том, что всё тщетно! Она же не знает кода от этого ужасного сейфа! Она же не зашла за Старушенцией в комнату, и не подсмотрела…

Взгляд сам собой упал на прячущуюся в сгущающемся полумраке деревянную тумбочку на ножках, дверь которой даже не прилегала плотно к самому корпусу, а наружу торчал отогнутый угол какой-то потрёпанной и пожелтевшей от времени бумаги. Оглянувшись и поняв, что ничего другого, что могло бы сойти за сейф, в этой комнате нет, Прынцесса кинулась к тумбочке и, потянув за заменяющую ручку петрю из кривой и покрытой матовым налётом алюминиевой проволоки, открыла шаткую дверцу.

Внутри царил бардак, в котором с ходу различались какие-то явно старые и потёртые плоские картонные коробочки, стопки каких-то бумажек разного размера в полиэтиленовых мешочках и без таковых, перетянутые резиночкой, просто стопки пустых мешочков, или мешочков, в которых что-то лежало, но явно не бумаги. А также бумажки и мешочки сами по себе, без стопок, некоторые даже скомканные, фантики от конфет, один протухший творожный глазированный сырок и маленькая недопитая старенькая треснутая чашечка с тоником, в котором плавала уже порядком продохлая муха. Тут даже были какие-то перетянутые резиночками стопки денег, всё мелкими разномастными потрёпанными купюрками, и капроновые чулки с монетами.

Чужого Прынцессе было не нужно. Хотя деньги ей бы ой как пригодились, даже такие вот мелкие. Бала тут даже мятая коробка с некоторым количеством клюквы в сахарной пудре. То, чего Прынцессе всё это время так не хватало! Но она ничего не взяла. Ведь это нехорошо – брать чужое. Она искала исключительно своё. Свой План Побега. Ничего другого ей было не нужно.

Попутно мелькнула мысль, что где-то здесь может быть Фиолетовый Лепесток Хламовщика, о котором Прынцесса была наслышана. И Прынцессе подумалось, что если он ей вдруг попадётся, то уж его-то Хламовщику она передаст, не смотря на все с ним размолвки и обиды на него же. Ведь это его, Хламовщика лепесток, значит, он, как законный владелец, должен иметь все возможности им пользоваться и распоряжаться. А как это может быть реализовано, если Лепесток лежит тут? Но тут нашлись только те самые Двадцать Пять Инструкций, которые Старушенция забрала недавно у Прынцессы. Но больше ничего примечательного здесь не было, одна какая-то полная фигня.

И сколько ни рылась Прынцесса в тумбочке, не нашла ни своего Плана Побега, ни Фиолетового Лепестка, хоть перерыла и перебрала всё, что здесь лежало. И до неё внезапно дошло, что это никакой не сейф! Что это просто тумбочка, а сейф, возможно, где-то в другом месте. И что Старушенция далеко не всё тащит в этот самый сейф.

Осознав это, Прынцесса принялась складывать все вытащенные из тумбочки вещи обратно. И попутно вспомнила сказку о трёх медведях, которым не понравилось, что девочка Маша без разрешения лежала в их кроватях и сидела на их стульях. Кровати Маша помяла, стулья подвинула, что-то даже сломала, еду съела. Но Прынцесса тешила себя мыслью, что если она всё вытащенное из тумбочки сложит аккуратно, то это извинит её без разрешения рытьё в чужих вещах. Она очень старалась. Разгладила и распрямила всё мятое, положила ровненько что валялось кое-как, отряхнула с предметов пыль и вытрясла её же из ящичков и с выдвижной дощечки. И даже не стала забирать себе, а положила на место ещё одну электрическую свечку, хоть она и была крайне нужна, чтобы пройти тёмные участки на пути из этого места.

А тем временем на Озере козявка сожрала всю пластиковую кашу, которая ей так удачно перепала на край Медного Таза, после чего стала жирнее и больше. Василиса, Клариса и Скоропея так и смотрели на неё с недоумением.

А потом Василиса вздохнула:

- Жаль, что Прынцесса ушла, кто нам теперь откроет ящик с сухим кормом, чтобы мы могли сравнить…

И как раз в этот момент на Озеро со скрипом подъехал Хламовщик. Он поставил свою телегу на упор и внимательно посмотрел на то, как Василиса, Клариса и Скоропея завороженно глядели в Медлый Таз.

Потом подошёл и заглянул в него тоже.

- Хламовщик! Хламовщик! – отчаянно позвала Клариса, - Только не отводи взгляда! Мы можем разговаривать, когда смотрим в этот таз…

- Ну так это вы, - равнодушно буркнул Хламовщик, ещё не решив, как реагировать на тот поворот, что животные с ним тоже заговорили.

- Нужно чтобы все вместе смотрели в один и тот же… - продолжала Клариса свою мысль.

- В один и тот же таз? – перебил Хламовщик.

- Нет! – надрывалась Клариса, - В осколочек Зеркала! Это он помогает нам понимать друг друга! А Таз мы поставили как усилитель. Точнее, усиливает всё вода… Когда Зеркало лежало под водой, мы все могли разговаривать, а всякий раз, когда его вытаскивали и уносили наверх, эта возможность пропадала! Вот мы и решили налить воду в Таз и положить в него осколок, чтобы разговаривать!

- В Озеро его кидать мы не решились, - продолжила Василиса, - А то провалится в какую-нибудь щель на дне и не достать будет.

Хламовщик походил вокруг Таза, покачал головой туда-сюда. А потом взял и вылил всю воду.

- Ты что наделал! – зашипела Василиса, не забывая при этом глядеть в оставшийся на дне Таза осколок.

- А что, если это не вода усиливает? – дерзко заявил Хламовщик, - А просто сам Таз? Да, Зеркало хранилось всё это время под водой, но там его нужно было пихать в какое-то специальное место. Я не знаю, что там, мне туда не заглянуть, но ведь не просто же на дне оно лежало?

- А ты голова, - зашипела Скоропея, - Может быть ты и прав! Но, думаю, вода тоже играет свою роль, она же даёт свой вклад в геометрическую оптику?

- Но вот я ведь воду вылил? – осведомился Хламовщик, - Хуже-то не стало?

- Не серчай на нас, - продолжила Скоропея, - Не устраивали мы тебе ни бойкотов, ни истерик. Просто пока Зеркала тут не было, ну не могли мы с тобой общаться.

И как раз тут на пороге появилась Прынцесса.

- Хламовщик! – зажалнила она, - Я пошла за Старушенцией, думала, узнаю, где сейф, и принесу твой фиолетовый лепесток, но…

Она всё ещё была обижена, но ей всё равно ну очень хотелось поговорить. Очень и очень о многом.

- Да Старушенция его уже потратила! – всплеснул руками Хламовщик, - Тут пока тебя не было, вспыхнул пожар! Совершенно случайно. И чтобы его погасить…

- Знаю, - кивнула Прынцесса, - когда я сидела там, в башне, в заточении, повалил дым, словно где-то что-то горело…

Хламовщик, потупив взгляд, водил носочком по неровным камням берега, а потом вдруг сорвался:

- Ты за Старушенцией подглядываешь? Шпионка!

- Ребята! – воспрянула Скоропея, - Значит ли это, что мы можем взять наше переговорное устройство и перенести в другое место, и пообщаться там, в непринуждённой обстановке? – она оглянулась на Василису, - Ты не согласна переместиться вместе с нами? Я знаю, ты редко покидаешь это Озеро, но может быть сейчас, когда Зеркала на нём всё равно нету, мы все вместе куда-нибудь пойдём…

- Вот только не надо сразу бросаться в авантюры! – возразила Василиса, - Как только обнаружили свободу перемещений, самой большой ошибкой будет пойти с этим осколком и с этим Тазом в какое-нибудь людное место. Там у нас это разом умыкнут, а все мы ещё, чего доброго, в беду попадём! Да и вообще, существование Зеркала а тайна Хозяина – это секрет…

- Именно! – подняла свой маленький пальчик Клариса, - К слову, мы про самого его тут эдак забудем! – она посмотрела туда, где ещё недавно была горстка каши, а теперь там копошилась толстая, жирная, упитанная козявка, которая, кажется, стала больше.

- А это у вас чего? – осведомился Хламовщик, глядя на козявку, - У меня в ящике такие же лежат, только сущёные!

- Не трогай! – тройным хором закричали Клариса, Василиса и Скоропея.

А потом Скоропея заговорила одна:

- Эта козявка тоже разговаривает при помощи Зеркала, и она утверждает – что это она – Хозяин!

- Да ну! – возмутился Хламовщик, - Я к Хозяину ходил, я его отражение в Зеркале видел…

- Ну так козявка говорит, - продолжила Скоропея, - Что это именно Зеркало придаёт ей столь величественный и грозный вид. Хотя, хотела бы я сама посмотреть… Но вот козявка утверждает, что без большого Зеркала и без волшебного Кактуса она выглядит вот так, непрезентабельно, что это именно Зеркало и Кактус давали ей грозный и величественный вид!

- Вот! – вдруг заметила Василиса, - Я же говорила, что если Зеркало разобьётся, случится что-то нехорошее! Это потому, что Зеркало разбилось, Хозяин теперь не может выглядеть даже в отражении так, как выглядел раньше…

Прынцесса всхлипнула, а потом ревностно возразила:

- Я с Хозяином ещё некоторое время говорила, когда Зеркало уже было разбито! И там он выглядел не так как эта гусеница! А как раз величественно! Почти как Дракон! Только он мне сказал, что он на самом деле Василиск, то есть не Дракон… Но ведь Василиск – это тоже страшный и грозный змей? У него такие страшные глаза, они светятся жёлтым! А зрачки в них вертикальные! Как у Скоропеи.

- Или как у котика, - зачем-то сказала Скоропея.

- А может, как у котика, - задумчиво согласилась Прынцесса, - Только что это меняет? Я всё равно хочу к своему Прынцу!

Глава 67. Идентификация Дракона

- Да-да! – доказывала козявка, жестикулируя своими маленькими лапками, - Это именно я и есть – Хозяин! Я знаю, знаю, Хламовщик, чего ты хочешь! Ты хочешь Цветик-Семицветик и загадать желание!

- Ну да, хочу, - согласился Хламовщик, - Но, по-моему, я уже много кому об этом говорил, так что не удивительно, что ты знаешь.

- А ещё ты там со мной вместе мультики смотрел! – доказывала козявка.

- Ну да, - кивнул Хламовщик, - Ты просил запустить Блюдечко, потому что иначе скучно…

- Вот видишь? – поддакивала козявка, - А вообще, если хочешь знать, там ещё остался один лепесток! Ты всё ещё можешь загадать желание!

- Правда? – встрепенулся Хламовщик, но как-то неуверенно.

- Правда! – воодушевлённо заявила козявка, - Лепесток последний, так что потратить его надо очень-очень вдумчиво! На помощь тому, кто больше всего в ней нуждается…

Хламовщик задумался.

- Надо спасти из плена моего Галчонка, - вдруг сказала Прынцесса, перестав на время всхлипывать.

До этого она стояла и обижалась за то, что Хламовщик что-то эдакое сказал по поводу её шпионства за Старушенцией.

- Не-е-ет, - протянула козявка, мотая своей маленькой коричневой головкой на жирном складчатом теле, - Галчонок твой, и просить будешь для себя! Почему это тебе одной?

- Но он не мой, - взмолилась Прынцесса, - Просто… Я его знаю… Но если это не подходит… У Хозяина где-то в хранилище есть каменные статуи, в которые превратились несчастные девушки. Нужно их расколдовать!

- Зачем? – осведомилась козявка, - Превратить прекрасные статуи в этих обычных, бренных и смертных людишек? Статуи – вечны, а люди – смертны. Думай, что предлагаешь. Нужно найти более нуждающегося в помощи! Того, кто нуждается в прекрасном и изящном грозном внешнем облике, кто комплексует из-за своей неказистой внешности и ничтожных размеров! Кто заключён в бренное тело, и при этом смертен. Вот уж кому на самом деле хуже и опаснее всех… А плен… Да я в нём много лет просидел, в самом плену ничего страшного нету, если бы мышь не унесла меня из моей комнаты, с моего Кактуса, от моего Зеркала, я бы там и дальше сидел.

- Да не проблема! – возмутилась Клариса, - Вот прямо сейчас тебя назад и верну! – а потом осеклась: - Ой! Кажется, это манипуляции! Ты хочешь вернуться и доесть наш кактус! Или спереть последней лепесток и загадать желание сам!

- Так по-твоему, мышь, я не имею на это право? – бухтела козявка, - Я уже сказал тебе, что я и есть Хозяин, я - Дракон, а Кактус – мой! Хочу и ем! Хочу и загадываю! Только сам загадать себе исцеления я не могу, потому что это будет не честно, это не засчитается! Нужно загадывать на помощь другим, но не могу же я сам себе помочь как другому?

- Вот и помоги Галчонку! – хлюпала носом Прынцесса, - Его похитили эти ужасные разбойники…

- А ты вообще молчи! – оживилась козявка, - У тебя уже был в руках лепесток, чего ты загадала? Выбраться из комнаты! Кому ты этим помогла? Да никому! Последний лепесток остался!

- Там было ещё три лепестка, которые упали, - плакала Прынцесса, - Может быть они тоже работают! До этого я срывала для Вертолоха лепесток своей рукой, но загадал желание он! И оно у него сбылось – он превратился в муху! Только не понимаю, зачем ему надо было такое желать!

- Да уж, - согласился Попугай, - Если уж желать превращаться, то в кого-нибудь большого и сильного.

- Зато разве же муху можно поймать? – осведомилась Клариса, - Может быть мы сейчас тут разговариваем, а Вертолох где-то рядом, сидит и подслушивает! Так ты говоришь, Прынцесса, там ещё есть оторванные лепестки? Может, я сбегаю за ними, и мы попробуем чего-нибудь загадать? Вдруг они всё ещё работают?

- Если там есть лепесток, да не один, - оживилась козявка, - Тогда у вас будет прекрасная возможность пожелать для меня, чтобы я превратился из этого маленького и смешного нелетающего дракончика в настоящего большого и величественного дракона с крыльями! А то быть маленьким и ползучим жуть как неудобно! А мне летать, а мне летать, а мне летать охота!

- Клариса! – взмолилась Прынцесса, - Если ты побежишь наверх, принеси мне ещё скатерть, которая лежит на столе! Хозяин отдал её мне…

- Ничего я тебе не отдавал! – забушевала тут же козявка, - С какой это радости, да по какому праву!

- Естественно! – фыркнула Прынцесса, обиженно хлюпнув носом, - Ты мне её не отдавал! Её мне отдал Хозяин. Тот, который реально Хозяин, а не ты!

- Ты сомневаешься, что Хозяин – это я? – осведомилась козявка, - Да я говорю тебе! Я всем уже тут сказал! Я там, наверху, выглядел по-другому из-за Зеркала, и потому, что имел возможность Кактусом подкрепиться в любой момент! А мышь меня утащила…

- Меня зовут Клариса! – ревностно напомнила Клариса.

- Спроси чего-нибудь, что могу знать только я, - продолжала козявка, - Я докажу, что я и есть Хозяин, я отвечу на любой вопрос!

- Не хочу у тебя ничего спрашивать, - обиделась Прынцесса, - Ты не Хозяин! Хотя мне кажется, что я тебя уже знаю, но ты – точно не он! Он не такой! Он страшный, величественный и не такой дёрганый! И если на то пошло, расскажи, как надо загадывать желания… Хозяин точно это знал.

- О! – тут же оживилась козявка, - Ты думаешь, я посыплюсь на этом? Да желания загадывать очень просто! Если ты потратишь лепесток на помощь мне, поможешь мне стать большим и полноценным драконом, то на Кактусе обязательно распустится ещё один Цветик-Семицветик, причём, цветной, как и полагается!

- Я сбегаю наверх, за лепестками! – заявила Клариса, - Загадывать будем здесь!

- Только… - осторожно встряла Прынцесса, - Вертолох несколько раз загадывал, у него почему-то не работало… - она осеклась.

И тут на Озере появилась Старушенция. Окинула всех недовольным взором, и остановила свой взгляд на Прынцессе:

- Ты што тут без дела прохлаждаешься! – заскрипела Старушенция, - У тебя, между прочим, работы полно! Тебе разрешили тут находится, тебя тут кормят, поят, одевают, - она оценивающе оглядела новый Прынцессин наряд, - А ты – бездельничаешь!

- Но я… - начала было Прынцесса.

- Ты должна была покормить всю эту живность! – продолжала Старушенция, остановила взгляд на Медном Тазе, на краю которого пыжилась жирная козявка: - А это чаво у вас за опарыш?

- Это редкий мадагаскарский таракан! – заявил в этом месте Попугай, - Пополнение нашего зверинца!

- Неправда! Я – Дракон! – пыжилась козявка.

- Так это ещё круче! – подхватил Попугай, а потом тихонько добавил: - Но по-моему, ты не рептилия, а всё же насекомое.

- Неправда! – снова возмутилась козявка, - А даже если и правда, значит все драконы – насекомые! Этим и объясняется, почему у них шесть конечностей! Потому что насекомые!

- Я вам написала все эти инструкции, - оправдывалась тем временем Прынцесса перед Старушенцией, - Чего вам боле…

- Зверей корми! – негодовала Старушенция, - Я, что ли, этим должна заниматься? Мне уже помирать пора, я должна вырастить себе преемницу по хозяйству…

- Ну раз уж речь зашла… - подавляя обиду, начала было Прынцесса, - Может быть скажете, вот эта вот козявка…

- Опарыш это! – ругалась Старушенция, - К бабке не ходи! Что я, опарыша от не опарыша не отличу?

- Ну вот я говорю же, - начала Прынцесса, - У нас на рыбалке таких на крючок насаживали… Но это делали слуги…

- Я вот этими руками, - она выставила натёртые мозолистые руки перед собой, - Опарышей собираю и сушу для этой дурындры – лебедихи! Вот и ты занялась бы… И да! Кто в моём комоде всё переворошил…

- Я порядок наводила… - пискнула Прынцесса.

А сама смутилась и покраснела. Потому что на совести у неё было не спокойно: всё-таки полезла в комод она вовсе не для этого, а порядок навела чтобы загладить свою вину, но как чувствовала, что самой вины это не отменяет, однако продолжала изображать дурочку:

- Это в плане отработки за проживание…

- А я те разрешала порядок наводить без моего разрешения? – неслась Старушенция, - Ты всё там переворошила, переложила на другие места, я теперь не найду, где там чаво у меня лежало!

- Но там же был полный бардак… - оправдывалась Прынцесса, теперь уже искренне недоумевая, чего Старушенции не так, и как в прежнем беспорядке вообще можно было чего-то найти.

- Ты просто бессовестная наглая нахалка! – не унималась Старушенция, - В чужие личные вещи лазать нельзя! Это нарушение личного пространства!

- Но я… - Прынцесса почувствовала себя совсем беспомощно.

- - Ты не откупайся тем, чего от тебя не просили! – скрипела Старушенция, - То что не было велено и попрошено – тебе не засчитается! Живо приступай к своим обязанностям! Приду – проверю!

С этими словами она развернулась и вышла со внутреннего двора.

Прынцесса некоторое время растерянно стояла на месте, потом оглянулась, ища Хламовщика.

Тот обнаружился в аккурат сидящим на большом плоском камне с тарелкой в руках, и как раз дожёвывал остатки пластиковой каши.

- Но… - тут же беспомощно всплеснула руками Прынцесса.

- Что? – возмутился Хламовщик, облизывая палец, - Я увидел, что ты не хочешь это есть. А я как раз хочу…

- Но ведь… - Прынцесса расплакалась: - С чего ты взял, что я не хотела…

- Но ты же не съела сразу, значит – не хочешь, значит – не голодная, - оправдывался Хламовщик.

- Сначала у меня были заняты руки, - принялась объяснять Прынцесса, - Потом мы решали важный вопрос, потом… И вообще…

- Ну значит, тебе не хотелось, - снова сказал Хламовщик, - К тому же, тебе ведь такое не нравится? Ведь не нравится ж?

- Это было моё… - от таких аргументов Прынцесса почувствовала ещё большею беспомощность, - Моё личное пространство… - она ещё раз всхлипнула, чувствуя, что после того, как влезла в комод Старушенции, не в праве прибегать к подобным аргументам и получает сейчас за дело, а потом в конце концов нашлась: - Я ведь за это отрабатываю…

- Ты так и не покормила зверей! – заявил Хламовщик, - И даже не помнишь кому чего давать, значит, опять придётся это делать мне… Так что это мне и полагается, всё честно.

- Ну хорош тебе, - крякнула Василиса.

Прынцесса расплакалась и убежала прочь.

- Но тебе всё равно это не нравилось! – крикнул ей вдогонку Хламовщик, - не пропадать же добру! - а потом посмотрел на Василису и заявил: - Чего я не так сказал? Сейчас правда я вас кормить буду, а не она.

Василиса вздохнула, а потом сказала:

- Ты очень её обидел. Иди за ней и попроси прощения.

- Не буду! – заявил Хламовщик, - Я не умею женщин успокаивать. Поплачет и сама успокоится.

С этими словами он полез в тёмный погреб, уцелевший во время недавнего пожара, и вытащил из ящика горстку сушёных червей. Прямо рукой. Потом кинул горсть в Озеро.

Василиса что-то крякала, но Хламовщик не понимал. Тогда Василиса подошла к Медному Тазу, клюнула его, извлекая глубокий звенящий звук и решительно кивнула на Таз, требуя от Хламовщика подойти.

Но тот и не думал, он успел выкинуть в Озеро несколько горстей корма прежде, чем всё-таки решил соизволить сделать то, чего от него хотели.

- Ты понимаешь, что с женщинами так нельзя? – зацедила Василиса, добившись внимания Хламовщика, - То, что ты сейчас сделал – очень похоже на манипуляции! Вместо того чтобы научить её, показать ей ещё раз, что и как нужно делать, ты по сути унизил её!

- А разве она этого не заслужила? – осведомился Хламовщик, - Я всего лишь её проучил! В воспитательных, так сказать, целях.

- Всё равно так нельзя! – настаивала Василиса, - Зло порождает зло.

- Это не зло! Это воспитание! – заупирался Хламовщик, - Меня, между прочим, тоже воспитывали! Я в этом толк знаю!

- Хламовщик! Хламовщик! – тут же засуетилась козявка, - А мне… А мне… А меня покорми? И скажи этим дурам, пусть лепестки принесут, и ты загадаешь наконец, чтобы я превратился в нормального полноценного дракона! Злая ведьма меня заколдовала, превратила вот в это! А ведьма была женщиной!

- Точно! – оживился Хламовщик, - Я пожелаю, чтобы нашёлся ключ от двери…

- Да дался тебе этот ключ! – возмущалась козявка, - Я уже здесь! Я уже не за дверью!

- Но если Цветик-Семицветик вырастет потом на Кактусе, - рассуждал Хламовщик, - Надо же будет зайти и сорвать его…

- Мышь попросишь! – надрывалась козявка, - Ну или меня… Если я стану настоящим полноценным Драконом, как в былые времена… В общем, когда загадывать будешь, ты про былые времена не говори… Видишь ли, я тут выяснил опытным путём, что у любого загадывания есть лимит на слова. То есть если в определённое количество слов не уложишься, то твоё желание и не исполнится. Поэтому надо формулировать максимально кратко…

- Ага… - кивнул Хламовщик, - Так и сделаю, когда смогу получить лепесток.

- Вот! – подхватила козявка, - Пошли мышь за лепестками наверх! Только чтобы она сама ничего по дороги не загадала… Напомни ей, что она не знает, как правильно загадывать, вот у неё и не сбудется!

- Слышала, мышь? – обратился к Кларисе Хламовщик, - Иди наверх за лепестками!

- У меня, между прочим, имя есть! – возмутилась Клариса, - И ты его даже знаешь! А как попутался с этой козявкой…

- Но ведь ты сама меня сюда притащила! – верещала козявка, - Да и вообще, меня кто-нибудь накормит?

- Хламовщик, - усталым голосом взмолилась Василиса, - Достань из погреба ещё червяков, только не бросай их в воду, принеси сюда… Может быть они придутся по вкусу нашему Дракону?

Хламовщик почесал затылок, а потом сделал как ему сказали – ещё раз слазал в погреб, набрал там горсть сушёных червей прямо руками, принёс, и, не найдя ничего лучше, бросил на блюдо, где до этого была пластиковая каша, потом преподнёс это блюдо козявке.

Та без всяких раздумий с края Медного Таза кинулась на блюдо, сиганула в горсть сушёных червей, и тут же затерялась в ней. Послышалось громкое чавканье.

- Он есть себе подобных! – воскликнула Клариса.

- Это так отвратительно, - с пренебрежением прошипела Скоропея, а потом спросила: - Ты уверена, что подобных?

- Ну да, - кивнула Клариса, - Теперь, когда Хламовщик их сюда насыпал, я вижу, что один в один похоже!

- Это очень странно, - сказала Василиса, - Так что выходит, эти твари раньше были разумными? И да… Как я теперь буду это есть, если в них ещё живой такой червяк… Да и если он каннибал, может, есть таких как он – не грех?

- Не парься, - сказала Клариса, - Прость из этой вот кучки не бери!

Василиса вздохнула.

- Иди за лепестками, Клариса! – велел Хламовщик, а потом, глядя на горсть сушёных червей позвал: - Эй, Дракон! А что ты там сказал насчёт того, что количество слов при загадывании желаний ограничено?

Но ответа не последовало, вместо этого раздавалось лишь чавканье.

- Вот что, - постановил Хламовщик, - Раз мы можем разговаривать именно с помощью Зеркала, а точнее, сейчас с помощью его осколка, я, пожалуй, отнесу это переговорное устройство в комнату и поставлю там. Мне не нравится тут на этом пруду сидеть.

С этими словами он поставил блюдо с сушёными червяками в Медный Таз, а сам Таз поднял и куда-то понёс. Все животные направились за ним следом.

Клариса проследила, в какую комнату Хламовщик отнёс Медный Таз с осколком Зеркала, после чего отправилась наверх, за лепестками.

А Хламовщик, тем временем, поставил Таз на стол, убрал из него блюдечко с сушёными червяками, потом поставил вокруг стола табуреты, для животных. В общем, на табурете смогла сидеть только Василиса. Попугай по табурету вскарабкался на стол, а Скоропея некоторое время ползала по низу и шипела, чтобы её подняли.

Потом, когда Хламовщик всех усадил, и уселся перед Тазом сам, снова взял в руку блюдо с сушёными червями, повертел его и спросил:

- Дракон! Так что насчёт лимита слов в пожелании? Эй, Драко-о-он?

Хламовщик принялся разгребать сушёных червяков вручную, явно ожидая, что искомый червяк будет отличаться от сушёных – он будет живой и шевелящийся. И реально нашёл отличающегося червяка. Только он не выглядел живым. Он просто отличался. Он был толще и другого цвета, более тёмный с красноватым отливом. Но он был твёрдый и не шевелился.

Хламовщик высыпал всё содержимое блюдо на стол и ещё долго перебирал сушёных червей, и целых, и надкусанных, и расколовшихся, и лишь один из них выглядел особенным. Вот этот, более тёмный. И на вес он оказался тяжелее, чем сушёные, но всё равно почему-то твёрдый и совершенно не шевелился.

- Что же с тобой случилось, Дракон, - тяжело вздохнул Хламовщик, - Как я смогу тебе помочь? Надеюсь, Клариса отдаст лепестки мне, а не станет загадывать желания сама… В общем… У неё всё равно ничего не получится, она не знает заклинания.

- А существует заклинание? – осведомился Попугай.

- Ну да… - задумчиво молвил Хламовщик: - Лепесток лети-лети, по нелёгкому пути, землю кругом облетай и вели-повелевай… А дальше нужно сказать, чего ты повелеваешь…

- Как-как ты сказал? – переспросила Василиса, - Заклинание есть?

- А ну стоп! – повысил голос Хламовщик, - Я не должен был это вам рассказывать! Заклинание знаю только я и Старушенция…

- А Пр-р-рынцесса писала для неё инстр-р-рукции! – тут же заявил Попугай.

- Да? – осведомился Хламовщик, - Может быть там как раз была информация о том, какой лимит на количество слов? В общем, я думаю, Дракон всё знает… - он ещё раз с тоской посмотрел на остатки сушёных червяков, - Знал… Что с ним случилось… - он сел и задумался.

- Мы не верим этому дракону, - прошипела Скоропея.

- Ты права, - вдруг встрепенулся Хламовщик, - Если бы Дракон желал мне добра, он бы сразу мне объяснил, как нужно желания загадывать! А так он не сказал мне. Я из-за него лоханулся, из-за него пожелал такое, что пришлось потом отменять! И так и не загадал в итоге чего хотел, и оно не сбылось… А кто-то другой, не понятно кто, загадал не ясно чего, что лишило меня моей врождённой магической силы фэнтезийного механика!

Глава 68. Всё ещё более запутаннее

Клариса осторожно пролезла под дверью в мрачную комнату, в которой на северном окне томился несчастный Кактус с цветком, на котором остался единственный лепесток. Путь к этому лепестку лежал через многочисленные колючки, и Клариса, посмотрев на него, решила, что пока не будет его срывать. Может быть, лучше если лепесток останется пока на своём месте.

Осмотрев комнату, она нашла три некогда упавших лепестка. Целых три! Кажется, это так много! Собрав их все, Клариса остановилась у двери и ещё раз оглянулась. Сомнения не покидали её. Она помнила, как подобрала маленький осколочек и что-то увидела в него. Ещё она вспоминала все сомнения Прынцессы, что найденная козявка – это и есть Хозяин. Да и с чего бы вдруг Хозяину оказаться на полу в виде маленькой козявки, даже если он действительно живёт на Кактусе, с чего вдруг он упал на пол? Правда, может быть, это Прынцесса его спихнула?

Но…

Клариса прекрасно помнила, что видела Хозяина в отражении, может быть всего на короткий миг, но был он там, у окна, где стоит Кактус. А козявка на полу обнаружилась совершенно внезапно ни с того ни с сего. Без всякой Прынцессы. То есть, Прынцесса не имеет отношения к тому, что Хозяин оказался на полу в виде козявки. Да и всё-таки, Хозяин ли?

С этой мыслью Клариса посмотрела вверх на стол, на котором лежала скатерть. Вспомнила, что Прынцесса эту скатерть просила. А потом, прикинув, сколько сил потребуется, чтобы взобраться наверх, решила, что может быть Хламовщик прав, нужно пожелать, чтобы ключ нашёлся…

Ещё раз перебрав лепестки, Клариса прикинула, какие проблемы и вопросы следовало бы решить. А потом подумала, что лучше обсудить всё с подругами.

Ещё некоторое время у Кларисы ушло чтобы спуститься вниз, с башни, и добраться до комнаты, куда Хламовщик унёс Медный Таз с маленьким осколочком Зеркала.

Василиса, Скоропея и Попугай были в той самой комнате. Клариса порадовалась, что они никуда не ушли. Сложив свои лепестки в норке, Клариса кое-как вскарабкалась на стол и почувствовала себя вконец выдохнувшейся. Подошла к тому месту, где лежали сушёные черви и одного из них взяла и схрумкала без всякого на то разрешения.

- Эй! – прикрикнул на неё Попугай, - Смотри, не съешь Дракона!

Клариса хотела попросить попить, но вышло только пищание. Василиса, кажется, поняла, чего нужно подруге, и аккуратно поставила перед ней блюдечко с водой, а потом, когда Клариса немного утолила свою жажду, подняла её за шкирку и поставила на край Медного Таза.

Край был скользкий, и Клариса не удержавшись скатилась вниз, больно уколовшись об острый край осколка Зеркала, не выдержала и заплакала:

- Девки, ну за что нам это! Зачем Хламовщик сюда это всё уволок! На Озере лучше было! Это было наше общее место! Место душевных бесед и тёплых встреч! Зачем он уволок наш осколок сюда! И ещё и Таз прихватил… У нас там ещё и горочка была… Можно было стоять на камушке, а за бортик только заглядывать, а тут что…

- Не причитай, я тебе тут из какой-нибудь посуды сейчас поставлю лесенку, - заботливо закрякала Василиса.

- Не надо! – ревностно махнула лапкой Клариса, - Где сам Хламовщик?

- Думаешь, он тут с-сидеть будет? – зашипела Скоропея, - Надоело ему, он и ушёл по с-своим делам. А мы тут ос-стались, всё равно нам нечего делать, идти некуда.

- А как твоё предложение, - напомнила Клариса, - С этим Тазом и Осколочком куда-нибудь пойти и пообщаться в другом месте, не на Озере…

- Василиса дело говорила, - грустно молвила Скоропея, - Не удобно это. Сидели бы на месте да не рыпались. Ты права, Клариса, Озеро – место наших встреч, там было и привычнее, и удобнее… Да и Жучка с Барсиком и Муркой это место знают, а тут чего…

- Знаете, что? - продолжила Клариса, - Я уже придумала, что нужно загадать. Нам всем. Нужно просто пожелать стать людьми!

- Да ну! – удивилась Василиса, - Ты уверена, что это хорошая идея?

- А разве плохая? – осведомилась Клариса, - Мне вот такой маленькой быть не удобно, ещё и все паразиткой считают, я самый низ в пищевой цепочке, да и бегать по такому огромному замку на таких маленьких лапках тяжело… А вот ты, - она кивнула на Скоропею, - Ты так вообще хладнокровная, тебе не все места подходят, когда становится слишком холодно, ты вообще цепенеешь… Да и тебя тоже ненавидят все, змеюкой подколодной величают. А ты, Василиса… - Клариса перевела на названную взгляд, - Ты, конечно, птица, но ты сама говорила, что у тебя крылья, ими как руками ничего ни взять, ни сделать. Да и ещё, ты здесь совсем не летаешь…

- Ну да, - кивнула Василиса, - Мне чтобы взлететь – хороший разгон нужен, по водной глади, и посадка тоже на воду… А здесь не разгонишься… Давно я не летала, может, и разучилась даже…

- А главное, - продолжила Клариса, - Главное, мы все друг с другом разговаривать не можем без Зеркала, всегда нужно сидеть или там, где оно есть, или с собой таз этот таскать, а ты, Василиса, права, если мы в виде животных будем куда-то ходить вместе с этим Тазом и с Осколочком Зеркала, то в беду попадём! Если кто-то нас обидеть захочет, нам придётся убегать, а артефакты наши бросить, потому что с ними далеко не убежишь…

- Зато вот я, - начал было Попугай, - Я был бы почти доволен… Если бы не был так побит! А так, я могу взлетать с места, зависать как вер-ртолёт и р-разговаривать с людьми без всяких ар-ртефактов. И даже с некоторыми животными могу, правда, не со всеми, но языки бы я подтянул…

- У нас три лепестка, - продолжила Клариса, - И вот у меня такое предложение. Первое желание – загадываем чтобы нам всем превратиться в людей. Сформулируем покороче, чтобы в лимит слов уложиться… Если это всё правда… Ну, что Дракон сказал… Если он, конечно, Дракон…

- Дракон задубенел, - с тоской молвила Василиса, - Непонятно, что с ним.

- От каннибализма окочурилс-ся, - укоризненно прошипела Скоропея.

- В общем, не понятно, что с ним случилось, - продолжила Василиса, - И надо ли это как-то отменять.

- Да давайте про этого Дракона уж как-нибудь в последнюю очередь? – осведомилась Клариса, - Мы можем пожелать всем превратиться в людей. И за Дракона тоже. Главное, сформулировать правильно. Я не знаю, можно ли верить этому, так сказать, Дракону, но думаю, если он станет человеком, как и мы, то не будет слишком уж опасен. Правда… - она осеклась и задумалась.

- Что, говори уж, не томи! – потребовала Василиса.

- Мы все тут девочки, кроме Попугая, а Попугай – инвалид… А он… Дракон в смысле… Мужик… Ещё не ясно каким он в человечьем обличии будет, вдруг большой и сильный, и, если ему чего в голову взбредёт, мы все вчетвером с ним не справимся?

Повисла пауза, а потом Василиса сказала:

- Давай, озвучь весь список, потом подумаем и над формулировками, и как загадать так, чтобы чего не вышло.

- Я думаю, что ещё одно желание – это найти потерянный ключ, - добавила Клариса, - Сейчас я могу пролезть под дверью в ту комнату, но, когда мы все станем людьми, у меня это получаться уже не будет. Ну и третье желание – это как-нибудь за одно желание помочь всем тем, кто из нас нуждается в помощи. То есть исцелить Попугая, спасти Галчонка, вернуть Хламовщику его магическую руку, а ещё… И Прынцессе тоже помочь надо! Она же потерялась, ей нужно попасть домой…

- Да, тяжело… - вздохнула Василиса, - И как так сформулировать, чтобы и в лимит слов уложиться, и сразу несколько проблем одним желанием…

- Я потому и разобрала их по сортам… - сказала Клариса, - Но формулировки ещё доработать как-то надо.

- А Галчонка надо выручить, - добавила Скоропея, - Ведь это он нам всем помог с кормом! Без него Хламовщик кормил нас кого молоком, кого хлебом…

- Подождите! – окликнул Попугай, - У меня другое предложение! Вы все хотите стать людьми… Но ведь мы все разные, может быть это и хорошо. Ты, Скоропея – ядовитая, ты, Василиса – сильная, ты, Клариса – маленькая и можешь пролезать в разные щели. А я летаю… Ну если бы был здоровый, то мог бы летать. Я не хочу становиться человеком. Вот снова стать здоровым – не отказался бы, а превращаться в ползучего, чтобы никогда не взлететь… Может быть, вы просто пожелаете себе разговаривать по-челвоечьи без всякого Зеркала, всегда и везде, но сохраните свои преимущества животных?

- Нет уж, - отрезала Скоропея, - Клариса правильно сказала, хладнокровной быть неудобно.

- А мне тоже никакой радости, - добавила Василиса, - Я всё равно летать в этом Замке не могу. Уж лучше человеком.

- Но тогда ты и плавать в Озере не сможешь, - заметил Попугай, - Ну или может… Давайте уже сначала пожелаем всех исцелить и спасти, а уже потом будем думать дальше?

- Я слышала, что исцеление и спасение должно идти последним желанием, - сказала Скоропея, - тогда вырастет ещё один Цветик-Семицветик…

- Ну это ещё не факт, - отметила Клариса, - Если я правильно понимаю, то у Хламовщика проблема в том, что кто-то загадал последним желанием исцеление инвалида, и у Хламовщика его магическая рука превратилась в обычную, а никакой новый Цветик-Семицветик не вырос, вырос Аленький Цветочек. И не понятно, в чём дело.

- Помочь может… - протянула Скоропея, а потом поправила: - Мог бы… Дракон. Если бы не окаменел. Ведь это он у нас Хозяин, если правильно понимаю, он владеет Кактусом и понимает в Цветиках-Семицветиках…

- Вот теперь я ещё более уверена, - запищала в ответ Клариса, - Что эта козявка – не Хозяин. А, наверное, вредитель! Это он жрал наш Кактус, это из-за него Цветики-Семицветики перестали расти, и вообще… В общем, давайте пожелаем, чтобы нашёлся ключ. Для начала. Я думаю, с этим ни у кого сомнений нет?

Она обвела всех собравшихся взглядом, все по очереди кивнули. Василиса, спусти меня со стола, я достану лепестки.

Василиса кивнула, подставила свой клюв, и когда Клариса взобралась на него, спрыгнула с табурета, опустила голову коснувшись клювом земли. Клариса юркнула в норку, вытащила оттуда лепестки, после чего Василиса так же на клюве подняла её на стол, и снова взобралась на табурет.

- Я буду смотреть в этот таз, - сказала Клариса, - Наверное, чтобы желание сбылось, нужно сказать его на человечьем языке! Или, по крайней мере, лишним не будет… А ещё…

- А ещё, - начал было Попугай.

Но не договорил. На столе раздался треск, и все посмотрели на источник звука. Тот самый отвердевший червяк, которого приняли за окаменевшего Дракона, вдруг треснул, с передней его части отлетел небольшой осколок шелухи и наружу словно из трубочки полезла большая жирная зелёная муха. Вылупившись, она важно отряхнула перепончатые крылышки, потом с жужжанием взмыла прямо с места, выхватила у Кларисы лепесток и, описывая круги над Медным Тазом скороговоркой прожужжала:

- Лепесток лети-лети по нелёгкому пути, землю кругом облетай и вели-повелевай! Преврати меня в Дракона, что не ведает закона!

- Ах ты подлый Вертолох! – закричала Клариса, пытаясь ухватить лепесток, - Так вот почему Прынцессе ты показался знакомым! Это ведь ты… Ты…

Но муха нарочно подтащила лепесток поближе к вентиляционному отверстию и отпустила, восходящий поток незамедлительно унёс лепесток в трубу.

Василиса, Клариса, Скоропея и Попугай оторопело водили взгляды вслед за движениями мухи, ожидая, когда загаданное воплотиться и прикидывая, чем для них всё это может обернуться.

Но ничего не происходило. Муха продолжала оставаться мухой, не превращаясь ни во что. И уже нацелилась на следующий лепесток, но его тут же цапнула Василиса.

Василиса передала лепесток Кларисе и шикнула:

- Быстрее! Загадывай, пока он не отнял!

- Лепесток, лети-лети, по нелёгкому пути, - затараторила Клариса, глядя в осколок Зеркала, - Землю кругом облетай и вели-повелевай! Вели чтобы ключ нашёлся… - она взмахнула лепестком и отпустила его. Лепесток полетел, Василиса плавно направила его крылом в вентиляционную трубу.

И снова ничего не случилось.

- Не работает, - вздохнула Клариса, - Неужели даже это желание – это слишком много слов…

- Нужно было желать исцеления! – закричал в этом месте Попугай, - Начинать нужно было с того, что важнее! Было бы здоровье, были бы силы, была бы свобода и безопасность, ключ бы мы и сами нашли! Я бы вон взлетел, и посмотрел бы, где он у Вертолоха выпал…

- А может, подождать надо? – предположила Василиса.

- Подождите! – оживился Попугай, да только чего толку? - Прынцесса говорила, что Вертолох после того, как превратился в муху, не мог ничего загадать, оно не исполнялось! Вот и у вас не исполнилось!

- Зачем вообще надо было загадывать превращаться в муху? – ядовито бросила Василиса, глядя через осколок на упомянутый летающий в воздухе объект.

- Да и как муха оказалась… - продолжила её мысль Клариса.

- Опарышем! – озвучила Скоропея, - Всё сходится! Старушенция была права, это был опарыш! Он окуклился и превратился в муху! Но если это Вертолох… То, как тогда… Он же уже был мухой, почему оказался опарышем? Может, это другая муха?

- А может, он всё-таки смог загадать омолодиться? – предположила Василиса, - Вот и стал опарышем… Вот вам и ответ! Значит, у него – работает?

- Послушайте! – зажужжала муха, - Все ваши инсинуации – это просто инсинуации! Я не Вертолох! Я был просто опарыш, пришло время окукливаться – я и окуклился! Я другая муха!

- Если ты был не Вертолох, - ревностно заявила Клариса, - То зачем тогда пыжился и врал нам что ты – Дракон, а ещё – что ты – Хозяин!

- Потому что иначе бы вы меня съели! – жужжала муха, - Загадайте сделать меня Драконом! Мне очень надо! Я всё уже объяснил! Надо помогать тем, кто больше всего в этом нуждается, а это в данном случае я! Получите новый Цветик-Семицветик, и загадаете себе всё что угодно, хоть тоже стать драконами, хоть ещё чего покруче, кто ж мешает, только сделайте как я прошу…

- Нет! – отрезала Василиса, - Мы загадаем то, что сейчас важнее…

- Ну тогда… - огрызнулась муха и пошла на снижение, схватила лепесток, и снова зажужжала: - Лепесток лети-лети по нелёгкому пути, Землю кругом облетай и вели-повелевай… Вели чтобы я…

Но договорить муха не успела. Попугай изловчился и цапнул лепесток клювом, потом перехватил его лапой и, мерно покачивая, принялся произносить:

- Лепесток лети-лети по нелёгкому пути, Землю кругом облетай и вели-повелевай…

Все присутствующие выжидающе замерли и потрясённо уставились на Попугая.

- Вели чтобы из этого щипанного, больного, униженного и слабого попугая, из этого низа пищевой цепочки я стал прекрасным, здоровым, величественным и сильным орлом!

Василиса, Клариса и Скоропея потрясенно всхлипнули.

- Как ты можешь! – первой оттаяла Скоропея.

- Мы спасли тебя, - потрясённо добавила Василиса, - Мы боялись, что Дракон нам устроит подставу, но оказывается – ты…

- Да бросьте, девки, ничего не будет! – махнула лапкой Клариса, - оно же не работает!

И в аккурат в этот момент Попугай обернулся облаком дыма, которое быстро увеличилось в размерах, а потом словно взорвалось, и подсвеченный сзади лучами света перед троими подругами предстал огромный силуэт с широко раскинутыми крыльями.

И все трое отшатнулись, свалившись со стола. Внезапно явившийся свет погас, но огромная пугающая птица с раскинутыми крыльями так и стояла прямо на столешнице. Её тело было белым с небольшими крапинками серого, а крылья обрамляли полосатые бело-чёрные перья. На голове с мощным изогнутым серым клювом топорщился венец перьев, а на насыщенно-жёлтых лапах зияли длиннющие серые когти.

Василиса совладала с собой и решительно ступила вперёд, так же раскинув в стороны крылья и зашипела.

Страшная птица, которую хотелось назвать не столько орлом, сколько гарпией, попятилась, развернулась и кинулась в дверь. Василиса вперевалочку побежала следом. Так она преследовала страшное чудовище до внутреннего двора с Озером, где так называемый орёл оттолкнулся мощными ногами и взмыл буквально с места, с клёкотом набрал высоту и исчез в просвете наверху.

Василиса, понурив голову, вернулась в комнату, куда Хламовщик отнёс Медный Таз и осколок Зеркала. К счастью, осколок не разбился, его удалось водрузить снова в Таз. Ставить Таз на стол Василиса не стала, ей было никак не поднять его клювом, да и на столе было не совсем удобно. Вместо этого Василиса придвинула Таз к стене и поставила наклонив, чтобы и Кларисе было удобно в него заглядывать.

- Всё, девочки, - сказала Василиса, - Пока придётся дислоцироваться тут. Дверь закроем, чтобы никакие чудовища не летали и наш переговорник не похитили.

- А как он причитал, что его самого орлы могут сожрать, - со вздохом вспомнила Клариса.

- Это всё Вертолох виноват, - заметила Скоропея, - Он вмешался… Если бы не его отвлекающие манёвры, мы бы держали контроль над ситуацией, и Попугай бы под шумок ничего не загадал бы…

- Да не Вертолох я! – жужжала муха, - Я просто муха!

- Для просто мухи ты ну очень осведомлён в наших делах! – не согласилась Клариса, - И про Хозяина знаешь, и про Кактус, и про Цветики…

- Ну так для любой мухи это не проблема! – жужжала муха, - Я же везде летаю, всё слышу, где чего говорят…

- То-то и оно, что ты был личинкой и не летал! – подметила Клариса.

- Но всё равно везде ползал и всё слышал! – жужжала муха.

- Ты мне до этого говорил, что всё время на Кактусе сидел! – напомнила Клариса, - И в Зеркале отражался. Как ты мог везде бывать…

- Ну там Волшебное Блюдо было, - напирала муха, - По нему я за всеми-всеми-всеми подглядывал, везде-везде…

- Да я тебе сейчас… - замахнулась лапкой Клариса, подпрыгнула, да муха вовремя увернулась, а Клариса больно шлёпнулась в таз.

- Клариса! Не ушиблась? – забеспокоилась Скоропея.

- Ничего, - пропыхтела Клариса, поднимаясь на лапки, - Ой, девки, а про Жучку-то мы забыли, помните, как она лапу повредила из-за этой мухи…

- Из-за другой! – возмущённо жужжала муха.

- Да без разницы! – злобно пискнула Клариса, - Вы все для нас на одно лицо! Все вредители!

- И всё-таки, - задумчиво молвила Василиса, - Хорошо, что Попугай не превратился в дракона. А всего лишь в гарпию.

- Одно не понятно, - заметила Скоропея, - Почему у Кларисы не срабатывало, а у этого проходимца – сработало?

- Может потому, что у меня Вертолох уже перехватывал? – предположила Клариса, - А может, ключ и нашёлся, но мы просто про это не знаем?

Глава 69. Ключи нашлись, но что-то потерялось…

Та ужасная птица, которая ещё несколько минут назад звалась Попугаем, взлетела над Свалочным Замком, высоко-высоко. Новое тело было непривычным, но всё же Попугай как-то совладал с ним и смог убежать от разгневавшейся вдруг Василисы. В его памяти ещё было свежо, как эта самая Василиса отделала Филина Гуамокколатокинта, которому сам Попугай мог противопоставить разве что хитрость. И то, весьма безуспешно. Его манипуляции, когда он пытался добиться помощи от Младшей Сестры Прынцессы, звавшей себя Лебедью, и от её хахаля – Графона Графоновича Прынца не увенчались в своё время успехом.

А сейчас, когда Василиса, огромная белая лебедь, попёрла на него, Попугай испугался. Хотя сейчас он чувствовал, что перестал быть той слабой птичкой, на которую охотятся птицы покрупнее, а теперь сам стал огромным и сильным. Но всё равно, лебедь – это не такой уж слабый противник: у него весьма внушительные габариты, и крылом он ударить может так, что кость сломает.

Попугай, а точнее теперь уже Орёл поднялся ещё выше. Теперь можно было не бояться. Все сильные противники, которых стоило опасаться, вряд ли смогут подняться на такую высоту. Ну разве что Дракон. Но только вот Дракона никто никогда не видел, от чего напрашивается вывод, что Драконов не бывает… Вот только…

Орёл сделал ещё один круг и увидел огромного распластавшегося зелёного Дракона на заднем дворе Свалочного Замка. У морды Дракона сидел Хламовщик собственной персоной и дул Дракону в нос.

Орёл сделал над ним вираж и испустил орлиный клёкот, похожий на жалобный протяжный стон. Огромная тень Орла пробежала по спине плоского тёмно-зелёного Дракона. Хламовщик поднял голову вверх и, увидев Орла, передёрнулся, а потом встал, поднял с земли какой-то кусок мусора и бросил вверх:

- Кышь! Убирайся! – закричал Хламовщик.

Орёл ещё раз издал протяжный клёкот и поднялся выше. Силы вернулись к нему. Да нет, не так. К нему пришли те силы, которых у него никогда раньше не было в помине! Вот только он не понимал, чего теперь с этими силами делать. Может быть вонзить свои острючие мощные когти в этого плоского зелёного дракона? Вот только радости с того, что раздерёшь беззащитную игрушку, пусть и очень большую, но всё же, безобидную? А может, порвать этого подлого филина – Гуамокколатокинта, за все те унижения, которые из-за него пришлось терпеть? А может, навести ужас на всех других птиц, чтобы убоялись?

Да только внимание Орла уже занимало что-то другое. Внезапно Орёл понял, что раньше, когда он ещё был Попугаем, то весь мир он видел совершенно иначе. Нет, конечно, он видел очень много цветов, в том числе и в ближнем ультрафиолете, но он никогда не видел удалённые предметы с такого расстояния так хорошо, отчётливо и крупно. Раньше, когда Гуам таскал его в когтях, он ничего не видел. В те редкие времена, когда его куда-то таскали днём – видел, но общий план. А сейчас… Он парил на приличной высоте, но при этом мог различить каждую вещь, лежащую внизу, на поверхности Свалки, каждую мелочь, вплоть до ползающих мух, и даже чьи-то оброненные монетки. Некоторые вещи были тусклыми и скучными, а некоторые задорно блестели, но теперь они не занимали Орла так, как занимали его блестящие вещи раньше, когда он был ещё Попугаем. Когда желал их, но не мог заполучить, потому что всегда был рабом Гуама, а тот от себя не отпускал.

Но Сейчас Орлу монетки были уже не желанны. Сейчас ему было интересно другое. Какая-нибудь живность.

И внезапно подумалось, что он же теперь хищник, а значит, придётся есть каких-нибудь зверюшек. Которые, может быть, имеют разум и могут разговаривать, если попадут в поле действия Волшебного Зеркала.

Хотя, наверное, можно поступить как Скоропея – питаться самыми примитивными формами жизни? Но это её устраивают слизни, потому что она – маленькая. А для Орла тогда это будут мыши, такие, как Клариса? Ведь то, что мельче – ему попросту не ухватить, он не сможет гоняться за комарами и мухами, потому что не стриж. Не такой манёвренный, чтобы угнаться за насекомыми, и не такой маленький, чтобы ими вдоволь наесться. Да и Скоропея так и не выяснила, вдруг её слизни тоже разумные, как та козявка, которую откуда-то притащила Клариса…

Стало Орлу от всех этих мыслей грустно. Он пролетел мимо окна на Самой Высокой Башне Свалочного Замка, успев заметить на Кактусе последний лепесток. Лепесток выглядел чёрным, но Орёл всё равно его заметил. И подумал, что нужно попросить стать какой-нибудь другой птицей. Например, Страусом. Правда, Страусы не могут летать. А ещё, на них могут охотиться львы… А если стать львом – то это снова хищник… А может, нужно было попросить сделаться Драконом? Если Драконов не существует, то значит, они могут быть какие угодно, большие, могучие, летающие, и при этом травоядные… Правда, если стать травоядным драконом – это тоже будет проблемой. Травы-то в округе нету… А даже если где-то она и есть, это всё равно только до начала зимы.

Он не успел додумать, потому что в поле зрения блеснул один предмет, о котором Орёл имел очень хорошее представление, когда был Попугаем, и вроде бы это представление при своих метамарфозах он сохранил. Это была связка ключей. Уж не тот ли это был ключ на этой связке, который утерял Хламовщик, а потом так хотела вернуть Клариса?

Орёл спустился вниз, привычно выставив лапы, но непривычно тяжёлое и инертное тело не удержалось на них и переуквырнулось. Поднявшись и помотав головой, Орёл огляделся, снова нашёл взглядом связку ключей, подцепил её клювом и взмыл в воздух. Сделал вираж, снова подлетев к тому месту, где сидел Хламовщик и надувал своего ненастоящего Дракона, и бросил ключи с виража ему в пустую телегу.

Услышав отчётливый стук, Хламовщик побежал смотреть, что же это упало. А Орёл закружил над ним ожидая реакции. Но вдруг его отвлекла появившаяся в поле зрения Прынцесса. Она далеко-далеко от Замка ковыляла по свалке одна-одинёшенька, и шла непонятно куда. Орёл ещё когда был Попугаем, имел представления о местной географии, и сколько он помнил, там, куда шла Прынцесса, простирались дремучие непроходимые леса, населённые свирепыми хищными животными. А ещё там часто дислоцировались разбойники.

* * *

Прынцесса шла по огромной Свалке и всхлипывала. Утирала слёзы и снова всхлипывала. Она знала, что виновата и в чём-то поступила нехорошо. Но она не знала теперь, что с этим делать. Дома, в Одном Роскошном Дворце, у своего любящего Отца-Короля, Прынцесса тоже не всегда и не во всём поступала правильно. Но тогда её воспитывали. А тут… Тут её просто отругали всякими нехорошими словами и совершенно по-хамски унизили. Вместо того, чтобы разобрать её вины и ошибки, объяснить, как нужно было поступить и взять обещание так больше не делать, над ней всласть поиздевались. Да и вообще эта Старушенция – она, если разобраться, только и делает, что издевается! Обзывает и Дрянью, и Дурой едва не постоянно, требует чего-то невыполнимого и сердится. Причём, Старушенция начала это ещё до того, как Прынцесса успела провиниться. И то, что Прынцесса много ест, Старушенция сказала ещё задолго до того, как Прынцесса вообще позволила себе съесть хоть один кусочек ихней тутошней невкусной местной еды.

А ещё Старушенция отказывается оговаривать условия, принимать плату от Короля за все причинённые неудобства, о которых трындит едва не постоянно, требует отработать… И при этом работы требует буквально адской! Мало того что много писать, так ещё и кормить животных… Не понятно чем. Не понятно как. Научить нормально ни она, ни Хламовщик не утрудились.

А главное, порядок в комоде Старушенции не понравился… Посмотрела бы, что у неё там вообще творилось! Это слуги должны такое разбирать! Если вдуматься, то сама Старушенция и должна. Если Хозяин сидит в башне, значит, сама Старушенция вроде как не хозяйка, значит, обслуга. Прынцесса сделала за неё всю работу, и вот нате-получите…

Она шла и шла прямо по колючему мусору. Хотя Хозяин выдал ей новые туфельки, всё равно идти было ужасно неудобно. Ноги уже болели, спина ныла, чувствовала себя Прынцесса ужасно. И сейчас, если бы ей предложили выбирать – идти в услужение к Старушенции или в плен к Хозяину, она бы выбрала второе. Но на самом деле, её не устраивал ни один из этих вариантов. Она собиралась вернуться к своему Отцу. Потому и решилась на побег. Без Прынца. Без карты. Без вещей. Даже то, что считала исконно своим – План Побега и сопутствующие бумаги, а также Скатерть-Самобранку, которую Хозяин любезно разрешил забрать, всё пришлось бросить там, в Свалочном Замке. Потому что Прынцесса решила, что ни минуты больше не останется там, где её так беспрецедентно унижают. И если будет надо, лучше за тем, что по праву принадлежит ей, она вернётся потом. Подготовившись. Взяв с собой сопровождение в виде стражи. Заодно и заплатит этой вредной Старушенции за все причинённые издержки, но тут же подаст ей встречный иск за всё унижение, которое пришлось терпеть.

Вот только в скором времени Прынцесса поняла, что понятия не имеет, куда она идёт. Остановившись, она задумалась и решила, что если всё время идти-идти-идти и не сворачивать, то в конечном счёте она куда-нибудь да придёт. Но она уже в это как-то не верила. Вернее, верить-то верила, конечно, но вот только это самое куда-нибудь может оказаться вовсе не тем, куда она хотела. Она поняла, что заблудилась, и что, может быть, лучше всё-таки вернуться к Свалочному Замку.

А там…

Там снова терпеть все эти унижения…

Нет уж! Уж лучше она заблудится совсем и сгинет, чем снова подписаться на такое…

И Прынцесса снова пошла. Прямо, как ей казалось. Хотя, поди тут попробуй прямо, когда мусор такой кривой, и тропинки в нём все тоже кривые. Ориентироваться по Солнцу Прынцесса по-прежнему не умела, да и не понимала, как по нему вообще можно ориентироваться, если оно всё время движется по своему небосводу. Причём, в какую именно сторону – таки не ясно.

И внезапно в небе раздался клёкот. Прынцесса подняла голову и увидела над собой буквально-таки чудовище: это была огромная дымчато-серая гарпия.

- Ну вот! – вздохнула Прынцесса, - Стервятник уже чует мою близкую смерть…

Она села на ближайшую мусорную кочку и заплакала.

А страшная птица продолжала кружить над ней, издавая протяжные крики.

* * *

Хламовщик заглянул в телегу и увидел связку ключей. Он радостно схватил их и побежал прямиком в Башню, проверять, подойдёт ключ к двери или нет. Выбрал на связке тот самый ключ, который был больше всего похож на ключ, которым он отпирал дверь на самой вершине башни, сунул его в замок, и ключ без всяких возражений подошёл и мягко повернул механизм в замке. Дужка отщёлкнулась, Хламовщик радостно рванул дверь на себя и вбежал в комнату, начисто забыв о скверном характере Хозяина.

- А, это ты, - провыло на Хламовщика со стороны стены.

Хламовщик вздрогнул и обратил свой взгляд на источник звука, увидел на стене Зеркало и радостным голосом сказал:

- Вот надо было сразу вот так! А то, чего это Зеркало, носить туда-сюда, сначала вниз, потом наверх… А тут его, оказывается, повесить было можно?

- Может быть, для начала надо было со мной поздороваться? – грозным голосом молвил Хозяин.

Хламовщик одтёрнулся, посмотрел в Зеркало, а потом вдруг сказал:

- Я тут главный! У меня даже ключ от комнаты есть! И вообще не понимаю, зачем я всё это время тебя слушался…

- Ну вот, приплыли! – грозно пророкотал Хозяин, - Может быть всё-таки напомнить тебе, что Хозяин тут – я?

- Да неужели? – осведомился Хламовщик, глядя в Зеркало: - Да что ты вообще можешь! Ты тут хотел юную деву погубить! Помню, как ты от меня потребовал, чтобы я её тебе привёл…

- Кстати, куда она пошла? – забеспокоился Хозяин, - Она вернётся?

- А вот и не скажу! – гордо заявил Хламовщик и незамедлительно обратил свой взгляд на единственный висящий на огрызке от цветка лепесток.

- Даже и не думай! – грозно рокотал Хозяин, - Ты хочешь, чтобы на этом всё и закончилось? Это последний Цветок, и не цветной, а красный! Если ты сейчас оторвёшь этот лепесток, то больше никогда…

- Мне сказали, что тут где-то уже оборванные есть! – перебил его Хламовщик, - Вот я на них попробую…

- Пробуй, - снисходительно молвил Хозяин, - Но может, напомнить тебе, чем закончились твои прошлые попытки?

Хламовщик озирался по комнате, бормоча себе под нос:

- А ведь и правда, как же я сразу не догадался, что надо было подобрать тот лепесток, который сам упал и загадать на него что-нибудь… Ба ведь спрятала мой…

- Наверняка он был на цветке, - заметил Хозяин, - А не оторванный! Значит, сохранность выше!

- Но она его потратила, когда тут вспыхнул пожар, - продолжал Хламовщик, осматривая комнату.

- Вот и этот лепесток не трогай, он сохраннее будет! – велел Хозяин.

- А мы с девками так и договорились! – воспрянул Хламовщик.

- Что за слово такое – девки… - укорил Хозяин.

- Точно! – Хламовщик аж подпрыгнул, - Клариска же собиралась сюда за лепестками, наверняка они у неё! А она, наверняка, побежала вниз. Ну всё, я побежал!

- Стой! – крикнул Хозяин, но не успел, как Хламовщик выбежал за дверь, и упавшим голосом добавил: - Дверь запри…

Но дверь в итоге так и осталась открытой, жалобно скрипнула, и даже не захлопнулась от вихря, который поднял Хламовщик убегая.

А Хламовщик тем временем прыгал по лестнице, сияя улыбкой, перескакивая сразу по несколько ступенек, напевал себе под нос, прокатывался по перилам.

Вот только когда он весь сияющий от счастья вбежал в ту самую комнату, где оставил Медный Таз, Осколок Зеркала, Василису, Скоропею, Попугая, и да, так называемого Дракона, наткнулся на пустой стол. А Василиса, Клариса и Скоропея грустно сидели в углу, Таз с Осколком лежал там же.

Хламовщик первым делом схватил его и водрузил обратно на стол, звонко ударив по столешнице. Осколок аж подпрыгнул на дне Медного Таза. Василиса и Скоропея возмущённо зашипели, Клариса отчаянно запищала, маша лапками.

Через некоторое время подруги взобрались на стол, чему Хламовщик немного помог, небрежно подняв Скоропею с Кларисой, он исходил от нетерпения:

- Где мои лепестки? – первым делом потребовал он.

- А на нас тебе вообще-вообще наплевать? – укоризненным голосом осведомилась Василиса, - Почему ты не спрашиваешь, почему мы такие грустные…

- А вы разве грустные? – недоумевал Хламовщик, - Тут все поводы для веселья…

- А то ты не видишь! – укорила Василиса.

- Это из-за Дуры, что ли? – немного озадачился Хламовщик, - Что я ей тысячу извинений не принёс? Я даже не понимаю, за что вообще я должен извиняться, что я ей такого сделал, я её что, обидел разве? Вот скажи, я её ударил, что ли? О! А может, изнасиловал? – он сделал вкрадчивый голос и ошарашенное лицо, - Или за косички дёргал? Или жёваной бумагой в неё стрелял? Я ничего ей не сделал! Ни-че-го! Вас, баб, фиг вообще поймёшь, ну не делал ничего я ей плохого, чё она истерику опять закатила?

- Ты её оскорбил, - укорила Василиса, - Слово ранит больнее кинжала.

- Оскорбил, - хмыкнул Хламовщик, - И чем же? Чем я её оскорбил?

- Ну, ты ей что-то обидное сказал, - упавшим голосом молвила Василиса.

- И что я ей сказал обидного?

- Я это не воспроизведу, - после некоторого молчания, выдала Василиса.

- Вот! Уже и не помнишь! – подметил Хламовщик, - Значит, ничего такого я ей не сказал! Было бы обидно – вы бы запомнили!

- Но ты съел её пластиковую кашу и не извинился!

- А она у Ба в тумбочке порылась! – заметил Хламовщик, - Сама трогает чужое, так пусть не возмущается, что с её вещами поступают так же! К тому же, она есть не собиралась…

- С чего ты взял? - осведомилась Василиса.

- Да потому что остыло уже всё! Аж льдинки плавали! Прям айсберги с титаниками! Так Ба говорит!

- Но ты же даже не спросил! – развела крыльями Василиса, - Прынцессе некогда было есть, она отвлеклась на дела…

- Значит, не такая уж и голодная была! – заявил Хламовщик, - Когда я хочу есть, я ни на что вообще не отвлекаюсь! И даже во время еды не разговариваю! – сказав это, он приподнял Медный Таз, осмотрел стол, а потом резко потребовал: - Где мой Дракон?

Василиса хотела было что-то ещё сказать, но из-за изменения положения Медного Таза у неё получилось только лебединое стрекотание.

А Хламовщик убрал Таз со стола и принялся пересчитывать там сушёных червяков и оставшиеся от них шелушки. А после развернулся и требовательно и сердито закричал:

- Вы что, съели моего Дракона?

Тема разговора была безнадёжно сменена.

Глава 70. Что случилось с лепестками? Или к Хозяину есть вопросы

Василиса посмотрела в Медный Таз, стоящий теперь на полу, жестом головы показывая, что Хламовщик должен сделать то же самое, иначе объясниться не выйдет.

Хламовщик, к счастью, понял. Процесс разговора очень усложнялся, и Василисе хотелось верить, что это научит Хламовщика терпению, но он уже завёлся:

- Как вы могли съесть моего Дракона, дуры! – возмущённо закричал он, глядя в Медный Таз.

- Да не ели мы его! – так же раздражённо отреагировала на этот выпад Василиса, - он улетел!

- Да не мог он улететь! – возмущался Хламовщик, - У него и крыльев-то не было! И помнится, когда я уходил, он окаменел! Я не говорю, что Вы – специально! Но не смотрели, чего жрёте! Ведь он в вашем корме копошился, стали жрать, и сожрали!

- Да не ели мы его! – раздражённо выдала Василиса, - Весь корм, между прочим, это именно он и понадкусывал, после него никто это жрать не хочет, ни я, ни Клариса, ни Скоропея – брезгливо! Он где жрал, там и гадил! Этот паразит, видишь ли, личинка! И каннибал к тому же!

- И он не окаменел, он окуклился! – заявила нарисовавшаяся рядом с Медным Тазом Скоропея, высунув свой раздвоенный язык, - Твой Дракон окуклился, потому и стал такой жёсткий. А пока тебя не было, куколка пролупилась и превратилась в прекрасную…

- Бабочку? – с придыханием выдал Хламовщик.

Хотя версия о том, что обнаруженное непонятное существо – это маленький дракон, нравилась ему больше. Но если он всё-таки насекомое, то кем ещё могла стать куколка?

Клариса прыгала вокруг Медного Таза не в силах дотянуться до его краёв. Василиса подхватила её клювом за шкирку и поставила на дно Таза рядом с Осколочком Зеркала.

- Скоропея хочет сказать, - скороговоркой запищала Клариса, глядя в Осколочек, - что этот твой Дракон превратился в прекрасную, зелёную, жирн…

Скоропея приложила кончик хвоста ко рту Кларисы и прошипела сама:

- В прекрасное взрослое насекомое с полноценно развитыми крыльями!

- Нет уж! – запищала Клариса, отплевавшись от Скоропеиного хвоста, - Я за то, чтобы называть вещи своими именами! Эта подлая личинка опарыша превратилась в противную, жирную, зелёную, назойливую, неуловимую муху! Так что никто, никто тут это съесть не мог! Во-первых, брезгливо, во-вторых, кто бы ещё мог это поймать! Но если ты так хочешь Дракона, эта муха спёрла у нас один лепесток и загадала стать настоящим, большим, полноценным драконом! И улетела в вентиляцию, видимо, чтобы было удобнее драконом становиться. Там на улице.

- Значит, один лепесток, - загнул один палец Хламовщик, - Стало быть, лепестков было несколько?

Клариса показала три пальца, а потом всё-таки загнула один и показала два.

- А где тогда остальной лепесток… - озадачился Хламовщик, и подозрительно добавил: - Ещё два лепестка? Их ведь было три?

- Ну да, их было три! – всплеснула лапками Клариса, - Но из-за того, что тут пролупилась эта подлая, наглая, гадкая, мерзкая, бессовестная муха, у нас не осталось ни одного!

- Между прочим, эту муху вы же сами и притащили! – ткнул пальцем в Кларису Хламовщик.

- Точнее, это сделала я! – повинилась Клариса, - Но я забрала этого подлого опарыша оттуда сверху потому, что он там жрал наш Волшебный Кактус! Обглодал его весь! А не убила потому, что не могу я так! Меня терзали сомнения, имею ли я право, могу ли я… Но не надо на меня так смотреть! Если бы ты не ушёл, ничего бы этого не случилось!

- Но что, я тут с вами безвылазно должен был сидеть? – разошёлся Хламовщик, - Я что, не могу вам доверять? Вот стоило уйти, как вы съели моего дракона! Друг друга вы до сих пор не сожрали, хотя Скоропея могла бы схомячить Кларису, но нет же, вы, видите ли, подруги… А вот дракона…

- Да никто твоего дракона не ел! – надрывалсь Клариса, - Улетел он!

- Да, - добавила Василиса задумчиво, - Хламовщик, тебе не кажется, что ты поступаешь нехорошо – ты подозреваешь своих друзей в нехороших вещах! Ты домысливаешь за нас те мотивы, которых у нас не было. Ты обидел Прынцессу, и мы даже не знаем, где сейчас она. Ты…

- Ну да, говорите мне – какой я плохой! – взвёлся Хламовщик.

- А ну заткнулся! – повысила голос Василиса и топнула своей перепончатой лапой, - А то ударю! – она замахнулась белоснежным крылом, - Как ты вообще со старшими разговариваешь!

- Да у вас, баб, на уме одни истерики! – сокрушался дальше Хламовщик, - Вы меня вечно и пилите, и обсуждаете, и критикуете, а я ничего в ответ не могу, потому что вы, видишь ли, бабы!

- А может, потому что ты не хочешь включить свои мозги и подумать, в чём можешь быть не прав? – настаивала Василиса.

- Да вас, женщин, не понять! – не соглашался Хламовщик.

- Чего тут можно не понять! – теряла терпение Василиса, - Тебе всё объяснили! Если надо – объясним ещё раз, если только ты не будешь на нас кричать, изображать из себя жертву и переходить в атаку! Клариса пытается тебе сказать, что если бы ты не ушёл, муха не украла бы у нас эти лепестки! Тебе что, правда не подождать было, пока она их достанет? Да и вообще, мог бы сходить с ней вместе, ей тяжело такими маленькими лапками бежать наверх. Отнёс бы. Потом обратно бы забрал… Ты же мужчина! Ты сильный…

Хламовщик что-то раздосадованно всхлипнул, а Василиса бойко добавила:

- Как минимум, сильнее всех нас! Значит там, где твоя сила может нам помочь, ты мог бы её применять, чтобы сделать легче… А мы для тебя тоже чего-нибудь обязательно сделаем. То, что нам под силу, но чего не сможешь ты сам потому, что или будешь занят, или не будешь знать как… Вот если бы ты помог Кларисе забрать лепестки сверху…

- Ну нет уж! – пискнула Клариса, - Тогда бы он сразу и загадывать начал! Прежде, чем мы всё обсудим!

- Значит, всё-таки вы меня дискриминируете! – возмутился на это Хламовщик.

- Ну да, после всего мы тебе не доверяем! – строго выговаривала Клариса, - Но не потому, что считаем, что ты плохой, а потому, что ты поступаешь неразумно!

- Я – неразумно? – возмутился Хламовщик, - А сами-то! Всё равно заныкали все три лепестка! Если уж про разумные поступки говорить, можно было не тащить лепестки в комнату, где эта муха закуклилась, а подождать сначала меня!

- Ладно, девочки, - упавшим голосом сказала Василиса, - Давайте все вместе успокоимся, и просто расскажем, как было дело, - она вздохнула, и через отражение посмотрела на Хламовщика: - Когда Клариса принесла сюда лепестки, мы решили обсудить, что мы можем загадать из того, что действительно очень важно и очень нужно. И остановились на том, что нужно пожелать, чтобы ключи нашлись…

- А они и нашлись! – тут же воспрянул Хламовщик, выхватил из кармана связку с ключами и потряс ими перед собравшимися.

- Надо же… - удивилась Клариса, - Сами что ли?

- Они упали с неба в мою телегу! – заявил Хламовщик.

- Ну надо же! – поразилась Клариса, - Значит, моё желание всё-таки сработало!

- Но можно было бы загадать чего-нибудь более важное! – тут же снова сменил тон Хламовщик, - Без чего реально никак нельзя было бы обойтись! А ключи бы я и так нашёл! Обошёл бы всю свалку и нашёл бы. Я всё равно по ней регулярно хожу в поисках чего-нибудь полезного. Когда-нибудь я бы их непременно нашёл бы.

- Мы бы сделали, как ты хотел, - заявила Клариса, - Если бы эта подлая муха не начала тягать у нас лепестки! Один лепесток она спёрла и пожелала стать Драконом, мы ничего сделать не успели. Второй лепесток тоже спёрла и хотела что-то ещё загадать, но мы его перехватили и срочно, пока он не потратился, пожелали найти ключи… - она виновато понурила голову: - Я пожелала.

- А третий? – озадачился Хламовщик.

- А его у нас спёр Попугай! – заявила Клариса, - Пожелал стать Орлом! Никого из нас не спросив. Мы перед этим договорились, что загадывать будем для всех вместе, а он… Только на себя потратил! Загадал стать Могучим Орлом, да только превратился в какое-то кошмарное чудовище!

- Если я не ошибаюсь, - вмешалась Скоропея, - Это чудовище – и есть Орёл. Просто Орлы – они бывают разные. Орлами принято называть крупных дневных хищных птиц. А конкретно этот… Он скорее канюк, и называется южноамериканская гарпия! Это действительно кошмарная на вид птица, одна из самых больших летающих птиц. Но всё-таки орлом в какой-то степени он действительно является.

- Точно! – оживился Хламовщик, - Я помню! Надо мной летала какая-то кошмарная птица! Я никогда раньше таких тут не видел… Ни тут, ни вообще на картинках и по Блюдечку. Здоровенная, страшная! Точно, гарпия! Так вот на кого похож стал наш Попугай…

- Девки, а может, зря мы его прогнали? – осведомилась Скоропея, - Вдруг он ничего плохого нам не хотел? Просто, как и мы, растерялся, поспешил, загадал не подумав, потому что муха лепестки тягала?

- Ну не знаю… - задумалась Василиса.

- Вот дуры – они и есть дуры! – тут же оживился Хламовщик, - Меня обвиняете, что я подозреваю других, а сами-то, а сами…

- Но ты поди попробуй окажись на нашем месте! – укорила Василиса, - Когда перед нами вдруг материализовался такой страшный и опасный хищник без всякого предупреждения, без всяких согласований! И даже загадывал стать орлом, и вместо обычного орла, как его себе все представляют, стал гарпией! Слушай, может он правда того… Не хотел идти против нас. Надо его обратно позвать. Раз он стал орлом, теперь его можно приспособить на роль сторожа…

- Или дозорного, - прошипела Скоропея, - У орлов очень хорошее и острое зрение, а ещё, они могут долго парить в воздухе. Так что сможет смотреть за окрестностями, сообщать об опасности… И кстати да, он бы мог и ключи поискать…

- Точно… - оживился Хламовщик, - Когда ключи упали с неба, там летала эта огромная страшная кошмарная птица! Я точно помню!

- И? – осведомилась Василиса.

- Я так обрадовался, что они нашлись, - заявил Хламовщик, - Что схватил их и сразу же побежал! И открыл дверь! Я хотел проверить, подойдут они или нет, и они подошли!

- Но получается, - рассуждала Скоропея, - Теперь не понятно почему нашлись ключи, потому что Клариса загадала желание, или потому что Орёл их нашёл, и случилось это независимо от нашего загадывания… Ведь если бы желание исполнилось у Кларисы, ключи должны были предстать перед нами вот здесь… А не там…

- А вдруг всё вместе? – предположила Клариса, - Ну если у Орла… В смысле у Попугая… Или теперь уже у Орла… Желание исполнилось, а то что он нашёл ключи – это и есть исполнение моего желания? А что он бросил их Хламовщику в тачку… Ну так желание исполнилось тем способом, которым оно могло исполниться… Не мог же он принесли ключи сюда нам, раз мы его выгнали…

- Всё равно чего-то не стыкуется, - протянула Скоропея, - То как Попугай превратился в Орла выглядело волшебно и было похоже на самое настоящее Чудо. Даже так же эффектно, как обычно случается волшебство. И с неволшебной точки зрения, такое вообще было невозможно. А вот ключи нашлись как-то ну слишком уж обыденно для исполненного желания.

- Но всё-таки ведь нашлись? – уточнила Клариса, а потом решительно добавила: - А вот этот опарыш, который стал мухой – это точно Вертолох! Как-то больно хитропопо он себя вёл всё это время! И как-то больно осведомлённо для обычного опарыша! Это точно он! Не понятно зачем он украл лепесток и пожелал превратиться в муху, но он всё время лепестки ворует, и мы не знаем, чего он ещё загадывал! Может, после того как превратился в муху, загадал стать опарышем, потом окуклился и опять стал мухой! Вот и объяснение…

- Вроде объяснение твоё подходит, - рассуждала Скоропея, - Да только логики в этом как-то мало! Зачем желать превращаться в муху, а после этого – ещё и в опарыша, потом окукливаться и снова становиться мухой?

- Чтобы всех запутать! – заявила Клариса, - Вертолох это может!

- Кстати да, - кивнула Скоропея, - Его имя – Вертолох, это не то, что он сам лох, причём не простой, а в комбинации с вертолётом. А оно имеет совсем другое значение! То, что он вертит лохами как хочет! Вот.

- Выходит, все мы тут – лохи? – сделала вывод Клариса.

- А что, разве нет? – с философским видом осведомилась Скоропея, - Он нам тут довольно успешно сейчас морочил головы.

- А может, чтобы нам гадость сделать! – продолжила Клариса, - Ведь в виде мухи ну очень удобно всё сразу! Именно муха может задолбать больше всех! Именно муха вызывает раздражение, потому что заразу разносит, жужжит, не улетает, и попробуй её поймай или выгони! Но мало ему этого, он решил опарышем стать, чтобы ещё больше омерзения у нас вызвать!

- Ты зря обидел Прынцессу, Хламовщик, - вернулась к старой теме Василиса, - Может быть если кто чего и знает про лепестки и исполнения желаний – так это она. Она была заперта с Хозяином в комнате, она там с ним разговаривала, ей он позволил сорвать лепесток и загадать желание…

- С чего ты взяла, что позволил? – тут же осведомился Хламовщик, - Если лепестки там сами падают.

- Но ведь те, что упали, они так и лежали не собранными, - сказала Клариса, - Значит, Хозяин разрешил Прынцессе сорвать лепестки прямо с Цветка! Найди Прынцессу, извинись перед ней…

- Да не буду я извиняться! – заупирался Хламовщик, - Я не сделал ничего такого, за что надо было бы извиняться! Это просто вас, женщин, не поймёшь! То в истерику, то в слёзы… - он озадачился, а потом другим тоном добавил: - Кстати, вы же вот мне не устраиваете истерик со слезами и убеганиями?

- Это потому, - нравоучительно молвила Василиса, - Что мы намного старше Прынцессы, и уже нажили багаж личного опыта и житейской мудрости, и выработали философский подход. И мы не можем всерьёз обижаться на такое неразумное дитё, как ты. Для нас ты дитё. А для неё – нет! Для неё ты взрослый мужчина! Поэтому если от тебя исходит что-то такое… Неразумное и неправильное… Она воспринимает это очень болезненно!

- А что от меня такого неправильного исходит? – осведомился Хламовщик, - Я же её не ударял, за косы не дёргал, жёваной бумагой не пулялся… Я даже снежки в неё не запускал, хотя на снежки нормальные люди не обижаются! Нормальные люди тут же подхватывают и сами начинают кидаться, но это же веселье такое! Забава…

- Но не все бывают готовы и настроены забавляться, - выговаривала Василиса, - Да и к тому же, то, что сделал ты – забавой не было. Ты обидно над ней понасмехался. Может, Прынцесса и была в чём-то не права, но нельзя же говорить ей об этом… Ну вот так… Как ты сделал.

- Но Ба всегда именно так и разговаривает! Со всеми! – заявил Хламовщик, - Так что всегда обидно и утереться хочется! Разве это не нормально? Наоборот, если человек вежлив и уступчив, значит, гадость какую сделает! А я не хочу быть гадом!

- С чего ты взял, - возмутилась Василиса, - Что если вежливый, тактичный, внимательный и чуткий – то всенепременно гад?

- Потому что Ба всё время говорит обидные вещи, но сама же она хорошая? Значит, тот кто будет говорить ласковые и необидные вещи – плохой. Вы мне сами про Вертолоха…

- Вот Вертолох как раз – мастер говорить гадости, - заявила Скоропея, - Но хорошего в нём ну ни на йоту ничего нету! Так что это не показатель. А обидные вещи говорить не надо! То что Старушенция так всё время делает, это не значит, что надо быть таким же! Никому не нравиться быть мишенью для чужой язвительности и постоянных упрёков, зачастую вообще надуманных и притянутых за уши! Нехорошо это. Даже если сама Старушенция и хорошая, но вот это – всё равно нехорошо! А Прынцесса подумала, что вы со Старушенцией на неё злитесь, что хуже неё никого нет, что она вам тут мешает. Вот и ушла. И попала в беду. Извинись перед ней, чтобы она больше не чувствовала себя так виновато.

- Ну ладно, - сдался Хламовщик, - Но всё равно! Как я перед ней теперь извинюсь? Я приду извиняться, а она ещё сильнее расплачется…

- Просто скажи ей, что мы… - Василиса обвела крылом себя, Кларису и Скоропею, - Очень хотим её видеть!

- Ну да! – хмыкнул Хламовщик, - Так она к вам и побежала! Она на вас самих дуется за то, что вы какие-то её бумаги промочили!

- Ну да, было дело, - вздохнула Василиса, - Но это всё из-за Вертолоха, опять же…

- И мы ей объяснили, - пискнула Клариса, - Что сами очень расстроились, что жалеем, что так вышло, и осознаём свою вину… И просим нас простить…

- Хотя не за что, - добавила Скоропея, - Мы же не имели умысла что-то упускать, мы приоритеты расставили… Мы хотели чтобы Вертолох больше не появлялся в Свалочном Замке и бросили все силы на решение этой задачи, потому бумаги и остались без присмотра.

- Вот! – заявил Хламовщик, - Говорю вам, сложно всё с этой дурой! А вы меня не слушаете! А у Хозяина мы и сами спросить можем. Я только что дверь открыл, там он, у себя! В комнате! То есть эта гусеница, которая окуклилась, действительно была не он, а какой-то самозванец!

- То есть он сейчас в комнате, - протянула Скоропея, - А комнату ты открыл… - она замолчала задумчиво, а потом резко осведомилась: - А запер?

- Да кто туда пойдёт! – махнул рукой Хламовщик, а потом замялся и добавил: - Да и к тому же, кто знает, что ключи нашлись? Да никто… Кроме Орла.

- Слушай! – с грозным видом зашипела Скоропея: - Быстро ключи в руки и марш наверх, в комнату!

- Ой, можно подумать у вас нет к Хозяину вопросов! – заявил Хламовщик, - Вы же хотите, чтобы я вас всех взял с собой и кого-то отнёс на руках, кого-то подождал, ещё и Таз этот тащить, потому что без него мы разговаривать не можем… Короче, я пойду за тачкой, а то я её во дворе там бросил, схватил только ключи и побежал с ними.

- Ну дела, - покачала головой Скоропея.

- Тебе что, закрыть было трудно, когда ты уходил? – каверзно осведомилась Василиса.

- Кстати, с Хозяином я разругался, - обрадовал Хламовщик, обернувшись с порога, - Так что вы все пойдёте со мной и будете разговаривать с ним! Я мириться не умею.

- Ну жук, - покачала головой Василиса.

- Это он, наверное, от Вертолоха сволочизма понабрался, - заметила Скоропея.

Глава 71. Ну вот и поговорили…

Жучка вскарабкалась по лестнице на самый верхний этаж Самой Высокой Башни Свалочного Замка. С больной лапой это было неудобно, но Жучка превозмогала себя и поднималась, ступенька за ступенькой.

И вот, когда весь путь был пройден, она вошла в открытую дверь, села на пороге чтобы передохнуть, высунув язык, а потом оглянула комнату: нет ли где миски с водой.

В комнате она увидела ванну, в которую было не забраться, а ещё стол со скатертью и табурет. Табурет стоял в аккурат перед столом, Жучка вскочила на него, а потом на стол. Там оставалось некоторое количество еды, и Жучка принялась есть.

- Эй, собака! – тихонько позвал кто-то.

- Меня Жучкой зовут, - не отвлекаясь от еды, ответила Жучка, - А ты, собственно, кто.

- Я – Хозяин! – осторожно ответил голос.

Жучка встрепенулась, хвост сам собой свернулся калачиком и завилял. Забыв, что у неё болит лапа, и что она сейчас сидит на столе, Жучка радостно завертелась, пытаясь узреть назвавшегося.

- Я тут, - вкрадчиво позвал представившийся Хозяином, - Только осторожнее, Жучка, не упади! Я вижу, у тебя и так уже лапа подбита…

- Да! Да! – затявкала Жучка, шумно и отрывисто дыша, и развернулась к Зеркалу.

Сначала она там не увидела никого, только два контрастных пятна – свет из окна и темень комнаты, которая выглядела совсем чёрной. А потом на тёмном фоне медленно открылись светящиеся жёлтым узкие глаза. Кажется, не симметричные и очень печальные.

- Так это ты и есть – тот самый Хозяин? – завиляла хвостом Жучка, - Мне всегда казалось, что ты – крутой! И наверное, ты и есть тот, кто мне всегда был так нужен! Кого мне всегда так не хватало! – её хвост завертелся ещё сильнее, - А то эти дуры… Клариска, Василиска и Скоропейка… Они собирались загадывать желания, исцелять калек, всех одним загадыванием, а про меня даже и не вспомнили! Представляешь, каково? Все бы исцелились, а я бы так с больной лапой и осталась! Это всё из-за этого подлого Вертолоха! Это всё из-за него…

- Не поминай нечистого, - предостерегающе молвил Хозяин, - Слушай, Жучка, если ты признаёшь меня, если ты рада мне служить, сделай для меня пожалуйста одно дело… Вернее, дело надо будет сделать не одно, но давай начнём с малого…

- Да, слушаю и повинуюсь! – Жучка снова завиляла хвостом.

- Оглянись…

Жучка вскочила на три лапы и резко развернулась.

- Осторожнее, Жучка, ты же так со стола упадёшь, повредишь себе ещё одну лапу…

- Что я должна делать? – оглянулась Жучка к Зеркалу.

- В общем слушай. Ты видишь меня, и мы можем разговаривать только когда сидишь на этом столе. И в идеале ещё нужно смотреть в Зеркало… Хотя, вроде бы оно и так передаёт тебе мои слова… А мне твои… Но только когда мы находимся в прямой видимости друг друга!

- А как это… В прямой видимости? – засуетилась Жучка.

- Это когда ты сидишь на этом столе! – пояснил Хозяин, поняв, что сложных изысков Жучка всё равно не поймёт, - Поэтому внимательно дослушай всё, что я тебе скажу, а уже потом… Потом просто сделай. Так вот. Нужно будет слезть со стола, тогда я тебе уже ничего подсказывать не смогу, пододвинуть табуретку вот к тому блюду, что на стене висит, только как следует пододвинь, потому что следующим этапом тебе нужно будет на эту табуретку вскочить и не упасть с неё. А потом, встать на задние лапы и дотянуться до того яблочка на ободе блюда. И растолкать его так, чтобы оно начало по блюду кататься. В общем, там я снова смогу с тобой разговаривать, но пока ты будешь идти по полу – не смогу. Всё поняла?

- Всё! – доложила Жучка, - Будет сделано!

Жучка пододвинула табуретку к Блюдечку, как велел Хозяин, вскочила на неё, встала на задние лапы, что было непросто с больной передней лапой. И потянулась к Яблочку на краю Блюдечка.

- Отлично, Жучка, ты сможешь! – подбодрил Хозяин, чей голос снова стал слышным.

Но вдруг у Жучки загорелись глаза:

- Мячик-мячик-мячик! – скороговоркой выдала она, вцепилась в Яблоко зубами и начала мотать головой.

Яблоко отлетело к стене, Жучка спрыгнула с табуретки, кинулась за ним, схватила, и снова мотая головой бросила. Так она прыгала по комнате, опрокидывая и распихивая стоящие на полу предметы.

А Хозяин в Зеркале отчаянно кричал:

- Фу! Сидеть! Место!

Большую часть времени он Жучку даже не видел, она выпадала из поля его зрения, поэтому не могла слышать команд. Но Хозяин кричал и кричал, в надежде, что в те короткие моменты, когда Жучка попадёт в зону контакта, она хоть что-нибудь услышит и это её отрезвит.

* * *

Хламовщик тащил по лестнице свою телегу, в которой стоял Медный Таз с Осколочком Зеркала. Под Осколочек Зеркала было подложено два лебединых пера, чтобы он не очень бился о дно Таза, когда телега подскакивала на ступеньках. А сверху на осколочке распласталась Клариса, чтобы он не амортизировал на перьях. А вокруг ещё обмоталась Скоропея, чтобы добавить увесистости. А сверху в тазу сидела Василиса, словно на гнезде.

Когда Хламовщик вытащил свою телегу на очередной лестничный пролёт, Василиса требовательно застрекотала, приподнялась на тазу.

- Ну чего тебе! – возмутился Хламовщик, обернувшись, и поставив телегу на упор.

Василиса слезла с Медного Таза, вытащила клювом Кларису из мотков гибкого тела Скоропеи и, заглянула в осколок Зеркала. Хламовщик нехотя сделал то же самое, и повторил твой вопрос:

- Чего тебе?

- Я думаю, нужно сделать привал!

- Ты шутишь? – возмутился Хламовщик, - Я вас всех везу, а вы только едете! И я не устал! Неужели, ехать – это так тяжело?

- А то нет? – прошипела на это Скоропея, - Мы на каждой ступеньке подпрыгиваем и стукаемся! Вон, под осколок пришлось перья подложить, но под нас кто чего подложит?

- Надо было бросить в эту тачку побольше соломы! – добавила Клариса, - Ехать было бы удобнее.

- Да нет тут никакой соломы! – перешёл на повышенные тона Хламовщик, - Во время прошлого пожара, которому вы все стали свидетелями, всё тут сгорело! Вы же помните! Искра с костра попала в дом, а там всё вспыхнуло как спичка! И вообще, за эту солому Старушенция меня постоянно пилит! Что я разбрасываю везде… Но я ведь знал, что понадобится, знал же… Но кто меня слушал… Да и чего говорить, если уже сгорело всё, - он махнул рукой.

- Слушай, - осторожно добавила Василиса, - Может быть лучше того… Без телеги? Скоропею и Кларису ты можешь на руках нести, они не тяжёлые, а я сама за тобой пойду пешком. Я же уже туда наверх пешком забиралась, справлюсь. Ехать правда невозможно, это какое-то пыточное орудие!

- Ну ладно, пошли пешком, - вздохнул Хламовщик, - Скоропею и Кларису я прямо вот так в тазу понесу, а ты, да, лучше если пойдёшь за мной сзади… - а потом задумавшись, добавил: - Ну или спереди. Женщин же положено вперёд пропускать?

- Мы не на церемонии, - сказала Василиса, - Иди лучше ты вперёд, мне удобнее сзади…

Хламовщик поднял Медный Таз со дна телеги и решительно направился вперёд по лестнице.

Когда они пришли, к открытой двери на самой вершине башни, прямо навстречу Хламовщику из комнаты пулей выбежал маленький радостно визжащий щенок, начал прыгать на задних лапках вокруг его ног, стукая по ним одной передней лапкой. Вторую лапку щенок поджимал, и попеременно скулил то от радости, то от боли.

- Ути-пути, а кто у нас тут, - умилительно засюсюкал Хламовщик, поставил Медный Таз прямо на пол, схватил щенка на руки и позволил ему облизать себе всё лицо.

А потом начал оглядываться.

Скоропея и Клариса зашевелились в Медном Тазу где до этого ехали, Клариса бодрее, Скоропея – совсем вяло и медленно. Она что-то шипела, но из-за того что Хламовщик не смотрел в Осколок Зеркала, было не понятно.

- Замерзла я в этом Тазу ехать, - пояснила Скоропея, когда Хламовщик всё же изволил подойти и посмотреть в нужном направлении.

А щенок у него на руках визжал:

- Тятя! Тятя! У-и-и-и, какие цацы!

- Держи его крепче! – взмолилась Клариса, - Он же нас… Закусает…

- Да разве может эта милота кого-то обидеть? – возмутился в ответ Хламовщик.

- Цаца, цаца! – тявкал щенок.

- Девки! – пронзительно запищала Клариса, - А что, если это Жучка! Тут же открыто было, она сорвала лепесток и загадала стать снова щенком!

- Вот только зачем? – оторопело добавила Скоропея.

И тут как раз на лестничную клетку взобралась запыхавшаяся и усталая Василиса.

- Да, девки, это я! – радостно доложил Щенок, - Я играла там с мячиком, потом оказалось, что это яблочко, я решила яблочко загрызть, оно сладенькое, ну вот не знаю, что произошло…

- Приплыли, - покачала головой Скоропея, - Пошли уже к Хозяину!

- Подождите, я должен морально подготовиться… - сказал Хламовщик, приосанился, сосчитал про себя до трёх, а потом направился к входу.

Василиса, Клариса и Скоропея последовали за ним. Скоропея еле ползла, Василиса подхватила её клювом за хвост и забросила себе на спину.

Хламовщик перехватил щенка одной рукой, а потом взял Таз и занёс его в комнату, где незамедлительно поставил на стол. Василиса схватила клювом Кларису, поставила её на стол, перекинула туда Скоропею со своей спины, а потом пододвинула табурет и по нему взобралась сама.

Хламовщик тоже встал перед Зеркалом.

И в Зеркале вспыхнули жёлтые пылающие глаза, они раскрылись широко, в общем, один глаз чуть щурился, словно от боли.

- Куда ты припёрся с животными! – гневно пророкотал Хозяин, - С животными вход воспрещён!

- Тебя не спросил! – дерзко выругался Хламовщик, прижимая к себе щенка.

- Хламовщик! – запищала Клариса, глядя в Зеркало на стене, - Мы пришли сюда не ссориться, а поговорить! Если так начинать разговор, то…

- Я знаю, как начинать разговор! – твёрдым голосом заявил Хламовщик и уставился в Зеркало, в пылающие гневные глаза, в упор: - Ты сейчас оскорбляешь моих друзей! А они… Чтобы ты знал, они не животные! Они достойные и воспитанные личности! Василиса, лебедь, между прочим, верой и правдой стережёт твоё Зеркало, когда оно хранится за пределами этой комнаты! Клариса, мышка, следит за всем, что происходит и вовремя докладывает о всяких траблах и проблемах! А Скоропея – она просто интеллигентнейший и образованнейший человек… Вернее, змея. И снабжает нас всех нужными знаниями! А ты смеешь их сейчас оскорблять! Ты можешь что хочешь думать по поводу вхождения в твою комнату с животными, но у меня своё мнение! Я считаю, что они достойны тут находиться.

- Одно животное сюда уже входило, - зарокотал в ответ Хозяин, - И кончилось это бедой! Я попросил эту собаку чтобы она включила мне Блюдечко, а она вместо этого принялась играть с яблоком как с мячиком, а потом и вовсе сгрызла его! А яблоко-то не простое, а молодильное! Вот и пожинай теперь!

- Жучка-жучка, - укоризненно покачала головой Василиса.

- Ну девки, но вы же знаете, у меня темперамент… - вижжала в ответ омолодившаяся Жучка, - Ну и что… А разве плохо? Я зато теперь дольше проживу!

- Да ты не знаешь ничего об истинном действии Молодильных Яблок! – завыл возмущённо Хозяин, - Достойные, говоришь… - он из Зеркала обвёл своими пылающими глазами собравшуюся компанию, - Хорошо, пускай приходят, но… Чтобы все ко мне заходили по одному! И да, вот этой собаке я здесь появляться запрещаю!

- Как так? Как так? – засуетилась Жучка, - Ты же Хозяин… Хозяин отрекается от собаки… - она жалобно заскулила.

- Я не понимаю, кто вообще мог так дурно воспитать эту собаку! – продолжал гневаться Хозяин, - Собаки, между прочим, наркотики находят, мины обезвреживают, людей спасают, а этой… Простое дело нельзя поручить!

- Вот что! – грозным голосом сказал Хламовщик, - Если ты тут выдвигаешь такие условия, сиди тут один! – он взял со стола Медный Таз, повернулся всем корпусом и поверх носа вполоборота посмотрел в Зеркало: - Пойдёмте, девочки!

С этими словами он вышел за дверь, дождался, пока Василиса посадит на себя Кларису и Скоропею и спрыгнет со стола, а потом выйдет за порог, захлопнул дверь, запер замок и самодовольно заявил:

- Вы хотели, чтобы я закрыл эту дверь, я её закрыл! Пойдёмте.

Василиса что-то застрекотала, Клариса запищала.

Хламовщик поставил Медный Таз на пол, и, дождавшись когда Василиса заглянет в него, посмотрел в него сам и сказал:

- Если ты не понимаешь без переговорника, я сказал что вы хотели, чтобы я запер дверь, так я её запер! Мы можем возвращаться вниз.

- Но подождите! – запищала Клариса, спрыгнув с Василисиной спины прямо в Таз, - Мы же шли к Хозяину поговорить! У нас же к нему были вопросы!

- Да о чём можно говорить с этим чудовищем! – возмутился Хламовщик, - Вы же слышали, какой он злыдень и хам?

- Но у нас же были к нему вопросы! – настаивала Клариса, - Мы шли с ним поговорить. Да и вообще, если вспомнить, ты сам, Хламовщик, тоже бываешь невыносимым! Нужно просто проявить терпение!

- Я комнату запер? – осведомился Хламовщик, и сам себе ответил: - Запер. Лучше уж давайте мы Прынцессу найдём и с ней будем разговаривать. Вот если выяснится, что она ничего не знает, тогда опять пойдём к вот этому… - он кивнул на дверь, продолжая держать щенка Жучку одной рукой, второй он подцепил Таз. Осколочек скатился в самый край, но задержался в нём.

Так Хламовщик и шёл вниз молча. А Василиса ковыляла за ним, везла на себе Кларису и Скоропею.

Остановился Хламовщик возле своей комнаты, водрузил там Таз на стол. Василиса вошла за ним.

- Уходи отсюда! – велел Хламовщик, - Я сейчас эту комнату запру…

Василиса возмущённо зашипела, потом взобралась на стол, клюнула по Тазу, привлекая внимание, а потом, глядя в Осколок, требовательно заявила:

- Верни нам с девочками наше переговорное устройство! Зачем ты его у нас забираешь? У тебя и так есть ключ от верхней комнаты, там целое Зеркало закрыто. В общем, ключ тоже отдай мне на хранение! Я уже много лет стерегу это Зеркало, до сих пор оно было в сохранности. И если ты закрыл его наверху, то ключ должен быть у меня!

- Ну нет уж! – возмутился Хламовщик, - Ключ – мой! Он всегда у Старушенции под ковриком лежал, с наружней двери Замка, и ничего с ним не происходило!

- Но ведь это было неправильно, - заметила Василиса.

- Возможно, - после некоторой паузы сказал Хламовщик, - Так что теперь он всё время будет у меня!

- А если ты уйдёшь и потеряешься? – осведомилась Василиса, - Как мы тогда откроем верхнюю дверь?

- Вы её никак не откроете! – ревностно заявил Хламовщик, - А знаете почему? У Вас – лапки! Так что оставьте ключ мне!

- У нас ещё есть Прынцесса, - напомнила Василиса.

- Да нет её! Где она? Вот скажи мне, где?

- Дай сюда ключ, - настаивала Василиса, - Спрячем в условленном месте, и пойдёшь по своим делам! Хламовщик, ты должен понимать! Ты мужчина, ты сильный, мы все тут от тебя во многом зависим, и если ты нас подведёшь, мы ничего не сможем предпринять, чтобы как-то себе помочь! Не делай наше положение ещё более шатким! Мы не просто так просим! Не дай Бог, конечно, но если так получится, что ты далеко, а открыть надо срочно?

- А что там такого срочного может быть? – возмущался Хламовщик, - Кактус поливать? Я вот тут думаю, а может, ну его нафиг – Кактус этот? Ну растут на нём какие-то Цветики-Семицветики, но давайте вдумаемся: хоть кого-нибудь загаданное желание сделало счастливым?

Повисло потрясённое молчание.

- Вот видите! – подхватил Хламовщик, - Я думаю что нужно вообще выкинуть этот дурацкий ключ, чтобы никто никогда не открывал комнату с этим хамом! И зачем он только нашёлся… Жучка там в щенка превратилась! Что ещё должно произойти, чтобы вы уже поняли, что нельзя заигрывать с сомнительными магическими силами!

С этими словами он взял со стола Медный Таз, вышел из комнаты, дождался, пока то же самое сделают Василиса, Клариса и Скоропея, запер дверь и куда-то пошёл.

Куда-то оказалось Озером во Внутреннем Дворе, Хламовщик поставил Медный Таз туда, откуда в своё время его забрал, а потом отвязал от связки большой и тяжёлый ключ и замахнулся, собираясь кидать в Озеро.

- Стой! – зашипела Василиса, раскрыв свои белоснежные крылья на всю ширину.

А потом Скоропея, глядя в Таз сказала:

- Подобные вопросы так с бухты-барахты не решаются! Отдай ключ нам, мы его спрячем, и у нас некоторое время будет подумать.

- Нет! – отрезал Хламовщик, - Я лучше придумал! Я отдам его Старушенции, а она запрёт его в сейф, который никто из нас никогда не видел! Это компромиссный вариант. Для меня это будет означать, всё равно что выкинул, а для вас – всё равно что не выкидывал.

С этими словами он развернулся и вышел.

Василиса, Клариса и Скоропея синхронно тяжело вздохнули.

Глава 72. Тяготы одиночества

Прынцесса брела по Свалке не зная, куда она бредёт. Свалка казалась бесконечной. Прынцесса не представляла себе, как она вообще могла преодолеть это место и попасть в Свалочный Замок, ведь конца и края Свалки было не видно. Наверное, она попала в Свалочный Замок не обычным путём, а при помощи какого-то колдовства. Иначе она для себя объяснить ситуацию просто не могла. Потому что будь у Сказочной Свалки конец и край, она давно бы уже куда-нибудь пришла. Но этого всё не происходило и не происходило. Даже Страшная Птица, которая до этого долго кружилась над головой, в один прекрасный момент куда-то пропала.

Прынцесса думала, что будет рада этому исчезновению, но, когда оно состоялось, это только сильнее напугало Прынцессу. Должно быть, Страшная Птица испугалась кого-то, кто был ещё страшнее. И ещё, от чего-то Прынцесса почувствовала себя одиноко. И вдруг поняла, что давно хочет есть, а ещё больше хочет пить, и да, в туалет… В общем, может быть, следовало пользоваться моментом, пока никого не было, чего Прынцесса и сделала за ближайшей мусорной кочкой. Хотя ощущение было таким, будто на неё смотрят со всех сторон, и даже со стороны кочки, было неимоверно стыдно, но терпеть Прынцесса больше не могла.

Потом она нашла другую мусорную кочку, села на неё и заплакала. Наверное, нужно было не играть в гордость, не уходить, а ещё раз потребовать от Хламовщика, чтобы он отвёз прямо ко Прынцу. А потом Отец-Король заплатил бы ему, и можно было бы не чувствовать себя перед ним в долгу. Так просто и так хорошо во всех смыслах!

Но вот только… Вспоминая момент своего ухода, Прынцесса понимала, что ей просто не оставили выбора! С ней вели себя и разговаривали так, что явно давали понять, что не сделают того, что она просит, даже за хорошую награду – всё равно возьмут и не сделают!

Этого Прынцесса никак не могла вразуметь. Неужели этим простолюдинам в их этой дыре не нужны деньги? Ведь на деньги можно купить себе не только предметы роскоши, а хотя бы какие-нибудь маленькие удовольствия, как это делала Прынцесса, когда щедрый Король-Отец давал ей на карманные расходы. Да что там, удовольствия… Предметы удобства. Или хотя бы предметы первой необходимости. Неужели этот Хламовщик, эта Старушенция, настолько дремучие люди, что даже маленькие удовольствия им недоступны и неведомы, без удобств они обходятся, а необходимостей у них и вовсе не бывает? Но почему, почему сама Прынцесса так не может и не умеет… Обходиться вообще без всего… И не нуждаться ни в чём… Ведь если бы мочь, это как же было бы удобно…

Из этих размышлений вырвал протяжный клёкот. Прынцесса подняла голову и увидела, что Страшная Птица вернулась. А в огромных, как хорошие кинжалы, когтях она что-то держала. В каждой лапе. В одной один предмет, в другой – другой.

Птица по спирали начала снижаться вниз, от чего стало жутко, а потом прямо перед Прынцессой бросила то, что держала в лапах. Это оказалась бутылка с водой и завёрнутый в крафт-бумагу пирожок.

Прынцесса очень удивилась. Она некоторое время смотрела на предметы, и не могла понять, с чего бы Страшная Птица стала их бросать, да не где-нибудь, а прямо вот здесь…

- Это мне? – наконец, оторопело спросила Прынцесса, подняв голову вверх, где в знойном небе кружилась чёрная тень.

Птица что-то проклёкотала. Прынцесса не была уверена, что это означало согласие, но на всякий случай сказала:

- Спасибо!

И подняла с земли бутылку. Уж больно хотелось пить. Она измучилась от жары и жажды. Отвинтила тугую пробку своей тонкой ручкой. Птица с протяжным клёкотом снова улетела, а через какое-то время, когда Прынцесса уже доела принесённый пирожок, Птица бросила вниз пляжный зонтик.

Подняв и раскрыв его, Прынцесса заслонилась от палящего солнца. Стало немного легче.

Страшная Птица, которая уже не казалась такой страшной, летала кругами, кричала, словно звала за собой. Но Прынцесса не понимала, как она пойдёт за Птицей, ведь та, вместо того чтобы лететь медленно и в одном и том же направлении, вместо этого быстро и хаотично описывала размашистые круги, и было вообще не ясно, куда именно она зовёт. Неужели, описывать за ней все те же замысловатые траектории? На подобное Прынцесса не чувствовала в себе прыти, да и не долог час споткнуться, если смотреть на Птицу, а не под ноги. А даже если и под ноги – всё равно, если кружить с той же скоростью… Но не по воздуху, где нет препятствий, а по земле…

Почувствовав, что устала сидеть на месте, Прынцесса встала и снова медленно поковыляла туда, куда, как ей казалось, было в город к Отцу.

* * *

- Девочки, - сказала Клариса, - А я думаю, что сказал Хозяин нам приходить по одному, может быть, так и поступим?

- Да ну его ф пень, - раздосадованно молвила Скоропея, - Я не думала, что он такое хамло! Ты же слышала, как он ругался? А глазищами как сверкал?

- Да и к тому же, дверь заперта! – напомнила Василиса, - Пока Хламовщик не отдаст нам ключ, мы не сможем туда войти. А если он реально сделает так, как нам озвучил, то думаю, что ключ тогда тю-тю.

- Зато я так не думаю, - рассудила Скоропея, - Старушенция сама регулярно ходила к Хозяину наверх, поэтому, думаю, ключ она оставит у себя, и будет сама ходить и открывать комнату.

- Но мы не знаем, когда Хламовщик отдаст ей ключ, - продолжала Клариса, - Да и вообще, если ходить туда по одному, то мне лично вообще не нужно, чтобы дверь кто-то открывал. Да и ты, Скоропея, тоже под этой дверью вполне себе пролезешь.

- Ну, пролезу, - вздохнула Скоропея, - И что с того? Я хладнокровная, я тут практически везде мёрзну, там у них наверху пол вообще холодный, я там просто окоченею, и обратно не вернусь.

- А я сбегаю, - сказала Клариса, - Может быть смогу его разговорить и что-нибудь выяснить.

- Мне кажется, что ходить туда по одному – плохая идея, - снова вздохнула Скоропея, - Это он нарочно! Слышала такое выражение: «разделяй и властвуй». По одному мы более беззащитные перед ним.

- Да ну! – не соглашалась Клариса, - Хочешь сказать, что он нас всех, когда мы вместе – боится? Такой большой, такой страшный, и боится нас… Когда мы вместе?

- Ну а чего бы не бояться? – рассуждала Скоропея, - Это же общеизвестно, что командный дух – он очень многого стоит! Практически всех самых страшных злодеев именно так и побеждали – работая сообща, помогая друг другу. И этот, наверху, он явно в курсе подобного!

- Да и вообще, - добавила Василиса, - Мне кажется, что Хозяин нам вообще не нужен. Мы столько лет жили здесь, не зная о нём ничего. Кроме слухов, что он вроде бы есть, но не видели его напрямую, не получали его указов и распоряжений. Так что выходило, что его вроде и нету. Я охраняла Зеркало, не зная толком, зачем оно нужно…

- А я думаю, не надо с ним как с врагом! – настаивала Клариса, - Нам нужна его помощь! Если эта муха всё-таки превратилась в Дракона – то это катастрофа! И не ясно что мы с этой катастрофой будем делать! Это тебе не страшный Орёл-Гарпия, это самый настоящий Дракон! Я думаю, только Хозяин может помочь нам одолеть этого Дракона…

- Ну ладно, может, ты и права, - согласилась Василиса, - Но всё рано, это не значит, что мы должны соглашаться на условия Хозяина, ходить к нему по одиночке, позволять ему нам хамить. Мы должны пойти туда вместе и надавить на него как следует!

- Мы бы и надавили, если бы Хламовщик не разобиделся и не вышел! – заявила Клариса, - Но, когда ещё предоставится случай? Слушайте, я сбегаю наверх, к Хозяину, и попытаюсь с ним поговорить.

- Лучше не надо! – предостерегала Скоропея, - Видела, какие у него глаза? Вдруг он тебя загипнотизирует, или заколдует…

- Да ладно вам, девочки! – махнула лапкой Клариса, - Старушенция была у него много раз. Одна.

- Вот потому она такая злая! – прошипела Скоропея, - Попала под его гипноз…

- Хламовщик тоже ходил к нему один, - продолжила Клариса, - Вернее, я всегда бегала за ним следом. Но, во-первых, он про это не знал, мне кажется, что и Хозяин тоже не знал. А во-вторых, может быть даже и не всегда. Может, были разы, когда я не знала, что он ходил наверх и за ним туда не бегала. И Хламовщик жив. Ну а в-третьих, я в той комнате сама уже была, тоже одна, и ничего со мной не стало!

- Да, ну, прям, одна… - хмыкнула Скоропея, - Ты там этого… Опарыша нашла. Значит, вы там были вдвоём.

- Может быть, подождём Прынцессу, - предложила Василиса, - А потом придумаем, как бы она выпросила у Хламовщика ключ, и открыла бы дверь…

- Ну вот Прынцессу посылать к Хозяину я бы точно не стала, - сказала Клариса.

- Она у него там уже была, - напомнила Василиса, - Он одарил её дарами, и судя по всему, даже не обижал…

- Вот! – заявила Клариса, - Мне кажется, не такой он и плохой, каким хочет казаться. Он добрый, а притворяется злым. Я побегу к нему и попробую наладить контакт! Конечно, у Прынцессы была такая возможность, но как видите, она с нами не разговаривает и до сих пор дуется, что мы промочили эти её бумаги… Так и не может простить… - Клариса вздохнула, - Ну ладно, девочки, я побегу! Не бойтесь, всё будет в порядке.

* * *

Через некоторое время Клариса взобралась на самый верх, в ту самую комнату, где находился Хозяин. Посмотрела снизу на стоящий в комнате стол. С которого видно Зеркало, при помощи которого можно разговаривать с Хозяином. Залезть наверх было непросто. Если по ножке стола, цепляясь за неровности, Клариса ещё смогла подняться, то дальше нужно было перекинуться на Скатерть, и ползти уже по ней, сначала вниз, потом обогнув свисающий край – снова наверх.

Поднявшись, Клариса осмотрела развороченный стол. Скатерть была смята складками, и из еды на столе ничего не было. Вероятно, так было ещё в прошлый раз, после пребывания в комнате Жучки, но в прошлый раз не было времени всё это заметить.

- Хозяин! – тихонько позвала Клариса, - Хозяин, ты сказал, что к тебе можно приходить по-одиночке?

В зеркале медленно и весьма неохотно открылись светящиеся жёлтым глаза, а потом послышалось недовольное не то пыхтение, не то сопение, а затем гневный голос:

- Вы считаете, что можете вламываться ко мне без расписания в любое время? Я, между прочим, только что уснул! До этого глаз не мог сомкнуть, потому что кое-кто не запер за собой дверь!

Клариса прижала уши, а потом виновато молвила:

- Я совершенно не хотела вас оскорбить, о Хозяин! Но ведь мы с Вами совсем-совсем не знакомы! Я совершенно не в курсе, какое у Вас расписание, и как Вам правильно кланяться!

- Так нужно было узнать! – рявкнул Хозяин.

Клариса снова прижала уши и зажмурилась, а потом принялась объясняться:

- Но это не представляется возможным! Все кругом скрытные, не общительные, обидчивые, и не очень-то хотят распространяться! А дело, по которому я пришла, не терпит отлагательств! Одна жирная зелёная муха украла у нас лепесток и пожелала превратиться ни в кого иного как в Дракона. Да-да, большого, огнедышащего и летающего! Она прилетит сюда и всё тут разнесёт…

Нахмуренные в гневе глаза Хозяина вдруг расширились, и по комнате раскатился высокомерный рокочущий хохот. А потом, сквозь смешки, Хозяин молвил:

- Я уже рассказывал Прынцессе, что не все желания исполняются так, как это хочется пожелавшим! Очень часто загадывальщики получают совершенно не то что хотят! Совершенно!

- Так вот почему Вертолох превратился в муху! – осенило Кларису, - Мы-то думали, на кой ляд он этого пожелал, ведь это как-то странно, не логично, никто в здравом уме не пожелал бы подобного, даже если он идиот… Оказывается, не так исполнилось… Что ж, это многое объясняет! Наверное, и в опарыша он потом превратился тоже потому, что что-то пожелал, а оно исполнилось не так?

- А он разве не лопнул? – осведомился Хозяин, - Он вот тут при мне обгладывал Молодильное Яблоко, и потом был такой звук: - он сделал паузу, а потом резко выдал: - Бум!... Нет, такой: Чпок!.. Не… Другой… Тыдыщ!

- Но мы… Я… Нашла тут опарыша! Сначала я думала что это червяк или просто какая-то козявочка-букашечка, но выяснилось, что это был опарыш. То есть, личинка мухи. Он говорил, что он и есть Хозяин, то есть ты, а ещё он говорил, что он – Дракон…

- Какой вздор, - снова рассмеялся Хозяин, на сей раз не так высокомерно и раскатисто, а потом серьёзным голосом спросил: - Что, правда, нашли опарыша? Который утверждал, что он – Дракон?

- Ну да, - кивнула Клариса.

- Вот умора, - снова начал смеяться Хозяин, а потом вдруг серьёзным голосом спросил: - Ну и почему же ты думаешь, что это был Вертолох?

- Да потому, что Прынцесса мне сказала, что он тут постоянно лепестки тягал и чего-то загадывал, но никто не слышал, что именно.

- Было дело, - кивнул Хозяин, - Возможно, я смог бы узнать, что именно он загадывал, если бы смог включить моё Волшебное Блюдечко. Там должны храниться архивы всех случаев обращения с лепестками. Ну, если сбоев не было. Ну да, а ты не знала, что он взорвался, вот и предположила, что найденный опарыш – это Вертолох, который загадал стать опарышем… Ну или может что-то другое загадал, но исполнилось вот это. Но если он лопнул… Хотя нет, постой… Вдруг он загадал себе вторую жизнь? Тогда после того, как лопнул, родился снова. Но вот только есть один нюанс…

- Какой? – осведомилась Клариса, отметив, что кажется, Хозяин больше не злится, и включился в разговор.

- На исполнения желаний есть ограничения. Одно из них – нельзя желать себе вечной жизни.

- Так вроде он не вечную пожелал, - развела лапками Клариса, - А всего лишь родиться вновь…

- Ну так это бы пошло как воскрешение мёртвых, - сказал Хозяин, - Этого тоже нельзя. И тут дело не в том, что инструкция запрещает, а просто есть такие вещи, которые воплотить не выйдет. Правда… Может быть вот тот хлопок, который я слышал, был не взрывом, а именно так осуществился переход, вызванный действием молодильного яблока, и Вертолох, вместо того чтобы взорваться, просто омолодился из мухи до опарыша?

- Ну да, всё сходится! – захлопала передними лапками Клариса, - Но так он пожелал…

Договорить она не успела: её внимание привлекло жужжание: в заделанное решёткой окно влетела большая жирная зелёная муха. И первым делом вцепилась в лепесток.

- Лёгок на помине, Вертолох! – грозным голосом пророкотал на муху Хозяин, - Лапы убрал от моего лепестка!

- Я сейчас… - засуетилась Клариса, - Сейчас, переберусь отсюда туда… - она суетливо кинулась к краю стола.

- Стоять! – командным тоном рокотнул Хозяин, и мягче добавил: - Мышка! Я сам справлюсь! Мужик я или нет? И между прочим, страж этого Кактуса! Это моя работа! Если кто и пострадает в этой битве, это должен быть я! – он сосредоточил взгляд на смутно проглядывающем в глади Зеркала отражении Кактуса и грозно продолжил: - Убрал лапы от моего лепестка! Никто не смеет желать превратиться в Дракона!

- Ой, и чего ты мне сделаешь? – огрызнулась муха, - Ты – всего лишь отражение в Зеркале!

- Я повелеваю молниями! – сверкнул глазами Хозяин, - Захочу – и тебя долбанёт!

- Но не в этой башне! – огрызалась муха, - Да и ты меня сначала поди, найди! Твоё чудо-блюдо, поди ж ты, больше не работает!

- Может быть и не работает, - рокотал Хозяин, - Но я страж этого Кактуса! Никто не возьмёт с него ни одного лепестка, пока я сам этого не позволю! Я охраняю Кактус, и я могу сделать так, что ты от него сейчас отвалишься!

- И как же? – осведомилась муха, - Ты – всего лишь отражение! Ты понарошку! Ты ничего не можешь! Тебя никто не боится!

- А вот и могу! – заявил Хозяин, - Я могу обдать тебя огнём… - он осёкся, потому что ничего не произошло, а потом снова заговорил: - Однажды меня заколдовали и сделали так, чтобы максимально усложнить тот путь, которым заклятие может быть снято! Но сейчас я расскажу, как его можно снять, хотя я уверен, что не найдётся смельчака, который отважится проделать всё это…

Кактус внезапно вспыхнул, последний красный лепесток и вцепившуюся в него муху обдало жарким пламенем.

- Я сейчас… Что-нибудь придумаю! – засуетилась Клариса, бегая по столу, но ни бутылки, ни стакана с водой на нём не было.

Но даже если бы и был, много ли в том проку? У Кларисы не хватило бы силёнок стащить ёмкость со стола, а потом затащить на окно и плеснуть на Кактус.

В общем, Кактус через какое-то время медленно погас, оставив в помещении сладковатый аромат поджаревшейся собственной мякоти. Последний лепесток был порядком подсушен. А мухи и след простыл.

- Я говорил, что справлюсь, - простонал из Зеркала Хозяин.

Его голос был упавшим, кряхтящим, а глаза печально хмурились, и, кажется, в них блестели слёзы.

- Что с тобой, тебе больно? – забеспокоилась Клариса.

- Видишь ли, - продолжил пыхтеть Хозяин, - Я не отхожу от этого Кактуса, чего бы ни происходило! То, что ты видишь – моё отражение в Зеркале, но оно рядом с отражением Кактуса. Потому что я всегда рядом с ним… Я не отошёл даже когда полыхнул на него огнём, вот меня и обожгло тоже.

- Но почему… Почему ты не отошёл? – недоумевала Клариса.

- Я всегда рядом, - многозначительно пропыхтел Хозяин, - А сейчас, милая Клариса, не могла бы ты мне дать немного времени прийти в себя… Как ты могла заметить, мне правда больно…

Глава 73. Логика исполнения желаний

- Я приду… - пообещала Клариса, - Я обязательно приду ещё! Я пойду и скажу Хламовщику, чтобы он на тебя не злился. А ещё, что нужно охранять помещение от всяких залётных мух! Я расскажу ему, что тут случилось…

- Стой… Стой, не уходи, - застонал Хозяин, - Не надо Хламовщика! С этим раздолбаем нельзя ни о чём договориться. Он тут недавно заходил, это он не закрыл дверь! Вбежала какая-то собака, сначала признавалась мне в преданности, а потом, когда я попросил её включить Блюдечко, начала играться Молодильным Яблоком и сожрала его… Результат вы видели. Но это всё из-за Хламовщика! Если бы он не оставил открытой дверь, этого бы не было. А мух… Мух я и сам отгоняю!

- Но, если так будет всё время, Кактус и вообще сгорит, - забеспокоилась Клариса, - Надо придумать какой-нибудь другой способ! Надо застеклить окно…

- Тогда тут станет совсем душно, - стонал Хозяин, - А когда будут заниматься пожары… А они, наверняка, будут заниматься… Здесь будет не продыхнуть…

- Зато и тяги не будет, и не будет весь дым сюда засасывать, - возразила Клариса, - Да и вообще, наверное, ты прав, стекло – это не эффективно! Во многих домах стёкла стоят, а мухи как-то проникают и вовнутрь помещений, и даже между рамами… Нужно что-то другое. Липучку от них повесить, или может, стрижа сюда пригласить… Ой… Ну конечно, если будет стриж, то значит, вместе с посетителем – это уже двое, а ты хотел, чтобы по одному…

- Стрижа… - грустно хмыкнул Хозяин, - Да разве стриж тут сможет маневрировать? Да и к тому же, одной мухи на прокорм ему будет мало. А сюда частит только одна муха – Вертолох. И нужны ему лепестки. Что-то загадать такое хочет… - он вздохнул, - Наверное, хочет вернуть себе прежний вид!

- Но как он стал мухой? – осведомилась Клариса, - Я правильно понимаю, что некоторые желания сбываются не так, как хотел тот, кто загадал? То есть Вертолох не желал стать мухой, это просто то, что он загадывал на самом деле, сбылось так?

- Вероятнее всего, - кивнул Хозяин, - Я так толком и не понял, чего он такого загадал, что превратился в муху. Но я уверен, что хотел он не этого! И после того, как стал мухой, он изо всех сил желал, как минимум, вернуть себе прежний облик. А как максимум, скорей всего, он хочет стать круче, чем был сначала. Ведь вдумайся, зачем просто возвращать себе прежний вид, если можно пожелать чего-то большего? Но вот думаю, не будь он сейчас мухой, может быть меньше был одержим идеей воровать наши лепестки. Ведь собой прежним быть ему было нормально, а вот мухой быть плохо! Это позорно, унизительно и во многих смыслах неудобно. И это точно хуже, чем было раньше, отсюда постоянная боль и обида, и желание как-то это изменить. И ещё в одном я уверен точно: всё, что он загадывал после того, как превратился в муху – не сбылось.

- Ты хочешь сказать, не сбылось так, как он хотел?

- Нет. Оно не сбылось вообще.

- Почему ты так думаешь? Ты же не знаешь, чего он загадывал. Вдруг оно сбывалось, просто мы не видели?

- Я сейчас объясню. В опарыша он точно превратился не из-за загадываний, а из-за Молодильного Яблока. Когда Прынцесса поставила мне сюда новое яблоко, Вертолох пожелал его обглодать, чтобы я за ним по этому Волшебному Блюду не подглядывал. Ну и результат ты видела.

- А ты за всеми подглядываешь? – укорила Клариса.

- Только не надо меня осуждать! Я… Я… - он осёкся, - Вообще тут очень скучно и нечем заняться. А ещё, я, вообще-то, сторож! Так что мониторить всё, что творится – моя прямая обязанность! И не думай, я интимные и приватные зоны не смотрю! Но вот применение лепестков Цветика-Семицветика входит в мою компетенцию, так что смотреть за этим – мой долг!

- Сторож, значит, - хмыкнула Клариса, - Тогда почему тебя все Хозяином зовут?

- Как, ты не знаешь? Кто что охраняет – тот то и имеет. Поэтому раз Сторож, то и Хозяин.

- А чего же ты так на собаку, на Жучку нашу осерчал? Она, в какой-то степени, твоя коллега…

- Коллега – считай, конкурент. И некомпетентный непрофессионал, к тому же! – возмутился Хозяин, - Как на такое не осерчать? Скорее она годится на роль комнатного питомца, чем сторожа! Но может вытеснить с этой должности меня! И это, надо сказать, будет катастрофа. Для нас для всех!

- Ладно, проехали, - сдалась Клариса, - Я пойду, и скажу Хламовщику, чтобы что-нибудь придумал против мух.

- Я же просил! Не надо сюда звать этого обалдуя! Он приходит сюда клянчить Цветики-Семицветики, а сам не делает нифига, о чём его просят! Ещё и огрызается. Мне пришлось его мультиками мотивировать… Он до сих пор уверен, что включает их для меня, на самом деле… Я не в том возрасте, когда мультики радуют. Особенно такие, как нравятся ему… С глупыми приколами со всякими… И ещё где с небоскрёба можно в мусор упасть и ничего тебе не будет, потому что в мире этих мультиков мусор – лучший амортизатор… - он сделал голос тише: - Между прочим, это я ему материализовал специальную амартизирующую мусорную кучу. Он думал, что сам изобрёл… Но это сделал я, потому что мне запрещено убивать.

- В смысле – запрещено убивать?

- Ну Вертолоха… - многозначительно молвил Хозяин, - Я должен был его наказать, но тогда бы он рухнул и разбился. Поэтому пришлось материализовать мусорную кучу… А Хламовщику внушить на время мысль, что он мультяшный герой и на время дать ему такие силы…

- Так я не поняла, - вздохнула Клариса, - Ты хочешь, чтобы Хламовщик сюда не приходил? Думаешь, что Вертолох насмерть сгорел?

- Ты как и Прынцесса! – возмутился Хозяин, - Тоже ничего не слушаешь! Я тебе по секрету сказал, что мне запрещено убивать!

- О, смотри, а Кактус-то опять загорелся… - заметила Клариса.

- Это я случайно… Случайно его подпалил, - пояснил Хозяин, - Но вот что касается Веротолоха. Я его опалил, но это ещё не значит – что насмерть. Я не имел права его убить. И ещё, я боялся повредить последний лепесток…

- Слушай, ну зачем он нужен, лепесток этот, - махнула лапкой Клариса, - С них никакого толку…

- Вот и ты туда же! И тебе не нужен! А ты хоть знаешь истинную цену всех этих Цветов в целом виде, и лепестков как их отдельных составляющих частей?

- Но даже если оно всё имеет цену, - осторожно начала ошеломлённая Клариса, - Разве новый цветок потом не вырастет?

- Нет! – отрезал Хозяин, - Долго объяснять, но этот лепесток – он самый-самый последний! Других не будет… Единственный шанс всё исправить… Это… - его голос стал медленнее, словно каждое слово давалось с трудом и причиняло боль.

- Ладно, поняла, - кивнула Клариса, - Это тема, которой лучше не касаться… Но если ты Сторож и можешь проследить по своему монитору за Вертолохом…

- Вот только монитор – сломан! – повысил голос Хозяин, - Мы с Прынцессой поставили сюда новое Яблоко, но я ж тебе уже сказал чего случилось! Сначала Вертолох его обгладывал, потом ещё и Жучка эта ваша доела… Яблока нет, блюдо не работает.

- Но вы с Прынцессой поставили… - принялась рассуждать Клариса, - Значит, где-то взяли запасное? Может быть, есть ещё одно? Или можно где-то достать? Ну как запчасти на рынке? Я думаю, можно поручить это Хламовщику…

- Да Яблоко может дать Скатерть-Самобранка, - сказал Хозяин, - Нужно только правильно попросить.

- А чего ты не попросишь? – осведомилась Клариса.

- Дело в том, что я – не могу. Меня Скатерть не слышит. И тебя не услышит. Только человек может попросить у Скатерти.

- А как?

- Есть заклинание. Начинается оно словами: «Скатерть-скатерть, стол н накрой, угости меня…» - а дальше нужно сказать в рифму о том, чем хочешь чтобы тебя угостили. И да, просить можно только то, что относится к еде, ну или может быть столовым принадлежностям. Но второе – это уже не точно.

- Скатерть-скатерть, стол накрой, - вкрадчиво произнесла Клариса, встряхивая указательный палец, словно чего-то считая, потом задумалась, проговаривая про себя слова, и после выдала: - У меня запрос такой! Яблоко молодильное, сладкое и стильное! – она замерла в ожидании, а потом сказала – может, я плохо срифмовала?

- Да ну, - не согласился Хозяин, - Скатерть никогда не была требовательна к строгим рифмам. У Прынцессы прокатывало и так, и эдак. А ещё, Скатерть всегда отвечала. А тут – молчит. Как, в общем, и со мной. Так вот, я так и не закончил… Я уверен, что животные не могут повелевать волшебными предметами, и это касается и лепестков Цветика-Семицветика. Только люди. После того как Вертолох стал мухой, он утратил способность загадывать желания так, чтобы они были поняты и исполнялись. Поэтому он только впустую тратит лепестки. Он этого не понимает. Если бы он не плевал на нас, не действовал только в своих корыстных целях, а доверился бы нам и действовал с нами сообща, мы бы смогли помочь друг другу! А так… Чего уж… - Хозяин вздохнул.

- А это точно? – осведомилась Клариса, - Ведь я пожелала, чтобы ключи от этой комнаты нашлись. И они действительно нашлись! Хламовшик сказал, что они упали с неба в его тачку…

- Но может, это ворона какая забросила? – предположил Хозяин, - Ведь с неба… Да и к тому же, загадывала ты, а ключи прилетели к нему, что лишний раз наводит на мысль, что события никак не связаны.

- Но есть ещё кое-что, - вкрадчиво сказала Клариса, - Был тут среди нас Попугай. Вот он схватил лепесток и пожелал превратиться в Орла… Я не уверена, что это получился именно Орёл, ты же сам сказал, что желания не всегда сбываются так, как желающие этого хотят. Но совершенно точно Попугай во что-то превратился! И выглядело это эффектно, зрелищно, и да… Точно появилась какая-то страшная тварь… Скоропея говорит, что Гарпия…

- А Попугай был говорящий? – зачем-то уточнил Хозяин.

- Ну да, - кивнула Клариса, - С людьми без Волшебного Зеркала спокойно объяснялся.

- Ну вот и ответ, - вздохнул Хозяин, - Видишь ли, то, что Зеркало позволяет нам понимать друг друга – это не означает, что мы на какой-то момент обретаем человеческую речь. Мы по-прежнему разговариваем по-своему, но оно считывает мыслеформы из нашего сознания, преобразует их и передаёт в сознание адресата, и ещё создаёт иллюзию, будто мы общаемся речью. Попробуй понаблюдать за разговором по Зеркалу со стороны. Если двое существ будут разговаривать между собой, им будет казаться, будто они слышат внятную человеческую речь и даже голоса друг друга, как если бы это говорили люди. Но если ты отойдёшь и окажешься вне поле действия, то будешь слышать те звуки, которые обычно издают соответствующие животные. Но если Попугай умел чётко говорить на человеческом языке, и если он именно на нём и сказал… То вот и сработало!

- И теперь этот дурак утратил свою уникальную способность! – с досадой выдала Клариса, - Теперь он может только курлыкать! Значит, тоже ничего не загадает… - она вздохнула.

- Так что понимаешь, Клариса, почему мне нужен был именно человек в помощники, - вкрадчиво осведомился Хозяин.

- Попугай бы тоже мог, если бы остался говорящим попугаем?

- Наверное.

- Но тогда почему именно юная дева? – озадачилась Клариса, - Ты же просил у Хламовщика, чтобы он тебе сюда юную деву привёл?

- Было дело, - вздохнул Хозяин.

- Ну так и почему юная дева?

- Я думал, что она быстрее откликнется на просьбы помочь…

- А сам Хламовщик помочь не может? – докапывалась Клариса.

- Видишь ли… Может быть и может, да не во всём… Но яблоко попросить и включить для меня Блюдечко, я думаю, Хламовщик бы справился. Но он, как я понял, меня больше не уважает. Ты помнишь, как он со мной разговаривал последнее время?

- Это потому, что ты сам на всех постоянно кричишь, - заметила Клариса, - Ты злой, вот и с тобой по-злому! Что посеешь – то и пожнёшь. Все думают, что ты на них сердишься, что ты плохой, поэтому боятся тебя…

- Да потому, что все кругом идиоты! – повысил голос Хозяин, - С ними по-другому просто нельзя! Уходи, Клариса, я, кажется, сказал тебе, что мне больно и я хочу отдохнуть! Почему ты всё ещё здесь? По-моему, я уже ответил на все твои вопросы, убирайся отсюда! Пока не уговоришь Хламовщика, чтобы он тут всё запустил и всё настроил, не возвращайся!

- Хламовщик, кажется, усомнился в ценности твоего Кактуса и всех этих лепестков, - ревностно возразила Клариса, - Ты так долго ему не давал, что он теперь думает, что лепесток ему не нужен! Знаешь такое слово: «перехотелось»? К тому же, сам посуди! Все на этот лепесток облизываются, но никто толком не знает, кому он достанется! А ещё, никто не может быть уверен, что у него в последний момент из-под носа этот лепесток не умыкнут! И что даже если удастся что-то пожелать, то сбудется так как нужно!

- Этот лепесток нужно потратить на что-то по-настоящему важное! И не существенно, кто именно это сделает, главное, чтобы не на ерунду, а на что-то действительно значимое и ценное! И чтобы ценность была правильной и хорошей! – с трепетом в голосе принялся втирать Хозяин, - Тогда и только тогда может быть получится исцелить наш Чудесный Кактус, и он снова начнёт приносить цветы! И тогда вы снова сможете желать чего захотите, когда и сколько угодно…

- Но это не точно! – твёрдым голосом заметила Клариса.

- Ну да, не точно… - сдался Хозяин, и потерянным голосом добавил: - Может быть, Хламовщик и потерял интерес ко всем этим лепесткам… Но вот Старушенция – она точно до сих пор ценит все мои Цветики-Семицветики. Так что, если что, обращайся за помощью к ней.

- Да она брюзга, каких мало! – взвилась Клариса.

- А ты не действуй напрямую, - посоветовал Хозяин, - Просто скажи ей, что Хламовщик нашёл ключ… Увидишь, она дальше сама активизируется и сделает всё так, как нужно нам.

- Хламовщик сам собирался отдавать ключ Старушенции, - заметила Клариса, так что Старушенция, возможно, скоро сюда придёт. И да, ты верно заметил, она всё ещё желает получить Цветик-Семицветик… Как она говорит – для тушения пожаров…

- Пожаров… - скептически хмыкнул Хозяин, - Она, может быть, и ценит Цветики-Семицветики, но даже она не понимает всей истинной сути вещей… Ведь можно было бы не тратить каждый раз по одному лепестку, а пожелать раз и навсегда систему пожаротушения… А она… Она… - он вздохнул, и кажется, погрузился в себя, а потом, невпопад задумчиво протянул: - Поэтому я хотел бы обращаться к ней только в самом крайнем случае… Поэтому может быть лучше, чтобы нам помогла Прынцесса…

- Нам? – переспросила Клариса.

- Ну да, - кивнул в Зеркале Хозяин, - У тебя ведь тоже какая-то беда? Стой, не говори ничего. Может быть, ты ещё толком не осознаёшь, что не так в твоей жизни, и чего тебе не хватает, но у тебя ещё будет время подумать… Иди, Клариса, оставь меня, мне нужно побыть одному… Да и к тому же, уладить проблемы с ключом, и с тем, кому можно будет поручить добыть для нас новое Яблоко, нужно какое-то время. Если ты можешь помочь мне, то уговори кого-нибудь из людей прийти сюда и слушать то, что я скажу. Поверь, это нужно нам всем! Если не успеем – быть большой беде…

Глава 74. Новые обстоятельства…

- В общем так, - докладывала Клариса, - Я поговорила с ним. По-моему, не такой уж он и плохой…

- Ты так думаешь? – осторожно спросила Скоропея.

- Ну, мне пока так кажется, - кивнула Клариса.

- Про козявку ты тоже так думала, - укорила Скоропея.

- Не надо мне про козявку! – обиделась Клариса, - С козявкой я правда не знала, как поступить! Она говорящая, ещё и заявляет, что она там наш Кактус жрёт…

- Наш, - отметила это Скоропея, - Нам пока одни только неприятности с этого Кактуса сыплюстя.

- Ну не надо так! – не соглашалась Клариса, - Во всём этом какая-то тайна… А ещё, Хозяин сказал, что мы должны попросить кого-нибудь из людей о помощи. Потому что только у истинно говорящих исполняются желания…

- Ну всё, капец, - помотала головой Скоропея, - Я не знаю никого из людей, кто был бы достаточно адекватный, добросовестный и честный.

- Ну кроме людей, - продолжала Клариса, - К истинно-говорящим относятся говорящие на человеческом языке птицы! Вот почему у Попугая сбылось желание. Он был говорящий…

- Был… - Крякнула доселе молчавшая Василиса.

- А Вертолох, - продолжила Клариса, - Вот эта вот та козявка – это именно он и был! Хозяин сказал мне, что он сожрал Молодильное Яблоко, вот и омолодился из мухи до опарыша. А потом опять назрел и снова стал мухой.

- Фу, - крякнула Василиса, - Мне сейчас сплохеет.

- Но зато есть и хорошая новость! – заявила Клариса, - Его желания больше не сбудутся! Ведь он не истинно-говорящий, значит, Драконом он не станет. А вот по поводу адекватных людей… У меня есть одна мысль. Но… Наверное, это не реализуемо.

- Говори, что уж, - крякнула Василиса.

- Если бы нам удалось отыскать Галчонка… Он же говорящий… Вот он бы всем нам и помог! Он хороший, отзывчивый и добрый, с ним мы сможем договориться…

- Нам бы самим загадать, чтобы его спасти, - сказала Василиса, - Если эта дурындра – Прынцесса, ничего не перепутала, то Галчонок попал в беду. И совершенно не ясно, где он. Мы без волшебства его ни в жизнь не найдём…

- Вот поэтому и не надо ссориться с Хозяином, - настаивала Клариса, - По-моему, он тоже адекватный, и, если уж на то пошло, с ним договориться всяко реальнее, чем с кем-либо из людей, которых мы знаем. Что Старушенция, Что Хламовщик, что Прынцесса… Лучше бы они были не людьми, а ослами…

- Если бы я могла загадывать желание, так бы и загадала, - одобрила Скоропея.

- Ты сама только что сказала, - заметила Василиса, обращаясь к Кларисе, - Что Хозяин сказал, нужно просить помощи у кого-нибудь из людей! А ты теперь предлагаешь просить помощи у него самого. Замкнутый круг, не находишь?

- Выходит, что к людям придётся искать подход, - вздохнула Клариса, - Но разве Хозяин не может помочь нам в этом?

- Но это просто не реально, - добавила Василиса, - Даже для Хозяина, кем бы он там ни был… Ты же знаешь… Их всех…

- Но у нас нет выбора, - печально молвила Клариса.

* * *

Прынцесса шла и шла по бескрайней Свалке. Дело начало клониться к вечеру. И уже становилось плохо видно, куда наступать на этой ужасной Свалке, чтобы не споткнуться и не подвернуть себе ногу. А ещё, ноги сами уже не шли, они были как ватные, Прынцесса их не чувствовала практически совсем, ей казалось, что вместо ног у неё какие-то палки, которые переставляет кто-то другой, двигая за специальные, приделанные к ним спицы, какие бывают у кукол.

Как только подвернулась ближайшая подходящая кочка, Прынцесса села на неё и начала вспоминать домашний кукольный театр, где были такие куклы, которые управлялись из-за ширмы за специальные палочки. Только над ширмой кукла возвышалась обычно по пояс, ног было не видно, и при помощи палок управляли руками. Но Прынцессе казалось, что у неё сейчас такие вот кем-то управляемые не только руки, а ещё и ноги. В общем, стоило ей присесть, она перестала чувствовать себя куклой. Зато почувствовала другое: что теперь уже точно не встанет.

Но, как назло, становилось зябко, да и сидеть было холодно, по пятой точке словно мороз растёкся. Тогда Прынцесса всё-таки сделала над собой усилие, встала и подложила под себя сложенный пляжный зонтик, который она сложила ещё когда начало смеркаться. А сейчас она специально сложила его ещё и в несколько раз, чтобы не сидеть на холодном. Семеро Нянек предупреждали, что на холодном сидеть опасно. Сидеть стало теплее, но воздух всё равно стремительно остывал, и всему телу всё равно было зябко. Прынцесса обхватила себя за плечи, но это не помогло.

Страшная Птица приземлилась, важно, словно солдат, несущий почётную вахту, подошла на не сгибающихся ногах к Прынцессе, села рядом, практически прижавшись к ней и обняла крыльями. И стало теплее. Тело Птицы было приятно горячим, а перья – пушистыми, они ещё и как бы обволокли Прынцессу со спины.

Прынцесса сидела и думала, что эта Страшная Птица на самом деле совсем-совсем не страшная, а добрая и заботливая. Прямо как Галчонок, которого украли Разбойники.

- Ты умеешь разговаривать? – задумчиво спросила Прынцесса.

Птица издала протяжный крик, похожий на жалобный плач.

А Прынцесса загрустила. Когда с ней был говорящий Галчонок, она особо с ним не разговаривала. Всё читала План Побега, написанный Прынцем. А потом переписывала его по памяти после того, как над Планом Побега надругались Разбойники. Хотя, Прынцесса и думать не могла, что будет это делать, а перечитывала только потому, что было приятно погружаться в сладостные мысли о Прынце, думать о том, что всё идёт так как нужно – побег же состоялся… Перечитывать и предвкушать следующие его повороты…

Как же она заблуждалась тогда, когда наивно думала, будто бы всё, что с ней начало происходить после побега из Одного Роскошного Дворца - это часть того самого приключения, о каких писали в её любимых книжках! Кажется, никакое это было не приключение, кажется, что-то пошло не по плану… Хоть Прынцесса всегда знала, что никаких драконов не бывает, но вот что её реально будут по-настоящему унижать и истязать – и помыслить не могла! В общем, может быть, это всё потому и случилось, что Дракона не было. Не даром же, наверное, Старушенция так хорошо о Драконе отзывалась, может быть, существуй он взаправду, то не допустил бы чтобы даже хоть одна слезинка упала из глаз Прынцессы…

Думая об этом, Прынцесса машинально потянула Страшную Птицу за крыло, желая укутаться ещё сильнее, да только не тут-то было! Крыло оказалось жёстким, и больше, чем уже обнимало Прынцессу, укутаться в себя не позволяло.

А, между прочим, самое время было подумать о том, чтобы поспать. Раз всё равно ночью идти не представлялось возможным, нужно было поспать и набраться сил для того, чтобы идти дальше следующим днём.

Прынцесса отстранилась от тёплой Страшной Птицы, от чего та снова издала крик, похожий на жалобный стон.

В ответ прилетел какой-то жуткий ор. Прынцесса поёжилась, оглянулась на Страшную Птицу, которая нахохлилась и вжала голову в плечи. Будто бы испугалась. Прынцессе тоже вдруг стало страшно. Она вспомнила тот момент, когда ещё днём Страшная Птица куда-то подевалась, словно бы испугалась кого-то ещё более страшного. Но тогда выяснилось, что Страшная Птица летала за водой и пирожком, а потом за пляжным зонтиком для Прынцессы. И когда это выяснилось, перестало быть страшно.

Зато снова страшно стало теперь. Потому что было темно. Потому что раздался чей-то страшный ор. А ещё потому, что сама Страшная Птица чего-то боялась. Прынцесса протянула руку и дотронулась до Страшной Птицы и поняла, что та вся буквально-таки дрожит.

А леденящие душу ночные вопли раздались снова. Прынцесса внезапно вспомнила ещё и про упырячью морду, которая заглянула в окно Высокой Башни Свалочного Замка. Тогда Прынцессу защитила решётка, а ещё Хозяин был рядом и напугал того ужасного упыря. Но вот теперь…

Прынцесса раскрыла зонтик и спряталась под ним, и подтянула поближе к себе Страшную Птицу. И принялась бояться с ней вместе.

Потому что страшные вопли в ночи не стихали, они теперь разносились по всей округе, Прынцесса поняла, что даже если вдруг она и перестанет бояться, то всё равно не сможет спать, уж больно громко орёт неизвестное ночное чудовище.

Ничего хуже Прынцесса и представить себе не могла! Она смертельно устала, а отдохнуть никак – и холодно, и страшно, ещё и орёт кто-то! И если она ещё как-то могла себе представить, что один раз сможет вытерпеть эту пытку, то что делать, если так будет происходить всё время, если все последующие ночи будут такими же, как эта: холодными, страшными и ещё с этими ужасными воплями!

Всю ночь Прынцесса силилась задремать, но дурные мысли лезли в голову, а ещё было неудобно ни лежать, ни сидеть. Страшную Птицу Прынцесса примостила на себе сверху, но Птица, учитывая её пугающие размеры, оказалась ожидаемо тяжёлой, и от этого было неудобно. К тому же, она вся была костлявая, а когти острые как пики, стоило либо самой Прынцессе неудачно на них напороться, либо когда Птица случайно попадала в Прынцессу кончиками когтей, становилось жутко больно. И наверное, новое прекрасное платье всё изодралось. Может быть, чтобы его поберечь, следовало лежать неподвижно и не ворочаться, но Прынцесса не могла: снизу тоже что-то кололо и ещё холодило, всё время хотелось принять другое положение, найти позицию, в которой всё-таки можно будет отдохнуть, а стоило начать менять позу, неизвестные предметы скребли снизу. Так что бедное-бедное новое платье…

Сон пришёл только под утро. Когда Прынцесса всё-таки подстелила наощупь под себя зонтик, которым сначала закрывалась сверху, потому что казалось, что это поможет оградиться от орущего в ночи чудовища. Она пригрелась и провалилась в беспокойный сон. Снилось, что она всё блуждает по бескрайней Свалке, а сзади гонится Старушенция с оскорблениями и требованиями срочно идти и все кредиты отработать и погасить. А потом вместо Старушенции начали преследовать Вертолохи и назойливые зелёные мухи.

Потом Прынцесса несколько раз будто просыпалась, но проваливалась в сон снова, с мыслями, что оказывается, спать можно и утром, а ещё, наверное, и днём, а почему бы и нет, если хочется?

* * *

Лебедь валялась в роскошной двуспальной кровати. Одна, потому что замуж за Прынца она пока так ещё и не вышла. Всё нерасторопный отец. Он вдруг с чего-то вспомнил, что Прынц обещался и приглянулся Дуре. В смысле, Отец Король, конечно, Дуру не называл и не считал Дурой, для него она раз и навсегда оставалась Прынцессой, любимой старшей дочерью. Причём, он её ещё умной считал потому, что она догадалась как работает фокус с отрыванием Большого Пальца на своей ладони. Тот самый фокус, от которого Лебедь в своё время в истерику приходила, когда один королевский паж его показал. А Дура просекла, как это работает, и сама стала такой фокус показывать Лебеди. А Лебедь пугалась и бежала плакаться Семерым Нянькам. А они её жалели. Только Дуру не наказывали – у них не было таких полномочий. Да и отец Король тоже не наказывал, боялся, что его лишат Родительских Прав, как когда-то их лишили саму мать Дуры и Лебеди, первую жену Короля.

В комнату постучали.

- Войдите, - разрешила Лебедь.

Это оказалась служанка. Она передала завёрнутую в фиолетовый в блёстках конверт записку. То, что это именно записка, а не письмо, и не официальное прошение о чём-нибудь, Лебедь даже не сомневалась. В таких вот фиолетовых конвертах всегда приходили именно записки, и всегда от одного и того же человека.

Велев служанке выйти, Лебедь раздербенила конверт, вытащила записку и принялась ещё читать:

«Дорогой клиент! У жертвы с первым встречным дураком никак не складывается и не налаживается. Зато мой осведомитель обнаружил, что у жертвы сложились нежные отношения с какой-то диковинной дьявольской птицей. Эта птица нежно о жертве заботится, а ещё, они спят вместе. Мы бы прострелили их, да только Купидон ночью не летает, а днём жертва и дьявол-птица никогда не бывают рядом: она идёт снизу, птица кружит сверху, и никогда, никогда они не становятся на одну линию…»

Лебедь откинулась на шикарную подушку и задумалась. Даже ей с её кретинизмом было известно, что через две точки всегда можно провести прямую. Всегда. Дура и Птица. Птица и Дура. Чего тут невозможного? Ну разве что препятствие между ними будет, но если всё так, как написано в этой записке, то нет между ними никаких препятствий. Ну разве что только расстояние. Некоторое. Но, неужели, для Купидона это прямо целая проблема?

Она опустила глаза и принялась читать дальше:

«…а, собственно, мой ночной осведомитель не стреляет стрелами любви. Но если Вы дадите своё согласие, я подошлю Купидона днём, когда птица и жертва будут вместе, чтобы, так сказать, форсировать процесс. Искренне и всегда небезвозмездно ваша, Магиана Магиановна Бамс.»

Лебедь смачно выругалась и свернула записку. Значит, всё-таки, подстрелить их днём – реально? С чего тогда были эти причитания про «никогда не становятся на одну линию?» Не иначе, Магиана цену своим услугам набивает!

Лебедь свернула записку, задумалась, а потом бросила записку в стоящий подле кровати аквариум, в котором сидел упитанный хомяк. Хомяк живо схомячил записку, разгрызя её на мелкие кусочки, и принялся устилать ими свой хомячий домик. А Лебедь достала из-под подушки Пудреницу и набрала Магиану Магиановну.

- Птица, значит, - хмыкнула Лебедь в пудреницу, - Даже если у них и любовь, не выйдет же она замуж за эту птицу! Это грех! Где это видано…

- Ну а может, - принялась отвечать Магиана, - Это не птица, а человек заколдованный… А может и даже принц…

- Тогда я должна выяснить, насколько он богат! – заявила Лебедь, - Потому что если богатый, то лучше я сама за него замуж пойду. Потому что это резко меняет дело! Твой осведомитель может выяснить подробности?

- За отдельную плату, и это будет не быстро, - заявила Магиана.

- Не быстро… - фыркнула Лебедь, - Да не быстро эдак я никогда замуж не выйду! Так и останусь в старых девах! А у меня ещё пятеро младших сестёр! Не бери грех на душу!

- Ну, - протянула Магиана, - За отдельную плату я могу попросить моих ночных осведомителей, чтобы они форсировали процесс выяснения… Насчёт богатства предполагаемого жениха. Но за последствия тогда я не ручаюсь. Может, после пережитого стресса он вообще ни на ком жениться не станет.

- Но ты же можешь использовать приворот… - осведомилась Лебедь.

- За отдельную плату, - жёстко заявила Магиана.

- Да не вопрос, - бросила Лебедь, а потом добавила: - Только приворот ко мне. Если жених богатый. Сначала выясните там, богатый или нет. За час управитесь?

- За час не управимся. Мои ночные осведомители не работают днём. Так что не раньше наступления ночи.

- Тогда поручи это Купидону!

- Купидон не прибегает к насилию!

- Ну что за… - выругалась Лебедь и захлопнула пудреницу, задумавшись, а потом открыла пудреницу снова и спросила: - А Дура-то сейчас где? Всё там же, в Свалочном Замке?

- Нет, она покинула Свалочный Замок, - ответила Магиана, - И, кажется, заблудилась на Свалке, там-то с ней и познакомилась Дьявольская Птица и начала проявлять заботу, а ночью они вместе спали!

- Во дела… - протянула Лебедь, - Хорошо, я буду ждать наступления следующей ночи, когда твой ночной осведомитель сможет вытрясти из Птицы, не принц ли она, и если принц – то насколько богатый.

- Только знаешь, - сказала Магиана, - Думаю, это будет не просто. Птица ведь не разговаривает, она только по-птичьи канючит. Чтобы вести допрос, придётся схватить и скрутить эту птицу, может быть связать верёвками, или заточить в клетку, и транспортировать в Волшебную Страну. Только там неговорящие животные обретают дар человеческой речи, то есть только там можно будет вести допрос. А это не быстро и достаточно дорого в реализации… Птица дьявольская, опасная, может, быть и магией обладает… Так что за отдельную плату!

- Ладно, я заплачу! – раздражённо выдала Лебедь.

- А ещё да, за час такие вопросы не решаются, - добавила Магиана.

- Хорошо, я подожду, - не менее раздражённо прорычала Лебедь в ответ, - Но только в пределах разумного! Надеюсь, ваш этот допрос не займёт долгие годы? Я готова подождать пару дней… Но не более того!

- Мы имеем дело с чем-то не до конца понятным, - принялась тараторить Магиана, - Не ясно как пойдёт процесс, может быть, нам потребуется неделя, а может быть две… Надеюсь, две недели Вы сможете подождать?

- И за что я вам только плачу! – выругалась Лебедь и захлопнула пудреницу.

Новые обстоятельства взбудоражили так, что нежиться в постели ей больше не хотелось. Мозг усиленно схватился за мысль, что помянутая дьявольская птица может быть заколдованным принцем, а тот может быть богатым. А Графона тогда надо будет определить на роль официального любовника. Ведь всем известно, что настоящие браки заключаются только из политических соображений ради выгодных союзов. В том числе, ради финансовых союзов. А вот по зову сердца заводят официальных любовников. И это даже не запрещено законом и не осуждается общественностью. Особенно если за осуждения общественностью ввести какую-нибудь законную кару, вроде смертной казни.

Глава 75. Беда назревает…

Графон Графонович Прынц стоял в тёмном-тёмном и мрачном помещении перед огромным портретом кого-то там. Точнее, это был портрет его великого предка – другого Графона Графоновича.

- Я клянусь, - с надрывом декларировал Прынц, - Клянусь, что подсажу на мои книги весь мир! Я поставлю грёзы на поток! Я переформатирую сознание! Всем! И никто, никогда, никак, ни в жизнь не назовёт меня Безымянным, мой род – Бездарными, а мои романы – Безызвестными! А главное, никто больше никогда не назовёт меня Бяком, а мои гениальные произведения – Бякой! Никто никогда не запретит мне получать прибыль! Потому что я – Зе Бест! Я лучший! Ради нашей цели я женюсь, разведусь и женюсь снова! Да что там! Мать родную продам!

Изображение в картине словно зашевелилось, а потом объёмным полупрозрачным призраком вышло в комнату и зависло перед Прынцем:

- Как ты можешь в будущем времени говорить о том, что совершил уже в прошлом?

- Разве я когда-нибудь женился? – озадачился Прынц.

- Я про продажу матери родной.

- Гхм… Не понимаю, о чём ты…

- Ну как же… - принялся взад-вперёд летать Призрак, - Ты же заложил Службе Опеки и Надзора за Сказочными Королями твою мать, мол, она сделала тебе замечание про русскому языку…

- Но мне за это никто не заплатил! – с надрывом выдал Прынц, - Значит, я никого и ничего не продал!

- Ну так «мать родную продать» - это образное выражение, - назидательно молвил Призрак.

* * *

- Угу, угу! – гукал Гуамокколаттокинт, сжимая в своей хищной когтистой лапе маленькую беззащитную тёмно-серую, почти чёрную птичку.

- Что он сказал! – с надрывом требовала Атаманша, - А ну живо переведи!

- Я не буду это переводить, - обиженно изрекла птичка человеческим голосом.

- Чего это ты не будешь переводить? – нахмурилась Атаманша, - Или ты немедля переведёшь мне это, или мы будем тебя пытать и мучить! Или вовсе этот филин тебя съест!

- Но тогда вы не сможете меня продать! – взмолился Галчонок.

- Мы и так не сможем тебя продать, - ядовито цедила Атаманша, - Любую ворону можно научить разговаривать! Эка невидаль – говорящая галка! Сам думай, кому можно загнать такое! Это всё равно что дохлую крысу продавать! Вас, между прочим, так и называют – крысы с крыльями. Воронье отребье!

- Зачем тогда вы меня отняли, - обиженно выдал Галчонок.

- Потому что мы – разбойники! – напомнила Атаманша, - Работа у нас такая – отнимать всё, что представляет ценность! А учить ворон разговаривать нам некогда! Так что или ты сейчас переводишь, что тебе сказал Филин, или мы свернём тебе шею!

- Гуам! Гуам! – заухал Филин.

- Дай его сюда! – взбеленилась Атаманша, - Закроем его в клетку! Пусть подумает о своём плохом поведении! А ты – она ткнула в Гуамокколатокинта пальцем, - Передай Прынцессе мою записку! Я буду не я, если не отомщу ей! И её дружку – плебею! – она задумалась, - Или плейбою? Нет, всё-таки плебею! Плебей он!

- Гуам! Гуам! – ещё сердитее заухал Филин, - Угу-угу, Гуам! Угу-угу-угу!

- Что? – осведомилась Атаманша, недовольно глядя уже на Филина.

А Филин косился на Галчонка, потом на Атаманшу, по-идиотски прыгал, то размахивал крыльями, то приставлял их кончики к своей голове, словно пытаясь что-то показать.

- Чего! – ещё больше свирепела Атаманша, - Ты знаешь где эта дура, Прынцесса?

- Угу, угу! – возмущался Филин.

- Он говорит, - неохотно выдал Галчонок, - Что не может и на пушечный выстрел приблизиться к Прынцессе, потому что её охраняет Чудовище.

- Я не понимаю, - противным голоском осведомилась Атаманша, - Ты хочешь, чтобы тебя вызволили или не хочешь? Хочешь, чтобы тебя выкупили, или не хочешь? Или я тебя отдам на съедение Филину!

- Вы просили перевести, - обиженно буркнул Галчонок и замолчал.

- То-то же! – Атаманша уставилась на Филина: - Что ещё за чудовище? Какое такое чудовище, которое мы бы не смогли бы одолеть? Ты имеешь в виду, заразную мышь, ядовитую змею и того щипаного попугая, который раньше работал на нас, но эта подлая Прынцесса его украла?

- Гуам! Гуам! – возмущённо заухал Филин при упоминании Попугая.

- А ещё с ней была какая-то облезлая шавка, - вспоминала Атаманша, - Шавку мы не видели, но ведь кто-то же лаял? Но разве это то, чего стоит бояться?

- Гуам! Гуам! – ругался Филин.

- Он говорит, - ревностно начал Галчонок: - Чего же вы тогда… А следующее слово я переводить не буду, оно бранное.

Атаманша тут же противным ядовитым голоском с вопросительной интонацией перебрала несколько неприличных вариантов слова «струсили», а потом возмущённым басом принялась отвечать:

- Да потому что они как-то применили гипноз! Мы все попали под воздействие. Мы не испугались, просто нами управляли извне! Не держи меня за дуру, Гуам!

- Гуам! Гуам! – ещё сильнее разошёлся возмущениями Филин, на сей раз он возмущался тому, что его имя так сильно сократили. Он этого жесть как не любил!

- В общем, передай ей эту записку, а нашего Попугая принеси назад! Мне нужен нормальный переводчик с твоего на наш! Эту дурацкую галку я собиралась толкнуть по дешёвке, но пришлось оставить потому, что наш Попугай пропал! Оказывается, эта подлая Прынцесса его украла! А ты – верни!

- Гуам! Гуам! – тут же завозбухал Филин, - Угу, угу, угу-гу-гу!

- Он говорит, что Чудовище, которое охраняет Прынцессу, уже давно съело вашего Попугая… - печально перевёл Галчонок.

* * *

Прынцесса ворочалась на неудобном мусоре. Она так и не чувствовала себя выспавшейся, поэтому не смотря на неудобства, просыпаться не хотела. К тому же, уже было совсем не холодно, не так, как ночью. И ещё, в самом же деле, ведь утром спать тоже можно! Правда, солнце в конце концов, стало просвечивать сквозь веки, прогоняя остатки сна, нехватку которого Прынцесса как раз остро ощущала сейчас. Но деваться было некуда: она окончательно проснулась, так, что засыпать обратно больше стало уже никак. И в аккурат обнаружила, что Страшной Птицы нет. И тогда ей снова стало по-настоящему страшно.

Она натянула на себя повыше одеяло… Стоп, что? Откуда тут взялось одеяло? А может, всё что было до этого – это и был один сплошной дурной сон, а сейчас она просто от него проснулась, и теперь всё хорошо, она у себя во дворце… Тогда почему так неудобно, так криво и твёрдо? И где занавески балдахина? И одеяло тоже какое-то… Ну совсем не королевское!

Прынцесса кое-как встала и осмотрелась. Ну да. Она же всё ещё на Свалке, уходящей за горизонт от края и до края. Вот действительно: хуже просто не придумаешь. Если уж находиться не дома, то лучше в Свалочном Замке, а тут… Одна-одинёшенька…

Она ещё раз взвесила в руке одеяло, которым перестала укрываться. А потом посмотрела рядом с собой, на предмет, который привлёк её взгляд. Это была какая-то тряпица. Не то полотенце, не то большая сервировочная салфетка, но скорей всего, просто тряпка. Но достаточно чистая. А на ней лежал пирожок и бутылка с водой.

- Скатерть-скатерть, стол накрой, - задумчиво произнесла Прынцесса, глядя на тряпицу.

Ведь Хозяин обещал ей Скатерть Самобранку, но явно это была не она. Та скатерть была больше, да с орнаментом по краям. И ещё, Скатерть ж сказала скрипучим голосом, что даёт только еду и всё, что с ней связано, а тут – одеяло… И тут Прынцесса всё поняла. Её новый друг – Страшная Птица, принёс для неё ночью одеяло, и ещё вот этот скромный завтрак. Ведь он же приносил завтрак вчера. А тряпочку постелил для того, чтобы было красиво.

Прынцесса задумалась. Может быть эта Страшная Птица – и есть воплощение Хозяина, уж больно Птица эта заботливая, только вот делась куда-то…

Не успела Прынцесса об этом подумать, как прямо рядом с ней приземлилась ворона с какой-то сложенной бумажкой в клюве, посмотрела на Прынцссу по-птичьи одним глазом, потом виновато положила бумажку на тряпицу с угощениями, ещё раз посмотрела на Прынцессу, подтолкнула бумажку к Принцессе клювом и нарочито каркнула.

- Страшная Птица, это ты? – ошарашено осведомилась Прынцесса, - Ты измельчала? Но… Как же так…

Ворона ещё раз каркнула, подталкивая к Прынцессе бумажку.

И тут Прынцесса поняла, что то, что ворона хочет ей сказать, вероятно, написано на бумажке. Подняла и развернула бумажку и принялась читать.

А ворона отлетела на соседнюю мусорную кочку и принялась наблюдать за процессом, почему-то опасливо.

«Тупорылая гадкая Прынцесска!» – гласила первая же строчка, оказавшаяся обидной. Прочитав её, Прынцесса сразу всхлипнула и обиженно покосилась на ворону.

Та виновато понурилась, и не менее виновато принялась топтаться на месте, то и дело робко поднимая на принцессу не птичий, а скорее щенячий взгляд. Взгляд побитого пуделя. Словно вороне было за написанное безумно стыдно.

«Не бросай записку, дура!» - было написано во второй строчке, а ещё подчёркнуто и даже обведено красным цветом, и к этому добавлено: - Мы знаем, что ты нежная, кисейная, и сахарная, но ничего уж, потерпи!»

«Мы», - отметила про себя Прынцесса множественное число, и посмотрела на ворону оценивающе. А потом снова обратила взгляд в записку:

«Уверены, тебе будет ну очень интересно узнать, что тоя говорящая птица – Галчонок… - слово «Галчонок» - тоже было обведено красным цветом, - У нас! И мы его пытаем, мучаем и держим в заложниках! Если хочешь увидеть его живым, приходи одна в Тёмный Закоулок ближайшего к юго-востоку Безымянного Города. Специально для дур объясняем! Сначала приходи в Безымянный Город, Филин отведёт тебя. А потом у случайных прохожих как хочешь, так и выясняй, где это самое условленное место – Тёмный Закоулок!»

Прынцесса читала, приходила в ужас, поглядывала на ворону, которая потерянно качала головой.

«Приходи одна! – гласили следующие строчки письма, - Без твоего покровителя – Чудовища, которое защищает тебя магией! Иначе мы свернём твоему Галчонку шею или скормим его нашему ручному Филину, а может быть вообще сразу и то и другое!»

И внизу стояла подпись: «единственный грамотный разбойник из банды атаманши и сорока разбойников от имени всех оных вместе взятых».

Дочитав до этого места, Прынцесса пришла в ужас. Понимать, что ворона, которая сейчас сидела на соседней кочке и не находила себе места от стыда, была всего лишь посыльной, у Прынцессы уже не хватило сил. Потому что она ну очень от всего перепугалась.

И тут вдруг ворона панически вспорхнула с соседней мусорной кочки, и по-над землей ринулась куда-то прочь, будто что-то её напугало. А над Прынцессой пронеслась огромная тень, и на ту самую кочку приземлилась Страшная Птица с освежеванной тушей какого-то животного, и жадно принялась её поедать.

Прынцесса посмотрела на записку, а потом на Страшную Птицу, которая ела так жадно, будто её давным-давно не кормили.

- Уф, а я уже совсем испугалась, - сказала Прынцесса, голос которой от волнения дрожал, - Что ты превратился в маленькую и беспомощную ворону…

Страшная Птица оторвалась от своей трапезы и жалобно и с тем же возмущённо что-то протяжно крикнула. Прынцесса не понимала этот птичий язык, похожий на жалобный стон.

- Разбойники передали мне с вороной записку… - продолжала жаловаться Прынцесса.

Страшная Птица ещё раз жалобно вскрикнула. Кажется, у неё начал пропадать аппетит.

Прынцесса почувствовала, что и у неё он тоже пропал. Хотя, скромный завтрак лежал на своём месте, ожидая своего употребления. Она подошла к Страшной Птице и предъявила ей записку.

Страшная Птица сначала на эту записку только взглянула, а потом схватила её своей ужасной когтистой лапой, смяв и неизбежно порвав, потом отдёрнулась, словно обожглась, после очень аккуратно прижала бумажку здоровенным когтем к земле и не менее аккуратно принялась разглаживать огромным клювом, расправляя и совмещая друг с другом части, между которыми образовался разрыв.

Потом Страшная Птица высоко подняла голову, и глядя с этой высоты начала водить взглядом по строчкам.

- Ты умеешь читать? – удивилась Прынцесса.

Страшная Птица что-то в ответ жалобно клекотнула, а потом… Потом у неё начали ерошиться перья на спине, и особенно на голове, от чего голова стала казаться больше раза эдак три, а то и в четыре, а ещё позади затылка поднялись чёрные перья, похожие на рога. И Страшная Птица стала выглядеть ещё страшнее.

Прынцесса даже предусмотрительно попятилась, и даже спряталась за ту кочку, на которой недавно сидела, так жутко это выглядело.

А Страшная Птица снова что-то клекотнула, взяла записку клювом и, оттолкнувшись мощными лапами от земли, взмыла вверх, оставив свою добычу на мусорной кочке.

Когда Страшной Птицы стало не видно, откуда ни возьмись, тучами повалили многочисленные вороны. И все они устремились туда, где лежала освежеванная туша какого-то парнокопытного рогатого животного. Они набросились на неё и принялись расковыривать, толкаясь и маша крыльями. Пока Прынцесса растерянно наблюдала за этим, несколько ворон расклевали и растащили в разные стороны её пирожок.

Прынцесса вспомнила, как ещё недавно Хламовщик съел её пластиковую кашу. Ситуация была очень похожей, и стало до ужаса обидно.

А ещё не понятно, как это Страшная Птица посмела её бросить одну на растерзание всем этим ужасным невоспитанным воронам… В общем, вороны Прынцессу не терзали, они терзали исключительно её еду, и еду самой Страшной Птицы.

Печально окинув взглядом место своего ночлега, Прынцесса особенно пристально посмотрела на одеяло, потом на пляжный зонтик, вспоминая, какая тут стоит полуденная жара и какие холодные здесь ночи. А потом сказала себе, что не собирается бродить по этой Свалке ещё целый день, а потом торчать ещё одну ночь, что она намеренна выбраться отсюда ещё до полудня, а значит, ей это всё больше не нужно. Сегодня она точно доберётся до Безымянного Королевства, потому что оставаться здесь ещё хоть немного просто положительно невозможно! А ещё… Ещё ничего ей не нужно от этой глупой Страшной Птицы, от этой щипаной курицы…

С этими мыслями, Прынцесса потихоньку пошла туда, куда, по её мнению, она выбрала направление с самого-самого начала. Она шла и шла, конца края было не видно, но в один момент вдруг откуда-то издалека послышалась музыка.

И тогда Прынцесса решила, что теперь она пойдёт на звук! Ведь что это ещё может быть: точно это Свадьба, которую в честь неё устроил её отец, оттуда и музыка.

И она не ошиблась! Сначала мелодию было не разобрать, но потом… Чем отчётливее становились звуки, тем больше это было похоже на свадебные песни. Сначала это был свадебный марш, а потом известная песня про Свадьбу, которая пела и плясала, потом хор исполнял «Свадьбу в Малиновке», а потом даже «Бабушка рядышком с дедушкой», ну да, конечно, ведь там упоминалась золотая свадьба.

Прынцесса уже забыла о том, как ей плохо, как она устала и расстроена, она просто шла и шла на эти звуки, как на свет путеводного маяка, и уверенность, что скоро всё плохое закончится, только придавала ей сил.

* * *

Клариса снизу посмотрела на возвышающийся в мрачной комнате стол. Вспомнила, как тяжело и неудобно было на него карабкаться в прошлый раз. И поёжилась, вспоминая всё то, что пришлось преодолеть, чтобы добраться до позиции, с которой можно было видеть отражение Хозяина в Зеркале.

И рассудила, что больше сюда не полезет. Есть другое место. Совершенно точно оно есть! Это на окне, возле Кактуса. Если Хозяин отражается с того места, а это определённо так, ведь он уверяет, что всё время находится рядом с Кактусом. Значит, если самой встать рядом, то можно будет видеть отражение Хозяина, и себя рядом с ним.

На мгновение Клариса заколебалась. Не слишком ли дерзко? Имеет ли она на это право? И ещё раз с тоской посмотрела на стол, потом на окно. И решила попробовать. Конечно, затея сомнительная, но вдруг так окажется действительно лучше?

Добежав до стены, по трещинкам и неровностям в цементном растворе между каменьями, Клариса взобралась на окно намного быстрее и легче, чем в прошлый раз забиралась по хорошо отшлифованной ножке старинного ствола.

Оказавшись рядом с подножием горшка, в котором рос Кактус, Клариса обратила свой взгляд на Зеркало, в котором незамедлительно протаяли светящиеся жёлтые глаза. Кажется, они щурились, и в уголках сгущались слёзы.

- П-п-ривет… - помахала лапкой Клариса.

Ей стало неловко от того, что Хозяин выглядит явно несчастливым, а точнее, вроде бы больным и замученным.

- Ты чего себе позволяешь, Клариса! – тут же перешёл на гнев Хозяин.

Его глаза даже расширились и полыхнули алым, но тут же сощурились снова.

- Прости меня, - тут же запищала Клариса, - Но и ты меня тоже пойми… Мне так тяжело лезть туда…

- Так и не лазай! – его голос наполнился гневом, - Я что, не ясно в прошлый раз объяснил? Сюда должен прийти кто-то из людей…

- Но с этим проблемы! – поспешила сообщить Клариса, - Хламовщик вечно ходит где-то, его не дозовёшься, а я не могу бегать за ним везде и таскать за собой этот осколок, с помощью которого мы можем переговариваться…

- Так и не таскай! – негодовал Хозяин, - Положи там, где Хламовщик гарантированно по многу раз бывает и жди! Всё объяснять нужно!

- Но я не могу больше ждать! – взвилась Клариса, - Прынцесса куда-то пропала, мы обыскались её! Её нигде нет! Нигде!

- Так скажи этому остолопу – Хламовщику, чтобы её нашёл! – Хозяин буквально пришёл в ярость.

Клариса прижала уши, пережидая вспышку гнева, а потом распрямилась, подняла вверх указательный пальчик и собиралась было что-то сказать, но её опередил Хозяин:

- Всё что я от вас требую – это не блажь и не прихоть! Если сейчас опять эта гадкая муха вернётся, мне придётся полыхать огнём…

И только он об этом сказал, на Кактусе вспыхнуло сразу несколько пучков колючек. Клариса отшатнулась к оконной раме, подальше от горящего Кактуса. Места для этого манёвра оказалось достаточно.

- В чём дело, Хозяин? – осведомилась Клариса, - Муха вернулась?

- Нет! В смысле, да! – поспешил заявить Хозяин, а потом сделал одолжение: - Ладно, так и быть, стой на этом окне, но да, подальше от Кактуса! Пойми меня, Клариса…

На Кактусе внезапно вспыхнул ещё один пучок колючек.

- Я очень злой! – торжественно закончил Хозяин, - Я могу вот так – да и в тебя! Ты стоишь совсем близко и провоцируешь меня!

- Я постараюсь… - затеребила лапками Клариса, - Постараюсь больше не давать тебе повода, - она подняла глаза на лепесток, который накренился и, кажется, начал падать, - Хозяин, я возьму его? Он вот-вот уже сам отвалится. Я не буду рвать. Но когда он упадёт, я его подберу… Ты только скажи! Скажи мне, что нужно пожелать, чтобы… Ну… Ты ведь в прошлый раз говорил… Что грядёт какая-то беда… И если я правильно поняла, что это касается нас всех…

Глава 76. Попытка объясниться…

- Не трогай, - раздражённо-устало прорычал Хозяин сквозь зубы, - Я уже в курсе, как у вас у всех получилось потратить все остальные лепестки. Этот -последний. Самый-самый последний. Только человек может загадать желание. Или истинно-говорящий, к каким ты не относишься!

И в этот момент Клариса увидела в Зеркале, в отражении просвета окна чёрный птичий силуэт, который стремительно приближался, так стремительно, что не успел затормозить и ударился о решётку.

Когда Клариса обернулась, в окне уже никого не было, лишь парила в воздухе пара покровных пёрышек. Огромных, наверное, каждое с Кларису величиной. Это каких же размеров должна была быть сама птица!

Уже через мгновение снизу, тяжело маша огромными крыльями, поднялась здоровенное дымчато-сизое существо, Клариса даже не сразу поняла кто перед ней: показалось, что вампир: вокруг глаз были тёмные ободы, а на белой груди перетяжка, будто от чёрной мантии, только не ясно, это мантия развевается сзади, или крылья машут такие чёрные? Или демон? Ведь на голове торчали рога. Жуткое существо своей чёрно-белой расцветкой напоминало если не вампира, то привидение, потому что казалось, что оно словно в какой-то бледной дымке. И лишь цевки лап и пальцы были насыщенно-жёлтого цвета, но длиннющие, как кинжалы, изогнутые когти были чёрными. И вот одной такой лапой страшилище вцепилось в решётку, не переставая махать огромными крыльями, от которых поднимался ветер, а в решётку страшилище сунуло свою огромную голову, распушённые перья и рога примялись, и голова прошла между прутьями. Страшилище потянулось тёмно-серым изогнутым клювом к единственному оставшемуся лепестку, который колыхался и не понятно каким чудом всё ещё не отрывался от поднятого мощными крыльями ветра.

Определённо то, что напоминало собой одновременно и вампира, и демона, и привидение, было огромной птицей. Кларису едва не сдувало ветром, который поднимали могучие крылья, она держалась лапками за каменную неровность в оконной раме.

- Да не держись ты, дура! – рокотнул Хозяин, - Тут этот хищник тебя достанет, и вообще… Я собираюсь по нему пальнуть!

На кактусе вспыхнул огонь, но пламя тут же было сбито поднятым ветром, от которого уже по комнате летала пыль, а с ней – какие-то мелкие лёгкие предметы.

- Кто здесь! – осведомилось страшилище знакомым Кларисе голосом.

- Так это ты, Попугай? – отчаянно запищала Клариса, - Я тебя, гада, не запомнила, а сейчас даже не узнала! Нет, ты сам себя превзошёл, ты ещё страшнее, чем осталось в моей зрительной памяти! И намного больше, чем я сперва решила…

- Не злись, Клариса! – тут же принялся оправдываться названный Попугаем, - Я не хотел!

- Не хотел он! – выругалась Клариса, - Как можно было не хотеть, если ты это загадал! Не трожь лепесток! Он не твой!

- Да ты не понимаешь! – хоть голос у того, кем стал Попгуай, оставался знакомым, но он всё больше срывался в какой-то писк, похожий на жалобный орлиный клёкот, - Прынцесса попала в беду!

- Прынцесса! – тут же вздёрнулась Клариса, сменив тон с ревностно-сердитого на взволнованно-заинтересованный: - Ты знаешь, где она?

- Знаю! – клекотал на орлиный манер Попугай, - Клариса, это правда? Ты меня понимаешь? Мы можем разговаривать? Да, я знаю где она! Но в этом ужасном теле я гораздо менее манёвренный! Чёрт! И держаться неудобно…

- Чёрт? – тут же возмущённо переспросил Хозяин, - Что за слова?

- Кто здесь!? – ещё раз переспросил Попугай, - В смысле, кроме Кларисы, кто тут ещё, кого я ещё не знаю…

- Это Хозяин! – запищала Клариса, - Он здесь живёт, он охраняет Кактус!

- Да! – оживился Хозяин, - И не смей трогать этот лепесток! Он не твой! А главное, ты ничего не сможешь с ним сделать! Из полезной говорящей птицы ты превратился в немую птицу. Как там тебя по имени? Попугай? А может быть теперь – Орёл? Я только что объяснил Кларисе, скажу и тебе, хотя ты, зловредный сквернослов…

- Я не сквернослов! – взмолился Орёл, - Просто я работал раньше Попугаем! При мне часто и многие выражались, в том числе так, что лучше не повторять! А ещё, меня даже целенаправленно пытались научить всяким непристойным словам и похабным выражениям… Издержки профессии Попугая!

- Значит, на повышение пошёл… Орёл! – ядовито откомментировал Хозяин, а потом резко рокотнул: - Не перебивай, когда я говорю! Я тебя не спрашивал! – и уже спокойнее добавил: - Так вот. Ты мне, конечно, не поверишь, но может, всё-таки это охладит немного твой пыл… Лишь истинно-говорящие могут загадывать желание лепесткам и отдавать команды другим волшебным предметам! Так что ты не обольщайся, что у тебя получилось при помощи лепестка превратиться в Орла. Ведь на момент загадывания ты был истинно-говорящей птицей! А теперь ты – немая птица! А значит, даже если тебе и кажется, что ты что-то говоришь, и даже если мы тебя слышим, загадать не сможешь ни-че-го!

- Подождите, подождите, дайте зацеплюсь нормально, - запричитал Орёл клекочущим жалобным голосом, - За что вы меня ругаете, не надо со мной так! Я помочь хочу! Между прочим, я нашёл и принёс Хламовщику какой-то ключ… Но я так и не знаю, тот ли это был ключ… Но я слышал, что ключ потерялся, и я хотел помочь его найти, делал что мог… Увидел ключ и решил принести его… Вдруг это был как раз он?

- Он, он, - закивала Клариса, - Но толку! Хламовщик – баран, каких мало, с ним ни о чём не договориться! Он сначала открыл, потом снова запер. За ним постоянно нужно бегать, и то, его попробуй, догони!

- Клариса! – снова заклекотал Орёл, - Прынцесса в опасности! Эта дура ушла из Замка одна, ничего с собой не взяла, что могло бы понадобиться в дороге, и заблудилась на Свалке в трёх мусорных кучах! Уже вторые сутки кругами ходит! Я её зову назад, в Замок, но она не понимает!

- Значит, плохо зовёшь! – сердито заметил Хозяин.

- Но я не виноват! Я не могу лететь медленно! – причитал Орёл, - Это тело слишком тяжёлое, оно не может зависать на месте, я могу только кругами, а кругами она не понимает… А если по земле идти, то я сам не буду знать куда надо, я вижу пункт назначения только сверху… И вообще, по земле ходить ещё неудобнее стало, чем когда я был Попугаем… Но главное, но главное… Вот! – он второй лапой, которой не держался за решётку, сунул в окно записку: - Клариса, возьми это, только крепко держи, не вырони!

- Перестань крыльями махать! – надрывалась Клариса, которой приходилось кричать, чтобы её было слышно в таком потоке ветра и создаваемого шума.

Хотя, её писк, похоже, тонул в гамме звуков, но Орёл всё равно услышал её, наверное, благодаря Зеркалу:

- Клариса! Возьми эту записку! – Только держи крепче! Я постараюсь закрепиться… Но что-то подсказывает мне, что это тело и держаться за вертикальную поверхность не приспособлено…

Клариса кое-как ухватила лапкой записку, после чего Орёл вцепился в решётку второй лапой и сложил-таки свои огромные крылья. Ветер прекратился.

- Ну вот, - констатировала Клариса, - Всё-таки можешь! – она развернула записку и принялась читать, приходя всё в больший и больший ужас, а потом уставилась на Орла и спросила: - Откуда это?

- Прынцесса сказала, что это ворона принесла. И я помню, что когда я возвращался, когда сгонял за завтраком, то видел одну ворону. Она испугалась и улетела… Но оказывается… Вон оно как… Прынцессе назначили стрелку Разбойники! Они написали, что держат в заложниках Галчонка… Но ведь это может быть и враньё! Но даже если нет, если она послушается, если она придёт к ним, они же её убьют! Они же этого и добиваются! Они играют на добрых чувствах. Ты помнишь, Клариса, как мы ехали на тачке, и они на нас напали? Тогда нас всех спасла Волшебная Дрожанка, наша командная работа, а ещё то, что я имитировал лай диких собак…

- А теперь ты – бесполезная немая птица! – язвительно подметил в этом месте Хозяин.

- Да вы ничего не понимаете! – взвёлся Орёл, - Думаете, это легко – быть каким-то инвалидом? Я еле ползал, у меня всё постоянно болело… Чего толку, что я был тогда говорящим попугаем, если я ходил-то еле-еле… Если я не мог никуда летать, если на меня в любой момент мог напасть другой хищник, так что одному вообще было страшно… Я вам не голубь, чтобы улепётывать от хищных ястребов, да и голубь-то не всякий улепетнёт… Да и ещё тут муха эта лепесток украла и начала что-то загадывать. Вот я чтобы желание не пропало… - он покосился на Кларису, что было неудобно ввиду того, что шея была просунута между прутьями и не двигалась достаточно свободно: - И всё-таки, мы же можем разговаривать! Почему нельзя сейчас загадать какое-нибудь желание?

- Мы разговариваем всё ещё при помощи Зеркала, - пояснила Клариса, - Оно вон там, на стене висит. И его как раз отсюда, из окна, видно. И Хозяина тоже видно, раз он разговаривает с тобой, правда, Хозяин? – она глянула в направлении Зеркала.

А Орёл увидел в Зеркале два светящихся жёлтых прищуренных глаза.

- Рад нашему знакомству, Хозяин, - поспешил доложить Орёл, - Я слышал о Вас… В том числе от подлого самозванца, который пытался прикинуться Вами… И убеждал всех, что он – Дракон…

- Вот что, глупый Орёл! – без всяких церемоний прервал эту речь Хозяин, - Может быть я, вопреки мнению самозванца, и не Дракон, но вот когда на мой Кактус покушаются мухи, я применяю тут одно средство… Короче, ты можешь пострадать, если немедленно не уберёшь отсюда свою глупую голову!

- Зачем вы так… - обиженно молвил Орёл, - Ну простите меня… Но ведь все тогда второпях загадывали всякие глупости… Мы же не со зла… Я, в частности, тоже…

- В общем, объясняю по-быстрому! – перебил его Хозяин, - Истинно-говорящий – это тот, кто может изъясняться на человеческом языке без Зеркала. И тут не сильно важно, обладаешь ты интеллектом, или без понимания произносишь заученные фразы, главное, чтобы речь звучала вслух и на человеческом языке! Сейчас ты, Орёл, этого не можешь! Ты можешь разговаривать со всеми нами только потому, что тут Волшебное Зеркало на стене висит! Если ты заполучишь этот лепесток, то не сможешь ничего загадать! Вертолох тоже ничего загадать больше не может! С тех пор как стал немой тварью, не может! Но он не понимает этого и не хочет в это верить! Он ворует у нас лепестки и всё талдычит и талдычит, и без Зеркала, и перед Зеркалом тоже! Но само Зеркало не помогает донести до лепестка промпт! Нужна именно настоящая истинная человеческая речь, а не действие Зеркала, понял? А теперь… Мы подумаем, что делать с этой запиской и как решить проблему, а ты… Раз теперь такой большой и такой сильный, лети и охраняй Прыцессу, пока мы не придумаем, как самим найти её на этой свалке и увести оттуда! И да, залетай иногда доложить обстановку, потому что ещё не известно, сколько времени на всё это уйдёт… Понял, Орёл?

- Так точно! – заверил Орёл.

- Всё, полетел отсюда, - пренебрежительно-грубо гаркнул Хозяин.

Орёл попытался оттолкнуться от решётки, а потом жалобно заклекотал:

- Не могу, я тут застрял…

- У тебя что, голова распухла? – ругался Хозяин.

- Зачем вы с ним так! – укорила Клариса, и полезла по решётке в то место, где Орёл просунул свою голову.

Перья все прилегли, и голова уже не казалась такой уж большой, зато перья наподобие стопоров зацепились за прутья решётки.

- Орёл! – обратилась Клариса, - Прижми поплотнее перья и аккуратно просунь голову чуть глубже в решётку, я заправлю концы тех перьев, что оттопырились, и тогда ты сможешь выбраться!

- Только давайте быстрее! – поторопил Хозяин, - Потому что, когда сюда прилетит какая-нибудь жирная, наглая и посторонняя муха… Ну, ты знаешь, Клариса, ты уже знаешь!

- Сейчас-сейчас! – пообещала Клариса, нанизнув записку на одну из иголок Кактуса: - Слушай, Орёл! Я сейчас помогу тебе вытащить голову, но ты не взлетай сразу! А по моей команде! Мне нужно будет потом взять покрепче записку и самой ухватиться, а то меня сметёт! Я могу напороться на эти острые иглы, и они меня пронзят, ты же не хочешь этого?

- Не хочу, - подтвердил Орёл.

Клариса заправила оттопырившиеся перья, и под её чутким руководством Орёл вытащил голову из решётки. А потом Клариса сняла с иглы Кактуса записку и сказала:

- Вот что, я спущусь вон туда, в комнату, зайду поглубже, когда я помашу тебе оттуда лапкой, тогда и полетишь.

Орёл кивнул.

Клариса сложила записку, перехватила её зубами и спустилась по решётке вниз на окно, потом по стенке в комнату, отбежала в дальний угол, сунула записку за стоящий в углу шкаф, после чего принялась махать лапкой Орлу.

Но тот как сидел на решётке, так и продолжал сидеть. И даже схватился за неё клювом.

Клариса оглянулась, юркнула под шкаф, нашла там подходящую щель, запихнула записку поплотнее, и снова побежала к окну, вскарабкалась на него, и спросила:

- Я же тебе махала! Почему ты не улетел?

- Но я ничего не видел! – принялся жалнить Орёл, - В этой комнате слишком темно…

- Что? – удивилась Клариса, - Я там даже под шкафом что-то вижу… Неужели ты не видел меня?

- Ну конечно, - встрял в этом месте Хозяин, - Дневные птицы плохо видят в темноте. Намного хуже, чем даже люди. И ещё хуже, чем другие млеки с чёрно-белым зрением…

- Зачем ты мне это сказал! – возмутился Орёл, - Теперь я спать не смогу! Выходит, когда я сплю, кто-то меня видит… Ой, стойте… А Филин? Он же – ночная птица…

- Да, - кивнул Хозяин, - У филина хорошее ночное зрение…

- Зачем вы только это сказали! – у Орла на спине принялись ерошиться перья, - Мне и так всю прошлую ночь было страшно… Мы с Прынцессой устроились на ночлег, а филин всю ночь орал на всю округу… До сих пор перья топорщатся!

- Всё, лети уже! – велел Хозяин.

- А Клариса… - засуетился Орёл.

- Не бойся, - сказала Клариса, - Записку я спрятала, а сама я покрепче схвачусь за прутья. Ты уже махал тут крыльями, я же удержалась тогда, удержусь снова!

Орёл кивнул, после чего оттолкнулся лапами и полетел. И получилось даже без ветра, потому что он сразу перешёл в парящий полёт, без лишних взмахов.

Со всех крыльев он кинулся туда, где оставил Прынцессу. Да только застал там тучи ворон, с энтузиазмом доедающие его добычу. Еда далась Орлу не легко, поэтому он сначала попытался отобрать то, что по праву считал своим, да не тут-то было: ворон было много, они все ринулись на него, принялись с разгону бить лапами с воздуха, на лету хватать и трепать за перья, несколько пристроились на спине и поехали. Орёл пытался хватать их лапами, гоняться за ними, но всё было тщетно: ворон было много, они пускались врассыпную и меняли направление намного быстрее, чем это получалось у Орла. Чтобы спастись, Орёл интенсивно заработал крыльями, поднимаясь всё выше и выше и только это помогло избавиться от преследования. О завтраке пришлось забыть. В общем, сейчас было не до еды – ведь Прынцессы на месте уже не было, и нужно было срочно её найти. Осматриваясь с высоты, Орёл думал о том, что не так уж и круто быть орлом. Что всех проблем это не решает. Что филин всё равно видит в темноте, там, где сам Орёл становится практически слепым. А ещё вороны… Они могут взять проворностью и численностью.

Вскоре он увидел Прынцессу и отвлёкся-таки от мрачных мыслей. Потому что на смену им пришли другие. Ведь Прынцесса уже как раз подходила к самому-самому краю Свалки, туда, где простирался небольшой пригород Безымянного Королевства. Одного из. И в этом местечке сейчас было полным-полно народу, все собирались праздновать. Орёл скорее устремился к Прынцессе, которая явно шла совершенно не туда, куда нужно, и снова начал летать над ней кругами, зазывая за собой.

Но Прынцесса лишь искоса посмотрела на него, кажется, наградив презрительным взглядом, и продолжила идти в том направлении, в котором шла. Она больше не плутала кругами, проходя по одним и тем же местам по многу раз, как это было в начале её путешествия по Свалке. Теперь она чётко придерживалась направления, явно ориентируясь на звук. А потом… Потом, наверное, ей стало видно макушки красочных шатров, шпили со флагами, и главное, парящие в воздухе надувные фигуры, которые возвышались над площадью.

Орёл ещё немного покружил над Прынцессой, а потом спикировал вниз, приземлился и на плохо гнущихся ногах, прискоком и вразвалочку подошёл к ней, схватил за подол платья и дёрнул.

- Чего тебе, Страшная Птица? – явно обиженно буркнула Прынцесса.

Орлу не нравилось, что его называли Страшной Птицей, но повлиять он не мог. С загаданным желанием он утратил дар человеческой речи, и теперь не мог ничего сказать и попросить называть себя иначе. И мысль о том, что он страшный, ему не нравилась. А ещё, ему не нравилась мысль, что он так и не знает, как теперь выглядит. Наверное, раз Прынцесса зовёт его Страшной Птицей, он не просто орёл. И не даром же Клариса начала с того, что «превзошёл сам себя» и «ты ещё страшнее, чем осталось в моей зрительной памяти!». Именно эти слова запечатлелись у Орла в его памяти, но не в зрительной, а в слуховой. А сам себя в Зеркало Орёл тогда так и не увидел. Он видел в отражении просвет окна, видел два светящихся жёлтым глаза на тёмном фоне, но себя так и не смог разглядеть – свет падал сзади, и ещё, его собственный силуэт терялся на фоне Кактуса, который по отношению к Зеркалу стоял на переднем плане.

Хотя, Хозяин всё-таки назвал его Орлом. Значит, как бы он сейчас ни выглядел, а Орла в этом всё-таки распознавали. Это уже плюс.

Орёл напрягся и потянул платье Прынцессы ещё сильнее.

- А ну пусти! Приказываю тебе именем Королевы! – гневно выдала Прынцесса, - Отец заочно выдал меня замуж! Могу приказывать! Оставь меня!

Орёл отпустил подол Прынцессинного платья, и принялся клекотать и указывать крылом. Сейчас, сидя на земле, он сам до конца не был уверен, что указывал правильное направление, но, по крайней мере, оно было гораздо правильнее того, в котором Прынцесса сейчас шла.

- Да не пойду я туда! – выругалась Прынцесса, - Ты бросил меня одну! Когда ты был мне нужен – ты бросил меня одну!

Орёл издал возмущённый клёкот, пытаясь объяснить, что оставил её совсем ненадолго, и перед этим посмотрел, что кругом никого опасного нет, и это была необходимая отлучка – он летал за бутылкой воды и за завтраком. Вода была на такой жаре ну просто крайне необходима, ведь Прынцесса с её топологическим кретинизмом рисковала провести ещё целый день под палящим солнцем и заработать себе обезвоживание, а то и тепловой удар. А ещё, Орёл посчитал нужным принести Прынцессе на завтрак пирожок, и да, поскольку Прынцесса ещё спала, то и одеяло тоже. Утром было ещё порядком зябко, да и если бы пришлось проводить на Свалке следующую ночь, одеяло пришлось бы очень кстати.

- Мне пришлось самой читать эту ужасную записку, - продолжала негодовать Прынцесса, - И никто, никто меня в этот момент не поддержал! – она пристально посмотрела на Орла: - Кстати, где она… Записка? Она была адресована мне, куда ты её дел? Ты присвоил мою тайную корреспонденцию! А главное… Я не поверну назад, когда я так близка к цели! Скоро я попаду домой, и все мои проблемы решатся, а ты… - она ткнула в Орла пальцем: - Хочешь помешать восстановлению моего благополучия! Когда я приду, я нажалуюсь отцу. Он сделает из тебя чучело и повесит в зале над троном!

Она развернулась, и горделиво вздёрнув подбородок, пошла вперёд. Орёл сглотнул и по земле зашагал за ней, высоко поднимая прямые длинные ноги, словно марширующий солдат.

Глава 77. Тёзка

Прынцесса дошла до края, где заканчивалась столь опостылившая свалка. Мусор стал реже, между ним начала проступать земля с зелёной травкой, или пустые песчаные проплешинки. Дойдя до ближайшей тропинки, Прынцесса определилась с направлением, откуда музыка слышалась громче, и где виднелись разноцветные шатры, воздушные шарики на верёвочках и огромные надувные фигуры разных диковинных животных, и просто милых-премилых пушистиков. Были среди них и зайки, и котики, и петушки, и павлинчики, и жарптички, и лошадки, и даже пегасики, и единорожики, и верблюдики, и лебеди, и попугайчики, а даже орлы, но не такие страшные, не с такой демонической внешностью, как у Страшной Птицы. Все позитивные и красивые. Ещё были шары в виде цветочков, яблок, ягод, гроздьев винограда, всё неимоверных размеров. И всё эти шары на ниточках парили над площадью, где раскинулись шатры, лотки с разными цветастыми товарами, где в красивых нарядах шныряли люди, проезжали украшенные бантиками и цветами повозки, запряжённые белыми лошадками в красивой упряжи, с лентами, заплетёнными в гривы и хвосты.

Всё было так пышно и красиво, прямо как в Прынцессином любимом Одном Роскошном Дворце, особенно, когда в него приезжал её Прынц. Прынцесса хорошенько помнила, что с приездом Прынца Один Роскошный Дворец стал ещё роскошнее, потому что Прынц каждый день подавал ей букеты цветов на таких же красивых и нарядных повозках, какие она сейчас видела здесь.

Но тут что-то в стилистике нарядов и оформления неумолимо отличалось. Такими же были только размах и роскошь.

- Скажите пожалуйста, я сейчас нахожусь в Безымянном Королевстве? – осведомилась Прынцесса у ближайшей проходящий мимо улыбающейся женщины.

- Совершенно верно! – кивнула та, - Это Безымянное Королевство! Его Южная Площадь. В общем, площадь, конечно, тоже Безымянная, но мы зовём её между собой Южной, чтобы не путать с Северной… Она у нас ведь тоже называется так же, как и эта, тоже Безымянная. А ещё у нас Западная и Восточная Безымянные Площади есть.

- А чего все празднуют? – осведомилась Прынцесса, - Случайно, не Свадьбу Прынцессы?

- Свадьбу Прынца, - уточнила добрая женщина, - Он привёз себе невесту из другого Безымянного Королевства и теперь играет свадьбу!

- О, так это же я! – оживилась Прынцесса, - Скорее, подскажите мне, где сам Прынц?

- Вы? – женщина очень удивилась, а потом поклонилась и сказала: - Простите, Ваше Королевское Высочество, что не признала и не поприветствовала Вас должным образом…

- Да не стоит извинений, - так же поклонилась в ответ Прынцесса, - Если бы Вы знали, как со мной разговаривали и как ко мне обращались там… - она указала себе за спину, где за ней, словно комнатная собачка, по пятам следовал Орёл Страшная Птица.

- Ну, я ничуть не удивлена, - кивнула женщина, - Там гиблое место, все опасаются туда ходить.

- Вот и я… Еле выбралась, - сказала Прынцесса.

- Как же я за Вас рада! – воскликнула женщина, - Не представляю, как бы Вы справлялись, если бы оставались там.

- А уж я-то как рада! – с восторгом принялась изливать Прынцесса, - Всё-таки, это был мой первый Побег! Хотя, я представляла себе всё несколько иначе, и вообще совершенно не так… Но какое счастье, что эта досадная часть моей жизни уже позади! Я думаю, что следующий Побег будет более удачным, и что дальше мы приключаться будем уже исключительно вместе с моим суженым. А где, собственно, я могу видеть моего Принца?

- Так он, наверное, ждёт на площади, - без всякой уверенности сказала женщина, - Свадьбу же будут играть там…

- А как попасть на площадь? – озадачилась Прынцесса.

- А просто иди прямо… Вон под тем воздушным шаром в виде сердечка.

Прынцесса кивнула, ещё раз поклонилась, и, поблагодарив добрую женщину, направилась в указанном направлении. Благо, шар в виде розового сердечка, пронзённого стрелой, и увенчанного сверху короной, было очень хорошо видно, и казалось, что просто невозможно будет потерять его из виду.

Орёл молча направился следом.

Прынцесса шла и шла, пока не дошла до вертушки, на которой регистрировали гостей. Сторож посмотрел в свои бумаги, полистал большой альбом, открыл там страницу, на которой Прынцесса с удивлением увидела свой собственный портрет, посмотрел на него, потом на неё, несколько раз, щуря глаза и словно ими чего-то выверяя, а потом разблокировал вертушку и дозволил:

- Извините, Ваше Королевское Высочество, что заставил Вас ждать, но это необходимые меры безопасности! Неспокойно становится последнее время, поэтому мы вынуждены всех проверять особо тщательно. Но у Вас всё в порядке! Проходите!

Прынцесса и прошла. А Орёл за ней следом. Сторож посмотрел на него с подозрением, но ничего не сказал, пропустил.

На площади уже было многолюдно, но Прынцесса приложила все усилия, чтобы пробиться через толпу народа к самой-самой сцене, где, судя по всему, и должно было происходить венчание.

И каково было её удивление, когда она действительно увидела на сцене Прынца. Но это был совершенно другой Прынц! Он Прынцессе даже показался от чего-то знакомым, но это, совершенно точно, был совершенно не тот Прынц, который дарил ей моря цветов, посвящал стихи и песни, пел серенады, уверял, что влюбился в её портрет, а главное – вручил План Побега. Это был не тот Прынц, которому она была готова дать согласие быть его женой. Это был совершенно не он! И рядом – какая-то посторонняя, совершенно незнакомая Прынцесса. И регистратор в торжественном строгом костюме задавала им по очереди вопросы:

- Готовы ли Вы, Безымянный Прынц этого Безымянного Королевства взять в законные жёны Безымянную Прынцессу другого Безымянного Королевства, быть с ней в горе и в радости, в болезни и здравии…

Прынцесса некоторое время стояла, растерянно хлопая глазами и не понимая, что происходит: как же так? Почему Прынц не её и женится сейчас не на ней! Ведь всё сходилось! Его звали Прынц. Это было Безымянное Королевство, точь-в-точь как то, из которого сама она была родом. Хотя, судя по всему, это было Безымянное Королевство Прынца, но почему это был не её Прынц?

Пока регистратор зачитывала обязательные официальные речи, Прынцесса медленно допирала, что не все Безымянные Королевства на свете сводятся к её собственному Безымянному Королевству. И к Безымянному Королевству того Прынца, которому она обещалась в жёны. Что на свете намного больше Безымянных Королевств, чем, собственно, два. И Одних Роскошных Дворцов, наверное, больше, чем один, хоть они и носят название «Один Роскошный Дворец». И да, если вспомнить сколько Прынцев приезжало в её собственный Один Роскошный Дворец на торжественные приёмы, то этих Безымянных Королевств должно быть ну просто очень много… Раньше Прынцесса об этом никогда не думала. Она днями напролёт читала свои книжки, и думать ей было просто некогда. Да и незачем. Ведь за неё всё делали тогда слуги. А ещё, ей не хотелось думать, ведь в книжках же всё написано. Хотя, вот над тем, что там написано, и надо было бы подумать. Хорошенько. Критически.

И вдруг до Прынцессы дошло, откуда она знает этого Прынца. Ведь он однажды к ней тоже приезжал. Был на торжественном приёме, вёл какие-то скучные беседы, предлагал руку и сердце. А она собственнолично ему тогда отказала.

Ещё этот Прынц глянулся одной из Младших Сестёр. Кажется, Младшей Сестре Младшей Сестры он глянулся. И она просила, чтобы он приехал ещё раз, когда её две старшие сестры, собственно, Прынцесса и Младшая Сестра Прынцессы уже выйдут замуж, вот чтобы он тогда потом приехал и посватался бы к ней.

Прынцесса честно сейчас не могла вспомнить, чем кончилось дело. Она помнила, что этот Прынц тогда уверял, что он уже не может откладывать свою свадьбу, что у него отец при смерти, поэтому ему нужно срочно жениться, чтобы вступить в законные права наследования, заключить политический союз и поправить экономическое положение и укрепить позицию своего Безымянного Королевства, а ещё, не хочется затягивать с обретением и воспитанием своих собственных наследников. И что это всё – его долг, его обязанность, его ответственность. И это важно.

Прынцесса тогда слушала всё это и находила это скучным. А сейчас она только радовалась, что этот Прынц теперь женится не на ней. Ведь он не долго ждал, живо нашёл себе другую! И ждать Младшую Сестру Младшей Сестры Прынцессы, которая имела к нему интерес, тоже не захотел! Вот и верь в любовь после этого…

Она вздохнула, подумав, что правильно ему отказала. Если бы этот ловелас женился бы на Младшей Сестры Младшей Сестры Прынцессы, то был бы у той не верный и не любящий муж. А так… Он достался какой-то совершенно другой Прынцессе, не приходящейся самой Прынцессе родственницей.

Одно только было грустно: Прынцесса не попала в своё Безымянное Королевство к своему отцу. А значит…

В общем, она подумав, рассудила, что ничего это не значит. Что она, может, и не попала домой, но добралась до нормальных цивилизованных людей. И может, она и обижена на этого Прынца за то, что он женится сейчас не на ней, хотя сама же ведь ему и отказала. И за то, что не дождался, когда подойдёт очередь Младшей Сестры Младшей Сестры Прынцессы. Но всё равно она сейчас может обратиться к этому Прынцу за помощью. В конце концов, человек он или нет? Он был в её Безымянном Королевстве, значит, точно знает, как туда доехать.

Но к Прынцу было не подойти, он всё время был занят с другими гостями, да и моменты всё время были не подходящими.

Прынцесса до самого вечера бродила по площади, между лотками со всевозможными яркими диковинками и жалела, что у неё с собой не оказалось денег. Столько всего интересного здесь было – прямо глаза разбегались! И ничего, ничего она не могла себе позволить купить. А всё благодаря кому… Разбойникам! Это они всё отняли! Это они лишили такого удовольствия – совершать покупки…

С мыслями о Разбойниках пришли и мысли о той самой зловещей записке, в которой был предъявлен ультиматум. И Прынцесса распереживалась. Ведь она рассчитывала, что сейчас она только доберётся до Безымянного Королевства, и всё лучшим образом разрешится. Что она нажалуется своему отцу, а тот издаст указ, и государственные люди разберутся с разбойниками, вернут всё награбленное, освободят Галчонка, а самих мерзавцев жестоко накажут. Ведь государственные люди же это всё умеют делать? Они – королевская гвардия, значит, должны уметь. Надо только чтобы отец издал указ, а для этого надо отца об этом попросить, а для этого надо к нему попасть…

Прынцесса разнервничалась и пошла к столу с яствами. Тут платить было не надо, яства стояли для всех гостей, и подходить и брать можно было бесплатно. Орёл уже потерялся, ещё тогда, когда Прынцесса продиралась через толпу к своему Прынцу. Который оказался вовсе не её Прынцем. Точнее, как выяснилось, она уже была с ним знакома, но это был не тот Прынц, с которым она мечтала сбежать, долго приключаться, и только потом пожениться.

Гостей за столом уже не было, похоже, все наелись и ушли веселиться, а потом устали и разбрелись по разным частям парка, но сюда практически никто не вернулся. Найдя поднос со сладостями, Прынцесса села рядом с ним на так кстати пустующее свободное место и принялась наворачивать пастилу, шоколад, клюкву в сахарной пудре, сахарную пудру в клюкве, бисквиты, безе, зефир, и всё остальное, что тут было. Вот словно люди заранее знали, что всё это понадобится Прынцессе, поэтому из всех угощений оставили именно сладкое, словно вообще-вообще не притронувшись к нему.

Хотя на самом деле, причина была в другом. Просто все гости наелись горячим и салатами, а после сытного обеда сладкого уже совсем-совсем не хочется.

Но Прынцесса никогда не смотрела на еду с этой точки зрения, она привыкла лежать на диване, читать свои глупые книжки про Прынцев, Побеги и Погони и кусочничать исключительно сладостями. Пока молодость вносила свои коррективы, и эта дурная привычка ещё никак не сказывалась на точёной фигурке Прынцессы, но в скором времени безмерное увлечение одним только сладким должно было переродиться в серьёзную проблему. Однако, Прынцесса об этом совершенно не подозревала, и даже думать не хотела. А если бы ей кто-то сказал… А ей, собственно, уже и говорили… Она бы только отмахнулась от этих слов, как от чего-то вздорного.

Поэтому сейчас она думала не о том, где найти нормальной еды, а о другом: что было бы здорово набрать себе подобных сладостей в дорогу, потому что в дороге точно может быть всякое – и грустно, и страшно, и тревожно, и просто тоскливо. И нужно будет чем-нибудь заедать стресс! Да и вообще может стать просто скучно и нечего делать, вот тогда сладкое тоже придётся очень кстати.

Но скучно стало уже сейчас и сладкое никак тут не помогало. Тогда Прынцесса встала из-за стола и побрела искать Прынца. Ведь надо же было попросить, чтобы одолжил лошадей, карету и сопровождающих, чтобы довезли до родного Безымянного Королевства, прямо к апартаментам Роскошного Дворца. А кроме Прынца она тут никого вообще не знала, и его Прынцессу – тоже.

Неожиданно к ней подошла девушка в свадебном платье с букетом в руках и окликнула:

- Эй! Ну здравствуй, бывашая тёзка!

Прынцесса нехотя обернулась. Это была невеста Прынца. Не её Прынца, конечно же, что, безусловно, радовало, а того, который справлял тут Пышную Свадьбу. В лицо её, Прынцесса, конечно, не запомнила, зато узнала по свадебному платью.

Подумав о том, что у неё самой имя точно такое же, как у этой девушки, Прынцесса загрустила. Ведь это очень грустно, когда у тебя что-нибудь такое же, как у другой женщины. Такие же туфельки, сумочка, или даже целое платье. Или ты сама вся целиком и полностью такая же, о чём Прынцесса тоже уже успела подумать и ужаснуться тому, что такое вообще может быть. Или, когда женихи оказались одинаковыми, и превратились потом в одинаковых мужей, и вот приходишь на торжественный приём с мужем, а у кого-то из дам муж ну в точности такой же! Но ведь и имена тоже могут совпасть… Да что там… Названия дворцов, названия королевств… Как-то раньше Прынцесса об этом не задумывалось, ей всегда хватало, что у неё всегда были не такие как у всех наряды и аксессуары, а вот теперь…

- Эй! – снова окликнула Прынцессу тёзка, её голос был дружелюбным, почти заботливым, - Я не стала кидать этот свадебный букет в толпу. Я очень хотела, чтобы его поймала ты, но ты всё время была какая-то задумчивая… А ещё, там было так много других девушек, что я думала, что они перехватят… Поэтому всё время носила его с собой, и думаю, давай я кину его тебе сейчас, а ты поймаешь…

- Это тот букет, который надо поймать, чтобы выйти замуж следующей? – осведомилась Прынцесса, а потом, напустив на себя важный вид, заявила: - Мне это не нужно! Я собиралась со своим Прынцем очень долго приключаться, и жениться мы бы стали уже потом. Мне и так постоянно талдычат, что я всех задерживаю, а если я поймаю этот букет, то тем более буду задерживать вообще всех, а не только своих Младших Сестёр, которые зачем-то заняли за мной очередь! Я предлагала им пройти вперёд, но они почему-то не хотят! И давят на меня, и давят…

- Но… - голос тёзки стал растерянным.

- Но, - уверенно продолжила Прынцесса, - Мой отец всё равно внёс коррективы и выдал меня замуж заочно! Так что я уже замужем. Мне в любом случае это уже не нужно! Тебе следовало это бросить в толпу, может, кому-нибудь как раз нужно, кто-нибудь бы поймал. Такие правила – кто поймает, тому и замуж выходить, и да, как в спортивных соревнованиях, всё должно быть честно! Кидать надо в толпу, и замуж выйдет та, кому и повезёт больше, и кто ловчее и значит, больше заслужил! А так – ты вручаешь это мне одной, словно заранее решила приписать мне победу!

Новоиспечённая Королева совсем погрустнела. Прынцесса тоже погрустнела, осознавая, что упустила из виду одну вещь. Что если её отец выдал замуж заочно, то она теперь тоже Королева, так что тёзка она отнюдь не бывшая, а теперь всё равно тёзка с этой девушкой. Значит, имена всё же одинаковые. Совсем-совсем.

Вот только Королевой Прынцесса себя всё ещё не ощущала, вероятно, заочная свадьба не даёт почувствовать всей торжественности момента. Значит, надо всенепременно попасть в своё Безымянное Королевство, чтобы торжества справить уже очно. А точнее, может быть, пока не спешить с этим, и поприключаться с Прынцем, и всё это время, наверное, можно всё ещё чувствовать себя Прынцессой?

Размышления Прынцессы прервались, потому что тут подошёл не её Прынц, точнее, теперь уже новоиспечённый Король.

Глава 78. А тем временем Хламовщик…

- Хламовщик, Хламовщик! – пищала Клариса, - Ты уже отдал ключ Старушенции?

- Нет, - буркнул Хламовщик, - Ещё не успел.

- Нам нужно срочно пойти наверх, к Хозяину! Вместе с тобой! Потому что кроме тебя никто нам помочь не сможет!

- Я не собираюсь ему помогать, - буркнул Хламовщик, - Пусть сначала научится говорить вежливо.

- Да не ему! – заверила Клариса, - Нам! Я же так и сказала... А точнее - Прынцессе! Прынцесса попала в беду…

Хламовщик замер, почесал репу, а потом равнодушно-озадаченным голосом осведомился:

- И что?

- И тебе всё равно, что человек в беде? – пищала Клариса.

- Да она вечно в беде! То туалета ей, видишь ли, нет, то Старушенция на неё накричала, то кашу за неё доели, которую она есть не собиралась… Между прочим, впроголодь живём. Не гоже, чтобы еда просто так пропадала от того, что у кого-то эта… Анорексия! А мне силы для работы нужны! Для дела! Так что я не понимаю всей этой драмы с кашей! И всех этих показных и надуманных обид! А теперь… Дай угадаю… Ноготь сломался!

- Да нет же! – надрывалась Клариса, - Хламовщик, ну почему ты такой чёрствый вредина! Прынцесса ушла одна из Замка и заблудилась. Нужно найти её и привести назад. Я думаю, тебе это будет не трудно, ты знаешь всю Сказочную Свалку от и до, ты ходил по ней в Безымянный Город и не раз на тамошний Безымянный Базар, что в центре этого Безымянного Города, а ещё ты каждый день ездишь на саму Безымянную Свалку за новым интересным мусором и хламом, неужели ты не справишься с такой задачей, чтобы найти Прынцессу и привести её назад?

- Ну ушла она, - принялся рассуждать Хламовщик, - Велика беда! Она – свободный человек, и никто не смеет её тут удерживать силой. Она имеет право идти куда хочет. И я не должен ей в этом мешать.

- Но она не понимает, куда она идёт! – возражала Клариса.

- Но я что ли должен за неё понимать? – с вызовом осведомился Хламовщик, - Куда-нибудь, да придёт.

- Она хочет домой, к своему отцу, - пищала Клариса, - Но она не знает, как к нему прийти! Ты должен…

- Да как-нибудь придёт! – повысил голос Хламовщик, - Тут недалеко. Доберётся до Безымянного Города и спросит там у кого-нибудь, куда дальше.

- А то можно подумать, кто-нибудь знает! – настаивала Клариса, - Почему-то все постоянно спрашивают, как пройти туда-то и туда-то в Безымянное То-то, причём, не в абы какое, а в нужное тому, кто спросил. Будто кто-то может это знать, а на самом деле не знает никто и ничего. Но все боятся сказать честно, что, мол, «не знаю», начинают как школьники, которые урок не выучили, пытаться изображать, что знают… Эти хуже всего. Заведут туда, не знаю куда…

- О! – оживился Хламовщик, - Так это же такое место, куда многие как раз хотят попасть! Там находится заветное То Не Знаю Что, которое представляет огромную ценность! Не даром за ним цари посылают. А ещё, То Не Знаю Что исполняет все-все желания и даёт великую силу! Я бы не отказался пойти Туда Не Знаю Куда за Тем Не Знаю Чем, расскажи мне, где эти люди, которые могут указать верное направление!

- Ничего ты не понимаешь, Хламовщик, - покачала головой Скоропея, - Это просто в детских сказках пишут «Туда Не Знаю Куда», потому что не будут же там писать «В пешее эротическое» или прямо теми словами, которые нельзя произносить…

- Ты прямо говоришь загадками! – буркнул Хламовщик.

- Хламовщик! Всё серьёзно! – продолжала Клариса, - Там Разбойники, они уже прислали Прынцессе анонимку с чёрной меткой, и заманивают её в ловушку! Если она послушается, то попадёт в настоящую беду! Ты должен найти её и привести обратно в Свалочный Замок!

- О, так это… - махнул рукой Хламовщик, - Тогда я не понимаю, зачем к Хозяину идти. Можно подумать, я без него не справлюсь…

- Но ты не знаешь, где Прынцесса! – настаивала Клариса, - Хотя, Орёл знает. Большая и страшная птица такая. Но он не может разговаривать, он не может объяснить ничего Прынцессе, и вообще он сейчас улетел. А ты – можешь. Если мы возьмём с собой этот осколочек Зеркала и поедем за ней вместе… Но сначала нужно сходить к Хозяину.

- Зачем ещё к нему-то? – упирался Хламовщик.

- Он очень просил к нему прийти, - настаивала Клариса.

- Перетопчется! – выругался Хламовщик, - Он распоследний хам и грубиян, без него справимся!

- Хламовщик, пожалуйста, ради меня… - взмолилась Клариса, - Мне кажется, что Хозяин в большой беде, только не может нам об этом сказать. Но он просит о помощи. А ещё… Он говорит, что это касается нас всех. Что мы все в большой беде.

- А может, это просто манипуляции! – уверенно заявил Хламовщик, - А ты – ведёшься! Он на жалость тебе давит. А ты – ведёшься!

- Но пока вина не доказана, негоже такими обвиняками бросаться! – укорила Клариса.

- А чего тут может быть не доказано? – хмыкнул Хламовщик, - Этот сверхзу нам хамил? Хамил. И к тому же, про Вертолоха мне тоже постоянно говорят, что он – плохой. А этот тогда чем лучше?

- Старушенция тоже постоянно всем тут хамит, - сказала Клариса, - Но мы же терпим? А вот Вертолох – он не только хамил, он уже совершил несколько довольно серьёзных злодеяний. Этот наверху пока только хамил и ругался, но ничего такого по-настоящему гадкого пока мы за ним не заметили.

- Но может, сначала найдём Прынцессу? – скептически хмыкнул Хламовщик.

- Давай сначала то, что понятнее как сделать и быстрее, - велела Клариса.

Хламовщик хмыкнул на свой излюбленный манер, и согласился.

- Клариса, спрячь наш осколочек, - велела Василиса, - А то, может, я с вами не пойду, останусь тут, его охранять? Или пойду… Ведь Зеркало там… Или возьмём его наверх, с собой…

- Ай! – пискнула Клариса, - Слишком много думаешь! Дай сюда осколок, я его спрячу, и пойдём!

Василиса водрузила на себя Скоропею и Кларису и направилась за Хламовщиком, который вышел из комнаты. Шли наверх они долго. Хламовщик при Василисе стеснялся останавливаться и делать передышки, но он то и дело замедлял шаг. Василиса в это время радовалась, что сама тоже может передохнуть. Карабкаться наверх было тяжело, её лебединые лапки не были приспособлены для такого.

Но через какое-то время, нельзя сказать, что это случилось вскоре, они всё-таки пришли. Хламовщик молча открыл замок и вошёл.

- Ну здравствуй, Хламовщик, - поприветствовало его из Зеркала отражение с двумя горящими жёлтыми глазами, болезненно щурящимися, и, кажется, слезящимися, - Прости меня за всё, - голос Хозяина был виноватым, потерянным, - Прости, что был губ с тобой, только пожалуйста… Не бросай меня больше… Мне очень нужна твоя помощь…

- Вот как? – хмыкнул Хламовщик, - А ты сам мне помогал, когда было надо? Или сейчас скажешь, что ты осчастливил меня возможностью помочь тебе безвозмездно, то есть даром, и за одно только это я обязан тебя благодарить?

- Да где ты таких идей понабрался, Хламовщик? – укоризненно, но всё же спокойно молвил Хозяин, - Разумеется, я не стану тебя просить о помощи на таких унизительных для тебя основаниях. Я просто попрошу помочь мне по доброте душевной, а когда-нибудь и я тебе помогу. А если ты не поможешь мне, то я не смогу потом помочь тебе, даже если очень-очень захочу… Ты разве не читал сказки? Там всегда Главный Герой помогает страждущим, а они потом помогают ему… Поверь, ничего такого, с чем ты бы не мог справиться… Ничего такого, что требовало бы от тебя больших и неоправданных жертв…

- Говоришь красиво, - рассудил Хламовщик, - Но ведь в сказках же – это в сказках! А на самом деле, вот поможешь кому-нибудь, а потом не факт, что тебе его помощь понадобится. И что этот спасённый вообще что-то может сам, что реально нужно и требуется.

- Ну да, Хламовщик, всё это носит вероятностный характер. Поэтому может быть тебе даже поможет не тот, кому помог ты сам, а кто-то другой. Это если все друг другу будут помогать и не думать о том, кто кому за помощь сколько должен. Это же прекрасно, Хламовщик, когда все друг другу помогают по мере сил…

- Но только это почему-то всегда работает в одну сторону! – ревностно выдал Хламовщик, - Может, все мне говорят, что Вертолох мне не друг, и может быть это так и есть, может, он мне действительно не друг. Но кое-чему он меня научил, и я признателен ему за науку! Всё доброе и хорошее работает только в одну сторону! Ты всем всё, а они тебе – ничего! Мне вот даже вороны злом отплатили за всё, что я для них делал! А я дарил им золото! Я думал, что они за это меня ценить будут и будут со мной дружить. А как только у меня форс-мажор случился, так не просто перестали со мной дружить, а все окна в этом Замке переколотили! Мне пришлось заделывать всё деревянными щитами! И от этого в Замке стало ещё темнее…

- Хламовщик, я не прошу тебя ни о чём сложном и опасном, - перебил его Хозяин, - Всего лишь о том, с чем до тебя справилась Прынцесса. Одна. Ну… Под моим руководством… Но ничего же с ней после этого не стало! Нужно просто попросить у Скатерти Самобранки, которая лежит на вот этом столе, новое Яблоко для Волшебного Блюдечка. Потому что старое было утеряно!

- Ты превратил Собаку в щеночка, - ревностно выдал Хламовщик.

- Не я, - терпеливо возразил Хозяин, - Это вышло непреднамеренно. Чего поделаешь, такие Яблоки работают в этом Блюде.

- А может, не просить тогда? – засомневался Хламовщик, - Вдруг ещё кто-нибудь решит попробовать Яблоко, и тоже превратится в ребёнка… И ладно бы у Собаки лапка при этом зажила, а то нет же! Как болела – так и болит. Я решил её отпилить.

- Хламовщик, да всё бы тебе пилить! – встрепенулся Хозяин, - Да ещё неокрепшему щенку!

- Но лапка всё не проходит, и Собаке больно! – заявил Хламовщик.

- А чего ты хочешь! Чтобы прошло – время нужно!

- Но уже третий… - Хламовщик пересчитал что-то на своих пальцах: - Или даже четвёртый день болит!

- С чего ты взял? Она что, плачет? Стонет?

- Нет, но лапку подгибает и не наступает на неё! – заявил Хламовщик.

- Своди её к ветеринару! – велел Хозяин, - К хорошему. А для того, чтобы узнать адрес хорошего ветеринара, мне нужно запустить Блюдечко, и ещё, чтобы ты помог мне промпты вводить. Поможешь? Пойми, Хламовщик! Я не просто так прошу мне помочь. Это нас всех касается. Беда у нас у всех общая. Мы все живём в этом Замке, мы все друг другу не чужие люди… Ну, или сущности… Не вздумай пилить Жучке лапу, это может быть смертельно! И инфекцию можешь занести, и от потери крови она скончается… Не пили лапу! Даже если хромать она будет, всяко лучше, чем если ты её угробишь своей помощью.

- Но я змее полбашки отпилил, и ничего! – Хламовщик посмотрел вниз, где под прикрытием стола тихонько стояла Василиса с двумя пассажирками на спине, схватил Скоропею и с гордостью показал её в Зеркало: - Вот! По-моему, даже лучше стало! Красивее! Необычно! И она стала словно киборг! И главное, ничего не болит…

- А ну-ка, посади Змею сюда на стол, - попросил Хозяин, а потом обратился к Скоропее: - Здравствуй, Скоропея!

- И тебе не хворать, - чуть поклонилась Скоропея, - Ничего, что мы к тебе тут не по одному пришли, как ты в прошлый раз от нас требовал?

- Да ладно уж… - сказал Хозяин, - Я так понимаю, все остальные тоже здесь? Пускай покажутся!

Скоропея подползла к краю стола, заглянула через него и сделала зазывающий жест головой. Василиса подняла наверх Кларису, а потом встала на Горшок-Самослив, который Прынцесса оставила возле стола вместо табуретки.

- Ну здравствуйте… Все, - растерянно молвил Хозяин, - Простите меня за прошлый раз, просто это было для меня так неожиданно… И поймите меня правильно. Если я о чём-то прошу, то всему есть причина. Серьёзная. Порой, очень серьёзная! Я просил не приходить сюда с животными потому, что они набрасываются и едят Молодильные Яблоки. А ещё… Ну, сказать честно, животные не могут управлять находящимися здесь волшебными предметами, поэтому нужен именно человек.

- Зачем ты просил меня привести сюда юную деву возраста согласия? – строго спросил Хламовщик.

- Да просто потому, что думал, что она будет менее упряма, - сказал Хозяин, - Но сейчас она в опасности, а мы даже не знаем где она и что с ней! Послушай, Хламовщик, я прошу тебя о малом – просто заказать у Скатерти-Самобранки Волшебное Яблоко, поставить его на Блюдце, запустить и настроить! Если бы я мог это сделать сам, я не стал бы просить об этом ни тебя, ни Прынцессу, потому что самому намного проще… Ну… Когда у тебя ноги есть, и руки, и голос человеческий… А так… Я таинственное существо, смотреть на которое можно только через это Зеркало, и говорить на человеческом языке я не умею, поэтому я не могу ни попросить у Скатерти Яблоко, ни настроить Блюдечко, ни даже загадать желание лепестку.

Хламовщик оглянулся на последний, оставшийся на цветке лепесток.

- Слушай меня, Хламовщик! – вкрадчиво заговорил Хозяин, - Лепестком нужно распорядится правильно! Тогда, быть может, никто не знает точно, но надежда всё-таки есть, к Кактусу вернётся способность давать Цветики-Семицветики, и уже попросишь что-нибудь для себя лично… И да, ещё один момент… За Кактусом нужно хорошо ухаживать, тогда Цветики не будут исполнять желания через пень колоду, а будут давать тебе именно то, что тебе на самом деле нужно!

- Я понял! – вдруг радостно выпалил Хламовщик, - Я знаю, что я пожелаю! Если нельзя пилить Собаке лапу, то я загадаю, чтобы она сама отвалилась… - с этим возгласом он кинулся к единственному уцелевшему лепестку.

- Ты заставляешь меня нервничать! – скороговоркой злобно выдал Хозяин, - А когда я нервничаю – я злюсь!

Кактус вспыхнул и Хламовщик отдёрнул руку, которой было собирался хватать лепесток.

- Вот так! – заявил Хозяин, - Хочешь лепесток – выполни все условия квеста! Закажи у Скатерти Яблоко и поставь его на Блюдце! И жди дальнейших распоряжений! Экий ты нетерпеливый…

- А вот не буду! – надулся Хламовщик, - Не нужен мне твой лепесток! От тебя мне ничего вообще не нужно!

- И после этого ты спрашиваешь, зачем я просил привести сюда юную деву! – укорил Хозяин, - От тебя вообще ничего не допросишься! Она, может, и болтала всё время о всякой ерунде, но была более исполнительной и сговорчивой! Верни мне её, Хламовщик, и можешь быть свободен, я больше не буду тебя ни о чём просить.

- А вот и не верну! – упёрся Хламовщик, - Ты меня тут обманываешь! Она тебе даже не для обслуги нужна… Ты собрался её тут неволить!

- Да не собрался я! – терял терпение Хозяин, - Просто в этом Замке всегда была Хозяйка. Сейчас это Старушенция, но ты же сам понимаешь, она сдаёт свои позиции, ей нужна преемница! Помнишь, как Старушенция тебя послала сюда, ухаживать за Кактусом и включать мне мультики? Потому что не дождалась преемницу из девушек… Но ты же не хочешь тут заниматься всякой женской работой? У тебя же своя, мужская есть, и только не говори мне, что она тебе не нравится…

- Старушенции не нравится! – заявил Хламовщик, - Она всё время меня за то, что я делаю, пилит и ругает! Так что я не понимаю…

- Это потому, что она уже старая и больная, - принялся объяснять Хозяин, - У неё всё болит, а ещё она очень переживает, что не сможет никому передать свои знания и умения и не успеет научить преемницу вести хозяйство. Но я не собирался тут неволить Прынцессу, если она и останется тут – то исключительно добровольно, если захочет сама. А чтобы продемонстрировать искренность своих намерений, что я не удерживаю её тут силой, я сам отпустил её к Отцу… Она навестит его и только потом сама решит, хочет ли она вернуться в наш Свалочный Замок, или останется там, у себя…

- Тогда я не понимаю, почему я должен её сейчас возвращать? – с недоверием озадачился Хламовщик.

- Да потому, что она идёт куда-то не туда… Или, мы должны посмотреть по Блюдечку и убедиться, что всё в порядке! Ты ведь не хочешь в этом мне помочь?

- Хламовщик, - пискнула Клариса, - Поставь на Блюдо Яблоко. Сделай это для меня… Для всех нас, - она оглянулась на Василису и Скоропею, - Мы все привязались к Прынцессе и очень переживаем… Мы хотим посмотреть, что нам покажет Блюдечко.

- Ну ладно, сделаю, раз вы все так просите, - нехотя сдался Хламовщик, - Где лежит это ваше Яблоко?

- Его нужно попросить у Скатерти Самобранки, - сказал Хозяин, - Которая лежит тут на столе. Постучать по ней три раза, потом сказать: «Скатерть-Скатерть, стол накрой, угости меня едой», а – дальше сказать: дай мне Молодильное Яблоко.

- Так всё-таки Молодильное, а не Волшебное? – уточнил Хламовщик.

- Я не уверен, что это реально одно и то же, - вздохнул Хозяин, - Мы всегда ставили именно позицию «Молодильное Яблоко», с ним гарантированно работает. И мне не хотелось бы сейчас экспериментов.

- А если попробовать? – оживился Хламовщик, - Волшебное же яблоко лучше, не? От него никто не омолодеет, если схомячит по неосторожности?

- А что от Волшебного Яблока может быть, мы даже и не знаем! – предостерегающе молвил Хозяин, - А проверять я бы не советовал! Последствия могут быть самыми непредсказуемыми, и я даже не представляю, как мы будем справляться с тем, о чём даже понятия не имеем! Так что проси просто Молодильное Яблоко, как мы тут со Старушенцией, а потом с Прынцессой делали всегда.

- Ну ладно, - согласился Хламовщик.

- Убери животных со скатерти, - попросил Хозяин, - А то эффект может быть непредсказуемым…

Пока он говорил, Василиса сама сняла клювом и посадила себе на спину Скоропею и Кларису.

Хламовщик постучал по Скатерти, закрыл глаза и с чувством произнёс:

- Скатерть-Скатерть, стол накрой, угости меня едой! Дай мне Молодильное Яблоко для нашего Блюдечка…

- Не переигрывай, - одёрнул было его Хозяин.

Но Яблоко появилось без всяких промедлений. И тут Хламовщик, который в аккурат открыл глаза и увидел материализовавшийся объект, с восторгом цапнул его, принялся вертеть в руках так и эдак, рассматривая со всех сторон, а потом выдал:

- А он что, реально молодильное?

- Только я бы не советовал тебе… - предостерегающе начал Хозяин.

Но Хламовщик не слушал его, он так и исходил восторгом:

- Вот сколько раз я такое же Яблоко на Блюде запускал и не думал, что оно не простое, а Молодильное!

- Последствия могут быть непредсказуемыми! – в голосе Хозяина появилась паника, - Будешь пузыри пускать и под стол ходить, а нянчить тебя будет некому!

- Не держи меня за идиота! – выдал Хламовщик, вытер зачем-то Яблоко о себя, и выбежал из комнаты, захлопнув дверь.

Василиса, Клариса и Скоропея офигели от такого поворота. И тут же, как назло, послышался скрежет дужки замка в петлях, а потом шелест ключа.

- Девочки, он нас запер, - оторопело озвучила Василиса то, что подумали в этот момент все.

- Я за ними! – пискнула Клариса, по скатерти спустилась ниже, спрыгнула на пол и устремилась в щель под дверью.

Глава 79. Скучный и Чопорный

- Я не думал, что ты придёшь на мою свадьбу, - сказал новоиспечённый Король Прынцессе, - Но всё-таки внёс тебя в пропускные списки… И ты всё-таки пришла… А что до букета… Нас очень-очень попросили, чтобы моя невеста, теперь уже законная супруга, кинула этот букет именно тебе. Говорили, то это очень-очень важно, что если мы это сделаем, пусть и вопреки правилам, то поможем всем-всем твоим Младшим Сёстрам, которых у тебя аж целых шесть.

- Но кто мог об этом попросить? – растерялась Прынцесса.

- Твой собственный отец, - заверил новоиспечённый Король.

- Ты знаешь, как к нему попасть? – оживилась Прынцесса, - Пожалуйста, помоги мне, Скучный Чопорный Прынц, мне очень надо… Я заблудилась, я потерялась, я не могу никак попасть в моё Безымянное Королевство, потому что у меня этот… Топологический Кретинизм! Пожалуйста… Мне очень надо. Я дочь своего отца. И ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны дети…

- О! – оживился названный Скучным Чопорным Прынцем, а если говорить точнее – новоиспечённый Скучный Чопорный Король, - Ты тоже смотрела этот мультфильм?

- Ну да, - кивнула Прынцесса, вспоминая, что этот мультфильм про мамонтёнка запустился на Волшебном Блюдечке, когда она была в заточении у Хозяина, и под его руководством пыталась что-то там включить.

- Но ты помнишь, чем закончился мультик? – осведомился Скучный Чопорный Король, - Мамонтёнок попал не к своей маме, а к чужой...

- Но ведь всё же закончилось хорошо? – откровенно не понимала Прынцесса.

- Ну да, чего ещё было делать в этой ситуации, - сказал Скучный Чопорный Король, - Для этой ситуации – это более чем хорошо. Слониха усыновила мамонтёнка. Но это ведь просто сказка! А в жизни, легко ли, если твою маму заменят на чужую? Я к тому, что не хочешь же ты приехать не к своему отцу, а к какому-то другому? Когда твой собственный отец жив-здоров и, наверное, ждёт тебя назад? Ведь всех Королей зовут совершенно одинаково, и все Безымянные Королевства тоже называются одинаково, точнее, не называются вообще никак, на то они и Безымянные. И если ты точно не знаешь куда ехать, не знаешь дороги и особых примет, которые ни в одном путеводителе не оговариваются, потому что у нас официально считается, что все Безымянные Королевства тождественны и похожи друг на друга, то можешь иметь в виду одно Безымянное Королевство, а попасть вообще в другое… И вряд ли чужой отец будет тебе рад так же, как твой собственный…

- Но вот потому и я и отказала тебе в своё время, - грустно молвила Прынцесса, - Ты такой скучный и такой чопорный! Такой занудный… Зачем ты всё так усложняешь, когда всё просто?

- Ничего не просто! – принялся доказывать Скучный и Чопорный Король, - Официально считается, что все Безымянные Королевства одинаковы, поэтому нигде, ни в каких путеводителях не говорится, как отличить одно Безымянное Королевство от другого, как их не перепутать, даже номеров нету, ни у королевств, ни у домов на улицах! А я читал в архивах, что раньше у домов и у комнат были номера, а у улиц, городов, площадей и королевств – аж даже целые названия! Я ещё были названия у природных объектов – рек, озёр, городов… И да, дороги тоже как-то назывались…

- Ты такой скучный, такой чопорный, - затянула Прынцесса, - Ну и зачем всё это?

- Но в этом есть своя логика… - задумчиво молвил Скучный и Чопорный Король.

- Ну и зачем эта логика, если вообще не ясно как она тут делу поможет. Всё намного проще. Ты же был у моего отца в нашем Безымянном Королевстве, значит, знаешь туда дорогу… - сказав это, Прынцесса выжидающе замолчала.

Ей казалось, что сейчас её Скучный и Чопорный Король похвалит за находчивость и сообразительность, восхитится её наблюдательности и смекалке. Так всегда делал её отец. Но Скучный и Чопорный Король не стал хвалить Прынцессу. Вместо этого он без всякого восхищения, и скорее даже с неохотой сказал:

- Не могу я тебе помочь. Для этого я должен выдать тебе лошадей, карету, сопровождающих…

- Ну так я их тебе потом верну! – заверила Прынцесса, которой очень хотелось сейчас обидеться, но попасть к отцу ей хотелось ещё больше: - Они доставят меня в Один Роскошный Дворец… - она уточнила: - В мой Один Роскошный Дворец… И после этого вернутся к тебе. И ещё я тебе положу сверху плату за использование.

- Может быть это и был бы приемлемый вариант, - сказал Скучный Чопорный Король, - Но я не хочу рисковать своими людьми и лошадьми. Жизнь человека – это ценность, даже если это простолюдин. А они – не просто простолюдины, а служивые люди, люди героической профессии. Она и так сопряжена с риском, на который они по долгу службы идут. И хороших лошадей найти не так уж просто, и не так уж легко их объездить и обучить. И уж чего бы я никак не хотел – так это бросать своих квалифицированных людей и лошадей на погибель и ещё, оставлять без защиты моё собственное Безымянное Королевство. Вся моя охрана сосредоточена здесь и занимается безопасностью в моём Безымянном Королевстве. Я не могу их отпустить. Вот если бы у меня их было больше… И дело даже не в расходах на содержание гвардии. А в человеческом ресурсе! С этим сейчас беда! Хороших квалифицированных гвардейцев не так уж много, нормальных, адекватных людей, чтобы в гвардию набрать, не так уж легко найти. И все они нужны здесь! Я очень дорожу безопасностью своего королевства и комфортом своих граждан. Вот ты… Ты ходишь по улицам в моём Безымянном Королевстве, у тебя до сих пор ничего не украли, на тебя никто не посягал, тебя никто не обидел. Никто из моих стражников не превысил своих полномочий, не подошёл и не потребовал от тебя ни документы без всякого повода, ни проследовать в отделение, ни вынес тебе приговора без суда и следствия прямо на улице. Как в других, более отсталых Безымянных Королевствах происходит. Потому что мой отец заботится о том, чтобы персонал был компетентным и высоко квалифицированным. А теперь я вступил в права правления, и теперь это моя забота. И вот что получается. Если я тебе выделю слишком мало сопровождающих, то разбойники окажутся сильнее и могут их убить. И тебя тоже тогда убьют.

Прынцесса всхлипнула. Она всё-таки не сдержалась, и обиделась.

- Но если я дам тебе слишком много сопровождающих – продолжил Скучный Чопорный Король, - То гвардейцев не будет хватать здесь для обеспечения должной безопасности и порядка в моём Безымянном Королевстве. Я бы рад, чтобы у меня тут был резерв, и я мог бы снаряжать экспедиции, в том числе, помогать попавшим в беду соседям из других Безымянных Королевств, но очень трудно найти нормальных людей для моей гвардии. Даже в нашем Королевстве очень много всяких неадекватов, которые для данной должности не подходят. И говоря честно, ни для чего не подходят, приходится их в богодельнях держать на попечении. А в других Безымянных Королевствах, кажется, всё ещё хуже! В гвардиях работают всякие пьяницы, полудурки и вообще не понятно кто, многие из них даже не помнят, в гвардии какого из Безымянных Королевств они числятся, подрабатывают то там, то сям, скитаются между Безымянными Королевствами, а ещё за зарплатой не приходят, считают, что выдали оружие – крутись как хочешь. Так и появляются всякие дикие и бродячие Стражники, а среди них – настоящие оборотни, которые днём работают Стражниками, а ночью – Разбойниками, а ещё оборотни-урукхаи, которым вообще плевать на смену дня и ночи, они переодеваются из Стражников в Разбойников вообще когда захотят, когда им это выгодно. А ещё они взятки берут, и да, злоупотребляют своим положением и прямо в форме стражников бросаются на людей! Стража работает исключительно против честных! Я совершенно не представляю, как в других Безымянных Королевствах люди живут. И да… - он замялся, а потом вкрадчиво продолжил: - Я не представляю, что будет, если другие Безымянные Королевства пойдут на меня войной. Ведь их много, а моё Безымянное Королевство – одно. Но я думаю, ближайшее время настоящая война нам не грозит, ведь в других Безымянных Королевствах такой бардак творится, что вряд ли они на что-то соорганизуются, и вряд ли они смогут объединиться. Их короли тратят деньги исключительно на роскошь, и совершенно не занимаются порядком и просвещением… - он выдержал паузу и вкрадчиво добавил: - Прямо как у вас…

Прынцесса уже не слушала. Она лишь вспоминала, как отказала этому Королю в его прошении быть его женой, когда этот Король был ещё только Прынцем. И уже вовсю думала о том, что даже если бы не обещалась уже другому Прынцу, даже если была бы свободна, то отказала бы конкретно вот этому субъекту ещё раз. И с превеликим удовольствием.

- Но есть одно Безымянное Королевство, которое вызывает у меня особые опасения, - продолжал Скучный Чопорный Король, хоть его уже и не слушали, - По-моему, оно совершает диверсии против других Безымянных Королевств, искусственно понижая их уровень культуры. Ведёт против них Информационную Войну, разрушая исподволь, незаметно, изнутри. Пряча пилюли с ядом в сладкие тортики… В общем, тортики в избыточном количестве – сами по себе яд… И этим диверсанты тоже пользуются…

Прынцесса уже сидела и скучала.

- Я бы рад помочь всем, - продолжал Скучный Чопорный Король, - Но я теперь глава государства, на мне ответственность, и прежде всего за благо и безопасность своих граждан, об своих людях я должен думать в первую очередь, а чужие – это если уже силы и ресурсы останутся.

Глава 80. Молодильное Яблоко…

- Если этот дурак омолодится, то никто нас отсюда не спасёт! – взволнованно молвила Василиса.

- И ещё подожжёт что-нибудь, и мы здесь сгорим, - добавила Скоропея, - Если он взрослым-то неадекватно с огнём обращается, то чего от него, от карапуза тогда ждать…

- Надеюсь, теперь вы понимаете, - назидательным голосом начал Хозяин, - Почему я прошу приходить ко мне по одному? Вот если бы он тут был один, то никого бы он не запер, пока не вышел!

- Но вот чисто теоретически, - затянула Скоропея, - Кто-нибудь мог бы запереть его самого оттуда, снаружи. Ты исходишь из предположения, что он сюда заходит имея ключ при себе, но ведь возможно всякое! И то, что он его выронит, и что оставит в замке, и что кто-нибудь умышленно вытащит ключ у него из кармана…

- Но вероятность этого всяко ниже, чем того, что произошло сейчас! – Хозяин начинал раздражаться, - И да, девочки, я думаю, что это теперь надолго! Помня, как тут Прынцессу заперли…

- Тогда ключ был попросту утерян, - заявила Василиса, - Вертолох заманил сюда Прынцессу, запер, а ключ утащил. А сейчас ключ при нём. И он собирался отдавать его Старушенции, а она когда-нибудь, да придёт…

- Да чего он ей отдаст! – заявила Скоропея, - Он омолодится раньше, чем спустится вниз по этой лестнице! Он упадёт и разобьётся. А Старушенция вообще не поймёт, что произошло… И скорей всего расстроится и перепугается так, что вряд ли будет искать при нём ключ, так и отдаст на погребение с ним… И хана тогда нам, девочки… Если даже кто и мог бы тут что-то взломать, то это Вертолох, с которым мы не дружим, и который уже ничего не может, потому что стал мухой, или сам же Хламовщик…

- Я бы на вашем месте не дёргался, - снова начал раздражаться Хозяин, - За ним побежала Клариса. Не просто так. Она позаботится о ключе в любом случае.

- Ну да, и отопрёт тоже Клариса? Она не сможет.

- Орла попросите, - брякнул Хозяин, - Он когда-нибудь должен будет прилететь в это окно, вот ему и скажете.

- Но я с ним это… Того… Малость поругалась, - поёжилась Василиса, - А точнее даже не малость.

- И зачем? – осведомился Хозяин.

- Ну он же… Был Попугаем, когда мы его спасли. А превратился в страшного хищника. Потому что загадал желание себе одному, хотя мы договорились загадывать то, что нужно всем!

- Ох, трудно с вами. В общем, так, дамы. Тут есть Скатерть Самобранка, но как я уже объяснил Кларисе, а теперь объясняю вам, управлять ей может только истинно-говорящий. Или человек, или истинно-говорящая птица. А ваш Попугай превратился в Орла, из истинно-говорящей, стал немой птицей. Вы обе тоже немые создания. Помочь вам могут только люди. Проблема только в том, что управлять ими невозможно. Вот, основное, кажется, объяснил… Сначала Прынцессе, потом Кларисе, теперь вам обеим…

- То есть, - с расстановкой осведомилась Скоропея, - Ты просишь приходить к тебе по одному, и каждому персонально всё это рассказываешь? Тебя не задалбывает столько раз одно и то же повторять?

- Задалбывает, - вздохнул Хозяин, - Но что поделаешь? Так на самом деле надёжнее! Когда сюда вваливается толпа, попробуй уследи, кто услышал, а кто – нет. И ещё от Кактуса всех отгонять, потому что каждый норовит сорвать цветок. В данном случае – последний уцелевший лепесток. И никто не в курсе, что этого делать категорически нельзя! Ух, как бы мне хотелось обнести этот Кактус решёткой с обеих сторон! Но сам я не могу, у меня не то чтобы лапки, а даже их нету. А попросить некого. Вот и приходится использовать другие виды силы. Молнии… Огонь… Но поверьте, девчата, мне не нравится действовать путём угроз и демонстрации грубой силы. Ведь ещё и пострадать кто-нибудь может. А я этого категорически не хочу! А когда по одному… Ну ладно, накрайняк – по двое, оно как-то легче. И то не со всеми. Слушатели разные бывают. Внимательные попадаются редко. В основном – талдычат без умолку, и не слушают. И я не стал бы возиться с этой Прынцессой, если бы она не была человеком, то есть истинно-говорящей. И жаль, что мы утеряли этого вашего Попугая. Теперь и он не может ничего загадать. И ещё досаднее, что Вертолох столько лепестков украл и потратил в холостую. Один раз он что-то такое загадал и превратился в муху, а после этого он перестал быть истинно-говорящим и уже ничего загадать не мог! Но лепестки всё равно воровал и тратил. Так что нам нужна Прынцесса… Она и только она сможет нам помочь. С Хламовщиком, по-моему, всё ещё хуже, я был с ним знаком намного дольше, чем с Прынцессой. Ко мне всегда приходила Старушенция. Она поливала мой Кактус и разговаривала со мной, но за все те годы, которые я с ней был знаком… Я выяснил, что она мне не подходит. Однажды она не пришла, а пришёл Хламовщик. И сказал, что Старушенция болеет. И прислала вместо себя его. Потом ещё несколько раз. Сначала он был грустный, думал, что Старушенция уже не поправится. Но потом развеселился, а потом по очереди стали приходить они оба. Старушенция поправилась. Но Хламовщик уже разведал дорогу и его было уже не отвадить. С тех пор прошло уже больше трёх лет, как я знаком с Хламовщиком. Им невозможно управлять. Он упрямый, своевольный, своенравный… Он сам себя считает самодостаточным, поэтому, в свою очередь не считается ни с кем.

- И ключ у него, - задумчиво протянула Василиса.

- Однажды на Кактусе распустился Цветок, и Хламовщик его сорвал и присвоил. И назагадывал всякого разного, что чуть беда не случилась, - задумчиво добавил Хозяин. - И да, самое печальное, что тут есть эта скатерть, которая даёт еду и воду, но вам её ни о чём не попросить… А то бы вы запустили для меня Блюдо… И Попугай ваш этот… Орлом стал…

- Он вообще не здешний, - сказала Василиса, - Было большой ошибкой взять его в нашу компанию и верить так же, как мы верим друг другу. Однажды мы его спасли на нашем Озере, где хранится вот это Зеркало, от страшного филина Гуама. А теперь он нас предал.

- А может, не предавал, - сказал Хозяин, - Он прилетал сюда и говорил, что загадал желание от растерянности.

- Ну да, я помню, - протянула Скоропея, - Когда мы ехали с Прынцессой на тачке, а ей приспичило в туалет, Попугай очень просил не оставлять его одного, он боялся, что прилетит какой-нибудь орёл и сцапает его. Вот и захотел стать самой страшной птицей в небе…

- Может быть, ему верить и нельзя, - протянул Хозяин, - Но боюсь, что у нас нет выбора. Нам больше не на кого положиться. Хламовщик вроде бы и свой, но поди с ним о чём договорись. Старушенция – даже не знаю… Вдруг она снова слегла? А если нет, ключ-то не у неё, Хламовщик его ей не отдал. Вся надежда на Кларису, если она Хламовщика догонит, если она проследит, куда он денет этот ключ… Если сможет забрать… И что с этим дурнем будет, когда он омолодится…

Но вдруг снизу послышались шаги и недовольное скрипение Старушенции:

- Заставил старую бабушку переться в такую высь!

Зашелестел ключ, заскрежетала дужка замка в петлях, потом дверь отворилась с таким же скрипом, как Старушенциин голос, и Старушенция вошла.

- Ах! – тут же издала она восклицание, - Шо вы тут делаете, гады неразумные, да ещё и прямо на стол водрузились! А ну кыш!

- Мы с этого стола, между прочим, разговариваем! – ответила на это Скоропея.

- А все нормальные люди со сотолов едят! – заметила на это Старушенция, кыш, кому говорю!

- Это единственная позиция, откуда видно Хозяина, - твёрдо и настойчиво заявила Василиса.

- Да нет тут никакого энтого… Хозяина! – возмущалась Старушенция.

- Я есть! – подал свой голос Хозяин, - И гхм… Да… Я дамам разрешил!

- Да какие они дамы! – тут же встряла Старушенция, - Скотина неразумная! И даже не одомашненная даже! Гнать взашей надо их отсюда поганой мятлой! Влезли на стол собаки, кыш, кому говорю, свиньи…

Василиса и Скоропея пригнули головы, Василиса даже приготовилась прыгать и помогать Скоропее спускаться.

Но внимание Старушенции вдруг переключилась, она всплеснула руками, в одной из которых было Яблоко и, явно вспомнив, зачем сюда тащилась в такую высь, направилась к Блюдечку, пристроила Яблоко на его обод: - Ох, счастье-то какое! Наконец-то я увижу Матильду-Донью-Хуаниту-Синдиреллу-Аделаиду-Гертруду-Изабеллу-Генриетту! А ну-ка, телявизер-телявизер, покажи мне скорее Затяжные Ночи Карнавальных Краёв! Или Слёзы Нефтяных Магнатов! Или лучше всё сразу, эх, как же давно я ничаво энтого не видела…

Старушенция со скрипом выдвинула стул, подняла с пола старый плед, закуталась в него, уселась и принялась смотреть в Волшебное Блюдечко.

- В общем, дамы… - Хозяин заговорил тише, его голос еле различался на фоне звуков, которые раздались в этот момент из Блюдечка, - Я бы попросил её уйти, но она уже совсем старая… Нельзя расстраивать… И не говорите ей о нашей проблеме, но придумайте пожалуйста, как ненавязчиво заставить её уйти…

И тут в комнату вошёл Хламовщик:

- Ба! Я не понял! – начал жалнить он.

- Блюдечко, а ну поставь на паузу! – распорядилась Старушенция, - Чаво энто ты такового не понял? Заставил бабушку с этим яблоком тунды-сюнды ходить, вместо того чтобы сразу его к прябору примостачить! Я вообще не понимаю, ты хочешь или не хочешь, чтоб тебя звали Мастером Золотые Руки, или хочешь остаться Великим Рукопопом? Навсегда! Ничаво, ничаво починить не можешь!

- Ба, но я его тебе принёс, чтобы ты его съела!

- Съела… - фыркнула Старушенция, - Да тут до меня таких вумников уже, погляжу, не один и не два было! Вечно одни огрызки остаются! Съем я его, а Телявизер смотреть тады как?

- Но оно же молодильное! – возмущался Хламовщик, - Я уверен, что молодость – это лучше любого, как ты там его называешь? Телявизера! Какое слово интересное, как бы не перепутать, как оно правильно произносится… А главное, как пишется… Это что-то старинное, да?

- Эх, молодёжь! – вздохнула Старушенция, - Выросли на всём новом, Телявизера не знают… Энто ж самая романтика! Эх, вот во времена моей молодости… - она мечтательно закатила глаза.

- Вот! – заметил Хламовщик, - Именно! Молодости! Съешь Яблоко, и она у тебя снова будет! И будет у тебя новая молодость, и вещи будут тоже новые во время твоей молодости. Только не той, а уже вот этой. И ещё… Если ты помолодеешь, то может мы с тобой даже и поженимся…

В дверь еле-еле ввалилась запыхавшаяся Клариса. Она никак не могла отдышаться, потом издала короткий писк. Василиса увидела её, спрыгнула со стола, подняла клювом и водрузила на переговорную позицию.

- Эх, внучок… - затянула тем временем Старушенция, - Да чтоб ты понимал в этих Яблоках чаво! Они почаму-то только на ентих… На зверей действывовывают! Сама-то я как-то съела… Хотя Хозяин и запретил мне, но я ослушалась. Хотела я свою молодость вернуть, да вот не вышло ничего. Только слегла, наоборот. Это было в тот самый раз, когда я тебе велела наверх пойти, да с Хозяином познакомиться.

- Зачем ты велела мне знакомиться с ним, - тут же загундосил Хламовщик, - Ведь он – плохой!

- Но только у него растут Цветики-Семицветики на Чудо-Кактусе! – заявила Старушенция, - Не оскорбляй Хозяина! Без него ничего расти не будет!

- А больно и надо! – напыжился Хламовщик, - Вон, висит лепесток, да этот твой Хозяин его не даёт! Огнём меня обдал!

- Потому что ты собирался загадывать, чтобы у Жучки лапа отвалилась! – рокотнул на это Хозяин из Зеркала, - Что, разве я неправильно тебе не давал? Это, по-твоему, хорошо, чтобы у собак лапы отваливались? И это когда можно пожелать исцелить?

- Ну так я и пожелаю… - тут же оживился Хламовщик, - К тому же, ты сам мне говорил, не так избудется! Я вот потому и сразу буду желать то, что сбудется так! – он потянулся к лепестку.

- А ну не трожь! – громыхнул Хозяин тяжёлым голосом, в котором чувствовался металл, - Веры тебе нет! Ты уже назагадывал такого, что на всю оставшуюся жизнь расхлёбывать! И так, и эдак назагадывал!

- Ой, чего-то разошёлся ты, касатик! – подметила Старушенция, - Было бы из-за чего! – она встала со стула и направилась к Кактусу.

- Не трогай этот цветок, Джессика! – возмутился Хозяин, уже Старушенции, - Я тебе не разрешаю!

Кактус вспыхнул, Старушенция отдёрнулась. Благо, она не успела подойти близко, а то бы её обожгло. Но она всё равно вздрогнула, а потом распричиталась:

- Ох ты ж Господи, да чаво же такое творится! – обернулась к Хламовщику: - Ты чаво, энтот… Пирокинез уже осваиваешь?

- Это не я! – возмутился Хламовщик, - Это Хозяин… Как ты его там сказала… Пирокинез… Скажешь мне потом опять, я записать хочу, - он уставился на Хозяина: - Зачем ты бабулин Кактус жжёшь?

- Мне скучно! – жаловался Хозяин, - Я скучаю! А всем плевать! Никто, никто не хочет найти и привести сюда мою Прынцессу…

- Потому что ты над ней надругаешься! – заметил Хламовщик.

- Если бы я хотел ей зла, я бы не я отпустил её к Отцу! – заявил Хозяин, - Она вернётся… Она должна прийти, она придёт… - его голос наполнился плачем.

А Кактус снова загорелся. Василиса спрыгнула со стола, пододвинула к окну табуретку, неуклюже взобралась на неё и ударила по пламени крылом. А потом посмотрела в Зеркало:

- Зачем ты всё время бьёшь по Кактусу? Всякий раз, как пытаешься запретить трогать лепесток, поджигаешь Кактус? А теперь вообще никто на твой лепесток даже не замахивался, а ты уже поджёг! От Кактуса скоро не останется совсем ни-че-го!

- Потому-что по-другому… - начал было Хозяин.

Кактус снова загорелся, а Василиса деловито ударила по огню крылом.

- Василиса! – пискнула Клариса, - Тебе что, совсем-совсем не больно?

- Так я перьями, - сказала Василиса.

- Но они же у тебя сгорят?

- Я только маховыми, - пояснила Василиса, - Сгорят – переживу. Я всё равно никуда не летаю. Мне для полёта нужен разгон, причём, по воде. А тут места нету. Перья разве что для красоты, да для ерунду всякую писать, но без красоты я проживу, тем более, красоваться не перед кем. И фигни писать можно поменьше, - она покосилась на Старушенцию, потом повернулась к Зеркалу: - Так зачем, Хозяин, ты поджигаешь всё время этот Кактус?

- Я же уже сказал… Я просил… Я всё объяснил… - стонал Хозяин, - Мне скучно без Прынцессы, я нервничаю, и от скуки…

- А с нами тебе не интересно? – осведомилась Василиса.

А Хламовщик напрягся, словно ждал ответа Хозяина.

Хозяин промолчал.

- Может быть, ты всё-таки расскажешь, как оказался здесь и что с тобой произошло? – осведомилась Клариса, - Почему ты всё время здесь, и почему тебя называют Узником? Ведь ты не можешь отсюда уйти?

- Ну да, я здесь… - принялся стонать Хозяин, - В этой тёмной мрачной комнате… Большую часть времени один… И телявизор мне не включают… И яблоки тут жрут... И сам я не могу управлять здешними вещами, и вы не можете, только люди могут в этом мне помочь! Как же я от всего этого уже устал! Как мне надоело всё время просить, упрашивать, уговаривать, объяснять почему я всё это прошу, и напираться на постоянное непонимание! И всем плевать! Всем! Как бы я хотел уже всё мочь сам, никого не просить, всё делать сам! Сам и только сам! Чтобы ни от кого не зависеть, ни в чьей помощи не нуждаться, но увы…

- Как мы можем тебе помочь? – продолжила Клариса, - Ты такой уставший, такой замученный… Ты как будто болен…

- Ну да… - вздохнул Хозяин, - Да, я болею! Потому что тут темно! Свет питает меня и даёт мне силы, а тут его мало…

Кактус снова загорелся. Василиса машинально шлёпнула по пламени крылом и строго сказала:

- Зачем ты вымещаешь свою злость на этом несчастном беззащитном Кактусе?

- Я не вымещаю! – возразил Хозяин.

А Кактус снова загорелся. Василиса шлёпнула по пламени крылом ещё раз и посмотрела в Зеркало, наклонив голову так, чтоб взгляд получился строгим, исподлобья.

- Всё что я делаю, - принялся объяснять Хозяин, - Имеет основания и причины…

Кактус опять вспыхнул, и Василиса снова шлёпнула по пламени, склонив голову ещё сильнее.

- Ну ладно! – в отчаянье выдал Хозяин, - Так я срываю злость! Но не на вас же её срывать!

- Ты не можешь отсюда уйти? – спросила Клариса, - Так наша догадка верна, ты заперт в Зеркале?

- Нет, я в нём отражаюсь и стерегу этот Кактус! Я ни на миг не могу его оставить, это мой долг, поэтому я не могу отсюда уйти!

- Но он тут уже совсем увял! – заметила Скоропея.

- Это потому, что никто не желает слушать то, что говорю я! – заявил Хозяин, - Этим вы наносите вред Кактусу, вот он и вянет!

- А может, это потому, что ты всё время его поджигаешь? – с недоверием осведомилась Скоропея, - Не жечь его надо, а вынести его на свет, поставить на солнышко, да в тепло.

- Нет! Не смайте уносить отсюда этот Кактус! – взъелся Хозяин, - Только здесь я могу его охранять!

- Унесём, - прошипела Скоропея, - Подальше от тебя, поджигателя!

- Нет! Никто не смеет трогать этот Кактус и что-либо тут переставлять! – Хозяин буквально взревел, - Иначе… Иначе я накажу вас! Убирайтесь отсюда все!

- А потом ты удивляешься, что тебя никто не любит, - обиженно прошипела Скоропея, - Зря мы только сюда пришли…

- А Телявизер я забяру! – тут же заявила Старушенция, - Посмотрю про Матильду-Донью-Хуаниту-Синдиреллу-Аделаиду-Гертруду-Изабеллу-Генриетту! Давно я про неё ничего не смотрела! – с этими словами она сняла Блюдечко со стены и кряхтя направилась к выходу.

Хламовщик окинул помещение взглядом и пошёл следом за Старушенцией.

- Девочки! Валим! – засуетилась Василиса, спрыгнув со стола, устремилась к дверям, и, убедившись, что Скоропея проползла, вышла следом.

Хламовщик захлопнул дверь, вставил замок. Василиса хотела сказать, что как всегда, не посмотрел, все ли вышли, но вместо этого получилось просто стрекотание.

- Хламовщик, внучок! – заскрипела Старушенция, прижимая к себе Блюдечко с Яблочком, - У меня руки заняты! Сунь руку в карман, возьми ключ да запри! Не оставляй открыто!

- Да, Ба, - буркнул Хламовщик и нехотя сунул руку в её карман.

Рыться по чужим карманам было неприятно, ведь Хламовщика мало того что воспитывали этого никогда не делать, так и у Старушенции там лежало не пойми чего и много, Хламовщик даже понятия не имел, можно ли ко всему этому прикасаться не испытывая брезгливости, ведь пожилые люди сами становятся небрезгливыми, поэтому в кармане у Старушенции может быть всякая грязь. Наверняка там ещё сопливые носовые платки или чего похуже.

Нащупав-таки ключ со связкой, Хламовщик вытащил его, сунул в замок, и, убедившись, что ключ подходит, сказал:

- Иди, Ба, я тут закрою!

- А ключ, как и условлено – положи под коврик! – велела Старушенция громким голосом, направляясь вниз, - Ой, тяжело тут стоять… - причитала она, - Пойду я…

- Под коврик, - хмыкнул Хламовщик себе под нос, - Лежал он под ковриком… Именно оттуда его и украли… - он посмотрел на Василису: - Плохая была идея ключ Старушенции отдать! Ничего она не понимает в хранении ключей.

Василиса не смогла ответить, Зеркало осталось в комнате, поэтому она только пострекотала, указывая клювом на замок.

- Что? – возмутился Хламовщик, - Ты хочешь, чтобы я опять открыл? Ты хочешь, чтобы мы снова пошли к этому хаму?

Василиса отчаянно закивала.

- Нет уж! – заявил Хламовщик, - Он лишний раз доказал, что он – хам! А Прынцессу я и без него спасу! Я знаю, что я сделаю! Я знаю как!

Василиса разочарованно посадила Скоропею и Кларису себе на спину.

Хламовщик уже двинулся вниз. А Василиса направилась за ним с мыслью, что нужно затащить Хламовщика в комнату, где лежит Осколочек для разговоров, и всё-таки объяснить ему дальнейший план действий. Да только теперь задача усложнялась. Блюдечко, по которому можно было увидеть Прынцессу, забрала Старушенция. В общем, если она перестанет его смотреть, наверное, можно будет сделать это самим, но сначала уговорить Хламовщика всё правильно включить.

Вот только, у Хламовщика, кажется, были свои планы. Едва он спустился вниз, как не оборачиваясь назад свернул в один из тёмных ходов и исчез в нём. Василиса идти за ним не решилась.

Глава 81. Легенда о Драконе и неожиданное гостеприимство

- Я могу предложить тебе компромиссный вариант, - продолжал Скучный Чопорный Король, - Пожить пока у меня. А потом, гляди, твой отец приедет сюда сам с каким-нибудь визитом. Или, чтобы долго не ждать, можно послать ему записку особым почтовым голубем, чтобы он знал где ты и не волновался. Так уж и быть, голубя я для тебя выделю, и обеспечу твоё содержание на время, пока твой отец не приедет. Кстати… А как же ты здесь оказалась, если просишь помочь вернуться назад? Ведь как-то же ты сюда приехала?

Прынцесса растерянно захлопала глазами. Ещё не так давно она с энтузиазмом пересказывала Хозяину, как она приключалась, убежав из Одного Роскошного Дворца на Воздушном Шаре вместе со своим суженым, но сейчас почему-то снова рассказывать всё это не хотелось.

Новоиспечённый Король был таким скучным и таким чопорным, что слова у Прынцессы сами собой застревали в горле. Да и к тому же, второй раз рассказывать то же самое – уже неинтересно. Поэтому она сказала только то, что было самым существенным во всей этой истории:

- Но я не могу ждать! Разбойники взяли в заложники моего Галчонка!

- Всё-таки разбойники, - разочарованно покачал головой Скучный Чопорный Король, - Они напали на тебя и твоих сопровождающих…

- Да, - вспомнила Прынцесса заваруху с купцами, - Сначала там был Дракон! Он прилетел и начал всех пугать, но никто не испугался. И тогда привидение, в которое превратился Вертолох, начало всем угрожать, что найдёт управу! А потом привело разбойников…

- Вертолох… - задумчиво протянул Скучный Чопорный Король, - Так вот кто, оказывается, обеспечивает тут диверсии и порочит имя благородного Солнечного Дракона…

- Тот Дракон был совсем не солнечный, - решила уточнить Прынцесса, - Обыкновенный зелёный. И даже не настоящий, - она задумалась, вспоминая, как тот Дракон сдулся и улетел, а потом, когда Прынцесса ехала на тачке Хламовщика, они вместе этого Дракона нашли… Или, может быть, не этого? Ведь если Безымянных Королевств много, и они все разные, то может быть, и надувных Драконов тоже много, только они все одинаковые, и если ты находишь такого Дракона, то уже не можешь знать, тот ли это Дракон, или уже другой? Кажется, Жучка что-то говорила про Принцип Тождественности Безымянных Королевств, а Скоропея возражала, что нет такого принципа. Но вот Принцип Тождественности Надувных Драконов, наверное, должен существовать? Кстати… А слово «Принцип», оно случайно происходит не от слова «Принц»? Ведь Принцам запрещается унывать, отчаиваться, плакать и грустить, это очень принципиально, и звучит похоже…

- Бедняжка, ты совсем не в себе! – сделал выводы Скучный Чопорный Король.

- Ну ещё бы, - мрачно добавила Тёзка, - Ведь её сопровождающих убили разбойники.

- Да, так и было! - вспомнила Прынцесса, - Разбойники напали на мой караван… Со мной шёл целый караван купцов… И всех поубивали. А кого не убили – те потом сами ушли, а меня одну бросили… - вспоминая об этом, Прынцесса заплакала и побрела туда, где стоял праздничный стол для гостей, чтобы заесть депрессию сладким.

Когда она пришла, стол пустовал, но тарелки с объедками ещё стояли. Розетки со сладостями – тоже. Прынцесса уселась на свободный стул и принялась спешно заедать стресс всем, что удавалось достать со своего места.

- Значит, Вертолох их привёл… - задумчиво молвил Скучный и Чопорный Король, подходя и садясь рядом.

- Да, - кивнула Прынцесса, - Вертолох вечно во всё превращается. То в Дракона, то в Привидение, которое выгуливает Дракона на поводке, то в муху…

- Значит, он превратился в муху? – задумчиво проговорил Скучный и Чопорный Король, - То-то я думаю, что всё сладкое так и стоит на месте. Значит, в виде мухи ему столько не съесть, и уж тем более, не утащить… А вообще, я думаю над системой противовоздушной обороны, если этот подлый Вертолох опять объявится…

- Он больше не объявится! - всхлипывала Прынцесса, - Он превратился в муху. Он загадал желание лепестку Цветика-Семицветика и превратился в муху!

- Странное желание, - удивилась Тёзка, которая тоже подошла и села за стол.

- Да желание, может, и не было странным, - задумчиво молвил Скучный и Чопорный Король, - Да только эти Цветики исполняют желания не пойми как…

- Я слышала эту историю, - плакала Прынцесса, - Мне пришлось всё-всё про это выслушать… Меня там пытали этими историями… Я даже инструкции писала…

- Ты? – удивился Скучный и Чопорный Корроль, - Ты писала инструкции к этим дьявольским цветам?

- Но я не виновата, - ещё пуще расплакалась Прынцесса, - Меня заставили! Я делала это исключительно по принуждению… Может быть, ещё ничего не поздно исправить, ведь инструкции ещё не пошли в тираж…

- Так это значит, тебя неволили Графоны? – удивился Скучный и Чопорный Король, - Это они тут держат своё собственное семейное издательство, выпускают там всякую хрень и тиражируют по свету…

Прынцесса ничего уже не понимала, она зачем-то вернулась к уже утерянной мысли и сказала:

- И против Вертолоха лучше не противовоздушную оборону, а лучше липучка… А вообще, а вообще… Мне кажется, что он стал вообще опарышем… Был там у нас один опарыш, чего-то мне его голос показался знакомым… Он уверял, что он – Хозяин, и что он – Дракон, но я точно помню, что у Хозяина голос другой был… А Дракона и вовсе нету…

- Дракон был, - задумчиво протянул Скучный и Чопорный Король, - Дракон некогда жил неподалёку от этого Безымянного Королевства, его владения как раз граничили с нашими. Мы все находились под его защитой и покровительством. У него был прекрасный сад, лесные угодья, и чудесное Озеро, в котором вода была такая прозрачная, что было видно самое дно. А ещё было видно рыбок. И они там были золотые. А сам Дракон был прекрасный и солнечный, и все мы были под его защитой, пока он однажды не исчез. Однажды Бряки из ещё одного королевства, которое не было тогда Безымянным, а называлось Королевство Бряк, предали Дракона, потому что он не оценил их бездарное графоманство, и сказал, что лучше бы они писали другие книги и сочиняли другие сказания. И тогда Бряк Двенадцатый поклялся отомстить Дракону. И ещё, он крыл его всякими нехорошими словами, сокрушался, что Дракон не понимает его шедевров, ныл что гениев всегда притесняют и унижают! И что раз его унизили – это лишний раз доказывает, что да, он гений. И да, затаил какую-то злобу. А потом что-то произошло… И Дракон исчез. А его прекрасный край превратился в ужасную Мусорную Свалку, на которой всё-всё-всё пропадает, и куда вообще лучше не ходить. Там летают страшные коршуны, такие огромные, что могут поднять в воздух и утащить человека… - он задумчиво замолчал, а потом спросил: - Так как же ты сюда попала… Одна…

- Я не знаю… - заплакала Прынцесса, - Сначала мы летели с моим Прынцем на Воздушном Шаре. Потом я высадилась, а он не успел, как Шар оторвало и унесло в неизвестном направлении…

- Но зачем вы с ним куда-то полетели в такую ветренную погоду…

- Она была не ветренная! Просто я скомандовала высаживаться, а он почему-то не высадился, - всхлипнула Прынцесса, - Потом я пошла пешком, встретила Волка, но он отказался меня везти. И деньги брать не захотел. А потом встретила Зайца и поехала Зайцем, а потом мы жили в Теремке, а потом я ехала на Лисе, а потом меня вёл Галчонок, мы встретили купцов, они согласились меня подвезти, но тут прилетел Вертолох и привёл разбойников… И они на нас на всех напали! И отобрали моего Галчонка, а купцы, кого не убили, меня потом бросили одну…

Вспоминая это, Прынцесса распереживалась, расплакалась и ещё сильнее начала уплетать сладкое с подноса и изо всех доступных вазочек и розеточек.

- Я не могу принять твоё предложение, Скучный и Чопорный Король, - всхлипывала Прынцесса, - Разбойники написали мне страшную записку, в которой требовали прийти в Тёмный Переулок… Закоулок… Ближайшего Безымянного Города на Юго-Западе от меня. Если я не приду, они моего Галчонка скормят Филину или свернут ему шею… - она заплакала ещё горьше.

- Галчонок – это птица? – осторожно уточнил Скучный и Чопорный Король.

- А разве это не очевидно? – посмотрела на него заплаканными глазами Прынцесса.

- Ну мало ли… - пожал плечами Скучный и Чопорный Король, - Может быть, так зовут кого-то из твоих придворных или просто хороших друзей. Хотя, у нас запрещены подобного рода имена, особенно для людей, но всё же… Иногда люди дают друг другу милые прозвища, не смотря на запрет…

- Чего в этом прозвище милого? – насупилась Прынцесса, - Оно обозначает обыкновенную сорную ничем не приметную птицу!

- Тогда почему ты так переживаешь? – спросил Скучный и Чопорный Король.

- Не знаю почему, - вымолвила Прынцесса, - Оно само переживается. Как когда я читаю особенно волнительные моменты в моих любимых книжках… А этот Галчонок… Он даже не из книжки! Он прилетел меня проводить домой, кога я сама не знала куда идти. И вообще все звери мне почему-то помогают, хотя могли бы этого не делать. Если ты дорожишь своими людьми, потому что они хорошие, наверное, хорошими животными тоже нужно дорожить? Я вот сейчас вспоминаю: Хозяин тоже сказал мне пойти и помириться с Кларискою, Василискою и Скоропейкою… А я их так и не простила. Правда, они упустили мои важные бумаги, но… Но я без них уже тоже скучаю, как и без своего Отца. А Страшная Птица бросила меня одну на Свалке, но она же потом ко мне прилетела. Может быть, ей просто нужно было в туалет, вот она меня и бросила, а так… А так, выходит, я сама её бросила, когда пробиралась через толпу, чтобы скорее увидеть моего Прынца… Вместо которого оказался ты…

- Даже если бы в плену у Разбойников был бы человек, - затянул Скучный и Чопорный Король, - Слишком большой риск – отправлять моих гвардейцев выручать его. А ради птицы…

- Это был говорящий Галчонок, - зачем-то уточнила Прынцесса, - Он мог разговаривать даже за пределами Волшебной Страны без всякого артефакта, о котором мне поведала Волшебная Ездовая Лиса…

- Но даже говорящая птица не стоит того, чтобы так рисковать людьми, - сказал Скучный и Чопорный Король, - Жизнь человека дороже жизни животного, как бы мы животных ни любили…

Прынцесса некоторое время потерянно жевала сладкое, а потом сказала:

- Но ведь разбойники засели в твоём Безымянном Городе, разве не нужно с ними разобраться? Разве ты потерпишь, чтобы они тут находились? Ты же сам мне хвастался, как тут у тебя всё причёсано и убрано…

- Причёсано и убрано, - хмыкнул Скучный Чопорный Король, - Откуда ты взяла эти слова? Я ведь говорил тебе совсем не так…

- В моих любимых книжках так пишут, - зачем-то заметила Прынцесса.

- Это у Графона в книжках такое пишут, - недовольно буркнул Скучный и Чопорный Король, - На Юго-Западе, значит? Значит, это, наверное, вообще не в моём Безымянном Королевстве…

- Но ты же не знаешь, с какой стороны я сюда пришла, - решила уточнить Прынцесса, - Может быть, именно так, что оно и было на Юго-Западе от меня…

- Что-то мне подсказывает, что и ты не знаешь, откуда сюда пришла, - заметил Скучный и Чопорный Король, - Потому что моё Безымянное Королевство находится на Юго-Западе от Синего Моря, так что ты прийти оттуда никак не могла, только приплыть. А вот от моего Безымянного Королевства на Юго-Западе Большая и Дремучая Сказочная Свалка, на которую страшно ходить.

- Точно! Я пришла со Сказочной Свалки, - заметила Прынцесса.

- А вот на Юго-Западе от Сказочной Свалки находятся дремучие леса и ещё одно Безымянное Королевство, вот там уже может всякое быть.

- Значит, там разбойники держат моего Галчонка? – сделала вывод Прынцесса, - Ну Скучный и Чопорный Король… Ну пожалуйста… Если ты не хочешь давать мне сопровождающих, дай хотя бы лошадь! Я поеду к своему отцу… Он прикажет своим стражникам, и уж они-то…

- Прынцесса, я был в твоём Безымянном Королевстве, - строго сказал Скучный и Чопорный Король, - Оно ну очень далеко! И судя по твоему рассказу, всё сходится. Сначала ты летела на Воздушном Шаре, он может покрывать очень большие расстояния. Которые пешком и на лошади пройти проблематично. Потом ты на чём-то там таком ехала, я так понимаю, с несколькими пересадками. Но и это ещё не всё. Потом ты попала в какую-то историю с разбойниками, тебя бросили одну, может быть как раз на этой самой Сказочной Свалке…

- Я не знаю, где меня бросили, - сказала Прынцесса, - Но оттуда я тоже на чём-то ехала.

- Ну вот, это как раз сходится с тем, что твоё Безымянное Королевство очень далеко.

- Зато тут близко живёт мой Прынц! – заявила Прынцесса, - Вот к нему я и пойду.

- Но ты уверена, что сможешь дойти туда одна?

- А я и не одна, - сказала Прынцесса и посмотрела на соседний пустующий стул, на спинке которого неподвижным изваянием уже давно сидела Страшная Птица.

- Но хотя бы отдохни и подожди до утра, - сказал Скучный и Чопорный Король.

Страшная Птица кивнула.

- Стой, подожди… - встрепенулся Скучный и Чопорный Король, - Это не игрушка, и не украшение, она – живая?

- Ну да, - как ни в чём не бывало, заявила Прынцесса, - Я же уже сказала, что все животные оберегают и провожают меня. Вот и эта Птица тоже… А зло мне до сих пор причиняли только люди. Ну или те, кто ими когда-то был, - последнюю фразу она сказала про Вертолоха, - Точнее, кто был когда-то может не совсем людем, но киборгом, но это ведь почти одно и то же?

- Ну ладно, Прынцесса, - вздохнул Скучный и Чопорный Король, - Отдохни у меня одну ночь, подумай хорошенько, может быть, к утру ты и изменишь своё решение? Ведь за пределами моего Безымянного Королевства очень-очень опасно. Это я у себя за порядком слежу, и женщины могут ходить по улицам без сопровождения и не бояться, что на них будут посягательства. А вот за пределами моего Сказочного Королевства бывает всякое. И маньяки, и разбойники, и какого только сброду там нету…

Прынцесса сидела некоторое время, задумчиво поедая пастилу с подноса, а потом согласилась:

- Я с радостью приму твоё предложение, Скучный и Чопорный Король. Будь уверен, когда мой отец прибудет сюда, он оплатит всё-всё моё содержание, ведь я его любимая дочь, ему для меня ничего не жаль. А если даже вдруг и нет… То тога я схожу к Хозяину, он дозволил мне взять у него одну вещь, уверена, она сможет компенсировать все связанные с моим проживанием расходы.

Страшная Птица раздосадованно покачала головой и сделала фейсвинг (жест крыло-лицо, который заменяет человеческий файспальм (рука-лицо)).

- Не переживай, Прынцесса, - сказал на это Скучный и Чопорный Король, - Ты в списке моих приглашённых. А для приглашённых я обеспечил проживание на первые дни вообще бесплатно. Так что эту ночь вообще можешь спать спокойно и не переживать ни о чём.

- А потом я могу отработать, - вдруг сказала Прынцесса, - Если вдруг так получится, что мой отец по каким-то причинам не приедет… Хотя, я не хочу даже мысли такой допускать. Но вот если всё же предположить… То я отработаю всё сама! Я вот писать умею. Если тебе нужно, могу писчей поработать, какие документы потиражировать, - она задумалась, а потом ещё добавила: - Я могу даже тиражировать так, чтобы отсебятины никакой не добавлять! Сначала я План Побега переписывала, мне очень важно было переписать его по памяти тютель в тютель как было, ведь ежели чего бы не совпало… А потом… Потом Старушенция меня заставила писать, и там уж она сама бдительным оком следила, чтобы я правок никаких не внесла. Хотя у меня была более надёжная информация из первых уст, но Старушенция мне не позволила…

Страшная Птица уже не сидела неподвижно, она плавно и тихо что-то показывала крыльями, то и дело закрывая изгибом крыла свой клюв. Не всё лицо, а именно клюв. Прынцесса искоса поглядывала на это зрелище, но не понимала, что именно Страшная Птица сим пытается ей сказать.

- В общем, оставим все разговоры на завтра, - сказал Скучный и Чопорный Король, - А сегодня я провожу тебя в твои покои, отдохнёшь, выспишься, а завтра, если у меня будет время, тогда и поговорим. Если нет, можешь обратиться к секретарю моего отеля на рецепшне… А Птицу придётся на ночь посадить в клетку. Я никогда не видел таких больших охотнчьих орлов, но вообще-то, их нужно носить на специальном рукаве, лапы привязывать, а на голову одевать клобук. Не бойся, у меня есть свои охотничьи птицы, и оборудованные для них места, определю твоего сокола туда…

Услышав эти слова, Орёл оттолкнулся от спинки стула и взмыл в небо, сделал прощальный вираж над столом, а потом начал набирать высоту, над площадью и парком, потом над окраинами Безымянного Королевства, после чего полетел в сторону свалки.

Глава 82. Обещай мне…

Становилось темно. Орёл летел и летел, в надежде успеть пока ещё хоть что-то было видно, но уже смеркнулось настолько, что оставалось лишь придерживаться правильного направления. Благо, он умел ориентироваться по-птичьи, но вот куда приземляться – было уже не видно.

Кое-как добравшись до Свалочного Замка, Орёл сделал вираж над ним, глядя во внутренний двор-колодец, где зиждился тусклый свет фонаря, который всегда горел над одним из внутренних выходов. Но спуститься во двор, к Озеру, памятуя, как на него напала Василиса, Орёл не решился. Поэтому он приземлился на крыше, на скате со стороны внутреннего двора. Поёжился, вспоминая, что филины прекрасно видят в темноте, а вот он – нет. А ещё вспомнил, как этот самый филин угукал над свалкой всю прошлую и позапрошлую ночь. А главное, что это он был причастен к появлению той самой угрожающей записки.

Здесь, рядом с источником света, было как-то спокойнее. Орёл даже спустился во внутренний двор, залетел в пустующее окно на втором этаже и, укрывшись в заброшенной комнате от посторонних взглядов, замер. Даже если Василиса и придёт, она не сможет его там увидеть.

Потом послышались какие-то звуки. Орёл ещё не успел уснуть, поэтому осторожно выглянул из окна, где затаился, стараясь двигаться медленно, чтобы его движения были не заметны.

На Озеро вышел Хламовщик. В руках он держал Зеркало, отражающей поверхностью к себе, тыльной стороной, закрытой металлической основой – наружу. Он сунул Зеркало под воду и спрятал там, а потом вытащил из кармана ключи, отделил от связки один, посмотрел на него и швырнул в середину Озера.

- Хламовщик! – не выдержал Орёл, - Что ты наделал!

- Я всё правильно сделал, - огрызнулся Хламовщик, потом оглянулся, и недовольно осведомился: - Кто здесь?

- Угу-гу-гу, человек! – раздались страшные уханья филина откуда-то сверху.

Орёл понял, что это его старый враг – злой филин Гуамокколаттокинт. И решил затаится. Оставалось уповать, что если не отзываться, Хламовщик решит, что ему послышалось, а если не шевелиться, то и злобный Гуам не заметит. Зрение у него, может, и ночное, но всё равно дневные птицы могут остаться незамеченными, если сольются с окружающей средой.

- Слушай сюда, человек! – заухал Гуам, спустившись во внутренний двор, и теперь его угуканья звучали на человечьем языке, - Не удивляйся, что понимаешь меня! Это место волшебное! Тут все звери и птицы понимают друг друга и могут разговаривать с людьми!

- Сам знаю, - буркнул Хламовщик.

- Так слушай сюда, человек! – снова заухал Гуам, и приземлился прямо на то же самое окно, где прятался Орёл.

Хоть и стало очень и очень страшно, Орёл сидел неподвижно. Он знал, что только так он имеет шанс остаться незамеченным. А потом пришла шальная мысль, что он же теперь сильный, значит, может сразиться с этим наглецом. Но вспомнилось, как напали вороны, и он ничего не смог им противопоставить. И Орёл решил повременить со сражением.

- Здесь завелась демон-птица! – продолжал Гуам уже из окна, - Она хочет увести Прынцессу прямо в логово Разбойников им на погибель! Так что возьми своё ружьё и застрели эту мерзкую птицу, если увидишь её! Ты узнаешь её, она ни на каких других птиц не похожа! Она окрашена в чёрно-белые тона, и словно подёрнута лёгкой дымкой, у неё ободы вокруг глаз как у вампира, а на лапах полосатые штанишки, ещё хвост и маховые перья полосатые! А на спине как чёрная мантия накинута! А на голове у неё перья напоминают рога! И она такая огромная, что даже кажется, что это не птица, а человек в костюме птицы! А лапы…

Орёл поймал себя на том, что до сих пор так и не видел, как он теперь стал выглядеть. Но помнил, что Клариса ему говорила, какой он теперь страшный-престрашный. Да и Прынцесса от чего-то называла его Страшной Птицей и даже время от времени пугалась. Стала бы она так называть обычного орла, который выглядит как обычный орёл? Обычно люди находят орлов красивыми. Ну и ещё… Хоть Орёл и не смотрелся в зеркало, но уже чистил себе перья и знал, что они именно такого цвета, как описал сейчас филин Гуам. И Орёл понял, что речь сейчас про него! К тому же, это именно он постоянно сопровождал Прынцессу, и Гуаму это явно не нравилось. Гуам, наверное, сам хотел подлететь к Прынцессе поближе, и обмануть её, но, видимо, Орла он боялся. Но, не смотря на осознание этого факта, Орёл сидел сейчас в тени и боялся сам.

- Я не хочу ни в кого стрелять, - отмахнулся Хламовщик, - Я тут со всеми птицами дружу… Дружил раньше. Сейчас они со мной поссорились, но я не собираюсь им за это мстить, особенно смертью!

- О, да ты ничего не понял! – тут же с энтузиазмом затянул Гуам, - Эта птица – злая, и к тому же, хищная! Она всех других птиц съест, если ты её не застрелишь! И дружить тебе станет не с кем. А ещё она выклюет глаза Прынцессе, а её саму потом заманит на голос в логово разбойников! У неё очень чарующий голос, как у сирены, правда, действует только на женщин…

- Интересно, а на Ба тоже подействует? – задумчиво осведомился Хламовщик.

- Ба – то твоя бабуля? – осведомился Гуам, - Нет, вряд ли, на старых вряд ли действует… Но вот на молодых… На красивых… На хороших собой… Просто безотказно!

- Не так уж она собой и хороша, - обиженно выдал Хламовщик, а потом вдруг сказал: - Хотя, когда примарафетится…

- Ну вот видишь… - подхватил Гуам.

- Но я сам всё равно ей не нравлюсь!

- С чего ты взял, человек, что ты ей не нравишься? – осведомился Гуам.

- Ну как же… Она мне отворот дала, и ещё истерику устроила, и ещё обиделась, и вот это вот… Ушла куда-то потому, что не хочет быть со мной вместе.

- Да ну брось! – ухнул Гуам, - Это она всё просто чтобы добиться твоего внимания! Разве ты не понимаешь?

- Нет, это точно не оно! – обиженно заявил Хламовщик, - Я не нравлюсь ей, и это точно! Видишь, какие у меня шрамы на пол-лица, как я могу таким ей нравиться?

- Она тебе хоть раз говорила, что ей не нравятся твои шрамы? – осведомился Гуам.

А Хламовщик принялся вспоминать. Потом вспомнил:

- Она сказала, что они – классные… Но ведь это же она мне соврала, чтобы я не расстраивался?

- Раз она не хотела тебя расстраивать, значит, ты ей нравишься, - заявил Гуам.

- Да этого просто не может быть, потому что не может быть никогда! – выругался Хламовщик, - Она мне уже несколько раз сказала, что обещалась другому, и что нравится ей он, а не я!

- Это чтобы заставить тебя ревновать! – заявил Гуам, - Чтобы ты ещё сильнее её любил, чтобы добиться твоего внимания! Ничего ты в женщинах не понимаешь!

- Зато я понимаю, что у неё арбузов нету! – Хламовщик показал на себе, будто поддерживает ладонями два больших бюста, - И да, она пошла к своему суженому.

- Но за ней увязалась кошмарная демон-птица и хочет её обмануть! – напомнил Гуам, - Уверен, если ты спасёшь её, то она забудет своего суженого, и влюбится в тебя…

- Да на кой мне это вообще надо! – взвился Хламовщик, - Не претендую я на неё, у неё арбузов нету! И ещё она за собой не следит! Один только раз я её накрашенную и ухоженную видел, когда она из заперти от этого изверга – Хозяина вышла, но видимо, потому что там было скучно и заняться было нечем, а ещё там зеркало висело… Чем ещё заниматься, как ни себя в порядок приводить! Но я хочу, чтобы моя женщина вот так выглядела всё время, а не только по праздникам! Не нужна она мне, пусть достаётся своему этому Прынцу, баба с возу, кобыле легче… В смысле, баба на корабле – к несчастью… В смысле… Двум бабам в Замке тесно, одна баба тут уже есть, это Ба, другой не надо. Пусть себе топает!

- Тебе даже не нужна награда за спасение Прынцессы? – каверзно поинтересовался Гуам.

- Не нужна! – ревностно выдал Хламовщик, - Если я и буду спасать её, то безвозмездно. То есть даром. Из чисто добрых и человеческих побуждений…

- Если ты не убьёшь эту мерзкую птицу, - продолжал Гуам, - Она мало тог что съест всех других птиц, та ещё и зачарует Прынцессу и отведёт её в ловушку к разбойникам!

Хламовщик задумался, почесал репу, а потом сказал:

- Всё верно. Эта птица, кажется, принесла мне те самые ключи, которыми лучше было ничего не открывать! Но теперь никто и не откроет…

Орёл заволновался. Теперь он думал, что как только Гуам улетит, нужно будет всё-таки попытаться поговорить с Хламовщиком, убедить его, что не нужно верить Гуаму. Правда, что-то подсказывало, что это будет нелегко, ведь до этого все окружающие не сумели убедить Хламовщика не видеть в Вертолохе друга. И это не смотря на то, что Вертолох нанёс Хламовщику подлый и бесчестный удар…

- Я завтра же пойду на базар и куплю там ружьё, - пообещал Хламовщик и ушёл в один из тёмных ходов.

Гуам разразился зловещим смехом, после чего взмыл из окна и улетел в ночную тьму. А Орёл робко высунулся из окна и позвал:

- Хламовщик! Хламовщик… - его жалобный клёкот эхом разносился по внутреннему Двору-Колодцу.

Но Хламовщик не думал приходить. Вместо него вразвалочку пришла Василиса, оглядела Озеро, потом прыгнула в него, выплыла на самую середину и снова начала оглядываться.

- Василиса! – робко подал голос Орёл, - Это я… Орёл… В смысле, бывший Попугай… Не сердись, пожалуйста-а-а-а… Я не специально... Я от волнения… Просто очень торопился, пока желание не пропало… Вот и получилось то, что получилось…

- Орёл? – переспросила Василиса, - В смысле, Попугай? В смысле, теперь уже Орёл? А ну покажись, я тебя не вижу…

- Я здесь, наверху! – протянул Орёл, высовываясь из окна.

- Ты не утратил способность разговаривать со всеми? – осведомилась Василиса.

- Да нет, всё прозаичнее… - сказал Орёл, - Просто Хламовщик принёс сюда и поставил Волшебное Зеркало. Теперь оно здесь…

- Вот оно что… - озадачилась Василиса, - Да ладно тебе, спускайся уже! Я больше не сержусь! Прости меня, Орёл, я уже поняла, что тогда погорячилась. Надо было не судить сгоряча. Но это было так неожиданно и так странно, что… Ну да, я испугалась. Я никогда не видела таких больших и необычных орлов…

- Ты хочешь сказать, таких страшных орлов? – уточнил Орёл.

- Какое это имеет теперь значение, если я больше не сержусь? – осведомилась Василиса, а потом задумчиво добавила: - Ну да, может быть, ты и страшный. Но ведь не уродливый! А просто внушительный, мощный, сильный, и да, большой. Как ты и хотел. Как загадал в желании. Уж всяко лучше, чем мухой…

- И ещё… - заговорил Орёл, спикировав из своего убежища, - Я только что видел, как Хламовщик выбросил ключи сюда, в Озеро… Я их с таким трудом отыскал, а он…

- Ну ещё не факт, что он выбросил те самые ключи, - сказала Василиса, - А вообще… Вообще я могу нырнуть и поискать…

- Но вдруг там под водой страшно? – засуетился Орёл, - Вдруг озеро вытекает в огромную, чёрную, ужасную подводную трубу, и тебя туда засосёт? Нет, Василиса, лучше не надо, жизнь дороже… А про Кактус… Мы чего-нибудь придумаем. В конце концов, я теперь могу летать и смогу навещать этот Кактус через окно. Хоть на окне и стоит решётка, и мне в неё не пролезть, но Кактус прямо на самом подоконнике! Думаю, я смогу приносить туда воду в пластиковых бутылочках, откусывать клювом пробку и поливать… Или нет! Лучше если получится сделать брызгалку, тогда я буду подлетать и брызгать из неё. Это лучше, чем откусывать, точно не прольётся!

- Ты мне лучше другое скажи, - перебила его Василиса, - Почему ты сейчас не с Прынцессой? Клариса сказала, что она с Хозяином поручила тебе за ней присматривать…

- Прынцесса зашла в какое-то Безымянное Королевство с севера от нас, её там приютили на первое время… Ну, так, по крайней мере, сказал тот человек, с которым она разговаривала. Она называла его Скучным и Чопорным Королём, наверное, он и был королём этого Безымянного Королевства. И он сказал, что она была в списке приглашённых на его свадьбу. Мы даже фейс-контроль с ней проходили, она была в списке приглашённых, а на вертушке, где всех пропускают, её биометрические данные, зарисованные в альбом охранника, по ним он её сверил… Не то, что наш дурилка – Хламовщик, для которого все девушки на портретах – одинаковые… А казалось бы, оба – мужчины, но как по-разному они мыслят…

- Ты это… Не отвлекайся, Попугай… В смысле, Орёл. Объясни мне, почему ты её оставил?

- Да потому, что меня на ночь хотели в клетку посадить! И мне эта идея не понравилась! Я подумал, а вдруг потом не отпустят? Вдруг Прынцесса решит уйти и обо мне вообще забудет, и я так и останусь в клетке? Все говорят, что я какой-то необычный Орёл, а всех необычных птиц ещё больше хотят неволить и держать в клетках, как некие диковинки! Но даже обычный охотничий орёл – это и то большая ценность, чтобы вот так просто взять и отпустить… - он нахохлился и вздохнул, - Я решил, что как только рассветёт, я вернусь туда и буду следить за Безымянным Королевством с воздуха. Но переночевать решил за его пределами. А тут не видно ни зги, я прилетел в наш Свалочный Замок, и спустился сюда на свет. И в аккурат, сначала увидел как Хламовщик поставил на место Зеркало и выкинул ключ в это Озеро, а потом прилетал Гуам… Ну тот, который пытал меня, когда я был Попугаем, и наплёл Хламовщику про меня, что я плохой, что я хочу украсть Прынцессу и сдать её Разбойникам, что меня нужно убить из ружья… Но я клянусь, я не имею никаких дурных намерений! Я хочу вам помочь… И Прынцессе тоже… Хоть и не понимаю, чего мы все с ней так возимся и цацкаемся, но жалко же девку…

- Жалко, - согласилась Василиса.

- Но это точно Гуам всё затеял! – продолжил Орёл, - Сегодня утром… Или уже вчера? Я улетал чтобы принести Прынцессе воды и пирожок, и добыть еды для себя, а когда вернулся, у Прынцессы в руках была записка от разбойников, она её читала и была в шоке! Потом я сам прочёл…

- Клариса уже показала мне эту ужасную записку, - сказала Василиса, - И да, она мне сказала, что ты всё ещё за нас и нам помогаешь.

- Прынцесса сказала, что записку принесла ворона… Но я уверен, за ней стоит филин Гуам. Он сам побоялся лететь к Прынцессе, ведь знал же, что рядом с ней я. И даже если меня и нету, то могу появиться в любой момент. Поэтому и подослал ворону, ему её было не жалко, если я на неё наброшусь и съем! Задумал что-то гнусное гад, а собой рисковать не отважился!

- Да уж, Орёл, - вздохнула Василиса, - Я попробую поговорить с Хламовщиком и объяснить ему всё про филина Гуама. Ведь Хламовщик даже не видел, как этот филин прилетал сюда и трепал здесь тебя, и как пытался нападать на всех нас… Хламовщик не знает, что Гуам – плохой и его нужно опасаться…

- Но только не особо-то получается с ним разговаривать, - заметил Орёл, - Вон он что сделал, ключ зачем-то выкинул…

- Он ещё в прошлый раз порывался, - вздохнула Василиса, - Правда, он собирался отдать его Старушенции… Но тут… Выкинул… Я попробую нырнуть и поискать его…

- Нет! – встрепенулся Орёл, - Василиса, пообещай мне, что не будешь этого делать одна! Мы должны всё предусмотреть! Вдруг это Озеро утекает в ужасную подводную трубу с сильным течением? Вдруг тебя засосёт, едва ты туда приблизишься? Нужно обязательно использовать страховку, чтобы мы с берега смогли тебя вытащить! А он ведь кинул на самую середину! Самое то место для этой ужасной трубы! Если она там есть, то они точно в неё попали, ведь там течение, они попали в него…

- Но чем дольше мы медлим, тем дальше ключ уходит в эту трубу…

- Если он попал в эту трубу, он уже туда ушёл, и мы его не найдём. А если нет – то мы отыщем его потом, но сначала подготовим страховочные канаты. А может, и подводный фонарик, ведь там же не видно нишиша! Обещай мне, Василиса, что не полезешь туда одна и без страховки!

- Хорошо Орёл, обещаю…

- И ещё… - вкрадчиво добавил Орёл, как можно тише, чтобы кроме Василисы никто услышать не мог: - Обязательно объясни Хламовщику, что нельзя Гуаму рассказывать про Зеркало. Мне почему-то кажется, что Хламовщик этого не понимает! Гуам откуда-то знает, что это место волшебное, и в нём звери и птицы могут понимать друг друга и разговаривать с людьми. Но я уверен, что он не в курсе что всё дело в Зеркале! Я боюсь, как бы Хламовщик ему не слил… Ведь Хламовщик совершенно не умеет выбирать себе друзей, чем хуже парень, тем больше Хламовщик доверяет ему и готов на чистоту делиться всем-всем, что другим рассказывать нельзя… Ведь это Хламовщик объяснил Вертолоху, как загадывать желания Цветикам-Семицветикам…

Глава 83. Дела литературные…

Ночевать в чужом Дворце было неудобно. Во-первых, Прынцессе он не показался достаточно Роскошным, чтоб по праву называться Один Роскошный Дворец.

Во-вторых, никто не помог ей снять её платье, которое в сравнении с этим Дворцом Роскошным было уж точно. Несмотря на то, что в этом платье Прынцесса прошла всю Сказочную Свалку, в нём же она ночевала во время своего путешествия из Свалочного Замка в это Безымянное Королевство и в дороге она его не снимала, платье ничуть не истрепалось и не потеряло своего Роскошного вида. Хоть это было не Всевпорушное Платье, обладающее волшебными свойствами меняться под размеры и пожелания хозяина, и потому не портящееся, а старое, Прынцессино. Но это платье, некогда изодравшееся до дыр и пропачкавшееся до нитки, было выстирано, починенное двоими из ларца, потом разглажено, накрахмалено и хорошенько окраплено Мёртвой Водой, поэтому не теряло своего товарного вида не смотря на все пережитые происшествия.

Но вот вспоминать процесс починки, Прынцессе было неприятно. Двое из Ларца оба были похожи на каких-то неадекватов. Они всё время улыбались, кивали и услужливо делали всё, что скажешь. Хотя, казалось бы, когда все твои приказы выполняют беспрекословно, вроде бы отдавай распоряжения и радуйся. Но во-первых, не всё Двое из Ларца понимали так, как Прынцесса того бы хотела. Например, когда она попросила накрыть для неё стол, они его накрыли. Пледом. Хотя Прынцесса просила, чтобы Двое из Ларца сделали заказ Скатерти-Самобранке и объяснили бы за саму Прынцессу, чего она хочет на ужин. Когда велела расстелить постель, они расстелили все постельные принадлежности по полу. Чтобы добиться починки платья, пришлось сначала загнать двоих обратно в Ларец, потом долго консультироваться с Хозяином. Но главное, что у этих Двоих из Ларца у обоих были совершенно пустые и от того пугающие взгляды, они словно ничего перед собой не видели, и ещё и двигались то ли как лунатики, то ли как зомби. Прынцесса не знала, потому что ни первых, ни вторых она не видела.

Так что, сказать честно, видеть Двоих из Ларца своими слугами она не особо-то хотела, и хотя Хозяин не запрещал злоупотреблять их услугами, после починки платья Прынцесса их больше не вызывала. Но всё же в мыслях не исключала такой возможности, если вдруг сильно понадобится. Но это только в самом-самом крайнем случае. По крайней мере, со одной задачей они справились – платье починили. И облачившись в него после принятой ванны, Прынцесса это платье так и не снимала. Ни в Свалочном Замке, ни на Свалке.

Не стала снимать и здесь, раз никто не помогал, прямо в нём и улеглась в постель. Поэтому спать было неудобно.

В-третьих, хотя, перина оказалась мягкой, под хорошо взбитым одеялом оказалось жарко. Прынцесса его с себя в итоге скинула, и стало холодно. Тогда она укрылась снова. И опять стало жарко и пришлось раскрываться. А потом укрываться. И так всю ночь.

В-четвёртых, слуги утром не пришли. Вернее, из них пришёл только тот, который выносил ночной горшок и этот самый горшок забрал. Зато вот те, которые наряжают, причёсывают, делают макияж – этих не было. Здесь даже завтрак не подали и воды не предложили.

Так что, можно было с полной уверенностью сказать, что Роскошь в этом Дворце и не ночевала, если бы не одно «но»: в нём ночевала Прынцесса, а себя она была в полном праве причислить к той самой ночующей роскоши.

Заспанная, непричёсанная, в мятом платье, Прынцесса вышла на улицу и отправилась искать стол с угощениями. До того, что был на улице, Прынцесса не дошла, остановилась в холле Дворца, там тоже были столики с лёгкой закуской, кофе и сладостями. А потом Прынцесса отправилась на улицу. Сегодня ещё было время приёма гостей, поэтому угощения на уличном столе обновили. Но здесь тоже не было никакой полноценной еды, один десерт. Первое время Прынцесса была уверена, что ничего другого ей и не надо. У себя дома, в своём Безымянном Королевстве в Одном Роскошном Дворце она привыкла кусочничать, не видела в этом ничего плохого, и даже пребывала в уверенности, что когда у тебя так много сладкого, всю остальную еду можно вообще не есть.

Выглядела Прынцесса хорошо: Хозяин сказал ей, где взять в шкафу пузырьки с Мёртвой Водой, и она этой водой как следует обтёрлась, поэтому лицо и тонкая кожа сохраняли лоск. А вот внутреннее самочувствие было попросту поганым. Всё болело и ныло, и не отпускало ощущение разбитости и слабости.

Прынцесса захотела вернуться в комнату, которую предоставил ей Скучный и Чопорный Король, да только не смогла её найти. Ведь не запомнила, которая комната её. А спрашивать постеснялась. Поэтому полдня она шаталась по парку и по площади, и заблудилась в Безымянном Королевстве.

Не ясно, чем бы кончилось дело, но на небе несколько раз появился Орёл Страшная Птица. Когда момент выдался подходящим, он резко спикировал, пронёсся у самой земли и бросил записку у ног Прынцессы.

Та подняла её, развернула и принялась читать:

«Дорогая Прынцесса! Пишут тебе твои друзья – Клариса, Василиса, Скоропея, и да, Орёл. Ты его называешь Страшной Птицей. Пожалуйста, возвращайся к нам. За пределами Свалочного Замка очень опасно. Не пытайся спасти Галчонка одна, мы сделаем это вместе, но сначала ты к нам приди! Орёл будет тебя сопровождать. Слушайся его.»

Прынцесса свернула записку, чувствуя, как тревожно от чего-то забилось сердце. Хотя она была зла на подруг, и обижена до предела, но почему-то записка её тронула. Она посмотрела ввысь, где парил Орёл. И как его слушаться? Он не разговаривает, только клекочет. Да и сейчас он быстро исчез где-то в вышине и больше не показывался.

Присев на стул возле стола, Прынцесса задумалась. С одной стороны, она уже заблудилась в этом Безымянном Королевстве настолько, что теперь не понятно, где она будет ночевать следующей ночью. С другой, сама мысль о том, чтобы снова идти по ужасной Свалке, по палящей жаре, да ещё и после того, как выбросила зонтик и одеяло… И ночевать две ночи в холоде… Да и вообще, она шла к своему Отцу, к своему Прынцу. Но пришла совсем в другое место. В общем, Скучный и Чопорный Король предложил остаться, и Прынцесса думала, что воспользуется этим предложением. В конце концов, Скучный и Чопорный Король обещал ей, что приютит. А Отцу направит особого голубя. Если сейчас уйти, то Отец сюда приедет, а своей дочери тут не найдёт. Нехорошо получится…

С этой мыслью Прынцесса решила, что если Орёл ещё раз спустится, она потребует от него, чтобы помог выйти ко Дворцу и найти ту самую комнату, где она ночевала. Но Орёл не спешил спускаться. Кажется, он вообще улетел и его в небе больше не было.

Она бесцельно слонялась по площади уже подумывая, как будет ночевать на улице, как к ней подошёл Скучный и Чопорный Король в сопровождении небольшой группы свиты.

- Мои подданные видели в небе твоего орла, - доложил он, - Ты можешь его призвать? Он не должен летать тут без присмотра. Это очень большая и опасная птица, я не могу позволять ей летать над людными местами моего Безымянного Королевства. Похоже, ты не управляешь своей птицей. Её нахождение тут опасно.

- Но если я его попрошу вести себя хорошо, - взмолилась Прынцесса.

- Я тебе уже говорил, что его нужно посадить на специальный насест, привязать лапы, а на голову надеть клобук, тогда будет по всем правилам. А так, он может напасть на кого-нибудь. Он у тебя такой огромный, что может утащить чьего-нибудь питомца или даже ребёнка! Если это будет какое-нибудь дорогое животное или ребёнок кого-нибудь из знатных особ, то не избежать скандала, а то и войны! Но даже питомцы и дети простолюдинов страдать не должны! Усмири своего питомца, или мне придётся его застрелить.

- Но я не могу, он улетел, - взмолилась Прынцесса, - А нельзя не убивать? Нельзя просто поймать и посадить в клетку?

- Как? – осведомился Скучный и Чопореный Король, - Здесь город, я не могу расставлять тут ловушки, особенно на таких больших и опасных птиц. Откуда у тебя он только, ты его не контролируешь…

- Вообще-то, он не мой, - беспомощно доложила Прынцесса, - Просто, когда я шла, он надо мной начал летать и приносить мне еду и воду.

- Так может, это вообще птица-шпион! – сделал вывод Скучный и Чопорный Король, - Ты должна была сказать мне сразу, что он не твой. Это значит, что он вдвойне опасен, ведь не ясно чей он, и зачем за тобой следит, а теперь ещё и за нами. Возвращайся в свою комнату, скоро ночь.

Прынцесса почувствовала окончательную беспомощность. Признаться, что она заблудилась и не помнит дороги, она не решалась. А оставаться на ночь на улице ей жуть как не хотелось, воспоминания холодных ночей на Свалке были ещё свежи и от них хотелось выть. Но тогда её согревал Орёл, а теперь… Теперь он улетел, но если решит вернуться, то в него сразу будут стрелять!

- А нет ли у Вас тут библиотеки, - нашлась Прынцесса, - Я хочу почитать чего-нибудь на ночь…

- Мой слуга проводит тебя, - он кивнул одному из своих сопровождающих.

Тот отделился от общей группы и приблизился к Прынцессе. А все остальные ушли вместе со Скучным и Чопорным Королём, который словно куда-то опаздывал.

- Я провожу Вас куда захотите проследовать, - заверил Прынцессу оставшийся придворный Скучного и Чопорного Короля, - Если не ошибаюсь, в библиотеку?

* * *

- Чего изволите почитать? – осведомился Библиотекарь.

Прынцесса уже зевала, ей хотелось спать, но она всё же сказала:

- Мне чего-нибудь Зе Бест.

- Зе Бест? – с удивлением переспросил сопровождающий Прынцессу придворный.

- А что такого? – захлопала глазами Прынцесса, - Зе Бест – это лучшее! Я читаю только лучшее… А что, разве я поступаю неправильно? Разве не нужно читать что-то лучшее?

- Подождите меня в читальном зале, Ваше Королевское Высочество ненашего Безымянного Королевства, - велел придворный, - Я позову своего Безымянного Короля. Он должен это обсудить.

- А книжку… - крикнула вдогонку спешно удаляющемуся придворному Прынцесса.

- А у нас Зе Бест под запретом, - развёл руками Библиотекарь, - Я бы выдал Вам, Ваше Королевское Высочество ненашего Безымянного Королевства, но не отважусь этого делать без дозволения моего Безымянного Короля.

- Вот потому он такой Скучный и Чопорный, - буркнула Прынцесса, - Что самое лучшее в его Безымянном Королевстве под запретом. А вот мой Прынц – он не такой! Я уверена, он тоже читает всё самое лучшее, и в этом мы как никто другой понимаем друг друга! – она вздохнула: - Он влюбился в мой портрет… - она встрепенулась и уставилась на Библиотекаря: - Кстати! Почему он назвал меня Ваше Королевское Высочество? Так называют Прынцесс, а я уже целая Королева! Он должен был обратиться ко мне как Ваше Величество!

- Придворный сейчас приведёт моего Безымянного Короля, - вежливо ответил Библиотекарь, - И у Вас будет прекрасная возможность задать этот вопрос ему лично, а я, боюсь, не уполномочен отвечать на подобные вопросы… Ваше Величество, Безымянная Королева… Надеюсь…

Прынцесса ещё некоторое время сидела за читальным столиком, скребла по столешнице своим точёным пальчиком и откровенно скучала. А потом пришёл Скучный и Чопорный Король:

- Ваше Королевское Высочество…

- Я уже не Прынцесса, - заявила Прынцесса, - Я – Королева! Мой отец выдал меня заочно за Прынца, так что я теперь Ваше Величество Безымянная Королева!

- Как скажете, Ваше Величество, - сдал под таким напором Скучный и Чопорный Король, - Мой Безымянный Придворный доложил мне, что Вы интересовались Зе Бестом?

- Ну да, - кивнула Прынцесса, - А что в этом такое? Зе Бест – это значит, лучшее…

- Нет, это значит Золотой Единственныйвич Бест! – твёрдо заявил Скучный и Чопорный Король, - В моём Безымянном Королевстве его книги запрещены. Конечно, в моей Безымянной Библиотеке есть всё и это тоже, но эти книги выдаются только по особому разрешению и особо уполномоченным людям. Вы, как государственное лицо, можете запросить эту книгу, но для этого придётся заполнить специальный бланк, указать причину и получить подписи от десятерых уполномоченных лиц, а потом заверить печатью в нашей Королевской Канцелярии, и всё это должно быть обязательно в трёх экземплярах. Просто выдать Вам хотя бы одну книгу Золотого Единственныйвича Беста на почитать я не могу.

- Ну тогда… - вздохнула Прынцесса, - Тогда… Тогда я вынуждена буду Вас покинуть.

- В смысле? – озадачился Скучный и Чопорный Король.

- Тогда я не хочу больше оставаться в Вашем Безымянном Королевстве, я хочу уйти! Вот прямо сейчас.

- Но куда же Вы пойдёте… Одна?

- Во-первых, не одна, - заявила Прынцесса, - Как только я выйду из этого Безымянного Королевства, мой ловчий Орёл прилетит ко мне и будет меня сопровождать с воздуха. Он очень большой и сильный, и отводит от меня всякие неприятности. Во-вторых, тут недалеко есть резиденция, где у меня назначена встреча моему суженому, вот туда я и отправлюсь, причём, незамедлительно. Это мой Королевский долг.

- Как знаете, Ваше Величество, - сказал Скучный и Чопорный Король, - Вас проводить к выходу из нашего Безымянного Королевства?

- Будьте добры, если можно, - сказала Прынцесса, - И ещё… Не посылайте моему Отцу уведомление, что я тут, ведь я же уйду. Но можете сообщить ему, что я в соседней резиденции, там, где мне положено ждать моего Прынца…

- Хорошо, я исполню, - кивнул Скучный и Чопорный Король, а потом он кивнул одному из своих сопровождающих.

Тот отделился от свиты и подошёл к Прынцессе:

- Позвольте Вас проводить, Ваше Высочество.

Прынцсса долго шла в сопровождении придворного до пропускного пункта, там её снова сверили по фейс-контролю, после чего она вышла за пределы Безымянного Королевства на переходную зону между Безымянным Королевством и Свалкой.

С неба тут же спустился Орёл, садиться он не стал, лишь летал кругами и клекотал. Прынцесса не понимала, куда именно нужно идти. Орёл сел на кочку и указал крылом. Прынцесса с ужасом подумала о том, что надвигается вечер, и скоро станет холодно, но делать было нечего. Она уже отказалась от гостеприимства здешнего Безымянного Королевства. И поэтому она просто пошла по кривым петляющим тропинкам. Всякий раз как в поле зрения показывались огромные воздушные шарики в виде животных, она меняла направление так, чтобы эти шарики были не видны. И в этот момент верила, что так она возвращается туда, откуда пришла.

А в голову лезли мысли, что будет, когда она зайдёт за горизонт, откуда шариков должно быть не видно. И музыки не слышно. Хотя музыка уже больше не играла, Свадьбу отметили ещё вчера, а теперь торжества уже закончились.

- Орёл, - спросила Прынцесса на одной из кочек, куда присела отдохнуть, - А вот все предметы, от которых удаляешься, перестают быть видны почему? Потому, что они становятся маленькими-маленькими, как всё-всё, что находится далеко? Или потому, что они опускаются за Край Земли, подобно тому, как туда уходит Солнце каждый божий вечер? О… А ведь скоро оно туда уйдёт…

Прынцесса завороженно уставилась на огромный рубиновый солнечный диск, который уже снизился и практически касался своим краем того самого Края Земли.

Орёл протяжно что-то проклекотал, потом улетел. И Прынцесса загрустила. А потом расстроилась. И уже собралась было обижаться, но Орёл как раз в это время вернулся, он тащил в лапах одеяло. Снизившись, Орёл сделал вираж и заботливо накинул одеяло на Прынцссины плечи.

Хотя от одеяла пахло свалкой и мусором, Прынцесса закуталась в него, и почувствовала тепло. Не только в теле, но и на душе. Ведь это безмерно приятно, когда о тебе кто-то заботится.

- И всё-таки, не зря я отказала этому жениху, - принялась рассуждать Прынцесса, - Когда он был ещё женихом… Он такой Скучный, такой Чопорный, и ещё и Зе Беста не читает… А вот мой Прынц точно его читает. Представляешь, Орёл, он озвучивал мне такие же точно стихи, как в одной из моих любимых книжек Зе Бест. А ещё он пел мне серенады… Прямо как Прынцы из этих книжек! И цветы дарил… - она смотрела на алеющую полоску неба над самым-самым Краем Земли, - А ещё, он влюбился в мой потрет…

Глава 84. Любовь зла…

Хламовщик лежал в своём погребе на своей кровати, держал перед собой листок с изображением Прынцессы и вздыхал:

- Ах, Прынцесса… Теперь я понимаю, что значит – влюбился в твоя портрет… Он так хорош… Ведь ничего прекрасней нет, и я влюбился в твой портрет… - он встал со своей койки, достал из-под матраса несколько чистых листов, положил их на железный стол, на котором работала включённая свечка, разгладил, вытащил автоматическую шариковую ручку, подобранную на Свалке, и принялся рифмовать на бумаге, так и эдак. Потом схватил лист, смял его и бросил прямо на пол. После чего лёг на койку и принялся ворочаться не в силах уснуть:

- Почему, почему ты обещана другому… Я так… Я так… Я так нуждаюсь в женитьбе! Особенно на той, которая может за всё всем платить, даже пусть и потом. У меня больше нет дара… Да что там, мой отец в меня не верил никогда. Зато ему внуков подавай. А ты… Вот если бы я на тебе мог жениться, и у тебя реально было бы много-много денег, мой отец бы от меня отвял. Он бы признал, что я реально крут, раз смог добиться такой богатой женщины, и больше бы не смел бы говорить мне, что я – неудачник. И никто не смел бы… Но я… Не достоин даже тебя… Уже несколько дней к ряду мы тут живём под одной крышей… Но ты… Ты первая женщина, которая со мной так долго и так близко… И я не могу тебя полюбить… Не могу, не могу, не могу… - он сжался в комок и заплакал, - Ты другому обещана… Ты другому верна… А я один… У меня никого нет… И не будет… Никогда… С такими шрамами… Они не выводятся… Я не могу взять лепесток и попросить, чтобы они отвалились, как больная лапа у Собаки… Я должен что-то пожелать, что мне прикажут, что я сам не знаю! То, Не знаю Что…

- Хламовщик! Обалдуй! – послышался из-за двери скрипучий голос Старушенции, - Вот разреши козлу в огороде капусту рвать!

- Что не так! – недовольно буркнул Хламовщик, нарочито злобно, чтобы не были слышны плаксивые нотки в голосе, - Я же настроил тебе Блюдечко… Про эту твою Донну Хуаниту как её там…

- Матильду-Донью-Хуаниту-Синдиреллу-Аделаиду-Гертруду-Изабеллу-Генриетту! – важно поправил скрипучий голос за дверью.

- Зачем ты пришла! – продолжал Хламовщик, плаксивые нотки было скрывать сложнее, голос вышел обиженным.

- Я тебесь разрешила только один ключ взять, а ты чаво натворил? – возмущалась с той стороны Старушенция.

- Все ключи были на одной связке! Я решил не разделять.

- Так и нафига разделять, - скрипела Старушенция, - Ты обязан был на место положить! Без разницы, отделял ты ключ, не отделял, взял, попользовался, так и верни! Не положил на комоде, где я найду?

- Ты сказала: «под коврик» - буркнул Хламовщик, вспоминая, что идея оставлять ключи снова под ковриком, в таком ненадёжном месте, казалась ему самой что ни на есть дурацкой. Сразу во всех отношениях. И потому, что далеко и неудобно, и потому, что кто угодно эти ключи может найти случайно, а главное, уже все кто не надо про это место знают.

- Так там тоже нетути! – сокрушалась Старушенция, - Кудысь заныкал, говорю?

- Не знаю, их украли, наверное, - равнодушно бросил Хламовщик.

А сам подумал, что это как раз логичное развитие событий, если ключи хранить под ковриком. Может, он и приврал немного, но, если Старушенция поверит, может быть, это наконец заставит её задуматься! Да и вообще. Он честно собирался сделать что было велено. Хоть и был внутренне несогласен с данными указаниями, но перечить было не в его духе. Так что собирался выполнить. Но не собрался. Один ключ, самый главный, наверное, по мнению Старушенции, Хламовщик выкинул в Волшебное Озеро. И теперь не хотел в этом признаваться. А все остальные ключи он бы положил туда, куда приказали. Но потом. И с неохотой. Просто пока ещё не успел. Но ведь сделает же! Обязательно. Когда соберётся.

- Заставил бабулю в такую даль по подземному ходу переться! – заскрипела Старушенция за дверью, - А теперь ещё и вовназад! А у меня в свечке батарейка уже кончается!

- Ба… - нехотя бросил Хламовщик, - Я сейчас посмотрю, может, у меня копия ключа есть…

Он засуетился, наскоро обдумывая в голове, как бы незаметно снять нужный ключ со связки, и как обставить всё так, будто это совершенно случайная запасная копия.

- Да не ищи, ирод! – скрипела Старушенция, - Энта дверь токово изнутри отпирается! В смысле, с той стороны, где я сейчас стою! А ты со своей стороны там не отопрёшь, там ключ совать некуда!

Хламовщик оживился, понимая, что кажется, ситуация не так плоха, как ему показалось на первый взгляд. Но всё-таки мысль, что Старушенция таскается по этому коридору со своими больными суставами, давила на совесть и причиняла психологический дискомфорт.

Была, правда, и другая мысль – Хламовщику не нравилось, что у Старушенции есть ход в его комнату, и она может в любое время влезть в его погреб в любой момент без предупреждения заранее и даже без стука. И наверное, надо было порадоваться, что сейчас у Старушенции это не получилось. Ведь это его личное место! Его интимное пространство. Ключ, может, потом и придётся вернуть. Но сейчас, Старушенция совершенно тщетно припёрлась по длинному ходу, и столько же ей предстоит переться обратно, может, всё это, наконец, отвадит её сюда ходить?

Но совесть мешала радоваться этому факту. Хламовщик слез с койки, приподнял матрас и посмотрел на связку ключей. Который из них – тот, он даже не представлял. И, подумав об этом, аккуратно отпустил край матраса обратно.

За дверью послышались удаляющиеся шаги – Старушенция явно поковыляла обратно. А Хламовщик подумал о том, что надо будет разобраться, который из ключей – от той самой двери. На всякий случай. Если эту самую дверь придётся отпирать. Тогда ключ можно будет просунуть снизу. Или сверху. Или, может, в двери есть щель… Хотя, нету. Иначе бы он видел на фоне двери свет упомянутого фонарика.

И на душе стало спокойнее. Значит, он никак и ничем не мог помочь, и корить себя за не положенные под коврик ключи не стоило.

- Ба! – позвал Хламовщик, не особо рассчитывая, на ответ, но он последовал:

- Чавось тебе? – слышался откуда-то уже порядком издалека.

- Если ты не нашла на комоде свои ключи, - он задумался: и всё-таки странная у Старушенции логика, велела ключи под коврик спрятать, а сама на комоде ищет: - то зачем тогда сюда без них попёрлась, ведь знаешь же, что упрёшься в тупик…

- Так затем и попёрлась, что сразу не заметила, что я их не взяла! – недовольно проскрипела из глубины своего потайного хода Старушенция.

А Хламовщик снова задумался. Если она была уверена, что ключи в кармане, а она, определённо, уверена в этом была, раз направилась в ход, то значит, она не стала смотреть ни на комоде, ни, тем более, под ковриком, ведь для этого нужно сделать огромный крюк, вылезти из Свалочного Замка, пройти через весь двор и отмотать ворота. Коврик лежит там. Не проверила она, раз думала, что ключи в кармане. Откуда же тогда она знает, что ключей ни там, ни сям нету?

Хламовщик всерьёз озадачился этой мыслью, потому что именно ответ на этот вопрос мог помочь ему объясняться, почему ключи на место не вернул. А потом он плюнул, снова вытащил портрет Прынцессы, вместе с которым лежало ещё несколько листочков. В общем, все остальные листочки Хламовщик уже порвал всей стопкой на четыре части, собирался кидать в сточный колодец в своём погребе. И кинул бы, если бы колодец не был заколочен деревянным щитом, усиленным стальными петлями и металлическими стяжками. Выламывать эту конструкцию ради того, чтобы бросить стопку бумаг, Хламовщик не стал.

Подумал о том, что выбросит всё это куда-нибудь в другое место. А заодно туда же выбросит ключ от двери на самом верху самой высокой башни.

А потом его порыв охладило осознание, что все эти листочки написала сама Прынцесса. Своей собственной рукой. И только поэтому их следует оставить. А вот ключ… Ключ ковала явно не она.

Ключ Хламовщик попытался просунуть в щёлочки под щитом и между досками в нём самом, да он не прошёл. И поэтому ещё ночью Хламовщик не поленился встать, сходить до Волшебного Озера и вышвырнуть Ключ туда.

А потом он вернулся, и любовался полночи на портрет. И кажется, так и не сомкнул глаз.

Отложив порванные листочки туда, где они лежали, Хламовщик опустил на них матрас, улёгся сверху, а портрет Прынцессы взял поудобнее и снова стал на него смотреть:

- Я готов влюбится в твой портрет, Прынцесса… - сказал он, - Если это причинит тебе радость, то я так и сделаю… Я знаю, ты этого хотела… А ещё… Да, как только завтра Солнце всплывёт из-за Края Земли, я пойду на улицу и продолжу тебя спасать… А потом влюблюсь в тебя. Вместо этого твоего Прынца, который тебя не узнал…

И тут из сточного колодца медленно поднялся уже знакомый Хламовщику, невесомый и полупрозрачный ангел. Он прошёл прямо через крышку, закрывающую сточный колодец и остановился над ней, будто голограмма над проектором межгалактического переговорного устройства:

- Хламовщик, ну что за мысли!

- А чего такого? – буркнул Хламовщик, - Этот самый Прынц свою Прынцессу совершенно не любит! Он её не узнал!

- Так ведь и ты же не узнал, - укоризненно молвил ангел космически-прекрасным и печальным голосом, - Во-первых, ты вообще не различаешь девушек между собой… И даже уверен, что они все друг на дружку похожи…

- Но я не виноват! – зажалнил Хламовщик, - У меня вообще плохая память на лица… Вот и не различаю! И вообще, мне казалось, что все женщины одинаково красивые… Но это потому, что я тогда ещё никого себе не выбрал и не полюбил! Так что это был не грех и не преступление!

- Но ты не узнал её, когда она преобразилась и похорошела, - укорил Ангел.

- Ну да, было дело, - сдался Хламовщик, - Но я же не специально её не узнал! Я просто не узнал. Без злого умысла. А этот её Прынц… Он просто пытался от неё избавиться! Всё то, как он себя вёл – это попытка избавиться от Прынцессы! Он чтобы от неё избавиться, хотел выдать её замуж за меня! Чтобы только самому на ней не жениться. Сначала мне эта идея не нравилась, но сейчас я подумал и решил, что вообще-то я не против… Нет, ну а какие у меня перспективы? У меня не получились нормальные шрамы на лице.

- Зачем ты их вообще нарисовал, - укорил Ангел.

- Потому что Вертолох обещал распространять про меня сплетни! – заявил Хламовщик, - Я решил, что нарисую себе шрамы, чтобы меня перестали узнавать. Не, ну а чо, я бы сам не узнал человека, если он вчера был без шрамов, а сегодня уже со шрамами.

- Ну ты бы не узнал… - укорил Ангел.

- Ну да, я не учёл, что другие узнают, - голос Хламовщика стал обиженным, - Ну почему… Почему другие видят и замечают то, чего я словно не вижу…

- Так бывает, Хламовщик, - печально молвил Ангел, - А по поводу шрамов… Вертолох, может, и рассказывал всем про тебя гадости, но в городе же почти никто не знал, как ты выглядишь, и что тот самый Хламовщик из россказней Вертолоха – это ты.

- В городе – да, - кивнул Хламовщик, - Но вот в Клубе Анонимных Киборгов, сокращённо КАК, там-то знали!

- Но там бы тебя и со шрамами узнали, - молвил Ангел, - Там ведь тебя знают хорошо. А тех, кого хорошо знают, узнают и со шрамами, и в новом костюме.

- Именно! – оживился Хламовщик, - Вот я и говорю! - Её Прынц знает её дольше меня. Он прекрасно знает кто она, просто он делает вид, что не узнаёт, и не знаком. И не знает. Я-то когда Прынцессу не узнал – я не притворялся. Я просто не узнал. На самом деле. Нет, ну а как я её мог узнать, она оделась в новое платье, надушилась, сделала новую причёску, и ещё это… Косметику на лице. Грим называется. Разве не для того применяют грим, чтобы поменять свою внешность? А раз внешность уже другая, разве это не нормально, если тебя не узнают? Ну да, в театрах его применяют для ролей, но не для того ли, чтобы сыграть самых разных персонажей, которыми не являются, и чтобы при этом не узнавали? Не, ну сам посуди, но не будешь же со своей натуральной рожей играть какого-нибудь злодея…

- Хламовщик, что за слова такие – рожей…

- Не, ну а чо… У нас все в школе в начальных классах так говорили…

- В начальных… - укоризненно молвил Ангел.

- И ещё, - продолжал Хламовщик, - У меня только шрамы, и только на половине лица, вторая-то половина осталась такая же. А Прынцесса преобразилась вся! И всё лицо накосметила… Как там это его… Пудрой, да румянами, да чем там ещё… А может она вообще там превратилась, ведь не ясно что там у Хозяина в комнате, вдруг волшебства какие преображающие… Но если бы я её узнал тогда сразу, я не стал бы делать вид, что не узнаю… - он задумался, - Ну если только в шутку… В шутку ведь можно? И уж точно бы я без неё на Байке-Пипелаце не улетел бы, если бы она просила её подождать и не бросать. А она просила. А Прынц её бросил. И много обидного сказал. Он её точно не любит. А я люблю.

- Всё бы хорошо, Хламовщик, - укорил Ангел, - Да, есть определённое различие. Прынц не узнал Прынцессу… Демонстративно… Когда она поистрепалась вся и потеряла товарный вид. А вот ты… Ты её не узнал, когда она похорошела и стала краше. Вроде бы разница есть.

- Ну да, - кивнул Хламовщик, чувствуя, что Ангел клонит к какому-то подвоху.

- Но общего между тобой и тем Прынцем одно – вам обоим эта женщина нужна, мила и люба именно когда она бодра, жизнерадостна и красива, но ни один из вас не согласен быть с ней рядом, когда она в беде, когда ей плохо!

- А вот неправда! – ревностно заявил Хламовщик, - Между прочим, я именно такую её на улице и подобрал и привёл сюда. Ободранную, обиженную, зарёванную, даже в обморочном состоянии, практически неживую. Я её именно такую подобрал! Притом, что Прынц её именно такую бросил. Разве это не существенно? Разве я за это не достоин просить её руки и сердца? Ведь я же её, фактически, спас! Нет, я не просто её подобрал бесхозную, а ты вообще не знаешь, что было… Кипела драка до самых небес…

- Не надо, избавь меня от этих подробностей, - перебил его Ангел, - Драка, может, и была. Но ты её масштабы сильно преувеличиваешь. А ещё… Разве ты её подобрал не потому, что думал, что она исполняет желания?

Хламовщик задумался, а потом виновато молвил:

- Ну, может, чего и было. Но ведь потом же выяснилось, что это не так, но я же её всё равно не выгонял! Ну да, было дело, она просила меня отвезти её к отцу, я взялся. Не моя вина, что мы тогда не доехали, но я же не бросил её просто посреди улицы, я опять привёз её домой, потому что пойти ей было некуда. А потом… Потом я узнал, что Чудовище наверху жаждет её заиметь, и я же не хотел отдавать… Мало того, что просто не хотел, я перешёл к решительным действиям, чтобы она тому монстру не досталась! Я всё делаю, чтобы этого не произошло, чтобы не позволить злодею сгубить эту дуру… Несмотря на то, что она мне даже не нравится, и я на неё даже не претендую… Ну в смысле, тогда не претендовал. А теперь подумал и решил, что я, кажется, уже влюбился, и теперь имею полное право просить руки и сердца… Тем более, что Прынц сам, кажется, хотел мне её спихнуть, потому что ему она не нравится.

- Подумай, Хламовщик, может быть, этот Прынц интригу какую заплёл, и не против неё, а против тебя… А её только использует…

- А мне всё равно! – заявил Хламовщик, - Я тем более должен её спасти!

- Одобряю, - кивнул Ангел, - Хороший настрой. Только будь осторожен, Хламовщик! Не даром я тебя об интриге предупреждаю. Всяко может быть.

- А ты не можешь разведать… - озадачился Хламовщик.

- Я, кажется, именно этим и занимаюсь, - сказал Ангел, - Так что, извини, Хламовщик, поговорил бы с тобой ещё, но мне надо лететь… Да и к тому же, вряд ли я сейчас могу сообщить тебе ещё чего полезного, - с этими словами Ангел невесомо прошёл через потолок, вероятно, устремляясь к небесам.

А Хламовщик остался один, ещё раз внимательно посмотрел на портрет Прынцессы и сказал:

- Верь мне! Я уже всё придумал. Осталось только воплотить, - он убрал листок под матрас и сам у себя спросил: - И чего я в ней только нашёл… Ни лица, ни, тем более, арбузов… И дура-дурой… Может быть она хотя бы умеет хорошо смотреть, как я уровни на игровом Блюдечке плохожу? В смысле, прохожу… Хотя, я прохожу их так плохо, что да, плохожу… Но если бы она смотрела… Я бы проходил их лучше. И ещё, может быть, она будет смотреть как я мусор ремонтирывываю… А то, когда никто не смотрит, как ты работаешь, то и скучно, и грустно… - он ещё раз тяжело вздохнул, - Жаль, что Прынцесса не сможет посмотреть, как я надуваю своего Дракона…

Он натянул на себя одеяло, отвернулся к стенке и попытался уснуть. Но на душе было тревожно и сон никак почему-то не шёл, в голове роились разные мысли. То о Прынцессе, то о невозможности быть с ней вместе. И тогда Хламовщик начинал думать о том, как доказать Прынцессе, что её этот Прынц её на самом деле не любит, и что она не должна быть с ним вместе. Но в голову ничего не приходило, Хламовщик совершенно не представлял, как и чего он может доказать. Что нужно сделать, чтобы доказать подобное. И когда он себя ловил на этом самом незнании и непонимании плана дальнейших действий, начинал думать о том, что завтра рано вставать и заниматься реализацией плана по спасению Прынцессы.

Глава 85. Заманчивое предложение

Утром, пока Прынцесса ещё спала, укутавшись одеялом, Орёл взобрался на ближайшую кочку, потянулся сначала одним крылом и одной лапой, потом другим крылом и другой лапой, потом поднял сложенные крылья вверх и расправил хвост, а после взмыл в воздух и осмотрел окрестности на предмет возможной опасности, и не увидев ничего подозрительного, кроме пары околевших ворон, полетел искать брошенное в другом месте полотенце, а потом добывать для Прынцессы пирожок и бутыль с водой. Когда он всё принёс и положил у изголовья неудобного Прынцессиного ложа, то решил сначала слетать в Свалочный Замок, а уже потом ещё раз осмотреть окрестности вокруг Прынцессы, и если будет безопасно – то поискать еду и для себя. Хотя, околевшие вороны выглядели как дармовая закуска, Орёл рассудил, что лучше их не есть. Мало ли, от чего они померли, а к тому же, не ясно, когда именно это произошло, вдруг уже в пищу не пригодны. А он, всё-таки, не падальщик…

Но пока Орёл летел в Свалочный Замок, то насчитал ещё десять штук таких ворон, и все они, как ни странно, лежали по пути, и даже выстраивались в одну линию. В тени Свалочного Замка Хламовщик рыл яму, одна ворона лежала неподалёку от этой ямы. Хламовщик не мог её не заметить, значит, заметил и, вероятно, собирался её хоронить. Ещё одна ворона лежала уже на крыше, над которой следовало пролететь, чтобы попасть во внутренний двор. Орёл приземлился, брезгливо подцепил эту ворону клювом за край крыла и сбросил вниз: пускай Хламовщик похоронит заодно и её.

Услышав звук падения, Хламовщик обернулся, подошёл, посмотрел на упавшую тушку мёртвой птицы, а потом поднял голову вверх и увидел Орла.

- Ах ты убийца! – заорал Хламовщик сердито, потом кинулся к своей телеге, выхватил из неё ружьё.

Да прицелиться не успел.

Орёл отошёл от края крыши, чтобы снизу в него было не попасть. Он пешком прошествовал до другого края крыши, с которого открывался вид на внутренний двор и так и обомлел, заглянув туда: на перекладине с фонарём, который всегда освещал пространство возле одного из тёмных выходов, сидел филин Гуам, и одной лапой подбрасывал мёртвую ворону, потом играючи её ловил.

- Привет, величественный хищник! – с насмешкой молвил Гуам, - Я знал, что это сработает! Хочешь у тебя каждый день будет не одна, а тысяча таких ворон? – он нарочно выставил её в лапе перед собой.

А Орёл сообразил, что Гуам же его не узнаёт! Может, этим нужно воспользоваться.

- Не удивляйся, что тут ты понимаешь меня, может быть лучше, чем где бы то ни было, - продолжил Гуам, - Это место – волшебное. Здесь все звери и птицы понимают друг друга и могут разговаривать с людьми. Но такое место здесь одно. Ну что ты молчишь, величественный хищник, спустись пониже, у меня к тебе есть выгодное предложение!

Орёл догадывался, что принимать предложение не стоит, но решил, что для начала интересно было бы выслушать это самое предложение. Чтобы выведать, что у этого Гуама на уме. Ведь это может быть не только интересно, но ещё и важно. Ведь помнится, Гуам подрядился найти Прынцессу и рассказать Лебеди и её Хахалю о том, где она. Тогда в объявлении было написано, что ищут пропавшую родственницу. Но что на самом деле там какая-то интрига, и большие деньги фигурируют, и прибыль какая-то. И что Прынц саму Прынцессу не любит, Орёл уже убедился, ещё когда был Попугаем.

- Что за предложение? – осведомился Орёл, спустился на один этаж и сел на подоконник одного из выбитых окон.

- Я знаю людей, у которых есть много свежего мяса! Я отведу тебя туда…

- Ты предлагаешь мне воровать? – осведомился Орёл, - Я не согласен. Меня тут только что чуть не застрелили за этих ворон, которыми ты мне указывал дорогу. Хотя вороны ничьи, и они бесплатные. А если я буду воровать у людей их мясо, они ещё больше прогневаются… Я не полечу за тобой.

Сказав это, Орёл важно напушился, чувствуя глубокое внутреннее удовлетворение. Как же сладостно было ощущать, что теперь можно не боясь и не опасаясь говорить этому филину своё твёрдое «нет» прямо в его наглое хитропопое лицо!

- Ты не дослушал меня, мой величественный друг! – заявил Гуам.

Орёл хотел было заявить, что никакой он ему не друг, но решил всё-таки сыграть дурачка и послушать, чего Гуам на этот раз скажет.

- Да, я понимаю, ты сейчас скажешь, что никакие мы не друзья, что Дневные Крылатые Охотники извечные враги Ночным Крылатым Охотникам… Но, когда птицы разных видов обретают возможность разговаривать, они могут стать настоящими друзьями! У нас не так уж много разного. И ты и я – мы оба хищники, и прекрасно знаем, как сложно найти мясо, и как много ненависти со стороны истинных, и особенно лживых травоядных в нашу сторону!

Орёл раскрыл клюв, изображая внимание, и доверчиво посмотрел Филину в его клюв, хотя было и далеко, но орлиное зрение позволяло смотреть оратору в рот даже с почтительного расстояния.

- Лживые травоядные, это, конечно же, люди! Они сами едят мясо, но сочиняют при этом лицемерные сказочки про то, какой плохой котик, который съел мышку, или волчок, который съел зайку. А сами берут ружьишко и на охоту за уточками, да за тетеревчиками, да за теми же зайками… Да ещё и орлов и соколов с собой берут, чтобы те помогали. А потом про них же, про помощников своих, пишут сказки о том, что они – кровожадные убийцы! Но вот я чего тебе скажу, птица! Если ты хочешь, чтобы люди сами тебе давали мясо, предложи им что-нибудь, чего они сами не могут, а тебе самому это вообще ни разу не трудно. Но для этого тебе нужно что?

Орёл нарочно хлопнул третьми веками, изображая, что он весь такой во внимании…

- Спроси! – заискивающе предложил Гуам.

- А чего спросить? – прикинулся лохом Орёл, хотя прекрасно знал, что в такие моменты коварные злодеи делают артистичную паузу и ждут, когда им зададут вопросы, на которые они отчаянно намекают.

- Спроси: «что»… - артистично молвил Гуам.

- Чего спросить? – изобразил ещё большего идиота Орёл.

Он нарочно решил выглядеть глупее, чем был на самом деле, чтобы выбесить Гуама. И это сработало:

- Просто скажи слово: «что», - перешёл на раздражение Гуам.

А Орёл спохватился, что если покажется Гуаму слишком большим идиотом, то не столько выбесит, сколько напугает его, и тогда Гуам перестанет излагать тут свои планы и палить с ними свои намеренья, а просто улетит, решив не связываться с такой неуправляемой птицей.

- Что? – заискивающе и доверчиво осведомился Орёл и склонил голову на бок, изображая внимание.

- Тадам! – театрально выдал Гуам, широко распахнув свои роскошные, рябые крылья: - Тебе нужна возможность разговаривать с людьми! И я знаю, как её получить. Тебе для этого нужно что?

- Что… - решил не затягивать Орёл.

- Переводчик! Говорящая Птица…

Орёл чуть не подпрыгнул, а потом спохватился и вздрогнул. Говорящая птица ему действительно была нужна. Но не для глупых махинаций, в которые его собирались сейчас втянуть, а для другого.

- Есть такие говорящие птицы, - принялся заискивающе вещать Гуам, - Которые могут переводить с нашего на человечий, а с человечьего на наш! У меня была такая птица, но её потом съели… Даже если это сделал ты, мой новый друг, я тебе это прощу, если только ты поможешь мне добыть новую Говорящую Птицу! С ней мы сможем обращаться к людям и предлагать им свои услуги! Людям часто нужны наши услуги! Они не умеют летать!

Орёл открыл было клюв, чтобы сказать, что люди освоили воздухоплаванье на воздушных шарах, но вовремя спохватился. Во-первых, воздушные шары есть не у всех, это редкость, и ими трудно управлять. И Орёл всё-таки сказал, но другое:

- Ты хочешь предложить мне, чтобы я предложил людям катать их на своей спине? Но я не думаю, что у меня хватит сил поднять человека. Разве что совсем маленького ребёнка… И не на спине, а в когтях… Со спины он просто опрокинется, да и… Я не представляю как летать, если у тебя на спине кто-то сидит… И давит сверху. Мои плечи для этого не приспособлены.

- Ты бы сначала дослушал, а потом бы уже вопросы задавал! – снисходительно-презрительно выдал Гуам, - Людям можно предложить другое! Полетать, посмотреть, где чего творится и происходит, а потом прилететь и доложить обстановку.

- И что, людям действительно может быть такое надо? – изображал дурачка Орёл, усиленно делая вид, что не в курсе той истории, когда Гуам его ещё в лице Попугая завербовал докладывать о перемещениях Прынцессы.

- Ещё как надо! – принялся рассказывать Гуам, - А иногда людям надо сообщить, что знаешь что-то полезное, но это невозможно сделать без Говорящей Птицы!

- А почему Говорящая Птица сама не может всё это делать? – глупо осведомился Орёл, - Ведь она же – птица. Летать может, смотреть может, и говорит с людьми сама!

- А это уже потому, что мы – мафия! – торжественно выдал Гуам, - Мы – сильные, поэтому все Говорящие Птицы обязаны работать на нас! Они работают, а мы взымаем с людей плату!

Орёл радостно закивал, а сам подумал, что ожидал услышать другое: что говорящие птицы не покрывают достаточно больших расстояний, что им летать одним без охраны в небе опасно, и что у них нет телескопического зрения, при помощи которого удобно высматривать всякие мелочи.

- Да, да, ты гений! – принялся радостно сообщать Орёл, и даже аккуратно похлопал кончиками своих крыльев друг о друга, как человек был хлопал в ладоши. Только хлопать пришлось осторожно и медленно, сложив перья в узкий пучок, потому что иначе от взмаха сильных крыльев он бы не удержался на месте.

- А потом, за наши услуги, - с энтузиазмом распинался Гуам, - С людей можно требовать еду! Я тебе вот чего скажу, птица, это с деньгами люди расстаются весьма неохотно! А вот еды они для платы за услуги не жалеют! Да ты посмотри, на них лошади, ослы и прочая ездовая живность работают, люди их всех кормят. И еды не жалеют. И мне, когда у меня была своя Говорящая Птица, всегда весьма охотно платили! Самой разной дичью, какую я только ни пожелаю. Люди вечно ходят на охоту, а потом не знают, куда трофеи девать, но просто так они их нам не отдадут, а вот за услуги – всегда пожалуйста…

- Этими воронами тебе люди заплатили за что-то? – решил спросить Орёл, памятуя, как зол был Хламовщик за убийство ворон, и как собирался их хоронить прямо с человеческими почестями.

- Нет, - заявил Гуам, - Это мне самому пришлось. Но ночью это было не трудно. Ночью все дневные птицы из Зрячих Птиц превращаются в Слепых Птиц, и тут на арену выхожу я! Ночной охотник!

Орёл поёжился.

- Вот-вот, - отметил эту деталь Гуам, - Тебе так как мне не наловить ворон! Ты ночью становишься Слепой Птицей. Поэтому тебе нужна Говорящая Птица чтобы заключать сделки с людьми, а именно – объяснять, чего ты для них можешь сделать, а главное какой еды и сколько хочешь чтобы тебе за это дали.

- Звучит рассудительно! – отметил Орёл.

- А то! – воскликнул Гуам, - Видишь, я всё тебе подробно объяснил и логически обосновал, что доказывает, что намеренья мои чисты и я не пытаюсь тебя обмануть. А теперь, собственно, где находится Говорящая Птица. Она сидит в клетке у злых людей. Я покажу тебе куда лететь. Я полечу, а ты лети за мной. Но только, как только мы вылетим из этой ямы, мы утратим возможность разговаривать, поэтому обо всём условимся сейчас здесь. Заранее. Короче, ты сейчас полетишь за мной. Потом мы сядем на дерево напротив окна, где живут злые люди. Я сяду на окно, тем самым, покажу тебе. что это то самое окно. А потом я отлечу обратно на дерево. И тогда уже на окно сядешь ты, постучишь в него, чтобы привлечь внимание злых людей. Ты главное стучи в окно, хлопай крыльями и не улетай, чтобы они смотрели на тебя, махали руками, ругались и пытались тебя прогнать. А лучше – нагадь им на стекло и на подоконник, чтобы они уж отвлеклись – так уж на славу! А я тем временем влечу через трубу и утащу у них ключ, открою клетку и заберу Говорящую Птицу. А потом, когда я с ней вылечу, я позову тебя на своём филинском языке. Ты поймёшь просто потому, что я буду громко кричать. И после этого мы улетаем и летим снова сюда, всё понял?

Орёл кивнул. А сам подумал, что в этом плане что-то не сходится. Гуам не может не знать, что тут живёт Василиса, и вряд ли стал бы предлагать встречаться здесь. В общем, может быть, следующим шагом он на неё же и предложит напасть, но пока…

Пока Орёл решил принять предложение Гуама с мыслью, что будет осторожен, и не станет во всём полагаться на этот план, в котором точно есть какой-нибудь подвох. И он закивал.

- Вопросы есть? – осведомился Гуам.

- Почему вода мокрая и трава зелёная, - выдал традиционное в таких случаях Орёл.

А сам вспомнил, что в прошлый раз, когда Гуам пристал к нему со своим предложением, переводить с его филинского людям на их человечий, тогда, ещё будучи Попугаем, он задал совсем другие вопросы. А именно, действительно ли люди умеют сами добывать те лакомства, которые нужны диким птицам? И действительно ли они это всё будут давать, и реально ли это целесообразно – работать на людей и получать еду от них, а не добывать её себе самому? Тогда Попугая реально волновали все эти вопросы. Ведь он достаточно пожил в неволе, чтобы убедиться, что нормальной едой там не кормят, кормят со своего стола и то, объедками, что даже если человек целенаправленно заводит попугая и вроде бы интересуется, как за ним ухаживать, всё равно проявляет вопиющее невежество и в потребностях, и в рационе своего питомца. А нормальный полноценный корм для экзотических питомцев у людей может стоить намного дороже, чем их собственная человеческая еда. Попугай всё это знал, поэтому и задал тогда Гуаму резонные вопросы, действительно ли его предложение целесообразно. И вместо ответов тогда он получил угрозы. А сами ответы пришли позже. Гуам эксплуатировал труд Попугая на правах сильного, и всю еду получал сам. В общем, сам он, кажется, тоже не догадывался о подвохах. О том, что ему могли заплатить травлёными мышами. Раз Гуам ещё жив, вероятно, ему просто повезло, что до оплаты дело не дошло.

- На первый вопрос я знаю ответ, - сказал тем временем Гуам, - Но я скажу его тебе потом, когда мы добудем говорящую птицу и вернёмся. Потому что этот ответ очень долгий, и лучше слушать его уже когда дело будет сделано. А на второй вопрос я тебе отвечу прямо сейчас: трава не зелёная. Она серая! И да, запомни, Орёл! Ты отвлекаешь людей в доме, который я тебе покажу, а я тем временем добываю ключ и Говорящую Птицу!

Он хотел было ещё чего-либо сказать, но в этот момент прогремел выстрел. Пуля просвистела в каком-то сантиметре от крыла Орла и вонзилась в стену комнаты.

На краю крыши стоял Хламовщик и уже взводил ружьё для следующего выстрела.

Орёл со всей силы оттолкнулся лапами и с протяжным криком устремился ввысь. Взлетать было тяжело, восходящих потоков тут не было, наоборот, нисходящие, нагретый воздух с улицы опускался вниз, во внутренний двор к Волшебному Озеру, где было заметно прохладнее.

Орёл летел прямо навстречу Хламовщику, пользуясь тем, что этот идиот стоял как раз с северной стороны, против Солнца, которое должно было его слепить и мешало целиться. Зато самому Орлу ничего не мешало смотреть и выбирать направление. Он просвистел прямо над головой Хламовщика, взъерошив потоком воздуха его дреды.

- Молодец! – кричал снизу Гуам, - Вот так же ты отвлечёшь и тех людей, к которым я тебя приведу!

- Гуам? – оторопел Хламовщик, - Это ты чего это…

- Я говорю, молодец! – нарочито громче крикнул Гуам, - Делая вид, что обратился к Хламовщику, и поскорее взлетел из Внутреннего Двора и заухал по-филински, обогнул Хламовщика сзади.

Глава 86. Кто друг, кто враг?

Орёл развернулся в воздухе, нашёл взглядом Гуама.

Тот наматывал круги вокруг Хламовщика и отчаянно угукал на своём филинском различные ругательства, направленные на обозначение тупости Орла. Сила Волшебного Озера уже не работала, но Орёл всё понимал. Как ни странно, его дар, который он использовал, ещё будучи Попугаем, не пропал. Он по-прежнему понимал язык филина. В общем, и человечий он тоже всё ещё понимал. Вот что он утратил – так это дар объясняться. Теперь его голосовая система не могла выдать ничего, кроме орлиного клёкота, похожего на жалобный плач.

Гуам ругался, крутился, вертелся, поливая бранью то Орла, то Хламовщика, Орла – что тот летит куда-то не туда, Хламовщика – что тот тупой мазила и не может попасть. А Хламовщик произвёл ещё несколько выстрелов, и все были мимо. Гуам нырял во Внутренний Двор с Волшебным Озером, выкрикивал что-то там, но наружу доносились одни только угуканья, видимо, чтобы услышать перевод, Хламовщику нужно было спуститься. Зато Орлу перевод был не нужен, он всё понимал: Гуам отчаянно призывал Хламовщика стрелять в Орла. К его угуканьям примешался возмущённый стрёкот Василисы, она отчаянно призывала Хламовщика не верить Гуаму. Да только Хламовщик не понимал ни того, ни другого птичьего языка.

А потом…

Потом случилось страшное. Гуам вылетел из Внутреннего Двора и на одном из виражей ударил Хламовщика в спину. Тот не удержался на краю и ухнул вниз. Орёл поёжился прямо в полете, не удержался и полетел к Внутреннему Двору, спустился внутрь, летая кругами.

Хламовщику каким-то чудом удалось зацепиться за карниз, но подтянуться и влезть в окно не мог – вместо окна был приколочен прочный деревянный щит. Пальцы Хламовщика уже соскальзывали, но это всё же было лучше, чем падать прямо с крыши. Если бы в самом низу не торчали какие-то острые металлические прутья. Василиса уже отчаянно пыталась выдернуть клювом их из земли, да у неё не особо получалось.

- Хламовщик, держись, держись! – стрекотала она.

- Отойди, Василиса! – потребовал Орёл, - В сторону отойди, вдоль стены подальше! - он обхватил руки Хламовщика подмышками своими когтистыми лапами и отдёрнул от карниза. Удержать взрослого парня в воздухе Орёл не сумел, но зато насколько мог замедлил падение и изменил его место на более безопасное. Однако, Хламовщику всё равно пришлось несладко и очень больно, он растянулся на берегу и больше не двигался.

- Помоги ему, - коротко бросил Орёл Василисе, собираясь взлетать, - Я спешу! Это важно!

Но тут во внутренний двор спустился Гуам:

- Мы о чём условились! Ты чего творишь! – угукал он, - Ты зачем его спасаешь, он же пытался тебя убить! А я толкнул его вниз, чтобы он тебя не убил! Ты видишь, я – твой друг!

У Орла слова застряли в горле. Однако, он совладал с собой и заявил:

- Не спасал я его! Я всего лишь отнимал ружьё! – с этими словами он подпрыгнул с берега, на котором оказался после падения Хламовщика, схватил когтями ружьё и взмыл вверх, а потом демонстративно швырнул ружьё на другой берег.

- Полетели! – угукнул Гуам, - Всё помнишь? Ты вот так же отвлекаешь людей, отнимаешь у них ружья, а я тем временем добуду ключ и украду Говорящую Птицу!

- Не верь ему, Орёл, - застрекотала Василиса.

- Лебедь Орлу не товарищ! – закричал Орёл во всё горло, - Презренная травоядная! – с этими словами он взмыл и устремился за Гуамом.

А Василиса потерянно покачала головой, подошла к Хламовщику, легонько ущипнула его за нос, потормошила за ухо, а потом спросила:

- Ты как, живой?

Хламовщик некоторое время лежал, не издавая не звука, потом застонал, потом закряхтел, потом попытался подняться и снова застонал.

- Лежи, не шевелись, - предостерегала Василиса, - Вдруг повреждён позвоночник, тебе нельзя…

Но договорить она не успела, Хламовщик всё-таки поднялся на ноги, отряхнул свою одежду с передней стороны, которая была вся в грязи и штукатурке от стены Внутреннего Двора, к которой Хламовщик прислонился, ещё держась за карниз.

- Почему ты не слушаешь меня! – укорила Василиса, - Я сказала тебе лежать!

- Ну лежал бы я, и что? – огрызнулся Хламовщик, еле стоя на ногах.

- Тебя шатает! Присядь! Только аккуратно, не упади…

Хламовщик сначала бестолково оглядывался, явно не понимая, где находится, потом направился к большому пологому камню, проковылял шагов двадцать по берегу, уселся на камень и поник. Василиса не стала его одёргивать, хотя ей хотелось, чтобы Хламовщик сел там, где стоял. А лучше бы лёг.

- Если бы ты меня слушал, ничего бы этого не случилось! – укорила Василиса, подойдя и спустившись напротив камня в Озеро.

- А что я должен был слушать? – буркнул Хламовщик.

- Ты все свои решения должен обсуждать с друзьями, - нравоучительно молвила Василиса, - После того, как тебе ночью филин Гуам предложил купить ружьё, ты должен был рассказать обо всём мне!

- Вот ещё! – буркнул Хламовщик, - Это ещё зачем? Кстати, откуда ты знаешь, что Мудрый Филин дал мне свой мудрый совет – купить ружьё? Значит, ты слышала…

- Я не слышала, - сказала Василиса, - Но Орёл слышал. Он рассказал мне и попросил поговорить об этом с тобой. Но из-за того, что ты не пришёл сюда утром, а сразу прямиком побежал на базар за покупками, я не успела тебя предупредить! Что филин Гуам – враг, что нельзя ему верить. Да что там… Если бы ты обсудил всё со мной, если бы ты всё время куда-то не убегал… Может, и на крышу бы сейчас не полез, и не упал бы! Ты чуть не умер! Между прочим, Орёл пытался тебя спасти, это он смягчил падение…

- А, по-моему, он мне руки продырявил до костей!

- Тогда бы кровища хлестала… Если бы до самых костей. Да и… Это было вынуждено, видел, какие у него когти, он по-другому не может… Почему ты не пришёл утром сюда? Я бы сама к тебе пошла, но разве я могу найти тебя в этом Замке? Ещё и… Из-за тебя, сам знаешь, я теперь должна опять сидеть здесь, на своём посту… Зачем ты принёс сюда Зеркало? А ключ зачем выкинул? Почему ты об этом со мной не поговорил?

- Откуда ты знаешь, что я Зеркало принёс? – буркнул Хламовщик.

- По-моему, это очевидно! Раз мы сейчас разговариваем… Значит, оно здесь!

- А про ключ? – осведомился Хламовщик, - Вот знал бы, что ты его здесь найдёшь…

- В том-то и дело, что я его не нашла! – повысила голос Василиса, - Там очень неровное дно с расщелинами. Зачем ты его выкинул?

- Да вот! – Хламовщик сунул руку под жилетку и вытащил оттуда несколько листков.

Один был вчетверо сложен, а все остальные – на четыре части порваны и собраны в стопку с неровными краями, - он показал Василисе рваные листки.

- Так, подожди… - переполошилась Василиса, - Это Прынцессины бумажки? Ты не представляешь, какой спектакль она нам устроила за то, что мы их упустили тут, когда визитку Вертолоха ловили, мы их еле собрали, еле высушили, а ты – порвал…

- Но ты хотя бы знаешь, что там написано? – вспыхнул Хламовщик, краска прилила к его лицу, он даже гневно встал, но тут же рухнул на землю.

И отрубился.

Василиса побрызгала на него крыльями из Озера, потом вылезла на берег, положила на лоб мокрую кожистую чёрную перепончатую лапу, потом убрала лапу, пощипала аккуратно за уши, потрепала кончиком клюва по щекам. Хламовщик тихонько застонал, потом закряхтел, потом, стоя на коленках, собрал все упавшие листочки, особенно тот, что был не порван, но сложен, и убрал во внутренний карман своей безрукавки:

- Знаешь, что там было написано, - уже спокойнее, и как-то словно обречённо сказал он, взбираясь на камень и снова усаживаясь: - Там было про какого-то похотливого дракона, который имел похищенную Прынцессу во всех позах в разных уголках своего Замка. Я не знаю, Дракон ли заточён там наверху… В Зеркале…

- Он не в Зеркале, - уверенно сказала Василиса, - Зеркало сейчас здесь… А его тут нет. Значит, он не в Зеркале, а в комнате наверху, а Зеркало его лишь проявляет…

- Я был готов это Зеркало разбить! – принялся возмущённо рассказывать Хламовщик, то и дело мотая головой и заваливаясь на бок, словно у него темнело в глазах.

Василиса даже пыталась подправлять его крыльями, чтобы совсем не завалился.

- Оставил только ради вас! Тебя, Клариски, Скоропейки… Вы тут большие любители зацепиться языками… Как вы без Зеркала? И да, где Попугай, кстати… В общем, ему это не нужно, он и так может разговаривать. Да что там, он бы вам и переводил, надо было грохнуть это Зеркало… - Хламовщик всплеснул рукой, а потом начала болтать головой, прогоняя возникший там туман.

- Вот, даже не замечаешь, когда кто-то из нас исчезает, - укорила Василиса.

- Почему? Я же заметил?

- Но не сразу! Надо быть внимательнее к своим подопечным… Мы все тут твои подопечные, все от тебя зависим, а ты… - она вздохнула.

- Но этого ирода я должен был запереть! – принялся возмущаться дальше Хламовщик.

- Какого ирода? Попугая?

- Того, что наверху! Которого Зеркало проявляет.

- Но ведь в бумажках написано, - укорила Василиса, - Это же не значит, что про него! В бумажках – сказка, там про какого-то другого дракона… Но это не значит, что все драконы такие… И что тот, который наверху – тоже дракон. А если даже вдруг и дракон… - она задумалась, а потом продолжила: - Это же не про него написано! Наш дракон – хороший!

- Но он просил привести ему девушку! – заявил Хламовщик, - Когда я однажды поднялся к нему наверх, спросить, что случилось с моей механической рукой, и как я могу её вернуть, он за свои услуги потребовал привести ему девушку! Иначе он отказывался мне помогать. Скажи мне, вот это вообще нормально? Брать оплату за медицинские услуги живым товаром?

Василиса молчала.

- Я эти самые бумаги сам чуть сначала не выкинул, - сменил тему Хламовщик, - Но вовремя спохватился… Ведь да, это же Прынцессино… Хотя это ужас что такое, но… Если это ей для чего-то нужно… Я же не могу выкидывать её вещи, не спросив её разрешения… Даже если это вредные и опасные вещи! Я сначала должен ей объяснить, как это плохо, потом добиться её согласия, убедиться, что она всё поняла и не возражает, и только тогда уже выкидывать. Это называется уважение, не?

- Но ты порвал… - укорила Василиса.

- Это вышло случайно! – спешно буркнул Хламовщик, - В смысле, самопроизвольно… Руки сами… Сначала порвали, а потом я уже испугался, чего же они натворили… Что… Это же Прынцессино… Но я ими тогда не управлял… Честно…

- Это называется «погорячился» - подсказала Василиса, - Принял решение импульсивно… Так иногда бывает. Но… Но если потом понял, что поступил неправильно, то нужно исправить… Нужно сменить направление на правильное…

- Ты считаешь, нужно склеить? – осведомился Хламовщик.

- Может быть склеить, - задумчиво молвила Василиса, - Но главное, где ты это взял… Оно же было сначала у нас. А потом, я слышала, что Старушенция всё спрятала, и Прынцесса потом не нашла…

- А я нашёл.

- Где?

- Да в комнате лежало.

А Василиса вспомнила, что когда Прынцессины листочки разлетелись по Озеру, то часть из них Прынцесса успела подобрать и убежала куда-то с ними. Наверное, сама где-то потом оставила.

- Там, значит, было не всё, - вздохнула Василиса, представив, что Прынцессу неполный комплект её бумаг скорее опечалит, чем обрадует.

Хламовщик больше ничего не говорил, он молчал, ему было нехорошо. Потом, после длительной паузы, Василиса осторожно нарушила тишину:

- И всё-таки, Хламовщик… Я попрошу тебя не принимать скоропостижных решений самостоятельно. Если случится что-то важное, или ты решишь, что нужно совершить какой-нибудь ответственный шаг… Да хотя бы вроде покупки ружья…

- Я на «Вели Чудес» тоже постоянно что-то покупаю, я это тоже должен был обсуждать? – хмыкнул Хламовщик.

- Нет… Но вот ружьё… Это ведь не постоянно, а потому, что незнакомый филин надоумил… Он тебе сказал, что объявилась демон-птица… Это же по моей части, я отвечаю за охрану! Ты должен был сказать мне.

- Но я думал, что застрелю её из ружья, и проблема решиться!

- Но ты ещё не знаешь, кто это… А может, не враг, а друг? Нельзя принимать такие решения на ходу и тут же воплощать их в жизнь! К тому же, практика показала, что стрелять ты не умеешь. И поверь, это не так уж просто – попасть в летящую птицу. Зачем тебе это ружьё, зря выкинутые деньги!

- Ты прямо как Ба!

- Я стараюсь быть внимательной. И к ситуации, и к тебе и твоим чувствам. В следующий раз, если произойдёт что-то необычное и ты решишь по этому поводу что-либо предпринять… Пожалуйста, приходи обсудить это со мной. Я не могу сама узнавать и появляться перед тобой всякий раз, как нужно одёрнуть тебя от очередного необдуманного шага. Я не могу за тобой везде ходить, я хожу намного медленнее, чем ты! Даже когда ты просто спокойно идёшь, чтобы поспевать за тобой мене самой приходится буквально-таки бежать! А главное, нигде, кроме как здесь… И там, где у нас запасной осколок, мы разговаривать не можем! Я не могу за тобой всюду бегать с этим осколком, да ещё всегда знать где ты…

- А я не могу всё время торчать здесь! – всплеснул руками Хламовщик, помотал головой и застонал, вероятно, ему всё ещё было больно.

- И сейчас, я велела тебе лежать, а ты не послушал!

- Что, всё время лежать? – возмутился Хламовщик, - Когда кругом столько дел?

- Если у тебя был повреждён позвоночник…

- И что? – хмыкнул Хламовщик, - Можно подумать, кто-нибудь привёл бы ко мне лекарей, которые бы мне оказали правильную помощь! Да в городе-то костоправов раз, два, и обчёлся, и не всякий пациент может к ним попасть, и их услуги не бесплатны! У нас нет таких денег! - он задумался, - Хотя… Если Прынцесса согласилась бы стать моей женой, она бы им заплатила… Но… Она сама сейчас пропала! Её нужно было спасать. Короче, я не мог тут лежать и ждать, когда меня найдут, к тому же эта ужасная хищная птица не просто так меня столкнула с крыши! Она бы прилетела и выклевала бы мне глаза, а потом печень, а потом бы ждала, когда я умру, и доела бы меня по косточкам!

- Я бы не дала тебя в обиду! – заявила Василиса, - Я же здесь… Если бы ты пришёл сюда вовремя, я бы тебя предупредила не слушаться филина! А ты его послушался! Это ведь он тебя надоумил купить ружьё?

- Филин – мудрая птица, он меня предупредил, что тут завелась демон-птица… Она нападает на моих ворон! Может, вороны и не могут мне простить, что всё золото, которое я им подарил, превратилось в черепки, но я всё равно никому из них не желал смерти, и я не прощу скверной демон-птице то, что она их убила…

- Хламовщик! Ты совершенно не разбираешься в людях… В смысле, в птицах… Филин как раз наш враг! Помнишь нашего Попугая? Филин его потрепал и чуть не убил. А потом… Это он тут убил этих всех ворон! Он, а не тот, которого ты называешь демон-птицей. Демон-птица – это наш Орёл. Он хороший и он за нас.

- С чего ты взяла, что ему можно верить? – осведомился Хламовщик, - Филин сказал мне, что эта ужасная демон-птица хочет убить Прынцессу! Филин описал мне словами, как выглядит эта птица. Я её видел, это она! Описание совпадает! Страшная, в полосатых штанишках, с полосатыми перьями на крыльях и хвосте, а сверху словно чёрная накидка… А вокруг глаз ободы… А на голове – рога…

- Это не рога, это такие перья… Он не демон!

- Но это точно та самая ужасная птица! Она убивает ворон и хочет заманить Прынцессу в ловушку к Разбойникам!

- Да нет же! – взмолилась Василиса, - Мало ли что сказал тебе этот филин… Да он врёт! Я сама слышала, как он сегодня разговаривал с Орлом и хвастался, что это он сам убил ворон! А Орла подбивал на что-то нехорошее…

- А откуда вообще взялся этот Орёл? – вдруг осведомился Хламовщик, - Во, Орёл появился и голову тебе вскружил! Ведь это же какой крутой альфач, ты на него сразу залипла, сразу поддалась его силе и обаянию, все ветренные дурочки с ума сходят от таких альфачей… Плевать, что хищник, ты веришь, что возможна любовь между хищником и жертвой! Как все те дуры, которые зачитываются книжками про любовь с вампирами…

- Этот Орёл – наш бывший Попугай. Попугай стал Орлом. Попугаю ты веришь?

Глава 87. Любовный многогранник

- А чего это я должен был верить Попугаю? – озадачился Хламовщик, - Он тут тоже у нас недавно, его я тоже не знал, кто он, откуда взялся, почему ему верить надо? Неужели, потому, что мы с ним делили ночлег и ели вместе под одной крышей? Но ты логику включи, Василиса! Вот взять того же Прынца. Прынцесса ему верит. Они, наверное, тоже делили ночлег в одном Дворце и даже обедали за одним столом. И было это под крышей. Под одной. Теперь она ему верит даже после того, как он её не узнал… Но я-то знаю, что он её на самом-то деле узнал, но притворился, что не узнал. Не узнал демонстративно и специально… Но он точно знает, кто она, и когда ему надо – узнаёт прекрасно. Он подбивал меня её похитить, даже денег за это предлагал. А конкретно я когда её не узнал, то не специально, а по-настоящему не узнал. Она очень преобразилась, а у меня плохая память на лица, особенно лица девушек… Вот только не надо про то, как же я свою будущую суженую запоминать буду… Я не знаю как… Я не знаю, что мне делать с этим! И как другие мужики справляются! Когда они прихорошатся, и накрасятся, то вообще на себя становятся не похожи. А ты… Вот сейчас я знаю, что это ты, потому что кто ещё может быть на этом Озере. Но если мне придётся узнавать тебя из всех лебедей где-нибудь в другом месте, где их будет много и все одинаковые… Разные… Одинаково разные… Я же не отличу… И Клариску из всех белых мышей… А Скоропею… Если всем другим змеям так же переделают головы, то тоже не отличу… - он вздохнул, - И вообще. Я её не узнал… Не Скоропейку, а Прынцессу, разумеется… Когда только-только увидел. Я про после того, как она из заточения вышла. Но потом-то я её всё-таки узнал… Смотрю же… Что-то знакомое… Ну и догадался, что это она. Это считается?

Василиса вздохнула, а потом сказала:

- Наверное, считается. Ты прав, Хламовщик, иногда можно сразу не узнать. Но если человек тебе знаком, то через какое-то время по тому, как он говорит, как двигается, как улыбается, или грустит, ты постепенно поймёшь, что где-то когда-то его видел. Узнавать можно не только по лицу, но и по жестам, по походке.

- Или по тому, у кого что болит, и о чём он говорит, - недовольно буркнул Хламовщик.

- Это называется «по образу мыслей» - поправила Василиса, - Наверное, нет ничего стыдного в том, что ты её не узнал… Сразу… Это действительно не всегда бывает просто. Особенно когда что-то в человеке изменяется. Или, когда ты его давным-давно не видел. Или кода человек тебе недостаточно хорошо знаком. Но… Ты не должен был говорить ей обидные слова. Не должен был есть её кашу…

- Но она не хотела… Кашу…

- Она оставила на потом. А ты оставил её голодной. В конце концов, ты мог просто взять и спросить, собирается ли она есть. И если собирается – то оставить. Даже если бы она потом и не съела… Бывает, что планы меняются, но заранее мы об этом знать не можем. Поэтому еда должна быть. На случай, если окажется действительно нужна. А ты оставил её без завтрака. И ещё возмущаешься, чего такого ты сделал, чего такого ты ей сказал… Если бы ты вёл себя вежливо, никто бы на тебя за то, что ты не узнал, не обиделся бы. И да, Хламовщик. Не стреляй больше в Орла.

- Но если этот Орёл, даже если это тот самый Попугай, то почему ты думаешь, что ему можно верить, что он не хочет нас обмануть?

- Я точно не знаю, - сказала Василиса после некоторых раздумий, - Но излишне подозревать в злых намереньях не имея на то оснований – тоже нехорошо. Ты слышал про презумпцию невиновности? Человек, ну или в данном случае, птица, считается невиновным, пока его вина не доказана. А Орёл… Он пытался сейчас тебя спасти! Иначе бы ты упал на острые прутья… Вон, видишь… Эх… Не видишь. Но поверь, они там торчат. Ты же сам, помнится, и вставил. Не ясно, только, зачем. И вот упал бы сейчас прямо на них, и пронзили бы они тебя насквозь. И было бы всё намного хуже.

- Но разве это не он столкнул меня с крыши?

- А почему ты считаешь, что он? – осведомилась Василиса, - Может быть, это сделал филин… Ты же не видел?

- Не видел, - признал Хламовщик, - Но разве филин мог меня столкнуть? Разве стал бы… А вот демон-птица…

- Ты уже настолько прочно вбил себе эту версию в голову, - укоризненно молвила Василиса, - Что сразу отметаешь все другие варианты! А вот я, в отличие от тебя, не трескалась при падении и слышала, как филин сам признал, что это он тебя с крыши скинул! Ты в это время в отключке был.

- Тогда почему я этого не помню? Разве всё, что говорят, когда ты в отключке, не запоминается лучше?

- Нет, - твёрдо сказала Василиса, а потом добавила: - Про это… Слышал в отключке и лучше запомнил – это расхожее заблуждение. А ещё, я была тут на Озере, когда этот филин притащил Попугая и зверски его здесь трепал, и мы с девчатами вместе Попугая спасали и отбивали.

- Но может, за дело трепал? – озадачился Хламовщик, - Не будут же трепать просто так… У всего есть причина… Может, Попугай сам первый начал?

- Ты от Вертолоха таких идей понабрался? – укорила Василиса, - Не надо думать, что если кого-то бьют, то он всенепременно виноват. Но даже если бы и так. Всё равно филин отстаивал свою правду не теми методами! Насилие было чрезмерным и совершалось над фактически беззащитным. И ещё, он пытался напасть на Кларису и Скоропею. На маленьких…

- Так он же хищник, ему же тоже надо что-то есть… - заявил на это Хламовщик, - Не может же он питаться травой, фруктами и пластиковой кашей… Я сам хотел научить Скоропею пить молоко, но она не пьёт! Потом Говорящий Галчонок Гэ-Гэ сказал мне, что нельзя поить змей молоком. А ещё у этого… Который наверху… В Блюдечке тоже про это рассказывали. Он силком заставил меня это всё смотреть, да ещё и несколько раз!

- Эх, Хламовщик, - вздохнула Василиса, - Жизнь вообще сложная штука. И никогда нельзя наверняка и точно знать, кто с тобой честен до конца, кто немного безобидно привирает, а кто внаглую злонамеренно тебя обманывает. Но всё-таки, кого-то нужно считать друзьями. Потому что иначе просто свихнёшься. А тем, кого считаешь друзьями, нужно верить. Потому что излишние подозрения ни к чему хорошему не приведут. Ты не верил Орлу, ты в него стрелял, ты мог его убить! А ведь он действительно тебя спас! Толкнул тебя филин, а спас – Орёл! Одного ты считал другом, второго – врагом, а на деле - всё наоборот оказалось!

- Но вы мне постоянно твердите, что Вертолох – плохой! – вспомнил Хламовщик, - А я, между прочим, так и делаю! Считаю его другом и верю ему! Чего я делаю не так? Ты сама говоришь, что нельзя знать точно, кто врёт, а кто честен.

- Но тогда нужно смотреть по совокупности фактов… - сказала Василиса, - А главное, даже если ты подозреваешь кого-то в плохом… Нельзя принимать решения о казни вот так с бухты-барахты, не разобравшись в ситуации, тут же выносить приговоры и незамедлительно приводить их в исполнение! Не просто так назначают суды и следствия. Чтобы разобраться во всём.

- А по-моему, их назначают чтобы тому, кого судят и приговаривают, сделать ещё обиднее, - буркнул Хламовщик.

- Ну, - задумчиво протянула Василиса, посмотрев вверх, где в просвете между зданиями синел кусочек неба, - Так тоже бывает, но это уже издержки. Это когда хорошая и правильная затея из-за чьих-то злоупотреблений извращается до неузнаваемости и из хорошего превращается в плохое. Но ведь так же быть не должно…

Хламовщик вздохнул.

- А по поводу друзей и врагов… - продолжила Василиса, - Я прихожу к выводу, что этот наверху, похоже, наш друг.

- Но он злой, - буркнул Хламовщик.

- Да, он не мил и не приветлив, - кивнула Василиса, - Но ведь ты же сам только что это сказал? Это ведь он научил тебя тому, как правильно тут нас всех кормить? Мы, животные, очень критичны бываем к выбору пищи. Это вы, люди, всеядные… Но и вам правильное питание тоже важно. А мы… Мы ещё меньше приспособлены к тому, чтобы питаться всем подряд, а не тем, к чему мы привыкли в природе. И да, для змей молоко – это отрава. Если бы этот наверху не показал тебе образовательные передачи, ты бы и не знал, чем нас кормить положено.

- Ну ладно, - вздохнул Хламовщик, - Может быть я был и неправ насчёт этого наверху. Но вот почему вы все так настраиваете меня против Вертолоха?

- Да потому, что тот, кто крутится вокруг и постоянно втирается в доверие, это скорей всего манипулятор, а не друг, - заявила Василиса, - К тому же, он же ударил тебя… Очень унизительно и больно! А почему? Чтобы скрыть от тебя тот факт, что ключ украл и Прынцессу запер – он! То есть сделал сначала одну гадость, а потом, вместо того чтобы признаться, повиниться и попытаться как-то исправить, сделал другую гадость, чтобы не признаваться в том, чего натворил! Он постоянно тебе то врёт, то манипулирует тобой, а ты ему веришь…

- Но я его считаю другом… - протянул Хламовщик, - Разве друзьям не положено прощать… В том числе и это?

- Зря, зря ты его считаешь другом, - укорила Василиса, - Он-то тебя таковым не считает! Он тобой только пользуется. Зря ты ему веришь… Вот и наш Орёл зря поверил Гуаму…

- То есть, филину? – осведомился Хламовщик, - Я, конечно, упал с верхотуры и сильно ударился, но я ничего не упустил – этот филин пытался этого Орла сначала убить, пока тот был Попугаем, и теперь этот самый Орёл верит этому самому филину?

- Я думаю, Орёл понимает, что делает, - сказала Василиса, - Но мне кажется, он верит, что Гуам ведёт его не просто в ловушку, а туда, где они действительно держат говорящего Галчонка… Но Галчонка там может и не оказаться! Надеюсь, Орёл будет осторожен и в случае опасности вовремя повернёт назад… - она вздохнула и вспомнила ещё один досадный момент: - А ещё… Хламовщик… Вот ты выкинул ключ, ты считаешь, что тот, который наверху, всенепременно плохой… А вдруг, в этом тоже ты ошибся?

- Но он гадости говорит! Он ругается… - заявил Хламовщик, - Он не даёт лепестки…

- Но может, тому есть причины, - сказала Василиса.

- Тогда почему он нормально не скажет? – возмущался Хламовщик.

- А хоть кто-нибудь из нас разговаривал с ним нормально? – осведомилась Василиса, - Я с ним, вообще, практически только-только познакомилась, мы нормально по душам ни разу не поговорили. А ты уже ключ выкинул, теперь и не поговорим. А вот с тобой… С тобой мы знакомы уже давно, живём в этом замке, а о том, что Озеро – Волшебное, и что тут можно разговаривать – ты узнал только недавно. И даже после того, как узнал… Сколько времени прошло, прежде чем у нас с тобой такой вот доверительный разговор получился. А с тем… Который наверху… С ним вообще никто не пробовал поговорить по душам и нормально. Как я поняла, все ходили только клянчить Цветики-Семицверики и требовать чудес. Даже не интересуясь, за чей счёт вообще вся эта веселуха.

- Я к нему ходил, - задумчиво буркнул Хламовщик, - Кактус поливать. Мультики ему включать. Как Ба велела.

- Ну включал, - вздохнула Василиса, - А по душам разговаривал? Нет?

- Но он там страшный! – заявил Хламовщик, - И ещё злой!

- Но разве он сделал кому-нибудь чего-нибудь плохого?

- А от его лепестков… Тут случился однажды пожар! А ещё одна блоха превратилась в статую. Пусть и в золотую, но всё-таки не живую и не настоящую! А ещё, из-за его лепестка, который в меня ударил, у меня пропал дар. А всё моё золото, которое я уже успел подарить друзьям и знакомым, превратилось в черепки! Этот злыдень наверху причинил мне много зла! И что он хотел с Прынцессой делать, я даже вообще не понимаю…

- Прынцесса… - вздохнула Василиса, - Конечно, она бестолковая, и проблем с ней выше крыши, но именно с её приходом тут что-то начало меняться… Как и было сказано в пророчестве…

- А у меня, между прочим, дела, - прогундосил Хламовщик, - Я должен идти и спасать… Эту самую Прынцессу! Потому что эта дура заблудилась. А я жениться надумал. Я точно на ней женюсь, её Прынц её не любит, он сам её мне спихнул…

- Это странно, - сказала Василиса, - Я этого самого Прынца, конечно, не видела. Но судя по твоим же словам… Видимо это какой-то ушлый тип, а такие просто так хорошее уступать не будут. Раз он хотел подстроить., чтобы на Прынцессе женился ты вместо него, наверное, он зло какое-то затеял.

- Я не думаю, что сама Прынцесса в этом виновата! – заявил Хламовщик, - Наверное, её так же насильно женят, как и меня!

- Значит, никаких денег у неё не будет, - сделала вывод Василиса, - Если бы женитьба на ней сулила большие деньги и власть, то не стали бы её тебе за здорово живёшь тут спихивать. Что-то тут не так… Поверь мне, Хламовщик.

- Не отговаривай меня, я уже решил, - обиделся Хламовщик, - Даже если денег не будет, женюсь всё равно. Когда она отыщется. А чего этому Прынцу от нас обоих надо - Спроси у Орла, если это он же и Попугай. Он явно что-то знает. И если он реально за нас, то спроси у него потом. Когда он обратно прилетит.

- Но Хламовщик, - возразила Василиса, - Не строй себе иллюзий. Она не останется здесь. Ей здесь плохо. Её здесь Старушенция постоянно пилит, а она – расстраивается. Я думаю, именно поэтому она и сбежала, что не вынесла напора.

- Старушенция… Ха! – хмыкнул Хламовщик, - Да я сумею защитить свою жену от этой сварливой Старушенции!

- Все женихи так говорят, - печально вздохнула Василиса, - Что смогут защитить жену от свекрови… А между прочим, восемьдесят процентов развода из-за того, что молодые не понравились родителям друг друга, а не из-за того, что не поладили между собой.

* * *

Клариса сидела с маленьким осколочком зеркала недалеко от двери мрачной закрытой комнаты, смотрела в осколочек на отражение Хозяина, и тихонько говорила:

- Не переживай. Я обязательно буду приходить и навещать тебя. И поливать твой Кактус напёрстками. Только объясни мне, зачем ты его всё время жжёшь?

- Я же уже объяснял! – раздражённо вымолвил Хозяин, - Я мух отгоняю! Я не могу ни лапами, ни как-либо ещё, только огнём…

Клариса печально кивнула.

- А как дела у нашей Прынцессы? Она уже вернулась со Свалки?

- Нет, ещё нет… - вздохнула Клариса, - А почему ты так переживаешь за неё?

- Но только не говори мне, что вы все сами не переживаете, - укорил Хозяин.

- Ну вот, ты же знаешь, что переживаем, - вздохнула Клариса, - Но мне кажется, что ты переживаешь больше нас всех…

- Да потому что… - печально протянул Хозяин, сделал паузу, и вздохнул: - Люблю я её… Бестолочь эту неразумную…

- Поэтому отпустил? – осведомилась Клариса.

- Да если бы я знал, что так выйдет… - пригорюнился Хозяин, - Я бы ни за что её не отпустил! Но я должен был… Должен был отпустить её к любимому Отцу. Раз люблю, должен был отпустить! Если любишь, то не будешь неволить! И уж тем более, не будешь настраивать против родственников! Любимых родственников. Любимую свою сущность надо принимать вместе со всей её роднёй… С недостатками и слабостями, с интересами и увлечениями, с любимыми домашними животными, и даже с детьми от прошлых браков, если таковые имеются. И уж конечно же с родителями. Которые могут быть не идеальны, порой, невыносимы и даже неадекватны, но всё равно часть семьи. Потому и отпустил.

- Ты ей, хотя бы, в любви-то признался? – осведомилась Клариса, - Или как это водится, не нашёл подходящего момента, не подобрал нужных слов, побоялся, постеснялся, испугался быть отвергнутым…

- Конечно, не признался, - вздохнул Хозяин, - Но вовсе не потому, что ты сейчас озвучила. Хотя… Вот если говорить на чистоту, то… Как же без всего без этого… Но есть ещё один момент… Кода любишь, не хочешь давить. Если бы я сказал ей, что люблю, я бы… Я бы… Привязал её к себе прямо сейчас, когда она ещё не поняла, что чувствует сама. Заставил её чувствовать себя несвободно, наложил бы на неё обязательство, которое бы тяготило, и тогда она бы посчитала своим долгом вернуться, сама не желая этого. А потом она бы на меня за это затаила обиду… И не могла бы простить… А так… Я решил, что она сама должна дозреть до этого решения. Я дал ей два лепестка. Я думал, что она переместиться к себе домой легко и быстро, и главное – безопасно, всего лишь загадав желание! Но всё пошло не так, как я задумал… - он ещё раз очень-очень тяжело вздохнул, а глаза его потускнели. А потом встрепенулся и спросил: - Так Орёл с ней?

- Да, с ней, - заверила Клариса.

И тоже вздохнула. Потому что соврала. Орёл в этот момент был совсем в другом месте… Но Кларисе очень не хотелось, чтобы Хозяин лишний раз переживал.

Глава 88. Говорящая Птица

А Орёл тем временем летел за Гуамом и думал. И о том, что Василису улетая обидел. Хотя это пришлось сделать вынужденно, чтобы Гуам ничего не заподозрил. Особенно, чтобы не заподозрил, что Орёл ему не верит и не одобряет его предложения угнетать маленьких и слабых. Если бы Орёл не нахамил Василисе, то Гуам бы точно почуял неладное. Хотелось верить, что Василиса всё поймёт и не расстроится из-за этой вынужденной конспиративной грубости.

А ещё он невольно начал думать о том, почему сам он понимает языки других существ, в частности язык филинов и то, что говорят люди, а вот Гуам совершенно не понимает людей и ему нужен переводчик. А что, если всё же понимает? Ведь не даром же он тогда вцепился, начал трепать, пытать, угрожать… Глупо было попытаться заговорить с людьми под носом у Гуама. Но сейчас… Сейчас это было уже и не важно. Главное, что Гуам в новом облике не узнавал бывшего Попугая. А вот совершенно незнакомого себе Орла он собирался обманывать. Явно думая о том, что Орёл его с плохих сторон ещё не знает, и поведётся на разводилово. На это глупое разводилово!

Гуам, тем временем, прилетел к дереву, что росло напротив хижины с соломенной крышей, с северной её стороны и сел. Орёл тоже сел на ветку дерева.

- Угу, угу! – загулил Гуам, а потом перелетел и сел на окно.

Орёл последовал за ним. С окна Гуам спугнулся, потому что для двух огромных птиц, а Гуам, надо сказать, был не маленьким филином, а Орёл – так и ещё больше, места явно было маловато.

Орёл уселся на подоконник с уличной стороны и заглянул внутрь. Там было темно, но приглядевшись, Орёл всё-таки начал различать очертания помещения. Все снующие там люди, а их было немало, обратили свои взоры в его сторону. Потому что, садясь на подоконник, сначала Гуам, потом Орёл устроили скрипы и скрежет своими когтями, ещё и стекло задели крыльями, это не могло не произвести звуков.

- Угу! – звал Гуам с дерева.

Орёл вспомнил план: что он должен отвлекать разбойников, а вот Гуам, тем временем, добудет ключ от клетки с Говорящей Птицей. Видимо от той, которая висела на крюке под потолком, справа от окна, в которое заглядывал Орёл.

- Угу!

Орёл оглянулся. Гуам вовсю жестикулировал крыльями. Но смотреть на него было некогда. Один из разбойников в аккурат открыл окно и высунул в него дуло. Орёл подпрыгнул и взмыл в воздух, полетел прочь от здания, набирая скорость. Гуам усиленно угукал ругательства вперемешку с требованиями получше всех отвлекать, чтобы ему было удобнее воровать ключ.

А чтобы неудобнее было целиться, Орёл старался держаться прямо над крышей хижины. Теперь, разбойникам, чтобы просто увидеть его, приходилось по пояс высовываться из окон, один разбойник даже навернулся вниз. А остальные, наученные его тупостью и последовавшим за ней горьким опытом, хлынули на улицу.

- Правильно, летай над ними, отвлекай! – угукал Гуам на филинском, перемещаясь к окну, но Орёл всё понимал: - Лох недаделанный!

Мысленно посмеиваясь над интриганом, Орёл набрал высоту, а потом пустился в пике, уворачиваясь от пуль, резко свернул прямо в открытое окно, на миг прижав к себе раскидистые крылья, потом снова расправил их, и опять сложил, пролетая между двумя вертикально натянутыми цепями, после схватился когтями за клетку, резко взмахнув крыльями, снял её с крюка и прямо сквозь крышу вырвался наверх, раскидав в стороны пучки и клочья соломы. Повезло, что крыша была соломенной! Орёл это прекрасно знал, потому что когда-то он работал здесь Попугаем…

Клетка была тяжёлой, и кажется, она была к чему-то прицеплена, одна из цепей натянулась как струна. Но Орёл что есть сил заработал крыльями, раздался треск ломающихся досок, потом какой-то металлический грохот: что-то, словно сработавшая пружина, ударило клетку снизу.

Разбойники бегали по улице, орали матом, вверх просвистывали пули, но прицелиться и попасть ни у кого не получалось, пока Орёл был ровно над крышей. Зато Орёл, видя, где пролетают пули, удачно выбрал направление и, изо всех сил работая крыльями, устремился вверх. Он знал, что чем быстрее он наберёт высоту, тем сложнее будет целиться, тем больше будет ослабевать кинетическая энергия пуль, и тем будет безопаснее.

Гуам сокрушался внизу, не решаясь пускаться в погоню, потому что боялся попасть под пули разбойников, которые целились, конечно же, по Орлу, но попасть-то могли и в филина!

* * *

Прынцесса брела по свалке, изнемогая от полуденной жары и пребывая в отчаянье. Страшной Птицы, которая сопровождала её, не было рядом. И от этого ей становилось неуютно и тревожно: кто о неё позаботится? Кто принесёт водички, если накатит жажда? Кто согреет, если похолодает? Кто закроет своими крыльями от палящего солнца? В общем, от солнца у неё был зонтик, но так хотелось его бросить и ничего не нести… В конце концов, она – Прынцесса… А нести могли бы слуги, а поскольку их тут нет, замещать их могла бы и та самая Страшная Птица…

И вдруг над Прынцессой пролетела чёрная тень, а потом перед ней спустилась Страшная Птица с огромной металлической клеткой в лапах. Клетка была больщущая, тяжёлая, а с её дна свисали на цепях: гиря, какая-то пробка, якорь и крюк, на котором болтался обломок доски.

Клетка с грохотом встала на дно. Криво, потому что под дном оказался мусор и круглая гиря. А Страшная Птица, тяжело дыша, свесила по бокам крылья.

Прынцесса некоторое время стояла в стороне, не решаясь подойти, но потом всё-таки приблизилась и посмотрела в клетку. На дне клетки пластом лежала тёмно-серая птичка, чуть поменьше обычной вороны, только намного темнее цветом, почти чёрная.

- Это… Кого ты мне принёс? – с удивлением осведомилась Прынцесса.

Страшная Птица издала короткий клёкот.

А птичка вымученно открыла глаза и подняла голову, посмотрев на Прынцессу.

- Прынцесса… - простонала птичка человеческим голосом.

И тут Прынцесса узнала:

- Галчонок! – воскликнула она, - Ты ли это… Я думала, разбойники тебя…

- Похитили, - простонал за Прынцессу Галчонок, - Я так хочу пить…

- Сейчас, - засуетилась Прынцесса, открыла бутылку с водой, где на дне оставалось ещё чуть-чуть питья, налила в пробку и протянула Галочонку.

Хоть Прынцесса и привыкла замечать только когда плохо ей самой, но Галчонок выглядел так замученно и плохо, что не заметить этого было невозможно.

Кое-как дотянувшись до пробки с водой, он немного отпил, потом вяло помотал головой, отряхивая клюв и простонал:

- Меня какой-то монстр похитил прямо в этой клетке…

- Это Страшная Птица! – с энтузиазмом принялась объяснять Прынцесса, - Но он – добрый! Всё это время он сопровождал меня, приносил мне пирожки, воду, одеяло и даже зонтик… - она оглянулась на лежащий рядом зонтик, - А ночью, когда было холодно, он согревал меня своим теплом! А потом ещё и одеяло откуда-то принёс! Он не похитил тебя, а спас из плена! А то разбойники мне уже анонимку с вороной присылали, и грозились, что если я не приду к ним, то они тебя убьют! Значит, раз ты здесь, можно и не приходить…

Она озадаченно подняла взгляд на Орла, который всё ещё не мог отдышаться, и машинально протянула ему бутылку, в которой воды уже почти не осталось. Тот лишь помотал головой, понимая, что воды ему не хватит.

- Как тяжело было тащить Галчонка в этой клетке, - сделала вывод Прынцесса, а потом подёргала огромный замок на дверце, - Но тут заперто! Такой огромный замок… Я думаю, только Хламовщик сможет открыть эту ужасную клетку…

Орёл коротко клекотнул, после чего собрался с силами и взмыл с клеткой в воздух.

Уже через несколько минут, из последних сил, Орёл дотащил клетку до Свалочного Замка, спустился и поставил её в тени с северо-западной стороны, где сидел Хламовщик и медленно надувал своего надувного Дракона.

Орёл клекотнул, привлекая его внимание, потому что грохота от поставленной на землю клетки оказалось, видимо, недостаточно.

Хламовщик оторвался от своего занятия и обернулся.

- О, Орёл! – сделал вывод он, - А что это за хлам ты притащил…

Орёл снова клекотнул, глядя в клетку на Галчонка.

- Эта Страшная Птица… - начал стонать Галчонок.

- Говорящий мусор? – начал тупить Хламовщик, явно не замечая Галчонка.

А Орёл ещё раз клекотнул, с обиженными нотками.

- Точнее, этот Величественный и Благородный Орёл, - простонал Галчонок, - Говорит, чтобы ты открыл эту клетку! Меня заперли в ней разбойники, но я бы хотел покинуть её…

Орёл принялся клекотать что-то, а Галчонок ответил уже ему:

- Но это плохая защита от хищников! В ней всё равно страшно… И её всё равно могут утащить… Ты ведь утащил… Значит, и другой хищник сможет…

Орёл снова клекотнул.

- Почему ты думаешь, что Гуам не поднимет… - стонал Галчонок, - А даже если так… Гуам не поднимет, но кто-нибудь другой может… Её могут поставить на сонцепёке… Из неё не выйти… И даже если бы у меня был хозяин, то ему было бы неудобно носить меня в этой клетке…

Хламовщик, тем временем, подошёл и подёргал замок, потом пошёл к своей телеге, достал оттуда ломик, попытался взломать замок им. А потом констатировал:

- Слишком крепкий! Да видно, на славу делали… И на совесть… Не думали, что для такого бессовестного дела замок будет использвоан. И клетка крепкая… Её тоже делали на совесть… А используют теперь таким бессовестным образом… Заперли несчастную птичку…

Сказав всё это, Хламовщик сунул лом в прутья, и попытался работать им как рычагом. Прутья, ожидаемо, не поддались.

- Но я знаю, что делать! – воспрянул Хламовщик, - Надо поджечь! Клетка сгорит, и Галчонок освободится!

Орёл заклекотал панически, вцепился покрепче в клетку и взмыл с ней вверх. А потом, перелетев крышу, занёс клетку во внутренний двор и поставил на берегу Волшебного Озера.

- Василиса! Василиса! – теперь он мог нормально разговаривать.

Василиса величественно выплыла на его зов:

- Ты вернулся?

- Прости, что нагрубил тебе, - спешно затараторил Орёл, - Я хотел, чтобы Гуам думал, что я с ним заодно и против тебя, чтобы добыть Говорящую Птицу.

- Я поняла это, - заверила Василиса, подплывая к клетке и заглядывая внутрь, - Ты правда спас Галчонка! Галчонок, ты ли это…

- Я… Да, это я… - стонал Галчонок.

- Но только Хламовщик не может открыть эту клетку! – жаловался Орёл, - И собирается её поджечь… Но у нас Говорящая Птица! Если Клариса принесёт сюда лепесток, Галчонок сам загадает желание…

- Но это самый-самый последний лепесток, - покачала головой Василиса, - Не факт, что Хозяин так просто нам его отдаст. Этот лепесток нужно потратить правильно, иначе, других не будет. Клариса сказала мне, что Хозяин сказал ей, что все мы в большой беде…

- Но главное, у нас теперь есть Говорящая Птица! – суетился Орёл, - Значит уже, мы можем загадывать! И не зависеть от этого дурака – Хламовщика, с которым каши не сваришь! Даже пластиковой!

Василиса посмотрела сквозь прутья в клетку, и сказала:

- Боюсь, что Галчонок очень плох. И нам сейчас нужно загадать, чтобы он исцелился. Но мы этого сделать не можем…

- Да он может пожелать это сам! – воспрянул Орёл, - Вот прямо как я! Ты не знаешь, но у меня были обрезаны крылья… - он нагнул голову, посмотрев в клетку, - Вот как сейчас у него…

- Что? – встрепенулась Василиса, а потом заглянула в клетку тоже, - Кто ему отрезал крылья?

- Ну так разбойники! – негодовал Орёл, - Вот когда я был у них…

- Что? – снова встрепенулась Василиса, - Ты был заодно с разбойниками?

- Я не виноват! Меня заставили! – завозмущался Орёл, - Меня украли ещё когда я был птенцом, потом отрезали кончики крыльев, чтобы я не улетел, и заставили на них работать. Филин Гуам сам был заодно с разбойниками, поэтому ему крылья не подрезали, он был их летающей птицей, он был их глазами и моим конвоиром, он летал, он таскал меня в когтях, а я был вынужден работать переводчиком. Но я всё время мечтал освободиться! Я ненавидел их, я ненавидел свою работу… А когда Гуам притащил меня сюда, они остались без переводчика, и видимо, решили заставить Галчонка…

- Вот что, - сказала Василиса, - В предании говорится, что последний лепесток нужно потратить на исцеление калеки. У нас сейчас три претендента. Скоропея, Жучка и этот несчастный Галчонок. Я голосую за то, чтобы исцелить его. Скоропея уже давно живёт со своей половиной головы, Жучка хоть и хромает, но всё же может ходить, да и я думаю, её лапка сама со временем пройдёт. А вот Галчонок… Ему без возможности летать будет очень тяжело…

- Но он может и сам загадать! Вот как я… - взмахнул крыльями Орёл.

- Вот как ты – не годится, - постановила Василиса, - Ты утратил возможность говорить, а ещё, ты потратил лепесток на себя, а это неправильно! Последний лепесток нужно потратить на помощь кому-то другому. Так что выходит, чтобы всё сработало как надо, загадать должен Хламовщик же…

- А может, Галчонок загадает? – осведомился Орёл, - Пожелает, чтобы Прынцесса вернулась в Замок, это и будет помощью, а значит – должно сработать! И возродятся Цветики-Семицветики, и… А может… Может, нужно пожелать что-то для самого Хозяина? Если он в беде…

- Вот только никто не понимает, что с ним! – ответила на это Василиса, - Так что, по-любому, мы должны всё это обсудить! И друг с другом, и ещё, заручиться советом и одобрением Хозяина. Если кто и разбирается в Цветиках-Семицветиках, так это – он. И в своей беде тоже никто лучше него самого не разбирается.

- Вот только к Хозяину теперь не попасть! – заявил Орёл, - Так что… По-любому, будет как в прошлый раз! – заволновался Орёл, - Когда мы уже обо всём договорились и всё обсудили, и тут вмешалась муха! А если мы Хламовщика приобщим, то ожидать можно вообще чего угодно! Но не того, чего нужно нам всем!

- Всё равно, лепесток наверху, - сказала Василиса, - Пока Хозяин не позволит его забрать, ничего мы загадать не сможем!

- А Клариса где? – засуетился Орёл.

- Здесь я, здесь! – подала Клариса свой голос, - Я не могу всё время сидеть там у Хозяина. Он постоянно спрашивает, где Прынцесса, он… Короче, как только он засыпает, я ухожу.

- Ты собиралась его разговорить, - напомнила появившаяся следом Скоропея.

- Но это невозможно, - вздохнула Клариса, - Во-первых, он очень грустный и подавленный. Я не могу прямо в лоб спрашивать. Во-вторых, всякий раз, когда я уже подхожу к этой теме, он или уводит разговор в другую сторону, начинает повторять то, что уже рассказывал…

- А что он рассказывал? – осведомилась Скоропея.

- Что он любит Прынцессу, потому её отпустил. Но если бы он знал, что она не сможет загадать, чтобы её лепесток доставил домой, и что Прынцесса в итоге пойдёт пешком и заблудится на Свалке, он бы ни за что не стал её отпускать! Потому что это очень опасно, а он не хочет, чтобы Прынцесса подвергалась такой опасности! И всё по кругу… Или… - она поникла и поводила лапкой по булыжнику, на котором стояла, - Или вообще срывается и начинает кричать, что я не в своё дело лезу, что если он что-то требует, то значит, это для чего-то нужно, но для чего – не объяснишь… - она вздохнула.

- Странный он, - сделала вывод Скоропея, - Словно чего-то скрывает. Не верю я ему, девчата…

Она вздохнула. За ней вхдохнула Клариса. А следом – Василиса.

- А ещё, - добавила Клариса, - Я не могу ему постоянно врать, что Орёл – с Прынцессой, - она подняла взгляд и посмотрела на сидящего на клетке Орла: - Может быть, ты правда полетишь к Прынцессе, раз Галчонка ты уже спас? Где он был? Неужели, правда у разбойников? Я-то думала, они блефуют…

- Да если бы блефовали, - заявил Орёл, - Могли бы придумать какое-нибудь более продуктивное враньё. Например, что у них в заложниках сам Прынц… Нет, ну правда. Логично предположить, что если она на что и поведётся – то на вот это…

- Так, я не поняла, - строгим голосом сказала Василиса, - Ты на них работал по принуждению, или был инициатором и генератором самых коварных планов?

Орёл втянул голову в плечи и прижал все перья, словно пытаясь сделать вид, что его здесь нет, а потом всё-таки вымолвил:

- Но я не толкал им подобных мыслей, даже если они меня и посещали… И к тому же, я не с той точки зрения, что так нужно сделать, а вот если бы злодеем был я… Если бы…

Василиса оценивающе смотрела на Орла. Тот совсем поник.

- Ну вот, - вздохнула Клариса, - Зачем ты с ним так?

- Мы не верим Хозяину, - сказала на это Скоропея, - А Василиса не верит Орлу. Да и правда, после вскрывающейся правды верить ему трудно. А если вдуматься. Он тут посторонний, мы его не знали, но не сохранили наши секреты про Зеркало.

- Так мы думали, - вздохнула Василиса, - Что это несчастная потрёпанная птица, которая навсегда останется у нас, а раз так, нет смысла скрывать… Кто же знал, что он загадает лепестку такое… Такое, после чего сможет улететь…

- Но он же до сих пор помогает нам! – заявила Клариса, - И Галчонка спас! Стал бы он его спасать, если бы хотел остаться злодеем?

- Думаю, ты права, - вздохнула Василиса, подалась чуть вперёд, подплывая ближе к Орлу, а потом, понурив голову, сказала: - Прости меня, Орёл. Но у меня привычка такая… Быть подозрительной и недоверчивой… Я же всё-таки сторож… Да и… - она задумалась, - На самом деле мне хочется тебе верить. Я видела, как ты перед этим спас Хламовщика. Не смотря на то, что он поверил этому провокатору – Гуаму и пытался в тебя стрелять. Вижу, что у тебя доброе сердце… Мне очень стыдно, Орёл, но это я от неожиданности… Я ведь не знала, что ты на разбойников работал, а это серьёзно… Это накладывает отпечаток, когда открывается такое прошлое, то доверять становится сложно… Даже если тебя заставили…

- Я понимаю… - вздохнул Орёл.

- А по поводу замка, - заявила бойко Клариса, - Я знаю, что мы сделаем! Я попробую открыть его хвостиком!

С этими словами она ловко вскарабкалась по прутьям клетки к замку, взобралась на него и сунула свой хвостик в замочную скважину, пошерудила там, и дужка вдруг ощёлкнулась.

У Орла от удивления открылся клюв.

- А что не так? – отметила это Скоропея, - Я считаю, что мы все – не просто животные, а заколдованные люди. И не просто люди, а волшебницы! Поэтому даже став животными, обладаем некоторыми талантами. Простая мышь не смогла бы открыть замок хвостом. А наша Клариса – заколдованная волшебница, и поэтому в виде животного обладает определённым даром. Я вот тоже обладаю. Я – умная. Обычные змеи не могут быть такими умными, у них слишком примитивный мозг. А Василиса – смелая, ответственная и мудрая. А ты, Орёл, ты тоже умный. Хотя интеллектом обладают попугаи, но даже превратившись в Орла ты не стал глупее, это значит, что и ты – заколдованный человек. И тоже, наверное, волшебник!

- Между прочим, Клариса уже не первый раз открывает замок, - добавила Василиса, - Когда Хламовщик только-только привёл Прынцессу в наш Свалочный Замок, он оставил её запертой в гараже. Нам пришлось открывать в полной темноте… Ну в смысле, нам… Конечно же, всё открывала именно Клариса!

- Это всё хорошо… - медленно заговорил Орёл, - Но вот что получается… Это Клариса, значит, могла уже давно вот так же открыть и ту дверь, которая наверху?

И повисла немая пауза.

Глава 89. Это что за покемон?

- Так что же мы стоим! – выдала Василиса, - Давайте скорее наверх!

И тут во внутренний двор вышла Старушенция, волоча за ухо Хламовщика.

Она явно собиралась что-то ему говорить но уставилась на Орла и некоторое время смотрела молча, а потом вдруг вспыхнула:

- Расточитель молодой!

- Чего! – пришёл в полное недоумение Хламовщик, - Я ничего не покупал!

- А вот эта дрянь – откуда! – Старушенция уверенно ткнула указательным пальцем прямо в клетку, на которой сидел Орёл.

А потом ещё взяла обеими руками и повернула голову Хламовщика в указанную сторону.

- Но я… - затянул было Хламовщик.

Но Старушенция его перебила:

- Старого зверинца тебе мало! Опять новая птица! – она уставилась сверлящим взглядом на Орла: - Заморская птица, диковинная! Дорогущая, небось? – вопросила она, а потом утвердительным тоном постановила: - Контрабандная! – и добавила: - Во, какие умные слова я, оказывается, знаю!

- Ба! – взмолился Хламовщик, - Не покупал я эту птицу! Она сама прилетела… Вернее… Ты знаешь, как эволюционируют покемоны? Поймаешь одного, а потом он прокачается и принимает совершенно другой вид! Это мой старый Попугай эволюционировал до новой формы. И нет, я за это всё не платил и не тратился!

- А вот энто што за пыточное орудие? – Старушенция чуть опустила указательный палец, и стало ясно, что она имеет в виду клетку.

- Это говорящий мусор! – уверенно заявил Хламовщик, - Не знаю откуда оно взялось, это не моё, но, держу пари, что это со Свалки, значит, кто-то выкинул, а значит, можно взять себе!

- Это клетка, - заявил Орёл, - В ней неволили нашего Галчонка…

- Галчонка! – всплеснула руками Старушенция, отпустила Хламовщика и подбежала к клетке, выдернула из проушин уже отпертый Кларисой замок, распахнула настежь скрипучую дверь, и вытащила из клетки несчастного Галчонка: - Отыскался, касатик! А я думала, не отыщешься… Ой, бедненький, как они тебя замучили, эти злые звери… - с этими словами она отвесила Орлу подзатыльник, а потом уставилась на Хламовщика: - А ты думай, кого в зверинец приводишь! Эта птица хищная, агрессивная, неуживчивая и злая! Заморская, но коварная и подлая!

- Вы неправы! – впряглась Василиса, - Орёл не мучил Галчонка, наоборот, он его только что спас от разбойников…

- Но мою чудо-птицу разбойники украли только потому, - заскрипела с умным видом Старушенция, - Что ихний дряной говорящий попугай пропал! – она снова залепила Орлу подзатыльника: - Ишь, вздумал тут эволюционировать, покемон!

- Да всё не так! – снова вступилась Василиса, - Галчонка украли раньше, чем мы вызволили Попугая!

- Так это вы отобрали у разбойников их дряного Попугая? – сокрушалась Старушенциия, - Из-за вас разбойники на нас теперь зуб точат?

- Всё не так! – опять впряглась Василиса, - Разбойники отобрали Галчонка у Прынцессы раньше, чем она попала к нам, а не продали и не убили только потому, что у них самих пропал их Попугай…

- Вот что, значится, - снова заскрипела Старушенция, - То есть, выходит, Дрянь виновата! Она взяла мою чудо-птицу и не уследила! Не взяла бы, разбойники бы не отняли! Сам по себе мой Галчонок – обычный и серый! В отличие от всех энтих ваших заморских говорунов попугайских расцветок! Когда он летает сам по себе, никто на него и не смотрит! И никто бы не узнал, что он – говорящий, если бы он ни с кем не разговаривал! А разговаривал он с Дрянью, значит, она виновата! – Старушенция нежно обняла Галчонка, а потом оглянулась, и оживившись, заговорила с новой силой: - Так я с тобой, с твоим зверинцем, с твоим говорящим мусором, с твоими изделиями пыточной продукции вообще забыла, чаво сюда шла, чаво тебя сюда тащила и чаво от тябя хотела!

- Чего… - без всякого энтузиазма выдал Хламовщик.

- Дрянь-то сама – где! – каркнула Старушенция.

- Опомнилась! – не выдержал Хламовщик, который до того уже порядком ощутил себя униженным: - Она уже третьи или четвёртые сутки как отсутствует! Ушла на Свалку и заблудилась там, и всё прийти никак назад не может! – выложил всё это он с энтузиазмом и не без удовольствия, что сумел Старушенцию подловить на какой-то вине.

Вот только ощутить триумф от этой своей маленькой победы не успел, как словил подзатыльника:

- Ишь чаво удумал! – нашлась в ответ Старушенция, - За старой бабушкой следить и все огрехи её замечать! Каждый шаг её контролировать! Ты сам сначала сперва добейся, чтобы за тобой самим никаких огрех не было! Чтобы за тобой самим следить было не надо! А то ишь, моду взял! Конвоиром себя почувствовал, и давай вины озвучивать да упрёки зачитывать!

- Где логика, - обиженно буркнул Хламовщик и явно загрустил.

- О! – уже сменила фокус внимания Старушенция, уставившись на клетку: - Какая хорошая штука! Это будет домик для моего Галчонка! Клетка нужна не для того, чтобы неволить птицу, а чтобы птица чувствовала в ней себя защищённой, что у неё есть своё место, своё пространство, свои границы…

С этими словами она в одно движение сунула Галчонка в клетку, после чего затворила дверцу. Прежде чем кто-либо из присутствующих успел что-либо сообразить, Старушенция схватила валяющийся тут же замок, сунула в проушины и защёлкнула дужку.

- Вот! Теперь птица не пропадёт! – постановила Старушенция, отряхнув ладони друг от друга, - И теперь я займусь тобой! – она уставилась на Хламовщика.

Тот явно не находил себе места, он то краснел, то бледнел, понуро глядя себе под ноги и переминаясь с ноги на ногу.

- Мне нужна была Дрянь, - принялась распинаться Старушенция, - Чтобы наверх пошла да цвяток у нашего Узника добыла! А ты меня радуешь новостями, что ушла эта дура на Свалку! Немедля отправляйся и тащи её назад! Вот как хочешь – так и тащи!

- Но Ба… - выдал, было, Хламовщик.

- И слышать ничего не хочу! – напирала на него Старушенция, - Взрослый увалень, а всё не знает, как с девушками разговаривать! Как подход к ним находить! А не можешь – сгребай в охапку и тащи сюда силой! Я кому тебе сказала!

- Но Ба…

- И без возражений! – повысила голос Старушенция.

- Но Ба! – голос Хламовщика стал более ревностным и твёрдым: - Я и так делаю всё, что могу, чтобы она скорей вернулась! Я уже почти надул своего Дракона, вот когда он взмоет вверх на нитке, то будет ориентиром, аки маяк, и Дура сразу найдёт дорогу!

- Чаво? – медленно офигела Старушенция.

- Но я сам всегда ориентируюсь на шпиль самой высокой башни! А если его не видно издаля, стало быть, нужно что-то, что ещё выше? Вот я и подумал – это будет мой Дракон! Я возьму нитку подлиннее, чтобы он поднялся выше этой башни! И Прынцесса сразу поймёт, что это он! Не, ну во-первых, она же любит Драконов.

- Да какое – любит! – вскипела Старушенция, - Она про Дракона говорит плохо! Что он имеет девушек во всех позах! И не просто имеет, а методом грубейшего насилия! Потому что иначе бы это словом «имел» не называлось!

- Да ничего ты не понимаешь, Ба! – заканючил Хламовщик, - Она так плохо говорит про Дракона потому, что на самом деле Дракон ей нравится! Как и мне. Просто она стесняется. Боится, что её засмеют. Поэтому притворяется, что ей Дракон не нравится, а чтобы убедительнее притворяться, говорит про неё гадости!

- Чаво за глупость! Чаво за бред!

- Я сам так всегда делаю… - растерянно выдал под таким напором Хламовщик, и для убедительности добавил: - Когда мне что-то нравится, я притворяюсь, что оно мне на самом деле не нравится, и ещё вот так вот хмыкаю… - он изобразил свой дежурный глупый смешок.

- Ничего глупее придумать не мог? – она отвесила Хламовщику подзатыльник, - Значит, ты говоришь не то, что думаешь, а думаешь не то, что говоришь? То есть, врёшь?

- Но Ба… Разве ты сама делаешь не так же, когда про всех подряд говоришь всякие гадости?

- Не так же! – повысила голос Старушенция, которая уже явно выходила из себя.

И грозила стать куда более сварливой, раздражительной и язвительной, чем она бывала обычно.

- Я никогда, никогда так не делаю! – принялась втирать Старушенция, - Если я что-то говорю, то это и есть правда! А на правду не обижаются! Вернее, ты на неё всегда обижаешься, и все, вообще все, - она обвела рукой пространство, явно подразумевая всех присутствующих, - А я вам всем всегда правду говорю! Просто вы отказываете признать, что правда эта неприглядна! Но что делать, правда всегда горька! Всегда! На то она и правда!

- Буду знать, - каверзно молвил Хламовщик, ковыряя в носу, - Всё плохое – это правда, и её нужно всегда говорить, даже если все – обижаются!

- А тебе ещё рано! – Старушенция влепила Хламовщику очередной подзатыльник, - Ты ещё до правды не дорос! Это я уже целую жизнь прожила, а ты вот ничего не прожил! Или прожил, но дурак-дураком и есть! Или точно, обалдуй-обалдуем!

- Но Ба… Так не честно! Я же молодой, значит, лучше соображаю и быстрее думаю… А ты всё забыла уже…

- Ты ещё смеешь бабушке замечания такие делать! – вскипела на это Старушенция, - А что, скажешь, ты не дурак? Ты дракона своего чем надуваешь? Водородом или гелием?

Хламовщик впал в ступор от такого напора.

А Старушенция уверенно постановила:

- Или ртом? Вот будешь ртом надувать, он ни в жизнь никогда не взлетит! А водорода или гелия у тебя нетути, так что ярундой ты занимаешься!

Хламовщик чувствовал, что сейчас для него весь мир переворачивается, открывается Америка и происходит настоящее озарение. И всё это случается сразу. Хотя слова «водород» и «гелий», определённо, были ему знакомы, но он всегда это считал чем-то настолько необычным и диковинным, что представить себе не мог, что обычные надувные шарики можно надувать вот этим. Особенно те, которые продаются на обычном базаре. Хламовщику всегда казалось, что гелий бывает только на Солнце, а водород – и вовсе далеко-далеко в космосе, и если на Земле его где-то и можно найти, то только в специальных лабораториях, где занимаются очень-очень-очень научной наукой и как-то добывают очень-очень-очень сложным образом в очень-очень-очень маленьких количествах. А шарики, которые продают на базаре, носят на ниточках, а потом отпускают в небо, Хламовщик был уверен, что надувают именно ртом! Потому что в мультиках, которых Хламовщик по Волшебному Блюдечеку посмотрел немало, шарики тоже надували ртом, и потом эти шарики летали. Но может, это потому, что герои мультфильмов способны выдыхать этот самый водород или гелий?

- Живо ноги в руки и иди на Свалку за Дурой… - уже требовала Старушенция, - В смысле, Дрянью! Тащи её сюда, хочешь сладкими словами и невыполнимыми обещаниями, хочешь – грубой силушкой, но Дрянь должна быть здесь! И да, наверху там отопри и Зеркало повесь, плацдарм должен быть готов! Приду – проверю!

С этими словами Старушенция чинно удалилась. А все собравшиеся с облегчением выдохнули. Все, кроме Хламовщика. Тот по-прежнему не находил себе места и не понимал, и как он будет жить после открывшейся истины – что шарики надо надувать не ртом, а водородом или гелием. И главное, что Старушенция в курсе реального положения дел, а он, такой молодой и прогрессивный, такой вумный и продвинутый, такой насмотренный Волшебного Блюдечка, такой начитанный Вумного Научпопа, такой образованный в Колледже Потомственных Механиков, а не в курсе про то, что шарики надувают не ртом, а водородом или гелием! А вот Старушенция, от сохи оторванная, не владеющая даже элементарной письменностью и не умеющая считать, откуда-то знает про водород и про гелий…

Некоторое время он стоял в ступоре переваривая все эти факты. А потом, словно от чего-то оттаяв, махнул рукой, издал отчаянное: «Эх» и направился в другой выход со Внутреннего Двора.

Выждав некоторое время, Клариса снова принялась открывать хвостиком замок, ворча себе под нос:

- Ну вот что за люди… Вот ты, Орёл, спрашиваешь: могла ли я всё это время открыть тот замок, что наверху? Так вот… И да, и нет. Потому что на самом деле – это трудно! И да, больно хвостиком железяки шевелить! И не всегда и не по-всякому поддаётся… Так что мне это не так уж и легко даётся! А эти идиоты взяли и заперли… Я не знаю, получится ли у меня снова…

- Чего ты хочешь от них, Клариса, - сочувственно молвила Василиса, - Тут не «что за люди», а «одним словом – люди» - было бы правильнее. Потому что сколько я здесь живу, не помню, чтобы они сделали что-нибудь по-умному. Люди всегда тупят. Все, которых я знаю…

Замок, наконец, поддался, дужка отщёлкнулась.

- Василиса, забери отсюда Галчонка, - пропищала Клариса, - Такие хозяева его только угробят! Не понимаю, как он их всё это время терпел, почему не улетел…

- Так я же и улетел, - простонал Галчонок, - Помнишь, Клариса, я предлагал вам всем бежать со мной в Волшебную Страну… Но вы все сказали, что останетесь, потому что вам так велит долг…

- А ещё, потому что мы уже все старые, - добавила Скоропея, - Нам уже всё равно, нам уже не страшно… В смысле… Не так страшно, как если бы были молодые. Эх… - она вздохнула и задумчиво закатила свой единственный глаз кверху: - В молодости, когда ещё не пришло разочарование, когда ещё есть время всё успеть, хочется, чтобы жизнь сложилась лучшим образом, чтобы не было в ней потерь и лишений как у тех других, у кого жизнь не удалась… В молодости думаешь, что даже если чьи-то судьбы и были трагичными, то это должно остаться в прошлом. Что раз они страдали, то ты уже страдать не будешь, что другие отстрадали за тебя. За то, чтобы тебе не страдать. Чтобы следующее поколение уже не знало лишений и бед. Что ты лично живёшь в такое время, когда всё плохое уже ушло и не должно повториться… Потом оказывается, что всё это совершенно не так, что страдания ещё не кончились, что были, есть и предстоят, и что самое плохое, что только может быть, даже ещё и не начиналось! Вот только в старости бежать от неизбежного уже не хочется. Не хочется уходить из привычных мест, даже если это грозит какой-нибудь опасностью или бедой… Но вот ты улетел, и что в итоге? Тебя поймали разбойники и держали в плену.

- А у тебя что-то случилось с головой, - заметил на это Галчонок.

- Эх, да… - вздохнула Скоропея, - А у меня что-то случилось с головой… Точнее сказать, Хламовщик лечил меня ампутацией. А теперь хочет, чтобы у Жучки лапа отвалилась, потому что, по его мнению, лапа болит, а раз болит - то уж лучше пусть отвалится...

Василиса просунула в клетку голову, аккуратно ухватила Галчонка за хвост и плавно вытащила из клетки.

- А эту ужасную клетку надо утопить в этом Озере, - ревностно заявил Орёл, - Пока в неё опять кого-нибудь не заперли. И пока Хламовщик её не поджёг…

- Не надо, - отрезала Василиса, плавно опуская Галчонка себе на спину и закутывая крыльями, - Давайте запрём её на замок пустую. И дальше пусть Хламовщик её себе поджигает… Она сгорит в итоге, а с ней и проблема уйдёт.

- Но в прошлый раз, ты помнишь, Василиса, какой он тут костёр развёл, и как пожар случился… - напомнил Орёл, - И это просто чтобы одёжу высушить! А чтобы эта клетка сгорела, тут не просто костёр, тут целый огненный ад устроить надо! И если Хламовщик вознамерится, то скорее весь Свалочный Замок сожжёт, нежели эту клетку. Нет уж. Я отнесу эту клетку на свалку и выкину там.

- Не надо выкидывать такой опасный мусор, - укорила Василиса, - Во-первых, на Свалке-то Хламовщик её точно найдёт и опять сюда притащит! Свалка – его дом родной. Это Прынцессу он на ней найти не может. А клетку в раз отыщет. Привезёт сюда и будет жечь. Во-вторых, пока эта клетка там будет валяться и ждать своего часа, какой-нибудь зверь или птица в ней запутается. Я потому и не хочу, чтобы ты в Озеро её кидал, кто-нибудь будет спасаться в нём от пожара, ну наш же Хламовщик, зацепит клетку ногой, не сможет плыть и утонет! Именно так и происходят несчастные случаи, когда люди купаются во всяких сомнительных местах!

- Нет, Василиса, я уже решил! – постановил Орёл, - Я отнесу её и брошу на Свалке возле обиталища Разбойников, они найдут эту клетку раньше Хламовщика, к тому же, он туда не ходит. А они найдут и решат, что я Галчонка растерзал прямо внутри клетки и съел по кусочкам, и не будут его искать, не будут за ним охотиться.

- Но тогда они будут охотиться за тобой.

- Они и так будут за мной охотиться. Они уже видели, как я у них эту клетку воровал. А ещё, когда один из разбойников хотел выстрелить в меня из ружья, он высунулся из окна по пояс, не удержался и упал. И кажется, свернул себе шею. Так что мне ещё него будут мстить!

- Значит, у нас больше не сорок, а только тридцать девять разбойников? – с надеждой спросила Василиса.

Орёл пожал плечами:

- Я видел, как он падал, но я сказал «кажется, свернул себе шею», то есть это не точно… - он схватил клетку и поволок её прочь из Свалочного Замка.

- Орёл, возвращайся обязательно! – крикнула вслед Василиса, - Когда мы всё обсудим с Хозяином, может потребоваться твоя помощь!

- Я ещё загляну, - сделав круг, крикнул Орёл, - Приготовьте воды и пластиковой каши для Прынцессы, а то я устал искать, где бы чего украсть…

Василиса укоризненно покачала головой и, поникнув, потерянно прошептала:

- Я думала, что ты герой, а ты – ворюга…

- Ну может быть, он не так уж плох, - молвила появившаяся откуда-то Скоропея, - Он же воровал вынужденно… И для Прынцессы… А мы могли бы пожелать, чтобы все его провинности потом отменились…

Глава 90. Дурная голова ногам покоя не даёт

- Хозяин! – позвала Клариса, глядя в осколочек Зеркала, - Хозяин, просыпайся! У нас теперь есть Говорящая Птица! Теперь мы можем потратить лепесток с умом и с пользой! Ты только скажи, что нужно делать!

Хозяин нехотя открыл свои светящиеся глаза. Хотя в осколочке отражались только они, но по болезненному прищуру, Клариса сделала вывод, что Хозяину очень больно.

- Откуда у вас вдруг взялась Говорящая Птица? – недовольно осведомился Хозяин.

И тут Клариса поняла, что если скажет, то признается в том, что Орёл был какое-то время не с Прынцессой.

- Что, что мы должны загадать? – суетливо спросила она, чтобы уйти от ответа.

- Ты уверена, что Говорящая Птица озвучит то, что будет нужно? – простонал Хозяин, - Как я понял, вы все имели планы, чего и как загадывать, но из-за мухи – не смогли…

- Но ведь этой мухи больше нет? – с надеждой спросила Клариса.

- Как знать… Пока она себя не проявляет, но вдруг выжила и уцелела?

- Но пока её нет… И вдруг у нас получится…

- Где Прынцесса?

- Орёл за ней присматривает!

- Но почему Хламовщик до сих пор так за ней и не пошёл? – повысил голос Хозяин, - Это что, так трудно?

- Это сложно объяснить… - вздохнула Клариса.

- Чего тут сложного? Взять тачку и скататься на Свалку, а потом привести деву сюда и ждать дальнейших распоряжений? Он каждый день туда катается, то за мусором, то на базар, неужели не может потратить один день и найти Прынцессу? Мусор ему искать не западло, для этого он может там часами по самым извилистым маршрутам колесить! А тут – ну прямо ну никак…

- У Хламовщика другие представления о том, как надо возвращать юных дев со Свалки…

- Если вы добыли Говорящую Птицу, если она согласна нам помочь, повлияйте через неё на Хламовщика, чтобы ехал за Прынцессой! Если Орёл знает, где Прынцесса, он может летать в небе над ней и указывать направление Хламовщику… Но я так понимаю, этот упрямый баран не хочет ничего делать!

- Вот потому ты и должен отдать лепесток нам! – заявила Клариса.

- Ничего я никому не должен! – повысил голос Хозяин, - Я отдам лепесток только Прынцессе! Так и передай Хламовщику! В легенде говорится, что добыть лепесток может только женщина, а загадывать должен мужчина. Но, во-первых, это касается только последнего лепестка, а не всех подряд, которые вы уже наблюдали в действии. Во-вторых, легенда умалчивает ещё одну очень важную деталь.

- Какую?

- То, что загадывать, скажет немой! Но он озвучит то, что желает женщина, то, что желает мужчина, но чего они все не осознают.

- Но как немой озвучит? – озадачилась Клариса.

- Я этот немой! – повысил голос Хозяин, - Точно так же, как Орёл – это немая птица, но он может говорить через Зеркало. Я тоже могу! Но чтобы Прынцесса и Хламовщик поняли себя, меня и друг друга, мы все втроём должны тут сойтись, посмотреть в это Зеркало и открыться! Только так и никак иначе!

- А по другой версии легенды, - робко начала Клариса, - Последний лепесток нужно потратить на исцеление мальчика-инвалида…

- Это расхоже разночтение! – заявил Хозяин, - Со всеми легендами это рано или поздно случается! Когда легенды передаются из уст в уста, и когда число хранителей и рассказчиков множится в геометрической прогрессии, такое неизбежно происходит! Кто-то что-то не так понял, не так запомнил, не так пересказал, приправил отсебятиной – и вуаля! Имеем множество версий, и ни одна из них не правильная. А вот я… Я стоял у истоков рождения этой легенды. Не даром я тут, охраняю Цветики-Семицветики. Так что самая оперативная информация у меня!

- Но Старушенции ведь ты инструкцию рассказал? – осведомилась Клариса.

- А почему ты спрашиваешь? – озадачился Хозяин, - И откуда эти сведенья… Про инструкцию?

* * *

- Ну Василиса, ну достань мне этот ключ! – жалнил тем временем Хламовщик на Озере, - Ты же умеешь нырять?

- Поверь мне, Хламовщик, - укоризненно молвила Василиса, - Когда я узнала, что ты бросил его в это Озеро, я уже ныряла, я уже искала! Но там такое рельефное дно, в расщелинах, что ключа не достать! Даже с моим плоским клювом и длинной шеей. И ещё, я не хочу там застрять и захлебнуться.

- Но мне он позарез нужен! – стонал Хламовщик, - Ба велела мне открыть дверь!

- Но о чём ты думал, когда выкидывал этот ключ? – осведомилась Василиса, - Ты же думал о том, что защитишь таким образом Прынцессу! А раз ты готов был на это пойти, то знай, что за свои решения надо отвечать! Вопрос о том, что ключ снова утерян, непременно бы встал, и тебе пришлось бы на него ответить! Вот иди и отвечай! Пошёл – так иди же до конца!

- Так не честно! – всплеснул руками Хламовщик, после чего развернулся и куда-то ушёл.

Василиса выдохнула с облегчением.

И тут же к ней подбежала Клариса:

- Василиса! Я бы могла…

- Даже и не думай! – повысила голос Василиса, - Даже если ты и сможешь открыть этот замок, лучше если ни Хламовщик, ни Старушенция ничего об этом не будут знать! В конце концов, и Зеркало не будут зря тревожить. И вообще, уже пора бы принести лепесток и загадать наше желание!

- Но только Хозяин мне его не отдаёт! – пожаловалась Клариса, - Сказал, что отдаст только Прынцессе!

- Ну так ты бы ему и объяснила, что это для того, чтобы вернуть Прынцессу!

- Может быть, всё-таки скажем Хламовщику, пусть берёт Зеркало, пойдём все вместе и поговорим с ним! Мне надоело быть тут между всеми посредником! Я уже спрашивала у Хозяина и так и эдак, а он всё одно! Не веришь, давай позовём Хламовщика, чтобы отнёс нам Зеркало, пошли, сама спросишь!

Однако, Хламовщика звать не пришлось.

Он вернулся сам, сдёрнул с себя безрукавку, потом скинул рубаху, после по очереди вытащил ноги из ботинок и, стягивая штаны, заявил:

- Если ты, Василиса, не хочешь для меня достать этот ключ, я сам за ним нырну!

- Даже и не думай! – повысила голос Василиса.

- Мужик сказал – мужик сделал! – настаивал Хламовщик, - В конце концов, раз я выбросил этот ключ, я его и должен вернуть… Я совершил ошибку, я же её и исправлю!

- С ума сошёл! – в голосе Василисы появились испуганные нотки, - Там темно и полно колючей проволоки, а ещё подводный водоворот, который всё засасывает, нырнёшь – так точно потом не вынырнешь! Нет, я тебя не пущу! – она раскинула свои белоснежные крылья перед Хламовщиком, преграждая ему дорогу.

Хламовщик шагнул в сторону, намереваясь обогнуть Василису.

- Стой! – не выдержала она, - Мы знаем, как открыть дверь без ключа! Не надо за ним нырять… Мы откроем… Точнее… Я попрошу Кларису, это она может открыть. И мы все вместе поговорим с Хозяином о том, как нам вернуть Прынцессу.

* * *

Хламовщик шёл по лестнице, неся Зеркало и рассуждал вслух. Вернее, ему казалось, что он разговаривает с Василисой, а ещё, со Скоропеей и Галчонком, которые ехали на Василисе, но поскольку, те не могли ответить, разговор получался крайне односторонним.

- А всё-таки хорошо, что получится открыть дверь! – радовался Хламовщик, - Теперь Ба не узнает, что я выкинул ключ. Я что-нибудь придумаю, что ей сказать, почему я не отдам ключ ей в руки. Точно! Я скажу, что я отпёр, а ключ отнёс и положил под коврик, чтобы он не потерялся.

Василиса лишь укоризненно помотала головой.

Некоторое время они шли молча. А потом Хламовщик снова заговорил:

- В прошлый раз она припёрлась в потайной ход, а ключ от него где-то там у себя оставила. Значит, и про этот ключ забудет, даже если я его ей не дам… А я скажу, что я ей его уже отдал, но она сама же и забыла, куда его положила…

И снова на некоторое время воцарилась тишина, они шли молча, а потом Хламовщик вдруг озарённо воскликнул:

- О! Я придумал! Я дам ей другой ключ, но скажу, что это тот самый!

Он вдруг поставил Зеркало к стене и вприпрыжку устремился вниз, перескакивая через ступеньки.

- Всё равно она не будет проверять! – раздавался радостный голос Хламовщика уже откуда-то снизу.

Василиса уселась рядом с Зеркалом и принялась ждать, прострекотав на своём, лебедином:

- Ну вот, даже не поговорить нормально, пока он бегает. Рабочей стороной к стенке поставил…

- Я мог бы переводить для Скоропеи… - простонал Галчонок.

- Не надо, - заявила Василиса, - Ты пока отдыхай! Тебя там так измучили… - она вздохнула.

Через весьма продолжительное время Хламовщик приполз назад. Не прибежал, а именно приполз. Это вниз он скакал вприпрыжку, а снова наверх у него остались силы только ковылять, пыхтя и отдуваясь. Но это ему не мешало светиться от радости, а в руке он держал маленький ключик, который ярко засверкал, когда попал в лучи света из окошка, мимо которого Хламовщик прошёл прежде, чем попасть на то место, с которого ещё недавно он вприпрыжку убегал.

- Смотрите, что завалялось в моих вещах! – радостно доложил Хламовщик, - Знал же, что пригодится!

Василиса от удивления что-то застрекотала, а Галчонок вялым голосом перевёл:

- Василиса говорит, что тот ключ, который был – он был совсем-совсем другой… Этот на него совершенно не похож! Старушенция заметит подмену.

- Да Ба не помнит! – уверенно и радостно выдал Хламовщик, - Да и к тому же, этот ключ золотой! Неужели, Ба поверит, что он может и не подойти к нашему замку? Вроде бы была такая сказка, про Золотой Ключик, он все двери открывал!

- Ты чего-то путаешь, - простонал Галчонок, уже не переводя, а от себя лично: - Золотой Ключик открывал одну дверцу. Но Заветную. Но всё равно только одну и строго определённую!

- Ну вот я и говорю! Этот ключ точно подойдёт! – лучился Хламовщик, - Потому что та дверь, которую мне надо открыть, она и есть и Заветная, и Строго Определённая, всё сразу! Всё совпадает!

Когда Хламовщик, держа двумя пальцами свою находку, направился вперёд, Василиса ещё раз укоризненно поболтала головой, а потом застрекотала, кивая на Зеркало.

Но это не помогло. Шаги Хламовщика удалялись, потом сверху послышались звуки возни и скрежета, и крепкая молодецкая ругань.

Потом сверху прибежала Клариса, отчаянно пища.

А Галчонок перевёл для Василисы:

- Испортит не тем ключом замок, потом не открыть будет…

Скоропея зашипела, и Галчонок добавил к переводу и её слова:

- Ещё, чего доброго, ключ застрянет.

Василиса застрекотала в ответ, а Галчонок озвучил для остальных:

- Не будем думать о плохом. Может, обойдётся…

Клариса запищала, а Галчонок перевёл:

- Клариса спрашивает: а чего вы вообще сюда идёте?

Василиса ответила на своём лебедином, и Галчонок доложил Кларисе:

- Это долгая история, лучше поговорить об этом, когда Зеркало поставят нормально…

Через некоторое время Хламовщик спустился вниз, уже без своего чудо-ключа, и, как ни в чём не бывало, спросил:

- Так вы говорите, знаете способ, как открыть тот замок?

* * *

Худшие опасения Скоропеи оправдались: ключ действительно застрял в замке. И Хламовщику пришлось ещё не один раз сбегать вниз для того, чтобы притащить все нужные инструменты, дабы решить проблему. Под конец он привёз свою тачку, в которую положил много всяких разных штуковин, и всё-таки сумел вытащить ключ из замка, порядком его при этом покорёжив.

Василиса при этом переживала, Клариса изводилась от нетерпения, Галчонок просто скучал. И когда пришло время пробовать, Клариса чувствовала себя как выжатый лимон.

- Ну вот не знаю, что я теперь скажу Ба, почему ключ такой мятый… - раздосадованно молвил Хламовщик, вертя ключ в пальцах, а потом резко воспрянул: - А, или нет, знаю! Я скажу, что ключ случайно упал с тумбочки и при этом погнулся, но зато будет понятно, почему он не открывает наш замок! Потому что испортился и перестал открывать!

Василиса очень хотела отчитать Хламовщика и командным тоном послать его за водой и перекусом для всей команды, но поскольку озвучивала требования не она, а Галчонок, то всё превратилось в вялую просьбу.

- Ты пожални и поной, раз командным тоном перевести не можешь, - посоветовала ему Скоропея на своём, змеином.

- Ах, Хламовщик! – зажалнил Галчонок человеческим голосом, - Василиса и Скоропея передают, что Василиса устала идти и у неё лапки заболели, а Скоропея устала ехать, на лебеде, да без седла, ей неудобно и скользко! А Клариса была тут у Хозяина и очень проголодалась и тоже устала. Все хотят есть, пить, отдыхать, а вниз сходить у нас сил не будет… Мы все так долго поднимались… Сбегай, как мужчина, принеси нам поесть, попить, постельку, домик, чтобы тут было тепло и уютно…

- О! – оживился Хламовщик, - Я знаю, что вас всех развеселит!

С этими словами он бросил ключ на пол, поставил перед собой телегу, запрыгнул на неё и с весёлыми выкриками покатился по ступенькам вниз.

Василиса и Клариса поёжилась, Скоропея смоталась в клубок, спрятав голову вовнутрь, а Галчонок взъерошился и озвучил за всех:

- Это не развеселит, это нервы пощекочет…

Обернувшись к своей спине, Василиса обменялась взглядами с сидевшими там друзьями. И прострекотала.

- Но я могу переводить, - тут же застонал Галчонок, а потом добавил для Скоропеи и Кларисы: - Василиса переживает за Зеркало. Оно стоит к нам задней стороной, но она боится его трогать, мы все – животные, у нас у всех у кого лапки, у кого крылья, у кого только хвост и голова, уроним, разобьём… - он прислушался к шипению Скоропеи, и скептически добавил: - Но даже если руки растут не из того места, всё равно это руки, и лучше приспособлены, чтобы брать и держать такие предметы.

Клариса пискнула, подняв указательный пальчик своей лапки, спрыгнула на пол, быстро юркнула под запертую дверь, а потом уже не очень быстро вытащила осколочек Зеркала, при помощи которого переговаривалась с Хозяином.

Василиса тотчас заглянула в него и сказала:

- Вот это ты зря, подруга! Я уже не знаю, чего и ожидать, лучше все ценные предметы спрятать в разные места, чтобы если в одном месте что-то случится, то в другом бы что-то сохранилось! Лучше отнеси его обратно в комнату и спрячь там понадёжнее в какую-нибудь щель, да чтобы Хламовщик не нашёл, даже если он туда войдёт! А то чует моё сердце, с нашим основным Зеркалом чего-нибудь, да случится…

- А ты не каркай! – огрызнулась на это Клариса, - Если думать о плохом, оно и произойдёт!

- Ты правда в это веришь? – озадаченно спросила Скоропея, так же заглянув в осколочек.

- Не важно! – махнула лапкой Клариса, - У нас мало времени! Надо чтобы Василиса меня подсадила и открыть дверь до возвращения Хламовщика! Держу пари, он собирается чего-то поджигать! Если не успеем, придётся нам тут тушить большой костёр. Или, учитывая наши возможности – жариться на нём. Заживо!

- Так и ты не каркай, - укорила Василиса, - Вот будешь думать про Хламовщика так, он и подожгёт. Пословица такая есть: называй человека свиньёй, и он захрюкает!

- Уж лучше бы захрюкал, - философски молвила Скоропея, - Свинья всяко лучше, чем неугомонный пироман… - а потом задумчиво добавила: - А может быть Прынцесса была не далека от истины, когда утверждала, что Хламовщик – Дракон? Ведь это бы объяснило его страсть к огню! И даже то, что при помощи лепестка он тоже устроил ни что иное как пожар…

- А мне кажется, что наш Хозяин – Дракон, - заявила на это Клариса, - У него тоже Кактус постоянно воспламеняется, особенно я запомнила момент, когда Хозяин сказал мне, что сейчас прогонит муху… И вот ровно после этого и загорелось!

- Девочки, у нас нет времени на эти разговоры! – напомнила Василиса, - Нужно успеть открыть дверь, пока Хламовщик со своей пиротехникой не прибежал обратно!

С этими словами она подставила Кларисе клюв, а потом подняла её на длинной шее к Замку.

Клариса долго ковырялась хвостиком в Замке, который выглядел даже не таким огромным по сравнению с тем замком, который висел до этого на украденной Орлом клетке. Но всё равно, поддаваться этот замок не спешил.

Однако, дужка в итоге отщёлкнулась.

Василиса опустила Кларису, после чего вытащила замок клювом.

И дверь распахнулась. Клариса тут же схватила маленький осколочек Зеркала, и торжественно шагнула в комнату. А все остальные – следом. Никто не боялся и не тревожился, наоборот, все не могли поверить своему счастью. Обуреваемые приятным волнением, какое бывает, когда до цели остаётся лишь крохотный шажок.

Но вот даже когда до цели рукой подать, что-то может пойти не так. И оно пошло. Точнее, приковыляло.

- Бросил дверь открытую, ирод! – раздался сзади скрипучий голос Старушенции.

И все, где стояли, там и подпрыгнули. И, конечно же, обернулись.

- И Зеркало тоже бросил! – всплеснула руками Старушенция, - И со скотиною, которая перебить всё может! – она взяла Зеркало в руки: - Хорошо, что всё-таки принёс! А то я обыскалась, думала, украли яво! – Старушенция развернула Зеркало рабочей стороной к себе: - Ба! Так и разбили, твари окаянные! Вон, трещина уже! – она перехватила Зеркало одной рукой, предъявляя присутствующим.

Клариса поёжилась. Скоропея сжалась в клубок. Василиса возмущённо застрекотала. А Галчонок перевёл:

- Так уже было…

- И ты туда же! – заскрипела Старушенция, размахивая Зеркалом, словно старой газетой: - Препираться с Бабушкой?

Василиса, Клариса, Скоропея замерли, завороженно глядя на эти беспорядочные движения и про себя молясь, чтобы только тяжёлое Зеркало не выскользнуло из слабых старческих рук.

А Старушенция продолжала:

- От остальных скотинок плохому понабрался? Ты почему в той комфортабельной клетке не живёшь? В той, которую я тебе присмотрела? В той, в которую я тебя определила? Почему без спросу по улицам шляешься, да в плохой компании? Опять пропадёшь или потеряешься, что я буду без тебя делать?

С этими словами она переступила порог, заставив всех остальных посторониться, водрузила Зеркало на гвоздь, а потом заскрипела уже в него:

- Ну, где ты, супостат окаянный!

- Это ты, Джессика! – ответил на это Хозяин, - Я вот одного только не пойму, как смеешь ты со мной так разговаривать, как смеешь так со мной обращаться!

Василиса тем временем по очереди подсадила остальных своих спутников на стол, а сама влезла на горшок-самослив, чтобы лучше видеть в зеркале Хозяина.

- А чаво ты мне сделаешь? – препиралась с ним тем временем Старушенция, - Столько лет ничаво не сделал…

- Я щадил тебя! – повысил голос Хозяин.

- Да ну, рассказывай… - нахально молвила в ответ Старушенция.

От чего все присутствующие ощутили смущение.

- Если ты пришла за Цветком, то ты его не получишь! – ревностно сменил тему Хозяин, и тут же, не дожидаясь, пока Старушенция чего-нибудь ввернёт, скороговоркой добавил: - Я отдам его только Прынцессе! Вот как хочешь, так и возвращай её сюда! Хочешь, Хламовщика заставь, а не можешь – сама иди пешком!

- Да ты гад, надо мною, издеваешься? – возмутилась Старушенция, - Хочешь старую больную Бабушку одну на Свалку послать?

- А вы хотите погубить девку совсем…

И тут в комнату ворвался Хламовщик с радостным криком:

- Смотрите, что у меня есть!

Он размахивал охапкой какой-то сухой соломы, а во второй руке держал, ожидаемо, коробок спичек.

- А, вот и ты, Обалдуй… - отметила Старушенция.

- Как вы… - он обвёл присутствующих слегка разочарованным взглядом, - Открыли тут без меня!

- А разве это не ты открыл, а дверь незапертой бросил? – осведомилась в ответ Старушенция.

- Нет, у меня и ключа-то не было, - заявил Хламовщик.

- Ну врать! – взвелась Старушенция, - А у кого он ещё, как не у тебя? На месте-то его нетути!

- Я его в Озеро выбросил, а Василиса нырять отказалась! – заявил Хламовщик, - Василиса подтвердит!

Василиса укоризненно помотала головой.

А Хламовщик вдруг смутился, покраснел, потом побледнел, потом поперхнулся словами, а после обиженно выдал, глядя на Василису:

- Мы квиты! Ты сдала меня, что я костёр устроил! А я сдал, что ты ключ не хочешь доставать! Но судя по всему, ты его давно оттуда достала, иначе как вы тут открыли, а меня спровадили, чтобы без меня тут открыть и лепесток достать!

Василиса понурила голову, но отвечать на этот выпад не стала.

- Так, всем молчать! – рыкнул из Зеркала Хозяин, - А потом твёрдо гаркнул: - Всем молчать и слушать меня! Значит так, олухи! Как хотите – так и возвращайте Прынцессу, последний лепесток я отдам только ей! Не будет Прынцессы – никто ничего никогда больше не загадает! И никаких других Цветиков-Семицветиков не будет тоже! Мужик сказал – мужик сделает! Терять мне всё равно нечего, кроме своего заточения! Всё ясно? – он замолчал, а перед его глазами запульсировало облачко дыма, словно оно появлялось от частого прерывистого дыхания.

И воцарившуюся тишину нарушил Хламовщик своим ревностным голосом:

- Да, между прочим, я для того и хотел попросить лепесток, чтобы вернуть Прынцессу!

Глава 91. Мы не ищем прямых путей

- Я, между прочим, не попёрся бы сюда к тебе, к твой протокольной роже, - ревностно тараторил Хламовщик, - Если бы не надо было вернуть Прынцессу! Только из-за этого я наступил на свою гордость и решил унизиться, только ради неё! Для себя бы я просить не стал! Так что по поводу возвращения Прынцессы, между прочим, именно этим и занят! – он тараторил быстро, словно опасаясь, что его перебьют, - Я собирался надуть надувного Дракона, чтобы он взлетел и служил Прынцессе ориентиром! Она бы его увидела и пошла бы к нему! Она же хотела, чтобы её похитил Дракон! Большой, летающий, зелёный! Даже если она и не поймёт, что это я посылаю ей знак, или даже если она поймёт, но решит отвергнуть или проигнорировать, она всё равно подумает, что это тот самый Дракон-похититель, который ей так нужен! Но раз Дракон не летит к ней сам, то если Дракон не летит к Прынцессе, то Прынцесса идёт к Дракону! Пешком! По Свалке! Как в настоящей Сказке!

Он выпалил последние фразы с таким торжеством, пафосом и энтузиазмом, что собравшиеся притихли. Даже Старушенция, которая обыкновенно за словом никогда в карман не лезла.

- Одно только не сошлось! – продолжил Хламовщик, чувствуя свой сценический триумф от того, что никто не перебивает и не пытается возражать: - Я надувал Дракона ртом! А нужно было Гелием! Или лучше – Водородом…

- Водородом лучше потому, что он взрывается? – язвительно уточнил на это Хозяин.

- А что, он ещё и взрывается? – озадачился Хламовщик, а его глаза буквально-таки загорелись: - Тем более, мне нужен Водород! У меня новая идея! Я его взорву! Прынцесса увидит этот взрыв и конечно же сразу побежит смотреть, откуда он взорвался! Может быть ради такой цели не жалко взорвать и моего нового Дракона… Да что там… Сам мой Чёрный Внедорожник!

- Внедорожник лучше взрывать бензином, - с сарказмом молвил Хозяин, - Водородом это будет сделать куда проблематичнее. А Прынцессу-то ты так, пешком отыщи! Без водорода и без взрывов. То ли это так трудно? Вот сделаешь, как я скажу, будет у тебя новый Цветик-Семицветик, и пожелаешь себе хоть водорода, хоть дейтерия, хоть трития, хоть термоядерный реактор и водородную бомбу, да хоть настоящий пульсар!

- Хозяин… - робко взмолился Галчонок, - Вы же не собираетесь в самом деле всё это ему предоставлять?

- Если Хозяин даёт слово, - нравоучительно заявил Хозяин, - Он его сдержит! А я не боюсь давать такие слова. А знаешь почему? Да потому что этот обалдуй ничего не сделает, не выполнит свои условия, и это освободит меня от моей части договора.

- Да я… - вякнул было Хламовщик.

- Молчать! – твёрдо перебил его Хозяин, - Я ещё не закончил! – он самодовольно усмехнулся и с наслаждением продолжил: - А даже если вдруг Хламовщик и выполнит свою часть договора, ещё не факт, что он не перехочет желать себе всю эту опасную пиротехнику. Ведь по преданию мужчина, женщина и немой должны понять друг друга, да что там, прийти к согласию и осознать, что все они хотят одного и того же… То есть, Хламовщик будет хотеть того же, чего будет хотеть Прынцесса, и того же, чего буду хотеть и я…

- Большой и чистой любви! – с восхищением выдохнула Клариса.

- А я, - продолжал Хозяин, - Уж никак не хочу нашей совместной кончины. Так что я знаю, что делаю. Но, если даже вдруг выйдет так, что Хламовщик выполнит свою часть договора, но наши желания войдут при этом в диссонанс, я смогу сделать так, чтобы никто не пострадал, не будь я Всемогущий Хозяин! – последнюю фразу он выдал на торжественной ноте.

И в унисон так же торжественно громыхнула молния из огромной кучевой тучи, которую словно специально подали к Высокой Башне по такому случаю.

- В общем, так, - уже мягче и спокойнее сказал Хозяин, - Сейчас ты, Хламовщик, вместо того, чтобы надувать Дракона ртом…

- Получаешь лепесток и загадываешь баллон водорода, - радостно выдал Хламовщик.

- Нет! – со сдержанным раздражением охладил его пыл Хозяин, - Идёшь ногами на Свалку и ищешь там Прынцессу. Можешь взять телегу, можешь без неё, но пойдёшь ты туда ногами…

- Но это не спортивно! – зажалнил Хламовщик.

- Хочешь спортивно – можешь не пойти, а побежать, - заявил Хозяин, - Или поехать на велосипеде… Если у тебя найдётся в твоём мусоре… Или если ты его хоть раз заново изобретал…

- Я хотел сказать, что это не научно! – заявил Хламовщик, - В смысле, не прогрессивно! Зачем куда-то идти ногами самому, или даже ехать на велосипеде, если можно сделать так, чтобы оно пришло к тебе само…

- Потому что так быстрее! – раздражённо выдал Хозяин.

- Вот если бы был у меня байк-пепелац, то и было бы быстрее, - заявил Хламовщик, - А на велосипеде – нет! Сам попробуй на велосипеде по такому мусору… Сплошной ручной, в смысле, ножной каторжный труд и никакой тебе автоматизации! Вы ещё заставьте меня кандалы носить!

- И что? – каверзно осведомился Хозяин, - Из этого следует, что Прынцессу спасать не надо? Подвиг – на то и подвиг, что будет трудно. А может быть, даже и опасно. Сам переживал, что я с ней тут что-то нехорошее сделаю, а вот как спасать время пришло, тебе подавай и прогресс, и автоматизацию, и полную безопасность, и чрезмерный комфорт, и водород, и антивещество с адронным коллайдером, лишь бы только ничего не делать! Мужик ты или нет?

Хламовщик тяжело и раздосадованно вздохнул, а потом потерянным голосом сказал:

- Вы не понимаете… Я буду ходить, и она всё время ходит. Так и будем всё время разминирываться… В смысле, разминовываться.

- Над ней летает Орёл! – с нажимом заявил Хозяин, - Его даже надувать не надо, ни ртом, ни гелием, ни, прости хоспади, водородом! Он сам уже летает, ничего делать даже не надо! Только ориентироваться на него и идти! Он за тебя уже сделал часть работы – нашёл! Он всё это время охранял и подбадривал. А ты… Ты всё самого умного из себя строишь, мол, не барское это дело, куда-то идти, лучше я надую ртом гигантского Дракона, в которого дуть словно в Чёрную Дыру! Ты год его надувать будешь! В общем, где моё Блюдечко с Яблочком? – он строго посмотрел на Старушенцию, - Куда уволокли? Верните!

- А вот шут тебе, а не блюдечко! – огрызнулась Старушенция, - У меня там сериялы! Бразильския! А ты – не заслужил! Не даёшь Цвятков – не будет тебе мультиков!

- Так вот, значит? – ядовито осведомился Хозяин, - Думаешь, мне нечем тебе ответить? Не будет Блюдечка – не будет Цветков! Или принеси, Джессика, или я сделаю так, что и ты сама ни один сериал больше не посмотришь! Может, телявизер и у тебя, зато я могу отключить антенну! Вот ударит молния, и в раз всё выключится, – он обратил свой взор на Хламовщика: - В твоих же интересах принести сюда это Блюдо. По нему можно увидеть, где Прынцесса и пойти её искать так, чтобы не разминуться!

- Не смей! – тут же прикрикнула на Хламовщика Старушенция, - Не смей Блюдо трогать! На святое посягать! Да и ты вообще не знаешь, где оно лежит! Я в сейф его замуровала, а где сейф – ты всё равно знать не знаешь, ведать не ведаешь! И я тебе не скажу… Даже если бы захотела – не смогла бы объяснить, потому что объяснёвывать нормально ничаво не умею! А вот ты, вот ты…

- Джессика… - ядовитым голосом прервал её Хозяин, - Ну зачем ты так? Принеси сюда Блюдечко. И обещаю, я дам тебе как минимум – один цветок. А может быть даже два. Пожелаешь себе свой персональный телявезер с кабельными каналами, по которым чаво только ни показывают…

- Мне все двадцать пять надо! – заявила Старушенция, - В смысле, не кабельных каналов… А цвятков! По количеству готовых инструкций! Вы не думайте, что бабушка дремучая и старая, и не знает, что двадцать пять кабельных каналов – это, вообще-то, мало… Они должны исчисляться сотнями… Нет, тысячами! А ещё лучше шоп цифровое всё! Скажи спасибо, что я цвятков с тебя столько не требую! А всего-то каких-то двадцать пять…

- Во как… - отметил Хозяин, - Да я гляжу, у тебя уже дело на поток поставлено!

- А то! – крякнула Старушенция, - Я ж не вы, бестолочи! Я толк в делах знаю! Может, не умею писать и читать, но считать-то всяко! Иначе как бы я сдачу на базаре-то пересчитывала? Я очень даже понимаю в том, в чём надо! И вот эта Дрянь… Которая Дура! Мне тоже взад нужна! Новые инструкциё писать!

- А Блюдо-то принеси! – велел Хозяин, - Ну как минимум два цветка у тебя точно будет, а может быть и больше дам, если хорошо принесёшь и вежливо попросишь! Загадаешь себе своё это кабельное телявиденье… А лучше – онлайн-кинотиятр с пожизненно оплаченным доступом, будет тебе счастье!

- Уломал, супостат окаянный! – заворчала Старушенция, - Это мне же вниз опять идти…

- А ты Хламовщика пошли!

- Да ну его ф пень! – махнула рукой Старушенция, - Ещё рассказывать ему, где сейф находится, и ещё код ему сякретный разглашовывать! Ишь, хитрый какой! Ряшил где мой сейф через Хламовщика выведать! Его пошлёшь – он мало того, что сам узнает и выяснит, так ещё секреты хранить не умеет и тебе сольёт!

- А мне, можно подумать, много с того толку! – заявил Хозяин, - Сам-то я туда сходить не смогу! Так что мне и знать-то особо незачем.

- Но ты послать кого-нибудь можешь!

И тут прямо посреди комнаты материализовался Ангел. Тот самый, который уже посещал когда-то Хламовщика.

- Хозяин, - поклонившись, молвил он, - Если только дашь распоряжение, я провожу Хламовщика.

- Сама схожу! – крякнула Старушенция и поковыляла к двери, потом обернулась и заявила, обращаясь к Хламовщику: - За мной шоп ходить не смел, обалдуй! – а потом уставилась на Ангела и добавила: - И ты шоп тоже!

С этими словами она захлопнула дверь.

- Шухер! – крякнула Василиса, - Налетай! – она кинулась на дверь в надежде пересилить Старушенцию, - Хламовщик, да помоги же!

Но Хламовщик не сдвинулся с места, а Старушенция удачно подперла дверь своей пятой точкой, а потом как-то изловчилась сунуть в петли замок.

- Ну вот, - вздохнула Василиса, - А если она там помрёт? То ведь и мы тоже?

- Не переживай, - успокоил Хозяин, - У вас тут Скатерть-Самобранка, она даёт еду по заказу, а ещё у вас есть Человек и Говорящая Птица, которые могут делать заказы. Правда, чего-то ваша Говорящая Птица какая-то замученная… Откуда вы её добыли? У волка из попы, что ли?

- Умеешь же ты всё опошлить, - укорила Клариса, спешно задумавшись, как будет теперь уводить от темы разговора, чтобы только не рассказывать, как Орёл летал к разбойникам.

- Пожелай, Галчонок, Волшебного Винограда, - продолжил Хозяин, - тебе с него полегчает, вот увидишь.

- А можно… - робко осведомился Галчонок.

- Ещё бы нельзя, конечно, можно!

- А я схожу, посмотрю, - пискнула Клариса, радуясь, что кажется, пронесло: - Может, у меня снова получится открыть замок… Правда, хвостик весь ноет…

- Так значит, ты – хвостиком? – удивился Хламовщик.

А Клариса схватилась лапками за рот. А потом виновато выдала:

- Простите, друзья, проболталась…

- А меня… - обиженно выдал Хламовщик, - Вечно куда-то посылаете, чтобы не посвящать в свои секреты! Сначала уловками послали меня за мусором для костра и за спичками, чтобы я только не видел, как и чем вы дверь открываете, а теперь заперли тут, чтобы я не видел, где сейф у Старушенции… - Он укоризненно посмотрел на Галчонка: - Уж ладно девки, они-то бабы, чего с них взять! Природа у них такая – всё сплетенки, да интрижки… Но ты… Ты… Я думал, ты мне товарищ…

Галчонок сидел, понурив голову.

- Отстань от Галчонка, - укорила Василиса, - Это мы его подговорили на такой манёвр, на нас и сердись! А заперли не мы, а Старушенция. И не тебя одного заперла, а, между прочим, нас всех. Мы все в одной лодке. Так что не дуйся, попроси для Галчонка у Скатерти Волшебного Винограда. Да для нас для всех чего-нибудь попроси, мы не за мусором для костра тебя отправляли, а просили, чтобы ты принёс поесть и попить. Это ты всё понял и истолковал по-своему, а теперь мы тебе виноваты, ещё и в интриганстве нас обвиняешь.

- Ну просили поесть и попить, - протянул Хламовщик, а потом воспрянул: - Но ведь и согреться? Просили ведь коврики и домики?

- Ну так это коврики и домики, там можно не только погреться, но и полежать, и спрятаться, - укорила Василиса, - А костёр – он же просто сгорит и всё…

- Ну так и еда, можно так сказать, - упирался Хламовщик, - Калории же, съеденные, сгорают?

- Кстати да, - вмешался в этот разговор Хозяин, - Удобства тут тоже есть. Горошок-Самослив, на котором Василиса сейчас стоит. Прошу свои потребности отправлять в него, а не на пол. А кто будет на пол – убирать за собой и смывать! При помощи заклинания. К слову, все заклинания узнавать нужно у меня.

- Да что вы тут пессимизм разводите! – выругался Хламовщик, - Не застрянем мы тут! Возьмёт Старушенция Блюдо и придёт. Только ждать придётся… - он посмотрел на своё левое запястье, украшенное большими механическими часами со стрелками.

- Я прослежу, чтобы она ничего не забыла, - заверил Ангел, - Как тогда ключи не взяла, когда в потайной ход отправилась. Проконтролирую, чтобы Блюдо принесла, и на путь истинный наставлю, если собьётся.

- А почему ты нам помогаешь? – с подозрением осведомился Хламовщик.

- Потому что я – Ангел, мне так положено, - заверил Ангел, бесплотно проникая сквозь дверь.

- А разве я не плохо себя вёл? – каверзно осведомился Хламовщик.

- Ангелы помогают и заблудшим тоже, - ответил за Ангела Хозяин, а потом простонал: - Я переживаю, как там наша Прынцесса… Ни о чём не могу думать. Хочу увидеть её по Блюду, хочу убедиться, что с ней всё в порядке…

- Почему Ангел её не выведет? – тут же заинтересованно осведомился Хламовщик.

- Видишь ли… - как-то издалека выдал Хозяин, - У Ангела радиус действия ограничен, он не может действовать за пределами этого Замка. А я… А мне… Мне нужно Блюдо… Тебе из всех тут было бы проще всего! Ты и так постоянно ходишь на эту Свалку, постоянно там что-то ищешь и собираешь, неужели, Прынцессу бы не отыскал? К тому же, над ней Орёл летает…

И тут прямо к окну стремительно приблизился Орёл, со звоном схватился лапами за прутья решётки на окне и через отрывистое дыхание затараторил:

- Шухер! Я летал выбрасывать страшную клетку…

- Что? – пришёл в недоумение Хозяин, - Ты куда-то летал? То есть, ты оставил Прынцессу?

- Но я должен был! Короче… Некогда объяснять… Разбойники ополчились и идут сюда! Они хотят напасть на Прынцессу! Нужно срочно что-то делать!

- Что? – переполошился Хозяин, а потом посмотрел на Хламовщика: - Слушай… Так и быть… Я разрешу тебе взять этот лепесток. Но ты… Ты загадаешь то, что поможет нам спасти Прынцессу. Чтобы её не убили. Но… Загадать надо так, чтобы спасти Прынцессу не выходя из этой комнаты… Выйти-то ты не можешь? Поэтому просить будешь не водорода и не гелия, а того, чего мы сейчас с тобой решим… А что мы с тобой решим, я ещё не придумал! Нужно придумать вариант спасения… Нужно разработать план…

- А я посмотрю, - напомнила Клариса, - может, я смогу отпереть этот замок?

- Посмотри, - кивнул Хозяин, - Если дверь будет открыта, это может упростить задачу! Сейчас любая помощь придётся кстати! Любая! Потому что это не так легко, как кажется – правильно загадать… Орёл… А это точно? Про разбойников? Насколько они далеко?

- Пока ещё не добрались, но я не стал дожидаться, пока они придут! – доложил Орёл, - Я как увидел, что они выдвинулись, так сразу сюда, предупредить! Но всё-таки, судя по тому с какой скоростью они едут… На своих байках-вездеходах…

- А моноколесо? – осведомился Хозяин, - У Атаманши же моноколесо… Неужели на этом моноколесе можно проехать по нашей Свалке?

- Она не дура, и пересела на байк-пепелац! – заявил Орёл.

- Ну вот, говорил же я, - зажалнил в этом месте Хламовщик, - Что для этих мест байк-пепелац – это самое то!

- Тихо! – прервал Хозяин, - Клариса, посмотри, что там с замком…

Клариса по-армейски отдала честь, потом спустилась по ножке со стола, добежала до двери и юркнула под неё. Но вскоре вернулась, при помощи Василисы снова взобралась на стол и доложила:

- Там даже не заперто! Старушенция просто сунула замок в петли, но не защёлкнула! Я бы могла отпереть, но отпирать не нужно… А вот вытащить из петель такой тяжёлый замок…

- Понял! – доложил Орёл, - Сейчас залечу с другой стороны и будет сделано! – он отпрянул от окна.

А потом, через некоторое время, в петлях раздался скрежет и лязг, который продолжался некоторое время, заметно большее, чем нужно человеку, чтобы вытащить замок из петель. А потом звон упавшего металла о пол, и дверь отворилась.

Хламовщик с радостью распахнул её, Орёл с той стороны едва успел отпрянуть в сторону, а потом, обогнув Хламовщика, вошёл в комнату и доложил:

- Сделано!

- Спасибо тебе, Орёл, - отблагодарил Хозяин, - А теперь лети, помоги Прынцессе разминуться с разбойниками! Потяни время, пока я тут добьюсь от Хламовщика… - он осёкся, а потом отчаянно выдал, - А-а-а… Убёг…

- У нас всё ещё есть Галчонок, - напомнила Василиса, - Ты только скажи чего, и он загадает!

А Орёл, тем временем, вылез в окно, которое было на лестничной площадке перед дверью и улетел.

Но Хламовщик через некоторое время вернулся в комнату и с энтузиазмом выпалил:

- Так я загадываю себе водорода? Или нет, лучше – гелия! Гелий – это ведь от солнца, наверное – круче!

- Круче, круче, - снисходительно молвил Хозяин, - Намного круче водорода, во-первых, и безо… В смысле, это тебе знать не обязательно, но главное – если надышаться гелием или напустить его в комнату, то голос такой смешной становится, это очень круто, поверь, тебе понравится! – а потом он сделал строгий голос: - Но ты сейчас будешь загадывать не это! Нам нужно разделаться с разбойниками! Которых по приблизительным подсчётам что-то около сорока штук! Так что ты пожелаешь сейчас…

- Водорода! – с энтузиазмом выпалил Хламовщик, - Я понял! Чтобы расправиться с разбойниками, нужен не гелий, а водород! Раз гелий безопаснее, то не поможет, а водород – вот он точно взорвётся! Это будет опасно, но пусть опасно будет не нам, а им! Правильно я тебя понял, немой? Значит, у нас мысли совпали?

- Уж лучше тогда себе пульсар пожелай, - раздражённо выдохнул Хозяин, - Потому что если ты взорвёшь разбойников, то и Прынцесса пострадает!

- Точно, пожелаю себе пульсар! – подпрыгнул от радости Хламовщик, - Это ведь такое футуристическое оружие… Или фэнтезийное заклинание! Можно прицелиться и перестрелять их всех по очереди!

- По очереди – не вариант! – заявил Хозяин, - Они не будут в эту очередь стоять! Нужно что-то другое, что вырубит их сразу, но при этом не причинит вреда мирным гражданам, в том числе, Прынцессе… Или нет, не так! Не причинит вреда гражданским и военным, которые на нашей стороне, а положит только врага!

- Круто! – подпрыгнул Хламовщик, - Все друг друга поубивали… А Прынцесса там одна, и голая… - он вприпрыжку кинулся к лепестку.

- А ну стоять! – гаркнул Хозяин, - Мы ещё не обговорили, что ты загадаешь, а ты уже рвать!

И в этот момент в комнату вошла Старушенция. Все от неожиданности вздрогнули, кажется, даже Кактус на окне подпрыгнул в своём горшке. И последний алый лепесток слетел с сиротливо торчащей среди колючек цветочной головки.

Глава 92. Битва с разбойниками

Хламовщик схватил было лепесток, но тут Старушенция хлопнула на стол блюдо, так же наотмашь положила Яблоко, а потом вцепилась в Хламовщика:

- Дай этот лепесток сюда!

- А ну отставить! – гаркнул Хозяин, - Мы этот лепесток тратим на спасение Прынцессы – и точка! Кстати… Раз Блюдо здесь, запусти его, Джессика! Я должен видеть этих разбойников…

- Ишь чаво удумал! – вскипятилась Старушенция, - Нашёл на что смотреть! На нечисть всякую! Будто нет в мире прекрасных вещей… Например, Матильда-Донья-Хуанита-Синдирелла-Аделаида-Гертруда-Изабелла-Генриетта!

- Мне это нужно, чтобы спасти Прынцессу! – повысил голос Хозяин, - Я не понял, Джессика, тебе нужна по хозяйству работница, или не нужна? Или ты сама на своём горбу собираешься тащить хозяйство до самого гроба? Тебе нужна счастливая пенсия или не нужна? С сериалами, как ты и хотела… А главное, Цветы тебе нужны или не нужны? Хочешь их получить, так не мешай мне, а лучше помоги тем, что тебе по силам. Может, когда получишь свои Цветы, пожелаешь себе своё собственное, персональное Блюдо, а моё брать не будешь? Отстань от Хламовщика! Отстань и отойди от Блюда! Или не будет тебе Цветков! Ни одного! Ты помнишь, о чём мы условились? Если хоть одно действие сделаешь не так, я тоже с себя сниму всю свою часть обязательств!

- Ишь чаво! – снова вскипятилась Старушенция, - Ну и не нужны твои Цветки! Я вона чё нашла! – она предъявила Зеркалу изогнутый золотой ключ, - Небось, много за него выручу… - с этими словами она отправилась на выход.

Хламовщик сдержанно взвыл, а потом посмотрел в Зеркало:

- Ну так я желаю себе водороду? Или нет, кислороду! Или нет, гелию… Или чего там… Пульсар…

- А если бы ты пошёл пешком искать Прынцессу сразу, ничего бы этого не было! – перебил его Хозяин, - А потом пожелал бы себе чего-нибудь другое, без чего точно нельзя было бы обойтись!

- Тогда – байк-пепелац, - сделал вывод Хламовщик.

- Да чем он теперь тебе поможет! – вспылил Хозяин.

- Тогда дракона, который помещается в ореховую скорлупку!

- Если помнишь, такой дракон у тебя уже был, - печально молвила Василиса, - И что в итоге? Превратился в муху и начал тут вредить, как и раньше! Уж лучше байк-пепелац, голосую за него.

- Да чем этот байк тебе поможет! – снова взвыл Хозяин, - Если Хламовщик всё это время пешком сходить не сподобился, хотя давно уже мог, то и байк ничего здесь не изменит! Вот ведь ситуёвина… В руках лепесток, а что желать, чтобы делу помочь, не ясно! И главное, боюсь, у нас совсем не осталось времени…

- Вот потому и нужен байк, - постановил Хламовщик, - На нём быстрее, чем ногами…

- Покажи мне… - застонал Хозяин, - Или нет, лучше не показывай… - он мученически взвыл.

И тут к окну подлетел Орёл:

- Разбойники уже совсем близко!

- Всё! – крякнул Хламовщик, а потом затараторил: - Лепесток, лети, лети, по нелёгкому пути, Землю кругом облетай и вели-повелевай! Вели чтобы мне подали Байк-пепелац прямо на эту лестничную клетку! Во! Во, как я хорошо придумал!

- Дурак! – кричал Хозяин, - Пулемёт в заказ добавь… в смысле, чтобы на байке… Да быстрей же, пока ещё можно…

- Да не нужен мне, я против военных действий и насилия, я – пацифист! – с гордостью выпалил Хламовщик, подбежал к окну и сквозь решётку кинул лепесток на улицу, и крикнул ему вслед: - Это пока что всё! – и на всякий случай спокойно пояснил: - В смысле, всё, что я пожелал этому лепестку.

- Ты что, совсем не помнишь, чего говорил пару минут назад? – разочарованно застонал Хозяин, когда Хламовщик вернулся в комнату, - Ты же хотел всех разбойников перестрелять! Ты хотел, чтобы все друг друга поубивали… А теперь… Против насилия он!

- Да я всё правильно сделал! – пошёл в ответную атаку Хламовщик, - Во-первых, когда все друг друга поубивали – то это не я их, а они сами! Сами хотели, и что, я им после этого виноват? А главное, ведь если попросишь слишком много, точно не исполнится, или исполнится не так. Я на этом уже обжигался. В буквальном смысле. Вот и не стал в этот раз ничего больше просить для надёжности.

В дверь ударили снопы света, на лестничной клетке за комнатой появился байк-пепелац в сверкающей обшивке.

- Круто! – воскликнул Хламовщик, вскакивая в седло.

- Я с тобой! – засуетилась Василиса, спрыгнула с горшка-самослива и вскочила в коляску.

- О, он даже и с коляской! – восхитился Хламовщик, - Это мне дали бонусом за то, что от пулемёта отказался! – он запустил стартёр, потом нажал на педали, словно коня пришпорил, и с радостными визгами направил агрегат вниз по лестнице…

- Он же не умеет управлять, - застонал Хозяин, - Срочно запустите Блюдечко!

Скоропея запустила хвостом Яблоко по ободу блюда, но ничего не произошло.

- Вся надежда на тебя, Галчонок! – взмолился Хозяин, - Повели Блюдечку показать Орла и Хламовщика…

- Покажи Орла и Хламовщика! – попросил вслух Галчонок.

И на Блюдечке проявилось изображение, разделённое на две половинки. На одной Хламовщик восторженно нёсся по спирали вниз по-над ступеньками на байке-пепелаце, а на другой половинке летел Орёл в вечернем небе.

Потом стало видно, как Хламовщик залетел в тёмную часть Замка, но мощные фары байка-пепелаца выхватывали фрагменты стен, пола, потолка, ступенек из темноты.

- Круто! Тут и фонарь есть! – кричал на это Хламовщик.

А потом в конце этого мрачного интерьера появился яркий просвет, в который Хламовщик и вылетел на свет. А на половинке Орла стало видно, как Орёл пикирует вниз. И в определённый момент половинки объединились, и Орла с Хламовщиком стали показывать в одном общем круглом кадре. Дреды Хламовщика вились по ветру, а сидящая в коляске Василиса направила голову навстречу движению. Орёл заклекотал, начал кивать головой в сторону, Василиса обернулась на него, от чего ветер задул в шею и резко отвернул ей голову ещё сильнее. Наконец, пересилив эти потоки, Василиса ущипнула Хламовщика, тот сначала вскрикнул, а потом обернулся. Василиса кивнула на Орла, и Хламовщик повернул штурвал туда, куда завернул Орёл, возмущённо крича во всё горло:

- А было ведь так круто!

Старушенция перестала дуться, взяла Блюдо и поставила на специальную полочку на стене, противоположной от Зеркала, потом поставила поудобнее горшок-самослив и уселась на него, глядя на изображение:

- Батюшки чаво делается! Чаво творит, негодник! Надо же как лихачит… Да он же убьётся так! Во почаму это называется летальное средство!

- Пусть Блюдечко покажет Прынцессу, - попросил Хозяин.

- Покажи Прынцессу, - озвучил Галчонок.

Хозяин зажмурился, Клариса закрыла глаза лапками, а Скоропея заслонила свой единствнный глаз хвостом. Глядя на остальных, Старушенция тоже прикрыла глаза ладонью и отвернулась.

Прынцессу показывало немного сверху и со спины, и навстречу ей уже надвигалась целая туча разбойников.

И над тучей вскоре показался Орёл и Хламовщик на байке-пепелаце.

- А ну поймайте, если сможете! – прокричал Хламовщик, заходя в пике.

А потом практически над головами разбойников, он потянул штурвал на себя и выровнял полёт, принялся летать низко, от чего разбойники задёргались, выхватили ружья и принялись стрелять в Хламовщика и Орла.

- Мало тебе в прошлый раз всыпали! – выкрикнул кто-то из разбойников.

- Ты ответишь за всё! – орал другой.

- За то, что посмел от нас убежать! – вторил третий, - Ты нас этим жутко оскорбил!

- Никто не смеет лишать нас нашей добычи! – возмущённо вопил четвёртый.

- В смысле, себя! – продолжил мысль пятый.

- Ты умрёшь! – поддерживал шестой.

- У них никаких шансов, - простонал Хозяин, крепко зажмурился и закряхтел.

И на ясном небе мрачными клубами сгустились тучи, мигом превратив лазурную солнечную синь в унылую серость, а потом торжественно и грозно громыхнули молнии. А потом долбанул град с куриное яйцо, барабаня по разбойникам, по мусору, по всему в округе. А под конец, как вишенка на торте, раздались звуки, похожие на что-то среднее межу рёвом слона, криком чайки и орлиным клёкотом и на сцену действия вылетел огромный чёрный дракон.

Он спикировал вниз, выпуская клубы пламени по самым густым скоплениям разбойников. Те из них, которые оказались поодаль, сначала принялись стрелять по внезапно объявившемуся чудовищу, а потом, поняв, что чудовище почему-то не убивается, кинулись наутёк.

Дракон взмыл вверх, а потом снова пошёл в пике, словно собирался таранить, распугивая остатки разбойников, которые побежали попрятались по углам.

Василиса в коляске байка-пепелаца что-то стрекотала, но Хламовщик не понимал, он начал радостно носиться на своём приобретении вокруг огромного чёрного дракона, а потом заруливать и спускаться к Прынцессе, и снова взмывать, не переставая испускать восторженные возгласы. Василиса что-то стрекотала, пытаясь его вразумить, Орёл возмущённо клекотал, но Хламовщика ничего не пронимало.

А из-за мусорных куч, тем временем, по очереди выглядывали то один, то другой разбойник, некоторые стреляли и даже целились. Но уже не в дракона. Видимо, никто не хотел гневать такого зверя, несмотря на то, что зверь сам первый напал и заслуживал мести. Стреляли в слабых жертв – в Орла, в Хламовщика, в Прынцессу.

Пуля с грохотом ударила прямо возле ног Прынцессы, и, не зная, что делать, Прынцесса упала на землю, собираясь притворяться, что отправилась в обморок. Она, конечно, догадывалась, что правило «лежачего не бьют» разбойники не исповедуют, но что ещё сделать в сложившейся ситуации она не представляла. Да и как-то подсознательно всплыло, что другие люди, когда в них начинают стрелять, почему-то стремятся упасть на землю раньше, чем их ранят или даже убьют.

Но едва упавши, завизжала, будто её реально подстрелили. Потому что обо что-то укололась, а ещё снизу оказались холодные, твёрдые и скользкие градины, которые неприятно обморозили нежную кожу.

Не известно, чем бы кончилось дело, но рядом на четыре лапы грохнулся Дракон, потом передними лапами аккуратно поднял Прынцессу, оттолкнулся задними лампами и хвостом и взмыл в воздух.

Прынцесса всегда себе представляла, что Дракон должен будет взять её очень нежно. Но она никогда в жизни не думала, что Дракон будет чёрный, страшный, а ещё – такой же твёрдый и холодный, как град, на котором только что приходилось лежать. От неожиданности Прынцесса завизжала, но только не «Ура, ура, меня похитил Дракон!», а просто завизжала от того, что стало неприятно.

Дракон, тем временем, долетел до Свалочного Замка, с грохотом приземлился на задние лапы, а передними очень аккуратно поставил Прынцессу на землю.

Вот только эта самая Земля словно выпадала из-под ног, а голова кружилась. Принцесса почувствовала, словно что-то толкает её, и ничего не успела сообразить, как её втолкнули с замок, а потом прямо напротив дверного проёма уселся увесистый драконий зад, заткнув собой выход.

Хламовщик, вместо того, чтобы улетать скорее, ещё некоторое время с восторгом выписывал виражи на Байке-Пепелаце, а разбойники, осмелев после улёта дракона и окончания града, вылезли из своих убежищ и снова принялись палить.

- Плевал бы я на него, да Василису жалко, - посетовал Хозяин, наблюдающий за выкрутасами Хламовщика по Блюдечку, - Зачем она только с ним поехала!

- А как же твоя часть уговору? – оживилась в этом месте Старушенция, - Ты же Хламовщику обещал водороду и гелию… И пульсатор какой-то обещал…

- Не пульсатор, а пульсар, - стонущим голосом поправил Хозяин.

- Звучит жутко! Энто он при помощи энтой штуки нама тута вот чаво-нибудь взорвёт! – сделала вывод Старушенция.

- Я знаю, чего обещать, - важно и с гордостью заверил Хозяин через одышку срывающимся голосом, - Пульсар – это нейтронная звезда. Она сама уже результат взрыва сверхновой, и второй раз не взорвётся. Очень далеко в космосе. И практически тот самый водород, которого Хламовщик так жаждал. Только сжатый гравитацией в такую плотную массу, что все электроны в атомах водорода впечатались в протоны, от чего они захватили пролетающие мимо нейтрийно, коих всюду в избытке, и стали нейтронами. Потому и нейтронная… Её масса в десятки раз больше массы Солнца, а размер – в миллион раз меньше – всего несколько километров, потому вещество нейтронной звезды имеет невероятную плотность! Цифра с четырнадцатью нулями тонн на сантиметр кубический! Жуть! Если бы она была тут, она бы притянула нас к себе и так же спрессовала до того состояния, что вся материя, из которой мы состоим, тоже превратилась бы в одни только чистые нейтроны. Такой же взрыв, но только не наружу, а вовнутрь. А если бы масса была ещё больше – то образовалась бы чёрная дыра! И этот процесс называется коллапс.

- А говоришь, не взорвётся, - кудахтала Старушенция, - Не опасно… Будто взрыв вовнутрь взрывом быть перестаёт…

- Верно мыслишь, - одобрил Хозяин, - Но прелесть таких штуковин, в смысле, звёзд, в том, что обладать ими положено на очень-очень-очень большом расстоянии! И любить их так же. Просто верить, что где-то есть звезда, и что она – именно твоя. Как многие делают. Многие верят, что у них есть свои персональные звезда. Только у кого-то они обычные, а у нашего Хламовщика будет нейтронная! Но где-то там, далеко. А значит, здесь для нас это не опасно!

- Ну хорошо, а Цвятки мои хде? – осведомилась Старушенция, - Те, которые не на расстоянии, а прямо тута вот здесь? Я же сделала как ты хотел, я принясла и поставила Блюдо. Теперь твоя часть договора!

- Спокойно, Джессика, Цветки ещё не выросли, - заверил Хозяин, - Но они будут. На любой процесс нужно время…

- Вона оно чаво… - заскрипела Старушенция, - А мне ждать некогда, Цвятки мне нужны были ещё вчара! – с этими словами она взяла Блюдечко с Яблочком и направилась прочь из комнаты.

- Положь! Не твоё же… - вяло простонал ей вслед Хозяин.

Дверь со скрипом захлопнулась, потом послышался скрежет в дужках замка.

- А Дрянь мне теперь без надобности, - победно заявила Старушенция уже с той стороны, - Раз Цвяты и так будут…

- Не будет тебе ничего, - устало выдохнул Хозяин, - Блюдо-то ты уволокла…

- Так в уговоре не было, что его навсягда оставить надо, - послышался из-за двери удаляющийся голос Старушенции, - Да и знаю я, тебе оно было нужно чтобы Дрянь спасти, но ты её уже спас! Так что всё, могу забрать себе, у меня там Донна Хуанита…

Скоропея и Клариса оторопело переглянулись, а Галчонок удивлённо каркнул.

А потом Клариса сказала:

- Ничего! Орёл нас опять откроет! Надеюсь, его там не подстрелили?

- А вот не факт! – простонал Хозяин, - Блюдечка у нас больше нет, я не могу посмотреть! И повлиять теперь тоже не могу… Да и с Василисой что… Тоже не понятно… - он тяжело и грустно выдохнул и закрыл свои горящие, слезящиеся глаза, а потом вяло, на выдохе добавил: - Надеюсь, мои подданные без меня справятся…

- Но если цветки вырастут, - протянула Клариса, - мы же сможем сорвать один себе, и пожелать, чтобы Орёл и Василиса остались живы?

- Это если их ещё не убили, - простонал Хозяин, приоткрыв глаза, - А так-то воскрешать мёртвых при помощи лепестков, вообще-то, нельзя. Максимум, что вы сможете – поднимите зомби. Но зомби – это уже не те, кто был при жизни, это скорее кощунство и надругательство над их телами! Не делайте этого. Просто понадейтесь, что всё обошлось.

- А если они живы, но ранены? – осведомилась Скоропея, - Исцелять-то можно?

- Исцелять – можно… - выдохнул Хозяин, - Но с нюансами… На самом деле, никакого исцеления не существует, даже при помощи волшебства. Но существует очень-очень-очень хорошее протезирование…

- Не бойся, Скоропея, - сказала Клариса, - Не бойся, Галчонок. У нас тут правда есть Волшебная Скатерть, с голоду не умрём. Да и надеюсь, Прынцесса нам поможет, раз она теперь здесь… Надеюсь…

Глава 93. Всё не так как в книжке…

Прынцесса некоторое время стояла напротив драконьего зада, затыкающего выход так, что протиснуться наружу было невозможно, а потом ударила ногой. Раздался глухой металлический бум, словно от пустого контейнера.

- Ты разве не доставишь меня прямо в Башню со всеми удобствами? – ревностно потребовала она, а потом добавила: - И почему ты принёс меня именно в этот Замок? Разве тут есть хоть одна башня со всеми удобствами?

Дракон не отвечал. Прынцесса ударила ещё раз, и опять раздался металлический звон.

- И да, почему ты железный? – осведомилась она.

- Если ты хочешь удобств, - раздался сзади голос, - Советую самой ногами пойти в какое-нибудь более удобное помещение.

Прынцесса обернулась и увидела позади себя призрачный силуэт Ангела.

- Идём, я тебя провожу, - сказал Ангел, - А то тут темно, а я хоть немножко, но всё-таки могу светиться, - он сделал приглашающий жест рукой, а потом осведомился: - Куда ты хочешь, на Озеро или на Кухню?

- На Озеро, - потерянно прошептала Прынцесса, почему-то подумав, что на кухне она неминуемо столкнётся со Старушенцией, а этого ей сейчас жуть как не хотелось.

Она не могла понять, что сейчас чувствует. Поход к Отцу или в своё родное Безымянное Королевство с Одним Роскошным Дворцом явно не удался. Но она уже отчаялась испытать в этом деле удачу. А Сказочная Свалка до чёртиков осточертела. Да ещё и снова напали разбойники. А потом тучи, молния, град, Хламовщик на байке-пепелаце, и стрельба. И пуля, ударившая прямо под самыми ногами. Так, что стало по-настоящему жутко. А потом дракон. Который поднял и принёс почему-то именно сюда. Высадил во дворе, без всяких церемоний впихнул в двери и выход заткнул.

Ангел вывел Прынцессу к Озеру, та, чувствуя, как все мышцы ноют, уселась на плоский камень на берегу, перевела дух, а потом спросила:

- А где Василиса?

- Она, если не ошибаюсь, - принялся отвечать Ангел, - Полетела с Хламовщиком в люльке, а он так и не вернулся! Значит, она где-то там, с ним…

И в этот момент во внутренний двор спустился Орёл, который волочил Василису в своих когтях, её шея и крылья безжизненно болтались.

А Прынцесса содрогнулась. Внезапно подумав, что как бы она ни дулась на Василису за утерянные листочки, увидеть её мёртвой она уж точно не хотела! Прынцессе мучительно захотелось поверить, что Орёл словил себе на покушать какого-то другого, незнакомого лебедя. А Орёл бросил свою ношу на берег, а сам приземлился рядом, склонился к лебедю и начал толкать клювом лежащую голову и клекотать.

- Что ты с ней сделал! – возмутилась Прынцесса, - Подлый ты хищник!

Орёл отчаянно заклекотал, глядя уже на Прынцессу.

- Он говорит, что не убивал, - перевёл Ангел.

- Ты понимаешь его? – удивилась Прынцесса, а потом озадачилась: - Почему же я не понимаю… Ах да… Зеркало там, наверху…

Орёл, тем временем, направился к одному из выходов с Внутреннего Двора, но нерешительно остановился на пороге, глядя во тьму.

- Подсветить тебе? – осведомился Ангел, плавно перемещаясь к Оролу, а потом в выход.

Орёл уверенно пошёл за ним.

А потом вернулся, волоча клювом знакомый Прынцессе Медный Таз, водрузил его возле камня, после чего с клёкотом взмыл наверх.

Через некоторое время он вернулся, положил в таз знакомый Прынцессе Осколочек Зеркала, сам таз немного поправил, поставив чуть наклонно, чтобы Прынцесса могла в него смотреть не вставая, встал рядом и уже человеческим голосом молвил:

- Я её не убивал! – и спешно добавил: - Это не то, что ты подумала! Да и как ты могла подумать на меня, после того как я охранял тебя на этой Свалке?

- Но разве у тебя не инстинкты? – недоверчиво спросила Прынцесса, чувствуя, как на глаза проступают слёзы, - И разве ты знал, что Василиса – мой друг…

- Конечно же знал! – ревностно заметил Орёл: - Я вообще-то, в прошлом – Попугай… Да-да, тот самый Попугай! И охотиться-то не умею…

- А как же та добыча… Которую ты при мне пожирал на камне? Помнишь?

- Так это… - поперхнулся словами Орёл, - Ты правда думаешь, что добыча ловится уже освежеванной и без внутренностей? Или, может, думаешь, что это я сам её освежевал и выпотрошил? Да ещё и аккуратненько так…

- А, где ты тогда её взял, если не поймал? – озадачилась Прынцесса, - А пирожки все эти? А воду в бутылочках? – она даже встала со своего камня, сделала театральную паузу, а потом оторопело и с ужасом выдохнула: - Украл?

Орёл виновато понурил голову.

- Точно! – уличающим голосом воскликнула Прынцесса: - Я однажды предлагала животным деньги, они не взяли! Уверяли, что им никто ничего на эти деньги на базаре не продаст! Вот и ты, значит, не покупал, а воровал… У людей… На базаре… - она снова опустилась на камень.

Орёл нерешительно поднял взгляд и сказал:

- Это всё не так страшно… Мелкая кража – это ведь хищение в особо крупных размерах… И не убийство… К тому же, я брал у богатых купцов… И не последнее… Неприятно, но не смертельно… И я это сделал чтобы выжить… Нам с тобой… А вот Василиса… - он снова подошёл к безжизненно лежащей лебеди, начал толкать её голову верхней стороной своего клюва: - Василиса…

- Если это не ты с ней сделал, – забеспокоилась Прынцесса, - то что с ней тогда произошло?

- Наверное, в неё разбойники попали! – выдал Орёл, снова встав так, чтобы смотреть в Медный Таз, - Тебя тут не было, ты не знаешь… Хламовщик пожелал сегодня Байк-Пепелац на последний лепесток, а Василиса села с ним в люльку… И они полетели сражаться с разбойниками! А у разбойников были ружья…

- Как же не знаю… Знаю… - заявила Прынцесса, - Когда на меня напали сорок разбойников и их атаманша, он примчался на этом байке ко мне на помощь! Начал летать над ними и пугать! Потому что меча, шашки и пулемёта у него не было, но он храбро шёл на таран, не отводя пронзающего взгляда, глядя врагу прямо в его коварные глаза и побеждая в этой дуэли взоров!

И тут на Озеро спустился Байк-пепелац, на котором сидел восторженный Хламовщик, дреды все как один отогнулись и торчали назад параллельно друг другу.

- Ну круто! – с восторгом выдал он, а потом важно добавил: - Между прочим, я лихачил чтобы разбойники по мне не попали!

- А Василиса выпала из люльки и разбилась, - укоризненно молвил Орёл, - Ты так лихачил, что не заметил этого!

- Ничего не разбилась! – ревностно ответил Хламовщик, - Ты её в воздухе подхватил! А я… Я всех плохих разбойников на себя одного отвлёк, чтобы дать вам спокойно уйти! – он ткнул пальцем в Прынцессу: - И тебе! – потом в Орла, - И тебе, между прочим, тоже! И Василису эвакуировать. Да и вообще, зачем она со мной поехала, я её с собой не звал! Понятно же было, что выпадет! А летать не умеет! – он на мгновение замолчал, а потом с желчью, на какую только бы способен, под напором выдал: - Я вызвал огонь на себя! А вы не цените!

Василиса застонала, потом попыталась встать.

- Жива! – засуетился Орёл, - Слава Богу! А то я так испугался… Что тебя застрелили… Или что ты была ещё жива, а я тебя когтями повредил, когда подхватывал… Ты же выпала из этой люльки… - он осуждающе посмотрел на Хламовщика.

Но тот был настолько восторжен, что даже не замечал этого укора.

- Я не выпала, я спрыгнула, - простонала-прокряхтела Василиса, подковыляв к Медному Тазу, - Потому что чувствовала, что не могу больше, что ещё один вираж, бочка или мёртвая петля, то у меня голова отвалится… Шея переломится… Спасибо тебе, Орёл… Я думала, что выпрыгну и полечу… Но… Кажется, я потеряла сознание…

- Я рад, что ты жива, - после некоторой паузы сказал Орёл и обнял Василису крылом.

- Ну вот, видите, все живы! – снова воспрянул Хламовщик, заведя свой байк-пепелац так, чтобы заглянуть с него в Медный Таз, - А то, чуть что, так сразу Хламовщик виноват! Не виноват я! Я, наоборот, герой! Я не ждал, когда все друг друга поубивают, я их на себя отвлекал! Я дал вам уйти безопасно! И Дракону - спасти Прынцессу…

- Так ты уверяешь, - озадаченно выдала Прынцесса, - что этот ужасный громыхающий Дракон меня не похитил, а именно спас?

- Но ты же спасена? – каверзно осведомился Хламовщик, - Какие тебе ещё нужны аргументы?

- Стоп, подожди, - вставая на лапы сказала Василиса, - А откуда вообще взялся этот Дракон? С чего ты, Хламовщик, взял что этот Дракон не злой, что он нам помогает, и что его не нужно бояться, и можно ему верить?

- А разве Драконы бывают злые? – озадачился Хламовщик.

- Никто точно не знает! – заявила Василиса, - Про драконов вообще ничего толком не известно. И откуда взялся конкретно вот этот – тоже большой вопрос. Мы вообще не знаем, с чем имеем дело! А ты уже поручаешь этому незнакомому Дракону спасение Прынцессы! С чего ты взял, что Дракон вообще собирался спасать Прынцессу? Он тебе об этом сказал? А если бы он её не спас, а наоборот, причинил бы ей вред?

- Дракон? Прынцессе? – каверзно осведомился Хламовщик: - Шутите? – он прищурился, а потом затараторил, искренне веря каждому сказанному собой слову: - А вообще, это был мой дракон! Что, не узнали? Вот тот, которого я надувал всё это время! Я всегда знал, что если я его надую, он оживёт и станет на нас работать!

- Оживёт… - хмыкнула Васисилиса, - Да где такое видано…

- Между прочим, если чего-то сильно-сильно хотеть, - заявил Хламовщик, - То оно воплощается! А я и хотел, чтобы мой дракон ожил! К тому же, я желание лепестку загадывал. Хотя я попросил байк-пепелац, видимо, мысль о драконе тоже промелькнула на подсознательном уровне. Вот и исполнилось сразу два желания! Ведь я хотел всем сердцем! А ещё, а ещё, Хозяин чего-то там говорил, что должно совпасть… Мужчина, женщина, немой… Может, это было вообще твоё желание, Прынцесса! Ты у нас тут на драконах повёрнута…

- Хламовщик, - укорила Василиса, - Вообще-то про своих собеседников так не говорят… «Повёрнута»…

- А как надо? – возмущённо осведомился Хламовщик, - Покручена? Завита? Подвегалась вращательному движению?

- «Тебе интересны драконы», - подсказала Василиса.

- Но ведь совпало же! – воспрянул Хламовщик, - Я мечтал, чтобы мой дракон ожил, Прынцесса тоже хотела, чтобы её посетил дракон, может, и Немой о драконе думал! Только мы не знали. Мы же не знали, чего он хотел, так может, как раз именно вот этого! Вот и воплотилось.

- Нужно бы сходить наверх, проверить, как там все остальные, - серьёзным голосом перебила Василиса эти рассуждения.

- Сходить, - хмыкнул Хламовщик, - Мы теперь слетать можем! С ветерком и комфортом! – он похлопал свой байк-пепелац по сверкающей обшивке.

- Нет, спасибо, мы пешком, - отказалась Василиса, а сама шагнула из-под крыла Орла и заметно пошатнулась.

- Да ладно вам! – выдал Хламовщик, - Садитесь, подвезу! Обещаю сильно не гнать и больше не лихачить! Да там, в башне, и развернуться-то негде, так что поедем медленно!

После некоторых колебаний, Василиса, Прынцесса и Орёл всё-таки согласились. Хламовщик и правда не стал особо лихачить, вероятно, уже наигрался и налихачился. Но выкинул другой финт – заявил, что сначала он слетает во внешний двор чтобы ещё раз посмотреть на своего классного дракона, который ожил.

Однако, каково же было его удивление, когда зелёный надувной дракон обнаружился там, где Хламовщик его до этого оставил, так до конца и не надутым. А чёрный металлический дракон оказался совершенно другим драконом, и он продолжал неподвижно сидеть, затыкая собой выход из двери.

- Значит, я теперь вдвойне счастливее буду! – заявил Хламовщик, - Теперь у меня целых два дракона!

Металлический чёрный дракон с сомнением посмотрел на висящий перед ним Байк-Пепелац, особенно пристально задержав взгляд на Прынцессе, потом встал на задние лапы и торжественно выкрикнул:

- Трансформируюсь!

После чего заскрипел всеми своими металлическими деталями, теряя драконьи очертания, металлические фрагменты какого-то немыслимого трёхмерного пазла крутились и вертелись, складываясь в новую форму, и уже через несколько секунд на том месте, где сидел дракон, стоял уже знакомый Прынцессе Чёрный Внедорожник.

- Так это ты, Зверь! – с восторгом воскликнул Хламовщик, выпрыгнув из Байка-Пепелаца, едва не на лету, подбежал к автомобилю, ласково припал к капоту и начал умильно бормотать: - Мой масюсечка-бубусечка! – он с ревностно посмотрел на Прынцессу и с вызовом добавил: - Говорил же, что это мой дракон! Вот так и есть, как видите, я не выдумываю! – и снова припал к капоту: - Я всегда знал, что ты у меня особенный! Что ты – просто умничка, что не зря свой бензин прожигаешь, что тебе можно доверять и на тебя можно положиться, что ты мой настоящий друг! Самый верный, надёжный и преданный! Да не пойдёшь ли ты с нами, не составишь ли нам компанию… У меня тут идея есть…

Но так называемый Зверь больше не реагировал и не отзывался на все нежные слова и какие-то понятные только одному Хламовщику уговоры. И даже сигнализацией не пиликнул ни разу. А Хламовщик, когда ему надоело уговоаривать, влез назад на свой Байк-Пепелац, и сказал Прынцессе:

- Я хотел предложить отметить удачное освобождение от Разбойников! Но если Зверь с нами не пойдёт, будет скучно и грустно! И вообще, я не могу оставить его тут одного, потому что тут его видно и его угонят…

Прынцесса совсем растерялась и поникла. Орёл что-то возмущённо клекотал, Василиса стрекотала. Потом Орёл выскочил из так и висящего в воздухе не приземлённого байка-пепелаца и принялся зазывающе махать крыльями, предлагая Василисе и Прынцессе сделать то же самое.

- Ну нет! – возмутился Хламовщик, - Ты! – он ткнул пальцем в Прынцессу, - Сядешь за руль и загонишь мой байк-пепелац в дом! И будешь со всем этим зверинцем его сторожить! А я останусь тут, буду ночевать в машине, чтобы её не угнали! Я не могу позволить, чтобы моего Зверя кто-нибудь угнал! Особенно не сейчас, когда я узнал, что он, оказывается, превращается в дракона!

- Что это за дракон такой, которого самого надо от всех охранять! – обиженно выдала Прынцесса, - Я думала, драконы большие и страшные, и их все-все-все боятся, и только самый храбрый Прынц не боится бросить вызов настоящему дракону, а тут…

- Ты хоть понимаешь, чего только что сказала? – взвёлся Хламовщик, - Если какой-то паршивый Прынц не боится дракона, то всякие более грозные противники…

- Да ты просто моему Прынцу завидуешь! – возмутилась в ответ Прынцесса, - Потому что он не боится никого и ничего! Прынц – это и есть самый важный герой, который не боится даже самого страшного и большого Дракона!

- Так это же я! – ревностно выдал Хлавовщик, - Я не боюсь ни одного дракона, и даже большого, и даже страшного! А знаешь почему? Потому что я не прихожу к их пещерам, не выкрикиваю ругательства и проклятия и не вызываю на бой! Я с драконами не ссорюсь! Я со всеми драконами – дружу! Поэтому они дружат со мной! А друзей бояться не нужно, даже если они большие и сильные, и обладают могуществом чтобы всё вокруг сжечь или взорвать. Но они не станут этого делать. Потому что друзья! Друзей не боятся! А для твоего Прынца дракон – враг потому, что твой Прынц плохой, злой, недобрый и сам всех обижает и нападает первым!

- Это потому, что Дракон меня похитил!

- Да не похищал тебя никто! Далась ты ему! Дракон тебя спас! От разбойников! И принёс сюда, в безопасное место. Разбойники – вот кого бояться надо! По-настоящему надо! Но я, как видишь, не испугался нифига, потому что я - храбрый! С драконами я дружу, потому и не боюсь их, а с разбойниками не дружу, но их я тоже не боюсь, потому что я – храбрый!

Поскольку Дракон уже трансформировался, и стоял в виде машины, сменилось его расположение, и в дверь вполне можно было пройти. Василиса и Орёл уже стояли у порога, а Прынцесса некоторое время ёрзала в люльке байка-пепелаца, потом всё-таки села на водительское седло, а после заявила:

- Я не умею этой штукой управлять!

- Да что там уметь! – взвёлся Хламовщик, - Дёргаешь руль и на педали жмёшь.

Орёл взмыл в воздух, сел рядом с Прынцессой на люльку и толкнул штурвал от себя. Байк-пепелац опустился и твёрдо упёрся в землю.

- Эй, аккуратнее, не сломайте! – засуетился Хламовщик, - Эдак вы его разобьёте!

Орёл клекотнул, а Прынцесса вылезла из-за штурвала, отряхнула руки и сказала:

- Ты уж определись сначала, гнать твою эту страшную штуку в дом, или не трогать!

- Она вовсе не страшная! – заявил Хламовщик, - Это чёрные очки на ваших глазах – вот что страшно! А то заладили – дракон им страшный, байк мой – тоже страшный… Клёвый байк-пепелац, покруче, чем у твоего Прынца, у него вообще Кин-Дза-Дза какая-то полная!

- Ты просто ему завидуешь, - заявила Прынцесса, - А хвастаться, между прочим, нехорошо!

И тут появился Ангел, про которого все забыли:

- Послушай голос разума, Прынцесса, - сказал он, - А не Хламовщика, который, порой, сам себя не понимает и выдаёт что попало импульсивно и не подумавши. Ты совершенно правильно сказала, что не умеешь управлять этой штукой. И то, что у Хламовщика получилось с ходу и без подготовки, не значит, что и у тебя тоже получится. Поэтому просто пошли в Замок, тебе нужно после всего отдохнуть, - он посмотрел на Орла: - Молодец, Орёл! Молодец, что смог посадить этот агрегат. И ты, молодец, Прынцесса, что поступила разумно и не попыталась управлять тем, чем управлять не умеешь.

Прынцесса посмотрела на недовольную физию Хламовщика, а потом вынула из люльки байка-пепелаца Медный Таз с Осколочком Зеркала обогнула Чёрный Внедорожник и пошла в замок за Ангелом и Василисой, а следом впорхнул и прошествовал Орёл.

- Ну и пожалуйста! – возмутился вслед Хламовщик, - Раз я всё равно ночую тут в машине, то и за байком заодно присмотрю. А вы… А вы только попробуйте у меня ещё хоть что-нибудь попросить. Не буду никогда никого больше спасать!

Глава 94. И чудо случилось…

Ангел снова вывел Прынцессу к Озеру, где она устало села на плоский камень и прислушалась к себе. Она не понимала своих чувств. Ей было мокро и холодно после прошедшего града и холодных, словно металл, драконьих лап. А ещё обидно после состоявшейся перепалки с Хламовщиком.

Но снова на Свалку больше не хотелось. А мысль о том, что пешком можно было прийти к своему отцу – Королю, или в своё родное Безымянное Королевство, улетучилась из Прынцессиной головы начисто. Теперь она понимала, насколько реальность расходится с тем, что видишь в собственном воображении. И наверное, она в какой-то степени была рада вернуться в Свалочный Замок, раз другое – попадание в родной Один Роскошный Дворец, представлялось просто нереальным.

- Отдохни немного, - сказал Ангел, - А потом пойдите все вместе на кухню, попейте чаю и поешьте…

- Чай есть наверху, у Хозяина, - сказала Прынцесса, - Тёплый, вкусный… Может быть, если я буду вести себя учтиво, он угостит чаем нас всех…

Ангел кивнул, после чего его очертания растворились в воздухе.

- Он… Исчез? – беспомощно осведомилась Прынцесса, глядя на Василису и Орла.

- Это Ангел, - мудрым голосом пояснила Василиса, - Он бесплотный, и очень редко является перед людьми. Когда нужно предостеречь их от необдуманных поступков.

- Но может быть, меня нужно было бы предостеречь, когда я собиралась одна пешком идти отсюда к моему отцу в моё Безымянное Королевство? – с обидой осведомилась Прынцесса.

- А ты бы послушала? – укорила Василиса, - Ангел не может приходить слишком часто, поэтому он появляется только тогда, когда действительно может на что-то повлиять.

- Но если бы Ангел меня долго уговаривал, - протянула Прынцесса, - И если бы смог меня убедить, то может быть я бы и послушалась…

- А может и нет, - вздохнула Василиса, - Может быть, тогда Ангел не стал этого делать, чтобы ты прошла испытание и убедилась сама в том, что можешь быть неправа в своих суждениях, решениях и представлениях о действительности. Без этого урока разве бы ты кому поверила?

Прынцесса вздохнула, а потом промолвила:

- Наверное, я действительно полная Дура…

- Не говори так. Все могут оказаться под властью заблуждений, особенно если до этого всю жизнь провели в информационном пузыре. И от ошибок тоже никто не застрахован. Но ты ведь учишься на своих ошибках?

- Пытаюсь, - сказала Прынцесса, а к глазам подступили слёзы, ей почему-то стало очень обидно за себя, и она заплакала, - Но ведь меня всё равно все называют Дурой! Мне кажется, всем всё равно, учусь я чему-то или нет. А ещё, всем всё равно что я не знаю, как быть умнее… Если бы знала как, то и была бы… - она заплакала ещё сильнее, принялась утирать руками глаза.

- Сядь на камень, посиди и успокойся, - так же ласково велела Василиса, мягко погладив сзади крылом, - А потом, когда ты перестанешь плакать, мы пойдём наверх, к Хозяину. Он ждёт тебя и очень волнуется.

- Да не пойдём, а полетим! – раздался сверху радостный голос Хламовщика, который спустился на Байке-Пепелаце во Внутренний Двор, - Я придумал, что я сделаю! Я привяжу Зверя на верёвке к Байку-Пепелацу, и отбуксирую в гараж, потом запру на большой-большой замок и поставлю на сигнализацию! А потом мы все вместе пойдём в мой гараж и выпьем там вкусного чаю за удачную победу над погаными разбойниками!

- Но мы должны сходить к Хозяину, - заметила Василиса, - Он наверху волнуется… А Старушенция… Джессика, – она повторила это имя, которым Хозяин называл означенную особу, - У него даже Блюдечко с Яблочком забрала! Никакой радости ему не осталось. Он очень переживает! Нужно хотя бы сказать ему, что всё в порядке, что все живы, и что Прынцесса вернулась к нам, и что скоро она к нему придёт…

- Вы серьёзно? – перешёл на возмущение Хламовщик, - Этот изверг с ней что-то страшное хочет сделать…

- Это ничем не подкреплённые подозрения, - сказала Василиса, - Ни у кого из нас нет доказательств его дурных намерений. А вот факт, что Хозяин пытался спасти Прынцессу! В конце концов, именно он дал тебе этот лепесток.

- Ну ладно, вы идите, я – в гараж! – заявил Хламовщик, - Только верёвку найду! И вы потом приходите ко мне все! Я буду ждать! – последнее слово он выкрикивал, уже взмывая в высь.

- Лучше ты к нам приходи! – крикнула в ответ Василиса, - Мы все слишком устали, чтобы идти к тебе, - а потом с облегчением вздохнула: - Уф, хорошо, что он всё-таки не сердится…

- Давайте подождём его, давайте поедем, - принялась ныть Прынцесса, чувствуя, что не может двинуться с места, - Или, может, сходите без меня, скажете Хозяину, что я здесь… Я так устала… Я не могу, всё отваливается…

- Мы можем пойти к нему позже, - сказал Орёл, - Я уже сказал Хозяину, что ты спасена, когда летал туда за Осколочком Зеркала. И я ему сказал, что ты очень устала, и ещё, Сатушенция заперла дверь снаружи. Она не просто повесила замок в петли, но и защёлкнула его. Так что мы всё равно туда сейчас не попадём. Но я Хозяину уже сказал, чтобы он не волновался.

- Но может, он хочет увидеть Прынцессу вживую, - возразила Василиса, - Убедиться сам, что с ней всё в порядке… А то вдруг он думает, что ты ему сказал неправду, чтобы успокоить… А по поводу замка, всё равно открыть его может только Клариса. Старушенция отпирать не будет, у неё ключа-то нет…

- Тогда я отниму у Присцыллы Блюдечко и отнесу Хозяину! – заявил Орёл, - Чтобы посмотрел! Только знать бы, где она его прячет… Да и сейчас темно… Я дневная птица, а не летучая мышь, я ничего в этих ходах не вижу… - он тяжело вздохнул, - Надеюсь, Хозяин поверил мне… - он задумчиво замер, а потом встрепенулся: - Нет, ну раз я вернулся живым, значит, меня не подстрелили… И я всё ему так и рассказал… И про Дракона, который спустился с неба… Хотя, он подумал, что я приврал… Ведь кто в такое поверит… Что неожиданно откуда-то прилетает совершенно незнакомый Дракон и приходит на помощь…

- Но ведь это, кажется, машина Хламовщика – технический оборотень, который превращается в Дракона!

- Но ведь и в такое тоже очень трудно поверить! – разволновался Орёл, - Мало того, что машина превращается в Дракона, так ещё и не какая попало, а та самая, которая принадлежит Хламовщику. И не когда-нибудь, а именно сейчас, когда нужно в самый ответственный момент прийти на помощь! Очень похоже на сказку, причём, без логики! Я должен полететь и отобрать у Старушенции это Блюдо, и отнести Хозяину! И получить ответы на все вопросы!

- Но там же дверь заперта, - вдохнула Василиса.

- Блюдо плоское, может, под дверью оно пролезет, - заявил Орёл, - А Яблочко пройдёт через решётку. Ну а если вдруг нет… Я хотя бы попробую… Да и вообще, Клариса же умеет открывать!

- Нет, Орёл, обождём до завтра, - сказала Василиса, - Всё-таки темно, поломаешь перья…

- Перья отрастут! – бойко заверил Орёл.

- Всё равно, - настаивала Василиса, - Какое-то время ты не сможешь летать, а вдруг понадобится что-то срочное?

- Да я всю свою сознательную жизнь не мог летать! – воскликнул Орёл, - Меня ещё птенцом похитили и сразу кончики крыльев вырвали. Не перья, а кисти, на которых эти самые перья растут…

- Какой ужас, - с чувством произнесла Прынцесса.

- Я попрошу Хламовщика, - снова засуетился Орёл, - У него байк с прожектором…

- Я сама туда схожу, - вдруг ревностно заявила Прынцесса, - Дойду до двери и скажу ему… - она всхилпнула: - Или он меня не увидит… Старушенция сказала, что чтобы разговаривать с Хозяином, нужно повесить Зеркало на дверь, а самой встать у двери… И потом мне Клариса так сказала, где нужно стоять. И сам Хозяин говорил, что будет разговаривать со мной, только если я там стою… И главное… Когда я там не стояла, я плакала, а он меня даже не жалел… Я думала, что потому, что он – бесчувственный Злодей, но может… Дело в другом? Что он не попадал в Зеркало? И поэтому не мог со мной разговаривать…

- Немой… - задумчиво протянула Василиса, - Он сказал, что он – немой…

- Это значит, что не может говорить человеческим голосом, - уверенно молвил Орёл, - Мне Хозяин говорил, что я стал Немой Птицей.

- Но ты же можешь клекотать! – сказала Василиса, - А я могу стрекотать по-лебединому. И ещё шипеть. Клариса может пищать. Скоропея – шипеть и трясти погремушкой. А Хозяин… Вдруг он превращён во что-то такое… Что вообще не может издавать никаких звуков… Вообще никак не может проявить себя без Зеркала…

- Кто бы это мог быть? – озадачился Орёл, - Что за существо? И если подумать, там, в комнате, никого ведь нет!

- Он сказал мне, что он – Василиск, - вспомнила Прынцесса, - Что убивает взглядом, и дыханием, и к нему нельзя прикасаться, поэтому на него и надо смотреть через Зеркало… Что только так он может со мной общаться и при этом не убивать. И всякий раз, когда я поворачиваюсь в его сторону, он уклоняется, вот потому я его и не вижу… Так он мне сказал! И тогда я решила, что загадаю желание, чтобы он превратился в кого-нибудь другого… Не такого смертоносного… Скажите, он ведь очень-очень-очень несчастен, да? Это же никого ни обнять, ни приласкать… И тебя самого тоже никто не погладит, не поцелует, не согреет тёплым крылом…

Все трое тяжело вздохнули.

- Я так устала, - после некоторой паузы пожаловалась Прынцесса, - Так хочу спать… Но чувствую, что не усну на этих камнях… - она с надеждой посмотрела на Орла, памятуя, как тот согревал её своим теплом.

- На этих камнях ещё простудишься, - заметила Василиса.

- Но до этого я спала прямо на мусоре! – ревностно заявила Прынцесса, а потом с сожалением добавила: - Но это было так неудобно, так неудобно… А здесь ведь у Хламовщика есть матрац… Но я не помню, где та комната…

- Да и не найдёшь, - крякнула Василиса, - С тех пор, как ты на нём спала, уже тут случался пожар, может, матрас и сгорел.

- А если нет, я всё равно не найду… - с тоской протянула Прынцсса.

- Да и темно в коридорах, - задумчиво добавил Орёл.

- Значит, я пойду наверх, - сказала Прынцесса, - К Хозяину. У него там и свечки есть, волшебные, и все удобства… - она вздохнула, - Чтобы это понять, мне пришлось поскитатсья по этой ужасной свалке… Вот сейчас только немного посижу ещё, и пойду…

С этими словами она встала и медленно потащилась в коридор, который вёл к подъёму в Самую Высокую Башню. Василиса схватила её за подол платья, а потом кивнула на Медный Таз, в который Прынцесса перестала смотреть, встав с камня.

- Нельзя оставлять тут наш Осколок Зеркала, - пояснила Василиса, когда Прынцсса снова посмотрела в Медный Таз, - возьми осколок в одну руку, а Таз в другую, и тогда пойдём. Все вместе.

Орёл тем временем подошёл к берегу, наклонился, сунул клюв в воду и принялся жадно пить прямо из мутного Озера.

- Но Таз-то зачем тащить? – не поняла Прынцесса, - Он-то не волшебный… И даже не золотой. Всего лишь медный…

- А вдруг волшебный? – не согласилась Василиса, - Как-то очень удачно он расширяет поле действия нашего осколочка.

- Но вы уже оставляли его здесь, - продолжила Прынцесса, - Никто его не взял… И… Я не могу наклониться…

Тогда Василиса подозвала Орла, вместе они оттолкали Таз к стенке, где он привлекал меньше внимания, потом Василиса взяла клювом Осколок Зеркала, и они пошли за еле плетущейся Прынцессой.

А потом Орлу пришлось Прынцессу тянуть за подол и обгонять, потому что она едва не свернула куда-то не туда.

Потом они все вместе долго плелись по башне, практически наощупь, потому что уже становилось темно, и почти ничего не видно.

А когда пришли к двери, Прынцесса обречённо подёргала запертый замок, села у стены и расплакалась. А Василиса положила на пол Осколочек Зеркала, постучала клювом в дверь, потом полязгала запертым замком и застрекотала.

Выбежала Клариса, пискнула, всплеснула лапками. Осколочка в темноте было уже не видать, но Василиса поняла, что нужно делать и подсадила Кларису к запертому замку. Та некоторое время возилась, отпирая, потом дужка отщёлкнулась. Ещё некоторое время Орёл и Василиса напару и практически наощупь вытаскивали замок из петель. Прынцесса всё это время сидела прямо на полу, мёрзла и клевала носом. Когда дверь оказалась открыта, Орёл и Василиса на пару её едва растолкали.

За дверью было чуть светлее, потому что из зеркала слегка светились глаза Хозяина. Потом Галчонок заказал романтические электрические свечки, и стало ещё светлее.

Но Прынцесса чувствовала, что ей вся эта романтика не в тему. Она нашла в себе силы воспользоваться грошком-самосливом и выпить на ночь стакан воды, а потом она доковыляла до кровати, которую со времени её пребывания никто так и не убрал, легла на неё и провалилась в глубокий сон.

Орёл заботливо натянул на Прынцессу одеяло.

А Хозяин смотрел на всё это из Зеркала, его светящиеся на чёрном фоне глаза прищурились, но не от боли, а от умиления.

- Радость моя… - еле слышно выдохнул он.

Но этого никто уже не услышал.

Орёл вспорхнул на стол, бочком подошёл к Галчонку и тихонько ему сказал:

- Пожалуйста… Закажи для меня у Скатерти мяса… Я так давно ничего не ел… - он опасливо покосился на Василису.

- А мне тогда – салат из водорослей, - сказала Василиса, а потом потеребила Скоропею, лежащую неподвижно: - Кажется, она замёрзла… - и подобрала её под крыло.

В окно через решётку заглянул какой-то упырь. Вернее, не какой-то, а похоже, тот же самый, который уже однажды заглядывал в окно и напугал Прынцессу. Но тогда Хозяину удалось его прогнать. А в этот раз упыря долго никто не замечал, все были слишком усталые и занятые отдыхом после выдавшегося трудным денька.

А потом Василиса увидела его и с шипением кинулась к решётке, клюнула прямо в нос, от чего упырь отвалился и поскуливая, улетел прочь.

- Какая ты храбрая! – подивился Орёл, - Упыря не испугалась… Я бы не решился вот так вот с ходу… А ты не боишься… И Упыря, и огонь перьями тушить… И злого филина тогда не испугалась… И змею греть тоже не боишься!

- Ну, - скромно молвила Василиса, - Я же сторож… А по поводу огня… Мне своих перьев жалеть нечего, я всё равно не летаю. А вот ты свои перья береги и в огонь не суй, ты нам летающим нужен! – она снова укутала крылом лежащую на столе Скоропею.

* * *

Солнце медленно показалось из-за горизонта. Поскольку был самый разгар лета, его было видно на восходе даже из северного окна. Все ещё спали, поскольку были очень усталыми после вчерашнего нелёгкого денька, и не заметили, как в комнату заглянули ласковые лучи бронзового оттенка.

А на Кактусе, вернее, на том огрызке, который от него остался после многочисленных возгораний, плавно и красиво распустились Цветики-Семицветики. Целых двадцать шесть штук. Они усеяли его весь, так, что даже не стало видно колючек.

И тут в комнату вошла Старушенция, решительно оглядела её и восторженно заскрипела:

- Мои цвятки! – она даже выронила от удивления Блюдечко с Яблочком и умилительно сложила ручки замочком, - Ба-а-атюшки! А я уже и не ждала!

- Я всегда держу слово, - устало, но удовлетворённо и сладко, с ноткой самодовольства вымолвил Хозяин.

- Держишь, значить? – крякнула деловито Старушенция.

Орёл и Василиса, свернувшиеся калачиками прямо на столе, встрепенулись и резко выдернули головы из-под крыльев. А отогревшаяся под боком Василисы Скоропея опасливо выглянула из-под перьев. Клариса высунулась из-за ножки шкафа. И только умотавшаяся после всего Прынцесса лишь что-то простонала и продолжила спать.

- А Хламовщику уже отписали нейтронную звязду, как оно было вчера обещано? – требовала вовсю Старушенция.

- Разумеется, отписали! – кивнул Хозяин, кажется, он улыбался, - Будет обладать на расстоянии. Если сумеет мысленно определить её местопложение в трёхмерном континууме космического бытия. Трабла в том, что на ночном небе её не увидишь. Во-первых, она очень, очень, очень далеко! Во-вторых, она ещё и в видимом диапазоне не светится, испускает радиоизлучение… Может быть, Хламовщик увидит своё приобретение, если радиотелескопом разживётся, но для этого нужно желание лепестку загадать… Один цветок, кстати, оставь, тебе только двадцать пять было обещано, а тут – двадцать шесть! Двадцать шестой я решил подарком сделать для всех остальных! Должны же быть у всех свои маленькие радости…

- Нечего этими глупостями страдать! – деловито проворчала Старушенция, и принялась спешно собирать цветки в подол своего передника, - Нам тут реальные траблы решать надо, а не удовольствиями наслаждаться!

- Джессика! – предостерегающе одёрнул Хозяин, - Ты только это… Цветоножку от Аленького Цветочка не сорви! Тебе она ни к чему, на ней всё равно ни одного лепестка нету, а мне вот нужна!

- Да на кой тебе этот хлам, ежели он ужо весь осыпался? – снисходительно осведомилась Старушенция.

- Тебе не понять… Это память… Мне он как память дорог, понимаешь? Не трогай! Имей в виду, за него буду жечь! Я это могу!

- Да не кипятись ты, нужно мне больно барахло твоё бесполезное! – насмехалась Старушенция, собирая цветки.

- Стой! – прикрикнул Хозяин, - Последний цветок не тебе!

- Как это оно не мне? – крякнула Старушенция, - А тогда – кому?

- Прынцессе… - с нежностью молвил Хозяин.

Глава 95. Доброе утро…

- Ентой дурындре только дай! – ворчала Старушенция, - Она нам тут поназагадывывает! Как и этот обалдуй – Хламовщик! Так что я всё заберу, целее будет! Да ещё нам надо от пожаров загадывать, шоп пожаров тушить! Хламовщик вечно их устраивает! Ещё дракона себе нового завёл! Ты знаешь, что такое дракон? Это такая машина по генерации огня! А огонь – это пожар! Особливо если учесть, сколько тут всякого горючего мусора, ЛВЖ и даже соломы! Где Хламовщик её только набирает, у нас же тут в округе никакая солома не растёт! Даже бурьян – и верблюжьи колючки – и те не произрастают! Токма кактус один! И тоже горючий, между прочим! Вона как обгорел! Чаво он тут воспламеняется у тебя, ась?

- А что такое ЛВЖ? – растерянно осведомился Хозяин.

- Как? – крякнула Старушенция, - Ты не знаешь? Легко воспламеняющиеся жидкости! Бянзин там, кяросин… Водород с гелием!

- Гелий попрошу не трогать, - деловито молвил Хозяин, - Это инертный газ, он не горючий. А водород – он может… Но вообще-то и водород, и гелий – это не жидкости, а газы.

- А как же тогда говорят, что гелий – сверхтекучий? – ехидно осведомилась Старушенция, - Как он может быть текучий, ежели не жидкость?

- А это значит, что он через стенки воздушных шариков наружу просачивается, - задумчиво молвил Хозяин, - Вот так надуешь шарик, не успеваешь порадоваться, что он у тебя летает на ниточке, или под потолком на ночь зависает, как он у тебя уже съёжился, скукожился, короче – спустился.

- Ну так енто не утякает, а просачивается! – скептично хмыкнула Старушенция.

- А ещё, - задумчиво молвил Хозяин, - При сверхнизкой температуре, всего четыре градуса по Кельвину от абсолютного нуля, гелий становится жидким… А при ещё более низкой температуре – всего две целых и семь десятых Кельвина, он теряет вскую вязкость, и обретает способность течь без трения по тончайшим капиллярам и через самые маленькие дырочки… И тогда он может вытечь не только через самую микроскопическую дырочку, но даже через верх…

- Ну вот, жидкий! – оживилась Старушенция, значит – ЛВЖ.

- Но он не воспламеняется! – повысил голос Хозяин.

- Зато вот водород воспламеняется, - заявила Старушенция.

- Но он – не жидкость! – терял терпение Хозяин.

- Но в баллоне-то оно сжиженный? – хитро осведомилась Старушенция, и уверенно постановила: - А значитца, жидкость! – с этими словами она победно сорвала последний Цветик-Семицветик.

- Джессика… - взмолился Хозяин, - Ну зачем ты так? Оставь цветок! Это для Прынцессы и её друзей! Нам надо пожелать исцелить Галчонка, а Прынцессе домой надо…

- Домой, - крякнула Старушенция, - Да пущай Хламовщик её домой вязёт! У него тяперича и пепелацы, и драконы, да и тачку его тоже никто не отменял – седлай и ехай нехочу!

- Но Присцылла! – умолял Хозяин, - Ну ты же знаешь, что им самим нельзя такое поручать! Они заблудятся…

- Дрянь – может быть, - кудахтала Старушенция, - А вот Хламовщик – ни в жизнь. Он на этой Свалке – как рыба в воде, в смысле, как таракан на кухне, в смысле, как муха над навозом, в смысле, как крыса на помойке, во! Все ходы тута знает, как и в замке этом. Мужуки – они вообще хорошо на местности ориентирывываются, так что найдёт дорогу! А вот ляпестки и цвятки этим обормотам давать нельзя, они тут поназагадовывают такого, что в жизнь потом не расхлебаешь! Да только не таво чаво надо, - с этими словами она, придерживая подол одной рукой, вышла из комнаты и захлопнула дверь.

Но тут же её отворила и сунулась в комнату:

- А где, кстати, замок? Вчерась тут замок был! – она уставилась на Василису: - Такой-то из тебя сторож, подушка линялая! – она перевела взгляд на Зеркало, - Удивляюсь, что Зеркало ещё не спёрли! – она снова вышла, хлопнув дверью, из-за которой тут же снова послышался недовольный голос: - Обалдуй! А ну подь сюды! Подь сюды, я кому тебе сказала!

- Ну вот… - вздохнул Хозяин, - Вот и верь теперь в людей… Понадеялся на её сознательность, а она… И двадцать шестой тоже умыкнула… Эх… А ведь Прынцесса так и не навестила своего отца…

- Но может, - осторожно начала Василиса, - И правда Хламовщик её отвезёт?

- Я бы не хотел… - застонал Хозяин, - Я бы не хотел доверять это дело ему! Он уже в достаточной степени и несколько раз доказал, что на него полагаться нельзя!

- Тогда, может быть, мы научим Прынцессу саму управлять байком-пепелацем и она сама доедет? – осведомился Орёл, - А я… Я мог бы разведать дорогу. Мне бы только понять, какое из Безымянных Королевств – её, и как я его узнаю…

- Не торопись, Орёл, - одёрнул Хозяин, - Ты знаешь, что на самом деле ты не такой уж и Орёл?

- В смысле? – поёжился Орёл, - Я же пожелал лепестку – стать Орлом! Я так и сказал… Так и загадывал… И разве я не Орёл? – он посмотрел на себя в Зеркало, немного повертелся, покрасовался, а потом добавил: - Ну да, может быть я очень страшный Орёл, но разве я – не он? Вон у меня какие когти, а какой клюв… И хвост веером, и крылья, и передних лап нету, что доказывает, что я не грифон, а именно орёл, именно птица…

- Да, но не все птицы являются орлами, - сказал Хозяин, - Не все дневные хищные птицы формально и строго – орлы. Хотя в разговорной речи крупных дневных хищных птиц и принято называть орлами, если они не соколы, и не падальщики, вроде грифов, кондоров и стервятников. В этом плане ты, конечно, орёл и есть. Но вот если строго – то ты больше канюк, то есть ястреб.

- И что? – удивился Орёл, - Предлагаете мне сменить имя?

- Я не к этому, - вздохнул Хозяин, - Имя можешь оставить, если тебе оно нравится. Но вот проблема в том, что канюки и ястребы не могут парить так же долго, как это может орёл. Они перемещаются короткими перелётами, после чего должны садиться на землю и отдыхать. Ты ведь тоже, когда охранял Прынцессу, не всё время был в воздухе? А ещё, наверное, ты очень-очень устал от своего усердия?

Орёл ткнул коготком в стол и покрутил вокруг него лапой, понурив голову, а потом спросил:

- Что же тогда делать? Вы ведь хотите отпустить её к отцу… Да и мне тоже кажется, что это важно…

- Важно, - протянул Хозяин мечтательно, закатив глаза куда-то вверх, - Ведь если любишь, то не станешь неволить… - а потом посмотрел прямо на присутствующих: - Но посмотрите на неё! Она так устала, так выдохлась… А ещё… Когда она ушла… Она явно плохо подумала о том, что её там ждёт…

- А можно вопрос не по теме? – осведомилась Скоропея, - Вот ты говоришь, что любишь её. Но она же… - она сделала паузу, словно подбирая слова, а потом будто через силу продолжила: - Она же практически ребёнок… Неразумный… Несознательный…

- И что? – осведомился Хозяин, - Если ребёнок – то любить нельзя? Она совершеннолетняя. А то, что всё ещё наивно, как дитя, это только делает её привлекательнее в глазах состоявшегося мужчины! Думаешь, настоящему мужчине нужна суровая тётка, которая знает чего хочет, иной раз слишком хорошо знает, что даже берётся командовать… - он покосился на Василису, а потом отвёл глаза: - То есть перехватывает инициативу, а его самого подавляет, не давая ему раскрыться как личности…

- А эта балаболка, думаешь, будет в рот тебе смотреть? – дерзко добавила Клариса, - У неё в голове всякая чушь, может быть, она и не сможет подавить перехватить твою инициативу, и не будет командовать, но будет всё делать по-своему… Чего мы, собственно, и имеем!

- Ты предлагаешь мне разлюбить её? – осведомился Хозяин, - Но ведь сердцу не прикажешь! И да, почему я должен вам объяснять свои чувства? Они за гранью рационального, они иррациональны. Точка! Больше не задавайте мне этих вопросов! И как отпустить Прынцессу к её отцу – тоже. Я вырастил целых двадцать шесть цветов! Ну и что, что Джессика утащила тот, который я готовил для Прынцессы. Так даже лучше. Прынцесса как следует выспится, потом успокоится, наберётся сил, потом мы с ней обдумаем, как правильно озвучить желание, чтобы оно правильно исполнилось, и только когда я буду полностью уверен, что всё будет в порядке, только тогда я её отпущу! И так и знайте! Я неволю её не потому, что хочу быть над ней собственником, а потому, что очень переживаю, как бы с ней чего не случилось! А вы…

Василиса, Клариса, Скоропея и Орёл замерли, уставившись на отражение Хозяина в Зеркале.

- Вы, - торжественно продолжил Хозяин, - Мои верные подданные, вы прилежно исполняете свои обязанности и на совесть пытаетесь мне помочь, даже не задавая лишних вопросов… Ну… - он отвёл глаза, посмотрев куда-то вниз, а потом снова уставился на собравшихся: - Этот ваш вопрос про мои чувства к Прынцессе считать не будем. В общем, Вы верно служите мне. И хотя вы такие маленькие, и, хотя у вас лапки, но на вас всё тут держится! Ты, Василиса, отличный и храбрый сторож. Ты, Скоропея, наш ум, глаза и уши, ты помнишь то, что нужно помнить, слышишь то, что нужно слышать, и напоминаешь это остальным. Ты, Орёл, здесь недавно, но ты хорошо зарекомендовал себя в качестве дозорного и связного. Ты, Галчонок, хоть и решил отсюда сбежать, но я не сержусь, ведь ты ещё совсем юн. Но у тебя была редкая специальность и важная миссия переводчика, и ты – ценная говорящая птица, без которой мне никак! Ты должен был быть моим голосом. Поэтому прошу, не покидай меня больше, хоть тебе тут и не нравится. Ведь от тебя зависит не только моё благополучие, но и благополучие Василисы, Скоропеи, Орла и Кларисы… И да… И даже ты, Клариса… Которую Джессика в грош не ставит, на самом деле значишь для меня не так уж мало! Ты умеешь вовремя заметить и предупредить, а ещё… Ты мой ключ от всех замков. Кстати да, куда подевался замок от этой двери?

- Мы с Орлом его спрятали, - пояснила Василиса, - Чтобы больше никто и никогда никого не запер в этой комнате! Старушенция… Джессика… Несколько раз уже закрывала нас тут! Да и Хламовщик тоже закрывал, вы помните… Хотя тут есть скатерть и все удобства, но это не удобно – сидеть всё время взаперти! Тем более, на нас обязанности…

- Так вот… - сказал Хозяин, - Я понимаю ваше нежелание оказаться снова запертыми. Но посмотри на это с другой стороны. Этот замок вы спрятали. Но никто и ничто не мешает людям принести сюда другой замок, сунуть его в петли и запереть дверь на него. А ещё… Ещё я бы попросил вас всё-таки закрыть эту дверь, когда Прынцесса проснётся и изволит отсюда выйти. А я знаю, она захочет это сделать, потому что… Говоря честно, между нами, не смотря на наличие в этой комнате всего необходимого, здесь довольно-таки неуютно, а сидеть тут безвылазно просто положительно невозможно.

- Но ты же здесь сидишь? – осведомилась Скоропея.

- Потому что я стерегу этот Кактус! – повысил голос Хозяин, - Так же как Василиса стережёт Зеркало, когда оно находится внизу.

- Не хочу расстраивать тебя, - сказала Василиса, - Но были эпизоды, когда я вынужденно отлучалась. Чтобы спасти Прынцессу.

- Это уважительная причина, - похвалил Хозяин, - Но всё же, это очень плохо, что Зеркало было оставлено без охраны. Вот потому я и прошу вас всех, когда Прынцесса проснётся и уйдёт отсюда, а вы, вне всякого сомнения, тоже последуете её примеру, потому что сидеть постоянно здесь невозможно, вытащите этот замок и заприте дверь! Потому что здесь находится Кактус…

- Но ведь ты его охраняешь? – озадачилась Скоропея.

- Видишь ли… Я тоже вынужден бываю отлучаться, - сказал Хозяин, - Поэтому хочу, чтобы всё было заперто. А ещё… А ещё… - его голос стал тихим, шепчущим: - Я не хочу, чтобы Джессика вновь уволокла моё Блюдечко! Оно должно быть тут! Пожалуйста, раз Прынцесса всё ещё не проснулась, спрячьте и его. А когда Прынцесса проснётся и уйдёт, поставите на место, и закройте дверь на замок!

- Ты не боишься её отсюда отпускать? – осведомилась Василиса.

- Но вы ведь присмотрите, чтобы ничего плохого с ней не случилось? – задал встречный вопрос Хозяин.

И тут в комнату на всех парах вбежал Хламовщик:

- Прынцесса, Прынцесса! Я тебя обыскался!

Прынцесса что-то простонала, но продолжила лежать. Казалось, что ей никак не пошевелиться.

- Прынцесса! У меня для тебя сюрприз! – лучился Хламовщик.

- Прынцесса очень устала и ещё спит, - заявила Василиса, - Ты можешь не будить женщину? Не привёл её вовремя со свалки, так не буди, дай отдохнуть!

- О, а раз ты уж всё равно зашёл, - вставил своё слово Хозяин, - Повесь на место Блюдечко. Хоть посмотрим, куда уплыл ключ от моего замка.

- С чего ты взял, что он куда-то уплыл? – озадачился Хламовщик, а потом уставился на Василису: - Ты наябедничала?

- Хламовщик! – твёрдо парировала Василиса, - Ты теперь никогда меня не простишь за тот раз, когда я Старушенции про костёр рассказала? Между прочим, всё было более чем серьёзно! А повлиять на тебя никто не может… Ну разве что, кроме неё! А про ключ ты сам же и слил, когда тебя Старушенция прижала, а ты и слил Хозяину, что сам же его и выкинул, а я для тебя нырять отказалась! Ещё заявил, что мы теперь с тобой квиты, я нажаловалась на тебя Старушенции, ты теперь нажаловался на меня Хозяину!

- Ребята, да что мы ссоримся! – прервала её Клариса, - Может, всё-таки, выпьем сказочного чаю? Разве у нас нет поводов для радости? Разве нам нечего отметить? Орёл спас Галчонка, а ещё мы все спасли Прынцессу со Свалки! Разве это не здорово, что мы собрались все вместе?

- Не здорово! – тут же выпалил Хламовщик, почему-то радостным голосом, - Потому что мои драконы сюда не придут! Зверь опять превратился в Чёрный Внедорожник и со мной не разговаривает, а второго Дракона, которого никак не зовут, я ещё не закончил надувать, и он ещё не ожил… Кстати… - он почесал затылок, а как мне его назвать?

- Не заморачивайся, - сказала Скоропея, - Я не думаю, что если ты его надуешь, то он после этого оживёт, а значит, и имя особо-то не нужно. Да и вообще, далеко не все на свете имеют свои имена.

- Да? – озадачилась Клариса, - А почему? Помнится, ты обещала однажды, что потом расскажешь Хламовщику, почему у нас у всех тут есть какие-то имена… В этом мире, где всё такое Безымянное…

- Хламовщик и забыл, наверное, - вздохнула Скоропея.

- Ничего не забыл, - ревностно выдал Хламовщик, - Просто вы сразу не рассказали, а потом мне уже пофигу стало, я к новым вашим именам привык. Хотя вот правда, а почему? Почему у всех нету имён, а у вас – есть?

- Видишь ли, Хламовщик, - начала было Скоропея.

Но тут Прынцесса снова что-то застонала, потом вскрикнула и резко открыла глаза:

- Ой… - оторопело молвила она, - А где это я?

- Всё в порядке! – поспешила заверить Василиса.

Прынцесса привстала на локте и оглянулась:

- Где я… - снова спросила она взволнованно.

- В башне со всеми удобствами, - буркнул на это Хламовщик.

- Мне снилось, что я всё ещё блуждаю по этой свалке… - пожаловалась Прынцесса, - Всё хожу-хожу, и не могу найти выхода… А я… Я опять вот здесь, в этом заточении? А мой Прынц за мной так и не приехал?

- Да не приедет он за тобой никогда! – заявил Хламовщик, - Вон, у нас Блюдечко с Яблочком есть, хочешь, мы по нему сейчас посмотрим, наверняка, он про тебя уже забыл и на другой женился!

- Прынц не мог так поступить, - стонала Прынцесса, - Если уже обещался мне… И вообще, у меня всё болит… Ох, как мне плохо…

- Может быть, выпьем все сказочного чаю? – напомнила Клариса, - Раз все мы здесь собрались…

- Думаю, сначала Прынцессе нужно привести себя немного в порядок, - молвил Хозяин, - Так что вы все выйдете на лестничную клетку и подождите там. А чтобы было не так скучно, можете заказать себе чего-нибудь у Скатерти прямо сейчас и взять туда с собой.

- Стойте! – воскликнул Хламовщик, - А где мой обещанный водород?

- Я тебе другое обещал, - напомнил Хозяин, - Нейтронную Звезду! Она где-то в космосе, на ночном небе её будет не видно, но она всё равно есть! Я обещал – я тебе её отписал! Теперь она твоя!

- Но так не честно! – вспылил Хламовщик, - Мне был нужен водород для моих драконов! Чтобы они огнём дышали!

- Хламовщик… - укоризненно молвил Хозяин, - Ну что ты за человек! Тебя, кажется, попросили выйти…

- Тогда я побежал в гараж! – победно выкрикнул Хламовщик, - Приходите все туда! Я там поляну накрою.

Глава 96. Похитили не тем драконом…

- В гараж? Но я не хочу в гараж! – недоумевала Прынцесса, задумавшись, - Это там, где Хламовщик запирает свой Чёрный Внедорожник? Где выход через окно и туалета нету? Я не хочу туда идти! Я там чуть не умерла! Мне там было душно, жарко и страшно, я видела кошмары! А потом утром в туалет было не выйти… Нет! У меня с этим местом связаны самые мрачные воспоминания! И ещё… Я… Я, кажется, так и не отдохнула до сих пор, всё болит… Я никуда не пойду. Я, пожалуй, останусь здесь! Из всех место в этом Замке это – самое лучшее из всех!

- О, как же я рад это слышать! – протянул Хозяин, - Это просто прекрасно! Значит, ты останешься здесь, в самом безопасном месте этого Замка!

А Клариса, Василиса и Скоропея переглянулись между собой, после чего Клариса сбежала вниз со стола и вытащила Осколочек Зеркала. А Василиса аккуратно пересадила Скоропею себе на спину.

И все вместе вышли за дверь. Орёл вылетел следом.

Клариса поставила Осколочек у стены, пригласила лапкой всех посмотреть в него, а потом сказала:

- Чего-то не очень я верю словам Хозяина про любовь к Прынцессе… - поделилась сомнениями Скоропея.

- Поэтому ты спросила? – осведомилась Василиса.

- Ну да, поэтому, - кивнула Скоропея.

- Да и я тоже, - согласилась Василиса, - Вот только не думаю, что задавать Хозяину вопросы по поводу его любви было правильной идеей! Теперь он будет знать, что мы его подозреваем. А это лишает нас преимущества.

- Вы подозреваете его в каких-то дурных намереньях? – осведомилась Клариса, - Но это ведь просто подозрения! А вдруг он её действительно любит?

- Но легенда гласит, - напомнила Скоропея, - Что юная дева тут всё изменит. Может быть, Хозяин как раз и пытается использовать её ради этих изменений? Нет, ну если вдуматься… По-моему, он действительно Узник, и наверное, юная дева ему нужна, чтобы обрести свободу. Вот только что будет, когда он освободится? А что будет с ней?

Но вдруг по-над лестницей поднялся Хламовщик на своём байке-пепелаце с радостными криками:

- Прынцесса! Выходи скорее! Прямо сюда летит просто прекрасный, просто неотразимый, просто сказочный, ну просто суперский Золотой Дракон!

- Правда? – Прынцесса вышла на порог ошеломлённая, и потрясённо сложила руки замочком.

- Правда! Я только что видел! – лучился Хламовщик, он так сверкает, так сверкает!

Василиса застрекотала, Орёл заклекотал, Клариса запищала, Скоропея зашипела. Все они хотели сказать, что не стоит обольщаться и проявлять беспечность. Но из-за того, что ни Прынцесса, ни Хламовщик, не смотрели в осколочек Зеркала, никто их не понял.

Прынцесса незамедлительно влезла в люльку, забыв про всякую осторожность, начисто игнорируя тот факт, что Хламовщик склонен к импульсивным необдуманным решениям, и поэтому с ним опасно. И уже через мгновение они мчались по спирали вниз.

А потом, включив фары, Хламовщик гнал по тёмным коридорам, где раньше ходил исключительно наощупь. Прынцесса сидела в люльке и держалась за Хламовщика, а у самой перехватывало дух от сладостного предвкушения. Примерно так она себе представляла погони из книжки, хотя сейчас следом никто и не погнался.

Потому что Орёл, Клариса, Василиса и Скоропея побежали в комнату к Хозяину, как смогли, влезли на стол и принялись жаловаться.

- Говорите по одному! – рявкнул на них Хозяин.

- Прынцесса только что угнала с Хламовщиком на его адском драндулете смотреть какого-то Золотого Дракона! – взволнованно доложила Василиса.

- Но ведь золотой и блестящий – ещё не значит, что хороший и добрый? – с сомнением осведомилась Скоропея.

А Клариса покачала головой и сказала:

- Девки-девки… Вот вечно у вас какие-то подозрения, но как за помощью обращаться, то к кому все побежали?

- Имеем право! – воскликнул Орёл, - В конце концов, мы же ему тоже чем могли – помогали!

- Поставьте мне Блюдечко, - велел Хозяин, - Запустите Яблочко, да посмотрим, что это за Золотой Дракон! Не знаю такого… Мне ведом только Чёрный… Который у Хламовщика в гараже в виде Чёрного Внедорожника находится. И ещё тот, которого он надувает постоянно, думая, что когда закончит его надувать – Дракон этот оживёт… - он перевёл взгляд: - Галчонок! Вели Блюдечку, чтобы показало мне мою Прынцессу…

- Мою… - хмыкнула Клариса.

- Блюдечко-Блюдечко! – прочеканил Галчонок, - Покажи нам нашу Прынцессу из лесу! Ту, что сбежала из Дворца из-под носа у отца…

- Сбежала, сбежала, - скептично хмыкнул Хозяин, - Она, пока сидела тут со мной, всё-всё про себя рассказала… С таким энтузиазмом, с таким энтузиазмом… - его голос стал мечтательным, но вдруг он взволнованно добавил: - Как бы снова сбежать не решила! Гляжу я, любит она это дело – сбегать… Себе на беду…

* * *

Байк-пепелац стоял у ворот внешней ограды Свалочного Замка, Хламовщик сидел на седле водительского места, держа руки на рукоятках штурвала и с предвкушением улыбался, глядя в небо, на котором медленно кружил огромный Золотой Дракон. То, что он именно золотой, не вызывало никакого сомнения, потому что он был такого самого цвета, и очень ярко блестел на солнце, иной раз, когда ловил наиболее яркие блики, становилось даже больно смотреть. А то что это именно Дракон, угадывалось по силуэту.

И вот Дракон плавно снизился, приземлился на все свои четыре лапы и сложил огромные перепончатые крылья.

Как же он был красив! Не только золотой, но и весь в орнаменте, в завитушках, похожих на вьющиеся лианы и языки пламени, и всё словно сделано из Золота, как у изысканных металлических статуй. Прынцесса некоторое время любовалась им, а потом сказала:

— Вот если меня похитит именно этот сказочный и прекрасный Дракон, то он точно посадит меня в башню со всеми удобствами… Которые будут по-настоящему удобными! И тогда уж точно Прынц меня спасёт! А сейчас он меня не спасает потому, что меня неправильно похитили! Да не тем драконом!

С этими словами она выпрыгнула из люльки, и с криками:

- Эй, я здесь! – кинулась Дракону навстречу.

С Дракона внезапно спустилась лестница, а по ней слез небольшой старичок в чалме и белом халате, поклонился:

- Доставка «Вели Чудес»! – произнёс он.

- Ура! – подпрыгнул от радости Хламовщик.

Дракон поднял вверх свой хвост и самым кончиком подцепил со своей спины огромный ящик и поставил его на землю рядом с собой. А потом старичок по лестнице взабрался вверх и снова спустился, вручил Хламовщику ещё один ящик, маленький.

- У вас всё оплачено, - сказал старичок, - Всё забираете?

- Всё беру! – ликовал Хламвощик.

После чего вежливо поклонился старичку, потом они ударили по рукам, а после старичок забрался по лестнице на Дракона, лестница убралась наверх, Дракон немного отошёл от стоящих на земле ящиков, Хламовщика и Прынцессы, а потом, оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, подпрыгнул, расправил крылья и стремительно набрав высоту, исчез где-то вдалеке.

- Улетел… - раздосадованно молвила Прынцесса.

- Да, классный, - ответил на это Хламовщик, - Когда-нибудь я накоплю много денег и куплю себе такого же! Но мне и так хорошо! Мне посылки приехали! А ещё у меня Зверь есть! И надувной Дракон! Может, они не такие яркие, не такие блестящие, не такие расписные, зато – мои! А Зверь чёрный – это стильно! А ещё у меня Байк-Пепелац теперь есть! – он похлопал свой байк по сверкающему зеркальной сталью боку, и сказал: - Ну что, будем раздраконивать посылки?

Он перевёл взгляд с маленького ящика на большой, потом обратно, закинул маленький ящик в люльку, со словами:

- Это я дома распакую.

А потом он сел в Байк-Пепелац и взлетел со словами:

- Подожди меня тут, я за инструментами!

- Но мне… - оторопело выдала Прынцесса, и, с трудом вспомнив нужное слово, добавила: - Страшно!

В её памяти было ещё свежо, как на этой самой свалке на неё напали разбойники, от которых еле-еле удалось убежать.

- Ты бы хоть своего дракона мне сюда прислал, - с досадой добавила Прынцесса, - Чтобы мне не так страшно было…

И только она так сказала, как по ногам что-то щекотнуло. Прынцесса взвизгнула, отдёрнулась и посмотрела в низ, готовясь визжать от ужаса от увиденного там.

Но визжать внезапно не пришлось, потому что это оказался всего лишь кот дворовой масти. И внезапно Прынцесса его вспомнила: именно этот кот пришёл утром в гараж, когтил её коленки и щекотал кончиком хвоста в носу, а потом принёс тапок и показывал мастеркласс, как использовать его в качестве туалета.

Кот важно прошёлся вдоль ног Прынцессы, потеревшись щеками, боком и ещё раз пощекотав хвостом, а потом важно направился к стоящему на земле ящику и точно так же прошёлся вдоль него, обтеревшись щекой и боком, довольно мурлыча, блаженно жмурясь, и, кажется улыбаясь.

От взгляда на всё это Прынцессе перестало быть страшно, она даже не заметила, как пролетело время. Котик тоже не заметил, как и не заметил появления Хламовщика, который подошёл с ломиком и принялся с треском раздербенивать ящик.

И только он начал, Котик весь взъерошился, перестал умиротворительно тракторить, изогнулся дугой и зашипел, словно привидение увидел. А потом заорал во весь голос.

- Не кричи, Котик! – крикнул на него Хламовщик, - Там ничего страшного! Я не собаку заказал! – он прекратил ломать ящик, развернулся всем корпусом и грозно уставился на Котика: - Да и с Собакой вы нормально себе уживаетесь! Это придумывают, что кошка с собакой вечно цапаются, на самом деле не цапаются они! Вы же не цапаетесь!

Кот снова издал шипение, а потом заорал дурным голосом.

- Наверное, он хочет сказать, что у него имя есть, - предположила Прынцесса, - Кажется, его зовут Барсик… А его подружку – Мурка.

- Кстати да, - Хламовщик почесал своим ломиком затылок, - Я же когда-то спрашивал, почему у всех животных тут какие-то имена… Которых я не знаю. Скоропея обещала когда-то потом рассказать, а сегодня утром, пока ты спала, мы снова про это вспомнили за разговором! Скоропея так и не рассказала…

- Наверное, они там наверху остались, - беспомощно выдала Прынцесса, оглядываясь на Барсика, который продолжал орать, - Мы так быстро уехали, что они не успели попроситься с нами! Правда… - её взгляд стал растерянным, - Может, они и не хотели смотреть на Золотого Дракона? А почему он улетел и меня не похитил?

- Потому что это был не похитительный дракон, а доставка «Вели Чудес», - сказал Хламовщик.

- Так это и был тот самый Золотой и Солнечный Дракон, которого все так любят? – растерянно осведомилась Прынцесса.

- Да, он самый! – самодовольно заявил Хламовщик, - И попробуй его не любить! Он посылки приносит! Всегда нужные! С «Вели Чудес!» И кое-какое чудо ты сейчас увидишь!

Они разговаривали, а Барсику всё это время не переставал орать дурным голосом, от чего разговаривать было неудобно, друг друга было практически не слышно.

- Ну что ты, глупенький, - обратилась к Барсику Прынцесса, - Ничего страшного не происходит…

От этих слов Барсик заорал ещё громче.

Прынесса подошла к Хламовщику, дёрнула его за безрукавку и сказала:

- А может, он предупредить нас о чём-то хочет?

- Наверное, что если мы будем долго копаться, то придут разбойники и нас убьют! – сделал вывод Хламовщик и заработал ломиком ещё усерднее.

Ящик разошёлся под швам, внутри оказалось куча каких-то досок.

Хламовщик разгрёб их и обнаружил ещё один ящик.

Барсик подошёл к Хламовщику, потёрся о его ноги, потом о ящик. А Хламовщик уверенно заработал ломом.

И тут Барсик дурным голосом заорал. А когда второй ящик треснул, там оказалось сено, тряпки, бумага, старые льняные мешки. Разгребя всё это, Хламовщик обнаружил аккуратную цветастую коробочку, размером с небольшую шляпу и сказал:

- Ой… - а потом встал к Прынцессе лицом и сунул коробочку за спину, - Это я себе купил! А твой, значит, домой завёз, но ничего, потом тебе отдам! - с этими словами он лихо оседлал байк-пепелац и перемахнув через забор, полетел в свалочный замок.

А Барсик сидел напротив оставшейся от упаковки груды мусора и протяжно орал. Прынцесса чувствовала, что сама тоже вот-вот заорёт с досады. Ей жуть как не хотелось находиться здесь, снаружи Замка, тут она не чувствовала себя в безопасности.

* * *

А тем временем Василиса, Клариса, Скоропея, Орёл и Галчонок сидели наверху и смотрели с Хозяином по Волшебному Блюду на Прынцессу.

- Хламовщик – идиот! – сдавленно процедил Хозяин, - Из-за этого остолопа нашу Прынцессу снова нужно спасать! Она ж, поди, не знает, что нужно просто отмотать с двери цепь, зайти и замотать снова! Она думает, что заперто… Да и я бы так подумал, если бы не знал…

- Что, просто у вас тут замотано и всё? – удивился Орёл, - И это здесь, где водятся разбойники?

- Не боись, близко не подойдут! – заверил Хозяин, - Но, чтобы я мог оперативно принимать меры, Блюдечко должно быть у меня! Эта дура… Нет, не та, на которую Вы подумали, а Старушенция, думает, что я по нему только мультики смотрю да подглядываю за всеми в интимных местах! Что я развлекаюсь! И что это вредно и заслуживает порицания! А на самом деле, я мониторю обстановку! Если бы не я, этот Замок разграбили бы давным-давно! Да на мне тут всё держится…

- Хозяин! – вспискнула Клариса, - Твой Кактус…

Она перевела взгляд с пылающего огнём Кактуса на Зеркало. Хозяин в нём мучительно жмурился, и, кажется, стонал.

Василиса подскочила к Кактусу и принялась хлопать по нему крыльями, а потом, когда пламя стало погасать, спросила:

- Да что ж это делается-то!

- Я просто немного перенервничал, - простонал Хозяин, кряхтя, словно от боли.

- Ты эдак его совсем сожжёшь и он цветы приносить не будет! – укорила Василиса, - Зачем, вот зачем ты постоянно срываешься на нём?

- А на ком? – возмутился Хозяин, - На тебе?

На Кактусе снова загорелась одна колючка. Василиса хлопнула по ней кончиками подпалённых перьев и решительно заявила:

- Хочешь, не хочешь, а надо подумать о том, чтобы поставить тебе тут грушу для битья, а Кактус передать в ведомство кому-нибудь другому. Например, мне. Или Орлу. Мы обещаем о нём заботиться и охранять, и беречь… Я до этого берегла Зеркало…

- Ты слишком мягкая, Василиса! – укорил Хозяин, - Стеречь-то стерегла, но Старушенции и Хламовщику позволяла его брать.

- А ты недоволен? Им это Зеркало было нужно, чтобы тебя навещать! Мы тут с девочками пришли к выводу, что оно нужно не для того, чтобы на тебя безопасно смотреть, а чтобы непосредственно с тобой общаться! Ты – такой же как мы. Ты сам сказал, что ты – немой. То есть не может обраться без Зеркала. Более того. Мы тут пришли к выводу, что ты кто-то, кто вообще не может издавать звуков. Никаких! По крайней мере, тех, что мог бы слышать человек. Или даже кто-нибудь из нас! А может и вовсе не можешь никак выразить не только свои мысли, но и даже чувства. Что тебе страшно. Или больно.

Хозяин сначала смотрел на Василису расширенными заплаканными глазами, потом вдруг сощурился и рассмеялся:

- Вот уж чушь! Повеселили… Ладно! Идите скорее, помогите Прынцессе! И сделайте одно одолжение. Закройте эту дверь на замок! Чтобы Старушенция не забрала у меня Блюдечко. Потому что… Я сказал зачем оно мне!

- Мы не можем тебя тут оставить, - сказала Василиса, - Ты тут без нас сожжёшь Кактус…

- Не смейте трогать мой Кактус! – повысил голос Хозяин.

- Но ты плюёшься в него огнём! – заявила Василиса, - Ты ведь дракон, верно?

- Не твоё дело! – грубо рявкнул Хозяин, - А Кактус не трожьте! Грушу для битья… Да много ты понимаешь! Отрываться на груше – это не то!

- А тебе не совестно? – возмущалась Василиса, - Стрижёшь с Кактуса цветы, для Старушенции, да для Прынцессы, и тут же его жжёшь!

- Тебе не кажется, что сейчас не подходящий момент для таких вопросов? – ядовито осведомился Хозяин, - Прынцесса ждёт вас внизу, а вы тут препираетесь со мной в том, в чём я осведомлён намного лучше вас!

- Потому что мы не можем тебя тут с Кактусом и на миг оставить! – твёрдо настаивала Василиса, - Вот загорится без меня, никто и не потушит!

- Слушайте, - вкрадчиво зашипел Хозяин, - Я просил приходить по одному. Вы ослушались. Я терплю. Между прочим, я просил не просто так! А потому, что это важно в том числе и для Кактуса. Поверьте, если никого из вас тут не будет, он не будет загораться… Так что выйдите отсюда уже и закройте дверь!

В этот момент у Кактуса снова загорелась колючка. Василиса оперативно ударила по ней крылом и сказала:

- Но если я уйду, кто будет сбивать пламя?

- Сделайте, как я сказал! – повысил голос Хозяин, - Клариса потом сможет открыть. А я должен побыть один, чтобы вырастить для Прынцессы обещанный цветок!

- Но этой ночью мы все были здесь, - напомнил Орёл, - Это не помешало вырасти цветам…

- Но вы не представляете, как мне было трудно! – настаивал Хозяин, - Вы хотите меня так же мучить и дальше?

- Но мы закроем, а если Кактус снова загорится? – сомневалась Василиса.

- Ну вот заладила! – выругался Хозяин.

- Василиса, сделаем как он просит, - взмолился Орёл, - Если что, я залечу с окна и потушу сам.

- Не вариант! – заявила Василиса, - Твои перья нужны целыми! Нужно чтобы ты летал! И не терял манёвренности! Ты утратил возможность говорить, но у тебя сейчас другая ценная способность – летать! Так береги же её, она нужна. Нам всем. А Кактус тушить буду я.

- Честно? – хмыкнул Хозяин, - Да и шут с ним! Мне нужно две вещи. Первая – чтобы Вы спасли Прынцессу, а вторая – чтобы никто не утащил отсюда Волшебное Блюдечко и чтобы не пострадало наше общее Зеркало! А для этого нужно закрыть замок! Зеркало и Блюдечко важнее Кактуса. А тебя, Василиса, закрывать тут – тоже не дело, ты нужна там! Нужно наставлять и защищать Прынцессу! И да, не делайте из запирания двери трагедию! Клариса потом сможет открыть этот замок опять, если это будет нужно. Оставьте здесь Галчонка, он не может летать, поэтому лучше если он останется здесь, здесь он будет в безопасности. И закройте дверь!

- То есть, если Кактус загорится, Галчонок будет его тушить? – со скепсисом осведомилась Василиса.

- Василисушка, милая, - взмолился Галчонок, - Сделай как он хочет! Я знаком с Хозяином, сколько я помню себя, я жил тут и разговаривал с ним. Это он мне рассказал, как для вас правильно готовить корм. Именно он. А я потом научил Хламовщика. Я думаю, Хозяин наш друг, он правда нас всех бережёт и охраняет. И надо ему поверить. Я останусь тут, помогу настраивать Блюдечко, а вы – идите к Прынцессе, - он вздохнул: - Я так виноват, что улетел отсюда… Я не должен был бросать Хозяина… За то я и был наказан, что попал в плен к разбойникам…

- Не говори так, - застонал Хозяин, - Я бы сам не стал тебя так наказывать. То, что ты в чём-то виноват, не оправдывает разбойников и все их зверства… Клянусь, когда я смогу… - он осёкся, а потом спросил: - Василиса, Орёл, Галчонок не убедил вас, что нужно послушаться меня?

Орёл и Василиса переглянулись, а потом полезли под шкаф за замком. Через некоторое время они закончили возиться с замком, который засунуть в петли и защёлкнуть не имея рук было не так-то просто. Клювы плохо держали, а лапами Василиса орудовать не могла, у Орла же были толстые пальцы и длиннющие когти, из-за чего тоже было жутко неудобно. Куда лучше у него получалось управляться со всякими предметами когда он был Попугаем. Тогда и клюв, и лапы могли выполнять куда более тонкие вещи. А теперь… В общем, теперь в лапах было очень много силы и она вся была нужна, вот только захватить нужным образом замок вышло далеко не сразу.

Дело усугублялось тем, что Орёл дико нервничал из-за того, что терял драгоценное время, и от этого у него всё только валилось из лап.

Когда же они с Василисой закончили, как раз выползла Клариса и вытащила Осколочек Зеркала.

- Лети, Орёл! – поторопила его Василиса, - Ты всё равно будешь на месте быстрее нас всех, а я… Я должна буду отвезти вниз Кларису и Скоропею и поставить в Медный Таз наш Осколочек. Надеюсь, сам Таз там не украли… С ним правда намного удобнее.

- Это же ещё и там так же, - пожаловался Орёл, имея в виду цепь, которой были замотаны ворота, - Ты когда управишься, приходи, вдруг мне правда одному будет не справиться, и твоя помощь будет очень кстати.

- Хорошо, договорились, - кивнула Василиса, - А теперь лети!

- А ты… Ты помни, что важна не скорость, важно донести… Наш осколочек… - сказал ей Орёл, после чего вспрыгнул на окно и выпорхнул из него с другой стороны.

Уже через несколько секунд Орёл приземлился рядом с Прынцессой, спугнув Барсика, который сначала драпанул прочь и спрятался под забором, а потом вдруг вылез и с воплями кинулся в атаку.

Орёл закрылся крыльями, а Прынцесса сначала завизжала, потом закричала:

- Барсик! Он наш!

Барсик отпрянул от Орла не сразу, а потом виновато вытаращив жёлтые глазищи с вертикальными зрачками, забился под забор и затих.

- Прости его, Орёл, - сказала Прынцесса, - Наверное, он просто испугался. Он, наверное, не знал, что ты – хороший… Я тоже испугалась сначала…

Орёл раздосадованно клекотнул, а потом принялся теребить цепь, которой створка ворот была примотана к столбу.

- О, точно… - воспрянула Прынцесса, - Нужно же просто отмотать… - и с этими словами она принялась разматывать.

Да не тут-то было. То ли Хламовщик и Старушенция заматывали каким-то определённым образом, то ли Прынцесса потянула не там, где надо и натянула петель, которые и запутались, но размотать сразу не получилось.

Прынцесса возилась долго. Орёл то смотрел на это дело, то пытался что-то дёргать сам, то нервно оглядывался вокруг, то взлетал ввысь и смотрел, то садился на один из столбов забора и смотрел с него.

И лишь когда Прынцесса наконец-то распутала цепь, внезапно появился Хламовщик на байке-пепелаце:

- Ну чего ты не приходишь, я тебя там жду-жду… - посетовал он.

Глава 97. Сюрприз…

Прынцесса от такого поворота едва не расплакалась. У неё в планах было – зайти во двор и отправиться снова в башню к Хозяину. Потому что Хламовщика она уже даже не ждала. И чего бы ему стоило прийти раньше, когда дверь ещё не была открыта? Когда Прынцесса готова была многое отдать, чтобы кто-то размотал эту ужасную ржавую цепь за неё…

А тот явился, когда в нём надобность отпала, когда всё уже Принцесса сделала сама своими нежными, тонкими, уставшими от всего свалившегося на них за последнее время ручками.

Хламовщик, кажется, даже не замечал, что у Прынцессы глаза на мокром месте, он просто замотал всё обратно. И это при том, что Прынцесса даже не успела войти в калитку. А потом, всё-таки заметил:

- Ну чего ты плачешь! Сейчас сядем на байк да перелетим сверху!

Оставаться снаружи, как требовала уязвлённая гордость, Прынцесса не захотела. Просто во всех красках и подробностях представила, чем ей аукнется подобный поступок и, всё-таки влезла в люльку. И расплакалась.

- Сейчас перелетим! – ещё раз заверил Хламовщик, - И плакать тут нечего!

- Да ты не понимаешь! – утирая слёзы, разревелась Прынцесса, - Я так долго открывала…

Хламовщик сначала сильно озадачился, а потом заявил:

- Но оставлять ворота открытыми нельзя! Тут всё-таки Свалка! И ещё, разбойники шляются…

- Мяв! – добавил Барсик, быстрым смерчем прошмыглнув по двору в Замок.

А Орёл взлетел с забора, пересел на багажник байка-пепелаца и прислонился головой к плечу Прынцессы, словно пытаясь утешить.

- Ворота вообще всегда открывают исключительно для того, чтобы сразу потом закрыть, - добавил к своей мысли Хламовщик, помолчал, а потом с энтузиазмом принялся рассказывать: - В этом мире так много удивительных вещей! Вот например, воздушные шарики надувают чтобы тут же их отпустить! А якоря выбрасывают в аккурат когда они становятся нужны. А когда не нужны – то их подбирают. Вот и с воротами так же! Не стоит расстраиваться, что их после открытия тут же закрыли, и открытыми они пробыли лишь короткий миг! Ничего, что процесс открытия занял больше самого момента открытия! Главное – что в этот момент случилось что-то значимое и важное…

- Не держи меня за дуру! – разревелась Прынцесса, - Ничего значимого и важного не случилось! Войти в них ты мне так и не дал! А учитывая всё это, мог бы забрать меня сразу, а не заставлять переживать, нервничать, расстраиваться и распутывать эту ужасную ржавую цепь! У меня все руки в ржавчине… И ноготь сломался…

- А у меня как раз натфиль есть! Подпилим! – пообещал Хламовщик.

* * *

- Эти остолопы правда думают, - тем временем жаловался Галчонку Хозяин, - Что их вот эта ржавая цепь помогает от вторжения разбойников!

На решётку окна с грохотом приземлился Орёл:

- Хозяин! Порядок! Прынцесса снова в Замке!

- Вижу, - заявил на это Хозяин, - Я всё вижу. Блюдечко работает.

- А как ты охраняешь Замок от вторжений? Это ведь ты его охраняешь? Ведь эти старые ворота с ржавой цепью не удержат никого, кто пожелает вторгнуться. Можно же перелезть и сверху, и снизу…

- Ну, если ты заметил, перелезть всё-таки не так уж легко, - молвил Хозяин, - Сверху острые штыри.

- Но забор из прутьев! – сетовал Орёл, - Просматривается на раз! Разве это нормально? Никакого тебе уединения в собственном дворе, сидишь как в клетке в зоопарке на потеху публике, а враг, если он подступит, ещё и будет в курсе всех твоих оборонительных действий… И да, обстрел через этот забор тоже удобный… Да и трудно перелезть – ещё не значит, что невозможно!

- Вот потому Замок и защищён магией, - заявил Хозяин, - В смысле, наоборот. Тут так пустынно и безлюдно, потому что Замок под защитой магии. И эта пустынная пугающая Свалка вокруг… Она тут не просто так. Она отбивает у всех желание сюда лазать…

А на Кактусе загорелся пучок колючек. Орёл хлопнул по огню кончиками своих маховых перьев.

- Вот что, убирайся отсюда, Орёл! – разгневанным голосом заявил Хозяин, - Будешь много знать – быстро состаришься! Если магия сломается, охранять Замок придётся тебе, а ты сейчас сожжёшь все перья! Не буду я с тобой больше разговаривать.

* * *

- Ничего, я знаю, что тебя развеселит! – заверил Хламовщик, ведя свой Байк-Пепелац во двор к внешнему входу в Замок: - У меня для тебя сюрприз! Да целый не один, а даже два! А может и больше! Я накрыл поляну в гараже!

И тут Прынцесса вспомнила, что ещё не завтракала, и снова заплакала:

- Я не хочу в твой гараж! Там плохо! И у меня связаны с ним неприятные воспоминания! Отвези меня наверх, в Башню со всеми удобствами!

- Но ты сначала мои сюрпризы посмотри… Тебе точно понравится! И ещё… Я взял у Ба без разрешения банку вкусного варенья, а ей не сказал! Она не узнает…

Прынцесса ещё сильнее расплакалась:

- Разве это хорошо – брать без разрешения…

- Но ты же сама хотела взять, - напомнил Хламовщик, - Мой фиолетовый лепесток и какие-то свои бумаги… Ой…

- Что ой? – Прынцесса вдруг перестала плакать.

- Ничего, просто ой и всё, - отмахнулся Хламовщик, - Я говорю, ты сама без разрешения…

- Ну так я своё же! – заявила Прынцесса, - Да и то… Результат ты ведел… Хотя я ничего и не взяла… Да ты сам же первый и осудил!

- Прости, я нечаянно…

- А вот ты когда брал без разрешения клюкву в сахарной пудре, помнишь, как Старушенция тогда осерчала?

- Зато, когда я твою пластиковую кашу брал… - принялся вспоминать Хламовщик, - И съел её, осерчала уже ты!

- Вот я и говорю, - заплакала Прынцесса, - брать без разрешения – нехорошо! Ты помнишь, что было в прошлый раз, когда ты клюкву в сахарной пудре без разрешения брал?

- Ну ладно, я у неё спрошу разрешения, - сделал одолжение Хламовщик, - А точнее даже… Не просто спрошу, а получу это самое разрешение! Чтобы всё было легально! Рада?

- Вези меня в башню! – напомнила Прынцесса, - Я должна позавтракать! Там самый вкусный завтрак! Там, а не у тебя!

- Ну ладно, ну как хочешь, - сдался Хламовщик, - Если тебя это порадует, и ты перестанешь плакать, то поехали… - он направил байк-пепелац в ход, ведущий в Башню, - А ведь здорово же… Не идти, а ехать! И не на тачке без рессор, а на этом мегакрутом офигенном замечательном стильном и обворожительном Байке-Пепелаце! Да меня на нём, наверное, опять в Общество Анонимных Киборгов примут, даже без Волшебной Руки!

Потом они поднимались наверх и приехали в аккурат к запертой двери. Хламовщик подёргал замок, а потом закричал:

- Клариса! Выходи! Мне нужно, чтобы ты открыла!

- Кто тама? – спросил из-за двери Галчонок, и сам ответил: - Хламовщик! Клариса ушла с Василисой вниз!

- Ну вот, - надулся Хламовщик, - Видишь, в Башню мы всё равно не попадаем! И плакали твои удобства. Поехали ко мне в гараж, раз всё равно вариантов нету. Говорю же, у меня для тебя сюрприз. Точнее – два.

- Тогда пошли к Кларисе! – потребовала Прынцесса, - Пусть вернётся и откроет! Вези меня на Озеро! Если она с Василисой ушла, то наверняка, на Озеро!

- Но ты хотела позавтракать! – напомнил Хламовщик, - У меня как раз есть пластиковая каша. Я тебе за тот раз должен, так я приготовил! Сам! А ещё да, варенье… А разрешение я получу… Мы взяли его в кредит. Ну поехали ко мне! Всё равно больше пойти некуда!

- На Озеро! – ревела Прынцесса.

- Ну ладно, на Озеро – так на Озеро, - заявил Хламовщик, - Хотя я Василису уже пригласил ко мне в Гараж… Сейчас мы полетим на Озеро, но только чтобы ты увидела, что Василисы там уже нет!

С этими словами Хламовщик повёл Байк-Пепелац во Внутренний Двор, спустился к самой воде, пролетел по кругу вдоль стен, давая понять, что Василисы тут нет.

- Зачем ты её отсюда пригласил в гараж! – ревела Прынцесса.

- Потому что будет круто! – Хламовщик уже начинал терять терпения, которого спецом перед этим понабрался, понимая, что будет нелегко, - Всё равно никто тебе сейчас ничего лучшего не предложит. Даже Старушенция, она куда-то ушла, даже не знаю, как я буду спрашивать у неё разрешение на варенье…

- Ну ладно, пошли без варенья, - поддалась на эти уговоры Прынцесса.

Хламовщик радостно нажал на стартёр и погнал на Байке-Пепелаце прямо к себе в гараж.

Там, на пропитанном маслом верстальном столе сиротливо стояла тарелка с пластиковой кашей. А ещё баночка варенья, довольно скромная по своим размерам, но уже открытая. А в баночке ползала большая, жирная залёная муха и чавкала своим хоботком.

- Я не буду есть это варенье! – заплакала Прынцесса.

- Мы съедим его в кредит, а разрешение получим после! – наставивал Хламовщик.

- Я не буду его есть! – упиралась Прынцесса, - В нём Вертолох!

- Почему ты думаешь, что это Вертолох? – озадачился Хламовщик, взяв банку и заглянув в неё: - Может быть это просто муха. Другая муха. Мало ли мух на свете?

- Можно подумать, это меняет дело, - расплакалась Прынцесса, - Всё равно варенье уже заразное! И ещё, мухи – они как птицы…

- Так же летают?

- Так же гадят прямо там, где и едят! – разревелась Прынцесса.

- А знаешь, эта муха никуда не полетит, у неё крыльев нету…

- Можно подумать, это меняет дело! – ревела во всю Прынцесса, - На её способность гадить где ест это никак не повлияет! Да и вообще, она – заразная! Если не летающие тараканы могут быть заразными, то точно так же заразными могут быть и нелетающие мухи!

В этот момент снизу раздалось пищание, это Клариса притащила осколочек Зеркала. А следом вошли Василиса и Орёл, занеся клювами Медный Таз, в котором сидела Скоропея.

- Прынцесса, ну не ной! – взмолился Хламовщик, - Вот, и твои друзья все пришли отметить твоё возвращение! И Таз мы сейчас поставим…

С этими словами, Хламовщик вытащил откуда-то струбцину и привинтил Таз за край на конец стола так, чтобы он был обращён чащей вовнутрь, а потом выхватил у Кларисы Осколочек Зеркала и заявил:

- Я посажу его на герметик!

Клариса подняла отчаянный писк, а Орёл зачем-то схватил Хламовщика за подол его безрукавки и дёрнул, Василиса ущипнула за пальцы, осколок упал на пол, после чего Орёл поднял его клювом, вспрыгнул на стол, положил в Медный Таз, на краешек и сказал:

- Ты с ума сошёл, Хламовщик? Если ты приклеишь на герметик, будет потом не отодрать! Тогда Клариса не сможет его носить в нужные места! И никто не сможет!

- Я смогу, - заявил Хламовщик, тряся ущипнутой рукой.

- Клей на замазку! – велел Орёл, - Только о себе думаешь, только о себе! Нам так неудобно! Сделал бы уже нормальную приспособу, чтобы и таскать удобно, и снять и поставить можно в любой момент! Нам с Василисой не удобно таскать это в клювах! Или уроним, или проглотим случайно… А оно острое…

- Так я в Таз приклею, будете таскать в нём!

- Тогда Клариса не сможет! А этот Таз с Василисой мы только вдвоём ворочаем. Не то чтобы он сильно тяжёлый, просто гладкий, не особо-то ухватишь, только клювом за край, а лапами не удержать! А у Василисы вообще на лапах когтей нету, перепонки. Мы не можем таскать всюду этот таз! Нам нужно что-то, чтобы можно было и в Таз закрепить, когда он при нас, и снять и унести с собой легко и быстро, и так, чтобы в дороге не выронить.

- Я бы сделал, - заявил Хламовщик, - Но мне некогда! Я всё время занят! Я работаю! У меня нет времени! Вот еле выкроил, чтобы уделить Прынцессе немного внимания, а то она совсем пригорюнилась и расклеилась!

С этими словами он поставил перед ней тарелку с пластиковой кашей:

- Вот!

Прынцесса покосилась на кашу и продолжила плакать.

- А если не хочешь варенья, - продолжил Хламовщик, - Я тоника развёл! В шкафу ещё немного порошка волшебного какако было, я и развёл! Угощайся!

- Но я не хочу тоник! – ныла Прынцесса, - Налей мне просто воды, или сказочного чая!

- Сказочный чай наверху, - жаловался Хламовщик, - Вот может Клариса, раз она пришла сюда, нам и откроет? Заодно и Галчонка пригласим, а то, чего он там один заперт?

- Он не один, он с Хозяином, - заявила Клариса, - И Хозяин очень просил его раньше времени не открывать! Я не могу ослушаться. Давайте праздновать тут, а он с Галчонком с нами побудут незримо. Онлайн. По блюдечку…

- В общем… - с торжественным придыханием начал Хламовщик, - Прынцесса, у меня для тебя сюрприз! Собственно, ты спрашивала, что за ой был там, на улице… Собственно это вот он!

С этими словами Хламовщик вытащил из одной из коробок с хламом плоские пластины, размером с писчий лист каждая и торжественно положил небольшую их стопочку перед Прынцессой:

- Видишь? Узнаёшь? – с предвкушением спрашивал Хламовщик, и с каждым вопросом его радостное предвкушение становилось всё более разочарованным: - Это твои листочки! – наконец, заявил он, - Я закатал их в ламинат!

Прынцесса некоторое время растерянно смотрела перед собой, не понимая, как реагировать на эту новость.

- Это очень-очень-очень круто! – продолжал Хламовщик, - Теперь они точно не промокнут!

Прынцесса растерянно хлопала глазами.

- А ещё, - Хламовщик не удержался и схватил один листок: - Если какой-нибудь идиот захочет порвать на четыре части, ему не так просто будет это сделать! – он демонстративно помял лист и попытался его порвать, но тот не поддался.

- У меня такое чувство, что какой-то идиот уже всё порвал… - после некоторых созерцаний растерянно молвила Прынцесса.

- Да ну, не может быть! – не соглашался Хламовщик.

- Но вот же… Видны разрывы!

- И что? – не унимался Хламовщик, - Всё равно оно скреплено, держится и больше не развалится…

- Да, - не менее растерянно согласилась Прынцесса, - Но только было-то не так! Этот кусочек с другой страницы… А вот этот – вообще кверх ногами… Или… Этот нормально, но зато аж целых три других – кверх ногами…

- Но это… - Хламовщик явно терял свой энтузиазм, - Ну можно вытащить и переделать… - он снова попытался разорвать руками ламинированный лист, но у него снова не вышло: - Ну или по крайней мере, зато есть откудова переписывать! Можно же разобраться, как было? Раз ты увидела, что что-то не так, значит, знаешь, как надо было правильно? Можно правильно переписать, и пока ты переписываешь, они точно не промокнут…

Прынцесса не выдержала и расплкалась.

- Ну или если не хочешь переписывать, - теперь растерялся уже Хламовщик, - Можно перекопировать… Потом уже копии разрезать аккуратно по тем линиям, где было порвано, потом сложить так, чтобы было правильно и откопировать ещё раз… Только копировальную машину я смогу купить не раньше следующего года, когда поднакоплю новых деньжат. Но пока эти листочки ждут этого торжественного момента, они точно не промокнут! А ещё не помнутся! И все четвертинки не растеряются… И никто их не изорвёт на более мелкие части… - он утешительно похлопал Прынцессу по спине, а потом спешно перелистал ту стопку, что лежала на столе, выхватил один лист и с энтузиазмом предъявил Прынцессе: - Зато посмотри, твой портрет – как был, так и остался целый!

Прынцесса подтёрла остановившуюся слезу, озадаченно уставилась на предъявленный лист, а потом с сомнением сказала:

- Но такое ощущение, что его сложили на четыре части! Вон изгибы…

- Но зато он целый! – настаивал Хламовщик, - И ничего тут не кверх ногами! И тоже в ламинате! Если какой-нибудь идиот решит изорвать на мелкие части и в люк выбросить, то ничего у него не выйдет! Порвать он не сможет! А раз не сможет, это охладит его пыл и выбрасывать не решится!

Прынцесса некоторое время сидела соображая, а потом вдруг ка-а-ак разревелась!

- А даже если вдруг и выбросит, - виновато молвил Хламовщик, - То, во-первых, не рваным, а во-вторых, он в люке там не промокнет… - и, видя, что его старания не приносят плодов, потерянно добавил уже самому себе: - Особенно если это сделает сам Вертолох собственной рукой…

Клариса, Василиса, Скоропея и Орёл растерянно переглядывались, спешно соображая, как будут спасать ситуацию.

И в этот момент в комнату вошёл Барсик, прошёлся мимо ног Прынцессы, пощекотав усами, шерстью и кончиком хвоста, а потом вспрыгнул на столешницу, уселся перед Медным тазом и обиженно заговорил человеческим голосом:

- Тоже мне, нашла повод для расстройств! Вот кому горе – так это мне! Вы при мне отличную, большую, классную, удобную коробку изодрали! Я вам кричал-кричал, чтобы вы этого не делали! Но изодрали всё равно! И ту, которая в ней была поменьше – тоже…

- Потому что я думал, что там подарок для Прынцессы! – заявил Хламовщик, - Я хотел его сразу открыть, чтобы сразу и подарить прямо на месте, пока не пропала торжественность и романтичность момента! Но кто ж знал, что там окажется не тот подарок, а моя машинка для ламинирования листов… Но я её тоже заказал, чтобы сделать подарок Прынцессе… Заламинировать все её листочки…

Прынцесса только ещё сильнее разревелась.

- Ну что ты всё время плачешь! – взмолился Хламовщик, - Разве я не круто сделал? Ну ладно, я в следующем году, когда накоплю денег, обязательно куплю копировальную машину, перекопирую всё, разрежу, сложу заново, сделаю ретушь, чтобы не было видно швов, перекопирую ещё раз, и уже в правильном виде всё заламинирую! Я сделаю это столько раз, сколько понадобится, пока не получится правильно, хорошо, нормально и красиво! А тебе… - он повернулся к Коту, - Тебе, Барсик, я куплю настоящий кошачий домик!

- Только коробку потом не рви! – обиженно горланил Барсик, - А то изодрал все коробки! Домик можешь выбросить, а вот коробку оставь… Все! И большую, и среднюю, и даже маленькую, которую сюда уволок…

- Потому что я спешил распаковать для Прынцессы подарок…

- Так спешил, что оставил меня одну за воротами, - ревела Прынцесса.

- Ну так я же сюрприз готовил… Для тебя… Я хотел всё заламинировать… Чтобы когда ты придёшь, уже было всё готово… Я и так торопился как мог… Потому и сложил неправильно…

- Лучше бы ты меня там не бросал… - ревела Прынцесса, - Лучше бы без сюрприза, но чтобы ты меня там не бросал! А сложили бы мы потом вместе…

- Но тогда бы мне пришлось признаваться, что я их пор… - он осёкся, а потом спешно добавил: - Это вышло случайно! Честное слово! В меня слово Вертолох вселился… В которого вселился бес! Но я всё исправлю! Я закажу копировальную машину! Я всё перекопирую, потом разрежу, потом сложу правильно, потом сделаю ретушь с реставрацией, потом опять перекопирую, потом заламинирую… А ещё… Ещё можно будет копировать те бумаги, которые тебя Старушенция заставляет переписывать от руки… Тебе больше не придётся писать от руки… Одно и то же…

- Но тогда я останусь без работы, - ещё сильнее разревелась Прынцесса, - И не смогу отработать все те кредиты, в которые я тут у вас всего уже напокупала…

В этот момент в Гараж недовольно ввалилась Старушенция, руки в боки:

- Ишь чаво натворил, расточитель молодой! – разругалась она с ходу, - Лишь бы всякие дурацкие ламинатные машины ему покупать! Ты бы лучше чаво полезного купил!

- Но я на свои карманные деньги купил! – возмутился Хламовщик, - Если тебе самой на твои полезности не хватает, зачем ты мне эти карманные деньги выдаёшь!

- Потому что это никакие не карманные, а твоя зарплата! – крякнула Старушенция, - Ты тут работаешь? Работаешь! Значит, я тебе обязана платить! Моя бы воля, я бы тебе не платила, да только вот не хватало мне обвиняков от профсоюзев, что я зряплату своему работнику-остолопу зажимаю! Профсоюзь с меня не слезет! Вот чаво! Прекращай уже тут этой всей своей фигнёй страдать! Живо ноги в руки взял и пошёл наверх, отопри мне замок! Кто его вообще туда сунул, я когда уходила, заперто не было!

Услышав это, Клариса опасливо покосилась на Старушенцию, а потом украдкой спустилась со стола и юркнула в ближайшую норку.