Эслинн

Глава 1 Эдвард

Глава 1 Эдвард

В сказочном королевстве всегда можно любую проблему решить с помощью магии, скажешь ты. Но, послушай историю – она началась, казалось бы, с обычного путешествия.

Морские земли – чудесное место для начала нашего рассказа, а будет он долгим, наполненным путешествиями, общением с необычными существами, подвигами и всем, что сопутствует сказочной истории. Однако не стану забегать вперёд, обо всем с самого начала.

Пятое Королевство Серединных земель располагалось на светлой стороне скалистых гор. С южной стороны, там, где заканчивались зелёные поля и виноградники, у песчаного берега ласковые волны тёплого моря омывали золотистый пляж.

Королева, несмотря на быстро пролетающие годы, оставалась молодой и красивой женщиной. Золотые волосы Селмы её гордость, они струились кольцами по плечам и доходили до пят. Каждое утро фрейлины расчёсывали волосы жены короля, а на ночь укладывали в специально подготовленный шёлковый мешочек. И не только с виду локоны казались золотыми, они на самом деле из чистого золота. И если на расчёске оставался хотя бы один волос, фрейлина, нашедшая его, тут же относила золотых дел мастеру. Девушки делали украшения, а Селма, впрочем, не считала это каким-то расточительством. О добродетели королевы ходили легенды. Её помощь и сострадание к обездоленным людям, помогали каждому в королевстве найти приют и заработать на кусок хлеба.

Король Брайс немногим старше жены и всегда славился умением справедливо рассудить спорщиков. Он возглавлял королевский суд и часто решал проблемы людей лично.

Высокий и статный король с тёмными волосами, которые лишь немного тронула седина. Короткая бородка подчёркивала правильные черты лица: прямой нос и проницательные голубые глаза.

Правили они страной справедливо, и народ этого Государства самый счастливый на всём белом свете.

У короля с королевой был сын, звали его Эдвард, и в свои восемнадцать лет он многое умел, а также окончил придворную школу с отличием, чем очень гордились родители.

Пришло время, и решил юный Эдвард мир посмотреть и набраться опыта, чему отец с матерью противиться не стали.

– Будь честным, Эдвард и смелым, – напутствовал его отец.

– Будь великодушным и милосердным, – говорила мать, обнимая сына на прощание.

Принц, пообещав вернуться как можно скорее, уверил отца и мать, что им незачем волноваться и печалиться, и отправился в странствия.

Эдвард всегда любимец девушек, потому что не только хорош собой, но и обходителен, весел, щедр и остроумен. Его длинные рыжие волосы доходили до плеч, а в голубых глазах светилось всё прекрасное, что может быть в человеке. Высокий и отлично сложенный юноша, умел отлично пользоваться мечом, копьём и метко стрелять из лука. Однако невесты королевства не интересовали его. Эдвард хотел отыскать жену сам, что стало ещё одной причиной в его плане путешествия по разным странам.

Королевство Морские Земли раскинулось по южным окраинам материка, где около берегов плескалось тёплое море, а вокруг раскинулись густые леса с разнообразной живностью.

В близлежащих сёлах крестьяне выращивали овощи и фрукты, и занимались виноградарством, поставляя на королевский стол чудесное вино.

На фермах селяне растили домашнюю скотину: коров, лошадей, коз и овец. Так как в королевстве никогда не было зимы, и люди не знали что такое снег и холод, крестьяне собирали несколько урожаев в год, и волшебный край процветал.

Но вернёмся к Эдварду, который на гнедом коне проскакал довольно таки большое расстояние и вышел к скалистой тропе, где начинались владения горных троллей.

Юный принц не понаслышке знал, что тролли хитрые и коварные существа и что их больше интересуют золото и драгоценные камни, нежели добродетель и достоинство путников рискнувших появиться во владениях Горного Короля Калдера.

Солнце опустилось за скалистую гряду, и Эдвард расположился на ночлег. Калдер же приказал своим шпионам разузнать, что за человек имел наглость развести костёр на его землях.

Принц Эдвард расстелив спальник, устроился возле огня. Поджарил кролика, что положила ему матушка и хлеб. Вдыхая запах дыма, он вспоминал, как ходил на охоту с отцом, как они ночевали в шатре в ночном лесу.

Шпион Калдера оказался маленьким и хитрым гоблином. Однако сухая ветка и мелкие камни, выскочившие из-под его башмака, заставили Эдварда насторожиться. Он понял, здесь кто-то есть и положил ладонь на рукоять меча. Прислушался. Ничего кроме звука ночных птиц и сверчков не нарушало покой ночи.

Гоблин же, повиснув на ветке сухого дерева, хотел выругаться, но не спешил спускаться. На то он и шпион Горного Короля и не хотел себя выдать ничем.

Эдвард не стал тушить костёр, а подбросив несколько сухих веток, снова улёгся, приготовившись ко сну. Он задремал, но прислушивался к ночным звукам, оставаясь настороже.

Когда юноша заснул, гоблин осторожно спустился к догорающему костру, и, присев к огню, потёр затёкшие руки. Заглянув в лицо спящему человеку, он понял, что этот парень с медными волосами из рода короля Морских земель. Знал, что это королевство славится плодородием и изобилием, и на границах его несут службу хорошо обученные стрелки из королевской гвардии.

Осторожно раскрыв сумку принца, гоблин только хотел сунуть туда длинный нос, как понял, что и принц не так прост, каким показался сначала. Юноша схватил шпиона за шиворот и, вскочив на ноги, встряхнул его так, держа над догорающим костром, что даже крепкий духом гоблин, чуть не закричал от боли.

– И что же это ты хотел найти в моей сумке, гоблин? – смеясь, спросил Эдвард. – Там ничего нет, что может угрожать твоему королю или безопасности народа. Я просто путешествую и хотел бы немного отдохнуть перед дальней дорогой.

– Ясно-ясно, – прогнусавил скороговоркой ушастый лысый гоблин. В свете огня Эдвард увидел, что кожа его, то ли серого, то ли зелёного цвета, да и пахло от жителя гор, скажу вам, пренеприятнейшим образом. – Зачем сразу хватать за шиворот, и пытаться бросить меня в костёр.

– Костёр почти догорел, – улыбнулся Эдвард. – А как бы ты поступил на моём месте?

– Я бы сразу перегрыз такому, как я горло, – невозмутимо ответил гоблин. – Ну, да ладно, не вижу пока в тебе ничего опасного или ценного, поэтому могу проводить по тропе между гор прочь из страны короля Калдера.

– А что же там, за горами? – теперь Эдварду стало по-настоящему любопытно.

– За горами открывается страна угрюмого королевства Зелёный Дол. – Эдварду показалось, что гоблин говорил об этом с некой неохотой или опасением. Поэтому не стал разводить думы, а спросил, что это за королевство и кто правит им.

– Много сказать я не смогу, принц. – Гоблин скрестил руки с длинными крючковатыми пальцами на груди, все ещё оставаясь в подвешенном состоянии и раскачиваясь над костром. – Знаю одно – народ в тех краях угрюмее троллей, а король жесток к своим подданным, гостей не жалуют. Но у правителя, говорят, пять дочерей и одна краше другой. Только отчего-то ни одну из них король Зелёного Дола не может выдать замуж. Что-то с этими девушками не так.

– Да, уж. – Эдвард опустил гоблина на землю. Затем потёр подбородок и зевнул, всё-таки глубокая ночь затягивала в сонную пелену и пыталась убаюкать путника. Даже гоблина, вытащившего из кармана куртки кожаный кисет и трубку, набивая её табаком, клонило в сон. – Ну, а что же Горный Король, разве он не водит дружбу с правителем этой сумрачной страны?

– Калдер не водит дружбу ни с кем, поэтому уходи поутру, принц, пока тебя не заметили другие подземные жители.

Эдварда удивило, что шпион короля оказался таким разговорчивым и предупредительным. Принц знал не понаслышке, что доверять этим существам ни в коем случае нельзя.

Тем не менее, усталость взяла своё, и принц провалился в глубокий сон.

Когда солнце ещё не взошло, а угли костра вместо красных стали чёрными, из ущелья выползло холодное дыхание ледника. Оно окутало спящего принца, сковывая руки и ноги, словно невидимыми кандалами, а потом отправилось к Калдеру, Горному Королю. Он не верил шпионам и придворным, и полагался на силы гор, которые полностью в его власти.

Когда принц Эдвард проснулся, его не встретили лучи солнца. Холодное дыхание подземелья, и звук падающих капель воды оповестили, что молодой наследник короля Морских земель в глубокой пещере. Запах сырости и шуршание босых ног рядом. Эдвард приоткрыл веки и попытался осмотреться, однако понял, что здесь с ним никого нет, а руки и ноги его крепко связанны. В огромной пещере множество ходов и галерей. Эдвард видел свет, исходящий из соседней пещеры, которая оказалась комнатой старого тролля.

Атти рослый тролль, с редкими волосами, покрывающими часть лысой головы и лица. В большем количестве она росла на икрах, ступнях и пальцах громилы. Тролль таскал за собой увесистую дубинку и всё время шумно высмаркивался на каменный пол.

Эдварду «посчастливилось» с ним познакомиться спустя несколько часов после пробуждения, когда Атти решил взглянуть на пленника.

– Проснулся, человек? – прорычал он, источая изо рта с гнилыми зубами смрадное дыхание.

– Конечно, тролль, – ответил Эдвард. – И мне не нравится, что ваш король, действуя исподтишка, не захотел встретиться с сыном короля Морских земель Брайса Быстрого. Я не нападал на воинов Калдера, как и не похищал ценностей сокровищницы, мне просто был нужен недолгий сон. А ваш шпион обманул мою бдительность сказками о добром короле Горного Королевства.

– Ты очень сложно говоришь, человек, – прорычал Атти, почёсывая крупный, похожий на клюв нос. На его конце росла бородавка зелёного цвета такая же отвратительная, как и хозяин носа.

– Тогда отведи меня к королю Калдеру, он-то меня точно сможет понять.

Эдвард знал, что Горный Король, повелитель пещерных жителей, сам совершенно не похож на них. Удивительно, размышлял Эдвард, так ненавидящие людей, его подданные служили правителю, имевшему человеческое обличье.

Пришлось ждать недолго, пока не появился шпион Калдера маленький гоблин, которого принц встретил в ущелье ночью.

– А, это ты, проныра? – проговорил сквозь зубы принц.

– Уж прости меня, Эдвард, – гоблин прижал руки с длинными когтистыми пальцами к груди, оправдываясь. – Возможно, у тебя сложилось неправильное представление о жителях подземной страны или Горном Короле, но ты не совсем пленник.

Он приказал громиле Атти освободить Эдварда от пут и продолжил, не давая принцу прокомментировать услышанные слова:

– Не спеши, Эдвард и позволь представиться, – он сделал небольшую паузу. – Меня зовут Бекан, и я один из лучших шпионов короля. Именно поэтому мне удалось усыпить твою бдительность и притащить в подземное королевство. Только нам не нужна твоя жизнь, нам нужна помощь.

Эдвард удивлённо вскинул брови и непонимающе глянул на Бекана, а потом в сторону Атти.

– Помощь? – повторил он, а Бекан кивнул большой головой, которая, казалось, прикручена к его маленькому тельцу совершенно с другого существа.

– Идём. Калдер ждёт тебя.

Атти освободил Эдварда от верёвок, и принц устремился за Беканом. Тот шёл довольно-таки быстро для своего маленького роста. Между делом Эдвард осматривал каменный город подземного королевства.

Оказывается, здесь жили и гномы, однако у них свой квартал, в который тролли и гоблины не любили соваться, по словам Бекана.

Эдвард никогда так близко не видел маленьких существ-трудяг, искателей золота и драгоценных камней. Они выглядывали из окон домов, останавливали бойкую торговлю или работу, рассматривая необычного юношу с волосами цвета меди, появившегося в их районе неожиданно. Тем не менее, сопровождающий его Бекан не считал важным объяснять появление Эдварда в подземном королевстве, а гномы знали, что простому смертному вход во владения Калдера закрыт.

Они перешёптывались между собой, а некоторые, даже показывали на принца короткими пальцами натруженных рук. Жёны гномов тихонько хихикали. Эдвард и не сразу понял, что эти существа с длинными локонами и в платьях – женщины. Они так же, как их мужья и братья имели бороды.

Дома маленького народца вырублены в скалах, как и улицы. Темноту освещали фонари, которых здесь в избытке. Повсюду красивая иллюминация, и крупные светляки летающие тут и там. Некоторых светлячков заключали в большие стеклянные колбы, где маленькие узники источали яркий свет, делающий своды подземелья не такими уж и мрачными.

Минуя квартал, где обитали гномы, Бекан вывел Эдварда к обители горных фей. Эти маленькие существа и подобные им ростом они не больше кошки, принц никогда прежде не видел их, Феи невероятно проворные существа. Кожа у них светилась голубым сиянием, на симпатичных личиках блестели крупные выпуклые, почти кукольные, глаза. Красивые вьющиеся волосы доходили до плеч и украшены цирконием. Поднимаясь, то вверх, то вниз, маленькие феи с любопытством разглядывали высокого незнакомца и уже известного им Бекана. Он не вызывал у них подобного восторга, как юный Эдвард. Они хлопали в ладоши и повторяли: «Какой красивый юноша! Наверное, это настоящий принц»!

Эдвард улыбался и согласился прокатить на плече одну из голубых красавиц с лёгкими прозрачными крылышками. Она взобралась по нему словно маленький зверёк, цепляясь пальцами с острыми ноготками за штаны и камзол.

Город подземных жителей оказался не таким большим, как представлялось Эдварду, хотя Бекан, уловив мысль принца, сообщил, что это всего лишь Центр огромного королевства растянувшегося под горным массивом от Морских земель до Зелёного Дола и от Ледяного царства до Империи Воды, где обитали подводные жители.

Королевский замок стоял в центре дворцовой площади и, сдавалось, что вырос он вместе со скальной грядой сталагмитов и сталактитов, образующих причудливые колонны. В огромных окнах горел свет, снаружи не представлялось возможным разглядеть, что происходило в замке. Прекрасные витражи выполненные настолько изыскано, с причудливыми сюжетами и красочно подобранными разноцветием горного хрусталя, что Эдвард невольно засмотрелся на искусно выполненную работу.

Бекан побежал вперёд, подав страже знак, чтобы те подняли алебарды и пропустили чужестранного гостя.

Он нигде раньше не бывал кроме земель своего королевства, и многое его восхищало и удивляло. Принц ещё ни разу не пожалел, что отправился в странствия. Если только не вспоминать, как началось сегодняшнее утро.

Придворные тролли и гномы, надменные эльфы, с некоторыми из присутствующих Эдвард к удивлению оказался знаком, расположились в тронном зале. Принц кивнул светловолосому Идену и его брату с чёрной, как смоль копной волос Олану, размышляя, каким боком они знакомы с Горным Королём.

Правитель горной страны сидел на богато украшенном троне, внушительных размеров. Спинка и подлокотники вырезаны из слоновой кости с инкрустацией драгоценными камнями, а основание из чёрного агата с вставками из золота и серебра завершало красивейшее произведение горных мастеров.

Старый король Калдер, подперев голову рукой, рассматривал принца и не торопился начинать разговор. Недолгая пауза дала возможность Эдварду лучше разглядеть хозяина подземного королевства и сделать некоторые представления о нём.

Калдеру, казалось, много лет, хотя в ярко синих глазах сиял огонь, а взгляд наполненный интересом говорил о пытливом уме. Совершенно седые волосы отливали серебром, и лишь одной пряди время не коснулось, оставив её чёрной, как вороново крыло.

Крупные черты лица выдавали в Калдере властолюбца и человека, не принимающего отказ или неповиновение. Однако он не похож ни на тролля, ни на гнома или эльфа, он человек. Не знал Эдвард, что Калдер могущественный маг и что многое в его власти, как и жизнь молодого принца.

Горное королевство славилось великими волшебниками, они научились укрощать стихии и повелевать камнем и реками, что пронзали скалы насквозь, питая не только владения Калдера, но и близлежащие страны.

На службе короля много магов, но никто не мог сравниться с ним в умении чародейства.

Эдвард, поклонился Калдеру и в ожидании смотрел в пронзительные глаза властелина гор.

– Рад приветствовать тебя принц Эдвард Брайс в Стоунгарде, – тихо проговорил Калдер. В зале повисла такая тишина, что можно услышать звук падающих капель со сталактитов колоннады замка.

Эдвард снова кивнул и отвесил лёгкий поклон, не понимая, зачем Калдер сначала похитил его, а сейчас поприветствовал, как ни в чём не бывало.

– Тебя, наверное, интересует, почему я поступил с тобой подобным образом, Эдвард, но не стоит полагаться лишь на то, что ты видишь. Я не хотел напугать тебя или разгневать, просто иначе ты отказался бы помочь Горной Стране.

До сих пор ничего не понимающий Эдвард не проронил ни слова, внимательно слушая Калдера и даже не догадываясь, о какой просьбе пойдёт речь.

– Мои воины обладают силой, а маги знаниями. Я мог бы воспользоваться их умением, однако не хочу развязывать войну. Мой народ живёт хорошо, в достатке и радости. И последнюю битву с королевой Ледяной страны, они вспоминают с дрожью, хотя и вышли победителями. Зная, что твой путь идёт к Зелёному Долу, я решил, что ты справишься, если, конечно, согласишься вернуть мою единственную дочь и наследницу принцессу Горного Королевства Эслинн.

– Любопытно, отчего ты, Калдер, так уверен, что я смогу исполнить твою волю и найти Эслинн, если даже маги и воины не уверены в своих силах? – наконец задал вопрос Эдвард.

– Эслинн похитил коварный Варден. Мы в давней вражде и после того, как маги превратили его дочерей Айрис, Брианну, Венегил, Имоджин и Гвен в камень, его лазутчики выкрали единственную радость, мою прекрасную Эслинн, чтобы заставить меня снять заклятие.

– А разве нельзя отменить наложенные чары? – Эдвард в замешательстве приподнял бровь. Он не понимал, какой толк в его помощи, и это предложение не похоже на просьбу, от которой принц не мог отказаться. Скорее всего, это указание к действию, именно поэтому принц Эдвард и оказался связанным в пещере под охраной громилы Атти.

– Всё произошло после нашей ссоры с Варденом. В сердцах я приказал придворному магу Тревору наложить проклятие на его королевство. Тревор сделал заклятие камня, отравив воду в одной из горных рек, которая вытекает из скалы и несётся между валунов рядом с дворцом, где набирают студёную воду для королевской семьи. Не знал я, что дочери Вардена купаются в ледяной воде горного ручья и, что как только вошли они в реку, то сразу обратились в камень. Понял король Зелёного Дола, что здесь замешена магия Горного Королевства и велел лазутчикам выкрасть мою единственную дочь. Я хотел примириться с Варденом, и послал гонцов к магу Тревору. Но случилось неожиданное происшествие – верховного мага Тревора одолела страшная болезнь, насланная колдуном Вардена. Волшебник умер в ужасных мучениях. Теперь же проклятие невозможно снять, а моя дочь томится в плену. Что я только не предпринимал, как не пытался умаслить короля Зелёного Дола, он ответил одно, что выдаст Эслинн за муж за первого встречного рыжего, кто войдёт в его город.

– Ах, вот в чём дело? – рассмеялся Эдвард, – дело не в моей доблести и храбрости, просто цвет моих волос пришёлся ко двору вашего Величества.

– Нет-нет, Эдвард Брайс. – Калдер теперь не казался принцу грозным королём Горного Королевства. – Люди с рыжими волосами остались только лишь в Морских землях, ни одного я не встречал ни в Зелёном Доле, ни в Ледяном Царстве и тем более на просторах Империи Воды, там вообще сплошные русалки да тритоны. Ты женишься на Эслинн и вернёшь её в королевство, а потом можешь отправляться, куда тебе вздумается.

Эдвард, рассмеявшись, посмотрел по сторонам удивлённый подобной наглости короля:

– А что не поискать в Морских землях какого-нибудь простолюдина, чтобы он выполнил твою просьбу, король? Возможно, ему хватило бы немного золота и камней из твоей сокровищницы. А какой мне толк помогать тебе, если даже наше знакомство уже началось с обмана?

Калдер скрестил руки на груди, на каждом его пальце красовалось кольцо с камнем. Прекрасные сапфиры, аметисты, алмазы, изумруды и рубины. Они восхищали Эдварда своей чистотой и блеском, и на мгновение принц ощутил лёгкое головокружение и решил, что Калдер пытался наложить на него чары.

– Доля истины есть в твоих словах, Эдвард и ты не так глуп, – улыбнулся король. – Я не могу тебя неволить, но Эслинн прекрасная девушка и достойна будущего короля. Наслышан я, что ты отправился искать невесту. Если моя дочь приглянется тебе, помоги спасти её и вернуть домой. В любом случае я отблагодарю тебя достойно, и дам в помощь лучших, кто сможет помочь тебе.

Эдварду порядком поднадоела эта болтовня и единственное, что он хотел, так это поскорее выбраться из Горного Королевства, и если другого способа не предвиделось, он сделал вид, что согласился на условия Калдера. Потом, решил принц, он найдёт способ уйти от обещания, которое получено не совсем честным путём.

– С тобой отправится мой верный слуга Бекан, с которым ты уже имел честь познакомиться. – Эдвард, усмехнувшись, кивнул в сторону серо-зелёного коротышки. – Атти хоть и старый тролль, но отлично справится с ролью охранника вашего сна. А так же с вами пойдут гном, умеющий отыскивать золото и камни Нейл и красавец Иден, один из эльфов, с которым ты уже знаком.

Эдвард задумался, в такой компании сбежать точно не получится, а присутствующие засвидетельствовали его согласие помочь дочери Горного Короля. Отказаться от миссии героя, значит сказать, что ты трус и не достоин, носить имя наследника Морских земель Эдварда Брайса, рассуждал про себя принц. Поэтому ему ничего не оставалось, как пойти наперекор своим желаниям и отправляться в путь.

Об Эслинн рассказывали как о девушке наделённой не только прекрасной внешностью, но и острым умом и добрым сердцем. Об этом всю дорогу твердили, и гном Нейл, и эльф Иден, гоблин Бекан, а громила Атти шумно вздыхал и кивал, соглашаясь со словами товарищей. Из всей разношёрстной братии он самый немногословный и не растрачивал попусту ораторский талант, коего у него и не имелось вовсе.

После того, как подданные Горного Короля и принц Эдвард отправились к ущелью, где протекала стремительная Чёрная речка, прошло несколько часов. Усевшись в деревянной лодке, с высокими бортами, путники отправились вниз по теченью, дабы скорее очутиться в Зелёном Доле. По реке можно осуществить путешествие быстрее, чем по горным тропам, и к началу следующего дня судно остановилось в зелёном тростнике, которым густо поросли берега Чёрной реки.

– Сейчас раннее утро. – Гном Нейл, вытащив гребешок, расчесал длинную каштановую бороду, – неплохо бы немного подкрепиться.

– Согласен с тобой, – подмигнул ему высокий светловолосый эльф, выбравшись первым на берег.

– Иден, набрось на лодку чары невидимости. Мы пока схоронимся в тростнике, и попытаемся поймать что-нибудь из живности, а ты и Эдвард можете отправиться в город для разведки. – Бекан внимательно взглянул на Эдварда, слово хотел что-то добавить, но потом видимо передумал и махнул рукой с четырьмя пальцами.

Эльф произнёс заклинание, и в мгновение ока лодка исчезла скрытая словом мага. Из присутствующих он единственный владел знаниями колдовства, однако не кичился этим, как бывает, если ты водишь знакомство с эльфами, рассуждал про себя Эдвард.

Атти, наломав тростника, быстро соорудил подобие шалаша, переваливаясь с ноги на ногу и пыхтел, как будто внутри него кипел громадный чайник.

Иден взмахнул рукой, укрыв чарами укрытие от любопытных глаз. Потом осмотрелся и двинулся вперёд.

Эдвард еле поспевал за ним и вскоре понял, что берег лишь поначалу казался пологим. Он уходил круто вверх, и когда закончился тростник, стал каменистым с опасными участками осыпи под склоном. Однако это не мешало Идену легко подниматься, точно он весил намного меньше, чем казалась принцу. Спина Эдварда покрылась потом, а мышцы предательски ныли. Он не подавал виду и старался не выглядеть слабаком. Не видел весёлую усмешку эльфа, знавшего, что для человека подобный подъём сложный и даже несколько опасный, так как нога, то и дело, норовила ступить на шаткий камень.

Иден взобрался на гору и протянул Эдварду тонкую, но сильную руку, помогая подняться. В голубых глазах эльфа смеялись искорки, словно этот подъём стал неким испытание для принца, и он прошёл его достойно.

– Ты бывал здесь раньше? – спросил его Эдвард, немного переведя дыхние.

– Да, принц, мы много путешествуем с братом Оланом, и к счастью у Вардена нет на наш счёт обид. Очень странно, что Калдер не смог договориться с ним. Есть у меня одна мысль, что король недоговаривает что-то. Тем не менее, тебе понятна наша задача? – он взглянул на принца из-под светлых бровей и улыбнулся.

– Чем нам смогут помочь тролль, гоблин и гном? – Эдвард отряхнул выпачканные в пыли штаны. – Или это тяжёлая артиллерия на случай угрозы для нас?

– И это тоже, Эд, но пока мы отправимся к дворцу, где протекает Быстрая река. Я хочу, чтобы ты воочию убедился в словах Горного Короля, и узрел пять дочерей Вардена, что застыли камнем в потоках горного ручья.

Иден и принц Эдвард прошли достаточно большое расстояние. Пересекая небольшую рощу, они спустились к горному ручью, название которого говорило само за себя, и не зря река носила имя Быстрая. Её невозможно перепрыгнуть, хотя в некоторых местах ручей казался таким тонким, что до противоположного берега оставался всего один шаг. Иден остановил Эдварда желающего поэкспериментировать.

– Вода реки Быстрая заколдована. Взгляни, сколько камней у берегов. Все они необычной формы и похожи на людей. Со временем вода сточила каменные образы, превратив их в гладкие прибрежные камни, и только пять дочерей Вардена все так же прекрасны. Вода словно и не может навредить им.

– Вода так и осталась зачарованной?! – Эдвард не скрывал удивления. – И каждый ступивший в неё обращается в камень?

– Да, принц, – кивнул Иден.

– Это очень опасная река, и я понимаю гнев короля Зелёного Дола. Только как нам попасть во дворец?

– Войти в замок дело не хитрое, Эд, но вот выйти оттуда с Эслинн задача сложнее.

Эльф, прищурившись, взглянул вдаль, туда, где ветви плакучих ив скрывали башни замка Вардена. Он отбросил со лба светлые волосы и двинулся вперёд.

Эдвард снова еле поспевал за ним, но поднимался по камням сквозь кустарник в предвкушении увидеть не только короля Зелёного Дола, но и красавицу Эслинн, о которой столько всего рассказывали ему в пути верные слуги Калдера.

Появившиеся мраморные ступени лестницы оповестили о том, что путники приблизились к цели, и через сотню шагов начнётся территория замка Вардена.

– Интересно, что мы скажем во дворце? – спросил Эдвард эльфа. Иден, остановившись, приложил тонкий палец к губам.

– Ни слова, что мы от Калдера, это погубит всё дело.

Они вышли на площадку, окружённую колонами, обвитые плющом. Отсюда открывался красивый вид на ручей, и Эдвард увидел пять фигур внизу, в воде, застывших словно камни.

– Отсюда окаменевших дочерей Вардена видно лучше.

– Так это и есть его дочери? – спросил удивлённый Эдвард. Иден грустно кивнул и потянул его за собой. Он поднимался первым по ступеням, а принц, вспомнив их подъем от Чёрной реки, снова подумал о том, как легко передвигается эльф, словно он невесомый, как пёрышко.

– Позволь спросить, Иден, ты и правда такой лёгкий или мне только показалось это?

– Я знал, что ты задашь этот вопрос, – усмехнулся Эльф. – Воздух наша стихия, но и силы Земли подчиняются нашему племени, поэтому мне остаётся лишь передвигать ногами, чтобы двигаться вперёд. Смотри, я вижу стражников, и нам стоит принять как можно более непринуждённый вид.

Эдвард до конца не понимал своей задачи, но любопытство стало сильнее, как и желание увидеть красавицу Эслинн.

Стража впустила эльфа, а на принца посмотрела с интересом. Никогда прежде в эти края не приходили люди с подобным цветом волос.

– Король сейчас занят, – бросил встретивший странников советник, предложив гостям отобедать и пристально разглядывая Эдварда, размышлял, а не является ли мнимый принц лазутчиком Калдера. С некоторых пор король Варден, и его приближенные с опаской относились к иноземцам, странствующим по свету. И если простым гражданам королевства до интриг двора нет никакого дела, придворные, увидев юношу с рыжими волосами, перешёптывались по углам и комнатам замка, пока весть о юноше с необычным цветом волос не долетела до короля Вардена.

Советник имел вид угрюмого старца, хотя пытался улыбаться и расспрашивал принца из каких земель он родом. Назвавшись Гилмором, он создавал впечатление отличного собеседника, хотя Иден держал ухо востро, зная, что этот лысоватый человек маленького роста не просто правая рука короля Зелёного Дола. Гилмор, как никто иной, объявил негласную войну Горному Королевству, именно по его наущению шпионы Вардена похитили прекрасную Эслинн.

Эдвард так и хотел спросить о ней, но помня слова Идена, старался быть сдержанным. Попробовав кушанья королевского стола, он остался доволен необычными блюдами незнакомой страны. Затем отведал красного вина и нашёл его недурным на вкус, но не идущим ни в какое сравнение с запасами королевского погреба его отца.

– Попробуйте жареных змей, принц Эдвард, – улыбнулся в длинные усы Гилмор, они топорщились в разные стороны, делая его похожим на юркую крысу. Длинными ногтями на тонких пальцах словно когтями он тихо барабанил по столу. У помощника короля карие раскосые глаза и приплюснутый нос, что Эдвард мысленно нарёк его крысиным советником.

В отличие от Гилмора король оказался высоким и статным мужчиной. Длинные седые волосы собраны в хвост, а на голове сидела массивная корона из золота, украшенная драгоценными камнями. Он поприветствовал Идена и Эдварда, спросив, как им заморские кушанья и показался принцу весьма вежливым и располагающим к общению человеком.

В карих глазах Вардена пустота, хотя губы складывались в улыбку. Он гладко выбрит, и Эдвард отметил мужественные черты лица короля, тяжёлый подбородок и высокие скулы.

– Что же привело в мой замок странников, Гилмор? – спросил он советника, который перебирая крысиными лапками пальцами, назвал Эдварда принцем, а Идена его товарищем.

– Мы прибыли из Морских земель, – ответил Эдвард. – Мой отец – король Брайс Кайден Джодок, именуемый Быстрым воином, а матушка Селма Гленн Белус. Они напутствовали меня в дальний путь, перед тем, как я решил начать путешествие. Моя цель – лучше узнать необъятный мир, постичь неизведанные науки, увидеть новые народы и страны, а так же отыскать невесту.

– И что, Эдвард, в ваших землях девушки слишком некрасивы? – улыбнулся Варден, показывая ровные зубы, – или они слишком капризны и невежественны?

– Нет, ваше величество, дело не в этом. Все девушки Морских земель прекрасны собой, умны и многое умеют. Однако всех придворных красавиц прочащих мне в жены я знаю с детства и ни к одной из них моё сердце не воспылало чувством.

– Ах, юный принц ищет любовь? – усмехнулся Гилмор, скрестив руки на плотном животе.

– И любовь тоже, – согласился Эдвард, сложив руки на столе.

Варден разглядывал его пальцы, мимолётным взглядом оценивал движения и понимал, что юноша и в самом деле королевского рода, хотя, и сложение, и руки у него как у умелого воина.

Эдвард, на его взгляд вёл себя в королевском обществе непринуждённо, как и должен уметь наследник короля. Мысль, что он мог быть самозванцем, отступила от дум Вардена.

– Где же побывал ты, принц Морских земель? – въедливо спросил Гилмор, и Эдвард рассказал, что только что вышел из границ Горного Королевства.

– Мой путь оказался сложнее обычного, и шпионы Горного Короля пытались помешать моему путешествию. Мне повезло расправиться с несколькими троллями, а потом началась гроза, и тролли, словно трусливые крысы разбежались по ущельям и пещерам, что дало мне возможность скорее завершить спуск к реке, по которой я и приплыл сюда. Лодка принадлежала Идену, – чуть не забыв про своего товарища, добавил Эдвард. Он взглянул на него, и эльф одобрительно кивнул в ответ.

– Видел ли ты камни вдоль ручья? – спросил король, и принц понял, что разговор идёт в нужном русле.

– Да, король Варден. Сначала я не придал этому значения, но благодаря моему другу Идену узнал, что река заколдована и каждый, кто ступит в её холодные воды, обратится в камень, и заклятие это снять невозможно, так как маг наложивший его давно мёртв.

Иден покачал головой и добавил, что его брат Олан часто приезжал в королевство Зелёного Дола, от него он и услышал эту жуткую историю.

– Значит, вам известно, отчего между нашими королевствами пролегла пропасть, наполненная ненавистью и злобой? – спросил Гилмор, а Эдвард насторожился, вдруг старый советник раскусил их намерения. Однако Иден спокойно ответил, что им знакома история дочерей Вардена и то, что злобный маг Тревор заколдовал реку, и пять девушек обратились в каменные статуи.

– Мы видели их внизу ручья, когда поднимались к замку, – ответил Эдвард и внимательно смотрел в глаза короля. Что он чувствовал, о чём печалилось его сердце? – И есть ли какое-то средство, чтобы отменить колдовство? – не выдержав спросил он, совершенно искренно, так как вся эта история тронула его до глубины души.

– Есть одно, – вздохнул король Варден. – Только для вас это не под силу.

– Отчего это вы так решили, король?! – спросил Иден, ощущая, что его самолюбие задето.

– Потому, что придётся отправиться в дальние страны, чтобы отыскать несколько артефактов, с помощью которых возможно приготовить волшебный эликсир. Если его вылить в воду горной реки, чары падут, и все, кто превратился в камень, снова станут людьми.

– Только тогда король Варден освободит дочь Горного Короля Эслинн, и ты сможешь женить на ней, – жёстко ответил советник короля, а Варден, усмехнувшись, кивнул ему.

– Вы не станете пленниками, хоть мне известно, что не без помощи Калдера вы появились здесь. Я знал, как найти человека, который сумеет помочь мне.

– Я не понимаю, о чём вы говорите король, – произнёс Эдвард, и к одобрению Идена его голос не выдал волнения, разрастающегося внутри словно пламя.

– Мне известно, что Морские земли граничат с Горным Королевством, и никто не сможет пройти незамеченным или выбраться из цепких лап троллей науськанных Калдером. Он знал, что я объявил о своём решении выдать Эслинн за первого встречного, появившегося в замке, человека с рыжими волосами. И знаю, что эльфы водят дружбу с королём. – Он взглянул на Идена из-под густых бровей и победно улыбнулся. – Это ничего, что ты, принц Эдвард заключил сделку с Калдером, думаю, твоя помощь убьёт двух зайцев – ты найдёшь необходимые артефакты и женишься на дочери Горного Короля. Хотя не уверен, что он хотел бы этого. Король не рассказал тебе одну вещь об Эслинн.

– Какую же? – Теперь уже и Эдварду стало интересно.

Иден непонимающе глянул в сторону посмеивающегося советника и не мог припомнить, что у Эслинн за изъян, о чём Калдер не предупредил его. И, не удержавшись, спросил об этом, раз их карты оказались раскрыты.

– Каждый человек, увидевший дочь Горного Короля влюбляется в неё раз и на всю жизнь. Больше ни одна женщина не будет интересовать этого несчастного, ведь сама Эслинн не обязательно полюбит его. Чтобы заручиться твоей помощью, Эдвард, я познакомлю вас с Эслинн. Не пройдёт и минуты, как твоё сердце всколыхнёт чувство, которое ты и не ведал раньше.

– Но если…

– Нет, Эдвард, – прервал его Варден, приподняв правую руку, на пальцах которой красовался перстень с крупным камнем. – Раз ты решил услужить Калдеру и выйти сухим из воды, теперь ты и твой друг, – он махнул головой в сторону Идена, – в моей власти. И если вам хватит ума и везения, потом ты сам отблагодаришь меня.

Эдвард не знал, радоваться ли ему свалившейся на голову удаче, или сожалеть, что он не отправился в путешествие вместе с королевской свитой. По крайней мере, он должен сам сделать выбор. Принц склонялся к тому, что должен помочь вернуть дочерям Вардена человеческий облик и возвратить красавицу, которую никогда прежде не видел в Стоунгард.

А тем временем Гилмор попросил Эдварда следовать за ним. Принц отправился один, пока Идена задержал король. Они шли по длинным залам замка, залитым ярким светом, исходящим из больших окон. Принц заметил, что архитектура здания дворца устроена так, что в любом месте всегда светло до захода солнца.

Пока они поднимались на высокую башню, Гилмор не проронил ни слова. Шёл он для своего возраста быстро и весьма проворно взбирался по ступеням винтовой лестницы, пока они не остановились у массивной деревянной двери.

– Там Эслинн? – спросил Эдвард.

– Да, принц, и тебе придётся просто взглянуть на королевну, а потом ты согласишься ради неё на всё.

Не нравились Эдварду слова советника, но и любопытство не давало отказаться от авантюрной затеи раздобыть артефакты и спасти дочерей Вардена и дочь Горного Короля.

Когда он вошёл внутрь, дверь за ним с грохотом захлопнулась, словно советник опасался сам подвергнуться чарам любви прекрасной Эслинн.

Она стояла, повернувшись лицом в сторону окна, и Эдвард не видел её лица. Заметил, что у неё белая, похожая на фарфор кожа, длинные чёрные волосы, заплетённые в косу, доходящую до талии. Девушка с трудом доходила Эдварду до плеча и казалась хрупкой и беззащитной.

Когда Эслинн заговорила с ним, Эдвард понял, что и голос у девушки очень мелодичный и нежный.

– Зачем ты пришёл сюда? – спросила она, не оборачиваясь.

– Чтобы ты увидела, кто решил помочь тебе и двум королевствам.

– Только не говори, что тебя прислал мой отец, а Варден раскусил твои замыслы. Ты, конечно, подумал улизнуть, но потом решился всё-таки посмотреть на меня, ведь по слухам, кто увидит лицо Эслинн, тот влюбится в неё сразу и до конца своих дней. Ты всё ещё хочешь посмотреть на меня?

– Да, – ответил Эдвард, ощущая, как пересохло во рту.

– А если тебе не понравится, что ты увидишь?

– Отчего ты так думаешь, Эслинн, если тебя не показывают никому и держат в башне на вершине замка, возможно, слова Вардена, правда. Не думаю что ты уродлива.

Эслинн повернулась, и Эдвард увидел, что у неё красивые черты лица, тонкие чёрные брови, алые, словно нарисованные пухлые губы. Одно показалось странным, так это закрытые веки девушки, Эслинн нарочно не открывала глаз.

– Наверняка, ты тот самый рыжий принц из соседнего королевства, – лукаво улыбнувшись, произнесла она. – Варден догадывался, только ты сможешь помочь ему найти все необходимые артефакты, чтобы приготовить эликсир. Поэтому и отправил весть, долетевшую до Калдера, что выдаст меня первому встречному рыжему. – Эслинн рассмеялась, но так же не открывала глаз.

– Почему ты не смотришь на меня? – спросил Эдвард, – потому, что думаешь, я влюблюсь в тебя?

– Не смотрю, потому что не хочу, чтобы ты погиб так быстро. Не буду тебя интриговать, но дело не только в том, что увидевший меня влюбится. Если я не отвечу ему взаимностью, его сердце сначала станет камнем, а потом расколется на части. Если я взгляну на тебя и не смогу полюбить, через год проклятие дочери Горного Короля Эслинн настигнет тебя, Эдвард.

– Как всё это звучит ужасно, – вздохнул принц, – и на самом деле не особо правдоподобно.

– Прости, принц, но король Варден скоро умрёт, я не хотела делать этого, он сам не поверил в легенду и заставил меня посмотреть ему в глаза, чем обрёк себя на смерть. Ему осталось достаточно много времени, если ты такой, каким кажешься и сможешь поскорее снять заклятие каменной воды с Быстрой реки. А потом, если захочешь, может я и посмотрю на тебя, но сейчас нет, Эдвард. Сейчас я не хочу связывать себя обещанием или пониманием того, что обрекла тебя на смерть.

– Ты говоришь, так странно, Эслинн, а как же ты сможешь кого-то полюбить, если обрекаешь человека заглянувшего в твою душу заведомо на проклятие?! – возмутился Эдвард.

– Тут уж ничего не поделаешь, и так случается, если твой отец маг, а мать королева эльфов Ледяной страны.

– Так вот из-за чего между королевством гор и северной страной разгорелась вражда, – протянул Эдвард, расхаживая по комнате. Потом взглянул на Эслинн, глаза которой по-прежнему были закрыты и, подойдя к ней, поцеловал её в губы.

От неожиданности ресницы дочери Калдера вздрогнули, а Эдварда словно окутало золотое сияние. Её глаза оказались ярко изумрудного цвета, наполненные светом и чем-то таким чудесным, что принц никогда не встречала раньше.

Эслинн не отрывая взгляда, смотрела на него долго, как будто хотела запомнить черты лица юноши, от его дыхания она вздрогнула, понимая, что он сжимал её в своих объятиях.

– А ты дерзкий, принц. – Её щёки вспыхнули румянцем.

– Ну, и пусть, если моё сердце превратится в камень, – сказал Эдвард, ощущая, как в душе порхают бабочки.– Я сделаю всё, чтобы освободить тебя, Эслинн.

Больше он не проронил ни слова. Повернувшись на каблуках, он направился в сторону двери, толкая её плечом. Дверь открывалась редко, и потому петли заскрипели, предупреждая поджидавшего, на ступенях Гилмора, что принц закончил разговор с пленницей.

Встретившись с королём, Эдвард удивил его появившейся решительностью и сообщил, что поможет королевству Зелёного Дола.

– Ты видел её, – уронил король, облизав сухие губы.

– Да, Варден, она посмотрела мне в глаза. Я рискнул подвергнуть своё сердце испытаниям. Да и, чёрт возьми, должен же кто-то расколдовать твоих дочерей и снять проклятие с Быстрой реки.

– Меня радует твой настрой, Эдвард, – грустно улыбнулся Варден. – Надежда, что ты вернёшься раньше, чем моё сердце расколется на части, будет согревать меня.

– У тебя всего шесть месяцев, чтобы отыскать артефакты и вернуться в столицу, в Дэрвайг, – процедил сквозь зубы Гилмор. – Не хотелось, чтобы в королевстве началась смута, а смерть короля и наследниц приведёт именно к этому.

– Мне понадобится помощь, так как мой конь остался в пещерах Горного Королевства. – Эдвард вопросительно взглянул на короля. – Теперь, когда скрывать уже нечего, – затем он посмотрел на Идена, который добавил:

– Согласен с Эдвардом и скажу, что в дальнюю дорогу мы отправляемся с товарищами, ум, сила и мастерство которых помогут в поисках артефактов. Только вы не уточнили одно, что же нам необходимо привезти.

– Ах, да, – воскликнул Эдвард. – На самом деле, отчего я не поинтересовался этим раньше.

– Меня тоже, не скрою, удивило это, – усмехнулся эльф. – Принц, видимо позабыл спросить, что же поможет снять заклятие Быстрой реки, увидев прекрасную Эслинн.

– Он так увлёкся враньём, по поводу своего прибытия сюда, – ехидно заметил Гилмор, перебирая тощими пальцами полы длинного плаща цвета крови. – Ну, ничего, принц сделал свой выбор. – Советник мерзко рассмеялся, а принц оставался невозмутим, видимо чары Эслинн заставили его поверить, что сейчас ему под силу совершить любой невозможный поступок или даже подвиг.

– В Империи Воды, что окажется первой на пути, вам необходимо будет спуститься в подводное царство. Как вы проникните туда не моя забота, – сообщил Варден, наливая себе в кубок вина и делая глоток. – Мне известно, что во дворце Неомея, есть огромная раковина жемчужницы. Каждый год там вырастает розовая жемчужина размером со страусовое яйцо, и охраняется как зеница ока.

– В Ледяном Королевстве старая правительница Исгерд менее дружелюбна, – добавил Гилмор, – мало проникнуть во владения Ледяной Страны, и справиться с армией орков, охраняющей склоны королевства. Исгерд держит во дворце белого змея, капля яда которого исцеляет любую болезнь, две погружают в долгий сон, а три заставляют заснуть навеки. Белого змея называют Биргер, и обитает он под застывшей ледяной коркой озера, в подземельях дворца Исгерд. Выплывает на поверхность, если позвать его, сыграв на флейте правильную мелодию. И если ошибиться хотя бы раз или сыграть фальшиво, белый Биргер пожирает несчастного глупца покусившегося на его покой в прозрачных водах озера Холгер.

– Так же с помощью волшебного инструмента можно усмирить змея, который становится послушным и безобидным, словно щенок. Если что-то случится или опасность застанет вас врасплох в Ледяном Королевстве, вам стоит ждать помощи лишь от королевы эльфов, – произнес Варден.

Иден, одобрительно кивнув, добавил, что королева Солвейг не просто расположена к Эслинн.

– Солвейг приходится матерью девушке, и это длинная и запутанная история, – уронил он, опуская глаза, – не время и место рассказывать её.

– Согласен, – прогнусавил узкоглазый советник Гилмор, которому, по мнению Эдварда, не сиделось на месте. – Меня ждут государственные дела, Ваше Величество.

Он поднялся с кресла и склонился в поклоне перед королём. Вардена не особо расстроил уход Гилмора. Он сказал, что завтра на рассвете Эдвард и его товарищи смогут отправиться в путь.

– Оповести своих друзей, что время пришло идти к новым свершениям, – наверное, слишком пафосно промолвил король Варден. На его лице так же блуждала печаль, и Эдварду искренне стало жаль его.

Оставшись одни в зале для приёма гостей, Иден и принц Эдвард решили не мешкать, а спуститься к реке, благо спуск оказался легче подъёма. Эльф видел, как воодушевился принц, понимая дело в чарах Эслинн. Он сожалел о безрассудстве юноши, оно позволило дочери Горного Короля околдовать себя любовными чарами.

Рассказав Бекану, Нейлу и Атти о разговоре в королевском замке, Эдвард и Иден встретили сопротивление со стороны коротышки Бекана.

– Ты веришь этому королю Вардену или его мерзкому советнику-крысе Гилмору? – выкрикнул он, и его голос сделался тонким и злобным. Бекан сжал маленькие кулачки, точно искал поддержки со стороны молчаливого тролля Атти и задумчивого гнома Нейла.

– Я смогу защитить нас, – высказался громила Атти, играючи подкинув с одной руки на другую увесистую дубинку.

– И мы можем не приходить все вместе к замку, – добавил, прищурившись, Нейл. – Я не владею воинской магией, но ты, Иден способен на большее.

– Он способен, – вздохнул Бекан. – Но что-то мне подсказывает, что наше появление в Дэрвайге не принесёт ничего кроме неприятностей.

– Бекан, мы же отправляемся в путь для помощи не только Эслинн, но и королю. Как-то так? Или я что-то не понимаю? – спросил принц.

– Если следовать логике, то ты прав, Эдвард, однако в последнее время меня многое смущает в отношениях между четырьмя королевствами. Вот скажи, отчего Морские земли настолько закрыты от Мира? Почему твой отец не ведёт торговые дела, войны, чтобы расширять границы. А правительница Исгерд продолжает наступать на склоны Горного королевства, невзирая, на то, что у неё много ещё неосвоенных земель.

– Наверное, многое зависит от расположения страны, и у Морских земель весьма выгодное положение, у нас никогда не бывает зимы, и океан омывающий берег принадлежит так же королевству,– заметил Эдвард. – Я не хочу начинать разговоры о политике, меня интересует вопрос, отправитесь ли вы со мной в дальнее путешествие или как трусливые крысы вернётесь в свои пещеры?

Последнее видимо было сказано зря, так как Атти захрипел от негодования, Нейл сжал маленькими, но сильными руками лопатку, которая оказалась лишь с виду похожей на садовый инструмент. Внутри неё, в ножнах, хранился меч, который Нейл быстро вытащив, направил в сторону Эдварда.

– Тихо-тихо, – пытаясь усмирить друзей, проговорил Иден. – Мы отправимся в путь все вместе, потому, что в одиночку нам просто не выжить. Но мы поступим иначе, чтобы не показать, как нас много и сколько мы сможем нанести урона, если это станет необходимым.

– О чём ты говоришь, Иден? – спросил, нахмурив косматые брови Бекан.

– На вас я накину чары невидимости, вас никто не заметит, да и зачем подданным короля лицезреть нас в полном составе. Мы отправимся к дворцовой площади, чтобы увидеть лошадей и собранные припасы, а потом отправимся в путешествие к Империи Воды. Я знаю короткий путь, который проходит через владения Калдера.

– Неужели? – воскликнул удивлённый Нейл, убирая меч в ножны. – Не о кварцевых ли рудниках ты говоришь?

Иден выдержал недолгую паузу и, откинув назад светлые волосы кивнул. На мгновение его бледное лицо стало почти белым. Он повернулся к принцу и сообщил в полголоса:

– Это короткий, но очень опасный путь.

Бекан кивнул, соглашаясь с эльфом, и даже Атти шумно выдохнув, шмыгнул носом.

– Что это за место, от которого веет благоговейным ужасом? – спросил Эдвард не без ехидства в голосе.

– Напрасно смеёшься, юный принц, – впервые за долгое время подал голос Атти, опустив дубинку и, облокотившись на неё мускулистыми руками, вздохнул снова. Его низкий голос мог бы заставить присутствующих зажать уши, если бы он говорил громче, поэтому Атти старался изъясняться как можно тише.

– На кварцевых рудниках погибло много гномов и троллей, когда после землетрясения образовался разлом, проходящий через пещеры и штольни.

–Там в шахтах добывался алмазный кварц. – Продолжил Нейл. – Это необычный минерал, не тот, что необходим для изготовления стекла. В этом заключена волшебная сила, о которой прознали шпионы Империи Воды. Неомей давно имел виды на юго-западное побережье земель Горного Королевства. Разлом, наполнившейся водой, стал для него отличной возможностью проникновения в заветные земли, не развязывая войны.

– В шахте работал мой брат, – шумно вздохнул Атти и шмыгнул зелёным носом, в его маленьких глазках блеснули слёзы, но великан, сдержавшись, продолжил, – Империя Воды отправила отряд самых мерзких существ на службе Неомея, ужасных химер, способных жить не только в воде, но и на поверхности. Они похожи на огромных червей. По бокам щетинистого тела, восемь пар рук. Руки, как у человека, только между пальцами перепонки, чтобы передвигаться под водой. Непонятно, где у твари находилась голова, но её зубастые пасти открывали и с одной и с другой стороны склизкого туловища.

Они появились внезапно, из подданных Горного Королевства спаслось всего несколько счастливчиков. Остальных шестнадцатирукие химеры превратили в кровавую слизь, расплескав по стенам шахты.

– И как же мы пройдём там, не имея лодки, да и как проберёмся во дворец Неомея? – Казалось, Эдвард уже и не верил в благоприятный исход похода, в который вкладывал столько надежд.

– Химеры появляются, когда солнце стоит в зените, а когда оно опускается за горизонт, путь свободен. Мы спустимся в кварцевые штольни после заката, и нам останется только пройти до корабля северных людей, он там спрятан многие зимы.

– Корабль?! – удивился Бекан, раскрыв маленькие глазки.

– Да, Бекан, – улыбнувшись, кивнул эльф. – О нём мне поведал брат Олан. Когда начнётся прилив, у нас будет возможность выйти в море, и тогда мы очень скоро окажемся во владениях Неомея.

– Что ждёт нас там? – спросил Эдвард. – И как нас встретит королевский двор?

– Об этом не стоит беспокоиться. Олан будет ждать нас в пещерах. Он сообщил мне перед отбытием, что у него есть некоторые дела с эльфами подводного королевства и на самом деле наше посещение станет визитом доброй воли.

– Это всё меняет к лучшему, – немного успокоившись, ответил Нейл. – Я был в штольнях, и мне не хотелось бы снова встретиться с химерами.

– Эта новость о твоём брате многое меняет, – добавил Бекан, – а сейчас, думаю, стоит отходить ко сну. Завтра нам предстоит снова встретиться с Варденом.

Утро разбудило пением птиц и кряканьем уток. Они плавали в русле Чёрной реки, собираясь около песчаного берега большой утиной семьёй.

Эдвард открыл глаза и услышал голос из камышей, потом, взглянув на спящих товарищей, раздвинул кусты.

Селезень с ярким оперением и синим галстуком вокруг шеи, разглядывал принца, а потом проговорил грустным голосом.

– Возвращайся скорее, Эдвард, твою страну постигла печаль, заболела матушка Селма, и король Брайс просил найти тебя и передать это послание.

Эдвард, приложив руки к груди, поблагодарил селезня и попросил передать королю Брайсу о готовящемся походе в дальние земли во имя спасения двух королевств.

– Я вернусь с невестой, и передай матушке, чтобы она обязательно дождалась меня. Я помню её благословение, и пусть силы не покидают её.

– С кем это ты разговариваешь? – От голоса Бекана Эдвард чуть было не поперхнулся, но, не подавая виду, сообщил о том, что селезень передал ему грустную весточку из дома.

Выслушав принца, Бекан сказал, что тем более им надо торопиться и поскорее отправляться к горным тропам, ведущим в кварцевые шахты.

Утро оказалось добрым для путников, как и обещание короля Зелёного Дола, не поскупившегося на снаряжение. Правда для Атти не подошла ни одна из лошадей, и он решил обменять её в ближайшем селении на вола, что они и сделали, минуя фермерские угодья, селения, располагавшиеся за Дэрвайгом, столицы королевства Зелёный Дол.

Гном и гоблин Бекан уселись на гнедой кобыле, у которой шерсть оказалась длиннее обычного, и Эдвард, улыбнувшись, отпустил шутку по поводу того, что кобыла и эти двое стоят друг друга.

Иден взял себе вороного коня с лоснящимися боками и волнистой гривой, сообщив, что когда-то у него был похожий товарищ. Эдварду же досталась белая в серых яблоках лошадь, со строптивым характером, и она не сразу признала в принце наездника. Нейл и Бекан покатывались со смеху, видя, как Эдвард отчаянно пытался усмирить кобылу, помня, как он подшучивал над ними.

Мимо проплывали зелёные луга со стадами пасущихся белоснежных овец. Возделанные поля поражали аккуратностью границ и разнообразием зерновых. Крестьяне и жители маленьких городков с любопытством разглядывали разношёрстную братию. Эдварда удивило, что чем дальше путешественники уходили от столицы, тем приветливее и добродушнее становились жители страны Зелёного Дола.

Перед ночлегом, в прохладе тенистых рощ, тролль, гоблин, эльф, гном и принц раскидывали шатёр. Эдвард отлично приноровился гарпунить рыбу. Иден щелчком пальцев мог разжечь огонь, что-то шепча на своём языке. Нейл несколько раз отыскивал грибы, растущие под землёй, они оказались очень вкусными и, по словам гнома питательными. Атти с Беканом охотились на мелкую дичь, принося кроликов и всяких зверушек.

Пробираясь сквозь лесную чащу путники вскоре выехали к предгорьям, где вход в шахту завален большими валунами. Тут пригодилась сила Атти, тот, нисколько не вспотев, разобрал проход.

Эдвард заглянул в тёмное жерло подземелья. Пахнуло сыростью, холодом и ужасом. Последнее, решил принц, наверняка стало следствием леденящего кровь рассказа его новых друзей.

– Солнце ещё высоко и пока нам не стоит спускаться в пещеры, – сказал Иден. – Где же мой брат? Единственное, что пока мне не ясно, как нам встретиться, он не смог бы проникнуть в пещеру отсюда и наверняка нашёл другой проход. Но как же нам оповестить его, что мы на месте.

– Сейчас внутри шахты стало светлее, и не думаю, что Олан ждёт нас там, – заметил Нейл, сложив руки на черенок лопаты. – Подождём заката, а пока можно немного подкрепиться, тем более у нас остались вчерашние припасы.

– Согласен, – кивнул Эдвард.

После недельного похода ему хотелось окунуться в водоём и освежиться. Рядом чистое озеро, и даже около входа в шахту чувствовалось прохладное дыхание воды. Иден и Эдвард, отправились искупаться, а тролль с гномом и гоблин остались караулить вход в шахту.

– Не представляю, что это за чудовища. – Эдвард не решался признаться в своих страхах. – Раньше я никогда не сталкивался ни с чем подобным.

– Ты о химерах? – спросил эльф, снимая одежду.

–Да, – кивнул Эдвард, сбросив сапоги и, войдя в холодную воду озера, поёжился. – Ух, и прохладненько здесь, но бодрит, – заметил он.

– Воды Империи такие же студёные, – сообщил Иден, нырнув с головой. Потом выплыл, убирая с лица волосы. – Это не простое озеро. Мне как эльфу, обладающему магической силой, сразу видится необычное место.

– Что ты имеешь в виду? – Эдвард вылез на тёплые камни, рыжие волосы, прилипли к лицу. Он потряс головой, отбрасывая их со лба и вытирая лоб.

– Ты, как принц крови почувствовал магию, и захотел искупаться,– усмехнулся Иден, выходя на берег. – И теперь я могу с уверенностью сказать, что озеро даст тебе много силы, ты ощутишь это, когда придёт время. Нам осталось только поблагодарить озёрного духа.

Иден, приложив руки к груди поклонился, Эдвард, последовав его примеру, опустил голову, заглядывая в прозрачную воду. Оттуда на него смотрело лицо женщины. Она улыбалась, а потом поднялась из воды перед принцем и уселась напротив него обнажённая на камни. Эдвард потерял дар речи на мгновение, разглядывая озёрное существо.

Она только с первого взгляда походила на женщину, имея человеческое лицо, руки и стан. Вместо ног у неё длинный чешуйчатый хвост, переливающий в лучах солнца. В голубых глазах сияло пламя, они светились волшебным светом, а белое лицо не пугало бледностью и было очень красивым.

Синие волосы похожие на водоросли расплескались по голым плечам, скрывая грудь. Эдвард припомнил, что этих существ называли русалками, но как же она оказалась в озере, если её обитель солёные воды морей и океанов, размышлял принц.

– Не стоит думать о том, как я попала сюда, принц, озеро – мой дом, – улыбнулась русалка. Эдвард не заметил, чтобы она открывала рот или шевелила губами. Её мелодичный голос отчётливо прозвучал в его голове.

– Идём, принц. – Эдвард, вздрогнул от прикосновения руки Идена и, посмотрев на него с удивлением понял, что он не замечал русалку.

– Он не видит и не слышит меня, – рассмеялась озёрная дева, теперь её губы дрогнули, и принц увидел, что сейчас она говорит почти, как человек. – Ты понравился мне, принц и прими от меня дар, – русалка снова засмеялась, потом зачерпнула ладонью воду и, дунув на неё, плеснула в лицо Эдварду.

Когда принц открыл глаза, то не сразу понял, как оказался на берегу. Иден склонился над ним, озабоченно похлопывая по щекам.

– Ну, наконец-то, – выдохнул он. – Солнце садится, и нам пора спускаться в шахту. Что это ты выдумал, Эдвард, плюхнулся в воду, словно тебя шарахнули по голове.

– Я видел русалку, – ответил принц, улыбаясь, смотря сквозь эльфа. Потом поднялся, бросив взгляд на синюю гладь озера. – Как всё странно, – он провёл пальцами по волосам, – эта встреча помогла многое осмыслить мне.

Иден с непониманием посмотрел на него и потом снова напомнил, что не время мечтать и пора приступать к спуску в пещеру кварцевой выработки.

Солнце словно подгоняло друзей и опускалось за горы, окрасив небо в кроваво красный цвет. Нейл зажёг фонари и первым двинулся к входу в пещеру. Ступени, высеченные в скале, немного осыпались, но всё-таки спуск не казался сложным.

Дыхание холода оповестило, что путники близки к цели, а запах сырости и затхлой воды напоминали о том, что это место давно покинуто.

Молча двигаясь, полагаясь на чутье тролля и гнома, эльф, гоблин и принц шли, замыкая их небольшой отряд. Надежда, что после заката химеры не потревожат их, не набросятся неожиданно из-под расщелины в разломе подножья шахты, делала товарищей смелее.

Пройдя добрую часть пути, Иден старался общаться больше жестами, чтобы не потревожить пещерных тварей. Он размышлял, где же мог скрываться его брат Олан.

– Осталось немного,– шепнул Нейл, повернувшись к остальным. – Теперь пусть первым идёт Атти, возможно придётся расчищать путь, так как выход на ту сторону может оказаться, так же завален камнями.

– Согласен, с тобой, – кивнул Бекан, поёжившись. Он мог не говорить, что от этого места веяло не просто холодом. Десятки загубленных жизней, призраки которых витали повсюду, как будто шептали об ужасном побоище, произошедшем здесь несколько лет назад.

Глава 2 Похищение жемчужины

Глава 2 Похищение жемчужины

Они свернули в одну из штолен, где Эдвард надеялся, вскоре увидеть проход наружу, как вдруг за спиной послышался всплеск. Принц, шедший последним, вцепился в рукоятку меча и обернулся на звук. Атти прижался к каменистой стене, вглядываясь во тьму, Бекан принюхивался, а гном Нейл извлёк из хитроумных ножен острый меч.

– Послышалось? – с надеждой в голосе спросил Иден, но все-таки приготовился дать отпор.

– Не думаю, – ответил Эдвард. – Я слышу чьё-то присутствие.

Он не договорил, многорукая химера, выскочив из расщелины, оказалась проворной, бросившись в сторону нежданных гостей.

– Нейл, надо больше света! – выкрикнул Эдвард, размахивая мечом, бросаясь вперёд в сторону твари.

Иден, не ожидая такой стремительности от принца, кинулся за ним, крикнув Атти, чтобы тот попытался забросать валунами ближайшую к ним трещину в скалах.

Тварь поднялась на одной из пар рук и зашипела, открыв в сегментированном теле пасть наполненную несметным количеством острых зубов. Эдвард взмахнул мечом, разрубая раззявленную морду, отсекая мнимую голову от тела. Химера завыла и, развернувшись, раскрыла другую пасть, пытаясь наброситься на принца.

Иден нанёс удар мечом, прошипев какое-то ругательство на эльфийском. Его меч вспыхнул голубым пламенем, оно перекинулось на скользкое тело химеры. Подбежавший Атти обрушил громадный камень на тело чудовища, и оно испустило последний вздох. Потом тролль постарался как можно скорее натаскать камней из другого конца шахты, где открывался проход к заводи.

Победа над химерой сделала друзей уверенными в том, что ничто не сможет остановить их, когда они действуют сообща.

Юркий Бекан пытался помогать Атти, но тот, ухмыляясь, ласково посмотрел на маленького гоблина и покачал головой, не издав ни звука. Эдвард видел, что проход не закрыт наглухо и посветил в щель между камнями. За барьером что-то есть и по истошному крику зверя, он понял, химеры лезут в шахту, чтобы напасть снова.

– Надо уходить как можно скорее! – крикнул принц.

– Мы почти у цели, – проговорил Иден, показывая на открывшийся проход. – Кому-то нужно добраться вплавь до корабля, но кто это не сделает лучше, как ты Бекан.

– Я не умею плавать, – сконфуженно ответил Бекан, скорчив мину, – но я бы с лёгкостью сделал это, будь у меня помощник.

– И меня не наделили этой способностью, – грустно уронил гном, почесав длинную бороду.

– Кидаться в тёмные воды заводи опасно, – добавил Эдвард, – но как нам добраться до судна?

Огромный корабль чёрной тенью качался на волнах, до него около ста двадцати ярдов. Ждать рассвета – значит обрекать себя на известность. Химеры могли появиться в любой момент прямо из воды.

Яркий свет фонаря, вспыхнув неподалёку, осветил лица путников. Поначалу товарищи насторожились, однако незнакомец подал голос, а Иден поднял руку с массивным светильником и помахал стоящему в темноте человеку.

– Это Олан, – улыбнулся светловолосый эльф. Эдвард почувствовал в его голосе надежду, которая только что грозила разбиться о камни.

– Идите сюда, здесь есть лодка! – послышался голос брата Идена из-за скалы.

– Это совершенно меняет дело! – обрадованно воскликнул Бекан.

Двигаясь на свет фонаря, храбрецы в скором времени обнаружили Олана и лодку. Братья обнялись, похлопывая друг друга по плечам, Эдварда удивило одно, отчего Иден никого не предупредил о появлении Олана раньше.

– Я не был уверен, что у меня получится отыскать корабль, да и к тому же лодку, – ответил Олан за брата. – Поэтому я попросил Идена пока не говорить о том, что я ожидаю вас в бухте.

– К счастью тебя не сожрали химеры, – рассмеялся в густую бороду Нейл. – И ещё один добрый эльф только в помощь общему делу.

– Это точно, – кивнул Бекан отлично ладящий, и с Иденом, и с Оланом.

Эльфы часто бывали в Горном Королевстве они уважаемые гости маленького трудолюбивого народца.

Тем не менее, добраться до корабля оказалось нелёгким делом. Тяжёлую лодку, если бы не Атти, никак не получалось столкнуть в воду.

Запрыгнув внутрь, Эдвард помог Нейлу и коротышке Бекану, а потом уже Иден с Оланом осторожно взобрались на борт. Лодка покачивалась на волнах, и Атти всё не решался последним вскарабкаться на судёнышко, казавшееся ему не надёжным.

–– Ничего, Атти, лодка выдержит всех! – уверил его Олан, и великан аккуратно забрался на борт, заставив чёлн раскачиваться из стороны в стороны. К счастью качка вскоре утихла, и гном, и маленький гоблин решили сесть на весла. Налегая на них изо всех сил, Нейл и Бекан старались, видимо их неспособность к плаванию теперь вылилась стремлением к тому, чтобы проявить себя как можно лучше в гребле.

Штиль в бухте облегчил ход лодки, запах водорослей и сырости витал в темноте. Звёздное небо покрыли перистые облака, и ничто не предвещало плохой погоды.

Эдвард, стоя на корме, поднял фонарь выше, пытаясь разглядеть приближающийся корабль. Он огромен. Принц видел корабли королевства и не понаслышке знал, что такое маленькие и большие судна, как управлять ими и находить правильный маршрут. Пусть всё это в теории, но, используя сектант, линейку, компас и карту, Эдвард уверен в собственных силах.

– Ты был на корабле? – спросил Иден Олана, для острастки.

– Конечно, и приготовил трап для вас, надеюсь, все сумеют подняться на борт, и тогда мы сможем немного собраться с мыслями.

Верёвочная лестница раскачивалась из стороны в сторону, ударяясь о холодный борт корабля, что усложнило подъем. Однако друзья быстро поднялись на палубу. Олан сказал, что перед выходом в море необходимо подкрепиться и отдохнуть.

На палубе стоял в ожидании гостей накрытый всякой всячиной стол и две скамьи, на которых и расположилась новоиспечённая морская команда.

– В этой бухте нам ничего не угрожает. – Олан положил ногу на ногу, внимательно разглядывая Эдварда.

– Не думал встретить тебя снова, – ответил его взгляду принц. – И не думал отправиться в такое необычное путешествие.

– Да, Эдвард, – кивнул Олан, наливая в серебряный бокал вина. – История похищения Эслинн и заколдованная река, обращающая всех в камень достаточно интригующие чтобы отправиться на поиски артефактов.

Олан, в отличие от брата Идена казался более флегматичным. Говорил он медленно, словно растягивая слова, внимательно смотря собеседнику в глаза. Сходства между братьями Эдвард не замечал, если только говорить об их одинаково высоком росте и принадлежности к эльфам. Во всём остальном Олан казался полной противоположностью брату. Тёмные густые волосы, доходящие до лопаток и карие почти чёрные глаза, которые, как думалось принцу, отлично видели в темноте.

Он не ошибся, узнав позже, что применив магию кошачьего глаза, Олан умел отлично ориентироваться во мраке. Его зрачки становились вертикально вытянутыми, что делало лицо Олана отталкивающим, точно он превращался в демона.

Во всём остальном эльф тёмный, как между собой называли брата Идена друзья, Олан надёжный товарищ. Впоследствии Эдвард смог убедиться в этом.

Утро сменило ночь, и по гладкой воде побежала рябь бриза с гор Зелёного Дола.

Собравшись на палубе, новоиспечённая команда решала с чего начать путешествие и как долго им придётся находиться в плавании.

– До границы Империи Воды три дня ходу, – ответил Иден. – Жаль, что подводная братия не жалует горных существ. Под воду придётся спускаться мне с Оланом и Эдварду. Хотя от всех вас там под водой помощи могло быть больше.

– Раз так сложилось, кто-то должен остаться на корабле и охранять его, – добавил Эдвард.

Нейл закурил трубку и согласился, что в Ледяных землях от него, Бекана и Атти толку будет куда больше.

– Мы не должны вызвать подозрения, – вставил Олан, склонившись к Эдварду. – Розовая жемчужина охраняется с особой тщательностью и ещё никому не удавалось похитить её.

– Интересно, куда они складывают каждый год жемчуг? – спросил принц, – если, как вы говорите, каждый год жемчужная раковина производит на свет ещё одну жемчужину величиной со страусовое яйцо.

– Говоря год, старик Варден немного слукавил, – уронил Иден. – Год подводного царства равен двадцати годам проведённых на суше.

– Тогда понятно, что это не совсем быстрый процесс, – кивнул Бекан. – И как же вы умудритесь украсть её и выйти незамеченными?

– Над этим и предстоит подумать, так как дворец Неомея нам не так хорошо известен. Хотя жемчужница расположена в одном из залов подводного замка и не сокрыта от глаз подданных, – вздохнул Иден.

– Хотя то, что часто на виду бывает легче украсть. – Бекан хитро улыбнувшись, склонил голову. – И думаю, воспользовавшись чарами невидимости, я смогу это сделать.

– Чтобы спуститься в подводный дворец необходимо воспользоваться волшебным пузырём, – ответил темноволосый Олан, скрестив руки на груди. – По крайней мере, люди и гоблины ещё не научились дышать под водой.

– Это да, – согласившись, кивнул Иден.

Над головой раскинулось чистое небо, а свежий ветер дул в паруса корабля, направляя его словно чьей-то невидимой рукой в нужную сторону.

Разобравшись с картой, принц без труда построил курс к обители подводного королевства. Олан встал у штурвала. Громила Атти, спустившись в трюм, вытащил на палубу сундуки со всякой всячиной. Гном Нейл, отлично разбирающийся в драгоценных камнях, с удивлением нашёл настоящую сокровищницу в двух ларцах и предложил что-то из найденного передать в дар царю Неомею, как пропуск в чертоги Подводного Королевства.

Его идея пришлась всем по вкусу, как и стряпня Бекана, отлично справляшимся с ролью корабельного кока, благо припасов на корабле хватало. Возникал лишь единственный вопрос, откуда всё это взялось на старом судне, которое словно забытая посудина простояла в бухте многие лета.

Наконец, принц спросил о странно появившихся драгоценностях и припасах на корабле у Идена. Однако тот пока ничего не ответил, так как сам не знал, что сказать и сообщил, что расспросит об этом брата.

К закату второго дня плавания, обосновавшись на корабле точно настоящая морская команда, путники изучали нарисованный план дворца морского правителя. Иден и Олан, бывавшие там, пытались вспомнить расположения входов и выходов дворца, а так же с интересом обсуждали предложенные идеи похищения жемчужины.

Время летело стремительно и к концу третьего дня, корабль бросил якорь возле большого утёса. Под ним находился подводный замок Императора Воды, и, спустив трап, Эдварда, Идена с Оланом и юркого Бекана, встретили стражники, охранявшие вход в королевство.

Эдвард впервые видел подобных созданий – это амфибии с длинными чешуйчатыми хвостами, которые превращались в ноги, стоило воинам ступить на твёрдую землю.

Стража двигалась за незваными гостями, внимательно разглядывая прибывших, недобро посматривая в сторону Бекана, хоть его зелёная кожа не особо отличалась от цвета их чешуйчатого покрова.

Высотой они на две или даже три головы выше эльфов и принца и, приняв человеческий облик стали похожи на людей, если не считать тёмно-зелёной кожи на обнажённых телах.

– Мы приехали к царю Неомею с богатыми дарами, – улыбнулся Иден, предвкушая вопрос стражей.

Маленький Бекан ловко вытащил из походной сумки ларец и, открыв его, показал драгоценные камни зелёным великанам.

– Следуйте за нами, – пробасил один из них, ударив копьём о камни.

В скале образовался проём, и вскоре появился проход освещённый факелами, а за ним и каменная лестница со ступенями из розового мрамора.

Стены выложены прозрачными блоками, где можно увидеть разноцветные кораллы, всевозможных рыб и подводных существ.

Чем дальше уходила лестница, тем шире становился проход и богаче убранство. Тут и там статуи русалок, тритонов, невиданных рыб и чудовищ. На стенах красовались живописные картины с разнообразными сюжетами в золочёных рамах украшенных драгоценными камнями и жемчугом.

Подобное богатое убранство удивляло и восхищало Эдварда, он никогда раньше не наблюдал столь невиданной роскоши, хотя и являлся сыном короля богатого государства.

Принц размышлял, есть ли во дворце места, где уже нет воздуха, и когда они смогут воспользоваться волшебными пузырями, с помощью которых можно дышать под водой.

Вскоре они вышли к воде, покрывающей ступени. Словно прочитав мысли принца, Олан извлёк из кармана небольшой похожий на медузу сгусток и положил его на голову Эдварду.

Иден шевелил губами, произнося заклинание. На мгновение медуза на голове принца ожила и окутала его голову и плечи прозрачным телом, превратившись в пузырь, внутри которого можно так же свободно дышать. Тоже Олан проделал с Беканом, сами же эльфы, приложив пальцы к подбородку, сделали что-то странное со своими шеями. У обоих братьев с левой и правой сторон, ниже ушей появились прорези, похожие на жабры, и эльфы первыми вошли в прозрачную воду. Эдвард и Бекан, переглянувшись, с осторожностью последовали за ними, ощущая, что могут свободно дышать под водой, хотя передвигались подобно увальням. Стражи, отрастив чешуйчатые хвосты, поплыли вперёд, чтобы оповестить королевскую охрану о прибытии гостей.

Метаморфозы не просто удивляли, но приводили принца в неописуемый восторг. Он видел, как барахтался коротышка Бекан и пытался помочь ему двигаться под водой. Подводное царство сквозь прозрачный пузырь теперь казалось не таким блистающим, как на поверхности. Тронный зал не слепил, однако обилие русалок и тритонов делало передвижение не совсем удобным. Правда Иден и Олан справлялись отлично, видимо не раз бывая в королевстве Империи Воды.

В королевской обители, в кресле, сделанном из прекрасных раковин покрытых перламутром и украшенном жемчугом, восседал Неомей. Он не особо отличался от стражей, крупный торс, украшенный золотыми регалиями и толстый чешуйчатый хвост. Только если приглядеться его кожа не казалась настолько зелёной, в ней присутствовали приятные голубые оттенки, делая его, если так можно выразиться, окрас более красивым.

На голове лишённой растительности восседала массивная корона. Кустистые брови темно синего цвета нависали над рыбьими глазами. А под крупным, похожим на огурец носом имелись длинные усы, свисающие ниже подбородка. Губы тонкие, словно заваленные внутрь с опущенными уголками рта, делающие лицо Неомея недовольным с тусклым выражением физиономии.

Он поприветствовал кивком головы путешественников и кисло улыбнулся ларцу с дарами. Идену пришлось рассказать, что Эдвард принц Морских земель и путешествует по свету в поисках невесты.

Тут Неомей растёкся в жидкой улыбке и сообщил булькающим голосом, что с удовольствием покажет принцу дочерей и, возможно, тот сделает свой выбор.

– Но как же мы можем существовать вместе? – спросил Эдвард. Любопытство юноши, как всегда вводило новых друзей принца в недоумение. – Как быть, если здесь я могу находиться с волшебным пузырём, а подводная дева лишь ненадолго выходить на поверхность?

Неомей рассмеялся, и его мерзкий смех заставил Эдварда подумать, что даже Гилмор, который показался ему пренеприятным человеком, гораздо симпатичнее царя Империи Воды.

– Зачем же русалочкам покидать дворец? Тебе стоит лишь умереть, чтобы отрастить хвост и стать тритоном. А там я посмотрю, насколько ты станешь хорошим зятем, чтобы передать тебе трон.

Пока Неомей хохотал, придворные так же кивали в сторону царя, и бульканье, доносившееся из их ртов, поднимало вокруг множество пузырьков, что дало возможность Бекану действовать.

Эдвард не сразу оценил ситуацию, однако маленький гоблин оказался не просто ловким шпионом Горного Короля. Прошмыгнув между рыбьих хвостов знати, он ринулся в следующий зал, где по воспоминаниям Идена и Олана, можно выйти в галерею с великолепной жемчужницей.

Бекан не верил, что сможет так легко выкрасть розовую жемчужину, но, отыскав залу, украшенную розовыми кораллами, жемчугом и подводными цветами, он увидел гигантскую раковину. Она закрыта и спрятана водорослями. Однако через несколько минут раскрылась, показывая взору Бекана чудесную розовую жемчужину на ложе, выстеленном перламутром.

Бекана удивило, что никто не охранял столь ценный артефакт и решил понаблюдать, для острастки.

Его осторожность спасла Бекану жизнь, так как раковина жемчужница сама чудесным образом охраняла свою розовую малышку. Раковина захлопывалась, когда мимо проплывала не только маленькая рыбка, но и просто пузырёк воздуха или случалось небольшое колебание воды. По краям перламутровых створок располагались острые, как бритва зубы, и что-то подсказывало юркому гоблину, что они ещё и наполнены ядом. Он обошёл хищную жемчужницу с задней стороны, подыскивая, что можно использовать вместо распорки, если раковина вдруг попытается захлопнуть зубастую пасть.

Казалось, во дворце всё расположено настолько в должном порядке и на своём месте, что Бекан почти сдался. Тем не менее, удача оказалась на его стороне и, наклонив одну из статуй, гоблин понял, что в воде предметы становятся немного легче. Из рук статуи Бекан вытащил меч, казавшийся на вид довольно таки прочным и, оглядевшись по сторонам, спрятался в зарослях водорослей возле раковины.

Он внимательно рассматривал место расположения жемчужины и убедился в том, что она плотно приросла к розовому мясистому ложу, на котором и покоилась много лет. Створки раковины шумно захлопнулись, обдав гоблина множеством пузырьков. Потом раскрылись снова, и Бекан решил действовать.

Сначала он попытался сорвать заточенным кончиком меча жемчужину с ложа, ударив острием. Створки, вздрогнув, захлопнулись, потом раскрылись, а Бекан ощущал, как пересохло во рту и страшно захотелось пить.

Потом он решил рискнуть и, вонзив меч в нижнюю челюсть раковины, выскочил перед ней, видя, что распорка из каменного меча получилась достаточно крепкой.

Обхватив руками жемчужину, гоблин начал её раскачивать туда-сюда и когда она оказалась у него в руках, пасть жемчужницы, сломав меч, захлопнулась, заполнив зал сотнями тысяч пузырьков.

Бекан перевёл дыхание, а потом сунул жемчужину в заплечный мешок, откуда в воду чуть не выплыли тряпки, ботинки и носки хитрого малого. Однако жемчужину удалось ловко спрятать в длинном колпаке. Теперь его дело отыскать друзей и сообщить им об удачно проведённой операции.

Одно Бекан понимал, что уйти, так просто не получится и немного опасался последствий, если кто хватится ценного артефакта.

Вскоре он вернулся в тронный зал, где отыскал Эдварда и, схватив его за руку, заставил вздрогнуть. Принц приложил палец к губам и только потом на поверхности Бекан узнал, что разговаривая в воде, подвергаешь опасности себя, если хочешь скрыть тайну. Подводные жители слышат даже слова сказанные шёпотом несмотря на то, что на тебе волшебный пузырь.

– Ну, наконец-то я вытащил тебя, мой маленький друг! – воскликнул Эдвард, обнимая гоблина.

Неомей и придворная знать снова покатились со смеху. Иден и Олан кланялись, прижимая руки к груди, пока один из братьев эльфов не сообщил, что они были бы не против осмотреть окрестности, а так же увидеть дочерей правителя.

Эльфы ещё не в курсе, что жемчужина в руках Бекана, но их неосведомлённость сыграла нужную роль в момент, когда новость о пропаже жемчужины заполонила каждый закоулок подводного королевства.

Неомей приказал страже обыскать каждую комнату во дворце, и когда ценная вещь так и не была найдена, приступили к обыску домов знати. Вопрос о том, не могла ли жемчужина оказаться в руках гостей с суши заставила Идена прийти в ярость.

– Это оскорбление! – возмутился он.

– Я приехал искать невесту, а не грабить царя Империи Воды! – обиженно добавил Эдвард, зная, что в просторной одежде Бекана серая котомка сливалась с ним в одно целое и её даже никто не заметил.

– Мы спустились с корабля, не взяв ни одной вещи, кроме ларца с дарами, – добавил Олан.

– А что скажешь ты, мерзкий гоблин? Что ты прячешь под своим тряпьём?! – спросил начальник императорской полиции ведущей расследование.

– Только это, – ответил Бекан, подняв балахон, показывая исподнее, источающее даже под водой отвратительный запах, отчего начальник императорской полиции зажал перепончатой лапой нос.

Вернувшись на корабль, похитители розовой жемчужины не решались заговорить об отважном поступке Бекана и поклялись не заводить разговоры вслух, пока корабль не пересечёт воды Империи и не войдёт в границы Ледяного Королевства.

Эдвард предусмотрительно написал на обрывке бумаги то, что жемчужина с ними и, до окончания плавания в водах Неомея, на все разговоры об украденном артефакте накладывается негласное табу.

Благо Атти и Нейл умели читать, а так же хранить молчание, так как за кораблём долго ещё следовали шпионы императорского величества – прилипалы, они внимательно слушали, о чём говорили чужеземцы.

Убедившись, что гости не совершили ничего заслуживающего порицания, шпионы оставили корабль. До самой границы Ледяного Королевства команда не заводила разговор о похищении розовой жемчужины, готовясь к встрече с королевой эльфов Солвейг, правящей страной эльфов во владениях Исгерд, правительницы государства северной страны.

Глава 3 Ледяная страна и королева Солвейг

Глава 3 Ледяная страна и королева Солвейг

К счастью для мореплавателей погода благоволила долго. Почти всё путешествие ясное небо не хмурилось, а океанский простор до самого горизонта радовал спокойствием.

Тем не менее, после трёх недель похода начался холодный пронизывающий ветер, он трепал паруса и поднимал белую пену на гребнях волн. Испортившаяся погода оповещала, что путники близки к границам Ледяного Королевства, и пора готовить тёплую одежду и молиться богам, чтобы яростный шторм этих мест не обрушился на головы искателям приключений.

Атти расхаживал по палубе, он казался неповоротливым и грузным в козлином тулупе. Вопреки нежеланию надеть его, ему пришлось сделать это, когда суровый северный ветер завёл песню и начал играть на ледяных струнах.

В этих местах море не замерзало, хотя, то и дело срывался мокрый снег, и жителям тёплых стран непривычно оказаться в подобных погодных условиях.

– Мне интересно, что у тебя за волшебный трюм, где есть всё? – как-то спросил Олана Эдвард.

– Я ждал, когда ты задашь мне этот вопрос, – усмехнулся Олан. Собрал волосы на затылке и повязал на шею тёплый шарф. – Наше путешествие наполнено непредсказуемыми поворотами, неизвестно, что понадобится сегодня или завтра. От отца в наследство нам с Иденом достался волшебный сундук. Там всего вдоволь, стоит лишь захотеть поесть или попросить что из одежды. Для похода это особо ценная вещь, и значительно облегчает путешествие. Не нужно брать с собой что-то лишнее, все можно найти в волшебном ларце.

– Это интересно, – кивнул принц.

От длительного похода, то под палящим солнцем, то сквозь нарастающий солёный ветер, рыжие волосы Эдварда сделались тусклыми и спутанными. На щеках появилась щетина, и теперь жители северной страны могли его принять за своего парня, как отметил Иден.

– Хорошо, что путь во дворец королевы Исгерд, проходит через владения Солвейг, – сказал Иден, сжимая штурвал. – Мы пришвартуемся к пристани Белая Звезда и потом отправимся сразу же к королеве эльфов.

– Нам будут необходимы кони, – добавил Эдвард. – Как жаль, что лошадей, что так любезно предложил Варден, пришлось оставить около входа в кварцевую шахту.

На его слова Иден загадочно улыбнувшись, покачал головой. Затем вынул из внутреннего кармана небольшую коробочку и, раскрыв её, показал Эдварду содержимое. Глаза принца округлились от удивления, и он снова сказал, что магия эльфов прекрасная помощь, если необходимо воспользоваться ей.

– Не стоит всегда уповать на магию. – Иден насыпал какого-то порошка в коробочку и под копытами лошадей уменьшенных до размера жука, выросла трава.– Часто приходится делать выбор в пользу не волшебства, а поступков, причём тех, что мы называем отважными, о которых потом складывают легенды.

– Не стоит рассчитывать на то, что если мы эльфы, королева Солвейг с радостью встретит нас, – вставил Олан, усевшись рядом с Эдвардом. Бекан и Нейл одетые в тёплые куртки, меховые штаны и высокие сапоги расположились рядом, как и Атти в козлином тулупе, почёсывающий бородавку на длинном носу.

– Не все эльфы настолько дружелюбны, как вам могло показаться, – кивнул Иден. – Мы давно не были в королевстве Солвейг, и признаюсь, много лет назад ушли в плавание, покинув страну и решив не подчиняться законам королевства. Мы с братом скорее исключение из правил.

– Иден прав, – кивнул Нейл, усмехнувшись в длинную бороду. – Бывал я в этих местах. Было время, когда Калдер сражался с Исгерд, и всему виной Солвейг, мать Эслинн. Это длинная история, но у нас есть время, чтобы Эдвард узнал её.

Принц задумчиво смотрел на гнома, который скрестив ноги, уселся на сложенном одеяле. До прибытия к пристани Белая Звезда оставалось несколько часов.

Нейл рассказывал о том, что сначала никто и не думал о войне. Ни один правитель, если конечно, в его жилах не течёт кровь огненного волка, не захочет развязывать бойню.

Калдер, как и принц, Эдвард, отправился на поиски приключений и невесты, когда был молод, горяч и неразумен. Власть наделила его желанием увидеть мир, а не править Горным Королевством. Пересекая просторы Империи Воды, он спустился под их толщу, но ни нашёл для себя невесты, заключив с Неомеем договор о мире, разделив сферы влияния торговых путей, проходящих через океанские земли у предгорий страны подземных жителей.

Отправившись дальше, Горный Король побывал на островах, где царствовали небольшие государства, о которых никто раньше и не слыхивал. Он пересёк океан, и его корабль вышел к пристани Белая Звезда. На берегу стояла прекрасная девушка, которую он увидел ещё издали стоя на палубе.

Взяв волшебную трубу, с помощью которой можно рассматривать интересующие объекты с дальнего расстояния, Калдер смог лучше разглядеть черноволосую девушку. Её лицо прекрасно – светлая кожа, изумрудно-зелёные глаза, красивый изгиб розовых губ, тонкий нос и высокие скулы. На изящной шее красовалось украшение на кожаном ремешке, на плечи наброшен плащ, сшитый из песцовых белых шкур, а в волосах серебряная диадема украшенная изумрудами и сапфирами.

С первого взгляда сердце Калдера дрогнуло. Он снова и снова смотрел в волшебную трубу, и его желание обладать прекрасной девушкой стало похоже на волну, что набегает на берег.

Когда корабль подошёл к пристани, красавица незнакомка исчезла. Только через несколько дней Калдер, чьё сердце воспылало огнём любви, смог отыскать прекрасную незнакомку.

Попав во владения эльфов, Горный король узнал в королеве ту самую девушку. Звали её Солвейг и правила она маленьким королевством, расположенным в долине между гор, на границе Ледяной Страны.

Маленькое государство подчинялось Исгерд правительнице Ледяного Королевства, куда и направлялся Калдер для переговоров.

Не знал Горный Король, что союз с Солвейг невозможен из-за договорённости с сыном Исгерд Балдером. Только и Солвейг, нарушила уговор с Ледяной Королевой, не смогла она противоречить зову сердца. Это и стало началом неприязни, а в будущем и большой войны.

Только это уже другая история.

В день, когда Солвейг и Калдер встретились, начался снегопад. На мгновение снежинки остановили сказочный танец, замерев в воздухе. Словно стрелами любовь поразила сердца юных правителей, полюбили друг друга Горный Король и Королева Эльфов с первого взгляда. Калдер и думать забыл о встрече с Исгерд, а Солвейг не приехала в назначенный день на собственную свадьбу.

Королева Ледяной страны была в бешенстве и направила к Рубиновому городу войско орков, чтобы призвать Солвейг к ответу.

Ничего не видели и не слышали вокруг влюблённые Солвейг и Калдер, который был так же молод и безрассуден.

Они проговорили весь день и всю ночь в замке королевы эльфов, а на утро, когда к стенам подошло войско орков, Солвейг вспомнила о своём обещании Исгерд. Как не хотелось ей расставаться с Калдером и становиться женой ленивого и заносчивого Балдера. Но слово, данное особой королевской крови, слишком дорогого стоит, чтобы нарушить его. Слово чести.

Солвейг не знала, как поступить, а Калдер решил, что Исгерд не должна разрушать их будущее.

– В итоге, – тяжело вздохнул Нейл, поглаживая бороду. – Солвейг не захотела уезжать с ним. Исгерд призвала королеву эльфов к ответу и после отбытия корабля Горного Короля состоялась свадьба Балдера и Солвейг. Калдер уехал в печали, а потом вернулся с армией. Однако не мог и поверить, что любимая предала его. Ему было плевать на данное ей слово Исгерд. Началась долгая и кровопролитная война между Горным Королевством и Ледяной страной. Солвейг возглавила войска эльфов и через несколько лет битвы, Калдер отступил. Только перед отъездом он узнал о том, что Эслинн его дочь. Его люди выкрали девочку и увезли под покровом ночи на судно короля.

– И как же Солвейг позволила это делать?! – изумлённо воскликнул Эдвард, не понимая, как мать могла так просто распрощаться с дочерью.

– Балдер знал, что Эслинн не его дочь и постоянно упрекал Солвейг в измене, хотя на тот момент они не были даже помолвлены. Солвейг решила, что для Эслинн так будет лучше.

Нейл отвёл глаза в сторону, а потом указал на выплывающий из тумана скалистый берег маленькой гавани.

Корабль, словно деревянный остров, причалил к пристани, только никто не встретил его в мрачном и холодном порту.

Туман, казавшийся живым, окутал дома и стелился по мёрзлой земле. Никогда ещё Эдварду не было так холодно. Ветер пел заунывную песню, безмолвие царило вокруг, и лишь со стороны тёмного хвойного леса доносился волчий вой.

Принц поёжился, натянув на голову капюшон, вспоминая о волшебном ларце братьев эльфов.

Холодный воздух обжигал лицо, окрасив щеки румянцем. Юноша потёр нос и повернулся к друзьям:

– Куда же мы направимся сейчас?

– К Солвейг. – Олан вытащил коробочку, где хранились уменьшенные до размера сверчка кони и что-то проговорил над ней. Через минуту рядом появились лошади: гнедая кобыла с длинной шерстью, на которой так комично смотрелись Бекан и Нейл, вороной конь Идена, белая в серых яблоках кобыла для Эдварда и ещё гнедой поджарый конь со звёздочкой белого цвета на лбу, принадлежащий Олану.

Пятнистый вол, на которого взобрался Атти, пыхтел и рыл мёрзлую землю передним копытом. Из ноздрей животных валил пар, а наездники, закутавшись в меховые плащи, двинулись за Иденом, помнящим дорогу к городу, где прошло его детство.

Портовый город словно вымер, тишина, холод и пустота бродили между домами. Ни одной живой души не повстречали путники, и это обстоятельство не просто удивило, но и насторожило братьев эльфов.

– Всё это очень странно, – бросил Олан брату и, обернувшись к товарищам, махнул рукой в перчатке, – прибавим ходу!

– Тут всегда было многолюдно, – проговорил Иден вполголоса. – Словно какая-то напасть постигла городок.

– Об этом узнаем, когда подойдём к стенам замка Солвейг, Рубиновый город расположен за лесом, – кивнул Олан. – Интересно, что здесь произошло?

Иден пожал плечами, ничего не ответив брату. Эдвард, видя их жесты и слушая обрывки разговора, понимал, что обстоятельства складывались не лучшим образом. Мысли об Эслинн воодушевляли его и успокаивали проклёвывающиеся ростки страха в душе.

Он верил, что если с чем-то не справится сам, друзья помогут, ведь за пусть и короткое время они стали настоящей сплочённой командой и каждый мог положиться друг на друга.

Минуя портовый город, пересекая заснеженную пустошь, путники подошли к негостеприимному лесу. Медленно продвигаясь между деревьями, товарищи то и дело слышали, то рычание волков, то плач шакалов, карканье воронов, словно на погосте и дыхание чего-то страшного, что наблюдало за ними.

Никогда бы Эдвард не подумал, что жажда к приключениям заведёт его в непроходимые дебри наполненные опасностью. Но спросите, жалел ли он о принятом решении, что отправился в странствия? Нет. Принц понимал, что, не узнав мира окружающего королевство, он не сможет править в будущем так же справедливо, как и его родители. Познав другие народы, вынеся на своих плечах испытания, Эдвард надеялся обрести мудрость и понимание, что каждое существо, неважно человек это или нечто другое имеет право на жизнь и свободу выбора. И что в конечном итоге у каждого есть своя цена и за поступки в любом случае приходится расплачиваться и пожинать плоды своих деяний.

Замок Солвейг, окружённый высокими соснами и елями стоял, как мрачное напоминание о прошлом. Путников не встретила, ни стража, ни придворные королевы или кто-нибудь из слуг.

Беспрепятственно товарищи вошли за раскрытые ворота, удивляясь царившему здесь запустению.

– Как странно. – Олан остановил коня и огляделся по сторонам. – Тут что-то произошло.

– Что-то нехорошее, – согласился Бекан, потирая ладони в меховых перчатках. – Если бы это была эпидемия, мы бы встретились с мертвецами. Я помню чёрную смерть, когда жители подземелья падали, на ровном месте скошенные, словно колосья.

– Да, – кивнул Нейл. – Так и было, но будто все покинули замок.

– Словно королевство Солвейг растворилось в воздухе, или это место настигло чьё-то проклятие, – отозвался Эдвард, услышав, как дрогнул его голос. – Но, что нам мешает обследовать дворец и, возможно, отыскать ответы?

– Ты прав, Эдвард, – ответил Иден, – замок достаточно большой, и я предлагаю разделиться. Олан, Нейл и Атти пусть осмотрят северное крыло дворца, а мы с Эдвардом и Беканом займёмся южным. Олан, встречаемся в зале, где фонтан.

– Хорошо, брат, – кивнул Олан, спрыгивая с коня.

Привязав животных к коновязи, странники, разделившись на две группы, разошлись по некогда светлым и воздушным галереям замка Солвейг.

Теперь же здесь хозяйничал ветер. Листья, сухие хвойные иголки вихрь нагнал в длинные коридоры. Паутина свисала тут и там, и теперь во дворце обитали громадные черные пауки, покрытые щетинистым покровом. Эдвард, сжимая рукоять меча, готов отразить нападение, но кроме пауков, крыс и чёрных воронов в замке никого не встретилось.

Зайдя в одну из комнат, Эдвард услышал голос. Он тихий и обволакивающий, таким, наверное, заманивает смерть в свои сети, подумал принц.

– Ты меня слышишь? – теперь Эдвард слышал отчётливо бархатистый голос и, оглядевшись, не нашёл его обладателя.

– Кто здесь? – спросил юноша.

– Подними голову, – послышалось с потолка.

Эдвард глянул вверх и увидел, как под высоким потолком в густой паутине раскачивается паук величиной с кролика. Шерсть у него рыжая, а на лапах чёрная. Хозяин восьми ног, по-стариковски посмеиваясь, просил Эдварда не пугаться.

– Отчего мне бояться тебя, паук, – невозмутимо ответил принц.

– Все не любят нашу братию, – усмехнулся паук. – И не тебе доказывать мне обратное. Никто из тех, кто вошёл в замок Солвейг не понимают язык животных. Никто кроме тебя.

– Но я…– начал было опешивший Эдвард, вдруг вспомнив селезня у реки и своего коня. Такое случалось с ним раньше, но никогда принц не задумывался, что это дар. Особый дар, который сможет во многом помочь постичь недоступные большинству людей тайны.

– Всё-таки вспомнил о своём таланте? Это хорошо. – Паук, посмеиваясь, спустился ниже. – Мне известно, что ты принц, из рода рыжих, которые правят Морскими землями.

– Откуда ты знаешь это? – недоумевая, поинтересовался Эдвард.

– Наверняка твоя мать златовласая королева Селма. А я родом из Марингарда, где пауки плетут золотую пряжу. Не спрашивай, как я оказался здесь. Один из кораблей причалил к берегу, и я прибыл в замок Солвейг. – Паук помолчал немного и продолжил. – Тебе, наверняка не интересна моя жизнь, а вот то, что случилось здесь, заслуживает внимания.

– Думаю, я не каждый день общаюсь с пауками и выслушиваю их исповеди, – улыбнулся Эдвард, – мне на самом деле интересно поговорить с пауком, знающим мою матушку.

– Но вы спешите, молодой принц, – добавил паук, спускаясь на паутине ниже, остановившись напротив лица Эдварда. – Замок покинули после того, как Исгерд выпустила белого демона Биргера, обитающего в подземном озере Холгер. Пауки, почувствовав его приближение, попрятались в щелях и дырах замка. Эльфы ушли с королевой, но не всем удалось спастись. Ведь яд Биргера в основном смертелен, хоть его и используют для исцеления. Я слышал, что королева эльфов сказала – это пророчество всё-таки сбылось, белый Биргер накроет тенью смерти замок Солвейг. Если только отыскать волшебную флейту Исгерд, тогда возможно усмирить белого демона-змея.

– Я слышал об этом музыкальном инструменте, – вздохнул Эдвард. – Но, куда нам двигаться дальше?

– В замок Исгерд, – тихо прошипел паук, – твои друзья эльфы знают, где это. Только берегитесь гнева Биргера, сейчас, когда эльфы покинули стены города, тишина успокаивает белого змея. Поэтому не шумите.

Рыжий паук раскачивался перед лицом Эдварда и теперь не казался таким отвратительным существом. Шесть пар блестящих чёрных глаз расположенных на мохнатом теле изучающе разглядывали принца и осматривали комнату, паук всегда оставался начеку.

– Спасибо, рыжий паук, – ответил Эдвард, прикладывая руку к груди, и почтительно склонил голову.

– С кем ты там разговариваешь? – спросил неожиданно вошедший Бекан. Его прежде зелёная кожа стала почти серой от холода. Капюшон плаща делал гоблина нелепым, и вид коротышки вызвал на лице Эдварда улыбку.

– Идём. Я узнал кое-что и не стоит осматривать замок. Сейчас главное укрыться и стараться действовать, как можно тише. – Эдвард вышел в коридор, столкнувшись с Иденом.

– Мне кажется или в этой комнате, ты услышал ответ на то, что нас так волнует, Эдвард? – спросил эльф.

– Да, Иден, и так можно сказать.

Принц взглянул в окно, за которым падали крупные снежинки и вкратце рассказал о своей способности понимать язык животных, и о том, что поведал ему рыжий паук.

Историю паука Иден и Бекан нашли не лишённой смысла, приняв решение спуститься в бальный зал, где высохший фонтан напоминал о прежних временах правления Солвейг. Тут и уговорились встретиться с Оланом, Нейлом и Атти.

– Ты когда-нибудь видел Биргера? – тихо спросил Эдварда Олан, сделавшись бледным, как полотно.

– Нет, конечно, о нём я слышал только от Вардена.

– Он не просто змей или дракон, его очень сложно увидеть, – уронил Олан. – Как-то рассказывали, что попытался один человек добыть яд Биргера, чтобы излечить тяжело заболевшего ребёнка. Принёс он флейту, выучил мелодию, что усмиряет белого демона, и когда расколол лёд подземного озера Холгер, встал на берегу в ожидании. Вот только змей слишком быстро оказался перед человеком, и одним лишь взглядом заставил того застыть в оцепенении. Слишком поздно поднёс флейту к губам обречённый на гибель, а коварная Исгерд не сказала несчастному, что как только он расколет лёд озера, пора поднести флейту к губам, чтобы зачаровать змея.

– Интересно, почему Исгерд не предупредила его? – возмутился Эдвард.

– На то она и правительница, которую называют Ледяной Королевой! – горько усмехнулся Нейл.

– Паук сказал, чтобы мы не шумели, тишина сейчас должна стать нашим другом. Но, если Биргер не во дворце Исгерд, что он ищет здесь? – снова поинтересовался принц.

– Думаю, он ищет… – На мгновение Иден замолчал, приложив палец к губам и, прислушавшись, договорил шёпотом: – Белый змей ищет нас. Только так можно объяснить происходящее здесь.

– Кто-то донёс Исгерд о нашем прибытии, – предположил Бекан, – и что нам теперь, прятаться? Отсиживаться здесь, пока Биргер не вернётся в воды Холгер?!

– Это всё сложно, – выдохнул Нейл.

– Что может убить Биргера? – спросил, всё это время молчавший тролль Атти.

– Нам не нужна его смерть, – покачал головой Эдвард – Нам нужен его яд. Но как же добыть его?

– Да, это вам не жемчужину из хищной раковины спереть, – добавил Бекан. – По мне во дворце Неомея нам просто свезло.

– Возможно, – Иден, сжав губы, скрестил руки на груди, и, повернувшись к окну, молча наблюдал за падающим снегом.

– Быть может, стоит отправиться к Исгерд? – осторожно спросил Эдвард.

– Это исключено, – отмахнулся Олан. – Но, в тоже время, где сейчас Солвейг, мы рассчитывали на её помощь, а теперь наши планы наткнулись на стену неизвестности.

– И всё же, Олан, я считаю, что кому-то из нас стоит отправиться во дворец Исгерд или у вас есть другой план? – поинтересовался принц.

– Королева Солвейг может находиться в лесу, – пробормотал Иден, потирая озябшие пальцы. – Мы можем переночевать в одной из комнат замка, не стоит сейчас покидать его.

– Рыжий паук сообщил, что Биргер невидимое существо днём и увидеть мы его сможем только на рассвете или закате дня, – сказал Эдвард и добавил, – ну, ещё и ночью. Только кому придёт в голову идея искать его во мраке.

– В этом мало толку, – отмахнулся Нейл, – в любом случае, даже если ты увидел его, значит, и белый змей заметил тебя и тогда смерти точно не миновать.

– А разве он такой кровожадный? – не унимался Эдвард, – если он всё это время жил в озере Холгер, и если предположить, что именно Исгерд выпустила его, значит, для этого существует какая-то цель. Не так ли?

– Так это или не так мы сможем понять, спросив у кого-нибудь из местных жителей, – вставил Бекан, – коих я пока не заметил. А искать Солвейг…мм-м, хотя рискнуть можно, и я бы мог отправиться на поиски королевы, если она укрылась в лесу.

– Вместе с целым городом эльфов? – с неким сарказмом спросил Олан. – Тут что-то не так. И если горожане покинули это место из-за Биргера, где они могли укрыться?

Тут Эдварду пришла мысль, которой он сразу же решил поделиться с друзьями, и ход его размышлений привёл в нужное русло.

Из замка Солвейг вниз вело множество подземных ходов, как проникнуть туда пока никто и не догадывался. Попасть в подземелье под замком Королевы Эльфов не просто усложняло задачу, как для любого чужеземца, так и для белого змея, если, конечно, Исгерд наслала его для того, чтобы уничтожить королеву.

На королевской кухне сложно чем-то разжиться, зато спустившись в погреб, незваные гости замка обнаружили не только вяленое мясо, сыр и масло, но и, вино.

– Или у них так много припасов, или жители замка уходили в спешке, ничего не взяв с собой. В чём я сомневаюсь, если верить рыжему пауку, который сказал, что Солвейг знала о приближении Биргера. – Эдвард с аппетитом уплетал копчёную грудинку, забыв о манерах и приборах, словно горный тролль.

Сложнее всего накормить довольно таки проголодавшегося Атти, который зараз съел свиную рульку, головку сыра и выпил бутылку вина. Вино Эдвард оценил, вкусное и не очень хмельное, по его словам, оно напомнило ему о доме. Единственное, после сытного обеда сон медленно, но верно начал петь тихую песню.

Путники решили отдохнуть, оставив на страже Нейла. И к счастью их сон никто не потревожил. Гном, немного задремав, не слышал, как что-то пронеслось около входа в погреб. Оно задержалось около двери, принюхалось, словно искало кого, а потом убралось прочь.

Нейл теребил длинную кудрявую бороду, а потом, вытащив трубку, раскурил её, наполнив помещение табачным дымом.

Закат вползал в окна замка, цепляясь за стены, полы и окна розовыми щупальцами. Они становились багровыми, удлиняя тени и оповещая, что ночь может наступить куда быстрее, чем хотелось.

– Я думаю, не очень хорошая идея отправиться в полумраке замка на поиски тайного хода, – заметил Эдвард. – Не то, что я испытываю страх…

– Нет, это разумное решение, – согласился Иден. – Тем более считаю, что Биргера не стоит опасаться пусть и в морозный, но солнечный день. Его стихия ночь.

– Однако стоит оставаться настороже, – ответил Бекан, вызвавшись сменить Нейла. – И если вдруг сон подло попытается сморить меня, Эдвард, я надеюсь на твою сознательность.

Эдвард улыбнувшись, потрепал по лысой макушке гоблина, ощущая, что теперь все они стали настоящими друзьями.

Ночь решено провести в погребе. Эдвард и Бекан встали на посту, тихо разговаривая в полголоса. Запертая дверь скрывала путников от взора белого демона, но он знал, что пришедшие из-за океана в погребе, и не спешил добраться до них. У него иная цель.

В час быка, когда время замерло на трёх часах ночи, принца и гоблина сменили Иден и Атти.

Громкий бой часового механизма, казалось, мог пробудить ото сна и мёртвого. Хотя Эдвард и Бекан заснули сразу. Зелёный гоблин наполнил погреб громким храпом, что не дало сомкнуть глаз великану Атти и эльфу Идену до рассвета.

Утром, поёжившись от холода, первым раскрыл глаза Олан, перед ним промелькнуло видение – старуха Исгерд мчится в санях, запряжённых большерогими оленями, в их глазах горит пламя, а из-под копыт вылетают искры. Из ноздрей валит пар, а королева Ледяной Страны грозит пальцем Олану и исчезает в тумане.

Он нахлобучил на голову меховую шапку, потирая озябший нос. Изо рта шёл пар, и проснувшийся Нейл, растирая руки, заметил, что стало холоднее.

– Пора начать поиск тайного хода, – проговорил гном, поднимаясь на ноги и разминая затёкшее тело.

– Надо подкрепиться напоследок, – протянул, зевнув во весь рот Атти.

– Это верно, – ответил Эдвард, пытаясь найти кроме вина обычной родниковой воды. Только его попытки остались бесплодными, и пришлось утолять жажду королевским вином снова.

Отыскав факелы, искатели приключений не поленились взять с собой немного припасов и приступили к поиску входа в подземелье. Это здравая мысль, уйти тайным ходом в убежище, размышлял Эдвард, и теперь осталось только найти ту самую дверь, что приведёт их к Солвейг.

Зная хитроумные замки и потайные двери королевских покоев, в поисках особо пытались преуспеть Эдвард и братья эльфы. Однако вход в подземелье случайно отыскал Атти, чем удивил товарищей. Громила улыбался, его неровные зубы уже не казались принцу ужасными и, открыв дверь, Атти указал на каменные ступени ведущие вниз.

– Только не был бы этот тайный проход ловушкой, – отчего-то предположил гоблин Бекан, ищущий часто подвох, и старавшийся держать острые уши востро. Из подземелья веяло холодом, и Нейл, поёжившись, сообщил, что даже в пещерах Горной страны он не ощущал подобную стужу.

Эдвард первым зажёг факел и направился вниз по ступеням, увлекая за собой остальных товарищей.

Чем ниже они спускались по ступеням, тем больше появлялось ощущение, что до них уже кто-то был здесь. Тут и там виднелись следы от расплавленного воска, а так же копоть на стенах от факелов.

Бекан подобрал женскую сумку, в которой лежало шитье и кусок засохшего хлеба.

– Они наверняка торопились и всё, что могли положить с собой, оказалось слишком малым, чтобы остановиться в подземелье на долгое время, – заметил Олан, повертев в руках похожую на камень краюшку.

Но и терпение их вскоре вознаградила удача. Путников остановила дверь, которая оказалась запертой, и Нейлу пришлось вспомнить навыки взломщика, за что в юности его нещадно колотил отец.

– Ну, что там у тебя, Нейл?! – у Бекана лопалось терпение.

– Может, я просто плечом её? – подал голос Атти. – Что проку возиться с…

Он не договорил, замок поддался, и дверь со скрипом отворилась.

В открывшемся проходе оказалось немного теплее, и вскоре путники увидели свет, а потом и воинов эльфов, появившихся словно ниоткуда.

На мгновение в воздухе повисла пауза, а потом один из эльфов узнав Идена с Оланом, замешкался:

– Давно не видел вас в королевстве, – уронил тот, что был с волосами пепельного цвета и зелёными глазами.

– Мы шли в Ледяную Страну, – ответил Иден, – но происходящее в королевстве Солвейг заставило нас задержаться.

– Нет больше королевства, – уронил второй эльф, что ниже ростом с каштановыми волосами и острыми длинными кончиками ушей.

– Кто с вами? – спросил, прищурившись тот, что выше, мотнув головой в сторону Эдварда и остальных незваных гостей.

– Эту историю будет интереснее послушать Солвейг, – ответил Олан за брата. – А нам любопытно, что случилось здесь? В лесу какой-то странный воздух, словно самое страшное Зло вырвалось на свободу.

– Ты правильно мыслишь, Олан, – согласился невысокий эльф и попросил, чтобы путники следовали за ними. – Думаю, Солвейг будет рада вам, братья.

Эдвард впервые оказался в сообществе, где только лишь эльфы. Зная их надменную натуру, его не удивило, что, не замечая троллей и гнома, они вели диалог лишь с Иденом и Оланом.

Покои королевы удивили аскетичным обликом. Солвейг, в отличие от Калдера, казалось, не растеряла молодость и красоту, оставаясь всё той же юной прелестной девушкой. Только в глазах кроме света и мудрости появились усталость и отчаяние. Да и руки выдавали возраст. Если с помощью волшебства Солвейг могла сохранять молодость, некоторые признаки всё-таки не могли обмануть взгляд опытного мужчины.

И если Эдварду она показалась немногим старше его, Иден и Олан знали, сколько на самом деле лет королеве.

На ней простое платье, в цвет изумрудных глаз. Чёрные волосы аккуратно собраны в высокую причёску. Эдвард разглядывал Солвейг, пытаясь понять, чего они могут ожидать от этой встречи, и что королева поведает странникам.

– Очень интересно увидеть вас снова братья эльфы. – Солвейг подняла руку, поприветствовав вошедших путников. – Какая у вас, однако, интересная подобралась компания, – она усмехнулась, посмотрев по сторонам. Потом с губ слетела улыбка, уступая место скорби и бессилию. Королева пыталась не выдавать накопившихся чувств и продолжила. – В непростое время вы решили посетить королевство. Исгерд сумасшедшая старуха, совсем лишилась рассудка.

– А где же твой супруг Балдер? – спросил Иден. – Я смотрю со времени нашего отъезда многое, что изменилось.

– Вы неспроста приехали, ведь так? – въедливо спросила Солвейг. – Глядя на твоих спутников, Иден, чутье подсказывает, что Калдер отправил вас в Ледяное Королевство.

– Нет смысла скрывать, что ты в чём-то права, Солвейг, – ответил Олан, представив друзей, а Эдварду дав возможность рассказать о том, что привело его сначала к Калдеру, потом в Зелёный Дол, а так же Империю Воды.

Эдвард говорил спокойным ровным голосом, понимая, что Солвейг не так проста, как показалась ему раньше. Это несчастная старая королева, скрывающая морщины и седые волосы чарами, преданная и униженная собственным мужем и его матерью.

Она внимательно слушала рассказ Эдварда, в который иногда вступали братья эльфы, Бекан и Нейл. В какой-то момент принцу показалось, что взгляд королевы потеплел, и она прониклась услышанной историей.

– Рассказ достоин внимания, – улыбнулась она. – Но вам не нужно идти к озеру Холгер. Коварная Исгерд выпустила белого демона, чтобы он уничтожил королевство эльфов, и теперь Биргер охотится в ночи, чтобы насытить чрево и утолить жажду убийства.

– Чем же ты разгневала ведьму?! – рассмеялся Иден. Однако смех его оказался в стенах подземелья неуместным и, откашлявшись, он попросил Солвейг рассказать, что произошло между ней и королевой Ледяного царства.

Солвейг выдержав паузу, кивнула Идену и начала рассказ, в котором не было ничего удивительного и сверхъестественного. Слова, сказанные необдуманно в один час сделали своё дело, став жестоким оружием в руках Исгерд.

Мать Балдера не простила увлечение Солвейг и то, как пригашенные гости на свадьбу не увидели невесты её сына.

– Ты отдала свою честь заморскому страннику. Горный Король наш давний враг, и, разделив с ним ложе и мысли, ты осквернила не только себя, Солвейг. Ты сделала посмешищем всех нас в глазах народа Ледяной страны.

– Это дело прошлое, Исгерд и теперь ничто не связывает нас с Калдером. Он ошибка юности и ради сохранения брака и наших отношений, я позволила ему увезти Эслинн, чтобы проститься с ней навеки.

Глава 4 Исгерд

Глава 4 Исгерд

– Старуха Исгерд уже сдавала и уже не та, некогда сильная правительница. Уже несколько лет назад, её рассудком завладела болезнь, о которой пока никто и не догадывался, – продолжила Солвейг. – Когда я сообщила, что до меня дошли вести об Эслинн, пленённой королём Зелёного Дола, Исгерд ехидно заметила, что лучше бы я подарила дитя и наследника Балдеру. Как я могла признаться в том, что сына Исгерд интересует лишь набивать брюхо едой и крепким элем.

С некоторых пор, Балдер всё чаще стал ездить в Ледяное Королевство, и всё больше в его словах я слышала голос Исгерд. Он велел ему поступать так, а не иначе. Мне стало сложно выносить его присутствие. «Стерпится и слюбиться» – стало моим проклятием, от которого я не могла избавиться.

Хотя Балдер сам не ведая того избавил меня от мучений совместной супружеской жизни. Однажды он объелся привезёнными фруктами из-за океана, запивая их молодым элем. Так и умер в собственной блевотине. До сих пор его мерзкий образ стоит перед глазами. Но только Исгерд обвинила меня в заговоре и убийстве Балдера, выпустив из озера Биргера.

– Я слышал, Биргера можно усмирить с помощью волшебной флейты, – как бы невзначай вставил Эдвард.

Солвейг скрестила руки на груди и мрачно усмехнулась:

– Ты прав, мальчик, только как добыть то, что находится во дворце Исгерд. Всё не так просто, как кажется.

– Это понятно, – кивнул принц. – Но мы должны сделать это. Нам необходим яд Биргера.

Она удивлённо вскинула брови, покачала головой, а потом по-девчоночьи рассмеялась, махнув рукой, словно Эдвард высказал глупость.

– Яд Биргера? Так бы сразу и сказали. – Солвейг взглянула на эльфов стражников, что привели иноземцев. – Только интересно для чего он вам нужен?

– Не стану скрывать, – Эдвард взглянул на, все это время молчавших, Идена и Олана. – Твоей дочери Эслинн угрожает опасность. А как иначе, если она в плену у Вардена, короля Зелёного Дола.

Королева попыталась скрыть волнение, охватившее её, однако бледность лица и дрожащий подбородок выдали чувства матери.

– Калдер с помощью придворного мага Тревора наложил на реку, протекающую через Зелёный Дол заклятие. Все дочери Вардена обратились в камень, как и любой, кто ступал в холодные воды горной реки.

– Да, – протянула Солвейг, поднимаясь с трона, – натворил снова дел Горный Король…

В её голосе сквозили горечь и разочарование, однако Олан слышал в нём и сожаление о былых чувствах.

– Мало того, Солвейг, – продолжил Иден. – Эслинн взглянула на Эдварда и теперь его решимости прибавилось. Тебе же известно, что каждый взглянувший на неё, обречён на власть любви. Если Эслинн не ответит взаимностью, через год его сердце превратится в камень и рассыплется на куски.

– Об этом я впервые слышу, – на лице Солвейг появилось выражение крайней озабоченности, – и мне неведомо откуда у неё подобные способности.

– Теперь уже не в этом дело, – ответил Эдвард. – Расскажи, как добраться до дворца Исгерд, и мы попытаемся договориться с ней.

– Зачем, ведь яд хранится в моих покоях, здесь во дворце.

– Как ты не понимаешь, королева, что сейчас у тебя есть возможность расправиться с Биргером и спасти своих людей. Даже если тебе не хочется делать этого, мы не можем отступить, зная низменные желания его повелительницы.

Эдвард в упор смотрел в зелёные глаза Солвейг. Они так похожи с Эслинн. Он вспомнил её, и его сердце забилось и затрепетало.

– Тем более моя матушка больна, и я хотел бы завершить поход как можно скорее, и быть может яд Биргера пригодиться для того, чтобы излечить и её, а не только для того, чтобы приготовить магическое зелье для Вардена и заколдованной реки.

Иден смотрел на принца и понимал, насколько повзрослел юноша. Теперь перед ним не мальчик, а мужчина, готовый идти до конца.

– Вы знаете, где искать Исгерд? – спросил принц Олана. Тот мрачно кивнув, задумался, как действовать дальше и что на их визит предпримет королева Ледяной страны. Армия орков им точно не по зубам, пусть у них в арсенале таких, как Атти с десяток. И тут необходимо действовать, применив хитрость.

– Поэтому не стоит мешкать. Биргер спит и до захода солнца не выберется из логова, которое он устроил неподалёку от замка. Чем ты сможешь помочь нам, Солвейг? – Эдвард настойчивый юноша, и его не смущали регалии королевы. Королевское происхождение придавало уверенности, что он действует верно, как и твёрдости его голосу, возможно, поэтому королева немного смягчилась.

– Хорошо, – почти сдалась Солвейг. – Мне важно, чтобы с Эслинн нечего не случилось плохого. Бедная девочка не должна отвечать за несдержанность родителей.

– Хотела бы ты, Солвейг увидеть её? – как бы невзначай спросил принц. – Я думаю о том, что всё можно изменить, и быть может и твоя жизнь стала куда лучше, чем сейчас.

Солвейг, сжав губы, ничего не ответила, хотя слова Эдварда тронули её.

– За горным хребтом раскинулось Ледяное Королевство – владения Исгерд. И добираться туда на лошадях двадцать дней пути. К счастью, мои подданные успели принести в убежище волшебное зеркало, с помощью которого вам удастся попасть прямо во дворец правительницы. Как вам эта идея?

Эдварду, наконец, показалось, что королева немного воспрянула духом, и Бекан всё это время молчавший, подал голос:

– Но как мы объясним появление во дворце?

– Да, забыл представить нашего товарища – это Бекан, – вставил несколько слов Эдвард. – И я поддерживаю вопрос друга. Мы не знаем дворца Исгерд и самое главное, как я понимаю, необходимо отыскать волшебную флейту.

– Разрешите добавить одну мысль, Ваше Величество. – Эльф воин с каштановыми волосами приложил руку к груди и поклонился.

– Говори, что ты придумал, Гуннар. – Солвейг кивнула ему.

– Во-первых, я отлично знаком с замком Исгерд, и мне достаточно взять с собой одного из ваших, – он кивнул в сторону пришедших с юга гостей. – Флейта в окрестностях озера Холгер, её не сложно найти, а если напеть ту самую мелодию, а мне известна она, флейта подчинится, и будет слушаться. Кто захочет отправиться со мной и неважно насколько каждый из вас обладает теми или иными достоинствами, решит жребий. Так, думаю, будет правильно.

– Верные слова говорит твой подданный Гуннар, – кивнул гном Нейл. – Потому что каждый из нас хочет отправиться в замок Исгерд, так и помочь избавиться от коварного Биргера. Но всем вместе во дворце появляться не особо хорошая идея, и думаю, мы так и сделаем, как предложил этот маленький эльф.

– Да, несмотря на короткий рост, язык у тебя длиннее, чем, кажется, – бросил Гуннар, явно обиженный, что его назвали маленьким эльфом.

Однако никто не стал вступать в полемику, товарищи приняли решение отправляться во дворец Исгерд, пройдя сквозь волшебное зеркало.

Мрак. Потом дыхание холода, обжигающее лёгкие, а ещё страх, бьющийся в захлебнувшийся от ужаса рассудок. Голоса повсюду, стоны, а потом и крики. Эдвард сжал руку Гуннара, не пытаясь выглядеть смелым и решительным. В такой переплёт он не попадал ни разу, и неизвестность настораживала.

– Обратного пути нет, Эдвард, – прошептал Гуннар. – Сможешь ли ты вернуться к пристани через горы, если волшебное зеркало станет для нас закрытым?

– У меня нет выбора, Гуннар. Солвейг нужна наша помощь.

Эдвард разжал пальцы, выпуская руку Гуннара из ладони. Они очутились в тёмном зале с высоченным потолком, своды которого покрыты сталактитами или сосульками. В полумраке сразу и не понять, что на потолке и стенах галереи. Холодное дуновение ветра оповестило, что в замке они не одни и, прижимаясь к стенам, эльф и принц двинулись по известному лишь Гуннару пути.

Озеро Холгер в подземелье замка, куда проход открыт. Ни одного стражника или воина орка не встретили незваные гости на пути.

Гуннар, покачав головой, заметил, что это очень странно.

– Возможно, сейчас и охранять в замке нечего, – предположил Эдвард.

– Не думаю, – мрачно отозвался эльф.

Ступени крутой лестницы скользкие. Чем ниже Гуннар и принц спускались, тем больше на стенах инея, который превратился в настоящую ледяную корку. Эдвард немного согрелся от быстрого шага, а сердце учащённо отбивало ритм. Под конец пути они двигались по ступеням изо льда, словно спускались в царство снежного дракона.

Каждый звук, здесь, распадался на множественное эхо, и пусть слова произнесены шёпотом, всё равно они превращались в цепочку звуков. Словно сотня отражений в искривлённом зеркале. Сначала слово слышалось в том тоне, что и было произнесено, а потом на тон выше или ниже, словно странное эхо смеялось над чужаками.

Путники предпочли обмениваться знаками, чтобы не будить спящую тишину. Как и предполагал Гуннар, флейту, оказалось, найти слишком легко. Она лежала, словно брошенная кем-то на ледяном камне. В озере зияла рваная дыра, которую проделал Биргер. Она так и не затянулась льдом, словно призывая нырнуть в прозрачные воды Холгер.

– Что-то здесь не так, – покачал головой Эдвард, понимая, что удача в этом месте будет явно не на их стороне.

– У нас есть выбор? – спросил Гуннар, уже не вслушиваясь в уродливое эхо. – Биргер не вернётся сюда, а с Исгерд ты сможешь договориться. Надеюсь, на это.

Он протянул руку и дотронулся до волшебной флейты. Она задрожала и раздражённо запела, коверкая ноты, наполняя подземелье резкими звуками. Гуннар сжал её сильнее, поднося к губам, пытаясь сыграть верную мелодию.

Флейта подчинилась. Эдвард с удивлением взирал на укрощение волшебного музыкального инструмента, пытаясь запомнить мелодию.

Через какое-то мгновение, эхо стало вторить нотам музыки и успокоилось, словно задремало в недолгом сне.

Не выпуская флейты, Гуннар, махнул рукой, и Эдвард последовал за ним. Он вспомнил последние минуты во дворце Солвейг, когда друзья принца стояли у волшебного зеркала и делали выбор.

Жребий пал на Эдварда и теперь от него многое зависело, однако он не был уверен в силах, а пытался просто запомнить мелодию, чтобы суметь совладать с белым демоном Биргером.

Как и следовало ожидать, в просторном зале, где под потолком ледяные сосульки напоминали необычные люстры, их поджидало четверо орков из королевской охраны. Они двухметрового роста, с длинными мускулистыми руками. Цепкими пальцами орки ловко подхватили Гуннара, не выпускающего флейту. Лица стражников тёмные с грубой кожей, а голова полностью лишённая растительности точно и не имела шеи. Кожаные штаны, латы и меховые короткие плащи говорили о том, что эти орки не из простых вояк.

Одному из них всё-таки удалось вырвать флейту из рук Гуннара. Подхватив за шиворот, двое потащили его, оставив Эдварда в полном недоумении.

– Эй! – крикнул обескураженный принц, отправившись вдогонку за орками, волочащими побледневшего, но стойко упирающегося, Гуннара.

Орки словно и не замечали принца, пока не вломились в тронный зал, где на высоком постаменте с каменной спинкой, украшенной горным хрусталём, восседала королева ледяной страны.

Она, рассмеявшись, приказала оркам отпустить эльфа:

– И это всё, что осталось от славного войска Солвейг? – спросила она, тыча пальцем в Гуннара, – всего лишь жалкий эльф, не имеющий привилегий, самого низкого сословия?!

– Не стоит пустыми насмешками опускать свою и без того пошатнувшуюся репутацию, Исгерд! – выкрикнул Эдвард, уставший бежать за орками.

– И кто это осмелился упрекать меня в глупости?! – воскликнула Исгерд нахмурившись. – Ты, рыжеволосый мальчишка?!

– Принц Эдвард, наследник короля Брайса из королевства Морских земель, – ответил принц, приложив руку к груди и поклонившись. – Мы пришли в замок не для того, чтобы развеселить или посеять злобу в твоём сердце, Исгерд. Мне придётся слишком много объяснять, но имея войско, владея этими землями, слишком низко насылать на маленькое королевство Солвейг бессмертное чудовище. Ты не думаешь, что этим ходом предрешила всю партию, Исгерд?

– Может, мне показалось, но из твоих слов я слышу лишь угрозу и желание поскорее расстаться с жизнью. – Королева отбросила полы мехового плаща и поднялась с подушек, но не спешила спускаться.

Эдвард видел в её бледном лице и холодном взгляде желание триумфа. Вокруг Исгерд остались лишь преданные орки, но ни одного человека после смерти Балдера рядом нет.

– Не стоит закрывать глаза на поступки тех, кого мы любим, как и не нуждаются в жалости, сделавшие собственный выбор. Только сам человек решает быть воином или крестьянином, быть добрым человеком или насмешкой в глазах общества.

– Я понимаю тебя, Эдвард. – Исгерд сделала несколько шагов по каменным ступеням. – Но кто дал тебе право указывать мне, как править?!

– Никто, Исгерд не просил меня приходить к тебе. Но любовь к Эслинн ведёт меня, во имя спасения будущей невесты и скорейшего преодоления преград, что расставила судьба на пути.

– Так дело в Эслинн? – рассмеялась королева. – Снова Калдер и Солвейг плетут интриги…

– Ты не знаешь о чём речь, видимо, – прервал её принц и вкратце попытался поведать историю своего путешествия, надеясь растопить ледяное сердце Исгерд.

Только в груди у королевы давно покоилось не ледяное, а каменное сердце и её не волновала судьба людей, бывшие ей совершенно безразличны.

Исгерд опустилась на ступени и посмотрела в упор на Эдварда. Голубые, словно выцарапанные изо льда, глаза глядели, будто прожигая дыру в сердце принца. Длинные белые волосы аккуратно зачёсаны назад и собранные в толстую косу, доходившую до пояса, покрыты бриллиантовой паутиной.

Исгерд перебирала шнурок на плаще тонкими пальцами, с длинными ногтями, похожими на горный хрусталь и в какой-то миг, Эдварду показалось, что вся она не настоящая, а ожившая ледяная скульптура.

– Зачем тебе и этому мелкому эльфу понадобилась моя флейта? – вдруг спросила Исгерд, словно Эдвард ничего и не рассказывал ей. Его слова не смогли пробиться к её душе, достучаться до холодного сердца.

– Чтобы остановить Биргера, чтобы покончить со Злом, что творится на землях Солвейг, в порту и на пристани Белая звезда.

– Разве кто-нибудь остался жив?– спросила она, разглядывая Эдварда, словно невидящим взглядом.

– Есть немногие и, я думаю, плата за смерть Балдера получена сполна, или ты не знаешь, как узнать правду, Исгерд? Кто обманывает меня ты, мать, пьяницы и ленивого обжоры, или похотливая Солвейг, предавшая тебя?!

Слова Эдварда заставили вздрогнуть Исгерд, и принц понял, что задел королеву за живое.

– Пока все они не будут стёрты с лица земли, моё горе не утешится, и ни тебе, щенок, решать правильно поступаю я или нет.

Атмосфера накалялась, а Эдвард начал задумываться, как ему завладеть мечом одного из орков, чтобы расправиться с ними и освободить Гуннара.

– Схватить и этого чужеземца! – закричала вдруг Исгерд, указывая на Эдварда пальцем, на котором красовалось массивное серебряное кольцо с крупным сапфиром.

Орки повернулись к принцу, раздувая ноздри, и тот, что стоял ближе всех двинулся навстречу юноше, чтобы схватить его.

Выкрик Гуннара отвлёк орка, а Эдвард, улучив момент, выхватил кинжал из-за пояса чудовища.

Ему на руку, что движения орков неповоротливы и только с помощью массивности они, как правило, одерживали победу. Двигались чудовища медленно, что позволило Эдварду уходить от ударов.

Тот, у которого принц выхватил кинжал, держал в руках каменный топор. Второй орк перекидывал из руки в руку палицу, утыканную длинными шипами. У третьего же обоюдоострый кинжал, меч и в тоже время, он нацепил на мясистые пальцы внушительного вида кастет, что заставило Гуннара вжаться в руку сжимающего его орка. Чудовищу, державшему эльфа, видимо, чрезвычайно хотелось подраться, и, сжимая эльфа, он то и дело поворачивался то влево, то вправо, чтобы оценить происходящую схватку и атаку товарищей в сторону незваного гостя.

Королева, вцепившись длинными ногтями в полы мехового плаща, с удовольствием наблюдала за прыжками принца и то, как орки дубасят друг друга без видимой причины. Они не успевали схватить Эдварда и наносили друг другу увечья.

В какой-то момент, Гуннару удалось вырваться из лап орка, и высоко подпрыгнув воспользоваться магией, коей орки не владели. Теперь флейта снова оказалась в его руках и с криком: «Бежим», эльф кинулся, наутёк оставив в замешательстве в первую очередь Исгерд не ожидавшую такой прыти от незваных гостей.

– Что встали, как истуканы!!! – Закричала она. – Догнать и растереть в порошок!!!

Эдвард почти нагнал Гуннара, сжимающего флейту, и только успел спросить, что им делать дальше, как двери распахнулись, и в зал ввалилось с десятка два громил орочьего войска.

Развернувшись, беглецы понеслись к дверям одной из зал и, захлопнув их, увидели, что очутились в ещё одном коридоре бесчисленных галерей замка.

Тут и там громоздились каменные статуи, и Эдвард не сразу понял, что это окаменевшие люди, застывшие в нелепых позах, словно они пытались отразить надвигающуюся бурю. Тем не менее, разглядывать фигуры покрытые пылью и паутиной времени нет. Протискиваясь сквозь стройный ряд стражей и королевской знати, ставшими каменными истуканами, Гуннар и Эдвард выбрались к следующей двери.

– Я знаю, где мы находимся! – воскликнул Гуннар и побежал к двери, что ловко спрятана в стене. Эдвард тоже увидел её и, толкнув, понял, что она не заперта.

Внезапно Гуннар вскрикнул, падая на Эдварда. Из спины эльфа торчала стрела, а просвистевшая рядом сообщила о приближении орков.

– Гуннар, – принц не ожидал подобного поворота. – Что же мне делать теперь?

– Оставь меня, Эдвард, – проговорил Гуннар слабеющим голосом. – Беги, пока они не настигли тебя. Давай пока враги не поняли, что ты ушёл этим проходом, беги! Летсница приведёт тебя… – эльф замолчал на полуслове, сделавшись грузным, выронив из рук волшебную флейту.

Подхватив её, Эдвард осмотрелся и прошептал, склоняясь к Гуннару:

– Что дальше, что же мне делать потом?

Топот ног приближающихся орков стал ответом, на вопрос как поступить дальше.

Маленький эльф Гуннар мёртв.

Эдвард, сдерживая гнев, понимал, что не сможет один выстоять против чудовищ Исгерд и, открыв дверь, втащил бесчувственное тело эльфа внутрь, Гуннар оказался отважнее, чем показался сначала, и его смерть стал неожиданностью.

Проникнув внутрь и понимая, что там имеется засов, Эдвард воспользовался им, а потом погрузился во мрак подземного хода.

В груди стучало так громко, что принцу казалось, его могут отыскать по звуку сердцебиения. Он слышал громкие шаги за дверью и ещё, как кто-то толкнул дверь, что оказалась закрытой.

– Прости меня, Гуннар, – уронил Эдвард, коснувшись лица эльфа. Потом накрыл ладонью его глаза, смежив веки храбрецу.

Медленно спускался по ступеням, и только сейчас понял, что застряв в каменном мешке, без света, тепла и пищи может долго не протянуть. Волшебную флейту, Эдвард сунул за пазуху и удивился, что она перестала подавать признаки жизни.

Принц спускался вниз, практически наощупь, а когда ступени закончились, начался узкий проход. Эдвард мог руками дотронуться до противоположных стен. Тут теплее, чем наверху и, если это можно назвать чем-то положительным, юноша хоть немного согрелся. Он вспомнил о Гуннаре и о том, как тот нелепо погиб. Кто же сейчас сыграет мелодию на флейте, чтобы усмирить Биргера, размышлял принц, пока его мысли не оборвал вспыхнувший свет факела в конце туннеля.

Вытащив кинжал, Эдвард прижался к стене, готовясь к нападению. Чем ближе подходила фигура, тем отчётливее принц понимал, что это орк. Да и разило от него за версту. Шаркающей походкой, существо двигалось по тоннелю, пока не остановилось. Принюхавшись, орк поднял факел выше, видимо, желая лучше разглядеть того, кто прятался в тени.

– Эй, кто здесь! – крикнул он в темноту.

Эдвард молчал, стараясь не издавать ни единого звука, уверенный в том, что орк обязательно приведёт прислужников Исгерд, и тогда точно несдобровать.

– Человек, я чую твой запах, не бойся, выходи на свет, я не сделаю тебе ничего плохого. – Тон орка внушал доверие, однако Эдвард не спешил раскрыть себя. – Как ты остался в живых, ведь гнев Исгерд всех превратил в камень, – чужак вздохнул и остановился в ожидании, пока человек заявит о себе, выйдя из темноты в пятно света.

– Воины Исгерд убили моего друга, да и сам я чудом спасся, – подал голос Эдвард, всё ещё не доверяя незнакомцу.

– Раньше я тоже был воином, – отозвался орк. В свете пламени Эдвард увидел его лицо покрытое шрамами, острые уши, прижатые к вискам с оттопыренными кончиками, и абсолютно лысую голову. Маленькие глазки глубоко посажены на квадратном мясистом лице. На прямом носу с широкой переносицей сидели очки в золотой оправе. – Теперь же я единственный, кто умеет писать летописи, потому больше некому делать этого – все люди обратились в камень.

Эдвард вышел на свет, не решаясь подойти ближе, разглядывая двухметрового орка. Ряса кирпичного цвета, похожая на монашеское одеяние, смотрелась на нем нелепо, как и толстая книга подмышкой.

– Идём, – махнул когтистой лапой орк. – Негоже мне старику стоять на сквозняке. У меня есть душистый чай, и не думай, что я сдам тебя своим товарищам. Если быть откровенным, я не считаю, происходящее правильным и боюсь. – Он понизил голос до шёпота и огляделся по сторонам, словно кто-то мог подслушать этот разговор, – что королева тронулась рассудком.

Принц понимал, что в данный момент очень рисковал, но обрести в лице подданного Исгерд союзника стало бы отличным подспорьем для его дела.

Эдвард последовал за орком, тот оказался хранителем королевской библиотеки и назвался Алвисом. Он немного прихрамывал на одну ногу, и только потом принц узнал, отчего старый орк не особо лестного мнения о королеве Ледяной Страны.

Хранитель библиотеки заварил травяной чай и неспешно расхаживал по комнате, хотя Эдварду не терпелось узнать, как поскорее выбраться из королевства. Он беспокоился за друзей, оставшихся в замке Солвейг, и опасался, что Исгерд может обратить свой гнев против них, направив к замку войско.

Алвис, сдунув пыль со стола, расставил глиняные чашки и разлил чай. В это же время Эдвард рассматривал каморку старого орка. Здесь, как и в хранилище библиотеки находилось множество книг. Они заботливо расставлены по алфавиту и по категориям. Зная, какие орки неряшливые, Эдварда удивили чистота и порядок царившие вокруг. Единственное к чему сложно привыкнуть это неприятный запах орка. Тем не менее, принц вскоре привык к зловонию, исходящему от Алвиса, оказавшимся добрым малым.

– Я никогда не спорил с Исгерд, потому что знал – это опасные игры, – выдохнул Алвис, отпивая горячий чай из чашки. – Знаешь, я раньше воеводой был, все орки слушались меня и уважали. После ранения мне пришлось долго отлёживаться. Большинство из нас считают повелительницу выше богов. Так и со мной. Слишком поздно я осознал, что она за коварное существо. Не стал бросаться в атаку и затаился на время и, думаю, мой час настал. – Алвис с надеждой взглянул на Эдварда. – Я помогу тебе, а ты мне. Тебя устраивает такой договор?

Эдвард не знал, что попросит у него Алвис и сказал, что для него главное – избавиться от Биргера и вернуться на корабль, зная, что в королевстве, наконец, воцарился мир.

– Конечно, если я узнаю твою историю и решу, что смогу сделать правильный выбор, Алвис.

Орк потёр поясницу, а потом уселся на табурет с толстыми ножками, способным выдержать тяжёлую тушу.

– Раньше я и не задумывался, никто не пытался размышлять, да и все вокруг, считали орков не особо умными существами. Исгерд приказывала нападать, мы бросались в бой, Исгерд повелевала уничтожить врагов, мы подчинялись. Война стала нашим хлебом, нашим богом. И нам нравилось захватывать земли, разбивать войска чужеземцев, как мы сделали с Калдером и его армией.– Алвис немного помолчав, смочил пересохшее горло ароматным чаем. Что-что, а чай у него получился отменный, размышлял про себя Эдвард, слушая рассказ орка. – После того, как Исгерд поссорилась с королевой эльфов, она приказала мне и небольшому отряду, взять её замок в осаду. Мы отправились к стенам дворца Солвейг и вскоре нас встретила лавина огня из стрел. Исгерд взбесила подобная дерзость, она, очевидно, недооценила строптивую невестку. Одна из стрел повредила мне ногу, но меня не заботило ранение. Яд Биргера быстро восстанавливал силы, однако я позволил вольность – высказал, что нападать на будущую мать наследника дело неблагодарное. Не знал я тогда, что Балдер мёртв, и что между Исгерд и Солвейг проползла змея. «Выпусти Биргера, Алвис», – прошипела она точно кобра: «Пусть он уничтожит каждого, кто откажется подчиняться мне»!

Мне показалось это решение странным, опрометчивым и лишённым капли мудрости. Это скорее походило на шаг отчаяния, чем на поступок правительницы королевства.

Я попытался донести до Исгерд, что нельзя впутывать эмоции, когда решается судьба королевства. Знал – Биргер ненавидит людей и уничтожит даже придворных королевы. На мои слова Исгерд рассмеялась, а потом вонзила острые когти в свежую рану на моём колене, заставив меня завыть от боли. « Я хочу слышать, как кричат они, как молят о пощаде, как это делаешь ты сейчас, Алвис»! – Я сдержался и больше не проронил ни звука, но мой красноречивый взгляд выдал истинные намерения и мысли. «Пока Биргер не выползет из озера Холгер, никто не получит ни капли спасительного эликсира», – отрезала она.

Я не хотел марать руки в крови невинных и пусть я орк, но не безмозглый болван, не осознающий, что значит лишать жизни, кого ты только вчера защищал. Нет, я не мог выпустить белого демона, и чувствовал, что этим самым предрешу гибель Ледяного Королевства.

Орк помолчал и, допив чай, поднялся из-за стола. Он принёс книгу и, раскрыв её перед Эдвардом, ткнул пальцем в одну из страниц:

– Не догадывалась Исгерд, что я интересовался летописями королевства, и мне доподлинно известно, что Биргер не убивает каждого, кто встретится на его пути. Если только сама королева не отдаст ему приказ.

– Отчего же он слушается только Исгерд? – удивлённо спросил принц, он допил чай и не стал отказываться от предложенного хранителем библиотеки краюшки чёрного хлеба и куска сыра.

– Биргер не совсем змей, он монстр, обречённый влачить сотни лет на дне озера. Раньше он правил Ледяным Королевством, но был проклят собственной матерью за жестокость, алчность и желание править миром, уничтожив всех, кто вставал на его пути. Исгерд унаследовала его болезнь, охватившую разум короля Биргера. Пришло время, и старая королева мать не могла совладать с ним. Ей осталось одно – наложить на сына проклятие, обратив его в подводного змея. С трудом, но лекарям оркам удавалось добывать бесценный токсин, ведь играя на волшебной флейте необходимую мелодию, Биргера можно усмирить на несколько часов и нацедить драгоценное вещество. Я отказался помочь Исгерд, и она обратилась к Сагору, моему другу. Во времена смуты всегда находится тот, кто с лёгкостью, чтобы приблизиться к королеве, предаст всё, что раньше называли дружбой. Мой друг и правая рука пошёл на поводу Исгерд. Он выпустил Биргера, не думая, что станет его первой жертвой. Сагор оказался слишком самоуверенным, а Биргеру накопившего яда за последние полгода, оставалось лишь выдохнуть на несведущего орка, отчего тот превратился в камень. Только Исгерд не было до этого дела. Она приказала белому змею уничтожить всех людей и эльфов во дворце, чтобы никто не успел предупредить королеву Солвейг о надвигающейся опасности. Затем Биргер отправился в королевство эльфов, и что там произошло мне неизвестно. От взгляда или дыхания Биргера все придворные люди и эльфы обратились в камень, а Исгерд решила, что пора осуществить необходимые изменения в распределении придворных и государственных должностей.

– Ты усомнился во мне, Алвис? – спросила она. – Но я помню, как верно ты служил мне. Считаешь себя очень умным, мудрым, так отправляйся в хранилище книг и пиши летописи, как это делал твой предшественник.

Так я и оказался здесь.

Алвис вздохнув, посмотрел на Эдварда и покачал головой.

– Я понимаю твою озабоченность, Алвис, и скажу одно, Солвейг в безопасности. Только чем я могу помочь тебе?

– Ты должен уничтожить Биргера и помочь королевству низвергнуть Исгерд, – уронил старый орк. В его глазах оставалась былая преданность королеве, и эти слова дались ему с трудом. – Я пытался вразумить её, но то, что она сделала – не оставляет мне выбора.

– Это не так просто. – Эдвард задумался. – И я должен поговорить с друзьями и рассказать обо всём Солвейг. Только она сможет восстановить в Ледяной стране мир, но и это не случится за один день. Как же другие орки отнесутся к происходящему, не обернётся ли свержение Исгерд новой войной?

– Бездействие породило смуту, Эдвард. – Алвис в упор взглянул на принца.– Не уничтожив Биргера, и не указав королеве Исгерд оставить трон, нельзя возродить былое величие Ледяного Королевства. Прольётся кровь, я знаю, но другого выхода нет.

Эдвард задумчиво склонил голову на сложенные руки. Слишком большая ответственность ложилась на его плечи.

– Достаточно отыскать волшебную флейту. Однако наверняка ты пришёл со своим товарищем именно для этого? – Алвис вопросительно глянул на принца.

– Да, Алвис, нам удалось найти флейту. Но стража Исгерд убила Гуннара, только он знал её мелодию, – тихо проговорил Эдвард. – Как теперь быть, оружие стало бесполезным.

– Ты ошибаешься, Эдвард, насчёт флейты. Волшебная мелодия знакома каждому орку, – хрипло рассмеялся Алвис и запел на своём языке. Окончив песню, сообщил, что эту колыбельную поют матери своим детям. – Поэтому я знаю мелодию, что успокоит Биргера.

– У тебя же есть чернила и бумага? – поинтересовался Эдвард. – Ты снова напоёшь мелодию, а я запишу ноты и выучу песню.

– Ты можешь перекладывать музыку на бумагу! – восхищённо произнёс Алвис, и кончики его ушей приподнялись от восторга. – Так это меняет дело.

Он подошёл к столу, вытаскивая из ящика бумагу и чернильницу с пером. А когда запел, наполняя подземелье густым басом, Эдвард, начертив нотный стан на жёлтом листке плотной бумаги, аккуратно записывал ноты.

Уже под утро мелодия впечаталась в сознание юноши, и он безошибочно мог пропеть её, чем обрадовал невольного учителя.

Под утро принца и старого орка сморила дрёма, но и не прошло двух часов, как Алвис растолкал рыжеволосого юношу, сообщив, что пора уходить.

– В полдень стража совершает обход подземных тоннелей замка, заглядывают и ко мне. Негоже, если кто-нибудь из орков обнаружит тебя здесь.

Из библиотеки за стены замка вёл длинный подземный ход. Алвис запасся факелами, и, прихватив с собой лук со стрелами и меч, решил проводить принца до выхода.

– В заплечную сумку я сложил для тебя немного припасов, карту, да кремний с огнивом, чтобы ты смог разжечь костёр и согреться.

Принц с благодарностью кивнул Алвису и двинулся за ним по тёмному коридору, где на стенах в свете факелов танцевали причудливые тени.

– Ты окажешься в мрачном лесу и, зная о твоём даре понимать язык животных, найдёшь дорогу к замку Солвейг. Напевай мелодию, умиротворяющую Биргера, играй на флейте и тогда тебе нечего бояться. Только если сон сморит тебя, Биргер сможет напасть. Никто в этом случае не сможет оказать помощь или защитить твою жизнь, Эдвард.

– Спасибо, Алвис, радует, что наши желания совпадают, и я сделаю всё, чтобы белый демон Биргер оставил земли Солвейг. Но что может успокоить его навеки, если он уже бессмертный?

Алвис потёр лысую голову и покачал головой:

– Есть одно средство, но только никто ещё не пробовал поступать так с Биргером. Одна старая ведьма рассказывала, что неуспокоенный дух можно унять, если дать ему завершить что-то из прошлой жизни. Только не думаю, что это хорошая идея, да и никто не пытался даже заговорить с белым змеем демоном. Ведь каждый, кто встречался с ним, погибал в жутких мучениях. – Орк помолчал, а потом добавил, – но и ты не похож на каждого, Эдвард, и возможно у тебя что-нибудь и выйдет путное. Ты умеешь говорить с животными, и если змей услышит тебя, кто знает, может он и вспомнит, что когда-то тоже был человеком.

– А как же Гуннар? – Вдруг спросил Эдвард, и на его глаза чуть не навернулись слёзы, – не достойно храбрых воинов не предать земле. Он так и лежит у выхода в галерею замка Исгерд.

– Не печалься о товарище, Эдвард, несмотря на больное колено, я поднимусь по лестнице, чтобы отдать дань погибшему эльфу Гуннару и предать его мёрзлой земле.

Не ожидал Эдвард, что сможет получить неоценимую помощь от орка. Впереди ждали новые опасности, но неизвестность пока не пугала. Принц уверен, что вернувшись в замок Солвейг удастся вместе с друзьями придумать, как действовать дальше.

Попрощавшись с Алвисом, он горячо поблагодарил его и пожелал удачи. Приложив волшебную флейту к губам, направился вглубь тёмного леса, веря, что удача сопутствует ему.

Глава 5 Сделка

Глава 5 Сделка

Всюду лежал снег. Ветер, казалось, стих, чтобы понаблюдать за смельчаком, играющим на флейте. Мелодия давно перестала быть в этих краях просто колыбельной для маленьких орков.

Холод заставлял покрыться инеем ресницы и волосы, выглядывающие из-под мехового капюшона. Юноша вспоминал волшебный ларец братьев эльфов с благодарностью и надеялся, что удача поможет ему как можно скорее добраться до замка Солвейг.

Эдвард поднёс флейту к губам и, перебирая пальцами, заиграл мелодию выученную накануне. Музыка лилась из волшебного инструмента, наполняя лес сказочными звуками. Сдавалось ему, что и снег уже не такой вязкий, да и холод отступал. Эдвард раскраснелся, двигаясь лёгкой походкой. За спиной в сумке дожидались хлеб, кусок сыра и бутылка с вином. Однако хорошо подкрепившись перед выходом, принц до самого вечера не чувствовал голода.

Чем дальше принц продвигался, тем гуще становился лес. Высокие ели, укрытые снегом стояли как могучие стражи, охраняющие лес Ледяной страны. Дремучая чаща не походила на живой лес, возможно, из-за того, что не слышно птиц. Они не пели здесь. Тишина, изредка нарушаемая треском веток и звуком шагов Эдварда по рыхлому снегу, была довольно-таки неприятной. Огромные ели, словно посаженные рукой великана тянулись к небу. Сосны и кедры вокруг покачивали макушками и скрипели смолистыми ветвями. Снег чистый – ни единого следа зайца, волка или лисы. Лишь чаща, где между стволов бродило одиночество.

Когда стемнело, Эдвард расчистил снег около раскидистой ели. Воспользовавшись кремнием и огнивом, он с радостью увидел, как из высеченных искр на сухом мху заплясало пламя. Наломав веток, он подкинул их в огонь и соорудил себе спальник у костра. Устроившись удобнее, сделал глоток вина и съел немного хлеба и сыра.

Теперь Биргер мог появиться внезапно. Эдвард поднёс волшебную флейту к губам. Пока он играл, лес точно слушал мелодию, сон улетучился, да и костёр веселее горел, потрескивая смолистыми ветками. Принцу даже показалось, что деревья покачиваются в танце.

Пока из флейты лилась музыка, юноша удивлённо отметил, что ему совершенно не хочется спать. И лишь, когда первые лучи солнца раскрасили верхушки деревьев, он прекратил игру. Подбросил веток в костёр и, закутавшись, заснул ненадолго.

Проснувшись, двинулся в путь, а когда вышел на залитую солнцем поляну, соорудил солнечные часы. Необходимость рассчитывать время давала ему возможность понять, сколько он проходит за день и за какое время доберётся до замка Солвейг.

Разглядывая карту, что дал ему Алвис, Эдвард понимал, что встретиться с товарищами, как можно быстрее, не получиться. Его поход может затянуться.

После недельного странствия он понял, что идти через горы намного сложнее, и двадцать дней можно пройти, если путь тебе хорошо знаком, чего о своих познаниях сказать принц не мог. На смену унынию быстро приходила уверенность, и мысли об Эслинн, матушке и друзьях подталкивали идти живее и не печалиться.

Никогда ещё принц не забирался так высоко. Подъём не выглядел настолько опасным, нежели спуск. Горный хребет, отделяющий королевство эльфов от Ледяной страны более пологий. Тут и там среди камней росли деревья, и густую чащу сменил редкий пролесок, ставший укрытием от ветра и снегопада. Остатки пищи подходили к концу, и принцу приходилось уменьшать порции сыра и зачерствевшего хлеба. Жажду он утолял снегом. Чем дальше юноша пробирался, тем явственней приходило к нему осознание того, что в лесу помощи ждать не от кого и, если он не сможет подстрелить какую-нибудь живность, голод не сегодня, так завтра запоёт заунывную песню. Потом же он просто убьёт его.

Эдварда обрадовало, что утром его разбудило пение птиц. Сыр и хлеб закончились, и голод плотоядно облизывал губы на бледном своём лице. Увидев пробегающего зайца, Юноша вскинул лук и прицелился. Подбив косого, сумел поужинать и оставил немного зайчатины на следующий день.

В этих местах лес стал обычным, живым, и мёртвая тишина больше не наблюдала за принцем.

Как-то ночью, когда он снова играл на флейте, между деревьями промелькнула бледная тень. Не переставая играть, юноша попытался разглядеть, кто это зверь или человек. Однако видение не возвращалось, и под утро, когда рассвет окрасил снег розовым светом, принц прекратил игру и заснул. Сон его был коротким, юноша не мог себе позволить спать больше трёх часов в сутки. Усталость уходила быстро, уступая место желанию поскорее добраться до замка Солвейг. Надежда, как руки матери согревала его и помогала идти дальше.

Миновав горный хребет, Эдвард увидел с горы, как между камней, у подножья ущелья, текла быстрая река. Её не сковал лёд, и парень надеялся, что скоро выйдет к какому-нибудь поселению.

Холод уже не так обжигал щёки, но начался пронизывающий ветер. Словно от реки исходило ледяное дыхание белого змея.

Длинные рыжие волосы, Эдвард заплёл в косу и связал на затылке узлом. От мороза и ветра кожа на лице обветрилась и сделалась грубой. Однако короткая борода закрывала щеки и шею от холода, как и тёплая куртка. Теперь, если бы сына увидели отец с матерью, то прошли бы мимо, не узнав.

Минуло почти тридцать дней с момента, как принц попрощался с Алвисом. Всматриваясь в карту, Эдвард понимал, что идёт слишком медленно и теряет драгоценное время, но ничто не могло ускорить его прибытие, путник оставался один на один с лесом и горами, надеясь, не прийти слишком поздно в королевство Солвейг.

В один из дней пути, Эдварду удалось спуститься к реке. Камни у воды скользкие, и спуск стал угрожать падением в воду. Горный поток узкий в одном месте, и по камням реку достаточно легко можно перейти. Осторожно перебираясь по валунам, юноша увидел на другой стороне леса белого оленя, наблюдавшего за ним.

Поначалу рука потянулась за стрелой, так как Эдвард не ел уже несколько дней, и голод заставил сжаться пустой желудок. Что-то остановило принца. Олень настолько грациозен и прекрасен, что в какой-то момент, Эдвард решил попросить у него помощи.

Только бы не спугнуть его, размышлял он и, приложив руку груди, поклонился, скидывая с плеча лук и колчан со стрелами. В желудке заурчало и сжалось до тошноты, заставляя Эдварда поморщиться.

Олень не двинулся с места, приподнял уши и, занёс переднюю ногу, словно готовясь к бегству. Тогда Эдвард поманил его рукой и проговорил спокойным голосом:

– Разреши подойти к тебе, олень, я не охотник и не сделаю ничего плохого. Мне нужна помощь и лишь тебя я могу просить о ней.

Как это ни показалось странным, олень понял его и осторожно спустившись, остановился, разглядывая человека.

– Ну, же, я не обижу тебя, и быть может, ты сможешь поговорить со мной? – снова начал разговор с оленем Эдвард.

– Очень странный ты человек, – ответил олень тихим голосом. Он был бархатистым и тихим, однако принц отлично расслышал всё, что сказал лесной зверь. Он задумался, как это выглядело со стороны, и наверняка олень не говоритл по-человечьи. Вероятнее всего, кто и услышал их беседу, увидел лишь то, как человек вообразил себя понимающим язык животных.

– Не знаю, как ты слышишь меня? – продолжил олень. – Но от тебя не исходит опасность, я чувствую это.

– Есть у меня такой дар, о котором я узнал недавно, – улыбнулся Эдвард. – И в таких глухих местах неплохо было бы поговорить с кем-нибудь.

– Я пришёл сюда из долины, где правят эльфы, – произнёс олень, покачивая головой, на которой красовались ветвистые рога. Он подошёл ближе, и принц смог лучше разглядеть, какая у оленя шелковистая шерсть и рога гладкие, красивые, что юноше захотелось погладить их. – Там обитает злой дух, – продолжил олень, – его все бояться, и люди, и эльфы, и животные с птицами. Хотя нам он не причинил вреда, само присутствие того существа пугает. Неужели ты направляешься в то место, юноша?

– Да, олень, – ответил Эдвард. – Я боюсь опоздать, и тогда помощь станет бесполезной. У меня есть волшебная флейта, с помощью которой можно укротить, пусть и ненадолго древнее зло.

Олень спустился к Эдварду и доверчиво склонил большую голову к лицу принца, разглядывая его.

– У тебя красивые глаза, олень, – улыбнулся принц, касаясь шеи животного. Он немного подёрнул шерстью, но не стал уклоняться.

– Я никогда раньше не подпускал к себе так близко человека, но ты и правда, особенный. У тебя есть имя? Знаю, что люди называют друг друга какими-нибудь прозвищами.

– Да, – улыбаясь, кивнул принц, – меня зовут Эдвард, ну, а у оленей разве не бывает имён?

– Матушка нарекла меня снежным вихрем, и на нашем языке это прозвучит как Вио-птах. Если хочешь, то можешь так называть меня, Эдвард.

– На том и договоримся. – Принцу нравился олень и, подняв с камней колчан и стрелы, принц закинул их на плечо. – Сможешь ли ты проводить меня короткой тропой до самой долины эльфов?

– Это не сложно, тем более там осталась моя семья, – согласился олень, и, обнюхав лицо человеку, мотнул головой в сторону реки. – Мы можем двинуться вдоль русла, а потом подняться по камням. Где смогу я взобраться, ты тоже пройдёшь, Эдвард. Идём.

Эдвард и олень двигались куда быстрее по намеченному пути вместе. Принц то и дело смотрел в карту, а олень выбирал наиболее короткий путь. Вио-птаха заинтересовала музыка, лившаяся из волшебной флейты, когда Эдвард начинал играть после заката. Принц, не скрывая подробностей, повествовал каждый день, во время пути, длинную историю путешествия и приключений, что привели его в Ледяное Королевство.

– Знаю, что вы люди можете ездить на наших сородичах лошадях, – как-то сказал Вио-птах. – А что если ты попробуешь забраться на меня? Тогда мы в два раза быстрее сможем двигаться.

– Я не смел, даже предложить оседлать тебя, Вио-птах, – ответил принц. – И тебе может, не понравится, что я буду сидеть у тебя на спине. К тому же я ни разу не ездил на лошади без седла.

Эдвард задумчиво погладил оленя по крупу.

– Хотя имеет смысл попробовать, если бы у меня было что-то вроде одеяла.

– Только одеяла нет у тебя, – констатировал олень, – поэтому придётся обойтись без него.

– Ты прав, – вздохнул Эдвард, задумавшись, сможет ли он удержаться верхом на олене, или эта поездка станет мучением для него и животного. Потом всё-таки решение было принято, и Эдвард осторожно взобрался на Вио-птаха.

Это, оказалось, сделать проще, чем казалось, да и олень ниже, чем обычно бывают лошади. Принц ухватился руками за раскидистые рога животного и почувствовал, что езда на олене не сильно отличается от конной прогулки. Сидеть более или менее удобно, и Вио-птах, посмеиваясь, двинулся вперёд.

– Надо же, я ощущаю себя конём, – рассмеялся Вио-птах.

– И как? Тебе это льстит?! – так же весело спросил Эдвард.

– Немного. Но и олень не каждому позволит оседлать себя, в отличие от лошади.

На ночь Эдвард разводил огонь, олень укладывался рядом, а принц до самого утра играл на флейте, дабы обезопасить их от Биргера. Спускаясь с гор, он заметил, что стало теплее, больше попадалось живности, и в небольших речках достаточно рыбы. Олень находил сухой мох под снегом и уверял, что не голоден. Хотя Эдварду казалось, что Вио-птах не совсем честен с ним и скорее всего отсутствие привычной пищи давно мучало его.

– Не беспокойся, Эдвард, – успокаивал сомнения принца олень, – в долине эльфов я смогу найти куда больше мха, а сейчас главное без происшествий добраться до замка. Когда мы спустимся с холмов, тебе необходимо быть как можно осторожнее. Я останусь в лесу, а тебе предстоит пересечь долину, чтобы попасть в замок эльфов.

– Хорошо, – вздохнул Эдвард. Он понимал, что рано или поздно им придётся расстаться.

За пять дней пути, он привязался к оленю, но понимал, что теперь опасность стала надвигаться неумолимо, и вскоре он столкнётся с Биргером лицом к лицу. Эдвард даже не представлял, как выглядит чудовище и что, если на пути к замку он не сможет укрыться от взгляда монстра. Что если Биргер сам отыщет его?

Когда день подошёл к завершению, сквозь редеющий лес, Эдвард заметил просветы и понял, что долина близко, как и замок Солвейг.

Вио-птах выдернул у себя с боку несколько шерстинок и протянул Эдварду, сжимая губами.

– Что ты решил сделать? ­– непонимающе спросил принц, беря в руки шерсть оленя.

– Прости, что не сразу признался тебе. – Вио-птах опустил голову, чтобы не смотреть Эдварду в глаза. – Я не совсем простой олень, но не мог раскрыться тебе сразу, пока не проверил подлинно, кто ты есть на самом деле. Хотя Солвейг и сказала, что ты понимаешь язык животных.

Эдвард удивлённо приподнял брови и потёр бороду.

– Я волшебный олень, если так можно сказать. – Эдварду показалось, что Вио-птаха смущают способности, которыми наделила его природа. – Даже если бы ты не умел говорить с животными, я понял бы тебя. Слава бежит впереди тебя, среди лесных существ уже давно ходит слух о юноше, понимающем наш язык. Лишь Солвейг умеет делать тоже, что и ты.

– Солвейг? – непонимающе спросил принц. – Ты хочешь сказать, что она тоже знает язык животных?

– А разве она не призналась в этом? – ответил вопросом на вопрос Вио-птах. – Королева эльфов отправила летучую мышь, чтобы она отыскала меня, дабы я помог принцу, говорящему на нашем языке добраться до замка. Когда мышь не нашла меня, поиски продолжил полярный волк. Только у него это никак не выходило, тогда волк попросил об этом ирбиса, забирающегося высоко в горы. И тогда-то его поиски увенчались успехом. Ирбис передал мне слова Солвейг, а по звуку волшебной флейты я нашёл тебя, принц. Возьми себе три волоска и если вдруг твоей жизни будет угрожать опасность, просто положи один из них на ладонь и сдунь со словами «Вио-птах» и произнеси просьбу, что спасёт тебя.

– Спасибо, Вио-птах, – с благодарностью улыбнувшись, ответил Эдвард, завернув подарок оленя в платок и пряча в карман. – Почему ты раньше не рассказал мне обо всём?

– Для того чтобы ты сам прошёл путь, что мы проделали пускай и вместе. Ты, руководствовался своими знаниями и пусть и не большим, но опытом в изучении карт. Теперь же пора двигаться дальше. Ты выйдешь к Бледному озеру. Оно холодное и покрыто вечными льдами. Биргер не любит это место, потому, что оно напоминает ему о Холгер, месте многовекового заточения. На берегу Бледного озера ты сможешь отдохнуть и хорошенько поспать. Утром, на рассвете, путь тебе укажет солнце, осветив башни замка Солвейг. Потом строение сокроет дымка, поэтому не пропусти восход. Дотемна Биргер не тронет тебя, но если вдруг несчастливый рок столкнёт вас лицом к лицу, есть маленькая надежда.

– Какая же? – Эдвард понимал, что рано или поздно встреча с белым змеем неизбежна. Но на что ему уповать не понимал.

– Тебе может оказать неоценимую услугу твой дар – умение понимать не только животных, но и других существ. Уверен, что у тебя не возникало проблем в разговоре с орками, троллями или гномами.

Эдвард пожал плечами, вспомнив братьев эльфов, Бекана, Атти и Нейла. На самом деле он говорил с ними и не задумывался, что каким-то образом ни у кого и не возникал вопрос о том, что принц мог кого-то не правильно понять их или услышать.

Решив закончить на этом разговор и объяснения, принц и олень попрощались. Вио-птах сказал, чтобы Эдвард шёл и не оглядывался, как бы ему не хотелось этого сделать. На вопрос принца, отчего же он должен так чудно поступить, Вио-птах сообщил, что так положено и новые объяснения задержат принца, которого зовёт дорога.

Когда лес закончился, принц вышел на открытую местность, с одной стороны вставали горы, защищающие страну эльфов от холодных ветров севера, а с другой раскинулся океан, приносящий тепло с юга. Эдвард раскрыл сумку, проверив, что осталось съестного и, отыскав несколько беличьих ножек, решил скрасить таким способом путь до Бледного озера.

Двигаясь, ориентируясь на юг, юноша медленно, но верно приближался к замку, хотя его очертания сложно увидеть.

Бледное озеро же, укрывшись в низине, окружали невысокие деревья, лишённые листьев и потемневший от морозов кустарник можжевельника. В этот раз Эдварду удалось с большим трудом развести костёр. Вокруг ни одной сухой ветки, лишь камень, лёд и промёрзшая кора деревьев. Мох под мёрзлым снегом так же оказался влажным, и у принца оставались лишь волшебные волоски оленя. Он вытащил их из кармана, развернул платок, в который сложил, возможно, своё спасение. Задумавшись, убрал в сумку, решив, что не стоит разжигать костёр с помощью шерсти волшебного оленя.

Когда принц сгрыз остатки беличьих ножек, то решил снова развести огонь, но тщетно. Потом он обрезал сучья на деревьях, понимая – у основания ветви гораздо суше, чем на концах, да и в коре скопилось больше влаги, чем внутри. Эдвард, воодушевился, настрогал ветви, воспользовавшись кинжалом, чтобы полученная стружка могла легче загореться. Ему пришлось попотеть, хоть кинжал и оказался острым, как бритва.

Через некоторое время его старания увенчались успехом, и костёр разгорелся. Эдвард задумался о том, что скажет товарищам. Как они поступят, какие идеи помогут одолеть Биргера и свергнуть сумасшедшую Исгерд.

Желудок болезненно сжался. К голоду привыкнуть сложно, и силы таяли, пусть и незаметно. За время пути принц похудел и осунулся, питаясь в основном надеждами и плодами скудной охоты.

Солнце медленно опускалось за лес и впервые за дни сложного пути, Эдварда сморил сон. Принц не взял в руки волшебной флейты. Веки его сомкнулись и, пригревшись у костра, уставший юноша крепко заснул. Он и не заметил, что долго выжидающее Зло, наконец-то нащупало брешь в защите рыжеволосого принца.

Белый змей, ненавидящий лёд и холод, спустился к костру. Не одну неделю он наблюдал за юношей, но не мог приблизиться к нему, так как принц каждую ночь вынимал флейту и играл, усыпляя чудовище. Теперь же, когда музыка не разлилась в ночной тишине, белый демон понял, что его время настало.

Он подполз к Эдварду и, устроившись возле костра начал рассматривать парня. Теперь он не выглядел настолько юным, как показалось Биргеру поначалу.

У змея нижняя половина тела заканчивалась длинным чешуйчатым хвостом, а верхняя часть почти, как у человека. На хищном лице чудовища блуждала зловещая усмешка, седые волосы доходили до плеч, а глаза красные, словно горящие угли, сияли во мраке. Если быть точным в описании, то Биргер был больше нагом, чем змеем, только мало кто разбирался в классификации змей и демонов среди простых смертных, да и мог запомнить его обличие. Для большинства видеть Биргера – стало делом нескольких минут перед гибелью.

Сам же белый змей впервые за несколько столетий оказался перед выбором, служить королеве Исгерд или занять трон, чтобы стать полноправным правителем. Лишь проклятие матери тяжким грузом сковывало мечты о том, что он сможет снова стать человеком и вернуть всё на круги своя.

У Исгерд имелся медальон, уничтожив который Биргер мог вернуть себе былое могущество и силу.

Он склонил голову на сложенные руки, и наблюдал за пламенем и спящим принцем, раздумывая, как поступить с юношей рискнувшим попытаться изменить судьбу двух королевств.

Биргер лениво зевнул, не хотелось терять время и впервые за всё время, что он жил в озере Холгер и изредка выполнял приказы Исгерд, ему стало интересно поговорить с человеком перед тем, как укусить его.

Для начала Биргер подобрался ближе к Эдварду и осторожно, чтобы не разбудить принца, вытащил кинжал из его ножен. Опасливо сунул холодную руку с длинными когтями за пазуху парню, чтобы забрать волшебную флейту. Прошипел почти над самым ухом:

– Э-эдва-а-ард.

Принц, не сразу осознавая происходящее, медленно раскрыл глаза, видя перед собой то ли красные угли от костра, то ли глаза змеи.

Слишком поздно он спохватился, хватаясь за кинжал, пытаясь достать флейту. Биргер, раскачиваясь, приподнялся на змеином теле и насмешливо поднёс музыкальный инструмент к губам.

– Что тебе сыграть, принц Эдвард? – саркастически спросил он, – мазурку или менуэт, а может реквием, что обычно звучит на панихиде? – говоря последние слова, он резко приблизился к юноше, раскрывая рот с острыми клыками и показывая раздвоенный язык.

– Наверное, не плохо перед тем, как я хотел прикончить тебя, поговорить по душам, Биргер. – Эдвард пытался сохранять самообладание и, поднявшись на ноги, смело взглянул в лицо белому демону. Подобная наглость или смелость обескуражила монстра. – Не думаю, что тебе, низвергнутому повелителю Ледяной Страны, хочется выполнять приказы нынешней королевы. У нас есть общие интересы и вместо того, чтобы служить Исгерд, ты можешь договориться с её врагами, ведь как говорят: враг моего врага – мой друг.

– Как заманчиво, – прошипел Биргер, обвивая кольцами белого чешуйчатого тела ноги Эдварда, – так долго со мной ещё никому не удавалось поговорить. Откуда такая безрассудность?

– Всё равно терять кроме жизни нечего, а так, возможно, каждому будет своя выгода.

– Выгода, – растягивая слова, прошипел Биргер, – но что я получу взамен? Трон, богатство? Хотя последнее меня давно не интересует. Свобода. Вот что сейчас волнует больше всего. И как странно, – змей сверкнул рубиновыми глазами, – отчего ты понимаешь каждое моё слово? О, да, у тебя есть дар, – кольца хвоста сжали ноги Эдварда, а лицо Биргера приблизилось вплотную. – Это очень интересно. И впервые кто-то кроме Солвейг, понимает меня с полуслова.

– Так, ты знаком с королевой эльфов? – удивлённо спросил Эдвард, не скрывая интереса. Любопытство стало сильнее страха.

– Было время, принц, когда мне пришлось поговорить с Солвейг. – Биргер ослабил хватку и скрестил руки на груди, раскачиваясь, словно кобра в стойке. – Как-то раз Исгерд захотела избавиться от невестки и попросила её спуститься к озеру Холгер. Никто не знал, что королева эльфов ждёт появления дитя, никто кроме неё и меня. Поэтому я решил не убивать её сразу. Странно, отчего она никому не рассказала об этом?– Биргер задумчиво приподнял белые брови. – Старуха Исгерд отправила Солвейг к озеру, когда они с Балдером снова повздорили. Я знал, что сын королевы Ледяной страны пьяница и гуляка, и впервые за столько лет в моём сердце проснулась жалость. Только жажда крови оказалась сильнее. Я забрал её ребёнка, который так и не родился, и тогда понял, что Солвейг понимает язык змей. Бедняжка должна была найти бутыль с ядом, которую Исгерд предусмотрительно оставила на берегу озера. Я почувствовал приближение человека и выплыл на поверхность, ломая лёд. Солвейг испугалась и застыла на месте, шевеля губами. Мне показалось, она и сама не поняла, что говорит на языке нагов, а потом расплакалась и попросила сжалиться над ней. Я подполз ближе и обвил сначала ноги королевы, потом и остальное тело, сдавливая кольцами, не желая слушать её мольбы. Потом почувствовав, как бьётся сердце не рождённого ребёнка, ослабил хватку, но как оказалось уже поздно. Солвейг упала на мёрзлые камни, испытывая не только боль, но горечь утраты. Не сразу я понял, что она потеряла, но это зрелище заставило меня содрогнуться. Всё произошло быстро, и Солвейг лишилась чувств. Тебе не нужны подробности, как я освободил её от будущего наследника, но ничего вкуснее я не пробовал в своей жизни. Не рождённое дитя, – протянул белый змей, закрывая глаза. – Однако думаю, это лучше, чем, если бы я умертвил её.

– Мне не понятно подобное удовольствие, Биргер, – уронил Эдвард. – Да и моя смерть не принесёт тебе радости. Сейчас я тощ и почти, что мёртв, но повторяю, мы могли бы заключить сделку.

Биргер ослабил хватку и отпустил Эдварда, отползая в сторону, зная, лишённый оружия и флейты принц ничего не сможет предпринять.

– Ты больше не станешь убивать людей, Биргер, а отправишь Исгерд на дно озера Холгер. Ты заберёшь у неё медальон и сможешь снова стать человеком или обрести покой, это уже выбирай сам.

Эдвард понимал, что если белый змей снова станет королём Ледяной страны не миновать беды, и правление Исгерд покажется раем по сравнению с преисподней, что раскроет Биргер для своих новых подданных. Однако если он станет смертным, его можно будет одолеть. Только и Биргер мог осознавать, что станет уязвимым и поскорее попытается избавиться от тех, кто привёл его на трон.

Принц изучал летописи и знал, какие интриги плетутся во дворцах, если дело касается власти. Как родственники, спешащие захватить престол.

– Эта идея мне нравится, Эдвард. Мне надоело быть цепным псом на службе королевы. Мы поступим так. Ты вернёшься во дворец к Солвейг и скажешь, что Биргер пощадил тебя взамен помощи уничтожить Исгерд. Отправляйся к ледяной королеве во дворец снова, спустись в её покои, где в шкатулке из красной яшмы хранится медальон моей матери. Он из чёрного агата и похож на застывшую каплю слезы. Как только я утащу Исгерд в холодные воды озера, ты разобьёшь его. А чтобы в твою умную голову не пришли дурные мысли или желание обмануть меня, ты отдашь мне самое дорогое, что есть у тебя.

– Кроме жизни для меня дороже всего Эслинн, – улыбаясь, ответил Эдвард, зная, что любимая далеко, и ей ничего не может угрожать.

– Эслинн, – протянул Биргер, словно пробуя имя на вкус, – оно означает на языке древних вдохновение. Это как глоток свежего воздуха. Эслинн. Посмотри на небо. – Биргер спустился к старому скрюченному дереву и только сейчас Эдвард заметил, как занимается рассвет, и белый змей сделался невидимым. – Отсюда видно как сверкают башни замка Солвейг. Иди и помни – мы заключили договор.

Вдохновлённый мыслями о том, что возможность восстановить мир в Ледяном королевстве приближало его возвращение домой, Эдвард быстрыми шагами шёл к замку.

Он толкнул незапертые ворота и увидел у коновязи лошадей и вола, которым насыпан овёс и налита вода. Улыбаясь, принц, похлопал свою белую кобылу по крупу.

– Я рад, что о вас заботятся, – проговорил он и стремительно взбежал по ступеням.

Он помнил, где вход в подземное убежище и, минуя коридоры и галереи, приближался к заветной двери. Внезапно чуть было не запутался в паутине, которую сплёл рыжий паук, старый знакомый. Он оплёл проход, точно поджидая принца, спускаясь, ловко перебирая мохнатыми лапами.

– А, вот и ты, Эдвард, – тихо проговорил рыжий паук. – Слухи о твоих похождениях давно опередили тебя.

– Так зачем же ты заплёл проход? – спросил Эдвард. – Или меня не ждут там?

– Если бы не Вио-птах, никто бы и не поверил, что Исгерд дала тебе убежать, а может, ты перекинулся на сторону Королевы. Слишком долго тебя не было. Солвейг больна, и ничто уже не сможет помочь ей, даже яд Биргера бессилен.

– Странно, – удивлению Эдварда не было конца, – а в чём же причина её болезни? Может тебе что-то известно, рыжий паук?

– Тоску может излечить лишь надежда, но и её осталось слишком мало. Без солнца волшебные силы королевы эльфов таят, и когда последние искры магии погаснут в её душе – Солвейг умрёт.

– Но отчего же ей не выйти на солнце? – не понимал Эдвард, возмущённо прорываясь к выходу раздвигая паутину.

– Белый змей поджидает её. Днём хоть и говорят, что он спит, но никто не верит в это. При свете солнца Биргер становится невидимым. И ничто не остановит его кроме волшебной флейты. Она же с тобой?

Эдвард только сейчас спохватился, что флейта у Биргера и решительно шагнул вперёд, обрывая остатки паутины.

– Извини, рыжий паук, только мне очень нужно поговорить с королевой, и новую паутину ты плети лучше в другом месте.

– Хорошо, – прошипел паук. И, как показалось принцу, он проговорил это несколько обиженно.

– Ты это, за паутину не обижайся, просто я очень тороплюсь, и поверь, всё встанет на свои места!

– Ступай, принц, иди навстречу судьбе, только не делай опрометчивых шагов.

Эдвард толкнул дверь, вспоминая, как это сделал Атти, и когда тяжёлая ручка повернулась, начал спуск вниз. В спешке принц не запасся факелами, и когда дверь захлопнулась, он оказался в полной темноте. Кроме огнива у парня ничего не было, поэтому он двигался осторожно, наощупь, чтобы не упасть и не сломать себе шею.

Мысли никак не выстраивались в стройные ряды, и Эдвард не знал, как начать разговор и как поступить с хитрым Биргером. Белый змей заинтересовался Эслинн. Вдруг каким-то способом он сумеет добраться до неё и навредить девушке. Нет, этого принц никак не мог допустить, но что он мог сделать на таком большом расстоянии от Зелёного Дола. Он корил себя за несдержанность в словах. «Как я мог назвать её имя», – сокрушался влюблённый принц, надеясь, что Эслинн минует коварство Биргера.

Так в мрачных мыслях о предстоящей битве он и дошёл до пятна света. Факелы освещали проход, только в этот раз принца никто не встретил, никто не преградил дорогу, пытаясь защитить королеву Солвейг.

Страшная мысль уколола жалом, и Эдвард ускорил шаг, подошёл к массивной двери и забарабанил в неё, что было сил.

Через несколько минут он услышал шаркающие шаги и, как приоткрылось слуховое окошко.

– Что тебе нужно? – усталый голос Бекана прозвучал тихо и безрадостно. Однако Эдвард узнал его сразу и радостно воскликнул, что наконец-то смог вернуться.

– Я не сразу понял, что это ты, – ответил печально Бекан, закрывая слуховое окошко. Эдвард услышал, как зелёный гоблин отодвинул табурет и, повернув ключ в замке, поднял засов.

Дверь открылась, разрывая паутину опутавшую её. Юноша решил, что последний раз он с друзьями входил внутрь и задумался, не слишком ли поздно вернулся.

– Ты стал другим, Эдвард, – проговорил Бекан, теперь в твоих глазах я не вижу былого огня, словно твоя душа замёрзла, пока ты возвращался из Ледяного Королевства.

– Я всё тот же прежний, – улыбнулся Эдвард, – только нам сейчас необходимо многое обдумать. И как Солвейг? До меня донеслась весть, что она больна.

Бекан опустил глаза и направился вперёд, ступая по каменному полу осторожно, стараясь не шуметь. Потом он обернулся, приложив палец к губам и сообщил, что не стоит сейчас беспокоить королеву.

В небольшой комнате, где в очаге камина весело потрескивали поленья, расположились друзья принца. Они ему показались усталыми и чем-то удручёнными. Братья эльфы стали бледными как смерть, и даже Атти, словно без солнечного света сделался серым и осунулся.

– Да, как посмотрю, дела ваши идут не лучшим образом, – проговорил Эдвард после того, как обнял каждого из товарищей. – Только солнечный свет может излечить Солвейг, да и Биргеру не нужна её смерть.

– Интересно, получается, – протянул Иден. – Походу ты больше нашего осведомлён о том, что происходит с королевой эльфов.

Он скрестил руки на груди и посмотрел на Олана.

– Пусть лучше расскажет, что случилось в замке Исгерд, – бросил Иден, и Эдварду не понравилось, что друзья совершенно пали духом. Он в одиночку выбрался из владений Исгерд, и даже белый змей Биргер говорил с ним, а не набросился, чтобы выпустить порцию яда или поужинать в холодной долине у Бледного озера.

Эдвард не стал обижаться на товарищей, не предложивших ему еды или питья, друзей которых точно больше заботила собственная безопасность. Заразившись страхами Солвейг и её подданных, они не покидали убежище за всё время, что Эдвард провёл в странствиях.

Однако чем дальше продвигался рассказ принца, тем более отважными становились их лица, а глаза наполнялись надеждой.

В тусклом пламени свечей никто и не заметил, как в комнату вошла королева, она внимательно слушала Эдварда и теперь сама ощутила прилив сил и веру, что ещё можно спасти не только собственные жизни, но и два королевства.

– Я давно думала об объединении, – начала Солвейг, и от звука её голоса друзья вздрогнули.

– Тебе не стоило вставать, Солвейг. – Олан заботливо коснулся её руки.

– Мне не стоит находиться в чреве подземелья. – Эти слова, произнесённые решительно, казалось, наполнили смыслом и силой королеву. – Я хочу видеть солнце, вдохнуть полной грудью воздух родного королевства и тогда, возможно, магия снова вернётся ко мне.

– Так и будет, – ответил Эдвард, беря Солвейг за руку. – Ты услышала всё и то, что Биргер не желает твоей смерти, он не хочет подчиняться Исгерд и поэтому жаждет получить свободу.

– Но мы не можем допустить этого! – воскликнул Иден, оглядев товарищей.

– Волшебный медальон, в котором заключено проклятие матери Биргера будет находиться у меня, – проговорил Эдвард, – и когда змей опустится под воду, чтобы унести туда Исгерд, я сломаю его, как и заклятие. Вам только необходимо заморозить озеро, чтобы став смертным Биргер не смог выбраться на свободу.

– Ты уверен, что белый змей не думал о подобном исходе? – въедливо спросил Бекан. – Он так просто не сдастся, и у него должен быть план на случай, если ты затеешь с ним опасную игру.

Эдвард замолчал, вспоминая разговор с белым демоном, представляя ужасное лицо и чешуйчатый хвост Биргера, которым он мог запросто раздавить его. Тишина обволакивала, и лишь потрескивание свечей напоминало, что за каждым шагом идут последствия и необходимо сделать всё, чтобы не случилось ничего непредвиденного.

– Нам нужно спасти королеву, – проговорил Нейл, – и не так просто уничтожить белого змея. Уверен, он что-то приготовил на случай твоего обмана.

– Согласен, что Биргер, что-то предпримет, – согласился принц, – но чего опасаться нам?

– Плохо, что теперь волшебная флейта в его руках, – удручено, произнёс Иден.

– Но дело не только во флейте. Я выучил эту мелодию наизусть. А в замке Исгерд у нас теперь есть отличный союзник – Алвис обещал перетянуть на свою сторону других орков, так что дело теперь встало лишь за тем, чтобы сразиться с Биргером. Если ему удастся выбраться из озера Холгер, белый змей не упустит шанс. Пока он доверяет мне…

– Не говори о доверии, когда упоминаешь Биргера, – махнула рукой Солвейг, прервав Эдварда. – Я не поверила бы ни одному его слову. И то, что он оставил тебя в живых не говорит о его жалости. Тут что-то другое. Надеюсь, он не спрашивал об Эслинн?

– А что Биргер может сделать Эслинн? – непонимающе спросил Эдвард.

В ответ королева, ничего не сказав, горько рассмеялась:

– Он сможет нанести удар оттуда, откуда ты и не будешь ожидать. И как, по-твоему, ты совершишь предательство и останешься безнаказанным?

– Значит, разговора по душам не вышло. – Эдвард задумчиво отвёл глаза в сторону. – Моя неопытность сыграла злую шутку. И если Биргеру станет известно, где Эслинн, он сможет нанести мне удар.

– Это мало сказано, – добавил Олан. – Поэтому над твоим планом необходимо достаточно поразмыслить.

Глава 6 Медальон Биргера

Глава 6 Медальон Биргера

Солнце не скрылось за тёмным лесом, оно словно ожидало, когда королева эльфов выйдет из укрытия. Солвейг, опираясь на руку Эдварда, поднималась по каменным ступеням подземного хода. Принцу подумалось, что сейчас её страшит даже мысль, как она войдёт во дворец, прежде всегда сияющий светом и прекрасным творением северных мастеров. Теперь же залы украшала паутина и жёлтые листья. Они словно говорили, что королевство слишком близко подошло к черте, за которой начинается бездна.

Звук шагов гулко раздавался в тишине замка, Эдвард видел, как лицо Солвейг окрасила улыбка. На смену страха пришло ощущение покоя. Одного опасался юноша, что королева сдалась и теперь ей уже всё равно, отчего умирать: от зубов Биргера или старости, неумолимо следовавшей за ней. Лишившись солнечного света, Солвейг растратила магию, и теперь вместо прекрасной девушки, Эдвард видел старую женщину. Её волосы покрыла седина, а на лице появилась сетка морщин. Лишь улыбка напоминала о прежней королеве эльфов.

Иден и Олан с болью смотрели на повелительницу, и каждый надеялся, что она снова воспрянет духом, как в былые времена.

Эдвард не стал рассказывать Солвейг, что ему известно, как Биргер забрал её не рождённое дитя. И теперь надеялся лишь, что солнце исцелит, если не душу, так тело королевы.

Солвейг вышла на балкон, залитый светом и, протянув руки к небу, закрыла глаза. Блики солнца играли на лице и, о чудо, Эдвард воочию увидел, как королева становится прежней. В неё словно вдохнули жизнь: волосы сделались тёмными, от седины не осталось и следа, кожа разгладилась, а в глазах появился прежний блеск.

Она обернулась к стоявшим в ожидании друзьям и сообщила, что теперь пора готовить план битвы.

– Ну, слава небесам, такой она мне нравится больше, – выдохнул Нейл, улыбаясь в бороду и сложив ладони на рукоять лопаты.

– Согласен, – кивнул громила Атти, потом глянул в сторону принца и добавил, – а ведь мы даже не предложили Эдварду пищи и отдыха.

– Прости Эд. – Иден приложил руку к груди. – Мы настолько обеспокоились происходящим, что и думать забыли, что необходимо тебе.

– Ничего, – ответил принц глядя на Солвейг, теперь она ещё больше напоминала ему Эслинн, и юноша хотел как можно скорее увидеться с ней.

Солвейг действительно стало лучше. Страх ненадолго оставил её и, вернувшись в убежище замка, тоска попыталась выползти из тёмных закоулков снова.

Несколько придворных эльфов накрыли стол. Еда не отличалась разнообразием, но в достаточном количестве было хлеба и мяса из королевских запасов. Эдвард рад наконец-то оказаться с друзьями и утолить голод, мучавший его много дней. На сытый желудок голова стала, по его словам, лучше работать, и было принято решение действовать по намеченному плану.

– Нас много, и вместе мы не просто сила, но и ум, – сказал Иден, беря на себя негласное руководство операцией. – Бекан, как самый маленький и юркий сможет выкрасть медальон из покоев Исгерд. Как только он окажется у нас, мы сможем диктовать Биргеру наши условия.

– Только если он не подстраховался, – добавил Эдвард.

Его не оставляли мысли, что в разговоре с коварным змеем он упомянул Эслинн, и как бы это не вышло для всех боком.

– Биргер не рвётся на трон, по твоим словам ему нужна свобода. – Солвейг скрестила руки на груди и покачала головой, – но я не верю не единому слову этого чудовища. Он никогда не утолит свой голод.

– Это и так понятно, – кивнул Олан, – и думаю, нам стоит укрыться в стенах библиотеки того самого хранителя, о котором говорил Эдвард. Возможно, Алвис поможет нам, как обещал.

– И не забывайте о трёх волосках волшебного оленя, – добавил Нейл. – Кто его знает…

– Не нужно сейчас надеяться на Вио-птаха, – прервала гнома Солвейг. – Никому не подвластно уничтожить Биргера. Никому из тех, кого я знаю. Если только надеяться на Калдера, – она немного помолчала. – Для меня оказалось странным услышать, что он не смог снять заклятие с реки, превращающей всех в камень. Тут у него, видимо свой интерес. Ах, да, – королева горько усмехнулась, – дело может быть в уязвлённом самолюбии и попытке попросить его о помощи с моей стороны. Это похоже на Горного Короля, очень похоже.

– Неужели ты думаешь, что Калдер затеял похищение вашей дочери, заколдовал реку в Зелёном Доле и разгневал Исгерд, чтобы Солвейг попросила его о помощи? – чуть не рассмеялся гоблин.

– Я согласен с Беканом, – кивнул Иден. – Эта идея насчёт козней Калдера слишком надумана.

– Пусть так, – ответила королева, нахмурившись, скорее из-за того, чтобы не начинать спор. – Только если это будет в интересах королевства, я могу попросить поддержки у Горного Короля. Только знаю, что он попросит взамен.

– Главное – внести раскол в ряды армии орков, – добавил громила Атти, – тогда нам будет легче справиться с остальными.

Атти шумно высморкался, вытираясь рукавом, и с удивлением окинул взглядом товарищей:

– Что не так?

– Никогда бы не подумал, что кроме силы, тролль Атти может дать дельный совет, – усмехнулся по доброму Иден и похлопал сидевшего рядом тролля по массивному плечу.

– Орков тоже считают не особо умными, – пробасил великан, – однако одному из них не помешало вести летописи в королевской библиотеке.

– Чаще всего это исключение из правил, – сказала Солвейг, вздёрнув нос, – многое зависит от воспитания. Знаю одно – и орки, и тролли доверчивый народ и часто сначала делают, потом думают. Но сейчас речь не об этом. Мы ушли от главного. Сегодня вечером новолуние, что станет отличным временем для проникновения в замок. Нам поможет волшебное зеркало.

– Если никто только не будет поджидать нас там, – предусмотрительно вставил Эдвард.

– Я смогу укрыть всех чарами невидимости. – Иден свёл светлые брови. – Это облегчит задачу проникновения во дворец.

– Хорошо, а что потом? Биргер сам найдёт нас?! И не забывайте, что волшебная флейта у него. – Эдвард потёр бороду, вытирая гусиный жир с губ, – спасибо за пищу и думаю, стоит отправляться безотлагательно. Я понял, Бекан идёт в покои королевы на поиски медальона. Мы с Иденом и Оланом укрытые чарами, спустимся к озеру Холгер. А ты Солвейг должна будешь явиться к королеве, но только после того, как мы поговорим с Алвисом, ведь он сможет обеспечить твою безопасность. Не верю я, что орки, которые на службе Исгерд послушают бывшего воеводу. Поэтому надо быть готовыми к битве.

– Ничего, моей магии хватит на то, чтобы отбить атаку орка, а Атти и Нейл сослужат службу, если возьмут на себя охрану. – Солвейг улыбнувшись, взглянула на гнома и орка. Зелёный громила, пожав плечами, кивнул, гном Нейл тоже улыбаясь в кудрявую бороду, проговорил с улыбкой, что это честь для него оберегать королеву.

– В любом случае, нам не известны до конца намерения Алвиса, да и Биргера не по манку звать, – констатировал Олан. – Сегодня мы решили так, но завтра всё может измениться, и у нас должен быть план на случай, если всё пойдёт прахом.

– Ничего, – Эдвард остановил тираду Олана обращённой к нему ладонью. – На случай фиаско, у меня припасены волшебные волоски оленя, и три желания…

– Отчего не загадать всё и сразу и отправляться домой, – проскрипел Бекан, раздувая щеки. – Ты веришь, что шерсть белого оленя спасёт нас от смерти?!

– Я не могу сказать, что всё так просто. Вио-птах назвался волшебным оленем и сказал одно, что если понадобиться его помощь, необходимо взять один волосок, положить на ладонь и, сдувая, загадать желание. Но мне известно, что нужно быть очень осторожными в своих просьбах. Потому оставлю шерстинки, как последнюю надежду на спасение и верю, что Вио-птах не стал бы говорить зря.

Друзья, переглянувшись, нашли слова принца не лишёнными смысла и после уточнения подробностей, и кому какая уготована роль, приняли решение отходить ко сну.

Ночь началась с раздумий, и принц никак не мог заснуть. Печалила его судьба волшебной флейты, а потом, когда дрёма укрыла, приснился ему сон, да такой яркий, словно всё происходило наяву.

Оказался он невидимым призраком во дворце короля Зелёного Дола Вардена. Взлетел по винтовой лестнице, чтобы увидеть прекрасную Эслинн. Только не встретила его любимая. Дверь темницы оказалась распахнутой. С высоты башни Эдвард увидел, что Дэрвайг увешан траурными флагами и лентами, словно кто-то умер, точно король Варден, сердце которого превратилось в камень. Теперь власть может перейти к вездесущему Гилмору, как подумалось принцу. Но где же Эслинн?

Эдвард наблюдал, куда направлялась толпа, и с высоты птичьего полёта увидел, как на городской площади установлен помост, на котором два трона. У подножья наспех сколоченная арена, а солдаты раздают людям хлеб и вино.

Ничего не понимающий Эдвард подлетел ближе, уже осознавая, что каким-то образом смог перемещаться во сне по воздуху и теперь являлся свидетелем не просто траурной церемонии, а нечто иного, о чём, и догадываться не смел.

– Король умер! – выкрикнул голос из толпы.

– Король умер!!! – подхватила толпа, стон пронёсся вместе с этим возгласом и утонул за высокими зданиями площади.

– Да, здравствует новый король! – закричали люди, сгрудившиеся возле деревянного помоста.

Эдвард видел, как окружённый стражей к трону подошёл Гилмор. На его плечи наброшена пурпурная мантия, старый советник опирался на золотой посох и прихрамывал на одну ногу. Но не это обескуражило и даже испугало Эдварда, а то, что следом за ним к трону шла Эслинн. Её глаза покрыты повязкой. Она шла осторожно, опираясь на руку белого змея. Единственный из всех, Биргер видел Эдварда и, посмотрев в сторону растерянного парня, прошипел на змеином языке, который принцу был более чем понятен:

– Я нашёл её, принц Эдвард, и в скором времени Зелёный Дол падёт к моим ногам.

– К твоему хвосту, – съязвил Эдвард, ощущая ужас, заполняющий его сердце, – если я не уничтожу медальон, ты так и будешь ползать. Кроме яда и умения проникать в чужие сны, у тебя больше нет ничего. Ты способен лишь брать ...

– Не нужно длинных речей, Эдвард! – махнул рукой Биргер, прерывая принца. – Мне известно, что на рассвете вы прибудете в замок Исгерд. Там и встретимся и тогда, быть может, я не стану забирать с собой Эслинн.

Белый змей взглянул на девушку с завязанными глазами и повторил её имя по слогам, расплываясь в гадкой улыбке:

– Но кто сказал, что она твоя, Эдвард, она же так и не дала ответ.

Эдвард хотел возразить, но ощутил, как слова потерялись по пути, он почувствовал глухой удар и проснулся.

Темнота. В убежище ночь не могла рассеяться, здесь лишь тусклый свет от оплывших свечей освещающих тёмные комнаты. Забрезжил рассвет за каменными стенами, лучи солнца просачивались сквозь снежные тучи, делая их грязно-розовыми. Утро неохотно вползало в королевство.

Принц, очнувшись на полу, понял, что упал с кровати, ужаснувшись увиденном и услышанном от Биргера. Сердце защемила тоска. Он вспомнил Эслинн, и ему стало страшно, не за себя, не за своих друзей – а за девушку, попавшую в сети, словно бабочка. Неужели, Варден мёртв, спросил себя юноша, понимая, что ответ ему сейчас никто не даст.

Рядом заворочался Нейл, сон уже начал отпускать его. Эдвард зажёг свечу и уселся за стол, обхватив голову руками. Огонь плясал и, потрескивая, пламя играло на кухонной утвари, создавая причудливые тени. По ногам пробежал холод, и принц окончательно проснулся.

День промчался в разговорах и попытках выстроить план на проникновение в замок Исгерд. К вечеру сумерки медленно прокрались в высокие окна замка Солвейг. Солнце лениво пряталось за горами, цепляясь последними лучами за снежные тучи.

Новолуние сделало ночь темной, когда Эдвард, с братьями эльфами, гномом, гоблином и троллем выпрыгнули из волшебного зеркала в замке королевы Ледяной страны. Солвейг миновала холодную гладь портала последняя, и, оглядевшись по сторонам, приложила палец к губам.

– Здесь пахнет смертью. И Биргер здесь, я чувствую это.

Иден накинул на друзей чары невидимости, а Эдвард сказал, что пора спуститься в подземелье к хранителю библиотеки Алвису.

– У него хороший слух, и он поймёт, что по ступеням спускаются семь пар ног.

– Мы можем верить ему? – недоверчиво спросила Солвейг, не особо уверенная, стоит ли полагаться на орка.

– Хотелось бы надеяться на его слово, – вздохнул принц, потирая озябшие руки. – И всё же, пока я поговорю с ним наедине.

– Мне нечего опасаться орка Алвиса, – буркнула королева, плотнее закутываясь в меховой плащ.

– Но не стоит рисковать, – поддержал предложение Эдварда Иден, убирая со лба длинные волосы.

Тихо пробираясь по мрачному коридору, укрытые чарами, товарищи вышли к потайному входу ведущему в королевскую библиотеку.

Осмотревшись, Эдвард почувствовал, как сильно билось сердце, он нажал на потайной рычаг, и дверь распахнулась. Удивительно, что в замке им не встретился ни один орк из стражи Исгерд, и Солвейг решила, что вероятнее всего в это время вся королевская рать спит сном младенцев.

Закрыв за собой дверь, Эдвард припомнил, что когда входил сюда, запер её изнутри на засов. Так кто же поднял его, Алвис или кто-то другой? Олан воспользовавшись магией, зажёг свет на кончиках длинных пальцев, освещая каменные ступени. Королева шла в середине группы, рискнувших дать отпор Исгерд храбрецов. Впервые за долгое время страх отодвинулся, уступая место решительности.

Стены тут и там покрывала плесень и пахло сыростью. Звук капающих капель напоминал о том, что озеро Холгер рядом, и в подземелье сырость заставляла ёжиться от холода и влажности.

Когда за поворотом длинного прохода показался свет, Эдвард приложил палец к губам и проговорил вполголоса:

– Я отправлюсь один к Алвису, а вы ждите здесь. Погасите свет, мало ли что может произойти. Сейчас вы должны слиться со стенами.

Олан внимательно взглянул на принца, а Эдвард, поклонившись королеве и друзьям, направился в сторону библиотеки. Эльф кивнул ему в ответ и задул свет. Темнота снова окутала смельчаков, и лишь тихие шаги принца и звук падающих капель воды нарушали повисшую в воздухе тишину.

Как и думал юноша, у Алвиса оказался тонкий слух, он открыл дверь и остановился на пороге.

– Я вернулся, Алвис, – улыбаясь, прошептал Эдвард, он старался выглядеть непринуждённо, но дрожь в голосе выдавала волнение.

– На беду ты привёл сюда своих товарищей, – ответил орк, посматривая по сторонам. – Белый Змей в замке, и я уверен, он знает, что вы здесь.

– Ты можешь спрятать нас ненадолго? – спросил принц, оглядевшись. Ему слышалось чьё-то дыхание и казалось, кто-то наблюдал за ними из мрака. – Я хотел бы уточнить кое-что. Где стража, и есть ли у нас возможность захватить Ис..?

– Тсс, – шикнул на него Алвис. – Что ты придумал?! – старый орк округлил маленькие глазки, а потом, как бы спохватившись, добавил, – зови друзей, пока здесь самое безопасное место в замке.

Эдвард медлил, задумавшись, что слишком плохо знал бывшего воеводу, и мысль о том, что тот может предать, зацарапалась острыми коготками в сердце юноши.

Он вошёл внутрь каморки Алвиса и, посмотрев по сторонам, пытался отыскать что-нибудь, что могло успокоить сомнения.

– Ты можешь верить мне, Эдвард, – тихо проговорил орк, прижав к вискам торчащие в стороны уши. На золотой оправе очков играли блики от множества свечей. Алвис ждал и был как никогда спокоен.

Эдвард знал – когда звучат слова о доверии, меньше всего хочется полагаться на них. Однако королева и друзья ждали решения принца.

Он посмотрел в глаза Алвиса и, кивнув, сказал, что сейчас приведёт товарищей. Подумав про себя, что о прибытии королевы пока не стоило сообщать и необходимо спрятать её чарами братьев эльфов.

– А где же Солвейг? Надеюсь, вы не втянули её в это опасное приключение?!

Подобная забота Алвиса удивила Эдварда.

К удивлению присутствующих друзей, королева сама раскрыла себя, подошла к Алвису, и, улыбаясь, обняла его.

– Так вы знакомы?!– вырвалось у Эдварда, а Солвейг прищурившись, кивнула. С её лица слетела тень сомнений, и она сообщила, что они давние друзья.

– Я просто хотела убедиться, тот ли это Алвис! – Солвейг хлопнула орка по массивному плечу. – От Ледяной Королевы можно ожидать всяких козней. Поэтому я и отправилась с вами, чтобы посмотреть, о каком Алвисе шла речь.

Юноша, шумно выдохнув, вытер капельки пота выступившие на лбу:

– Твоя осведомлённость многое меняет, теперь мы можем быть уверены, что Алвис действительно на нашей стороне.

– А ты сомневался?! – спросил орк, как показалось Эдварду немного обиженно.

– Конечно, – невозмутимо ответил рыжеволосый принц, чувствуя, как с плеч словно сняли тяжёлую ношу. – А как бы ты поступил на моем месте, Алвис?

Он почесал лишённую растительности макушку и, усмехнувшись, кивнул:

– Так же, как и ты или может быть стал ещё более подозрительным к безобразному угоднику Исгерд, бывшему воеводе её войска.

–Да не так уж ты и уродлив, Алвис, – махнула рукой Солвейг. – Человека красят поступки, а не лицо, как и любого из живущих на просторах наших бескрайних земель.

– Согласен, – кивнул зелёный громила Атти, скрестив руки на груди. – Иной раз я встречал страшилищ с добрыми сердцами, а красавцев со злобными душонками.

– Достаточно лирики, – уронил Олан, в нетерпении, ему хотелось скорее покончить с Исгерд и её коварными приспешниками. – Что делать будем? Ночь не станет ждать, возможно, настало время проникнуть к королеве в покои, чтобы выкрасть медальон?

– Но если Биргер…– начал было Бекан.

– Тсс, – прервал его Алвис, – не упоминайте белого змея. Пока в его интересах – не мешать вам, завладеть медальоном. Исгерд осталась одна, теперь замок больше не в её власти, но появился более страшный враг и самое главное забрать у него волшебную флейту.

– А разве не всё равно, на чём играть? – вдруг спросил Эдвард.

– Не все равно, мой так быстро возмужавший друг. – Орк уселся на табурет с толстыми ножками и тот печально скрипнул под ним. – Извини Солвейг, что присаживаюсь в твоём присутствии, колено совсем не даёт покоя. Отправляйтесь за медальоном, встретимся у озера Холгер. Стражи вам незачем бояться, теперь все орки слушаются меня снова. Я и не думал, что семена сомнений так быстро дали всходы, и мне осталось только лишь подтолкнуть верховных стражей.

– Я хочу поговорить с Исгерд, – вмешалась Солвейг, – негоже так поступать пусть и с моим врагом, но я должна ей сказать несколько слов.

– Мы с вами королева! – поддержал её Атти. Нейл поклонился Солвейг. Эдвард размышлял, что пока их мыли и действия продвигаются по намеченному плану. Только о своём сне он никому не рассказал и надеялся, что увиденное в кошмаре окажется просто видением.

Пришлось разделиться – Бекан под присмотром Эдварда отправился на поиски опочивальни Исгерд. Солвейг под охраной гнома и тролля Атти устремилась в тронный зал. Эльфы же навострив уши, превратились в слух, готовясь применить магию и ждали у входа в подземелье, который вёл к ледяному озеру Холгер.

– Ну, о чём ты думаешь, Эдвард? – тихо прошептал Бекан. Тот, крадучись двигался, прижимаясь к стене, в надежде, что никто не помешает их замыслу.

– Думаю, что королева спит крепким сном и не ведает, что мы затеяли.

– Очень надеюсь на это, – тихо проговорил Бекан, продолжая путь по извилистым коридорам.

– Теперь поверни направо, – проговорил принц, вспоминая план замка.

В темноте сложно ориентироваться, однако глаза скоро привыкли к мраку. Чуткий слух Бекана уловил чуть слышное сопение, доносящееся из покоев, в конце коридора.

– Ты считаешь это Исгерд? – спросил Эдвард. Гоблин пожал плечами и двинулся дальше. Храп становился громче. Новый раскат, раздавшийся из покоев королевы заставил усомниться, и Бекана, и принца в том, что подобные звуки способна издавать Исгерд.

– У меня такое впечатление, что это орк храпит, – прошипел над самым ухом Бекана Эдвард. Гоблин махнул когтистой лапой.

– Можешь мне поверить, что женщины могут храпеть, как орки. Но лучше проверить, чтобы не оказаться в ловушке.

Попробовав надавить на дверную ручку, Эдвард с досадой понял, что дверь заперта. Хитроумный гоблин запасся набором отмычек, чем снова удивил принца. Тихо бормоча под нос, Бекан щёлкнул пальцами, на кончике которых вспыхнуло пламя, и осветил замочную скважину, заглядывая внутрь. Потом выбрав подходящую отмычку, вставил её в замок и после недолгих манипуляций вскрыл замок.

– Я и не думал, что ты умеешь использовать магию, – удивлённо прошептал Эдвард.

– Это Солвейг поделилась парочкой необходимостей, так я это называю. Всё гасим свет, – Бекан дунул на язычок пламени, заставив их с Эдвардом погрузиться во мрак снова.

Дверь скрипнула, но предательский звук утонул в нарастающем храпе, лежащего на королевском ложе тела. Судя по очертаниям, это была всё-таки королева, и пока Эдвард стоял у двери, готовый выскочить наружу, Бекан на цыпочках прокрался к туалетному столику Исгерд, надеясь отыскать заветный медальон.

Среди множества украшений, его сложно найти. Эдвард пришёл на помощь другу, посоветовав посмотреть в дальнем ящике, куда скорее всего заглядывали изредка. Вместе они отыскали шкатулку из красной яшмы, внутри которой лежал медальон из чёрного агата. Бекану снова пришлось воспользоваться магическим светом, отчего в комнате стало слишком светло. Королева перестала храпеть, а затихла, словно почуяв опасность.

Эдвард, сжимая медальон, попятился назад, стараясь не шуметь. Бекан же, задув пламя, последовал за принцем, и они бесшумно проскользнули в раскрытую дверь. К счастью Исгерд так и не проснулась, об этом оповестил новый раскатистый аккорд храпа, который теперь сделался протяжным и даже каким-то жалобным.

Несмотря на беспокойную ситуацию, принц чуть было не прыснул со смеху, отчего получил пинок от гоблина. Бекан шикнул на него и сообщил, что для веселья не очень подходящее время.

Сконфузившись, юноша убедился, что медальон тот самый, как описывал Биргер и, повесив его на шею, спрятал под рубашку.

– Интересно, что происходит в тронном зале? – вдруг спросил он Бекана. Если Исгерд спит мёртвым сном, а Биргер в замке, не может ли он оказаться там? А ведь именно туда отправились Солвейг, Нейл и Атти. Не нравится мне, что медальон так легко попал к нам в руки. Что-то здесь не так, Бекан, и опасаюсь, как бы чудовище заставившее прийти нас сюда не заманило всех в капкан.

Солвейг уверенная в своей безопасности медленно и осторожно двигалась по тёмному коридору в окружении верных подданных – громилы Атти и гнома Нейла. Она рассматривала больше темноту, чем стены, и успела отметить, как всё изменилось в замке Исгерд.

Недавно дворец играл светом и красками, красивая иллюминация освещала высокие своды, просторные залы. Каждую пятницу Исгерд давала бал, и в танце здесь кружилось множество дам и кавалеров. Как жаль, размышляла про себя Солвейг, что это время ушло безвозвратно. Если замок королевы эльфов посетило запустение, укутавшись в забвение из бурых листьев и паутины, то дворец Ледяного королевства больше напоминал склеп. Здесь правила смерть, и дыхание белого демона ощущалось повсюду.

На мгновение Солвейг замедлила шаг, прислушалась, в тайне надеясь больше никогда не встретиться с Биргером. Она вспомнила ужасный день, когда потеряла будущего наследника и, что кровожадный змей сделал с не рождённым ребёнком.

– Как, вы, королева? – участливо спросил Нейл, видя, что Солвейг покачнувшись, прижала руку к гобелену, висевшему возле входа в тронный зал.

– Всё в порядке. Воспоминания, – она попыталась осмотреться в темноте, и, её внезапно побледневшее лицо, не выдало настоящих переживаний. – Мне страшно столкнуться с чудовищем, – пробормотала она. – Однажды оно пощадило меня. Теперь не думаю, что смогу так просто избежать смерти от его клыков.

– Ваше Величество, – тихо пробасил Атти, – позвольте мне первому войти в тронный зал и убедиться, что там никого кроме Исгерд нет.

– Не стоит утруждаться, Атти. – Солвейг коснулась пальцами грубой кожи его руки.– Рано или поздно мы все делаем выбор и поэтому…

Неожиданный звук шагов за спиной заставил королеву замолчать и прижаться к стене. Однако стремительное появление Эдварда и Бекана заставило её усомниться в правильности решения первой заговорить с Биргером. Солвейг снова колебалась, всё ли она делает верно. И злилась на себя за сомнения.

– Солвейг! – шумно прошептал Эдвард. – Королева в своих покоях, спит, как убитая.

– И она не услышала, как вы проникли внутрь?! – В голосе Солвейг послышалось не просто удивление. – Исгерд очень чутко спит и тут дело в чём-то другом. Уверенна Биргер здесь, и он выжидает момент, чтобы напасть.

На мгновение послышался шелест, как будто чешуйчатое тело двигалось, скрываясь между стенами. Тишина на минуту повисла в воздухе, а потом Эдвард решительно отодвинул Солвейг в сторону и мотнул головой в сторону Атти.

Распахнув двери зала, где раньше проводились приёмы, Эдвард ожидал увидеть, что угодно, но только не… Эслинн, сидящую на ступенях, возле громадного трона Исгерд.

– Эслинн, – вырвалось у Эдварда, прежде чем он подумал, что лучше не создавать ненужного шума.

– Эдвард! – воскликнула девушка, бросившись к нему, как к единственной надежде на спасение.

– Не смотри…мои друзья…

– Теперь это уже неважно, – прервала принца дочь Калдера. – Теперь, когда я полюбила по-настоящему, проклятие любви с первого взгляда ушло само собой.

Эслинн протянула к принцу руки, но тут же, словно обожглась, отступая назад.

– Он здесь, и он убьёт всех вас, – проговорила, побледнев Эслинн вполголоса.

В тронном зале горело всего несколько толстых свечей, бросая на стены уродливые тени. В полумраке Эдвард и не заметил больше никого в зале.

– Только не сейчас, когда его свобода в моих руках. Я исполнил часть уговора! – Намеренно громко выкрикнул Эдвард, – зачем только ты притащил сюда Эслинн?! Не женское дело решать, кому умирать, а кому завладеть королевством.

– Ошибаешься, – прошелестело где-то рядом.

Кожа Эдварда покрылась мурашками, он обернулся, видя, что в зале находится совершенно один, не считая Эслинн. Ни Солвейг, ни Атти, Бекана и Нейла здесь нет. На мгновение принц растерялся, размышляя, куда же могли подеваться друзья. Теперь он мог надеяться только лишь на помощь братьев эльфов.

– Здесь никого кроме нас, Эдвард, – прошипел Биргер, выползая из-за трона правительницы. – Здесь только участники договора.

– Но, причём здесь…

– Тсс, – Биргер приложил палец к бледным губам. – Я сказал, что ты отдашь мне самое дорогое, и ты согласился не нарушать уговор.

– Ну, а как же Исгерд? – с насмешкой спросил Эдвард, – или в спальне храпит орк на её перинах?

– Следуй за мной и не забудь крепко держать свою будущую невесту за руку, – оскалился Биргер в гадкой ухмылке.

Принцу ничего не оставалось, как взять Эслинн за холодные пальцы и направиться следом. Его не покидала надежда, что удастся, что-то предпринять и сразиться с Биргером в честном бою.

Чем дальше они продвигались по тёмному коридору, освещённому единственным факелом в глубине подземелья, тем холоднее становилось вокруг.

Стены покрылись инеем, изо рта шёл пар. Эдварду представлялось, будто всё вокруг стало нереальным, и он вместе с Эслинн и Биргером провалились в другой мир. Здесь нет света и тепла, сама жизнь точно затянула петлю на горле, и всё здесь подчинялось единственным законам смерти и мрака.

Где же вы, Олан, Иден, молился про себя Эдвард. Страх начинал подбираться ближе, просовывая пальцы под ребра к сердцу. Как он мог пройти, незамеченный друзьями, которые вот-вот должны подоспеть на помощь. Никого.

Дверь в подземелье раскрылась лишь от одного прикосновения когтистой руки Биргера. Скрип петель показался слишком громким в гнетущей тишине. Белый змей шелестел чешуйчатым телом, а кольца мускулистого туловища перекатывались, словно чудовище передвигалось по воздуху.

Спуск к озеру Холгер не казался долгим, только странное уродливое эхо от любого звука заставляло вздрагивать, а спина покрылась капельками пота.

Обледеневшая пещера встретила безмолвием. Здесь отсутствовал любой запах, словно время остановилось, хотя вмёрзшие в лёд останки пугающе реальны. Напуганная Эслинн сжала трясущимися пальцами ладонь Эдварда и сделалась бледнее полотна. Лёд и голубое свечение от озера Холгер пронизывали темноту, делая окружающее пространство призрачным, лишённым реальности.

Никогда ещё Эдвард не испытывал подобного ужаса, он словно саваном обволакивал заставляя сдастся, уступить чудовищу.

– Исгерд мертва.

Слова Биргера нарушили покой ледяной пещеры и прозвучали, как показалось принцу, слишком громко.

– Я могу увидеть её тело? – холодно спросил Эдвард, понимая, что Эслинн смотрит на него и её пугает происходящее. Принц и сам не ведал в его ли силах сделать что-нибудь стоящее, и раздумывал, как расправиться с коварным Биргером.

– Медальон, – наг в упор глянул на принца и щёлкнул пальцами, протягивая руку. – Он у тебя?

– Сначала ответь, где королева! – голос Эдварда эхом прокатился по ледяным сводам, превращаясь в многоголосые отзвуки.

Эслинн дрожала от ужаса и холода сковавшего её.

– Королева подо льдом, можешь не сомневаться. Я держу слово, вопреки тому, что болтают обо мне.

– А что дальше? – Эдвард свёл брови, он не верил нагу. – Зачем ты привёл сюда Эслинн? Не стоило её впутывать в эту историю.

– Ты отправился сюда именно из-за Эслинн, – змей плотоядно посмотрел в сторону девушки, сверкая красными, как угли глазами.– Поэтому не играй со мной. Помни, всего лишь три капли яда смогут убить её, но если я кусаю жертву, то не считаю, сколько ядовитой слюны попадает внутрь приговорённого.

Биргер засмеялся и, внезапно вцепившись в руку Эслинн, потащил за собой дочь Калдера. От ужаса она захлебнулась криком и почти что потеряла сознание. Эдвард, не ожидавший подобного поворота, сжал рукоять меча, но змей пообещал сбросить принцессу в озеро, если он сейчас же не вытащит медальон.

– Лёд в середине озера слишком тонкий, – мерзко рассмеялся Биргер, – к тому же мёртвая королева не особо приятное соседство для Эслинн.

Девушка покачнулась, но устояла на ногах, ощущая запах смерти исходящий от чудовища, перед глазами вспыхнул огонь, она видела в змеиных зрачках сотни погибших в страшных мучениях. Биргер получал удовольствие всегда, исполняя роль палача.

– Отпусти её! Эслинн ни в чём не виновата! – выкрикнул принц, вытаскивая медальон.

Вдруг за спиной послышались быстрые шаги, Эдвард обернулся, видя приближающуюся королеву и братьев эльфов. Солвейг, само собой, принц никак не ожидал увидеть в ледяной пещере. Его не покидало чувство раздвоенности, словно белый змей с помощью магии скрыл принца и Эслинн чарами, чтобы никто не смог им прийти на помощь.

– Биргер! – закричала Солвейг, её голос чуть было не сорвался, когда в девушке, которую крепко держал змей, она узнала Эслинн. – Ты уже убил одного моего ребёнка, теперь ты хочешь уничтожить последнее, что осталось у меня!!!

– Я не заключал с тобой сделку, женщина! – прошипел Биргер, толкая Эслинн на середину озера. Скользкий лёд под ней казался крепким, но у каждого вырвался возглас ужаса. Эслинн почувствовала, как к горлу подобралась тошнота, перед глазами поплыло, и каждое неловкое движение, как думалось принцессе, могло привести к гибели. Лёд провалится и тогда никто не сможет вытащить её из ледяных вод Холгер.

– Посмотри, сквозь лёд, Эслинн, возможно ты увидишь там кое-что!

Испуганное лицо принцессы залили слёзы. Колючая поверхность льда обжигала холодом, и чтобы увидеть хоть что-то, ей пришлось разгребать снег на поверхности застывшего озера.

Сердце Эдварда тревожно сжалось, во рту пересохло. Он знал, что если ступит на мёрзлую гладь Холгер, и попытается спасти любимую, они погибнут вместе. Ледяная поверхность озера может не выдержать. И принц не рискнул испытывать судьбу.

В конце концов, Эслинн увидела белое лицо Исгерд появившееся подо льдом, похожее на лик странной куклы. Её глаза раскрытые и наполненные ужасом, как и рот, искривлённый в гримасе боли.

Испуганная принцесса от неожиданности вскрикнула, прижав руки к щекам и, обернувшись, посмотрела в сторону Эдварда. Ресницы дрожали, а губы сделались бледными.

– Она там?! – громко выкрикнул Биргер. Видя, что Эслинн кивает, заливаясь слезами, змей подполз к Эдварду, выставив перед ним когтистую руку. – Я выполнил часть сделки. Медальон!

Принц не зная как поступить, окинул взглядом королеву и эльфов. Медленно снимая его с шеи. Отчаяние побеждало, и в эти минуты, Эдвард готов сдастся лишь бы спасти принцессу.

Внезапно появившийся, словно из воздуха, Бекан, подскочил неожиданно и стремительно, выхватывая из рук юноши ценный артефакт.

Эдвард не успел, и опомниться, как маленький гоблин проворно понёсся к ступеням ведущим прочь из подземелья. Принц не смог даже попытаться остановить его, зная, время сейчас играет против них.

– Маленькая бестия, – злобно прошипел Биргер, бросаясь за гоблином вдогонку, оскаливая зубастую пасть.

Солвейг, Олан и Иден прижались к стене. Не хотелось вступать в схватку с чудовищем.

– Бекан, беги!!! – только и смог выкрикнуть Эдвард, понимая, далеко маленький друг не сможет унести ноги.

Крик Бекана заставил принца вздрогнуть, как и дало возможность Эслинн, осторожно выбраться с середины ледяного озера. Она бросилась в объятия возлюбленного, дрожа и заливаясь слезами и, обхватив его шею руками, прошептала:

– Что же будет с нами?

Эти слова были произнесены с таким отчаянием, но Эдвард знал что делать. Он слышал торжествующий смех Биргера и сокрушался лишь в безрассудстве друга и своей неуверенности.

Вскоре вверху лестницы послышались шаги, и длинная тёмная тень опередила своего мрачного хозяина.

Настигнув Бекана, выскочившего за дверь, белый змей разорвал его на части. Медальон выпал из рук гоблина на каменный пол и разбился.

Нет, он не был из глины, однако от чего-то лопнул на три части. Голубое пламя пробежалось по искусно вырезанной надписи и погасло – проклятие белого змея развеялось, чары пали.

Биргер подобрал его и, подбросив в ладони, сунул в карман камзола. Богато украшенная одежда, пусть подобное платье носили пятьсот лет назад, красноречиво рассказывала о происхождении бывшего короля. Красные штаны и чёрные сапоги со шпорами делали Биргера похожим на старое приведение, вылезшее из древнего сундука, как и расшитый золотом камзол. Седые волосы стали черными, как смоль, а в красных глазах больше не горел огонь, они стали яркими, голубыми, будто излучали свет.

Эдвард поднялся по каменным ступеням, запах гниения ударил в нос. Увидев останки Бекана, принц вздрогнул, гоблин теперь казался похожим на сломанную куклу. Её можно починить, если только пришить голову и оторванную руку.

Комок подступил к горлу, принц не мог поверить, что маленького непоседы нет в живых. Ухмыляющийся Биргер стоял возле окна, рассматривая ночной пейзаж за стенами замка Исгерд.

Потом обернулся и скривил гримасу на холодном бледном лице. Эдвард только сейчас осознал, откуда исходит тот тошнотворный запах. Так пахло чудовище, принявшее облик человека, Биргер вонял трупом, и Эдвард демонстративно поморщил нос.

– Зачем? – Принц, с трудом сдерживая гнев, снова бросил взгляд на мёртвого Бекана, с дрожью в теле оказалось справиться трудно.

– Он мешал мне, этот маленький бродяга. Но, возможно Солвейг сумеет с помощью магии склеить части его тельца…

– Прекрати! – закричал, появившийся, из-за спины принца, Алвис. Лицо орка исказила гримаса ненависти, а кончики ушей оттопырились в стороны, глаза налились кровью, словно старый воевода мог броситься немедленно в бой.

Вот его-то принц никак не ожидал увидеть.

– О, хранитель библиотеки? – рассмеялся Биргер. – Смотрю, ты сменил рясу на доспехи?

Эдвард, оглянувшись, увидел друзей – Солвейг, которую вела под руку Эслинн и Атти, сжимающего меч в мускулистой руке.

Теперь почти все друзья рядом. Эдвард снова взглянул на останки гоблина, размышляя, почему товарищи не появились раньше. В чём тут дело? В коварной магии Биргера или в чём-то ином?

– Теперь ты смертен, – начал Эдвард, повернувшись к Биргеру. – И не сможешь так просто захватить власть или сбежать.

– Я сделаю то, что захочу, потому что за пятьсот лет в озере Холгер многому научился! – выкрикнул Биргер, и в его глазах сверкнуло белое пламя.

Затем Биргер создал на ладони шар размером с яблоко, который начал вращаться и, увеличиваясь в размерах, превратился в белую светящуюся сферу.

– Очень хочется посмотреть, кто сможет оказаться достойным соперником!

Биргер знал, никто не сможет противостоять его силе. Никто не отважится бросить вызов.

Как только Атти сделал шаг в сторону Биргера, в мгновения ока коварный злодей запустил в тролля магическим шаром.

Не ожидал Эдвард, что Атти, не уклонится от магического удара, а превратится в кусок льда, застыв с поднятым мечом.

– Кто следующий? – насмешливо бросил маг. – Давно я так не веселился.

Олан с Иденом выступили вперёд и ловко отбили несколько ледяных шаров Биргера. Однако небольшое поражение не смутило его. Следующим, в братьев, полетели огненные файерболы, а потом и молнии.

Солвейг сжимая руку дочери, прошептала, что её девочке надо бежать, пока Биргер меряется силами с противниками.

– Я не брошу тебя, мама, – заплаканная Эслинн горячо обняла королеву. – И Эдварда тоже не оставлю. Биргер явился ко мне во сне, поначалу я считала случившийся кошмар всего лишь сном. Когда же проснулась в замке Исгерд, то поняла, что каким-то способом он смог похитить меня. Не знаю, как ему удалось это … Смотри! – внезапно закричала Эслинн, видя, как братья эльфы обратились в каменные скульптуры.

Алвис пытался закрыть собой королеву с дочерью, нарочно не вступая в бой, веря, что Биргер не тронет женщин.

Эдвард, выхватив меч, двинулся в сторону мага, но тот проворно запрыгнул на подоконник, разбил ногой витраж и, превратившись в белого дракона, ринулся в небо.

Не ожидая такого поворота, обескураженный принц кинулся к окну, где в тёмном небе виднелся силуэт дракона Биргера.

Громовой хохот, словно сам дьявол, корчился в небесах, растерзал небо. Повалил крупный снег, ночь, казалось, длилась дольше, чем положено.

Эдвард, побледнев, взглянул на застывших в камне братьев эльфов, на обледеневшего друга Атти. Обезглавленное тело Бекана лежало навзничь, став маленьким и теперь сложно представить, что когда-то он был весёлым добрым гоблином. Сейчас от него осталась куча тряпья – рядом вырванная из плеча рука. Лужа застывшей липкой крови под малышом, оказалась такого же красного цвета, как и у человека.

– Эдвард, – от прикосновения Эслинн принц вздрогнул. Он ничего не слышал и не видел кроме друзей павших в неравной схватке с Биргером.

Не говоря ни слова, юноша расстегнул сумку, вытаскивая платок, в котором спрятал волшебные волоски Вио-птаха.

Солвейг понимающе смотрела на принца, но всё же коснулась его плеча, проговорив:

– Возможно, не стоит делать этого…

– Я сделаю, что должен, – ответил он.

Белые волоски волшебного оленя казались невесомыми, и от малейшего дуновения могли унестись прочь.

Принц осторожно положил подарок оленя на ладонь и, закрыв глаза произнёс: – Вио-птах, верни моих друзей к жизни.

Дунув на ладонь, Эдвард увидел, как волоски вспыхнули белым пламенем, превращаясь в золотистые искры. Послышался топот копыт, только он раздавался не в тёмных коридорах замка. Волшебный олень нёсся по снежным тучам, спускаясь с неба, его силуэт виднелся сквозь падающие белые хлопья. Вио-птах приближался, точно подгоняемый ветром.

Белый олень появился стремительно, запрыгнув в тёмный зал через разбитое окно. Сначала приблизился к королеве, низко склонив большую голову с прекрасными ветвистыми рогами. Потом двинулся к Эдварду и уткнулся мордой в его ладонь.

– Эдвард. – Волшебное создание грустно покачало головой и тяжело вздохнуло. – Я могу помочь тебе, но это всё что я смогу сделать. Вся моя сила уйдёт на оживление гоблина Бекана и снятия заклятия, наложенного Биргером на эльфов и горного тролля. А что, если твоя жизнь будет в опасности?

– За себя я сам смогу постоять, Вио-птах. Но без помощи друзей нам не одолеть чудовище.

В глазах Эдварда блеснули слёзы. Он коснулся головы Вио-птаха и прошептал ему в ухо слова благодарности.

Олень снова закивал большой головой и, склонившись над оторванной головой Бекана, подул ему в сморщенное в гримасе боли и ужаса лицо.

Внезапно произошло странное, пугающее и в тоже время ошеломительное чудо. Веки Бекана дрогнули. Лицо разгладилось, а губы растянулись в улыбке, подобная лишь может радовать мать, когда младенец делает это впервые. Затем оторванные части тела потянулись друг другу, срастаясь и заставив перепуганную Эслинн зажмуриться и сжать руку матери.

– Сейчас он спит, – мотнул головой волшебный олень в сторону гоблина. – На рассвете Бекан станет прежним. Он и не вспомнит о страшной смерти, что настигла его здесь.

– Только почему-то мне кажется, что рассвет мы не увидим больше никогда? – вырвалось у Эдварда.

– Не думай о том, как закончится ночь, верь, что солнце всё равно поднимется из-за гор. Наступит утро и многое тебе откроется, Эдвард.

Слова Вио-птаха заставили принца задуматься. Он обнял за плечи принцессу, которая, немного успокоилась и больше не плакала, а лишь тихо всхлипывала.

Вио-птах дунул на ледяную глыбу, которой стал Атти, снимая заклятие, видя, как тролль опускает тяжёлый меч и роняет его из ослабевших пальцев.

– Хох, – Атти тяжело склонил голову, опускаясь на одно колено, и непонимающе разглядывая белого оленя, шерсть которого светилась в темноте. – Неужели я всё-таки попал в Валгаллу, – выдохнул тролль и, зажмурившись, помотал головой.

Вио-птах не слушал его, он подошёл к окаменевшим братьям Олану и Идену и дунул на них, освобождая от заклятия Биргера, возвращая к жизни.

– Когда Биргер падёт, всё его колдовство развеется. Все, кто стал камнем или ледяной скульптурой вернёт себе человеческое обличие и жизнь.

Иден и Олан медленно обретали плоть – каменная оболочка растворилась, а в тела вернулась жизнь. В глазах наполненных немым вопросом читалось удивление и недоверие. Олан, по своему обыкновению скептически взглянул сначала на Эдварда, потом на волшебного оленя.

– Где эта химера?! – послышался голос Алвиса. Он, наконец, пришёл в себя и до сих пор молча наблюдал, как олень разрушал магию Биргера.

– Мне пора, – молвил Вио-птах, склоняясь перед Эдвардом и Солвейг. – Теперь всё в ваших руках.

Он окинул взглядом спящего Бекана, удручённого Атти, ворчливого Алвиса и сомневающихся, что они живы братьев эльфов. В темноте вспыхнул сноп серебристых искр, и белый олень исчез, превратившись в воронку из белых снежинок, оставив друзей принца в недоумении.

– Я понял, – тяжело выдохнул Иден, вспоминая историю о волшебных волосках Вио-птаха. – Только зачем ты истратил их на нас, Эдвард? Зачем?

– Только вместе мы сможем одолеть Биргера, – уронил принц. – Только так. И знаешь, Иден, я вспомнил ту озёрную деву. Помнишь, когда мы подошли к кварцевым шахтам и решили искупаться?

– Да, – ответил Иден, обхватив себя за плечи. Холодный воздух и ветер из разбитого окна заставил поёжиться всех. – Что-то припоминаю. Но лучше освежи мне память?

– Дева сообщила, что наградила меня каким-то даром. Только до сих пор ничего не произошло, я не стал сильнее, умнее. Не стал быстрее двигаться или обладать магическими способностями. Вот и думаю, что же это могло быть?

– Отчего ты завёл разговор об этом прошествии именно сейчас? – спросил Олан, нахмурив тёмные брови.

– Поэтому я истратил волшебные волосы Вио-птаха, потому что знаю, что озёрная дева наделила меня некой силой.

– Это глупо, Эдвард… – попытался опровергнуть слова принца Олан.

– Нет, друзья, – улыбнулся принц. – Я заметил кое-что и сейчас рискну проверить, только так я смогу узнать, верны ли мои догадки.

Эслинн вскрикнула, а Солвейг прижала руки к лицу, когда Эдвард, вытащив кинжал, разрезал себе ладонь. Он и сам не был уверен, правильно ли поступает и, возможно, предположения обманывают его.

Боль обожгла, словно раскалённое железо вошло в кожу. Кровь выступила на руке, а Эдвард смотрел и ждал, словно по какому-то волшебству рана затянется.

– Зачем ты делаешь это? – теперь голос подал старик Алвис. – Кроме дара говорить со всеми живыми существами, ты не обладаешь магией.

В какую-то минуту Эдвард поверил словам орка, но потом случилось необъяснимое. Рана затянулась, словно её никогда и не было. Принц поднял руку, освещая её в свете факела:

– Я не ошибался, предчувствие не подвело!

Он зажмурился, понимая, что пришло время, когда он может сам принять решение. Усталость внезапно напомнила о себе, как и прикосновение рук Эслинн, проговорившей тихим голосом:

– Идём. Надо обдумать, как поступить дальше.

– Сейчас. – Эдвард посмотрел на спящего Бекана и, подняв его с каменного пола прижал к груди. Гоблин показался ему лёгким, словно ребёнок. В какой-то момент юноша ощущал, что с ним что-то происходило. Точно его шаг и осознание своей новой способности меняли его.

Ночь стала длинной и мучительной. Спустившись в библиотеку, которую Алвис назвал самым безопасным местом до рассвета, воины и свидетели перерождения Биргера нуждались в отдыхе.

Алвис сменил оплывшие свечи, нарезал хлеб и печёную свинину. Эслинн помогла ему накрыть на стол и не сводила глаз с принца. Впервые за годы, когда узнала о своём проклятии влюблять в себя с первого взгляда, она ощущала себя свободной. Как всё это началось, размышляла принцесса. Раньше, пока Эслинн жила с матерью никто не подвергался чарам любви.

Когда же отец увёз её в Стоунгард, и девочка начала взрослеть, Калдер первым заметил, что с его придворными творится странное. Все они, как один восхваляли его дочь, и многие просили у Калдера, невзирая на сословие и положение в королевстве руки и сердца юной принцессы.

Именно тогда старый маг Тревор сообщил обеспокоенному отцу, что привезя во дворец дочь, Калдер забрал и проклятие Исгерд. Мстительная королева Ледяной страны ненавидела Эслинн и всячески старалась навредить ей. Только малышка как будто была под защитой Солвейг, козни и проклятия Исгерд не могли навредить ей.

Однажды королева прошипела над кроваткой, где спала маленькая Эслинн:

– Каждый, на кого ты посмотришь, умрёт от безответной любви. Его сердце превратится в камень, и расколется на части через год. И ты никого не сможешь полюбить, ведь только любовь сможет снять заклятие.

Хищно улыбнувшись, Исгерд осталась довольна, тем, что сделала. Она повернула камень на кольце указательного пальца, из-под ногтя королевы появилась капля крови, которая ненадолго задержавшись, упала на лоб Эслинн, превращаясь в родинку.

Родинка оказалась маленькой и незаметной, чтобы Солвейг что-то увидела на утро.

Одного не учла коварная Исгерд, что в комнате с малышкой спала её няня Анника. Неспроста Солвейг приставила опытную волшебницу к Эслинн. Теперь, когда женщина услышала жуткие слова Исгерд, ей осталось лишь дождаться пока королева выйдет из детской. Отменить проклятие Анника не могла, но изменить его оказалась в силах.

– Каждый может полюбить, и ты полюбишь, но не всякого, а юношу, с рыжими волосами, пришедшего из другой страны. В тот миг, когда ты испытаешь чувство любви, падёт проклятие Исгерд. Ты перестанешь разбивать сердца тем, кто взглянет тебе в глаза. Ты будешь счастлива.

Трудно Аннике было изменить проклятие Исгерд, ей пришлось отдать всю волшебную силу, чтобы спасти принцессу.

Поэтому, когда Калдер увёз дочь, Солвейг не противилась этому, надеясь, что их дочь будет счастлива.

Глава 7 Зелёный Дол

Глава 7 Зелёный Дол

Утро оказалось светлым и не предвещало беды. Когда Солвейг проснулась, то услышала голоса дочери и принца. Она приоткрыла веки и увидела, как молодые люди сидят у стола Алвиса и, держась за руки, разговаривают вполголоса. Солвейг смотрела на Эслинн и не могла нарадоваться, видя, что дочь стала такой красивой и как она напоминала её в молодости.

Королева эльфов вспомнила встречу с Горным королём Калдером, и на глаза набежали слёзы. Только сейчас она поняла, что все эти годы любила его, принося в жертву чувства, свободу и в итоге королевство.

Она не верила в могущество Горного короля, опасаясь встать на его сторону, восстать против свекрови и мужа. В то время королева эльфов была слишком молода и не опытна, но сейчас Солвейг не задумываясь, умчалась бы в объятия любимого.

Она смотрела на Эдварда и принцессу и видела в них себя и отца Эслинн. Однако время возвращаться не умело. Оставалось лишь собирать осколки прошлого, размышляла Солвейг.

Потом заворочался Атти на одеяле, расстеленном у очага. Проснулся Бекан, гоблину долго пришлось объяснять, что случилось, и как он снова стал прежним.

– Я уж было отправился на небеса, но нет, надо было вернуть меня, – ворчливо отозвался Бекан, выслушав рассказ Эдварда. – Но я рад, что ты потратил на друзей волоски волшебного оленя.

Бекан, никогда не показывающий излишней чувствительности, уронил скупую слезу и обнял Эдварда.

Рано или поздно разговоры и объятия заканчивались. Необходимо принимать решение и никто пока не думал брать на себя ответственность. Биргер на свободе и не известно, кем стал он. Сейчас каждый предлагал своё решение, вплоть до того, чтобы заключить союз с другими королевствами, дабы призвать Биргера к ответу.

– Пока я вижу один выход, друзья. – Наконец Эдвард смог взять слово у спорящих товарищей.

Солвейг свела брови, Олан скрестил руки на груди, Алвис поднял кончики ушей, как впрочем, это сделал и громила Атти. Нейл с позволения Алвиса закурил трубку, а Бекан сжал руку Эслинн.

– Сколько орков в твоём подчинении, Алвис? – спросил принц хранителя библиотеки.

– Примерно две тысячи будет, – сообщил он после недолгих раздумий.

– А сколько в войске Калдера?

Солвейг вздрогнула, ощущая, как кожа покрылась мурашками, имя Горного короля как раскалённый нож, прогулявшийся по шее.

– Сотня тысяч, может больше, – ответил Атти.

– Эльфы остались, кроме Идена и Олана? – теперь вопрос Эдварда предназначался Солвейг. Она задумчиво кивнула, сообщив, что может вызвать тех, кто скрылся от взгляда Биргера в лесах предгорий Ледяной страны.

– Да, и возможно ли снова заполучить волшебную флейту? – спросил Бекан. – Она ещё может заставить Биргера стать управляемым?

– Это хороший вопрос, – задумчиво проговорил Эдвард. – Но сейчас, думаю, не так много зависит от флейты. Я не полагал, что Биргер обладает подобной колдовской силой, и как справиться с ним? Лицом к лицу сражаться, как понимаю, безрассудно. Но и у каждого сильного мага, должно быть уязвимое место.

– Я много читал о короле Биргере, – вставил Алвис. – И, думаю, стоит поискать в старых летописях, что-нибудь способное прийти нам на помощь.

– Только что делать сейчас? – спросила Эслинн, и её вопрос был, наверное, самым простым и в то же время оставался без ответа.

Тишина повисла в каморке Алвиса. Никто не знал, что ответить и только вздохи, ворчание и сопение нарушали молчание. Солвейг сказала вдруг, что нет смысла сидеть и ждать:

– Я хочу объявить всем, что время Исгерд окончено. Пусть эльфы возвращаются во дворец, а ещё,– она взглянула на Эдварда и Эслинн. – Вам стоит отправляться в обратный путь. Исцелите заколдованную реку Зелёного Дола и пошлите королю Вардену весть о том, что Солвейг хочет заключить с ним союз.

– Мама, – тихо пробормотала Эслинн, ощущая себя не вправе прерывать королеву. – Прости, что я вмешиваюсь, но король Варден мёртв. Это частично и моя вина. Сейчас вся власть у Гилмора, и как он распорядится ей, не известно. Как мы сможем оставить тебя, если королевство до сих пор в опасности?

Солвейг немого поразмыслив, покачала головой и продолжила:

– Это немного меняет дело, как мне кажется. – Она взглянула на Эдварда. – С вами отправится Иден, Бекан и Нейл. Я полагаю, вы сможете договориться с Гилмором. Яд Биргера, плюс розовая жемчужина – ценные артефакты, чтобы новый король Зелёного Дола пошёл нам на встречу.

– А потом мы вернёмся в Горное Королевство, – добавил Нейл, всё время внимательно слушавший королеву эльфов, перебирая натруженными пальцами длинную бороду. – Я уверен, ты хочешь просить помощи у Калдера.

Гном вопросительно и с некой надеждой взглянул на Солвейг.

– Да, – уронила она. – Годы неприязни и взаимных обвинений сделали своё дело. Возможно, если бы я была смелее, многое в наших жизнях обернулось иначе. Но что сейчас вспоминать прошлые ошибки. Дело не только в Калдере и мне.– Королева коснулась руки Эдварда. – Я хотела бы, чтобы ты поговорил с отцом и матерью. Только вместе мы сможем собрать достойную армию, и призвать Биргера к ответу. Его магии не хватит одолеть огромное войско.

– Откуда ты знаешь? – спросил Олан, тяжело вздохнув. – Я надеюсь не только на армию, а что вам удастся в книгах найти хоть что-то о Биргере. Что-то должно помочь нам справиться с ним.

– Я не хочу оставлять дворец Исгерд без присмотра, и думаю, оставить здесь наместника. – Солвейг взглянула на Олана. – Зная твои постижения в государственных делах, я могла бы доверить тебе управление замком и Ледяной страной пока в королевстве эльфов мы собираем армию. Ты справишься, Олан?

– Это большая честь для меня, – кивнул темноволосый эльф, приложив руку к груди.

– С тобой останется Алвис, и армия орков. Жители, обращённые в камень, пока не смогут вернуть себе прежний облик. – Королева тяжело вздохнула. – Лишь только гибель Биргера сможет снять заклятие с них. Чтобы избежать долгого путешествия, Эдвард, вы можете воспользоваться волшебным зеркалом, оно отправит вас в Зелёный Дол. Корабль пусть пока остаётся в гавани. До сезона штормов много времени.

– Мы отравляемся сейчас же, королева, – ответил Иден, поднявшись из-за стола. – К чему тратить время и, – он взглянул на Олана, – я надеюсь на тебя, брат.

Эльфы обнялись, только обескураженный великан Атти не услышал, чтобы упомянули о нём.

– Как же я? – подал он голос, – разве для меня не найдётся достойной работы?

– Не беспокойся, Атти. – Улыбка озарила лицо Солвейг. Она подошла к троллю и ласково погладила его по руке. – Ты останешься со мной в замке королевства эльфов. На кого я смогу там положится, если Олан и Алвис останутся здесь?

Атти, застенчиво опустив маленькие глазки, улыбнулся, его уши выдавали восторг, оттопырившись в разные стороны, как и посиневшие от радости щеки и нос.

– Спасибо за доверие, – ответил он, склонив голову. – Это великая честь для меня, королева.

Эслинн смотрела на мать, и её радовало, что былая отвага вернулась к Солвейг, и теперь они обязательно найдут решение: как восстановить утерянное королевство, и противостоять Биргеру. Змей оказался слишком опасным, и просто так расправиться с ним не удастся. Не получится и потом, если скрываться, и не собрать силы пяти королевств воедино.

– По-моему сила пяти королевств многого стоит, – сказала Эслинн, посмотрев на мать. – Не думаю, что Биргер так легко расправится со всеми нами.

Переместившись через волшебное зеркало в королевство эльфов, Эдвард с Эслинн, Иден, Бекан и Нейл оказались в покоях Солвейг. Не в подземном убежище королевы, а во дворце, который казался пустынным и впавшим в спячку, словно лесной зверь.

Повсюду бродил ветер, сухие листья и хвойные иголки набились в углы комнат и галерей, тут и там висела паутина и сидели вороны, точно замок заброшен уже многие годы. Серый плющ заплёл стены галерей, а в разбитые окна просачивался свет солнца, холодный и безнадёжный. Зима, сдавалось, проникла в самое сердце замка, и теперь оно почти, что замерло в ожидании весны или какого-то чуда способного вернуть королевство к жизни.

Возвращение королевы вдохнуло свет во дворец. Солвейг, воодушевившись надеждой, созывала подданных покинувших королевство эльфов.

Эдвард удивлялся, где могли прятаться волшебные существа, так как к вечеру в замке оказалось видимо-невидимо эльфов и других сказочных созданий. Туда-сюда сновали маленькие феи, напоминавшие принцу малышек Горного королевства. Только они больше похожи на эльфов – лёгкие невесомые творения с прозрачными крылышками за спиной. Во дворец прилетели птицы: голуби, дрозды, синицы, малиновки. Вороны, обосновавшиеся в замке, нехотя улетали прочь, но, как показалось Эдварду, были рады возвращению правительницы.

Маленькие лесные зверьки: горностаи, норки, куницы и ласки вычистили полы замка и стены. Ирбисы выгнали крыс и мышей, указав их место в подвалах замка. Крысиная армия не стала возражать, так как несколько кругов сыра стали отличными отступными.

– Вио-птах сказал, что ты тоже понимаешь язык животных? – спросил Эдвард, не удержавшись, видя, как Солвейг повелевает зверями и птицами.

– Да, принц и меня радует, что ты так же обладаешь этим даром. Знаешь, я рада, что моя дочь выбрала именно тебя. Волшебница Анника изменившая проклятие Исгерд говорила о том, что заклятие королевы Ледяной страны сможет снять любовь рыжеволосого принца из чужих земель. Я удивилась, спросив её, где же взяться такому? Анника ответила, что сказала такие слова наобум и верила, что так и случится. Кто бы мог подумать, что в морских землях остались люди с золотыми волосами.

– Да, – улыбнулся Эдвард, проведя рукой по короткой бороде, – если бы ты видела мою матушку, её волосы на самом деле из чистого золота. Да, – он сделался вдруг печальным. – Меня так долго не было в родных краях, что даже и не знаю, что с родителями, надеюсь, ничего плохого не случилось. Накануне нашего путешествия, пока мы были в Зелёном Доле, речной селезень сообщил мне о болезни матушки и о том, чтобы я скорее возвращался. Как жаль, что судьба распорядилась иначе.

Солвейг обняла принца.

– Мы не в силах всегда быть рядом с теми, кого любим. К сожалению, иногда приходится расставаться, и, думаю, твоё королевство под надёжной защитой. Поговори с отцом обо всём, что я просила тебя. Возможно, нам удастся побороть Биргера.

– Знаешь, он не говорил о том, что хочет вернуть себе власть, о том, что ему нужно. Он сказал, что мечтает о свободе, – ответил Эдвард.

– Только когда он надышится вольным воздухом, в его коварное сердце вернётся желание властвовать. Мы не должны допустить этого. Хотя если Биргер не появится, стоит ли искать его?

– Не думай о том, что так всё легко обойдётся, – горько усмехнулся принц. – Скоро этот монстр даст о себе знать. Поверь. И лучше, если мы будем готовы к битве.

– Я уже слишком стара для этого, принц,– выдохнула Солвейг.– Хотя мне есть ради чего жить!

– Как и мне, – он взял её руки в ладони. – Эслинн самое дорогое, что есть у меня.

Солвейг улыбнулась тёплой улыбкой и прижалась к груди Эдварда. Впервые за долгие годы в её сердце разрасталась радость от понимания, что дочь счастлива и что рядом с ней достойный человек. Он молод, неопытен, но быстро учился и главное – в его сердце свет, а не тьма. Свет, который она сама пыталась нести людям, но только судьба распорядилась иначе. Или Солвейг просто упустила шанс быть счастливой, испугавшись потерять королевство.

К закату дня замок было не узнать. Он снова блистал красотой и богатством. Тысячи свечей освещали высокие своды и просторные залы. Пауки с удовольствием принялись за работу, сплетая тонкое кружево ручной работы, украшая витражные окна дворца. Армия эльфов встала на охрану стен замка. Эдвард видел, как Иден, произнеся заклинание, снова сделал миниатюрными их лошадей, сложив в маленькую коробочку.

– Лошади для похода готовы, – улыбнулся он. – Жаль с нами не будет Олана и Атти. И если за Олана я не слишком беспокоюсь, как будет здесь одиноко громиле. Он не привык к обществу эльфов и в тайне недолюбливает их.

– То было раньше. – Неожиданно Атти вмешался в разговор Идена и Эдварда. – Сейчас мне здесь даже нравиться, и поверьте, королева научит меня манерам. – Атти картинно поклонился, выставив вперёд большую руку и приподняв голову, расплылся в улыбке. Его неровные зубы делали его лицо комичным, а неуклюжие движения забавным. Вошедший Нейл с Эслинн рассмеялись глядя на него.

– Атти, если сказать честно, твои манеры скоро станут, как у достопочтенного вельможи, – уверенно кивнул Нейл без тени сарказма.

Друзья обнялись. Эслинн протянула Бекану флакон с ядом Биргера:

– Пусть будет у тебя, рядом с розовой жемчужиной, – сказала она. – Идём, королева ждёт нас в своих покоях. День окончен, во всяком случае, дворец вернулся к жизни, и меня это очень радует.

– Ой, что это?! – вскрикнул Бекан, снимая с плеча сумку, которая вдруг начала шевелиться.

Эдвард положил руку на эфес меча и приготовился расправиться с незваным попутчиком, решившим проехаться в сумке гоблина. Приподняв бровь, прислушался и махнул рукой. Потом склонившись, расстегнул лямку, открывая всем содержимое сумки.

– Я слышал, вы отправляетесь домой? – тихо по своему обыкновению проговорил рыжий паук. Он сделался маленьким, размером с кошку, хотя изначально был раза в пять больше Не собираясь покидать сумку, паук высунул четыре мохнатые лапы и глазастое тело, осматривая принца и его друзей.

– Вот так сюрприз, – покачал головой Нейл. – Этого пассажира нам ещё не хватало.

Паук обижено спрятался в сумке и проворчал оттуда:

– Я просто хочу скорее убраться отсюда. Не нравятся мне холод и зима, а ещё, что страшный Биргер возвращается каждую ночь и парит над замком в образе белого дракона. Хоть он и стал человеком, это не изменило его змеиную сущность. Слишком долго он был нагом. И проклятие никогда не проходит даром, если оно давило пятьсот лет…

– Паук, – прервал тираду рыжего существа Эдвард, склонившись к нему. – Мы возьмём тебя с собой. Не переживай. Просто у меня к тебе сейчас слишком много вопросов, а вот времени осталось мало. Откуда ты знаешь, что Биргер здесь бывает каждую ночь. Прошло всего два дня…

– Я и все пауки чувствуем его. Чёрный паук, живущий во флигеле, видел его тень, и оставить пауков во дворце очень хорошее решение королевы. Паучья братия скорее заметит приближение Биргера, чем лучшие воины её войска стоящие на страже.

Эдвард нашёл информацию, полученную от рыжего паука не лишённой смысла, и попросил Атти передать слова хозяина восьми лап королеве. Теперь, когда они отправятся в дальнее путешествие, надо обезопасить Солвейг и её владения, как можно надёжнее.

Когда время подходило к полуночи, и в тёмном небе появилась тонкая серебристая полоска нарождающегося месяца, Солвейг собрала друзей в зале. Она попрощалась с каждым, напутствуя и говоря необходимые слова. Ей непросто расставаться особенно с дочерью и Эдвардом.

Время приходит для встреч и расставаний и неизбежно что-то изменить. Решения всегда должны оставаться твёрдыми, иначе для чего они принимаются, ведь отступление равносильно отходу армии перед битвой.

Первым в волшебное зеркало для перемещений вошёл Бекан, сжимая сумку с ценными артефактами и не менее ценным пассажиром, затем Нейл, вооружившись массивным топором, оставив верное оружие на память Атти. Иден, собрав длинные светлые волосы в хвост, обернулся, взглянув на королеву, поправляя лук и колчан с заговорёнными стрелами на плече. Эдвард и Эслинн вошли в зеркало последними из друзей. Обернувшись, они улыбнулись Солвейг, которая старалась сдерживать слёзы, надеясь, что увидит дочь и её товарищей снова.

Промчавшись сквозь огромное расстояние, путники приземлились на мягкой траве. Теперь тёплые куртки, меховые сапоги не нужны. Ночь казалась тёплой и светлой. В небе месяц стал больше, словно надкусанная головка сыра желтела в черноте неба. Как понял Эдвард, они оказались возле озера, что раскинулось у кварцевых шахт.

– Конечно, – хлопнул себя по лбу Нейл. – Это то самое место. Единственное, отчего меня пробирает дрожь, так это от воспоминаний о химерах.

– Да, – согласился Бекан, – и зачем ты вспомнил?

– А я смотрю на озеро, – продолжил Иден, – и понимаю, что озёрная дева тебе встретилась именно здесь, – он взглянул на Эдварда.

– Озёрная дева? – с удивлением спросила Эслинн. – Та самая, о которой ты рассказывал?

– Да, – кивнул принц, вспоминая их встречу и ещё размышляя о том, что он скажет Гилмору, как говорить с Калдером. Не ожидал юноша, что спасение реки от заклятия и освобождение из плена Эслинн будет не просто приключением, но и возможно станет началом кровопролитной войны. Не хотел принц этого. Выросший в мире, не видевший кровавую ухмылку демона смерти и, не слышавший лязга мечей, Эдвард опасался будущего.

Он хотел остаться с принцессой наедине, поговорить с ней, как это выдалось на рассвете в каморке Алвиса. Однако сейчас многое изменилось, сегодня надо встретиться с Гилмором и отправляться к Горному королю.

Эдвард только сейчас понял, как глубоко он погрузился в собственные мысли. Когда он открыл глаза, то увидел – друзья его спят, как и Эслинн, склонившая голову ему на плечо. Руки любимой сжимали его пальцы, а дыхание тихое, спокойное говорило о безмятежном сне. Юноша обнял девушку за плечи и только хотел погрузиться в дрёму, как увидел, что от озера в серебристом сиянии лунной дорожки льётся мерцающий голубой свет.

Принц старался не двигаться, пока не увидел фигуру, вынырнувшую из воды. Существо приближалось к берегу, а в лучах лунного света, Эдвард узнал озёрную деву, что наделила его даром мгновенного исцеления от ран.

Осторожно, чтобы не разбудить Эслинн и друзей, Эдвард покинул маленький лагерь и направился к воде. Гладь озера казалась застывшей, похожей на зеркало, точно время, остановилось, пока принц не увидел русалку, выбравшуюся на камень у берега.

Как можно тише, принц подошёл к воде и опустился около камней.

– Я знала, что ты вернёшься, принц Эдвард, и не сомневалась, что поймёшь, что за дар вручила я тебе. Так же мне известно, какому злобному существу ты бросил вызов.

Эдвард хотел что-то добавить, но озёрная дева приложила палец к губам, покачав головой:

– Не спрашивай, откуда мне всё известно. Вести о рождении новой силы, неважно кому она подчинена добру или злу, быстро распространяются среди волшебников. И поверь, мы внимательно следим за происходящими переменами. Пять королевств смогут помочь уничтожить Биргера. Пока тебе одному будет трудно, нет… Невозможно сделать это. Белый змей став драконом стал более опасным существом и теперь вам не поможет волшебная флейта. Собирай войско, чтобы он не успел создать собственную армию. Пока Биргер наслаждается свободой, вы должны действовать. Вот. – Она вытащила из воды хрустальный жезл. – В этом артефакте заключена магическая сила, с помощью него ты сможешь лишить силы белого демона. Но только никто не должен знать о его существовании. Никто, ты понимаешь?

Эдвард молча кивнул, обернувшись и глядя на спящих друзей.

– Даже Эслинн не стоит говорить о нём. Дело не в сомнениях, твои друзья искренны с тобой, но Биргер, способный окружить себя единомышленниками тьмы, будет способен развязывать языки. Если ты дорожишь товарищами и невестой, не рассказывай им о нашей встрече. Так будет лучше для всех.

– Но жезл не настолько мал, чтобы я мог просто так спрятать его, – возразил Эдвард.

Русалка улыбнувшись, дунула на волшебный стержень, превращая его в небольшой кулон на серебристой цепочке. Принц склонился к озёрной деве, и она надела ему на шею подарок, парень спрятал его под рубашку.

– Почему ты помогаешь мне? – с благодарностью спросил он.

– Ты избранный, но пока ещё не понимаешь этого. – Она посмотрела в сторону спящей Эслинн. – Только принцесса пока не знает о твоём предназначении. Но многое изменится.

– Как узнать, что я действую в правильном направлении и могу ли я спросить тебя, если придёт время, когда сомнения войдёт в мою душу?

– Я верю, ты справишься, – улыбнулась волшебница, откидывая назад синие волосы, на которых словно звёзды, блестели капли воды. Зачерпнула воды и брызнула в лицо принца, он зажмурился и упал на берегу, окунувшись в сон.

Хозяйка озера не уплывала, а рассматривала лицо Эдварда, словно пыталась запомнить каждую его черту. Не знал юноша, отчего дева помогала ему. Увидев принца, волшебница ощутила радость от встречи с ним, и тоску от того, что никогда не сможет быть рядом с человеком. Поэтому она и наделила его способностью заживлять раны, а теперь и волшебным жезлом, зная, что будущий король пяти королевств обязан справиться с опасностью, нависшей над сказочными землями.

Никому не сказала русалка, что помогла Эдварду, это была лишь её тайна. По крайней мере, Неомей повелитель Империи Воды и её отец не одобрил бы этого поступка.

– Лиа. – Послышался тихий голос из глубины. Это подруги звали деву в подводный дворец.

Она коснулась волос Эдварда и, вплеснув серебристым хвостом по воде, поплыла на середину озера, скрывшись в зеркальной глади озера.

Месяц укрылся за облаками, лунная дорожка растаяла в темноте ночи, и поляну около озера окутала тьма. До рассвета оставалось несколько часов, однако принца мучили видения. Наутро он боялся не вспомнить их, с другой стороны ему хотелось забыть увиденных призраков, словно страшный сон. Да и сон ли это был вообще, Эдвард понять не мог.

В грёзах он оказался в родном королевстве. Поначалу мысль, что ему приснился дом, обрадовала. Однако чем дальше продвигался принц по королевскому лесу, тем больше в душе царапались сомнения – его ли это королевство, и что сделало его мрачным и жутким.

Лес поредел и стоял тёмным, как будто огонь прошёлся по нему, сжигая дотла деревья и кустарник. Чёрные стволы, словно призрачные тени и белый пепел под ногами. Хлопья, точно снежинки, витали в воздухе. Небо серое, низкое, и смерть повсюду.

Выйдя к городу, Эдвард почувствовал, как сжалось сердце. Стена окружающая некогда красивую столицу оказалась разрушенной. Тут и там люди в оборванной одежде собирали хлам: грязные вещи, разбросанные овощи и фрукты на рыночной площади, искали родных и плакали.

Эдвард невидим для чужих глаз, никто не слышал его, лишь знакомый голос заставил принца покрыться холодным потом.

– Что тебе нужно, Биргер? – спросил Эдвард, стараясь не выдать в голосе накативший гнев. – Ты получил свободу, так зачем тебе королевство Морских земель?!

Тихий шёпот, раздающийся со всех сторон, накрывал, как будто лавина, убивая каждого, кто стоял на пути.

– Биргер! – выкрикнул Эдвард. Он знал, что чародей только и ждал случая затащить принца в ещё более скверное дело. Потерять самообладание и броситься в бой с чудовищем, вот чего меньше всего хотел Эдвард. Он знал, что пока не в его силах справиться с белым демоном.

Подняв глаза к небу, принц увидел в серой мгле белого дракона. Он кружил, спускаясь, неторопливо, играя в игру по своими правилами. Красные глаза чудовища горели пламенем. В какой-то момент дракон изверг поток огня из пасти, прожигая дыру в каменной башне замка. Эдвард бросился в его сторону, желая увидеть родителей, спасти их.

Только бег юноши казался похожим на бесконечность, ноги несли его к дому, однако чем быстрее мчался принц, тем дальше оказывался замок. Как будто шаг вперёд отдалял его замок на десять шагов.

Эдвард остановился, ощущая, как громко бьётся сердце. Дворец, где прошло счастливое детство, снова оказался рядом, а потом над ухом раздался мерзкий шёпот коварного змея:

– Время проснуться.

Эдвард раскрыл глаза, понимая, что спина мокрая от пота. Небо окрасила розовая полоска рассвета, солнце медленно выплывало из-за леса. Эслинн озабоченно смотрела на принца, и в её глазах он заметил беспокойство.

– У тебя было видение? – тихо спросила она, делая ударение на последнее слово, словно принцесса разгадывала сложный ребус.

– Не знаю. – Эдвард отвёл взгляд в сторону, ощущая ломоту в теле. Сон не растворялся в реальности, как это часто случается после пробуждения. Нет, не в этот раз. Так же ярко принц помнил кошмарный сон, где он узнал о смерти короля Вардена и увидел пленённую Эслинн.

– Расскажи мне, что было на этот раз? – с интересом спросила она.– Возможно, твой сон укажет нам некую дорогу, путь который не виден сразу.

Эдвард взял её за руку и не мог сказать ни слова. Точно что-то мешало ему раскрыть рот.

– Это странно, но я не могу сделать этого, – он посмотрел на принцессу. – Мне приснился Биргер, и он … Он. Я не могу почему-то сказать ни слова о ночном видении.

Эслинн горячо обняла принца, прошептав, что вместе они справятся.

– Эдвард, пора оправляться в путь, – послышался громкий голос Идена, что немного смутило Эслинн. – Мы не стали вас будить. Но кошмар, посетивший тебя ночью, поднял всех.

– Самое странное, что я всё помню до мелочей, но только лишь хочу поделиться увиденным, но не смею сделать это. – Эдвард поднялся с травы, собирая спальник, чувствуя лёгкое головокружение. Такого с ним ещё не случалось, будто Биргеру удалось каким-то способом наложить печать на его уста.

Лошади ждали путников, поэтому стоило поторапливаться. Сейчас принц размышлял о событиях, происходивших в Морских землях, и его пугали мрачные мысли, преследующие после пробуждения.

В Зелёный Дол пришла осень, климат здесь теплее, чем в холодных землях Ледяной страны и Королевства эльфов. Долгая осень переходила в весну и жаркое короткое лето. Этот край не знал снега и холодных метелей, но промозглая осень в зимние месяцы грозила наводнениями и штормовыми ветрами.

Деревья не сбросили листву, а стояли в золотом, оранжевом, багряном убранстве. Птицы, вырастив птенцов, собирались в Морские земли, и в небе можно было увидеть многочисленные стаи пернатых обитателей лесов.

Возвращаясь той же дорогой, разношёрстная компания во главе с принцем Эдвардом и эльфом Иденом, направлялась к замку Вардена.

Леса сменились убранными полями, черневшими голой землёй и гигантскими стогами сена возле приусадебных хозяйств. Домашняя скотина обосновалась в хлевах, курятниках и других подсобных помещениях. Крестьяне готовились к холодам, запасаясь дровами.

Жители приветствовали воинов, только, как показалось принцу, теперь в их глазах нет прежней радости. Народ Зелёного Дола не любивший жаловаться, теперь то и дело сетовал на нового короля и жизнь, ставшая куда сложнее, чем во времена правления Вардена.

От былого гостеприимства не осталось и следа, хотя столица встретила богатым рынком и красиво украшенной площадью. Казалось, что лишь в Дэрвайге ничего не изменилось. Что же касалось провинции, там царили упадок и обнищание.

Город активно готовился к празднику Даров Осени. Тут и там сновали одетые в праздничные костюмы глашатаи, объявлявшие время начала торжества и выкрикивали приветственные лозунги.

– Не нравится мне сегодняшний Дэрвайг, – буркнул в густую бороду Нейл, поправив тяжёлый топор на плече. – Надеюсь, Гилмор не задержит надолго нас.

– Гилмор очень опасный человек, – тихо проговорила Эслинн, и принц заметил, как она сменилась в лице, сделавшись бледной.

Он коснулся её руки и почувствовал, как похолодели пальцы принцессы, хотя погода стояла тёплая.

– Не будем думать о плохом исходе. Мы идём, не для того чтоб просить о чём-то нового правителя. Но, послушайте. – В какой-то момент к Эдварду прокралась мысль. – Если Гилмор взошёл на трон умершего короля, значит, кроме дочерей у него не оставалось наследников. Верно?

– Да, – задумчиво кивнул Иден, пока не улавливая, что хочет сказать этим Эдвард.

– Дочери Вардена околдованные магом Тревором. Все они обратились в камень. А захочет ли Гилмор снять заклятие и вернуть принцессам прежний облик?

Эльф, немного поразмыслив, покачал головой:

– Не думаю.

Иден придержал лошадь, натянув поводья:

– И, нам не стоит сейчас отправляться прямиком в замок.

– Да, – согласилась Эслинн, – я и не заподозрила, что Гилмору важно, чтобы дочери Вардена никогда не вернулись во дворец и не пытались оспорить право на трон и королевство.

– Да, уж – уныло протянул Нейл, – ну, и дела. Я о таком повороте и не подумал. Тем не менее, новый король вам знаком лучше, чем скромному гному.

– Интересно, сложно ли приготовить эликсир, способный снять чары с реки и, людей превратившихся в камень? – внезапно спросила Эслинн.

Иден, хмурясь, потянул коня за уздцы и остановился, задумавшись:

– По сути, нет, – ответил эльф, уставившись в сторону всё это время молчащего Бекана. – А что думаешь, ты, гоблин, я знаю, что пассажиру в твоей сумке многое известно.

– Я удивляюсь тому факту, как мне самому не пришло в голову, что Гилмор не захочет помогать нам. Но если мы тайно исцелим наследниц Вардена, смогут ли они взойти на престол? Или вдруг Гилмор не захочет их впустить во дворец. Или того хуже попытается избавиться от сестёр.

– Знаешь, Бекан мы с Иденом имели возможность недолго общаться с советником короля, – устало проговорил Эдвард. – У меня остались не слишком приятные впечатления от разговора. Вардена съедали чувства, – принц взглянул на Эслинн, – а Гилмор мне показался коварным человеком, способным на подлость. Не его ли вина в том, что Биргер добрался до принцессы?

– Мне сложно сказать, замешан ли в моём похищении Гилмор, – пожала печами Эслинн. В её изумрудных глазах появился страх. – А что, если это так?

– Предлагаю остановиться в таверне, помню, там был вполне сносный постоялый двор и место для ночлега, – сказал Иден.

Эдвард только сейчас заметил, как похудел и осунулся его друг-эльф. Скулы выдавались, как и заострённый подбородок, делая лицо Иден схожим с деревянной куклой. Он зачесал длинные волосы за уши и, спешившись, взял коня под уздцы. – Во всяком случае, в таверне «Весёлая вдова» нас не будут беспокоить клопы и блохи.

– Это хорошая новость, – Нейл почесал кудрявую бороду, – при упоминании об этих кровососущих тварях, у меня начается зуд.

Эдвард удивлённо вскинул брови, а Бекан пожал плечами, сказав, что отсутствие растительности на теле всегда спасало его от паразитов. Эслинн посмотрев на него, прыснула со смеху:

– Слава магистрату, я не знаю, что это такое.

– Это твоё счастье, – выдохнул Нейл. – Помнится, отправился я в горные чащи с троллями, покрытыми густой шерстью. Это не то, что наш друг Атти. Так вот блохи по ним прыгали, точно отплясывая весёлую кадриль. На мне они к счастью не прижились, однако, покусали изрядно.

Идена тоже развеселила история гнома, принц смотрел на смеющихся друзей, и на сердце стало теплее. Мысли о ночном кошмаре постепенно вытеснили разговоры о предстоящем спуске к реке. Приняли решение изготовить волшебный эликсир и отправиться снимать чары с дочерей Вардена на рассвете. Иден надеялся, что ему не придётся искать магическую книгу.

– Всё здесь, – он постучал указательным пальцем по голове. – Хотя помощь Олана оказалась бы кстати.

– Как он интересно там справляется? – с любопытством спросил Бекан. В ответ эльф только лишь пожал плечами и, остановившись у ворот таверны «Весёлая вдова», дёрнул за кожаный ремешок, прикреплённый к колоколу.

Постоялый двор и гостиница таверны оказались и, правда, вполне сносными. Гостей не так много, а в просторной конюшне лошадям места вдоволь.

Эдвард с Иденом принесли лошадям воды и сена, а потом решили поужинать, собравшись в одной из комнат.

Нейл разделил небольшую комнатёнку на мансарде с Беканом, у Эслинн отдельные апартаменты. Принц решил, что негоже девушке проводить ночь в одной комнате с ним и эльфом. Желание остаться с принцессой наедине рассуждало иначе, но здравый смысл в этот раз пытался опережать эмоции.

Комната Эслинн самая чистая и светлая. Потолки низкие, но просторный зал сводил это недоразумение на «нет». Довольно-таки приятный вид из окна и цветы, не успевшие облететь в пору осени, радовали глаз яркими оранжевыми соцветиями и зелёной листвой.

Вещей у путников практически не было, и Эслинн надеялась сменить платье, если им удастся договориться с хозяйкой «Весёлой вдовы», на дорожный мужской костюм.

Бекан и Нейл остались довольны мансардой и после плотного ужина, который обошёлся, не слишком дорого, отправились к себе.

Апартаменты принца и эльфа не отличались вычурностью, а были скорее аскетичны. Две деревянные кровати с матрасами из соломы. Чистые простыни и вдобавок стёганые одеяла, искусно сшитые из разноцветных лоскутов.

– Хозяйка сама шьёт,– сообщила Эслинн, – я немного поговорила с ней и была приятно удивлена, что помимо таверны у неё имеется мастерская по пошиву платья. Грейтен сказала, что у неё есть одежда, которая интересует меня. Так что теперь, друзья, я не буду вас задерживать, если придётся убегать.

– Надеюсь, нам не доведётся бегать. – Эдвард снежностью взял Эслинн за руку.– И хочется верить, что у нас получится справиться со всеми проблемами.

– Конечно, – она посмотрела ему в глаза и ласково улыбнулась. – Всё будет хорошо.

Нейл и Бекан, глядя в сторону влюблённых усмехнулись, понимая, что до «всё будет хорошо», ещё слишком много времени. Однако если принц и принцеса хотят верить в это, зачем им мешать.

Рыжий паук, выкарабкавшись из сумки Бекана, забрался по плотной занавеси в угол между скошенным потолком мансарды и стеной. Тихо напевая, он принялся плести паутину. Он не вдавался в подробности передряг, грозившим путникам, а выжидал, чтобы помочь дельным советом, если друзья будут нуждаться в нём, когда придёт время.

– Сегодня не очень правильная фаза луны для магического ритуала. – Иден покачал головой, немного расстроившись. – Я верю, что призвав на помощь духов, мы справимся.

Накрыв небольшой столик платком, позаимствованным у Эслинн, эльф разложил артефакты и необходимые составляющие для приготовления волшебного эликсира.

Воспользовавшись точильным камнем, он натёр в ступку перламутра с розовой жемчужины. Эслинн, с интересом наблюдавшая за его мучениями, считала, что очень жаль так портить подобную красоту. Бесцветное лицо Идена покраснело от напряжения, однако доверить свою работу он никому и не собирался.

– Перетри листья аконита, – сухо бросил он Бекану, который тут же принялся ловко двигать длинными пальцами, превращая сушёные листья аконита в пыль.

– Нейл, разведи огонь под треногой, – добавил Иден, поставив котелок наверх.

Гном вытащив кремень и огниво, ловко поджёг сухой мох и сосновую стружку. Эслинн с интересом наблюдала за магическим ритуалом, и даже приоткрыла рот от нетерпения, чем закончится колдовство эльфа.

Перетерев в ступке зёрна чёрного ямса, добавив порошок аконита, Иден высыпал получившийся порошок в котелок и добавил одну каплю яда Биргера. Смесь заискрилась, превращаясь в кроваво красную кашу и начала бурлить под тихим голосом эльфа.

Эдвард не мог разобрать ни слова, а посвящённые в таинство эльфийской магии неотрывно следили за пасами пальцев Идена.

Потом в котелок была добавлена пудра, натёртая с розовой жемчужины и вторая капля яда Биргера.

Получившийся раствор стал чёрным, точно смола, прозрачные пузыри лопались, а к потолку поднимался едкий дым.

– Может открыть окно? – осторожно спросила Эслинн.

– Тсс, – прошипел Бекан, давая понять, что не стоит отвлекать эльфа, который не заставил себя долго ждать.

– Теперь осталось последнее – это кровь девственницы. Надеюсь, мне не придётся искать в другом месте?– Он взглянул на побледневшую девушку, решив, что подобный вопрос не просто смутил Эслинн. – Прости за мою бесцеремонность, принцесса.

Щеки девушки окрасил румянец, и она протянула дрожащую руку эльфу, который удовлетворённо кивнув, порезал ей палец ритуальным ножом.

Когда несколько капель крови упали в варево, оно вспыхнуло золотым сиянием, и едкий дым сменил аромат жасмина и роз.

– Осталось добавить последнюю каплю яда Биргера, – тихо проговорил Иден, наклоняя флакон над котелком.

Смесь забурлила, из мутного жёлтого цвета, превращаясь в прозрачный розовый эликсир. Иден загасил огонь и, проговорив несколько магических слов, подставил под котелок бутылочку. Пробка на дне котелка выскочила, и чудесный эликсир наполнил содержимое стеклянного флакона, освещая комнату прекрасным сиянием.

– Красиво как, – проговорил Нейл, улыбаясь, делаясь похожим на ребёнка. В зелёных глазах Бекана сияли золотистые искорки, а Эдвард глядя на счастливых друзей понял – волшебство удалось. Он подумал о чудесном жезле и инстинктивно дотронулся до кулона, прячущегося под рубашкой. Принц размышлял, когда же он сможет воспользоваться артефактом и как это произойдёт. Потом ощутив около плеча дыхание Эслинн обернулся, видя в её пронзительных глазах свет и радость, что одна ступенька преодолена – волшебный эликсир готов.

Задумчиво склонив голову набок, Иден, взяв в руки флакон, поднёс к нему зажжённую свечу, изучающе разглядывая жидкость.

– Духи сегодня на нашей стороне, – произнёс он, с некой долей торжества в голосе, а потом тихо проговорил несколько слов, которых никто не смог разобрать. – Завтра на рассвете отправляемся к Быстрой реке, а сейчас всем необходим отдых.

Эслинн зевнула и вдруг почувствовала, как закрываются глаза, только сейчас она поняла, как её утомила дорога. Она обняла друзей и сообщила, что отправляется спать.

Не сразу Эдвард подумал, что оставлять принцессу одну плохая идея.

Он проснулся среди ночи от жуткого видения и как, ему показалось, услышал крик девушки. Вскочив с постели и разбудив Идена, принц бросился в коридор. Комната Эслинн располагалась напротив.

Он постучал в закрытую дверь, понимая, что она не заперта и осторожно толкнул её носком сапога. Обеспокоенный Эдвард надеялся, что видение обмануло его, и ночной крик не принадлежал Эслинн.

Иден, стоящий за спиной тяжело вздохнул. Эслинн исчезла. В распахнутое окно дул холодный ветер. Эдвард подошёл к нему, видя, что прекрасные цветы, вечером радующие глаз на подоконнике, засохли, сделавшись чёрными и скрюченными.

– Это моя вина, – уронил он, понимая, тут не обошлось без Биргера. – Эслинн у белого демона.

– Боюсь, что ты прав. – Голос Идена вернул Эдварда в реальность.

– Зачем он это делает?! – перед глазами юноши проплыла пелена. – Теперь Биргер думает, мы отступимся?

– На это он и рассчитывает, – мрачно ответил Иден, скрестив руки на груди.

– У меня было видение, о котором я хотел рассказать ещё вчера. Биргер разрушает моё королевство. Отчего сейчас я могу говорить об этом? – недоумевал принц. – Вчера язык словно отказывался подчиняться, а сейчас я могу в подробностях рассказать обо всём. Только какой сейчас в этом прок?

– Биргер хочет сломить тебя, Эдвард, зная о твоём предназначении, – горько вздохнув, добавил Иден. – Идём, скоро рассвет и нам пора снять заклятие с реки и дочерей Вардена.

Глава 8 Гилмор

Глава 8 Гилмор

Оставив лошадей на постоялом дворе, путники, обеспокоенные исчезновением Эслинн, направились к роще, где можно легко спуститься к реке.

Никто не решался нарушить тишину, она угнетала и нашёптывала каждому на ухо, что собственные страхи и опасения никуда не делись. Они затаились в тёмных уголках души, в ожидании, когда можно выбраться наружу.

Ленивое светило не спешило выбираться из-за холмов, и темнота окутывала смельчаков, рискнувших бросить вызов белому демону Биргеру. Алая полоска зари забрезжила над редким лесом. Эдвард глядя на первые лучи солнца верил, что тьма не может быть вечной, что время страданий сменится временем радости. Внутренний голос принца твердил, что надо верить в собственные силы. Вера, вопреки уговорам не казалась крепкой. Сомнения искали брешь в душе Эдварда близкого к отчаянию. Он говорил себе, что они справятся, но не слишком уверенно. Не слишком, надеясь, на удачу.

Воды реки неслись стремительно, образуя небольшие заводи в местах, где на глубине тёмного затона ждали оступившегося ротозея огромные сомы, не превратившиеся в камни. Заклятье действовало лишь на людей. Иден, осмотревшись, попросил друзей быть настороже, и когда солнечные лучи окрасили воду розовыми бликами, остановился, а потом ловко перебрался с прибрежных камней на середину горной реки.

Поток мог снести в заколдованную воду в любую минуту, так казалось Эдварду, но Идену удалось в свете рассветного солнца произнести заклинание и вылить в воду эликсир способный развеять чары.

О том, что колдовство снято, заговорили камни, превращающиеся в людей.

Иден коснулся кончиком пальцев бегущих струй, опасаясь чего-то, и, по мнению Эдварда слишком рискуя. Улыбнувшись, он перебрался к друзьям на берег.

– Пора подняться вверх по течению и сообщить дочерям Вардена, что происходит во дворце.

Юркий Бекан бежал впереди, перепрыгивая с камня на камень. Неуклюжий Нейл, спрятав топор в ножны за спиной, смело замочил ноги, жалуясь на мозоль. Эдвард замыкал их небольшой отряд и не ощущал радости. Теперь все его мысли занимало похищение Эслинн. Где она и какая опасность угрожает принцессе, размышлял принц.

Над рекой склонились ивы и ракитник, а в высоком камыше слышалось кряканье уток и кваканье лягушек. Река ожила и несла весть, что проклятие окаменения снято.

Дочери Вардена сидели на берегу, с удивлением взирая вокруг. Их мокрые сорочки прилипли к красивым телам и заставили девушек зардеться при виде подходящих воинов.

– Что вы делаете в королевских угодьях?! – гневно спросила черноволосая Брианна, не зная, что ещё можно сказать, чтобы отогнать гнома, гоблина и эльфа с юношей с рыжими волосами. Они, по всему не особо удивились появлению на берегу раздетых сестёр принцесс и невозмутимо предложили им дорожные плащи.

– Это очень любезно с вашей стороны, – поблагодарила Идена белокурая Имоджин. А так как путников было четверо, плащей не хватило на всех. Тем не менее, Эдвард снял длинный камзол, который стал словно платье для малышки Венегил.

– Вам не стоит спешить во дворец. – Слова Бекана заставили Имоджин сморщить хорошенький носик, а Брианну гневно метнуть в его сторону взгляд синих глаз.

– Согрейтесь, мы разведём костёр, – тепло предложил Иден, – потому что у нас дурные вести.

Всё это время молчавшая Айрис, самая старшая из сестёр, непонимающе свела брови, спросив, не случилось ли что с отцом.

– Вы помните, как оказались в реке? – Эдвард не хотел затягивать разговор и перешёл сразу к делу.

– Конечно, – кивнула сероглазая Имоджин, – стояла жара, и мы отправились искупаться… Только сейчас, – она посмотрела по сторонам. – Сейчас осень и листья почти, что облетели с деревьев.

– Тревор – маг горного короля наложил проклятье на реку Быстрая, – продолжил Иден, – неужели никто не помнит, как обратился в камень? – спросил он.

На его слова сестры удивлённо покачали головами, а самая младшая Венегил заплакала.

– Ну, полно слёзы лить, – пробормотал с неким сочувствием добряк Нейл, – это не самое страшное, что случилось с королевством.

– И вам надо быть сильными, принцессы, – добавил Эдвард, – потому что Варден умер, а на трон взошёл Гилмор.

Он не стал долго тянуть с объяснениями, потому что исход и так ясен. Слёзы и стоны принцесс стали ответом на его желание словно врачевателю содрать повязку с раны, быстро, чтобы наложить новую. Иной раз долгие объяснения становились мучительными, а решение надо принимать сейчас.

– Но, как же мы вернёмся во дворец? – ужаснулась Брианна. – Гилмор подлый человек и никогда не нравился нам. Всегда удивлялась, отчего отец до сих пор не велел вздёрнуть его на виселице.

– Потому что вешают простолюдинов, – добавила Венегил. – А подобным Гилмору отрубают головы.

– Ну, и глупая ты гусыня, – бросила ей Брианна. Венегил в свою очередь назвала сестру вороной, и Эдварду, у которого никогда не было сестёр, пришлось вмешаться и попросить принцесс успокоиться.

– Не в вашем положении начинать склоки из-за мелочей. Нам пора идти дальше, но вы должны узнать ещё одну неприятную весть.

Разгоревшийся костёр согрел и, успокаивал приятным дымком и тихим потрескиванием тлеющих веток. Сёстры тихо плакали, слушая рассказ, который переходил, то от Эдварда к Идену, то к коротышке Бекану, а иной раз молчаливый гном дополнял длинную и драматическую историю путешествия друзей.

– Получается, что Гилмор заодно с Биргером? – спросила самая рассудительная Айрис. – Я слышала о нём, но не думала, что кто-то захочет выпустить его на свободу.

– Рано или поздно власть делает человека безумцем, который не думает о последствиях своих действий. – Иден подбросил веток в костёр, а Нейл по своему обыкновению закурил трубку.

– Сейчас возвращаться во дворец опасно. – Эдвард осмотрел девушек и предложил, воспользовавшись чарами невидимости, проникнуть в замок вместе с Иденом. Надеть дорожные платья, взять необходимые вещи и отправиться в тайное убежище.

– Наверняка у Вардена имелось такое? – спросил Эдвард, вспоминая о своём отце.

– Ты прав, принц. Это хорошая идея, – согласилась Имоджин, а потом Гвен и остальные девушки закивали.

– Только нас очень много, чтобы незаметно пробраться во владения Гилмора, – Айрис глянула на Эдварда.– Я знаю другой вход в замок. Только, к сожалению и бывшему советнику короля известно о нём. Надеюсь, судьба не столкнёт нас с ним в подземелье?

– На то это и судьба, чтобы скрывать замыслы от нас,– улыбнулся Нейл, докуривая трубку.– В любом случае вам надо отправиться домой. Мы поговорим с новым королём и не станем говорить ему, что мы вас встретили.

– Да, это ни к чему, раз такое положение вещей, – тихо проговорила Айрис нахмурившись. – И пока мы согрелись, и одежда высохла, думаю, стоит отправиться в замок.

– Согласен. – Иден, сидевший возле костра, поднялся и, совершив несколько пасов руками, сделался невидимым, как и принцессы.

– Тихо, – послышался тонкий голосок Гвен, – не наступай мне на ноги!

– Мы же видим друг друга? – послышался голос Венегил, а потом строгий окрик Айрис, и спокойный тон Идена, говориший, чтобы все замолчали и вели себя тихо как мыши.

Расположившись у костра, Нейл сушил промокшие сапоги, сетуя, что неплохо было бы встретить сапожника. Бекан же бросал в костёр старое тряпье из сумки, надеясь, что вонь от горящих носков и дырявых штанов отпугнёт любопытных, желающих разобраться, что происходило на берегу реки Быстрая.

Опечаленный Эдвард с тоской в сердце вспоминал, как держал Эслинн за руку, о чём говорили они, ещё в каморке хранителя библиотеки Алвиса и жалел, что ни разу не коснулся принцессы.

Первый поцелуй при знакомстве казался сейчас неправильным, юношеским порывом и даже каким-то озорством, не достойным мужчины. Принц не хотел заставлять Эслинн думать о себе как о безрассудном человеке и до сих пор не верил, что она ответила взаимностью.

За что люди любят друг друга, рассуждал Эдвард. Или это чудо, дарованное свыше, или так складываются звёзды, когда мужчина и женщина находят друг друга?

Иден вернулся только к вечеру, уставший и по его словам не от длительного похода и управления магией, а от попыток заставить сестёр замолчать и не спорить не только с ним, а друг с другом.

– Где они теперь? – поинтересовался Нейл.

– Отправились в восточное убежище. Гилмору и его ищейкам не удалось увидеть нас. Хотя сестры давали повод себя обнаружить и не раз, – Иден поёжился. – Мне нравятся принцессы, но никогда их так много. Возвратимся в таверну, не хотите ли немного подкрепиться?

– Да, – отстранённо ответил Эдвард. Его не покидали мысли об Эслинн, и желание перекусить совершенно отошло на задний план.

Видя, как принц переживает исчезновение любимой, друзья успокаивали и воодушевляли его как умели.

– Биргер хочет манипулировать нами, как ты не понимаешь?! – Иден покачал головой и сжал тонкие губы.

– Нам придётся поговорить с Гилмором и постараться выведать, что ему известно о белом демоне, – добавил Бекан, поёжившись. – Да, Иден, и ты не вернул наши дорожные плащи. А волшебный ларец, как я понимаю, остался у Олана.

– Моя оплошность, – вздохнул эльф, а потом, округлив глаза словно спохватился. – Я надеюсь, слуги Гилмора не обнаружат наши плащи в опочивальне одной из дочерей Вардена. Принцессы скинули их в комнате Имоджин, и у неё же в покоях девчонки нашли что надеть. Хоть в этом они послушали меня, но плащи. Их не должны обнаружить, иначе сразу станет ясно, сёстрам кто-то помог, и любой придворный маг вычислит, кто это.

– Тогда стоит поторопиться! – Гном первым поднялся, забрасывая костёр и разминая затёкшие ноги. – К черту трапезу. Да и сапоги высохли, что радует.

Эдвард снял с кустарника обувь Нейла и, окинув взглядом место, где они обнаружили сестёр принцесс, надеялся, что здесь не останется что-либо указывающее на их присутствие.

– Думаю, вечером мы закажем ужин у Грейтен, а пока обойдёмся хлебом с сыром, – тихо проговорил Иден. – Времени нет. Пока не село солнце, Гилмор примет нас и постарайтесь не сболтнуть лишнего.

– Обычно мы не проявляли себя, как болтуны и пустословы, – вставил свои два пятака Нейл, и Бекан скрестив руки на груди кивнул в поддержку товарища.

– Не в обиду будет сказано, но предупреждён, значит, вооружён, – продолжал гнуть своё Иден. – Идём. И, Эдвард, тебе придётся на время забыть об Эслинн. Понимаю, это трудно, но, не победив Биргера, ты не вернёшь принцессу.

Замок, в котором расположился новый король, изменился. О прежнем дворце напоминали лишь внешние стены, облицованные светлым камнем. Новый король обустроил дворец по-своему, в ярких красках, где преобладали красный, чёрный и золотой.

Тут и там важно расхаживали стражники с раскосыми глазами и желтоватой кожей. Словно бывший советник Вардена отыскал подобных себе чужеземцев. Немудрено, что жителей королевства не особо радовали перемены в рядах гвардейцев. Многие солдаты Зелёного Дола оказались не у дел, что могло оказаться на руку принцессам.

– По-моему, Айрис способна взять королевство в свои маленькие ручки, – усмехнувшись, пробормотал Иден. – Как мне подумалось она самая адекватная из сестёр. Не капризна, и готова к быстрому принятию решений.

– Только намерена ли Айрис начать войну? – вдруг спросил Нейл.– По-моему ей необходим опытный наставник.

Иден пожал плечами, и, накрыв чарами невидимости Бекана и Нейла, приложил палец к губам:

– Так будет меньше вопросов, друзья.

– Делай, как считаешь нужным, – согласился Нейл.

Его шёпот из пустоты прозвучал странно, глухо и несколько пугающе.

– Голос Нейла звучит жутко, – донёсся смешок Бекана.

Эдвард посмотрел в пустой угол, откуда доносилось сопение гнома, и мысленно согласился с коротышкой.

– У тебя не лучше, – попытался возразить Нейл, а Бекан тихонько захихикал.

– А не использовать ли нам потусторонний голос Нейла, – поинтересовался гоблин.

– Даже не знаю. – Иден коснулся плеча Эдварда, словно спрашивая совета у него.

– Решим по ходу. – Казалось, принц снова витает в мыслях об Эслинн. – Возможно, если это потребуется, необходимо подать знак. Так, Иден?

– Конечно, – кивнул эльф.– Я сделаю три раза кхе-кхе, – он откашлялся, приглаживая светлые волосы. – А пока будьте, как мыши, или даже тише.

Тронный зал располагался в центральной части замка. Стены главной галереи украшали портреты династии Гилмора. Большие картины в искусно вырезанных рамах, покрытые золотой краской.

Из историй, переложенных в живопись, Эдварду стало известно, что безродный воин, спас жизнь Вардену. То и дело король Зелёного Дола обращался к Гилмору с вопросами и в самом деле, слова чужеземного воина имели свойство вести управление королевским советом в нужном русле.

Пришло время, и Варден сделал Гилмора личным секретарём и хранителем королевской печати. Королевство от этого факта только выиграло.

Чужестранец, прибывший из страны Красного Дракона, не просил многого. Для него стали главным – крыша над головой, пища и долгие, увлекательные беседы с Варденом.

Гилмор рассказывал королю о дальних странах, об обычаях государства в котором прожил двадцать лет, и эти истории всегда воодушевляли Вардена.

Проходя мимо картинной галереи, Эдвард заметил, что портреты сделаны не так давно, и писал их один и тот же художник. Гилмору же хотелось королевского величия и преклонения. Выросший в нищете, бежавший из плена королевства Жёлтого Тигра, будущий советник, минуя несколько стран, прибыл в Зелёный Дол.

Нигде надолго он не задерживался. Прекрасное владение оружием и необычный стиль боевого искусства удивлял правителей серединных и северных земель. Никого не интересовало истинное прошлое Гилмора, как и, по мнению Эдварда, вымышленное имя.

– Он очень опасный человек, – заметил принц, остановившись возле картины, где Гилмор в плаще с кровавым подбоем, держит в руке голову якобы поверженного врага-демона.

– И эти картины. – Лицо Идена скривилось в насмешливой гримасе. – Словно его род правил Зелёным Долом несколько веков. Они безвкусны и смешны.

– Почему он назвался Гилмором? – спросил вдруг Эдвард, – ведь у него совершенно другое имя, его он позаимствовал у какого-нибудь погибшего воина, скорее всего.

– Разве сейчас есть разница, – уныло пожал плечами Иден. – И зачем выставлять напоказ якобы великую историю своей жизни?

Эдвард, ничего не ответив, двинулся дальше, помня, что в тронный зал раньше можно было попасть без особого распоряжения придворного церемониймейстера. Сегодня же их допросили с особым пристрастием, подозрительно разглядывая узкими глазками.

– Вот они какие, дети Красного Дракона, – послышалось бурчание Нейла, подавшего голос, как только незваные гости оказались на лестнице одни.

– Лучше помалкивай Нейл, – шикнул на него Бекан.

– Замолчите оба, – прошипел Иден, давая понять, что опасность ослабит хватку, когда они покинут замок Вардена, ставшим пристанищем отпрысков королевства Красного Дракона.

– Не думаю, что Гилмор пойдёт нам навстречу, – тихо проговорил эльф. – Его войско состоит из людей его племени. Умный ход. Они не нарушат присягу, даже, если дочери Вардена заявят о своём праве наследования.

– Приспешников Гилмора проще будет уничтожить, – уронил Эдвард. – Сейчас желтолицых не так много, возможно Айрис сможет взять правление в свои руки?

– Мы не можем решать за сестёр, – выдохнул Иден

Церемониймейстер, стоящий у двери украшенной золотыми листьями и цветами, остановил эльфа и принца, придирчиво осматривая их. На его маленькой голове сидела явно выбранная не по размеру шляпа, он склонил голову набок и принюхался.

– По-твоему мы дурно пахнем? – возмутился Иден побагровев.

– Явно чувствуется запах гоблина, – поморщился церемониймейстер, щёлкая пальцами. У него тонкий визгливый голосок, от которого хотелось стошнить. Длинные пальцы напоминали паучьи лапы. Эльф же заметил, что этот человек не так прост и разбирается немного в магии.

– Мы только что вышли из подземелья, где раньше обитали эти существа, – проговорил эльф.

Идену пришлось приложить немало усилий, чтобы магия невидимости не развеялась, пока церемониймейстер попытался разоблачить любое колдовство присутствующее рядом с гостями. Бекан и Нейл оставались невидимыми, а значит в безопасности.

– Вы сообщили о нашем визите? – Эдвард, как можно строже, глянул в глаза невысокому лакею.

– Конечно, принц… Эдвард, – кивнул церемониймейстер, раскрывая двери, впуская юношу и эльфа в тронный зал. Нейлу с Беканом удалось с трудом проскочить, чтобы не быть прищемлёнными дверьми и не выдать собственного присутствия.

Придворный распорядитель подозрительно проводил визитёров взглядом и, покачав головой, закрыл двери.

Эдвард помнил первую встречу с Гилмором в небольшом зале для приёмов, где им предложили вкусную трапезу и вино. Сейчас в огромном помещении тронного зала, где массивная колоннада создавала монументальный вид, люди казались ничтожными мелкими созданиями.

Голос под высокими сводами становился громче. Если королю сдерживать себя не входило в правила, то человек, находящийся в роли просящего, мог выглядеть наглым горлопаном, если слегка повысить голос.

Окружённый стражниками Гилмор, на которых находилось минимум доспехов, или они отсутствовали вовсе, расположился на широком троне, закинув ногу за ногу. Высокие кожаные сапоги начищены до блеска, а шёлковые штаны, расшитые золотым шитьём, казались крикливым и неуместным нарядом.

Он внимательно смотрел на вошедших гостей, узнав их, но, не подавал виду. Пригладив пальцами длинные усы похожие на чёрных блестящих червяков, свисающих ниже подбородка, король подал знак стражникам, разойтись и встать у колонн.

– Доброго вечера, король Гилмор, – произнёс Иден с поклоном.

Эдвард, поприветствовал бывшего советника, и никак не мог свыкнуться с мыслью его нового статуса монарха.

– Что привело вас в королевство? – спросил Гилмор, меняя позу, расставив тощие ноги в стороны и откинувшись на спинку трона. – До меня дошли слухи, что проклятие Быстрой реки снято, теперь никто не окаменеет, вступив в воды её течения. Интересно, чья это работа? Помнится, король Варден поручил вам это дело – доставить в замок розовую жемчужину Неомея и яд Биргера.

– К слову, о самом Биргере, – усмехнувшись, продолжил Эдвард.

Ощущая, как в груди разрастается гнев, он не подавал вида, что ярость так и клокочет в груди.

– Ты и Варден обещали отдать мне в жёны принцессу Эслинн, если мы доставим во дворец ценные артефакты. Однако, – он взглянул по сторонам, – многое изменилось.

– Ты хочешь меня обвинить в чём-то? – надменно спросил Гилмор, сцепив пальцы.

Его лицо побагровело, а ноздри раздувались при каждом вздохе. Союзником ему не быть понимал принц и его товарищи.

– Я обвиняю тебя в союзе с Биргером, которому ты отдал Эслинн. Если бы не этот уже свершившийся факт, белый змей сейчас не уничтожал невинных людей. Теперь же чудовище набирает силу, и не думаешь ли ты, что в итоге он не пощадит и тебя?

– Мне не нравится тон, с которым ты обращаешься к королю. – Гилмор поднялся и скрестил руки на груди. Корона на лысой голове врезалась ободом в кожу, и была явно не по размеру для массивного черепа новоиспечённого правителя.

– Если бы ты был настоящим королём, то знал бы кодекс правителей пяти королевств, – продолжил принц. – Поэтому мой друг Иден молчит и не обвиняет тебя. Не вмешивается.

– К сожалению, у меня нет на это права, – вставил эльф, слегка склонив голову.

– Что пообещал тебе Биргер? – без обиняков бросил Эдвард. – Что у тебя общего с этой тварью?!

Гилмор не спешил с ответом, словно обдумывая каждое слово, говоря, что пошёл на сделку с монстром только для необходимости получить покровительство. Зелёному Долу нужен правитель после смерти Вардена, пытался оправдаться новый король.

– Вас не было слишком долго, и появившийся наг обещал, если я отдам ему Эслинн не разрушать королевство.

– Я не верю тебе, Гилмор. – Эдвард сузил зелёные глаза, говоря тише, – Биргер стал человеком. Смертным. Но после возвращения из земель Зелёного Дола он, странным образом, получил силу. Превратившись в дракона, и стал почти что неуязвим.

– Ты из страны Красного Дракона, – вступил Иден. – И магия вашей страны, насколько мне известно, другая, чужой язык и совершенно иные артефакты, и волшебные предметы. Ведь так?

– Ты прав, – кивнул Гилмор, и в его глазах появилось еле заметное торжество. – Мне не нужно уметь пользоваться магией, для этого во дворец приехал чародей Линг из моей страны. Поэтому сейчас нападение Биргера не страшит нас.

На лицо Гилмора наползла улыбка самодовольного зверя, он уселся на трон, положив руки на мягкие подлокотники. На пальцах короля сверкали дорогие перстни, принадлежавшие сокровищнице Вардена. Иден сжал губы, представляя, насколько в скором времени она опустеет.

Эдвард же всё раздумывал, что сказать насчёт дочерей Вардена или промолчать вовсе. Он сказал, что не может приказывать другому королю, но если не объединить силы, Биргер установит свой порядок и власть не только в других землях.

– Когда белый демон воплотит свои планы в жизнь, наши страны станут историей, Гилмор. Если ты откажешься объединиться с другими землями и дать отпор Биргеру, пока он не настолько силён, и у него нет армии, я восприму это, как предательство и вызов пяти королевствам.

– Если вы пришли за этим, – усмехнулся король, – наш разговор не имеет смысла. Не для этого я шёл к правлению, превозмогая унижения и боль…

– Большая сила и власть – прежде всего ответственность, – прервал его принц, делая шаг к правителю, заставив стражников отойти от колонн и направить на него алебарды. – Подумай об этом. Биргер снова похитил Эслинн, возможно, уничтожил мой дом. Спроси себя, насколько хватит твоего безрассудства и жадности, чтобы выстоять перед армией, которая явится сюда.

– Ты угрожаешь мне, щенок?! – выкрикнул Гилмор, краснея от ярости.

Эдвард примирительно поднял руки, обращённые ладонями к нему, и, улыбаясь, покачал головой. Потом коротко бросил Идену и укрытыми чарами невидимости Бекану и Нейлу:

– Уходим, нечего тут делать.

И направился к выходу.

Гилмор, выкрикивающий оскорбления, больше не интересовал принца, как и бездействие стражи, не преградившей им путь из тронного зала.

– Чёртов ублюдок, – прошипел Иден, выходя из дверей, столкнувшись с напудренным церемониймейстером. – С дороги!

Быстрыми шагами друзья направлялись к выходу, уверенные, беспрепятственно вернуться на постоялый двор Грейтен. Однако покинув дворец, но не внутренний двор замка, они встретили новых гвардейцев Гилмора. Странные конусовидные шлемы, выкрашенные в красные цвета и такие же кровавые доспехи, показались чудными, не похожими на то, что привыкли видеть друзья.

Спустя некоторое время Эдвард узнал, для чего доспехи красились в цвет крови – чтобы её вид окрасивший амуницию не пугал новобранцев.

Узкоглазые невысокие солдаты похожи друг на друга. Они обнажили мечи, преграждая путь, и что-то выкрикивали на незнакомом языке. Впервые Эдвард ощутил, что ничего не может понять из сказанного солдатами. Их порядком двадцати человек, и, обнажив мечи, принц, эльф и скрытые колдовством гном и гоблин приготовились к битве.

Иден щёлкнул пальцами, снимая чары невидимости, с улыбкой обнаружив Бекана и Нейла позади гвардейцев. Окружённые с двух сторон, солдаты попытались перегруппироваться, что оказалось сделать сложным в неудобных доспехах – Иден и Эдвард теснили их к воротам. Нейл, размахивая тяжёлым топором, срубил, троим головы, а Бекан, ловко запрыгивая на стражников, скрутил нескольким шеи.

Решимости гвардейцев можно только позавидовать, они казались стремительными, а оружие в их руках лёгким, как будто оно выковано из другого сплава стали. Тем не менее, солдаты отступали, сбиваясь в кучу, пока не нагрянули свежие силы.

Эдвард, заметив движение в длинных окнах башни, приготовился отразить атаку, а вот Иден, попытался прорваться с левого фланга к воротам, у которых никого не оказалось.

Воины всеми силами ринулись на эльфа и принца. Подъёмный механизм ворот остался без присмотра. Бекан, уловив взгляд Идена, бросился к эльфу на помощь, оставив Эдварда и Нейла разбрасывать, словно сломанные куклы, желтолицую армию Гилмора.

Дёрнув за ручки на колесе, где крепился трос, Иден запустил механизм подъёма ворот. Отбиваясь от подоспевших солдат, он отдал инициативу Бекану, тот с лёгкостью крутил колесо, а потом, вырвав меч из рук павшего гвардейца, изо всех сил закричал:

– Уходим!!!

Его тонкий голос визгом прокатился по внутреннему двору замка. Солдаты в раз повернули головы к открывшимся воротам, как и Эдвард с Нейлом, воспользовавшись минутной заминкой для того, чтобы пробиться к выходу.

Маленькая армия бросилась вдогонку, но хитрый Бекан ловко перерубил верёвочный трос и, взобравшись по стене, оказался наверху. Ворота с грохотом захлопнулись, раздавливая солдат. Чтоб поднять конструкцию из дерева и металла пришлось бы привести в действие лебёдку, на которой верёвка превратилась в изодранное мочало.

Выскочив за ограждение, беглецы ринулись к таверне «Весёлая вдова». Теперь надо забирать лошадей и отправляться к реке.

– Мы не можем вернуться на постоялый двор! – выкрикнул Эдвард, переводя дыхание. – И дело не только в лошадях, которых мы оставили. Нам нужно сделать две вещи – оповестить принцесс и найти лодку, чтобы отправиться в Горное королевство.

– Мне известно, где скрываются принцессы, – ответил запыхавшийся Иден, – и что дальше, Что ты хочешь предпринять?!

Эдвард опустил глаза, ощущая, как сердце сжала холодная рука. Впервые за последние месяцы он не знал, что делать. Он не хотел показывать слабость и с решительностью ответил, что пора отправляться к принцессам. Необходимость собирать армию из солдат, уволенных со службы, могла помочь воодушевить не только принцесс, но и жителей королевства. Воспользоваться недовольством жителей провинций, пополнившим ряды новой армии и готовиться к захвату или осаде замка, могло стать единственным путём к спасению.

– Для воплощения этого плана, одна из сестёр должна быть очень сильной, – вздохнул Иден. И вышло у него это довольно таки печально, обречённо. – Пока я увидел лишь изнеженных дочерей короля, не больше. Возможно, после некоторого времени, лишения и невзгоды заставят их стать другими. Но сейчас мне в это поверить сложно.

– Нам нужны лошади, – добавил Бекан. – Может, всё-таки вернёмся на постоялый двор? Тем более, там остались розовая жемчужина и яд Биргера, а так же наш пассажир.

– Да, – кивнул Эдвард. – Иной раз рыжий паук давал верные советы. Но я уверен, что секретная канцелярия уже разыскивает нас.

– Да, – Нейл потёр бороду, удручённо вглядываясь вдаль. – Что если, мы скрытно будем действовать, да и нет особой необходимости всем являться в «Весёлую вдову».

– Да, но как кто-нибудь из нас в одиночку вынесет вещи и выведет лошадей? – задал вопрос, вертевшийся у всех на языке, Бекан.

– Для начала нужно проверить, следит кто за таверной или нет, и один из нас, не особо приметный, я или Бекан, проберёмся туда. Если нам не будет угрожать опасность, то мы сможем беспрепятственно вывести лошадей и отправляться в путь. – Гном скрестил руки на груди и внимательно посмотрел в сторону дворцовой площади. Именно за ней и стояла таверна «Весёлая вдова»

Идея Нейла оказалась единственным способом узнать, остался ли постоялый двор безопасным местом.

Дождавшись темноты, друзья пробирались вдоль стен, разделившись, решив, что так будет правильно. Условившись встретиться у входа в таверну, товарищи пожелали друг другу удачи и, затаившись, ждали возвращения Нейла, отважившегося незаметно пробраться на постоялый двор.

Не проронив ни звука, Эдвард ждал знака от Нейла. Гном должен был появиться в окне, выходящим на городскую площадь. Был уговор, что если в таверне обстановка спокойная, Нейл, не зажигая свет, откроет окно. Если же возвращаться стало опасно, он зажжёт свечу в комнате.

Эдвард ждал, ощущая холодное дыхание тумана, спустившегося на Дэрвайг. Без дорожного плаща зябко, и пальцы на руках теряли чувствительность.

Иден с Беканом притаились напротив главного входа, спрятавшись за телегой наполненной мешками с овощами. Иден скривил нос, вдыхая запах свежего навоза. Лошадь унылым взглядом проводила хозяина до дверей «Весёлой вдовы» и пряла ушами. Из ноздрей кобылы шёл пар, она то и дело стучала копытом, отчего Бекан чертыхался всякий раз, боясь, что их заметят.

Нейл, войдя на постоялый двор, убедился, что здесь ничего не изменилось. Из таверны доносилась негромкая музыка. Приезжий трубадур играл на лютне и пел, не особо попадая в ноты. Посетителей в зале не так уж и много, а голос хозяйки Грейтен пытался вразумить напившегося гостя нежелающего покидать заведение.

Лошади, а именно гнедая кобыла с длинной шерстью, принадлежавшая гному и гоблину, узнала Нейла. Вороной конь Идена с интересом поднял голову, оторвавшись от кормушки наполненной овсом. Белая в серых яблоках лошадка Эдварда потянулась к тёплой ладони гнома, с удовольствием слизав большим тёплым языком кусок сахара.

Нейл огляделся. В загоне, рядом с лошадьми, лежало снаряжение: седла, стремена, удила. Гном не стал торопиться, а решил действовать согласно уговору. Осталось подняться в комнату и подать знак Эдварду, который в свою очередь позовёт Идена и Бекана. Они только тогда войдут в конюшню постоялого двора, надеясь на безопасность. Относительную безопасность, потому что смерть теперь могла подкрасться незаметно.

Эдварда удивляло отсутствие напористости королевской гвардии и секретной канцелярии. Или же Гилмор приказал выждать, затаиться, чтобы усыпить бдительность наглецов дерзнувших бросить ему вызов. Напасть, сражая неожиданным появлением солдат, было бы отличным ходом, размышлял принц, если бы, конечно, на месте короля оказался он сам.

Скрип оконных петель, заставил юношу поднять голову и посмотреть в тёмное окно, где раньше располагалась комната Бекана и Нейла. Улыбка скользнула по бледному лицу Эдварда. Он обошёл здание и вошёл со стороны постоялого двора, заглядывая внутрь. Никого, кроме дремлющих лошадей. Затем он прокрался к входу в таверну, наблюдая за посетителями и прохожими, задержавшимися в тёмном переулке в поздний час.

Увидев прячущихся Идена с Беканом, принц бросил камушек под телегу, чтобы обратить на себя внимание друзей. Потом махнул рукой, отступая в тень.

Уже в конюшне, когда вернулся Нейл, взваливший на себя оставленные вещи, Эдвард начал седлать лошадей. К всеобщему удивлению, смельчаков никто не преследовал. Однако чувство опасности не покидало никого из товарищей.

Рыжий паук, удивлённый ночным визитом Нейла, собрал вязание, то бишь паутину. Потом забрался в мешок Бекана, проворчав:

– Всё как обычно, среди ночи дуют в фанфары,

И не привычно тихо сидеть без пожара.

– Ну, да, – согласился Нейл, – уж прости, сегодня без пожара как-то, уважаемый поэт.

– Стихоплёт, – сухо рассмеялся рыжий паук из сумки гоблина. – Сегодня нет луны, а беглецам это на руку.

Нейл не стал расспрашивать хозяина восьми ног, откуда ему известно об их незавидном положении, а просто постарался быстрее оказаться в конюшне.

Безлунная ночь и седина тумана помогли путникам скрыться в лесу, а потом выбраться к холмам, где скрывалось убежище дочерей Вардена.

Друзья старались не шуметь и, привязав лошадей, отправились к подземелью, использование которого могло иметь некоторые последствия, если о нём знал хоть кто-то из приближенных нового короля Зелёного Дола.

Глава 9 Поцелуй призрака

Глава 9 Поцелуй призрака

Убежище, где скрывались принцессы, казалось похожим на маленький дворец. Здесь чисто и уютно, несмотря на то, что сестры не имели прислуги, они отлично справлялись с устройством быта.

Эдвард, оглядев просторную галерею, высеченную в скале, с удовольствием отметил старания девушек.

– Не такие уж они и неженки, – добавил Иден, улыбнувшись, наблюдя про себя, что ошибался насчёт сестёр принцесс.

Беглецов встретила Брианна, сейчас она не выглядела напуганной и жалкой, как и все сестры, оказавшиеся на берегу реки Быстрая. Тёмные волосы девушки собраны в высокую причёску, а на простом платье выделялась брошь с крупным сапфиром в цвет синих глаз принцессы.

– Приветствую вас, друзья, – Брианна приложив руку к груди поклонилась. – За вами не увязались шпионы Гилмора? А то нам всем несдобровать.

– Мы тоже очень надеемся на это,– губы Бекана растянулись в улыбке, показывая щербатый рот.

– Лошадей пришлось оставить чуть поодаль, чтобы это место оставалось секретным, – ответил Эдвард. – Говорили с Гилмором и всё складывается таким образом, как я и предполагал, – он взглянул на Идена, – как все мы думали, Брианна. Где остальные сестры?

– Мы решили разделить обязанности, так как прислуги здесь нет, – Брианна скрестила руки на груди и махнула головой в сторону прохода, как оказалось на кухню. – Айрис сегодня готовит ужин, поэтому не отказывайте составить нам компанию.

Гном проглотил слюну, только сейчас чувствуя, как сильно проголодался, встретившись глазами с Беканом, благо они были почти одного роста. Нейл прочитал на его лице такое же желание – скорее съесть что-нибудь.

– Спасибо за приглашение, – начал Эдвард, вдруг ощутив каблук сапога Нейла, больно надавившего на большой палец ноги. – Если это не стеснит вас. Компания у нас не очень подходящая для скромной трапезы.

– Не волнуйся, Эдвард. – Вошедшая Айрис, раскрасневшаяся на кухне, вытерла руки о передник и теперь совершенно не походила на принцессу, если бы не золотые серьги с бриллиантами в ушах. – Сегодня неизвестный охотник принёс к убежищу кроликов. Сначала мы насторожились и не хотели принимать дар от незнакомца, однако прочитав письмо, решили, что этот подарок добрый знак.

– Что за письмо? – Иден недоверчиво свёл светлые брови. – Вы очень рискуете, принимая пищу от незнакомца.

– Ничего. – Айрис, позвала Гвен, помогавшую ей на кухне. – Эй, Гвен, позови Имоджин, пусть она принесёт то самое письмо от незнакомца!

Когда сестры собрались за столом, Эдварду показалось, что беззаботная жизнь вернулась. Девушки смеялись, весело рассказывая о том, как провели день, и что каждая сделала сегодня. Пока путники, ставшие вне закона на землях Зелёного Дола, ужинали, принцессы наперебой хвастались премудростями, которым научились у покойной матушки, а потом и друг у друга.

Гоблин, налегавший на мясо, нахваливал чудесное жаркое, а гнома, выпившего большую кружку вина, начало клонить в сон. Время позднее, и сёстры расстелив медвежьи шкуры, предложили гостям расположиться на сон.

Эдварда же не покидали мысли о странном незнакомце, помогающем принцессам, особенно, когда Айрис показала письмо, оставленное рядом с убитыми кроликами.

«Я знаю, что беда пришла в ваше королевство. Моя помощь к вашим услугам. Не каждый из нас свободен, решать, когда открыться, как и я. Однако мне удалось спрятаться. Мне удалось обмануть чудовище. Когда придёт время, скажите Эдварду и его друзьям, чтобы держали путь во владения Горного короля и собирали армию, потому что Морские земли охвачены пламенем дракона».

– Очень странное послание, – уронил похолодевший от ужаса принц, вернув письмо Айрис. Его сердце разрывали сомнения. Он вспомнил недавний сон, понимая, что в его королевстве наступили мрачные времена.

– Но, кем может быть этот незнакомец? – спросила Брианна.

Эдвард вопросительно глянул на Идена, пожимающего плечами, и покачал головой:

– Сложно предположить, кто может предлагать помощь вам, и кто скрывается от чудовища, кого он имел в виду? Биргера, Гилмора? Я не могу понять.

– Словно в этом письме зашифровано некое послание, – вставил Иден. – Но, как вам собрать армию, которая разбрелась по всей стране?

– Мы решили оставить записку на том месте, где обнаружили кроликов и сообщили человеку, решившего не называть своего имени, что нам надо оповестить солдат, служивших Вардену. Отечество в опасности, пора сместить вероломного Гилмора, заключившего союз с белым демоном! – В голосе Айрис решимость прозвенела металлом, фанфарами, что очень понравилось Эдварду.

Теперь можно отправляться в Горное королевство. Но как оставить принцесс на незнакомца, обещавшего помочь, размышлял принц. Возможно, стоит подождать, чтобы увидеть его ответ и солдат, которых призывают сёстры.

– Нам неизвестно, когда появится незнакомец, – ответил Иден, глядя на заснувших Нейла и Бекана. – Не стоит задерживаться и уничтожать припасы сестёр, высовываться днём, чтобы поохотиться плохая затея. Остаётся лишь попытаться вернуться сюда спустя некоторое время. Время, когда мы сможем сделать это.

Последние слова Иден произнёс с некой горечью, словно собирался в путь, из которого невозможно вернуться назад.

– В твоих словах есть доля истины, – устало согласился Эдвард, склонив голову на сложенные руки. – Только как мы отправимся в дорогу неуверенные, что этот незнакомец действительно способен помочь, а не навредить?

– Принцессы смогут собрать армию, после недолго разговора за ужином, я уверен, что так и случится. А ещё, – тепло улыбнулся эльф, доставая что-то из кармана, – смотри, что вручила мне малышка Имоджин.

На щеках Идена заиграл румянец, и эльф с какой-то гордостью положил на стол стеклянный шар, размером с яблоко. Он был совершенно прозрачным, будто изготовленный из простого стекла. Этакая игрушка, мог бы подумать несведущий человек. Однако Эдвард, улыбнувшись, кивнул, узнав волшебный предмет. Такой же шар имелся у его матушки, и по её рассказам, она могла общаться с королём, когда он находился в дальних странах с помощью магии.

Нет, Селма не была колдуньей, волшебство заключалось лишь в нескольких словах и желании увидеть человека, с которым хочешь поговорить. Тут существовало одно условие, чтобы вести разговор необходимо иметь второй шар, именно через него можно и начать беседу. Если же такой сферы не имелось, оставалось только наблюдать за интересующим местом в стеклянном шаре, не имея возможности получить информации больше.

– Имоджин, значит, – усмехнувшись, кивнул принц, коснувшись шара. – Это отличная вещь. Мне интересно, если ли подобный шар имелся бы у Солвейг, ты мог бы общаться с братом.

Вошедшая Имоджин, присела напротив Эдварда за стол, протянув руку к волшебному шару.

– Очень хорошо, что подобная стеклянная сфера есть у каждой из сестёр, поэтому я и отдала принадлежащий мне шар, чтобы в любой момент спросить совета, как и вы. Слыша ваш разговор, я подумала, что Эдвард мог бы связаться с матушкой и узнать, что происходит в его королевстве.

Юноша с благодарностью глянул на улыбающуюся принцессу и подвинул к себе шар, коснувшись пальцами его поверхности.

– Теперь надо бы вспомнить. – Он закрыл глаза.

Молчаливо наблюдавшие за ним Имоджин с Иденом не проронили ни слова.

– Открой глаза, волшебный шар, – начал Эдвард неторопливо, – и покажи, что у королевы Селмы во дворце.

Как принц надеялся увидеть матушку и услышать её голос, только ответом ему стали тишина и серый дым. Побледневший юноша, вглядываясь в серую мглу, пытался разглядеть происходящее во дворце, но ничего не смог увидеть.

Он провёл пальцами по гладкой поверхности сферы и снова проговорил тихим голосом, в котором уже не звучала надежда:

– Открой глаза, волшебный шар, покажи, что делается в Морских землях.

Выпуклая поверхность стеклянного шара вздрогнула. Дым рассеялся. Иден с Имоджин внимательно рассматривали картину, появившуюся перед глазами.

Теперь, словно с высоты птичьего полёта, можно разглядеть небольшие посёлки, города и столицу. Эдвард мог приближать изображение, перебирая пальцами и перемещать его, чтобы лучше разглядеть тот или иной объект.

Безрадостная картина царила повсюду – полуразрушенный дворец почти что выгорел, на прежде зелёных полях кружился пепел и стаи воронов. Прекрасные виноградники безжалостно уничтожены. Обездоленные, лишённые крова и потерявшие близких, люди, прятались в горах и в лесу. Скрывались, надеясь, что смерть пощадит их, в наспех выкопанных, землянках.

Биргер оставил после себя выжженную пустыню, с горечью осознавал принц, и не мог поверить, что королевство разрушено.

– Великий магистрат! – прошептала Имоджин, прижимая руки к лицу, – а что же происходит в других странах?

– Давай посмотрим, как обстоят дела у Олана и Солвейг, – попросил эльф. – Не думаю, что Биргер рискнул вернуться после нашего отъезда.

– Морские земли не были готовы к нападению белого дракона, – уронил Эдвард. – В этом часть и моей вины. Я должен был предупредить отца. Только я думал о себе, о том, как спасти Эслинн, как добыть жемчужину и яд чудовища. Я хотел помочь Солвейг и Калдеру, но забыл о доме, в который беда пришла неожиданно…

– В этом нет твоей вины, Эдвард. – Имоджин положила руки юноше на плечи.

– Не стоит винить себя, – согласился Иден. – Посмотрим, что происходит в Ледяной стране и королевстве эльфов, а потом нужно окинуть взглядом границы Серединных земель. Возможно, своей атакой Биргер хотел разозлить тебя.

– У него это отлично получилось, – проговорил сквозь зубы Эдвард, сжимая кулаки.

– Только не делай глупостей, принц, ты не сможешь в одиночку разделаться с ним. К сожалению, мы все теряем близких, тем более сложно, когда ты король или наследник. Ты понимаешь, что на тебе лежит ответственность и сейчас ты не властен над происходящим.

– Я не стану кидаться в драку, уж поверь, теперь это равносильно самоубийству, – горько усмехнулся Эдвард, – месть – блюдо, которое подают холодным.

Он вернулся к шару, ещё не осознавая, что понесённые потери, переживания, невзгоды изменили, закалили его. Эдварду пришлось быстро повзрослеть, чтобы принять новую реальность. Сейчас он не думал об Эслинн, впервые со времени её похищения – образы родителей стояли перед глазами, как и пелена слёз, заполняющая их.

Ледяное королевство дышало холодом, снег кружился пушистыми хлопьями. Перед глазами Эдварда витал белый пепел на сожжённых полях Морских земель, он выдохнул и закрыл веки.

Потом глубоко вздохнул, ресницы дрогнули, и взгляд принца устремился к стеклянной сфере. Он продолжил двигать пальцами по артефакту, рассматривая, что происходит в стране, где прежде правила Исгерд.

Покой и белое безмолвие давали видимость лишь временного спокойствия. Алвис готовил армию.

Он снова в форме воеводы, не хромал, что радовало друзей. Яд чудовища исцелил его, Иден уверен, что Солвейг постаралась не зря. Алвис в тяжёлых доспехах ходил между рядами воинов, отдавая приказы солдатам. Орки, к которым присоединились горные тролли и огры с застывших болот тренировались в военных навыках. Более опытные бойцы обучали новичков и несли дозор на стенах замка и границах.

Около моря, покрытого коркой льда у берега, в пристани Белая звезда, жизнь снова кипела. Несмотря на то, что судоходство остановилось из-за погодных условий, бойкая торговля оставляла видимость, что в королевстве дела идут вполне сносно.

На службе Солвейг эльфов оказалось довольно-таки много, а Иден сообщил, что впервые видит такую армию у стен Рубинового города.

Вокруг дворцовой стены разбит большой лагерь, тут и там горели костры. Эльфы развернули несколько кузней, где изготавливали достойное легенд оружие – мечи, копья, доспехи и другие, необходимые в битве вещи.

Конница расположилась во внутреннем дворе замка Солвейг. Королева лично заботилась о лошадях, помогая подданным. Зелёный тролль Атти приходил на помощь правительнице, всякий раз показывая эльфам, как лучше укреплять стены, неуклюже взбирался по лестнице, проверяя, хорошо ли очищены отверстия для слива кипящей смолы, на случай нападения на замок.

– Позже свяжемся с Солвейг, – сообщил Эдвард, взглянув на товарищей, выходя из угодий королевства эльфов и пытаясь осмотреть окрестности Серединных земель.

Самый мощный и подлый удар Биргер нанёс в сердце его Родины, которое на огромном пространстве Серединного мира напоминало почерневшую рану, где упала звезда смерти разбрызгав лучами пепел.

Беда не обошла и границы Волшебного мира, где пролегало королевство Жёлтого Тигра. Через горную гряду можно отлично рассмотреть страну Красного Дракона, откуда прибыл Гилмор. Эдвард не стал задерживать взгляд на стране желтолицых людей, он осматривал Королевство Калдера, куда Биргер не смог проникнуть, и Зелёный Дол, где по уговору с Гилмором царило спокойствие.

– Это временное затишье,– проговорила подошедшая Айрис, – затишье перед бурей.

Эдвард глянул на принцессу, кивая, и оторвал пальцы от волшебного шара.

– Мы отправимся на рассвете в Горное Королевство, серое утро превратит нас в тени, тем более до Чёрной реки здесь рукой подать.

Принц потёр бороду, а потом провёл руками по волосам, усталость давала о себе знать:

– Мы свяжемся посредством волшебного шара. Возможно, вы сможете что-то узнать о том самом незнакомце. И солдаты, вы не должны собирать армию в лесу.

– Неплохо было бы создать множество отрядов, которые будут совершать вылазки, для начала изучая слабые места обороны замка Гилмора, – добавил эльф. – Только так можно вычислить время падения вероломного короля и уничтожить его солдат.

– Наших бойцов больше, – ответила с улыбкой Брианна, – если собрать всех воедино, мы сможем дать отпор.

– Вопрос в том, что предпримет Биргер, – бросила Айрис сестре, – и, к сожалению, восстановление армии не пройдёт за несколько дней.

– Я знаю, – вздохнула Брианна. – С одной стороны мы должны торопиться, но и в тоже время не должны спешить, чтобы не совершить необдуманных действий.

– Верные слова. – Эдвард протянул шар Идену, – и спасибо за это.

Ночь вступила в свои права, напоминая сёстрам и гостям о необходимости отдохнуть перед путешествием в Горное Королевство. Усталость брала своё, но сон не стал безмятежным – эльфа и принца мучили кошмары, в отличие от заснувших раньше друзей.

Бекан с Нейлом ещё не ведали о происходящем в Серединном мире, и то, что совершил Биргер на территории Морских земель.

* * * *

Воды Чёрной реки быстро несли чёлн, в котором сидели гном с гоблином, эльф и принц. Лодка шла вниз по течению и обогнув водопад Пасть дракона, можно будет скорее очутиться в верховье Жемчужной реки, ведущей к Горному королевству.

Река сначала показалась тихой, неспешной, пока лодка не вошла в тёмный грот, ведущий во владения Калдера. Здесь течение ускорилось и лодку пришлось привязать к выступающему из камней крюку. Бекан зажёг факелы, которые, обильно смазав смолой, приготовил Нейл. Когда лодка подошла к гроту, друзья обнаружили большую лужу смолы, у входа в пещеру. На поверхность из-под земли, выходила чёрная маслянистая жидкость с отвратительным запахом. Эдвард разорвал на полосы старую рубашку, и наматывал лоскуты на заострённые палки. Иден приготовил их на берегу Чёрной реки, покамест искал спрятанную лодку.

Зачаровав её заклятием невидимости, ему с трудом удалось обнаружить судно, но к счастью поиски увенчались успехом и уже к полудню товарищи плыли по Жемчужной реке.

Сёстры сложили храбрецам еды и воды, отыскали в многочисленных ларцах королевского убежища чистую одежду, что обрадовало Идена привыкшего менять платье хотя бы раз в неделю. Бекан и Нейл, усмехнувшись, покачали головами – чистота не самое главное рассуждали они. Эдвард же из практических соображений оставил старую одежду, сложив только самое необходимое с собой.

Раздевшись до пояса, принц старательно обматывал приготовленные Иденом колья, заметив взгляд эльфа, задержавшийся на его груди. Цепочка с кулоном подаренная озёрной девой Лиа заинтересовала его, но эльф промолчал, понимая, что принц наверняка расскажет, откуда у него эта вещица, имевшая сильную магическую ауру. Поведает, когда придёт время. Иден догадывался, что за артефакт носит с собой Эдвард и отчего никому не говорит о нём.

Юноша поймал взгляд эльфа на кулоне и постарался не выдать нахлынувших чувств. Он снова вспомнил об Эслинн и подумал, а что если они больше никогда не встретятся. От этой мысли сердце сжалось, но, принц заставили себя не думать ни о чём плохом. Однако это получалось из рук вон плохо – похищение Эслинн и дурные вести с Родины угнетали, и только вера в объединение пяти королевств помогала ему справиться с отчаянием.

Уныние то приближалось, то скрывалось в складках сознания, оставляя после себя пустоту или наоборот решимость. В этот момент мысли становились чётче, как и цель, что обретала контуры. В конце концов, Эдвард понимал, что ему необходимо и как призвать Биргера к ответу.

Каждый день то забирал надежду, то давал её снова. Принц ощущал, что его чувства точно натянутые струны, выстроенные в стройные лады. Он знал, что будет делать дальше, и верил, что друзья не подведут.

– Мы объединим пять королевств, – начал он.

– Правильно, – прошелестел рыжий паук давно не высовывавшийся из сумки Бекана. – Я не стал пугать принцесс, девушки всегда опасаются нашу братию, но скажу, что волшебный шар поможет вам.

– Паук, мне кажется или ты ощущаешь себя прорицателем? – насмешливо спросил Нейл, взглянув на рыжего членистоногого.

– Напрасно смеёшься, гном, – обиженно проворчал нежданный пассажир. – Я многое вижу и чувствую, но, к сожалению, не провидец. Иначе бы я смог помочь вам… Хотя, если человеку известно будущее, это может отдалить его от цели. Это моё мнение, и я не пытаюсь навязать его вам.

Рыжий паук скрылся в складках сумки Бекана, а Эдвард, покачав головой, шепнул Нейлу, чтобы тот извинился перед стариком.

Вернувшись к лодке, товарищи забрались внутрь, проверив снаряжение и убрав вёсла. Теперь необходимо направлять маленькое судёнышко по течению осторожно, чтобы его не ударяло о стены. В подземелье река проделала длинный туннель, стены которого стали гладкими как будто сделанные из мрамора. Кое-где надписи на языке гномов указывали направление, хотя путь не раздваивался, а вёл прямиком во владения Калдера.

Руль на корме помогал удерживать чёлн и направлять его в нужное русло. Бекан отлично справлялся, а Нейл, установив один из факелов на носу лодки, вглядывался во мрак. То и дело гном искал глазами опасность, подстерегающую друзей, но ничто не нарушало тишину кроме плеска волн и журчания реки.

Спустившись по бурлящему потоку в темноту, лодка замедлила ход, направляемая течением и твёрдой рукой гоблина. Тени от света факелов рисовали на стенах подземелья странные образы. Тоннель расширился, открывая взору владения Калдера. Причудливые сталактиты украшали каменный свод галереи, Иден сказал Бекану, что осторожность не помешает:

– Подводные камни могут сыграть злую шутку с нашим судном, Нейл. Смотри в оба.

Гном кивнул, сосредоточенно насупив кустистые брови, внимательно рассматривая воду в пятне света от факела.

Если не говорить о том, как Нейл вспомнил их сражение с химерами, ничего не могло обеспокоить храбрецов. Тихий звук падающих капель воды и журчание реки настраивали на хорошие мысли. Даже разговор товарищи вели вполголоса, безмолвие и покой царили в этом месте.

Тем не менее, шум крыльев и писк колонии потревоженных летучих мышей, заставил Идена выхватить меч, а потом пригнуться, чтобы стая пролетела мимо.

Одна из мышей, с уродливой мордочкой вампира, упала в лодку и, запутавшись в вещевых мешках, жалобно запищала. Эдвард бережно вытащил её и, подбросив в темноту, отправил к стае, которая, казалось, не заметила потерю бойца.

Если считать происшествие с мышами самым страшным за всё путешествие по реке подземелья, в целом, принц, эльф, гном и гоблин успешно добрались до владений короля Калдера.

Там, где река уходила круто влево, можно было пришвартоваться, да и стражники, охраняющий вход в тоннель, помогли друзьям выбраться.

– Приветствуем тебя, славный Бекан! – тролль с копной рыжих волос хлопнул гоблина по плечу. – Красотка Брунгильда заждалась тебя!

– Я порадую её, – коротышка гоблин заговорщицки подмигнул товарищу и, подхватив с камней сумку, первым вошёл в открывшийся проход.

Эдвард замыкал их небольшой отряд. Приложив руку к сердцу, он поклонился стражникам, видя, на их лицах улыбки и, приходя к пониманию, что в королевстве ждали их. В свою очередь он надеялся на плодотворную беседу с королём.

Каменные стены подземного хода освещались факелами, шаги гулко отдавались в тишине. Чем ниже спускались воины в подземный мир, тем становилось теплее, чем на поверхности, и вскоре вода уже не стекала по стенам, как у входа в королевство.

Выйдя к небольшому поселению, где домики гномов вырублены прямо в скалах, Нейл прибавил шаг. То и дело он останавливался и здоровался с сородичами, которые пожимали ему руку, хлопали по плечам и расспрашивали, где он так долго путешествовал.

Маленькие голубые феи несли в миниатюрных ручках светильники с такими же крохотными плафонами заполненными светлячками. Чудесные существа подлетали то к Эдварду, то к Идену, казавшимися им странными незнакомцами и каждый раз охали и ахали:

– Ах, какой красавец!

– Взгляните, в этом воине столько силы!

– Ух, и посмотри, какие они большие и статные!

Впервые за дорогу, наполненную мрачными мыслями, Эдвард улыбнулся. Одна из фей подлетев ближе своих подружек, уселась к нему на плечо со словами:

– Вы не против, принц? Я-то вас помню, когда вы оказались у нас, впервые!

– Можешь отдохнуть малышка, – согласился принц, рассматривая город в котором оказался в первый раз, размышляя, откуда фея помнит его.

Чем дальше продвигались путники, тем богаче становился город, он казался огромным, а дома построенные в скалах напоминали гигантские ульи. Повсюду искрилась яркая иллюминация – лампы наполненные светлячками, а ещё светящиеся цветы, растущие у каждого домика украшающие улицы.

Гномы усердно работали на маленьких приусадебных участках, выращивая необычные цветы, сияющие разными цветами, освещающие подземелье, словно крохотные фонарики.

По улицам ходили пони, на них восседали бородатые наездники, они кланялись гостям и приветливо махали руками.

Когда владения огромного города сменила проложенная в скалах дорога, Бекан сказал, что в следующем поселении им придётся остановиться и пообедать.

– Время здесь летит иначе, – ответил Иден. – На поверхности оно пролетает быстрее. И, к сожалению, когда мы выйдем в верхний мир, нам покажется, что прошёл не один месяц.

– Да, слышал я о легендах, где человек попадал в подземный мир, когда гномы приглашали его на свадьбу короля. Когда же возвращался после веселья домой, миновало сто лет, – отозвался Эдвард. – Помнится, матушка в детстве читала мне подобную сказку. Или это просто вымысел?

– Конечно, сказочники любили преувеличивать. – Нейл остановился, чтобы поправить лямку на сумке. – Но в чём-то они правы. Обычный человек, не житель Серединного мира, так и почувствует так называемые неполадки со временем, – гном усмехнулся. – Тем более люди живут гораздо меньше гномов и эльфов, – он взглянул на усмехнувшегося Идена.

– Никогда не задумывался об этом, – ответил Эдвард.

– Тебе слишком мало лет, принц, – покачал лысой головой гоблин, – хотя люди в Морских землях, слышал, доживают до трёх сотен лет.

– Да, мой дед, рассказывали, дожил до двухсот девяноста пяти, – согласился Эдвард, – а люди за границами волшебного мира, разве им отмерен настолько малый срок жизни?

– О, да, принц, – уронил Иден, – простые смертные вне магического мира живут не используя волшебства, а странные законы их королевств усложняют и без того неприятное существование. Каждый зарабатывает на кусок хлеба тяжёлым трудом. В том мире несправедливости больше, чем здесь и, однажды побывав там, я не желаю возвращаться.

– Отчего же Магистрат не расширил владения Серединного мира? – не унимался принц, решив разговором скрасить долгую дорогу.

– Неужели ты пропустил уроки истории, Эдвард? – рассмеялся Бекан. – Или сегодня учение Магистрата стало не столь важным для молодых людей?

На щеках принца вспыхнул румянец. Он вспомнил школу и то, как стал лучшим учеником королевской гимназии. Однако об учении Магистрата – древнего ордена правителей магов ему известно мало.

– Не переживай, Эд, – Иден дружески похлопал принца по плечу, – многое из учения Магистрата забыто, не каждый помнит обо всём, но Великая война осталась у нас в памяти, хоть в то время мы и не родились вовсе. Наши предки передали нам наследственную память и знания. Сейчас это кажется не достойным внимания, но я не согласен с подобным подходом к истории. Не удосужившись наполнить головы юношей и девушек знаниями о происходящем в Серединным землях с начала эпох, учителя обрекают вас на невежество. Забывая прошлое, можно выронить из рук будущее.

– Возможно из-за этого Биргер…

– Нет, Эд, – прервал его эльф. – О пришествии белого дракона говорилось в древних книгах прорицателями. А так же и о воине с золотыми волосами, который способен победить его.

Ненадолго в каменном тоннеле повисла тишина, словно эльф сообщил принцу нечто запретное, что так долго утаивалось от него.

– Только победить дракона он сможет с помощью волшебного жезла, – добавил Бекан.

Эдвард, побледнев, коснулся кулона, спрятанного под рубашкой:

– Вы все знали это?!

– Да, Эдвард, – проговорил Нейл, поклонившись ему и приложив руку к груди. – Руны не солгали, о твоём появлении во владениях Горного королевства. Калдер собрал нас и сообщил, что первая часть пророчества сбылась – явился юноша с золотыми волосами, и его желание отыскать невесту приведёт нас к белому змею.

Эдвард, не ожидавший подобного поворота, слушал затаив дыхание.

– В пророчестве говорилось, что мальчик станет воином, и никто не сравнится с ним не только в силе и ловкости, но и в доблести, уме и умении сопереживать, – продолжил Иден. – Он будет понимать язык животных, и все волшебные существа смогут общаться с ним.

– Когда мы не прошли и полпути, я знал, что Эдвард и есть тот избранный, воин с золотыми волосами, что объединит пять королевств и спасёт Серединные земли от Биргера! – воскликнул Бекан.

– Все это звучит очень красиво, – покачал головой принц, – но что я могу сделать, я даже с учением Магистрата не знаком.

– Идём, мой друг, – ответил эльф, махнув тонкой рукой, в сторону огней замаячивших впереди. – Главное – это сплочённость и поддержка в трудную минуту. Пусть слова, сказанные нами, не пугают тебя. От судьбы не уйдёшь, но и прятаться от неё не стоит. Поговорим с Калдером, который, надеюсь, сможет заключить союз с Солвейг, тогда нам останется лишь сбросить безродного выскочку Гилмора, решившего собственную свободу, власть и богатство, оплатить союзом с белым демоном.

Остаток дороги путники провели в молчании. Принц вспоминал слова озёрной девы и, как она назвала его избранным. Не нравилось ему это слово и восхищение в глазах друзей, считающих особенным.

Эдвард не стал больше думать о непонятном предназначении, мысли об Эслинн и родителях снова зацарапались кошками в душе. Принц вспомнил о незнакомце, предлагающем помощь сёстрам принцессам, и совершенно сбился в мыслях.

Яркий и красочный город гоблинов отличался от построенных в скалах селении гномов.

Гоблины жили в домах всевозможной формы: круглых, квадратных и пирамидальных. Эти дома скорее напоминали скворечники и имели несколько этажей, которые каким-то чудом держались и казались сбитыми наспех и почти что висящими в воздухе.

Здесь так же много света, как и в городе гномов, только в отличие от бородатых собратьев гоблины освещали дома не светлячками или флуоресцентными цветами. Тут и там стояли высокие фонари, в которых заливался драконий жир. Поэтому в городе витал странный запах. Как позже рассказал Бекан, в Горное королевство прилетали умирать отжившие свой век драконы. Гоблины не будь дураками, научились выслеживать древних ящериц, дожидаться их смерти, а потом вырезать и растапливать драконий жир.

Хватало его надолго, горел превосходно, только вот неприятный запах сопровождал подобное освещение улиц и домов повсеместно.

Остановившись в таверне «Свиные ляжки», друзья славно отобедали. Эдвард с Иденом отправились осмотреть окрестности города, а Бекан, сославшись на какие-то только ему ведомые дела, отправился к своей подруге Брунгильде. Нейл, раскурив трубку, решил остаться в таверне и приглядеть за вещами товарищей, зная – большинство гоблинов не чисты на руку. Им только дай повод что-нибудь украсть, перепродать или заложить гномам за мешочек с золотым песком.

Бекан, как размышлял гном, был больше исключением из правил и возможно, воспитание в секретной королевской канцелярии сделало его таким. Нейл наблюдал за перепалкой двух гоблинов у барной стойки. Они брызгали слюной и были готовы сцепиться в драке, выкрикивая самые грязные ругательства. Пока бармен не вытащил плётку и не стеганул одного из забияк.

Эльф провёл Эдварда по всему городу, видя, что принц никогда не видел ничего подобного. Гоблины казались настолько разными что принц, и представить себе не мог. Некоторые были как Бекан, ростом с десятилетнего ребёнка. Другие доходили высокому принцу до плеча, но, как показалось юноше, были довольно-таки древними представителями своего рода и встречались редко.

Другие казались такими малышами, что Эдвард опасался ненароком задеть их, если подобный гоблин неспешно передвигался по узким улочкам городка. Самый маленький был размером с кошку, однако это не мешало ему проворно передвигаться и тащить на спине корзинку набитую выпечкой, а в руках толстенную книгу.

– Никогда не пытайся заговорить с незнакомым гоблином, – шепнул Эдварду Иден. – И не спрашивай, отчего они такого маленького роста.

– Угу, только отчего они такие разные? – не удержавшись, спросил принц.

– Гоблины живут не так много лет, по меркам волшебной страны. Многие умирают из-за распрей, драк и войн. И они всё время растут, а которые чуть ниже тебя долгожители, подобным ископаемым около шести столетий точно, – ответил Иден.

– А сколько отмерено эльфам и гномам?

– Наш вид может дожить и до пяти тысяч лет, но многие погибают, не разменяв, и пять сотен. Раньше на территории Серединных земель шли войны, распри среди королевств, пока орден семи магов не установил в волшебном мире определённые правила и закрыл сказочный мир хребтом из высоких гор именуемым Великим Кольцом. Тролли, орки, великаны живут меньше всего из существ, проживающих в Серединных землях, самый старый тролль встретил своё шестое столетие и умер, подавившись оленьим рогом. Тролли, знаешь ли, как и орки не разборчивы в еде, – поморщился эльф, – да и чистота не чужда им. Раньше здесь не было людей, они пришли из-за Великого Кольца, убегая от страшной войны, и основали королевства в Морских землях и Зелёном Доле. Страна Жёлтого Тигра стоит особняком, мы не ведём с ними торговли или каких либо дел. Именно там держали в плену Гилмора, когда он, преодолев горы Великого Кольца, бежал из страны Красного Дракона

– Об этом мне уже кое-что известно, – кивнул Эдвард, ощущая, как что-то кусает его ноги под штанами. – Что это?!

Он попытался отряхнуться, а Иден, выругавшись, произнёс заклинание. Ноги принца охватило голубым пламенем, однако оно, не причиняло вреда. На мостовую из-под одежды хлынули мелкие коричневые насекомые, заставив принца охнуть и даже подпрыгнуть на месте.

– Гоблинские блохи! – воскликнул Иден, поморщившись, – мерзкие отродья! Мелкие и почти невидимые глазом, но жутко кусающиеся!!!

Из окон домов послышался смех. Эдвард посмотрел наверх, где раскрыв раму и облокотившись на подоконник, на него смотрела гоблинша с длинными рыжими волосами накрученными на большие бигуди. Выставляя напоказ пышную грудь в глубоком декольте, она поманила рукой чужеземцев.

– Сладкий приют для воинов! – пропела она, послав им воздушный поцелуй.

– Не сегодня! – ответил ей Иден и, ускорив шаг, дал понять другу, что пора двигаться дальше.

Обойдя окрестности гоблинского городка, друзья встретили Бекана тискающегося с подружкой, назвавшейся Брунгильдой. Иден ткнул его в бок длинным пальцем и заметил, что им пора выдвигаться в путь.

– Хорошо, – кивнул Бекан, представив Брунгильде товарищей, – до таверны «Свиные ляжки» всего ничего, – махнул он рукой. – Собирайтесь, и мы отправимся в путь. Тем более Брунгильда сделала нам пропуска в город троллей, откуда мы прямиком выйдем в столицу к замку Калдера.

– Пропуска? – переспросил принц, не совсем понимая, к чему клонит гоблин.

– Я объясню твоему другу, – пропела Брунгильда низким приятным голосом. – Это не совсем город, а каменоломня, провинившиеся тролли заняты там тяжёлой работой и без пропуска туда никак. Понимаете?

Эдвард кивнул, не проронив не слова, ожидая подробностей от друзей. Он хоть и сделал вид, но решительно не понимал, о чём шла речь.

– Ах, да, – на лице Идена появилась странная улыбка. – Это долгая история, и тролли в каменоломне не такие дружелюбные, как Атти.

– О, Атти! – Брунгильда прижала пухлые ручки к щекам. – Тролль Атти не похож ни на одного, из тех, кого я знала, потому что его воспитывала ещё матушка Калдера.

– Как это интересно, – в тон гоблинши ответил Эдвард, чувствуя себя не в своей тарелке.

По дороге в таверну, Иден вкратце поведал принцу о восстании троллей, не желающих подчиняться Торию, прежнему Горному королю, деду матери Калдера. То, что ими будет править человек гордым и не особо умным существам, по словам эльфа, казалось несправедливым наказанием. Они решили убить короля, не догадываясь, что магия, которой владел он, способна творить ужасные вещи. За один день Торий выстроил каменный город и каменоломню, где добывался строительный материал и другие полезные ископаемые. Троллей заковали в кандалы, никто не мог снять их, кроме придворного мага. Ослушавшимся бунтовщикам запретили возвращаться домой, обрекая на каторжный труд на многие столетия.

– Потом тролли обосновались в колонии, но перекрыли свободный проход по своей территории. Мать Калдера оказалась более мягкой правительницей и заключила с троллями договор. Сейчас другие времена и неприязнь ушла, однако глава троллей решил не нарушать традицию, отправлять на каменоломню провинившихся. Теперь там работают не только тролли – все, кто нарушил закон Горного королевства.

Город гоблинов показался Эдварду странным, нелепым, а ещё блохи, которых хоть и не было на нём, напоминали о себе всякий раз, когда принц смотрел под ноги и вспоминал нестерпимый зуд от их укусов.

Спустя время, которое можно было назвать вечером, Эдвард почувствовал, как накатила неимоверная усталость, заставляя веки наливаться свинцом, а ноги потяжелеть.

– Интересно на поверхности сейчас, наверное, ночь, – сказал он друзьям, широко зевнув.

– Тут нет, ни дня, ни ночи, Эдвард, – пояснил Нейл, удивлённо вскинув брови, – в подземном мире никто не хочет спать, если только…

Он замолчал на полуслове, взглянув на Бекана, потом в сторону Идена.

–Что происходит? – Эдварду совсем не нравился тон гнома. – Я надеюсь, это не от блох?

– Его покусали гоблинские блохи? – поинтересовался Бекан, на что Иден утвердительно кивнув, заметил:

– Но тут дело, думаю, в другом.

Эдвард, вдруг ощутил, как ноги стали ватными, он покачнулся и упал. Друзья еле успели подхватить принца, чтобы тот не разбил голову о камни. Юноша находился в сознании, но тело отказывалось подчиняться ему, сделавшись тяжёлым, словно набитый песком мешок.

Язык во рту распух и стал болезненным, в горле пересохло, а дыхание сделалось прерывистым.

Положив принцу под голову набитую вещами сумку, друзья расстегнули ему рубашку на груди, видя, как на шее, где пульсирует жилка, расползается чёрное пятно.

– Поцелуй призрака, – послышалось за спиной Бекана. Гоблин подпрыгнул от неожиданности, слыша голос рыжего паука. Восьмилапый выполз из его сумки и, подобравшись ближе, коснулся мохнатой лапой руки принца.

– Как ты узнал? – непонимающе спросил Иден, уже и позабывший о нежданном пассажире.

– Я много веков живу, путешествую по Серединному миру и если быть откровенным, и знать забыл о призраках.

Паук забрался на Эдварда, внимательно рассматривая чёрное пятно на шее юноши:

– Не иначе поцелуй призрака. Узнаем, кто это был, спасём принца, нет, значит, он умрёт.

– Так не должно случиться! – запротестовал Бекан. – Эдвард избранный! Тебе ж известно о пророчестве, о юноше с золотыми волосами?! Он не может умереть!!!

– Глупые существа, – прошелестел паук, – пророчества не всегда сбываются, если верить легендам. Дайте подумать, – рыжий паук закрыл шесть пар глаз.

Дыхание Эдвард стало тихим, чуть слышным, кожа побледнела, а чёрное пятно на шее разрасталось. Оно походило на спрута, щупальца, которого опутывали горло принца.

Наконец рыжий паук открыл глаза:

– Я слышал, у вас имеется волшебный шар?

– И что с того, зачем он тебе понадобился? – буркнул Нейл, всегда недолюбливающий паучью братию.

Иден вытащил из кармана куртки стеклянную сферу и положил на грудь Эдварду, перед мохнатой мордой паука.

– Меня зовут Арахнэт. – Впервые за неожиданное знакомство с пауком и довольно-таки длительное путешествие рыжий монстр назвал своё имя. – Волшебный шар, открой глаза, вернись в тот час в то время, когда призрак отразился в тебе.

– Такого я ещё не проделыв…

– Тсс, – прошипел Арахнэт, указав лапой на гнома.

Поверхность шара вдруг стала дымчатой, потом чёрной, паук дотронулся до стеклянной глади двумя лапами и прошелестел:

– Никто не потревожит мир мёртвых, как и мёртвые пусть не тревожат живых.

Его голос, если не смотреть на Арахнэта, казался, принадлежал человеку, низкий и с хрипотцой. Иден переводил взгляд то на паука, то на шар и удивлялся, что ему недоступна магия поворота времени. Откуда у паука такие способности, размышлял эльф.

Заглянув в шар, друзья увидели, как Эдвард с Иденом прогуливаются между домами. Как по улицам ходят странные тени, а одна похожая на смерть, не отставала от принца, подлетая ближе.

– Никто не потревожит мир мёртвых, как и мёртвые пусть не тревожат живых, – повторил паук, и внезапно закричал, что показалось для Идена, и Нейла, и Бекана не просто странным, но и пугающим: – Покажи лицо, призрак!

На какое-то мгновение время словно остановилось. Тень, будто услышав крик паука обернулась. Из-под тёмного капюшона показалось бледное лицо с раскосыми глазами. В них застыл вопрос, а искривлённый в ужасе рот, выражал непонимание.

– Это Линг, придворный маг Гилмора, – прошипел паук, – Никто не потревожит мир мёртвых, как и мёртвые пусть не тревожат живых.

В какое-то мгновение кулон на груди Эдварда вспыхнул синим пламенем.

– Я чувствовал, что это не просто украшение, – пробормотал Иден.

– Тихо, тихо. – Арахнэт перебирая лапами начал плести паутину, и была она не обычной, а из чистого золота. Паук оплетал Эдварда и приговаривал: – Никто не потревожит мир мёртвых, как и мёртвые пусть не тревожат живых.

Иден, Бекан и Нейл позволили рыжему пауку закончить колдовство и старались не проронить ни слова. Хотя Бекана так и распирало засыпать эльфа, которого он считал наиболее осведомлённым в магии, множеством вопросов.

– Этот кулон волшебный, – прошептал Бекан, поднявшись на цыпочки и дёргая эльфа за рукав, – ты слышишь, волшебный!

– Я знаю, – кивнул Иден, заставив Нейла удивиться не меньше гоблина. Эльф приложил тонкий палец к губам, давая понять, что объяснения потом. Арахнэт, оплетая Эдварда паутиной, наконец, выбрался, сжимая в лапах стеклянный шар, оставив принца, похожим на бабочку, в золотой паутине.

Время тянулось медленно, рыжий паук убедительно кивал, вздыхал, говоря, что принц исцелится.

– Этот Линг, новый маг Гилмора. О нём мне нашептали пауки из замка Вардена. Он умеет повелевать миром мёртвых, таких называют некромантами. И насколько мне помнится, подобные действия в Серединном мире всегда были под запретом, людей подобных Лингу называли проклятыми магами.

– Это правда, – согласился Иден. – Вопрос в том, зачем тебе помогать нам, Арахнэт?

– Не вам, Иден, – в тон ему ответил рыжий паук, – а принцу. Я знал его мать Селму и хотел повидаться с королевой. Теперь мне известно, что она мертва, как и отец парня. Только не лишайте его надежды, не говорите ему о случившемся. Открыв мир мёртвых в поисках призрака, я увидел многие души – Брайс и Селма в их числе.

– Да, – Бекан горько прикрыл маленькие глазки, – принцу лучше не знать правды. А Эслинн, её ты не встретил в мире мёртвых?

– Нет, друзья, – на мгновение паук замолчал, – можно мне вас так называть. Её среди душ потустороннего мира нет.

Глава 10 Пепел

Глава 10 Пепел

– Милый сынок, ты идёшь по правильному пути. – Селма ласково обняла Эдварда, прижимая к груди.

– Материнская любовь всегда была тебе защитой, – добавил король Брайс. Он тепло по-отечески похлопал юношу по плечу и продолжил: – Воинская доблесть пусть не станет преградой для тебя. Расскажи друзьям о волшебном жезле.

– Но, Лиа попросила никому не говорить о нём! Хотя рано или поздно всё откроется. – Принц не узнал своего голоса, теперь он стал мальчишеским и тонким, словно ему всего десять лет.

– Расскажи им, – улыбалась Селма, гладя сына по рыжим волосам, – это воодушевит их, как и Эслинн…

– Она жива? Где Биргер прячет её?! – выкрикнул маленький принц, не понимая, отчего он стал ребёнком.

Селма покачала головой, будто ей известно то, что сыну знать не положено, а Брайс скрестив руки на груди, пожал плечами:

– Биргер ищет её и не может найти…

Голоса родителей становились менее отчётливыми, как и образы. Они таяли, превращаясь в сон, в забытьё, в приятное воспоминание. Принц всегда знал, что родители будут рядом и слишком молоды, чтобы уйти. «Ты слишком юн», – говорил себе Эдвард, хотя видя отражение в зеркале, не узнавал себя. Он возмужал, и юноша, каким он был в начале трудного путешествия, больше не смотрел на него из зазеркалья. Теперь это воин, мужчина.

Распахнув глаза, принц с трудом пошевелился, однако у него ничего не вышло. Тонкие, но прочные золотые нити крепко опутали его, а на груди горел огнём кулон. Эдвард ничего не видел и не слышал, в тот момент, когда Арахнэт колдовал над ним. Перед глазами стояли лица родителей и осознание того, что их больше нет на этом свете. В мире, где живым нет места, куда уходят, чтобы не возвращаться.

Потом он увидел лучи, пробивающиеся сквозь золотую паутину. Нет, здесь не бывает солнца, пронеслось в мыслях принца. Да, конечно, это свет от множества свечей, которыми освещалась комната.

– Господин, Иден! – Эдвард услышал тоненький детский голосок, – ваш друг очнулся, он пришёл в себя!

Помогая принцу освободиться от паутины, эльф попутно рассказывал, что с ними приключилось за эти дни.

Иден говорил, что дожидаться пока Эдвард придёт в себя, друзья не стали. Эльф, воспользовавшись магией, сделал золотой кокон, в котором лежал принц, лёгким словно пёрышко, и товарищам разного роста стало удобнее нести его.

Минуя подземное озеро с русалками и пещеру заполненную стаей летучих мышей, друзья вышли на узкую тропу, ведущую в колонию.

Путь занял около трёх дней, но благодаря волшебству Горного королевства, ни гном с гоблином, ни эльф совершенно не хотели спать. Для них это обычное явление, в отличие от принца, который, по словам Нейла, отсыпался на будущее.

Пропуска, что сделала им Брунгильда, пригодились, и хмурый старый тролль, покрытый шерстью и множеством бородавок, пропустил странную процессию, несущую золотой кокон за стену колонии.

Маленькая дочка стража тучная, покрытая серой шерстью трольчиха, зорко наблюдала за странным грузом, который через несколько часов начал подавать признаки жизни. Так же с удивлением и непониманием она разглядывала очнувшегося товарища неожиданных гостей.

– Это невероятно, – удивился Эдвард, с аппетитом уплетая печенье, которым угостил его Бекан. – Говоришь, Брунгильда испекла?

– Она у меня такая мастерица, но, лучше не спрашивай, как она готовит такую вкуснятину.

– Надеюсь, не из сушёных пауков, – подал голос Арахнэт, сидящий под потолком.

– Из тараканов, – ответил Бекан, уплетающий печенье за обе щеки.

Трольчиха басовито хихикнула, взяв со стола несколько кусочков лакомства. Её не особо испугало откровение гоблина.

– Ну, это радует, – прошелестел рыжий паук, спускаясь с потолка к столу, – тогда и мне дай кусочек.

Слушая этот разговор, Эдвард смотрел: то на Бекана, то на паука, то на печенье, размышляя, что подобного «лакомства» он ещё ни разу в жизни не пробовал. Однако блюдо оказалось настолько вкусным, что принц решил отбросить в сторону предрассудки и доел остатки с удовольствием.

Колония троллей обитала в гигантском карьере, где заключённые жили и добывали разнообразные ископаемые, зарабатывая тяжёлым ремеслом на жизнь. Те, кто тут обосновался давно и приобрёл уважение, занимались выработкой драгоценных камней и золота, продавая или обменивая на необходимые вещи в Верхнем мире – так тролли называли Морские земли, Зелёный Дол и Ледяное королевство.

Империя воды не нуждалась в драгоценностях, располагая собственными подводными шахтами, и если быть честными контактировала с поверхностным миром крайне неохотно. Оно и понятно – рыбе на суше смерть, как и существам, дышащим воздухом не обитать под водой.

– До замка Калдера отсюда два часа пути, – проговорил вошедший Иден, – а, печенье Брунгильды пробовали? – зачем-то спросил эльф, прищурив голубые глаза.

– В этот раз, что он вам наплёл? – рассмеялся Нейл, – что оно из гусениц и пауков?

– Нет, – проворчал Арахнэт.– Он сообщил, что печенье из тараканов.

– Вот, поганец, – рассмеялся Иден. – Такую историю для обычного шоколадного печенья выдумать.

– Так оно было шоколадное?! – Принц склонил голову набок. – Конечно, а то бы, я съел больше.

Трольчиха захлопала в ладоши, давно она так не веселилась. Ей вдруг стало грустно от мысли, что гости, которых она впервые за многие лета не захотела съесть, собираются в дорогу.

Немного отдохнув, друзья не стали стеснять гостеприимный дом стража тролля, у которого даже не спросили имени, чтобы поблагодарить, и отправились в дальнейший путь. На самом деле дорога оказалась короткой, и вскоре Эдвард увидел знакомые очертания столицы Горного королевства.

Если не вдаваться в подробности разговора произошедшим между Эдвардом и Горным королём, стоило бы надеяться, что Калдер в этот же день собрал армию, чтобы направить её в Ледяное королевство на помощь Солвейг. Это предприятие требовало много времени, и подготовить его оказалось задачей не одного дня.

– Не думал я, что спасение Эслинн разворошит осиное гнездо, – с тревогой в голосе уронил Калдер, подперев кулаком щеку. – Где сейчас моя дочь неизвестно, но то, что ты сумел снять проклятие Исгерд, говорит о многом. Тревор не ошибся насчёт тебя.

– Но прошло много времени, Варден мёртв, а Гилмор заключил союз с Биргером, – ответил Эдвард.

– Да, уж, неожиданно всё это. – В глазах Калдера появились смешанные чувства, однако усталость от ожидания брали своё. – Ты говоришь, Солвейг хотела, чтобы я помог ей?

– Да. Она жалела о многом, что могло бы стать будущим… Э-э, вашим общим будущим. Исгерд и Балдер разрушили её жизнь. После смерти правительницы Ледяного королевства мы надеялись усмирить Биргера. Но тот оказался хитрее. Вернув себе человеческий облик, он отправился к Гилмору, и там придворный маг Линг дал ему силу, помогающую превращаться в дракона. Я не знаю, как это случилось, мне неизвестны подробности, но говорят, Биргер готовит армию.

– У него не может быть армии, – Калдер свёл тёмные брови. – Все солдаты подчиняются своим правителям. И воины Зелёного Дола могут прийти на помощь принцессам. Только соглашусь с тобой, что-то здесь не так. Не может даже один сильный маг создать армию из воздуха. Может, но ненадолго, – Калдер задумчиво перебирал волосы в длинной бороде. – Всё возможно, если маг Линг отдаст ему силу… Но, как он проник в мир мёртвых чтобы забрать жизненные силы и погубить тебя?

– Рыжий паук Арахнэт, что помогает нам, поведал о секрете магии Линга, оказывается, колдун практикует чёрную магию и умеет повелевать мёртвыми. Таких чародеев называют некромантами.

– Если так, то он уже проклят. – Лицо Калдера побледнело. – Мне очень жаль, что Биргер разрушил твою страну. И до сих пор неизвестно, что стало с Брайсом и Селмой?

Эдвард, промолчав, покачал головой. Предчувствия говорили, что родители мертвы. Биргеру удалось нанести удар прямо в сердце принцу.

– Послушай, сынок, – продолжил Калдер, вырвав Эдварда из мрачных мыслей, – мы сможем вместе дать отпор. Отправляйся домой, ты должен увидеть всё своими глазами… Собирай армию, а я пока отправлю шпионов в Зелёный Дол, чтобы они пришли на помощь дочерям Вардена. Долго в Горном королевстве задерживаться нельзя – ты знаешь, время наверху течёт быстрее. Поэтому я не могу скоро собрать армию. Понимаешь?

Эдвард, кивнув, поднялся с кресла. Страха нет, осталось желание собирать силы, чтобы противостояние не заставило себя долго ждать. Мысли о будущем сражении, о том, что встретит его в Морских землях, вернулись. Эдвард дождался друзей и после обеда с горным королём, принял решение отправиться в Морские Земли немедля.

– Я не хотел подвергнуть друзей опасности, начиная путь по землям, что раньше назывались чудесным краем, а теперь превратились в бесплодную пустошь.

– Напрасно, Эдвард, – покачал головой Калдер. – Вы стали сплочённой командой и если бы не твои друзья, поцелуй призрака унёс твою душу к небесам. Только она бродила бы по земле, не имея возможности влететь в раскрытые врата Валгаллы, на пир богов.

– Я знаю, – уронил Эдвард, – надеюсь, это правильно.

– Да, Эдвард, – горный король поднялся с трона и приблизился к принцу. – Если твои родители погибли, то ты станешь новым королём. Не забывай это.

– Я помню.

Эдвард поклонился Калдеру и направился к выходу из тронного зала. Сердце стучало так громко, что ему казалось, оно выпрыгнет из груди. В голове звучали последние слова отца Эслинн: «Если твои родители погибли, то ты станешь новым королём. Не забывай это».

На поверхности закончилась осень. В горах владений Калдера выпал снег, поэтому дорожные плащи, которые Иден настоятельно просил взять, оказались кстати. Пронизывающий ветер нёс колючий снег, где-то слышался вой шакалов, темнело быстро, однако сейчас, когда Горное королевство стояло на стороне Эдварда и его товарищей опасаться нечего.

Нейл и Бекан о чём-то переговаривались, Иден, как обычно осаждал шумного гоблина и не в меру упрямого гнома. Разум Эдварда же разрывали мысли. Он был уверен, что родители погибли, но не хотел верить в это до конца. Он надеялся, что всё не так страшно и представлял, как войдёт в пусть и разрушенные стены замка, видя близких живыми и здоровыми. Во дворце встретят мама и отец, они обнимут его, говоря, как долго ждали возращения сына.

– Эдвард. – Нейл тронул его за плечо, показывая вверх.

Принц увидел белого дракона кружащего в вышине, в темноте ночи.

Хмурое небо, затянутое тучами, словно саваном казалось низким, угнетающим. Безлунная ночь сделалась темнее обычного, и друзья решили не разводить костра.

– Ему нужен я, – ответил принц сквозь зубы. Гнев заполнил сердце, и теперь его единственным желанием стало сразиться с белым демоном, воспользоваться волшебным жезлом.

Что делать, когда он вернётся в замок и поймёт, что в наследство ему осталось пепелище и напуганные подданные. Как собрать из них армию? А если заняться обучением это займёт время, которого с каждым днём становилось меньше.

– Ему нужны Серединные земли, а потом, возможно, Биргер захочет захватить и мир людей, что по другую сторону Великого Кольца. – Иден всерьёз обеспокоился будущим, что готовил белый демон. – Мы не должны упустить шанс и надо как-то заманить его в ловушку. Чтобы чудовище стало человеком и не смогло использовать магию.

– Главное, чтобы он действительно стал человеком, – усмехнулся принц, незаметно коснувшись волшебного кулона под рубашкой.

– Кто тебе дал его? – неожиданно спросил Иден.

– О чём ты? – как бы ни понимая, ответил вопросом на вопрос Эдвард.

– Я о волшебном жезле, превращённом в кулон.

Принц похолодел, словно от ужаса. Ему стало не по себе, что он скрыл от друзей правду об оружие, что вручила ему озёрная дева.

– Она просила ничего не рассказывать вам, чтобы не поставить под удар. Поэтому я не хотел говорить, – принц, остановившись, посмотрел в глаза эльфу. В темноте это сложно сделать, но Эдвард смог. – Ещё не пришло время, Иден, идём. Нам необходимо будет собраться с силами, поэтому остановимся в укромном месте. Я его увидел, просматривая окрестности через волшебный шар. И на рассвете я отправлюсь в замок, а вы дожидайтесь меня. Опасность, что Биргер подстерегает нас всех, очень велика, поэтому я не хочу потерять вас.

– Это не очень хорошая затея, – не согласился Нейл. – А что если Морские земли лишатся короля?

– Всё будет хорошо, – бросил принц. Он пока не осознавал, что это слово почти утратило смысл, время принца подходило к концу. Смерть наблюдала за ним под покровом ночи, и на Эдварда у неё были свои планы.

Юноша первым начал спуск в ущелье – небольшие лесенки, расположенные на спуске стали удобным подспорьем. У подножья скал расположился домик лесника, построенный из камня и накрытый крышей из дранки, поросшей мхом. Хижина казалась неприступной крепостью, и пустовала, точно ожидая странников. И снова принц подумал, что это его вина. Дом оказался в запустении, по всему стало ясно, лесник не появлялся в домике давно.

До восхода оставалось четыре часа. Нейл разжёг очаг, отыскав котелок. Бекан набрал колодезной воды.

– Не спешите пить воду из колодца, – послышался из сумки гоблина голос Арахнэта.

– В самом деле?– теперь пришёл черед удивляться Эдварду.

Рыжий паук выбрался из сумки, направившись к котлу с водой, заглянул туда, точно принюхиваясь.

– Пейте, но знайте теперь это территория белого демона, и тут может произойти всякое.

– Ты считаешь отправиться в замок на рассвете плохая идея? – спросил принц паука.

– Нет. Тебе нужно быстрее собирать армию и, узнав правду, стать новым королём.

– О чём ты? – непонимающе, нахмурился принц. Паук не издал ни звука. – Отчего ты молчишь, Арахнэт.

– Потому что слова всего лишь звук, а истину ты узришь, когда увидишь всё собственными глазами.

С этими словами паук забрался в угол и принялся плести паутину.

Эдвард понимал, что рыжий паук тысячу раз прав, и пока принц не увидит замок и родителей, не примет, что их больше нет в живых, он не сможет совершать верные решения. Сейчас теплилась маленькая надежда, но увидев воочию смерть, Эдвард знал, упование на чудо рано или поздно покинет его.

Набросив чары невидимости. Иден сообщил, что их никто не сможет обнаружить. Время летело быстро, и короткий отдых оставался необходимым.

На рассвете, как только первые лучи стали предвестником нового дня, принц проснулся. Видя спящих товарищей, он решил в одиночку отправиться в замок, чтобы понять, что произошло там. Убедиться в своей правоте или подпитывая надежду и снова верить в чудеса.

Он двигался быстро по склону, оставив хижину лесника далеко позади. Эдвард увидел дымку тумана, стелившуюся по траве, словно дыхание ледяного змея. Тусклый рассвет поднимался над полуразрушенным посёлком, а с холма, откуда спускался принц, отчётливо вырисовывались очертания родового замка.

Эдвард ускорил шаг и, спускаясь с холма, вышел к небольшой деревушке, прежде славившейся отличным виноградником и вином. Местные хозяйства разводили скот, снабжая молоком, сыром и творогом королевский двор. Сейчас вместо выбеленных домиков на Эдварда глядели развалины, а окна зданий напоминали глазницы мертвецов. Они словно наблюдали за ним, как и оставшиеся жители опасающиеся выйти из укрытия.

Наконец, к принцу вышел старейшина – некогда высокий и статный мужчина, а теперь осунувшийся и сгорбленный, точно старик. Юноша с трудом узнал его и поклонился Ингору. Он еле сдержался, чтобы не расплакаться. Рыжие волосы мужчины стали пепельными, а под глазами залегли тёмные тени.

– Чем я могу помочь тебе, Ингор? – спросил участливо принц. Старейшина махнул рукой и отвернулся, вытирая слёзы, стекающие по морщинистому лицу.

– Ужасный дракон уничтожил виноградники и потрепал наши дома. Он даже сжёг королевский замок. И если кто и отважился отправиться во дворец, чтобы узнать как там Брайс и Селма, никто не вернулся обратно.

Эдвард свёл брови, ощутив, как кровь отхлынула от лица.

Ему не было страшно, он хотел лишь одного – защитить подданных. Надежда, что родители живы, превратилась в волосок, над которым навис меч, и он очень скоро рухнет, поглотив всякое упование на чудо.

Чтобы не привлекать внимания, Эдвард решил пробраться к замку пешком. Дорожный плащ без королевских регалий делал его похожим на обычного жителя королевства. К счастью никто не узнал его. Натянув на голову капюшон, принц ближе подходил к родительскому замку. Сердце гудело словно набат, глухо с надрывом.

Начался дождь, и холодный ветер, будто сама природа противилась проникновению принца во дворец, выл, точно играл на сотне дымовых труб.

Он подошёл к воротам замка, видя, что вместо них зияла чёрная дыра с обугленными краями. Эдвард крался вдоль обугленных стен, тихо ступая по битому кирпичу. На лбу выступили капли пота, а спутанные волосы прилипли к вискам. Двор, вымощенный плитами, теперь превратился в каменоломню. Принц не узнавал некогда прекрасный замок.

Вспомнив запустение дворца Солвейг, и как внутри казалось мрачно и пустынно, он решил, что Биргер сжалился над королевством эльфов.

Запах гари витал повсеместно. Тут и там принц натыкался на обгоревшие тела. Стены замка покрывала копоть, удушливый воздух словно застыл, делая дыхание затруднённым. Эдвард сдержал приближающийся кашель, сдавивший горло, не желая тем самым выдать присутствие. Осторожно поднимаясь по ступеням, на которых виднелись следы запёкшейся крови, он ощущал, как боль сковывает сердце, как подступает тихими, неотвратимыми шагами страх. Инстинктивно Эдвард потянулся к кулону, сжимая его пальцами. Однако время применить магический жезл пока не настало. Принц знал это и постарался восстановить самообладание.

Пройдя по веранде, некогда украшенной прекрасными вьющимися растениями, он видел теперь лишь пепел и разрушение. Обгоревшие кустарник в разбитых вазонах напоминал паучьи лапы, а плющ, оплетающий стены съёжился и пожух.

В тронном зале обгоревших трупов оказалось ещё больше. Нападение Биргера застало придворных королевства врасплох. Пепел витал в воздухе, словно серый снег, падая на плечи и рыжие волосы Эдварда. Он остановился, когда увидел тела отца и матери, отказываясь верить глазам. Родители застыли в камне и походили на статуи. Биргер отчего-то пощадил их и не сжёг, как остальных. Король и королева так и остались сидеть на королевских креслах, и, казалось, не сразу поняли, что случилось.

Эдвард подошёл к ним, ощущая, как слёзы подступили к горлу. Он не мог даже оплакать их, но хотел коснуться окаменевших рук, пока не услышал, как кто-то зовёт его по имени.

Вскинув брови, принц огляделся, повинуясь неясному чувству, он явно ощущал чьё-то присутствие, но не видел зовущего его.

– Эй, принц! – послышалось громче.

Эдвард глянул вверх и увидел под потолком маленькую летучую мышь. Снова его дар пришёл на помощь. Он протянул руку, и маленький нетопырь, скользнув меж колонн тронного зала, опустился в ладони принца.

– Успела, – выдохнул серый комочек с кожистыми крыльями. – Теперь здесь нечего бояться. Белый демон улетел из города. Я ждала тебя, чтобы сообщить об этом. Но не прикасайся к тому, чем стали король и королева. Иначе превратишься в прах. А королевству нужен новый король.

– Кто ты? – только и нашёлся спросить Эдвард, рассматривая нетопыря.

– Я не просто летучая мышь, усмехнулась она, – я фрейлина королевы Селмы Арлина. Осторожно, не жми меня так, а то раздавишь!

– Извини, – Эдвард ослабил хватку, и, мышь, взлетев на спинку трона, продолжила: – Белый дракон появился внезапно, хотя вначале он был совсем как человек. Он пришёл на собрание совета, и, подойдя к королю и королеве, представился гостем из Ледяной страны. Твои родители не сразу поняли, что происходит что-то неладное, однако чудовище, прошипев заклинание, обратило их в камень. Те, кто коснулись окаменевших тел Селмы и Брайса оказались поглощены огнём. В зале началась паника, а чужеземец, обратившись в белого дракона, раскрыл пасть, опаляя зал огнём.

– Как же ты превратилась в летучую мышь? – недоумевал Эдвард.

Если бы нетопырь умела бы пожимать плечами, то она так бы и поступила, однако летучим мышам эта человеческая манера не под силу.

– Даже не знаю, что ответить тебе, принц. Я побежала прочь, ведь дракон был таким огромным и страшным, что я надеялась спастись бегством. Огонь в зале распространялся быстро – загорелись портьеры, а удушливый дым заполнил помещение, отчего перед глазами начало всё качаться. Я почти добралась до спасительной двери, но тут дракон обернулся и ударил меня хвостом. Не знаю, как он не убил меня, однако внезапно я почувствовала лёгкость и понеслась к потолку. Сильный жар чуть не опалил крылья, но мне удалось вырваться в открытое окно. Вырваться, чтобы вернуться и увидеть, что стало с моими любимыми правителями. О великий магистрат, какая утрата! Я даже не могу заплакать. Не знаю, как я стала нетопырём, не понимаю. Но решила следить за дворцом, в надежде увидеть тебя, принц, зная, что ты обязательно вернёшься. Но ты не должен погибнуть, коснувшись статуй родителей, я должна была предупредить тебя. Такие вот дела, – она, вздохнув, перевела дух. – И к счастью, я успела.

Принц, ненадолго задумавшись, попытался собраться с мыслями. Биргер оставил королевство? Спрашивал он себя, и не верил в это. Страх давно поселившийся в душе, внушал, о необходимой осторожности. Сердце же говорило, что он не имел права бояться и надо сообщить подданным, что наследник сдаваться не намерен.

– Я хочу оповестить жителей королевства, что если мы и уступили этот бой врагу, войну выиграем точно. Сила пяти королевств поможет нам и за горной грядой уже собираются войска, чтобы нанести Биргеру достойный отпор!

Эдвард, конечно, преувеличивал, но не хотел показать неуверенности. Он говорил Арлине, чтобы она помогла донести весть до подданных Морских земель, что наследник вернулся.

– Теперь ты новый король, Эдвард, – уронила летучая мышь. – Об этом должны узнать все.

– Мои подданные в страхе, и я понимаю их, – устало отозвался принц. – Мне необходимо вернуться к друзьям. Завтра на рассвете на дворцовой площади, пусть её, и превратил коварный Биргер в руины, мы соберём армию и воодушевим людей. Как сосредоточить только всех, как бросить клич?

Эдвард задумчиво взглянул в маленькие, словно бусины глаза Арлины.

– Не переживай, Эдвард, меня слышат, как и тебя. Знаю о твоём даре понимать животных, однако я говорю и на человеческом языке.

– Это многое меняет, – усмехнулся принц, чувствуя, что страх отступил, а уверенность набирала силу. – Завтра, как взойдёт солнце, созывай людей на площади. А пока я подумаю, что сказать, как сделать всё возможное, чтобы они поверили мне и моим друзьям.

С тяжёлым сердцем Эдвард шёл в родовой замок, а возвращался не столько подавленный, сколько готовый нанести белому демону сокрушительный удар. Он размышлял, что стоит связаться с Солвейг и Оланом, дочерями Вардена и готовить войска. Где, только, мог прятаться коварный Биргер?

Для начала принц решил поговорить с принцессами и узнать, что происходит в Зелёном Доле. Трон, захваченный Гилмором, необходимо избавить от вероломного правителя, или, возможно, незнакомый помощник дочерей Вардена уже сделал это?

Множество вопросов не находили ответа, и Эдвард, ускорив шаг, старался как можно скорее вернуться в хижину, где его ждали друзья.

Только укрытая чарами невидимости, она стала сокрытой и от глаз принца. Он недоумевающе остановился на холме и, вырвав травинку, покрутил её между пальцев и сунул в рот.

– Бессовестный Эдвард. – От голоса Бекана, принц чуть было не поперхнулся.

– Чёрт побери, ты здорово напугал меня!

– А как ты поступил с нами, лучше промолчу, – уронил зелёный гоблин.

Словно из воздуха к нему вышел Иден, а затем и Нейл, сжимающий в руках массивный топор.

– Мне необходимо было пробраться в замок, – попытался оправдаться принц. – Я не хотел привлекать внимания, поэтому отправился один. Я говорил вам накануне…

– Ладно, – выдохнул Иден, махнув рукой, делая хижину видимой. – Идём, Нейл приготовил отличный обед из козлёнка. А тебе, думаю, есть что рассказать?

Эдвард не считал себя виноватым, но понимал опасения друзей. После рассказа о том, что произошло в замке и в окрестных селениях, товарищи задумались.

Обед оказался славным, и даже Арахнэт, рыжий паук, с удовольствием выпил немного бульона, хотя говорил, что питается исключительно насекомыми пойманными собственноручно.

– Как же Арлина оповестит жителей? – не понимал Иден. – Да и кто станет слушать летучую мышь?

– Она обратится к людям, так как к счастью не потеряла дар человеческой речи. Мои подданные знают, что принц Эдвард вернулся. Родителей Биргер обратил в каменные статуи, и, возможно, колдовство можно разрушить.

Снова надежда осторожно зацарапалась в сердце юноши, не хотел он верить, что больше никогда не увидит короля и королеву живыми. Для начала решили связаться с дочерями Вардена, чтобы знать во власти ли Гилмора королевство, и если нет, что стало с его приспешниками, а главное – с чёрным магом Лингом, способным усложнить и без того непростую жизнь храбрецов.

Волшебная сфера засияла в руках Эдварда, он попросил связаться с кем-нибудь из принцесс и с радостью увидел лицо Айрис.

– Ой, как я рада вас видеть, и мне столько надо вам рассказать! – Говорила она быстро, и этот девичий щебет напоминал пение маленькой птички. Только разобрать слова казалось сложным, и принц попытался остановить поток из множества слов.

– Погоди не торопись, – улыбнулся он. – Для нас есть хорошие новости? Гилмор всё ещё у власти?!

– Гилмору скоро конец, – ответила, немного успокоившись Айрис. – Он надеялся на помощь Биргера, как мне думается, верил, что белый дракон не поможет ему. Если бы не Эслинн, не видать нам свободы, Эдвард. Эслинн сумела организовать отряды из бывших гвардейцев, и они, сделав несколько вылазок и изучив привычки новой королевской стражи, нанесли сокрушительный удар фальшивому королю. Правда, в замке всё оказалось перевёрнуто вверх дном, но это ничего…

– Прости, Айрис, мне послышалось или ты говорила об Эслинн, моей невесте? – спросил Эдвард, с замиранием сердца, думая, что имя любимой в словах Айрис ему всего лишь послышалось.

– Как это любопытно, принц. – Айрис с удивлением раскрыла ротик. – Это долгая история, но дочь горного короля оказалась настоящим воином. Мы сами не ожидали помощи от неё. Это она оказалась тем незнакомцем, помогающим нам.

Эдвард с удивлением слушал слова дочери Вардена, ведь Эслинн для него всегда казалась хрупкой девушкой не способной собрать воинов, или держать в руках оружие. Действительно, размышлял принц, я не так хорошо знал свою невесту.

– О Биргере нет известий. Однако это затишье перед бурей, – добавила Айрис с тревогой в голосе.

– Я соберу армию, и мы отправимся в Зелёный Дол, – продолжил Эдвард, а пока необходимо выяснить, где может прятаться Биргер. А Гилмор, где он?

– Наши шпионы сообщили, что он скрылся в горах Великого Кольца, там было замечено магическое возмущение, и если верить нашим волшебникам использовавшим артефакт для поиска, то следует поторапливаться. На месте храма Магистра Мердока существует Место Силы. В давние времена волшебники Великого круга собирались там, чтобы восстановить магическую силу или воссоздать утраченные способности, если это могло случиться. Если Биргер там, нам грозит настоящая опасность. А ещё вот такое дело – никто не помнит путь к ущелью, где расположена святыня.

На минуту Эдвард задумался, а Иден удивлённый количеством новостей, добавил, что время в Горном королевстве и, правда, пролетело слишком быстро.

– Однако то, что Гилмор сбежал, как трусливый пёс даёт нам возможность вернуться в Зелёный Дол и начать двигаться в сторону храма Мердока, – ответил он принцессе.

– Если только информация о месте нахождения Биргера правдива, – вставил Нейл. – Сейчас мы не можем бросать солдат в неизвестность.

– Конечно, добрый гном, – улыбнулась Айрис. – Поэтому у нас в запасе есть план.

Друзья, переглянувшись, с удивлением слушали принцессу, смотревшую на них из волшебной сферы.

– Оповестите Ледяное королевство и Солвейг, они ждут вашего решения, принц. Они ждут, что скажешь ты!

Эдвард не торопился с ответом, он свёл брови, а в зелёных глазах промелькнула мысль, что только внезапная атака может помешать планам Биргера. Медальон, который разбил Бекан, сейчас принадлежал чудовищу. Принц коснулся пальцами кулона на груди, только в битве лицом к лицу он сможет одержать победу над белым демоном или погибнуть. Нет, о последнем Эдвард старался не думать. Бросать армию на врага, чьи замыслы не до конца известны, как и не ясна сила, с которой храбрецам предстоит столкнуться, равносильны самоубийству.

Закончив разговор с Айрис, товарищи задумались. В хижине лесника повисло молчание, нарушаемое лишь потрескиванием поленьев в очаге. Арахнэт, всё это время сидевший под потолком, наконец, подал голос.

– Я простой рыжий паук, но разрешите ли вы поделиться мыслью, которая долго крутится в моей мохнатой голове?

Все как один повернулись на его голос, с удивлением и даже непониманием слушая его тихий вкрадчивый голос.

– Арахнэт, у тебя в запасе так много интересных идей? – спросил Бекан, скрестив руки на груди.

– Пока вы строите планы и решаете, как одолеть Биргера или побороть мага Линга, что служит Гилмору, вы упускаете одну важную вещь. – Арахнэт спустился с потолка, раскачиваясь на паутине.

– Не говори загадками, друг, – бросил Эдвард, ему не терпелось услышать что-нибудь дельное, и, сделав выводы, действовать.

– Биргер стал смертным, и медальон, находящийся у него охраняет его от проклятия других магов. Пока он есть у него, магия против белого демона бессильна, – начал паук.

– Но мы разбили его! – непонимающе вставил Бекан.

– Я тоже только что подумал об этом, – вставил Эдвард, – но что если мы идём не по тому пути, и Биргер снова ускользнёт?

– Монстр скорее всего воспользовался магией и починил медальон. Но, отправившись в сторону Великого Кольца, вы отыщете Биргера только там и нигде больше, он попытается снова стать бессмертным. Я чувствую, что так и будет, и если Линг на его стороне, белый демон станет непобедимым. Некромант повелевает мёртвыми и способен создать армию из мертвецов, с которой сложно или даже невозможно справиться. Я надеюсь, что волшебный жезл совладает с ним. Да, и вы знаете как погиб Мердок?

Иден, побледнев, опустил глаза, Эдвард вопросительно тронул эльфа за холодную руку, а Бекан и Нейл непонимающе покачали головами.

– Всем известно, что Мердок являлся могущественным волшебником и объединил магов, для завершения долгой и кровопролитной войны между людьми и тварями в Серединных землях. Окружённое Великим Кольцом из гор, это место оказалось малодоступным для людей из Открытого мира, поэтому о королевствах, где существует волшебство неизвестно за его пределами.

Когда образовался Магистрат, и в Серединном мире установилось спокойствие, раз в шесть месяцев Мердок собирал совет из верховных магов, дабы удостовериться в порядке на волшебных территориях.

Маги, а было их пятеро, пополняли силы в волшебном источнике, где позже возвели обитель Мердока.

К сожалению, старый маг остался один, он пережил всех друзей. Маги наставники, равящие в пяти королевствах, казались ему слишком юными. Мердок считал, что люди забыли о нём, а молодые волшебники не столь почтительны и обходительны. Став отшельником, он провёл в собственном жилище, ставшем впоследствии храмом, пятьдесят лет, не желая возвращаться в Серединный мир. Одиночество проделало с ним странную штуку, Мердок замкнулся в себе и не приветствовал слишком частые собрания. Если раньше они проводились два раза в год, то спустя время Верховный маг созывал совет раз в пять лет. Всякий раз он ворчал и оставался недовольным работой волшебников, ему казалось, мир и люди, жившие в нём, слишком отдалились от его учения.

Источник иссякал. Мердоку перестала требоваться сила волшебного родника. Не используя магию, он не растрачивал, а лишь копил способности. К сожалению, это пагубным образом сказывалось на его здоровье и характере, хотя волшебник знал, что не растраченная магия обращает свет во тьму. Так и случилось.

Арахнэт замолчал и, спустившись в угол, удобнее устроился на поленнице у очага.

– К счастью Мэрдок не выжил из ума и не решился обратить зло на жителей пяти королевств или своих учеников. – На этот раз голос подал Иден, которому эта история так же знакома, как и рыжему пауку. – Ситуацию спасла случайная встреча, как это и бывает порой. Однажды в Храм Мердока явился молодой человек, желающий получить совет и обучиться искусству магии. Случилось это пятьсот лет назад, ну, если не вдаваться в точные цифры.

Эдвард, Бекан и Нейл с интересом слушали рассказчиков, а в душе разрасталась тревога. Не могли друзья сразу понять, о каком молодом человеке шла речь в этой истории, воспользовавшегося силой сходящего с ума Верховного мага.

– В то время молодой принц Биргер пока ещё не принял бразды правления свой матери королевы Кхиры. Встреча с Мердоком изменила не только его, но и будущее Серединного мира, – закончил Иден.

– Вместе со светом старый маг передал юному Биргеру и крупицы тьмы, поселившиеся и пустившими корни в душе будущего правителя Ледяной страны. – Арахнэт покачивался на паутине из стороны в сторону, словно убаюкивая слушателей. – Итог вам известен, он печален. Кхире удалось заточить Биргера в ледяном озере Холгер, однако настало время, и Исгерд выпустила его. Безумие Мердока передалось всем родственникам Биргера, все его дети, племянники и внуки унаследовали часть тьмы Верховного мага. Исгерд была не так далека от развязывания войны с Солвейг, думаю, только лишь старость и болезнь помогли остановить её, чего нельзя сказать о белом демоне.

– Ты начал с того, что хотел рассказать, как умер Мердок. – Эдвард вопросительно взглянул на Арахнэта, а потом на эльфа. – Откуда тебе известна эта история, Иден?

– О ней поведал хранитель храма Мердока, когда в своё время я путешествовал по Великому кольцу. А сам Верховный маг, как только передал волшебную силу Биргеру, превратился в пепел. Так говорят. – Иден встал из-за стола и начал расхаживать по комнате, будто пытаясь вспомнить что-то важное. – И дело в том, что Биргер забрал себе часть пепла Мердока, именно с его помощью он надеялся исцелить себя, если на это будет причина. Злодей верил, что именно пепел Мердока поможет стать новым правителем пяти королевств.

– А где же остальная часть праха мага? – задал напрашивающийся вопрос Нейл.

– Об этом мне неизвестно, – уронил Иден.

Четыре пары глаз обратились в сторону рыжего паука. Надежда, что он знает немного больше других, делала сложившуюся ситуацию не совсем отчаянной.

Арахнэт покачал головой и поднялся к потолку, а потом оттуда подал голос:

– Здесь я ничем не смогу помочь, но в храме живут другие пауки…

– Это радует! – подскочил Бекан. – Возможно, победить Биргера мы сможем с наименьшими потерями?

– Не стоит так радоваться, маленький гоблин, – сухо рассмеялся Арахнэт. – Тамошние пауки не такие доброжелательные, как ваш добрый друг. Я много десятилетий прожил с людьми и изучил вашу братию. Пауки, жившие с Мердоком злобные и гнусные создания. Даже мне боязно заводить с ними разговор, не то чтобы кому-то из вас.

В любом случае было принято решение, и если ответы не могут лежать на поверхности, то собрав армию, необходимо встретиться с правительницами королевств, лежащих за пределами Горной страны.

Айрис говорила, что путь к храму Мердока теперь никому не известен, тем не менее, рассказ Идена и паука говорили об обратном.

– Я смогу указать путь, – кивнул эльф, – а так же нарисовать карту.

Время играло против них, на лошадях путь через горы занял бы не одну неделю. При суровой погоде и зимней стуже многие жители Морских земель могли замёрзнуть, и тогда предприятие стало бы обречённым на провал.

– Я тут подумал вот о чём, – улыбнулся Эдвард. К нему в голову пришла любопытная идея, которую товарищи поддержали с радостью. И даже флегматичный Арахнэт посчитал её замечательной.

Глава 11 Механик Галвин

Глава 11 Механик Галвин

Утро показалось для Эдварда немного странным, и дело оказалось в ночном видении, где принц снова стал десятилетним мальчиком, а его родители, как и прежде живы.

–– Не беспокойся, Эдвард, у тебя всё получится! – Селма притянула рыжеволосого принца к груди. – Я знаю, о чём ты думаешь, и все мысли ведут тебя в верном направлении.

– Завтра соберётся много людей, малышка Арлина сумела рассказать о твоём появлении, однако для воплощения плана понадобится механик Галвин, – добавил отец. – Он Великий Механик. Найди его, и тогда вы сможете построить настоящую воздушную флотилию.

– Летающие корабли? – восхищённо присвистнул маленький Эдвард. – Но разве это возможно? Это же невообразимо!

– Ничего не бывает сложным, если мастер знает своё дело, – возразил король Брайс. – Найди Галвина, и сам удивишься его умениям.

Окончательно придя в себя, Эдвард поделился ночным видением с друзьями. Он, удивлённо разводил руками и говорил, что и представить не может, что построить подобные корабли под силу какому-то механику.

– Хотя я подумал об этом вчера, но как это сделать совершенно не могу вообразить!

– Неспроста твои родители пришли к тебе на помощь, у вас очень сильная связь, – добродушно прокряхтел Арахнэт. – Ступайте на городскую площадь, а я пока доплету паутину.

Чтобы не тянуть время товарищи быстро позавтракали и направились в город, спускаясь с холма. Деревня старейшины Ингора встретила храбрецов тишиной, никого не оказалось в полуразрушенном поселении. Холодный ветер растрепал остатки жёлтой листвы и обнажил съёжившиеся деревья.

Эдвард двигался быстрым шагом, Бекан с Нейлом еле поспевали за ним.

– Ну, и холодное сегодня выдалось утро, – прогнусавил Бекан, кутаясь в дорожный плащ. – Только посмотри! – он показал куда-то вдаль.

Эдвард, прищурившись, проследил за зелёным пальцем гоблина и увидел, сколько собралось народа на площади. Отсюда её видно, как на ладони. Столько людей присутствовало лишь на больших праздниках или свадьбах королевских особ.

Иден улыбаясь, похлопал принца по плечу, видя, что юноша воодушевился увиденным зрелищем. Люди ждали, что скажет наследник и при виде его и маленькой свиты, расступались, тесня ряды и склоняя головы.

Посередине площади наспех сооружённая высокая площадка. Принц без труда взобрался вместе с эльфом, гномом и гоблином по приставной лесенке и оглядел собравшуюся толпу. Голоса на мгновение стихли, а потом, подняв руки, люди радостно начали приветствовать Эдварда. Принц услышал не столько ликование, сколько некое облегчение и надежду, что наконец-то появился человек способный защитить их и теперь, возможно, верить в лучший исход.

Поприветствовав поданных, Эдвард поклонился жителям сумевшим прийти на площадь и просил передать его слова тем, кто остался дома с детьми, жёнами и стариками.

– Я не привык к красивым речам, – начал Эдвард. В его словах звучала искренность и сила воина. – Сегодня пришло время, когда я должен призвать вас встать на защиту нашей земли! Вы не должны бояться кровожадного чудовища, ведь, объединив силу пяти королевств, мы станем настоящей волной, машиной несущей смерть чудовищу. В ваших сердцах горит огонь, зовущий не просто отомстить за разрушенные дома, за осквернённые земли и погибших близких. Это огонь противостоящий злу, как было многие сотни лет назад, когда кровожадные твари установили в Серединных землях страшные порядки, обрекая наших предков на кровопролитную войну.

Наши пращуры не сложили головы и оружия перед лицом опасности, перед взглядом смерти. Я верю, что тот самый огонь, горевший в их сердцах, вспыхнет с новой силой и поможет всем нам отправиться на битву с чудовищем и его приспешниками!

По толпе пронёсся возглас одобрения. Многие подняли руки в знак поддержки наследника Морских Земель.

– Я знаю, что война заберёт многих, что время покажется невероятно длинным для тех, кто будет ждать возвращения солдат. Если сейчас мы отступим, если проявим слабость, ненасытный дракон вернётся. Имя ему Биргер, пятьсот лет он копил ненависть к людям, и жажда к власти завладела им настолько, что никто и ничто не смогло остановить его. Смерть и забвение призовут его к ответу!

– Правильно, принц! – послышались крики из толпы.

– Да здравствует новый король!

– Да прибудет с тобой сила Магистрата!

Эдвард поднял руку, чтобы на площади воцарилась тишина, и продолжил, отбросив со лба длинные волосы.

– Мои родители, король Брайс и королева Селма околдованы чудовищем. Они пока ещё живы, хоть и обращены в камень. Возможно, смерть Биргера принесёт им исцеление, а пока я не могу стать новым королём, но поведу каждого из вас на другую сторону гор. Армия пяти королевств нанесёт сокрушительный удар в самое сердце дракона, уничтожив его чёрное сердце, освободив жителей Серединного мира от страха за будущее!

На мгновение над площадью повисла тишина. Потом же голоса переросли в громкие крики в поддержку Эдварда, и принц облегчённо вздохнул, ощущая на себе взгляды нескольких тысяч глаз, а так же руки друзей поддерживающих его.

– Вы помните, какой славной была королевская флотилия?!

Восхищённые возгласы стали Эдварду ответом. Он, улыбаясь, кивнул и сказал, что ему нужен Великий Механик Галвин:

– Кроме силы, умения обращаться с оружием и решимости, нам необходимы машины. Если кто знает Галвина, сообщите ему, что принц Эдвард просит у него помощи! Или Великий Механик здесь на площади?!

– Ты уверен, что он тут? – тихо спросил Эдварда Нейл.

– Лучше узнать об этом сейчас, пока здесь так много народа, – ответил принц. Он окинул взглядом наполненную людьми площадь, слыша гул человеческой речи и то, как они спрашивают друг друга о Галвине.

Эдвард подождал немного, а потом поднял правую руку, успокаивая толпу:

– Если Галвин здесь, сообщите мне…

– Здесь, здесь! – послышалось издалека. Голос кричащего человека молодой и звонкий.

– Как только добраться до принца?! – выкрикнул другой голос принадлежавший более зрелому мужчине.

– Тащите его сюда! – кричали те, что расположились ближе к трибуне, и Эдвард увидел, человека, которого, подхватив, подбросили вверх и понесли по рукам через всю городскую площадь, ставшую похожей на раскинувшееся море у ног принца.

Солнце выглянуло из-за туч, осветив холодный Марингард ярким светом. Горожане восприняли это как добрый знак и радостно заулюлюкали, закричали, подбрасывая вверх колпаки и шапки.

Галвин, весьма удобно устроившись, как в лодке, неспешно качался на ладонях людей. Лес рук нёс его к Эдварду. И вскоре юноша увидел высокого широкоплечего парня, лет тридцати, с длинными русыми волосами и коротко подстриженной бородой.

Он ловко взобрался на трибуну и, приклонив колено, склонил голову перед наследником.

– Готов служить тебе, принц Эдвард, во имя справедливости и победы над чудовищем, – тихо проговорил он.

– Встань, Галвин, – ответил Эдвард, коснувшись его плеча. – Сейчас нет условностей, нам нужны твоя помощь и знания!

Принц произнёс несколько фраз, видя, что смог воодушевить подданных и сообщил о сборах военачальников, которые в сжатые сроки должны будут обучить новобранцев. Фермерам отдал приказ, оставив необходимое пропитание, собирать припасы для солдат на время пути к королевству Зелёного Дола. Магам и зельеварителям приготовиться для изготовления защитных амулетов, снадобий и ядов.

– К сожалению, многие придворные королевства погибли, как, и стражники, гвардейцы, поэтому каждый знакомый с военным делом на вес золота! Время не ждёт! Пора воплотить в дело, сказанное и отправляться на битву с врагом!

Закончив громкими словами речь, принц ощутил, как на лбу выступила испарина. Теперь ему казалось, что силы покидают его, а волнение только сейчас напомнило о себе. Произнесённое послание произвело должное впечатление, и воодушевлённая толпа, вдохновлённая на подвиги, начала понемногу расходиться.

Теперь Эдвард мог лучше рассмотреть Великого механика Галвина, который не производил с первого взгляда подобного впечатления.

– Это честь для меня, принц. – Галвин снова поклонился Эдварду, приложив натруженные руки к груди. – Что я могу сделать для нашей победы? Всё что умею, к вашим услугам, ваше высочество!

Эдвард, положив руку на плечо Галвина, посмотрел на друзей и, представив их механику, сказал, что пора мечты воплощать в реальность.

– Это я умею, – с неким азартом улыбнулся Галвин. – Тем более давно не предоставлялось случая.

В хижину на холме решили пока не возвращаться, хотя, проголодавшийся от волнения Бекан, говорил, что было бы неплохо подкрепиться.

Иден отправил его и Нейла в сторону городского рынка, а сам вместе с Эдвардом пошёл в мастерскую Галвина.

День пролетел быстро, Бекан и Нейл без труда отыскали дом Великого Механика, он имел необычный вид, и походил на цаплю на длинных ногах. Внутри полых ног располагалась кабинка, которая с помощью неизвестных механизмов могла подниматься или опускаться вниз. Галвин встретив друзей, рассказал, что кабина двигается, используя силу реки, что протекает через столицу, добавив много непонятных слов, казавшимися более или менее понятными лишь эльфу и принцу.

В гигантском теле цапли располагалась мастерская Галвина и всевозможные станки, приборы и невиданные механизмы. Женщина похожая на куклу, предложила мелодичным голосом угостить чаем и пирожными. Кот из металла и шерсти гонялся за мышью, сделанной так искусно, что не сразу стало ясно, что она ненастоящая.

Тут и там за большими столами работали подмастерья Галвина, расчерчивая необычные чертежи, делая записи в блокнотах. Молодые люди были настолько сосредоточенны, что не обратили внимания не только на хозяина дома, но и на высокочтимых гостей.

– Ничего, – Галвин приложил палец к губам, – пусть работают. Скоро им сдавать экзамен.

– Это твои ученики? – тихо спросил Иден. Галвин серьёзно без тени улыбки кивнул и двинулся дальше, пока они не добрались до ещё одной кабинки, которая проходила через шею здания цапли и не остановилась в голове, где собственно и находилась обитель Великого Механика.

– Интересное строение, – оценивающе кивнул принц, покрутив головой. – Думаю, если ты дом такой смог построить, то справишься с задачей.

Галвин предложил гостям устроиться в мягких кожаных креслах и, дёрнув за верёвочку, заставил колокольчик, висевший у окна громко звякнуть.

– Сейчас Норма принесёт чай, а то вы, наверное, тоже проголодались.

– Не откажусь, – согласился принц, расстёгивая дорожный плащ. – В твоём большом доме тепло, но я не вижу камина или печи.

– Если не вдаваться в подробности, я использую энергию земли. Летом здесь становится прохладно, а зимой тепло. Такую же систему я установил в замке Брайса и Селмы. – Он на секунду замолчал, жалея, что напомнил принцу о несчастье, произошедшем с родителями Эдварда и, приложив руку к груди добавил: – Прости принц, мне грустно, что с королём и королевой случилась беда. Поэтому я попытаюсь сделать всё возможное, чтобы чары, повисшие над ними, скорее развеялись.

Его прервал скрип открывающейся двери подъёмной кабинки. Любопытству Эдварда не было предела. Женщина и в тоже время механическая кукла, выехала из кабинки, держа в руках серебряный поднос, на котором стояли три чашки, чайник, сахарница и вазочка с печеньем. Принц попытался понять, как двигается Норма и, наклонившись, увидел, что из-под длинной юбки куклы выглядывают маленькие колёсики, конструкция которых оказалась невиданной им прежде. Они могли передвигаться не только вперёд и назад, но, как влево, так и вправо.

С интересом разглядывая говорящую куклу, принц скользнул взглядом по её спине, когда Норма повернулась к Галвину, чтобы поставить поднос с лакомством на стол. Между лопаток прямо из блузы выходила блестящая трубка, из которой то и дело струился белый пар. Он клубился тонкой струёй, и Эдвард понял, что наверняка это помогает кукле двигаться, и говорить, как человек.

Лицо Нормы оставалось бесстрастным, хотя говорила она весьма приветливо.

– Что это? Колдовство? – с интересом спросил Эдвард.

– Нет, – улыбаясь, махнул рукой Галвин, – просто необычная механика.

– Я такое вижу впервые, – оценивающе кивнул Иден. – Хотелось бы заметить, что подобных вещей нет ни в одном королевстве.

– О многом не знали и король с королевой. Я выполнял просьбы Брайса и Селмы, а всё остальное простое развлечение. Морские земли не вели войн, и чтобы передвигаться на паровых машинах необходимо из существующего топлива создать концентрат, так его хватит на дальние расстояния. Не отправляться же нам с мешками угля или дровами через горы. В самом деле?

– Это точно, – согласился Эдвард. – Так дело встало лишь в создании концентрата для того самого парового двигателя?

– Да, но я попытаюсь ускорить некоторые процессы. Тем более, несколько алхимиков трудятся, изыскивая различные варианты производства. Сейчас, когда топливный концентрат стал необходимостью, думаю, они смогут работать быстрее.

– Или может, поможет моя магия? – предложил свои услуги Иден.

На его удивление, Галвин поморщившись, покачал головой:

– Я работаю с тем, что понимаю, мой друг, а магия, как девушка – переменчивая и ветреная, поэтому я больше доверяю чертежам, ученикам и алхимикам. Они меня редко подводят, поэтому давайте обсудим, что конкретно ты хочешь получить в итоге?

Вопрос адресовался Эдварду, и принц недолго думая обрисовал, что пришло ему на ум ещё вчера, а именно идею о воздушных кораблях.

– Полёт на таких судах, по-моему, займёт куда меньше времени, – закончил принц, с надеждой посмотрев на Галвина.

– Армия соберётся достаточно большая, Эдвард. – Великий механик потёр подбородок, расхаживая по комнате. – Тут дело не в умении создать подобный летательный аппарат, а в сроках. Времени, как я понимаю у нас катастрофически мало.

– Да, но почему бы не сделать несколько кораблей для начала, – предложил Иден. – Пока мы добираемся до Храма Мердока, с хорошо обученными воинами и изучаем обстановку, ты, думаю, сможешь построить остальные корабли. И не отказывайся мой друг от магии. Я поговорю с королевой эльфов, которая пришлёт к тебе помощников. Сейчас мы не можем равнять привычки и необходимость.

Галвин вздохнув, опустился в кресло, и, разлив чай по чашкам, покачал головой:

– Я не могу отказаться, и в чём-то согласен с тобой. Если от магии не пострадают мастера и работа, то, видимо я уступлю.

После разговора Бекан с интересом разглядывал любопытные вещи Галвина, само собой двигающиеся пять деревянных коробочек на колёсиках. Они шли по металлическим полозьям, а колеса необычной конструкции тихо постукивали на местах стыковки пластин. На крышке первого механизма была прикреплена маленькая труба, из которой шёл пар, и ездил этот маленький состав по кругу, минуя почти всю мастерскую Великого Механика Галвина.

Спустившись вниз в диковинных кабинках, Эдвард и его товарищи выбрались на улицу, где уже сгустились сумерки. Иден с интересом заметил конструкцию, о которой вскользь упомянул Галвин.

Рядом с домом-цаплей протекала река, где было установлено большое деревянное колесо. Подобные сооружения эльф видел раньше в местах для полива полей. Река здесь тоже имела несколько порогов, и вода, быстро устремляясь вниз, неслась и раскручивала колесо. Маховик вращал тросы, создавая подобие волшебства, заставляя кабинки подниматься вверх и вниз, если дёрнуть за верёвочку.

– Я так ничего и не понял, – сдался Иден, разглядывая чудо-колесо.

– Идём, – потянул его за рукав, немного уставший Эдвард. – Ночь пройдёт, и завтра утром необходимо вернуться к Галвину, а пока свяжемся с Солвейг. Возможно, она сможет прислать к нам нескольких магов на помощь при строительстве кораблей?

– Она не откажет, – кивнул Нейл, – главное им добраться сюда скорее.

– Но у королевы есть волшебное зеркало, – заметил прищурившийся Бекан.

Эдвард кивнул ему и двинулся вперёд. От потока информации и нахлынувших воспоминаний, принц почувствовал, наконец, что усталость взяла своё.

Подниматься на холм к хижине лесника показалось сложным и нудным занятием. Однако болтовня Бекана и шутки Нейла подбадривали, а потом Иден затянул песню. Пел он пусть и на эльфийском, но слушать его оказалось приятно. Так и скоротали время в пути. Эдвард оглянулся на Марингард, прежде сияющий огнями. Теперь от былого величия остались развалины и чудом уцелевшие постройки, как и наспех сооружённые укрытия.

Юноша догнал друзей и вскоре заметил свет в окне хижины, предчувствуя ворчание рыжего паука и расспросы. Хотелось спать, даже желудок не выл от голода, мысли сконцентрировались на завтрашнем дне и будущем походе через скальный хребет Горного королевства.

Морские земли маленькое королевство, и оно ни в какое сравнение не шло с Зелёным Долом или Ледяной страной, однако боеспособных женщин и мужчин здесь значительно больше для малочисленного населения. Эдвард разыскал старого вояку Одхана, который прекрасно помнил военное дело и помог в подборе бойцов для первой флотилии.

Рекрутов разбили на отряды и взводы, где новички тренировались в стрельбе из лука, в искусстве метания ножей или в рукопашном бое наравне с опытными бойцами.

Время диктовало свои условия и приходилось подстраиваться под него, впитывать знания и учиться тем, кто никогда не держал в руках оружия, а лишь мотыгу или плуг.

Эдвард лично обучал крестьян и горожан, уставая, как бывало раньше, на тренировках в королевской школе. Иден мастерски стрелял из лука, эльфийское происхождение научило его этому искусству.

Нейл, с удовольствием обучал новичков и отлично орудовал палицей, мечом и топором. Гном терпеливый учитель в отличие от Бекана, который не имел педагогического таланта. Поэтому и решил работать в паре с Эдвардом, показывая, как правильно метать ножи.

Время от времени, Эдвард приходил к Галвину, чтобы удостовериться, что работа идёт полным ходом. Всякий раз убеждаясь, что механик держал слово, принц ощущал, что его уверенность росла. Хотя время летело быстро, и вскоре он получил весточку от Солвейг, расказавшей, что до неё дошли слухи о разгроме армии королевства Жёлтого Тигра. По словам королевы эльфов, её лазутчики увидели клубы дыма на восточных границах Серединного мира, а потом и схватку между войском королевства и странными существами.

– Биргер не дремлет, – протянул Иден после услышанного от Эдварда послания Солвейг.

– Это следовало ожидать, мой друг. – Принц, скрестив руки на груди, разглядывал карту на столе. – Карта Серединного мира, отсюда он кажется таким маленьким и доступным. Однако, несмотря на помощь магов эльфов, флотилия не особо готова к полёту. Сколько ещё им понадобится времени?

– По расчётам Галвина необходима неделя, чтобы запустить первые пять кораблей, на которых мы отправимся к Храму Мердока.

Иден подозвал к себе Бекана, уютно устроившегося у очага, попросив его принести записи Галвина.

– Хорошо, что мы перебрались в дом механика, здесь гораздо проще наблюдать за его работой и изучать тонкости управления необычными кораблями. Галвин говорил, что управление будет не слишком сложным и где-то схожим с тем, как управлять кораблём на воде.

– Но сколько времени займёт обучение? – спросил Нейл разглядывающий чертежи летающего корабля, казавшиеся ему настолько сложными, что предстоящий поход по воздуху пугал больше, чем будущая схватка с Биргером.

Эдвард потёр бороду, зевнул, потянувшись, вытянув длинные ноги, и закинул руки за голову:

– С этими кораблями мы станем настоящей силой! Как дела в подготовке солдат, Нейл?

– С этим полный порядок, – пробасил гном, улыбнувшись в бороду, – решимость людей так велика, что они учатся всему, невзирая на возраст и возможности.

– Так и с кораблями, – кивнул Иден. – Всё будет хорошо. Нам помогут ученики Галвина.

Эдвард закрыл глаза, ощущая неимоверную усталость. Мысли о предстоящем походе отодвинули желание поскорее увидеться с Эслинн. Его сердце дрогнуло, словно напоминая, что чувства по-прежнему сильны. Принц не мог представить невесту в образе воительницы, руководящей отрядами солдат, умеющую ловко владеть мечом или стрелять из лука. Он улыбнулся, видя её в мечтах и грёзах, понимая, что встретятся они не так скоро, как хотелось бы.

Рассвет забрезжил, делая ночь светлее, стирая звёзды с небосклона. Принц открыл глаза, сон мгновенно улетучился.

Предчувствуя добрые вести, Эдвард поднялся с постели и подошёл к окну, откуда отлично можно наблюдать, как ведутся работы. Его взору предстал корабль. Никогда ничего подобного он не видел раньше. Странное сооружение чем-то напоминающее морское судно и в то же время нечто другое, более лёгкое и воздушное.

Лучи восходящего солнца оповестили о начале нового дня. Потом небо сделалось серым, и розовая полоска расчертила низкие облака. Над горизонтом небосклон казался чистым, а на побережье начался дождь. Принц отошёл от окна, окунаясь в мысли о предстоящем полете в неизвестность.

Было ли ему страшно? Скорее он ждал, когда ступит на палубу необычного судна и овладеет мастерством управления особой, первой в своём роде, машиной.

– Не спится? – Голос Галвин заставил кожу покрыться мурашками. Эдвард, обернувшись, кивнул Великому механику.

– У тебя добрые вести? – спросил принц вошедшего мастера.

– О, да, Эдвард, – Галвин кивнул в сторону спящих друзей. – Идём. Не станем будить их. Наконец-то первый корабль готов.

Он открыл дверь кабинки, приглашая Эдварда войти внутрь, и чудесное подъёмное устройство стремительно понеслось вниз.

– Не думал, что магия эльфов может творить подобные чудеса! – проговорил Галвин в полголоса. – Но когда работа ускоряется в десять раз, это зрелище по-настоящему захватывает.

Эдвард, улыбнувшись, кивнул, открывая дверь и пропуская механика вперёд.

Холодные капли дождя барабанили по крышам, сливались в ручейки и неслись по улицам города. Северный ветер завёл заунывную песню, что нисколько не портило настроения создателя.

– Пусть дождь не пугает тебя. Внутри корабля вы будете защищены, и от дождя, и от ветра. Хотя на палубе довольно-таки прохладно, если станете подниматься слишком высоко, там температура воздуха намного ниже, чем здесь.

Галвин находился в приподнятом настроении, и Эдвард понимал – уверенность Великого механика залог успеха их фантастического и дерзкого предприятия.

Солнце лениво выползало из-за горизонта, на морской глади вспыхнула розовая полоса. Волны с белыми барашками резво неслись к берегу. Эдвард знал, глядя на северо-восточную зыбь – к вечеру начнётся шторм.

– Алхимикам удалось создать концентрат топлива?– поинтересовался принц, теперь оно стало необходимостью, и время напоминало о своей скоротечности.

Галвин, довольно улыбнувшись, кивнул и добавил, что при солнечной погоде в приоритете будет другое устройство.

– Вогнутые зеркала фокусируют солнечные лучи, разогревая воду для парового двигателя. Ситуация сложившаяся из-за нападения Биргера заставила мои мозги работать быстрее, – улыбнулся Великий механик. – Столько идей и думаю, они не последние.

Корабль красовался на гигантской площадке, где рабочие достраивали оставшиеся суда. Мастеровые, при виде принца, в сопровождении Великого механика, расступались в стороны. Они кланялись и благодарили терпение наследника, и искренно радовались, что сложная работа подходила к финалу.

Галвин сбросил с кормы верёвочную лестницу с деревянными ступеньками, приглашая Эдварда подняться на палубу первым. Словно в замешательстве разглядывая чудо машину, юноша ухватился за штормтрап, а потом уверенно начал подъём.

Дождь стих, как и ветер, разогнавший тучи. Яркое солнце поднималось над водой, оповещая, что день станет по-настоящему хорошим.

Эдвард без труда взобрался по верёвочной лестнице, которая оказалась достаточно удобной. Он с любопытством разглядывал палубу, короткие мачты и необычные похожие на крылья устройства по бокам судна.

Корпус корабля, пусть и выполнен из дерева, был прочным точно сделанный из металла. Галвин рассказал, что дело в особом растворе, пропитывающем доски. На судне нет ничего лишнего, а все снасти размещались на своём месте и с умом.

Главную точку занимал капитанский мостик, находившийся внутри кабины с прозрачными стёклами, которые, по словам Галвина, отличались особой прочностью и стойкостью к ветру и изменению температур.

Штурвал, как и на обычном корабле, заметил Эдвард, и компас перед взором рулевого.

Слева и справа от руля рычаги, назначение которых пока не ясно, хотя принц и догадывался, что именно с их помощью корабль сможет подниматься в воздух.

Он внимательно исследовал капитанский мостик, видя предметы, использовавшиеся для построения курса – отцовскую астролябию[1], а также секстант и хронометр. Тут же помимо линейки, карт и карандашей, стояли массивные песочные часы с кварцевым песком красного цвета.

– Астролябия короля Калдера, – проговорил Галвин в полголоса, – надеюсь, ты знаешь, как ей пользоваться?

– Астролябия помогает определить положение корабля относительно экватора, – нашёлся Эдвард, вспоминая уроки морского дела, – то есть широту, глядя на солнце или на звёзды. Затем можно открыть эфемерис[2], и по ней определить положение корабля. А долготу я смогу вычислить уже с помощью секстанта, поэтому астролябия скорее талисман, который будет напоминанием о родителях. Не знал, что это подарок Горного короля моему отцу. Да, Галвин, только, как мы будем пользоваться морскими приборами в воздухе?

– Я думаю, здесь не будет особых различий, – пожал плечами в заключение беглого осмотра капитанского мостика Великий механик. – Это же первое воздушное судно в своём роде. И его необходимо в первую очередь испытать.

Оживившись предложением Галвина, Эдвард с готовностью встал за штурвал, однако мастер попытался охладить запал наследника, объяснив ему риск, связанный с первым полётом.

– По моим расчётам, полет должен пройти нормально, главное – поднять корабль в воздух и совершить посадку. Я не стану рисковать твоей жизнью, Эдвард. Если что-то пойдёт не так, и мы разобьёмся, упав с высоты…

– Но я должен, – начал было принц.

– Эдвард, – Великий механик положил ему руки на плечи, – сегодня я с помощниками опробую корабль, и если полёт пройдёт успешно, остальные суда будут закончены к следующему дню. Для начала необходимо расчистить площадку, чтобы судно могло разогнаться по суше, тут снова понадобится магия эльфов, для ускорения процесса.

Эдвард воодушевлённый предстоящим полётом, снова прошёлся по палубе, заглянул в каюты, где увидел кровати, привинченные к полу, как и небольшие столики. Он не уставал удивляться мастерству и скорости работы умельцев, и ему не терпелось обо всём поведать друзьям.

К обеду, когда солнце поднялось над Марингардом, небо стало ясным. Первый полёт, по мнению принца не должен был сопровождаться природными неурядицами, хотя корабль, по словам механика, был готов и к ним.

Разобрав место на верфи, мастера открепили доски, удерживающие летающий корабль. Галвин, заняв место на капитанском мостике, запустил двигатель, тот запыхтел и оповестил о работе выбросом белого пара из труб на корме.

Из корпуса судна выдвинулись устройства, снабжённые металлическими колёсами, боковые крылья вытянулись, словно соблюдая баланс массивного сооружения, и корабль медленно набирая скорость, двинулся вперёд.

Двигаясь в восточном направлении, летающая машина набирала скорость. Взлётная полоса разбега была не идеальна, однако для такой чудо техники небольшие неровности пути казались неощутимой мелочью.

Иден с восхищением смотрел на диковинное изобретение, созданное руками человека, и в душе истово молился о благоприятном исходе первого испытания.

Пройдя довольно-таки большое расстояние, двигаясь в сторону порта, корабль оторвался от земли, взмахивая деревянными крыльями. Прочные паруса между костяными пластинами, словно кожистые перепонки у летучих мышей, исполняли роль планера, что позволило судну взмыть в ярко-голубое небо, поднимаясь над морской гладью.

– Это настоящее волшебство, – прошептал Нейл, прижимая руки к груди.

– Нет, это работа очень трудолюбивого и талантливого человека, – ответил ему эльф. – Я и не думал, что люди способны на подобные творения.

– Только представь, что мы можем преодолеть, имея крылья! Научимся одолевать огромные расстояния! – воскликнул воодушевлённый Эдвард, обнимая товарищей.

– Только мне не особо хочется летать там, в облаках, – поёжился Бекан, указав пальцем в небо, – и что будет, если с кораблём что-то случится?

– Думаю, главное, что он может летать, – ответил принц, рассматривая творение Великого механика, – и теперь осталось надеяться, что Галвин сумеет посадить это чудо.

Словно в подтверждение его слов, корабль развернулся над водой, возвращаясь в город, под громкие возгласы восхищённых жителей.

Конечно, говорил позже Галвин, если не спешить, то корабли можно было бы оснастить значительно лучше, да и провести больше испытаний, чтобы убедиться в полной безопасности.

[1] Астролябия - инструмент, позволяющий по высоте стояния небесных светил, вычислить координаты широты;

[2]Эфемерис – таблица небесных координат Солнца, Луны, планет и других астрономических объектов, вычисленных через равные промежутки времени,

Глава 12 Армия мёртвых

Глава 12 Армия мёртвых

Совет капитанов длился около часа. Невзирая на регалии и статус, мужчины горячо спорили друг с другом, пытаясь выстроить чёткий план посадки, пока маленький Бекан не предложил замечательную идею, о которой никто даже не подумал.

– Для чего же на кораблях шлюпки? Возможно, именно на одной из них необходимо выслать разведчиков к храму?

– Бекан, я рад, что ты с нами! – Принц не ожидал подобного поворота, отчего же простая идея никому не пришла в голову.

– Скрыть тучами корабли с помощью магии Идена идея хорошая, – кивнул один из капитанов.

–Только кто отправится в разведку? – спросил Галвин и тут же получил ответ от гоблина.

– В мою бытность на службе короля Калдера, я как раз исполнял подобные задания правителя. Поэтому лучшего лазутчика вам не сыскать. Тем более я небольшого роста, и цвет моей кожи отличная маскировка в зелени.

– Это хорошо, но ты не сможешь отправиться один, – возразил Эдвард.

– Да и ты, принц должен оставаться на корабле, как бы тебе не хотелось ввязаться в схватку, – ответил Галвин. – Сейчас мы будем особо оберегать тебя…

– Но это неправильно, – начал, было, принц, – и я смогу дать отпор, если понадобится.

– Не сомневаюсь в этом, – капитан Хронос, приложил руку к груди и склонился в поклоне, – но мы не можем рисковать жизнью наследника.

– Тогда бросим жребий, – предложил Иден. – Мы давно одна команда и бывали и не в таких передрягах.

– Не жребий решает за нас, – выдохнул Галвин. – К храму Мердока должны отправиться те, у кого получится лучше всего слиться с местностью и добыть как можно больше информации, чтобы вернуться на корабль.

– Я не согласен с тем, что моя персона сейчас будет под особо пристальным наблюдением, – вставил Эдвард.

– В печёнки безопасность! – проревел Нейл, поднимаясь из-за стола и опираясь на ручку топора. – Мы отправляемся вчетвером и точка. Прости, Галвин, ты отличный мастер, но позволь стратегию строить Эдварду.

– Во всяком случае, он будущий король! – выкрикнул Бекан, подняв вверх указательный палец.

– При всём уважении, – продолжил тихим голосом эльф, – даже я соглашусь с коротышкой гномом, да и с гоблином. Держите на всякий случай группу поддержки наготове. Если что-то произойдёт, мы запустим в небо «Синюю лунную свечу».

Эдвард, согласившись с друзьями, посмотрел на Галвина:

– Я благодарен тебе за эти бесценные корабли, но позволь мне самому принимать решения.

Капитаны, склонившись перед принцем, замолчали, спор утих, и Эдвард отдал приказ возвращаться на суда, Идену заняться маскировкой кораблей, а помощникам приготовить шлюпку, оснастив её необходимым снаряжением.

Впервые за последние недели Эдвард почувствовал, что сможет изменить существующее положение вещей – не просить, не приказывать, отправляя в разведку солдат. Нет, раз они добрались до храма Мердока ставшим цитаделью врага, именно он, принц Эдвард должен увидеть дьявольскую армию Биргера и постараться узнать о его планах. Он не ощущал себя больше юношей, потерявшим невесту, родителей, получившим в наследство полуразрушенное королевство. Нет, теперь он знал, что делать. Эта мысль пришла к нему спустя всё время, пока он путешествовал, обретал друзей и держал в руках хрупкую любовь.

Вернувшись в родные земли, взойдя на борт первого летающего корабля, Эдвард ощущал, что времени для раздумий не осталось. Он решил идти к храму с товарищами, в которых был уверен полностью, а не отправлять пусть и подготовленных, но совершенно незнакомых людей возможно на гибель.

– Шлюп-тапи отдать! – скомандовал боцман. Несколько матросов принялись сбрасывать тали с гаков шлюпки.

– Экипажу, в шлюпку!

Эдвард первым забрался в лодку, за ним последовали Иден, Бекан и Нейл. Иден повернул рычаг, услышав работу двигателя, тот ухнув, выбросил из трубы густое облако пара.

Совершив небольшой манёвр, шлюпка понеслась вниз, расправив небольшие крылья, планируя, точно огромная довольно-таки упитанная птица над деревьями.

Скрываясь в бурой листве, маленькое судёнышко совершило посадку. Это, оказалось, сделать не так просто, и удар смягчили густые ветви кустарника. В горах смеркалось быстро, и, взглянув в серое небо, Эдвард ничего не увидел кроме туч.

– Отличная маскировка, – прокряхтел Бекан.

– Старая команда в сборе, – кивнул Нейл, потирая костяшки пальцев и ушибленный зад. – Честно говоря, я уже соскучился по приключениям.

– А я рад, что, наконец, на земле, – выдохнул Бекан, говоривший прежде, что больше не боится высоты.

Иден, приметив место посадки, укрыл шлюпку чарами невидимости.Эдвард, приложив палец к губам сказал, что в засаде нужно вести себя тихо.

– Точно, принц, – прошептал Нейл, прижав широкую ладонь к губам, – а то мы и впрямь, как дети малые расшалились.

Бекан, ничего не ответив, кивнул и навострил уши, кончики которых приподнялись в предчувствии звуков со стороны храма Мердока.

Стараясь не создавать шума, друзья двинулись за Иденом, которому ещё помнился путь до обители магистра.

Стемнело, безлунная ночь казалась густой и непроглядной. Тем не менее, данный факт в той или иной мере был на руку обеим сторонам. В лощине между гор Эдвард увидел огни кострищ и странные фигуры, двигающиеся в дёрганой пляске, словно танцорам сложно передвигаться, и делали они это из последних сил.

Затаившись на возвышенности, товарищи разглядывали низину, где под высокими деревьями скрывался полуразрушенный храм. Отблески огней освещали развалины – мрачное напоминание прошлого.

Святилище казалось некогда прекрасным, теперь же, став серыми руинами, оно сливалось с угрюмыми скалами. Год за годом ненасытный дикий плющ поглощал останки некогда грандиозного здания. Корни растений проникли сквозь каменные плиты, разрушая основание обители Мердока.

Темнота окутала друзей, которые подобравшись, как можно ближе, старались ни чем не выдать своего присутствия.

В лагере разбитом около руин происходило странное действо.

Возле одного из высоких костров, стоял Линг. Иден узнал его первым, шепнув, что чёрный маг явно помогает Биргеру. Некромант говорил что-то непонятное, монотонно, на чужом языке, а Эдвард, вслушиваясь, ничего не мог разобрать.

Существа в отблесках пламени тихо выли. Они напоминали людей, только свой танец исполняли точно марионетки, ведомые рукой кукловода. Это мертвецы, в истлевшей одежде. У некоторых совершенно слезла кожа, и серые кости выглядывали из-под сгнившей плоти, напоминая вылезшие пружины на ветхой мебели.

Когда Линг замолчал, мертвецы замерли вытянувшись в струнку, было их не больше пятнадцати, но потом на площадку вышло с десяток, другой таких же созданий тьмы. Они двигались слаженно, не кривлялись, сгорбившись, как их предшественники.

– Некромант Линг оживляет мёртвых! – прошептал Иден в ужасе. – Проклятый маг использует запретные чары!

Эдвард внимательно всматривался в темноту, заметив движение у других кострищ, откуда на зов Линга стекались мёртвые солдаты, готовые служить приказам, не имея в сгнивших сердцах ничего для жалости или страха.

Поднятых из могил зомби становилось больше, и вскоре шевелящаяся масса, выползающая из леса, заполнила подступы храма.

Казалось, их больше, чем можно увидеть в свете огней, но не только количество солдат насторожило друзей. А то, что вышедший на середину лагеря Биргер приказал одному из восставших из мёртвых приблизиться к нему и, выхватив меч, отрубил голову ходячему трупу. Подобное увечье ничуть не отразилось на состоянии солдата, подхватив облезлый череп, мертвец водрузил его на плечи.

Голова повернулась вокруг свой оси, что-то хрустнуло, словно она встала на место, как необходимая в машине деталь, и мертвец преклонил колено перед Биргером.

– Мне нравится моя новая армия! – услышали храбрецы возглас белого демона.

В душе Эдварда разгоралось пламя. Теперь мысль, как уничтожить армию, созданную Лингом, казалась невозможной.

– Осталось несколько дней, чтобы приготовилось зелье, – добавил колдун, – и тогда никто не сможет победить их!

– Прекрасная работа, Линг, – рассмеялся Биргер. – Только ты должен рассказать всё об управлении и создании армии. Я новый король Серединных земель и не тебе решать, как управлять войском мёртвых.

– Конечно, сир, – ответил Линг, склоняясь перед Биргером. – Грешники всегда приходят из пылающего горнила, если их правильно позвать.

В его голосе слышалось не достаточно искренности, словно он замышлял что-то. Биргер чувствовал это, поэтому хотел взять под контроль восставших из ада.

– До рассвета надо успеть вернуться на корабли, – прошептал Бекан. – Не думаю, что наше местоположение останется незамеченным.

– Возможно, ты и прав, друг,– ответил Эдвард, задумавшись о том, как проникнуть в храм. – Вся надежда на тебя, Бекан и тебе придётся не только попасть в стан врага, а и украсть магическую книгу Линга.

В глазах Бекана появились смешанные чувства – с одной стороны он радовался своей исключительности и высокой оценки проворности, на которую способен, если же взглянуть на поручение принца, с другой стороны – это было чрезвычайно опасное задание.

– Хорошо, – твёрдым голосом ответил гоблин. – Надеюсь, когда-нибудь, Линг отложит книгу, и его окутает крепкий сон.

– И надеюсь, он не спрячет её под подушку, – добавил гном.

– Сейчас не время для шуток, – шикнул на друзей Эдвард. – Дождёмся, когда Линг оправится в покои, коими, наверняка является одна из палаток.

В низине, где раскикнулся вражеский стан, витал запах смерти и разложения. Вонь стала особенно сильной, когда в сторону группы разведчиков подул юго-западный ветер.

Мертвецы, замерли и, покачиваясь, выли, точно голодные шакалы, пока некромант Линг читал нараспев заклятие. В свете факелов он водил пальцем по строкам, вглядываясь в записи книги. Блики играли на его гладковыбритой голове, а в узких глазах, точно в щелях горел огонь.

Он захлопнул фолиант, и армия замерла, словно впав в спячку. Биргер ходил между солдатами, щупая их за плечи, похлопывая по истлевшим щекам и посмеивался.

– Занятная книжка у тебя, Линг, а что Гилмор, он разве не присоединится к нам?

– Гилмор, трусливый пёс,– буркнул Линг, – я не ожидал, что его напугает армия этой девчонки!

– Армия девчонки? – Биргер округлил глаза. – Кто она? И разве нельзя договориться с ней?

Линг, покачав головой, посмотрел под ноги.

– Отчего же, даже такой великий волшебник трепещет перед этой нахалкой?!

– Я не её боюсь, сир, тут другое.

Биргер с интересом смотрел, то на Линга, то на книгу в его руках и, покачав головой, продолжил:

– Любого можно купить, или запугать. Как насчёт последнего? Ты знаешь кто она?

– Её имя мне неизвестно, но появилась она, словно из неоткуда, пришла на помощь дочерям Вардена, а пока Гилмор наслаждался властью и обустраивал дворец, выгнав гвардейцев, эта девчонка не сидела, сложа руки. Она взяла под своё крыло солдат, и они с радостью разгромили дворец нашего союзника.

– Это ничего, – усмехнулся Биргер. – Скоро им не понадобится дворец. Их будущее предопределено. А пять королевств погрузятся во тьму, чтобы подготовиться к долгой войне за пределами гор. Мы покинем Серединный мир и проникнем сначала в королевство Красного Дракона. Ты давно хотел установить там свои порядки. – Биргер сверкнул голубыми глазами.

– Да, сир, это справедливо, что не говори, да и через угодья Красного дракона ходит множество караванов, поэтому мы легко преодолеем пустыню и окажемся там, где нас никто не ждёт.

Эдвард слушал разговор врагов и понимал – планы у них масштабные, как только уйти незамеченными. Да и где Бекан? Принц огляделся, понимая, что коротышка гоблин скрылся в темноте.

В лагере не гасили огни, и через полчаса Биргер, Линг и солдаты, что служили им, если не считать мертвецов, погрузились в сон.

Тут и настало время сделать ход Бекану. Он спустился к храму, тихо пробираясь между руинами, давно приметив палатку Линга.

Маленький гоблин крался во мраке и размышлял, что же им делать с книгой. Вспоминая, что никто не сможет прочесть её кроме волшебника, он задумался. Где-то он уже слышал об этом, но не мог припомнить, и старался сосредоточиться на главном. А ещё надо придумать путь отступления, если коротышку всё-таки заметят ищейки Биргера.

Ему показалось странным, что никто не стоит в дозоре, или мёртвые солдаты зорко следили за происходящим, невзирая на мрак. Бекан решил не попадаться им на глаза, и застыл возле палатки Линга.

Прислушавшись, гоблин понял, что старый некромант не спит – дыхание его не казалось размеренным, как у спящего человека, он ворочался и пыхтел.

Дождавшись, пока мага накроет сон, Бекан осторожно прокрался к входу.

Лёгкий полог, поддаваясь дуновению ветра, поднимался вверх и вниз, словно приглашая войти. Бекан прислушался, навострив уши, и осторожно заглянул внутрь. Природа дала ему возможность отлично видеть в темноте, и гоблин заметил, что магический том Линг положил возле изголовья. Из мебели в палатке ничего и не было, только спальник и обтянутые бечёвкой стопки книг.

Маленькому лазутчику пришла в голову мысль, а что если утащить все книги некроманта, зачем он их таскает с собой, если не творить мерзкие дела. Несмотря на низкий рост, силы у Бекана не занимать. Только проблема заключалась в том, как с подобным скарбом взобраться наверх, подъём достаточно крут, да и осыпь под ногами может выдать шпиона.

Заветная книга лежала возле Линга. Даже в темноте, Бекан увидел, какой странной была обложка – кожаный переплёт с символами не так удивил гоблина, как зелёный камень, похожий на глаз змеи. К собственному ужасу Бекан не сразу понял, что змеиный глаз следит за каждым его движением, а потом ему послышалось шипение, точно в книге поселилась кобра, готовящаяся к броску.

Это всё иллюзии, прошептал про себя Бекан, снова вглядываясь в камень на обложке. Потом быстро схватив книгу, выскользнул наружу, ощущая, как боль пронзила пальцы. Он нёсся что есть сил к горной тропинке, по которой спустился в лагерь Биргера, не видя, как из книги выползают змеи, обвивая его руки, впиваясь острыми зубами в пальцы.

Это всё не по-настоящему, бормотал про себя маленький гоблин, карабкаясь вверх, стараясь не выронить ценный груз, оставляя после себя цепочку следов в мягком грунте.

Иден помог ему выбраться на плато и, отшатнувшись, выругался на эльфийском.

Бекан оказавшись с товарищами рядом, опустил глаза и прошептал:

– Я не могу выпустить её, иначе… Иначе она вернётся к хозяину.

– Этого следовало ожидать, – пробормотал обеспокоенный Иден, склоняясь над книгой Линга.

– Потерпи, Бекан, – прошептал он, касаясь обложки.

Зелёный змеиный глаз метнулся в его сторону, а эльф тихо запел, пытаясь «договориться» с демоном, сидящим внутри фолианта.

Эдвард внимательно следил за Иденом, какие пасы он совершает, что поёт на непонятном ему языке. Принц не понимал ничего, хотя все языки были ему подвластны кроме этого древнего наречия.

Нейл с ужасом наблюдал за тем, как тонкие, похожие на шнурки, змеи опутывающие пальцы и запястья Бекана, уползают обратно в книгу. Потом у товарищей вырвался вздох облегчения. Иден взял книгу в руки, а ужасный глаз змеи на камне закрылся, смыкая веко.

– Надо убираться отсюда, – прошептал Иден. – Чем ближе хозяин книги, тем сложнее будет договориться с ней.

– Но наша шлюпка, – начал было Нейл, – будет много шума.

– В темноте они и не разберут, что происходит, – ответил Эдвард. – Возвращаемся на корабль и отправляемся в Зелёный Дол. Там и решим, как действовать дальше. Покуда в Морских землях достроят оставшиеся корабли, мы подготовимся к атаке на армию мертвецов. А имея книгу, научимся, как остановить демонов.

– Это демоны? – прошептал Нейл.

– Без всякого сомнения, – кивнул Бекан, потирая руки от боли.

– Всё пройдёт. – Иден осмотрел затягивающиеся раны на руках гоблина. – Всё будет хорошо.

Вернувшись к шлюпке и взобравшись внутрь, Эдвард пожал плечами, сказав, что так просто они не смогут подняться вверх.

– Шлюпка не рассчитана подниматься с земли, только если мы сбросим её со скалы.

– Для этого необходимо завести двигатель, а это ненужный шум. – Иден озабоченно покачал головой.

Ночь, ставшая смельчакам другом, теперь грозила выдать их присутствие, если они попытаются тащить шлюпку или заводить двигатель в тиши.

– Но мы не можем оставить её здесь, – начал Эдвард, как вдруг в небе грохотнул гром, и яркая вспышка разорвала небо на три части. – Гром и молнии, могут помочь нам тащить шлюпку к обрыву. Мы должны действовать слаженно и уже перед прыжком вниз запустить двигатель.

– А если он не запустится? – спросил Бекан, которому стало значительно лучше. – Да и в палатке Линга много похожих книг, которые мне так и хотелось стащить у него.

– Книги говоришь? – заговорщически усмехнулся Эдвард. – Я тут подумал вот о чём, что если, подобравшись к лагерю, мы воспользуемся луками и зажжёнными стрелами, направив их в палатки, да и на дохляков в мундирах.

– И что мне это не пришло в голову, – согласился Нейл, потирая рукоятку топора. – Отличная мысль. Поджигаем лагерь, пока не начался дождь.

Новый раскат грома и вспышка молнии напомнили о приближающейся грозе. Она шла со стороны гор, и дождь мог начаться внезапно. Тёплый ветер яростным порывом ударил по кронам деревьев, верхушки закачались, зашумели бурой листвой, оповещая птиц и мелких грызунов о приближающемся ненастье.

Воспользовавшись шумом в лесу, друзья начали толкать лодку в сторону обрыва, возвышающимся серой скалой, точно «дамоклов меч» над развалинами храма Мердока. Гром становился похожим на хохот монстра, приближаясь, ударяя по ушам. Казалось, небо сейчас обрушится на головы товарищей. Но они толкали шлюпку, остановившись на краю обрыва, надеясь уцелеть в попытке подняться в небо.

Вытащив луки и стрелы, воспользовавшись для зажигания на этот раз магией эльфа, стрелки натянули тетиву, целясь по договорённости в палатки, а затем и в армию из мертвецов.

Сделав несколько залпов и не дожидаясь паники в лагере, храбрецы запрыгнули в шлюпку, ощущая, как она накренилась над обрывом.

Теперь даже Бекан до дрожи в коленях, страшащийся летать, кричал, что пора запускать двигатель.

Эдвард потянул на себя рычаг, чувствуя, что в котле нагревается вода. Она забурлила, когда шлюпка раскачиваемая друзьями полетела вниз, рискуя разбиться. Тонкая струя пара оповестила об успешном запуске и, провалившись вниз, шлюпка, подпрыгнув в воздухе, устремилась ввысь. Нейл и Бекан завопили, что есть мочи, а Эдвард, сжимая штурвал, поднимал маленькую лодку в небо, надеясь не врезаться в укрытые магией эльфа корабли.

– Не переживай, – успокоил его Иден. – Чары уже спали. Ориентируйся на вон те огни. Нет, это не звёзды. Будь осторожен, и постарайся опуститься на палубу, сейчас поднимемся выше, и можно зажигать зеркальный фонарь на носу лодки.

Эдвард так и сделал, поднимаясь выше, не рассматривая загоревшийся лагерь и то, как ничего не понимающие Линг, Биргер и солдаты пытаются сбить пламя с палаток, книг, мертвецов, которых слова некроманта окунули в магический сон.

Ни Линг, ни Биргер не увидели несущуюся с места преступления шлюпку, как и тех, кто послал им в лагерь горящие стрелы.

Гром ударил, будто в шаманский бубен, вспышки молний осветили приближающийся корабль. Нейл зажёг фонарь на носу шлюпки, и луч свет ударил по палубе.

Дозорные матросы на корабле махали руками, расступались, освобождая место для посадки. Эдвард же надеялся не рухнуть на палубу и не разбиться, все ещё не уверенный в мастерстве управления маленьким судёнышком. Потянул на себя штурвал, сбавляя скорость и выбрасывая раздувающуюся подушку из-под днища. Посадка оказалась мягче, чем в лесу на холмах. Нейл крякнул, Бекан, вцепившись в ремни на сидении, охнул, и даже бесстрастный Иден сжал поручни кресла.

Всякий раз, вспоминая первый полет на шлюпке, принц удивлялся, как они остались в живых, веря, что духи предков оберегали его, как это делали всегда.

Команда разворачивать суда прозвучала громко. Мерцающее от вспышек небо опрокинулось ливнем, заставив экипаж забраться внутрь корабля. Двигаясь на медленном ходу, следуя компасу, суда повернули в сторону Зелёного Дола. Попутный ветер и чистое небо оповестили о благоприятном продолжении путешествия, а Бекан сказал, что это знак свыше:

– Чтобы не случилось, друзья, мы преодолеем все преграды и принудим Биргера сложить оружие.

***

Дождь, потушив пожар, спас лагерь охваченный пламенем. Жёлтые языки угасающих костров, превращались в дым. Серый пепел витал повсюду словно снег, лишив утро красок.

Линг недоуменно рассматривал обгоревшие книги, и не сразу понял, что главная магическая ценность исчезала. Оценив потери, чёрный маг сказал Биргеру, что ещё не все потеряно, хотя уже сомневался в собственных словах. Его наполняло отчаяние, и лишь мысль, что наверняка враги не смогут овладеть книгой, вселяла хрупкую надежду.

– То, что она оказалась в руках похитителей не позволит им обратить заклятия восставших из ада вспять. – Линг не казался обеспокоенным в отличие от Биргера, или старался выглядеть невозмутимым образом. – Я попробую отыскать следы вора.

Некромант принюхался и, поморщившись, добавил, что запах гари усложнил ситуацию с поиском.

– Не разочаровывай меня, Линг, – гневно прошипел Биргер, и сам удивился хрипу, что вырвался у него из груди. Он вспомнил ледяное озеро Холгер и то, как был заключён в нём в образе змея.

Хитрый маг склонился перед хозяином:

– Не беспокойтесь, сир, армия готова, а найти лазутчика дело времени.

– Так поторопись! – прорычал Биргер, кутаясь в меховой плащ.

Он вернулся к развалинам и вошёл в обитель Мердока, где в чаше из чёрного агата пузырилась маслянистая жидкость.

Источник практически иссяк, однако Биргер, наклонившись, зачерпнул полные ладони, сделал несколько глотков и умылся. Что-то не так, размышлял он, после превращения в человека с ним стали происходить странные вещи. Теперь они оказались более неприятными, чем раньше. Чудовище став смертным начало стареть.

Сначала об увядании рассказали первые седые пряди на висках, а потом и сетка морщин вокруг глаз. Смерть рядом, и лишь источник Мердока ненадолго возвращал Биргеру молодость.

Белый демон откинул голову назад, ощущая прилив сил, седые волосы снова стали тёмными, морщины разгладились, а прежняя сила вернулась.

Раньше, покуда его хранило бессмертие, он был могуществен и не нуждался в чьей-либо помощи. Теперь за возвращение человеческого облика пришлось расплачиваться.

Биргер подумал об Эслинн, удивляясь, как ей удалось сбежать. На невесту Эдварда у него были особые планы, и чувство досады больно ударило по самолюбию несостоявшегося короля. Он зачесал пальцами длинные волосы мокрые от дождя и спутанные от ветра за уши, веря, что наступит время, когда любая красавица упадёт к его ногам моля о покровительстве.

Только вот ему не нужны были другие женщины, Биргеру хотелось заполучить Эслинн и неважно, что её сердце принадлежало другому. Владея принцессой и Серединным миром, Биргер полностью бы достиг своей цели. Он шёл к ней пятьсот, лет и теперь она казалась, близка – всепоглощающая власть и преклонение, как во времена Магистрата чтили Мердока.

В его глазах пронеслись видения будущего – он на троне пяти королевств, тысячи рабов и наложницы у ног. Руки и ноги невольников скованны цепями, а тела людей окровавлены от тяжёлого труда или кнута надсмотрщика. Эслинн, находясь рядом, не смеет возразить ему. Преданный взгляд принцессы заставляет сердце биться быстрее. Она знает, что каждое слово, противоречия, отзовётся ударом плети, только доставаться удары будут принцу.

Губы Биргера тронула улыбка, он закрыл глаза, предаваясь грёзам. Мечты свойственные чудовищам обладают тем же эффектом короткой эйфории, видениям и переоценке собственных сил.

– Я вычислил гадёныша!

Биргер вздрогнул от голоса за спиной. Линг, пробравшись в развалины храма, мог прочитать мысли хозяина. Слова колдуна сбросили маску блаженства, вернув в реальность.

Ученик Мердока повернулся к магу с молчаливым вопросом, голубые глаза сияли пламенем. Некромант понял, хозяин снова пил из источника. Линг не стал сообщать Биргеру о последствиях, тайно надеясь заполучить власть, если слухи об источнике не врут.

Он не был до конца уверен, но узнал из древних книг – кто пьёт из источника Мердока, ускоряет собственную смерть. Эликсир жизни предназначен для магов, а смертных он призовёт раньше, чем мойры допишут историю их судеб, рассуждал Линг.

– Это гоблин, помощник принца Эдварда, – проговорил маг тихим голосом.

Как правило, он разговаривал вкрадчиво и таким образом, чтобы человек, внимающий ему, слушал, склоняя голову. Неважно, какого сословия или звания, подобное преклонение доставляло колдуну большое удовольствие.

– Жалкий пособник принца! – хрипло проворчал Биргер. Он и не представлял, как Бекан оказался здесь.

– Что-то привело их сюда, – продолжил Линг, сложив пальцы один к одному лодочкой, – они прилетели на каком-то устройстве, потому что следы обрываются. Я осмотрел примятую траву и пришёл к выводу, это очень похоже на лодку. Изучив место посадки, предположу, что это судно может подниматься в воздух.

– Летающая лодка? – усмехнулся Биргер. – И кто же обладает подобной магией?

На мгновение Линг опустил голову и сомкнул веки, его лицо скрылось в тени, и Биргер не заметил коварной ухмылки, змеившейся на тонких губах колдуна:

– Мне нужен магический шар. Его, возможно, отыскать в хламе Мердока?

– Надеюсь на это, – Биргер досадливо сжал зубы, понимая, теперь принцу кое-что известно о его планах.

Он начал подозревать, что Линг не до конца честен с ним, и вёл двойную игру. Исчезновение книги поднявшей армию из мёртвых стало не просто неприятностью. Точно нарочно маг не сообщил ему до сих пор, как подчинить солдат.

Биргер догадывался, что Линг понимал – неумение управлять войском тьмы ставит положение будущего короля Серединного мира под удар. И поэтому маг всячески оттягивал разговор об управлении войском. Что же теперь? Книга исчезла, и все карты в руках иноземного колдуна.

Шар отыскался быстро и, уединившись в развалинах храма, Линг прикоснулся к гладкой поверхности артефакта. Он отказывался подчиниться чужому магу. В последний раз шар служил Мердоку и теперь сопротивлялся новой силе. По его полированной поверхности побежали полосы, и сноп искр ударил в лицо Лингу. Мага не испугала подобная вольность волшебного шара, он нашёл способ договориться с ним, призывая силы земли, воды и огня. Недаром некромант имел способности поднимать мёртвых.

Картина, представшая перед его взором, удивила и ужаснула чернокнижника. Он засомневался, ту ли сторону принял и решил пока не рассказывать всей правды Биргеру.

– Они каким-то образом сумели поднять в воздух лодку и пару больших кораблей, – сообщил некромант хозяину, умолчав, что сотни судов стоят на южной границе готовые к бою. Летающие машины управляемые не магией, а умом и умением человека, что могло стать опасным соперничеством.

Одного не учёл хитрый маг, что Биргер рано или поздно сочтёт сокрытие информации предательством и разделается с Лингом. Некромант умел ждать. Ему не нужна была явная власть, он всегда стремился тайно управлять королями, которые, танцуя под его дудку, оставались уверенны в собственном принятии решений, а не иначе.

Глава 13 Воссоединение сердец

Глава 13 Воссоединение сердец

Забравшись на дерево, Эслинн с грустью смотрела вдаль. За горизонтом облака сливались с вершинами гор. Она вспомнила об отце и королевстве, в котором не была несколько лет. Слёзы подступили в неподходящий момент, но здесь принцессу никто не мог увидеть.

Сначала похищение и плен, потом долгое путешествие. Когда Биргер, в образе дракона, влетел в комнату на постоялом дворе, принцесса оцепенела от ужаса. Он словно призрак подобрался к ней вплотную, напугав и обезоружив стремительным выпадом. Воспользовавшись растерянностью девушки и обратившись в человека, он схватил Эслинн за руки, а потом, превратившись в дракона, вылетел сквозь крышу, как будто умел преодолевать стены, не разрушая их, сделавшись бесплотным духом.

Она закрыла глаза, воспоминания пронеслись, как кошмарный сон. Ночные ужасы давно оставили её, однако страх и отчаяние, сохранили яркий след в памяти, как шрам от ожога. Похищение и бегство от Биргера всякий раз напоминали о себе, теперь для неё стало делом чести уничтожить белого демона.

Эслинн помнила, как Биргер шептал ей, если она уговорит принца не начинать войну, то не станет убивать его. Он повторял, что могущественный чужеземный маг изменит ход истории.

– Тебе лучше быть благосклонной сейчас, Эслинн, а не когда ты станешь моим трофеем.

– Лучше смерть, – бросила ему принцесса, обдумывая план побега. Она никогда не сдавалась, особенно после встречи с Эдвардом, научивший её бороться и сражаться до конца.

Первый страх улёгся, забираясь глубже, оставляя рассудок холодным и расчётливым. Она вспомнила, чему учили её отец и придворные эльфы.

Оглядев комнату, Эслинн понимала, выбраться со связанными руками невозможно. Ей оставалось одно – расположить к себе коварное чудовище. В какой-то момент она перестала с ним спорить, и проговорила кротким голосом, что, в конце концов, сила на стороне мудрости и, немного подумав, не сложно принять решение, на чью сторону встать.

– Но твои слова расходятся с тем, что ты говорила вчера? – Биргер не верил юной принцессе, и ей пришлось приложить немало усилий, чтобы он ослабил хватку.

– Сердце моё принадлежит Эдварду, и я не хочу причинить ему зла. Если ты пообещаешь не убивать его, я помогу тебе.

– Как это приятно, когда в твоём голоске нет ядовитой желчи, – облизнулся похититель. – Но не думай, что своими сладкими речами тебе удастся развязать руки. Я не отпущу тебя.

– Как же я помогу тебе, привязанная к столбу, точно дикое животное? – приподняв бровь, спросила Эслинн. – Пока я сижу на привязи, Эдвард идёт через горы в Морские Земли.

– Вот он удивится, придя в родовой замок, – прошептал Биргер, плотоядно улыбаясь.

Эслинн, сдержавшись, отвернулась в сторону, понимая, стоит ей уговорить демона развязать её, появится шанс сбежать. Только и Биргер знал это, не доверяя пленнице.

Время тянулось долго, и однажды разговоры и взгляды Эслинн принесли плоды. Она согласилась отправиться вместе с демоном к храму Мердока, где Линг повенчает их на Чёрном алтаре Пророчеств.

– Я поверю тебе, когда капли нашей крови смешаются на Чёрном алтаре Пророчеств. Любопытно, как далеко ты готова пойти, чтобы я сохранил жизнь Эдварду.

– До конца, – спокойно ответила Эслинн Биргеру, не отводя глаз от его жгучего взгляда. Он сквозил холодом, несмотря на то, что белый змей стал человеком, взор чудовища остался прежним.

– Докажи свою преданность на ложе, – Биргер посмотрел на кровать застеленную тёплым шерстяным покрывалом.

Между лопаток Эслинн выступил пот, она боялась показать ужас, охвативший её и невозмутимо, как только умела, проговорила, что рассчитывать на ложе может муж, а не похититель.

– Кем я стану для тебя, если соглашусь разделить с тобой ложе до венчания? Я принцесса и если не получишь любовь, но завладеешь телом лишь после того, как узы брака свяжут нас навсегда.

Биргер не ожидая подобного поворота, не мог долго прийти в себя, не понимая, что задумала принцесса. При всём при том, он начал верить, что Эслинн сдалась, и в скором времени будет принадлежать ему без остатка. Тогда он и сможет одолеть принца и его армию, рассуждал Биргер, не сводя глаз с принцессы.

Девушка пристально взглянула на чудовище. Во взгляде уже не осталось вызова, как и не было страха, в нём появилось что-то новое. Как Биргеру хотелось вспомнить прошлое, пятьсот лет в образе мерзкого чудовища оставили неизгладимый отпечаток в душе. Порой он просыпался в холодном поту и ощупывал себя, с радостью понимая, что хвоста и жёсткой чешуи больше нет.

Теперь его снова манили женщины, хотя Биргеру хотелось после ночи на рассвете прокусить любовнице шею, как он сделал бы это раньше, ощущая на губах вкус крови жертвы.

Глядя на Эслинн, он спросил себя, какова же на вкус кровь принцессы. Ему вдруг захотелось укусить её, вместо этого, он сжал девушке плечо, ощущая, как кровь бежит под кожей пленницы, как пахнет её страх.

– Не бойся, Эслинн, пока ты готова служить мне, я не убью тебя. Но если…

– Не стоит, – прервала его принцесса холодным тоном. – Не нужно пугать меня, Биргер. Я не из тех девушек, которые приходят к тебе и жертвуют собой из страха. Моя жертва направлена на спасение Серединного мира. Усталость сделала мои руки и ноги бесчувственными. Если ты не развяжешь меня, недуг вскоре скуёт тело. Вижу, договор со смертью подписать куда проще, чем с тобой.

Биргер медлил, но сдавшись, развязал девушку, понимая, она слишком слаба, чтобы оказать сопротивление.

Он не спускал с неё глаз, пока она засыпала на его ложе. Желание обладать принцессой сделало его слабым, усыпило змеиное чутье, заставив окунуться в мечты.

Поэтому сейчас Биргер никому не мог признаться, как сбежала принцесса. Он сам упустил её, дал возможность уйти, оставить себя в дурацком положении мужчины, которого обвела вокруг пальца девчонка. Она оставила записку, где написала несколько слов:

«Я вернусь за твоей головой»!

***

Эслинн провела пальцами по коротко подстриженным волосам, размышляя, чтобы случилось, если б она помедлила и не смогла выбраться из плена. Нет, принцесса не хотела даже думать об ужасном исходе.

Усыпив бдительность Биргера, ей удалось освободиться от пут, и, переодевшись в мужское платье сбежать из заточения глубокой ночью.

Девушку радовал факт, что ей удалось поговорить с чудовищем, ведь ей стали известны кое-какие планы и удивляло, что в них входило обручение и венчание. «Странно, –размышляла принцесса, – проклятие любви снято, а что если оно как-то подействовало на Биргера. Тем хуже для него, – усмехнулась Эслинн. – Ведь если так, его сердце превратится в камень и расколется на части».

Юная принцесса ошибалась. Биргер не умел любить и не поддавался чарам. Проклятие любви спало, как только Эслинн смогла полюбить сама. Тот, кто пятьсот лет обитал в ледяном озере Холгер, мечтал не только о власти. Он хотел заполучить чистую душу принцессы Эслинн, чтобы потом растоптать, превратив жизнь принца Эдварда в пытку.

Отчего спросите, Биргер так ополчился на принца Морских земель? Всё дело в его родителях. Да, да, как это не показалось бы странным, но все правители королевств Серединных земель связанны родственными узами.

После того, как сила Мердока перешла к Биргеру, его кровные родственники заразились безумием, как и сын Кхиры, правительницы Ледяного королевства.

В те годы, чтобы сохранить мир, Кхира, мать Биргера, заключила союз с Морскими землями, выдав младшую дочь Эльзу за тогдашнего короля на юге Серединного мира.

Эльзу исцелили от проклятия придворные маги, и её не настиг рок магического безумия, как потомков Биргера, и белый змей ненавидел её. Тайно мечтая отомстить за безоблачную жизнь в Морских землях, он ждал, когда наступит час расплаты для потомков его более удачливой сестры.

Корабли Эдварда, под руководством Галвина, взяли курс на Зелёный дол. Миновав грозовой фронт, суда направились в сторону королевства с надеждой, что армия Ледяной страны готова к походу на восток.

Используя волшебную сферу, Эдвард связался с Солвейг и Оланом, с радостью увидев, что дела в королевстве идут лучше, чем предполагалось. Армия орков под началом Алвиса, выдвинулась на границу, двигаясь к королевству эльфов. Рубиновый город полностью восстановили после атаки Биргера, и теперь в бухте готовились корабли для похода к Зелёному долу.

Трусливый Гилмор, недооценив противника, затаился в соляных пещерах на границе королевства Жёлтого тигра. Сбежавшему королю не хотелось возвращаться на Родину с проигрышем в кармане, и поэтому он надеялся получить прощение Биргера.

Используя лазутчиков, Гилмор узнал, что в Зелёном доле собирается армия, для разгрома сил бывшего пленника озера Холгер. Выяснить, что белый демон в развалинах храма Мердока не составило труда, так как Линг сам послал птицу на поиски бывшего хозяина с письмом. Сокол, выученный с помощью магии находить нужного человека, прибыл в стан Гилмора. Это случилось уже после пожара в лагере, и своим появлением птица удивила и обрадовала старого советника покойного Вардена.

В письме Линг сообщал, что дела идут, не совсем удачно, как представлял себе некромант. Биргера одолевают всё чаще мрачные мысли, и маг опасается, что человек, возомнивший себя непобедимым властителем, теряет контроль над самим собой.

«Он верит мне, но магия, исцелившая его, иссякает. Превращение в дракона сожгло много сил, которые понадобились бы ему для нашествия. Зачем Биргеру пришло в голову сжигать земли Морского королевства, заколдовывать короля с королевой сложным заклятием, или тоже сделать с друзьями принца? Эдвард, судя по его действиям, следует более умному плану, и боюсь, удача сейчас на его стороне. Однако не стоит отчаиваться, мой друг. Пока принц ищет врага в лице Биргера, у нас есть время.

Понимаю, захват замка врасплох заставил тебя бежать, но ты всегда был сильным, Гилмор. Подготовь солдат, чтобы нанести удар принцу в спину, когда мы выступим против его армии. Сейчас твой небольшой отряд находится по моим расчётам на западной стороне Зелёного дола. Мы начнём наступление с востока, жди сигнала от сокола, теперь необходимость в долгих поисках отпала, птица прилетит к тебе в следующий раз с наставлением, когда выходить на битву.

Главное верь – твои враги поплатятся за предательство и пока ещё ты король Зелёного дола».

Гилмор перечитал письмо и, скупо улыбнувшись, сложил его вчетверо, пряча в карман. В глазах вспыхнул огонь надежды. Получив поддержку Линга, бывший советник короля Вардена готов последовать приказам мага. Как-никак, он помог ему в устранении короля.

Прослышав о его ссоре с Калдером, Линг сделал заклятие камня в реке Быстрая неотвратимым. Поэтому маг Тревор и не смог обратить колдовство вспять, а умер от странной болезни. Его смерть не вызвала вопросов. Тревор, занимаясь магией и алхимией, мог отравить себя случайно, рассуждал некромант. Так решил и Варден, приняв самое по его словам разумное решение – похитить дочь горного короля Эслинн.

Линг посоветовал Гилмору поговорить с королём о том, что пленение Эслинн заставит Калдера принять условия и действовать согласно желаниям Вардена. Хитрый маг умолчал о проклятие любви, пронзившее сердце короля Зелёного Дола чарами.

Гилмор надеялся подобным способом избавиться и от принца Эдварда, убив двух зайцев. Никто не мог и предположить, что влюбившись в наследника Морских земель, Эслинн, сама того не ведая, разрушила колдовство.

Всё шло по плану, пока Биргер, вырвавшийся на свободу, не захотел обладать Серединными землями, убедив Гилмора, что именно он, Биргер, должен стать новым правителем пяти королевств.

Линг успокоил друга, сообщив, что время всё расставит по местам. Война против белого дракона истощит армию, а принцу не под силу занять трон пяти королевств.

– Биргера погубит собственная алчность и необдуманные решения. Он не так страшен, каким хочет казаться. А главное, принц и правители соседних королевств так не считают, – любил повторять маг Гилмору, как только тот взошёл на престол. – Поэтому ты сделаешь ошибку, если сейчас попытаешься устранить Эдварда. Он весьма популярен в пяти королевствах, и люди не простят тебе его гибели. Народ страшная сила, и если его лишить всего, во что он верит, а так же забрать последнее, заставив голодать и терпеть нужду, появится армия, похожая на волну из камней и грязи, способная похоронить под собой всё, что сейчас даёт тебе силу, славу и могущество.

Гилмор обхватил голову руками, понимая, что зря не прислушался к советам Линга. История пошла по намеченному магом сценарию, и теперь оставалось одно – стать решающей силой в битве войск Эдварда и армией тьмы.

***

– Я рад, что наша небольшая армада выдержала натиск грозы, – улыбнулся Эдвард, выйдя на палубу. Иден встретил рассвет с улыбкой, и с надеждой, что если тучи ушли с горизонта, то и сейчас его товарищам благоволит удача.

Погода стояла на редкость тёплая и солнечная. За последнее время это первые дни, когда казалось, лето вернулось.

Впереди показались холмы Зелёного дола. Деревья, напоминающие ковёр из бурых листьев, и голубые нити рек рисовали карту королевства. Эдвард смотрел на приближающиеся дома поселений, видя, что люди выбегали из домов и размахивали руками, приветствуя летящие корабли. Чувство радости переполняло его, а Бекан, перестав опасаться полёта по воздуху, свесившись через борт корабля, махал рукой жителям деревень и выкрикивали слова приветствия. Его никто не слышал, но гоблину было достаточно ощущать себя в каком-то роде первопроходцем и тайно гордиться победой над собственным страхом.

Для посадки выбрали убранное поле пшеницы, где можно достаточно безопасно приземлиться и не лавировать между зданиями, чтобы не нанести им ущерб. Первым на посадку пошёл корабль Галвина, и Эдвард оценил мастерство механика, который с лёгкостью выпустив шарниры с колёсами, заставил корабль катиться по полю, как огромная телега, невиданных размеров.

Самому принцу посадка судна удалась с трудом. Лоб покрыли капли пота, и только ощутив под ногами лёгкий толчок, наследник понял, что корабль успешно приземлился. Нейл, вздохнув с облегчением, оперся на ручку топора и разглядывал жёлтый простор, где вместо колосьев – стога с сеном, а вдалеке виднелся лес.

– Удачно довольно-таки, – улыбнулся Иден, похлопав Эдварда по плечу. – Мне бы и самому хотелось испытать свои силы в воздухоплавании.

– Не переживай, в скором времени, тебе придётся этим заняться, – кивнул ему в тон Эдвард. Заглушил двигатель и, отдавая приказ с капитанского мостика опустить паруса и выбросить шварт с якорем.

Впившись в рыхлую землю «рогами», носки лап тяжёлой махины буквально вспахали поле, затормозив ход судна.

Ветер тёплый и сухой, будто спустившись на землю, согрелся от матушки земли. Вверху, между облаками, он не настолько сговорчивый. Теперь же, стал приятным напоминанием о лете.

Замершие мачты кораблей возвышались над снопами стогов, и несведущему человеку показалось бы странным их появление. Вскоре к месту посадки от замка Варден, прискакал небольшой отряд, предводитель которого сообщил, что принцессы ожидают Эдварда и его товарищей во дворце.

Через пятнадцать минут с другой стороны прибыли солдаты народного ополчения, вставшие на охрану воздушных судов. Наездники, приготовившие лошадей для принца и его друзей, спешились и встали в караул, а матросы, оставшись на кораблях, принялись проверять снасти и приводить их в порядок после воздушного плавания.

Эдвард и Галвин ехали бок о бок, с правой стороны шёл конь Идена, а чуть поодаль лошади Бекана и Нейла.

– Вот принцессы удивятся, увидев нас! – выкрикнул Нейл.

– Я думаю, нас больше удивит Эслинн, – добавил Иден, взглянув на Эдварда. – Даже мне любопытно, как хрупкой принцессе удалось собрать армию Зелёного дола.

Принц молчал. Удивление и радость от известия, что Эслинн жива, сменились озабоченностью, ведь опасность стала для неё ощутимее. Он не стал высказывать мысли вслух, а улыбнувшись, кивнул эльфу, направляя лошадь в сторону замка Варден.

На мгновение он отрешился от всего окружающего, перед лицом появилась Лиа – озёрная дева, молча кивнувшая Эдварду. Он услышал её голос, говоривший, что скоро настанет время, когда принцу понадобится воспользоваться волшебным жезлом. «Но противник не тот, кем кажется, опасаться следует тех, кто служит врагу, Эдвард»!

Голос Галвина заставил принца прийти в себя. С глаз спала пелена, и неимоверная усталость сменилась бодростью и ясной головой.

– Что с тобой, мой друг? – спросил участливо Галвин, заметив перемену в принце.

– Меня посетило видение, – ответил он, не желая скрывать от друзей происходящее.

– Видение?! – удивился Галвин, вскинув брови.

– Так бывает, – успокоил его Иден, похлопав по плечу. – Эдвард необычный человек. Именно о нём гласит пророчество Мердока.

– О том самом воине, сумевшим объединить пять королевств, и победить ужасного белого змея? – спросил похолодевшим голосом Галвин.

Иден взглянул на принца и кивнул.

– Эдвард и сам не знал о своём предназначении. И скажу, он до сих пор не верит, что его появление в Серединных землях не случайно.

Принц, не прислушиваясь к разговору Великого механика и эльфа, двигался вперёд, видя, что ворота замка Варден подняты, а на каменном мосту через реку стоит юноша в тёмно-коричневом походном платье.

Подъехав ближе и спешившись, Эдвард обомлел, не сразу узнав в мальчишке свою невесту. Длинные волосы беспощадно обрезаны, а мужской костюм делал её похожей на парня. На широком поясе кинжал в ножнах, а через плечо перекинута дорожная сумка.

– Здравствуй, Эдвард, – проговорила Эслинн, скупо улыбнувшись. – Наконец-то мы увиделись снова.

Принц, не веря глазам, коснулся её плеч, словно пытаясь удостовериться в реальности происходящего. Лицо девушки повзрослело, и белоснежная кожа загорела от солнца, как у мужчины воина. Он провёл пальцами по её волосам, а потом прильнул к губам принцессы Горного королевства, ощущая, как соскучился.

Он слышал биение её сердца, и весь мир на несколько минут стал для него неинтересен и скучен. Реальность вернулась, походя на гигантскую волну. После мгновений счастья встречи после разлуки, сердце снова заполнила тоска и страх потерять любимую.

– Эслинн, – прошептал он, прижимая девушку к груди. – Как тебе удалось вырваться из плена Биргера?

– Я расскажу тебе позже, а пока идём, принцессы ждут вас.

В тронном зале, где пурпурные флаги сменили стяги фамилии Варден, стояло пять золотых кресел.

В центре сидела старшая из дочерей покойного короля – Айрис, она по праву возглавила королевство. Разделив власть между сёстрами, она поступила мудро, избежав раздоров и недопонимания, распределив обязанности между принцессами в управлении Зелёным долом. Сейчас, когда опасность подступила к границам королевства, и запах войны витал в воздухе, сёстры сумели сплотиться и объединить княжества. В зале присутствовали наместники областей королевства, придворные и военачальники.

– Доброго вам времени! – поприветствовала гостей Айрис, а сёстры кивнули им, улыбаясь, не скрывая радости от встречи с Эдвардом и его друзьями. – К вечеру прибудут Солвейг и Олан, их армия встала на границах столицы, а так же наши солдаты под предводительством Эслинн ждут приказа направить свои силы в бой.

– Рад вам, принцессы, – улыбнулся наследник Морских земель, приложив руку к груди и склонившись в низком поклоне. – Мы вернулись из лагеря Биргера, где устроили небольшую диверсию. К сожалению это комариный укус, пока некромант Линг помогает белому демону. Он создал армию из мёртвых, и готовится к нападению. Мы пока не знаем, как одолеть восставших из ада, но Бекану удалось кое-что похитить у чародея Линга. Поэтому я очень надеюсь, что с помощью Солвейг и Олана нам удастся совладать с магической книгой приспешника Биргера.

– К тому же на границах Морских земель армада летучих кораблей, ждёт приказа отправиться в путь, – добавил Галвин.

– Нас много больше, чем мертвецов из армии тьмы, – продолжил Иден, – но меня смущает, с какой лёгкостью Линг умножает ряды восставших из пекла. Не стоит радоваться изобретению Галвина, и решимости наших соотечественников. Я опасаюсь, что Биргер припас для нас что-то страшнее скелетов в мундирах. Какое-то предчувствие не даёт мне покоя.

Эдвард кивнул словам друга и добавил, что похожее ощущение не покидает и его. Бросать войска на армию Биргера не стоит, действуя импульсивно.

– Конечно, – произнесла Эслинн, вышедшая на середину зала. – Вы правы во всем, друзья, но не учли одного, что у каждого противника могут быть свои люди притаившиеся за нашими спинами. И неважно, сколько их, не в количестве дело, а в размере ущерба способного нанести нам жестокий удар. Меня смущает тот факт, что никто не смог отыскать Гилмора, недооценивать его не стоит!

– Ты считаешь, Гилмор представляет угрозу? – спросила Айрис скорее насмешливо, чем серьёзно. Темноволосая Брианна кивнула, соглашаясь с сестрой. – Порой стоит опасаться не таких, как бывший советник нашего отца, – добавила Гвен, – а тех, кому доверяешь. – Кого ты имеешь в виду? – спросила Эслинн, ей не нравился настрой сестёр. – Никого конкретно, но если вспомнить Гилмора, он был для отца близким другом, – продолжила Брианна. – Так можно подозревать всех. – Эдвард вышел к Эслинн и повернулся к собравшимся в тронном зале. – Недоверие друг к другу и страх – именно это нужно врагам! Я уверен в товарищах и знаю, они не подведут, поэтому если у вас есть, кто на примете скажите здесь и сейчас, и поставим точку.

– Брось, Эдвард, – вышедший из толпы Олан оповестил о своём прибытии. – Я предлагаю, собраться в зале советов и решить каков будет план, а потом сообщить об этом военачальникам. – Твои слова не лишены смысла, – кивнул Эдвард и поприветствовал появившихся Солвейг, Атти, Алвиса и к собственному удивлению Калдера – Горного короля.

Властелины пяти королевств собрались в одном месте, и теперь необходимо выстроить правильную стратегию. Мысль, что его родители не могут присутствовать здесь заставила сердце принца сжаться, словно холодная змея влезла между рёбер.

Он понимал, что пришло время принимать решения и многое зависит от него.

Правители внимали словам принца, и, впервые за долгое время, Эдвард понял – общая беда сплотила государства, заставила их стать одним целым, забыв прежние недовольства и обиды.

Раскинув на круглом каменном столе карту Серединного мира, Эдвард, Калдер, Айрис, Солвейг и Эслинн встали вокруг неё, пристально разглядывая изгибы рек, изломы гор, тропы путников, леса и поселения. В какой-то миг карта ожила, а изображение из рисунка превратилось в объёмную картинку, словно её наблюдали с высоты птичьего полёта. Движением руки и силой мысли, Эдвард вывел часть кораблей из-за гор, оставив основные, крупные суда укрытые лесами Зелёного Дола, не сбросившим бурую листву.

Солвейг «направила» войско орков с северной стороны королевства, вместе с ними шагали эльфы лучники и конница.

Тёмное пятно, именуемое армией восставших из ада, медленно растягивалось от владений Жёлтого Тигра, оно напоминало смоляную лужу, и оценить верно его действия сейчас казалось не под силу. Однако на то карта и являлась не простой, а волшебной, с заложенной теорией вероятности при известном соотношении сил, когда можно выяснить слабые стороны противника и выстроить верный план нападения или отбиться от атаки.

Путей отступления короли не искали, загоняя армию тьмы в кольцо. С одной стороны наступала тяжёлая пехота орков, а лучники превратили стрелы в рой из жалящих ос.

Вышедшие из-за гор летающие корабли обрушили с неба стихию огня, а появившиеся из пещер тролли, гоблины и гномы добивали войско противника. Мертвецы отступали. Тролли и орки разрывали восставших из преисподней на части, и казалось, что все усилия останутся тщетными, пока Иден не крикнул, что если разрушить магию с помощью книги Линга с чудовищами будет справиться куда легче. – Хорошо, – согласилась Эслинн. – тогда мы одолеем монстров Биргера, но если добавить тёмную лошадку в наши ряды, о которой говорила Брианна, исход битвы может быть решён не в нашу пользу, не смотря на численное преимущество. Даже если добавить в лесах у Быстрой и Чёрной реки небольшие отряды солдат, угроза предательства стирает все наши усилия. Вот взгляните.

Эслинн провела пальцами по карте, материализуя небольшой отряд, появившийся ниоткуда и помогающий главному врагу выбраться уцелевшим из кольца.

– Но мы не можем зацикливаться на мыслях о предателе, – вмешался Калдер. – И, в конце концов, разберитесь с этой магической книгой Линга. – Главное, мне ясно, в какое время направлять корабли на армию восставших, – проговорил Эдвард, – Галвин поработал на славу. Айрис, вели расставить на южных границах особо обученных дозорных, чувствую, что армия Биргера не станет вести мертвецов другим путём – с одной стороны горы, с другой болотистая местность и снова горный хребет. – А там страна Красного Дракона, откуда явился Гилмор, – добавила Айрис, – поэтому неизвестно откуда к нему придёт помощь. – Гилмор не получит помощи у тех, кто изгнал его, можешь мне поверить, – улыбнулся сжав губы Эдвард. – Иден, неси сюда книгу, пора разобраться с ней!

Карта, снова обратившись в бумагу, была сложена вчетверо и убрана в один из старых шкафов зала советов. Теперь на столе месте лежала книга Линга, магический фолиант некроманта, создавшего армию мертвецов. Связанная заклятием, она пыталась вернуть к жизни стража – змею, способную затуманить разум и не позволить прочесть или применить хотя бы одно заклятие.

– Я попросила прийти магов и алхимиков, всех знатоков древних книг, – сказала Айрис. Эслинн, кивнув, посмотрела на Калдера и Солвейг, говоря, что родители так же умеют управлять магией. Иден и Олан выступили вперёд, рискнув договориться с магическим томом. Но ничего не выходило из напряжённого чтения заклинаний, выливания настоев и высыпания магических трав, проведения ритуалов с приношением в жертву птиц и лягушек, а так же чтение заговоров древних.

Эслинн, наблюдая за происходящим действом, повернулась к Эдварду: – Знаешь, эту страшную книгу способна усмирить только любовь, по-настоящему чистая и искренняя. – Почему ты решила так? – спросил принц, коснувшись щёк принцессы ладонями. – Взгляни на Калдера и Солвейг, их чувства по-прежнему сильны, и если мы говорим о своей любви без стеснения или страха, их охватывает ужас перед признанием, перед тем, как простить друг друга.

Эдвард глянул в сторону Солвейг, раскрасневшейся то ли от огня, то ли от чтения заклинаний, а потом уловил момент, как она смотрит на горного короля, как вспыхивают румянцем её щеки, если их взгляды пересекаются. Король и королева не говорили друг с другом, но если понаблюдать за ними становилось ясно, в их сердцах пылал огонь любви, и принц согласился с Эслинн. Только пожар нерастраченных чувств способен укротить проклятую книгу.

Айрис похлопала в ладоши, это было скорее разочарованием, чем радостью успехам придворных кудесников.

– Уже поздно, и думаю, нашим гостям стоит отдохнуть перед завтрашним днём, – сказала она. – Айрис, – прошептала Эслинн, – у меня есть идея. Не о чём не спрашивай, но попроси Калдера и Солвейг остаться. Придумай что-нибудь.

Айрис с удивлением и непонимание взглянула на Эслинн, но кивнув, продолжила, что горному королю и королеве эльфов и Ледяной страны необходимо остаться, чтобы выполнить один древний ритуал. – О чём ты говоришь? – непонимающе спросил Калдер, нахмурившись, не замечая, как берёт Солвейг за руку. – Какой ритуал? – Мне… Мне нужна ваша кровь, – начала на ходу придумывать принцесса, ещё не понимая куда приведёт идея Эслинн. – Кровь родителей, чей ребёнок рождён в любви… – Что?! – Солвейг, опустив глаза и увидев пальцы Калдера на запястье, вздрогнула, однако горный король не торопился ретироваться. Он обнял королеву и прошептал ей так тихо, что только Солвейг услышала его слова: – Я всегда любил тебя, знаю, и ты не забыла меня. Возможно, пришло время, когда пора забыть прошлые обиды и боль? Прости меня, если это прощение спасёт всех нас и направит друг к другу наши сердца. – Знаешь, Калдер, – улыбнулась Солвейг в ответ, пытаясь, высвободится из объятий горного короля, – ты выбрал не то место и время для признаний. – Но ты слышала, что сказала Айрис? – Айрис что-то путает… – Солвейг! – выкрикнула Эслинн, – прости отца, ведь только ваша любовь способна укротить эту книгу зла, и разрушит чары управляющие ей!!!

Королева эльфов с недоумением взглянула на давно потерянную дочь, а потом прочитала по её губам, как она называет её мамой и заплакала. Калдер привлёк к себе королеву, гладя пальцами по длинным волосам. Маги, алхимики и заклинатели разошлись. Иден с братом скрылись, решив, что сцена примирения слишком личное, не достойное чужих глаз событие. Так же поступила и Айрис, увлекая за собой Эдварда с Эслинн, прижимая указательный палец к губам и закрывая двери в зал советов.

*** В полумраке легче находить необходимые слова, когда губы не стянуты ярким светом, как будто все промахи и грехи лежат на поверхности и видны каждому.

Калдер склонился к опустившейся на каменные плиты Солвейг и коснулся губами холодного лба королевы. Потом сел рядом и обнял мать своей дочери: – Неужели всё прошло зря, и не было и дня, чтобы ты не думала обо мне? – Я вспоминала тебя всякий раз, когда видела Солвейг, когда ты лишил её меня, когда Исгерд называла Эслинн бастардом, а меня потаскухой. – Солвейг заплакала, – а ещё вспоминала тебя всякий раз, когда ненавистный Балдер приходил ночью и делил со мной ложе, и как Биргер съел нашего с мужем нерождённого ребёнка. А как часто ты думал обо мне, Калдер? – Каждый раз, как смотрел на Эслинн, и каждую минуту, когда чародеи Вардена похитили её и заточили в башне. Всякий раз, когда объявившийся рыжий принц решил вернуть нашу дочь и сам того не ведая снял проклятие любви с сердца нашей дочери.

Свечи на стенах оплыли и почти что догорели, превращая полумрак в темноту.

Когда ночь вползла в раскрытые окна, укутав одеялом из тёплого ветра, Калдер и Солвейг плакали и прощали друг друга, целуясь и сжимая объятия.

Проклятая книга некроманта Линга на мгновение вспыхнула зелёным светом, обратив стража змею в пепел и разрушив колдовские чары чёрного мага. Кто бы мог подумать, что идея Эслинн укротила страшного стража книги

Незаметно промчались часы, пока Калдер и Солвейг говорили друг с другом. Они заснули в объятиях друг друга, прижавшись спинами к гобелену. Осенний ветер, сжалившись над ними, сменил стремительный полёт, увлекая бурую листву на запад. Сизая туча, грозившая разразиться ливнем, тяжело вздохнула и понеслась гонимая братом Северным ветром в сторону гор.

Эслинн и Эдвард не спали, проговорив всю ночь. Принцесса, наконец, призналась, что заставило встать её на путь воина, и как сильно она возненавидела Биргера.

– Мне было очень страшно, когда я поняла, что ничего не смогу сделать против этого чудовища, Эдвард. Мне пришлось согласиться с ним, отправиться к Храму Мердока и соединить свои судьбы узами мерзкого брака, осквернённого некромантом Лингом. Я старалась изо всех сил сделать всё, чтобы Биргер поверил мне и освободил от верёвок. Уж тогда, размышляла я, мне удастся выбрать шанс для побега. В какой-то момент я вспомнила всё, что рассказывал мне отец, как он учил меня стрелять из лука, преодолевать крутые подъёмы в горах и взбираться практически по отвесной стене не имея страховки. – Эслинн, – нежно проговорил принц, обнимая принцессу, – я уже считал, что никогда не увижу тебя прежней, моё сердце было готово разорваться от ужаса перед тем, что с тобой могло случиться. Ты удивила меня, поразила всех. Собрать армию и выдворить Гилмора из дворца… – Погоди, – Эслинн прижала палец к губам. – Я не зря начала это разговор в тронном зале. Гилмор не так прост, как кажется, и часто от труса можно ожидать куда больше подлости.

Глава 14 Пауки

Глава 14 Пауки

Светлые силы собирали войска, а Биргер не мог позволить себе расслабляться. Армия мертвецов только на первый взгляд казалась надёжным прикрытием в стратегии колдуна. Злодея смущало нежелание Линга полностью подчиняться. В какой-то момент, тот, имя которого ещё недавно ввергало в ужас, понял, что некромант не так прост, как кажется и увядающий непризнанный король винил в пошатнувшемся здоровье коварного придворного мага.

– У меня есть приятная новость, мой король.

Линг поморщился от взгляда Биргера, глаза которого наполнило презрение.

– Они смогли уничтожить хранителя книги, – бросил Линг, и тут же подняв руку ладонью обращённой к Биргеру, остановил его недовольство, которое так и вертелось на кончике языка. – Не спешите, сир, дайте сообщить, что книга теперь у Гилмора и надёжно спрятана.

Биргер удивлённо приподнял кустистые брови, и кивнул, давая некроманту закончить объяснения.

Линг, не вдаваясь в подробности, поведал об обученном соколе, умеющем передавать послания и совершать небольшие поручения. По словам мага, птице удалось на следующе же утро, после того, как правители пяти королевств обезвредили стража, украсть книгу прямо из-под носа спящих Калдера и Солвейг.

– Влюблённые голубки, – едко рассмеялся Биргер, – недолго птичке гнёздышко вить.

– Они пытались разрушить магию с помощью книги, и обезвредить войско восставших из пекла, – продолжил Линг, – но к счастью моя птица разрушила планы Эдварда и примкнувших к нему.

Биргер кивнул, удовлетворённо взглянув в сторону Линга. Скрестил пальцы, разглядывая сквозь них пламя свечей.

– Я вижу, твои старания приносят определённые плоды. Однако магия больше не исцеляет меня!

– Я предупреждал вас, сир, что если разбить медальон, вы станете смертным. Наградив магией ваше сиятельство, я не рассчитывал, что так скоро она растратится, и сейчас существует лишь один выход, который…

– Говори! – резко оборвал его Биргер, брызгая слюной, – или ты думаешь, мне не известно, каким образом использовать магию?! Здесь что-то явно не так и в этом лишь твоя вина, Линг.

Некромант, опустив голову, не пошевелился, его губы тронула лёгкая усмешка, которую Биргер не заметил. Он ходил по каменному залу развалин храма Мердока, обрушивая на стены ругательства.

Когда ярость хозяина немного стихла, Линг поднял бледное лицо и, сузив раскосые глаза, покачал головой.

– Я не сомневаюсь в вашем умении распоряжаться магией, но чтобы делать это так, как это случалось во времена, до проклятия матушки…

– Не вспоминай мерзкую старуху! – проревел Биргер, теряя терпение. Его глаза налились кровью, однако Линг оставался невозмутим. – Говори, как мне снова овладеть колдовством, чтобы огонь магии зажёгся в сердце. Сможешь ли ты провести ритуал, как это сделал в своё время Мердок?!

Линг кивнул, едко улыбнувшись, пока ход мыслей хозяина говорил магу, что он на правильном пути.

– Сир, вы должны понимать – овладение духом магии опасная процедура. Духи могут свести вас с ума, или уничтожить, если ваша плоть не сможет принять их. В то время вы были молоды, полны сил, и если бы сдержались и не колдовали после того как сбросили змеиную шкуру, в вас осталось бы больше жизненной силы, и процесс обращения имело смысл провести как можно скорее. Сейчас же я не уверен в благоприятном исходе…

– Не уверен он, – буркнул Биргер.

Он и сам понимал, что Линг прав, но не хотел проявить слабость или показаться немощным. Именно сейчас ему необходима сила. Самое обидное оказалось, что он не доверял некроманту, как и никому в окружении. Биргер знал, что остался один на один с желанием восстановить власть, и поэтому необходимость оставаться на вершине в превосходстве сил, теперь стала важной, как никогда.

Он махнул рукой, давая понять Лингу, что хочет остаться один. Тёмные стены развалин казались мёртвыми, однако Биргер надеялся достучаться до тех, кто остался в сером камне, покрытом мхом. Магическая сила теплилась внутри, и он, желая рискнуть всем, отправился к алтарю.

Тонкие пальцы с длинными ногтями коснулись чаши, в её край, словно морщина, врезалась глубокая трещина. Потом он провёл рукой по стене, одиноко возвышающейся в просторном зале, поглощаемом плющом.

Он вслушивался в дыхание камня, искал следы духов, слыша цокот коготков гигантских пауков живущих над полуразрушенным сводом.

Подняв глаза вверх, Биргер увидел двух тварей. Восемь паучьих ног покрывала жёсткая щетина и острые шипы. Чудовища величиной с лошадь наблюдали за постаревшим королём, пока маленькие огненные глазки оного из пауков не встретились с проницательным взглядом Биргера.

Используя последние силы старик, воззвал к твари, приказывая привести к нему дух Мердока, а потом услышал тихий хриплый голос идущий сверху. Он принадлежал пауку, которого Биргер не увидел сразу. Чудовище оказалось крупнее своих собратьев, а его глаза светились жёлтым огнём. Щетина, покрытая серебром, словно проседью играла в лунном сиянии. Паук хрипло рассмеялся и зловонным дыханием затушил свечи. Пламя, задрожав, погасло, окуная полуразрушенный зал во мрак.

Жёлтые глаза твари вспыхнули, и Биргер понял, что монстр рядом, он спустился с крыши, используя вязкую паутину, застыв возле него.

– Как быстротечно время для человека, – прохрипел паук, перебирая лапами.

Биргер вглядываясь в черноту пустоты, вскоре понял, что глаза отлично приспособились к темноте.

– Я помню тебя, Биргер, и давно наблюдаю за тем, что ты устроил в храме Мердока.

– Мердок мёртв…

– Тсс, – прервал его паук, и Биргер ощутил, как его опутывает липкая паутина. – Мальчишка Биргер, желающий снова стать великим магом! – Чудовище тихо рассмеялось, – чем ты готов пожертвовать, чтобы вернуть себе способность повелевать миром?

Паутина обмотала ноги и руки, однако Биргеру не было страшно.

– Я способен на всё, паук, если ты поможешь, Мердока давно нет здесь, но его дух способен подарить мне прежнее могущество.

Паук снова рассмеялся скрипуче, словно старое кресло, его глаза приблизились к лицу старика:

– Как жаль, что я уже не могу забрать твою молодость, но вот плоть, – тварь задумчиво усмехнулась. – Мердок не совсем умер, мой друг.

В голосе паука, Биргер узнал знакомые нотки, словно уже когда-то слышал их.

– Если бы я не узнал тебя, Биргер, мои дети растерзали бы всех, выпив до дна. Вот только устал я плести паутину, сейчас мне хочется вернуться к людям, посмотреть, как живётся им в Серединном Мире. Мире, который создали мы, маги круга.

Биргер, почти, что лишился дара речи. Паутина сжала ему ребра, отчего дышать становилось труднее с каждым выдохом.

– Меня радует, что ты понимаешь меня, – прошипел паук, заматывая Биргера в кокон и поднимая на полуразрушенную крышу храма Мердока.

***

Эдвард проснувшись, не мог избавиться от странного чувства, когда понимаешь, что тот, кого ты хорошо знаешь, совершенной другой человек. Нет, он не боялся нового, но теперь в груди просыпались иные чувства. Глядя на спящую Эслинн, принц нежно коснулся её лба пальцами убирая перо, упавшее с подушки. Ресницы вздрогнули, и принцесса открыла глаза. Они молча разглядывали друг друга.

Воспоминания о прошедшей ночи будоражили, заставляли дыхание сделаться частым, как и сердцебиение превратиться в танцующих бабочек. Ночь, где свидетелем стали луна и звёзды, расставила всё по местам. Эдвард и Эслинн любили друг друга, отрешившись от опасностей и предстоящего сражения. На сожаление или мечты о будущем у них не оставалось времени.

– Знаешь, это спокойствие расслабляет армию, – проговорил вполголоса Эдвард, погладив Эслинн по плечу. – Никаких вестей от разведки, точно наши лазутчики заблудились в лесах около развалин храма.

– Знаю, – удручённо кивнула принцесса. – Это затишье перед грозой. Биргер так просто не отступится и ждёт подходящего момента. Пора собирать совет. – Она поднялась с постели, откидывая одеяло, заставляя принца сжать губы. – Вчера мы говорили с Айрис, она предположила, что Биргер совершит нападение в тот момент, когда мы точно этого не будем ожидать. Уже прошло почти две недели, а внезапное известие о грядущей войне скоро перестанет будоражить сердца. Солдаты хотят вернуться домой, к семьям, да и Зелёному Долу дорого обходится содержание армий. Ледяное королевство с войском орков, уже подумывают отдать приказ отправить флот с провизией, чтобы поддерживать воинов в нужной форме.

– Ты права, – Эдвард отбросил назад длинные рыжие волосы. – Но не думала ли ты отправить армию в горы, чтобы первыми атаковать Биргера и его приспешников? Да, и меня волнует, что Гилмора до сих пор не смогли обнаружить лучшие ищейки. Чувство, что назревает что-то нехорошее, разрастается с каждым днём. И так жаль, что книга исчезла, неужели во дворце находится изменник.

– Поэтому и надо поговорить с Солвейг, Калдером, с сёстрами. Жаль Иден отправился в поход к храму. Лишь то, что он с разведчиками немного успокаивает меня, потому что Иден смышлёный парень, хоть и эльф.

Эдвард лукаво улыбнулся в ответ, упомянув, что надменность эльфов является отличительной особенностью этого народа.

– Пора завтракать, и, думаю, что не грех воспользоваться волшебной сферой, чтобы связаться с Иденом, хоть он и просил не делать этого.

– Эслинн, – покачал головой Эдвард, – сфера своим свечением может выдать всех, да и любой маг учует возмущение пространства. Придержи коней. Думаю, в крайнем случае, Галвин придумает, какую-нибудь новую штуку. А нам необходимо знать, как незаметно пробраться к лагерю армии восставших из преисподней.

– Галвин предлагал кое-что, – покачала головой Эслинн, а Эдвард, взглянув на её растрёпанные волосы, улыбнулся и коснулся их ладонями.

– Идём… Стой! Ты слышала?

В какой-то момент принц прислушался, а потом увидел, как из сферы стоящей на столе доносится странный гул. Она не светилась, а гудела, точно рой потревоженных ос.

Эдвард, осторожно коснувшись волшебного шара, увидел, как в выпуклой поверхности появилось лицо Идена. Оно показалось ему обеспокоенным, и говорил эльф тихо, точно опасаясь, что кто-то может подслушать разговор.

– Иден, дружище, – улыбнулся Эдвард. – Мы только вспоминали тебя, что происходит? Мне стоит беспокоиться?

– Я думал, что у меня не получится сообщить тебе…

На мгновение лицо Идена скрылось в дымке, принц взял сферу в ладони и вгляделся в туман, словно шар был наполнен дымом.

– Остались только я и Ансгар, – Иден понизил голос до шёпота. – Готовьтесь, скоро нагрянет не просто армия восставших из пекла, Биргер придумал что похуже …

– Иден! – Эдвард потряс сферу. Слова Идена стало сложно разобрать, и голос друга утонул в пустоте. – Иден! – крикнул принц, пытаясь услышать ответ. Однако тишина не могла рассказать ни о чём, оставив вопросы без ответа и тревогу, что разрасталась в груди.

– Я беспокоюсь за нашего друга Идена, – тревожно обронила Эслинн, прижимая ладони к лицу. – Наше чутье не обмануло. Думаю, сегодня же усилить охрану границ и приказать армии находиться в боевой готовности.

Внезапный грохот заставил Эслинн вздрогнуть, а Эдвард, схватив ножны, вложил в них меч, закрепляя на поясе. Ужасный треск оповестил о том, что во дворце происходит что-то плохое. Принц, осторожно открыв дверь, выглянул наружу, не видя ничего кроме дыма.

Эслинн, сжимая арбалет, вышла следом. С одной стороны дым скрывал их, но источник его заставлял задуматься, что это не случайное происшествие.

– Погоди, я сейчас! – крикнула Эслинн, выбегая в сторону балкона, с которого открывался вид на городскую площадь.

– Стой! – крикнул Эдвард, видя, как между ними промелькнула тёмная тень.

Скрежет и шипение заставили обоих отскочить в сторону и влюблённые, потеряв друг друга из виду, отчаянно пытались выбраться из комнаты, где занялся пожар.

– Эслинн! – принц бросился в сторону балкона, надеясь, что не ошибся, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Успевая совершить прыжок, Эдвард оказался на площадке, видя, как за спиной обрушивается этаж, поднимая клубы пыли, увлекая за собой громадное существо с красными горящими глазами.

Принцессы нигде не видно, полуразрушенный балкон грозил обвалиться. Внезапный отчаянный крик оповестил принца, что Эслинн рядом. Он бросился к краю и увидел, что девушка с трудом держится за обвалившиеся перила, рискуя рухнуть вниз.

– Держись! – только и смог выкрикнуть Эдвард, бросаясь на помощь принцессе, ощущая, что сейчас может потерять самое дорогое. – Хватайся за руку!!!

Стараясь не оступиться, он пытался вытащить Эслинн, чудом, держащуюся, за каменный выступ. Её волосы стали серыми от пыли, куртка на спине лопнула, разойдясь по шву. Принцесса цеплялась из-за всех сил, и когда силы были уже на исходе, Эдварду удалось её втащить на полуразрушенный балкон. Они вцепились друг в друга, не говоря ни слова, не боясь выдать окутывающий их страх.

– Надо как-то выбираться, – наконец проговорил Эдвард. – В лесу спрятаны корабли и вся надежда на них. Пока надо отыскать Галвина и остальных капитанов…

– Как же мы спустимся с балкона, он теперь похож на утёс? – спросила Эслинн, глянув вниз.

Эдвард, воспользовавшись кинжалом, попытался зацепиться за остатки поручней. Покачав головой, посмотрел вниз, понимая, спуститься не так просто как кажется. А потом над ними что-то пронеслось, развеивая дым. Принц и принцесса задрали головы, надеясь, что им удастся увернуться от новой напасти. Однако вскоре Эдвард услышал крик Бекана, а потом и увидел шлюпку, которой управлял Галвин.

– Забирайтесь скорее! – крикнул он, выбрасывая маленькую верёвочную лесенку.

Неожиданный поворот стал доброй вестью, принц ухватившись за лесенку, помог Эслинн взобраться. У неё это получилось, как у заправского матроса и, последовав за ней, Эдвард оказался в шлюпке.

Клубы пара смешивались с дымом. Галвин потянул на себя рычаг, поднимая шлюпку вверх, к одному из кораблей.

– Хорошо, дозорные сообщили о странном движении с севера! – крикнул Галвин пытаясь перекричать шум двигателя, – однако никто не ожидал подобного нападения.

– Армии восставших из пекла нет! – добавил громко Бекан. – За то огромные пауки и те, кто примкнули к Биргеру!!!

– Пауки? – переспросила Эслинн.

– Иден вернулся один, – уронил Галвин. – Его обнаружили дозорные на западной стороне. Твой друг тяжело ранен и он на корабле!

Вверху показалась тёмная тень. Сквозь дым от пожара проступил корпус судна, а у Эдварда заколотилось сердце. Он сжал руку Эслинн, но ничего не говорил, а пытался собраться с мыслями. Нападение, которого все ждали, случилось внезапно. Жуткие насекомые невероятных размеров разрушили половину Дэрвайга, пожирая уцелевших и не успевших спрятаться на их пути.

– Ты не видел Биргера, – прошептал Бекан, склонившись над самым ухом товарища. – Он сидел верхом, на огромном пауке покрытым чёрной щетиной с проседью и точно управлял им, отдавая приказы. Жаль Арахнэт остался в Морских землях, его бы совет сейчас был бы кстати.

– Я бы рад отправиться в твоё королевство, – удручённо пробормотал Бекан, – но только уверенности нет, что Арахнэт дожидается нас в хижине.

– Мы не захотели брать его с собой, так как наше предприятие не просто дальнее, но и опасное. – Эдвард посмотрел на Галвина и тут же вспомнил об Идене: – Что с нашим другом? Он в сознании?!

– Да, Эдвард, – подавленно кивнул Великий Механик. – Иден на корабле, и сейчас ты сможешь сам поговорить с ним.

Шлюпка плавно опустилась на палубу, и, как показалось Эдварду, посадку Галвин совершил намного успешнее и мягче, чем принц, когда в небесах громыхала гроза, а они пытались уйти незамеченными от Биргера и некроманта Линга.

Эслинн отряхнула волосы от пыли и, окинув себя придирчивым взглядом, покачала головой:

– Стоило бы подыскать подходящий размер.

Бекан посмотрев на разорванную куртку принцессы, кивнул и спросил Галвина, нет ли на корабле одежды для принцессы.

Механик смерил взглядом миниатюрную фигуру Эслинн и удовлетворённо кивнув, двинулся на капитанский мостик, бросив Бекану, чтобы тот отвёл Эдварда к эльфу:

– Что-нибудь подыщем. Пока отдам приказ отправляться остальным кораблям в сторону леса, а ты проводи их к Идену!

Великий Механик задержал взгляд на принце, словно хотел что-то добавить, а потом, ускорив шаг, взбежал по ступеням.

– Идём, принц, – нетерпеливо потянул его за собой гоблин.

Корабль Галвина немного отличался от судна Эдварда. Тут и там имелись всевозможные приспособления, назначение которых принцу не всегда было понятно. Деревянная рейка, которой обиты каюты, напомнили Эдварду о недавнем путешествии из Морских Земель к Храму Мердока, ведь в целом их корабли оказались очень похожими. Он как будто бы снова оказался на своём судне, вдыхая запах дерева, вспоминая первый полет в небе.

Идена, ставшем бледным, напоминавшем обескровленного мертвеца, узнать сложно. Пепел и грязь покрывали длинные светлые волосы эльфа, и лишь чистые бинты, аккуратно наложенные умелой рукой, оставляли хотя бы видимую надежду на умелые руки лекаря, а значит спасение. Эльф очень слаб, но открыл глаза, услышав шаги в каюте.

Вымученная улыбка на лице друга скорее напоминала тень, а в выцветших глазах стояли боль и сожаление.

– Иден, – Эслинн осторожно села на край его постели, коснувшись руки эльфа.

Эдвард, пододвинув табурет, сел ближе, чтобы товарищу не пришлось тратить силы. Говорить он мог чуть слышно.

– Друг мой, – принц покачал головой, видя, как страдает Иден, – понимаю, что наверняка тебе сложно, но…

– Я должен многое рассказать перед тем, как… – Иден закашлялся, и на его губах выступили капли крови.

– Нет, – Эслинн не могла поверить, что эльфу, которому подвластно волшебство не подчинится смерть. Девушка ощущала присутствие тёмного ангела, и это чувство угнетало, сдавило ей сердце.

– У меня мало времени, друзья, – продолжил Иден, попросив, чтобы ему положили ещё одну подушку, – рана слишком серьёзная, и только чудо поможет мне выжить.

– Сейчас нет времени для слёз, – успокаивал принц Эслинн.

Обратившись к другу, он попросил его, чтобы тот был последователен в рассказе, и не упустил ничего важного.

Иден кивнув, выпил воды из стакана поднесённого принцессой, с благодарностью разглядывая влюблённых, видя, как чувства сплотили их, как сделали сильными.

– Только любовь спасёт пять королевств, и теперь я вижу, что пророчество сбывается, Эдвард. Как только узы любви свяжут рыжеволосого принца и дитя правителей двух королевств Серединного мира, ничто не сможет разрушить эту силу. Она станет как скала, как тот самый камень. – Иден кивнул на грудь Эдварда, где под рубашкой покоился кулон на цепочке. Тот самый, что подарила ему озёрная дева Лиа. – Теперь пора воспользоваться жезлом, принц. Но не Биргера или Линга стоит вам опасаться.

Эдвард в недоумении свёл брови, а Иден продолжил, говоря, что ему довелось увидеть в развалинах храма Мердока.

– Войско мертвецов явится, когда паучья рать разнесёт Дэрвайг, разгромит армию. Как жаль, что мы не были готовы к этой атаке. Они выжидали, а мы шли по пятам. Никому не удалось вырваться… Нас окружила тьма, следившая за каждым из нас, ведь сам Мердок обрёл плоть.

– Мердок?! – непонимающе спросила Эслинн. По коже пробежали мурашки, а губы пересохли от ужаса.

– Да, девочка. Биргер заключил с ним союз, так ему не терпелось обрести прежнюю силу. Некромант не рассказал ему всей правды сразу, сделав всё, чтобы ослабить хозяина. Выпив из волшебного источника, Биргер только на некоторое время становился сильнее, а потом его тело начало дряхлеть, а разум помутился. Не спрашивайте, почему маг так поступил с ним – старые счёты или желание заполучить власть. Биргер потребовал Линга воззвать к духам храма, чтобы они вернули ему прошлую способность к магии. Не знало, не догадывалось бывшее чудовище, что Мердок не смог отойти в мир иной. Его душа, воплотившись в ужасного паука, обитала пятьсот лет в развалинах. Обменявшись телами, Биргер проиграл битву, а мы получили опасного соперника. – Иден ненадолго замолчал, переводя дыхание и собираясь с силами. – Теперь Мердоку нет необходимости держать рядом Линга, он и сам может управлять армией восставших из пекла. Став Биргером, Мердок поместил дух нашего врага в тело паука, пообещав тому, что это лишь временно. Я уверен, что хитрый маг воспользовался возможностью стать человеком, и убеждён, он никогда не сдержит слово данное белому демону.

– Против Мердока выстоять? – в глазах Эдварда появилась насторожённость. Нет, не страх, его больше беспокоили солдаты собственной армии, которым не стоило рассказывать всей правды.

– Мне необходимо вернуться к своему отряду, – внезапно проговорила Эслинн. – Негоже отсиживаться здесь и держать в неведении товарищей. Они поверили мне, доверили жизни, и я должна что-то предпринять!

– Не спеши, девочка, дослушай до конца, – прервал её Иден, и Эслинн виновато опустив глаза, кивнула. – Когда мы отыскали лазейку,– продолжил эльф,– надеясь, что солнце станет нашим другом, не знали, как ошибались. Мертвецы спали, а пауки выследили нас и перебили поодиночке. Не помогла даже магия, так как восьмилапые твари подчинялись Мердоку, перевоплощённому в Биргера. Теперь он получил что хотел, только вместо человеческого обличия ему достались мохнатые лапы с ядовитыми шипами, и седок, отдающий приказы. Биргер не сможет повлиять на исход битвы, как и не сумеет вернуть себя прежнего. Линг мёртв. Мне и одному воину удалось бежать, необходимость донести до вас страшные новости, вела вперёд и придавала силы. Мы не смогли вернуться на летающий корабль, и после недельного ожидания нас посчитали мёртвыми. Я использовал магию, и мы с Ансгаром могли двигаться быстрее, одна из тварей настигла нас на рассвете. Нападение случилось неожиданно и быстро. Паук проткнул меня насквозь, вонзая ядовитые шипы в спину, а потом, оставив умирать, убрался к своим. Ансгара монстр утащил с собой, обмотав паутиной, я не смог помешать ему. Потеряв сознание, я лежал несколько дней без сил, а когда пришёл в себя, пытался исцелиться с помощью магии. Ненадолго волшебство помогало, но потом силы снова покидали меня. Не буду тратить время на рассказ, как я добрался к дозорной башне, и к счастью, солдаты быстро обнаружили меня. Пока я приходил в себя, Мердок совершил нападение на город. Сейчас, пауки наверняка разбрелись по окрестностям, и мне больно от мысли, что я не смог предупредить вас о надвигающейся беде.

Эдвард уверял друга, что в происходящем нет его вины и ужасные события – череда неудач и веление злого рока.

– Мы справимся, Иден. Нас больше, чем плотоядных тварей, и я верю, что нам удастся расправиться, и с Мердоком, и с пауками.

За дверью каюты послышались шаги. Эдвард посмотрел на вошедшего Галвина, который, скрестив руки на груди, сжал губы.

– У меня есть хороший лекарь, но пока он бессилен, мы все надеемся на чудо.

– Я прошу сделать всё возможное, чтобы спасти моего друга! – горячо проговорил Эдвард, и почувствовал на запястье холодные пальцы Идена.

– Ступай, принц, у тебя много дел, и верь, что пять королевств большая сила, главное направить её в нужное русло. Ты сумел объединить всех, и остальное получится тоже… Идите, вас ждут войны. А от меня с вами пусть останется моё благословление.

Эдварду не хотелось покидать друга, слишком многое они вынесли на своих плечах, но долг теперь стал важнее чувств. Он взглянул на Эслинн, с трудом сдерживающую слёзы. Галвин сказал, что приготовил для принцессы воинское платье, и ей пора переодеться, чтобы вернуться в город.

– Я останусь с ним, мой лекарь будет неустанно следить за состоянием вашего друга, – проговорил Галвин, обращаясь к Эдварду. – В каюте напротив Эслинн может сменить одежду, Бекан ждёт вас.

Оставшись наедине с Иденом, он дал ему воды и промокнул влажным полотенцем лицо эльфа, покрывшееся испариной. У раненого начиналась лихорадка, а лекарь говорил, что это самый дурной знак. Лихорадка – предвестник распространения инфекции и скорой смерти, предрекал он. Галвин пытался верить, что на всё воля небесных сил, но Иден, словно читая его мысли, улыбнулся, покачав головой, и прошептал чуть слышно.

– Мне осталось немного, Галвин. И я рад, что успел рассказать Эдварду важное… – он закашлялся, а его рот наполнился кровью.

Великий Механик умыл его, и, вытирая губы эльфу уверял, что ему станет лучше. Обманывал больше не его, а себя, считая потерю Идена невосполнимой.

В глазах Галвина блуждала боль, и не он, а Иден пытался приободрить товарища. Эльф уверял, что срок жизни отмеренный ему оказался достаточно длинным для того чтобы сейчас, оглянувшись назад, оставлять сожаление. Смерть раскрывает объятия каждому, говорил он, и лишь немногим удаётся принять это, как подарок, как избавление.

– Не думай, что я спешу отправиться в небесные чертоги, – тихо проговорил он, – всё в этом мире предрешено, и я отдаюсь на волю судьбы с лёгким сердцем, зная, что Серединный мир выстоит против зла, потому что он в надёжных руках.

***

Принц привык всегда брать на себя ответственность, он знал, что даже если будет трудно, он справится. Вопрос, как действовать в сложившейся ситуации не давал покоя. Состояние Идена, и мысль о том, что возможно он уже не увидит друга в живых, заставляли принимать неверные решения. Эдвард старался мыслить здраво и, сообщив Бекану, чтобы тот оставался на корабле, вышел на палубу.

Судно, зависшее над облаками, освещалось солнцем. Ничто не говорило о том, что там, под облаками пожар, смерть и стоны.

– Нам необходимо отыскать правителей и собрать срочный совет. Не согласованно мы не сможем использовать силу летающих кораблей.

– Ты прав, – согласилась Эслинн. – Сначала надо увести пешие войска и ударить с неба по тварям. Только потом стоит выпустить армию орков, как тяжёлую артиллерию, а мои бойцы хороши против таких же воинов, как они, но не как чудовищные пауки. Отправлять их в эту мясорубку самоубийственно и безрассудно!

Они забрались в шлюпку, чтобы вернуться в разгромленный Дэрвайг и оценить масштаб разрушения. Эдвард знал, что подняться обратно не получится и решил приземлиться на окраине, незатронутой нашествием пауков. Шлюпка стремительно неслась сквозь облака. Дым и запах гари оповестил о приближающей реальности. Эслинн, сидящая позади принца, сжала ему плечо и не проронила ни звука.

Принц опустил лодку в зарослях кустарника, и, выбравшись из шлюпки, протянул руку принцессе. Она осмотрела себя, вынув короткий меч из ножен, а так же вытащила из-за сиденья арбалет и колчан со стрелами, что заботливо предложил Бекан. Повесив оружие за спину, она легко спрыгнула на землю и, приложив палец к губам, посмотрела по сторонам.

Пустынные улицы, как напоминание о начале грозы. Страх, витавший в воздухе, смешался с тишиной. Улицы, залитые солнечным светом, больше не походили на говорящий рынок. Торговцы, закрыли магазины, люди попрятались, скрываясь в погребах или захлопнув ставни в маленьких домиках.

Эслинн, оглядываясь по сторонам, тихо проговорила, что в этой части города был вход, ведущий к замку Вардена. Скорее всего, к его подземной части, являвшейся, по словам принцессы, хорошим укреплением для осады.

– Мы не выдержим осады, – тихо ответил Эдвард. – Нам необходимо реорганизоваться и ударить с четырёх фронтов, чтобы загнать Мердока и его армию к скалам.

Впереди послышались шаги. Принц, инстинктивно прикрывая Эслинн, сделал шаг вперёд и положил ладонь на рукоять меча.

Из-за угла выбежал мальчик лет двенадцати, он узнал принца и его невесту. Подбежал к ним, преклоняя колени и радостно забормотал, да так быстро, что ни слова невозможно было разобрать.

Эслинн остановила мальчика и попросила подняться.

– Не спеши, а то мы ничего не можем понять.

– Ваше величество, – начал мальчик. Его лицо перепачкано грязью, а на щеках светлели дорожки от высохших слёз. – Я из центра столицы. И мне удалось отыскать вас. Принцесса Айрис просила сообщить всем правителям, кого я смогу найти, чтобы вы двигались к северному входу в подземелье замка. Проход не так пострадал, а принцесса дала мне вот что, иначе как бы я обнаружил нужных людей.

Мальчик, порывшись в кармане, вытащил небольшой кристалл. Эдвард догадывался, что это «проводник королей», который указывал, где можно отыскать человека Крови.

– Только почему-то кристалл открыл мне лишь одного из вас, – пожал плечами мальчик, взглянув на Эдварда.

В голове Эслинн пронеслись воспоминания прошлого детства, и это стало напоминанием, что она не совсем высокородного происхождения. Её родители, повинуясь чувствам, сделали её не наследницей, а бастардом. Хотя теперь разве это имело значение.

Мальчуган, поманил принца и принцессу за собой, сообщив, что северный вход рядом, и осталось только отыскать Солвейг.

– Мама? – переспросила Эслинн. – Ты так и не смог её найти?

На её слова паренёк покачал головой и ускорил шаг, сообщив, что Айрис лишилась нескольких сестёр и очень страдает. Эдвард, вспоминая каждую из принцесс, не мог поверить, что кто-то из них мог погибнуть, потом подумал об Идене, а ещё об Олане, которому наверняка неизвестно о ранении брата.

Гнетущая тишина, казалась, наблюдала и, ждала подходящего момента, чтобы обрушить ужас на головы беглецов. Вдалеке послышались вой и скрежет. Мальчик, остановившись, замер и прижал палец к губам, прошептав, что они могут опоздать.

– Следуйте за мной, и надо как можно быстрее добежать до храма «Трёх цветков», там внутри вход в винный погреб, а оттуда вы уже выйдете в подземный ход замка Вардена.

– А ты? Как же ты?! – тревожно полюбопытствовала Эслинн.

– Бегите! – звонко крикнул парнишка и рванул вперёд.

Эдвард, схватив принцессу за руку, потянул за собой. Они бежали за мальчуганом, слыша, как приближается что-то жуткое. Рычание и цокот когтей царапали вымощенную дорогу. Восьмилапая тварь, взбиралась на здания, некоторые не выдерживали и проваливались под её весом. Кровли трещали, некоторые балки выдерживали, но сооружения, выстроенные ненадёжно, разваливались как карточные домики. С одной стороны это задерживало паука, но облегчало другим чудовищам проход. Люди же не успевшие скрыться в погребах становились жертвами громадных насекомых, гибли под градом камней, рушащихся стен.

Впереди показалось зелёное здание храма. Эдвард не сразу понял название святилища, а потом вспомнил символ Зелёного Дола – цветок клевера, вереска и лаванды. У этого символа своя история, но сейчас храм «Трёх цветков» стал спасительной соломинкой. К радости Эдварда и Эслинн, мальчик успел влететь в раскрытые двери сооружения и, не останавливаясь, бросился, вперёд увлекая за собой наследников.

Эслинн вспомнила его слова об исчезновении Солвейг, и сердце, сжавшись, забилось сильнее.

– Всё! Вам сюда! – выпалил запыхавшийся мальчишка, – а мне пора возвращаться. Необходимо отыскать королеву эльфов.

– Но как ты вернёшься обратно, если наступают пауки?! – Эслинн схватила его за руку, – идём с нами!

– Нет, – твёрдо ответил мальчишка, вырвавшись. – У меня договор с принцессой Айрис. Так что сейчас отыскать королеву дело чести!

– Но как ты найдёшь её?! – не унималась Эслинн. – Один?! В городе, наводнённом чудовищами!

Мальчик опустил глаза, шмыгнув носом и тихо добавил:

– Мой отец вор, а я его подмастерье. Город знаю, бегаю быстро и пальцы у меня ловкие. Не волнуйтесь за меня!

Он направился к выходу, не оглядываясь.

– Как зовут тебя?! – выкрикнул вдогонку ему Эдвард.

– У меня нет имени! – крикнул мальчишка. – Но все зовут меня Лис быстрые ноги!!!

Глава 15 Мердок

Глава 15 Мердок

В тёмном подземелье царило безмолвие. Казалось, что время перенесло Эслинн и Эдварда на много месяцев назад. Толстые стены поглощали звуки извне, и лишь отчётливые шаги нарушали спокойствие длинного коридора.

– Как же мама, где она? – Внезапно остановившись, Эслинн, повернулась к Эдварду, в её глазах застыли слёзы.

Принц озабоченно глянул на неё и осветил факелом проход.

– Не думаю, что Солвейг угрожает опасность, – ответил он, беря принцессу за руку. – Уверен, что она просто спряталась, в суматохе. Одного не пойму, что произошло с Биргером, и неужели теперь нашим врагом стал Мердок. Тот самый маг, сплотивший волшебников и создавший Серединный мир таковым, какой он есть.

– Эдвард, – вздохнула Эслинн. – Я и не думала, что они нападут первыми и боюсь, что мы понесли большие потери. Я оплакиваю погибших, и сердце сжимается от боли.

Принц, обернувшись, обнял её, ласково прижимая к груди, обещая, что обязательно что-нибудь придумает:

– Из каждой ситуации есть выход, и вместе мы сможем принять правильное решение.

Эслинн кивнула и двинулась вслед за любимым. Мысли о матери не покидали, заставляя представлять страшные картины. Внутренний голос уговаривал быть сильной и не поддаваться скребущимся мыслям о смерти. Да и подземный ход, поначалу казавшийся надёжным, тут и там оказался заваленный камнями. В нескольких местах они загромоздили проход, и пробраться дальше стало задачей непростой.

Несколько крыс сверкнув красными глазками, бросились наутёк из-под ног принца, заставив кожу принцессы покрыться мурашками. До замка Варден они добрались без происшествий и вскоре оказались у входа в подземелье, где ожидали увидеть друзей, кто смог выбраться из развалин.

Дверь в галерею закрывал массивный засов, и открыть его задача не из лёгких. После долгих усилий задвижка поддалась, и из темноты прохода потянуло запахом сырости и тления. Под ногами хлюпала вода, но вскоре в конце коридора показался свет, и Эдвард с Эслинн ускорили шаг. Несмотря на близость товарищей и казавшуюся надёжной безопасность, рука принца легла на рукоять меча, а принцесса приготовилась выпустить стрелу из арбалета. Уверенность, что теперь им ничего не угрожает, слабела. Она тлела, как пламя догорающей свечи, рискуя вспыхнуть и погаснуть, окунув принца и принцессу во мрак.

Голоса друзей заставили вздохнуть с облегчением, к сожалению, в зале не оказалось большинства сестёр Варден, а так же и матери Эслинн, что заставило девушку снова напрячься и задуматься, как отыскать Солвейг.

– Эслинн! – Айрис, со слезами в голосе, бросилась к принцессе, раскидывая руки. Девушки обнялись, и Эслинн впервые увидела старшую из сестёр Варден в таком подавленном состоянии.

Брианна, закрыв бледное лицо тихо всхлипнула. Калдер темнее тучи, заложив руки за спину, расхаживал по залу, удручённо опустив голову. Длинные тёмные волосы закрывали лицо, но не могли спрятать печаль и разрастающееся отчаяние.

Олан вместе с Алвисом рассматривали карту на столе и, увидев принца с принцессой, тихо поприветствовали их.

– Олан, мы говорили с Иденом, – всхлипнула Эслинн не в силах сдерживать чувства. – Он столько рассказал нам, и я очень беспокоюсь за его раны, которые… которые могут убить его.

Эльф обнял Эслинн, успокаивая, гладя по спине. Она говорила, что столько потерь никогда не могла себе представить.

– Утрата не просто пугает или угнетает, а гибель близких людей, делает нас слабыми и уязвимыми перед лицом предстоящего сражения!

– Этого и добивается Мердок! – мрачно ответил Эдвард, проведя руками по волосам, ощущая, как дрожат кончики пальцев. – Я говорил с Иденом. Мы говорили, – он взглянул на Эслинн. – И если кому пока неизвестно, Биргер, дабы обрести магическую силу, заключил договор со старым магом. Неприкаянный дух Мердока воплотился в нашем враге, обретя плоть. Он собрал армию пауков. Сейчас надо сплотить оставшиеся силы. Не думаю, что чудовищам не нужен отдых, и небольшая передышка сможет дать нам время скрыться в лесу, где остались силы Эслинн. Но где Солвейг? Калдер, как она пропала?

Собравшиеся товарищи смотрели в сторону Горного короля, скрестившего руки на груди. Он свёл густые брови и тяжело выдохнул:

– На рассвете, когда нас атаковали, Солвейг выбежала в сад. Я видел, как рухнувшие колонны подняли клубы пыли, но королеве удалось скрыться. Крикнул ей, чтобы она пряталась, но потом, отбиваясь от пауков, так и не смог отыскать её.

– Лис Быстрые ноги ищет её, – тихо уронила Брианна. – Мальчишка знает своё дело. Тем более его отец вор, и давно ждал виселицы, а я обещала помилование, если мальчишка отыщет королеву эльфов.

– Ты уверена, что сёстры погибли? – внезапно спросила Эслинн, – может ты зря так…

– Эслинн, – Айрис с трудом сдерживала слёзы. – Я даже не смогла проститься с ними, но…

– Мы видели, как пауки убивали. Убивали всех разом! – выкрикнула Брианна, сделавшись бледной как полотно, прижимая руки к груди. – Не знаю, как нам удалось спастись!

Айрис обняла сестру и погладила по волосам, пытаясь успокоить.

– Отсюда есть выход на поверхность? – спросила Эслинн.

– Конечно, – кивнул Олан, – и у меня есть кое-что способное укрыть тебя от глаз чудовищ.

Не совсем понимая, что задумала принцесса, Эдвард вопросительно взглянул на Олана, с готовностью показывавшего ей на карте план убежища.

– Что ты задумала? – выпалил принц, чувствуя, что Эслинн решила действовать самостоятельно.

– Только шляпа-невидимка у меня, к сожалению одна, – бросил ему Олан, даже не посмотрев в сторону принца. – А Эслинн быстрее нас сориентируется в городе и сможет оценить ситуацию. Как и выяснить, чем заняты пауки, и кто руководит ими.

– Жаль, тут нет Бекана, – вздохнул Калдер.

– Ты прав, – согласился Олан. – Бекан сейчас помогает Галвину, как я понял, и жизнь моего брата на волоске.

– В шляпе-невидимке совершенно не страшно отправиться в путь, – кивнула Эслинн, взглянув на принца. – Я хочу найти своих солдат…

– Меня вообще здесь кто-нибудь слышит?! – выкрикнул Эдвард. – Я отправлюсь с тобой…

– Постой, – прервал его Калдер. – Мы уже потеряли многих, и я надеюсь, что Солвейг не постигла участь сестёр Варден. Ты нужен нам здесь, а с Эслинн ничего не случится плохого. Она моя дочь, и я уверен, что оказавшись невидимой, она будет в безопасности.

– А если Мердок используя магию, сможет обнаружить её?! – горячо выпалил Эдвард. – Вы не подумали об этом?!

В зале ненадолго повисла тишина, а потом слово взял Алвис.

– Эдвард, пока мы собирали солдат, Эслинн оказалась в самом пекле событий, а её отвага и смышлёность помогли не только выжить, но и выдворить самозваного короля и сплотить гвардейцев против Гилмора.

– Отец прав, – добавила принцесса, взяв Эдварда за руку. – Не беспокойся, как только солнце опустится за горы, я вернусь.

– Но если, тебя будет некому защитить? – проговорил в полголоса Эдвард, беря любимую за руки. – Что если, Мердок или Биргер захватят тебя в плен?

– Не будем думать о плохом исходе, всё будет хорошо. – Эслинн улыбнулась принцу и, поднявшись на носочках, коснулась губами его щеки. – Неужели ты ещё так плохо знаешь меня?

Ничего не ответив, принц обнял её и, сжимая в объятиях, ощутил, как кулон на груди вспыхнул, обжигая, однако, не делая больно. Он вытащил его из-под рубашки, видя, как тот засветится голубым светом.

– Видишь, волшебный жезл сам говорит, что тебе необходимо меня отпустить, а самому остаться. Ты понимаешь?

Эдвард смотрел на кулон, лежащий на ладони. Он медленно угасал, приобретая снова тёмный сапфировый цвет, а потом принц, кивая, подошёл к столу, где на раскинутой карте было изображено устройство замка Варден и всей близлежащей территории.

Айрис потянула Эслинн к карте, и провела тонким пальцем по чертежу, где отмечены подземные проходы:

– В убежище ведут четыре пути. Вы пришли с Северного, где расположен Храм трёх цветков. В западной части Дэрвайга, где протекает Быстрая река, находится другой проход, как раз, там мы вышли к мраморной лестнице после того, как Иден расколдовал нас.

Айрис провела пальцем до Восточного входа в подземелье, сообщив, что если судить о нападении чудовищ, этот путь может оказаться самым опасным:

– Если Мердок или Биргер расставили там лагерь, нам стоит избегать этой дороги. Однако Южное направление в замок может оказаться наиболее безопасным, и расположено оно наиболее в выгодном положении, рядом с лесом, где могут скрываться солдаты твоего отряда.

– Надеюсь на это, – выдохнула Эслинн, попросив Олана дать ей шляпу, потому что медлить нельзя. – Пора выбираться и осмотреться.

Эдвард узнал в её голосе ту самую бойкую девчонку, но ему не хотелось сидеть, находясь в неведении в безопасном месте, пока принцесса выполняет задание разведчика. Он снова попытался уговорить её отправиться вместе, но она оставалась непреклонной. Калдер же погрозив пальцем будущему зятю сообщил, что не время для споров, и сейчас Эслинн поступает правильно.

– Когда она вернётся, мы будем знать, что происходит в городе, а там, возможно мальчишка Лис Быстрые ноги и отыщет Солвейг.

В его голосе Эдвард не услышал страха за дочь. Он не понимал, сколько Калдеру требовалось самообладания, чтобы не выдать волнения, и справиться со страхом.

Когда принцесса надела шляпу невидимку и растворилась в полумраке зала, то рассмеялась. Свет от пламени свечей танцевал на стенах. Смех Эслинн показался Эдварду чем-то не правильным в складывающейся ситуации, но, тем не менее, пусть и наигранная бравада Эслинн, немного разрядила гнетущую атмосферу убежища.

Айрис направилась к выходу, направляя принцессу, объясняя тихим голосом как выбраться наружу и не привлечь к себе внимания. Эдвард же опустившись на скамью, обхватил голову руками, ощущая в груди разраставшуюся тревогу.

Алвис положил ему на плечо большую руку, и проговорил вполголоса:

– Ты должен понять, принц, Эслинн особенная, ей дано справиться с трудностями, поэтому Калдер сразу предложил отправить в город именно её.

– Да, Эдвард, Алвис прав, а ты прибереги силы для последней битвы, – сообщил, грустно улыбнувшись Калдер, склоняясь к принцу. – Волшебный жезл станет последним оружием способным уничтожить не только Биргера, но и Мердока. Ведь он сам создал его, упрятав на дне горного озера.

Вскинув брови, Эдвард взглянул в глаза Горному королю. Он не рассказывал ему, об озёрной деве и волшебном жезле.

– Когда я увидел кулон на твоей груди, принц, то вспомнил, о чём говорилось в древних книгах. Волшебник Мердок заключил в магическом жезле часть своей души, чтобы с помощью него воскреснуть, если понадобиться. После его смерти многое изменилось в Серединном мире, и жезл казался давно утерянным, пока я не увидел его у тебя.

– Но как он снова станет прежним? – Эдвард коснулся кулона пальцами. – Сначала я думал, что для этого достаточно прикосновения. Тогда бы это происходило…

– Всякий раз, когда ты касался его, – ответил Алвис, прервав принца. – Ты помнишь, я хранитель библиотеки и соглашусь с Калдером, как и с Иденом, рассказывающим о пророчестве. Пока всё сходится.

– Именно поэтому ты не отправился в город, – добавил Олан, скрестив руки на груди. Тёмные волосы закрывали половину его лица, и принц не сразу заметил, как осунулся его друг. Он ничем не хотел выдать печаль и беспокойство за брата, но когда упомянули его имя, делался бледнее полотна. – Только в твоих силах закончить битву, сразиться с чародеем. Биргер это или восставший Мердок.

– Но в пророчестве не говорилось точно, что Мердок воскреснет? – спросила Брианна. – Я вообще плохо помню, о каком зле рассказывала легенда, и кого нам стоит опасаться.

– Книга не называет имён, – вздохнул Алвис, сцепив пальцы на плотном животе. – Пророчество гласит о герое с рыжими волосами, объединившим пять королевств и победившим Зло, пришедшее с восточных границ Серединного мира. Если мы не справимся, пострадают не только наш мир, Зло перекинется через горы и проникнет в страны, где обитают обычные люди, не ведающие о землях, где правит магия. Наши королевства занимают малую часть огромного мироздания, так как окружены грядой скалистых гор. Королевства Жёлтого Тигра и Красного Дракона, расположены на восточной границе. Много веков назад маги заключили с ними нерушимый договор, гласивший, что ни один человек из-за гор, не должен попасть в Серединный мир. В этих государствах о магии знают лишь избранные, и никто из них не входит в состав пяти государств нашего мира. Маги правят страной, но волшебство под запретом, как и проход через Золотые ворота. Ты ещё слишком юн, Эдвард и многое тебе не удалось познать. Однако ты должен верить нам и способности Эслинн преодолеть трудности и вернуться.

***

Выбравшись на поверхность, принцесса поняла, что в Дэрвайге царил хаос. Некогда красивый город стоял обездоленный, раздавленный. Вопреки ожиданиям увидеть кровожадных тварей, принцессу встретило безмолвие, на улицах не оказалось ни одной живой души. Пустынные улицы удивили её, она была уверена, что увидит полчища пуков и бегущих людей, прячущихся от злого рока.

Тишина окутала дома, пыль улеглась, и теперь принцесса осторожно двигалась вдоль стен зданий, на которых отчётливо виднелись следы борьбы, огня. Оценивая потери: разрушенные дома, вывороченные с корнем деревья, погибших людей, Эслинн снова ощутила жгучее желание растерзать чужаков разрушивших прекрасный город.

Когда она обернулась, то увидела руины замка Варден. Принцессу поразило, что огромным паукам оказалось под силу уничтожить здание, простоявшее несколько веков. Теперь Эслинн знала наверняка, что Биргер или Мердок применили магию, разрушительную по своей силе. Это запретное колдовство, в основе которого мог стоять только Мердок. Древний колдун владел основами не только светлой, но и чёрной магии. Что происходило в его неприкаянной душой в течение пяти ста лет, никто из ныне живущих волшебников не знал.

Двигаясь по узким улочкам, Эслинн направилась к лесу. Надежда, что кто-нибудь из её отряда остался в живых с каждым шагом таяла. Принцесса уговаривала себя, что не всё потеряно, и вера в собственные силы и чудо делали сильнее.

Пробираясь наиболее коротким путём, девушка чуть не натолкнулась на огромного раненного паука. Монстр лежал на брюхе, раскинув щетинистые лапы, а из его рта вырывалось зловонное дыхание со свистом. Эслинн обошла чудовище и заглянула в мутные глаза паука. Теперь, в шляпе-невидимке, она могла позволить себе сделать это. Членистоногое не заметило её, хотя пошевелило волосами на уродливой морде, ощущая чьё-то присутствие.

Понимая, что надо быть осторожнее, Эслинн направилась прочь, тихо ступая по камням. За крышами уцелевших домов виднелись деревья, и она ускорила шаг. Город закончился, и, набравшись храбрости, девушка побежала по траве к кустарнику, пытаясь скорее спрятаться в тени деревьев. Хоть её и скрывала волшебная шляпа, Эслинн казалось, что её могут заметить и тогда не миновать беды. Она должна всё разузнать и вернуться. Вернуться как можно скорее. Спокойствие, царившее повсеместно выглядело странным, пугающим, точно тысячи глаз наблюдали за каждым шагом принцессы, и армия тьмы готовилась к нападению.

Шаг за шагом Эслинн приближалась к месту, где раньше находился лагерь верных ей солдат. Девушку не удивило, что никто не встретил её, а палатки сожжены дотла. Подняв голову, девушка заметила на деревьях движение, понимая, что бойцы укрылись в кронах, и выживших оказалось довольно-таки много.

Смело сняв с головы шляпу-невидимку, она появилась для своих бойцов на поляне внезапно. Её заливали солнечные лучи, игравшие на блестящих лёгких доспехах.

Сделав шаг, принцесса угодила в ловушку, расставленную своими же солдатами, её подбросило в воздух, и девушка повисла вниз головой. Услышав тихий смешок и покряхтывание в ветвях деревьев, она почувствовала, как сильные руки поднимают верёвку вверх.

– Ну, и удивила ты нас, принцесса! – прошептал Долговязый Бейн, помогая Эслинн освободиться от верёвочной петли на щиколотке.

– Я рада, что вы отлично подготовились, – кивнула она.

– Твои уроки не прошли даром, Эслинн, – тихо добавил Маленький Крыс, мальчишка с вытянутым лицом и длинными сальными волосами, собранными в хвост на затылке.

– Полегче, малыш, – шикнул на него Долговязый Бейн, вытирая пот со лба перепачканного сажей. – Мы хорошо замаскировались, и когда в городе началась паника, нам удалось спрятать несколько семей в винном погребе таверны «Весёлая вода». Грейтен, хозяйка заведения, проявила любезность, раскрыв двери, не догадываясь, насколько она оказалась смелой.

– Да, Долговязый Бейн. – Эслинн одобрительно похлопала солдата по широкому плечу. – Я рада, что наш отряд сохранил хоть какие-то силы. Многие погибли?

– Не беспокойся принцесса, – он потёр бороду и улыбнулся в густые усы. – Никто не пострадал. Кто успел, спрятался, кто бросился к лагерю, а некоторые даже сразились с чудовищами. Толстяк Ульрих завалил одну тварь, выпустив ей кишки, поэтому, вся честная компания в сборе. Мы укрылись на деревьях, и были уверены, что ты придёшь, чтобы приказать нам атаковать врага!

– Это хорошо, что все живы, – улыбнувшись, ответила принцесса. Она сжимала в руках шляпу-невидимку, понимая, что ей так не хочется покидать свой отряд. – А корабли? Надеюсь, Биргеру не добраться туда?

Долговязый Бейн задрал голову вверх, разглядывая затянутое тучами небо и пожал плечами:

– Пасмурная погода нам на руку, Эслинн.

Удовлетворённо кивнув, принцесса, говорила Бейну и Крысу, о том, что ей необходимо рассказать о перестановке сил чёрных магов и вкратце донесла до товарищей о воскрешении Мердока, превращении Биргера в паука и исчезновении Солвейг.

Эслинн просила оповестить всех бойцов, чтобы пока те не лезли в драку и берегли силы.

– Необходимо передать солдатам Ледяного королевства и эльфам лучникам, что, как только в небе появится красная роза, мы должны выступить в сторону Восточных границ. Действовать необходимо сплочённо. Это будет нашим последним шансом не только отбросить врага, но и завоевать свободу. Неизвестно, смогу ли я вернуться, – Эслинн грустно улыбнулась. – Ваша решимость и стойкость поразила меня, поэтому я уверена, что вы справитесь!

Она коснулась обветренной руки Долговязого Бейна и потрепала по щуплому плечу Маленького Крыса. Надела шляпу-невидимку и растворилась в воздухе со словами:

– Я вернусь, чтобы вместе принести нашу победу на мечах, Бейн!

Долговязый командир Лесного отряда увидел, как под деревом примялась трава, и появились еле заметные следы по направлению к городу. Он потёр густую бороду и приказал Крысу, чтобы тот передал слова принцессы солдатам. Качал головой, тихо рассмеявшись:

– Я рад, что она жива, и теперь мы зададим жару тварям! Ты видел, что они сделали с замком Варден?

Маленький Крыс, кивая, вглядывался вдаль, туда, где дымились развалины города. Пауков нигде не видно. Подобная тактика не лишена смысла, однако теперь оставалось ждать сигнала и собирать силы Лесного отряда.

Эслинн, осмелев, вернулась в город и двинулась лёгким бегом к Восточной стене, откуда пришли монстры. Теперь она не останавливалась, чтобы не привлекать внимание жителей рискнувших выбраться из укрытий. К счастью удавалось передвигаться скрытно, принцесса надеялась, что если люди не обнаружили её, твари так же не смогут заметить невидимку. Подобные мысли придавали уверенности, и Эслинн вскоре очутилась на небольшом рынке, последнем рубеже перед Восточными воротами города. Переводя дыхание, она наклонилась, сжав пальцами колени, ноги дрожали, а по спине стекал пот. Огляделась по сторонам в поисках врагов или тех, кто от них прятался.

Здесь чувствовалось дыхание смерти. Тишина стала обволакивающей, и Эслинн ощутила магию, словно страж наблюдавшую за каждым камнем. Теперь ей стало по-настоящему страшно, потому что взгляд, словно сверлящий спину говорил о том, что за ней следит незримое око. Кому оно принадлежало, можно было только догадываться. Девушка потёрла шею, кожа зудела и горела огнём. Эслинн тихо пробралась на узкую улочку между домами, уцелевших после атаки монстров.

Жар и зуд немного отпустили, и принцесса, обернулась. Никого. Взобралась в пустующем доме на второй этаж и бросила взгляд на рыночную площадь. Никакого движения. Даже ветер стих, превращая реальность в пустоту. Здесь точно замешано колдовство, решила она, но как понять заметили её силы зла или нет. Принцесса не хотела рисковать и решила подняться выше.

Выйдя из дома, она осмотрелась и двинулась дальше, прижимаясь к стенам зданий, точно на голове и не было шляпы-невидимки. Интуиция стучалась в сознание, требуя, чтобы принцесса немедленно возвращалась – это место пропитано опасностью, и каждый неверный шаг приведёт к нехорошим последствиям.

Увидев высокое строение, возвышавшееся над близлежащими домами, Эслинн отбросила мысли и ускорила шаг, пока не услышала тихий шёпот. Он доносился отовсюду, и девушка ощутила, как ужас подбирается к сердцу.

Несмотря на разрастающийся страх, она добежала до здания, походящее на башню, и. открыв скрипучую решетчатую дверь, поняла, что это за место. Длинная винтовая лестница уходила ввысь, а на самом верху стоял огромный бак с водой. От него, по всей видимости, питалась эта часть города.

Чувство страха отпустило. Ненадолго. Как только Эслинн вышла на небольшую площадку, ужас вернулся. За то теперь принцесса увидела то, что ей было нужно.

За высокой городской стеной стояло войско членистоногих. Огромные черные пауки размером с лошадь напоминали шевелящийся мохнатый ковёр. На каменной стене, где раньше несли службу дозорные, восседал человек. Эслинн прищурилась и не могла понять кто это.

Если вспомнить, что говорил Иден, дух Мердока вошёл в тело Биргера, но перед глазами принцессы находился старик. Хотя это был только лишь внешний обманчивый образ. В какой-то момент, колдун поднялся и, выйдя из дозорной башни на стену, которая была достаточно широка, чтобы можно было пройти по ней двум воинам, посмотрел на спящее войско.

Взмахнув руками, он начал говорить нараспев. Громко произносил слова заклинания, и его голос властный и звучный, совсем ни как у старого человека. Эслинн поняла, что это и есть Мердок, и для ворожбы ему не потребовалась магическая книга. Маг отлично разбирался в колдовстве, и каждое слово, изречённое им, обладало силой.

Принцесса видела не только, как проснулась армия пауков, но, и как позади лагеря монстров из-под земли полезли иные твари. Не нужно изучать классификацию потусторонних существ, и без того стало ясно – мёртвые шли на зов Мердока.

Эслинн вспомнила, что говорил Иден – Линг, повелевавший армии восставших из пекла, мёртв, Биргер не владел магией без верного некроманта. Значит это Мердок, только ему под силу управлять чудовищами из мира и реального, и потустороннего.

Сбежав по ступеням, принцесса понеслась к ближайшему входу в подземелье. Использовать восточный проход она не рискнула. Она бежала, что есть сил, думая, как оповестить уцелевших жителей Дэрвайга. Позже в голову пришла идея, которая помогла спастись многим.

Используя гномов, умевших быстро перемещаться, минуя пространство, время и, естественно, стены домов, Калдер направил тысячи подданных по всему городу, дабы оповестить горожан о предстоящем нападении армии чудовищ.

– Мы спасём, если не всех, то многих! – горячо выпалил Горный король. В его глазах появилась решимость, когда он вёл войска королевства на встречу с армией Исгерд, много лет назад. В те годы, когда он пытался завоевать сердце Солвейг.

До рассвета, пока твари пробирались в Дэрвайг, тысячи людей переправились тайным проходом через Чёрную реку во владения Горного короля. Они плыли в подземное королевство на лодках приготовленных подданными Калдера.

Известие о готовящемся нападении пришлось кстати. Эслинн, оказавшись у южного входа, беспрепятственно добралась в убежище. Этот проход оказался более свободным в отличие от Северного, и принцессе удалось пройти без проблем.

Её появление встретили восторгом, и Айрис, обняв принцессу, назвала её сестрой:

– Ты успела, Эслинн, я и не ожидала увидеть тебя так скоро! – воскликнула принцесса, потянув девушку к каменному столу. – Идём, расскажи скорее, что там снаружи?

– Много ли разрушено? – спросила Брианна.

– И кто-нибудь ещё смог спастись?! – поинтересовалась Айрис.

Эдвард поднялся навстречу любимой, видя, как в её глазах горит огонь и желание скорее начать битву.

– Что там наверху? – утомлённый ожиданием, спросил он.

– Смерть готовит нам новые потрясения, – ответила Эслинн, переводя дух. Усталость навалилась тяжким грузом, и принцесса вдруг пошатнулась и упала без чувств в объятия принца.

Ничего не понимающий Эдвард, подхватил девушку на руки и бережно положил на тут же раскинутый, на полу меховой плащ Калдера. Отец склонился над побледневшей дочерью, с тревогой рассматривая её лицо. В его глазах появился немой вопрос, а потом блеснул огонь, точно Горный король увидел то, что недоступно остальным находящимся в зале.

Эслинн открыла глаза и, поморщившись, попыталась подняться:

– Странное дело, что-то у меня закружилась голова. – Она взглянула на Калдера, потом на Эдварда непонимающе спросив, как она очутилась на полу.

– Ты устала, милая, – ответил, улыбаясь Калдер, – и короткий отдых пойдёт тебе только на пользу.

– Может принцессу, осмотрит королевский доктор? – предложила Брианна, на что Эслинн упрямо помотав головой, поднялась, говоря, что всё хорошо, и время не терпит.

Она говорила быстро и возбуждённо, страх и мысли к чему приведёт промедление не оставляли ей выбора. Она поведала об увиденном зрелище за Восточной стеной. Армии пауков и мёртвых, приготовившиеся к новой атаке. Нет, не предстоящее нападение поразило её, а то, что Мердок в действительности пробудился, и его магия сильна. Она пугала, повергая в ужас всех, кто находился в той части города.

– Я не встретила ни одного человека! – выкрикнула принцесса, – как будто все бросили дома и укрылись подальше от Зла, наблюдающего за каждым. На себе я ощутила взгляд колдуна. Словно на расстоянии он умеет следить за каждым. Точно Мердок знал о моём присутствии и позволил посмотреть на пробуждающуюся ото сна армию чудовищ. Я не видела его лица. Нет, добавлю, что я не смогла хорошо разглядеть его. Длинные седые волосы, доходили почти, что до пояса и такая же борода. Мне показалось, что из всей этой растительности я заметила только лишь длинный нос, похожий на крючок. Нет, Биргер выглядел иначе. Да и ростом меньше, чем тот, кто призывал войско тьмы.

– Нам придётся пожертвовать городом! – печально проговорил Эдвард.– Другого выхода не вижу. Заманим врага в центр столицы и подожжём восточную сторону. На пауков и мертвецов обрушим тяжёлую пехоту орков.

– Тролли и огры выступят с юга, – заключил Калдер, а Олан добавил, что отряд лучников эльфов необходимо снабдить возгорающимися наконечниками для стрел и расположить на западной стороне города.

– Лесной отряд прикроет выход в лес, там наготове летучие корабли, – кивнула Эслинн. – Я сообщила командиру, что знаком начала битвы станет красная роза в небе.

– Умно, – согласился Алвис. – Да, а вот Атти как раз поведёт войско орков первым, пока мы начнём подливать масло в огонь около восточных границ. Главное защититься от магии Мердока, он надеется запугать всех и обратить в бегство.

– Да, я ощутила на себе око чёрного мага. – Эслинн поёжилась, вспоминая разведку к Восточной стене. – Однако мы должны выступить вместе с Лесным отрядом. Моим солдатам придётся взять некоторых противников на себя, пока Эдвард и Олан отправятся на корабли.

– Ты тоже поднимешься на борт с ними! – в голосе Калдера появились металлические нотки.

– Но, отец…

– Не возражай, – тихо добавил он, – геройства предостаточно и без тебя!

– Посмотрим, как у нас получится, – выдохнул Эдвард. – Только потом я смогу бросить вызов Мердоку и воспользоваться магическим жезлом. Хорошо, что большинство жителей переправлены в Горное королевство. Не беда, что пострадают дома, главное уцелеют люди.

– А потом мы отстроим город заново, – кивнула Брианна.

– Когда закончим оплакивать мёртвых, – добавила Айрис, вспоминая погибших сестёр.

– Но как же мой отряд! – взмолилась Эслинн. – Они ждут меня, и я не хочу, чтобы войны приняли весь удар на себя!!!

– Парни Лесной братии справятся, – ответил Эдвард, – тем более первыми под удар попадут солдаты Ледяного королевства – орки!

– Но, эта спешка, может привести к не поправимым последствиям, – попыталась возразить Эслинн, пока её не прервал звук около входа в убежище.

Громкий стук оповестил, что у двери кто-то есть. Никто не ждал чужака, и Эдвард и Олан быстро подскочив к проходу, что вёл к массивной деревянной двери, насторожились.

Олан приложил палец к губам и тихо подкрался к двери, прислушиваясь. Длинные кончики ушей напряглись и, улыбнувшись, эльф произнёс заклинание, которое помогло двери открыться. На пороге стоял улыбающийся мальчишка Лис Быстрые ноги. Солвейг опиралась на его плечо и стала похожей на тень, принц не сразу и узнал её.

Подол платья оборван, а кровь оповещала о ранах нанесённых противником. С трудом передвигая ноги, королева эльфов вошла следом за Лисом Быстрые ноги, и в её глазах появилась радость, когда она увидела Калдера, Эслинн и друзей. Покачнувшись, она упала на руки Эдварду и лишилась чувств.

– Мамочка! – испуганно вскрикнула Эслинн, подбегая к королеве, гладя её по бледным щекам и спутанным волосам.

– Главное – она жива, – грустно обронил Калдер и, взглянув на Брианну, добавил, что теперь королевского доктора не грех отыскать.

Солвейг не приходила в себя, а Эдвард подумал, что в подземелье время тянется долго:

– Сегодня нам предстоит выступить против врага, – тихо начал он, обращаясь ко всем товарищам. – Олан, как только армия орков будет готова, сообщи мне. С помощью сферы ты можешь связаться с Атти?

– Да, принц, – кивнул эльф, – я уже рассказал Атти о наших планах. Он готовит войско. Эльфы-лучники расположились на стенах, гоблины Калдера снабдили их самовоспламеняющимися наконечниками для стрел.

Алвис добавил, что ему пора отправляться к западному входу:

– Как и всем нам, – проговорил Эдвард.

– Да, – кивнула Эслинн, бросив взгляд на Солвейг. – Только как быть, что если мама так и не придёт в себя?

– Всё будет хорошо, – успокоила её Айрис. – Вам действительно пора. Песочные часы говорят, что до заката осталось, не так много времени.

– А Мердок уже, чувствую, готовит силы, – вздохнул Калдер. Он погладил по руке Солвейг и улыбнулся, когда она открыла глаза.

– Калдер, – тихо проговорила королева эльфов, когда к ней вернулись силы. – Не беспокойтесь обо мне, пора дать этим выродкам отпор!

– Мама! – воскликнула Эслинн и обняла Солвейг, наверное, слишком неосмотрительно, так как королева вскрикнула от боли, – прости, прости…

– Ничего, – прошептала она, – королевский лекарь подлатает меня. Идите и обрушьте на тварей всю силу, что вы берегли для этой битвы. Я верю, у вас получится. Я верю…

Солвейг снова закрыла глаза, на этот раз от неимоверной усталости и тихо прошептала:

– Немного времени пройдёт, и я снова буду танцевать. – Она открыла глаза, взяв Калдера за руку. – Танцевать с тобой.

Глава 16 Битва

Глава 16 Битва

Закат расчертил осеннее небо кровавыми полосами. Свинцовые тучи грозили прорваться дождём. Тишина, словно перед бурей, выжидала, кто же из сторон ударит первым.

Атти в тяжёлых доспехах, восседал на громадном мамонте, покрытом белой шерстью. Орки в серых латах ждали команду к наступлению, в нетерпении сжимая в мускулистых лапищах оружие. Шипастые наплечники делали и без того широкоплечих существ внушительнее в размерах.

Самые высокие и сильные орки составляли костяк войска, они располагались впереди, с левого и правого флангов. У тех, кто стоял в первых рядах, имелись небольшие круглые, лёгкие, но прочные щиты и шлемы, защищающие голову. Забрало, закрывающее нижнюю часть лица, походило на решётку. Шлемы некоторых воинов украшали вороньи или чёрные петушиные перья. Это были отличительные знаки командиров отрядов.

Армия Ледяного королевства давно не участвовала в подобных битвах, и орки привыкшие драться с нетерпением выжидали возможность пустить в дело дубинки, палицы, мечи и большие кулаки.

Лучники, встав на западной стене, разделились по приказу Олана. Часть эльфов заняла позицию на крышах двух или трёхэтажных домов, рассредоточившись в северной и южной частях города. Одни отряды встали на стены, другие сконцентрировались на башнях столицы, где открывался хороший обзор.

Олан, взобравшись на одну из башен, произнёс заклинание, защищающее воинов от чёрной магии. Накануне эльф приготовил магический порошок и надеялся, что немного волшебства не помешает перед тем, как броситься в битву не просто с тварями преисподней, а с самым великим магом, которого знала история Серединного мира.

Гоблины и тролли Калдера застыли у стен с юга и севера, готовясь к сражению, как только орки начнут теснить тварей к восточным воротам. Маленькие гномы, разбросав волшебные угли, готовились щёлкнуть пальцами, чтобы создать стену огня.

По замыслу Эдварда решили поджечь центр города, как только орки и солдаты Калдера возьмут армию Мердока в кольцо.

– Если ничего не помешает нам – план принца приведёт к успеху! – воодушевлённо проговорил Алвис, обращаясь к Олану. – Как поднимешься на башню, будь готов подать сигнал Красной розы для Лесного отряда Эслинн.

– Хорошо, – кивнул Олан, затягивая тёмные волосы на затылке в хвост. – Славной битвы, Алвис!

– И тебе, – старый орк, приподняв кончики ушей, пожал руку эльфу. – Береги себя, друг.

Эдвард, взяв Эслинн за руку, взглянул на Калдера. Он кивнул Горному королю давая понять, что время пришло подниматься на корабли.

Чтобы попасть к южному выходу потребовалось немного времени. Путь до леса сквозь ночь опасен. Эдвард, осмотревшись, сжал рукоятку меча, тишина не выдала ни одного врага притаившегося за стенами города. Темнота отлично справилась с ролью защитницы, скрывая принца и горного короля с дочерью.

Осталось выйти к прогалине, где раскинулся лагерь Лесного отряда.

Эслинн рассказала солдатам о расстановке сил в Дэрвайге. Долговязый Бейн кивал, а собравшиеся воины готовились принять бой. В глазах солдат горела решимость, и они внимательно слушали принцессу, благословляющую храбрецов на славную битву.

– Чтобы подняться на корабль необходимо вызвать шлюпку, – тихо проговорил Эдвард, когда друзья вышли на поляну, откуда можно без труда попасть на главное судно. Туман окутывал деревья, и холодный воздух делался ледяным. Ветер усилился, грозя товарищам продрогнуть до костей.

Старый король щёлкнул пальцами:

– Я знаком с магией, если вы успели позабыть. Братья эльфы в этой области преуспели больше. Однако запустить сигнальную звезду с посланием мне под силу.

– С посланием, что мы здесь? – спросила Эслинн.

– Ага, – кивнул Калдер, поднимая вверх руку с растопыренными пальцами. Закрыл глаза, сосредоточившись.

Когда из его пальцев вырвался сноп голубого огня, превращаясь в пятиконечную звезду, принц и принцесса, посмотрев в небо, увидели нечёткие очертания корабля.

– Надеюсь, с Иденом всё в порядке, – вдруг проговорила Эслинн. В её голосе снова сквозила озабоченность, и принцесса коснулась холодными пальцами руки Эдварда. – Я верю, что он справится, и смерть не заберёт его.

Принц обнял её, ощущая, как дрожит любимая. Хотел что-то ответить, приободрить, но не нашёл нужных слов, разглядывая пустоту в небесах. Свет от звезды померк, окуная поляну во мрак.

Ожидание длилось недолго, вскоре шлюпка, точно комета, летящая из облаков, опустилась возле деревьев. Галвин и Бекан сидели внутри. На голове зелёного гоблина необычные очки с кожаными ремешками. По словам Великого механика, маленький гоблин не захотел дожидаться на палубе. Он считал, что должен первым увидеть друга Эдварда и принцессу Эслинн.

– Я уже начал думать о самом худшем! – затараторил Бекан, как только гости влезли в шлюпку, где оказалось для пятерых тесно. – Долго не было никаких вестей от вас. Ну, ничего, пока вы отсутствовали, Галвин кое-что придумал новенькое.

– Знаете, – Эслинн многозначительно приподняла брови, – меня это ничуть не удивляет.

– Корабль над облаками, но если с помощью волшебной трубы взглянуть сквозь них, можно рассмотреть не только город, но и окрестности, – ответил Галвин, в его словах не было ни капли гордости за своё новое изобретение.

Эслинн посмотрела на неспящий город, словно наблюдавший за небесами из темноты. Жители погасили огни и ждали сигнала с кораблей, готовились, когда армия тьмы начёт наступление.

Шлюпка плавно опустилась на палубу, матросы закрепили снасти и подкатили трап.

– Для подзорной трубы, я установил увеличительные стёкла и зеркала, что помогает приближать отдалённые предметы. Пришлось использовать магию, чтобы смотреть сквозь тучи и туман, иначе моей оптике это не под силу.

Галвин подошёл к цилиндрическому устройству, закреплённому на треноге. Эдвард, коснувшись корпуса подзорной трубы, оценивающе кивнул Галвину.

– Как Иден? – спросила Эслинн, сжав руку Галвина. – Надеюсь, ему лучше?

Великий механик озабочено покачал головой:

– Если Иден доживёт до следующего рассвета, это станет либо радостным, либо ужасным днём для нашего товарища. Ведь нам неизвестен исход битвы.

– Схватка может окончиться только победой! – ответил Калдер тоном, не терпящим возражения. – Не стоит бояться врага и пусть много лет королевства не вели войн, мы не должны потерять построенный мир, обречь людей на рабство и страдания!

– Ты прав, Калдер, – кивнул Эдвард, сжав губы. – Мы выиграем битву, во что бы то ни стало!!! Но прежде, я хочу увидеться с Иденом.

– Конечно, – тихо проговорил Галвин и вдруг сделался бледным, но всё-таки согласился проводить принца к умирающему другу.

Эслинн и Калдер остались на палубе. По совету Галвина Горный король переправился на соседний корабль, а Эдварду предстояло взять управление своим судном, направляя его вперёд. Как только армия пауков окажется в городе, необходимо приготовиться к нанесению главного удара с неба.

– Мы должны дождаться кульминационного момента, а потом вступить в бой, – проговорил Галвин и тихо добавил, посмотрев по сторонам, поправляя шейный платок, – мне жаль, но Иден очень плох, ни одно из снадобий не помогло несчастному. Не хочу, чтобы его состояние опечалило Эдварда, тем более перед важной битвой.

– Не беспокойся, друг, – Эслинн погладила Галвина по плечу, куртка Великого механика казалась влажной, и принцесса подумала, что дело в облачности, скрывающей корабли. – Мы вернёмся на судно Эдварда, а как твой человек, смотрящий в волшебную трубу, увидит войско восставших из пекла и пауков, дай сигнальную звезду. Потом мы свяжемся с помощью волшебной сферы и решим, когда начать атаку.

– В ваше отсутствие я приказал установить подзорные трубы на главные суда, поэтому наблюдать за городом вы сможете так же.

Эслинн кивнула Великому механику, добавив, что восхищена его способностью создавать по-настоящему волшебные вещи.

Эдвард вернулся обеспокоенный, бледный, на лбу залегла морщинка, и казалось, принц уже простилась с Иденом.

– Нам пора, – тихо проговорил он, взяв Эслинн за плечи.

– Скажи, как наш друг… Сможем ли мы увидеть его завтра, когда захотим рассказать о нашей победе?

– Конечно, – солгал Эдвард, зная, что в последний раз видел Идена.

Эльф почти не разговаривал, сделавшись похожим на кровавый кокон из спутанных волос и кровоточащих язв. По всему телу Идена расползлась паутина вздувшихся кровеносных сосудов. Рассудок теплился в измученном теле. Умирающий страдал, но не желал обрывать мучения.

Он не мог пошевелиться, в глазах Идена на мгновение появился свет, друг обрадовался приходу Эдварда, но не мог произнести ни слова.

Принц, ощущая, как кожа покрылась мурашками, опустился возле ложа Идена, склонив голову.

– Дорогой друг, прости, что ничем не могу поддержать тебя. Знаю, что лекарь использовал даже яд Биргера, который не помог. Надеюсь, известие о нашей победе позволит тебе … уйти спокойно, если лекарства от ужасного недуга не существует, как и волшебного заклятия.

Иден закрыл веки, давая понять другу, что понимает его.

– Поо-по, побе… ды, – он с трудом поднял правую руку, с болью сжимая кулак. – Я… – дыхание вырывалось из груди со свистом, – с… ва-ами…

Эдварду хотелось облегчить страдания друга, обнять его, как бывало прежде, увидеть на красивом лице улыбку. Злой рок смеялся над ними, смеялся, широко разинув пасть, и каждый в этой маленькой комнате понимал безысходность, отчаяние, которые ждали одного итога – смерти.

***

– Не ожидал, говоришь?! – рассмеялся Мердок, натягивая металлический поводок на короткой, покрытой серебристой щетиной шее Биргера. Став пауком бывший злодей разучился говорить и проклинал себя за желание любым способом получить власть. – За всё, мой юный друг, необходимо расплачиваться. Ты поверил мне?! Мне?! – маг сверкнул тёмными глазами. – Ты заварил эту кашу, но расхлёбывать сладкий вкус доверь мне, сынок.

Колдун расхаживал взад вперёд перед войском восставших из пекла. Армада гигантских пауков, выжидала, готовясь выполнить приказ мага. Он знал, что в этот раз внезапного нападения не получится. Противник ждал и готовил силы.

Мердок мог просчитать каждый ход армии Эдварда, но для начала хотел поиграть с ним. Как делает кошка, выслеживая добычу, уверенная, что в этот раз ей удастся не только спастись от острых зубов чудовища, но и подпортить ему шкуру.

Старый маг хрипло рассмеялся. Рванул серебристый поводок на себя, Биргер смиренно приблизился. Стремительно вскочив на спину паука, Мердок издал боевой клич, приказывая армии восставших из пекла двинуться вперёд. Паукам он отвёл иную роль. Маг решил выждать, на чьей стороне окажется перевес сил, чтобы удостовериться есть ли у армии принца козыри. Чудовище пока не ведало о летучих кораблях, умело скрытых осенними тучами над лесом, и этот факт мог сыграть против планов колдуна решающую роль.

***

Дэрвайг наводнили орды живых мертвецов. Полусгнившие тела, в ветхой одежде или скелеты, полностью лишённые кожи и высохших мышц, казались неуязвимыми. На первый взгляд сдавалось, что справиться с ними невозможно. Каждый выстрел, убивающий мертвеца, походил лишь на временную смерть. Восставшие из пекла снова поднимались и бросались в атаку.

Скелеты боялись огня. Справиться с ними оказалось сложнее, чем рассчитывал Олан. Лучники, выпуская стрелы с самовоспламеняющимися наконечниками, отбили несколько атак, превращая солдат тьмы в пепел. Новые слуги преисподней прибывали, как новенькие. Мертвецы, умирая, воскресали вновь. Это невозможно, рассуждал, Олан, обратившись к бойцам, с призывом, чтобы они изменили тактику, окружая чудовищ маленькими группами и отрезая путь остальным, заключая в огненное кольцо.

Идея наместника Ледяного королевства сработала, целясь мёртвым в голову, можно было не только пробить череп, но и увидеть, как солдаты тьмы сгорали дотла. Разливая масло и, создав круг огня, гномы Калдера заманивали в ловушку следующий отряд мертвецов. Пламя отлично прожаривало им кости. Гоблины, помогающие гномам, быстро смекнули, как действовать, поливая маслом пляшущих в огне чудовищ.

Олан, находясь в башне, удовлетворённо кивал, видя, что ловушка для незваных гостей скоро захлопнется, одно смущало его, почему армия восьмилапых тварей не торопится бросаться в атаку. «Или Мердок приберёг их на десерт? Нет», – эльф покачал головой, – «пока не стоит отдавать приказ поджигать большой круг города». Он отбросил длинные волосы со лба и смахнул капли пота. Жар от пламени поднимался к небу, делая воздух сухим и горячим.

– Эй, боец! – выкрикнул Олан ближайшему к башне солдату. – Поднимись, мне нужен гонец!

Юркий гном, опираясь на топор, быстро взобрался по каменным ступеням.

Олан, встретив подданного Калдера, приказал оповестить остальных гномов, гоблинов и троллей, передавая по цепочке приказ, что зажигать «большой костёр» начинали только по сигналу с башни.

– Вас понял, – кивнул гном кланяясь. – Главное, мы научились уничтожать восставших, и эти стрелы отлично их поджаривают!

Олан, кивнув, похлопал солдата по плечу и вернулся к окну, откуда можно было наблюдать происходящее сражение с тварями.

Орки под предводительством Алвиса ждали приказа. Армию решили бросить, как тяжёлую пехоту на пауков, появившихся в городе. Паучья рать выжидала. Этот факт неоспорим и каждый из военачальников понимал – Мердок не так прост.

Солдаты Лесного отряда Эслинн тоже ждали сигнала и надеялись, что в городе не понадобится их помощь. Долговязый Бейн, отправил на самое высокое дерево бойца. С высоты тому отлично видно происходящее за стенами, а так же подступы к лагерю лесных солдат.

Бой продолжался долго. Армия Калдера почти обессилила, и Олану приходилось поддерживать боевой дух и стойкость, выкрикивая заклятия. Его лицо, ставшее серым от пепла и гари, сливалось с сумраком. Тёмные волосы сделались цвета стали и развевались на усиливающемся ветру.

Небо разорвала вспышка молнии, а раскаты грома походили на военный марш. Крупные капли дождя грозили ливнем, и Олан молился, чтобы дождь как можно дольше не начинался, ведь тогда усилия пойдут прахом. Мёртвые под дождём гореть не станут, их уничтожить станет сложнее или почти невозможно. «Где же магическая книга», – сокрушался эльф, вспоминая, сколько пришлось преодолеть трудностей, чтобы отыскать её и снять печать хранителя Змея.

Тем временем на кораблях готовились к началу сражения.

– Я вижу, тучи опустились ниже, а вспышки молний и гром могут помешать увидеть происходящее в городе! – Галвин провёл ладонями по мокрым волосам, пальцы немного подрагивали от напряжения, а сердце билось чаще.

Он вернулся в каюту, решив связаться с Эдвардом и Калдером, чтобы оценить ситуацию. Калдер предложил, объединив магию, расправится с ненастной погодой.

– Скоро рассвет, и негоже было бы разгонять облака, мы не должны обнаружить себя! – выкрикнул Эдвард. – Я вижу, что творится в городе.

– Да, и я тоже, – согласился Галвин. – Если грянет ливень, войску Олана не поздоровится и не удаться добить мёртвых.

– Если он не придумает что-то другое, кроме огня, – ответил Калдер, рассматривая друзей в волшебной сфере. – Есть у меня кое-какое заклятие на случай, если дождь усилится, но пока, думаю, не стоит этого делать.

– Мердок ждёт и не торопится отдать приказ паукам войти в Дэрвайг! – добавила Эслинн. – Он будто рассчитывает исход битвы с восставшими из пекла.

– Так и есть! – согласился Галвин. – Но пока нам необходимо время. Пушка заряжена на один залп. Нам может этого хватить, если с каждого корабля выстрелить по лагерю Мердока.

– Согласен, – ответил Эдвард, – но что если он уцелеет, что если маг создал защиту от наших кораблей, может ли он догадываться о секретном оружии в небе?

– Не думаю, – отозвался Галвин. – Посмотрите в подзорную трубу! – внезапно выкрикнул он. – Мне кажется, теперь перевес сил у нашего войска и пора подавать сигнал Лесному отряду Эслинн.

Эдвард, отложив сферу, бросился к подзорной трубе на палубе. Тучи, став рыхлыми, превращались в туман, но, с помощью чуда оптики Галвина, сражение в городе можно отчётливо наблюдать и понимать, когда отдавать приказ отряду Эслинн идти в наступление.

Ряды мертвецов поредели, хотя и армия Олана несла потери, орки стояли в нетерпении готовые ринуться в бой. Алвис расхаживал туда-сюда, ожидая сигнала.

– Ты ждёшь рассвета или выступления пауков? – спросила Эслинн, ощущая нарастающую тревогу.

–У меня такое чувство, что Мердок хочет, чтобы мы напали первыми, но даже если армия восставших из пекла сложит кости и головы, мы должны выждать. Тем более, войско Алвиса, как и твой отряд, полон сил. Они смогут поддержать выдохшихся бойцов Горного королевства.

Эслинн кивнула, согласившись с принцем, глянув в подзорную трубу снова.

Дэрвайг заволакивало дымом, и рассвет можно было увидеть только с палубы кораблей. Солнце поднималось со стороны армии колдуна, а восход только осветил верхушки самых высоких гор, не рассеивая мглу, стелющуюся по предгорьям Зелёного дола. Главнокомандующие ждали. Смерть собирала жатву. Солнце словно не торопилось, не желая смотреть на кровь и пепел, превратившие некогда прекрасный город в место сражения.

Утро серое и безветренное выглядывало из-за свинцовых туч. Дождь срывался, но вскоре сошёл на «нет». Сырой воздух вкупе с холодом пробирали до костей, хотя отрядам, сражавшимся с мертвецами, мёрзнуть не пришлось.

Атти, спустившись с мамонта, приказал оркам привести в боевую готовность собратьев мохнатого слона, что было сделано вовремя.

Мердок решил обойти город и напасть, с помощью пауков минуя стены.

Первыми движение заметили с кораблей. Эдвард приказал подать сигнал «красной розы». Долговязый Бейн, свистнув Мелкому и Крысу, распорядился готовиться отразить нападение и рассредоточиться вдоль просеки.

Громадные чудовища приближались. Несмотря на гигантский размер, двигались они бесшумно. Бейну нашествие тварей напоминало приближение смерти – так же беззвучно и незаметно ползли пауки Мердока. Первыми в схватку вступили бойцы Лесного отряда Эслинн. Отчаянные парни, убившие несколько существ, во время первого нападения, действовали сообща. Выходить один на один против монстра опрометчиво.

Ловко набрасывая лассо на уродливую голову паука, один из храбрецов отдавал команду троим помощникам, запутывающим ноги чудовищу. Заваливаясь набок, паук издавал истошные вопли, рычал и норовил ухватить педипальпами нападавшего бойца. Щелкая ядовитыми хелицерами, тварь шипела, а, получив, копьём точный удар в голову, дёргала лапами в предсмертном танце.

Долговязый Бейн удовлетворённо кивал, скрестив руки на груди, наблюдая, как паучье войско отступает. Не потеряв ни одного бойца Лесной отряд в коротком, но опасном сражении вышел победителем. Пауки ретировались, а Мердок решил двигаться в Дэрвайг, минуя стены с восточной стороны.

Оседлав Биргера, он приказал тому взобраться на каменные выступы. Преодолевая препятствие, монстр легко перебрался через сложенное из песчаника ограждение, и первым очутился в городе. Остальные твари ринулись за ним. В какой-то момент Биргер попытался сбросить седока. Раскаяние пришло слишком поздно и, став чудовищем, бывший король надеялся, вырваться на свободу. Он не хотел умирать и подчиняться Мердоку. Чёрный маг натянул поводок, который врезался в щетинистое тело паука, оставляя кровоточащие отметины. Биргер взревел и понёсся вперёд, ломая на пути деревянные лавки торговцев, взбираясь на крышу двухэтажного дома. Раньше он думал свыкнуться с болью, с обманом Линга, предложившему ему выпить волшебный эликсир из чаши в Храме Мердока. Сейчас страдания не прекращались, и к ним добавилось чувство безысходности и отчаяния. Мердок и не догадывался насколько может стать опасным повергнутый и порабощённый человек. Пятьсот лет большой срок в теле паука, чтобы помнить человеческую природу. Биргер вспоминал, как стремился стать человеком, как желал заполучить власть над Серединным миром. Теперь он вернулся бы в ледяное озеро Холгер и уснул навеки мёртвым сном, лишь бы не чувствовать унижения и боль от врезавшегося поводка.

Восставшие из пекла несли потери. Мердок наблюдавший за бойней используя магический шар, призывал дождь. Ему кто-то мешал, кто-то так же применял магию. Одного не мог понять чёрный маг, откуда исходила угроза. Летучие корабли скрытые густыми тучами выжидали, Мердок и не догадывался об их существовании. Линг подозревал, что Великий Механик Галвин придумал какую-то машину, на которой Эдварду и его товарищам удалось скрыться от ищеек некроманта. Однако колдун мёртв и не смог рассказать никому о своих предположениях.

Солнце, нащупав в тучах брешь, пронзило серое небо золотыми лучами. Алвис приказал первому отряду орков выступить с правого фланга и оттеснить от южной стены паучье войско.

Мердок, взобравшись на Биргере на один из трёхэтажных домов, искал мага, управляющим войском эльфов. Олана он увидел сразу, как и лучников. Рассмеялся тихо в седую бороду и начал плести заклятье, пока противник не задумывается, что его ждёт.

Чёрная тень, скрученная из сотни лиц, лишённых глаз, ворвалась в башню, где Олан руководил битвой. Эльф не ожидал нападения и не успел отразить атаку. Фантом сбросил наместника Солвейг с башни, потом подхватил, у самой земли и разорвал на тысячу кусков, оставив кровь на стенах и мостовой. Гномы, увидевшие смерть военачальника, не остановились, а сжав топоры и мечи, ринулись с новой силой на мертвецов, которые отступали. Они падали, ползли, таща за собой изуродованные конечности, уходя от магии, что воззвала к ним, вытаскивая из преисподней.

Отряд Атти – мамонты Ледяной страны выступили с левого фланга. Шерстистые слоны, облачённые в доспехи, теснили членистоногих чудовищ, и армия Эдварда оказалась превосходящей по количеству и силе.

– О, Великий Магистрат! – воскликнула Эслинн, прижимая руки к губам. – Магия Мердока создала сущность и… Она погубила Олана!

Эдвард, тяжело вздохнув, сказал, что не время применять огонь с кораблей и тем самым обнаружить себя:

– Алвис справится, Эслинн, да и армия Калдера не дрогнула… Несмотря на гибель Олана. Великий Магистрат, – прошептал он, опуская глаза, вдруг подумав, что призывая память о магах круга, всякий раз, каждый из них вспоминал Мердока. Что сделало его чудовищем? Опасным и хитрым противником.

– Нам придётся играть по его правилам, – подал голос из волшебной сферы Калдер.

Эслинн бросила взгляд в сторону шара, увидев удручённое лицо отца:

– Олан…

– Я видел, – прервал её Горный Король, – сейчас не время оплакивать мёртвых, Эслинн, сейчас надо спасать живых.

– Пауки отступают, – подал голос Галвин, его возбуждённое лицо появилось в волшебной сфере. – Мердок решил сделать передышку?

– Или задумал что-то новое?! – с тревогой в голосе спросил Калдер.

– Алвис! – воззвал Эдвард к командующему орочьим войском. – Ответь, если слышишь!

На его зов откликнулся молодой эльф, внимательно вглядываясь в волшебный шар.

– Алвис повёл войско в сторону востока, чтобы уничтожить, как можно больше пауков.

– М-да, – принц взглянул на Эслинн, – правильный поступок, но чтобы он не стал ловушкой для неповоротливых мамонтов на узких улицах восточного предгорья.

– Необходимо остановить Алвиса, – проговорил Калдер. – Он ведёт армию орков на гибель.

– Остаётся одно – предупредить его каким-то образом об этом, – задумчиво проговорила Эслинн, сжав плечо Эдварду. – Кому-то необходимо отправиться в гущу событий и взять командование на себя.

–Ты права, – согласился принц, и, склонившись над принцессой, коснулся её губ. – Время не ждёт.

***

Хитрый Мердок, оценив стремительную атаку мамонтов Атти и орков Алвиса, понял, что подобный напор лишён чёткой стратегии, и противник пошёл напролом. Заманивая мамонтов в старый квартал столицы, чёрный маг знал, что пауки манёвреннее гигантских слонов. Его замысел сыграл против Атти и закованных в броню животных. Пауки, ловко взбираясь на крыши зданий, прыгали на орков, сидевших на шерстистых слонах. Пронзали их хелицерами, не оставляя шанса выжить, впрыскивая смертоносный яд. Мамонты падали, забивая проход телами. Белый зверь, на котором сидел Атти поднялся на дыбы и, сбросив седока, понёсся вперёд.

Он трубил и сметал на пути преграды, взбесившись и потеряв контроль. Один из пауков прикончил его и ринулся к остальным животным, ставшими заложниками скоропалительного решения Алвиса.

Эдвард оказался в гуще событий. Бросив шлюпку и забросав её ветками, принц свистнул эльфам, которые оседлав коней, приблизились к нему.

– Я подам знак, вы увидите его в небе! – крикнул принц. – После сигнала поджигайте масло, как было решено раньше!

Эдвард погнал лошадь во весь опор, ему важно успеть сообщить Алвису о необходимости отступать. Видя гибель солдат Ледяного королевства, принц понимал, что-то изменило ход битвы, и Алвис принял решение бросить армию орков на паучьи орды.

Тень Мердока возвышалась на водонапорной башне, и принц видел, что колдун наблюдает за сражением.

– Алвис!!! – крикнул Эдвард старому воеводе. – Уводи, оставшихся в живых, я отдаю приказ поджечь кольцо!

Раненный орк, прижавшись к стене, окликнул помощника, передав ему слова принца.

– Как же ты, Алвис?

– Не спрашивай, солдат, – бросил старый вояка. – Мы поторопились, не рассчитали условий боя. Гибель Олана внесла в наши ряды смятение. Отступаем, но необходимо направить гномов для зажигания фитилей. Понимаешь? – он схватил его за плечо когтистой лапой.

Помощник Алвиса, мрачно кивнув, издал клич к отступлению. Принц подбежал, пробираясь сквозь тела мёртвых мамонтов и орков к хранителю библиотеки.

– Я отдал приказ об огненном кольце. – Эдвард склонился над старым другом.

Алвис, устало вздохнув, с трудом поднялся, ноги отказывались слушать его.

– Уходи, принц, теперь от меня мало толку.

– Идём, я помогу тебе, – принц хотел помочь закованному в броню орку.

– У меня другая идея, – усмехнулся Алвис, приподняв кончики ушей. – Я отвлеку чудовище на себя. А тебе предстоит воспользоваться жезлом света, магическим жезлом.

– Для этого я пришёл к вам на помощь, но умирать тебе не зачем, уходи со всеми, я прикажу… Атти, чтобы он помог тебе взобраться на одного из мамонтов…

– Нет, Эдвард. – Алвис уронил массивную голову на грудь. – Не трать время. Пока Мердок управляет тварями, подберись к нему ближе.

Принц не хотел оставлять друга, но время играло против них. Командиры, уводили мамонтов и остатки поредевшего войска.

Мердок, подняв руки к свинцовому небу, торжествовал. Однако что-то внутри него подсказывало, короли просто так не сдадут позиции, и он оказался прав.

Прорвавшийся с небес ливень барабанил по крышам. Отступившее войско Ледяного королевства возвращалось к западной части города. Гигантские пауки пробирались в опустевшие дома, скрываясь от дождя.

Биргер, запертый в здании, на котором располагалась водонапорная башня, больше не хотел сражаться. Он потерял всякую надежду снова стать человеком и смирился с проклятием, заслуженно опустившееся на его плечи, обратив в мерзкого паука.

Капли дождя, смешиваясь с пылью, превращались в серые потоки. Город, позабывший на несколько месяцев дождь, мог бы с радостью встретить небесную влагу, если бы не кольцо огня. При подобном ливне эту идею, оказалось, воплотить невозможным.

Придворные колдуны, скрываясь в убежищах, готовили снадобья для раненых воинов. Боевых магов можно пересчитать по пальцам. Слишком давно королевства не вели войн. Искусство магического боя было во многом забыто и утеряно. Собрать по крупицам великое знание, восстановив армию магов, не удавалось. Война нагрянула внезапно. Масло не могло вспыхнуть, да и если бы это и случилось, кольцо не замкнулось, для этого в городе оказалось слишком много воды.

Эдвард не хотел отступать, но понимал, сейчас ему не одолеть Мердока. Сегодня силы природы не на стороне жителей Зелёного дола и столицы. Даже солнечные залпы с кораблей нанесли бы больше разрушений, но достигли бы цели? Принц натянул поводья, повернув лошадь в сторону от восточной границы, направляясь к раненому Алвису.

Старик ещё дышал, из его ран сочилась кровь. Она казалась розовой, смешиваясь с каплями воды, дождь пытался смыть следы смерти. Разрушенные дома мрачно взирали на павших в бою солдат и животных. Серая морось окутала кварталы, проникая в каждую щель. Мердок вслушивался в темноте, ловя каждое слово, желая выведать, что теперь приготовят его враги.

Собравшись с силами, принц взвалил хрипевшего воеводу на лошадь. Взобрался в седло и, хлопнув по шее, приказал кобыле нестись вперёд, как можно быстрее.

«Олан погиб, Иден при смерти, Алвис ранен, Атти исчез, Солвейг пострадала», – имена товарищей казались похожими на раскалённое железо, врезающееся в грудь. Эдвард поморщился и пришпорил коня. Отступление не означало поражение. «Мердок лишь ненадолго оттянул день своей гибели», – пронеслось в голове принца.

Чёрный маг наблюдал за исходом потрёпанного войска орков. Он мог одним ударом расплющить всех, но не этого хотелось ему. Он словно хитрый кот желал, чтобы его игрушки как можно дольше оставались в живых, иначе, с кем продолжать битву, с кем завершить начатую игру.

Армия орков возвращалась в лагерь. Гномы и тролли рассредоточились в пустующих домах, разводили костры, чтобы согреться и приготовить пищу. Гоблины отправились в убежище, чтобы принести людям воды и пищи, как приказал Калдер.

– Почему корабли не открыли огонь? – спросил один из офицеров эльфийской армии. – Они в безопасности в небе, а что остаётся нам?!

– Олан мёртв, наш предводитель Иден тоже, скорее всего, покинул этот мир, – ответил второй эльф. Вокруг них начинала собираться толпа. – Кому нам верить? Этому орку, который повёл своих собратьев на смерть, или мальчишке и его юной принцессе, возомнившими себя властителями пяти королевств!!!

– Ты прав, Густор! – выкрикнул кто-то из толпы. А потом, при вспышке яркого света, появилась Солвейг.

На ней сияли золотом доспехи, а тёмные с проседью волосы затянуты в конский хвост. В руках королевы эльфов появился меч, и она, нахмурив брови, с вызовом глянула на зачинщиков назревающего бунта.

– Это был первый бой! – властно проговорила Солвейг.

В её словах твёрдость и сила, хотя говорила королева тихо.

– Мы не в силах предвидеть исход, мы не провидцы. Но мне известно лишь об одном пророчестве, которое идёт по написанному сценарию и никому из вас не в силах остановить или изменить его. Как бы я хотела, чтобы жизнь складывалась иначе, но судьба затянула узлы, а нам остаётся одно – сражаться до конца и обходить преграды выстроенные Мердоком. Отринуть мысль о том, что он верховный маг Магистрата, которому на протяжении пятисот лет мы усердно молились. Знайте, старые боги мертвы, теперь только в ваших руках одолеть Зло и только в ваших сердцах есть место надежде и храбрости.

Густор опустился перед Солвейг на одно колено, склонив голову;

– Прости мою несдержанность, королева. Силы тьмы поселили в моей душе сомнения. Но ответь? – он поднял лицо, с вызовом взглянув в голубые глаза Солвейг. – Почему корабли не пришли к нам на помощь?!

– Время не пришло показывать Мердоку все козыри, эльф. – Солвейг коснулась плеча Густара пальцами. – Когда мы не умели перемещаться по воздуху, силе армии эльфов и Ледяной страны с орочьим войском не было равной во всем Серединном мире. Вы разучились воевать, но не забыли, что такое бороться. – Она улыбнулась, оглядев подданных, – это ничего, теперь королева с вами и, собрав силы воедино, мы сможем дать отпор Мердоку и его тварям!

Глава 17 Последняя схватка

Глава 17 Последняя схватка

Дождь на несколько часов остановил сражение, когда небольшая передышка требовалась не только для восстановления сил, но и для принятия решения, каким станет следующий ход партии.

Эдвард помог Алвису спуститься в подземелье, передав друга в руки придворных врачевателей. Принца удивило возвращение Солвейг и, что она в доспехах воительницы. Он вспомнил Эслинн, её боевой дух, понимая, что дело не только в воспитании отца. Королева эльфов настроена решительно, и возвращение правительницы эльфов вселило в воинов надежду и смелость. Дождь спутал планы, но в то же время дал часы на раздумья.

Сделав укрытия, солдаты разожгли костры, чтобы высушить мокрую одежду и приготовить пищу. Воины сменили караул, дав отдых бойцам и спустив раненых в катакомбы.

Солвейг приказала отыскать боевых магов.

– Ведь кто-то должен кроме меня владеть искусством военной магии! – выкрикнула она. – Или обучение свелось к бытовому волшебству для лентяев, которым сложно помыть посуду?! Где управляющий школами чародейства Зелёного Дола?!

Эльфы, переминаясь с ноги на ноги, сообщили, что директор школы чародейства Олаф, даже не удосужился явиться в столицу Зелёного Дола.

– Это пахнет предательством, – усмехнулась Солвейг и кивнула вошедшему в шатёр Эдварду. – Что думаешь, если такой почтенный маг заперся в школе колдовства и ничем не хочет противостоять надвигающейся угрозе?!

– Это говорит о нём, либо как о трусе, либо он слаб в боевых искусствах, – склонил голову набок принц, – я могу приказать отправить за ним гонцов.

– Не стоит, – махнула рукой королева, задумалась, отбросив назад длинные волосы. – Мне нужен список всех, кто проходил в этой Школе обучение, тогда нам будет легче понять, кто способен противостоять магии Мердока и сумеет помочь в битве.

– Здравая мысль, – кивнул Эдвард, – отправлю отряд гномов, эти ребята быстро доберутся до Школы чародейства подземными ходами.

– Хорошо, а пока расскажи, что на кораблях, как Иден, и когда вы думаете вступить в бой?!

– Корабли в полной готовности, Солвейг. Иден, – Эдвард замолчал на полуслове, не уверенный стоит ли королеве говорить правду. – Его ранил один из пауков и отравил ядом, теперь наш друг умирает в мучениях и никакое лечение и волшебство не смогли помочь ему.

На глаза Солвейг набежали слёзы, она смахнула их, пытаясь не расплакаться и добавила, что есть одно средство.

– Если бы Биргер мог дать свой яд добровольно с желанием спасти кого-то, это бы помогло Идену. Но…Но все мы знаем, что это невозможно.

– Биргера Мердок обратил в паука, а сам принял человеческий облик, теперь белый демон подчиняется ему. И не думаю, что служба ему в радость.

Солвейг, усмехнувшись, расположилась возле костра, качая головой:

– Неизвестно что можно ожидать от Биргера, но точно ни милости к людям.

– Согласен, – кивнул Эдвард и задумчиво посмотрел в сторону домов. Дождь поливал улицы и не желал успокаиваться. – Корабли мы применим в последний час, Солвейг, когда победа будет близка, я опасаюсь, что разгадав наш секрет, Мердок, с помощью магии, причинит немало неприятностей, и наша флотилия может стать громоздким мусором, падающим с неба.

– Да, я тоже думала об этом, – Солвейг сжала руку Эдварда. – Нам остаётся уничтожить пауков и за это время, думаю, мы сможем отыскать боевых магов, ставших тебе поддержкой в битве с чёрным колдуном.

Когда вечер, смешавшись с тяжёлыми дождевыми тучами, вполз в город, Мердок решил, что пора атаковать снова. Капли дождя больше не барабанили по крышам, а стали моросью, обычно рассыпающейся в это время года по крышам, стенам и улочкам Дэрвайга. Похожая на туман она пропитывала высохшую одежду солдат, но, отдохнув, они готовились к битве. После сражения с восставшими из пекла, солдат воодушевила победа. Однако многие помнили вторжение членистоногих и разрушения, и смерти, которые принесли огромные пауки в столицу Зелёного дола.

Солвейг спустилась в убежище, желая осмотреть раненых, а Эдвард собирал отряды, чтобы объяснить, как лучше обороняться от пауков. Он вспомнил отличную тактику отряда Эслинн и решил применить её в городе. Принц понимал, что для нападения на монстра необходимо больше пространства, чем узкие улочки города, поэтому решили стягивать основные силы к городской площади.

Прибытие четырёх боевых магов вселило в воинов надежду. Они помнили трагическую гибель Олана, и страх оказаться поверженными чёрным магом вернулся. Эльфы не говорили об ужасе охватывающим их при мысли о встрече с Мердоком, Эдвард видел его мрачные узоры на лицах солдат.

«Всего четверо боевых магов», – удручённо размышлял про себя принц, понимая, что такое количество слишком мало, но всё же лучше, чем ничего. Солвейг вернувшись, представила магов принцу. Темноволосый, высокий волшебник склонил голову в поклоне:

– Познакомься, Эдвард – это Рагнер – повелитель воды и холода.

Боевой маг снова поклонился, прижимая руку к груди, принц разглядывал его худое лицо с впалыми карими глазами и глубокие шрамы на щеке, словно они были нанесены хищной тварью.

– Послание оборотня, – криво усмехнулся Рагнер, заметив взгляд Эдварда. Принц кивнул в ответ и переметнул взгляд на другого мага. Тот ниже Рагнера и представился Пером, сказав, что в его власти управлять огнём и молниями.

– Отлично, этого нам точно недоставало, когда начался ливень.

Эдвард глянул в туманное небо и, кивнув Перу, повернулся в сторону эльфа, мага с белоснежными, словно снег волосами, заплетёнными в длинную косу.

– Меня зовут Лейф, я не обладаю особыми талантами,– начал в свойственной манере для своего племени волшебник, – однако мой конёк иллюзии, сон и видения, способные укротить даже такого великого мага, как Мердок.

– Где ж ты был раньше, мой друг? – горько улыбнулся Эдвард, вспоминая товарищей и потери, которые они понесли за последнее время.

– Прости, принц, – Лейф склонил голову перед принцем, приложив руку к груди. – Дело в том, что я удалился от дел и вёл отшельнический образ жизни, как только гномы передали мне весть о том, что королевства нуждаются в поддержке, я тут же собрался в путь.

– Хорошо, – кивнул Эдвард, взглянув на низкорослого смуглого человека, похожего на гнома.

– Ну, раз дошла очередь до меня, – мотнул головой четвёртый боевой маг, с глазами как у кошки. – Меня кличут Ингемаром. И да, мой отец гном, а мать из простых смертных, если тебя, принц, это интересует.

Эдварду этот Ингемар показался немного нахальным. В надежде, что от надменного полу-гнома будет толк, принц спросил, какими талантами он обладает:

– Что ты противопоставишь силе огня, власти над водой и холодом, а так же мастеру иллюзий? – проговорил Эдвард, этот Ингемар казался ему не слишком надёжным звеном. Тем не менее, первое впечатление могло быть обманчивым, и Солвейг коснулась руки принца, почувствовав его напряжение.

– Я могу говорить с животными и управлять ими, подчинять, если потребуется.

– Хм, – Эдвард потёр бороду, его мысли сразу посетила дерзкая идея. – Пауки входят в понятие животные, Ингемар?

– Конечно, – четвёртый маг сузил золотистые зрачки. – Я знаю, о каких вы спрашиваете тварях, и однажды мне пришлось сразиться с парочкой, как раз на восточной стороне Серединного мира. И знаешь принц, ни одно из чудовищ не ушло живым. Я подозревал, что храм Мердока стал прибежищем восьмилапых тварей, но не стал искать этому доказательств. Удалившись в пещеры, к семье, я продолжил дело отца, добывая драгоценные камни и минералы. Не знал, что пауки напали на столицу Зелёного Дола.

Он взглянул на Солвейг и продолжил:

– Говорят в прежние времена, когда войны сотрясали Серединное королевство, боевых магов оповещали первыми. Нас было много, а теперь несколько человек против могущественного чёрного колдуна коим сделался Мердок – рискованная затея.

Эдвард слушал Ингемара и понимал, что и вправду первое впечатление обманчивое, перед ним стоял смелый и предприимчивый воин, хотя с виду и напоминал крестьянина.

– Возможно, остались и другие волшебники, – вступил в разговор Рагнер, скрестив на груди худые руки с длинными пальцами. – Я слышал, в прошлые времена существовала какая-то система оповещения.

– Была, – кивнула Солвейг, – но она ушла в прошлое, как и многие знания. Мирное время оказалось слишком долгим, и все мы сделались слабыми, пока древнее зло готовило почву для нападения.

– Нам пора собирать отряды, – проговорил Эдвард, – и каждый из вас будет прикрывать солдат, а ты, – он взглянул в золотистые глаза Ингемара, – станешь нашим козырем. Собери силы, чтобы направить агрессию пауков на их хозяина.

Ингемар мотнул курчавой головой, а эльф Лейф вдруг сказал, что лично знал братьев Идена и Олана:

– Мы учились вместе, – он сделался бледным, кожа на лице стала почти такой же белой, как и волосы. – Хотел бы увидеть Идена, если это возможно.

– Если смерть не заберёт его раньше окончания битвы, – с болью ответил принц.

– Пока мы ехали в столицу, – Лейф посмотрел в сторону Пера, – гномы рассказали нам обо всём, что происходило здесь. О том, что чудовищный Биргер пытался захватить пять королевств, но сам стал жертвой своего же коварства и теперь в подчинении у Мердока. Так вот, если Биргер захочет спасти Идена, его яд обретёт великую силу и поможет нашему дорогому другу.

– Я уже слышал это, – вздохнул Эдвард, – однако сейчас нам пора готовиться к бою. По моему сигналу, вперёд отправляются отряды троллей и солдаты Зелёного Дола с левого и с правого флангов. Рагнер и Пер станут главным щитом. Следите за возмущением магического пространства и не позвольте Мердоку играть нами.

Пауки появились неожиданно, и вывод основной гвардии к площади сыграл важную роль. Бойцы со свежими силами рванулись в бой, используя тактику воинов отряда Эслинн. Один бросался на тварь, двое других опутывали восьмилапое чудовище и, завалив, метко били копьём тому в голову или использовали короткий меч, нанося смертельные раны.

Часть пауков отступила по команде Мердока. Одна из тварей поднялась на четырёх лапах, будто решая сбросить седока. Эдвард заметил, как чёрный колдун натянул поводья, стегая плёткой паука, покрытого серебристой шерстью. Чудовище успокоилось, смирилось, и замерло в ожидании нового приказа хозяина.

– Ингемар! – выкрикнул принц. – Пора!!!

Темноволосый укротитель существ, совершив пас руками, направил магию в стороны армии Мердока. Злобный чародей не ожидал нападения боевого мага, и Ингемару удалось заставить первые ряды пауков рухнуть с распростёртыми в разные стороны лапами, словно под их ногами земля превратилась в ледяной каток.

Мердок вылетел из седла, а Биргер, словно воспользовавшись моментом, развернулся и поскакал через головы собратьев, покидая поле битвы.

Ход Ингемара предрешил сражение – внезапность и смятение заставили пауков ретироваться, они заполнили проходы с площади, оставив армии пяти королевств большее пространство для боя.

Эдвард приказал не бросаться в узкие улочки, а ждать. Колдун не отступит так просто.

– Кто знает, что у него припасено в арсенале, – бросил принц Солвейг. – Ты видела, что паук, на котором сидел Мердок сбежал одним из первых?

– Да, Эдвард, – задумчиво кивнула королева эльфов. – Небольшая заминка даст нам время перестроить силы.

Принц согласившись, отдал приказ воинам занять позиции около основных улиц, уходящих вглубь города. Он понимал пауки или новые монстры Мердока вернутся, и оказался прав. После небольшой передышки, пауки ринулись с новой силой, теперь не подпуская к себе людей с верёвками, понимая, что дать им повалить себя равносильно смерти. Бойцы принца отлично справлялись с задачей, пока в небе не послышался шум крыльев.

Сначала Эдварду показалось, что снова начинается дождь, он взглянул в хмурое вечернее небо, не до конца понимая, что надвигается из-под сизых туч.

Огромные летучие мыши или драконы.

Теперь в бой вступил Пер, забросив в армию прилетевшую с неба волну огня. Летающие существа стремительно двигались в облаках, пикируя вниз, хватая цепкими лапами солдат. Поднимались над городом и бросали воинов с высоты птичьего полёта вниз.

Появление летучего войска заставила большую часть армии прийти в смятение, теперь угроза исходила не только из тёмных закоулков города, но и с неба. Поэтому принц принял единственное верное решение, выставить лучников, отстреливающих тварей в вышине.

– Они не должны стоять на виду! – крикнул он эльфу командующему лучниками. – Пусть стреляют из слуховых окон, чердаков.

– Понял, принц! – ответил командир, сжимая арбалет. Солвейг одобрительно кивнула Эдварду, добавив, что неплохо было бы связаться с Эслинн или Калдером.

– Сверху им значительно лучше видно, откуда Мердок посылает существ и что это за твари.

– Свяжись с кораблями, Солвейг. Если колдун выкинет ещё что-нибудь подобное, нам придётся начинать вести бой с кораблей. Только солдаты должны будут скрыться. Нам не нужны неоправданные потери!

Сражение превратилось в кровавую мясорубку. Внизу воины бились с пауками, заваливали их, кололи копьями. Некоторые особо хитрые особи, уворачиваясь, бросались на солдат протыкая ядовитыми хелицерами. Нескольких лучников высунувшихся из окон схватили хищные птицы, раздирая когтями. Ближайшую тварь Эдвард мог описать, как ящерицу с кожистыми крыльями. В ней было что-то от дракона, но хищники в небе меньшего размера, не изрыгали пламя, а лишь выхватывали солдат, из рядов пытаясь нарушить выбранную тактику боя.

Боевые маги помогали, но на огромном пространстве сражения сложно удержать магическое воздействие, поэтому приходилось плести чары в направлениях, где солдатам была необходима помощь.

До летающих ящериц Ингемару добраться невозможно, их хаотичные движения нарушали колдовство, и маг никак не мог надолго зацепиться петлёй заклятия к тому или иному существу.

Зато повелитель иллюзий Лейф выбрал стратегию, подчиняя пауков в задних рядах, те неслись к передним, и вгрызались в своих же собратьев.

Эдвард не видел, где скрывался Мердок, откуда управлял армией тьмы. После того, как серебристый паук выбросил его из седла, чёрный колдун исчез из поля зрения. Решив подобраться к Мердоку ближе, принц поднялся на башню, откуда вчера руководил отрядами Олан, всматриваясь в окрестности города. Колдун должен видеть своё войско, поэтому тоже будет сидеть на возвышенности и руководить тварями, размышлял принц. Зелёное пламя выдало чёрного мага. Эдвард засёк его месторасположение и решительно метнулся в сторону центра города, где располагалась водонапорная башня.

Пробираясь между домами, он вступил в схватку с несколькими пауками. Солдаты по его команде ловко забросили на голову одного петлю и дружно потянули к земле. Чудовище упиралось, но потом волна, посланная Ингемаром, заставила всех членистоногих снова рухнуть на залитую водой мостовую. Их ноги разъезжались, словно на льду, что позволило с лёгкостью обездвижить трёх тварей. Оставив бойцов, Эдвард ринулся вперёд. Капли дождя стекали с мокрых волос, он смотрел в сторону водонапорной башни, надеясь не потерять её из виду. Запутанный лабиринт узких улочек уводил в другую сторону, и принц опасался не отыскать путь к башне в темноте.

Обычно ярко освещённый город теперь погрузился в ночь. На груди Эдварда вспыхнул кулон синим светом. Принц прижал к нему ладонь, вдруг почувствовав страх. Что-то мешало ему сосредоточиться, и он понимал, что не готов к сражению. Выбора не оставалось, игры в прятки закончились.

Подбежав к водонапорной башне, Эдвард, сорвал с шей кулон, сжимая в ладони, ощущая, как он меняет форму, превращаясь в меч. Мысль что волшебный жезл имел форму волшебной палочки, царапнула сознание принца. Однако с мечом, справиться с колдуном будет проще.

Тьма окутывала ступени, проход заволокло туманом. Эдвард, взмахнув клинком, развеял колдовство. Он понимал, Мердок уже знает, что противник здесь. Стараясь не шуметь, принц поднимался выше. Яркая вспышка озарила небо. Из слуховых окошек башни можно увидеть, как с неба несутся сотни огненных стрел.

Эдвард глянул наверх, в проход лестницы, услышав яростные возгласы Мердока. Принц понимал, что с кораблей дали залп огненными стрелами по летучим монстрам. Солнечную пушку берегли, хотя сейчас, наверное, было самое время, размышлял принц, подбираясь к колдуну.

– Я знаю, что ты здесь, – услышал он хриплый голос Мердока, – Эдвард.

Колдун коротко рассмеялся.

– Страх спутает тебе ноги и затуманит рассудок.

Эдвард взмахнул мечом, рассеивающим магию колдуна, принц надеялся, что чёрному магу неизвестно о помощи озёрной девы и волшебном жезле.

Принц поднялся на последний этаж, там просторная комната круглой формы, напоминающая маленькую арену в амфитеатре. Пускай окна смотрели на все стороны света, в душном помещении не хватало воздуха. Тёмная тень Мердока походила на статую. Эдвард сжал двумя руками рукоять меча, видя, как от него исходит голубое сияние.

Колдун смотрел в окно и, не оборачиваясь, произнёс.

– Ты решил сразиться со мной, мальчишка?

– Пока ты был пауком, жизнь в королевстве текла спокойнее.

– Ха-ха, особенно если не считать змея Биргера, ставшего человеком и подлеца Гилмора, захватившего власть и погубившего Вардена.

Мердок обернулся, и Эдвард увидел, как вспыхнули глаза чародея.

– Мальчишка, я смогу тебя уничтожить взмахом руки, а ты пришёл ко мне с игрушкой озёрной девы?

Сердце принца дрогнуло, но он не отступал, понимая, что колдун не хочет сражаться. Он смотрел на горящий город, на поле битвы и наслаждался зрелищем. Эдвард не мог напасть на Мердока первым, что-то мешало ему. Колдун, словно читая мысли, снова взглянул в сторону воина и, сухо рассмеявшись, покачал головой:

– Я создал этот мир, а он предал меня. Почему бы мне и не разрушить его.

Мердок махнул рукой, не оборачиваясь, выпуская из пальцев огненные струи. Словно раскалённая магма брызнула в сторону Эдварда, который умело, отразил магическую атаку волшебным мечом.

Повернувшись лицом к принцу, чародей закрутил в ладонях огненный шар. Он мерцал зелёным огнём, и Эдвард, сделав выпад, ударил по файерболу, рассекая опасную сферу сиянием меча.

Мердок знал, что уничтожит принца, но его смелость вызвала некое уважение и смятение. Отбросив его силой колдовства к стене, колдун сбросил дорожный плащ.

Эдвард увидел, что тело Мердока покрывает броня из костных пластин. В руках чародея появился меч, рукоять которого сплетена из костей. Колдун взмахнул клинком, описывая круг, очертания которого вспыхнули алым пламенем. Эдвард, сжав оружие, приготовился к атаке.

Мердок не спешил нападать. Похожий на хищника, он двинулся вдоль стены пытаясь обойти принца. Сжавшись пружиной, он последовал примеру колдуна, держа меч наперевес, приготовившись к нападению чародея. Молчаливый танец продолжался недолго, у Мердока первым истощилось терпение, что оказалось Эдварду на руку.

Удар клинка колдуна отозвался звоном и отдачей в плечо принцу. Противники скрестили оружие, поднимая вверх руки, стараясь взять на себя преимущество. В тот раз Эдварду удалось отбросить колдуна, и снова начался молчаливый танец. Лев и тигр ходили по кругу, а потом Мердок прошептал заклятие, попытавшись действовать нечестно. Волшебный меч Эдварда умел отражать не только удары врага, но противостоять магии, разбивая её, превращая в пустоту.

Хитрый колдун хотел проверить, насколько силен меч Лиа. Он знал, что справится с принцем, на его стороне преимущество владения магией.Эдвард не отступал, мастерски разбивая заклятия, нанося удары Мердоку. По крайней мере, его храбрость вызывала уважение, и, играя с принцем, как кошка с мышью, колдун знал, что скоро прикончит наглеца бросившего вызов создателю Магистрата.

Отвлекаясь от сражения, маг сконцентрировался на Эдварде. Оставшись без защиты мага солдаты тьмы падали один за одним от мечей, стрел и сильных кулаков войска Пяти Королевств. В городе армия эльфов разбила паучью рать. Лучники добивали упавших летучих тварей, огненные стрелы с кораблей стали необходимым подспорьем.

Эслинн, посмотрев в волшебный шар, вдруг поняла, что любимый устроил схватку с Мердоком.

– Отец! – крикнула она Калдеру. – Взгляни, Эдвард вступил в битву с колдуном.

– Опасная затея, – вздохнул Горный король. – Если что-то пойдёт не так, я отдам команду для залпа из солнечной пушки.

– Тогда может пострадать Эдвард.

Эслинн с мольбой посмотрела в глаза отца.

– Он поторопился. Зачем этот бой сейчас?

– Посмотри войско чародея разгромлено. Принц не дал ему плести чары, и воинам удалось справиться. Надо направить солдат к башне. Пусть обезвредят колдуна. Маги помогут принцу.

– Я отправляюсь туда!

– Нет, дочь, ты не сможешь помочь Эдварду!

– Отец, – Эслинн сжала руку Калдеру. – Приготовь летающую шлюпку, я хочу отправиться к Лесному отряду. Направлю их в сторону восточной границы города. Потом проберусь к Солвейг по подземному проходу, скажу, чтобы она велела боевым магам идти на помощь Эдварду.

Горный король провёл пальцами по волшебной сфере, сказав, что Солвейг может обо всём узнать от него.

– Будь осторожна, девочка, – он не хотел отпускать дочь, но знал, Эслинн всё равно поступит по-своему. Поэтому приказал приготовить шлюпку и крикнул Бекану, чтобы тот отправился с ней.

– Отличная идея, – засуетился зелёный гоблин. – А то у меня уже руки чешутся взгреть какое-нибудь чудовище.

– Так мне будет спокойнее, – вздохнул король.

– Сообщи Галвину, чтобы приготовился и по моему сигналу совершил залп из одной пушки. Потом необходимо переместить корабли. Скоро рассвет и что-то мне подсказывает, что день будет ясным. Нас могут обнаружить. Что если Мердок спасётся, что если… с Эдвардом случиться самое страшное.

Вместе с Беканом они взобрались в шлюпку.

– Не беспокойся принцесса. Вместе мы поможем принцу.

Они летели сквозь облака, ставшими редкими, словно старая парусина с прорехами. Медленно опускаясь у стены столичного города, Эслинн всё смотрела в сторону водонапорной башни, где продолжалась битва её возлюбленного и восставшего мага. Увидев приближение шлюпки, из кустов выскочили подручные Долговязого Бейна. Оставив на страже небольшой отряд из пяти человек, основная масса лесной братии бросилась на помощь бойцам в городе. У них ловко получалось расправляться с пауками. От нападения летучих тварей пострадало много воинов, Долговязый Бейн погиб, уступив место Крысу, который управляясь пращей, сбил несколько тварей, оттаскивая раненых товарищей.

– Никто ещё не вернулся, – сообщил один из дозорных, расчищая проход в подземелье. - Стрелы с кораблей стали отличным подспорьем.

Эслинн обняла каждого из дозорных, спросила, не ранен ли кто и вместе с Беканом они кинулись к подземному ходу.

– Знаю, где Эдвард. Он на водонапорной башне, – принцесса резво бежала впереди. – Думай, Бекан, возможно тебе что-то придёт в голову. Надо увести Эдварда оттуда перед залпом с корабля.

Тёмные своды подземелья напоминали желудок чудовища. Сверху доносились крики и шум битвы – воины под предводительством Солвейг добивали армию тьмы.

Бекан зажёг приготовленный факел, освещая тёмный тоннель. Впереди громоздились обломки стен, со сводов капала вода. Яркое пятно света позволяло видеть, что под ногами, но что там впереди разглядеть сложно.

После половины пройденного пути, принцесса и гоблин свернули налево, до выхода оставалось немного. Никто не ожидал нападения. Появление твари оказалось внезапным и пугающим. Раненная ящерица с кожистыми крыльями, ощерилась и выпрыгнула из темноты.

Бекан отскочил в сторону, инстинктивно выставив перед собой горящий факел. Тварь зашипела, показывая окровавленные зубы. Из шеи торчало несколько стрел, кровь запеклась, однако нанесённые раны доставляли ящерице неудобство и боль, сделав злее и опаснее.

Эслинн выхватив меч, остановилась, Бекану неудобно в одной руке сжимать факел, а другой вытаскивать оружие. Он сплюнул на камни и взглянул в сторону принцессы:

– Неожиданный поворот, принцесса, придётся отбиваться.

Эслинн кивнула. В голове звучал голос отца, а мысли об Эдварде сделали сильнее. Ей необходимо торопиться, а летучая ящерица спутала планы. «Вдруг мы не успеем», – пронеслось в голове принцессы. Она выставила меч перед собой, ринувшись на тварь.

Пробивать путь вперёд казалось невозможным. Тело ящера покрывала жёсткая кожа как броня. Бекан в бессилии смотрел по сторонам, в надежде закрепить факел на стену и броситься на помощь принцессе.

Монстр рычал, грёб когтистыми лапами по камням, больше защищался, чем нападал.

Наконец закрепив факел, воткнув его в расщелину, Бекан ухнул, вытаскивая из ножен короткий меч и длинный охотничий нож. По длине оба орудия были примерно одинакового размера, что помогло Бекану направить свою энергию на ящерицу и помочь принцессе.

Видя, что противников стало двое, тварь попятилась назад и зашипела. Загнав её в угол, Бекан стремительно вскочил на голову ящерице. Эслинн, вскрикнув от неожиданности, совершила выпад вперёд, пронзая шею чудовищу. Под пастью оказалось уязвимое место, где броня отсутствовала. Гоблин ударил мечом и ножом одновременно в горящие ненавистью глаза зверю. Ящерица завыла от боли и забилась в конвульсиях. Каменные своды сотрясались от ударов шипастого хвоста. Бекан сорвался с головы чудовища, упав между стеной и лапами летающей твари. Она била крыльями, истекая кровью. Эслинн опасалась, что тварь раздавит малыша гоблина, и с криком пыталась оттеснить ящерицу назад в проход, где становилось темнее. Свет от факела теперь казался тусклым отблеском, удаляясь, как живое существо, источающее последний вздох.

– Эслинн, – прохрипел Бекан, – всё хорошо…

Принцесса из последних сил ударила плечом тварь, пытаясь оттеснить её в узкий тоннель. С возгласом вырвала меч из шеи ящерицы, ощутив, как на руки хлынула горячая кровь монстра.

Бекан с трудом выкарабкался, закашлялся, приходя в себя.

– Проход… Он теперь… Как мы выберемся? – просипел гоблин.

– По ящерице, только так. – Эслин, нахмурившись, вернулась назад, подняла упавший на камни факел. Он почти догорел, и принцесса зажгла новый. Подобрала сумку Бекана и, вернувшись, осветила светом уродливую морду твари.

– Ты, как, Бекан?

Он, поморщившись, помотал головой:

– В порядке.

– Надо спешить. Вот-вот грянет залп с корабля.

Вскарабкавшись по чешуйчатому телу ящерицы, принцесса помогла Бекану. Они с трудом пролезли под сводом тоннеля и спустились вниз, оставив мёртвую тушу позади.

– До выхода далеко? – почему-то спросила Эслинн. Она ощущала тревогу, сердце колотилось и не хватало воздуха. В глазах мерцали искры, а ноги стали вдруг ватными. Принцесса, остановившись, перевела дыхание, опустив ладони на дрожащие колени.

– Что с тобой?

– Не знаю. – Она собралась с силами и побежала вперёд.

Вдалеке мелькнул свет, но это не солнечные блики. В Дэрвайге бушевал пожар. Когда гоблин и принцесса выбрались, они увидели, что с неба, в сторону восточной границы летит огненный сноп. На мгновение Эслинн замерла. Бекан, как заворожённый, смотрел на переливающийся светом дар солнца, выпущенный из пушки летучего корабля.

– Не-ет!!!

Крик Эслинн разрезал воздух, точно мечом. Гоблин не говоря ни слова, сжал ей руку, видя, как плазменный шар устремляется к водонапорной башне.

Эслинн опустилась на камни, закрывая лицо руками. Яркая вспышка превратила ночь в день, под ногами вздрогнула земля. Поднялся ветер, опрокинувший людей, деревья, разрушивший ближайшие постройки.

Упав навзничь, Эслинн слышала свист в ушах, а потом наступила тишина. Безмолвие, словно в склепе, где лежат мертвецы.

– Почему они не подождали? Что случилось? – тихо прошептала она. Слёзы нарисовали дорожки на покрытом копотью от дыма лице.

– Идём, – Бекан потянул её за собой.

– Эдвард, он же… Там…

– Давай, – настойчиво твердил зелёный гоблин, – возможно, он успел спастись.

Пробираясь между развалинами к водонапорной башне, Эслинн искала глазами любимого. На месте трёхэтажного строения башни образовалась воронка с оплавленными краями. Они напоминали застывшее стекло, разбросанные камни дымились, и воздух сделался сухим и горячим.

По лицам друзей стекали капли пота.

– Эдвард! – выкрикнула Эслинн. Она оглядывалась по сторонам, но никого не увидела. Внутри воронки лежала, напоминая мёртвую медузу, чёрная мантия колдуна.

– Эслинн! – возглас Бекана заставил её обернуться. В сердце встрепенулась надежда. – Взгляни.

Принцесса подбежала к нему и увидела отрубленную голову Мердока. Остекленевшие глаза смотрели в пустоту. Чародей мёртв.

– Только где Эдвард? – спросила Эслинн. – Может ему удалось укрыться? Эдвард!

Армия тьмы разгромлена, полуразрушенная столица шатаясь поднималась на ноги. Солвейг подсчитывала потери, понимая, что смерть унесла многих верных бойцов. Алвис тяжело раненный ушёл в беспамятство, предавшись тяжёлому сну. Не отходивший от него Атти качал головой, беспокоясь, что этот бой может стать для старого орка последним.

Бедный Иден не дожил до рассвета. Двоих братьев забрала смерть, а Эслинн и Бекан ещё не ведали о новой потере. Принцесса бледная, как полотно пыталась отыскать Эдварда, но тщетно, он словно растворился в воздухе.

– У меня есть одно предположение, – попыталась успокоить дочь Солвейг. – Эдвард применил волшебный жезл Лиа, и от смерти магия озёрной девы могла защитить его.

– По-твоему нам надо отправляться к ней? – спросила Эслинн, ощущая, что надежда робкими шагами снова пытается войти в сердце.

– Я бы так и сделала, – кивнула королева Эльфов, – но…

Её прервал голос вошедшего Ингемара:

– Солвейг, к вам гость.

– Гость?! – она удивлённо пожала плечами. – Кто это?

В шатёр вошёл седой старик. Он дрожал и был очень слаб. Опустившись на колено, он склонил голову на сморщенные руки и произнёс:

– Солвейг. Наверное, слишком поздно каяться.

Королева эльфов непонимающе свела брови.

– Кто ты, старик?

Он поднял взгляд бледно голубых глаз и попытался улыбнуться. Хотя улыбка получилась вымученной, а подбородок подрагивал. На мгновение Солвейг показался взгляд старика знакомым, но она не верила, что монстра могло что-то укротить, кроме смерти.

– Биргер? – её голос дрогнул, а Эслинн возмущённо подняв глаза, вгляделась в незнакомое лицо. Она помнила Биргера другим, жестоким, усмехающимся надменным.

– Прости и ты, Эслинн. Жажда власти и безумие сгубили меня. Посмотрите, кем стал я?

– Мне, честно говоря, всё равно, что ты сделал с собой Биргер, – холодно бросила Эслинн. – Ты пришёл за жалостью, или ищешь смерти?

Старик покачал головой, так и не поднявшись с колен.

– Нет. Я не хочу жалости, я понимаю, что виновен в смерти …Эдварда…

– Эдвард не умер! – выкрикнула Эслинн, готовая, броситься в сторону Биргера. – Зачем ты явился сюда?! Порадоваться нашим потерям?!!

– Нет, я пришёл, чтобы спасти тех, кому ещё можно помочь, когда лекари бессильны.

Он закатил рукав куртки, показывая руку с вздувшимися венами.

– Мне известно, что яд раскаявшегося монстра способен творить чудеса. И лишь после того, как Мердок обратил меня в отвратительного паука, я понял, что наделал. Все мои стремления стали никчемными, далёкими. Только в шкуре монстра я осознал, что не должен был развязывать войну.

– Я не верю ему, – ответила Эслинн глядя на мать. – Пусть решает совет правителей Пяти Королевств. И, возможно мы успеем спасти Идена. Возможно, если Эдвард жив, яд вернёт и его к жизни.

Биргер поднялся на ноги и в ожидании смотрел на королеву эльфов. Он больше не проронил ни слова. Солвейг не знала, стоит ему верить или нет, и велела боевым магам Лейфу и Рагнеру присмотреть за злодеем. «Монстр сложил крылышки или выжидает возможности укусить больнее, выпустить весь яд до конца», – рассуждала Солвейг.

Обойдя раненных, распорядившись похоронить погибших, Эслинн ощущала, что в ней тоже что-то умерло. Она не верила, что Эдвард погиб, возможно, потому, что не видела его тела. «Куда-то ведь он должен был деться»? – размышляла принцесса. Не было плача и стонов, она понимала, что сообщать о гибели принца рано. Солдаты задавали вопросы, а она уходила от ответа. Когда солнце встало над городом, в ярком голубом небе можно было увидеть армаду кораблей. От нескольких отделились шлюпки и направились к городу. Эслинн не знала о смерти Идена. Калдер, Галвин и не догадывались об исчезновении Эдварда и покаянии Биргера.

Эслинн спустилась в подземелье, где был организован госпиталь, села на край ложа Алвиса. Старик так и не приходил в себя, он словно забылся долгим сном. Боль потерь, стоны и в тоже время радость победы спутались, рождая смешанные чувства. Эслинн даже показалось, что не всё закончено и впереди снова поджидают потери. Голова закружилась, принцессе захотелось спать. В последние дни она стала сама не своя, но отбрасывала от себя мысли, что могла заболеть. Она присела возле кровати Алвиса и, склонив голову на сложенные руки, закрыла глаза.

Шлюпки опустились за стенами Дэрвайга. Калдер, Галвин и несколько воинов двинулись к северным воротам.

– Ты говорил, что Эдварда не было в башне, – сказал Галвин, – я не стал бы направлять пушку в сторону принца.

– Мердок стоял там один. Что же там произошло?! – непонимающе взмахнул руками Калдер. – Эслинн не находит себе места. И война не окончена, остался вероломный Гилмор, у которого в руках волшебная книга.

– Знаю, – кивнул Галвин. – Однако повторю, Эдвард исчез. Последний раз я посмотрел в волшебную сферу и увидел, как Мердок и принц схлестнулись на мечах. Я переоценил колдуна. Считаю, надо было раньше покончить с ним.

– Ты говорил, Эдвард отрубил ему голову?

– Я видел, как голова Мердока отлетела в сторону, но Эдварда в башне уже не было.

– Куда же он мог деться? – задумчиво спросил Калдер, потирая бороду, – что-то здесь не так…

Глава 18 Синие воды

Глава 18 Синие воды

Эдвард, морщась от боли, приоткрыл веки. В воздухе не витала пыль, не пахло гарью. Первое о чём он подумал, куда делся Мердок. Дышалось как-то странно, как будто на грудь навалились тяжёлые камни.

Принц пошевелился. Тело отдалось болью и отказывалось слушаться, точно оплетённое невидимыми нитями, оно словно окаменело. Принц вспомнил почему-то о родителях и, как коварный Биргер обратил их в каменные статуи. Поморщился, пытаясь пошевелиться, понимая, что у него ничего не выходит.

Наконец Эдварду удалось повернуть голову в сторону, перед глазами плавал голубой туман. Принц лежал на белых плитах, место странное, напоминающее подземелье. Неужели, пронеслось в мыслях, не удалось расправиться с Мердоком, и судьба занесла неудачника в чертоги смерти. Он подумал об Эслинн, и сердце сжала боль, будто холодная рука смерти проникла между рёбер, лаская пальцами уставшую душу воина.

– Эдвард, – позвал его тихий голос, показавшийся знакомым. – Эдвард.

Голос то удалялся, то приближался, будто отражаясь от каменных сводов склепа, растворяясь в голубом тумане. Принц пошевелил рукой. Чувствительность вернулась покалыванием в пальцах, но повернуть голову на звук голоса у него так и не вышло.

Внезапно промелькнувшая тень оповестила, что принц в незнакомом месте не одинок. Он хотел спросить кто здесь, но язык не слушался, рот не открывался.

– Не бойся, ты не умер, – проговорил тот же голос. Он принадлежал женщине, и пленник вдруг понял, кто говорил с ним. – Я уберегу тебя, дай только время. Не стоит торопить его, ведь не в твоей власти повелевать жизнью и смертью.

– Кто ты? – прошептал почти одними губами принц, увидев краем глаза снова мелькнувшую тень. Теперь яркие голубые глаза оказались напротив его лица. Синие волосы, словно водоросли, спадали на лоб прекрасной Лиа. Они касались лица Эдварда. Она улыбнулась, кивая, говоря, что рада, если принц ещё помнит её.

– Многое случилось в мире людей, и тебе незачем возвращаться туда.

Эдвард нахмурил брови. Он пытался спросить почему, ему хотелось кричать, но силы снова покинули его. Лиа же словно тень двигалась около него, касалась пальцами, длинными волосами похожими на синие водоросли. Принц вдруг осознал, что он на дне озера. Человек не умеет дышать под водой. «Люди не рыбы. Почему же я ещё жив, – спрашивал себя принц, – и если жив, зачем понадобился озёрной деве»?

– Я покажу тебе. – Её лицо снова приблизилось к его глазам, а мелодичный голос обволакивал, успокаивал, захотелось спать.

Эдвард сомкнул веки, не понимая, как превратившись в бесплотный призрак, помчался над лесами, реками, в поисках Пяти Королевств.

Зима укрыла Зелёный Дол покрывалом из снега. Дэрвайг жил своей жизнью. «Значит, прошло не так много месяцев, – решил Эдвард, зная, что во время битвы осень стучалась в двери, теперь же наступила зима – холодная для этого места. – Где же Эслинн?» Эдвард кинулся к стенам дворца, заглядывал в закрытые окна, пока не увидел открытую форточку и не влетел на кухню, где готовилась пища. Ещё на подлёте к замку, принц заметил, что тот почти восстановлен, понимая, что тут не обошлось без магии. Сердце радовалось при виде строения прекрасной столицы, восстановившейся после кровопролитной битвы.

На кухне готовился поросёнок, пеклась тыква с картофелем. Поварята сновали туда-сюда, поднося главному повару горшки и травы в баночках. Упитанный повар помешивал суп, от бульона исходил пряный аромат, и Эдвард ощутил, как давно не ел. У него даже в животе сжалось.

Вылетев в коридор, принц понёсся к лестнице, ведущей в покои короля Вардена. Бесплотный дух надеялся увидеть там родные лица.

– Смотри птица! – услышал знакомый голос. Ринулся на его звук, ощущая, как устал. –Какой же он красивый! – воскликнула Эслинн. В какой-то момент принц подумал, что ему привиделась любимая. Она смотрела на него, и в ласковых глазах принцессы сияли тепло и радость.

– Откуда здесь сокол? – спросил вошедший Галвин, глядя на Эдварда, не сразу понимающего, что разговор шёл о нём.

Думая, что в этом мире он лишь бестелесный дух, принц смело поехал к Галвину и в ужасе отклонился в сторону, понимая, что его не узнали, но увидели, и что, говоря о соколе, Великий механик смотрел на принца Эдварда. Он хотел ответить другу, но вместо слов из клюва вылетел лишь птичий свист.

– Постой не гони его, – тихо проговорила принцесса. – Гляди, какой он смелый.

– Сокол свободная птица и что он делает в замке? – нахмурился Галвин. – Может у него послание? Или, если принцесса желает, я могу сделать для него чудесную клетку.

– Как же будет он сидеть в ней, если, как ты говоришь сокол – свободная птица? – рассмеялась Эслинн.

«Как многое я хотел бы тебе рассказать, – пропел на птичьем языке Эдвард. – Как бы я хотел обнять тебя любимая»!

Эдвард опустился у её ног, когтистые лапы скользили на мраморном полу, он склонил голову, словно в поклоне и снова пропел на птичьем языке.

– Это что ручная птичка? – Голос вошедшей Айрис заставил сокола снова вспорхнуть к потолку и усесться на витиеватой люстре.

– Похоже, он желает говорить только с вами, – улыбнулся с поклоном Галвин, показывая в сторону птицы. – Я, пожалуй, пойду, скоро прибудут Калдер с Солвейг и необходимо закончить кое-какие дела.

Механик вышел из зала, а сокол, сидящий на люстре, перелетел ниже, вцепившись когтистыми лапами в золотой багет картины с изображением короля Вардена.

Эслинн бросила взгляд на птицу, улыбаясь, что-то внутри говорило, кто этот посланник, но в потаённом уголке души нет ключей от тайн, скрывающихся в нашем разуме. Он узнаёт даже в заколдованном существе родную душу. Рассудок отказывался слышать голос сердца, видя забаву и необычное поведение дикой птицы.

– Как ребёнок? – спросила Айрис, коснувшись живота принцессы. – Слышала, с ним всё в порядке и даже битва с Мердоком не повредила наследнику.

Эдвард, чуть не свалился с картинной рамы и, невзирая на опасность быть отброшенным ударом руки испуганной Айрис, стремительно спикировал к Эслинн, опустившись к ней на плечо.

– Ой, я чуть не пришибла его! – всплеснула руками Айрис, – посмотри, что это с ним.

Сокол засвистел и ласково прижался к шее Эслинн. Она не понимала причины странного поведения птицы и попросила королеву Айрис принести ему что-нибудь из еды.

Королева скрылась, оставляя Эслинн наедине с соколом. Эдвард столько хотел рассказать ей, о многом желал расспросить, но из кривого клюва вырывался только птичий крик.

На мгновение он почти отчаялся, вспомнил чертоги Лиа, спрашивая пустоту, для чего озёрная дева держит его в плену. Взмахнул крыльями, опускаясь в руки принцессы, неужели она не поняла, кто он, спрашивало колотящееся сердечко принца.

– Какой ты интересный, – тихо проговорила Эслинн, поглаживая сокола по пёстрому оперению, ощущая непонятное чувство. Ребёнок под сердцем шевельнулся, принцесса вдруг ощутила такое счастье, как будто на неё снизошло некое озарение. Она смотрела на птицу, не понимая, что происходит. Сокол снова открыл клюв, будто хотел сказать что-то и вдруг исчез, как будто его и не было. – Куда же ты? – на глаза Эслинн навернулись слёзы. Она вдруг вспомнила Эдварда, сердце заколотилось и, закрыв руками лицо, принцесса заплакала.

Вернулась Айрис, не понимая, что случилось и куда делась птица. Принцесса ответила, что если бы Галвин и королева не увидели бы сокола, она бы решила, что он привиделся ей.

– Это был Эдвард, – прошептала она. – Я чувствую, что это он.

– Милая, – всплеснула руками Айрис, – ты же знаешь, что принц… Что Эдвард пропал. Ни один из магов не смог отыскать его, и большинство магистрата склоняется к мысли, что твой жених погиб.

– Не говори мне, что отец моего ребёнка мёртв! – с вызовом выкрикнула Эслинн. Айрис прижала руку к губам, жалея о том, что сказала и решила успокоить принцессу.

– Прости, я просто повторила, что говорят маги. Но Ингемар и Лейф ищут принца своими методами. А нам так не хватает магии Идена и Олафа.

– Не хватает их самих, – ответила Эслинн со слезами в голосе, роняя голову на грудь.

– Ты что? – королева испугалась, видя, как принцесса теряет сознание. Взгляд её затуманился, и руки безвольно повисли на подлокотниках кресла. Айрис кинулась звать прислугу и королевского лекаря. Ругая себя за несдержанность, она и думать забыла в каком положении Эслинн. Скоро прибудут Калдер и Солвейг, что же она скажет им.

В зал к Эслинн первым вбежал Бекан, услышав суету в коридорах дворца. Крикнул прислуге, чтобы притащили мокрое полотенце. Щёлкнул зелёными пальцами и поднёс их носу принцессы. Ресницы дрогнули, и девушка пришла в себя, слушая ворчание зелёного гоблина. Он говорил, что нельзя так близко к сердцу воспринимать всё, что говорят об Эдварде.

– Я тоже не верю, что он погиб. Разве моих слов тебе не достаточно, милая?

Вместо ответа Эслинн покачала головой, а Бекан проговорил, что многие сказали бы – главное сейчас думать о ребёнке, и они правы.

– А я добавлю ещё, что думать об Эдварде тоже важно. Что за птица прилетала к тебе? Я слышал слова Айрис?

Эслинн глянула в глаза другу и тихо проговорила, что уверена, сокол и есть Эдвард, и она не сошла с ума.

– Даже малыш почувствовал присутствие отца.

– Да уж, – протянул Бекан, – но отчего он исчез? Ведь Солвейг могла поговорить с ним. Если ты не понимаешь язык животных, ей это под силу.

– Он в беде, Бекан, это точно.

– В беде? – гоблин свёл брови и задумался. – Есть одно место, куда он мог попасть, используя волшебный жезл.

– Какое же это место? – с нетерпением в голосе выкрикнула Эслинн. – Почему тебе эта мысль не пришла раньше, а ещё друг, называется.

Бекан обижено глянул на принцессу и, заложив руки за спину, начал расхаживать по залу.

– Прости, дорогой друг, – проговорила Эслинн, прижимая руки к груди, – меня терзают мысли, мучают кошмары. Шесть месяцев я ищу, жду его. Сегодня прилетела птица, и ты говоришь, что догадываешься, где может быть Эдвард! Я ничего не понимала, хотя чувствовала, что должна. Он исчез внезапно, как и появился, и я подумала о любимом, – Эслинн встала с кресла и подошла к гоблину, спрашивая, где же может сейчас быть принц.

– Там где обитает Лиа – озёрная дева, – ответил Бекан, подмигнув принцессе лукавым глазом. – И почему мы не подумали об этом раньше.

***

Эдвард выдохнул, грудь сжимали невидимые тиски. Он снова в подводной обители Лиа, лишённый возможности двигаться и говорить. Озёрная дева лёгкой тенью прикоснулась, склоняясь над принцем, спрашивая, зачем ему возвращаться в Серединные земли. Зная, что он не в силах ответить, Лиа говорила с ним, обещала, что пройдёт немного времени и путы спадут, принц станет новым хозяином озера, где не существует вражды и боли, где нет смерти. Эдвард знал, что если слова Лиа сбудутся, он никогда не вернётся домой, не увидит любимую Эслинн, не возьмёт на руки сына или дочь, которую принцесса носит под сердцем.

Он вспомнил сладкие ночи, когда они окунулись в ложе любви, не думая о предрассудках, считая, что нужно не откладывать страсть на завтра, и война, стоя на пороге, может забрать каждого из них. Принц улыбнулся, вспоминая нежные руки Эслинн, её поцелуи и невинность, подаренную наследнику Морских земель. Он видел её сильной и слабой, нежной и напуганной, он запомнил её мудрой и смелой. Теперь как ему хотелось вернуться. Если в городе спокойно, размышлял принц, значит, ему удалось расправиться с Мердоком. Он видел, как волшебный меч рассёк воздух и вошёл в плоть колдуна не успевшего применить заклятие. Принц вспомнил, как из посоха мага выскочило лезвие ножа и как оно вошло в грудь, обжигая болью.

«Должно быть, я точно умер, – рассуждал Эдвард, – и волшебный жезл, ставший мечом, сделался порталом, если моей жизни угрожала опасность. Вероятно, так и вышло, раз я очутился здесь».

– Я слышу твои громкие мысли,– тихо проговорила Лиа, склоняясь над принцем, гладя его лицо и волосы. – Не думай о ней, не размышляй о дочери или сыне. Эслинн отыщет свою судьбу и не будет одинока. Нет, не пытайся вырваться. Ты умрёшь, если я верну тебя домой. Понимаешь?

Эдвард с трудом повернул голову в сторону Лиа, говорившей, что он почти что мертвец и лишь изредка способен прилетать к Эслинн, наблюдая, как она живёт и как растит новое государство.

«Так не должно быть», – Эдвард хотел кричать, сжать кулаки до боли в ладонях, врезаясь ногтями в кожу. Нет, он не мог умереть, но и жить на дне озера неподвижной статуей не желал. На груди рана с запёкшейся кровью, от неё словно щупальца морской звезды расходились чёрные лучи.

«Зачем я тебе, Лиа, – проговорил про себя Эдвард, – почему ты не дала мне умереть и отправиться к Богам в Валгаллу? Чего ты ждёшь? Моего превращения в подводного монстра?! Я не хочу, как Биргер столетиями копить боль, обращая её в ненависть к людям.»

– Как же ты не понял, Эдвард, – пропела Лиа. – Я любила тебя всегда. Я ведь первая полюбила, а Эслинн воспользовалась колдовством. Кто знает, если б не проклятие Исгерд, ты и не взглянул бы на неё.

«Тебе и об этом известно, – тяжело вздохнул принц, привычно отвечая озёрной деве в мыслях, – я хочу ещё раз увидеть её».

– Только если ты снова станешь птицей, Эдвард, и объятия смерти тебя прельщают больше, чем мои.

«Разве есть разница, Лиа, если я не могу прикоснуться к Эслинн. Зачем мне жить? Жить как призрак на дне озера»?

Принц зажмурился, пытался справиться с разрастающимся отчаянием в груди, ощущая, как становится лёгким словно пёрышко.

Пусть в теле птицы, сейчас он ощущал свободу. Летел над Зелёным Долом, отгоняя от себя мысли, что Эслинн узнает в соколе отца будущего ребёнка. Как это казалось неправильным. Вот она награда за смелость, доблесть, стать призраком, или птицей не способной говорить. Внезапно в мыслях вспыхнула догадка, что если ему найти Солвейг. Она же понимает язык животных и птиц. Что если она узнает его и поможет вырваться из липких пут подводного сна на дне озера. Сейчас сильные крылья несли его к замку. По пути Эдвард раздумывал, что озеро, где обитала Лиа, находилось во владениях Зелёного Дола. Он даже не знал его названия. Крылья несли по восходящим потокам воздуха, и в небе Эдвард встретил орлов, опустился ниже, пугая ласточек и разозлив двух воронов, устроивших пиршество в своём гнезде на высоком дубе.

Башни замка виднелись издали. Эдвард заметил, что не все из них восстановлены. На шпилях развевались флаги Зелёного Дола с гербом Вардена. Вдалеке увидел летучий корабль, и в маленьком птичьем сердце вспыхнула тоска. Как ему хотелось повидать друзей, обнять Бекана и Атти, похлопать по плечу Галвина. Он вспомнил погибших Идена и Олана и чуть не промчался мимо раскрытого окна замка, в котором застыла Солвейг.

Круто спикировал на подоконник, чем всполошил удивлённую королеву. Говорил быстро, сбиваясь и хлопая крыльями, надеясь, что уж королева эльфов услышит его.

Она смотрела на сокола, а потом раскрыла руки, словно для объятий и, улыбаясь, проговорила:

– Эдвард, как я рада тебе! Но почему ты стал птицей? Как странно.

– Мне так много надо рассказать тебе, Солвейг! – Эдвард влетел в покои королевы, и чуть не врезался в изумлённого Калдера, сидящего на краю кровати, в одних панталонах. Горный король взмахнул руками, словно хотел защититься от дикой птицы, бешено мечущейся по комнате.

– Успокойся принц, успокойся, – спокойным голосом проговорила королева. – Опустись на стол, – она сдвинула в сторону бумаги и чернильницу. Глянула на короля со словами, что у нас принц Эдвард в гостях и не подобает встречать его в полуголом виде.

Калдер склонив голову набок, разглядывал сокола, а потом, будто спохватившись, надел рубашку и натянул штаны, сдерживая радостную улыбку.

–Эдвард? – переспросил он королеву. Она кивнула и добавила, что её дар сейчас пришёлся кстати.

– Ты понимаешь меня, Солвейг? – Сокол подпрыгнул на столе и перевернулся в воздухе. – Я жив и сейчас не знаю, что же творится со мной!

– Не так быстро, принц, – улыбнулась Солвейг, – вчера мне дочь весь вечер говорила о странной птице, соколе, что прилетал во дворец. Как я понимаю, им был ты?

Сокол прошёлся по столу и склонил голову в поклоне.

– Я и не думал, что Мердок нанесёт мне смертельную рану. Меч озёрной девы, тот самый волшебный жезл, перенёс меня на дно озера. Лиа говорит, что если воды отпустят моё тело, я умру, потому что рана смертельная, и озёрная дева якобы спасла мне жизнь.

– Ты знаешь, где это озеро, Эдвард? – спросила Солвейг. Калдер с удивлением смотрел на разговор королевы эльфов и сокола, но не до конца понимал, почему Солвейг называла птицу именем жениха его дочери.

– Мои друзья помнят это место. Мы с Иденом купались там, когда отправились на поиск розовой жемчужины. Тогда я и увидел впервые озёрную деву. Не знаю, сколько я пробуду здесь, потому что вчера, говоря с Эслинн, я снова перенёсся в озеро. Расскажи принцессе, что я жив и главное, – сокол на мгновение замолчал, вспорхнул, делая круг под потолком. Приземлился на руку Солвейг. – не знал, что Эслинн ждёт ребёнка. Для меня это огромная радость и утешение, но и отчаяние, потому что я не в силах обнять любимую.

Королева эльфов хотела ответить принцу, но он внезапно растворился в воздухе.

– Дорогая, – тихо проговорил Калдер, приблизившись к королеве. – Неужели эта птица пропавший без вести принц Эдвард?

Солвейг кивнула и прижала палец к губам, давая понять, что никто не должен знать о том, что произошло с принцем.

– Собери товарищей Эдварда, они знают, где то самое озеро. Там правит подводная нимфа. Странно, отчего она ещё не отправила гонцов. Или наследник Морских земель пленник?

– Ты не сказала ему о родителях? – спросил горный король, нахмурившись.

– Не успела, – Солвейг смотрела, словно сквозь Калдера собираясь с мыслями. В груди метались сомнения – говорить или утаить от дочери правду, что Эдвард жив. И разве это жизнь, в теле хищной птицы?

Она сжала губы, ощущая, как застучало в висках, а потом почувствовала тёплые пальцы короля на плечах. Он говорил, что отправит отряд к озеру, и они обязательно найдут Эдварда.

– Они отыщут его, – кивнула Солвейг, – но будет ли он жив? Вот в чём вопрос. Нам надо понять мотивы озёрной девы, если она рядом с ним. Возможно, у него остался последний шанс. Вдруг Лиа не отпускает его, потому что Эдвард почти что мёртв, как я скажу об этом Эслинн?

– Ты знаешь, что наша дочь через многое прошла и скрывать от неё правду не просто бессмысленно, но и бесполезно.

Калдер стиснул жену в объятиях, слова все сказаны. Теперь необходимо собрать, как он сказал старую гвардию. Король предположил, что Галвина стоило посвятить в их планы. Он может что-нибудь придумать, и его острый ум найдёт выход из сложной ситуации.

Солвейг задержала взгляд на лице супруга и со словами:

– Мне необходимо поговорить с Эслинн, – двинулась к выходу.

Оставив Калдера наедине с мыслями, королева эльфов шла по длинному коридору. Столкнулась с придворными дамами, склонившимися в поклоне, подобрала юбки и побежала, удивляя прислугу. Всегда неспешная и рассудительная Солвейг, теперь напоминала крестьянку, несущуюся с полей к мужу, сообщить важную новость.

В дверях у покоев Эслинн, она столкнулась с магом Ингемаром, кивнувшего ей и спросившего, что потревожило королеву.

– Ингемар! – воскликнула Солвейг, переводя дыхание, – не знала, что ты вернулся во дворец.

– Прибыл только что, Ваше Величество, – он снова склонил перед Солвейг курчавую голову. Волосы рассыпались по плечам. Ингемар вопросительно смотрел в глаза королевы эльфов, но медлил расспрашивать её.

– Я жду тебя в зале переговоров, Ингемар, – ответила Солвейг, взяв себя в руки, не хотела показать обеспокоенность в глазах. Она видела, что боевой маг вопросительно смотрел на неё, наверняка видя выбившиеся пряди волос из причёски.

– Надеюсь, ничего не случилось страшного, Ваше Величество? – спросил Ингемар в полголоса.

– Я бы хотела собрать магов участвующих в битве с Мердоком на совет, – ответила Солвейг. – А пока жду тебя через полчаса в зале переговоров.

На лице мага не дрогнул ни один мускул, но глаза выдавали волнение. Королева улыбаясь, проговорила, что, возможно, скоро ему придётся отправиться в путь вместе с поданными Горного короля.

– Служу короне Пяти королевств, – ответил Ингемар.

Солвейг с благодарностью взглянула на подданного и вошла в покои дочери. Решила не говорить сразу об Эдварде, расспрашивая, чем занималась сегодня принцесса и как её самочувствие.

– Моя жизнь сейчас ничем не отличается от заточения в башне Вардена, когда меня похитили из Горного королевства, – вздохнула она. – Если бы рядом был Эдвард, то наверняка я считала бы иначе. Та птица, – Эслинн улыбнулась, и в её глазах королева увидела промелькнувшее счастье. – Как бы мне хотелось, чтобы этим соколом оказался Эдвард. Что-то подсказывает мне – это он. Ты знаешь, мама, – она внезапно сжала пальцы Солвейг. – Мы ведь всегда чувствуем, и узнаем любимую душу, пусть даже ушедшую и обратившуюся в иное существо.

– Отчего к тебе приходят подобные мысли, Эслинн?– спросила Солвейг, гладя пальцы дочери. – Что, если ты обманываешься? Что, если твои надежды окажутся напрасными, как это отразится на малыше, – она скользнула взглядом по животу Эслинн. – Ваш ребёнок не должен страдать. Причиняя себе боль мыслями о потерянной любви, ты заставляешь страдать и своё дитя. Разве ты не думала об этом?

– Зачем ты пришла? – Эслинн вдруг вопросительно прищурилась, рассматривая королеву эльфов. – Что-то случилось? Верно?

Солвейг высвободила руку из ладони дочери и отошла к окну, глядя на зелёные холмы Зелёного Дола.

– Как странно. Эта страна теперь лишена правителя, как и Морские земли, несмотря на то, что Биргер отдал последнюю дань своим преступлениям и снял заклятие с родителей Эдварда. Селма больна, а Брайс не отходит от её постели. Исчезновение сына подкосило обоих. Король не знает, кого объявить наследником. Сетует, что судьба не послала им ещё детей. Ты знала, что старший брат Эдварда погиб, когда был мальчишкой и не достиг возраста, совершающегося обряда принятия в воины.

– Нет, матушка, – устало вздохнула Эслинн. – Что происходит, ты сама не своя? Отчего ты заговорила со мной об Эдварде, его родителях, о том, что Зелёный Дол лишился правителя.

Солвейг обернулась, глядя в глаза дочери, сказав, что боится потерять её, и что война сделала всех их уязвимыми, а потеря Эдварда надломила ещё больше.

– Поэтому я говорю, что несмотря ни на что ты должна оставаться сильной. Сейчас для тебя главное родить здорового наследника. В его жилах течёт кровь принца, и это ребёнок не просто напоминание о твоей любви, что обжигает до сих пор сердце.

– Если ты боишься сказать, что тебе что-то известно о принце, то сейчас самое время признаться, Солвейг. – В глазах Эслинн вспыхнула былая решимость.

– Обещай, что будешь сильной, вопреки всему, доченька?

– Разве я не борюсь каждый день со страхами и отчаянием? – голос у Эслинн твёрдый и на лице ни тени сомнения. Солвейг решила, что пора рассказать о разговоре с Эдвардом и о готовящемся походе к озеру, где принца удерживала озёрная дева. Она боялась, что радость и ожидание сделают принцессу слабой, потому что исход их предприятия неизвестен. Никто не мог достоверно ответить, что с принцем Эдвардом и сможет ли он стать прежним.

Она рассказывала о соколе, видя, как изменилась в лице Эслинн, как радость сменяется грустью, потом заслоняя надежду, появляется страх.

– Я же говорила, что узнала в соколе Эдварда, – тихо проговорила Эслинн, опуская глаза, сжимая пальцы, костяшки которых побелели от напряжения. – Я знаю, что мне нельзя отправиться на поиски с теми, кому я доверяю и люблю. Всё дело в наследнике. Ты скажешь, что я буду обузой, и наши друзья скорее отыщут принца. Но что если. – Эслинн в упор глянула в глаза Солвейг, – что если озёрная дева не захочет отдать его. И что кроме меня его никто не сможет спасти? Разве я похожа на неповоротливый шар, и разве я больна?!

– В тебе сейчас говорит безрассудство. – Солвейг устало вздыхая, отвела глаза в сторону. – Подумай о будущем муже, что ты скажешь ему, если с ребёнком случится что-то.

– Я знаю, что с ним ничего не произойдёт. У меня надёжные друзья, матушка. Ты уже говорила с Беканом, Алвисом и Атти?

– Видела Ингемара и хотела, чтоб он отправился с ними. Если кто-то из боевых магов в городе, я сказала ему привести их. Не исключаю угрозы от Гилмора.

– Гилмора? – вскинула брови Эслинн, уже забывшая о скрывающемся предателе.

– Никто не знает до сих пор, где этот трус, прихвостень Биргера, – проговорила Солвейг сцепив пальцы. – Сегодня же необходимо созвать совет и отправить отряд на поиски Эдварда. Также я предложу возобновить поиски Гилмора. Ничего, что Мердок повержен, эта змея не должна уйти.

– Мама, а ты не думала, что Мердоку удалось скрыться? Это чудовище настолько изворотливо, что одним ударом волшебного меча, его можно и не одолеть.

– Сейчас мы не можем говорить – жив он или мёртв, Эслинн. Война окончена, и нам надо отыскать Эдварда и призвать Гилмора к ответу.

Принцесса, согласившись с королевой, склонила голову. Мысли не давали покоя, она не могла просто так сидеть и ждать. Ребёнок под сердцем шевельнулся, словно напоминая о себе. Эслинн глянула на Солвейг, говоря, что пусть та не волнуется, принцесса останется во дворце.

– И ещё, – тихо проговорила королева эльфов. – Меня беспокоит неспособность королевы Айрис управлять государством. – Эслинн вопросительно взглянула на мать. – Я очень люблю эту девочку, но её неопытность в государственных делах делает её слабой в глазах народа и чиновников. Война окончена, но удержать мир сложнее, чем кажется на первый взгляд. Ей необходим союзник, и это не правители других королевств.

– Ты думаешь о новом короле?

– Пока не знаю, Эслинн. Я лично поговорю с Айрис, хочу донести до неё свои мысли. Пришло время, когда браки заключаются не только лишь между королевскими семьями. У меня есть кое-какие мысли, но пока это вторично. Не хочу забивать тебе голову.

– Ты удивила меня, – улыбнулась Эслинн.

– Тебе не кажется странной ситуация, когда в чужом королевстве я собираю совет, а королева Айрис занимается вышивкой. Она в душе пока ещё ребёнок. Новый титул, внезапное получение трона не сделали её правительницей. Поэтому ей нужен сильный мужчина, которому мы все сможем доверять, если считать, что Пять королевств объединены в одну лигу.

Солвейг покинула покои принцессы. Эслинн, нахмурившись, размышляла о сказанном матерью, думая, что в действительности королева эльфов права. Для Айрис взросление оказалось стремительным. Возможно дело в том, что несколько лет она с сёстрами была обращена в камень на Чёрной реке? Эслинн отогнала от себя гнетущие мысли. Подумала об Эдварде, вспоминая сокола прилетавшего вчера. В груди поднялась тёплая волна, и принцесса закрыла глаза. «Как бы я хотела, чтобы ты вернулся Эдвард, как хотела, чтобы увидел, что твои родители живы, исцелил свою матушку слезами радости и обнял уставшего от долгого ожидания отца». Она сжала ладони, обращаясь к небу, молясь, чтобы любимый остался прежним, и помнил её, когда вернётся во дворец. Вместе они отправятся в Морские земли, чтобы принести покой не только своим сердцам, но и в души короля Брайса и его супруги.

Мечты всегда остаются мечтами, если не идти по пути, ведущего к ним. Эслинн знала это, и ей стало невыносимо от мысли, что она не сможет отправиться в путь вместе со старыми друзьями. Нет, теперь ей нельзя рисковать жизнью дитя. Солвейг права, главное дождаться и молиться. Принца отыщут друзья и вернут невредимым в королевство. Потом станет ясно, что делать дальше, а пока томительное ожидание будет мучительными объятиями, не дающими покоя ни днём, ни ночью.

Солвейг вошла в зал переговоров, в надежде, что застанет там Ингемара. Айрис смотрела на неё с какой-то грустью в глазах, а потом, опустилась перед королевой на колени и склонила голову.

– Солвейг, мне страшно. Впервые за последние месяцы я поняла, что могу не справиться.

– Что с тобой, королева? – Солвейг коснулась её плеч, не понимая, отчего Айрис преклонила колени перед ней, точно вассал. – Немедленно встань! Что если кто-то увидит нас. Ты в своём уме?!

Айрис поднялась, разглядывая пол под ногами. Заговорив вдруг о том, что ей прислали письмо. Это послание от Гилмора, готовящего армию. Страна Красного дракона подняла стяги. На всей протяжённости границы стягиваются войска. Ей страшно, но временное затишье напоминает шёпот перед бурей. Солвейг непонимающе слушала королеву Зелёного Дола. Неужели она ошиблась в ней, возможно в ней скрыто больше, чем казалось на поверхности.

Королева эльфов рассказала об Эдварде и том, что его необходимо отыскать. Айрис кивнула, говоря, что не чувствует себя главой Зелёного дола и что всё произошло слишком быстро – гибель отца, воссоединение сестёр и нападение Биргера, а потом и вторжение Мердока. Она говорила, подтверждая своими словами догадки Солвейг, утверждая, что не создана для управления королевством, и её страшит будущее уготованное сегодня.

Королева эльфов обняла её говоря, что пусть у неё и Горного короля больше мудрости и опыта, Айрис всему научится. Правители других королевств помогут, потому что приняли её как сестру, как дочь, зная, что только вместе королевства смогут противостоять угрозе захвата и уничтожения пяти государств Серединного мира.

Глава 19 Сломанная стрела

– Ваше Величество, – улыбнулся Галвин, протягивая Айрис букет из необычных цветов. – Сделал интересную вещичку, чтобы порадовать вас.

– Как это прекрасно! – воскликнула молодая королевна, рассмеялась, и в её ярких глазах заиграли озорные огоньки.

Она рассматривала букет, цветы казались живыми, приподнимали головки бутонов, раскрывали и закрывали лепестки. Из середины выглядывал хохолок маленькой синей птички. Она раскрывала клюв и тонко пела, Айрис узнала в ней зимородка и восхищённо ахнула.

– Милый Галвин, у вас волшебные руки.

– Что вы, Ваше Величество, – склонил голову с улыбкой великий мастер, – это просто механика. Внизу вы можете нащупать ключик. – Он протянул руку к букету, чтобы показать королеве, говоря, что старался не зря раз порадовал её.

– Отчего вы перестали меня звать по имени, Галвин?

Неожиданный вопрос застал Великого механика врасплох. Он немного помолчал и ответил, что в тревожные времена нападения Биргера и Мердока, Айрис была напуганной девочкой, принцессой и нуждалась в защитнике.

– Теперь вы королева, и я не должен быть с вами накоротке, так сказать, это неуважение, – он кивнул ей. – Дело даже не в нас, а о чём думают придворные и слуги. В хорошие времена люди снова разобщаются, становясь завистливыми и жадными до чужого счастья.

Айрис опустила глаза на букет. Пальцы Галвина застыли на её руке. Он тоже заметил, что слишком долго держит королеву за руку и, извинившись, отдёрнул ладонь.

– Если мы наедине, можете называть меня Айрис. – Королева с какой-то грустью посмотрела в глаза Галвину.

Он прижал палец к губам и по-доброму улыбнулся ей.

– Даже у стен есть уши, милая Айрис.

Она кивнула в ответ и с благодарностью прижала подаренный чудесный букет к груди.

– Солвейг завтра отбывает в Рубиновый город. Сегодня она хотела поговорить с нами и боевыми магами, прибывшими в Дэрвайг, – продолжил Галвин. – Не знаю, что так встревожило королеву эльфов, но слышал, что на Южных границах неспокойно.

– Думаете, дело в Гилморе? – тихо спросила Айрис.

– Его так и не обнаружили шпионы Зелёного Дола, – он хмуро сжал губы. – Эдвард исчез, и, не смотря на временное затишье королевство в опасности. Мы не можем расслабиться, пока старый враг не найден.

– Знаю, – кивнула Айрис. – Так же мне говорила Солвейг.

Королева не стала признаваться в своих страхах и сомнениях. Много лет Зелёным Долом управлял Варден и теперь, после гибели сестёр и окончании битвы с Мердоком на хрупкие плечи юной королевы легло слишком много.

Галвин, улыбаясь, попросился откланяться, обещая явиться на собрание. Ему хотелось узнать, что же задумала королева эльфов.

По коридорам замка начали шептаться, слухи ползли быстро. Слуги – лучшие разносчики сплетен разное болтали на кухне. Известие о том, что принц Эдвард скорее всего жив, радовало, и повар обещал накормить до отвала челядь, как только наследник Морских земель прибудет в Дэрвайг. Опасения, что Гилмор договорился с Королевством Красного Дракона, вызывали ужас у посудомоек и вышивальщиц, горничные прижимали ладошки ко ртам и качали головами со словами, о великий магистрат, неужели снова война. Камердинеры, кучера и дворцовые работники готовились к новым сборам, помня недавнее сражение, и ждали решение королевы Айрис.

Бекан прогулявшись по дворцовым закоулкам, слышал перешёптывания прислуги и посмеивался, понимая, что во дворце что-то утаить бессмысленно.

В назначенный час в зале совета собрались люди близкие к короне. Айрис рядом с Солвейг и Калдером сидели во главе длинного полукруглого стола. Эслинн уселась подле отца. Тут же расселись Ингемар, Лэйф, напоминавший Эслинн Идена. Повелитель огня – Пер, а вот самым опытным боевым магом был Рагнер, прибывший сразу как его разыскал Ингемар. Не хватало только Атти и Алвиса, которые отбыли в Асгар, столицу Ледяной страны. Последним в зал совета явился Галвин, добавив тихим полу шутливым тоном, что скоро прислуга выстроится у замочной скважины, потому что сегодня целый день по замку гуляют слухи о принце Эдварде и новой битве.

– О, Великий магистрат, – вздохнула Солвейг с улыбкой, махнув рукой. – Нам скрывать нечего.

Она рассказала о соколе и о том, что говорила с ним. Эдвард жив и он на дне озера, которое хранит нимфа Лиа. Она повернулась к Калдеру, спрашивая, ни во владениях ли Горного королевства этот водоём?

Отец Эслинн наморщил лоб, говоря, что имя озёрной девы знакомо, но всех жителей Горного королевства он знать не может.

– Озеро, как мне помнится, – вступил в разговор Бекан, считая, что своими заслугами заслужил прерывать беседу короля и королевы, – находилось на границе Зелёного Дола и Горного королевства. Из ныне присутствующих здесь я единственный могу показать дорогу. – Он важно глянул в сторону Солвейг, оценивая эффект от своих слов. Гоблин, не имевший каких-либо привилегий, всегда радовался вниманию. – Иден и Олан, к сожалению, погибли, Атти с Алвисом в Асгаре. Нейл вернулся в Горное королевство. Один я, как неприкаянный никак не отправлюсь к своей Брунгильде. Так она точно заведёт себе ухажёра.

– Бекан, не отходи от сути, – мягко прервала его Солвейг. – Ты сможешь отвести отряд к озеру Лиа? Маги отыщут Эдварда, если принц под водой в плену озёрной девы.

Зелёный гоблин, прищуриваясь, кивнул, говоря, что отлично помнит дорогу, потому что возвращались они тем же путём.

– Меня впечатлила история о химерах, обитающих в пещерах, поэтому я и запомнил, озеро, находящееся на подступах к ним. – Бекан внимательно оглядел присутствующих, говоря, что не прочь взять в команду и Галвина, острый ум которого – настоящий кладезь идей.

– Спасибо за доверие, Бекан, – ответил Великий механик, польщённый тёплыми словами гоблина. – Я с радостью помогу отыскать наследника Морских земель. Чем быстрее он вернётся в Марингард, тем скорее придёт в себя его матушка. Должна же она дождаться сына, исцелившего её своей улыбкой и объятиями.

Солвейг, кивая, согласилась и с Беканом, и с механиком, спрашивая боевых магов, кто владеет магией, чтобы раскрыть воды озера и отыскать Эдварда. Рагнер, отбросив со лба длинные спутанные волосы, сказал, что только ему под силу проникнуть в озеро нимфы Лиа. Его признание, что он давно знаком с ней удивило Солвейг, а Эслинн поинтересовалась, когда он видел её.

– На самом деле несколько лет назад, ваше высочество, – ответил он принцессе, – в то время я обучал ученика. Он погиб, к сожалению, что вынудило меня уединиться в горах и вести отшельническую жизнь. Однако не думаю, что Лиа силой удерживает раненого Эдварда. Её и спросим о происходящем. Я готов отправиться в путь, хоть сегодня.

– Сейчас в Зелёном Доле более или менее спокойно, – вступила в разговор Айрис. – Что ты думаешь, Солвейг, если отряд не будет слишком большим. Мы не можем отправить всех боевых магов на поиски принца. – Она вопросительно глянула на Эслинн. – Мы все знаем, что Гилмор не пойман, Вдруг он только и ждёт часа напасть на дворец или вычислить, где Эдвард, которому требуется помощь. Все вы знаете, как быстро слухи из дворца разлетаются по окрестностям.

– Мы не можем зашить рты прислуге, – усмехнулся Галвин, указав пальцем на дверь, ведущую из зала совета в коридор.

– Поэтому я предлагаю взять в путь именно Рагнера, знающего Лиа и умеющего повелевать водой.

– Кроме Бекана, показывающего дорогу, необходимо несколько воинов, – проговорил Калдер. – На Галвина знаю положиться можно. Бекан тот ещё ловкач, если маги останутся во дворце, то надо кому-то присоединиться к маленькому отряду поисковиков. Рагнер знает Лиа, а вот Лейф не только боец, но и повелитель иллюзий. Помню его помощь в битве с пауками и летучими тварями. Как ты, Лейф, готов отправиться к озеру Лиа?

Эльф кивнул, говоря, что незамедлительно прибыл в замок Варден, помня, что произошло, когда магов искали слишком долго.

– Раньше мы не осознавали, что необходимы короне настолько, – проговорил он приятным мелодичным голосом. Его волосы цвета снега заплетены в косу, а голубые глаза напомнили Эслинн о погибшем друге Идене.

– Это хорошая идея, – поддержала она отца. – Стоит взять с собой хрустальный шар. Я прошу, отец, сделай это для меня. Моё сердце тревожится за Эдварда. – Эслинн не стеснялась чувств, понимая – среди собравшихся, все знали об трогательных отношениях между наследником Морских земель и дочерью Горного короля. Ей хотелось добавить, что она и сама готова отправиться в путь. Но жизнь ребёнка теперь важнее, и поиск Эслинн доверила близким друзьям.

Солвейг посоветовала Айрис расширить сеть разведки, поднять старые связи Вардена.

– Зелёному Долу нужны люди. Нам неизвестно, кто переметнулся на сторону Гилмора, но поверь, если он что-то готовит, слухи не беспочвенны. И знай, дорогая королева, тебе нужен советник, которому ты сможешь доверять.

Айрис вскинула взгляд на Галвина, но не произнесла ни слова. Он в ответ нахмурился, и на щеках механика выступил румянец.

Время не ждало, время наблюдало, и на рассвете следующего дня небольшой отряд выдвинулся из Дэрвайга в сторону бухты. Бекан вспомнил, что именно путь к царству Неомея привёл его и друзей к озеру Лиа. Хотя в то время гоблин и не задумывался, что в синей воде обитает могущественная нимфа. Кто же знал, что она владела волшебным жезлом, и в руках Эдварда он смог повернуть исход битвы над Мердоком.

Серая кобыла Галвина легко шла впереди. Бекан оседлав мула, догнал его и поравнялся с лошадью Великого механика. Рагнер и Лейф двигались следом, вороные кони всадников нетерпеливо фыркали и рвались вперёд. Молодые жеребцы, привыкшие к быстрой езде, сейчас вынуждены идти не спеша за мулом Бекана. Чуть поодаль шёл небольшой отряд, который Эслинн и Айрис подготовили для сопровождения товарищей. Королева Зелёного Дола настояла собрать воинов для защиты товарищей, хотя Рагнер и Лейф посмеивались, говоря, что если они не смогут отразить нападение, то и простым солдатам это окажется не под силу, но так спокойнее – увещевала Айрис. Эслинн кивала, соглашаясь с ней. Принцесса знала, что если удастся отыскать Эдварда, он, скорее всего, будет нуждаться в защите, потому что слаб и, возможно, его жизнь висит на тонком волоске.

Путь Бекану казался простым и коротким. Гоблин хорошо помнил тропу, и в памяти всплывало путешествие туда и обратно, когда Иден и Олан были живы. Он вспомнил немногословного Нейла, громилу Атти и вдруг стало грустно. Он вздохнул тяжело, понукая мула, и двинулся вперёд по узкой тропе. Слева и справа выросли серые скалы, поросшие вечнозелёным можжевельником. Сине-чёрные ягоды ещё не поклевали птицы. Они тут не пели. Лишь крики орлов, соколов и ястребов разрывали тишину. Бекан сорвал несколько ягод и отправил в рот, причмокивая губами. Тропа уходила в гору и не казалась слишком крутой. Жеребцы боевых магов, резво шли вперёд. Конница отряда поддержки держалась поодаль.

Выдвинувшись на небольшое плато, поросшее низкорослыми деревьями, Бекан осмотрелся. Теперь здесь всё покрыто снегом. Однако он узнал это место и озеро, застывшее в корке льда.

– Любопытно, как же понять, что Эдвард именно там? – спросил, казалось, гоблин сам себя, почёсывая подбородок.

– Рагнер, что скажешь ты? – в ответ поинтересовался у мага Галвин. – у меня есть идея, как спустится под водную гладь, но увидев на что способны маги, я задаю этот вопрос именно тебе.

– Вот и славно, – улыбнулся Рагнер. На бледном лице волшебника вспыхнул румянец. Старик кутался в песцовый плащ и проговорил, что неплохо бы здесь раскинуть лагерь и разжечь костры. – Место здесь холодное, а к вечеру поднимется северный ветер.

– Ты прав, – кивнул Бекан, глядя в сторону эльфа Лейфа, крикнув тому, чтобы приказал солдатам остановиться на привал.

Раскинув палатки и запалив костры, путники решили немного подкрепиться, тем более, что припасов хватало. Бекан смотрел на замёрзшее озеро, вспоминая Биргера и, как тот отказался от цели захватить Серединный мир, рассказывая, что некромант Линг обманул его. Бекан помнил разговор между Солвейг, Эслинн и Калдером. Белый демон так и не смог стать человеком и в нём словно что-то сломалось. Бекан не узнавал в недавнем чудовище противника. Теперь униженное и слабое существо, желало окончить свои дни и умереть. Гоблин и тогда задавался вопросом, что заставила Биргера в последние дни своей жизни раскаяться. Он помнил огромное чудовище, склонившее голову к ногам Эслинн, говорящего, что все его предали, и алчность, и тщеславие сделали его, в конце концов, слабым и беспомощным стариком. «Ты можешь повернуть чары вспять в Морских землях»? – горячо спросила Эслинн. В её голосе столько силы. Бекан сейчас не узнавал той принцессы. Исчезновение Эдварда подкосило недавнего бойца. Тогда она пылала решимостью, и солдаты, горожане, весь народ, собравшийся в Дэрвайге, верили ей. Теперь от прежней принцессы осталась лишь тень. «Да, – размышлял гоблин, – дитя сделало её уязвимой. Эдвард пока не смог защитить её, и Эслинн могла полагаться лишь на удачу».

Ночь наползла на лагерь. Рагнер после лёгкого ужина немного согрелся и направился к озеру. На поверхности льда лежал снег, ноги в высоких меховых сапогах утопали в сугробах, а юркий Бекан, чтобы не провалиться по пояс, ловко следовал по пятам мага. Через несколько минут к ним подоспели Лейф и Галвин. Тьма сгущалась. Безлунная ночь сделала её и без того непроглядной. Только снег создавал иллюзию света. Рагнер склонился у кромки застывшей воды и зачерпнул полную пригоршню снега, шептал что-то на незнакомом языке. Бекан навострил уши. Галвин наблюдал за пассами рук мага, а Лейф осматривался по сторонам, надеясь, что никто не нарушит ритуал, проводимый его товарищем.

Снег вдруг в самом сердце озера сделался ярко голубым, как будто лёд растаял, выпуская наружу магию, царившую под водой.

Бекан застыл, видя, как из-подо льда появилась голова озёрной девы. На холоде её волосы покрывали капельки застывшего льда. Свет, парящий облаком, становился сильнее, в этой светящейся сфере Лиа шла по льду, зная, для чего маг Рагнер воззвал к ней. В её ярких синих глазах вспыхнула грусть, нет, вопросов нет. Она протянула руки к магу, со словами:

– Здравствуй, дорогой друг, как долго мы не виделись.

– Ты доброе дитя воды, – ответил маг, сделав шаг назад, не хотел он приближаться почему-то к Лиа. – Однако твоя неразумность и порой желание обладать чужим сердцем сделали тебя безрассудной и опасной. Не боишься обратиться к тёмной стороне? Тебе, наверняка, известна история Биргера.

– Прости Рагнер, если я обидела тебя. – Лиа склонила голову набок. – Твой ученик сам виновен в гибели, я не прикладывала к этому руки, – она прижала к обнажённой груди ладони. Галвин смотрел на озёрную деву и удивлялся что же в ней такого притягательного. Его мысли были только об Айрис в последнее время, а теперь механика тянуло к нимфе. Заметив взгляд товарища, Лейф взмахнул перед его лицом со словами, тебе лучше уйти, друг. Прошептал на ухо тому о магическом воздействии хозяйки озера, видя, как помутнение в глаза Галвина сменилось непониманием и желанием убраться отсюда.

– Гляди-ка, она выбрала тебя и это не к добру. Лучше, вернись в лагерь. Пусть Бекан идёт вместе с тобой.

Бекан навострил порядком замёрзшие уши, слыша разговор между эльфом и механиком. Не стал спорить, а коснулся горячей руки Галвина.

– Идём друг. Оставим работу магам.

Галвин рассеянно кивнул. Повернул голову, чтобы снова взглянуть на Лиа, но получил тычок в мягкое место ниже пояса и шипение Бекана.

Позже уже в лагере Великий механик чувствовал невероятную тоску, разрывающую сердце. Бекан заварил ему трав и рассказывал, что с нимфами иметь дело себе дороже.

– Она точно не отдала бы Эдварда по доброй воле, а нам придётся ждать.

– Когда же они вернуться?

В ответ гоблин пожал плечами, ковыряя палкой в углях костра. Расположившиеся рядом солдаты выставили часовых у палаток. Пальцы снова покалывало от холода, и Галвин, сунул руку за пазуху, нащупав медальон. Раскрыл его, смотря на изображение Айрис, и в душе сделалось тепло и спокойно. Бекан заметил тень улыбки на лице механика. Блики от пламени играли на его лице. Галвин улыбался, а гоблин вздохнул, радуясь, что чары Лиа не охватили друга.

Тем временем Лиа пригласила магов в подводные чертоги. Понимала, что выбора у неё нет. С любимой игрушкой пора расстаться. Она не стала говорить, что принц смертельно ранен, знала, магам под силу исцелить его.

Создав вокруг себя и эльфа воздушный кокон, Рагнер двинулся за озёрной девой, вспоминая дни, когда был без памяти влюблён в неё. Помнила ли об этом Лиа. Наверняка.

Теперь воспоминания нахлынули волной, вспышкой, задержались на мгновения и рассеялись, уступая место холодному рассудку и желанию выполнить задание, спасти наследника Морских земель.

Эдвард лежал на каменных плитах, и, казался неживым, только лёгкое колыхание воды около него говорило, что принц дышит. Рагнер не спрашивал, как это возможно. Знал, всё дело в магии озёрной девы.

– Порой нам необходимо сделать правильный выбор, Лиа. – Он посмотрел в её яркие глаза. – Понимаю, часто мы не выбираем, а выбирают нас. Обстоятельства складываются не так, как мы того хотим. Но, удерживая принца, ты лишаешь сына отца, а его мать мужа. Ты становишься на одну планку с Биргером, Мердоком, развязавшим войну. Ты не лучше Гилмора, не желающего расставаться с властью и предавшего Вардена. Чем ты будешь лучше Исгерд? Все они жили по правилам – бери, властвуй. Пойми, Лиа, пора что-то изменить.

– Ты знаешь, что благодаря Неомею я заточена здесь! – выкрикнула озёрная дева, глядя в чёрные глаза Рагнера. – Эдвард не поддался моим чарам, я и не собиралась пленить его. Он сам оказался здесь…

– Благодаря волшебному жезлу, – мягко прервал её Лэйф. – Что-то помогло ему обратиться соколом и сообщить Солвейг, где он и что ему не под силу выбраться.

– Не плети чар, эльф, – угрожающим тоном проговорила Лиа, чувствуя угрозу, исходящую от Лейфа.

Рагнер положил жилистую руку на плечо мага, понимая, что во владениях озёрной девы лучше решить вопрос миром. Он сказал, что если в его силах помочь ей, они сделают это. Говорил, что знает об обиде Неомея, и о том, что озеро словно склеп. Лиа одна здесь и не может общаться с сёстрами Водного царства, как и покинуть свою тюрьму.

– Ты знаешь, на что способна магия, и вместе мы могли бы вытащить тебя из заточения,– он обвёл взглядом подводный дворец нимфы.

– Тебе известно и то, что как только я смогу выбраться на воздух, я стану смертной, – усмехнулась Лиа. В её голосе звучали нотки отчаяния и злости.

– Ты выбрала добровольное заточение, оставаясь волшебницей, но жизнь среди людей достаточно интересное существование даже для такой как ты, Лиа.

– Об этом не может быть и речи, – в её глазах снова вспыхнуло недовольство. – Вы пришли за Эдвардом, так забирайте его, но не стоит склонять меня на какую-то сторону. Вашу или другую, мне сейчас всё равно, я не готова покинуть озеро.

– Возможно когда-нибудь, – тихо проговорил Лэйф. – Жизнь среди людей не так уж и плоха.

– Молчи, мальчишка, – прошипела сквозь зубы нимфа. – Если я и слушаю Рагнера, на то есть причины прошлого, но ты напрасно пытаешься меня в чём-то убедить.

Лейф пожал плечами, продолжая держаться начеку. Магию иллюзий он не стал отменять, она невидимым шлейфом окутывала его, и эльф не доверял старой дружбе Рагнера и Лиа. Он склонился над Эдвардом, лежащего с раскрытыми глазами. Он словно слышал всё и чувствовал, только не мог пошевелиться. Как же снять эти чары, размышлял Лейф, запуская пальцы в волосы Эдварда.

– Не трожь его! – вскрикнула Лиа, заметив движение рук Лейфа. – Если вытащить гребень он захлебнётся.

– Ах, вот в чём дело, – усмехнулся маг, гладя принца по волосам. – Идём Рагнер, думаю, здесь не стоит задерживаться.

– Погоди, – мотнул головой в сторону Эдварда Рагнер. – у Эдварда рана на груди, и она не заживала столько месяцев. Что это? – он глянул в синие глаза озёрной девы.

– Это меч Мердока оставил этот след. Я не смогла исцелить принца. Но есть средство. Только старый друг Эдварда поможет ему.

– Кто же это? – Рагнер приподнял бровь, теряя терпение. – Эдвард и правда не выживет, если его вынести на поверхность?

– Не знаю, – буркнула нимфа. – Я не уверена ни в чём. Но я не собиралась исцелять его. Тогда бы появилось слишком много вопросов, и Эдвард всё равно бы покинул меня.

– Это немного усложняет дело. – Лейф снова осмотрел Эдварда, попросил Рагнера помочь ему понять, смогут ли они вернуть Эдварда к жизни на поверхности.

– Паук Арахнэт много знает, – сказал Лиа, опускаясь на колени рядом с Эдвардом. – Прости меня принц, я знаю, что ты слышишь меня.

Она замолчала, не хотела, чтобы маги слушали их разговор. Обращаясь мысленно к Эдварду, она сжала ему руку:

«Я так люблю тебя, Эдвард, но не смогла исцелить тебя. Зная, что ты несчастен рядом со мной, я отпускаю тебя. Забудь обо всём, что видел здесь, что слышал здесь. Арахнэт излечит твою рану. Знаю, что лишь в объятиях Эслинн ты найдёшь утешение.»

«Я знал, что ты не совершишь ничего, что навредит мне и тем, кто любит меня, ­– ответил ей принц. Лёгкая улыбка тронула его, казалось, безжизненные губы. – Почему ты просишь забыть меня обо всём? Ведь ты спасла мне жизнь?»

«Никогда не возвращайся сюда».

Она выпустила из ладони холодные пальцы принца и мотнула головой магам со словами:

– Уходите. Но помните, если Арахнэт не справится, ничто не спасёт Эдварда, только озеро, где он нашёл пристанище и покой, хоть и недолгий. Как вынесете его на поверхность, выньте гребень из волос. Принц придёт в себя, но не вспомнит, что был здесь. Путь в Морские земли займёт много времени. Разыщите паука, иначе через семь дней принц уснёт навсегда и никакое лекарство или магия не помогут ему.

Маги переглянулись. Оставлять Эдварда на дне озера не хотелось. Не для этого они проделали длинный путь. Рагнер вспомнил о хрустальном шаре, который им вручила Эслинн, и надеялся, что принцесса отправит гонцов в Морские земли.

Лейф словно читая его мысли, кивнул, говоря, что если задействовать летучий корабль, можно успеть отыскать Арахнэта скорее и доставить принца в Дэрвайг.

На том и решили, оставалось посоветоваться с Галвином, сказал Рагнер.

– Во всяком случае, он о своих кораблях знает всё, как и о месте, где сейчас обитает Арахнэт.

Легко подняв тело Эдварда, Рагнер и Лейф двинулись к лестнице, по ступеням которой спустились в чертоги Лиа.

– Не упустите шанс спасти его, – прошептала Лиа. На секунду Рагнер застыл, а потом обернулся и, улыбаясь, кивнул, говоря, обещаю.

Чем ближе маги подходили к кромке между миром людей, оставляя внизу глубины озера, тем тяжелее становилось тело Эдварда. Рагнер усилил воздушный кокон, не желая, чтобы они промокли, выбираясь на поверхность.

Купол защищал от холода и ветра, и маги, выйдя на лёд, не сразу поняли, что в лесу началась буря.

– Смотри, – прошептал Лейф, показывая на сгибающиеся в ночи верхушки деревьев. – Здесь что-то не так.

– Я не вижу огней, – тихо прошептал Рагнер, – Укрой нас чарами, Лейф. Чувствую, что-то случилось. Или чертовка Лиа остановила время. Знаю, что под водой оно течёт быстрее, чем на поверхности.

– Посмотри. – Эльф указал на палатки, которые рвал ветер. – Дело не во времени. Кто-то напал на отряд.

Рагнер нахмурился, понимая, что Галвин и Бекан исчезли. В мыслях вспыхнуло, как же они свяжутся без волшебного шара с Дэрвайгом.

– Лейф! Ищи шар, он был в вещах Галвина.

Эльф кивнул и, вбежав первым в палатку, понял, что вещи остались нетронутыми. Где же солдаты, где Бекан и Галвин? Вопросы раздирали душу, но когда пальцы Лейфа наткнулись на хрустальный шар, в груди заколотилось.

– Занеси Эдварда внутрь, – крикнул эльф Рагнеру, чары укрывают нас, и сейчас мы свяжемся с кем-то из дворца. Слышал, Солвейг умеет открывать порталы.

– Что же ты раньше молчал? – буркнул Рагнер. – Стоило нам идти сюда столько дней?

– Постой, Рагнер, – эльф приложил палец к губам, словно их кто-то мог подслушать через тонкую ткань чар защищающих от чужих глаз. – Знаю, что портал нельзя открыть, где тебе вздумается.

Старый маг втащил тело Эдварда внутрь и коснулся его волос, чтобы вытащить гребень. Лейф остановил его, говоря, что сейчас, если Эдвард не вспомнит, что находился на дне озера, ему придётся слишком много объяснять.

– Сейчас главное связать с дворцом.

– Ты прав, – кивнул Рагнер. набрал полные лёгкие воздуха и выдохнул, понимая, что лишь на рассвете сможет понять, откуда пришла беда. Хотя сильный ветер заметёт следы на снегу, и поиск товарищей неизвестно будет с чего начинать. Он бросил взгляд на словно спящего принца, прикоснулся рукой к его холодному лбу, провёл пальцами по лицу, чувствуя лёгкое дыхание Эдварда и, выдохнув, взял в ладони волшебный шар.

– Открой глаза волшебный шар, покажи кто сейчас во дворце рядом с другим твоим братом?

Под стеклянной сферой вспыхнули золотистые искры, внутри клубился серый дым, сквозь который проступило лицо Эслинн.

– Вы нашли его? – первое, что спросила принцесса. В её глазах вспыхнула надежда, как сказать принцессе, что с Эдвардом пока ещё не всё в порядке.

– Да, Эслинн. Мы его нашли, но нам нужен Арахнэт.

– Арахнэт? – она непонимающе свела брови. – Зачем вам сейчас нужен паук?

– Эдвард ранен и у него всего неделя, чтобы остаться в живых. Так сказала Лиа. Не стану вдаваться в подробности. Мы вернулись, а отряд воинов исчез, как и Галвин с Беканом. Пока трудно сказать, что здесь произошло. Нам нужен корабль Галвина, чтобы скорее доставить принца в Морские земли. Слышал, что Арахнэт сейчас обитает именно там.

На мгновение Эслинн задумалась. В глазах принцессы маги увидели прежнее пламя и движение мыслей.

– Мне необходимо связаться с отцом Эдварда, Арахнэт, насколько помню, сейчас обитает во дворце Марингарда. Солвейг покинула Дэрвайг, и я не знаю, где она, но свяжусь с помощью сферы с ней или отцом. Ждите до рассвета. А там, возможно что-то станет ясно.

Утро окрасило снежные барханы. Снега насыпало столько, что он не только замёл все следы, набился в пустующие палатки, но и сделал сложным продвижение в сторону леса.

– Лейф, оставайся с Эдвардом, сейчас ему нужна защита, – тихо проговорил Рагнер. – Эслинн не отвечает пока, и я хочу осмотреться, понять, кто был здесь. Следы не могут исчезнуть полностью. Если мы узнаем, кто напал на лагерь, нам станет кое-что понятно.

Вместо ответа эльф кивнул и спросил, может ли он вернуть Эдварда в чувства. Рагнер попросил не спешить, а дождаться его возвращения.

Ветер стих, снег покрывалом укрыл площадку, где раскинули лагерь. Озеро сливалось с берегом и если не знать, где оно никогда и не догадаться, что у густых сосен застыла обитель нимфы Лиа.

Рагнер выбрался на середину поляны, внимательно осматриваясь. Пустующие палатки и не следа битвы или крови.

Маг прошёлся между деревьями, заметив сломанную стрелу. Её жало воткнулось в плоть дерева, а оперение уничтожено. Умно, подумал Рагнер, понимая, что именно по оперению можно понять, кому принадлежат стрелы. Одного не учёл сломавший стрелу, что маг проследит за временем, используя заклятие прикосновения. Рагнер снял перчатку и дотронулся до обломка стрелы.

В глазах стало темно. Отблески костров и тихий разговор лишь нарушали тишину. Внезапный свист летящих стрел, а ещё появившееся лицо Галвина, он схватил за руку Бекана. Они как раз вернулись от озера, зашли в палатку, а потом выбежали, услышав шум.

Между палаток метались тени. Кто-то применил магию, нахмурился Рагнер. Воины исчезали, превращаясь в дым. Невидимые тени кинули в сторону Галвина и гоблина сеть, связывая их. Не видя нападающих, механик и его товарищ сделались беспомощными перед скрытым врагом.

Глаза мага перевели взгляд на стрелу, вонзившуюся в кору дерева. Багровое оперение выдавало воинов Красного дракона. Вынырнувший из темноты солдат что-то говорил невидимке рядом с собой, а потом ломая стрелу, сунул обломок к себе за пазуху. Рагнер узнал по красной куртке и шляпе воина, из дворца, когда на троне сидел Гилмор. вспомнил об утраченной магической книге, понимая, что бывший король не оставил попыток захватить Зелёный Дол.

* * *

Галвин с болью раскрыл веки. Голова трещала. Холод и сырость заставили поёжиться и покрыться спину мурашками. Руки связаны за спиной, и он один в сыром подземелье. Кто похитил его и Бекана Великий механик не знал.

Над головой вспыхнули факелы, и Галвин понял, что сидит в земляной тюрьме. К решётке склонилось иноземное лицо. Стражник рассмеялся, говоря, что скоро его приведут к королю. На вопрос, где он находится, он снова рассмеялся и бросил через прутья решётки кусок чёрствого хлеба. Неизвестность пугала, Галвин знал, что даже если освободиться от пут, бежать некуда. Из глубокой ямы не выбраться. В тёмном углу он услышал шорох, напряг зрение, но не смог ничего увидеть, пока не услышал стон и голос гоблина.

– Как ты? Бекан, это же ты? – Галвин рванул было в сторону товарища, но понял, что прикован к стене цепью.

– Это я, друг, – хрипло ответил Бекан. – Мы в плену у людей Гилмора. Я узнал их по доспехам. Как же Эдвард? Удалось ли Рагнеру и Лейфу спасти его.

– Очень надеюсь на это, друг, очень надеюсь, – Галвин шумно выдохнул. – Теперь главное – не выдать ничего о цели нашего путешествия к озеру. Понимаешь?

– Да. Только что заставило Гилмора стать таким смелым?

– Думаю, мы скоро узнаем об этом.

Глава 20 Усмешки судьбы

Глава 20 Усмешки судьбы

Стражники, спустившие в яму лестницу, освободили от оков Бекана и Галвина. Потирая затёкшие руки и ноги, узники двинулись к лестнице. Стражник поторапливал пленников и ворчал, потирая замёрзшие пальцы. Узники выбрались из подземелья, оказавшись в мрачном склепе тюрьмы, освещаемой светом нескольких факелов. Странное место, размышлял про себя Галвин. Не зная, где они находятся, Великий механик осматривался, пытаясь увидеть слабые места замка, в котором их держали. Расспрашивать солдат бесполезно, считал он и хмуро оглядывался, понимая, что они находятся в крепости. Бекан тоже молчал, двигаясь рядом с товарищем, не решаясь задавать вопросы. Неизвестно, что на уме у охраны подземелья.

Руки пленникам не стали связывать, видимо надеясь, что деваться тем некуда. Бекан размышлял, как тут применить магию, но пока ответов нет, как и понимания, что делать дальше и куда уносить ноги. Галвина он бросить не мог, понимая, что используя проворность и волшебство, смог бы удрать, но то лишь дерзкие мысли, роившиеся в зелёной голове гоблина.

Шли узники по длинному коридору недолго, пока стражники не вывели их в просторный зал. В отличие от вычурного богатства замка Варден, коим наградил его Гилмор во время своего недолгого правления, здесь царила сдержанная аскетичность.

Галвин подумал вдруг, что Гилмор здесь решил задержаться ненадолго, или это убежище принадлежало его союзникам. Каменные своды, от которых веяло холодом, угнетали давящими стенами и непривычно низким потолком. Он покрыт копотью от факелов. Они тут и там на стенах. Причудливые тени играли на них. В конце зала огромный камин, от которого исходило тепло. Тени казались странными танцующими призраками, пахло гарью, как будто-то камин растопили недавно и делали это неумело. На троне в плаще из шкурок песца восседал Гилмор. На его лысой голове лисья шапка с длинным хвостом. Нет, он не похож на прежнего правителя. Лицо его осунулось, и под глазами появились морщины. Рядом небольшая свита, напоминавшая побитую рать короля в изгнании. Однако не стоило забывать, размышлял Галвин, их с Беканом захватили в плен, а солдат, сопровождавших к озеру, уничтожили.

Перед правителем замка на каменном столе лежала старинная книга. Галвин слышал о ней, но ни разу не видел. Узнал по обложке, на которой изображена змея. Её глаза наблюдали за пленниками, а чешуйчатое тело двигалось, словно она живая.

Получив тычок в спину, Бекан и Галвин упали на колени. Бекан поморщился больно ударившись коленом. На губах бывшего советника короля Вардена промелькнула усмешка.

– Что вы делали у того озера? – прямо спросил он. – Говорят, что Эдвард жив, и вы узнали, где он?

В ответ, Галвин с презрением глянул в глаза подлеца, предавшего и народ Зелёного Дола, и Биргера, своего нового хозяина.

– Отвечай! – крикнул несостоявшийся правитель Дэрвайга. Галвин стиснул зубы от боли, когда стражник ударил его между лопаток древком копья.

– Эдвард жив, – ответил механик. Не знал наверняка, не успел увидеть, как маги вытащили бесчувственного принца из вод озера. Решил, что такой ответ заставит Гилмора забеспокоиться.

– Как я и думал, – проговорил сквозь зубы враг. – Скажу прямо, что не закончил Биргер и упустил Мердок, завершу я. Союзники в Красном драконе давно желают объединения с землями за Скалистыми горами.

– Это чуждый нам мир. – Бекан поднял уши на макушке, и в его глазах вспыхнул насмешливый огонёк. – За Скалистыми горами люди не ведают магию. Зачем Красному дракону открывать секреты Жёлтому? Или у вас иные планы?

– Больше власти – больше рабов, – усмехнулся Гилмор, и на его губах появилась злорадная улыбка. – У вас не хватит сил выстоять против армий красно-жёлтых драконов. И у них есть оружие, несущее смерть. Вы даже не представляете на что оно способно! Ты не знаешь, маленький гоблин, что я видел за Скалистой грядой. – В глазах врага появилось торжество.

– Зачем тебе новая война, Гилмор? – спросил вдруг Галвин, прищуриваясь. – Что ты хочешь? Или ты думаешь, могущественная цивилизация Жёлтого дракона пощадит человека предавшего свой народ? Предатели нужны для иных целей.

– У тебя слишком длинный язык, – тихо с ненавистью проговорил Гилмор. В его чёрных глазах промелькнуло сомнение, механик заметил это. – Я ведь могу и передумать, отправить ваши головы Айрис. Она же сейчас правит в Дэрвайге?

– Она. – Галвин смело глянул на Гилмора. – Позволь охладить твой пыл и поверь, у нас есть, чем ответить. Однако ты мог бы пойти на сделку более выгодную для тебя.

Галвин знал, что Гилмором движет не столько желание вернуть былое богатство, а возможность снова властвовать над Зелёным Долом. Никто не позволит ему управлять Пятью королевствами Серединного мира. Беглый король знал это, и Великий механик пытался перетянуть одеяло на свою сторону. Так он назвал попытку расположить к себе бывшего правителя.

– О какой сделке ты твердишь? Кто ты такой, чтобы решать за королей?

– Поверь, у меня есть рычаги, – усмехнулся Галвин. Бекан бросил в сторону товарища встревоженный и непонимающий взгляд, но промолчал, надеясь, что тот блефует. – Ты мог бы заключить союз с Айрис посредством брака.

– А пойдёт ли она на это?! – Гилмор поднялся с трона и, запахнув меховой плащ, двинулся к Галвину, стоящему на коленях. – Что ты несёшь, самонадеянный мальчишка?!

Пленник улыбнулся уголком рта и поднял глаза на врага со словами, что королева Зелёного Дола согласится на многое, чтобы спасти королевство.

В груди Гилмора царапались кошки, слишком странным и неожиданным показалось ему предложение Галвина. Оно интересно, но как верить тому, кто заодно с Эдвардом и Эслинн?

– Ты предлагаешь мне отказаться от союза с Жёлтым драконом? – Он отвернулся, тихо выругался и начал расхаживать у камина с пылающим огнём. – Это смешно.

– Но так ты сохранишь себе жизнь, Гилмор? Тебя слушают пока в твоих руках эта книга.

Гоблин покосился на магический фолиант, вспоминая, как украл его у Линга, и как ядовитые щупальца стража книги обвивали его руки, обжигая ядом. Тогда демонов удалось усмирить, но помнит ли кто, как повторить фокус. Способны ли маги Зелёного Дола снова подчинить себе стража книги некроманта. Что же задумал Галвин? – пронеслось в мыслях Бекана.

– Никому не под силу завладеть моей книгой. – Гилмор вернулся к столу с лежащим на нём артефактом и, раскрыв его, жадно впился взглядом в горящие огнём буквы. Они вспыхивали на страницах, отпечатывались в сознании. Бекан понял вдруг, что не бывший советник Зелёного Дола хозяин книги, а она повелевает им. Как же сразу не догадался, потому что только маг способен управлять магией слова. Гилмор не маг и никогда не умел колдовать.

– Будь, по-твоему, Гилмор, – ответил Галвин, казалось, несколько устав от общения с предателем. – Зачем мы тебе здесь, какой в этом прок?

– Я давно следил за перемещениями по Зелёному Долу и понял, раз вы отправились по проторённой дорожке, то что-то ищите важное. Что было в том озере, я слышал его хозяйка нимфа Лиа отвергнутая дочь Неомея?

По шее Галвина пробежал холодок.

– Что там было, того уже нет, – усмехнулся Бекан.

– Смеешь дерзить мне, червь?! – выкрикнул Гилмор. Его угрозы не пугали пленников, они знали, что если ещё живы, значит, на то есть причина. – Отведите их в яму! – крикнул он стражникам. – Посидите во тьме и подумайте, кто ваш король!

Галвин поднялся на ноги, чувствуя на руках пальцы солдат.

– Погоди, Гилмор, не забывай, что сейчас лучше тебе отделаться малой кровью, чем гнить на погосте потом.

Стражники потащили его за собой. Бекан, сжав губы, не отрывал взгляд от книги, размышляя, как же не только подобраться к ней, но и выскользнуть из этого замка без окон и дверей.

Их снова заперли в яме, приковали цепями к стене, правда руки на этот раз не стали связывать, кинув буханку чёрствого хлеба и бутыль с кислым вином.

– Что ты задумал, Галвин? – вкрадчиво спросил Бекан.

– Не скажу, мой друг. Будешь много знать, скоро состаришься.

– Глянь на него, он ещё смеётся. – Поморщившись, Бекан откупорил бутылку с вином, сделал глоток и выплюнул на грязный пол со словами, гадкий уксус. – Я тебе другое скажу. Дело в книге. Она изменила ещё больше Гилмора.

– Книга? – удивлённо вскинул брови Галвин. – Как это.

Бекан снова рассказал ему историю о похищении важного оружия некроманта Линга и о том, что эльфам удалось договориться со стражем книги, но её вероломно похитили.

– Если мы захватим книгу, то получим и Гилмора, – тихо проговорил Бекан.

– Ничего не понимаю.

– Она вспомнит мои ручки. – Гоблин, смеясь, потёр зелёные ладошки. – А насчёт Айрис ты это загнул.

– Совсем нет, Бекан, – совершенно серьёзно Галвин. – Скажу одно, что я слишком сильно люблю королеву, чтобы предать её.

Бекан склонил голову набок и непонимающе пожал плечами. Не стал задавать вопросы, думая, как, несмотря на всё происходящее выбраться из заточения.

– Вино и правда – дрянь, – скривил губы Галвин. – С водой у них, что ли проблема?

– Думаю да, – кивнул Бекан, скрестив руки на груди.

– Эй, ты что-то придумал? – заинтересованно спросил его Галвин.

На кончике пальца гоблина вспыхнул язычок зелёного пламени.

– Я хоть не маг, но кое-что умею, – он хихикнул, – главное не вызвать подозрения. Ты заметил, сколько охраны наверху?

– Нет, Бекан, – немного расстроился своей невнимательности Галвин. Когда их вытащили из ямы, он не думал о том, чтобы подсчитать, сколько тут солдат.

– Думаю, пройдёт ночь, Гилмор пораскинет мозгами, посоветуется с книгой.

– С книгой?

– Угу, – проговорил вполголоса гоблин и продолжил. – Как только мы окажемся наверху надо внимательно посмотреть, сколько стражей, есть ли ещё ямы для пленников. Какое оружие у охранников. М-мм, и вот ещё, меняются ли они или всё те же солдаты?

– Думаешь, если мы тут пробудем несколько дней, а стража не меняется, значит у Гилмора мало людей?

– И люди должны спать. Если поддерживать их с помощью магии, они становятся вялыми и невнимательными. Я уже сталкивался с подобным.

Бекан вдруг вскочил на ноги и крикнул, глядя в решётку за которой мерцал свет.

– Эй! Стражник! – Ему ответила тишина. – Воды! Кто-нибудь даст мне воды!

Бекан навострил длинные уши, приложил палец к губам, слыша звук приближающихся шагов. Сверху раздался недовольный голос.

– Чего вопишь, малявка. Мало тебе всё?!

Между прутьями решётки гоблин увидел широкое лицо вояки с раскосыми глазами. На голове того шлем съехавший на бок, казалось, стражник мирно спал, пока Бекан не нарушил его сон воплями.

– Это вино невозможно пить, оно скисло. Мы и на воду согласны.

– Ух ты, подземная гниль, – пробурчал стражник, охая. Скрылся из виду, и его пришлось ждать довольно таки долго. Галвин говорил, что просчитал до пятисот пока не услышал, что вояка вернулся. Крикнул тому спасибо, стараясь быть вежливым.

– Трудно вам служивым? – спросил с сочувствием в голосе, когда стражник открыл решётку, чтобы спустить в корзине бутылку с водой.

– Уж третьи сутки не сплю, – буркнул охранник, поднимая корзину. – Теперь всё?

– Спасибо,– кивнул ему Галвин, Бекан промолчал. Слишком обидчиво прозвучало – подземная гниль. Он обнюхал себя и тихо поинтересовался у механика, неужели от маленького гоблина так воняет. Его друг чуть было не рассмеялся, и, кивая, проговорил, что есть немного, но он уже к этому привык.

– Да чтоб тебя. – Бекан сконфуженно отвернулся, а ведь недавно он и при дворе расхаживал, размышлял про себя, но никто не говорил ему о каком-то там запахе.

– Успокойся, дорогой друг. – Галвин протянул к нему руку и коснулся плеча Бекана. – Иной раз люди так воняют своими мыслями и поступками, что дышать не чем. Как мы и думали в охране людей мало. Завтра, надеюсь, Гилмору станет интересно моё предложение начёт Айрис. Мы в свою очередь лучше осмотримся и постараемся узнать что-то. Надеюсь, информация поможет понять, где мы находимся, или найти лазейку для побега.

– Считаешь, угроза Гилмора не настолько реальна? – почему-то полюбопытствовал Бекан, и Галвин кивнул.

* * *

Эдвард открыл глаза, в голове шумело, а в груди поселилась тянущая боль. Он стиснул зубы, пытаясь подняться. Ещё не осознавая, где находится, ему всё казалось, что он на дне озера, но нет, вокруг нет воды, вокруг воздух. «Значит, меня отыскали друзья? Или нет»? Принц повернул голову, глядя на знакомые стены каюты одного из кораблей Галвина. Вот откуда это лёгкое покачивание, улыбнулся он. Хотел позвать кого-нибудь, но не узнал своего охрипшего голоса.

Скрипнула дверь, Эдвард инстинктивно приподнялся, боль стала сильнее, он закашлялся, подняв руку к груди.

– Любимый, ты очнулся?

Голос Эслинн, как лекарство, но почему в нём испуг и отчего он так дрожит.

– Эслинн, – Эдвард стиснул её пальцы в ладони. – Слава магистрату, я вижу тебя. Как же хотелось обнять тебя тогда, столько рассказать. Я помню, что был птицей. Или это просто сон?

– Тихо-тихо, – она склонилась над ним, поправляя подушки, поцеловала в лоб, говоря, что у него только что спал жар. – Солвейг обо всём рассказала, и наши друзья отправились искать тебя. Ты что-нибудь помнишь об озере Лиа?

– Я был там? – он непонимающе свёл брови.

– Разве ты не помнишь?

– Нет. Странно, разве я был всё это время там? Эслинн? – Принц вопросительно смотрел на неё, – что происходит? Последнее, что я помню, это битву с Мердоком, потом темнота и вот я лечу в небе, думал, что это конец, что я просто отправился проститься с тобой. Но нет, я стал птицей, а потом, снова погрузился во мрак. Помню Солвейг и то, что говорил с ней и снова ничего, как будто куски памяти вырезаны из сознания.

Эслинн, рассказала ему, обо всём, что поведали маги Ингемар и Лейф. Как они вернулись в лагерь и обнаружили исчезновение солдат, Галвина и Бекана. Эдвард сжал в пальцах край простыни, стиснул зубы. Бессилие мешало, делало слабым, и он боялся показаться беспомощным. Теряя друзей, он бездействовал. Почему именно сейчас?! Что тогда он мог сделать для Эслинн? Его взгляд метнулся в её сторону. Принцесса с болью взглянула в его покрасневшие от гнева глаза.

– Эдвард, тихо. Сейчас ты ничем им не поможешь, но у меня есть одна радостная новость для тебя.

Он не ответил, потом чувствуя себя бесконечно жестоким к ней и не внимательным, порывисто схватил принцессу за руку.

– Прости меня, Эслинн. – На губах вспыхнул улыбка. – Просто я… многого не понимаю. Увидел, когда прилетал к тебе птицей… Ты же… Ты же ждёшь ребёнка? Нашего ребёнка.

– Да, – тепло улыбнулась она в ответ, на глаза принцессы набежали слёзы, – но у меня есть и другая хорошая новость.

– Что же может быть хорошего, когда кто-то опять испытывает нас, нападая на наших друзей?!

– Погоди, тебе нельзя нервничать, ты ранен, и мы летим в Марингард.

– Марингард? – Эдвард непонимающе смотрел на принцессу, вспомнил, что оставил руины, когда отправился в Зелёный Дол сражаться с Биргером. Перед глазами пронеслись болезненные воспоминания – разрушенный дворец, застывшие в камне родители.

– Твои мама и папа живы. Биргер снял перед своей смертью заклятие с них.

– Биргер? Перед своей смертью?! Но как?!

Эслинн, перебирая в ладони пальцы Эдварда, успокаивала его, понимая, что ненадолго он выпал из времени. Вернулся, когда столько событий произошло и неутешительных и радостных. Она рассказала, что после битвы, к лагерю приполз раненый паук. Он говорил и, казалось, плакал, поэтому воины и не прикончили его сразу, хотя следовали за ним по пятам, опасаясь, если тварь захочет навредить кому-то из королевских особ. Эслинн удивило, что чудовище говорило голосом Биргера, ощущая себя обманутым, преданным Мердоком и подданными.

– Я никогда бы не подумала, что Биргер приползёт просить не столько прощения, но попытки исправить зло, что совершил. До Марингарда достаточно далеко, и Солвейг открыв портал, отправилась туда вместе с Калдером, мной и магами, на всякий случай, если белый демон, что-то задумал и решил напоследок обмануть их. Их встретил Арахнэт – рыжий паук, ты помнишь его. В то время, как мы прибыли в Морские земли, паук остался в хижине, ещё со времени постройки Галвином кораблей. Именно мудрый Арахнэт говорил, что Биргер стал иным, и его смерть близка, поэтому стоит торопиться.

– Не верится, – прошептал Эдвард. – Если чудовище становится человечным, что же его сделало таким? Неужели Мердок отравил своё существование после смерти таким образом, что возненавидел даже монстров. И что же случилось дальше?

Эслинн погладила рукой принца по щеке и продолжила рассказ, говоря, что Солвейг, войдя во дворец Брайса и Селмы чуть не расплакалась, видя царившее запустение. Услышала звук хлопанья крыльев, видя маленькую летучую мышь. Она говорила с ними, назвавшись Арлиной – фрейлиной королевы, и первой обратилась снова в человека. Захлопала в ладоши и не сразу заметила жуткое создание, выползающее из-за стен. Калдер успокоил девушку, рассказывая, что к чему. Она повела их в тронный зал с каменными статуями, где на троне застыли родители Эдварда.

– Конечно, замок ещё пришлось восстанавливать, и Селма заболела, как узнала о твоём исчезновением. Одно скажу, что ей стало лучше от новости, что тебя отыскали, и скоро ты прибудешь в Марингард.

– Но как я оказался на корабле? – удивлённо спросил Эдвард, помня, по рассказу Эслинн, что маги вынесли его тело из озера, и никто не встретил их.

– Хорошо, что мы с Айрис настояли взять с собой волшебный шар. Ингемар связался со мной, так мы и узнали, что ты жив, и помочь излечить твою рану способен только Арахнэт.

– Помню, как Линг отправился ко мне тенью, и рыжий паук спас от «поцелуя призрака».

Эслинн горячо сжала руку Эдварду со словами, что очень ждала его и даже когда многие твердили, что принц мёртв, она не оставляла надежды найти любимого.

– Наше дитя тоже ждало отца, я говорила с сыном, я знаю, что у нас будет наследник, чувствую это, – улыбнулась Эслинн. – Ничто больше не разлучит нас. Корабль Галвина стремительно покинул небесный легион, охраняющий Пять королевств. Теперь с помощью этих судов, придуманных Великим механиком, наши границы под пристальным надзором. Мы отыскали тебя и найдём обязательно Галвина и Бекана. Уверена, с ними всё будет хорошо.

– Я тоже надеюсь на это, – ответил Эдвард.

Корабль летел сквозь облака. Твёрдая рука рулевого вела судно в Морские земли. Внизу, под килем, сквозь небесный туман виднелись земли и поселения. Снежное покрывало сменилось горной грядой королевства Калдера. За скалами начинались Морские земли – зелёные луга, с сочными пастбищами, густые леса. Море. Оно яркое, синее, блики солнца играли на воде. Эслинн скинула меховой плащ и, выйдя на палубу, велела матросам после посадки доставить Эдварда во дворец.

Принц желал сам войти в родовое гнездо, но силы покинули его. Идти своими ногами он не мог, даже опираясь на руки воинов. Эслинн говорила, что сама расскажет матушке наследника, что он жив, и скоро королева Марингарда сможет обнять его.

Судно замерло на городской площади.

– Взять рифы! – скомандовал старший помощник капитана.

Одну из шлюпок, висящую на гаках приказано было приготовить для Эдварда. Трое матросов и капитан судна спустились вместе с принцем и принцессой на землю. Принц лежал на носилках и смотрел на родной город с улыбкой на губах. В груди поселилась надежда на лучшее, словно птица, расправляющая крылья.

Около площади собирались люди. Многие узнавали в раненом воине наследника и радостно охали и ахали. По толпе прокатилась весть о том, что Эдвард жив и вернулся в королевство. Эслинн верила, что не придётся искать Арахнэта слишком долго. Ведь по словам Лиа, только он способен исцелить принца.

Селма, вне себя от счастья, расплакалась, говоря, что сына поможет излечить рыжий паук. Это в его силах. Брайс смотрел счастливыми глазами на вернувшегося спустя долгое время принца. Слёзы катились по щекам, он не сдерживался и гладил Эдварда по рукам, говоря, что гордится им, что именно он начал объединение Пяти королевств.

– Никогда ещё правители не были в таком согласии как сейчас, – проговорила Селма. – Теперь я смогу умереть спокойно, раз ты вернулся.

– Не говори так мама, – свёл брови сын, на его жест королева, улыбаясь, ответила, что не собирается уходить прямо сейчас.

– Теперь, когда наследник вернулся в Морские земли, мы с отцом можем вздохнуть спокойно. Тем более, – она бросила взгляд на принцессу, – я хочу увидеть внука. А где же Великий механик Галвин, сынок, о нём многие спрашивали в Марингарде?

– Галвин отправился на поиски Эдварда и немного задержался по другим делам, – солгала Эслинн. Не хотелось принцессе омрачать радость королевы исчезновением придворного мастера.

Селма заметив округлившийся живот Эслинн, коснулась руки девушки, спрашивая, что же они с Эдвардом думают о будущем.

За принцессу ответил Эдвард, говоря, что как только оправится от раны, первым делом желает несмотря ни на что устроить венчание с Эслинн.

– Прости, что не сделал раньше тебе предложение о замужестве. Ты же знаешь, как моё сердце всегда стремилось к тебе.

– Знаю, – тихо проговорила Эслинн, на её щеках вспыхнул румянец. – С того самого дня, когда ты вошёл в башню, где меня прятал ото всех король Варден и когда смело поцеловал и не боялся проклятия разбитого сердца.

Их взгляды соединились, и окружающий мир превратился в размытые краски, закружился в хороводе таящих звуков, запахов в игре теней.

* * *

Второй разговор с Гилмором внушил больше уверенности Галвину. Он понял, что идёт по верному пути. Сделка заинтересовала бывшего советника Вардена. Брак он рассчитывал не только как способ отойти от дел с Красным драконом, размышлял механик, но и как возможность оказаться на троне в Дэрвайг. Одному возвращаться опасно, понимал и Гилмор, думая, чем он сможет шантажировать Зелёный Дол? Что может оказаться ценнее свободы королевства, обдумывал он новый ход.

Теперь он не приказал страже уронить Галвина на колени. Предусмотрительно пригласив подданного Айрис одного, оставив коротышку Бекана в темнице. Тот места себе не находил и злился. В голове кипели, словно в котле, мысли. Бекан знал, что Галвин не предаст, был уверен в нём, но сомнения грызли.

– Ты хочешь сказать, что брак не может стать залогом мир? – въедливо спросил Гилмор пленника.

– Если быть честным, то вернувшись в Дэрвайг, ты получишь вместе с женитьбой ненависть двора, народа и королевы. С тобой может прийти армия, но и это не исправит твоих злодеяний и предательства. Ты должен доказать, что подданные могут верить тебе, и они признают твоё возвращение к власти.

– Любопытно. – Гилмор сцепил пальцы на животе, – Не задумал ли ты чего, помогая мне. С чего мне верить одному из друзей Эдварда?

– Можешь не сомневаться, – усмехнулся Галвин. – У меня здесь свой интерес.

– И какой? Если не секрет.

– Когда я помогу тебе вернуться к власти, ты укажешь мне путь к правителю Жёлтого дракона.

– Зачем тебе это?

– Не спрашивай, – без обиняков ответил Галвин. – На всё есть свои причины и сейчас не время говорить обо всём до конца.

Гилмор, прищурившись, смотрел на Великого механика: – «Кто он, посланник Зелёного дола или Морских земель? Кому он служит? Нет, Галвин слишком умён, чтобы раскрывать все козыри. Так доверять или нет. Убрать его просто так я не хочу. Пойти за ним и оказаться в ловушке тоже».

– Ты должен заслужить не только прощение, но и уважение двора Зелёного Дола, – продолжил Галвин. – На первый взгляд это кажется невозможным, но и Биргер оставил после себя воспоминания о раскаянии и помощи своим жертвам.

Великий механик рассказал бывшему советнику о спасении королевской семьи Морских земель. Он немного приврал, желая показать, что любой антагонист способен оставить о себе добрую память. Поступок белого демона удивил Гилмора. Он сжал губы, а в тёмных глазах короля в изгнании живым огнём плясали отблески свечей. Молчание длилось недолго, он спросил прямо, что же хочет Галвин.

– Мы вместе отправимся в Зелёный Дол. Предполагаю, что мы находимся на северо-восточной границе Скалистых гор, раз ты ждёшь поддержки от драконов. Можешь не говорить. Сейчас для меня это не так важно. Верни, что украл и магическая книга отданная королеве Зелёного Дола станет жестом доброй воли. Уговорить Айрис не составит труда. Она доверяет мне.

– Тебе? – удивлённо спросил Гилмор, и Галвин кивнул, говоря, что королева испытывает к нему нежные чувства.

– Интересно получается. Ты говорил о предательстве мне, как же потом отмоешься ты?

– Это уже моя забота, – усмехнулся механик. – Я знаю, что глупая Айрис не сможет управлять Зелёным Долом, хотя она красива и мила, но мозгов у неё в отличие от Эслинн маловато будет.

– А что же Эслинн?

Гилмор не стал рассказывать о том, что принцесса ждёт наследника и, махнув рукой, проговорил, что она, скорее всего, вернулась в Марингард к родителям своего будущего мужа.

– Я не верю, что вернув магическую книгу, меня не уничтожат с её же помощью, – скривился Гилмор.

– Ты отдашь её после разговора с Айрис. Солвейг и Калдер отбыли в Горное королевство, насколько мне известно. Королева Зелёного Дола верит мне, поэтому я смогу убедить её. Да Дэрвайг под защитой боевых магов, но им не обязательно знать о твоём возвращении. Мы вернёмся в страну инкогнито. Тогда у тебя будет шанс сделать Айрис предложение, от которого она не сможет отказаться. На кону безопасность её королевства. Война или союз с врагом? Что думаешь, выберет она. После венчания, ты отдашь книгу ей…

– Думаешь, я настолько наивен? – рассмеялся Гилмор. – Получив книгу, она обязательно посоветуется с магами, понимая, что я стал безоружным и слабым, она захочет избавиться от меня, пренебрегая супружеством. Если только мы не оформим всё законным образом.

– Я рад, что ты сам пришёл к этому, – кивая, улыбнулся механик. – Твоя смерть станет началом вторжения в земли Пяти королевств.

–Получается я стану заложником? Мне не выгодно это тоже.

– Однако если ты развяжешь новую войну, используя силу Красного и Жёлтого драконов, заинтересованных в землях Пяти королевств, ты лишишься не только жизни, сначала у тебя заберут власть.

Гилмор сжав губы, размышлял, приказав страже вернуть пленника в клетку. Галвин вернулся хмурый, рассказывая Бекану, что пытался договориться с Гилмором. Посеяв зерно сомнения, механик увидел, чего боялся бывший советник. Нет, не богатство всё-таки прельщало его, больше власть, но пуще всего он страшился оказаться в забвении.

Бекану он не стал пересказывать их разговор, опасался, что гоблин не поймёт его. Надеялся, что Гилмор клюнет на крючок, и план Великого механика осуществится.

Дни тянулись чередой. Пленники не замечали ночь или день. Сидя в тёмной яме подземелья, они грызли чёрствый хлеб, запивая водой. К счастью, для них было и это способом выжить. Надежда таяла с каждым днём, и порой Галвин задумывался о том, что Гилмор решил поступить по-своему. Бекан нашёл развлечение – играя с пламенем на кончике пальца, говоря, что он мог бы освободить их, разбив оковы. Галвин хмуро отвечал, зачем, впадая в новые размышления. Рисовал на земляной стене палочки, отмечая дни, когда охранник спускал в яму корзину с хлебом и водой.

Однажды он спросил гоблина, что ещё умеет Бекан, кроме того, как зажигать пламя на конце указательного пальца. Гоблин пожимал плечами, говоря, что его умения в темнице бесполезны.

– Что толку если я могу ненадолго исчезать, или высоко подпрыгивать. Эти таланты не помогут нам выбраться отсюда. Я надеялся, что Гилмор позовёт на разговор не только тебя.

Сказано это было с неким укором, и Галвин понял, что товарищ в чём-то подозревает его.

– Я говорил с Гилмором, надеясь заинтересовать его, только так мы смогли бы выбраться на свободу.

– Но почему-то ты скрываешь то, о чём говорил с ним? – подозрительно спросил Бекан, приподняв кончики ушей. В его зелёных глазах появилось недоверие. – Неужели ты решил предать нас?

– Я не могу поступить по-другому. Поэтому и не собирался посвящать тебя в свой план.

– Что ты сказал?! После всего, что мы прошли вместе?! – выкрикнул гоблин, сжимая маленькие кулачки.

– Во всяком случае, хитрость всегда помогала мне выжить…

– Ах ты, сволочь! – выкрикнул Бекан, бросаясь в сторону Галвина.

На удивление оказавшийся более чем прытким, гоблин подлетел в воздухе бросаясь на механика. Цепь лопнула, не зря гоблин упражнялся с игрой в пламя. Он вцепился пальцами в мужчину и вонзил острые когти в шею Галвину. Тот отбивался, как мог. Бекан словно разъярённая кошка, выплёвывал ругательства. Уклонился от удара механика и снова ринулся в атаку.

Решётчатая крышка колодца распахнулась. Внутрь спрыгнуло два стражника, скрутивших Бекана. Галвину сбросили лестницу и, освободив от цепи, приказали подняться наверх.

– Так и знал! – выкрикнул Бекан в ярости. – Так и знал, что ты предал всех!!!

В бессильной ярости, гоблин смотрел, как над ямой захлопнулась решётка. Он увидел тени удаляющихся стражников и бывшего товарища. Из его ладоней вырвалось пламя. Он застыл, перебирая в мыслях, что же делать дальше. Идея в голову пришла молниеносно. Осталось дождаться корзины с едой. Теперь в голове Бекана созрел план, и он, усмехнувшись, потёр покрытые грязью ладони.

* * *

Рыжий паук внимательно рассматривал Эдварда, словно старинный доктор, он завис над лежащим принцем и покачивался из стороны в сторону. Опустил когтистую лапу на чернеющую рану на груди наследника. Закатил восемь глаз, входя в транс, проваливаясь между мирами и оглядывался. Тени мёртвого мира всегда рядом, они выжидали, они наблюдали.

– Что вам проку от души молодого воина? – спросил призраков Арахнэт. – Он мало что успел совершить в жизни. Мудрости не набрался.

– В его сердце так много любви, – облизнулась одна из теней. Длинный точно змея язык выскользнул из щелевидной пасти сумрачного монстра.

– Он сладкая добыча, паук. В нём столько отваги и силы! – проговорила вторая тень-призрак.

– У вас ещё не достаточно сил, чтобы забрать душу Эдварда, – прошипел Арахнэт.

Их не так много, он осмотрелся, обычно перед смертью человека теней больше. Паук вернулся в мир живых из подпространства и начал свою песню, слышную лишь его собратьям. Он плёл золотую паутину, оплетая тело принца. Эдвард припомнил каменоломни троллей в Горном королевстве и «поцелуй призрака» – заклятие наложенное некромантом Лингом.

Погрузившись в сон, он очутился в подводном царстве Лиа, вспоминая всё, что она хотела скрыть от него. Не понимал Эдвард, отчего озёрная дева заговорила его память. Любовь сделала её жестокой, но лишь ненадолго. Нимфа понял, что сердце принца принадлежит Эслинн, и он никогда не предаст любимую.

Внезапно перед глазами появилось лицо Мердока. Он, усмехаясь, занёс над головой руку с копьём. Эдвард увидел сначала торжество в глазах мага, а потом удивление, потому что чародей превращался в сизый дым. Принц только сейчас понял, что его клинок, перевернувшись в воздухе, врезался в шею магистра, отсекая Мердоку голову. Время словно замерло. Тело колдуна превращалось в дым, пока не исчезло. Время снов пришло в движение, а Эдвард почувствовал сильную боль в груди. Упал, понимая, что копьё мага пронзило его грудь. Потянулся за мечом и, прикоснувшись к рукояти, внезапно переместился, как понял не сразу, на дно озера Лиа.

Арахнэт наблюдал за принцем. Эслинн вошла в зал, где паук колдовал над раненым принцем, говоря, что Селма и Брайс места себе не находят.

– Не волнуйся, Эслинн, – ответил рыжий паук. – Всё будет хорошо.

Глава 21 Любовь и предательство

Глава 21 Любовь и предательство

Время имеет свойство ускоряться и растягиваться, не желая подчиняться никому. Оно вечно, а людская жизнь бренна. Возможно, поэтому не человек управляет временем – оно управляет им.

Бекан злился и был на грани истерики. Галвин, добрый Галвин, шептал он про себя. Почему ты предал меня, почему ты предал всех нас. Я должен выбраться, и первым очутиться во дворце, чтобы предупредить Айрис о готовящейся провокации.

Маленький гоблин напряжённо думал и, казалось, что даже чувствовал движение мыслей в зелёной безволосой голове.

Сверху ямы посыпался песок, решётка открылась. Стражник спустил корзину с маленьким кусочком ржаного хлеба и половиной бутылкой мутной воды. Бекан понял – Великий механик не вернётся.

Узник запрыгнул в корзину ведомый жаждой мести и сделался невидимым. Злость помогла ему быстрее справиться с трудностью превращения в пустоту. Обычно эмоции помогали в магии, как и сейчас. В сумрачном помещении тюрьмы, стражник не заметил мелькнувшую тень. Бекан пригнувшись, кинулся к куче соломы и затаился. Маленькое храброе сердце стучало в груди, оно как птица рвалось на свободу.

В висках бились мысли. Выхода нет, но как-то же пленники попали сюда, рассуждал он. Часы тянулись медленно. Ох уж это время! Мимо соломенной кучи то и дело проходили стражники. Они сидели на деревянных чурках, играли в кости. Говорили тихо. Бекан насчитал четырёх солдат, сидевших у стола. Потом через некоторое время двое, прислонившись к стене, заснули, а другие направились к выходу. Бекан потрусил за ними, стараясь не шуметь. Что-что, а сливаться со стенами он научился отлично, ещё в бытность службы шпионом Калдера.

Темнота на руку, как и мягкий земляной пол. Шаги почти не слышны. Бекан крался за двумя стражниками, вышедшими на задний двор. Вот не задача, яркий свет ударил в глаза, гоблин юркнул за массивную тачку, груженную ящиками с овощами и бочонками с вином. Глянул на солнце, улучив момент, подобрал обломок палки и, воткнув его в землю, вычислил, сколько осталось времени до заката.

Пару часов отсидеться за арбой – сомнительная безопасность, рассуждал Бекан. Тем более она завалена провизией и скоро поклажу начнут разгружать. Стражники вернутся в тюрьму, но кормить пленника решат позднее. Бекан мог сверять часы по своему желудку, в котором пока что не урчало от голода. Он научился растягивать краюху чёрствого хлеба на целый день, и, откусывая маленькими кусочками, хорошенько пережёвывал. Солдаты охранки протопали к входу, посмеиваясь и потирая руки. Холодный воздух заставил гоблина поёжиться. Он снова вдруг подумал о Галвине и о том, предатель тот или нет. Что если он зря бросил товарища, возможно, у того и правда есть план. Другая половина внутри гоблина твердила, что надо уносить ноги. И что на свободе он сможет сделать куда больше, чем в плену.

Прокравшись вдоль каменной стены, Бекан вычислил, где ворота. Открытое место и, чёрт возьми, солдаты тут и там. Пробраться к стене, сущая ерунда, хотя на восточной стороне башня с дозорным, и к ней вела, утопленная в стене неприметная лестница.

Маленький беглец ринулся в сторону, пробегая под животами лошадей. Те заволновались, но не подняли шума. Иной раз размер имел значение, усмехнулся зелёный гоблин. Кинулся в сторону стены тенью, его словно никто и не желал замечать. Посмеиваясь про себя, Бекан надеялся, что за стеной не окажется глубокого рва с водой или пропасти. Что это за место до конца не понятно. Хотя тут теплее, чем в Зелёном Доле, размышлял беглец, значит эта местность южнее. На востоке Серединного мира тоже достаточно тепло. Если рассуждать, что Гилмору помогали драконы, то замок либо на территории Красного дракона, либо на границе восточного союзника бывшего советника короля Вардена.

Шанс остаться незамеченным невелик. Ждать покуда беглец выйдет из поля зрения солдат, или дожидаться темноты, спрашивал себя гоблин. Ведь если забраться на сторожевую вышку, придётся столкнуться лицом к лицу с бойцом, несущим службу на стене, а то и не одним.

Ночь стала помощницей, но, не зная, что за стеной, Бекан мог и не уйти незамеченным. Горы и лес могли бы спрятать его. В степи он как на ладони – лёгкая мишень для лучников. Укрывшись за глиняными горшками, он ждал. Тени удлинялись, и временное укрытие стало надёжным убежищем. Когда кроваво-красное солнце скрылось за каменной стеной, облизывая кирпичную кладку, Бекан заметил, спускающихся с дозорной башни солдат. Их двое.

Навстречу им двигались другие стражи. Они обменялись кивками и оружием. Смена караула дала Бекану удачный момент в одиночку под покровом затянувшихся сумерек взобраться на башню. За стеной горы поросшие лесом. Зелёный гоблин улыбнулся. Любые скалы для него дом родной – стоило очутиться в пещере или гроте и вызвать подземный народец, служащий Калдеру.

Неужели он так легко сможет выбраться, царапнула насмешливо мысль. Слишком легко ему удалось сбежать.

Внезапно со стороны замка раздались крики. Бекан недолго думая, переметнулся на другую сторону стены, вцепился ловкими руками в каменные выступы и начал спуск. Гоблины довольно таки легко лазают по стенам, именно раса маленьких зелёных бродяг. Бекан посмеивался, потому что со стороны заднего двора доносились крики. Кто-то приказал поднять ворота, кто-то крикнул, что искать вонючего гоблина в ночном лесу в горах равносильно, что слепому рыскать в тёмной комнате в поисках чёрной кошки, которая ко всему прочему ещё и невидима.

Стена заросла местами карликовым кустарником, что облегчало спуск. В горах смеркалось быстро. Ночь укрыла покрывалом тьмы. Бекан отлично видел в темноте и, спрыгнув на камни, перевернувшись в воздухе, приземлился на согнутые в коленях ноги, опираясь рукой о землю, чтобы удержать равновесие.

Выдохнул и понёсся к скалам, петляя между деревьями. За спиной раздался звук залпа десятка луков. В небе вспыхнули оранжевыми светляками огни зажжённых стрел. Им не добраться до Бекана. Тот юркнул в расщелину, затаился. За спиной вспыхнуло несколько деревьев. Гоблин услышал крики, на его поиски отправили солдат. Разве я такая уж важная птица, рассмеялся про себя гоблин. Выбрался из укрытия и понёсся дальше. Солдаты двигались медленнее зелёного проныры, а те, кто на лошадях топтались у валунов перекрывающих путь коннице в лесную чащу.

Бекан стремительно бежал к скалам, заметив вдалеке чернеющую между камней расщелину. Она как порванный рот мертвеца застыла в молчаливой усмешке. Забравшись внутрь, он осмотрелся. Это пещера. На кончике указательного пальца вспыхнул язычок зелёного пламени. Гоблин двинулся вперёд. Между сталактитами и сталагмитами вырисовывался маршрут. Маленький пройдоха хихикнул, понимая, что от погони ушёл, осталось понять, где он находится и как выбраться к Зелёному Долу скорее.

По влажным стенам стекала вода, звук капель со сводов пещеры нарушал тишину. Бекан выйдя на небольшую возвышенность, выбрал сухое место. Уселся по-турецки, потёр ладони, проговорив заклинания вызова подземных братьев.

– Услышь меня мой брат или сестрица, подземный народец, укажи путь.

Он хлопнул в ладоши, и в воздухе зависли зелёные искры, как будто время замерло на несколько мгновений.

Из глубины пещеры раздался тихий голос. Бекан навострил уши.

– Приветствую тебя, брат Бекан.

Голос показался знакомым, но гоблин не видел того, кто говорил с ним.

– Что занесло тебя в такую даль, бродяга?

Из-за скалы появилась тень. Потом в руке гостя вспыхнул зажжённый факел, и Бекан с радостью подпрыгнул со словами:

– Не ожидал увидеть именно тебя, друг!

Он бросился к гному и, заключая того в объятия, повис у него на шее.

– Моя борода, – простонал Нейл.

– А где твой топор? – поинтересовался Бекан, спрыгивая на камни.

– Я спрашиваю, что ты делаешь на восточной границе Горного королевства?

– Не беспокойся, я удовлетворю твоё любопытство, – кивнул гоблин, начав рассказ с самого начала, как он, Галвин и двое магов отправились к озеру, где нимфа Лиа прятала принца Эдварда.

Говорил он быстро, рассказывая подробнее детали их плена в замке, где сейчас находился Гилмор. Нейл удивлённо качал головой, со словами, сколько произошло событий, и отчего он был не в курсе, что друзьям необходима помощь.

– Я вернулся к возлюбленной, тем более Мердок повержен, и я давно не был дома. Совет гвардии Горного королевства недавно отправил меня на восточную границу. Наш отряд должен произвести разведку, и мы вычислили необычные движения в старом замке, ранее принадлежавшему наместнику района Тань Бень. Ага, значит, генерал оказался прав насчёт Гилмора. То, что ты выбрался оттуда – отлично. Но Галвин. – Тут Нейл замолчал, не зная, что говорить.

– Главное Эдвард жив и, надеюсь, он уже вернулся в строй.

Нейл двигался вперёд, пока не остановился у стены испещрённой знаками. Провёл по ней ладонью, открывая портал.

– Отправляйся домой, Бекан. Если Галвин предатель пусть об этом скорее узнает королева Айрис. Мы же усилим слежку за замком. Пока я не смогу вернуться. Служба есть служба. С болью вспоминаю всегда братьев эльфов и верю, что когда-нибудь на нашей земле наступит спокойствие и мир.

Края портала вспыхнули зелёным светом. Друзья обнялись, и Бекан попрощавшись с гномом, шагнул в аморфные врата между восточными и западными землями.

* * *

С просторной веранды, увитой хмелем и виноградником, открывался удивительный вид на море. Эдвард и Эслинн наблюдали закат. Запах морского бриза принёс мысли о новом будущем, где нет места войне и страдании народа.

Эслинн спросила любимого верит ли он в лучшее будущее для Пяти королевств, и он ответил:

– Конечно. Всё в наших руках.

– Смотри. – Эслинн показала рукой на прогуливающихся в парке родителей принца. – Твоей матушке стало лучше, она смеётся и улыбается. Это так радует!

Он, кивая, взял принцессу за руку, и говорил, что пора готовиться к свадьбе.

– Скоро родится ребёнок, Эслинн и надо думать о будущем. Одно беспокоит меня, что мир на тонком волоске. Я не хочу отступать, мы не должны показывать врагам, что боимся чего-то.

– Согласна с тобой, – улыбнулась она. – Поэтому стоит рассказать о наших планах не только Брайсу и Селме.

Розысками Галвина и Бекана занимались лучшие поисковые маги. Однако следы Великого механика и гоблина терялись. Снег спрятал улики. На территории Пяти королевств отыскать исчезнувших товарищей не получалось, говорили маги.

Марингард тем временем готовился к торжеству. Замок и близлежащие здания, разрушенные нападением Биргера, восстановлены, повсюду развевались флаги Морских земель. Придворные волшебники установили парящие над строениями и городской площадью фонари, и яркая иллюминация делала столицу невероятно красивой по вечерам.

Эслинн разослала приглашения друзьям и родителям, готовясь к свадьбе. Грустные мысли о неопределённости, которые недавно ещё витали в голове, отодвинулись на второй план. Через два месяца ей предстояло стать матерью, и Селма подыскивала будущей невестке нянек и кормилиц.

Радости Эслинн не было предела, когда в Марингард стекались гости из различных королевств. Первыми приехали Солвейг и Калдер, с ними свита гномов, троллей, гоблинов и орков. Глядя на маленьких гоблинов в доспехах, принцесса вспомнила о Бекане и чуть не расплакалась, расчувствовавшись. Эльфы завершали свиту королевы. Все как на подбор – высокие с волосами снежного цвета и яркими сапфировыми глазами. Эслинн вспомнила Идена, как сейчас не хватало его доброго совета и слов поддержки.

Приезд Алвиса и Атти удивил Эдварда. От старого орка он и узнал, что Галвин в плену у Гилмора, а Бекан скоро прибудет в Марингард.

– Как тебе стало известно об этом? – обескураженно спросил принц.

– Бекан в горах восточного патруля встретил Нейла. Представь, какая удача, – улыбнулся старый орк. – Зато теперь нам известно, что в районе Тань Бень армия Гилмора с союзниками собираются выступить в поход против Пяти королевств.

Эдвард, хмурясь, скрестил руки на груди. Алвис, вздыхая, проговорил, что должен был рассказать принцу о планах Гилмора. Именно Бекану удалось раскрыть коварство бывшего короля Зелёного Дола, приведшего Биргера, Линга и отдавшего Мердоку город на растерзание.

– Бекан сам расскажет подробности, – продолжил Алвис. – Не думаю, что Галвин смог бы предать нас. Но в этой жизни я многое повидал и поэтому всегда отношусь осторожно к таким словам, что передал нам Нейл. – На лбу орка застыла вертикальная морщина. Потом он вдруг улыбнулся, и кончики его ушей приподнялись. Он поздравил принца с предстоящей свадьбой и сказал, что не смотря ни на что Эдварду удалось объединить Пять королевств.

– Главное удержать их целостность, – горько усмехнулся принц. – Если Гилмор хочет не только объединения с Красным драконом, страна Жёлтого дракона неизвестный противник, находящийся за Серединным миром.

– Не будем о грустном. – Массивная рука Алвиса легла на плечо принца, он, подмигивая, кивнул Эдварду. – Эслинн не должна ни о чём догадываться.

– Надеюсь, она узнает обо всём немного позже. Пойми, скрывать от неё что-то я не привык.

Алвис понимающе кивал, смотрел в окно, а принц чувствовал, что на душе у старого орка скребутся кошки.

Эдвард и сам, оставаясь наедине с мыслями, понимал, что сейчас не до торжества и пышной свадьбы. Он хотел скорее узаконить их с Эслинн отношения. Так правильно. Родители ждали его решения, и принц должен отдать им дань уважения. Отношения без брака не могут быть длительными, так не принято, и это некрасиво и по отношению к Эслинн, рассуждал Эдвард.

Он мечтал соединить их руки и сердца, вспоминая, как начал путь из Морских земель и попал в плен Горного короля, когда шпион Бекан одурачил его. Губы тронула грустная улыбка. «Бекан, – проговорил тихо Эдвард, – что же случилось с тобой и Галвином?»

В комнату вошёл отец, говоря, что до начала церемонии осталось немного времени.

– Я вижу, что-то тревожит тебя, Эдвард?

– Что ты отец? – улыбнулся принц, вставая с кресла и направляясь к выходу. – Сегодня самый счастливый день.

– Это ты будешь матушке рассказывать или Эслинн, – усмехнулся Брайс, склоняя голову набок. – Поговорим позже. Тем более я видел, как отсюда вышел Алвис, твой друг из Ледяной страны.

– В общем, всё хорошо, отец, – увещевал Эдвард. – Есть моменты, которые скоро придётся решать, а пока идём, не хочется опаздывать на собственную свадьбу.

Отец и сын рассмеялись и обнялись. Брайс кивнул, говоря, что принц всегда может положиться на него.

– Тем более, когда ты в Марингарде, сынок.

– Я знаю отец.

Торжественную музыку, сменила скрипка. Музыкант в белом костюме легко водил смычком по струнам. Музыка летела под своды амфитеатра, вырываясь к стоящему на увенчанном цветами пьедестале, женихом. Эдвард ждал с букетом из белых лилий и роз свою невесту. На нём белоснежная рубашка, кожаный жилет вышитый золотыми нитями и украшенный драгоценными камнями. Чёрные шёлковые штаны заправлены в сапоги, доходящие до середины голени. На боку принца шпага, отливающая золотом в бликах солнца. Рыжие волосы лежат на плечах, только сейчас Эслинн увидела, что принц сбрил бороду. Она вспомнила их первую встречу и первый поцелуй. В лице Эдварда что-то изменилось. Он словно сделался старше, мудрее. Принцесса шла к нему по золотой дорожке, рядом вышагивал Калдер – гордый и немного расчувствовавшийся искренними поздравлениями, а ещё взглядами между его дочерью и принцем. Он вспомнил, как встретил Солвейг, и сколько трудностей и боли им пришлось преодолеть. Надеялся, что подобная участь не постигнет его дочь и Эдварда.

У ног принца плоский камень из малахита – алтарь вечной любви. Придворный маг коснулся его волшебной палочкой, и когда ноги принца и принцессы ступили на зелёную поверхность волшебного камня, из него вырвался поток сияющих звёзд, окутывающий влюблённых. Прекрасная церемония, завораживала зрителей. Селма и Брайс вспоминали, как прошёл их день венчания на алтаре. Солвейг сжала руку Горного короля – им так и не удосужилось связать судьбы магическим обрядом. Теперь это было уже и не важно. Они знали, что правят разными странами и виделись друг с другом, когда государственные дела позволяли это.

Сейчас столько глаз обращены на счастливую пару. Сияющий поток из танцующих звёзд упал к ногам жениха и невесты, рассыпался, превращаясь в розовые огни. Они медленно поднимались вверх, словно маленькие эльфы-феи, паря в воздухе и растворяясь в небе. Гости ахнули и захлопали в ладоши, видя, как Эдвард и Эслинн сомкнули губы в поцелуе.

Принцесса вспомнила вдруг Вардена, пленницей которого была столько лет и вероломного Гилмора. Ей бы радоваться счастью, а не вспоминать горькое прошлое. Она чуть не расплакалась, поправляя маленькую корону из серебра, украшенную сияющими бриллиантами и изумрудами. Зелёное платье оттеняло красоту глаз Эслинн. Длинные волосы локонами спадали на плечи. Глядя на жену, Эдвард вспоминал, как она отрезала их, и словно мальчишка бегала по лесу, собирая отряд, помогая сёстрам принцессам.

Они держались за руки, теперь муж и жена. Солвейг размышляла, как же дочь будет править королевством эльфов, если её супруг правитель далёких Морских земель. Он объединил государства, ещё сам не подозревая о великом деле, что сделал для Серединного мира.

– Дорогая, ты тоже думала о том, что Эдвард на самом деле будущий король Серединного мира? – тихо спросила Солвейг Калдера.

– Это верно, Солвейг. И впервые за многие годы нам не с кем делить земли. Разве что только убрать ненасытного Гилмора. Он не получит ничего.

– Красный дракон не особо желает бороться с Серединным миром, хоть и является частью его, – кивнула королева эльфов глядя на дочь и принца Эдварда. – Если слухи правдивы, то с Гилмором мы справимся. Не думаю, что он подначит Жёлтого дракона на войну с Серединными землями.

Пока не отгремели праздничные фейерверки и зажигательная музыка танцев, народ Пяти королевств праздновал свадьбу Эдварда и Эслинн.

Молодожёны оставили гостей, уединившись в просторной спальне, предаваясь ласкам и нежным словам. Ночь стала единственным шансом провести её вместе как муж и жена. Следующий день станет отправной точкой. Эдвард не стал рассказывать жене о Бекане и Галвине. Не догадывался, что ей уже обо всём известно. Накануне Айрис связалась с ней посредством волшебной сферы, и поделилась страхами о будущем. Королева Зелёного Дола не могла оставить Дэрвайг, зная, что в страну скоро прибудет Гилмор. Бекан, нашедший королеву, рассказал ей о странном разговоре между Великим механиком и предателем. Гоблин прибыл в замок накануне свадьбы Эдварда и Эслинн, похудевший и грязный. Пробрался, минуя стражу, не узнавшую в зелёном существе, одетого в лохмотья одного из товарищей правительницы Дэрвайга.

Наутро Эслинн обещала себе рассказать обо всём мужу. И просить прощения, что скрыла от него правду о Галвине, его друге.

– Наш малыш, – прошептал Эдвард, касаясь губами живота Эслинн, – как я люблю тебя. Поверь, что будущее мы сделаем самым светлым и счастливым.

Эслинн гладила принца по волосам. Счастье растекалось в груди и надежда, что они справятся, крепла.

* * * *

Бекан сидел у ног королевы Айрис в задумчивости. Он рассказал о произошедшем с ними на озере Лиа и в замке Гилмора. Теперь же не знал, что делать. Говорил, что не хотел омрачать праздника Эдварду и Эслинн, просил Айрис не спешить.

– Дело в том, – задумчиво ответила королева, – что утром я говорила с Эслинн. Не могла молчать, когда на Пять королевств надвигается гроза. Тем более Галвин друг принца.

Бекан ничего не ответил. Айрис и сама знала, что не должна была рассказывать обо всём принцессе. С некоторых пор они стали подругами и теперь скрывать новости даже накануне свадьбы королева Зелёного Дола не хотела. Она не могла покинуть королевство, и должна как-то объяснить своё отсутствие, потому полагала, что подруга поймёт её и сделает всё верно.

– Ты объяснила причину. Это хорошо, – кивнул Бекан. – Давай теперь подумаем, что будет, когда Гилмор и Галвин тайно прибудут в Дэрвайг? У Гилмора та самая книга. Помнишь её?

Айрис кивнула.

– Он попытается обмануть тебя, и я не верю Галвину…

– Галвин что-то задумал, Бекан, он не предаст меня.

– С его слов, ты влюблена в него, – резко ответил гоблин, потом словно жалея о своём тоне, опустил голову со словами, прости. – Что если чувства затмили твой разум. Что если ты окажешься в его коварных сетях, как и все мы. Он построил корабли, и нам удалось одержать победу с помощью всяких приспособлений. На то он и Великий механик. Что-то мне подсказывает, он ведёт нечестную игру.

– Я думаю, нам нужно поговорить с Эдвардом, созвать совет. Мне сложно судить только лишь с твоих слов, хотя я верю тебе. Ты не думай, что королева не доверяет своему другу. – Айрис коснулась его плеча миниатюрной рукой. – Правда Галвин очень дорог мне, и в его глазах я тоже читала искренность. Нет, не верю я в его предательство.

– Галвин узнал уже о моём побеге, и он уверен, что я добрался до Зелёного Дола. Поэтому, – Бекан немного помолчал и продолжил. – Он может изменить план. Мы должны действовать так, словно тебе ничего неизвестно. А мне лучше затаиться и наблюдая со стороны, я буду больше полезен.

Айрис сказала, что Бекан прав, но не хотела бы ошибиться в подозрениях, говоря, что обвинить невиновного человека всегда проще, чем восстановить его репутацию.

– Я решу, что делать, и замок под надёжной защитой. Боевые маги здесь, и они вычислят подвох, тем более Ингемар и Рагнер более чем заинтересованы в порядке. Рагнер очень переживал, говоря, что на его совести исчезновение солдат и наших товарищей.

Бекан вздохнул, направляясь к выходу, обернулся, прося королеву быть мудрой и сильной.

– Потерять корону – лишиться не просто трона, для нас это новая битва и потеря Зелёного дола, если в Серединные земли вторгнется Жёлтый дракон.

Бекан знал, что неизвестность пугает, что слишком мало информации об этой стране за высокими скалами. Он помнил, что ещё Нейл рассказывал о страшном оружие, которое стирает с лица земли деревни и города, оставляя после себя пепел и выжженную землю.

Айрис вызвала в зал советов магов, начальника дворцовой стражи и главнокомандующего армией. Приказала усилить оборону не только города, но послать шпионов на границы Зелёного Дола, чтобы вычислить передвижение разведывательных групп Красного дракона. Она понимала, что должна первой захватить в плен вероломного Гилмора. «Милый Галвин, – она подошла к столику в своей комнате, рассматривая механические цветы, подаренные Великим механиком, – что же мне делать? Между нами пропасть, но я не могу потерять тебя». Королева коснулась пальцами металлических лепестков, головки цветов повернулись к ней и закивали, словно соглашаясь с ней.

Королева прижала ладонь к губам, чтобы не заплакать, понимая, что теперь эта роскошь недоступна правительнице Зелёного Дола. Сейчас она чувствовала себя особенно одинокой, тем более, когда Эслинн ставшая ей почти сестрой, уехала к Эдварду в Марингард. Солвейг так же ждали государственные дела, и вся надежда у Айрис была на Галвина, ставшим ей добрым другом. Нет, он не мог предать её, только не он.

Во дворце тишина. Солнце клонилось к закату.

Айрис поднялась со стула и, подойдя к окну, грустно посмотрела на двор. Какие мысли беспокоили её? Она уже и сама не знала. Да и какие думы могут быть сейчас у неё, когда она стоит у окна и провожает взглядом удаляющиеся на север облака.

Одна мысль наполняет душу любовью, а другая рождает сомнения и колебания. Они постоянно заставляют нервничать её, терзают душу. Айрис закусила губу, посмотрела в пол и заплакала.

— Только не сегодня, — прошептала она. — Только не сейчас, — уже отчётливей повторила она. Не надо плакать. Она не должна. Слёзы и слёзы. Только не это. Только сейчас она должна всё обдумать, всё продумать.

Айрис вздохнула, прикрыла окно и вернулась к столу, где лежали свитки, бумаги. Слёз больше нет. Она ещё не готова к этому, и не может справиться с собой. И что это она вдруг решила, что сопротивляться судьбе ей под силу? Галвина рядом нет. Всё кончено.

И теперь, когда осталась одна, Айрис осознала, что любовь и жизнь для неё дороги. Что жизнь без Галвина ей не нужна. И она снова представила его. Какой он? Какая она? Как он стал предателем? Или всё не то, чем кажется?

Королева закрыла глаза – её чувства, мысли стягивали тугим узлом сердце. И снова… ей захотелось плакать. Не сейчас, не сегодня. Она должна успокоиться, перестать мучить себя. Нет больше этого человека. Галвин там, вдали за лесами и серыми камнями скал.

— Я справлюсь, — ответила Айрис самой себе.

Она закрыла глаза. Когда же откроет их вновь, то будет знать, что делать дальше. Зачем Бекан рассказал обо всём? Зачем? Но он не мог поступить иначе. Он в первую очередь друг.

* * * *

Галвин въехал в город вместе с Гилмором. Небольшой отряд из шести солдат переодетых в форму дружественных королевств Серединного мира следовали за ними. Его сердце сжималось от боли. Не таким он представлял своё возвращение в Дэрвайг. Долг сделал его игрушкой в руках судьбы, и он не хотел оставаться деревянной куклой, неспособной на собственные мысли и действия.

Остановились в небольшой гостинице. Великий механик настоятельно говорил Гилмору о необходимости не раскрывать свою личность. На самом деле бывшему советнику становилось не по себе. Мечты о вторжении в Дэрвайг теперь казались пошлым намёком на возвращения трона. У него есть книга, это согревало душу. Спрашивал себя, отчего поверил Галвину и понимал, что драконы могут обмануть, и в чём-то механик прав. Спрашивал себя, как надавить на Айрис, что сделать такого, чтобы она согласилась заключить союз.

В трактире обедать не стали. Заказали еду в номер. Солдатам приказано не выходить из комнат и не привлекать к себе ненужного внимания.

Гилмор раскрыл пыльные шторы, смотрел на город, казавшийся прежним, словно и не было битвы и разрушений.

– Я думаю, стоит отправить одного из гонцов к Айрис с письмом.

– Письмом, – больше утвердительно, чем вопросительно проговорил в тон Гилмора Галвин.

Его визави кивнул, говоря, что да, и это письмо механик напишет собственноручно.

– Помнишь наш разговор, – осклабился Галвин. – Не забывай, что для тебя главное – это жизнь и избавление от преследования и позора.

– Я понял тебя. – Ему не нравился начавшийся разговор, но Гилмор помнил, о чём договорился с Великим механиком и финал этого плана ему по душе.

* * * *

– Дорогая, мне так жаль, что я не смогла приехать на ваше венчание. – В голосе Айрис застыли слёзы.

Она смотрела в хрустальный шар, видя счастливое лицо Эслинн, и снова сомнения грызли душу – говорить или нет о произошедшем в её покоях поздним вечером.

– Ты говорила с Беканом? – спросила первой принцесса.

– Да. Накануне. И честно говоря, проплакала потом весь вечер, думая о Галвине. О том, что всё, о чём я мечтала раньше – всего лишь детские грёзы, и им не суждено сбыться.

– Ну, зачем ты так, милая Айрис. Что-то случилось ещё?

– Да.

– Что же? – В глазах Эслинн вспыхнуло отчаяние, – мне страшно за тебя. Все друзья разъехались…

– Думаешь, я не способна править Зелёным Долом? – неожиданно с вызовом проговорила Айрис. Потом в глазах словно потух свет, и она сжала пальцы, поднеся их к губам. – Прости. На самом деле мне страшно. Я боюсь принять неправильное решение, и Солвейг права, что мне нужен советник. Даже у отца он был.

– Ты помнишь, чем закончилось правление Вардена, – ответила принцесса, и королева ничего не ответила ей.

В дверях покоев Айрис раздался стук. Молодая королева сказала Эслинн, что её ждут дела, набросила платок на хрустальный шар и накинула на плечи халат.

Слуга принёс письмо, говоря, что сожалеет о позднем визите. Он казалось, напуган, рассказывая о странном гонце, вручившем послание привратнику на входе во дворец. Айрис приняла из рук слуги сложенный в несколько раз листок из плотной бумаги. Он не в конверте, и походил скорее на записку, чем на важное послание. Сердце девушки забилось сильнее, и в горле стало сухо.

Она развернула письмо и начала читать, понимая, что её опасения не беспочвенны, и Галвин в настоящей опасности. Главное сделать правильный выбор. Она глотнула воды из бокала, в глазах застыли слёзы, мешавшие читать послание. Но как поступиться принципами и позволить играть врагам по правилам устраивающих только их. Нет, она должна посоветоваться с Эслинн.

Айрис бросила мимолётный взгляд на волшебный шар, и покачала головой. Нет, она должна научиться принимать решения сама. Эслинн не станет уважать её, если королева опять начнёт жаловаться на проблемы, с которыми не способна справиться.

Пальцы дрожали, а на глаза набегали слёзы, когда она снова перечитывала письмо присланное Галвином.

«Дорогая королева Айрис. Не стану скрывать своих чувств и не смею просить Ваше Величество вызволить меня из плена. Это задача магов. Я подданный Морских земель, и Эдвард, наверняка, уже здоров и сможет помочь освободить меня. Мне позволили написать одно единственное письмо. Не уверен, что Вы получите его, как и согласитесь на сделку с Гилмором. Думаете, что я позволил себе наглость говорить Вам подобные вещи? Жизнь уже ничего не стоит для меня и поэтому я решился использовать последнюю надежду на спасение не столько своей жизни, сколько Зелёного Дола и Серединного мира от новой войны. Моя просьба наполнена отвращением к себе, и если Ваше Величество откажется от союза с этим чудовищем Гилмором, я пойму. Вы ничем не обязаны мне. Никто и никогда не узнает истинную причину вторжения армии Красного дракона в наши земли. Уничтожьте это письмо, как прочтёте. У меня нет уверенности, что Ваше Величество пойдёт на эту судьбоносную сделку, но Вам под силу спасти королевства малой кровью. Позже вместе мы обязательно что-нибудь придумаем. Поверьте, я искренен с вами, как всегда. Вспоминаю наши беседы, ваши глаза и наши чувства, рвущиеся друг к другу. Если я ошибся, можете проклясть меня. Сам я себе противен и сбит с толку. У Гилмора много власти и силы. Вам решать, Ваше Величество, заключить мир с помощью брака с врагом или биться с армиями не только Красного, но и Жёлтого дракона.

О людях, обитающих за пределами Скалистых гор нам известно мало. Гилмор кое-что раскрыл мне. Наши беседы шли каждый вечер, но я не хотел впутывать в это дело, похожее на заговор Бекана. Наверняка, он уже прибыл к вам и доложил о готовящемся предательстве с моей стороны. Однако пишу Вам в спешке, пока стража Гилмора не наблюдает за мной.

Утром завтрашнего дня к дворцу явится тот же гонец. Передайте ему короткое послание – «Да» или «нет». Я пойму, если вы сочтёте меня лгуном и коварным обманщиком. В первую очередь я размышляю о королевстве, обо всём Серединном мире. Поэтому сделайте правильный выбор, Ваше Величество!

Любящий Вас, Галвин.»

P.S

Не верьте никому, кроме своего сердца.

Айрис снова перечитала письмо, прижала его к груди. Это был почерк Галвина, и она уверена, что он не мог кривить душой и ради спасения собственной жизни подвергать её опасности. Нет, она знала, что он за человек. Он её человек. Он Великий механик и не способен на предательство. Бекан ошибался, потому что не знал всего. Галвин поэтому не стал его посвящать в свой план. Айрис понимала, чем меньше знал Бекан, тем больше у него появилось шансов остаться в живых и сбежать из плена.

Нет, она не станет ни у кого спрашивать совета. Если Гилмор станет её супругом, она сумеет привлечь его на свою сторону. «Я не настолько никчёмная, – говорила себе королева. – Если судьба позволила остаться единственной из сестёр в живых, значит, она благосклонна ко мне, и я справлюсь с этим». Она снова взглянула на письмо.

Вынула из ящика стола листок бумаги. Написала твёрдой рукой «да», сложила вчетверо лист и положила в конверт, запечатывая его сургучной печатью. Позвонила в колокольчик, вызывая прислугу, сообщая ему, чтобы завтра это письмо передали в руки посланника принёсшего документ.

– Ни о чём не спрашивай, – проговорила Айрис холодным тоном. – Никто не должен знать о гонце, принёсшего мне письмо. Ты понял?

–Да, Ваше Величество, – склонился в поклоне слуга.

– Завтра сам собственноручно передашь его через привратника, когда к замку явится посыльный. Если тебе дорога жизнь – молчи.

Слуга, бледнея, склонил голову, соглашаясь с королевой. Никогда он не видел её в таком состоянии. Ему на миг сделалось страшно. Он знал, что если Её Величество велела сохранить вечернее послание в тайне, он должен выполнить приказ. Нет, не смерти боялся слуга, а странной перемены в милой и доброй правительнице. «О чём же говорилось в той бумаге, – задавался он вопросом. – Что, если королева в большой опасности и просто не в силах поделиться с этим ни с кем»? В какой-то мере он оказался прав, но даже не догадывался, что через несколько дней в замок войдёт старый король Гилмор. Никто не остановит чудовищного человека, внёсшего смуту в Дэрвайг и развязавшего войну, помогающего Биргеру и ненавидимого народом Зелёного Дола.

* * * *

Снег утром растаял, превратившись в серую кашу. Капало с крыш, под копытами лошади хлюпало. Старый возница понукал гнедую кобылу, гружённую бочками с провизией, двигаясь к дворцу. Его опередил всадник в тёмном плаще. Конь нетерпеливо перебирал копытами, а возница удручённо вздохнул. Надеялся, что явиться спозаранку во дворец, обеспечить себе скорейший проход и возвращение к работе на ферме.

– Эй, постой, я же первым подошёл к воротам, – громко окликнул всадника возница.

Незнакомец обернулся, и его взгляд из-под капюшона прожигал насквозь. Лицо наполовину скрыто шарфом, но в глазах злоба и ярость, которую всадник сдерживал, казалось, с трудом. Чужак ничего не сказал, а крестьянину будто бы его лицо показалось знакомым. Он не смог вспомнить, где видел его, но почему-то не сомневался, что этот человек имел отношение к королевской семье. Несколько лет фермер привозил продукты к дворцовой кухне и многих придворных знал в лицо. Этот не знаком ему, но какое-то внутреннее чутьё подсказывало, что чужак – плохой знак для всеми любимой королевы Айрис. Что мог сказать бедный крестьянин. Привратник даже слушать бы его не стал. Мужчина отступил в сторону, пропуская всадника вперёд и, вздыхая, смотрел на его ухоженную лошадь и дорогие кожаные сапоги, выглядывающие из-под мантии.

Человек спешился, протянул письмо привратнику и тот, словно ожидая гостя, кивнул, пропуская гостя за ворота.

Крестьянин вошёл позже, увидев лошадь пришлого, привязанную на месте, где обычно стояли кони высоких особ. На небе ненадолго выглянуло солнце, и пожилой фермер, радовался тёплому дню, вскоре позабыв о неприятном взгляде незнакомца.

Чужак быстрым шагом вошёл во дворец, чуть не столкнувшись с Беканом. Тот подозрительно глянул на человека в чёрном плаще и капюшоне. Сердце его забилось в груди, и гоблин решил узнать у королевы, кто этот странный мужчина, напоминающий одеждой иноземца.

Не успел маленький пройдоха подскочить к кабинету Айрис, как его остановил слуга, говоря, что у королевы важный гость. На вопрос, кто же это может быть, придворный лакей лишь пожал плечами, качая головой.

Бекан скрестил тощие руки на груди и задумчиво мерял шагами длинный коридор от зала советов до тронного зала, возвращался к кабинету, минуя покои королевы, и всякий раз его встречала тишина и немногословный слуга.

* * * *

– Вот и встретились, Айрис, – хрипло проговорил гость, глядя в синие глаза молодой королевы. – Не ожидала, что мы будем говорить лицом к лицу и заключим сделку.

В сердце Айрис вспыхнуло пламя, но мысли о любимом погасили гнев.

– Что с Галвином? – спросила она тихим, но твёрдым голосом. – Твоё предложение напоминает о шантаже.

– Так и есть, маленькая королева, – усмехнулся в жидкие чёрные усы, свешивающиеся с подбородка, Гилмор. – Однако у тебя всё ещё есть выбор. – Он вынул из заплечной сумки книгу. Айрис узнала её и отпрянула от шевелящихся змей, которые словно готовились выпрыгнуть на неё с обложки магического артефакта. – Я человек слова, дорогая.

– Не стоит меня называть так, – ответила Айрис, сжимая кулачки. – Мы можем объединиться ради Серединных земель, но никогда я не стану тебе женой, в твоём представлении.

– Сама решай, как далеко ты готова пойти не только ради Великого механика, но и задумываясь о судьбе своего народа. Можешь не отвечать прямо. Ты для меня, душенька, как раскрытая книга, – проворковал изменник. – Книга нужна, чтобы засвидетельствовать твоё согласие или отказ. При верном решении Галвину ничего не угрожает. Поверь.

Он раскрыл книгу, точно зная результат ответа королевы. Со страниц фолианта вырвался зелёный свет, Айрис задохнулась от ужаса, теряя дар речи, смотрела в узкие глаза Гилмора с черными зрачками и ощущала, как по спине пробежала холодная дорожка из пота.

– Тянуть ни к чему, дорогая. Обещаешь сдержать слово, данное в письме?

– Да, – обречённо уронила Айрис.

На мгновение из книги вынырнул фантом змея, ринувшегося в сторону королевы. Она вскрикнула, холодея от страха, уже жалея, что ни о чём не рассказала Эслинн. Отступать поздно. Холодное тело змея обвилось вокруг ног Айрис, чудовище поднималось выше, заглянуло в перепуганные глаза девушки, повернуло мерзкую голову в сторону Гилмора Тот, кивая говорил, что договор есть договор, и он выполнит его.

Змей перекинулся к хозяину и оплёлся вокруг тела Гилмора. Страха в глазах незваного гостя нет. Он улыбался.

Чудовище растворилось. Книга захлопнулась. Будущий супруг постучал по обложке артефакта кончиками пальцев, со словами, что пора выбрать дату свадьбы.

– Пышное торжество никому не нужно. Для меня главное вернуть корону. Тогда Галвин вернётся в Марингард, а ты подпишешь своей маленькой ручкой договор о мире и сотрудничестве с королевством Красный дракон. Всё просто. Не находишь?

– В целом да, – кивнула Айрис пытаясь придать голосу твёрдость и не показать страха. – Только не думай, что можешь претендовать на нечто большее, чем трон.

Он смерил её взглядом, зная, что захватив трон, получит, что ему захочется. Облизал тонкие губы, разглядывая Айрис.

– Одно условие на заключение нашего союза…Мм, свадьбой это мероприятие сейчас назвать смешно. Прости. Оповести друзей, и негоже не пригласить на торжество правителей королевств Серединного мира. Без трагизма в голосе и без объяснений, не называя имя своего будущего супруга. – Его губы растянулись в усмешке. – Хочу увидеть в глазах королей Пяти государств признание и неподкупную радость за тебя, милая Айрис.

Он коснулся её руки, но королева вырвала ладонь из его жёстких пальцев. Их глаза встретились – яркие синие Айрис и чёрные, словно уголь, Гилмора. Он прошептал, что сделает её счастливой.

– Ты потом ещё спасибо скажешь. А любовь? Что такое любовь, когда тебе приходится жертвовать ради неё целым миром, – он поднял к потолку руку, описывая в воздухе круг. – Книга подтвердила нашу сделку и, нарушив её, ты обречёшь себя не на смерть, а на вечные муки, купаясь в яде стража. – Он бросил взгляд на обложку, где извивалась зелёная тварь, злобно смотревшая по сторонам.

– Оставь меня сейчас, – проговорила Айрис вполголоса.

– Мы не назначили дату. – Он вскинул бровь и даже позволил себе улыбнуться. Сделка не могла закончиться для него поражением.

«И правда, – размышлял Гилмор, – как и сказал Галвин, она влюблена в него и сделает всё, что я прикажу ей. Хорошая идея. Недооценивал я этого парня. Однако пока никто не должен знать, что это он поможет мне вернуться в Дэрвайг.»

Айрис оставшись наедине с мыслями, велела слугу никого не впускать в её покои. Отменила все встречи и, задёрнув шторы, легла на кровать, ощущая себя растоптанной. Голосок пропел, не слишком ли высока цена? Галвин – запретная любовь. Ему не стать королём, и не в её власти решать, что замужество с простолюдином возможно. Так не принято. Другой насмешливый голос отвечал, что свадьба с Гилмором – абсурд, но ты согласилась. Заключила союз с книгой. Разве ты не сумасшедшая? Что же будет потом?

Глава 22 Партия в шахматы

– Как ты думаешь, у Айрис всё в порядке? ­– спросила как-то Эслинн Эдварда. ­– Её словно угнетают тревожные мысли. Чувствую, она скрывает от меня что-то.

– Если учесть, что ей известно о Галвине, королеву понять можно, – кивнул Эдвард. – Не хотелось бы вмешиваться в её дела. Помнишь, как она говорила, что сама должна принимать решения. Это правильно, но Айрис, я согласен с Солвейг, не зрелый человек и её легко обмануть. Слишком долго она находилась в отдалении от правления отца и государственных дел. Эти годы, пока сёстры стояли заколдованными в камень в реке Быстрая, не прошли зря для Гилмора.

– Ты хочешь сказать, что именно сейчас этот предатель воспользуется её неопытностью? – тревожно спросила Эслинн, ощущая, как пересохло во рту. – Мы же не допустим этого?

– Конечно, нет. Но, – он ненадолго замолчал, подбирая слова. – Прошёл слух, что к королеве приходил необычный гость. Лицо скрыл шарфом, и никто не знает во дворце, кто это такой.

– Может нам поговорить с ней?

– Не знаю, – покачал головой Эдвард, задумчиво сведя брови. – Она не стала говорить с тобой. Не поделилась, значит, ведёт свою игру. Или как? Ты можешь только, как друг обратиться к ней. После битвы и победы над Мердоком королевства снова занялись собственными делами. Тем более зима тяжёлая в этом году для Ледяной страны, да и для Зелёного Дола. Мы не разобщены, нет, но объединив интересы Пяти королевств, мы не стали единым целым.

– Ты хочешь этого?

– Не знаю, захотят ли правители подчиняться одному королю, но я взял бы ответственность за весь Серединный мир.

Эслинн не ответила, зная, что лишь её мужу под силу взять в свои руки власть Пяти королевств. Как договориться, если сейчас война окончена, когда у каждого государства свои цели и видение управления странами. Сегодняшний мир и взаимопонимание могут закончиться из-за маленькой обиды, перерастающей в презрение. Так уже случалось и не раз. Магистрат создал границы между королевствами, увязших в междоусобных распрях. Правители пришли к мирному соглашению, но каждый раз Варден обвинял Калдера, Горный король Исгерд, та ненавидела Солвейг.

– Не хочу, чтобы эта карусель закрутилась снова. Хотя кажется, сейчас подобное сумасшествие невозможно. Солвейг и Калдер наконец-то признались в чувствах, помирились. Ты их дочь и наследница обоих королевств, – рассуждал Эдвард, не выпуская руки Эслинн. – На троне Ледяной страны наместник Солвейг. Морские земли принадлежат моей семье, и значит тебе так же. А вот Зелёный Дол. – Эдвард задумчиво вглядывался вдаль, словно в раскрытое окно сейчас влетят ответы на его вопросы. – Зелёный Дол, как и Айрис, самостоятельное государство, как не крути. Мы можем каким-то образом, раз вы подруги, влиять на принятие каких бы то ни было решений. Но в конечном итоге Айрис королева и это её страна.

Эслинн задумалась, в душе соглашаясь с мужем. Хотелось покоя, радоваться предстоящему рождению ребёнка, но сердце говорило, скоро многое изменится и не в лучшую сторону.

Шли дни. Покуда в Зелёном Доле ещё стояла зима, в Морских землях засеяли поля. В Горном королевстве Калдер укреплял оборону, армия из подземных братьев расширила влияние до границ водного царства Неомея. Тритоны подводного царя, умеющие выходить ненадолго на поверхность, подписали мирный договор с послом Горной страны. На земле эльфов Солвейг создала школу боевых магов, чтобы опытные волшебники обучали молодёжь. Вспоминая, как бросилась на поиски во время вторжения армии Мердока в Зелёный Дол, Солвейг знала, что лучше подготовиться к битве в мирное время. Война может и не прийти на порог, рассуждала она, но мы не должны повторять прошлых ошибок.

Ледяное королевство под управлением Алвиса навело порядок в рядах орков, ставших ленивыми и неповоротливыми во время последних лет правления Исгерд.

В Серединном мире стало спокойно, или так казалось. Правители ощущали подступающую угрозу, потому что с вероломным Гилмором не покончено. О его планах можно только догадываться.

Неожиданное приглашение на свадьбу королевы Зелёного Дола не просто удивило, но обескуражило глав королевств. Гонцы разослали послания, где уже назначена дата торжества. Солвейг хмурила брови, Калдер вертел приглашение в руках. Алвис тут же приехал со свитой в Рубиновый город эльфов, оставив дела.

И лишь Эслинн узнав странную новость, проговорила упавшим голосом, сжимая руку Эдварду, это начало. Он промолчал, кивая, зная, о чём говорила принцесса. Брайс так же удивился странному решению Айрис внезапно выйти замуж и не сообщить о женихе подруге, которой оставалась Эслинн.

– Тебя не удивляет это, невестка? – спросил он, и принцесса ответила, нет, я думала это случиться раньше.

Король приподнял тёмные брови и потёр коротко подстриженную бородку, склонил голову набок и прищурился со словами:

– Что же происходит в твоей прекрасной головке, милая Эслинн?

– Я хотела поговорить с ней через хрустальный шар. Но, к сожалению, Айрис не ответила мне. Знаю, она хочет решить многое сама и это правильно. Будут ошибки, без этого никак, но главное, чтобы мы не встали по разные стороны лагеря.

– Эдвард отправится в Зелёный Дол, – ответил Брайс.

– Зачем, король? – усмехнулась Эслинн, говоря, что Айрис уже всё решила и наше дело не допустить конфронтации.

– Разве запах холодной войны не пугает тебя, Эслинн?

– Нет. – Она с напряжением на лице скрестила руки на груди. – Зная Айрис, уверена, что свои ошибки она же превратит в сильные стороны нового королевства. Она не просит о помощи, значит, что-то решила предпринять.

Внезапно их разговор прервал слуга, вбегая в кабинет Брайса.Низко кланяясь, извинился со словами, что дело срочное, и во дворец прибыл важный человек, который желает говорить с принцем Эдвардом. Король спросил, кто бы это мог быть, и придворный лакей протянул королю письмо. Брайс, сжав губы, сорвал сургучную печать и, глянув на Эслинн, вынул сложенный вчетверо листок бумаги.

– Это письмо для Эдварда. – Эслинн напряжённо глядела на тестя. – Не будете же вы, в самом деле, читать его первым?

– Мне страшно за сына. Что-то готовится, – проговорил король настороженным тоном.

– Раньше принц справлялся сам, и у него получалось это, – она протянула руку, и король нехотя вернул принцессе письмо. Ему вдруг стало не по себе. Внезапная слабость, страх за Эдварда выставили его в нехорошем свете перед Эслинн, и ему даже стало совестно.

– Ты права, девочка. В то время, когда твой муж объединял королевство, мы с матушкой заколдованные в камне как будто бы спали. Наверное, Эдвард до сих пор для нас остался ребёнком. Я говорю с ним и вижу совсем другого человека, но потом снова опасаюсь потерять его, думая, что он ещё слишком молод и неопытен.

Эслинн тепло улыбаясь, сжала руки Брайса со словами, что он может верить сыну и что все они повзрослели за последнее время.

– У нас нет секретов ни от вас, ни от матушки. Однако пусть Эдвард первым прочитает послание. Хорошо?

Брайс, кивая, потрепал принцессу по запястью. Она кивнула ему в ответ, хлопая ладонью по тыльной стороне руки короля, и легко выскользнула за дверь. Оставляя его в мыслях, Эслинн поспешила к мужу. Тот недавно вернулся во дворец, скинул грязные сапоги и уселся на веранде, вытянув ноги, со словами, ну, и проголодался я. Рассказал вскользь упоминая Арахнэта, как ездил на виноградники, а дорогу размыло недавним ливнем, отчего пришлось пробираться в гору пешком так как лошади увязли в грязи.

– Рыжий паук ведь говорил… Я к нему заехал раньше, что дорога к холмам разбита. Передавал привет маленькой принцессе. – Принц протянул руки и позвал Эслинн к себе. – Давай сегодня отправимся на пляж, хочется провести времятолько вдвоём.

– Навряд ли, – покачала она головой на его молчаливый вопрос и приподнятые брови, и протянула мужу письмо.

Он поинтересовался что это, и Эслинн рассказала, что некто передал послание слуге у дворцовых ворот. Она не стала рассказывать о разговоре между ней и королём, а просто добавила, что какой-то человек желает встретиться с принцем.

Эдвард вынул письмо и, начав читать его, сжал губы. Коснулся потемневшего лица пальцами и перевёл взгляд на жену со словами, чтобы она велела привратнику впустить гостя. Не отвечая, кто же это, принц выдохнул, сунул ноги в туфли и, поднявшись, облокотился на перила веранды. В глазах его появилось беспокойство. Эслинн заметила это и непонимающе наблюдала за ним. Он повторил, чтобы она приказала слугам впустить гостя, не объясняя, кто же это мог быть.

Со словами, хорошо, Эслинн вышла за дверь. Слуга, принёсший письмо так и стоял в ожидании приказа.

– Приведите гостя во дворец.

– Приготовить зал советов? – поинтересовался слуга.

Она покачала головой, ответив, что Эдвард ждёт его в своих покоях. Лакей поклонился и удалился, однако не смог скрыть удивления на лице. Эслинн заметила, словно тот знал, кто явился во дворец, но отчего-то умолчал об этом. Гость будто бы явился инкогнито, размышляла принцесса и не могла понять, кто бы это мог быть.

Она вернулась в комнату, увидев, что Эдвард сидел за столом и хмурился. Не стала спрашивать, какие мысли одолевают любимого, зная, что скоро сама обо всём узнает.

– Я волнуюсь за тебя, – ласково проговорил принц, коснувшись округлившегося живота Эслинн. – Но и сказать, чтобы ты ушла не могу. Ты должна присутствовать при этом разговоре.

– Кто же это?! – Эслинн не узнала своего повелительного тона. Осеклась, опуская глаза, со словами, что ей не хотелось бы расстраивать принца.

– Иди сюда, – улыбнулся Эдвард, притягивая её к себе. Эслинн склонилась к мужу и коснулась губами его губ, улыбаясь, ощутила, что ребёнок шевельнулся под сердцем.

– Прости, что я слишком резка, но я так переживаю и за Айрис, а теперь ещё этот гость.

– Он непосредственно связан с ней, – ответил принц, чем ещё больше удивил жену. Она хотела что-то сказать, но в дверь раздался стук.

Эслинн и Эдвард разом повернули головы на звук. Принц предложил любимой сесть и не нервничать. Дверь открылась, и в покои вошёл странник в дорожном плаще, покрытом пылью. Его лицо скрывал высокий воротник куртки и поля шляпы надвинутой на глаза. Когда он поприветствовал принца и принцессу, она сразу узнала его голос. Сердце застучало в груди, а дыхание перехватило, уступая место смешанным чувствам.

– Я не хочу, чтобы кто-то знал о твоём нахождении здесь, – сухо проговорил Эдвард, – и закрой дверь на защёлку.

Гость, кивнув, подчинился просьбе принца, тот велел скинуть дорожную одежду и шляпу. Говорил, что тут друзья и прятаться не имеет смысла. Эслинн свела брови и перевела взгляд на Эдварда.

Когда гость разоблачился, она кивнула, её догадка оказалась верной. Перед ними стоял похудевший и немного осунувшийся Галвин. Первыми словами его стали не приветствие, а увещевание в своей невиновности.

– Бекан многого не знает, не стал посвящать его, для его же безопасности. Мне стоило больших усилий убедить людей следящих за мной, что я верен Гилмору. К счастью удалось добраться до Марингарда без происшествий и никем не замеченным, накануне этой жуткой авантюры. Это я о свадьбе.

Эслинн приоткрыла рот, слушая Великого механика, размышляя, что он совершенно не похож на предателя. Он рассказал всё с самого начала, как они с Беканом очутились в плену у Гилмора.

– Почему же ты оставил его? – спросила принцесса. Эдвард молчал и не задавал вопросов, он слушал и размышлял.

– Я знаю, что такое подземный народец, – грустно улыбнулся Галвин. – И не ошибся, Бекану удалось уйти. Надеюсь, он скоро обо всём узнает, и не будет держать обиды на меня. Сейчас надо сделать кое-что и поэтому я здесь. К вечеру нужно вернуться в таверну в Дэрвайге.

– И как ты это собирался сделать? – скептически спросил Эдвард, скрестив руки на груди. – У тебя ключ от портала в кармане?

– Вообще-то да. – К удивлению принца и принцессы, Великий механик выудил из куртки необычный предмет, говоря, что с его помощью пересёк границу королевств и так же вернётся обратно. – Тем более Бекан наверняка рассказал о книге, что владеет Гилмором.

– Гилмором? – переспросила Эслинн, и Галвин кивнул. – Бекан сам сказал, что не этот предатель хозяин книги, артефакт устроен таким образом, что только маг умеет повелевать им. Любой другой человек впадает в некую зависимость от книги, как и происходит сейчас с Гилмором. Просто он не понимает всей беды, в которой очутился. Сейчас не это главное. Сейчас надо спасти Айрис от этого ужасного брака.

Эдвард бросил старому другу, что тот сам подбил Гилмора, да и Айрис на этот союз. Механик ответил, что это и нужно было ему и на непонимающие взгляды Эслинн и принца, ответил, что это и есть ловушка для Гилмора.

– Надо найти перевёртыша. Хоть я и не силён в магии, но кое о чём мне известно.

– Перевёртыш? – переспросила Эслинн.

– Угу, – кивнул Галвин, – и простите, что не смог поздравить вас с вашей свадьбой.

– Это сейчас ни к чему, – прервал его Эдвард, говоря, что до конца не доверяет механику и пусть тот поймёт из-за чего так вышло.

Галвин пропуская мимо ушей колкость принца, ответил, чтобы они нашли Айрин, фрейлину Селмы. Именно ей доступна способность, изменять свой облик. Он рассмеялся, продолжая, что не обязательно Эдварду знать, кто служил его матушке, а ему давно известно, что Айрин не просто служанка.

– Поговори с Селмой, – добавил он. – Необходимо провести обряд сегодня же, до того, как я вернусь сквозь портал в Дэрвайг. Невесту надо подменить. Айрис укроется в убежище. – Он глянул на Эслинн, – помнишь тот самый домик в лесу, где прятались сёстры? Как только Айрин окажется во дворце в образе невесты Гилмора, никто не помешает Айрис покинуть замок. Ей знакомы тайные выходы, и перебраться в убежище не составит труда.

– Хм, – Эдвард поднялся из-за стола, – а это интересная идея. Но откуда у тебя появился ключ от порталов? – Он подозрительно глянул на друга. – Все тебя считают предателем, и как я могу доверять тебе?

Эслинн хотела возразить, но взглядом принц остановил её. Галвин посмотрел по сторонам, на его губах снова заиграла улыбка. Он сказал, что выбор за принцем, но лучше поверить ему сейчас, чем потом смотреть на страдания Айрис. Голос его дрогнул, а в глазах появилась боль. Он вздохнул и опустился на стул, говоря, что не привык жаловаться, и его руки соскучились по механизмам.

– Ключ я изготовил сам. Не без помощи магии, признаюсь честно. Мне…Не поверите, конечно, удалось усыпить бдительность стража книги.

– Но ты же не маг? – усмехнулся Эдвард, теряя терпение. – Как я могу, как мы можем, – он бросил взгляд на Эслинн, – верить тебе. Сейчас!

– Тогда скажи, – прищурился Великий механик, – в чём мой интерес? Вы мои друзья, и я искренно люблю королеву Айрис. К чему мне водить шашни с этим предателем? Я лишь хотел обезоружить его, потому что без поддержки драконов он был пешкой в руках Биргера и Мердока. Если Жёлтый дракон колеблется, у него мало интересов в Серединных землях – Красный дракон с большим желанием откусит жирный кусок Зелёного Дола граничащего с его территориями. Это факт. Гилмор любит поболтать, тем более, когда его внимательно слушает пленник. Он увяз в одиночестве и непонимании, богатство, трон, всё это для его тщеславия, которое сейчас в забвении. А власть над Айрис, это пропуск во владения королевством, ключ к власти над народом, с которым можно поступать, как вздумается, народом, который отвернулся от него.

– Ты думаешь, тебе одному оказалось под силу запудрить ему мозги? – спросил Эдвард, качая головой. – Гилмор не настолько глуп. Наверняка он связал клятвой Айрис, себя и книгу, чтобы онане смогла отказаться от брака.

– Вернёмся к началу. – Галвин терпеливо взглянул на друга, потом на Эслинн. – К началу, когда я говорил о том, что книгой может управлять только маг. Если я не занимаюсь магией, это не значит, что не владею ей. Никто кроме вас не знает об этом моём маленьком секрете. Случилось кое-что в прошлом, но не сейчас об этом, – он тяжело вздохнул, – я отказался от волшебства, я ненавидел магию и отдался наукам, найдя себя в механике. Пытался словно доказать себе в первую очередь, что человек способен соперничать с магом. Я даже не сокрушался, что не использую колдовство и старые алхимические книги. Повторюсь, что Селма и Брайс знакомы с моей историей, и я живу на этом свете немного дольше, чем вы вместе взятые.

Эслинн вдруг поинтересовалась, отчего же Галвин не обратился сразу к королю и королеве.

– Можно не тратить время, зря доказывая, что ты не предатель, – тихо проговорила она. Он ответил, в чём дело, говоря;

– Для Селмы и Брайса я подданный, слуга, а вас я считал друзьями.

В глазах принца вспыхнул гнев, но тут же потух, оставляя место разочарованию. Галвин тихо сказал, что промедление сейчас опасно не только для жизни Айрис, но и для Серединного мира.

– Найдите Айрин. Я проведу обряд, сделав её на время королевой. Мы отправимся в Дэрвайг, где пройдёт завтра церемония венчания. Мне главное снова добраться до книги и, как бы это не казалось для любого мага ужасным, уничтожить её. Без книги Гилмор станет бессильным и не принесёт интереса для Красного дракона. Увидев, что Пять королевств сильный противник, маленькая рептилия отползёт в сторону.

Эслинн спросила, не хочет ли он для начала спросить Айрин. Он глянул на неё, улыбаясь со словами, что только ей под силу убедить фрейлину помочь не просто королеве Зелёного Дола, но и спасти всех нас. Эдвард снова вздохнул, спрашивая, отчего раньше Галвин не предупредил Бекана, но тот стоял на своём, увещевая, что если знает тайну один человек, он уже подвергает себя смертельной опасности, если двое, то смерть может прийти не только за этими двумя.

– Бекан отдал за меня жизнь как-то раз, – мрачно проговорил Эдвард. – Ты построил мощный флот, но я не знаю тебя. Я думал, что знаком с тобой. А теперь скажу честно, что сомневаюсь. Мне пожертвовать фрейлиной? Это не сложно. Жизнь простолюдинов никогда не ценилась особо. Прежде мне придётся поговорить с отцом, не хочу втягивать в это матушку, она только что оправилась от болезни. Возвращайся в таверну. Мы поступим так. – Эдвард в упор посмотрел в глаза Великого механика, – я хочу докопаться до правды, и время сегодня у меня на это есть. Как и совершить обряд обращения Айрин в Айрис. Хм, у них даже имена похожи. Всё зависит оттого, что скажет мне отец о тебе, думаю, он знает не меньше, чем матушка.

Галвин кивнул и низко поклонился принцу, со словами, что был искренен и скрывать ему нечего. Говорил, что понимает недоверие принца, и ему грустно оттого, что друг считает его подлецом. Слова механика тронули Эслинн, она не находила себе места, то отрицала слова Галвина и не верила ему, то проникалась его рассказом, понимая, что слишком стала сентиментальной в своём положении. Не верить другу нельзя, рассуждала она, но если друг стал предателем, верить ему преступно. Эта мимолётная надежда может стать смертельно опасной. Мысли метались в голове, она в каком-то порыве вдруг схватила Галвина за руку, глянула в его глаза, спрашивая:

– Можем ли мы верить тебе. Дружба для тебя важна, любовь к королеве, или просто ты дорожишь жизнью, за которую заплатил твой хозяин предавший Зелёный Дол?

Механик ласково взял Эслинн за руку:

– Только время расскажет тебе о моей честности, принцесса. Если вы не верите мне сегодня, – он с грустью глянул в сторону Эдварда, – на что мне надеяться завтра? Я способен переиграть партию, но считал, вы поможете облегчить мне путь, который я по глупости начал в одиночку. Тогда выбор для меня втереться в доверие к Гилмору сыграл злую шутку, и пусть Бекан распускает слухи о моём подлом решении подставить Айрис. У него отлично получилось заставить всех поверить в это. – Он усмехнулся. – На это я и рассчитывал.

Галвин склонился, поднимая с пола дорожный плащ, бросая взгляд на часы, что вытащил из кармана штанов.

Эдвард молчал, стоял, сжимая кулаки, желваки ходили ходуном на бледном лице. Эслинн же тревожилась за обоих дорогих людей. Нет, она верила Галвину, отчего же муж так жесток с ним, спрашивала себя.

Потрёпанный и несколько сломленный, механик надел шляпу, надвинул её на лоб, и, коснувшись дверной ручки, обернулся, со словами, не забудьте приехать на свадьбу. Айрис, наверняка, пригласила вас.

Сердце Эслинн сжалось. Как же так, рассуждала она, мы не можем просто молчать и ничего не делать. Галвин рассчитывал на нас, но отчего-то пришёл именно сегодня. Возможно, раньше он не смог сделать этого – раскрыть себя. Она глянула на Эдварда. Ни один мускул не дрогнул на его лице.

Галвин ушёл. Принц быстрым движением ринулся к Эслинн и прошептал, что стоит сейчас вступить в игру Бекану. Он отличный шпион.

– Нам бы помогли маги Дэрвайга, но я не знаю, что на уме у Рагнера или Лейфа, где сейчас Пер, Ингемар. Они служат Айрис. Но я не стану использовать Айрин, пока не стану полностью уверен в Галвине.

– Тогда Бекану стоит поспешить. Где он?

– Во дворце Айрис, – вздохнул Эдвард.

– И зачем ты сейчас говоришь тогда о нём? – непонимающе спросила Эслинн. – Что ты задумал, дорогой?

– Есть кое-что.

Эдвард снова натянул сапоги, отряхнул покрытую засохшей грязью куртку, говоря, что сейчас ей стоило связаться с отцом.

– С Калдером? – переспросила она, и принц кивнул.

– Я сам отправлюсь в Стоунгард. Бекан узнает о своём задании через сеть подземных братьев. Знаю, что у тебя есть шар. Поговори с Калдером. Я срочно отправляюсь в Горное королевство.

– Ты не думал, что если Галвин не лжёт? – спросила Эслинн. – Тогда мы теряем драгоценное время.

– Лучше нагнать время завтра, чем поверить предателю и потерять жизнь всех нас.

* * * *

Калдер задумчиво слушал зятя, теребил длинную чёрную с проседью бороду, говоря, что внезапное решение о свадьбе Айрис тоже удивило его.

– Гилмор её будущий супруг, – рассмеялся король хрипло и как-то насмешливо. Эдвард напомнил о том, что предательство советника Вардена подвело бывшего короля к краю могилы.

– Ты знал, что этим закончится? – поинтересовался принц.

– В то время я не думал о вероломстве советника Вардена. Моя дочь, Эслинн томилась в плену. Я даже радовался где-то смерти короля Дэрвайга, – горько усмехнулся горный король. – Сейчас смотрю в прошлое несколько иным взглядом, понимая, всё взаимосвязано. Если ближе к делу, то я сейчас же отправлю Нейла к Бекану. Они доверяют друг другу, и Бекан с удовольствием выполнит миссию. Тем более он мастер в шпионаже и давно не практиковался. А что касается Галвина. – Калдер внимательно смотрел в глаза Эдварда. – Тут, как говорят, бабка надвое сказала, в его словах есть то, чему мне хочется верить, но и желаемое принимать за действительное опасно в этой ситуации. Возвращайся домой. Я сейчас же велю Нейлу найти Бекана и дать ему задание.

Эдвард кивая, проговорил, что завтра придётся принять решение. А сейчас ему стоит как можно скорее вернуться и поговорить с отцом. Калдер согласился, говоря, что король Марингарда достаточно хорошо знал Галвина.

Король обнял принца со словами:

– Когда в окружении правителей много хороших людей, это облегчает жизнь. А магическая книга всего лишь книга. Просто магам жаль уничтожить подобное сокровище, хотя артефакт некроманта, больше путь, ведущий к смертельной черте, чем к созиданию новой жизни. В то время, испугавшись Биргера, мы не захотели сжечь её. Теперь время для этого шага настало.

В Марингард Эдвард вернулся поздним вечером. Гнал коня во весь опор и, не снимая грязного плаща, вошёл в кабинет отца, зная, что тот не ложится спать раньше полуночи. Король словно ждал сына, поднялся из-за тяжёлого дубового стола и двинулся к Эдварду со словами, что зря Эслинн не дала ему первому прочитать письмо. Принц непонимающе глянул на отца, спрашивая, что тот имел в виду.

– Слуга сказал мне о визите Великого механика. Он узнал его, хоть тот и прятал лицо. Прости, и не наказывай своего верного подданного, подслушавшего ваш разговор и передавшего его мне. Всё это сделано в целях государственной важности и спасения бедной королевы Айрис.

Брайс ответил на все вопросы Эдварда и тот, хмуря брови, не понимал, где ошибся и не разглядел в Галвине друга.

Его стратегия оказалась хитроумным планом, и король восхищался его тактикой, говоря, что Великий механик много раз помогал королевской семье.

– Отчего же он скрывал, что маг по крови? – спросил принц.

Много лет назад, рассказывал Брайс, Галвин учился в школе колдовства и магии. То дело ещё в юности было, когда и сам король носил титул принца. Волшебница Роланда руководила его курсом, и юный ученик подавал большие надежды. Иной раз любовь помогает добиться многого, чаще всего это настоящее подспорье и путеводная нить. Однако если речь идёт о взаимной любви. Роланда старше Галвина, и ей претило не просто мысль об отношениях с учеником старшего класса, но и его присутствие в школе. Он признался ей в чувствах, не рассчитывая что-то получить взамен. Его сердце трепетало при виде любимой, а Роланда сделала всё возможное, чтобы исключить Галвина из школы волшебства. Королева мать узнав эту историю, решила наказать Роланду, но Брайс попросил её не вмешиваться, а лучше помочь Галвину, заинтересовавшегося механикой. Будущий король видел в юноше потенциал и помог тому отыскать надёжного наставника. Став механиком паровых машин, Галвин не остался в долгу.

– Его пытливый ум всегда удивлял меня, – продолжал Брайс. – Галвин стал для меня не просто другом. Когда у нас появился ты, он стал достаточно взрослым и самостоятельным мастером, служившим королевскому двору и народу Марингарда. Мы не рассказывали тебе о нём в подробностях, многое ты и забыл, увлечённый сначала детскими играми, а потом учёбой и науками воинского дела. Галвин всегда стеснялся близости к королевской семье и не особо распространялся об этом. Человек его скромности редкость в нынешнее время. Поэтому верь ему. Завтра у вас появится шанс расправится с Гилмором и этой проклятой книгой.

– А как же Айрин? – спросил Эдвард, чувствуя, что виноват перед механиком и отцом.

Король, прищурившись тихо рассмеялся, напомнив о Роланде. Его слова удивили принца, спросившего, разве она ещё согласится помогать Галвину. Брайс сказал, что волшебница давно поняла свою глупую ошибку и не держала обиды на бывшего ученика.

– В то время Селма уговорила мать студента и оказалась права, – добавил король. – Мог бы разгореться скандал, если бы из-за какого-то мальчишки закрыли школу. Взамен мы получили верного союзника и талантливого мастера, а Роланда сразу же согласилась провести обряд и обратить Айрин в королеву Зелёного Дола.

Слова отца удивили Эдварда, не ожидал он, что Брайс может действовать так быстро. И в самом деле, не я король, рассуждал принц. Отец вернулся в строй после долгого отсутствия, однако заключение в камне не сделало его слабым. Его острый ум всё так же, помогал молниеносным принятиям решений.

– Что же теперь? – спросил Эдвард.

– Осталось только услышать твоё одобрение, сынок, – улыбнулся король, а Эдвард ответил, что доверяет словам отца, и пусть Роланда проведёт обряд. Поинтересовался, что думает по этому поводу Айрин, слыша ответ, что фрейлина готова помочь, потому что в долгу перед королевской семьёй. Она не боится Гилмора и много лет собиралась расквитаться с ним.

– У меня созрел только один вопрос, отец, – устало проговорил Эдвард, – отчего я не знал обо всём и обидел друга недоверием.

Король, пожимая плечами, ответил, что принц никогда не интересовался Галвином, поэтому Брайс и не рассказывало нём. Эдвард вспомнил, что познакомился с ним во время нападения Биргера. Один из старейшин рассказал о Великом механике принцу. Отец обнял его со словами:

– Мы не можем предугадать изгибы судьбы и каждый раз это как шахматная партия – либо победа, либо шах и мат.

Эдвард согласился с королём, решив лично доставить Айрин во дворец, вспоминая о своём разговоре с Калдером. Они спасут Айрис – эта мысль и рассказ отца расставили всё по местам, стали ответом на мучившие принца вопросы. Он вышел из кабинета Брайса и быстрым шагом направился в комнату, где отдыхала Эслинн. Раскрыл двери, тихо позвав её по имени. Никто не ответил ему, и Эдвард решил, что наверняка жена уснула, уставшая после сегодняшнего наполненного разными событиями дня.

Скинув плащ, принц тихо подошёл к кровати. Откинул полог, закрывающий широкую кровать балдахином, чтобы полюбоваться спящей женой перед тем, как отправиться в Дэрвайг.

Постель заправлена. Эслинн тут нет. Эдвард непонимающе смотрел на пустое ложе. Не ожидал, что не застанет любимую здесь. Зажёг свечи, вышел на веранду. Вдруг принцесса задремала на балконе в грустных думах. Ему так хотелось обнять и обрадовать её, рассказать о разговоре с королём.

Её не было нигде. Ни в комнате, ни в просторной ванной, ни на веранде увитой виноградом. Эдвард выбежал в коридор, направляясь то к одному залу, то к другому, где обычно можно застать Эслинн. Понимая, что принцесса исчезла, он поднял на ноги всю прислугу и стражу, чтобы обыскали сад. Всполошившиеся король и королева не находили себе места. Селма прижала руки к лицу и твердила, надеюсь это не похищение, наследник в опасности.

Брайс успокаивал жену и, качая головой, говорил, что если Эслинн никого не предупредив умчалась в Зелёный Дол, то это вина Эдварда.

– Не говори так, отец. Эслинн всегда отличалась от обычных девушек. В её положении это опасно. Понимает ли она это? И что заставило её покинуть дворец, где она? – она сжал губы, и в груди царапался страх. Почему же она ничего не сказала, как узнать, где любимая.

– Эдвард, – отец коснулся его руки. – Плохие новости всегда приходят быстрее. Я направлю гонца к Горному королю. Только ему под силу поднять гномов или гоблинов на поиски своей дочери.

Эдвард ходил по комнате, молился, метался, чтобы выехать на поиски жены. Вопрос только где она, как отыскать её? Брайс тоже не спал и, застав сына в облачении, остановил со словами, что сейчас не стоит делать поспешных решений. Он порекомендовал связаться с Калдером.

– И, наверняка, тот ответит, куда же подевалась твоя жена, – проговорил король Морских земель.

* * * *

Гилмор раскрыл книгу, разговаривая со стражем, переворачивал страницы костлявым пальцем и курил кальян.

Дым повис в воздухе, превратив комнату в туманный остров между коридорами, ведущими в залы дворца. Завтра решится многое, пропело в голове предателя. Он не боялся, знал, что план Галвина удался и с нетерпением ждал церемонии.

Перед глазами вдруг вспыхнули образы прошлого. Старый, больной Варден сидел в кресле, а Гилмор, посмеиваясь, тряс указательным пальцем со словами, вот и не увидел ты, что твоя дочка скоро станет моей женой, и твоё королевство будет принадлежать мне. Он гадко рассмеялся. Дым тяжёлый, наполненный ароматами, словно облако висел меж стен. Гилмор разговаривал с тенью Вардена, а потом громко расхохотался, видя вползающего в комнату Биргера. Вид змеиного тела позабавил, и выглядел белый змей, как самый настоящий. Говорил о предательстве и о том, что книга досталась новому владельцу не по заслугам.

Айрис слышала смех Гилмора, проходя мимо двери его покоев. Спрашивала себя, с кем говорит он и понимала, что будущий супруг снова в облаке дыма, несущего видения. Не нравилось ей происходящее, и мысли о Галвине вдруг встали в горле комом из слёз.

Внезапно её окликнул знакомый голос. На руке она почувствовала пальцы друга. Бекан прошептал, чтобы она следовала за ним, и добавил, что рад её видеть.

– Собирайся, пока Гилмор курит туман.

– Что ты придумал? – прошептала она.

– Пока некогда рассказывать. Тут такая каша заварилась! Скажу одно. Тебе надо в убежище. В то самое, где вы с сёстрами скрывались, когда мы сняли заклятие камня.

– Погоди, мне только сменить платье, – прошептала Айрис, потом застыла и замотала головой. – Нет, нельзя. Я поклялась на книге.

– Заклятие может сработать, если страж книги поймёт, что его обманули. Долго объяснять, по пути расскажу, что к чему, а пока живо собирайся. Где во дворце вход в тоннель? Тот, что ведёт в убежище?? Я буду ждать тебя там, пока никто не догадался, что мы с тобой что-то задумали.

Айрис стояла в замешательстве, пока Бекан не прибегнул к тому, что пихнул её коленкой. Раньше бы он себе никогда не позволил подобного. Королева словно очнувшись, вскинула брови, глядя на гоблина. Он пожал плечами, и его лицо расплылось в виноватой улыбке.

Королева словно спохватившись, подобрала юбки и понеслась в сторону своей комнаты. Бекан понёсся за ней, хлопая себя по лбу. Ведь Айрис так и не сказала, где вход в тайный проход, ведущий в убежище.

Догнал ей, дёрнул за подол платья и снова напомнил, что Айрис не сказала ему где же они встретятся.

– Прости,– она прижала ладонь ко рту, словно задумавшись. – Отправляйся в кухню, там за камином я и открою проход в подземелье.

Королева чуть не рассмеявшись, снова прижала пальцы ко рту. Гоблин кивая, вздохнул, узнавая в ней прежнюю Айрис. Побежал лёгкими шагами к лестнице. Кухня на первом этаже и сейчас самое время для побега. Он похлопал в зелёные ладошки и был весьма доволен происходящими событиями.

Особенно его радовал разговор с Нейлом и то, что Эслинн прибыла в Дэрвайг на помощь Айрис. Самое главное, рассуждал Бекан, что Галвин никакой не предатель и многое оказалось, сделано намеренно. «Ему удалось заставить меня поверить, что он на стороне Гилмора, – кивал себе гоблин. – Вот хитрец, провёл всех, но чуть не заигрался, я ведь готов был прикончить его. Бедняжка Айрис так настрадалась, но всему скоро придёт конец».

Бекан прокрался на кухню. Здесь никого. В камине не горел огонь, и тишина стала спутницей маленького пройдохи на некоторое время. Он уселся на высокий стул, открыл крышку на кастрюле, где лежали яблоки и чтобы скоротать время, впился зубами в красный бок сочного фрукта.

Айрис, несмотря на то, что королева, собралась быстро, пронеслось в мыслях Бекана. Скользнула лёгкой тенью в охотничьем костюме, чем напомнила гоблину времена битвы с Мердоком. Неужели люди становятся быстрыми, решительными и смелыми только в момент, грозящий им смертью, размышлял он.

Королева положила руку на выступ у камина. Раздался щелчок, и тяжёлая стена приоткрылась. Айрис мотнула головой Бекану, и когда тот скользнул за ней в темноту, прошептала:

– Справа факел и огниво. Зажги свет, дорогой друг и расскажи мне всё-таки, что происходит. Да, кстати, когда вернёшься назад, просто вставь факел вот в это кольцо и проход впустит тебя обратно н кухню.

Бекан кивнул и двинулся вперёд. Путь один, никаких развилок. Гоблин говорил королеве о том, что ему передал Нейл, как следил за Галвином, подтверждая слова гнома. Не верил поначалу, что механик задумал обмануть всех и не только Гилмора. Иначе бы не вышло, сказал Нейл, передавая слова Калдера. Лжец становится лжецом, для достижения цели обманывая не только врагов, но и друзей.

– Вместо тебя на свадьбе будет перевёртыш. Именно для этого Эслинн прибыла в Дэрвайг. Она ждёт фрейлину короля. Правда Эдвард не в курсе пока и, думаю, сейчас он очень расстроен.

Айрис остановилась, спрашивая, как же так, и тут же улыбнулась со словами, что в убежище есть ещё один волшебный шар оставшийся от одной из сестёр.

– Так я смогу связаться с Марингардом и успокоить Эдварда насчёт Эслинн? Она же в безопасности? – спросила она Бекана.

– Надеюсь, – ответил гоблин.

– Как это надеюсь?! – воскликнула королева, всплеснув руками. – Где она? Тебе известно?

– Знаю, что прибыла в город, и Нейл поможет ей встретиться с Галвином. Только это мне и известно. Завтра здесь будет интересно. Приедут все на твою свадьбу.

– Тьфу ты, – Айрис даже сплюнула под ноги. – У меня словно за спиной выросли крылья. Как здорово, что есть друзья, и мне не придётся выходить замуж за этого монстра.

Бекан приостановился и, повернулся к королеве.

– Всё это происходит благодаря Галвину. А все мы проклинали его. Даже я его друг, – тихо проговорил гоблин. – Но всякое бывает, главное, что сейчас ты в безопасности.

– А что будет с тем человеком, кто обратится в меня на некоторое время? – спросила Айрис. – Ты с ней знаком?

– Нет. Но Нейл передал слова Эдварда, что фрейлине доверять можно. У вас даже имена похожие сказал он Калдеру. Думаешь, как мы так быстро оказались в Зелёном Доле? Долго ещё идти?

– Нет. Это самый короткий путь к убежищу.

– Я не знаком с этой женщиной, но Галвин говорил на неё положиться можно. И Нейл имеет ключ от порталов, который, кстати, изготовил Галвин.

– Как всё смешалось, спуталось, я даже не понимаю, что вы все задумали, – произнесла Айрис, прижимая ладони к вискам. – Эслинн ждёт ребёнка, как она решилась на такой риск.

Бекан ответил, что каждый шаг в жизни это своеобразная проверка на прочность. Поторапливал её, говоря, что в подземелье слишком холодно и если идти быстрее, то можно согреться. Королева же вдруг сказала, что в убежище сейчас наверняка холодно и придётся растопить камин.

Вскоре они оказались у лестницы, ведущей на поверхность.

– От выхода к тайному домику придётся пройти по тёмному лесу. И факел стоит оставить здесь, – сказал Бекан.

Он взял королеву за руку, со словами, что вместе они не заблудятся, и он хорошо видит в темноте и знает направление, так как в лесу ориентируется отлично.

Снег в лесу ещё не растаял и, выбравшись из подземного хода, они с трудом закрыли люк лаза. В высоких сапогах из оленьей кожи Айрис удобно оказалось пробираться по сугробам. Лёгкий гоблин не проваливался, быстро передвигаясь по насту. Ноги королевы же подчас увязали по колено, пока они не выбрались на поляну. Здесь снега меньше. Бекан весело отметил, что в охотничьем домике, королева наконец-то сможет передохнуть.

Дом построен таким образом, что его тело словно вгрызалось в холм, и лишь неприметная дверь могла рассказать проходящему мимо путнику о том, что это чьё-то укрытие. Труба, выходящая на вершине холма укрытая мхом, и лишь лёгкий дымок говорил о том, что в убежище кто-то есть.

– Мне пора, Айрис. – Бекан похлопал её по руке. – Сейчас мне предстоит уладить кое-что, а ты найди волшебный шар и передай Эдварду, что с Эслинн всё в порядке.

– Но ты же сам сказал, что не знаешь, где она?

– Это я так сказал, пока мы шли сюда, дорогая королева. Внезапно я вспомнил одну таверну, и да, до завтрашнего утра, хотя осталось совсем немного времени, принцесса будет находиться там. Да и, кстати, не пугайся гостю, что ожидает тебя в убежище.

Рука Айрис легла на дверную ручку и тут же опустилась вниз, словно стала горячей, обжигая пальцы. Королева обернулась, глядя на улыбающегося гоблина. Он кивнул, говоря, чтобы она не волновалась.

Она толкнула дверь, слыша, как внутри зазвонил колокольчик. Бекан дождался пока королева войдёт внутрь и только после этого понёсся обратно к подземному входу. Так быстрее вернуться во дворец рассуждал он и теперь стоило отправиться, как говорил Нейл к постоялому двору «Матушка Лу’на».

Сердце в груди, словно маленькая птичка. Захотелось пить, и Айрис облизала пересохшие губы, глядя на фигуру мужчины стоящего у растопленного камина. В комнате тепло. Слышно, как потрескивали поленья в огне.

– Ваше Величество. – От голоса Галвина по спине пробежали мурашки. Он обернулся. – Простите, что заставил вас вязаться в эту игру.

– Милый Галвин, – тихо проговорила королева, – я всегда верила вам, и поэтому не считала никогда предателем. Как хорошо, что все слухи о вас оказались уловкой для Гилмора.

Великий механик опустил голову и улыбнулся, не зная, что сказать в ответ. Айрис подошла к нему и, прижавшись к груди мужчины, обняла его. Галвин вздрогнув, почувствовал, что если ответит ей взаимностью, совершит что-то неправильное. Но и оттолкнуть королеву именно сейчас не смог. Обнял её в ответ, ощущая, как дрожат её плечи и как она плачет. Он прикоснулся одной рукой к её затылку, запуская пальцы в волосы Айрис, а другой нежно погладил между лопаток. Она прижалась к нему сильнее, что-то говорила сквозь слёзы, а Галвину не хотелось выпускать её из объятий. Сердце его стучало размеренно, он уже многое пережил и никого не любил после истории с Роландой. Не знал пока, что именно первая любовь поможет перевоплотить Айрин. Дождался пока Айрис успокоилась, и сказал ей, чтобы она присела. Сжал её пальцы в ладони и, поднеся к губам добавил:

– Я расскажу обо всём, Ваше Величество, потому что времени осталось мало, а действовать пора сейчас.

Глава 23 Пять королевств

Эслинн не спала всю ночь. Радовалась, что Бекан нашёл её и привёл магов Ингемара и Лейфа для разговора. Не хотелось выкладывать все карты, поэтому принцесса сразу спросила, видят ли они в будущем муже Айрис правителя Зелёного Дола.

– Ты смеёшься, принцесса или считаешь нас дураками? – проговорил Ингемар, хмуря кустистые брови, и в свойственной ему манере усмехнулся. – Или думаешь, что мы предатели?

– Нет, Ингемар, конечно, нет. – Эслинн скрестила руки на груди, улыбаясь. – Гилмор не желал, чтобы весть о том, что он прибыл в Дэрвайг, стала достоянием общественности. Однако благодаря Бекану кому нужно, те узнали об его якобы тайном приезде в столицу.

Зелёный гоблин хихикнул со словами, что он постарался.

– Мы все подозревали Галвина, – она кивнула глядя на Бекана, опустившего глаза и пожимающего плечами, – теперь самое важное справиться с книгой. Вернее со стражем, контролирующим Гилмора. И прошу, Лейф. – Эслинн коснулась его руки. – Эдвард не должен помешать нам. Он боится за меня и ребёнка, но мне-то понятно, что всё хорошо, я смогу защитить себя.

– Я бы не делал поспешных выводов, – ответил ей Бекан. Он привык, что от Эдварда принцесса ничего не утаивала, и теперь эта ситуация казалась неправильной.

Принцесса саркастически качала головой, говорила, что метания и всякие тревожные мысли в замке хуже действуют на малыша, чем её желание помочь Айрис.

– Я не собираюсь рваться в бой, сейчас я не в той форме, – усмехнулась она, – однако, не настолько неповоротлива, чтобы не дать отпор.

– Мы защитим тебя, – тихо проговорил Лейф, прижимая руку к груди, и склонился перед принцессой. – Но, не думаю, что Гилмор подозревает о сюрпризе, который мы состряпали для него.

– Осталось подготовиться к завтрашнему так называемому торжеству.

Ингемар кивнул в ответ. Жевал губы, словно хотел что-то добавить, но так и не решался. Эслинн бросила в его сторону вопросительный взгляд, говоря, что надо решить всё здесь и сейчас.

– Что же сказать Эдварду? – проговорил Лейф, посматривая на Бекана.

– Всё как есть, так и скажете. Главное на рассвете забрать Галвина, он за рекой. – Эслинн внимательно прислушавшись, подошла к окну. – Если бы не он, неизвестно, что было бы дальше.

Эдвард стоял внутри постоялого двора. Принцесса удивилась, увидев его и не хотела, чтобы он сейчас заметил её в окне. Знала, что его страхи могут сыграть злую шутку. Сжала губы, не хотела терзать сердце любимого, но и сидеть, сложа руки, устала. Спрашивала себя, отчего никто не предпринял ничего раньше. Отчего ты ничего не сделала сама, Эслинн? Жалела себя, плакала сначала по Эдварду, который исчез, а теперь распустила пёрышки. Обидно, да, и только, что время упущено и теперь придётся объясняться. Нет. Обманывать мужа не хотелось. Она велела Бекану привести принца, а сама уселась возле камина, скрестила руки на груди и задумалась.

В это же время Гилмор опьянённый мыслями о завтрашнем дне, ходил по кабинету туда-сюда, ждал, когда вернётся Галвин, чтобы услышать, о чём же он говорил с Айрис. Наверняка, клялся ей в любви, рассмеялся коварный изменник. Глупая гусыня распростёрла объятия и согласилась на всё, конечно. Ничего, скоро она станет моей. Он вернулся к столу, на котором покоилась магическая книга и, проведя пальцами по обложке, разбудил стража.

– Глупец, – прошипела змея, – разве ты не видишь, что Айрис обманывает тебя?

Гилмор нахмурил брови.

– Во дворце ли она? – снова подкинул сомнений змей. Гилмор сжал тонкие губы, чёрные усики над верхней губой задрожали. Кинулся вон из кабинета, почти бегом двигаясь к покоям королевы. Оттолкнул слугу, распахивая дверь, ударившуюся одной из створок о стену. Королева, испугавшись шума, вскочила в постели, прижимая к груди одеяло. Вскрикнула, возмущаясь, что здесь делает Гилмор.

– Уйдите прочь из покоев! Вы в своём уме?!

В его глазах плясало пламя от огня свечей. Сжимая в костлявой руке подсвечник, чудовище облизало пересохшие губы, глядя на белоснежные плечи Айрис. В мыслях прошептал змей – страж книги: «Возьми её сейчас, пока она беззащитна. Потом тебе не удастся подчинить королеву»!

– Стража! – завопила Айрис не своим от ужаса голосом. На глаза набежали слёзы, губы побелели от гнева.

За спиной Гилмор услышал топот сапог стражников. Один из слуг успел вызвать королевскую охрану. Солдаты остановились за спиной жениха. В комнате королевы повисла пауза.

– Господин, Гилмор,– проговорил начальник королевской охраны, – покиньте покои Её Величества.

– Оставьте меня, – проговорила королева, сдерживая гнев и страх. Голос её дрожал, пальцы стиснули края простыни. Она не верила, что Гилмор способен наброситься на неё и совершить нечто ужасное. Айрис понимала, тогда ей придётся уступить ему, чего не хотелось тем более, когда в комнате за портьерами скрывалась Айрин. Фрейлина Селмы выпила зелье. Галвин и Роланда провели обряд, и теперь девушек нельзя и отличить друг от друга. Стражники за спиной Гилмора приготовились схватить наглеца.

Айрин наблюдала за немой сценой, сжала пальцы, прячась между складок гобелена. Понимая, какая участь ей уготована, Айрин сомневалась, правильно ли поступает. Что если, Эдвард и его товарищи не сумеют исполнить свой план. Она будет обречена. Признаться в том, что она не королева, равносильно смерти. Стать женой чудовища, хоть и ненастоящей, пусть и ненадолго казалось ужасным испытанием. «Ты должна быть сильной», – твердила она себе. Ногти врезались в ладони. Стоило только захотеть, и её способность обращаться в летучую мышь освободит её от пытки и мыслей что завтрашний день превратит её в игрушку жестокого правителя.

Гилмор склонился над Айрис, заглянул в глаза королевы, вдыхая запах её волос. Никогда он не видел её такой прекрасной. Нет вычурности одежд, украшений, волосы не собраны в высокую причёску и на лице нет пудры и румян. Естественная красота и чистота делали Айрис ещё более притягательной и желанной. Гилмор понимал, что Галвин так же мог не устоять перед красотой королевы и возможно играл с ним. Обманывал его.

– Дождитесь завтрашней церемонии, – глухо уронила Айрис.

Гилмор выпрямившись, заложил руки за спину и, развернувшись на каблуках, направился к выходу, отталкивая стражников. Выругался сквозь зубы на драконьем языке, крикнув слугам, чтобы принесли в кабинет вина.

Начальник стражи, поклонившись, спросил королеву, стоит ли выставить охрану у её комнаты, и она не говоря ни слова, кивнула, попросив всех удалиться. Ощущая себя в самом отчаянном положении, она ощущала, как лицо покраснело, и на лбу выступила испарина.

Когда двери покоев закрылись, Айрин вышла из укрытия. Королева откинув одеяло, подняла со стула халат, набрасывая на плечи и, закрыв лицо руками, задохнулась от страха. Хотелось кричать и плакать. Фрейлина коснулась плеч правительницы и проговорила, что не покинет её и всё сделает, как условлено.

– Ты понимаешь, что это за монстр? – спросила королева девушку, сверкнув глазами. – Его даже убить никто не сможет сейчас.

– Да, Ваше Величество, – прошептала Айрин. – Мне тоже страшно.

Королева задержала взгляд на мгновение на её лице, а потом велела запереть дверь на засов.

– Разбуди меня до рассвета. Надеюсь, Гилмор будет спать.

– Вам нужно уходить как можно раньше, – ответила Айрин, признаваясь, что только что усомнилась в правильности своего решения, но не отступится.

Айрис задержала взгляд лице фрейлины, спрашивая себя, неужели она так же выглядит. Странное ощущение посетило её. Сон не шёл, и королева, закрывая глаза, вздохнула, пытаясь уснуть и справиться со страхом.

* * *

В кабинете Гилмора ждал Галвин. Жених весьма удивился появлению друга, хотя вспомнил, что они договорились о встрече. Вздохнул, плюхаясь, кресло, закрыл смуглое лицо ладонями, посматривая, сквозь пальцы на Великого механика.

– Что с тобой, Гилмор, ты выглядишь расстроенным? – Галвин кивнул, вошедшему слуге, беря из его рук бутылку с вином и бокалы.

– Книга. – Гилмор бросил взгляд на змея, смотрящего на него с обложки магического артефакта. – Страж как будто играет со мной.

– Он ревнует, – ответил Галвин, ставя бокалы и бутылку на стол возле будущего мужа Айрис.

Гилмор налив себе в бокал, глотнул вина и на его лице проступил румянец.

– Айрис, она и правда хороша, – протянул он, и механик в его голосе услышал сладострастные нотки. – Подумав, что королева сбежала, я решил проверить в спальне ли она, и признаюсь, что поступил не как жених накануне венчания. Ворвался в её покои, уже готовясь кричать – стража, и поднимать гончих псов.

На губах Галвина появилась усмешка. Однако жених не замечал презрения на лице псевдо друга, увлечённо рассказывая о своём визите в королевскую спальню. Механик поинтересовался, что же было дальше, и как Айрис не подняла шум. Гилмор примиряюще махнул рукой, рассказывая, что королева оказалась очень пугливой.

Галвин кивал, слушая собеседника, на лице застыла маска, которую слепило желание обвести Гилмора вокруг пальца. Пока всё шло по плану, размышлял Великий механик, и нет, в его сердце не появился страх или малейшее желание прекратить игру. Он знал, что рискует не только своей жизнью, а безопасностью Айрис, но иначе поступить нельзя. Наступит завтра, и судьба расставит все фигуры по своим местам. Галвин верил, что она на их стороне.

Когда вино сделало своё дело, глаза Гилмора стали закрываться, а язык сделался неповоротливым, как и тело.

Галвин вызвал слугу и приказал приготовить жениху постель. Сам же отправился в сторону гостевой комнаты, где остановился. Проходя мимо покоев Айрис, он увидел нескольких стражников. Вынул из кармана золотые часы, рассматривая циферблат. До встречи с любимой осталось несколько часов. Необходимо немного поспать. Как же она, наверняка перепугалась, увидев этого монстра. Галвин захлопнул крышку часов и ускорил шаг, думая, что Бекан был прав, говоря, что книга управляет человеком. Ничего, успокаивал себя, скоро всё закончится.

Тени прошлого не давали уснуть. Галвин попросил слугу разбудить его в шесть утра.

– Вам осталось всего два часа на сон, – участливо проговорил старый лакей. – Неужели вы позволите этому Гилмору прикоснуться к нашей правительнице.

– О чём ты говоришь? – Галвин непонимающе глянул на пожилого мужчину.

Тот, кивая, прижал палец к губам, со словами, что Гилмор поверил в вашу с ним дружбу, но я слишком долго живу на свете и понимаю, что вы ведёте верную игру, и наша королева будет спасена.

– Кто дал тебе право обсуждать со мной подобное? – вскинул брови Великий механик. А слуга оказался понятливым малым, склонил седую голову, прошептав извинения, и обещал разбудить господина на рассвете.

Галвин больше не проронил ни слова, лёг, не раздеваясь, на широкую кровать. Зажмурился, представляя лицо Айрис и вспоминая их встречу в убежище в лесу. С мыслями о прекрасной королеве механик погрузился в короткий сон без сновидений.

Ненадолго в Дэрвайге воцарился сон – враги и герои спали. Кому-то снились прошлые сражения, кто-то боролся со страхами, у кого-то просто чёрная мгла окутала сознание, а для кого-то сон стал похожим на дрожание ресниц. Он пролетел мгновенно, оставив послевкусие вчерашнего дня.

Эслинн сжала пальцы Эдварда, вспоминая поздний вечер и его глаза, их разговор. Он смотрел на жену с непониманием и с некой обидой, не задавая вопросов. Она в кругу друзей, которые ничего не рассказали ему. Принц на мгновение почувствовал себя обманутым, но взял себя в руки, понимая, Эслинн не стала бы просто так замалчивать о своём плане.

– Ничего не спрашивай и не говори, что я жду ребёнка. – Первой начала разговор Эслинн. Ингемар и Лейф откланявшись, сказали, что они в соседней комнате. Бекан хотел юркнуть за дверь, но рука Эдварда схватила зелёного гоблина за шиворот. Тот опустил глаза и взмолился о пощаде, а принц тихо проговорил, что никому не понравится, когда от него что-то скрывают.

– Вы либо считаете меня глупцом, либо не доверяете? – Он, с вызовом взглянул, сначала на Бекана, а потом повернулся к Эслинн. – Отчего ты так поступаешь со мной дорогая? Между нами никогда не было тайн.

– Я должна исправить свои ошибки, – ответила принцесса. – Из-за того, что скорбела по тебе, я перестала нужным образом воспринимать реальность. Нам необходимо давно отыскать этого вероломного предателя. Прости, но я воспитана воинами. Ожидание наследника сделало меня слабой, поэтому в самый важный момент я не уйду в сторону.

– Я понимаю тебя, – ответил Эдвард. – В происходящем есть часть и моей вины. Главное сейчас действовать слаженно. Расскажите, – он глянул на Бекана, – тоже мне друг, – усмехнулся принц. – Что вы задумали?

* * *

Утро стало для Айрис передышкой и бегством в убежище, где пока лишь неведение станет её спутником. Желание понять, что происходило во дворце, заставляло её сжимать в руках волшебную сферу, но пока оставалось ждать. Эслинн связалась с королевой утром, говоря, чтобы она сидела тихо как мышь и не выходила сама на связь.

– Не бойся, мы справимся с Гилмором, – говорила принцесса.– Айрин не подведёт.

В тронном зале с утра сновала прислуга, украшая цветами стены и услужливо кланяясь Гилмору, важно прохаживающегося между столами. Он вообразил себя хозяином дворца. Мерзкая магическая книга подмышкой сопровождала его повсюду. Страж нашёптывал что-то слышное лишь бывшему советнику, следил ядовито-зелёными глазами за прислугой и приезжающими гостями.

Солвейг прибыла в Дэрвайг одновременно с Калдером, правители встретились в богатой таверне, ненадолго оставшись наедине. Горный король, сжимая руки королевы, рассказывал о том, что задумали их дочь с Эдвардом и Галвином.

– Я думаю, пора тебе перебраться ко мне во дворец, – внезапно проговорил Калдер. – Я скучаю, и мне не хватает наших встреч и разговоров.

– Сейчас слишком много дел, Калдер, – ответила Солвейг, не скрывая радости в глазах. – Ты предлагаешь мне оставить трон и подданных?

– Предлагаю объединить их.

– Хм, это расценивать как предложение? – спросила королева эльфов, прищурившись, – наши королевства так далеки друг от друга.

– Зато наша дочь в Морских землях, что сделает ваши встречи частыми.

– Какой же ты коварный, Калдер, – усмехнулась она. – Знаешь, чем заинтересовать меня.

Их душевная беседа длилась недолго, пока в таверну не вошли Эдвард с Эслинн. Солвейг с радостью обняла дочь и зятя. Дети не стали делиться тем, что задумали, а родители решили не спрашивать, чтобы не спугнуть птицу удачу.

Единственное, о чём спросила Солвейг, как Галвин, и, получив краткий, но не до конца ясный ответ, не стала упорствовать в расспросах.

– Скоро начнётся церемония, и нам стоит поторопиться, – проговорил Эдвард. – Главное –ни во что не вмешивайтесь, даже если вам покажется что происходит что-то неправильное.

Калдер пошутил, что ему уже страшно, а Солвейг на слова Эдварда ответила, что доверяет принцу и уверенна, они справятся.

Айрин в ослепительном свадебном платье сидела перед зеркалом. Придворные цирюльники и портные, служанки и мастера красоты сделали из прекрасной королевны настоящую фею.

Даже Гилмор приоткрыл рот, стоя у алтаря, не веря, что его мечта сбывается. Он глянул на стоящего рядом с ним Галвина и с торжеством окинул взглядом чёрных глаз присутствующих. Его удивляло, что гости не бросали в его сторону взгляды наполненные ненавистью. Церемония не походила на фарс, и старый советник Вардена почти поверил в искренность Айрис, не чувствуя подмены.

Маг Рагнер, облачённый в церемониальную мантию стоял возле зелёного камня, на который предстояло ступить королеве и её жениху для совершения обряда. Ингемар, встретившись с товарищами накануне, рассказал о плане действий. Пер и Лейф застыли в углах дворцового зала. Сам волшебник сидел в первом ряду и следил за тем, что происходило с проклятой книгой. Зелёный змей,словно почуяв себя главнее людей, вылез из обложки книги и, выгнув склизкое тело, встал в стойку, раскачиваясь и разглядывая гостей. Блестящий чёрный раздвоенный язык то и дело выскальзывал из пасти твари. Солвейг разглядывая змея, еле сдерживала отвращение и ждала, когда же маги замкнут круг и уничтожат проклятую книгу и Гилмора.

Жених ждал невесту, но не терял, казалось, бдительности, бросая взгляд на стража книги. Он словно спрашивал у змея совета, и это бессловесное переглядывание раздражало Эслинн. Она спросила Эдварда, неужели есть способ расправиться с чудовищем, и принц кивнул, ничего не ответив. Сжал пальцами её ладонь, а принцессе оставалось лишь верить в чудо.

Айрин медленно шла по усыпанной лепестками белых роз дорожке. На случай, если всё пойдёт не так, под подвязкой у фрейлины был спрятан кинжал. Она готова им воспользоваться, понимая, что свадьба не настоящая. Гилмор –самозванец, пытающийся захватить власть, Айрис в безопасном месте. И даже брак зарегистрированный магистром не имел бы силы, если невеста выдавала себя за другого человека. По губам Айрин скользнула улыбка. Гилмор увидел в ней какой-то для себя знак и протянул к невесте руку.

Смотрел на неё блестящими карими глазами. Страж книги зевнул и, казалось, уже без интереса наблюдал за церемонией. Рагнер играл неплохо, размышлял Галвин, поглядывая на мага, ставшего сегодня свадебным церемониймейстером.

Зелёный свет поднялся искрящимися фонтаном из алтаря, когда ноги Гилмора и Айрин взошли на его гладкую поверхность, испещрённую старинными знаками рун. Руки фрейлины дрожали. Над верхней губой выступили капельки пота, когда голос Рагнера объявил её и Гилмора мужем и женой. В глазах новоиспечённого супруга сияло торжество. Он обнял молодую жену и, прижав к груди, стиснул в объятиях. Страж вполз обратно в обложку книги. Айрин зажмурилась, чувствуя приближающееся дыхание предателя, и его губы, жадно прижимающиеся к её губам. Она не стала сопротивляться. Пока ей пришлось стать податливой, ощущая во рту мясистый язык Гилмора и пробовать на вкус его склизкий поцелуй.

Гилмор убеждённый, что победа за ним, с трудом оторвался от губ Айрин. Подвоха он не заметил, а уже жаждал оказаться с молодой женой в постели.

– Ты обещал мне, что наш брак не дойдёт до дверей моей спальни, – тихо проговорила Айрин, помня, о чём с ней говорила Айрис.

– Я не обману тебя, милая жёнушка, – усмехнулся он. – И не потревожу тебя в твоих покоях, потому что ты придёшь в мои. Иначе к тебе явится страж книги. Это он поведал мне о своей способности. Змей овладеет тобой, детка, и тогда ты сама захочешь моей защиты и разделить со мной ложе.

Подбородок Айрин мелко затрясся.

– Ублюдок.

– Ты удивляешь меня всякий раз, – ответил, рассмеявшись Гилмор, снов целуя фрейлину, на этот раз слишком грубо. По залу прокатился ропот, приглашённые гости неприятно удивились вольному поведению мужа королевы. Не принято говорить о постели, стоя на алтаре. Однако реакция гостей только распаляла бывшего советника Вардена.

За его спиной раздался голос Галвина. Гилмор не сразу понял, что происходит, и, улыбаясь довольный, что добился желаемого, обернулся. Его брови приподнялись, улыбка сползла с лица, когда он увидел в руках того, кого считал другом и помощником, книгу. Беспомощное тело стража повисло в сжатом кулаке Галвина.

Гилмор схватил Айрин за шею, но тут же отпрянул, почувствовав острую боль в боку.

– Извини, дорогой супруг, – тихо проговорила Айрин. – Ты ошибся в выборе невесты.

Гилмор призвал стража книги, не зная, что Галвин подготовившись заранее, завладел разумом хранителя. Ему помогли стоявшие рядом Лейф и Пер. Сидящий напротив Ингемар и Рагнер создали перекрёстное знамение, видимое только магам. Прочитав заготовленное заклятие, рисовали в воздухе светящуюся пентаграмму, и Галвин легко справился со стражем. Бекан наблюдая за манипуляциями волшебников, вдруг вспомнил, чего стоило ему выкрасть книгу у некроманта Линга. Поёжился даже, вспоминая яд змея и ожоги на руках. Солвейг свела брови глядя на сцену, творящуюся на алтаре, проговорив, что это кощунство. Калдер склонился к её уху, успокаивая, что иначе поступить нельзя. Эдвард, оказавшийся рядом с Гилмором, заломил тому руки за спину и скрутил взявшейся откуда-то верёвкой. Эслинн отвела в сторону Айрин, осторожно взяв из её дрожащих рук кинжал.

Галвин выкрикнул слова заклятия, и Калдер, прижав руки к груди, покачал головой. Он так хотел полистать магическую книгу Линга. Сколько же в ней скрыто секретов. Теперь все они канут в небытие. Артефакт некроманта вспыхнул чёрным пламенем, в зале стало темно, запахло тухлыми яйцами. Гости вскакивали с кресел и направились прочь из тронного зала. К их чести никто не устроил паники. Большинство присутствующих уже были в курсе, каким образом Гилмор хотел получить власть. Тихо радовались победе магов над тем, кто снова решил захватить власть в Дэрвайге, но потерпел опять поражение.

Пока фолиант дымился в руках Галвина, змей извивался в другой руке Великого механика. Тот положил горящую книгу на каменный стол, кинул стража в пылающее чёрное пламя, а Лейф пронзил тело твари магическим кинжалом. Затем удар нанёс Пер, потом Игнемар и Рагнер.

Гилмор, согнувшись пополам от боли, изрыгал проклятия и твердил, что Айрис всё равно стала его женой и, чтобы не случилось, обязана подчиняться ему.

Айрин надоело слушать крики несостоявшегося супруга, она обратилась в летучую мышь и кинулась прочь из тронного зала. Задержалась около Эслинн, пискнув на ухо, что отправляется в убежище к Айрис. Принцесса кивнула ей, говоря, что ждёт возвращения королевы и её верной помощницы во дворец.

Летучая мышь промелькнула у лица Гилмора, задев крылом его щёку. Он понял, что это не Айрис, королева не умела обращаться в летучих мышей точно. Стиснул зубы, глянув на Галвина, а потом проговорил сквозь них:

– Тебе удалось обмануть меня, мальчишка. Но к границам скоро подойдут войска Красного дракона.

Великий механик склонился над ухом предателя и произнёс:

– Не обольщайся, Гилмор. На границе между Зелёным Долом и рекой Тиу-кана несколько дней назад встретились представители Пяти королевств Серединного мира и Красного дракона. Приняли решение о сотрудничестве и заключении мира. Тебя же было решено признать провокатором и зачинщиком новой смуты в Серединном мире.

– Что?! – выкрикнул Гилмор, изо рта его брызгала слюна. Не так он видел своё восшествие на трон Зелёного Дола и не верил, что драконы отказались от него.

– Драконы велели нам разбираться с тобой самим. Поэтому сейчас тебя проводят в башню, – ответил Эдвард, – где ты держал Эслинн. Условия приемлемые для такого выродка, как ты. Если Эслинн там жилось вполне сносно, посидишь и ты в ожидании приговора.

Гилмора передали стражникам. Ингемар двинулся вперёд, махнув рукой солдатам. Предатель снова запротестовал, желая задать вопрос Эдварду.

– Последний вопрос, принц, – он едко вглядывался в лицо наследника. – Как Галвину удалось совладать со стражем?

Эдвард, усмехнувшись, повернулся к Великому механику и развёл руки в стороны, давая время Галвину ответить на вопрос Гилмора.

– Я маг от рождения, Гилмор. – Он в упор разглядывал пленника. Не было на лице Галвина ни торжества, ни злорадства. – Многие маги хотели бы заполучить книгу Линга, но только не я. Поэтому мне удалось легко расправиться и со стражем и с этим порождением тьмы. Именно поэтому во время битвы с Мердоком правители не решились усмирить стража и уничтожить книгу.

Зал опустел, запах гари и тухлых яиц растворился. Белоснежные цветы и украшения на стенах выглядели нелепо. Эдвард вздохнул, опускаясь на стул, радуясь, что удалось обезоружить Гилмора, и никто не пострадал.

– Что с тобой, милый? – спросила Эслинн.

– Не ожидал, что всё получится так быстро и понимаю, чтобы стать сильным государством необходимо объединение.

– Конечно, – согласился Галвин, – сегодня Красные драконы согласились на перемирие, а завтра мы не знаем, что придёт на ум новому Лингу, который, поверь, появится снова.

– Зло всегда выжидает момент, когда все счастливы. Дождь застигает врасплох именно тех, кто не берёт с собой зонт, – ответила Эслинн.

– Ты права, девочка. – Голос Калдера заставил принцессу обернуться.

Ухмыляющегося Гилмора вывели из зала. Принцесса смотрела на родителей. Они что-то приготовились сказать. Калдер по его словам устал ждать и всё-таки уговорил Солвейг соединить их судьбы узами брака.

– Не думаешь ли, это странное дело, что твои родители живут по разные стороны Серединного мира? – спросил Горный король.

Эслинн, улыбаясь, кивнула, предвкушая, что последует после слов отца. Он ответил, что передаёт правление Горным королевством Эслинн и Эдварду. Бекан, слушавший речь правителя, даже подпрыгнул, а потом скрылся за спину принца, выглядывая в сторону Калдера. Тот добавил, что останутся формальности. Стоило бы созвать всех правителей, как и главу Красного дракона, чтобы окончательно расставить точки над «и».

– Пора покончить перетягивать одеяло на свою сторону, – согласись Солвейг. – Все поняли здесь, что лишь сообща мы сможем отвечать на вызовы судьбы.

– Нам не дано решать единолично, в чьих руках Серединный мир, – тихо проговорила Эслинн. – Это право может быть только у народов королевств. Если мы спросим наших подданных, и они согласятся, то потом я хочу услышать, что скажет Айрис, Селма и Брайс, – принцесса посмотрела в сторону мужа. – Старые правители останутся наместниками, лишатся королевского титула. Думаешь, всем это покажется хорошим выбором?

– Король должен быть только один.

Раздался голос в зале. Эдвард с Эслинн и Калдер с Солвейг обернулись, видя входящего в тронный зал незнакомца. Черты его лица напоминали внешность Гилмора. Иноземец был одет в красные доспехи и зимний плащ из шкуры белого тигра доходил до самого пола. Он остановился в двух шагах и кивнул, немного склоняя корпус.

– Не ожидал, что среди всех королевств Серединного мира лишь Красный дракон для вас рассматривается, как соперник.

– Кто вы? – спросила Эслинн, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

– Позвольте представиться, – проговорил спокойным голосом незнакомец, – правитель Красного дракона Чан Корё До Ён.

Эслинн от неожиданности побледнела, во рту пересохло, она стиснула пальцы Эдварда и с интересом разглядывала молодого правителя драконов. Ей не верилось, что от него можно ожидать угрозы. Лицо его казалось добрым. В карих глазах До Ёна тёплый блеск. Светлая кожа и смоляные волосы, собранные в пучок на макушке.

– Мой отец умер, и я собирался жениться. Хотел выбрать себе женщину в северных землях. Услышал о свадьбе Гилмора, который никогда не нравился мне, потому что предатель не может стать союзником. Он предаст снова.

– Это разумные мысли, – согласился Эдвард. Чан Корё протянул руку принцу со словами, что рад познакомиться и, видя, что произошло здесь, согласен с наказанием ожидающее Гилмора.

– Я бы хотел стать союзником Пяти королевств. И жалею, что отец не навёл мосты раньше, думая, что с Жёлтым Драконом его роднит что-то большее.

– Вы считаете иначе? – спросил Калдер.

– Жёлтый дракон не член Серединного мира, и его страна лежит далеко за Скалистой грядой. Мы же в одной лодке и, думаю, мысли об объединении – отличная идея.

Эслинн с удивлением слушала правителя Красного дракона и его слова казались разумными, мысли созвучными её друзей, а голос приятный и мелодичный.

До Ёна пригласили остановиться в гостевом доме дворца и после возвращения королевы Айрис провести совет и договориться сотрудничестве.

Тем временем Айрис не находила себе места в убежище. Ходила по комнате и, готовясь расплакаться, уговаривала себя быть сильной. Скрип входной двери заставил её застыть и прислушаться. Об укрытии в лесу известно только друзьям. Она увидела скользнувшую от двери тень, а потом появившегося в маленькой комнате Галвина.

– Ваше Величество, – он преклонил колено и опустил голову перед правительницей. – Книга уничтожена, Гилмор заключён в башню, будет ждать суда и приговора, а вам теперь нечего бояться, королева Айрис. Идёмте, я провожу Вас во дворец.

– Галвин, – тихо проговорила она, подойдя к нему. Коснулась пальцами его макушки и велела немедленно подняться с колен. – Неужели это не сон?

Он взглянул в её яркие синие глаза, и его губы тронула улыбка, Великий механик, кивая, ответил, что теперь она может вернуться во дворец и выбирать в мужья того, кто достоин её сердца.

– Я уже давно сделала выбор, – ответила королева.

Он смотрел в её глаза, видя, как они светятся счастьям. Когда Айрис приподнялась на носках и коснулась губами его губ, Галвин не стал стоять истуканом, а заключил королеву в объятия. Слишком сильно он любил её. Слишком долго ждал.

Эпилог

В сказочном королевстве всё так же, как в обычном мире – люди и волшебные существа умеют договариваться, прощать, но так же и ненавидеть, бороться за свободу. Серединный мир лишь маленькая часть огромной планеты, скрытая от мира, где не существует магии, грядой Скалистых гор. Чтобы случилось, если Пять королевств стали открыты миру? Об этом история умалчивает. Сказка остаётся сказкой, как и волшебство, витающее над Морскими землями, Зелёным Долом, Ледяной страной, Королевством эльфов, Горной страной и Красным драконом.

Сейчас уже Шесть королевств объединило желание мира и добрососедских отношений. Впервые за тысячи лет не правители, а народ решил, что лучше для шести государств. Как говорила Эслинн – подданные пусть сделают выбор, кто будет править ими. Принцесса не ошиблась. Теперь она королева, потому что именно Эдвард встал во главе шести государств. Простые люди, богатые вельможи, воины, маги, крестьяне и торговцы верили ему и Эслинн. Знали, чтобы не случилось, новые правители не допустят горя, нищеты и войны.

Разве такое возможно только в сказке? Наверное, пока это так. Правители давно поняли, что их мир уникален и, разрушая войнами страны, они многого не добьются. Лишь недолгое обогащение за счёт территорий и слёз соседей. Подобные планы больше не имели места. Сейчас в разуме и сердцах героев поселились мысли о лучшем для своей страны.

После уничтожения книги Линга, Гилмора приговорили к заточению в башни и дали срок, чтобы он задумался и искупил свои преступления. Через два месяца Эслинн родила близнецов. Никто и подумать не мог, что на свет появится прекрасная златокудрая девочка – вылитый Эдвард и темноволосый, похожий на свою бабушку Солвейг, мальчик. Детей нарекли именами предков – Элбан и Гвендолен.

Солвейг и Калдер наконец-то объявили о свадьбе и отправились в путешествие к Ледяной стране. Атти вёл дела отлично, теперь королевство называлось префектурой Серединомирья – Ледяной конгломерат. В Горной стране всё так же следил за исполнением законов прежний правитель, ставший наместником, если назвать вещи своими именами, своей дочери Эслинн.

Брайс остался один и долго горевал после смерти любимой супруги Селмы. Управлялся с делами и с удовольствием возился с внуками. Когда им исполнилось полтора года, посадил малышей на пони и обучал верховой езде. Эдвард смотрел с умилением, как его отец занимается с его детьми, вспоминая, что всегда мечтал о брате или сестре.

Айрис и Галвин объявили о помолвке сразу же после разоблачения Гилмора. Именно королева Зелёного Дола сказала первой, что браки заключаются по любви, а не по крови к которой ты принадлежишь. Галвин перестал звать её Ваше Величество и удивился, увидев в будущей жене способности к механике. Решил построить дом, такой же, как в Марингарде, наполненный чудесными механизмами и говорящими куклами. Флотилия летучих кораблей пополнилась лёгкими крейсерами, охраняющими границы Серединного мира. Через несколько лет Галвин придумает, как быстро перемещаться из одной страны в другую. Его пытливый ум и изобретательский дух неустанно помогали творить чудеса. Железная дорога, поднимающаяся в воздух и уходящая под землю, стала настоящей диковиной. Гоблины, тролли и гномы как всегда способные и трудолюбивые мастера, впрочем, они всегда славились своей знатной работой.

Правитель Красного дракона восхищался устройством королевств и жалел, что раньше не примкнул к ним. Однажды Чан Корё До Ён встретился с озёрной девой Лиа. Его сердце словно пронзил острый меч. Лиа давно перестала лить слёзы по Эдварду, и ей пришлись по душе приятные разговоры с иноземным королём. Не знал До Ён, как сделать, чтобы Лиа смогла жить на суше. Даже решился опуститься вместе с ней в подводную гладь озера.

Наблюдавший всё это время за происходящими событиями в Шести королевствах Неомей, правитель Водной Империи, помог дочери, хоть та взамен и лишилась магии. Чувства и желание быть с любимым оказались сильнее умения творить чудеса. Ведь только любовь может совершить настоящее чудо – спасти умирающий мир и подарить надежду. Влюблённые отправились в столицу Красного дракона, и так как Лиа никогда не путешествовала по поверхности земли, этот путь восхищал и удивлял её.

Бекан вернулся к любимой Брунгильде, решил остепениться, завести детишек. Нейл опередил его и хвастался выводком из пяти маленьких гномиков.

Боевые маги продолжали усердно трудиться и преподавали в школе волшебных наук. В Дэрвайге со временем создалась самая крупная школа наук и магии.

Гилмор не хотел ни с кем общаться. Одиночество, воспоминания о прошлом и тишина его спутники. Шли годы, а он продолжал ненавидеть мир, веря, что однажды ему удастся выбраться из заточения. Вспоминал Биргера, который под кромкой ледяного озера Холгер провёл пятьсот лет. Белый змей жил гораздо дольше обычного человека. Тайным надеждам Гилмора не суждено сбыться. Спустя десять лет он умер в одиночестве, не раскаявшийся узник своей злобы и жажды власти.

* * *

– Посмотри, как изменился Серединный мир. – Эслинн, улыбаясь, прижалась к плечу Эдварда. – Дети уже так выросли, и Гвендолен напоминает мне о старых проделках, когда отец бегал за мной, чтобы отвесить звонкую оплеуху.

– Калдер раздавал подзатыльники? – удивился Эдвард, вскинув брови.

– Ещё как, – рассмеялась Эслинн, отбрасывая со лба длинные волосы. – Думаю, до этого не дойдёт. Элбан с утра до вечера пропадает в мастерской у Галвина.

– Это хорошо. Галвин отличный учитель, – кивнул король, притягивая к себе королеву, спрашивая, о какой новости она хотела ему сообщить?

– И ты, и я были единственными детьми. Это всегда расстраивало меня, – улыбнулась Эслинн. – Ты снова станешь отцом, дорогой.

В глазах Эдварда засияли звёзды. Он коснулся губами виска любимой и прошептал:

– Мы построили этот прекрасный мир именно для наших детей.

Внезапно на веранду обвитую виноградом влетела летучая мышь. Эслинн с удивлением смотрела на барахтающееся у виноградных листьев крылатое тельце. Мышь перевернулась в воздухе превращаясь в фрейлину Айрин. Извинялась и поправляла дорожный плащ, рассказывая, что на границе с Жёлтым драконом неспокойно.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросила Эслинн с тревогой.

– Группа людей из мира, где нет магии, поднимается по тайной тропе к Красному дракону. Что велите делать? Воспользоваться магической стеной прикажете? Или затуманить им взор? Свести с дороги?

– Постарайтесь не навредить им, – ответил Эдвард. – Наш мир ещё не готов принять людей извне, да и они не слишком добросердечны друг к другу, чего говорить о нашем закрытом мире. Люди пока не могут проникнуть сюда, и наша задача оградить своё королевство от несведущих искателей приключений.

– Поняла вас Ваше Величество, – склонилась в поклоне Айрин.

Обернулась летучей мышью и понеслась в сторону восточных границ. Эдвард и Эслинн смотрели ей вслед, и каждый думал о том, каким кажется безграничный мир. Сколько ещё в нём несправедливости и идеальным он не станет никогда. Всегда будут те, кто недоволен, кто недоедает или не может купить одежду лучше, построить большой и светлый дом. Если счастливых людей в государстве больше и их труд приносит достойные плоды, тогда, наверняка, правитель может сказать, что мы постарались на славу.

– Мы пытались, и мир улыбается нам в ответ. Даже если над головой собираются тучи, мы всегда можем запустить к облакам голубей.

– Потому что сила любви безгранична, – ответила Эслинн, целуя мужа. – А наша сказка не закончится никогда.