Если выберешь любовь

Глава 1

Олеся торопилась. Она вышла за два часа до намеченной встречи и теперь опаздывала. Нет, сначала все шло хорошо. Она быстро доехала до метро. Потом на самой подземке — минут двадцать, и все еще оставалось время. И чтобы его потянуть, Олеся решила зайти в киоск, где продавались газеты и вода, выбрала там газировку и... застряла в очереди. Теперь приходилось спешить.

Светофор хитро замигал зеленым глазом. «Ну, вот, не успею перейти — точно опоздаю!» — Олеся отчаянно ринулась на проезжую часть, на ходу открывая запотевшую бутылку с водой. Ощущая себя едва ли не сайгаком, девушка запрыгнула на тротуар. И в это время неловко подвернулась нога (дал о себе знать старый разрыв связок!), бутылка открылась и выскользнула из рук, обдав пенящейся струей идущего рядом пешехода, а сама Олеся оказалась на четвереньках у его ног.

«Отлично! Просто отлично!» — со злостью подумала она и, глядя на черные мужские туфли и такого же цвета брюки, стала подниматься.

Ей помогли чьи-то сильные руки.

— Прости, прости... Все случайно вышло...- залепетала она, боясь взглянуть на облитого с головы до ног молодого человека. Насколько он сердит?

— Какой удачный день! Девушки сами валятся в ноги! — пошутил парень.

Олеся подняла глаза, и у нее перехватило дыхание. Нет, нельзя же быть настолько красивым! На нее смотрел высокий жгучий брюнет, светлая рубашка еще больше подчеркивала его темные волосы, а темно-карие глаза — это было дьявольское ощущение! — блестели магическими черными агатами.

Еще и шутит! Весь мокрый, даже на волосах — капельки воды. У Олеси сжалось сердце. Она не могла вырваться из плена его глаз и к тому же чувствовала себя ужасно виноватой.

— Ты не слишком ударилась? — забеспокоился парень, жестом показывая на ее колени.

Да, джинсы придется стирать, два пыльных пятна тому виной.

— Все в порядке, — Олеся попыталась отряхнуть брюки. Парень все еще поддерживал ее за локоть, и это прикосновение было таким же жгучим, как и его глаза. Он отпустил ее.

— Прости, правда, я ... я... не знаю...как ...все это... вышло.... Мне нужно идти, прости... — с трудом подбирала слова Олеся и теребила рукой ремешок плаща.

Молодой человек улыбнулся:

— Будь осторожнее.

Олеся кивнула и собралась уходить, но не могла сдвинуться с места. Только сообразив, что она стоит и глазеет на него, девушка круто развернулась и побежала прочь. Заболели колени, ладони, но не меньше заболело и сердце.

Вика уже заждалась ее. Олеся, влетев в университет, сразу же увидела негодующую подругу. Выписав временный пропуск (она еще не получила студенческий билет), девушка кинулась к приятельнице.

— Ну и где тебя носит? — с упреком набросилась она.

— Прости, пробки, — усмехнулась Олеся.

И это была чистая правда.

— Ты чего-то немного лохматая... — Вика окинула подругу взглядом. — На,

держи ... — девушка уже протягивала ей зеркальце.

Вот черт! Как грохнулась, так, наверно, волосы и спутались! Олеся рукой пригладила растрепавшиеся темно-каштановые локоны

— Так лучше?

Она, наконец, посмотрела на свое отражение. И вправду разлохматилась... щеки покраснели... Ну хоть глаза — яркие, голубые, глубокие — на месте! И тушь не размазалась, и блеск, нанесенный с утра, естественный розовый, делающий губы ярче, никуда не исчез. И, вообще, еще ничего она так выглядит, вполне симпатично.... Хотя, вот если бы Вика ему в ноги свалилась, то ее-то он, скорее всего, не отпустил бы... Олеся украдкой взглянула на свою приятельницу. На тонких высоких шпильках, в короткой юбке, открывающей ее стройные прекрасные ноги, в облегающей блузке, демонстрирующей отличную фигуру, с макияжем, подчеркивающим ее длинные ресницы, зеленые глаза и полные губы, Виктория выглядела ослепительно красивой и знающей себе цену девушкой.

— Лучше, лучше... Знаешь, я рада видеть тебя даже такую! — подруга сжала Олесину руку. — Сколько мы не виделись? Месяца четыре?

— Да. С майских праздников.

Тут Вика обратила внимание, что ладони у Олеси все в пыли.

— Ты откуда такая вылезла? Из-под земли, что ли?

— Да, оттуда, из метро, — усмехнулась Олеся. — А руки я помыть не успею?

— Нет, уже нет, — Вика потащила подругу за собой. — У меня салфетки влажные есть, вытрешь.

Они быстро пошли в аудиторию и прошмыгнули туда перед самым носом преподавателя.

Лекция прошла быстро. Еще бы! Большая ее часть была посвящена размышлениям о прекрасных глазах незнакомца. Пару раз Олесю отвлекала Вика, сообщив, что на большем перерыве она хочет познакомить ее со своим другом, Русланом. Олеся кивала, не особо вникая, что говорила ей подруга.

Две пары пролетели, и девушки оправились в столовую.

— Как дома дела? Разобрала вещи? — поинтересовалась Вика.

— Нет еще. Не до конца.

Олеся приехала всего два дня назад, и дома был настоящий кавардак.

— Хочешь, помогу как-нибудь вечерком? Давно твоих не видела, заодно с ними пообщаюсь...

— В гости хочешь? — заулыбалась Олеся.

— Да! Хочу посмотреть, где ты теперь живешь. И отметить новоселье!

— О! Насчет последнего... я не против!

— Отлично! Завтра приеду!

В столовой девушки встали в очередь, студентов было видимо-невидимо. Вика не переставала оглядываться, ища глазами Руслана.

Олеся изучала меню и не поворачивалась к Виктории, но услышала, как обрадовалась подруга, когда к ней кто-то подошел.

— А вот и моя подружка долгожданная, — указала Вика в сторону Олеси. Та повернулась к влюбленной парочке и ...застыла. Это был тот самый красавчик, которого она несколько часов назад искупала в своей газировке.

— Привет, — удивленно протянули они в один голос.

— Вы что знакомы? — недоумевала Вика.

— Э-э...нет, я случайно ... — Олеся пыталась объяснить ситуацию.

— ... немного обрызгала меня водой, — закончил за нее красавец.

Обрызгала немного? Олеся бросила на пострадавшего быстрый взгляд. Ну и проклинал же он ее, наверно, пока сидел в мокрой рубашке на лекции!

— Да? Ты мне ничего не сказала! — обратилась Вика к подруге.

А что там рассказывать! Как грохнулась посреди толпы на тротуар? Хорошо, хоть не носом проехала... По его туфлям.

— Что произошло-то? — продолжала Виктория, не отрываясь от руки парня.

— У меня... так получилось... — Олеся мучительно старалась обрисовать случившееся и еще раз оправдаться перед ним. — На улице... нога подвернулась...

— Вика, просто крышку сорвало с газировки, — объяснил парень таким тоном, что стало сразу понятно: точка поставлена.

Виктория больше и не расспрашивала.

— Ну, будьте знакомы. Олеся. Руслан, — представила она их друг другу.

Олеся слегка улыбнулась, но тут подошла очередь сделать заказ, и девушка быстро этим воспользовалась.

За столиком к ним присоединились ребята из группы, Кристина, тонкая, изящная, сероглазая блондинка со стрижкой каре, и ее друг, Миша, светловолосый, высокий парень. Они сели очень близко друг к другу, и Михаил не выпускал свою девушку из объятий. Ребята непринужденно болтали, и Олеся узнала, что Кристина и Миша занимаются танцами.

— Вика, ты тоже занималась такими же танцами? — спросила Олеся, вспоминая, что раньше ей рассказывала подруга.

— Да... Я бросила. Не успеваю танцевать и учиться, — отмахнулась она.

— Олеся, приходи к нам на выступление. Скоро в универе будет праздник, мы будем там выступать, — пригласила Кристина.

— Конечно, приду, спасибо.

— О, что за прелестная лесная нимфа посетила нас! — к Олесе подсел темноволосый сероглазый молодой человек. — Кто вы, очаровательное создание?

— Знакомься, Олеся, это наш местный клоун, Дмитрий, — через стол сказала ей Вика.

— Ах, Олеся! — в том же тоне продолжил Дима. — «Живет в белорусском Полесье кудесница леса Олеся...» — напел он. — Дальше слов не помню. Но вы простите меня, кудесница? Не заколдуете?

— Я превращу тебя в... лягушку, — сказала Олеся, смеясь.

— Лучше в жабу, — добавил Руслан, наблюдая за ними.

— Не слушай его, он мне завидует, — тихонько произнес Дмитрий на ушко Олесе.

— Он проиграл мне две партии в теннис, а теперь я завладел вниманием обворожительной феи.

Но Руслан расслышал его:

— Димон, я отыграюсь!

В это время яркая блондинка с длинными, ниже пояса, распущенными волосами, в тоненьком коротеньком платьице, кинулась к нему на шею.

— Русланчик! — она чмокнула его в щеку.

Олеся пребывала в легком недоумении. Вика же была абсолютна спокойна.

— А вот и наша неукротимая Анжелика! — протянул Дмитрий.

Не обратив внимания ни на Димона, ни на Олесю, Анжела присела между Русланом и Дмитрием и принялась рассказывать о своем замечательном летнем путешествии.

Олеся откинулась на спинку стула и слегка спряталась за своим соседом. Она искоса взглянула на Руслана. Но на него невозможно было не смотреть! Он обладал неповторимым обаянием и весь, каждым движением, каждой клеточкой тела, излучал мужественность и красоту, которые заставляли замирать женские сердца. «Видно, дамский любимчик. Ему и пальцем шевелить не надо, так набегут. Еще шутит, в ноги девушки падают! Так, наверно, и падают...» — Олесю захватил рой собственных мыслей, и она даже не слушала, что говорил ей рядом сидевший Дмитрий, только молча кивала ему головой и рассеянно улыбалась, глядя прямо перед собой. Неосознанно она подняла голову и наткнулась на взгляд Руслана. И черные глаза, бездонные как дыры во вселенной, прожгли ее насквозь.

-Тебе понравился Руслан? — спросила Вика у Олеси, когда они уже сидели на следующей паре.

— В смысле? — не поняла она.

— Правда, он супер?

«Не то слово», — подумала Олеся и согласилась с подругой.

— Ведь я из-за него бросила заниматься танцами. У него бывшая девушка тоже с нами занималась... Когда я поняла, что они расстались, я сама предложила ему... себя, а потом бросила танцы, чтобы ни себе, ни ей, ни ему не травмировать психику. А вообще мы были два года знакомы, и я ждала удобного случая...

Вау! Так к нему очередь как на расселение ветхого и аварийного жилья!

— Ну, ты даешь! И он, что сразу согласился, вчера одну бросил, сегодня другую нашел...

— Не сразу... В общем, когда я приехала от тебя с майских праздников, на следующий день у нас все и закрутилось...

— Может, тебе раньше надо было съездить ко мне в гости? — пошутила Олеся.

— Может быть, — улыбнулась Вика.

— А Анжела ... это ...

— Анжела та еще стерва. Но ее лучше держать близко, чем на расстоянии.

— Так она тоже его бывшая?

— Она его хочет, а он не соглашается.

Какой разборчивый!

Олеся думала, что на этом разговор закончится, но Вике очень нравилось говорить о Руслане, и она не могла остановиться.

— Знаешь, такой влюбленной я еще никогда не была.

— «...Я никогда с такою силой,

Как в эту осень не жила,

Я никогда такой красивой,

Такой влюбленной не была!» — с чувством прошептала Олеся внезапно пришедшие в голову строчки.

— Это кто написал?

— Ольга Берргольц. Вик, давай лекцию послушаем все-таки, — взмолилась девушка.

— Ладно, слушай, — снизошла Вика и искренне улыбнулась, поправив свой тугой, высоко забранный хвост русых волос.

После занятий Олеся решила прогуляться. Недалеко от института она приметила небольшой скверик. Погода стояла солнечная, по-летнему теплая, хотя уже хозяйничал сентябрь. Олеся села на скамейку и зажмурилась, подставив свое лицо ласковым лучам солнца. Легкий ветерок шевелил ее не длинные, чуть ниже плеч, распущенные волосы. Тепло растекалось по телу, и Олеся не двигалась. Ей вспомнился тот день, когда они познакомилась с Викой. Это было лет двенадцать назад. Семья Вики снимала дачу по соседству с домом Олесиной бабушки.

Улица в то лето утопала в розовых и алых цветах молодого шиповника. Олеся осторожно срывала нежные соцветия. Лишь бы не уколоться!

— А ты умеешь делать принцессу из цветов? — рядом неожиданно оказалась зеленоглазая девочка в пышном белом платье.

— Как? Вот так? — оглянулась Олеся, перевернув цветок вверх ногами. Её озорные хвостики весело подпрыгнули.

Собеседница замотала головой.

— Я тебе покажу, — доверительно прошептала она. В тот день очаровательных цветочных принцесс было сделано много. И девочки очень подружились.

Олеся помнила, как в однажды они вместе прятались в грозу на чердаке бабушкиного дома, совсем как котенок Гав и его друг щенок, они «боялись вместе», а над ними полыхало грозовыми зарницами небо. Затем, став старше и живя в разных городах, они не потеряли дружбы, постоянно переписываясь (у Олеси даже сохранились где-то бумажные конверты, подписанные Викой), общаясь в Интернете и по телефону. Для Олеси Вика была самой близкой подругой, не смотря на расстояние, разделявшее их. Они даже договорились вместе поступать в этот институт, но Олесина мама воспротивилась отъезду дочери в большой город, уговорив поступить в филиал этого же вуза месту жительства. И вот только на четвертом курсе судьба приготовила переезд.

Солнце спряталось за деревья, и на скамейке стало прохладно. Олеся поежилась... Она встала, поправила пряди волос, и направилась к выходу. Нет, пожалуй, она еще немного пройдется. Девушка двинулась вдоль шумного проспекта, остановилась на мосту, перекинутом через небольшую речку, свернула на набережную и не заметила, как оказалась в самом центре большого города. Ну, здравствуй, здравствуй, северная столица!

Потихоньку Олеся дошла до метро. Да, и забрела же она! Теперь придется ехать с пересадкой! Пора, пора уже домой! Мама с братом, наверно, давно ждут ее (отец-то на работе допоздна), надо разобрать вещи, привести свою комнату в порядок, заглянуть в интернет, может там письмо от Женьки, который, наверняка, уже несколько раз звонил ей домой.

Девушка спускалась на эскалаторе, все еще пребывая в задумчивости. Мимо пробежал высокий темноволосый парень. Мысли мгновенно перескочили на сегодняшнего знакомого. Нет уж, о Руслане она даже думать не станет, никогда они с Викой не делили мальчишек! Олеся твердо ступила на каменную платформу станции и вгляделась в тоннель в ожидании поезда. Черный, черный тоннель, притягивающий своей неизвестностью...Как и его глаза!..

Вечером, сидя за ужином, мама расспрашивала у Олеси, как прошел день.

— Домой-то звонила? — после небольшого рассказа о своих впечатлениях, спросила Олеся, по привычке назвав свой город «домом». Да это так и было. Она родилась и прожила там двадцать лет.

— Конечно. У них все по-прежнему. Новостей особых нет, — мать включила воду и принялась мыть тарелки, рассказывая про родственников.

Дослушав мамин доклад о событиях на своей малой родине, Олеся вышла в коридор. В просторной трехкомнатной квартире, которую они купили, продав свою двушку в Смоленске и добавив немного накоплений, еще царил тот самый беспорядок, свойственный недавно совершенному переезду.

Олесе вспомнилась их прежняя уютная квартирка! Ах, Смоленск... Мой незабываемый город!.. Родной, дорогой, любимый... И уже далекий... Безумно захотелось вернуться туда...

Девушка вошла в свою комнату. На полу стояли коробки, у шкафа-купе — большая сумка с неразобранными вещами... На письменном столе, стоящем у окна, лежала целая кипа тетрадок... Уф! Сколько еще дел! Ну что ж, Олеся, надо приспосабливаться к новому месту жительства...

Поздно вечером позвонил Женька.

— Олеся! Привет! — кричал он в трубку от преизбытка эмоций. — Как дела? Я уже очень соскучился!

— Да не кричи ты, Женя! Нормально все. Можно подумать, я в Америку переехала!

Но Женя жаждал подробностей, и Олесе пришлось подробно рассказать о сегодняшнем дне, разумеется, умолчав о встрече с Русланом.

Женя был добрым и верным другом. Они дружили еще со школы, вместе поступили в институт. Конечно, он хотел других отношений и часто в компаниях называл Олесю своей девушкой, чем отпугивал ее потенциальных поклонников. Олеся же всегда настаивала именно на дружбе, но прекрасно знала о чувствах Евгения. Однажды он не выдержал и, сказав, что любит ее, попытался добиться взаимности. Они тогда очень поругались. Но потом Олеся простила его, и он больше о своих чувствах не заикался.

— А у вас-то там как дела? Что-то мне кажется, вы сегодня отлично провели время?

— Ну, мы посидели немножко на берегу, там, помнишь, тебе очень нравилось то место, по пути к монастырю...

— А... ну да... — Олеся живо представила себе пологий спуск к воде, запах речки и еще летней, зеленой травы. — Злоупотребляли?

— Не... совсем чуть-чуть...

— А я и слышу... чуть-чуть... Как там остальные? — девушка поинтересовалась их общими друзьями.

— Как всегда. Ленка — особо важная персона...

Олеся улыбнулась. Да... Ее так и звали за глаза — ВИП. За то, что она вечно из себя что-то воображала...

Они еще немного поболтали о друзьях, о недавнем прощании, об учёбе.

— Надеюсь, ты пощадишь питерский универ, не станешь применять мою вредоносную флэшку? — поинтересовался Женька.

— Я подумаю. Если преподаватели будут очень строги, обязательно завирусую их компьютеры, — со смехом ответила Олеся.

— Серьезно, зачем она тебе?

— Ты уже спрашивал.

— Ты ещё ничего не ответила.

— Считай так, чтобы ты приехал и забрал её у меня, — легкомысленно сказала Олеся.

— Заметано! После первого семестра заберу! Флэшки детям не игрушки!

Глава 2

В первые же дни учебы Олеся принялась за осуществление плана. Нужно было найти подработку в стенах вуза, и желательно, на кафедре, где заведовал профессор Шатилов Леонид Юрьевич. Наврав с три короба в отделе кадров и коменданту, Олеся всеми правдами и неправдами устроилась на место уборщицы и даже поменялась участками, чтобы только попасть на желаемую территорию. Она приходила в институт рано и получала ключи кафедры, когда там еще никого не было. В первый же день работы ею были исследованы рабочий стол Леонида Юрьевича, все бумаги секретаря и кое-какие личные вещи профессора. Олеся разузнала его адрес, телефон и состав семьи. Дело было за малым. Нужно раздобыть ключи от его квартиры.

Однажды она задержалась с уборкой и встретилась с Леонидом Юрьевичем. Это был статный красивый и обаятельный мужчина под пятьдесят, кареглазый, с легкой сединой на густых волосах. Он безразлично взглянул на уборщицу, но потом повернулся к ней:

— Здравствуйте. Мы где-то встречались?

— Здравствуйте, — произнесла Олеся, побледнев от волнения. — На лекциях, наверно. Я здесь учусь.

Профессор кивнул:

— Да, да, возможно, — и он еще раз пристально вгляделся в ее лицо.

Больше они ни о чем не говорили. Он вышел. И Олеся опрометью кинулась к его вещам, лихорадочно стала рыться в сумке и плаще, схватила связку ключей и ловко положила их в карман своего халата.

Все обойдется. Она быстро свернула свою уборку и мигом понеслась прочь. Даже не сняв халат, Олеся выскочила на улицу и бросилась в сторону давно замеченной ею мастерской по изготовлению ключей.

— Все, пожалуйста, — совершенно спокойно сказала она в окошечко мастеру.

Десять минут — и она уже обладательница дубликатов его ключей! Олеся была довольна. Все оказалось проще, чем она рассчитывала.

Вернувшись в университет, она тихонько подошла к двери кафедры и аккуратно положила связку ключей у плинтуса, потом на цыпочках побежала прочь. Шла лекция, в коридоре не было ни души.

Олеся взяла со стола пластиковый стаканчик и отпила глоток воды. Сегодня, судя по расписанию, Шатилов занят допоздна, его супруга, Анна Михайловна, тоже преподает здесь же и тоже у нее сегодня очень длинный день. Значит, сегодня Олеся сходит к ним гости. Она была уверена в своем грандиозном плане, чувствуя себя чуть ли не судьей, готовым вынести справедливый приговор. Вот так-то, Леонид Юрьевич! Раньше надо было приглашать!

Она сидела в столовой и невидящим взглядом смотрела в книгу. Мысли вертелись вокруг осуществления давнишнего плана. Но тут краем глаза она заметила приближающуюся к ней высокую фигуру. Делая вид, что очень сосредоточена на книге, Олеся не смела повернуть голову. И так было понятно, что это Руслан.

— Привет, прогуливаешь? — произнес он, присаживаясь рядом и поворачиваясь к ней.

— Прогуливаю. Ты тоже?

— А я опоздал на большую часть лекции. Так что будет лучше, если я туда вообще не пойду.

Олеся слегка кивнула.

— Как ты, освоилась в городе?

— Ну да, — ответила девушка. — Я же не в первый раз тут. Мы сюда и раньше приезжали к родственникам, друзьям. Я к Вике приезжала зимой, например.

— То есть не заблудишься?

— Не заблужусь, — Олеся явно выдавала желаемое за действительное, потому что из книги выглядывал кусок карты города. Она совсем недавно смотрела, как доехать к Шатилову.

— А в универе как тебе? Не сложно?

— Какие тут могут быть сложности, — пожала плечами Олеся. — У меня тот же курс, та же специальность, даже преподаватели к нам приезжали отсюда.

— А почему ты переехала?

— Ну как...Мы всей семьей. Не одна я. Папе предложили новую работу, -продолжила она, заметив его вопросительный взгляд. — Он биотехнологиями занимается. Там, у нас в городе, он был преподавателем и вел научную работу. А здесь его пригласили в крупный научный центр, только исследованиями заниматься. В общем, он не смог отказаться.

— Не жалеешь, что уехала? Не скучаешь? Там же все-таки друзья остались? — поинтересовался Руслан.

— Скучаю немного... Но с друзьями мне вполне хватит встречи раз в полгода и связи по Интернету и телефону. А самая близкая подруга у меня здесь. Вика. Кстати, это она настаивала на моем переводе сюда. Знаешь, ей невозможно отказать.

— Да, — протянул Руслан. — Вика умеет быть настойчивой. А почему ты выбрала эту специальность?

— Не знаю, гены, наверное, — отшутилась она.

— У тебя мать технарь?

— Нет, — осторожно ответила она и поняла, что прокололась. Но быстро выкрутилась:

— У меня много родственников с высшим техническим. А ты почему выбрал? — до Олеси вдруг дошло, что это первый ее вопрос за всю беседу.

— У меня замечательный сосед, именно склонил меня к поступлению в этот вуз, — ответил парень.

— Как же ты успеваешь все? Я слышала, еще работаешь?

— Моя работа не требует постоянного присутствия на месте. Достаточно, что я там появляюсь раз в неделю. Я получаю задания и работаю дома.

Все время разговора Олеся избегала встречаться с ним взглядом. О, если бы это было так легко! Она боялась его колдовских глаз, ей казалось, в них прячется темная неведомая сила, пробуждающая в душе самые невероятные желания и тайные инстинкты. Но — все-таки попалась в этот волшебный плен как рыбка в крепкие сети рыбака.

— Уже, наверное, пора идти, — он сам отвел глаза, чем принес немало облегчения девушке. А то ее голова стала напоминать собрание странных мыслей...

Она кивнула и резко поднялась, зацепив рукой пластиковый стаканчик. И вся вода оказалась на темной рубашке Руслана.

— Ах, прости, прости... — залепетала Олеся, схватила кучу салфеток со стола и стала вытирать его рубашку.

— Ты меня закончишь когда-нибудь поливать? — со смехом спросил он.

Слава Богу, не сердится!

— Не надо, — он взял ее за руку, лежащую на его груди, и посмотрел на девушку.

И опять Олеся летела в черную бездну его глаз. От прикосновения теплой руки по телу пронесся жар, и сердце бешено застучало в висках.

«Хватит!» — сказала себе Олеся. Она отдернула руку с мокрыми салфетками и выбежала из-за стола, чтобы выбросить их. Сумка и книга остались на столике. Но у Олеси уже не было сил, чтобы вернуться, и она нарочито долго, по одной штуке, кидала салфетки в урну. К ней кто-то подошел сзади. Олеся резко повернулась на пятках и чуть не уткнулась носом в грудь Руслану.

— Выбросила? — спросил он с явным сарказмом.

Значит, заметил?

— Держи, ты оставила, — он протянул ей сумку и книжку. — Лермонтов? «Демон»? — в его голосе слышалось удивление.

— Люблю поэзию, — сказала она, засовывая сборник поэм Лермонтова в сумку.

То, что он сделал дальше, заставило ее если не остолбенеть, то, по крайней мере, лишиться способности соображать.

— «Я тот, которому внимала

Ты в полуночной тишине,

Чья мысль душе твоей шептала...

Чей образ видела во сне...» — прошептал Руслан ей на ушко отрывок из «Демона» и пошел, не торопясь, прочь.

Столько безрассудства бывает только в юности. Олеся шла с дубликатами ключей в незнакомую квартиру. Итак, вот он — дом Шатилова, семиэтажный, толстостенный, массивный, дом эпохи сталинизма. Его громада оказывала странное давящее чувство. И Олеся застыла в нерешительности, какая-то легкая тень неуверенности, беспокойное свербящее чувство овладели ею на несколько минут... Но она, успешно подавив их, сделала глубокий вдох и приложила ключ к домофону. Тяжелая металлическая дверь открылась, девушка вошла в подъезд. На секунду она остановилась. После яркого дневного света полумрак первого этажа показался ей непроницаемым. Но глаза быстро привыкли — не так уж и темно! Немного дрожа от волнения, она двинулась по лестнице вверх. И тут же обратила внимание: на окнах стояли цветы. Бегонии, фиалки, кактусы, герань, кротоны.... Олеся застывала у каждого подоконника, чтобы полюбоваться на растения. Кто-то же ухаживает за ними! Опрыскивает, поливает, пересаживает.... Все это цветочное великолепие подняло настроение и освободило от черной мучительной тревоги. И девушка чуть не забыла о цели своего визита.

Лестничные пролеты были длинными, пятый этаж рисовался в воображении чуть ли не Эверестом. Наконец, она у нужной квартиры номер семьдесят восемь. Что ж, открываем.

Квартира встретила ее тишиной. Большое зеркало в прихожей отразило стройную девушку в синих джинсах и светленькой блузке, с висящим на руке плащом. Олеся огляделась. На первый взгляд, показалось, что в квартире три комнаты. Они выходили окнами на разные стороны. Одна, небольшая — во двор, другая, побольше — на проспект, в окно третьей смотрел высокий тополь с того же двора... Дорогая мебель, почти в идеальном состоянии. На паркетном полу — ковры. На стене в большой комнате — пара репродукций Рембрандта.

Олеся задумчиво прошла в комнату. И ей вдруг представился хозяин квартиры сидящим на диване...или вот, например, он берет пульт от телевизора... Или сидит и думает о чем-то, глядя в окно... Было легко воображать его в этих стенах, непринужденного, смеющегося, расслабленного...

Олеся заглянула в ванную. Осторожно взяла с полки мужской шампунь, открыла его и понюхала... тут же представив себе, как Шатилов выходит из ванной в махровом банном халате... Потом идет на кухню... включает чайник... Интересно, какой чай он любит? Или кофе предпочитает? Какой? Олеся открыла наугад кухонный шкафчик, на полках стояли разнообразные баночки. А что он любит на обед?

В спальне Олеся аккуратно провела пальчиком по корешкам книг, стоящих на стеллаже, взяла в руки фотографию четы Шатиловых, посмотрев на них долго, она неловко поставила рамку назад, зацепив случайно лежащие рядом шариковые ручки. Они упали на пол, звонко щелкнув по паркету. Этот звук, показавшийся в тишине квартиры невыносимо резким, вывел девушку из странного оцепенения.

От испуга и неожиданности Олеся нервно рассмеялась. И тут она заметила на прикроватном столике ноутбук. Это был не тот компьютер, на котором работал Леонид Юрьевич (уж его-то ноут она видела на кафедре), скорее, им пользовалась Анна Михайловна. Не веря своей удаче, Олеся подошла к столику. Она задумчиво провела пальцем по темно-серой поверхности ноутбука, потом порылась в своей сумочке и вынула флэшку.

Олеся быстренько скользнула в балетки, накинула плащ и попятилась из квартиры. Чтобы закрыть входную дверь, нужно было держать ключ в замке. (И кто только такое придумал!) Она захлопнулась, и вдруг чья-то рука закрыла девушке рот, а другая крепко обхватила за талию. Кто-то прижал ее к себе. Олеся попыталась вырваться.

— Что ты тут делаешь? — прошептал знакомый голос, и горячее дыхание парня коснулось ее щеки.

Руслан?

Он отпустил ее.

— Это ты что тут делаешь? — прошипела Олеся.

— Я здесь живу, — Руслан жестом указал на дверь напротив.

— Ну и живи дальше, — огрызнулась она и собралась уходить.

— Ты куда? — он схватил ее за руку. — Я тебя никуда не отпущу. Говори быстро, что ты здесь делаешь?

Ага, разбежался!

— Тебя это не касается, — зло бросила девушка, глядя ему прямо в глаза, и дернула руку.

— Касается. Не расскажешь, я сам отвезу тебя в участок.

Что?! Он собирается вести ею в полицию? Олесю начала бесить вся эта ситуация.

— Я не обязана перед тобой отчитываться, — отчеканила она и попыталась вырваться. Он держал ее мертвой хваткой.

— Пусти, так и до синяков дело дойдет, — взмолилась она. — Я все расскажу, — Олеся пошла на хитрость.

Руслан разжал пальцы.

— Меня наняла Анна Михайловна убирать квартиру, — солгала Олеся. — Теперь доволен?

Руслан ей не поверил.

— Я их очень хорошо знаю. Анна Михайловна не признает домработниц.

Олеся пожала плечами и развернулась, чтобы уйти.

Руслан, схватив девушку за руку, потащил за собой по лестнице.

— Куда ты меня тащишь?

— А куда тащат воровок? В полицию!

Ничего себе! Так он обвиняет ее в воровстве! Олеся начала брыкаться и дергаться. Никуда она с ним не пойдет! Вдруг Руслан резко развернулся и с силой прижал ее к стене. Олеся взглянула ему в глаза, черные, завораживающие, и потеряла в них себя. Она тонула, и вокруг не было никакой соломинки, чтобы ухватиться и выбраться из этой опасной пучины.

— Не сопротивляйся, — очень тихо произнес он. И в свете того, что случилось дальше, эти слова приобрели двусмысленное значение.

Их губы встретились. Это был поцелуй требовательный, обжигающий и такой силы, что Олесю словно оторвало от земли диким вихрем (или это Руслан ее приподнял?), как девочку Элли в небезызвестной сказке, и унесло в незнакомую, но прекрасную страну. И вот его руки уже скользят под плащом по ее телу, а она еще крепче притягивает его за плечи, а сердце — ах, сердце! — рассыпаясь на миллионы осколков, бешено пульсирует в каждом кровеносном сосуде...

Звук захлопнувшейся двери, резкий, как выстрел, вернул их в реальность. Кто-то ниже этажом спускался по лестнице. Олеся выскользнула из его объятий. Колени дрожали, дыхание сбилось, как после пробега многочасового кросса, в голове все кружилось и шумело, но она, закрыв лицо одной рукой, опрометью кинулась вниз по лестнице.

Просто чудом не упав, Олеся выскочила на улицу. Прохладный вечерний ветерок сентября коснулся ее пылающих щек и губ. Косые солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву деревьев, ударили ей в глаза. Где-то сигналила машина. Слышался детский смех с площадки. Мимо пробежала пара подростков. Девушка возвращалась на землю. Завернув за угол дома, она встала. Сил идти дальше не было. Заметив неподалеку маленький скверик, Олеся направилась туда. Тяжело опустившись на скамейку, она закрыла лицо руками и зажмурила глаза. Мыслей в голове не было. Благоразумие покинуло ее, видимо, поняв, что оно и Руслан — несовместимы.

Олеся пребывала в шоке от самой себя. Да она бы и отдалась ему прямо там, на лестнице, если бы им никто не помешал! Олеся еще сильнее стиснула веки и застонала. Она ненавидела себя за происшедшее, за то, что настолько забылась, за то, что ей ... все понравилось.

«Олеся, что же ты делаешь?» — четко сказала она себе.

«Есть же все-таки какие-то моральные принципы, какое-то табу?! Это парень твоей подруги! А ты дружбой вроде бы дорожишь!» — вернулись в голову разумные мысли. Как теперь она будет смотреть в глаза Вике? Олеся с силой ударила кулаком по скамейке. Черт побери этого Руслана! Откуда он свалился на ее голову?

Или вернее, откуда он взялся тогда на дороге, когда она спешила к Вике? Да если бы она знала, кто он такой, то и смотреть бы на него не стала. ...Или стала бы... Но только в эстетических целях.

Олеся долго сидела в мучительных раздумьях, пока не поняла, что замерзла. Надо идти домой. Ого, уже восьмой час! Девушка встала и быстро пошла к автобусной остановке. Олесе почти удалось убедить себя, что не стоит придавать такого масштабного значения этому событию. Руслан же навряд ли мучится угрызениями совести? И вообще, нужно поскорее об этом забыть, оставить все воспоминания здесь, на остановке.

Олеся нервно провела рукой по волосам, заправив за ухо выбившуюся прядь. Не зацепив рукой сережку, девушка обеспокоенно потрогала мочку уха — серьга отсутствовала. Девушка еще раз провела рукой за ухом, по шее, надеясь обнаружить пропажу в одежде... Но её не было. Вот только этого не хватало!.. Олеся досадно поморщилась. Неужели она потеряла серёжку там, на лестнице, когда с Русланом... От воспоминаний девушку бросило в жар. Нет, нет, вернуться туда сил уже не было.

Руслану было двадцать три года. Всю свою жизнь он прожил в этом доме, он здесь родился, вырос (это сейчас он здесь бывает наездами, потому что перебрался год назад в отдельную квартиру), и, конечно, он хорошо знал всех соседей. Его мать очень близко общалась с Анной Михайловной Шатиловой, они были почти подруги. Соседи часто приходили к ним в гости, иногда они вместе отмечали праздники. Именно Леонид Юрьевич склонил Руслана поступить в этот университет. И зная своих соседей так близко, парень, естественно, недоумевал, что могло связывать приехавшую недавно (две с половиной недели назад!) девушку Олесю и Шатиловых. Нет, он, конечно, не подозревал ее в воровстве и никуда везти не собирался просто хотел припугнуть, чтобы созналась. Ну, в крайнем случае, отвез бы к брату в отделение (тот работал в полиции). Но незапланированный поцелуй оставил все вопросы без ответа.

— Руслан, давай скорее к столу, я тебя жду уже полтора часа, — выбежала ему навстречу мать, красивая темноволосая женщина. Ее сыновья, а он был младшим, были точной копией матери. — Сейчас Никита приедет.

Да, Руслан не поднялся сразу домой. Он вылетел из подъезда почти сразу же за Олесей. Но девушки уже нигде не было видно. Парень оглядывался, тщетно надеясь увидеть знакомый силуэт.... Руслан даже прошел до ближайшей остановки транспорта. Ну, куда она могла еще пойти? Как сквозь землю провалилась!..

Черт, он так хотел ее удержать! Помешательство какое-то...

В дверь раздался звонок.

— А вот и он! — обрадовалась мама, открывая дверь.

За дверью стояла Анна Михайловна Шатилова.

Парень поздоровался и пошел на кухню, где очень аппетитно пахло. На плите стояла кастрюля борща, а рядом на столе запеченная курица, накрытая фольгой. Руслан заглянул еще и в холодильник. Так и есть, салат. Мама ждала сыновей на ужин.

— Русана, — тут он услышал печальный голос соседки.

— Анечка, проходи, — его мать повела Анну Михайловну в комнату. Руслан подошел к двери и прислушался.

— Русана, — и теперь в голосе появились слезы. — Он водит домой любовницу.

Руслан словно прирос к дверному косяку.

— С чего ты взяла? — вмешался в плач удивленный голос его матери.

— Ох, — вздыхала Анна Михайловна. — Вот смотри... на пороге нашла...

Руслан крадучись подошел к двери соседней комнаты. В тонкую щелку он увидел, как Анна Михайловна демонстрирует на протянутой ладони изящную серебристую серёжку.

— Аспиранточку, наверно, приводил. Я понимаю, по молодости и где-то там, но чтоб домой...

У Руслана ком к горлу подступил. Дальше он уже не слушал и не подсматривал. Так вот значит, что она там делала! Шалава! Еще и целоваться полезла, чтоб отстал. А у него реально снесло крышу! Полнейшее безумие... Руслан треснул кулаком по стене и бессильно закрыл глаза.

Глава 3

Бледная и не выспавшаяся Олеся пришла в университет. И всюду ей мерещилась тень Руслана. Она до того боялась с ним встречи, что шарахалась от каждого проходившего мимо студента.

— Ты что сегодня такая молчаливая? — спросила ее Вика, когда они встретились.

Олеся пожала плечами, поджала губы и, не глядя на подругу, села за парту.

После двух пар Вика предложила пойти перекусить.

— Нет, — резко ответила Олеся и поймала удивленный взгляд подруги.

— Нервная какая-то...Голодная, наверно? — не унималась Вика. — Пошли без возражений, никаких «я посижу в аудитории», пошли, — и она потащила Олесю за руку в столовую.

Олеся шла как на заклание.

За столиком их уже ждали Кристина и Миша. Вика поставила поднос с едой и присела на стуле. Олеся тяжело бухнулась между Кристиной и Викой. Тут откуда-то примчался Димон.

— Привет, ребята! — радостно крикнул он. Олеся вздрогнула. Димка с Русланом в одной группе. Девушка незаметно огляделась. Но Руслана нигде не было.

— Ешь, давай, — Вика толкнула ее локтем.

Не ощущая вкуса, Олеся пыталась поесть.

— Вика, у меня к тебе серьезное предложение! — выпалил Дмитрий.

И Виктория вскинула вверх красивые изогнутые брови. В ее зеленых глазах отразился интерес.

— А ведь мы до сих пор не отметили начало учебного года, — продолжил Димон.

— Спохватился! — пробурчал Миша.

— Отметить никогда не поздно! Я предлагаю на выхах съездить на озеро, на мыс...

— Куда мы летом ездили? — спросила Кристина.

— Ага.

— Хорошая идея! — откликнулась Вика. — А что у нас с погодой на выходные?

«Только этого мне не хватало, — мрачно подумала Олеся. — Откажусь».

Кристина с Мишей смотрели прогноз погоды на выходные по смартфону.

— О, бабье лето в конце сентября, — пропела Кристина.

«Хоть бы дождь пошел», — пронеслось в голове у Олеси, предчувствуя, что от Вики будет не отвертеться.

Олеся вздохнула и посмотрела вдаль столовой и, конечно, увидела его. Кусок застрял в горле. Сердце ухнуло куда-то так далеко, что она не слышала его ударов. От волнения задрожали руки. Она взяла пластиковый стаканчик с водой. И он ей напомнил о недавнем разговоре с Русланом в столовой. Олеся бессильно поставила его на место.

Руслан приближался, небрежно держа в руках бутылку колы. В черной рубашке и джинсах он казался еще темней, загадочней и... желанней.

— Русланчик! — откуда-то выскочила ему навстречу Анжела. — Приветик!

В коротком трикотажном платьице, соблазнительная, она чуть не повисла у него на шее, не сводя влюбленных глаз. Но он ловко отстранил девушку. Анжела подбежала к Дмитрию и начала что-то торопливо ему рассказывать.

Руслан наконец-то подошел к столу, и Олеся, прячась за Викой, внимательно уставилась на свою тетрадку, лежащую на сумке. Тетрадь как тетрадь, обычная синяя обложка, даже узоров нет, чтобы глазом зацепиться!

Было страшно, стыдно и неловко. Ей хотелось незаметно сползти со стула и спрятаться под стол.

Руслан поздоровался с Викой легким поцелуем в щеку, потом заговорил с Димоном.

Вика начала что-то обсуждать с Кристиной. Олеся даже и не пыталась вникнуть в суть разговора, слыша только голоса.

Руслан сидел между Викой и Дмитрием, и они с Димоном над чем-то смеялись.

В руках он вертел красную крышечку от бутылки кока-колы.

Пора на лекцию, и девчонки засобирались. Вика встала и отвернулась, чтобы взять висевшую на спинке стула сумку. И в это момент, когда Олеся наклонилась, чтобы тоже встать, Руслан одним движением пальца отправил крышечку через стол в нее. Крышка достигла цели, попав Олесе в грудь, и отпрыгнула в ее сумку. Девушка удивленно подняла ресницы и наткнулась на взгляд Руслана. Его глаза скользнули по ее губам, и едва заметно улыбнувшись, он встал из-за стола.

Значит, игра продолжается? В кошки-мышки. И вопрос о том, кто добыча, даже не стоит.

Сгорая от стыда и не находя общего языка с собственной совестью, игнорируя практически полностью личность преподавателя, Олеся упорно записывала лекцию и боялась посмотреть на Вику. Та, слава Богу, молчала. Вдруг в сумке завибрировал телефон. Олеся быстро вытащила мобильник, наткнувшись на крышку от бутылки (она так и не выбросила ее), и, мысленно проклиная Руслана, посмотрела бегло на экран. Сообщение. «Убирайся вон отсюда». Остальную часть лекции она уже не слушала. Остолбенев, Олеся пыталась собрать все силы в кулак, чтобы успокоиться. Номер был неизвестный. Может, это какая-то ошибка? Ну, кому она могла тут насолить? Да уже насолила...

Тем временем, неотразимый Шатилов Леонид Юрьевич подвел тему занятия к заданию для желающих попробовать свои силы.

— Кто хочет заниматься научными исследованиями? Пусть подойдет ко мне, мы выберем перспективную тему. И затем подадим на конкурс студенческих грантов.

Группа загудела, и это вывело Олесю из задумчивости.

— Хочешь, а? — поинтересовалась у нее Вика.

— Что? — растерянно пробормотала Олеся, пряча мобильный телефон в сумку.

— Наукой заниматься будешь? Есть перспективы стать потом тут преподавателем, — кисло улыбнулась она, всем свои видом показывая до чего же это скучно.

— Есть вариант поучаствовать в коллективной разработке проекта развития городских агломераций. Думаю, вам всем будет полезно изучение имеющихся источников, поэтому жду от вас выполнения следующего задания к концу октября.

Необходимо не только просмотреть литературу, но и сделать выводы и проработать собственные предложения по преобразованию урбанистического пространства. Лучшие будут допущены к участию в коллективной работе.

Список источников можно посмотреть на сайте.

-У-у, это нереально к концу октября! — донеслось с последних парт.

Вика заинтересованно оглянулась.

— У вас полтора месяца на работу. Кто говорит «нереально», тот ничего не делает.

— Это Шатилов специально такой срок маленький дал, чтоб мы ничего не успели, — прошептала Виктория.

— Разве? Надо посмотреть, сколько там источников, может не так и много, как кажется, — пожала плечами Олеся. — Ты, наверно, не хочешь в проекте участвовать?

— Нет, — махнула рукой Вика. — Напишу отписку какую-нибудь. Неужели за такое короткое время кто-нибудь что-нибудь сделает? Наверняка, у него самого какой-то проект горит, вот нас и использует.

— Не знаю... в любом случае, это интересно.

— К 8 ноября я оглашу список лучших на сайте и на занятии. 8 ноября — всемирный день урбанизма. На этом все, всего доброго, — завершил занятие Шатилов.

Глава 4

На озеро поехали все. Поначалу Олеся открещивалась от поездки как могла. Но Вика была настойчива, она даже поговорила с родителями своей подруги, вбив в их голову мысль о свежем воздухе, полезном для здоровья. То, что предполагались еще вещи малополезные, об этом Виктория тактично умолчала.

День был солнечный, теплый, почти июльский, как будто лето, заглянуло в гости и решило немного побаловать всех своим теплом, но в воздухе уже чувствовалась прохлада, а желтые и красные листья напоминали о том, что на дворе конец сентября. Катер скользил по чистой невозмутимой глади озера, не было ни ветринки, какое-то глубокое затишье обуяло природу. Вика позаботилась обо всем. Хороший друг ее семьи, молодой человек двадцати девяти лет, очень интересующийся Викторией и готовый исполнить любой ее каприз, работал в судоходной компании на крупной должности, поэтому катер им предоставили бесплатно. Судно было небольшим, как раз на семь человек. На носу и корме располагались удобные кожаные диванчики.

Миша сидел у руля. Парень совсем недавно получил права на вождение катера. Рядом с Михаилом на соседнем кресле расположилась Кристина. Вика уютно устроилась в объятьях Руслана. Он был в светлой толстовке и синем стеганом жилете, и ему так шел этот цвет, что волосы казались еще темнее, а взгляд ярче ... Глаз не оторвать! И Олеся постоянно ловила себя на этом. Рядом с ними присела Анжела. Можно было только позавидовать, с каким упорством она перетягивала внимание Руслана на себя. Будь Олеся на месте Вики (о! как заманчива была эта мысль! — но Олеся не дала ей развиться), она эту Анжелу уже послала бы далеко и надолго. Но Виктория терпела. А Руслану, наверное, нравилось, что на него молились. «Если б я был султан, я б имел трех жен...» — как раз про него!

Олеся сидела на корме одна. Она отвернулась от непонятной троицы и смотрела на чистую глубокую воду, пытаясь выбросить из головы сумасшедшие мысли, но они набегали снова и снова, как Золотая Орда на Русь.

То, что Руслан дразнил ее, это было ясно как день! Но — при Вике!- кинуть эту чертову крышку в Олесю! Ну и наглость! Злость, обида за подругу и собственные чувства перемешивались в ее сердце как странный и взрывоопасный коктейль. Вот и сейчас. Держит в объятьях одну, а улыбается другой. А Вика так спокойно лежит и будто даже не ревнует. Что за отношения? «Я бы уже за борт скинула эту Анжелу, она же флиртует с ним», — пронеслась в голове возмущенная мысль.

— О чем задумалась? — ее размышления прервал Димон.

— О.. — Олеся не знала, что сказать. — О тебе.

— Вот как? Это интересно! — и он сел рядом.

— И что ты надумала?

— У тебя есть девушка? — это нерастраченная злость терзала Олесю. Только не тому она достается.

— Сейчас нет.

— А тебе не обидно?

— С чего вдруг?

— Ну, вот смотри, у Руслана целых две, у тебя ни одной. Ты, например, не завидуешь? — Олеся, конечно, понимала, что делает что-то неправильно.

Димон был слегка шокирован.

— Если я захочу, у меня будет пять, — заявил он.

— Не сомневаюсь.

— Правда? — вдруг спросил он, словно сам сомневался.

— Ну, конечно, ты такой видный...э-э... кавалер, — рассмеялась Олеся над своей неприкрытой лестью и заметила, что Руслан посмотрел на них.

Вот и двоих ему мало! Ото всех надо обожание!

— Значит, ты меня оценила, и я могу рассчитывать на... — он подбирал слова.

Олеся не ожидала такого поворота.

— ...могу рассчитывать на приятный вечер. Ты будешь моей девушкой на сегодня...

Опаньки! Вот так предложил!

— Ну, не знаю, это так неожиданно, — жеманничала Олеся и снова рассмеялась.

— Я серьезно, — твердым голосом сказал Дмитрий.

— И что же это подразумевает?

— Никаких обязательств, — тут же среагировал Димон и улыбнулся. Это вышло ослепительно. Девушка окинула его взглядом с ног до головы. Темные джинсы, рубашка поло красного цвета, серая куртка спортивного типа... Симпатичный, обаятельный, уверенный в себе и собственной неотразимости...Бабник...

— Я подумаю, ладно?

— Соглашайся, ну что ты теряешь? — и он ласково потрепал ее по плечу. — О, уже подъезжаем.

Олеся обернулась и увидела рыжий песчаный пляж, огромные сосны и высокий, уходящий клином в озеро мыс.

— А здесь все цивилизованно, — удивилась она, увидев деревянный пирс.

— А ты думала... Сюда летом столько народу приезжает! Можно еще на машине добраться, но это дольше, крюк надо делать, — ответил Дмитрий.

Когда они пришвартовались, Димон схватил Олесю на руки и перенес с катера на берег.

— Да я и сама бы справилась!

— Я знаю, но мне захотелось помочь, — хитро прищурился парень. Он поставил ее, но не выпускал из рук.

— Димон, — вдруг позвал его Руслан, — а сумки?

Дмитрий неохотно отпустил девушку, и Олеся услышала тихий недовольный голос Димона:

— Блин, Русыч, ну ты вовремя...

Понемногу все выгрузились, и Вика, поравнявшись с Олесей, взяла ее под ручку.

— Он к тебе приставал? — шепнула она.

— Нет.

— Смотри, Димка — парень не промах. Оглянуться не успеешь, как окажешься с ним ... где-нибудь, — Вика сделала ударение на последнем слове.

«Да здесь все, по-моему, не промахи», — подумала Олеся и ничего не ответила. Она немного отстала от подруги, оглядывая местность. Песчаный пляж под ногами манил снять обувь, и девушка, не раздумывая, подвернула немного джинсы, скинула белые легкие кроссовки и ступила босиком. Класс! Песок нагрелся от яркого солнца этого дня и был восхитительно мягким и теплым. Олеся прошла туда-сюда вдоль линии озера, наслаждаясь чудесными ощущениями. От пляжа круто вверх уходил крутой склон, который мощно вклинивался в озеро и отвесно обрывался. На самом верху, открытая всем ветрам, стояла сосна.

— На севере диком стоит одиноко

На голой вершине сосна..., — голос Руслана за спиной заставил вздрогнуть. Девушка оглянулась. Что он здесь делает?

Руслан продолжал:

— Дальше что-то ...ла-ла-ла ...И снится ей все, что в пустыне далекой, прекрасная пальма растет. А я оставил кое-что на катере, — словно мысли прочитал, ответил парень.

А в руках, между прочим, ничего нет...

-Программа начальной школы, по-моему, и как ты все помнишь? — с иронией спросила Олеся. — Лермонтов... — она хотела еще что-то добавить, но почему-то пересохло в горле.

-А у меня вообще очень хорошая память, — Руслан упрямо смотрел на нее.

Понятно, куда он клонит!

— Если некоторым вещам не придавать значения, то они быстро стираются из памяти, — осмелилась сказать девушка.

— Не сотрутся, если есть, кому напомнить.

Олеся уткнулась взглядом в песок под ногами, не желая выдавать свои мысли, которые он легко бы прочел по глазам.

— Наслаждаешься? — он указал ей взглядом на босые ноги.

— Ага, — и Олеся заметила, что он тоже без кроссовок. — Супер, правда? Люблю ходить по песку.

Они направились к остальной компании, и девушка заметила многозначительные взгляды Анжелки.

— Ну и что ты там задницей крутишь? — желчно поинтересовался она, наклоняясь над ухом Олеси. Та отшатнулась как от удара и пересела от нее подальше.

Вика беззастенчиво обнимала Руслана, сидя с ним возле костра, и о чем-то болтала без умолку. Парень был отчего-то хмур.

Вскоре были готовы шашлыки. Ребята увлеклись разговором о рафтинге, Анжелка тут же вмешалась в их беседу.

— Да, — протянула рядом с Олесей Кристина, — занесло меня однажды с ними. Все, хватило одного раза.

— Страшно?

— Просто это не для меня. Анжелка вон с ними постоянно тусовалась.

Руслан предложил пройтись на мыс, и Димон с Мишкой поддержали его. А Олеся почему-то подумала, что парню просто хотелось — так его передернуло — освободиться от Анжелки, старающейся повиснуть у него на плече.

Ребята ушли, и тут кому-то из девчонок пришла в голову гениальная мысль: искупаться!

Кристина, Вика и Анжела ринулись к воде, Олеся осталась сидеть на покрывале одна. Шелест волны, горячее солнце и совсем легкое дуновение ветерка — хорошо было сидеть и ни о чем не думать. Она закрыла глаза. Посидев так минут пять, Олеся повернулась к их импровизированному столу и потянулась за сливой. Нагретая солнцем, она пахла просто волшебно. Девушка вдохнула спелый медовый аромат и надкусила ее.

— А ты почему не пошла?

Руслан.

Спрятав свое смятение, она обернулась. «Отличный вид, Олеся», — съехидничала она себе, соображая, что стоит на четвереньках.

— А ты почему не пошел? — Олеся села на колени.

— Я еще пока в здравом уме, — приземлился он на небольшом расстоянии от девушки.

— Ну хоть один из нас здравомыслящий, — Олеся имела в виду всю компанию.

— Два. Ты тоже не купаешься.

— Я просто плавать не умею.

— Да? — удивился он. — А так пошла бы?

— Запросто, — солгала она.

Повисло молчание. Олеся вертела в руках большую сливу и не решалась поднести ее к губам.

Черная магия Руслановых глаз околдовывала ее, затягивала как в паутину, поглощала. Ей стало не по себе. Чтобы разогнать растущее напряжение, которое она ощущала всей кожей, Олеся задала вопрос:

— Откуда «Демона» знаешь?

— А, ты не поверишь, я в школе занимался в театральном кружке, мы там «Демона» ставили. Это была моя роль. Я ее так зубрил, что помню до сих пор.

— Возможно, это твое амплуа?

— Я у тебя с демоном ассоциируюсь? — усмехнулся он.

— Ну, можно и так сказать, — смутилась Олеся.

— Почему?

Олеся задумчиво закусила губу и тут же одернула себя. Не поддаваться!

— Что-то они там закупались? Вода же холодная, — девушка повернула голову в сторону берега, от которого их отделяла полоса редкой пожелтевшей, но высокой осоки.

— По-моему, они там и не купаются, — заметил он. — И все-таки, Олеся, почему?

Она вздрогнула, услышав от него собственное имя. «Ах, глаз твоих агаты черные, наверно, знают сатану...» — пронеслась в голове откуда-то взявшаяся строка. Так, стоп! Это не Лермонтов!

Он ждал ответа. «Сама ляпнула — сама выпутывайся», — кисло улыбнулась себе девушка.

— Ну... допустим... ты...- слова давались ей с трудом. Надо было просто взять и уйти, надо было разорвать сковывавшие ее узы, но у нее не хватало сил. А может и желания?

— Я слушаю, — тихо сказал Руслан и потянулся к фруктам. — Вкусно? — он взглядом указал ей на сливу.

Но взял яблоко и стал перекидывать из руки в руку. Это он вот так играет с ее сердцем? Олеся смотрела на него как жертва на охотника в тот момент, когда понимает, что отступать уже некуда.

— Допустим... — со вздохом повторила она. — человек ... искушает... соблазняет... девушку... ну, он поступает как Демон... не слишком...хорошо... — заключила она, пытаясь загнать внутрь охватившую ее дрожь.

— Все происходит с ее согласия.

— Он использует ее в своих целях. Демону нужна душа.

— По-моему, он к ней неравнодушен, — Руслан вдруг приблизился так, что она ощутила тепло, исходящее от его тела. Яблоко перестало летать и замерло в руке.

— Он не может ей дать то, чего она достойна, небесного рая, — почти теряя сознание, прошептала Олеся, отложив надкушенную сливу.

— Зато он может подарить ей совершенно другой рай, — вполголоса сказал Руслан и поднес яблоко к губам.

«Мы о чем сейчас говорим?» — мелькнула у Олеси одинокая здравая мысль.

Они упорно смотрели друг на друга. Он сидел так близко от нее, упираясь коленом в ее согнутые ноги, но Олеся никак не могла отодвинуться и отвести взгляд, чтобы прекратить это почти невыносимое, но такое сладкое страдание.

И тут Руслан, положив ей в ладонь красное спелое яблоко, поднялся.

Олеся заметила Димона.

— Что вы тут делаете? — Дмитрий был уже порядком навеселе.

— Разговариваем, — нехотя бросил ему Руслан и пошел, оставив Димона с Олесей.

— Пойдем купаться? — предложил Димон Олесе.

— С ума сошел? Холодно!

— А я тебя согрею.

— Спасибо, не надо, — Олеся взглянула вслед Руслану и готова была поклясться, что тот подслушивал.

— Не хочешь, значит? — глаза Дмитрия недобро сверкнули. — Ты обещала быть моей девушкой сегодня, — протянул он.

А у Руслана мобильник выпал из кармана почему-то именно сейчас.

— Ничего я не обещала.

— Ах, так! — буркнул Димон и схватил Олесю. Она даже крикнуть не успела, как очутилась на его плече. Девушка замолотила кулаками ему в спину:

— Пусти!

Но Димка тащил ее к воде.

— Ты куда это? — повернулся к ним Руслан, когда они почти поравнялись.

— Она, по-моему, перегрелась. Пусть охладится, — ответил Димон на бегу.

Олеся яростно дергалась. Но Димка несся прямо на мыс. Это был замечательный природный трамплин, с которого хорошо нырять. Если ты хороший пловец!

— Димыч, она серьезно! — крикнул ему Руслан. — Она плавать не умеет!

Димон отпустил ее на самом краю обрыва.

— Дима, Дим, не надо... — испугалась Олеся, отодвигаясь от него.

— Ладно, все, все, — он развел руками, отступая назад.

Олеся стояла вполоборота, не замечая, что сзади подходил Руслан, и боялась даже посмотреть вниз. Там была бездна.

— Димка, не трогай ее, — послышался откуда-то снизу голос Вики.

Димон уже хотел отвернуться от Олеси, но в этот самый момент передумал и, резко схватив ее, бросил в воду.

Олеся ударилась о воду и инстинктивно забарахталась. Димон в бездействии смотрел на тонущую девушку. Еще минута — и Олесина макушка скрылась в водяной пене.

— Что ты творишь, придурок?! — Руслан толкнул его в плечо и, быстро скинув джинсы, прыгнул в воду.

К ним уже бежали Вика и Кристина.

— Ох, у меня уже руки чешутся треснуть ему, как следует! — кричала Кристина.

Она подбежала первая и накинулась на Дмитрия:

— А ты чего стоишь? Ныряй, — и толкнула его с высоты.

Руслан успел вовремя. Он подхватил Олесю и потянул наверх. Она была в полуобморочном состоянии, но открыла глаза и закашлялась.

— Держись, — прошептал Руслан.

Олеся послушно схватила его и что-то пыталась ответить посиневшими губами.

Рядом уже вынырнул Дмитрий.

— Давай я...- предложил Димон.

— Да пошел ты, — Руслан потащил девушку к берегу.

Нащупав дно, парень поднял Олесю на руки.

— Я могу сама, — дрожа от пережитого ужаса и стуча зубами от холода, произнесла она.

Руслан посмотрел на нее как на умалишенную.

— Тебя надо научить плавать... — прошептал он ей, когда они уже почти вышли из воды.

К ним бросилась Вика.

— Олесечка, с тобой все в порядке? — подруга набросила на нее полотенце, когда Руслан посадил Олесю на песок. — Я убью его сейчас, — Вика обернулась, ища глазами Димона. — А ты как? — обратилась она уже к Руслану.

— Нормально я. Она вон страху натерпелась, — кивнул он на Олесю и пошел прочь.

— Олесь, у меня есть кое-какая одежда, я взяла на всякий случай. Кристина, принеси, пожалуйста, сумку.

— Уже несу, — ответила Кристина и побежала за вещами.

Руслан, голый по пояс, выкручивал свою футболку, когда к нему подошел Димон.

— Хорошо искупались, — он стаскивал рубашку поло, с которой стекала вода.

— Черт, Димыч, я тебя прибью сейчас, — Руслан с досадой швырнул мокрую одежду на покрывало. —Человек не умеет плавать! Не умеет! Да если б и умела, вода ледяная! Ты в своем уме?! А если б захлебнулась? Ты дурак?

— Не захлебнулась. Ты успел. Ты же у нас везде успеваешь.

— Черт возьми тебя, теперь я весь мокрый! — Руслан нагнулся за толстовкой.

— Мог же не прыгать, тебе какое дело? — Димон сплюнул на песок.

— Что ты только что сказал? — прищурился Руслан.

— Мог и не прыгать... — повторил Димка.

— Я не об этом. Раньше, — Руслан натянул толстовку и сделал шаг к Дмитрию.

— А, раньше... — закривлялся Димон. — Что ты у нас весь такой вездесущий идеальный...

— Пошли, — Руслан зло толкнул его в плечо. — Не при девчонках.

— Боишься показать себя не идеалом, да? — подначил Дмитрий. — Потому что тебе все баб мало! Эти все стелются. И новенькая на тебя запала. А ты на нее! Я же видел, что ты к нам идешь.

— Иногда думай, что говоришь, — процедил Руслан.

— Вот я ее кинул, чтоб охладилась, да мозги на место встали, — не сдавался Димон.

— Я двину тебе сейчас так, что места у тебя для мозгов не останется!

— Эй, стоп, стоп! — вмешался Миша. — Русыч! — Михаил отталкивал его от Дмитрия.

Руслан отвернулся и со злостью пнул песок.

— Там ребята чуть не подрались, — сказала Анжела, стоявшая рядом и наблюдавшая за парнями, пока Кристина и Вика, держа покрывало как ширму, помогали Олесе переодеться. Девушку все еще била дрожь, и руки ее почти не слушались, поэтому переодевалась она небыстро. Спортивный костюм пришлось надевать на голое тело (но какое счастье, что Вика вообще его взяла!). И только, когда сухое тепло коснулось ее кожи, Олесю перестало трясти.

Все повернули головы, но увидели, как Миша уводит Руслана.

— Из-за тебя, — Анжела ядовито обратилась к Олесе.

— Если Димычу там не врезали, я сама ему врежу, — злилась Виктория.

Когда Олеся закончила, Кристина с Анжелой собрали покрывало и направились к ребятам. Виктория чуть задержалась.

— О чем вы с Русланом разговаривали? — Вика расправляла закатанные до коленей темно-синие джинсы.

— Обсуждали поэму Лермонтова, — сказала Олеся, собирая свою мокрую одежду в пакет и мечтая самой спрятаться в этом пакете.

Подруга изумленно воззрилась на нее.

— Что? — Олеся заметила ее удивление.

— Ну и тема разговора... Знаешь, вы казались... такими... увлеченными друг другом...

— Да ну... нет...- Олеся отрицала очевидное. — Вик, ты ревнуешь?

— К кому? К тебе?

Олесе хотелось стать ящерицей и зарыться в песок.

— Вика, если ты хочешь строить с Русланом серьезные отношения, тебе надо быть рядом с ним, например, как сейчас, — Олеся указала в сторону вьющейся вокруг Руслана Анжелки.

— Ах, это...Мы все знакомы с первого курса... И да, она влюблена в него и не скрывает этого. Только у них ничего не было и не будет. Он ей все ясно когда-то сказал. Это ее выбор — находиться рядом с ним. Тем более надежд он ей никаких не подает, — говорила Вика, пока они, не спеша, подходили к остальной компании.

— Я все равно не понимаю... Это какое-то самоистязание...

Не успели они подойти, как Дмитрий мгновенно бросился к Олесе и бухнулся на колени:

— Олеся, Олеся, прости меня, прости, я больше так не буду, — он схватил девушку за руки, а потом обнял и прижался головой к ее животу. При чем, вышло так, что кофта немного задралась, и Димкина щека коснулась ее кожи.

— Ну и сволочь ты, Леонтьев! — обругала его Вика, проходя мимо.

— Дим, перестань ломать комедию, — Олеся еле вырвалась, одергивая одежду.

Почему-то ей казалось, что это не простая случайность.

— Да ладно тебе, Ильина! Все ж хорошо! — ответил Димка Виктории.

Он встал и положил Олесе на плечо руку, привлекая к себе:

— Ну, правда, прости, я хотел пошутить.

— Что хорошего-то?! Она плавать не умеет, идиот! А если б она утонула?! Что у тебя вместо мозгов?! — Вика подошла к Руслану, но продолжала бранить Димку.

— Сперма у него там и ни одной умной мысли! — высказалась Кристина, злобно взглянув на Дмитрия.

— Полегче, Островская! А то и ты там окажешься!

— Димыч, язык прикуси! — встал на защиту своей девушки Мишка.

— Да ты первый туда полетишь! — не уступала Кристина. — Уже слетал!

— Да хватит вам! — вмешалась Анжелка.

— Вот именно. Я же прощения прошу, — опять закривлялся Димон. — Я хотел пошутить, — наивным тоном произнес он.

— Пошутил? Посмеялся? Я подумаю, что с тобой делать. Казнить нельзя помиловать. Где бы мне поставить запятую? — Дмитрий все еще притягивал ее к себе, и Олесе было очень неловко.

— После первого слова,- подсказала Кристина.

Сидя на старом полуразвалившемся сосновом пеньке, Руслан искоса поглядывал на них. И его раздражала вся эта ситуация. Ему почему-то до колик мешала виснущая, как сейчас, на его плечах Вика и отчего-то ужасно напрягал Димон, который, даже извиняясь, разыгрывает клоунаду и откровенно лапает Олесю.... Ему, вообще, все сегодня действовало на нервы.... Чувствуя, что закипает в ярости и сейчас все-таки врежет Димону, Руслан встал. В этот же момент Олеся освободилась от наглых приставаний.

— Давайте собираться, — рявкнул Руслан, прекратив собственные и Олесины мучения.

Вечер был испорчен. Все молча собрались и погрузились в катер. Димон к Олесе больше не подходил, да она и не ждала этого. Жалела только, что не успела сказать слова благодарности своему спасителю.

Чтобы избежать ненужных расспросов со стороны родителей, Олеся, как только вошла в квартиру сразу же затеяла стирку своих мокрых вещей.

— А что случилось? — застала ее мама у стиральной машины.

Олеся повернулась к матери и, не моргнув глазом, соврала:

— Вся одежда дымом от костра пропахла... Вот я и решила постирать...

— Да? — мама посмотрела на нее недоверчиво. — А чего так рано вернулась? А откуда этот спортивный костюм?

— Это Викин... — Олеся уже не знала, как выпутаться, чувствуя, что если и дальше будет что-то придумывать, то собственная ложь поглотит ее как зыбучий песок.

Наталья Константиновна ждала продолжения.

— Мама, я просто упала в воду.

— Что?! — мать чуть не схватилась за сердце. — Как?! Ты же плавать не умеешь!

— Да все в порядке, — успокоила ее дочь. — Я на берегу упала, неглубоко. Но вся вымокла. Хорошо, что у Вики была с собою запасная одежда...

Мама пристально разглядывала своего завравшегося ребенка.

— Я сама виновата... правда, я просто споткнулась... — Олесе не хотелось посвящать родителей во все подробности. Тем более, она и вправду чувствовала небольшую вину... Сама ведь Димку подразнила...

Но мать и не стала докапываться до истины, а только строго сказала, задержав взгляд на влажных волосах дочери:

— Немедленно под горячий душ! А я пока разогрею обед и поставлю чайник.

Олеся кивнула. Спасибо, мама.

Поздно вечером, лежа под теплым пледом, Олесе никак не удавалось отделаться от мыслей о Руслане. Он делал ей весьма откровенные намеки, от которых сладко ныло все тело, он загонял ее в ловушку, и Олеся не знала, как себя с ним вести.

Рассказать все Вике? Причинить ей боль? Откровенно поговорить с ним? Почему-то в успешности последнего Олеся очень сильно сомневалась... Из-за себя. Да она и слова не сумеет сказать, все мысли сразу погаснут перегоревшими лампочками...

«А может я все себе напридумывала?», — пронеслось в голове у девушки. И они просто говорили о поэме? Хотя сама она в это не верила.

С этой мыслью Олеся стала засыпать, как вдруг раздался звонок смс-ки.

«Вон из города, дрянь!» — прочла Олеся, и сердце бешено заколотилось. Сомнений не было, кому-то она очень мешает.

Глава 5

Вика листала записную книжку в своем смартфоне. Сегодня она была немногословна. Почти не разговаривала перед парами, и сейчас, на перерыве, хмурилась и молчала. Даже не пошла искать Руслана, как обычно она это делала между лекциями. Олеся обеспокоенно вглядывалась в подругу. Что-то случилось? Девушка пыталась осторожно спросить, но Вика отмазалась: просто она сегодня плохо спала.

Девчонки сидели в аудитории, до начала занятий оставалось еще десять минут. К подругам подошла Кристина. В нежно-розовенькой кофточке, освежавшей ее лицо, она выглядела совсем ребенком.

— Привет! — Кристина шлепнулась рядом с одногруппницами. — Что скучаем?

Вика еле выдавила из себя улыбку, поправила свою красную кофточку, обнажившую загорелое плечико и набрала чей-то номер на телефоне.

Кристина начала рассказывать о недавно просмотренном фильме:

— Можно смотреть только ради главного героя. Забыла, как актёра зовут... Такая лапочка!

— Ну да, ну да... — Олеся пыталась прислушаться, с кем Вика болтает по телефону. Но в другое ухо о своих киношных пристрастиях уже вовсю распространялась Кристина. Тем не менее, Олесе удалось узнать имя Викиного собеседника. Олег. Это тот самый влюбленный друг Виктории, который организовал им бессрочное пользование катером в течение всей субботы. Родители Вики, Олеся это знала, очень бы одобрили, если бы их дочь выбрала этого молодого человека. Но, пока, это упрямое дитя не находило в нем ничего привлекательного.

— Все замечательно, Олежек, — заворковала вдруг Вика. — Отдохнули хорошо... Да ... да... он нас встретил ... Ой, спасибо... спасибо.... — Олеся взглянула на подругу, а та рассыпалась в благодарностях и оживала от комплиментов. — Сегодня? В ресторан? Ну... я не знаю... Нет... наверно сегодня не получится... да, жаль... Ты приедешь к нам на ужин? — Вика улыбалась. — Конечно, я буду рада... Да, давно не виделись... Когда?.... О! Супер!... Ага... Давай пока... — голос Виктории был практически медовым. Девушка нажала отбой и закрыла глаза.

На лекции Олеся рассматривала Шатилова. Работать она уже перестала и теперь могла видеть его только на занятиях. Насчет научных исследований подойти она к нему не решилась. А, может, надо было? Такой шанс втереться в доверие...

Зато она увлеченно изучала литературу по агломерированию. Не то, чтобы в лучшие стремилась, а просто интересно было.

Её мысли перескочили на Анну Михайловну. Да вы оба у меня под контролем, усмехнулась про себя Олеся, додумывая, что там у них произошло из-за ее посещения, как занервничала супруга Шатилова, когда узнала, что её документы потеряны... Олеся на мгновенье прикрыла глаза, припоминая, что ей-то и делать ничего не пришлось, весь процесс запустила сама программа... Все ли файлы удалось восстановить? Вряд ли... Девушка усмехнулась и взглянула на преподавателя. А Леонид Юрьевич увлеченно продолжал свою речь.

Димон поймал Олесю на выходе из университета. Она с девчонками засиделась до самого закрытия библиотеки, и, когда они вышли на улицу, уже стемнело. В испуге девушка даже отскочила в сторону от шагнувшего навстречу ей парня. Черные джинсы, черная куртка (это уже потом Олеся разглядела светло-серый пуловер) — он представлял собой какую-то темную и опасную фигуру.

— Олесь, — позвал он, хватая ее за руку. — Я ничего плохого не сделаю. Я хочу с тобой поговорить.

Олеся даже задержала дыхание, узнав Дмитрия. Они отошли в сторону.

— Тебя ждать? — обернулась к ним Вика.

— Нет, — ответил за Олесю Димон.

— О как! — расслышала она возглас Анжелки.

— Я не понимаю... — Олеся попыталась вставить хоть слово.

Но Димка перебил девушку:

— Олеся, я хочу извиниться, правда-правда, я очень виноват, и прошу прощения.

Понимаешь, я же не знал, что ты плавать не умеешь... Да и вообще, извини...

— Да ладно, проехали... — растерянно протянула Олеся и повернулась, чтобы догнать девчонок.

— Нет, не проехали, — Димон схватил ее за локоть. — Я хочу загладить вину... Давай, хотя бы довезу тебя до дома. Темно уже. В метро народу много.

Олеся немного обалдела от такого поворота событий.

— Пойдем, — он повел ее к машине.

— Спасибо, конечно, но...

— Да соглашайся уже, поехали. Хоть что-то я могу сделать для тебя полезное... Не бойся, под колеса встречного авто не выброшу, — усмехнулся Димон.

Мрачная шутка!

Олеся села. Через несколько минут они проехали мимо идущих по тротуару девчонок. Ну, все, завтра или вопросами забросают, или кое-кто сплетни распустит!

— Олесь, а давай заедем в одно место, ты голодная, наверное. Вон сколько времени торчишь в универе.

— Да не надо, все со мной в порядке.

— Послушай, я чувствую ужасную вину, просто ужасную. Я же не знал, повторяю, что ты плавать не умеешь. Бросил, так еще и не сам вытащил. Я вообще удивляюсь, как ты меня там и не убила сразу же.

— Я не такая кровожадная, как ты.

— Да и я не такой. Вот, смотри, кафеха, пошли, угощаю.

Олеся уставилась на Дмитрия в немом удивлении.

Уже сидя за столиком в кафе, Димон все не унимался:

— Может, тебя покормить? Ты когда сегодня ела последний раз? На перерыве в столовой?

— Дима, я похожа на недоедающего человека?

— Нет, не похожа.

— Тогда что ты меня пичкаешь? Достаточно того, что я заказала.

В этот момент официант поставил на столик перед ними чай и пирожные.

— Значит, ты не одна из тех девушек, которые боятся набрать пару лишних килограммов? — Димка указал взглядом на парочку эклеров.

— Не одна из тех. Ты тоже любитель сладкого?

— А почему нет? — пожал плечами Димка. — Я тебя заждался сегодня, думал, ты там ночевать останешься.

— Зачем было ждать? Хотел извиниться, мог бы это сделать на любом перерыве.

— Я хотел ... без свидетелей.

— А зачем ты это сделал? Руслан же... — его имя обожгло Олесе язык (или это чай горячий?), — кричал тебе, что я не умею плавать. Даже если бы и умела...

Дмитрий невозмутимо помешивал ложкой чай.

— Да ну, что не сделаешь в нетрезвом уме... — отмахнулся парень. — Извини...

Олеся пристально посмотрела на него. Так напился, что ничего не соображал? Слабо верится...

Поболтав еще немного об учебе и допив чай, они вышли из кафе, и Димка отвез девушку домой.

— Ну все, теперь ты исполнил свой долг, — усмехнулась Олеся.

— Не совсем, — нахмурился Дмитрий.

— Твоя программа извинения включает что-то еще?

-Да, — Димон повернулся к заднему сиденью, и через секунду на руки Олеси легла ярко-синяя роза.

Девушка опешила.

— Бери, бери, тебе, как раз под цвет твоих глаз.

Как-то извинение стало очень напоминать свидание.

— Спасибо...

Дмитрий нагнулся и приник к ее губам. Это был даже не поцелуй, а словно — проба вкуса.... Затем он стал настойчивей, и Олеся сообразила, что она уже с ним целуется. Девушка отклонилась.

— Сладкая... — прошептал Димка.

— Это от пирожных, — Олеся пыталась нащупать дверную ручку.

Но Дмитрий сам открыл ей дверь, и девушка мгновенно вылетела из машины.

Глава 6

Боясь каких-либо вопросов, Олеся шла утром на занятия. Внезапно, почти у самой двери, ее нагнала Анжелка.

— Вау! Да ты произвела фурор! — язвительно начала она и преградила Олесе дорогу. — Один сломя голову в воду за ней прыгает, второй на машине встречает вечерами! Что ты с ними сделала? Поделись секретом?

Олеся молча хотела обойти девушку.

— И вправду колдуешь? Олеся, — пропела ее имя Анжела.

— Анжел, ну что ты пристала? Дима хотел извиниться. Все! Просто подвез меня до дома.

— Просто подвез до дома? — издевательски повторила Анжелка. — Ну-ну! Дмитрий у нас просто так никого не подвозит.

К ним подошла Вика.

— Опоздаете, девочки, — сходу бросила она и потащила обеих в университет. — О чем болтали?

— Догадайся, — глухо произнесла Олеся, когда Анжелка, расстегивая на ходу свое кашемировое пальто яркого алого цвета, свернула от них направо по коридору.

— Я знаю, чего она бесится. Она с Димкой встречалась какое-то время. Назло Руслану. А тому по барабану. Потом Дмитрию надоело. Он с другой замутил. Так Анжелка в отместку ему на машине шины проколола.

— У вас тут латиноамериканские страсти.

— Хуже. Ну а что Димка-то, куда тебя повез?

Еще одна с таким же вопросом!

— Домой! Ко мне домой! — четко и громко сказала Олеся. — Вы тут все ненормальные какие-то! — разозлилась она.

Хотя, если бы они знали, что произошло у нее на самом деле с Дмитрием, а уж тем более с Русланом, ее убили бы еще до рассвета!

— Ну что, идем? — Вика взяла подругу под руку и повела в актовый зал.

Сегодня в университете состоится большой праздник по случаю юбилея их факультета, и Кристина с Мишей участвуют в официальной части мероприятия.

— Они вообще молодцы, — болтала Вика. — Так усердно занимаются. Их даже выдвинули на общегородской турнир. В прошлом году они на межвузовском заняли третье место.

— Здорово, — пробубнила Олеся, оглядываясь незаметно по сторонам. Вот только бы с Русланом здесь не встретиться! — Надеюсь, в этом году они завоюют первое!

— Ага! — кивнула Вика.

Народу было не протолкнуться. Девушки присели на свои места, которые заранее забронировала для них Кристина.

— Сначала скучно будет, ректор выступит и так далее...- прошептала Виктория Олесе. — Потом уже повеселее... После окончания поедем в кафе, или куда там Кристина предлагала...

Вика порылась в сумочке и вытащила телефон. Через секунду она уже разговаривала с Русланом. И Олеся вздохнула свободнее. Значит, его присутствие здесь не предвидится.

— Нет, мы с Олесей... — донесся до нее голос подруги. — А, ну все ясно... Часа через два... — слышала девушка обрывки фраз.

Ее это не касается! И Олеся отвернулась от Вики.

Выступление Кристины и Миши было потрясающим и самым запоминающимся. Весь танец в стиле «акробатический рок-н-ролл», казалось, был пронизан огнем и ветром, сумасшедшей энергетикой и любовью к тому, что они делали, и друг к другу. От акробатических элементов захватывало дух. Это же как надо доверять партнеру, чтобы позволить сотворить с собой такие вещи! Кристина — просто герой!

Им аплодировали стоя. Олеся тоже не жалела ладоней. Полная восхищения и восторга, она смотрела на сцену.

Их с Викой места были крайними, и Олеся чуть-чуть вышла в проход.

— Здорово, правда? — голос Руслана раздался у нее за спиной как гром среди ясного неба, так ей показалось. Олеся метнула взгляд на Вику, но та ничего не заметила, глядя на раскланивающихся Кристину и Мишу.

С трудом держа себя в руках, Олеся оглянулась.

— Великолепно, — и ее слова потонули в шуме аплодисментов. А сама она — в черных колдовских глазах. — Остается только восхищаться, когда сам такого не умеешь.

— Отдаваясь в руки партнера, главное, чувствовать его.

Это он о танце сейчас?

Олеся хотела сделать вид, что не расслышала, но порозовевшие щеки выдали ее с головой.

— Главное, доверять ему, — ответила она, все больше заливаясь краской. «Черт возьми! Руслан, ну, что ты со мной делаешь?» Уже и Вика оглянулась на них. А Олесю, словно по рукам и ногам, связали. Не в силах шелохнуться, она стояла рядом с Русланом.

— Ой, привет, — впорхнула Вика в узкое пространство между ними, насквозь пропитанное притяжением двух тел. И колдовство рассеялось.

Олеся повернулась к креслу и взяла свою сумочку. Не поднимая взгляд, она хотела пройти мимо Руслана.

Вика кому-то махала рукой и не смотрела в их сторону.

— Ты куда? — парень поймал ее за руку, и девушка почувствовала, что ее кровь близка уже к точке кипения. — С нами не собираешься?

Олеся не могла уже взглянуть ему в глаза, переполненная волнением и безумным желанием к этому человеку.

— А... мне по делам надо... — сказала она, теряя все мысли, и заторопилась к выходу из зала сквозь толпу.

Уже практически спустившись с лестницы, Олеся столкнулась с Дмитрием.

— А куда мы спешим? — Димка не дал девушке пройти дальше.

Вот, не успела от одного убежать, попалась другому.

— Э... мне по делам надо, — Олеся повторила как заученную фразу те же самые слова.

Она стояла на одну ступеньку выше Дмитрия и не решалась сделать последний шаг.

— Хм...по делам? Какие дела, Олеся? — не понимая, скривился парень. — Я, можно сказать, из-за тебя сюда пришел. А у нее дела!

Олеся все-таки шагнула вниз в надежде, что он посторонится. Не тут-то было!

Через мгновенье девушка ощутила сквозь легкую кофточку на своей талии теплые ладони Дмитрия. Он нагнулся и прошептал ей на ушко:

— Ты вчера не сопротивлялась, как будто ждала, когда это случится...

— Дим, — начала Олеся. Зря она вчера поставила многоточие, убежав домой, надо было все выяснить и поставить огромную точку, — руки в исходную позицию убери.

— А это она и есть, — ухмыльнулся Димон. — Слушай, а давай я отвезу тебя по твоим делам? А потом мы сделаем с тобой одно очень полезное дело вместе?

— Дим... — опять попыталась сказать Олеся.

— Да уж, здесь не самое подходящее место для разговора, — Димка посмотрел на сновавших по лестнице туда-сюда студентов и увлек Олесю в вестибюль. Девушка слегка оглянулась. Почему-то ей не хотелось, чтобы Руслан увидел их вместе. И в то же время она больше всего желала, чтобы именно он освободил ее от Дмитрия.

— Дима, меня мама просила кое-что купить, я поеду в магазин, — надевая куртку, Олеся выдумывала на ходу отмазку.

— Я отвезу тебя.

— Я не знаю, в какой конкретно магазин я пойду. Я не решила еще, — сопротивлялась она, уводимая Димкой на улицу.

Они подошли к его машине. Парень повернул Олесю к тонированным стеклам серебристой Шкода Октавия.

— Что ты там видишь? — указал он.

— Отражение, — недоуменно пожала плечами Олеся.

— Там отражение очень хорошенькой, сексуальной девушки.

— Лживая лесть!

— Не комплексуй, Олеся, если я говорю, то так оно и есть, — Димка обнял Олесю сзади и зарылся лицом в ее распущенные волосы. — Бросай свои дела, колдунья, поехали ко мне.

Полная раздумий и досады, Олеся спешила домой, не замечая ни надвигающихся темных туч, ни рассыпанной под ногами, словно монеты, желтой листвы берез, ни последних, стойких, осенних цветов на искусно оформленных клумбах во дворе своего дома.

Она ругала себя, на чем свет стоит. Допрыгалась! Довыпендривалась! Доцеловалась! Вот зачем вчера это сделала?

Мысль пришла спонтанно, в ту минуту, когда Дмитрий подарил ей розу. Если он поцелует, она не станет сопротивляться.... Захотелось узнать свою реакцию. Такая же, как с Русланом? Значит, у нее точно какая-то гормональная буря в организме вследствие двухгодичного воздержания! Ну вот и проверила ... убедилась .... Реакции — ноль. Ни голова с плеч не падает, ни сердце не стремится выпрыгнуть из грудной клетки, ни дыхание не пропадает, перед глазами не разливается разноцветная радуга, и мир не замирает ни на секунду. Все как обычно.

И тут Олесе подумалось, что если бы это Руслан позвал ее, то пошла бы она за ним, ног не чуя.... И про Вику не вспомнила бы.... Ужаснувшись собственным мыслям, девушка чуть не споткнулась.

А с Димоном что делать? Может, он понял, что она вовсе не желает очутиться с ним в постели? А вроде бы, Олеся просто разозлила его....

Вика накрасила губы блеском и придирчиво оглядела себя в зеркало. Высокая, с тонкой талией, в коротенькой джинсовой юбочке и тонкой кофточке под цвет своих глаз, она была очень красива! «Они хорошо смотрятся с Русланом», — залетела в голову Олеси непрошеная мысль. Девочки были у Вики дома. Они вместе делали чертежи и готовились к семинару. Олесе нравилось бывать у подруги. Большая многокомнатная квартира была обставлена со вкусом и изяществом. Мебель из настоящего дерева, дорогие ковры, картины на стенах, мозаичное панно в гостиной — все говорило о том, что здесь живут успешные и довольные жизнью люди. А еще, в квартире было два балкона, и один из них — в Викиной комнате. Вид оттуда открывался потрясающий: огромный парк, сейчас весь в осеннем разноцветном одеянии, и прямые зеленые ленты каналов, а над всем этим бездонное, бесконечное синее небо...

Подруги собирались уже уходить. Было весело, время пролетело незаметно, они то занимались, то болтали обо всем на свете: о музыке, о кино, о модных журналах — это был Викин конек. Самые последние веяния моды, самые гламурные нюансы собственного имиджа — все это представляло для Виктории неугасимый интерес. И Олеся, заслушавшись щебетанием подруги о модных юбках, о суперских прическах и новых брендах туши для ресниц, почти полностью отвлеклась от своих тяжелых раздумий, и вот, сейчас, эти мысли вернулись вновь. Девушка набросила на плечи светло- коричневую куртку и, немного потеснив подругу у зеркала, тоже оценила себя мимолетным взглядом. Не все так плохо на самом деле! Олеся быстро отвернулась и стала обувать сапоги.

— Так, и куда это ты собралась? — в дверном проеме, ведущим из гостиной, возник Викин отец, большой широкоплечий мужчина. Он производил впечатление человека, готового убить одним взглядом своих врагов. В общем-то, так оно и было на самом деле.

— Ой, папа, обычно в такое время тебя еще нет дома...

— Я спрашиваю, куда ты собралась? Десять вечера, — повторил он, взяв Викину сумку в руку.

— На встречу с Русланом.

— Разделась и осталась дома, — безапелляционно заявил отец.

— Папа... — опешила Вика, но продолжала надевать пальто.

— Еще не хватало, чтобы моя дочь тискалась по подворотням со своими однокурсниками! — он смотрел на нее сверху вниз, и Вика отступала.

— Папа, — выдохнула она. — Мы встречаемся четыре месяца... — она потянула руку за сумкой.

— Ты можешь встречаться с кем угодно и где угодно, но ночью ты должна быть дома! — рявкнул отец. — Пока я ничего не слышал об официальных намерениях, никаких ночных свиданий!

— Мама... — бессильно обратилась к вышедшей матери Вика.

— И не надо давить на мать! Я тебе все сказал! Раздевайся!!

Ее мать, слегка поправив свои шикарные волосы, только вздохнула.

Таким разъяренным Олеся Викиного отца никогда не видела.

— И будь послушной девочкой. Иначе — ты меня знаешь — поедешь учиться в Сибирь! И твоего смазливого я тоже отправлю куда-нибудь на остров Пасхи! — и отец, держа Викину сумку, пошел в комнату.

Вика сняла бежевое кашемировое пальто, рухнула на маленький диванчик и закрыла лицо руками.

— Олеся, дай мне твой телефон, — попросила она стоявшую рядом подругу. — Я не хочу идти к нему и выпрашивать свои вещи, — фыркнула Вика.

Олеся протянула телефон.

— Я сейчас напишу Руслану смс-ку, что ты принесешь ему книги, — сказала она. — Я же специально на день взяла книжки в библиотеке.

«Обалдеть, Вика! А меня ты спросила?» — уставилась на подругу Олеся.

— То есть ты никуда не пойдешь? — упавшим голосом спросила она.

— Ну, в Сибирь я пока не хочу... Надеюсь, Руслан меня поймет. Так все, я написала.

Олеся, не чувствуя своих ног, прислонилась к стене и уставилась на дорогой красивый паркет. Значит, что бегала она от встречи с ним, что не бегала — сейчас все пойдет насмарку? Целую неделю Олеся старательно избегала каких-либо возможностей увидеться с компанией, общалась только с Кристиной и Викой, на перерывах пряталась в библиотеке и даже не ходила в столовую. «Вика, ну ты думаешь, что делаешь?» — чуть не вырвалось у Олеси.

— Все, он ждет, — Вика прочитала только что пришедшее сообщение.

— Нет, Вика, нет, нет, нет — замотала она головой. — уже поздно, мне лучше сразу поехать домой.

— Вы встретитесь, и он отвезет тебя. Это здесь, недалеко, на перекрестке.

— Вика, нет, — мучительно простонала Олеся. — Я город плохо знаю.

— Да ну? — удивилась она.

Да, отмазка получилась не самая хорошая.

— Вика, мне ...

— Олеся, ну, пожалуйста, пожалуйста, ну, выручи. Ну, кто ему еще книжки эти передаст? Ну, он же с работы едет. Ну, для меня, пожалуйста! — Вика молитвенно сложила руки и смотрела снизу на Олесю.

«Ну, почему я раньше не уехала? Мы закончили еще два часа назад», — подумала Олеся и, кивнув, взяла небольшой пакет с книжками.

— Это по заданию Шатилова, — устало сказала Вика.

— А я думала, они все есть онлайн, — протянула Олеся, доставая одну книжку. — Но вот эту я как раз не нашла...

— Ну, скажи Руслану, пусть он тебе ее на денек отдаст, — легко распорядилась Виктория.

Олеся ничего не ответила.

Умница, красавица, Вика Ильина еще в школе была активной девочкой. Она добровольно стала старостой в классе, занималась спортом и училась на отлично, то есть полностью оправдывала ожидания родителей.

Но в последнем классе Виктория влюбилась. На новогодний вечер к ним в школу была приглашена молодежная группа, и девушке очень понравился солист. А поскольку Вика была целеустремленной и решительной, то свою позицию обозначила сразу. Пошла после концерта за кулисы к ребятам, да и уехала потом с ними в Москву на гастроли. Сказать, что родители были в шоке, не сказать ничего. Благодаря своим связям, отец Вики — а он был очень крупный бизнесмен — отследил все-таки передвижения своей влюбленной дочери и встретил ее прямо на вокзале в Москве. Конечно, потом Вике пришлось несладко, ее посадили под домашний арест, и училась она дома с приходящими педагогами. На экзамены вернулась в школу. Все сдала на отлично, получила золотую медаль, и без папиного блата поступила в университет.

И она снова стала оправдывать ожидания родителей.

Квартира Вики располагалась в элитном жилом комплексе в одном из престижных районов города. Покинув охраняемую территорию, Олеся с тяжелым сердцем шагнула на тротуар. Руслан подъедет к ближайшему перекрестку. Девушка огляделась. На улице было пустынно. До светофоров, мигающих желтым светом, около пятисот метров. Может, не ходить? Как-нибудь Руслан обойдется и без книжек! Олеся немного постояла в нерешительности и все-таки отправилась к назначенному месту встречи.

Глава 7

Шатилов Леонид Юрьевич сегодня раздражал Олесю. Во-первых, за всеми переживаниями она немного подзабыла о своем плане. Хотя сама мысль о посещении его дома заставляла стыть в жилах кровь. Еще раз наткнуться на Руслана! Нет, это выше ее сил!

Во-вторых, её вообще сегодня раздражал любой человек с фамилией Шатилов.

Все ночь ей почему-то снилась мать. И весь сон она плакала, не переставая. На это было невыносимо смотреть, но Олесе никак не удавалось найти подходящих слов для утешения, придумать что-то, что остановит слезы, успокоит, заставит улыбнуться... Проснувшись утром, Олеся тут же побежала к матери, обеспокоенно вгляделась в её лицо, и потом за завтраком все пыталась как-то веселить и маму, и братишку...

— Олесь, смотри, — Вика положила перед ней свою записку. Они не болтали на лекциях, они переписывались.

«Мы сегодня поссорились с Русланом. Что он вчера сказал?»

Олеся мысленно вернулась во вчерашний вечер. Что сказал Руслан?

— Ну что, красивая, поехали кататься? — ехидный тон парня выбил ее из колеи.

Олеся вспыхнула и высказала ему по полной программе, что он и болван, и самовлюбленный тип, и так далее...

А потом она полетела, не разбирая дороги куда-то в сторону темного переулка, мимо автобусной остановки, где какой-то малолетний нахал резко вскочил ей навстречу и попытался вырвать сумку.

Это и заставило Руслана вернуться за Олесей и усадить ее, силой, между прочим, в машину.

А вот, что он потом не сказал... когда, прощаясь возле дома, девушка все же не удержалась заявить, что Руслан создает для нее провоцирующие ситуации...зачем начал дразнить сегодня?.. В ответ он промолчал.

И Олеся бесконечно возвращалась мыслями к этому красавчику, хотя и усердно гнала их прочь по одной простой причине: вспоминая, словно приходилось признаваться себе в неудержимом влечении к Разумову, а это было одновременно и постыдно (из-за Вики), и сладко, сладко, до головокруженья...

И потому злилась на него, а по сути на саму себя, потом остывала, потом чувствовала, что никуда ей от Руслана уходить не хочется... и снова злилась!

Эх, обозвала его как-то, наговорила черт знает чего! Например, что совершенно не нуждается в его внимании... А все для того, чтобы скрыть свои чувства. Но Руслан, к такому выводу Олеся пришла уже лежа дома под одеялом, прекрасно понял, что творилось с нею...

Вика, ожидая с любопытством ответа, легонько толкнула подругу локтем.

Нет, несмотря на свои непростые чувства к Руслану, нельзя было вставать между ними. Свое сердце можно держать в узде. Вот только бы Руслан не давил на нее таким взглядом, от которого бросает в дрожь, и не говорил двусмысленными фразами, не дразнил бы, не провоцировал... Олеся вздохнула. Что она могла ответить подруге? Книжки отдала, поехала на метро...

Леонид Юрьевич закончил лекцию.

— Вторую пару отменили, слышали? — спросила Кристина, подходившая к подругам.

— О! Здорово, пошли в столовую, — предложила Вика. — Я есть хочу!

Кристина согласилась.

— Я нет! Я пойду посмотрю расписание, потом пойду, наверное, в библиотеку, — сказала Олеся. Встречаться за одним столом с Русланом — нет уж, спасибо.

— Ты насчет шатиловского задания? Серьезно хочешь попасть в проект? — спросила Кристина.

— Серьезно-несерьезно, но делать надо. А ты, Кристин?

— Не, я пас. Может, попрошу кого-нибудь написать... Это не мой вуз, все же...

Кристине как-то совершенно не давалась учеба здесь.

— А почему ты не переведешься куда хочешь? — удивилась Олеся.

— А зачем ей? — вяло заметила Вика. — Тут Мишка есть, если что. Или Димка, да?

— Да и родители против, — равнодушно заметила Кристина.

— А куда бы ты хотела сама? — поинтересовалась Олеся.

Девушки вышли из-за парт и направились к выходу.

— Куда, куда...- Кристина подняла глаза вверх, раздумывая над вопросом. — А не знаю пока...нет у меня особых предпочтений...

— Неправда, у всех есть, -возразила Олеся. — Просто, если тебе тут не нравится, так можно же найти что-то по душе, чтоб было легче учиться. И интереснее. Может, ты бы хотела стать дизайнером одежды? Или офицером МВД? — пошутила Олеся. — А если без шуток, ты классно танцуешь. Надо было тебе хореографией заняться.

— Ага, именно офицером... — Кристина улыбнулась. — А пока попрошу-ка я Димку помочь мне с заданием. У Миши работы много.

— И выберут твой труд в лучшие, — мрачно спрогнозировала Вика.

— Я скажу ему, чтоб не старался сильно.

— Пора Димке уже с тебя плату брать за свои услуги, — шутливо сказала Виктория.

Девушки прошли по коридору до расписания.

— Разберемся как-нибудь, — весело ответила Кристина. — Ну что, Олесь, ты с нами?

Олеся отрицательно покачала головой.

Изучив расписание вдоль и поперек, Олеся раздумывала куда пойти. Налево от расписания узкий коридорчик вел в библиотеку. Олеся шагнула туда. Было полутемно, перегорела одна из ламп, и ее, видимо, еще не поменяли. На ходу Олеся запихивала ручку в сумку, но уронила на пол. Пришлось нагнуться, чтобы поднять ее.

— По-моему, эта девушкасама создает провоцирующие ситуации.

Руслан! Ну, вот откуда его черт принес! И почему этот человек появляется всегда, когда она находится в неподобающей позе? Олеся схватила ручку и выпрямилась.

— По-моему у старших гораздо больше опыта, чтобы создавать эти самые ситуации, — с вызовом сказала она, поворачиваясь к нему. Парень был одет в темно-серые джинсы и в пуловер белого цвета, а сверху — черная куртка нараспашку. «Подлецу все к лицу», — иронично подумала девушка, не в силах отвести взгляд.

— А что это мы такие дерзкие? — Руслан приподнял бровь.

— А потому что кто-то слишком умный! — сама от себя не ожидая, выпалила Олеся.

Ой, нет! Теперь надо спасаться бегством! Руслан надвигался на нее. Раз, два, три — Олеся попятилась и уткнулась спиной в стену. Теперь повернуть направо и бежать.

Сильная рука преградила ей дорогу. Олеся, опустив ресницы, прижалась затылком стене. Ну и чего он так завелся?

Руслан наклонился и мягко прошептал ей в самое ухо:

— Тебе следовало прикусить язычок...

Олесю заколотило так, что она уже не могла справиться с собой. Все, надо прекратить эту игру! Она явно переоценила свои силы!

— Только попробуй... — девушка оттолкнула его, хотя с тем же успехом она могла бы толкать стену. Но Руслан слегка отстранился и прижал два пальца к ее губам, словно требуя замолчать.

«...Плюнет?... Поцелует?... К сердцу прижмет?...» — возникло в мыслях детское гадание. Девушка взглянула в его глаза, а там, в черной глубине южной ночи тысячи бесенят отплясывали зажигательный танец.

«Ах, твои бесовские глаза

Душу вынимают без остатка.

Знаю, целовать тебя нельзя,

Потому, что это — очень сладко...»

— Русланчик! — раздался голос в конце коридора.

Олеся вздохнула с облегчением. Не думала она, что будет рада появлению Анжелки.

Руслан убрал руку, и Олеся мигом умчалась прочь.

Он обернулся к Анжеле.

Олеся сидела в библиотеке и тупо смотрела на книгу. Ее еще всю трясло, она просто изнывала от необъяснимой и головокружительной страсти к Руслану, от желания прижаться к нему и не отпускать. Да что же это происходит?! Олеся бессильно уронила голову на руки. Ее пугали собственные чувства к нему, настолько мощные и глубокие, что она теряла связь с реальностью. Что она вчера сказала? Не нуждается? Смешно! Одно его появление — и она уже забыла обо всем на свете!

Но надо же как-то взять себя в руки... И по возможности избегать таких встреч... Только как это сделать? Можно бороться с собой, ты хотя бы знаешь планы этого противника, но как сражаться с тем, к кому стремится твое сердце и чьи мотивы до конца неясны?

«А нечего было целоваться с ним до потери пульса на лестнице!» — с сарказмом заметила она себе.

— Олеся! — раздался рядом голос Вики. — Ты чего к нам не пришла?

Виктория присела рядом с Олесей и взяла лежавший на столе журнал:

— Что это? Экономическое пространство мегаполиса? Я отксерю эту статью Руслану. Он тоже серьезно занялся, тем более, что ему и работа способствует, — и она отошла к ксероксу.

Анжела, присевшая напротив, буравила Олесю взглядом.

— Девочки! — подоспела Кристина. — Я к вам!

Она присела рядом с Анжелой и вытащила ноутбук. Тут же зазвонил ее телефон.

— А, Димочка! — защебетала Кристина. — Привет. Да, хотела... да с расчетами... да, пожалуйста, Димочка... и по городам... Я сейчас в библиотеке...

Услышав эту фразу, Олеся напряженно застыла над книгой. А если с Димкой и Руслан придет?

— А, не можешь?.. Вечерком давай... Ты меня так выручишь... Спасибочки, дорогой...

Обрывки фраз долетали до ушей Олеси. А почему бы Кристине не попросить Мишу помочь? Какая-то двусмысленная ситуация получается, вскользь подумала Олеся.

— Все, Димуля мне все сделает, — радостно сообщила Кристина, закончив разговор по телефону. — Вечером увидимся.

Ага, значит, его прибытие сюда не предвидится? И на сердце немного полегчало...

— Знаете у Миши скоро день рожденья, но он совсем не хочет отмечать его... — Кристина завела другую тему.

— Почему? — спросила Анжела, не сводя глаз с Олеси. Та старалась смотреть только в книгу.

— Ну у него плохая ситуация в семье, мать пьет. Скандалы постоянные.

— Надо его немного развлечь! — предложила вернувшаяся Вика. — Можно в клуб сходить.

— Он не любит клубы, — возразила Кристина, глядя в монитор.

— Можно за город выехать, — сказала Анжела.

— Чтоб опять один Димка напился... — вздохнула Кристина.

Олеся почему-то покраснела.

— Надо с ночевкой... — произнесла Анжела.

«Только этого не хватало!» — подумала Олеся.

— Девочки, давайте все-таки немного поработаем, — попросила она.

— Зануда ты, — ласково сказала Вика. — Ладно, пойду за инвестиционным анализом, что ли... Но вечером идем по магазинам и в кафе! Помнишь, ты вчера мне обещала?

«Сегодня был идеальный день, чтобы наведаться к Шатилову в гости», — мелькнуло в голове у Олеси. Он занят сегодня допоздна, не зря же она досконально изучала расписание. Но все планы разрушились из-за появления Руслана. Теперь еще когда она соберется с духом, чтобы приехать туда.

Глава 8

Девушки пошли в клуб. Сегодня пятница, и почему бы не отдохнуть только в девичьей компании?

Само заведение, расположенное практически в центре города, включало два этажа, отдельные ложи и даже отдельный этаж для привилегированных гостей. Об этом Олесе рассказала Кристина. Она здесь была уже не первый раз.

Зал был не очень большим, со сценой и с огромным проекционным экраном, вокруг пилонов крутились почти обнаженные красотки.Танцующих уже было достаточно. Звучал какой-то модный хит европейской музыки.

— Рано пришли, — недовольно буркнула Анжела, глядя на танцпол и потягивая свой коктейль,когда девушки уже расположились у барной стойки.— До шоу еще...

— В самый раз, — перебила ее Кристина, перехватив красноречивый взгляд молодого светловолосого человека. Это ему послужило сигналом, и он быстро подошел к девушкам.

— Почему такие очаровательные дамы грустят в одиночестве? — он смотрел на Кристину.

— А нам уже не грустно, — кокетливо пожала полуобнаженным плечиком девушка. На ней было короткое, расшитое пайетками платье бордового цвета.

— Егор, — представился он и поинтересовался, почему же он раньше здесь не встречал таких прелестниц? Потом, немного поболтав, увлек Кристину на танцпол.

Вот и остались три девицы... Как там в сказке о Еруслане Лазаревиче — три девицы в шатре, одной сразу голову отрубил богатырь Еруслан, второй — на утро, третью — в плен взял, немного попользоваться. Олесе стало смешно. То ли это от выпитого коктейля, то ли от абсурдности происходящего. Осталось дождаться Еруслана! Олеся захихикала.

— Ты чего? — спросила подругу Вика, отправляя кому-то смс.

Олеся махнула рукой:

— Да так! Кому пишешь?

— Руслану.

А, ну стоило бы догадаться!

— Сюда зовешь? — ужаснулась Олеся, представив, как сказка станет былью.

— Навряд ли он приедет, мы с ним как-то не до конца помирились.

— Напиши ему, что у тебя тут очень страстный поклонник, мигом явится, — встряла Анжела. — пойду потанцую, — продолжила она и пошла, плавно покачивая бедрами. Модные узкие брюки и топ, как вторая кожа, обтягивали все достоинства ее фигуры.

— Он убьет меня! — выпалила Вика.

"Сказка вспомнилась не к добру«,- мрачно подумала Олеся и предложила:

— Попроси его забрать тебя отсюда, мол, сама не доедешь, все такое...А потом поедете к нему и помиритесь.

— Точно! Олеся ты настоящий друг. Только мне домой надо.

«Иногда это так трудно — быть настоящим другом», — мелькнула у Олеси почти философская мысль.

— Вика, ты все испортишь.

— Во сколько? Он спрашивает во сколько?

— Вик, ну пиши, что хочешь, я-то откуда знаю, во сколько.

В это время подошли Кристина и Егор.

— Ну что вы тут скучаете? — весело спросила раскрасневшаяся и счастливая Кристина.

— Девушки, за самый приятный вечер в моей жизни, — Егор поднял бокал с шампанским.

-Так, а мы опоздали? — приблизилась Анжела, в обнимку с каким-то кавалером.

И снова пришлось выпить шампанского.

— Пошли танцевать, — Кристина мимоходом дернула Олесю за руку.

— Вик?

— Я сейчас, — отмахнулась Вика от подруги.

Олеся ушла на танцпол. Глаза заволокло разноцветными струями света. Мощный звук оглушил ее и подчинил себе. От шампанского ли, от яркой светомузыки ли, от бешеного ритма ли слегка закружилась голова. Девушка остановилась. Выйдя из толпы танцующих, она бросила взгляд на бар. Вика все еще сидела там. И Олеся направилась в дамскую комнату.

— Эй, малышка, куда торопишься? — перед ней вырос высокий кареглазый парень.

— Да не к тебе!

— Ой, какая колючая! Люблю таких!

Олеся обошла его и двинулась дальше, но он снова преградил ей дорогу.

— Знаешь, чем больше шипов, тем слаще роза!

— Пошляк!

— Я тебя с цветком сравнил, а ты — «пошляк»! Как зовут тебя розочка?

— Ефросинья.

— Мое любимое имя.

Мимо пролетела Анжелка и, махнув ей рукой, пропела:

— Олеся...

— Ну ты, врунишка, Олеся. А я Роман.

— Значит, я не твоя героиня, — девушка проскользнула между ним и стеной и помчалась к выходу из зала.

Парень посмотрел ей вслед. Это не девушка, это просто ежик какой-то! Клево, а то так надоели эти слащавые зайки...

— Ромашка, — повисла на его плече стройная брюнетка, — чего застыл? Пойдем...

Роман нехотя повернулся к своей спутнице.

Олеся включила сильный напор холодной воды, смочила руки, потом приложила холодные ладони к горевшим щекам. Рядом Анжела спокойно и медлительно мыла руки. Какая-то девушка промелькнула мимо них и скрылась за дверью, впустив в небольшое помещение звуки грохочущей музыки.

Вдруг Анжела, схватив Олесю за горло, с невиданной силой прижала ее к стене.

Девушка пыталась оторвать от горла крепкую руку.

— Еще раз увижу рядом с Русланом — башку оторву! — зло прошипела Анжела, надавливая на Олесю все больше и больше. — И не дергайся, я тебя сломаю как спичку. Я спортом четырнадцать лет занималась.

Она разжала пальцы. Олеся вздохнула и сползла по стене, ноги не держали, резкая боль душила ее. Она закашлялась.

— Я тоже спортом занималась...фигурным катанием... — просипела Олеся. Анжела фыркнула и принялась снова мыть свои сильные и красивые руки:

— Шутишь еще...маловато я тебя, значит, подушила...

— Так это ты мне смс-ки шлешь?

— Ага, чтобы тебе жизнь не казалась сахаром посыпанной.

— Вообще-то ты не по адресу... У Руслана есть Вика.

— Я все прекрасно знаю! Викины шансы стремятся к нулю. А ты вертишься у него под ногами, я же вижу, как он на тебя смотрит... — Анжела снова подошла к Олесе.

— Иди к Руслану и разбирайся с ним...

— Я тебя предупредила, — Анжела презрительно на нее посмотрела и пошла.

Олеся потерла виски, пытаясь справиться с негодованием и страхом, охватившими ее. Первая мысль была позвонить Руслану и сказать, чтобы сам разобрался со своими девицами. Одна сидит и мучается, вторая угрожает. Потом она подумала рассказать все Вике. С этой мыслью Олеся направилась в зал, но, увидев Викторию рыдающей, передумала. И послав к черту Анжелку с ее предупреждениями, Олеся бросилась к подруге.

— Вика, Вика, что случилось? — испуганно трясла ее девушка за плечи.

Виктория подняла заплаканное лицо.

— Он не любит меня, — с горечью произнесла она, размазывая пальчиком капли от слез, случайно упавшие на ее короткое зеленое платье.

Совершенно не понимая, что происходит, Олеся обняла Вику и погладила по голове.

— Он что ли так сказал? — спросила она у подруги.

— Нет. Я поняла это.

— А вот я ничего не понимаю. Вы же договорились уже, что он тебя встретит...

— Я пыталась напроситься к нему домой, а он сказал, что ему не надо, понимаешь, ему это не надо! — прерывисто сообщила Вика.

— Вика... ты, мягко говоря, не трезва, это во-первых...

— Олеся, — с мукой в голосе перебила ее Вика. — Я же все для него делаю, все, что хочет и в сексе все, что хочет...

— Ой, избавь от подробностей!

— Я говорю ему, ты специально прицепился к мелочи какой-то, раньше его это не смущало!

— Так, Вика, сколько ты выпила?! — глядя на два пустых, еще неубранных, бокала перед подругой, спросила Олеся. — А где Кристина?

А Анжелка, будь она не ладна?

— Кристина уехала с Егором, а я, пока ругалась с Русланом, выпила все это, — Вика неопределенно махнула рукой на бар.

— Егор наверняка женат. А как же Миша?

— Не знаю. Сами разберутся.

Золотые слова. Вот и Вика с Русланом разберутся сами. Тем более Олеся так и не уловила суть претензий обеих сторон.

— Так он приедет или такси вызывать? — не поняла она.

Вика только пожала плечами.

«Черт бы вас всех побрал», — разозлилась Олеся.

— Сейчас позвоню Руслану, и пусть он тебя забирает. Из-за него же ты так надралась. Пусть чувствует ответственность.

Вика протянула телефон.

— Пойдем, там вдоль коридора есть мягкие диванчики, — Олеся взяла подругу под руку и повела из зала.

Вика бухнулась на первый же диван. Рядом сидела какая-то компания.

— Я сейчас выйду, здесь очень шумно, — прокричала Олеся Вике в ухо и побежала к выходу.

Сырой октябрьский воздух как настырный любовник обхватил Олесю за плечи, залез под легкую тунику холодными пальцами и впился ледяным поцелуем в шею. Слегка поежившись, Олеся прошла сквозь группки молодежи у выхода подальше от шума. Решительности у нее заметно поубавилось. Девушка уже боялась звонить, лучше послать смс. Она в задумчивости вертела телефон, сочиняя сообщение.

«Можешь бессовестно сидеть дома, я вызвала такси» — злость Олеся удержать все же не смогла.

Ответ пришел почти мгновенно. Но на Олесин мобильник. Она вытащил вибрирующий телефон из заднего кармана черных облегающих брюк.

«Я узнаю ловкий язычок Олеси»

Волна жара охватила ее, и девушка залилась краской.

«Извини, не удержался» — через считанные секунды пришло еще одно сообщение.

Не удержался? Написать сообщение или тогда, на лестнице, не удержался?

Дрожа от негодования, волнения и холода, Олеся обернулась скорее интуитивно, чем осознанно, и заметила приближающегося Руслана. Он шел уверенной и грациозной походкой и этим напоминал большую кошку. Мощная энергетика исходила от него, заставляя оборачиваться девушек и женщин.

«Я наверно и есть одна из тех обезглавленных Ерусланом девиц», — подумала Олеся, потому что головы на плечах она совершенно не ощущала. Ну, до чего же хорош! Девушка любовалась им как редким произведением искусства.

На ходу сняв куртку, Руслан подошел к Олесе вплотную и накинул ее на плечи девушке. Запах его парфюма окутал ее, и она поняла, что лишается собственной воли.

— Извини, не удержался, — повторил он свое сообщение, держа Олесю за плечи. — Хотелось тебя немного позлить... мне это так нравится...ты такая ... — он запнулся, не то раздумывая, сказать — не сказать, не то подбирая слово.

— Руслан, — робко начала Олеся, обретя дар речи, потому что в эту секунду ей показалось, что приехал он не за ее подругой. — Вика там...

— Пошли, — парень схватил ее за руку и потянул в клуб.

Когда они вошли, Вики на месте не оказалось.

— Я не знаю, где она, я оставила ее тут, — Олеся озиралась по сторонам.

Они направились в зал.

— Я ее вижу, — сказал Руслан.

Вика сидела у барной стойки, подперев голову руками. Руслан потащил Олесю за собой, и только подойдя к бару, отпустил ее.

— Вика, Вика, — он начал трясти ее за плечи. — Ну, зачем ты так напилась? А ты зачем наливаешь девушке, если видишь, что она пьяна? — взревел Руслан, обращаясь к бармену.

— Руслан,- Вика приоткрыла глаза и кинулась к нему на шею. Парень тяжело вздохнул.

— Где ее вещи? Возьмешь? — обратился он к Олесе. Та кивнула.

Руслан понес Вику на улицу.

— Ты же ради нее сюда приехал? — очнулась Вика, когда Руслан посадил ее на заднее сиденье автомобиля. — Зацепила она тебя, да? Да?

— Вика, замолкни!

Но девушка не унималась:

— Я просила, так и ехать не хотел.... Как она позвонила, сразу примчался! Да? Я же помню, как на день ...этого... фа...куль...тета...- Вика говорила заплетающимся языком, — как узнал, что Олеська там, прилетел.... Но я не отпущу тебя, слышишь, не отпущу! — и Виктория с силой вцепилась в футболку Руслана и прижалась губами к его губам.

— Черт возьми, Вика!!! — заорал на нее Руслан и грубо оттолкнул на спинку сиденья. Девушка поморщилась и, рухнув на сиденье, провалилась в алкогольное забытье.

Олеся подошла как раз в тот момент, когда Вика прилипла к Руслану. Решив положить его куртку и вещи подруги на капот и незаметно смыться, девушка приблизилась к автомобилю.

В эту же минуту парень освободился.

— Садись, — он распахнул дверцу машины.

— Нет, я на такси.

— Ты все-таки вызвала такси? — вопрос Руслана вернул ее мысли к моменту переписки, и она смутилась. — Я же сидел в машине и видел тебя, когда ты писала смс.

— Я сейчас вызову, — Олеся положила все вещи на капот и повернулась, чтобы уйти.

— Не дури. Тебе повезло, что я приехал.

Ах, так! Повезло, значит?

— Между прочим, это ты во всем виноват! — разозлившись, выпалила Олеся. «Меня соблазняет, сам с Викой при мне же целуется! Ну не кобель ли?»

— Чего? — Руслан прищурился и захлопнул дверь. Это была хоть какая-то преграда между ними. Не осталось ничего.

— Чего слышал!

Это коктейль вперемешку с шампанским придает столько храбрости? Или глупости? Язык — что помело!

— А то теперь, видите ли, мы такие все спасители, благородные! А мне так невероятно повезло!

Глаза Руслана и без того темные стали еще чернее. Ох, и нарвешься ты сейчас, Олеся! Девушка хотела отступить, но парень не дал ей сделать этого и схватил за оба локтя одновременно. А потом плотно прижал обе руки вдоль тела.

Доигралась!

— И откуда у этого котенка столько дерзости? — его голос прозвучал необыкновенно нежно.

Олеся растерялась. Она ждала чего угодно, но только не таких интонаций.

Вот бы Вике сейчас проснуться! Олеся стоит, словно связанная руками Руслана, но девушка никак не может найти в себе силы, чтобы вырваться ... он наклоняется к ней так близко ... еще чуть-чуть... Руслан, пожалуйста, еще чуть-чуть!

Руслан опустил руки, словно сбросил с себя наваждение, и сделал шаг назад.

— Садись в машину, я отвезу тебя.

Олеся пошатнулась и судорожно сглотнула. Искуситель хренов!

— Я сама доберусь, — голос почему-то был совсем не похож на прежний.

— Села и поехала! — рявкнул Руслан.

— Не кричи на меня! Кричать можешь на свою Вику, а мне ты никто! — Олеся круто развернулась, побежала к клубу и по пути наткнулась на Романа.

— О, малышка! Вот ты где! Куда собралась? Домой? Давай я тебя довезу? Согласна?

Девушка оглянулась. Рядом с ними притормозила черная Тойота Камри.

— Это что за крендель? — спросил Роман, глядя на приблизившегося Руслана. — Твой парень?

— Знать его не знаю. Клеятся тут всякие... Поехали, — легкомысленно бросила Олеся и попятилась за своего собеседника, отступая все дальше и дальше к клубу.

— Эй, чувак, опоздал, эта малышка со мной, — заявил Роман, поворачиваясь, чтобы уйти с девушкой.

— Да отвали ты, — отодвинул его Руслан как незначительную преграду, подошел к Олесе и стремительно схватил за талию.

— Знать не знаешь, да? — прошипел он и, подняв Олесю одной рукой, понес в машину.

Олесе показалось, что ее падение неминуемо. Она балансировала как веточка, зажатая Русланом под мышкой, и асфальт то приближался к ее лицу, то отдалялся. Но она умудрялась еще и дергаться.

— Да не брыкайся ты, черт возьми, — выругался Руслан.

А девушка, боясь грохнуться, вцепилась руками парню в ногу. Он уже подошел к машине и распахнул дверь.

— Олеся, отпусти, — Руслан поставил ее на ноги, но еще не убрал руку.

— Зря старался! Я не сяду в машину!

— Ну ладно, — неожиданно согласился он, — стой так. Мне есть на что посмотреть.

Олеся резко выпрямилась.

— На что ты там рассмотрелся?

— На луну, — Руслан запихнул Олесю в машину и пристегнул ремнем безопасности. Сопротивление было успешно сломлено. — Вот скажи мне, и почему ты всегда находишь приключения на свой очаровательный зад?

— Что ты сказал? — поперхнулась Олеся, но Руслан уже захлопнул дверцу. Девушка оглянулась на Вику. Та лежала, согнув колени, и мирно спала.

— Ты что, вообще, вытворяешь? — парень бухнулся за руль и завел мотор. — Куда ты собралась ехать? И с кем? Олеся, два часа ночи! Почему я должен отлавливать тебя, черт знает где?

— Действительно, почему? — с иронией в голосе удивилась Олеся.

Но Руслан продолжал свою тираду:

— Ты хоть что-нибудь соображаешь? Или тебя надо все время контролировать?

— Ну, знаешь! — возмутилась она. — Ты много себе позволяешь!

— Я еще ничего себе не позволил. Но могу,- ухмыльнулся Руслан.

— И думать забудь! — девушку охватила волна гнева. — Останови машину! Выпусти меня сейчас же! Быстро!

— Да посмотри вокруг, куда ты пойдешь?

— Роману позвоню, он меня заберет! — крикнула Олеся.

— Чего? Уже и телефончик имеется? Целовалась уже с ним? По углам в клубе тискалась?

Мысли об этом раздражали Руслана почему-то особенно сильно.

— Не твое дело! Не твое! — четко произнесла девушка. — Что ты меня допрашиваешь? Ты мне кто? Брат? Отец? Муж?

— А вдруг будущий?

— Не тянешь! — презрительно фыркнула Олеся.

— Да ну? — усмехнулся Руслан, следя за дорогой. — А что так?

— А вот так! Муж — это любовь, верность, надежность, — Олеся отвернулась. И что она тут распространяется?

— То есть я этим критериям не соответствую?

— Нет.

— Почему же?

Вот пристал как банный лист!

— Может, я не хочу отвечать!

— А все-таки?

— Я же сказала: не-хо-чу, — по слогам произнесла Олеся, глядя на профиль Руслана.

В салоне стало совсем светло от огней автострады.

Он повернул голову:

— Не хочешь?

И Олеся снова падала в бездонные глаза. Она сглотнула и опустила ресницы.

— Нет, — получилось почти шепотом.

— А, по-моему, тебе просто сказать нечего, — не отставал Руслан, переводя взгляд на дорогу. — Ты видишь только красивую оболочку.

— О, что такое красота? — иронично начала девушка, глядя на дорожные знаки, но совершенно не вникая в их смысл. — И почему ее обожествляют люди?..

— Сосуд это, в котором пустота, или огонь, мерцающий в сосуде? — не дал закончить ей Руслан, поворачивая руль вправо. — Или и то, и другое вместе?

— На себя намекаешь? — усмехнулась Олеся.

— Опять не соответствую?

Девушка промолчала и отвернулась к окну.

— Не знаешь, что ответить? Или боишься?

— Боюсь, обидишься! — презрительно бросила она, не поворачивая головы.

— Нечего спорить с очевидным, Олеся, это глупо, — спокойно заявил Руслан.

Девушка снова вспыхнула яростью. С очевидным? Что ему очевидно? Она развернулась, еще толком не придумав, что сказать, но с твердым намерением дать достойный ответ. Только в ту же секунду пропали все слова. Черные глаза упрямо смотрели на нее и... управляли... Хотелось...а что хотелось? Ударить его? Толкнуть? Задушить? Зацеловать?.. запустить пальцы в его волосы?.. Олеся вмиг отвернулась, поражаясь своим желаниям...

Все настолько очевидно?

— Ты...ты... ветреный... — пробубнила она, еле найдя хоть какое-то слово, чтобы уколоть его.

— Кто бы говорил!

Руслан притормозил на светофоре.

— Это ты на что намекаешь? — снова зажглась Олеся.

— На твои поступки.

— А не надо на мои поступки... Ты на свои просмотри! — вспылила девушка, опять готовясь выдать целую тираду насчет его поведения и параллельно думая, какие именно поступки он имел в виду. Их поцелуй?.. Тут Олеся заставила себя прекратить размышления в этом направлении.

— Еще скажи, что они тебе не нравятся, — фыркнул Руслан, нажимая на педаль газа.

Олеся покраснела до корней волос. Хорошо, что сейчас, в сумраке салона автомобиля, куда проникает свет только от уличных фонарей, это было не так заметно, как днем.

— У тебя что-нибудь другое на уме есть? — Олеся искала хоть малую возможность отбиться.- А ум есть? — да, она явно переходила границы дозволенного.

— Ты не поверишь, — невозмутимо ответил Руслан, глядя на дорогу, чем еще больше подзадорил девушку, — но есть. Иначе бы все было куда примитивнее.

Олеся мельком взглянула через плечо, где на заднем сиденье шумно вздохнула Вика. Нет, спит... Не слышит...

Руслан быстро взглянул в зеркало заднего вида.

Олеся скрестила на груди руки и, хмурясь, молча уставилась на собственные колени. Она проигрывала эту словесную баталию. Похоже, что она вообще проигрывала при любом развитии событий...

— Ты меня долго катать будешь? — сменила тему она.

— Да вот же твой дом, — указал в сторону парень.

— Высади меня здесь, я сама дальше... — почти прошептала Олеся, не в силах посмотреть на Руслана.

— До дверей довезу.

— Какая забота! — не удержалась от ехидного тона девушка. А злилась снова на себя саму.

— Не сопротивляйся.

Эта фраза снова вернула Олесю к воспоминанию о поцелуе.

— Знаешь, что?.. Что ты... — запыхтела Олеся, выпрыгивая из машины, едва та остановилась, и очень надеясь, что Руслан не последует за ней, — ты...ты...

Последовал.

— Я не расслышал концовку, — он быстро поравнялся с ней.

— Да неважно уже! Вот что ты от меня отстать-то никак не можешь?

— Не знаю. Не могу, — это было сказано неожиданно искренне, как будто Руслан вдруг наконец-то отбросил все шутки и поддразнивая, и Олеся воззрилась на него как на пришельца.

— Я не в курсе, что ты там думаешь, но все, что произошло тогда, простая случайность, — скороговоркой сказала девушка, открыла дверь и быстро шмыгнула в полумрак подъезда. И в изнеможении прислонилась к стене. Что-то подсказывало ей, еще минута и — повторилось бы случившееся на лестнице. И даже известно, чем бы все закончилось.... Она не могла ничего сказать про Руслана, может, это все для него своеобразное развлечение, но про себя уже знала точно: влипла по самую макушку.

Глава 9

Руслану позвонили где-то в начале второго. Выскользнув из аудитории, он снял трубку. Звонок был с работы. От начальника.

— Руслан, дело у меня для тебя срочное и важное. Петров заболел, а кроме него, только тебе я могу доверить этот проект, — прозвучало неожиданное предложение. Ты давно с ним в паре работаешь. А время не ждет. Сам знаешь, тендер на носу. Как ты, потянешь? Ну, парни в команде помогут если что. А? Что думаешь? Премия по итогу, — пообещал начальник.

Поскольку дело было крупным, прибыльным, это был хороший шанс уйти на повышение и доказать собственную компетентность. И парень не стал тянуть с ответом.

— Окей, давай к половине четвёртого, подъезжай, обсудим всё.

В хорошем расположении духа Руслан вышел из университета.

Солнечный октябрьский денек заставил расстегнуть кожаную курточку, едва Олеся шагнула на улицу. Повертев головой из стороны в сторону, девушка направилась вдоль университета к видневшемуся перекрестку. Никакой цели она не преследовала. Если не считать стремление избежать встречи с Русланом. Именно поэтому Олеся не пошла в столовую, как ни звали ее Вика и Кристина, именно поэтому — хорошо, что с лекции отпустили пораньше на десять минут! — она стремглав бросилась к выходу.

Девушка дошла до последнего деревца, которые были посажены по тротуару, и остановилась. Напротив парковался Шатилов. Олеся замерла, разглядывая его чистенькую, блестевшую на солнце машину. Через несколько минут, когда мотор был заглушен, Леонид Юрьевич, импозантный и важный, выходил из автомобиля.

С другой стороны показалась его супруга. Шатиловы не спеша направились ко входу в университет. Анна Михайловна что-то рассказывала своему мужу, а тот спокойно и довольно слушал, лишь изредка кивая головой. Олеся смотрела им вслед. Нет, она все же сходит к ним еще раз. Она все-таки напомнит о себе...

Постояв в нерешительности и задумчивости еще несколько минут, Олеся достала из сумки методичку и открыла страницу со списком рефератов. Политология, будь она не ладна! Периферийный предмет, а преподаватель озадачил так, что голова пухла. Обязательное использование научной литературы... и чтобы только за последние пять лет... и чтобы все оформлено было правильно... Как будто у них не техническая направленность, а специфически гуманитарная! Вот больше заняться нечем на четвертом году обучения, как только читать научные работы по политике! Олеся вздохнула и принялась изучать список. Политическая мысль в период античности... Политические системы стран Ближнего Востока... Девушка прислонилась плечом к стволу липы. На тротуарной плитке продолжалась веселая игра солнечного света и тени от поредевшей кроны дерева. Олеся смотрела на мелькавшие у ее ног солнечные пятна, и все мысли незаметно перескочили с политологии на того, от которого она сегодня убегала... Фантазии, конечно, было не занимать. Хотелось — и она это себе представляла — чтобы он сейчас подошел сзади, обнял одной рукой, а другой отвел упавшие на плечи волосы и поцеловал в шею... «Выдумщица!» — одернула себя Олеся и, наклонив голову, ощутила шершавую поверхность древесной коры. На секунду она прикрыла глаза... Вот вообразила! Что ей даже почудился рядом запах туалетной воды Руслана! Наваждение какое-то!.. Мимо просто кто-то прошел с таким же парфюмом, и все. Но аромат никуда не исчезал... Олеся чуть не заныла, воображение сыграло с ней злую шутку.

— Что изучаешь?

Руслан... Вот откуда он тут взялся?!

Вместо приветствия он отвел закрывавшие ее шею волосы и заглянул через плечо.

— О, я вижу, ты совсем задумалась, какую тему выбрать!

На раскрытой методичке лежали желтые листочки липы. Парень убрал их с книжицы, все еще придерживая Олесины волосы другой рукой.

Девушка боялась шелохнуться и посмотреть на него. Во-первых, потому что, когда она услышала его голос над ухом, щеки заалели так, словно он поймал ее не за изучением методички, а за разглядыванием Камасутры. Ну а во-вторых, потому что, повернись она сейчас, все то, о чем думала, он увидел бы в ее глазах...

— Типология... — Руслан начал читать первую попавшуюся на глаза тему. Но его взгляд привлекала не надпись в методических указаниях, а одна-единственная точка на шейке девушки... Он заметил ее сейчас, когда немного отодвинул с плеча прядь волос. Родинка...

-... и сравнительный... — продолжил Руслан, посмотрев на секунду в методичку, — анализ...

Чуть ниже ушка...

— ...политических ...

Маленькая...

— ...систем...

Зовущая...

— ...современного...

Дразнящая...

— ...мира, — закончил он название темы реферата. Еще секунда, и парень точно коснулся бы губами этого родимого пятнышка. «Держи себя в руках!» — сигналил разум, но его не принимали всерьез. Руслан уже почти ощутил нежность и упругость кожи, ее легкий, приятный, едва уловимый запах...

Но Олеся резко обернулась. И оказалась с ним нос к носу в прямом смысле. Парень отпрянул и тут же выхватил из ослабевших рук девушки методичку.

— Ты что-нибудь уже выбрала? — невозмутимо спросил он, пробегая глазами по списку.

— Что ты тут делаешь? — Олеся обрела способность формулировать вопросы. — У вас же занятия должны быть в другом корпусе...

А вот способность здраво мыслить не вернулась... Или уже потеряна навсегда? Зачем она это сказала? Практически выдала себя со всеми потрохами: знает его расписание...

-Не будет у нас там занятий, — то ли не заметил, что она проговорилась, то ли не стал заострять внимание. — Наши две группы будут объединены на следующей паре.

Олеся изумленно уставилась на него.

— Да, — подтвердил он свои слова. — Нам объявили об этом, когда лекция кончилась... Странно, что ты не слышала. Вам тоже должны были сказать...

Может и сказали... Да она же рванула из аудитории так, что пятки сверкали!

— А вообще, я иду к своей машине, — объяснил Руслан свое появление, махнув рукой в сторону перекрестка.

Олеся оглянулась. Вот так спряталась, называется! До его тойоты было меньше пятидесяти метров... Смотреть надо лучше, Олеся, смотреть надо лучше, конспиратор!

— Ну что с рефератом-то? Определилась? — вопросы Руслана вытащили девушку из собственных мыслей.

— Да... — промямлила она. — Наверно, буду писать про гражданское общество...

— Возьми ты чего попроще! — посоветовал Руслан, еще раз просмотрев тематику рефератов.

— Ну, не знаю... — протянула девушка. — Тогда про демократию...

Судя по лицу Руслана, он был не удовлетворен ответом.

— Сам-то про что писать будешь?

— Политическая власть в обществе, скорее всего.

— Ну да, ну да, — закивала Олеся. — Можно было и не спрашивать! Каждый пишет о том, что ему ближе!

— Ты хочешь сказать, что я имею какую-то власть? — усмехнулся Руслан, и его веселый взгляд приводил душу в смятение. — Над кем же?

— Я хочу сказать, что ты пытаешься навязать свою ... э-э ... волю даже вопреки желаниям и ... сопротивлению других людей, — высказалась.

— Так уж и вопреки желаниям? — с полуулыбочкой поинтересовался парень.

Олеся смутилась. А в животе предательски заурчало. Вот, честное слово, лучше бы в столовую пошла...

— Ты ела что-нибудь? — не стал он ждать ее ответа на предыдущий вопрос.

Девушка хотела солгать, но Руслан сам же и сказал за нее:

— Нет. Пойдем, перекусим, — парень взял ее за руку, и его прикосновение пронеслось горячим потоком по всему телу. — Я знаю здесь недалеко хорошее местечко. Там все быстро и вкусно. Я сам весь такой голодный... — последнее он прошептал Олесе на ухо, оставив легкую незавершенность в конце фразы, чем вызвал во всем теле вихрь каких-то мучительно-радостных ощущений, а в душе — странное ноющее чувство...

И, то ли уступив самой себе, то ли подчиняясь ему, девушка, не вырвав руки, пошла за ним.Думала, что он поведет в ближайшее кафе на углу. Оказалось, все совсем не так.

Они зашли в художественный салон, а там по длинной лестнице поднялись под самую крышу. На каждом этаже, пока они поднимались, взгляд радовали картины современных художников, завораживающие изделия из стекла, книги в переплетах ручной работы — безумно красивые и очень дорогие вещи.

В помещении небольшого ресторанчика было светло и уютно. Белые скатерти на столах, большие окна, открывающие вид на великолепную панораму строгих улиц города...

— Ты всегда здесь обедаешь? — полюбопытствовала Олеся, присаживаясь за стол.

— Только по понедельникам, — важно ответил Руслан, и, взяв из-под носа девушки меню, не дал ей его даже посмотреть и тем более определиться с заказом.

— Ты опять навязываешь свою волю, — делая вид, что очень недовольна, сказала девушка. — Ты лишаешь права выбора...

— Привыкай, — коротко бросил Руслан, поворачиваясь к сиявшей медным тазом официантке.

— Ты лишаешь человека свободы воли, — упрямилась Олеся.

— Свобода воли — это всего лишь иллюзия, — заказав то, что считал нужным, Руслан наклонился над столом. — На самом деле люди выбирают из того, из чего им предложено выбрать, не из того, что им хотелось бы.

— Но выбирают...

— Или соглашаться с этим, или нет, Олеся, — мягко сказал он, смакуя, словно пробуя на вкус ее имя. — Ты можешь выбрать любую тему реферата, но на самом деле ты ограничена, ты выбираешь из того, что есть, что тебе предложили.

— Я могу предложить свою тему!

— Ну-ну, — усомнился Руслан. — Попробуй. И политология станет твоим кошмаром до конца пятого курса!

— Зачем так мрачно? — Олеся уставилась на абсолютно белую скатерть. — Может, меня даже поощрят? Поставят экзамен автоматом... — размечталась она.

— Наивная... — Руслан забавлялся происходящим.

— Но там есть хоть чисто теоретическая возможность выбора, ты же не оставляешь никакой!

— Человек — существо сомневающееся, поэтому ему надо помочь выбрать, а иначе он так и будет шарахаться из стороны в сторону.

— Значит, ты подталкиваешь человека к нужному для тебя варианту? — она мельком посмотрела на него.

— К лучшему варианту, Олеся, — Руслан поймал ее взгляд.

Попав в этот черный омут, она теряла все силы, не ведая как выбраться... Да и хотелось ли выбираться? И выбирать?

Появление кокетливой официантки помогло Олесе справиться с собой и отвести глаза.

— Доверься. И получай удовольствие.

— А если я не хочу?.. — прошептала девушка, склоняясь над только что принесенным блюдом.

— Упрямая девчонка, — беззлобно шепнул ей Руслан, заставив снова взглянуть на него. — Ты хочешь.

Олеся тут же опустила глаза. Восхитительно пахнущий крем-суп выглядел так нежно и так аппетитно, что слюнки потекли. Или она действительно очень хотела есть. Только вот разговор, ей казалось, принял совершенно другой характер, и потому она спросила о том, успевает ли Руслан сделать задание Шатилова и хочет ли попасть в проект?

— Было бы неплохо, -ответил он. — Но сначала надо все это написать. Шатилов в своем репертуаре, любит сжатые сроки.

— Там не так много источников для обзора, — заметила Олеся.

— В том-то дело. Он проверяет наш полет мысли.

— Надо еще свои предложения обрисовать, — задумалась девушка. — Я еще кое-какую литературу накопала...

— Ее слишком много, это сейчас перспективная тема.За городами будущее. Ты, самое главное, не завали себя информацией, потом будешь изучать все подробнее, когда он тебя возьмет в проект. Будет время на это.

— За городами будущее? — как эхо повторила Олеся. — А что, малые города, сельские территории никому на фиг не нужны? — возмущенно поинтересовалась она.

— Я не точно выразился. Без города будущего нет. Так исторически сложилось. Город как флагман. Ну с этим-то ты не будешь спорить? Тем более, большие города стимулируют развитие территориально близких малых...

— Не буду, но большой город — это не только большие возможности, но и большие проблемы. Например, экологические, — Олеся махнула рукой, стараясь не вдаваться в подробности, о которых Руслан и так прекрасно знал, и удивляясь, как это они перешли к серьезному обсуждению. — Да и с малыми городами тоже бывает обратный экономический эффект...

— Нужно контролировать этот процесс, управлять. Для чего мы с тобой учимся? — Руслан слегка улыбнулся, надламывая кусочек хлеба.

— Я все-таки надеюсь, что когда-нибудь, в далеком будущем, люди выберут наконец другую форму расселения и не будут жить на головах друг у друга...Уйдут от чрезмерной скученности и станут более свободны... Ввиду развития технологий, исчезнет необходимость присутствия на рабочих местах и можно будет работать, не выходя из дома... — размечталась Олеся, забыв про обед. — Конечно, эти малые поселения будут хорошо связаны между собой транспортом и всевозможными коммуникациями...

Руслан внимательно смотрел на нее.

— Этому должна способствовать экономическая ситуация...

— Такую экономическую ситуацию сделают люди.

— Трудно не согласиться. Вопрос только: какие?

— Будущие, — выкрутилась Олеся, слегка улыбнувшись.

Руслан усмехнулся.

— Бум всевозможных технологий приведет к процветанию, — чуть смущаясь, доказывала свою точку зрения девушка.

— Не забывай об обратной стороне медали, — напомнил ее собеседник. — Развитие технологий приведет к вытеснению человека с рабочего места, как следствие — безработица, и как следствие — преступность...

— Не обязательно, — мягко не согласилась Олеся. — Когда люди полноценно реализуют себя, они счастливы, им не нужно преступать закон.

— Где же они реализуют себя, если у них не будет работы? Им нечем будет обеспечить себе даже прожиточный минимум? Какая самореализация?

Олеся задумчиво разломила хлеб.

— Ну-у...во-первых, пособие по безработице никто не отменял... да и бедность будет ликвидирована, как явление... потом люди могут себя реализовывать в творчестве!

— В творчестве? — с сомнением переспросил Руслан. — Не знаю, много ли ты натворишь на голодный желудок!

Он отодвинул пустую тарелку, и предупредительная официантка тут же убрала ее.

— Да не будут они голодать!

— А мне кажется, незанятость и безделье приведут к плачевному результату, -продолжил Руслан свою мысль. — Праздный ум — мастерская дьявола, знаешь об этом, я думаю. Так вот, людей надо чем-то занимать.

— И всех ему занимать чем-то нужно, контролировать! Это в тебе твоя властная натура говорит! — тихо вклинилась Олеся.

— А что касается, твоего всеобщего равенства... — он не стал заострять внимание на Олесиной реплике. — Так это просто утопия. Тем более, про «не голодать». Ресурсы земные исчерпаемы, а население огромно. На всех не хватит.

— А я верю в человека будущего. Он что-нибудь придумает, — рассмеялась она, чтобы как-то снизить градус серьезности разговора, который стал напоминать научный диспут. — Не предсказывай крах человечеству!

— Ты оптимистка.

— Не сказала бы... — пожала плечами девушка. — а вот ты... не думала я, что ты такой пессимист!

— Я реалист.Ты, наверно, экономические концепции развиваешь в обзоре? — Руслан вернул свою спутницу к насущному вопросу.

— Ну да. И эти тоже.

— Да, еще знаешь, ты укажи какие-нибудь меры по разгрузке города, это очень актуально. И про «умный город» добавь.

Олеся немного удивилась:

— Ты подсказываешь мне, что туда написать?

— Напоминаю, — невозмутимо ответил Руслан. — И моя властная натура велит тебе доедать.

— Понравилось? — спросил Руслан, когда они уже выходили на улицу.

— Да, очень вкусно, спасибо, — улыбнулась девушка и оглянулась на закрывшуюся за ними дверь. — Надо будет запомнить это место...

— Пойдем, — он потянул ее за руку, — пара вот-вот начнется...

— Ах! — Олеся взглянула на свой мобильник. Без трех три! Часовой перерыв между лекциями заканчивался, и девушка почувствовала легкое сожаление. А потом ее пронзила другая мысль: они задерживаются ВДВОЕМ! А в аудитории ее будет ждать Вика!

Олеся рванулась вперед и вылетела на проезжую часть. Ее тут же вернули обратно. Мимо на скорости промчалась машина.

— Ты хоть по сторонам смотри! — крикнул ей в ухо Руслан. — И как после этого давать тебе право выбора? — уже не так громко продолжил парень, не отпуская девушку.

И вот тут она почувствовала странную слабость в ногах и услышала бешеные удары своего сердца. И это не от страха, она и испугаться-то толком не успела. Все дело в том, что Олеся вдруг осознала, что стоит спиной к Руслану, крепко прижатая его рукой.

— ...Как не контролировать?! — возмущался парень.

Но — может, ей показалось? — говорил он все это, наклоняясь чуть ниже, чем требовалось.

И — может, почудилось? — но на шее ощутила она легкое, как взмах перышка, прикосновение губ...

Олеся обернулась и встретила его взгляд. Парень убрал руку с ее талии и поддержал девушку за локоть. Все-таки, он случайно коснулся, нарочно, или это просто ее собственный вымысел?

— Я не заметила... — пролепетала она, стараясь не утонуть в удивительно темных глазах. — Спасибо...

Руслан только пальцем у виска не покрутил.

— Пойдем, а то совсем опоздаешь, — он потянул ее через дорогу.

Они быстро и молча дошли до того места, где встретились.

— Тебя проводить? — предложил Руслан. — Я-то на работу поеду...

Олеся мотнула головой. Не надо.

А в душе все смешалось и перепуталось: облегчение, что не придется предстать перед Викой вместе с Русланом, смущенной, взволнованной... Грусть, что его сейчас не будет рядом...

Девушка со всех ног бросилась в университет. Неправда, выбор у нее есть.

Какой вариант ты выберешь, Олеся?

— Где тебя черти носят? — прошипела Вика, когда опоздавшая на лекцию девушка присела рядом с ней за парту. — Время видела сколько?

— Видела, — пробормотала она, еле уняв волнение и не глядя на подругу.

Минуту назад Олеся, изображая из себя собственную тень, постаралась как можно тише и незаметнее проскользнуть в приоткрытую дверь аудитории, и также, почти на цыпочках, добралась до своего места рядом с Викой. На крадущуюся девушку никто почти не обратил внимания, даже преподаватель. И тут она подумала, а если бы они с Русланом вошли в аудиторию вместе? Это был бы, пожалуй, самый запоминающийся момент лекции! Наверняка, ее, Олесю, сразу же казнили бы все девчонки обеих групп. Да, сначала, все разом. А потом — каждая в отдельности! Особенно, Вика. И Анжелка. И, может, кто-нибудь еще, о ком Олеся не знает.

А он хитрый... На работу ему надо! А, может, и, вправду, надо?..

Всю пару подружки молчали. Вика сегодня еще с утра была невозмутима и каменно спокойна. Темные брюки, белая блузка, распущенные длинные густые волосы... Виктория казалась очень взрослой и... отчего-то усталой... Олеся искоса поглядывала на подругу, но затеять переписку не решилась. А ведь так и подмывало спросить, помирились ли они с Русланом после клуба. Это с одной стороны. С другой — Олеся знать ничего не хотела.

Звонок возвестил об окончании занятий. Девушки собрали конспекты и ручки.

— Девчонки, пошли гулять! — подскочила к подружкам Кристина. На ней было коротенькое с рукавами три четверти бледно-голубое платьице, что придавало ей нежный весенний вид.

— Погода чудесная, — восторгалась она. — Надо ловить момент!

Вика сосредоточенно запихивала тетрадку в сумку и ничего не отвечала.

Да, погодка радовала...Олеся и сама нарядилась сегодня с утра в легкую плиссированную юбочку и кофточку-безрукавку. Плюс кожаная курточка, конечно.

— Ау, девчонки? — Кристина добивалась внимания.

— Пойдем, а куда? — подала голос Виктория.

— В парк. Да, Миш? — обратилась она к подходившему парню.

— Да, тут на метро несколько остановок... — подтвердил он. — Но я с вами не поеду. Мне на работу надо.

— Зачем на метро? Я всех довезу! — это Дмитрий подтянулся с последних парт.

Олеся, сама не зная почему, смутилась. Они не виделись с Дмитрием с того самого момента, как он звал ее с собой. И девушка мельком взглянула на него и почувствовала облегчение: парень вел себя вполне дружелюбно, без намеков и многозначительных взглядов.

— О, Димочка, вот ты-то мне и нужен будешь для большого дела, — ласково обратилась к нему Кристина.

Мишка напрягся и насупился.

— Еще чего-нибудь написать? — прищурился Димка.

Кристина молитвенно сложила руки и посмотрела на него с мольбой во взгляде.

— Должна будешь, — Дмитрий развел руки и закатил глаза, мысленно обозревая огромную сумму Кристининого долга.

— Эй, ты там губы закатай, — многозначительно кивнул Мишка, обращаясь к Димке.

— Само собой, — улыбнулась Кристина Дмитрию, не обращая внимания на Михаила. — А Руслан где? — оглянулась она в поисках всем известного красавца.

Олеся отвернулась. Не хватает еще покраснеть как помидор! Хотя, чего краснеть-то? Ничего не было... А чувство такое, словно сделала что-то запретное! Вообще-то, так и было! На лестнице! Ну, так уже сколько времени прошло! Месяц почти!

«И ты не против повторить!»

«Что-о?! Мы просто случайно встретились и вместе пообедали в одном местечке»

«Да-да! Один на один!»

«Он мог пойти туда и без меня!»

«А пошел с тобой, а не со своей девушкой!»

«Ну и что? Мы просто поболтали как хорошие знакомые!»

«И даже на скользкие темы!»

«Мы вышли и почти сразу же попрощались»

«Легким поцелуем в шею»

«Это моя собственная выдумка!»

«Сама веришь?»

Олеся сильно зажмурилась и закусила губу, прервав свой внутренний диалог. Так и с ума сойти не долго! Заработать раздвоение личности!

— Олеся! — услышала она окрик Кристины и обернулась.

— А? Что?

— Ух, ты с нами! А я уже думала, ты отправилась на другую планету, — пошутила блондинка. — Ты Руслана не видела?

Вот зачем она это спрашивает? Слава Богу, не удалось превратиться в маков цвет! Олеся покачала головой. Почему-то не хотелось ни с кем делить воспоминание о сегодняшнем перерыве между занятиями...

— Да чего ты пристала! — подала голос Вика. — На работе он.

Все пошли к выходу из аудитории. Михаил с каменным видом шел впереди всех.

— Миш, ну, пока, — легко помахала ему Кристина.

Парень обернулся, поджал губы и, ничего не сказав, пошел прочь.

Олеся украдкой взглянула на Вику. Значит, помирились? Да неважно мне, неважно, неважно! Ну что она дергается как любовница перед женой? Да Вика и не жена... Да и она, Олеся, не любовница! «А ведь не против ею стать!» — ехидничала собственная совесть. «Хватит!» — девушка сжала кулак так, что ногти с силой врезались в ладонь.

— И Анжелки нет? — Кристина окинула взглядом опустевшую аудиторию.

Дышать стало легче, Олеся даже немного расслабилась. Честно говоря, она теперь, после клуба, побаивалась этой блондинки. Хотя и раньше светловолосая красавица вызывала в Олесе мало положительных эмоций, девушка почти физически ощущала волны негатива, исходящие от Анжелы. Даже на Вику эта красотка реагировала спокойнее, хотя, казалось бы, именно на русую голову Олесиной подруги должны попадать все Анжелкины проклятия...

— Липницкая — птица высокого полета, — поведал Дмитрий. — Она подала заявку на участие в конкурсе мисс нашего университета! Решила явить миру свою красоту, так сказать!

— Да ну? — удивилась Кристина, а вместе с ней и все девчонки.

— И что, она пошла готовиться? — спросила Вика.

— Ага, — усмехнулся парень. — Там, оказывается, надо не только попой покрутить, но и стихи прочитать. А Анжелка, сами знаете...

— Читать не умеет? — пошутила Кристина.

— Стихов не знает! Пошла в художку, знакомиться с творениями классиков! — усмехнулся Димон.

— Так ведь далеко еще конкурс этот, сейчас только заявки собирают, — сказала Вика, накинув на плечо сумку. Она, как староста группы, должна быть в курсе всех новостей.

— У нее, значит, есть время все выучить! — Кристина развернулась к выходу.

— Ох, какой я везучий! У меня три девчонки-лапочки в машине поедут! — рассмеялась Дмитрий, подходя к двери аудитории. — Увезу я вас всех в тундру, увезу к седым снегам! — напел Димон. — Что там дальше? Что-то про шкуру медведя...Увезу тебя я в тундру, увезу к себе домой! — парня потянуло на пение.

— Ой, Леонтьев, не задавайся! Тебя на нас всех не хватит! — оборвала его мечты Кристина, проходя в распахнутую предупредительным Димкой дверь.

— Зато вас всех хватит на меня! — ухмыльнулся Дмитрий, идя вслед за девушками по коридору.

Кристина развернулась и ткнула ему кулаком в живот.

— Я все Разумову расскажу, — вполголоса сказала она.

— Ой! — Димка скрючился, делая вид, что ему больно. — А чего Разумову, а не Мишке?

— Так ведь ты не с меня начнешь, я думаю!

Вика шла впереди и упорно пыталась кому-то дозвониться: Олегу? Руслану? Навряд ли она могла услышать происходящий позади разговор. А вот Олеся, идущая почти рядом с Кристиной, слышала все прекрасно. Шутки все, конечно, но тут и дураку понятно, с кого бы начал Дмитрий... Только при чем здесь Разумов?

Прошло почти три недели. Олеся научилась так виртуозно избегать встреч с Русланом, что удивлялась сама себе. Едва завидев в коридорах высокую сильную фигуру темноволосого парня, девушка моментально уносилась прочь, даже не оглядываясь. Узнав теперь, где он паркует машину, она больше ни разу не ходила в ту сторону. Правда, может, ее и не искали? Такая мысль не раз приходила ей в голову! Но дело было не в этом. Дело было в ней самой. Ведь, чем дальше она убегала от него, тем сильнее ей хотелось быть к нему ближе.

А потом целых полторы недели девушка не видела его в перерывах между занятиями. Ей уже не приходилось скрываться, и она очень скучала по нему. Чтобы хоть как-то оторваться от своих кровососущих мыслей, Олеся записалась на спортивные занятия. До изнеможения она гоняла себя на беговой дорожке, обессиленная приходила домой, валилась спать, но, если тело и забывалось в физической усталости, то собственную душу довести до бесчувствия никак не получалось. И уже эта самая беговая дорожка казалась Олесе аллегорией всей ее жизни. Она выматывалась, задыхалась, тратила последние силы, но убежать никуда не могла...

Вика помирилась с Русланом, но постоянно жаловалась, что он занят, что у него нет на нее времени. Олеся старалась не придавать этому значения. Может и вправду занят? Она все для себя решила: сохранить дружбу с Викой.

Каждый день проводя в невероятной борьбе, Олеся уже подумывала перевестись обратно, на родину. Там ее ждал Женька, верный, добрый, надежный. Он писал ей постоянно, звонил и обещался приехать на ноябрьские праздники. С ним было все просто, легко и ...скучно... С Русланом же — все иначе, ярко, волнующе, тепло и надежно... И ни один знакомый Олеси до Разумова не дотягивал. Им всем было до него как до Плутона! Да что там! Как до галактики Андромеды!

Она была влюблена в Руслана. По уши. Безумно. Бесповоротно.

На ноябрьских праздниках Миша собирался праздновать день рожденья. Друзья долго думали, где и как отметить это событие, и Дмитрий уговорил Руслана собрать всех на даче. Об этом Олесе сообщила Виктория, потом сам Миша позвал ее тоже. Только с хозяином дачи девушка не говорила, но он, конечно, знал, кто будет в числе приглашенных. Скрепя сердце, Олеся согласилась поехать. Все-таки там будет Вика, Анжелка, в общем, у Руслана будет достаточно обожательниц, и он не обратит на нее никакого внимания. А уж сама она сумеет держать все под контролем.

На самом деле, она просто очень, очень хотела его увидеть! Но об этом знать не надо даже собственной совести!

Работы по городским агломерациям были сданы. И осталось дождаться объявления результатов. Кого именно Шатилов зачислит к себе в команду? Олеся особо не переживала, главное, чтобы зачел работу. А уж попадание в проект — это дело везения. Не попадет — не расстроится. Но и поработать так было бы интересно...

Девушка все же еще раз побывала у Шатиловых. Надо начатое дело доводить до конца. Правда, в глубине души ее уже меньше стал интересовать Шатилов. И только из какого-то упрямства она совершила еще один визит к нему домой. Узнав от Вики, что Руслану после четырех часов нужно ехать на работу, Олеся отправилась к Леониду Юрьевичу.

Не сняв куртки, девушка прошла в комнату. Ну и где тут наш дружок-ноутбук? Она огляделась в поисках портативного компьютера. Но в этот раз ей не повезло. Его нигде не было видно. Что ж, было бы глупо надеяться, что ноут будет ждать её каждый раз, когда она вознамериться наведаться в гости к Шатилову. Олеся со скучающим видом прошлась вдоль книжного шкафа. Полистала фотоальбом. Задержалась взглядом на свадебной фотографии Шатиловых. Довольные, улыбающиеся. Счастливые? Злоба и обида нахлынули на Олесю. Дрожащими руками она вынула фото и разорвала его. Быстро огляделась в поисках хоть какого-нибудь карандаша, а, заметив, таковой на тумбочке, схватила его резким движением и размашисто написала на обороте одной из половинок фотокарточки: «А я от него беременна!».. И словно обжёгшись, бросила карандаш и отскочила от полки. Где-то по краю сознания проскочила мысль, что это шокирует Анну Михайловну, поскольку у неё не может быть детей. Но девушка лишь рассеянно улыбнулась, взглянула мельком в окно, и... от паники у нее задрожали коленки. Прямо напротив подъезда припарковалась знакомая черная машина. Из неё вышли Руслан и Леонид Юрьевич. Что они тут делают? Олеся заметалась по комнате. Нет, этого не может быть! Она снова посмотрела на улицу. Мужчины заходили в дом. Олеся подбежала к входной двери. Нет, она не успеет выйти... Ей стало так страшно, так стыдно, что захотелось проваливаться на месте. Еле обуздав эмоции, Олеся ринулась в комнату.

Вот уже послышались шаги на лестничной клетке, приглушённые голоса, скрежет дверного замка... Сердце было готово рухнуть вниз тяжёлым камнем.

Олеся приросла к стене.

Входная дверь квартиры распахнулась. Леонид Юрьевич зашёл в прихожую, за ним последовал Руслан. Они не переставали что-то обсуждать. Олеся даже не вникала в смысл их беседы. Мужчины прошли в соседнюю комнату. Девушка, затаив дыхание, глянула в дверную щель. Шатилов доставал свой ноутбук.

— Ну, давай флэшку... — он оборачивался к Руслану.

Через пару минут они оба уставились в монитор. Олеся приоткрыла дверь шире.

— А что , хорошо, хорошо, — одобрительно кивал Шатилов. — А вот тут я бы подумал, пожалуй... Вот тут если...

Что они там могли обсуждать? По работе или учёбе? А впрочем, неважно... надо бежать!

— Да, я как раз и хотел этот момент уточнить... — донесся голос Руслана.

— Тут бы надо чуть подправить... А расчёты где? Ага, ага... — Леонид Юрьевич сосредоточенно читал открывшийся документ.

Пока они так увлечены — самое время ускользнуть! Олеся тихонько вышла из комнаты, подхватила незамеченные никем сапожки и медленно повернула ручку замка. Механизм громко щёлкнул. Девушка резко рванула дверь на себя и стремглав выскочила на площадку. Даже не надев сапог, как была в носочках, понеслась опрометью по лестнице вниз. И даже вылетев из дома, не остановилась. Необутая, так и бежала до самой автобусной остановки. Боясь оглянуться назад. Боясь остановиться.

Глава 10

В час дня Олеся встретилась с Кристиной у метро, и они пошли к ожидавшей их компании.

— Ты представляешь, Мишка мне с утра истерику закатил, потому что я опятьночевала у Димки. И ведь сказали ему, что не было ничего. Так он все равно за свое, — сразу обрушила Кристина на Олесю все свои новости. — Ведь позвонил с утра моей маме, а она думала, я у него, Мишки, а меня там нет... В общем, еще и от матери влетело... Кошмар полный! Вдобавок, Мишка заявил, что отменяет днюху, никуда не хочет, он на эти шашлыки не подписывался и все такое... Вот как это называется, а? Мы собрались уже, Руслана напрягли, а он, как девочка!

Еле уговорила его сегодня... Тьфу, идиот!

Олесе не удавалось вставить и слова в быстрый поток Кристининой речи.

— Подожди, Кристин... — взмолилась, наконец, она. —Ты ночевала у Дмитрия? Миша приревновал, наверное...

— Ну, конечно, коне-ечно, — ядовито протянула Кристина. — Сказали же ему, и я, и Димка, что не было ничего... Я поехала к Димке за расчетами, ну, мы...попили чаю.. и я вздремнула...А оказалось, продрыхла всю ночь! Я, действительно, спала на диванчике! Дурак он, Мишка, просто дурак! Достал уже со своей глупой ревностью!

— Почему же ты Мишу не просишь помочь? — недоумевала Олеся.

— Потому что он начинает меня учить... А Димка просто сделает все безо всяких там нравоучений...

Олеся не нашла, что ответить. Тем более, что они уже подошли к ожидавшим их приятелям.

У ярко-красной Анжелкиной машины стояли Дмитрий и Миша. Сама Анжелка, глядя в зеркало, поправляла свои распущенные волосы. Димка как всегда балагурил. Анжелка кокетливо посмеивалась. Михаил смотрел на всех с непроницаемым видом. И Олеся вдруг ясно осознала, как разительно отличались друг от друга Кристина и Миша. Он — замкнутый, неразговорчивый, избегающий шумных компаний, и она, Кристина — по-стрекозиному легкая, словоохотливая, любящая веселиться и быть в центре любых празднеств...

Дмитрий бросил на Олесю быстрый взгляд. Девушка надеялась, что парень потерял к ней всякий интерес. Но в скользнувших по ее лицу серых глазах она прочла совершенно обратное.

Автомобиля Руслана нигде не было видно, и Олеся думала, что он поехал за Викой, когда вдруг в сумке зазвонил телефон.

— Вика? Ты где? — спросила Олеся, уходя от шумной компании вдоль дороги.

— Олеся, — голос Вики было не узнать. — Я не могу поехать.

— Что?!

— Олесь, слышишь, я еле разговариваю, у меня горло болит, температура 39,5. Я с ночи такая. Это, наверное, после бассейна. Я с мокрой башкой на улицу вышла, и вот, пожалуйста, ангина...

— Ты могла мне раньше позвонить? — Олеся заметила паркующуюся черную тойоту.

— Нет, я только проснулась, я в шесть утра приняла парацетамол и уснула.

— Вика... — У Олеси осекся голос. — Я без тебя не поеду.

— Не сходи с ума, езжай, отвлекись, а то вся заучилась уже. Если мне станет получше, может быть я вечером приеду.

— Нет... я... не могу. Я никого не знаю, вернее я всех слишком мало знаю.

— Да ладно тебе, Кристину же ты знаешь... Кого ты боишься?

«Себя», — подумала Олеся.

— Димона? — продолжала Вика. — Не бойся, он тебе ничего не сделает...

Ну-ну!

— ...Анжелку? Это, конечно, еще та стерва! Но, не думаю, что она на что-то способна... Руслана? Ну, ему-то ты можешь доверять!

Олеся стояла спиной к проезжей части и смотрела на высохшую траву на газоне.Вдруг она резко повернулась. Руслан... Чувство радости, облегчения и восторга захлестнуло ее душу, и Олеся еле сдержала улыбку. Что говорила ей подруга, она уже не слышала, оказавшись плененной красивыми черными глазами.

— Нет, Вика... Я тебе перезвоню...- машинально произнесла Олеся и слегка попятилась.

— Вика заболела.

— Я знаю.

— Подслушивал? — спросила Олеся, почему-то дрожа.

— Нет, — мягко ответил он.

— Ты меня гипнотизируешь... — не то спрашивала, не то утверждала она.

— Почти.

Между ними было расстояние в пять шагов, он подходил к ней все ближе, не освобождая ее от власти своего взгляда, и Олеся отступала. Совершенно не обратив внимание на то, что там позади, она вдруг уткнулась спиной в раскрытую дверь машины.

— Садись, — тихо сказал он ей.

Олеся сжала сумку в руках так, что побелели костяшки пальцев, снова ощущая непреодолимое притяжение к Руслану. А он стоял так близко, что если бы она не отклонялась, могла бы носом уткнуться в его дымчато-синий свитер.

— Олеся, ну почему, такие простые вещи вызывают у тебя столько сложностей?

— Иногда эти самые вещи не настолько просты, как кажутся на первый взгляд.

Руслан вздохнул:

— Олеся, ну ты догадываешься, что я сейчас отвечу? Не провоцируй.

— Ах, я еще и виновата!

— Давай степень вины друг друга мы выясним немного позже? Садись,- твердо сказал он.

Колени подгибались, и она сдалась. Руслан закрыл дверь и махнул рукой курившему на тротуаре Димону. Все остальные уже сидели в машине у Анжелы.

В этот момент завибрировал Олесин телефон. Сообщение. Опять? «Что потекла, сука?» У Олеси задрожали руки, и она быстро стерла смс-ку.

— Олеся, что с тобой? — бросился к ней Руслан, заметив ее состояние.

Она вертела в руках телефон, не зная, стоит ли ему рассказывать об угрозах Анжелки.

— А больше никто с нами не поедет? — вдруг осенило ее.

— Больше мест нет, там вещи, — Руслан указал на задние места. Вещей там было не так уж и много.

— Может, я на другой машине? — Олеся потянулась к дверной ручке. — Возьми с собой Димона.

Но, если честно, ей было спокойно именно с Русланом.

Парень завел автомобиль, и двери блокировались.

— Мне приятнее с тобой, чем с Димоном. — говорил он, а Олеся в этот момент дергала дверь. — Все, блокировка срабатывает при движении, а я не могу остановиться, — он, конечно, врал.

— Руслан... ну...пожалуйста...

— Какие интонации! Мне нравится, давай еще раз.

«Паразит», — Олеся замолчала и отвернулась к окну.

— Ты где пропадала? — спросил Руслан и вывел Олесю из задумчивости.

— Училась...По спецпредметам сложные курсовые...

— Что-то я не видел тебя ...

— По библиотекам и компьютерным классам бегала...

— И долго бы ты так бегала? — этот вопрос застал Олесю врасплох.

Она бросила на него растерянный взгляд и пропала в чарующий мир темных глаз.

Он не просто смотрел на нее. Он упрекал ее за долгое отсутствие, целовал ее взглядом, обнажал ее чувства, и упругая пружина страсти сжималась в ее теле, щеки залились румянцем, а сердце начало выдавать неровный бешеный ритм.

Тут она почувствовала, что машину уводит вправо.

— Руслан! Смотри на дорогу!

Но он уже выровнял движение автомобиля. Олеся, красная от смущения, отвернулась к окну. Все, больше она на него и не посмотрит.

— А сколько ехать? — спросила девушка, когда уже в душе все стало более-менееспокойно.

— Часа полтора, если на переезде не застрянем, — Руслан не отрывался от дороги. — Ты никогда не ездила в этом направлении?

— Нет, — покачала головой Олеся, глядя на дорогу.

— Эх, было бы больше времени, я бы тебе экскурсию провел, — вздохнул Руслан. — У нас там карстовые пещеры и родники. И да, дворянская усадьба, где жил Набоков. Тебе, как девушке увлеченной литературой, это было бы интересно...

Олеся все-таки посмотрела на Руслана. А ведь помнит...

Но все, что он говорил, и на самом деле было весьма любопытно...

— Усадьба как музей действует? — девушка мысленно делала себе заметку как-нибудь побывать там.

— Конечно, — кивнул Руслан. — Лучше бы мы туда поехали сегодня, честное слово, — вырвалось у него. — Мы с тобой, — он быстро взглянул на Олесю. — Еду на дачу только ради Мишки.

— А Мишка сегодня, говорят, хотел отказаться... — тихо сказала Олеся, стараясь не обращать внимание на то, как Руслан только что объединил себя и ее.

— Да, он мне уже звонил с утра. Что-то у них там с Кристинкой. Но она его уже уговорила.

Они немного помолчали. И может быть, каждый в это время жалел о том, что вынужден подчиняться каким-то внешним обязательствам, а не собственным желаниям. Олесю стала одолевать фантазия о прогулке по набоковской усадьбе и в душе она все больше и больше сопротивлялась предстоящему скучному мероприятию. Она посмотрела в окно. Утренние тучи рассеивались; то тут, то там на сером, будто недовольном землею небом, ярко вспыхивали полосы радостной синевы, как улыбки на лице хмурого человека. И вот уже через несколько минут в большую прореху между клубящимися дождевыми облаками глянуло солнце и оживило все окрестности. И поля тут же поменяли свой серовато-грязный оттенок на теплый желтый, опустевший и тоскующий по зеленой листве лес, затеяв игру с солнечными бликами, весь засветился изнутри, темные лужи с дорожной обочины начали шаловливо пускать солнечные зайчики... Олеся зажмурилась, поймав глазами одного такого солнечного посланца...

— И погодка налаживается, — глухо проворчал Руслан.

Да, видимо, и у него было совсем не то настроение, чтобы создавать праздник.

— А я и не знала, что Анжелка водит машину... — Олеся смотрела на едущий впереди красный автомобиль.

— У нее папа крутой начальник в ГИБДД,вот у нее и машина, и квартира, и куча амбиций...

А за окном проносились дома и деревья, и Олесе не хотелось ни о чем думать, а просто наслаждаться присутствием Руслана, ощущая его энергетику, и она не знала, чего бы ей хотелось больше: скорее приехать или застрять в машине с ним на целую вечность.

Переезд оказался свободен, и они доехали быстро. Тойота остановилась у железного забора, за которым был виден двухэтажный кирпичный дом. Пока они ехали, Руслан рассказал немного об усадьбе, она была видна с дороги, и о поселке, которому уже около пятисот лет, и даже вспомнил одну известную легенду, связанную с этой местностью, естественно, про пещеры, одна из которых признана самой большой в Ленинградской области. Было интересно, легко и в то же время, загадочно, когда речь зашла о тайных подземных ходах, и совсем не хотелось заканчивать разговор и покидать их какой-то особенный маленький мир, но все равно это пришлось сделать. Олеся огляделась по сторонам. На маленькой улочке стояло несколько кирпичных домов, помимо дачи Руслана, а дальше дорога постепенно сужалась и уходила в лес.

К ним подходил Дмитрий. Парни пошли к багажнику за сумками, а потом отнесли их в дом.

Олеся ненадолго задержалась у машины, застегивая куртку. Перед глазами рисовалась картина их совместной прогулки по парку усадьбы... Розовые мечты! Олеся затянула молнию до конца, слегка ущипнув ею себя за подбородок, и этим прекратила дикую игру своего воображения.

— Что ты там Руслану делала? — ехидно прошептала ей Анжелка, подойдя сзади. — С чего вдруг он потерял управление?

Олеся задохнулась от такой наглости.

Ее догнала Кристина.

— Олеся, не бери в голову...

— Ты слышала?

— Нет, я просто поняла, что она тебя достает.

Девочки прошли в дом, только Анжела осталась на улице с ребятами. Собирались делать шашлыки.

Кристина, вспомнив, что хотела попросить приготовить мясо на решетке, пошла к ребятам на улицу. Олеся мельком огляделась. Из небольшого холла три двери вели в комнаты, четвертая — на кухню, а рядом с ней деревянная лестница поднималась на второй этаж. Атмосфера в доме показалась уютной. Никаких излишеств, чисто, свободно...Пахло теплым запахом древесины. Олеся коснулась ладонью лестничных перил. Хотелось подняться на второй этаж, но без хозяина сделать это она не решалась.

А хозяин вырос за ее спиной как по мановению волшебной палочки.

— Поднимайся, — мягко скомандовал он, заметив ее взгляд, устремленный наверх.

Руслан обошел девушку и потянул ее за руку за собой по лестнице. Комнаты на втором этаже были почти готовы, нужно было только закончить отделку.

— Не знаю, какую взять... — размышлял парень. — Думаю, эту... — он провел девушку в небольшую, уже отремонтированную комнату. — Ну как? — спросил так, словно от ее ответа что-то зависело.

— Хорошо, — отозвалась она, оценивая взглядом помещение.

— Отсюда виден лес... — парень подтолкнул девушку к окну. — И вон там, — Руслан указывал через ее плечо, — речка... Между прочим, в ней есть опасные водовороты...

«Как глаза твои», — мысленно сравнила Олеся, чуть повернув к нему голову.

— Только они далеко от тех мест, где купаются, — продолжал парень, взглянув на девушку.

— Настоящие? Смертельные? — заинтересовалась она, чувствуя, как гибнет в других, не речных, омутах...

— Конечно! — усмехнулся он. — Там живут коварные водяные, которые поджидают красивых девушек, чтобы утащить их в свой заколдованный мир!

— Чаще всего этим занимаются русалки, — ответила девушка. — Завлекают молодых красавцев...

Загадочные омуты были совсем рядом... Они притягивали... ближе... ближе... еще ближе...Одно мгновение — и она растворится там окончательно...

— Руслан! Где решетки-то?! — снизу послышался возглас Кристины. — Руслан!

Олеся, вздрогнув, тут же уставилась в окно, абсолютно не видя, что за ним происходит, и закусила горевшие желанием поцелуя губы.

— Черт! — выругался парень. — Совсем забыл... Решетки... Пойдем? — позвал он девушку.

Она еле заметно кивнула и, пряча глаза, пошла вслед за ним из комнаты.

Олеся не спеша спустилась по лестнице. Кристина уже ждала ее на кухне. Без лишних вопросов, девушка попросила помочь. Они стали разбирать продукты и готовить нарезку из овощей.

— Олеся, у меня беда....- вдруг пожаловалась Кристина.

— Что случилось?

Нет, наверное, надо было задать вопрос: что еще случилось? Эта легкая светловолосая девушка, похоже, представляла собой источник неожиданностей. И, возможно, не всегда приятных.

— Понимаешь, тут такое дело...- Кристина очень волновалась. — Помнишь, мы были в клубе?

— Ну да, — как же такое она забудет!

— Я там с Егором познакомилась...

— Ну помню, помню, он тебя еще домой повез...

— Да... к себе... В общем, мы переспали...

Олеся на всякий случай глянула в окно. Да, все четверо у мангала. Их никто не подслушивал.

-Короче, я беременна, — с мукой в голосе проговорила Кристина.

Олеся чуть не выронила нож.

— А...э...может, от Миши?

— Нет. Мы с ним всегда предохраняемся.

— А с Егором что нет? — с ужасом спросила Олеся. — Ты его первый раз в жизни видела и сразу вот так...

Кристина села и обхватила голову руками.

— У меня задержка уже неделю. Я вчера была у врача. А сегодня еще тест сделала. Вот, — достала из своей сумки Кристина белую бумажную полоску. — Видишь?

Олеся в немом потрясении уставилась на нее. Очень четко были видны две красные черточки. Девушка села рядом.

— А Миша знает? А Егор?

— Нет, как я Мише скажу... Ты что? А Егор... Он женат... Зачем я ему?

— Ну, знаешь, это все-таки ответственность двоих. У тебя его контакты сохранились?

— Да, — вяло ответила Кристина. — Номер телефона есть... Предлагал звонить, когда будет свободный вечер...

— Не будешь сообщать новость? — поняла Олеся.

— Нет.

— А если он сам позвонит? Позовет опять?

— Значит, будем предохраняться.

— И ты его на фиг не пошлешь? — с яростью вскинулась Олеся. — А как же Миша?

— Ну, не знаю... А Мишу я люблю, конечно. Ему было семнадцать, когда мы познакомились, он на два года меня старше, мы уже пять лет вместе, он мой первый, но...он не единственный.

— Ну ты даешь... — в недоумении протянула Олеся и принялась разрезать помидор. — То есть если бы Егор был свободен, ты бы ушла от Миши?

— Может быть...

— А вы же выступать на конкурсе должны через неделю? И как теперь?

— Выступим, конечно. Мы готовы на все сто. Уже так отточили все элементы! Олеся секунду помолчала.

— Мать, естественно, ничего не знает?

Кристина посмотрела так, словно услышала самый последний бред.

— Какая мать, — протянула она. — У нас и так дома прибавление, еще и я со своим приплодом!

Олеся нахмурила брови. О семейных делах Кристины она не знала ничего.

— Да,- кивнула, продолжая, блондинка. — Мама, наконец-то вышла замуж за любимого человека и родила от него год назад ребенка. Они счастливы, — равнодушно закончила девушка.

— Извини, твои родители развелись? — вырвалось у Олеси.

— Давно, — махнула рукой Кристина. — Мне пятнадцать было. Папа живет в Финляндии.

— Ты на него не обиделась? — ой, не надо было спрашивать, наверное...

— Обиделась? С чего мне обижаться? — совершенно искренне, как показалось Олесе, удивилась Кристина, а потом задумалась. — Нет, я не обижаюсь ни на кого из них. Я не знаю, конечно, почему именно так они поступили... Может, кто-то что-то и совершил... Но... думаю, по крайней мере, они честны были... и... по отношению ко мне...

Олеся молча взяла следующий помидор и покрутила его в руках. Честность...

— Для такого поступка нужна не только честность, но и смелость, — озвучила свои мысли она.

Кристина взглянула на свою собеседницу:

— Возможно... — она немного помедлила. — Но я трусиха. Я ничего не смогу сказать Мише. Да и зачем?

Шорох в коридоре заставил девушек оглянуться. Дмитрий.

— А что это мы здесь скучаем? — парень сразу подошел к Олесе и заглянул ей через плечо. Девушка ощутила его дыхание на своей шее. Он схватил дольку помидора. Олеся не решалась повернуться, продолжая нарезать овощи.

— Да хватит уже, — Димон нетерпеливо взял девушку за руку. — Пошли на воздух, пока погода хорошая.

Он приобнял обеих девчонок за талии и вывел во двор, рассказывая по пути какой-то анекдот. Девушки засмеялись. Они подошли к мангалу, и Кристина с Олесей уселись на скамейку-качели. Приободренный Димон продолжал травить байки, усаживаясь между девчонками. Вдруг он тихонько прошептал Олесе на ушко:

— Чем вы с Русланом в машине занимались?

Вот как всех это интересует!

— Ворон считали. Они мимо летели, не видел? — ответила Олеся и заметила, как Руслан оглянулся на нее с лукавой улыбкой. Значит, Димка и к нему приставал с таким же вопросом?

— Вставай, лентяй! — Руслан направил на Димона пустой шампур как шпагу.

— Да мне и здесь хорошо, — Дмитрий обнял Олесю одной рукой за талию. — Или ты вызываешь меня на дуэль? — изумился он, когда шампур легонько коснулся пуговиц на его куртке.

— На шашлыки! Поднимайся! — Руслан виртуозно махнул шампуром перед самым Димкным носом.

Недовольный, Димон отошел от девушек.

Почему один-единственный вопрос, заданный Олесей, разбудил в душе столько воспоминаний?Кристина ушла ото всех в дом, сославшись на нездоровье. А ведь ей казалось, что она уже давным-давно приняла и поняла всю ситуацию с разводом родителей... Обижалась... Она обижалась? Почему это так затронуло ее? Потому, может быть, что она сама себе в этом никогда не признавалась?

Кристине вспомнился душный солнечный майский денек. Пять лет назад... Пять лет назад в школах Петербурга прозвенел последний звонок... Кристина закончила девятый класс. Впереди — экзамены, потом — лето, потом — еще два года обучения в школе... Девушка была полна самых радужных надежд и планов...

А они все разрушили.

Честность это? Смелость, говорит Олеся? А скорее — самый настоящий эгоизм!

Кристина помнила, как кричала своим родителям, когда они сообщили ей эту новость:

— Предатели! Вы предатели!

Помнила она и то, как круто развернулась и, не видя ничего перед глазами от какой-то непонятной пелены, натыкаясь на углы шкафов и дверные косяки, вылетела из квартиры на улицу...

А потом, ощущая странную разорванность мира, словно небо поплыло в одну сторону, а земля — в другую, бегала, не разбирая дороги, по своему району...

Ноги сами принесли ее к школе... А вот дальше воспоминания становились уже менее отчетливыми. Каким-то образом она оказалась в компании одиннадцатиклассников, отмечающих на школьной дискотеке (а Кристина-то даже и забыла, что был праздник!) свой последний звонок... Ребят этих она, конечно, знала, но близко никогда не общалась... Помнила, как танцевали они чуть ли не до упаду... Потом бешено, до одури, целовалась на подоконнике в полутемном школьном коридоре со светловолосым парнишкой Мишей... Следующий обрывок воспоминаний — и они уже в темном закутке под лестницей, где стояли несколько старых парт... И голос Мишки (вот почему-то помнился!):

— Если не хочешь... я не буду ...

Но Кристина позволяла ему все больше и больше... Да за кого он ее принимает? Она уже взрослая девочка! Но, когда обнаружилось обратное, Кристина, жмурясь от боли и, видимо, ступив на путь мазохизма, прошептала:

— Не останавливайся...

Домой она, конечно, в тот вечер не вернулась... Осталась у Мишки, не зная еще, что останется у него на пять лет...

Но, пока Кристина таким образом перечеркивала и вычеркивала свою прошлую жизнь, родители искали ее чуть ли не с собаками... Даже хотели подавать заявление о пропаже... Шутка ли, домашняя паинька-девочка и не пришла домой!

Девочка оказалась дома ближе к вечеру. И то, потому что Мишка уговорил. На все расспросы и угрозы родителей она показала вытянутый средний палец и скрылась в своей комнате.

И — понеслось. Дома она уже практически не бывала. Ее то и дело увлекала какая-нибудь мрачная компания. Хорошо, что Мишка, чувствуя ответственность, вовремя уводил ее от дальнейшего спуска по наклонной. Все лето она психовала и протестовала таким образом. Осенью, когда начался учебный год, Кристина даже не ходила на занятия...

Только своими подростковыми выходками она не добилась ничего. Родители все равно развелись и разъехались. Она лишь немного отсрочила дату их развода... Случилось это в декабре. Кристина помнила, это ужасное горькое невыносимое чувство разочарования... тяжелое чувство неоправданности собственных надежд...а потом — холодное опустошение... Но в новый год она шагнула уже спокойной и равнодушной... Затем снова взялась за учебу. И постепенно привыкла к мысли, что не всегда люди, являющиеся для тебя половинками мира, остаются рядом...

Глава 11

Небо было высокое и ясное, светило солнце, воздух казался еще прозрачнее и чище, легкий, совсем легкий ветерок осторожно играл последними не опавшими листьями.

Дачный участок был небольшим, но на нем все компактно размещалось: и место для шашлыков, и небольшой цветник перед домом, где, наверное, мать Руслана, выращивала цветы, и банька, и даже еще оставалось пространство, чтобы весной вскопать грядки. С другой стороны от дома лежали кучи кирпичей и прочего строительного материала. Было ясно, что совсем недавно здесь кипела работа.

Небольшая дорожка, обсаженная с двух сторон туей и еще какими-то хвойными кустарниками, уводила за дом. Там были видны яблони. На их ветках еще висели плоды. Как стеклянные шары, они светились на солнце, и все деревца были украшены ими, словно елки игрушками. Олеся подошла к ним и взяла в руки яблоко. От него исходил осенний запах, в котором смешивались и легкий утренний морозец, и сырость древесной коры, и остывающий луч солнца. Яблоко оторвалось, упав ей в ладонь.

— Они не очень вкусные, наверно... — голос Руслана раздался прямо за спиной.

— Ты напугал меня... — вздрогнув, повернулась к нему Олеся. Как он подошел, что она не слышала? — Я не собиралась их есть и рвать тоже.. А давно у вас этот участок? Дом почти новый...

— Участок давно, я еще мелким сюда приезжал. А дом мы два года назад полностью перестроили, подвели воду и все коммуникации. Там даже планировка другая теперь. Ну и второй этаж, как я и говорил...

— Сам проектировал? — пошутила Олеся, стараясь не думать о втором этаже, вернее, о том, чего там так сильно хотелось.

— Не совсем, — улыбнулся Руслан.

— Хорошо у вас... Это даже не дача. Здесь жить можно, — Олеся стояла и вертела в руке упавший ей в ладонь плод.

— Отец так и планировал. Да брось ты его, — он взял из ее рук яблоко. — Пошли, там уже все готово.

Димон веселил девчонок. Он сидел между Олесей и Кристиной, постоянно нашептывая то одной, то другой анекдоты на пикантные темы. И Олеся заметила, что он слишком часто наклоняется к ней, легонько обнимает за талию и притягивает к себе. Но девушка не поддавалась. Тем более ее, как магнитом, тянуло в противоположную сторону, к Руслану. Так и хотелось положить ему на плечо голову, оказаться окруженной кольцом его рук... И в этот момент, когда Олеся предавалась сладким мечтам о своем соседе, горячая Димкина ладонь накрыла под столом ее колено, скользнула вверх и перебралась на внутреннюю сторону бедра, пытаясь придвинуть к себе. Олеся дернулась, резко убрала ноги и, так получилось, вплотную прижалась ими к Руслану. Он о чем-то разговаривал с Мишкой, но отвлекся, посмотрел на Олесю и положил свою руку позади нее на спинку скамейки. Девушка не решилась взглянуть на него.

— Ты чего испугалась? — жарко прошептал Димон над самым ухом. Олеся ощутила легкое прикосновение Димкиных пальцев у себя под курткой на пояснице, и это заставило ее шарахнуться к Руслану еще раз. Неумолимо захотелось обхватить его руками и тихонько произнести: «Скажи ему, что я твоя». Но Руслана не надо было ни о чем просить. Он обернулся к ним всем корпусом и оборвал Димона:

— Притормозил, Димыч! — это было сказано громко, грубо, тоном человека, который решает здесь все. Даже вопрос Димкиных притязаний. Парни долго и пристально смотрели друг на друга.

Все замолкли и повернули к ним головы. Девушка незаметно отодвигалась от Руслана и желала только одного: провалиться сквозь землю. Димон отвернулся и встал со скамейки, закуривая сигарету. Олеся придвинулась к столу и уперлась подбородком в сплетенные пальцы. На душе было ужасное, поганое чувство, что она только что столкнула лбами двух приятелей. Хотелось утопить саму себя в этом стакане вина, куда она так настырно пялилась.

Анжелка, воспользовавшись паузой, начала рассказывать, как она ездила в Болгарию. И как оказалось, неспроста.

— У Руслана там куча родственников и дед с бабкой, — нагнулась к Олесе Кристина, чтобы прояснить Анжелкины намерения.

Руслан так и сидел, откинувшись на спинку скамейки, и односложно отвечал Анжеле на ее вопросы.

— Русланчик, нам надо было встретиться, мы бы там зажгли! — Анжелка повисла на его плече, пытаясь привлечь к себе внимание, но Руслан отмахнулся от нее как от назойливого насекомого. Анжела надула губки.

— Может, в дом переберемся? Темнеет, — Димон спрашивал всех, но взглядом буравил только Олесю.

А она, не зная, куда спрятаться от этих сверлящих глаз, пошла прочь по дорожке, чтобы успокоиться и заодно позвонить.

— Вика, ну как ты? — спросила девушка, когда на том конце ее подруга сняла трубку.

— Уже получше. Но горло болит, конечно, еще, першит. Но температура уже спала. Только у меня такая слабость.

— Не приедешь, значит, — уныло констатировала факт Олеся.

— Сама понимаешь...

— Понимаю. Жаль. Ты меня подставила.

— Да ладно, что вы там делаете?

— Уже съели все шашлыки.

— Ну, вот, даже если бы я приехала, мне бы ничего не досталось.

— Я пошутила...

— Знаешь, наверное это был шанс как-то улучшить наши отношения с Русланом... Не судьба, — с отчаянием проговорила вдруг Вика.

— Все еще будет хорошо, — пыталась приободрить подругу Олеся, но самой, если честно, в это не верилось.

— Присмотри там за ним, — тут Олеся чуть не поперхнулась. — Анжелка там крутится, наверное.

— Вика, ты вот думаешь, что говоришь?

— Я после температуры, мне можно нести всякую чушь. Ладно, пока. Завтра созвонимся.

— Пока, поправляйся.

Олеся застыла, глядя в темнеющее небо. Оно было таким далеким и равнодушным, что девушка со вздохом опустила глаза. Она боялась продолжения вечера, и в какую-то минуту ей захотелось, чтобы время остановилось.

— Дышим воздухом? — рядом оказалась Анжелка.

— Дышу.

— Ты соображаешь, что делаешь? Это же два самца. Хочешь, чтобы они из-за тебя подрались? — зашипела девушка.

А надо было терпеть Димкины приставания, которые уже переходили границы?

— Не хочу, — нахмурилась Олеся.

— Ты помнишь, что я тебе сказала в клубе? — спросила Анжела, затягиваясь сигаретой.

— Помню.

— Тогда какого фига ты тут делаешь?

Олеся смотрела на Анжелу и задавалась тем же вопросом.

— Я хочу, чтобы ты зарубила себе на носу — этот парень мой.

Вот как?

— А он об этом знает? — насмешливо поинтересовалась Олеся.

Анжела с ненавистью посмотрела на соперницу:

— Бери Димку, пока ты ему нужна. Утешительный приз.

— Я не понимаю, чего ты так бесишься, если у вас ничего не было? А, все, до меня дошло, ты следующая в списке ожидания? — продолжала дразнить ее Олеся. «А меня-то вне очереди провести хотят!»

— Было у нас все. И любовь, и секс. До вас всех. На втором курсе. И он ко мне вернется.

— Расскажи ему о своих планах, — стебалась Олеся.

Анжелка придирчиво осмотрела ее:

— Что он в тебе нашел?

Да, загадка!

— У него же тысячи, тысячи девиц всяких, делать ничего не надо, только выбирай! Нет же, бегает за тобой как собачонка, — скривилась Анжела.

— Пойдем, спросим! — горячо воскликнула Олеся и схватила девушку за руку. Это, конечно, был блеф. Никуда она идти не собиралась.

Анжела выдернула руку.

— Вот ты тварь!

— А как же! — Олесю несло. Может от вина, а может, просто потому, что Олеся понимала: ничего Анжелка ей сейчас не сделает. Хорошо котенку быть храбрым, когда на его защиту выходит грозный лев.

— И как Вика-то тебе еще волосы не выдергала? Или она просто делает вид, что не замечает?

Ну, все, это уже слишком! Олеся круто развернулась, она не желает больше продолжать этот разговор. Анжелка преградила ей дорогу.

— Когда будешь стонать у него в постели, знай, что за каждый твой стон тебя ждет расплата! — прошипела она, глядя в упор на свою соперницу.

— Да пошла ты, — зло вырвалось уОлеси.

В дом никто идти не захотел. Когда все было убрано, и мангал потушен, разожгли большой костер, сели вокруг костра,

— Можно в карты играть, — предложил Миша.

— На раздевание? Это я за! — загорелся Димон.

Но раздевать никто никого не собирался.

— Да ну, так скучно, — заныл Димон. — Давайте хоть на желания, что ли?

— Если ты проиграешь, ты разденешься, — ответила ему Анжелка.

— Это твое желание? Тебе проиграю и выполню.

Анжелка вертела колоду в руках.

— Ты нам лучше погадай, — обратилась она к сидевшей напротив Олесе.

Та удивленно встрепенулась.

— Ну, ты ж у нас ...это... ведьма, так, кажется, у Куприна? Гадать-то умеешь?

— Умею, — с вызовом бросила Олеся, хотя ничем подобным в жизни не занималась. — Не боишься, что сейчас такого нагадаю, жить не захочется?

— По-моему, героиня там себе нагадала большую любовь, — закатила глаза Анжелка, — и ей страшно стало?

— А по-моему, она не из пугливых, — не сдавалась Олеся.

— Анжела, дуй в библиотеку читать классику и давай сюда карты, — оборвал их обеих Руслан и забрал колоду.

Мишка взял инициативу и предложил рассказывать страшные истории.

— Кто страшнее расскажет, тому —приз, — предложил Михаил. — Я вот уже вспомнил одну.

— А что за приз? — заинтересовалась Анжелка.

— Секрет, Липницкая, большой такой секрет для маленькой такой компании, — Димка обвел рукой полукруг, указывая на сидящих. — Ой, а у меня-то какая страшная есть в запасе... — ужасающе прошептал он.

Олесе стало смешно. Дмитрий теперь сидел между Анжелкой и Кристиной и, поскольку, наверное, не мог не обниматься, то обнял сразу обеих девушек за плечи.

— Сейчас я всех напугаю! — злобно захохотал он и крепко сжал девчонок. Те взвизгнули.

На Олесю Дмитрий даже смотрел.

— Давай, Мишка, сначала расскажет, — улыбнулась ему Кристина.

— Конечно, он первый, Кристиша, — скривился Димка.

А Михаил настороженно посмотрел на приятеля.

Рассказывали о домовых, ведьмах, ночных страхах, но все это было легко, несерьезно, смешно.

Костер выкидывал высоко в небо снопы ярких искр, и казалось, что они не гаснут там в далекой темноте небес, а превращаются в новые сверкающие звезды. Олеся подняла голову и посмотрела в звездную высь. Видимо-невидимо маленьких блестящих точек... Руслан проследил ее взгляд и, закинув голову, указал ей на Большую медведицу. Она была чуть-чуть позади них, и пришлось слегка перевернуться к спинке скамейки.

— Да, вижу, — протянула Олеся. — А вот Малая... Я знаю, где-то тут есть еще Гончие псы...

— Да, — подтвердил Руслан. — Они ниже Большой Медведицы. И тут рядом, — он показывал на небо, — созвездие Дракона...

— Откуда ты все это знаешь? — Олеся оторвалась от созерцания звездного неба и повернулась к Руслану.

В это же время он сделал то же самое, повернул голову к Олесе. Они застыли в паре сантиметров друг от друга. И девушка видела перед собой уже другую темную даль, даль Руслановых глаз...

— В походах многому научишься... — прошептал он.

Не в силах пошевелиться и оторвать взгляд, Олеся летела, летела в эту манящую бездну черных глаз, и вот уже смех и разговоры приятелей за костром казались какими-то далекими-далекими, а Руслан таким близким-близким... ах, и еще ближе...ближе... и до чего же это было томительно и желанно...

— А поиграем в шар ответов! — резко прокричал над ухом Анжелкин голос. Она нарочно грохнулась на скамейку рядом с Олесей, ненавидя увлекшуюся друг другом парочку.

Олеся отвернулась от Руслана, ощущая досаду на Анжелку, на себя, на то, что этот чудесный момент вдруг разлетелся на гаснущие огненные искры...

Анжелка вертела в руках игрушку, напоминающую крупный бильярдный шар. Внутри он был заполнен чернильной жидкостью.

— Ты без него и шагу, наверно, не сделаешь? — усмехнулся Димка.

Анжелка кисло улыбнулась приятелю.

— Будем спрашивать, как фанты, станцевать ли, например, Дмитрию, для нас? — саркастически сказала Анжела.

— А чего мне-то? — забеспокоился Дмитрий.

Но Анжелка уже вертела шар, а потом повернула его к себе окошком с плавающей фигуркой.

— А шарик согласен, -захохотала она. — Абсолютно точно, он говорит, — она протягивала Димке под нос магический шар.

— Ну раз выпало, так выпало, — Димка встал, раскланялся с самым серьезным видом, а потом, чуть отойдя от костра, присвистнул.

— Калинка-малинка, — стал напевать он и пошел вприсядку.

— А я знала, что по тебе актерский факультет плачет! — сквозь смех кричала ему Кристина, хлопая в ладоши.

Мишка резко встал.

Олеся обеспокоенно проводила его взглядом. Да, какое-то никому ненужное веселье у них тут получается...

— А не покукареть ли Анжелке? — запыхавшийся Димка резко взял шар у Анжелы и крутанул его в руке.

— Никаких сомнений! — прочитал Димка. — Давай же!

Анжелка сморщилась и тихонько сказала:

— Кукуреку.

— Ха! Не пищи, красотка, давай по-настоящему кукарекай! — дразнил ее Дмитрий.

Анжелка злобно сверкнув на парня глазами, громко выкрикнула:

— Кукареку!

— Не, не получится из тебя петуха,- давился со смеха Димон, — только курица!

— Ах, ты... — закипела Анжела.

Но тут Руслан выхватил у нее черный загадочный шар.

— Мне, мне что-нибудь спросите, — тоненьким голоском просила Кристина.

— Пойдем, покурим, — Мишка наклонился к Руслану, и тот положил шар на скамейку.

Кристина взяла эту забавную вещицу, надеясь, получить ответ на свой вопрос, который она шепотом задала.

Анжела тем временем пыталась отомстить Димке хотя бы подзатыльником. Дмитрий ловко уворачивался от нее.

Наконец, потеряв терпение и надежду хоть как-то отомстить за «курицу», Анжелка повернулась к Кристине и выхватила судьбоносный шар из рук озадаченной девушки.

— А вот Олесе... — она выжидательно посмотрела на свою соперницу, — пойти ли в лес за ягодами?

Шар покрутился у нее в руках и выдал ответ: «Мои источники говорят, что «да».

Анжелка засмеялась, радуясь своему невероятно удачному, как она думала, предложению.

— В пределах разумного, давай, — остудил ее вернувшийся Руслан.

Где-то за ним маячила тень Михаила.

— А все разумно. Я спросила, а не пойти ли ей в лес, — весело сообщила блондинка, опалив Олесю взглядом.

Кого еще хотела бы убрать отсюда Анжелка, чтоб далеко и надолго? Конечно, Олесю. И чем дальше, тем лучше.

— Ну, хоть не за подснежниками, — буркнула девушка и встала, намереваясь идти. — Ты тут, как в сказке, падчерицу в лес, на мороз...

— Так ведь она принесла! — радуясь своей смекалке, воскликнула Анжела.

Димон покрутил ей у виска.

-Анжел, ты ненормальная, где она ягоды возьмет? — устало заступилась за Олесю Кристина.

— А в лесу страшно, — Димка замахал руками и скорчил рожицу, изображая из себя то ли кикимору, то ли лешего.

— А ты куда? — вскочила Анжелка, видя, что Руслан собирается вслед за Олесей.

— А ты не уточняла, одна ли она пойдет или с кем-то.

Олеся тем временем вышла из яркого теплого круга, образованного светом костра, и пошла в ночную темень. Вот уже не первый раз она жалела, что согласилась сюда поехать!

— Это неправильно! Она сама должна! Мне так не нравится! — запротестовала Анжела, догоняя Руслана.

— Не нравится? — развернулся к ней Разумов. — Вот выход, — он указал в направлении калитки.

Девушка примолкла, беспомощно глядя в спину уходящему парню.

Димон зашелся в смехе.

— А ты чего, придурок? — зло прошипела Анжелка.

— Ты бы свое лицо видела! — и он снова захохотал. — Избавилась от соперницы, называется, — Димка, смеясь, уткнулся лицом в ладони. — Ой, ну вы, девки — идиотки! — он встал. — Кому чего вкусного из дома принести, пока я добрый? Миш? Кристиша?

— Я сам принесу и себе, и Кристине всё, что нужно, — это было сказано враждебным тоном.

— Да неси, — отмахнулся Дмитрий. — Чего он, Кристиш? — Димон посмотрел на девушку.

Та пожала плечами и тоже поднялась.

— Ну и куда они пошли? — Анжелка не находила себе места.

— За ягодами, — невозмутимо ответила Кристина.

— К утру вернутся, — издевательски заметил Дмитрий.

— В машину, что ли? — не унималась Анжела.

— Сходи, проверь, — продолжал насмехаться Димка. — Ты ж как собачка на привязи...

— Заткнись! — заорала девушка и с недовольным лицом бухнулась на скамейку.

Глава 12

Олеся стояла у калитки, раздумывая, а не послать ли всех к черту. На улице была жуткая темень, только свет звезд и фонарей, таких же далеких, как и звезды, немного разбавлял черноту ночи.

— Ты, что, действительно, в лес собралась за ягодами? — прямо над головой спросил голос Руслана и его руки легли ей на плечи.

— Конечно.За волчьими.

Было слышно, как он усмехнулся.

— А просто послать ее не решилась?

— Это же задание, — повернулась она к нему лицом.

— Олеся, это же детская забава... Зачем все воспринимать так серьезно? — он обжег ее своими губами. И Олесю снова захватил тот стремительный вихрь, и не чувствуя ног, она яростно вцепилась в плечи Руслана...

Тяжело дыша, он немного оторвался от девушки.

— Мы можем поискать ягоды... — прошептал он над ее губами.

Олеся еще находилась в невесомости и не сразу ответила.

— Ягоды? Предлагаешь пойти в лес? — спросила она слабым голосом, думая только о том, как бы снова окунуться в эти сказочные ощущения. Как он это делает, что она и стоять-то не может после поцелуя?

— Есть прекрасная альтернатива, — он легонько коснулся ее губ.

— Какая? — прошептала она, сходя с ума от нахлынувшего желания.

Руслан потянулся куда-то в сторону, что-то едва различимо хрустнуло и в ладони у девушки оказалось что-то сухое, холодное и колючее.

— Держи, — шепнул он Олесе. — Шиповник.

Конечно, он же тут все знает даже с закрытыми глазами.

— «Поздний шиповник, страсти виновник...» — прошептала Олеся, перефразируя известную строчку.

— Что? — не понял Руслан. — Твое задание выполнено. Можешь бросить это Анжелке. Но потом. Сейчас я тебя отпускать не хочу.

Олеся отпрянула от Руслана, словно одумавшись за то короткое мгновение, пока он нащупывал в темноте ягоды шиповника.

«Есть у тебя, Олеся, хоть капля здравого смысла?» — кричало, надрывалось, оглушало собственное сознание. Капля... Капелька... Каплюшечка... «Что ты только что делала, Олеся? Что ты сделала?!» Сумасшествие... сумасшествие... Девушка сделала шаг назад, чтобы убежать, спрятаться, справиться с собой. Под ногами хрустнула веточка. Мысли сновали в голове как муравьи в своем жилище. Пытаясь как-то успокоить себя, она глубоко вздохнула и сильнее сжала ладонь в кулак. Плоды шиповника глухо закололи середину ладошки. ...

— Ну и куда ты?.. — тихо спросил парень.

— Отдам ягоды, — Олеся легонько облизнула губы. Ой, провоцируешь!..

— Эх, Олеся, знал бы я, что у тебя так мало опыта в подобных играх...

Это в каких таких играх у нее мало опыта?

— То, что? — она не сводила с него глаз.

— Я бы сам задал задание.

— И?.. — девушка не решилась продолжить собственный вопрос «чтобы ты пожелал?». Как-то это двусмысленно...

— В лес бы точно не послал, — усмехнулся парень. — Ты бы сделала то, чего хотела сама.

Олеся мысленно поблагодарила ноябрь за его беспросветные ночи, потому что будь хоть немного светлее, Руслан, конечно бы, разглядел ее румянец...

Девушка сцепила руки и шиповник защекотал кожу.

— Знаешь, может это и не так, но мне все время кажется в твоих словах какой-то другой смысл... — прошептала Олеся. — Ты можешь говорить понятнее?

— Могу.

И не успела она опомниться, как ей тут же все и растолковали. Не терпящим возражений поцелуем.

— Теперь ясно? — он отстранился от нее, и его горячее дыхание обожгло ее влажные губы.

Куда уж яснее?

И больше ни слова не говоря, притянул девушку к себе и снова поцеловал. Затем губами прочертил дорожку до ушка, потом ниже, где — он знал! — есть такая симпатичная родинка...

Олеся прерывисто вздохнула и тихонько застонала. Но это не помешало услышать донесшийся из двора пронзительный женский крик.

Они замерли.

— Что это? — очнулась Олеся, когда Руслан прервал свое увлекательное занятие и посмотрел на смутные очертания собственной дачи.

— Да ну... ерунда какая-нибудь... кто-то кого-то напугал... — ему меньше всего хотелось сейчас думать о том, что там происходит.

— Нет, что-то случилось, — забеспокоилась девушка, выбираясь из его объятий. — Надо сходить, посмотреть...

Крики возобновились.

Руслан и Олеся вбежали во двор. На глазах стремительно развивался наихудший сценарий.

Мишка с плотно сжатыми губами рванулся на Дмитрия и нанес ему удар прямо в нос. Потом, отскочив, как ловкий зверек, Михаил засунул руку в карман.

Дмитрий покачнулся, но не упал, и, не обращая внимания на тонкую кровавую струйку из носа, бросился к зачинщику драки. За Диминой спиной визжала Кристина. Растерянно зажимала себе рот рукой Анжелка. Димка не успел подбежать к нападающему. В руке у Мишки блеснул нож.

— Ты мне сейчас за все ответишь, — яростно прошипел Мишка, размахивая ножом перед Димкиным носом.

— Ты что-нибудь понимаешь? — Руслан оглянулся на Олесю. Он держал ее за руку, и, наверное, это лишало возможности ее ясно мыслить. Она потрясенно пожала плечами.

— Какого черта тут происходит? — загремел хозяин.

Димка в этот момент попытался перехватить инициативу и выбить у Мишки нож.

Но не тут — то было. Михаил увернулся, и его рука, прочертив опасную петлю у Димкиной груди, с силой ткнулась прямо в живот Дмитрию.

— Миша!!! — заорала Кристина и зажала рукой рот.

Димка широко распахнул глаза и посмотрел на кровавое пятно, мгновенно расплывавшееся по свитеру. Потом, словно не понимая, не осознавая происшедшего, посмотрел на Мишку. Тот разжал пальцы, и нож скользнул на землю. Кровь пропитывала шерстяную ткань одежды, Димка неуверенно приложил ладонь к ране и сморщился. Потом также ни слова не говоря, пошатнулся и стал искать точку опоры.

— Димочка! — ахнула Кристина и, словно не зная за что схватиться, замахала руками.

— Миха... — и Руслан не постеснялся в выражениях, подскакивая к Дмитрию.

Димка оседал на скамейку.

Олеся от шока не могла вымолвить ни слова, но ринулась вслед за Русланом.

— О, колдунья, ты сейчас что-то нашепчешь, и рана зарубцуется, — Димон смотрел на Олесю чуть приоткрытыми ошеломленными глазами.

— Дима, ты в своем репертуаре... — Олеся инстинктивно положила руку на красное пятно, словно пытаясь остановить хлеставший кровяной поток. — Руслан, срочно нужна скорая... бинт, вата...И лед, лед! Что-нибудь холодное!

Руслан побежал в дом.

— Идиот, ненавижу, ненавижу, ненавижу! — орала Мишке Кристина, уже бегая вокруг. — Маргинал! Смотрите, какой маргинал! Это он меня! Это он меня хотел пырнуть ножом! Сволочь! Псих! Ненавижу!

Михаил тяжело опустился на землю.

— Я не хотел... — прошептал он, уставясь в одну точку.

— Какая скорая?! — с ужасом кричала ей Анжела. — Они ментов вызовут! Это ж уголовщина! А вдруг он сейчас того...

Руслан принес бинты, вату и одеяло.

— Нет льда... Заткнись, ты, Анжел! — шикнул он на блондинку. — Димыча надо везти в больницу по-любому.

Олеся прикладывала наспех сделанные тампоны к месту ранения.

— Надо забинтовать, помоги мне, Руслан, — попросила она.

— Мишке не понравилось, что шар ответил, — наклонилась рядом Анжелка. — Вот он и взвился.

— При чем тут этот чертов шар? Иди ты, Анжел, на... —крепко выругался Руслан. — Так, Миха помоги мне, кладем на одеяло...надо отнести в дом...

Мишка подхватил Дмитрия за ноги, а Руслан аккуратно под плечи.

— Тяжелый, — запыхтел Мишка.

— Ты что принимал, Миш?! Ты что сейчас тут принимал?! — злился на него Руслан. — Ты или псих, или чем-то закинулся. Что случилось, черт подери, за эти несколько минут?!

— Анжела, Анжела!! — Кристина хватала ее за руки. — Увези меня отсюда. Я не могу тут оставаться. С этим чудовищем!! — она указывала на Мишу. — Это он меня хотел убить! Сумку он мою уронил, тест увидел! — скороговоркой выкрикивала девушка, собирая рассыпанные вещи. — Руслан, он меня только что хотел убить! Из-за этого чертова теста! А Димка влез на защиту, вот и получилось так! Анжела, увези меня!

— Ты с ума сошла?! А если менты?! А у меня не только чай в голове! Что я папе потом скажу?!

— Да отмажет он тебя! Но не хочешь, я тогда пешком пойду! — Кристина вылетела из освещенного круга. — Я не останусь, не останусь с ним в одном доме! Я сама сяду за руль!

— Стой, истеричка! — Анжелка кинулась за ней.

Скорая приехала через двадцать минут и забрала Дмитрия. Руслан с Олесей поехали следом.

Вопрос о прибытии полиции нельзя было назвать решенным, но и присутствия их пока не ожидалось. Руслан о чем-то долго разговаривал с прибывшими медиками.

На немой вопрос Олеси в спешке бросил:

— Все в порядке.

Мишка безучастно смотрел на происходящее.

В приемном покое им сказали, что придется подождать около часа, может, чуть меньше, чем они смогут сообщить что-то о состоянии Дмитрия.\

Руслан и Олеся вышли за дверь и направились к машине. Было немного ветрено и холодно.

Руслан закурил.

— Ты же вроде не куришь? — удивилась она.

— Очень редко. Но тут закуришь, — Руслан устало потер глаза. — Ты, надеюсь, нет?

— Нет.

— Сядь в машину, нечего этим дышать.

— Ветер в другую сторону, я не чувствую.

— Сейчас менты приедут... — Руслан устало потер рукою глаза. — Чувствую, зажигательная ночка будет.

Олеся сосредоточенно смотрела на дорогу.

— Все-таки приедут? Но мы же ни в чем не виноваты. Они разберутся.

Руслан усмехнулся.

— Рано или поздно. А у тебя и паспорта с собой нет?

— Нет, — тихо ответила Олеся. — Я же сумку дома оставила. Ну, в смысле у тебя дома, там...

— Да я понял...

— А если мы уедем, они нас не найдут? — растерянно спросила Олеся, скрещивая на груди руки. Она чувствовала, что ее начинает бить дрожь.

Мельком взглянув на ладони, девушка увидела, что они испачканы в крови.

— Найдут, Олеся, я же все данные о себе оставил, — Руслан выкинул окурок и развернулся к девушке. Он притянул ее к себе и обнял, спрятав под полами куртки.

— Но ведь мы же не можем уехать, не узнав про Димку, — прошептала она, прижимаясь к Руслану. Она положила ладони ему на грудь и прижалась щекой к мягкой ткани его свитера. Ей ужасно хотелось его обнять, прижаться плотнее, словно раствориться, чтобы забыть об этом сумасшедшем вечере, чтобы был здоров Димка, чтобы не было угроз Анжелки, не было каких-то неясностей и преград...

— Олеся, скорей всего, с нас просто возьмут показания о случившемся, — попытался успокоить ее Руслан.

Олеся уловила в его голосе нотки плохо сдерживаемой досады и ярости. И уже скорее инстинктивно, чем осознанно, она прильнула к нему всем телом и обняла его, желая то ли успокоить, то ли забрать у него эти разрушающие чувства. Но внезапно какая-то неясная мысль мелькнула где-то на границе сознания, и Олеся напряглась и резко отстранилась. Она тут же смутилась своего порыва, и потому быстро освободилась из теплых объятий. И сразу сырой воздух холодно защекотал шею, обжег еще горячие щеки, забрался под распахнутую курточку... Олеся поежилась.

— Ты что? — испугался Руслан.

— А... — девушка ничего не могла сообразить, даже не могла никак сформулировать, что же вдруг одернуло ее. — А пойдем в машину посидим?

— Ну, давай, — немного удивленно согласился Руслан.

Они молча уселись в машину.

— Что мы скажем полиции? — нарушила тишину Олеся.

— Правду, — Руслан слегка пожал плечами.

— А Миша?

— А что Миша? Это уже пусть или он сам рассказывает, или Димыч. Если захочет.

— А если... -Олеся не договорила, боясь даже подумать о том, что она только-что хотела предположить. — Ах, что теперь будет? — с отчаянием прошептала она, сжимая руки коленями.

— Все будет нормально, — Руслан потянул ее за запястье. — Дай сюда руку! — негромко скомандовал он, чувствуя нерешительность Олеси. И она позволила ему завладеть своей ладошкой.

— Да у тебя кровь засохшая... — разглядел Руслан при свете уличных фонарей бурые пятна на ее руке.

— Да, когда перевязывала, испачкалась...Знаешь, — начала Олеся и слегка запнулась, пытаясь как-то классифицировать собственные мысли, потому как некоторые упорно возвращались к теплой ладони Руслана, сжимавшей ее руку. -Мне жаль Мишу. Нет, мне и Димку жаль тоже, — тут же спохватилась она. — Но так получается, что Мишка узнал, что Кристина беременна не от него и затеял драку с Димкой...

— Честно говоря, я вообще ничего не понял. И понятия не имел, из-за чего все весь сыр-бор. Про Кристину только от тебя слышу.

— И все-таки его мне жаль. И девушка у него не подарок, и друг — как он подумал — тоже... И семья, как я слышала, у него тоже не очень спокойная... Все одно к одному. Наверное, поэтому он и отчаялся... — Олеся пыталась анализировать ситуацию, которая ей не давала покоя. — Правда, друг и не виноват, выходит...Так, зачем же сразу с ножом кидаться? А выяснить все? Разобраться? А может это не ее тест?

— Твой?

От этого вопроса Олеся потеряла дар речи на несколько мгновений. «Да я уже забыла, как это делается!» — чуть не вырвалось у нее, и она совершенно некстати вспомнила собственный небогатый опыт. Недолгий роман со своим однокурсником на первом году обучения, но он, как оказалось, завел отношения с бывшей школьной подружкой. И этим поставил точку.

— Нет,- выдохнула Олеся. — А может Анжелкин?

— Меня Анжелка не интересует, — сказал, как отрезал.

— А раньше интересовала? — не выдержала Олеся и прикусила язык. Неизвестно, какая у него будет реакция. А что? Она не его девушка, и спросила просто из любопытства. Тем более Анжелка треплется, что у них там любовь была и все такое...

Руслан взглянул на Олесю:

— Она тебе что-то рассказывала?

— Без подробностей.

— Она выдает желаемое за действительное.

Не раскололся.

Они замолчали, потому как разговор потек явно не в то русло.

— Да, ты, скорей всего, права, — Руслан обдумывал Мишкино поведение. — Человек на грани отчаяния способен на всякие поступки. Но я разговаривал с ним, он, был угрюм, но беды ничто не предвещало. Мишаня, правда, человек скрытный, все в себе держит. Накипело, видно... Но неужели его добил этот тест? — он сделал небольшую паузу. — Как же все глупо и жутко!

А ведь ни слова не сказал, что зол на всю эту компанию, устроившую резню у него на даче! Олеся легонько сжала его ладонь, и в ответ получила крепкое пожатие.

— Если бы ты могла самостоятельно добраться домой, я бы тебя уже туда отправил, — Руслан посмотрел на Олесю.

— Я не могу! Я не поеду! — запротестовала она. — Я останусь с тобой!

— Конечно, не можешь. Поэтому я заберу тебя с собой за решетку, — зловеще усмехнулся он. — Так мне будет спокойнее.

Время приближалось к одиннадцати. Еще минут десять, и можно пойти в регистратуру, чтобы узнать Димкино состояние... Олеся сидела как на иголках, постоянно посматривая в зеркало заднего вида: не едут ли полицейские, и бросая напряженные взгляды на белые окна больницы: а как там Димка?

— Ну все, я пойду, — сказал Руслан, которому уже, видимо, порядком надоело это томительное ожидание.

— Я тоже! — рванулась Олеся.

— Сиди в машине, — остановил ее парень.

— Нет, — Олеся выскочила из автомобиля первой.

— Ну да, в общем-то, на что я надеялся? Тебе лишь бы спорить, — мягко упрекнул ее Руслан, выходя из машины. — Пойдем, — он щелкнул кнопку сигнализации и протянул Олесе руку.

Олеся стояла в ванной комнате и боялась выходить оттуда. Вот именно теперь, когда все тревоги и переживания. связанные с Димкой и полицейскими остались позади, на первый план вышли другие обжигающие своей правдивостью мысли.

Они с Русланом на даче одни! И она, Олеся, уже всем своим поведением дала ему совершенно ясную надежду...

Девушка открыла дверь, подхватила свои вещи и отнесла их в ближайшую комнату. Она понятия не имела, где ей тут определено место, но весь дом в их распоряжении, можно занимать что угодно.

В доме было тихо. Олеся вспомнила, в какой судорожной спешке уезжали они отсюда вслед за машиной скорой помощи, как перед этим спорили девчонки, Анжела и Кристина, и потом уехали домой, в каком подавленном состоянии был Мишка... Кстати, куда он делся? Испугался содеянного и уехал домой?

Хорошо, что Димка пришел в себя после операции и отказался от каких-либо претензий! Правда, им пришлось рассказать, что и как произошло, но поскольку они сами могли только догадываться о мотивах и не присутствовали при разгоревшемся споре, то сказать могли они мало. «После заключения судмедэкспертизы, будет понятно, какой вред причинен здоровью, но на первый взгляд — легкий», — лениво сообщил им полицейский. Олеся тогда облегченно вздохнула. Самое главное, что рана неглубокая и органы не задеты.

Возможно, и дела-то никакого не будет. Тем более, что пострадавший отказывается от подачи заявления. Потом полицейские подъехали к ним на дачу. Осмотрев место происшествия, нашли маленький кухонный нож и уехали восвояси, сказав, что при необходимости их непременно вызовут.

Девушка выключила свет в комнате и направилась на кухню. Напряжение нарастало в ней с каждым шагом. Но не то, мучительное и обреченное, а новое, сладкое, желанное... Надо просто пойти в комнату и сделать вид, что уснула...

— Проголодалась? —Руслан встретил ее в дверях.

Олеся едва заметно кивнула.

— Чай будешь?

— Да я бы сейчас и покрепче что-нибудь выпила, — измученно проговорила девушка.

— Это можно, — ухмыльнулся Руслан и пропустил Олесю к столу. — Сейчас принесу.

На столе начинал шуметь электрический чайник. Рядом лежал хлеб, сыр и колбаса в нарезке. Девушка вытащила кусочек хлеба, взяла нож и стала нарезать сыр.

Вернулся Руслан.

-Коньяк? — он вопросительно посмотрел на Олесю.

Она кивнула, не поворачиваясь. Чайник шумел все сильнее. И напряжение, ей казалось, звенело натянутой струной.

Руслан присел на стул.

— Ох...- острый нож скользнул по пальцу, и из ранки просочилась кровь. Олеся обхватила свой палец губами. Руслан неслышно оказался рядом.

— Порезалась? ... Покажи...

Она повернулась к нему, держа палец во рту, и поняла свою оплошность. Глаза Руслана стали тяжелее грозовой тучи. Он потянул ее за руку. Девушка вытащила пальчик, на ранке показались маленькие ярко-красные капельки крови. Руслан, глядя ей прямо в глаза, осторожно собрал губами кровь... потом, схватив за бедра, сильно прижал к холодильнику и впился в ее губы лихорадочным поцелуем.

У Олеси перехватило дыхание.

«Нет...нет...нет...» — чуть слышно шептало благоразумие.

«Да! Да! Да!» — кричало сердце, ускоряясь в бешеном ритме.

Одним быстрым движением он распахнул ее халатик, затем приподнял и перенес на стол.

— Все, Олеся, хватит, хватит, — мучительно прошептал парень и жадно, властно, яростно припал к ее губам.

А потом, крепко подхватив Олесю одной рукой, быстро понес в комнату.

Им вослед заклокотал вскипевший электрический чайник.

Глава 13

Свет ноябрьского дня тонкой серой полосой лился сквозь неплотно задернутые шторы. Он проникал под ресницы и будил сознание. Олеся не хотела просыпаться. Все тело пребывало в состоянии какой-то невесомости — это называется, спать без задних ног — и она его почти не ощущала. В ушах еще стоял жаркий шепот Руслана, ...но сон улетучивался, исчезал, таял снежинкой на теплой ладони...

А Вика? — это вернулась к утру загулявшая совесть. И от этой внезапной мысли Олеся резко открыла глаза.

Нет, нет, это только сон. Она просто вчера перебрала спиртного, и мозг, уступив ее разбушевавшейся фантазии, просто подсунул ей желанную картинку. Ей все приснилось: и раненный Димка, и сумасшедшая гонка до городской больницы, и недоделанные бутерброды...

Это только сон! И огромный камень вины и стыда перед Викой скатился с ее плеч, рассыпаясь на эфемерные частицы...

Это всего лишь сон... И боль железной рукой сжала ее сердце...

Олеся судорожно вздохнула и пошевелилась. Тело отозвалось приятной усталостью. И крепкая теплая рука Руслана еще теснее обхватила ее.

Добро пожаловать в реальность, Олеся! Руслан лежал у нее за спиной, и она ощущала тепло его тела, слышала его дыхание...

А Вика? — снова в нее вонзилась острым копьем совесть.

Надо уйти, выскользнуть из этих горячих рук... Чтобы все встало на свои места... Олеся перестала дышать от охватившей ее боли, и сердце сжалось как воздушный шарик, из которого выпустили воздух.

Надо уйти? Сейчас, только один разок взглянуть на него... Один разочек напоследок... Олеся перевернулась на спину и посмотрела на Руслана. Он лежал с закрытыми глазами, и было непонятно, спит или уже нет. Такой прекрасный, такой близкий и необходимый... Ей так хотелось поцеловать его губы, ресницы, брови и черные-черные волосы... Как уйти?! Все равно что прямо здесь и сейчас вырезать ножом свое сердце... Пусть лучше сам прогонит ее...

У Олеси не хватало воли, и бессильная она лежала рядом с Русланом. Девушка отвернулась к окну, едва сдерживая слезы. Она проиграла сама себе... Разрушила дружбу... А теперь потеряет любовь...

— Олеся, ну какая же ты сладкая... Я все никак не могу от тебя оторваться... — прошептал он ей в плечо, и Олеся ощутила легкое и настойчивое прикосновение его губ на своей коже.

Не спит... Она обернулась к нему и попала в плен поцелуя. И все мысли разбились в пыль, словно кирпичные стены от взрыва...

— Как спала, моя красавица? — спросил Руслан, слегка отклоняясь от нее.

Моя... Олеся улыбнулась и прильнула к его губам, выплескивая всю свою страсть и боль. Он даже не ожидал такого напора. А она целовала его жадно, как будто перед мучительным вечным расставанием.... Это отчаяние и невыплаканные слезы освобождали в ней звериную страсть.

— Олеся?.. — Руслан непонимающе уставился на нее, чувствуя в ней странную перемену.

Девушка замерла, не глядя на него.

— Сегодня, по правилам, все должно вернуться на свои места...- еле слышно пролепетала Олеся.

Руслан резко схватил девушку и перевернул на спину.

— Какие правила? Куда ты собралась вернуться? — он посмотрел ей прямо в лицо.

Олеся опустила ресницы, боясь, что он увидит ее слезы. За секунду разрушалось то, чего она так сильно хотела.

— А-а, я все понял, — и все, что мучило, что давило, завладело его разумом полностью. Руслан вскочил с кровати.

Олеся потянулась за халатом.

— Ты думаешь, я ничего не знаю про вас? — зло бросил он. И Олеся вздрогнула как удара. — Шатиловская подстилка...

Тайфун разрушающей ярости в одно мгновение поднял ее с постели. И подлетев в один миг к Руслану, она залепила ему звонкую пощечину.

В этот же момент раздался звонок мобильного телефона.

Еще секунду они испепеляли друг друга взглядом, а потом Руслан повернулся и взял свой мобильник с прикроватной тумбочки.

— Какого черта?! — разъяренно крикнул в трубку Руслан. Хотя и сам сейчас походил на разозлившегося если не черта, то дикого зверя...

Тут же завибрировал сотовый Олеси, и она, наспех завязывая поясок халата, вытащила из-под кучи своей одежды гудящий телефон и пулей вылетела из комнаты.

Это звонил Женька. Очень вовремя! Она взяла трубку:

— Да, Женя, привет...

И обрадованный Евгений стал рассказывать ей о том, как перепутал даты и взял билет на сегодняшнее число.

— Лучше бы ты приехал вчера...- тихо и уныло сказала Олеся. Ничего бы не было! Она бы осталась дома!

— Так мне, что не приезжать? Ты не будешь рада? Что-то голос у тебя невеселый. Что-нибудь случилось?

— Ну что ты, приезжай, конечно. Ничего не случилось, — чуть не захлебываясь слезами, прошептала Олеся.

— Давай, пока, вечером буду.

— Пока, — девушка нажала отбой.

Надо было пойти в комнату и забрать свою одежду. Но Олесе казалось, что у нее сейчас откажут ноги.

Собрав все силы в кулак, Олеся зашла в спальню. Все уже было убрано. Гладкое, без единой складочки шелковое покрывало лежало на кровати. Как будто ничего и не было. Не слышала она здесь его жаркие слова, ... не помнила своих признаний, ... как будто не сгорали они здесь до пепла и не возвращались сюда же вновь.... По щекам потекли слезы.

Не плакать, Олеся, не плакать! Взяв свои вещи, она умчалась в ванную.

В зеркале оглядела свое отражение. Спутанные волосы, припухшие губы, полураспахнутый халат... Олеся села на краю ванны и, включив большой напор воды, закрыла лицо руками.

Подстилка... Слово -то выбрал... Как будто сам весь белый и пушистый! Можно подумать, это не его девушка лежит дома с температурой, а он не забавляется на даче с ее лучшей подругой!

«Никудышная, ты, Олеся, подруга, просто никудышная!» — мысли перескакивали с одного на другое, и она больно дернула себя за волосы.

«...не знаю про вас?» — вспомнилась ей фраза Руслана. Ну да, он поймал ее выходящей из квартиры Шатиловых, а те по-соседски (наверное, Анна Михайловна его матери) поделились происходящим. И, зная обо всем, Руслан продолжал добиваться ее? Ах, ну подстилка же... Выбрал, значит, девочку на ночь.... Любопытно было попользоваться любовницей своего преподавателя?

Или это теперь так принято, соблазнить подругу своей девушки, а потом еще и оскорбить? «Ты отстала от жизни,» — горько усмехнулась себе Олеся.

Девушка привела себя в порядок и вышла из ванной. В доме никого не было. В окно она заметила двух парней у машины. Приглядевшись, она поняла, что Руслан разговаривает с Мишкой. Откуда он тут взялся? Олеся на секунду задумалась.

Потом быстро переоделась. Что ж, она уедет самостоятельно. В конце концов, сюда люди не только на авто добираются. Наверняка, где-то есть автобусная остановка. Или железнодорожная станция.

— Ну что, влип? — спросил друга Мишка, кивнув на дом, когда они стояли и курили у машины.

Несколько минут назад злющий, взлохмаченный, еле одетый Руслан открыл ему дверь. А где-то в глубине дома Мишка заметил мелькнувшую в халатике Олесю.

Руслан взглянул на него:

— Да ты со своим дерьмом разберись...

Мишка вздохнул. Синие круги под глазами, бледный вид — все говорило о том, что он практически не спал. Сегодня рано утром приехал в больницу, сходя с ума от неизвестности. Хотел уже и с собой что-то сделать...

— Посещения с двенадцати, вот я и заскочил к тебе пока... Русыч, знаешь, прости, я подставил и тебя, и .. — Мишка понуро смотрел в землю. — Нет, ну понимаешь, Русыч, я люблю ее, а она спит, с кем попало...Беременна... — с ужасом прошептал Михаил и беспомощно взъерошил свои светлые волосы. —Я звоню ей, трубку не берет... И я же еще и виноват? — Михаила вдруг как прорвало.

Руслан молчал, затягиваясь сигаретой.

— - Знаешь, я ведь реально хотел убить... — Мишка запнулся, подбирая слова. — В какой-то миг, реально хотел... Еще эта Анжелка чертова! Чтоб ей провалиться!

— Что ты имеешь в виду?

— Дура она, вот что! Со своим шаром этим лезла!

— Ничего не пойму, — Руслан нетерпеливо прикрыл глаза. — При чем тут эта игрушка?

— Эта дура заладила, что Димка с Кристинкой спит! Вот сидит тут Мишанька и ни фига не понимает, что у него рога уже ветвистые. А ты бы что сделал на моем месте? Спокойно все это слушал?

— Ну Анжелку бы точно слушать не стал.

Зазвонил телефон.

— Да, — рыкнул Руслан, увидев, кто звонит.

— Русланчик, милый, привет, как дела? — пропел Анжелкин голос в трубке, и парень сморщился от омерзения.- Вы уже едете?

— Нет.

— А как Димон?

— Жив, все в порядке. Все, Анжела, давай, я занят, — Руслан повернулся к Мишке.

— Вспомни, вот и оно, — насмешливо произнес он. — Это какая же удача, Мишань, что с Димкой все теперь в порядке, — Руслан выдохнул струю сигаретного дыма.

— Да не вправляй ты мне мозги! — вспылил Мишка.

— А что с тобой еще делать, черт побери, Миха! Головой надо думать, а не задним местом! И дур всяких не слушать! Кретин ты, вот ты кто! — отчитал его Руслан. — Садись, короче, в машину. Конечно, доедем до больницы.Да и вещи надо отдать.

Олеся вышла на крыльцо, надевая перчатки. Она сразу же заметила взгляд Руслана. Опустив глаза, девушка решительно двинулась вниз по ступенькам.

«Как беспомощно грудь холодела,

И шаги мои были легки,

Я на правую руку надела,

Перчатку с левой руки.

Показалось, что много ступеней,

А я знала, их только — три...» — известные строчки Ахматовой залетели в голову Олеси, и она перепутала перчатки совсем как в стихотворении.

Руслан преградил ей дорогу, открывая дверцу машины. «О, какой почет для простой шлюхи!» — ядовитый сарказм выплеснулся ей в мозг, но Олеся промолчала.

Девушка встала, решительно взглянув ему в глаза. Сзади, она слышала, подходил Мишка.

— Привет, Олесь, — тихо поздоровался он.

Девушка обернулась.

— Привет.

— Не смотри на меня так... Я знаю, что без вас двоих я бы пропал... -взгляд Мишки перебегал с Олеси на Руслана. — Я знаю, знаю...

— Да я и не говорю ничего, — спокойно сказала девушка и, рванув другую дверь, села на заднее сиденье автомобиля.

— Прошу, — шутливо протянул Руслан Михаилу, указывая на свободное кресло.

Автомобиль подъезжал к больнице. Олеся упорно смотрела в окно, стараясь не обращать на Руслана никакого внимания и пытаясь удержать рвущиеся на волю слезы.

В сумке завибрировал телефон. Вика!!

У Олеси ком подступил к горлу, и она никак не могла справиться с собой, бессильно глядя на экран смартфона. Наконец, девушка приложила трубку к уху:

— Да, Вика, привет, — Олеся удивилась своему безжизненному голосу.

— Привет! Олеся, как дела?— звонко крикнула Вика. — Ты чего такая? — непонимающе продолжила она.

— Все нормально, — голос стал прерываться. Ну, вот только разрыдаться тут не хватает! — Я... я ... не выспалась..., — Олеся постаралась не смотреть на Руслана. Ему и Мишке, конечно, было все хорошо слышно.

— Как Димон? Мне Анжелка вчера ночью звонила, все рассказала. Ну, вы герои с Русланом... — восхищалась Вика, а у Олеси оборвалось сердце. — Кстати, почему он трубку не берет?

Ага, герои...

— Я... я ... не знаю... -девушка мельком взглянула на него. — Он ... за рулем...

А... может ... телефон сел... — лепетала Олеся. — Вика, давай, я тебе потом... позвоню, у меня тоже садится батарейка...

Олеся уставилась на свой мобильник и нажала кнопку «выключить». Ей ни с кем не хотелось разговаривать. Огромное, просто гигантское чувство вины перед подругой уничтожало ее. Она потеряет Вику. Даже если им и удастся как-то выправить ситуацию, уже никогда не будет между ними таких доверительных отношений. Олеся закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья. Скорее всего, здесь выигрывает только Руслан. Как он однажды сказал? «Какая разница»? И вправду, никакой, наверное. Имена только разные. Пошлет их двоих к черту, найдет себе третью... Какая разница?

Горечь обиды и горечь потери сплетались в душе Олеси как веревочные нити, и концы этой веревки сильно и больно хлестали по сердцу. Девушка судорожно вздохнула, задержала воздух, боясь закричать, и в этот момент открыла глаза. Руслан смотрел на нее в зеркало. Ей показалось или в его взгляде мелькнуло чувство вины?

Зазвонил телефон, лежавший у коробки передач.

— Да, мама, — ответил Руслан.

Олеся неотчетливо слышала голос на том конце соединения.

— Да, все хорошо.... Через час, наверно, буду. ... Да ты что? ... Анна Михайловна Шатилова в больнице? ... — и взгляд Руслана пронзил Олесю огненной стрелой.

— А что случилось? ...

Девушка сама не заметила, как подалась вперед. Это её записка на разорванной фотографии спровоцировала такую ситуацию?

— С сердцем плохо? ... Да, я знаю, что у нее больное сердце... — это все повторялось для Олеси, и она это прекрасно понимала.

— В субботу ночью увезли.... В какой она больнице?

И он повторил и название больницы, и состояние ее здоровья, и когда ее можно будет навещать.

Нет, нет, нет, она совсем не хотела этого, нет! Олесе хотелось провалиться на самое днище автомобиля, а лучше под колеса

— Да, я заеду... Да, хорошо... — слышала она голос Руслана.

Они въехали в больничный двор. Да, вот там стояла машина этой ночью, там они сидели в мучительном ожидании, согревая друг друга теплом рук, взглядов и душ... Олесе захотелось скорее убежать отсюда. Нет, невозможно же так себя изводить!

— Я на электричку. Диме привет передайте, — негромко бросила она Мише и Руслану, открывая дверцу автомобиля. — Пусть поправляется.

И не глядя ни на кого, с силой прижимая к себе сумку, даже не дождавшись какого-то ответа, Олеся бросилась прочь. И не видела, как долго смотрел ей вслед Руслан. Потом отключил свой трезвонивший мобильник и со злостью кинул его на сиденье машины.

— Ну что, пошли, Отелло хренов, — бросил он Мишке, ставя автомобиль на сигнализацию. И еще раз оглянулся на пустую дорогу. Олеси уже не было видно.

Дома Олесю встретила встревоженная мать.

— Олеся, где ты пропала? Я звоню, телефон выключен... Все в порядке? Женька звонил уже... Он дозвонился до тебя?

— Мама, все в порядке. Батарейка села. Женька дозвонился.

— Как съездила? Как отдохнули?

Лучше некуда!

— Хорошо... Не выспалась только...

— А Вика как?

— А Вика... нормально... Мам, я пойду, посплю пару часиков? В чужих домах так плохо спится... Женька приедет к десяти, — сказала Олеся, скрываясь за дверью своей комнаты.

Войдя, она сразу же рухнула на кровать и закуталась в плед. Закрыла глаза и ... никак не могла отделаться от своих мыслей об Анне Михайловне... о Вике.... О Руслане... о Руслане... о Руслане....

«Под лаской плюшевого пледа

Вчерашний вызываю сон,

Так и не знаю, чья победа,

Кто побежден?

Все передумываю снова,

Все перемучиваю вновь.

В том, для чего не знаю слова,

Была ль любовь?

Кто был охотник, кто добыча,

Все дьявольски наоборот...» — звучали в ушах

строки Цветаевой...

«... В том поединке своеволий,

Кто, в чьей руке был только мяч?

Чье сердце- Ваше ли? Мое ли? —

Летело вскачь?...»

И снова в памяти всплыл взгляд черных глаз.

«...И все-таки, что это было?

Чего так хочется и жаль?

Так и не знаю, победила ль?

Побеждена ль?»

Олеся мучительно вырвалась из пледа. В комнате было уже темно. Так она спала?

Все тело ныло какой-то физической болью, ее губы были искусаны до крови, она, как наркоманка, чувствовала ломку из-за отсутствия Руслана рядом. И уже было все равно, что он там думает о ней... Подстилка ?... Она согласна быть таковой... «Люби меня, Руслан!» И ее не пугало даже отсутствие собственной гордости... Олеся хотела ощутить его губы, жар его рук, потрогать черные, как смоль, волосы, прижаться к нему, купаясь в волнах тепла и покоя... Сейчас, в эту же минуту ей хотелось умчаться туда, где он...Девушка слезла с кровати и опустилась рядом на пол, сцепив свои ноги руками, будто боясь, что они не послушают и убегут вон из квартиры... К нему...

Доведя себя почти до помешательства, она включила ноутбук и зашла в социальную сеть. Найти страничку Руслана не составило труда. Олеся открыла ее... Вот он, на фотографии... И его красота болью обожгла ее сердце... Она до того хотела коснуться рукою изгиба его губ, что ощущала покалывание в подушечках пальцев... Случайно, девушка листнула страницу вниз. И написанное на стене ввергло ее в ступор.

«Любимому Русланчику. Целую Светланчик» —

и какая-то нелепая любовная открытка прилагалась к этой надписи.

«Похоже, это написала такая же влюбленная дура, как и я!» — подумала Олеся.

Но дальше — больше...

«Русланчик, жду тебя» — и следовал номер телефона какой-то Анны.

«Я согласна быть твоей шлюхой, люби меня Руслан!»- эта надпись ножом полоснула Олесю.

Не в силах читать далее, девушка выключила ноутбук, даже не завершив работу операционной системы.

А ведь она почти ничего не знает о нем. Сколько у него таких ... шлюх? Каждый день меняются? Вика-то, похоже, понимала, куда лезла... Тьфу ты!

«Я люблю тебя как пламя однодневки-мотыльки,

От любви изнемогая, изнывая от тоски...»

Она и есть тот самый мотылек.... Однодневка.... Олеся подошла к окну. Очень хотелось, чтобы за окном лил дождь. Но было сухо и немного морозно.

«Дождь в сердце у меня, и кажется —

Сейчас на всей планете дождь.

Как позабыть тебя отважится?

И как не ждать, что позовешь?

Ах, глаз твоих агаты черные

Наверно, знают сатану?

Я жить навеки обреченная

У них в магическом плену...»

Олеся вдруг вспомнила, что ничего не ела сегодня. Но кусок не лез в горло, она пыталась съесть котлету и совсем не чувствовала вкуса. Еще раз заглянув в холодильник, Олеся обнаружила, что нет молока. Вот и предлог прогуляться...

— Мам, я в магазин сбегаю! — одеваясь, крикнула она в комнату родителей.

На улице было свежо, и Олеся вздохнула полной грудью. Сзади послышались шаги.

— Ну что, он трахнул тебя?

Девушка обернулась. Анжелка!

— Ты что тут делаешь?

— Тебя жду...

— И откуда ты знаешь мой адрес?

— Тоже мне, засекреченный объект! — закатила глаза Анжела. — Вика сказала... Ну так что? Да? — ей сегодня с самого утра не давала покоя эта мысль. Руслан с Олесей остались на даче одни. Ясен пень, что они там делали! Анжела была уверена на девяносто девять и девять десятых процентов. Оставалось маленькое сомнение. Поэтому она, недолго думая, поехала к Олесе.

— Да иди ты, — огрызнулась девушка и развернулась, чтобы уйти.

Но тут Анжелка вцепилась ей в хвост волос и сильно потянула назад. Олеся сморщилась от боли и застонала.

— Пусти...

— А ну, говори, шлюха приезжая, да? Тебе понравилось? — ехидно прошептала Анжелка Олесе в макушку.

— Ты просто не можешь смириться, что он тебя не хочет?

— Вот дрянь... — и Анжелка, резко наклонив девушку назад, толкнула ее в затылок. Олеся со всего размаху полетела на асфальт. Чуть не ударилась лбом и сильно разбила коленки. Она захватила в ладонь немного пыли с тротуара и стала подниматься. Мучительница осторожно подходила к ней.

— А Вика-то еще не в курсе ваших сношений? Бедная, доверчивая девочка... — Анжелка состроила грустную гримасу, — додумалась оставить их одних... Надо открыть ей глаза! Я сейчас же позвоню и сообщу. Нельзя же так обманывать человека...

— Обойдусь без доносчиков! — зло выкрикнула Олеся.

— Значит, есть что доносить! Ну, вот ты и прокололась! — рассмеялась Анжелка.

И до Олеси дошло, что ее собеседница не знала ничего и просто добивалась признания.

— А помнишь, что я говорила тебе? А? Не прислушиваешься ты к моим словам!

— Пошла к черту! — Олеся, выпустив пыль из ладони, толкнула ее и пошла обратно домой. Слезы снова хлынули из глаз.

— За грехи надо платить! — донесся ей вслед голос Анжелки.

Почти напротив Олеси остановилось такси. Женька вылез из машины и кинулся к девушке.

— Олеся, что случилось? Почему ты плачешь? Тебя кто-то обидел? —зачастил он с вопросами.

И девушка, уткнувшись ему в плечо, бурно разрыдалась.

Глава 14

Чем больше Олеся думала о том, что произошло, тем больше ненавидела себя. Одиннадцать вечера... Вика еще не спит. Нужно немедленно ей позвонить. Нужно все рассказать и попросить прощения, иначе Олесе гарантирована еще одна бессонная ночь. Девушка взяла телефон. Почему она не слышала ни одного звонка? Ах, да, мобильник же выключен...

Ей никто не звонил. Даже Вика. Значит, Анжелка уже успела донести? Олеся, дрожа, набрала Викин номер. Раз гудок, два гудок, три... Не берет трубку... Вика, ну, пожалуйста, давай поговорим... На последнем гудке звонок был отклонен... Олеся похолодела от ужаса... Ой, дура, она, дура! Надо было сразу звонить Вике, как только приехала, а не ждать, когда какие-нибудь доброжелатели опередят ее, и не сохнуть по Руслану! Девушка схватилась за голову. Но тут раздался звонок...

— Да? Вика! — Олеся очень обрадовалась.

— Олеся... — голос подруги был бесцветен. И у Олеси сердце камнем ухнуло вниз. — Скажи мне, это правда?

— Вика... — к горлу подкатили слезы. Она все знает...

— Ты все-таки сделала это? — ровным голосом спросила та.

Можно соврать, и оставить все как есть. Можно загнать собственную совесть в самый дальний угол сознания. Можно сделать вид, что ничего не было! Олеся, солги! И ты не потеряешь Вику! Только как потом посмотреть ей в глаза? Как видеть их вместе с Русланом после того, что было? Олеся чувствовала себя персонажем сказки на развилке дорог: налево пойдешь — коня потеряешь, себя спасешь; направо пойдешь — себя потеряешь, коня спасешь; а прямо ... Ах, какая разница! Везде потери!

Олеся плакала.

— Вика, прости... прости меня, пожалуйста... я не знаю, как.... Но прости....

Тишина была ей ответом.

— Нам не о чем больше разговаривать...

Олеся бессильно слушала гудки отбоя. Если бы Вика накричала на нее, пришла бы и оттаскала за волосы, упрекала бы ее, было бы легче и понятнее, но слышать эти ледяные слова невыносимо.

Нет, я сейчас, прямо сейчас поедет к Вике и поговорит с ней. Прямо сейчас. Олеся бросилась одеваться, когда к ней в комнату вошел Женька в одном полотенце, повязанном вокруг бедер. Его русые волосы, влажные после душа, казались почти черными, на мускулистых плечах блестели капельки воды.

-Что случилось, Олеся? — он присел на стул. — И опять у тебя глаза на мокром месте.

— Нормально все, — вытираясь бумажным платком, ответила она. — А ты чего рассекаешь в одной тазобедренной повязке?

— Тебя соблазняю, — его серые глаза улыбались.

— А-а, — Олеся не восприняла всерьез эти слова. — Я к Вике. Мне надо срочно съездить. Тебе постелили в Лешиной комнате.

— Да, я знаю. Давай я с тобой?

— Не надо. Впрочем, как хочешь, — Олеся по-быстрому затягивала хвост на макушке.

— Можно только я в Интернет зайду по-быстрому.

— Конечно, вот ноут...- и девушка вышла из комнаты.

Женька включил компьютер. "Операционная система аварийно завершила работу«....«Восстановить предыдущую сессию?» — запрашивал браузер. Да...

И Евгений оказался в социальной сети на страничке какого-то парня. Так, Разумов Руслан...И это из-за него она льет слезы? Женька ощутил острое желание набить морду этому красавчику.

Через несколько минут Евгений был готов сопровождать Олесю.

— Красавица, — тихо протянул он, окидывая Олесю взглядом и протягивая ей курточку.

Сердце в груди у девушки заныло. Красавицей хотелось быть только для одного.

Олеся вызвала такси, и через пятнадцать минут они уже ехали по ночному городу.

Цепочки желтых фонарей ярко освещали опустевшие улицы. Поток машин заметно поредел, шум понемногу стихал.

Вика не пустила Олесю на порог и отказалась с ней разговаривать. От отчаяния Олеся разревелась прямо у дверей Викиного дома. Женька еле успокоил ее. И они поехали обратно.

Уже возвращаясь, они решили немного пройтись, и Олеся даже успокоилась и с интересом слушала забалтывающего ее Женьку. Он рассказывал о последних событиях в жизни общих друзей и знакомых. О чем-то Олеся знала из переписки с ними, о чем-то еще нет. Потом разговор перешел на воспоминания о первых курсах университета, о школьных годах, о совместных прогулках, вечеринках, занятиях учебой... О многом. И Олеся вдруг остро ощутила тоску по родным смоленским улочкам, по размеренной жизни нестоличного города, по теплым улыбкам друзей, их простодушным разговорам, по всему тому, что осталось там, где она родилась...

Девушка вздохнула и остановилась.

— Сложно тебе здесь, Олесь? Может, зря ты перевелась? — заглянул ей в глаза Евгений. Как в душу.

Олеся пожала плечами.

— Да нет, почему сложно? Все хорошо, — прошептала она одними губами и опустила в голову.

— Я же вижу,у тебя же что-то случилось. А помочь некому. Все подружки там...

— Я не одна... — Олеся хотела продолжить, но отвернулась в сторону, сглатывая комок слез.

Вика... «Нет ее у тебя больше, нет! А ведь она так старалась, все узнавала, так хлопотала по твоему переводу, чтоб тебя определили в ее же группу... Вика... И правильно, что она бросает трубку! Ты и сама с собой разговаривать не хочешь! Подлюка ты, вот ты кто! Самая настоящая подлюка!»

Слезы все-таки защипали глаза.

— Может, передумаешь и вернешься? — тихонько сказал Женя ей на ушко.

— Может, и вернусь, — глухо ответила она, глядя в расцвеченную огнями даль. У проспекта, по которому они только что шли, казалось, не было конца. Но Олеся понимала, это — тупик...

Женька, чувствуя состояние девушки, обнял ее. И она прижалась к его плечу. Ей так хотелось, чтобы кто-нибудь утешил, сказал, что, все непременно будет хорошо и с Анной Михайловной, и с Викой... Что все устаканится, как-то изменится в лучшую сторону, что где-то за поворотом нового дня ее обязательно будет ждать счастье... Только вот услышать все это хотелось от того... другого... черноглазого...

Докучные сказки про Руслана! Не начать ли нам с конца? Повторить ли с начала?

— А поехали со мной, Олеся? — прошептал ей в макушку Евгений.

Девушка подняла к нему голову.

— С ума сошел? — попыталась она улыбнуться.

— Нет. А что? Возьмем тебе билет сейчас по интернету. Не все же там билеты раскуплены... Поехали... Потом заберешь тут документы и вернешься к нам. Знаешь, как все обрадуются? — уговаривал Женька.

Олеся молчала, словно взвешивая все «за» и «против».

— Я подумаю...

— Возвращайся, я так скучаю по тебе... — он вдруг стал осыпать поцелуями ее лоб, глаза, щеки... — Олеся... пожалуйста... я так...скучаю...

Пребывая в какой-то заторможенности, она даже не отстранилась.

— Забудь... Олеся... забудь его... забудь...забудь его... — как заведенный, повторял Женька, целуя не отвечавшие ему губы.

— Женя, Жень, Женя... прекрати... ты опять за свое... Женя, — попыталась оттолкнуть его девушка. Но парень не слушался, продолжая ласкать ее щеку... ушко... шею...

— Да Женя! — закричала Олеся.

Евгений отклонился и посмотрел на свою подругу.

— Женя, мы друзья, мы с тобой друзья, — доносила Олеся основную мысль до тяжело дышавшего парня.

Он кивнул.И тут резко сжал ее в своих руках и поцеловал в губы. На этот раз ему удалось сквозь них проникнуть...

Айсберг в океане... Вот и она сейчас ощущала себя настоящей ледяной глыбой, медленно плывущей куда-то по течению. Поцелуй Женьки казался скучным, вялым, пресным.... Он не находил ни малейшего отзыва ни в душе, ни в теле, и Олеся, сначала поддавшись от неожиданности, теперь уперлась в грудь Евгения руками.

Он отстранился и взял ее лицо в ладони, заставив посмотреть на себя.

— Олеся... возвращайся домой...

Утро было бесцветным. Как и вся дальнейшая жизнь. Олеся нехотя встала с кровати. Ничего хорошего этот день ей уже не принесет. Предстоит тяжелая встреча с Шатиловым. Она ему еще не звонила, но знала, что он согласится увидеться. Надо встать и исправить хотя бы одну ситуацию, которую сама же и создала.

Олеся набрала номер Леонида Юрьевича.

— Здравствуйте, — начала она, услышав, что трубку сняли, — Леонид Юрьевич?

— Да... Доброе утро. С кем...

-Имя Веселинской Натальи Константиновны Вам что-нибудь говорит? — Олеся назвала имя собственной матери.

Собеседник, видимо, был слегка шокирован.

— Наташа? — не понял он.

— Нет, но нам необходимо встретиться.

— Конечно... Когда? Где?

Олеся назвала время и место встречи.

Осталось только собраться с духом и сделать то, что решила.

Леонид Юрьевич ждал ее в парке на скамейке. Он не заметил, как Олеся подошла к нему.

— Добрый день, — поздоровалась она, и Шатилов удивленно уставился на нее.

— Добрый день, Вы мне звонили? — он встал со скамьи.

— Я... — Олесе было трудно разговаривать.

— Я Вас узнал... Вы работали у нас уборщицей... Вы студентка...

— Да...

— Так, а при чем здесь Наташа?

— Я ее дочь. И Ваша тоже. Биологически.

Леонид Юрьевич потрясенно сел обратно.

— Олеся?

Девушка молчала, не находя нужных слов и заново переживая свои детские эмоции. И опять ей хотелось плакать... О, она очень хорошо помнила то время.

— Мама, мама, ты почему плачешь? — спрашивала маленькая Олеся. Ей было всего пять c половиной лет.

Но мама ничего не отвечала, только гладила ее по голове...

Олеся всегда очень ждала папу, только он почему-то редко бывал дома. А она скучала по нему. Олеся помнила, как он сажал ее себе на плечи, и границы мира расширялись, и она казалась себе высокой и всесильной...

Потом мама снова плакала... В одну ночь Олеся проснулась в своей комнате от криков. Это ругались ее родители. Девочка приоткрыла чуть-чуть дверь и сквозь тонкую щель посмотрела в прихожую. Ее папа куда-то собирался уходить. Он одевался. Мама стояла рядом и плакала. Куда же он? За окном — ночь, там темно, страшно, его непременно схватят злые волки...

— Папа, куда ты?! — выскочила Олеся из комнаты. Но отец даже не обернулся, открыв входную дверь и впустив волну холодного воздуха....

Она не видела папу долго, долго, очень долго... Мама сказала, что папа уехал... Но однажды девочка заметила его. Они гуляли с матерью в парке, и Олеся узнала отца. Он шел недалеко, по аллее цветущего шиповника. Девочка бросилась к нему:

— Папа!! Папа!!!

Мать догнала Олесю. Но он не мог не слышать ее! Между ними было несколько метров....Отец улыбался своей тете и, держа под локоток, уводил в сторону. И напрасно утверждала мать, будто Олеся обозналась. Девочка захлебывалась плачем...

Уже когда она немного подросла, стало все более-менее ясно. Ее родители никогда не состояли в браке. Олеся никогда не носила его фамилию. Отец то приходил к ним жить, то уходил... Чуть позже все вроде бы устаканилось, и они производили впечатление самой обычной семьи. Но оказалось, что все это время он встречался со своей Анной... А потом ушел к ней. И бросил их...Естественно, он никогда не участвовал в воспитании дочери. Через несколько лет мама встретила достойного человека, вышла замуж. Он удочерил девочку, и она стала Кудряшовой Олесей Александровной. И очень скоро стала звать его папой. Он всегда защищал ее и помогал во всем. Он возил ее на спортивные тренировки, делал с ней задания, никогда не пропускал школьные мероприятия. Он даже одобрил выбор университета, когда Олеся собралась поступать. Только мама была против. Чрезмерное сопротивление матери переезду дочери в другой город и поступлению в выбранный вуз возбудили в Олесе острейшее любопытство. И она все выспросила у бабушки. Оказалось, ее биологический отец преподавал в этом учебном заведении... Это только укрепило Олесю в правильности выбранного пути. Она хотела встретиться с ним, чтобы он узнал: она есть на этом свете....чтобы он увидел, как его дочь выросла и похорошела... чтобы отомстить... чтобы наказать...

Не раз картины из детства вставали в ее памяти. И ей было ужасно обидно за себя, за мамины слезы, за их, как уже поняла Олеся, нищету, в которой они были вынуждены жить некоторое время, потому что маме не платили зарплату...

— Вы даже помните мое имя? Я польщена, — с сарказмом произнесла Олеся, возвращаясь в холодный ноябрьский день. Она тяжело присела рядом с Шатиловым.

— Не надо, Олеся. Я помнил о тебе...

— Да... Так помнили, что забыли...

— Я вспоминал тебя, но твоя мама уже вышла замуж, тебя удочерили, я не стал вмешиваться.

— Вы вспомнили меня, когда поняли, что Ваша жена не может Вам родить ребенка? Как мило, — слова выливались из Олеси ядовитой струей.

— Олеся, я понимаю, ты злишься...

— Я к Вам вот зачем пришла. Поначалу, конечно, я хотела, чтобы Вы удивились, какая у Вас есть дочь. А потом мне хотелось только отомстить.

— Жизнь уже наказала меня.

— Это я уже наказала Вас.

— О чем ты говоришь?

— Понимаете, я побывала у вас дома... и это письмо... это я его написала...

Леонид Юрьевич в немом удивлении уставился на Олесю.

— Я сделала дубликаты с Ваших ключей и проникла к Вам в квартиру.

— Олеся, ты понимаешь, как жестоко ты поступила?

— Я-то да. А Вы? А Вы разве не так же поступили со мной? Вы отвернулись от меня, когда я была от Вас в нескольких шагах! Мне было пять лет, а я прекрасно помню всю ситуацию. Помните, в парке? А я кричала, я билась в истерике, я звала папу!!! — слезы навернулись на глаза, и Олеся спрятала лицо в ладонях.

Леонид Юрьевич невозмутимо смотрел на нее.

— Я не помню такого момента.

Олеся проглотила комок слез и подняла на него глаза:

— Значит, он не был для Вас важным, — она рассматривала рядом сидящего человека. Но ни одной теплой искорки не блеснуло в его глазах, ни одного неосознанного жеста, порыва, слова не дождалась Олеся.

— Ты все выдумала, понимаешь? Не было такого. Я бы не отвернулся.

И все. И никакого даже простого человеческого участия. И вроде не ждала ведь, что он его проявит, а стало почему-то снова обидно и больно, как той самой маленькой девочке, задыхающейся от слез в парке...

— Я не выдумала, — упрямо сказала Олеся. — Вы гуляли там с Анной Михайловной, я случайно увидела вас...я побежала к папе... которого долго не видела и очень-очень ждала!.. Понимаете Вы, черт возьми?! Ждала! — вскричала она и вскочила со скамейки.

Леонид Юрьевич досадливо поморщился.

— Олеся, такого не было, — терпеливо повторил он. — Я не настолько бесчувственен, как ты думаешь, чтобы так поступать. Ты что-то путаешь. Может быть, мы и встречались при подобных обстоятельствах, но ничего настолько серьезного не происходило.

Его слова казались совершенно бесцветными, в них не было ни холода, ни тепла. В них ничего не было.

Даже осенний туман имел цвет. Даже бездушное небо ноября приобретало какие-то сероватые оттенки, а воздух окутывал своей льдистостью, даже прохожие, обычные прохожие казались Олесе более живыми и осязаемыми, чем слова и поведение этого человека.

И от ощущения этого «ничего» во всей его позе, Олесе почувствовала странное и страшное опустошение. Она снова присела на скамью, и уже ни горечь, ни обида ни за себя, ни за маму, не обожгли ее. Стало неимоверно пусто.

— Так что ты хотела, Олеся? — прозвучал спокойный вопрос.

Ах, если бы она осталась в его воспоминаниях сопливым, плачущим, вечно мешающим ребенком... это было бы проявлением каких-либо его чувств... Но сейчас, Олеся отчетливо осознала это, в его памяти ей места вообще не было.

— Я хочу съездить к Анне Михайловне в больницу, — ответила она.

— Зачем? — встрепенулся Леонид Юрьевич. — А мама твоя знает?

— Что?! Вы думаете, это она... что я с ее ведома... Ну, знаете ли... — Олеся вдруг вспыхнула злостью. — Я в любом случае съезжу к Анне Михайловне с Вами или без Вас. Потому что меня угнетает чувство вины, которое Вам никогда знакомо не было! А мама здесь ни при чем! Абсолютно ни при чем! Даже не впутывайте ее сюда!

Шатилов несколько секунд цепко всматривался в лицо Олеси. То ли просчитывал ситуацию ее приезда в больницу без него, то ли пытался понять, говорит она правду или лжет...

— Ладно, поехали, — бросил он и встал.

Они шли по длинному холодному коридору.

Шатилов был бесконечно зол. Он просто кипел, но внешне ничем не выдавал себя.

Больше всего его бесила эта девчонка, так нагло влезшая в его жизнь. Как отреагирует Анна на ее появление? Одна надежда на сильные седативные средства, под влиянием которых находилась сейчас жена. На самом деле, болезнь сердца — это только официальное прикрытие Аниных истерических приступов. Леонид Юрьевич, едва замечая начинающуюся истерику, тут же вызывал знакомых докторов из этой больницы.

Да и надоела ему уже Анна со своими истериками. Она становилась похожа на фурию, готовую исцарапать ему лицо, разбить все стекла, а потом она заходилась в безудержных рыданиях, сквозь слезы обвиняя его в изменах и упрекая в нелюбви к ней.

Такие нервные срывы не были большой редкостью, но Анна пила специальные сильно действующие таблетки. А всем говорила, что от сердца.

Но сейчас, наверное, перестала принимать, и как раз влезла в их дом эта девчонка!

Навстречу им по коридору двигалась полная цветущая женщина в белом халате.

— А-а, Татьяна Васильевна! Добрый день! — приветливо поздоровался Шатилов. —

Как Анна Михайловна сегодня?

Татьяна Васильевна радостно, даже как-то по-свойски, улыбнулась Леониду Юрьевичу.

— Сегодня уже заметны улучшения. Скоро выпишем, — она протянула руку Шатилову, выжидательно глядя на него.

Он легко коснулся ее руки.

— А мы идем навестить... — Шатилов слегка оглянулся на бледную Олесю.

Татьяна Васильевна широко улыбнулась.

— Непременно зайдите ко мне потом, — полушепотом произнесла она.

Леонид Юрьевич кивнул, и они с Олесей пошли дальше.

Специфический запах больниц, запах хлорки, бинтов и лекарств, бил в нос, и девушка чувствовала нервную дрожь во всем теле. Она не обратила никакого внимания на встреченную женщину, слишком занята была своими мыслями.

Напряжение достигло предела, когда они вошли к Анне Михайловне. Она была в палате одна. На звук открывшейся двери женщина повернула голову. Удивление скользнуло в ее глазах. Девушка, еле скрывая волнение, осталась у двери, а Шатилов направился к супруге.

— Анечка, здравствуй, — он наклонился и поцеловал бледную щеку жены. — Как ты себя чувствуешь?

Анна Михайловна беспокойно вглядывалась в нежданную гостью.

— Не волнуйся, все хорошо, это ... — Шатилов слегка замялся, потом продолжил, — знаешь, я тебе давным-давно рассказывал... про дочь... с ее матерью мы не поддерживаем никаких отношений, я не видел ее пятнадцать лет.

Женщина потрясенно молчала.

— Анечка, так вот это она и есть. Олеся.

Анна Михайловна недоуменно смотрела на мужа.

— Да, так и есть, — негромко сказала Олеся, подходя на негнущихся ногах к кровати больной. — Мы не виделись пятнадцать лет. И теперь, переехав сюда, я навестила вас...

— Здравствуй, Олеся, — тихо проговорила Анна Михайловна, все еще не понимая, чем вызван визит дочери ее мужа.

— Здравствуйте, Анна Михайловна... Понимаете ли, в чем дело... Я очень нехорошо поступила, — начала она, но запнулась. Глядя в осунувшееся лицо, почти белое, как стены этой палаты, как постельное белье, на котором лежала больная, так трудно было говорить о своем поступке.... Олесе было по-человечески жаль Шатилову, и девушка искренне желала ей сейчас только скорейшего выздоровления.

— Анечка, ты не волнуйся, — продолжил Шатилов вместо своей дочки. — Все хорошо. Я с тобой. А Олеся хочет кое-что объяснить...

— Да, Анна Михайловна, вы простите меня, пожалуйста, но это я... я... — девушка стала заикаться, — я все сделала...

— Что? — чуть слышно, одними губами спросила Шатилова.

— Анна Михайловна, я ходила к вам, я написала вам это... я виновата, простите меня... — в голосе слез становилось все больше и больше, — я не хотела доводить вас до больницы... я, вообще, зря затеяла всю эту игру... Я бывала у вас дома, испортила ваши документы... Я написала это письмо про любовницу, про беременность... — Олеся выражалась сумбурно, но ясно и четко строить предложения не получалось. Она очень надеялась, что донесла свою мысль до жены Шатилова.

— Не спрашивайте, зачем... — девушке уже было не остановиться. — Я... не скажу вам... но... в общем, это только моя вина, я хочу, чтобы вы знали.

Анна Михайловна молчала, и Олеся даже испугалась не станет ли ей только хуже от прозвучавшего признания.

— Олеся, — наконец произнесла больная, — спасибо тебе. Но ты не виновата. Не кори себя, я ведь чувствую, ты обвиняешь себя. Не надо... Это наши с твоим отцом взаимоотношения... И знаешь, нашей вины тут не меньше, чем твоей. И даже больше. Ты сейчас появилась таким странным способом... надо было разыскать тебя раньше...прости, что я этого не сделала. Позднее прозрение приводит к позднему покаянию. Олесечка, мы еще встретимся и поговорим обязательно, правда?

Анна Михайловна потянулась к Олесе и сжала ее руку. Конечно, не ответить на пожатие Олеся не могла. Но на душе была какая-то странная неловкость...

— Я пойду, пожалуй, — освободилась Олеся. — Выздоравливайте.

— Спасибо. И я хочу пригласить тебя в гости, как только выпишусь. Уже скоро. Ты же придешь?

— Э-э... я ... не знаю... как-то неожиданно...у меня учеба...

— Приходи, мы созвонимся, приходи обязательно, да, Леня? — Анна Михайловна взглянула на молчаливого супруга.

Тот едва заметно кивнул.

— Хорошо, — решила не расстраивать больную женщину Олеся. — До свиданья.

Она торопливо вышла из палаты.

Последние слова Анны Михайловны застряли в памяти. Зачем им знакомиться ближе? Ходить в гости? Ерунда какая-то... Ни к чему это... ни к чему... Олеся тряхнула головой, словно отгоняя недавнее приглашение. Девушка перешла дорогу и направилась в небольшой парк. Да, все это было глупо... Весь план ее мести... Какая-то девчачья забава, в результате которой образовались совсем недетские последствия... Когда ей в первый раз пришла в голову мысль о мести? В лет пятнадцать... Тогда она то отбрасывала свою задумку, то возвращала вновь. Но всегда о ней помнила. Как и об отце — Шатилове Леониде Юрьевиче — никогда не забывала. Даже когда уже было можно и не вспоминать. Но нет! Как садовод взращивает редчайшее растение, так и Олеся культивировала в себе чувство обиды и мести. Удобряла, поливала, не давала зачахнуть...Хотелось быть готовой к встрече с ним. Да просто хотелось встретиться, что же теперь таить? Это было неутоленное желание, недоведенное до конца дело, был ее неуслышанный крик — как в том парке, где она не докричалась, не добежала, не завладела его вниманием...

Олеся тенью бродила по сырому парку. Деревья тонули в тумане, представляясь в воображении какими-то странными существами с другой планеты. И на одну минуту ей показалось, что она попала в непонятный фантастический мир. Вокруг белесая пелена... Слышны только ее шаги по гравию дорожки... Деревья, растратившие все свое золото, как нищие инопланетяне, тянут к ней свои корявые страшные руки, то ли надеясь на подаяние, то ли, чтобы взять в жертву ее саму... Воздух липкий, влажный, густой клубится вокруг, догоняет ее, касается щек своими прохладными щупальцами, поглощает, заставляет потеряться и все потерять...

Звонок собственного телефона возвестил о том, что она все еще на планете Земля.Девушка торопливо порылась в сумке, и мобильник огласил своим звоном этот сонный застывший парк. Тут же рядом послышались шаги. Из-за белой занавески тумана вынырнула женщина, выгуливавшая на поводке милого пуделя. За ней появилась немолодая пара, о чем-то оживленно беседуя. Где-то недалеко взвизгнули машины, набирая скорость после светофора...

Земля, Россия, Санкт-Петербург...

Олеся вгляделась в экран смартфона и сняла трубку. Это был Женька. Он сегодня ездил по спортивным магазинам и спрашивал, а не могли бы они где-нибудь пересечься. Олеся бы помогла ему в выборе спортивного снаряжения.

— Да уж! Из меня такой помощник! — иронично заметила про себя девушка. — Жень, я так устала на самом деле... Сейчас пройдусь немного, подышу, прогуляюсь и поеду домой.

— Жаль. Я хотел с тобой в кафешке посидеть. Или в киношку тебя затащить.

— Ну, извини, что испортила твои планы. Надо было вчера мне о них рассказать.

«А не лезть целоваться!» — додумала окончание фразы Олеся. Ей тогда все-таки удалось остановить этот процесс и кое-как вразумить Женьку.

— Ты вчера была немного не в себе...

«Ты тоже не совсем адекватен» — мысленно ответила ему девушка.

— ...но, а ты все сделала, что планировала?

— Эх... Наверное, это все, что я могу пока сделать, — вздохнула Олеся, и, спросив Евгения, в котором часу он собирается вернуться, попрощалась.

На душе было так пусто, что девушка даже не понимала, есть ли у нее эта самая душа. Олеся еще немного прошлась по аллее. Ее знобило от сегодняшней сырости ли, от нервов ли, а скорее, от того и от другого, но она никак не хотела уходить. Она сунула руки в карманы, и пальцы нащупали вчерашние ягоды шиповника.

Что ее ждало дома? Только медленно убивающий яд собственной совести...

Олеся, не поднимая головы, брела по тротуару вдоль своего дома, медленно зашла в подъезд и, наверное, минут пять, не вникая в смысл, читала объявления на щите информации... Потом зашла в лифт и долго соображала на какой этаж ехать... Пятый...

Дома была мама.

— Олеся, где ты ходишь? И опять не берешь трубку, — начала укорять она, едва девушка переступила порог квартиры.

— Я и не слышала звонков, — удивилась Олеся, снимая куртку.

— К тебе уже сто раз приходил молодой человек...

Олеся застыла.

— И что ему нужно? — спросила она.

— Что нужно не сказал...- мама удалилась на кухню.

Олеся прошла в комнату и переоделась в легкий домашний халатик.

— Ну, он хоть представился? — ей почему-то слабо верилось в то, о чем она подумала в первые секунды.

— А как же, и не только, мы с ним мило пообщались, — услышала девушка голос матери. — Руслан. Такой красавец...

У Олеси зашумело в ушах, и она осела на пол.

— Олеся, — испугалась мать, входя к ней в комнату. — Ты что? Ты вообще ела сегодня что-нибудь? Или так и ушла голодная?

Девушка покачала головой.

— Так, давай, пойдем, тебе надо поесть... Господи, ты вся бледная... — мама подняла ее и осторожно отвела на кухню.

Горячий суп возвращал Олесе силы.

В дверь позвонили.

— Это Женька. Он звонил и сказал, к этому времени будет, — попыталась угадать Олеся.

— Я открою, доедай, — мать пошла к двери.

Через несколько минут она появилась с загадочным выражением на лице.

— Это тебя... Руслан.

Последняя ложка супа застряла у Олеси в горле. Кое-как проглотив застрявший комок, девушка встала и решительно направилась к выходу. Так, и что ему надо? Сейчас она все выскажет, что думает! Девушка воинственно распахнула дверь. Он стоял напротив в кожаной куртке нараспашку.... Синяя рубашка еще больше оттеняла его черные волосы и делала ярче красивые темно-карие глаза...

Он совсем рядом, и почти все мысли разлетались в стороны как испуганные стайки синичек... Держись, Олеся!

Девушка стремительно сделала к нему шаг и грубо рванула ремень на джинсах, начала его расстегивать и опускаться на колени. Руслан был ошеломлен, но в ту же секунду поднял ее и стал трясти за плечи:

-Олеся, что ты делаешь?!- и его обжигающие черные глаза проникли в душу.

Она выдержала взгляд:

— Я же подстилка... Стелюсь...

Глава 15

— Это ты привел ее сюда? — слабо спросила Анна Михайловна мужа, едва Олеся скрылась за дверью.

— Нет, она сама попросилась, — Леонид Юрьевич отвернулся к окну, словно понимал, что его ждет неприятный разговор и не желал продолжения.

— Нам надо об этом поговорить, — сказала она.

Шатилов молчал.

— Ты думал, я поверю в этот спектакль?

— Что? — нерешительно выдавил Леонид Юрьевич, не ожидавший такого поворота событий.

— Ты уже студенток впутываешь в свои дела? Как тебе не стыдно! Сколько ты ей заплатил, чтобы она пришла сюда и притворилась твоей дочерью?

Ты из меня идиотку делаешь снова?! Я уже сыта твоей ложью! — вскричала Анна и закрыла лицо руками.

— Аня, это, действительно, Олеся...Она сама пришла... — Шатилов попытался спокойно ответить.

— Не ври! — взвизгнула Анна. — Не ври! Ты меня в могилу сведешь своей ложью!

Ты измотал мне все нервы! Кто она?! Где твоя любовница? Когда ей рожать?! — она подскочила с кровати и, подлетев к своему мужу, цепко вгляделась в его лицо.

— Лгун... — горько и глухо проговорила она. — Лгун...Я все равно узнаю правду, — твердо прошептала она, отворачиваясь от Шатилова.

— Ты спятила, Аня. Ты просто спятила, — Леонид Юрьевич с отвращением смотрел на свою супругу.

— А! — вдруг вскинулась Анна. — Это ты свел меня с ума! Ты! Ты! Ты! — она вдруг бросилась на него и попыталась ударить. Шатилов успел схватить ее руки.

Анна стала вырываться с нечеловеческой силой, оттолкнула мужа, потом подбежала к окну и стала открывать его.

— Стой, Аня! — крикнул Шатилов, нажимая тревожную кнопку.

Окно открылось и холодный воздух, как освобожденный преступник, нахально ворвался в палату.

Анна, широко распахнув, глаза смотрела на больничный двор.

Леонид Юрьевич подбежал к ней, чтобы удержать ее.

— Испугался, — протянула Анна безумным голосом. — Не хочешь грех такой на душу? Испугался...

Дверь палаты резко распахнулась и вошла Татьяна Васильевна. Из-за ее спины обеспокоенно выглядывала медсестра.

— Да все в порядке, милые, — медленно проговорила Анна, слегка поворачиваясь к пришедшим. — Мне просто захотелось подышать.

— Аннушка, дорогая, пойдем ляжем, — тут же взяла ситуацию под контроль Татьяна Васильевна. — Простудитесь еще, отойдите от окна. Лучше его закрыть. Не чувствуете, как дует?

Врач подошла к Анне и, обхватив ее плечи, повела к постели.

— Все хорошо, все хорошо, Анечка, — она тихонько надавливала своей пациентке на плечи, вынуждая ее сесть на кровать. — Мы сейчас укольчик небольшой сделаем... все хорошо... вы поспите, и все пройдет...

Анна послушно дала сделать себе укол и закрыла глаза. Она улыбалась. И вряд ли муж догадывался, чем вызвана эта улыбка.

— Олеся, прости, прости меня, пожалуйста, — Руслан прислонил ее к стене, все еще держа за плечи. — Я не думаю так, я никогда так не думал... Я и не верил до конца... — оправдывался он. — Я дурак, кретин, козел, прости меня...

— Зачем ты пришел? — прошептала девушка, не глядя на него. — Зачем ты пришел? — еще громче, с надрывом повторила она.

Руслан вытирал пальцами бегущие по ее щекам слезы. А Олеся и не заметила, как они покатились.

— Я мерзкая злопамятная подлая тварь... Я сама себе противна... — голос ее прервался.

— Прости...прости ... я идиот... прости меня... простишь? — Руслан целовал ее щеки, собирая соленые ручейки.

— Я... — Олеся судорожно вздохнула, не сказав, что хотела. Рыдания сдавили горло, и она заплакала в голос.

Парень крепко обнял ее и прижал к себе, легонько целуя в макушку. Он покачивал ее как ребенка, пока она шумно рыдала, уткнувшись ему в грудь. И с этими слезами выплескивалось и напряжение сегодняшней встречи с отцом, и гнетущее чувство вины перед Анной Михайловной, и жуткие мучения по поводу совершенных поступков, и вся обида предыдущего дня, и горечь от грубых слов ...

Немного утихнув, Олеся чуть-чуть отстранилась.

— Я опять намочила тебе одежду, — тихо сказала она, глядя на мокрое пятно на его рубашке.

Руслан молча наклонился к ней, взял в свои ладони ее голову и поцеловал.

Поцеловал — и как будто вдохнул в нее новую жизнь, ...подарил потерянные крылья... и раскрасил сочным многоцветьем серый туманный ноябрьский день.... Он целовал так долго и так нежно ... Он звал ее за собой и обещал ей так много...

— А что это здесь происходит? — голос Евгения отрезвил обоих.

Вообще-то, происходящее было предельно ясно: влюбленные никак не могут оторваться друг от друга. Так и есть, они замерли, не размыкая губ и объятий, потом Руслан обернулся. И мощный удар отбросил его к стене. Моментально появилось на скуле красное пятно. Олеся ахнула:

— Женя...

— Так это из-за него ты столько слез вылила? — Женька был доволен собой. Он выжидающе посматривал на противника, готовясь к реакции с его стороны.

— Это еще кто? — шепотом спросил Руслан, оценивая соперника взглядом.

— Друг детства... — она не успела договорить, как Руслан кинулся на нападавшего. Через секунду два парня вцепились друг в друга.

— Руслан! Женя! Перестаньте! Пожалуйста! — бегала она вокруг них. — Пожалуйста!!! — заорала Олеся на всю лестничную клетку, пытаясь влезть между дерущимися.

Парни разошлись, с ненавистью глядя один на другого.

В двери появилась Олесина мать. Она, даже сидя в своей комнате, услышала вопль своей дочери.

— Что случи...лось? — она все поняла и мгновенно скрылась за дверью.

— Женя, Женя, — Олеся толкала его в спину, — иди домой, иди... я приду сейчас... ну, пожалуйста, — взмолилась она, — иди домой.

Ей удалось подтолкнуть его к двери. В проеме появилась мать и, сунув лед Олесе в руки, увела Женьку в квартиру.

Руслан сидел на ступеньках.

— Давай ... — Олеся присела рядом с ним и приложила лед, завернутый в тонкое полотенце, к месту удара.

— Что за друг детства? — спросил Руслан.

— Со школы. Мы, правда, только друзья, — почему-то пыталась доказать Олеся.

— Ну-ну! Рассказывай сказки... — усмехнулся парень.

— Я серьезно... И чего я буду перед тобой оправдываться! — толкнула она его в плечо.

Но Руслан схватил ее за руку.

— Почему ты мне не рассказала про своего отца?

— А почему я должна была это делать? — возмутилась Олеся.

— Олеся, ты можешь хотя бы раз просто ответить на вопрос? — вздохнул он и продолжил, — потому что я ревновал тебя. Когда ты сказала, что хочешь вернуться... я... я был оглушен своей ревностью. Ты так задела меня... — Руслан усадил девушку себе на колени и прислонился лбом к ее плечу. — Я не знал, что думать. Я отказывался верить в то, что ты так старательно им доказывала. Я ведь узнал о происходящем в тот же день, после нашей встречи...на лестнице....

— Я так понимаю, теперь-то тебе известно, кто есть кто?

— Я и пришел, чтобы все выяснить, я еще вчера хотел прийти, но подумал, что твои родители не обрадуются моему слишком позднему визиту. А сегодня я все узнал от матери. Без подробностей, конечно. Знаю, только, что он твой отец, — закончил свое объяснение парень.

— Ничего не скроешь...- Олеся попыталась пошутить, но на глаза наворачивались слезы. — Мне было так страшно... и так больно... Я как будто вернулась на пятнадцать лет назад... Когда он уходил от нас... — она старалась не плакать. Руслан прижал ее к себе, и Олеся оказалась как в колыбели.

— Ты должна была все рассказать мне. Я бы отговорил тебя от этой затеи... Придумала целую мексиканскую мелодраму... Я бы заставил тебя забыть о Шатилове....

— У тебя на лбу не написано: я отговорил бы.... И как ты это, интересно, представляешь, малознакомая девушка рассказывает о своих семейных проблемах?

— Да и рассказывать ничего не надо... — за спиной Руслана раздался шорох, и парень прервал свою речь.

— Ой, я не вовремя... — голос Анжелки заставил Олесю резко дернуться, но Руслан не выпустил ее из своих рук. — Кто тебя так раскрасил? — Анжела уставилась на синяк на лице у Руслана.

— А тебе что здесь надо? — грубо спросил он, поднимаясь.

— Я к Олесе насчет психодиагностики... А тут смотрю машинка знакомая стоит...

— Улицу патрулируешь? — ядовито осведомился Руслан.

Анжелка вернулась к лифту.

— Аки голубочки... — послышался ее голос оттуда и двери захлопнулись.

— Что ей надо? — Руслан посмотрел на Олесю.

— Я не знаю... Еще и вчера приходила...- вылетело у девушки.

— Вчера?! Зачем?

Олеся немного замялась.

— Про Димку спрашивала...

Руслан подозрительно посмотрел на нее.

— Ты мне что-то не договариваешь...

— Да все, все, — ну, не рассказывать же ему, как вчера Анжелка таскала ее за волосы!

— Если она еще раз здесь появится, обязательно сообщи мне. Поняла? Обязательно!

Олеся кивнула, хотя и не понимала его беспокойства.

— Я надеюсь, парад планет закончился? То друг детства, то эта мегера... — Руслан повернулся к Олесе и хотел обнять ее. Но девушка уперлась в его грудь руками.

— Руслан... — начала она, словно появление Анжелки напомнило ей о самом главном, наболевшем вопросе. — Зачем ты пришел? Вика — моя подруга. А я... — у Олеси перехватило дыхание, — я предательница... У нас ничего не может быть и ничего не может повториться, — закончила она, отводя взгляд в сторону.

— И что из того, что она твоя подруга? Я не видел Вику уже три недели...

— Вика сказала, что вы помирились.

— Понятно, — Руслан кивнул. — Это не то, что ты думаешь. Она выспалась и уехала домой. Мы расстались, как раз накануне вашего девичника в клубе. Это теперь ее проблемы, если она что-то не так поняла. Мне некогда выяснялки играть...

«Так, выходит, Вика лгала?»

— Что же ты сейчас в выяснялки играешь? — поймала его Олеся.

Руслан серьезно посмотрел ей в глаза.

— А сейчас я хочу все выяснить. Сейчас мне это нужно.

— Зачем? — прошептала Олеся. — Я разбила ваши отношения, — бессильно добавила она.

— Там нечего было разбивать!

— Я ускорила этот процесс! Вика оказалась не готова к вашему разрыву! Ей сейчас очень больно. Она потеряла двоих, лучшую подругу, которая оказалась редкой сволочью, и — Олеся указала пальцами на Руслана, — любимого человека, который тоже совсем не ангел, — выложила она ему.

— Ты преувеличиваешь степень своей вины. Это мой выбор.

— Если это твой выбор, надо было яснее определяться, а не морочить ей голову! И мне тоже... — Олеся тяжело вздохнула и выскользнула из его рук.

— Я не мог не морочить тебе голову, как ты говоришь. Я просто не хотел отдавать тебя никому.

— А ей? Ты держал ее про запас? Ничего не объяснил, пусть сама там фантазирует, что хочет?

Руслан устало потер лоб.

— Ты думаешь, мне правда это было необходимо? Держать кого-то про запас, как ты выражаешься? При таком-то выборе?

— Ах, вот как! — надулась Олеся.

— Так, мы не о том говорим сейчас... Я ни о ком не думал даже, кроме тебя, — Руслан взглянул на Олесю. — А ты тут...

— А мне нужно больше, чем просто физическая близость, — прервала его Олеся. — Я... не могу... так...время от времени... Поэтому найди себе другую... Анжелка вон мечтает...В сети у тебя полно фанаток с ... очень откровенными предложениями...

— А с чего ты взяла, что мне нужна только, говоря твоими словами, физическая близость? Откуда вообще такие мысли? — возмутился Руслан. — В сети что-то написано? Так я не отвечаю за глупости других. Я и в сети этой не был уже полгода. Если ты внимания не обратила. Мне просто некогда там появляться.

— Я не понимаю тебя... Не понимаю... — Олеся пожала плечами. — Вся ситуация с Викой... Анжелка... Эти надписи в сети... Я не понимаю... Я не знаю тебя... Я запуталась....

«Я хочу быть любимой тобой

Не для знойного, сладкого сна,

Но чтоб связаны вечной судьбой

Были наши навек имена...», — всплыли в памяти стихи

Мирры Лохвицкой. Нет, это все совершенно некстати...

— Не знаешь? По-моему ты очень хорошо знаешь меня, только прислушайся к себе... А если тебе надо восполнить пробелы в теории, то я готов ответить на любые твои вопросы. Тебе не хватает информации? — Руслан наклонился к ее губам.

«Олеся, ты опять проиграла!» — пронеслось у нее в голове. Она таяла в его руках как льдинка в теплой воде. Но все еще можно обернуть в свою пользу! Только — будет ли польза?

— Да...

Руслан немного отстранился.

— Этот друг детства у тебя еще надолго?

— Сегодня уезжает, полседьмого, — ответила Олеся, думая о том, что Руслан очень хорошо ею манипулирует.

— Очень кстати, — Руслан посмотрел на часы. — Я приеду к тебе через полтора часа. Я отвечу тебе на все.... А сейчас — тебе пора домой, а не то вылетит твой разгневанный друг, и я ему точно выбью глаз.

— Он боксом занимался, — засомневалась в Руслане Олеся.

— Ну меня-то не надо недооценивать! Чем я только не занимался, — усмехнулся он, обнял девушку и чмокнул в нос. — Пока... — и пошел вызывать лифт.

Олеся сделала шаг в сторону своей квартиры, и Руслан мгновенно оказался рядом, с силой прижал к себе девушку и стал целовать дико, жарко, безудержно...

— Через полтора часа, даже меньше ... — тихонько сказал он ей прямо в губы и, оставив Олесю растерянной, растревоженной, жаждущей его поцелуев, скрылся в распахнутых дверях лифта.

Женька ждал ее почти у самой двери.

— Олеся, ну и чем вы там занимались? — был первый вопрос, каким он встретил ее.

— Разве можно так себя не ценить? Ты вчера из-за него в истерике билась, а сегодня на шею бросаешься...

— Женя, успокойся, пожалуйста, — Олеся почти не слушала его. Полтора часа... Надо как-то прожить это время... Как долго! Полтора часа...

Как во сне, она пошла и отнесла лед на кухню.

— Олеся, ты слушаешь меня вообще?

— Жень, это мое дело! — разозлилась девушка и убежала в свою комнату.

Время тянулось медленно, словно нарочно. Олеся считала минуты. Ну вот, осталось восемьдесят пять минут...

Евгений не отступал. Он вошел вслед за Олесей и сел рядом с ней на кровать.

— Олеся, пойми меня, пожалуйста, правильно...

Он решил прочитать ей нотацию?

— Я же вижу, что он из себя представляет...

— И что же? — не сдержалась Олеся, глядя в окно. Начинался дождь. Капли звонко забарабанили по подоконнику, и по стеклу потекли водяные струи.

— Да у него таких, как ты, сколько хочешь!

Не новость! Олеся пожала плечами, не желая продолжать разговор на эту тему.

— Ты спала с ним уже, да? Ты спала с ним? Спала? — не унимался Женька, глядя на вспыхивающую румянцем девушку и чувствуя, как едкая боль заливает сердце. Его Олеся, которую он знал столько лет (которую он ждал столько лет) отдалась этому подонку! Он раздевал ее, целовал, ласкал ее шейку, плечи, тело...Женьку затрясло.

— Не устраивай мне допрос! — вдруг вспылила она.

— Да как ты могла? Как ты могла, Олеся?! — набросился на нее приятель. — Он попользуется тобой и выбросит! Ты — только новое имя в его коллекции! А ты готова перед ним на задних лапках прыгать! Я же слышал, как ты там оправдывалась!

— Ну, знаешь, Женя! — Олеся вскочила с кровати. — Ты еще и подслушивал?! Тебя это совершенно не касается! Понятно? Я не расспрашиваю тебя о твоих подружках, и ты не лезь в мою личную жизнь!

Подружки... Да какие у него подружки, если он только об Олесе и думает! Так, однодневки... Вот как знал, не надо было ее отпускать в этот чертов город! Ведь уговаривал же, как мог!

— Я думал, мы с тобой друзья... — надулся парень.

— Друзья. Вот именно это я и пыталась донести до тебя вчера! И вроде бы мы договорились! Мы друзья! Но не больше! И встречаться, а уж тем более, все остальное делать, я буду с тем, с кем сама захочу!

— Значит, не вернешься... — безнадежно пробубнил Евгений, встав с кровати и подойдя к девушке.

— Сейчас я ничего не могу сказать... — Олеся стала перебирать лежавшие на столе книги.

— А когда сможешь? Когда он тебя бросит? Когда наиграется? — жестко спросил приятель. — Но, знаешь, — продолжил он уже более мягким тоном, — приезжай в любое время, я буду рад... Я же твой друг, а друзья познаются в беде.

— А другого расклада ты не ждешь?

— Какого? Ты замуж за него собралась, что ли? — ядовито усмехнулся Женька.

— Друг, — презрительно протянула Олеся. — Нет, чтобы сказать, будь счастлива, лишь бы тебе было хорошо. И неважно, с кем.

— А ты бы пожелала своему хмырю счастья с другой? А? Олеся, что ты несешь? Ты же прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь! Что я тебе желать должен? Счастливого секса?

Ему было больно, и хотелось сделать ей также, уколоть, уязвить ее, добиться слез, чтобы потом утешить... чтобы поняла она, что тот, другой — не герой, и он ей не нужен...

— Женя! — заорала девушка.

— Ничем это хорошим не кончится, уверяю тебя.

— Ну, спасибо, дружище! — Олеся отвернулась и невидящим взглядом уставилась на стол. Поссориться не хватало!

Евгений, злой и недовольный, вылетел из комнаты. Нет, он совсем не хотел портить с ней отношения! Не так он себя повел, не так... Накинулся на нее как баба сварливая! Блин, надо было два фингала поставить этому хмырю! И оба под глазами! Чтоб разукрасить его смазливую физиономию! Тогда она точно на этого подонка не взглянула бы! Женька пошел собирать свои вещи. Может, ему еще представится такой шанс?

— Олеся, — немного подумав над своим поведением и собрав все, что нужно для поездки, Женя снова вошел к ней в комнату.

— Олеся, — повторил он, не зная, как продолжить. — Не сердись... пожалуйста...

Девушка встала из-за стола и повернулась к приятелю. С виду спокойная, она просто сгорала от нетерпения. Скорей бы полседьмого!

— Я не сержусь, — примирительно ответила она. — Женя, давай не будем ссориться! И...ты тоже не сердись на меня, ладно?

Евгений кивнул. Какая-то странная неловкость возникла в этот момент.

Олеся сама подошла к парню и легонько обняла его.

— Мы друзья? — шепотом спросила она. — Я не хочу терять твою дружбу.

— Конечно, Олеся. Мы друзья, — Женька пытался сдержать горечь, охватившую его душу. И так крепко прижал к себе девушку, словно прощался с ней навсегда. Она отстранилась, протянув ему руку.

— Ты чуть не забыл, — на ее ладони лежала флэшка.

— Можешь оставить себе. На память.

Олеся замотала головой.

— Мне она больше не нужна...

Женька грустно кивнул головой.

Глава 16

Олеся, захлопнув дверь, посмотрела на часы. Шесть двадцать шесть. Сердце стучало все быстрее и громче с каждой секундой, приближающейся к заветному часу. В прихожей она оглядела себя в зеркале с головы до ног. Черная кофточка с принтом в сине-зеленых тонах, узкие брюки под цвет рисунка... Волосы, лежащие свободной волной на плечах, губы, подкрашенные неярким блеском... Но главное, что притягивало внимание — это ее глаза, которые сейчас блестели ожиданием скорой встречи с любимым...

Звонок... Олеся моментально оказалась у двери и открыла ее. ... Исердце ухнуло в пропасть черных глаз.

— Готова? — мягко спросил Руслан, протягивая ей букет нежно-розовых роз. — Это тебе...

Его волосы были мокрые, на черной кожаной куртке — капельки воды, и сам он принес свежий влажный запах дождя и... страсти.

Олеся уткнулась носом в букет.

— Зонтик возьми, до машины не дойдешь — промокнешь, — шепнул он ей на ушко.

— Еле дождался, когда ты отправишь своего друга, — сказал Руслан, заводя мотор, когда они уже сидели в его автомобиле.

— И давно ты ждал?

— Да полчаса, наверное, — он посмотрел на Олесю. — У меня, конечно, много планов. Но зная, какой у тебя выдался тяжелый день, мы можем ничего не делать: посидеть просто в кафе, или у меня дома, или... где хочешь...

— Я бы лучше отвлеклась от тяжелого дня.

— Если тебе хватит сил...мы можем устроить даже спортивную программу, — усмехнулся Руслан.

— Хватит, — заверила Олеся.

Как ему сказать, что в его присутствии сил у нее прибавляется вдвое?!

— Поехали!

— А куда? — не выдержала девушка, пытаясь мысленно что-то предположить.

— Сейчас увидишь.

— Ты сказал, что ответишь на все вопросы, а сам уходишь от ответа.

— Это ненадолго, — улыбнулся Руслан. — Ну, можешь спросить что-нибудь еще... Что тебя интересует?

— Почему ты выбрал именно эту марку машины?

— Что? — Руслан совсем не ожидал подобного вопроса. — Она надежная...

— И давно она у тебя?

— Ты машинами интересуешься?

— Ты отвечай... — напомнила ему Олеся.

— Давно...Три с половиной года ... И менять не собираюсь... Меня в ней все устраивает, — он посмотрел на Олесю, словно разгадал ее следующий вопрос.

Девушка отвернулась к окну.

— Что, все? Больше нет вопросов? — удивился он.

— Я просто дома оставила свой список, — пошутила она.

— А я, напротив, серьезно подготовился.

Олеся с любопытством взглянула на него.

— Да, да, -подтвердил он. — Я, например, узнал, что фигурным катанием занималась, до-олго довольно-таки, — Руслан мельком посмотрел на изумившуюся Олесю. — Каюсь, залез на твою страничку, — тут же сознался он.

Девушка слегка улыбнулась, как-то даже приятно было, что он интересовался подробностями ее жизни.

— Так вот, почему бросила? — как будто слегка осуждая, спросил Руслан.

Олеся не ожидала подобных интонаций. Да что там говорить, она и вопросов о себе не ожидала.

— Если честно, не вышло бы из меня великой фигуристки, — вздохнула Олеся. — Воля к победе не та. Понимаешь, в какой-то момент я оказалась перед выбором: поехать в Москву (нас несколько человек отобрали) или остаться в Смоленске.

Я испугалась, я слишком привязана к маме, к семье, к дому, мне стало та-ак страшно, когда я представила, что уеду от них... А родители согласны были на мой отъезд, но я такую истерику закатила, что они не настаивали. И я не поехала, — тихо закончила она.

— Сколько же лет тебе было?

— Одиннадцать.

— А мама с тобой поехать не могла?

— Нет, — качнула головой Олеся, — Лешка, братик мой, был совсем маленький.

— Знаешь, может, мне тоже стало бы страшно в таком возрасте, — Руслан словно примерил ситуацию на себя. — Надеюсь, ты потом не жалела?

— Ну как сказать... И жалела, и нет... Наверно, лет в четырнадцать я уже дико жалела, что не согласилась, но больше не звали. Я же каталась еще года четыре, потом ушла. Так, для себя, каталась, на соревнования ездила, но это не большой спорт, так... междусобойчики всякие...

— Ты побеждала, конечно же?

— Было дело, — улыбнулась Олеся, отвернулась к окну и тут заметила, что они никуда уже не едут

— А где это мы? Приехали?

— Да, Олеся, тут все рядом, — улыбнулся он. — Это спорткомплекс, недавно открыли. Пойдем, посмотрим? Там и каток, кстати, есть. Если ты вдруг захочешь показать мне мастер-класс. Если не захочешь, там имеются другие варианты.

— А ты даешь мне право выбора? — поддразнила Олеся.

— Да! Сам не пойму, со мной творятся какие-то невообразимые вещи, — шутливо пожаловался ей Руслан. — И все это из-за одной красивой девушки, которая сидит сейчас на соседнем кресле в моем автомобиле.

Олеся даже смутилась и не нашла слов в ответ. Вот и с ней творятся подобные вещи! Да вдобавок и дар речи пропадает.

Они вышли в сырой ноябрьский вечер. С неба падали большие мокрые гроздья снежинок. Олеся поймала одну такую гроздь в ладонь.

— Настоящее небесное соцветие, — она всмотрелась в застывшие снежинки у себя на перчатке.

— Ты так смотришь, как будто гадать на этих снежинках собралась, — Руслан поддерживал Олесю за локоть.

— А что? Имя колдовское у меня, обязывает, — лукаво улыбнулась девушка.

А соцветие тем временем растаяло, оставив только небольшой водянистый след.

— Все ясно, вот почему у тебя ни одного вопроса больше ко мне нет, ты и без них все знаешь!

— Да, на снежинке погадала, все узнала.

— Все-все?

Например, что ты наполовину болгарин, — продолжила Олеся, пока они шли к спорткомплексу.

— Не наполовину, на четверть. У меня только бабушка родом из Болгарии. А дед русский. Но там живут, в Болгарии. Такая интернациональная семья. У них там свой дом, море недалеко. Хорошо там. Летом обязательно съездим. Тебе понравится.

Вот так, все уже решено на год вперед. И возражать, судя по всему, бесполезно. Да и не хочется, подумала Олеся.

— Значит, провалилось мое гадание, — засмеялась она. — А почему тебя так назвали? Это имя не болгарское...

— Да, оно тюркское, от имени Арслан, означает «лев». А знаешь, по одной из версий, предками болгар были тюрки. Так что... может, какого-то моего очень далекого предка звали таким же именем. В Болгарии это имя существует тоже. Но, на самом деле, все проще, отец назвал по материнскому имени. Русана — Руслан, близки по звучанию. Буквой одной отличаются.

— Ты похож на льва.

Руслан усмехнулся.

— Это просто лесть или похвала?

— Вот и думай теперь, — уклонилась от ответа Олеся. — А я читала другую версию происхождения твоего имени... от названия народности Северного Кавказа (предков осетин, что ли?), «Рус-аланы», «Русские аланы». «Алан» в переводе означает «благородный, — Олеся коснулась рукой его черных волос, на которых сказочно красиво блестели тающие соцветия снега. — Мужественный».

— Ты подготовилась лучше, чем я, — сдался Руслан. — Я ничего не знаю о твоем имени. Могу предположить, что оно пошло от имени «Александра».

— Есть такая версия.

Перед ними распахнулись стеклянные двери спортивного комплекса.

— А есть и другая, — Олеся слегка притормозила перед входом. Ей вдруг захотелось еще на мгновение продлить их странное единение под этим кружевным куполом снежных соцветий. — Оно образовано от слова «лес», «лесная девушка». Выбирай, что тебе нравится больше. Такой и буду для тебя, — смущенно улыбнулась она.

Руслан будто почувствовал ее желание.

— А может, прогуляемся? — хитро прошептал он, приобняв Олесю за талию.

— Давай, — с готовностью согласилась Олеся.

— Кстати, «Лесная девушка» звучит романтичнее.

— Олеся, моя Лесная девушка, возвращайся... — услышала она шепот. Девушка распахнула глаза, еще не совсем понимая, где находится, и обвела глазами комнату. В полумраке очертания предметов были нечеткими, но вполне понятными. Шкаф, книжный стеллаж, письменный стол...На полу их разбросанная одежда... Еще хорошо, что диван у Руслана разбирается одним движением руки, как гармошка.... В памяти тут же восстановилась вся цепочка событий. Как они гуляли, потом согревались в небольшом ресторанчике, потом уже поехали к Руслану... Олеся расслабленно улыбнулась и не пошевелилась, но потом, словно застеснявшись своей наготы и беспорядка, вознамерилась встать:

— Надо бы собрать одежду, одеться...

— Одеться ты, конечно, можешь. Но я все равно тебя раздену. Давай я лучше застелю?

Девушка легко спрыгнула с дивана и стала собирать одежду с пола. А потом подошла к книжному шкафу. В тусклом свете уличных фонарей были видны учебники, тетради с конспектами лекций, чертежные принадлежности, фотография в рамке... Олеся всмотрелась. Два брата, почти близнецы...

— Как вы похожи! Вы двойняшки? — спросила девушка, застегивая бюстгальтер. Все-таки решила одеться.

— Ты еще что-то можешь там разглядеть?

— Ага, зрение как у кошки, — пошутила она.

— Нет, — ответил Руслан на ее вопрос. — Он старше меня на два года.

— У него семья уже?

— Да, три месяца назад родилась дочка...

— Мне кажется, вы очень дружны. Наверное, много дел натворили... Экзамены в школе друг за друга не сдавали? Один за другого к девчонкам на свидания не ходили? Не было такого? Если темно, вас и не различишь, наверно... — рассуждала Олеся и повернулась к Руслану. — Что? Я что-то не то сказала?

Парень замер у дивана и смотрел на девушку во все глаза. Потом усмехнулся. С едва заметной горечью.

— Ты сказала... очень даже то.

Олеся чего-то не понимала. А откуда такая настороженность?

— А... ну всякое в школе бывает... Иди сюда, расскажу тебе забавную историю, как я химию сдавал...

Олеся прилегла рядом с Русланом. Оказалось, все как пишут о братьях-близнецах, с той лишь разницей, эти братья не близнецы. Старший брат сдавал экзамены за младшего.

— Тебе можно было не учиться, — усмехнулась Олеся.

— Да, теперь ты знаешь, какой я неуч, — ответил Руслан. — Но я хочу рассказать еще одну историю, может, и не к месту, но, я хочу, чтобы у тебя не было никаких сомнений, и этот вопрос, который ты себе и мне задавала, больше не возникал.

Серьезное вступление!

— Я уже не помню, что спрашивала.

— Ты этого человека видишь каждый день, и постоянно думаешь, какое она имеет ко мне отношение.

Эта девушка всегда считала себя эталоном грез любого мужчины. И, конечно, она была уверена, что и красавчик-однокурсник не обойдет ее своим вниманием. Руслан оценил блондинку мимолетным взглядом и... прошел мимо. Анжела не привыкла к такому обращению. И сама ринулась в бой. Она бывала во всех клубах и компаниях, где был и он. Она закрутила роман с его приятелем Димоном. Ноль внимания. И чем больше Руслан общался с ней, тем меньше ему хотелось каких-либо отношений. Анжела оказалась красивой, взбалмошной, капризной и жестокой стервой.

В то время Руслан с Димоном увлекались рафтингом. Они часто уходили в походы и сплавлялись по рекам. И Анжелка записалась в этот клуб. Во время одного из таких экспедиций она не выдержала и накинулась на Руслана.

— Ты, что, каменный! — Анжела бросилась целовать его и срывать с него одежду.

Он тогда оторвал обвивавшие его руки и попросил подождать до ночи.

— Да трахни ты ее! — высказался Димон, подслушавший разговор Руслана и Анжелы.— Она ничего такая.

— Ну не хочу я! Принципиально не хочу! Я что принцесса, чтобы меня так добиваться? И к наркоманкам меня не тянет.

В том походе участвовал его брат, Никита.

— Как будто сам не курил траву... — встрял он, до этого не участвуя в обсуждении.

— Это было давно и неправда.

— Бросим жребий, ребята, — насмешливо предложил Никита.

И вытащил короткую спичку.

— Так я и думал, что буду за брата отдуваться, — усмехнулся он. И пошел к Анжеле. Стоял ноябрь, это — темные, хоть глаз коли, долгие ночи. А в темноте, как известно, черную кошку не найдешь.

Четыре ночи, пока продолжался поход, он бывал у нее. Уж какую лапшу он ей там вешал — Никита тоже был мастер в любовных делах — Руслан не знал, но только днем сияющая Анжела на него больше не висла. И глядя на полную восторга девушку, Руслан, томимый угрызениями совести, так и не решился сказать ей правду.

А потом все, экспедиция закончилась — досвидос!

— Я бабник, мне нужно всех и много, ты же знаешь, — это пришлось говорить уже Руслану.

— Давай останемся друзьями, — предложила она.

Руслану пришлось согласиться. Так все и осталось: Анжела, убежденная в своей победе, и Руслан, заключивший сделку с собственной совестью.

— Ну и шуточки у вас!.. И она до сих пор уверена?

— Да неважно мне, в чем она уверена! Я хочу, чтоб ты была уверена во мне! Теперь тебе хватает информации?

Олеся пожала плечиком.

— Да? А с теми девицами в интернете тебя тоже ничего не связывало? Брат твой отдувался?

— Так, Олеся, может, у меня что-то с кем-то и было... — Руслан усадил Олесю к себе на колени.

— С кем-то? Да уже пол-универа у тебя тут валялось!

— Тут не валялось, — заметил Руслан.

— Значит, там, — Олеся махнула неопределенно рукой, — Не жалко девчонок-то?, — поддразнивала она. — Сначала соблазнил, а потом — все, ариведерчи!

— Мои слова! — засмеялся Руслан. — Только я никого не соблазнял, они сами липнут...

— Еще скажи, сами тебя в постель тащат.

— Не ревнуй, — вкрадчиво зашептал на ушко Олесе Руслан, сильнее обнимая ее. — Время этих девчонок вышло, просто они сами этого не понимают. Самое главное, что сейчас у меня есть только ты. И мне этого достаточно. Все понятно? — парень нашел ее губы.

— Скажешь, когда мое время подойдет к концу? — Олеся немного отклонилась.

— Угу, — промычал Руслан, погружаясь в поцелуй, но вдруг резко оторвался. — Что?! Какое время?!

— Ах, ну по сколько у тебя на каждую? — подкалывала его Олеся. — Ты уж предупреди, чтобы я была готова...

— Ты сейчас договоришься, — но наигранная угроза не впечатлила девушку.

— Да, давай договоримся, как по трудовому кодексу, за две недели до увольнения, чтобы я могла найти себе новое место... А-ах! — Олеся взвизгнула, оказавшись в одну секунду перевернутой на живот и уткнувшись лицом в диван. Руслан крепко зажал ее.

— Что ты делаешь? — забилась она, но хватка не ослабла.

— Сейчас поставлю печать на договоре, — усмехнулся Руслан, стягивая ее трусики.

Олеся задергалась, закричала, и... теплые губы парня коснулись ее округлостей.

— Чего ты голосишь? — прошептал он. — Все соседи сейчас сюда сбегутся. Неужели ты и в самом деле подумала, что я тебя ударю?

Руслан поднял ее и повернул к себе.

— Ты... ты... ты... — Олеся еще задыхалась от крика и никак не могла придумать ни одного ругательства.

— Я люблю тебя, моя Лесная девушка.

— Не надо... — еле слышно произнесла Олеся и немножко напряглась.

— Не доверяешь? Не веришь?

Все же эта девушка поражала его. Она отдавала ему себя, дарила ему свою душу, ничего не просила взамен и — не верила!

— Знаешь, я ведь снова наступаю на те же грабли... — она вкратце пересказала историю своей неудачной любви на первом курсе, когда молодой человек вернулся к своей бывшей школьной подружке.

— Так, стоп, — скомандовал Руслан, крепко обняв девушку.

Олеся проследила его движение.

— Да, — согласился Руслан, опережая ее мысли. — я тебя не отпущу.

— Это угроза? — слабо шевельнулась Олеся.

— Это констатация факта, — Руслан посмотрел ей в глаза и продолжил, — Олеся, это не те же самые грабли. Это совсем другая ситуация. Мне нужна ты. Люблю я тебя, — он сделал ударение на последнем слове. — Сомневаешься? — Руслан с подозрением взглянул на девушку.

Какой проницательный!

— Да, со мной трудно, — вымолвила, наконец, Олеся.

Зашибись! Он не мог убедить ту, которая нужна была ему больше всего на свете. Зато других даже убеждать не приходилось, придумывали все сами!

— Я, конечно, сам не сразу понял, что происходит, почему я никак не могу отпустить тебя? Почему не могу оставить в покое?

— И когда же тебя озарило?

— Можешь поиздеваться, — снисходительно разрешил он. — Я же не ответил тебе, когда ты призналась.

— А я это говорила? — почему-то прошептала девушка.

— Всю ночь, — также тихо сообщил Руслан ей на ушко.

Вот знает, как заставить покраснеть! И не от смущения на самом деле, а от желания снова окунуться с ним в ночную сказку...

— Все-таки, ты что-то особо не спешил, — Олеся вернулась к тем самым его словам, которым так хотела и так боялась поверить.

— Во-первых, ты сама пряталась от меня, а во-вторых, на работе был аврал, сотрудник заболел, меня запрягли и за себя, и за того парня, что называется. Так что полторы недели я даже в универе не появлялся, все закончилось перед выходными.

— Знаешь, кому надо, тот из-под земли достанет. А может, я за эти недели встретила бы парня, влюбилась в него...

— Отбил бы.

— Ах, что это мы такие самонадеянные?

— А потому что кто-то очень важный!

В глазах у Олеси заплясали смешинки.

— Олеся, шутки шутками, но все, что я говорил — абсолютно серьезно, — Руслан посмотрел ей в глаза.

Девушка опустила ресницы.

— Я... — Олеся никак не могла сформулировать свои мысли. — Я думала, ты со мной... так...подразнить... поразвлекаться, что ли...

Руслан смотрел на нее как человека, который только что потерял рассудок.

— Поразвлекаться? — непонимающе повторил он. — И ты все равно не оттолкнула меня? — изумился Руслан.

— У меня как-то не хватило сил ...

«И мозгов», — добавила про себя Олеся.

— И не надо этих сил...

— Да я же злобная мстительная девчонка! — продолжала выдвигать новые преграды для счастья Олеся.

— Это ты не свое платье на себя примерила.

— Откуда ты знаешь, какое мое платье? Ты, может, приписываешь мне черты, которых у меня нет. И, может, чужой наряд мне как раз к лицу и по размеру?

— Олеся, не делай из себя чудовища. Ты — добрая, запутавшаяся, обиженная девочка. которой было нечем заняться по ночам, и поэтому она выдумывала перед сном всякую ерунду.

— Может быть, я это планировала по утрам? Или в любое свободное время днем? — на ее губах притаилась улыбка.

— Я знаю, чем занять тебя в любое время суток, — прошептал он ей на ушко. — Чтоб всякие глупости не забивали тебе голову. И согласись ты с неизбежным гораздо раньше...

— Раньше? Когда же? На лестнице? — смущенно улыбалась Олеся.

— Хотя бы и на лестнице. Не место красит человека, а человек место, — усмехнулся Разумов. — Тогда бы точно твои свободные мысли были бы заняты другим!

— И... чем же?

— Кем...- поправил Руслан. — Мною.

— Меня просто шокирует твоя самоуверенность, — ответила девушка, не уточняя, что в ее голове и так все крутилось вокруг него. Зазнается еще!

— Я не считаю это недостатком, — пожал плечами парень.

— Зато я считаю свои, — посерьезнела она. — И их, этих недостатков столько, что они перевесят все мои достоинства, если последние у меня имеются!

— Олесь, что ты сейчас пытаешься доказать? Что тебя нельзя любить? Зачем ты опять сопротивляешься? — он наклонился к Олесе и замер над губами. — Я тебя люблю. Прими этот факт, — безапелляционно заявил Руслан и поцеловал ее.

И никаких вариантов на выбор.

Анна Михайловна смотрела на темное небо. В свете вечерних фонарей она видела, как крупные хлопья снега тяжело падают на подоконник. Уже наступает зима... Уютное и такое страшное время года...Время праздников и итогов... Ну что ж, будет итог как праздник! Анна вздохнула и поднялась с кровати. Она взяла с тумбочки часы и полумраке разглядела стрелки на циферблате. Сейчас придут...

И в самом деле, только подумала она — дверь в палату распахнулась, и вошли Татьяна Васильевна и медсестра.

Анна молча взяла от них пакет. Не торопясь, она стала доставать оттуда свои вещи, брюки, свитер, верхняя одежда... сапоги...

Решение покинуть больницу у нее появилось сразу же, как только она в эту больницу попала.

Ха! А он думал, что он здесь всех купил? Как бы не так! Она все давно поняла. И то, что ему выгодны ее срывы, и то, что он поскорее стремится отделаться от нее, спровадив больницу. Поэтому она успела сыграть на опережение, потом придумать сегодняшний спектакль, ведь этот укол был с простым физраствором.

Это двадцать лет назад она была беспросветной влюбленной дурочкой, двенадцать лет ничего не замечающей верящей женой, пять лет назад она стала злобной истеричкой, которая боялась потерять своего мужа из-за его измен, боялась, что он уйдет от нее, выслеживала его, подслушивала, устраивала скандалы...А теперь все! Хватит! Страшись терпящего! Бойся, мир, терпеливых! Терпение лопается враз, и выливается безудержная ярость!

Анна Михайловна сосредоточенно одевалась, пока ее помощницы ждали за дверью, и думала, думала...

Он уверен, что он за все здесь платит... Анна усмехнулась. Ну-ну! А откуда платит? С их совместного счета, который еще ее отец оставил в наследство дочери...

Платит он... — фыркнула Анна Михайлова, надевая кожаный пуховик. А она тут платит больше! А эти, тоже мерзкие людишки... Выходя из палаты, Анна Михайловна бросила быстрый презрительный взгляд на врача и медсестру. Слуги двух господ! Лебезят перед ним, и ей потом в пояс кланяются! О, холуи! Нет, все же холуйство — это наследственная предрасположенность. Вон, и этот туда же... холуйствовал двадцать лет... А все, хватит! Кончено!

Анна быстро пошла по коридору к лифтам. Следом за ней семенили медицинские работники. Они проводили ее до выхода с больничной территории, где уже ждало такси, вызванное заранее.

Татьяна Васильевна предупредительно открыла чугунную калитку. Анна Михайловна тем временем оглядела фигуру врача, ее полный зад, широкие плечи...Вот и эта, наверняка, спит с ее мужем. Или хочет это сделать. О, у Анны чутье на таких шлюх! Анну не проведешь!

Она подошла к распахнутой дверце такси и на секунду остановилась. Потом обернулась к сопровождавшим ее женщинам и мило поблагодарила. И лишь уже делая движение, чтобы сесть, замерла на чуть-чуть и крикнула смотревшей на нее Татьяне Васильевне:

— Будете спать с моим мужем, привет от меня передайте!

И рассмеялась, видя, как медленно сползает с лица врача заученная улыбка.

Глава 17

— Расскажешь про Шатилова? — чуть позже шепотом попросил он.

— Знаешь, так бывает иногда, что чьи-то поступки оставляют в душе след на всю жизнь... — после некоторого молчания начала она. — А потом ты уже никак не можешь подсознательно не учитывать их...травмы, полученные в детстве, никогда не заживают... — это предисловие помогало ей собраться с силами.

Руслан не торопил ее. Осторожно и сбивчиво Олеся продолжила свою историю.

— Вот скотина! — выругался он. — Подожди, а может, он действительно не слышал тебя? Он был увлечен разговором....Может, тебе показалось, что расстояние маленькое, а на самом деле, приличное?

— Ага, увлечен своей Анной... — Олеся махнула рукой. — А расстояние... в детстве всегда кажется больше, чем на самом деле, а я помню, что он был совсем рядом... Не защищай его!

— Да нет! Я не защищаю! Я всегда на твоей стороне, Олеся. Но... отпусти ты эту ситуацию... Ты ему не навредишь, а себя измучаешь! Назад уже ничего не перемотаешь! Что ты в себе носишь эту обиду, как будто у тебя ничего хорошего не было! У тебя, судя по всему, прекрасный отчим. Надеюсь, ты меня с ним познакомишь? У тебя замечательная мать! У тебя полноценная дружная семья. У тебя есть я, в конце концов! А уж со мной, я думаю, тебе не скучно, а? Так вот, не цепляйся, не цепляйся за прошлое, нужно смотреть вперед...

— Мы все состоим из прошлого, — философски возразила Олеся.

— Допустим, но пока мы не научимся использовать его. Каждый сам хозяин своему прошлому, своим обидам и страхам.

— Это подсознательно...

— Ну да, конечно, ты ходила к нему домой, совершенно не ведая, что делаешь! Как во сне? Да нет, ты, по-моему, была очень адекватной, когда я тебя поймал на площадке. Ты не обижайся, если прозвучит жестко сейчас, но, мне кажется, ты сама придумала эту обиду, выдумала...как некоторые люди выдумывают себе большое чувство...

— Я ничего не придумала. Он отвернулся от меня тогда, — упрямилась девушка.

— А я не об этом. И думаю, ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю, но делаешь вид, что нет. Олеся, брось свою обиду, забудь, сними с себя, как одежду, что ли... отпусти ее... Ну, отдай ее Шатилову, если просто не отпустить... Мысленно так проделай подобные трюки... Увидишь, тебе станет легче, уйдут твои страхи.

Олеся изучала светлеющий квадрат окна и тихо произнесла:

— Этот страх подсознательный...

— Ты преувеличиваешь степень этого страха. И даже степень его влияния на твою жизнь. Потому что ты тут главная, а не он, твой страх. Олеся, ты больше, чем он, пойми! У тебя есть силы, чтобы забыть обо всей этой ситуации и о страхе! И пока ты сама не захочешь от него избавиться, этот твой страх никуда не исчезнет. Надо простить, забыть, отпустить и... не проецировать его образ на свои отношения со мной. Я — не Шатилов. Я другой. Заруби это на своем прелестном носике, — Руслан легонько чмокнул ее в висок. — Я люблю тебя и никуда уходить не собираюсь.

— Спасибо, — прошептала Олеся, пряча лицо у него на груди.

И Руслан отчетливо осознал, что ведь она еще ни с кем никогда не делилась ни этим воспоминанием, ни своим детским страхом.

— Я все понимаю... Но все так сложно. Сегодня рядом с ним я оказалось маленькой и опять неуслышанной... Надо завтра поговорить об этом, — Олеся потерла слипающиеся глаза. — И с Викой надо поговорить... надо что-то делать...

Сон сморил ее, хотя ужасно не хотела ему сдаваться.

— Решим все завтра, — тихо сказал Руслан, — все решим.

Но Олеся его уже не услышала.

Откуда-то из прихожей раздался еле слышный звонок телефона. И это вывело Руслана из задумчивости. Он аккуратно встал, боясь разбудить спящую девушку. Олесина сумка осталась у зеркала в прихожей. Оттуда-то и доносилась негромкая музыка. Немного подумав, Руслан достал телефон. Звонила мать Олеси. Через секунду экран погас. Парень вернулся в комнату, забрав сумку и мобильник.Смартфон звякнул сигналом сообщения.

«Олеся, если ты с Русланом, могла бы сбросить смс-ку, что все в порядке» — текст оказался виден на экране.

Парень тут же написал ответ. «Я у Руслана. Все хорошо». Потом посмотрел на девушку и забрался к ней под одеяло. Она доверчиво улыбнулась ему во сне. Волна немыслимой нежности захлестнула Руслана, и он бережно обнял Олесю. Она льнула к нему, как слабый котенок к большому и сильному льву в поисках защиты и безопасности, рискуя быть растоптанной и растерзанной, если не им самим, то его окружением.

Руслан услышал, как зашевелился в замочной скважине ключ. Вернулись родители. Ровно половина первого. Естественно, они поняли, что в доме гостья. Спустя несколько минут щелкнула дверь противоположной комнаты, и все стихло. Руслан погрузился в сон.

Анна Михайловна подъехала к своему загородному дому. Да, к своему! Слава Богу, у нее хватило ума не оформлять всю недвижимость на мужа. Нет, у него, конечно, есть своя собственность, например, та небольшая квартирка, в которой они сейчас живут. Но то, что перешло Анне по наследству, навсегда — Аннино! Она мысленно поблагодарила саму себя, когда в давние годы, пылая от любви к Леониду, не сделала все-таки эти по истине царские подарки.

Вот только счет... Ничего, перекроем! И чтобы ни одной беременной суке ни копейке не досталось!

Дети у него будут! А она, Анна, сколько лет вынашивал и теряла детей, после первого аборта, который сделала по настоянию своего мужа. Он упирал на карьеру. Он заставлял и ее заниматься карьерой. Ну что ж, у нее два образования, экономическое и юридическое, миллион связей и трезвый, теперь уже трезвый, ум. Вот так. Ты все сделал своими руками, Леня!

Анна вышла из такси. Запах сосен, свежий морской воздух всегда успокаивали ее. Как же она любила это место! А с какой любовью папа строил этот дом! Ах, папочка... рано ты ушел, не видишь, что творит со мной этот тип! Хотя, что уж, пенять... Сама виновата! Влюбилась в него тогда, в Смоленске! Папочка отправил свою избалованную дочку на лето к тетке, чтоб поутихли страсти, бушевавшие здесь, в Ленинграде. Эти страсти поутихли, естественно. Но возгорелась новая. Да какая! Чем сильнее на нее дул папа, тем сильнее она полыхала! И отец, конечно, уступил. Ну как, в конце концов, отказать единственной любимой дочурке?

Ах, папочка... А ты ведь был так прав! И почему же юность никогда не прислушивается к зрелости? Безответный вопрос...

Анна Михайловна подошла к крыльцу дома. Посмотрела в высь, темную, кое-где с прорывами низких туч. Папа видит все. Уж теперь-то он ее поддерживает!

В доме Анна тут же включила отопление, выложила на кухонный стол продукты, купленные по дороге, достала бутылку вина...

Выпьем, Леня! Анна налила себе в бокал ароматный напиток. За твое грядущее разорение!

Олеся резко открыла глаза и рывком села на постели. Который час? Как же так она уснула? Почему Руслан не разбудил ее? Мама с папой, наверно, волнуются? Да сколько же времени? Олеся озиралась, напрасно вглядываясь в темноту, в поисках часов. Ничего не обнаружив, она хотела встать.

Руслан тут же поднялся на локте.

— Ты куда? — и крепко обхватил ее талию рукой.

— Сколько времени?

Парень нагнулся под диван и достал мобильник. Свет экрана озарил его лицо.

— Шесть двадцать восемь.

— Что?! И я тут дрыхну? Почему ты не разбудил меня? Мама моя уже наверно обзвонила все больницы, морги и полицейские участки! — чуть не сорвалась на крик девушка.

— Не обзвонила. Все нормально, — Руслан протянул ей ее же телефон. — Читай.

Олеся быстро ознакомилась с содержанием сообщений.

— Ну почему ты не разбудил меня?!

— Зачем? Ты устала, а я хотел, чтобы ты выспалась. Зачем тебя будить? Спи, сколько хочешь.

— Мы так не договаривались.... Я ехала к тебе без ночевки, ты, что, усыпил меня? Снотворное подсыпал? — саркастически шептала Олеся.

— Да, ты разгадала мой коварный замысел, — таким же тоном ответил Руслан. — Олеся, спать бок о бок с любимой девушкой — это замечательно.

Парень нежно провел пальцем по ее щеке.

— А твои родители вернулись?

— Конечно. Обычно они возвращаются домой.

— И что они сказали?

— Не знаю, — пожал плечами Руслан. — Но думаю, они жаждут с тобой познакомиться.

— Ты подвел меня, Руслан. Ты подстроил все это. Ты подставил меня. У меня даже косметики с собой нет, И мне надо в ванную. Вот в чем мне туда идти? В джинсах?

— А, весь переполох из этого? Тоже мне, проблема!

Руслан встал и вышел из комнаты. И вернулся с темно-синим махровым халатом в руке.

— Пожалуйста, все решаемо, — парень накинул его на плечи девушке.

И Олеся утонула в халате, а еще больше — в запахе мужского шампуня, в запахе Руслана....

Она мельком взглянула ему в глаза — в полумраке они казались еще больше и чернее — и стремительно соскочила с дивана. Ее взгляд был истолкован правильно.

— Не смотри на меня так, я уже хочу снять с тебя этот халат, — чуть слышно сказал Руслан.

Ярость душила Леонида Юрьевича. С утра он обнаружил пропажу своей жены. Ее мобильный не отвечал. Телефон врача тоже. Шатилов позвонил в справочную, там ответили, что таковая не числится среди пациентов больницы. Все это походило на абсурд!

И он рвал и метал. Заварил себе крепкий кофе, но от злости даже не смог выпить чашку кофе до конца. Не смог съесть свой любимый сыр. Не смог нормально и спокойно подготовиться к выходу из дома. То пуговицы не застегивались, то галстук не завязывался, то шнурки рвались.

О, как же его бесила собственная жена! Эти маразматические выходки ее! Сдать бы ее, к черту, в психушку, под строжайшее наблюдение! Шатилов в сердцах выругался. А все эта, девка, влезла сюда со своими интригами. Мало тут что ли своих проблем? Не может быть, чтобы эта подлюка действовала одна, не может быть...

Внешне спокойный, внутри он был похож на ощетинившегося хищника.

— Знаешь, у меня сегодня какая-то ненормальная голова. Такое впечатление, что там просто перебор мыслей, — пожаловалась Олеся, расчесывая волосы. — И Шатилов, — девушка вдруг поморщилась то ли от произнесенной фамилии, то ли от того, что слишком сильно дернула расческой запутавшуюся прядь. — И Вика... — тут она опустила глаза, будто сказала что-то запретное, — и ты... — еще тише добавила под конец свой речи.

Руслан обнял Олесю за талию.

— Я понимаю... просто нужно некоторое время все уляжется, успокоится... и у тебя, и у других...

— Мы не говорили вчера о Вике, — Олеся заставила себя начать эту тему, потому что сейчас она снова чувствовала глубочайшую боль потери и вину.

Это вчера все было волшебно и сказочно, они были вдвоем, медленно и откровенно познавали друг друга, но сегодня нужно подумать не только о себе.

— Я должна с ней поговорить. Я хотела это сделать позавчера, но сначала испугалась, а потом не настояла. Но сегодня я обязана с ней поговорить...

— Может, не стоит?

— Почему?! — взорвалась девушка. Почему у вас, мужчин, все так просто?! Вика — моя лучшая подруга! Была, два дня назад... — Олеся спрятала за ресницами навернувшиеся слезы. — Я просто не могу не просить прощения! Ты отзеркаль ситуацию на себя. Ты бы увел у друга девушку, как бы ты себя чувствовал...

— Ты преувеличиваешь, — вздохнул Руслан. — Меня с Викой ничего не связывало уже, повторяю. Я не хочу сказать, что все нормально, но и перегибать палку не стоит. Переживет Вика. Нельзя насильно удерживать человека, если не любит, не удержишь. Нас с Викой надолго бы не хватило. Повторяю это тебе еще раз, — отчеканил Руслан.

И было заметно, что он начинал злиться.

— Просто ... вы с Викой такая красивая пара.... Я теряюсь на ее фоне....

— Уж кто на чьем фоне теряется, так это мне виднее. И оставь ты эту Вику в покое! — он нетерпеливо махнул рукой. — Я согласился на эти отношения от нечего делать. Я был свободен, и не она, так другая бы. Мне все равно было, — Руслан пожал плечами. — Разницы никакой! Это она стремилась к длительной связи, я не заморачивался... Просто какое-то время мне так было удобно...

— Да я подругу потеряла! — выкрикнула Олеся и закрыла лицо руками.

— Ну, знаешь! Надо было тогда выбирать свою подругу, а не меня! — огрызнулся Руслан.

— Извини меня, — девушка села на диван и обхватила голову руками. — Я сама не понимаю, что говорю... — она вдруг расплакалась. — Просто, много всего навалилось...

Руслан присел рядом на корточки.

— Ладно, Олеся, давай не будем сейчас разборки устраивать, да еще и на голодный желудок. Мы поговорим с Викой. Пойдем?

— Мы?

— Наверное, я тоже не последнее лицо в этом сюжете. Пойдем, — Руслан легонько потянул девушку за руку.

— Сейчас, сейчас, — и Олеся, подскочив к зеркалу, вытерла слезы и серьезно и скрупулёзно оглядела свое отражение в зеркале.

— Ты, конечно, умник, создал ситуацию, —проворчала она, переключаясь на текущую проблему. — Что обо мне подумают твои родители? Так ведь не делается.

— Да? А как делается? — мурлыкнул он у нее над ухом. — Я никого еще с ними не знакомил... — и посмотрел на Олесю. — Я не приводил сюда девушек.

— Да ладно?

— Ну, может быть, только из детского сада... — засмеялся Руслан. — Но детство не в счет!

— Какая честь, я чувствую себя первой женщиной-космонавтом... — устало сыронизировала Олеся.

— Поёрничала? Пошли знакомиться и завтракать, — Руслан галантно раскланялся и указал рукой на дверь.

— Они же знают, что я дочь Шатилова... — тихонько сказала она парню на ушко.

— Да откуда? Олеся, это паранойя... — Руслан взял ее за руку и повел к родителям.

Отец Руслана, Владимир Васильевич, был высоким крупным мужчиной с пробивающейся сквозь русые волосы сединой и светлыми голубыми глазами. Он приветливо улыбнулся, когда Руслан и Олеся вошли на кухню, чем сразу расположил Олесю к себе. Его жена, Русана Борисовна, задержав взгляд на фингале сына и ничего не спросив о нем, тут же усадила детей за стол, едва Руслан представил им свою девушку.

Кухня была выполнена в теплых солнечных тонах. Оранжевые занавески на окне освещали внутренне пространство так, будто в гости заглянуло утреннее солнце. Перед Олесей и Русланом на ярких красивых тарелках появились довольно внушительные порции омлета с брынзой и болгарским перцем. Девушка мельком взглянула в окно. Там было неуютно и темно. А здесь, за столом, тепло, комфортно, спокойно...

Завтрак прошел мило и вполне естественно. Родители, конечно, не преминули спросить, где и давно ли они познакомились, сложно ли Олесе учиться и что она любит делать еще помимо учебы. Узнав, что девушка занималась фигурным катанием (Руслан рассказывал больше, чем Олеся) Владимир Васильевич очень заинтересовался. А занимается ли Олеся сейчас? А почему бросила? Пришлось, сказать, что тренировки отнимали много времени и сил, а надо было готовиться к поступлению вуз (Отчасти, это так и было). Отец одобрил действия девушки, заметив, что спортивная карьера не так уж и долговечна, то ли дело — настоящая, позволяющая твердо стоять на ногах профессия. Он бы мог еще долго распространяться об удачном профессиональном выборе, но Руслан прервал его, сказав, что если они сейчас опоздают на учебу, то и ни о каком крепком и надежном будущем речи быть не может.

Мать и без того находилась в восторге от возможности лицезреть первую и единственную у них дома девушку сына. Только вчера Русана Борисовна жаловалась своей подруге, что младший никак не хочет их ни с кем познакомить. Девиц — море, раньше чуть ли не у дверей встречали, теперь, как переехал, так, наверное, там сторожат. Один раз только у нее получилось познакомиться, когда она заехала к сыну в гости. Правда, потом ни разу ту самую девушку не видела. И теперь очень боялась, что Олеся тоже исчезнет. Хотя, судя по тому, что Руслан почти все время за столом держал ее за руку, то он сам никуда эту девушку не отпустит...

Автомобиль мигнул фарами — как пес вильнул хвостом, увидев своего хозяина — когда Руслан нажал на кнопку сигнализации. Парень учтиво открыл дверцу, но Олеся вдруг замерла и побледнела. Хотя все это было вполне закономерно и предсказуемо.

Руслан оглянулся, чтобы посмотреть, куда не отрываясь смотрит Олеся. К ним приближался Шатилов. В черном пальто и с портфелем в руке, он, казалось, был невозмутим и спокоен.

— Не ожидал, — Леонид Юрьевич медленно переводил взгляд с Руслана на Олесю. — Доброе утро, — уже более официально произнес он.

Руслан и Олеся одновременно кивнули.

— У меня к тебе разговор. Короткий, — Шатилов обращался к девушке.

Олеся хотела подойти поближе, и Руслан тут же взял ее за руку, как будто ей угрожала какая-то опасность.

Леонид Юрьевич посмотрел на Руслана.

— Без свидетелей.

А Руслан всем своим видом давал понять, что никуда от Олеси не отойдет.

— Он все знает, — объяснила девушка.

— Все? — Шатилов подозрительно посмотрел на Руслана и как-то неловко отвел глаза. Потом сделал шаг навстречу. — Во-первых, Олеся, отдай ключи.

Девушка послушно расстегнула молнию на сумку, чтобы найти их. Конечно, она ключи никуда не выкладывала.

— Во-вторых, ты, надеюсь, прекрасно понимаешь, что то, что сказала Анна Михайловна, всерьез воспринимать не стоит. Она просто не могла сказать ничего другого. Не гнать же ей тебя сразу, — пожал Шатилов плечами.

— Успокойтесь, я не собиралась придавать значения ее словам, — равнодушно ответила Олеся, ощущая пустоту в груди. Она и сама удивилась, как это, почему она больше ничего не чувствовала, глядя на стоящего перед ней, родного по крови, человека.

— Ты ужасно ее расстроила тем, что явилась в больницу. Понимаешь? Тебе надо было сидеть тихо, а не лезть со своими глупостями ни в мою квартиру и ни в мою жизнь! — он повысил голос. И теперь было видно, что его раздирает злость.

Ключи звякнули в Олесиной руке.

— Ты зачем сюда приехала? Как ты спланировала подобную операцию?! Кто тебе помог?! — взвился Шатилов. — Ты же копалась в документах? Ты что-то копировала?

— Никто не помогал, — растерянно прошептала Олеся. — Я же вам говорила, я одна...

— Откуда... — он осекся, а потом продолжил напирать, — Да ты понимаешь вообще, что я могу на тебя натравить полицию за проникновение в чужое жилище?! За то, что ты лезешь в мою жизнь?! Думаешь, ты неуязвима? Да я тебя отправлю на исправительные работы, чтоб в твоей неразумной голове появились хоть какие-то умные мысли! — он распалялся все больше.

— Попридержите свой язык, Леонид Юрьич! Вы слишком себе много позволяете! — выступил Руслан, перебивая разозлившегося Шатилова.

— А ты мне не указывай! — резко бросил он. — Только из уважения к твоим родителям, я не буду обращать внимания на твой тон!

-Да что вы можете знать об уважении? —презрительно бросил Руслан.

Олеся потянула его за руку.

— Руслан, пожалуйста, не надо, — молила она, боясь нависающей грозы. «Черт возьми, тебе еще экзамен ему сдавать! И курсовую!»

— А вдруг ты что-нибудь украла! Документы?

— Я не воровала. Вирус удалил документы.

— А что же ты искала тогда? — немного озадаченно спросил Леонид Юрьевич.

Олеся промолчала, чем еще больше разозлила его.

-Отдай ключи! — гневно потребовал Шатилов.

Олеся поспешно сунула их ему в протянутую руку.

— Но чтоб ты знала меру своим поступкам, я тебе здесь и сейчас могу сказать, что твоя работа по агломерациям теперь отклонена. Никаких тебе форумов и зачетов. Поняла? — сурово заявил профессор.

Олесе сдавило горло.

— Это низко... — прошептала она.

— А ты хочешь высоко? Скажи спасибо, что я не привел в исполнение все ранее сказанное.

— Ну и подонок же вы! — разозлился Разумов.

— Знаешь, Руслан, не суй нос в чужие дела, целее будешь! — процедил Леонид Юрьевич.

— Все, что касается Олеси — мое личное дело. Так что, рекомендую оставить ее в покое! И все ваши обвинения относятся и ко мне. И я не спущу их просто так! А насчет вашего заявления по агломерациям, можно подать апелляцию и жалобу за предвзятое отношение! И разбирательство будет вам гарантированно. Как вам такой исход дела? Думаете, только вы можете ударить?

— Руслан, не надо, поедем. Не надо, — Олеся дергала Руслана за рукав.

— Ты много на себя берешь, щенок! — взбеленился Шатилов, и его глаза сверкнули еле сдерживаемой яростью. — Не указывай, что мне делать и не запугивай меня! Я, во-первых, в отцы гожусь...

— Не годитесь! — перебил его Разумов.

— Во-вторых, ваша жалоба обернется против вас! И не светит вам спокойное обучение.

— Думаете, нет на вас управы? Это вам, Леонид Юрьевич, не светит спокойное существование!

— Ты в самом деле взялся мне угрожать? — профессор бросился вплотную к Руслану и схватил его за грудки. Казалось, весь утренний воздух поглотила напряженность, возникшая между ними. — Ты что несешь, гаденыш? Забыл, с кем разговариваешь? — зашипел Шатилов разъяренным змеем. — Хочешь, чтобы ад раем показался? Устрою!

Руслан стремительно и грубо схватил его за руку и завернул ее ему за спину. Леонид Юрьевич скривился от боли.

— Сукин сын!

— Руслан! — вскрикнула Олеся.

— Еще вякнешь что-нибудь, Леонид Юрьевич, останешься без селезенки! — прорычал Руслан ему в затылок и отпустил.

— Считай, что твоя учеба здесь закончена! — тяжело дыша, проскрипел Шатилов, потирая руку. — И работа тоже.

— Оставь ты его, оставь, пожалуйста! Он добился, чего хотел, — Олеся взглянула на Шатилова. — Он добился моего безразличия по отношению к нему. Мне все равно. Он может не ставить мне зачеты тысячу раз — мне все равно, — ничего не выражающим тоном проговорила девушка, опуская голову. — Слышите, Леонид Юрьевич? Мне все равно. Я ошиблась, я виновата. Я помнила в вас отца. Но я заблуждалась. Отец — это тот, кто любит. А вы не умеете любить!

Шатилов, стоя вполоборота, ссутулился и угрюмо посмотрел на нее.

— Поменьше пафоса, девочка, — остудил он свою дочь. — Я на тебя слишком много времени сегодня потратил. И не только времени.

— Нет, Леонид Юрьевич, это я слишком много времени потратила на вас. Глупо, — заключила Олеся и сунула руки в карманы, нахохлилась и спрятала подбородок в воротник куртки.

Руслан сердито смотрел на Шатилова. А тот выпрямился и с непроницаемым видом пошел к своему автомобилю.

Глава 18

— Не бери в голову его слова, — сказал Руслан и повернул ключ зажигания. — Шатилова можно обойти. Можно подать заявление, твою работу рассмотрит кто-нибудь другой. Мне кажется, что ты старалась, и будет жаль, если твой обзор не пройдет. У тебя, думаю, вышел бы отличный доклад на форуме.

Олеся безучастно смотрела на пустой двор.

— Да ну, — ответила она. — Не надо. Я сама на это напросилась. В общем-то, это даже предсказуемо. Какая ж я дура! Теперь он будет отыгрываться на тебе. Он тебя в покое не оставит.

Нет, она не ждала, что ее погладят по головке за совершенное, но то, что в эту ситуацию будут втягиваться другие люди, она не предугадала.

— Да ничего он не сделает! — отмахнулся парень.

Олеся сомнительно покачала головой.

— Как минимум ты никогда не сдашь ему экзамен, как максимум — отчислят в первую же сессию. Вслед за мной. А ещё он и про работу тебе угрожал.

— Да нормально все будет. Нет у него таких полномочий — отчислять, — Руслан приобнял девушку одной рукой. — Не волнуйся. А к работе он вообще не имеет отношения. Я не у него работаю.

— Ты же советовался с ним по проектам? — Олеся вспомнила, как они чуть не застукали её в шатиловской квартире. Но про это она умолчала.

— Советовался. Это был крупный проект. Очень ответственный. Мне первый раз поручили такой. Да, Шатилов мне помог. Но главное не это. А чтобы с тобой все было в порядке. Ты как?

— Все нормально. В самом деле, я ничего не чувствую. Онемение какое-то, — вздохнула Олеся. — Ты же не собираешься делать все, что ему говорил?

— Если потребуется — сделаю, — четко произнес Руслан. — Но я горячился... мне хотелось показать ему, что не он не всесильный.

— Не потребуется. Наверное, зря... да... зря я ... — Олеся не продолжила начатую фразу.

— Что ты хочешь сказать?

— Нет, нет, ничего, — Олеся спряталась как улитка в свою раковину. — Просто все накручивается как снежный ком. Сначала я, потом он, потом ты... А все из-за моей глупой выдумки о возмездии...

— Ты себя, самое главное, не накручивай! — ухватился Руслан за нужное слово, выруливая со двора на шумную улицу. — Олеся, все небезнадежно. К черту этого Шатилова! Он же не единственный преподаватель там! Знаешь, я еще никому не говорил, но мне сделали выгодное предложение на работе. И я уже подумываю перейти на заочное.

— Да? Рада за тебя по поводу работы, — искренне улыбнулась девушка.

— Сама видишь, ты не виновата, если я уйду с дневного. Так что, не волнуйся за меня. А вот насчет твоего незачета... Надо попробовать апелляцию.

— Он же завкафедрой! Кому апеллировать?! Не буду я ничего делать.

— Декану.

— Нет, не за чем. На самом деле, это невозможно представить — нашу совместную работу. Что ж, это мое наказание, пусть так и будет. Ведь, реально он мог бы осуществить свои угрозы.

— Ну, раз не сделал этого, значит, есть в нем все же хоть что-то человеческое.

— Думаешь, жалость?

— Не знаю, — пожал плечами Руслан. — Я уважал его до этой поры. А теперь не могу. Я увидел его совершенно другим.

— Каким?

— Не могу сказать тебе объективно, но я думал, он человек... И еще, мне показалось, что ему просто ты на данный момент невыгодна.

— Он боится, что я денег попрошу? Он, думаешь, этого испугался?

— Я думаю, и денег, и каких-то чувств. Понимаешь, ты — это траты во всех смыслах.

Что-то екнуло в груди у Олеси.

— Неужели он бросил нас ради какой-то выгоды...

Почему ей раньше это в голову не пришло?

— Прямо вот так отвернулся, потому что невыгодны... мы... я... А кто такая Анна Михайловна? У него, значит, с ней намечался перспективный брак, так, что ли?

-Возможно, — пожал плечами Руслан. —У Анны Михайловны папа был какой-то очень важный чиновник. Я говорю тебе, что мне показалось. Может, я не прав.

— Да нет, я думаю, ты очень даже прав, — с жаром сказала Олеся.

Она снова погрузилась в свои воспоминания, но смотрела на них отстраненно, как будто это не она там главная героиня. Что ж, значит, ее отец искал выгодное местечко, которое открывало нужные двери... А ведь она так мало знает о нем.

— Да... — протянула она, размышляя, — не знаю, на что я рассчитывала, когда пришла к нему...

— А ты не рассчитывала, Олеся, ты шла под влиянием чувств, — разложил все по полочкам Руслан.

Что ж, наверно, так и было. Олеся молча и еле заметно кивнула. Уже непоколебимая тишина при упоминании имени ее кровного отца стояла в душе.

— Ты просто психотерапевт, — пошутила она.

— Твой личный, — шепнул Руслан, легонько обнимая девушку за плечи, когда притормозил на красный сигнал светофора.

— И сколько в тебе талантов... — откликнулась Олеся, прильнув к его плечу.

— Да я всесторонне талантливая личность, — Руслан снова взялся за руль, внимательно следя за мигающим желтым. Автомобиль готов был сорваться с места.

Руслан взглянул на девушку, в его глазах плясали смешинки.

— Придется поверить, — вздохнула Олеся, сохраняя на лице серьезное выражение.

Она сосредоточенно смотрела на дорогу, думая о том, что слишком мало знает биографию своего отца. Как он жил все эти пятнадцать лет? Почему-то раньше ее заботил этот вопрос именно в личном, бытовом плане, а о его карьерных устремлениях она и не вспоминала. Уже без всякой злости и отчаяния размышляла она о своем отце, принимая случившееся с полным опустошением.

Единственное, что саднило, ныло и мучило, так это мысль о том, как одно наказание неизбежно порождает другое, и множится, и вовлекает в эту цепочку все больше и больше людей и их переживаний. И, кажется, нет предела этой прогрессии...

Всю пару Олесю занимали мысли об Анне Михайловне. Поиск в интернете выдавал информацию на сайт вуза и на какую-то адвокатскую контору. Ничего личного. Где же можно узнать ее девичью фамилию? Не хотелось бы из-за собственного любопытства беспокоить маму...и напрягать Руслана по этому поводу — не бабушка же он на скамейке, чтобы эти сплетни собирать!

Кстати, бабушка!.. Нужно поговорить с ней! Она- не мама, она проще относится к прошлому, она разговорчивее...

Найдя решение мучавшей ее задачи, Олеся вернулась к другой, безрадостной и, наверное, безнадежной. Еле дотерпев до окончания лекции, Олеся сразу же подошла к Вике на выходе из аудитории.

— Что тебе надо, Олеся? — она взглянула на нее. — Хочешь рассказать, как ты чудесно провела с ним время? Или опять поэму Лермонтова обсуждали? — Вика была ядовита как змея тайпан.

Да, разговор не получится. Зря Олеся надеялась на понимание и прощение.

— Я не хотела... — «причинять тебе боль и страдания», — не успела Олеся закончить предложение, но Вика перебила ее:

— Сука, ты, Олеся, настоящая сука... Не хотела ... Кобель не вскочит...

— Вы же расстались...

— Мы расстались, когда ты дала ему! А так у меня был шанс выровнять наши отношения, но...Ах, не ты первая, Олеся, не ты последняя... Месяца через три, когда он тебя бросит, или, когда тебе надоест терпеть его интрижки на стороне, приходи, поболтаем... А сейчас мы с тобой на разных берегах.

Тут подошла Анжелка.

— О, девчонки, нам есть о чем поговорить! — с сарказмом воскликнула она.

Да уж, гарем Руслана целиком здесь! Или нет, одна десятая часть... «Господин назначил меня любимой женой!» — полнейший бред лез в голову Олеси. Пусть уж лучше — фан-клуб, что ли...Девушка развернулась, чтобы уйти, но Анжела дернула ее за руку.

— Ну что, Руслан показал себя на высоте? — притворный интерес даже не скрывался в ее голосе. — Ты не разочарована?

— Иди ты... — оборвала ее Олеся.

— Я вот Руслана даже ни с кем сравнить не могу, — прошептала Анжела, не отпуская и все сильнее сжимая ее руку.

— Странно это слышать от девушки, с которой был его брат! — раздраженно воскликнула Олеся, желая как можно больнее ответить своей мучительнице. И тут же прокляла саму себя за излишнюю болтливость.

Анжелка с силой заломила пальцы соперницы, и Олеся, сморщившись, чуть слышно заныла.

— Что ты сказала? — злобно прошипела Анжела.

— Иди ты... — превозмогая боль, выдавила из себя Олеся и попыталась выдернуть руку.

— А ну, отпусти ее! — подоспела на выручку Кристина.

Анжела ослабила хватку, и Олесе наконец удалось выскользнуть из этого больного капкана. Она потерла покрасневшую руку и благодарно взглянула на Кристину. Как же приятно было видеть человека, для которого Руслан не является центром вселенной!

— Ну, как ты? — она подошла ближе, когда Анжелка, презрительно фыркнув, поспешила догнать Вику. — Клюют?

— Нормально все, — ответила Олеся. И изумленно посмотрела на Кристину. И она уже все знает? Как в деревне живем! — Откуда...

— Да не суетись, — отмахнулась она. — Все и так было ясно. Да, женской дружбы не бывает, только если против кого-то... — Кристина задумчиво наблюдала за Викой и Анжелой, идущими в конце коридора. — Не бойся, затихнут скоро.

— У тебя как дела?

— Завтра иду на аборт...

— Ты рассказала Егору?

— Да... Предлагал свезти в клинику...Вот, поедем..., — Кристина махнула рукой, вспоминая, как по-деловому спокойно отреагировал Егор на ее признание.

— А Мишка?

— А что, Мишка?.. К Димону приревновал... Придурок... Димка ему вчера вправлял мозги, и мне тоже... по телефону... ай, — Кристина махнула рукой. — Все, уже ничего не получится.

— Вам же еще выступать на конкурсе. Скоро ведь совсем?

— Да, уже в понедельник. Но нет, я только что отказалась. Все рушится. От нашего университета никто не поедет.

— Вы же так готовились, Кристина. И за вас, и за наш универ обидно. Вы бы точно первое место заняли. Может, еще все наладится? —предположила Олеся, хотя сама в это не верила. — Может, вам поговорить?

— Я с ним общаться не хочу, — заявила Кристина. — Это ведь он меня хотел ножом ударить!

— Да ну, нет... Кристина... — засомневалась Олеся. — Ничего бы он тебе не сделал, если только на словах.

— Да он озверел тогда вечером! Он бросился на меня! Димка встал на мою защиту, за что и получил. Что я, не помню, что ли? — вспылила Кристина.

К ним подошел Руслан. Их группа занимала освобожденную аудиторию.

— Вот и будешь все это повторять следователю, — сказал он быстро. — Дело завели, мать Димыча поставила все тамошнее отделение на уши. Он мне сейчас звонил, предупреждал, что это не он. К нему уже приходил следователь и допрашивал. Надо Мишке позвонить срочно. Как бы там от легкого вреда к средней тяжести не пришли, — озабоченно проговорил Руслан, вытаскивая телефон из кармана джинсов. — Кстати, думаю, если бы не Анжелкины провокации, Мишка бы не взвинтился. Это она подстрекала его? Кристин, да? Наверняка, что-нибудь сказала ему, чтоб он взбесился? — парень мельком взглянул на Кристину, молча переваривавшую информацию.

— Да сказала! — раздался за спиной у Руслана вредный голос Анжелы. — Я всегда правду говорю! Не люблю, когда обманывают! — захохотала яркая блондинка.

— Сука! А ведь точно! Как же я сразу не вспомнила! Вот зараза! — взвилась Кристина и бросилась к Анжелке. — Вот если б тебя ножом пырнули, я бы не жалела! Подстрекательница!

Анжелка ловко увернулась от хлесткой руки Кристины и хитро взглянула на Руслана.

Анна Михайловна сама позвонила своему мужу.

— Аня, Аня, не чуди... Ты где сейчас находишься? — пытался он перебить настойчивый голос жены.

— Неважно, где я. А вот ты скоро будешь в полном дерьме!

— Аня...нам надо поговорить...

— Конечно надо! Я для этого и звоню.

— Нам увидеться надо! — рыкнул Шатилов.

— В суде увидимся, Леня.

— Не понял.

— Я инициирую развод, Леня. Не волнуйся, у меня есть очень хорошие адвокаты по бракоразводным делам. Ты знаешь.

Шатилов был ошарашен. Его испугал не столько сам развод, но последствия... Зная, что Анна — известный в городе адвокат, можно было ожидать самый худший вариант развития событий.

— Я тоже имею право на адвоката, — попробовал защититься Шатилов.

— Безусловно. Посоветовать кого-нибудь? Могу меня, — захохотала Анна в трубку. — Но тебе это дорого обойдется! Тебе и так все дорого обойдется, — подытожила она.

— Я думаю, мы должны договориться сначала.

— О чем? Не о чем нам договариваться. Все решено. Да, и доступ к папиному счету — между собой они так и называли этот счет «папин» , - для тебя уже закрыт, — сухо сообщила Анна.

Шатилов молчал. Нет, его финансовый вопрос на данный момент не беспокоил. Но все же, все же, все же...

Он оценивал свои шансы и прикидывал дальнейшие ходы. Надо все обдумать в спокойной обстановке. Анна здорово могла испортить его дела в бизнесе. Да что там испортить! Все просто может накрыться медным тазом! Все его проекты и его деловая репутация.

— Аня, мне на семинар скоро. Давай мы позже все обсудим, — ничего не выражающим тоном сказал Леонид Юрьевич, машинально схватив какую-папку с рабочего стола.

— Да, и еще что я хотела тебе сказать. Про дочку твою... Нашла ее. Действительно, она перевелась в наш вуз. Боюсь, ты растопчешь девчонку! Уже успел впутать ее имя в свою грязную историю!

— Быстро.

— Юридический мир тесен, Леня.

— Так ты сама с ней поговори еще раз. И увидишь, что я не впутывал. Скорее всего, впутала ее мамаша. Переехала сюда и взялась мне мстить таким образом.

— Не выкручивайся, Леня, — усмехнулась Анна. — Довольно твоей мне лжи. Сколько раз ты придумывал для меня интереснейшие истории, чтобы скрыть своих любовниц?

— У тебя помешательство, Аня! — вскричал Леонид.

— Это ты меня сделал помешанной! — Анна тоже перешла на крик. — Ты никогда не любил меня!

Шатилов досадливо поморщился. Это вечная тема их скандалов! Все по кругу!

— Мне пора, Аня.

— Иди к черту!

Мишка на звонки не отвечал.

— Им письменное примирение оформить, и может, дело закроют, — задумчиво произнес Руслан, обнимая Олесю. Она прислонилась к его груди. Девушка еле держалась на ногах. Короткий разговор с Викой, о котором она не поведала Руслану, вредная Анжелка, выламывающая ей пальцы, утренняя встреча с Шатиловым — все это вымотало ее окончательно.

Они стояли у окна на первом этаже в зоне рекреации. Здесь было тихо и спокойно, и совсем не хотелось никуда идти.

— Руслан... — запнулась Олеся, а потом выпалила, как выплюнула терзавшую ее горькую пилюлю, — прости, я ... не надо было мне говорить этого... — она закрыла лицо руками. — Я Анжелке сказала про вашу шутку...Ой, не ругай меня. пожалуйста... — И Олеся немного рассказала о перепалке с Анжелкой. — Что я все время не так что-то делаю?! — разозлилась на себя под конец своей речи девушка.

— Ну сказала, так сказала, — спокойно отреагировал Руслан с видом человека, который уже сыт по горло рассказами про Анжелку. — Только лучше ее избегать, она с головой-то дружит, может и руки распустить...А Вика где?

— А с Викой разговор не вышел, — вздохнула Олеся.

Руслан посмотрел на бледную девушку.

— Не мучайся, Олеся, и запомни, это я увел тебя у подруги, а не наоборот. Укрепи эту мысль в своей голове. Хочешь, я отвезу тебя домой?

— Нет... И ты еще из-за меня пропустишь все.

— Ничего не случится.

— Нет, я нормально, я посижу еще на занятиях...

— Пойдем, — прошептал он, нехотя размыкая объятья.

Держась за руки, они поднялись на второй этаж. Руслан проводил девушку до аудитории, где Олесина группа собиралась на лекцию.

— Точно не поедешь сейчас? Олеся, позвони мне, пришли сообщение, если соберешься домой. Хорошо? Олеся, хорошо? — он взял ее за подбородок, слегка касаясь пальцами.

Она кивнула.

— Только обязательно, слышишь? — Руслан осторожно поцеловал ее в лоб, а потом очень жарко — в губы.

Напротив, в дверном проеме аудитории стояла Вика, но ее никто из них не замечал.

«Я хочу его уничтожить. Все в силе?» — сидя на лекции, Виктория отправила сообщение Анжелке.

Ответ пришел быстро.

«Уже сегодня»

Заинтригованная, Вика с трудом дождалась окончания пары, чтобы выяснить все подробности.