Если выберешь любовь

Глава 1

Иду на встречу рассвету, на встречу лету

гр."Вирус"

Не о таком лете я мечтала, когда оканчивала школу с отличием. Однако в жизни бывает так, что все идет не по задуманному сценарию и в силу вступает народная мудрость: «Плох тот план, который нельзя изменить». Вместо тусовок в бывшими одноклассниками мы отправились куда-то обратно в 90-е. Наш дачный домик напоминал сооружения из «Простоквашино», хотя в округе стояли крутые современные дома. Даже взять соседний участок – стильный кирпичный замок.

Я лежала на лужайке, прикрывая ладонью глаза от утреннего солнца. На крыльцо вышел отец в потрепанных от времени темных трениках и серой футболке с изображением героев «Титаника», а следом младший брат – Митька. Хотя тот перешел в седьмой класс, надоедливости и прилипчивости ему было не занимать с детства.

– Надо бы в магазин съездить, а то на обед ничего не будет, – проговорил папа. – Особенно, когда кто-то ест печенье со сверхзвуковой скоростью, – и покосился на Митьку.

– Вот, неправда. Тася тоже иногда ночью втихаря чай с печеньями пьет. – С Тасей и сходите в центр.

Центром Сосновки называли территорию, где располагался круглосуточный магазин, местный клуб и школа, а чуть дальше здание администрации и руководство колхоза деревни – небогатое разнообразие досуга. – Вообще понятия не имею, зачем она мне, – ворчал Митя. – Будто я один не смогу купить молоко, хлеб… Что там еще? – Творог, мука… – сварливо продолжила я. – Вот видишь, Митя, ты уже все забыл. Как тебя одного отправлять за продуктами?

На самом деле дома было до безумия скучно, а когда отец предложил съездить за продуктами в магазин, я тут же потребовала, чтобы брат взял меня с собой. На велосипеде кататься не умела, но ведь существует багажник. А Митька из вредности ехать не хотел со мной.

– Учти! Я в последний раз катался на велосипеде лет пять назад.

– Но ведь езда на велосипеде – это когда один раз научился и больше не забудешь, как это делается, – тут же возразила я.

– Навык, который у тебя отсутствует, – Митька сердито посмотрел на меня. – Присаживайся! – буркнул он вдогонку. Я же, собрав подол сарафана, плюхнулась на багажник.

– Могла бы подобрать что-нибудь более подходящее, а то ведь «зажует» – снова проворчал братец.

– Прослежу, чтобы не «зажевало», – учтиво откликнулась я.

Митяй оттолкнулся ногой от земли, крутанул педаль… и велосипед, с ужасным скрипом проехав буквально пару метров, накренился вбок. Мы с братом свалились в ближайший кустарник, с громким треском поломав несколько веток. Отец по-прежнему смотрел на нас поверх забора. Тишина. Только кузнечики трещат в траве.

– Ехали медведи на велосипеде…, – хмыкнул отец.

Я быстро выбралась из кустов (не хватало, чтобы эту позорную сцену с братом еще кто-то увидел. А вдруг симпатичный сосед в эту минуту любовался этим не очень эффектным падением из окна?) Боже, а локоть как саднит! Я взглянула на отца, тот едва сдерживал смех.

– Это все потому, что кто-то не умеет нормально кататься, – заметила я, бросив взгляд на Митьку, который уже, сидя на корточках, осматривал велосипед.

– Нет, это все потому, что кто-то слишком много ест, – голосом кролика из «Винни-Пуха» возразил мне брат.

На этот раз отец не смог удержать смех и рассмеялся громко.

– На самом деле педали сильно прокручиваются, – сообщил Митяй. – Цепь растянута… ее нужно укоротить.

– Ты не мог бы все проверить, прежде чем мы сели на эту рухлядь? – недовольно спросила я.

– Простите, ваше высокоблагородие! – ответил брат с улыбкой.

Глава 2

Митяй провозился с велосипедной цепью добрых полчаса. Все это время я сидела рядом на траве, составляя список продуктов. Солнце уже припекало. Может быть, до магазина легче было дойти пешком.

– Взгромождайся! – вновь великодушно разрешил мне брат. На этот раз мы с Митей тронулись плавно и бесшумно. Вильнув пару раз, он быстро справился с управлением, и мы с ветерком покатились по узкой проторенной тропинке. Миновав несколько навороченных кирпичных домов с припаркованными рядом дорогими автомобилями, мы очутились в живописной части Сосновки. Небольшие уютные домики показались мне привлекательные, чем все эти роскошные танхаусы по соседству. Во дворах с шумом и гамом играла детвора, пахло цветущими сиренью, черемухой и яблонями. Внезапно меня охватило чувство беспричинного счастья. Когда мы на велосипеде разогнали гордо шествующих гусей, я рассмеялась.

– Ты нормальная? Чего смеешься? – обернулся брат.

– За дорогой следи, – хихикнув в плечо, ответила я брату.

Мы немного прокатились по немногочисленным сосновским улицам и наконец добрались до магазина – невысокое здание с неброской вывеской: «Продукты 24 часа». Там нам пришлось отстоять небольшую очереди, после чего Митя достал из кармана список, который я нацарапала, пока он укорачивал цепь, и передал его продавцу. В городе мы тоже вместе ходили за продуктами, правда, в гипермаркеты с самообслуживанием. Ну а кто будет нести все пакеты? Одна, что ли?

Пока Митя укладывал продукты в пакет, а я отошла к пыльному окну и «любовалась» на металлическую решетку. Ко мне подошла незнакомая темноволосая девчушка немного младше меня на вид.

– Здорова! – проговорила она.

– Привет, – улыбнулась я. Незнакомка внимательно смотрела на меня. Точнее будет сказать – буравила взглядом.

– Дачница? – наконец сформулировала вопрос она.

– Дачница, – вторила ей я. Подумать не могла, что когда-нибудь обозначит меня таким словом. – Мы здесь с братом…

Она перевела взгляд на Митяя, который в этот момент расплачивался за покупку, и осмотрела его так же внимательно, как и меня. В отличие от меня, брат оказался не столь приветливым. Заметив на себе пристальный взгляд, брат нахмурился и отвернулся.

– Сразу видно, что вы дачники, – отметила она, не отрывая взгляда от Мити. Я тоже взглянула на брата. Почему она так пялится на него, может, я чего-то не замечаю? Да вроде нет. Митяй как Митяй. Новая разновидность брата – Митя обыкновенный.

«Сразу видно, что дачники». Интересно, что это значит? Забавное определение. Сразу представила Митьку с тяпкой в руках и я… почему-то в нелепой панаме и с сачком.

– Это почему? – все же поинтересовалась я.

– По одежке, больно вы нарядные, – пожала плечами девчонка.

Я не стала уточнять, что этот сарафан ношу уже не первое лето, а Митя в этих шортах обычно ходит выносить мусор.

– Я – Тася, – представилась я.

– Ксюха! – кивнула в ответ моя новая знакомая.

К нам подошел Митя с полными пакетами.

– Поезжай без меня, – сказала я брату. Если мы грохнемся с велосипеда опять, то побьем яйца, которые вместе со всем прочим были в одном из пакетов. К тому же мне хотелось пообщаться с Таней, неплохо бы на время каникул завезти в Сосновке несколько новых знакомых.

Митя пожал плечами, видимо, ему было все равно. Кроме того, ему не придется везти меня на велосипеде домой через деревню.

– О, а это Ксюша! – сообщила я брату, пока он не ушел.

– Вообще-то Ксюха, – скромно поправила меня она.

Митька сдержанно кивнул и отправился к выходу. Мы за ним.

Когда вышли из магазина, Сосновку окутал зной, в лицо пахнула плотная непробиваемая летнего воздуха. Танюха замахала рукой словно веером. Неплохо было бы выбраться на речку…

– Еще в школе учишься? – вдруг спросила она меня.

– В этом году поступила на первый курс… – начала я, но Ксюша тут же перебила:

– А я в десятый класс.

– Совсем как Митька, – кивнула я в сторону брата, который уже отъезжал на велосипеде от магазина. Куда так спешит?

– Сразу видно, что он твой брат. Вы очень похожи, – отметила Ксюша.

Я промолчала, да и что тут можно было возразить. Спорить не стала. Внешне мы и правда одинаковые. Зеленоглазые, с темно-русыми волосами. Однако брат за последний год сильно вытянулся и уже перегнал меня в росте.

Из-за невыносимой жары было невозможно дальше думать. «Неплохо бы было пойти на речку», – подумала я.

– Пойдем на речку, – предложила Ксюша, как будто читая мои мысли.

Я согласилась, Ксюха знала самую короткую дорогу. Когда мы начали идти вдоль реки, я наслаждалась, чувствуя прохладу воды и слушая пение птиц. На пляже все разбились на компании, но выделялась только одна: высокий парень (на вид примерно моего возраста) и много девушек вокруг, которые смотрят на него с обожанием и восхищением. Вроде бы обычный молодой человек, но что-то притягательное в нем есть. Я оперлась о старый дуб и в тени дерева стала рассматривать незнакомца. Аккуратно очерченные губы, слегка квадратный подбородок, прямые брови, даже несколько ярких конопушек по переносице и щекам. И глаза – что-то особо притягательное и загадочное было в них. На левом запястье видны фрагменты какой-то татуировки. – Слушай, Ксюх, а что местный Казанова среди многочисленных поклонниц? – А, это Кирилл. Местный олигарх, можно сказать, его родители знаменитые врачи. Он живет на Центральной, 36. – Прости – где? – от изумления я даже немного оцепенела. – На Центральной, – повторила Танюха, словно это было что-то естественное. Класс, получается мы еще и соседи. Так вот чей это «замок» был. Да уж, если все эти поклонницы будет наведываться к нему чай, то спокойствия нам ожидать не стоит. – Они только год назад купили участок и полностью его переделали, отгрохали такой домище, – восхищенно продолжала Танюха. – Мм, – хмыкнула я. Но надо было перервать красноречие новой подруги, – Мы сюда пришли трепаться о каком-то напыщенном индюке или купаться на речке? Пусть удовлетворяет среди своих нарциссические потребности без нашего внимания. Мы скинули свои сарафаны и с разбега забежали в речку. Прохладная вода остужала разгоряченную от зноя кожу. Мы словно превратились в маленьких детей и начали с Танькой плескаться водой. Однако затылком я почувствовала чей взгляд на себе, и была права. Кирилл рассматривал меня с нескрываемым интересом. Видимо его подружки это заметили. Мда, нажила я себе за одно мгновение отряд врагов. Зря я отвлеклась, потому что я услышала веселый визг Танюхи.

– Банзай!!!

Тут меня накрыла волна.

– Ну берегись, – весело сказала я.

Мы так задорно плескались, что к нам присоединились еще несколько ребят. Все же природа объединяет людей.

Глава 3

Возвращайся домой с речки, я была счастливая. Не думала, что в Сосновке мне так понравится и смогу подружиться с местными ребятами. Так неожиданно завязалась наша дружба с Ксюхой – веселая, озорная девчонкой, ставшей моим проводником в мир Сосновки. Я улыбнулась в ответ своим мыслям.Подходя к дому я увидела, как у забора Митька возится с велосипедом. «Как же быстро он вымахал», – подумала вдруг я. Мои раздумья оборвал незнакомый голос. – Могу помочь. От неожиданности я хотела врезать незнакомцу по лицу, чтобы не подкрадывался со спины. Им оказался Кирилл во плоти. – Прости, с чем, – недоуменно посмотрела на него. – С великом. Могу починить, – проговорил Кирилл. – А сможешь? – А то, – самоуверенно сказал он. Кирилл подсел к Мите. Парень педаль и осматривает этот доисторический аппарат. – Тут педаль заклинивает и надо немного цепь подтянуть и будет как новый. Ничего серьезного! Минуту, – и пошел в сторону дома. Ровно через минуту он вернулся с чемоданчиком, провел несколько манипуляций, – Пробуй, – и дал велосипед брату. Митька сел на велосипед и сделал пару кругов по улице. – Я кстати Кирилл, – представился парень. – Тася, – сказала в ответ, – А это мой брат Митя, – в этот момент Митяй подъехал на велосипеде. – Все в полном порядке, просто улет! Тась, можно я покатаюсь, пожалуйста, – буквально взмолился брат. – Ну хорошо, только недолго. И далеко от дома не уезжай, – крикнула я вслед. Но Митька уже умчался, оставив за собой столб пыли. Интересно, откуда в нем столько энергии в такую жару.

– Так значит мы соседи? – снова прервал мои мысли Кирилл. – Приятно иметь соседей. Было не совсем понятно, что он имеет в виду, от этого я смутилась. Это осталось незамеченным, благодаря свежему загару. – Извини, мне пора! Увидимся еще, – вежливо попрощалась я.

Черт, вот же индюк надутый, умеет к себе располагать. Пижон. Я шла и чертыхалась, пока не подошла к дому. – Как прогулка, котенок? – произнес папин голос. От неожиданности я подпрыгнула на месте. Что у людей за дурацкая привычка пугать? – Я вот тоже без дела не сидел: починил фонарь на веранде и гирлянды с чердака достал. По-моему, очень мило теперь. С этими словами он щелкнул выключателем и в один миг загорелись лампочки. Действительно, стало уютнее. Это заметил и Митя, вдоволь накатавшись на велосипеде. После прогулки, конечно же, разыгрался аппетит. На плите стоял ароматный наваристый борщ, щедро посыпанный сверху зеленью. Папа всегда готовит его отменно, что за уши не оттащишь. В углу на стене тикали часовые стрелки. Каждый думал только о себе. В это время рука потянулась к телефону. Кошмар, сколько сообщений в соц.сети, вот и оставляй после этого гаджет дома. В основном были сообщение от одноклассников. «Вконтакте» у нас была общая группа. Ребята делились своим отдыхом и кто куда поступил. Многие разъехались: кто-то в соседнюю область, кто-то махнул в столицу, мало кто остался в нашем маленьком городишке. Как оказалось, из ряда бывший одноклассников будет полно менеджеров, юристов, экономистов и врачей. Пока я весело проводила время в компании Ксюхи, мои друзья меня потеряли, даже писали в «личку». Чтобы не отвечать каждому, я написала в группу. «А я поступила на журфак на бюджет». «Другого от нашей медалистки ожидать и не стоило», – подшутил весельчак класса Васька Данилюк.

Отвлекшись от чата, я посмотрела на соседский участок. Так загорелся свет, веранда тоже была украшена гирляндами. Кажется, у соседей близится вечеринка с барбекю. Русоволосая женщина в желтом элегантном платье время от времени мелькала во дворе, выносят из дома посуду. А крепкий высокий подтянутый мужчина, видимо папа Кирилла, колдовал над грилем. Наконец на крыльце показался сам молодой человек и тут же улегся в гамак. Во дворе резвился рыжий шпиц. Прям картина семейной идиллии. Жаль, такого у нас никогда не будет. Ведь мама уехала в другую страну с новым мужиком 12 лет назад и забыла думать о нас. Я взглянула на Митьку с папой.

– Может быть, чай на веранде попьем? – неожиданно для себя предложила я.

– На веранде? – удивился брат.

– Ну а что… Раз уж папа там починил фонарь и повесил гирлянды, – пожала я плечами. – Сейчас уже сумерки будет, красота-то будет!

Митька помог отцу вынести на веранду кофейный столик и стулья, я шмыкнула в комнату и переоделась в светлый сарафан с открытыми плечами и заколола волосы заколкой с пчелой. На веранду я вышла держа в руках поднос с чашками.

– Ваш чай сэр, – торжественно произнесла я и, не удержавшись, рассмеялась. Папа и брат тоже заразительно захохотали. Отец никаких изменений естественно не заметил, зато Митька присвистнул, когда я села на кресло рядом. – Не свисти – денег не будет, – съязвила я.

– А чего это ты вырядилась, – ехидничал Митя.

– Ничего не вырядилась. Тебе показалось, – я начинала немного закипать как самовар. – Да и вообще, что ты ко мне прицепился, как банный лист. Папа отрешено молчал и не влезал в наши препирательство, он знал, что они сами сойдут на «нет». За спорами мы не сразу заметили, как к нам обращается наша соседка.

– Извините, пожалуйста! – вежливо она обратилась к нам. Женщина стояла у забора.

– Добрый вечер! – отозвался папа. – Не желаете присоединиться? У нас сегодня барбекю, – с доброй улыбкой проговорила женщина. Ее улыбка располагала к себе.

Я смотрела на соседний участок, разумеется, в первую очередь, на Кирилла. Он развалившись на кресле, с неподдельным интересом наблюдал за нашей беседой. Возможно, это была его идея пригласить нас к себе. Митяй обернулся и, перехватив мой взгляд, хмыкнул. Мол, теперь все понятно, к чему этот бал-маскарад. – Да, неудобно как-то неудобно, – отец почесал затылок. Я незаметно тыкнула папу в бок. – Да, что вы! – махнула рукой женщина. – Мы с мужем тут с начала сезона безвылазно. Уже приелись друг другу! Сын хоть сын недавно приехал. Ну же! Не стесняйтесь.

Было еще больше неудобно от того, что она нас уговаривает. Мы принимали приглашение, хотя были совсем не голодны. Я с кресла захватила вязаный кардиган, так как начинало холодать, и догнала брата с папой, прикрыв калитку.

Глава 4

Участок соседей оказался просторным и ухоженным. Хозяина дома звали Василий, а хозяйку дома – Галина.

– Можно просто Галя, – обворожительно улыбнулась женщина.

– Андрей, – представился отец. – А это Тася и Митя, мой сорванцы.

– Ну, пап, – сразу отозвалась я и многозначительно посмотрела на него.

– Очень приятно, – проговорила Галина. Она невероятно красивая: ухоженная, элегантная, статная. И глаза красивые. Зеленые. Такие же, как и у Кирилла, явно в нее пошел. Пока наши родители разговаривали, выяснилось, что у Василия и нашего папы много общего. Они оба учились на инженерном в одном институте, только в разные годы. Однако папа Кирилла не закончил обучение и перевелся в медицинский. Вот же совпадение! Я посмотрела на Кирилла, тот с отсутствующим видом листал что-то в своем телефоне. Может в соц.сетях с кем-то общался? Кстати, надо добавить в друзья его «ВКонтакте». Галина подошла к Кириллу и забрала из его рук телефон. При этом вид, будто у маленького ребенка отобрали любимую игрушку.

– Дети, может, вы немного погуляете? – обнимая за плечи сына, миролюбиво поинтересовалась она.

– Какие мы тебе дети? – язвительно спросил Кирилл. Но все-таки поднялся из-за стола, нам с Митькой пришлось последовать его примеру. Пусть взрослые вспоминают свои студенческие годы, нам что ли жалко.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в лиловые и золотые тона. Когда мы вышли с участка, Кирилл как-то странно улыбнулся.

– И как вам в Сосновке?

– Здесь очень мило и… очень красиво, – ответила я.

– И очень скучно, – добавил недовольным тоном Митька.

Кирилл искренне рассмеялся. Его смех, сильный и заразительный, разлетелся по тишине, нарушая хрупкое равновесие.

– Я понимаю, о чем ты, старик. Меня сюда тоже сослали… в наказание.

Я почувствовала, как в груди защемило от любопытства. «Сослали?» – пронеслось в голове. Что же могло произойти? Эти каникулы становятся еще интереснее.

– За что? – словно прочитав мои мысли, поинтересовался Митька.

– Да так… Есть за мной кое-какие грешки, – загадочно ответил Кирилл, вновь с интересом посмотрев на меня. Я, почувствовав на себе его взгляд, смутилась.

Мы спустились к реке, усевшись на траву, покрытую росой. Первое время молчали, наблюдая за небом, которое отражалось в темных водах. Сизые облака плыли по небу, словно призраки, а камыш, склонившийся над водой, шелестел, словно шептал какие-то тайны. Вдруг, где-то над головой, я услышала слабый писк.

– Что это сейчас было? – повернулась я к парням, которые задумчиво глядели на реку.

– Летучая мышь, наверное, – пожал плечами Кирилл, который сел рядом со мной.

– Бр-р-р, – проговорила я. – Гадость какая!

Летучая мышь – хрупкое создание, которое вызывает у многих страх и отвращение, вдруг стала символом этой странной встречи. Ее писк, раздавшийся в тишине, напомнил мне о тайнах, скрытых за фразами Кирилла о «грешках» и «наказании». А летучая мышь, словно посланник судьбы, напомнила нам о том, что даже в самых мрачных уголках жизни есть место для тайны и неожиданных встреч. Я понимала, что эта поездка – это не просто вылазка на природу, напротив, это путешествие в глубины человеческих тайн, желаний и грехов. Вечерняя тишина уже не казалась столь умиротворяющей, по спине пробежали мурашки и были они не от холодного ветра.

– Мы сегодня с Ксюхой были на пляже днем, но, мне кажется, что есть и другой выход к воде, – вдруг нарушила тишину я.

– А так это вы резвились как молодые белуги, – съязвил Кирилл. – Конечно есть. Местные поговаривают, что это место проклятое.

– В каком смысле? – оживился Митька, так как любил все мистическое. Вечно допоздна смотрел фильмы про зомби и оборотней.

Вечерние сумерки окутывали лесное озеро густым покрывалом, пронизанным звуками вечерней тишины.

– Вон там, – Кирилл кивнул в сторону камышей, – у самой кромки берега стояла невзрачная покосившаяся избушка. До революции там жила одна помешанная бабка, все считали ее ведьмой. Она вечно проклинала всех, и проклятия эти сбывались. Если в деревне сгорел дом или помер кто, значит, это ее рук дело.

Митяй с неподдельным интересом слушал Кирилла. Я же, хоть и старалась не подавать виду, ощущала, как леденящий холодок пробегает по позвоночнику. На мгновение показалось, что камыши зашевелились, словно вот-вот кто-то из них выглянет.

– Местные даже хотели сжечь эту избушку вместе с бабкой. Только не успели, она покончила с собой, перед смертью нагнав порчу на это место, – продолжал Кирилл.

– Как покончила с собой? – зачем-то спросил брат, будто пытаясь вывести Кирилла из равновесия.

– Безумная старуха повесилась на суку́, – безэмоционально ответил тот. – Вот на этом дереве, под которым Тася сейчас сидит.

Я медленно задрала голову. Надо мной действительно торчал толстый черный сук, который на фоне уже ночного неба выглядел устрашающе. Сквозь ветки проглядывал худой месяц. Внезапно что-то влажное и холодное коснулось моей шеи. Я завизжала от неожиданности. Резко обернувшись, увидела напуганную собаку наших соседей, которая прибежала по нашим следам и решила поприветствовать меня, уткнувшись влажным носом. Парни громко заржали. Я тут же вскочила на ноги.

– Хорошего вам вечера! – буркнула я, пытаясь скрыть смущение.

– Да ладно тебе, Таська! – смеясь, Кирилл пытался меня удержать, взяв за руку. – Я все выдумал, не было здесь никакой ведьмы!

– Ты чего такая трусиха? – подключился к беседе и брат. Да уж! Смельчак какой выискался. Будто это не он пару минут назад слушал Кирилла с открытым ртом.

– Останься, – попросил Кирилл, по-прежнему не отпуская мою руку, а от чего-то не отталкивала его, уж очень было приятно чувствовать его прикосновения.

– Я ни капельки не боюсь, – не слишком уверенно сказала я. – Просто спать хочется. До завтра! – о последнем я нагло врала.

Я осторожно высвободила свою руку из руки Кирилла и отправилась прочь. В его словах, как мне казалось, чувствовалось что-то неискреннее. В его глазах я увидела не только разыгравшуюся фантазию, но и нечто большее – страх, который он так старался скрыть. Может быть, Кирилл сам верил в свою историю? Возможно, на этом месте и правда таилась некая зловещая тайна, о которой нам никто не говорил? Я не хотела об этом думать. Но эта ночь, с ее зловещей атмосферой и коварными рассказами, уже успела нагнать на меня необоснованный страх, который долгое время не покидал мои мысли.

Глава 5

Луна бросала длинные тени на пыльную дорогу, когда я, не дожидаясь окончания шумного застолья на соседнем участке, проскользнула в дом. Отец, как всегда, был душой компании, щедро осыпая соседей шутками и анекдотами. Уставшая от оживленного шума, торопилась к себе, быстро почистила зубы, стараясь не шуметь, и, не включая свет, скинула с себя сарафан и кардиган. Укутавшись в одеяло, она прижалась к подушке, но сон никак не приходил. Я вспоминала историю, выдуманную Кириллом, про местную ведьму. В его словах, словно заговоры, переплетались мистические события, окутанными темнотой и тайной. Парню нужно быть сценаристом с такими талантами… При мрачном антураже его повествование звучало очень правдоподобно.

Обычно не склонная к страхам, удивилась, насколько правдоподобно звучали слова Кирилла. Она также заметила, как она с братом внимательно слушали, затаив дыхание. Именно это и заставило ее почувствовать неловкость и тревогу, которая теперь не отпускала ее.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем в комнате появился Митька. Он пошарил в темноте, и, запнувшись о свою неразложенную сумку, шепотом выругался. – Таська, ты чего ушла-то? – шепотом спросил Митя.

– Да ну его, Кирилла. Всякую ерунду сочиняет, – ответила Таська, стараясь спрятать свою тревогу.

– А он, кажется, в тебя втюрился, – тихо проговорил Митя.

– Кто? – глупо переспросила я.

– Ну кто? О ком мы говорим? Кирилл! Кто еще… Все про тебя спрашивал.

Я негромко рассмеялась:

– «Втюрился». Ну и словечко ты вспомнил… Из детского сада, что ли?

Брат промолчал.

– Мить, а ты тоже поверил в эту ведьму? Наверное, завтра с утра, при солнечном свете все не будет казаться таким уж жутким, как сейчас. Ты как считаешь?

Не услышав ответа, я продолжила:

– А что именно Игорь про меня спрашивал? Мм? Мить?..

Похоже, Митька уже крепко спал. Вот везет человеку. А я после слов брата тем более уснуть не могла. Ведь Митя считает, что я нравлюсь Кириллу.

Тревожные мрачные картинки отступили. Теперь я, улыбаясь, смотрела в окно. За нами сквозь ажурную занавеску подглядывали желтые звезды.

***

Солнечный луч проник сквозь шторы и попал прямо на мою подушку. Я улыбнулась и растянулась в постели. Как замечательно, когда у тебя каникулы и не торопиться вставать с утра. Можно спать сколько душе угодно. С улицы доносился щебет птиц, напоминая о приближающемся утре. Я снова с удовольствием закрыла глаза...

– Таська? – раздался шепот отца над головой. Я резко подняла голову. Митя еще спал, раскинувшись на своей кровати. – Там тебя спрашивают.

– Кто? – спросонья не понимала я.

– Не знаю, – шутливо пожал плечами отец. – Девочка какая-то.

Ксюха?.. Еще на речке она обещала зайти за мной, чтобы устроить экскурсию по Сосновке. Но ведь не в такую рань… Я потянулась за своими электронными наручными часами, которые лежали на тумбочке. Восемь утра! С ума сошла что ли?

Спрятавшись под одеяло, я вихрем спустилась на веранду. Ксюша ждала меня на террасе. Глядя на нее, возникло впечатление, что она проснулась пару часов назад. Выспавшаяся и довольная… в лавандовой рубашке в клетку с короткими рукавами и джинсовых шортах. Я взглянула на свое отражение в окно. Взлохмаченные волосы, опухшие глаза, оттекшее лицо… Просто садовое пугало.

– Городские! – уже привычно покачала головой Ксюша. – Долго спите.

«А что нам тут еще делать?» – с раздражением подумала я, но промолчала.

– И Митяй твой дрыхнет до сих пор?

– Угу, – промычала я сонно. Ха! «До сих пор»… Да, Митька в каникулы может до обеда проспать. Впрочем, как все нормальные подростки.

Внезапно Ксюха приосанилась и как-то странно заморгала. Будто сейчас заплачет. Бросив пару раз взгляд на соседний участок, она залилась краской. Я тоже посмотрела в ту сторону. На крыльце стоял Кирилл с чашкой в руках. Ух, наверное, там свежесваренный кофе… Заметив, как мы обе пялимся на него, парень поприветствовал нас, приподняв чашку. Мы синхронно помахали ему в ответ. С глупыми улыбками. При этом одеяло мое предательски соскользнуло, продемонстрировав мою глупую пижаму с Мишками Тедди.

– Проклятье, – прошипела я, вновь заворачиваясь в одеяло. Хороша, ничего не скажешь! Еще и с таким гнездом на голове. Не сказать, что я была без ума от Кирилла, но все-таки не хотелось оказаться в глупом положении, когда рядом симпатичный парень. Зато Ксюха просияла.

– Мать честна, какой он все-таки красавчик! – пролепетала она мне. – Еще фору даст нашему Сычу.

– Какому сычу? – потупила я взгляд.

– Да, есть тут один… товарищ, – фыркнула Ксюша. – Ну, Сычов. Местный Крис Хемсворт. Не только по Кириллу все бабы у нас тут пищат.

– И ты тоже? – усмехнулась я.

– Вот еще! – дернула плечиком Ксюха. – Я не ведусь на всяких там самовлюбленных напыщенных индюков.

Я рассмеялась. Индюки, сыч… Веселый птичник у них тут.

– Тем более мне больше блондины нравятся. Ну, ты что, истуканом, стоишь? – вдруг наехала на меня подруга. Я аж смехом поперхнулась. – Собирайся давай! Сосновка, знаешь ли, не ждет.

Я кивнула и отправилась обратно в дом. После всех водных процедур быстро поднялась в свою комнату, переоделась в велосипедки, белую майку и красную рубашку, обула кеды. Митька по-прежнему предательски сладко дрых. Захотелось запустить в него чем-нибудь, например расческой, которая была у меня в этот момент в руках. Но тут брат сам, щурясь, приоткрыл один глаз.

– Ты куда это с утра пораньше? – хриплым голосом спросил он.

– Сосновка, знаешь ли, не ждет, – зачем-то повторила я слова Ксюхи.

Митя посмотрел на меня как на сумасшедшую. Когда я вновь появилась перед Ксюшей, та подняла большой палец.

– Вот это я понимаю! Превращение из гусеницы в бабочку.

– Из куколки, – скромно заметила я.

Сосновка уже жила полной жизнью. Казалось, во всей деревне в этот час спал только Митька. Ксюша провела меня по всем уголкам, показала сквер, где вечерами собиралась молодежь, местный клуб и даже для чего-то почту.

– Поклонникам своим открытки из Сосновки пришлешь, – подмигнула мне Ксюха. Я тяжело вздохнула – было бы кому.

Мы навернули несколько кругов по деревне, и, кажется, я уже заочно знала каждого. Вот в том аккуратном зеленом домике – тетя Зоя, у которой можно было приобрести самое вкусное коровье молоко, у кого не было своего хозяйства. В общем, таким как мы – городским. А в двухэтажном деревянном доме напротив жила какая-то противная Надька, никто из Ксюхиных «девок» не общался, потому что терпеть не мог. «Надя много из себя строит», – заключила Таня. Я знала о каждой сосновской персоне, интересной и не очень. Каждая деталь, каждая мелочь, казалось, была важна для Ксюши. Она помнила, кто где живет, с кем дружит или кого не любит. В ее глазах деревня была маленьким миром, полным тайн и сплетен. К концу нашей прогулки голова моя пухла от кучи ненужной информации.

– Конечно, самая красота в лесу, – пояснила мне Ксюша. – Такие сказочные опушки, закачаешься. И ягоды… ягод сколько! Мать моя женщина, с ума сойти, глаза просто разбегаются. В следующий раз покажу лес.

Я кивала соглашаясь. Да, да, в следующий, пожалуйста. Черт, еще и порядочно натерла ногу… Да и голову напекло. Солнце в Сосновке вовсю жарило, и единственное, о чем я сейчас мечтала, – поскорее добраться на речку. Кстати, подруга показала мне и другой выход к воде. Там действительно было многолюднее, чем вчера. Местным просто лень идти на другую сторону деревни, где обитали большинство городских дачников.

– К вашему дому ближе тут будет пройти, – кивнула Ксюша. Мы свернули на пустую проселочную дорогу, ведущую к заброшенной усадьбе, которая напоминала старинный таинственный замок. – Хотя я, конечно, стараюсь не бывать здесь.

– Впечатляет!

– Пойдем отсюда быстрее, – оглядываясь, попросила Ксюха.

– А что такое? – удивилась я, завороженно глядя на мрачные пустые глазницы окон, который манили своей таинственностью.

– Ты не знаешь историю этого дома, – шепотом проговорила Ксюша, словно предостерегая.

– Там жила ведьма, которая прокляла всю Сосновку? – с улыбкой спросила я, вспомнив глупую историю Кирилла.

– Какая ведьма? – удивилась Ксюша. – Нет! Здесь жили какие-то знатные дворяне. Молодая хозяйка закрутила роман с кучером втайне ото всех, а потом с любовником решила избавиться от муженька.

– Ну прямо «Леди Чаттерлей», – восхищенно проговорила я. – «если жить разумом, логика неизбежно приведёт к ненависти».

– Не знаю, какая там… леди. Только, отравив мужа, баба та сильно раскаивалась. Застрелила потом своего любовника, а затем и себя. Тась! – воскликнула она. – Это нехороший дом. У нас все его стороной обходят. Баба Таня даже хотела письмо в «Сверхъестественные»написать.

– Чего? – рассмеялась я. – А что, там по ночам бродит дух покойной хозяйки?

– Не знаю, что там по ночам происходит, – серьезно начала Ксюша, – только тут и днем непонятные вещи творятся, рядом с этим домом.

– Например? – спросила я, заинтересованно подняв брови.

– Да, просто мистика всякая… У моей подруги телефон в сумерках отобрали.

– Ну это совсем ерунда, – разочарованно протянула я. – Просто обычно такие заброшенные дома и контингент соответствующий притягивает.

– Да? – язвительно воскликнула Ксюха. – Тась, это деревня. Понимаешь? У нас тут все живут как на ладони. В том числе и шайка местная, кто такое провернуть может. Только они сами к этому дому не суются.

– Суеверные хулиганы? – веселилась я.

– Смейся-смейся! Тут подростки крутились около этого дома, так одного пацана так кто-то отметелил, он потом три месяца в больнице валялся.

– Не повезло.

– А я в седьмом классе здесь зимой ногу сломала. Открытый перелом, между прочим.

– Ну это же совпадение? – проговорила я

– Не верю я в такие совпадения, – покачала головой подруга. – Поэтому пошли отсюда скорее, от греха подальше.

Ксюха буквально силой тащила меня в сторону нашей дачи. Я с сожалением оглядывалась на заброшенную усадьбу. Сейчас, когда ярко светило солнце и звонко щебетали птицы, не думалось о чем-то плохом. Мне хотелось представить, каким был этот дом раньше. Какие картины висели на стенах, какая мебель стояла в комнатах. Редкое собрание книг, фарфор, ковры, зеркала в позолоченных рамах… все это когда-то было в усадьбе. Наверное, там устраивали балы, кавалеры в элегантных костюмах и дамы в платьях с кринолином кружились в танце под живую музыку…

– Лет двадцать назад тут такой пожарище был, – прервала мои мысли Ксюха. – Весь первый этаж выгорел. И еще в усадьбе один местный сумасшедший повесился, но это давно было, еще до моего рождения. Мне бабушка рассказала. Это плохое место, Таська. Тьфу!

– Ладно тебе! – удивилась я. – Разошлась.

Когда мы вышли на тропинку, ведущую к нашей даче, Ксюша выдохнула:

– Ух, аж коленки дрожат…

Мои волосы начали шевелиться на затылке от ее слов, но я попыталась сохранить спокойствие.

– Ты преувеличиваешь, – пожала я плечами, вспомнив таинственный заброшенный дом.

– Ладно, не хотела говорить еще кое-что… но если тебе так весело!..

Я насторожилась:

– Рассказывай.

Глава 6

Мы сели на веранду, как-то уж она нам полюбилась после того, как папа навел тут порядок. Я вынесла свежезаваренный чай и мятные пряники.

– Мы как-то с Максом после дискотеки ночью по Сосновке гуляли и набрели на усадьбу… Так там свечи горели и тени двигались, – начала Танька.

– Думаешь, свидетели Иеговы? – засмеялась я.

Ксюха же поморщилась: – Еще сказала бы сатанисты. Ничего я не думаю и, если честно, даже думать об этом не хочу. Бр-р...

В этот момент калитка распахнулась, и на дорожке, ведущей дому, появился Митька в одних плавках и с полотенцем на плече.

– Ты на речку? – крикнула я брату. Митя кивнул. – Подожди нас!

– Тась, а я, наверное, домой, – пролепетала Ксюха.

– На речку с нами не пойдешь?

– Дел по дому… и в огороде, – отмахнулась подруга. – Да и скоро дождина начнется. Посмотри!

Действительно, на небе гуляла темная тяжелая туча. Ой, и польет наверно. Ну хоть жара спадет.

Кротко кивнув Митьке, Ксюха резво рпобежала в противоположную от нашей дачи сторону.

– Что это с ней? – подошел ко мне Митя. Я только плечами пожала.

– Тебя, наверное, испугалась, – засмеялась я.

Митька ухмыльнулся и, насвистывая какую-то знакомую мелодию, направился обратно в комнату. Убрав чашки и помыв посуду, я думала чем заняться бы в дождь. Моя головоломку решил брат.

– Лото?

– Ты где его откопал?

– Да где-где? На бороде... на чердаке.

Какой загадочный чердак, прям сумочка Гермионы Грейнджер – есть все. Не успев разложить карточки в двери кто-то постучал.

– Привет, молодежь. Можно? – спросил Кирилл. Я отошла от двери, приглашая кивком головы. – О, лото! Кстати, утром с тобой была очень красивая девочка. Темненькая такая. В моем вкусе, познакомишь?

«Вот надутый индюк. Подколоть меня решил», – подумала я, но вместо этого сказала:

– Ей больше блондины нравятся.

– А тебе? – нашелся Кирилл, глядя прямо в глаза.

– Ей всякие Йены Сомерхолдеры нравятся, – встрял Митька.

– Какие вы старомодные ребята.

Мы вновь замолчали, но я прервала эту тишину.

– Мне тут такое рассказали, – начала я. – Рядом с речкой есть заброшенный дом…

– Проклятие старой усадьбы? – перебил меня Кирилл.

– Ага! Ты тоже про это знаешь?

– Конечно, – пожал плечами парень.

– И что ты обо всем этом думаешь? – заинтересовалась я. Лично на меня история произвела неизгладимое впечатление, хотя еще ночью думала, что Кирилл ее выдумал.

– Корыстная, наглая бабенка замутила с кем-то на стороне. Грохнула двух мужиков, – проговорил Кирилл. От него это история прозвучала как-то слишком грязно.

– Да о чем вы? – рассердился Митя, который ничего не знал об этой истории.

– О несчастной людской доле, – буркнула я, с грохотом вставая из-за стола. Поиграли, называется. – Твой новый друг тебе все подробно расскажет.

Наверняка после того, как Кирилл расскажет брату историю старой усадьбы, тот сразу захочет туда наведаться. Митяй любит всякие загадки и мистику. В детстве начитался детективов про Шерлока и всюду свою дедукцию применял.

На улице во всю зарядил дождь. По окнам и крыше мерно барабанили капли. Интересно, а где папа в такую погоду? На рыбалке, наверно, карпов всяких ловит.

Ну и ладно, столько дней подряд такая жара стояла. Я подошла к платяному шкафу и выудила большой прозрачный дождевик. Правда, он был мне практически по щиколотки. Да и черт с ним.

На улице было сыро и прохладно. Я полной грудью вдохнула пропитанный дождем воздух. Я вышла на размытую дождем тропинку. Подбежала незнакомая собака, Ксюха наверно даже ее знает.

– Привет, дружок. Прости, у меня ничего нет для тебя, – я гладила пса. Надо было хоть пряников захватить. Кто же знал, да и вообще Кирилл во всем виноват. Если бы не он...

Тут собака куда-то рванула.

– Эй! Куда ты?

Она вела меня к заброшенной усадьбе. Да что вам там, медом что ли намазано?

Дождь вновь усилился. У меня промокли ноги, хотелось вернуться домой. Пес целенаправленно бежал к «заброшке» и остановилась только у покосившегося старого забора.

Свернула молния, осветив густой лес, который начинался прямо за домом. Сцена прямо из Митькиных ужастиков, не хватало только зомби или маньяков. Мамочки, как же страшно! Сосны воинственно скрипели на ветру. Оттуда кто-то вылетел...летучая мышь. Так от страха и коньки отбросить можно.

– Эй, Дружок. Ко мне! – писклявым голосом произнесла я.

Пес стоял у калитки и, рыча, смотрел глазами-пуговками на развалины.

Дождь не прекращался и холодными каплями барабанили по дождевику, отчего капюшон съехал на глаза. Я махнула головой, чтобы как-то открыть себе обзор, тут в окне дома мелькнул темный силуэт.

– Так, все, пошли отсюда! – я нашарила какую-то ветку и бросила в поле.

Черт, из-за дождя еще ничего не видно. Сложно что ли фонари поставить? «Тася, это нежилая зона, ну какие фонари?».

Внезапно стало очень светло и явно не из-за раската грозы. Я обернулась. Прямо на меня на приличной скорости ехала черная машина. Последнее, что я помню, глухой стук.

Машина быстро скрылась с места.

Глава 7

Внезапно подбежал незнакомец, взял меня на руки и донес до жилой части деревни. Я очнулась и первое, что увидела свет фонаря и лицо какого-то парня. Поначалу мне показалось, что это Кирилл. Через несколько секунд прояснилось, что это был не он.

Незнакомец был очень взволнован и заботился о моем здоровье, спрашивая, не болят ли мне какие-то части тела. Я была в шоке и не могла ничего ответить. Парень предложил вызвать скорую помощь, но отказалась, так как чувствовала себя в целом хорошо, кроме нескольких царапин и синяков.

Я поблагодарила его за помощь и приняла его предложение доехать до дома на его машине. Тут же поняла, что сбил меня не он, так как автомобиль был светлого цвета. – Артем, – кротко произнес парень.

– Что? – повернулась я к нему, тут же в шее появилась резкая боль. Пришлось приложить усилия, чтобы она не отразилась на моем лице.

– Меня зовут Артем.

– Тася, – быстро произнесла я.

– Очень приятно, – улыбнулся Артем.

– Даже не знаю, как тебя благодарить, – выдохнула я. Вновь повернулась к Артем и встретилась с ним взглядом. Парень внимательно смотрел на меня серыми глазами. На лбу у него засохла грязь. Я кивнула на испачканную куртку: – Так неудобно…

– Перестань, кто бы еще, если я, – поморщился Артем, откидывая голову на спинку кресла. – Значит, ты не видела, кто это был?

– Нет, – я кармане дождевика я нащупала салфетку. – Разреши? – и аккуратно стерла грязь со лба парня.

– Может, водитель был пьяный? – предположил мой новый товарищ.

– Даже думать об этом не хочу, – поежилась я словно от холода. Почему-то упоминать о том, что я видела кого-то в заброшенном доме старухи, совсем не хотелось. – Вряд ли этого ублюдка получится найти. Я была в таком шоке, что, кажется, ничего не вспомню.

По дороге мы разговаривали о случившемся, и я узнала, что мой спаситель видел, как машина движется на меня, и решил предупредить меня об опасности, но не успел.

Когда мы подъехали к нашей даче, я поблагодарила парня за помощь. Он улыбнулся и на блокнотном листе написал свой номер, пожелал мне всего наилучшего, после чего уехал. Я вошла в дом, немного отдышалась, присев на корточки...

– Ты где была? – я вздрогнула, услышав Митькин голос. Брат уже несся ко мне. Он что, все это время высматривал меня в окно? – Что...что случилось, – проговорил брат, увидев мой внешний вид.

– Под машину попала, – сказала я со всхлипом, хоть и сохранять спокойствие. Не получилось.

– Как это произошло? – появился отец в коридоре.

– Мы тебя потеряли. И Кирилл тоже переживал. Думали, ты с Ксюхой своей в такую дождину куда-то утопала.

– Дайте отдышаться... и принять душ, – все что мне в данный момент удалось выдавить из себя.

После водных процедур я стала чувствовать себя лучше. Спустилась на кухню. Здесь было тепло и пахло окрошкой. Только рядом с папой и братом, ощутила себя в безопасности и весь кошмар был позади. В носу опять защипало от слез.

– Может расскажешь нам, наконец, что произошло? – серьезно спросил отец. – Мить, поставь чайник.

– Я не заметила, кто был за рулем, не заметила марку машины… Только цвет запомнила – темный.

Рассказывая, я чувствовала себя глупо. Пошла за незнакомой собакой, и она привела меня к месту, которое сосновские обходили стороной за километр. Я не решилась рассказать отцу, что видела кого-то в темном окне усадьбы. И о том, что машина мчалась целенаправленно на меня, тоже не сказала. Папа и без того выглядел очень подавленным.

– Да уж, – пробормотал Митька, выслушав мое повествование.

Отец поставил передо мной чашку чая с мятой.

– Вот, выпей пока. Все в прошлом, теперь все хорошо. Мы рядом! – проговорил папа. – Хорошо, что рядом оказался этот парень… ты сказала, его зовут Артем?

Я кивнула.

– Я ведь толком даже не успела его поблагодарить за все, так переволновалась, – с сожалением произнесла я.

– Успеется. Ладно, пойду спать. Вы тоже долго не засиживайтесь, – проговорил отец, чмокнул меня в макушку.

Когда папа вышел из кухни, а мы с Митькой продолжили пить чай, я придвинулась ближе к брату и шепнула:

– На самом деле в это время в доме был человек. Я его в окне заметила, но не разглядела из-за дождя.

– Серьезно? – чуть не закричал Митяй. Я шикнула. – Почему ты папе об этом не сказала? Этот кто-то мог видеть машину, – проговорил он тише.

– Ты дурак? А вдруг это он наехал на меня? – прошипела я.

– Зачем ему на тебя наезжать?

– Мить, ну ты точно дурак. Может, он заметил, что я увидела его и решил избавиться от свидетеля. Да и откуда я знаю его мотивы. Уж, прости, экстрасенсорными способностями не обладаю.

Брат задумчиво глянул в окно.

– Только не вздумай туда соваться! – Митька уставился на меня. Видимо, это он и обдумывал сейчас. – Зуб даю, там точно какие-то темные дела творятся. Не ду-май! – проговорила я по слогам. – Понял?

– Да что я, совсем из ума выжил, чтобы лезть туда? – проговорил брат как-то не слишком уверенно.

Митя встал из-за стола и взял чашки.

– Я помою посуду, отдыхай.

Поднявшись в комнату, легла на кровать. Перед глазами стояла машина, которая несется на меня. Видимо стресс так сильно вымотал меня, что, как только я откинулась на подушку, тут же провалилась в глубокий сон.

Глава 8

Давно мой сон не был таким крепким и спокойным. В доме было тихо. Отец, конечно, тоже еще спал. Умывшись, переодевшись, сварив свежий кофе и захватив булочку, я вышла на веранду. Громко щебетали птицы, в еще сонном воздухе стоял запах моих любимых белых пионов. Вот это я понимаю, настоящее лето! Подставляя лицо первым ласковым лучам, я уселась в кресло и вытянула ноги. Ну кайф же! О вчерашнем кошмарном дне напоминали только ссадины и синяки на теле.

Я откусила булку, сделала глоток кофе и с блаженством закрыла глаза. Так и жевала, пока до меня не донеслось бодрое:

– С добрым утречком!

Я перестала жевать и, щурясь, приоткрыла один глаз. За нашим забором стояла довольная Ксюха.

– Ты делаешь успехи, – защебетала она весело. – Думала, зайду за тобой, а ты опять еще дрыхнешь как сурок.

Я промолчала. Лучше не буду говорить, что я уснула примерно в шесть вечера, а спать дольше было б уже просто неприлично.

Ксюша распахнула калитку и прошла к домику.

– Ой, а что это за боевые ранения? – удивилась она.

– Отбивалась от местных поклонников, – туманно ответила я. Пока не решила, говорить ли о случившемся. Наверняка она скажет что-то вроде: «Ага! Я ведь предупреждала тебя. Зачем ты поперлась туда?». Еще в какую-нибудь «Битву экстрасенсов» или «Расследование с Коневским» письмо напишет.

– В лес-то идешь? – поинтересовалась Ксюха.

– Куда, прости? – я осторожно покосилась на подругу.

– За земляникой, балда! Вечером не стала за тобой заходить, сама видала, какой дождина лупил. Есть у вас какая тара подходящая? Предупреждаю: ягоды там очень много!

– Что-нибудь найду, – отозвалась я, делая очередной глоток кофе.

Ксюха время от времени поглядывала на соседний участок. Кирилла, что ли, высматривает? Но на соседнем участке было тихо. Интересно, он вообще на даче? Или с родителями в город уехал и вернется только на выходных.

– Жди меня здесь! – бросила я Тане, поднимаясь с кресла. – Пойду за «подходящей тарой».

Я побрела в дом за «подходящей тарой» и нашла на кухне желтое ведерко. Отлично! Нужно только своих предупредить, что ухожу по грибы-ягоды, а то же потеряют. Отца будить жалко… А вот Митяя нет.

– Пойдешь за земляникой? – спросила я громким шепотом, тряся брата за плечо.

– М? – промычал во сне Митя. – Сколько времени?

– Семь утра.

– Сдурела что ли? – рассердился тот, натягивая на себя одеяло.

– Ты был когда-нибудь в настоящем… – начала я.

– Тась, сама иди лесом, – буркнул Митька.

Я пожала плечами. Ну и пожалуйста, мне больше земляники достанется. Будить брата с утра – это сущее наказание, особенно в школу. Подключается все: я трясу брата, как грушу, папа строго выкрикивает его имя из кухни. Пару раз отец разрешал мне поливать Митьку из чайника (не кипятком, разумеется). Я, конечно, любила поиздеваться над младшим братом, но не до такой степени.

Я быстро спустилась вниз и повертела ведерком перед Ксюхой.

– Сойдет такое?

– На первый раз вполне, – ответила кивком подруга.

В Сосновке радостно и звонко пели птицы, всюду за нами следовал запах цветущей черемухи и сирени. Я вышагивала рядом с Ксюшей по широкой лесной тропинке, помахивая пластиковым ведерком.

– Сегодня будет знойный денек. Посмотри, какое солнце, – проговорила подруга. – Фу, как припекает уже! Ты любишь землянику с молоком?

– А? – немного приотстала я, заглядевшись на небольшой деревянный дом по пути в лес. С яркой крыши спускался кудрявый циссус.

– Землянику с молоком любишь? – повторила Ксюха.

– Не знаю, мне бабушка только малину с молоком и сахаром делала. А вот чай с земляникой люблю…и земляничное варенье тоже, – добавила я.

Я еще раз глянула на дом. Он показался мне… уютным, словно из сказки. Он не попадался мне во время нашей первой экскурсии.

– Кто живет в этом доме? – спросила я подругу.

– Там? Валентина Александровна. В молодости была в Сосновке первой красавицей. Очень элегантная женщина и модница. Видела бы ты, какие наряды у нее всегда… Даже мы с девчонками завидуем. А ведь она завидная рукодельница – сама шьет такую красотищу. Мама думает мне платье на выпускной у нее заказать.

Кажется, она правда в курсе всего, что происходит в этой деревне.

– Ясно, – задумчиво проговорила я.

Мы притормозили у колонки.

– Хочешь пить? – спросила Ксюха у меня. Я отрицательно покачала головой. – Освежись! – я очнулась от своих мыслей, когда в меня полетели холодные капли, подруга же только звонко рассмеялась. – Вид у тебя загруженный.

– Ага, спасибо, – недовольно пробубнила себе под нос.

Мы продолжили идти в лес. Ксюха права: кое-что не давало мне покоя со вчерашнего дня, точнее, кое-кто.

– Слушай, а ты знаешь какого-нибудь Артема? – решилась я задать свой вопрос.

–Конечно, знаю. Например, Артем Дзюба – футболист такой есть.

–Я имела в виду здесь, в Сосновке.

– А зачем тебе? – с подозрением посмотрела на меня подруга.

– Понимаешь… – мысли мои крутились с космической скоростью, главное не ляпнуть про «заброшку». – В общем, вчера общалась тут с одним парнем – Артемом... Ты говорила, что всех в деревне знаешь…

– Ну Дворников вряд ли тебе подойдет, – перебила меня Ксюша.

– Кто? Почему не подойдет?

– Он в «началке» учится, – сообщила Ксюха.

– Да, Дворников – не вариант, – согласилась я.

– И Артем Васильевич тоже.

– А он в каком классе?

– В пенсионном, – съязвила подруга. – Ему за семьдесят давно.

– Тоже отметаем, – вздохнула я.

Ксюша поняла, что так дело дальше не пойдет, поэтому проговорила:

– Мы сейчас всех сосновских переберем, а так твоего Артемку и не найдем. Какие-то особые приметы есть: татуировки, шрамы…лысина, – она игриво задвигала бровями.

– Ну, – протянула я, пытаясь вспомнить. – Высокий, русоволосый, кареглазый…лет двадцать на вид.

Ксюха притормозила, с задумчивым видом смотрела в сторону, словно что-то припоминая. Я почтительно выжидала ее вердикта.

– Нет…не могу никого вспомнить, – наконец проговорила она, отгоняя от себя какую-то надоедливые мошек, – Вот зараза, – и все же прихлопнула одну.

– Вот как, –проговорила я разочарованно и тут же добавила. – Странно.

– Да что странного? Может, он из дачников? Дачников я всех не знаю… Принципиально с ними не знакомлюсь. Выражение морд у многих надменное какое-то. Но ты – другое дело. Наш человек, а не какая-то изнеженная девица. Вот уже «растешь» на глазах – с первыми петухами встаешь.

Летний лес укрыл нас зелеными ветвями, однако сквозь густые кроны листьев пыталось проглянуть солнце. Листва защищала нас от парящего светила и дарила прохладу. Мы словно попали в сказку «Аленький цветочек». Когда я была маленькой и смотрела экранизацию, там был похожий пейзаж. А может его снимали в Сосновке? Здесь все сохраняло особую таинственность.

Глава 9

Мы добрались до полянки, аромат земляники кружил голову. Ксюша показала мне небольшой участок, где было полно ягод. От этого вида у меня загорелись глаза. Я впервые была в настоящем лесу и собирала землянику. В городе мы покупаем обычно у бабушек, а они точно знают хлебные места для сбора.

Управившись с ягодами, мы двинулись дальше вглубь, а затем вышли на солнечную зеленую опушку. Мы уселись на траве, поставив ведра с земляникой себе в ноги.

– Хорошо, скоро воскресенье! – проговорила Ксюха, отправляя очередную ягоду в рот.

– А что будет в воскресенье? – удивилась я. – Ты же на каникулах. Тут каждый день хоть воскресенье.

– Да батя в город повезет, – похвасталась Таня. – В киноху.

– Ты так любишь кино?

– Угу. Я и дома по телику часто смотрю фильмы всякие. Артисткой стать хочу. Ты же на актрису поступила?

– Вообще-то на журналиста.

– Ну-у, это неинтересно! – протянула подруга.

– Это почему? – возмутилась я.

– Журналисты – это прошлый век. Сейчас в топе блоггеры.

Я ничего не сказала в ответ, да и что тут ответить. Вместо этого потянулась за новой порцией ягод (как бы сразу все не съесть, что насобирала).

– Нужно, чтобы все видели меня и из Сосновки в город ездили на меня посмотреть, – продолжила Ксюха.

Я рассмеялась.

– Хорошая мечта.

– А еще мне все говорят, что у меня хорошая внешность, как у артистки… – с гордостью добавила Ксения.

– Ты и правда очень красивая, только вот речь надо поработать. Все же на публику работать будешь.

– И как же подтягивать речь? – озадачилась подруга.

– Больше читать, смотреть как другие актрисы разговаривают, интервью их там, статьи – ответила я, отложив ягоды. Нужно же Митьке с папой оставить, а то увлеклась.

Ксюха на мое предложение поморщилась и разочаровано проговорила:

– Уж чего-чего не люблю, так это читать. Хотя на вступительных нужно сдавать литературу, но это же так скучно. Че там обсуждать? Я даже с училкой как-то сцепилась, она меня из класса выгнала.

– Ну а давай я с тобой поработаю, покажу, что чтение – это абсолютно интересно. Главное, автора найти своего, а потом тебя от книг будет не оторвать. Проверенный метод. Даже на Митяе сработало.

Я прочитала Ксюхе один из любимых стихов Владимира Высоцкого:

«Люблю тебя сейчас Не тайно – напоказ. Не «после» и не «до» в лучах твоих сгораю. Навзрыд или смеясь, Но я люблю сейчас, А в прошлом – не хочу, а в будущем – не знаю».

– Не фига. Круто, Тась, – проговорила Ксюха. – А то, – подмигнула я подруге. – Так что, литература – отнюдь не скучна.

«Не страшно под пулями мертвыми лечь, Не горько остаться без крова, И мы сохраним тебя, русская речь, Великое Русское Слово».

– Это тоже Высоцкий?

– Это уже Ахматова. Так что не беспокойся, подтянем и речь, и с поступлением помогу. – Таська, ты лучшая! – Ксюха радостно обняла меня.

* * *

Придерживаю ведерко, полное земляники, издалека вижу, как папа чинит забор. Давно пора, а то рядом с особняком Кирилла наша дача выглядит, как полная развалюха. Я с довольным видом подхожу к отцу.

– Ого! Вот это улов. Кормилица ты наша.

Я протягиваю папе ведро полное ягод и высматриваю брата на участке. Еще и шастает где-то, пока по деревне разгуливает псих, который любит сбивать людей.

– А где Митяй?

– На речку пошел, скоро должен вернуться. Баньку затопим и чай попьем с твоей земляникой.

– И пирог испечь можно. Пойду занесу ягоды в дом.

Только я хотела повернуться и зайти на участок, как столкнулся с кем-то. Подняла взгляд и увидела знакомые глаза.

– Ну, здравствуй, Тася?

– Привет, Артем, – растерянно пролепетала я.

Глава 10

Ничего себе, как Артем нашел нашу дачу? Первая мысль, промелькнувшая в сознании: «Как я выгляжу?». Скорее всего – так себе. Вся перемазанная земляникой, и оказалась права. Артем дотянулся до щеки и ласково оттер щеку от ягодного сока.

– Что ты тут делаешь? – неуверенно произнесла я. – Живу, – ответил Артем с улыбкой. – Живешь? – я удивленно похлопала глазами. – Где именно? – Здесь, – Артем кивнул в сторону дома семьи Кирилла, – а ты видимо живешь в этом доме. Я, конечно, предполагал, что мы соседи, но не думал, что так близко.

Забавно, что еще утром пыталась выяснить об Артеме, а он был так близко. Странно только, что до этого момента не встречала Тёму раньше.

– Я приехал только вчера утром, – проговорил Артем, словно прочитал мои мысли. – Как только сдал последний экзамен по истории отечественного и зарубежного кино, сразу за руль и в Сосновку.

Я удивленно вскинула брови.

– Я учусь на режиссера. – Вы с Кириллом братья? – поинтересовалась я.

Они одновременно похожи, и в то же время нет. Я сравнивала их разные черты лиц: оба симпатичные, высокие, темноволосые и невероятно красивым накаченным телом. Черт!

– Уже успела познакомиться с Кириллом? – прервал мои размышления Артем. – Мы учимся на одном курсе и дружим с самого детства.

Ах, вот оно что! Теперь понятно, откуда такая бешеная фантазия у Кирилла и как в два смог сочинить такую байку в первую нашу прогулку.

– Что тут происходит? – раздался со спины голос Митьки.

Он заинтересованно смотрел на Тему, брат всегда подозрительно относился к незнакомым, хотя сам по себе очень дружелюбный парень.

– Мы пока просто разговариваем, – тоже мне спасатель выискался. Хотя не знаю, сколько бы я еще так смотрела на Тему. Возможно, что-нибудь и случилось. – Артем – тот самый парень, который вчера помог мне, – пояснила я.

– О! – тон брата моментально изменился и сразу же протягивал руку нашему новоиспеченному соседу. – Я Митька, брат Таси.

– Очень приятно, – отозвался Артем.

Не знаю, почему, но мне не хотелось отпускать Тему, по крайней мере сейчас.

– А я сегодня землянику собирала, зайдешь? У нас и чай вкусный есть, – затараторила я. – Класс, я как раз голоден, – восхитился Митяй. – Мить, ты и слона готов съесть, но оставь хотя бы для папы. А мог бы и сам со мной пойти. – В семь утра? Ну уж нет, я же не сумасшедший вставать в такую рань, – проговорил брат и покрутил пальцем у виска.

Артема только развеселили наши препирания. Мы прошли на веранду (в последнее время это стало нашим излюбленным местом для посиделок), я вынесла свежезаваренный карамельный ройбуш и миску с земляникой. Ягода зазывающе поблескивала в лучах заходящего солнца.

– Представляешь, Артем живет по соседству, – начала разговор я, обращаясь к брату.

Митька кинул взгляд на соседский участок.

– Ни фига себе! Неожиданно, – проговорил Митя с набитым земляникой ртом. – А Таська пыталась тебя найти. – Митя! – я зашипела на брата и с грохотом поставила кружку на стол, едва не расплескав чай. Надеюсь, что Тема не заметил моего смущения, однако с улыбкой взглянул на меня. – Ты же знаешь, что это не та тема, о которой стоит говорить, – мы всегда были с братом заодно, но иногда он выходил за рамки, и теперь мне хотелось, чтобы разговор вернулся в безопасное русло.

Митя продолжал дразнить, и я чувствовала, как его игривая энергия заражает меня. Время от времени такие разговоры были нам нужны, чтобы разнообразить повседневную рутину. Артем казался спокойным и уравновешенным, я взглянула в его сторону, заметив, как на его губах играет загадочная улыбка.

– Извини, забыл, что ты у нас такая чувствительная, – продолжал подтрунивать Митяй. Я попыталась сделать серьезное лицо, но хотелось треснуть брата пустой миской из-под земляники. Артем, заметив мою реакцию, мягко произнес:

– Не бери в голову, все нормально.

Я кивнула, но смущение не покидало. Чтобы отвлечься, решила допить чай, который уже остыл. Мне нравится, что Артем не придает значения подколам брата, а еще мне с ним... легко. Вот же черт!

Глава 11

Вечером мы допоздна сидели и болтали с Артемом, поэтому уснула я ближе к утру. Проснулась я когда солнце стояло в зените. С улицы доносился запах жареного мяса и пряностей. Переодевшись из пижамы в более или менее приличную одежду, спустилась во двор. Мне хватило одного раза, что Кирилл меня видел в ночнушке, повторения не хотелось.

– Пап, привет! А где младшенький? – О, доброе утро, сурок. Митя с Кириллом ушел гулять.

Вот же жук, и когда он успел подружиться с соседом.

– Заваривай чай, скоро будет готов шашлык, – проговорил папа, ловко переворачивая шампуры. – Отлично, – ответила я. – Как давно они ушли? – Часа полтора назад. Мы думали, что ты не проснёшься до вечера, – сказал папа с ухмылкой.

Я засмеялась. На самом деле, сама была до сих пор в шоке от того, что проспала так долго. Но аромат шашлыка, доносящийся из двора, действовал на меня как хороший антидот.

– Пап, а ты знал, что у нас новый сосед? – спросила я. – Ты про Артема? Это двоюродный брат Кирилла, – кивнул отец, делая глоток горячего чая. – Василий мне об этом еще в первый вечер нашего знакомства сообщил. – Странно, – задумчиво проговорила я, размешивая ложкой сахар в кружке. – А Кирилл ничего о брате не рассказывал. – А вы заводили разговор на эту тему? – Нет, я не заводила такой темы. – А почему ты завела об этом разговор? – заинтересовался отец. – Да просто...несколько дней назад Артем помог мне во время ливня, – начала я. Про то, что я тогда ходила к заброшенному дому, папе я так и не сказала, – а вчера узнала, что он живет у Кирилла и недавно приехал в Сосновку. – Вот как? – озадачился отец. – Значит, спаситель ваш нашелся. А я и не знал имени племянника Васи. Что ж, они воспитали достойных парней. – Прости, что? – непонимающе я уставилась на папу.

Тогда он мне пересказал, что Артем рос без родителей (правду причину так и не раскрыл), поэтому Галина и Василий воспитывали двоих ребят и не обделяли Артема. У него было всё, о чём мог мечтать. Кирилл и Артем с детства были вместе и даже не ссорились, только по пустякам.

Вот это да. Я даже и представить не могла такого. Главное, что у Темы была настоящая семья. Интересно, как он пережил это, ведь жизнь без родителей – всегда испытание. Галина и Василий вложили в парней не только заботу, но и ценности, которые очень важны в жизни.

Я улыбнулась, почувствовав, как на душе стало легче от того, что у Артема есть поддержка и понимание. Эти странные совпадения и связи между нами начали казаться не такими уж случайными.

***

После обеда я взяла в руки книгу и вышла на веранду. Дул теплый летний ветерок, вокруг шумели деревья.

Строчки в голову совсем не лезли. Я изредка поглядывала на соседний участок. Из дома вышла Галина. Она приветливо помахала мне рукой, и с садовыми ножницами подошла к своему садику. Я улыбнулась, помахала ей в ответ. «Какие же шикарные у них пионы», – тут же подумалось мне и снова погрузилась в книгу. Я пыталась хоть как-то сосредоточиться на сюжете, не отвлекаясь на собственные размышления.

На веранду вышел папа.

– Почему ты не идешь на речку? – поинтересовался он, присаживаясь рядом. Я закрыла книгу и он заметил обложку. – Хм, тебя так вдохновила земляника? – отшутился папа, увидев в моих руках книгу «Земляничный вор». – Нашла на чердаке. Мои старые книги уже не интересны, – ответила я.

Я вспомнила, что брата обычно не заставишь ни строчки прочитать. Зато тут начал разгадывать кроссворды – мозг тренирует.

– Послушай, – начала я, вновь раскрывая книгу. – «Любовь все меняет. Любовь сделала меня гораздо лучше. Это лишь мечта, которую им продали. И в ней заключена их надежда на отпущение грехов. Однако мир по-прежнему вертится, обремененный грехами и бедами».

Я немного замялась.

– Папа, а разве можно объяснить, что такое любовь? – вдруг спросила я, и сразу же покраснела от неловкости. – Интересный вопрос, – рассмеялся папа, потрепав меня по волосам. – Но ты же знаешь, это не моя сильная сторона. – Неужели последней женщиной, которую ты любил, была мама? – осмелилась спросить я.

Папа вмиг стал серьезным. Наверное, это была неуместная тема. Каждый раз, когда мы затрагивали тему о нашей маме, он выглядел довольно подавленным, словно воспоминания старили его вмиг на несколько лет.

Мамы уже давно нет в наших жизнях, когда она ушла от нас мы старались не спрашивать о матери по той причине, что воспоминания о ней приносили отцу слишком много боли.

За все эти годы у папы не было серьезных отношений. Он был погружен в свою работу. Когда я с Митей заметила, что папа одинок, мы даже пытались свести его с моей учительницей, но эта затея провалилась, когда та уехала в Москву к своему бойфренду.

Папа не ответил на мой вопрос и встал. В этот момент калитка распахнулась, к нам подбежал Митька. Кирилл поджидал брата по ту сторону забора. Митяй целенаправленно направился ко мне. Интересно, что они задумали?

– Привет, – сказал он, садясь рядом. – Что читаешь? – Мить, что тебе нужно? – буркнула я. – Знал, что Кира увлекается фотографией? – спросил он. – Нет, – пожала я плечами. – Прикинь, он привез классный пленочный фотоаппарат. – Я не очень в этом разбираюсь, – призналась я. – Он даже разрешил мне несколько кадров сделать, – похвалился Митя. – Даже пленки не пожалел. – Мм, какой щедрый, – хмыкнула я, покачав головой. Я взглянула на Кирилла, который по-прежнему стоял за оградой и жевал травинку. – Чего ты от меня хочешь? Я по твоему виду это вижу, что не просто ты здесь стоишь и устраиваешь тираду. – Мы нашли потрясающее поле с подсолнухами. Они там такие высокие, наверное, метра два. Кириллу нужно сделать портфолио. Станешь нашей моделью? – Я? – мне хотелось тут же вскочить. – Ну не я же, – разгорячился Митяй. – Ну а что? – разошлась я. – Ты высокий, импозантный. Ну-ка крутанись. – Сама крутись, – буркнул он.

Брат поднялся с крыльца, и я тут же схватила Митю за руку.

– Подожди, – вскипела я. Мне осень хотелось посмотреть на поле подсолнухов. – Почему Кирилл сам не попросит меня, чтобы я это...мм… позировала ему? – Не знаю, что у вас там было, – завелся Митя. – Общайтесь сами, я вам не посыльная собачка. Так ты пойдешь фотографироваться? Если не хочешь так и скажи. Только не мне, а Киру. – Ой, ну хорошо, только мне нужно переодеться.

Я поднялась, выбрала легкое платье, поправила волосы и подвязала платком, подкрасила ресницы, нарисовала стрелки и придала цвет губам с помощью блеска. Хотелось выглядеть достойно. Огляделась на себя в зеркало и поймала себя на мысли, что здорово было бы встретить Тему, когда я в таком… нормальном образе, а не как тогда: то перепачканная земляникой, то растерянная… Спустилась к ребятам и спросила: – Ну, как, нормально? – Неплохо, – ответил Кирилл, осматривая меня. – Спасибо за ваше великодушие, – сердито отозвалась я.

Митька скептически глянул на нас и устало вздохнул. Значит только ему можно доставать меня.

– Ну и теплый у вас отношения, – заметил Митяй. – Ну мы идем к подсолнухам или как?

По пути к месту, где планировалась фотосессия, Митька не уставал задавать Кириллу вопросы о его аппаратуре:

– У тебя есть ручная настройка выдержки и диафрагмы? А автоматический баланс белого? Объектив можно сменить? Ничего себе! Тась, слышала это? Я на днюху такой же хочу. – Слышала, не глухая, – ответила я. Интересно, как Кирилл собирается меня фотографировать, если между нами словно кошка пробежала? – Как думаешь, папа подарит? – не мог угомониться брат. – Заработай сначала, и литературу с русским подтяни.

Мы дошли до той самой поляны. Ослепительное вечернее солнце окутывало бескрайнее поле, усыпанное высокими подсолнухами. Эти яркие цветы сверкали, словно мы попали в сказочный мир, где природа творит чудеса. Углубившись в лабиринт золотистых подсолнухов, я шла первой, а за мной следовал Кирилл, оставляя Митьку позади.

– Вот здесь свет ложится просто великолепно, – произнес Кирилл спустя несколько минут, и я обернулась, заметив, как он настраивал фотоаппарат. Брата рядом не было. – И подсолнухи невысокие… – Где Митька? – спросила я, чувствуя настороженность.

Кирилл тоже осмотрелся вокруг.

– Без понятия, – ответил он, невесело пожав плечами.

Солнце продолжало светить, а поле вокруг наполнялось тишиной, в которой слышалось только мягкое шуршание листьев, создавая атмосферу таинственности и ожидания. Вот он у меня получит, если все это специально подстроил, чтобы примирить нас с Кириллом

– Стой так, – произнес парень, в его голосе была слышна решительность. – Так! Хорошо!

Я застыла в ожидании. Кирилл внимательно рассматривал композицию, а затем, приподняв фотоаппарат, щелкнул затвором.

– Митя поведал мне о том, что недавно произошло.

Я невольно нахмурилась. Вот же трепло!

– Вероятно, не стоило начинать этот разговор, – выдохнул Кирилл, заметив мое выражение. – У тебя сейчас такое лицо…

Я сразу как можно естественнее улыбнулась и наклонила голову:

– Ну это не вызывает у меня приятных воспоминаний, – произнесла я. – Как думаешь, что происходит в той усадьбе?

Кирилл сделал еще несколько снимков.

– Я пытаюсь не думать об этом, – ответила я. – К этому заброшенному дому я больше не подойду.

Кирилл продолжал молча делать снимку, ловя багряные лучи заходящего солнца. Я продолжила:

– Только не тащи с собой Митьку. Это может быть опасно. – То есть, что будет со мной, тебе безразлично? – Кирилл посмотрел на меня на сей раз не через объектив фотоаппарата.

Я смутилась, пытаясь найти объяснения.

– Ладно, Тась, расслабься, – улыбнулся он, искренне. – Брата твоего я в опасность не обижу и не потяну туда. Пойдем дальше? – предложил он.

Мы прошли сквозь поля подсолнухов, держась за руки, и вскоре потерялись в этом летнем вечере, полном волшебства. Кирилл внезапно остановился, и я едва избежала с ним столкновения.

– Вот! Встань сюда, – парень поднял голову и взглянул на вечернюю лазурь. – Мы его поймали. – Кого? – Вечернее солнце, словно затерялось у тебя в волосах. Потом на фотографиях увидишь…

Кирилл снова щелкнул затвором камеры. Затем подошел ближе и поправил мои волосы.

– Таська, — начал он, не отрываясь от фотоаппарата, – мне стоит извиниться. Я был немного груб, – Кирилл замялся, потому что я молчала. – Просто…не привык к такому...

Подозревая, что он говорит о своём обаянии, не смогла не усмехнуться про себя. Не все девчонки будут вешаться на него, уж я-то точно.

– Я тебе не нравлюсь? – смущенно спросил он.

Оу, всемогущий Кирилл умеет робеть перед девчонками.

– Ну, я хотела бы иметь друга, как ты. – Нет, – он покачал головой. – Я никогда не был во френдзоне. – Дружба – все, что могу предложить, – бурчала я. – Когда узнаешь меня получше, ты поменяешь свое мнение, – самоуверенно произнес он.

«Ну конечно, все девушки вешаются на тебя и падают штабелями. Самоуверенный индюк!» – с раздражением подумала я. Если он сейчас полезет целоваться… я ему дам леща. Когда из-за подсолнухов показался Митька, я была несказанно рада. В этот же миг резко отпрянула от Кирилла, на счастье, брат этого не заметил.

– Нет, ну вы что, серьезно? – разошелся Митяй. – Всего лишь завязал шнурок, а вы уже ускакали!

Кирилл рассмеялся, будто бы не замечая накалившейся атмосферы. Митька, с его наивным удивлением, явно не осознавал всей серьезности ситуации. «Мы просто говорили о солнце», – отбивался он, бросая на меня легкий взгляд с улыбкой. Я прикусила губу, стараясь скрыть замешательство. В такие моменты всё выглядело проще, чем на самом деле. Несмотря на недовольство, Митька уже начал рыться в рюкзаке в поисках перекуса. Кир, не отрывая взгляда от меня, снова поднес камеру к лицу. Его сосредоточенное выражение заставило меня задуматься, то он может оказаться не таким легкомысленным, как предполагалось. – Давайте сделаем несколько снимков, – предложила я, хотя внутри меня все еще бушевало. – И покончим с этим, а то начинает холодать. – А потом… потом посмотрим, что дальше. Может, ты и вправду изменишь свое мнение, – Кирилл игриво подмигнул мне и улыбнулся.

В этот момент воздух будто стал легче. Я снова взглянула на вечернее небо, раскрашенное оттенками оранжевого и фиолетового. Может, вечер действительно стал бы началом чего-то нового. Я решила отложить сомнения и просто наслаждаться моментом, пока на небе зажигались звезды.

Глава 12

На следующий день Кирилл и Тема где-то пропадали, поэтому я решила прийти к Ксюхе, та словно ошпаренная выбегает из дома и я вопросительно изгибаю бровь, глядя на нее. – Понимаешь, – начинает она. – можно у меня посидеть. Но матушка снова своих ведьм не собрала. Два шабаша в квартире – это, кажется, уже перебор.

Погода радовала солнечными лучами, и мы направились прогуляться по Сосновке. Тут мои глаза наткнулись на Игоря Сычева – он как раз пробирался к проклятому месту. Интересно, что он там забыл? Он же из Сосновки, разве не догадывается о том, что там произошло, или просто сумасшедший? Я слегка толкнула Ксюху в бок и указала на бывшего возлюбленного.

Ксюха внимательно посмотрела на Сычева, затем на меня. В её глазах читалась смесь тревоги и недоумения. – Зачем он туда идет? – прошептала она. Вот и почем мне знать? Я только пожала плечами.

Сычев продолжал двигаться, не замечая нас, как будто очарованный чем-то невидимым. Вдруг он остановился, присел на корточки и начал ковырять землю. Неужели он действительно хочет что-то найти? Ксюха зажала голову в руках, как будто пытаясь избегнуть неприятных мыслей. Игорь, на первый взгляд, выглядел, как всегда, но в его действиях была какая-то неестественность. Внутри меня закипала любопытность, и я не могла решить, правильно ли будет пойти за ним или лучше отступить.

– Давай подойдем, – пропищала Ксю, нервно теребя рукав кофты.

Я колебалась, но Ксюха, похоже, решила не ждать. Она шагнула вперед, а я, не успев опомниться, последовала за ней. Чем ближе мы подходили к Игорю, тем сильнее росла напряженность и подкашивались ноги.

– Игорь! – окликнула Ксюха, а её голос звучал тревожно, как будто она пыталась что-то предотвратить. Он резко обернулся, его нечто, что раньше я не замечала – смесь страха и одержимости. Как только Сычев увидел нас – бросил все и дал деру, так что только пятки сверкали. Его бегство лишь подчеркивало, что дело здесь нечисто и нам необходимо все разузнать.

***

Вот не зря мне этот Сыч сразу показался очень подозрительным, еще и шатался у старой усадьбы, черт знает зачем. Ксюха через своих девчонок разузнала, что Игорь намеревается через неделю ехать в город, для этого мне надо с ним сблизиться. Пока Тема и Кирилл пропадали, я начала план по охмурению Сычева. Думаю, свою девушку он смог бы свозить хоть до Луны. Например, наткнуться на Сыча можно было на дискотеке, которая будет завтра в доме культуры – там вся сосновская молодежь соберется. Как раз Ксюха звала туда, почему бы не воспользоваться моментом. Тем более, не думаю, что в платье и с макияжем Игорь узнает меня. Да и удрал он тогда, только потому что Ксеня его окликнула. Вот и разузнаем все его страшные тайны.

На следующий день, после захода солнца, музыка заполнила лом культуры. Я представляла себе, что Ксюха придет в кружевном платье, но она явилась в повседневном – шорты и футболке. Девчонки ее пришли примерно в том же. Это только я так вырядилась, хотя у меня была определенная цель – привлечь внимания Сыча. Пока девчонки вращались в танце, ребята с наслаждением толкаются у бара. Неплохо кстати в Сосновке живут, у них даже свой бар есть – правда безалкогольный. Некоторый пришли со «своим», так у некоторых парней можно было заметить блеск в глазах, словно новогодняя гирлянда и явно не от пузырьков лимонада. Сердце стучало в унисон с ритмом музыки. Я натянула улыбку и расслабилась. Танец за танцем, и я потерялась в толпе, когда вскоре увидела Игоря, стоящего в углу со своей бандой. Сейчас он совершенно другой, не такой мерзкий. Его смех даже, кажется, каким-то... притягательным. Ксюха по ходу не врала, что он может очаровать любую девушку, но увы, у меня другая цель. Я подошла к бару, чтобы освежиться и прийти к себя. Пока нервно теребила трубочку и потягивала лимонад, со спины послышалось чье-то дыхание.

Нервно вертя трубочку в стакане, потягивала прохладный лимонад, когда за спиной раздалось чье-то дыхание. Ощутив, как сердце забилось быстрее. – Привет, – обворожительно зазвучал голос Игоря. – Привет, – повернувшись, ответила я. Все же не узнал меня или... – Я – Игорь. Ну да, какая неожиданность. – Тася. – Потанцуем? – неожиданно предложил он. – Эм, кажется, медленный танец скоро закончится, – смущенно пролепетала я. – А ты только медляки танцуешь?

Игорь наклонился ко мне столь близко, что ощутила его дыхание, и сердце забилось быстрее. Взгляд его был проникающим, словно стремился читатель в тайные уголки моей души. Я растерялась, не зная, как ответить, и даже воздух вокруг стал тяжелым, наполняя пространство напряжением. Словно весь мир замер, сконцентрировав внимательность на этом единственном мгновении, где времени казалось недостаточно, чтобы преодолеть границу между нами. – Нет, не только… – В таком случае, я вернусь за тобой, – пообещал парень, и скрылся в толпе, так же неожиданно, как и появился.

Я осталась стоять на месте, ощущая, как сердце стучит в унисон с музыкой. Вокруг меня кружились пары, даже Митька с Ксюшей синхронно двигались под звуки музыки. Я пыталась понять, действительно ли он вернется, или это было всего лишь легкое флиртовое обещание, которое на мгновение наполнило пространство вокруг меня. Свет софитов мерцал, создавая волшебную атмосферу, и я вдруг поняла, что не хочу просто наблюдать за другими. Внутренний голос подсказывал мне, что нужно действовать. Я решила сделать шаг вперед, но вместо этого столкнулась с кем-то, и не колеблясь, поддержала равновесие. Это был незнакомец с улыбкой, которая излучала тепло. – Не передумала еще насчет танца? – обворожительно проговорил Игорь, его голос был приглушен музыкой, но в нем звучала искренность. Я кивнула, и, ощутив его уверенное прикосновение, погрузилась в ритм. В этот момент в свете танца и забыв о прежних сомнениях, я ощутила, что жизнь полна неожиданных поворотов. После медленного танца Игорь пошел к своей банде, а ко мне подошли, Митька, Ксюха и Тема.

– Кто это вокруг тебя вертелся? – спросил брат.

– Какой-то симпатичный парень, – съязвила я.

Ксюша всмотрелась в удаляющуюся спину Игоря и тут ее осенило:

– Ты что танцевала с Сычом? – О-о-о, – протянула я, – а я милого узнаю по колготкам, по юбке на стройных ногах... – Остерегайся теперь Маслову и Чернышеву, они два года вдыхают по Сычу, а ты в первый же вечер затусила с ним.

В оставшийся вечер Игорь так и не появлялся, да и вообще исчез из поля зрения. Возможно, со своими ребятами опять ошивался у старой усадьбы. Маслова и Чернышева тоже держались особняком.

На следующий день мне написал сам Игорь Сычев. Интересно, откуда у этого местного Дон Жуана мой номер.

Лаконичное «Привет, как дела? Давай встретимся». Ну да, а что я хотела еще увидеть. Его инициатива казалась мне тревожной. Что именно он хотел обсудить? Но мои опасения были напрасными. Он просто хотел ближе познакомиться. Так и прошли несколько. Митька знал о Сыче, естественно, все мрачные истории рассказали ему Ксюха и Кирилл. Переживания брата были вполне обоснованы. Однако он не знал, с какими я сблизилась с этим местным разгильдяем и, как там Ксю назвала его... сосновский Крис Хемсворт. Точно!

В очередную нашу прогулку я ненавязчиво спросила Игоря о планах на выходных. Сыч слегка замялся, все же обмолвился, что собирается в город. Я с охотой предложила составить ему компанию, мол, «вдвоем ехать будет веселее», добавив, что собираюсь встретиться с подругой. На самом деле, мне действительно хотелось увидеть Настю. У нас накопилось немало тем для разговора, и я просто передохнуть от сосновской атмосферы. К тому же, возможно узнаю, какого черта Сычев тогда делал у заброшенной усадьбы. А насчет папы и Митяя я что-нибудь придумаю.

Глава 13

Наутро к нам пришла Ксюха, узнав, что я еду в город с Игорем, заметно расстроилась. – Думала, тебя это обойдет стороной, – разочарованно проговорила она. – Казалось, ты не такая… Купилась-таки на чары Сыча? – Какая не такая? – вспыхнула я. – Маслова, Чернышева... да все в Игоря влюбляются, – проворчала Таня. – Но лично мне всегда казалось, что он самовлюбленный нарцисс. Да и к тому же его репутация оставляет желать лучшего. Не припомню, чтобы какая-либо из девушек задерживалась с Сычом надолго. Меня Игорь не интересовал, хотя со мной держался непринужденно и уверенно. Я не видела в нем какой-то огромной симпатии к себе. Иногда вообще казался отстраненным и безразличным. Будто отключался от всего происходящего. Когда я что-то рассказывала о себе, он слушал вполуха, ради приличия время от времени кивая головой. Возможно, у человека в жизни какие-то проблемы. Ну что я пристала, в самом деле? Я уже хотела сменить тему разговора, но тут в комнату ворвался Митяй. – Митька! – возмущенно вскрикнула я. – Что за привычка идиотская? Стучать разве не учили? – Да что у вас девчонок может быть: парни, косметика и все такое, – заехидничал брат. Ксюха засмеялась. – Слушай, а ты до конца лета собираешься игнорировать Киру с Темой? – А кто их игнорит? Все зависит от них. Если Кирилл продолжит вести со мной в том же духе, то обойдусь без его компании. – И все из-за какого-то Сыча... – запричитал Митяй, как бабушка у подъезда. – А Игорь тут причем? Это Кирилл позволяет себе слишком многое, с его глупыми шутками. – Кир – классный парень и хороший друг, – ответил брат, отвернувшись к двери. – Он когда-нибудь это тебе докажет. В отличие от твоей птички… Ты ещё увидишь! – и он вышел. Я тяжело вздохнула.

* * *

Когда вышла на веранду, Митя сидел и как ни в чем не бывала пил чай. Глянул на меня и кивнул в сторону калитки.

– Таська, это по твою душу. – Если что – на связи. Телефон с собой взяла, – я помахала трубкой смартфона и выбежала за ворота.

У калитки стояла коричневая иномарка. Интересно, как сосновский парень смог себе ее позволить? Я распахнула переднюю дверь и села на пассажирское место. – Привет, – дружелюбно улыбнулась я Игорю. – Доброе утро, принцесса! – в ответ тепло улыбнулся парень. – Ты просто великолепна сегодня. – Спасибо. У тебя отличная машина, – подметила я. – Это машина моего отца, – пояснил Сыч, выезжая с деревни. – Могу включить кондиционер? – Конечно, – сказала я. – Сегодня так жарко… – Верно. Не представляю, что будет в городе днем, – согласился Артур и сразу же нажал на кнопку какой-то крутой стереосистемы. В салоне зазвучала медленная музыка, радио «Европа плюс». Честно говоря, я предполагала, что мы будем обсуждать что-то по пути, но парень решил насладиться музыкой.

В дороге я задремала под монотонные современные песни, и когда открыла глаза, мы уже были в городе.

– Какие планы? – поинтересовался Игорь, убавляя громкость. – С подругой встречаюсь… – Я назвала адрес нашей любимой кофейни, где мы всегда проводили наши девичьи «Что? Где? Когда?».

Игорь по-птичьи присвистнул.

– Слушай, в центре сейчас начнутся сильные пробки. Ничего, если я высажу тебя у метро? – Хорошо, не вопрос, – отозвалась я. – Встретимся здесь в шесть, окей? Твой номер у меня есть.

Игорь припарковался рядом с входом в метро и тут же наклонился ко мне, чтобы поцеловать. Я инстинктивно отодвинулась, вжавшись в сиденье. Его лицо было слишком близко, и я ощущала его дыхание. – Все в порядке? – Не знаю, – ответила я, не отводя взгляда. За неделю все часто твердили, что нужно держаться от него подальше. – До вечера! – я вцепилась в ручки сумки, резко открыла дверь и выбежала из машины. Забавно, но сейчас город воспринимался совершенно иначе. Время словно ускорилось, я действовала на автомате: прислонила карточку к турникету, сбежала по эскалатору, зашла в вагон в середине вестибюля, включила музыку на телефоне. Здесь, среди скопления людей трудно поверить, что неподалеку есть Сосновка с размеренным темпом жизни, где можно на полянке неторопливо есть землянику, болтая с Ксюхой, зайти на барбекю к Галине, Василию, Кириллу и Артему. Кажется, я успела за это время по ним соскучится.

***

Едва я вышла из метро, как на меня налетел яркий ураган по имени Настя. Она – моя лучшая подруга, наша дружба началась еще в пятом классе, когда мы переехали в другой район и я сменила школу. Тогда нас и посадили за одну парту. Настя покрасила волосы в яркие цвета (к слову, идеально отражали её энергичный характер) и выглядывали из-под капюшона. Я всегда восхищалась ее смелыми экспериментами с внешностью, я же таким похвастаться не могу. – Привет! – выдохнула я, переводя дыхание. – Не убивай меня только! Прошу прощения за опоздание. – Где твоя привычная пунктуальность, Тась? – усмехнулась Настя. – Да думала меня прямо до кофейни подбросят, но пришлось спускаться в метро… – ответила я. – Офигеть, какая ты загорела! – с завистью заметила подруга. – Как будто с курорта. – А что ещё делать в деревне? – пожала я плечами.

Мы зашли в кафе, приятный холодок кондиционера окутал нас. Внутри почти все столики были заняты, но Юра, наш знакомый официант, всегда оставлял для нас место. Мы уселись в глубине зала и заказали кофе со льдом. Мимо нас прошел молодой человек, задев бедром спинку стула, стоящий рядом со мной.

– Извините! – проговорил тот. – Ничего страшного, – тихо ответила я, задвигая стул.

Я подозвала официанта и заказала еще огромную порцию мороженого.

– Ну как каникулы? – начала я. – Да ну, с этим поступлением… – произнесла Настя, катая по столу ложку с мороженым. – Пол лета насмарку. – Да, но ты сама говорила, что в твоем универе ищут активных студентов, как ты, – напомнила я, попивая свой кофе.

Настя тяжело вздохнула и посмотрела в окно. Мы вспомнили, как раньше проводили. Подростком быть легко, не то, что взрослым. Почему нам не говорили в школе, что это так ужасно? Раньше было действительно легче: время, наполненное хороводом эмоций, авантюрами и все вокруг кажется беззаботным. С возрастом приходит ответственность, о которой никто не предупреждает. А еще отношения. Вот как раз об этом Насте и рассказала: обо всем – об Артеме, Кирилле и Ксюхе...

– Ну и как он целуется, – подруга игриво заиграла бровями. – Кто? – потупила взгляд. – Ну твой ухажер, что тебя привез сегодня в город. – Сыч что ли? – Подожди, какой еще орел-петух? Мать, ты в Сосновке всех мужиков вокруг себя собрала? – Да нет, там все намного сложнее. – Я вся внимание, – подруга откинулась на спинку.

Я в общих чертах поведала подруге о последних событиях. Рассказала о том, как мы встретились с Артемом, о заброшенной мистической усадьбе и Игоре.

– Ну и что, с чего ты взяла, что он не просто гулял там? – подруга явно не верили в местные басни. – Я чувствую, что все не просто так, – произнесла я. – А Тема твой что? – подруга как будто хотела проверить, есть ли хоть какая-то тень неопределенности в моих чувствах. – Он не попробует как-то сблизится с тобой?

Я задумалась, вспоминая наши разговоры. Да, Артем всегда был рядом, забавный и внимательный, но внутри меня уже царила метель эмоций, и я не знала, как их распутать. Еще этот Игорь с этой запутанной историей. Чтобы его! – Да-а, ну и дела, – протянула Тася. – У тебя там не Сосновка, а «Расследования с Леонидом Каневским». – Перестань! Пойду лучше расплачусь. Прогуляемся, может что надумаем. Когда я вернулась, Наст на месте не было. Она вернула через пару минут с телефоном в руках. – Давид, – коротко кинула она. Тут меня посетила мысль, а что если написать Игорю, чтобы не ждал меня. Может Тема заберет меня, насколько известно, он тоже сейчас в городе... – Тась, – голос подруги вернул меня в реальность. – А где моя сумка? Я бросила ее вот сюда... на этот стул.

Я посмотрела на этот злосчастный стул, Настя наклонилась вслед за мной. Наши недоуменные взгляды встретились под столом. На полу ее тоже не было. Похоже, кто-то «свистнул» ее по пути. Я обреченно уставилась на табличку, где красовалась надпись: «Администрация кофейни не несет ответственности за личные вещи, оставленные без присмотра».

– Ты никого не видела около нашего столика? – обреченно спросила я у подруги. Настя печально покачала головой: – Вроде нет… я по телефону разговаривала, отвернувшись к окну. – Что в сумке было? – Так телефон здесь, в кармане. Вроде ничего особо ценного, – Настя начала перечислять, – ключи – дома оставила. Так, только немного косметики, расческа, проездной, наушники и… – Что? – насторожилась я. – У меня студенческий там был. Блин! – огорченно протянула подруга. – Ну, его можно восстановить, – уверенно произнесла я. – В конце августа просто сходи в деканат. – Угу, – согласилась Настя.

Сходили в кафе… Одно разочарование. Мы вышли на оживлённый вечерний проспект. Рядом с кафе в самом разгаре было представление, меня выловил мим. Он, глядя мне в глаза, притворился, будто собирает слёзы с щек и укладывает их на ладонь.

– Что это он? – Настя недоуменно смотрела то на артиста, то на меня. – Без понятия, – ответила я искренне. – Жуткий тип..и грим у него чудной.

Я потянула подругу за руку: – Давай скорее.

После этого мима меня не покидало внезапное чувство тревоги. Казалось, что должно нечто ужасное. Скорее виной был сам Сыч. Я позвонила Игорю и сказала, чтобы не ждал, так как поменялись планы, вместо этого написала Теме. Он мигом ответил.

Артем: «Ты где?». Я: «На Чкаловской». Артем: «Через 10 минут буду».

Мы стояли возле выхода метро, и я смотрела на людей, спешащих по своим делам. В голове крутились мысли о том, как быстро меняются обстоятельства. Внутри теплилась мысль, что Артем был надежен, а его присутствие дарит чувство уверенности.

Вскоре я услышала знакомый голос, и, обернувшись, увидела Тему. Он быстро подошел, одетый в свою обычную черную куртку и с легкой улыбкой на лице.

– Привет, – выдохнула я. – Привет, – удивленно сказал он. – Всё в порядке? – Да, всё в порядке, – ответила я, стараясь скрыть волнение в голосе. – Просто немного устала.

Тема внимательно на меня посмотрел, словно хотел разобраться в том, что на самом деле стояло за моими словами. Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– А что ты в городе делаешь? – Да вот, с подругой встречались, – только сейчас он заметил стоявшую рядом Настю. – Кстати, не подбросим ее домой, а то тут такая ситуация приключилась...

Когда сели в машину, Настя рассказала Теме о потерянной сумке. Он внимательно слушал, периодически кивая. Я заметила, как его взгляд иногда пробегал по улицам, словно пытаясь найти что-то потерянное.

– А может стоит заявить в полицию? – отозвался Тема. – Я сама виновата, оставила без присмотра, – устало сказала Настя, откидываясь на спинку сиденья. – Да и там ничего важного не было, все можно восстановить. – Главное, что вы в безопасности. Все остальное можно восстановить, – сказал он в конце.

Настя вздохнула, а я почувствовала, как тревога потихоньку отступает. Наличие друга в такой ситуации действительно помогало.

Мы подбросили Настю до дома, и в салоне воцарилась тишина. Я смотрела в окно, размытые огни города мелькали за стеклом, словно наши мысли о произошедшем. Тема пытался придумать что-то, чтобы развеять мрачное настроение.

– Может, заедем за кофе? – предложил он. Мы с ним обменялись взглядами: эта идея действительно могла помочь, хоть на миг отвлечься от неприятностей.

Мы сделали небольшую остановку в ближайшем кафе, Артем быстро сбегал и вернулся с двумя чашками горячего кофе и мороженым.

– Я не знал, какое ты любишь, поэтому взял лавандовый раф, – сказал он, протягивая мне стаканчик. – На самом деле, это мой любимый, спасибо. – А это для поднятия настроения. Фруктовое мороженое. – Как ты догадался? – спросила я, рука произвольно потянулась к стаканчику.

Я благодарно кивнула, чувствуя, как дух кофе окутывает меня теплом. Рука парня чуть дрогнула, отдавая мне креманку, но при этом мило улыбался. Мы сидели в салоне машины на парковке кафе и разговаривали. Артем внезапно сказал:

– Знаешь, я вырос без родителей. Галина и Василий заменили мне их. Мне так нравится наблюдать, как Андрей окружает тебя и Митю заботой и вниманием. А где ваша мама?

Я удивленно посмотрела на Артема, не ожидая такого вопроса. Его голос был полон честности, а глаза искренне. Я понимала, что этот разговор мог вывести на поверхность то, что долго носила в себе, но не знала, как правильно отреагировать.

– Ее нет, – просто ответила я. – Мне жаль… – О, не стоит. Она жива. Ее просто нет в моей жизни. Папа никогда не говорил – почему. Просто однажды она просто исчезла, как утренний туман, когда мне было лет пять. – Знаешь, я часто представляю, как могла бы выглядеть моя жизнь, если бы мама была рядом, – сказал он тихо, и я увидела в его глазах целую Вселенную непрожитых моментов.

Я не знала, что сказать, поэтому просто кивнула, стараясь поддержать его взглядом. Затем зачерпнула слегка подтаявшее мороженое. С первой ложкой я будто ожила. Артем потянулся к моей щеке, чтобы вытереть мороженое, и вдруг почувствовала, как у меня замирает сердце. Его прикосновение было слишком близким. Я смутилась и сжала ложку так, что мороженое вновь отдалось холодом в ладони. В его глазах читалось ожидание, как будто он ждал, что-то важное. Но слова застряли у меня в горле, словно не желая вырываться на свободу. Я ловила себя на мысли, что не хочу рушить этот момент, хоть он был полон неопределенности. Нежное тепло, исходившее от Артема. Я отвела взгляд на медленно тающее мороженое, оставляя капли сладости на губах, и вспомнила, как раньше такие моменты казались мне простой игрой. – У тебя мороженое осталось на щеке, – тихо произнес он, приводя меня в чувство. Я встретила его взгляд и сделала глубокий вдох. Снова он меня увидел чумазой. Что за черт! Я встретила его взгляд и сделала глубокий вдох. – Ну что, поехали на дачу? – Да, папа и Митяй, наверное, уже волнуются. Со мной ведь вечно что-то случается. – Я заметил, – Артем улыбнулся, включил зажигание машины и немного добавил громкость музыки на радио. Так под мелодичные песни город остался позади, а солнце пронзало сквозь листву, создавая игру светотеней.

Глава 14

Когда мы приехали к нашему участку, Артем немного помедлил и чтобы разорвать создавшуюся тишину сказал: – Вот мы и приехали.

Шумные деревья, легкий ветерок и запах свежей травы. После шумного города в Сосновке казалось тихо и спокойно, особенно рядом с Артемом. Он приблизился ко мне и нежно заправил выбившуюся прядь волос Я замялась, чувствуя, как сердце забилось быстрее. На мгновение мне показалось, что время остановилось, и мы остались вдвоем в этом тихом уголке мира. Никакой суеты, никаких забот. Просто я и он. – До завтра, – кинула я и как можно спокойнее пыталась пройти до веранды. Но там меня ждал еще один сюрприз в виде Кирилла.

– Привет, – натянуто улыбнулась я. – Ждешь кого-то? – Привет. Жду, если честно, то тебя. – Меня? – озадачилась я. Интересно, что ему нужно? – Пройдемся? – предложил Андрей. – Эээ, – я замялась. – Давай.

Мы, не сговариваясь, пошли в сторону речки. Деревья над головой тихо шумели. – Тась, ты какой-то нервная. – Зато ты, походу, на антидепрессантах, – огрызнулась я. – Эмоции нужны, чтобы общаться и понимать друг друга. Об-щать-ся. Слышал о таком? Мы дошли до реки, я скинула обувь и немного зашла в воду. Нагретая за день водная гладь оказалась горячей… – Так что ты хотел сказать? – спросила я. – Тась, мне Митя все рассказал. Ты не должна общаться с Сычом. – Это еще почему? – я тут же нахмурилась. – На то есть причины. Правда, пока не могу рассказать. – Но раз не можешь, то не надо. И вообще, я большая девочка, сама разберусь, с кем общаться и дружить, – я нахмурилась. Чуть не добавила «без надутых индюков», но тут же прикусила язык. Я вышла из воды и немного потоптавшись босыми ногами на мокром песке, решила обуться. Шнурки предательски не хотели поддаваться в темноте. Кирилл подошел ко мне и присел на корточки. – Что ты делаешь? – я растерянно пролепетала. – Ну как что? Помогаю тебе обуться, а то мы так до утра не уйдем отсюда. Когда Кирилл закончил со своими манипуляциями, поднялся и стоял напротив меня. Он наклонил голову и внимательно посмотрел в глаза.

– Спасибо, – смущенно проговорила я. – Не за что, – Кирилл искренне рассмеялся. Было приятно впервые за столько времени услышать его смех. Не смогла удержаться и тоже широко улыбнулась.

Кирилл первым пошел с берега и направился в сторону наших дач. Я какое-то время растерянно стояла на месте, глядя ему вслед, а затем поторопилась за парнем. Он, не сбавляя шаг, странно покосился на меня. Поэтому я кинула: – Люблю много ходить пешком. Правда, в Сосновке много не погуляешь. Однако, по лесу по полю... но страшно. – Ага. Я вот до института хожу пешком. Он находится в пяти километрах от дома. Еще постоянно захожу в небольшую кофейню по пути, а рядом книжный – люблю смотреть, что нового появилось. Это такой некий ритуал. Думаешь, это странно?

Я не ожидала такой откровенности от Кирилла, поэтому не сразу нашла что ответить. – Нет, только если немного. А где ты учишься? – я-то знала, что он на режфаке вместе с Темой, но хотелось услышать от самого Кирилла. – В горнотехническом техникуме, – бросил он. – Эм... неожиданно. Мы подошли к нашей калитке, Кирилл спросил, опираясь рукой об забор: – Обещай, что подумаешь над моими словами? Я, потупившись, уставилась на него. – Я имею в виду про Сыча. В нашем домике в коридоре кто-то зажег свет. – Кирилл, пойми, что прекращу общение с человеком только в том случае, если сама этого захочу. Доброй ночи! Тут из-за двери появился Митька:

– Тась! – крикнул он, выходя на веранду. – Да иду я уже, иду – пробубнила я. На самом деле, я была рада, что Митяй так вовремя появился. Не надо было продолжать этот бессмысленный разговор с Кириллом. Я обернулась на пару секунд. Тот уже медленно брел к своему участку. Я кинула взгляд на соседскую дачу: в одном из окон загорелся свет и освещал фигуру Темы. Мои щеки мигом обдало жаром. Черт! И почему мое тело так странно реагирует на него.

– Тась, и где тебя носит? – проговорил брат. – Где-где? В Караганде, – огрызнулась я. Что-то часто в последнее время препираюсь с людьми. К тому же близкими. Я облегченно выдохнула, пытаясь успокоиться. – Пошли лучше в дом.

***

Я открыла глаза и огляделась.

– Митя?

Тишина. Обычно слышно сопение брата, а тут…

– Митяй? – сонно повторила я и приподнялась с подушки.

Кровать пустовала. Митьки просто не было. Похитили? Иначе как объяснить то, что он проснулся раньше меня? Не припомню, чтобы такое происходило. Я даже посмотрела на пол, вдруг случайно упал с кровати? Но нет. Брат действительно проснулся с рассветом и куда-то улизнул, не предупредив меня.

Я вышла, в доме было непривычно тихо.

– Ау! Где все? – спросила я, в надежде, что кто-то сможет мне ответить.

Но в ответ была тишина. Наскоро позавтракала и побежала к берегу реки. Честно говоря, я даже не вглянула на часы. Разве можно было в городе забыть о времени? Однако по ощущениям, было еще совсем рано. С реки поднимался густой сизый туман. Издалека заметила надувную лодку, на которой горделиво сидел отец, а Митька забавно суетился, ловя рыбу. Похоже, у него как раз клюнуло. Интересно, откуда у них лодка? Ничто не нарушало умиротворяющую тишину утра на реке. Я стояла на берегу, скрестив руки на груди, и глядела на своих рыбаков. Прошло не так много времени и брат меня все-таки заметил. Я помахала Мите и жестом показала на руку, изображая вымышленные наручные часы. Мол, долго вы еще? Тогда довольный Митяй стал изображать, будто уже гребет к берегу. Папа в самом деле взялся за весла. Митя стоял, поставив одну ногу на нос лодки, словно бывалый штурман-моряк. Он приложил козырьком руку ко лбу и смотрел в мою сторону. В другой руке у брата был садок с огромной рыбиной, которую я смогла рассмотреть даже с берега. Папа сосредоточенно работал веслами, создавая брызги, которые сверкали на солнце. Я зашла в воду, придерживая юбку, когда наконец, лодка начала медленно приближаться к берегу, и я почувствовала прилив радости. В этом уединении, вдали от городской суеты, все казалось таким простым и настоящим. От этого умиротворения я даже ненадолго прикрыла глаза.

Когда лодка достигла берега, Митя выпрыгнул, как будто победитель с пьедестала, и с гордостью протянул мне свою уловку. Я, смеясь, похлопала его по спине, не в силах сдержать восторга. Рыба была огромной, и ее чешуя переливалась на утреннем солнце. Улыбки на наших лицах говорили больше, чем сотни слов. И папы улов был, конечно же, солиднее. Поэтому отправились домой, чтобы устроить полноценный рыбный день. Из пойманного Митькой карпа приготовили наваристую уху с рисом, картошкой и морковь. Пока мы с братом занимались чесночно-соевым маринадом для семги, папа во всю трудился над супом. Поэтому с кухни доносились настолько аппетитные запахи, что захотелось тут же вооружиться ложкой и попробовать уху. Мы с братом переглянулись и, почувствовав, как желудки уже начинали протестовать, попытались тщетно удержать терпение. Время тянулось, но запах все более заманчиво манил к кастрюле, даже пока мы жарили семгу на мангале. Наконец, папа, проверив готовность, разлил суп по тарелкам. Уха удалась на славу, и мы без остатка наслаждались ужином. Когда с едой было покончено, я увидела за нашим забором Игоря, из груди невольно вырвался вздох разочарования. В голове крутились слова Ксюхи, брошенные невзначай: «Поверь, он от тебя теперь так просто не отвяжется…». Как бы намекнуть Сычеву, что я больше не хочу продолжать общение?

– Пап, я сегодня ненадолго, – кинула я.

Громко хлопнув дверью, уверенно направилась к калитке. Однако с каждым шагом моя решимость постепенно исчезала. Обычно Сыч стоял, небрежно облокотившись об забор. Теперь он выглядел каким-то потерянным, сутулым и подавленным. Стоял словно… побитый?

– Извини. Я не планировал сегодня приходить, – произнес хрипло он. – В таком состоянии. Но чтобы не возникло потом никаких недоразумений между нами…

Я открыла калитку и внимательно разглядела его лицо в сумерках.

– Игорь, что случилось? Кто это с тобой… так?

У Сыча была разбита губа, а под глазом, даже в сумерках, виднелся здоровенный фингал.

– А главное, за что? – вырвалось у меня неожиданно.

Игорь бросил взгляд на дом Темы и Кирилла. Я поймала его взгляд и оглянулась. На соседнем участке никого не было. Что это значит?

– Не хотел бы говорить об этом здесь, – тихо сказал он. – Ну что ж, давай отойдем, – согласилась я, выходя за калитку.

Мы направились по узкой тропинке в сторону леса. Игорь шёл быстро, а я с трудом успевала за ним. Надо бы запомнить дорогу от дачи…

– Только пообещай, что веришь мне, – произнес тот, не оборачиваясь.

Я нахмурилась. К чему он это говорит?

– Давай, рассказывай, что у тебя произошло? – подтолкнула я его. – Если бы не ты, ничего бы и не случилось, – горько ответил он. – Но без обид, Тась! – Что? – удивилась я, обгоняя его. – О чем ты вообще? – Разберись со своими ухажерами, – проворчал Сыч, касаясь разбитой губы. – Это Кирилл? – ахнула я. – Не имею понятия, как его зовут, – сказал Игорь, поморщившись. – Честно говоря, мне это не интересно. Этот тип был с тобой на танцах. Напал на меня без причины, причем сзади. Я тогда не ожидал. Только трус так поступает…

Наконец мы остановились. Я осторожно прикоснулась к царапине на щеке Сыча.

– Очень больно? – с сочувствием спросила я. Тот лишь поморщился в ответ. – Я скажу ему! – меня обуревала злость на Кирилла. Неужели он возомнил, что ему все дозволено? – Перестань. Это ничего не изменит, – с отчаянием покачал головой Игорь. – Лучше было бы тебе перестать общаться с этим отбросом. Обещаешь?

Я промолчала.

– Не могу этого обещать, – наконец выдавила из себя я.

Лицо Сычева исказилось от злости. – Почему он так себя ведет? У вас что-то было? – спросил он.

Я недоуменно посмотрела Игоря: – Что? Ничего между нами не было, – возмутилась я. Еще чего не хватало. Да и какая вообще Сычу разница. – Извини, я ничего не понимаю, – признался Игорь, покачав отчаянно головой.

Ага, мне бы теперь что-нибудь понять. – Определись, с кем ты хочешь быть, – добавил он серьезно. – Твои колебания уже приводят к серьезным последствиям...

Сыч указал на свое лицо. Да, Таисия Андреевна, из-за тебя парни дерутся.

– Надеюсь, ты больше не подойдешь к этому… существу, – с раздражением произнес Артур.

Я тут же возразила: – Почему вы решаете за меня, с кем общаться? – Тася, ты слышишь себя? – воскликнул Игорь. – Этот псих мне ребра сломал! Он опасен! Но я так просто этого не оставлю. С этими словами Сычев схватился за свои, как он утверждал, поврежденные ребра и поморщился от боли. Словно в его теле застряли острые иглы, вызывая вспышки боли с каждой попыткой пошевелиться. – Как мне теперь заниматься делами с таким фейсом? – Мне очень жаль... – Тебе жаль… – с недовольством отозвался Игорь. – Думаю, это недоразумение, и Кир должен принести тебе извинения… – начала я. – Мне не нужны его извинения, – он мотнул головой. – У меня такие связи... Поверь, если я увижу этого петуха рядом с тобой, то... В глазах Сычева промелькнуло что-то дьявольское. Мне это не понравилось. В этот момент Игорь протянул ко мне руку. Я непроизвольно попятилась назад. – Тась, ты чего? – озадачился он.

Луна скрылась за облаками. В полумраке его лицо с распухшим глазом казалось чужим и угрожающе злобным. Я огляделась. Мы находились на малознакомой мне опушке, которую окружали высокие деревья. Вмиг меня охватило волнение.

– Игорь, – помедлила я, – мне нужно уйти… – Куда? – вяло ответил он, не сводя с меня взгляда. – Надеюсь, ты не собираешься сейчас к этому негодяю? – и сделал несколько шагов ко мне, на его лице появилось новое пугающее выражение. Я резко повернулась и что было мочи рванула с опушки. Шум высокой травы под ногами нарушал ночную тишину. Шур-шур-шур… Судя по всему, Игорь остался на месте, но я все же ускорила шаг. Даже, когда скрылась из виду, беспокойство не покидало меня. Почему Кирилл так поступил? Какой черт его дернул? Неужто простая симпатия ко мне и неприязнь к Сычу могли привести к жестокому поведению? Если это так, то я честно не понимаю Кирилла. Зачем он проявил такую жестокость к Игорю? Даже с учетом того, что сейчас он меня пугал до чертиков. Я продолжила бежать, прислушиваясь гнетущему молчанию. Позади меня, казалось, двигались мрачные тени.

Глава 15

Кирилл, Артем и Митька сидели на берегу. Они что-то бурно обсуждали. По дороге я так накрутила себя, что не терпелось высказать все свои претензии Кириллу. Впервые из-за меня пострадал человек, но в том что произошло с Игорем есть отчасти и моя вина. Я корила себя, что не была жестче с Кириллом. Нужно было сразу поставить его на место. Теперь же… да у него нет никакого права размахивать кулаками. Мы даже не встречаемся. Я была не в себя от ярости, поэтому с силой сжала кулаки, ногти начали впиваться в ладонь. Какое он право имеет размахивать кулаками, если мы даже не встречаемся? Нелепый поцелуй, несколько подаренных букетов – и все, он возомнил себя ревнивым мужем? Ух, как я была зла!

– Кто мне объяснит, что это за фигня?! – громко выкрикнула я на весь берег, подходя к парням, которые сидели ко мне спиной. – Таська, ты о чем? – спросил Митяй, когда я оказалась рядом. – У него спроси, – бросила я, кивнула на Кирилла, которой сидел между братом и Артемом. – Подожди, Тась, объясни ты толком, – потребовал Митя.

Было неудобно разговаривать, когда я стояла, а парни сидели передо мной. Наверняка, в гневе я выглядела более угрожающе.

– А что я сделал? – дерзко спросил Кирилл.

С возмущением я ответила:

– Почему ты избил Игоря?

Митька недоверчиво посмотрел на приятеля. – Тебе об этом сам Сыч рассказал? Ну то, что я это я его избил его, – насмешливо проговорил Кирилл. – Знаешь ли, синяки на лице сами за себя говорят. Не получилось договорить со мной, решил действовать силой? – Да я даже не прикасался к твоему Сычу. – Ну конечно, он же сам об косяк приложился... как в фильмах. Так что ли? Кирилл продолжил безэмоционально сидеть, глядя на водную гладь реки, которая поблескивала в сумерках. В разговор вмешался Тема: – Это был я. – Прости, что? – мне казалось, что ослышалась. – Сыча побил я, Тась, – снова произнес Артем, глядя на меня.

Я ничего не понимала. Я снова накинулась на Кирилла: – Ты сюда и Артема втянул, – мне хотелось отвесить подзатыльник парню, но сдержалась. Кирилл только тяжко вздохнул, и я обессиленно опустилась рядом с Митяем. – Нет, я честно не понимаю. Вы что, мальчишки общаться не умеете? Зачем же сразу бить. Что ж вы как звери?! Нет, может я что-то не понимаю. Так объясните мне, балде! Я закрыла лицо руками. Кирилл безмолвно встал и молча пошел в сторону наших дач. Какое неуважение! – Молодец, Кир! Очень вежливо с твоей стороны, – кинула я ему вслед. – Таська, – брат обнял меня, пытаясь утихомирить. – Настоящий герой, не поспоришь, а как отвечать, – не унималась я, охваченная обидой. – Тася! – брат тряхнул меня. Я во все глаза смотрела на него. – Не говори ерунды. Слышишь? – Мить, ты понимаешь, что говоришь?! Если для тебя избить человека ерунда, то не знаю, о чем мне с тобой говорить. Ты просто не видел Игоря. Разве нельзя просто поговорить? Я до сих пор не могла поверить, что Тема и в правду дал в морду Сычу. Хотя в его случае, наверное, по клюву. Единственное, не могла понять – почему? Неужто дело во мне? Однако брат вскипел, поднялся и проворчал: – Сестренка, сама разбирайся со своим Игорем, он мне порядком уже очертел, – и пошел прочь с берега. – Ну и пожалуйста, – кинула ему вслед. – Вам даже со мной поговорить сложно. Я уткнулась головой в колени и почувствовала, как меня начало знобить. Я чувствовала на себе взгляд Темы. Не отрывая головы, я пробурчала:

– Ты чего еще здесь? Давай, иди уже к своим дружкам! – Тась, ты и в правду дуреха! Я не ответила.

– Кирилл же предупреждал тебя, что нельзя верить Игорю. – Что ты имеешь в виду? – я не понимающе посмотрела на парня – Сыч кого-то из местных пытался затащить в кусты. Сечешь? Теперь притворяется невинной овечкой. – Не может быть! – воскликнула я. – Я сам это видел, – продолжал Артем, его голос звучал настойчиво. – Он даже не скрывал, что подло поступил. А знаешь, как он это оправдывал? Что девчонка сама долго уламывала его, а он только хотел исполнить ее желание, затащив силой в кусты. Но при этом, звала на помощь. Чувствуешь не состыковку? А что Сыч тебе на это сказал? – Попросил разобраться с «женихами», – устало бросила я. Почему-то я верила Теме насчет Игоря. – Сволочь, – зло кинул Артем. – Он и в правду думал, что ты поверишь его спектаклю? Не зря я его отметелил. – Еще он запретил к вам приближаться... и сказал, что просто так не оставит. Я теперь беспокоюсь за вас...и за тебя, – при этом мои щеки обдало жаром. Вот черт! Почему Артем так действует на меня. – Не переживай, Таська. Разберемся! – в этот момент он заметил, что я дрожу, скинул с себя толстовку и набросил на меня. – Пойдем лучше, – ласково проговорил Тема и, приобняв за плечи, помог дойти до дома.

Глава 16

В комнате было не выносимо душно, несмотря на открытое окно. Я никак не могла уснуть. Луна заглядывала в окна, заливая молочным светом комнату. Она звала гулять с собой в печально-одинокой ночи. Я перевернулась лицо к стене, и кровать противно скрипнула. Лунные лучи гуляли по обоям. Уснуть так не удавалась. Я вновь сменила положение. Брат мирно посапывал, просто спит без задних ног. Его наверно и танком не разбудить. Эх! Я встала, а кровать снова издала противный звук. Скри-и-ип! Хотелось подышать воздухом. Я завернулась в плед и, спустившись вниз, вышла на веранду. Почему-то мысли унесли меня к Сычу. Каким же он оказался негодяем. Хотя чего я ждала, Ксюха меня предупреждала. Я же глупая, надеялась, что он сможет измениться. Боже, а что если я оказалась на месте той девчонки. Мамочки! Нет, даже представлять не хочу. И вообще нужно держать подальше от Сычева. Надеюсь, что он не заявится к нам... хотя даже если и появиться Митька после всего огреет его тяпкой. Я расположилась на кресле, прикрывшись пледом, и позволила себе на мгновение закрыть глаза. Ночь была теплая и звездная. Вдали слышались звуки ночи: тихий шёпот листьев, отдаленные охи ночных животных, которые будто делились друг с другом секретами. Мрачные мысли сразу улетучились. – Привет, – услышала я знакомый голос. Я открыла глаза и увидела Артема под лунным светом. Он смотрел на меня, опершись о забор, разделявший наши участки. – Ты чего не спишь? – пролепетала я. – Время детское, – улыбнулся он. Я пыталась припомнить сколько сейчас времени. Определенно было за полночь. Артем перебрался через забор и опустился на соседнее кресло. Я натянула плед повыше, так как чувствовала себя на редкость неловко в свой пижаме с мишками. Кто же знал, что я встречу тут Тему. Он посмотрел на небо. Мириады огней искрились на черном бархате, создавая ощущения бесконечности. Каждая звезда, казалось, хранила свои тайны, мечты и надежды. Иногда казалось, что они перешептываются друг с другом, делясь историями о далёких неизведанных мирах. Я же не могла отвести глаз от лица Артема. Как же странно он действовал на меня, но в то же время приятно. – В городе такого не увидишь, – первым нарушил тишину Тема. – Определенно, – шепотом подтвердила я. Мы снова ненадолго погрузились в тишину.

– Ты прости меня. Я столько наговорила сегодня на берегу. – Тась, не стоит. Ты же не знала, что там так все запущенно. К тому же, ты поверила мне, а не Игорю. Он накрыл мою руку своей. Что-то неуловимое летало в воздухе. Я все же собралась и посмотрела на Артема: – Так, – протянула я, – все же, почему не спишь? – Наверно потому же, почему и ты. – В комнате духота невозможная... – ...и в голову лезут непонятные мысли, – закончил за меня Артем.

Я попросила Тему подождать пару минут. Вскоре я вынесла чайник с земляничным чаем, лед и корзинку с овсяным печеньем. Так мы проболтали с ним почти до самого утра. Мне хотелось узнать больше о его жизни. Артем говорил с такой искренностью, что я не могла оторваться от его рассказов. Каждое слово звучало как откровение, и я чувствовала, что разгадка его характера зреет прямо на моих глазах.

Глава 17

Проснулась я от того, что Митька взял мое зеркальце и начал пускать в лицо мне солнечных зайчиков. Я поморщилась: – Митя, твою же за ногу! Я оглянулась и ошарашено посмотрела по сторонам. Оказывается я все это время спала на веранде, свернувшись калачиком. Под головой лежала подушка, от которой приятно пахло мужским гелем с ароматом хвои. Видимо это Артем позаботился. Так мило с его стороны. Вообще я планировала встать раньше всех, теперь же придется объяснять, что за перфоманс под открытым небом.

– Просыпайся, соня. Солнце уже высоко. Тут утром белочка приходила, просила передать вам презент, Таисия Андреевна, – веселился брат. – Мить, ты нормальный? Какая еще белочка? – Да Артем приходил. Что ты завелась сразу? Вон зайди на кухню, сразу поймешь.

Я сбросила плед и в одной пижаме прошлепала в дом. В кухне стоял букет: кустовые розочки, подсолнухи и спелыми ягодами – солидаго и гиперикум. Я остановилась на мгновение, любуясь разноцветием цветов, их нежными лепестками, излучающими тепло и радость. Пятна желтого света от подоконника словно подчеркивали красоту букета, а сладкий аромат ягод кружил голову. Как легко собирать моменты счастья, даже если они кажутся столь простыми. Тут появился Митька: – Таська, у тебя гости! – проговорил он.

Я обернулась и увидела Ксюху. Боже, кажется, что я ее не видела уже сто лет. Столько всего случилось за каких-то пару дней. – Привет! Вот это букетище! От Сыча? – Да ну его... – У-у-у-у, – протянула Ксю. – Рассказывай, что там произошло. Митьку тут же сдуло ветром с кухни. Ага, не барское дело терпеть бабский треп. Я поставила чашку с чаем и поведала подруге обо всем, стараясь не упустить важное.

– Ой, а мы все гадали, кто твоему Сычу перышки начистил! – Он не мой, никогда и не был моих, – пробурчала я. – К тому же, мы не общаемся. – В любом случае ему идет, – не унималась Ксюха.

В этот момент в нашу дверь постучали. От неожиданности я подпрыгнула на стуле и сильнее вцепилась в чашку. Почему-то сразу подумала, что это Игорь решил объявиться. Как раз о нем судачили. Но нет, за дверью стоял озадаченный чем-то Кирилл.

– Митю позови, – попросил он. – Во-первых, привет, – откликнулась я, отойдя от оцепенения. – Что случилось? – Пока ничего, – неопределенно отозвался тот. – Позови брата.

В смысле«пока нет»? Меня это не на шутку встревожило.

– Может, пройдешь? – решила проявить я гостеприимство. – Нет, я на веранде подожду. Спасибо за приглашение, – отозвался Кирилл, заметив Ксюху, коротко кивнул ей и вышел. Хм... Если он перед подругой отказался порисоваться, значит дело пахнет жаренным. – Мить! Митя, тут к тебе пришли! – пародировала я брата. Тот не отзывался. – Я сейчас, – кинула я Ксюхе. Я поднялась в комнату. Митька, развалившись на кровати, слушал музыку в наушниках и играл в телефон. Я скинула наушники, там во всю орал Рамшайн. Ну конечно, поэтому он глухаря и словил. Ни черта не слышит. – Там Кир тебя ждет… Лицо брата в миг поменялась. Стало таким же, как и у Кирилла. Брат быстро обулся и пулей слетел вниз. Я следом побежала вниз: – Кто-нибудь мне объяснит, что происходит? – кинула я вдогонку. – Не могу, – бросил брат и убежал. – Как мне надоели эти секреты, – не на шутку рассердилась я и плюхнулась на стул.

Ксюха молча стучала по стенке чашки, размешивая невидимый сахар. Если бы не этого, то в доме стояла бы угнетающая тишина. Но на улице никого не было. Я пригляделась: жирный жук, прилетев на свет, бился в стекло. Его тёмные крылья издавали настойчивый звук, словно кто-то очень хотел выбраться, но не знал, как. Каждое его столкновение с прозрачной преградой напоминало борьбу не только за жизнь, но и за свободу. – Знаешь, Тась, мне кажется, они пошли в заброшенную усадьбу. Надеюсь, они скоро вернутся, – проговорила Ксю.

Я вскочила с места и схватила со спинки стула бомбер. Натянула ее прямо на сарафан, наскоро завязав волосы в пучок. – Не могу сидеть сложа руки! – ответила я, уже направляясь к двери. Усадьба была местом, полным тайн, и мысль о том, что они могли оказаться там, не оставляла мне покоя. – Подожди, ты знаешь, как там опасно! – закричала Ксю, догоняя мне. Страх подруги только подстегивал меня; я чувствовала, что должны найти их, прежде чем станет слишком поздно. – Ты сумасшедшая, – парировала Ксюха. Я же оставила ее комментарий без ответа. Да и что ответить.

На улице нас встречал вечерний ветер, несущий с собой запахи леса и далеких звуков. Я быстро шла по тропинке, забыв о предостережениях. Тишина вокруг казалась тяжелой, нарушаемой лишь шорохом листьев. Словно сама усадьба ожидала нашего прихода, таила в себе что-то зловещее и манящее одновременно.

Глава 18

Вдалеке раздался жалобный вой собаки... или же это был волк? Я решительно шагала в сторону усадьбы по неосвещенной разбитой тропинке. Ксюха плелась следом.

– У меня ноги от страха подкашиваются, – пожаловалась подруга. – И под ложечкой сосет… Тась, а что за ложечка, ты не знаешь? Где она находится?

Я немного притормозила: – Ну, у тебя же сосет. Тебе виднее!

Подруга будто прислушалась к себе.

– Вот тут все от ужаса сжимается в большой комок, – ткнула она пальцем куда-то под ребра. – И еще тошнить начинает… – Ты можешь вернуться домой, – спокойно ответила я ей. – Я же тебя не силой туда тащу. – И отпустить тебя одну?! Ну уж нетушки!

Я вздохнула, слегка раздражаясь: – Ладно, давай просто дойдем до усадьбы, – сказала я, стараясь звучать более уверенно. – Может, там мы поймем, что делать дальше.

Ксюха слабо кивнула, но на ее лице читался страх. Казалось, что не листья деревьев шелестели, а я слышу, как коленки подруги дрожат с каждым шагом. – Может, пока не поздно, вернемся? – вцепилась в мне руку Ксю. – Ну ты чего, мы почти дошли, – возразила я. Впереди уже виднелась заброшенная усадьба. Вокруг, естественно, не было ни души. Я прислушалась. Тишина. Только ветер играл с кронами деревьев. Со стороны леса доносились непонятные шорохи. Внезапно раздался крик ребенка. Сердце забилось чаще.

– Ты слышала? – насторожилась Ксюха. Она по-прежнему не отпускала мою руку. – Может, ну его?

Мы остановились посреди дороги. Конечно, мне тоже было не по себе. – А если тому, кто кричал, нужна помощь? – я совсем растерялась. Крик повторился где-то совсем близко.

– Нет, похоже, просто сова кричит, – быстро проговорила Таня. – Мамочки, как же страшно! Но меня не покидала мысль о Мите. Куда он ушел с Кириллом? Зачем он понадобился? Просила же по-человечески Кирилла не втягивать брата во все это! – Глянем одним глазком и, если что, убежим, – решилась я. – Быстро бегать умеешь?

– Тась, ты ненормальная, вот честно, – проворчала Таня и продолжала идти за мной, вцепившись в рукав толстовки.

Мы осторожно продвигались вперёд, стараясь не шуметь. Темнота обвивала нас, будто щупальца, и каждый шорох заставлял сердце биться быстрее. Чем сильнее подруга сжимала мою руку, тем больше это придавало мне уверенности. Неправильное решение? Возможно. Мы подобрались к усадьбе совсем близко. На цыпочках подошли к старой ветхой ограде. Ксю вытянула в темноте руки перед собой и проговорила: – Мне так страшно. Смотри, как дрожат! Если нас тут не прибьют за компанию, я тебя сама после всего угрохаю. В темноте её собственный голос звучал слишком громко, как будто нарушал тишину, накрывшую их. – Удачи достать на том свете, – съязвила я. – Пошли, не уверена, что это хорошая идея – оставаться на месте. Я нашла в заборе небольшую дыру и нырнула туда. – Ну ты идешь? – шепотом проговорила я. Подруга попыталась повторить мою манипуляцию, но раздался тихий треск. Я шикнула на Ксюху. – Прости, я юбкой зацепилась, – виновата проговорила та. Я закатила глаза, затем показала знак молчать.

Мы, пригнувшись, чуть ли не по-пластунски, доплелись до окна усадьбы. Естественно, оно располагалось выше нашего роста и заглянуть просто так не получится. – Давай, подсажу, – прошептала подруге. – А затем подтянешься с помощью рук.

Та замотала головой: – Давай наоборот! У меня руки там дрожат, что жуть. Еще упаду со страху. Я снова закатила глаза, но согласилась.

Все нужно делать самой. Боже, за что мне это! К моему удивлению, хрупкая Ксюха без труда смогла меня поднять. Нет, я, конечно не толстуха, но и пушинкой меня сложно было назвать. Я схватилась за запыленный угол в стене и подтянулась наверх.

– Давай только шустрее! – прокряхтела она.

Я пыталась что-то разглядеть в темноте. Темень, хоть выколи. Как... к-хем! Однако было пусто: только обгоревшие доски да балки. Кажись, кто-то в деревне говорил, что тут лет пять назад был пожар. Возможно даже это была Ксюха. Внезапно в усадьбе послышались шаги и появился чей-то силуэт. От этого сердце забилось чаще и перехватило дыхание. Я пригнулась, чтобы меня не заметили.

– Чёрт возьми… – донёсся голос Мити. Кажется, он неплохо так врезался в одну из торчащих деревянных балок. Он схватился за голову от неожиданности и, может, от боли, присел на корточки. Я вообразила, как вокруг его головы весело закружились звездочки, словно в хороводе.

Ксюха устала держать меня и спустила. Ну вот, на самом интересном! Мы спрятались в кустарнике.

– Что там было? Я слышала какой-то треск, – проговорила Ксюха. – Да так, ничего интересного, – я спряталась смешок в капюшоне свитшота.

Интересно, почему Митя был один? Где Кирилл? Внезапно с другой стороны участка донесся гвалт, отчего мы насторожились. – Пошли, – скомандовала я. – Не-а, мне и тут неплохо, – пропищала Ксю. – Ну тогда, счастливо оставаться.

Глава 19

Ксюха не успела опомниться, как я выскочила из нашего «укрытия» и поплелась вдоль облезлых стен к дверному проему. Я представила, как когда-то здесь стояла красивая резная дверь и сверкали медные трубы. Тени от облаков плясали по старым кирпичам, словно напоминая об ушедших временах. Ощущение, что сейчас, вот-вот, за дверью меня ожидала что-то волшебное, распирало внутри.

Я остановилась на мгновение, глядя на то, что осталось от былого великолепия. Под моими ногами трещала известка, словно обломки прошлых лет восставали из пепла. Серебристые полосы луны пробивались сквозь ободранные стены, и я не могла удержаться от мысли, что это место дышит. Дышит историей, залитой светом и тенями. Я нерешительно заглянула в соседнюю комнату. Там была мужская фигура: высокий, в темном спортивном костюме. Он стоял спиной, поэтому, как не старалась, не могла понять, кто это. Он копался в спине, разбирая ее кирпичик за кирпичиком, что-то старательно искал. Сначала я подумала, что это Сычов. Но Игорь был плотнее в телосложении. Поэтому эта версия отпадала. Внезапно этот кто-то подкрался сзади и зажал рукой мне рот. У меня сердце ушло в пятки. Я не могла пошевелиться. Я вспомнила все те ужасы, которые мы смотрели с Митькой... Моя паника нарастала, когда я почувствовала холодный запах его дыхания. Оцепенение охватило еще сильнее, когда неизвестный, крепко прижав к себе, потащил в ближайшие кусты. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его ритм можно было услышать на расстоянии. Ужас заполнил каждую клеточку моего тела. В голове метались мысли: «Почему это происходит? Кто он?».

В кустах хватка незнакомца ослабла, и он с силой развернул меня.

– Что ты здесь делаешь? – спросил меня Тема, строго мне в глаза. Оказывается вот, кто оттащил меня от заброшенной усадьбы. Придя в себя, я начала оправдываться: – Думала, что здесь может быть опасно, и... Я хотела добавить, «потому и пришла», но остановилась. Это однозначно, звучит глупо. Словно я оказалась персонажем одного из моих любимых мультиков «Союзмультфильма»: « – Не ходи туда, там тебя ждут неприятности! – Ну как же туда не ходить? Они же ждут!».

Артем по-прежнему внимательно смотрел на меня. Никогда еще не видела его таким серьезным и... злым одновременно. Да что здесь вообще происходит? Когда это все закончится, я Кирилла на британский флаг пущу за то, что еще и Митю втянул во всю эту историю. Вдруг куст, который был нашим убежищем, зашевелился. Рядом оказался Кирилл. Вспомнишь, к-хем...

– Все по плану! Они подъезжают, – выпалил Кир. После он увидел меня и вытаращил глаза. – А ты какого здесь делаешь? – Вот как раз узнавал у него, – бросил Тема.

Я окинула парней взглядом и спросила:

– А где Митя?

– Да что с твоим Митей сделается… Все с ним в порядке! – проворчал на меня Кирилл. Он был явно не рад моему появлению здесь.

Ага! Видела я его «в порядке», шлепнулся там обо что-то головой. Тем более, учитывая его «везучесть». Я немного потопталась на месте. Мальчики увидели это, и Кирилл бросил:

– Что еще! – Тут со мной еще Ксюха... Кирилл и Артем одновременно повернулись ко мне и, одинаково нахмурившись, буквально испепеляли взглядом.

– Ну и где твоя Ксюха? – спросил Артем, сложив руки на груди. – Там сидит, – кинула я на соседний кустарник.

Представляю, как подруга сильно напугана. Я ведь надолго ее бросила. Кирилл засмеялся:

– Что смешного? – я зло посмотрела на парня. – Теперь я понимаю, что значит выражение «рояль в кустах».

Я отсмеялась в рукав свитшота. Тема с Кириллом недовольно посмотрели на меня.

– Ну и чего мы ждем? – спросила я. Мне хотелось, чтобы они объяснили мне, что здесь происходит и план действий. Может мы с Ксюхой еще пригодимся им.

Парни переглянулись. Однако ответа на вопрос так и последовало. Видимо, пришлось долго все рассказывать.

– Как ты думаешь, успеют? – с тревогой поинтересовался Тема у Кирилла.

– Должны… – кинул парень без особой уверенности в голосе. – Но эта тварь, похоже, еще долго не управится…

Я решила не вмешиваться в разговор.

Над нашими головами тихонько шептали листья, словно делясь тайнами безмолвного леса. Легкий ветерок провожал их шепот, перемешивая шелест с громким щебетом птиц, которые, создавая мелодию, наполняли атмосферу таинственной мистики заброшенной усадьбы.

Вскоре мы услышали, как подъехал автомобиль.

– Вот он и попался, – довольно улыбнулся Кирилл. – Валим!

Я непонимающе посмотрела на ребят. Первым из «укрытия» выбрался Кирилл, за ним Тема. Тот, увидев мое оцепенение, потянул за руку: – Ну, чего стоишь?

– Бежим через лес, – на ходу бросил Кирилл, затем добавил. – Только на дорогу не выходить. Мы бежали в противоположную сторону от усадьбы вглубь леса. Здесь была заранее протоптанная дорожка, скорее всего местными. Если не ошибаюсь, то она вела к железной дороге. В этот момент послышался вдалеке гудок паровоза. Кроны деревьев скрывали лунный свет. В лесу стояла кромешная тьма.

Я резко остановилась:

– Подождите, А Митька? А Ксюха? – Не дрейфь. Они не пропадут. Брательник твой должен спрятаться в том же кусту, где подруга твоя сидела.

Артем потянул меня за руку, и мы следовали за Кириллом. Я не могла хорошо рассмотреть дорогу, мимо нас стремительно проносились темные стволы деревьев, а под ногами пружинил мягкий покров мха. Казалось, что мы оказались в каком-то лесном лабиринте… Я уже не могла сориентироваться, где мы находились. Возможно, в скором времени мы должны были выйти к нашим дачам. Просто пошли не напрямик, а более длинным путем. Однако мы выбрались на небольшую опушку. Деревья здесь росли не густо, и всё же, сквозь листву, пробивался нежный лунный свет, омывающий полянку. Кажется, совсем недавно здесь мы лежали и наслаждались с Ксюхой сладостью земляники. Однако, если бы я видела это при дневном свете, то могла бы подтвердить. В ночном сумраке опушка выглядела совершенно иначе. В кронах деревьях слышались приглушенные голоса птиц, столетний дуб важно покачивал ветвями.

Сейчас тут стояла заброшенная черная машина, угловато и мрачно высившаяся среди тихой природы. Кажется, именно на ней меня сбили тем дождливым вечером. Но точно не смогу сейчас припомнить. В тусклом сиянии луны время казалось застывшим, а оттенки прошлого сливались, создавая завуалированную картину, что окончательно ускользала из памяти. Парни уже хотели пройти мимо, будто оставленный кем-то автомобиль посреди леса, было само собой разумеющимся. Но я вовремя их остановила. Кирилл бросил взгляд на машину:

– Так вот, где он оставляет тачку!

Я внимательнее рассмотрела ее.

– Это она! Тема, помнишь, когда мы познакомились? На ней меня тогда сбили. Я уверена! Артем сначала посмотрел на меня, потом на брата.

– А кто сейчас в усадьбе? – угрюмо спросила я. – Ты не узнала своего любимого? – усмехнулся Кирилл. Я поняла его сарказм... – Игорь? – Сычев, Сычев, – недовольно проговорил Кирилл. – Тачка долго ему еще не понадобится.

Я почувствовала, как внутри меня что-то обрывается. Обида смешивалась с забвением, ведь каждый раз, когда я думала о нем, ощущала себя забывшей его как можно быстрее. Эти вечные игры разума и сердца становились невыносимыми. – Тем, а что ты в усадьбе искал? – Что-то мне подсказывает, что там хранение наркотиков в особо крупном размере, – сказал Кирилл. Мы продолжили идти к дачам. – Кажись, Ксюха говорила, что у него там связи какие-то... – Я тебя умоляю, – усмехнулся Кир. Я недоумевающе посмотрела на парня.

– У нас дядя работает в органах, – пояснил Тема. – Он там далеко не последний человек. – Так что полетят погоны с плеч бати Сычева. А у твоего Игорька будет крайне занимательная ночь, – не унимался Кирилл. – Сейчас только понятых найдут… – Перестань так говорить! Он не мой! – пробубнила я, перебив Кира.

Мы наконец выбрались из леса на какую-то разбитую проселочную дорогу. Видно, что парни не первое лето отдыхают в Сосновке. Я бы уже заплутала, особенно ночью… Но они уверенно шли, словно знали каждую кочку и ухаб. – На самом деле в городе уже давно были заинтересованы тем, что творится в Сосновке. Только не могли найти главного, больно гладко все было, – продолжал Кирилл. – А как вы поняли, что это Сычев? – поинтересовалась я. – Подожди, ты следил за ним? – догадалась я. Все же любовь к детективам дала свои плоды. – Следил, – сознался тот. – Мне этот Игорь сразу не понравился, больно странно он себя вел. Сначала я один за ним приглядывал, потом Артем с Митей подключились. Нужно же было вычислить, по каким дням и в какое время он к тайнику ходит. – С тобой он тоже не просто так общался. У них была одна хитрая схема, которую они время от времени проворачивали. – Помнишь, как у Насти сумка пропала? – напомнил Артем. – Мы пока не совсем поняли, но они подложили дозу. Кирилл с ехидной ухмылкой обнял меня:

– Поздравляю, Тась! Ты с подругой стали почетными наркокурьерами. Как он хорошо устроился! В случае чего – с него и взятки гладки. Мы не спеша шли по тропинке, Тема все это время не отпускал моей руки, отчего сердце в груди дико билось, словно было готово вот-вот выскочить. На горизонте показались Митяй и Ксю. Подруга тут же бросилась ко мне навстречу, а когда отлипла от меня, проговорила: – Я обещала, что после того, как этот кошмар закончится, грохну тебя? Господи, какого я страха натерпелась в этой твоей засаде! Если б не твой Митя… В общем, он мне все рассказал. Ребят, ну вы конечно! – Ксюха не могла подобрать слов. – Так прижучить Сыча. А Митька вообще получил боевое ранение. Настоящий герой!

Что еще произошло с братом? Неужели он участвовал в задержании? Я в тусклом свете фонаря вглядывалась в лицо брата. Однако, кроме шишки на лбу ничего не увидела. Я вспомнила, как он «поцеловался» с деревянной перекладиной. Все молчали, а Ксюха продолжала: – Ну и гад Сычев. Надо же было такую схему придумать! Отвадить сосновских от усадьбы. К ней же на расстоянии выстрела никто не подходил, а он там наркопритон устроил. Мы дошли до наших дач. Ксюхе позвонил отец, и она, поцеловав на прощание Митьку, убежала домой. – Знаешь, хотел извиниться, что я следил за тобой. Однако, вот как все обернулось и ты не пострадала. Ух ты! Кирилл признал свою ошибку? Он не переставал меня удивлять.

– Мир? – Кирилл, словно в детстве, протянул мне мизинец. – Чтобы не было недопонимания и ненужных обид. – Ребята, давайте жить дружно? – парировал счастливый Митька. Я протянула мизинец в ответ. Ну и хорош, не люблю я ссоры, когда на меня все время дуются – тоже не люблю. – Шуруй, давай, Леопольд! – со смехом поторопила я брата.

Эпилог

С окончания лета прошло несколько месяцев. В последний день августа мы нежно со всеми попрощались, оставив в душе теплые воспоминания о солнечных днях и неспешных вечерах. Нас окружали краски осени, но в сердце все еще яркий след лета. Золотые листья, шуршащие под ногами, напоминают о том, как быстро пролетело время. Все это время о Сыче я не вспоминала, да и незачем. После того как его поймали с поличным в Сосновке, ему грозит порядка 10 лет в тюрьме. Еще и отца подставил. Его лишили офицерского звания и уволили с работы.

Ксюха пока так жила в Сосновке, но часто бывала у нас в гостях. Теперь они с Митькой встречались. Они в комнате украдкой целовались и затем забавно смущались, словно маленькие. Эти мгновения приносили им счастье и детскую наивность, создавая их уникальную атмосферу, полную романтики. Да и брат сильно изменился, стал что ли более собранным и мужественным. Порой спрашивал у меня совета: что надеть на очередную прогулку с Ксю, что подарить, как лучше себя преподнести... Хоть нас разделяли несколько лет, но для меня он оставался до сих пор маленьким Митяем. Ох, и когда только успел вымахать?! Ни Артема, ни Игоря мы больше не видели. «В сети» они иногда появлялись, но молчали. Не писали ни мне, ни Митяю. Но тогда зачем был тот поцелуй на веранде в последний день лета?

Я бездумно смотрела на улицу через окно университета. Небо окрашивалось в пастельные тона синего, накрывая город сумерками. На деревьях блестело снежное серебро. Город будто замер в ожидании чего-то волшебного. Легкий ветерок шевелил снежный покров, создавая мелодию, которая напоминала шёпот далеких звёзд.

Люди, укутанные в теплые шарфы и пальто, спешили домой, оставляя за собой следы на рыхлом снеге. В витринах магазинов таились огоньки, вспыхивающие как искры. Из ближайшей кофейни доносилась рождественская музыка. Каждый уголок города напоминал сказочную декорацию, где зимняя сказка начинает своё повествование. От раздумий меня отвлекла моя одногруппница. Высокая кудрявая блондинка с бархатным приятным голосом. Она радостно улыбнулась: – Тась, опять в облаках летаешь? Идешь домой или решила заночевать в универе? – Да, Ник. Пошли. Мы спускались с Вероникой по лестнице, как я услышала знакомый мужской голос: – Таська! Я обернулась и увидела... Артема! – Тема? Что ты... что ты здесь делаешь? Он рассмеялся. – Я вообще-то здесь учусь. Помнишь, я говорил, что обучаюсь на режфаке? У Кира уже пары закончились – мы учим ся в разных группах, – пояснил парень. Я что-то смутно припоминала, что в одну из первых наших встреч в Сосновке Тема что-то подобное рассказывал. – Ты наверное занята сегодня, – проговорил он и посмотрел на мою одногруппницу. Ника быстро смекнула и, показывав взглядом, мол, я вас оставляю, попрощались и удалилась. Через минуту от подруги пришло сообщение: «Жду потом подробностей, как все прошло». Он продолжал улыбаться, и я заметила, как его глаза блестят от уверенности. Мы остались наедине. Никто из нас не решался разрушить словами. – Что думаешь насчет кофе? – первый начал Артем. – По-моему отличная идея!

Мы вышли из стен университета. Пахло свежим кофе, булочками и попкорном. В соседнем торговом центре суетились, народу было невероятно много. Все словно опомнились и кинулись покупать подарки близким – как обычно, Новый год наступил внезапно. И так было каждый год. Словно было неожиданностью, что приближения 1 января. Мы решили пойти в кафе на набережной, где было намного меньше суетящейся толпы. Погода была теплой для конца декабря. Дети, радуясь необычной погоде, резвились на снежных горках, смеясь и кидая комки снега, которые сразу же таяли на ладонях. В этот день многие решили прогуляться, наслаждаясь необычной атмосферой. Вы когда-нибудь заглядывались на падающий снег? Он хлопьями вьется в небе, подхваченный ветром, и уносится вдаль. , и кажется, что этот мир слишком тесен для всех снежинок. Ты думаешь, что этот снег, особенно самый первый, может принести что-то новое в вашу жизнь. Или кого-то нового… Кто растопит ваше сердце этой зимой… Мы с Темой разговаривали обо всем на свете и смотрели на редкие крупные звезды. Я с наслаждением вдыхала его парфюм, который смешивался с его собственным запахом. За лето он стал мне таким родным. Тема остановился и осторожно отодвинул прядь моих волос, которая выбилась из-под шапки, заставляя сердце забиться в бешеном ритме. Я заметила, как в темноте его глаза светятся, во взгляде мелькнула нехарактерная для него, всегда такого серьезного и непреклонного, нежность, и, не удержавшись, я первая потянулась к его губам Когда наши губы встретились, мир вокруг словно замер в бесконечности. Знаю, звучит банально, но я чувствовала, что кроме нас, никого больше нет. Его губы касались моих, словно нежные лепестки цветов, а его язык, так исследующий мой рот, пробуждал во мне забытые желания. Он мягко покусывал мою нижнюю губу, вызывал во мне океан чувств, и в этом вихре эмоций я могла думать лишь о нём. Боже, почему это было так восхитительно? Казалось, что звёзды вокруг нас разрываются яркими фейерверками, возможно, это были предновогодние салюты, что осветили нас искрящимися огнями. В этой волшебной мгле все звуки стихли, а время остановилось, оставив лишь наше дыхание и стук сердец, сливающихся в единую симфонию. Всё остальное потеряло смысл – лишь мы, застывшие в этом волшебном моменте.

Это был какой-то невероятный миг предновогоднего чуда. Нет смысла любить кого-то, если у тебя нет намерений сделать эту любовь вечной. Наверное, чудеса подсказывают нам, что мы идем верной дорогой, особенно если выбираем любовь.