Эргоном: Восхождение берсерка

Глава 1

К концу перелёта девушки успели задремать. Видимо, сказался стресс. Проснулись, только когда шасси коснулись взлётной полосы, и самолёт основательно встряхнуло.

- В чём дело?! – взвилась Марта, бледнея. – Мы падаем?!

- Нет, приземляемся, - ответил я. – Прилетели.

- Серьёзно?! Уже?

Марта и Есения припали к иллюминаторам. Когда самолёт замер, мы спустились по трапу. Прибывших ждали такси – небольшие фургончики. Нам тоже хватило машины. Загрузив багаж, выехали с аэродрома и покатили по Златоусту. Город ещё с высоты показался мне меньше Камнегорска. Теперь я тоже так считал. И здания в нём были пониже, и улицы поуже. А вот крепостные стены ничем не уступали. И орудия на них стояли весьма внушительные. В небе же кружили коптеры и дроны. Ну, тут картина знакомая.

Гостиница, куда нас отвёз таксист, располагалась почти в центре. И стоил номер немало. К счастью, я мог себе его позволить. Падшие решительно воспротивились тому, чтобы жить отдельно.

- Какой тогда смысл в нашем присутствии, господин барон?! – возмутилась Марта. – Мы не сможем вас защитить, находясь в соседнем номере! Здесь три комнаты. Мы поселимся в первой. Отлично устроимся. И будем всегда начеку.

Она была права, так что спорить я не стал. На самом деле, охрана действительно должна быть при объекте. Иначе не стоило и брать девушек с собой.

- Мы нечасто будем здесь находиться, - сразу предупредил я. – У нас полно дел. И я рассчитываю на вашу помощь – не только на охрану.

- Мы готовы! – кивнула Есения, взглянув на начальницу. – Верно, Марта?

- Само собой. Всё, что прикажете, господин барон.

- Лучше и не скажешь. Сегодня я постараюсь договориться о встрече с владельцем или директором завода по производству агриков. Нам понадобится большая партия. У меня с собой снятые с бойцов мерки. Можно было просто переслать их, но я решил, что лучше слетать самому. Установить личный контакт. Так что сейчас засяду за телефон, а вы раздобудьте обед.

Пока девушки занимались моим поручением, с коим справились довольно быстро, я обзванивал заводы, пользуясь телефонным справочником. Удалось связаться с директором одного из них. В принципе, мне было всё равно, кто это будет. Шувалов уверил меня, что все мастерские гильдии кузнецов Златоуста одинаково хороши. Контроль качества и страстное желание держать марку не позволяли им халтурить. Так что я договорился о встрече на шесть вечера. Время ещё оставалось, и мы отправились в автопрокат нанять бронированный внедорожник на несколько дней. С этим проблем не возникло. Заодно посмотрели город. Как и Камнегорск, он был разделён на сектора, но другим образом. Стены опоясывали центр, как в средневековом замке. Только их было гораздо больше. И стояли они друг от друга на большом расстоянии.

Разделения на цвета я не заметил. Пешеходы выглядели вполне обычно, яркие волосы встречались крайне редко. Шёл дождь, и большинство несло зонты или было укутано непромокаемым плащами.

Скоротав время, мы направились к зданию завода. Припарковавшись на стоянке, зашли внутрь, где пришлось подождать, пока о нашем прибытии сообщат директору. Я глядел в оба, стараясь зафиксировать в памяти всё, что можно. Наконец, в холле появился круглый лысый коротышка в очках. Одет он был в прекрасно сшитый серый костюм, поверх которого носил синий халат.

- Добрый день, Ваша Милость! – поклонился он, одновременно пожимая мою руку. – Какое счастье видеть вас лично! Нечасто люди вашего положения прилетают в Златоуст. Это ваши спутницы?

- Мои телохранители.

- А, понимаю! Ну, здесь в них нет нужды. Впрочем, если угодно, можем взять их с собой, - коротышка расплылся в широкой улыбке и вдруг спохватился: - Боже, как я невежлив! Забыл представиться! Прошу прощения. Карп Владимирович.

- Николай Скуратов. Марта, Есения, - представил я девушек.

- Сударыни, - директор поклонился, хоть и гораздо ниже, чем мне. – Ваша красота освещает это помещение сильнее ламп! Прошу за мной. Поговорим в кабинете.

Мы пересекли холл и загрузились в просторный лифт, почти бесшумно вознёсший нас на третий этаж.

В коридоре, куда мы вышли, когда открылись двери, стояли охранники. Здесь же сновали сотрудники. Все в таких же халатах, как директор. Здесь явно находилось управление завода: множество столов, стендов, схем, таблиц и прочего. Плюс стук печатных машинок.

Карп Владимирович провёл нас в кабинет, лавируя между людьми и другими препятствиями подобно опытному лоцману. Когда мы вошли, закрыл дверь, указал на кресла для посетителей, а сам юркнул за широкий, заваленный бумагами стол из калёного стекла.

- Итак, господин барон, вы пожелали лично привезти мерки для изготовления агриков, я вас правильно понял?

- Абсолютно. Как новый человек, недавно унаследовавший титул, заодно хотел познакомиться с производством. По возможности, разумеется.

Толстяк вежливо улыбнулся. Понимающе.

- Конечно. Однако доступ в цеха и мастерские для посетителей закрыт, к сожалению. Но остальное покажу с удовольствием.

Иначе говоря, ничего лишнего я не увижу. Ладно, я особо и не рассчитывал, что мне устроят экскурсию по святая святых.

- Прошу меня простить, но могу я увидеть ваши верительные грамоты, господин барон? – проговорил директор, сняв очки, чтобы протереть стёклышки батистовым платочком, который достал из нагрудного кармана пиджака. - Сами понимаете: соображения безопасности.

Карп Владимирович виновато развёл руками и водрузил очки на нос.

- Разумеется.

Я протянул ему документы. Директор изучил их и вернул.

- Итак, Ваша Милость. О каком количестве мечей для вашего рода идёт речь?

Я, конечно, озаботился заранее выяснить, сколько нужно мечей, чтобы оборонять крайний удел. Не менее двух тысяч. Вернее, так считалось до тех пор, пока мой род не был уничтожен. Не считая меня. В связи с этим прискорбным событием цифры следовало пересмотреть. Вот только я за прошедшее время успел нанять чуть больше четырёхсот человек, из которых воинами были только двести пятьдесят. Это число я и озвучил.

Карп Владимирович побарабанил короткими пальцами по столу.

- Мы выполняем заказы вне зависимости от количества, - проговорил он. – И, конечно, мечи сделаем. Но позвольте узнать, какой заказ вы планируете в перспективе.

- Не менее трёх тысяч клинков, - ответил я. – Сейчас у меня просто нет такого числа воинов.

- Прекрасно! – оживился директор. – У вас, разумеется, остались агрики от прежних владельцев?

- Конечно. Тысячи две наберётся. Может, и больше.

- Мы можем перековать их под новых пользователей. Это выйдет дешевле. Обычная практика.

Я кивнул.

- Знаю. Пришлю вам их самолётом, когда увеличу число солдат.

- Очень хорошо. Надеюсь, качество нашего завода вас удовлетворит, и вы обратитесь именно к вам.

- От добра добра не ищут, - улыбнулся я. – Вот мерки, снятые с моих людей. В какой срок вы сможете сделать агрики?

- За два месяца. Ковка и заточка требуют времени.

Чёрт! Долговато. Но ничего не поделаешь, конечно.

- Предоплата у меня с собой. В сейфовой ячейке аэропорта. Подсчитайте точную сумму, чтобы я смог с вами рассчитаться.

- Сию минуту, - кивнул Карп Владимирович, придвинув механическую счётную машину, которой пользовались в этом мире вместо калькуляторов. – У вас есть минутка?

- Разумеется. Не спешите.

Однако директор ждать себя долго не заставил. Справился за пару минут. Озвучил сумму. Примерно на неё я и рассчитывал, хоть денег прихватил с небольшим запасом.

- Подпишем контракт? – спросил толстяк.

- Да, конечно.

Примерно полчаса мы занимались оформлением документов. А затем в сопровождении инкассаторов гильдии и охраны отправились в аэропорт забирать бабки.

Когда с этим было покончено, Карп Владимирович лично провёл для нас экскурсию. Конечно, очень обзорную. В мастерские и цеха нас не пустили. Видимо, секреты производства хранились в строжайшем секрете. Зато директор охотно объяснил, в каком здании что делают. Не упомянул только о Чёрной руде, хоть я и ждал повода зацепиться за эту тему. Пришлось поднять её самому.

- Карп Владимирович, правда, что в сталь, из которой куют агрики, добавляется Чёрная руда?

Директор кивнул.

- Обязательно! Без неё они были бы обычными мечами, бесполезными против чудовищ. В частности, гулей. Остальные компоненты сплава только дополняют Чёрную руду. Как и заклятье.

- А правда, что, прикоснувшись к такому клинку, можно стать монстром?

- Говорят, что да. Сам не проверял. Боязно, - толстяк виновато улыбнулся. – Так что утверждать не берусь. Но вполне это допускаю.

- Как же ваши мастера с этой опасностью справляются? Ведь рискуют!

- Они работают в специальных перчатках. Чёрной руды и самих клинков голыми руками не касаются. К тому же, часть производственного процесса автоматизирована. Машины тоже трудятся. На таких линиях контакта человека с материалом вообще нет.

- А хранение? Не опасно?

- Уверяю, мы не рискуем жизнями сотрудников. Всё учтено. Руда находится в особых контейнерах, откуда извлекается по мере необходимости под строжайшим контролем ответственного за склад. Её невозможно просто так подойти и взять. Количество тоже отмеряется тщательно, поэтому волноваться совершенно не о чем.

- И где этот склад? – спросил я, обеспокоенно осматриваясь. – От него не фонит?

- Нет, что вы! Это ж не радиация, - толстяк слегка снисходительно улыбнулся. – А склад вон там, - он указал на приземистое длинное здание из бетона, утыканное камерами слежения и пулемётами. – Тщательно охраняется во избежание диверсии. Запас руды не так велик, как можно подумать. На самом деле, пополнять запасы всё труднее. Поэтому мы всегда рады возможности перековать старые клинки.

- Откуда вы её вообще берёте?

- Прошу прощения, но это коммерческая тайна гильдии.

- Само собой. Мой вопрос был бестактен. У вас хватит руды, когда мне понадобится больше мечей?

- Не волнуйтесь, Ваша Светлость. Запас не настолько быстро истощается. Да и руды на один агрик уходит совсем немного. Это очень мощная… субстанция.

- Рад слышать. И всё же удивляюсь: в Златоусте ведь не один завод, а есть мастерские и в других городах. Какого же размера был метеорит, если запасы руды до сих пор не истощились?

- Никто этого точно не знает. Известно лишь, что небесное тело раскололось ещё в атмосфере – вопреки легенде, будто это случилось из-за удара о поверхность Земли. Так что обломки Сердца разлетелись на довольно приличное расстояние друг от друга. Поэтому трудно судить о размерах метеорита. Но, наверное, не развались он в воздухе, нашу планету ждала бы ещё большая катастрофа. Может, и нас бы с вами сейчас на свете не было.

Вскоре экскурсия закончилась, и мы распрощались с директором. Сначала отправились перекусить, а затем вернулись в гостиницу. Час был уже поздний, однако спать мы не легли – принялись по памяти составлять план завода. Девушки дополняли его, продемонстрировав похвальную наблюдательность. Часам к двум набросок был готов. В нём не хватало деталей и отметок о системах безопасности. Мы даже не знали, какой толщины стены у построек завода. А значит, не могли просто отправиться туда, рассчитывая на Дар Есении. Операция требовала куда более тщательной подготовки. Ведь, помимо прочего, о нашем визите никто не должен был узнать.

Я ждал, что девушки станут задавать вопросы, зачем нам нужно ехать на завод, зачем мне знать, где руда. Но они и не подумали этого делать. Дисциплина, мать её. Зато Марта, когда мы вернулись, заметила:

- Я удивлена, что директор так легко показал, где что. Даже про руду.

- А чего ему бояться? – отозвался я. – В своём городе, да при поддержке гильдии и вообще всего Златоуста. Плюс тех, кто заказывает у него мечи. К тому же, я всего лишь ребёнок, на которого свалилось богатство, и которому хочется поиграть в солдатиков.

- Это правда, господин барон? – помедлив, спросила Падшая.

- А похоже?

- Честно говоря, нет. Иногда я вообще забываю, сколько вам на самом деле лет.

Сколько мне на самом деле, ты понятия не имеешь. Но я лишь улыбнулся.

- Будем надеяться, Карп Владимирович останется в своём заблуждении.

Проспал я до одиннадцати. Встал совершенно разбитый, но контрастный душ немного помог. Выпив кружку крепкого кофе, я велел девушкам замазать черепа и сгонять по магазинам – прикупить обычных шмоток. Ничего гражданского взять с собой они даже не подумали, а я забыл напомнить. Когда они вернулись (ездили по очереди, чтобы не оставлять меня одного, перестраховщицы упрямые), приказал переодеться и снова отправляться на шоппинг. Только теперь им предстояло купить дроны.

После обеда мы запустили их с гостиничного балкона. Квадрокоптеры смешались с остальными парящими в воздухе гаджетами. До конца дня с их помощью мы вели наблюдение за заводом. Прямо над ним не летали, конечно, чтобы не привлекать внимания. К ночи удалось собрать кое-какие данные. Благо, увеличение у камер было неплохое и позволяло делать приличные наезды. План пополнился отметками о расположении видеокамер, постов и патрулей охраны. Однако с наступлением темноты режим объекта мог меняться, так что пришлось просидеть до утра. За всё время пару раз мы отзывали дроны по очереди для подзарядки.

К рассвету я имел неплохое представление о внешней жизни завода. Даже прикинул три способа на него проникнуть. Но их ещё предстояло проверить. К тому же, по-прежнему было неизвестно, какова толщина стен. Нет, внешние-то Есения преодолеть могла. На бастионы они не походили. Обычная бетонная ограда. А вот склад, где находилась руда, вызывал у меня сомнения. Плюс директор ведь мог и соврать. Показал на первое попавшееся здание – здесь хранится. Проверить-то нельзя: внутрь не пускают. А если на самом деле руда совсем в другом месте? Вот это будет облом.

Я рисковать в подобных вещах не привык. Мне нужна, если не гарантия, то сведённые к минимуму риски. А значит, требовалась инсайдерская информация. Вот над этим и предстояло поработать.

С помощью дронов мы выявили троих человек, время от времени наведывавшихся на предположительный склад. Что они там делали, неизвестно, однако явно имели доступ к Чёрной руде. Ну, или, по крайней мере, к зоне рядом с ней. Проследив за ними после работы, удалось выяснить, где кто живёт. Все обитали в одном многоквартирном доме. Скорее всего, корпоративном. Я отправил Марту выяснять, у кого есть семьи и прочие связи, а сам попытался сообразить, как руда доставляется со склада в мастерские. Не в ящиках же её через двор носят. Скорее всего, транспортируют прямо в цеха вагонетками или чем-нибудь в этом роде, а значит, должен быть коридор сообщения. Я бы, наверное, устроил его под землёй, но владельцы завода заморачиваться не стали: тоннель квадратного сечения шёл прямо от здания склада к цехам. Какой толщины у него могут быть стены? Едва ли очень толстые. По идее, это ни к чему.

Пометив место на плане красным карандашом, я размял затёкшие мышцы и позвонил портье, попросив принести кофе на двоих. Есения, хоть и старалась держаться, но клевала носом: против природы особо не попрёшь, а спали мы все трое в последнее время крайне мало.

Когда вернулась Марта, а было это уже с наступлением прозрачных серых сумерек, я листал подшивку местных газет. Искал материалы по заводам. Не только тому, который меня интересовал, но и по остальным. Оказалось, диверсии время от времени совершались, хоть и без серьёзных последствий. Выходит, конкуренция есть. Гильдия гильдией, а кланы-то разные. Они, кстати, в Златоусте назывались Домами. Императорский величали Великим, княжеские - Светлейшими, а остальные – Сиятельными.

- Вот этот мужик живёт с матерью, - начала докладывать Марта, получив от меня кружку горячего душистого кофе. – Шестой этаж. Встречается с девицей. Сегодня поехал к ней. Возможно, останется ночевать. На вид ему лет тридцать, зовут Валерий Снегов. Вот этот, - ткнула она пальцем в снимок, сделанный издалека, но с наездом, - живёт один. Есть собака. У третьего семья – жена и двое дочек. Лет семь и двенадцать. Больше ничего выяснить не смогла.

Я придвинул фото последнего. Лет сорок, с залысинами, в круглых «профессорских» очках. Семьянин и домосед? Или уставший от быта мужик на пороге кризиса среднего возраста? Надо бы его взять в разработку.

- Завтра последим за всеми тремя. Особое внимание вот этому, Егорову. Я хочу знать, какие у него с семьёй отношения.

- Это лучше всего спросить у жены, - заметила Есения.

- И как это сделать? Женщины не любят выносить сор из избы.

- Это перед знакомыми. А чужому человеку, да под бокальчик очень даже не против.

- Что предлагаешь?

Глава 2

Есения пожала плечами.

- Могу ею заняться. Я умею располагать людей.

- Ладно, принято. Завтра начнёшь. А сегодня – спать! Нам нужны силы.

Возражать никто и не подумал. Хоть девушки и хорохорились, но на деле валились с ног. Через полчаса, приняв душ (увы, по очереди), мы все отрубились. И, надо сказать, давно я не дрых так крепко и с таким полным забытьём.

Днём я был с Мартой. Следили с помощью дронов за заводом. Трое из списка не показывались.

Есения отсутствовала. Вернулась только к ужину.

- Как прошло? – спросил я сходу. – Удалось установить контакт?

- Да, Ваша Милость. Жена Егорова оказалась весьма словоохотлива. Я дождалась, пока она отправится за покупками, и последовала за ней. В супермаркете завела разговор о продуктах. Пожаловалась, что плохо разбираюсь в готовке, и муж недоволен. Она помогла мне кое-что выбрать. Потом я прошлась с ней немного. Типа, нам по пути. Предложила заглянуть в бар. Она помялась и согласилась. Похоже, задолбалась с домашними делами. Дети были с няней, так что пару часов мы провели за мартини, а потом – мартини с водкой. Говорили о тяжкой женской доле. В основном, её. Теперь я знаю, что с мужем они почти не общаются где-то полгода. Быт всё съел. Его повысили, и он почти всё время на работе. Приходит уставший, ужинает и ложится спать.

- Отлично! Ты просто молодчина. Значит, мужик готов к новым ощущениям. Этим и воспользуемся. Ну, кто желает поудить рыбку?

Девушки переглянулись.

- Я не против, - сказала Марта, но вряд ли он на меня клюнет.

- Ты себя недооцениваешь.

- Господин барон, можно на два слова? – нерешительно проговорила Есения.

Марта удивлённо приподняла брови.

- Конечно, - кивнул я. – Пойдём.

Мы вышли в соседнюю комнату, и я прикрыл дверь.

- В чём дело? Какие-то проблемы?

- Не совсем, - смущаясь, ответила девушка. На меня она не глядела. – Просто… Я ушла от Новака, чтобы не убивать просто ради чьей-то выгоды. Не хотела этим заниматься. Я – воин, и моя честь… В общем, мне было некомфортно там.

Я кивнул.

- Отлично тебя понимаю. Вот только к чему ты клонишь? Говори прямо.

Девушка подняла взгляд.

- Мне кажется, у вас я занимаюсь тем же самым.

- Насколько я знаю, ты ещё никого для меня не убила.

- Да, но то, в чём я участвую… Очень похоже на соучастие.

- Тебя беспокоит законная сторона дела? – удивился я.

- Нет. Моя честь.

- Так, понятно. Послушай, я тебе не приказываю никого убивать. И этого Егорова валить мы тоже не собираемся. Однако мне нужно попасть на этот завод. Это крайне важно. И, потом, ты что, не знала, что мы… я – представитель клана ассасинов?

- Знала, Ваша Милость. Однако я думала, что буду только охранником.

- Ты и есть охранник. Который иногда открывает мне двери. Впрочем, если тебя что-то по-настоящему гложет, подумай, как поступить. Но не сейчас и не в этом городе. Я взял с собой только вас двоих, и больше положиться мне не на кого. И потом, успех предприятия зависит от тебя. Если захочешь уйти, сделай это по возвращению в Камнегорск.

Есения вспыхнула.

- У меня и мысли не было подвести вас, господин барон! Конечно, я сделаю всё, что будет в моих силах!

- Вот и хорошо, - я подавил вздох облегчения. – И потом, вспомни наш разговор. Мы договорились. И я своё слово сдержу. Если думаешь, что я стану отправлять тебя убивать тех, кто мне мешает, то не волнуйся. С такими вещами я и сам справлюсь.

Девушка кивнула.

- Хорошо, господин барон. Спасибо!

Когда мы вернулись, Марта сидела в кресле, глядя в экран монитора, передающего изображение с дронов. Повернув голову, окинула Есению холодным взглядом. Кажется, у них тоже будет приватный разговор.

- Итак, кто займётся Егоровым? – спросил я.

- Думаю, лучше это сделать мне, - сказала Есения.

- Согласна, - сдержанно кивнула Марта. – Я могу его отпугнуть. Есения больше похожа на обычную девушку.

- Хорошо, с этим решили. Что там с объектами?

- Один вышел с завода. Едет домой. Другой зашёл в бар с друзьями. Егорова пока нет.

Он появился спустя полчаса. Сел в машину и поехал домой. Ничего интересного. Это хорошо. Чем скучнее у человека жизнь, тем легче он становится добычей. Уверен, завтра у Есении всё пройдёт, как по маслу.

***

Так и случилось. Девушка подцепила Егорова возле завода на парковке. Рассыпала перед ним пакет с покупками. Конечно, он ей помог. Мы наблюдали за тем, как они болтают возле машины. Кажется, мужик отвык знакомиться с женщинами. Топтался и всё бросал взгляды в сторону тачки. Потом перестал. Видать, сообразил, что девушка на него «запала». Значит, не безнадёжен.

Понятия не имею, что говорила ему Есения, но спустя четверть часа они сели в машину вместе. Егоров решил подвезти новую знакомую до дома. Для этого мы сняли утром маленькую квартиру. Прежде она принадлежала музыканту, и стены были обиты звукоизоляцией. Это стало главным доводом при выборе жилья.

- Выезжаем, - сказал я Марте. – Пора.

Мы отправились к дому, где была снята квартира. Она находилась недалеко от гостиницы, так что прибыли раньше Егорова и Есении. Пришлось немного подождать. Вскоре появилась машина объекта.

- Вот они, - сказала Марта.

- Вижу. Как только в квартире зажжётся свет, будем выдвигаться.

- А если он не поднимается? Вдруг побоится? Или совесть проснётся?

- Ты Есению видела? Какая, к чёрту, совесть?!

Марта хмыкнула.

- Так-то оно так, но у нас есть запасной план?

- Да. Надеюсь, не пригодится.

Машина остановилась у обочины. Через пару минут Егоров вышел, чтобы открыть девушке дверь. Взял у неё пакет с покупками. Оба двинулись к двери.

- Я рада, что Есении не придётся заходить с ним слишком далеко, - сказала вдруг Марта. – Она не такая.

- Рад слышать. Так, они вошли. Внимание на окно.

Спустя несколько минут оно осветилось нежно-розовым. Это из-за занавесок.

- Всё, пошли! – кивнул я, открывая дверь.

Отсутствие консьержа тоже сыграло роль при выборе жилья. И места действия, так сказать. Лишние свидетели ни к чему. В городе я не ориентировался, и где прятать трупы, не знал. А за крепостную стену не выедешь. Тем более, с телом. Или телами.

Поднялись на этаж, позвонили. Есения открыла через полминуты.

Когда мы вошли в гостиную, Егоров сидел на диване – на самом краешке. Словно сам не верил, что задержится здесь надолго. При нашем появлении поднялся. На костистом лице отразилась растерянность. Перебегающий с меня на Марту взгляд остановился на Есении.

- Мои знакомые, - сказала та.

- Добрый вечер, - после паузы кивнул Егоров. – Я, наверное, пойду.

- Не стоит, - я поднял руку, остановив его. – У нас к вам дело.

На мне был каштановый парик, Марта накрасилась так, чтобы её было потом не узнать. Так себе маскировка, но Егоров и не должен был про нас вякать. Если всё пойдёт по плану, будет молчать в тряпочку и радоваться, что легко отделался.

Я достал пистолет и направил на него. Мужик отступил, зацепился за диван и плюхнулся на него.

- В чём дело?! – промямлил он испуганно. – Что вам нужно?! Деньги?

- Ни в коем случае, - покачал я головой. – Мы не грабители, Андрей Валентинович. Для начала дайте ключи от квартиры, пожалуйста.

- Зачем?!

Я повёл пушкой.

- Предпочитаете, чтобы мы забрали их с вашего трупа?

Сглотнув, Егоров сунул руку в карман и вытащил звякнувшую связку. Протянул мне.

- Забери, - сказал я Марте.

Девушка подошла к Егорову и взяла ключи.

- Мне выдвигаться?

- Конечно. Как доберёшься, позвони. Номер помнишь?

- Само собой.

Марта вышла, притворив за собой входную дверь. Я сел в кресло напротив Егорова.

- Итак, Андрей Валентинович, должен вас разочаровать: любовного свидания не будет. Надеюсь, как верный семьянин, вы воспримете это с облегчением. Однако вам придётся здесь задержаться. Надолго ли – зависит от того, как быстро я получу ответы на интересующие меня вопросы.

- Какие вопросы? – помолчав, спросил Егоров. – О чём? Вы меня, наверное, с кем-то перепутали.

Я отрицательно покачал головой.

- К вашему сожалению, нет. Итак, начнём. Какую должность вы занимаете на заводе?

- Технолог. Зачем вам это?

- Не вникайте, Андрей Валентинович. Это в ваших интересах – знать как можно меньше. Какие конкретно у вас обязанности?

- Я отвечаю за заказ и поставку компонентов для ковки.

- Поставку откуда куда?

- Со склада в цех.

- Имеете доступ на склад?

Этот вопрос я задал, чтобы проверить, не лжёт ли собеседник.

- Да.

- И к Чёрной руде?

- Нет. Я только отношу заказ с производства. Затем груз формируют и отправляют в цех. Я в этом не участвую.

- Как руду доставляют на производство?

- Я… Не могу ответить.

- Вы хотите умереть?

- Нет. Но… Это секретные сведения!

Я холодно улыбнулся.

- Именно поэтому мы разговариваем в таком неуютном формате, Андрей Валентинович. Очень советую ответить.

Егоров сжал кулаки. Его трясло.

- Не могу… - просипел он. – Гильдия не прощает подобного!

- Никто не узнает. Обещаю.

Мой визави покачал головой.

- Нет! Лучше убейте!

Видно было, что ему нелегко дались эти слова.

- Не могу, Андрей Валентинович. Мёртвый вы будете мне бесполезны. Вы уверены, что не станете отвечать?

- Не могу! – повторил Егоров. – Гильдия… Моя семья пострадает!

Я вздохнул. Что ж, диалог немного затянется, но главное мы выяснили: мужик любит семью. Во всяком случае, детей. И ради них готов умереть. Значит, пойдёт и на предательство.

- Придётся немного подождать, - сказал я. – Хотите чаю?

Егоров помотал головой. Его руки теперь двигались неосознанно, нервно теребя одежду.

- А я выпью. Будь добра, - кивнул я Есении.

Девушка включила электрический чайник и отправилась за чашкой. Видимо, не боялась, что Егоров нападёт на меня в её отсутствие.

- Андрей Валентинович, было бы проще для всех, если б вы не упирались, но я понимаю: нелегко переступить через обязательства. Долг, совесть, всё такое. Мы вам поможем.

- Как? – спросил после паузы Егоров.

- Расставим приоритеты. Не волнуйтесь, пытать я вас не собираюсь.

Есения как раз вернулась с чашкой в руке. Принялась заваривать чай. Минуты три прошли в молчании.

- Прошу, - сказала девушка, поставив рядом со мной ароматный напиток.

- Благодарю. Андрей Валентинович, закатайте рукав на левой руке. Выше локтя.

Чуть помедлив, Егоров стянул куртку и принялся расстёгивать манжет. Когда рука обнажилась до середины, я кивнул девушке. Она поняла меня без слов. Подойдя сзади к мужику, положила левую руку ему на плечо. Тот вздрогнул и попытался обернуться, но ему в шею упёрся кончик ножа. Егоров зажмурился.

- Просто не двигайтесь, - сказал я, вставая. – Больно не будет. Если не станете дёргаться.

Есения недвусмысленно надавила лезвием на кожу. Мужик даже дышать перестал.

Вытащив из кармана маленькую жестяную коробочку, я достал снаряженный шприц и, подойдя к дивану, ловко сделал инъекцию.

- Что это? – сипло спросил Егоров, когда Есения отступила.

- Яд. Ровно через двое суток он вас убьёт. Если не ввести антидот. Это особый состав, который нельзя нейтрализовать, не зная состава отравы. Уж поверьте на слово.

- Зачем вы ввели его мне? Если хотите убить, убейте сразу!

- Вы смелый человек, Андрей Валентинович. Но как я уже сказал, мёртвый вы мне без надобности.

В этот момент раздался телефонный звонок. Есения взяла трубку. Послушала несколько секунд и протянула её мне.

- Алло?

- Я на месте. Все готово. Жду ваших приказаний.

- Действуй.

Пришлось подождать несколько минут, прежде чем в динамике снова раздался голос Марты:

- Дело сделано.

Отлично.

- Андрей Валентинович, вы любите свою семью? – спросил я, опустив трубку.

Егоров дёрнулся, но бросил взгляд на Есению, державшую его на мушке моего пистолета, и замер.

- Да! Что вы собираетесь сделать?!

- Только что им была введена та же отрава, что и вам. Срок у ваших детей – двое суток. От вас зависит, будут они жить или умрут.

Егоров схватился за голову. Я ждал. Наконец, он поднял глаза.

- Хорошо! Что вы хотите знать?!

- Вы понимаете, что, если соврёте, противоядия не будет?

- Да-да!

- И если кому-нибудь расскажете о нашем разговоре – тоже.

- Боже, спрашивайте уже, что вам нужно!

- Как охраняется Чёрная руда? Сколько человек стерегут хранилище? Есть ли системы сигнализации на складе? Видеонаблюдение внутри помещения? Как перевозят руду в цех? Как получить доступ к руде?

Егоров судорожно сглотнул, медленно осел на диване и заговорил бесцветным голосом. Он был сломлен и смирился со своим предательством. Им владел только страх за детей. Иногда приходилось задавать уточняющие вопросы и напоминать, на что он должен ответить. В конце концов, я узнал всё, что хотел.

- Андрей Валентинович, вы и ваша семья получите антидот, когда мы закончим. Объясните жене и дочкам, что язык следует держать за зубами. Чтобы не вызывать подозрений, ходите на работу, как прежде. Вы меня поняли?

Егоров кивнул.

- Да. Всё ясно. Вы ведь дадите противоядие?

- Обещаю. И в ваших интересах забыть о нашем разговоре. Не упоминайте о нём никогда. Как вы сами сказали, гильдия не прощает предателей.

Мой собеседник вяло кивнул.

- Теперь поезжайте домой. Моя подруга вас дождётся. Убедившись, что вы разъяснили семье всё, что следует, она уйдёт.

Егоров встал. Есения проводила его до двери.

Вернувшись, спросила:

- Ваша Милость, вы уверены, что яд невозможно нейтрализовать?

- Абсолютно, - кивнул я, беря чашку с чаем. – Его даже обнаружить в крови нельзя. По той простой причине, что мы ввели Егоровым обычную воду.

Мои слова поразили Есению. Было забавно наблюдать за её реакцией, хоть я и не подал виду.

- Но… господин барон, почему?! Это же рискованно!

- Вовсе нет. Любой яд можно нейтрализовать. Кроме того, который нельзя обнаружить. И потом, если Егоров куда-нибудь обратится и поймёт, что мы блефовали, сможет убедить себя в этом, что изменится? Ничего. А убивать его без надобности. Детей – тем более.

Есения неуверенно кивнула. Больше говорить ничего не стала.

Через полчаса вернулась Марта. Доложила, что всё в порядке: Егоров внятно донёс до семьи, что нужно помалкивать.

- Как он выглядел? – спросил я.

- Подавленно и испуганно. Мы действительно дадим им умереть, если что-то сорвётся?

- Вместо яда в шприцах была вода.

Настал черёд Марты удивляться. Но недолго: у нас имелось достаточно информации, чтобы предпринять попытку проникнуть на завод уже сегодня! Так что мы занялись приготовлениями.

Выдвинулись через полтора часа. В городе окончательно стемнело, людей и машин на улицах было мало. Вдалеке виднелись лучи прожекторов, шарящие по местности за пределами Златоуста. Иногда небо рассекали патрульные вертолёты.

Добравшись до завода, мы припарковали тачку в густой тени и направились к ограде. Марта на ходу управляла дроном. Подведя его к камере, закрыла обзор. Есения приложила ладонь к бетону, прикрыла глаза, и из-под пальцев девушки заструился зелёный дымок. Появился контур небольшой двери – примерно в две трети среднего человеческого роста. Пришлось пригнуться, чтобы войти в неё.

Есения тут же убрала дверь.

На территории завода было темно. Электричество явно экономили. Неудивительно: в этом мире его источников не так много. Конечно, кое-где виднелись фонари, но они не могли осветить всё.

Мы двинулись в сторону тоннеля, соединявшего склад с цехами, стараясь держаться в тени. Пару раз пришлось менять направление, чтобы не попасться в луч прожектора. Наконец, мы остановились возле старой кирпичной стены. Похоже, переход построили очень давно, что объясняло, почему он находился не под землёй. Скорее всего, поначалу руду возили прямо по территории, а затем над узкоколейкой для вагонеток установили тоннель.

Есения приложила руку к кирпичам. Прошло несколько секунд.

- Не получается! – сказала она, обернувшись. – Слишком толстая стена!

Чёрт! Кто бы мог подумать!

- Тогда лезем на крышу, - сказал я. – Она должна быть тоньше.

Если окажется, что нет, то даже не знаю, что делать. Придётся искать вход на склад. Возможно, не обойдётся без жертв. Но это плохо. Я не хочу, чтобы кто-то понял, что мы вообще здесь были.

Вытащив верёвки с крюками, закинули их на крышу. Подёргали, проверяя надёжность крепления. Полезли. Девушки действовали ловко, не отставали. На крыше Есения приложила ладонь к покрытию. Заструился дымок, и появился люк!

Спустились в тоннель с помощью тех же верёвок. Внутри было темно, так что пришлось включить фонари. Двинулись к складу. Идти пришлось недолго. Вскоре высветились железные ворота. Есения проделала в них очередную дверь, и мы оказались внутри склада.

По словам Егорова, охраняли помещение четыре человека. Персонала ночью не было. Завод работал только днём.

Хранилище Чёрной руды располагалось в центре склада и представляло собой бетонный куб с гранями метров по тридцать. Внутрь вела бронированная дверь. Открывалась она одновременно двумя ключами.

Мы надели осмотические маски. Вытащив из рюкзаков баллоны, открыли клапаны, выпуская газ. Без цвета, без запаха. Спасибо моим предкам – позаботились о том, чтобы в замке имелось всё, что может понадобиться киллеру.

Охранники не патрулировали территорию – сидели в стеклянной будке возле входа на склад и, кажется, резались в карты. Ничего не опасались.

Пришлось подождать, пока они начнут клевать носами, а затем вырубятся.

Девушки обыскали их и вытащили ключи. Подойдя к хранилищу, мы открыли его и, навалившись на дверь, втроём сдвинули толстый кусок стали в сторону.

Газ уже перестал действовать, но охранникам предстояло спать ещё минут тридцать. Я стянул маску и вытащил из рюкзака харю.

- Ждите здесь и не суйтесь, чтобы ни случилось. Если меня не будет слишком долго… Ну, тогда зайдите и заберите меня. Только не касайтесь руды. Ни при каких условиях.

Падшие дружно кивнули.

Надев маску Бера, я вошёл в хранилище.

Глава 3

Почти всё пространство было занято ящиками, заполненными чёрными, слегка мерцающими гранулами, похожими на кусочки антрацита. Каждая не больше пяти миллиметров. Руды было так много, что стало страшно, ведь вся эта субстанция обладала опасными свойствами. Но я тут же взял себя в руки. Времени не так много, так что не до сомнений. Если б я не принял решение, то не оказался бы здесь. И всё же, риск оставался, и очень серьёзный. Руда могла изменить меня, превратив в чудовище. Защитит ли меня харя? Скорректирует ли воздействие должным образом?

Как говорится, не попробуешь – не узнаешь.

Приблизившись к первому ряду ящиков, я протянул руку. Ещё не поздно отказаться от замысла, развернуться, уехать и жить прежней жизнью. Но я не для того переродился в новом мире, чтобы существовать, как обычный человек. Мне нужно все возможности, которые способна предоставить эта реальность!

Сунув кисть в кучу чёрных гранул, я зачерпнул горсть и сжал пальцы. Вытащить руку или оставить?! Сколько нужно руды, чтобы пробудился Дар?

Раздумья задержали меня всего на несколько секунд, но и этого хватило, чтобы всё тело пронзила резкая боль. Это было так неожиданно, что я едва не вскрикнул. Пришлось стиснуть зубы до скрежета, чтобы не отпрянуть, не выпустить гранулы, которые я сжимал!

Меня затрясло, будто в лихорадке. Однажды я подцепил в тропиках, где выполнял одно сложное задание, какую-то дрянь, так что знаю, о чём говорю.

Мышцы свело судорогой. Кости заломило, как при высокой температуре. Перед глазами заплясали цветные пятна, и к горлу подкатила тошнота. Я опёрся о край ящика, чтобы не упасть. Руки, сжимавшей руду, уже не чувствовал. Меня колотило, кожа горела, во рту пересохло. Уши заполнил шум – будто к ним приложили по огромной морской раковине.

Я чувствовал, что теряю контроль над телом. Двигаться не мог, даже стоял с трудом. Главное – не упасть! И всё же я сумел заставить себя отступить на шаг и вытащил руку из груды чёрных гранул. Не выпуская горсть руды, медленно осел на пол, подвернув под себя ноги. Только не терять сознание!

Позвоночник пронзила боль! Я почувствовал, как беззвучно заверещал в моей голове магический симбионт. Кажется, он страдал и молил о помощи! Но я лишь сильнее стиснул пальцы. Во всяком случае, мне так показалось, ведь я их не чувствовал – они словно окунулись в ледяную воду.

Всё или ничего! Терпеть и надеяться, что часть Чёрного сердца не превратит меня в монстра, а даст знание о Даре!

Я сидел, глядя в одну точку, чтобы не потерять осознание происходящего, не впасть в оцепенение. Удары сердца замедлились. Я почти не ощущал его. Дыхание перехватило. Глаза жгло, из них потекли слёзы, застилая всё вокруг. Голову стиснуло стальными обручами. Казалось, череп вот-вот лопнет! Хотелось кричать, но я лишь сильнее сжимал челюсти.

Вдруг руда в моей руке вспыхнула багровым светом – так, что почти ослепила меня даже сквозь пелену слёз! Чувствительность кисти вернулась. Опустив взгляд, я проморгался и понял, что гранулы превратились в серый порошок вроде пепла, который струился между пальцев и исчезал, не долетая до пола. Несколько секунд – и в руке ничего не осталось.

Симбионт издал в моём сознании протяжный, полный боли стон и затих.

Так, ладно! Если я хочу понять, сработало или нет, нужно снять харю. Иначе она будет подавлять Дар. Стянув маску, я вытер испарину с лица. Уф!

Ко мне постепенно возвращался контроль над телом. Оно уже не было деревянным. Тошнота осталась, но слух вернулся, глаза престало жечь. Я пошевелился, попытался встать, однако сумел лишь приподняться: меня так сильно замутило, что я решил повременить с резкими движениями.

К тому же, внутри меня появилось странное ощущение – словно где-то в мозгу пульсировали две мерцающие точки – зелёная и фиолетовая. Сосредоточившись на них, я попытался понять, что это такое. Прикрыв глаза, мысленно потянулся к ним, и они вспыхнули чуть ярче. Спустя минуту огоньки разгорелись сильнее, почти сливаясь. И вдруг я увидел, как зелёный превращается в мерцающую фигуру стоящего на задних лапах медведя! Я устремился к нему, и зверь медленно повернулся ко мне. Миг – он вспыхнул ослепительным, всепоглощающим светом!

От неожиданности я открыл глаза. Справа что-то появилось – боковое зрение ясно сигнализировало об этом. Повернув голову, я увидел огромную полупрозрачную фигуру. Могучий Бер стоял надо мной, глядя поверх ящиков с рудой!

Мой Дар пробудился! Или я обрёл его заново. А может, просто «вспомнил». Трудно судить, не зная, как работает чёрная руда. Так или иначе, Бер был призван!

Мысленно я обратился к нему, и фигура вздрогнула, повернула голову и опустила взгляд ярко-зелёных, полыхающих глаз. Я вдруг понял, что могу приказывать ему.

«Отойди!» - подумал я, замерев от предвкушения.

Полупрозрачный медведь послушно отступил на пару шагов. Есть!

Хотелось ещё поэкспериментировать, тем более, я читал о разных техниках, которыми пользовались Скуратовы и которые мне ещё только предстояло освоить, однако вспомнил, что рядом с изумрудным огоньком в моём сознании был ещё один – фиолетовый. И вот это уже казалось странным.

«Исчезни. Назад», - подумал я, не зная, как именно сформулировать мысль.

К счастью, Бер меня понял. Видимо, слова тут были не главное. Он мигнул, словно галогеновая лампа, у которой нажали выключатель, и растворился в воздухе.

Прикрыв глаза, я снова нырнул туда, где мигали огоньки. На этот раз потянулся к фиолетовому. Он послушно начал разгораться, пока не принял вид человеческого силуэта, сотканного из миллионов пепельных линий, переливающихся серебряными искрами. Вот он вспыхнул, как взорвавшаяся бомба.

Я поспешно поднял веки. Вокруг никого не было! Что же тогда это такое? Странно…

Однако размышлять некогда. Пора уходить. На этот раз мне удалось подняться. Лёгкая тошнота и головокружение почти не мешали. Пошатываясь, я вышел из хранилища. Падшие стояли у двери спиной ко мне. Мониторили склад.

- Всё, можно уходить! – сказал я. – Помогите закрыть дверь.

Девушки дружно обернулись, забегали глазами. На их лицах отразилось удивление.

- Господин барон, вы ещё внутри? – неуверенно спросила Марта.

- В смысле?! – на этот раз удивился я. – Ты что, ослепла?

Девушки уставились прямо на меня. Затем переглянулись.

- Господин барон, - проговорила Есения. – Вы хотите, чтобы мы вас заперли?!

- Мы не может уйти без вас! – с тревогой добавила Марта. – Если вам не выбраться, скажите, и мы вас…

- Да что с вами?! – перебил я, делая к Падшим шаг, чтобы хорошенько встряхнуть. – Вот же я, алло!

Девушки дружно вздрогнули. Есения даже попятилась.

- В чём дело?! – спросил я, чувствуя, как во мне начинает зарождаться раздражение. – Сейчас не подходящий момент для шуток!

- Вы появились из воздуха, - сглотнув, ответила Марта. – Мы просто не ожидали. Простите! Видимо, это Дар крови. Есения, помоги закрыть дверь.

Они кинулись к двери и навалились на неё, возвращая на место. Я наблюдал за ними в полном недоумении. Какой ещё Дар?! Мой Дар – призыв Бера. И я отлично видел призрачного медведя.

Стоп! А серый человек?

Меня вдруг стрелой пронзила догадка. Опустив глаза, я увидел, что стою в полоске бледного света, исходившего от лампы на потолке. Неужели… Нужно проверить!

Сделав шаг обратно в тень, которую отбрасывало хранилище, я окликнул девушек.

- Эй, дамы! А сейчас меня видно?

Они дружно обернулись, продолжая толкать дверь.

- Нет, Ваша Милость, - отозвалась Марта.

- Только голос остался, - добавила Есения.

Дверь щёлкнула, вставая в пазы. Падшие достали ключи и заперли её одновременно с двух сторон.

Я же рассуждал, пытаясь быть максимально разумным. Итак, у меня пробудились два Дара. Бер, на который я рассчитывал, и Тень, которого я не ожидал. Естественно, не ожидал! С какой стати?! Такой Дар имели Лукьяновы, одного из представителей которых я недавно порешил на поединке. Помнится, Андрей, набросившись на меня в школе, использовал его. Он ещё тогда сказал, что…

Я закрыл глаза и замер. Ну, конечно! Он сказал, что не может поверить, что моя мать из их рода!

Так вот, почему Тень…

Однако это никак не объясняло, что у меня появился Дар Лукьяновых: Дары ведь наследуются по мужской линии.

- Есения, - сказал я, открыв глаза, - бывали случаи, чтобы у человека одновременно были два Дара крови?

- Нет, господин барон, - ответила девушка чуть удивлённо. – Никогда о таком не слышала.

Вдруг она нахмурилась.

- Подождите… У вашего рода Дар призывать Бера! А не прятаться в тенях!

Я кивнул.

- Именно. Никому ни слова об этом, ясно?

Падшие кивнули. Выглядели они совершенно сбитыми с толку.

Девушки не знали, зачем мы пришли сюда, и что я делал в хранилище. Они понятия не имели, что ещё несколько минут назад я не умел пользоваться ни одним Даром. А теперь у меня их два! Причём второй – просто мечта для киллера!

Объяснять что-то я не собирался. Главное, чтобы держали языки за зубами. Но на это, кажется, можно рассчитывать.

- Верните ключи охранникам, и уходим, - сказал я. – Давайте в темпе.

Пока Падшие ходили в будку, я приказал Тени вернуться в… Не знаю даже, куда именно. Во всяком случае, я больше не исчезал, стоило уйти со света – это стало ясно, когда вернулись девушки.

Записи с камер наблюдения можно было не опасаться: Егоров поклялся, что Чёрная руда испускает странную ауру, мешающую работе любого фото- и видеооборудования. Надеюсь, не соврал.

Через несколько минут мы уже двигались по тоннелю. Секьюрити скоро проснутся и решат, что просто задремали за картами. Обойдут на всякий случай хранилище, ничего подозрительно не обнаружат и вернутся к игре.

Двери Есения за нами убирала, так что и тут никаких следов нашего присутствия не останется. Единственное, что однажды вызовет разбирательство – пропажа горстки руды, превратившейся в пепел. Но будет это очень нескоро. Только когда весь запас руды израсходуется. Возможно, спустя десятилетия. Так что беспокоиться не о чем. Контракт на изготовление агриков подписан, Дары получены, следы заметены. Осталось разобраться с Егоровым, и дела в Златоусте будут закончены.

Шагая в темноте тоннеля, я слегка улыбнулся. Могло обернуться иначе. Гораздо хуже. Но мне повезло: я вошёл в пещеру с сокровищами, вынес их на свет, и дракон не пожрал меня.

Вроде бы.

Мы без приключений покинули завод и добрались до гостиницы. Проблема была только одна: самолёты летали в Камнегорск далеко не каждый день. И даже не еженедельно. Максимум – дважды в месяц, а то и реже. Так что в Златоусте предстояло провести чуть больше недели – до следующего рейса. И это, если его не отменят.

Чем заняться в каникулы в чужом городе? Понятия не имею. Мне отдых не требовался, я бы предпочёл заниматься делами удела в Камнегорске. Но этой возможности был лишён. К счастью, я прихватил с собой книгу с описанием техник, которые использовали Скуратовы, призывая Бера. Так что время проводил не без пользы. Некоторые оказались довольно простыми. Например, атака медведя на противника. Марта с Есенией любезно по очереди изображали врагов. Они думали, что я тренируюсь, просто чтобы отточить мастерство, не догадываясь, что их хозяину приходится учиться с нуля. Тень я не использовал. Не хотел напоминать Падшим, что она у меня вообще есть. К тому же, у меня не было описания техник для этого Дара. Так что им придётся заняться уже дома.

Самым сложным оказалось «надевать» Бера на себя. Приходилось синхронизироваться с призраком, что было не так-то просто с непривычки. Я постоянно «вылетал» из него. Зато данная техника усиливала нас обоих. Видимо, это и был режим берсерка. Понятное дело, я уделял ей больше всего времени. Откладывать трудное не в моих правилах. Особенно, если оно при этом самое полезное.

Какие разрушения производил Бер, я выяснить пока не мог: не крушить же гостиничный номер. Так что это тоже, к моей досаде, откладывалось.

Егорову отдали «противоядие» на второй день. Обычную воду. Четыре шприца – для него и членов семьи. Может, это приключение их сплотит, хотя бы ненадолго. Предупредили, чтобы помалкивали. Они и сами понимали, что, как бы мы ни использовали полученные сведения, гильдия не простит предательства. Так что на этот счёт можно не волноваться.

Кажется, Падшие были слегка озадачены тем, что я не убил всю семью, дабы замести следы. И озадачены приятно.

Однако ничего в этом удивительного нет: смерти Егоровых не были необходимы, вдобавок, гибель сотрудника с семьёй непременно вызвала бы у директора завода и рода, которому принадлежали мастерские, настороженность. Началось бы расследование. Незачем мутить воду понапрасну. Это лишнее.

Время от времени мы ездили по городу – знакомились с планировкой. Мало ли что в жизни пригодится. Марта раздобыла в какой-то лавке план Златоуста, и мы пользовались им, чтобы побывать везде, где можно. Заглянули даже на выставку вооружения. Кое-что меня впечатлило. Например, шагающие танки и вертолёты. Только я не знал, лучше ли они тех, которые производят в Камнегорске. А спросить было некого. Понятно, что местные будут рекомендовать свою продукцию. Как говорится, каждый кулик своё болото хвалит.

Дни тянулись для меня мучительно. Постоянно казалось, что я теряю время. В общем-то, так и было. Поэтому, когда мы, наконец, загрузились в самолёт, набитый военной техникой, агриками и чем-то там ещё, я испытал настоящее ликование. Хоть пробыл в этом мире и недолго, но ведь говорят, что дом там, где тебе хорошо. А мне в замке очень даже нравилось. И главное – там я мог продолжать заниматься делом. Не выношу праздности, хоть режьте.

Самолёт приземлился в Камнегорске после восьми вечера. Марта позвонила в замок и вызвала машину охраны для нашего сопровождения, так что пришлось ждать.

Наконец, я добрался до дома. Изменения бросались в глаза. Особенно количество солдат, тренировавшихся на полигоне во дворе замка.

- Это ваша личная охрана, господин барон, - сказала Андронова, отвечая на мой вопрос, почему люди здесь, а не на военной базе. – Частники убрались, ведь месячный контракт закончился. Эти вместо них. Падшие тренируют их понемногу. Думаю, натаскают, как надо. Не угодно ли взглянуть на технику, которую привезли в ваше отсутствие? Я распорядилась начать установку. Большую часть уже смонтировали.

- Это заметно, - сказал я, бросив взгляд на торчащие отовсюду стволы пушек и крупнокалиберных пулемётов. – Витязей и багатуров доставили?

- Так точно. Мои люди тренируются с ними на базе. Хорошие машины. Мы уже использовали такие. Пришлось только откалибровать их индивидуально под пилотов.

- Хорошо. Молодец. Посмотрю потом. А сейчас хотелось бы пообщаться с юристом. Он здесь?

- Не думаю. Но лучше спросить Юшина.

Это она про Антона. Интересно, изменились ли у них отношения, пока меня не было.

Отпустив генерала, я зашёл в офис, но управляющего не застал. Набрал его домашний номер, но никто не ответил. Чёрт, как же неудобно без мобильников!

Ладно, может, уехал по делам. У него полно обязанностей. В конце концов, утром мы точно увидимся.

Перекусив и приняв душ, я надел шёлковую пижаму и завалился в постель. Боже, как хорошо! После длительного перелёта – просто кайф.

Сон сморил меня буквально через пять минут. Даже какую-то мысль додумать не дал.

Глава 4

Антон опоздал, что на него было совсем не похоже. Выглядел разбитым и не выспавшимся. Долго извинялся, разводя в недоумении руками, и божился, что и в постель лёг вовремя, и будильник поставил. Почему не услышал – понятия, мол, не имею. Когда пунктуальный человек, дорожащий своим местом, просыпает, это вызывает подозрения. Так что я, конечно, уверил управляющего, что не в претензии, ибо всякое бывает, все мы люди, однако сам решил к Антону присмотреться. Поэтому в течение дня далеко его от себя не отпускал. Давал такие дела, чтобы парень большую часть времени оставался у меня на виду. Вскоре стало ясно, что движения у него слегка заторможенные, и вообще ему словно было трудно сосредоточиться. Конечно, от недосыпа такое бывает, но я повидал много допросов разной степени пристрастия и с использованием разных препаратов, так что спустя пару часов вызвал из больницы врача. Не лейб-медика, конечно, а обычного. Когда тот прибыл, отвёл Антона в сторонку.

- Ты сегодня плохо выглядишь. Мне кажется, приболел. Пусть доктор тебя осмотрит.

Антон удивился.

- Да я в норме, Ваша Милость! Отлично себя чувствую и полон сил.

- Не спорь, - сказал я строго. – Это приказ. Иди вон в ту комнату и жди. Врач сейчас придёт. Мне нужно, чтобы мои сотрудники были свежи, как майский день.

Когда Антон нехотя отправился дожидаться осмотра, я повернулся к прибывшему эскулапу.

- Спасибо, что приехали. Переносная лаборатория при вас?

- Как просили, господин барон, - врач продемонстрировал объёмный кожаный саквояж. – На что у вас подозрения?

- Не хочу вас сбивать, но думаю, моему сотруднику было введено вещество, развязывающее язык. Возможно, отшибающее память. Частично, естественно.

- Ваше доверенное лицо? – понимающе кивнул врач. – Много он знал о ваших делах?

- Всю текучку. Ничего секретного, однако я хочу знать, кто так сильно интересуется тем, чем я занят. Если, конечно, вещество действительно вводилось.

- Я вас понял, господин барон.

- Ему ничего не говорите. Не хочу, чтобы парень чувствовал себя виноватым.

- Разумеется. Всё только между нами, господин барон.

Доктор ушёл обследовать Антона, а я вызвал генерала. Надо было идти в школу, однако я не мог просто взять и потратить полдня на уроки сразу после возвращения. Так что пришлось прогулять. Надеюсь, родителей не вызовут. Вряд ли тут кто-то владеет некромантией.

Андронова явилась через четверть часа. Затянутая в форму, огромная, как титан. Чёрно-зелёный мундир смотрелся на ней шикарно, особенно в области пышной груди.

- У меня назрел вопрос, - начал я сходу после краткого обмена приветствиями. – Да ты садись, не тянись. Мы ж договорились.

Девушка опустилась в кресло, но не расслабилась: сидела идеально-прямо, словно по стойке смирно. Ладно, это её выбор.

- Какой вопрос, Ваша Милость?

- Почему мы не используем пули из того же сплава, из которого изготавливают агрики? Слишком дорого?

- Почему не используем? – удивилась генерал. – Используем. Просто стрелять ими есть смысл только снайперам. Ведь, во-первых, нужно попасть в жизненно-важный орган, а, во-вторых, только один раз. При обстреле из автоматов или пулемётов смысл в таких пулях теряется. И расход бесполезный, и гули будут воскресать тут же.

- Да, логично. А снайперы у нас есть?

- Никак нет.

- Почему? Я дал тебе полный карт-бланш в формировании армии.

- Так точно, господин барон, - Андронова заёрзала, забыв, что мы договорились обходиться без титулования, - но, видите ли, снайперов раздобыть очень трудно. Почти невозможно. Их совсем мало. И прикармливают их очень хорошо. Никто не перейдёт.

- Ясно, - новость неприятная. – А если своих воспитать?

- Для этого нужен хотя бы один инструктор.

- Что, даже одного раздобыть нельзя?

Генерал виновато покачала головой.

- Я пробовала. Не вышло.

Хм… А если одолжить у Шуваловых? Но я и так уже обращался к князю. Злоупотреблять не хочется. Да и потом, зачем я тогда съезжал из дворца?

- Вот что… Найди человек десять, у кого есть талант и желание стать снайпером. Сможешь?

Андронова кивнула.

- Так точно. Желающих немало, да только… Кто их будет учить?

- Я.

- Вы?! – удивилась девушка.

- Да. Не забывай, что меня растили как ассасина. Кое-что умею. И позаботься о закупке снайперских винтовок. Хотя нет. Сам этим займусь. Всё, иди, ищи будущих стрелков. И проверь, сколько на складе агриковых пуль.

- Слушаюсь.

Когда девушка ушла, я позвонил Марте.

- Через час поедем на военную выставку. Будем покупать винтовки для снайперов. Приготовьтесь.

Стоило повесить трубку, как открылась дверь, и в кабинет вошли доктор, а за ним – Антон.

- Ваш сотрудник чувствует себя вполне нормально, - сказал врач, поставив саквояж на пол. – Я уколол ему укрепляющее, а так всё в порядке. Может работать.

- Спасибо, доктор, - кивнул я. - Рад слышать. Антон, поздравляю.

- Разрешите идти, Ваша Милость? – спросил тот, потирая локтевой сгиб.

- Конечно. У тебя, наверное, куча дел.

Как только он вышел, я вопросительно взглянул на врача.

- Вы были правы, господи барон, - сказал он. – Реакция зрачков на свет аномальна, двигательные реакции сбиты, слизистые иссушены. Всё это последствия довольно сильного препарата. К тому же, я обнаружил след от инъекции под языком. Думаю, пациента сначала опоили, а затем сделали укол. Привели в чувство и допрашивали.

- Спасибо, доктор. Извольте получить за труды, - я выложил из ящика несколько крупных купюр.

- Здесь слишком много, Ваша Милость, - покачал головой врач.

- Я плачу не только за визит. Но и за конфиденциальность.

- Благодарю, - доктор забрал деньги. – Сегодня я сделаю анализы крови и пришлю вам результат. Можно по факсу?

- Да, запишите номер.

Когда он ушёл, я сложил кончики пальцев и задумался. Значит, кто-то проявлял большой интерес к моим делам. Наверняка хотел воспользоваться моим отсутствием, но опоздал. Так бы я даже не заподозрил, что моего ближайшего сотрудника допрашивали. Конечно, ничего особенного узнать от Антона не могли, но сам факт вызывал настороженность. Скорее всего, это был барон Пешков. Он же спит и видит, как бы избавиться от маленького Скуратова, мешающего ему надёжно обосноваться в уделе.

Сняв трубку, я набрал Марту. Та ответила почти сразу.

- Мы готовы, господин барон. Подавать машину?

- Подожди. Ещё есть время. У меня к тебе дело. Нужно обеспечить круглосуточную охрану всех управляющих. Особенно – Антона. Постоянный присмотр.

- Понадобятся люди, Ваша Милость.

- Само собой. Даю право нанимать персонал. Но Антону обеспечь охрану прямо сейчас. Надёжную. Это моя правая рука.

- Слушаюсь, господин барон. Будет сделано.

Положив трубку, я прошёлся по кабинету. После выставки вооружения надо заехать к Антону – посмотреть, не остались ли следы пребывания посторонних. Маловероятно, конечно, что я найду прямые улики, но лучше это сделать. Мало ли.

На выставке мы провели больше часа. Винтовки были мне не знакомы, модификаций оказалось полно – и местных, и импортных. Пришлось каждую изучать. К счастью, на выставке имелись тиры. В конце концов, я выбрал «Валькирию» из Мюнхена. По моему мнению, она оптимально сочетала вес, количество патронов в магазине, дальность, мощность и простоту сборки-разборки плюс обслуживания. Купил ещё контейнер запчастей. Загрузили всё в багажники двух тачек, на которых приехали. Еле впихнули. Осталось найти и обучить будущих снайперов.

С выставки отправились к жилому комплексу, где квартировались сотрудники. Консьержа предупредили, что нас он не видел. Взяли у него ключ и поднялись на восьмой этаж. Со мной были только Марта и ещё одна Падшая. Есения осталась в замке выполнять тренерские функции. Мне доложили, что после смерти Новака бандитские кланы затеяли передел территорий, но это не значило, что кто-нибудь из боссов не вспомнит о Падшей с полезным Даром. Такими ресурсами не разбрасываются, и я не собирался рисковать.

Как только вы вошли в прихожую, Марта принюхалась и хмыкнула. Пахло женскими духами. Слабо, но вполне ощутимо. Кто-то провёл здесь много времени, так что аромат до сих пор не выветрился. Похоже, Антон склеил девицу, которая его и опоила. Она сама проводила допрос или нет, пока было неясно.

Мы обошли квартиру, заглядывая во все помещения. Тонкий слой пыли – лучший помощник, когда нужно что-то выяснить. Почти ничего не тронули, однако на полу виднелись едва заметные следы, накладывающиеся друг на друга. Одни принадлежали женщине: треугольники с отстоящим кружком. Туфли на шпильках. Другие – грубые, рифлёные. Две пары. Итого в квартире побывало трое человек. Судя по размеру одних из отпечатков, минимум один мужчина. Никаких других улик я не обнаружил – если что и было, гости всё унесли с собой.

Интересно, как консьерж мог пропустить такую компанию? Это предстояло выяснить.

- В постели только спали, - сказала Марта, откинув покрывало с одеялом. – Как ни странно.

- Уверена? – спросил я.

- Можете мне поверить, Ваша Милость.

- Придётся.

Я же всего лишь пятнадцатилетний мальчик.

Посуда оказалась вся перемыта. Тщательно. Следов никаких не найдёшь. Да и незачем. И так всё ясно.

- Ладно, сворачиваемся здесь. Пойдём потолкуем с консьержем.

Тот, мужик лет шестидесяти с жидким венчиком рыжих волос, сильно волновался, но на все вопросы отвечал чётко и по существу.

Да, господин Юшин вернулся поздно, в компании девушки. Очень красивой. Описать и узнать смогу. Через полчаса из квартиры позвонили. Женский голос предупредил, что придут друзья господина Юшина, и попросил их впустить. Двое мужчин явились спустя примерно десять минут. В кожанках, серьёзные. Один повыше и здоровый, второй обычного телосложения. В шапках, так что цвет волос неизвестен. А женщина была рыжая.

Я велел охране забрать консьержа для составления фоторобота всех троих. Как только он вызвал себе замену, мы отправились в замок. Девушки увели старика к себе, а я вызвал Андронову и велел организовать разгрузку машин. При виде винтовок она одобрительно поцокала языком. Глазки даже загорелись.

- Вы не поскупились, господин барон, - заметила она. – «Валькирии» стоят кучу денег!

- Лучшие игрушки для моих людей. Надеюсь скоро увидеть их в работе.

- Найти стрелков не так-то просто. Это займёт несколько дней.

- Само собой. Просто не затягивай. Может, у нас уже сейчас есть перспективные кадры.

- Я проверю.

Дальше у меня по плану был разговор с юристом.

Семён Олегович Ригель был невзрачным на вид мужиком лет сорока, зато с большим опытом: пятнадцать лет работал на корпорацию простолюдинов, производящую армейскую обувь и форму. Конечно, он сразу согласился перейти под крыло Зелёного рода – но сразу выговорил условие, что будет принят в качестве вассала не позднее двух лет, если к тому времени ещё будет жив и останется моим сотрудником.

Похожий на хорька, он носил большие очки в тонкой оправе и перстень с бриллиантом на левом мизинце. Одевался в дорогие, сшитые на заказ костюмы. Со всеми, кроме меня, разговаривал сухо, по-деловому, и был неизменно вежлив. Знал себе цену, короче.

- Ваша Милость, я подготовил запрос Его Величеству на субсидии. Нужна только ваша подпись и родовая печать.

- Печать? – спросил я, беря протянутые документы.

- Да, Ваша Милость. Не та, что на перстне, а большая.

- Хорошо. Мне нужно изучить бумаги.

- Само собой. Также я подготовил представления на принятие в род по вашему списку. Однако должен предупредить, что это возможно только для тех, кто пережил нападение гулей на удел или участвовал в Дикой охоте.

- Знаю. Главное, что документы уже есть, и проволочек с этим не возникнет.

- Боюсь, многие не выживут, - заметил Ригель, поправив очки. – Большая часть представлений окажется не востребована.

- Будем надеяться на лучшее. У меня вопрос: можно ли присоединиться к чужой охоте? Я к собственной пока не готов.

- Ожидал, что вы поднимете эту тему, господин барон, - кивнул Ригель. – Так что тщательно изучил вопрос. Безусловно, это реально. Однако следует учесть, что в таком случае представления должен будет подписать также глава рода, которые организует охоту. Поэтому лучше заранее заручиться его согласием подтвердить ваш выбор.

- Понятно. Нужен кто-то, готовый пойти мне навстречу. Что ж, благодарю, Семён Олегович. Буду изучать документы, - я положил руку на папку, которую принёс юрист.

- Есть ещё текущие вопросы, Ваша Милость. Если угодно заняться ими сейчас, то решим их в течение получаса.

Времени ушло чуть больше. В основном, потому что я вникал в каждую бумажку, что подсовывал Ригель. Всё это была рутина, но лучше перебдеть, чем недобдеть.

Когда закончили, я посвятил пару часов папке на императорские субсидии. Юрист хорошо постарался. Явно просил с запасом, чтобы дали хотя бы треть. Правильная политика.

Подписав все бумаги, я достал из сейфа Большую печать, палочку зелёного сургуча и спички. Накапав, где надо, оттиснул родовой герб – медвежью голову на геральдическом щите, окружённом дубовыми листьями и сверху увенчанном рыцарским шлемом без перьев. Когда сургуч застыл, вызвал Ригеля.

- Всё готово, Семён Олегович. Можете отсылать.

Время обеда давно миновало, так что желудок просил его уважить. Плотно поев (спагетти, охотничьи колбаски, сырный суп и штрудель с какао), я отправился в подземелье замка, чтобы выяснить, как продвигаются дела со сворой и персоналом псарни.

В подвале стоял характерный и знакомый мне запах. Смесь пота, псины, экскрементов и сырого мяса. И это при наличии вентиляции: решётки вытяжек располагались под потолком, прямо над клетками.

В подземелье ошивалось человек двадцать. Может, и больше. При виде меня кланялись, здоровались и, кажется, смущались. На вопрос, где Прокофий Васильевич, показали в сторону дальнего коридора. Там, в небольшой каморке, я и нашёл Рудаева. Старик паял стрекало. В помещении стоял едкий запах канифоли.

- Ваша Милость, - кивнул он, вставая из-за стола. – Добро пожаловать. Пришли проведать собачек? Подросли они уже, конечно. Хорошие симураны, сильные. Сука уже беременна. Щенка два будет, думаю.

- Всего два?

- Это нормально. Три редко бывает. Больше – никогда. Это же не обычные собаки. Да и вообще, не собаки, если уж на то пошло.

- Садитесь, Прокофий Васильевич, - кивнул я на стул. – В ногах правды нет.

- Благодарю, господин барон. Годы берут своё.

- Как персонал? Я вижу, вы кое-кого набрали.

- Ага. Есть перспективные. Но не все. Часть годится только дерьмо убирать, да мясо рубить. Постепенно избавлюсь от них. Лишние люди в нашем деле не нужны.

- Это как решите. У вас полная свобода, Прокофий Васильевич.

- Спасибо, Ваша Милость. Иначе я бы и не смог вам помочь. Тут нужно тщательно народец подбирать. Только тех, кто жизнь своей без псарни не мыслит. Призвание потому что иметь надо. И есть, и спать, и всё остальное – здесь, в подвале. Ни о чём ином не мечтать. Мало, кто на это способен. Особенно, если молод.

- Можете ответить, когда псарня будет готова?

- К чему, господин барон? Гулей рвать?

- Да. И к Дикой охоте.

Старик вздохнул.

- Ох, молодость, молодость! Вы простите, что так говорю. Я уважение к вам имею. Вижу, как ретиво за дело взялись и не бросаете. Хорошо вас воспитали, да. Однако понимать нужно, что такое псарня. Это не просто много сильных симуранов. Они слушаться должны и понимать, что делать. А что у нас?

- Пара животных и надежда на то, что появятся ещё два.

Прокофий Васильевич кивнул.

- Именно. По сути, все щенки. Даже те, что уже есть, гулей в глаза не видели, нюхать не нюхали. Нормальная свора появится не раньше, чем через год. И то… Я бы повременил.

- А как влияют на наследственность внутрисемейные скрещивания?

- Плохо. По-нормальному, надо прикупить ещё две пары разного пола. Да только кто их продаст?

- У вас нет связей?

- Есть, конечно. Вот только симураны принадлежат не псарям, а аристократам. И у них свои представления о том, кому продавать и у кого покупать, - Рудаев озадаченно почесал в затылке. – Конечно, все заинтересованы в генетике своих свор. Так что обмены происходят. Но тут надо хорошие отношения иметь. У вас они есть?

- Как сказать. И да, и нет. Вообще, наверное, их недостаточно.

- Ну, вот. Так что, господин барон, симураны ещё не скоро будут готовы к Дикой охоте. Я уж молчу про настоящую схватку с гулями. Для этого их ещё натаскать надо.

- Ладно, Прокофий Васильевич, я вас услышал. Буду думать.

- Думайте, Ваша Милость, думайте. Дело непростое, спешки не терпит. Неопытных животных выставить против гулей – только потерять их.

- А что с людьми? Как они? Учатся?

- Тоже со скрипом. Нет, стараться-то стараются, да не всем дано. И потом, опыт тоже нужен. В общем, не могу ничего обещать в ближайшее время.

Расставшись с Рудаевым, я отправился на тренировку с Есенией. Девушка уверяла, что прогресс есть, но было ясно, что до хоть какого-то приличного уровня мне ещё далеко. И это удручало. Аристократ в этом мире не может позволить себе уязвимость. Особенно, если он глава рода. К тому же, придёт день, когда гули снова нападут, и мне нельзя будет просто прятаться в бункере. Придётся показать, чего я стою. Воины идут за полководцем, которого любят. А что за любовь без уважения?

- Из какого ты рода? – спросил я Есению, пока мы отрабатывали удары. – Знаю, что Торховых, но что это был за род?

- Довольно влиятельный, господин барон. Не первый, но и не последний. Мы производили бронекомбезы и другие средства индивидуальной защиты. Теперь этот бизнес отошёл Фоссам из Коричневого клана. Они хапнули всё, что смогли. С одобрения императора, само собой.

- Торховы участвовали в заговоре?

- Это был не заговор. Обычная война между кланами. Мы проиграли. Печально, но так бывает.

Уверен, что Белый клан придерживался на счёт формулировки иного мнения, но это было неважно. Я просто хотел узнать, что за человек Есения. Чем живёт. Даже если кто-то выглядит и ведёт себя, как машина для убийства, это не значит, что у него нет ни слабостей, ни желаний.

- Почему ты не нанялась в какой-нибудь род? Из тех, кто не участвовал в войне на стороне императора. Уверен, человека с таким Даром, как у тебя, взяли бы.

- Скорее всего, Ваша Милость, - девушка переместилась влево и нанесла стремительный удар, метя в шею. Мне едва удалось его отвести в последнюю секунду. – Однако тогда мне не хотелось служить никакому роду. Гордая была. И обиженная. Всё-таки, я не вассал, а представитель рода. Думала, так буду почти независима. Ошиблась. А потом и деваться уже было некуда. Из бандитского клана меня никто не взял бы. Кроме вас.

- Выходит, мне повезло.

Я попытался нанесли удар в плечо, но девушка легко отбила его и тут же перешла в наступление. Первые две атаки я блокировал, но третья достала меня в грудь.

- Ты сирота? – спросил я, отступив. – Никого из родственников не осталось?

- Хотите знать, есть ли ещё носители такого Дара?

- В том числе.

- В городе – нет. Все разъехались. Даже не знаю, кто где и жив ли.

- Есения, скажи честно: чего ты хочешь? В идеале.

Помедлив, девушка опустила меч и отвела выбившуюся из-под налобной повязки рыжую чёлку.

- Стать членом рода, - сказала она, глядя в сторону. – Не вассалом, а именно членом. Но это пустые мечты. Они никогда не сбудутся. Так что, если смотреть на вещи реально, то вассалом. Этого вполне достаточно.

- Я так понимаю, для этого нужно пережить атаку гулей. Ты пережила.

Девушка покачала головой.

- Не любую атаку. Именно ту, которая была предпринята на удел, который тебя берёт. Продолжим, Ваша Милость?

- Конечно.

Мы снова скрестили клинки. Итак, Есения мечтала выйти замуж за аристократа. Только так она могла стать членом рода. Однако умная девочка не рассчитывала, что я предложу ей руку и сердце. Понимала, что меня ждут выгодные партии. Хм… Интересно, есть ли другой способ принять человека в род? Например, удочерение. Я, конечно, несовершеннолетний, но это пока. Исполнив мечту Есении, я заполучу носителя уникального Дара с гарантией. Навсегда. Над этим стило поразмыслить. И обсудить возможности с Ригелем.

Глава 5

После урока фехтования я остался поработать с Бером. Как ни искал записи матери о техниках Тени, ничего не нашёл. Так что развивать этот Дар пока не мог. Единственное – учился призывать его на скорость. Пока получалось неважно. Как и с Бером. На то, чтобы призвать Дары, уходило секунд тридцать, а то и больше. Это, конечно, много. В некоторых ситуациях подобное промедление может стоить жизни.

Техник Дара Скуратовых было пять. Помимо режима берсерка, атака призрака, как я называл фигуру медведя, прыжок, когда Бер взвивался в воздух и обрушивался на противника, подминая под себя, рык, во время которого призрак исторгал из пасти поток зелёного пламени, когти (медведь отращивал полуметровые сабли) и щит – полезная защитная техника, позволявшая прикрываться полупрозрачной фигурой. Всё это требовало сил и энергии. После тренировки я чувствовал себя выжатым, как лимон. Пришлось отдыхать, лёжа плашмя на кровати. Я понимал, что это ненормально. Должен существовать способ пополнения энергии. Но тут требовался наставник. Обратиться к той же Есении я не мог: девушка не знала, что маленький барон только недавно овладел Дарами. Попросить разъяснений у кого-то из Шуваловых означало признаться, что ко мне вернулся Бер. Я не был уверен, что уже пора открыть карты. С другой стороны, чего тянуть?

В конце концов, решил, что для пользы дела можно и не шифроваться. Тем более, я ничем не рисковал: кроме Шуваловых, все и так считали, что я обладаю Даром.

Придя в себя, позвонил во дворец. Трубку снял слуга. Я попросил позвать к телефону Павла.

- Привет, прогульщик! – проговорил тот вместо приветствия. – Заболел, что ли?

- Нет, просто недавно вернулся в город.

- Где пропадал? Мы пытались до тебя дозвониться. Хотели пригласить кое-куда на каникулах.

- Были дела. Важные.

- Так ты из Камнегорска, значит, сваливал. Спрашивать, куда, видимо, бессмысленно. Скажи просто, всё ли у тебя в порядке.

- Да, спасибо. Перелёт немного утомил. Вот и замотал денёк. Как дела в школе?

- Как обычно. Что с ней сделается? Полдня выслушивали речи преподов о том, что надо взять себя в руки после каникул и вспомнить, зачем мы ходим на уроки. Бла-бла-бла, короче. Мотивировали нас. Ну, и пару тестов ты пропустил.

- Переживу. Слушай, как у тебя завтра со временем?

- Есть пара часиков свободных, вроде. А что?

- Нужна консультация.

- Моя?

- Ага.

- На тему?

- Не телефонный разговор.

- Понял. Ладно, давай после уроков к нам поедем. Всё и расскажешь. Девчонки рады будут. А уж как Женька обрадуется, что ты появишься, - парень усмехнулся. – Она Аньку извела расспросами о тебе. Кажется, подозревает, что мы тебя прячем.

- Ну, сниму с вас завтра подозрения.

- Уж будь добр. Значит, до завтра?

- Ага. Спокойной ночи.

Так, человека, который объяснит мне, как пользоваться Даром и не выдыхаться, я нашёл. Это хорошо. Убедить Павла не говорить отцу, что ко мне вернулась родовая способность, конечно, не удастся. Дружба дружбой, а интересы семьи превыше всего. Так что даже не буду ставить парня в неловкое положение. Да и шило в мешке не утаишь.

Приняв душ, я завалился в постель – на этот раз, чтобы проснуться по сигналу будильника.

Как говорится, и снова в школу.

После первого же урока меня вызвал завуч. Сильно не наседал, но потребовал написать объяснительную, почему я отсутствовал вчера. Пришлось наврать, что отравился морепродуктами. Это завуча не удивило: подобные вещи в городе были нередки, так как мидий и прочее привозили Бог знает, откуда, и они часто бывали не в кондиции. Я к ним и близко не подходил, даже суши заказывал без этих ингредиентов – от греха подальше.

- Если станет плохо, не тяните, - сказал, пробежав глазами объяснительную, завуч. – Идите в медпункт. Морепродукты – дело опасное.

Выразив готовность последовать совету, я отправился на урок алгебры. А после него мы встретились в столовой. Женя, завидев меня, вытаращила глаза, раскрыла рот и издала пронзительный восторженный вопль. Разбежавшись, кинулась мне на шею и стиснула так, что едва не сломала позвонки. Упёрлась грудью – явно неслучайно. Гормоны приподняли головы, но я тут же велел им знать своё место. Слава Богу, в педофилии замечен не был.

Женя заняла место рядом со мной и всю перемену то выспрашивала, где я был на каникулах, то почему меня вчера не было, то рассказывала о своих девчоночьих делах. При этом то и дело заглядывала в глаза, пытаясь понять, рад ли я её видеть и внимательно ли слушаю. Приходилось делать вид, что да – по всем пунктам. Под конец перемены она закидала меня предложениями и приглашениями. Я сказал, что сейчас у меня куча дел, но постараюсь вырваться хоть куда-нибудь. Вроде, удалось пока отмазаться, но явно ненадолго: я был уверен, что Ильина не сдастся.

В конце дня Кирилла вызвали к директору. Мы не могли понять, почему. Артём предложил его подождать. Отказаться было неудобно. Прошло почти полчаса, прежде чем парень спустился. Лица на нём не было: бледный, потерянный, испуганный.

- Что такое?! – подскочил к нему Артём. – В чём дело?!

Кирилл остановился. Взгляд его блуждал. Я сразу почувствовал, что стряслось нечто плохое.

- Отец… попал в больницу! – проговорил Кирилл, запинаясь. – Кажется, всё серьёзно. Брат звонил, велел приехать. За мной уже прислали машину.

Я вспомнил, как Косец говорил, что глава рода Каминских – единственный, кто стремится наладить отношения с Зелёным кланом. А вот его сын – ярый противник примирения. Я не убил его, а теперь он имел все шансы занять место отца и проводить свою политику. И насколько она будет агрессивной, можно только гадать.

- Поехать с тобой? – предложил Артём.

Кирилл отрицательно покачал головой.

- Нет, спасибо. Это… наши внутренние дела. Я должен ехать сам.

Мы проводили его до машины. Там парня встречала охрана. Его погрузили во внедорожник, и через полминуты кортеж исчез из виду.

- Блин, надеюсь, всё обойдётся! – проговорил, глядя ему вслед, Артём. – Если глава Серого клана помрёт, будет война!

- С чего ты взял? Я, конечно, слышал, что наследник не стремится восстановить отношения с нами, но война? Как-то это чересчур.

Артём пожал плечами.

- Не знаю. Так говорил отец. А он редко ошибается. Собственно, не припоминаю ни одного случая.

Блин! Может, надо было завалить этого наследничка, когда Косец – а вернее, княгиня Шувалова – этого требовала? Вдруг Каминский-старший, и правда, окочурится?

С другой стороны, кто сказал, что война кланов не окажется мне выгодна? Надо сначала взвесить все «за» и «против». А там посмотрим.

Я заехал к Шуваловым, чтобы переговорить с Павлом. Выслушав меня, он для начала поздравил с вернувшейся способностью пользоваться Даром. А затем стал объяснять, что нужно копить энергию. Называл её Живой. Дал брошюрку, где содержалось руководство для чайников, и сам провёл одно занятие, чтобы я понял, что к чему. По сути, один из вариантов медитации, однако конкретно с такой я знаком не был. И действительно после неё почувствовал себя куда бодрее.

- Делай так каждый день, - сказал на прощанье княжич. – И лучше не по разу. Тогда всегда будешь готов к схватке. И твой магический симбионт станет работать эффективней. Лекари тоже имеют дело с Живой, но у них другие техники, нам недоступные.

Поблагодарив Павла, я отправился домой, где посвятил пару часов изучению брошюры и практике. Потренировался с призывом Бера и после этого чувствовал себя вполне нормально. Устал, конечно, однако четверть часа новой «медитации» полностью восстановили мои силы.

Князь Каминский продержался два дня. На третий его не стало. Брат Кирилла принял титул. На похороны никого из Зелёного клана не пригласили, что можно было расценивать как изъявление неприязни. И новый политический курс Серых. Кирилл в школу не вернулся. От Шувалова я узнал, что его перевели в учебное заведение Серого клана. Также нас держал в курсе событий Павел, узнававший о них от отца. Так, например, он сообщил, что новый князь начал с того, что поставил Коричневым ультиматум: никаких комплектующих для беспилотников, которые те производили, пока они торгуют с Зелёными боеприпасами. С одной стороны, ерунда. Патроны много, кто производил. Мой род, в том числе. Однако звоночек был дан. Никто не сомневался, что это только начало, и Каминский станет давить на другие кланы и роды, так или иначе зависевшие от Серых. А таких было немало. Хуже всего, что его позицию разделяли бароны Серого клана. Назревала война.

В школе же всё шло по-прежнему. Уроки, тренировки. Дали спектакль «Ромео и Джульетта», вернее, «Роман и Юлия», произведший фурор. Родителей было немного, зато детей собралось – чуть ли не вся школа. Местные не были избалованы премьерами. Мне пришлось присутствовать, как автору. Когда вызвали на сцену, я понял, что в одночасье стал звездой Преображенской школы. Не такой, как те, кто исполнял главные роли, и всё же. Лида Молчанова, лишившаяся роли Юлии, вышла со спектакля бледная и зарёванная. Наверное, для неё чужой успех стал ударом почище смерти отца.

Ну, а я стал замечать плотоядные взгляды девочек, которыми они провожали меня в коридорах. Некоторые даже пытались познакомиться, но Аня с Женей решительно пресекали все подкаты, особенно в столовке. И всё же, одна поклонница юного дарования проявила настойчивость и бесстрашие, за что получила ненависть Ильиной. Но не место за нашим столом. До этого было ещё далеко.

Звали девушку Марина Фустова, и была она из Жёлтого клана. Что, кажется, Женей воспринималось как форменная измена. Аня шепнула мне по секрету, что Ильина ей пожаловалась: она отвела соперницу на перемену в сторонку, дабы разъяснить, что место занято (с чего она это взяла, интересно?), однако та нисколько не впечатлилась. Нахально пожала плечами и ответила, что это ещё бабушка надвое сказала, сердцу не прикажешь, и вообще, она, мол, что-то не слыхала о помолвке. Дело едва не кончилось дракой, однако девчушек вовремя растащили дежурные по этажу. Благо, они оказались неподалёку. Учителям сообщать не стали, и инцидент замяли, но с тех пор остальные воздыхательницы страдали молча и издалека, лишь посылая мне томные взгляды. Предпринимать иные шаги не решались. За что, кстати, я был весьма признателен как Жене, так и Марине. Словно сторожевые псы, они оберегали меня от любовных посягательств. Я даже мысленно прозвал их «Падшими» - по аналогии с реальными телохранительницами.

А начала Фустова свою кампанию с того, что, улучив момент, когда я был один, подошла и спросила, не я ли автор пьесы, которую давали пару дней назад. Как будто не знала. Услышав утвердительный ответ, девушка просияла, протянула руку, представилась и заявила, что она тоже пишет, но ещё не опытна, так что ей не помешала бы помощь такого мастодонта, как я.

Судя по макияжу и количеству потраченных духов, а также длине юбки, девушка шла в атаку под бой барабанов и развевающиеся знамёна. Я ответил, что, конечно, при случае и по возможности помогу, чем смогу. На этом знакомство в тот день и закончилось. Однако я заметил, что Фустова мелькала рядом со мной ещё несколько раз во время перемен – делая вид, что меня не замечает. А назавтра снова подошла. Принесла план пьесы. Оригинальной, собственного сочинения. Попросила глянуть. Так и пошло. Вроде, и по делу, но было ясно, что девчушка положила на меня глаз. Инцидент с Женей у них случился на пятый день. А на следующий Марина поймала меня возле библиотеки, как ни в чём не бывало. Так что характер у неё был. Этого не отнять. Сунув мне машинописные листки, заявила, что это описания конфликтов героев, и попросила дать оценку. Как будто я эксперт, а не просто переписал Шекспира.

В воскресенье Женя вытащила меня в краеведческий музей – практически в ультимативной форме. Пришлось смотреть на витрины, где были представлены экспонаты из истории Камнегорска. В основном, фотографии. Я пытался давить зевки и проклинал потерю времени. Краеведческие музеи – худшее, что придумало человечество в этой области, на мой взгляд. Не знаю ни одного, откуда не хотелось бы побыстрей свалить.

- Тебе нравится Марина? – спросила вдруг Женя, взяв меня под руку возле витрины с какими-то обломками.

Я даже не пытался прочитать, что это за экспонат.

- Какая Марина?

- Фустова, какая! Которая тебе проходу не даёт после спектакля. Любительница звезд.

- Разве я звезда?

- Не скромничай! Конечно, да. Только такие девчонки быстро переключаются. Сегодня один им нравится, потому что окружён славой, а завтра уже другой. Непостоянные натуры.

Ну, да, не чета тебе.

- Не думал об этом. Ей просто нужны советы по пьесе, которую она пишет.

Женя презрительно фыркнула.

- Конечно! И давно она начала писать?

- Понятия не имею. А ты имеешь что-то против неё?

- Я имею что-то против назойливых вертихвосток! – припечатала Женя. – Так она тебе не нравится?

- Просто помогаю ей. Только и всего. Почему тебя это так интересует?

- А ты сам как думаешь? – прищурилась девушка.

Пришлось прикинуться дурачком.

- Даже не знаю. Скажи.

- Да ну тебя! – рассердилась Женя. – Пошли дальше! Вот там мы ещё не были.

Мучения продолжились. К счастью, залы скоро кончились, и мы убрались из музея. Заглянули в кафе, где съели по мороженому, а затем я отвёз девушку домой. Кажется, она рассчитывала на поцелуй, но я сделал вид, что тупой. Женя была разочарована, но виду постаралась не подать. Аристократия ж, как ни крути. Иногда воспитание – очень удобная вещь.

Вернувшись в замок, я поужинал и до ночи занимался делами, прервавшись только на тренировку по фехтованию. Спал, как убитый.

На следующий день уроки тянулись, как никогда медленно. Наверное, потому что они интересовали меня всё меньше. Слишком много важных дел ждало там, за стенами школы. На задачках сосредоточиться было трудно. К счастью, Артём время от времени заглядывал украдкой в мои тетради и указывал на ошибки.

- Ты сегодня прямо не в себе, - заявил он, когда прозвучал очередной звонок. – Что-нибудь случилось?

- Всегда что-то случается, - ответил я, собирая учебники. – А вообще, просто все мои мысли о баронских делах.

- Образование тоже важно, - серьёзно сказал Артём. – Без него аристократу никак нельзя.

- Да знаю, знаю. Учусь же вот, один раз прогулял всего. Ладно, пойдём пожрём, что ли.

Однако до столовки мы добрались не сразу. В коридоре нам преградил дорогу высокий худой парень с жёлтыми волосами. Плотно сжатые губы, прищуренные серые глаза. Смотрел на меня. Так-так, неужели опять какие-то претензии?

- В чём дело? – спросил я. – Коридор стал узковат?

- Узковат, - кивнул парень. Голос у него оказался высокий, слегка надтреснутый. Я видел этого субъекта в школе, но мы до этих пор ни разу не пересекались. Кажется, он учился на класс старше. А может, и на два. – Я, конечно, понимаю, что ты у нас звезда, - продолжил парень, хрустнув пальцами. Боже, что за мексиканский сериал?! Кого он пытается этим напугать? – Но это не значит, что можно кадрить чужих девчонок. Согласен?

Он ждал, картинно прищурившись. Я осмотрелся в поисках его дружков, ошивающихся поблизости, но никого не было. Странно. Хотя, может, человек не хочет обсуждать личную жизнь при лишних свидетелях.

- Слушай, - сказал я, бросив взгляд на его волосы. – Мы с Женей просто друзья. Если тебя это беспокоит. И вообще, я впервые слышу, что у неё есть парень.

Мой визави дёрнулся от досады. Даже скривился.

- Не валяй дурака, Скуратов! – проговорил он, понизив голос. Что у него, впрочем, не особо получилось. – Ты отлично понимаешь, что я говорю не об Ильиной! Все и так знают, что она сама на тебя вешается!

- Обычно я не позволяю так говорить о своих друзьях. Особенно незнакомцам. Но ты завладел моим вниманием. Кого же я, по-твоему, кадрю?

- Марину! – ещё тише прошипел мой собеседник. – Скажешь, с ней вы тоже друзья?

- Нет. Не друзья. Девушка попросила помочь с пьесой, которую пишет. Отказаться было неудобно. Это если ты действительно её парень, и она в курсе этого. Хотя, если честно, непохоже. Кстати, может, уже представишься? А то я не любитель объясняться с незнакомцами. Даже если они не в себе от неразделённой любви.

Парень побледнел, стиснув зубы. Хрустнули пальцы. Но он держался. Хотя, наверное, очень хотел мне влепить.

- Ростислав Хомутов, - процедил он, глядя на меня, не моргая. – Говорит тебе это о чём-нибудь?

- Конечно. А то! Например, о том, что представители данного рода не слишком хорошо воспитаны. Хотя, возможно, это твоя личная особенность.

Хомутов медленно согнулся, чтобы наши лица оказались почти вровень. И слишком близко, на мой взгляд, если честно. Но отодвигаться я не стал, хотя очень ценю личное пространство. Ещё решит, что напугал. Потом разубеждай его.

- Вот, что, малыш! – начал он совсем уже тихо. – Ты, наверное, чего-то не понимаешь! Мы с Мариной с детства не разлей вода, ясно?! И мы поженимся! Так что зря ты положил глаз на заводы Фустовых!

А, стало быть, дело в завидном приданом! Вот, из-за чего переполох.

- Что за заводы?

- Будто ты не знаешь! Те самые, которые делают базы для бронетехники. Решил, что урвёшь лакомый кусочек? Только потому что у тебя уникальный Дар теперь?!

- Вот что, дылда, - в тон ему ответил я. – Во-первых, видимо, ваша свадьба - дело далеко не решённое, раз ты так распереживался. Во-вторых, если я решу взять в жёны Марину, то уж точно твоего мнения не спрошу.

Хомутов секунды три пялился мне в глаза, а потом вдруг резко распрямился.

- Девчонки часто ведутся на таких однодневок, как ты, Скуратов! – процедил он презрительно. – Но потом возвращаются туда, куда следует. Так что особо не мечтай! И подумай хорошенько, стоит ли связываться с Хомутовыми. Это говорю тебе не только я. В моём лице говорит род!

- Значит, я был прав, - сказал я, изобразив печаль. – Дурно воспитан в вашей семье не один ты.

- Пытаешься оскорбить род? – усмехнулся Хомутов. – Не старайся. Свидетелей маловато. Твой приятель не в счёт, - он бросил взгляд на Артёма. – Советую хорошенько обдумать мои слова. Не переходи нам дорогу, мелкий! У тебя нет ничего, чтобы победить!

С этими словами он развернулся и медленно двинулся прочь, засунув руки в карманы.

- Вот урод! – процедил, глядя ему вслед, Артём. – Что он о себе возомнил?!

- Ты сам всё слышал, - отозвался я. – Чувствует за своей спиной силу рода. Которой у меня нет. Похоже, его предки пересрались, решив, что заводы могут уйти Скуратовым. И Зелёному клану.

- Я понимаю, почему ты не стал объяснять этому индюку, что у тебя нет планов на Фустову. Их же нет?

- Не было. Но я ведь не знал, что она такая завидная невеста. Теперь подумаю.

- Ты серьёзно?

- А что? Если уж жениться, то с пользой. Большой и неоспоримой. Но Хомутов прав: девочка скоро перебесится и вернётся к нему. Если он сам дров не наломает.

- Главное, чтобы не пошли слухи, будто ты отступился, испугавшись Хомутова.

- Я-то могу отступиться. Но Марина с этим не согласится.

Артём усмехнулся.

- Это точно! Нелегко тебе приходится.

- Бывал в переплётах и посерьёзнее.

Вот уж, точно! В разы.

Всё бы ничего, однако после уроков, выходя из школы, я заметил, что Хомутов уходит вместе с Лерой, синеволосой подружкой Ани, которая терпеть меня не может. И чёрт бы с ней, но девчонка - редактор школьной газетёнки. А значит, может писать, что угодно и про кого угодно. Конечно, осторожно, но ведь и намёками можно добиться своего.

В общем, судя по всему, назревал заговор против короны.

Глава 6

После школы я отправился в замок – ну, а куда ещё? Аристократическая ноша приятна, но нелегка. Там первым делом вызвал Ригеля. Юрист явился спустя пять минут.

- Слушаю вас, господин барон. Что-то срочное?

- Нет. Просто нужна консультация. Допустим, я хочу принять человека в род. Не в вассалы, а именно сделать частью семьи. Могу я его усыновить или удочерить? Разумеется, по достижению мною совершеннолетия.

Ригель отрицательно покачал головой.

- Увы, Ваша Милость. Закон этого не позволяет.

- То есть как?! – я был удивлён.

- Член рода является носителем определённого кровного Дара, передающегося генетически от отца детям. Иной Дар может быть только у супруги. И он потомкам не достаётся.

- Значит, способ принять в род только один? Женитьба?

Ригель кивнул.

- Именно так, господин барон.

- Погодите, Олег Семёнович, а если семья не может дать потомков? Хотя бы теоретически.

- Такое маловероятно, Ваша Милость. Обычно род старается дать несколько родственных линий. Но теоретически, если такое случится, род затухнет. Это не критично для клана, поэтому… - юрист развёл руками.

Было и без слов понятно: затухнет и затухнет. Останутся другие. Попилят наследство загнувшегося рода между членами клана – и всего делов.

Значит, удочерить Есению не получится. Облом. А так хотелось привязать девушку к Скуратовым. Но жениться на ней, конечно, перебор. Только из-за Дара? Нет, слишком расточительно. Если понадобится, я найду более выгодные партии. Конечно, число жён, вроде, не ограничено… Кстати, надо это выяснить.

- Сколько всего жён можно иметь? – спросил я.

- Максимум пять, Ваша Милость. Но это считается на грани непристойности. Насколько мне известно, ни у кого из аристократов на данный момент такого количества супруг нет. Считается, что три – максимальное приличное число.

- Ясно, учту. Спасибо, что уделили время.

- Это моя работа, господин барон. Я – ваш слуга.

Когда он ушёл, я вызвонил Антона. Управляющий выглядел свежо и бодро – видимо, остаточное влияние введённого ему препарата окончательно выветрилось из организма.

- Мне нужна служба разведки, - сказал я. – Поищи людей в частных детективных агентствах. Наверняка найдутся желающие. Человек десять для начала будет достаточно. И один из них должен будет всё это возглавить. Так что организуй им собеседование со мной. Всех подряд не тащи. Мне нужны профессионалы, которых ценят на работе.

В условиях, когда мой персонал тайно допрашивают, я должен иметь людей, способных пройти по следу и сказать, кто этим занимается. Кроме того, барону нужно знать, с кем он имеет дело или собирается иметь. И лучше, чтобы сбором информации занимались те, кто не спалится.

Отпустив Антона, я отправился на стрельбище, где как раз должны были собраться будущие снайперы. Ими занималась одна из Падших – девушка по имени Виолетта. Было забавно видеть, как малышка с кудряшками и веснушками строит мужиков, державших винтовки размером чуть ли не с инструкторшу. Впрочем, стрелки слушались Падшую беспрекословно и, кажется, с неподдельным уважением. Ну, да, она же машина смерти в ангельском обличье. И татуировка черепа на лице не давала никому об этом забывать.

- Господин барон! – вытянулась Виолетта, заметив меня. – Смирно!

Стрелки повскакивали со своих лежбищ и выстроились в ряд.

- Вольно, - кивнул я. – Возвращайтесь к тренировке. Я пока понаблюдаю.

Девушка отдала команду, и солдаты повалились обратно. В сотне метров перед ними виднелись мишени. Они сажали в них одну пулю за другой. Я взял у Виолетты бинокль, чтобы проверить кучность стрельбы.

Надо сказать, меткостью парни обладали. Выбрали их не просто так.

Расслабляться, плавно спускать крючок на выдохе и задерживать дыхание учить их было ненужно. Вот только работа снайпера сильно отличается от стрельбы в тире. Тут нужно, во-первых, уметь выбрать позицию. Не просто где тебя не видно, да повыше, как думают некоторые, насмотревшись фильмов. Всё гораздо сложнее. Гнездо не должно располагаться слишком высоко: летящая под углом сверху вниз пуля весьма капризна. Промахнуться очень легко. Так что я не рекомендовал бы укладываться выше четвёртого этажа. К тому же, целиться лучше всего не в сердце и, тем более, не в голову, ибо стенки черепа запросто могут изменить направление пули (уж тем более, ни один уважающий себя снайпер по этой же причине не станет стрелять через стекло), а в шейные позвонки. Это гарантирует результат. Для этого необходимо расположиться так, чтобы оказаться строго позади жертвы. Не всегда это возможно, конечно. Однако к этому следует стремиться.

Во-вторых, будущим снайперам предстояло убивать гулей. Я отсмотрел на досуге видеозаписи нападения тварей на город. Они были очень быстры и передвигались, чаще всего, длинными прыжками, часто меняя направление. Пластикой гули напоминали хищников вроде ягуаров. Значит, палить придётся по движущейся цели. И попадать не абы куда, а в уязвимые части тела, которых у чудищ не так много. Хорошо бы раздобыть пару гулей для тренировки снайперов. К счастью, их можно воскрешать, так что много монстров не нужно.

- Покажите мне агриковы пули, - сказал я Виолетте, понаблюдав за мишенями. – Есть у вас здесь такие?

- Да, Ваша Милость. Несколько штук, чтобы бойцы понимали, с чем будут иметь дело. Сейчас мы ими не пользуемся, конечно, - девушка подошла к раскладному столу, на котором стояли ящики с боеприпасами. – Слишком дорогие. Да и незачем лупить ими по мишеням, - она протянула мне патрон, снаряженный пулей цвета красный металлик.

Конец был затуплен и распилен накрест.

- Разрывные, - кивнул я, вертя боеприпас в руках. – А что внутри?

- Полость и шарик ртути. При попадании капля врезается в стенки пули и усиливает эффект разрыва.

- Я знаю. Очень хорошо. Много у нас таких?

- Три ящика. В каждом по сотне патронов. И ещё один початый. Там сорок три штуки. У меня всё учтено и записано.

- Неплохо, - я вернул патрон Падшей. – Ладно, сейчас мне нужно кое-что объяснить бойцам. Соберите их вон там.

Пора заняться тренировкой снайперов всерьёз.

Погоняв пару часов стрелков, я устроил себе перерыв и отправился в покои, чтобы спокойно заняться медитацией, или, как называл её Павел, Ритуалом.

- Магическая энергия, - объяснял он мне, - разлита в воздухе в виде испарений крови Чёрного сердца. Тех самых, которые иногда выпадают в виде Чёрного ливня. Все мы дышим ими. Во время Ритуала аристократ преобразует с помощью симбионта эту энергию в Живу. Она всегда голубого цвета. Как только ты видишь, что окраска поменялась, это означает, что ты пополнил свой запас.

Усевшись в центре комнаты на ковёр, я подвернул ноги и закрыл глаза. Следовало сосредоточиться и обратиться к симбионту, чтобы «увидеть» энергию вокруг себя. Спустя несколько минут мне удалось различить нечто вроде мути, которая постепенно обретала вид тумана. Затем стали видны мелкие фракции, висящие в воздухе. Испарения напоминали чёрную пыль. По мере того, как я её трансформировал, она меняла цвет, приобретая нежный лазоревый оттенок. Вот только, если до сих пор всё происходило именно так, как объяснял Павел, в этот раз я заметил, что к голубому примешивается красный. И цвет получается ближе к фиолетовому. Что за ерунда? С чего такие изменения? Может, делаю что-то не так? Но я в точности следовал указаниям княжича. Хм… Надо бы позвонить и спросить, из-за чего такое бывает. Закончив Ритуал, я уже собрался было набрать номер дворца Шуваловых, но задумался: Павел не упоминал, что подобное случается; значит, что-то не так. Какая-то аномалия вкралась в мой ритуал, и у этого должна быть причина. Стоит ли сообщать об этом кому-либо? Привычка к осторожности заставила меня передумать звонить.

А после ужина, когда я отправился в зал поработать с Дарами, странности продолжились.

Обычно в темноте сознания, куда я «нырял», чтобы обратиться к Тени или Беру, мерцали две точки – зелёная и фиолетовая. Однако сегодня их оказалось три! Последняя, правда, едва виднелась и была совсем крошечной и тусклой. Я даже не смог до неё дотянуться. Она вообще никак не реагировала на мои ментальные усилия. Но третий огонёк существовал! Что это могло значить? У меня пробудился ещё один Дар?! Но с какой стати? Объяснения этому я подобрать не мог. И почему красный огонёк возник только сейчас? Он ли подсвечивал мою Живу? Вопросы росли, как грибы после дождя, и ни на один не было ответа.

Обнаружившаяся аномалия меня обеспокоила. Не напугала, но хотелось разобраться, что происходит. Поэтому, полчаса потренировавшись с Бером, я отправился в библиотеку и долго рылся в книгах, пытаясь найти объяснение. Не смог. И это напрягало ещё сильнее.

Около девяти у меня был урок фехтования. Есения пожурила за рассеянность. Перед сном я решил ещё раз заняться духовной практикой. Проверить, как пойдёт. И снова лазоревый свет оказался подкрашен алым. При этом Жива нормально усваивалась – никаких проблем с её накоплением не возникало. Может, всё дело в том, что у меня сразу два Дара? Но почему тогда в сознании появился третий огонёк?

Сделав уроки, я ещё раз поползал по библиотеке – с тем же результатом. Конечно, все книги просмотреть мне не удалось, однако я был уверен, что любые странности, если о них известно, должны быть описаны. Наверное, всё-таки придётся обратиться к кому-нибудь за разъяснениями. Анонимно. Вот только, как это сделать? Да и получу ли я ответы?

В общем, несмотря на длительную пробежку, которую я себе устроил, засыпалось плохо. Отрубиться удалось только после двенадцати.

Утром я встал не совсем выспавшийся, но контрастный душ и кружка крепкого кофе сделали своё дело. Яичница с беконом, стакан апельсинового сока и булочка с джемом окончательно меня взбодрили.

В школе было семь уроков. Последний – тренировка с Дарами. На этот раз я не волновался.

Нас вывели на полигон – так назывался овальный стадион, окружённый мощными бетонными стенами. По команде преподавателя мы призывали Дары и приказывали им атаковать – сначала инвентарь из различных материалов, а затем друг друга. Каждые пять минут спарринг-партнёры менялись. Это делалось, чтобы мы учились противодействовать разным Дарам. Приходилось придумывать что-то на ходу, хотя большинство занималось этим не впервые, почти всегда знало, что делать, и действовало вполне уверенно и успешно. Например, молнии противопоставлялась земля, огню вода и так далее. Сложнее было, если пламя требовалось сбить электричеством, например. Тогда адепт такого Дара создавал статический щит. Я внимательно наблюдал за одноклассниками, стараясь запомнить, что и как они используют.

Далеко не у всех в качестве Даров были стихии и природные явления. В том числе, у меня.

Как призрачному медведю противостоять огню, воде или молнии? Почти каждый раз мой Дар проигрывал. Ни одна из пяти техник не могла выдержать атак стихий. Единственное, с чем мне удавалось справиться, это с землёй. Бер просто разбивал любые образования когтями. Даже камни разлетались на раз.

С другими Дарами было проще. Например, когда мне достался партнёр, владевший стаей хищных птиц (призрачных, как и мой Бер), я поглотил их зелёным дыханием.

Драться друг с другом нас заставлять не стали. Видимо, это было слишком опасно. Но я не сомневался, что рано или поздно придётся делать и это. Значит, нужно разобраться, как справляться с разными Дарами. К сожалению, их видов имелось великое множество.

После урока мы с Артёмом отправились в кафе. У него проблем на занятии не возникло: парень просто погружал оппонента в ступор, овладевая сознанием, и на этом атака Дара противника заканчивалась. Идеальный вид боевой магии, если подумать.

- Сколько врагов ты можешь держать в прострации одновременно? – спросил я, пока мы уплетали пирожные с какао.

- Сейчас троих. Мой отец может управлять разом девятью сознаниями. Но это лучший результат в истории нашего рода. Он считается уникумом. Если я научусь держать под контролем семерых, будет очень круто. А что с тобой было сегодня? Твоего Бера лупасили почти все, кому не лень!

- Знаю! Не трави душу, - я изобразил уныние. – Понятия не имею, как противостоять стихиям. Или, например, тебе.

- То есть, как не знаешь?! – удивился Артём. – А почему ты ни разу не синхронизировался с Бером?

- Зачем? Что бы это дало?

- Как это что?! – снова поразился мой собеседник. – Ты вообще не в курсе, что у тебя за Дар, что ли?!

Я отложил ложечку, которой потрошил пирожное, и внимательно уставился на Артёма.

- Давай представим, что нет. Родители мне толком не успели ничего объяснить.

- До пятнадцати лет?! – не унимался Артём.

- Просто скажи, что хотел. Ладно?

- Ну, ты даёшь! Я в шоке, честно!

- Это я вижу. Ближе к делу.

- Ладно, если ты так говоришь… Хм… Всё равно, странно, конечно. Всем известно, что Бер – один из самых мощных Даров. Не только потому что при синхронизации носитель увеличивает в разы силу атаки, но и потому что в режиме берсерка становится неуязвим!

А вот это новость! Причём из разряда отличных. Если, конечно, парень прав и не преувеличивает.

- Что, вот прямо совсем неуязвимым? – осторожно спросил я.

- Практически. Если твоей Живы столько же, сколько у противника, или больше. Тогда да, ничто тебя не возьмёт. Кроме гуля, конечно. С ними это не работает.

Оно и понятно, иначе мои родственники были бы живы.

Я медленно откинулся на спинку стула. Вдохнул и выдохнул.

Неуязвимость! Это… реально круто! Главное – запасать Живу в огромных количествах.

- Так что, хочешь сказать, ты этого не знал? – спросил Артём, приподняв брови.

- Наверное, вылетело из головы. После больницы у меня бывают заскоки. Врач говорит, должно пройти со временем.

- Ах, вот оно что! – протянул Артём. – Тогда ясно. В общем, в следующий раз ты синхронизируйся. И вообще, заранее подумай, как справляться с чужими атаками. Ты же видел, кто в нашем классе чем владеет.

Я кивнул.

- Так и сделаю. Ещё шоколадной картошки?

- Даже не знаю, - тут же переключился Артём. – В принципе, можно.

- Я угощаю. Моя благодарность за советы.

- Ладно, уговорил, - улыбнулся парень. – Официант!

***

Около пяти мне позвонили.

- Барон Скуратов? – голос был мужской, низкий и хрипловатый. Незнакомый. – Я от господина Емельянова.

- Не имею чести быть знаком, - ответил я.

- Да, вы пока не встречались. Но мой босс хотел бы с вами поговорить. Лично. С глазу на глаз.

- О чём? У меня плотный график.

- Нам это известно, господин барон. Прошу выкроить время. Предложение господина Емельянова может вас заинтересовать.

- Что ж… Не имею оснований вам не верить. Сегодня господин Емельянов сможет приехать?

- Сейчас узнаю. Прошу подождать.

Через пару минут в трубке снова раздался голос, но уже другой.

- Ваша Милость, добрый день. Это Арсений Емельянов. Раз знакомству. Спасибо, что выразили готовность меня принять. Я смогу приехать через час. Вам это время подойдёт?

Чувствовалось, что собеседнику непросто подбирать слова. Едва ли он был из аристократов.

- Да, буду вас ждать. Но пройдёте только вы. Никакой охраны. Согласны?

- Разумеется. До встречи.

Повесив трубку, я вызвал Антона.

- Ты не в курсе, кто такой Арсений Емельянов? Он только что со мной связался и через час будет здесь. Хочет предложить сотрудничество, а я даже не представляю, в какой сфере.

- Ваша Милость, насколько мне известно, так зовут нового босса клана Новак. Вернее, теперь уже клана Емельянова. Его банда одержала шаткую победу в войне за место под солнцем после гибели Новака. Как бы этот босс не попытался вас убить.

- Для этого он сам не поехал бы. И потом, у меня есть Падшие. Я предупрежу Марту, чтобы пропустили только его. А откуда ты о нём знаешь?

- Я получаю сводки с тех пор, как Новак заимел претензию к Вашей Милости. Слежу за тем, как пауки грызутся, чтобы получить контроль над территориями.

- Молодец. Я в тебе не ошибся.

- Благодарю, господин барон. Когда у нас будет своя разведка, дело пойдёт ещё лучше.

- Не сомневаюсь. Уже нашёл кого-нибудь?

- Я в процессе, Ваша Милость. Есть пара кандидатов, но они исполнители. Нужен человек на руководящую должность. С этим сложнее.

- У тебя есть фотка Емельянова? Не хочу, чтобы вместо него явился кто-нибудь другой.

- Да, Ваша Милость. У меня хранятся снимки всех боссов. Сейчас принесу.

Когда перед замком остановились три внедорожника, я взял бинокль и уставился на ту, что находилась в центре. Из неё вылез огромный лысый мужик в полосатом чёрном костюме и рубашке табачного цвета. Галстук был на тон темнее. На пальцах поблёскивали золотые перстни. Кивнув телохранителям, которые были ещё здоровее него, босс вразвалку направился к крыльцу.

До меня он добрался только спустя четверть часа. Падшие основательно обыскали его. Две из них находились в кабинете, готовые к любой попытке покуситься на мою жизнь.

Войдя, Емельянов окинул их взглядом и усмехнулся. Затем уставился на меня. Глаза у него были посажены глубокого, а в целом мужик напоминал бульдога. Опасного и решительного, но умеющего держать себя в руках. Когда нужно.

- Присаживайтесь, господин Емельянов, - сказал я. – Надеюсь, ваше дело стоит моего внимания.

- Я тоже на это надеюсь, - проговорил босс, усаживаясь в кресло. Он занял его целиком. – Знаете, кто я?

- Интересней, кем вы себя считаете.

Емельянов ухмыльнулся.

- Тем, кто есть. Новым главой клана. Не такого, как у вас, аристократов, ясное дело. Но вполне влиятельного.

- Не сомневаюсь. Что вы хотите от меня?

- Для начала поблагодарить. За место, которое вы для меня освободили.

- Не понимаю, о чём вы.

- Само собой. Но меня не проведёшь. У Арсения Емельянова нюх! – босс постучал себя указательным пальцем по приплюснутому носу. – И он говорит, что покойный Новак зря на вас наехал.

- Намекаете, что я его устранил? – приподнял я брови.

- Мне не нужно вашего подтверждения, - махнул рукой Емельянов. – Конечно, вы не признаетесь. И правильно. Дело не в этом. Сдох и сдох – мне же лучше. Я не в претензии. Наоборот. Кстати, если что, девчонка, из-за которой у вас с Новаком вышли тёрки, мне не нужна. Я по другому поводу.

- Внимательно вас слушаю.

- Место я занял, но держусь шатко. Честно говорю, как есть. Война всех нас ослабила, и положение моё сейчас не слишком прочное. А хотелось бы сесть крепко. Поэтому предлагаю союз: вы поддержите меня, а я – вас. Плюс с меня любая информация, какая вам понадобится.

- Предлагаете мне сотрудничать с бандитским кланом?

- Ага. Предлагаю. Слышал, вы берёте Падших, баб и вообще, наверное, всех подряд. Вам, как и мне, не до миндальничанья. Не хотел оскорбить, - после паузы добавил Емельянов. – Говорю, как думаю. Только и всего.

- Что ж, отчасти вы правы. И что конкретно вам от меня нужно? Какого рода поддержка?

- Негласная, само собой. Откровенно вам со мной якшаться нельзя. Но я хочу, чтобы все, кто должен, понимали: мой клан под вашей защитой. Может, вы не понимаете, какое это имеет значение, но выгода мне тут есть, причём самая прямая.

- Военная поддержка тоже потребуется?

- Возможно. В крайнем случае. Злоупотреблять не буду.

Я задумался. Мне объяснять, какую пользу может принести амбициозному человеку криминальная организация, не требовалось. Предложение было заманчивое. Очень даже. Но я не хотел, чтобы Емельянов решил, будто сделал мне подарок. Он должен с самого начала понимать, кто главный.

- Когда я попал в банду, - сказал вдруг босс, - мне было примерно столько же, сколько вам, господин барон. И я знаю, что человек может быть опасен в любом возрасте. По вам видно, что вы не тряпка. Иначе я бы не приехал.

Это, конечно, очень лестно, однако я тоже повидал всякого и всяких. Такие, как Емельянов, когда-то отдавали мне приказы, указывая цели. Тот, что сидел передо мной, по крайней мере, вырвал своё место силой и решительностью. Это мне нравилось. Однако бандит он и есть бандит. Наверняка в душе он презирает меня и надеется использовать в собственных целях.

- Господин Емельянов, вы понимаете, что будет, если вы меня предадите? – спросил я, глядя амбалу в крошечные глазки.

- Очень хорошо понимаю, - кивнул он. – Вы это уже показали. Мне с вами контры не нужны. Мне нужен союз.

- Что ж, я попрошу у вас время, чтобы подумать. Надеюсь, вы понимаете.

- Конечно. Сколько?

- Дней пять. Может, меньше.

- Лады. Вот мой номер, - Емельянов достал из кармана визитку и протянул одной из Падших. Ко мне приблизиться даже не попытался. Когда девушка забрала бумажку, поднялся. – Буду ждать звонка, господин барон. Это хорошее предложение, уверяю. Мы сможем быть вам очень полезны.

Когда он вышел, Падшая положила передо мной визитку.

- Спасибо, - кивнул я. – Вы свободны. Позовите Антона.

Глава 7

Через пару дней Аня сказала, что отец просит меня заехать во дворец.

- По какому поводу, не говорил? – спросил я, жуя пельмени со сметаной.

- Неа. Даже не намекнул. Сможешь?

- Конечно. Как я могу отказать?

- Тогда мы тебя дождёмся после уроков.

- Замётано.

Спустя пять минут к нам подсела Марина. Придвинула ко мне коробку.

- Это за помощь, - сказала она, улыбаясь. – Сама приготовила. Надеюсь, тебе понравится.

- Подкармливаешь меня? Спасибо, конечно, вот только я почти наелся.

- Ничего. Это пирог. Его можно есть холодным. Возьми с собой, дома попробуешь. А завтра жду твой вердикт. Или, если хочешь, позвони мне вечером. Скажешь, зашла ли тебе моя стряпня. Запиши номер, - не дожидаясь согласия, Марина достала ручку и протянула мне. – А знаешь, давай я лучше сама.

Она вывела несколько цифр на салфетке, сложила её и придвинула ко мне.

- Спасибо. Наберу, если будет время.

- Ты уж выкрои пару минут. Я старалась. Кстати, набросала одну сцену. Сможешь взглянуть?

- Давай.

Девушкам, у которых родители производят базы для бронетехники, не отказывают, знаете ли. Хотя едва ли они заинтересованы в союзе с пацаном, в одночасье ставшим бароном.

Из дальнего конца зала Хомутов сверлил меня ненавидящим взглядом. Я отвернулся. Не запугаешь. Может, парень не слышал, что бывает с теми, кто переходит дорогу Скуратову? Или думает, что, раз за ним род, ему ничего не грозит? Большое заблуждение. Я, конечно, не собираюсь убивать всех, кто на меня косо глядит, но при необходимости ни на что не посмотрю.

Марина кивнула присутствующим и ушла. Мы переглянулись.

- Похоже, она тебя дожмёт! – усмехнулась Аня. – Целеустремлённая особа.

- Не дожмёт, - сказал я. – У меня железная сила воли, знаешь ли.

- Посмотрим. О, глядите, какая парочка!

Княжна указала глазами на вошедших Лиду Молчанову и красноволосого парня – того самого, которого я избавил когда-то от наезда Лукьянова. Он учился в одном классе с Аней и обычно обедал с нами, но в последнее время активно ухаживал за несостоявшейся звездой моего спектакля, и, похоже, своего добился.

- Недолго она страдала, - хмыкнула Лера. – Утешилась уже.

Я окинул её задумчивым взглядом. Интересно, что они с Хомутовым задумали против меня. Может, пора немного прощупать почву?

- Отношения такая вещь, - сказал я, - то с одним встречаешься, то с другим. Хомутов, например, ревнует ко мне Марину, а сам с тобой гуляет. Жизнь – сложная штука.

Девушка уставилась на меня сначала растерянным, а затем – злобным взглядом. Однако не вспылила, смогла сдержаться.

- Ничего подобного, - проговорила она подчёркнуто равнодушно. – Я в курсе, что они практически помолвлены. Жаль, что Фустова, кажется, об этом забыла. Не представляю, что она в тебе нашла, если честно. Но дело её. А у нас с Ростиком чисто деловые отношения. Он помогает мне собирать материал для одной статьи. Очень интересной, - она едва заметно улыбнулась, глядя мне в глаза.

Ага, значит, я был прав! Эти двое задумали опубликовать обо мне гадости. На клевету с упоминанием имени, конечно, не осмелятся, но сделают всё так, чтобы было понятно, о ком речь.

- Журналистское расследование? – кивнул я с понимающим видом. – На какую тему?

- Это секрет. Но ты всё сможешь прочитать, когда выйдет номер. Уверена, статья произведёт фурор.

- Это вряд ли, - махнул я рукой. – У нас в школе ничего скандального и вообще интересного не происходит.

- Так только кажется, - снова улыбнулась синеволосая. – Но больше я не скажу ни слова. Ждите выхода газеты.

После уроков мы с Аней и Павлом поехали к ним домой. Шувалов встретил меня в гостиной, где читал газету и пил кофе.

- Рад, что вы приехали, барон, - сказал он, поднявшись. – Знаю, у вас сейчас полно дел. Но наша встреча в ваших интересах. Пройдём в кабинет?

Когда мы расположились в креслах, князь сказал:

- Барон, я вас позвал, так как со мной связались из Белого города. Пришёл ваш запрос на субсидии. Поскольку вы несовершеннолетний, меня просят дать гарантии, что средства будут потрачены на оборону удела.

- Понимаю, - кивнул я. – Не знал, что понадобится ваша подпись. Мой юрист меня не предупредил.

- Такие случаи редки. Сами понимаете. Так что не вините его. В любом случае, я должен выступить гарантом.

- Буду весьма благодарен, если вы сочтёте это возможным, Ваша Светлость.

- В интересах клана, чтобы вы вернулись в удел как можно быстрее. Полноправным распорядителем, я имею в виду. Поэтому, конечно, я не против. И вполне вам доверяю. Однако по закону мне придётся контролировать траты полученных вами субсидий. Вы не против?

- А у меня есть выбор?

Новость плохая. Не то, чтобы я собирался разбазаривать императорские бабки, но контроль Шуваловых – это совсем не то, что мне нужно.

- В общем-то, нет, - ответил князь. – Если вы согласны, я подпишу гарантии, но придётся отправить к вам человека, который будет докладывать мне о расходах. Не обо всех, разумеется. Только субсидий.

- Хорошо, я не против. Скрывать мне нечего.

- Охотно верю, господин барон. Раз вы согласны, всё будет быстро. Думаю, в течение недели деньги окажутся на вашем счёте. Теперь ещё кое-что… Помните Лукьянова? Парня, с которым у вас была дуэль.

- Само собой. Проблемы с его отцом?

- Вы весьма проницательны, барон. Да, глава рода Лукьяновых, хоть и не может предъявить вам официальных претензий, однако смерть сына не простил. Мне доложили, что он негласно распространяет информацию, что не будет против, если кто-нибудь… скажем так, избавит мир от вашего присутствия. Любым способом.

- Назначил награду?

- Сумма не названа. Но подразумевается.

- Типа «я бы ничего не пожалел, если бы этот мелкий засранец сдох»?

Шувалов кивнул.

- Да, барон, примерно так. Советую вам быть очень осторожным. Деньги, конечно, дело хорошее, но ради них вряд ли кто-то станет связываться с Зелёным кланом. А вот угодить барону Лукьянову желают многие. Ради связей и добрых отношений с ним.

- Я вас услышал. Благодарю за предупреждение.

- Не за что, барон. Мы в одной лодке. Кстати, позвольте поздравить вас с тем, что вы вспомнили, как управлять своим Даром.

- Спасибо. Сам рад. Теперь я чувствую себя полноправным представителем рода. Ещё бы вспомнить код от сокровищницы. Но тут пока глухо.

- Уверен, память полностью к вам вернётся, барон. Раз судьба сохранила вам жизнь, то и остальное даст.

- Ну, в судьбу я не верю. Только в стечение обстоятельств и продуманный план, который повышает шансы. Но всё равно спасибо, Ваша Светлость. Не против, если я загляну в библиотеку? Хочу найти кое-какую литературу.

- Пожалуйста. Чувствуйте себя, как дома.

Распрощавшись с князем, я отправился искать упоминания о красных огоньках и вообще последствиях контакта с осколками Чёрного сердца. Надежды, что нарою что-то, конечно, мало, но почему бы не попробовать? Вдруг повезёт?

Особое внимание я уделил текстам, посвящённым последствиям взаимодействия человека с Чёрным сердцем. Ужасы, конечно, там были расписаны те ещё. Кем только ни становились люди, коснувшиеся осколка или Чёрной крови. Да и те, кто часто попадал под ядовитый ливень, тоже. И вампирами, и оборотнями, и прочими тварями. Назывались такие трансформации «проклятьями». Некоторые имели особые признаки в виде печатей, или глиф. Огненные знаки, которые оставались на теле пострадавшего, а иногда являвшиеся ему в видениях. Автор труда собрал свидетельства множества проклятий. Судя по всему, и сам принимал участие в их исследованиях. Однако я так и не смог отыскать ничего, что походило бы на случившееся со мной.

Я уже собирался уходить, когда дверь открылась, и в библиотеку вошла княгиня.

- Добрый вечер, господин барон, - проговорила она, садясь в кресло напротив. – Муж сказал, вы здесь.

- Да, занимаюсь самообразованием.

- У меня к вам разговор.

Я наклонил голову, показывая, что готов выслушать. Что эта женщина, пытавшаяся меня использовать, хочет? Как ни странно, сейчас я не испытывал к ней особого негатива. То есть, конечно, о прощении речи не идёт, но и бурных эмоций она во мне не вызывала. В конце концов, каждый действует в своих интересах. Мне ли её осуждать?

- Господин барон, вы в курсе, что Серый клан сменил главу и вместе с ним – политический курс в отношении нас?

- Да, Александра Кирилловна, мне это известно. Я стараюсь держать руку на пульсе последних событий.

- Весьма похвально, - кивнула женщина. – Слова, достойные главы рода.

- Благодарю.

- Позвольте также поздравить вас с обретением памяти.

- Частичной. Семейный код я так и не вспомнил. Но надеюсь, это ещё придёт. Серый клан ставит нам палки в колёса? – я решил, что лучше вернуться к теме разговора. Намечалось что-то интересное. – Думаете, новый глава готовится перейти к более решительным действиям?

- Боюсь, что да. Не сейчас, разумеется. Ещё рано. Но он готовит почву. И чем дольше мы будем терпеть, тем ниже будет падать репутация Зелёного клана. Это может привести к тому, что, когда нам объявят войну, мы не получим поддержку. Или она будет недостаточной.

- Да, это опасная ситуация.

Чего конкретно ты хочешь? Не обсудить же новости пришла.

- В связи с этим необходимо принять превентивные меры. Вы согласны со мной, господин барон?

- Полагаю, это было бы разумно, Ваша Светлость. Но что мы можем сделать?

- Рыба гниёт с головы. А армия не сражается без генерала.

- Намекаете, что пора убрать нового князя? Я слышал, что Серые бароны его поддерживают.

- Так и есть. Но сами они ни на что не решатся. Всё исходит от Владимира Каминского.

- А его брат? Тот, что получит титул, если нынешний глава клана умрёт. Как он относится к нам?

- Юлиан инфантилен, его не готовили наследовать титул. Он не представляет угрозы.

- Что ж, Александра Кирилловна, ваши слова кажутся мне вполне разумными. Они только ваши, или князь с вами согласен?

- Я смогла убедить супруга, что превентивные меры необходимы. Он дал добро на обезглавливающий удар.

Так-так. Значит, Шуваловы не такие уж и милые, как может показаться поначалу. Впрочем, я и не думал, что глава клана – размазня. Ясно, что князь готов к решительным и жёстким мерам, иначе он не был бы тем, кто есть.

- Почему вы говорите это мне, Александра Кирилловна? От меня что-то требуется?

- Вспомнить, кем вас растили, господин барон.

- Вы про то, что я – ассасин?

- Именно.

- Хотите, чтобы я убил Владимира Каминского?

Вот мы и вернулись к тому, на чём остановились некоторое время назад. Только тогда меня пытались использовать вслепую.

- Не хочу, - ответила княгиня. – Но такова назревшая необходимость. С которой вы согласились.

- Что ж, - я отложил книгу, которую до сих пор держал в руках. – Полагаю, главу Серого клана хорошо охраняют. Это будет непросто.

- Но возможно? - Александра Кирилловна даже слегка вперёд подалась. В её взгляде ясно читались надежда и жадное ожидание. – Вы готовы взяться за устранение нашего общего врага?

Я прямо посмотрел ей в глаза.

- Не бесплатно, Ваша Светлость. Ассасины берут мзду за свои услуги.

Я думал, они заведёт речь о пользе рода, долге и тому подобном, однако мои слова княгиню ничуть не удивили. Она кивнула, словно ожидала подобного ответа.

- Само собой, барон. Никто не говорит о том, чтобы делать это даром. Что вы хотите? Вряд ли денег.

- Да, вы неплохо меня узнали, - я холодно улыбнулся. – Прежде чем назвать цену, хочу задать вам вопрос. От вашего ответа будет зависеть, умрёт ли Владимир Каминский до того, как успеет напортачить нашему клану.

- Слушаю, - проговорила Александра Кирилловна, слегка нахмурившись. – Вам нужно что-то лично от меня?

- Сначала вопрос. Что для вас важнее – род, клан или отец?

- Отец? – удивилась женщина. – При чём тут он?

- Сначала ответьте. Честно. Я почувствую, если вы покривите душой, уверяю.

На самом деле, не факт, но она ведь этого не знает. Станет ли рисковать?

Александра Кирилловна задумалась. С ответом не спешила. Наконец, сказала:

- На первом месте для меня стоит моя семья. Затем – род. Потом – интересы клана. Отец… Это уже прошлое. Я давно принадлежу Шуваловым.

Либо она была хорошей актрисой, либо говорила правду – потому что я ей поверил. Впрочем, логичный ответ для аристократки, перешедшей в другой клан.

- Барон Пешков не желает уходить с моей земли. Полагаю, вам это известно. Однако этот лакомый кусочек уже имеет хозяина. Судя по всему, в интересах вашей семьи, чтобы я вернулся однажды в свой удел полноправным хозяином.

- Так и есть, - кивнула княгиня.

Она выглядела настороженной. Пыталась понять, к чему я клоню. А может, уже догадывалась.

- Мне не хотелось бы устранять вашего батюшку. Или брата. И вообще, трогать ваших родственников. Но посягательств на свою землю я не потерплю.

Возникла пауза, в течение которой княгиня очень внимательно смотрела мне в глаза. По её лицу ничего нельзя было понять, но я уверен: она пыталась понять, серьёзно ли я говорю. Кажется, решила, что да.

- Благодарю, господин барон, за то, что не желаете зла моим родственникам, - проговорила она, наконец. – Если вам требуется моя помощь в решении проблемы с планами моего отца… то вы можете на меня рассчитывать. Хотя не представляю, что могу сделать.

- Хорошо. Вашего согласия для меня пока достаточно. Обращусь с конкретной просьбой чуть позже. Когда в этом возникнет прямая необходимость. Надеюсь, вы не откажетесь её выполнить.

- Если Серый клан лишится своего главы – будьте уверены, - сухо проговорила женщина. - Я расплачусь сполна.

- Значит, договорились, - я поднялся. – А теперь прошу извинить, но мне нужно ехать. Был рад вас повидать, Александра Кирилловна.

Женщина тоже поднялась. Расправила на платье воображаемые складки.

- Взаимно, господин барон.

Она проводила меня до двери. На прощанье спросила:

- На какие сроки мы можем рассчитывать?

- Я займусь вашим вопросом со всем рвением. Цель непростая, так что скорого результата обещать не могу. Но затягивать не стану. Всего доброго, Ваша Светлость.

Поклонившись, я вышел за дверь.

Глава 8

Вечером я вспомнил, что должен позвонить Марине – похвалить её стряпню, которую до сих пор не попробовал. Коробка с пирожным стояла на столе в моей комнате. Я открыл её и принюхался. Пахло приятно. Откусил кусочек, разжевал. А затем приговорил всё остальное. Можно было делать комплименты с чистой совестью.

На звонок ответил дворецкий, но Фустова взяла трубку почти сразу. Наверное, ждала.

- Привет! Ну, что, попробовал? Понравилось? – затараторила она. – Не суди строго, я редко пеку.

- Это было потрясающе. Большое тебе спасибо. Ты настоящий кулинар.

- Ой, как приятно! Ты честно говоришь? Тебе действительно понравилось?

- Клянусь! А вот сцену, которую ты просила прочитать, я посмотреть не успел. Извини.

- Ничего страшного. Это не к спеху. Главное, что тебя не стошнило от моей стряпни.

Постепенно я перевёл разговор на бизнес. Посетовал, что приходится поднимать всё практически с нуля. Как бы между прочим, поинтересовался, чем занимается её род.

- Танки делаем, - ответила девушка. – Не целиком, правда. Только ходовую часть. Колёса, траки – всё такое. Моторы тоже, конечно. Тебе, кстати, не надо?

- Да, вроде, пока нет. Куда мне их?

- Как куда?! – удивилась Марина. – Удел защищать. Раньше вы всегда у нас закупались. Странно, что ты не в курсе.

Пришлось выкручиваться.

- Никогда не интересовался просто. Меня ведь в бароны не готовили.

- Ах, да, точно. Извини. Но, если надумаешь, имей в виду, что у наших семей давние деловые связи. Кстати, шагоходы-то уже прикупил?

Я видел на выставке монстров, о которых спрашивала Марина. Огромные машины на двух или четырёх конечностях, утыканные орудиями и пулемётами.

- Для них пилоты нужны. А у меня их пока нет.

- Ну, это не проблема. Наймёшь, да и всё. Было бы, чем управлять. Если захочешь, скажи мне. У нашей семьи связи с Лодыженскими, которые берут у нас базы и собирают танки. Они же делают шагоходы. Замолвлю за тебя словечко папе.

- Спасибо, буду иметь в виду. Кстати, я почему-то не видел на выставке в Белом городе танки.

- А это и не нужно. На них очередь, так что рекламировать незачем. Поэтому, кстати, тебе и нужно, чтобы я замолвила словечко, понимаешь? А то будешь год ждать, пока тебе танки поставят.

Я сомневался, что отец Фустовой настолько любит дочь, чтобы передвигать сроки контрактов, но кто знает – может, так и есть. Во всяком случае, Марина в своём влиянии на отца явно не сомневалась.

Мы поболтали ещё минут двадцать, прежде чем я сослался на то, что нужно делать уроки. Марина попрощалась нехотя, обещала как-нибудь испечь ещё пирожные.

На следующий день на седьмом уроке была тренировка боя с использованием Даров. В этот раз, как только в меня полетели молнии из рук зеленоволосого паренька, родственника Маргасовых, я синхронизировался с Бером. Для этого требовалось не просто «надеть» на себя призрака, но и мысленно произнести магическую формулу: «Аз есмь ярость, аз есмь гнев». Она активировала режим берсерка. Электричество ударило в меня, но я не почувствовал почти ничего – только по мышцам прошла лёгкая судорога, и волоски на теле встали дыбом. В ответ я бросился на противника. Тот создал переливающийся, потрескивающий разрядами щит и отразил удар когтей. Так мы обменивались атаками, пока я не вылетел из Бера. Произошла рассинхронизация, и противник тут же воспользовался этим, чтобы поразить моего мишку молнией. Призрак рассыпался на клочья зеленоватого тумана и растаял.

Следующим партнёром был Артём. Поначалу всё шло нормально, однако затем я снова потерял единство с Бером. И тут же превратился в безвольную куклу. Ощущения крайне неприятные: ты понимаешь, что действуешь не по собственной воле, однако тело тебя не слушается и делает всё, что приказывает противник.

Подобная история повторилась ещё дважды. Только атаки земли и ослепляющего света мне удалось выдержать от начала до конца, не выпав из Бера. Что-то мешало мне надёжно синхронизироваться.

После уроков мы всей компанией отправились в кафе. Женя Ильина выглядела нервной, часто бросала на меня настороженные взгляды. Наконец, не выдержала и спросила, наклонившись к самому уху:

- Понравилось тебе то, чем Фустова угостила?

- Да, очень неплохо получилось. Каждый раз удивляюсь, когда узнаю, что аристократка время от времени стоит у плиты или духовки.

Женя фыркнула.

- Подумаешь, достижение! Я тоже готовить умею. Вот приходи на следующее занятие по проекту – сам убедишься. Кстати, оно завтра, не забыл?

- Помню, - соврал я.

- Маринка только печь и может. А суп, наверное, не сварит.

На это мне ответить было нечего, и я сменил тему. Заговорил об уроках. Почти все мои товарищи в моём мире считались бы ботанами (если не считать, что любой из них мог покрошить обидчика как с оружием в руках, так и без), так что обсуждение новых задач по геометрии зашло на ура.

Распрощавшись с товарищами, я отправился в замок, где Антон радостно сообщил, что, кажется, нашёл кандидата на место руководителя разведки.

- Вернее, он сам пришёл, - смутившись, поправился парень. – Я сказал, что вас нет, но он решил остаться и подождать.

- И где он сейчас? В приёмной?

- Да, господин барон. За ним присматривает Агата.

Это одна из моих валькирий. Хорошая девушка, но Марта пока ставит её только на охрану офиса – в кортеж не берёт. Уж не знаю, почему.

- Ну, пойдём посмотрим, что за фрукт как нам прикатился.

Перед кабинетом сидел мужик лет пятидесяти. Подтянутый, широкоплечий, с интеллигентным лицом. При моём появлении поднялся, поправил крупные очки в черепаховой оправе.

- Добрый день, - кивнул я. - С кем имею честь?

- Юрий Свечкин, частное детективное агентство «Партнёр».

- Вы владелец?

- Да, Ваша Милость.

- Хотите просто услуги предложить или перейти под моё крыло? – спросил я, чуть повременив.

- Второе, господин барон.

- Ну, проходите в кабинет. Побеседуем.

Когда Свечкин уселся в кресло для посетителей, я занял место за столом.

- Вы уже работали на какой-нибудь род?

- Выполнял мелкие заказы. Но редко. Обычно у рода есть своя служба разведки.

- А у меня нет, - понимающе кивнул я. – И вы решили предложить свои услуги.

- Именно так, Ваша Милость. У меня богатый опыт и хорошая команда. Конечно, если вы нас примете, её придётся расширить. Но я знаком со многими детективами, и это не займёт много времени.

- Это здорово, конечно, однако как мне убедиться в вашей компетентности?

- Поручите нам какое-нибудь задание. Достаточно сложное. Если мы справимся, будем работать на вас.

- Вы лично для себя что хотите, Юрий… Как ваше отчество?

- Михайлович, Ваша Милость.

- Юрий Михайлович, вы претендуете на принятие в род?

- По истечении испытательного срока. Который вы сами назначите, господин барон.

Принятие в род давало немалые преимущества. Например, личное дворянство. А в случае особых заслуг барон имел право подать императору представление на потомственное. И тогда дети его вассала наследовали дворянское звание. Это означало льготы, пенсию, государственные займы и так далее. Поэтому я понимал: люди ко мне идут не просто так, а с надеждой стать Зелёными.

- Хорошо, Юрий Михайлович. Не скрою, что нуждаюсь в разведке. Полагаю, ваш приход не совпадение. Вы об этом узнали, потому что мой управляющий начал искать людей. Так?

Свечкин кивнул.

- Это уже неплохо вас характеризует, - сказал я. – Однако испытание вам пройти всё же придётся. И оно не будет простым. И ещё: даже если вы откажетесь или не справитесь, наш разговор должен остаться между нами.

- Всё строго конфиденциально, господин барон. Репутация в нашем деле – больше половины успеха.

- Хорошо. Мне нужно руководство по использованию Дара Тени. Его имеют Лукьяновы. Сможете достать?

- Оригинал или копию?

- Без разницы.

- Мы постараемся, господин барон. Думаю, это возможно.

- Значит, договорились. Если принесёте инструкцию, будете под моим крылом. С расширенным штатом и всем прочим, что полагается.

Расставшись со Свечкиным, я вызвал Антона и сказал, что руководителя, похоже, мы нашли. Велел готовить помещение для службы разведки.

Затем отправился в зал на тренировку по фехтованию. Есения муштровала меня без малого два часа. Приняв душ, я пошёл на полигон, где Агата гоняла снайперов. Там появились наскоро возведённые декорации – чтобы бойцы могли действовать в разных условиях и умели выбирать позиции для стрельбы. На полигоне я провёл около часа.

Поужинав, отправился отрабатывать Дар. Меня напрягало, что я то и дело вылетаю из Бера. А ведь синхронизация – самое главное. Она и защиту даёт, и силу атаки увеличивает.

Когда я обратился к Дару, то заметил, что красный огонёк стал больше. Потянулся к нему, однако искра никак не отреагировала. Она просто висела в темноте, никак себя не проявляя. Ладно, подождём.

Тренируясь с Бером, я добился того, что выпал всего дважды. Но следовало учитывать и то, что в реальном бою сосредоточиться труднее. Поэтому я попросил Есению составить мне компанию. Она Дар не использовала – нападала с мечом. Так дело пошло хуже. Призрак так и норовил вырваться на свободу. Отпустив девушку, я сел на пол, подвернул ноги и закрыл глаза. Нужно понять, в чём проблема. Что мешает мне надёжно слиться с Бером? Почему связь периодически разрывается? Я заметил, что чаще всего это случается, когда я атакую. У призрака словно оказывается больше сил, чем у меня. И я за ним не поспеваю.

Может, дело в формуле, которую нужно произносить? Я есть ярость, я есть гнев – просто слова или я должен соответствовать им? В книге, что я читал, было написано, что берсерки испытывали эти чувства. Они полностью отдавались им, забывая себя. Огонь охватывал их, и воины бросались в бой, сокрушая врагов и не чувствуя боли. Но как можно сражаться, если ты ослеплён?! Я всю жизнь стремился к тому, чтобы сохранять в любых условиях холодный рассудок. Меня может охватить эмоция, но я стараюсь тут же её подавить. Вернуть гармонию и рассуждать спокойно.

Что, если проблема именно в этом: моё внутреннее состояние не соответствует формуле? Я не испытываю ярости и гнева, о которых говорю.

Хорошо бы проверить, изменится ли ситуация с синхронизацией, если я загорюсь подобно древнему берсерку, но как заставить себя испытать чувства, которые я учился столько лет подавлять? Плюс при этом ещё нужно сохранить трезвый рассудок, потому что я не собираюсь бросаться в бой, наплевав на опасность. Так и в гроб лечь можно.

Да, задачка непростая. Нужно поработать над собой. Скуратовы, очевидно, это умели, хотя тоже были киллерами и едва ли приходили в неконтролируемую ярость по любому поводу. Выходит, сочетать одно с другим вполне реально. Надо лишь научиться это делать.

Следующие полчаса я посвятил Ритуалу. Жива стала ещё более фиолетовой. Влияние красной искры, если это было оно, постепенно усиливалось. А я не мог понять, что происходит, и стоит ли мне опасаться.

На следующий день был необычный урок. Нас вывели на полигон, вооружили мечами и велели размяться. Я решил, что будет занятие по фехтованию, но оказалось, что нет. Спустя несколько минут из спортивного корпуса вывели гуля! По обе стороны от него шли инструкторы. Нас выстроили полукругом и начали объяснять, где и почему у гулей уязвимые места. Затем преподаватель обнажил агрик, сделал выпад и пронзил гуля в сердце. Тот грузно повалился лицом вперёд. Несколько девчонок вскрикнули от неожиданности.

- Интересно, откуда у них гуль, - пробормотал Артём. – Наверное, князь Шувалов одолжил.

- Скорее всего, - согласился я. – Убивал уже таких тварей?

Парень отрицательно мотнул головой.

- А ты?

- Нет. Не доводилось.

Инструктор ударил гуля ещё раз, и тот зашевелился. Поднялся. Раны затянулись прямо на наших глазах.

- Теперь вы, - кивнул нам препод. – Бейте точно в цели, которые я указал.

Мы с Артёмом стояли не первыми. Меня это устраивало, так как монстр был гораздо выше даже взрослого человека, и я не понимал, как мы должны бить в сердце, горло или глаз. Хотелось взглянуть на одноклассников – как они с этой задачей справятся.

К моему удивлению, первые ученики подошли к чудовищу вдвоём. Встали в трёх метрах друг от друга. Переглянулись. Один разбежался, подпрыгнул, оттолкнулся ногой от подставленных рук партнёра, взвился в воздух и вонзил агрик в шею гуля. Повис на рукояти. Меч под его весом выскользнул из раны, и парень приземлился возле ног монстра, который медленно завалился на спину. Второй ученик подошёл и ударил его в сердце. Гуль тут же сел, а затем поднялся, как ни в чём не бывало.

Да, моих одноклассников явно с детства учили разделываться с чудовищами.

Остальные проделывали нечто подобное, нанося удары в разные уязвимые части тела гуля. И тот каждый раз восстанавливался. Интересно, испытывал ли он боль?

Когда подошла наша очередь, Артём спросил:

- Готов?

- А есть выбор? Кто начнёт?

- Давай я.

Он отошёл, разбежался, подпрыгнул. Стоило труда удержать его в сцепленных ладонях – всё-таки, моему новому телу всего пятнадцать. Но я даже умудрился слегка подтолкнуть Артёма. Он взвился в воздух, занёс меч и погрузил его в шею гуля.

Инструктор кивнул мне – мол, оживляй. Подойдя к поверженному чудовищу, я вонзил агрик ему в грудь.

Когда настала моя очередь, я решил не выпендриваться. Хорошо, если получится поразить монстра в сердце. Разбежавшись, подпрыгнул, замахнулся и вогнал клинок между рёбер. Повис. Агрик медленно выскользнул из плоти, и я приземлился на траву. Всё-таки, занятия фехтованием не прошли даром.

Вот только, когда каждый ученик попробовал убить гуля, преподаватель объявил, что задача усложняется. Теперь нужно было атаковать монстра, который имитировал нападение. Чёрт, к такому повороту я готов точно не был. Артёму удалось в какой-то момент поразить цель, но у меня достать гуля так и не вышло. К счастью, не мне одному: часть учеников тоже не справилась.

Наконец, занятие завершилось, и чудище увели. Мы сдали агрики и отправились в раздевалку.

- Ну, как впечатления? – спросил Артём, пока мы принимали душ. – Конечно, такая тренировка – ерунда. Ничего общего с реальным боем. Там-то на тебя прут монстры со всех сторон и не делают вид, что атакуют, а действительно стараются изо всех сил тебя убить.

- Я тоже так думаю. А у меня даже сегодня не получилось одолеть гуля. Позор.

- Не загоняйся. Мы же только учимся. Не надумал посещать кружок фехтования-то?

- Меня и так тренируют. С этим всё схвачено.

После пятого урока ко мне подошла в коридоре Марина.

- Слышала, сегодня вам показывали гуля. Как это было?

- Не очень. Облажался.

- Ну, бывает. Не надумал прикупить шагоходы? Я выяснила у папы, что сейчас у наших партнёров есть невостребованная партия из шести штук. Их сделали про запас и скоро могут продать. Не вписаться ли тебе?

- Скидка будет? – спросил я.

- Постараюсь выбить. Если ты серьёзно.

- Вообще, я бы взял для обороны замка. Шесть, говоришь?

- Ага. Отличные танки. По шестьсот тысяч штука. Это без скидки, конечно. Три пилота на машину.

- А знаешь, возьму. Но со скидкой. У меня большие расходы.

- Ладно, - обрадовалась Марина. – Сегодня же поговорю с папой. Главное, чтоб их раньше не хапнули. Ты после уроков куда? Домой?

- Думаю, да. А что?

- Есть предложение сходить в кафе. Вдвоём. Сможешь улизнуть от своих друзей?

Отбрехаться теперь я уже не мог. Поэтому уверил девушку, что запросто смогу оторваться от своей компании.

Глава 9

В кафе мы провели часа полтора. Ели мороженое с сиропом, пили какао. И надо сказать, Марина произвела на меня приятное впечатление. Конечно, я не могу относиться к ней, как к девушке. Как бы и ни выглядел, мне давно не пятнадцать. И я не педофил. Так что разговорами дело и ограничилось. Я довёз её до дома и слился, не оставив шанса на прощальный поцелуй. Марину это заметно напрягло, но что она могла поделать? Честно говоря, просто не могу даже представить, чтобы поцеловаться с несовершеннолетней. Это какое-то извращение. К счастью, не похоже, чтоб в этом мире аристократки ложились в постель до свадьбы. Они представляли собой ценность для рода, и воспитывали их так, чтобы они это понимали. Ответственность, все дела.

Когда я вернулся домой, меня ждало сообщение, что звонил Емельянов. Босс заждался ответа. Я велел Антону набрать его, раз уж он до сих пор не удосужился найти мне секретаршу. Когда управляющий передал трубку, на том конце раздался знакомый голос:

- Господин барон? Времени прошло достаточно, чтобы вы определились?

- Вполне. Принимаю ваше предложение.

- Рад слышать. Я пришлю к вам своего человека, чтобы обговорить детали. Когда вы или ваше доверенное лицо сможет его принять?

- Завтра. Пусть приезжает в шесть.

- Добро. Он будет вовремя.

Емельянов отсоединился, и я вернул трубку Антону.

- Мы будем сотрудничать. Пойдём, обсудим, какие условия для нас приемлемы, а какие нет. На случай, если меня завтра не будет, когда приедет человек от Емельянова.

- Вы хотите, чтобы я обсуждал с ним что-то без вас? – напрягся Антон.

- Да, если придётся. Справишься?

- Постараюсь. Но я не очень представляю, что именно…

- Вот поэтому мы сейчас всё и обговорим. Не трусь. Это всего лишь бандиты. К тому же, с тобой будут Падшие. Они не дадут тебя в обиду.

Это слегка успокоило управляющего.

После нашего разговора и тренировок привезли ужин – как всегда, из нового ресторана. Едва я покончил с фунчозой в кисло-сладком соусе и свиными котлетами в панировке, заглянул Антон.

- Ваша Милость, прошу прощения, но к вам вчерашний детектив.

- Свечкин? – удивился я. – И что ему нужно?

- Не сказал. Впустить?

Я отодвинул пустые тарелки.

- Да, зови. Не зря же человек приехал.

Войдя, Свечкин сразу направился к столу. Одна из Падших, явившаяся вместе с ним, положила руку детективу на плечо.

- Меры предосторожности, - объяснил я. – Садитесь.

Свечкин опустился в кресло, бросив на девушку встревоженный взгляд.

- Я насчёт вчерашнего поручения, господин барон.

- Да, что с ним? Возникли трудности?

- Напротив. Вот то, что вы просили, - детектив медленно вытащил из-за пазухи свёрток, снял тряпицу и протянул Падшей небольшую книжицу в чёрном переплёте. – Передайте Его Милости, пожалуйста.

Я взял книгу из рук девушки, пролистал. Чёрт, это была инструкция по использованию Дара Тени!

- Копия, конечно, - сказал детектив. - Быстрее оригинал добыть не получилось.

- Вы отлично справились! Признаться, я впечатлён. Как вам это удалось?

- Едва ли вас заинтересуют детали. Суть в том, что подобные вещи часто воруют. Использовать их всё равно никто, кроме носителей, не может, но многим хочется знать, чего ждать от противников. Единственное, чего в них нет, так это руководства по призыву Дара. Такие вещи вообще не записывают.

Я кивнул. Мне ли не знать? К счастью, Дар Тени у меня уже был. Оставалось только отработать техники. Уверен, я способен на большее, чем просто исчезать там, куда не падает луч солнца.

- Благодарю, господин Свечкин, - я убрал книгу в сейф. Чуть позже изучу. – Похоже, вы выполнили свою часть соглашения. Дело за мной. Когда вы сможете перебраться в новое здание? Я хочу, чтобы разведка была под рукой.

- Хоть завтра, Ваша Милость. Под моим началом сейчас всего пять человек. Но это хороший костяк профессионалов. Каждый из них сможет привести минимум двоих. У меня тоже на примере несколько кандидатов. Уверен, вы тоже успели за это время кого-нибудь найти.

- Да, но вам придётся их проверить. Ваш штат, вам его и комплектовать.

- Спасибо, - кивнул детектив. – Это действительно важно. Значит, мы сможем начать завтра. Есть задачи первостепенной важности?

- Три. Установить негласную и осторожную слежку за кланом Емельянова. Думаю, вы знаете, кто это. Выяснить всё, что можно, про Владимира Каминского. Это новый глава Серого клана. И собрать информацию на род Хомутовых. Полное досье.

- Я вас понял, господин барон. Завтра, сразу после переезда, начнём.

- Антон покажет вам здание разведки. Его ещё предстоит укрепить, но он уже работает над этим. Думаю, через несколько дней всё будет готово.

- Потребуются особые меры безопасности, чтобы не допустить утечек информации.

- В этом я полагаюсь на вас. Занимайтесь. Средства вам выделят. Собственно, думаю есть смысл создать особый фонд под ваше ведомство.

- Было бы замечательно, господин барон.

Когда Свечкин ушёл с Антоном, я отправился собирать Живу. Затем попробовал синхронизироваться с Бером. Вызвать ярость получалось плохо. Всё-таки, годы медитаций по обретению гармонии давали о себе знать. Приходилось вспоминать, как контора меня подставила, а напарник пустил пулю в голову. Ненадолго помогало. Контролируемая ярость – дело непростое. Но достижимое. Главное – практиковаться. По крайней мере, вылетел из медведя я лишь однажды. Надо будет как-нибудь выбраться на полигон и попробовать что-нибудь разрушить. До основания. Проверить свои возможности.

Перед сном я совершил в сопровождении неусыпных Падших пробежку вокруг замка. Всё-таки, заниматься на свежем воздухе не в пример приятней, чем потеть в зале на тренажёре.

Приняв душ, поделал уроки и завалился спать. Уже начал задрёмывать, когда понял, что вижу пульсирующую багровую пелену. Нечто всплывало из подсознания, постепенно разгораясь и обретая ясные очертания. Замерев, я постарался сосредоточиться, чтобы не упустить формирующийся образ.

Вот стали видны линии – некоторые прямые, расположенные под разными углами, а другие – плавные. Наконец, я понял, что они складываются в рисунок: трезубец, окружённый змеями и перекрытый скрещенными косами. Эмблема была заключена двойным кругом, испещрённым мелкими, едва различимыми символами.

От неожиданности я открыл глаза, и видение сразу исчезло. Но это не имело значения. Потому что я совершенно точно видел этот рисунок в книге Проклятий, которая попалась мне в библиотеке Шуваловых!

На следующий день в классе много и бурно обсуждали вчерашнее занятие. Чуть ли не каждый норовил пощеголять познаниями в анатомии гулей и способах их убийства. Я же помалкивал и слушал. Мой замок уже был готов к обороне – по новой «серебряной» методике. Решётки, арматура, сети. Сейчас я прикидывал, как бы усовершенствовать охоту на монстров, но для этого сначала надо было увидеть хоть одну.

- Чем отличается Дар от Проклятия? – спросил я Артёма, пока мы стояли в очереди в столовке. – Я правильно понимаю, что и то, и другое получается человеком от осколка Сердца?

- Вообще, да. По идее, природа у этих явлений одна. Только Дар не превращает человека в чудовище. А вот Проклятье может.

- Но не всегда?

- Смотря, что считать чудовищем, Коль. Обычно к монстрам относят тех, кто наносит вред другим людям. Но чаще всего Проклятье очень сильно искажает природу человека. А почему ты спрашиваешь?

- Просто интересно. Смотри, наша очередь подошла. Что будешь брать?

Вскоре к нам присоединилась Марина. Демонстративно игнорируя сверкающие глаза Жени. Села рядом с Аней, так как возле меня место было занято. Угадайте, кем.

- Коля, у меня для тебя хорошие новости, - проговорила она, наклонившись так, чтобы видеть меня из-за княжны. – Насчёт того, что мы обсуждали.

Видимо, речь о шагоходах. Я хотел ответить, но Ильина меня опередила:

- Что, опять испекла печеньки? – усмехнулась она. – Хочешь, чтобы он растолстел?

- Ерунда, у меня отличный метаболизм, - сказал, пока не разразилась перепалка. – Прошу прощения, народ. Надо кое-что перетереть.

Я вышел из-за стола, Марина тоже встала. Бросила на Женю торжествующий взгляд.

- Это про танки! – шепнула мне, беря под руку.

Чёрт, Хомутов в другом конце столовки чуть из штанов не выпрыгнул, когда это увидел. Даже приподнялся. Но устраивать разборки при всех не захотел: этот парень был умнее Лукьянова. А может, вспомнил, что бывает с теми, кто оскорбляет Скуратова.

Впрочем, к нему у меня имелся особый разговор. Если мозгов у Хомутова действительно хватает, всё пройдёт отлично. И к моей выгоде.

Мы сели за свободный столик.

- Папа сказал, что всегда рад оказать услугу барону Скуратову и Зелёному клану, в целом, - быстро заговорила, понизив голос, Марина. – Но брать шагоходы нужно сейчас, потому что скоро о них прознают остальные и тоже захотят купить. Ты готов?

- Конечно. Когда надо сделать перевод? Сегодня?

- Желательно. Папа сказал, если ты согласен, то он будет ждать тебя дома после ужина. И господин Лодыженский – тоже. Как раз оформите сделку.

- Лодыженский? Сам барон?

- Нет, его старший сын. Он обычно занимается такими делами.

- Ага, ясно. Что ж, я буду.

- Отлично! – просияла Марина. – Тогда я тебя жду! Приезжай к восьми и не опаздывай.

- Замётано. Спасибо тебе.

- Не за что. Ты помогаешь мне, я – тебе. Всё честно.

В этот момент прозвенел звонок.

- Чёрт, ты из-за меня не успел закончить обед! – расстроилась Марина.

- Ерунда. Оно того стоило.

После уроков я вернулся в замок. Поделал уроки, чтобы больше о них не думать, и занялся настоящими делами. Обустройство помещений, которые предстояло занять разведке, шло полным ходом. Свечкин со своими людьми уже почти закончили перевозить вещи и оборудование. Я навестил их, чтобы узнать, что им понадобится в ближайшее время. Детектив составил список, который я отдал Антону. Велел всё предоставить в кратчайшие сроки.

- Это наши глаза и уши, - сказал я управляющему, когда тот начал скептически комментировать пункты предстоящих расходов. – Не скупись.

В шесть приехал человек Емельянова. Антон сообщил мне об этом с явным облегчением: он боялся, что придётся обсуждать с бандитом дела без меня.

Переговоры заняли меньше часа. Наш собеседник был краток. Ничего не записывал. Иногда кивал, иногда задумчиво тёр квадратный подбородок. Видимо, когда сомневался, согласится ли с этим босс. Но не спорил. В конце встречи сказал, что всё передаст Емельянову. С этим и ушёл.

После ужина я переоделся и отправился к Фустовым. На входе пришлось сдать всё оружие. Дворецкий проводил меня в кабинет хозяина. По дороге встретилась Марина. Она была в домашнем полосатом платье до колен и тапочках в виде белых кроликов.

- Удачи! – шепнула она, проходя мимо.

Барон поднялся при моём появлении, поздоровался за руку. Представил Константина Лодыженского. Тому было лет тридцать. Может, чуть меньше. Симпатичный, в костюме-тройке, с бриллиантовым кольцом на среднем пальце. Неторопливо перебирал чётки из крупных агатов.

- Мне сказали, вы хотите купить все шесть резервных шагоходов, - сказал он, когда мы уселись. – Это правда?

- Да. Все шесть. Больше ведь нет?

- Свободных – нет. Но мы можем заключить контракт на будущее. Правда, придётся подождать. Месяца четыре.

- Сначала я должен испытать эти.

Лодыженский понимающе кивнул.

- Как собираетесь их использовать?

- Для обороны замка.

- Разумно. Мы можем усилить орудия ближнего боя. Добавить пулемётов. Обычно для оборонительных вариантов так делается.

- Я не против. Сколько это займёт времени?

- Пару дней.

- Значит, я смогу получить танки сразу после этого?

- Да, разумеется. Они стоят шестьсот сорок тысяч. Каждый. Но для вас, - Лодыженский бросил на барона Фустова выразительный взгляд, - будет действовать скидка. Отдадим машины по пятьсот восемьдесят тысяч.

- Беру, - кивнул я. – Отличное предложение. Весьма вам признателен, - я умудрился слегка поклониться одновременно и Лодыженскому, и Фустову, как бы показывая, что понимаю, кому обязан выгодными условиями.

- Моя дочь прекрасно о вас отзывалась, господин Скуртов, - проговорил Фустов. – Я рад, что у неё такие друзья. Надеюсь, мы с вами тоже подружимся.

- Очень на это рассчитываю, господин Фустов.

Надеюсь, барон не решил выдать Марину за меня. Едва ли это понравится Хомутовым. Впрочем, у него наверняка есть и другие дочки. Но это уже вряд ли устроит Марину.

Лодыженский позвал юриста, и мы занялись оформлением контракта. Я заключал не первую сделку, и понимал, что к чему. Так что, выходя из кабинета, уже был счастливым обладателем шести модифицированных шагоходов. Фустов проводил меня до двери и сослался на то, что им с Лодыженским ещё нужно обсудить дела. Так что по лестнице я спускался в компании дворецкого. Конечно, шесть танков – ещё не повод со мной носиться.

Марина поймала меня в холле. И, кажется, успела облиться духами.

- Ну, как прошло? – спросила она, пока я собирал свои смертоносные игрушки и распихивал их по карманам.

- Отлично. Крайне тебе признателен. Чем могу отблагодарить?

- Я подумаю, - улыбнулась, глядя мне в глаза девушка. – И обязательно придумаю.

Кто бы сомневался!

Домой я вернулся почти в десять. Уставший. Но пробежку не отменил. Когда вылез из душа, оказалось, что мне прислали первый отчёт по Хомутовым. Разведка старалась показать, что времени даром не теряла.

Я, конечно, не удержался и пролистал документы перед сном. Мне нужно было понять, чем богат род Хомутовых, и что с него можно поиметь. План у меня созрел, но не хватало одного элемента – приза, который я возьму.

Спустя час я ложился в постель вполне удовлетворённый: все карты были у меня на руках. Осталось лишь правильно разыграть партию.

На следующий день после третьего урока я нашёл Хомутова в рекреации второго этажа. Он сидел на лавочке с друзьями. При виде меня помрачнел и медленно поднялся.

- Есть предложение, - сказал я коротко. – Думаю, тебе понравится. Обсудим?

Парень криво усмехнулся.

- Ну, давай. Послушаю, что скажешь.

- В читальный зал? Не для посторонних ушей.

- Ладно, давай. Минутка у меня есть.

Мы прошли в библиотеку. Возле стойки толпились младшие классы – брали литературу, заданную для чтения.

Поздоровавшись с библиотекаршей, смерившей нас строгим взглядом поверх очков, мы расположились в соседнем помещении – подальше от входа. Популярностью читальный зал не пользовался: ученики предпочитали читать дома или не читать вовсе. Так что комната была в нашем полном распоряжении.

- Ну, что там у тебя за предложение? – буркнул Хомутов, откинувшись на спинку стула. – Надеюсь, стоящее?

- Твой род хочет, чтобы Марина вышла за тебя, так? И у вас уже всё было на мази, пока не нарисовался я. Вернее, пьеса, которую я написал.

- Верно излагаешь, мелкий, - кивнул Хомутов. – И что?

- Завод Фустовых – лакомый кусочек. Мы оба это понимаем. Но я готов от него отказаться. Как и от девушки. Но не даром.

Хомутов усмехнулся.

- Да ты что?! И чего ты хочешь, Скуратов?

- У вашего рода отличная псарня. Считается лучшей в городе, если не ошибаюсь.

- Так и есть. Тебе нужны симураны?

- Ты очень сообразительный. Браво!

Хомутов усмехнулся.

- Серьёзно? Готов променять девушку на собак?

- Заводы – на собак, - поправил я. – Не нужно приуменьшать ставки.

Парень вдруг перестал ухмыляться. Подался вперёд и заговорил, понизив голос:

- Ты не шутишь? Действительно готов отступиться в обмен на симуранов?

- Да. Мне нужна свора. С хорошей генетикой. Если отдадите три пары симуранов из разных помётов, свадьбы с Мариной у нас не будет. Как ты её будешь возвращать – дело твоё. Тут я тебе не помощник. Сам профукал девчонку, сам и напрягайся. Но мы не поженимся. Слово Скуратова.

Хомутов медленно откинулся на спинку стула.

- Три пары – это слишком много, - сказал он после паузы. – К тому же, нет никаких гарантий, что Фустова выйдет за меня. Впереди ещё два года. Многое может измениться.

- Это меня не касается. Я говорю только за себя.

- И тем не менее… Три пары разнополых симуранов – это очень много. Особенно из нашей своры. Отец не согласится. Я его знаю.

- А ты спроси.

- Так и сделаю. Ответ дам завтра.

- Договорились.

- Не передумаешь?

- Я дал слово. Кто, по-твоему, такие Скуратовы? Пустобрёхи?

К моему удивлению, Хомутов протянул мне руку.

- Тогда замётано!

Я покачал головой.

- Сначала симураны.

На следующей перемене я поймал в коридоре Леру. Подгадал так, чтобы она была без Ани. Княжне о нашем разговоре знать не нужно.

- Отойдём? – сказал я, подойдя. – Прошу прощения, девушки, - это уже её подружкам, что стояли рядом. – Похищу Леру буквально на пару минут.

- Конечно, господин барон, - пропищала одна из них, с красными волосами, завитыми в локоны.

- Хоть на пять, - расплылась в улыбке другая, из моего клана.

Лера окинула их яростным взором, но отказываться пройтись не стала.

- Ладно, две минуты! - буркнула она. – Мне ещё теорему повторить надо.

Враньё. Если б хотела, стояла бы и повторяла.

- Что тебе нужно? – спросила она резко, как только мы остановились.

- Слышал, ты пишешь статью про меня. Не самую лестную.

Девушка усмехнулась.

- С чего ты взял? Самомнение раздулось?

- Может, не конкретно про меня, но с намёком. Так вот, имей в виду, что Ане это не понравится.

Лера прищурилась. В глазах заплясали гневные искры.

- А при чём тут она?!

- Ты ведь дорожишь её дружбой? Подумай, в каком свете окажется выставлена её семья, если ты опубликуешь обо мне какую-нибудь чушь. Шуваловы ведь меня приютили и поддерживали. А Аня очень трепетно относится к репутации рода. Подложишь ей свинью – и можешь забыть, что у тебя была подруга.

Лера закусила нижнюю губу. Видно было, что понимает: я прав. Но признавать этого не хотела.

- Понятия не имею, что ты несёшь, Скуратов! – процедила она. – Ничего я о тебе писать не собиралась. Даже и с намёком. Мелковата птица. Так что расслабься.

- Я и не напрягался. Просто решил предупредить по-дружески.

- Никакие мы не друзья!

- Ну, это твой выбор, заметь.

Больше я говорить ничего не стал. Сразу сдаваться Лера не захочет и поспешит обсудить планы с Хомутовым. Тут-то её и будет ждать сюрприз, когда окажется, что сообщник передумал гнать на меня волну. Оставшись в одиночестве, Жданова точно сдуется. Плюс побоится потерять Анино расположение.

После уроков я сразу поехал домой. Надо было дать Свечкину ещё одно поручение и узнать, что разведка успела нарыть на Каминского.

Когда кортеж встал на перекрёстке, раздалось приближающееся низкое гудение. Оно длилось всего пару секунд, за которые Марта, сидевшая рядом, успела кинуться на меня и подмять под себя.

- Ты чего?! – прохрипел я, придавленный могучим телом Падшей.

И тут грохнул взрыв! Этот звук ни с чем не перепутаешь. Машину подбросило, накренило и перевернуло на бок. Я повис на ремне безопасности. Чёрт!

Марта ловко отстегнулась и протянула руки ко мне, но я уже сам нащупал замок и освободился, рухнув ей в объятия.

- Оставайтесь здесь! – бросила девушка, выхватив компактный автомат.

Она открыла дверь и высунулась, как из люка.

- Куда?! – схватил я её за ногу. – Тачка бронированная! Сиди!

Однако Падшая резко выдернула лодыжку, подтянулась и исчезла из виду. Через стекло я видел, как из машин сопровождения выскакивают вооружённые девушки. Они использовали двери как прикрытие, озираясь по сторонам.

- На час! – раздался голос Марты. – Третий этаж!

Застучали автоматы. Ухнул подствольный гранатомёт. К нему присоединились ещё три. Стена углового дома расцвела огнём и чёрным маслянистым дымом. Посыпался кирпич и бетон. Обломки падали прямо на тротуар и проезжую часть. О безопасности пешеходов и водителей Падшие не парились. Люди разбегались во все стороны с испуганными криками.

Часть девушек кинулась к дому, остальные окружили перевёрнутую машину. Откуда-то появились бойцы в защитных комбезах. Шесть человек. маловато для покушения, организованного Пешковым или Лукьяновым. Даже для преступного клана негусто. Так что, похоже, дело решили провернуть энтузиасты в расчёте на вознаграждение от моего родственника по материнской линии.

Двое нападавших жахнули из гранатомётов. Девчонки едва успели отпрыгнуть в стороны. Тачку охватило пламя, всё заволокло густым дымом, и я утратил возможность видеть происходящее. Зато было отлично слышно, как вокруг стрекочут автоматы.

Ладно, отсиживаться я не собирался. Ещё не хватало, если кого-нибудь из Падших грохнут. Конечно, это их риски, работа и всё такое, но терять ценные кадры в такой тупой заварушке – слишком расточительно.

Так что я выбрался из машины, призвал Бера, синхронизировался и спрыгнул на асфальт.

Ублюдки помели напасть на меня! Твари! Задержали по дороге домой, а я уставший, между прочим! Ненавижу!

Завестись не получалось. Всё-таки я приучил себя в бою действовать предельно расчётливо, не поддаваясь эмоциям. Мой организм автоматически их отключал.

Но сейчас нужно было себя преодолеть. Иначе вылечу из Бера, и меня тут же изрешетят пулями. Вот отличная возможность совершить прогресс – сейчас, когда на кону стоит жизнь! Должно это меня простимулировать или нет?!

- Ваша Милость, куда вы?! – донёсся испуганный голос Марты. – Вернитесь в машину!

Щас! Разбежался! Будет ещё какая-то девчонка мне указывать!

Как ни странно, именно эта мысль подействовала. Конечно, она вызвала лишь лёгкое раздражение, но я ухватился за него и принялся себя накручивать.

Я видел, как одна из Падших вскочила на крышу автомобиля, оттолкнулась, совершила умопомрачительный кульбит и, приземлившись возле вражеского бойца, легко поддела его оружие своим, ударила раскрытой ладонью в горло, сделала подсечку, приставила автомат к основанию шлема и нажала на спусковой крючок.

Уф! Представляю, во что превратился череп!

Другая выскочила из-за минивэна, увернулась от очереди пуль, пантерой прыгнула вправо, метнулась влево и с разбегу сшибла противника с ног. Не успел тот толком упасть, как она уже оказалась на нём, вырвала автомат и дважды вогнала нож в шею. Комбезы хороша защищали, но они не были сплошными: сочленения представляли собой уязвимые места.

По девушке открыл огонь один из оставшихся в живых бойцов. Пули защёлкали по бронекомбезу Падшей. Она ловко откатила в сторону. Я увидел, как противник послал в подствольник гранату. Чёрт!

«Аз есмь Ярость! Яз есмь Гнев, мать вашу!»

Бер прыгнул вместе со мной, взвившись метра на три в высоту. Мы преодолели расстояние в десяток шагов за секунду и приземлились слева от бойца, намеревавшегося разнести девушку гранатой. Он начал разворачиваться, держа оружие у пояса, когда полуметровые когти рассекли его на несколько кусков. Асфальт мигом окрасился кровью. При виде неё у меня в затылке появилось неприятное свербящее ощущение – словно там включился крошечный электромоторчик. Это чувство поползло вниз по позвоночнику – туда, где находился магический симбионт.

Что за фигня?!

В меня врезалась граната, пущенная с другой стороны улицы. Я даже не почувствовал взрыва – только увидел. Развернувшись, понёсся к противнику, прыгая прямо по автомобилям. Под весом Бера металл сминался, как фольга.

Режим бога добавлял азарту, который я превращал в ярость.

Но Падшие меня опередили. Две девушки накинулись на бойца с разных сторон, повалили и прирезали прежде, чем я добрался до него.

Оставшиеся в живых кинулись бежать. Падшие бросились следом. Я не отставал. Напротив – обогнал их длинными прыжками. Одного рассёк когтями, а другого повалил и подмял под себя. Отшвырнул автомат подальше.

- Этого берём с собой, - сказал я подоспевшим девушкам. – Смотрите, чтоб ничего с собой не сделал.

- Куда ему! – презрительно отозвалась Марта. – Раз убегал, значит, ссыкло. Такие с собой не кончают. Давай вставай, урод!

Она отвесила пленнику такой удар в шлем, что тот покачнулся и едва не упал. В башке, наверное, малиновый звон раздался.

- Тащите его в тачку, - кивнула Марта остальным девушкам. – Барон, мы проводим вас до машины. Не нужно вам было вмешиваться. Мы бы справились.

- Не сомневаюсь. Хотелось немного размяться. Засиделся в броневике.

Прежде чем сесть в машину сопровождения, я убрал Бера.

Марта втиснулась рядом. В тесноте, да не в обиде. Во вторую машину влез водитель из моего подбитого авто. Туда же запихали пленника.

- Что насчёт всего этого бардака? – поинтересовался я, когда мы тронулись, оставив посреди улицы перевёрнутый броневик.

- Я вызову бригаду по зачистке, - ответила Марта. – Не извольте беспокоиться, Ваша Милость. Такие случаи не редкость.

- Когда мы приедем в замок, подготовьте пленника для допроса.

- Да, господин барон. Но едва ли он много расскажет. На вид, это обычные исполнители.

- Скорее всего. Но мало ли. Вдруг нам повезёт. И Свечкина пригласите. Это начальник разведки.

- Знаю. Мы с Юрием Михайловичем уже познакомились. Хороший мужик, толковый.

- Ну, вот тёплой компанией и соберёмся. А что мы в тишине едем? Включите какую-нибудь музычку, что ли? И повеселее.

Глава 10

Допрашивать боевика начали сразу по прибытии. Выглядел он испуганно, однако пытался поначалу держаться с апломбом. Заявил, что ничего не скажет – хоть пытайте. Даже слегка дерзил. Пока не заметил на лице вернувшейся в комнату Марты татуировку черепа. Тут сразу побледнел и сник. Та усмехнулась и достала нож с зазубринами. При виде него мужик судорожно сглотнул, глазки у него забегали, как тараканы на свету.

- Знаешь, кто я? – поинтересовалась Падшая, подходя. Коснулась черепа кончиком лезвия. – Видишь это, да? В курсе, что означает?

- Падшая! – выдохнул севшим голосом боевик.

- Умница! – расплылась девушка в холодной, как арктический лёд, улыбке. – Я срежу тебе лицо, приготовлю и съем у тебя на глазах. А затем уже возьмусь за тебя всерьёз. Думаешь, шучу?

- Нет! – просипел мужик.

Было удивительно наблюдать, как он вжимался в стул, к которому его пристегнули пластиковыми хомутами. Здоровый боец на глазах превращался в перепуганного зверька – и всё это при виде девушки. Да, мускулистой, но всё-таки. Какая же репутация была у Лилового клана, что его членов до сих пор боятся до трясучки?

- Его Милость собирается задать тебе несколько вопросов, - сказала Марта, ловя лезвием луч света. – Надеюсь, ты не заставишь его ждать твоих честных ответов. Чтобы тебе было проще сосредоточиться, я встану вот здесь, - она обошла стул и замерла прямо за спиной пленника. – И буду очень внимательно слушать. Ты уж постарайся нас не разочаровать, ладно?

Мужик попытался повернуть голову, но наткнулся скулой на кончик ножа. Тогда он вперился взглядом в меня.

- Как тебя зовут? – спросил я.

- Олег.

- Фамилия?

- Ефимов.

- Вижу, ты из простолюдинов. Твои подельники тоже?

- Да.

- Господин барон, - подсказала, наклонившись к его уху, Марта.

- Да, господин барон! – поспешно исправился боевик.

- Почему напали на нас?

- Ради денег, - быстро ответил пленник. – Ничего личного, Ваша Милость!

- Конечно, ничего личного, - кивнул я. – Что личного может быть у такой швали к барону Скуратову? Кто вас нанял?

- Никто. Вернее, нас не нанимали. Просто было объявлено… что за вашу смерть дадут награду.

- И сколько?

- Полмиллиона, - чуть помедлив, ответил боевик.

- Негусто. Шагоход стоит дороже. А если поделить на семерых, вообще ерунда получится. Ладно, это ваше дело, за сколько помирать. Кто обещал награду?

- Не знаю, господин барон. Клянусь! – воскликнул мужик, когда Марта провела лезвием вдоль его щеки. – Нам такие вещи не говорят.

- Тогда как вы узнали о награде?

- Посредник! Он распространяет информацию о заказах!

- И как его зовут?

Мужик судорожно сглотнул. Падшая постучала ему по уху ножом.

- Мендель! – вздрогнув, выпалил пленник. – Юлиан Мендель!

- Кто такой? Где найти?

- У него адвокатская контора. Работает с кланами. Седьмая улица, дом… двенадцать, кажется.

- С какими кланами? Преступными?

- Да, господин барон. С кланом Серафима и Лютого. Может, и с другими – не знаю.

- Значит, он вольная птичка? Кому надо, тому и служит?

- Наверное. Я с его делами мало знаком. Он распространяет инфу о негласных заказах. Кто клиент, не сообщает.

Ну, это понятно. Только я-то догадывался, кто назначил за меня награду. Барон Лукьянов, не иначе. А может, и Пешков.

- Займитесь этим Менделем, - сказал я Свечкину. – Прощупайте его связи. Только аккуратно.

Детектив кивнул.

- Принято, Ваша Милость.

- И у меня для вас ещё одно задание будет. Но чуть позже, - я повернулся к пленнику. – Вот, что, Ефимов. Убивать тебя я не хочу. Не вижу смысла. Однако есть ещё вопрос. Послушаю, что ответишь. Что у вас за банда была? Под кем ходили?

- Ни под кем, господин барон. Вольные мы. По мелочи промышляли. А тут на куш повелись. Полмиллиона – для нас это не копейки.

Я задумался. Мочить этого мужика действительно незачем. Лишняя морока от трупа избавляться. Болтать он не станет. Скорее всего, на дно ляжет.

- В общем, я тебя отпущу, Ефимов. Но ещё раз встречу – отправлю на тот свет. Понял?

- Ага! – оживился пленник. – Уяснил, Ваша Милость. Только вы меня больше не увидите – зуб даю!

- Всё, выведите его отсюда так, чтоб никому на глаза не попался, - кивнул я Марте.

Когда Падшие с боевиком вышли, я обратился к Свечкину:

- Задание вот, какое. Есть у меня фоторобот девушки. Её нужно найти. Узнать, кто она и на кого работает. Советую начать с окружения барона Пешкова. Идёмте, я вам её портрет отдам.

В кабинете вручил детективу фоторобот особы, поработавшей с Антоном.

- Конкретно к ней у меня нет претензий. Главное – выяснить, кто ей платит.

- Всё ясно, господин барон, - кивнул Свечкин, сложив листок пополам и убрав в карман. – Сейчас же своих орлов и напрягу. А мужика этого, если позволите, вы напрасно отпустили. Не сочтите за критику. Кто узнает, решит, что вы врагам спускаете.

- Видели, как он пересрался, когда увидел, что у меня Падшие в охране? Вот пусть всем расскажет. Меньше желающих найдётся рисковать.

Свечкин понимающе кивнул.

- Ах, вот оно что. Понятно. Прошу прощения, Ваша Милость.

- Узнайте, кто дал на меня заказ. Подозреваю, что барон Лукьянов. Но могут оказаться и другие… недоброжелатели.

Спустя полчаса раздался телефонный звонок. Оказалось – Емельянов. Лично.

- Слышал, на вас сегодня напали, - сходу начал он, едва услышав мой голос. – Рад, что не пострадали.

- Новости быстро разносятся. Благодарю за заботу.

- Мы этих гадов найдём, - проговорил спокойно, без эмоций. – И вам предоставим.

- Некого искать. Мои девочки всех положили.

Емельянов помолчал. Видать, был разочарован. Ему, конечно, хотелось оказать услугу. Продемонстрировать, что я не зря согласился с его кланом работать.

- Тогда мы найдём того, кто вас заказал, - проговорил босс.

- Без обид, но эта рыбка вам не по зубам.

- Значит, догадываетесь, кто это был?

- Предполагаю. Если хотите помочь, сделайте так, чтобы желающих меня прикончить оказалось как можно меньше.

- Мой клан не имеет пока большого влияния, - ответил Емельянов. – Могу отвечать только за своих людей. И тех, кто под нами ходит.

- Уже немало. Кстати, насчёт влияния. Нам не мешало бы обсудить, как его расширить. Что скажете?

- Скажу, что я только «за».

Укрепить позиции клана, сотрудничающего со мной, – действительно важно. Иначе зачем он мне?

- Подготовьте план мероприятий и позвоните. Договоримся о встрече. Не с вашим человеком, а лично с вами.

- Замётано, господин барон.

Через час после разговора с Емельяновым Антон доложил, что звонят от барона Самсонова – ещё одного аристократа, чей род вписался в оборону моего удела.

- Переключи звонок в кабинет, - сказал я.

С этим персонажем мы ещё не встречались. Интересно, как он относится к тому, что я развил бурную деятельность по возращению в свои права.

В трубке раздался приятный женский голос. Девушка представилась секретаршей.

- Ваша Милость, господин барон приглашает вас на ужин. Сегодня или завтра – как вам будет угодно. К восьми часам.

- Передайте господину барону, что я с удовольствием буду у него завтра. Это просто ужин или официальный приём?

- Обычный ужин, Ваша Милость.

Значит, одеться можно по-простому. Это хорошо. Терпеть не могу смокинги. Выглядишь в них, как пингвин.

Попрощавшись с секретаршей, я занялся уроками. Как же меня это вымораживало! Просто потеря времени. Но аристократ не может без диплома, увы. Это вам не видосы пилить с кривляньями.

Покончив с нудной рутиной, я взялся за книгу, что добыл до меня отдел разведки. Инструкция по использованию Тени была написана просто и доступно, даже картинки прилагались. Меня интересовали техники. Их было пять. Первой, исчезновением, я уже владел. Вторая называлась «Распространение сумрака». Можно было увеличить тень, прокладывая себе путь и идти по нему, оставаясь невидимым. Третья техника заключалась в создании бесформенных существ, которые накладывались на цель, в результате чего она переставала видеть. Оказывалась в непроглядной тьме. Четвёртая позволяла формировать плотные сгустки мрака и запускать в виде снарядов. При попадании они распадались на тёмные облака, создавая завесу. Ну, и, конечно, можно было сделать щит, который поглощал вражеские атаки. При условии, что вкачанная в него энергия была больше, чем у нападающего.

Начитавшись инструкций, я поспешил в зал тренироваться. Провёл за этим занятием остаток дня. Пришлось затемнить часть помещения, чтобы иметь тень. Получалось неважно. Было ясно, что понадобится немало времени, чтобы овладеть техниками в совершенстве. К тому же, ещё нужно отработать противодействие носителям такого же Дара – Лукьяновым. Я вовсе не хочу, чтобы один из них однажды подкрался ко мне в темноте и пырнул в спину. Или пальнул в затылок. Это у меня уже было и не понравилось от слова «совсем».

Перед сном я пробежался, доделал чёртовы уроки, выпил кружку какао и пролистал справочник родов Камнегорска. Такие сведения нужно освежать время от времени. Особое внимание уделил Самсоновым. Мне уже было известно, что Дар его рода – создание тумана. Описывались техники, довольно интересные. Конечно, не создание, а только действие. Чем-то напоминало Тень, только в тумане нельзя исчезнуть – в нём можно лишь скрыться, пока его не развеяли. Маги огня и ветра легко справлялись с Даром Самсоновых. Как и адепты воды, само собой.

Тем не менее, род считался богатым и влиятельным. Меня это не удивило: в противном случае он не занял бы позиции в моём уделе.

Самсоновы владели несколькими бизнесами: сетью автосервисов по всему городу, салонами по продаже военной техники, производством холодного оружия, различных мин и отравляющих газов. В том числе, нервно-паралитических. Это меня заинтересовало ещё в прошлый раз, когда я читал справочник. Теперь же наметилась возможность переговорить с бароном насчёт поставок. В отличие от всяких моралистов, я к оружию отношусь прагматически, так что средства массового поражения меня не смущают. Всё применяется по необходимости. В моей профессии нравственные табу неприемлемы: от них одни сложности и неприятности. Так что несколько баллонов с различными газами я бы с удовольствием заимел в своей коллекции. Конечно, мне досталось в наследство кое-что, но подобных вещей всегда мало.

На следующий день после школы я уделил пару часов оранжерее. До ужина, на который пригласил меня Самсонов, оставалось ещё много времени, так что я занимался ядовитыми растениями, прикидывая, как их можно использовать в будущем. Попробовал даже сделать один редкий яд, но передержал раствор, и результат оказался неудовлетворительным: лабораторные мыши, которых я закупал для экспериментов, умирали слишком долго и шумно. А должны были просто заснуть вечным сном. Тихо и мирно.

Когда я вернулся в офис, Антон сообщил, что звонил Свечкин – сказал, у него есть информация по Юлиану Менделю, посреднику, распространявшему заказ на меня.

- Пусть придёт, - кивнул я. – И прихватит с собой всё, что его отдел нарыл.

Свечкин явился через четверть часа. Принёс тоненькую стопку листов.

- Отчёт предварительный, господин барон. Но я подумал, вы хотите, чтоб я держал вас в курсе.

- Безусловно. Только давайте своими словами. А то я сегодня уже начитался параграфов по истории и географии. Глаза режет.

- Как прикажете. Юлий Мендель, сорока семи лет, не женат, детей нет. Известных, по крайней мере. Окончил юридический факультет, работает по специальности с двадцати четырёх лет. Сначала трудился в конторе «Васильев и партнёры», затем – в «Монументе». Восемь лет назад открыл свою адвокатскую практику. Специализируется на сопровождении сделок с недвижимостью. В том числе, корпоративные заказы. Сотрудничает с Коричневым и Серым кланами, но на фрилансе. У него в штате двенадцать человек. Так что фирма большая. Про охрану надо?

- Конечно.

- Секьюрити предоставлено агентством «Последний щит», которое связано с преступным кланом Юрьева. Не самый сильный босс, после передела территорий ходит под Емельяновым. Ваш знакомец, как я понимаю, - Свечкин бросил на меня вопросительный взгляд.

Я кивнул.

- Нужно наведаться к этому Менделю. Обсудить нашу проблему. Сколько у него человек в охране?

- Четверо.

- Негусто, - я взглянул на часы. Пожалуй, как раз успею познакомиться до ужина с бароном. – Позовите, пожалуйста, Антона.

- Я бы не советовал пока ездить туда, - сказал детектив. – Информации мало. Нужно собрать ещё – для полноты картины.

- Я ведь только познакомиться хочу. Ничего иного не планирую. Думаю записаться в качестве клиента. На консультацию.

- Как угодно, господин барон.

После того, как он вышел, появился управляющий.

- Позвони в юридическую фирму Менделя. Узнай, сможет ли он меня сейчас принять.

Оказалось, что окошко у юриста есть. Антон записал меня, и я сообщил Падшим, что мы выдвигаемся. Погляжу на посредника и заодно оценю своими глазами, как работает его охрана. Убивать его бессмысленно, но лучше представлять, кто твой враг, насколько он опасен и легко ли до него в случае необходимости добраться.

Мы выехали спустя двадцать минут. Погода выдалась дождливая: небо затянуто серыми облаками, на горизонте переходящими в настоящее чернильное пятно. Дождь падал мелкий, но частый. Асфальт блестел, как слюда.

Припарковавшись возле шестиэтажного здания с белыми колоннами, увенчанными кариатидами, я вошёл в подъезд в сопровождении двух Падших – Марты и Виолетты.

При нашем появлении со стула поднялся мощный охранник со звероподобным лицом.

- Барон Скуратов, - сказала Виолетта. – Мы записаны.

- Прошу за мной, - проговорил секьюрити. – Я провожу.

Вслед за ним мы поднялись по широкой лестнице с дубовыми перилами, прошли через маленький холл и остановились перед массивной дверью, отделанной полированной латунью. Охранник приоткрыл её, заглянул и сказал:

- Барон Скуратов. Ага, понял. Проходите, - это уже нам.

Посторонившись, отступил в сторону.

За дверью обнаружилась приёмная. Секретарь, парень лет двадцати пяти, в пиджаке, под которым явно вырисовывался силуэт кобуры, окинул нас придирчивым взглядом.

- Только один охранник, - сказал он. – Не больше.

Я кивнул Марте, чтобы осталась в приёмной. Лучше, чтобы более опытный боец прикрывал тыл. В кабинете, если что, мы и с Виолеттой справимся.

Секретарь поднялся, чтобы открыть нам дверь.

Когда мы вошли, то сразу увидели сидевшего за большим столом из красного дерева Менделя. Я узнал его по фото, приложенному к отчёту, который составил отдел разведки. Справа от него стоял парень в наглухо застёгнутом чёрном френче. Его бледное лицо походило на фарфоровое изваяние. Тёмные блестящие глаза чётко выделялись на этом фоне, словно скарабеи – на мраморе древней гробницы.

- Добрый вечер, Ваша Милость, - Мендель встал и, наклонившись вперёд, протянул руку. – Рад познакомиться.

Я пожал крепкую, сухую ладонь.

- Прошу, садитесь. Ваша спутница тоже может расслабиться, я думаю, - он указал на соседнее со мной кресло.

Однако Виолетта не отреагировала: осталась стоять чуть позади и слева от меня.

- Не знал, что у вас в охране Падшие, - заметил юрист, скользнув взглядом серых, слегка выпученных глаз, по лицу девушки. – Хорошие бойцы. Увы, не все в состоянии это оценить по достоинству.

- Я нашёл в себе силы, господин Мендель.

- С чем вас и поздравляю. А теперь прошу: давайте перейдём к делу. У меня назначена ещё одна встреча. Вам я отказать не посмел, но вообще, график крайне плотный. Прошу прощения.

- Ничего, я ненадолго. Вы ведь специализируетесь на сделках с недвижимостью?

- Именно так, - отозвался адвокат, чуть склонив голову набок. – Вас интересует приобретение или продажа?

- Приобретение. Хотелось бы понимать, что в городе сейчас можно купить. Интересуют торговые и производственные площади.

- Почему вы обратиться ко мне? Вряд ли просто открыли телефонный справочник.

- Вы правы. Вас порекомендовал мне барон Лукьянов. Как очень полезного специалиста.

- Неужели? – после паузы спросил Мендель. – Я давно не сопровождал сделок для Его Милости. Очень любезно с его стороны вспомнить обо мне.

- Да, барон посоветовал мне обратиться к вам как к отличному посреднику.

Мендель взял со стола ручку, покрутил её в пальцах, затем очень аккуратно положил на место.

- Вы так хорошо знакомы с Его Милостью?

- Не лично с ним. С теми, кто навестил меня недавно. Они явились от него. И от вас.

Адвокат откинулся на спинку кресла, так что оно тихонько скрипнуло.

- Кажется, я вас понял, господин барон. Вот только не могу взять в толк: зная, какой интерес испытывает к вашей персоне Его Милость, с чего вы взяли, что я сам не захочу заслужить его признательность, если мне представится такой шанс? Особенно учитывая, что у вас лично ко мне, судя по всему, имеются претензии.

Так, отлично! Мендель фактически признал, что заказ на меня поступил от Лукьянова. В принципе, от него мне ничего иного и не требовалось.

Я поднялся.

- Вы ведь посредник, господин Мендель. Не думаю, что сами станете мараться. Тем более, здесь, в собственном офисе.

- Да? А, по-моему, отличное место. И главное – вы же не думаете, что я выпущу человека, имеющего на меня зуб, с вашими возможностями, вдобавок воспитанного как ассасина? Ганс!

Я не успел ничего ответить, ибо парень, стоявший возле адвоката, щёлкнул пальцами. Только теперь стало видно, что на один из них надет напёрсток с иглой. Во время щелчка она царапнула указательный палец, так что сразу показалась кровь.

Издав короткий воинственный возглас, Виолетта вскочила на кресло, оттолкнулась и полетела на Ганса, выбросив для удара ногу.

Тот молниеносно махнул рукой, и перед девушкой развернулась красная мерцающая сеть! Она обернулась вокруг Падшей, сжалась, и во все стороны полетели окровавленные куски плоти! Веснушчатая малышка в мгновение ока превратилась в груду рубленого мяса…

Мендель резко встал и отступил от стола.

- Проклятье, Ганс! Весь стол в крови!

Парень проигнорировал возмущённый возглас адвоката и снова махнул рукой, роняя капли крови.

Я потянулся к Беру, но мне для призыва требовалось секунды четыре. За это бесконечно долгое время смертоносная сеть успела сформироваться, развернуться и ринуться на меня. Я перепрыгнул кресло, однако атака Ганса разрезала его на куски, словно раскалённая проволока – масло, и захлестнула меня со всех сторон!