Эра Силы

0. Вне времени (пролог)

– Быстрее! – нетерпеливо крикнул мужчина в чёрном балахоне на своих дроидов, которые слишком уж медленно спускались на землю.

Корабль был небольшим, но всё же – космический корабль весил почти тысячу тонн и мог легко смять мелкие деревца во время посадки. Именно это и произошло – старые деревья в лесу были смяты опустившимся на них металлическим монстром, с хрустом и треском, их листва и остатки стволов послужили ложем для космического монстра.

Из чрева которого вышел мужчина. Внешность его описать трудно – на нём была чёрная мантия с капюшоном, под ней виднелись металлические руки и хриплый голос. Однако, фигура его была весьма статной, не сгорбленный и заискивающий, а стоящий крепко на ногах. Он вышел первым, поторопив дроидов, которые плелись куда как медленней.

Те поторопились. Цепкий взгляд мужчины пробежался по окрестностям – прямо рядом с посадкой корабля были многовековые деревья, ветви которых смяло посадкой. Мужчина не обратил никакого внимания на всё происходящее, он дождался своих дроидов и пошёл вперёд.

– Обнаружен корабль противника, – прозвучал механический голос дроида-пилота, – каковы наши действия?

Однако, не успел мужчина как следует обдумать услышанное, как в небе раздался рёв – это были два военных корвета, которые спускались вниз в сопровождении истребителей.

– Дерьмо хатта, – выругался мужчина, готовясь дать отпор.

Непроходимые джунгли этой планеты были идеальным укрытием, но его всё же выследили. Здесь, на мире смерти, кишащем самыми различными чудовищами, которых боятся даже самые отважные жители галактики, было идеальное убежище от незваных гостей. Но кто бы мог подумать, что к нему прицепятся эти двое?

Ослепительный луч вспыхнул на одном из кораблей и в следующий момент мужчина напряг все свои силы, чтобы выдержать этот выстрел – сияющий поток энергии обрушился на него. Это не то, что можно отбить световым мечом! Мужчина выставил руки и словно по волшебству, луч начал впитываться в него. Однако, луч не ослабевал, и поэтому он слишком поздно почувствовал угрозу сзади. Да и не мог нарушить концентрацию – выстрел с другой стороны испепелил несчастного, оставив от него только облачко пыли.

Второй выстрел уничтожил корабль, взорвавшийся оглушительно…

Тем временем пилоты, напавшие на него, торжествовали.

– Эй, как думаешь, будем добивать?

– Да ну к чёрту. Это же Рототан, через неделю весь корабль сожрут паразиты.

– Что, прямо дюрасталь? – не поверил первый.

– Ты их плохо знаешь. Они и не такое жрут. Не зря этот мир называют миром смерти. Давай ка отсюда, пока нас тоже не схарчили.

– Зря ты так беспокоишься, – улыбнулся первый пилот, – что с нами может случить…

В этот момент он увидел огромный силуэт, севший на хвост их истребителю. Это было громадное летающее существо – его перепончатые крылья, пасть, длинный хвост… Больше всего оно напоминало мифического дракона с головой, похожей на акулью. Это существо не смогло угнаться за истребителем, но выстрел из пушки только раззадорил его и вместо двух истребителей он напал на самую большую цель – корвет.

Существо выглядело странно, оно набросилось на парящий в небесах корвет, его мощные челюсти легко прорвали обшивку корабля. Одно движение могучего тела – и корвет словно брошенная детская игрушка, вращаясь, рухнул на землю, взорвавшись столбом дыма и пламени.

Впрочем, на фоне колоссальных, необъятных джунглей, заполнивших всю планету плотным густым ковром, этот взрыв казался крошечным. Существо нацелилось на истребители, но тех уже и след простыл…

Планета зелёной смерти, мир, в котором сильный всегда поедал слабого. Бесконечные джунгли, протянувшиеся практически от полюса до полюса. Местная фауна имела невероятные свойства к адаптации, она могла приспосабливаться практически к чему угодно. К морозам, кислотам, жаре, радиации, к чему угодно…

Около забытых всеми обломков корабля поднялся на ноги дроид. Это был уже довольно старый военный дроид. Он оглядел поле боя и подойдя к своему хозяину, вернее, тому месту, где этот хозяин раньше был, поднял из его праха коробочку. Коробочка была небольшой, на ней ярко пульсировал кристалл с ярким светом. Подняв своими манипуляторами коробочку, он совершенно проигнорировав побоище, развернулся в сторону и пошёл по лесу. На удивление, ему практически не встречалось врагов. А немногочисленные деревья, преграждавшие путь дроиду, легко рубились вибромачете, вибрирующем на сверхвысоких частотах. Проходящий сквозь древесину гиганстких деревьев как сквозь масло, мачете, легко вырезал корни, срубал лианы и прочие препятствия для дроида.

Нескладный, высокий, с головой, похожей на перевёрнутое ведро, утыканное сенсорами по всей окружности, с тонкими манипуляторами, дроид весьма легко пробирался через узкие проходы. Он шёл и шёл к своему таинственному пункту назначения. И вот, спустя полчаса передвижения, дроид дошёл до странной постройки. Это была гигантская пирамида. Её гладкие, словно отполированные, матовые стены, не были затронуты ни растительностью, ни жизнью – едва коснувшись её, лианы, деревья, споры и семена, и чудовища, обитающие в джунглях, мгновенно лишались жизни. Пирамида словно вытягивала жизнь из всей окружающей среды.

Дроид повертел головой – вход в пирамиду не был виден. Однако, долго ему ждать не пришлось – в пирамиде внезапно показалась дверь. Часть стены отъехала в сторону, открыв дроиду коридор.

Металлические ноги с лязгом опустились на такой же гладкий белый пол – следы грязи и прочего, мгновенно исчезли.

Дроиду показалось, что стены пирамиды слегка гудят – они были испещерены мелкими символами. Этих символов было так много, что они покрывали мелким ковром всю внутреннюю поверхность.

Однако, он не стал любопытствовать и пошёл дальше. Дойдя до конца коридора, дроид оказался в сердце пирамиды. Это был зал, полость большой пирамиды, кажущаяся гигантской. В самом геометрическом центре, была полость, и там в воздухе висела ещё одна фигура, словно сошедшая с иллюстрации учебника черчения. Это была тёмно-серая, практически чёрная, двойная пирамида, правильных пропорций, высотой от пика до пика всего каких-то десять метров.

Загадочная постройка продолжала мерно гудеть. Но Дроид оказался абсолютно невосприимчив к невероятным ментальным волнам, которые источали обе пирамиды. Человеку подобное сожгло бы мозги практически мгновенно, но дроиду нет.

Дроид подошёл по мостику к пирамиде и открыл коробку, которую нёс. Внутри оказался маленький пирамидальный кристалл. Дроид достал его своими неуклюжими пальцами. У той пирамиды, что была в центре комплекса, не хватало навершия – самого маленького кусочка. Дроид поставил его на место. Когда навершие соединилось с основанием, оно словно мощным магнитом притянулось к нему и неразрывно слилось. По внутреннему кристаллу прошла сеть светящихся линий, он налился светом, ярко осветив всё внутреннее пространство, и через мгновение дроида отбросило в сторону, расплющив о стену. Двойная пирамида с хрустом сломала ведущие к ней мосты, повернувшись вокруг своей оси. Мерный гул наполнил всё пространство. От него дрожали внешние стены, резонируя с маленькой пирамидой. Через мгновение произошла яркая вспышка – и столб света ударил через навершие внутренней и внешней пирамиды. Она всосала в себя всю разлившуюся по планете и потерявшую контроль, жизненную силу. Почти два миллиарда поверхности, подводные джунгли, наземные, всё это в мгновение ока осыпалось прахом – бесчисленные твари, размеры которых доходили до совсем уж циклопических, бесчисленные существа, плотным кишащим ковром заполнившие весь этот мир… Жизнь покинула деревья, растения, животных и всё прочее – хотя внешне оно всё ещё напоминало живые существа, но вся планета в мгновение ока изменила свой окрас. Из сочно-зелёного в рыже-серый.

Время, казалось бы, застыло. Сила, разлившаяся по планете и превратившая её в живой ад, вернулась к своему законному обладателю…

1. Тень давних веков

Что это? Я чувствую несколько храмов, но они какие-то странные. Ненатуральные, словно всего лишь подделка.

Это было моей первой мыслью, которая пронзила меня и завладела моим разумом. Да, есть много различных мыслей, которые могли бы прийти мне в голову, но почему-то именно эта застряла в моём сознании, прежде чем Деос захватил меня в свои цепкие объятья и не пронизал насквозь. Огромная, невообразимая мешанина эмоций, плохих и хороших, такая грандиозная, какой я никогда ещё не испытывал. Это было ужасно и прекрасно одновременно – чувствовать полное единение с галактикой. Испытать на себе её величие и грязь, её прелести и ужасы, но я не позволил себе расслабляться – борьба длилась долго, но я оторвался – непреднамеренный голый контакт с Деос мог разрушить моё самосознание, заменив его хаосом, и тогда останется только сойти с ума.

Меньше всего мне сейчас хотелось сходить с ума. Я начал вспоминать, кто я и что я такое, лёжа здесь, в белой и чистой пустоте. Осознав себя окончательно, я чуть было не вздохнул разочарованно – это было отвратительно, что они всё-таки решились на такой поступок. Но нужно было собрать силу воли в кулак.

Но прежде – нужно посмотреть, что разбудило меня? Взглянув через Деос на окружающий меня материальный и нематериальный мир, я узрел. Моя темница, и в ней – двое разумных существ, отдалённо напоминающие желлов. Только более изящные и значительно меньше. На них были надеты коричневые балахоны, один из этих существ, судя по всему, самец, смотрел на письмена, что были выгравированы на стенах моей темницы. Другой – судя по всему молодая самка, рассматривала ядро.

Моё сознание всё ещё не прояснилось достаточно, но всё же, я решил выйти – мне хотелось нестерпимо выйти из этого заточения. Линии на стенах вспыхнули, священные письмена загорелись алым светом и начали менять свою форму. А по белому пространству вокруг меня пошла трещина, с хрустом расширяясь, словно ломающийся лёд. Наконец, он треснул окончательно.

Я сильно переоценил свои способности – когда печать была сломана, моё физическое тело вывалилось из сковывающей его печати, и прямиком на удивлённо распахнувшую глаза самку. Хорошо ещё, что относительно неё я довольно маленький – раза в два ниже. Так что я рухнул прямо на тело самки. М… мягко.

Она повалилась на спину, а я с трудом мог пошевелить даже пальцем. Всё-таки моё тело слишком долго не двигалось, несмотря на то, что поддерживалось в идеальной сохранности. Странно, у этой самки особенно большие грудные железы, что позволило мне не разбить лицо во время падения. Хорошая самка, мягкая, надо будет её отблагодарить потом.

– М… Мальчик? – она удивлённо распахнула глаза, увидев меня. Я открыл глаза с большим трудом и окинул её взглядом своих биологических глаз, окончательно перейдя из верхнего деоса в нижний мир. Хм…

Самка изменила цвет своего лица на красный, когда я удобнее поправил себе её молочные железы, чтобы встать, и поднялся, сев на ней. Это стоило мне колоссальных усилий! Хм… А я ещё и не одет, оказывается? То то она уставилась на моё тело и закрыла глаза руками. Я протёр глаза, но тело слушалось плоховато, поэтому просто лёг обратно на её молочные железы:

– Не шевелись, странная самка. Моё тело не может встать.

Мой голос заставил её ещё больше изменить цвет лица. Мне, почему-то, нравилось, когда она так делает. Хотя всё её существо было охвачено ярко-алым смущением, которое в деосе выглядело как пульсирующее тепло, и ноткой с слегка-розовой и настойчиво щекочущей мои чувства. По-моему, это возбуждение? Хм… Эта самка меня считает привлекательным? Лестно, даже очень, но всё же, я был смущён такой реакцией. Поняв в чём дело, я обратился через деос и манипулируя разлитой вокруг безграничной энергией, соткал материю одежды – такой же, как её собственная. Я попытался встать, направив прану в своё тело – волна освежающей энергии жизни наполнила мою физическую оболочку и я почувствовал, что последствия долгого бездействия постепенно стали проходить. Я даже смог встать и легко поднял на ноги эту самку, которая ойкнула, когда я её поднял за одежду и поставил.

– Ты сильный, – она внезапно отступила на пару шагов, – не приближайся. И что это на тебе одето? – она снова начала краснеть.

– Что-то не так? – спросил я её через нижний план деоса, который используется для обмена информацией.

– Ой, – она схватилась за голову, – как ты это делаешь?

– Что?

– Мастер! – самка резко обернулась и заметила, что самец стоит рядом с нами и смотрит за разворачивающимся спектаклем не без любопытства, – мастер, что мне делать?

Тот только вздохнул. В этом вздохе были все его текущие эмоции – он хотел сказать «Я что, по твоему, должен вообще всё знать?».

Однако, не желая показать себя плохо, он ответил:

– Кто ты? – при этом смотрел он на меня.

– Я? Кто вы, раз вторглись в мою гробницу? – ответил я вопросом на вопрос.

– Гробницу? – глаза у мужчины полезли на лоб.

– Да.

Повисла неловкая пауза. Он осторожно, но очень грубо потянулся ко мне через деос, словно прожектором осветив мою сущность и отпрыгнул на несколько шагов:

– Дерьмо хатта, ты что такое? – мужчина удивлённо округлил глаза.

Я только склонил голову набок. Я то что такое? Ты сам что такое, неизвестное разумное существо? Однако, грубить ему прямо сейчас я не хотел, поэтому решил, что нужно представиться.

– Моё имя Арура. А ваше?

– Моё… Я Мо Гранкс, а это моя ученица Лисента, – сказал он голосом, – что здесь, чёрт возьми, происходит?

– Я проснулся, – совершенно честно сказал я.

Честно говоря, по меркам короткоживущих существ я мог бы считаться, по всей видимости, ещё маленьким, как внешне, так и внутренне. Хотя к короткоживущим меня можно отнести в последнюю очередь.

– Извини за нескромный вопрос, Арура, а ты мальчик или девочка? – спросил он, слегка прищурившись и глядя на свою ученицу косым взглядом.

– Это сложный вопрос. Я Анг, – сказал я совершенно серьёзно, – к чему вам это знать?

– Это какая-то многополая или бесполая раса?

– Нет. Анги могут адаптироваться к любой разумной жизненной форме, в зависимости от того, кто будет партнёром. Если вы об этом. А вы, я вижу, принадлежите к двуполой расе. Занятно. Я никогда раньше не видел ваших сородичей. Как вы называетесь?

– Люди, – сказал Мо Гранкс, – Я человек.

– Понятно. Приятно познакомиться, человек, – улыбнулся я максимально дружелюбно, так что и от самца повеяло лёгким смущением. Хотя не думаю, что оно было вызвано тем же, чем у её ученицы.

– Учитель, что нам нужно делать? – спросила девочка.

– Господин Арура… или госпожа…

– Давайте в мужском роде. Мужчины ближе мне по образу мысли и поведения.

– Хорошо, – удовлетворившись определённостью, сказал Гранкс, – господин Арура, я не знаю, кто вы, может быть вы захотите улететь с нами в орден джедаев? Обещаю, что вы будете в полной безопасности.

– Хорошо, – легко согласился я, – это какая-то организация?

– Я расскажу вам по дороге, – сказал Мо и повернулся к ученице, – немедленно возвращаемся в орден!

Я прикоснулся к храму через Деос – если физическое воплощение храма выглядело как стены, усеянные символами, то через Деос можно было увидеть удивительную картину – множество информационных пакетов кружилось в его пространстве, множество соединений ждали, когда я дотронусь до них и дам им информацию. Мне вдруг стало нестерпимо неприятно покидать это место. И не потому, что я увидел что-то в глубинах бездны, а потому что я привык к нему. Бессознательно – сколько же я тут пробыл? Прежде, чем они успели что-то понять, я открыл множество информационных пакетов. Меня интересовала сводка.

«Храм 6502»

Текущее время: 01:34

536655.10.14

Это меня удивило. Да нет, скорее не так – ввело в полный ступор.

Я не мог пролежать столько в этом храме? Или мог? Эх, родители, какие же вы… – я невольно отвернулся. Это явно была не та история, которую мне снова хотелось вспоминать и прокручивать в голове. Спрятав свои эмоции, от котрых стало тяжело на сердце, я пошёл за этими людьми. Дверь храма мгновенно распахнулась, как только я вышел, и в нос мне ударил необычайно густой свежий воздух. Это тело истосковалось не только по движению – от воздуха оно тоже отвыкло. Поэтому сейчас он казался таким густым и насыщенным, словно я вдыхаю жидкость, омывающую мои дыхательные органы. Даже голова слегка закружилась. Заметив это, самка… нет, Лисента, взялась за меня и поддержала. Я благодарно ей улыбнулся.

Оглянулся на громадину храма. Она была такой. Такой же, какой когда-то давно, хотя небо изменило свой цвет и вместо насыщенно-голубого теперь было пепельно-серым. Громадный монолит храма терпеливо ждал приказа. Прости, друг, но не сейчас. Я ещё слишком обижен на тебя за то, что ты забрал жизни, которые были мне дороги…

Отвернувшись от этой ужасной машины, созданной моей, теперь уже древней расой, я даже с некоторым удовольствием посмотрел на несоизмеримо более простую конструкцию. Это был видавший виды кусок металла, с достаточно примитивными технологиями, он стоял в сотне метров от входа в храм. Его конструкция напоминала первые корабли примитивных короткоживущих рас, которые путешествовали по галактике довольно долгое время. Иногда эти путешествия затягивались надолго. Поэтому я не мог не спросить:

– Господин Мо, могу я узнать, сколько мы будем лететь до пункта назначения?

Мужчина улыбнулся:

– Недолго. Всего неделю, как раз будет время поговорить, – улыбнулся он.

Ну ладно… поговорить так поговорить. Я как раз задумался над тем, что лучше мне не слишком афишировать свою историю. Это может немного шокировать людей. Возможно, когда я пойму, кому из них я могу доверять, мне стоит открыть им правду, а пока что следует быть осторожным, благо что обмануть настолько грубых пользователей Деоса не составляет труда. Будь на их месте кто-нибудь из моих сородичей – нечего было бы даже думать.

* * * *

Спокойствие, только спокойствие… Эти… Люди, занятные существа, чем-то даже на меня похожи внешне. Хотя их внешний вид для меня кажется немного экзотичным, но всё же, не то чтобы неприятным.

Мастер Мо предложил мне какой-то напиток. Я взял из его рук чашку.

– Я не пил ничего уже больше пятисот тысяч лет, поэтому надеюсь, это вещество мне не навредит, – я отпил странный травяной отвар. Он имел зеленовато-прозрачный цвет и приятный пряный травянистый привкус.

Некоторое время я помолчал, но Мо меня прервал:

– Пятисот тысяч? С чего ты взял?

– В храме есть хронометр, – ответил я, – мастер Мо, я не смогу удовлетворить вообще всё ваше любопытство, так как это не в моих интересах.

– Почему? – он бросил взгляд на удивлённую ученицу, и перевёл взгляд снова на меня, – ты чего-то опасаешься?

– Я мало что могу вам сказать о себе, потому что мало что знаю. Однако, то, что знаю – содержит тайны, которым лучше оставаться неузнанными. У моего народа есть свои секреты, которые не предназначены для ушей посторонних. И многие могут захотеть эти секреты получить.

Мастер Мо кивнул:

– Мы уважаем культуру и традиции всех рас галактики, и поэтому никто не будет у тебя спрашивать твои тайны, будь в этом уверен. Ты не один такой. Или не одна… Господин Арура, почему на тебе женская одежда?

– Ах, эта, – я посмотрел на себя, – я скопировал её с одежды вашей ученицы.

– Скопировал? То есть взял и создал?

– Да. Взял и создал. Из энергии, что пронизывает всю галактику.

– Сила?

– Вы так это называете? Это довольно спорное название, – вежливо ответил я, – но будем считать да.

– Так ты форсюзер… что ж, это было ожидаемо.

– Я отличаюсь от вас. Я использую эту вашу… силу, другими методами, доступными лишь мне.

– Хорошо, – кивнул мастер Мо, – но на некоторые вопросы ты всё же можешь ответить?

– Пожалуйста, спрашивайте.

Мо внезапно замолчал, думая, что спросить. Он задал вопрос спустя несколько долгих минут. Я же пока осматривался – мы сидели в небольшом круглом зале, за столиком, корабль при этом поднимался в высоту. Мерно гудел всем своим металлическим телом. Столик и сидения не наводили меня на какие-то мысли – они были слишком простыми и утилитарными, как и вся обстановка здесь. Максимально безликой.

– Я теряюсь в догадках, что можно спросить. Ты, по всей видимости, принадлежишь к какому-то вымершему древнему виду? Хочешь ли ты присоединиться к Джедаям?

– Джедаям? – я склонил голову набок.

– Да, так называется наш орден.

– Орден… Занятно. Расскажите мне про него.

Мо вздохнул:

– Хорошо. Мне начать с современности, или…

– С истории. Кто вы и откуда появились.

– Хорошо. Орден Джедаев был основан больше тридцати тысячелетий назад. Это тёмные времена и информации о них сохранилось очень мало. Мы знаем лишь, что в древности существовали корабли, То Йоры. Они были найдены на некоторых планетах галактики древними пользователями Силы. После, через некоторое время, пользователи вошли в эти корабли и те отвезли их на планету Тайтон, находящуюся в ядре галактики. Там находился самый большой То Йор, оттуда берёт своё начало наш орден.

– Корабли? – я склонил голову набок, – а на их поверхности были такие же символы, как внутри храма?

– Не знаю, – растерялся мастер Мо, – может быть.

– Они были пирамидальными?

– Д… да, – согласно сказал джедай, – немало удивившись.

– Занятно. Значит, это сработало? Поразительно.

– Ты что-то знаешь об этом? – спросил джедай с подозрением глядя на меня.

– Немногое, к сожалению. И мои данные слишком расплывчаты. Я лишь слышал когда-то, что существует такой проект – один из многих. Нельзя даже утверждать, что мы говорим об одном и том же.

– Хорошо. Наши идеалы состоят в сохранении спокойствия Силы – служении светлой стороне. Ты ведь знаешь, что такое светлая сторона?

– Сила имеет светлую и тёмную стороны. Использующие Силу особенно уязвимы перед своими эмоциями, поэтому гнев, страх, зависть и ревность, могут легко их поглотить.

– Кажется, я понял, о чём вы говорите. Вы используете Деос, через непосредственную ментальную связь нижнего уровня, благодаря чему образуется симбиотическая двусторонняя связь. С одной стороны – это делает вас мистическими существами, с другой – подвергает ваше сознание опасности непосредственного контакта с высшими планами, для чего не предназначен… ваш разум. Последнее рискованно тем, что вы можете сойти с ума и стать рабом собственной силы и связи.

– Довольно странное объяснение, но в целом верное… – потёр подбородок мастер Мо, – а этот твой Деос, что это такое?

– Деос – это субреальность. Нематериальный мир, связанный с нашим. Его можно назвать параллельной вселенной без измерений и, следовательно – без расстояний. Вселенная-точка, мир-над-миром. Это мир энергии, он везде и нигде одновременно. Некоторые смертные имеют связь с ним – благодаря тому, что наши души так же являются частью Деоса, как и этого материального мира. Они существуют и там и там. Поэтому с древних времён Деос считался миром мёртвых, духов, богов и так далее. Хотя его научное изучение затруднено тем, что он ближе к мистике, нежели к науке.

Мастер Мо коротко кивнул:

– Предположим, это так. Довольно интересная теория. Значит, что такое тёмная сторона силы, тебе объяснять не надо. Некоторые наоборот, поклоняются ей и ищут Силу в тёмной стороне.

– И заплатят за это высокую цену, – покачал я головой, – но прошу прощения, я вас прервал.

– Собственно, на этом мой рассказ близится к концу. С тех пор орден Джедаев переименовывался, воевал с ситхами – адептами тёмной стороны, и ныне служит хранителем галактической республики. Единого государства галактики.

Я вымученно улыбнулся – республика, чтоб их.

– Понятно. В таком случае ваш вопрос будет рассмотрен, – согласно кивнул я, – но мастер Мо, могу я попросить у вас в этом случае нечто очень непростое?

– Сделаю всё, что в моих силах.

– Не могли бы вы не сообщать никому о том, где и как меня нашли? Я последний представитель довольно древней расы – уверен, многие не отказались бы просто захватить меня для коллекции, или для опытов. А информация… она во все времена просачивалась. Я не хочу этих проблем. Незачем современной цивилизации заглядывать в бездну прошлых тысячелетий – поверьте, вы не найдёте там ответы на свои вопросы. Только больше вопросов.

Господин Мо смерил меня тяжёлым взглядом.

– Я не смогу обмануть мастеров-джедаев.

– Я могу заблокировать эту информацию в вашем сознании.

– Это угроза?

– Нет. Я уже это сделал, – улыбнулся я, – теперь вы можете говорить что захотите по этому поводу и никто вас не заподозрит во лжи.

– Разве?

– Да. Это ментальное воздействие третьего порядка. Из семи существующих – оно не представляет особой сложности, – я оглядел девушку, сидящего рядом с ней мастера, – я хочу быть одним из вас.

И это было так. И дело тут не в том, что они мне резко понравились, или я внезапно стал джедаем – вовсе нет. Кто я такой? Никто. Без роду, без племени, какое-то неизвестное существо, внезапно появившееся в этом времени. Мне больно думать об этом, но по всей видимости, моя раса вымерла полностью. Больше нет Ангов. Великой империи, которая объединяла и укрепляла множество миров.

К тому же я не сильно отличался от человека – более хрупкий, лицо имело более утончённые черты, глаза серебристые, блестящие – радужка имела естественный металлический покров, волосы так же были серебристыми. Один из дюжины популярных цветов волос моей расы. Хотя их было намного больше.

Я посмотрел на свою руку – если рассортировать задачи по степени важности – то первой степенью будет как-то натурализоваться в этом времени, узнать людей получше, мир вокруг. И для этого вполне подходили эти…

Плюсом было то, что они – следствие одного эксперимента, предпринятого на моей родине давным-давно. Суть его была довольно проста – примитивные существа, развивающиеся, как принято говорить – поклоняются всяким объектам. Горам, скалам, небесам и так далее. Если при этом на их планете в ареале их обитания будет торчать гигантская пирамида – то они неизбежно начнут ей поклоняться. А если пирамида при этом будет с помощью своей связи с Деосом увеличивать количество чувствительных существ вокруг себя? Тогда это станет центром цивилизации и центром философии. И наконец – когда приходит время, врата открываются и пирамиды свозят всех на планету. Туда, где я родился – ныне именуемое Тайтон. И там образуется межрасовое понимание. Возможно, это могло бы возродить государство, Империю Ангов, но случилось иначе. Это породило орден Джедаев. Всё пошло не так, или наоборот, так как планировалось?

Этого я не знал, но то, что они как-то косвенно связаны с моей расой, даже спустя полмиллиона лет, достаточное время, чтобы расы появлялись, пережили свой расцвет и упадок, и канули в небытие – всё это достаточный аргумент. Вот только я открыл им далеко не все тайны своей жизни. Я не хотел их пугать, но похоже, они действительно симбиотировались с низкоуровневым планом, устанавливая прямой духовный контакт.

Это крайне неэффективный, опасный способ использовать Деос, но похоже, связи с высшими его планами у них не было вовсе. Или был, но их чувствительность не позволяла использовать Деос полноценно. Они срослись с ним биологически и духовно, но не как свободные пользователи, а как симбионты.

Я ещё не представлял, но судя по тому, что я услышал – цивилизация галактики на порядки более развита, чем в моё время, но всё же, их уровень технологии несравнимо более низкий. Несравнимо. Даже той чувствительности, что у меня есть – достаточно, чтобы почувствовать их корабль – он довольно прост и примитивен.

Может быть это я слишком строго сужу их, по меркам своей расы? Мы были великими, а всё ж таки вымерли, тогда как они живут дальше. Так что стоит умерить пыл. Их во мне удивляет многое – например, то, что я как Анг, не являюсь ни мальчиком, ни девочкой. Но мне без разницы, я всё равно слишком юн для отношений, а когда будет пора – лет через триста, определюсь. А пока что мне вот совершенно плевать, мне и так неплохо – не надо волноваться по этому поводу.

Вздохнув, я подумал, что мне всё-таки повезло. Теперь главное – не раздражать своими несколько бОльшими возможностями и физеологическими особенностями этих человеков…

2. К Звёздам!

– Ай! – Лисента покраснела, когда я умостился на ней, довольно улыбнувшись, – что ты делаешь, нахал!?

– Хочу поспать.

– На мне?

– Тебе это доставляет неудобства? – я обхватил руками её молочные железы и удобнее разместив, положил голову прямо на них, – мягко!

Девушка опять краснела и смущалась. Это только способствовало сну.

– Ты лапаешь меня за грудь!

– Не лапаю, а удобнее размещаю твои молочные железы для собственного удобства, – буркнул я, – тебе неудобно?

– Конечно!

Она повернулась и стряхнула меня, так что я пребольно приземлился на пол.

– Оуч.

– Сам виноват, – она поднялась и закрыла свою грудь руками, – охальник. Развратник! – краснела, ой краснела.

– Ты злая.

– Это я то? – взвилась девушка, – ты залез ко мне ночью в кровать и ещё облапал грудь, – она раскраснелась особенно сильно, – ты… ты… ты… – подрагивала. Странная реакция.

– Если тебе это не нравится, так и скажи.

– Не нравится! – сказала она и соврала при этом. Поморщилась и отвернулась.

Будучи симбиотами с низкоуровневым деосом, они являются своеобразным живым его воплощением. И если в этом самом деосе отражаются эмоции, чувства и намерения, то они чувствительны к ним. И ко лжи тоже – поэтому они не лгут, никогда. Но недоговаривать должны уметь. Девушка так пылала смущением, что просто жуть брала. Я поднялся, отряхнулся.

– Мне скучно одному, – и залез под её одеяло, – полежим вместе?

– Пошёл прочь, – сказала она снова неискренне.

– Неа, мне скучно одному. Так что ложись, – я потянул её за край пижамы и она легла, – если тебе неудобно, когда я лежу сверху, я буду лежать сбоку, – обхватив её за талию рукой, притянулся ближе и утонул лицом в этих прекрасных мягких подушечках.

Она не продолжала сопротивление и я мог заснуть…

* * * *

Как же прекрасно утро! Хотя в космосе понятие дня и ночи относительно. Корабль живёт по своему собственному, корабельному времени. Изредка это время изменяется, поправляется, для нужд пассажиров и владельцев. Вот по корабельному утру я и пробудился. Моё измученное тело давно так не отдыхало. С улыбкой я вышел из каюты этой человечки и поприветствовал кушающего джедая.

– Доброе утро, мастер Мо.

– Я ещё не мастер, – хмыкнул Мо, – но спасибо. Садись завтракать.

– Благодарю, – я сел напротив него. Не сказать, чтобы еда была очень вкусной – похоже, в нынешнюю эпоху вкусные блюда на кораблях не подразумевались. Но всё же, вполне съедобно.

Прикончив завтрак и запив его горячим чаем из трав, я с улыбкой спросил:

– Мастер Мо, когда мы прилетим в этот ваш орден, что вы будете делать? Вы же зачем-то пригласили меня с собой…

– Да, – Мо откинулся, поглаживая набитое брюхо, – ты очень сильно фонишь в Силе. Мимо трудно пройти, я бы предложил ордену взять тебя в ученики.

– Меня? – удивился я.

Эти симбиоты нижнего деоса, хотят чему-то меня учить? Меня, Анга, несравнимо лучше пользующегося деосом и всеми его планами? Довольно занятно. Да, я далёк от того, чтобы называться настоящим мастером. Мастера могли совершать удивительные поступки, выходящие за границу разумного. Используя деос, они создали много удивительных вещей, которые сделали нашу расу величайшей в галактике. Они могли изменять целые планеты, повелевать народами, сохранять безграничные знания в маленьких устройствах, защищаться от агрессивной флоры и фауны диких миров одним словом, создавать то, что нарушает само пространство и время… Но я, увы, бесконечно далёк от этого. И на то, чтобы выучиться, уйдёт некоторое время. Впрочем, совсем уж голью я не был – моё заточение предполагало освобождение, а освобождение – что мне понадобится возрождать могущество империи Ангов… Но прошло слишком много времени. От Империи не осталось ничего, кроме этих самых джедаев. Да и то едва ли. Конечно, кое-какие вещи у меня были – но бОльшую часть простых или относительно сложных вещей я мог создать сам. Анги не нуждались в промышленности, потому что у нас была связь с деосом. Эта связь позволяла сотворить из окружающей энергии материю, и из материи – сделать то, что нужно. Эта простейшая способность, которая должна быть доступна даже пользователям нижнего деоса.

Поэтому мне не нужен был склад вещей, разве что склад продовольствия. Создавать еду, как и прочие биологические объекты, невозможно. Однако, у меня в моём храме было хранилище. А ещё у меня была информация. Я щёлкнул пальцами и на пространстве перед рукой образовалась трещина, запустив руку внутрь, я вытащил из этого субпространства небольшое устройство. Небольшая металлическая на вид пирамидка. Джедай закашлялся:

– Это, кхе-хе, ситский голокрон? – он удивился.

– Ситский? Голокрон? – пришла моя очередь удивляться, – нет, это Рэбос. Небольшое устройство, служащее портом между информационным пространством верхнего плана деоса и нашим пространством. Оно позволяет хранить информацию.

– Деос, – джедай нахмурился, – то есть это устройство создали твои сородичи?

– Ну… да. Если быть точным, его создал я. Это мой личный рэбос. Мастер Лоркрайт добавил в него несколько функций, но в целом – я сам его сделал, – не без гордости сказал я.

– Ох, ладно, извини. Просто такие устройства у нас есть…

– Похвально, – улыбнулся я, – вы умеете их создавать?

– Да, хотя это требует мастерского уровня владения Силой.

– Возможно, мне стоит изменить мнение о вашем уровне способностей, – и запустил своё устройство.

Джедай ничего не видел – потому что нужно было смотреть не через этот мир, а через деос. Довольно странное заявление, учитывая, что деос – это мир-точка. Вселенная без измерений, прошлого и будущего, без пространства. Однако, если сконцентрироваться и взглянуть через деос – мир предстаёт другим. Совершенно другим, он видоизменяет реальность. И если так посмотреть – вокруг джедая витает аура спокойствия и самоуверенности, а так же пульсирует любопытство и щекочет нос опаска. Над моим рэбосом летают информационные окна, принявшие внешний вид обычных плоских двухмерных страниц, а так же несколько трёхмерных объектов.

Заодно я думал о том, что я вижу перед собой. Технологии этих людей весьма занятны, они примитивны и в какой-то мере совершенны одновременно. Они далеки от технологий анг, но всё же – учитывая их феноменальный масштаб распространения, поддерживать такой уровень технологий по всей галактике не смогла бы даже империя. Чем больше планет – тем проще техника. У нас было принято минимизировать количество устройств, сочетая множество функций в нескольких устройствах. Это было удобно, даже очень – для этого нужно, чтобы техническая возможность многократно превзошла необходимый уровень. Чтобы различные функции в одном устройстве не мешали и гармонично дополняли друг друга, а не противоречили.

Возьмём к примеру мой «храм». Это и дом, и космический корабль, и боевая машина, и хранилище знаний, и укрытие… А мой «го-ло-крон», как его назвал джедай – это ещё и хранилище информации, не имеющей особую важность. В нём содержалась вся необходимая для моего обучения информация. Не успел я доучиться как следует, да и честно говоря – ну не из тех я удивительных личностей, которые всё на лету схватывают и у которых всё легко получается. Не гений я, и даже не просто хороший малый, а скорее из отстающих.

Тем не менее, тем не менее. Я прочёл несколько информационных пакетов, которые светлячками кружились над рэбосом – сейчас явно не та ситуация, чтобы я мог спокойно и неторопливо заниматься обучением. Скорее уж меня интересовала звёздная карта и наше текущее местоположение. Я открыл карту – её гигантская голограмма, невидимая для глаза, появилась над устройством и на ней ярко выделялась красная линия – это наш путь. Мы шли на галактический юг, к центру галактики. Который и в моё время был центром всей жизни – судя же по карте, мы были очень далеко за пределами изведанных регионов. Изведанных империей Анг, понятное дело. Не знаю, на какой планете нашёл своё пристанище мой храм, но он явно улетел туда, где враги меня не могли выследить. Это и спасло меня. А впадение в анабиоз – скрыло моё существование от них.

Что ж, это было уже хоть что-то. Тяжело вздохнув, я закрыл все иллюзии, которые наблюдал через деос, сидя неподвижно за столом, и обратил свой взор на джедая.

– Ты что-то делал? – спросил он, глядя на меня.

– Да, сверился с картой, узнал, какая информация у меня сохранилась, – кивнул я, – а что?

– Я ощущал странные вибрации силы, но ничего не видел.

– Это подключение к информации из верхнего, или высшего плана деоса, – буркнул я и спросил, – господин Мо, может быть вы расскажете мне, чем занимаются Джедаи? Для чего существует ваш орден? На чём он основывается?

Джедай улыбнулся:

– Мы занимаемся самыми разными вещами. По большей части – философия и культура являются основой ордена джедаев. Мы учимся использовать силу во благо. Джедаи хранители мира в галактике, исследователи, учёные, есть биологи, есть техники, есть рыцари – воины-джедаи.

– Понятно. Вы не определились с тем, как использовать вашу симбиотическую связь с Силой, поэтому используете её практически кто как захочет. В общих чертах, конечно. Не имею ничего против. Мастер Мо, можете мне прояснить одну вещь?

– Да, конечно, – согласился джедай, – что?

– Ваши технологии. Они мне не слишком понятны. Вы используете, ну или по крайней мере, умеете создавать рэбос. Но при этом никаких других следов использования высшего деоса я не обнаружил. Как быстро развиваются ваши технологии?

Джедай вздохнул:

– Я бы не сказал, что быстро. Скорее в последнее время у нас застой. Новые технологии – это палка о двух концах. Галактика велика, если мы создадим нечто слишком совершенное – то малейшая поломка далеко от базы снабжения будет фатальной. Наш же уровень позволяет на любой захудалой планетёнке починить что угодно, даже померший гипердрайв заменить. В конце концов, всё упёрлось в некую преграду совершенности.

– Связанную с глобальностью?

– Нет, – отрицательно качнул головой Мо, – связанную с возможностями и потребностями. Для практически всех работ – есть дроиды. Они не требуют особо сложной адаптации под любую задачу, межзвёздные путешествия полностью обеспечивают гиперприводы, связь… межпланетная связь обеспечивается через гиперпространственные маяки, стоящие вдоль крупных маршрутов. А что?

– Вы довольно бодро развиваетесь, – тут же ответил я, – мне просто было интересно, каковы нынешние технологии. Изучение технологий с помощью деоса – одна из дисциплин развития.

– Ах вот оно что… Да, можешь изучать что тебе заблагорассудится. Джедаи умеют воздействовать на технику, но это довольно редкое умение среди нас.

Я промолчал. Деос позволял неограниченно манипулировать материей – но это только малая его часть. Это примитивный, нижний уровень. Высший уровень деоса заключался в нанесении символа – сила, что передаётся через деос, изменяющая, формирующая. Именно с помощью этого когда-то мои соотечественники создали храмы, создали ещё многое и многое… Это воздействие – на нематериальном плане, позволяло создавать нечто выходящее за рамки законов простой физики. Я пока ещё далёк от мастера начертаний, но всё же, кое-какие базовые стигмы изучал, это в обязательном порядке.

Мне было интересно это посмотреть, ещё интереснее – понять.

– А дроиды… Могу я изучить некоторых?

– Да, конечно, – обрадовался даже Мо, – тебе придётся его разрушить?

– Возможно. Впрочем, я возмещу вам убытки.

– Нет, нет, не стоит, – джедай помахал руками, – можешь забрать. Ну хотя бы дроида-секретаря.

– Разве он вам не нужен?

– Честно говоря, он уже порядком надоел, – поморщился Мо, – болтливая сволочь – не заткнёшь.

– Благодарю за разрешение. Я обязательно воспользуюсь им.

Я поднялся, желая поскорее добраться. Как и любой юный и любопытный анг, я очень хотел разобрать и понять, как это всё работает. Мы, Анги, очень любим создавать всякое разное – от и до, это было последствием отсутствия у нас промышленности. Каждый был волен использовав деос, воплотить такую вещь, какую он хотел – и тут уже всё зависело от личного мастерства, силы и ума. Именно поэтому то, что для других рас было ценным товаром, у нас было хобби. Мы создавали вещи, мы создавали строения, и реальной ценностью считалась не созданная вещь а то, что она делает. Задачу, которую она решает, труд, который эта вещь выполняет.

Дроиды… Дроиды существовали и у нас. Вообще, идея создать ангоподобное синтетическое, лишённое жизни существо – была очень заманчивой. Попытки возникновения самосознания и души легко пресекались несколькими предохранительными стигмами, которые не давали закрепиться духовной энергии на материальном теле. Это было одним из самых значимых шагов в нашей истории – когда давным-давно, когда даже император был ещё маленьким, мудрецы создали таких существ. Попав в руки низших рас, они становились ультимативным оружием, но именно поэтому их было запрещено передавать.

У нас была своя философия. Мы не были ограничены в средствах и материи, но были ограничены в энергии. Каждый мог создавать нечто ограниченное – всемогущества у меня нет. Я не могу, к примеру, создать мановением руки такой храм, в котором спал – это выходит очень, очень далеко за пределы моих знаний, умений, и что самое главное – моих сил. С тем же результатом я мог бы попытаться создать гигантский примитивный корабль – ничего бы не вышло. Эта задача просто высушила бы меня досуха – хотя заимствовать энергию в деосе можно и даже легко, но это в свою очередь утомляет.

Пользоваться чем-то, что создано другими… нет, это не было зазорно, но мои соотечественники это не любили. Это считалось предосудительным, за исключением Рата. Рата – это общая цель. Когда сотни, или даже тысячи мастеров объединяют свои силы, используют внешние источники энергии – храмы, копящие силу Деоса.

В симбиотической связи человеков есть свои плюсы – они фактически не ограничены никакой энергией. То есть они срослись с нижним планом деоса и поэтому теоретически их мощь безгранична… но по факту – они вряд ли сумеют использовать больше, чем позволяет им собственная душа. Но это уже зависит от развития духа.

Меня вполне устраивает моя собственная Сила – я положил руки на грудь дроида-секретаря и заглянул в него через деос. Сквозь пространство и информацию – в мою голову тут же потоком полилась информация. О том, что это за дроид, о том, где он был, кем он был, что делал недавно, что будет делать вскоре – это знание было туманным и вскоре вовсе обрывалось. О том, как он создан, из чего, из каких материалов и технологий, порядок создания, наконец, самое главное – понимание. Я понял его конструкцию. Заучить колоссальный объём информации – значило сильно напрячь голову, но если достигнуто понимание – то информация автоматически классифицируется и не напрягает мозги своим объёмом. Люди же как-то достигают понимания дроидов, механизмов и прочего – и даже у них мозги не плавятся, несмотря на несравнимо более примитивное строение этого самого мозга.

Всё дело, конечно же, было в главной технике – «Извлечение Эссенции». Каждая упорядоченная система, имеет в своей основе некий стержень, закон, по которому эта система создана и составлена. Это пронизывает и составляет суть вещи в деосе – его эссенцию. Это, если так можно выразиться – не только некая схема или чертёж, это сама суть понимания. Пытаться понять нечто сложное – сложно, но имея связь с информационным слоем вселенной, можно вытянуть из вещи её эссенцию. Глубокое понимание – это лишь познание сути эссенции, но сама она… Сама она это мысль, система мыслей, связанных друг с другом.

Это лишь маленький фокус на фоне того, что умели мастера.

Дроид… занятная вещь. Понимают ли люди, сколь велика их роль в современном мире? Роль, которую выполняют дроиды… Рабы, чернорабочие. Их труд не просто упрощает жизнь – он делает их жизнь вообще возможной, потому что без дроидов современная цивилизация вообще не могла бы существовать. Я бы даже сказал так – практически бесплатный труд дроидов составляет фундамент, на котором стоит современная цивилизация. Хотя многие задачи всё же не стоит доверять первому попавшемуся дроиду, хорошо обученный экземпляр мог бы стать незаменимым помощником. Как защитником, так и рабочим, да или просто прислужником, задача которого угождать хозяину.

Я хотел добраться до многих других вещей на корабле – более удобного случая ещё поискать, но пока решил заняться дроидом. Создание получилось довольно муторным и заняло у меня несколько часов – всё-таки уроки я не прогуливал, но и до мастерства мне было далеко. Дроид получился очень уж нескладный – работал кое-как и передвигался рывками. Разочаровавшись в собственных силах, я уничтожил эту груду железа, на которую потратил довольно много своих сил и достал рэбос, положив его перед собой, запустил и вокруг засияли самые разные сообщения. Файловая структура рэбоса вряд ли перекинулась на голокроны, она слишком уж уникальна для пользователей деоса высшего порядка, то есть ангов. С минуту я потратил на то, чтобы в бесчисленных списках найти необходимый мне – автоматоны. Я записывал в рэбос всё, что мне приглянулось, в том числе все структуры, которые мне понравились. Нетрудно догадаться, что даже за сотню лет немудрено накопить большую библиотеку знаний. Автоматонов было не так много, всего восемь чертежей, первый из них – это ангоподобный, утилитарный, снабжённый кучей инструмента и средним сознанием, рабочий. Он прост в создании, потому что для его создания не нужно ставить стигматов и создавать соларит и ноктилит. Два чрезвычайно редких металла, которые служат как несокрушимой(нет) бронёй, так и источником огромной энергии.

Второй – конструкция, которая прислуживала у меня дома, на протяжении более чем трёхсот лет моей жизни, с самых ранних моих пор. Как и первый, этот не обладал особо мощными функциями и был дёшев в создании в плане энергии, но его разум более гибок и сложен, и это можно сказать – нянька, прислуга и медсестра в одном флаконе.

Третий автоматон – имел форм-фактор устройства. Он был похож на оребрённый куб, умел летать – и делал это довольно хорошо, и служил своему хозяину самыми разными способами. Звали этого автоматона «Хранитель». Он мог быть вооружён, хотя основная его функция – это служить наблюдателем и разведчиком. Третий – автоматон-солдат. Военной модели, довольно любопытная конструкция. Массивный, укрытый соларитовой бронёй, черпающий свою энергию через стигмы непосредственно из деоса, быстрый, ловкий, с специальным кибермозгом, который обеспечивал ему превосходные возможности. Каждый, кто достиг достаточного уровня мастерства, мог создавать таких солдат. Я, к сожалению, ещё не достиг – остальные были ещё сложнее, поэтому о них и думать нечего было. Вот и получалось, что на выбор у меня было только три автоматона, которых я мог создать – рабочий, нянька и маленький боевой дрон. Их эссенции были сохранены внутри моего хранилища знаний и могли быть использованы для создания. Через меня, конечно же.

Я слегка поменял файловую структуру и всё, что было в моём хранилище знаний отделил от всего, что буду заносить туда впредь. И сформировав своё понимание дроида-секретаря – внёс его конструкцию и понимание её в базу. Этого было вполне достаточно.

Да, думаю, автоматон-хранитель мне сейчас будет наиболее полезен. Но использовать сохранённые знания я не стал, решив, что делая так – обленюсь и деградирую сам, тем более – что здесь нет мастеров-ангов и за достаточностью своих текущих навыков, я просто не сумею научиться чему-нибудь новому. Хорошо ещё, что у меня есть информация, вся, которая нужна, чтобы самому достигнуть уровня мастера и корифея. Работа оказалась сложнее, чем я думал – я поднял руку и обратился к деосу, потянув энергию в материальный мир, и начал ткать из неё материю, создавая тем самым нейтронное ядро. Источник кажущейся безграничной энергии. Это ядро – похоже на маленькую, размером с бусину, нейтронную звезду, внутри которой вещество настолько плотное, что находится на грани превращения в чёрную дыру. Эта крохотная бусинка создаёт вокруг себя чрезвычайно мощное магнитное поле. Чтобы создать её и впоследствии сдерживающий механизм, мне пришлось практически полностью выжать себя. Маленький чёрный куб я положил на стол и решил пока вздремнуть… Завтра закончу автоматона, а сегодня – нужно поспать…

>>Читайте Примечания>>

3. Эго

Юная джедайка сверлила меня недовольным взглядом. Я же стояла в её комнате и перетряхивала гардероб. Ой не густо у неё с одеждой, ой не густо. Но всё же.

– А это что?

– Это юбка. Мальчики такое не носят.

– Хм… Но она же удобнее штанов, разве нет? – посмотрела я на неё.

– Мальчики…

– Я ещё не мальчик, – отмахнулась я, создавая копию этой самой шмотки у себя на талии.

– Ниже, – приложила руку к лицу Лисента, – вот так, – она поправила эту штуку, – вот так лучше.

– О, спасибо, – я повернулась к ней, – хм. И правда удобная.

– Ты вообще самый странный разумный, которого я встречала. Я не могу почувствовать, какого ты пола.

– Я анг.

– Это не объяснение.

– Это самое исчерпывающее объяснение, – хмыкнула я, – большинство известных мне культур подразумевают свободу выбора в личных отношениях и профессии у подрастающего существа. Анг свободны в своём выборе практически абсолютно, – я топнула ногой, – Эх, – вздохнула, – ладно, давай объясню. Вы, двуполые, имеете строение мозга, которое отличается у мужчин и женщин, что обуславливает различия в мышлении. Мозг анга состоит из двух полушарий, каждое из которых является полноценным, состоящим из двух половин.

– Э… – Лисента удивлённо распахнула глаза, – но у большинства разумных существ мозг состоит из двух частей.

– Это верно. Но у нашей расы каждая из этих частей имеет уникальные особенности и является полноценным мозгом. Существовали даже прецеденты, когда критическое повреждение одного полушария никак не влияло на функциональность, разумность и память особи. Можно сказать, что одно полушарие мужское, другое женское. Они действуют синхронно, и информация поступает сразу в оба. Первое отвечает за логику, математические операции и структурирование информации, второе – за эмоции, чувства, интуицию, восприятие, и является женским. Поэтому я воспринимаю мир как мужчина и женщина одновременно.

– А… – Она внезапно осеклась, – можно нескромный вопрос? Ты детей иметь можешь?

– Ну… могу. Вполне себе. Репродуктивный механизм Анга уникален и так же легко адаптируется к партнёру, как и пол.

– То есть… формально, ты можешь иметь детей. Как мужчина или как женщина?

Я только вздохнула:

– И так и так.

– Это как? – удивилась она, – у тебя что, и то и то есть?

– Ты про репродуктивные органы? – я склонила голову набок и улыбнулась.

Лисента покраснела.

– Ну… да. Там же не только какие-то маленькие органы нужны…

– Для Анга не менее удивительным является то, как относительно статичные двуполые существа, вроде вас, со временем изменяются – у девочек растёт грудь, у мальчиков изменяется голос. Если ты об этом, – я немного утомилась от этого разговора.

Никогда не думала, что для этих человеков вопрос пола имеет такое важное значение. Или это для этой девочки отдельно?

– Лично мне не хочется прямо сейчас заниматься спариванием, поэтому я отложила этот вопрос на потом, – предупредила я её, – но мне нравится то, что я могу понимать женщин и мужчин в равной мере, не ограничивая себя половой ролью и стереотипами. Мне нравится и то, что характерно мужчинам и то, что характерно женщинам, если ты об этом. Я пока не могу определиться и сделать свой выбор. Между нами говоря, я не очень то и хочу его делать, будучи не связанным поведенческими стереотипами.

– Это ты о чём? – Лисета села на свою кровать, подобрала под себя ноги и уставилась на меня, сложив руки на груди.

– Как бы тебе объяснить… это сложно объяснить двуполому существу. Да что там – это практически невозможно. Вы пытаетесь всё отнести к одному полу, чтобы была ясность.

– Ну не надо, в галактике великое множество рас, которые могут менять пол. Хотя бы те же хатты. И таких сотни, если не тысячи.

– Я не знаю о ком ты. Расы-перевёртыши, как правило, имеют одну особенность – их сознание является не мужским и не женским, а стабильно-средним. То есть, становясь мужчиной или женщиной, у них только чуть-чуть меняется тело, или вовсе никак не меняется. Они же по сути являются неким средним существом. Анги отличаются от них тем, что есть мужское и женское начало, которые сосуществуют в одном существе. И они оба активны, при этом они чётко разделены. Моё сознание это не сознание мужчины, женщины или гермафродита, просто существую я-мужчина, я-женщина, и в зависимости от обстановки, ситуации, задачи, собственных чувств или партнёра, одно из этих сознаний выйдет на первую роль.

– Хм… Вроде я начинаю понимать.

– В таком вот духе, – махнула я рукой, – Поскольку половины мозга Анга являются синхронными, но разделёнными, то они могут работать несинхронно.

– Это как? – удивилась Лисетта.

– О, это очень просто. Я занимался недавно созданием себе спутника-дроида, и поскольку жуть как утомился, мозги расплавились от нагрузки, я заснул. И мужская половина моего разума, которая любит всякую технику, знания, расчёты и прочую науку, сейчас спит и отдыхает от нагрузки.

– Это… – у Лисетты глаза на лоб полезли.

– Примерно так. Ты сейчас разговариваешь с девушкой. А мне захотелось узнать, во что у вас тут одеваются, и прилично одеться, – я вздохнула, – мальчики совершенно не понимают важность красоты.

– Ну не скажи, – вступилась за них юная джедайка, – ты, кстати, очень красивый. Ну… – она покраснела, – по меркам людей. Милый.

– Правда? – я склонил голову набок, – почему?

– Ну у тебя милый вид.

Я посмотрел с сомнением на себя в зеркало. Если сравнивать с человеком – у меня более хрупкое строение тела, худощавое, стройное, волосы до плеч, серебристо-серые, глаза чуть больше обычных человеческих, примерно на пятьдесят процентов, и слегка раскосые, как у учителя Мо, только другой формы. Уши не длиннее человеческих, просто растут не в стороны, как у людей, а более прижаты к голове, и не имеют такой ярко выраженной ушной раковины из хряща. Сверху чуть заострённые. В остальном… Хм…

– Правда?

– Ну не знаю, – Лисетта так смутилась, – у тебя большие выразительные глазищи. Красивые волосы, стройное тело, и вообще, с такой внешностью как у тебя – можно соблазнять как девушек, так и мальчиков.

– Хм… – я прищурилась, – приятно слышать. Трудно найти существо в галактике, которое не хотело бы нравиться другим.

– Ладно, – Лисетта выпрямилась, – высочайше разрешаю тебе впредь лежать на моей груди.

– Правда? Когда проснётся вторая половина, это несказанно меня обрадует.

– Э? А чего это когда «он» проснётся?

– Ему нравится. У женщин-Ангов не бывает такой пышной груди, как у тебя. А она мягкая и упругая, – я сделала руками жест, словно что-то сжимаю. Лисетта тут же закрыла грудь руками.

– Но-но! – предупредительно сказала она.

– Да ладно тебе, я же шучу. У наших женщин правда не бывает большой груди. Никогда. А мне почему-то понравилась именно твоя. Она пышная, упругая, такая мягкая и тёплая, – я обхватила себя руками, блаженно зажмурившись, вгоняя во всё большую и большую краску Лисетту, – прямо нежная как облачко.

– Да ну тебя! – крайнее смущение переросло у неё в показной гнев.

– О, не сердись, это был комплимент.

– Извращенцы. Одинаковые.

– Ну мы же одно целое, – невинно ответила я, – вот что, подруга, помоги ка мне лучше одеться. У вас тут так много разной одежды, что у меня аж слюнки потекли.

– Правда? – Лисетта быстро сменила тему, – а что, так понравилось?

– Не то слово. В нашей империи, конечно, тоже было немало, но старые пердуны, прожившие по пятьдесят тысяч лет, едва ли вообще заботились, во что они одеты, – грустно вздохнула я, – а кто помоложе – на них равнялся, так что такого буйства мод и красок не было. К сожалению.

– Пятьдесят тысяч? – у Лисетты по-моему, отвисла челюсть, – сколько?

– Ну до этого возраста редко кто доживает. Даже двадцать тысяч лет – уже очень почтенный возраст, – скромно потупила я взор, – но ты не волнуйся, я не настолько стара. Мне всего то три сотни, с хвостиком.

– Обалдеть, – моргнула Лисетта, – вот уж правда долгоживущие. А я думала что Йода старик.

– Йода?

– Глава ордена джедаев. Ему уже почти тысяча лет.

– Ну, это довольно большой возраст для обычного существа, не связанного с Деосом. Даже очень большой.

– Ага… – Лисетта всё ещё отходила, – Ты говорила… тебя ведь теперь можно называть в женском роде?

– Да. Мужская половинка ушла в сон надолго. Он создал что-то действительно не по своему уровню, теперь расплачивается за свою глупость.

– Хорошо. Ты говорила, что тебе интересна мода? – она слегка прищурилась, – Слушай, а у тебя деньги есть?

– Деньги? Конечно. Но я боюсь, они устарели задолго до появления вашей республики.

Лисента нахмурилась, опустив голову. Я тоже. Каждое живое существо, будь то мужчина или женщина, хочет быть красивым и нравиться другим. Это природа. Но конкретно меня это касалось прямо сейчас в бОльшей мере, чем не сейчас, когда мужская часть сознания бодрствует и доминирует. Нравиться другим, вызывать восхищённые взгляды и вздохи в спину, завистливые или радостные – вот что я хочу, как и любая девушка в тайне желает этого. Некоторых мальчишек тоже за уши не вытащить из тренировочных залов, где они закаляют тело, а некоторые так уходят в слепое накопление силы, что проводят целые века, тренируя свои способности деоса.

* * * * *

В коридорах корабля пахло очень специфически. Фильтрованный воздух, смешивающийся с испарениями различных систем. Идя по стеночке, я едва касался пальцами ровной, слегка шершавой, матово-белой поверхности стены. Погрузившись в собственные ощущения, так глубоко, что мог, наверное, почувствовать на этой стене жар от того времени, когда она была ещё расплавленным металлом. Она молодая – ей всего двадцать лет, но металл, из которого она сделана – был частью горной породы – от неё исходила холодная, монументальная уверенность. До сих пор не выветрившаяся. Едва касаясь стены пальцами, я повернулся вокруг своей оси и прижался, когда мимо меня по коридору проехал маленький астродроид. Он совершенно не обратил на меня внимание.

Эти дроиды – механические рабы, служащие людям и прочим расам галактики. Не стоит жалеть этих существ – от механизма их отличает только относительная самостоятельность. Но даже так – они всего лишь имитация жизни. Её неудачная копия, если так будет угодно. Заметив, что задумавшись я прижался спиной к холодной стене, я отпрянул от неё и пошёл дальше. Корабль был не то чтобы очень большим внешне, но внутри… Изнутри он казался гораздо просторней, чем снаружи.

Меня захватила грусть – я оставил не только своё время, но и целый свой мир. Целую вселенную – и сейчас, здесь, чувствовал, что появился не просто в другом времени, а в совершенно другой реальности. Эти люди никогда меня не понимали и не поймут, наверное, но я им чужой. Нечто совершенно чужое для них всех.

Предаваясь серому унынию, я увеличил свою синхронизацию с деосом, позволяя себе погрузиться в совершенно другую вселенную, что всегда была со мной. Эти люди… Да, они только на пороге открытия самого Деоса и природы той Силы, о которой они говорили. Он был здесь – деос. Он был всегда и везде, и нигде. Истинная его сила неизмерима и непостижима, мудрейшие из нас не могли приблизиться к границам его возможностей – куда уж жалкому недоучке в моём лице. Деос – мир души, она есть у всего – живого и неживого, даже механизмы имели своё отражение в нём. Это изнанка реальности – отражающая всё то, что есть на лицевой стороне, но абсолютно иначе, и манипулируя им, можно творить вещи, недосягаемые для простых существ. Но этого никто кроме меня не знает. Сейчас.

Сейчас я им кажусь просто очень странным существом, пользователем Силы, небывалой мощи, который должен быть привезён в храм тех, кто поклоняется Силе. Для них это так же верно, как для старого рыбака принести домой драгоценный камень.

Я грустно вздохнул – сейчас было самое время начать развиваться. Мне нужно избавиться от своих недостатков. Иногда на меня нападало такое желание – немедленно начать тренироваться и стать лучше. Но сейчас у меня не было другого выбора – не было ни учителей, которые меня понукали, ни родителей, которые так же требовали, чтобы я учился усердней, но теперь они мне не нужны. Теперь тот злобный засранец, который заставляет меня учиться, тренироваться и не даёт отдыхать и лениться – я сам. Дожил до этого момента, – криво усмехнулся я.

Пока я в задумчивости шёл, дошёл до центрального помещения – это было большое, прямое помещение. На диване в небольшом углублении обычно сидел мастер Мо. Интересно, что могли бы сказать джедаи о агрессивной форме пользователей деоса? Так же, как простым смертным кажутся чудом их возможности, так и мои должны показаться им – энергия деоса может принимать столько разных форм, что нельзя, наверное, даже приблизительно сказать, что может случиться в следующий момент.

Я стряхнул с себя остатки сонливости и недовольства – если меня попытаются тут захватить и удерживать силой – их ждёт большой сюрприз. Я уже почти закончил своего автоматона. Когда закончу окончательно – его боевая мощь превысит все их ожидания. Но это ничто по сравнению с возможностями деоса. Простым смертным никогда не суждено будет постичь его – их разум слишком примитивен, слишком слаб, чтобы выдержать это. Пока что у меня не было оказии продемонстрировать легендарный ум ангов, который превосходит возможности сознания людей и выходит за рамки биологических ограничений. Но гордиться этим умом – последнее дело, его нужно употребить с пользой, иначе это будет гениальный ум, доставшийся дураку.

По моей коже пробежал недовольный холодок – я чувствовал слабое покалывание через Деос. Это было неприятное ощущение. Не понимая, в чём дело, я заглянул через деос в будущее. Одна из самых сложных техник, которая пока что недоступна мне в полном объёме – предвидение. К сожалению, чем лучше развито предвидение, тем более чётким и вероятным будет видно будущее. Наверное, у симбионтов-людей тоже есть такая способность, но они могут видеть только через нижний план деоса.

Расслабился и постарался заглянуть за ту завесу, что отделяла настоящее от будущего – туда, куда никому не велено заглядывать. Куда опасно заглядывать неподготовленному или слабому существу. Я увидел расплывчатое ощущение опасности, увидел яркие отблески пламени, почувствовал запах гари и слабый отблеск опасности. Слабый, но весьма чёткий. Вибрации деоса были однозначны – я вернулся в реальность, не разрывая связь окончательно, и быстрым шагом направился в свою каюту, где покоился мой недоделанный автоматон. Теперь мною завладело новое состояние – предвкушающего возбуждения. Движения стали быстрыми, чёткими, словно я наблюдал за собой со стороны. Я понял, что размышления и медлительность уже закончились.

Преодолев барьер нерешительности, я сам не осознал, как, но подхватил через деос своего автоматона и когда он взлетел в воздух – удивился тому, какими чёткими и решительными были мои посылы и движения, повинуясь моей воле, автоматон начал собираться воедино – его кубическое тело из соларита, двигатели по бокам, мощное орудие в передней части и ноктилитовое нейтронное ядро, дающее ему чудовищную энергию. Не было времени на глупости и на размышления, на сомнения и страх, не было его и для спешки.

Быстрыми, механическими движениями установив последнюю деталь, я запустил в своего автоматона четыре стигмата, обеспечивающие ему прямую связь со мной и защиту от взлома, вдыхающие в него некое жалкое подобие жизни. Не успев упасть на пол, он с жужжанием завис на уровне пояса, после чего поднялся выше моего роста и подлетел ко мне, зависнув у меня за правым плечом.

Резко развернувшись, я не мог скрыть слабую предвкушающую дрожь – чувство опасности, которое я ощутил, всё больше усиливалось. Я поспешил в кают-компанию и повинуясь моей воле, автоматон стукнулся пару раз о дверь каюты мастера мо и потом – в дверь его ученицы. Я же в это время запустил руки в пространственный разлом. Были некоторые вещи, которые я носил с собой и никогда с ними не расставался – подарок отца на моё трёхсотлетие. Пальцы ощутили её теплоту – это была необычная броня. Она походила на одежду – облегающий костюм, скинув с себя то, что я на себя напялил вместе с Лисеттой, я поспешил облачиться в этот костюм. Он был сделан из прочной, даже в чём-то плохо гибкой ткани, толщиной в палец на груди, спине и с боков.

Вышедший мастер Мо уставился на одевающегося меня, после чего сказал:

– Ох, ты позвал нас сюда, чтобы похвастаться новым костюмом? Лисетта, что происходит?

– Не знаю, мастер, – Лисетта посмотрела на меня и прищурилась, – хм… А тебе идёт.

– Тихо там, – прервал я их, – нам грозит опасность. Я чувствую приближение опасности. Нужно немедленно подготовиться.

– Опасность, – насмешливо сказал Мо, – и какая же опасность?

– Не знаю. Я лишь чувствую.

Я закончил облачаться. Рукава были отделены от остального тела, оставляя оголённые плечи, их закрывала защита от стигмата, установленного на броне. Хм… Так меня скорее всего примут за человеческую девочку, виной тому узкие облегающие штаны. Впрочем… Глубоко наплевать.

Угроза становилась всё более и более явной. Из своей комнаты выбежал и мастер Мо, теперь он тоже что-то почувствовал. Я же готовился ко всему, что могло случиться – потянувшись к деосу, я сумел наложить на себя простую защитную конструкцию – слабый покров защиты. Он не то чтобы был действительно мощным – но значительно лучше, чем ничего. Из оружия помимо самого деоса, я вынул из своего пространственного кармана лёгкий энергетический пистолет. К сожалению, лучшего у меня пока не было… Если не считать автоматона, который вооружён значительно лучше меня.

– Корабль идёт курсом перехвата, – раздался голос Мо на палубе, – Лисетта, защищай Аруру, любой ценой.

– Слушаюсь, мастер, – ответила она в потолок.

Лисетта подмигнула мне. Мягкая и добрая улыбка на её лице говорила о том, что мне не о чем волноваться. И в следующий миг случилось это… Удар и взрыв – я заметил только как полыхнуло со стороны потолка и меня отбросило взрывной волной – несколько долгих секунд я кувыркался – взрыв даже не снял защитный покров, но этого было достаточно. Что-то твёрдое ударилось мне в грудь и это был мой автоматон. Я остановил своё вращение благодаря ему.

И увидел… Я был в открытом космосе – корабль, на который было совершено нападение, практически разбился пополам. Его задняя часть медленно, в ворохе обломков, отлетала в сторону, из разрыва сочился яркий свет. Его разломало пополам!

В этот момент что-то с силой ударило по носовой части корабля, там, где была кабина. Я поднял взгляд – всего в паре километров от нас, был относительно большой корабль, с которого и стреляли. Яркий луч энергии ударил по носовой части корабля, на котором я летел, и я почувствовал, что мастер Мо мёртв. Каким бы сильным ни был джедай, пережить такое ему не под силу. Эти мрази знали, на кого нападают. Я был зол – все тревоги отступили на второй план, а перед глазами у меня ещё была улыбка Лисетты, которая стояла практически там, куда пришёлся первый выстрел.

Почему мне так плохо? Это всего лишь два маленьких человека. Жизнь Анга длится тысячелетия, я бы увидел как они состарились и умерли очень скоро. Но всё равно, мне было отвратительно видеть, что я ничего не мог сделать. Мог ведь! Будь на моём месте воин или даже мастер – они могли бы сделать всё. Окружить корабль непробиваемым барьером, переместить его в пространстве, скрыть, что угодно… Мастер мог бы даже воскресить умершего, если его душа ещё не растворилась в Деосе, но я не мастер. Я всего лишь обычный мальчишка. Сын главы храмовой стражи, которого спасли, нарушив все запреты.

Достоин ли я новой жизни, в которую так верили мои родители?

Мысли эти пронеслись в моей голове в тысячу раз быстрее, чем нужно на их обдумывание низшим существам. И я разозлился. На себя и на других.

– Автоматон. Лети к этим ублюдкам.

Их корабль уже разворачивался. Ну нет, милые мои, я не дам вам так легко уйти, я не могу совершить ещё больше ошибок, чем сейчас. Так что настал черёд ответного хода.

Повинуясь моим мыслям, автоматон завис перед моим лицом и когда я ухватился за него, полетел вперёд с огромной силой, таща меня за собой. Выставив руку, я импульсом силы расплавил себе проход во вражеский корабль и залетел внутрь. Теперь не уйдут! Вы ответите за всё!

* * * *

Судьба, постигшая несчастный корабль, была ужасна. Я не сдерживал себя ни капли – низшие существа были намного медленней физически-совершенного анга, намного примитивнее было и их мышление, не способное к быстрой реакции. Так что я выхватив пистолет, убивал их одного за другим. Без сожалений и жалости – против меня вышли некоторые из них, но ничто уже их не спасло. Они слабы, медлительны, а главное – деос. Зачерпнув из него энергию, словно ковшом воду из реки, я выставив руку, обрушил на них гром и молнии, огонь, замораживал их до состояния ледяных статуй и заставлял сгорать изнутри. Выстрелы тонули в выставленной защите, они старались закрыться от меня прочными переборками, расстрелять из своего оружия – одна попытка воспользоваться гранатой даже помогла. Внешнюю защиту снесло и меня отбросило в стену, но дальше этого дело не пошло – папина броня играючи выдержала удар, да и сам я был прочнее, чем эти человеки.

Переборка, ведущая на мостик, была толстая, но какое это имело значение? Я выставил руку и образовал кольцо из энергии, которое поляризовал и мгновенно образовался круглый проход, вырезанный в прочном корпусе. Меня уже ждали – от дроидов я отмахнулся, впечатав их в стены и превратив в тонко смятые куски металла. Взгляд мой упал на людей – они боялись. Их страх словно липкий спрут, опутывал всё вокруг своими щупальцами, они выставили свои пистолеты и стреляли в мою сторону. Я взмахнул рукой и создал щит, который выдержал все выстрелы. На этот раз щит был не такой, как тонкая плёночка защиты. Но в этом искусстве мне было далеко даже до умений обычного взрослого анга. Увы. Я двигался вперёд, они продолжили стрелять, не имея никаких других возможностей к сопротивлению. В этот момент сквозь щит с моей стороны пулей промчался автоматон и выстрелил. Длинная очередь выстрелов разбросала людей, и выстрелы достали тех, кто прятался за углами, изредка высовывая руку с пистолетом, в надежде попасть в меня.

Автоматон, как и я, не знал жалости и сожаления, он пронёсся в ворохе выстрелов и подавил их огнём – из его струи вырвался мощный поток импульсов, которые разрывали врагов на куски. С мрачным удовлетворением я посмотрел на это – попасть в автоматона получалось, но вот его тонкий энергетический щит легко гасил вражеские заряды и ответный огонь подавил врага ещё сильнее. Я мысленно заставил автоматона отправиться вперёд, игнорируя многочисленных оставшихся в живых – туда, на мостик, где должен быть главный на этой посудине. Поняв, что машина улетела, враги снова сконцентрировали огонь на мне, но на этот раз я уже не собирался просто стоять и смотреть на вспышки их зарядов на моём щите. Я бросился вперёд и выставив руки, ударил по ним кинетическим импульсом, который захватил всех и собрал в одну кучу, они бессильно цеплялись за стены и пол, пытаясь удержаться на месте. В этом случае я просто отрезал руки, тонкими кинетическими лезвиями.

Собрав воедино кучу врагов, я закрыл их щитом и создал внутри огонь – яркий пламенный шар вспыхнул и на пол осыпался пепел.

Это умение требует большой концентрации, так что применять её в бою быстро практически нереально… но если есть некоторое время подготовиться – то вполне возможно.

* * * *

Сопливая размазня я. Только и могу, что сидеть и реветь. И дёрнуло же меня вляпаться во всё это! И ещё эти эмоции, слёзы, никак не могут остановиться и поедают сердце изнутри. Ну почему двум джедаям не дали даже шанса на сопротивление? Почему едва я к кому-то начал привыкать – их тут же у меня отняли? И кто? Жалкая горстка низших существ, грязные и оборванные пираты, наёмники. Утирая слёзы и сопли, осталось только горевать об утрате – мне до сих пор было тяжело подняться. Убив последнего на корабле, который забаррикадировался на мостике, я просто съехал по стенке на пол и расплакался.

Мне было плохо, слёзы никак не останавливались, а сердце щемило от болезненной утраты, встать и выпрмямиться для меня сейчас было бы гораздо труднее, чем поднять гору голыми руками. Поэтому положив голову на коленки, я плакал до тех пор, пока не почувствовал, что боль начала перерастать в новое качество. В самоедство. А всё произошло потому что я был слаб. Будь на моём месте даже пусть мой сверстник, но талантливый, трудолюбивый, учившийся и упорно тренировавшийся, то он бы смог и увидеть опасность раньше, и понять в чём она заключается, и дать отпор. Но… Всему виной моя лень и слабость. Они идут рука об руку.

Я виноват в этом сам, и некого более винить, не на кого переводить стрелки – я виноват, что та улыбка была последней в жизни Лисетты. Она так весело смеялась, когда наряжала меня. Мастер Мо был немногословен, но мудр, он всегда точно отвечал на мои вопросы и слушал мои слова. Заглядевшись в прошлое, никто из нас не думал о проблемах – всё казалось уже позади. Особенно мне.

Час, или день спустя, я поднялся. Мрачный взгляд на автоматона заставил того отшатнуться. Пусть это всего лишь металлический кубик с подобием крылышек, но он не смел ко мне приближаться.

Он сжёг трупы, пленных не осталось. Я даже не сумел допросить их. Подойдя к окну, я посмотрел в космос – в его мрачной, холодной пустоте, уже удалившись от нас на приличное расстояние, летали останки уничтоженного космического корабля. Корабля джедаев. Я подумал пойти поискать тела, но передумал. Вряд ли от них что-то осталось. Оставить их останки космосу. Вечному, чтобы они миллионы лет странствовали по вселенной, в конце концов – упав на какую-нибудь звезду.

Надо собраться. Тряпка.

Мысленно отвесив себе пару оплеух, я подошёл к многочисленным пультам и терминалам, стоящим тут, и решил для начала разобраться, как это всё работает. Я бы починил прежний корабль – отправился, притащил два куска, восстановил детали, но… Если честно, я боялся, что могу найти там тела, а я не хотел их видеть. Я… слабак. Да, я слабак, трус.

Корабль управлялся просто – в основном дроидом. Дроида не было. Уничтожен в ходе налёта. Повреждения не позволяли лететь дальше – здесь и воздуха то не было. Вышел весь через обшивку, давление почти нулевое. И если бы здесь были люди – они бы задохнулись. Но мне не нужно было дышать. Анги не дышат. Мы вообще не используем кислород в процессе жизнедеятельности – всё устроено сложнее, чем у людей, но…

Мне уже не было до этого никакого дела. Взмахнув рукой, я заставил машины восстановиться – немного силы, немного упорства, вот и готово. На обшивку уже налепили нашлёпки маленькие дроиды. Существа с тарелкообразными головами, тоненькими руками и ногами, и бегающие по кораблю и не обращающие внимания ни на что…

>>>О мечте автора - читай в примечаниях!>>>

4. Тюрьма

С тяжёлым сердцем я вышел из челнока. Корабль, на котором я прилетел – я оставил на орбите, мне он больше не был нужен. Зато на корабле был маленький челнок, на нём я и спускался вниз – к сожалению, всё было не так просто. На месте, где располагался храм Джедаев, чувствовалась сила. Мощный источник энергии деоса. Там было что-то, что связано с Деосом.

Храм джедаев я увидел издалека, приближаясь к нему на челноке, и чем больше приближался – тем лучше чувствовал. Эта энергия… Вряд ли современные существа могли бы создать источник такой мощи. Энергия деоса изливалась, словно это был какой-то старинный механизм ангов, вроде тех же автоматических кораблей, или что-то вроде моего храма. Направив свой челнок туда, я не знал, где мне можно приземлиться. У меня не было сейчас настроения в этом всём разбираться – путь до храма джедаев я провёл в молчании, потому что говорить было не с кем, и вёл корабль самостоятельно. Целую неделю, практически без остановок. Кратчайшим путём, минуя звёзды и опасные объекты. Хоть и говорилось, что корабль выходит в гиперпространство – оно таковым не являлось. Корабль просто ускорялся до сверхсветовых скоростей, но продолжал двигаться в реальном пространстве. Просто настолько быстро, что увидеть его было невозможно. Эта планета… Она не была похожа на мою родную. Совершенно. Здесь было слишком много разумных – жизнь переполняла её, а деос медленно кипел, наполненный головокружительным количеством чувств и мыслей. Глядя сверху на золотое свечение горизонта, я грустно подумал, что теперь эта планета – столица галактики. Теперь на этих существ вся надежда. Мы были слишком горды, чтобы существовать долго. Хотя кто-то и был уверен, что анг просуществует миллионы лет… как оказалось, зря. Сто тысяч лет – и это уже предел. Всего лишь жизнь нескольких поколений, если считать, что старики помнили ещё, как первые из нас открыли тайну межпространственных путешествий, построили первые корабли и отправились в космос.

Я заметил, как корабль влетел сбоку, в небольшое углубление, и направил свой челнок туда. Довольно грубый манёвр, но это ничего – сделав крутой вираж, я притормозил и влетел в громадный портал храмового ангара. Здесь было тихо, стояло множество различных транспортных средств – и все они были планетарными или лёгкими челноками. Ни одного корабля. Хотя нет, вру, один космический корабль был. Роскошный, не иначе, какого-нибудь крупного руководителя.

Не успел я приземлиться, как ко мне уже шли двое разумных. Открыв дверь, я спустился вниз…

– Стой, – сказал один из них, на нём был шлем, в руках он держал оружие, – кто ты такой? Назовите себя и цель визита.

– Я… – я замялся, – я прилетел в орден джедаев. Это здесь?

– Здесь, – хохотнул второй, – ты что, не слышал наших запросов?

– Каких?

– По коммуникатору, дурья твоя башка, – сказал он, – неужели ты думаешь, что можно просто так взять и прилететь в храм джедаев, и приземляться где тебе вздумается?

– Почему бы и нет? – хмыкнул я, понимая, в чём суть проблемы, – у меня есть новости о мастере Мо и его ученице Лисенте.

– Не знаю, кто это такие. Вот что, – он осмотрел меня, – пойдёшь с нами, а там мы решим, что ты за фрукт.

– Вот-вот, – поддержал его второй.

– Хорошо. Как вам будет угодно.

Пока меня вели под конвоем вдоль многочисленных челноков, я с любопытством смотрел по сторонам. Вскоре мы свернули в сторону и оказались в большом сером коридоре. Потолок его был необычайно высоким, стены имели нейтральный, даже невзрачный серый оттенок. Светильники вдоль всего коридора освещали его мягким светом, не давая появиться никакой тени. Энергия деоса здесь была сильна, как и везде – спокойная, тихая и размеренно текущая через весь этот храм. Словно поток чистой воды, освежающий, успокаивающий. В этой энергии была Сила, и не только она. Подобный источник мог возникнуть, если сотни поколений владеющих Силой, симбионтов, медитировали здесь, успокаивались, приводили свою Силу в порядок. Воздействие на деос имеет свойство запечатляться, укрепляться и укореняться. Всё оставляло в нём следы – и радость и грусть, и могучая сила, и спокойствие разума. Но не только это составляло силу этого места – где-то далеко в глубине храма было что-то, о чём я пока не мог однозначно сказать, что это такое. Это было нечто странное. Может ли это быть один из храмов, оставленный на этой планете? Может. Тогда он должен откликнуться, если я применю зов. Я прикрыл глаза и почувствовал.

О, да, это был он. Храм.

– Кто здесь? – услышал я монотонный и уставший голос.

– Я.

– Кто я?

– Должен уже был сам знать, кто ты есть, – ответил я мысленно, соединившись с высшим планом деоса, – скажи, Храм, так ли много в галактике было существ со времён падения нашей Империи, что к тебе часто обращались?

Повисла пауза. В этот момент меня толкнули в спину – я невольно ступил вперёд и оказался в небольшой комнатушке. Она была хорошо освещена, из мебели имелась только одна койка около стены.

– Завис? Мне запустить протокол принудительного перезапуска?

– Как будто он у тебя есть, – с некоторым недовольством и ехидством ответил Храм.

– Может быть и есть, откуда тебе знать.

– Я не видел Анга уже больше ста тысяч лет.

– Ста тысяч? – удивился я, – значит, кто-то пережил великую войну?

– Войну? – Храм удивился, – ты знаешь о ней?

– Да. Я был погружен в стазис в одном из храмов. Полмиллиона лет назад, так что я застал самый разгар великой войны.

– Понятно, – голос прозвучал несколько… более спокойно, – сожалею, юный Анг, но ты не можешь повелевать этим храмом.

– Я и не претендую. Даже если я последний оставшийся в галактике, – вздохнул я, – но откажешься ли ты помочь мне?

– Помочь? В чём? – храм внезапно оживился, – ты нуждаешься в помощи?

– Пока что я в том положении, когда нуждаюсь в помощи всегда. Скажи мне, как так получилось, что ты стал центром храма джедаев. Кто они? Почему они сумели построить свой храм над тобой? И ты им позволил?

Храм помолчал с минуту. Я сел на кровать в своей тюремной камере. Расслабился. Храм отвечал мне не то чтобы симпатией, но по крайней мере, не послал меня к чёрту. Что уже говорило о многом.

– Они связаны с проектом окто, я принял решение не мешать им. Моё существование здесь не имеет других целей.

– То есть ты просто здесь находишься? – удивился я, – в тебе никто не хранится?

– Нет. Сохранение жизни посредством храма не получилось. Никто так и не сумел решиться на такой отчаянный шаг. Кроме вас, конечно же.

– То есть, – я вздохнул, – всё плохо. Понятно.

– Я продолжаю существовать с целью поддерживать энергией деоса храм джедаев, – ответил вдруг Храм, – других целей нет.

– Других и не нужно.

– Мне показалось, или эти низшие существа заперли вас? Я могу вас освободить, если вам так будет угодно.

– Нет, не стоит, – отказался я поспешно, – я здесь отдохну после всего, что мне довелось пережить. А потом… не знаю, что потом.

– В таком случае могу лишь пожелать вам хорошего отдыха.

– Благодарю.

На этом мой разговор с Храмом прекратился. Подумать только – храм этой планеты стал источником силы, на котором впоследствии и создали свой храм джедаи. Храм над храмом. Едва ли тот, о ком я говорю – Храм, мне чем-то поможет. Кто я для него? Никто, но однозначно выше простых низших существ. Но был и один плюс – храм это не только корабль, убежище, хранилище информации, но и врата. Врата между Храмами. Гиперпространственные перемещения нашей расой практиковались редко – мы предпочитали использовать гиперврата. Они позволяли почти мгновенно переместиться с места на место – а большого грузопотока у нас не было. В пространственной складке – кармане, можно было унести с собой всё, что понадобится – незачем при этом было транспортировать огромные массы материи. Только провизию – это главная ценность. Поэтому я теперь мог совершить путешествие отсюда в тот храм, из которого я произошёл и обратно, если так пожелаю. И кроме меня едва ли кто-то об этом знает. Возможность переместиться прямо в центр джедайского ордена – немного забавляла, но всё же, это было бы очень хорошим подспорьем. Тот храм, что оставлен на безымянной планете далеко во внешнем кольце, мог стать одним из транспортных узлов. Врат, через которые можно было попасть к джедаям.

Я грустно вздохнул – в тюрьме было спокойно и тихо. Зевнув, я решил поспать – всё равно до завтрашнего дня вряд ли со мной захотят говорить, а пока что есть возможность отдохнуть как следует…

* * * *

Джедайка была не в настроении, я же смотрел на неё полным невинности взглядом. Она же была не то чтобы раздражена – но явно недовольна.

– Ты утверждаешь, что они погибли, но не хочешь говорить ничего о себе, – констатировала она, сложив руки на груди.

Это была твилечка, к тому же молодая, но бойкая. Так называлась её странная раса.

– Верно.

– Почему? Ты не доверяешь ордену?

– Я уже сказал всё о себе мастеру Мо и госпоже Лисетте. К сожалению, они умерли, – я горько вздохнул, – информация обо мне никак вам не поможет, просто создаст опасность для меня.

– Так например место твоего рождения? Год рождения? Могу я хотя бы это узнать?

– Вы называете эту планету Тайтон, если вы об этом, госпожа джедай, но тогда она называлась по-другому. Это удовлетворило ваше любопытство?

– И как ты оказался там, где по твоим словам, тебя нашли?

– Переместился.

– Переместился, – цыкнула она зубом, – Тайтон… Бред какой-то.

– Галактика велика и таит в себе множество тайн. Большинство из них не сделают вас счастливее, а многие подвергнут опасности. Едва ли вы мне поверите, если я расскажу вам всё, – сказал я с мягкой улыбкой, глядя на её топорные попытки сканировать меня на предмет того, говорю ли я правду, – а меня это подвергнет большой опасности.

– От кого? – спросила она тут же, мгновенно, – Вам кто-то угрожает?

– Мне всегда угрожают те, кто захочет меня убить или вернее, захватить, для своих грязных целей. И я думаю, орден Джедаев, узнай он абсолютно всё, не устоял бы перед соблазном задать мне много вопросов.

Твилечка пристально на меня посмотрела. Я был сама кротость и вежливость.

– Ты плохого мнения об ордене. Это после общения с Мо ты принял такое решение?

– Нет. Мастер Мо был необычайно деликатным, вежливым, отвечал на все вопросы, которые у меня имелись и никогда ничего плохого не сказал о вашем ордене.

Твилечка приложила пальцы к вискам, вздохнула. Мы помолчали.

Маленькая комнатка для допросов была занята нами уже минут сорок, не меньше, и все вопросы сводились к тому, что я не хотел рассказывать. А если бы и рассказал – ничего хорошего из этого бы не получилось.

– Ты когда-нибудь обучался использовать Силу? – спросила она с другого конца.

– Да.

– Кем? – тут же оживилась твилечка.

– Моими родителями.

– Родителями? И они тоже были чувствительны к Силе?

– Да. Как и все представители моего вида. Не думаю, что меня можно назвать прилежным учеником, но кое-что я умею. Хотя это имеет несколько иной характер взаимодействия, нежели так называемая «связь с силой», которую практикуют джедаи.

Твилечка удивлённо подняла бровь:

– Правда? И позволь спросить, что это за связь с силой, которая не связь с силой?

– Пожалуй, мне стоит объяснить вам основы, чтобы вы не томились в неведении, – насколько мог мягко, сказал я, – Существует нематериальное измерение. Оно не имеет пространственно-временных координат, его называют деос. Это мир-точка, или параллельная вселенная, если вам так будет угодно. Оно не имеет времени и пространства, но связано с нашей вселенной. Деос это родина и местонахождение того, что вы называете Силой. По большому счёту, это и есть её вместилище. Ваша связь с Силой происходит через душу, которая связана с этим измерением. Ваша связь с ней носит симбиотически-постоянный характер. Поэтому вы постоянно связаны с ней и в серьёзной мере зависите от Силы – то есть вашей связи с энергией деоса. Серьёзные изменения в вашей душе могут повлиять на вашу связь и привести к так называемой «тёмной стороне», результатом чего является использование негативной энергии деоса. Впрочем, это не имеет значения. Ваша связь с Деосом неуправляема и поэтому вы находитесь в постоянном её хаосе, беспрерывно ощущая окружающих и окружающее пространство. Вы вынуждены развивать свою способность управлять деосом через свой собственный дух и ту связь, которая у вас есть.

– Занятная теория.

Я как ни в чём не бывало продолжил:

– Поэтому ваша связь с силой носит симбиотический духовный характер. Вы не можете её контролировать. И стоит вам ослабить контроль над собой – она будет контролировать вас. Это одна из причин, по которой ваши техники, влияющие на разум, не сработали на мне. Если мне не изменяет мой взгляд, они должны были сделать меня болтливее? – я поднял бровь, – весьма неплохая попытка.

Джедайка тут же нахмурилась:

– Лекция окончена?

– Полагаю, что мне нет смысла рассказывать вам больше. У вас есть над чем поразмыслить.

– Тогда возвращайся в свою камеру. Эй, проводите его. Или её, – она вдруг запнулась, – а ты…

– Этот вопрос так же не ясен до конца, – улыбнулся я, – и он вряд ли имеет значение.

– Ах, хатт с тобой, иди, – махнула она рукой.

Я поднялся и вежливо поклонившись, как это делал мастер Мо, пошёл на выход из комнаты допросов. Хехе, ещё немного и я вас, джедаи, выжму досуха. Дайте мне ещё пару сеансов…

Джедайка же поднялась и повернулась в сторону стены:

– Видели?

– Видели, – ответил ей мужской голос из-за стены, – занятное молодое существо.

– И что будем делать? – спросила она, уперев руку в бок, – вы же не поверили всему, что он говорит?

– Я думаю, это девочка. Мне нужно поразмыслить.

– Как скажете, мастер, – твилечка повернулась, – чёртов малец. Как он вообще разгадал эту технику?

Мне оставалось только рассмеяться на ходу – это не на шутку встревожило моих конвоиров – их было двое, молодые джедаи, они даже потянулись к мечам. Однако, я дальше не стал смеяться и улыбаясь, пошёл в свою комнату. Проигнорировав существование деоса, воспользовался одной техникой – и вошёл прямо сквозь неё, на мгновение чуть-чуть сместив своё тело в его пространственном состоянии. Думаю, лица двух джедаев у меня за спиной заслуживают отдельного смешка. Которого я не издал – они переглянулись и едва челюсти не отвисли у обоих.

Ну ничего, сладенькие, для вас неделя ареста это долго, для меня – миг, так что отдохну и помедитирую в верхнем деосе, поболтаю с храмом, и прошвырнусь по своему рэбосу, то есть голокрону, посмотрю, что у меня там ещё интересного хранится. Самое время заняться инвентаризацией. Очень уж мне в один миг понадобился космический корабль, а его не было. И это меня напрягло. Челнок был в таком состоянии, что его проще выбросить, чем починить – нужно будет озаботиться двумя вещами. Деньгами и знаниями. И поскольку эссенцию техники получить – стоит денег, как и сама техника, придётся заботиться сейчас о другом – где раздобыть кредитов.

Анги не имели такой потребности – всё, что нам было нужно – это еда. И то немного, и то хранилась она долго, пара колонизированных прекрасных планет-садов – и проблема голода решена окончательно. А вещи – это всё можно было создать самостоятельно, буквально по щелчку пальцев. Одна вещь Ангов может стоить у этих низших существ огромное состояние – такое, какое я не получу, просто создавая и продавая своих дроидов. Ведь есть ещё один нюанс – создание расходует мои силы. Пусть крохи, пусть самую малость, но пользы от создания простых вещей нет, в то время как создание вещей, связанных с деосом – увеличивает мою силу. Больше так перенапрягаться как при создании автоматона, я не намерен. Я твёрдо уяснил для себя – мне нужна сила. Мне нужно развиваться. Я слишком слаб, настолько слаб, что не могу защитить тех, кто рядом со мной. Для Анга это непростительная слабость.

5. Грех

Я кажется понял джедаев – это было заметно ещё по Мо, а теперь окончательно понял. Кинь им как кусок мяса зверьку, интересную тему для обсуждения и джедай забудет обо всём на свете. А уж болтать они любили, поэтому я рассказал им про Деос – а дальше пусть сходят с ума. Потому что как бы они ни пытались, теория будет правдивой.

А мне принесли ужин. Почти такой же, как на космическом корабле – немного невкусный, скорее уж совсем безвкусный и сытный. Без особого энтузиазма покидав в себя кашу и запив водой, я сел обратно на кровать и вздохнув, перешёл в состояние медитации. Развитие своей связи с Деосом – это процесс пассивный, но очень долгий. Сократить его можно – создавая вещи, стигматы и так далее. Но даже так – это процесс, растянутый на века. О каком-либо быстром прогрессе тут говорить не приходится. Но были и гении, достигающие замечательных результатов довольно быстро. По меркам Ангов. Однако, одно дело – развивать свою силу и другое – мастерство применения того, что уже есть. Я не был даже близко мастером. Мне нужно тренироваться в применении своей силы, а так же развивать её. Сев на кровати, я погрузился в верхний деос и покинул свою физическую оболочку, превратившись в призрака силы, как бы сказали эти человеки и им подобные. Джедаи были разными, самыми разными.

Однако, моей целью было не пугать юных дев в коридорах тёмной ночью, а проникнуть к храму этого храмового комплекса. И я полетел вниз – насыщенные энергией деоса строения были тяжелы для прохода, но я мужественно преодолевал препятствия.

Храм находился в самом низу, должен был там быть. И я не ошибся – я увидел по пути самые разные помещения – большие залы, наполненные информационные библиотеки, жилые отсеки. Случайно пролетел в комнатушке какой-то девочки, которая в этот момент стояла перед зеркалом и вскрикнула, обернувшись, когда я пролетал вниз. Но нужно глубже…

Как я и предполагал – храм находился внизу. Он был в самом основании храма джедаев. Более того, я бы предположил, что храм джедаев построили вокруг него – это монументальное пирамидальное строение. Хотя не совсем строение, скорее корабль, он так врос в гору, словно всегда в ней находился. Да, храм джедаев находился на вершине горы, а храм, о котором я говорю – по всей видимости, служил навершием этой горы. Огромная, матово-чёрная пирамида, без следов прошедших тысячелетий, была окружена тысячью металлических колонн, находясь в огромном зале. Её вершина практически касалась потолка, а основание было расчищено и не имело пола – это был камень. Первоприрода этой планеты – планеты, на которой не осталось уже ни клочка суши. Её убили эти человеки и им подобные.

Это место… средоточие огромного количества энергии деоса, которая исторгалась храмом и поднималась отсюда ввысь, в храм джедаев над ним. Пирамида безмолвствовала. Около неё стояли джедаи – я скрылся на время, полетев прямиком к храму, и попросил его открыть дверь. Джедаи стояли где-то между колонн и заметили меня, но было уже поздно – дверь в храм распахнулась. На поверхности пирамиды не было намёка на неё, но вдруг она пришла в двиежние и полоса двери поднялась, открыв проход внутрь. Я поскорее зашёл внутрь, и дверь тут же с тихим жужжанием закрылась за моей спиной. Фух…

– Что ты хотел, юный создатель? – спросил храм уже более дружественным, чем раньше, тоном. Даже назвал создателем – что в общем-то правильно, но и не совсем так.

– Не я создал тебя.

– Ты один из них. Я подумал над нашим разговором. Я немногое могу тебе дать, увы.

– О, не стоит, – я замахал руками, – я не желаю получить какую-то выгоду. Могу я лишь посмотреть информацию? Ты же наблюдаешь за жизнью вокруг? И особенно за этим орденом, что расположился над тобой.

– Конечно. Наблюдать это моя задача.

– И я хотел узнать, есть ли у тебя информация по развитию практики деоса?

– Информация? Ты имеешь в виду техники, или ещё что-то?

– Меня интересует, в общем-то, всё. Я слишком юн и слаб, – вздохнул я, – ты мог бы мне в этом помочь? У тебя есть пространство эреба?

– Есть, конечно же. Я могу провести для тебя симуляцию.

– Это будет очень кстати. Это помогло бы мне отточить навыки и возможно, улучшить их.

– Занятно, – дух храма материализовался над центральным алтарём. Он выглядел как маленькая голограмматическая пирамидка, и парил в воздухе, – я могу помочь тебе провести симуляцию, это даст тебе необходимый опыт и силу. Но это займёт время. Вряд ли у тебя их слишком много. Тебя окружают низшие существа, они суетливы.

– Некоторое время у меня есть. К тому же в высоком темпе жизни нет ничего неприятного, – покачнул я головой, словно что-то великое понял. Но конечно же, это было совсем не так.

– Будь по твоему. Я открою для тебя пространство симуляции. И возможно, даже сумею помочь тебе. Ты хочешь, чтобы я создал копии врагов?

– Да.

– Каких именно?

– Не знаю.

– Хорошо. Я создам ситхов. Когда-то они воевали с джедаями и вторгались в храм сверху несколько раз. Думаю, я достаточно изучил многих из них, чтобы создать достоверную копию.

Я приготовился. И симуляция началась…

* * * * *

Храм незримо наблюдал за всем, что происходит вокруг. Анализировал, делал выводы. Что это вообще такое – Храм Ангов? Я уже имею с ними такую большую историю, но так до сих пор не прояснил этот момент. Между Храмами и То Йорами, как их здесь называют, есть самая прямая связь. Я бы даже сказал так – То Йор из проекта по сбору чувствительных к силе – это младший брат Храма, полностью автоматизированный и предназначенный для самостоятельного выполнения миссии.

В древности наши великие мудрецы были озабочены тайнами, в которые удалось заглянуть Ангам. Я теперь, пережив горькую утрату, понимаю, почему мои сородичи, да и родители, относились к людям и им подобным существам, как к низшим расам. Никогда не хочешь привязываться к кому-то, кто умрёт вскоре. Так же, как люди не хотели бы любить бабочек, которым суждено прожить пару дней. Однако, в отличие от насекомых, люди не только похожи на Анга – пусть у них ярче выражены половые признаки, более фигуристое тело, глаза меньше, и как правило они на порядок менее совершенны физически… Тем не менее, люди вполне могли привлекать анга. Да и меня тоже – правда, я ещё не имел ярко выраженного пристрастия к полу.

Я говорил правду, когда объяснял Лисетте, что Анг – это существо, в котором постоянно сосуществуют два начала. И эти два начала взаимодополняют друг друга. Я как дроид с двумя кибермозгами, компьютер с двумя процессорами. И я не чувствую никакого дискомфорта от этого, хотя они работают над одной и той же задачей, каждый делает это по-своему. Поэтому, как правило, анги вводят в ступор двуполых существ, которые пытаются понять основу. Но им, двуполым, гораздо проще понять, если анг ополовинивается, когда одна из частей засыпает или отключается. Тогда двуполым становится всё просто и понятно.

Поэтому в языке ангов есть больше тридцати различных оттенков, суффиксов и префиксов, позволяющих отнести слово к тому или иному роду, подчёркивающему текущее состояние. Сейчас моё состояние можно назвать суффиксом «джюл». Это означает, что ведущим в поведении является мужское сознание, тогда как женское меньше участвует в поведении и больше в моих мыслях, то есть заняло позицию философа-наблюдателя. Поэтому я могу носить женскую одежду, потому что девочке-аруру этого хочется, но при этом мужское сознание будет думать о своих вещах, оставив девочке возможность строить мальчикам глазки. По этой же причине мы начисто лишены тех морально-половых стереотипов, которые характерны для двуполых существ. Но в то же время некоторые из отношений двуполых кажутся нам дикими и абсолютно аморальными. Например, когда мужчина относится к женщине с предубеждением, потому что она женщина. Или когда женщины считают, что мужчины им чего-то должны, потому что они, дескать, слабые женщины, и им можно всё, и толкают мужчин на глупые поступки, ради удовлетворения своей женской гордости. Это просто глупо, аморально, бессмысленно и дико, но свойственно многим низшим двуполым существам. Любой из нас, а теперь только я, отнесётся к такому с презрением так же, как к каннибализму, извращениям, рабству и прочей гадости, свойственной низшим существам.

После симуляции я занялся у себя в тюремной камере одеждой. На этот раз я перешёл в состояние «дес», что означает, что мужская часть моего сознания утомилась, но не отключилась чисто физически – просто легло отдохнуть, наблюдая краем глаза за тем, что я делаю. И любуясь полученными результатами. Поэтому я сейчас достал свой рэбос, в котором хранилась информация из различных модных журналов, которые я видел на корабле, и с помощью деоса творил одежду и нижнее бельё, которые видел в этих самых журналах. Мужская половина лениво отдыхала и старалась вообще ни о чём не думать, зато аруру-девушка сейчас торжествовала и радовалась, что наконец-то ручонки добрались. Девушке было приятно принарядиться, даже если никто этого не видел. А в чём смысл? Быть красивой вообще имеет смысл, хотя бы для самой себя, а не для других. Это придаёт уверенности, поэтому ещё часа три узник храма джедаев перебирал платья всех фасонов, нижнее бельё, и даже попробовал воспользоваться косметикой, но последнее смотрелось на лице скорее пошло.

Думаю, обе моих стороны сходились во мнении, что быть красивым ангом – приятно. Ах, да, на чём остановился-дес? На том, что такое храмы и почему они вообще есть. Я жил в городе на планете, ныне именуемой Тайтон. Отец мой был стражем храма, в то время как мама не имела профессии и занималась домом и изредка сочиняла музыку, в своё удовольствие. Папа стал стражем храма, и из-за этого я многое знал о том, что это за храм и как он устроен.

Когда-то давным-давно, больше ста тысяч лет назад, когда даже звёзды на небе нашей планеты выглядели по-другому, мудрейшие представители нашей расы создали храм, ядром чего стал большой рэбос – вместилище колоссальных знаний. Храм этот был так же пирамидальным, и создали его как постройку, которая могла бы менять своё местонахождение. Стены создали из самого прочного металла, зачаровали миллионами стигматов, покрывавшими всё внутреннее пространство стен. Этот храм был на нашей планете и он служил цели соединения живого существа – анга, с деосом. Он многократно усиливал возможности анга. Истинная же его причина создания – в том, что он был создан как хранилище знаний нашей расы, всех её умений воздействия на деос, всех её секретов и тайн. Мы стояли на краю гибели из-за войны с могущественными существами из другой галактики, инсектоидами, вторгшимися в империю анг и опустошившими множество планет. Храм был скрыт в деосе, инсектоиды просто не могли почувствовать, что находится внутри него. Как не смогли бы и вскрыть это хранилище.

Однако, они одержали победу, и это тайное хранилище знаний стало публичным. Храм позволял ангу обрести более глубокую связь с деосом, но при этом он же опустошал его. Множество наших героев пожертвовали своими жизнями в первом храме, чтобы заглянуть в будущее и предвидеть действия врага. Это была отчаянная мера, другой не было. Эта функция храма сохранилась, но была запрещена к использованию.

Храмы продолжили строить – как средоточие силы. Они извлекали из деоса энергию пассивно, то есть служили искусственным источником энергии и местом силы. Вблизи храма развитие своей силы деоса происходило гораздо быстрее. Храм стабилизировал деос, защищал, и служил последним пристанищем. Новые храмы получили возможность скачка – пространственного перемещения, и стали центрами межпланетной связи. Через деос информация передавалась мгновенно, а её объёмы могли быть колоссальными.

Храмы воспринимались нами как религиозные существа воспринимают объекты своего культа – как некое великое средоточие мощи нашей расы. Чтобы колонизировать планету – нужно было начинать с храма. Один из них осел здесь, на Корусанте, и выполнял для джедаев одну из своих функций – он был источником Силы, которая позволяла им не знать внутри своего верхнего храма тревог, опасности перейти на тёмную сторону, дарило спокойствие и уверенность.

А это платье слишком какое-то безвкусное, – я отбросил-дер юбку в сторону и потянулся за новым комплектом, состоящим из облегающих штанов, доходящих до колена, короткой юбки, которая была настолько коротка, что скорее напоминала матерчатый пояс – её функцию больше выполняли сами штаны, короткой жилетки, доходящей до нижних рёбер, которая скорее закрывает грудь и спину, нежели всё остальное. А в районе груди просто полоска такой же гибкой ткани, что и у нижней половины, только поперечная. Я так понимаю, женщинам с грудью эта полоска помогает не испытывать дискомфорта – у самых женственных из представителей моей расы, по меркам человеков, грудь была маленькая. Была, но маленькая, как у одной человечки, которую я видел в процессе конвоирования сюда.

Покрутившись перед зеркалом, я с сомнением признал – слишком уж приторно. Юбку нужно подлиннее, и будет великолепно. Так и поступил – создал юбку длиннее на пару ладоней, так, чтобы она доходила как раз до нижней части ягодиц, и вот получилось весьма недурно. Талия у меня имеется и весьма тонкая – как и у большинства Ангов, мускулатура тоже имеется, так что не выгляжу как нежный цветочек, добавьте сюда большие, по человеческим меркам, слегка раскосые глаза, характерные для моей национальности, с радужкой серебряного цвета, словно ртуть, длинные светло-серые со стальным отливом волосы до плеч и лицо. По человеческим меркам оно и правда очень миловидное – с мягкими чертами, такие встречались у людей редко – и представляет нечто среднее между красивой миловидной девочкой лет тринадцати, и такого же возраста мальчиком, тоже максимально миловидного. Потому что уже дальше они гендеризируются и приобретают более женственные или мужественные черты.

Покрутившись перед зеркалом, я невольно хлопнул себя по бедру, покачав оными бёдрами и задорно улыбнулся. Пожалуй, пока что стоит остановиться на таком дизайне своей внешности, чтобы при этом не ущемлять ни одну из половин моей личности. Если бы я настоял на закрытом костюме с брюками, то это было бы недостаточно для одной половины, а более открытая и сексуальная одежда – уже не была бы понята второй. Впрочем… и это довольно привлекательно.

Я потёр руки, решив переодеться пока во что-то более утилитарное, но как только я разделся до трусов, дверь в мою камеру внезапно распахнулась и на пороге оказался юноша. Я обернулся, мозги заработали быстрее его раз в десять. Юноша, судя по виду – из числа юных падаванов, лет тринадцать-пятнадцать, с косичкой волос – значит ученик, в руках несёт поднос с чем-то вкусненьким. Он остолбенел на входе, уставившись на меня и я почувствовал от него тёплые пульсирующие волны смущения.

– А… э… – он потерял дар речи. Ну верно, он уставился на моё почти полностью обнажённое тело, кружевные трусики, которые вообще-то несли чисто декоративный характер, упругую пятую точку, которую я выставил в сторону двери как раз в тот момент, когда он вошёл, и слегка наклонился, чтобы снять юбку.

– П…простите, – он запнулся ещё больше.

– Ой, – я решил-дер поиграть с ним, закрыв грудь рукой, – мальчик? Ты решил подсмотреть за мной?

– Я нне хотел, – он ещё больше залился краской, – вам нужно пообедать и прийти в допросную, – выпалил он, – сглатывая.

Дальше парадом командовала моя женская половина. Покачивая бёдрами, подошла к нему, провела рукой по щеке:

– Какой смелый молодой человек, – приблизилась к его лицу и провела пальцем по щеке, заставив коленки юного падавана задрожать, так, лёгкое касание по щеке, он попятился, снова сглотнув. Я же ухохатывался про себя, приблизил лицо к нему, так чтобы он почувствовал дыхание, и приблизившись так к его лицу, что ощущал щекой исходящий от него жар, шепнула на ушко: – позвольте девушке одеться. Или, может быть, молодой человек хочет посмотреть, как я это делаю? – и облизнуться, облизнуться не забыть…

Мне осталось только удивляться, откуда у меня этот тон. Странный, грудной, мурлыкающе-рычащий шёпот, с более высоким голосом, чем обычно, более женским. Это что-то уже из разряда природы, а не осознанного, что-то инстинктивное. Такой мурлыкающий голос с хрипотцой, словно возбуждённый и проникновенный. А ещё вибрации деоса – вторили ему, создавая определённый настрой. Это… я даже почувствовал(а) удивление от того, как прозвучал мой голос – словно я вот-вот накинусь на этого маленького мальчика и начну покрывать его поцелуями и трогать везде. Чудовищная сила соблазнения! Просто чудовищная, настолько сильная, что даже высшие слои деоса завибрировали, вторя смущению юноши, пульсирующему и головокружительному. Я обнаружил, что моей пятой точки коснулись руки. Его руки. Ого, а какие мы смелые. Слегка сжав мою попу, от чего по моей спине прошли мурашки от его тёплых ладошек, он внезапно отдёрнул их, словно обжёгся, и отпрянул назад, запнувшись, упав и снова встал. Лицо его горело краской.

Юноша-падаван тут же вылетел из моей камеры, с такой скоростью, что позавидовали бы лучшие бегуны в галактике. Пулей, придерживая свои одежды, чтобы не мешались под ногами. Я поддержал силой поднос, поскольку моя милая женская половина в этот момент совсем не обратила внимание, что мальчишка уронил его в процессе. Доминирующая в этот момент женская половина заметила это по моей мысли и взмахнув рукой, заставила прилететь в руки. И мы снова вернулись в состояние синхронизации.

– А это было забавно, – хмыкнул я, говоря сам с собой, – какие тут невоздержанные юноши, надо же. А он ничего так, – эта мысль уже принадлежала женской половине, – какой невинный и скромный. Но не всем же тут, в храме джедаев, доводится увидеть девушек практически в полном неглиже, да ещё и настолько красивых. Да ещё и в таких сексапильных кружевных труселях, что красовались на моей заднице.

Ну… пожалуй, да, это был очень забавный инцидент. Вряд ли такое можно проделать с девушкой, но моей мужской половине завидовалось женской, которая сумела так смутить молодого человека, да ещё и потешить своё самолюбие и жажду признания собственной красоты. Пожалуй, можно описать душевное состояние женской моей части как бурление, кипение, счастье и желание весело смеяться и излить свою радость на окружающий мир. Казалось, эмоции смущения, восхищённый взгляд этого юноши, который до сих пор стоял перед мысленным взором моей женской половины, заставляли её расцветать, испытывая настоящее счастье. Она была в восторге и на седьмом небе от счастья, как однажды выразилась Лисетта. Почему? Потому что она хочет быть привлекательной, она зависима от взглядов окружающих. И эти взгляды, полные немого восхищения красотой высшего существа, особенно от такого невинного мальчишки – практически идеальный бальзам на половину моей души.

Вторая половина при этом инциденте думала о другом – этот голос, это была очень сильная техника внушения. Но такая первобытная, и исполненная неосознанно, что скорее это просто часть природы всех ангов. Но до сих пор… Полмиллиона лет был один мальчишка, друг мужской и интерес для женской моих частей, с которым моя женская половина заигрывала и даже однажды целовалась. Мужская часть меня отнеслась к этому индиффирентно – анги, в силу своей природы не имели гомосексуалистов. Вообще, этот термин стал нам известен только после изучения культуры разнополых рас. Просто если анг-мужчина влюбится в другого анга, имеющего тот же пол – деос их рассудит и один из них пройдёт ретрансформацию и станет самой настоящей женщиной. Хотя чаще происходит наоборот, и одна из женщин ретрансформируется в мужчину, потому что мужчины имели более прямое и простое мышление, и менее чувственное, поэтому они не склонны были к таким эмоциям. А женщины наоборот, старались видеть всё через призму своих эмоций и ощущений, а не холодной логики. К числу таких можно отнести и моих родителей – когда они познакомились, они обе были девушками, молодыми и красивыми, обе увлекались музыкой и даже играли вместе. Но потом их отношения усиливались, и одна из них заняла в них роль мужчины, вскоре став им. Ну а ещё через несколько лет на свет появился я. Тот мальчишка, о котором я говорил… он тоже был из низшей расы, похожей на людей. Тем не менее, этого было слишком мало для трансформации. Но но я не припомню за собой таких методов соблазнения. По всей видимости, тут в ход пошла тяжёлая артиллерия.

Надо будет следить за собой, потому что джедаи крепче ментально, чем простые люди, если бы на его месте был человек… одного слова высшего существа, говорящего так, хватило бы, чтобы он до конца дней своих был порабощён и соблазнён, целовал мои ноги, если на то была бы моя воля. А может даже и не ноги. Пф, – я хохотнул себе в кулачок, – что-то женская часть моя разыгралась и разбушевалась. А ну ка успокоиться! Вот так… Успокоились? Успокоились. Один пустивший счастливые слюни при виде моей округлой попки низший – это ещё не повод иметь завышенное самомнение и имидж роковой обольстительницы.

Мысленно отвесив себе пощёчину за чрезмерную эмоциональность обеих моих сторон, я поднялся, поправил одежду, на этот раз чуть более чопорную из-за более длинной жилетки и юбки, и покинул камеру, направившись прямо по большому белому коридору на выход.

В конце коридора никого не оказалось. Стол, за которым сидел немолодой джедай, обычно скучающий над своим датападом, был пуст. Так что мне пришлось пройти сквозь дверь тюремного блока и самостоятельно по коридорам храма добраться до допросной. Добравшись до нужной комнаты, я постучал. Дверь тут же открылась – что было странно, учитывая, что она была закрыта. В кабинете наличествовала та же самая твилечка, что и всегда. Я уже был рад её видеть. На этот раз она подняла удивлённый взгляд.

– Ты один? И что это на тебе одето? – у неё, по-моему, слегка дёрнулась бровь, когда она это говорила, – это юбка?

– Да. А что такое? – я чуть наклонил голову вбок, – вы хотите, чтобы я оделся как-то иначе?

– Без разницы, мальчик ты, девочка, или кто-то ещё. Садись, у меня есть к тебе вопросы.

Я послушно сел, положив сложив руки на коленках. И миленько улыбнулся.

– Что вы хотели, госпожа джедай?

Её бесила моя улыбка и спокойствие. Она пыталась всеми силами выжать из меня правду. Но двойное сознание нельзя запутать, попросту невозможно. Одно из них – может быть, но не тогда, когда я с двух разных ракурсов слушаю одни и те же слова. Поэтому сначала она пыталась использовать Силу, потом запутывать меня словами, потом… а потом ничего не получилось.

6. Храм под Храмом

– Ещё раз, как тебя зовут, где ты родился, когда…

– Арура, – я улыбнулся, – может хватит уже однообразных вопросов. Отвечу я – и что это вам даст?

– Всё. Ты отказываешься называть свою биографию – это чем не повод быть подозрительным?

– Хорошо, я могу приоткрыть завесу тайны для вас, госпожа джедай, – улыбнулся я, – я родился приблизительно за пятьсот тридцать четыре тысячи восемьсот двадцать лет до руусанской реформации по вашему современному летоисчислению. Это удовлетворило ваше любопытство?

Она бросила на меня гневный взгляд:

– Я с тобой серьёзно разговариваю.

– Я же говорил, что вы мне всё равно не поверите, – похлопал я глазками, – так зачем спрашивать то, во что всё равно не веришь? Вам будет проще, если я скажу, что родился лет пятнадцать назад? Тогда так и запишите.

– Вот это уже больше похоже на правду.

– Но это ложь, похожая на правду.

Твилечка никак не отреагировла на моё замечание. Её спина была гордо выпрямлена, леку, так назывались эти отростки, свисали с головы, она смотрела на меня с усталостью.

– Ты утверждаешь абсурдные вещи. Даже нам известно, что Тайтон колонизировала раса Ква, построившая там звёздные храмы…

– Ква? – я недовольно нахмурился, – эти ублюдки? Да что они вообще могут, варвары! – хмыкнул я весьма эмоционально, – всё, что они могут – это подъедать крошки со стола высших существ. Низшие варвары, пытающиеся присвоить себе заслуги моего народа, – я правда разозлился, – тупые ящерицы, они никогда даже близко не приблизятся к тому, чтобы построить настоящий Храм, только жалкие копии.

– Эй, спокойно, – твилечка подняла руки, – спокойно, я не утверждаю это, так говорят историки…

– Историки лгут. Эти тупые ящерицы лишены всякой фантазии и вообще вскоре должны были деградировать. Они ничего не способны создать, ничего. Всё, что они могут – это рыскать на мусорке и пытаться сделать что-то из найденного мусора. Раса паразитов-мусорщиков. К тому же пытавшаяся много раз навредить моим сородичам.

Я услышал вибрации. Голос Храма, находящегося под Храмом. Он, как я и думал, наблюдал за тем, что происходит. Вибрации – это один из способов передачи информации через деос. Что-то вроде обычного звука, но распростраюящегося через Силу, и несущего бОльшую информацию. Голос этот говорил на моём родном языке:

– Успокой свой дух, юное создание. Ты не в себе. Ква уже давно исчезли, вымерли и деградировали. Не держи на них зла.

Голос был величественным, мужским, сильным. Он, казалось, звучал в голове. Судя по выражению лиц твилечки, его слышал не только я, но и вообще все, кто находился рядом. Хотя был способ общаться лично, но он требовал контакта от меня, а храм мог только так…

– Прости, – я передал ему тем же способом и на том же языке, – я не знаю, что на меня нашло.

– Твоё эмоциональное состояние нестабильно. Я могу предположить наличие психологической травмы. Необходимо успокоительное воздействие. Спеть тебе колыбельную?

– Ты издеваешься?

– Буду считать это отказом, – ответил Храм и замолк. Волна силы, пришедшая вместе с его словами, отступила и всё стало как прежде.

Я что-то правда сильно нервничаю после того, как пережил во время путешествия неприятные события. То с головой ухожу в тренировки, то флиртую с юными джедаями, то вот внезапно разозлился на то, что Ква, этим синемордым мусорщикам, приписывают колонизацию моего родного мира. Мира, который никогда не был колонией. Хуже того – приписывают создание храмов – одного из величайших достижений расы ангов. Так потоптаться на истории моей расы это ещё надо уметь.

– Простите, госпожа джедай, – вдруг подал я голос, заметив неловкое молчание, – мне… немного нехорошо. После всего этого, пробуждения, после смерти мастера Мо и Лисетты… – я вздохнул, – я должен перед вами извиниться.

Впрочем, я говорил это тихо и безучастно, но судя по виду Джедайки… она побледнела, когда началась волна силы. Она сглотнула, отложила в сторону датапад:

– Это ведь было то, что я думаю? С тобой говорил великий голокрон?

– Что? – я склонил голову, – Великий Голокрон?

– Да. Я не знаю этого языка, но не думала, что Голокрон может обладать такой силой, – она нахмурилась.

Шифруется, храм, шифруется. Ну правильно, его существование они не заметить не могли.

– Что он тебе сказал?

– Попенял за эмоциональность. И предложил спеть колыбельную.

– Ты издеваешься?

– Именно так я ему и ответил. Простите, я правда что-то разошёлся. Ква давным-давно вымерли, и поделом. Что вы хотели узнать ещё?

Твилечка долго не могла сформулировать вопрос. После чего всё-таки спросила:

– Ты как-то связан с инцидентом в объекте, находящемся под храмом джедаев?

– Если бы я знал, о каком инциденте вы говорите…

Она помолчала, всё-таки, насколько я понял, существование Храма это тайна. Но потом решилась:

– Кое-что древнее, находящееся тут, пробудилось. И кто-то проник внутрь. Но с тех пор…

– Храм снова не подаёт никаких признаков жизни, – закончил я за неё, – под вашим храмом Джедаев находится Храм Ангов. Настоящий, а не дурацкая подделка Ква. И если вы об этом – позавчера вечером я слетал через деос в него, посмотреть, что там находится.

Твилечка тут же спросила:

– И как?

– Храм Ангов. Обычный храм, находящийся на каждой планете империи Анг. В одном из таких я и провёл полмиллиона лет в стазисе. Пока меня не нашёл мастер Мо и его ученица.

Твилечка сглотнула и спросила слегка более живым тоном:

– А этот храм… он имеет отношение к ордену Джедаев?

– Едва ли, – покачал я головой, – вот другие храмы, которые вы называете То Йор, имеют.

– Хм… – она с прищуром посмотрела на меня, – То Йор, говоришь? Ты говоришь, что что-то знаешь про эти корабли?

– Первые из них были созданы ещё до того, как началась великая война. Или все. Я не интересовался особо. Как бы то ни было – это автоматизированные храмы, построенные моими сородичами.

– А ты такое построить можешь? – спросила она.

– Что вы, конечно же нет, – тут же возмутился я, – чтобы построить даже маленький храм нужны усилия множества мастеров. А я не то что не мастер, мне далеко даже до обычного взрослого анга.

Она тут же недоверчиво на меня посмотрела:

– То есть подтвердить, что их построили твои сородичи, ты не можешь.

– Если для этого вам нужно, чтобы я построил храм… думаю, это так же глупо, как требовать от вашего юнлинга возвести нечто сравнимое с храмом джедаев. То Йоры строились сотни лет, и усилиями множества мастеров моей расы. Я даже не уверен, что когда-нибудь сравняюсь по силе и знаниям с одним мастером. Я не самый лучший ученик, если уж на то пошло.

Кажется, это подействовало. Она отступила от своего требования:

– Хорошо, спрошу иначе, можешь ли ты подтвердить свою личность, к примеру, проведя нас в Храм, что находится внизу?

– Провести вас? – я поднял бровь, – боюсь, вы ничего не увидите внутри него. Чтобы использовать функции храма или просто общаться с ним, нужно обладать связью с верхними планами деоса.

– Обойдёмся без интересностей, – отказалась джедайка, – ты можешь легко подтвердить правдивость своих слов, если сумеешь заставить двери храма открыться. Или нет?

– Что ж, если это так… Я попрошу Храм позволить вам ступить внутрь.

А что думает по этому поводу сам Храм? Я был максимально вежлив к нему. До окончания допроса к нам вошёл юный джедай и передал твилечке датапад. Та с любопытством посмотрела на его содержимое. От меня это было скрыто. Как я понял по её взглядам – ей передали информацию по моей… эм… выходке с тем юным падаваном. Она отложила планшет и толкнула его в мою сторону по столу.

– Мы не подглядываем, но дроиды наблюдают за всем, что происходит в камерах, ты об этом знал?

– Да, – я поймал планшет. И правда, на нём был видеофайл произошедшего со стороны. Я проиграл его – там всего секунд десять. Хм… А со стороны я ничего так выгляжу. Вот подошёл, мальчишка отступил, потом шёпот на ушко и он кладёт руки мне на пятую точку. Потом выбегает… – а нечего врываться в комнату к девушке, когда она переодевается, – я вернул датапад обратно так же, как получил.

Мне следовало сказать, что я сожалею или наоборот, что нет, но вместо этого просто промолчал.

– Пойдём, – она поднялась, – ступай за мной.

Что ж, шоу продолжается. Если моя связь с храмом будет достаточным для них доказательством того, что я не злодей или шпион, то пусть так и будет. Как это логически взаимосвязано? Джедаи и логика вообще очень сильно не дружат.

* * * * *

Смятение. Всю дорогу, пока мы шли вниз, у джедаев было странное ощущение. Они просто источали эти эмоции. Хотя они то должны были уметь быть спокойными, но… какое там. Это были мастера, достигшие больших успехов, симбионты со стажем. Могущественные. Не стоило их считать рядовыми низшими существами – я чувствовал, что каждый из них сумеет если не убить меня, то как минимум очень сильно потрепать или удивить. А может и нет, и я это себе воображаю.

Храм показал мне возможности этих симбиотов, и они были весьма впечатляющими. Да, это не то, к чему я привык – они сражались светопалками, называемыми световыми мечами, и презирали бластеры и прочее дальнобойное оружие. И использовали Силу в бою по-разному. Но порой очень искусно, не так грубо, как это делаю я.

Путь вниз был по ступенькам лестницы. Почему тут не сделали лифт? А чёрт его знает, об этом нужно у храма спросить. Может быть во избежание попадания куда не надо кого не надо. Хотя умелец мог бы и по лестнице быстро спуститься.

Я шёл впереди, практически рядом со мной – моя тюремщица, лазурнокожая твилечка, позади – ещё двое джедаев, которые обычно на допросах присутствовали за стенкой и наблюдали через скрытые камеры за ходом допроса. Я знал о их существовании, но не мог сказать точно, к каким расам они принадлежат и какими способностями обладают. Один из них был пожилым, другой молодой, но оба весьма одарены и опасны.

Мы вышли в зал. Скорее даже в эту гигантскую искусственную пещеру, в центре которой стояла громадина Храма. Пройдя мимо исполинских колонн, мы пошли пешком к храму, прямо по камням, не слишком удобным для движения. Было некомфортно так передвигаться, но что поделаешь – почему-то они или боялись потревожить храм, или ещё что, но вершина горы, на которой стояли оба Храма, была сохранена в первозданном виде.

Навершием ей служил храм Ангов. Как он здесь выполнял свои функции гиперврат? Это тайна. Скорее всего, он перелетел на недоступную низшим существам вершину ещё в годы, когда трава была зеленее, а анги топтали эту землю. Мало ли – алчные гри или ква могли залезть и тогда пиши пропало. Если тогда на горе была ледяная шапка, как на вершине многих гор, то замаскироваться под покровом белого льда для Храма не составило бы труда. И многие сотни и тысячи поколений разумных существ видели в нём всего лишь горный пик. Но вот, прошло время, планета покрылась городом полностью, настолько, что даже этот многокилометровый горный пик – находился ниже уровня крыш.

Когда у нас строили столицу империи, до такого маразма дело не дошло. Нас, Ангов, не так уж и много, да и наша столица не была таким оживлённым местом, как этот корусант. Были гигантские строения, исполинские, циклопические, и если верить словам Храма, некоторые из них стояли и по сей день. Спустя полмиллиона лет – бездну, прорву времени.

Как бы то ни было – сейчас здесь не было льда, а над храмом возвышался искусственный купол. Основание храма Джедаев. При виде исполинской чёрной пирамиды джедаи испытали практически священный трепет. Младший джедай, шедший за моей спиной, сказал:

– Я только слышал слухи о существовании чего-то подобного.

– Ещё бы, – отозвалась вдруг Твилечка, – существование этого места держится в тайне. Даже из мастеров не все знают о его существовании.

– Правда? – Юный джедай был удивлён, – но почему такая секретность?

– Потому что мы не знаем, что это такое, – Твилечка показала на пирамиду, около которой мы стояли, – эта… штука источает силу, необходимую для обучения джедаев. Но она же самая большая загадка храма. Она здесь достаточно давно. Была здесь задолго до появления республики и ордена джедаев.

– То есть это древняя постройка, – с воодушевлением сказал юный джедай.

– То, что вам полезно знать – вы узнали или узнаете. Что бесполезно – тысячу раз повторю – не поймёте, – мрачно заметил я, обращаясь после этих слов к Храму: – Можно войти?

Храм медлил.

– Зачем ты привёл этих существ с собой?

– Они хотят войти внутрь.

– Зачем?

– Полагаю, просто посмотреть.

– Ты же знаешь правила…

– Правила, – хмыкнул я, – правила составлены когда наша раса была в расцвете сил. Сейчас её практически нет. А я – последний из оставшихся. Скорее всего.

– Правил это не отменяет.

– И что им угрожает? – вздёрнул я бровь, – и кому это навредит? Секреты нашей расы всё равно не узнать низшим существам. Да и кому они нужны сейчас то, когда уже нет никого, кто имел бы такую связь с деосом?

– Тоже верно. Ладно, юный Арура, я позволю твоим спутникам войти внутрь.

– И вообще, – возмутился я вдогонку, – ты Храм, а не военный объект. Разве не твой смысл существования в поддержке и помощи ангам?

– Верно, – ответил храм.

– Так почему ты споришь, если я желаю войти? Определять, кому дозволено, а кому нет?

– Это могут определять только мастера.

– Если остался хоть один – свяжись с ним и спроси.

– Не осталось никого.

– Тогда и спорить нечего, ведь я следующий по старшинству.

– Ладно, – несколько ворчливо и сварливо сказал Храм, – Ладно, входите.

Его голос звучал как брюзжание старика-привратника. Дверь в храм отворилась. Появившись прямо там, где я стоял.

Джедаи пришли в восторг.

– Как ты это сделал? – спросила твилечка.

– Попросил его.

– А я могу?

– Вряд ли он услышит. А услышит – вряд ли вообще отреагирует. Храм вообще ворчливый старик, – хмыкнул я, ступая в темноту. Коридор осветился синими полосами, идущими поперёк потолка. Мириады символов покрывали стены храма изнутри. Самое время сказать про убранство. Это было плоское помещение, в центре которого стоял алтарь – над ним завис белый кристалл, медленно вращавшийся. Средоточие. Стены храма покрыты такой плотной вязью различных символов, что казалось, это какой-то орнамент. Пол под нашими ногами имел небольшую ступеньку. Толщина стены храма – несколько шагов, но это чудовищная толщина, если учесть материал, из которого он сделан и огромное количество стигматов мастерского уровня, покрывавших этот материал изнутри. Внутри стены храма имели песочно-бежевый цвет, в отличие от радикально чёрного снаружи.

– Лучше не приближайтесь к алтарю в центре. Иначе за вашу жизнь я не ручаюсь.

– Ага, – Твилечка рассматривала символы на стенах. Символы были странными для неё, непонятными и в чём-то даже мистическими.

Едва ли они понимали смысла всего. Я не имел доступа к большинству функций, поэтому спросил у него напрямую:

– Храм, а к каким функциям я имею доступ?

– На текущий момемнт ваш статус: гражданин империи. Доступные функции – доступ к публичной информации, защита, поддержка. Пространственные функции ограничены. Функции усилителя: строго запрещены.

– То есть только доступ к информации, – вздохнул я, сказав это вслух, – ну ладно. Ты можешь использовать симулякрум прямо сейчас?

– Да.

– Давай ту битву, две тысячи шестьсот шестьдесят четыре.

– Вы уверены? А как же низшие существа вместе с вами? – Храм говорил совсем другим голосом, чем тот, который использовал как аватар голокрона.

– И для них тоже, – хмыкнул я.

Джедаи сильно напряглись в этот момент.

– Что ты делаешь? – воскликнула твилечка.

– Вы же интересовались тем, что может дать вам храм? Боюсь, даже мне недоступны его истинные возможности. Пока я не достигну уровня мастера, на что уйдёт некоторое время. Намного большее, чем время вашей жизни. Однако, доступ к информации и симуляции у меня имеется, – я ухмыльнулся…

В следующий момент пространство вокруг нас расслоилось, разбилось в дребезги и мы стояли уже посреди верхнего колонного зала храма. Его длинные ряды колонн казались исполинским лесом, уходящим вдаль. Твилечка взволнованно огляделась – я чувствовал настороженность и от двух джедаев, что пришли с нами. Они оба не были людьми, один имел явно кальмароподобное лицо, с щупальцами на голове и большими чёрными глазами. Второй, молодой, имел намного более человекоподобный вид, если бы не странный цвет кожи и строение лица. И трёхпалые руки. Если я не ошибся, то они не были учителем и учеником – скорее коллегами. Младший слишком стар для ученика.

Атмосфера вокруг была более чем напряжённая – в воздухе витала угроза и тревожность. Это иллюзия силы, иллюзия настолько хорошая, что моделировала в том числе на уровне деоса.

В центре колонного зала было два джедая, учитель и ученик. И в следующий момент из дверей показались ещё двое – в чёрном балахоне мужик и молодая твилечка. Они шли по залу весьма вальяжно, а за них за версту разило тёмной стороной. Они не скрывались. Зато от Джедая в центре зала разило спокойствием и предвкушением битвы. Он не был спокойным мирным философом – это спокойствие воина, сильного и уверенного. На нём была боевая броня зелёного цвета, плащ, чтобы броня лишний раз не выделялась. Простой матерчатый плащ, которые впоследствии стали атрибутом большинства рыцарей-джедаев.

– Кто они? – спросила моя тюремщица, – я чувствую от них великую силу.

– Это Веном Зеллоу. И Дарт Малгус. И сейчас будет битва. И если вы думаете, что можете наблюдать со стороны, то глубоко ошибаетесь, так что вытащите ка свои клинки, Джедаи.

В этот момент с грохотом в колонный зал влетел десантный корабль. Он был больше зала, и сбивал все колонны на своём пути, с шумом и пылью он скрежетал днищем по полу и вскоре остановился за спиной Малгуса. Из открытой аппарели показались ситхи.

И Храм не поскупится сделать для наших гостей-джедаев пару интересных боевых симуляций на основе тех знаний, навыков и техник, что применяют ситхи. Мои спутники это уже поняли и началась битва – Малгус и Веном в центре начали сражение первыми, из-за угла выскочили джедаи – их были десятка полтора, столько же, сколько и ситхов. И началась битва не на жизнь, а насмерть.

7. Спор

Один из Ситхов бросился на меня, но я взмахнул рукой и запустил его в колонну, стоявшую за его спиной, сбрасывая с себя оцепенение. Сейчас не время думать – время драться. Энергия деоса наполнила моё тело. Ускорение. Укрепление. Защитная плёнка. И следующий, кто бросился на меня, был встречен мощной молнией силы – чистая энергия деоса, обращённая в электричество – упавший на земь ситх поджарился до хрустящей корочки. А из тёмного трюма десантного корабля продолжали и продолжали лезть новые – джедаи взяли на себя ограниченное количество, остальные бежали на нас.

Твилечка ловко отбивалась от ситха, который набросился на неё со своим ярко-алым световым мечом. Я же применял способности Деоса максимально – энергия собралась в ладонях, они словно потяжелели, будто я держал в них что-то тяжёлое, и кожу начало покалывать – но одно волевое усилие вместе с выброшенной вперёд рукой и вихрь силы сорвался с моих рук, и снёс по пути очередного бегущего в мою сторону Ситха, уже думавшего, что достал меня.

Резко обернувшись вокруг своей оси, я ушёл от удара красным клинком и поддал коленом в живот тому ситху, что откололся от сражающихся и решил напасть со спины, скрыв своё присутствие в силе. Удар был очень сильным – ему переломало все внутренности и позвоночник, и он как мешок с крупой, рухнул на пол. Я подхватил его меч и направил в полёт в сторону бегущего на меня ситха. Тот только отмахнулся, но в этот момент я ускорился – использовав на себе кинетический толчок, приблизился с огромной скоростью и ударил. Мерзость, кровь, кости, мозги, и всё на своих кулаках. Удар вышел очень уж сильным. Ещё один – и я просто смял его в труху с помощью Силы.

Битва приобретала затяжной характер – но у ситхов бесконечные пополнения, в отличие от меня. Нельзя было истерично применять самые мощные способности – так, чтобы не было ничего лишнего. Я подхватил камень и бросил его в лицо очередному ситху, который просто отмахнулся и отбросил камень от себя, но опять же – это была ошибка, он не успел среагировать и был убит потоком пламени. Окисление – из моей ладони с рёвом вырвалась струя пламени, которую не заблокируешь силовым мечом – ситх попытался уйти в сторону, но струя отклонилась и накрыла его с головой. Сожгла до тла.

Два джедая, которые были с нами, тоже использовали техники Силы. И я мог оценить их способности – они были очень быстры и очень сильны. Старший, кальмароголовый, почти так же быстр, как я под простым ускорением. Для низшего существа это великое достижение – они не делали лишних движений и в их сражении чувствовался стиль. Но сражение с таким противником, который деморализует и использует молнии – у них не было опыта.

Поэтому они пропускали мелкие тычки от ситхов, особенно когда те наваливались.

На меня уже бежал очередной ситх – на этот раз он ушёл от атаки молнией и контратаковал так же способностью силы – это была молния. Уклониться я от неё не мог, но защита поглотила весь урон – я направил в неё больше энергии и защита засияла ореолом вокруг меня. Пришла пора использовать какой-нибудь боевой приём деоса, характерный для ангов. До этого была только импровизация. И на ум мне пришёл «удар тени» – под ногами ситха соткались из тёмного тумана клинки, которые выстрелили в него так быстро, что он не успел ничего понять. Никакой угрозы не чувствовалось, ничего. И вот уже он насажен на чёрные клинки, выросшие из-за его спины.

Это коварная техника скрытого убийства, но очень эффективная для самозащиты. Я направил энергию и создал щит, и когда следующий ситх выпрыгнул и атаковал меня мечом сверху-вниз – я подставил под удар подвижный щит вокруг руки – световой меч остановился на нём. Хмыкнув, я пустил щит в полёт – полупрозрачный, в форме вытянутого каплевидного щита, он сорвался и протаранил грудь ситха, отнёс того к стене и просто пробил дыру в его груди и стене за его спиной.

Наверное, там и развеялся. Следующие были два – эти напали один спереди, второй со спины – я ушёл от удара перекатом и использовал новую технику.

Вообще, я знал не так много боевых техник, но отец научил меня нескольким. Плюс я тренировался уже после стазиса, и мог применить кое-что. Это была техника направленного крика души. Она исторгала вибрации деоса такой силы, что они оглушали и повреждали душу существа. Направленные вибрации способны были вывести из строя даже самых могучих из форсюзеров.

Но у меня такая техника получалась постольку-поскольку, и когда я создал направленную вибрацию, ситх выронил свой световой меч, а тот, что сзади – получил тычок под рёбра локтем, и потом я просто свернул ему шею.

Тот, что выронил меч, потерял боеспособность – он зажал руками уши и скрючился. Добил я его молнией. Самое время испытать старую-новую технику.

– Храм, добавь мне врагов и сложности. Пришла пора зажечь по-серьёзному! – сказал я с весёлым задором, который никак не вязался с картиной кровавого побоища вокруг нас.

Моих спутников это так увлекло, что они наверное уже забыли, что они в симуляции. Я направил энергию деоса в своё тело и применил технику усиления. Одна из девяти стадий усиления – волосы на моей голове вместо серо-стального цвета приобрели яркое золотое свечение, как и глаза, оно же окутало руки, вокруг плеч образовались печати стигматов, поставленных мною. Тело наполнила сила Деоса, и я бросился к врагу – так быстро, что напоминал, скорее, наверное, молнию, а не живое существо. Хотя сам себя не похвалишь…

Удар кулаком, объятым золотым свечением, разорвал ситха практически надвое и проигнорировал его светопалку. Следующий за ним тоже, и ещё, ещё… Ситхи разлетались как кегли, сбитые мячом в одной древней игре. Я применил молнию силы, не желая так ускоряться и молниями поразил всех, кто был в радиусе поражения – сразу восемь балахонов рассыпались прахом, скорость нарастала и они не поспевали за мной. Быстро.

Удары посыпались на оставшихся так быстро, что выбегающих из челнока уже не хватало – они не могли предвидеть удар. Они не могли противиться удару. Разрывая врагов в клочья и пролетая между ними на скорости звука, я добил последнего мощным пинком. В этот момент симуляция остановилась. Все джедаи тоже остановились, ситхи больше не появлялись.

Храм полагает, что этого достаточно? Пожалуй, поверю ему. Однако… Ох, едрёны-кочерыжки, как же у меня всё болит то! – я схватился руками за плечи, всё тело ломило от недавнего боя. Вернее, от последней техники усиления. Нет ничего совершенного и бесплатного – и чтобы сражаться на таких скоростях без какого-либо труда – нужно иметь минимум уровень рыцаря-воина, как у моего отца. А не как я. Храм это понял и остановил бой.

– Спасибо, – просипел я, закашлявшись.

– Не за что. Я не мог смотреть, как вы травмируете своё тело этой техникой. Ваше физическое состояние пока ещё далеко от необходимого. Я могу предложить вам ряд физических упражнений, или использование техники, увеличивающей скорость физического укрепления, прежде чем вы сможете делать такое.

– Это было бы очень кстати, – сказал я.

Мои спутники, внезапно вывалившиеся в реальный мир, застыли там, где стояли. Я, собственно, тоже.

– И что это было? – Твилечка первая оторвалась от задумчивости.

– Одна из битв прошлого, – я ответил ей с большой неохотой. Больше всего мне сейчас хотелось поспать, – вот что, пойду ка я в свою камеру. Мне надо прилечь отдохнуть, – когда я думал о том, что нужно будет тащиться по огромной длинной лестнице, когда у меня ноги скрючивало от усталости и боли, я понимал, что нахер мне это всё надо было? Покрасоваться?

Твилечка заметила моё состояние и подошла:

– Ты в порядке?

– Да. Немного… устал.

– Ах ты ж, – она с неожиданной заботой и участием поддержала меня за плечо, – я так понимаю, эта техника сильно перегрузила твоё тело?

– Ага, – я потупил взгляд.

– Теперь я верю, что ты ещё маленький, – она потрепала меня по волосам, – милашка. Вот что, никуда не надо идти, я сама тебя отнесу.

– Не стоит. Я должен быть сильным.

– Потом побудешь, соблазнитель юных мальчиков, а сейчас… – она подхватила меня за шкирку и закинула себе на плечо. Я даже пискнуть не успел. Ох, ну и зачем надо было… Сам бы дошёл…

* * * *

Как тихо… Мне остаётся только наблюдать за тем, какой шум подняло произошедшее в ордене, вернее, в его верхушке. И эта верхушка вряд ли понимает, какую тайну они получили в свои руки. В зависимости от того, как они будут ею распоряжаться и допустят ли утечку информации – я решу, оставаться мне здесь, или нет.

Вряд ли меня сильно испугает то, что кто-то обо мне узнает. Но всё же – я не настолько самостоятельный, чтобы прятаться где-то в галактике, при этом не имея за плечами никого и ничего. Это попросту опасно.

Храм позволил мне видеть, что происходит. А ещё меня вместо моей тюремной камеры принесли в лазарет, где я лежал в отдельной палате. Намного просторнее, чем клетушка два на два метра. А ещё была человечка-медсестра, которая смутилась, когда меня увидела. И на этот раз уже моё мужское эго было довольно – я специально мило хлопал глазками и отказывался от помощи. Тем не менее, джедай-медик, пусть и юная, попыталась осмотреть меня с помощью Силы, ничего не вышло и она только вздохнув, оставила меня отдыхать.

Следует хорошенько отдохнуть после всего, что происходило этим днём – я так устал…

* * * *

Хаос и непонимание происходящего. Вот что творилось в совете Джедаев в тот момент, когда дознаватель предоставила доклад. Совет присутствовал не в полном составе – конечно же, великие мастера, решающие судьбы целых планет, не будут собираться по поводу какого-то незначительного инцидента. Даже внимание одного мастера-джедая едва ли привлекла ситуация, если бы она не затрагивала один из самых загадочных объектов на планете Корусант – Храм под Храмом. Загадочную чёрную пирамиду.

– Это так, – Твилечка поклонилась. На этот раз на ней была просторная роба джедая, – я собрала все материалы, которые есть на данный момент.

– И что вы встретили там, внизу?

– Да какая разница, – перебил мастера другой мастер, – что с Мо и его ученицей? Они действительно погибли?

– Это большая утрата, но по всей видимости, да, – согласился ещё один, держащий в своих руках датапад. Это был полноватый, пухлощёкий человек, только что ознакомившийся с информацией.

Воцарилось молчание. Вздохнул мастер Фисто, лично присутствовавший там.

– Мы спустились вниз и нашли там ту самую пирамиду. Этот Арура поговорил с ней на непонятном языке и открылся проход. Внутри ничего не было – о чём нас предупредили заранее, – Фисто завладел всем вниманием присутствующих, – внутри было просторное помещение, алтарь с кристаллом в центре, и символы на стенах.

– Вы их скопировали? – спросил один из присутствующих тут же.

– К сожалению, нет.

– Вы не запомнили ни одного? – удивился он, – это сильно бы помогло нам.

– Я не запомнил ни одного. Они словно расплылись в моей памяти, стоило мне переступить порог этого Храма. Но послушайте же более важное – в тот момент, когда мы уже всё осмотрелись, мы переместились в другое место. Это был старый большой колонный зал храма. Тот, что сквозной, парадный.

– Вот как? Вы просто переместились в колонный зал?

– Это была симуляция. Виртуальная реальность, – поправился Фисто, – очень реалистичная. А потом мы участвовали в событиях, произошедших много тысяч лет назад. Это была битва Джедаев против Ситхов. Храм воспроизвёл в точности не только самих участников, но и их поведение, и даже Силу, так, что это нельзя отличить от реальности.

Джедаи зашумели. Манипуляции Силой – это удел живых существ, а не объектов. Их приструнил тут же Кит Фисто:

– Постойте, – он поднял руки, – постойте, оставьте свои теории на потом. Главное то, что мы участвовали в настоящем бою против настоящих ситхов. Пусть и сымитированных, но очень натуральных. У меня до сих пор мурашки по коже от их главного – Дарт Малгуса.

Пронеслись шёпотки.

– Продолжайте, мастер-дознаватель, – проскрипел один из мастеров. Это был очень необычный экзот, говоривший через маску, – что произошло дальше?

– Мы участвовали в битве около десяти минут. И когда начали выдыхаться – всё закончилось. Симуляция оборвалась и мы вернулись в реальность. После этого я отнесла Аруру в медицинский блок, и поспешила с докладом сюда.

– Медицинский блок? С ним что-то не так?

– Полагаю, он использовал какую-то способность Силы, которая превосходила его возможности, – влез Фисто, – я своими глазами видел. Это было невероятно – она покрылась сиянием, глаза и волосы засветились, а потом играючи разнесла всех Ситхов, что нападали, даже Малгуса. Словно это были несмышлёные юнлинги. На тот момент её способности превосходили физические возможности любого из нас. А удары силы превосходили то, что показывал нам мастер Йода.

– Не может быть, – возмутился кто-то, – как ребёнок может иметь большие способности, чем мастер Йода? Это немыслимо и попросту глупо.

– Тем не менее, я видел это своими глазами. Она сражалась только с помощью Силы и своих рук. И побеждала ситхов одного за другим.

– Мастер Фисто, это всё-таки мальчик, насколько мне известно.

– Но на ней женская одежда. Я плохо различаю людей по внешности, – немного смутился Кит Фисто, – не важно. Главное, что всё обошлось.

– Вот и я так думаю, – сказал старший джедай.

– Мастера, – влезла дознаватель, – эта информация имеет огромную ценность. И огромную опасность для нашего заключённого. Если кто-то узнает о его способностях… Тем более – прирождённых, его несомненно попытаются похитить, чтобы использовать в экспериментах. Не мне вам рассказывать, что многие пытаются с помощью генетических экспериментов получить связь с Силой или увеличить её.

– Да, она права, – сказал Фисто, – если об этом станет известно… Арура к тому же имеет необычную теорию Силы, которая не подтверждается напрямую, но косвенно подтверждается правдивостью её происхождения.

– То есть ты хочешь сказать, что это существо знает о силе то, чего не знаем мы? – слегка насмешливо спросил его полноватый джедай, – что ж, вполне возможно в древности об этом правда знали больше. Нам придётся стать невольными хранителями этой тайны, которая может навести много шороху в галактике. Но нас здесь слишком много, чтобы гарантировать сохранность тайны.

– Что вы хотите этим сказать? – возмутился один из присутствующих, – вы не доверяете нам?

– Я доверяю вам и многим кроме вас, – кивнул джедай, – однако те, кому доверяем мы – доверяют ещё кому-то и так далее, вплоть до того, кому доверять не следовало. К тому же это не наша тайна. Подумайте только, какой хаос может подняться в галактике, если кто-то сумеет создать связь с силой и вывести клонов-форсюзеров? Эта информация слишком опасна, чтобы вообще существовать. Нам следует забыть её и более никогда не вспоминать.

– Вы так беспокоитесь об этом? – спросил насмешливо один из присутствующих мастеров.

– Однажды уже существовала раса, имеющая врождённые способности к Силе. Раката. И результаты их существования вам всем известны. Они уничтожили множество миров, порабощали народы. Джедаи проводят всю жизнь в медитации – но если предположить хотя бы тысячу существ-форсюзеров… мы будем иметь дело с могущественной фракцией, скорее всего с тёмной стороной Силы. Я готов поспорить, что в галактике есть тысячи организаций, обладающих большим влиянием, жаждущие заполучить такую Силу.

Поднялся гвалт, вскоре стихший.

– Что будем делать с Арурой? – спросил Кит Фисто, – всё-таки у нас нет возможности держать у себя пленника.

– А что с ним? – спросил пухлощёкий мастер, – пусть лежит восстанавливается.

– А дальше что? Вышвырнуть из храма? Такого могущественного форсюзера?

– Ты лучше подумай о теории, которую она выдвинула, – отвлёк другой джедай, – это же уму непостижимо. Нужно провести исследования…

8. Гринпис

Весь этот сыр-бор закончился одним ударом по полу трости, который произвёл Йода. Маленький мастер-джедай незаметно вошёл, увидев, что сегодняшнее совещание закончилось почти массовой дракой.

– Хватит, – властно сказал он, стукнув тростью.

Присутствие Йоды было весьма значительным фактором – мастера отпрянули друг от друга и прекратили все споры. Йода был не только дипломатом, но и самым сильным из них – и игнорировать его слова было бы попросту глупо.

– О чём спор ведёте вы? – он запрыгнул на своё место, и положив свою трость рядом с собой в кресле, подозрительно покосился на множество мастеров.

– Мне рассказать? – вмешалась дознаватель.

– Не видел давно я тебя в зале совета, – Йода благодушно посмотрел на твилечку.

– Простите, мастер Йода, – она склонилась в поклоне, – доклад о заключённом.

Йода взял датапад в свои руки, притянув его Силой – мастера так увлеклись спорами, что датапад во время этого хаоса чуть было не оказался раздавлен. Информация о заключённом была действительно полной, насколько это возможно. Йода безучастно посмотрел весь документ, потом видеозаписи, потом ещё раз посмотрел на фотографию оного заключённого.

– Проблемой это может быть, – вздохнул он, – почему же вы не отпустили его прочь?

– Эм… – Твилечка не знала, что сказать. Она и правда не понимала, почему неизвестного так долго держат в храме, а не показали ему на ворота сразу же.

– Что ответить не знаешь, – Йода с прищуром посмотрел на неё, – в тайны чужие влезать ты любишь, вот почему, – лицо твилечки в этот момент особенно посинело, она потупила взгляд, – Тайна тайне рознь. Порой бывают они благими, а порой груз только на душу дают, ничего более. Опасность великую чувствую я, что случится, если узнают все о нём истину. Нарушит это равновесие Силы.

– А про его безумную теорию Силы? – спросил Фисто, – про неё даже ничего не скажете, мастер Йода?

– Говорить не о чем. Не сказано было ничего нового. Подумай хорошо над этим, юный мастер-джедай. Что нового узнал ты, что изменилось ли?

И правда. Верная теория хороша тем, что не опровергает уже известные факты, а объясняет их.

Йода был самым авторитетным джедаем из присутствующих, хотя формально, у него было лишь место гранд-мастера, которое имело свои ограничения. Монополистом власти в ордене он не был, и всё равно, всё решал совет. Просто… решал как хочет Йода.

Маленький зелёный ксенос с вопросом посмотрел на джедаев – половина из них принадлежала к фракции деятельных джедаев. Вторая половина не была ярыми сторонниками гранд-мастера, но и к первой не относилась – это были представители различных внутриорденовских течений. Мастера, как правило, имели не только падавана, но и внушительный вес в ордене. Недавно ставший мастером Кит Фисто был кумиром всех джедаев-амфибий, к примеру. Но он не был ещё достаточно опытен во внутренней кухне ордена.

Йода подумал, что это всё свалилось как-то слишком неожиданно. Смерть одного из кандидатов в мастера ордена, вместе с ученицей, и тут же появление странного арестанта, который владеет внушительным арсеналом техник Силы, и ещё утверждает, что использует её как ему заблагороссудится, не имея с ней постоянной связи. Опасность тёмной стороны пугала магистра ордена джедаев, но ещё больше опасность представлял сам Арура, поскольку узнай хоть кто-нибудь, что он имеет врождённую склонность к Силе, и его захотят любой ценой заполучить многие.

Могущество же этого существа не подлежало никаким сомнениям, поскольку Йода, зорко следивший и хорошо чувствовавший любые колебания в Силе, чувствовал иногда откуда-то снизу, со стороны тюремных блоков, могущественные волнения, волнения такие, которые мало кто мог ощутить. И ещё это недавнее пробуждение нижнего храма и его приветливость с этим существом… Были очень некстати.

Орден джедаев – это не бар, открытый для всех желающих – многим юным существам было отказано в вступлении в орден. Развивать Силу в существах, уже морально сформировавшихся, было бы слишком нелегко. Но с другой стороны… Владельца столь великих навыков и знаний о Силе не прибрать к рукам было бы странно, особенно если учесть, что почти все в галактике сделали бы это с превеликим удовольствием. Йода посмотрел на Фисто и спросил:

– Столкнулся с тёмной стороной ты, молодой мастер?

– Да, – Фисто выпрямился, благо что и так не сидел, он не входил в совет джедаев, – это было очень поучительно.

– Поучительно, говоришь ты, – нахмурился Йода, – чему же научился ты?

– Многому, чему нельзя научиться, не столкнувшись с толпой злобных ситхов, – ответил весьма нагло Фисто, – признаться, до сих пор я никогда не встречал тёмную сторону.

– Разве так это? – Йода моргнул, глядя на амфибию. Глаза Кита Фисто были столь же непроницаемы, как и всегда.

– Да, пару раз сталкивался с мелочью, – согласился джедай, – но это детские шалости, по сравнению с дюжиной злобных, хорошо подготовленных, ситхов. Тёмная сторона опаснее, чем я представлял себе ранее, намного опаснее. Нам следует быть осторожными, гранд-мастер, ныне нет того духа, который я видел в джедаях древности, ныне джедаи колеблются и… слишком много думают.

– Слишком много лучше пусть думают, чем не думают вовсе, – хмыкнул Йода весьма саркастически.

– Да нет, магистр Йода, не соглашусь с вами, – Фисто сделал немыслимое – открыто оспорил слова Йоды, – Сердце джедая это не теоретические умозаключения, награмождения мыслей и теорий, а вера в светлую сторону силы. Доблесть и стремление противостояния злу, во всех его проявлениях. Джедай, оправдывающий бездействие или безразличие кодексом или правилами, или чем бы то ни было – уже одной ногой на тёмной стороне. Такова сущность тёмной стороны. Она логична, последовательна, предельно рациональна. Она всегда найдёт тысячу рациональных, разумных и приемлемых объяснений, почему правильно убить безоружного, бросить нуждающегося в беде, лишить жизни невинное существо. Поверив в её оправдания, сам не заметишь, как станешь отъявленным мерзавцем, но свято верящим в то, что каждое действие имеет рациональное объяснение и допустимо. Не те пали на тёмную сторону, кто решил быть мерзавцем, но те, кто начал оправдывать свои отвратительные поступки.

Йода только грустно вздохнул. Ещё чего не хватало, чтобы мастер Фисто начал набирать себе союзников – ещё одна фракция внутри ордена, который и без того не славится единодушием. Однако, неожиданно мастера Фисто поддержал другой – тот самый пухлощёкий, черноволосый, на вид вполне добродушный джедай:

– Дело говоришь.

– Да… – Фисто смутился, от чего его щупальца на голове слегка задрожали, – я…

– Брось, – отмахнулся тот, – правильно говоришь. Только не все тебя поддержат.

– Остановитесь, – прервал их Йода.

– Да бросьте, магистр, – возмутился один из людей, присутствующих здесь, – неужто что-то не так говорим?

– Джедаи не солдаты. И не рыцари, спасающие всех и везде. Джедаи хранители мира.

Фисто посмотрел на Йоду своим фирменным взглядом:

– Не мне вам рассказывать, магистр, что последние десятилетия республика чувствует себя всё хуже и хуже. Либо мы не справляемся, либо мы делаем что-то не то. Тысячелетия Джедаи стояли на страже безопасности и стабильности республики – и вот Ситхи побеждены, враги уничтожены, казалось бы – в галактике должен наступить мир и покой.

– И наступил он, – отрезал Йода.

– Несколько столетий назад, – Фисто делал немыслимое – он оспорил слова Йоды. Йода был не тем, с кем всерьёз спорили. Как правило, – Сейчас мы сталкиваемся с всё большим количеством проблем, которые не может разрешить республика. Хатты. Корпоративный сектор. И за пределом центральных миров власть республики не более чем условность. Мы же оправдываем своё невмешательство тем, что мы хранители мира. Я видел тьму, которая не бросится на нас с мечом, но пустит свои корни глубоко в тёмных уголках галактики. Среди рабов на планетах хаттов, среди пиратов и убийц, наркоторговцев, в развращённых обществах аристократии удалённых планет, предпочитающих порок и наслаждение чужой болью и страхом… – Фисто перевёл дух, – хотя мы стараемся и все здесь присутствующие сделали немало для сохранения мира в галактике… Но мне начинает казаться, что мы упускаем нечто важное. Нечто, из-за чего республика умирает.

– Я бы дал старушке республике ещё лет сто, – хохотнул толстяк.

– Ты оптимист. Хотя… может быть, – вздохнул Кит, задумавшись над своими словами, и закончил, обведя собравшихся слушателей взглядом своих чёрных огромных глаз, – мы что-то делаем не так. И идём к краху. Узрев мастера-джедая прошлого я лишь понял это. Они не пытались быть миротворцами – разнимать всех дерущихся. Решать проблемы максимально мягко и деликатно. Они демонстрировали им Честь. Мораль. Мудрость. Силу. Справедливость. То, что было для всех оплотом и символом Республики. И у простого народа была вера в то, что высшие чины республики не превратятся в аморальных политиков, для которых судьба целых планет лишь большая политическая игра.

– Слова твои реакционизм, – сказал хмуро и недовольно Йода, – вреден он.

Йоде было не слишком приятно слушать всё это, но с другой стороны – все понимали, что Республика работает уже кое-как. Однако, никто не хотел ничего менять. Все привыкли к республике настолько, сотнями и тысячами поколений, что немыслимой было бы предположение, что Республике настанет когда-нибудь конец. Она казалась вечной. Однако, была одна вечная империя, и плохо кончила.

– Двадцать четыре тысячи лет орден был оплотом республики. И лишь тысячу лет существует поструусанская. Часть этого времени – существует по инерции. Пока крупные корпорации делят рынки, маршруты, формируют свой государственный республиканский аппарат. Единая власть Канцлера и несокрушимый оплот в виде Джедаев, стояли костью в горле тех, кто жаждал купить себе кусочек власти. Сейчас я могу сказать смело – Руусанская реформа это план по уничтожению Республики. План, возможно, Тёмной стороны. Это так похоже на них – они умеют играть на самых тёмных пороках душ разумных существ. На жажде богатства, власти, силы…

Едва ли речь Кита Фисто была уникальна – регулярно поднимали недовольные голоса те, кто упрекал орден в бездействии и невмешательстве. Просто Фисто слегка развил эту теорию, и Йоде было уже тяжко отвечать всем им…

* * * *

– А, драсьте, – я поднялся с кровати.

– Лежи, лежи, – маленький зелёный ксенос помахал ручкой, – К тебе пришёл я.

Я всё-таки не стал лежать и сел на кровать, предложив гостю соседнюю. Он воспользовался предложением.

– Чем обязан?

– Йодой зовут меня, – представился он.

– А я Арура, – улыбнулся я ему, – будем знакомы.

– Будем. Поговорить пришёл я о судьбе твоей. Вижу, здоровье твоё вернулось к тебе. Хорошо это, – он довольно прищурился, – пришёл в храм зачем ты? Джедаем хочешь стать? М? – Йода подозрительно посмотрел на меня.

– Вообще-то нет. Я летел сюда с джедаем, и по пути случилось… – вздохнул, – в общем, вы знаете, что случилось. Подумал я, что должен до ордена долететь и товарищам господина Мо рассказать о постигшем нас несчастье.

– Правильно подумал ты, – согласился Йода, – прощения просим за то, что с таким подозрением отнеслись к тебе. Что-то не так пошло у нас – орден обычно доброжелателен к гостям. Как бы ни было там – отменяю я всяческие заключения. У ордена права нет арестовывать кого-либо. Не понимаю я такой строгости.

Йода выглядел весьма спокойным, старым, рассудительным. Кажется, мастер Мо говорил мне про него… ах, точно, Йода. Старший из джедаев, он тут за главного. Я посмотрел на этого маленького джедая с уважением. Йода поймал мой взгляд и спросил, немного поколебавшись:

– Много шума навёл ты в совете мастеров. Теорию силы выдвинул ты оригинальную.

– Теорию? – я поднял бровь, – какую ещё теорию?

– Свою собственную. О природе Силы и существовании её.

– А, нет, это не теория. Это есть научно доказанный факт. Впрочем… Будучи симбионтами, вы взаимодействуете с нею, постоянно слившись, поэтому неудивительно, что так много времени уделяете философии и предположениям. То, чего вы достигли, даже с помощью То Йоров, уже заслуживает немалого уважения, – слегка похвалил я его.

– Знаешь многое ты?

– По сравнению с вами – нынешними пользователями нижнего плана деоса, знаю и умею многое. Но по меркам своей расы я… если проводить аналогию с вашим образованием – я нахожусь на стадии юного падавана. Или уже перезрелого юнлинга. Мне всего три сотни лет, и я не успел получить полноценное образование. К тому же никогда не отличался ни успеваемостью, ни талантом.

Йода вздохнул:

– Не в таланте дело, как правило, а в том, какое решение ты сам примешь. Каким путём пожелаешь идти.

– Что ж, у меня есть голокрон, как вы его называете, есть храм, который может снабдить меня информацией – так что лет через триста-пятьсот, я, скорее всего, уже освоюсь со своими возможностями.

– Хочешь ли ты в храме остаться, или уйти от нас пожелаешь? – Йода посмотрел на меня испытующе.

– Пока не решил. Пока не принял решение. Неужели вы хотите предложить мне остаться с орденом Джедаев?

– Возможно это, – согласился Йода, поглаживая свою трость.

– Но я не могу стать таким, как вы. И всегда буду другим. Ваша философия, ваши ограничения, ваши условия и условности, всё это будет чуждо для меня. Чуждо и бессмысленно. Я не имею постоянной связи с нижним планом деоса, и тем более – не собираюсь окунатья в это… эм… в это, и позволять ему влиять на меня. Последнее вообще маловероятно.

– М? – Йода слегка наклонил голову, отчего его большие уши слегка покачнулись.

– Ну… – я слегка замялся, – защита собственного сознания от влияния нижнего деоса – это основа основ взаимодействия с ним. К тому же сознание Анга намного более стабильно и сильно, чем у… остальных. Будучи симбиотами, то есть, сросшись с нижним планом деоса на уровне физическом и духовном, вы не способны защищать себя вообще никак. Впрочем, это касается всех, в ком есть Сила.

– Сила есть во всех живых существах Галактики, – сказал Йода наставительно.

– Тут спору нет, с Деосом связаны души всех существ в галактике.

– И что же тебя не устраивает в ордене нашем?

Йода и куда менее строптивым показывал на дверь. Правила в ордене джедаев были очень строгими и попасть в него было не так то просто. Отбор был чрезвычайно строгим, и поэтому просто так взять кого-то с улицы… это было немыслимо.

– Ордене? Сила упаси, господин Йода, я не говорил такого. Просто ваши практики не подходят для меня так же, как и мои – для вас. Мы используем Силу абсолютно разными способами. Я не вижу смысла для себя в тех ограничениях, что лежат на любом джедае. Впрочем… Джедаи ведь не всегда были такими.

– Джедаи решили быть такими, какими стали сейчас, – ответил Йода, – ради блага и защиты от тьмы.

– Хм, – я недоверчиво хмыкнул, – защититься от негативного плана деоса? Серьёзно? – вздёрнул бровь, – это невозможно. Послушайте же анга, господин джедай. Деос нижний делится на два плана, негативный и позитивный. Существует ещё нейтральный, но не об этом речь. Деос это вместилище душ всех живых существ. Эмоции, страхи, радость и горе, всё это отражается на деосе, его нижнем плане. Это низовые, так сказать, реакции. Негативные эмоции оседают в негативном плане, в то время как позитивные аккумулируются в позитивном. Душа любого живого существа связана с деосом, но ваша связь имеет природу симбиотической. Собственная душа черпает энергию из планов деоса, манипулируя их энергией, служа для неё проводником, в реальный, материальный мир. Негативную связь, как и позитивную, имеют все живые существа. Она в равной мере связана с каждым из нас. Даже у вас есть эта связь с негативным планом. Избавиться от неё нельзя. А это значит, что семена тьмы всегда будут во всех живых существах. Даже у джедаев. Лучший способ подавить их – это черпать энергию из позитивного плана. То есть… позитивные эмоции и их прямое использование для увеличения силы своей души и извлечения энергии из позитивного плана деоса.

– Джедай не отказывается от эмоций, – возразил Йода, – Джедай не даёт им руководить собой.

– Вот это спорный, узкий момент. Тот, кто пытается черпать силу исключительно с помощью своего холодного разума и расчёта, спокойствия, ближе не к позитивному, а к среднему, нейтральному плану деоса. И он будет более уязвим к тьме, чем тот, кто пользуется светлой стороной Силы. Могущество светлой стороны – в чести, достоинстве, благородстве и непререкаемой вере в то, что добро не нуждается ни в обосновании, ни в оправдании, ни в причине. И должно быть. Текущее ваше положение мне вовсе не понятно. Вы декларируете приверженность светлой стороне – но при этом, скорее, удерживаете орден в нейтральности к ней. Я попросту не понимаю, какое место вы занимаете в галактике.

– От светлой до тёмной стороны силы шаг один есть, – буркнул недовольно Йода.

– Здесь нет шагов. Здесь есть лишь выбор и воля того, кто использует Деос. И что заставило вас сойти с пути Света?

Йоду такая постановка вопроса, безусловно, покоробила.

– Нужно подумать над этим. Скажи лишь – остаться в ордене желаешь ты? – спросил он испытующе.

– В качестве кого? Достопримечательности?

– Джедаем быть не обучен ты, – напомнил он мне.

– А что ещё делать? – я выразительно посмотрел на него, ждал ответа.

Вопрос, можно сказать, на засыпку. И правда – всякие там традиции ордена, порядки, посвящение и тому подобные ритуалы, это всё я не только не проходил – но и не буду проходить просто потому что мне они малоинтересны. Хотя было бы странным предположить, что магистр ордена джедаев, столь старый и опытный, не припас бы в рукаве пару-тройку приемлемых вариантов и методы их рекламы.

– Джедаем стать можешь ты, обучившись так, как полагается.

– Обучившись? – я вздёрнул бровь, – вы имеете в виду фехтование и тому подобное? Уберите из списка предметов всё, что касается Силы – сколько останется?

Йода нахмуренно промолчал.

– Не желаешь ты? А?

– Есть много но. Во-первых – меня не касаются все те ограничения, которые вы накладываете на своих адептов. И едва ли я соглашусь провести отпущенные мне тридцать-сорок тысяч лет – в уединении, медитации, безбрачии и скромности. У меня есть собственный путь развития, который подходит для моей расы – и он едва ли имеет много общего с учениями вашего ордена. Которые, к слову, в общих чертах я уже изучил.

– Ммм?

– Думаете, я просто так сидел и плевал в потолок своей тюремной камеры? – я вздёрнул бровь, – Храм Ангов, что находится внизу под вашим орденом, кропотливо и терпеливо записывает всю информацию, до которой дотянется. Добавьте сюда метод внедрения информации непосредственно через высший план деоса и значительно более совершенные мозги, чем у простых биологических существ.

– Умом хвастаешься ты?

– Если бы наличие совершенного разума давало ум… – я вздохнул, – эта планета до сих пор была бы нашей колонией. Не совсем так. Я в общих чертах изучил, что вы, джедаи, за фрукты. Довольно интересный получился обзор. Прежде всего я бы хотел подчеркнуть – у меня есть собственные методы развития, которые не подходят для вас. В том числе собственные методы получать информацию, обучаться, и собственный путь развития, закрытый для вас. Это делает бессмысленным саму идею вам учить меня, как и наоборот.

– Фехтованию на световом мече обучиться не желаешь ты? – спросил, словно искуситель, магистр.

– Ну… довольно простое и универсальное оружие. Так что, может быть. Следует этим заняться.

Йода явно вёл в разговоре и следующее его предложение прозвучало логическим продолжением предыдущего:

– Формально джедаем числиться нельзя, но для каждого джедая могут исключения быть сделаны. Для тебя тоже могут быть, – он посмотрел с прищуром, – скрывать я не буду от тебя – орден уже тысячу лет живёт в мире и процветании. И многие в ордене и республике галактической – воинственными намерениями полнятся.

– В самом деле?

– Сомнения одолевают джедаев, – согласно сказал йода, – сомнения. Обострились конфликты внутри ордена, – йода ткнул в меня своей тростью, – и твоя заслуга есть в этом немалая.

– Дайте угадаю – тот мастер-амфибия, который со мной был, немного поменялся в лице?

– Так можно сказать, – Йода не шелохнулся, глядя на меня, – Изменился он.

– Надеюсь, к лучшему. Всякие изменения к чему-то ведут – к лучшему, к худшему. Мы не в силах быть неизменными. Так что это неизбежность, с которой нужно просто смириться. Единственное, что важно – стал ли он лучше?

Йода задумался. Крепко так присел я ему на мозги, что маленький магистр ордена, даже глаза прикрыл, думая.

– Думаю, лучше стал он, но неспокойнее орден от этого стал. Стабильности мы добивались веками, спокойствия и мира.

– Это и есть то, с чем нам следует смиряться, – я вздохнул, – оно всегда к лучшему – когда спокойствие теряется. Нет ничего коварнее и опаснее успокоения, бездействия и безосновательной веры в то, что всё будет хорошо. Стабильность, процветание, сравнение себя-нынешнего с собой, когда яростно боролся за нынешнее место и нынешнюю стабильность – одно из самых больших разочарований и самая большая иллюзия, какую может испытывать живое существо. Завоевав в тяжёлой борьбе себе место, победитель всегда его теряет, спустя какое-то время. Он успокаивается, теряет дух, теряет веру и силу. Из лёгкого свежего ветерка, стабильность становится тяжким бременем, которое сковывает движения и не даёт вырваться из этого болота. Затягивает и убивает. Медленно и неспешно, лишая жажды действия и успокаивая достижениями… Так сильно, что немногим достаёт воли вырваться из этой ловушки. Я вижу, вы уже почти тысячу лет лишь поддерживаете с большим трудом завоёванный мир в галактике… и многие из вас уже начали понимать, что что-то пошло не так, как грезилось тысячелетие назад?

Йода недовольно хмурился.

– Слова твои обдумать надо мне.

– Без проблем. Так что там с моим статусом? Вы хотели мне предложить место Джедая?

Я перешёл в наступление, пользуясь тем, что мой оппонент задумался.

– Джедаем быть не обучен ты.

– Это мы уже обсуждали.

– Хотя стать джедаем можешь ты, – заметил Йода, сменяя тон, – В последние годы многие недовольны мной, – сварливо сказал Йода, – поэтому пойти на шаг такой решаюсь я. Джедаем сделать тебя можно. Случай твой – особый.

Он так выделил тоном слово «особый»… По-моему, несчастному магистру ещё мастер Фисто на уши присел, если дозволено будет высказаться в столь вульгарном тоне. И ещё я добавил. Йода сдался и решил ситуацию по-своему.

– Согласие твоё лишь нужно, остальное совет сделает.

– Тогда чего же нет. Я согласен. Хотя учтите – если вам от меня потребуется что-то, что я не захочу...

– Не будет такого, – Йода расслабился, – случай твой уникальный, понимать это должен ты и не хвалиться тем, что джедаем стал. Незачем подчёркивать то, что уступку мы сделали, большую.

Ну понятно. Фаворитов никто не любит, а Йоде не хочется создавать прецедент. А рассказывать всем и каждому, что я древнее существо с особыми, по сравнению с их, способностями к деосу и Силе – это тоже не вариант. По-тихому записать задним числом – вот что им выгодно.

– Нужно что тебе – говори мне сразу, – сказал довольный Йода, – Законы республики, правила ордена, выучить должен ты. Велика галактика, и знать джедай должен многое.

– Хорошо. В таком случае… – я задумался, – на ближайшее время мне нужно будет наладить каналы сбыта материалов, металлов и изделий. Вы же не против?

– Изделий?

– Один из способов развития – это изготовление чего-либо с помощью энергии деоса. И чем сложнее изделие – тем быстрее развитие. Ремесленники – так называются те, кто посвятил свою жизнь развитию искусства созидания. Такие объекты, как храм, или То-Йоры создавались группами из десяти ремесленников-мастеров. Это самый быстрый путь развития собственных сил и способностей. Мне нужно сначала изучить вещь, извлечь её эссенцию. Душу, как сказали бы адепты Силы. И создать по образу и подобию. Деньги, полученные от продажи – поделим пополам. Прототипы с вас, реализация тоже.

– Создать что можешь? М? – в глазах Йоды мелькнуло удивление и предвкушение.

– Будут прототипы – будем говорить о создании.

– Контрафактные изделия дорогие продавать нехорошо будет, – задумался Йода, – но объёмы рынка галактики таковы, что наполнить его не получится нам. Колоссальны они.

– Тогда… Что ж, можно поговорить за металлы или изготовление чего-либо для ордена Джедаев.

Вот так быстро разговор с философии перешёл в иную плоскость. Коммерческую…

9. Хеви Метал!

Комната в Храме джедаев, которую мне выделили, находилась в весьма удалённом от остальных комнат месте. Вообще, стоит остановиться поподробнее на том, как обустроен Храм. Знаю, что скучнее нет, чем прерываться на долгие описания местности и тому подобного, но Храм, в котором я находился, действительно заслуживал того, чтобы о нём особо было рассказано.

Основная масса построек Корусанта уходила далеко вниз, примерно на километр-два. В местах, где стоимость жилья выше – выше становился и уровень крыш. Этот уровень – крыш, был как бы второй поверхностью, тогда как первая – находящаяся внизу, была чем-то вроде подземного мира. Уровень крыш был регламентирован и немногие постройки возвышались над ним. Корусант был не просто городом, это планета, в которой всё существует в трёхмерном, а не как в обычном городе – пространстве в два с половиной измерения. Я сказал два с половиной, потому что ключевым в таком пространстве является всё же поверхность, а поднимающиеся вверх объекты – это скорее дополнение, размещённое на двухмерной плоскости. В то время как Корусант был трёхмерен полностью. В нём существовали не только горизонтальные, но и вертикальные координаты. Когда этот город был воздвигнут – я точно не знаю, но могу сказать с уверенностью – равнодушным этот муравейник никого не оставит.

Сколь велика галактика, столь грандиозен и Корусант. Жилая площадь в понятии Корусанта превращалась в жилой объём.

Храм Джедаев стоял на вершине горы – это верно, эта вершина была полностью застроена со всех сторон, и вокруг храма образовывался пустырь крыш. Примерно по три километра свободного, чистого пространства в каждую сторону. Почему это пространство никак не использовалось? Ответ лежит на поверхности – на такой высоте кислорода мало и большинству живых существ некомфортно дышать. Не невозможно, а некомфортно. Храм же таких проблем не имел, он получал воздух напрямую снизу, через вентиляционное окно и трубы, уходящие вниз, к коре планеты.

Храм имел форму усечённой пирамиды, без второй, верхней половины. Вместо неё были длинные и тонкие башни. Внизу был парадный вход и за ним – огромный колонный зал, ведущий в помещение, используемое для церемониальных целей. Прямо над этим залом располагались жилые помещения джедаев-фермеров. Агрономы-джедаи занимались выращиванием с помощью Силы различных растений, их селекцией, анализом, и так далее. В одной с ними плоскости были и их сады. Они же снабжали Храм провизией. Там рядом располагались гидропонные фермы, выращивающие не слишком вкусные грибы и овощи для Храма.

Рядом с ними был музей храма, а над музеем – банкетный зал. Ещё выше – комнаты различных мастеров, в том числе и Йоды, рядом с ними – архивы и тренировочные залы. Как можно увидеть закономерность – внизу располагались помещения хозяйственного толка, выше – утилитарные, и на самом верху храма – непосредственно то, ради чего храм существует – джедаи и их помещения.

Храм не был настолько грандиозным, чтобы можно было сказать, что он монструозен или гипертрофирован. Это был вполне удобный офис, где было всё необходимое. Его структура позволяла вместить в этот объём довольно много всего. Если что и можно сказать о храме Джедаев определённое – так это то, что он запутанный на первый взгляд. Казалось бы – самые разные помещения, самого разного толка, соседствовали вместе. В его строении была своя логика, изначально, но за тысячи лет от неё не оставили и следа. Громадные коридоры, по которым можно пролететь на транспорте, соседствуют с самыми обычными проходами, грандиозные залы – с маленькими комнатками, даже закутками, в которых могут оказаться служебные дроиды, мусоропровод, или чья-то комнатушка.

Юнлинги жили в просторных помещениях в верхней части храма – но с противоположной части от мастеров. Поэтому они вряд ли вообще когда-то могли пересечься, даже случайно. Юнлингами тут звали детей, обучавшихся. Перспективных. Их жизнь можно назвать смесью детского сада, школы и военного лагеря. Делились они не по полам – а по так называемым «кланам» - так учителя пытались придать им конкуренцию. Однако, всерьёз этой клановой ерундой никто из Юнлингов не занимался – никому особо и дела то не было. Тем более, что и сами учителя, видимо, не придавали большого значения конкуренции внутри академии джедаев.

Про своё место в этом храме могу сказать просто – это была довольно просторная комната, находившаяся на приличном удалении от густонаселённых зон. Насколько я понял, здесь вообще не предполагалось проживание джедаев – это было что-то вроде апартаментов для гостей. Были и такие.

Но, пожалуй, довольно скучного описания – несколько дней я провёл в относительном бездействии, шастая по храму джедаев туда-сюда, натыкаясь на дроидов, джедаев, падаванов, но чаще это были обычные разумные. Не джедаи, технический персонал – таких было немало. Примерно столько же, сколько джедаев, если даже не больше. Хотя в основном все нужды джедаев обслуживала армия дроидов. Они работали на гидропонных фермах, они занимались техническим обслуживанием храма, дроиды убирали, стирали, готовили, в общем – делали всю грязную работу.

В первый день я просто отдыхал, ничего так и не сделав из запланированного, но ещё день пришёлся на поиски информации в моём голокроне. К сожалению, информации было не то чтобы слишком много. Много, но она не касалась текущего положения – полезность её была скорее для моего обучения и самосовершенствования. Тут было всё, что мне требовалось.

И вот, на третий день, гуляя по храму, я забрёл в ангары. Стоит упомянуть отдельно – ангары это громадные помещения внутри храма, расположенные в самом его низу, но выше колонного зала. Они были разделены на сотни секций разного размера, в них стоял различный транспорт. Вход в то ангарное помещение, в которое я вышел, был обыкновенной дверью, ничем не примечательной. А за дверью меня ожидало заставленное различной техникой помещение. Внутри обнаружилось много дроидов самого разного толка – большие и маленькие, грузчики и техники, астродроиды. И стройными рядами стояли они… Корабли. Ну и обычная техника, всё это было выстроено как по линеечке, и судя по виду – уже обветшало лет триста назад. Дроиды занимались тем, что либо ремонтировали, либо разбирали корабли на металлолом.

– Храм, – обратился я к своему гиду и помощнику, – что это за помещение?

– У джедаев есть несколько таких помещений. Это технический ангар номер семнадцать. Сюда джедаи свозят различные космические корабли и планетарную технику.

– Я думал, есть более рациональные способы утилизировать всё это, чем разбирать.

– Философия ордена джедаев не терпит расточительства, как говорят сами техники. А так же у джедаев нет частной собственности – им запрещено иметь в собственности космические корабли и прочую технику. Если что-то из этого когда-либо попадает в храм – его разбирают дроиды, всё более-менее ценное используется или продаётся. Так же это основной материал для использования способности силовой ковки. Эта способность, являет собой полный аналог вашей, и изредка она даже способна использовать саму эссенцию при ремонте техники.

– Хм… А джедаи далеко зашли в своих умениях, – согласился я.

Кораблей тут было немного – в основном челноки и планетарные транспортные средства, и причём большинство – разваливалось на глазах в прямом и переносном смысле.

Впрочем, я видел в этом другое. У этой техники была эссенция, которую можно было извлечь. Она достаточно долгое время существовала как целостная структура, чтобы эта эссенция сформировалась.

Самое время извлечь её и записать в свой голокрон. И я приступил – подошёл к первому космическому кораблю и приложив руку, в верхнем деосе заметил эту самую эссенцию. Занятно, что это происходит в деосе – занятно само то, что я не понимал концепцию. Я не знал, что такое эссенция и как она формируется. И почему. Но она была – словно душа у техники.

Лёгкий транспортный корабль, сильно устаревший к нынешнему времени, но долгое время служивший. Понятно. И строение его понятно. Дальше…

Лендспидеры. Аэроспидеры. Грузовые лендспидеры и аэроспидеры. Челноки BR-23, две штуки, и ещё четыре самых разных…

Записав все эти транспортные средства в свой голокрон, как его здесь называют, я решил сходить и поживиться ещё большим количеством чертежей. Тут ведь всё просто – всё, что мне нужно для жизни, должно создавать самому…

* * * * *

С металлическим звоном, слиток упал в кучу таких же слитков. А я утёр со лба трудовой пот – довольно непросто создавать такие металлы, как бескар! Очень непросто.

Мне не понадобился выделенный мне под работу технический ангар. Их было больше тридцати, один расчистили для меня, но перестарались – я вполне успешно занимался своей работой и у себя в комнате.

Металлы существовали разные. Создавать готовую продукцию в промышленных масштабах – могло вызвать закономерные вопросы, а собственно, какого чёрта? Поэтому Бескар. Металл дорогостоящий – одна такая чушка стоила десять тысяч кредитов. Это очень много.

На полу под моей кроватью уже образовалась большая горка слитков, все они были одинаковыми. Следует, наверное, сделать пояснение – что это за металл такой и почему он так дорого стоит… Материалы делились на три больших категории – простые, сложные и эфирные. К простым относили химические соединения. Такие, как сталь, алюминий, и так далее. Они практически ничего не стоили. К сложным материалам относились материалы, образующиеся в результате высокоэнергетических воздействий – таких как взрыв сверхновой или воздействие нейтронных звёзд с их чудовищными магнитными полями. Облучение материи таким густым потоком частиц, приводило к изменению свойств электронов, протонов и нейтронов в атомных ядрах и могло привести к разрушению атомных ядер и образованию воздействия с тёмной материей. Той, что нельзя наблюдать простыми физическими методами, но которая существует, словно на изнанке нашей вселенной. Но это редкость – чаще мы имеем дело с необычными частицами, образованными дроблением кварков на проточастицы.

Материалы и металлы, входящие в это царство, широко используются в галактике – без них невозможно было бы существование тех же гиперприводов, сверхпрочной дюрастали, дюраниума… Прочность этих металлов во много раз превосходила обычную сталь, и без них было бы невозможно создать ни аэроспидер, ни космический корабль – те либо весили бы слишком много, либо не могли бы выдержать простейших манёвров – развалились в процессе. Но всё меняется, когда прочный набор выполнен из крайне лёгких и прочных металлов.

Дюрасталь примерно в десять раз более прочная, чем обычная сталь, и являет собой сплав простых и сложных металлов.

Отдельно стояли эфирные материалы. Это было нечто уже другого порядка – в их создании и формировании поучаствовал Деос. Это металлы и материалы, образованные в результате высокоэнергетических воздействий деоса. Их свойства могут выходить за пределы простой физической модели – ведь сама их эссенция, она же душа, придаёт им необычайные свойства. Одно можно сказать точно – все эфирные металлы крайне редки. Они не то, что можно найти на первом попавшемся астероиде. Эти металлы могут обладать свойствами, выходящими далеко за пределы простой физической теории о строении вещества. К примеру – быть практически совершенно иммунными к нагреву до сколь угодно высоких температур. Или иметь огромную физическую прочность. Или сверхпроводимость, или способность формировать энергетические поля вокруг себя, или даже – ослаблять связь с Силой вокруг себя.

Эфирные металлы редки, и Бескар – один из них. Его эфир, душа, это практически концентрация доблести и силы. Это не просто металл – его сущность – сущность воина, вот как я бы сказал об этом металле. Возможно, только возможно, Деос отозвался на воинственный настрой Мандалорцев, на их воинскую честь, и так далее, и изменил под воздействием этих эмоций, содержащееся в коре планеты железо. Не всё, но некоторые залежи. Может быть, это произошло на месте древних великих битв.

Галактика и правда удивительное место. В ней паранормальное нормально, а некоторые вещи вовсе похожи на волшебство. Но им не являются. Но всё же – верхний Деос это информационный план вселенной, и на него воздействует то, что не является физическим. Но через него может повлиять на реальный мир.

Если бы я хотел немедленно создать что-то очень дорогое – то достаточно было сделать Ауродий. Когда я узнал цену Ауродия, у меня чуть челюсть не отвисла – у этих разумных в галактике точно шарики за ролики заехали. Но… Если так подумать – галактика велика, а валют, приемлемых для хранения денег, не так уж и много. Редкий металл – вполне подходил для этого. Но поскольку в галактике около ста тысяч относительно населённых планет, и невообразимое количество разумных существ, спрос на этот металл огромен. Золото гораздо более распространено, чем ауродий, и стоит примерно в тысячу раз дешевле. Но тем не менее, остаётся самой твёрдой валютой. Из золота чеканится хаттский пеггат, пеггат равнялся шестидесяти четырём вупиупи. И стоил около сорока кредитов.

Что же до ценности кредита… Она разнилась от планеты к планете. По тому, как мало доверяли кредиту, можно судить о значительном ослаблении Республики. За пятьдесят кредитов можно было купить, к примеру, лазерный сварочный аппарат. Или комплект инструментов, необходимых механику. Или, если мне не врёт сеть, на планетах среднего кольца, за пятьдесят кредитов можно очень неплохо покушать в ресторане местных планетарных блюд, а на Корусанте – перекусить в дешёвой забегаловке. В среднем кольце на эти же деньги можно, к примеру, полностью приодеться. Заработная плата на планетах среднего и внешнего кольца, там где вообще используют человеческий труд, начинается с десяти кредитов в день – на такие деньги может рассчитывать человек, не имеющий особых навыков.

Самый распространённый грузовой спидер – АA5 – стоил около тридцати тысяч за новый. Космические корабли – начинали свой ценник со ста тысяч за самый лёгкий вариант. Это была весьма внушительная сумма.

Дроиды стоили по-разному. Причём реально по-разному – самый примитивный дроид, существовавший в галактике – это ASP. Однозадачный, по сути, дроид, с предельно примитивным программированием. Единственное его достоинство – цена и наличие самого слабого из возможных, дроидного мозга. Их можно с полной уверенностью назвать тупыми железяками. Стоила эта тупая железяка аж тысячу кредитов. То есть как дорогой инструмент, коим он по сути и являлся. Но цена на дроидов могла доходить до десятков тысяч. Повар стоил четыре тысячи. Дроид-погрузчик – шесть. Но не потому что сложный, а потому что много металла и силовых элементов.

Как заработать деньги я понял сразу же, как только узнал про эфирный металл – ауродий. Он отличался особой роскошью. Не зря это был эфирный металл, связанный с Деосом – его суть это богатство и роскошь. Просто взгляда на него достаточно, чтобы почувствовать, что это не просто какой-то мусор. Причём стоил этот металл – чудовищных денег, так как был идеальным средством хранения оных денег, инвестирования, межпланетной крупномасштабной торговли. Золото стоило пятнадцать кредитов за один грамм, ауродий – около пятнадцати тысяч за один грамм. Однако, если создать золото было довольно просто – я мог создать тонну-полторы за раз, то с ауродием всё намного сложнее. Тридцать грамм в день – это мой текущий предел. С Бескаром намного проще.

И на всю галактику был лишь один я, способный создавать эфирные металлы за счёт взаимодействия с высшими планами деоса и эссенциями. Однако, если вопрос денег решён – остаётся вопрос самосовершенствования. И тут уже есть свои нюансы. Мне нужно было не только делать эфирные металлы, но и конечные изделия из них – и поэтому помимо Бескара, я обещал ещё кое над чем подумать. Хотя орден и не планировал продавать бескар – я ценен для них не тем, что мог создать ценный металл, а тем, что был источником металла, который попросту невозможно скупать в больших количествах. И поэтому кучка бескаровых слитков на полу моей комнаты – это драгоценное сокровище, которое нужно ордену Джедаев. Зачем?

Рукояти световых мечей, к примеру, броня звездолётов… Джедаи имели богатый парк звездолётов, но чаще всё-таки использовались корабли, предоставляемые республикой. И тем не менее, покрыть корпус звездолёта бронёй из бескара – это очень… очень. Примерно то же самое, что сделать корпус, целиком из ноктилита.

На полу образовалась горка слитков, а я исчерпал свои силы до дна, полностью, и закрыв мановением руки дверь, решил отдохнуть… Вернее, только одна часть моего сознания…

* * * * *

День сегодня задался! Определённо! В Храм Джедаев возвращение было весьма любопытным – я взял такси и приземлилось оно на небольшой площадке сверху.

– Ох, сейчас, – я приложил браслет с кредитным чипом к считывателю и полез наружу, вытащив за собой всё, что накупил, с помощью Силы.

Этот день… Получился очень динамичным. Я продал перстень из ауродия, получив за него триста тысяч кредитов, а дальше… Пока мужская часть сознания, трудящаяся на общее благо, дрыхла, женская – то бишь моё текущее состояние, решила, что пора. Пора пойти и потратить почти всё, что было заработано непосильным трудом вчера – и начался забег с фешенебельных магазинов одежды. И кто упрекнёт? Ауродий ещё как-нибудь сделаю – пусть для такого захода пришлось целый день изматывать себя тренировкой и удалось то создать маленький перстенёчек – без разницы. Без Разницы! Вереница пакетов с покупками поплыла за мной, на глазах у удивлённого таксиста. Им был человек, не дроид. Дроид был только его помощником. Весело насвистывая, я зашёл в храм, сориентировавшись – до моей комнаты идти отсюда довольно далеко, но это ничего. Я не сильно устал, чтобы отказаться от небольшой прогулки.

Удовлетворил наконец-то страсть женской половины к нарядам и развлечениям. И ещё купил что-то общее, для нас обоих. Мужская часть пока спала и видела десятый сон, будет подарок самому себе от самого себя. Когда проснётся.

Войдя в комнату, не застал в ней слитков бескара – значит, их уже прибрали. Вход в комнату был только у йоды, а это значит – Бескар ушёл по-назначению. Впрочем, это меня сейчас волновало в последнюю очередь. Когда дверь за мной закрылась и была зафиксирована через Деос, на кровать полетели все сумки с одеждой и аксессуарами.

Некоторые одежды можно было назвать легкомысленными или даже излишне вызывающими, некоторые – крайне практичными. Некоторые были унисекс, некоторые мужские, некоторые женские. Некоторые, излишне цветастые моды, были мною отвергнуты – потому что отличались они очень сильно. Понравился простой строгий чёрный костюм, накидка из ткани, а для легкомысленного поведения подошёл чёрный костюмчик – очень узкие штаны из тянущейся кожи какого-то животного. Такой же верх – закрывающий только спереди, до груди, открывающий талию, плечи. А для более классического поведения – корсет из кожи, ржаво-красная накидка-плащ, белая сорочка под корсет, высокие сапожки с бронзовыми пряжками. Похожие пряжки на корсете. И ещё пара женских платьев, более подходящих для вечеринок, завных ужинов и тому подобного.

Вот средний вариант – тот, что с пряжками, мне понравился более всего. Он удобен, утилитарен, при этом не лишён шарма, не дешёвка и не слишком дорогой, подчёркивает утончённость фигуры и стройность ног.

Причина, по которой я так зациклился на этом, была очевидной - любое существо, обладающее пассивной эмпатией, будь то Анг или Джедай, постоянно чувствует реакцию на себя от других. Я бы хотел посмотреть на лицо человека, который от всех встречных выслушивает мнение о своей внешности. Да он бы стал самым зацикленным на ней! Потому что даже если один человек честно выскажет - уже неприятно бывает, а если все? Во-во.

Джедаи вышли из ситуации более просто - они просто таскают балахоны. Все как один, и им хорошо. Однако, у меня такого пристрастия к мешковатой одежде не наблюдалось. Наоборот. Что же до женской половины - ей признание окружающих было важнее всего. Хотя и мужская была с ней в этом полностью солидарна. Да и встречают по одежде, и пусть джедаям с их философскими медитациями всё это безразлично - про меня такое сказать нельзя. Этим я примерно походил на среднестатистического аристократа в галактике - нет, не выходил за рамки обычного, просто внимательно следил за внешностью, чтобы не пришлось чувствовать себя неуютно, чувствуя негативную реакцию от окружающих.

Эта реакция - самый сильный наркотик, который только бывает - приятно чувствовать, что на тебя смотрят с восхищением. Завистью.

Пока что юных джедаек обольщать я не сподобился, разве что одну из агрокорпуса, да и та очень скромно выражает свои эмоции. Но какие мои годы - ещё успеется. Когда-нибудь. Потом.

10. Тренировка

Было только одно место для тренировки. И это место – Храм. Просто потому что у него хранилась вся информация об ордене джедаев. Все стили фехтования и все применяемые ими методы обучения. Храм мог обучить меня фехтованию на этих светопалках намного лучше, чем даже Йода. Это было немного нечестно по отношению к простым смертным… но я то с этим ничего не мог поделать.

Наша раса жила так долго не в последнюю очередь из-за особого строения нервной системы. И славилась она невероятной грацией и ловкостью движений. Просто там, где нервная система низших существ тупит и работает невпопад – у нас врождённая ловкость акробата, и с веками она становится только совершеннее, угасая лишь спустя десятки тысяч лет. Воины развивали ловкость и силу, но для сражения с низшими существами хватало и тех, что были у каждого из нас.

Строение нервной системы это ещё не всё, далеко не всё. Но в целом – я бы сказал, что в ближнем бою оно имеет решающую роль. Оно позволяет доминировать над более примитивными существами, используя трюки и финты, недоступные для них. Рукопашный бой в стиле империи ангов – использует все особенности нашей расы.

Поэтому нет идиота, который пошёл бы в бой против Анга в ближнем бою – кроме разве что инсектоидов, не имеющих ни страха, ни разума. Попили же нашей кровушки одно время чёртовы жуки, но времена меняются. Джедаи, благодаря своей связи с Силой, обладали некоторыми схожими чертами – сверхреакцией. Та, что присуща каждому Ангу от рождения – пусть они и развивали её тренировками, но тем не менее, реакция джедая мало чем уступала моей. И ловкость джедаи тренировали – им не хватало двух вещей, чтобы сравняться с воином-ангом полностью. Нервной системы и скорости движения.

Хотя они умели ускоряться с помощью Силы, но тем не менее, им не хватало грации. Грации кошачьего племени, которому мы сто очков вперёд могли дать. Я замечал за окружающими странные взгляды, когда мне приходилось делать какие-то сложные движения. Например, вчера, когда я одним движением развернул и надел плащ, продавщица-твилечка восхищённо похлопала круглыми глазами. Я записал это на счёт самого плаща, но сейчас подумав, вспомнив, это был тот ещё акробатический финт, который обычно только в театре показывают, когда хотят подчеркнуть крутость героя.

Ладно, это всё пустое.

Лестницу в Храм замаскировали и закрыли панелью стены, так что мне пришлось пройти прямо сквозь неё. К сожалению, я не умею поддерживать это нематериальное состояние долго, несколько секунд, но этого вполне хватает, чтобы пройти сквозь закрытую дверь или стену. Если они не обладают энергией деоса.

Долгий спуск по лестнице я сократил самой обычной левитацией. Забыл я что-то про неё – заскучал. Левитация так же, как и всё остальное, расходует мой запас сил, и так же, как и всё остальное, позволяет его развивать. Спустившись по длиннющей лестнице довольно быстро, я вышел к Храму, и направил стопы прямо к ближайшей поверхности.

– Ты опять пришёл, юный Анг, – раздался голос храма, когда я с ним поздоровался.

– Да, я пришёл. Храм, у меня есть необычная просьба. Научи меня махать светопалкой как эти джедаи.

– Научить? – он, казалось бы, был ввергнут в ступор, – каким образом?

– Ты же наблюдаешь за всеми, кто был в ордене. За всеми джедаями и мастерами. Наверняка у тебя самая полная коллекция знаний о фехтовании.

– Ты прав. Что ж, это не выходит за пределы твоих полномочий. Вижу, ты стал немного сильнее с нашей последней встречи? Упорные тренировки?

– Да, – я вздохнул, – я всё ищу способы стать сильнее.

– Сила лишь часть общего. Стать искуснее – вот в чём проблема.

– Это приходит с опытом применения Силы.

– Нет, это приходит с опытом решения задач, для которых грубое воздействие невозможно.

Внутри храма ничего не поменялось. Я зашёл и сел на ступеньку перед ядром. Он помолчал некоторое время, потом сказал:

– Я могу скомпилировать уроки и знания о стилях фехтования джедаев. Но высшие существа отличаются от джедаев во всём. Их фехтование напрямую связано с Силой. Они усиливают свои симбиотические связи, становятся ближе с Силой, и взаимодействуют с ней, двигаясь не только по велению разума, но и повинуясь своим инстинктам и доверяя деосу.

– Это похоже на стиль боя мачу-ино.

– Похоже. Этот стиль так же использует предвидение во время боя. Однако, твои физические способности, ловкость, сила, скорость, умения Силы, умения по взаимодействию с деосом, особенно верхним планом, делают стили фехтования джедаев практически бесполезными для тебя. Сам стиль – это лишь набор определённых движений, не более того. Джедай сражается, синхронизируясь и сливая свой разум с Силой, становясь единым целым с ней. Ты тоже можешь это сделать, но я бы не рекомендовал.

– Понятно… Хм… и что тогда делать?

Храм некоторое время подумал.

– У меня недостаточно полномочий, чтобы советовать. Решение принимаете вы, юный Анг.

– Тогда я просто буду использовать световой меч и пассивное предвидение. И дальше… будь что будет. Положусь на интуицию и собственные физические особенности.

– Очень хорошо. Я могу создать симулякрум знаменитых джедаев-фехтовальщиков прошлого, чтобы ты смог насладиться спаррингом с достойным партнёром.

– Хорошо. Кого посоветуешь?

– Мастер-Джедай Реван отлично подойдёт. Подтверждаете?

– Ладно, только не будь слишком настойчив поначалу. Мне не хочется лишиться головы.

– Я не буду использовать опасные симуляции. Это противоречит моим императивам. Начинаю симуляцию.

Мир вокруг померк, пространство внутри храма пришло в движение. Вспыхнули многочисленные стигматы и насыщенные деосом слова, выгравированные внутри на храме. Пространство внутри разгладилось, пол посветлел, и через мгновения – стал почти как тренировочный зал. Передо мной завис учебный световой меч. Это лишь симуляция, конечно, но не иллюзия. Симуляции такого уровня – это нечто более совершенное.

Передо мной оказался человек, на вид, по крайней мере. На лице его была маска, одет в стандартную одежду джедаев. Он активировал свой световой меч и бросился в атаку. Мне пришлось резко отступить в сторону, и использовать пассивное предвидение, чтобы избежать его атак. Враг набирал обороты – вскоре мне пришлось активировать свой меч и отмахнуться от его удара.

Движения врага были чрезвычайно лаконичны, точны, и мало чем отличались от движений анга – ловкость и сила, скорость и реакция, всё было на самой высоте. Я почувствовал от него Силу. Да, это был опытный воин. Не какой-нибудь проходняк, такой наверняка должен был оставить большой след в истории.

Реван ловкими движениями атаковал меня, пришлось отбиваться и уклоняться. Действовал же я скорее по наитию, но быстро взял себя в руки. Фехтованию учиться надо, а не ерундой страдать.

– Давайте начнём с азов, – попросил я, – стойки, движения, и так далее.

– Как пожелаешь, – раздался голос из под маски, – дважды повторять не буду. Не выучишь – получишь световым мечом…

* * * *

Один из небольших плюсов обучения внутри Храма – заключался в том, что можно было заниматься этим довольно долго. Как я и говорил – Храм был источником энергии Деоса. А все мои физические и многие умственные способности подпитывались Деосом напрямую. Я тоже симбионт, если так подумать – просто другого порядка. Поэтому внутри храма я чувствовал себя свежим и отдохнувшим всегда, сколько бы ни трудился.

Первая тренировка прошла в поисках собственного пути. И я думаю, мне удалось нащупать – использование характерных приёмов рукопашного боя Ангов в сочетании с ударами и отдельными движениями из стилей боя на световых мечах. После шестнадцати часов спарринга, я более-менее нащупал основной мотив и храм поднял силу противника едва ли не вдвое. Стало совсем не до шуток – Реван был тем ещё… монстриком.

Движения боевого искусства ангов так же должны быть подсознательными, как и стиль боя на световых мечах. Это быстрый стиль, требующий задействования всей грации и ловкости, с текучими и перетекающими с места на место движениями, переходящими из жёсткой защиты в стремительную атаку. Едва ли меня можно назвать прилежным учеником, но за счёт своих физических способностей, мне удавалось уйти от стремительных ударов светового меча оппонента. До тех пор, пока Храм не сделал его едва ли не вдвое мощнее, чем есть сейчас – я с трудом смог отбиваться – кое-что в процессе боя перенял у противника. Его манеру бить и защищаться, контратаковать. Соединив её с контратаками из собственного боевого искусства.

Долго длился наш спарринг – я получил много ударов, будь они настоящими – были бы смертельными. И все – во второй половине спарринга, в первой – лишь слегка напрягся. Мне пришлось напрягать и свою способность пассивного предвидения – в сочетании с двойным разумом, чтобы предвидеть атаки и намерения противника.

К концу спарринга, несмотря на физическую и умственную бодрость, морально я себя ощущал выжатым досуха – у меня уже не осталось душевных сил, чтобы продолжать.

– Всё, на этом хватит, – объявил Храм, – тебе следует отдохнуть. Приходи завтра.

– Хорошо. Завтра так завтра…

11. Бескаровые заклёпки!

Световой меч… Довольно занятный вид оружия, с большой историей, которое стоит всегда рассмотреть подробнее. Мне было интересно всё новое. Это время давало мне нового столько – что полжизни буду изучать – и то не узнаю и половины галактики. Но… Исключим пока из этого изучаемого нечто локальное и сконцентрируемся на том, что распространено по всей галактике. На общегалактических моментах. Световые мечи не были таким моментом, но имели далёкую историю и встречались у многих пользователей Силы, не только у джедаев. Световой меч брал своё начало с ракатанских силовых мечей. А сами ракатанцы – паразитировали на технологиях гри и ква, которые в свою очередь в юности паразитировали на наследии моей расы. Оружие, использующее энергию деоса – это естественное для всех нас, ангов, тут даже думать не о чем. Оружие, пользующее энергию деоса, в свою очередь, было разным. Моя боевая одежда – броня, тоже может быть к таким отнесена – она черпает энергию в Деосе. Да и Храмы на том же стоят. Идея сформировать энергию деоса в клинок пришла задолго до того, как мы стали известны – вот только светового в нём ничего не было. Энергия деоса могла формировать лезвие, но оно имело свои нюансы и ограничения – и питалось напрямую от пользователя, вернее, через него, от деоса. Как это переделали гри и ква – одним им известно, но Раката немногое изменили в своих силовых клинках – только то, что извлекали для них энергию тёмной стороны. Похоже, это была такая придурошная раса, которой и судьбой было отмерено появиться и исчезнуть за свои грехи. Каноничный силовой клинок слишком сложен для понимания низших рас – он использовал кайбер-кристалл. Так его теперь называют – кристаллит – это уникальная штука, в общем-то. Это кристалл, тесно связанный с деосом, причём со всеми его планами одновременно. Он обладал природным свойством усиливать энергию с помощью деоса. Это был эфирный материал – один из множества таких. Кайбер-кристалл – дорогая и сложная штука, его огранка – тонкое дело, просто так это не сделаешь. Самые громадные кайбер-кристаллы, когда-либо найденные в галактике, послужили ядрами Храмов. Через них Храмы взаимодействуют с деосом. Но вернусь к истории – от Раката силовое оружие перешло к Джедаям, которые изготовили его примитивный аналог. Светопалку, питающуюся к тому же от внешних источников, но после усовершенствовали, добавив в рукоять светопалки сверхпроводник, который заставлял неиспользованную энергию циркулировать через энергоячейку – высокоёмкий аккумулятор с каскадом конденсаторов. Фокус был в том, что световой меч по сути являлся оружием Силы, тесно связанным с Деосом. Однако, в отличие от силового меча, он не питался энергией деоса от пользователя, а использовал свойства кристалла, насыщенного энергией деоса. Мечи не были одинаковыми и простыми – в зависимости от того, какой использован кристалл, они могли обладать уникальными свойствами, характерными только для них. Кристалл, как и металлы, имел собственную полярность в Силе. И эта полярность – направляла Силу определённым образом. К примеру – увеличивалось прорезание материи, или клинок было легче контролировать, или, что можно считать большой редкостью, клинок мог медленно лечить обладателя. Это опять же – свойство кристалла. Форма у световых мечей была самая разная – кто во что горазд. Короткие. Длинные. Двухфазные – с возможностью создать трёхметровое лезвие. С маленькими цилиндрическими рукоятями или длинными, силовые пики – с длинным древком и коротким клинком, двойные и так далее. Важно лишь то, что это оружие было действительно удивительным, и кроме форсюзера его вряд ли кто-то сумеет изготовить. То есть их нельзя скопировать промышленно или лабораторно, что позволяло джедаям, ситхам и форсюзерам вообще, использовать их монопольно. Я пересмотрел самые разные клинки в музее храма – там хранилось много мечей бывших мастеров, в том числе и несколько мечей от Ревана, который сам того не зная и не желая, стал моим учителем фехтования. Хотя за его маской скорее скрывается холодный разум Храма. Мне нужно было изготовить собственный световой меч, вот в чём беда. И сделать это было не так то просто – прежде всего из-за кристаллов. Собственно, сами кристаллы мне не были нужны, и я не ждал такого же единения с мечом, какого добиваются джедаи – у них это в порядке вещей, ведь они симбиоты. Однако, моё внимание привлекло другое оружие. Весьма любопытное. Это был силовой хлыст. Сделан он был из фрика – тоже устойчивый к светопалкам материал, имел форму четырёхметрового шнура с рукоятью. А его строение – особенно любопытно. Он представлял из себя гибкий световой меч, обволакивающий основание из фрика. Мне так полюбился световой хлыст, что я недолго думая, решил сделать себе такой. И пошёл к джедаям – у них наверняка должен был быть запас кристаллов. И правда – дроид-дворецкий направил меня к дроиду-квартирмейстеру, тот – к кладовщику, кладовщик – поворчав, выдал мне парочку ненужных кристаллов, и ещё посетовал, что на всех не напасёшься. Пропустив мимо ушей его ворчание, с коробочкой, я пошёл к себе в комнату, довольный своим предстоящим времяпровождением. И это времяпровождение – создание себе личного оружия… * * * * * Но перед тем, как сделать его по образу и подобию джедайского, я задумался – что можно улучшить в конструкции светового меча. Я уже даже представил примерно, какой меч хочу создать. Две не слишком широко распространённые конструкции, которые неплохо подошли бы для меня, учитывая мою особую ловкость и способность контролировать через деос окружающий мир. Посоветовавшись с Храмом, не смог получить от него ничего, кроме чертежей различных светопалок, которые мне пригодились только поразглядывать их. Запрыгнув к себе на кровать с ногами, я принялся творить – прежде всего – световой меч. У юнлинга сборка меча занимает год, и является своеобразным ритуалом, вроде приручения. Потому что они симбиоты, и светопалка для них – продолжение собственного тела. Однако, у меня несколько другие отношения с Силой. В чём-то лучше, в чём-то хуже. Хуже, пожалуй, только одно – выносливость. Джедаи не ограничены в использовании Силы, они не тратят собственных сил. Они симбиотически сливаются и их возможности ограничены только глубиной их собственного понимания и связи, тогда как у меня – есть выносливость духовная, и она расходуется. Поэтому в чём-то джедаи лучше меня. Но всё равно, я бы не променял свои огромные возможности на эту связь, которая ещё и опасна к тому же. Сосредоточившись на конструкции, я создал энергоячейку по известным чертежам. Обычная энергоячейка, ничем непримечательная. Дальше пошло дело за кристаллом… Главная часть меча. Как нетрудно догадаться – кристалл можно было улучшить. Было бы странно иное – ведь кристалл это эфирный объект, имеющий собственные свойства, словно металлический самородок. Его всегда можно очистить, усовершенствовать, придать форму и огранку… Кристалл был наполнен нейтральной Силой, те два зелёных кристалла, что я получил, не отличались чистотой и качеством, и их можно было назвать дрянными. Минимально-годными для светового меча. Сила в них была слабо выражена – они имели слабую связь с Деосом. Но я мог накачать их энергией деоса, изменив и улучшив, нужно только немного потерпеть и попотеть. Чтобы кристаллы не брыкались в процессе использования, я не стал использовать в них светлую сторону, тем более, что она и так не подходила, и использовал нейтральную энергию срединного плана деоса – не низшего. И… потратив некоторое время, достиг определённых успехов. Мутный зелёный кристалл приобрёл чистоту и блеск. Следующим шагом стало изменение его структуры. Это было самым сложным делом. Структура кристалла определяла его всё. Энергию, свойства, ценность. Те, что мне дали – имели немного неправильную форму – это нужно было исправить, но для этого – вмешаться в строение его кристаллической решётки. И правда, решётка была кривая и косая, относительно огранки. И его явно требовалось перестроить. Именно этим я и занялся, придав ей геометрически-правильное направление и структуру. Получившийся кристалл был нежно-лиственного зелёного цвета, полупрозрачным, правильной формы восьмиугольника, заострённого на концах. Сборка механической части меча – это ерунда – пальцами щёлкнуть. Простейший механизм, пусть и по меркам галактики не слишком – там же были ещё различные элементы конструкции. Сфера циркуляции энергии, сфера модуляции, энергетические затворы и так далее… Это всё очень любопытно, но заняло меня не более чем на пять минут. По сравнению с кристаллом – это детский лепет. Установив все части, я принялся за рукоять, всё-таки это самая видная часть. Классические световые мечи, похожие на стальной цилиндрик непонятного назначения, мне претили чисто эстетически. К тому же мне нравились длинные рукоятки, для обоих рук. Они довольно удобные, раз уж на то пошло, хотя не так компактны, но гораздо удобнее для использования моего стиля боя. А используя свои физические возможности, я бью немного сильнее, чем того ожидает противник. Длинная – это примерно втрое длиннее обычной, двуручная рукоять. Материал для неё долго искать не пришлось – бескар отлично подходил. Плюсом было ещё и то, что такой световой меч вообще можно не включать, чтобы огреть им по голове противника – бескаровая палка примерно такой же длинны, как моя рука от локтя до плеча, сама по себе грозное оружие, которым можно крепко кого-нибудь отдубасить. Единственное но – сделать её более элегантной, нежели это принято в ордене джедаев, с оплёткой. Без выступающих частей, которые вполне можно спрятать внутрь. Ради изготовления оплётки я скопировал свои штаны – те, что обтягивающие, из эластичной кожи, и нарезал из них ремешки, накрутив их на рукоятку и зафиксировав самым обычным клеем. Совершенствование конструкции на этом не закончилось – система рециркуляции энергии это хорошо, но было бы ещё лучше, если бы меч можно было подзарядить напрямую через деос, используя стигмат. Необходимый мне подсказал мой голокрон, а дальше я провозился с его правильным нанесением некоторое время. Муторное это дело, после нанесения я чувствовал себя выжатым. Его нанесение – это сложная техника, требующая внимания, умения, концентрации. Чуть не свалившись снова от переутомления, я решил пока сделать перерыв и вернуться завтра. А пока вздремнуть, на этот раз нормально – без полусна-полубодрствования… * * * * * * Как же я быстро устаю! Расширение собственных сил – это самое главное в моей жизни. Потому что я умею многое. Создавать ауродий из воздуха, летать, стрелять молниями из рук, да что угодно, но есть один нюанс… Это всё не бесплатно. Сделал что-то – вот уже и часть собственных сил израсходовалась, и будь добр восстанавливайся. Более эффективного способа тренировки, чем постоянно восстанавливаться с помощью Храма – не существует, но… Мне всё равно, ВСЕГДА и ОЧЕНЬ СИЛЬНО не хватает запаса сил. Такое ощущение, что запас сил – это некие карманные деньги, которые даны на день – и можешь делать что угодно, но у них есть свойство заканчиваться. Мне пришлось сконцентрировать все свои силы, всё, что я только мог, на одной задаче – как можно быстрее расширить собственный запас энергии, доступной в течении дня. И измерял эту энергию я созданием Ауродия. Этот драгоценный материал стал неким мерилом. В моей комнате появились точные весы, которые и отображали результат трудов – выжав себя досуха, я создавал слиток ауродия, кидал на весы и смотрел. Тридцать один грамм. И этот прогресс – за три месяца упорных трудов. Я забыл про всё на свете. Джедаи, наверное, решили, что дело не к спеху. А я и не спешил – прошёл месяц, другой, третий, а я тренировался упорно, каждый день создавал бескар. Самой же полезной в плане тренировки вещью было не создание Бескара, а использование стигматов. Их нанесение – чрезвычайно сложный процесс. Это требует концентрации всех сил, знаний и умений. Мой полусонный вид стал обыденным для всех, кто меня знал – я заодно познакомился с некоторыми джедаями в Храме. Такими, например, как тренер боя на световых мечах, кладовщик, и юная девушка из числа джедаев-агрономов, с ней я пересёкся случайно. И судя по её эмоциям и лицу, мне удалось произвести на неё впечатление. Звали её Дайла – мы изредка виделись, она рассказывала про свой агрокорпус, ну а я не мог открыть правду о своей работе, лишь тренировался. Милая розовощёкая, но низкорослая девушка любила потрепать меня по голове. Мне нравилось. Давненько я её не видел – приполз в свою комнату буквально из последних сил и в одежде рухнул на диван. – Мэм? Могу я посоветовать вам освежающий душ и тёплую постель? – рядом появился мой дворецкий, я его звал просто J-1, или Джей. Джей не имел ничего против такого именования. Я не совсем понял, как он всегда безошибочно определяет, кто перед ним. В том смысле, какое сознание спит, а какое бодрствует. – Я не могу. И как ты определяешь, в каком я состоянии ума нахожусь? – Очень просто, мэм. Когда вы склонны считать себя юной леди, ваша походка имеет больше движений бёдрами. Я полагаю, это инстинктивное. – Срань, – я повернулся на диване, – буду спать здесь. Потом разберусь. – Как вам будет угодно, – мне на плечи легло одеяло. Джей немного изменился в последнее время. Его корпус – я сделал его из бескара. И подвижность изменилась в правильную сторону. Наконец, отключился полностью. Эти три месяца не прошли для меня даром – но пролетели как один миг. Я изматывал себя и восстанавливался, и так раз за разом. Создавал металлы и изделия, и продолжил историю со своими световыми мечами. Я продолжил работать над кристаллами, не ограничившись лишь простой очисткой и огранкой. Спешить было некуда, а для тренировок, Храм создавал симуляцию светопалки, меча или хлыста, какие мне были нужны. Должен заметить, что хлыстом управлять намного сложнее, но если объединить это с моей врождённой ловкостью и скоростью, то это оружие раскрывает весь скрытый в нём потенциал, который нельзя открыть простому существу. Все низшие существа называются так, не потому что они неполноценны, а потому что их возможности, как правило, ограничены биологически. То есть они вполне нормальные, полноценные, замечательные существа. Но не выходят за пределы. Не нарушают законы природы. Высшие существа с помощью связи с Силой, являются трансцедентными существами, превосходящими законы природы. Так же, как эфирные металлы и материалы, превосходят свои простые аналоги, ограниченные законами химии и физики, так и высшие существа превосходят своих собратьев, ограниченных простой биологией. Можно сказать, что между Бескаром и Ангом гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд. Джедаи, по нашей классификации так же являются трансцедентными существами. Превосходящими свои биологические возможности. То есть я среди них – дома. Среди своих. Успокоившись этим, я спал крепко. И проснулся с большим трудом. Ну как с трудом… Едва я разлепил глаза, поднявшись на диване, пожелал стащить одежду и сотворил себе новый костюм. Пока я переодевался, отдал должное многочисленным достижениям спортивной одежды в галактике. Специальные костюмы для спортивных упражнений были удивительно комфортны. Именно такой я и одел – простой чёрный костюм из эластичной ткани, такие же брюки, кажется, их звали леггинсами, и не успел закончить, как в комнату вплыл Джей с подносом, на котором стоял графин и чашка ароматного и бодрящего напитка. – Доброе утро, сэр. Вы хорошо выспались? – Более чем. – Я беспокоился, что неудобное положение помешает вашему комфорту, – признался дроид. – Ничуть, – отпивая горячего бодрящего, я потянулся всем телом, – ох, хорошо то как. Долго я спал? – Около девяти часов, сэр. – Превосходно. – Пока вы спали, заходил магистр Йода, – вдруг сказал Джей, – господин магистр был удивлён тем, что вы изволили отдыхать и пожелал встретиться с вами. – Йода? – удивился я. Все начальники разделяются по величине проблем, которые они могут создать. И Йода был слишком большим начальством, чтобы решать рядовые вопросы рядового джедая. Магистр был тем ещё… Йодой. Болтать лишний раз он не любит, зато вполне любит сбагривать проблемы на плечи других. Поэтому лично с Йодой поговорить – это та ещё задача. Я ожидал, что по любым вопросам, такой как Йода, пошлёт любого знающего меня мастера. Хотя бы того же Кита Фисто. Магистр редко когда заходит лично. – Что-то случилось? – Не могу знать, сэр. – Может быть в республике настал очередной кризис? – Насколько я могу судить из сообщений информационного агентства республики – на данный момент кризисная ситуация развивается не более, чем обычно, сэр. – Тогда это что-то неизвестное, – вздохнул я, – Ладно, я схожу к Йоде и узнаю. – Магистр попросил меня передать вам, что желал бы встретиться с вами через неделю, в выходной день, вечером. – Правда? Это упрощает дело. Сегодня я был в хорошем настроении. Для хорошего настроения существовали условия, но не существовало причин. Я выспался, мой разум работал на удивление плодотворно, так, как и должен, и я воспринимал мир правильно. Сегодня был замечательный день, и самое то – чтобы позволить себе отдых. Долгое время я изматывал себя, однотипными тренировками. Сегодня же захотел сходить на стоянку. Мной завладела идея сделать себе космический корабль. Пусть он даже не будет полнофункциональным, небольшая яхта, тем не менее, сама идея очень привлекательная. Ведь не буду же я сидеть в ордене вечно? Рано или поздно, мне придётся куда-нибудь слетать. Хотя бы из собственного желания. Я сходил в ангар со старыми кораблями. Гораздо проще строить корабль не с нуля, а взяв за основу какой-то старый проект, и переделывая его под себя, шаг за шагом. И так до тех пор, пока он не будет удовлетворять меня полностью. Когда-нибудь, я сумею создать корабль моей расы, но пока этого не сделано… Что ж, пока этого не сделано – нужно все силы вложить в создание корабля. Таково было моё решение неделю назад, и я заказал доставку до ангара храма корабля, который должен был стать основой для будущего изменения. И вот, корабль доставили. Сообщение пришло мне на браслет, и я пошёл в ангар, посмотреть на свою покупку. Это был кореллианский корабль HWK-280 – красивый, серии «Ястреб», космический корабль, относительно небольшой. Всего тридцать метров. При своих небольших размерах, он не имел дефлекторов и серьёзной брони. Говорили, что это судно по своей маневренности превзойдёт все гражданские суда и может потягаться с военными, даже с истребителями. Не на равных, но всё же. Он был красив. Я любил красивые вещи – парень во мне истекал слюнями при виде своего собственного корабля. Кстати, стоившего весьма умеренно – сто шестьдесят тысяч. С учётом доставки от Кореллии прямо до Корусанта. Корабль стоял в ангаре для старой техники, который частично расчистили дроиды-грузчики. Я уверенным шагом направился к нему – он выглядел так, что мне хотелось немедленно подняться на борт и взлететь. Острый нос, два крыла, два вертикальных крыла, в которых скрывались двигатели. Я нетерпеливо подошёл ближе и приложил руку, почувствовав, что это неиспользованный, мой собственный, хороший корабль. На нём не было следов использования, как на других кораблях – он выглядел так, словно его только что развернули из упаковочной плёнки, блестел своим бортом. Ммм… А его строение? Я извлёк эссенцию и задумался ненадолго, поняв, что имею перед собой. Реактор. Один гипердвигатель второго класса, разработанный специально для кораблей серии HWK. Мощные двигатели, способные тянуть его даже с перегрузом или грузом на внешней подвеске. Удобные места для экипажа – комфорт поставлен на первое место. Это совсем не то же самое, что производится для бедных торговцев, ищущих что подешевле. Собственная компьютерная система, так же разработанная специально для кораблей этой серии, уникальные и двигатели, родственные серии YT, но более мощные и двойные, за счёт установки не поперёк корпуса, а во внешние гондолы. Превосходно. Дефлекторов нет, оружия нет. А для корабля это всё-таки важно, но пожертвовав частью трюма, можно установить. Но… я не собирался жертвовать трюмом. Осмотрев корабль изнутри, убедился, что всё на месте. Что ж, теперь я создам корпус из бескара и ноктилита. Металлы неплохо дополняют друг друга – Бескар отлично подойдёт не только для корпуса, но и для набора. Тогда как Ноктилит – для внешней брони. Потом – нужно заменить источник питания. Плазменный реактор это замечательно, но нейтронный, как у моего стража – будет на порядок компактнее и несколько мощнее. Дефлекторы придётся установить, без них никак. Но поставлю генератор щита вместо топливных баков, они будут уже не нужны. Гипердрайв тоже придётся сменить. Вообще, забавная эта штука – гипердрайв. Она отдалённо имеет нечто общее с гипервратами, которые изобрела моя раса и использовала сначала как отдельные устройства, потом в составе Храмов. Но гипердрайв перемещает сам корабль. И он несравнимо проще, но его физические принципы мне понятны. Думаю, если я постараюсь и проконсультируюсь с Храмом, смогу сделать достаточно долговечный и быстрый гипердвигатель, который будет получше кореллианского. Вооружение – несомненно. Но поскольку оно нелегально – придётся немного покривить душой и воспользоваться полномочиями джедаев. И сделать самому. Хотя бы несколько, чтобы отстреливаться, случись нужда. Что ж, мне понадобится – десять тонн бескара, шестнадцать тонн ноктилита, и ещё целая гора времени на изготовление всех деталей, включая нейтронное ядро реактора. Я никуда не тороплюсь, но даже по самым скромным прикидкам – эта работа растянется на годы. Ведь нельзя просто на скорую руку переляпать одно в другое, это долгий и муторный процесс, требующий продумывания каждой мелочи, подгонки измененённых деталей, инженерных расчётов. Особенно замена ядра и гипердрайва. Грустно вздохнул. До сих пор я могу создать около двухста килограмм бескара в сутки – даже если ничем кроме этого не занят. А если учесть необходимость не просто создавать, но и обрабатывать, и вообще, прочие расходы… сто килограмм в сутки максимум. Или даже меньше. Почесав подбородок, я покинул корабль, оглядев его ещё раз. Что ж, буду улучшать его по мере сил. Постоянно.