Эпоха Опустошителя. Том VII
Глава 1. Нет границ дозволенного...
Зал оценки.
Несколько секунд назад…
Сами того не осознавая троица глав и Изувер с Несмертной практически вплотную подошли к проекции и с жадным видом наблюдали за яростной бойней двух отчаявшихся зверей, пока голубокровная молодежь столпилась у них за спиной и с не меньшей озабоченностью наблюдала за схваткой.
– Глядя на них моя старая кровь начинает кипеть, – взбудоражено прокряхтел глава дома Аванон. – Один другого стоит.
– Боюсь, что нет. Ты не прав, Хаймон, – заинтриговано усмехнулся Пепельный Король. – Присмотрись внимательно! Мальчишка не использует клинок деспота. Он почти не использует сковывающую магию, которой славился на Севере. Он идёт напролом, будто… обезумевший.
– Маленький демон! – радостно фыркнул Данакт. – Да-а-а-а-а… Я так и знал. Чувствовал!
– Малец сдерживался на оценке, – догадался тотчас Аванон с загадочной улыбкой. – Полоумный шельмец! Вздумал нас обмануть.
– Заманил судью в ловушку, чтобы прилюдно расправиться, – злорадно отчеканил Леонел, а после восторженно посмотрел на невозмутимых Хаззаков. – Несмертная, Изувер, преклоняюсь перед вашими преподавательскими методами. Вы умудрились вложить в парня свой талант и силу.
– Благодарю вас, владыка Иан, – с тщательно скрытой нервозностью кивнула Имания. – Но мальчик сам по себе настоящий уникум. Мы практически ничего не сделали.
– Именно поэтому я очень надеюсь, что вы и Данакт не будете против, если он погостит немного в Ианмите, – настоял на прошлой просьбе Пепельный Король, весело подмигивая сыну. – Его помощь будет как нельзя кстати.
– Хитрый старый лис! – расплылся в хищной усмешке Дракон Ксанта, невольно скосив взор на напрягшуюся после услышанного дочь. – Хочешь собрать все сливки в преддверии Великой Сотни? Вновь желаешь обскакать… – но владыка вдруг оборвался на полуслове и громко расхохотался. – Ха-ха-ха! Именно так, малец! Прикончи иерихонскую шваль!
– Поздравляю, мой друг, – удовлетворённо хмыкнул Бастион, изображая скупые аплодисменты, ведь до смерти Наказующего оставались крупицы мгновений. – Юнец хорош. Очень хорош. Думаю, Илай тоже не отказался бы от такого спарринг партнёра. К тому же теперь, как я понимаю, он станет частью основной ветви Ксанта?
Данакт вновь расплылся в кровожадной усмешке, предвкушая скорую расправу. Даже Кайса необычайно близко подошла к отцу, чтобы в подробностях оценить навыки вассала. В какой-то миг лицо Данакта разгладилось и тот с видом победителя повернулся в сторону давней противницы.
– Ну что, сумасбродная тварь? – обнажил Дракон зубы в едкой усмешке, наблюдая за мрачной Ветроносной. – Так и быть я верну его голову Азаиху как выпадет время.
– Видят Небеса, аххеский вахлак, ты рано радуешься, – удрученно скривилась Аэрия, взглянув чуть правее. – Боюсь, тебе не понравится, как всё закончится.
За взглядом женщины глазами проследовал не только Данакт, но и все присутствующие. Даже увлеченный битвой Аннак невольно покосился в указанную сторону и тотчас пришел в невиданную доселе ярость.
– А НУ ПРОЧЬ! КАК ТЫ ПОСМЕЛА?!
– СТАРАЯ СТЕРВА!
Сразу несколько слаженных воплей владык Аххеса разнеслись над сводами зала, но громче всех надрывался Аннак.
– НЕТ! – раненым вепрем заорал ректор, прибегнув к магии огня и пытаясь остановить гранд-инквизитора. – НЕ СМЕЙ!!!
Вот только всё случилось слишком быстро. Ослепительная вспышка света озарила всю практическую зону. Пламя и свет схлестнулись будто бы в решающей битве, но той самой битве не суждено было состояться.
С громким треском пространственная арка оказалась разрублена на несколько частей золотистым клинком деспота. На глазах у присутствующих два окровавленных тела вывались из подпространства в реальный мир, и в мгновение ока очередная вспышка света разделила двух сражающихся разумных, разбросав их в разные стороны.
– ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, СТАРАЯ БЕСТИЯ?.. – свирепо загорланил Матиас. – СОВСЕМ СБРЕНДИЛА?! ДА Я ЖЕ ТЕБЯ…
Впрочем, у него на пути с невероятно скоростью образовался отряд инквизиторов. Уничтожить свору цепных псов старику ничего не стоило, но холодный голос Иворы Фиан подобно грому разлетелся во все стороны.
– Посмеешь хоть пальцем тронуть моих людей и завтра у врат будет сотни инквизиторов! Обещаю тебе, я найду к чему придраться! Отступили или станет только хуже!
Женщина говорила громко, но весьма бережно поддерживала за плечо окровавленного судью, который норовил вот-вот умереть или того хуже свалиться в обморок. Ведь без помощи родной бабки тот не смог удержаться на одной уцелевшей ноге, а единственное, что он смог выдавить было всего одно слово.
– За… чем?..
– Поучи еще меня! Как-никак ты сын моей покойной дочери! – невозмутимо скривилась старушенция, будто испробовала лимон на вкус.
За спиной у Аннак тотчас сформировались три силуэта владык Аххеса, которых он остановил взмахом ладони, а во главе инквизиторов объявилась ликующая Ария Ветроносная. Битва Опустошителя Мергары могла в любой момент вылиться в битву между мастодонтами Альбарры. И не факт, что наблюдающий Север остался бы не у дел.
– Говорила же, что тебе не понравится, как всё закончится, вахлак, – злорадно промурчала зверородная.
– ТЫ СОВСЕМ ЗАРВАЛАСЬ, ИВОРА ФИАН! – зарычал злобно Дракон Ксанта, не обращая внимания на выпад женщины никакого внимания. – ГДЕ ТВОЯ ЧЕСТЬ? ГДЕ ТВОЁ…
Данакт резко прервался, ведь до ушей собравшихся донесся утробный и мучительный кашель с отчетливыми свистящими нотками. Все как один посмотрели в том единственном направлении, а несколько присутствующих женщин тотчас обомлели и нервно сглотнули.
Залитый кровью черноволосый парень, опираясь одной рукой на проломленную стену, а второй держась за горло, извергал из глотки обильные сгустки крови и куски собственной плоти. Из-за подлого удара гранд-инквизитора грудь юноши напоминала ярко-алую распустившуюся Аронтирскую розу. Одежда обратилась лохмотьями и насквозь пропиталась кровью. Деспот хоть и выглядел словно мертвец, но глаза его пылали жгучей ненавистью и неконтролируемым гневом. Он не сводил взгляда с Ивора и Норона Фиан.
– РАНКАР! – вскрикнула встревожено Имания, бросившись на помощь племяннику, но всего на пару шагов её опередил Дэймон и со злобой оглянулся за спину.
– Считаешь, это правильно? – зарычал Хаззак. – Считаешь, я стерплю это?! СОВСЕМ ОПОЛОУМЕЛА?! – извечно спокойный деспот перешел на праведный крик.
– Если не хочешь войны с Аронтиром, то стерпишь, – сплюнула пренебрежительно Фиан. – Иначе тут сдохнут все!
– Ты смеешь… крутить хвостом и словами перед столькими… свидетелями? – просвистел пробитыми лёгкими парень, вклиниваясь в разговор и пронзая старуху обезумевшим взором. – Совсем стыд потеряла… сука?
– Если ты о владыках Аххес, то такие свидетели для меня не более чем пыль под ногами! – тихо рассмеялась сероплащница не обратив никакого внимания на прозвучавшее оскорбление. – В своих землях они правители, а тут всего-навсего достаточно влиятельные лица. Совет за мной, а не за ними. Тут я решаю кто умрёт, а кто будет жить! Тебе ясно, молокосос? Благодари, что жив остался!
– БЛАГОДАРИТЬ?! ТЕБЯ?! – яростно просвистел парень, пытаясь вырваться из рук Несмертной. – БЫЛ УГОВОР! И ТЫ НАРУШИЛА ЕГО! ГРАНД-ИНКВИЗИТОР НАРУШИЛА УГОВОР! ВОТ СМЕХУ-ТО БУДЕТ, КОГДА ВСЕ УЗНАЮТ…
– Я разрываю ваш никчемный «договор» с моим внуком. Да и если не ошибаюсь, никакого уговора не существовало вовсе. Имелась лишь неприязнь между двумя мальчишкам. Я была в своём праве вмешаться. Так что знай своё место, несносный щенок! – рыкнула раздраженно она. – Лучше проваливай прочь!
– Вот как, значит, делаются дела в Аронтире! Вот как всё… устроено! – истерично закашлялся юноша, вновь привлекая всеобщее внимание, а по подбородку у него обильно заструилась кровью, но его рёв разнесся над всем залом оценки. – ТЫ КУДАХЧЕШЬ О СПРАВЕДЛИВОСТИ И КАРЕ НАД ДЕМОНАМИ, НО ПОСТУПАЕШЬ БОЛЕЕ МЕРЗКО И НИЗКО, ЧЕМ САМИ ИНФЕРИЙЦЫ!!! ОНИ ХОТЯ БЫ НЕ БЬЮТ В СПИНУ, КАК ТЫ И ТВОЙ СУЧИЙ ВНУЧОК! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, ЧТО СОТВОРИЛ ТВОЙ ВЫРОДОК?! В КУРСЕ, КАК ПОСТУПИЛА ЭТА НИКЧЕМНАЯ МРАЗЬ С НИ В ЧЕМ НЕПОВИННЫМИ ДЕТЬМИ?! В ЧЕМ ВИНОВАТЫ БЫЛИ ОНИ, КОГДА ОН ИХ УБИВАЛ?! В ЧЕМ ИХ ВИНА?! ОТВЕТЬ, СТАРАЯ СУКА! В ТОМ, ЧТО РОДИЛИСЬ НА СВЕТ НЕ ИЗ ТОГО ЧРЕВА?! ИЛИ ИХ БЕДА В ТОМ, ЧТО ОНИ ВООБЩЕ РОДИЛИСЬ?! ИХ НЕКОМУ БЫЛО ПОЖАЛЕТЬ! НЕКОМУ ЗАЩИТИТЬ! НО КАК ТОЛЬКО ТВОЕМУ УБЛЮДКУ СТАЛО ПЛОХО ТЫ ТУТ ЖЕ ПРИМЧАЛАСЬ ЕМУ НА ПОМОЩЬ!!! – до хрипа в голосе надрывался Ранкар, а пробитое лёгкое рвалось из раскуроченной груди. – ЛУЧШЕ ОТДАЙ СВОЕГО ВИКИДЫША ПРЯМО СЕЙЧАС ИЛИ Я ЗА СЕБЯ НЕ РУЧАЮСЬ!
– Понимаю твоё негодование, гаденыш, – процедила сквозь зубы серая, едва сдерживая себя от роковых действий. – И я спущу это оскорбление в честь извинения перед академией и из-за того, что по ошибке вмешалась в оценку и в вашу битву с моим внуком, но заговоришь так еще раз со мной и закончишь жизнь очень жалким образом.
– Жизнью и смертью клянусь, старая тварь, ты поплатишься за то, что сделала сегодня! Я НАССУ НА ТВОЮ МОГИЛУ, КОГДА ТЫ СДОХНЕШЬ! А ТЫ… ИЕРИХОНСКАЯ ПАДАЛЬ, – вдруг бросил Ранкар изувеченному судье, вновь сплёвывая сгустки крови и плоти. – Подавись своей жалкой жизнью! Теперь она для меня ничего не стоит, ведь будет скоротечна! Помни миг этого позора, детоубийца! Помни пока еще можешь дышать! Помни и страдай! Пусть этот час снится тебе во снах! ВЕДЬ ИМЕННО ВО СНЕ Я КАЗНЮ ТЕБЯ, ОБМУДОК!
Норон едва ли мог что-либо ответить, потому как уже не различал реальность от вымысла, ведь сейчас он держался на ноге лишь из-за усилий бабки.
– ЗАКРОЙ СВОЙ ПОГАНЫЙ РОТ, НЕДОНОСОК! – рассержено завопила гранд-инквизитор, отчего по её телу заструились потоки света и передав тело внука инквизиторам, та угрожающе шагнула вперед. – Ты хоть понимаешь, кому смеешь угрожать?!
– СТАРОЙ СУКЕ, КОТОРАЯ НЕ ВИДИТ ГРАНИЦ ДОЗВОЛЕННОГО! – не остался в долгу юноша, а в это время его аура начала медленно расти и тот попытался сделать шаг вперед. – НУ ДАВАЙ, ПОЖИЛАЯ ПОТАСКУХА! Я ЖЕ СЕЙЧАС…
Что именно мог сделать сейчас юноша так никто и не успел узнать. Держась за грудь и заливая мраморный пол кровью, он попытался сделать очередной рваный шаг вперед и призвать на помощь силы. Причем его аура действительно разразилась новой волной мощи, но сзади к нему быстро приблизилась Имания и бережно положила целительную ладонь прямо ему на лоб.
Окровавленный и пошатывающийся парень сопротивлялся не больше пары секунд и, прежде чем отключиться, тот с какой-то обидой одарил тётку мрачным взором и отправился в окончательное беспамятство. Имания бережно подхватила племянника и уложив его прямо там, где он и стоял начала спешно оказывать первую помощь. Через секунду рядом с ней оказалась задумчивая Кайса, а через две подле стояла и Сиана.
– Ты хоть понимаешь, что сделала, Ивора? – угрожающе прошелестел Хаззак, медленно приближаясь к сероплащнице и встречаясь с ней глазами, но у него на пути внезапно появилась пятерка инквизиторов.
Будто бы всего этого было мало двери в оценочный зал распахнулась со звуком пешечного залпа и внутрь почти что бегом ворвались десяток судей ордена инквизиторов и пять полных отрядов бойцов в серых плащах.
– Подстраховалась, значит, старая карга! – сплюнул презрительно ректор, наблюдая за возникшими бедламом – Совсем стыд потеряла!
– У них был уговор, Ивора! – стоял на своём Хаззак. – Твой внук согласился! Мой воспитанник согласился! Но что устроила ты? Серьёзно ранила Ранкара и спасла свою кровь? Считаешь это справедливо?
– Не учи меня жизни, Изувер! – с толикой замешательства прохрипела старуха и не выдержав зрительного напора мужчина, резко отвернулась в сторону. – Я поступила так, как считала нужным! Ты бы на моём месте поступил также. Если хочешь, то брось мне вызов!.. Но не факт, что я приму его! Если хотите резни, то я могу её вам устроить! Потому как через полчаса здесь будет совет, а через час вы все падёте в неравном бою! Умру и я, разумеется, однако вы лишитесь всего! Хотите войны с Аронтиром? Так вперед! Я могу об этом позаботиться. Свято место пусто не бывает, – фыркнула насмешливо сероплащница. – Нетерпится увидеть, как отреагирует на такую ситуацию Север, Иерихон и Восток. Отправят ли они тогда войска на ваши земли. Будет ли существовать Аххес после смерти сразу трёх владык. И чего надумают сотворить ваши обереги?
– НИКОМУ НЕ ДВИГАТЬСЯ! – загремел голос ректора, который остудил пыл разошедшихся глав Аххеса, а его пламя заплясало по всему залу, но свой разъярённый взор он не сводил с гранд-инквизитора. – Ты ответишь за своё самоуправство, Ивора Фиан! – угрожающе рявкнул Аннак в спину удаляющейся пожилой женщине. – Ответишь очень скоро! И действия совета покажутся тебе детской сказочкой. Ведь ты разозлила лично меня!
– Буду с нетерпением ждать ваших действий, – невозмутимо хмыкнула Фиан, не думая оборачиваться. – Посмеете рыпаться и пока я буду дышать в Аронтир вам будет путь заказан.
– Знай одно, Ивора Фиан, – над залом внезапно разнесся голос сильнейшего владыки Аххеса и тот неторопливо зашагал вперед. – Ответ нашего пантеона будет ужасен! Ты нанесла нам несмываемое оскорбление. Сам не верю, что говорю это сейчас, но я подписываюсь под всеми словами, что произнес воспитанник Изувера в твой адрес. Ты перешла грань дозволенного. Нарушила все мыслимые и немыслимые правила.
– Правила? Грань? Я и есть те самые правила и грань, что оберегает Аронтир от смуты! И почему я сейчас отчетливо чувствую в твоей речи нечто… иномирное, Леонел?! – хрипло расхохоталась гранд-инквизитор, продолжая удаляться прочь. – Неужто ты меня сейчас пугаешь теми иномирцами, с которыми вы обмениваетесь знаниями? Жалкая попытка, Пепельный, очень жалкая. От кого-кого, но от тебя я такого не ожидала. Все считают Иерихон слабейшим пантеоном, но сейчас я вижу, что слабейший пантеон – это Аххес…
Доброй ночи, уважаемые читатели.
Как и всегда всех поздравляю с новым началом.
Как видите, паутина загадок, тайн, интриг, предательств и откровений сжимается лишь сильнее. И лишь Сущее ведает, что ждёт нашего героя дальше. Как он поступит? Что грядёт в будущем? Что случилось с сестрой Альяны? Как отразится данная ситуация на нашем Опустошителе? И в кого превратится Ранкар по итогу? Думаю, мы вскоре об этом узнаем. Ну а я в свою очередь всеми силами постараюсь не разочаровать вас и сделать всё, как можно интереснее. Само собой, через некоторое время вновь будут публиковать арты персонажей. Так что готовимся.
В остальном же...
Как и всегда...
Всех обнял, прижал.
Ну и не забываем лепить лайки, кому нравится начало.
Глава 2. Горькая правда...
Земля. Перекрёстный мир.
Российская Империя.
Москва. Первое кольцо.
Резиденция таинственного рода Лазаревых.
Неделю спустя после событий в Аронтире.
Ранний вечер…
Уже на протяжении двух декад резиденция Лазаревых стояла на ушах, но обстановка среди определенного круга лиц не была настолько светлой, как это могло показаться на первый взгляд. Однако надо сказать, что самыми мрачными во всём поместье являлись лишь двое мужчин. Зачастую, когда многочисленные гости отсутствовали в резиденции, то Бетал Каберский и князь Лазарев день ото дня засиживались до глубокой ночи, обсуждая нечто очень важное. Многим могло показаться, что о подобном осмелилась шептаться прислуга, но для них такое смерти подобно. Все слуги в доме находились на службе у хранителя Земли уже целое поколение и в их верности никто не сомневался, а некоторые трудились на благо рода и того больше.
Одним из таких людей был дворецкий – Терентий Урусов. Как ни крути, но служить столь могущественной личности, как князю Лазареву желали многие и благодаря его таинственным возможностям доверенные лица могли служить поместью еще очень и очень долго.
Порой в некоторые дела на вид молодой дворецкий, которому перевалило давно за шестьдесят, был посвящен в настолько страшные секреты, что некоторые не могли и помыслить. Именно он чаще всего наведывался к госпоже Инарэ и следил, чтобы супруга князя ни в чем не нуждалась. Он был одним из тех, кто засвидетельствовал рождение первенца этой уникальной женщины. И он был тем, кто видел беды, которые обрушились на данное поместье, а также воочию лицезрел страдания столь великих существ. Сам того не осознавая, дворецкий понял, что как бы высоко ни восседал человек, но даже такие могущественные люди испытывают боль и горечь от утраты.
Однако сегодня всё оказалось иначе. Терентия завалили делами. Резиденция с самого рассвета наполнилась радостью и светом. Ведь из соседнего мироздания возвращаются сразу два эмиссара в лице княгини Валери и молодого князя Матвея Лазарева, а вместе с ними домой прибудет верный Габриэль и два младших сына хранителя Земли. Так что с самого утра поместье охватила суета, и каждый час двери отворялись лишь для самых близких людей и… существ.
Впервые за долгое время все жены князя находились в полном сборе, а компанию им составили император и императрица Российского государства. Из большой гостиной то и дело доносился радостный щебет. Даже госпожа Инарэ собралась с силами и пожаловала на такой праздник.
Причем прибыл тот, кого Терентий не ожидал увидеть. Стоило дверям отвориться, как мужчина тотчас склонился в глубоком поклоне. На пороге находился один из закадычных друзей главы рода Лазаревых – Паллад Драгун, который по совместительству являлся хранителем сразу двух мирозданий, которые примыкали к Земле, как и само Вечное Ристалище. Подобные визиты извечно улыбчивого мужчины вылились в настоящую привычку, но просвещённые лица знали, что таким незамысловатым образом он попросту сбегал от жен.
– Приветствую вас, господин Драгун! – уважительно изрёк дворецкий, не разгибая спины.
– Мать моя Алина Федоровна! – заливисто рассмеялся мужчина, хлопая слугу по спине и крепко сжимая того за плечи. – На глазах молодеешь, Терентий. Вижу Зеантар пройдоха ценит своих людей! Так оно и правильно.
– Благодарю вас, господин, – смущенно пробормотал слуга, пропуская хранителя Орсилая дальше, прямиком в гостиную, где уже находилось порядка двух десятков людей.
Шаги Драгуна казались чересчур стремительными, поэтому через секунду до ушей Терентия донесся его громкий смех и знакомые шуточки.
– Мой почтение честной компании! По глазам вижу, что не ждали.
– Паллад!
– Пал!
– Дядя Пал…
Ответом ему являлись не менее радостные возгласы женщин и мужчин. В какой-то мере он стал своеобразным родственником для второго таинственного рода. Ведь не считая их дружбы с хранителем Земли, уже чуть менее двух десятков лет за князем Лазаревым охотились сразу две его дочери: Иззета и Авина. Две женщины по-настоящему были одержимы Зеантаром.
Однако, когда приветствия подошли к концу, до ушей дворецкого внезапно донесся необычайно серьёзный голос Паллада.
– А где виновник сего мероприятия?
– Он в саду, – после краткой паузы, ответила Прасковья Лазарева с толикой нервозности, переглядываясь с другими женщинами и нахмурившимся императором. – Вместе с Беталом они навещают Ниа и её фей.
– Беталом? – неверяще выпалил Паллад, а его брови подскочили вверх. – Беталом Каберским?! Он тут? Он вернулся с Терры?! А где же тогда Влад? Он тоже возвратился? Инарэ, где твой сын? – непонимающе вопросил мужчина, быстро оглядываясь по сторонам, но не найдя искомого, тот глазами встретился со смертельно бледной Инарэ, которая от услышанного поджала губы и отрицательно покачала головой.
– Нет, он не вернулся, Пал, – лишь по глазам было видно, что слова бывшей жительнице Астрала давались с трудом. – Влад… пропал.
Радостная атмосфера с необычайной скоростью устремилась к отрицательной отметке. Лица присутствующих женщин и мужчин невольно помрачнели и лишь через несколько секунд Драгун понял, что сболтнул лишнего.
– Ох, Инарэ, я… я не хотел, – удрученно прошептал хранитель, осознавая, что зря вывалил всё скопом на подругу. – Прости, Инарэ.
– Нет-нет! Всё в порядке, – натянуто улыбнулась та и сжав побледневшие руки в замок, неуверенно попыталась подняться на ноги и слегка всем поклониться. – Я прошу меня простить, но мне нужно… немного отдохнуть.
Сразу несколько княгинь и даже сама императрица приблизились к подруге, чтобы помочь удержаться той на ногах, но первой к Бездне подскочила юная девушка. Именно она и помогла ей встать.
– Мама Инарэ, позвольте я помогу вам? Я хочу побыть с вами. Я…
– Нет-нет! Со мной всё в порядке, Лика, – тепло улыбнулась Бээаллинарэ, погладив дочь Зеантара и Виктории по волосам. – Не трать своё время на меня. Веселись и отдыхай. Вскоре прибудет Валери и твои братья. Я спущусь к вам. Обязательно. Нужно лишь… набраться сил, – и отыскав глазами необходимого человека, та едва слышно протянула ему руку и добавила. – Терентий, ты не мог бы...
– Разумеется, моя госпожа, – с мягкой и чуточку грустной улыбкой отозвался дворецкий, аккуратно подхватывая Бездну под локоть и неспешно помогая той покинуть гостиную.
Для всех присутствующих видеть столь могущественную личность в таком состоянии было необычайно тяжело и горько. Очень многие желали помочь ей, а некоторые и того больше – отдали бы свои жизни. Но, увы, помочь ей не мог никто. Такова расплата. Вселенная всегда взимает долги со своих должников.
– Язык мой – враг мой, – тихо буркнул Паллад, рассеяно качая головой. – Она слабеет…
– С каждым днём сдаёт всё сильнее, – горько прошептала Алина Лазарева, переглядываясь с другими княгинями.
– Если вы хотите, то я снова попрошу Лислину или же…
– Не получится. Мы уже пытались, – грустно улыбнулась Виктория, взглянув с любовью на дочь, а после вновь посмотрела на хранителя. – Увы, но мы не можем помочь. Никто не может.
На целую минуту в гостиной образовалась гнетущая тишина, но каждый из присутствующих в это время думал лишь об одном. О том самом человеке, ради которого Инарэ пошла на такой риск и пожертвовала всем.
– Я к Захару! Нужно обо всём разузнать, – выдохнул Драгун стремительно удаляясь прочь. – Скоро буду. Оба будем. Или трое будем. Я не верю, что всё закончится столь плачевным образом.
Однако до дверей мужчины не дошел, его силуэт размылся у всех на глазах еще на полпути…
***
Палладу отыскать дивный лесок фей не составило никакого труда. Маршрут он знал так же хорошо, как и свои пять пальцев. Благо бывал тут не впервые. Да и два силуэта, которых окружали несколько порхающих малышек кудесниц невозможно не заметить.
В принципе и приближающегося хранителя Орсилая тоже заметили практически сразу. Несколько феечек быстро поклонились своей королеве и моментально упорхнули вверх, а их предводительница на всей скорости приблизилась к Драгуну и по-хозяйски умостилась мужчине на плечо.
– Привет, Ниа, – шепотом обратился хранитель к королеве фей. – Всё плохо?
– Всё очень плохо, – почти беззвучно пискнула горестно малышка. – Не подают виду, но оба не в себе.
– Спасибо, красотка, оставь нас ненадолго.
– Ниа, мы в порядке! – повысил голос Зеантар, любуясь видами сада и не поворачиваясь в их сторону.
– Простите, добродетель, но вы… Вы лжете сами себе! Мне горько видеть вас таким. Вас и госпожу Инарэ, – шмыгнула носом кудесница и тяжело вздохнув, мягко спорхнула с плеча Паллада.
С каждым шагом лицо Драгуна становилось всё более растерянным, ведь в какой-то миг рядом с князем он заприметил настоящего старика и встретился с ним взором. Когда-то этот старик излучал жизнерадостность и азарт. Этот пожилой человек возложил собственную жизнь к ногам рода Лазаревых, чтобы защитить сына Инарэ, но спустя двадцать четыре года он выглядел совсем нет так, как прежде. Молодость исчезла как роса под лучами солнца. Лицо испещряли глубокие морщины. На одной руке красовалась культя. От жизнерадостного молодого гранда отныне не осталось и следа. Остался только сгорбившийся старик. Сам Паллад давным-давно забыл, что означает старость, но видя такое преображение, сердце наполнилось горечью и тоской. Впрочем, мужчина понимал, что метаморфозы даже ему казались слишком кардинальным и быстрыми. Когда Бетал отбывал, он являлся могущественным грандом Земли, а сейчас он лишь тень прежнего себя.
– Мать моя Алина Федоровна… – гулко сглотнул хранитель и сделав два резких шага к пожилому мужчине, схватил того за плечи и крепко прижал к себе. – Неужели годы настолько беспощадны к смертным?
– Рад вас видеть, почтенный хранитель, – грустно улыбнулся Бетал и стоило Палладу его отпустить, как тот сделал два шага назад и уважительно поклонился. – Я ни о чем не жалею. Если бы потребовалось, то я поступил бы точно так же и в следующий и в последующие разы.
– Почему Виктория тебе не помогла? Почему не вернули молодость? А твоя рука? – вопросы посыпались как из рога изобилия. – Что с твоей рукой? Почему Симона и её девочки ничего не сделали? Только скажи и я попрошу Лислину, чтобы…
– Я предлагал. Девочки предлагали. Симона тоже предлагала, – спокойно изрёк Зеантар, по-прежнему стоя спиной к другу, а Каберский в это время чуть понурил голову. – Он не хочет… Упрямится.
– Бетал, не дури! – чуть повысил голос Драгун. – Думаешь, что это как-то поможет?
– Пока не отыщем Влада я останусь таким, – решительно выдохнул старик. – Если мы найдем юного господина, то я должен быть первым, кого он увидит. Я буду тем, кто обязан всё объяснить. В очередной раз…
– В очередной раз? – непонимающе прогудел Паллад, глядя на Бетала. – О чем ты? Что стряслось на Терре?
– Стряслось то, о чем я и переживал больше всего, – тихо пробормотал Захар, запуская руку в седые волосы. – Говори, Бетал. Поведай ему, как всё случилось, когда ты лишился руки.
На несколько секунд возникла тишина, а затем тяжело выдохнув, старик заговорил.
– Первые несколько лет в приюте выдались сложными, но из-за печатей всё случилось так, как все и предполагали. Наложенные ограничения на источники, нахождение в гуще сотен обычных детей и полностью нейтральный мир без крупиц магии пошел юному господину на пользу. Его наследие почти не вредила окружающим. Он даже сумел завести себе подругу. Малышка беспризорница по имени Альяна. Всё это нивелировало его возможности и в какой-то миг я обрадовался. Но зря это сделал, – сглотнул гулко Каберский. – Основные проблемы стали возникать, когда Владу исполнилось девять. Стали случаться припадки бешенства и безумия. Я думал, что смогу справиться. Я сделал так, как мне приказывали. Попытался рассказать ему о родителях, но именно тогда в юного господина вселился кто-то враждебный. Передо мной сидел не мальчишка девяти лет отроду, а… какая-то ужасающая тень уничтожения, – с тревогой изрёк Бетал. – Эта тень не желала ничего слышать, а я не успел что-либо сделать, как лишился руки. Когда же юный господин пришёл в себя, то ничего не помнил и тогда я осознал, что главный триггер – это правда. Тому существу, что сидело в нём, претила любая правда…
– Погоди-погоди, – потрясённо выдохнул Паллад. – Существо? Тень уничтожения? Ты сейчас…
– Да, – сжимая до хруста кулаки, выпалил пристыженно Зеантар. – То, чем мы наградили нашего сына. Его наследие вырывалось наружу.
– Чьё именно наследие? – нахмурился хранитель Орсилая. – Твоё или Инарэ?
– Не знаю, Пал, – устало потирая лицо ладонью, покачал головой князь. – Мы запечатали всё, но ничего не вышло. Всё было тщетно…
– Что произошло дальше, Бетал?
– А дальше произошла смерть, хранитель. Юному господину тогда исполнилось десять, – грустно прошептал Каберский. – По трагической случайности погибла подруга Влада – Альяна. Это и стало точкой невозврата для него. Тогда он впервые убил троих и всё покатилось в тартарары, а мои силы и вид, когда я находился рядом с юный господином, стали куда-то утекать…
– ЧЕГО?! – выдохнул шокировано Драгун, вытаращив глаза. – Влад кого-то убил?! Но ведь он же не может! Печати ведь…
– Тогда печати не сработали. Дали слабину. Убил же он трёх беспризорников в приюте. Глупые шестнадцатилетки, – шмыгнул носом старик, а его глаза слегка покраснели. – Маленькие зверьки смеялись над смертью его малышки-подруги и тогда в юного господина вновь вселилось… нечто. Он их растерзал как дикий зверь за сущие мгновения. Я едва смог его остановить. А после того случая всё только усложнилось. Вербовка, преступный синдикат и… другая жизнь.
– Провалиться мне в Геенну Огненную! Да прямиком к древним тварям! – выдохнул растеряно Драгун, а после вновь спохватился. – Стоп! Так что стряслось с Владом? Куда он запропастился? Что стряслось?
– Это уже моя вина, – сипло изрёк старик. – Я не успел… Не уследил…
– Хватит. Ты ни в чем не виноват, – мягко выдохнул Зеантар, медленно поворачиваясь к Беталу и встречаясь глазами с хранителем Орсилая. – Влад пропал, Пал. Исчез с лица Терры. Не знаю каким образом, но он просто исчез.
– Пропал? Там ведь нет магии! Я могу как-то помочь? Могу как-то…
– БАТЯ! БАТЯ! МЫ ТУТ! МЫ ПРИЕХАЛИ! ФЛАРАС, СЮДА! ОНИ ЗДЕСЬ! ДЯДЬКА ПАЛ ТОЖЕ ТУТ!
– ОТЕЦ!!! – радостно закричали следом.
Голося во всё горло, два молодых юноши мчались во весь опор прямиком к троице мужчин. Лицо князя Лазарева стало медленно разглаживаться и сам того не осознавая, со слабой улыбкой он подался вперед, но перед этим тихо прошептал.
– Благодарю тебя, Пал. Но чуть позже… Праздник всё-таки. Будь как дома.
– Э-э-э-э-э! Нет, дружище! Такого счастья мне не надо. Я в гостях! Наоборот, бегу из дома, как прокаженный! Не удивлюсь, что Хэрри или Иви найдут меня и здесь, – и тот с опаской оглянулся по сторонам, будто они находились совсем рядом. – Скажи спасибо, что Авину и Иззету с собой не привёз. Когда ты уже их возьмешь в жены, в конце-то концов? Они мне и матерям покоя не дают. Зеантар то, Зеантар сё! – перековеркал он чью-то женскую речь. – Мелису, значит, взял, а мои дочери чем хуже? Я понимаю, что после случая с Владом ты боишься заводить детей или же любые отношения, – нехотя выдавил из себя хранитель мироздания Орсилай. – Считаешь себя проклятым, но так нельзя, Зеантар. Нельзя…
Впрочем, на этом речь его и завершилась. Словно оголтелые два юноши различных рас заключили князя Лазарева в крепкие объятия и по очереди засыпали его ворохом вопросов.
– БАТЯ!
– ОТЕЦ!
– Ты где пропадал?
– Как всё прошло?
– Расскажешь куда гонял?
– Случилось что-нибудь интересное?
Один был человеком, а другой наполовину альвом. Захар и Фларас. Один сын от Прасковьи, а второй сын от Калиры. Один непоседа и задира, а второй жуткий домосед и эрудит в магии пространства. Обоим сыновьям по двадцать восемь лет, но вели они себя рядом с отцом как малые дети.
Однако кроме веселого смеха от отца они ничего не добились.
– Всё позже, хулиганы, – сквозь смех произнес князь. – Бегите домой и обнимите матерей. Я вскоре вернусь и всё расскажу.
– Держим на слове! Вас тоже ждём, дядя Паллад! – в один голос выкрикнули парни и галопом устремились назад, лишь последний момент резко остановились и смерив Бетала озадаченным взглядом, уважительно тому поклонились. – Не знаем, кто вы, но выражаем своё почтение.
В ответ старик со слабой улыбкой кивнул и ответил им тем же.
Ни один из них так и не узнал в калеке вернейшего воителя рода Лазаревых.
– Давай отойдем, Бетал, – вдруг тихо изрёк Паллад. – Не будем мешать их встрече.
Спровадил своих сыновей Зеантар не просто так, позади шла очередная троица из его семьи. Марриуз, Габриэль и Валери. Завидев мужа, женщина ускорила шаг, а затем и вовсе перешла на бег и через пару мгновений оказалась у него на шее, попутно покрывая его лицо жгучими поцелуями.
– Вижу, моя эмиссар скучала, – с широкой улыбкой выдохнул князь, прижимая к себе жену.
– Ты представить себе не можешь как сильно! – со счастливой улыбкой прошептала княгиня, но нехотя выскользнув из рук хранителя, она сделала шаг влево и уступила место другому.
Единственное, что успел заметить Зеантар, так это приблизившуюся тень и через миг он оказался в охапке старшего сына.
– Соизволил-таки вернутся, отец, – выдохнул с хрипотцой молодой мужчина, тихо посмеиваясь. – Я скучал. Все скучали! Мама Алиша, мама Куня, мама Лира, мама Рита, мама Вика, Лиза, Анжелика и… ДА ВСЕ!
– В ближайшие месяцы я из дома ни ногой, юный эмиссар, – весело фыркнул князь Лазарев. – Можешь не давить на больное. Будете сами всеми делами заниматься.
Теперь пришла очередь отстраняться Матвею и тот уступил пространство для последнего из прибывшей троицы.
– Мой господин, я…
Габриэль намеревался преклонить колено перед тем, кого безмерно уважал, но на полуслове он вдруг прервался и побледнел, а взгляд его был обращен не на князя Лазарева, а куда-то дальше.
Именно там к ним спиной стояли двое. Первого мужчину невозможно не узнать. Это существо являлось хранителем сразу двух мирозданий, но второй… второго Габриэль не забудет никогда. Ту ночь он никогда не выкинет из своей головы. Ночь, когда род Лазаревых покинул один из сыновей его владыки.
– Бе… тал! – выпалил отрывисто одарённый каким-то каркающим кашлем.
Прозвучавшее имя поразило не только его, но и княгиню Лазареву. Словно ужаленная та юлой обернулось назад и абсолютно не обратив никакого внимания на Драгуна, она не сводила потрясенного взгляда с Каберского и стремительно бледнела на глазах подобно своему телохранителю.
– Бетал… – одними губами прошептала женщина. – Неужели… я сплю?
– Рад видеть вас, княгиня. Нет, не спите, – робко улыбнулся тот. – По прошествии стольких лет вы стали только краше.
На его слова она не обратила никакого внимания и стремглав рванув к старику, с расширившимися очами бережно коснулась пальцами морщинистого лица.
– Нет… Нет… Нет… – потрясенно качала головой эмиссар, но последующие слова поразили не только Каберского, но и всех присутствующих. – Бетал, скажи мне… скажи, что Влад вернулся с тобой! – сбивчиво стала глотать слова княгиня. – Скажи… что он сейчас в поместье! Скажи, что его окружили девочки и не дают ему прохода. Скажи, что Лика завалила его ворохом вопросов! Скажи, что он уже побывал в объятиях Инарэ… Скажи, что он жив и здоров… Только… только не говори мне, что он пропал! Молю тебя… не смей такого говорить!
Чем больше шептала Валери, тем бледнее становился сам старик, а в какой-то миг его так затрясло, что он не смог выговорить ни единого слова. Лишь открывал и закрывал рот, как рыба на суше.
– Я… я… я…
– Мама Валери, что с тобой случ…
Но договорить Матвею женщина не дала. Напрочь обессиленная она головой коснулась стариковского плеча и тихо заплакала.
– Валери, что с тобой? – переполошился не на шутку Зеантар, с нежностью обнимая жену, но лишь через секунду до него дошли ранее сказанные слова супруги, а его глаза расширились от шока и неверия. – Откуда… откуда ты знаешь, что Влад... пропал?
– Мой господин, мы… мы видели кое-кого, – рассеяно пробормотал Габриэль, не сводя ошеломленного взгляда с Бетала. – На Альбарре.
– Видели? – озадачено сглотнул князь Лазарев, но его голос в этот момент страшно дрожал. – Кого вы… видели на Альбарре?!
– Я… я думала это наваждение! – с раскрасневшимися веками просипела Валери. – Я думала, что помешалась, Захар. Думала, что накручиваю себя. Но он… он так на тебя похож. Так похож… Голос, мимика, глаза и даже походка… Он… он даже сражается, как ты… Я думала, что это... совпадение.
– Во имя Катаклизма! – изумлённо прохрипел Бетал. – Только не говорите мне, что он...
– Голос? Мимика? Глаза? Походка? Сражается? – выдохнул неверяще князь. – Где… Валери?! О ком ты сейчас говоришь? О Владе?
К этому моменту собравшиеся люди стали понимать, что случилось нечто непоправимое. Матвей с удивлением наблюдал за матерью и отцом. Бетал стоял ни жив, ни мёртв. Аналогичным образом выглядел и Габриэль. Паллад Драгун же хмурился с каждой секундой лишь сильнее.
Дрожащей ладонью княгиня коснулась кольца на пальце и извлекла из него шестиугольный небольшой драгоценный камень, а язык женщины продолжал то и дело запинаться от волнения и тревоги.
– Три дня назад эту проекцию мне прислала моя подруга с Вечного Ристалища. То, что ты увидишь на записи случилось неделю назад, а самого мальчика я впервые увидела года полтора назад. Может чуть больше…
Ноготок Валери коснулся камня и глазам всех предстала кровавая баталия. Черноволосый юноша, будто дикий зверь сражался посреди пустыни с огненным противником, но чем дольше шла запись, тем более тревожней становился князь Лазарев, а лица присутствующих вытянулись от увиденного.
Вот только через несколько мгновений стало всё хуже. Обстановка начала меняться. Начал меняться и Зеантар, потому как кто-то неизвестный посмел вмешаться в сражение и под конец проекции черноволосый юноша уже одной ногой находился в могиле.
– Нашлась пропажа, – угрюмо прошептал Драгун без какой-либо радости. – Теперь страшно представить, что будет... Жалко мальчишку...
– Отец, неужели это… – ошарашено обронил Матвей.
– Во имя Катаклизма! – выдохнул рассеяно Бетал не сводя взора с проекции. – Я… я не верю… Как такое могло случиться?
Тело хранителя Земли содрогалось, трясущиеся руки до хруста сжали артефакт, а немигающие глаза напоминали два багровых озера.
– Мой… мой сын… Мой и… Инарэ. Влад... Это твой брат, Марриуз…
И возведя раскрасневшееся лицо к небу он тихо добавил.
– Убью. В порошок сотру того, кто посмел довести моего мальчика до такого состояния. Пусть начинают молиться. Оберегам там или кому еще. Мне теперь неважно…
Глава 3. Действия с умом...
Земля. Перекрёстный мир.
Российская Империя.
Москва. Первое кольцо.
Резиденция таинственного рода Лазаревых.
Ранний вечер…
– Убью. В порошок сотру того, кто посмел довести моего мальчика до такого состояния. Пусть молиться начинают. Оберегам там или кому еще. Мне теперь неважно…
Когда такие вещи говорит какой-нибудь заправский бродяга в переулках трущоб, то максимум что может случиться – это что он заколет пару пьянчуг по пути. Но когда такие слова звучат от хранителя одного из миров, то ситуация может принять судьбоносный поворот, а крови прольётся столько, что в ней захлебнутся целые страны и народы, если не целые миры.
Звенящая тишина заполонила сады. Лесной стрекот и порхание фей будто бы притихли, и когда хранитель Земли сделал тот самый роковой шаг вперед – шаг, который мог потрясти миллионы жизней, до ушей окружающих донесся стариковский тяжелый вздох, наполненный печалью, и все разом посмотрели на Каберского. Даже Зеантар оторопел и с вопросом уставился на вернейшего воина рода Лазаревых.
– Что-то не так, Бетал?
– Можете меня убить, глава, – очередной тяжелый вдох неприметного старика показался многим набатом. – Но вам не понравится то, что я вам скажу.
– Говори… – процедил сквозь зубы хранитель Земли, а его глаза ярко заискрились алым потусторонним светом. Тот уже хотел действовать. – Тебя я готов выслушать.
– Всё не так, – пожал плечами Бетал. – От начала и до конца не так.
– О чем ты? – не понял того Захар, всем корпусом поворачиваясь к старику. – Я хочу услышать, что ты думаешь. Как не прискорбно, но ты знаешь моего мальчика лучше кого-либо ещё. Даже лучше меня и Инарэ, – нехотя прошептал седовласый.
– Что вы намерены делать, ваше сиятельство? – в лоб поинтересовался старик. – Как вы желаете вернуть Влада? Силой? Рванете в Красноярск к пространственным вратам? Ворветесь через них на Вечное Ристалище? Потребуете сына назад? Нарушите хрупкий баланс, который выстраивали годами? А если они не согласятся, то начнете убивать неугодных? Станете сеять хаос пока его не найдете? Я абсолютно не сомневаюсь в ваших возможностях, но восстановились ли вы до конца после того, что случилось в детстве Влада? – с грустной улыбкой выдохнул Каберский. – Нет, я не сомневаюсь в ваших силах. Особенно если вам поможет господин Паллад с женами, госпожа Мерраввина и архидемоны сразу нескольких миров. Из-за своей «смертности» вы частично не скованы правилами мирозданий, как к примеру хранитель Драгун или хранительница Аллейда. Но то, что я успел услышать об Альбарре озадачивает. Могучих существ там хватает. У них есть обереги. Они будут сражаться на своей территории. Вечное Ристалище – это объединение нескольких пантеонов, если я не ошибаюсь?
– Они посмели навредить моему сыну, Бетал! Ты видел, что они с ним сделали?! – прошипел зло Зеантар. – Считаешь, что я буду терпеть? Никто не смеет вредить моей семье! Ни женам, ни детям, никому-либо ещё, кто со мной связан! Никто и никогда!
Вот только последующие слова старика, что были наполнены болью, прогремели как гром среди ясного.
– А считает ли он вас всех своей семьей? Считает ли он вас отцом, а госпожу Инарэ матерью? – стариковский взор обратился на удрученного Матвея. – Считает ли он юного господина Марриуза своим братом? Думаете, он пойдет за вами добровольно, стоит назваться его папенькой, маменькой, сестрой или братом? Думаете, он примет вашу любовь, когда вы вырежете полмира, чтобы добраться до него?
После сказанного искры в глазах хранителя Земли напрочь исчезли и на смену им пришла безнадёга.
– Хочешь сказать, что мы… что мы его потеряли? – голос Захара дрогнул и тот растеряно посмотрел на Бетала. – Потеряли… навсегда?
– Я не знаю ответа на этот вопрос, и не умею заглядывать в будущее. Всё будет зависеть от ваших поступков и его действий, – произнес с горечью Каберский. – Однако я хорошо знаю Влада. И как бы грубо это ни звучало, вы догадываетесь, что он ненавидит вас. Ненавидит госпожу Инарэ. Он ненавидит всё, что связано с его наследием. Ненавидит свою семью, которая бросила его. Но больше всего он ненавидит самого себя. Ненавидит такого какой он есть. Каким его произвели на свет. Он омерзителен сам себе. Даже когда он узнает правду. Даже когда он поймет, что вы сделали всё это чтобы защитить его и уберечь от смерти. Возможно, он и простит вас, но никогда не забудет случившегося. Не выкинет прожитые годы и страдания из жизни. Как по мне юный господин будет умирать, но вашу помощь никогда не примет. Никогда не вернется под крышу своего дома. Вы хоть и строгий, но замечательный отец, мой господин. Ни ваши сыновья, ни ваша дочь не дадут солгать об этом, – уныло заключил Бетал, – но Влад… Он исключение из всех возможных правил.
Правда являлась ужасающей и пугающей. Подобная правда разила в сердце похлеще кинжала или же пули в сердце. Каждое прозвучавшее слово с неистовой силой поражало душу хранителя Земли. Но поражало оно не только его, но и Валери, и Матвея, и Габриэля. Да даже Паллад не остался безучастным и тяжело вздохнул, невольно почесывая щетину.
Прямо сейчас тишина казалась губительной. Весь настрой хранителя Земли развеяли обычными словами, но в процесс поспешил вмешаться Драгун.
– Как ни крути, Зеантар, но Бетал прав. Боюсь, тут резня не поможет, – задумчиво произнес тот. – Головы рубить хорошо, когда это требуется или очень хочется, но сейчас не тот случай. Мягко говоря, парень не пылает к вам особой любовью и его можно понять. Можно понять вас. Судьба вообще гадкая штука, – скривился мужчина, а после вновь тяжело вздохнул и попытался разрядить обстановку. – Я вот тоже никогда не думал, что стану подкаблучником и буду убегать из дома в другие миры. Но вот он я, перед вами, – хранитель Орсилая для пущей убедительности расставил руки. – Сбежал от семьи в соседний мир.
После услышанного тень улыбки отразилась на лице у Матвея и Габриэля. Остальные же не разделяли подобного настроения, в особенности князь Лазарев. Седовласый понимал, что Каберский оказался прав по всем фронтам целиком и полностью, но отцовское сердце желало всё объяснить. Донести правду. Но главный вопрос состоял в ином, Захар желал знать, каким образом Влад выжил. Каким чудом его сын уцелел в магическом мире и не сошел с ума, где различной энергии в избытке.
– Дорогой, – вдруг растеряно сглотнула княгиня и сделав пару шагов, ладонью коснулась груди мужа. – Они правы. Мальчик изменился. Он уже не тот ребенок, которого ты знал. Я думаю, даже Бетал теперь не сможет проанализировать его поведение. Сколько прошло времени с вашей последней встречи?
– Больше двух лет, – удрученно признался Каберский.
– Что вы предлагаете? – осведомился Зеантар, а глаза вновь сверкнули алой молнией. – Просто… ждать?
– Мы не будем ждать, мы будем действовать… но с умом, – спокойно произнесла Валери. – Я начну действовать первой. Отправлюсь обратно на Вечное Ристалище завтра же.
– Владу сейчас что-нибудь угрожает? – с тревогой осведомился Лазарев. – Что это была за бойня? Что за тварь посмела поднять руку на моего сына?
– Подробностей я не знаю, прости, – сглотнула гулко княгиня. – Но Сиана заверила, что он остался жив. В тот день произошла оценка, а затем он сцепился не на жизнь, а насмерть с каким-то человеком из доминирующего ордена. В Аронтире сейчас назревает буря по этому поводу. Главы великих домов Аххеса рвут и мечут. Думаю, сейчас там имеются те, кто способен помочь Владу.
Давно Валери не видела столько борьбы во взгляде мужа. Сейчас он походил на яростного зверя, загнанного в клетку. Только сейчас она по-настоящему поняла, как Влад похож на своего отца. Такая же ярость и такая же борьба.
– А Влад он… – вдруг заговорил Захар, но его мягко перебила жена.
– Ранкар, – с тёплой улыбкой отозвалась Валери. – Теперь его имя… Ранкар Хаззак.
– Ранкар Хаззак, – задумчиво повторил мужчина, а взгляд его вновь ужесточился. – Виновных я всё равно казню!
– Если успеете, мой господин, – серьёзно добавил Бетал.
– О чем ты?
– Влад ваш сын, – пояснил с грустной улыбкой старик, поджимая тонкие губы. – Более мстительной натуры я не знал. Когда он работал на синдикат его опасались не просто так. И не просто так желали от него избавиться.
– В таком случае за мной! – удрученно выпалил хранитель Земли, быстро покидая сады фей и решительно шагая в сторону резиденции.
– Бать, ты что-то придумал? – спохватился Марриуз, едва поспевая за отцом.
– Ничего, – нехотя признался мужчина. – Но будем действовать… с умом. Бетал прав. Сейчас мы для Влада никто. Но прежде чем мы предпримем попытки вернуть его в лоно семьи, о нём должны знать все. Да и необходимо обдумать дальнейшие планы.
Лица всех присутствующих омрачились, ведь именно сейчас предстоял разговор, который в будущем может лишить жизни миллионов живых существ…
***
Земля. Перекрёстный мир.
Российская Империя.
Москва. Первое кольцо.
Резиденция таинственного рода Лазаревых.
Покои княгини Инарэ Лазаревой.
Час спустя…
Впервые за всё время в покоях Инарэ собиралось такое количество людей. На своеобразном совете, не считая императорской четы Ростислава и Анастасии Романовых, а также их единственного сына Егора, присутствовало практически всё основное семейство Лазаревых.
Прибыть вовремя не успела лишь дочь Зеантара – Лиза, его сестра – Анжелика, зять Феофан, а также бывший архидемон Зверя, которая уже несколько лет являлась женой хранителя Земли – Мелисандра Мог-Лар.
В остальном же покои Бездны разделились на два лагеря. Женский лагерь полностью оккупировал постель Инарэ. Мужская половина, коих насчитывало меньшинство, устроилась прямо напротив них. Невзирая на подобное собрание обстановка в помещении витала мрачная. Очень мрачная. Взгляды присутствующих оказались прикованы к проекции, которая зависла над постелью, и к кровавой баталии, которая на проекции развернулась.
Знал бы кто, сколько сил прилагал князь Лазарев, чтобы не смотреть на Инарэ и её раскрасневшиеся глаза, а также на саму запись. В принципе, по большому счету так выглядели все женщины. Даже включая главу службы безопасности Хельгу и императрицу Анастасию. В апартаментах повисла звенящая тишина, лишь рёв огня с записи то и дело разрушал всю напряженность атмосферы. Слова двух сражающихся мужчин невозможно было разобрать, но этого и не требовалось. Что один, что другой не особо пылали друг к другу любовью.
При любом опасном движении Бездна то и дело вздрагивала и жадно сглатывала, крепче сжимая плед пальцами, а её глаза ни на миг не отрывались от проекции. Когда же битва подошла к концу, запись просто замерла в одном моменте, демонстрируя окровавленного и напрочь изувеченного Влада Верейского с разорванной грудной клеткой, который в это время с ненавистью и злобой смотрел будто бы прямо на княгинь.
Тишина являлась могильной, но затем Бездна не выдержала, веки её покраснели, и та тихо всхлипнула.
– Мой мальчик… – потрясённо просипела Бээаллинарэ. – Как же так, Зеантар? Как же так…
В мгновение ока постель обступили еще плотнее, и все женщины начали наперебой успокаивать шокированную мать. Мужской же лагерь тоже не мог нормально выносить увиденное, и каждый из них то и дело отводил взгляды в сторону.
– Инарэ, всё в порядке…
– Не надо…
– Не плачь…
– Главное, что он жив…
– Мама Инарэ, вы только не плачьте, – раздался звонкий голос Лики Лазаревой и шмыгнув носом та жалобно сглотнула. – А то я тоже начну плакать. Нам нужно радоваться тому, что мой брат жив! Вы же сами видите. Вы только посмотрите! Вы главное не переживайте, что он такой. Я более чем уверена, что он редкостный красавец. Иначе и быть не может!.. Тем более папа и дядя Пал здесь. Они обязательно его вернут. Вы же знаете.
– Я рада, моя милая, очень рада, – с опухшими веками просипела Инарэ, поглаживая девушку по волосам. – Боюсь, вернуть его будет не так просто. Твой папа и дядя Пал могущественны, но силой его не вернуть. Не так ли, Бетал? Зеантар? Пал? – вдруг с тоской спросила женщина, посмотрев на группу мужчин.
Практически следом все княгини и императрица с таким же вопросом уставились на мужчин и в комнате вновь повисла тишина, но стоило князю Лазареву и Каберскому удрученно переглянуться, как князь тихо произнес.
– Он нас ненавидит, Инарэ. Если бы дело было заключено в силе, то всё стало бы проще, но Влад… Он терпеть нас не может. Я сомневаюсь, что он вообще захочет с нами говорить. Так что силовой метод тут не подходит. Но я обещаю тебе, что твари, которые посмели поднять руку на нашего сына, сдохнут все до единого!
– Да, как я и думала, – опустошенно улыбнулась Бездна. – Он нас ненавидит…
– Не кори себя, Инарэ, – успокаивающе прошептала Калира Лазарева. – Выбора не было. Абсолютно никакого. Либо отправлять его на Терру, либо он погиб бы. Он поймет. Он обязательно поймет.
– Госпожа Инарэ, Влад поймет, – ободряюще улыбнулся Бетал. – Я клянусь вам своей жизнью, что он поймет, когда узнает всю правду.
– Что ты предлагаешь, дорогой? – чуть собравшись с силами с волнением вопросила Бездна. – Как мы поступим, чтобы… чтобы вернуть нашего сына?
– Я отправлюсь на Альбарру завтра же, Инарэ, – с тёплой улыбкой изрекла Валери, обнимая подругу за плечи. – Мы с Габриэлем постараемся обо всём разузнать. Будет трудно, потому как наши возможности эмиссаров там ограничены, но мы справимся.
– Мы с Таром и Фларасом тоже рванём завтра в Ианмит, – твердо выдохнул Марриуз. – Не так ли, парни?
– Конечно! – решительно выдал полуальв.
– Естественно… – вот только Зеантар-младший и он же Захар-младший ответил с некоторой заминкой, то и дело приглядываясь к застывшей проекции окровавленного силуэта.
– Как только начнет действовать Валери и наши сыновья, я затребую аудиенцию с их оберегами, – следом отозвался князь Лазарев, переглянувшись с Ростиславом и Палладом. – Если мы не хотим устроить резню, то иначе мне не попасть на Вечное Ристалище. Я прямо сейчас хочу увидеться с сыном, Инарэ, – взволновано прошептал мужчина. – Но боюсь, сделаю только хуже. Нужно искать момент, и без Бетала тут не обойтись.
– Я к вашим услугам, моя госпожа, – тотчас склонился старик.
– Как он там поживал, Валери? Ты слышала, что-нибудь о нём? – вдруг тихо спросила Алиша Лазарева, а после глазами указала на проекцию. – Мальчик цел после этой бойни?
– Он жив, – тепло произнесла эмиссар. – И по заверениям моей подруги уже почти восстановился. К тому же в определенном кругу он довольно знаменит и популярен, – чуть шире улыбнулась Валери и с улыбкой посмотрела на Инарэ. – Ты только не волнуйся, но после некоторых событий его почти год считали мёртвым, однако мальчик не только выжил, но и вернулся на Вечное Ристалище. Поговаривают он много времени пробыл в Инферно, и после того случая даже Сиана к нему стала приглядываться более тщательно.
– Считали погибшим? Инферно? Он столько пережил, а нас не было рядом, – отчаянно прошептала Бездна, а после слегка изумилась. – Что еще за Сиана? Он… у него кто-то есть? Есть та, кто ему по душе? – с надеждой поинтересовалась женщина.
– Сиана – это древний Феникс, моя госпожа. Созвездие великого дома Аванон. Голубокровная, – объяснил тотчас Габриэль. – Очень влиятельная и могущественная девушка. По крайней мере, недавно такой стала. Часто Сиана упоминала некую Кайсу Ксант. Но там ничего непонятно. По крайней мере, если бы у Влада образовались отношения, то мы бы о них узнали через Сиану. Она весьма любопытная девица.
В покоях вновь воцарилась тишина, но всего на несколько кратких мгновений, потому как в следующую секунду раздались неуверенные шаги, и Захар-младший практически вплотную подошел к застывшей проекции. С десяток секунд он всматривался в окровавленное лицо своего брата, но в какой-то момент он расширил от осознания глаза и грязно ругнулся.
– Сучья кровь! Я так и знал…
Что именно мог знать парень никто так до конца и не понял, ведь через секунду тому зарядили увесистую оплеуху по затылку.
– Еще раз повтори! Да погромче! – прошипела Прасковья Лазарева, пронзая родного сына свирепым взором. – А то мы с твоими матерями не расслышали всё с первого раза.
– Ну, ма-ам! – жалобно проблеял Зеантар-младший. – Не при дяде Ростиславе и Егоре, а то я растеряю весь свой авторитет. К тому же отец ругается, а я уже взрослый…
– Да я тебя сейчас выпорю! – яростно зашипела женщина. – Выражаться ты можешь хоть как портовый грузчик, но не при нас. И не приплетай сюда своего отца, а то я тебя… – та вновь занесла ладонь для оплеухи, но парень весьма живо оказался рядом с отцом и в знак протеста указал прямо на проекции.
– Если еще раз меня ударишь, то я не скажу тебе, где его видел! Я с ним встречался! Жуткий тип, между прочим…
– Ах ты, мелкий засранец! Да я тебя сейчас…
– Я не мелкий! Мне двадцать восемь!
– Да хоть сорок восемь! – разъярилась его мать, но внезапно выпала в осадок от слов сына и переглянулась с другими ошеломившимися от услышанного. – Что ты сейчас сказал? Ты выдел Влада?! Ты видел своего брата? ПОЧЕМУ МОЛЧАЛ ДО СИХ ПОР?!
– Где ты его видел, мой милый? – с волнением осведомилась Бездна, глядя то на сына, то на шокированного мужа.
За долю секунду Тар Лазарев стал центром внимания всей Вселенной.
– В Мергаре! Это владения доминирующего дома Хаззак! – тотчас выдохнул парень, а после посмотрел на родную мать. – Я только сейчас его узнал. И звали его не Влад, а Ранкар Хаззак. Жуткий тип! А еще противный! Очень противный, но всё-таки помог мне, – с довольством утирая нос, добавил юноша. – Мы… подружились, вроде как. Подраться успели, но он первый начал…
– Подраться?! – рявкнула Прасковья. – Ты совсем с ума, что ли, сошел, маленький негодник?
– Я не маленький, – вновь запротестовал Тар, но его тотчас осек отец.
– Захар, говори! Где, когда и при каких обстоятельствах ты его видел? Это очень важно…
– Ну, как бы сказать… Мама Инарэ, вы только не переживайте, – проблеял Зеантар-младший. – Мы… мы вроде как с ним подрались. Он мне зад надрал. Почти. Либо я ему. Но это не точно. Ворон нам помешал. Он не захотел его атаковать.
– Вижу, Ворон умнее, чем ты! Погоди... Вы же не покидали предместий врат на Вечном Ристалище?! Как ты попал в Мергару? – вновь рассвирепела его мать. – Ты хоть понимаешь, что могло произойти, если бы тебя обнаружили? И как ты вообще попал в Мергару?
– Ну, понимаешь, мам, – почёсывая затылок, неуверенно пробормотал юноша. – Помните, мы все думали, что Анжелика беременна? Так вот мы хотели обо всём доложить Матвею. В итоге мы проверили некую разработку с Фларасом, основанную на нашей крови, но вместо того, чтобы перенести меня к Марриузу, портал забросил меня в Мергару, прямиком к Ранкару. Ох как же я тогда Флараса…
На последнем слове Тар осёкся и с удивлением вначале воззрился на ошарашенного полуальва, потом на озадаченного отца, а затем со всей силы шлёпнул себя по лбу и скривился.
– Рас, так твоё заклинание сработало! Вот же я идиот! Он же наш брат! Поэтому меня и притянуло к нему. Как же я раньше не догадался? Кретин!
– Фларас, что за заклинание? – строго вопросила его мать Калира. – Вы из-за ложной беременности Анжелики решили попутешествовать по Альбарре? Совсем сбрендили! А если бы вас обнаружили? Вы понимаете, что вас могли казнить? К иномирцам там иное отношение!
– Ну мам! Мы же как лучше хотели. Влад же выжил... как-то, – сглотнул опасливо полуальв, переглядываясь с братом, а после с надеждой посмотрел на отца. – Слушай, бать, сделай что-нибудь! А то нас убьют...
– Пожалуйста, – кротко добавил Тар.
Теперь в покоях находилось две взбешенные фурии, а их сыновья медленно отступали в сторону отцу.
– Лира, Куня, успокойтесь, – задумчиво произнес Зеантар, не сводя взгляда с сыновей. – Фларас, повторить заклинание сможешь?
– Я постараюсь, отец, но это будет сложно. Очень сложно, – непоколебимо проговорил парень. – Лишь на одну заготовку портала уйдет пара-тройка месяцев, если не больше, но если заклинание и получится, то оно может перенести нас не только к Ранкару, но и к кому-то другому с нашей кровью. Прошлый портал я сделал заранее на всякий случай…
– Делай! Хотя бы на всякий случай, – решительно выпалил князь Лазарев, а после ободряюще посмотрел на удрученную Инарэ и на остальных не менее взволнованных жен. – Я обещаю, что верну нашего сына домой. Чего бы мне это ни стоило…
***
Альбарра.
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Золотой квартал.
Особняк Ранкара Хаззака.
Шесть дней назад…
Голова гудела и трещала так будто я намеренно попросил табун лошадей себя лягнуть, а грудь ощущалась настолько тяжелой словно её сдавили прессом. И это я молчу о том, что она мерещилась абсолютно чужой. Впрочем, если что-то болит, то это означало лишь одно – я жив. И это сейчас несказанно радовало.
Мириада… сраных… бед! Ох, Ярвир, дай мне сил и терпения! Я обязательно прикончу старую суку и нассу на её могилу. Нассу на могилы инквизиторов. И нассу на труп её грёбанного внука. Во имя всего живого и мёртвого, главное, чтобы хватило на всех золотой жидкости.
Однако долго уповать на тяжелую судьбу не позволил жалобный голос Руны.
«Ранкар, миленький, ты как? – затараторила встревожено спата, а её приглушенный голос пробивался сквозь толщу реального и внутреннего мира. – Как себя чувствуешь?»
Как дерьмо в проруби, малышка, – честно признался я.
«Слава Древним! – облегченно выдохнула спата, а затем кровожадно прошипела. – Эта старая сука за всё ответит! Как и её проклятый внучок! Я как знала и специально подстраховалась!»
Стоп. Подстраховалась?
Однако из мыслей вылетел абсолютно иной вопрос.
Сколько времени прошло?
«Чуть больше суток. Если бы не присутствие Имании, то всё могло обернуться скверно…»
Удивительно это или нет, но не успела Руна закончить, как реальный мир полностью попытался вернуть меня в свои владения, а слух уловил рассерженный голос тётки. Не успел я толком очнуться, как она уже рвала и метала.
– Расскажешь кому-нибудь об увиденном, и я с тебя шкуру спущу! – остервенело прошипела Несмертная. – Кайсе тоже ни слова! Ей об этом знать необязательно. Проболтаешься и пожалеешь, что на свет родилась. Уяснила?
– Обещаю вам, наставница, что из моего рта не вырвется ни единого лишнего слова, – с опаской произнесла ей в ответ Хира. – Даже госпожа Кайса не узнает.
Чего там происходит?
«Имания чихвостит Хиру из-за сердца Опустошителя. Это любопытная дура всё увидела, когда опередила Иманию и пыталась провести очередное исцеление над тобой. Хорошо, что остальные не увидели. Благо твои кровавые лохмотья тебя спасли и всё прикрыли».
Лохмотьям, конечно же, спасибо, но ситуация хреновая. Хира действительно тупоголовая дура! Ладно, – решительно выдохнул я, потому как очертания потолка виднелись более отчетливо. – Пора поднимать задницу. Дел еще хоть задницей жуй.
Слова не расходились с делом. Глаза раскрылись почти полностью, но зрение плыло, а затем всем старым сукам назло, я с кряхтением принял сидячее положение и протяжно выдохнул.
– Чтоб кто-нибудь… беспардонно… подох… – закашлялся гулко я, проклиная всё на свете.
– РАНКАР! Нет! Не вставай! – справа раздался вскрик Имании, и та рванула ко мне, но я остановил её взмахом ладони.
– Всё в порядке, тётя, спасибо вам, – сглотнул сипло я. – Не развалюсь… вроде бы.
– Не развалишься?! – ошеломилась мгновенно та. – Да ты едва дышал! Двенадцать рёбер сломано. Три ребра пробили правое лёгкое. Печень почти раздробили. Внутреннее кровотечение и несколько разорванных кишок. Считаешь, это нормально? – однако голос стал чуть тише, и та встревоженно вздохнула. – В порядке находилось лишь твоё «сердце». Так или нет, но скорее всего ты выжил лишь благодаря ему.
Сердце Опустошителя меня спасло, значит. Что ж, нет худа без добра! Так вроде бы говаривал Бетал.
– Спасибо вам, тётя, но сейчас я хотел бы пройтись. На данный момент я вроде и вправду в норме.
На мои слова тётка встревожено цокнула и охнула, но смолчала, а стоило мне повернуться вправо и слегка поднять голову, как я встретился глазами с изумлённой Хирой, которая не сводила взгляда с моего мерцающего и пульсирующего багрово-серого «сердца».
– Ей можно верить? – прокряхтел я.
– Хире? Этой простушке? – пренебрежительно осведомилась Несмертная. – Вздумает проговориться и со своей бывшей ученицы я шкуру спущу.
Ученицы? А ведь точно. Лет пятнадцать назад тётка являлась преподавательницей в академии. Что ж, оно и к лучшему.
– Хира, не могла бы ты позвать сюда Фанора, Александра и Тэйна. Я хочу их видеть. Немедленно.
– Как прикажите, юный лорд, – со всей учтивостью отозвалась девушка и со скоростью света скрылась за дверьми.
– Тётя, наставник здесь?
– В Верхнем городе. В поместье у главы дома Иан. Вместе с Данактом и Хаймоном, – задумчиво ответила целительница. – Что-то обсуждают. Хотя знамо что…
– Как понимаю, в Аронтире вскоре станет весело?
– Если всё не уляжется, то есть вероятность, что в Сенате из-за действий Иворы Фиан может возникнуть раскол.
В Сенате раскол, значит. Так тому и быть. Допрыгалась дрянь...
Старая сука оказала мне услугу. Она продемонстрировала истинное лицо Внутренних земель. А раз так, то им же хуже. Не пойман не вор, не так ли, Ивора Фиан? Буду действовать так же.
Малышка, о какой подстраховке ты говорила? – вспомнил вдруг я.
«Он будет подыхать долго и в муках, мой разоритель! – беспощадно прошептала спата. – Будет страдать гораздо сильнее, чем та орденская сучка!»
Заражение Истреблением?
«Именно так…»
Глава 4. Навстречу хаосу...
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Золотой квартал.
Особняк имени Ранкара Хаззака.
1 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
Ранний вечер…
На дворе стояла весна, но таковыми и являлись зачастую Внутренние земли. До сезона ливней еще несколько месяцев, так что пригожая весенне-летняя погодка будет преобладать еще долго.
Склоки, пересуды, обсуждения и ругань в высших эшелонах знати. Аронтир пыхтел, гудел, кряхтел, стонал и в какой-то степени бурлил, а еще… негодовал. Но всё это оказалось лишь началом. Всему виной был воспитанник Изувера, который перевернул всё с ног на голову всего-навсего одной переоценкой. Само собой, это не моё мнение. С таким отчётом явился ко мне Александр. Еще до прихода Фанора и Тэйна дворецкий доложил о подводных течениях столицы.
Сидя в кресле-качалке подобно старику и наблюдая за тем, как Имания продолжает чихвостить необычайно счастливую Хиру, я то и дело возвращался мыслями к последним событиям. Александр, Фанор, Тэйн и частично тётка поведали мне многое произошедшее за произошедшие полтора дня после моей отключки. А события оказались достаточно… достаточно… Хм…
«… достаточно глобального масштаба?» – мягко заметила Руна.
– Да. Грубо говоря так и есть, – согласился с ней я. – Глобального масштаба… для местного разлива.
– НЕТ! Не так! Глупая девка! – вдруг донесся до ушей раздраженный рык тётки. – Разве так я тебя учила использовать магию Жизни? Твоя матушка в усыпальнице перевернулась бы, увидев такое. Мягче, Хира. Мягче и гибче! Не нужно рваться к собственному источнику как изголодавшаяся свиноматка за помоями! Жизнь – это тебе не Огонь и не Земля. Магия Жизни – это бесценный дар. Она разрушает, и она же создаёт. Тебе вскоре тридцать исполнится, а ты ведешь себя как занюханная первокурсница. Ты гордая дочь дома Фалайн! Так и веди себя соответствующе.
Не знаю почему, но прислушиваясь к ругательствам Имании на душе у меня становилось светлее и веселее. Мне нравился склочный и крутой нрав моей названной тётки. И да, только сегодня я узнал, что Хира наследница основной ветви доминирующего дома Фалайн, а мои старые знакомые в лице Танара и Марии из побочной ветви того же дома являлись её двоюродными родственниками. В какой-то мере основная ветвь Фалайнов была странной и излишне таинственной, что не скажешь о главе побочной ветви. Впрочем, от всех своих наследственных возможностей Хира отказалась лет пять назад, когда Кайса забрала её к себе на службу. Да и о Танаре с Марией я давненько ничего не слышал.
Мимолётное веселье медленно отступало прочь стоило вспомнить о грядущих делах с заботами. Разговор с Фанором и остальными всё еще звучал в памяти. Да и бед ко всему прочему после оценки в академии у меня знатно прибавилось. Хотя их без того имелось в достатке.
Сероплащники и старая сука – раз. Сдаётся мне главы великих домов, и Огненная Комета не оставят произошедшее в академии без должного ответа. Да и в Сенате правления Аронтира начались странные телодвижения.
Иерихонцы и Наказующие со своими кознями – два. Хиал, орденская потаскуха, а теперь еще и обрубок Норон. Азаих отныне не отцепится от моей задницы. Само собой, пока не отправит её на тот свет. Я изувечил не только его отпрыска, но и приближенного судью. Впрочем, это мы только начали…
Великий дом Урелей со своими потаёнными обидами – три. Я не идиот и всё прекрасно видел. Видел, как Гуарт и его выродок Гаерон на меня смотрели. Необходимо держать ухо востро.
Братец Кайсы и доминирующе дома, что его поддерживают – четыре. По слухам, Бальтазару в борьбе за престол Ксанта массируют задницу доминирующий дом Креамх, дом Ост и дом Болсеамон. У меня и ранее с ними были дерьмовые отношения, а теперь и без того станут хуже. Да! Отныне некий Ранкар в полном дерьме, потому как он решил вмешаться в большую игру голубокровных, а сынку Данакта доподлинно известно, кого поддерживают Хаззаки, а теперь еще и я сам.
Не совсем понятно, чего ждать от демонов – это уже пять. Должно ли меня подобное заботить? Сложно сказать… Вторжения учащаются. Поговаривают у разломов между деспотами и инферийцами-радикалами продолжается резня. Марагна, как главный миротворец, бездействует. Да и Искорка, вероятнее всего, хочет моей крови из-за того, что я ей не «звоню».
Дурёха и её отправка на Север – шесть. Ага. Тётка всё рассказала. Хоть она и была недовольна таким фактом неповиновения, но приняла мою волю и решение валькирии. Неспокойно у меня на душе от подобного, но сделать я сейчас всё равно ничего не могу. Фьётра не девочка и я нехочу ей приказывать. Могу и в какой-то степени имею право так поступить, но не стану этого делать. Плюс ко всему Ингмар и Арнлейв не на чай в академию заскакивали. Задницей чую им что-то нужно. Вот только что? Вопрос…
Мои подступающие проблемы с доминирующим орденом Сияющих и кварталом фривольного вида девиц – семь. Исчезновение сразу трёх отрядов Сияющих вскоре мне аукнется. Об этом говорит не только Тэйн, но и наш рыжий пиромант. Так что стоит ждать беды. Нужно подготовиться и полностью подмять под себя весь Сад Наслаждения, а не только Сирену. Но эту задачу я знаю на кого возложить. Новоявленный хускарл в лице Талиссы Арленд прекрасно с этим справится, а парни ей в подобном помогут. Всё-таки присутствие Тэйна и Натана вселяет надежду на успех. Да и про свидание со стервой Нойей я не забыл. К тому же наш договор с серафимом касательно его семейки необходимо как-то форсировать.
Диана и малышка Рейна – восемь. Помощи пока что дриада не просила, но нечто подсказывает, что очень скоро всё может измениться. И это «скоро» не за горами.
Впрочем, в какой-то мере все перечисленные проблемы меркнут перед четырьмя следующими задачами.
Альяна и её заточенная и стонущая от боли сестра где-то в глубинах академии – это девять. Со слов спаты где-то под храмом знаний расположена тюрьма, в которой томится один из глифов Пятой Династии – Руна Разрушения.
Скорое возвращение Лиярта Августа, который может загубить все мои планы – десять. Есть призрачный шанс напроситься в отряд уничтожения Лиярта. Однако сделать это можно будет только через Эйсона. В принципе, Вакар Август показался мне здравомыслящим главой дома.
Предложение дома Иан о сотрудничестве – одиннадцать. Проигнорировать каких-нибудь Урелеев мне не составило бы труда, но могущественнейший дом Аххеса – это не абы кто. Тем не менее, в данном вопросе последнее слово будет не за мной, а за кое-кем другим.
Ну и на десерт Великая Сотня – двенадцать. Я абсолютно не понимаю, что от неё ждать, но боюсь претенденты там будут не рядовые. В какой-то мере я действительно стал силен, но на общем фоне мои возможности гаснут.
Пребывая в хаотичных домыслах, я не заметил, как потерял счёт времени. Сига и Мера медленно уходили в закат. Справа от себя ощутил знакомое присутствие, а разлепив веки, понял, что Имания в полнейшей тишине уже некоторое время подобно мне мягко покачивается вперед-назад на кресле-качалке. От Хиры и след простыл. По-видимому, доброта Несмертной сошла на нет. Она и без того пошла целительнице навстречу, когда удовлетворила её просьбе, одарив несколькими советами молодую магиню Жизни.
Странно это или нет, но лишь наблюдая за Знающей я осознал, что в какой-то мере она стала мне близка по духу, ведь своим поведением и характером женщина напоминала старика Бетала.
– Знаю, что не согласишься, но обязана спросить, – выдохнула с безнадёгой целительница, после затянувшейся могильной тишины. – Ты точно не хочешь вернуться в Мергару пока всё не уляжется в Аронтире?
Голова рефлекторно качнулась из стороны в сторону, выражая полнейшее отрицание, а на моём перекошенном лице заиграла предвкушающая ухмылка-оскал.
– Я ни за что не пропущу такого веселья. Хочу наблюдать за всем из первого ряда. Не переживайте за меня. Лучше разберитесь с попранным авторитетом Аххеса, а со своими проблемами я как-нибудь управлюсь. Но спасибо за предложение, тётя, – чуть теплее усмехнулся я, слегка склонив голову перед названной родственницей. – Мне приятно осознавать вашу заботу.
– Ты Хаззак, мой мальчик, – со спокойной улыбкой прошептала та, поджимая губы и медленно поднимаясь с кресла, а затем рукой коснулась моих волос и с нежностью их растрепала. – Темида подарила мне замечательного племянника, и я не хочу потерять его раньше того, как сама покину этот мир. Помни об этом. Я всегда приду к тебе на выручку. Тебе нужно лишь сказать об этом. Мы семья, Ранкар. Семьей останемся навеки.
В какой-то миг её спокойная улыбка преобразилась в грустную и доброжелательно подмигнув на прощание, она неторопливо зашагала в сторону особняка.
Семья. Семья…Семья.
Всего-навсего одно жалкое слово, но сколько смысла в него можно вложить. Странно это или нет, но наблюдая за действиями, поступками и заботой Имании с Дэймоном по отношению ко мне, то моя собственная ненависть к тем существам, что произвели такую тварь как я на свет, становилась с каждым вдохом и выдохом только больше и больше. Хотел бы я сказать, что эту ненависть утолит лишь кровь, но к сожалению это было не так. К огромному моему сожалению…
Сига и Мера продолжали стремительно приближаться к закату. Над Аронтиром сгущались сумерки, и эти сумерки касались не только времени суток. Ситуация носила более каверзный и глубокий характер. Впрочем, я хоть и являлся частичной виной данных сумерек, но ответственность нести абсолютно не собираюсь. Старая сука повинна по всём сама. Пускай теперь расхлёбывает.
– Время для догадок и размышлений миновало, – прошептал я одними губами, наблюдая за вспыхивающими вечерними огнями столицы и медленно поднимаясь с кресла-качалки. – А время страданий и крови еще не наступило. Но всему своё время. Не так ли, малышка?
«Ты сам не свой после оценки... Неужели это из-за меня? Из-за моего поведения? – виновато шмыгнула носом спата. – Ранкар, прости, что вывалила на тебя все тяготы и невзгоды моей сестры. В тот момент я была сама не своя. Я…»
– Нет, всё в порядке, красотка. Ты поступила верно, – хмыкнул невозмутимо я, быстро сканируя своё нынешнее состояние, а после окончательного анализа, удовлетворённо кивнул, ведь дел сегодня еще имелось в достатке. – Обещаю тебе, что помогу твоей сестре. Этот миг не за горами. Но для начала нужно решить кое-что иное и быстро заткнуть некоторые пробоины во избежание проблем. К тому же у меня имеется план. Однако, чтобы претворить его в жизнь необходимо вернуться в академию и всё тщательно разнюхать…
«Благодарю тебе, мой… мой разоритель», – облегченно сглотнула девушка.
Рано благодаришь, малышка. Успеется еще. Пока нужно заняться насущными делами.
Тэйна я отправил к парням в Сирену. Он должен всё подготовить к моему приходу. Фанор предупрежден об отлучках юного лорда. Да и сомневаюсь, что инквизиторы выпустят мою задницу из своих цепких лап. Скорее всего, за особняком следят. Особенно после случившегося на оценке. Так что можно действовать.
Несколько секунд я попросту стоял с прикрытыми веками, вслушиваясь в нарастающую вечернюю суету столицы и тщательно прислушиваясь к собственным ощущениям. Отголоски ранений и внутренние повреждения всё еще явственно о себе напоминали, но сил должно хватить.
Ко мне, малышка…
Глаза неторопливо раскрылись и сделав решительный шаг назад, в руках материализовался знакомый обломок спаты.
«Закончим начатое? – кровожадно полюбопытствовала Руна. – Прикончим выродка судью?»
Нет! – отбросил я прочь эту идею, криво усмехаясь и медленно прижимая острие клинка к собственной груди. – Пусть он корчится в муках и страдает. Всему своё время. Его мы оставим на сладкое. Перед тем как он сдохнет, я хочу, чтобы он или Азаих с Иворой приползли на коленях. Сейчас займемся более важными вещами. Необходимо укрепить тылы, а уже после казню иерихонскую шваль и всех, кто встанет на нашем пути.
Сущность Истребления… Первая Форма…
И через миг носитель Руны Истребления полностью растворился в объятиях призрачного мира…
***
Аронтир. Внутренние земли.
Средний город. Квартал Сад Наслаждений.
Дом лёгкого поведения «Сирена».
Подземный этаж.
Два часа спустя…
В небольшом зале царила гробовая тишина и неловкое молчание.
Аркас, Грат и Цуг то и дело переглядывались между собой, бросая озадаченные взоры на Тэйна с Рамасом. Но серафим и Высший являлись единой невозмутимостью с каменными мордами. Такими же спокойными выглядели и Натан с Талиссой.
Честно признаться, наблюдая за своей армией со стороны призрачного мира, всё выглядело не так радужно, как я себе предполагал на «бумаге», но жаловаться сейчас грешно. Напрягало присутствие Зарины, Эстель и дриады похоти Ании, что сидела подле своей «мамки», но с этим мы разберемся.
Напряжение медленно нарастало и первым не удержался от вопроса Цуг. Отныне пацан мало чем напоминал того бывшего смертника мальчишку, что я повстречал впервые в военном лагере. Юноша в прямом смысле преобразился в молодого мужчину.
– Тэйн, а к чему это… собрание, если не секрет? – смущенно поинтересовался парень, продолжая переглядываясь с друзьями. – И где Ранкар? Он вроде как…
Ладно, пора.
– Он вроде как… тут, – сухо отрапортовал я, медленно покидая пределы призрачного мира и мягко хлопая юношу по плечу. – Причем давно…
– Чтоб тебя чумные сильфы вздрючили! – в один голос ругнулись Аркас и Ганграт, в одночасье хватаясь за грудь.
От неожиданности Цуг перепугался и встрепенулся, но под натиском моей ладони продолжил сидеть. Зарина и Эстель от испуга взвизгнули, отчего я поморщился. Ания вздрогнула и пересела ближе к Талиссе, а вот альва наоборот радостно улыбнулась и быстро встав с кресла, глубоко поклонилась. Самыми спокойными остались лишь трое: ухмыляющийся Натан и Рам с Тэйном.
– Прекрасное появление, юный лорд! – похвалил меня Глиан. – Еще пара таких вывертов и некоторым придётся заручиться поддержкой ручной целительницы… или же усыпальницей.
– Ты нас когда-нибудь действительно доконаешь! – весело рассмеялся полубог, приветственно кивая и переглянувшись с остальными, вновь обратил взор на меня. – Как понимаю, ты собрал всех тут не просто так?
– Ты прав, Арк, но нужно кое-что осознать, – спокойно произнес я, обходя небольшой стол по кругу и дойдя до нужного места, остановился между встревоженными Зариной и Эстель, а после с вопросом посмотрел на Тэйна. – Присутствие дриады похоти я еще могу понять, но они-то чего тут забыли?
От собственного упоминания Ания взволновано напряглась и с надеждой посмотрела на Талиссу, но альва ныне являлась непоколебимой и внимала каждому прозвучавшему слову.
– Вопрос не по адресу, – пожал плечами серафим, а затем кивнул в сторону Ганграта и Цуга. – Это просьба парней.
– В таком случае вопрос адресую вам, – и мой взор переплыл на бывших смертников, которые невольно замешкались и заёрзали на месте.
Парочка внезапно переглянулась и тяжело вздохнув, слово взял терат.
– Понимаешь, Ранкар, тут такое дело… Я с Зириной, а Цуг с Эстель. Мы и они… Вроде как…
Слушать стенания здоровяка было нелепо и теперь пришла моя очередь тяжело выдыхать.
– У вас любовь или что-то типа того, не так ли? – сдался я.
Оба тотчас смутились, слегка улыбнулись, но утвердительно кивнули.
– Надеюсь, вы им объяснили, что уйти от вас они так просто уже не смогут? То есть не смогут беззаботно умчатся в закат после того, что сейчас услышат. Само собой, вариант, где ноги следуют вперед к дверному проёму мы не считаем. Они понимают это?
Напряжение внезапно возросло после упоминании смерти, а в зале вновь воцарилась могильная тишина, но мгновений десять спустя Цуг и Ганграт, безмолвно посовещавшись со своими избранницами, вновь твёрдо закивали.
– Мы всё с ними обсудили, – тихо отозвался пацан. – Они… они готовы быть под твоим началом.
– Коли так, то не вижу проблем, – пожал я плечами. – Под вашу личную ответственность, – но затем мой взор переместился на альву, а я указал пальцем на переполошившуюся Анию, которая перепугано сглотнула. – Дриаду под твою ответственность.
– Разумеется, мой господин, – учтиво отозвалась Талисса.
– Ранкар, за Зирину и Эстель можешь не беспокоиться. В случае чего я сам отвечу перед тобой собственной жизнью. Меня более волнуешь сейчас ты сам… С тобой всё в порядке? – вдруг тихо поинтересовался Аркас, почесывая подбородок и тщательнее присматриваясь к моей бледной физиономии. – Просто ты примчался сюда сразу же стоило оправиться от ран. Рамас сам на себя не похож после вашего возвращения из Инферно. Весь сияет просто! С Тэйном аналогичная ситуация. Нашего падшего просто не узнать! Может быть ты объяснишь нам подробности? Хотя бы частично. Мы так до конца и не узнали, что случилось в мире демонов, и что случилось на твоей оценке. К чему такая срочность?
Ладно, крыть нечем. Как ни крути, но им я доверяю больше остальных.
– Вопросы вполне логичные, но ответить я могу не на все твои замечания, – задумчиво выдохнул я, подбирая нужные слова. – И не по той причине, что не доверяю вам. Вам я доверяю больше, чем кому-либо. Для всей правды еще слишком рано, Аркас. Однако твои доводы принимаются к сведению, а коли так, то сэкономим время…
На миг воцарилась звенящая тишина, а я искоса взглянул на единственного пернатого в нашей компании.
– Тэйн, ты не мог бы…
Дважды повторять серафиму не пришлось и быстро поднявшись с кресла тот сделал несколько шагов к стене и залихватски всем подмигнул, а через секунду за спиной у бывшего падшего материализовались две пары черных крыльев, которые произвели попросту феерический эффект.
– Какого чумного сильфа?.. – шокировано прошипел полубог. – Ты же… калека…
– Во имя Небес… – выдохнул очаровано Цуг, глядя на крылья.
– Чтоб я сдох… – сглотнул озадачено терат. – Херувим…
От нахлынувшего изумления парни повскакивали на ноги друг за другом. Чего уж говорить о женской половине во главе с Талиссой. Херувимы сами по себе редко спускаются ниже Верхнего города, а тут целый серафим. Даже Натан невольно поднялся с кресла и с удивлением воззрился на меня, а пораженный Рам вытаращил глаза.
– Арк, Цуг, Грат, знакомьтесь, – спокойно заговори я, глядя на ошарашенных бывших смертников. – Представляю вашего нынешнего тренера по боевой подготовке. О всех подробностях он сам вам расскажет. В перерывах между кое-какими делами он будет вас натаскивать до нужного уровня.
– Но… как? – изумлённо прошептал Аркас, глядя то на меня, то на Тэйна. – Он ведь не может… Его крылья… его ядро… уничтожили…
– Теперь Тэйн может многое. Как и сказал ранее, он сам вам всё объяснит. Считай это чудом.
– Ранкар, погоди! – вдруг повысил голос Цуг, малость отойдя от шока. – А почему только мы трое будем тренироваться? Что с Рамасом?
– С Рамом всё малость сложнее, – нехотя отозвался я, припоминая как на Вечном ристалище относятся к демонам. – Тренировки ему сейчас нужны не так сильно, как вам. Однако как придёт время вы обо всём узнаете. Что касательно тебя, Талисса, – обратился я к альве. – То мне нужно, чтобы ты начала скупать или же перекупать всю недвижимость в квартале развлечения. Знаю, что это не дешево, но…
– Не стоит, мой господин, – со смущенной улыбкой мягко перебила меня женщина. – Недостатка в средствах у нас нет. Имелась большая проблема с влиянием и силой, но благодаря вашему вмешательству у меня отныне развязаны руки. Как понимаю, вы сами разберетесь с орденом Сияющих, а я в свою очередь обещаю, что через декаду или максимум две весь квартал будет под вашим контролем.
От неожиданности я чуть не поперхнулся.
Весьма громкие слова. Что ж, проверим, на что способна альва.
– Если ты так в себе уверена, – благосклонно отметил я. – То можешь начинать свою «экспансию».
– Погоди-погоди, Ранкар, – взял слово Ганграт, обращая всё внимание на себя. – Тэйн вернул свои возможности. Мы будем проходить боевую подготовку у могущественного серафима и выполнять кое-какие «дела» для тебя. Талисса будет занята кварталом. Мы даже девочкам найдем работу. Я не идиот и прекрасно понимаю, что ты к чему-то готовишься. Но сейчас мне кажется, что ты поступаешь так, словно хочешь куда-то в дальнейшем… уйти.
– С уходом я не тороплюсь, Грат, – фыркнул сухо я. – Но в одном ты прав. Мы готовимся. И нет, я никуда не ухожу… Пока что. Просто я буду занят кое-какими делами за пределами Среднего города и не смогу постоянно находиться рядом. Так что вместо меня останется Натан.
– И чем же ты будешь заниматься, если не секрет? – с подозрением осведомился Аркас, после затянувшегося молчания.
– Сеять смуту, – расплылся я в коварной усмешке. – Но прежде, чем я возьмусь за свои грязные делишки, мне нужно кое с кем переговорить. Впрочем, если вы закончили с расспросами, то позвольте мне продолжить свои объяснения…
***
Объяснения затянулись за полночь на несколько долгих часов. Последней зал покидала уставшая Талисса. Пришлось в красках описывать альве необходимую информацию для будущей оккупации квартала, но если вещать по-простому, то я всего-навсего передавал ей свои знания о синдикате и о захвате власти в той или иной структуре. Благо опыта в таких вопросах у меня имелось хоть отбавляй.
Стоило дверям беззвучно захлопнуться, как я остался сидеть в тусклом полумраке, прислушиваясь к едва уловимым звукам веселья сверху и мягко вертя в руках осколок отвердевшего пламени.
Похоже, время пришло. Последуем навстречу предстоящему хаосу в Аронтире...
Несколько секунд я вглядывался в его неровные мерцающие грани, а затем слабо усмехнувшись и тем самым предвкушая знатную выволочку, неторопливо влил в него крупицы собственной магии. Пару мгновений ничего не происходило, но далее перед глазами возникла проекция алого цвета, а спиной ко мне стоял весьма обворожительный женский силуэт.
Причем, судя по всему, девица на той стороне не была предрасположена к беседе.
– Рад тебя видеть, – но не видя никакой реакции в ответ, горько вздохнул и закатил глаза к потолку. – Прекращай обижаться…
– Что ты сейчас сказал, мерзавец! – вдруг разъярилась Верховная, а её холодное личико почти вплотную оказалось перед моим. – Обижаться?! Нет-нет, мой милый, – с наигранной теплотой прошипела инферийка. – Я не обижаюсь на тебя! Вовсе нет! Как я могу? Ведь прямо сейчас я не в обиде на тебя! А в самом... настоящем... бешенстве...
Мириада сраных бед! Как же с женщинами сложно…
Глава 5. В преддверии крови и страданий...
– Ну что? – яростно продолжила напирать та. – Вдоволь натрахался со своей валькирией? А как она надоела решил вспомнить обо мне?! Какой Геенны Огненной я даровала тебе такую драгоценную вещь? Чтобы она пылились у тебя в кольце? Ты совсем страх потерял, Ваерс Пустой? Я тебе не какая-нибудь подзаборная девка, я…
– Прекращай уже свою истерику! – рявкнул раздраженно я, отчего девушка разъярилась лишь сильнее. – Я в курсе, кто ты… Ты Искрида Опаляющая! Кровная Верховная! Повелительница двух великих городов Инферно! Гордая дочь Марагны Опаляющей! Так и веди себя соответствующе. Сейчас ты похожа на сопливую девчонку в период всем известного женского цикла. И если тебя это успокоит, то да… я натрахался с Фьётрой вдоволь!
Последние слова оказались излишними, потому как гиара готова была рвать и метать.
– Да я тебя… загрызу! Придушу! – процедила та сквозь зубы, обнажая клыки. – Пламя Возмездия мне свидетель, Ваерс Пустой… Ты грязный мерзавец! В тебе человеческого столько же, сколько во всех инферийцах вместе взятых.
– Чтоб мне беспардонно сдохнуть! – фыркнул беззаботно я. – В таком случае у нас много общего. Демоны же заложники своих пороков, страстей и желаний. Вот я и делал всё, что хотел с Фьётрой.
– Не паясничай, скотина! – огрызнулась демонесса.
– А ты не истери! – скривился я. – Возьми уже себя в руки. Или продолжим обмениваться «комплиментами»? Вообще-то я действительно рад тебя видеть.
Ярость по-прежнему искажала лицо девушки, но теперь она была не такой концентрированной как раньше, однако Искрида не изменяла своим инферийским замашкам.
– Тогда какого Инферно ты не связывался со мной раньше?
– Времени прошло всего ничего. Какой смысл? – не остался я в долгу. – Зачем тебе мужик приставала под боком? К тому же я был занят и только сегодня пришел в себя.
– Пришел в себя?! – неуловимо переполошилась инферийка, а брови её слегка подскочили вверх. – Что-то стряслось?
– Неважно. Со своими проблемами сам разберусь, – отмахнулся я и, тяжело выдохнув, усадил свою задницу обратно в кресло, а артефакт в виде отвердевшего огня Инферно уложил прямо перед собой на столе. – Как у тебя обстоят дела? В Арутуме не шалят? Аббадон выпустил суку Анширу из заключения?
По личику гиары становилось ясно, что она всё еще злится, но при каждом моём вопросе медленно оттаивала.
– В Арутуме всё на удивление гладко, – с наигранной безэмоциональностью отозвалась Верховная, деланно разглядывая коготки на левой руке. – Насчёт Анширы всё сложно. Если Гатаг не лжет, то она всё еще в заточении. Но до её освобождения осталось не так долго. Никто не ведает, что творится в голове у Аббадона Разрушителя.
Так-так-так. Неплохо. Хоть какие-то хорошие вести.
– Ты не рассказала, как у тебя обстоят дела, – заметил многозначительно я, вглядываясь в изумрудные глаза Верховной.
На несколько томительных секунд возникла гнетущая тишина. Складывалось впечатление, что гиара над чем-то хаотично размышляла. Девушка словно решалась – говорить правду или же нет. Впрочем, вскоре инферийка сдалась. Наигранное бесстрастие сошло на нет, и та задумчиво нахмурилась.
– Недавно меня посещала Ясминда, – нехотя призналась правительница Лавалара.
Ясминда? Хм. Занятно…
– Ясминда Великая? – поинтересовался я, вальяжно откидываясь на кресле и вновь встречаясь глазами с Искоркой. – Дочь Зархона Великого? Чего она хотела?
Вновь воцарилась могильная тишина, а личико Искриды стало более угрюмым и недовольным. По какой-то причине она опалила меня негодующими взором и без какого-либо желания заключила.
– Не чего, а кого…
– О чем ты? – не понял я девицу, чувствуя неладное.
– Я говорю, что она хотела не чего-то, а кого-то, – поморщилась демонесса. – Она хотела забрать тебя!
Ирззу распутницу мне в жены! Этого еще не хватало.
– Подробности будут или продолжишь сверлить во мне дыры глазами? – хмуро осведомился я. – Уж прости, Искорка, но в Инферно я спал только с тобой, а с Ясминдой никогда не виделся. На кой ляд я ей сдался?
– Я не знаю лжет она или нет, но говорит, что хотела бы заручится твоей поддержкой перед брачными спорами. Моя несгибаемость и твои достижения её… «покорили», – скрепя сердце выдала гиара, словно кого-то передразнивала, но теперь знамо кого. – И она оказалась более чем убедительна. Желала увидеть тебя воочию.
– Как-то плевать, чего она там хотела. Коротко говоря, она хочет взять меня в «аренду» на весь срок брачных споров, – хмыкнул холодно я, а после вновь заглянул в глаза Искриде и расплылся в кривой усмешке. – Откажи ей. Такое меня не интересует. Я готов помогать только тебе и более никому.
Лица гиары после услышанного стало менее холодным, но затем та грустно улыбнулась.
– Ты не понимаешь, – тяжело выдыхая, покачала инферийка головой. – Она дочь Зархона Великого. Дочь сильнейшего архидемона. Зархону Великому так просто никто не отказывает. Сейчас Ваерс Пустой является частью манора Пылающей Стали. Если я откажу без веских оснований, то такое могут счесть за оскорбление. И поверь мне на слово, моей матери не хотелось бы отказывать хоть и эфемерному, но союзнику. Если ей удастся уговорить Зархона напрямую выступить против Аббадона, то резня на разломах прекратится и воцарится хоть и паршивый, но мир. Понимаешь, как всё серьёзно? А если его любимая доченька явится к папеньке и скажет, что Пылающая Сталь отказала Ясминде в ма-а-а-аленькой просьбе, то неизвестно как отреагирует владыка Вечного Льда. Мать описывает его, как здравомыслящего правителя, но рисковать никто не хочу.
Хм. Засада. Причем не рядовая. Каждый желает перестраховаться.
– Сколько у тебя времени? Что насчёт Марагны? Какие-нибудь поручения поступали от твоей матери?
– Брачные спора Ясминды стартуют где-то через полгода, – тихо пробубнила Искрида. – Матушка покамест бездействует и молчит. К тому же…
Знамо почему старая интриганка молчит и бездействует. Она выжидает. Ждёт удобного момента. Честно сказать, чем больше я узнаю Марагну, тем более ужасающей она предстает передо мной. Страшная баба. Само собой, не в плане внешности, а в плане интриг, ума и хитрости.
Гиара внезапно оборвалась на полуслове, а веки слегка расширились, когда до неё дошло сказанное.
– Погоди… – со скрытой надеждой прошептала та. – Ты хочешь вновь возвратиться в Инферно и…
– И не мечтай, Искорка! – отмахнулся резко я, а глаза демонессы вновь наполнились яростью. – Только не вздумай обижаться. Я хотел бы проводить с тобой больше времени, но есть очень важные дела. Ко всему прочему Фьётра о тебе знает, а ты знаешь о ней.
От услышанного ярость девушки тотчас сошла на нет, ротик слегка приоткрылся, а затем та жадно сглотнула, но в последний миг сделала вид, что это никого не интересует.
– Плевать на твою валькирию! – фыркнула бесстрастно гиара. – Мне чихать на её мнение.
– Да неужели? – хмыкнул насмешливо я и склонил чуть голову набок, внимательно разглядывая безупречное лицо инферийки в проекции.
Тишина в какой-то миг показалась удушающей и первой не выдержала Искрида.
– Раздери тебя Инферно! Какой же ты всё-таки мерзкий подонок, Ваерс Пустой! – рыкнула раздраженно моя собеседница, но через секунду сдалась окончательно, а голос её стал тише и малость отрывистым. – Что… что сказала твоя подстилка?
– Еще раз её так назовешь, и я разорву нашу беседу, – с холодком пригрозил я демонессе.
– Ладно! – огрызнулась удрученно девушка. – Я не хотела. Прости… Так что она сказала?
– Фьётра отнеслась с пониманием к тому, что произошло между тобой и мной в Инферно, – коротко заключил я, вспоминая наши беседы с Дурёхой.
– Ты рассказал ей всё без утайки? – с нарастающим удивлением осведомилась дочь Марагны. – Как мы тут… в Инферно… с тобой.
– У меня нет привычки лгать тем, кого я уважаю и ценю, – спокойно признался я.
Всего на миг, но глаза гиары задрожали, а её острый коготок скользнул по губам.
– Возможно, она и не так плоха, как я о ней думала. Признаться, я предполагала, что валькирии более несгибаемые в плане интима и отношений.
– Оно особенная, – не остался я в долгу.
– «Она особенная», – передразнила меня Искрида, скорчив гримасу недовольства. – Ко мне ты относился иначе!
– Ты тоже особенная, но в ином плане, – польстил я любовнице, отчего та незаметно смутилась.
– Ты фигляр и повеса, Ваерс Пустой! – фыркнула беззлобно демонесса, а затем с подозрением заглянула мне в глаза. – Ну и? Я жду! Клянусь огнём Инферно, что ты связался со мной не просто так.
– Говорил же, что ты тоже особенная, – тихо рассмеялся я. – Твоя прозорливость поражает.
– И на том спасибо, – вяло отмахнулась та. – Говори. Тебе ведь нужна помощь, не так ли?
В мыслях у меня имелось сразу несколько нужных слов, но с правительницей Лавалара играть в таинственность себе дороже.
– Искорка, мне нужно, чтобы по моей отмашке ты устроила небольшое вторжение. Место – Аронтир. Ориентир – Аронтирская академия. Время – ближайшая декада или две.
«Во имя Древних! – ошеломлённо сглотнула Руна. – Ранкар, только не говори, что ты хочешь…»
Нет, я не хочу, чтобы демоны разрушили академию. Мой план заключен в ином. Я не идиот, чтобы вставлять палки в колёса нашего миротворца Марагны. Однако я догадываюсь, чего она ждёт.
При каждом слове глаза гиары становились шире, а стоило мне закончить та первым делом покрутила пальцем у собственного виска.
– Ты совсем, что ли, сдурел?! – шокировано выпалила Опаляющая. – Моя мать сейчас борется за мир, а ты предлагаешь устроить мне вторжение? Да еще и не абы где, а в самом Аронтире? В пределах академии?! Я знала, что ты сумасшедший, Ваерс Пустой, но у всего должна быть мера! Манор Пылающей Стали на такое не сможет пойти. Мы…
– Искорка, успокойся, – чуть мягче добавил я. – Кто сказал, что Пылающая Сталь атакует Аронтир? Во-первых, вторжение проведете не вы, а «демоны Аббадона». Вроде как твоя мать спонсирует их обмундированием и оружием. Во-вторых, никого убивать не придётся. «Легионерам Аббадона» просто нужно сделать вид, что они пытаются провести вторжение. Всё остальное ляжет на мои плечи. Координаты я тебе дам и в момент, когда пространство между Аронтиром и Инферно ослабнет, легионеры попытаются ворваться и наделать немного шума, а затем они также слаженно отступят назад. Думаю, ты и сама понимаешь, что такие агрессивные шаги архидемона Разрушения заставят действовать и архидемона Вечного Льда. Таким образом мы сместим вектор внимания заботливого папаши Ясминды с брачных споров на более важные проблемы.
Искрида была умна и необычайно догадлива. Дважды ей повторять не пришлось. Девушка всё поняла с полуслова. Однако в глубине глаз гиары затаилось подозрение.
– Зачем тебе это? – со скепсисом заметила она. – Что ты задумал? И почему мне кажется, что моя любимая матушка в этом как-то замешана.
– Я ценю и уважаю тебя, Искорка, – серьёзно произнес я. – Но врать я тебе не хочу. Не заставляй меня этого делать.
– Значит, я права, – выдохнула задумчиво та, постукивая коготком себе по губам. – Моя мать и тут успела влезть. Хорошо! – решительно кивнула она. – На такое я согласна. Однако нужно нечто мощное, чтобы пошатнуть пространства Аронтира. В пределах академии, это сделать весьма сложно.
– Оставь это на меня, – осклабился хищно я. – Я уже имел такой опыт. Да и в Ванфее при вторжении Аббадона, Баала и Астарота увидел достаточно. Когда нужно будет пространство Аронтира ослабнет так, что хватит новорожденного дитя, чтобы его пробить.
– Порой мне кажется, Ваерс Пустой, – с каким-то скрытым очарованием шепнула Опаляющая. – Что с человеческим племенем у тебя столько же связи, сколько и у меня. А если выражаться корректнее, то ровным счётом… ничего.
Знала бы ты, милая, как близка к правде.
– Спасибо тебе, Искорка, – как можно теплее отозвался я и практически вплотную наклонившись к проекции, с нежностью провёл пальцем по призрачной щеке гиары. – Я действительно был рад тебя увидеть. Очень рад…
– Считай, что после этих слов ты заслужил себе прощение. Очень часто мне не хватает тебя в постели. Порой я жалею, что отпустила тебе на Вечное Ристалище, – возбужденно прошептала демонесса, а затем со смущением отмахнулась от проекции. – Ладно уж, ступай, мерзавец! Я наговорилась с тобой вдоволь, но если посмеешь игнорировать меня подобным образом, то я отрежу твоё хозяйство.
– Буду иметь ввиду, Искорка, – хмыкнул я, весело ей подмигивая на прощание. – Не скучай там.
Связь оборвалась так же резко, как и образовалась. Стоило же проекции полностью истаять, как небольшой зал вновь погряз в полумраке, а я с тяжелым вдохом откинулся на спинку кресла и прикрыл устало веки.
– Ждём приглашение из академии на получение регалий и тогда начинаем действовать, – вслух обронил я. – Кровь и страдания не за горами, малышка, не правда ли?
«У разорителей иначе не бывает», – с грустью заключила спата.
– Надеюсь, мы сможем помочь твоей сестре.
«Я тоже на это надеюсь, мой разоритель…»
***
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Бронзовый квартал.
Особняк имени Лиамы Креамх.
Поздняя ночь…
В апартаментах царил слабый полумрак, но силуэты четырёх собравшихся разумных невозможно было спутать с кем-либо еще. Нимфа гор не сидела за столом. На протяжении получаса она наряду с другими главами домов, продолжала стоять и выслушивать пламенную речь отпрыска Данакта.
Лиама, как и Азар с Банардом давно не видели Бальтазара таким раздраженными. Очень давно. Практически всегда старший сын великого дома Ксант был сдержан и рационален, но только не сегодня. Уже на протяжении двух дней ему не давала покоя своеобразная победа его младшей сестры. Но более всего он был озадачен результатом оценки и кровавой баталией, что на ней развернулась
– Извивалась перед отцом, как последняя тварь! А ведь он оценил её старания. Еще как оценил. Ему понравилось… Как погляжу эта гремучая сука расстаралась! – продолжал свирепствовать Бальтазар, сотрясая воздух. – Столько времени скрывала от меня выкормыша Дэймона.
Причем троице глав доминирующих домов казалась, что молодой мужчина в это время беседовал сам с собой.
– Нет! Я знал, что Изувер заимел себе воспитанника, слышал о его достижениях в Аделлуме, но демонстрация перешла все разумные границы!
На секунду воцарились могильная тишина, но прямо сейчас Лиаме захотелось, чтобы парень продолжал сотрясать воздух, ведь в следующее мгновение до ушей глав донеслась архаика, а их волю сдавили будто тисками.
– Почему вы раньше не уведомили меня о том, что моя сука сестра имеет такой козырь? Почему не избавились от него?! ВАС ВСЕМУ НЕОБХОДИМО УЧИТЬ?! ВЫ ХОТЬ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО ОН ТЕПЕРЬ ЧАСТЬ КСАНТА? КАКОЙ-ТО ШЕЛУДИВЫЙ ЩЕНОК ВЗДУМАЛ ВСТАТЬ У МЕНЯ НА ПУТИ!
Троица глав сами не поняли, когда оказалась на коленях, но первым заговорил Банард Болсеамон.
– Мы… мы не успели… мой господин, – сдавленно прохрипел мужчина, борясь с натиском. – Мы считали, что в Мергаре всё решится…
– Затем была… Ванфея, – перехватил речь товарища содрогающийся Азар Ост. – Его все посчитали погибшим. Мы действовали и… придавили Хаззаков, как вы и приказали.
– Но затем он возвратился и всё… пошло наперекосяк, – более решительно заявила Лиама и исподлобья посмотрела на Бальтазара. – К тому мы не ожидали, что Изувер придёт в себя. Вы утверждали, что Дэймон живой труп…
– ТАК И БЫЛО!!! ОН ДОЛЖЕН БЫЛ СДОХНУТЬ! – заорал разозлено парень на языке знатных. – Я НЕ ЗНАЮ, КАК ХАЗЗАК ВСТАЛ НА НОГИ! НЕСМЕРТНАЯ И ДЭЙМОН НУЖНЫ МНЕ ТОЧНО ТАК ЖЕ, КАК И ПЯТОЕ КОЛЕСО НА БУРЕВЕСТНИКЕ! ОНИ ВЕРНЫ МАМАШЕ ЭТОЙ СУКИ, А НЕ КСАНТУ. ОТЕЦ ТОЖЕ ЭТО ПОНИМАЕТ, НО НИЧЕГО НЕ ХОЧЕТ ДЕЛАТЬ. ОН СЛИШКОМ ПРИВЯЗАН К ТОЙ ГРЯЗНОЙ ПОТАСКУХЕ!
Внезапно голос голубокровного стал тише, но негативных эмоций в нем ничуть не убавилось.
– Отец, скорее всего, подозревает, что через тебя, Лиама, я каким-то образом связан с Забытыми Песками. Плюс от него не укрылся тот факт, что я в какой-то мере через Гаерона заручился помощью великого дома Урелей. Прежде чем он начнет действовать я должен твёрдо стоять на ногах впереди остальных. Я не должен оставить им каких-либо шансов. Да, многое действительно будет решаться на Великой Сотне, – согласно кивнул парень сам себе, – но я не привык ждать. Лучше разобраться со всем сразу. В какой-то мере он теперь является голубокровным, но вы должны устранить помеху в лице мелкого ублюдка, а я обещаю прикрыть вас сверху. И мне неважно, как вы это сделаете…
– Будет исполнено, юный господин…
– Будет исполнено…
– Будет исполнено, мой господин, – прошептала самой последней Креамх, но в глубине глаз у нимфы гор засквозила отчетливая злоба и ярость.
Вот только на кого она была направлена?..
***
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Элитный квартал.
Резиденция доминирующего ордена Наказующих.
Апартаменты главного судьи.
Три дня спустя…
Азаих не сумел явиться вовремя. Опоздал на несколько часов. Единственное, что он успел, так это застать орденских и серых целительниц, которые изо всех сил пытались помочь изувеченному Норону в резиденция.
Впервые на своей памяти правая длань ордена Наказующих видел судью таким. Его окровавленный силуэт навсегда отпечатался в памяти у мужчины, ведь Норон был ему как сын. Впрочем, более его ошарашило то, что всё что случилось с Фианом оказалось делом рук аххеского недобитка.
Ивора не удосужила генерала ордена даже мимолётным взором. Единственное, что она сделала это передала внука на поруки Наказующих и тотчас исчезла в Краю Соприкосновения, но кто бы мог представить, что именно день оценки станет точкой невозврата и предстоящих страданий.
Первые сутки прошли вполне гладко. Целительницы чудом умудрились помочь Норону. Огромная заслуга принадлежала Ларе, которая вместе с Азаихом прибыла в Аронтир. Именно её исцеление оказало самый действенный эффект и стабилизировало состояние Наказующего. Вот только со следующего дня началась настоящая пытка.
Судья пребывал в постоянном бреду. С каждым часом ему становилось только хуже. Наблюдая за терзаниями верного безупречного, глава семьи Урано понял, что ему не давало покоя, а ужасающая догадка озарила сознание. Симптомы Норона были схожими с симптомами Анты.
Третий день напоминал собой калейдоскоп нескончаемых криков. Судья Наказующих уже не стонал и не хрипел. Он кричал и вопил, извиваясь на постели под постоянным присмотром магинь Жизни. Мужчина выглядел здоровым, но нечто неизвестно убивало его изнутри.
Даже Лара не могла помочь, но именно её голос и вывел мужчину из хаотичных мыслей, ведь на протяжении часа она сидела прямо перед ним в полумраке апартаментов Меррика.
– В этом нет сомнения, Азаих. Симптомы действительно схожи. Страдания Норона целиком и полностью связаны с аххеским ублюдком. Для исцеления Норона нам снова требуется... – но следующие слова дались ей с трудом, – ...его кровь.
И словно правой длани происходящего было мало, наряду с голосом дриады Жизни, за дверями апартаментов Меррика раздался свирепый рык Иворы Фиан, а через секунду они и вовсе слетели с петель.
– Что тут происходит, Урано? Почему мне докладывают о том, что мой непутёвый внук подыхает, как последняя собака?..
Глава 6. Ворох событий и бед...
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Элитный квартал.
Штаб-резиденция доминирующего ордена Наказующих.
Апартаменты главного судьи.
– Ты стал настолько немощным, что тебе нельзя доверить обычное исцеление? – зарычала свирепо гранд-инквизитор, медленно шагая вперед, а после взгляд женщины перетёк на привставшую дриаду Жизни. – Твои никчемные целительницы ни на что негодны?
– Я тоже рада нашей встрече, Ивора, – невозмутимо проговорила Лара, слегка кланяясь сероплащнице. – Давно не виделись. Если ты позволишь, то…
– Прикрой рот, зеленушка! Сиди и помалкивай! – отчеканила холодно Фиан, перебивая магиню. – Считай, что не позволяю! Ты следующая на очереди, – подойдя быстро к небольшому столу она яростно уперла в него руки и с вызовом взглянула на непоколебимого генерала Наказующих. – Тебе есть что мне сказать, Азаих?
По пятам за гранд-инквизитором шел один из судей, а уже где-то за ним спешно двигался главный судья Наказующих во главе небольшого отряда искателей, который пытались им помешать.
– Лорд Урано, они ворвались неожиданно! – прошипел недовольно мужчина. – Нам стоит…
– Нет, всё в порядке, Меррик, – спокойно произнес Азаих, дав отмашку всем остановиться. – Считай, что они прибыли по моему приглашению. Оставь нас.
На секунду воцарилось молчание и кратко поклонившись, главный судья Наказующих быстро покинул собственные апартаменты. А стоило отряду исчезнуть, как мрачный взор генерала встретился с яростным взглядом гранд-инквизитора.
– Ты не у себя дома, Ивора Фиан!
– Аронтир мой дом! – грозно изрекла женщина. – Где хочу, там и нахожусь! Что с моим непутёвым внуком?! ГОВОРИ!
– С каких это пор ты стала о нём заботиться?! – не менее свирепо прошипел мужчина в лицо собеседнице, резко вскакивая с кресла. – Для тебя он всегда являлся ублюдком. Если не ошибаюсь, то ты самолично вычеркнула своё имя из семьи Фиан.
– Мои поступки не твоего ума дело, напыщенный идиот! Лучше скажи, что с внуком? – не унималась рычать женщина, а после вновь скосила глаза на дриаду. – Почему твои никчемные целительницы бездействуют?
– Прикуси язык, Ивора! – недовольно отчеканил генерал. – Проблема не в том, что Лара бездействует! Проблема в том, что магия Жизни ему не помогает! Сейчас она для него бесполезна!
После услышанного взор серой нахмурился и поморщившись, та непонимающе прошипела:
– Ты совсем сбрендил на старости лет? Как это не помогает?! Почему?!
– А ТЫ ДОГАДАЙСЯ!!! – громко заорал мужчина. – ВСПОМНИ С КЕМ ОН СРАЖАЛСЯ! ИЛИ ТЕБЕ ВСЁ ОБЪЯСНИТЬ НА ПАЛЬЦАХ?!
Обмен подобными криками не сулил ничего хорошего, но взгляд Иворы внезапно омрачился. Та над чем-то задумалась и слегка выпрямившись, тихо изрекла.
– Оримас, оставь нас.
– А как быть с дверью, гранд-инквизитор? – вполне серьёзно вопросил судья сероплащников, глядя на упомянутую пострадавшую.
– Забери с собой и поставь на место, – рыкнула Фиан, круто поворачиваясь на сто восемьдесят градусов. – ЖИВЕЕ!!!
Дважды повторять Оримасу Тареску не пришлось. За долгие годы службы мужчина привык к подобным выходкам начальства и неуловимо выдохнув, тот подхватил дверь под руку, а еще через несколько секунд с таким же невозмутимым видом аккуратно прислонил её к проёму, оставляя троицу наедине.
– Причем тут выкормыш Изувера? – тотчас вопросила гранд-инквизитор, грубо подвигая ногой кресло к самому столу и быстро в него усаживаясь. – Считаешь, Ранкар Хаззак каким-то образом отравил моего внука?
– Это не яд и не отрава! С такой ерундой, и даже очень редкой, Лара справилась бы, – отрезал свирепо мужчина. – Нынешнее состояние Норона носит иную плоскость. Мы считаем, что проблема в аххеском ублюдке. Суть в навыках и техниках. Скорее всего, беда кроется в его проклятом клинке деспота. Мы… мы уже сталкивались с таким в прошлом, – неуверенно заключил мужчина.
– О чем ты? Причем здесь его клинок деспота? К чему ты клонишь? – непонимающе прошипела Фиан, медленно поднимаясь с кресла. – Когда вы с таким сталкивались?
– Пару лет назад, – нехотя ответил генерал. – Еще будучи смертником этот выродок ранил Ласанту в коллизии. Поначалу она чувствовала себя нормально, но затем её состояние стало ухудшаться на глазах, а через несколько недель она была на грани смерти. Но похоже с тех пор этот сукин стал сильнее, потому как состояние Норона ухудшается на глазах.
– Погоди-ка! – неверяще выдохнула серая, а её глаза резко расширились. – Только не говори мне, что тогда на Западном Пределе ты и Маркас искали парня не просто так? Все думали, что Иллион вызволял свою дочь из лап лейтенанта Ксанта…
– Это лишь часть правды, – удрученно декларировал правая длань. – Маркас действительно спасал дочь, а мы с Нороном в свою очередь… пытались добраться до него и спасти тем самым Ласанту.
– Но твоя воспитанница жива! – выдохнула решительно Ивора. – Значит… вам удалось? А если получилось тогда, то выйдет и сейчас.
– Всё не так просто, Ивора, – вклинилась в беседу дриада Жизни, а на её лице засквозило бешенство, будто женщине претило то, что она хотела сказать далее. – Для того чтобы помочь Норону нам нужна его кровь или же… часть его тела.
Взгляд гранд-инквизитора стал еще мрачнее после услышанного и сжав до хруста подлокотник кресла, серая недовольно поморщилась.
– Кровь или часть тела, – повторила задумчиво та, а после хмуро вопросила. – Сколько времени у Норона?
– Максимум неделя, – спокойно изрекла Лара. – Минимум жалкие четыре дня. Жизнь твоего внука целиком и полностью зависит от Ранкара Хаззака.
– Тогда почему ты сидишь здесь, Азаих, а не обиваешь пороги особняка Хаззаков?! – с презрением прошипела Фиан, но в ответ до ушей женщины донесся сдавленный хриплый смех. – Чего смешного я спросила?! Для спасения своего непутёвого внука я сделала достаточно! Пришла твоя очередь!
– Ты действительно думаешь, что аххеский ублюдок, который четыре дня назад изувечил Хиала, и который три дня назад искалечил Норона вот так просто нам поможет? Думаешь, аххес поможет иерихонцу после всего что произошло? Считаешь, что я просто так сижу здесь и ломаю голову, как помочь тому, кого считаю своим вторым сыном? От радикальных действий меня сейчас останавливают лишь законы Аронтира! – рявкнул разозленный генерал. – Так может всё-таки родная бабка Норона снизойдет до смертных и как-то повлияет на ублюдка?
– Прикуси-ка язык, Урано! – ощерилась угрожающе сероплащница. – Для своего внука я уже сделала достаточно! Он позорно проиграл, и мне пришлось спасать его от жалкой смерти. Впервые я из-за личных мотивов нарушила закон и вступилась. Вы недооценили мальчишку тогда в Западном Пределе и недооценили сейчас! Можно сказать, что вы постоянно его недооцениваете!
– Будь моя воля и голова того ублюдка уже находилась бы в руках Лары для исцеления, но Аронтир – это не Иерихон. К тому же его особняк расположен в Золотом квартале! – не унимался генерал искателей. – Или тебе напомнить в каких мы отношениях с Ранкаром Хаззаком и с самим Изувером?
– И почему я слышу похвалу в твоём голосе, Ивора? – раздражено прошептала Лара, вклиниваясь в разговор следом за Азаихом.
– Захлопни пасть, зеленушка! – огрызнулась свирепо гранд-инквизитор. – Мой груз в сотни раз тяжелее вашего! Я многим рискнула, когда вмешалась в их схватку…
– Как обстоят дела в Сенате? Если не ошибаюсь, владыки Аххеса давят на них за твоё самоуправство в академии? – с издёвкой осведомился Урано. – Слышал, что тебе приходится не сладко?
– Мои проблемы тебя не должны волновать! – отрезала грубо серая. – Заруби себе это на носу!
– Тогда в чем твой умысел, Ивора? – рассержено прошипел безупречный. – Ты идёшь на большие жертвы ради того, от кого давным-давно отказалась. Ты порвала все связи с семейством Фиан. Ты более не иерихонка. Ты часть Аронтира. Так зачем ты это делаешь? Почему находишься тут, а не в штаб-крепости? Норон же тебе никто!
На несколько долгих мгновений образовалась гнетущая тишина, но на лице сероплащницы явственно отражалась внутренняя борьба. Складывалось впечатление, что женщина сама не могла найти ответа на вопрос.
– По всей видимости на старости лет я стала чересчур сентиментальна и размякла, – угрюмо обронила гранд-инквизитор. – Такой ответ тебя устроит? Лучше скажи, что ты намерен делать, Урано? Как собираешься добыть кровь парня? Если расскажешь всё начистоту, то возможно, я закрою на кое-что глаза. В любом случае за особняком Ранкара Хаззака сейчас присматривают мои подчиненные.
– Ты дозволишь силовой метод? – в лоб спросил генерал Наказующих без какой-либо утайки.
В апартаментах вновь образовалась тишина и невольно скривившись, женщина с трудом кивнула.
– В пределах разумного и быстро. Второго Западного Предела я тут не потерплю. Маскировка твоих людей должна бить идеальной. Иначе…
Что могло случиться иначе никто так и не узнал, потому как дриада Жизни внезапно подскочила на ноги и вскрикнула.
– Чего визжишь, зеленушка?
– Точно! Западный Предел! Азаих, это то, что нужно!
– О чем ты? – не понял генерал целительницу.
– Вспомни, что тогда случилось! – взбудоражено выпалила магиня. – Диана! Диана смогла на него тогда повлиять! Хиал и Анта рассказывали, что они виделись с тем аххесом совсем недавно в академии. Он не питает к ней ненависти.
– Ты хочешь использовать девочку? – поморщился вдруг Урано словно ему претила такая мысль.
– Диана Иллион? Та дриада, которую оприходовал воспитанник Изувера? – вклинилась в разговор Ивора. – Если есть возможность добыть его кровь без бойни, то используйте маленькую шлюху.
– Ты же знаешь, что она стала изгоем даже в Аделлуме, – нерешительно пробормотал Азаих, обращаясь к дриаде Жизни. – Девочке приходится нелегко. Особенно после того, что сделал Норон в той деревне с беспризорниками. Если ты не забыла, Лара, то последняя из выживших беспризорниц находится на попечении Дианы, и она не шибко дружна с Нороном.
– Плевать мне чувства дочери Маркаса! Используйте её! – яростно зашипела Фиан. – Спасайте моего внука.
– Можно попросить Хиала и Анту, – тотчас выпалила дриада Жизни. – Они с ней в хороших отношениях. Если они убедят её помочь и, если аххес неравнодушен к девочке, то есть возможность добыть кровь ублюдка без бойни.
– Вперед, зеленушка! – холодно отчеканила. – Задействуй тех двоих! А ты на всякий случай подготовь группу для захвата цели, – бросила гранд-инквизитор Азаиху, неспешно удаляясь прочь и дойдя до дверного проёма, просто потянула дверь на себя, отчего она с оглушительным звуком вновь ударилась об пол. – Я на некоторое время закрою глаза. Сенат возьму на себя. Информацию тебе передадут мои люди, Урано. У вас три дня. Лучше спасите моего внука как можно быстрее, иначе вам будет хуже. Вам всем! Включая воспитанника Изувера. Ведь если я приду за его кровью, то всем не поздоровится. В Аронтире я закон и порядок…
***
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Золотой квартал.
Особняк имени Ранкара Хаззака.
Три дня спустя с момента оценки.
4 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
Около полудня…
Следующие дни миновали весьма гладко и в какой-то степени беззаботно. Всё в целом шло спокойно. Чересчур спокойно. Именно эта данность и напрягала. Весьма изрядно напрягала. Я не привык к такому. Абсолютно не привык. Да и всем известно, что за затишьем следует буря. Можно сказать, что я сам заготавливал карманную бурю, но на душе всё равно царило неизвестное напряжение. Ударить могли с разных направлений.
Но на удивление опасность не шибко спешила за моей задницей, так как в целом дела шли относительно нормально. Талисса начала свою «экспансию» по скупке недвижимости в Саду Наслаждения. Парни смогли оборудовать неплохую тренировочную зону прямо под Сиреной и Тэйн со всем рвением взялся за их муштру. В принципе, они и сами были рады такому. Не каждый день вашим наставником становится пятипарный серафим. Да и со слов нашего падшего у парней несмотря на их тяжелое прошлое сформировалась вполне сносная база. Со своими навыками они находились на границе Мастиров Клинка. В виду своего юного возраста отставал немного от остальных Цуг, но это было к лучшему. Ну а если наш пернатый не врёт, то Арк будет первым, кто среди бывших смертников станет полноценным эссенциалом. В целом такие занятия шли на пользу не только парням, но и серафиму. Медленно и верно падший возвращал своё утраченное наследие. С магией и эссенцией у него всё ещё складывалось довольно сложно, но Тэйн радовался тому, чего успел достичь за короткий промежуток времени.
Натан и Рамас следуя приказам и благодаря связям Талиссы умудрились выйти на тёмных дельцов с черного рынка. Как ни крути, но необходимые предметы для моих дальнейших планов можно было отыскать и купить только там.
Подземная арена прямо сейчас сквозила прохладой, а всюду царил приятный полумрак. Можно сказать, что после возвращения из Среднего города я практически не покидал этого места. Требовалась шлифовка навыков и долгие медитация. Бой с судьей обнажил некоторые мои слабые стороны, да и будущие шаги требовали тщательного осмысления. Если оступлюсь, то практически сразу меня заклеймят врагом Аронтира, а там глядишь и всего Вечного Ристалища. В общем, мне есть куда тратить драгоценное время.
Новости из Края Соприкосновения приходили достаточно дрянными. Чудо это или нет, каким-то образом Иворе Фиан удалось замять ситуацию в академии, однако, судя по всему, Огненная Комета и правители Аххеса не шибко радовались такому исходу. Пострадал их авторитет, а для подобных разумных репутация – есть всё или же ничего.
Я нутром чувствовал, что прошедшие после оценки дни являлись мнимым спокойствием. Тучи сгущалась. Причем весьма быстро. И чуйка меня не подвела. Громом и молнией посреди этих туч оказался голос Александра. Именно с него всё и началось.
– Юный лорд, вам лучше прервать свою тренировку как можно быстрее, – с легкой нервозностью пробасил из-за дверей дворецкий. – Прибыли гости…
В данном случае гости могли существовать трёх типов: просто гости, серьёзные гости, и гости, что несли проблемы на мою задницу. Судя по голосу Александра, прибыл именно третий вариант.
Что ж, предсказуемо. Такая беседа давно намечалась.
– Прибыл владыка Ксант и мой наставник, не так ли? – догадался я, медленно разлепляя веки.
– Боюсь, вы недооценили масштаб гостей, – взволновано добавил мужчина. – Помимо них прибыл владыка Иан и владыка Аванон. Вместе с ними пожаловала Неугасаемая Сиана, а также юная госпожа Кайса, юный господин Бальтазар и Илай Аванон вместе с Мелькором Ианом.
Казни сущее, Ярвир! Я действительно недооценил масштаб.
«Нехилая компания, – фыркнула самодовольно Руна. – Однако иначе и быть не может. Ты заявил о себе весьма эффектно».
После слов Александра я вскочил на ноги как в задницу ужаленный. Как ни крути, но таких разумных нельзя заставлять ждать. Так что свой говённый характер лучше засунуть куда-нибудь подальше.
Тело двигалось на рефлексах и подхватив футболку с тренировочного манекена я быстро накинул её поверх голого торса и рывком отворил двери.
– Ожидают в гостиной? Переодеться успею?
– Вы правы. Они в гостиной, юный лорд, – а затем смерив меня оценивающим взором, дворецкий подозрительно улыбнулся. – Думаю, в нынешних обстоятельствах такой вид для встречи подойдет лучше всего. Могу вас заверить, что кое-кто благосклонно оценит ваши старания.
Уж в чем-чем, а в подобном Александр разбирался лучше кого-либо. А коли так, то и плевать. Растрёпанный и малость потный я быстро двинулся в гостиную, лишь в паре десятков метров от места назначения пришлось сбавить темп и через секунду до ушей донесся довольный тон главы великого дома.
– Дочь моя, это то место, которые ты выиграла у неумехи из Муспельхейма?
– Именно так, великий отец,
– Неплохо, – удовлетворённо буркнул Дракон словно осматривался по сторонам. – Вполне неплохо.
Честно признаться я ожидал разного, но находиться в подобной компании оказалось неуютно и скверный нрав лишь вторил своему хозяину. Не спасало даже сердце Опустошителя. Раздражение и гнев медленно выплескивалось наружу, но приходилось держаться изо всех сил, чтобы не сорваться. Да и протест в обществе таких мастодонтов давал о себе знать.
За долю секунды я оказался под прицелом девяти пар глаз стоило переступить через дверной проём. Странно это или нет, но все с удобством расположились в разных местах. Хаймон и Леонел устроились друг напротив друга, как и их сыновья. Дэймон сидел в одиночестве, но за спинкой его кресла стояла Имания. Бальтазар находился в дальней части гостиной, а на моё собственное удивление Кайса и Сиана присели рядом друг с дружкой. На ногах был только Дракон Ксанта.
Далее же пришлось следовать этикету, и моя голова мягко склонилась.
– Моё почтение владыка Данакт, владыка Хаймон, владыка Леонел, – кивнул я главам, а далее продолжил приветствие. – Наставник, тётя, рад вас видеть. Также не менее рад видеть уважаемых наследников великих домов и, разумеется, необычайно счастлив лицезреть созвездие дома Аванон. Прошу простить, что встречаю вас в столь неподобающем виде, – начал я свою лживенькую игру. – Не хотел заставлять никого ждать.
На удивление большинство отреагировало так, как я и предполагала. Благосклонные и приветливые взоры и жесты понеслись в ответ, но порой многое идет не так, как запланировано. Невозможно учесть всё на свете, но я старался сгладить углы. Очень старался. Вот только не учел одного: крутого и необузданного нрава древнего феникса.
Всем на изумление Неугасаемая живо поднялась с дивана и быстро подступила ко мне, протягивая руку для того самого… запретного поцелуя. Благо сегодня её ладонь была облачена перчаткой.
На этом моменте остолбенел не только я, но и окружающие, а главы домов со скрытым потрясением посмотрели на девушку.
– Ну и? Чего мешкаешь? – с довольной усмешкой поторопила Сиана, указывая на тыльную часть ладони. – Ранее ты вёл себя более смело. Куда делся весь твой запал?
Обидно… Обидно до кровавых соплей! Это несносная баба когда-нибудь меня доконает.
Отказать у всех на глазах стало практически нереально, так что пришлось сделать нужный жест и коснувшись губами руки девицы, я быстро сделал шаг назад. Лишь в последний миг во взглядах у наследников промелькнуло ошеломление, а вот в глазах Кайсы поселилось недовольство.
– Ай да Сиана, ай да крошка! Мне начинать волноваться? – с радостной физиономией вопросил Данакт, переглянувшись с Хаймоном, оба интерпретировали такой повтором с фениксом по-своему.
– Это жест доброй воли и благосклонности к вашему вассалу, владыка Данакт, – расплылась в предвкушающей ухмылке Неугасаемая, глядя на меня. – С Ранкаром Хаззаком мы знакомы уже очень давно. Познакомились мы с ним еще в военном лагере, когда он заявил о себе еще будучи обычным смертником. Не так ли, лейтенант Ксанта? – обратилась та ко мне.
Мириада сраных бед! Я придушу эту стерву. На кой ляд она всё усложняет?
«Хм. Для меня это тоже загадка…»
– Хах! Возможно, это и к лучшему, – громко хохотнул Данакт, быстро подступая ко мне, а после ни с того ни с сего дважды хлопнул меня по плечам, словно оценивал моё состояние. – Дэймон, твой воспитанник гораздо крепче, чем я себе предполагал, – и тот скосил довольный взор на тётку. – Имания, ты хорошо постаралась. Плюс он не теряет времени и продолжает тренироваться. Почивать на лаврах он не желает. Хорошо, Ранкар! Очень хорошо. Я доволен…
Занятно. Так вот о чем говорил Александр.
– Благодарю вас, владыка Данакт, – польстил я Дракону без какого-либо на то желания.
– Рано благодаришь! – величественно отмахнулся он от моих речей, а после у всех на глазах выудил из пространственного перстня футляр с гербом великого дома Ксант. – Держи! Отныне это твоё. Носи с гордостью. Не всем дарована честь обладать сразу двумя перстнями. Считай, что я сделал для тебя исключение. Ты более чем заслуживаешь такой похвалы. Начиная с войны за Аделлум и продолжая свою борьбе в Ванфее, ты всё это время действовал на благо нашего великого дома. Ты медленно возвышал авторитет Ксанта и Аххеса. Я и вправду тобой доволен…
Большую часть речи главы я пропустил мимо ушей, потому как она казалась бесполезной, а всё моё внимание было сконцентрировано на том самом открывшемся в футляре. Внутри покоился серебряный перстень с выгравированным черно-алым драконом – гербом великого дома Ксант.
– Отныне ты часть великого дома, – продолжил вещать отец Кайсы. – Часть побочной ветви Ксанта.
Побочная ветвь, значит, а до этого болтал что-то об основной. Впрочем, плевать. Так даже лучше.
– Владыка Данакт, но я же не принёс вам голову судьи… – проблеял я с наигранным разочарованием.
– Это неважно, – снисходительно отмахнулся глава. – Я увидел достаточно. Если бы старая стерва не вмешалась, ты бы обязательно принёс мне его голову. Не так ли?
– Несомненно! – продолжил я свою игру, а после у всех на глазах склонился гораздо ниже. – Благодарю вас, владыка, за столь великую честь.
Уж лучше гнуть спину, чем стоять на коленях. Я перед Марагной не встал, а уж перед тобой-то и подавно.
– Раз мы закончили с выдачей почестей, то пора перейти к делу, – хлопнул в ладоши Данакт и всем корпусом повернулся к присутсвующим. – Не правда ли, Леонел?
На миг воцарилась пауза, но всего на миг. Смотреть выжидающе на главу сильнейшего дома могли только равные. Лишь Данакт и Хаймон могли себе такое позволить, что оба и сделали.
– Ты прав, мой друг, – кивнул ему Пепельный Король, а после с вопросом уставился на мою физиономию. Он буквально сканировал меня с ног до головы. – Ранкар, ответь на один вопрос… Если бы перед тобой сейчас предстал один из Неукротимых, а именно Вестар из Нифльхейма, ты смог бы сокрушить его?
– Я одолел его год назад, владыка Иан. В какой-то мере у него был шанс убить меня ранее, – спокойно произнес я с толикой лжи, – но если он предстанет передо мной сейчас, то шанса у него не будет. Ни единого.
– Ха-ха! Хорошо! Очень хорошо! – рассмеялся снова Данакт, хлопнув меня одобрительно по плечу. – Именно такого ответа мы все и ждали. Теперь доволен, Леонел?
– Более чем доволен, – удовлетворённо хмыкнул Пепельный Король. – Не буду ходить вокруг да около, Ранкар. Ранее мой сын доставлял от моего имени тебе приглашение. Так вот данное приглашение всё еще в силе. Но прежде чем я озвучу его вновь лично хочу кое-что узнать еще. Намерен ли ты участвовать в Великой Сотне? Думал ли ты об этом? Минимальный порог для участия после оценки ты вполне имеешь. Победа тебе вряд ли светит, но всё-таки…
Вот же зараза! Неожиданно. Весьма неожиданно. Так еще и со счетов уже списали. Хотя оно может и к лучшему.
Вопрос поставил в тупик не только меня, но и Кайса нервно заёрзала на месте и подобное не укрылось от внимательных глаз Сианы. В ответ Неугасаемая ликующе и скрытно усмехнулась.
– Владыка Иан, я… думаю над этим. Необходимо взвесить все «за» и «против».
– Мне по душе твой ответ, – ухмыльнулся Пепельный Король. – Ты вдумчив и рационален. Не бросаешься на рожон и правильно делаешь.
Какого причиндала? Он сейчас описал мою противоположность…
– Раз мы пришли к общему знаменателю, то я озвучу своё приглашение, – на миг воцарилась пауза, а затем мужчина продолжил. – Готов ли ты стать спарринг партнёром для моего сына Леандра в преддверии Великой Сотни? Изначально я хотел, чтобы это оставалось в секрете от остальных, но Хаймон и Данакт настояли на обратном. Как не крути на Великой Сотне все друг другу соперники. По этой причине к вам присоединится Илай и еще кое-кто. Согласен ли ты принять приглашение?
– Не сочтите за грубость, владыка Иан, но не мне решать подобное, – невозмутимо отозвался я и с вопросом посмотрел на ухмыльнувшегося Данакта.
– Мне всё больше нравится этот парень, Дэймон, – и порция смеха вновь разнеслась по гостиной. – Я принимаю твоё приглашение, Леонел. Ранкар отправится в Ианмит как можно быстрее. К тому же из-за происходящего в Аронтире Ранкару будет полезно на время покинуть столицу.
Как можно быстрее? Вот уже хрена лысого! Так не пойдет.
– Тогда, если вы не против, глава Данакт, я бы мог сопроводить Ранкара в Ианмит, – с молниеносной скоростью отозвался Мелькор.
– Отец, я бы тоже хотела отправиться с ними… – поднимаясь с дивана, подала голос горгона, но её просьбу подавили в зародыше.
– Предложение Мелькора я принимаю, а вот ты, Кайса, как и твой брат Бальтазар нужны мне в Андаре, – спокойно отрезал Дракон Ксанта, осадив дочь суровым взглядом, и она сразу же вернулась на место.
Холера! Нужно что-нибудь придумать. Это идёт вразрез с моими планами. Погодите-ка…
В голове внезапно образовалась сумасбродная идея, которая мгновенно перетекла на язык.
– Владыка Данакт, не сочтите за грубость, но можно я для начала получу все регалии от профессора Аннака, а лишь после отправлюсь в Ианмит? Думаю, без них мне будет немного проблематично.
– В твоих словах есть зерно истины, – задумчиво пробормотал глава. – Леонел, Хаймон, что скажете?
– Я не против, – благосклонно кивнул Пепельный Король.
– Я тоже, – спокойно отозвался Несокрушимый Бастион. – Стоит умаслить Огненную Комету. Старик и так резок на язык…
Мириада счастливых случаев! Это то, что надо.
Впрочем, радость моя не была долгой, потому как через мгновение в гостиной вновь зазвучал голос Сианы.
– Владыка Данакт, вы позвольте мне украсть Ранкара на пару минут? Я хотела бы с ним кое-что обсудить.
Глаза Кайсы блеснули странным хищным светом после услышанного, и та нервно поморщилась.
– Сиана, не наделай глупостей… – пригрозил ей Аванон, переглянувшись с озадаченным сыном.
– Всё в порядке, Хаймон. Не вижу никаких проблем, – пожал плечами Дракон Ксанта. – Мы сделали всё что хотели. Имания, на правах Знающей и госпожи этого места может покормишь владык Аххеса?
– Где мои манеры? – тихо рассмеялась тётка, подхватывая под руку Изувера и медленно уводя всех прочь. – Прошу за мной, господа и дамы.
Практически сразу за ними следом зашагали все остальные. Гостиную быстро покинули все присутствующие. В какой-то миг странно блеснули глаза Бальтазара, когда тот проходил мимо меня, но и он вскоре исчез. Имания и Дэймон напоследок одобрительно мне подмигнули, но когда я обернулся к Сиане, за её спиной отчего-то возвышалась ещё и раздраженная Кайса.
Вот же холера! И за что мне вся эта морока?
– Что ты задумала, древняя курица? – холодно прошипела горгона, не обращая на меня абсолютно никакого внимания.
Впрочем, что именно могла задумать та самая древняя курица никто не успел узнать. В гостиную в прямом смысле влетел слегка взволнованный Александр. Завидев, Кайсу и Сиану глаза его расширились. На миг он оторопел и глубоко поклонился, но свой взор обратил отчего-то на меня, словно спрашивал разрешения.
– Говори уже, – выдохнул раздраженно я.
– Юный лорд, к вам… к вам еще гости, – встревожено выдал дворецкий, а после завуалировано добавил. – Гостья, что помогла вашему другу Тэйну.
«М-да… Неожиданно!»
Да чтоб мне беспардонно сдохнуть на этом самом месте! Надо мной издеваются, что ли? Диана, ты выбрала самое хреновое время для визитов…
Глава 7. Просьбы и последствия...
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Бронзовый квартал.
После того как младшая наследница дома Иллион возвратилась в Аделлум всё пошло наперекосяк. Все, кого она знала и все, кого любила повернулись к ней спиной. Включая самых близких. Слишком многое случилось за то время, пока она пребывала в плену и еще больше случилось после возвращения. Мерзкие слухи, бесконечные пересуды и гнусные сплетни, которые отчасти являлись правдой, и которыми полнилось не только царство Аделлум, но и весь Иерихонский пантеон, поставили жирный крест на всём существовании дриады Жизни.
– Аххеская шлюха…
– Аххеская потаскуха…
– Аххеская подстилка…
– Грязная блудница…
– Подлая предательница своего народа…
«Слухами Альбарра полнится». Именно так всегда любила говаривать её покойная мать. Выдержать такое давление дано не всем и Диана, как ни старалась, но надломилась против воли. Для кого-то столь гнусные изречения могли быть обычными словами и жалкой клеветой, но для наследницы дома Иллион это означало некий конец всего, во что она верила. Её заклеймили предательницей. Шлюхой, которая трахалась с врагом пока её народ проливал кровь под нескончаемым натиском Ксанта.
Старший брат и старшая сестра оборвали в одночасье все связи. Знать Аделлума шепталась повсюду и трещала без умолку подливая масла в огонь. Помолвка с Агдейном из Алого Возмездия всё усложнила, но по какой-то причине отец Агдейна не разорвал договор о браке. Тот словно чего-то выжидал. Дриада Жизни видела, как отец пытался её защитить от всех нападок, но колесо слухов и досужих обсуждений стало невозможно остановить. Порой это неподвластно даже правителю. На девушку свалилось слишком много несчастий за краткий промежуток времени и на тот момент она приняла решение, которые посчитала правильным в безвыходной ситуации.
Старая иерихонская поговорка знатных аристократов гласила: «Нет разумного – нет проблемы».
Под напором событий, чтобы не растерять поддержку Иерихона и старейших орденов, а также скрепя сердце правитель Аделлума согласился вычеркнуть дочь из числа собственных наследников и навсегда изгнать её из дома Иллион из-за позора, который она обрушила на родных.
Вместе с Рейной опозоренная и униженная Диана Иллион покинула Аделлум. Через некоторое время она обосновалась в Верхнем городе столицы пантеонов. Так что небольшой особняк, в котором они поселились, являлся последним явным подарком Маркуса Иллиона для дочери, потому как после позорного изгнания, дриада Жизни лишилась всей поддержки и стала настоящим изгоем и всеобщим посмешищем для нескончаемого презрения. Именно так на протяжении года протекала жизнь бывшей рабыни лейтенанта Ксанта и именно так заканчивался последний год обучения в академии. Слухи, перешептывания и всеобщее презрение преследовали целительницу даже в величайшем храме знаний Аронтира, но так продолжалось лишь до тех пор, пока на ступенях академии она не увидела собственными глазами восставшего мертвеца, а всё её мировоззрение вновь перевернулось с ног на голову…
***
С того самого момента, когда неразлучная парочка иерихонцев практически ворвалась в небольшой особняк, где проживала Диана Иллион вместе с Рейной и малочисленной прислугой, девушка поняла, что её хотят нагло использовать. Точнее она не понимала, а просто догадывалась. Всё явственно читалось на лицах прибывших. Целительница знала, что после битвы с воскресшим лейтенантом Ксанта Норон Фиан медленно и верно умирал от неизвестного недуга, что был схож с прошлым недугом Ласанты. По всей видимости, Ранкар Хаззак действовал наверняка, игнорируя любые последствия.
Беседа с Ласантой и Хиалом выдалась сложной и горькой. Если свести все разговоры к единому знаменателю, то по большому счету оба умоляли её вмешаться, чтобы спасти того, кто убил невинных детей. После всего что случилось в Западном Пределе судья Наказующих заслуживал смерти, но дриаде претили столь губительные мысли. Она гнала их прочь. Девушка корила себя за подобные желания, но в глубине своего сердца она ликовала, когда узнала, что Фиану приходилось с каждым днём всё более худо. Вот только прибытие Хиала и Ласанты перевернуло всё с ног на голову. Она от всегда сердца считала их своими друзьями. Единственными, кто не отвернулся от неё. Своим поведением и уговорами они напомнили целительнице ради чего она живёт. Они напомнили о клятве всех дриад Жизни.
Жизнь – это бесценный дар мироздания и Небес.
Да. Они напомнили и в то же время разрушили то самое светлое чувство, которое у неё оставалось.
– Диана! – взмолился почти шепотом Хиал. – Ты же… ты же понимаешь, что Норон не хотел убивать тех детей? Просто так… вышло. Он не виноват…
– Диана, он… он не заслуживает такой смерти, – включилась в борьбу Анта. – Любая другая смерть вполне возможна для безупречного, но только не такая.
Девушка прекрасно понимала, что её действительно хотят использовать против Ранкара Хаззака. Её использовали те, кого она считала друзьями. Она также понимала, что убийство беспризорников судьей на Западном Пределе произошло намеренно, но любая жизнь для дриад являлась священной. Такова судьба дриад Жизни и таково их предназначение. Священна жизнь даже тех, кого она презирала и ненавидела. Сама не веря в то что говорит целительница опустошённо кивнула, поднялась с кресла и не глядя на иерихонцев на пошатывающихся ногах стала медленно удаляться прочь.
– Присмотрите за Рейной пока меня не будет, – шепнула сипло Диана, медленно применяя чары маскировки на собственное тело и неспешно изменяя свой облик. – Я постараюсь уговорить Ранкара…
– Спасибо тебе, подруга! – ударил в спину радостный голос Хиала.
– Не за что благодарить, – с пугающим спокойствием и малость хриплым тоном отозвалась дриада, даже не помышляя о том, чтобы обернуться. Если бы она обернулась, иерихонцы увидели бы её раскрасневшиеся от горя и досады глаза. – Я еще ничего не сделала…
Двери за девушкой закрылись беззвучно. Некоторое время в гостиной небольшого особняка царила звенящая тишина, а после с какой-то неуверенностью Хиал проговорил.
– Анта, мы же… мы же всё сделали правильно? Мы же поможем Норону? Лара сказала, что Диана поймет. Не сразу, но поймет. Правда, мне кажется, что мы поступили несправедливо по отношению к ней. Если бы… если бы аххеский выродок сдох, то ничего этого не произошло бы, – с яростной обидой прошипел Урано. – Ни бед с Дианой, ни бед с Нороном. Во всём виноват только он.
Практически всегда Ласанта Урано была уверена в себе и в своих действиях, но вполне обычный вопрос и прозвучавшие слова Хиала выбили её из колеи равновесия, и та со скрытой тревогой сглотнула.
– Да. Ты прав. Виноват только он…
***
На пути в Золотой квартал…
На душе царствовала буря. Диана Иллион не плакала. Она запрещала себе это делать. Слёзы – вода горя. Она своё выплакала. Всю дорогу девушка лишь грустила и собиралась с мыслями. Целительница размышляла, как уговорить Ранкара помочь. И на ум приходил только один вариант из возможных.
Многие называли его аххеским выродком и ублюдком. Хиал и Ласанта винили именно его во всех бедах Дианы и частично Аделлума, но вспоминая краткие беседы с бывшим смертником, дриада стала понимать, что скиталец ни в чём не виноват. Именно он открыл ей глаза на происходящее. Ранкар действовал так, как действовал бы любой в его тогдашней ситуации. Он просто выживал несмотря ни на что. Действовал так, как считал нужным. Действовал, опираясь на обстоятельства.
Далее всё случилось как в тумане. Диана точно не помнила, как именно оказалась у врат особняка в Золотом квартале. Не помнила, как её пропустила охрана. Однако она помнила, как перед ней у самого главного входа в прямом смысле вырос силуэт того самого радушного дворецкого, который понравился Рейне.
– Во имя Небес! Только не это, – взмолился неверяще он, завидев перед входом замаскированную дриаду Жизни и разом выпал в осадок. – Это какое-то безумие… Юная дева, вы выбрали весьма скверное время для посещений, если вас увидят…
На тот момент Диана не понимала всего смысла сказанного, а следующие слова вырвались из её рта против воли.
– Александр, мне… мне очень нужно увидеть Ранкара, – опустошенно прошептала девушка, горько сглатывая.
Мужчина уже хотел настоять на своём, но внезапно сбился с мысли и совсем иначе посмотрел на гостью. Он увидел нечто, что заставило оторопеть стальной характер, а затем с досадой выдохнув, тот тихо буркнул.
– Следуйте в гостевой домик! – скомандовал взволновано он, указывая глазами влево на роскошную постройку в северном стиле. – Живее! Пока вас никто не увидел…
– Да, как скажешь, – словно в прострации прошептала девушка. – Прости, что мешаю…
– Во имя Небес! – вздохнул гулко мужчина, провожая печальным взором девушку. – Если я переживу сегодняшний день, то буду праздновать свой день рождения повторно. И за что мне всё это?..
На этих словах дворецкий скрылся за массивными дверями, а Диана во всё том же удушливом и заунывном тумане каким-то образом дошла до гостевого дома и неторопливо проникнув внутрь, стала ожидать то ли врага, то ли друга.
***
Мириада сраных бед! Абсурд какой-то. Дриада выбрала самое дерьмовое время для посещений. Либо моя удача в полной жопе, либо у Дианы действительно нечто важное. Однако если её заметит кто-нибудь из прибывших, то можно спокойно писать завещание.
«Сама не верю, что говорю такое, но ты должен быть благодарен Кайсе, – проговорила задумчиво Руна. – Она намерено связала Сиану разговором».
В задницу обеих. Что одна чокнутая, что другая. Они строят свои планы и плетут интриги, а разгребать их игры приходится мне. Мотивы Кайсы стали более-менее ясны, но вот мотивы Сианы я до сих пор осознать не могу.
«Именно это и странно», – задумчиво пробормотала спата.
До гостевого дома я не шел, а мчался, причем Фанор едва ли поспевал за мной. Александра пришлось оставить во избежание всякого дерьма, а местного смотрителя взял на всякий случай. Времени мало. Нужно утрясти все детали с целительницей и быстро вернуться назад пока меня не спохватились.
– Фанор, будь здесь. Если случится что-то срочное, то дозволяю ворваться, – скомандовал сухо я, резко останавливаясь у дверей. – Надеюсь, условия о визите данной гостьи не стоит упоминать?
– Никак нет, юный лорд. Пока в курсе госпожа Кайса вы вольны делать всё, что пожелаете.
Весьма исполнительный хрен. Нравится мне всё больше. Веры ему мало, но его усердность поражает.
Двери перед собой открыл резко и также резко их закрыл, попутно накидывая на область полог тишины.
– Знаешь, Диана, – простонал раздражено я, потирая устало глаза и не глядя на гостью. – Ты выбрала не просто плохое время для визита, ты выбрала самое что на есть…
Пришлось разом оборваться на полуслове. Ни с того ни с сего, дриада с каким-то остервенением заключила меня в крепкие объятия. Причем в её объятиях не было ни любви, ни желания, ни дружбы, ни слёз. Девица просто держалась за меня словно я являлся каким-то спасательным кругом.
Чтоб всем беспардонно подохнуть! Я сплю, что ли? Какого вшивого причиндала тут происходит?
«Неожиданно… – изумлённо шепнула Альяна. – Чего это с ней?»
– Ты меня ни с кем не спутала? – с холодком поинтересовался я, глядя сверху-вниз на макушку головы целительницы. – Не сказать, что мне противно обниматься с красивыми девицами, но это…
Пришлось осечься на полуслове во второй раз за последние двадцать секунд, когда я краем глаза заметил бледное лицо дриады Жизни. Так вот той самой жизни на личике у Дианы было столько же, сколько и на физиономии у свежего трупа.
Ирззу распутницу мне в жены! Где же я так нагрешил? У неё-то чего случилось?
– Всё ясно, – тяжело выдохнул я. – Расскажешь в чем дело или продолжим телесные лобызания?
– Десять секундочек, – уныло буркнула дриада, не поднимая головы. – Помолчи хотя бы десять секунд.
Странно это или нет, но она справилась за пять. Бледность на лице у магини никуда не делась, но медленно отстранившись на пару шагов назад, та подняла свои глаза на меня.
Там мы и стояли еще полминуты сверля друг друга весьма многозначительными взглядами. Я просто ждал. Девушка же, по всей видимости, собиралась с силами. Затем она видимо собралась и тихо заговорила.
– Я не буду заходить издалека. Нет ни желания, ни каких-либо сил, – удрученно проговорила та, но затем голос её заметно дрогнул. – Твои… твои слова о том, что ты мне поможешь всё еще в силе? – в лоб и с толикой надежды спросила целительница, крепко сжимая руки в замок от волнения.
Так-так-так! Вот те раз! Неожиданно. Очень неожиданно. И почему я начинаю чувствовать, как завоняло отборным дерьмом.
– Присядь, – скомандовал сухо я, а затем вспомнил присказку Бетала. – В ногах правды нет.
На удивление собеседница спокойно подчинилась. Я в свою очередь сделал то же самое и присев прямо напротив, с хмурым видом закинул ногу на ногу, попутно вспоминая собственный кодекс чести.
Хребет и слово.
– Такой вопрос изрядно напрягает, – нехотя признался я, но затем утвердительно покачал головой. – Да, в виду случившихся обстоятельств я сделаю всё, что в моих силах. Само собой, если это будет реально.
– Для тебя это более чем реально, – с грустью улыбнулась дриада.
– Говори…
На миг воцарилось неловкое молчание и вновь печально улыбнувшись, целительница тихо добавила.
– Мне нужна… твоя кровь, Ранкар, – с явной тревогой сбивчиво прошептала дриада будто восходила на эшафот. – Будь добр, исполни мою просьбу. Обещаю тебе, что более ни о чем и никогда не попрошу.
«Оглохните Древние! – шокировано вспылила спата, а следом её яростный крик разнесся по всему внутреннему миру подобно набату. – ГРЯЗНЫЕ МЕРЗАВЦЫ И ПОДОНКИ! Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ОНИ СДЕЛАЛИ С НЕЙ, РАНКАР, НО ИХ НАДОБНО ПРИКОНЧИТЬ!»
На фоне воплей Альяны слова Дианы Иллион прозвучали как гром среди ясного неба. В груди начали тлеть угли праведного гнева. Неистовство стало выходить из берегов и сердце Опустошителя едва сдерживало эмоции в узде.
Вот же сукины дети! Конченные ублюдки! Они совсем растеряли весь свой сраный стыд. Прислали ту, кому я не смогу отказать. Добрались-таки и извернулись. Ну хорошо. Очень хорошо. Игры кончились. Я хотел сделать всё ПРОСТО по-плохому, но теперь сделаю всё ПРОСТО по ужасному. У НИХ БЫЛ ВЫБОР! Например, ПРИПОЗТИ НА КОЛЕНЯХ И МОЛИТЬ!.. А они использовали её…
Эмоции готовились излиться через край, но вместо радикальных действий я внезапно согнулся в три погибели и каркающе-хриплым тоном, словно старый ворон, гулко расхохотался…
***
Эмоции опустошения сменились тревогой. Ей был знаком столь резкий и безумный перепад настроения. Примерно в такой ситуации она оказалась, когда лишилась своего первого раза с ним. Тогда Ранкар выглядел весьма похожим. Но вместо того, чтобы напасть, аххес продолжал гулко и надменно смеяться.
– Кто… Диана? – сквозь сиплый хохот осведомился мужчина, но затем отрицательно покачал головой и исподлобья посмотрел на ошеломленную собеседницу, а его жуткий шрам на виске и лице по неизвестной причине побагровел. На бледной физиономии пилигрима рубец выглядел как-то неестественно и пугающе. – Хотя понятно кто… Мелкий сученыш Азаиха и его наглая потаскуха, не так ли?
– Неважно кто, – с досадой прошептала девушка, крепче сжимая руки в замок. – Ты, скорее всего, презираешь меня. Но я обещаю, что больше не буду просить у тебя помощи. Считай, что больше ты мне ничего не должен.
– Зачем, Диана? – прорычал раздраженно юноша, лихорадочно дыша. – Ты им ничего не должна! Думаешь, они твои друзья? Считаешь, друзья попросили бы о подобном? Они сраные лицемеры, Диана, а не друзья. Азаих – проклятая гнида! Ивора – редкостная дрянь! А Норон – сраная мразь! Ты действительно готова обменять своё желание, чтобы спасти детоубийцу? Хочешь спасти того, кто у тебя на глазах чуть не убил Рейну? Ты жертвуешь собой и своим желанием ради какой-то пронившей падали! Падали, которая заслужила смерть!
– Я… я знаю всё это, – сглотнула горько девушка, невольно шмыгнув носом, а глаза стали краснеть. – Но я… я не могу иначе, Ранкар. Я… я дриада Жизни. Таков мой долг. Я… целительница и слабачка…
На миг воцарилась тишина и прекратив тихо посмеиваться, парень, сидевший напротив, с каким-то отстранённым и свирепым видом откинулся на спинку кресла.
– Я слышал обо всём, что с тобой случилось. Ты отдала свой долг хоть и ни в чем не виновата. Вина лежит на мне. Однако ты приняла весь удар на себя. Ты изгой собственного народа. Хоть я и не знаю всей правды, но твой отец изгнал тебя! Он сдался под натиском обстоятельств. Аххеская шлюха и подлая предательница! Ведь так тебя называет твой любимый народ? Но я так не считаю, – строго заключил Ранкар, медленно поднимаясь с кресла. – Прекращай всех жалеть! Думай о себе! Те двое не друзья – они паразиты! Считаешь, они помогали тебе? Я не спорю, что поддержка близких зачастую бывает неоценима, но они тебе более никакие не близкие. Не после таких просьб. Они клещи, что действуют исходя из своей выгоды. Вспомни, что я тебе всегда твердил! Нет хороших и нет плохих. Есть только те, кто преследует свои цели и есть обстоятельства. Я виноват в том, что с тобой случилось в Западном Форпосте. Виноват, что на тебя обрушилось столько бед, – бесстрастно проговорил парень. – Но я ни о чем не жалею. Если бы передо мной встал выбор снова, я поступил бы точно также. Эгоистом я был. Эгоистом буду жить. Эгоистом сдохну, – на секунду вновь повисла тишина, а затем он чуть тише добавил. – Хорошо, я помогу тебе, Диана… НО! Запомни еще кое-что! Не вздумай винить СЕБЯ за то, что случится дальше. Не вздумай им больше помогать! Они сами вырыли себе могилу. Пообещай мне это, и я дам тебе свою кровь для спасения той падали…
Диана Иллион слушала то ли врага, то ли друга затаив дыхание. Каждое его слово гремело в голове будто колокольный набат. Она сама не поняла в какой момент, но стремительно начала меняться. Прошлая дриада Жизни медленно умирала и в это же самое время рождался некто иной.
– Я… я обещаю тебе!.. Обещаю, что не буду никого жалеть и не буду себя винить…
– Я давал им шанс, – вслух пробормотал воспитанник Изувер с садисткой улыбкой на лице словно разговаривал сам с собой, а затем со взбешенным видом в левой руке материализовал обломок клинка и без какой-либо жалости до самой кости полоснул себя по правой ладони. – Вскоре кровь будет литься рекой…
Диана сама не понимала, что её поразило больше. Слова парня или столь великодушный жест, но девушка с зачарованным видом смотрела за тем, как горячая кровь медленно стекала по руке лейтенанта Ксанта и с тихими всплесками ударялась об пол.
– Забирай, – тихо пробормотал Ранкар, а затем прикрыв веки, медленно присел обратно в кресло. – Забирай и ступай.
Повторять дважды целительнице не пришлось. Пару секунд она с безжизненным видом наблюдала за лужей крови, а после взмахом ладони и при помощи собственной магии собрала большую её часть в алхимическую склянку, что извлекла из накопительного кольца.
– Спасибо тебе, – с досадой заключила магиня, медленно удаляясь прочь. – Я не забуду этого и больше никогда тебя не побеспокою.
Однако слова, что ударили ей в спину внезапно шокировали до глубины души.
– Я слышал, что ты заканчиваешь обучение в академии через пару месяцев. Так вот я бы не отказался от квалифицированной дриады в своих рядах. Парни будут тебе рады. Мне плевать, что ты изгой и враг для аххеса. Благо в Аронтире иные законы. Подумай над этим. Фанор незаметно выведет тебя за пределы особняка…. И вот еще что, принцесска, передай им, что они скоро пожалеют о содеянном. Лучше бы дали сдохнуть детоубийце в муках.
Ответ в гостевом доме от Дианы Иллион так и не прозвучал на довольно щедрое предложение. Да и требовался ли ответ вовсе?..
***
Мысли находились в хаосе и раздрае, а тело и инстинкты требовали действий. Не знаю сколько времени я пробыл в тишине и с закрытыми глазами, но голос, что прозвучал слева вывел из прострации, а сам я невольно встрепенулся.
Впервые за не знаю сколько времени протест проморгал чьё-то появление. Это как напугало, так и озадачило.
Холера! Она начинает изрядно напрягать. И я абсолютно не понимаю, что от неё ждать.
– Занятные у тебя гости, Ранкар Хаззак. Маскировка паршивенькая, если честно. Даже идиот её раскроет.
– Мои гости – мои проблемы. Боюсь, вас они волновать не должны, – слегка разлепив глаза, я посмотрел прямо на Сиану Аванон. – Вижу, Кайсу в словесной дуэли ты одолела.
– Мне помогли, – расплылась та в коварной усмешке. – Вмешался её отец.
Удушающие эмоции болезненно били по сознанию, а неведение попросту выводило из себя. В очередной раз потакая своем скверному характеру я не сдержался.
– О чем хотела со мной побеседовать древний феникс? Зачем вам сдался такой как я? Для чего? Ответь честно, Сиана! На роль мужа я откровенно не гожусь по многим причинам. Причем первая причина – это ты сама. Ты созвездие! Любви между нами никакой нет. Мы птицы разного полёта. К чему твои игры? Выгода? Ты хочешь насолить кому-нибудь с моей помощью? Кайсе? Думаю, ты и сама понимаешь, что тот поцелуй являлся ошибкой. Я признаю, что ошибся! Плюс ты созвездие, а я вшивенький голубокровный. Так отпусти уже мою задницу из своей хватки! – заключил с холодной яростью я. – Во мне нет ничего выдающегося!
– Лукавишь, Ранкар! Причем очень сильно лукавишь. Значит, тот поцелуй и твои обещания были ошибкой? Это ранит моё сердце, – с наигранной обидой проговорила та, а затем медленно поднявшись с кресла, практически вплотную подошла ко мне и ноготком провела по моей отметине на лице, при этом довольно усмехаясь. – Вижу, ты многого не понимаешь. Мною движет не выгода, а… интерес. Ты мне интересен. Заинтересовал еще тогда во время нашей первой схватки. Должна же я увидеть на что способен занятный иномирец и скиталец, что просочился сквозь пелену миров…
МИРИАДА СРАНЫХ БЕД! Мне сейчас послышалось?..
«А вот это уже серьёзно… – панически сглотнула Руна. – Как она поняла?..»
От услышанного сердце Опустошителя ухнуло куда-то вниз, и я с хмурым видом посмотрел на Сиану, всеми силами пытаясь сдержать выплёскивающиеся эмоции в узде.
– Что за бред?! – взбеленился неуловимо я.
– Именно, Ранкар, – чуть шире улыбнулась созвездие, весело мне подмигивая и неспешно удаляясь прочь из гостевого дома. – Продолжай в том же духе. Продолжай развлекать меня…
***
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Бронзовый квартал.
Возвращение Дианы Иллион в собственный дом оказалось очень неспешным. Она возвратилась далеко за полночь, но слова Ранкара Хаззака по-прежнему не выходили из её головы.
По всей видимости Рейна и большая часть прислуги спали. Странно это или нет, но Хиала и Ласанту она застала там же в гостиной. Будущий глава дома Урано подскочил тотчас на ноги, стоило завидеть хрупкий силуэт целительницы в дверях. Но вот взгляд воспитанницы Азаиха выражал странное подозрение и трепет, нечто в дочери Маркаса ошеломило её.
– Диана, ну как? – с надеждой вопросил Хиал. – Тебе удалось? Он…
Юноша прервался на полуслове, когда увидел желаемое. Не говоря ни единого слова, дриада Жизни медленно протянула ему склянку с кровью, а после взглянув на обоих иерихонцев, едва слышно и обессилено прошептала.
– Как вы и просили. Его кровь. Можете идти и спасать Норона, – на миг девушка запнулась и грустно улыбнулась. – Забирайте и уходите… Уходите и больше никогда не возвращайтесь…
– Диана, ты чего? – шокировано прошептал Урано, выпучив глаза. – Мы же… друзья.
– Ранкар Хаззак просил передать послание, – голос дриады стал еще тише, и она не обратила никакого внимания на препирательства бывшего друга. – Совсем скоро вы пожалеете о содеянном…
Глава 8. Приказы не обсуждаются...
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Золотой квартал.
Особняк имени Ранкара Хаззака.
За пару жалких часов после прибытия голубокровных случилось слишком много важных событий, а весь дальнейший вечер прошел как на иголках. Неугасаемая то и дело самодовольно ухмылялась у всех на виду, одаривая меня знаками внимания, но радости внутри от такого оказалось примерно так же, как у утопленника.
Подобные жесты напрягали не только меня, но и Кайсу. А еще напряженно выглядел Хаймон Аванон с Илаем. Само собой, им было о чем волноваться и в какой-то мере я их понимал. Сиана вела себя чересчур двусмысленно со мной. Во всех планах отношения обычных смертных с созвездиями весьма щепетильные. Созвездие – не просто существо, которое являлось гербом того или иного великого дома. Созвездие – могущественный символ. Идол, за которым следует весь великий дом. У великих сил есть Созвездия. У доминирующих сил есть Знающие.
После того, как Сиана полностью взяла под контроль родословную древнего феникса её сила и влияние стали находиться на заоблачном уровне. Так что Хаймону из-за характера Неугасаемой имелось о чем волноваться.
Связи Созвездий, как и многих Знающих, ни в коем разе не могут быть порочащими.
Нельзя так просто взять созвездие в мужья или жены.
Нельзя забрать созвездие из Великого дома.
В какой-то степени они являются неприкасаемыми. А если великий дом согласится на брак, то избраннику или избраннице придётся очень несладко.
Знающие имелись не у всех доминантов, но практически у всех великих сил обязано быть могущественное созвездие. Иначе такая сила не может называться великой. Однако именно на Аххесе этим существам, как и оберегами придавали огромное значение.
У Ксанта созвездием был древний Дракон. Да. Именно древний Дракон с чистой и многовековой родословной, а не те драконы, которые входили в число независимых сил.
Урелеи почитали древнее чудовище Сциллу. О странностях данной бестии ходили разные слухи. А еще эта бабища из тех же слухов являлась страшной затворницей.
Аваноны обладали древним фениксом. Говорить тут особо не о чем. Поведение Неугасаемой твердило само за себя. Из всех созвездий Аххеса Сиана была самой заметной.
Ну а на страже великого дома Иан стоял двуглавый Орф. Из неподтвержденных сплетней, созвездие дома Иан являлось самым долгоживущим из всех.
Так что пока я находился на иголках, а Хаймон и Илай пытались сделать так, чтобы Сиана не наделала глупостей, самым веселым на данном празднике жизни выглядел Данакт. Дракон Ксанта видел всё. Видел волнение Аванонов, видел одобрение Ианов из-за заключенной ранее сделки. Так что радость его казалась безграничной. Самым хмурым был Бальтазар. Именно он укатил первым в закат. Следом отчалили Ианы. После со всеми распрощались Аваноны. Сиану в прямом смысле пришлось утаскивать силком из особняка. Ну и последними покидали моё пристанище Данакт с Кайсой, а вместе с ними тётка и наставник. По понятным причинам глава дома Ксант забрал Несмертную и Изувера с собой.
Выдохнуть удалось лишь когда над столицей начали сгущаться сумерки, но я прекрасно понимал, что всё это являлось временной передышкой.
Не знаю как.
Не знаю почему.
Не знаю по какой причине.
Но эта сумасбродная баба каким-то образом узнала, что я скиталец. И что самое дерьмовое после того случая в гостевом доме Сиана более не обмолвилась ни единым словом. Всем своим видом она давала понять, что крепко держит меня за яйца. Сейчас на одной чаше весов находилась Кайса, а на другой Сиана. Две чокнутые девки. Само собой, помимо них имелся ворох иных проблем, но именно эти беды могли перекроить мои далеко идущие планы, и одно Сущее ведает, что будет дальше.
Впрочем, Неугасаемая явственно намекнула, что я ей интересен. Она никому обо мне не рассказала, ведь после правды некоего Ранкара Хаззака будет ждать смерть. Это уже что-то. Да и сомневаюсь, что данный интерес интимного плана. Нет. В виду неуёмного характера она желает хлеба и зрелищ. Ну да, чего еще может желать созвездие, у которой всё есть! Но так ли это? Быть шутом для чокнутой бабы не хотелось от слова совсем, но иного выбора сейчас нет.
«Придётся подыгрывать», – нехотя поморщилась Руна, которой претило подчинение смертным.
– До поры до времени, – устало вздохнул я и во весь рост распластался на широченном подоконнике прямо в гостиной, между делом наблюдая за вечерними огнями столицы. – Благо в скором времени Аронтиру скучать не придётся.
«Что ты намерен делать дальше?»
– Действовать, малышка, – сухо декларировал я, разглядывая на правой и неестественно бледной руке зарубцевавшийся порез от удара спатой. – Я же сказал, что вскоре прольётся кровь. Зря они решили использовать Диану…
«Хочешь довершить начатое?» – самодовольно заметила Альяна.
– Я хотел, чтобы детоубийца страдал как можно дольше. Хотел, чтобы он умолял. Хотел, чтобы корчился и ползал на коленях. А раз моим мечтам более не суждено сбыться, то как и обещал ранее у всех на виду демонстративно казню иерихонскую шваль с особой жестокостью, – бесстрастно заключил я. – Азаих и старая сука не будут рады, что ему помогли.
«Начнем сегодня?» – кровожадно осведомилась Руна.
– Нет. Ты слышала Данакта. Не будем спешить. Придётся малость подождать и закончить со всеми приготовлениями. Совместим приятное с полезным. На карту поставлено слишком много, включая освобождение твоей сестры. Но для начала… Александр! Фанор! Хира! – повысил я голос, удобнее устраиваясь на подоконнике и принимая сидячее положение.
Ждать долго не пришлось. Первым будто из-под земли материализовался силуэт дворецкого. Следующим в гостиной оказался местный смотритель и глава службы безопасности, ну и последней пожаловала Хира. Все как один тотчас поклонились и стали ожидать приказаний.
– Александр, на какое число назначена аудиенция у ректора на получение регалий? – спокойно осведомился я, продолжая наблюдать за вечерними огоньками за окном.
– На послезавтра, юный лорд, – тотчас отчитался мужчина. – Шестого марта к девяти часам по утру, если уж быть совсем точным. Связались с нами только сегодня.
Вот как получается. Значит, час икс назначен на шестое число. Что ж, за сутки придётся подготовить всё недостающее. Нужно поторопить парней. Надеюсь, они добыли на черном рынке то, что мне требуется.
– Фанор, как обстоят дела в целом? – продолжил я свой допрос. – Безопасность в порядке?
– Особняк под абсолютным контролем бойцов. Хира постоянно присматривает за сигнальными сетями и барьерами. Если не считать некоторых личностей, вероятнее всего, из числа серых, что следят за вами снаружи, то в целом порядок, – отозвался после кратких раздумий смотритель. – Можете не волноваться.
Ну да. Куда же без ищеек старой суки.
– Хира, а тебе есть, что сказать? – полюбопытствовал со смешком я.
– Простите, но нет, юный лорд, – учтиво произнесла целительница, вновь поклонившись. – За меня всё объяснил Фан.
Неплохо. Вполне неплохо. Тётка постаралась на славу. Главное, что магичка держит язык за зубами, а остальное неважно. Ладно, метод кнута использовал ранее. Теперь пришла пора пряника.
– Александр, ты хорошо себя сегодня проявил. Я доволен тем, как ты поступил с нашей гостьей, – сухо отметил я, поворачиваясь ко всем лицом, и неспешно соскальзывая с насиженного подоконника. – Фанор, ты тоже молодец. Не болтаешь лишнего и исполняешь все мои приказы. Ну а ты, Хира, – вздохнул я и многозначительно улыбнувшись, оглядел симпатичную девицу с ног до головы, отчего та встревожено сглотнула, – просто молодец. Сама понимаешь, что тебе нужно делать. Вы хорошо себя проявили. Продолжайте в том же духе…
– Благодарим вас, юный лорд, – в один голос откликнулась троица с толикой изумления. – Мы и дальше…
– Я не закончил! – грубо перебил я их, тем самым заставив заткнуться, а после у всех на виду выудил из перстня первый презент в виде двух тычковых ножей и со всей силы вонзил их в деревянный подоконник. – Знаю, что вы можете себе многое позволить и знаю, что вы не бедствуете. К тому же не сомневаюсь, что Кайса более чем щедрая госпожа, но это твоя награда, Александр. Я видел, что при себе у тебя припрятана пара ножей, – брови дворецкого слегка подскочили вверх и тот смущено улыбнулся, но когда увидел из чего сделаны кинжалы глаза его стали гораздо шире. – «Это» подойдет как нельзя лучше в твоих условиях.
– Харалуг? – удивлению мужчины и всех остальных уже не было предела. – Юный лорд, не стоит, я всё-таки…
– Это награда за вашу верную службу! – отрезал холодно я, а затем следом извлёк волнообразный крис и стилет. – С твоей комплекцией, Фанор, крис тебе подойдет. А с твоим хрупким телосложением, Хира, стилет окажется в пору. Маленькие презенты.
Вторым и третьим оружием в деревянный подоконник рядом с ножами вонзился крис, а следом и стилет. Само собой, всё было изготовлено их харалуга, что подарила Искорка. Чем больше я демонстрировал орудий, тем шире становились глаза у благородных.
– Не шибко «маленькие», – чуть осипшим голосом отозвался смотритель, потирая удивлённо подбородок.
– Используйте их, как пожелаете, – невозмутимо выдохнул я, проходя мимо троицы. – Хотите переплавьте. Хотите продайте. Хотите обменяйте на иллириум, мне всё равно, дело ваше. Присмотрите тут за всем пока меня не будет.
«В Средний город?»
В Средний город, малышка. Навестим парней и закончим все приготовления.
«Что будем делать с ублюдком и той пожилой тварью?» – рассержено прошипела Альяна.
Старая сука и Азаих счастливы, скорее всего. Не сомневаюсь, что Норона поднимают или уже подняли на ноги. Времени прошло достаточно. Хотя в ближайшие пару дней он всё равно не сможет встать с постели, – хмыкнул холодно я. – Пусть порадуется напоследок. Чем больше радуется он, тем слаще будет казнь. Ну а Аронтир… Аронтир вскоре содрогнется от событий и противоречий. Мне уже не терпится посмотреть, что будет делать Ивора и Азаих, а также насколько хватит терпения у Сената. Жаль, что я не смогу воочию увидеть их ярость и ненависть ко мне…
Ко мне, малышка…
Сущность Истребления… Первая форма…
***
Троица служащих особняка многое повидала на своём веку, но такие исчезновения юного лорда периодически наводили на пугающие мысли. Силуэт юноши исчез прямо в дверном проёме у них на виде.
Несколько долгих секунд трио не сводило глаз с той самой точки, где растворился парень и первой сдалась Хира.
– Он… ушел? – с неким трепетом вопросила отрывисто жизнючка, переглядываясь с товарищами.
– Кто знает, – пожал плечами смотритель и сделав несколько шагов к подоконнику с тихим шелестом попытался вырвать крис из дерева, но удивление сделать это получилось лишь тогда, когда в ход пошли крупицы эссенции. – Какого…
Озадаченный взгляд мужчины тотчас обратился к дверному проёму за ответом, но, увы, ответов оттуда более не последует. Юный лорд и вправду исчез.
– Действительно харалуг, – в полном замешательстве выдохнула очаровано Хира, поглаживая рукоять стилета. – Будет стоить весьма и весьма…
Вот только прозвучавшие слова Александра поразили до глубины души не только целительницу, но и смотрителя.
– Во имя Небес! У меня сегодня и вправду второй день рождения. Он без каких-либо примесей, – жадно сглотнул дворецкий. – Чистейший харалуг! Такой стоит в несколько раз дороже, чем нынешний. Такой перестали делать лет пятьдесят назад. Где он умудрился его достать?
– Ты уверен? – изумился услышанным Фанор.
– Сколько такой будет стоить? – спохватилась целительница.
– Хира, ты совсем дура? – и не найдя ничего лучше Александр покрутил тычковым ножом у собственного виска. – Это раритет! Не все благородные могут себе такое позволить. Добыча харалуга усложняется, именно поэтому его разбавляют иными металлами и сплавами. Ты в руках держишь сокровище. Хотя, что в оружии понимает магичка?! Могу у тебя купить его. Прямо сейчас. Назови свою цену.
– Ага! Еще чего! – взбеленилась девица, быстро пряча оружие за спину. – Шиш тебе, Алекс. Как я погляжу, ты проникся к юному лорду симпатией. Не забывай кому на самом деле принёс клятву и…
– Прикрой рот, Хира! Ты забываешься! – повысил голос Фанор, который с обожанием до некоторых пор оглядывал крис, а после неуловимо оглянулся по сторонам. – Мы служим ему! По крайней мере, пока что…
***
Северный пантеон.
Верховный клан Ванахейм.
Недалеко от храма Ванадис.
Горные предместья.
Некоторое время спустя…
Уходить всегда тяжело. Очень тяжело. Особенно от того, кого любишь. Небесной воительнице непривычно было такое признавать, но будучи калекой она абсолютно по-новому осознала смысл смертного бытия.
«Лишь утратив всё до конца, ты обретаешь истинную свободу».
Фьётра не просто потеряла всё до конца. Она потеряла саму себя с ложной смертью того, кого полюбила. Она очутилась на дне. Она отчаялась. Она стояла на грани смерти. Однако возвращение Ранкара перевернуло всё вверх дном. Отчаяние переросло в надежду, а боль от утраты себя самой и от потери былого могущества преобразилась свободой. Не имея ничего и всего-навсего нежась в объятиях дорогого человека, женщина осознала, что приобрела нечто непостижимое. Нечто необъяснимое. Нечто таинственное. Нечто, ради чего готова была пожертвовать всем. И она пожертвует. Совсем скоро…
В данное время года северная вьюга всегда являлась необычайно яростной. Холод и мороз будто силились напомнить о себе напоследок, силились отпечатать свою природную мощь на всем континенте прежде чем зиму заменит подступающая весна.
Ледяная метель не утихала ни на миг, а шквалистый ветер пробирал до костей. Вот только на валькирию громовых клинков подобная ерунда не действовала. Сидя на коленях посреди сугроба, она смотрела вперед и только вперед. Фьётра не видела их, но знала, что они впереди. Шпили. Шпили величественного и непоколебимого храма Фреи. Снежная пурга скрывала от любопытных глаз роскошные башни святилища, но валькирия знала это место как свои пять пальцев. Тысячи раз она облетала данные места. Тысячи раз она с сёстрами прогоняли самых рьяных одержимых. Несколько лет назад она бы с гордостью занималась этим делом дальше, но сейчас… сейчас всё изменилось. Изменился мир. Изменилась она. Валькирия громовых клинков более не желала служить. Она желала быть свободной. Она хотела любить и быть любимой. Она хотела не той любви, которой их щедро одаривала Фрея. Она хотела иной любви. Запретной.
Фьётра не спешила. Для себя женщина решила всё от начала и до конца. Решила еще в твердыне дома Хаззак. Решила тогда, когда находилась в объятиях Ранкара. Давным-давно, на заре своего существования она бы рассмеялась в лицо тем сестрам, которые променяли жизнь под сводами храма Ванадис на жизнь с мужчиной. Но сейчас она намеревалась поступить аналогичным образом. И ей стало стыдно перед былыми боевыми подругами за свою дерзость.
– Пора, – с грустной улыбкой выдохнула небесная воительница.
Решительный шаг показался неуловимым и сделав шаг вперед, она спикировала вниз. У самого подножия горы раздался знакомый шелест. Серые крылья за спиной распахнулись и не дали своей хозяйке лишиться жизни, а через несколько секунд впереди начали проявляться очертания величественного храма.
Часть пути небесной воительнице пришлось проделать пешком. Странно это или нет, но Фьётра совсем не чувствовала своих сестер. Сила оберега вновь была с ней, но близость с другими валькириями ослабла настолько сильно, что она абсолютно их не ощущала. Храм не может остаться без защиты, впереди уже маячили массивные каменные врата, а значит в скором времени её заметят.
И её заметили…
Слух уловил звук крыльев и в метрах пяти над её головой мелькнул тёмный силуэт.
– Фрея свидетельница! Ты либо глупа, либо чересчур наивна! К вратам храма в это время года запрещено приближаться обывателям и последователям! Либо поверни назад, либо умрёшь прямо…
– Здравствуй, Эрна, – тепло улыбнулась Фьётра, мягко перебив стражницу и чуть воздев голову к небу, она встретилась с сестрой глазами. – Рада тебя видеть.
Длинные волосы небесной воительницы развевались на ветру, а иссиня-тёмный доспех и глефа чернильного цвета будто бы поглощали весь свет рядом с могущественной женщиной. Валькирия тёмной глефы предстала во всей своей красе.
Из-под закрытого шлема Фьётре удалось рассмотреть только черные дрогнувшие глаза, которые завидев боевую соратницу, отчего-то наполнились горечью и тоской. По какой-то причине Эрна испугалась того, что предстоит сделать.
– Ты зря вернулась, сестра…
Подобные слова пробудили нечто странное в душе у валькирии громовых клинков. Да, она была виновата в том, что сделала, но все мысли отошли на второй план. Ведь секунду спустя до её ушей донесся очередной звук порхающих крыльев и прямо перед ней будто из пространства материализовался миниатюрный силуэт самой младшей валькирии.
– Здравствуй, малышка, – со всё той же теплотой приветливо произнесла Фьётра.
Фьётра вновь ожидала услышать звонкий и заводной голосок Ингрид. Хотела, чтобы валькирия огненной алебарды, звонко смеясь, кинулась ей на шею, но вместо этого до ушей донесся слабый и слегка заунывный тон.
– Эрна права… Ты зря вернулась. Мы не можем не подчиниться, – а на следующих словах голос Ингрид дрогнул лишь сильнее. – Приказы госпожи Арнлейв… не обсуждаются.
Улыбка Фьётры тотчас померкла. Внутри всё ухнуло куда-то в пропасть, и та ощутила нечто напоминающее липкий страх. Полноценно же испугаться валькирия громовых клинков попросту не успела. Ингрид оказалась слишком быстрой, а противопоставить что-либо сестра в своём нынешнем положении дочь Фейлана не смогла. Удар древка пришелся точно в грудь, и женщина отправилась в беспамятство прямо там, где и стояла.
– Прости, сестра…
Глава 9. Кошмары наяву...
Северный пантеон.
Верховный клан Ванахейм.
Храм Ванадис.
Дочь Фейлана практически не ощутила боли. Попросту не успела. Чернильная тьма схлопнулась на сознании моментально и показалась она непривычно густой и неестественной. Будто кто-то выключил свет. Возможности Эрны проявили себя во всей красе.
Пока её куда-то несли, валькирия громовых клинков частично слышала всё, что окружало девушку, но редкие звуки и приглушенные слова доносились будто из-под толщи воды, а столь родные и знакомые голоса принадлежали тем, кого Фьётра уважала и ценила больше других. Голоса принадлежали сестрам.
– Глазам не верю...
– Неужели…
– Вернулась?..
– Фи возвратилась?
Мысли от случившегося находились в хаосе и раздрае. Такое могло напугать любого. Вот только прежде чем отправиться во тьму, Фьётру более напугал сочувственный взгляд Ингрид. Складывалось впечатление, что юная воительница не желала делать того, что сделала, но выбора у валькирии огненной алебарды не было. Приказам госпожи Арнлейв невозможно не подчиниться.
К тому же сожалела не только Ингрид, Эрна тоже сочувствовала. А это уже наводило мысли на нечто страшное. Фьётра понимала, что задержать её могли по многим причинам: она предала Фрею, она нарушила приказ, она вступила в запретную связь с мужчиной без одобрения Ванадис, будучи небесной воительницей она попрала закон служительниц оберега. Однако валькирия громовых клинков не ожидала, что всё произойдет именно вот так.
Девушка по-прежнему находилась во тьме, но лишь по одному запаху поняла, где находится. Это место она охраняла бесчисленное множество раз. Нет большей чести, чем оберегать личное пространство госпожи Ванадис. Прямо сейчас тело Фьётры тащили по извилистым тропкам личного сада Фреи. Её доставили прямиком в Фолькванг.
Внезапно сердце валькирии громовых клинков пробило учащенный такт, ведь мгновение спустя она услышала приглушенный тон той, кого почитала и уважала всю свою жизнь. До ушей Фьётры донесся мягкий и заботливый голос госпожи Ванадис.
– Ох, Арнлейв, зачем так грубо? Я же попросила просто привести её для беседы, а не задерживать как беглую преступницу.
– Она предала вас, госпожа! Ей нет прощения! Предала всех нас…
Сердце Фьётры забилось еще чаще, а в голове галопом пронеслись крамольные мысли. Вот только испугалась девушка не за себя, а за своего избранника.
Неужели они всё знают? Неужели они в курсе, что она вступила в запретную связь с мужчиной? Неужели, они поняли, что Ранкар носитель глифа?
Тем не менее последующие слова Арнлейв озадачили еще сильнее, а сердечный ритм слегка замедлился.
– Она решила всё за нас! – прорычала ледяным тоном предводительница валькирий. – Взяла всю вину на себя, хоть и не должна была! Пошла против вашей воли! Почему она не попросила помощи у вас или у нас?! Неужели она думает, что мы испугались бы Хаззаков и великий дом Ксант? Она сглупила и побежала впереди буревестника! – продолжила гневаться Знающая верховного клана Альвхейм. – Таким образом Фьётра опорочила небесных воительниц и своего оберега! Она выставила нас всех слабыми. Она совершила непростительный грех по отношению к вам! Она отказалась от вашего дара и прогнала Ингрид, как несмышлёную девчонку…
Меня взяли под стражу из-за этого? Слава госпоже, что они не упомянула Ранкара…
Фьётра после пламенной речи Арнлейв хотела весело рассмеяться и облегченно выдохнуть, ведь о её избраннике не проронили ни единого слова. Получается, они не знали истинной правды.
– Вероятнее всего, она поняла, что так продолжаться не может, – распалялась всё сильнее светлая альва. – Теперь же она приползла домой, чтобы просить о помощи! Отныне…
Что могли стать «отныне» никто не успел понять или же осознать, ведь мягкий и вкрадчивый голос Ванадис оборвал все причитания предводительницы валькирий.
– Нет, это совсем не так. Фьётра пришла не для этого. Её возвращение обусловлено иной причиной. Она могла вообще не возвращаться… Не так ли, моя милая?
Что-либо противопоставить такой просьбе попросту невозможно. Тьма перед глазами Фьётры расступилась по мановению руки, и она обнаружила себя лежащей на боку посреди небольшой лужайки в окружении нескольких сестёр прямо в личных садах Фреи, а в паре-тройке метров от неё стояла непоколебимая и обворожительная повелительница.
Оберег выглядела точно такой же, какой её помнила Фьётра в последний раз – выдающейся и непостижимой. А неземную красоту могущественного божества невозможно описать ни единым известным словом Альбарры.
Арнлейв, Ювина, Сигрун, Эрна, Орхелия, Олетта и Ингрид. Помимо оберега здесь присутствовали лишь семь её сестер и взгляды каждой кардинально отличались друг от друга. Негодование, недовольство, раздражение и печаль. Лишь у малышки Ингрид взор наполнился необычайно тоской и досадой.
– Я преклоняюсь перед вами, моя госпожа… Преклоняюсь и прошу прощения. Хоть и понимаю, что такое… простить невозможно, – с почтением произнесла отрывисто Фьётра, даже не думая подниматься на ноги и сделала жест, который совершила любая из валькирий в подобной ситуации – преклонила правое колено и склонила голову. – Вы правы, моя госпожа, я прибыла по иной причине. Но прежде чем оглашу её, я хотела бы… – голос Фьётры дрогнул и та едва слышно прошептала. – Я хочу попросить прощения у вас и сестёр. Простите меня, сёстры! В тот момент я сделала так, как считала нужным. Я…
– Ты совершила глупость! – вспылила яростно предводительница валькирий, а остальные воительницы невольно переглянулись между собой и взгляды их разом переменились.
– Госпожа Арнлейв, её почти убили, – вдруг жалобно прошептала Ингрид. – Вы же знаете, что…
– Замолчи, Ини! – повысила голос светлая альва. – Она это заслужила!
Но споры тотчас прекратились, потому как вновь раздался тихий и слегка суровый голос Фреи.
– Прекращайте, дети мои, – но практически сразу тон оберега смягчился. – Тебе не стоит просить прощения, Фьётра, я не сержусь на тебя и понимаю твой выбор. Понимаю… как никто другая.
Слова Ванадис поразили валькирию громовых клинков, отчего тело её задрожало, а сердце внезапно вновь пробило учащенный такт. В словах госпожи крылось нечто таинственное.
– Так или иначе, Арнлейв, но наша милая Фьётра прибыла не по той причине, которую ты озвучила, – продолжила вещать небожительница. – Как и сказала ранее, она могла и не возвращаться. И прибыла она домой не за нашей помощью. Ведь её сила снова при ней. Её кто-то исцелил.
– О чем вы говорите, моя госпожа?! – взбеленилась Знающая. – Она же стала калекой! Мы все видели, что с ней случилось. Такое чудо могли совершить только вы и… Темида! – озадаченно пробасила светлая альва. Лишь после речи Фреи стало ясно, что сестры не удосужились проверить состояние боевой соратницы, а когда это случилось, то предводительница валькирий выпала в глубочайший осадок. – Глазам своим не верю…
Среди небесных воительниц поднялась волна оживлённого и потрясенного перешептывания, но первой отреагировала валькирия огненной алебарды. Голос малышки звучал звонче остальных.
– Не может быть! – вскрикнула радостно Ингрид, не веря в услышанное и чуть ли не хлопая в ладони. – Так Фьётра вернула себе свои силы! То есть она может возвратиться в наш стан! То есть…
– Тише, Ини! – повысила тон Арнлейв, и в голосе зазвучала угрожающая сталь. – Кто помог тебе, Фьётра? Какому оберегу ты присягнула на веру?! Лишь они, да и то не все, способны исцелить источник! Неужели ты растеряла весь свой стыд пока находилась среди аххесов? Ты вздумала опозорить нас еще сильнее?! Неужели это рук Темиды?! Ты вздумала спутаться с…
– Это не Темида, – усмехнулась заботливо Фрея, взмахнув неуловимо ладонью. – И никто из известных мне оберегов. Не правда ли, моя милая? – а затем сделав шаг вперед, божество внезапно прикрыла веки и сделав более глубокий вдох, печально улыбнулась. – Как я и думала… Чую отголоски моей старой и давно погибшей подруги Игг.
Прозвучавшее имя заставило всех притихнуть, но вместе с молчание пробудилось и нескрываемое потрясение.
– Мировое древо Иггдрасиль?! – пораженно прошептала Ювина, а все валькирии разом уставились на Фьётру. Даже Арнлейв слегка приоткрыла рот. – Но ведь его уничтожили в незапамятные времена.
– Само древо да, – печально выдохнула Ванадис. – Однако омертвевшие корни находятся во власти всем известного Архидемона и еще способны исцелять.
– Манор Жадности! – выдохнула пораженно предводительница валькирий. – Астарот!
– ЧТО?! – в один голос вскрикнули небесные воительницы, не веря в услышанное.
– Не хочешь ли ты назвать имя того, кто тебе помог? – спокойно осведомилась Фрея, сделав очередной шаг по направлению к Фьётре.
– Моя госпожа… – с трепетом произнесла девушка, по-прежнему не решаясь поднять головы. – Мне действительно помогли исцелиться, но…
– Ах, точно! – улыбнулась тепло небожительница, будто что-то вспомнила и провела указательным пальцем по своим губам. – Ты же пришла проститься с нами, не так ли? Пришла сложить свои полномочия валькирии, да?
– ЧТО?! – неверяще и вновь в один тон выкрикнули её сестры в унисон не желая верить в услышанное.
Вот только повелительница Северного пантеона никогда не ошибалась.
– Фи, зачем? – сглотнула пораженно Ингрид. – Ты же отныне цела. Ты можешь продолжать служить. Ты можешь…
– Я не хочу больше служить, – покачала головой Фьётра, медленно материализуя крылья за спиной и неторопливо срывая с плеч серые иллириумные наплечники, а затем схватившись за нагрудные пластины и сделав усилие над собой, сорвала их с тела. – С меня хватит… – девушка сделала слабое движение вперед, будто подставляла шею на заклание палачу. – Я более недостойна служить, – крылья медленно сложились и осели. – Я более не достойна стоять подле вас, моя госпожа, – под конец она распростёрла руки, но голова по-прежнему была склонена, а взор был направлен в пол. – Я не сумею более встать плечо с плечом с сёстрами. Я не заслуживаю этого…
Обычные и в то же время роковые слова, заставили с неверием уставиться всех валькирий на эту ужасающую сцену. Некоторые уже видели такую сцену не единожды. К этому моменту Ингрид практически рыдала, а Эрна гулко сглатывала. Кое-кто просто не мог поверить, а Орхелия и Олетта отвели взгляды в сторону, чтобы ничего не видеть. Ведь эта сцена называлась – файяла. Прощальный обряд. Ритуал, когда валькирия складывает полномочия и лишается своих крыльев вместе с благословением оберега.
Однако всем на удивление рокочущий рык Арнлейв прервал церемонию. Ведь Знающая Верховного клана Ванахейм догадалась в чем могла быть проблема.
– ИМЯ ТОГО, КТО ПОМОГ ТЕБЕ, ФЬЁТРА?! КТО ПОСМЕЛ СОВРАТИТЬ ОДНУ ИЗ НЕБЕСНЫХ ВОИТЕЛЬНИЦ?! С КЕМ ТЫ РАЗДЕЛИЛА ЛОЖЕ БЕЗ ДОВЗВОЛЕНИЯ ГОСПОЖИ?!
Большинство валькирий с молчаливым и затравленных видом не могли поверить в услышанное, а их глаза широко раскрылись. Но среди них имелась та, кто не обратил никакого внимания на рёв и горе валькирий. Фрея медленно совершила единственный шаг, что разделял Фьётру со своей госпожой и внезапно воцарилась тишина. Повелительница Севера отделила всех других валькирий барьером и осталась наедине со своей дочерью.
– Простите меня, моя госпожа, но я больше так не могу, – хрипло и чуть не плача прошептала уже бывшая валькирия. – Я действительно согрешила. Я действительно вступила в запретную связь. Но я… Я ни о чем не жалею!
– Глупое дитя, – прошептала с грустью Ванадис, нависнув над девушкой. – Неужели ты действительно считала, что я не знала, что ты лишилась своего целомудрия? Неужели ты думала, что сможешь скрыть от меня свою ложь? Неужели и вправду рассчитывала защитить своего избранника от моего взора? Я могла простить тебе всё… Могла простить нарушение приказа. Могла простить нарушение обета. Могла простить ложь. Я даже могла простить тебе связь с носителем глифа… Разумеется, я знала! Узнала еще тогда, когда впервые увидела юношу в Ванфее. Это же он даровал тебе исцеление? Именно он является наследником Пятой Династии. Именно он носитель сильнейшей Руны. И именно он является преемником Тени Вечности. Ранкар Хаззак…
Каждое слово оберега отдавалось болью в душе у Фьётры, но заключительные слова напугали девушку до дрожи в сердце. Она испугалась как никогда раньше. Испугалась настолько, что не могла вымолвить ни единого слова. Под силой божества голос пропал, а тело не двигалось.
– Я могла простить тебе всё на свете, но я не могу простить тебе того, что ты не смогла доиграть свою роль до конца! – впервые в своей жизни Фьётра слышала настолько густую горечь в голосе у небожительницы. – Ты разочаровала меня. Очень сильно… Малышка моя, ты была одной из фигур на шахматной доске. Мы должны были закончить партию. Ты жертва, моя милая. Ты не видишь всей картины в целом. Ты заблудший агнец, что обязана была лгать мне до конца, но внезапно ты пошла на поводу у своих чувств, – печально выдохнула Ванадис. – Сейчас ты представить себе не можешь, какова цена у твоей слабости, но в будущем ты обязательно поймешь. Ты поймешь, к чему я стремлюсь. Время еще не пришло. Ни для тебя, ни для твоего избранника. Ранкар Хаззак слишком ценный ресурс, чтобы уничтожить его так просто. Всему своё время, моя милая. Рано или поздно, но ты сыграешь свою роль до конца…
Повелительница Севера медленно наклонилась к бывшей валькирии и с нежностью поцеловала ту в лоб, будто бы прощаясь на виду у всех небесных воительниц. Сердце Фьётры уже не трепетало. Они походило на ураган, что заковали в хрупкой груди. Никогда в своей жизни дочь Фейлана не испытывала подобного страха.
Пространство, что отделяло их от остальных валькирий, внезапно опало и медленно развернувшись на месте, небожительница вынесла свой вердикт.
– Ты оказалась права, Арнлейв… – спокойно произнесла Ванадис. – Она нарушила обет. Прежде чем мы её отпустим она понесёт наказание. Надломи ей крылья, предводительница валькирий, и возьми под стражу. Меру пресечения я изберу ей позже.
Охваченная испугом и тревогой Фьётра силилась сказать хоть что-то, но единственное, что удалось выдавить из себя это лишь одно слово, которое она повторяла словно мантру.
– Н-ет… Н-ет… Н-ет…
Ванадис медленно удалялась прочь, расширившиеся от ужаса глаза бывшей валькирии громовых клинков были направлены на подошедшую Арнлейв. Светлая альва которая шагнула почти вплотную и крепко схватилась за крылья бывшей сестра, а через секунду до ушей каждой небесной воительницы донесся оглушительный треск сухожилий и костей.
Крылья надломили с животной и непоколебимой жестокостью.
– Так тебе и надо, предательница, – холодно прошипела валькирия копья света. – Благодари госпожу Фрею за оказанную милость…
***
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Элитный квартал.
Штаб-резиденция доминирующего ордена Наказующих.
5 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
Ранний вечер.
20-57 по Аронтиру...
Ивора Фиан и Азаих Урано не находили себе места и постоянно наблюдали за всеми манипуляциями.
Одна целительница сменяла другую. Одна магиня жизни поддерживала следующую и так было будто бы до бесконечности. Исцеление Норона Фиана давалось Ларе Урано со вселенским трудом. Ситуация с Ласантой и судьей кардинально различались, мощь неизвестного проклятия в этот раз оказалась более густой и концентрированной чем ранее. К тому же, не понимая основы враждебной силы дриаде Жизни приходилось работать практически вслепую.
Тем не менее с помощью крови аххеского ублюдка удалось совершить невозможное, а по прошествии пяти часов и к вечеру следующего дня мужчина смог прийти в себя и первыми, кого он смог увидеть оказалась его родная бабка и Азаих Урано.
Гранд-инквизитор нависла над смертельно бледным внуком будто кровожадный коршун, но в самой дальней части её глаз поселилась странная забота, что смешалась с облегчением.
– Очнулся-таки, – фыркнула недовольно серая, через нос выпуская воздух. – Заставил же ты нас всех поволноваться.
– Слава Небесам! – выдохнул облегченно правая длань, присаживаясь на край кровати и возводя глаза к потолку. – Слава великому Гору!
– За… чем? – едва слышно и отрывисто прошелестел судья. – Зач… ем… помо… гла? Зач… чем… вмеша… лась?
– Что-то много ты болтаешь для почти недавнего трупа, – мрачно прошипела сероплащница. – Не слышу благодарности в голосе!
– Ты… опозо… рила… ме… ня… – выдавил из себя судья. – При… людно…
– Больно много ты понимаешь, олух недалёкий! – пренебрежительно хмыкнула деспот. – Скажи спасибо, что спасла твою задницу! Плевать мне на твоё мнение. В Аронтире я закон и порядок!
– Норон, мы недооценили маленького выродка, – решил вмешаться в беседу генерал Наказующих. – За краткий промежуток времени воспитанник Изувера обрёл дикую силу. Но не переживай, – попытался успокоить раненого правая длань. – Как только ты встанешь на ноги, мы обязательно с ним покончим. Этот сученыш зашел слишком далеко.
– За… чем?.. – остервенело и сквозь зубы процедил разозлено Норон, не обращая внимания на утешения Азаиха и продолжая сверлить бабку взором. – За… чем?..
На миг воцарилась могильная тишина, а в глубине глаз Иворы отобразилась внутренняя борьба и в конце концов она сдалась.
– Как ни крути, но ты сын моей единственной дочери. Хоть в тебе и частично течет кровь непутёвого мерзавца, но там еще и моя кровь, а значит ты часть меня! – угрюмо изрекла Фиан, а затем гулко выдохнув, взглянула на внука. – Поправляйся! Позже мы обо всём побеседуем, – и практически моментально её взгляд вонзился в Урано. – Я пришлю отряд инквизиторов. Они тут присмотрят за всем. Сейчас меня терзают странные предчувствия. Позаботься о внуке в моё отсутствие.
На лице у генерала отобразилось нежелание, но спорить с Рукой Аронтира сейчас было себе дороже и нехотя кивнув, тот согласился.
– Как скажешь. Можешь присылать своих людей.
Несколько долгих секунд Норон Фиан продолжал сверлить спину удаляющейся прочь бабки, а затем не выдержав напряжения после пробуждения, вновь отправился в царство снов…
***
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Элитный квартал.
Штаб-резиденция доминирующего ордена Наказующих.
6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
02-00 по Аронтиру...
Пробуждение Норона Фиана вышло неожиданным и вновь откликнулось болью по всему телу. Складывалось впечатление, что судья сам удивился собственному пробуждению, но нечто насторожило безупречного. В округе оказалось слишком тихо. Ни единого звука. До этого он мог поклясться всем чем угодно, что происходит нечто необъяснимое и пугающее.
За прошедшие часы он приходил в себя несколько раз в холодном поту, потому как кошмары одолевали разум. Кошмары, которые приобретали очертания известного силуэта. Очертания силуэта, который его опозорил, и которому он проиграл. Он сам не хотел себе признавать, но повсюду ему мерещилась тень Ранкара Хаззака. Даже сейчас ему казалось, что мерзкий выродок может вышагнуть прямо из полумрака апартаментов.
Смертельная бледность по-прежнему не сходила с лица. Заживающие раны и конечности продолжали саднить, а сердце билось как умалишенное. Но ни через минуту, ни через две тень в углу палаты не ожила и не приняла очертания ненавистного аххеса. Поддавшись светлым мыслям судье удалось успокоиться и расслабиться, но лишь стоило ему прикрыть веки, как до ушей внезапно донесся тихий смех, который обратился змеиным шепотом, и который словно спазм сковал всё тело.
– Поздравляю с исцелением, детоубийца…
Доброе утро, уважаемые читатели.
Именно на такой ноте и заканчивается девятая глава. Скорее всего, вы станете ругать меня за нечто подобное и за то, что стало с Фьётрой и во многом я буду с вами солидарен. Лишь хочу добавить от себя, что в конце самого непроглядного мрака всегда будет свет или хотя бы лучик света.
Ну а теперь к делам насущным...
Думаю, ни для кого не секрет, что многие мои коллеги авторы имеет свои телеграмм каналы. Я тоже задумался над такой идеей и решил поинтересоваться, а интересно ли вам оно будет? Само собой, канал со временем будет наполнятся разной инфой по Вселенной книжных миров и всё в этом духе. Ну и общение с вами выйдет на новый и более удобный уровень.
Как вы к такому относитесь? Хотел бы узнать ваше мнение.
Глава 10. Присяжный, судья и палач...
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Элитный квартал.
Штаб-резиденция доминирующего ордена Наказующих.
6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
01-55 по Аронтиру…
Над Аронтиром царила ночь. Причем сегодняшняя ночь оказалась абсолютно безлунной, на смену Сиге и Мере не явились их тёмные сёстры-соперницы луны – Гев и Яфи. Да, сегодня был именно тот день, когда Гев и Яфи отдыхали. Всем нужен порой отдых. Звёзды не были исключением.
Прошлая ночь и день выдались энергозатратными. Большую часть времени я провёл на подземном уровне «Сирены» знакомясь с докладами Талиссы и Натана. Тёмная альва весьма живо включилась в работу. Удивительно это или нет, но успехи у неё оказались внушительными. Всего за несколько дней она умудрилась скупить практически треть квартала и стать полноправной владелицей еще нескольких увеселительных заведений, начиная от ресторанов и заканчивая гостиницами. Само собой, такой напор не остался без внимания. Некоторые слишком любопытные личности из подпольного мира интересовались странными изменениями, но здесь влияние Сияющих сыграло нам руку. Многие считали, что Талисса Арленд по-прежнему подвластна им, а вступать в противостояние хоть и со слабым, но доминирующим орденом многим оказалось не с руки. Так что экспансия альвы шла вполне гладко, и она медленно продолжала плести свои сети.
Тем не менее радоваться было слишком рано. По слухам, сами Сияющие начали понимать, что пропажа сразу трёх боевых отрядов не какая-то ошибка в расчётах, а что ни на есть серьёзная проблема. До конца еще никто не понимал связали ли исчезновение орденских мудозвонов с Садом Наслаждения, но как ни крути в скором времени придётся готовиться к неожиданным поворотам.
Помимо Талиссы у парней за прошедшие дни тоже наметились успехи. Тэйн гонял бывших смертников в хвост и в гриву, не жалея ни себя, ни их. Причём периодически к этому подключался Натан с Рамасом и тренировки становились ещё тяжелее. Да и судя по достаточно многозначительным взглядам серафима, он подозревал, что с тифлингом не всё так просто. Скорее всего, на подсознательном уровне тот понимал, что Рам не остался прежним. К тому же ходили слухи, что херувимы, что демоны не питали особой любви друг к другу. Они скорее закоренелые враги. Впрочем, я не сомневался ни в здравомыслии Тэйна, ни в здравомыслии Рамаса. Думаю, оба смогут найти общий язык, когда узнают правду. Видит Ярвир в нашей шайке хватает одного неуравновешенного в моём лице!
Ну а еще Натан и Рам смогли добиться того, о чем я их попросил. Цена требуемых мне артефактов на черном рынке оказалась заоблачной, но благодаря Искорке и Лиярту стеснения в средствах я не испытывал. Перекупать эти вещицы парням пришлось через несколько подставных лиц, так что козлов отпущения будут искать еще очень и очень долго. А если информация правдива, то завозили партию, поступившую на черный рынок, прямиком с Восточного пантеона.
Как бы то ни было, теперь всё необходимое покоилось в моём пространственном перстне. До часа икс в академии оставалось около десяти часов, но прежде чем Внутренние земли содрогнутся из-за грядущей смуты, необходимо закончить одно важное дело. Дело, которое ознаменует чей-то конец. Дело, из-за которого может возникнуть еще больше хаоса.
Однако, как хорошо, что мне плевать как на будущий хаос, так и на справедливость. Ибо я всегда знал, что справедливость всего-навсего слово, которым любили открещиваться сраные лицемеры. Это я понял еще тогда, когда работал на синдикат. Истинной справедливости нет. Хотя внесу поправку… Зачастую её днём с огнем не сыщешь, но если уж так случилось, что ты поступил по справедливости, то по итогу такого правдоискателя либо заклеймят лжецом, либо преступником, нарушившим закон, либо попросту убьют. Увы, но счастливые концы бывают только в детских сказках, а суровые реалии жизни – не детская сказка.
Так вот у Норона Фиана счастливого конца не будет. Это я смог осознать на Западном Пределе. Это я смог осознать прямо сейчас, когда беспрепятственно проходил через один заградительный барьер штаб-резиденции Наказующих, за другим. Сигнальные сети не действовали на призрака. Массивы не чувствовать вторжения. Невозможно увидеть то, чего нет в реальном мире.
Честно сказать, я и сам не знал, как назвать место, куда я попадал, используя Сущность Истребления, но такой навык Альяны это не просто весомый козырь – это ключ от всех врат.
«Это междумирье, – решила пояснить Руна. – То, чего нет и то, что скрыто. Междумирье – тонкая грань между реальным временем, временем прошлого и временем будущего. Сейчас мы находимся вне пространства. Кстати говоря, когда ты переходишь в такое состояние, твоё развитие замирает. Ты не молодеешь и не стареешь пока не начнешь действовать.
Знаешь, малышка, в какой-то степени я понимаю, почему Пятая Династия смогла проредить самих оберегов. Смертным с такой силой невозможно тягаться…
«Сейчас ты обладаешь лишь первой формой из трёх, Ранкар, – загадочно прошептала Альяна. – Когда я верну все свои силы, тебе станет доступно нечто более пугающее и прекрасное. Но если говорить начистоту, то мне немного страшно, мой разоритель, – встревожено добавила Руна».
О чем ты? – не понял я девушку.
«Я не могу до конца вспомнить всего своего прошлого. Я даже не могу точно сказать, кто я есть на самом деле – Веритас Тень Вечности или же Руна Истребления. Однако нечто на подсознательном уровне подсказывает, что таких носителей как ты, я еще не встречала. Мои способности бросают вызов мирам и могут уничтожать божеств, но твои выглядят еще более ужасающими, – с волнением в голосе заметила Альяна. – И сейчас я говорю не о количестве твоих источников, а ещё и о… ПУСТОТЕ внутри тебя. Мною еще не обладали Опустошители. Мною еще не обладали те, кого в незапамятные времена уничтожали Древние, а ведь ты уже знаешь, что это они мои создатели. Боюсь, такого тандема как ты и я никогда не существовало во Вселенной. В прошлом нас можно было назвать злейшими врагами, а сейчас мне самой хочется понять, где находится грань наших возможностей…»
Грани нет, красотка, – философски заметил я с кривой ухмылкой на роже, поддавшись скверному характеру, между делом продолжая шагать по широким коридорам штаба резиденции. – И более не будет…
Как ни крути, но ночь не повлияла на количество охраны в штабе. Вот только чем дольше я ступал вперед по этажу резиденции, тем больше мне становилось не по себе, а стоило через пару минут очутиться в нужном крыле, как угли гнева и ярости запылали в груди с новой силой. Лазарет кишмя кишел не только бойцами Наказующих, но и… инквизиторами. Не только Азаих позаботился о безопасности, но и старая сука внесла свою лепту. Однако увиденное зрелище как разозлило, так и слегка удивило. По какой причине они усилили охрану? Неужели кого-то ждали и решили перестраховаться? Сомневаюсь, что они опасались, что именно я явлюсь по его душу.
Скорее всего, Ивора Фиан что-то предчувствовала. Что ж, предчувствия её не обманули. Тем радостнее будет разрушить любую светлую надежду старой суки на выздоровление внука.
Некоторое время пришлось выжидать в укромном месте. У призрачного состояния имелась одна серьёзная проблема. Увы и ах, но сквозь стены ходить я не мог, а значит необходимо дождаться удобного случая. И этот случай подвернулся как нельзя скоро. Периодически, что Наказующие, что сероплащники то и дело проникали внутрь лазарета и обследовали каждой уголок целительского крыла. Мне довелось не только подсчитать количество бойцов, но и засечь временной промежуток между их осмотрами.
Именно когда одна из патрульных групп серых бесшумно проскользнула в лазарет чтобы в очередной раз всё осмотреть, мне и удалось проскользнуть внутрь вслед за ними, а когда двери вновь крепко заперли, я и оказался в святая святых целительского крыла. Далее найти Норона не составило никаких проблем.
С каждым моим шагом вперед сердце Опустошителя ликовало от предвкушения, ведь час казни близился…
***
– Поздравляю с исцелением, детоубийца…
Ненавистный смех и не менее ненавистный голос заставил судью панически содрогнуться. Преодолевая спазмы боли в теле, он попытался принять сидячее положение, но лишь через пару секунд мужчина понял, что не может этого сделать. Совершив невероятнее усилие над собой, он скосил взор влево и вправо и от увиденного его глаза тотчас расширились. Сам того не осознавая, Наказующий оказался во власти жгутов тьмы, которая слилась воедино с полумраком комнаты и сковали по рукам и ногам всё его тело.
Фиан не хотел кричать. Не хотел звать на помощь. Но сильнее всего он не хотел умирать, а его былая решимость куда-то исчезла. Собрав воедино крупицы сил, судья закричал. Точнее попытался это сделать.
– По… мог… ите! Он… тут!
Однако изо рта вырвался хриплый стон, который лишь отдалённо напоминал на призыв о помощи, а те самые черные жгуты внезапно перетекли на его грудь и через секунду сдавили несильно горло.
Норону померещилось, что он услышал долгий вскрик старого ворона, но нет. Каркающий тихий звук оказался надменным смехом аххеского выродка. Его враг так и не проявил себя. Глаза мужчины в глазницах двигались в разные стороны со скоростью молнии. Он желал отыскать своего противника хотя бы взглядом и в конце концов у него это получилось.
Страх Наказующего принял реальные очертания. Всё это время Норона окружал полумрак целительских покоев и именно из этого клубящегося полумрака соткался высокий мужской силуэт. Силуэт, который уже на протяжении нескольких дней преследовал его в кошмарах. Силуэт, который заставлял его просыпаться в холодном поту. Силуэт, который заставлял его вопить и корчиться в муках. Силуэт, которому он проиграл и которого он недооценил. И не только он…
На холодном лице аххеса блуждала слабая удовлетворённая улыбка, а затем он сделал неуловимый шаг вперед, после еще один и еще. По лазарету штаб-резиденции Наказующих воспитанник Изувера ходил как у себя дома, а свой взгляд он не сводил с судьи.
– Как же я рад тебя видеть, Норон Фиан, – заботливо прошелестел юноша, проходя мимо постели, а его тихий смех эхом разносился над сводами апартаментов. – Как дела? Как поживаешь? Как поживает твоя бабуля? Я надеюсь, тебе понравился мой подарок? Ах, прости! – покаялся внезапно аххес. – Запамятовал. Ты же не можешь говорить…
Внезапно лоскуты тьмы на горле у иерихонца ослабли и не найдя ничего лучше, тот вновь хрипло закричал.
– Он… ТУТ! Помо… гите…
Однако ответом ему оказалась череда тихого каркающего и мерзкого смеха.
– И это… всё? – пуще прежнего расхохотался Хаззакский демон. – Вся твоя хвалёная гордость, которой ты кичился в прошлом, способна лишь на это? Ты хочешь помощи? Ты хочешь жить, не так ли? Но видишь ли в чём загвоздка. Те невинные беспризорники даже не смогли позвать на помощь, – внезапно голос юноши дрогнул, полумрак расступился и как ни в чем не бывало он присел на край кровати, но его глаза, что переливались багровым, тёмно-оранжевым и потусторонним черным цветом всё также были обращены лишь на Наказующего. – Они попросту не успели. Ты их убил, но они тоже хотели жить. Прямо как ты сейчас. Думаю, они бы позвали на помощь, если бы получилось… Прямо как ты сейчас. Как много у вас и тех детишек общего, не находишь? Ну разве я не великодушен, детоубийца? Разве я не милосерден к тебе?
– Тебя… найдут… В Аронтире… нельзя… убивать, – прохрипел сквозь спазмы боли Норон, цепляясь за остатки гордости и крупицы ускользающей уверенности. – Тебя… разыщут и… убьют. Ивора и Азаих… не дадут тебе уйти…
– Ну да, конечно, – улыбнулся широко бледнолицый, а его ужасающий рубец на виске внезапно побагровел. – Как я мог забыть! Ивора Фиан и Азаих Урано. Гранд-инквизитор ордена Инквизиторов и правая длань ордена Наказующих, – но затем улыбка сошла с физиономии аххеса, обнажая тем самым его злобу. – Старая аронтирская потаскуха и пожилой иерихонский обмудок. Не переживай детоубийца, они тоже вскоре своё получат, – на губах у парня вновь проявилась слабая улыбка и тот трижды заботливо хлопнул судью по груди. – Знаешь, а ведь если бы старая сука не вмешалась, то ты бы избежал всех тех страданий. Если бы она позволили тебе сдохнуть, то всем стало бы лучше. Например, тебе и мне, – очередная довольная улыбка, что сквозила безумием. – Понимаешь, сейчас я бы мог вновь даровать тебе ту незабываемую агонию, в которой ты пробыл последние три дня. Тебе бы не помогла более моя кровь. Сомневаюсь, что Диана согласится помочь вам снова. Однако есть одна ма-а-а-аленькая загвоздка… я более не стану этого делать… Недавно я понял, что терпение моя слабейшая сторона. Отныне я хочу крови!
На миг образовалась могильная тишина, лицо Хаззака оказалось чуть ближе к лицу Наказующего, а его пальцы каменной хваткой сжались на горле.
– Прямо сейчас меня разрывает от ярости! – вся наигранная доброта испарилась и перед Нороном возник обезумевший выродок, которого он видел в бою. – Я хочу столько всего сделать с тобой, что не знаю с чего начать. Знаешь, детоубийца, сейчас я тебе скажу то, чего не говорил еще никому. Похоже, мне и самому нужно выговориться, прежде чем я приступлю к делам… Я зачастую не могу себя контролировать, – честно сознался Ранкар. – Я раб… Раб своих собственных эмоций, пороков и характера. И что самое мерзкое, я не могу этого изменить. Таким я был рождён парочкой неизвестных мне мразей. Множество раз я мечтал вздёрнуться на ближайшем суку, чтобы упростить жизнь тем, кто меня окружает, их собственное существование. Но после я задал себе вопрос: а зачем мне убивать себя, когда я могу убить тех, кто породил меня? Пусть страдают так же, как страдал я… Нет-нет, Норон, ты не прав, – успокаивающе хмыкнул аххес, глядя в напуганные глаза иерихонца. – Я не жалею себя. Я не привык этим грешить. Жизнь всё расставит по своим местам. Рано или поздно расставит… А знаешь, Норон, – вдруг выдохнул с облегчением Хаззак, хватаясь делано за грудь. – Спасибо тебе. Мне стало легче. Люблю порой поговорить по душам с теми, кто вскоре сдохнет.
– Ты… законченный… псих! – прохрипел слабеющим голосом судья. – Сумасшедший… выродок…
– Именно так, детоубийца, – хмыкнул беззаботно парень, дважды хлопнув иерихонца по щеке правой рукой. – Именно так.
Стоило же правой ладони коснуться щеки, как нестерпимая судорога боли пронеслась по всему телу, а по помещению разнеслась вонь палёной плоти. Причем смрад плоти принадлежал Норону, ведь частично обуглилось его лицо. Терпеть такое стало невозможно, и он закричал. Закричал, как никогда раньше.
– ДА! – зарычал полубезумно Ранкар, рывком вытаскивая тушу Наказующего из постели и поднимая её над полом и раз за разом продолжая прикасается к его лицу воспламенившейся рукой. – КРИЧИ, ДЕТОУБИЙЦА! КРИЧИ! КРИЧИ, КАК НИКОГДА РАНЬШЕ! ПЕРЕД КАЗНЬЮ ПОЛАГАЮТСЯ ПЫТКИ! Я ОБЕЩАЛ, ЧТО КАЗНЮ ТЕБЯ ПРИЛЮДНО! ОБЕЩАЛ, ЧТО КАЗНЮ В ПОСТЕЛИ И ПРЯМО ВО СНЕ! Я ОБЕЩАЛ, ЧТО ТВОЯ ЖИЗНЬ БУДЕТ СКОРОТЕЧНА! И Я СДЕРЖУ ОБЕЩАНИЕ!
Никогда бы судья не мог подумать, что его родная стихия может причинять такую боль, но не только это удивило его. Сквозь неистовую агонию его поразило то, что Ранкар Хаззак разил его не тьмой, а пламенем. Аххеский выродок обладал не только тьмой и эссенцией, но и пламенем. Сумасшедший ублюдок творил то, что считалось доселе невозможным. Чем дольше он об этом думал, тем хуже становилось на душе. Только сейчас Норон Фиан осознал, с каким именно зверем связался.
Выжить не получится.
От боли судья не мог здраво мыслить, но воспитанник Изувера продолжал выплескивать свою горечь посредством пытки.
– Я ПРОСИЛ СТАРУЮ СУКУ ОТДАТЬ ТВОЮ ЖИЗНЬ МНЕ, НО ОНА НЕ ЗАХОТЕЛА СЛУШАТЬ! ТАК ЧТО ТЕПЕРЬ ТЫ ПОЖИНАЕШЬ ТО, ЧТО ПОСЕЯЛ, ДЕТОУБИЙЦА И ПУСТЬ ОНА ПОЛУЧИТ ТО, ЧТО ЗАСЛУЖИЛА! НЕТ ПРЕДЕЛА МОЕЙ ЯРОСТИ! НЕТ ПРЕДЕЛА МОЕЙ МЕСТИ! СЕЙЧАС ТУТ ЛИШЬ Я И ТЫ! НА ПЯТЬ С ПОЛОВИНОЙ МИНУТ ТЫ МОЙ И ТОЛЬКОЙ МОЙ!
Крики Хаззакского демона стали напоминать вой чудовища. Складывалось впечатление, что в эти вопли он вкладывал всю ярость, которую сейчас испытывал, но он неустанно продолжал свою пытку. В какой-то момент аххес материализовал клинок деспота, а темные лоскуты подняли тело судьи в воздух и через секунду апартаменты наполнились не только смрадом палённой плоти, но и запахом свежепролитой крови, ведь ноги Фиана более не принадлежали своему хозяину.
– НЕ Я ТУТ ГЛАВНЫЙ ВЫРОДОК! НЕ Я ИСПОЛЬЗОВАЛ ДИАНУ! НЕ Я УБИВАЛ ДЕТЕЙ! НЕ Я ИСПОЛЬЗОВАЛ СИЛУ И УЩЕМЛЯЛ СЛАБЫХ! – и вот на этом крик внезапно затих. А прежде чем отправиться в беспамятство от очередной волны нестерпимой агонии, Норон Фиан вновь услышал терпкий и замогильный голос. – Но раз уж на то пошло, то для сраного Аронтира, для такой никчемной падали как ты, и для всякого сброда наподобие тебя, я стану не только необходимым злом, но и присяжным, палачом и судьей в одном лице. Ты всего-навсего первый, детоубийца. Так устроим же суд над судьей…
***
Аронтир. Внутренние земли.
Край Соприкосновения.
Штаб-крепость ордена Инквизиторов.
6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
05-57 по Аронтиру…
Иворе Фиан не спалось. Сон абсолютно не шел. Нечто не давало покоя. Нечто неизвестное и пугающее. Гранд-инквизитор не понимала в чем может быть проблема, а различные крамольные мысли не покидали головы. Сероплащница более чем верила в собственные силы и возможности. Ивора прожила и пережила многое. Она пережила смерть дочери, пережила уход из семьи, пережила собственного мужа. Где другие спотыкались, там она шла ровным и непоколебимым шагом.
Харалужья Дева – так её называли за глаза в Аронтире. Так её называли подчиненные. Харалуг крепок и смертоносен, однако порой судьба преподносит удары, которые зачастую не ждёшь и делает она это неожиданно.
А когда за дверьми покоев внезапно зазвучал встревоженный и заметно панический голос Оримаса Тареска несокрушимый харалуг дал первую серьёзную трещину.
– Гранд-инквизитор, случилась беда в штаб-резиденции Наказующих…
Глава 11. Ставки сделаны, ставок больше нет...
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Элитный квартал.
Штаб-резиденция доминирующего ордена Наказующих.
6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
06-37 по Аронтиру…
Буревестник гнал изо всех сил. Пейзажи утренней столицы сменялись за окном с молниеносной скоростью. Сердце Иворы Фиан гулко колотилось из-за неизвестности, эмоции находились в полнейшем раздрае и нечто давным-давно позабытое подкатывало к горлу. Лишь после тщательного осмысления она вспомнила название данному феномену – горькой ком.
Женщина предчувствовала что-то пугающее.
Ни Ивора, ни Оримас Тареск не знали всех подробностей произошедшего. Из штаба-резиденции доминирующего ордена Наказующих доложили, что случилась настоящая катастрофа и… сразу оборвали связь. По этой причине один из вернейших и влиятельнейших судей из числа инквизиторов отправился вместе с Харалужьей Девой. Вот только нечто странное мужчине подсказывало, что сегодняшнее утро всколыхнет тёмные воды всех Внутренних земель, начиная от Предместий и Трущоб Аронтира и заканчивая Краем Соприкосновения. Встревоженный взгляд сероплащника то и дело косился в сторону каменного изваяния по имени Ивора Фиан, но на бледном лице у гранд-инквизитора не дрогнул ни единый мускул.
Женщина смотрела ровно перед собой будто находилась в прострации и не замечала ничего вокруг, но стоило буревестнику резко замедлить ход, как со скоростью родной стихии серая очутилась на улице. Верный судья едва ли поспевал за своим начальником. Инквизиторше хватило мимолётного взгляда, чтобы убедиться в главном: в резиденции произошло настоящее бедствие.
Десятки, если не сотни Наказующих метались в разные стороны вокруг собственного штаба словно что-то искали. Главные ворота находились под полным контролем, но завидев прибывшую двойку сероплащников, врата тотчас отворились, а им навстречу шагнул один из главных судей Наказующих, что заведовал штаб-резиденцией в Аронтире.
– Гранд-инквизитор, случилось кое-что…
– Ближе к сути, Меррик! – холодно прошипела Фиан, грубо перебивая мужчину. – Что тут стряслось? Почему меня встречаешь ты, а не Азаих?! Говори! ЖИВО!
Без того бледный судья побелел лишь сильнее. Складывалось чувство, что тот собирался с силами и выпустив протяжный вдох, он от волнения уткнул глаза в землю.
– Гранд-инквизитор, ваш внук… он…
– ЧТО С МОИМ ВНУКОМ?! – заорала громогласно женщина, теряя весь цвет лица, которое стало серым – одного цвета с её плащом.
– Мои… соболезнования… – едва слышно заключил Меррик. – Мы не знаем как, но…
Глаза Иворы Фиан с ужасом расширились, и она со всей скоростью рванула вперед. Следом попытался помчаться и Тареск, но его внезапно за плечо крепко схватил Меррик. Единственное, что успел сделать сероплащник, так это с вопрошающим видом уставиться на главного судью Наказующих.
– Лучше останови её…
– О чем ты? – не понял серый.
– Там зрелище не для слабонервных, – нехотя признался иерихонец. – Лорд Азаих рвёт и мечет, а уже она ему бабкой приходилась…
***
Ивора Фиан мчалась в нужном направлении изо всех сил подобно древнему чудовищу, невзирая ни на что. Никто из попадающихся на пути Наказующих не смел встать на пути у Харалужьей Девы. Однако, когда впереди замаячили знакомые двери целительского крыла, словно из-под земли на её пути образовался отряд инквизиторов, которых она прислала для защиты внука. Ивора ожидала разного, но без лишних слов чуть больше дюжины бойцов припали на колени, а руководящий отрядом судья удрученно заговорил.
– Гранд-инквизитор, мы не знаем как это случилось. До сих пор не можем понять… – угрюмо пробасил одарённый. – Ни один из моих людей не смыкал глаз. Так или иначе, но мы примем вашу кару с полнейшим повиновением.
– ПРОЧЬ С ДОРОГИ! – зарычала раненой львицей женщина.
Ей хватило сделать единственный шаг, чтобы разбросать собственных подчиненных как бильярдные шары в разные стороны, а затем она живо ворвалась в целительские апартаменты. Стоило же сероплащнице попасть внутрь, как она от шока застыла там, где и стояла, не желая верить в увиденное.
Ивора Фиан лицезрела на своём веку многое. Очень многое. Вот только невозможно привыкнуть к смерти того, кто является тебе родным. Невозможно привыкнуть к смерти близких людей. Невозможно принять смерть внука. Точнее невозможно принять убийство внука. Норон не умер. Его жестоким образом казнили.
Лишь чудом гранд-инквизитор не распласталась на полу без чувств, а где-то в глубине души стали разгораться чудовищные и давно позабытые эмоции: ужас, горечь, ярость и опустошенность. А вместе с тем в одночасье что-то умирало глубоко внутри.
Место, в которое попала Ивора слабо напоминало целительские апартаменты. Прямо сейчас помещение походило на эшафот для демонстративной, кровавой и особо жестокой казни. Тот, кто сотворил такое с её внуком мало чем отличался от монстра.
Ни жалости, ни сострадания, ни милосердия.
Кровь была разлита повсюду. Куда ни кинь взгляд всюду царил багровый оттенок. Складывалось чувство, что тело Норона протащили повсюду, а пытали его будто всю ночь напролёт. Невыносимый смрад человеческой плоти в прямом смысле впечатался в стены апартаментов. Воздух настолько пропах кровью и гарью, что не получалось нормально дышать.
А приподняв глаза чуть выше, Ивора увидела то, чего никогда не забудет, и эта сцена будет сниться ей в кошмарах. Прямо над собственной постелью, тонкой и практически невидимой стальной нитью был подвешен судья Наказующих. Ноги и руки были отсечены и валялись в окровавленной постели, горло было перерезано от уха до уха, а рот раскрылся в ужасной гримасе.
Тем не менее самым ужасным оказалось иное. Тело судьи в прямом смысле дочерна обуглили магией огня, а на животе и груди чем-то острым вырезали всего-навсего три красноречивых слова, которые составили послание:
ДЕТОУБИЙЦЕ СОБАЧЬЯ СМЕРТЬ…
Гранд-инквизитор хотела убивать. Прямо сейчас она желала крови. На ум практически моментально пришла лишь одна персона и Ивора уже намеревалась начать поиски убийцы или убийц. Она была более чем уверена в том, что аххеский выродок приложил к этому свою руку, но стоило той обернуться, как практически лицом к лицу столкнулась с Азаихом Урано.
Глаза мужчины были наполнены животной свирепостью, а гримаса жуткой агонии замерла на физиономии.
– КТО?! – просипела яростно Фиан, хватая генерала за грудки одной рукой и приподнимая его тело над полом, а во второй у неё с молниеносной скоростью материализовался клинок деспота. – КТО ПОСМЕЛ УБИТЬ МОЕГО ВНУКА?! КАК ТЫ ЭТО ДОПУСТИЛ?! ЭТО ЖЕ ОН, ДА?! ТА АХХЕСКАЯ МРАЗЬ?!! НО КАК СУЧЕНЫШ СМОГ?!
Практически моментально целительские апартаменты разделились на два противоборствующих лагеря. За спиной у Азаиха Урано образовались бойцы Наказующих, а позади у Иворы явили себя инквизиторы во главе с Оримасом Тареском.
На подобное самоуправство правая длань не обратил никакого внимания и лишь отрицательно покачал головой.
– Я не знаю, как сюда проникли сквозь многочисленную охрану, и не знаю, кто это сделал, – едва слышно выдохнул мужчина. – Это… «послание» и обращение, что написано на Нороне, действительно не единожды использовал Ранкар Хаззак, но специалисты сказали, что тут находился эссенциал со стихией огня. Его убивали эссенцией со стихией огня, а тот подонок использует тьму и эссенцию.
– ТАК ЗНАЧИТ ОН НАНЯЛ ТОГО, КТО СМОГ ЭТО СОВЕРШИТЬ! – не унималась гранд-инквизитор, а накал атмосферы продолжил нарастать. – РАЗВЕ ТЫ НЕ ВИДИШЬ, КАКУЮ НИТЬ ИСПОЛЬЗОВАЛИ НА МОЁМ ВНУКЕ?! ЭТО ЖЕ ОРУЖИЕ ТЕНЕВИКОВ!
– Хаззак и вправду мог кого-нибудь нанять. Но ты много знаешь теневиков, которые осмелились бы взять заказ на твоего внука? И много ли ты знаешь убийц, которые способны незамеченными пройти сквозь заслон из твоих инквизиторов и моих лучших воинов? Я вот не знаю…
– Я СЛЫШУ ТОЛЬКО ОТГОВОРКИ!
– ХВАТИТ ОРАТЬ НА МЕНЯ, ИВОРА! – перешел на разъярённый рык Азаих. – Я ТЕБЕ НЕ МАЛЬЧИК И НЕ ТВОЙ ПОДЧИНЕННЫЙ! Я ЛЮБИЛ НОРОНА БОЛЬШЕ, ЧЕМ ТЫ КОГДА-ЛИБО! Я ВЕДУ К ТОМУ, ЧТО КАК У ТЕБЯ ТАК И У МЕНЯ ДОСТАТОЧНО ВРАГОВ! ПОДОБНЫМ СОСТОЯНИЕМ НОРОНА МОГЛИ ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ МНОГИЕ! КАК АХХЕС, ТАК И ВОСТОК! ДА! ТЫ ПРАВА!!! РАНКАР ХАЗЗАК СТОИТ ВО ГЛАВЕ МОЕГО СПИСКА! НО НЕ ЗАБЫВАЙ, ЧТО ОН ЕЩЕ ЩЕНОК И МОЛОКОСОС! ИЛИ ТЫ СЧИТАЕШЬ, ЧТО МАЛЬЧИШКА СПОСОБЕН ПРОСКОЛЬЗНУТЬ СКВОЗЬ СТОЛЬКИХ НАКАЗУЮЩИХ И ИНКВИЗИТОРОВ?! ДУМАЕШЬ, НАШИ ЛЮДИ ДОПУСТИЛИ БЫ ТАКОЕ?!
– Ты жалок, Азаих! – презрительно скривилась Фиан со смертельно бледным лицом, а затем посмотрев через плечо и навсегда отпечатав сцену с убитым внуком в памяти, опустила глаза чуть ниже, прямиком на своих подчиненных. – НАЙДИТЕ И ПРИВЕДИТЕ ЭТУ АХХЕСКУЮ МРАЗЬ В ШТАБ-КРЕПОСТЬ КАК МОЖНО СКОРЕЕ! ЛИБО ДОЛОЖИТЕ МНЕ, ГДЕ ОН НАХОДИТСЯ, И Я САМА ВЫБЬЮ ИЗ НЕГО ПРИЗНАНИЕ. ДАЮ ВАМ ЧАС! НАЧНИТЕ С ЕГО ОСОБНЯКА В ЗОЛОТОМ КВАРТАЛЕ...
***
Аронтир. Внутренние земли.
На границе Верхнего и Среднего города.
Академия Аронтира.
6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
07-40 по Аронтиру…
Впервые за несколько последних дней настроение находилось в приподнятом состоянии. Сейчас казалось, что я никогда не был столь одухотворён и спокоен. Ночь удалась на славу. Да и утро тоже в целом получилось насыщенным. На лице против воли образовывалась улыбка, а стоило перепрыгнуть последнюю гранитную ступень, что отделяла меня от главного входа в академию, как знакомая ладонь хлопнула дважды по плечу.
– Рад тебя видеть, Ранкар! – добродушно отозвался Эйсон. – Лёгок на помине.
– Взаимно… мой друг, – хмыкнул со слабой улыбкой я.
Странно это или нет, но я абсолютно не ощущал негатива к двухстихийнику. Желание поглотить его источники имелось, но любая неприязнь отсутствовала.
– Давай! Быстрее! – поманил меня следом за собой довольный парень. Идя напролом сквозь толпу засевавшихся студентов. – Профессор сейчас свободен и ждет тебя с самого утра. К тому же я буду первым после него, кто поздравит тебя с получением новых регалий. А то «эти» тебе уже не к лицу, – и юноша глазами указал на старые.
До назначенного времени оставалось еще почти полтора часа. Тем не менее никаким образом на мой план спешка не повредит. Возможно, оно будет к лучшему. Ко всему прочему академия уже ломилась от количества студентов, так что видит Ярвир, надеюсь, нам удастся свершить задуманное безумие. Теплю надежду, что Искорка тоже готова.
– Как обстоят дела с твоим дальним родственником? – спросил я как бы невзначай у своего сопровождающего. – Надеюсь, отец готов?
– Более чем готов, – твёрдо кивнул Эйсон, а в его глазах вспыхнули искры праведного гнева. – Будь уверен, Ранкар, древняя тварь, что порочила годами дом Август, от нас более не ускользнёт. Лиярт через пару месяцев найдет свой конец. К тому же отец утверждает, – чуть тише добавил Август. – Что через месяц прибудут мастера Ксанта из числа безупречных для основательной зачистки мёртвой коллизии.
Так-так-так. Два месяца. Так еще и Дракон Ксанта пришлёт подмогу. Как ни крути, но дела дрянь. Время уходит как песок сквозь пальцы. Хотя стоп… Погодите-ка! Данакт шлёт подмогу? Так ведь этим можно воспользоваться.
«Хочешь устроить очередную авантюру?» – с волнением осведомилась Альяна.
Авантюру мы устроим через несколько минут, а ситуация с костлявой падалью требует просчёта. Однако если мы чуть-чуть используем Эйсона и обратимся с небольшой просьбой к Кайсе, то всё должно получиться. У её отца я на хорошем счету, так что придётся рискнуть…
«Ты уверен, что мы сможем сейчас с ним справиться?»
Не уверен, красотка, но иного варианта попросту нет. Будем использовать всё, что имеем. Лучше через два месяца схлестнуться с одним злейшим врагом, чем через те же два месяца противостоять всей Альбарре. И вот второе, малышка, будет очередной авантюрой на грани жизни и смерти.
«Иначе мы не можем, мой разоритель», – с грустной улыбкой изрекла спата.
Иначе у нас не выходит, – не менее грустно заметил я. – Иначе мы не умеем.
– Я более чем уверен в твоём отце, Эйсон, – хлопнул я двустихийника по плечу. – Вакар мировой мужик. Ты уж прости за такую фамильярность. Надеюсь, он не обидится.
– Не обидится! Я передам твои слова бате, – заметно зарделся юноша, но тон его стал на порядок тише. – Скажу тебе по секрету между нами, отец считает тебя одним из самых достойнейших аххесов из молодого поколения. И он обязательно поздравит тебя с таким достижением одним из первых, – и Эйсон глазами указал на перстень великого дома Ксант. – Лишь единицы удостаиваются чести стать частью великой силы. Многие ведь еще не в курсе насчёт твоей принадлежности к побочной ветви! Зуб даю, что твои недруги на желчь изойдут! – радушно отметил Август, а после ободрительно мне подмигнул. – А у тебя, по слухам, их много.
«Ранкар, я не чувствую от него ни грамма лжи. Он абсолютно честен с тобой, – задумчиво проговорила Руна. – Он рад за твои достижения, как за свои собственные. Парень восхищается тобой. Такие люди редкость. Присмотрись к нему получше. Эйсон может пригодиться».
Я раздумывал над этим и после твоих слов укрепился в своих догадках. Но его восхищение излишне. Такого я не заслуживаю…
– Думаю, очень скоро в твоём доме тоже будет праздник, – интригующе пробасил я. – Ранее ты грезил о неких свершениях, не так ли? Тогда жди вскоре кое-какого приглашения. Надеюсь, ты не оплошаешь. Постараюсь, что-нибудь устроить для нас.
– О чем ты? – с тенью улыбки спросил Август.
– Вскоре поймешь, – хмыкнул невозмутимо я, а после глазами указал на общую мужскую уборную. – А теперь, если ты не против, то я оставлю тебя на пару минут. Слегка волнуюсь перед встречей с ректором, – солгал я, не моргнув и глазом. – Придавило не по-детски!
На лице у двустихийника заиграла понимающая улыбка и тот довольно гоготнул.
– У самого такое бывает. Ступай, – указал он на уборную глазами. – Пара минут роли не сыграет.
Дважды повторять не пришлось и секунд через десять я стоял в одной из свободных кабинок, с задумчивым видом глядя на унитаз и с не менее задумчивым видом наблюдая за тем, как туалетная вода уносится куда-то в глубины академии.
Впрочем, долго собираться с мыслями не пришлось и по мановению мысли в правой руке материализовались сразу три искры дракона. Да, свою работу Рамас выполнил превосходно. Именно эти артефакты я и просил его достать на черном рынке. Искры дракона замечательно показали себя в Западном форпосте и весьма эффективно ими воспользовались инферийцы в Ванфее. Так что и тут должны сработать.
Никоим образом подобное никого не убьёт, максимум некоторые одарённые схлопочут перенапряжение каналов, но зато от барьеров не останется и следа, да и пространство истончится до минимума.
– Ну что ж, малышка, назад пути более у нас нет, не правда ли? – одними губами пробормотал я себе под нос.
«Спасибо тебе, Ранкар, – нервно прошептала спата. – Ради меня и моей сестры ты идешь на такие жертвы…»
– Ради нас, красотка. Я иду на это ради нас. Мы одно целое. Куда ты – туда и я. Куда я – туда и ты. Ну а теперь… – на миг образовалась театральная пауза и я с кривой ухмылкой добавил. – Устроим же смуту в Аронтире.
Одна за другой искры дракона отправились в унитаз, а вода с молниеносной скоростью уносила своеобразные «нечистоты» куда-то в тёмные недра Внутренних земель.
– Надеюсь, Азаих и старая сука не разочаруют. Фигуры расставлены и пора начинать партию. Ставки сделаны, – выдохнул невозмутимо я, покидая кабинку уборной и неспешно возвращаясь в компанию Эйсона. – Ставок больше нет…
Глава 12. Опасность с разрушением везде и повсюду...
Аронтир. Внутренние земли.
На границе Верхнего и Среднего города.
Академия Аронтира.
Кабинет ректора.
6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.
08-02 по Аронтиру…
Не менялось только три вещи в столице Внутренних земель: голубая вода Аронтира, зеленая трава Аронтира и лучезарная улыбка ректора академии Аронтира. Складывалось впечатление, что Огненная Комета Аххеса постоянно ухмылялся или же весело прищуривался. Многие могли принять его за доброго и болтливого дядюшку, но, увы, это было далеко не так. У всех есть секреты с уймой грязного белья, и добродушный старик, что стоял сейчас передо мной, не являлся исключением.
– Ранкар, мой мальчик! Вижу, ты прибыл раньше запланированного. Впрочем, оно и к лучшему, – радушно изрёк старикан, крепко обнимая меня за плечи как собственного внука, а после со всей серьёзностью посмотрел на личного ученика. – Эйсон, можешь остаться и запечатлеть сей момент на записывающий кристалл. Как-никак сегодня рождается очередная звезда Аххеса. Я хоть и не являюсь частью Аххеского пантеона много лет как, но горд тем, что среди нашего народа имеется такая одарённая молодежь как ты и мой непутёвый воспитанник.
Казни Сущее, Ярвир!
От услышанного я чуть не поперхнулся. Впервые на моей памяти старый пердун похвалил Эйсона. Причем на миг почудилось, что юноша сам впал в прострацию от прозвучавшей фразы и выпучил глаза, но затем весьма быстро взял себя в руки.
– Благодарю вас, профессор, за столь лестную похвалу, но я не так хорош, как вы считаете. Есть более совершенная молодежь, – отозвался спокойно я заведомо заученной фразой, а после мимоходом посмотрел в сторону древних настенных часов за спиной Аннака. – Да, вы правы. Прибыл я чуть раньше, чтобы немного развеяться от домашней обстановки. Не думал, что Эйсон меня встретит, а вы примите столь скоро. Спасибо вам за это.
– Не стоит, мой мальчик, ты заслуживаешь подобного отношения. Не преуменьшай свои достижения, – отмахнулся с наигранным смущением Матиас и с лукавой усмешкой взглянул на мою руку с перстнем Ксанта на пальце. – Не все удостаиваются такой чести в столь молодом возрасте. Член побочной ветви великого дома и в то же время член доминирующей силы. Надеюсь, ты понимаешь, что таким жестом Данакт даёт многим понять, что ты слишком ценен для будущего Ксанта? Да и к тому же Хаззаки в какой-то степени засиделись в доминантах. Сдаётся мне, что Дракон замыслил нечто… далеко идущее, – лукаво хмыкнул старпёр, подбирая нужное слово. – А ведь размышляй многие из нас с учётом на будущее, то если Хаззаки станут пятой великой силой Аххеса и если взять в учет уже имеющийся Ксант, то кое-кто станет членом сразу двух великих домов. Доселе таких разумных не встречалось. Надо же… – крякнул довольно он, с плутовской усмешкой глядя в мою сторону. – Голубокровный двух великих сил. Это… будоражит рассудок.
Какого хе… Чтоб мне провалиться на этом самом месте! А ведь я даже не помышлял о таком. Вот умеет же Аннак озадачить. Неужели Данакт что-то задумал? Погодите-ка… Если я действительно каким-нибудь образом помогу дому Иан, и если взять в учёт дружбу Дракона и Хаймона, и если у руля встанет некто молодой наподобие Кайсы, то всё в целом выполнимо. Чтобы основать новую великую силу необходимо одобрение большинства мастодонтов. Похоже, мутные воды и интриги Аххеса только что заиграли новыми красками. Неужели за счёт пятой великой силы в лице Хаззаков Данакт желает возвыситься сам?
– Но это всё мечты-мечты, мой мальчик, – ухмыльнулся старик, загадочно хмыкнув, а после с подозрительно-довольным видом прищурился, глядя в мою сторону. – Кстати, ты не в курсе последних событий, что произошли в Верхнем городе? По слухам нечто «трагическое» случилось у Наказующий и Инквизиторов.
Так-так-так. Забавно. Весьма забавно. Многие еще не представляют, что произошло, а один влиятельный старый хрен уже в курсе всех событий. Страшно представить как далеко простирается власть Аннака. Порой начинает казаться, что мой замысел – это детский лепет по сравнению с хитросплетением ворохов интриг Матиаса.
– Понятия не имею, о чем вы говорите, профессор, – с полнейшем удивлением на лице изрёк я, слегка приподнимая бровь. – Что-то произошло?
– Именно так, мой мальчик, именно так, – поджал губы ректор, начиная ходить из стороны в сторону, между делом фонтанируя лживеньким удивлением. – Мне доложили, что наш бренный мир недавно покинул Норон Фиан. Причем весьма страшным образом. Как представлю, так жуть берет. Упокойте Небеса с оберегами его душу…
Старикан внезапно остановился и обратив глаза к потолку, провёл посредине лба одну краткую параллельную черту. Типичный религиозный жест, распространившийся на Альбарре в незапамятные времена, и именующийся Нитью Оберегов.
Эйсон от услышанного выпал в осадок, брови двухстихийника стремительно поползли вверх, словно гусеницы по зеленым листьям, и он отчего-то покосился в мою сторону, но я не обратил на такой выпад Августа никакого внимания.
– Дерьмо случается, профессор, – пожал плечами я, продолжая стоять на месте как ни в чём не бывало. – Мне его ничуть не жаль. Собаке собачья смерть. Кто-то упростил мне жизнь. Жаль, что я не смог добить его собственноручно. Впрочем, не только у меня врагов много, но и у тех, кто его защищал. Всем давно доподлинно известно, что случилось на моей оценке. Видимо, кто-то воспользовался случаем.
– Да-да, ты полностью прав, мой мальчик, – делано заохал старик, хватаясь за грудь и продолжая мерить кабинет шагами. – У них много врагов. Азаих и Ивора разозлили достаточно разумных. Вся наша жизнь – сплошная борьба. Ивора славится дурным поведением, а Урано и без того жилось тяжело в последнее время. Бедная старушка, наверное, сейчас себе места не находит и пытается отыскать убийц, – стал злорадствовать Матиас, прикрывая истинные эмоции лживой заботой. – Горе-то какое! Какой славный парень этот Норон… был. Какие надежды… подавал. Танатос, Арес, Темида… Молюсь всем известным оберегам за упокой души раба Норона. Вот вам Нить Оберегов, мальчики! – обращаясь к нам, чуть ли не плача выдохнул ректор, но наигранная забота тотчас сошла на нет с морщинистого лица и тот задорно хлопнул в ладоши. – А с другой стороны слезами горю не поможешь! Все там будем рано или поздно. Само собой, желательно поздно…
– Солидарен с вами, профессор, – невозмутимо заметил я, едко ухмыльнувшись.
– И ты вновь прав, мой мальчик! – улыбнулся залихватски старик, а после ткнул мне в грудь и на руку морщинистым пальцем. – Давай! Снимай свой устаревший боевой хлам, – поторопил тот меня. – Пришла пора для более влиятельных побрякушек. Негоже гениальному таланту носить регалии, которые не демонстрируют всей его мощи.
Дважды повторять никому не пришлось. Одним движением большого пальца я стянул с безымянного перстень мага, а правой рукой ловко стащил с шеи жетон воителя. Со скоростью света обе побрякушки исчезли в бездонных карманах мантии ректора и сделав шаг в сторону, тот глазами указал на два футляра, что по мановению руки материализовались на краю стола.
– Налетай, Ранкар. Отныне это твоё! – ухмыльнулся задорно тот. – Эйсон, включай артефакт. Завтра распространим по академии.
Хватило пары шагов, чтобы подойти к столу и одним движением я отворил оба футляра.
Честно сказать мне плевать на подобного рода побрякушки. Любые драгоценности обременяют и утяжеляют руку. Да, со временем ты привыкаешь к такому «грузу» и будь моя воля я бы накопительный перстень не таскал, но при взгляде на регалии в глубине души разлилось слабенькое и удовлетворительное тепло.
«Никогда не сомневалась в том, что твоё эго размером с вулкан», – фыркнула довольно Руна.
Жетон кроваво-красного цвета с цифрой «IX» отныне причислял меня к Мастирам Крови. Цифра говорила о нумерации регалии в таблице воителей, а цвет жетона вопил о Крови. Половину драгоценности инкрустировали рубином, – это твердило о моём Пятом Масштабе Эссенции, а на обратной стороне красовалось два черных скрещенных клинка. Один клинок – означал Младший, а два – Старший.
Старший Мастир Крови…
Перстень на фоне жетона выглядел не так ярко, но черный мерцающий обсидиан говорил о стихии – Тьме. Цифра «VI» высеченная над камнем вторила о нумерации ранга в магическом табеле – Усмиритель. А одна единственная жирная поблёскивающая мраком черта говорила о степени одарённого – Первое Отсечение.
Усмиритель магии Тьмы Первого Отсечения…
– Благодарю вас, ректор, – со слабой улыбкой отозвался я, напяливая перстень на палец и накидывая серебряную цепь с жетоном на шею, между делом потешая собственное эго и неуловимо глядя на часы.
08-07 по Аронтиру…
«Время почти вышло, Ранкар, – взволновано шепнула спата. – Надеюсь, ты готов?»
Готов как никогда прежде.
– Не стоит благодарностей, мой мальчик. Не хочешь немного пройтись? – расплылся в широкой улыбке старик, играя на «камеру-артефакт» Эйсона и похлопав меня по плечу, попытался увлечь в сторону выхода из кабинета. – Между прочим, я хотел обсудить с тобой одну щекотливую деталь, которая связана с нашей Нойей. Вроде бы как она проиграла тебе свидание. У меня нет никакого желания отговаривать от всяких затей, но хочу предупредить о кое-какой мелочи…
08-08…
О какой именно мелочи возжелал предупредить старый хрыч я так и не узнал. Стоило настенным часам в кабинете пробить нужное время, как раздался тихий и едва уловимый треск. Причем могу покляться чем угодно, за долю вдоха до того самого хлопка Аннак будто бы окаменел.
Однако всё тотчас рухнуло в один момент. Первая искра дракона сдетонировала где-то в глубинах академии. Тихий треск начал нарастать и превратился в настоящую медленную пытку для слуха, ведь неизвестный хруст продолжал неумолимо усиливаться. На миг вообще почудилось, что резерв выходит из-под контроля. Судя по всему, нечто подобное с источником ощутил и Эйсон – парень неуловимо пошатнулся и со страхом посмотрел на учителя.
– Профессор, это же…
Вот только старик Аннак ни на кого не смотрел. Ректор широкими шагами мчался к окну. Одним рывком он сорвал шторы и с холодным взглядом воззрился куда-то в сторону предместий академии. Именно в той стороне из-под земли родниковым ключом бил массивный тёмно-синий луч света, который рвался к самим небесам, а через секунду над огромной территорией храма знаний зазвучала пронзительная сирена.
Тысячи сигнальных сетей будто бы взбесились, а их громогласный вой разносился на несколько километров в разные стороны.
– Нет… Не может быть! – прошипел свирепо ректор. – КТО?!
Однако словно всего этого оказалось мало, внезапно раздался очередной оглушительный треск и себя явил уже второй столп тёмного-синего сияния. В груди вновь почувствовалось дрожание резерва, пространственный хруст слился с умопомрачительным воем сигнальных сетей, а после отовсюду раздался пронзительный треск битого стекла. Всё пространство над академией медленно дестабилизировалось, а десятки, если не сотни различных барьеров и щитов стали рушиться на глазах.
Перестарался я, что ли?..
Из-за качества и силы восточных искр дракона то, что произошло в Западном форпосте было лишь блёклым пшиком по сравнению с тем, что творилось в академии. В небе продолжали нарастать разноцветные вспышки, с такими спецэффектами приходили в негодность щиты, а различного рода массивы неустанно рушились.
– ПРИКАЗЫВАЮ ВСЕМ ПРЕПОДАВАТЕЛЯМ И СТРАЖАМ ОТПРАВЛЯТЬСЯ В ПРЕДМЕСТЬЯ! – закричал раненым зверем ректор в артефакт связи, который выудил из складок мантии. – НЕМЕДЛЕННО! ПРИКАЗЫВАЮ ПРЕСЕЧЬ ПОЛНОЕ РАЗРУШЕНИЕ ОБОРОНЫ АКАДЕМИИ!
– Профессор Аннак, что случилось?! – с наигранным испугом отозвался я, наблюдая за светопреставлением в небе.
Старик вдруг опешил от моего вопроса. На миг почудилось, что он успел позабыть о нашем присутствии рядом. Однако сквозь зубы тот яростно зашипел и стрелой помчался к выходу из кабинета, а от доброго дядюшки не осталось и следа.
– Кто-то напал на МОЮ АКАДЕМИЮ… За мной, ОБА! – рыкнул злобно он. – Эйсон, отправишься вместе со мной в предместья, а ты, Ранкар, будь добр, покинь академию на всякий случай. Я провожу тебя…
И сраный старик действительно сдержал своё слово. Проводил. Стоило нам спуститься на первый уровень, а дверям лифта отвориться, как по ушам ударили крики паники. На всём пути до самого выхода нам встречались сотни ошеломлённых студентов. Причем от мала до велика. Периодически попадались одарённые, что валялись на полу без чувств, и которым уже оказывали первую помощь как их товарищи, так и подоспевшие целительницы в лице нескольких дриад Жизни. Дианы среди их числа я не заметил.
Жаль ли мне было этих бедолаг? Нисколько!
Их состояние целиком и полностью зависело от них самих. Искры дракона дестабилизируют любую магию, что связана с неживой материей. А если ты распластался от подобного, то это означало лишь одно – слабый контроль собственного резерва. А тот маг, что не способен контролировать собственный источник – никудышный маг. Через пару часов такие неудачники оклемаются и придут в норму. Правда, обращаться к резерву смогут хорошо если через неделю.
На пути у ректора толпы студентов расступалась как морская волна. Лишь пару секунд спустя я осознал, что таким образом на окружение своей аурой воздействовал сам Аннак. Через пару минут наша троица со скоростью света выскочила к главному входу, и мы оказались свидетелями еще большего бедствия. Треск защиты академии чем-то напоминал настоящий гром без молний, а два столпа света продолжали рассекать множественные массивы как раскалённый нож масло. Паникующих студентов на улице становилось в несколько раз больше, громкоговорители вещали, словно резаные об успокоении, но чтобы не терять времени я отвесил дежурный поклон озлобленному Матиасу.
– Ректор, я последую вашему совету и покину академию…
– ДА! СТУПАЙ… – несдержанно выкрикнул он, мазнув по мне яростными глазами и, схватив Эйсона за шиворот, внезапно исчез в пространственной вспышке на глазах у сотен студентов.
Со скоростью молнии я рвался к парковке и через некоторое время с такой же скоростью мчался сквозь ряды десятков буревестников мой водитель-гоблин. Лишь через пару-тройку минут нам удалось прорваться сквозь заслон из привратников академии и продемонстрировав им знак студента академии, нашу машину-артефакт выпустили за пределы.
Когда же главные врата остались позади и исчезли из виду, я тихо произнес в микрофон, что связывал меня с кабиной шофера:
– Ты знаешь, что делать, Грим. Исполни всё в точности, как я тебе и приказал.
– Умру, но никого не подпущу к буревестнику, господин Ранкар! – клятвенно заверил меня водитель. – Буду защищать его до последней капли крови…
От подобного рвения парня на моих губах заиграл одобрительный оскал, а рука рывком отворила автомобильный люк.
За дело, красотка. Пора спасти твою сестру. Первый акт окончен. Начинаем второй!
Ко мне, малышка…
Сущность Истребления… Первая Форма…
***
Мой силуэт из реального мира исчез за миг до того, как я покинул буревестник через люк в крыше. Наверное, впервые в своей жизни я развил настолько огромную скорость в междумирье. Впервые в жизни мне приходилось уклоняться настолько часто от различных объектов чтобы никого не задеть. До врат в предместья академии я добрался за минуту. Автомобили и разумные настоящей рекой покидали территорию предместий, а привратники неустанно проверяли один студенческий знак за другим. Защита храма знаний трещали по швам и в любой момент норовила распасться окончательно. Однако к этому времени невооруженным глазом было видно, что столпы тёмно-синего света пытались унять всевозможной подавляющей магией.
Вероятнее всего, стражи и преподаватели уже находились на месте. Вот только в скором времени их будет ждать очередной неприятный сюрприз. Честно признаться, я не сомневался в способностях спаты. Не сомневался в неоценимой помощи междумирья. Думаю, с такими навыками я смог бы беспрепятственно попасть в академию, игнорируя любой барьер и массив. Тем не менее никто не знает, что ждёт нас дальше. Никто не знает какая магия охраняет сестру Альяны. Никто не знает кто остался на страже темницы Руны Разрушения. И никто не знает, как отреагирует Огненная Комета Аххеса, если почует вторжение. Так что такой грандиозный план являлся в большей степени перестраховкой.
Долго задерживаться у врат не пришлось. Их я преодолел не глядя, но с каждым шагом дальше количество обеспокоенных студентов в прямом смысле росло как на дрожжах. Лишь такая паника смогла продемонстрировать истинное количество разумных, что проживали на территории храма знаний. Впрочем, на толпу стало плевать. Перед глазами непрерывно мелькали, как строения, так и люди. Ну а через добрых две минуты я на всей скорости ворвался через главный вход в основную твердыню.
Малышка, теперь дело за тобой! – поторопил я спату, чувствуя, как сердце Опустошителя начинает набирать ритм в груди, а Жажда Неистовства будто предвкушая веселье вторило своему злейшему врагу и соратнику. – Куда дальше?
Кровь в ушах гудела. Напряжение возрастало. Всеобщая паника, крики студентов, вой сигнальных сетей и треск разрушающихся барьеров лишь подстёгивали мои эмоции к границам тотальной неуравновешенности.
«Нам нужно в глубины академии, Ранкар! – выпалила в радостном предвкушении Альяна. – Нам необходимо гораздо ниже! Темница сестры находится внизу в районе твоего зала оценки!»
Тогда действуем по плану, красотка.
План я разработал давно, но основная проблема всегда кроется в деталях и мелочах. А их невозможно предугадать полностью. Искать различные подземелья, ведущие в глубины академии не вариант, за мной и без того присматривают серые. Да и времени уйдет слишком много на поиски. Плюс ко всему я более чем уверен, что у кого-кого, а у ректора есть прямой путь в тюрьму Руны Разрушения. Впрочем, телепортация не выход. Даже для него. Ведь в таком случае проникнуть туда смог бы много кто. Если раскроют координаты, само собой. Значит, остаётся последний способ – естественный или же искусственно проложенный маршрут.
А естественный маршрут, который может вести в глубины академии – магический лифт или же лифтовая шахта.
Еще через минуту я оказался у нужного места. Лифтовая комната занимала в прямом смысле небольшую площадь. Тут насчитывалось более пяти десятков подъёмников. Причем не все они имели шахту, но парочка всё-таки проглядывалась. Подобную деталь я заметил при первом посещении. Правда, имелась еще одна большая проблема. Шахта лифта была заблокирована железной решеткой, а количество разумных неиссякаемой волной рвалось наружу. Среде такой толпы даже протолкнуться оказалось сложно.
Вот только к данному моменту я сам того не ведая, просто прекрасно рассчитал время действия искр дракона, а мой взор против воли устремился в стороны огромных часов, что зависли на одной из стен лифтовой комнаты.
08-18 по Аронтиру…
Именно в эту секунду сработала третья искра. И именно она нанесла самый ощутимый урон магической составляющей храма знаний столицы Внутренних земель. До сей поры я не предполагал, что именно творится в предместьях и как именно борются с последствиями магической аннигиляции, но третья волна довершила то, что не смогла сделать ни первая, ни вторая.
На миг всё словно стихло. Стих вой сигнальных сетей и треск разрушающихся барьеров, но затихли окружающие звуки не просто так. Они затихли для того, чтобы разразиться более пронзительным и оглушительным воем. А пару секунд погодя защита академии частично рухнула в районе предместий и тем самым дестабилизировала окружающее пространство.
На миг померещилось, что главную твердыню тряхнуло небольшим землетрясением, отчего в негодность начали приходить не только массивы, но и множество различных артефактов в академии. По всей видимости ударная волна искр добралась и сюда.
Лифты в свою очередь тоже являлись артефактами, которые работали на стихийных кристаллах. Удивительно это или нет, но большая часть подъёмников перестала функционировать. Перепуганные студенты покинули более половины из них. Пустующие лифты медленно поднимались вверх, чтобы зависнуть в необходимом положении, но когда кристаллы стали выходить из строя и лопаться на глазах у всех, эти самые лифты быстро падали вниз с оглушительным треском.
Именно тогда вниз спикировал нужный мне подъёмник. Времени на размышления практически не оставалось. Из-за образовавшейся вокруг паники, дестабилизировавшегося пространства и падающих лифтов всё вышло на порядок лучше, чем я мог себе представить.
Однако силы притяжения не хватило для того чтобы под весом кабины разрушить решетку, но и я не намерен был ждать. Из междумирья меня вышвыривает лишь в случае использовании магии или же эссенции, а влияние обычной физической силы ничего не изменит.
План сформировался в голове сам по себе. Хватило резкого прыжка в нужную сторону чтобы забраться на верхнюю часть покорёженной кабины, а стоило нанести ногой несколько сокрушительных ударов по крыше лифта в такт крикам и шуму, как вдруг раздался тягучий и мерзкий металлический скрежет. Железная кованая решетка стала рваться на куски и через секунду я вместе с подъёмником на огромной скорости провалился во тьму – прямиком в глубочайшие недра академии.
Странно это или нет, но падение в какой-то степени оказалось долгим. Секунд двадцать я падал вместе с лифтом, но чтобы не стать кровавой лепешкой где-то внизу, понадобилось прибавить собственной силой подъёмнику дополнительный импульс, а после пришлось опираться на звук. Секунд через десять до ушей донёсся глухой металлический скрежет, а пару мгновений спустя раздалось гулкое столкновение металла о камень. Магический подъёмник отыскал свой безвозвратный конец, а мне чтоб не сдохнуть потребовалось прибегнуть к отработанной ранее тактике.
Облачение Разорителя…
Сумрачный сдвиг…
Тело за секунду покрылось знакомой защитой, а миг погодя я обратился черным туманом и оттолкнувшись ногой о стену шахты, продолжил спуск дедовским методом, пикируя вниз от стены к стене. Чем дольше я спускался, тем лучше фокусировалось зрение, а когда ноги ударились о покорёженный металл и камень глаза всё прекрасно видели в темноте.
Хватило краткого взора чтобы понять, где я нахожусь. Данное место действительно играло роль лифтовой шахты, но помимо этого она еще и играла роль вентиляционных путей. Десятки отверстий размером с человеческую голову испещряли глубины штольни со всех сторон и уносились в различные направления.
«Ранкар! Я чувствую её! Она по-прежнему стонет от боли! – взволновано взвизгнула Руна. – Однозначно мы на верном пути».
Куда дальше, красотка? – вопросил быстро я, прикладывая ладонь к глухой стене. – Сюда?
«Нет! Левее! Еще левее! Еще! ДА! – вскрикнула боязливо Альяна. – ЗДЕСЬ! НАМ СЮДА! ОНА В ЭТОМ НАПРАВЛЕНИИ!»
Время утекало как песок сквозь пальцы. Сверху хоть и доносились едва уловимые звуки, но я примерно представлял, что у нас не более пятнадцати-двадцати минут. А коли так, то будем использовать старинный и варварский метод.
Ко мне, малышка!
Парное Истребление…
– А теперь погнали…
То и дело сбоящий из-за искр дракона полог тишины был активирован за секунду до ударов. В ладони моментально материализовался обломок клинка, который разделился на две равные копии, и без каких-либо раздумий, я использовал один из атакующих навыков Альяны.
Затяжная Эскапада Истребления…
Затяжная Эскапада Истребления…
Затяжная Эскапада Истребления…
В последний раз я работал «рудокопом», когда пробирался по внутренностям некродракона в мёртвой коллизии, ну а сейчас приходится разрывать на части «внутренности» академии. Многовековой камень поддавался с огромным трудом. За одно использование навык пробивал сорок-пятьдесят сантиметров. Позади то и дело случались обрушения из-за дрожащей породы, а количество воздуха стремительно сокращалось, но встревоженный голосок Руны, несказанно подбадривал.
«Вперед, Ранкар, вперед…»
Затяжная Эскапада Истребления…
«Вперед, Ранкар…»
Затяжная Эскапада Истребления…
«Вперед…»
Затяжная Эскапада Истребления…
«Мой разоритель, еще немного…»
Из раза в раз Альяна с волнением шептала именно эти слова. Через некоторое время она выдыхала их так будто те были спасительной мантрой.
Затяжная Эскапада Истребления…
«Осталось совсем чуть-чуть…»
Сам не понял каким именно образом, но под властью тихого шепота я оказался в динамической медитации. Удары техник спаты стали более яростным, а её голос начал звучать как будто громче.
«Мы почти у цели…»
Затяжная Эскапада Истребления…
Затяжная Эскапада Истребления!
ЗАТЯЖНАЯ ЭСКАПАДА ИСТРЕБЛЕНИЯ!
В последний миг оба клинка вновь распались на миллион различных крупиц, но волна мельчайших частиц стали Древних оказалась будто больше. Воздуха в лёгких из-за постоянных обвалов за спиной становилось лишь меньше и в последние секунды я вообще перестал дышать, но когда два сокрушительных клинка встретились с породой, оба внезапно угодили «в молоко», а сам я кубарем сквозь тонкую каменную завесу в прямом смысле ввалился в неизвестное помещение. Причем радостный вскрик Альяны ознаменовал о том, что мы добрались до финиша.
«МЫ НА МЕСТЕ, РАНКАР! НА МЕСТЕ! ОНА ТАМ! ВПЕРЕДИ! ПОСМОТРИ НА НЕЁ…»
Не знаю почему, но стоило моему телу соприкоснуться с холодным мраморным полом странного места, протест внезапно пришел в движение и завопил о смертельной опасности, а слух резко уловил подозрительный металлический шорох. Руна же отстала от моего шестого чувство всего на мгновение.
«РАНКАР, БЕРЕГИСЬ! – закричала истошно Альяна. – ТУТ ЧТО-ТО НЕ ТАК…»
Глава 13. Руна Разрушения...
Протест вопил словно резаный вепрь. Время шло не на секунды, а на доли секунд.
Сущность Истребления… Первая Форма…
Чтобы хоть как-то укрыться от непонятной угрозы я на одних рефлексах отработанным движением вонзил себе в грудь сломанный клинок, моментально попадая в объятия междумирья, и замирая всем телом от нахлынувшего напряжения.
Грудь из-за нехватки воздуха вздымалась как кузнечные меха, но подозрительный шорох мгновенно прекратился и гулко выдохнув напоследок, я рывком встал на одно колено и огляделся по сторонам.
Огляделся и невольно обомлел…
Не знаю, имелись ли тут какие-либо барьеры, но даже если и имелись, то мы их все основательно нарушили или того хуже разрушили. Странная мерцающая вязь символов оплетала небольшую комнату от пола до потолка, причем сеть раскинувшихся заклинаний мерно пульсировала. Впрочем, это было только начало. По кругу помещения будто огромные колоссы, возвышались и подпирали каменный потолок три массивных голема. Причем их лица носили образ тех, кого я несколько раз видел в их собственных храмах.
Арес – бог войны Аххеского пантеона. Танатос – бог смерти Аххеского пантеона. И Темида – богиня справедливости Аххеского пантеона.
Големы не двигались, но их глаза пылали странным потусторонним пурпурным светом. Яростный взгляд копий оберегов рыскал по комнате и пытался отыскать вторженца. Вот только не это являлось самым дерьмовым. Самым дерьмовым было то, что все они оказались отлиты из чистейшего риарита. Риарит же злейший враг любых одарённых существ и эссенциалов. Антимагический металл используется для пленения и удержания совершенных и безупречных, а метод его обратки, судя по доводам тётки, известен всего трём, ну может, четырём десяткам мастеров на всем Вечном Ристалище.
«Риаритовая стража! – выдохнула озлобленно Альяна будто изваяния являлись её злейшими врагами. – Так им еще придали облики оберегов! Тьфу! Мерзость!»
Ты уже встречалась с ними?
«Да! – свирепо прошипела девушка. – Я отчетливо видела таких големов на обрывках воспоминаний».
Слава Ярвиру, что в междумирье они не видели ни меня, ни Руну. Тем не менее закончив с обыском, их резкие движения начали замедлятся, а под конец и вовсе прекратились и свои взоры они вновь обратили на центр комнаты.
Именно в центре помещения находилось знакомое подпространство, а сквозь мутную пелену подпространства проглядывался постамент и уже на постаменте крест на крест лежали парные орудия в виде двух коротких и весьма изящных скимитаров. Причем могу поклясться собственной жизнью, что на полотне клинков прослеживались точно такие же символы, как и на моей спате.
«РАНКАР, ЭТО ОНА! ЭТО МОЯ СЕСТРА! ЭТО… КРОШКА РАЗРУХА! РУНА РАЗРУШЕНИЯ! ЭТО…»
Внезапно голос Альяны оборвался, а в задрожавшем тоне зазвучали панические и испуганные нотки.
«Ранкар, миленький… я… я больше не могу разобрать её криков… Она… она притихла… Крошка Разруха… молчит…»
После услышанного внутри у меня будто что-то рухнуло в глубины отчаяния, и я с потаённым страхом вновь посмотрел на наследие Пятой Династии.
Неужели… опоздали? Нет! Невозможно! Только не сейчас!
– Всё в порядке, малышка. Не переживай, – попытался я успокоить спату, но сердце Опустошителя билось как умалишенное из-за обрушившегося волнения. – Потерпи еще немного! Через пару минут мы ей поможем. Дай немного времени, и мы освободим крошку Разруху.
Яростный взгляд то и дело блуждал по всей комнате, но натыкался он лишь на риаритовую стражу, на постамент и… на дыру позади. Чтобы забрать Руну Разрушения нужно вернуться в реальный мир. Чтобы скинуть Искорке координаты тоже необходимо вернуться в реальный мир.
Видит Ярвир, вариант сейчас имеется только один. Иного выбора я попросту не видел.
Очень медленно и абсолютно бесшумно я зашагал назад прямо к рукотворной дыре, чтобы на всякий случай не побеспокоить копии оберегов, а затем неторопливо забрался в проход и стал ждать. Вместе со мной ждала и Руна, но её выплёскивающаяся тревога в прямом смысле на куски резала и без того шаткий разум.
Шестое чувство слегка притихло и не обнаружив никакой опасности, на свой страх развеял Сущность Истребления, медленно вынимая клинок из груди. Тело моментально возвратилось в реальный мир. Честно сказать я ожидал разного. Протест продолжал нервно пульсировать, но слава Ярвиру, ни один из големов не шелохнулся, а из груди у меня вырвался облегченный выдох.
Вот только радоваться было рано. Времени оставалось мало. В ладони с молниеносной скоростью материализовался окаменевший огонь Инферно, и я быстро влил крупицы магии в подарок дочери Марагны.
Пару секунд он лишь тускло мерцал, а далее прямо перед глазами образовался миниатюрный силуэт Искриды, которая по непонятной причине оказалась облачена в… незнакомые боевые одеяния. Вопросов на языке вертелось слишком много, но отсчет шел на минуты.
– Обойдемся без долгих расшаркиваний. Момент абсолютно не располагает, – скороговоркой выдал я. – Скидываю координаты. Три вида. Нужно будет слегка пошуметь наверху в предместьях академии и тут внизу. На третьей тропе вас ждет жаркий приём. Здесь големы из чистейшего риарита. Пусть твои подданые будут готовы…
Всё это время Искрида внимательно слушала, но стоило упомянуть о големах, как её тотчас прорвало и та разразилась отборной бранью.
– ПОГЛОТИ НАШ МАНОР ПЛАМЯ ВОЗМЕЗДИЯ!!! КАКАЯ К АЛЬБАРРЕ РИАРИТОВАЯ СТРАЖА?! ТЫ ЧТО ТАМ НАТВОРИЛ И КУДА УЖЕ УСПЕЛ ВЛЯПАТЬСЯ?! ТЫ ВО ЧТО МЕНЯ ВТРАВИЛ, ВАЕРС ПУСТОЙ?! ТЫ ОТДАЕШЬ СЕБЕ ОТЧЕТ, ЧТО ВООБЩЕ ОЗНАЧАЕТ РИАРИТ ДЛЯ ЛЮБЫХ…
– Искорка, умоляю, – зашипел раздраженно я, – не нуди! Сейчас не до того. Я не требую кого-либо убивать. Лишь сделай вид, что нападешь. Поверь мне на слово, если бы я знал, что тут такое будет, то ни за что не попросил бы тебя о помощи. Для меня ты также ценна, как и Фьётра. Я не посмел бы тебя подвергнуть опасности. Просто передай своим демонам, чтобы входили на третью тропу под всевозможными щитами.
– Толку мало от них будет! – взбрыкнула она, но мои слова благотворно повлияли на инферийку, и та невольно оттаяла. – Ладно, я знаю, что делать.
– Не вздумай сама сюда соваться! – предупредил её я.
Однако прежде, чем разорвать связь, та с интересом выпалила.
– Я действительно для тебя также ценна, как и твоя валькирия?
– Не посмел бы лгать о таком, – с наигранным спокойствием выдохнул я.
Ну почти…
– Только в этот раз тебя прощаю, но в будущем обязательно отработаешь, – с деланым недовольством прошипела та, быстро исчезая.
На прорыв и частичное вторжение у легионеров Искриды уйдет пара минут. Значит, у меня есть лишь секунд пять, максимум десять. Забирать сестру Альяны нужно прежде, чем образуется разлом и прежде, чем сюда ворвутся демоны и увидят Руну Разрушения на постаменте. Лишние вопросы и упрёки мне сейчас ни к чему. Теплю надежду, что план сработает как надо…
Кровь шумела в ушах. Как моё, так и напряжение Альяны росло в геометрической прогрессии. Никогда бы не подумал, что жалкие сто двадцать секунд длятся так долго. Чтобы хоть как-то утихомирить расшалившиеся эмоции пришлось вести подсчёт.
109…
110…
111…
112…
113…
114…
……
Искорка справилась быстрее. Именно на сто пятнадцатой секунде всё и случилось…
***
Аронтир. Внутренние земли.
На границе Верхнего и Среднего города.
Академия Аронтира.
Промышленные кварталы предместий академии.
Телепортация в предместья получилась моментальной, но Матиас Аннак находился вне себя от ярости. Он всеми фибрами души желал испепелить того подонка, который устроил настоящую катастрофу у него под носом.
Лишь прибыв на место активации искр дракона, он увидел, насколько губительны разрушения. Неконтролируемая сила взрывного риарита уничтожала барьеры и массивы, что попадались ей на пути. Вся выстроенная защита трещала по швам и норовила распасться от любого лишнего дуновения. Правда, к месту происшествия весьма оперативно прибывали не только стражи академии, но и подоспевшие преподаватели с доверенными лицами. Телепортационные вспышки появлялись в разных местах. Так уж вышло, что на территории храма знаний пространственное перемещение дозволялось немногим, но слава Небесам, что многие догадались прихватить с собой подмогу.
Место детонации двух искр дракона занимало достаточно обширную область. Видимые и материальные разрушения в промышленном квартале отсутствовали, но ректор предпочёл таким последствиям, последствия предметные.
– НУ ЖЕ!!! ЗА РАБОТУ! – заорал во всё горло мужчина, поворачиваясь по сторонам. – ИСПОЛЬЗУЙТЕ ВСЮ МАГИЮ, ЧТО ЕСТЬ! НЕ ДАЙТЕ ИСКРАМ РАСПРОТРАНИТЬСЯ!
– Матиас, делаем клетку?! – откликнулся один из преподавателей.
– ИМЕННО! – рявкнул Огненная Комета. – По моей команде… НАЧАЛИ!!!
Работа продвигалась медленно и сложно. Разрушения защитных рубежей академии замедлилось на мизерную часть, сигнальные сети и заклинания надрывались как в последний раз, но почти десять минут погодя кропотливая работа начала окупаться. Аннигиляция замедлилась. Причем Аннак успел слегка порадоваться такому эффекту, но в следующий миг он понял, что сделал подобное зря.
Ухмылка исчезла с лица, и ректор академии с множеством иных присутствующих, засвидетельствовал истинный хаос, ведь искр оказалось не две, а целых три. К тому же их мощь помножилась друг на дружку и выдалась запредельной.
Ударная волна получилась настолько сильной, что пятая часть всех обороняющихся отступила от эпицентра взрыва. Нет, жизнь не покинула их, но магические резервы, как и самолюбие некоторых одарённых, пострадали.
Матиас Аннак хотел рвать, метать и испепелять. Прямо сейчас он желал отыскать того, кто сотворил подобное, но от бессилия вместе со своим учеником мог лишь наблюдать, как ударная волна устремилась в сторону академии, а защитная сеть, что окружала предместья, попросту рушилась на глазах. Остановить такое стало невозможно. Оставалось ждать полного краха и восстанавливать массивы по новой.
– Это бессмысленно, Матиас! – выкрикнул всё тот же преподаватель. – Придётся ждать…
– Без твоих нравоучений вижу, Винан! – огрызнулся раздраженно ректор и злобно скривившись, присел там, где и стоял. – Небеса свидетели, я отыщу этого подонка!
– Профессор, я… я могу чем-то помочь? – едва слышно пробормотал Эйсон.
– Садись, смотри и… и… и жди! – выдохнул устало старик, махнув обессиленно рукой. – Боюсь, такого зрелища в своей жизни ты более не увидишь.
Повторять дважды Августу не пришлось и поступив точно так же, как и его учитель, парень присел там, где и стоял. Вот только проблемы Огненной Кометы Аххеса продолжали набирать обороты. Через несколько минут с неба подле него спикировал крылатый силуэт Нойи.
– РЕКТОР, БЕДА! НА ГРАВИТАЦИОННЫХ ПОЛЯХ ВТОРЖЕНИЕ ДЕМОНОВ!!! ЧАСТЬ СТРАЖЕЙ НАПРАВЛЕНА ТУДА! ИХ ВЕДЕТ ПРЕДСЕДАТЕЛЬ АЛЬЗАК!
От услышанного глаза всех присутствующих резко расширились и наполнились яростью, а сам старик подскочил с насиженного места как в задницу ужаленный, но затем взор Кометы сместился на световые столпы и его брови поползли вверх.
Всё встало на свои места.
– КТО?! КТО ПОСМЕЛ?! – заревел раненым вепрем старик.
– Если доклады не лгут, то легионеры из манора Разрушения, – тотчас отчиталась херувима.
– Винан, остаёшься за главного! Залатай дыру, когда поток антимагии ослабнет! – выдохнул разъярённо ректор. – Эйсон, Нойя, отправляетесь за мной! Очень скоро демоны пожалеют, что вздумали строить мне козни…
Аннак намеревался схватить преподавательницу и ученика, а далее быстро телепортироваться на гравитационные поля, но слабый звон в левом ухе и продолжительное болезненное жжение на предплечье заставили старика оторопеть и с нарастающим шоком уставиться на главную твердыню академии. До некоторых пор он связывал данную аномалию с разложением защиты, но правда оказалась более ужасающей.
Эйсон Август мог поклясться чем угодно, что впервые в жизни видел своего учителя таким ошарашенным и одновременно встревоженным, но последующие слова ректора повергли в потрясение не только юношу, но и рядом стоящую Нойю.
– НЕТ! НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! КАК?! А ГЛАВНОЕ… КТО?! – рыкнул озлобленно Огненная Комета, но веки его слегка подскочили вверх, и он гулко сглотнул. – Неужели это действительно «он»? Неужели… Лиана оказалась права?
Что-либо объяснять старик не стал и на виду у всех с молниеносной скоростью исчез в пространственной вспышке…
***
Глубочайшее подземелье академии Аронтира.
Темница Руны Разрушения.
Брешь в расшатанном пространстве между Инферно и Альбаррой образовалась у дальней стены слева. Стоило лишь искре магии пространства промелькнуть в помещении и риаритовая стража пришла в полную боевую готовность. Темницу сестры Альяны тряхнуло с такой страшной силой будто началось землетрясение, но это всего-навсего активизировались големы.
«РАНКАР, МИЛЕНЬКИЙ, ВПЕРЕД…»
В узилище стало тяжело дышать из-за могучей силы риаритовых стражей, которые пришли в движение из-за возникшего вторжения, но к такому я был готов. Демонический разлом только начал формироваться, а я сломя голову рванул вперед.
Сущность Истребления… Первая Форма…
Расстояние от дыры до постамента я проделал за пару секунд. Еще секунда ушла на раздумья, но из-за нахлынувшего напряжения я перестал здраво мыслить и решил вновь рискнуть. Сквозь подпространство из-за силы Сущности мои руки прошли без каких-либо проблем, однако, когда пальцы сомкнулись на рукоятях металла Древних, случилось то, чего я не забуду никогда.
Первичное состояние Жажды Неистовства…
Черно-Алый Арбитр…
Сумрачный поток…
В момент обратного телепортационного рывка время в прямом смысле остановилось. Застыли демоны, что рванули сквозь завесу. Застыли их лица, что выражали сосредоточенность и концентрацию, а в первых рядах я увидел неподвижный силуэт Вальгрона, который полностью облачился в глухой доспех легионера манора Разрушения. Глаза же застывших големов засияли, а их массивные тела пришли в боевой режим, но двигались они настолько вяло, что удалось бы миллион раз скрыться в сотне миль отсюда.
Вот только всё это меркло пред тем, что я увидел и услышал дальше, а происходящее вокруг тотчас отошли на второй, если не на третий план. Прямо передо мной внезапно материализовался хрупкий истощенный силуэт прекрасной юной девы. Более чем уверен, что своей красотой она могла уничтожать города и целые королевства. Её загадочная красота была сравнима с красотой Альяны.
«СЕСТРА! СЕСТРА! – завопила взволнованно спата. – ЭТО ЖЕ Я!!! ТВОЯ ЛЮБИМАЯ СТАРШАЯ СЕСТРА! КРОШКА РАЗРУХА, ЭТО Я – ИСТРА! ТЫ… ТЫ ПОМНИШЬ МЕНЯ?! УЗНАЕШЬ МЕНЯ?! ПРОСТИ, ЧТО МЫ ПРИШЛИ ТАК ПОЗДНО…»
Однако незнакомка словно никого не видела и не слышала. Прямо сейчас её пронзительный взор смотрела лишь на меня, а красота меркла на глазах. Через долю вдоха передо мной стояла не грациозная обольстительница, способная сокрушать страны, а пожилая женщина со смертельно бледным и страшно исхудавшим лицом. Тело неизвестной больше напоминало мумию, а затем она медленно стала обращаться серебристым прахом. Причем ладонями я ощутил, как парные скиматары делают тоже самое – клинки рассыпались таким же серебристым пеплом.
– Я не знаю враг ты или друг, но кто бы ты ни был, незнакомец… Спасибо… – в ушах зазвенел мягкий, но невероятно усталый и безжизненный голосок, а я слушал его затаив дыхание. – Если ты каким-то образом связан с моими сёстрами, то попроси у них прощение за всё, что случилось в прошлом. Надеюсь, они простят меня за то, что я оказалась слишком слаба, но я боролась… Честно боролась! Боролась столько, сколько себя помню… Боролась как могла. Это послание я оставлю для того, кто отыщет то, что осталось от некогда могущественной Руны Разрушения, – её голос на миг притих и стал едва слышимым. – Спасибо, что унял мою боль и избавил от страданий, незнакомец. Надеюсь, что ты будешь другом. Надеюсь, что мои дорогие сестры и их носители придут сюда, чтобы отомстить и залить это место кровью… Надеюсь, мои сёстры выжили… Да падут наши враги! Да не сгинут Разорители! Да не угаснут Древние…
«Нет… Нет! НЕ-Е-Е-ЕТ!!! – заверещала страшно потерянным голоском спата. – КРОШКА РАЗРУХА! НЕТ…»
Одна из сестёр Альяны. Одна из орудий Древних, что могла повергать своей мощью самих оберегов. Та, кто носила имя «Руна Разрушения», испустила свой последний облегченный выдох после многовековой пытки. Лишь в распоследний момент я увидел, как на лице у светловолосой девушки расцветает широкая улыбка. Улыбка, в которой была заключена тысячелетняя агония и тоска. На миг она стала прежней. Я вновь лицезрел её обворожительный облик и в тот же миг ощутил, как нечто умирает в моей душе. Нескончаемая усталость и боль с личика крошки Разрухи исчезли, как дым на ветру, а вместе с ними полностью развоплотилась и сестра Альяны.
– Здравствуй и прощай… крошка Разруха, – сдавлено сглотнул я горький ком в горле. – Ты вытерпела достаточно. Спи спокойно…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
