Эпоха Опустошителя. Том V

Глава 1. Воля Необъятной Пустоты...

– Воля Необъятной Пустоты…

Три этих слова не несли для меня абсолютно никакого смысла или же значения. Я их просто повторил, идя на поводу шепота, но стоило им воплотиться в реальном мире, как боль, горечь и немыслимую ярость с неистовством смыло бушующей волной.

Волна смыла всё, до чего смогла дотянуться, оставляя после себя только вселенскую Пустоту, неописуемое безразличие и ни с чем несравнимую силу. Отныне на душе отсутствовали хоть какие-либо эмоции. Внутри образовалась пустыня, которая требовала, чтобы её заполнили. Неуверенно шагая вперед по полю битвы, я осознал кем или чем был шепот, который преследовал меня всю жизнь.

Только обратившись к этой силе, я понял, что она из себя представляла. А ведь всего-навсего необходимо было прислушаться и приглядеться. Шепот всё это время доносился из главенствующей колоны. В какой-то миг тёмный туман начал приобретать оттенок серого цвета. Образуя черно-серую пелену. Силу, что я носил в себе с момента своего рождения. Впервые я смог полностью увидеть её и частично понять суть. Коснуться края её безграничного и пугающего могущества.

В реальном мире по-прежнему гремела битва, но её исход можно сказать уже был предрешен. Демоны победили. Но мне отчего-то на всё стало плевать. Я до сих пор смотрел на тело женщины в руках у Верховного и не мог до конца понять для чего я тут нахожусь. Для чего я сюда вообще прибыл? Для чего призвал… Волю?

Пустота поглощала всё. Поглощала эмоции. Поглощала воспоминания и мысли. Она поглощала меня самого. Несколько долгих секунд я силился осознать кто я или что я, но помощь пришла откуда не ждали.

Сквозь пелену черно-серого тумана начал пробиваться жалобный девичий голосок.

«Ранкар, вернись… Вернись, миленький, ты меня пугаешь…»

Ранкар? Кто это?.. Я?.. А кто я?..

Через секунду к этому жалобному голосочку прибавился яростный рык, который перевернул всё моё мировоззрение с ног на голову. Кричал какой-то смутно знакомый мужчина.

– ФЬЁТРА!!! ФЬЁТРА! РАЗБОЙНИЦА!

В этот самый момент кто-то попытался убить меня со спины, но одним взмахом руки два глупца были выпиты без остатка черно-серым туманом. За долю вдоха те опали на камень арены черным пеплом.

Фьётра? Знакомое имя. Очень знакомое… Я её знаю?

Сквозь пелену Пустоты внезапно проступили розово-голубые глаза. Глаза, которые заставили нечто вспомнить и скривиться от горькой боли. Стоило напрячься, как голова начала разрываться от агонии, но ярость, злоба и раздражение смогли сломить туманный барьер, и стоило ему малость расступиться, как наружу хлынули поглощенные воспоминания.

А когда до меня дошла истина случившегося, я ужаснулся пережитому. Я ужаснулся натиску Пустоты. Ведь за эти жалкие мгновения я чуть не потерял себя. Чуть не просрал свою суть. Сила Пустоты чуть не поглотила своего хозяина.

НЕ ПОЗВОЛЮ! Я ТУТ ХОЗЯИН! Я!!! Я И ТОЛЬКО Я!!! Стоп! Фьётра! ДУРЕХА! УБЬЮ! УБЬЮ ВСЕХ И КАЖДОГО, КТО ПРИЧИНИЛ ЕЙ БОЛЬ!!! СОТРУ В ПОРОШОК ВСЕХ, КТО ОТНЯЛ ЕЁ У МЕНЯ!!! ПУСТЬ ВСЁ СГОРИТ ДОТЛА!!!

– КЕТАР! АТАРАЗ! – заорал я, что было сил, взмахом ладони вновь обращая в пепел подскочившую ко мне троицу Высших черно-серым туманом. – СУЩИМ КЛЯНУСЬ, ВЫ ПОЖАЛЕТЕ! НЕ НАЙДЕТСЯ ТОГО МЕСТА В ИНФЕРНО, ГДЕ ВЫ СМОЖЕТЕ СПРЯТАТЬСЯ!

А затем мой взор наткнулся на ту самую пару Верховных. Окровавленное тельце валькирии до сих пор болталось на руке огненного гиганта. От увиденного глаза вновь расширились от гнева, злобы, ужаса и шока. Однако ярости стало в несколько раз больше, когда я понял, что валькирия еще жива. Страшно слаба, но жива.

– ДУРЁХА!!! ТЫ ТРУП, КЕТАР!!!

Одного этого факта хватило для действий. По смутным ощущениям я сделал всего один шаг, как перед лицом замаячила секира Атараза, но впервые с момента боя я осознал, что совсем не чувствую от неё никакой угрозы или же давления. Оружие Верховного ударилось о покров черно-серого тумана и чуть углубившись в него, тотчас отлетело прочь, при этом начиная покрываться тёмной коррозией, а хозяин орудия получил от меня ботинком в грудь.

– Надменный щенок, ну-ка иди сюда! Тебе давно надобно… – выпалил Кетар, но практически сразу осёкся.

Три выверенных удара заставили его заткнуться. Кулак, что был полностью облачен силой Пустоты прилетел точно в голову, затем в печень, а после снова в голову. Практически моментально с пламенеподобным демоном стало происходить то же самое, что и с секирой Атараза. В местах соприкосновения черная коррозия начинала пожирать и поглощать враждебную материю.

Впрочем, на демонов стало глубоко наплевать. Своего я добился. Изувеченное тельце Дурёхи соскользнуло с руки Кетара и подхватив её на руки, я мягко опустил её на землю. Фьётра еще дышала. Совсем слабо и каким-то чудом, но дышала, а сердечные сокращения были настолько редкими, что счёт шел не на минуты, а на секунды. Не знаю как, но рядом забрезжил силуэт Натана.

– Юный лорд, как вы? Вам надо срочно…

Взъерошенный и заметно опаленный безопасник только-только завершил свою дуэль и рванул мне на помощь. Завидев Глиана план сам по себе образовался в голове и дёрнув того за ворот одежды, я притянул его к самой земле.

– Спаси её! Сделай так, чтобы она выжила!

От услышанного глаза Натана полезли на лоб и тот с каким-то неверием уставился сначала на меня, а после на почти мёртвую валькирию.

– Боюсь, это невозможно, юный лорд. Она не жилец. Я не целительница, я пиромант…

– Имания спасёт, не ты! – выдохнул я тому в лицо, выуживая из перстня маяк перемещения. – Сделай так, чтобы ей не навредили. Если она выживет, то помоги ей пока меня не будет рядом. Тебе ясно?!

Глаза парня стали еще шире, когда тот увидел артефакт, что вручила мне тетка на прощание. Пару мгновений на его лице мелькало сомнение, но затем на физиономии безопасника образовалась решимость и кратко кивнув, тот бережно подхватил небесную воительницу на руки.

– Не вздумайте умереть, юный…

Довести свою речь до конца Натан не успел, потому как вместе с маяком и Фьётрой тот исчез во вспышке перемещения.

По рукам и частично телу всё еще блуждал черно-серый туман Пустоты. Нельзя чтобы такая мощь пропала даром. Вот только наряду с истончающейся силой в сознании продолжала расти ярость и гнев. Тело стремительным вихрем обернулось по сторонам и в пылу сражения отыскало нужных инфернальных тварей. Причем на мгновение наши взгляды встретились. Не знаю каким образом, но Фейлан прямо сейчас сражался с тремя демонами. Вероятнее всего, отцовская ярость подстёгивала его к действиям, потому как мощь его молнии выросла многократно. Именно он помог Натану и оградил нас от вмешательства любопытных тварей.

– КЕТАР! АТАРАЗ! НАЧИНАЙТЕ МОЛИТЬСЯ СВОИМ СРАНЫМ АРХИДЕМОНАМ!!!

Скорее всего, наша краткая стычка всё еще была свежа в их памяти, а покров одного и секира второго так и не восстановились до своего прежнего состояния. Вот только мне уже было на всё наплевать. Злоба и гнев не знали границ. Безразличие с огромной скоростью подавлялось негативными эмоциями. Кто бы знал, что я впервые буду рад такому исходу.

Имелось неистовое желание призвать спату, но из-за страха уничтожить её Пустотой я ринулся в бой без оружия.

Сумрачный сдвиг…

Всё-таки не призывать Руну было верным решением, ведь даже сдвиг переменил свой цвет с извечно тёмного на черно-серый оттенок Пустоты. Тем не менее, телепортация выдалась как нельзя удачной, потому как колено со всего маху прилетело точно в челюсть Атараза. При каждой атаке, пелена на теле стремительно сокращался. Но я без устали продолжал месить Верховного будто боксерскую грушу. Однако выносливости демону было не занимать. Его же сокрушительные удары секиры по покрову Пустоты лишь наносили вред самому оружию и тот ярился сильнее.

– ДА СДОХНИ ТЫ УЖЕ, ЩЕНОК!

– Только следом за тобой, мразь! – выдохнул я тому в лицо. – Я верну тебе каждую крупицу боли, которую она испытала! Землю жрать буду, но выпотрошу тебя как рыбину!

Однако моему желанию не суждено было сбыться, потому как превратности злого рока вновь внесли свои коррективы в сражение. На миг мне померещилось, что в небе за барьером мелькнул босоногий силуэт светловолосой женщины.

И мне это не почудилось, ведь следом за этим над всей центральной площадью раздался тихий, но величественный голос, который заставлял всё пространство дрожать:

– Договор оберегов и архидемонов нарушен. Он более не действителен! Вам помогли ваши владыки, а посему я помогу Ванахейму. Всему должна быть мера, демоны, и вы её исчерпали…

Стоило ей закончить говорить, как ограждающий массив треснул и распался, а внутрь барьера со всех сторон тотчас хлынули войска верховного клана!

– ВСЕМ НАЗАД В РАЗЛОМ! – раздался над рядами демонов рёв Анширы. – СУЧКА ФРЕЯ ЯВИЛА СЕБЯ!!!

Атараз попытался одним из последних покинуть поле боя, но я не дал ему такого шанса. Единственное, что удалось провернуть, так это цепями на собственных запястьях приковать себя к его левую руке и мёртвой хваткой вцепиться в демоническую плоть.

– БЕЗУМНЫЙ УБЛЮДОК, ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! – надрывался свирепо Верховный и напоследок заревев словно раненый зверь, в едином порыве обрубком секиры отсёк себе конечность и рванул в сторону разлома. – ТЫ ПОПЛАТИШЬСЯ ЗА ЭТО, ВЫРОДОК! ПОПЛАТИШЬСЯ!..

– ТЫ СДОХНЕШЬ, АТАРАЗ! – вопил я, что было сил, то и дело размахивая его отрубленной рукой. – ТЫ И КЕТАР! ВЫ ОБА СДОХНЕТЕ!!!

Однако ярость и гнев настолько застлали глаза, что я не уследил за той, кто изначально желала моей смерти. На удивление Аншира покидала поле боя одной из последних, а встревоженный крик Альяны я услышал слишком поздно:

«РАНКАР, БЕРЕГИСЬ!»

– Нет, сученыш! Сегодня сдохнешь только ты…

Ко всему прочему предательски поступил и покров Пустоты. Он развеялся за пару вдохов до удара кнута Верховной.

Честно признаться – это странно. Видеть то, как сквозь тебя проходит пламенный кнут. И суть заключалась не в адской испепеляющей боли, а в том, что ты чувствуешь, как прекращается биться твоё сердце. Плеть демонессы прошла не просто сквозь грудь. Она насквозь пробила сердце.

Пару мгновений я так и стоял с какой-то отрешенностью наблюдая за тем, как жизнь стремительно утекает из тела вместе с кровью, а затем мир начал угасать и на глазах внезапно сомкнулась холодная удушающая тьма смерти.

***

Тэйн и Рамас знали, что Ранкар силен. Необычайно силен. Они вообще многое знали о пилигриме, но то, что увидели в конце кровопролития, повергло их в шок. В какой-то момент времени парень перестал напоминать человека. Практически на равных тот сражался с Верховными. И одному из них умудрился оторвать руку. Подобное казалось немыслимым, но даже таким успехам когда-нибудь приходит конец.

Смертельную и предательскую атаку в спину он не заметил. Хлыст не просто пробил сердце, он оставил в груди у юноши дыру размером с бильярдный шар. Прямо на глазах у Осколков Ранкар немигающим взором смотрел в одну точку, а затем будто подкошенный свалился наземь. Вот только закрывающийся разлом работал похлеще пылесоса и тело из-за близости к разорванному пространству начало затягивать прямиком в расщелину.

– Пусть будет проклято Инферно! – встревоженно выкрикнул тифлинг и первым рванул на помощь, покидая чертог участника. – Только не говорите мне, что он посмел сдохнуть…

Бывший серафим отстал от друга всего на десяток шагов, но и этого было достаточно, чтобы не успеть. Рамас добежал до Ранкара первым. Тот даже попытался оттащить тело юноши как можно дальше, но сила притяжения оказалась сильнее, чем можно было себе представить. На выручку рванул и израненный Фейлан, но стало слишком поздно.

Через мгновение на глазах у некоторых выживших труп Ранкара Хаззака затянуло в разлом вместе с его же другом...

Доброе утро, уважаемые читатели! С новым началом!

Однако добавлю, что смерть и жизнь всегда ходит рука об руку. Что ждёт нашего горе-героя дальше? Смерть? Жизнь? Пустота? Кто знает. Но, надеюсь, первая глава вам понравилась. Она уже приоткрыла завесу тайну дальнейших событий и ответила на пару интригующих вопросов. Хоть и вышла неоднозначной.

Так что ждём и верим, друзья.

Ну и не забываем лепить лайки и оставлять комментарии.

В остальном же...

Как и всегда...

Всех обнял, прижал...

Глава 2. Тут, там и впереди...

Северный пантеон.

Ванфея. Правящий центр Верховного клана Ванахейм.

Главный храм Ванадис.

Роща Упокоения.

Три дня спустя после вторжения демонов.

Север погрузился в траур. Мир уже не будет прежним. Ничего не будет как раньше. Все это прекрасно понимали. Отчетливее это осознавали те, кто находился на вершине пантеонов. Главным же фактом во всей произошедшей кровавой истории являлись не тысячи погибших и убитых разумных. Главным фактом оказались слова покровительницы Альвхейма и Ванахейма и то, что они несли в себе: «Договор оберегов и архидемонов нарушен. Он более не действителен!»

Пакт между архидемонами и оберегами, что был заключен тридцать пять лет назад после войны отныне нарушен. Тридцать пять лет относительного спокойствия и шаткого мира исчезли как дым на ветру. Война Инферно против Вечного Ристалища может разгореться с новой силой в любой момент. Искры будущего кровопролития кто-то тщательно раздувал посредством вторжений.

Огни усыпальницы горели как никогда ярко, а погребальный костёр подготовили к последнему путешествию. Через несколько секунд одна из валькирий отправится в заключительный поход. Каждая из небесных воительниц простилась со своей подругой и соратницей. В полуобморочном состоянии сюда пришла смертельно раненая Ингрид с Сигрун. Простились с ней первый и второй сын Видара, которые до сих пор не покинули Ванфею. На погребальном обряде отсутствовали лишь трое: Эрна и Олетта находились на задании, а месторасположение Фьётры для большинства оказалось загадкой. Никто не знал была ли она вообще жива. Её связь с небесными воительницами по какой-то причине снова нарушилась. Последней на очереди осталась королева валькирий.

Несколько долгих мгновений Арнлейв всматривалась в бледное лицо Христы и её безупречные черты, а затем сделав несколько шагов к костру, она неторопливо склонилась над погибшей и с нежностью поцеловала её в лоб.

– Отдыхай, сестра. Ты это заслужила. Счастливой дороги в Фолькванг.

Костёр вспыхнул и языки пламени возвысились до самых небес забирая с собой одну из достойных дочерей Фреи. Христа из верховного клана Хельхейм ушла из жизни, как и подобает небесной воительнице: сражаясь в бою с подавляющим числом противников.

– Что мы будет делать дальше, сестра? – с холодком вопросила Ювина, а в глазах у ледяной феи плясали потоки огня от всполохов костра.

– На всё воля госпожи Ванадис, – устало изрекла Знающая Альвхейма. – Ты слышала её.

– Я не об этом, сестра, – чуть повысила тон валькирия ледяного лука с отчетливой горечью в голосе. – Я говорю не о демонах и не о смерти Христы. Она билась достойно! Я говорю о предателях, которые помогли инфернальным тварям. Ты действительно считаешь, что их вторжение было спонтанным? С каких пор ты стала столь слепа? Искры дракона истончили пространство и разрушили защиту Ванфеи. У нас под боком завелись демонопоклонники. И ты прекрасно понимаешь, что искры доступны далеко не всем. Ты знаешь, где необходимо искать этих тварей.

– Я не слепа, Ювина, – спокойно пробормотала Арнлейв. – Предвидев твой вопрос, добавлю, что и не глуха, – но практически мгновенно в голосе у королевы зазвучала сталь. – Да, я знаю, где искать, и лично займусь этим вопросом. Возможно, именно сегодня. Лиэна как раз собирает совет глав верховных кланов через пару часов.

– Госпожа Арнлейв, а есть какие-нибудь новости о Фьётре? – раздался слева от светлой альвы необычайно слабый голос Ингрид. – Она… она жива?

Из-за ранения, бледного вида и отсутствующей ноги слабейшая валькирия казалась еще меньше, чем прежде.

– Не знаю, Инги. Я свяжусь с женой Пешей Молнии – Танией. Вероятнее всего, Фейлан что-то должен знать. Он сражался рядом с дочерью. Он просто обязан был что-то видеть. Сдаётся мне, Кайса Ксант и тот падший серафим гостят у него сейчас не просто так. Хотя мне доложили, что старый прохиндей не находит себе места. В принципе, он тоже будет присутствовать на совете. Насущными проблемами придется заниматься главам. Увы, но это не наша прерогатива. Подобным занимаются голубокровные.

– Что с отбором? – вклинился в беседу Ингмар, глядя на полыхающий погребальный костёр. – Как поступим? После случившегося необходимо хоть как-то подбодрить народ, посредством представления двух Неукротимых.

– Противник Элейны погиб во время вторжения, – тихо добавила Ювина, глядя на светлую альву.

– Таким образом она и получит место в рейтинге, – сухо заметила Арнлейв. – Да и будем честны, она заслужила. Все прекрасно понимают, что девочка одолела бы Талара. Упокой Фрея его душу.

– А что насчёт… второго места? – всё тем же слабым голосом поинтересовалась Ингрид.

На несколько долгих мгновений возникла гнетущая тишина, ведь каждый из тех, кто слышал разговор думал об одном и том же.

– Сложно, – хрипло буркнула Сигрун, которую всё это время придерживала за плечо валькирия исцеляющего жезла Орхелия. – Как бы я ни относилась к тому вредному ублюдку, но должна признать, что сражался он превосходно… Жаль, что так случилось.

– Это действительно сложно, – тяжело вздохнула Арнлейв. – Вестар прилюдно проиграл, но каким-то чудом выжил, а воспитанник Изувера выиграл, но был убит Анширой. Насмешка судьбы, не иначе. Да, Вестар не признал поражения, но исход был ясен. Аххес оказался гораздо сильнее.

– У представителя клана Нифльхейм потрясающее везение, – поморщился Кралд, указательным пальцем касаясь носа, а затем изо рта у него вырвался горький выдох. – Его бы везение да тому юноше. Как по мне Вестар недостоин места среди Неукротимых, но ситуация не позволяет выбирать. Кровью клянусь, что его папаша Криаст будет доволен.

– Вестар, значит? – глядя перед собой, чуть повысила голос Арнлейв после затянувшейся паузы. – Или есть возражения?

– Возражения есть, но сомневаюсь, что они будут к месту, – сухо декларировал Ингмар. – Однако это полбеды, не так ли?

– Ты прав, – покачала разочаровано головой светлая альва. – Аххес не спустит нам такой промашки. В особенности Ксант. Не удивлюсь, что вскоре Ванахейму придётся направить в Аххес целую делегацию. Как-никак мальчишка почти стал Неукротимым. Данакт хоть и редкостный сукин сын, но такого рычага воздействия не упустит. Произойди вторжение где-нибудь за пределами столицы и проблем бы не возникло, но оно произошло прямо в сердце Ванфеи у нас под носом. Так еще и Несмертная…

После упоминания о Знающей доминирующего дома Хаззак второй сын Видара в очередной раз тяжело вздохнул.

– Имания чересчур строптива. А если еще узнает, что юнец бился с Высшими…

– С Верховным, Кралд. Точнее с Верховными, – едва слышно прошептала Ингрид, не отводя взора от угасающего костра. – Высших он убивал.

– ЧТО?! – переполошились не на шутку служители один за другим и с всё более растущим недоумением воззрились на младшую валькирию.

– О чем ты говоришь, Ингрид? – ошеломилась на секунду светлая альва. – Это же невозможно! Ты уверена? Я уверена, что ты была в бреду.

– Точно подтвердить не могу. Всё было как в тумане, госпожа Арнлейв, – решила пояснить девушка. – Но точно видела, как гибли Высшие от его руки. Так же видела, как он краткое время сражался с Атаразом и Кетаром. Наверное, в пылу схватки вы этого не заметили, но он действительно противостоял сразу двоим… вроде бы. Не знаю почему, но они не могли нанести ему вред. Он в свою очередь тоже. Плюс он лишил руки Верховного Баала. Надеюсь, мне это не привиделось. Думаю, Пешая Молния и тот падший подтвердят мои слова.

– Фейлан был свидетелем? – угрюмо пробормотала валькирия копья света. – Я разговаривала с ним, и он умолчал об этом. Лишь сказал, что мальчишку прикончила Аншира.

– Значит, уверенности никакой нет, – задумчиво произнес Ингмар. – Странно. Очень странно.

В Роще Упокоения вновь возникла гробовая тишина. Однако вперед внезапно выступила Орхелия. Валькирия исцеляющего жезла неторопливо направилась к погасшему костру для сбора праха Христы, чтобы, как и подобает обряду, упокоить её вместе с остальными павшими в бою небесными воительницами, но в последний момент ей в спину ударил голос королевы.

– Нет, сестра, не стоит, – со скрытой печалью изрекла Арнлейв в последний раз взглянув на костёр. – Госпожа… госпожа Ванадис сказала, что лично этим займется…

***

Северный пантеон.

Ванфея. Правящий центр верховного клана Ванахейм.

Верхний город. Владения побочного клана Ванахейм.

Кабинет главы.

В помещении находились лишь трое. Для некоторых такая компания могла показаться чересчур контрастной. Голубокровная, глава побочной ветви Ванахейма и падший серафим, который некогда являлся смертником. Причем лишь двое из них сидели, а один продолжал стоять на протяжении нескольких минут. Ведь сидеть в присутствии благородных для бывшего смертника сейчас было не с руки. Периодически он видел заходящих в кабинет женщин и из их доносящихся бесед понимал, что они являлись женами главы клана. Из всё тех же бесед падший вычленил главный факт: валькирия громовых клинков, с которой Ранкар угодил в мёртвую коллизию, оказалась дочерью Фейлана.

Данная беседа происходила изо дня в день. А порой и по паре-тройке раз в сутки. Из разговоров Тэйн догадывался почему Пешая Молния пригласил его к себе. Однако бывшему серафиму до сих пор было невдомёк, каким именно образом глава побочной ветви терпит юную горгону. Как и многие другие благородные она уцелела, вот только после вторжения Кайса Ксант рвала и метала. Наследница великого дома не находила себе места. Все эти три дня её раздражение, вспыльчивость и гнев не знали границ. Девица отыгрывалась и срывалась на ни в чем не повинных слугах, воителях Ванахейма, а порой её жертвами становились личные телохранители из службы безопасности. От игривой и хитрой бестии, которую видел Тэйн ранее, не осталось и следа. Сейчас всем предстала склочная и злобная дочь Данакта.

– Фейлан, вы уверены, что мой вассал мёртв? – в восемнадцатый или в двадцатый по счету раз за последние три дня вопросила горгона. – Есть какие-нибудь доказательства его гибели?

– Доказательства – это мои глаза, – мрачно пробормотал Пешая Молния. Слова давались ему с трудом, потому как ван и сам не находил себе места. – Я видел воочию, как его сердце разорвали на куски кнутом Верховной твари. Уж простите, чтимая Кайса, но от такого не выживают. Если желаете подтверждения, то обернитесь и спросите об этом у чтимого Тэйна.

Падший захотел закатить глаза, ведь порочный круг вновь приводился в действие. Сейчас дочь Данакта обернется, лицо её будет выражать только гнев, раздражение и злоба, а ярко-изумрудные глаза станут метать искры. Тэйн знал о могущественной силе родословной горгон, но не торопился испытывать её на себе, поэтому взор всегда держал устремлённым вниз.

Секунду спустя случилось так, как он и предсказал.

– Это правда? – жестко осведомилась в двадцатый раз голубокровная. – Ранкар действительно мёртв?

Тэйн очень долго размышлял над случившимся. Не было и минуты за трое суток, чтобы он не погружался раз за разом в прошлое. По всем фактам пилигрим и вправду обязан умереть, но что-то в глубине души подсказывало ему верить в совершенно иное. Он должен был верить… в чудо! Поэтому, для себя падший решил, что станет придерживаться лишь одной версии. Даже если каким-то чудом Ранкар и уцелел, то для самого Ранкара будет лучше, если все сочтут его погибшим в бою.

«Как хорошо, что она не знала, что творил скиталец на поле боя и просто отлично, что молчит об этом Фейлан», – промелькнуло в мыслях мужчины.

– Так и есть, ваше высочество, – уважительно подтвердил бывший серафим, согнув до возможного упора спину. – Я видел, как Ранкара Хаззака настигла плеть Верховного демона.

– ПРОКЛЯТЬЕ!!! – рявкнула рассерженно горгона, вскакивая на ноги и начиная вновь мельтешить из угла в угол. – КАК ВЫ ДОПУСТИЛИ ПОДОБНОЕ?! КАК ПРОМОРГАЛИ ТАКОЕ ВТОРЖЕНИЕ?! ВЫ ХОТЬ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО У ВАС ЗАВЕЛИСЬ КРЫСЫ, ФЕЙЛАН?! ВЫ ВСЕ! ВСЕ ОБЛАЖАЛИСЬ! ИЗ-ЗА ВАС Я ПОТЕРЯЛА СВОЕГО ДРАГОЦЕННОГО ВАССАЛА!

От произнесенных слов Тэйн чуть не поперхнулся, но вовремя спохватился и сдержал порыв в себе. До сих пор бывший серафим никогда не слышал о ситуациях, когда голубокровная столь рьяно вступалась за подданных. Уже это наталкивало на разные мысли.

– Я понимаю и разделяю вашу ярость, чтимая Кайса, – сдержано проговорил глава, глядя в одну точку. – И я сделаю всё возможное, чтобы найти и наказать предателей. Обещаю, что самолично отправлюсь в ваши владения и предстану перед Изувером и Несмертной. Однако, что ответите вы на мой вопрос? Что могло случиться с моей дочерью? Куда переместился чтимый Натан и Фьётра? Я видел своими собственными глазами, как в какой-то миг они исчезли в пространственной вспышке.

– А ведь это хороший вопрос, Фейлан, – истерично хохотнула та, хлопнул по столу ладонью. – С какой это стати мой вассал попытался спасти ВАШУ дочь и безопасника из дома Хаззак? Почему не скрылся сам? Почему остался сражаться?! Вы не задавались подобным умозаключением?

– Я… я не знаю ответа на данный вопрос, чтимая Кайса, – с некой растерянностью произнес Пешая Молния. – Не знаю почему Ранкар так поступил. Это остаётся загадкой и для меня тоже. Но вы-то всё-таки должны понимать, куда он мог их отправить?

На целое мгновение в кабинете повисла тишина, но затем изо рта горгоны вырвался протяжный раздраженный выдох:

– Сейчас есть только одно безопасное место для моего вассала, – задумчиво произнесла дочь Данакта. – К тому же такую вещь, которая сумеет проигнорировать барьер демонов могла дать ему только одна моя знакомая. Вероятнее всего артефакт вышел из-под руки… – на миг Кайса замешкалась, а потом исподлобья посмотрела на главу побочной ветви, – …госпожи Темиды. А кто связан с оберегом Темидой вам должно быть известно.

От услышанного глаза Фейлана расширились и тот резво поднялся из-за стола.

– Несмертная! То есть вы хотите сказать, что моя дочь сейчас в Мергаре?! В твердыне дома Хаззак?!

– Вероятнее всего, так и есть, – ответила серьёзно горгона.

– Тогда нам нужно связаться с ней или же даже необходимо спешить к…

– Куда это НАМ нужно спешить? Кому это НАМ необходимо связаться? – с насмешливой яростью прошипела голубокровная. – Не слишком ли много вы на себе берете, Фейлан? По большому счету мне плевать на вашу дочь! Я бы с радостью обменяла жизнь валькирии на жизнь своего вассала. Для меня он в стократ дороже дочери Фреи. Вы представить себе не можете насколько он был ценен лично в моих глазах. Никого подобного ему я еще не находила раньше!

Во второй раз Тэйн чуть не закашлялся, но вновь каким-то чудом устоял. Чем дольше он вслушивался в беседу, тем необъяснимей становилось на душе. На секунду у него промелькнула крамольная мысль, что горгона что-то могла разузнать о Ранкаре, но практически сразу падший отбросил эту мысль из-за несуразности. Скорее всего, дело заключено в ином факте.

Впрочем, беседа прекратилась так же быстро, как и началась. Ведь стоило Кайсе договорить, как на столе у главы побочной ветви начал мерцать оповестительный кристалл.

– Боюсь, я вынужден вас покинуть, – виновато пробормотал Фейлан, глядя на камень.

– О-о-о-о-о да! Чудесно! Просто чудесно! – насмешливо выпалила голубокровная не сводя глаз с кристалла. Кто-кто, а уж она-то догадалась о его предназначении. – Так и быть я дождусь вашего возвращения, потому как мне нетерпится узнать, чего интересного нарешали ваши правители. Нетерпится узнать, что они предложат взамен смерти моего вассала и Неукротимого…

***

Аххеский пантеон.

Мергара. Твердыня доминирующего дома Хаззак.

Покои Знающей.

Три дня назад…

Новости с Севера приходили великолепные. Настолько невероятные, что Имания вначале не могла поверить в доклады Натана. Однако врать ей он не посмел бы, да и в итоге приходящие с Севера ныне популярные «нарезки» полностью подтверждали слова Глиана. Ранкар побеждал одного противника за другим в беспощадной и жестокой манере. Каким-то чудесным образом он умудрился разобраться сразу с тремя голубокровными. Причем прямо сейчас должен проходить финальный поединок. Честно признаться она догадывалась, что Ранкар сможет многого добиться, но такие успехи ей и не снились. До сих пор она не могла подумать, что аххес когда-нибудь сможет попасть в рейтинг Неукротимых. Ведь её брат ничему не успел его научить. Целиком и полностью юноша был самоучкой.

Мальчик не просто притянул к себе всё внимание общественности, чтобы уберечь Дэймона и дом, но и с блестящим великолепием сражался на арене. О таком Знающая и помыслить не могла.

Вот только сегодня целительница не находила себе места. Она казалась сама не своя. Ничего непоправимого не случилось, но та чувствовала, что что-то не так. И пусть рухнут Небеса к полудню, но её мерзкие предчувствия оправдались, когда в один из предательских моментов прямо посреди её покоев забрезжил пространственный свет.

Имания специально настроила маяк именно на это место, чтобы в случае чего примчаться незамедлительно на помощь племяннику. И надо видеть каким оказался её шок, когда вместо названного родственника из серой вспышки вышагнул не Ранкар, а Глиан с окровавленной девицей на руках, которая находилась при смерти.

– Натан! Что стряслось? – тотчас перешла женщина на взволнованный рык.

– Нападение, госпожа! – устало выпалил безопасник, бережно укладывая крылатую девушку на один из диванов. – Демоны вторглись в Ванфею! Огромное количество! Среди них Кетар и Аншира!

– ЧТО?! ВТОРЖЕНИЕ? КЕТАР И АНШИРА?! – вскричала яростно женщина. – КАКОГО ЧУМНОГО СИЛЬФА ТЫ ПРИТАЩИЛ СЮДА КАКУЮ-ТО БАБУ?! ГДЕ МОЙ ПЛЕМЯННИК?! ДА Я ЖЕ КАЗНЮ ТЕБЯ, ЕСЛИ С НИМ ЧТО-ТО… – однако целительница вдруг осеклась и расширила от удивления глаза, далее же они полыхнули гневом и злобой, когда она поняла, что за крылатая девка лежит на одном из её диванов. – Ты! Посмел! Притащить! В мой дом! ВАЛЬКИРИЮ?! – вышла та из себя, чеканя каждое слово. – Тебе жить надоело?! Я СПРАШИВАЮ, ГДЕ МОЙ ПЛЕМЯННИК? ГОВОРИ! ЧТО С НИМ СТАЛО?!

– Делайте со мной, что хотите, госпожа, хоть убейте, – как на духу бесстрашно выдал Натан. – Однако для начала помогите ей. У нас всего несколько секунд. Подробностей я не знаю, но юный лорд отправил меня сюда лично. Не было иного выбора. Именно он попросил за валькирию.

– Почему он не переместился вместо тебя?! – ошеломлённо пробормотала Имания.

– Я сам не понимаю, госпожа. Не понимаю. Но он… он… Вы же его знаете. Знаете, каков его характер. Он не стал бы использовать маяк для абсолютно чужого человека. Скорее всего, он как-то…

Впрочем, довести свою речь до конца безопасник не успел, потому как взмахом ладони та отбросила Глиана прочь и с молниеносной скоростью принялась за лечение, но то и дело приговаривая различные угрозы.

– Ох, вертихвостка ты драная, если с моим племянником что-то случится. Если не приведи Темида он пострадает, то тебе лучше погибнуть прямо здесь и сейчас. В ином разе жизнь, которую я верну в твоё тело, окажется хуже самой жуткой смерти…

***

Инферно.

Первый круг. Кристальные равнины.

Рамас не знал и не понимал сколько времени пребывал в беспамятстве, но грубый удар по рёбрам и шипящий голос вывел его из забытья. Перед глазами по-прежнему витала мутная тьма, которая не позволяла сфокусировать взор. Однако парень мог поклясться чем угодно. Он видел размытое багровое небо. А багровое небо могло бить только в одном месте.

В Инферно…

– Надо же, никчемный полукровка! Давно их не видел… Так еще вроде бы и живой в отличие от первого. Наш клиент. Видимо, выбросило во время тряски разлома. Вяжите его, недоумки! Да поживее! – удар пришелся чуть ниже, отчего тифлинг поперхнулся и застонал. – Хе-хе! И вправду живой! Да вяжите же его скорее, иначе скормлю гиенам! Хотя ладно, на корм гиенам пойдет первый. Они как раз давно не жрали…

Глава 3. Сердце Опустошителя...

Инферно.

Первый круг. Кристальные равнины.

Всё случилось настолько быстро, что Рамас ничего не успел предпринять. Честно сказать, мысли парня до сих пор находились в полнейшем раздрае и хаосе. Кто-то в грубой манере поставил его на ноги, сорвал с пояса ножны и всё добро, а через секунду на запястьях и шее тот ощутил холодное прикосновение злополучного металла.

– Какого треклятого… Инферно вы… творите? – вырвалось у тифлинга изо рта. – Я же…

– Захлопни пасть, полуфабрикат!

Дальше слушать его не стали, потому как чей-то сокрушительный удар прилетел точно в грудную клетку, отчего он закашлялся и скрючившись от боли вновь оказался на земле.

– Не порти товар, дуболом! – раздался старческий недовольный возглас. – Он выглядит вполне целым и невредимым, а значит на рудниках долго протянет. За него неплохо заплатят.

– Барон Грамар, он же полукровка, что с него взять? – пренебрежительно сплюнул неизвестный. – Сомневаюсь, что…

– Заткнись! Что о бизнесе может знать наёмник?! – визгливо рявкнул старик. – Тебе не нужно думать. Я тут думаю! Поднимите его на ноги. Я хочу внимательно рассмотреть товар.

Через секунду Рамаса вновь грубо поставили на ноги. Перед глазами по-прежнему всё плыло, но парень должен был признать, что удар наёмника отрезвил. Пару мгновений до этого он безуспешно хотел оглядеться по сторонам, но с приходом боли мир стал необычайно чётким. Парню хватило секунды, чтобы осознать ситуацию, в которую угодил.

Он действительно попал в Инферно, потому как багрово-огненное небо, небольшое ущелье с кристальными полями и демоны, что окружали его, более чем красноречиво на это намекали. Так еще и свалился прямиком в лапы целого Барона. Мир демонов был последним местом, где Рамас желал оказаться. Таких как он никто не мог терпеть. Инферийцы относились к тифлингам будто они являлись грязью у них под ногами, а все народы Вечного Ристалища считали их пособниками демонов. Вот только тифлинги ненавидели демонов не меньше, чем жители Альбарры. Порочный круг, который невозможно разорвать.

Отряд неизвестных состоял из дюжины различных демонов, но главным по всей видимости был прихрамывающий на левую ногу старик, который шел прямо к нему. Ко всему прочему те везли живой груз. Две повозки, в которых было запряжено по паре огненных гиен, тащили клетки с рабами. Практически у каждого из группы имелась своя ездовая гиена.

– Так-так-так. Хорошо. Очень хорошо. Рога в норме. Тело тоже. Цвет кожи. Неплохая кровь. Папашка у тебя не из простых легионеров, по-видимому. Тифлинг, получается, – стал бормотать пожилой демон, оценивающе оглядывая полукровку, будто тот был жеребцом на продажу. – Как знал, что нужно отправляться пешим ходом. Значит, не солгал Даар, всё-таки вторжение на Альбарру было. Надо же. А это… что? – через секунду глаза старика расширились и тот ловко стянул с пальца пространственное кольцо.

Рамас мгновенно дёрнулся вперед, чтобы вернуть украденное, но старик лишь весело рассмеялся, ведь руки наёмников держали более чем крепко. Со своим рангом незакалённого вершителя тот ничего не мог противопоставить инферийцам. От безысходности тифлинг сцепил зубы и рассержено посмотрел на барона.

– Лучше верни, если хочешь жить! Это не твоё.

Вот только старик рассмеялся пуще прежнего и весело обнажил ряд черных зубов.

– Так знаю, что не моё! Сразу видно, что ты с Альбарры. Никакого уважения к своим старшим по крови.

– В гробу видал так «старших»! Верни! Иначе будет худо!

– Худо? Ох умора! – гогот Барона уже напоминал громкий набат. – Кто же меня проучит в случае чего? Он, что ли? Твой мёртвый дружок? – хохоча вопросил демон и отойдя в сторону, пальцем указал на неподвижного пилигрима, что лежал на противоположном крае дороги. – Неужели ты не понимаешь, где оказался? Можешь забыть о своей прошлой жизни. Теперь ты раб. Будущий раб. Получишь метку, строгого хозяина, и дело с концом.

Однако последние слова работорговца Рамас попросту не слышал. От увиденного брови взлетели вверх, а сердце пробило предательский учащенный такт. Тифлинг не мог поверить в увиденное. Тело Ранкара лежала на боку, а в районе сердца красовалась огромная дыра. Кровь еще медленно сочилась из зияющей раны, но не это напугало парня. Его напугали глаза друга, ведь они были напрочь пусты. Пусты, как у свежего трупа.

– Ха-ха-ха! Вот теперь по взгляду вижу, что понял, – довольно ощерился Барон, а после перевел взор на наёмников. – В клетку его, а дохляка на кормежку.

К этому моменту полукровка абсолютно ничего не слышал и не понимал. Свои глаза тот не сводил с погибшего друга и ездовых гиен, которые, довольно порыкивая, неторопливо семенили к трупу. Он и сам не знал, что заставило так поступить, но затем его голос громким эхом разнесся по небольшому ущелью.

– РАНКАР! РАНКАР! РАНКАР, ВСТАВАЙ, ИНФЕРНО ТЕБЯ ЗАДЕРИ! НЕУЖЕЛИ ТЫ И ВПРАВДУ ТАК БЕССТЫДНО ПОДОХ? ВСТАВАЙ, ГОВОРЮ! ТЫ ЖЕ СИЛЬНЫЙ! ТЫ ЖЕ НЕ ТАКОЙ, КАК МЫ! ТЫ ЖЕ…

Однако крик отчаяния был заглушен протяжным кашлем, что возник из-за двух последовательных ударов в печень. Но свой взор Рамас до последнего момента не сводил с гиены, потому как пасть чудовища должна была через пару секунд схлопнуться на голове у скитальца.

– Заткнись и не ори! Иначе…

Что могло случиться иначе, тифлинг, так и не узнал, потому как угроза демона оказалась прервана жалким воем и визгом. Через секунду раздались два громких последовательных шейных хруста, а следом за ними обе гиены затихли и с глухим звуком опали на землю, но их падение сопровождались едва слышимыми оскорблениями.

– Пшли вон… Шавки вонючие…

Практически мгновенно все наёмники, включая Барона, резво обернулись на возникший переполох и с нарастающим удивлением и непониманием уставились на двух чудовищ, которым свернули шеи. Сам Рамас успел увидеть несколько жгутов тьмы, в то время как труп пилигрима продолжал лежать на земле, но тут всё начало стремительно меняться. Первой дёрнулась рука Ранкара, точнее несколько пальцев, следом за рукой густая чёрно-алая энергия с примесью мерцающей серости вырвалась из тела и окружила мёртвого, а затем недавний мёртвый очень медленно принял сидячее положение.

Несколько секунд звучала тишина. Взгляд скитальца был полностью затуманен и отрешен, но вдруг скривившись, тот запинаясь и едва связывая слова друг с другом в самой безумной манере начал вести беседу сам с собой.

– Прости и… не… кричи… малышка… я… в порядке… вроде бы…

На миг всё вновь стихло, на лице у Ранкара внезапно отобразилось удивление будто он только что получил ответ на свой вопрос и с каким-то неверием аххес медленно опустил взор на зияющую рану в груди. Несколько долгих мгновений парень осматривал разорванное сердце. Впрочем, сердцем данный феномен назвать было сложно. Рана отныне отсутствовала, как и главный орган целиком. На его месте теперь циркулировала сгустившаяся черно-алая субстанция с примесью мерцающего серого марева, которая приняла форму воронки.

– Какого хе…

Однако довести ругательство до конца юноша не успел, потому как раздался довольный вопль Барона:

– ВЗЯТЬ ЕГО, НЕДОУМКИ!!! ЧЕГО ВСТАЛИ? ОН ЖЕ ЛИЧ! ЗА НЕГО ЖЕ ЦЕЛОЕ СОСТОЯНИЕ МОЖНО ВЫРУЧИТЬ!

– Чего… ты там… ляпнул, пёс трухлявый? – взбеленился резко Ранкар, но речь его по-прежнему являлась путаной, а вдох спустя его малость осмысленный взор, который наливался кровью, обратился на Рамаса и на кандалы. – Вы чего это удумали… скоты рогатые?

– Это работорговцы, Ранкар! – выпалил тотчас тифлинг, хотя парень до сих пор не мог поверить в то, что видел. – Не стоит их жалеть!

– ВЗЯТЬ ЕГО, КРЕТИНЫ! КАКОГО РОЖНА СТОИТЕ?!

Рёв огненных гиен и рык наёмников слились в единую звуковую гамму. Тем не менее, скиталец за всеми выкрутасами инферийцев наблюдал с каким-то остервенением и гневом. Причем глаза Хаззака сейчас напоминали самую настоящую кровавую трясину. Вот только тот не подумал сдвинуться с места. Рамас и ранее знал, что сила Ранкара аномальна и необычна, но с каждым разом он всё чаще изумлялся увиденному, потому как битва завершилась всего за пяток секунд.

Отряд демонов и гиен попросту не успели добраться до своей жертвы. Те внезапно увязли в густом черном болоте под ногами, затем сгустившиеся жгуты тьмы с чудовищной безжалостностью и мерзким звуком начали вонзаться в туши гиен и мощные тела инферийцев, пробивая их доспехи будто гнилую скорлупу, а затем монстры и демоны начали увядать на глазах. За пару вдохов те обратились настоящими мумиями, а еще через пару они превратились с черный прах.

– Тьфу! Редкостная гадость! – недовольно пробормотал Ранкар, пытаясь на пошатывающихся ногах встать с земли. – Сейчас стошнит. А ведь говорил Бетал, не стоит тянуть всякое непотребство в рот. Да понял я уже, – вдруг кивнул сам себе парень, вновь начиная разговаривать сам с собой. – По-видимому, слабаками не наедаюсь. Это как хорошо, так и плохо.

Рамас по-прежнему не сводил взгляда с воронки в районе сердца друга, но будто ничего не случилось пилигрим подошел к тифлингу и дважды пнув по ноге, недовольно скривился.

– Ну и? Какого причиндала развалился? Вставай давай. И сделай уже харю проще. Ну умер, да. С каждым… бывает.

– Вот только любой другой умирает всего один раз, – заторможено проблеял Рамас.

– Тут ты прав, – почесывая задумчиво затылок буркнул Ранкар и вновь покосился на новое сердце. – Крыть и вправду нечем…

***

Признаться, это странно и необъяснимо. Очень странно и очень необъяснимо. То, что я умер в этом не было никаких сомнений. Да и мало кто сможет прожить без сердца. Однако не знаю каким образом, но я прекрасно чувствовал всё, что происходило рядом. Ощущал неровность земли под щекой, когда валялся дохляком. Слышал неуёмные вопли Руны, которые быстро превратились в плач. Последней же каплей оказался крик Рамаса и неутихающий сопливый рёв Альяны.

«Ранкар, миленький, ну как же так? Вставай…Ты же… ты же не можешь умереть… Я не хочу снова оставаться одна в темноте…»

– РАНКАР! РАНКАР! РАНКАР, ВСТАВАЙ, ИНФЕРНО ТЕБЯ ЗАДЕРИ! НЕУЖЕЛИ ТЫ И ВПРАВДУ ТАК БЕССТЫДНО ПОДОХ? ВСТАВАЙ, ГОВОРЮ! ТЫ ЖЕ СИЛЬНЫЙ! ТЫ ЖЕ НЕ ТАКОЙ, КАК МЫ! ТЫ ЖЕ…

Мириада сраных бед! Да не подох я… вроде бы. А может и подох. Тогда какого беса я…

Довести мысль до конца не получилось, потому как в мерцающей тьме я услышал громкий и ни с чем несравнимый оглушительный треск. Я не знал, что происходит с телом, не знал, что происходит во внутреннем мире, но этот потусторонний хруст я запомнил на всю свою оставшуюся жизнь. Ведь именно тогда Ранкар Хаззак перестал быть даже подобием человека. Именно тогда я понял, что потерял важную часть себя и стал тем, кого в дальнейшем станут опасаться, как чумную болезнь.

Тьма расступилась так же быстро, как и возникла. Точнее мрак был разогнан эссенцией, Жаждой Крови, черным туманом и… Пустотой. Да, как это ни странно, но треск сопровождался вихревым слиянием четырёх потоков энергии, а еще через секунду каким-то неизвестным образом удалось разлепить глаза и увидеть перед лицом оскалившуюся и смердящую пасть какой-то твари, что пыталась меня сожрать.

– Пшли вон… Шавки вонючие…

***

– Тут ты прав, – почесывая задумчиво затылок буркнул я и вновь покосился на то, что отныне стало моим сердцем. – Крыть и вправду нечем.

– Ты… ты же не лич? – с какой-то опаской спросил Рамас, неотрывно глядя на воронку.

– Если бы я знал ответ, Рам, но кровь циркулирует вроде бы, – неуверенно пробормотал я, а затем присев на корточки, прикрыл глаза и протяжно выдохнул. – Дай мне минуту. Нужно всё обдумать. Проверь там того крикливого хрыча. Я специально его не прикончил.

Казни сущее, Ярвир! Ничего не понимаю. Какого беса я еще жив?

«Ранкар, ты… ты как? – вновь заканючила плаксиво Руна. – Ты… ты точно в порядке?»

Не знаю, малышка. Ни беса не понимаю, что случилось, но вроде бы я не подох. Душком мертвяка не несет. Кровь течет. Даже хрень в груди будто живая и… бьётся как сердце?

Затянулись и полностью зарубцевались лишь края раны от хлыста Анширы. Всё остальное пространство было заполнено пульсирующей черно-алой воронкой с серыми прожилками.

На миг возникла гробовая тишина. Периодически слух улавливал только сопливое хлюпанье спаты и позвякивающие кандалы Рамаса, но следом внезапно раздался панический голос Альяны.

«Ранкар… спустись! Живее! Ты… ты должен это увидеть».

Такой тон девушки не на шутку напугал. Стоило переместиться во внутренний мир, как я тотчас оказался в крепких объятиях Руны, которая и не думала выпускать меня из своих призрачных рук.

– Я… я так испугалась. Я… я думала, что потеряла тебя…

Не знаю почему, но на душе стало в несколько сотен раз теплее.

– Всё в порядке… вроде бы, – поглаживая её по голове, тихо шепнул я. – Умер, а потом воскрес. Подумаешь.

На миг пришлось оглянуться по сторонам в поисках чего-то необычного, но ничего нового я не увидел. Всё тот же сумрак. Цепи в виде печатей. Колонны. И три циркулирующих источника.

– О чем ты говорила? Что именно я должен был увидеть?

– Оглянись, – ошеломлённо выпалила Альяна, поднимая на меня глаза и медленно сделав шаг назад, развела руки в стороны. – Ты разве не видишь?

– Что именно я не…

Однако рот тотчас захлопнулся, и я от накатившего шока вытаращил глаза на солидный промежуток во внутреннем мире. Количество колонн уменьшилось ровно на четыре штуки. Ранее их было восемнадцать. Теперь стало лишь четырнадцать. Но если считать три циркулирующих источника, то печати отныне покрывали лишь одиннадцать пульсирующих столбов, а на пустующих отныне местах можно было рассмотреть исчезающие куски обломков и… Пустоту.

От жуткого осознания я невольно сглотнул и присел там, где стоял, невольно запуская ладони в волосы, а встревоженная Альяна последовав моему примеру, безмолвно присела слева от меня.

– Разрушались колонны. Вот откуда доносился треск, – стал размышлять я вслух, а после скосил взор на воронку. – До конца ничего не понимаю, но четыре заблокированных источника стали жертвой для… этого? Честно сказать, эта дрянь мало чем похожа на сердце. Теперь не знаю радоваться или же огорчаться.

– Дурак! – шлёпнула меня по затылку Руна. – Ты выжил благодаря этому феномену. Конечно, нужно радоваться.

– Цена, малышка, – с горькой улыбкой прошептал я. – Мы не знаем дальнейшую цену этому «феномену». Если «это» будет пожирать мои источники, когда ей захочется, то легче от подобного не станет. Мне хватило и Пустоты. Я чуть не лишился всего, что успел заиметь. Памяти, воспоминания, тебя. Я чуть не стал пустой оболочкой с непомерной прорвой силы. Никогда не думал, что скажу это, но спасло меня неистовство. Если бы не его влияние я бы просто исчез.

– Но ведь сейчас ты жив? – с надеждой произнесла спата, коснувшись моей щеки рукой, но затем взгляд её стал растерянным, и та тщательнее присмотрелась к моему лицу. – Ранкар, твои глаза…

– Что не так? – переполошился я.

– Они изменили цвет, – загадочно шепнула Руна. – Переливаются то черным, то ярко алым цветом.

– Холера! – выдохнул угрюмо я, распластавшись на полу и начиная оглядываться по сторонам. – Час от часу не легче.

Стоп! Пожирать? Я сказал ранее пожирать? Погодите-ка…

– Где энергия, которую я поглотил с демонов? – мрачно вопросил, вертя головой словно юлой в поисках искомого. – Ты же не…

Впрочем, судя по взволнованному личику Альяны такой вывод оказался излишним, а ответ на один из возникших вопросов пришел сам по себе.

– Это какое-то безумие! – истерично рассмеялся я, устало потирая глаза и неспешно поднимаясь на ноги. – Вот какова цена, получается. Вот к чему всё пришло. Боюсь, я не спасся, а сделал только хуже. Это не спасение, малышка, – изрёк мрачно я, глядя на грустную спату и руками указывая на воронку. – Я просто-напросто создал… всепожирающее сердце Опустошителя. Убивать и отнимать жизни у других, чтобы выживать самому. Замечательное существование!

– Ты жив, Ранкар, – успокаивающе выпалила Альяна, мягко обвивая моё лицо руками. – Остальное неважно. Руна Истребления и Опустошитель, – грустно хмыкнула она. – Кто-то знатно подшутил над нами, когда свёл вместе… – но в какой-то миг глаза спаты блеснули странным светом и подойдя вплотную ко мне, та печально улыбнулась. – Вот значит как. Да. Опустошители…

– Молю тебя, Руна, хотя бы ты так часто не упоминай это прозвище.

– Нет, ты не понял, – покачала головой Альяна с неким трепетом. – Я вспомнила. Вспомнила, как Древние называли подобных тебе. Опустошители. Опустошители миров… Вы в какой-то мере коллеги с Пожирателями.

Мириада сраных бед! Приплыли…

– Суть Опустошителей смутно понимаю, – задумчиво буркнул я. – Но кто такие Пожиратели?

– Если не ошибаюсь, – нахмурилась Руна, будто силилась что-то вспомнить. – Мерзкие безобразные уродцы, которые не оставляют после себя ничего живого. Только горы трупов и костей. А ты, то есть Опустошители не оставляете вообще ничего. Ни живых, ни мёртвых.

– Просто чудесно, – кратко отметил я без какой-либо радости. – То есть имеется огромный шанс, что я стану тварью, которая неустанно будет жрать, опустошать и снова жрать. Занятный факт.

– Я сделаю всё, чтобы не допустить этого, – ободряюще проговорила спата. – Главное не умирай больше, как сегодня. Сегодня… я была жалкой и бессильной.

– Жалким и бессильным был я, – усмехнулся горько я. – Будь я малость посильнее то остался бы жив и… – следующие слова дались с трудом, – … и смог бы уберечь Фьётру.

– Зная Иманию она сделает всё, чтобы помочь твоей Дурёхе. Однако я более беспокоюсь о том, что будет с валькирией после того, как твоя тётка ей всё-таки поможет. Сдаётся мне, что отныне ты мёртв. Для всех.

В словах Альяны имелась крупицы истины, но теперь необходимо уповать на чудо и способности Натана.

– Ладно, пойду я. Иначе Рамас сейчас забьёт трухлявого до смерти, а он мне еще нужен.

Возвращение в реальный мир случился мгновенно, а стоило со стариковским кряхтением разогнуть спину, так до ушей донеслись проклятья тифлинга. Парень в безжалостной манере пытался сделать из пожилого демона отбивную, который с ног до головы был окутан лоскутами тьмы.

– Верни кольцо, урод!

– Вы действительно считаете, что сможете теперь куда-то уйти? – насмехался неугомонно старикан. – Да вы хоть знаете, кто я такой? Я…

– Да. Именно поэтому ты всё еще жив, а не обратился прахом, как остальные, – спокойно сказал я и умостив свою задницу на дохлую гиену, сверху-вниз посмотрел на рогатого. – Рассказывай, кто ты такой и где мы находимся, трухлявый? В чьих владениях? Чей манор? Как называется? Я внимательно слушаю.

– Для жалкого человека ты слишком много знаешь. Ты же совсем не похож на демонопоклонника, – без какого-либо страха проблеял Барон, но вот глаза его говорили совсем об ином. – Что я получу взамен за информацию?

Малышка, ко мне…

– Мне тоже нравится торговаться, – расплылся я радушной улыбке я, после глазами указал на ноги старика, а в ладони полыхнула Альяна. – Но пытать демонов после того, что со мной сделали, думаю, мне понравиться еще больше. Так что если хочешь жить, то начинай говорить…

Глаза Барона тотчас выпучились из орбит, когда он заприметил оттиск и впервые тот испытал страх.

– Ты… ты деспот! – сглотнул опасливо работорговец, облизывая встревожено пересохшие губы.

– Врожденный деспот. Вы вроде бы боитесь таких, как редкостную заразу, – хмыкнул я, и приблизил спату к ноге ощетинившегося Барона Инферно, который попытался отползти прочь. – А я еще я знаю, что демоны испытывают незабываемые ощущения, когда их режут на куски такими клинками…

Ну и кристальные равнины во всей своей красе, уважаемые читатели. Именно те, в которые угодили Рамас и Ранкар.

Глава 4. Добро пожаловать в Инферно...

Всё-таки это забавно. Со слов Гашэлая и Алесы чуть более сотни лет назад оттиски были лишь у врожденных деспотов, но через десяток годков пространственные отметины научились наносить обычным разумным. Очень и очень богатым разумным. Для удобства ношения высокоранговых артефактов, оружия и доспехов. Вот только тайны деспотов так никто и не смог раскрыть. Точнее не могли раскрыть тайны рождения того или иного существа с именным оружием. Рождались они крайне редко. Через некоторое время такой феномен просто сочли благословением оберегов, а деспотов просто приписали к касте талантливых воителей.

Тем не менее настоящий потенциал деспотов раскрылся во времена первой войны с демонами. Каково же было удивление общественности, когда все осознали, что до невозможности живучие инфернальные твари и различные чудовища от ударов именных клинков умирают быстро и невероятно легко. Так еще при этом испытывают ни с чем несравнимую агонию. Деспоты заработали славу главных демоноборцев и истребителей чудовищ. Алеса заявила, что примерно так и начинался путь наставника. Во время последней войны он и получил прозвище Изувер и так называемое благословение Ареса и его метку. У Имании же из-за специфики её стихии путь оказался более тернист и загадочен.

Впрочем, имелась самая важная суть во всей этой истории: я никакой не деспот, а всего-навсего лжец. Впрочем, я отчего-то не сомневаюсь, что моя спата в сотни раз лучше именного орудия.

«Именно! – самодовольно отметила спата, подслушав мои мысли. – Не сравнивай меня со всяким мусором».

– Ну так что, старый пердун? – чуть наклонившись к собеседнику, спокойно осведомился я, демонстрируя тому мерцающий клинок. – Будешь говорить или перейдем к той части, где я начинаю снимать с тебя скальп, а сам ты визжишь как резаная свинья?

Инферийца проняло малость ранее и сейчас тот жадно сглатывая не сводил затравленного взора с кромки лезвия, но через секунду тот на удивление Рамаса протяжно выдохнул и исподлобья взглянул на меня.

– Ты умеешь убеждать, – обливаясь холодным потом прокряхтел демон. – Вижу, мы не с того начали. Если ты позволишь, то…

– Не заставляй меня повторять дважды, – криво хмыкнул я. – Снимать путы не подумаю, если ты об этом. Сейчас всё зависит от тебя и твоих ответов.

– Нет, я не об этом, – растеряно буркнул тот, а после кивком указал мне за спину. – Я о них. Слишком много лишних ушей.

Пришлось проследовать за его взором и натолкнуться на две телеги с рабами. Штук двадцать разнообразных невольников с непомерным ошеломлением взирали за мной и моими действиями. Причем делали это в гробовой тишине.

– Я разберусь, – деловито отозвался Рам и подойдя к клеткам весьма быстро высвободил из креплений брезентовый тент, который скрыл любопытных рабов.

– Можешь начинать говорить, – сухо изрёк я, набрасывая на небольшую область полог тишины.

На миг возникла гнетущая тишина и вновь хрипло выдохнув, старик начал вещать:

– Барон Инферно Грамар Хтар. Владелец небольшой рабовладельческой артели. Верный вассал и раб несравненной Марагны Опаляющей. Сейчас вы находитесь в её владениях. В маноре Пылающей Стали. Сама же Марагна – архидемон Пылающей Стали.

Так-так-так. Занятно. Очень занятно. Если не ошибаюсь, в мире демонов всего двенадцать маноров. Причем территории их огромны. Не описать словами насколько огромны. По большому счету архидемоны чем-то схожи с оберегами. Однако в Инферно всё не так, как в Альбарре. Иные традиции и иные устои. Тут отношения между правителями и вассалами более приземлённые, что ли. Да и старый пердун занимает солидное положение. Целый Барон Инферно. Правда надо сказать, что я никогда не слышал о Пылающей Стали.

– Какова сила вашего манора? Какие вы по счёту?

– Сразу видно, что ты не демонопоклонник, – с издёвкой рассмеялся старик, но завидев мелькнувшую спату мгновенно заткнулся. – Если говорить о голой силе, то госпожа Марагна всего-навсего шестая среди двенадцати правителей, но что касательно влияния тут всё иначе.

– Разве это не одно и то же? – вклинился в разговор Рамас.

– Малышу полукровке надобно молчать, когда беседуют старшие, иначе…

– Не раздражай меня, старый пердун, – заметил вяло я. – Терпение моя главная слабость. Говори по существу.

– Госпожа Марагна действительно не так могущественна, как, к примеру, Аббадон, Зархон или же Баал с Нахемой, но её влияние простирается очень и очень далеко. Простирается на все маноры. Ведь она главный ремесленник Инферно. Можно сказать, монополист в этом деле.

А вот это уже что-то. Вероятнее всего, она снабженец. Так-так-так. Хорошо. Нет, это очень хорошо. Я думал, что дислокация будет гораздо хуже. Интересно, почему нас не выбросило вместе с остальными вторженцами?

– На каком мы круге?

– Вам повезло, – спокойно отрапортовал Барон. – Попали на первый.

Мириада сраных бед! Действительно повезло. Не ожидал. Вполне неплохо. Всего в Инферно три круга. Первый, второй и третий. Третий – Геенна Огненная. Самое скверное и дерьмовое место во всём мире демонов. Туда лучше вообще не попадать. Не успеешь обделаться от страха и уже сдохнешь. Второй круг – место расположения легионов и Низших демонов. Первый же место обитания знати.

– А теперь, старый хрыч, я советую ответить необычайно честно. Как свалить из вашей дыры?

На миг вновь возникла пауза, а затем инфериец рассмеялся так, будто услышал наилучшую шутку в своей жизни.

– Деспот, ты действительно считаешь, что мир демонов проходной двор? – чуть не плача от смеха, выдал Грамар. – Захотел пришел и захотел ушел? Вот уже нет! Если ты не забыл, то Вечное Ристалище и Инферно враги. Действующих и постоянных разломов всего несколько. И кровь там льётся постоянно с обеих сторон. Ко всему прочему я тебя огорчу: если не ошибаюсь, то во владениях госпожи Марагны нет ни одного нормально функционирующего пространственного разлома. И это я молчу о том, что ты человек. Путь на Альбарру для тебя закрыт навечно. Люди тут не шастают без присмотра.

Что ж, как я и думал. Мы в полнейшем дерьме. Впрочем, я в любом случае вернусь назад. Вот только для начала необходимо понять каким образом, но кое-какая мыслишка имеется. Да и сидя в кристальном поле я мало чего добьюсь.

– Куда ты направлялся? – спокойно спросил я.

– Домой в Лавалар. К себе в усадьбу, – чуть нахмурившись ответил Барон, а после кивнул на клетки. – Думал продать весь товар и немного развлечься. Я слышал, что госпожа Искрида будет снова набирать на службу преторианцев. После последней стычки с Верховными Баала её ряды поредели.

Стоп-стоп-стоп…

– Что ты сейчас ляпнул, старый пердун? – опомнился тотчас я.

– Домой говорю еду, в Лавалар! Отдохнуть хочу. Точнее хотел, – с некой обидой буркнул Барон, а после тяжело вздохнул. – Да только вас на свою голову встретил.

– Да насрать мне на твой дом и на то, что ты хотел отдохнуть, – повысил я голос, отчего инфериец вздрогнул. – Что за преторианцы? И что за Искрида воющая с Верховными Баала?

– А-а-а-а-а! Так брачные стычки же, – как само собой разумеющееся объяснил старик с каким-то обожанием. – Леди Искрида завидная невеста уже несколько лет как. Она префект и правительница Лавалара. Плюс дочь госпожи Марагны. У неё уйма воздыхателей. Её много кто пытается похитить и присвоить себе.

– Я слышал о таком, – прищурился задумчиво Рамас. – Одна из старых традиций демонов. Среди знати Инферно – это весьма распространенный способ поиска жены или мужа. Сильный получает всё.

Хм… Занятно.

– А преторианцы? – обратился я к Грамару.

– Так телохранители из Высших. Она их почитай раз в месяц набирает.

– А что не так с Верховными Баала? – не унимался я.

Что-то внутри подсказывало, что это может быть очень важно.

– Так это же главные отбросы, – скривился старик. – Пусть даже и не мечтают о леди Искриде.

А вот это уже интересно.

– Постой-ка, старый пердун, – усомнился на миг я и поднявшись с дохлой гиены, подошел к Барону и заглянул тому в глаза. – А какие отношения у манора Пылающей Стали с Аббадоном, Астаротом и Баалом?

Честно признаться я немногого ожидал от такого вопроса, но практически сразу Грамар брезгливо скривился.

– Зачем ты упомянул о главных ублюдках Инферно? Да и какие отношения могут быть с законченными уродами, которые режут не только чужих, но и своих? В том-то и дело, что никаких. Правда, что именно наверху происходит в кругу архидемонов я не знаю, но отношения у этой троицы со всеми весьма натянутые. Однако торговля с их манорами вроде как идёт, но вяленькая.

– На полшестого, значит, – пробормотал я вслух.

А ведь вырисовывается неплохая возможность. Очень неплохая.

– Ты бывал когда-нибудь в городах Инферно? – обратился я к Рамасу.

– Да я и в Инферно ни ногой бы, – с какой-то злобой выпалил. – Ненавижу это место!

– Что ж, тогда я тебя обрадую, – тихо рассмеялся я. – Мы направляемся с тобой в Лавалар.

– Ты часом не сумасшедший? Или совсем меня не слышал, деспот? – раздражено фыркнул Барон. – Читай по губам! ТЫ – ЧЕ-ЛО-ВЕК! Единственные люди, которые обитают в Инферно – это демонопоклонники и рабы. Демонопоклонники слуги Владык или же слуги Верховных с Высшими. Они служат своим хозяевам и имеют метки. Демонопоклонники доказали свою полезность. К тому же на первом круге без этой метки ты ни за что не попадешь в город. К тому же в Лавалар. Это один из пяти великих городов манора.

– Ну а для чего нам ты тогда? Не скажешь? – расплылся я в предвкушающей улыбке. – После твоих слов я начинаю понимать, что нам вшивый старикан без надобности. Как считаешь, Рам?

– Согласен! – холодно выдал тифлинг, а затем без какой-либо жалости еще раз пнул Грамара по рёбрам. – Гони накопительное кольцо, сучий Барон!

Удар Рамаса Хтар пропустил мимо ушей и с какой-то паникой уставился на меня.

– Стоп-стоп-стоп! Способ может у меня и есть, но твоя внешность. Он еще ладно, – кивнул инфериец на Рама. – Он тифлинг. А ты… – впрочем тот на миг осёкся и бросил любопытный взор на моё новое сердце, – …ты вроде как человек.

– Человек, говоришь? – хмыкнул загадочно я. – Ну а так?

Облачение Разорителя…

Черный туман и эссенция моментально слились воедино и материализовали знакомую устрашающую защиту, оставляя в прежнем виде лишь голову. Облачение и до этого не блистало красотой, но после слияния тумана и эссенции всё стало только хуже. Никогда не думал, что она пригодится в подобной ситуации.

– Укуси меня бес за зад! – с нарастающим ошеломлением сглотнул Барон. – Слушай, парень, а ты… ты точно человек? Не демон часом? Больше ты мне напоминаешь инфернального призрака из Геенны.

Одним лишь мысленным посылом лоскуты тьмы развеялась, и обессиленный старикан распластался на земле. Пришлось даже протянуть руку ему.

– А ты… ты не так плох, деспот, – закряхтел Грамар, принимая ладонь, чтобы встать. – Уважаешь старость, не так ли? Ну выбора у меня всё равно нет, а я еще хочу жить. Может и сработаемся.

«Он лжет!» – сходу выдала Альяна.

Конечно, лжёт, малышка, поэтому твой выход. Повтори аналогичный приём, как с той иерихонской сучкой.

Заражение Истреблением…

Руку протянул я не для того, чтобы помочь Барону, а чтобы полоснуть по ладони. Всё случилось в мгновение ока. Через открытую рану внутрь тела инферийца рванула тёмно-фиолетовая энергия Руны, отчего тот вскрикнул и вновь свалился на землю.

– ЗАЧЕМ?! ЧТО… ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ СО МНОЙ?! – с яростью выкрикнул Хтар, с ужасом глядя на руку. – Я ЖЕ СОГЛАСИЛСЯ ПОМОЧЬ!

– Теперь у тебя выбора и вправду нет. Отныне точно сработаемся, – рассмеялся весело я. – Или ты действительно считал, что мы поверим тебе на слово? Неужели я похож на идиота?

– ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ?! – завопил испуганно работорговец, расширив от страха глаза.

– Ничего, – пожал я плечами, глядя на злорадствующего Рамаса. – Теперь твоя жизнь моя. Вздумаешь предать или же что-то выкинешь, то через пару часов сдохнешь в мучениях! И верни уже моему другу кольцо. Некрасиво брать чужое. Кстати, у тебя большой дом в Лаваларе? Мне кажется, сегодня у тебя будут гости.

– Ты… ты… ты… – угрожающе зашипел старикан, но завидев моё невозмутимое лицо резко заткнулся и с какой-то обидой спросил. – Деньги-то у вас есть? Золото там или еще что-нибудь?

– Я слышал, что у вас такое в чести, это правда? – спокойно вопросил я, а после выудил на свет с десяток огненно-красных бусин, что достались мне в наследство от Августа.

От увиденного глаза демона расширились, рот раскрылся, а сердцебиение разом участилось.

– Ты… ты вообще, кто такой? – сбивчиво прошептал Барон, с жадностью глядя на бусины, что были размером с ноготь большого пальца. – Откуда… откуда у тебя огонь Инферно?

Даже Рамас слегка приподнял брови и с каким-то недоумением посмотрел вначале на меня, а после вновь на самую драгоценную валюту мира демонов.

Да, в Инферно это было не только средство оплаты, но и средство стать сильнее, но и лишь до определенного момента и уровня.

– Я… я помогу вам! – выдохнул решительно старик, не сводя глаз с бусин. – Проведу в Лавалар. Как… как твоё имя, деспот? Как… я могу к вам обращаться? Или же мне…

– Забудь о том, что слышал наши имена ранее. Его кличут Самар, – указал я на Рамаса, который понятливо кивнул и хитро улыбнулся. – А меня… меня зови Ваерс, – представился я своим первым лживым именем, которое принесло Аделлуму и Западному Форпосту огромное количество бед. – Уяснил?

– Самар и Ваерс, – понятливо закивал старикан. – Да. Понимаю, – на миг тот замешкался и вновь скосил взор на бусины. – А может вы…

– Просто не глупи, старый пердун. Если всё будет в порядке, то оставишь при себе не только жизнь, но и заметно разбогатеешь.

– Так каков ваш план? – деловито осведомился Барон, растирая ладонь.

– Ну ты же сам хотел развлечься, – хмыкнул загадочно я. – Вот и будешь развлекаться. А мы в свою очередь посмотрим, чего стоят преторианцы Искриды.

– Ты… ты хочешь стать телохранителем префекта?! Совсем обезумел?! Тебя раскроют, а меня убьют!

– Обязательно, раскроют, – ухмыльнулся довольно я. – Но разве беглому врожденному деспоту нельзя примкнуть к инферийцам? Сдаётся мне, – предвкушающе осклабился я, – что такой телохранитель во время брачных стычек с другими Верховными ой как сгодится. Тебе так не кажется, Грамар? Или у Искриды на службе чересчур много предателей-деспотов, которые мастерски могут убивать назойливых демонов? Сомневаюсь…

– Да ты… ты… – стал запинаться от возмущения Барон, но, когда до него, наконец-то дошла суть сказанного, тот шокировано вытаращил глаза и почесав подбородок, расплылся в зловещей усмешке, а его глаза сместились на воронку. – А ты точно человек, парень?

Хороший вопрос, старый пердун. Очень хороший. Ведь после сегодняшнего дня я и сам не знаю точного ответа…

***

Северный пантеон.

Место, скрытое от чужих глаз.

Место, где вершится судьба Севера.

Место сбора верховных правителей Севера.

На совете присутствовали все главы, как основные, так и побочные. Обсуждения выдались тяжелыми. Очень тяжелыми и чересчур долгими, ведь затянулись они на долгие часы. Фейлану хватило нескольких минут, чтобы осознать один неоспоримый факт: дела являлись редкостной дрянью. Наблюдая и вслушиваясь в нарастающие склоки, он понимал, что всё становилось только хуже. Правители не могли придти к общему пониманию. Они и ранее устраивали ссоры по пустякам, но сегодня всё вышло за грань, потому как было задето слишком много больных тем.

Вот только в какой-то миг споры резко затихли, когда прямо посреди сумрачного пространства образовалась вспышка, а через секунду из вспышки вышагнул призрачный силуэт королевы валькирий. Без какого-либо приветствия та прошествовала в самый центр под взглядами голубокровных и оглядевшись медленно по сторонам, остановила свой взор на главе верховного клана Ванахейм.

– Лиэна, позволишь?

– Как будет угодно, Арнлейв, – учтиво кивнула вана.

На миг вновь возникла пауза и на удивление благородных небесная воительница прикрыла веки и заговорила отчужденным тоном, обращаясь ко всем сразу:

– Мне плевать на ваши склоки. Плевать на споры. Мне не нужно знать, что вы сейчас обсуждали, это написано на ваших лицах. Из всего трёпа я вычленю главное: демоны нанесли нам ужасающее поражение. Погибло два эйнхерия и одна валькирия. Еще одна моя сестра пропала без вести. Было убито несколько тысяч разумных. Вина лежит не только на Ванахейме, она заключена во всех нас. Главная же суть беды кроется в предателях демонопоклонниках. И вам и мне известно, что предатель находится в рядах голубокровных. Я даю вам месяц, чтобы отыскать инфернальных прихвостней и доложить обо всём мне. Если за месяц вы не справитесь, то за дело возьмутся служители. Мы знаем где искать. Такой жест лишь дань… уважения.

– Не слишком ли много берут на себя валькирии? – раздался холодный женский голос главы Хельхейма. – В Альвхейме и Ванахейме вы можете командовать сколько угодно, но не смейте помыкать другими кланами. Причем сейчас я говорю не об этом ультиматуме, а о…

– Аххесе, да, я тебя прекрасно поняла, – бесстрастно заключила валькирия, а затем сделав несколько шагов навстречу, поравнялась с главой. – Так вот слушай сюда, Шариса. Если хочешь услышать правда, то я её скажу. Скажу вам всем! – повысила светлая альва голос. – Ваши отпрыски… никчемны! Настолько никчемны, что мне стыдно за вас. Я верила, что дети голубокровных стоят гораздо больше, чем какой-то приглашенный аххес, но я никогда не ошибалась так сильно. Твой сын, Шариса, слабак и тряпка! Он проиграл и умер только по одной причине: потому что оказался слаб! Нравится тебе это или нет, мне всё равно. То же самое касается Нифльхейма и Муспельхейма. Вероятнее всего, вы вините во всем валькирий и воспитанника Изувера, но пока он честно сражался на арене, кто-то из вашей братии помогал демонам прорваться в Ванахейм. Однако можете теперь спать спокойно – аххес мёртв, а ваши драгоценные дети отомщены. Но не забывайте, что он сражался на Севере и за Север! И отдал свою жизнь сражаясь с вторженцами.

– Что решили служители касательно отбора? – раздался голос главы клана Йотунхейм, после затянувшейся паузы.

– Элейна и Вестар, – сухо декларировала женщина, а затем посмотрела на ледяного духа. – Ты доволен, Криаст, своим сыном?

– Не очень, – холодно произнес глава клана Нифльхейм. – Воспитанник Изувера зашел слишком далеко. Он оскорбил всех нас! Считай, что ему повезло, Арнлейв. Если бы не демоны, то с ним бы разобрался… кто-нибудь другой.

– Ну раз ты так уверено об этом говоришь, то может именно ты и отправишься в Андар к Данакту с Изувером и просветишь их насчёт гибели Ранкара Хаззака? Или ты не понимаешь, чем нам грозит смерть Неукротимого?

– Понимаю, – угрюмо добавил Криаст. – Но ни в какой Аххес я не отправлюсь.

– Что такое?! – повысила голос королева валькирий с едкой насмешкой. – Неужели нет желающих?! Вы же так неистово желали смерти аххесу! А когда он умер, никто не желает нести ответственность. Вы точно голубокровные? Или же…

Но внезапно женщина осеклась и с толикой изумления взглянула на Пешую Молнию, который неторопливо поднялся на ноги.

– Я пойду. Я отправлюсь вместе с Кайсой Ксант и падшим серафимом в Мергару. Ванахейм возьмёт ответственность за смерть Ранкара Хаззака.

– Ну да, – выдохнула загадочно Знающая Альвхейма. – Кто бы сомневался, что вызовешься именно ты, Фейлан… Коли так, то прощайте! Я сказала всё, что хотела. Время пошло!

Небесная воительница исчезла первой, через секунду череда вспышек ознаменовала об окончании совета, и в зале к этому времени присутствовали лишь трое. Однако, когда после вспышки в пространстве остались всего двое, над сводами, разнесся раздраженный голос главы клана Ванахейм.

– Ты что творишь, Фейлан? Зачем нам лишние проблемы? Ты действительно собираешься нести ответственность за вшивого аххеса?! Действительно считаешь, что Данакт выступит против Севера из-за одного сопляка? Да ты же…

– Не перегибай палку, сестра, – ледяным тоном произнес Пешая Молния, перебивая Лиэну. – Глава основной ветви ты, но я тебе не слуга! Помни наш уговор! А что касательно Ранкара, то я не слеп и не глух. Я умею видеть и слушать! Так что благодари Фрею, что ты не лишилась дочери, ведь вшивый аххес и сопляк сохранил ей жизнь…

Глава 5. Разруха и горечь потерь...

Аххеский пантеон.

Мергара. Твердыня доминирующего дома Хаззак.

Две декады спустя…

Жуткая боль, тьма и забвение. Вся началось именно с них. Валькирии оказалась знакома такая медленная пытка. Однажды она испытывала нечто подобное, когда находилась на пороге смерти после битвы с некродраконами. Вот только сейчас ситуация неизвестным образом отличалась. По крайней мере тем, что в спину упирались не холодные и грубые камни, а теплая и мягкая постель.

Тьма очень долго преследовала девушку. Она как безбрежный океан пыталась захлестнуть, но по какой-то причине зачастую отступала прочь. В такие моменты Фьётре мерещилось, что кто-то ей помогает. Однако, как бы та ни старалась никоем образом не удавалось вспомнить хоть что-то. Последнее, что удалось вспомнить это яростный мужской крик, который казался смутно знакомым.

Валькирия не знала сколько времени прошло, но в какой-то момент боль отступила, далее начала отступать огрызающаяся тьма, а под конец забвение разомкнуло тиски беспамятства и все недоступные ранее воспоминания хлынули обратно.

И видят Небеса, на долю секунды небесная воительница возжелала вновь обратиться к забвению, потому как картины прошлого ужасающей лавиной попытались разрушить хрупкое душевное равновесие.

Она вспомнила вторжение. Вспомнила сражение с Верховными. Вспомнила своё поражение…

И вспомнила того, кому принадлежал тот самый свирепый рёв. Рев, наполненный болью, гневом и отчаянием. Будто потворствуя ему, девушка тоже закричала, но изо рта вырвались лишь нечленораздельные хриплые стоны.

– НЕ… Е… ЕТ!

Валькирия сама того не осознавая, резко приняла сидячее положение, отчего тело вновь скрутил спазм удушающей боли. Перед глазами всё плыло, но очертания помещения, в котором она очутилась были абсолютно незнакомы.

– Еще раз так дёрнешься и мне будет проще самой тебя добить. Будь благодарна за спасение. Я дважды только чудом заводила твоё остановившееся сердце, – донёсся откуда-то слева женский ледяной тон. – Впрочем, ты и без того сейчас близка к своей смерти. Очень близка…

Фьётра предполагала увидеть подле себя Орхелию – валькирию исцеляющего жезла, но тембр голоса принадлежал не сестре, а когда сквозь мутную пелену реальности валькирии всё-таки удалось узнать свою спасительницу, то на миг ей и вправду захотелось умереть окончательно. Ведь эту женщину она желала бы видеть в своей жизни самой последней.

– Нес… смертная? – хрипло прошептала девушка, глядя на Знающую дома Хаззак, что стояла у окна к ней спиной.

– Собственной персоной, – всё тем же ледяным тоном, издевательски фыркнула Имания.

– Что… что происходит? – растеряно пробормотала Фьётра. – Где я… сейчас…

Однако стоило лицезреть незнакомые пейзажи за окном, как глаза тотчас расширись от ошеломления, и она оборвалась на полуслове, но будто наслаждаясь моментом превосходства, яда и желчи в голосе у Несмертной стало в сотни раз больше.

– Да, ты в Мергаре. В твердыне доминирующего дома Хаззак. Впрочем, пугать тебя должно сейчас отнюдь не это. Ты должна бояться того, что дочь Фреи сейчас находится в руках отмеченной Темидой. Думаю, ты в курсе, в каких отношениях состоят два этих оберега.

– Моя… госпожа… враждует с твоей… Что… что случилось? Как… я тут очутилась? – с нарастающей паникой стала шептать девушка, предчувствуя неладное. – Чем… закончилось… вторжение демонов? – но на этом валькирия резко осеклась и потерянным взором оглянулась по сторонам, а сердце её внезапно пробило такт и учащенно забилось. – И где… где Ранкар?

Однако стоило целительнице услышать последнее слово, как хрупкое тело магини Жизни разлом напряглось и та будто ужаленная резко обернулась к небесной воительнице.

– Закрой. Свой. Поганый. Рот! – прошипела разъярённо женщина, чеканя каждое слово. – Мне нет дела до вашего никчемного Севера! Мне нет дела до вторжения демонов в Ванфею! Однако не смей… Слышишь?! Не смей произносить это имя своим грязным ртом! Ты представить себе не можешь с каким отвращением я бралась за твоё исцеление! Видит Темида, я всем сердцем хотела порезать тебя на куски и отправить по частям к твоей ненаглядной Фрее и сучке Арнлейв, но лишь чудом я останавливала себя от такого опрометчивого шага! Чудом, понимаешь?! – шипела злобно Имания, пока руки её неистово дрожали. – Ведь я осознавала, что такая смерть будет слишком проста для тебя! Ты не сможешь прочувствовать всю мою боль! Не сможешь ощутить на себе весь спектр моего гнева и ярости. Однако такой гнев и такая ярость меркнут перед последним желанием моего племянника! Ты жива только благодаря ему! Я исполню его последнюю волю, но при этом обращу твою жизнь в бесконечную пытку!

Слова Знающей дома Хаззак прогремели как гром среди ясного неба. Фьётра догадывалась, что случилось нечто непоправимое. Произошло что-то страшное, но всё это меркло и бледнело перед реальностью. Сердце валькирии громовых клинков с пронзительным и оглушительным треском разлетелось на миллион кусков. Качая неверяще головой, девушка дрожащими пальцами вцепилась в волосы и словно умалишенная тихо подвывала, а тело било мелкой дрожью.

– Нет, нет… нет… Не может такого быть… Он не мог… Он же обещал… – горько сглатывая едва слышно шептала Фьётра. – Не может… Это неправда… Лучше бы я… Лучше бы я… Но только не он…

В мгновение ока от гордой небесной воительницы не осталось и следа. Сейчас перед собой Несмертная видела до ужаса напуганную и смертельно бледную сломленную девчонку.

– Выйди!

– Госпожа Имания, – вдруг раздался тихий голос Натана, который всё это время находился в комнате, и которого Фьётра даже не смогла почувствовать. – Я молю вас только…

– ВЫЙДИ, Я СКАЗАЛА! – рявкнула раздраженно Знающая. – ИЛИ ТЕБЕ ЖИТЬ НАДОЕЛО?!

Небесную воительницу продолжало трясти со страшной силой, но стоило Глиану покинуть покои, как Несмертная грубо дёрнула валькирию за подбородок и с яростью заглянула ей в глаза.

– Следующий вопрос решит твою будущую жизнь, поэтому слушай меня внимательно, дрянь. Почему мой племянник спас тебя и Натана?! Почему он не переместился с тобой?! ПОЧЕМУ ОН ЗАЩИЩАЛ ТЕБЯ, А НЕ СЕБЯ?!

– Лучше добей меня, Несмертная, – просипела едва слышно воительница с напрочь пустыми глазами. – Моя жизнь… теперь ничего не стоит…

– Закрой свой рот, идиотка! – выкрикнула недовольно Имания. – Твоя жалкая жизнь отныне тебе не принадлежит! Ты не забыла, что она отныне собственность моего племянника?!

Фьётра сама не поняла каким образом, но слова целительницы повергли душу в еще больший хаос.

– Что ж, если ты не понимаешь по-хорошему, то спрошу по-плохому… КОГДА И С КЕМ?!

– О чем ты говоришь? Что когда и с кем? – потерянным тоном и заторможенно пробормотала валькирия.

– КОГДА И С КЕМ ТЫ ПЕРЕСПАЛА?! – прорычала негодующе магиня жизни. – ПРИЗНАВАЙСЯ! ЖИВО!

– Откуда ты… – столь вопиющий и ошеломляющий вопрос не только малость отрезвил, но и заглушил сердечную пытку.

Но ответа более и не требовалось, Имания успела всё увидеть в глазах у небесной воительницы.

– Вот как получается, – с какой-то грустью обронила Знающая, обессиленно падая в соседнее кресло. – Вот почему он так поступил. Глупый мальчишка! – горько сглотнула женщина с печальной. – Нашел кого охомутать. Валькирию! Послали же Небеса невестку. В коллизии, да? – грубо кинула она Фьётре.

Несколько долгих мгновений на лице у служительницы читалась душевная борьба, но затем та опустила бледное лицо вниз и слабо кивнула.

– Да. В коллизии. Как… как ты узнала?

– Ты за дуру меня держишь, вертихвостка без целомудрия?! Отдаёшь свой первый раз мужику и вылетаешь пробкой из небесных воительниц! Таков ваш негласный закон. На первом месте у вас только служение! Какую-нибудь дворовую знахарку или вашу неумеху валькирию исцеляющего жезла ты может быть и обманула бы своими печатями, но неужели ты считаешь, что сможешь одурачить мои целительские способности? А если уж я смогла разглядеть подобное, то уж твоя Фрея-то подавно!

От услышанного и без того раздробленное сердце Фьётры наполнилось еще большей болью и отчаянием.

– Ты… ты уверена? – растеряно спросила девушка.

– Несомненно! – отрезала холодно целительница, поднимаясь на ноги. – Впрочем, можешь не переживать на этот счёт. Как и сказала ранее, твоя жизнь тебе не принадлежит. Да и Кетар, сукин сын, действовал наверняка, – насмешливо добавила женщина, со злорадством глядя на слугу оберега. – Знал, что вы живучие вертихвостки. Ударил по самому больному.

– О чем ты…

Однако, ответ явился сам собой. И без того расшатанная психика дала тотальную трещину, когда Фьётра попыталась обратиться к магическому и духовному источникам, но вместо знакомого тепла смогла ощутить лишь жуткий холод. Ни магии, ни эссенции. Совсем ничего. Лишь пустота. Огонь Верховного выжег оба её источника до основания.

– Я смогла спасти только твою жизнь. Отныне ты не валькирия, а просто-напросто слабая никчемная девка. Оба твоих резерва разрушены. Я поклялась сама себе, что если с моим племянником что-то случится, то твоя жизнь будет хуже смерти. Что ж… судьба сама всё расставила по своим местам. Похоже, у того падшего серафима появилась подруга по несчастью. Вам будет о чем побеседовать, – ядовито прошипела Имания, неспешно удаляясь из покоев. – Впрочем, ты можешь приползти к своей хозяйке и уповать на её милость, но будет ли она слушать тебя? – на миг женщина остановилась и посмотрела на бледную тень, коей стала гордая небесная воительница. – Ну а если посмеешь наложить на себя руки, то таким жестом опорочишь все труды и память о Ранкаре. Он отдал свою жизнь, чтобы спасти тебя. Привыкай к новым реалиям. С этих самых пор ты моя личная служанка, поэтому будь готова к делегации из Ванахейма. Через декаду сюда прибудет Кайса Ксант и Пешая Молния. Однако, как бы ни повернулись обстоятельства до конца своих дней я не прощу ни тебя, ни Север за гибель моего племянника. Рано или поздно, но вы заплатите за его смерть кровью…

***

Аххеский пантеон.

Равайн. Твердыня доминирующего дома Аванон.

Цветущие сады Равайна.

Новости о вторжении демонов в Ванфею распространялись будто лесной пожар. Минута за минутой. Час за часом. День за днём. Через две с половиной декады уже вся Альбарра в мельчайших подробностях знала о том, что архидемоны нанесли Северу сокрушительное поражение. Несколько десятков тысяч погибших северян. Еще больше раненых. Три убитых служителя. Один пропал без вести. И еще пара тяжело раненных. Подобного позора Север не испытывал очень и очень давно. Противники злорадствовали и упивались провалом, ну а союзники соболезновали и скорбели.

Впрочем, невзирая на катастрофический крах Север молча терпел, а через две с половиной декады прошла весть о том, что рейтинг Неукротимых пополнился новыми лицами. Элейна из верховного клана Альвхейм и Вестар из верховного клана Нифльхейм. За свои достижения тёмная альва стала частью основной ветви, а вот наследника Криаста после дня вторжения никто не видел. Тот словно исчез.

Впрочем, львиной части Альбарры доподлинно было известно, кто на самом деле должен был стать частью Неукротимых. Просвещённые умы знали, кто именно являлся неоспоримым победителем отбора. Имя воспитанника Изувера с момента вторжения на Ванфею находилось на слуху. Его сокрушительные победы многим голубокровным не давали покоя, а магические «нарезки» воочию передавали мастерство бывшего смертника. Ученик стал достойным своего учителя. Однако пока Север и сотни иных сил втайне радовались гибели их соперника и досадной помехи, Аххеский пантеон неустанно бурлил.

Складывалось впечатление, что кто-то специально подливает масла в огонь нарастающей вражды между Аххесом и Севером. Неизвестные лица день ото дня всё сильнее распаляли вести о погибшем молодом безупречном и врожденном деспоте. Обстановка накалялась с каждым пройденным часом и лишь одни Небеса ведали, чем всё могло закончиться. Неизвестным образом смерть юного дарования взболтала мутные воды Вечного Ристалища. Вот только Хаззаки и глава Дэймон бездействовал, а наряду с ними выжидал и великий дом Ксант.

В это самое время по цветущим садам Равайна прогуливались трое разумных. Человек, феникс и полубог. Многим такая компания могла показаться чересчур контрастной, но только не для сведущих.

– Глава, почему Ксант бездействует? – недовольно вопросила Сиана, погруженная в собственные мысли. – Почему ничего не предпринимает?

Юная феникс была одной из тех, кто с неверием и ошеломлением, а в дальнейшем и с неудержимой яростью восприняла смерть воспитанника Изувера. До самого последнего момента она не могла поверить в такое проклятое стечение обстоятельств.

– Они не бездействуют, дитя, – глухо отозвался Хаймон. – Они выжидают удобного момента. Ты представить себе не можешь, каким мстительным умеет быть Данакт. Такого он ни за что не простит. Парень принёс Хаззакам и Ксанту всё на блюдце, но их наглым образом лишили заслуженной награды. Так еще и отняли жизнь того, кто многого достиг. Нет, можешь быть уверена, никто не спустит подобного. Через день, месяц, год. Да даже через десятилетие Данакт отомстит! Он умеет выжидать.

– Год или десятилетие, значит, – печально хмыкнула эмиссар, вслушиваясь в каждое слово юного феникса и полубога.

– Прошу меня простить, Валери, – вдруг повинился Хаймон. – Вам должно быть наскучили такие беседы. Сомневаюсь, что вам интересна внутренняя кухня Альбарры.

– Вовсе нет, глава, – сдержано ответила заметно бледная княгиня. – Просто мне кажется, что если всё пойдет по самому скверному сценарию, то ждать десятилетия или же годы не придётся. Всё может решиться гораздо быстрее.

– К чему вы это? – с животрепещущим интересом вопросил мужчина.

– Неизвестность пугает, глава, – с какой-то грустью просветила его женщина. – По своему опыту могу сказать, что если во всех этих событиях откроется нечто страшное и непоправимое, то неизвестная переменная может решить исход любой вражды.

– Неизвестная переменная? – почесывая подбородок, повторил полубог. – Какая именно?

– Кто знает, глава, – загадочно пожала плечами княгиня, крепко сцепив руки в замок. – Переменные бывают разные. К примеру, ситуация, новые обстоятельства, ужасающая правда или же… лицо, что способно всё решить одним махом.

– Боюсь, Данакт не так радикален, – махнул рукой Хаймон. – Он хитрый старый лис. Он агрессивен и безжалостен, но лишь тогда, когда располагает ситуация.

– Да, – невесело кивнула женщина. – Возможно, вы правы.

– Валери, ты сама не своя в последнее время, – с некой досадой заметила юная феникс. – С тобой всё в порядке?

– Не стоит переживать, Сиана, всё в порядке, – выдавила княгиня из себя теплую улыбку, ободрительно касаясь руки подруги. – Просто порой я скучаю по дому, детям, подругам и мужу.

– Понимаю вас, княгиня, – удрученно пробормотал Хаймон. – Но работа и обстоятельства прежде всего.

– Вы вновь правы, глава. Вашей прозорливости многие бы позавидовали.

– Как я понимаю, ваш супруг еще не возвратился из своего странствия?

– Зеантар как ветер, – с толикой улыбки ответила Валери. – Муж не может находиться долго не одном месте, как бы мы его ни просили. Он постоянно в странствии, постоянно что-то делает. Он жуткий непоседа... Может сейчас оно и к лучшему, что он отсутствует.

– Жуткий непоседа, – мягко повторил полубог. – Если бы кто-то так отзывался о наших оберегах, то жизнь такого разумного была бы незавидной и слишком короткой.

– Вашим оберегам несколько тысяч лет, а мой муж не так стар, – усмехнулась тепло женщина. – Хотя по меркам Земли он переступил пожилой возраст, если не сказать больше.

– В любом случае, я жду не дождусь знакомства с ним. Очень надеюсь, что наши обереги меня не покарают за такое любопытство, – тихо рассмеялся Хаймон, изнывая от нетерпения.

– Да, глава, думаю, вы с ним познакомитесь. Возможно, следующие полгода или год станут… – на миг Валери осеклась, а её тон стал напрочь загадочным, – …решающими для наших миров.

– Если полгода-год, то вероятнее всего он успеет на Великую Сотню! – воодушевлённо произнес Хаймон. – Хотя из-за последних вторжений демонов её могут перенести по срокам гораздо дальше. Либо потратят больше времени на безопасность.

– Великая Сотня? – приподняла бровь эмиссар. – Что это?

– Это весьма знаменательное событие для всего Вечного Ристалища. Праздник, что учредили сами Небеса после войны с Пятой Династией. Таким образом мы отдаём дань павшим небожителям, – с неким почитанием просветила Сиана женщину. – К тому же сами обереги являют себя в эти дни всем желающим. А еще они собираются вместе чтобы понаблюдать за главным состязанием Вечного Ристалища. Ведь на Великой Сотне строится порядок сил между пантеонами и внутри пантеонов на будущие года.

– Власть, влияние и статус, – коротко заключил полубог. – На Великой Сотне решится всё.

– Что ж, весьма интригующе. Думаю, Захар ни за что не пропустит такое, – задумчиво проговорила Валери, а затем уважительно поклонившись, мягко добавила. – Сиана, глава Хаймон, прошу меня простить, но вынуждена вас покинуть. Имеются неотложные дела.

– Разумеется, эмиссар, – кивнул учтиво мужчина.

Взгляд Сианы был до последнего момента устремлен лишь на подругу. Она не знала почему, но за последние три декады Валери казалась совсем не такой как раньше. Исчезла жизнерадостность и лучезарность. Ей чудилось, что произошло нечто непоправимое и страшное. Нечто, что способно изменить саму суть вещей.

– Глава, скорее всего, Валери что-то гложет, ведь она сама не своя, – поджав виновато губы, тихо прошептала юная феникс. – Гложет что-то, о чем мы не знаем…

Глава 6. Затишье перед бурей...

Инферно. Первый круг.

В предместьях Лавалара.

Сутки спустя…

Не знаю каким именно образом, но стоило нам покинуть кристальные равнины, как практически сразу на нашем пути до самого Лавалара начали встречаться личности, что отдалённо напоминали Грамара. Само собой, схожесть оказалась не внешняя, а… кастовая, что ли. Ведь те, кто попадался на глаза сплошь являлись торговцами. Правда, грузы и товары у всех наличествовали абсолютно разные. К слову сказать, ушлый инфериец оказался единственным, кто вёз живой товар. Уже это наводило на определенные мысли. Да и охрана у всех торгашей являлась схожей. Точнее, похожая она была до тех самых пор пока Хтар не повстречал меня.

Сейчас отряд работорговца насчитывал всего троих демонов, семь огненных гиен и две телеги с невольниками. По первой мой взгляд то и дело возвращался к рабам, но вскоре я потерял к ним всяческий интерес. Не знаю почему, но я не испытывал к ним абсолютно никакой жалости. Да и там поголовно все оказались демонами мужского пола. Ни женщин, ни детей. Со слов барона все рабы состояли из должников, убийц и всякого сброда. Грамар намеревался продать их на рудники.

По своему существу манор Пылающей Стали более чем наполовину являлся огромной мастерской. У Марагны хоть и имелись свои легионы на втором круге, но славились её владения не воителями, магами или же военным делом, а ремеслом и торговлей. Полезных ископаемых на обширных территориях имелось в избытке, поэтому были необходимы те, кто станет добывать эти ископаемые. Ведь порой горнодобывающие артефакты и машины не в силах добраться до того или иного ценного ресурса. Как раз для таких работ и использовали рабов. Как объяснил Хтар дело оказалось опасным и смертность там преобладала высокая. Некоторые минералы в естественном виде наносили непоправимый вред даже демоническим отродьям.

Весь путь от кристальных равнин до предместий Лавалара занял около суток. Правда, тащились мы дольше обычного из-за моей прихоти. Требовалось узнать как можно больше полезной информации от Грамара. С места в карьер я прыгаю лишь по причине своей скверной природы, которую не могу до конца контролировать. Да и в собственных резервах необходимо разобраться как можно тщательнее.

В общем и целом, с тех пор, как кое-кто стал обладателем сердца Опустошителя, утраченные источники так и не вернулись, но меня радовал тот факт, что за сутки не случилось ничего непоправимого. Я искренне боялся, что эта дрянь начнет жрать резервы дальше, но слава Ярвиру всё обошлось. Вероятнее всего, такая радикальная акция оказалась разовой по причине моей скоропостижной гибели. Руна тоже чувствовала себя превосходно. К собственному удивлению, замечательно чувствовал себя и я. Впервые за долгое время эмоции не доставляли какого-либо беспокойства. По неизвестной причине исчезли вспышки неконтролируемого гнева и агрессии, затих шепот, а голод не терзал так рьяно. Ранее за день приходилось дважды, а то и трижды использовать подавление, а вот сейчас этого не требовалось.

Такие метаморфозы наводили на определенные мысли. В глубине души я был малость рад такому исходу, но меня пугала будущая цена за такое спокойствие. Ведь момент расплаты рано или поздно настанет. Как ни странно, но главенствующая колонна вновь вернулась к своему прежнему состоянию. Не имелось и намёка на Пустоту. В какой-то мере с её появлением стало легче жить. Складывалось впечатление, что внутри нечто пришло к хрупкому балансу. Безразличная и бесстрастная Пустота словно сравнялась с яростным и гневливым Неистовством.

«Скорее всего, так и есть, – задумчиво подтвердила Руна, подслушивая мои мысли. – Никогда не думала, что так скажу, но… Нет худа без добра».

Возможно, ты и права, но цена, малышка! Мы не знаем цену такого «добра». Да и с добрыми делами я зарёкся. Не выходит, как-то…

Был ли это новый виток моей эволюции я не знал, да и не понимал, но честно признаться я никогда не испытывал такого облегчения и умиротворения. Причем такое моё состояние отразилось и на Рамасе. Скорее всего, парни, да и сам тифлинг настолько привыкли к заскокам пилигрима, что спокойный Ранкар казался им подозрительным.

Правда, характер мой остался всё таким же склочным и непостоянным.

– Со мной всё в порядке. Хватит таращиться и лучше не зли меня, – пригрозил я тому кулаком, когда взгляды Рама стало невозможно терпеть. – Возникли кое-какие изменения, и я к ним привыкаю.

В ответ тот лишь расплылся в какой-то страной усмешке.

– Прекращай скалиться иначе я оторву твой любопытный петушиный клюв.

Улыбка парня стала шире и тот тихо рассмеялся себе под нос.

– Прости-прости, – поднял тот руки, полностью капитулируя. – Непривычно видеть тебя таким. За целый день ты еще никого не послал, никому не пригрозил увечьем и даже не огрызнулся. Тебя как подменили. Это… малость пугает, знаешь ли.

– Поверь на слово, я не менее озадачен, чем ты, – на миг пришлось осечься и бросить равнодушный взор на Хтара, который неуловимо прислушивался к нашей беседе. – Если ты не перестанешь греть уши, старый хрыч, то я тебе их отрежу.

– Прошу простить, уважаемый Ваерс, – повинился тотчас старик, хитро прищурившись. – Не удержался.

– Ваерс, старикан, – закатил я раздраженно глаза. – Просто Ваерс!

– Кстати, Грамар, – вдруг взял слово Рамас. – Когда ты хотел обратить меня в раба что-то там говорил о моём папаше?

– Самар не в курсе? – приподнял тот делано брови.

– Не в курсе о чем? – сплюнул холодно тифлинг. – Говори прямо!

– Только твоё телосложение говорит о многом, – просветил того Хтар. – Плюс ко всему в Инферно существует огромное количество разнообразных демонов: звероподобные, монстроподобные, суккубоподобные, инкубоподобные, человекоподобные, тенеподобные и стихиеподобные. К примеру, Ваерс более походит на тенеподобнного. Такие известны, как хейды.

Хм… Хейд, значит. Что ж, я запомню.

– Ну а ты нечто среднее между монстроподобным и человекоподобным. Чем лучше и правильнее ты сложен, Самар, тем более качественная кровь течет в твоих жилах. Твой отец был минимум Высшим со способностью обращаться в человека. Разве ты не встречал других полукровок? Нежели не видел, какие порой попадаются несуразные уродцы?

– Видел, – угрюмо пробасил Рамас, будто его задели за живое. – Считал, что мне просто… повезло.

– Тебе и вправду повезло, – фыркнул пренебрежительно Грамар. – Ведь твоей матерью мог овладеть какой-нибудь рядовой грязный легионер. Зачастую рождаются уродливые тифлинги. Ведь легионеры насилуют налево и направо и от их семени так просто не избавиться. Кровь демона сильна! К тому же позволю себе замечание, – на миг Хтар вновь оглядел Рама оценивающим взглядом и твердо кивнул. – Да, как я и думал. Твоя мать тоже не простая женщина. Ведь она не только смогла сдержать сексуальный напор твоего папашки, но и выносить тебя на протяжении всего срока беременности. Чем сильнее демон, тем сильнее должен быть его партнёр или партнёрша. А ты родился без каких-либо дефектов и отклонений. Ты идеальный тифлинг, Самар. Выносливый, в меру сильный и ловкий для полукровки, вероятнее всего находишься на достаточно высоком для обычного воителя ранге. Само собой, для человеческого ранга. И малость сильнее среднестатистического разумного. Твоя цена на рынке рабов будет достаточно высокой.

Скорее всего, Грамар превосходно знал своё невольническое дело. Ведь с каждым его словом Рам становился лишь мрачнее. Скорее всего, старикан попал в точку.

– Ты в курсе, кто твоя мать? – тихо спросил я.

На миг парень замер от такого вопроса, но затем отрицательно мотнул головой.

– Нет.

М-да. Как знакомо.

Среди Осколков действительно собрались бес пойми кто. Слабенький полубог, последний минотавр из своей общины, пацан-библиотекарь, бывший серафим, странный тифлинг и… я. Разношерстная компашка.

На столь минорной ноте все разговоры и прекратились. Поток торговцев, да и в целом поток инферийцев увеличился, а на горизонте наконец-то замаячили полноценные предместья Лавалара. И честно сказать, то, что мы с Рамасом увидели заметно изумило. Город демонов был не просто огромен. Он был катастрофически огромен. Ванфея, а это единственный большой мегаполис, который я видел, не шла с ним ни в какое сравнение. Хоть со слов Грамара Лавалар входил в пятерку великих городов Пылающей Стали, но ведь помимо этого манора есть и другие. К тому же дальше на горизонте возвышалась колоссальных размеров цитадель. Сердце Лавалара. И именно туда со слов Хтара нам и придётся отправиться.

– Говорить буду я, – предупредил тотчас старикан. – Так что ни звука.

С различных сторон то и дело доносились множественные разговоры, но зачастую взгляды всех, кто проезжал либо проходил мимо нас, то и дело обращались в мою сторону. То ли вид мой чересчур отличался, то ли хейды в данной части Инферно являлись не в чести, но пристального внимания оказалось много. Ведь на протяжении всего путешествия я находился под действием облачения разорителя.

– Хейды не частые гости в Лаваларе, – буркнул инфериец.

Надо же. Я всё-таки угадал.

– Они не слишком распространены в маноре Пылающей Стали. Можно сказать диковинка, – быстро пояснил Хтар, завидев мою ледяную физиономию. – В этой части Инферно слишком жарко и светло, а хейды предпочитают более холодные и тёмные владения. Владыка Барбатос самый явный представитель народа хейдов. Он архидемон Мрака и правитель манора Мрака.

На этом все объяснения завершились, потому как мы весьма быстро приближались к исполинским вратам, которые и являлись границей между основной частью огромного города и его предместьями. Да и защитный барьер был раскинут на огромное расстояние вокруг всего мегаполиса. Оборона подобных центров прямо, как на Альбарре. К тому же в небе то и дело сновали десятки летающих демонов.

Привратников оказалось всего пятеро. Причем все они являлись из числа Высших. Уже это твердило многое о безопасности Лавалара, но каково же было моё удивление, когда один из них шагнул прямо нам навстречу и практически с распростёртыми объятиями поздоровался с Грамаром.

– Да укажет Инферно вам путь, Барон Хтар! – чуть склонил голову Высший, приветствуя старикана в привычной манере знатных мира демонов.

Ах ты сучий старый пердун! Что ж, кто бы сомневался, что он многого не договаривает.

– Да ослепит оно пламенем врагов его, уважаемый Хисаг! – столь же учтиво ответил известным слоганом работорговец.

Цепкий взгляд главного привратника мазнул по нам, после переместился на живой товар, а затем он с толикой ошеломления посмотрел на Грамара.

– Так мало рабов? Сегодня вы налегке и почти без охраны, как вижу.

– Остальные партии сопровождают помощники, да и прибудут они грузовым судном, – по-простецки отмахнулся трухлявый хрыч. – Ты же в курсе, что я не люблю слишком много внимания и ценю своё одиночество. Да и пешие прогулки в моём возрасте идут на пользу здоровью.

Дважды сучий старый пердун!

– Боюсь, такими темпами вы переживете всех нас, – хрипло рассмеялся Высший, но затем тот вновь вернулся к нашему созерцанию. – А ваши…

– Это мои новые друзья, Хисаг, они из дальних краёв Инферно и еще не успели заявиться в канцелярию. Они впервые в нашем маноре, – наклонившись чуть с гиены, тот хлопнул дважды привратника по плечу и с молниеносной скоростью, что-то забросил ему прямиком за пазуху. – Уважь старика, если тебе не сложно…

– Вот оно как. Заметно! Хейды не частые гости в Лаваларе, – хмыкнул задумчиво демон с интересом нас оглядывая и пальцами мягко наглаживая на груди приятную тяжесть. – Не вижу никаких проблем. Только пусть ваши «новые друзья» как можно скорее посетят канцелярию. Неприятности мне не нужны.

– Воистину. Обещаю тебе, что сегодня так и будет, – прокряхтел старикан, а после с любопытством уставился на привратника и глазами указал на цитадель. – Рисковать сегодня будешь?

– Кто знает, – пожал плечами молодой демон. – Вы знаете, что невзирая на высокую смертность, среди преторианцев жесткая конкуренция за место подле госпожи. Думаю, отец не одобрит такого.

– Передавай ему от меня привет, – кивнул учтиво Барон, проезжая мимо. – Возможно, я загляну к нему на днях, и мы побеседуем как в старые добрые времена.

– Тогда берите с собой Селесту и Роквала, – также почтительно отозвался Хисаг. – Я буду рад их компании.

– Непременно.

Дальнейший путь по Лавалара проходил в гробовой тишине. Лишь суета города неустанно преследовала нас повсюду. Однако, чем дольше мы ехали, тем задумчивей я становился. Ведь мы хоть и неторопливо, но приближались в сторону Верхнего города. Вот только с каждой секундой история старикана-рабовладельца трещала по швам. Появились жирные несостыковки.

– С каких это пор целый Высший так уважительно любезничает с обычным Бароном? – усмехнулся холодно я, глядя на старого хрыча.

– Скажем так, я… исключение, – замешкался невольно Хтар. – Да и Хисаг не истинный Высший. Он суррогат. Свою силу парень заполучил через поглощение огня Инферно. Просто его семья богата. Он не ровня истинным или же кровным Высшим.

Так-так-так. Исключение, значит. Да и о суррогатах я уже слышал.

Как и Верховные, Высшие бывают нескольких видов. Они все кардинально отличаются друг от друга. В этом и заключена сила пламени Инферно. Именно поэтому он столь ценен в мире демонов. Этот Хисаг добился своей силы через поглощение этого самого огня, а не методом тренировок или же чистотой крови.

– Тогда ты не подскажешь почему глава артели отправился сам за поиском рабов? – продолжил я свой допрос, а старик, что ехал вперед начал замедлять свой ход и сворачивать вправо на скудно оживлённую широкую улицу.

– Настоящий работорговец не сидит на месте и не греет своё богатство задницей, – серьёзно пробухтел Барон. – Да и ты сам всё слышал. Мои помощники прибудут грузовым судном, а я люблю покой и одиночество. К тому же не шибко терплю высоту и порталы.

– Не надо со мной играть, старый пердун, – спокойно изрёк я, наблюдая за тем, как он остановился у кованных ворот, за которыми располагалась роскошная по меркам мира демонов, резиденция.

– Пятая династия! Что за громадина? – выдохнул пораженно Рамас, глядя на усадьбу. – Сучий Барон, тебе жить надоело? Ты кого из себя строил?!

– Хочешь верь, хочешь нет, но всё сказанное правда, – однако смотрел он не на удивлённого Рамаса, а в мою сторону. – По меркам всего Инферно у меня действительно небольшая рабовладельческая артель, ну а по меркам манора Пылающей Стали и Лавалара… – тот вдруг прокашлялся, – …моя рабовладельческая артель вторая по размеру, – сухо ответил старик, не обращая внимания на несколько демонов, которые уважительному тому поклонились. – У меня есть причины на подобные манёвры. Чтобы ты понимал, деспот, свои маршруты я всегда тщательно скрывал от конкурентов и тех, кто покушался на мою жизнь, – с толикой недовольства добавил Грамар. – За десятки лет всё шло идеально, но я и представить не мог, что натолкнусь на тебя! К тому же, моя охрана была надёжна. Деспот, неужели ты не понял, кого убил? Среди тех наёмников скрывалось двое Высших из моей личной охраны. Однако ты прикончил их, как… каких-то насекомых.

Прозвучавшие слова заставили задуматься, но, когда я опустил взор вниз и ощутил непривычное биение нового сердца всё встало на свои места.

Мириада сраных бед! Сердце. Суть таилась в нём. Оно уже сожрало достаточно на данный момент.

В момент пробуждения я находился в раздрае и совсем ничего не ощутил. Ни жив, ни мёртв! Я даже не понял кого убил и не почувствовал всех перемен. Сердце Опустошителя сделало меня не только необычайно прожорливым, но и, по-видимому, сделало своего хозяина… сильнее.

– ДЕД!

– ДЕДУШКА!!!

Раздался слаженный радостный выкрик. Звонкий девичий и громкий юношеский. А затем на всей скорости со ступеней резиденции сбежала пара молодых демонов по виду лет двадцати трёх, которые кинулись в объятия старика. И тот с теплотой обнял каждого.

Однако не это бросалось в глаза. В глаза бросалась их сила. Оба находились где-то в районе Высших. Да и возраст я оценил на глаз. У инферийцев всё иначе.

– Ты один? – с некоторой тревогой выпалила миленькая демонесса, оглядываясь по сторонам.

– Где твоя охрана? – негодующе вопросил молодой демон, то и дело косясь на нас с Рамасом.

– Старик оплошал, – с тоской пробормотал Барон. – На меня напали, но эти двое вовремя подоспели и уберегли вашего деда от смерти. Селеста, Роквал, знакомьтесь, это Самар и Ваерс, – указал старикан на нас. – Самар, Ваерс – это мои внуки. Я оказал вам радушный приём, – глядя точно мне в глаза произнес многозначительно инфериец намекая на важную неоспоримую вещь. – От вас я жду того же.

Какой вёрткий трухлявый пень. Впрочем, свою часть сделки он выполнил.

– На тебя напали? КТО? – яростно выпалил парень. – Неужели это…

– Неважно, – отмахнулся быстро Грамар. – Теперь это не имеет значения.

Через мгновенье демонесса внезапно выступила вперед и учтиво нам поклонилась, но свой взгляд то и дело не сводила с меня. А еще я заметил очередную важную деталь. Свой немигающий взор не мог отвести от смазливой девчонки и Рамас.

– Спасибо, что спасли дедушку. Он всё, что осталось от нашей семьи.

– Благодарю вас! – дружелюбно отчеканил демон, осматривая меня с ног до головы. – Если честно, то хейды не частые гости в Лаваларе.

– Уже слыхал, – сухо проговорил я, изображая подобие ухмылки.

Тело до сих пор находилось под действием облачения разорителя и скорее всего усмешка вышла более зловещей, чем предполагалась, потому как оба юных демона натянуто улыбнулись и сделали шаг назад.

– Ваерс, а вы… вы всегда ходите в боевом состоянии хейда? – с толикой недоумения вопросила Селеста с некой тревогой. – Честно сказать я совсем не ощущаю от вас какой-либо силы. А вот ваш друг иной. Мне не верится, что полукровка смог бы сражаться на равных с теми, кто напал на дедушку.

Какая проницательная девка, но от услышанного Рамас отчего-то напрягся и с надеждой взглянул на меня.

Проклятье! Героя-любовника мне еще не хватало.

– Он тифлинг. Да, вы правы, Селеста, Самар не так силен, как я, но его ценность заключена в другом. Скоро вы сами это поймете. Мы из дальних краёв Инферно. Так что не стоит удивляться.

– Всё! Достаточно! – повысил голос Барон, отмахиваясь от внуков, как от приставучих мух. – На все вопросы отвечу вам позже. Роквал, распорядись, чтобы подготовили буревестник. У нас мало времени. Мы с Самаром и Ваерсом отправляемся в цитадель Лавалара.

– На выборку преторианцев к госпоже Искриде? – осведомилась звонко Селеста, радостно хлопая в ладоши. – Так ведь?

– Именно, – кивнул старик. – Ваерс хочет попытать счастье.

– ВЫ ХОТИТЕ УЧАСТВОВАТЬ?! – в один голос выпалили внуки Грамара. – МЫ ОБЯЗАНЫ ЭТО ВИДЕТЬ!

На лице у юных демонов тотчас отобразился скепсис, но спорить со стариком те не стали и быстро умчались прочь выполнять его поручения.

– Я исполнил свою часть сделки, – сухо обронил Барон, когда мы остались наедине. – Теперь дело за тобой, деспот. Не облажайся. Я рискнул многим ради вас.

– Ты рискнул не ради нас, а ради своей жизни, старый пердун, – вяло отмахнулся я с массой иронии в голосе. – Не строй из себя святую невинность. Демону такое не идёт.

– На мою жизнь мне плевать, – чуть тише пробормотал Хтар, поджав взволновано губы. – Но, если я погибну, то без меня мои внуки не выживут. Их сожрут мои недруги. Я хоть и страшно богат, но деньги не всё могут решить. Ты и представить себе не можешь в какую сумму обходятся телохранители и охрана из касты Высших демонов. Как видишь они тоже Высшие, но лишь суррогаты. В их развитие я вкладываю всё, что могу.

– Что стало с их родителями? – вдруг спросил я, чувствуя, что в будущем от данного вопроса будет многое зависеть.

– Убиты! – коротко отчеканил Барон.

– И кем убиты, если не секрет? – ухмыльнулся злорадно я, глядя Хтару в глаза, тем самым предчувствуя знатное веселье.

– Отбросами! – холодно прошипел старик с явной злобой. – Отбросами Астарота и Баала…

От услышанного захотелось громко и заливисто рассмеяться, но вместо этого удалось лишь обнажить зубы в кривой ухмылке. И одно только Сущее ведает какая ухмылка образовалась на лице под действием облачения.

– Возможно, мы и правду сработаемся, старикан, но для начала посетим цитадель. Хочу посмотреть на вашу выборку и преторианцев с Искридой…

Дамы и господа представляю вам Ранкара под действием Облачения Разорителя.

Но вам я предлагаю выбрать наилучший на данный момент вариант, ведь в будущем этот вид изменится вместе с ростом силы Ранкара. Ну и не забываем лепить лайки, кому арты по душе. : )

Первый вариант самый предпочтительный, что ли.

Второй вариант более универсальный.

Ну а третий вариант самый интересный.

Глава 7. Тот, кто развеет скуку...

Инферно. Первый круг.

Цитадель Лавалара.

Внутренняя дворцовая площадь.

Два часа спустя…

Архитектура Инферно выделялась на фоне Альбарры. Демоны умели строить так, как никто другой. Дикий и необузданный нрав не был для такого помехой. Воинственность они сочетали с изяществом и изысканностью. Грубость с лёгкостью. Зачастую инферийцы являлись заложниками своих пороков. И не по причине их прихотей, а по той причине, что они так устроены. Они обожали роскошь, стиль и богатство, но более всего на свете ценили и уважали силу. Лавалар же являлся слиянием всех этих понятий и стезей. Насколько огромен был сам мегаполис, настолько огромным оказалось и его сердце. Дворцовая цитадель и сам дворец являлись эталоном помпезности и роскоши. Вероятнее всего, данное место уступало в своём великолепии лишь столице манора Пылающего Сердца – Эхинору. Впрочем, подобное неудивительно. В двух мегаполисах имелось много общего, но главная суть заключалась в родственных узах двух городов. Пока в Эхиноре восседала Марагна Опаляющая – Архидемон Пылающей Стали, Лаваларом правила её дочь – Искрида Опаляющая.

Внутренняя дворцовая площадь с каждой минутой всё быстрее наполнялась заинтересованными лицами. Желающих посмотреть на будущих счастливчиков, что станут служить Верховному демону, имелось в достатке. Причем среди прибывающих Искрида то и дело примечала большое количество знати и их отпрысков. Такое не только малость изумило, но и позабавило инферийку. Прямо сейчас девушка стояла на самом пике цитадели и с какой-то насмешкой и злорадством описывала того или иного выходца Инферно.

– Шалласа – интриганка недоделанная и подстилка Верховных Аббадона. Сагарс – ублюдок хитрожопый и шпион Лукреона. Гхезух – выродок законченный и думает, что я не знаю, что он служит Нахеме. Нуаза – об этой сучке и говорить нечего, встанет на колени и припадёт к чреслам любого демона, кого сочтёт полезным! Редкостная шлюха! Видимо, дриады похоти все сплошь её дочери!

– Вы весьма красноречиво описали своих поданных, моя госпожа, – раздался тихий шелестящий голос позади.

Искрида переводила взор с одного знатного на другого. В каждом слове Верховной звучали издёвка и скрытое негодование. Искрида могла многое сказать о том или ином аристократе, но под конец у неё изо рта вырвался лишь протяжный выдох.

– Ох, Инферно, надеюсь, когда-нибудь они все передохнут. Как только мать их терпит? Могу поклясться своим пламенем, что и отпрысков своих специально сюда прислали. Где эти коварные проходомцы были в самом начале брачных споров, когда меня приперли к стенке?! – раздосадовано шипела инферийка, а после уперев взор в парапет цитадели, повернула голову чуть правее. – Пришли сюда только тогда, когда стали понимать, что я выстою. Навия, как считаешь, там внизу имеются те, кто верен мне?

– Хорошо если четвертая часть. Вы же знаете, как обстоят дела с Высшими, госпожа. Они непостоянны и продажны. Могут предать в любой момент. Демоны всё-таки, – пожала плечами стоящая за спиной Искриды зверородная. – Но могу вас заверить, что подавляющее число Баронов на вашей стороне. Благодаря им среди знати воцарился баланс. Думаю, в ближайшие лет двадцать ваше правление над Лаваларом незыблемо. Сейчас главное решить вопрос с брачными спорами.

– Бароны… Мои верные Бароны, – задумчиво прошептала Искрида. – Ты как всегда права, Навия. Их тут гораздо больше, – девушка взором начала отыскивать самых влиятельных представителей данной знати. – Мгал прибыл с женой. Ракс один. Грис тоже, – но затем её глаза наткнулись на одного из богатейших Баронов и брови её слегка приподнялись. – Надо же! Хтар прибыл с внуками. Не верится как-то. Всем известно, как трепетно он их оберегает после смерти родителей. Неужели внуки его уговорили? Они примут участие? – решила осведомиться у помощницы Верховная.

– Госпожа, вам известно, что списки составляются на ходу, – с толикой недовольства отчиталась Навия. – Мне это неизвестно.

– Ладно-ладно, не сердись, – махнула рукой Искрида. – Просто я… – та вдруг внезапно осеклась и вновь приподняла брови, ведь в этот самый момент Хтар в почтительной манере заговорил с неизвестным демоном, который выделялся на фоне многих жутким видом. – Надо же. Грамар привёл друзей. Кто это с ним? Неужели хейд? Далеко же его занесло от владений Барбатоса.

Теперь уже Навия заинтересовалась услышанным и сделав пару шагов вперед, посмотрела с хмурым видом вниз.

– Действительно хейд. Они нечастые гости в этой части Инферно, так как не особо хорошо переносят тепло и свет… В любом случае можно уже начинать, – зверородная бросила взор на внутреннюю площадь, где столпились разнокалиберные Высшие. – Явилось достаточно. Думаю, вам необходимо занять надлежащее место, моя госпожа.

– Скучно! Сомневаюсь, что увижу что-нибудь интересное, – поморщила Искрида носик, но сделав плавное движение вперед, мягко вспорхнула на парапет цитадели, а за спиной тотчас материализовались огромные кожистые крылья. – Однако ты вновь права. Преторианцы сами себя не наберут.

– Только не надо как в… – но стало слишком поздно. Верховная звонко рассмеялась и мягко спикировала вниз, в ответ же зверородная тяжело выдохнула и со слабой улыбкой покачала головой. – С вашего позволения я всё-таки воспользуюсь лифтом, моя госпожа…

***

Честно признаться внуки Хтара мне понравились. Они напомнили о прошлых беспризорных временах. На удивление в Селесте и Роквале абсолютно не было той самой демонической спеси. Не знаю, как именно их воспитывал Грамар, но их юношеская любознательность казалась всеобъемлющей. По человеческим меркам им можно дать лет по двадцать пять, но в молодых демонах по-прежнему оставалась какая-то детская наивность. Вырисовывался жесткий контраст между Высшими различных маноров, тех, которых я убивал в Ванфее и теми, кого вижу перед собой сейчас. Вероятнее всего, старикан чересчур сильно их опекал.

Своими вопросами оба начали сыпать как из пулемёта еще в буревестнике и продолжали это делать даже тогда, когда мы прибыли на внутреннюю площадь цитадели.

– Ваерс, а вы уверены, что справитесь? – допытывался парень.

– Уверен.

– Ваерс, а почему вы не развеиваете своё боевое состояние? – вопрошала следом его сестра.

– Так нужно.

– Ваерс, а если не секрет, то откуда вы?

– Издалека.

– Ваерс, а что если…

– Селеста, Роквал, достаточно! Не позорьте меня! – закатывая глаз, повысил голос Грамар, медленно ведя нас куда-то вперед. – Самар, Ваерс, простите их, – вдруг ни с того ни с сего повинился Хтар, а затем натурально замешкался. – Как бы это сказать… гости в нашем доме очень редки, так что они… такие. Это я во всём виноват.

Мириада сраных бед! Дефицит общения у демонов? Вот же холера. Не верится как-то.

– Нет смысла просить прощения. Я всё понимаю.

Оба демона тотчас поникли и теперь следовали за дедом в полнейшей тишине, прислушиваясь к нашим и соседним беседам. Однако их искрящиеся любопытством глаза постоянно смотрели то на меня, то на Рамаса. Хотя беглый взгляд тифлинга практически постоянно возвращался к Селесте.

Как сказал бы Бетал: «Губа не дура!»

Не нужно быть идиотом, чтобы распознать суть таких взоров. Причем заметил это не только я, но и Грамар. Не замечала этого сама Селеста и Роквал. Те целиком и полностью были увлечены абсолютно иным. Запрет старикана сработал как нельзя лучше. Ребятки притихли, но теперь с ярым любопытством оглядывались по сторонам в поисках чего-то занятного.

– Почему нас так просто пропустили в цитадель? – поинтересовался я, когда мы наконец-то протиснулись к дальнему краю и заняли свободные места напротив площадки, которая по размерам была с половину футбольного поля. – И каким образом будет проходить выборка?

Практически мгновенно внуки Грамара снова оживились и с какой-то мольбой воззрились на деда и в очередной раз закатив глаза, тот одобрительно кивнул.

– Просветите нашего гостя…

– Сегодня такой день, Ваерс, – прошептал тотчас Роквал, дождавшись разрешения деда. – В дни набора пропускают всех желающих специально. Даже если сюда проникнут Высшие, что возжелают навредить госпоже, то ничего не выйдет. Преторианцы проходят строгий отбор и личную беседу, а слишком много врагов сюда не проникнет. Верховных же раскроют еще у врат. Да и брачные споры проходят совсем не так.

– А набор будет происходить прямо тут, – подхватила следом Селеста, глазками указывая на площадку, над которой медленно возводился защитный массив.

– Что значит «тут»? – не понял Рамас.

– Ну тут, – вновь беззаботно ткнула пальчиком демонесса на площадку. – Участвовать может любой из желающих. Госпожа Искрида даёт шанс всем.

– Если ты слаб, то это только твои проблемы, – пожал плечами Роквал. – Смерть рассудит.

– Госпожа не любит затягивать с таким, – вновь заговорила Селеста. – Выдающихся Высших видно практически сразу. Да и у Верховной Навии всё схвачено. Она главный преторианец и личный страж госпожи Искриды.

– Так каким образом проходит набор? – хмуро вопросил Рамас, по-прежнему ничего не понимая. – Будет какое-то состязание?

– Не будет никакого состязания… Почти не будет, – вклинился в беседу Грамар. – Каждый желающий выходит из толпы и называет своё имя вон тому коменданту, – старик мимолётно указал на высоченного демона у границы барьера. – Зайти на арену может каждый, но выйти, увы, умудряются не все. Как только наберется тридцать Высших начнется резня. Набор останавливают только тогда, когда остаётся лишь трое демонов.

– Каждый сам за себя, значит. Так даже лучше. Сэкономлю время, – тихо рассмеялся я себе под нос. – Все проще, чем я думал.

– Вы настолько в себе уверены, Ваерс? – чуть расширил глаза внук Грамара.

– Сам всё увидишь, – хмыкнул невозмутимо я.

– Я бы тоже хотел поучаствовать, – заканючил парень, – но…

– Ни в коем разе! – осек того старикан, стоило юноше лишь заикнуться о таком. – Мы много раз это обсуждали, Роквал. Ты недостаточно подготовлен. Да, ты Высший. В некоторых аспектах ты хорош, но…

– Не распаляйся, Грамар. Сейчас он ничего не поймет, – фыркнул сухо я, хлопая Барона по плечу. – Я покажу всё наглядно. Можешь не сомневаться в этом.

Гримаса на лице старика невольно переменилась на изумлённую, а в глубине его глаз впервые с момента нашей первой встречи я увидел благодарность.

– Наблюдай за Ваерсом, внук, – мягко заговорил старикан. – Совсем скоро ты поймешь, что к чему.

– Роквал, ты убивал когда-нибудь? – в лоб спросил я. – А ты, Селеста?

Вопрос поставил молодых демонов в необычайный тупик и оба тотчас воззрились на деда, но завидев его непоколебимость брат с сестрой отрицательно покачали головами.

Это какое-то безумие. Мне не верится, что они вообще демоны.

– Мы… мы часто охотились с дедом, – отрывисто буркнул Роквал, – и убивали дичь. Убивали чудовищ… некоторых. Но мы часто видели, как сражаются и как убивают другие.

Это действительно что-то из разряда невероятного.

– А у разумных существ вы отнимали жизни? – полюбопытствовал Рамас с толикой ошеломления.

– Нет, – потеряно шепнули демоны после недолгой заминки. – Никогда…

– Не знаю, что вы там видели, – невесело хмыкнул я. – Но сейчас вы воочию поймете, почему ваш старикан так печется о вас. Надеюсь, вы осознаете, что с вами может случиться.

– Ваши родители тоже были редкими сорвиголовами и что с ними стало? – со скрытой печалью проговорил Грамар. – Так что смотрите внимательно, что сейчас произойдет…

Разговор завершился мгновенно. И также быстро затихла вся внутренняя цитадель, потому как с неба, на заранее подготовленный постамент с троном, спикировал силуэт обворожительной черноволосой демонессы. Появляться эффектно правительница Лавалара умела. Её с ног до головы окутывало ярко-зеленое пламя. Причем и одета инферийка была весьма вызывающе. Оголённый живот, проницательные зеленые глаза, а роскошные изумрудные одеяния пикантно подчеркивали весьма выдающуюся фигурку и лишь совсем немного прикрывали объёмную грудь. Ну а витые тонкие рога и кожистые крылья являлись вишенкой на торте.

Однако самым явственным её отличием от других инферийцев оказалась ромбообразная руна посреди лба девицы. Знак мерцал почти в такт пламени. Такую руну я видел впервые. К тому же после битвы в Ванфее она была первой на кого отреагировал протест. По пути сюда мне попадались Верховные, но на них протест едва ли обращал внимание.

Вот только на моё удивление протест внезапно сработал во второй раз и в этот самый миг рядом с демонессой объявился силуэт самой настоящей зверородной.

– Госпожа Искрида и госпожа Навия, – с нарастающим обожанием выпалила Селеста. – Когда-нибудь я тоже стану такой.

– Да… Обязательно станешь, – вдруг смущенно прокряхтел Рамас, чем ввёл молодую девушку в растерянность, и та посмотрела на тифлинга абсолютно иными глазами. – Главное… прилагай усилия.

Ай да, Рамас, ай да, сукин сын!

– Она же не демон, а зверородная, – констатировал я разумеющийся факт, глядя на Грамара.

– Волчица, если точнее. Не заблуждайся на её счет, – нравоучительно заметил старикан. – Госпожа Навия очень давно служит манору Пылающей Стали. Она целиком и полностью предана Лавалару и госпоже Искриде. Именно она является первым преторианцем и первым стражем. Её сила ни в чем не уступает многим Верховным.

Хм… Неожиданно.

В это самое время правительница Лавалара окинула цепким взором площадь и с вальяжным видом устроилась на троне, пока зверородная подошла и ступила на край постамента.

– Думаю, ни для кого не секрет по какой причине мы тут все собрались! – громко заговорила волчица. – До окончания брачных споров осталось полгода, а ряды преторианцев не бесконечны. Многие Верховные желают возобладать госпожой Искридой и Лаваларом, но наш долг защитить её! Что делать далее вы все прекрасно знаете, – с хищной улыбкой заключила Навия и глазами указала на арену. – Награда за верную службу будет щедрой! МОЖЕТЕ ПРИСТУПАТЬ!

– ПРАВИЛА ВЫ ЗНАЕТЕ! ВСЕ, КТО ЖЕЛАЕТ СТАТЬ ПРЕТОРИАНЦЕМ ПОДХОДИТЕ КО МНЕ! – раздался следом рык коменданта Верховного. – ОДНАКО НЕ ЗАБЫВАЙТЕ, ЧТО ВОЙТИ МОЖЕТ ЛЮБОЙ, А ВЫЙТИ СМОГУТ ЕДИНИЦЫ.

На пару мгновений воцарилась тишина, а затем из огромной толпы, что собралась на площади, начали отделяться единичные экземпляры.

Готова, малышка?

«Всегда готова!» – кровожадно усмехнулась Руна.

Что ж, сейчас поглядим чего мы стоим с этой дрянью в груди. Правда, жаль, что Гамм лишился.

– Желать удачи не буду, – расплылся в коварной усмешке Рамас, хлопая меня по плечу. – Боюсь, ты и без неё обойдешься.

– Не подведи, Ваерс, – вдруг ударил в спину голос Грамара. – Сейчас многое будет зависеть от тебя.

– Не переживай, старик, – сухо отчеканил я. – Лучше проследи, чтобы твои внуки внимательно наблюдали.

– Мы… мы будем очень внимательны! – сбивчиво выпалили оба в один голос.

Один Высший за другим подходил к коменданту и называл тому своё имя, а затем по мановению руки Верховного быстро попадали на арену. Со своим именем я уже определился. Не хотелось использовать это мерзкое прозвище, но сейчас оно подходит как нельзя лучше.

– Имя? – спокойно рыкнул управитель и с каким-то недоумением воззрился на мой вид.

– Ваерс Пустой, – спокойно выдохнул я. – Хейд.

Практически сразу тот сделал заметку в артефакте, но вместо того, чтобы пропустить меня на арену, комендант увеличил время нашей беседы и с подозрением продолжил смотреть мне в глаза.

– Откуда прибыл?

– Издалека.

– Бродяга, значит, – фыркнул раздосадовано Верховный, а после кивком указал за спину. – Проходи.

Окружающий арену массив пропустил на ристалище без каких-либо проблем, а затем с гулким хлопком схлопнулся за спиной. По всей видимости я оказался тем самым тридцатым счастливчиком. За это время другие участники разбрелись во все стороны площадки, то и дело с холодом поглядывая на без пяти секунд врагов. За будущими противниками я не наблюдал, а всего-навсего пытался почувствовать их, но протест беззаботно молчал.

– Что ж, как вижу, первый набор претендентов готов! – вновь раздался громкий голос Навии над площадью. – Ну и? – с наигранным удивлением вопросила зверородная, а её тон начал сочиться небывалой насмешкой. – Чего стоим? Кого ждём? НАЧАЛИ!!!

Пару мгновений над ареной стояла нелепая тишина, а затем рёв сражающихся и рванувших друг на друга демонов разнесся во все стороны, будто бушующая волна. Часть арены практически сразу поглотило пламя.

«Сдаётся мне, Ранкар, она редкостная сучка», – задумчиво отметила Руна.

Плевать на неё, – пожал я плечами, а затем сделав шаг назад, присел на задницу и спиной откинулся на барьер. – Как поступим?

«Не рискуй и выжди немного, – весело заявила спата. – Пусть кретинов поубавится».

– Как скажешь, красотка, – усмехнулся вслух.

Ко мне, малышка…

Последнее, что я увидел, так это мчащегося по мою душу Высшего, но в руке материализовалась приятная тяжесть, а затем всё прошло в отлаженной манере.

Парное Истребление…

Сущность Истребления… Первая Форма…

***

Яростный бой захлестнул площадь практически с первого мгновения, но правительница Лавалара наблюдала за сражением вполглаза. За последний год она повидала много подобных наборов и такое действо ей страшно наскучило, но потребность в стражах была острой необходимостью, а еще на этом постоянно настаивала Навия.

– Хейд чересчур странный, моя госпожа, – раздался сбоку мрачный голос зверородной. – И это мягко сказано.

– Что там может быть странного? – с ленцой произнесла Верховная, которая в этот момент внимательно осматривала собственные наманикюренные коготочки. – Обычный хейд. Или ты считаешь, что его кто-то подослал? Неужели по мою душу?

– Не знаю. Трудно сказать, но я не об этом, моя госпожа, – хмуро добавила волчица и рукой ткнула на арену. – Он не сражается, а просто… беззаботно сидит.

– Вот как?

Услышанное малость позабавило Искриду и оторвав взор от пальцев, она медленно подняла глаза и всмотрелась в указанное место, но единственное, что успела заметить, так это черно-багровый силуэт, который исчез в пространстве.

Улыбка на лице у правительницы Лавалара внезапно померкла, а сама она с нарастающим непониманием резко поднялась с трона и подошла к краю постамента.

– Так-так-так. А это что у нас такое? – загадочно пробормотала девушка, мягко постукивая острым коготком по алым губам. – Вот так неожиданность. Похоже, вечер будет не столь скучным, как я предполагала. Навия, а не подскажешь, что это у него блеснуло в руке за секунду перед исчезновением?

Доброго утра, уважаемые читатели.

Голосование, можно сказать завершилось, а посему мы определились с облачение Ранкара на очень ближайшее будущее. Третий вариант.

Ну и представляю вам Барона Инферно - Грамар Хтар.

Глава 8. Деспот против Высших...

– Вы что-то почувствовали? Неужели я что-то упустила? – напряглась волчица, а затем неуловимо омрачилась и беглым взором прошлась по площади за барьером. – И куда он исчез?

– Да, кое-что ощутила, – начиная заинтриговано усмехаться, призналась Верховная. – Или же всё-таки показалось? Странно.

– Что именно вы ощутили? Опасность? – хмуро осведомилась телохранительница. – Моя госпожа, мне…

– Тише. Не нагнетай. Всё в порядке, – успокоила инферийка подругу, продолжая задумчиво ухмыляться. – Просто ты не демон, и не сможешь понять весь спектр эмоций. Это чувство заложено у таких как я на подсознательном уровне.

– Моя госпожа, прекращайте свои шутки. Лучше скажите, что именно вы ощутили, иначе я…

– Призрачную дрожь, Навия, – перебив мягко волчицу, загадочно произнесла правительница Лавалара, а затем не сводя взора с руки сжала и разжала кулак. – При взгляде на него я ощутила именно дрожь.

– Дрожь? – насупилась зверородная. – Моя госпожа, вы можете излагать мысли более внятно?

– Хм… А ведь это действительно занятно, – изрекла тихо Верховная, будто находилась в прострации. – Давненько такого не было.

Кровожадный рык сражающихся под барьером стоял оглушительный, а ревущее с разных сторон пламя не утихало ни на миг. Демоны продолжали рвать друг друга на куски. Постоянно кто-то из инферийцев умирал в том или ином конце площади, но первыми пали слабейшие Высшие, которые переоценили свою важность. Напряженная схватка с каждой секундой становилась всё более ожесточённой. Сталь, магия, артефакты, грубая сила. Никому не важны были правила, ибо наружу смогут выйти лишь трое. Засвидетельствуй такую битву кто-нибудь из жителей Альбарры, и они бы ужаснулись подобному, ведь для большинства народов Вечного Ристалища Высшие Инферно являлись солидной силой, но в мире демонов всё было совсем иначе.

Однако в какой-то момент времени в сражении возобладала троица самых выделяющихся инферийцев. Они в слаженной манере начали добивать раненых и тех, кто был слабее и бой стал медленно сбавлять свой накал.

– Его по-прежнему нигде нет, моя госпожа! – мрачно шипела зверородная.

Глаза волчицы с хаотичной скоростью сновали по арене, чтобы отыскать неуловимого демона, но ни среди убитых, ни среди выделяющихся хейда не было.

– А это хороший вопрос, Навия, – расплылась в лукавой усмешке Верховная, аура девушки на долю секунды подскочила к своему пику, а по телу пробежал неуловимый всполох пламени. – Надо же. Я совсем его не чувствую. Абсолютно. Он словно исчез. А ведь со своими возможностями я смогу распознать любую магию. Даже Барбатос не сможет скрыть полностью своего присутствия. Так-так-так, это забавно. Очень забавно! Что ж, признаю, я оказалась неправа. Теперь я не чувствую скуки.

– Моя госпожа, может хватит паясничать? Сейчас вот совсем не до шуток! Необходимо…

Однако на этом зверородная резко осеклась, потому как над барьером внезапно раздался пронзительный яростный рык одного Высшего из народа шерканов. Тот словно обезумевший рванул навстречу противнику и в безжалостной манере массивными рогами снёс половину черепа сопернику, а по площади за барьером пронеслась лавина аплодисментов, что ознаменовала об окончании первого отбора. Ведь к этому времени на арене осталась лишь тройка демонов.

– Что за абсурд? – в голосе у волчицы начали пробуждаться малость рычащие нотки и с еще более свирепой гримасой она продолжила искать хейда на арене. – Куда он запропастился?

Вот только вопрос оказался излишним. Аплодисменты толпы шеркан воспринял на свой счёт и с ликующим видом победителя воздел окровавленный кулак над головой, но радость не продлилась долго. Высший вдруг неконтролируемо задрожал, из пасти хлынул водопад крови, а далее грудь инферийца будто разорвало изнутри черно-багровым туманом.

– Каков хитрец! – хитро прищурилась Искрида, глядя на арену. – Неплохо…

Рукоплескание в мгновение ока прекратилось, потому как на целых полметра туша шеркана приподнялась вверх, а прямо за его спиной материализовался до сих пор невидимый силуэт другого демона. Лишь когда он полностью принял материальные очертания зеваки смогли рассмотреть инферийца. Раздалась череда мерзких хрустов, и окровавленная ладонь хейда в безжалостной манере полностью пробила тело шеркана. Но он не остановился. Прямо на глазах мускулистое тело его противника начало истончаться и темнеть, а пару секунд спустя на землю свалилась обезображенная мумия, которая медленно распадалась на черный пепел.

Над площадью воцарилась гробовая тишина. Хейд стал центром всеобщего внимания. Однако вместо того, чтобы поклониться правительнице Лавалара, как это сделали другие Высшие, он просто взглянул в абсолютно противоположном направлении. Такое нахальство отыскало в душе у Верховной толику изумления и проследовав за его взором, она осознала, что демон смотрит на внуков Хтара, которые с расширившимися от обожания и одновременно страха глазами, смотрели на поверженного шеркана. Точнее то, что от него осталось.

– Не только хитрец, но еще и наглец, – тихо рассмеялась Верховная.

– В этом нет ничего смешного, моя госпожа, – недовольно пробормотала Навия, выступив быстро вперед. – Это грубое неуважение!

Над площадью по-прежнему царила тишина. Однако миг спустя она разразилась овациями и свистом, но практически мгновенно восторженные вопли затихли по мановению руки зверородной.

– На колени, хейд! Поприветствуй, как и подобает свою госпожу! – громко произнесла волчица, а после кивнула в сторону двух Высших, что стояли в указанном положении.

Однако вместо того чтобы последовать приказу, тот внезапно по-стариковски схватился за спину и чуть наклонившись, коснулся всего-навсего голени.

– С коленями у меня беда, уважаемая зверородная. Суставы ломит. Простудился. Так сойдет? – спокойно осведомился мужчина. – Да и прибыл я сюда не служить или же искать себе госпожу, а чтобы опробовать силы.

– Ты что себе позволяешь? – ощерилась злобно волчица, которой не понравился такой ответ. – Сдохнуть захотел?!

– Да вроде бы нет, – по-простецки пожал плечами демон. – Но если хорошо заплатите, то можно и поработать.

Тишина стала в какой-то момент настолько осязаемой, что любой из присутствующих мог коснутся её пальцами.

– А вот мне кажется, что прибыл ты в Лавалар, чтобы умереть, – грозно прошипела Навия. – Я могу это устроить!

Зверородная сделала шаг вперед, но вдруг той на плечо легла ладонь Верховной и чуть склонившись, она с лукавой улыбкой прошептала подруге на ухо:

– Если он не хочет служить, а работать, то испытай его. Пусть докажет свою полезность.

От услышанного глаза Навии вздрогнули от удивления, но идти против приказа хозяйки та не посмела и неуловимо кивнула.

– Вы двое, ко мне, – спокойно изрекла волчица, приказывая двум Высшим подойти. – А ты, хейд, оставайся там, где стоишь! Тебе сказали сражаться, а не скрываться. Как по мне ты просто сжульничал. Бейся так, как полагается демону.

– Сжульничал? Как полагается демону? – с толикой довольства вопросил хейд. – В чём именно сжульничал? Я сражался, опираясь на свои силы.

– Считаешь, что среди преторианцев все поголовны трусы как ты? – с явным недовольством вопросила Навия. – Все они будут готовы поставить на кон свою жизнь, чтобы защитить госпожу Искриду.

– Они ставят свою жизнь на кон, потому как безмозглые и ни на что не способные идиоты, – фыркнул раздосадовано демон, отчего в округе поднялась волна негодования и перешептываний. – Защита и смерть не клеится как-то друг с другом. Хотя честно признаться я смог осознать подобное только вчера. Чтобы защищать необходимо жить. Это я ощутил на собственной шкуре. Ведь ты жива, зверородная, и по-прежнему отменно защищаешь свою госпожу, а вот львиная доля преторианцев передохла. Так кто лучше оберегает? Живые или мёртвые? Ответь, если можешь…

Изречения инферийца возымели эффект разорвавшейся искры дракона. Перешептываний и обсуждения стало в десятки раз больше, потому как слова хейда заставили огромное количество знати задуматься над услышанным.

– Вертлявый на язык ублюдок! – выпалила яростно Навия. – Ты доигрался!

Зверородная ловко соскользнула с постамента и решительно направилась к барьеру, но из-за спины вдруг раздался тихий смех Верховной, который заставил всех притихнуть. Даже волчица окаменела и с каким-то удивлением воззрилась на хозяйку.

– Как твоё имя, незнакомец?

– Ваерс Пустой.

– А ведь ты в чём-то прав, Ваерс. Многие некомпетентны оберегать меня, – мягко проговорила Искрида. – Правильно ли я тебя понимаю, что если ты станешь защищать меня ценой собственной жизни на пределе возможностей, то при этом всегда будешь оставаться в живых, а я в свою очередь окажусь в полной безопасности?

– Вы верно все понимаете, правительница Лавалара, – кивнул учтиво хейд.

– То есть ты докажешь, что компетентен и достоин? – загадочно вопросила демонесса.

– Я догадываюсь, к чему вы ведете, – хмыкнул спокойно мужчина, а затем твёрдо кивнул – Делайте то, что задумали. Ваше право. Обещаю, что не будет более ухищрений.

– Хороший мальчик, – заливисто рассмеялась Искрида, а после с демонстративным видом обратилась к толпе. – Мои подданные, мне нужны десять добровольцев на стадии Высших. Кто принесет мне голову Ваерса станет первым преторианцем после Навии. Счастливчик получит всё, что пожелает. Включая моё внимание. Но вы можете отказаться и это место займет он! – ярко-зеленые глаза Верховной устремились на абсолютно невозмутимого хейда.

Проникновенная и будоражащая мужские умы речь Искриды повлияла практически на всех, но в особенности повлияли слова о внимании, ведь после этого один Высший за другим выходили на арену с невероятной скоростью.

– Правительница Лавалара, вы уверены в своём решении? – вдруг спросил Ваерс.

– Неужели испугался? – с каким-то укором полюбопытствовала Искрида.

– Нет, – пожал плечами Пустой. – Просто вы только что таким приказом отправили своих подданых на смерть.

– Каков наглец! – злорадно прошипела Навия, а затем её голос вновь разнесся над ареной. – От себя добавлю, что тот, кто принесет его голову лично от меня получит десять бусин пламени Инферно. НУ, И? ЧЕГО СТОИМ? – закричала зверородная на Высших. – ПРИКОНЧИТЕ ЕГО!

***

И вправду редкостная стерва. Как думаешь, я не переусердствовал?

«В самый раз, – решительно выдала Руна. – Еще бы мы падали на колени перед какими-то блудливыми девками».

Боюсь, эта Искрида не так проста. Умна, хитра, обстоятельна. Всего парой слов взбудоражила умы общественности. Должен признать, что править и повелевать она умеет.

– НУ, И? ЧЕГО СТОИМ? – раздался рык волчицы, который прервал все мои мысли. – ПРИКОНЧИТЕ ЕГО!

Ждать противники не стали. Они изнывали от нетерпения. Десять Высших демонов. Десять потенциальных жертв. Ранее с такими соперниками я мог сражаться лишь при помощи Сущности Истребления, но после моей гибели всё изменилось. Сердце Опустошителя перевернуло всё с ног на голову. Да, оно сделало своего хозяина сильнее. Гораздо сильнее. Отныне удаётся спокойно сражаться с Высшими. Но от каждого пожирания оно забирает больше половины энергии себе. Процентов семьдесят пять. Соотношение грубое, но примерно так и есть.

Во внутреннем мире после поглощения шеркана плескались крохи. А ведь чтобы нормально сражаться необходимо оставлять что-то себе и на восстановление Руны. Впрочем, для накопления и пополнения энергии имелась только одна возможность. Убивать, убивать и снова убивать. Убивать как можно больше.

Что ж, да будет так!

Можно сказать, что ярость инферийцев в данный момент не знала границ. Они рвались в мою сторону с оголтелой скоростью и желанием, но я обратил свой взор не на врагов, а в абсолютно иную сторону. Селеста и Роквал будто зачарованные немигающими глазами наблюдали за каждым моим движением.

– Смотрите внимательно, – одними губами прошептал я и те поняли мой посыл.

Думаю, пора!

Первичное состояние неистовства…

Жажда Крови…

Черно-Алый Арбитр…

Впервые после попадания в Инферно я использовал весь набор техник. Честно сказать я ожидал вновь ощутить эмоции, что в обычной манере всколыхнуть всю мою суть, но даже обратившись к первичному неистовству и Жажде всё осталось как прежде. На задворках лишь вспыхнуло слабое раздражение и гнев с нарастающей яростью. Между тем, что было раньше и тем, что я испытываю сейчас просто небо и земля. Благодаря собственной выдержке и силе воли удавалось преспокойно терпеть эти проклятые позывы. Хотелось смеяться от радости, ведь нутро более не отягощали сраные эмоции.

– Может всё и не так уж и плохо, малышка? – тихо шепнул я, с гримасой веселой ярости на физиономии. – Молю Сущее, чтобы эта дрянь не аукнулась мне в будущем.

«Всё может быть, Ранкар, – с какой-то теплотой улыбнулась Руна. – Так или иначе, но ты это заслужил. Вперед! Прикончи это отребье!»

Повторять дважды спате не пришлось.

Сумрачный сдвиг…

Врываться в гущу врагов глупо. Очень глупо. Можно сражаться более аккуратно. Но сейчас безудержное веселье, гнев и ярость сами несли хозяина вперед. Несли не так, как раньше. Тащили не силком вперед. Отныне я сам этого хотел. Рвался в бой по своей воле.

Сумрачный сдвиг…

Искра черно-алого геноцида…

Пламя врагов, сталь врагов, свирепость врагов сейчас абсолютно ничего не значили в моих глазах. Первый слаженный выпад Высших приняло на себя облачение. Да, я чувствовал боль и жар враждебного огня. Ощущал это нутром. Но это была приятная агония.

Начальными жертвами стали трое замешкавшихся демонов. Троица инферийцев являлись дальнобойниками. Как раз-таки их магия смогла проделать брешь в обороне, однако созданная защита была моей гордостью. На этом их успехи закончились.

Еще в момент рывка в руке сформировалась искра-протазан. Пламя лишь на миг замедлило телепортацию, а еще через миг ревущая молния на всей скорости вонзилась в грудь демона и пригвоздила вопящую тварь прямо к земле.

Серпы черно-алого геноцида…

Остальная парочка стояла слишком близко. Тело по инерции с помощью ловкого кульбита извернулось влево и, увернувшись от череды пламенных атак, с рук сорвалось по паре черно-багровых полумесяцев. До ушей вновь донеслась куча криков и пара Высших свалились как подкошенные на землю, заливая своей кровью округу.

Впрочем, ни один из троих так и не умер. Инферийцы славились своей живучестью. Именно по этой причине деспоты столь опасны для демонов. Однако быстро добить мне их не позволили. Подоспели вовремя еще четверо. Те навалились со всей яростью скопом. Они будто желали опередить друг друга. Квартет словно соревновался за обладание моей головой.

Такой шаг их и сгубил.

Следующий сонм вражеских атак до смертельной опасности истончил облачение разорителя, но их близость ко мне сыграла злую шутку.

Область Кромешного Мрака…

Практически мгновенно всё окутала тьма. Вот только она необходима была не для атаки, а для отвлечения внимания. Размахивать Руной при такой толпе демонов было слишком опасно. По крайней мере, посреди боя. Но под влиянием области такое удалось провернуть.

Сдерживать сразу четверых Высших при помощи одной экзекуции было рискованно, а вот с помощью Альяны всё было осуществимо.

Малышка, ко мне…

Оковы Истребления…

Экзекуция Мраком…

Сразу две сковывающие техники слились воедино друг за другом. Цепи спаты не просто сковали инферийцев, они прожигали саму их плоть, отчего в области тьмы их крики звучали весьма отчетливо, но через секунду крики превратились в утробные хрипы. Лоскуты тьмы без какой-либо жалости спеленали своих жертв и подобно жалящим клинкам стали вонзаться в демоническую плоть.

Пожирание… Массовое Опустошение…

Впрочем, хрипы со стремительной скоростью стали затихать в тот самый миг, когда во внутренний мир рванула прорва энергии. Однако она со страшной быстротой словно испарялась, ведь в дело вступило сердце Опустошителя. Складывалось впечатление, что сам внутренний мир поглощал добытое, но теперь я сам прекрасно чувствовал любое направление утекающей силы.

Такое наблюдение отвлекло от боя. Один из Высших не просто умудрился ворваться в область, его пламенная секира со страшной силой обрушилась на спину и пробила не только облачение, но и дошла до человеческой плоти и вонзилась в левую лопатку.

Изо рта внезапно вырвался раздраженный хрип, но сдержав часть вопля в себе я лишь чудом умудрился уйти с вектора атаки двух оставшихся демонов.

– Не может быть! – свирепо выпалил инфериец, вновь занося топор для добивающего удара и глядя на кровь, что стекала с лезвия. – Да ты же чело…

Сумрачный сдвиг…

Впрочем, довести свою речь до конца ему не удалось. Тело не просто поднырнуло под инферийца, оно практически столкнулось с ним в момент телепортации, а сталь Древних не оставила ему никаких шансов. Спата пробила его защитный покров и вонзилась со всей силы в брюхо и распорола его до самой грудины.

Правая рука в какой-то момент сама схватила демона за глотку и прижала к себе, а в левой в это самое время вновь мелькнула спата. Из глубин внутреннего мира вновь хлынула прорва силы, что смешалась с Неистовством, Жаждой, Туманом и Эссенцией. От смешения таких сил лезвие клинка раскалилось до яркого окраса, а затем из глотки у меня вырвалось всего два слова.

– КровавыйШтамм…

Сдержать такой натиск ультимативной техники оставшаяся двойка не смогла. Сорвавшийся со спаты лавинообразный шлейф превратил инферийцев не в трупы, а в кровавое желе, которое разметало по всей арене. Не осталось ни костей, ни плоти. Лишь кровавые ошметки.

Последний же демон, который по-прежнему был заложником моей правой руки пытался вырвать из хватки, попутно подбирая с пола потроха, но такого счастья я ему не позволил. В какой-то момент взгляд произвольно обратился на постамент и мои глаза на долю секунды встретились с искрящимися глазами правительницы Лавалара.

Игра в гляделки продолжалась до тех самых пор пока левая рука не провела по глотке Высшего спатой, а затем, чуть выпрямившись, я гулко выдохнул и в бессменной демонстративной манере свернул противнику шею.

В тот момент, когда наши глаза встретились, я осознал, что Искрида поняла, кто я такой на самом деле. Оглушительный хруст костей и хрящей, который раздался над ареной ознаменовал об окончании сражения. Однако тишина, в которую погрузилась внутренняя дворцовая площадь, разрушил свирепый выкрик Навии.

Зверородная волчица второй по счету догадалась, кто секундой ранее устроил резню на арене и по какой именно причине невероятно живучие демоны умерли мгновенно.

– ПРЕТОРИАНЦЫ!!! СХВАТИТЬ ЛЖЕЦА!!! ОН НИКАКОЙ НЕ ХЕЙД И НЕ ДЕМОН! ОН ДЕСПОТ! ОДИН ИЗ МЕРЗКИХ ДЕСПОТОВ В ЦИТАДЕЛИ!!! ПРИНЕСИТЕ МНЕ ЕГО ГОЛОВУ!!! НЕМЕДЛЕННО!

Ну и представляю вам правительницу Лавалара - Искриду Опаляющую.

Глава 9. Враг моего врага - мой страж...

Приказ Навии разнесся над цитаделью будто шквалистый ветер. Непримиримый враг всех демонов смог проникнуть внутрь цитадели одного из пяти великих городов манора Пылающей Стали.

– Деспот?

– Деспот!

– ДЕСПОТ!!!

В мгновение ока два десятка преторианцев окружили арену со всех сторон. Толпа инферийской знати отхлынула подобно отливной волне как можно дальше в стороны, но на всеобщее удивление лжедемон ни шелохнулся и с ленивым видом наблюдал за всеми телодвижениями.

Как ни посмотри, он выглядел как настоящий инфериец-хейд. Ярко-алые глаза мерно полыхали из-под туманного капюшона, а грудь лишь мерно вздымалась в такт дыханию. Складывалось впечатление, что тот абсолютно не устал после схватки с грозными соперниками.

Несколько мгновений правительница Лавалара наблюдала за тем, как кольцо преторианцев быстро сужается вокруг арены, но лжехейд по-прежнему не обращал на это никакого внимания. Тот со спокойным видом играл в гляделки с Верховной.

– Навия, позволь тебя спросить, что ты делаешь? – с толикой недоумения вопросила Искрида, глядя в спину подруге, а после окинула площадь глазами. – Как это понимать?

– О чем вы, моя госпожа? – растеряно пробормотала волчица и с ошеломлением обернувшись, посмотрела на демонессу. – Злейший враг демонов тут! В СЕРДЦЕ ЛАВАЛАРА! Необходимо убить деспота! Что если он…

– О, Пламя Инферно! И за что мне всё это? – закатила глаза девушка к багровому небу. – Боюсь, твоя гиперопека убьёт меня раньше, чем кто-либо другой. Я же сказала тебе ранее, что ощутила призрачную дрожь на подсознательном уровне. Такой эффект у Верховных может произвести только близкое нахождение какого-нибудь архидемона или же… деспота.

– Вы… вы знали?! – выпучила глаза зверородная.

– Догадывалась, – расплылась в удовлетворённой усмешке девушка, обнажая обворожительно клыки. – Прикажи всем прекратить. Я хочу с ним побеседовать. К тому же он ни разу не солгал, если ты этого еще не поняла.

– Моя госпожа, вы с ума сошли? – шокировано выпалила Навия. – Он ДЕСПОТ! Что если…

– Ты считаешь, что я настолько слаба, что не продержусь пару секунд до того, как на него навалится орда демонов? Вот уже спасибо тебе, подруга! – фыркнула недовольно Искрида. – От кого-кого, а от тебя я такого не ожидала!

В глазах у зверородной читалась внутренняя борьба, но затем тяжело выдохнув, та тихо простонала:

– Моя госпожа, когда-нибудь столь опрометчивые решения выйдут вам боком, – а затем над площадью вновь прогремел голос волчицы. – ВСЕМ СТОЯТЬ! ОПУСТИТЬ ОРУЖИЕ! ДЕАКТИВИРУЙТЕ МАГИЮ И БАРЬЕР! ГОСПОЖА ИСКРИДА ЖЕЛАЕТ ГОВОРИТЬ С ДЕСПОТОМ!

Приказ первой стражницы отдался в сердцах знати очередной волной шепота, пересудов и ошеломлением.

– Ты просто душка, Навия, – чарующе улыбнулась Верховная.

Мягко спорхнув с пьедестала, девушка под множественными недоуменными взорами неторопливо двинулась к арене, волчица же будто вездесущая тень повсюду следовала за правительницей Лавалара, а любой без исключения шаг Искриды сопровождался волной обсуждения. Лжехейд по-прежнему стоял в центре ристалища, окруженный мёртвыми демонами, но, судя по всему, такое общество его абсолютно не смущало. Он лишь с беззаботным видом оглядывался по сторонам словно желал отыскать в толпе нечто интересное.

Первым делом Искрида шагнула к одному мёртвому Высшему, после к другому, далее к третьему. С каждым осмотренным телом улыбка Верховной становилась чуть шире. Складывалось впечатление, что та оказалась чему-то несусветно рада, а гибель стольких инферийцев её словно не заботила.

– Все они окончательно и безвозвратно мертвы, – тихо шепнула правительница Лавалара, пальчиком проводя по рассеченной глотке одного из мёртвых. – Превосходно!

Когда с трупами было покончено, демонесса сексуально разогнулась и также неспешно подошла к неподвижному лжеинферийцу, а затем с интересом обогнула его по кругу разглядывая с ног до головы.

– Ты действительно очень похож на хейда, Ваерс. Или имя тоже выдуманное? – задумчиво прошептала Искрида, касаясь уплотнённого черного тумана. – Никогда не слышала о магии, что способна даровать облик демона. Иначе Инферно уже наводняли бы народы Альбарры. Иллюзии и артефакты мы можем распознать, а метаморфы не могут принимать облик демонов. Как тебе это удалось провернуть?

– Стечение обстоятельств, – хмыкнул беззаботно Пустой. – Скажем так, это моя врожденная специфика. Так что за Инферно можете не волноваться. И нет, имя настоящее.

– Явишь свою истинную суть? – чуть склонив голову, полюбопытствовала девушка.

– Посмеешь себе лишнего и пожалеешь, что на свет родился, – прошипела угрожающе зверородная.

В ответ мужчина лишь фыркнул, но дважды просить правительнице Лавалара не пришлось. Густой кроваво-черный туман на теле деспота стал медленно рассеиваться. Через пяток вдохов на арене стоял не прежний хейд, а высокий человек. Завидев его знать Инферно вновь взялась за оголтелые обсуждения. Однако со всем своим ростом, тот на полголовы был ниже Верховной, которая неустанно обходила его по кругу.

Тёмные традиционные одеяния Ванахейма плотно облегали силуэт мужчина. Короткие стриженные непослушные волосы, лёгкая щетина, невозмутимый взгляд и заметно бледное, но спокойное лицо с безобразным свежим шрамом багрового цвета, который брал своё начало на черепе. Рваная отметина шла ниже по виску, задевая нижнее веко, простиралась по щеке и челюсти и заканчивалась где-то на шее.

Столь много интереса Искрида уделила шраму лишь по одной причине: от увечья разило истинным пламенем Инферно. Кто-то могущественный потратил унцию своей силы, чтобы доставить как можно больше боли и отныне его было не свести. Причем сделали это совсем недавно. Вот только невзирая на столь пристальное внимание деспот не боялся и не шелохнулся. Абсолютно.

Лжедемон мерещился ей черным пятном на фоне мира демонов, однако явственно выделялась не только отметина на лице, но и глаза. Они переливались нечеловеческим цветом из черного в алый. Причем могли они это сделать за секунду сразу несколько раз.

– Так это… доспех? – поинтересовалась правительница.

– Если точнее, то всего-навсего оборонительная техника на основе эссенции и тьмы, – пояснил непринуждённо парень.

– Оборонительная техника, что принимает облик демона и может спокойно противостоять атакам Высших. Весьма занятно, – ухмыльнулась Искрида.

– Как видишь, не совсем спокойно, – и словно в подтверждение Пустой повёл поврежденной левой лопаткой, из которой медленно засочилась кровь.

– Ты с Севера? – вдруг с недовольством спросила Навия, оглядывая его внешний вид. – На тебе одеяния Верховного клана Ванахейм. Говори правду и не смей лгать.

– Я не северянин, – хмыкнул равнодушно Ваерс. – Так сложились обстоятельства.

– Ванахейм, говоришь? – вдруг повторила Искрида со слабой улыбкой. – Совсем недавно на столицу Ванахейма произошло нападение. Аббадон, Баал и Астарот устроили слаженную атаку. Резня говорят вышла знатная. Убили трёх или четырёх слуг оберегов.

– Отбросы объединились! – сплюнула раздраженно Навия, но затем с каким-то интересом уставилась на деспота. – Погоди-ка…

Впервые с момента знакомства маска невозмутимости на лице у парня треснула и нахмурившись, он посмотрел на правительницу Лавалара. Завидев такую реакцию, Искрида с еще большим довольством обнажила клыки.

– Неужели ты был там? Пространственным штормом забросило? Так-так-так, а ведь это интересно. Не таким ли образом ты натолкнулся на Хтара? Стоит ли мне переживать за Грамара и свою безопасность? Да и твоё увечье слишком бросается в глаза. Можно сказать, что я чувствую в нём нечто… родственное, что ли? Пламя Инферно, что изувечило тебя мне знакомо. Очень знакомо. Я такое видела достаточно много раз. Аншира любит таким промышлять.

Стоило девушке упомянуть имя Верховной, как глаза деспота в прямом смысле раскалились до жуткого алого цвета, и парень живо обернулся к правительнице Лавалара.

– Ты её родственница? – угрюмо спросил Ваерс.

– Значит, не ошиблась, – предвкушающе улыбнулась инферийка. – Всё-таки она. Нет, я не её родственница. Скажу даже больше – мы терпеть друг друга не можем. Просто её брат слишком приставуч и не понимает отказов. Но удивлена, что ты так легко отделался после встречи с этой психопаткой. Но еще больше я удивлена почему эта дрянь пожертвовала свой огонь Инферно на того, кто слабее её.

– Ты выжил после встречи с Анширой? – с плохо скрытым ошеломлением полюбопытствовала Навия.

– Боюсь, это к делу не относится, – сухо произнес парень, беря эмоции под контроль и вновь переводя взор на правительницу Лавалара. – Ты сказала, что её брат не понимает отказов. Это касается твоих брачных споров? Он тут бывает?

– Ты догадлив, деспот, – усмехнулась Искрида, но через секунду та внезапно оторопела и сделав шаг ближе к Пустому тщательно принюхалась к его одежде. – Да, он часто сюда приползает.

На такой пристальный анализ носом Ваерс не обратил никакого внимания. Прямо сейчас тот был погружен в собственные мысли, но не прошло и мгновения, как его вопрос ошеломил как Навию, так и её хозяйку.

– Что насчёт работы и твоего обещания? Тебе всё еще нужен преторианец? – хмыкнул весело парень, а после кивнул в сторону волчицы. – Первый после твоей зверородной. Или всё это пустой звук? Если вам так будет легче, то можете считать меня мятежным деспотом-предателем из рода людского.

– Сегодня действительно странный день, – с каким-то недоумением пробормотала Искрида. – Ты первый деспот, которого я вижу не в клетке. Ты первый деспот, который желает работать на демона. Ты вообще первый деспот, к которому я нахожусь столь близко. Однако, прежде чем мы продолжим, я хочу кое-что узнать… – внезапно личико Верховной скривилось и еще раз принюхавшись к парню, та слабо ощерилась в гримасе гнева и раздражения. – Скажи мне почему от тебя несет вонью Баала? Неужели эта прогнившая падаль прислал тебя сюда?

***

Чего? Вонь Баала? Что за дерьмо извергается изо рта этой девки?

«Рука, Ранкар, – догадалась тотчас Руна. – Рука Атараза. Она у тебя с собой?»

Стоп! Рука?

– Говори честно, деспот! – угрюмо прошипела Искрида. – Иначе я…

– Ты сейчас об этом?

По мановению мысли и щелчку пальцев из пространственного перстня вывалилась окровавленная конечность Атараза и свалилась прямиком к ногам правительницы Лавалара. Не ожидая такого выверта, та резво отпрянула прочь, а в ладонях у Навии материализовалось два длинных кинжала. Зверородная уже было приготовилась защищать госпожу, но тотчас застыла, когда осознала, что никакой опасности нет.

Пару мгновений они обе с задумчивым видом смотрели под ноги, но чем дольше взирали на отрезанную руку, тем задумчивей становились их лица. На секунду те вовсе переглянулись между собой и вновь воззрились на меня.

Зверородная будто не могла поверить и склонившись, подхватила с брусчатки конечность Атараза.

– Это какое-то безумие, – прошептала озадачено та. – Неужели это…

– Ошибки быть не может, – хмыкнула злорадно Искрида. – Эту вонь я узнаю из тысячи, – и подняв на меня взгляд, та задала вполне логический вопрос. – Ты это сделал?

– Такого не может быть, моя госпожа, – возмутилась невольно Навия. – Ни за что не поверю, что «он» смог бы сражаться с Верховным.

– Это так, деспот? Моя подруга права?

Впрочем, все их слова я пропустил мимо ушей и вновь вернулся к основному вопросу.

– Тебе нужен преторианец или же нет?

– Ты действительно считаешь, что деспота подпустят к госпоже? Ты кем себя возомнил? – разъярилась зверородная.

Однако решения правительницы Лавалара шли вразрез с догадками волчицы.

– Я не привыкла прыгать с места в пруд с кипящей лавой. Это дело требует тщательного осмысления. Следуй за мной, Пустой. Необходимо утрясти все детали. Навия, заканчивай с отбором, если мы сможем договориться с нашим гостем, то надобности в дополнительных преторианцах не будет, – и развернувшись на месте та зашагала прочь, оставляя в полном ошеломлении свою подругу.

Я же просто пошел следом, потому как к этому времени безумный план сформировался в голове произвольно. План, по которому я вырежу всю падаль, что посмела покуситься на Фьётру и убить меня.

– Стой на месте, деспот! – рявкнула раздраженно Навия, рывком оказавшись рядом и на ходу раздавая приказы коменданту цитадели. – ВАЛЬГРОН, ЗАКАНЧИВАЙ С ОТБОРОМ! НА СЕГОДНЯ ЭТО ВСЁ!

***

Через несколько минут я попал не просто в стены главной цитадели, я оказался в святая-святых города: в личных апартаментах правительницы Лавалара. Девушка первым делом заняла место за рабочим столом и над чем-то хаотично размышляла, попутно с этим на протяжении доброго получаса что-то рассматривая в артефакте. Навия же, устроившаяся за спиной у хозяйки, всё это время пронзала меня цепким взором.

– Скажу тебе так, Ваерс, – заговорила негромко Искрида, отрывая взор от артефакта. – Все деспоты Вечного Ристалища у нас на счету. Большая их часть располагается у действующих разломов. Там они попеременно с некоторыми манорами рвут друг другу глотки. Так вот я не вижу среди деспотов Альбарры твоего имени. Кто ты такой на самом деле? Как я могу доверять лжецу?

– Мне послышалось или ты сказала доверять? – насмешливо переспросил я. – Как демон и человек могут доверять друг другу?

– Не паясничай, деспот, иначе я выпушу тебе кишки! – прошипела свирепо зверородная.

– Моё имя Ваерс Пустой. Я всего-навсего мятежный деспот-предатель рода людского и прибыл сюда, чтобы кое с кем поквитаться. Как только я закончу свои дела, то свалю из вашей дыры.

– А ты не робкого десятка, Ваерс, если называешь мой дом дырой, – хмыкнула недовольно Верховная, с удобством откидываясь на кресле. – Ни за что не поверю, что ты демонопоклонник. Ну а если ты называешь себя предателям, то это еще любопытней. Такого разумного как ты не оставили бы без присмотра. Убей ты одного или же с десяток голубокровных, то за тебя вступились бы другие, чтобы заиметь такой ресурс. Предателем ты мог стать если бы прикончил кого-нибудь необычайно важного. Важного настолько, что укрыться бы тебе не позволили в других пантеонах. Ко всему прочему я уже догадалась, что ты враждуешь с Анширой, а еще каким-то чудом ты смог лишить Атараза руки, – взор девушки переместился на массивную конечность, что лежала сейчас на краю стола, – и теперь я вижу тебя в Инферно. Мне вот кажется, что ты никакой не предатель, а всего-навсего пришел в мир демонов, чтобы отомстить определенным Верховным и явился ко мне лишь за этим. Однако вынуждена признать, что ты пришел по адресу.

Вынужден признать, что девка действительно слишком проницательна. Рано или поздно она догадается, что к чему. Впрочем, важно сейчас отнюдь не это.

– Ну а еще я не против прикончить Кетара, – добавил сухо я, пропустив мимо ушей всю её болтовню.

Заслышав имя Верховного Аббадона, зверородная и демонесса переглянулись между собой и вновь над чем-то крепко задумались.

– Знаешь, мне сейчас начинает казаться, что ты мой… тайный воздыхатель, – расплылась в обворожительной улыбке инферийка и подперев ладонью подбородок, нависла над столом и заглянула мне в глаза. – Честно признаться с человеком я еще не спала. У демонов это своеобразное табу, но… прецедентны бывают.

– О чем ты говоришь? – чуть нахмурился я, не обращая внимания на наигранный флирт.

– Да просто ты перечислил сейчас всех Верховных, кто желает мною овладеть, – весело рассмеялась Искрида. – Не знаю, в курсе ли ты традиций Инферно, но как дочь архидемона, которая в дальнейшем унаследует трон матери я обязана пройти через брачный спор. Многие инферийцы называют это своеобразным испытанием для дочерей архидемонов. В принципе, испытания есть у всех наследников, но на других мне плевать. Если я хочу сама решать свою судьбу, а не идти на поводу у кого-то другого, то я обязана продержаться до конца споров.

– В чем заключена суть брачного спора? – поинтересовался я, переходя к сути.

– Кто меня поимеет во время брачного спора, тому достанусь я и весь Лавалар, – расплылась в улыбке демонесса. – Точнее я стану наложницей того демона, который меня одолеет, а Лавалар станет принадлежат манору моего супруга. Так что, как ты теперь понимаешь, охочих стать богаче и влиятельнее слишком много. Само собой, архидемоны в таком не участвуют, но вот их Верховные порядком достали.

– На тебя нападают? – перешел я к сути.

– Нападают, преследуют, угрожают, бросают вызовы на дуэли мне и моим преторианцам, вызывают на групповые дуэли, – стала перечислять Искрида варианты, загибая пальчики. – И зачастую умирают именно мои стражи-преторианцы. Между прочим, Навия уже раз десять выходила вместо меня на дуэль. Причем пару разу мне пришлось сражаться самой.

– Одиннадцать раз, моя госпожа, – мягко поправила правительницу волчица.

– Даже одиннадцать!

– Сколько длятся брачные споры?

– Полтора года, – вместо хозяйки ответила Навия. – Госпожа продержалась почти год. Осталось около семи месяцев.

«Это наш шанс, Ранкар, – задумчиво произнесла Руна. – Шанс стать сильнее и поквитаться за Дурёху. К тому же хотя бы передохнешь от стервы Кайсы и заодно разберемся с твоими возможностями. В любом случае для всех ты считаешься погибшим. Благодаря сердцу Опустошителя ты стал сильнее, теперь нам необходимо раскрыть все его тайны. С Высшими мы можем сражаться, но мы не знаем, как обстоит дело с Верховными. Между Высшими и Верховными целая пропасть, ты же знаешь. Да и не забывай, что и я должна придти в норму, а ресурсов в Инферно более чем достаточно. Но самое главное: мы сможем убивать сколько нам заблагорассудится».

Слова Альяны звучали более чем здраво. С сердцем Опустошителя, да и много еще чем необходимо разобраться как можно лучше.

– Честно сказать ты появился как нельзя вовремя, Пустой, – с потаённой радостью произнесла Искрида. – Если узнают, что мне служит деспот, то горячих голов поубавится в несколько раз. Стань моей тенью, Ваерс, стань моим призраком. Одолжи мне свою силу деспота. Ты же ведь сам говорил, что сможешь защитить меня не умирая. В награду получишь всё, что пожелаешь. Я могу дать тебе слово.

– Ты можешь пообещать, что я встречусь с Атаразом и Кетаром?

– О-о-о-о! Поверь, ты сможешь встретиться не только с Атаразом и Кетаром, но и много с кем еще, – интригующе произнесла Искрида. – Желающих запрыгнуть в койку и раздвинуть мне ноги будет хоть отбавляй. Ну а после того как брачные споры закончатся ты будешь свободен и богат. К тому ты сказал, что желаешь «покинуть эту дыру», не так ли?

– К чему ты клонишь? – не понял я её.

– Раз в несколько месяцев на территории манора образуются естественные разломы, что ведут на Альбарру. Если такой появится, то ты о подобном узнаешь первым.

– Вы ими не пользуетесь? – усомнился я.

– Не равняй нас со всяким отребьем, деспот. Инферно велико и в нём нет единства! – возмутилась правительница Лавалара. – Разве Вечное Ристалище живёт в мире и процветании? Кто-то постоянно с кем-то враждует и проливает кровь, а кто-то с кем-то заключает пакты и союзы. В мире демонов всё аналогично. Да, моя мать поставляет оружие, доспехи и артефакты много кому, но мы чтим договор прошедшей войны. Наши легионеры не проливают кровь вашего народа. Все, кто хоть как-то вредит сейчас Вечному Ристалищу связаны с Аббадоном, Баалом, Астаротом и сучкой Синестрой. Мы же, наоборот, самолично закрываем любые разломы, что ведут на Альбарру.

Если честно, то имелось множество несостыковок, но сейчас стало на всё плевать. Нужно лишь стать сильнее. Сильнее настолько, чтобы ни одна тварь не посмела мне навредить.

Что ж, по-видимому, малышка, нам придётся задержаться в Инферно.

«Возможно, сейчас так будет лучше для всех», – загадочно произнесла Руна.

– До конца брачного спора я стану твоим призраком и твоей тенью, Искрида Опаляющая, – глядя Верховной в глаза спокойно отчеканил я. – И уничтожу любого, кто захочет тебя присвоить.

– Ты сделал верный выбор, Ваерс Пустой! – расплылась в предвкушающей улыбке девушка, вскакивая резво на ноги. – Навия, распространи информацию о том, что отныне мне служит деспот-предатель. Я уже вижу рожи многих демонов, которые сгорают от желчи и зависти, – тихо смеясь и злорадствуя приказала инферийка.

– Я всё сделаю, моя госпожа.

– Верно ли я тебя понимаю, что ты остановился у Хтара? – вопросила Верховная.

– Можно и так сказать, – уклончиво ответил я.

– Грамар верный Барон, мне не хотелось бы, чтобы он пострадал, – с долей предостережения сказала Искрида.

– Мы заключили с ним джентельменское соглашение, – солгал я. – В любом случае он решился мне помочь лишь по причине того, что я стану на тебя работать.

– Это замечательные новости. Навия, Грамара нужно будет навестить и поблагодарить его за верность.

– Я распоряжусь, моя госпожа.

– Коли так, дамы, то позвольте откланяться, – с ленцой заговорил я, поднимаясь с насиженного места и неторопливо удаляясь прочь. – Так и быть начну свой рабочий день с завтрашнего дня. Провожать не надо. Выход найду сам.

– Возьми это, деспот! – Искрида бросила мне в руки знак с гербом манора Пылающей Стали. – Отныне ты и я связаны.

Что-либо отвечать на данное замечание Ваерс Пустой не стал и с неспешно покинул апартаменты Верховной.

– Моя госпожа, я до сих пор считаю, что вы совершаете ошибку, – предостерегающе изрекла Навия. – Я голову даю на отсечение, что он угодил сюда вместе с пространственным штормом во время нападения на Ванфею. К тому же многие будут недовольны тем, что вам служит деспот. Это могут воспринять как предательство. Это я еще молчу о том, что все слова этого Ваерса пропитаны ложью.

– Это сейчас уже неважно, подруга, – загадочно прошептала Искрида, погружаясь в собственные мысли. – Он использует нас, а мы его. Мы всё равно узнаем, кто он такой. Шпионов и доносчиков у нас в Альбарре достаточно. Главное сейчас то, что он деспот и то, что будет убивать тех, кого я прикажу. Отныне никто не станет мною помыкать. Говорю же тебе, все недовольные всего-навсего завистники. Никто из них не смог бы завлечь на службу целого деспота. Мне уже нетерпится увидеть, как он себя покажет на брачных спорах. Подготовь для него хорошую легенду, Навия. Пусть все те, кто возжелает трахнуть меня узнают каков на самом деле мой страж, – и обратив взор на отсеченную руку Атараза, та широко улыбнулась. – А если он каким-то чудом начнет убивать враждебных Верховных, то манор Пылающей Стали лишь выиграет от этого...

Глава 10. Два месяца спустя...

Инферно. Первый круг.

Лавалар. Манор Пылающая Сталь.

Два месяца спустя…

Наверное, впервые в своей жизни насторожено относился не я к кому-то, а ко мне кто-то. Да и вся сложившаяся ситуация необычайно сильно забавляла. Моё эго и без того было размером с трёхэтажное здание, но видеть, как от тебя шарахаются Бароны или же Высшие Инферно, оказалось ни с чем не сравнимым удовольствием.

Вынужден признать, что правительница Лавалара являлась отменным руководителем и интриганкой похлеще некоторых. Молва о том, что деспот и некий предатель из рода людского стал вторым стражем Искриды Опаляющей облетела весь манор Пылающей Стали со скоростью шквалистого ветра. Через трое суток не имелось того демона, который не знал бы моего имени. Надо сказать, что выдуманная легенда оказалась идеальной.

Связать каким-то образом Ранкара Хаззака и Ваерса Пустого не представлялось возможным, а через несколько дней многие демоны даже не смогли вспомнить, как я выгляжу на самом деле. Момент с битвой никто не успел записать, потому как в цитадели запрещалось использовать подобные артефакты. Да и с тех пор я практически постоянно носил на себе облачение разорителя. Во всём Лаваларе имелось всего несколько разумных, которые в деталях сумели бы описать мою физиономию. Не считая Рамаса, я мог пересчитать их по пальцам на обеих конечностях: Искрида, Навия, Вальгрон, Грамар и Роквал с Селестой. Светить хлебалом абсолютно не хотелось, рано или поздно я всё равно вернусь на Вечное Ристалище, так что данный аргумент как анонимность, во избежание различных недоразумений, тоже как нельзя лучше играл мне на руку.

Плюс из-за постоянного использования облачения оно вдруг стало прогрессировать семимильными шагами. Улучшился контроль над техникой, уменьшилось потребление сил, а с некоторых пор мне удалось повысить защиту. Ранее получалось наложить друг на друга лишь три слоя концентрированного черного тумана, но после череды трудных экспериментов число слоёв увеличилось до четырёх. Отныне защита действительно была моей сильнейшей стороной.

Ко всему прочему в какой-то момент удалось коснуться той самой пугающей мощи, которая чуть не сделала меня обыкновенной пустышкой. Причем вышло это случайно во время тренировок. В момент пика, когда туман сгущался до возможного предела, облик чернильной тьмы размывался и частично приобретал тот самый мерцающий тёмно-серый оттенок Пустоты. Однако держать подобную концентрацию оказалось необычайно сложно и оттого невыполнимо. Впрочем, даже такие успехи несказанно порадовали.

Невзирая на слияние эссенции и черного тумана, ранее на все свои источники я смотрел, как на нечто раздельное будто глупец, но после успеха с Пустотой я взглянул на свой внутренний мир иначе. Совсем иначе. Я перестал использовать резервы отдельно друг от друга и попытался слить воедино хотя бы два из них, однако, как бы ни старался, у меня ничего не вышло. Либо они являлись несовместимыми, либо проблема состояла в ином. Впрочем, успех ждал меня малость дальше, когда слиянию подверглась Жажда Крови и Неистовство и через декаду на свет явилась Жажда Неистовства. Правда, при этом страдал контроль и порой я впадал в припадки ярости, но по сравнению с тем, что было ранее – это оказалось сущим пустяком.

При использовании новой Жажды все показатели и атрибуты увеличилась в несколько раз, а когда в дело вступал Черно-Алый Арбитр, то мощь двух данных техник давала просто необычайный прилив силы, скорости и выносливости. Можно сказать, что в какой-то мере при помощи слияния резервов и сердца Опустошителя удалось выйти на новый виток развития. Хотя я даже примерно не представлял на каких рангах сейчас нахожусь.

Небольшой модернизации подвергся и весь остальной мой арсенал. Руна же смогла коснуться предела своего восстановления на нынешней ступени и чувствовала себя просто превосходно. Однако теперь всё зависело лишь от меня. Для дальнейшего исцеления не хватало самого главного: энергии и ресурсов.

Впрочем, из-за недостатка времени на этом все успехи заканчивались и именно с данного этапа брала своё начало рабочая рутина в мире демонов. Причем вся эта рутина касалась лишь Искриды и Лавалара. Да и честно признаться, когда соглашался на такую работу я до конца не понимал пределов обязанностей, а их сформировалось в достатке.

Я находился рядом с Искридой днём и ночью на протяжении двадцати четырех часов в сутки и семь дней в неделю. В кабинете, на прогулках, на всевозможных советах со знатью и даже в спальне. Не нужно и упоминать, что аристократы косились на нового стража с подозрением, но все принимали в учёт главное: новый страж являлся деспотом и практически любое общение с инферийцами устремлялось к нулю. Правда, от кое-чего, слава Ярвиру, удалось ускользнуть. Когда Верховная пребывала в купальне подле неё была Навия. Иные преторианцы сменялись раз в сутки. Так что тереть спину правительнице Лавалара не пришлось. Вначале я считал такие шаги настоящим маразмом, но через трое суток вся грязь всплыла наружу. Именно через три дня случилось первое нападение.

Вышло оно частично нелепым и наивным, но после данного случая такие выкрутасы полились как из рога изобилия. Нападение произошло, когда Искрида отправилась на инспекцию рудников за пределы города. Да и судя по ситуации все её передвижения кто-то безбожно слил противникам. Группа из двух десятков Высших и одного Верховного сработала слаженно. Атаку намеревались произвести с воздуха. Надо сказать, что два десятка Высших, два десятка демонических виверн и один Верховный являлись огромной силой, но именно тогда я увидел разницу в силе.

В Инферно имелась своя градация, хоть и не такая обширная, как на Вечном Ристалище. Высшие демоны, как и Верховные, делились на три типа развития: Суррогаты, Истинные и Кровные. Суррогаты являлись слабейшими, а Кровные сильнейшими. Так вот на нас напал отряд Высших Суррогатов во главе с Истинным Верховным. Произойди всё быстрее или застань они нас врасплох и у них имелся бы крошечный шанс поцарапать Искриду, но, увы, обмануть протест и моё шестое чувство стало с некоторых попросту невозможно.

– НЕБО! – громогласно выкрикнул я. – БОЛЬШАЯ ГРУППА!

Инферийцы и виверны посыпались настоящим градом, но в таком виде они являлись для меня не более чем мишенями в тире. Наверное, впервые выпала возможность метать молнии-протазаны столь часто. Один за другим летающие твари и их наездники сыпались как подбитые воробьи с жалкими воплями и криками. Через несколько секунд на землю смогла опуститься лишь треть Высших и треть виверн, где их благополучно добили оставшиеся преторианцы. Ну а к битве Верховных я просто-напросто не успел. Да и битвой это не назовёшь. Стоило покончить с остатками Высших и рвануть за десертом, как навстречу шагала окровавленная Навия на пару с Вальгроном. Причем глава Пламенного Ока, коим являлся Вальгрон, волочил за собой голову того самого Верховного. Что касательно самого Ока, то это некое подобие службы безопасности у архидемонов. В каждом маноре такая организация называлась по-разному.

Конечно, я догадывался, что волчица была сильна, но и мощь Вальгрона малость поражала. Вдвоём они за несколько секунд в прямом смысле нарезали противника на куски.

– Манор Вечной Стужи, моя госпожа, – учтиво изрёк глава Пламенного Ока, бросая к ногам Искриды череп нерадивого воздыхателя. – Подчиненный Дамариса Осквернителя.

Секундой ранее правительница Лавалара покинула буревестник и с долей интереса наблюдала за полем боя, а затем склонившись над жертвой, заботливо повернула голову так, чтобы можно было рассмотреть выгравированные руны на безобразной роже Верховного.

– Значит, подчиненный архидемона Вечной Стужи Дамариса Осквернителя. Так-так-так, кто это у нас? – невозмутимо вопросила девушка, тщательно приглядываясь к отрубленной башке. – Хм… Что-то знакомое. На языке вертится, но никак не припомню. Навия, а ты случайно…

– Баррил. Грязная тупая мразь! – хмыкнула холодно волчица, с пренебрежением глядя на череп. – Пару лет назад на одном из пиров пытался залезть к вам под юбку и опоить чем-то дурманящим.

– А-а-а-а-а! Точно! Баррил! – выпалила весело правительница Лавалара, плавно выпрямляясь и ногой отбрасывая голову прочь. – Припоминаю такого. Что ж, сам виноват.

– У них имелись высокоранговые артефакты сокрытия, моя госпожа, – отрапортовал Вальгрон. – Если бы не деспот, то…

Честно сказать их краткую беседу я пропустил мимо ушей, потому как прислушивался к довольному урчанию Альяны, которая оперативно поглощала энергию, добытую с демонов, но в какой-то миг большинство взглядов скрестилось на мне.

– Как ты их учуял? – бросила холодно Навия.

– Легко и непринужденно, – спокойно обронил я, стоя в паре шагов от Искриды и попеременно глядя то на зверородную, то на главу Пламенного Ока. – А у вас с этим какие-то проблемы?

Впрочем, широкая улыбка Верховной, её весьма красноречивый взгляд и соблазнительная походка говорили сами за себя.

– В следующий раз сможешь их почувствовать? – как можно тише осведомился задумчиво Вальгрон, глядя на мёртвых Высших, которые дымились из-за воздействия искр.

– Без проблем.

– Тогда я спокоен, – кивнул еще тише Верховный. – Ты хорошо потрудился.

Тем не менее, взгляды окружающих преторианцев по-прежнему были полны волнения и большинство из них с тех пор держались от меня еще дальше. В тот момент я не понимал, почему все так напряглись, но молва о втором страже разрослась еще больше. Однако ответ на такое их поведение я узнал очень и очень скоро. Суть состояла в Высших, которых я прикончил с помощью искр. Ведь в сущности инферийцы не должны умирать столь быстро из-за простейшей человеческой магии.

С той поры такие нападения происходили всё чаще. Количество нерадивых ухажеров росло в арифметической прогрессии. Причем порой они случались даже в цитадели. Львиную долю таких атак удавалось подавить еще в зародыше при помощи Пламенного Ока. Чем дольше я находился в Инферно, тем более удивлялся выдумкам и хитрости демонов. Зачастую казалось, что Искриду хотят не завалить в постель, а просто убить. Впрочем, к таким «каверзам» правительница Лавалара давно привыкла. С её слов у инферийцев грань между смертью и обладанием весьма тонка.

Различные яды, выпивка с афродизиаками, артефакты-ловушки, десятки «подарков» и посылок от женишков, которые несли лишь вред сыпались градом. Однако через некоторое время дневные нападения стали сходить на нет, но увеличилось количество ночных «визитов». Именно тогда пошла молва о загадочном призраке, который постоянно находится подле своей госпожи. Призрак, появляющийся из ниоткуда и уходящий в никуда.

Слухов действительно ходило много, ведь Навия и Верховная сами подливали масло в огонь нарастающего интереса, так что народ в маноре всё больше судачил о происходящем. Однако благодаря Сущности Истребления в какой-то мере я действительно стал призраком и самой настоящей тенью Искриды.

Примерно в таком вот ключе миновало целых два месяца. Два месяца постоянного напряжения и нескончаемых нападений. Количество Высших, которых лично прикончил я перевалило за пару сотен, но в основном это были Суррогаты и Истинные. Количество же Верховных едва ли достигло десяти. Да и с теми в основном сражались Вальгрон и Навия. Ко всему прочему среди кодлы, что являлась ранее, не присутствовало тех, кто был мне по-настоящему нужен. Прислужники архидемонов из первой пятерки покамест не решались рваться вперед. Они постоянно чего-то выжидали.

Но на моё удивление порой Искрида давала и отдохнуть. Сегодня выдался именно такой день. Впрочем, своеобразные выходные каким-то нелепым образом превратились в обучение и тренировки. При любом моём появлении в резиденции Грамара, Роквал и Селеста вырастали будто из-под земли, а где-то вдали постоянно маячил вздыхающий силуэт Рамаса. Как и ожидалось парень по уши втюрился в инферийку.

Честно сказать, я не понимал и не одобрял такой привязанности внуков Хтара к моей персоне, однако за обучение молодых демонов я взялся лишь по просьбе тифлинга и из-за щедрой оплаты Грамара. Ведь старикан платил пламенем Инферно.

По большей части все были в выигрыше. Селеста и Роквал находились на седьмом небе от счастья. Старый пердун наслаждался тем, что его горячолюбимых внуков тренирует приближенный правительницы. Рамас радовался, что находится рядом с Селестой, хоть практически всегда такие встречи заканчивались его побитой, но довольной физиономией. Ну а я сбрасывал напряжение посредством бесед и рукоприкладства.

Одно лишь усугубляло моё положение: припадки. Припадки так никуда не делись. Я явственно ощущал, что их количество свелось к минимуму, но внутри росло чувство подступающей опасности. Вероятнее всего следующий припадок окажется на порядок мощнее того, что был в Асгарде. Ведь связан он будет не только с Неистовством, но и с сердцем Опустошителя. И куда от них деться я попросту не знал. Взятые на себя обязательства не позволяли надолго покинуть Лавалар.

– Наставник! Не витайте в облаках! – раздался звонкий голосок Селесты, а её изящный силуэт вынырнул из пламени брата, но первой в поле зрения показалась тонкая рапира демонессы. – Неужели вы…

Мириада сраных бед! С каких это пор я стал наставником? Мне всего-то двадцать четыре. Хотя… это Владу Верейскому двадцать четыре, а Ранкару Хаззаку всего двадцать два.

Однако через мгновенье все вялотекущие мысли отошли на второй план.

Малышка, ко мне…

Тепло спаты материализовалось в ладони с молниеносной скоростью, далее раздался пронзительный звон стали, и рапира Селесты устремилась по диагонали вверх, пока её хозяйка с обидным и растерянным «Ой!» болезненно умостила свою пятую точку на грубый камень арены, а затем ударом ноги по спине я кубарем отправил девчонку прочь. Следующей жертвой стал Роквал: парень замешкался на секунду и подобно сестре попытался использовать своё же пламя как отвлекающий маневр, но сорвавшийся с правой руки серп грубо откинул молодого демона к границе барьера и подбросил его вверх, отчего Высший через секунду шлёпнулся прямиком на родственницу.

– Победа Ваерса! – довольно расхохотался Грамар, запуская руки за пояс и с важным видом направляясь к внукам. – Ну и? Что я вам говорил? – сурово вопросил старикан. – По-прежнему хотите стать преторианцами?

– Уже не очень, – шмыгнула разочаровано Селеста, выбираясь из-под брата. – Однако когда-нибудь у меня обязательно получится!

– Похвальное рвение, – хмыкнул я, неторопливо приближаясь к копошащимся родственникам.

– Роквал! – возмутилась девица. – Слезь ты уже с меня, боров неотёсанный!

– Да… пытаюсь! – промычал отрывисто демон. – Но… кажется я себе… что-то сломал.

– Зарастёт, – отмахнулся беззаботно Хтар, а после с благодарностью кивнул мне. – Славно потрудился.

Впрочем, пока инфериец и инферийка пытались отползти в сторону как можно дальше друг от друга, я боковым зрением наблюдал за Рамасом. Взор парня с каждым днём затухал. Само собой, тифлинг не сидел без дела и на протяжении двух месяцев всячески тренировался с внуками Хтара, но, увы, силы были абсолютны неравны. По моим скромным прикидкам тифлинг находился на ранге закалённого Сокрушителя, всё-таки трудности и вправду закаляют, но против Высших Суррогатов с его нынешними возможностями невозможно противостоять.

Путь к магии у него давным-давно отрезан, как и у других Осколков. Да и из-за сущности Рамаса сомневаюсь, что он вообще сможет пробудить эссенцию. Однако я часто размышлял над тем, чем могу ему помочь, ведь полукровка действительно чах на глазах. Чах, но не сдавался. К тому же взгляды, обращенные на Селесту говорили сами на себя. Они хоть и сблизились с внучкой Грамара, но та не считала его ровней, а уж делить постели с полукровкой было и того хуже. Как не крути, но в мире демонов правит лишь сила.

Впрочем, нет худа без добра. Имелся рискованный план. Очень рискованный. Всё-таки я не просто так рвал задницу у Искриды.

– Рамас, отойдем на минутку, – махнул я рукой тифлингу неспешно усаживая свою задницу в кресло-качалку Грамара, что стояла у границы арены.

– Что-то случилось? – задумчиво осведомился парень, присаживаясь прямо на стойку с оружием.

– Это я должен задавать такие вопросы, – пробормотал вяло я. – Что с тобой случилось, Рам?

– Всё… в порядке, – незамедлительно ответил парень невольно запнувшись.

– Ну да! Как же… Если ты так будешь пялиться на Селесту, то обязательно проделаешь в ней дыру. Неужели всё так серьёзно? Настолько приглянулась?

– Неужели… так заметно? – взволновано просипел полукровка с затравленным взором.

– Ну совсем слепой может и не заметит, – уклончиво отозвался я.

– Она… она чудесна, Ранкар, – еще тише прошептал очаровано тот, то и дело продолжая запинаться. – Если бы только… я… я… я…

О-о-о-о-о! Дохлый номер. Клиент готов. Приплыли. Всем покинуть судно.

– Да-да-да. Если бы только мог, то заикался бы до смерти, – отмахнулся слабо я, а после подался в рассуждения. – Знаешь, те слова Грамара о твоём якобы папаше не дают покоя. Он обмолвился, что твой батя может быть Высшим или того лучше Верховным.

– К чему ты клонишь? – чуть нахмурился тифлинг, заслышав о эфемерном родиче.

– Ну не думаешь же ты, что я просто так развлекал внуков Хтара?

– О чем ты, Ранкар? Я не…

Однако он резко осекся на полуслове, а глаза его расширились от нахлынувшего осознания, но затем поджал губы и отрицательно покачал головой.

– Нет. Я не могу. Ты и так сделал слишком много. Да и вряд ли у меня получится.

– В таком разе продолжишь до самой смерти лишь смотреть со стороны? – поинтересовался я, глазами указывая на Селесту.

– Дело не в этом, Ранкар. Я не боюсь погибнуть. Я боюсь того, что пламя не поможет и все твои труды пойдут прахом. Ты потеряешь всё, что имеешь.

– Прахом говоришь? – на ладони тотчас материализовалась бусина чистого огня Инферно, которую я с интересом стал рассматривать. – Да и кто тебе сказал, что я всё потеряю? Это ТЫ всё потеряешь, а не я…

Поднявшись с кресла, силой мысли выудил все добытые ранее бусины и переложил их в ладони шокированного Рамаса.

Странно, что я не могу их использовать, так может оно и к лучшему?

– Никогда не думал, что скажу это, но ты… ты вроде как мой друг и оставлять всё в таком ключе я не намерен. Для меня эта дрянь всё равно бесполезна. Так что отныне огонь принадлежит тебе. Решать тоже тебе. На случай своего отсутствия, Грамара я предупредил обо всём. Он поможет пробудить кровь твоего папаши. Благо опыт с двумя внуками имеется. Только варежку прикрой, – поморщился невольно я. – А то залетит еще чего!

– Ранкар, я… я не знаю, как тебя…

Тем не менее, довести свои взволнованные сопли до конца парень не смог, потому как в очередной раз, будто из-под земли рядом появился хрупкий силуэт Селесты.

– Наставник, а можно подержать в руках ваш клинок деспота? – бесстрашно спросила демонесса.

На миг возникла гробовая тишина. Не только я удивился такой просьбе, но и её брат ошеломился, голос же Грамара разрушил возникшее молчание.

– СОВСЕМ СДУРЕЛА?! – рявкнул он.

– Деда, ну пожалуйста! – заканючила та, начиная с нежностью обхаживать старика. – У нас в гостях живой деспот. Если я не воспользуюсь таким шансом, то сама себя перестану уважать.

«Ага! Сейчас! Еще меня не лапали всякие мелкие соплячки! – возмущенно прошипела Руна. – Пусть мечтает! Я отказываюсь!»

– Не выйдет, Селеста, – тихо рассмеялся я, отрицательно качая головой, отчего Хтар тотчас расслабился. – Кое-кто против твоих касаний. Альяна весьма своенравна.

– Альяна? – расширил от изумления глаза Роквал. – То есть ваш клинок носит название…

Облачение Разорителя…

Речь парня резко прервалась и все в мгновение ока отшатнулись прочь от меня. Из глубин внутреннего мира хлынули потоки эссенции и тумана, свивая и возвращая привычный облик хейда, а секунду спустя я с невозмутимым видом обернулся к только что явившемуся преторианцу.

– Госпожа Искрида просит тебя вернутся, деспот.

– Выходной же… – с холодком прошипел я.

– Всё верно, – кивнул страж. – Дело в том, что с минуты на минуту ожидается визит. Она сказала, что тебе понравится.

Ирззу распутницу мне в жены! Только не говорите, что…

От осознания сердце пробило учащенный такт, а в груди начали раскаляться угли потаённой ярости.

– Кто именно прибывает?

– Кое-кто из первой пятерки. Одни из тех, кого ты так долго ждал…

Глава 11. Тень Искриды...

Аххеский пантеон.

Мергара. Твердыня доминирующего дома Хаззак.

Большой зал.

Не считая Дэймона, делегацию из Ванахейма Хаззаки принимали практически в полном составе. Само собой, невзирая на то, что в кругу основной ветви Занст хоть и являлся исполняющим обязанности главы, но на шаг впереди стояла Имания, а все прочие находились позади, окруженные главами службы безопасности.

Сегодня в большом зале было людно. Чересчур людно. Да и вся Мергара в какой-то степени жужжала как пчелиный улей. Зачастую делегации из соседствующих пантеонов направляют непосредственно в великие дома, но по известной для многих причине нынешняя ситуация выделялась на общем фоне. Северяне пожаловали с официальным визитом к сильнейшему доминирующему дома Аххеса, а не к их хозяевам.

Представители верховного клана двигались через распростёртые двустворчатые двери неспешно и нехотя. Будто они желали отсрочить нечто, чего в будущем станут стыдиться. Лишь несколько разумных выделялись среди толпы ванов: Пешая Молния, Кайса Ксант и небесная воительница возглавляли шествие. Лицо главы побочной ветви выражало непоколебимую решимость, но стоило ему завидеть собственную дочь, что стояла позади Имании, склонив покорно голову, как вся его хвалёная решимость попросту улетучилась.

Не менее ошеломлённой выглядела и валькирия огненной алебарды, которая по собственной воле решила направиться в Мергару. Личико Ингрид исказила потаённая гримаса нарастающего изумления. До сих пор сестра считалась без вести пропавшей, но прямо сейчас она видела Фьётру перед собой и не могла поверить в такое злосчастное стечение обстоятельств. Однако не это испугало небесную воительницу. Даже находясь рядом с боевой соратницей, она ником образом не могла почувствовать её присутствия.

После нападения на Ванфею миновало почти два месяца, однако Нефрит Ксанта ничуть не изменилась. Юная горгона и ранее славилась дрянным, склочным и достаточно маниакальным характером, но вторжение демонов будто обострило все недостатки разом. На её месте множество голубокровных радовались бы такому обществу, ведь ваны прибыли на поклон к её вассалам, вот только ярко-изумрудные глаза дочери Данакта выражали только холод.

На языке у Фейлана вертелось бесчисленное множество слов. Одним только чудом тот не сорвался на бег и не заключил в объятия живую дочь, а заставил себя остановиться и склонить голову в церемониальном поклоне. Кайса Ксант как ни в чем не бывало, прошествовала дальше и клюнув Знающую дома в щеку, попутно опалив гневным взором Фьётру, резко обернулась к представителям клана Ванахейм.

Под взглядом сразу трёх глав безопасников неуловимой тенью на сторону доминирующего дома прошмыгнул и бывший серафим, но держаться тот старался как можно дальше от обеих сторон.

– Север, а в частности верховный клан Ванахейм приветствует доминирующий дом Хаззак, – со всем официозом заговорил глава побочной ветви.

– Аххес, а в частности доминирующий дом Хаззак отвечает тем же, – как того требует ритуал, ледяным тоном отчеканила Имания, но маска невозмутимости треснула, тем самым высвобождая наружу её истинные эмоции. – С чем явился, Фейлан? Говори скорее. У меня нет времени, чтобы долго выслушивать твои бредни. Смерть и горечь от потери племянника еще свежи в моей памяти, но видят Небеса за его гибель поплатятся все!

На физиономии у Пешей Молнии не дрогнул ни единый мускул после прозвучавшей угрозы, а вот некоторые делегаты оказались недовольны её словами.

– Почему меня встречает Знающая, а не глава дома? – чуть насупился ван. – Где Изувер?

– Ты пришел сюда лишь ради этого вопроса, Фейлан? – насмешливо-презрительным тоном осведомилась Имания. – Ты действительно считаешь, что мой брат будет сидеть на месте после всего того, что случилось с его воспитанником? Держите нас за бесхребетных?

В этом была вся Знающая дома Хаззак. Только двумя предложениями целительница умудрилась поднять очередную беспокойную волну среди прибывших представителей клана Ванахейм и накалить обстановку до предела. Даже валькирия огненной алебарды невольно нахмурилась, но поджав губы, вновь посмотрела на главу делегации.

– Я знаю, что мои слова ничего не изменят, – перешел к сути дела мужчина. – Они не смогут вернуть тебе племянника, Дэймону воспитанника, а великому клану Ксант талантливого безупречного, но верховный клан Ванахейм берет ответственность за смерть Ранкара Хаззака на себя. Мы повинны в том, что не смогли должным образом соблюсти все меры безопасности. Ко всему прочему небесные воительницы Фреи тоже в какой-то мере виноваты в содеянном и возлагают часть вины на свои плечи.

– В пределах разумного мы заплатим за смерть вашего родича, – громко, но коротко заявила Ингрид.

Однако она хоть и говорила с Иманией, но своего растерянного взора не сводила с боевой сестры. С каждой секундой на душе у валькирии становилось всё хуже. Фьётра ни разу не взглянула ни на неё, ни на отца.

– «В пределах разумного», значит… – на миг прикрывая веки, фыркнула насмешливо Имания. – Я бы многое стребовала за смерть племянника с Ванахейма и валькирий, но боюсь не вправе решать такие вопросы в одиночку. Я верная слуга великого дома Ксант. Данным вопросом займется моя госпожа Кайса и владыка Данакт.

– Ксант распорядится такой возможностью в полной мере, – заметила озлобленно горгона. – Обещаю вам!

– От себя лишь добавлю, что в какой-то мере я удовлетворила ярость своей потери, – язвительно добавила Имания, глядя то на Ингрид, то на Фейлана, а после с демонстративным видом посмотрела на Фьётру. – Впрочем, этого хватит лишь на время, но обещаю, что растяну свою месть на более длительный срок.

– К чему ты клонишь, Несмертная? – хмуро вопросил Пешая Молния, не понимая сути подобного ответа, но предчувствуя неладное.

– Я забрала её! – фыркнула ядовито магиня Жизни, глазами указывая на Фьётру. – Эта дрянь будет служить мне пока не искупит гибель племянника! А не искупит она его утрату до конца своей жизни! Теперь она до самой смерти будет служить дому Хаззак!

– О чем ты говоришь, Знающая?! ЗНАЙ МЕРУ! – закричал глава побочной ветви Ванахейма и из-за нахлынувшего удивления перешел на рассерженный рык. – Она… она валькирия! Ты не можешь так поступить! Она служитель оберега! Ты не имеешь права!

Теперь слова вана раскалили до пика и без того скверную атмосферу, а главы службы безопасности неуловимо сделали несколько шагов в его сторону, но всем на удивление магиня жизни заливисто расхохоталась.

– А ты шутник, Пешая Молния! Знатный шутник! – утирая выступившие слёзы, пробормотала женщина. – Валькирия? Служитель оберега? Ха-ха-ха! – изо рта Знающей вновь вырвалась порция надменного смеха. – Ты действительно редкостный шутник, Фейлан! Сейчас я тут вижу только одну валькирию. Её! – и будто в назидание, она пальцем указала на Ингрид. – Взгляни на свою спутницу и сам всё поймешь. Считаешь, она просто так молчит? По глазам же видно, что воительница всё осознала.

Удивлённое лицо Фейлана дёрнулось влево и с каким-то непониманием мужчина уставился на спутницу валькирию, но рассмотреть в глазах у Ингрид он смог только боль, ошеломление и страх. Поддавшись эмоциям ван встревоженно сглотнул, и быстро посмотрел на Несмертную.

– Объяснись!

– Почему валькирии сильнее прочих? Почему их магия на порядок более могущественная, чем у других таких же одарённых? Почему с каждым прорывом их сила увеличивается многократно? Почему она, – палец целительницы вновь указал на валькирию огненной алебарды, – не чувствует присутствие сестры? Всё ведь так, деточка? – обратилась Имания к Ингрид, что находилась в полном замешательстве и шоке.

– Всем известно, что свою силу служители черпают из благословения госпожи Ванадис, – вспылил Фейлан, подавшись малость вперед, но смотрел он не на Знающую, а на свою дочь, которая по-прежнему смотрела лишь вниз.

– А куда Фрея накладывает своё благословение? – с нескрываемым злорадством полюбопытствовала Имания.

– На источник, само собой! – раздраженно выпалил ван. – Решила провести мне курс молодого студента?!

– Ты настолько глуп, Фейлан, или же действительно ничего не понимаешь? – тихо рассмеялась Знающая, упиваясь растерянностью собеседника. – Если ты этого еще не понял, то сам посмотри!

Сделав шаг назад и вправо, пальцы Несмертной грубо схватили Фьётру за подбородок и продемонстрировали на всеобщее обозрение её изможденное и бледное лицо с напрочь пустыми глазами, в которых угадывалась лишь боль и отчаяние.

– Валькирии громовых клинков более нет! Она сдохла! ЕСТЬ ЛИШЬ СЛАБАЯ ДЕВКА СО СМАЗЛИВЫМ ЛИЧИКОМ! – перешла на свирепый крик Имания. – Кетар разорвал в клочья оба её источника! Верховные знают, что вертихвостки достаточно живучие и решил действовать наверняка. Я её спасла, а не ваша Фрея! Я! Отныне её жизнь принадлежит мне и дому Хаззак! Доволен теперь, Фейлан? А ты довольна, воительница? – язвительно осведомилась та, выходя из себя. – Ну же! Скажите ей! Попросите! Пусть призовёт свои крылья! Пусть попробует использовать силу валькирии! ДАВАЙТЕ!

Глаза Пешей Молнии расширились от ужасающего осознания и жадно сглотнув, тот сделал еще шаг вперед.

– Фьётра! – взволновано прошептал мужчина дрожащим голосом. – Одно твоё слово, и мы с Ингрид заберем тебя отсюда… Ты только скажи!

На несколько долгих мгновений в зале воцарилась тишина и впервые на бескровном личике у бывшей валькирии громовых клинков промелькнуло нечто осмысленное и та вымучено улыбнулась отцу.

– Уходите. Вам тут не место, – прошептала едва слышно девушка. – Вы сделали всё, что можно. Теперь мой черед нести ответственность.

– Сестра, нет. В этом нет необходимости, – растеряно начала бормотать Ингрид. – Мы… мы обязательно что-нибудь придумаем. Госпожа Фрея… она же…

Стоило упомянуть о Ванадис, как вымученная улыбка тотчас померкла, обнажая на лице у бывшей валькирии еще большую боль и отчаяние. Совершив невероятное усилие над собой, Фьётра сделала несколько неуверенных шагов навстречу. В руках у неё с тихим треском материализовались Близнецы и подойдя вплотную к шокированной небесной воительнице, она дрожащими пальцами вложила дар оберега ей в руки.

– Я более недостойна милости госпожи. Не достойна её доброты, – пробормотала девушка всё более слабеющим тоном. – Нет более мерзкой валькирии чем я. Мне нет и никогда не будет прощения. Я не заслуживаю обладать крыльями и не имею права пользоваться даром покровительницы… Несмертная права. Валькирия громовых клинков умерла, – затем гулко сглотнув, горько добавила. – Погибла вместе с Ранкаром Хаззаком…

***

Инферно. Первый круг.

Лавалар. Манор Пылающая Сталь.

– Кто?! – повышая тон, уточнил резко я и быстро приблизился к отшатнувшемуся прочь преторианцу. – Кто именно прибыл?!

– Шагран! – выдал с долей паники страж, восприняв моё поведение совершенно по-своему. – Шагран Хаерон.

Чтоб мне провалиться! Я уж действительно начал считать, что этого никогда не случится. Вот так удача! Сюда действительно приполз младший брат той потаскухи. Аншира и Шагран Хаерон. В мире демонов весьма известная парочка. Точнее известна только Аншира, а её родич подбирает за ней ошмётки и во всём отстаёт. Однако не забывает при любом удобном случае напомнить или же приплести свою суку сестру для лучшего эффекта.

– Придёт или пришел один?

– Со свитой, – выдохнул преторианец. – Но должен прибыть еще кто-то.

– Кто? – не унимался я, начиная выходить из себя. – Кто именно? Какого причиндала ты мямлишь? Прекращай выкручивать мне яйца и говори всё сразу!

– Не знаю, – быстро покачал головой инфериец. – Точно неизвестно!

Так-так-так! Погоди, Ранкар. Тебе нужно остыть.

– Предупреди Вальгрона, что я скоро буду. Заявлюсь, как обычно. Он поймет.

– Поспеши, деспот, и не затягивай, – выдал страж, набравшись храбрости, а через секунду начал исчезать во вспышке пламени. – Малый тронный зал. Они будут там.

Преторианец исчез так же быстро, как и прибыл. Весь внутренний двор тотчас погряз в тишине, а я лишь сильнее углубился в мысли, взвешивая все за и против. Сумасбродный план сформировался в голове еще тогда, когда я только услышал о том, что у Анширы есть братец, который ухлёстывает за Искридой. И так уж вышло, что моя натура не менее мстительная, чем у той потаскухи. Я воспользуюсь всем, чтобы ударить как можно больнее. Благо не впервой копошится в грязи и подлости. Синдикат научил многому.

«Ты хорошо всё обдумал?» – серьёзно спросила Руна.

Я обдумал это несколько сотен раз, малышка. Мы уже враги. Теперь главное, чтобы сил хватило. Умирать еще раз не намерен, потому как не факт, что воскресну.

– Рамас, я сказал тебе всё, что хотел. Так что дальнейшие решения за тобой, но не стоит затягивать. Чем дольше ждешь, тем тяжелее будет. Грамар, ты обо всём в курсе, поэтому повторять ничего не буду. В случае чего помоги ему. Ну а что насчет вас, ребятки, – ободрительно хмыкнул я, выныривая из собственных мыслей и весело подмигнув внукам Хтара, сделал несколько шагов в сторону выхода. – Не скучайте!

Малый тронный зал, значит. Что ж, в таком случае за дело. Однако для начала необходимо нагнать таинственности. Я всё-таки страж Искриды и нужно вести себя подобающе.

Сумрачный сдвиг…

***

Лавалар. Манор Пылающей Стали.

Малый тронный зал.

Подобного отношения Шагран не заслуживал. Уж не того полёта виверной он был, но говорило в пользу инферийца сейчас то, что атаковал он не исподтишка, а пришел добиваться своего глядя в глаза. Весьма дешевый и бесполезный финт, но после череды нападений такое позабавило правительницу Лавалара. Именно по этой причине она решила принять гостя в малом тронном зале. И чем дольше говорил демон, тем загадочней становилась улыбка Опаляющей. В глубине души она уже успела пожалеть о таком решении.

Лишь одно в данной ситуации малость напрягало: отсутствие деспота. Девушка не хотела этого признавать, но с некоторых пор она чувствовала себя в большей безопасности, когда Пустой находился рядом. Нервировали лишь его резкие исчезновения и такие же внезапные появления. Однако если она, повидавшая достаточно удивлялась подобному, то что говорить о прочих инферийцах? Молва о втором страже ходила разная. Само собой, зачастую её осуждали и поносили свои же за такой рискованной ход, но Искрида не жалела о решении. Повсюду были только плюсы. Постоянное присутствие деспота играло на руку, знать всё реже говорила о ней, а судачила о нём. Теперь правительницу опасались на порядок больше. Да, Опаляющая прекрасно знала обо всём, что творилось в Лаваларе. Знала об интригах и заговорах своих же подчиненных. Как и предатели, шпионы и доносчики имелись повсюду. Аристократы на каждом шагу трепались о том, как гибнут демоны по приказу Верховной от рук деспота. Немыслимое свершение. Если опустить весьма рискованные шаги, то Ваерс зарекомендовал себя ценным ресурсом. Необычайно ценным военным ресурсом, с которым не хотелось расставаться.

Вот только в данный момент её всё сильнее нервировало его отсутствие. Каким-то образом она ощущала, что человек не рядом. Искрида знала о возможностях деспота. Она не могла почувствовать стража, когда тот находился в своей загадочной призрачной форме, но девица продолжала сканировать зал внимательным взором, пытаясь отыскать подозрительную деталь. Глаза Верховной периодически натыкались на свитских прибывшего ухажера, и она представляла, как без пяти минут враги умирают в страшных мучениях под клинком деспота.

Шагран же в это время по-прежнему распинался, не затыкаясь ни на миг. Причем судя по взорам Вальгрона и Навии, будь их воля и они бы прикончили ублюдка на месте, но, увы, реальность являлась совсем иной и более сложной.

– Искорка, ну зачем? – с наигранным удивлением интересовался инфериец, меряя малый тронный зал монотонными шагами. – Зачем всё это?

– Я тебе уже много раз говорила, чтобы ты так меня не называл, – раздраженно выдохнула правительница Лавалара, пытаясь как можно удобнее устроиться на троне.

– Да хватит тебе. Разговор сейчас не об этом, – скорчил недовольную гримасу Шагран, вновь заводя старую шарманку. – Зачем всё это варварство? Зачем убивать своих же? Зачем убивать цвет нашего общества? Зачем противостоять неизбежному? Ты ведь рано или поздно всё равно подчинишься! Так по какой причине ты противишься будущему? Итог так или иначе будет закономерным: ты не сможешь выстоять.

– Предлагаешь принять чью-то протекцию? – склонив голову набок, осведомилась девушка.

– Не чью-то, Искорка, а мою! – со счастливой улыбкой выдохнул Шагран, быстро приближаясь к инферийке. – Ты знаешь, что за мной стоит сестра, а за сестрой сам владыка Аббадон. Он второй по силе архидемон. Тебе лишь необходимо…

– Раздвинуть перед тобой ноги? – ощерилась в холодной улыбке Опаляющая.

– Как грубо! Почему сразу «раздвинуть»? – ухмыльнулся довольно парень. – Это успеется, но для начала нужно чтобы ты приняла меня.

– Знаешь, – мягко отчеканила Искрида, вновь обводя глазами зал в поисках деспота. – Для обычного Кровного Высшего ты на себя слишком много берешь. Некоторые тебя боятся лишь из-за Анширы и дружбы с сыном Аббадона, но вот незадача, – обнажила зубы в саркастичной улыбке Верховная. – Я не боюсь твою сестру и не переживаю насчет владыки Разрушения, а ты не того поля ягода, чтобы помыкать мной. Прекращай мечтать о несбыточном, Шагран. Я никогда не стану твоей, и ты никогда не попадешь в мою постель. А со своими силами ты вряд ли сможешь меня покорить. Твои слова бесполезны. Я убью столько глупцов, сколько пожелаю, чтобы отстоять свою независимость.

– Ты же понимаешь, что не сможешь противостоять вечно? – невозмутимо добавил Высший. – Однажды ты подчинишься! Твоя независимость эфемерна. Или тебе настолько противны мужчины? А может ты и Навия… Может, вы чересчур близки? – возбужденно сглотнул демон, взглянул на волчицу и вновь перевел взор на правительницу Лавалара.

– Прикуси язык, – рыкнула гневливо зверородная. – Пока я его не отрезала.

– Навия моя подруга. Избавь меня от своих фетишей, – отмахнулась раздраженно Искрида. – В этом и суть, Шагран. В одном ты оказался прав – когда-нибудь я найду того, кому захочу подчиниться. Найду настоящего мужчину, с кем возжелаю разделить постель. Как не крути, но я женщина и будущая мать. Однако беда в том, что я не отношу тебя к настоящим мужчинам. Ты мелочен, слаб и желаешь слишком многого. Нужно знать меру.

– Это прозвучало обидно. Очень обидно, – непринужденно заметил Высший, делая еще пару шагов в сторону Верховной, а на его лице засквозило неистовое желание. – Честно сказать, я хотел решить всё миром, но видимо не получится. Ты вынуждаешь меня действовать гораздо грубее. Не хотелось причинить тебе вред. Ты же знаешь, что никто из большой пятёрки толком не брался за тебя всерьез. Они выжидают…

Впрочем, довести столь помпезную речь до конца Высший не смог. Рядом с троном внезапно раздался тихий и малость хриплый баритон, а на лице у правительницы Лавалара расцвела самодовольная улыбка и та словно расслабилась. Вальгрон же и Навия разом нахмурились в поисках сумасбродного человека, ведь подобные выверты даже их малость тревожили. Деспот в таком состоянии был неуловим. Причем активизировались не только они, но и свита Шаграна.

– Ложь.

Тихий смех.

– Наглая ложь.

Вновь порция смеха, но уже с нотками сумасшествия, а через секунду в метре от Искриды медленно материализовался высокий силуэт хейда и за толику секунды тот стал эпицентром всего внимания в зале.

– Ответь мне, недоносок, почему я слышу ложь в твоих словах?

Довольная улыбка на лице у Шаграна тотчас померкла, а его гримаса исказилась в жутком презрении и негодовании.

– Надо же, а я уж думал ты не появишься. Ты же тот, о ком все судачат, не так ли? Тень Искриды Опаляющей. Искорка, почему это отребье здесь?! Что он себе позволяет?!

Сделав шаг вперед, Высший оказался очень близко к Верховной.

– Я давно тут нахожусь. Почитай с самого начала, – продолжая тихо смеяться, изрёк весело хейд. – Тебе же сказали, чтобы более ты так не обращался к правительнице Лавалара. Ну а если ты сделаешь еще хоть в шаг в её направлении, то я тебе что-нибудь отрежу…

Глава 12. Лицом к лицу...

Малышка, ко мне…

Медленная материализация клинка являлась в большей степени демонстрацией, но все свитские Шаграна неуловимо напряглись.

– Если начну резать, то будет больно. Очень больно. Обещаю тебе, – а после провокационно поманил его к себе взмахом спаты. – Так что вперед, крутой мужик, сделай еще один шаг и заставь меня действовать. Ты чувствовал когда-нибудь на себе прикосновения клинка деспота? Могу тебя заверить – ощущения незабываемые!

Теперь проняло не только свитских, но и Высшего. Занесенная для очередного шага нога зависла в воздухе, а миг погодя вернулась на место. С пяток секунд инфериец настороженно пялился на моё оружие, но ни с того ни с сего расплылся в кривой усмешке.

– Цепная собачонка не понимает, что несет. Пёс должен стоять на месте и покорно молчать, пока хозяева изволили беседовать. Ты хоть осознаешь, что я могу с тобой сделать? – напыщенно выпалил он. – Знаешь, с кем сейчас говоришь?

– С обмудком, который прячется за юбкой сестры и пользуется её положением? – надменно рассмеялся я. – Аншира вообще в курсе, что её брат недоносок пытается стать правителем Лавалара?

Удар оказался ниже пояса, демон на миг вышел из себя.

– Угомони своего пса, Искорка, иначе я сделаю это за…

Парное Истребление…

В мгновение ока спата разделилась на два равных клинка, и правая часть с пронзительным свистом вонзилась прямо между ногами Высшего. В какой-то степени Кровный сумел среагировать и дёрнуться назад, но разница в скорости изначально была несопоставимой.

– В следующий раз это будут твои яйца, обмудок. Ты не оглох случайно? Тебе же сказали, чтобы ты обращался к правительнице Лавалара со всем уважением.

Практически моментально со своих мест повскакивала свита Шаграна, недовольная вывертом деспота, но я лишь опалил их насмешливым взором и занёс для броска левую часть Альяны.

– Первая троица, которая посмеет дёрнуться лишится своего хозяйства, а в последствии и жизни.

«Надо же! Ты только посмотри на эту сучку! – возмутилась яростно Руна. – Она пытается взять тебя под контроль».

Да. Чувствую.

– Не смотри так на меня, дешевая стерва, и не рыпайся, – чуть жестче добавил я, глядя на суккубу, что находилась среди подпевал Шаграна, и которая пыталась очаровать меня своими выдающимися прелестями и возможностями. – Баб предупреждение тоже касается. Прирежу так же легко, как и мужиков. Твоя блудливая магия не действует на меня. Можешь не стараться!

– Угомони своего цепного пса… Искрида! – переходя на жуткий официоз, выкрикнул недовольно Высший, позабыв о фамильярном обращении. – Иначе я и вправду это сделаю за тебя! Не забывай, что мы прибыли сюда с дружеским визитом.

Всё-таки забавно наблюдать за его трепыханиями. Причем судя по злорадной усмешке Навии и скрытому кряхтению Вальгрона, оба отчасти разделяли моё удовлетворение.

– Ты сказал «с дружеским»? – с деланым удивлением прикрывая ротик рукой, переспросила Верховная, а затем весьма соблазнительно стала подниматься с трона. – Я не ослышалась?

Не знаю, как так выходило, но она всё делала с текучей плавностью. Как в движении, так и в делах. Любая активность правительницы Лавалара наполнялось скрытым очарованием и мягкостью. Наверное, именно это отличало её от остальных. В Инферно имелось множество разновидностей демонов. Диабалы являлись самыми распространенным народом среди инферийской знати.

Далее шли анзуды, шерканы, суккубы, инкубы, влатси, дивы, хейды и криолиты. Народность же Искриды носила название – гиары. Гиары славились не только своей красотой и умом, но и уникальной родословной. В какой-то мере благодаря своей генетике они взяли лучшее от большинства демонических рас.

Так вот зачастую складывалось чувство, что аристократки суккубы, коих в маноре Пылающей Стали имелось в достатке, не шли ни в какое сравнение с гиарой. Искрида из-за своих манер, красоты, темперамента, хитрости и ума казалась на порядок выше других инфериек. Складывалось ощущение, что она была… более породистой, что ли. С этой девицей приходилось держать ухо востро и постоянно быть начеку. Боюсь, она одна из тех, кто сможет обмануть разумного так, что он ничего не поймет. Так что если правительница Лавалара, когда-нибудь станет моим врагом, то во избежание неприятностей её следует убить как можно скорее, либо вообще одной из первых. Впрочем, если Искрида являлась настолько выдающейся, то на что способна её мать? Сдаётся мне, что в ближайшее время лучше не встречаться с Марагной. Да и неизвестно, как она отнесется к потомку пятой династии и Руне, если сумеет её почувствовать.

– После того, как ты угрожал мне своей сестрой и связью с Аббадоном, ты называешь подобное дружбой? – с необычайной теплотой, полюбопытствовала девушка, останавливаясь рядом со мной, а затем с каким-то странным интересом та искрящимся коготком попыталась отковырнуть частичку моего облачения, но после нескольких тщетных попыток ничего не получилось. – Ну да. Кто бы сомневался. Не выходит, – с наигранным восхищением шепнула гиара, довольно мне подмигивая.

Всё-таки она действительно являлась отменной интриганкой и хитрой бестией. Всего несколькими словами и парой действий та довела Высшего до белого каления и обострила его ярость к моей персоне до возможного предела. В иных ситуациях я прикончил бы такую провокаторшу, но сейчас подобное необходимо. Физиономия Шаграна разом ужесточилась, а взгляд стал необычайно хищным.

– Что ты творишь?! Совсем стыд потеряла?! – прошипел свирепо диабал, отбрасывая всякий лоск. – Мне показалось или ты… ты сейчас флиртуешь на моих глазах с… ЧЕЛОВЕКОМ?!

– Странно это слышать от того, кто перетрахал огромное количество человеческих баб, – колко заметила Навия, вставив свои пять копеек в беседу. – Молчал бы уж!

– Нет, тебе показалось, Шагран. Не обращай на нас внимание, – отмахнулась беззаботно Искрида, продолжая коготком ковырять моё облачение. – Думаю, тебе пора ползти обратно к своей сестре. Передавай Аншире мои наихудшие пожелания. Очень надеюсь, что она где-нибудь загнётся. А обо мне ты можешь забыть. Если чего-то желаешь добиться или же силой овладеть как мной, так и Лаваларом, то советую поступить, как и всем остальным. Напади, обмани, опои какой-нибудь гадостью, ударь в спину или брось вызов мне или же моим преторианцам. Вариантов много. Так что… катись прочь! Ты утомителен.

– Утомителен, значит… – негодующе прошипел Высший, а после кивнул в мою сторону. – Неужели дело в нём? Ты настолько уверовала в собственные силы? Действительно считаешь, что ОН поможет тебе продержаться до конца брачных споров? Думаешь, один единственный деспот что-то изменит? Одна ошибка, Искрида, и ты падешь.

– Если и паду, то точно не из-за тебя и не под тебя, – невозмутимо отчеканила девушка, продолжая своё гиблое дело по «уничтожению» моего облачения. – А насчёт деспота ты прав. Если честно, то я не припомню, чтобы хоть кто-то заручался их поддержкой. Неужели я первая?

– Только конченная психопатка сможет додуматься до такого! Иные демоны убивают деспотов, как прокаженных собак! Ты сошла с ума! – стал распаляться Кровный, а свита его начала медленно собираться в единую группу, даже Навия и Вальгрон из-за услышанного оскорбления двинулись вперед. – Ты привела в свой дом человека! Да ещё и не абы кого, а злейшего врага всех демонов! Считаешь, что твоя мать одобрит такое?! Она будет первой, кто накажет тебя. Ты хоть в курсе, о чем говорит знать? Тебя начинают открыто презирать твои же подданые. Ты стала якшаться с людьми. С нашими врагами. Как же низко ты пала, раз удумала заручиться поддержкой человеческого отброса!

«Этот осёл уже наговорил себе на тройную смерть!» – теперь пришла пора Руны распаляться.

Он труп, малышка. Просто обстоятельства отсрочивают его гибель, но проучить ублюдка необходимо. Я всё-таки страж. Хоть и временный.

Черно-Алый Арбитр…

Слаженная мощь эссенции и черного тумана хлынули наружу, тонкие потоки двух источников словно кровеносные сосуды заструились по поверхности покрова, раскаляя дочерна и докрасна облачение разорителя и придавая тому еще более чудовищный образ хейда.

– Лучше захлопни пасть, потому как мне сейчас показалось, что ты оскорбил правительницу Лавалара, – а спата в руках сверкнула знакомым тёмно-фиолетовым мерцанием. – С чего мне начать, обмудок? С твоей руки? Ноги? Или лучше головы?

Ситуация и без того являлась напряженной, но после подобной демонстрации обе стороны находились в миллиметре от начала резни. Вот только на моё удивление стоило двинуться вперед, как взмахом ладони Верховная заставила остановится не только меня, но и Вальгрона с Навией.

– Продолжай, Шагран, – чуть шире улыбнулась Верховная. – Я внимательно тебя слушаю.

Нет, тут что-то не так. Чего она добивается? Неужели я чего-то не знаю? Стоп! Погодите-ка…

– Деспота нужно прикончить! – вспылил яростно диабал, указывая на меня пальцем. – Я бы так и поступил!

Вот только вся хвалённая уверенность демона испарилась после насмешливого замечания зверородной:

– Ты сам хоть одного деспота убил? Если нет, так попробуй. Перед тобой сейчас как раз один и находится.

– Нет более невежества, Шагран, когда глупец решает возомнить себя мудрецом, – мягко заговорила правительница Лавалара. – Я могла бы убить тебя за прозвучавшие оскорбления, так как оскорбляя моих подчиненных, ты оскорбляешь меня. Получается, ты действительно напрашиваешься на смерть…

– Ты сама себя оскорбила, когда позволила находиться рядом человеческому отбросу! – выплюнул презрительно Высший. – Ты ведешь себя как последняя дрянь! Твоя мать такого не оценит!

Холера! Он бессмертный, что ли?

– Прекращай упоминать через слово мою матушку, – спокойно заключила Верховная, недовольная подобными провокациями, и вновь не давая мне двинуться дальше.

Теперь уже не я загораживал Искриду, а она меня. Вероятнее всего, гиара и вправду что-то знала. Вот только от этого не становилось легче. Эссенция и черный туман начали медленно подтачивать здравомыслие.

– Каким бы ни было моё решение она всегда меня поддержит. Я и вправду утомлена твоим присутствием. Что передать Аншире ты уже знаешь. Если не желаешь бросать вызов мне или же моим преторианцам, то проваливай!

– Ты хорошо подумала? – не унимался раздраженно Высший. – Если я уйду ни с чем сейчас, то в следующий раз всё будет только хуже!

Холера! Да сколько можно? До чего верткий и осторожный сукин сын! Впрочем, ублюдок действительно хитер.

– Проваливай, Шагран! – повысила голос Искрида. – Ты мне не ровня!

Честно признаться я ожидал разного развития дальнейших событий. Причем вариантов исходя из ситуации имелось всего два. Лично для меня два! Либо резня произойдет прямо тут, либо, как только Шагран со своей шайкой покинет пределы Лавалара, то отправлюсь следом. Но я позабыл о кое-чем важном. Скорее всего, сказалась расшатанная психика и скверный характер. Столь долгое терпение Искриды раскрылось буквально через пару секунд, когда врата в малый тронный зал отворились, а за их порогом замаячили сразу два мужских силуэта.

Именно об этом я и позабыл. Посыльный преторианец упоминал, что прибудет еще кто-то и одного из них удалось узнать практически сразу. Невзирая на то, что эта мразь находилась в гуманоидной ипостаси его смрадная вонь резко ударила в нос, а из-за прозвучавшего смеха инферийца в груди всколыхнулось пламя неуправляемой ярости и беспредельного гнева. Один его голос заставил все инстинкты обостриться.

– Хе-хе! Давно я не бывал в гостях у своей будущей супруги! – громко расхохотался Атараз, шагая неторопливо нам навстречу. – О-о-о-о! Шагран! Так ты меня опередил, маленький проказник. А ведь я говорил Кетару, чтобы перестал жевать сопли…

Каждое слово этой падали отзывалось в сердце Опустошителя болезненным спазмом, а руки задрожали от напряжения. Однако помощь подоспела как нельзя вовремя. Искрида не обратила на вошедших абсолютно никакого внимания и круто развернувшись ко мне, громко заявила:

– Ты сам напросился, Шагран! Всему должна быть мера! За оскорбление ответишь своей дрянной кровью! – и сделав шаг в сторону, та как бы невзначай коснулась моей груди и обворожительно усмехнувшись, одними губами прошептала. – Все актеры в сборе. Он твой, деспот… Мне нетерпится увидеть, чего ты стоишь в настоящей битве.

«Необычайно хитрая стерва! Ранкар, она мне начинает нравиться», – с явным довольством, загадочно прошептала спата.

Да. Ты права, красотка, – изрёк я, расплываясь в кровожадной усмешке и сделав шаг вперед, прошел мимо правительницы Лавалара. – Мне она тоже начинает нравиться.

Изо рта самопроизвольно вырвался облегченный хрип, а вся яростная мощь, что ранее напоминала сжатую пружину разом ослабла.

Наконец-то!

Первичное состояние Жажды Неистовства…

Тёмно-Алый Арбитр…

Малышка, ко мне…

Сумрачный сдвиг…

Шагран не смог что-либо предпринять. Просто не успел. Он не успел даже перекинуться в истинную ипостась, а его свита прозевала нападение. Всё случилось чересчур быстро для всех. Игра Искриды оказалась выше всяких похвал и единственное, что отобразилось на физиономии Высшего – это нарастающее удивление на прозвучавшие слова. Так что на таком расстоянии атака получилась мгновенной.

Пальцы еще в момент рывка обхватили рукоять спаты, а через секунду весь тронный зал наполнился невероятным воплем боли. Лезвие вонзилось брату Анширы в левое плечо и провернув его в ране, оно тут же без какой-либо жалости таким же стремительным взмахом вонзилось прямиком в бедро.

Подыхать ему сейчас слишком рано. Надеюсь, Аншира любит своего братца, потому как я заставлю эту суку страдать. И плевать мне на всё. Вся эта шваль ответит за Дурёху и мою смерть. На куски порежу всех! ВСЕХ!

– Я предупреждал, чтобы твоя пасть была закрытой, обмудок!

Прежде чем ему на помощь успела рвануть его компашка, спата в третий раз вонзилась в его тушу, но уже в другое плечо, отчего тот завопил пуще прежнего, и приподняв тело демона над полом, я ударом ноги отправил Шаграна в дальний полёт по залу.

Малышка, ты знаешь, что делать! Эта тварь на пару со своей сестрой должна страдать!

«Обязательно будет страдать!» – и крупица силы спаты навсегда осталась в теле Высшего.

Заражение Истреблением…

Впрочем, на этом разум и не думал останавливаться. Всё-таки я цепной пёс и в данном случае действую по приказу. Следующими под раздачу попали сразу двое подскочивших свитских Шаграна, которые успели перекинуться к истинным обликам. Шеркан и анзуд. Оба находились на ранге Высших Суррогатов. Один из них вознамерился ударом двуручника снести мне голову, второй же метил в ноги.

Но ни первая, ни вторая атака не увенчались успехом. Облачение разорителя полностью заблокировало урон. Лишь слабая саднящая боль в спине и колене напоминали о случившемся.

– Как понимаю, теперь моя очередь? – язвительно осведомился я, глядя на парочку без пяти секунд смертников.

Глаза демонов наполнились нарастающим шоком, ну а более они не смогли ничего сказать. Размашистый удар Руны пришелся точно на шею первого. Лезвие без какого-либо труда рассекло плоть и на долю мгновения застопорилось в районе хребта, но через секунду раздался хруст костей позвоночника, и кровоточащая голова шеркана подлетела вверх на целый метр. Не успела она приземлиться, как Альяна уже вонзилась точно в грудь анзуда и перехватив рукоять двумя руками я без особого труда пригвоздил того к полу. Из пасти Высшего напоследок вырвался тяжелый хрип, а через секунду тот покинул мир живых.

Вперед ринулись и остальные, но завидев мгновенную смерть своих уже бывших товарищей и разлитую по полу кровь, те невольно застыли.

– Кто следующий? – поманил я к их к себе плавным движением Руны.

– ТЫ СДОХНЕШЬ, ДЕСПОТ, ЗА ТО, ЧТО СОТВОРИЛ! СДОХНЕШЬ! – надрывался яростно Шагран, обращаясь к настоящему облику и зажимая руками кровоточащие раны, но лишь по одному искаженному лицу становилась понятно, что ему сейчас очень и очень больно. – МОЯ… МОЯ СЕСТРА НЕ ОСТАВИТ ЭТО БЕЗ ОТВЕТА!

На то и расчёт.

– Буду с нетерпением ждать её визита, – тихо рассмеялся я. – Уже нетерпится с ней встретиться. Но больше нетерпится увидеть, как ты приползешь к ней на коленях.

А пока я говорил с Шаграном, мой пылающий взор неотрывно наблюдал за Верховным Баала. Мысли начали путаться из-за неутихающей ярости и гнева в груди, но правительница Лавалара снова вступила в игру.

– Достаточно, Ваерс, – самодовольно заметила Искрида, вновь встав прямо передо мной. – Думаю, такого урока достаточно. Пока что…

– Можно сказать, что я удивлён, – пуще прежнего расхохотался Атараз, наблюдая за кровавым представлением и присев рядом с Шаграном, практически рассмеялся тому в лицо. – Чего же ты начудил, маленький проказник, что наша Искорка так разошлась? Но ты всё равно труп, хейд, – вдруг обратился тот по-простецки ко мне, резко поднимаясь на ноги. – Его сестра тебя действительно со свету сживет. Она весьма трепетно относится к своему братцу. Более мстительной натуры я не знаю.

– А мне на это наплевать! – скривился презрительно я, отчего Атараз резко нахмурился и замедлил свой шаг.

– Прояви малость уважения, сопляк, – недовольно добавил он. – Или ты не знаешь с кем говоришь?

– Веришь или нет, но на это тоже чихать, – хрипло рассмеялся я, глядя тому точно в глаза.

В свете осветительных кристаллов взгляд Верховного Баала вспыхнул яростью, и он раздраженно осклабился.

– Не дерзи, щенок. Иначе прихлопну как насекомое.

– Так ты рискни, образина. Что тебе мешает? – не остался я в долгу, попытавшись двинуться вперед, но Искрида не позволила сделать и шагу, а Атараз видя это расплылся в насмешливом оскале.

– Прячешься за спиной моей будущей жены и наложницы? А ведь это забавно, – рассмеялся раскатисто он и возбужденным взором окинул правительницу Лавалара. – Думаю, совсем скоро ты будешь служить уже мне, а не ей.

– Закрой пасть, Атараз! – отрезала холодно Опаляющая. – Из неё смердит! Чьей-либо женой или наложницей я стану только в твоих влажных мечтах. Я смотрю тут каждый первый уже присвоил меня себе. Ты тоже успокойся, Ваерс.

– Нет смысла злиться на правду, Искорка, – пожал тот плечами. – Лучше угомони своего пёсика пока я не вырвал ему потроха. Погоди, ты сказала… Ваерс? – вдруг осведомился он и весело фыркнул. – Так это твой ручной деспот и предатель рода людского, о котором все трещат без умолку? Твоя новая игрушка?

Ох, Ярвир, дай мне немного сил и терпения! Я обязательно переломаю этой падали всё, что можно. Обязательно!

Внутреннее состояние с каждой секундой становилось всё неуправляемей, а перепалка с Верховным весьма быстро набирала накал вражды, но всю атмосферу внезапно разрушил чей-то недовольный громкий бас:

– ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ, ИСКРИДА?! – недовольно выкрикнул второй прибывший, который выглядел достаточно молодо. – ПО КАКОЙ ПРИЧИНЕ ТЫ УБИВАЕШЬ МОИХ ПОДДАНЫХ?!

Подданных? Шагран вассал этого хлыща? Стоп. Неужели он…

– ЮНЫЙ ГОСПОДИН… – свирепо завопил брат Анширы, медленно поднимаясь на ноги, но продолжая заливать полы сочащейся кровью. – ЭТО ДЕСПОТ… МЕРЗКИЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ОТБРОС В ИНФЕРНО! ЕГО НУЖНО УБИТЬ… УБИТЬ КАК МОЖНО СКОРЕЕ… ИСКРИДА СОШЛА С УМА!

Похоже, кому-то мало.

– Я ведь тебе уже говорил, обмудок… Держи пасть закрытой!

Сумрачный сдвиг…

Честно признаться, я предполагал, что так случится. Точнее не предполагал, а просто знал. Впервые за последние месяцы я с неистовой силой возжелал убить всех, кто стоял на пути. Наверное, и Искрида подозревала, что такое может произойти, потому как она попыталась схватить меня за руку, но схватила лишь мой остаточный след. Тело за миг размылось черным туманом и телепортировалось прямиком к Шаграну. Тот уже находился в истинном обличии диабала, но такое меня совсем не пугало. Для многих Кровный Высший был грозным соперником, но теперь Ранкару Хаззаку основательно сорвало крышу.

Расстояние до брата Анширы измерялось не в метрах, а в жалких сантиметрах. Но затем мой кулак кто-то в наглой манере остановил ладонью и прямо передо лицом возник массивный силуэт Атараза, а моя аура столкнулась с аурой могущественного демона.

– Угомонись, пёсик, – холодно прорычал Верховный Баала. – Пока я тут, маленького проказника никто не обидит.

– Не обидит, говоришь? – насмешливо-хриплым тоном тихо рассмеялся я. – А кто спрашивал твоё разрешение? Просто наблюдай пока я буду мордовать этого недоноска.

Атараз и вправду сумел остановить руку, но преодолев влияние враждебной ауры, прямо через неё прямиком в харю Шаграна через секунду влетела нога. Подобный выверт являлся не просто ударом – это было грубым оскорблением по самолюбию Верховного, который встал на защиту Кровного.

– Что теперь скажешь, образина? – глядя в разъярённое лицо, полубезумно прошипел я.

– Ты труп, человеческий щенок, – выдохнул свирепо демон. Мощь его начала стремительно расти, а облик быстро изменяться. – Не Аншира тебя прикончит. Это я тебя прикончу…