Энигма для ведьмы

Пролог

От голоса отчима мне становилось противно. Страх приходил раньше. Когда в коридоре слышались его тяжёлые шаги, а потом ручка двери моей комнаты опускалась с тихим скрипом. Этот скрип означал, что я должна закрыть глаза и притвориться спящей. Следующий звук — стон матрасса, прогибающегося под весом лина Аркольда. Я задерживала дыхание, чтобы не чувствовать запах алкоголя и немытого мужского тела. А потом приходил он. Шёпот. Мерзкий, пробирающий до самых костей, затягивающий в бездну отчаяния.

— Будь хорошей девочкой, — привычно попросил отчим, медленно стягивая с меня одеяло. — Сегодня папочка тебя приласкает. По-настоящему.

“Сегодня”, — повторила я в мыслях и сжалась.

Горячая и мокрая ладонь пробралась под тонкую сорочку. Вопреки логике я задрожала, будто от холода. Мне хотелось кричать. Звать на помощь. Требовать остановить этот ужас. Но это не поможет. Я пробовала раньше: он лишь смеялся и становился грубее. Хотя всегда останавливался за шаг до самого ужасного.

— Какая ты красавица, — его пальцы коснулись живота и поползли вверх. — Ты же хочешь. Сама хочешь, я вижу.

— Нет, — выдавила из себя я. — Лин Аркольд, пожалуйста…

— Ты хочешь, — повторил он с нажимом. — Будь хорошей девочкой!

Я зажмурилась, чтобы не заплакать. Слёзы его злили в отличие от просьб. Хорошие девочки не плачут. Хорошие девочки слушаются родителей. Хорошие девочки терпят всё, что заслужили.

“Я не заслужила… Это!” — вспыхнула внезапная мысль.

Вряд ли в мире была хотя бы одна девочка, которая такое заслужила. Нет. Лилит, заступница всех ведьм, не может послать мне такое испытание. Это Аркольд — исчадие тьмы. Это его воля, его желание утвердиться в своей силе.

“Ты ему позволишь? — словно заговорила со мной тётя, ушедшая за грань не так давно. — Тогда заслужила. Слабый получает то, что приготовил для него сильный”.

— Нет! — повторила я громче, но отчим уже прижимал мои руки над головой, легко удерживая одной огромной ладонью.

Я распахнула глаза и уставилась в довольную мерзкую рожу. Впервые его глаза горели такой решимостью. Он действительно не остановится. Только не сегодня.

— А кто мне помешает? — ухмыльнулся благородный лин. — Мама не вернётся с того света, чтобы тебе помочь. Тётка не проклянёт меня за то, на что я имею полное право. Меня никто не осудит.

— Королевский суд, — заикнулась я.

Робкое предположение потонуло в хохоте.

— Ты ведьма, — выплюнул он, сильнее вжимая меня в постель. — Кому поверит король: чиновнику с чистейшей репутации или прирождённой шлюхе? Ты меня сама приворожила. Разве нет? То то же. Будешь хорошей девочкой, никто не узнает.

“Никто не узнает”, — снова зазвучал в голове голос тёти Бояны.

— Сердце твоё, что камень, — чётко выговорила я. — Камнем оно и обратится, если задумал против меня зло.

На магию я не поскупилась. Влила в каждое слово ровно столько, сколько оно могло бы в себя вместить. Самым сильным получилось “зло”, но я не удивилась. Аркольд выпучил глаза, впервые в полной мере осознав то, о чём говорил сам. Я — дочь ведьмы.

— Ах ты су…

Договорить отчим не успел. Стал хватать ртом воздух, словно задыхается. Вцепился в рубашку на груди и скатился с меня, испуганно глядя в потолок.

“Десять минут, — вспомнила я. — У него осталось ровно десять минут на то, чтобы снять проклятие”.

Я не хотела проверять, сможет ли отчим найти лазейку. Поправила сорочку и бегом бросилась к выходу. Скорее из комнаты, из проклятого дома, к сараю, где успела спрятать единственный артефакт — наследство от тёти. Метла сама выбила запертую дверь и вырвалась ко мне. Я перекинула через древко ногу и сразу же отдала приказ на взлёт. Не оглядываясь. Не надеясь, что погони не будет. Сейчас осталась лишь одна цель — добраться живой до Верховной Ядвиги.

Глава 1. Кессанийский суд — самый гуманный суд в мире

Я замёрзла и устала, но самое главное — долетела до Верховной к рассвету. Не помню, как вошла в дом. В себя пришла уже у камина, когда, отстукивая заводные ритмы зубами, рассказывала ей, что произошло.

Отчим был не прав. Мне поверили сразу. Верховная Ядвига не усомнилась в моих словах ни на секунду. Лишних вопросов тоже не задавала.Спросила лишь, успел ли Аркольд лишить меня девственности. Объяснила свой интерес. Если есть повреждения, то меня можно оправдать. Стихийный выброс магии после насилия. Самое тяжкое наказание за такое преступление — наложение печати, блокирующей магию. Если же доказать, что я защищалась, не получится, то меня казнят.

— Я постараюсь, чтобы твоё дело попало к нужному человеку.

И я поверила, потому что другого выхода просто не было. Ни слёзы, ни мольбы о пощаде не разжалобят сердце Великого инквизитора.

— А почему их называют великими? — спросила я, наблюдая, как Верховная пишет письмо одному из них.

— Чтобы не путаться, — вздохнула она. — Есть обычные инквизиторы — ищейки, телохранители, эксперты. Те, кто помогают Великому инквизитору выявлять нарушительниц и доказывать их вину. А есть сами Великие инквизиторы. Они принимают решение: судить ведьму или обойтись обычным предписанием. Фактически именно в этот момент решается судьба преступницы. Потому что дело, дошедшее до суда, априори проиграно. Оправдательных приговоров в инквизиционном суде — два из ста.

Всего два. Из ста! Нет, я по-прежнему не плакала, не истерила. Мысленно прощалась с этим миром и молилась Лилит, чтобы следующая моя жизнь была длиннее и интереснее. На спасение надеяться не приходилось. Инквизиторы сжигали ведьм и за меньшие преступления, чем убийство. Вряд ли можно как-то доказать, почему я применила смертельное проклятие. Да и невинность ведьмы в нашем королевстве стоила меньше, чем жизнь мерзкого насильника.

Инквизиторы не заставили себя долго ждать. От момента, когда Ядвига сложила письмо в почтовую шкатулку, и до мига, когда в её кабинет вбежал испуганный дворецкий, прошло не больше часа. Всё это время я вспоминала уроки тёти. Пыталась придумать другой способ спастись от отчима. Могла ли использовать проклятия меньшего уровня? Расстройство желудка? Мужская несостоятельность? Нет, тогда он пришёл бы снова, на следующую ночь или через неделю. А мне нужно было прекратить свои мучения раз и навсегда. Так что оставалось только два варианта — выключить его сердце или перекрыть дыхание. Дыхание — долгий процесс. Пришлось бы держать его до самой смерти. А сердце… Тётя Бояна не учила меня такой магии, нет. Просто имела неосторожность использовать смертельные проклятия при мне. А дальше я сама приставала с расспросами. Как это работает? Почему обязательно нужна лазейка для снятия проклятия? Насколько мощным проклятие может быть?

— Это и есть подозреваемая? — с сомнением уточнил юноша по виду лишь на несколько лет старше меня. — Что она сделала? Украла кусок хлеба?

Он оглянулся на коллег и развёл руками, всем своим видом как бы говоря: “Мы собираемся тратить время на эту чепуху?”

— Ведьма Стана подозревается в наложении проклятия шестого уровня, приведшем к смерти лина Аркольда, — ответил ему другой мужчина. — До выяснения всех обстоятельств дела подозреваемую необходимо поместить под стражу.

— Она ребёнок, — напомнил первый инквизитор.

— Она ведьма, убившая человека, — огрызнулся второй. — Её нужно сопроводить до инквизиционной тюрьмы и запереть.

— Временной изоляции будет достаточно, — вмешался третий.

Мужчины носили одинаковую форму стального цвета, но на погонах было разное количество звёзд. Я вытянула шею, чтобы посчитать. У самого младшего — одна. У того, что хотел отправить меня в тюрьму, — две. А у самого грозного, хмурящего тёмные брови, целых три. И золотые языки пламени на петлицах. Впрочем, я бы и без различий в форме догадалась, кто из них Великий инквизитор. Слишком звонкой стала тишина в кабинете, когда он заговорил.

— Я могу поручиться за неё, если Стану оставят в моём доме, — предложила Верховная. — Выделите охрану, выдайте браслет из нейрина. Нет необходимости вести девочку в подвалы рядом с пыточными. Недоразумение со смертью её отчима разрешится, а ужасные воспоминания останутся с ней до конца жизни.

Великий инквизитор кивнул, и никто не осмелился с ним спорить. На меня надели браслет, блокирующий магию, и проводили в гостевые покои. За дверью остался юноша, который пытался за меня заступаться с самого начала. Не знаю, меняли ли его за те три дня, что я провела взаперти.

Ко мне не заходили, чтобы проведать, а на вопросы из-за двери никто не реагировал. Утром оставляли на табуретке еду на весь день и больше не беспокоили.

Так что к концу заключения я начала бояться собственной тени. Даже подумывала, не было ли лучше ждать приговора в тюрьме. Вдруг там я жила бы не одна? В камерах же держат по несколько человек?

— Лин Аринский ожидает в кабинете Верховной, — предупредил всё тот же инквизитор с одной звездой на погонах. — Не бойся. Если ты не виновата, до суда не дойдёт.

Я слабо улыбнулась ему, благодаря за желание поддержать. Он верил в своего наставника или начальника, как я верила Ядвиге. И мы оба ошибались. Единственно возможное для меня будущее — костёр на главной площади Коста, столицы славной Кессании. Потому что я действительно убила отчима.

За столом Верховной сидел лин Великий инквизитор. Такой же хмурый и задумчивый, как я запомнила. Сама Ядвига сидела в кресле, а напротив неё – злобный мужчина, что мечтал запереть меня в подвалах. Он наверняка и в пыточные бы меня проводил, если бы начальник позволил.

– Лин Аринский, подозреваемая здесь, – отчитался мой сопровождающий. – Можем начинать.

– Я вижу, – хмыкнул великий и открыл лежащую перед ним папку. – Итак, мы провели предварительное следствие по делу о внезапной смерти лина Аркольда. Какой вывод сделал эксперт, лин Мартиус?

Злобный инквизитор передал Аринскому бумагу с размашистой подписью в углу. Кроме этой подписи, я ничего разглядеть не успела.

– По результатам экспертизы, лин Аркольд умер от магического воздействия. Наиболее вероятно нанесение проклятья шестого уровня. Вскрытие подтвердило мою версию. Никаких сомнений быть не может.

– Позвольте, лины инквизиторы, – поднялась из своего кресла Верховная. – Здесь моё заключение со всеми статистическими данными, подтверждающими, что ведьма возраста Станы физически не могла произнести проклятие шестого уровня. Ей не хватило бы ни сил, ни знаний. Девочка даже инициацию не прошла.

– Она прилетела в ваш дом на метле, — возразил лин Мартиус. – Разве это не признак пройденной инициации?

— Не в нашем случае, — недовольно поджала губы Ядвига. Секреты ведьм во многом уже давно перестали быть секретами. — Метла Станы — наследство от тёти. Она не собирала её самостоятельно, потому что не может колдовать.

— Она может использовать метлу, пусть и чужую, — оборвал её Великий инквизитор. Его голос звучал мягко, но Верховная моментально замолчала, такой силой он был пропитан. — Сам факт возможности летать на метле подтверждает, что инициация произошла. Возможно, смерть лина Аркольда как раз стала следствием стихийной инициации.

— Если бы это была стихийная инициации, мы говорили бы о воздействии не выше четвёртого уровня, — возразила Ядвига. — Смертельное проклятие — магия высшего порядка. Даже если допустить, что Стана каким-то образом узнала о существовании подобных проклятий и поняла механизм их работы, она просто не смогла бы применить свои знания на практике.

— Лина Аркольда нашли в комнате ведьмы, — напомнил очевидное злобный инквизитор. — На теле остались следы применения магии. Вероятно, мы имеем дело с очень сильной ведьмой.

— Мы имеем дело с испуганной девочкой, потерявшей всех близких, — вспыхнул негодованием мой охранник. — Мать, тётку, опекуна… А мы заперли её в четырёх стенах и заставили ждать приговора!

— Лин Крейстен, сбавьте обороты, — приказал прохладным тоном Аринский. — Ваше стремление защитить невиновного похвально, но на некоторые вещи нужно смотреть широко открытыми глазами. Например, на то, что иногда ведьмы бывают опасны даже в столь юном возрасте.

До этих слов я думала, что с достоинством переживу обсуждение. Не хотелось выглядеть никчёмной слабачкой в глазах этих людей. Особенно мне почему-то было неловко перед Великим инквизитором. Вернулось немного подзабытое чувство страха разочаровать взрослого. Сначала я старалась ради матери, потом ради тёти. С отчимом такого желания не возникало. А вот теперь — снова боялась показать, что я слабее, чем всем кажется. Разве не лучше, чтобы меня казнили за убийство, чем поняли, насколько тяжело оно мне далось? Нет, незачем даже думать о ночных кошмарах с умирающим на моих глазах лином Аркольдом, когда в кабинете Верховной решается моя судьба.

— Нет никаких доказательств, что проклятие наложила Стана! — воскликнула Ядвига. — Вы не можете казнить её без подтверждения теории лина Мартиуса.

— Да вы издеваетесь? — задохнулся тот. — Это же очевидно! Труп. Нашли. В её. Кровати!

— Это так же очевидно, как и то, почему мы нашли тело лина Аркольда в спальне молодой девушки. Также очевидно, почему он лежал в её постели со спущенными штанами, — очень тихо, но уверенно заметил Аринский. — Мне не нравится эта ситуация. Мы не можем осудить девушку за то, что она защищала свою честь.

— Она ведьма!

Обидное “шлюха” никто не произнёс, но все его услышали. Инквизиторы считали, что раз я поклоняюсь Лилит, то разделяю её взгляды на свободную любовь. Только любовь не имеет ничего общего с тем, что хотел сделать лин Аркольд.

— Обычная ведьма не стала бы убивать из-за желания мужчины ею обладать, — отрезал он. — Наоборот, постаралась бы извлечь выгоду из своего положения. Но Стана доказывает, что есть ведьмы, для которых честь первостепенна. Разве это не прекрасно? Будь на её месте магесса, мы с вами не стали бы закрывать глаза на обстоятельства, при которых девушка применила магию.

Мартиус перевёл на меня задумчивый взгляд, но я не обратила на него никакого внимания, потому что смотрела на Великого инквизитора. Неужели, он действительно встал на мою сторону? Тот, в чьих руках сосредоточена власть казнить и миловать? Тот, кто ненавидит ведьм, считая их отродьями Пекла?

— Но заключение…

Последняя попытка возразить начальству закончилась ничем. Аринский взял в руки листок с подписью Мартиуса и резким движением порвал его.

— Не было никакого заключения, — проговорил он. — Вы осмотрели тело и пришли к выводу, что смерть лина Аркольда носила естественный характер. Я правильно помню, лин Мартиус?

— Да, лин Великий инквизитор, — почтительно склонил голову он.

— Это означает, что суда не будет? — уточнила Ядвига на всякий случай. — Стана может быть свободна?

— На этот раз — да, — кивнул Аринский. — Но я оставлю её личное дело у себя, чтобы держать на контроле в будущем. Новых инцидентов быть не должно. Никаких стихийных выбросов, никаких нарушений закона. Отдайте девочку в ведьминскую школу, пусть проходит обучение там, раз нет родственниц, готовых помочь с освоением силы. Мне не хочется видеть её вновь перед ритуалом запечатывания магии.

— Я отвезу Стану в школу сегодня же, — легко согласилась Верховная. — Вам не придётся жалеть о своём решении, лин Великий инквизитор.

— Тогда наше задание здесь можно считать выполненным, — Аринский поднялся и уверенным шагом направился к выходу, но остановился напротив меня. — Ты имеешь право защищать себя, но впредь будь осторожна. Не попадайся.

Я медленно кивнула, но не нашла в себе сил на ответ. Меня не просто оправдали за убийство отчима, но и признали правой в этой ситуации. Такого не ожидал никто!

Глава 2. "Спасибо за печенье".

Верховная действительно отвезла меня в школу в тот же день. Собирать с собой было нечего. Разве что сложить в сумку сорочку, в которой сбежала из дома, и купленные служанкой специально для меня пару комплектов сменного белья. В единственном повседневном платье я выходила к инквизиторам, в нём же ехала до своего нового дома. В самой школе мне должны были выдать форму, а парадные наряды

едва ли пригодятся до выпуска.

— Я пыталась устроить тебя куда-то ещё, — оправдывалась Ядвига, пока мы тряслись в душной карете. — Отовсюду пришёл отказ. Школы курируют другие Верховные, а на них я не имею влияния. Но ты не переживай. Восьмая школа не так плоха, как о ней говорят. Да, здесь самое маленькое финансирование и своеобразный контингент. Зато тебя не запечатают. А если ты не сломаешься, то станешь ещё сильнее. Докажешь всем, чего стоит истинная ведьма.

— Спасибо, Верховная, — прошептала я, зажмурившись, чтобы не заплакать. Её забота растрогала меня. — Вряд ли там будет хуже, чем на костре.

Ядвига не ответила. Отвернулась к окну и больше не заговаривала со мной до самой школы на границе с Бессалией. Зачем вообще поехала? Отвлеклась от многочисленных дел, чтобы сопроводить никому не нужную сироту. Да, она была благодарна тёте Бояне за некую давнюю услугу, но сполна оплатила свой долг защитой от казни. Никто другой не сумел бы устроить, чтобы моё дело рассматривал лин Аринский.

“Самый справедливый из всех инквизиторов, — подумала я. — Единственный, кто обратил внимание на то, почему я убила отчима”.

Он знал, что я действительно это сделала, но не осудил, а даже признал моё право защищать себя. Лишь посоветовал не попадаться больше. Жаль, что у меня не было отца, который сказал бы нечто подобное. Правильное и нужное прямо сейчас.

— Приехали, — сказала Ядвига, отвлекая меня от мыслей. — Я поговорю с директрисой, пока тебя проводят до комнаты. Учебный год уже начался, так что придётся нагонять программу. Но ты должна справиться.

— Справлюсь, — пообещала я.

Протекция такой высокопоставленной ведьмы дорогого стоила. Фактически, она уже однажды поручилась за меня перед Аринским, а теперь собиралась сделать то же самое в кабинете у директрисы школы. Обмануть ожидания Верховной я не имела права.

Нас встретили у ворот и проводили в разных направлениях. Ядвигу к главному корпусу — изящному зданию в три этажа, а меня к общежитию. Не самая доброжелательная ведьма выдала мне два комплекта постельного белья, форму, пару полотенец и ключ от комнаты, а потом отправила искать комнату самостоятельно. Я нашла — в конце коридора на третьем этаже. Дверь ничем не отличалась от остальных, а вот магическую защиту ставили старательно. Неужели, меня подселили не к первогодкам? Это плохо. Со старшими будет сложнее сходиться. Тётя рассказывала, что дедовщина в ведьмовских школах похлеще, чем в армейских казармах. Что уж говорить об учебном заведении для малолетних преступниц?

Я немного помялась у двери, а потом всё же проявила вежливость и постучалась, прежде чем открыть дверь своим ключом. Слава Лилит, защита не восприняла это как нарушение контура. Легко поддалась и позволила перешагнуть порог.

Кровати было три, но две из них пустовали. У каждого спального места — по тумбочке, а вот платяной шкаф всего один.

— Тёмного неба, — поздоровалась я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Я Стана.

— Мара, — представилась полноватая девушка со старательно завитыми золотистыми локонами. — Падай на любую койку.

Взгляд голубых глаз следил за мной внимательно, но не враждебно. Скорее, с любопытством. Мол, кого это занесло в наши края?

— Спасибо, — кивнула я и заняла место напротив её кровати.

Вещи сложила стопкой на тумбочке, перетряхнула матрас, произнеся простейшее заклинание от клопов.

— Тут чисто, — фыркнула Мара. — Стены зачарованы, чтобы не пропускать насекомых и грызунов.

— А опыты?

— Только в лабораториях, — разочаровала меня она. — И то, когда сдадим первые экзамены. Защитники животных совсем взбеленились.

— Проклятые “Зелёные”, — поддержала её негодование я. — Скоро нам запретят даже останки зверушек использовать. Их же нужно похоронить по-человечески.

Мара хрюкнула от смеха, но диалог не продолжила. Впрочем, я не была против помолчать. Кажется, первый разговор прошёл неплохо. Лучше, чем я надеялась. Соседка не казалась совсем уж сумасшедшей. Хотя обманываться, конечно, не стоило. Неизвестно, за какие заслуги сюда определили девицу со столь невинной внешностью. Не за красивые глазки ведь?

Стук в дверь раздался, когда я заправила постель и разложила немногочисленные вещи в шкафу. Полки мы с Марой поделили поровну, хотя пока острой необходимости в местах хранения у меня не было.

— Войдите, — разрешила она.

В комнату тут же прошмыгнула старшекурсница. На груди форменного платья была нашивка с цифрой “пять”. Значит, пятый курс.

— Я принесла, — заявила она и вытащила из кошелька горсть серебряных монет. — Спасибо за печенье.

— Обращайся, — расплылась в улыбке моя соседка и, не стесняясь меня, пересчитала деньги. Когда она закончила, выражение лица изменилось на слегка недовольное. — Договор был на двадцать, Грида. Тут не всё.

Я едва не поперхнулась воздухом. Двадцать серебрушек? За печенье? Из чего оно сделано? Из крови девственной ведьмы? Из перетёртых драконьих костей? Да я на эту сумму от пуза наемся в не самом плохом столичном трактире.

— Я занесу на следующей неделе, — пообещала старшекурсница. — Как раз стипендию получу.

— Ладно, бесы с тобой, — отмахнулась Мара. — Конспектами по охранительной магии возьму. Они-то есть?

— Да, — просияла Грида. — Тогда я сейчас принесу.

Старшекурсница выскользнула из комнаты, оставив меня в полном недоумении. Белокурая помпушка прятала деньги в шкатулку и читала запирающее заклинание, не обращая на меня никакого внимания. Как будто я была всего лишь предметом мебели.

— Что за печенье такое особенное? — всё-таки полюбопытствовала я. — С приворотом?

— Не твоё дело, — отрезала ведьма, не оборачиваясь. — Не лезь в мои дела, а я не полезу в твои.

— Подумаешь, — закатила я глаза. — Не больно-то нужны твои секреты. Своих достаточно!

— Ну и хорошо!

— Ну и замечательно!

Я по-детски показала спине соседки язык и взялась переодеваться. Завтра мне предстоял тяжёлый день. Кто знает, как меня встретят остальные ученицы восьмой школы?

Глава 3. Ведьминские традиции

Земля была холодной и сырой. Я чувствовала, как ткань платья пропитывается влагой и начинает липнуть к телу. Форменный плащ у меня отняли в самом начале, стянули и новые башмачки. Бить начали после, чтобы не повредить ценные вещи. Заводила Милана, шестикурсница с лицом, напоминающим лошадиную морду. Она отдала команду бить и она остановила других, когда я неподвижно лежала, свернувшись калачиком. Активнее всего её поддерживали две пятикурсницы и одна малявка — лишь на год старше меня. Она добивала, когда меня уронили на землю.

"Милана, Ванда, Дана, Ждана, — повторяла я мысленно, опираясь на ближайшее дерево, чтобы встать на ноги. — Милана, Ванда, Дана, Ждана".

Каждый шаг отдавался острой болью в теле. Определить, где именно её источник, было невозможно. Я будто вся превратилась в один большой синяк.

Пришлось использовать кривую длинную палку как костыль, иначе до общежития я не дошла бы. Мне и так повезло наткнуться на стайку местных ведьм уже на полпути от учебного корпуса.

— Милана, Ванда, Дана, Ждана, — шипела я, чтобы хоть как-то отвлечься от очередного страшного дня.

После смерти мамы их было много. Но я упорно продолжала надеяться, что этот-то точно последний. Хуже ведь быть не может?

— Милана, Ванда, Дана, Ждана!

Вахтёрша на входе в общежитие бровью не повела на вид босой и избитой первокурсницы. Я проковыляла мимо неё к лестнице и застонала от отчаяния. Проклятый третий этаж!

Палку выкинула ещё между первым и вторым. Перила здорово помогали шагать вверх, а в коридоре я буквально держалась за стену.

— Слава Лилит, не заперто! — Выдохнула я с облегчением и ввалилась в комнату.

Стянула с себя грязное и порванное платье, упала в заправленную постель.

— Это твой костюм на осенний маскарад? — не без веселья в голосе спросила Мара.

— Это тёплый приём от старшекурсниц, — выцедила я сквозь зубы.

— А-а-а-а, — протянула она. — Ну добро пожаловать в наш дружный коллектив. Сестринство ведьм всегда встречает новеньких с большим удовольствием.

Из слов Мары можно было выжать ни одну склянку яда, но весь её вид говорил об абсолютной невозмутимости.

— Тут всегда так?

— А ты думала, тебе путь устелят лепестками цветов? — приподняла она бровь. — Разве что красными розами.

Я вздрогнула от того, насколько спокойно Мара говорила о возможной смерти в стенах школы. Алые розы росли на могилах ведьм, так что намёк был кристально ясен. Здесь могут и убить, если не поставить себя в коллективе.

Я пыталась отбиваться, но магию использовать не рискнула, а в драке на кулаках была обречена проиграть. Ведь защищаться мне предстояло не только от четырёх активных ведьм, но и от целой толпы наблюдателей. Жаль, что лиц и имён последних я не запомнила.

— Тут хотя бы лекарь есть?

— Есть, — кивнула Мара, доставая из своей тумбочки румяный сдобный треугольник. — Только если ты к нему пойдёшь, то придётся писать объяснительную, откуда травмы.

— Скажу, что упала с лестницы, — отмахнулась я.

Просьба позвать лекаря в комнату застряла на кончике языка. Не побежит ведьма меня спасать, она даже не смотрела в мою сторону, когда говорила. Ей совершенно наплевать на то, насколько сильно меня избили.

"Тут всегда так, — напомнил внутренний голос. — Она просто привыкла. Или сама прошла через то же самое, и никто не помог ей".

Я с трудом поднялась с кровати и вытащила из шкафа платье, в котором приехала.

— Лазарет за учебным корпусом, — сжалилась моя соседка. — Ты до него не доползёшь. Просто пройдись по себе заклинанием-диагностом и, если нет переломов или внутреннего кровотечения, то сходи в душ и обработай ссадины.

Платье полетело обратно в шкаф. Я села на полу и откинулась на стену. Мара вновь перестала обращать на меня внимание, увлекшись чтением конспектов вчерашней девицы.

Заклинание-диагност я знала, но лишь в теории. Тётя настаивала, что лезть в практику мне пока рано. Да, силы проснулись, но я не была готова их применять. Поэтому лишь изредка стравливала излишки в простейшие бытовые чары. Исцелением не занималась никогда, только наблюдала. Бояна творила такое, на что не каждая Верховная была бы способна. Доставала людей практически из пекла, в последнюю секунду успевала ухватить жизненную энергию и практически насильно возвращала её в тело. Зашивала раны, лечила самые сложные болезни. Однажды она на моих глазах вылечила камнянку, хотя это считается невозможным до сих пор.

"А ты не можешь проверить, оставили ли тебе переломы, — отпустил ехидный комментарий внутренний голос. — С чего это Верховная решила, что из тебя выйдет толк? Жалкая тень матери и тётки".

Я закрыла глаза и прошептала заклинание.

— Переломов и кровотечения нет, — зачем-то сказала я вслух. — Пара трещин и ушибов.

— Угу, — даже не попыталась изобразить интерес Мара.

Я задумалась, не внести ли её в список. Равнодушие — едва ли не хуже жестокости, разве нет? Почему тётя говорила, что долг ведьмы помогать другим, если на деле всё иначе? Зачем учила меня, что мы должны держаться друг друга? Мол, нас мало, все хотят нас истребить. Доверять можно только другим ведьмам…

Получается, доверять нельзя вообще никому? Смерти ведьмам хотят даже другие ведьмы? Как тогда выжить?

"Начинай с малого", — вспомнилось любимое высказывание Бояны.

Ага. Например, с душа и обработки ссадин. Где бы достать обезболивающее и заживляющее зелья?

Глава 4. Первая месть

Мало кто задумывается, насколько разной бывает магия. Казалось бы, читаешь заклинания, строишь схемы силовых потоков и радуешься жизни. Но не тут-то было. Помимо классических заклинаний, есть зелья, проклятия, ведьминские таланты и забытые ритуалы кочевников. И это лишь малая часть того, что знала тётя Бояна. Я уже молчу о том, сколько всего изучить она не успела. Повезло, что хотя бы эти знания она захотела передать мне. Сложно представить, как я выживала бы без них.

“Милана, Ванда, Дана, Ждана”, — повторяла я мысленно, обмазывая воском "скелет" из корней берёзы.

Начать решила в обратном порядке, потому что до Миланы добраться сложнее всего — она старшая и самая умная из нападавших.

Но и Ждану поймать оказалось непросто. Загвоздка была ещё в том, чтобы не попасться преподавательницам на горяченьком.

Я хорошо помнила слова Аринского, сказанные на прощание. И да, собиралась следовать его совету неукоснительно. Так что, с одной стороны, магическое воздействие на неприятельниц должно быть минимальным, чтобы никто и следа его не заметил. А с другой, месть не может быть мелкой. Мне до сих пор было больно ходить и двигаться. Это ещё одна причина, почему я выбрала настолько древнюю и необычную магию: она почти не требовала активных действий. Стащить у девчонки расчёску и ленту для волос — самая большая сложность. Остальное — дело техники. Найти старую свечу, натопить воска и слепить куклу, добавив внутрь “головы” волосы жертвы, а из ленты сделать для неё шарфик. Пришлось постараться, чтобы вольт был похож на прототипа. Я как никогда порадовалась, что Мара снова пропадала где-то из-за своих загадочных дел. Печенье продавала, ага. Зато не мешала спокойно колдовать в комнате.

— Отныне твоё имя Ждана, — прошептала я, сплетая лёгкое заклинание, чтобы остудить воск. — Что с куклой обратится, то с тобой случится. Да будет так!

Слова вспомнились легко. Тётя произносила их, пока я не запомнила. Записывать запретила строго настрого, даже в Книгу Теней, которую могла открыть только я. “Бумага всё стерпит, — любила говорить тётя. — Но ничего не простит”.

То, что мы записываем, в любой момент может быть прочитано злейшими врагами. Успеешь ли сжечь? Сумеешь ли сохранить в тайне? Нет гарантий. Поэтому самое важное должно храниться в мыслях. К ним доступа ни у кого нет. А в книгу попадала бытовая магия, исцеляющие зелья, особенности артефактов.

Вольт остыл быстро, так что я спрятала его в ученическую сумку и начала выслеживать Ждану. Пекло, насколько же проще сразу убить! Пронзить “сердце” куклы длинной иглой — и дело с концом. Ищите потом, отчего у ведьмочки случился сердечный приступ. Хоть всех инквизиторов Кессании пригоните в школу — не докажете, откуда ноги растут. Однако я не желала ей смерти, пусть и жутко злилась за “тёплый” приём. Месть должна быть соразмерной. Парочки переломов с неё достаточно.

— Дана, у нас новенькая! — радостно завопила Ждана и побежала к лестнице.

Старшая подруга ждала её внизу, заинтересованно поглядывая на преданную собачонку. Лучшего шанса могло и не быть. Я засунула руку в сумку, нащупала куклу и слегка сжала голову. Ждана ахнула, сжимая ладонями виски, и попыталась остановиться у верхней ступени. Форменные башмачки были слишком скользкими, а строители недостаточно позаботились о безопасности, когда выкладывали крутую лестницу. Нога ведьмочки соскользнула. Ждана попыталась удержаться, размахивая руками, но тщетно. Полетела кубарем вниз как миленькая. Только и успевала ойкать и айкать, пока не затихла на первом этаже. Я затаилась за углом, едва дыша от страха. Неужели, просчиталась? Не могла же она свернуть шею и умереть? Стало по-настоящему страшно. Вдруг я и впрямь чудовище? Отчима убила, теперь ещё и соученицу отправила в Пекло к бесам! Может, герцог Аринский ошибся, когда отпустил меня без наказания?

“Эта школа — твоё наказание, — напомнил голос тёти в голове. — Ты делаешь всё, чтобы выжить. Хочешь снова лежать на земле, пока тебя пинают озлобленные стервы? Что им нужно было сделать, чтобы у тебя хватило смелости дать отпор? Плюнуть в лицо? Вытереть об тебя ноги буквально?”

— Слабый получает то, что приготовил для него сильный, — прошептала я и зажмурилась, мысленно прося Лилит сохранить Ждане жизнь.

— Живая! — выкрикнул кто-то из толпы.

Я выдохнула с облегчением. Теперь нужно избавиться от куклы, чтобы случайно не выдать себя. Да и в целом лезть в настолько сложную и древнюю магию, ради разборок с местными задирами, больше не хотелось. Лучше приберечь её для чего-то действительно важного.

Глава 4 (2)

***

Сломанная нога, лёгкое сотрясение мозга и многочисленные гематомы. Звучало невероятно увлекательно, а ощущалось наверняка жутко болезненно. Нет, я не рискнула навестить Ждану в лазарете, даже на следующий день. Зато подошла к старосте её класса, чтобы поинтересоваться здоровьем несчастной пострадавшей девушки. Да, я желала удостовериться, что отомщена. Низко и подло? Скажите это моим отбитым почкам!

— Да нормально, — отмахнулась от меня незнакомая ведьма с нашивкой старосты. — Я сама только что оттуда. Живая наша Ждана, разве что немного потрёпанная.

— А как она так свалилась? — цокнула языком я. — Неужели, столкнул кто-то? Расследование теперь будет?

— Меньше читай детективных романов, — рассмеялась она. — Голова закружилась, перед глазами блестящие мушки заплясали. Такое бывает, когда много тренируешься и мало ешь. Эта дурёха свой обед и ужин продала кому-то из старших за ленты для волос. Вот и полетела вниз кубарем. Чистая случайность.

Кушай, Стана, не обляпайся! Повторяла мысленно: “Не пались, не пались”? В итоге настолько хорошо следовала собственному первому правилу ведьмы, что Ждана даже не подумала на ответный ход от новенькой. Сама свалилась. Изголодалась просто. Замела следы, называется!

— Спасибо, — с трудом выдавила я. — Передавай, чтобы поправлялась, когда увидишь.

Желательно поправляться до веса в пару центнеров. Недоедает она, видите ли. Бедная, несчастная Ждана. Пожалеть её, что ли?

"Разве что на могилке, — мысленно пошутила я. Мрачновато, но и настроение не самое лучшее. — У куста кроваво-красных роз всплакну о погубленной девице".

Староста кивнула и ушла по своим важным делам, не замечая, как испортила мне утро. Какой был смысл мстить, если недруг не в курсе, от кого прилетело возмездие? Кость срастётся, синяки сойдут, и ведьма снова пойдёт со старшими подругами учить меня уму-разуму. Нет, так дело не пойдёт. Нужен очевидный для них знак, который при этом не докажет мою причастность, если в дело вмешаются учителя.

"У куста кроваво-красных роз", — будто шепнули мне на ухо.

Я аж подпрыгнула на месте из-за внезапной идеи. Совершенно безумной в своей простоте. Хотелось бы добавить "и гениальности", но тут уже можно поспорить.

По преданию, на могиле каждой ведьмы вырастает розовый куст. Якобы остатки её магии вырываются из тела таким вот символичным образом. Не уверена, сколько правды в тех легендах. Однако говорят, инквизиторы по сей день используют эту примету, чтобы узнать, правильную ли ведьму казнили. Тётя Бояна потребовала разбить розарий прямо поверх её могилы. Никаких гробов, никакого погребального костра.

"Я успею насидеться в тесном пространстве в следующих воплощениях, — ворчала она. — И поджариться, как ягнёнок, тоже".

У меня не хватило бы сил и золота организовать всё, но волю тётки Ядвиге передала. А та исполнила в точности из уважения к старой приятельнице. Розы на её могиле выросли ароматные, с крупными бутонами и бархатными лепестками. Загляденье.

Итак, что может напугать ведьму сильнее, чем алая роза, предвещающая скорую погибель? Я обойдусь и без убийств, разумеется. Просто напугаю обидчиц по-настоящему и немного покалечу. Строго в воспитательных целях, чтобы больше не выходили вчетвером против одного. Нечестно это. Неправильно.

Тётя Бояна была похоронена слишком далеко. Я могла бы долететь до могилки на метле, нарвать роз с запасом, но не вернуться обратно до заката. А позже ворота школы закрывались и, по словам Мары, моей соседки, никакие слёзные мольбы не помогут войти после комендантского часа. Даже в выходной, ага.

Сегодня нас как раз отпустили с уроков, чтобы мы могли пойти в город. Посмотреть выступления бродячего цирка на площади, закупиться канцелярскими мелочами и просто погулять, пока погода ещё позволяла.

"В городе точно есть цветочная лавка", — обрадовалась я.

Да и плащ с башмачками нужно прикупить.

После смерти матери, тёти и отчима я могла бы стать богатой наследницей. Но проверка финансиста и законника Верховной показала, что никто из моих троих опекунов-родителей толком не нажил добра. Особняк отчима Ядвига собиралась продать, чтобы покрыть его долги. Я попросила по возможности взять часть золота, что она потратила на его похороны. Но она только грустно рассмеялась: "Остатка суммы не хватит даже на твоё содержание в школе". Ей пришлось платить за меня из своего кармана. Она даже дала мешочек серебрушек с собой на первое время, будто знала, как они мне пригодятся.

"Святая женщина", — вздохнула я мысленно, вознося короткую молитву о её здоровье.

Лилит не ответила, и я решила, что это добрый знак. Как любила повторять Бояна: "Говорить с богами — нормально. Тревожиться стоит только в том случае, если они начинают отвечать".

Глава 5. Ярмарка

До города пошла пешком. Школу построили на окраине, но дорогу вымостили камнем, так что заблудиться было сложно. Мимо проезжали кареты с породистыми лошадьми и телеги с престарелыми клячами. Я бодро шагала, одновременно пытаясь придумать что-то интересное для мести оставшимся ведьмам. В голову приходило либо нечто совсем кровожадное, либо детские выходки вроде жабы в супе.

— Всё не то, всё не так, — бормотала я под нос.

Так и не придумала ничего лучше падения с лестницы, пока не дошла до центра, где располагались лавки. Найти цветочную было проще простого — вокруг вились пчёлы и осы, привлечённые ароматами георгин, мальвы, левкои и роз. О, сколько тут было роз! Глаза разбегались от обилия оттенков и размеров бутонов.

— Мне нужна классика, — улыбалась я, рассматривая алые цветы, но не притрагиваясь к ним. — С доставкой. Это возможно?

— Да, госпожа ведьма, — робко ответила девушка, по форме определившая, кто перед ней. — Что написать на открытке?

— Писать ничего не нужно, никаких открыток, — строго наказала я. — Цветы нужно доставлять в разные дни. Строго по одному. Запишите список имён.

Девушка схватилась за блокнот с заказами и послушно записала за мной:

— Ждана, Дана, Ванда, Милана, — я замолчала, отгоняя ладонью одну из пчёл. — Хотите я вам от них защиту повешу?

— Нет! — замахала она руками. — Только не колдуйте, госпожа ведьма, а я вам сейчас скидочку сделаю, хотите?

Я фыркнула, но от выгоды отказываться не стала. Подумаешь, какие мы нежные! Вот если бы маг пришёл с таким предложением, она бы тут радовалась только! А меня разве что божественным треугольником не осенила: "Во имя Олакая, Диты и Нороса". Да тьфу на неё три раза! Как будто других богов нет, как будто ведьмы колдуют хуже магов.

Да мы, да они, да я!..

“Неуч, — жёстко прервала я саму себя. — Без году неделя в школе, практических навыков никаких, инициация только случилась, а всё туда же. Почему тебе люди доверять должны? Потому что глаза красивые? Правда?”

Я расплатилась с цветочницей и выскочила из лавки, как ошпаренная. Настроение снова испортилось, а ведь мне ещё покупать новые башмаки и плащ. Пришлось старательно крутить головой, читая вывески с пёстрыми картинками, обозначающими, что там продаётся. Оказывается, далеко не все горожане умели читать. Да и среди учениц в моём классе нашлись те, кто с трудом складывал буквы в слова. Меня тётя разве что линейкой не била, если я произносила прочитанное с запинками. Всё ради моего блага. Зубрила наизусть свойства камней и металлов я тоже ради светлого будущего. Взгляд сам собой задержался на объявлении, приклеенном на фонарном столбе. Крупными буквами на нём было написано “Артефакты” и рисунок кольца с огромным бриллиантом. Так себе обозначение, но и я не могла придумать, что изобразила бы вместо кольца. Артефакты на вид всегда были самыми обычными предметами. Их даже порой маскировали под дешёвые вещи, чтобы спрятать от воров.

— Мы работаем с лучшими бессалийскими магами, — прочитала я с объявления. — Палатка номер шесть, справа от обувщика Оливера.

Это находка! На ярмарке ведь всё должно стоить дешевле? По крайней мере, выбор будет больше. Съедутся мастера и торговцы со всей округи. Вон, даже из Бессалии кто-то прислал свои артефакты.

Больше всего палаток было с урожаем: от яблок и тыкв до мёда и картошки. Но в самом центре стояли и продавцы готовой одежды и обуви. Деревенские жители, которые целый сезон заготавливали товар, чтобы привезти его сюда. Я почти сразу нашла подбитый мехом плащ с капюшоном. Его можно будет и зимой носить, если не ходить по морозу слишком много. Ботинки брать не стала, взяла сразу сапожки. Тоже тёплые, с красивой бляшкой сбоку. У того самого Оливера, что торговал рядом с палаткой артефактора. Только потом, мысленно пересчитывая оставшиеся деньги, я подошла к прилавку с браслетами, кольцами и почтовыми шкатулками.

— Что желает присмотреть госпожа ведьма? — улыбнулся пожилой торговец. — Защиту от злых духов, бесконечный огонь, перо-самописец?

— Защиту от злых духов я и сама сделаю, — слегка смутилась я под его внимательным взглядом. — А что из этого сделали бессалийские маги?

— Всё, — хитро прищурился он.

— Если бы всё, то тут лежали бы одни нейриновые браслеты, — пошутила я, намекая на нелюбовь соседнего королевства к ведьмам.

Даже в Кессании к нам относились лучше, в Бессалии вообще сжигали, если удавалось доказать, что перед судом стоит ведьма. А доказательства какие нужны? Соседка сказала, что эта поганка ей корову загубила. И всё. Объявили несчастную ведьмой и сожгли на костре.

У нас хотя бы нужно действительно сотворить что-то плохое. Разберутся, сделают выводы, если попадётся такой инквизитор как Дамиан Аринский. Хвала Лилит, мне повезло!

— Бессалийцы тоже бывают разные, — погрозил мне пальцем старик. — Так что вы ищете?

Я ещё раз присмотрелась к товару, но ничего по-настоящему полезного не увидела. Всё то же я могла бы и сама сделать при наличии материалов и свободного времени. Не всё умела, но на что в школе библиотечные учебники?

— Работу ищу. Могу вам артефакты приносить, чтобы вы их потом продавали.

Торговец долго молчал, сверля меня придирчивым взглядом. Прикидывал, сколько может платить? Или пытался понять, стоит ли вообще со мной связываться? Я его понимала. Пришла какая-то соплячка и просит дать ей работу. Но я ведь не воровать у него хочу, а честно выполнять заказы.

— Принеси мне что-нибудь на следующей неделе, — кивнул он, наконец. — У меня лавка на Яблочной улице. Если будет что-то стоящее, куплю.

“Вот тебе и ярмарка с заморскими товарами, — проворчала мысленно я. — У него же лавка есть местная”.

Но вслух только порадовалась.

— Спасибо! Вы не пожалеете!

— Уж надеюсь, — снова улыбнулся он. — Ты только губу не раскатывай. Даже если сработаемся, много платить не буду. Ни рекомендаций, ни лицензии на работу. Сама понимаешь, как я рискую.

— Конечно-конечно, — отмахнулась я от него. — Напишите, пожалуйста, адрес лавки. Я начну с простеньких амулетов. Если понравится, то сделаю что-нибудь посложнее.

Он черканул пару строк на клочке бумаги и передал мне. “Это нужно отметить, — почти приказал мне внутренний голос. — Вкусным ужином в таверне”.

Глава 5 (2)

На ярмарке по пути к таверне я купила моток шерстяных ниток. В красный цвет её выкрасили с помощью корня сабельника. По словам тёти, растение обладало неплохими защитными свойствами, так что красная нить, пропитанная им, для самых простых амулетов — лучшая основа. Особенно, если делать заготовки артефактов против злых духов и бесов. Вещь нужная каждой ведьме, но крайне редко используемая. Ну вот откуда в обычной жизни можно встретить беса? Талант их призывать настолько редкий, что уже даже не изучается в школьной программе. Но тётя настаивала, что иметь от них защиту всё же необходимо. Лилит любит пошутить над своими любимицами.

Таверны рядом с площадью были дорогими и опасными. Вероятность встретить там какого-нибудь местного инквизитора слишком высока. Платье ведьмы-ученицы не оставляло шансов сохранить инкогнито.Поэтому мне пришлось уходить дальше от чистых улиц, патрулируемых городской стражей.

— В следующий раз переоденусь в платье от Ядвиги, — ворчала я, озираясь по сторонам.

Наконец, издалека играла весёлая музыка, я почти бегом заспешила к её источнику, но остановилась на полпути. Справа, в тёмном переулке, кто-то гремел мусорными баками. Я бы прошла мимо, если бы не блеснувшая в тени сталь кинжала. Неясные силуэты собрались у одной из стен близко стоящих домов. Через пару ударов сердца слегка полыхнуло магией, кто-то выматерился и послышался громкий шлепок, похожий на пощёчину, а затем женский стон.

"Ведьма", — подумала почему-то я.

Может, почувствовала внутренним чутьём, о котором писали в древних книгах. А может, догадалась. Жертва бандитов пыталась защищаться магией, а магессу вряд ли зажимали бы у мусорных баков. Чтобы потом всю жизнь бегать от братьев и отцов опозоренной лины? Даже пьяные отбросы не настолько глупы.

Выбор пойти дальше или вмешаться не был сложным, но всё же на пару секунд я задумалась, стоит ли оно того. Сколько будет противников? Не сама ли их жертва виновата в том, что происходило? А вдруг там, например, Милана или Ванда? Зачем мне эти трудности нужны?

“Делай, что должно и будь, что будет”, — велела я себе и сделала шаг с освещённой улицы во тьму неизвестности.

Сердце стучало набатом, страх скручивался внутри живота в воронку и стягивал к себе все внутренности. Засасывал не только органы, но и все мои силы, как ураган подхватывет дома и деревья.

— Тук-тук-тук! — мой голос звучал громко и звонко, отражался от стен и возвращался эхом. — Кто тут у нас хулиганит? Кто тут у нас ведёт себя невежливо с дамой?

Мужчины, если их можно так назвать, оглянулись. Я подбросила в руке огненный шарик, обычно используемый для освещения. Вреда он никакого не мог нанести, но выглядел пугающе. По крайней мере, я очень сильно на это надеялась.

— Стана? — радостно пискнула моя соседка по комнате.

— Собственной персоной, — продолжила кривляться я, стараясь не смотреть на испуганное и заплаканное лицо Мары. — Господа, вы любите честные сделки? Предлагаю разойтись полюбовно. Вы отпускаете мою подругу, а я — вас.

Первый шок прошёл, бандиты поняли, что я не привела с собой отряд стражи. Один из них, жирный боров, выставил вперёд кинжал, второй медленно двинулся в мою сторону, а третий продолжил держать мою соседку. Краем сознания я отметила, что это не обычные бездомные, а небольшая шайка. Иначе оружие у них давно отняли бы рыбки покрупнее.

“Мать моя ведьма, — застонала я мысленно. — А можно они сейчас испугаются и уйдут без боя, а?”

— Хочешь помочь подруге, ведьмочка? — Усмехнулся мужик, который шёл ко мне. Он показался мне странным: высокий и сухой, с узким лицом и глазами-щёлочками. Не кессаниец точно. — Тогда будь хорошей девочкой, приласкай папочку.

"Будь хорошей девочкой, — заговорил в мыслях другой голос. — Сегодня папочка тебя приласкает по-настоящему… Ты же хочешь. Сама хочешь!"

Я на мгновение задохнулась от нахлынувших эмоций. Просто забыла, что нужно сделать выдох, а потом снова набрать воздух в лёгкие. Смотрела, как ко мне вразвалочку идёт очередное чудовище из моих кошмаров, и отсчитывала секунды до того момента, как оно меня схватит.

"Позволишь ему? — спросила тётя, и от её тона повеяло могильным холодом. — После всего через что прошла?"

И я снова смогла дышать. Память услужливо стала подкидывать одно смертельное проклятие за другим. Нет-нет-нет. Если отправлю бандитов вслед за горячо любимым отчимом, то сама очень быстро последую за ними. Никакой Аринский уже не поможет. Инквизиторы меня поймают и с огромным удовольствием предадут огню.

Будь я опытным магом, скастовала бы какую-нибудь “петлю удушения”. Но даже тётя Бояна не рискнула лезть в боевую магию. Может, она и умела что-то, но меня научить не успела. Там теорией не отделаешься, а практиковать до недавних пор я не могла.

“Удушение — это несложно, — подумала я. — Маленький спазм гортани. Простейшее воздействие, следы которого развеятся через пару часов”.

Я зашептала под нос проклятие, внимательно следя за противником. Он будто что-то почувствовал. Остановился, бросил взгляд за мою спину. Я взмолилась, чтобы оттуда не шло подкрепление для них, потому что оборачиваться сейчас было бы крайне глупо. Но и не обернуться — опасно.

“А лезть в разборки с бандитами — мероприятие донельзя спокойное и безопасное, да? — комментировал трусливый внутренний голос. — Какой у тебя боевой опыт? Одно проклятие в момент инициации и одна простейшая манипуляция с помощью куклы. Зато ты теорию знаешь, ага!”

— Почему ты з-замер? — спросила я дрогнувшим голосом. — Иди сюда. Приласкаю.

Чем ближе он подойдёт, тем легче будет его проклясть. Значит, потребуется меньше магии и останется меньше следов. Главное — не переборщить. Если бандит умрёт, то докопаться до истины всё равно будет возможно.

Враг шагнул ко мне, и с кончиков пальцев сорвалось проклятие. Я сжала правую ладонь в кулак, искусственно создавая спазм в его горле. Бандит схватился за шею, вытаращил глаза.

“Сработало!” — ликовала я мысленно, тщательно отмеряя силу воздействия.

Не дай Лилит, отправлю к праотцам!

— Я досчитаю до трёх, а потом вы присоединитесь к другу, — предупредила я. — А когда досчитаю до пяти — умрёте. "Один" уже было.

Мару отпустили мгновенно. Проклятый мною бандит свалился на колени и попытался отползти дальше, но я шагнула за ним. Жирный боров не мог определиться, что делать. У него кинжал, но поможет ли он против злобной ведьмы? Понимала ли я, что будет достаточно одного точного удара в моё сердце, чтобы бой закончился? Ещё как! Пугало ли меня это? Да я была готова обделаться от страха! Но по стеночке ко мне медленно продвигалась Мара, а двое из троих бандитов уже мечтали сдаться. Может, Лилит и впрямь благоволит мне?

— Мы уходим, — пообещал боров и кинул свой кинжал мне в ноги. — Ты обещала отпустить.

— Идите, — разрешила я.

Мара как раз подошла ко мне достаточно близко. Я схватила её за руку, одновременно отпуская шею покрасневшего от удушья бандита.

— А теперь бежим, — шепнула я соседке и первой рванула вон из подворотни.

Преследовать нас не стали.

Мы с соавтором создали единую группу для Мира Сигнум. Там будет много интересного о знакомых историях, а также намёки на новые истории иииии… Новая книга в формате литсериала. Группу можно найти по названию “Мир Сигнум” прямо ВК))

Глава 6. Разговор по душам

Так быстро я ещё не бегала никогда! А уж для полноватой Мары наш марш-бросок по городской местности и вовсе стал тем ещё испытанием. Она раскраснелась и тяжело дышала. Её волосы совсем растрепались, а глаза лихорадочно горели.

Мы уселись на крыльцо жилого дома в переулке, выходящем на оживленную улицу, чтобы перевести дыхание. Я вытянула ноги и порадовалась, что покупки сложила в заплечную сумку, а не надела сразу. Бежать в сапожках было бы сложнее. Зато теперь можно утеплиться.

— Как ты это сделала? — спросила соседка, когда снова смогла говорить.

Я как раз достала плащ и сапожки из мягкой кожи. Мех поблёскивал на закатном солнце, но интереснее всего оранжевыми бликами играли бляшки на обуви.

— Прокляла его, — честно призналась я. — Не бойся, не насмерть. Похрипит пару дней и будет как новенький.

— Да хоть бы и насмерть, — фыркнула кровожадная ведьма. — Я думала, у них защита будет. Разве она не у всех есть?

— У магов и ведьм — есть, — ответила я. — Не по умолчанию, конечно. А с определённого уровня знаний и умений. Ни одна уважающая себя взрослая ведьма не выйдет из дома без защиты. Если магией Лилит обделила, то артефакты и амулеты ей в помощь. Наши бандиты обычные люди, недостаточно богатые и умные, чтобы купить такие артефакты.

Мара замолчала, переваривая услышанное. Я успела накинуть плащ и переобуться, прежде чем она снова заговорила. На этот раз гораздо тише, словно не была уверена, что хотела услышать ответ.

— Почему ты решила помочь?

"Я бы не стала", — мысленно добавила я вместо неё.

Когда меня избили, она действительно не бегала за льдом, чтобы приложить к моим гематомам. Дала сомнительный совет и вернулась к своим делам.

— Я была в похожей ситуации, — нехотя пояснила я. — Даже вспоминать страшно и мерзко. Если бы кто-то проходил мимо и помог, мне не пришлось бы… решать проблему настолько кардинально.

— Так это правда? — Мара уставилась на меня, не скрывая интереса. — Ты кого-то убила, и за это тебя сослали в нашу школу?

— Отчим умер прямо на мне, — подобрала я безопасные слова. — Но экспертиза инквизиторов не обнаружила следов магического воздействия. Естественная смерть, ничего необычного.

Соседка медленно кивнула, как бы говоря, что поняла меня. Нет, полный и честный ответ так и не прозвучал, но он и не нужен был. Она услышала каждый намёк и оговорку.

— Секрет за секрет, — я ткнула её локтём в бок. — Что это за печенье такое волшебное?

— Печенье с начинкой из зелья, — слегка смутилась она. — От нежелательных беременностей. Началось всё с ведьмы, которая так же как я попала в руки двум козлам. Она была старше нас, но колдовать не рискнула. Сама понимаешь, лучше бандит сверху, чем инквизитор напротив. Ну вот, приключение закончилось интересным положением. Я случайно услышала, что она собирает деньги на аборт у местной знахарки. Ну и предложила сделать все быстрее, безопаснее и даже немного дешевле. Срок маленький, ничего сложного. Вот если бы выскребать пришлось, тогда тяжело, да. А так…

Первой реакцией был мысленный вопль "Душегубка!" Я хотела отодвинуться от соседки, а лучше вскочить и сбежать. Ну не понимала я, как можно убить ребёнка ещё в утробе!

"А если бы от отчима понесла? — подумала я вдруг. — Родила бы и подбросила ребёнка в храм? Или оставила себе, но всю жизнь ненавидела?"

Лучше уж не родиться вовсе, чем жить в вечной ненависти или с ощущением, что ты не нужен матери. А ведь такие ненужные дети рождаются не только от насильников.

Ведьме сложно воспитать ребёнка в нашем королевстве. Если это дочь, ещё есть смысл стараться. Будет кому знания передать. Хотя, конечно, каждая ведьма мечтает родить на пике своих сил, чтобы и наследница была не слабой. Поэтому нужен правильный отец, с сильным даром, а не бандит из тёмной подворотни.

Сыновей же рядом совсем не держат. Или отдают отцу, или подкидывают в храм.

— А откуда у тебя рецепт зелья? — спросила я.

— Мама была ведьмой-акушеркой. Я ей помогала с малых лет. Роды принимать могу, аборты делать, болезни по женской части лечить. Все зелья и настойки последний год я варила. У мамы беременность тяжёлая была, ей не до других мамаш было. Вот я и работала за неё по мере сил, деньги-то больше негде взять. Нас и так чуть из съёмного дома н епопёрли.

— Сейчас тебе есть где жить, — напомнила я. — А если кто-то узнает о печенье с зельем, тебя могут исключить из школы и отправить под суд.

— Есть вещи, ради которых стоит рисковать.

— Например, деньги? — я усомнилась в её логике.

— Нет, — она вытянула ноги и помассировала колени. — Но деньги могут помочь. Например, исполнить мечту.

— Мечта — это здорово.

— А ты о чём-то мечтаешь?

Избавиться от клейма распутниц на всех ведьмах. Добиться уважения магов и всего общества. Получить, наконец, право изучать опыт других ведьм, не боясь костра за чтение древних монускриптов.

— У всех есть мечты, — грустно улыбнулась я. — Для некоторых — мало денег.

— Если денег для чего-то мало, значит, их должно быть больше, — хмыкнула она. — К тому же, моё печенье приносит не только деньги, но и уважение. Меня нельзя обидеть, потому что потом не получится обратиться за помощью.

— Может, ты и права, — согласилась я. — Деньги в любом случае не помешают. Я бы тоже не отказалась от прибавки к стипендии… Но пока нам нужно сохранить хотя бы её. Скоро ворота закроют, нужно спешить.

— Пекло! Совсем забыла об этом. Бежим скорее!

Бежать мы, конечно, не стали, пошли быстрым шагом. Уже темнело, но время ещё оставалось, так что мы остановились у дерева рябины, чтобы набрать ягод. На вопросы Мары я лишь улыбнулась. Потом объясню, зачем они мне нужны.

Глава 7. Месть вторая

Я долго думала, была ли права, когда попросила цветочницу не отправлять моим врагам открытки вместе с розами. С одной стороны, записка с незатейливым: "Ты следующая" — отлично справилась бы с задачей запугать ведьм до сумасшествия. Но с другой, это прямая угроза, что уже является наказуемым. Да ещё и через открытку можно вычислить лавку, из которой доставляют заказ, а оттуда недолго выйти на меня. И здравствуй, отчисление!

"В Пекло пафос, и так догадаются", — решила в итоге я.

Первую розу доставили уже пострадавшей Ждане. По слухам, получилось очень эффектно. Розу оставили на пропускном пункте, но оттуда дежурная ученица, бледная и напуганная, отнесла цветок больной. И бледнела уже она. А потом устроила истерику и даже разбила окно в лазарете. Вот теперь я была довольна. Вряд ли Ждана до сих пор думала, что упала с лестницы случайно.

Всю неделю уроки проходили спокойно. Иногда ко мне подсаживалась Мара и становилось чуть веселее. Учиться было несложно. После индивидуальных уроков с тётей, ни один преподаватель не мог меня так уж сильно напугать. Да и домашней работы они давали в несколько раз меньше. Так что я успевала спокойно готовить амулеты, чтобы отнести в лавку артефактора. Опытные образцы обкатывали мы с соседкой. Браслеты из ягод рябины, защищающие от демонов и злых духов. И если первые были жуткой редкостью, то вторые встречались часто.

— Лучше бы ты себе амулет от скудоумия сделала, — вздохнула Мара, когда узнала, что я приготовила для Даны.

Её розу уже доставили, а вот сам план ещё был сыроват. Время поджимало, но от помощи соседки я отказалась. Уж слишком рискованной была моя затея. Залезть в хранилище ингредиентов, свистнуть оттуда заготовки и парочку пучков редчайших травок. Нет, мне бы не помешало поставить кого-нибудь на стрёме, однако… Опасно, да. Если поймают с таким набором, то вылечу не только я. Стоила ли месть такого риска? Однозначно.

Волновалась я зря. Операция “Обчисть учителя по зельеварению” прошла без сучка, без задоринки. Дверь в хранилище была зачарована по самое “не балуй” в отличие от стены в десяти сантиметрах от оной.

Проломить её бесшумно было сложно, а я всё равно справилась. Даже почти не намусорила, представляете? Храни Лилит человека, придумавшего купол тишины.

Влезла через дырку, потырила нужное и спокойно ушла тёмными коридорами. Нет, вообще-то ночами у нас как бы дежурила охрана... Вот именно, что “как бы”. Спала баба Рая крепко, а храпела громко. Правда, ходили слухи, что рука у неё тяжёлая. Если всё-таки поймает, то отхватить можно по первое число. И не только проклятиями, увы. Зелье я смешивала той же ночью, заперевшись в уборной. Нет, ничего смертельного. Обычный яд магического воздействия. Самый мощный из группы диаретиков. Не путать с диуретиками, действия у них совершенно разные, хоть и не самые приятные в обоих случаях. Сложнее всего было заставить Дану это зелье выпить. Она почти нигде не бывала одна, так что мне приходилось следить за ней весь день, таская с собой треклятое зелье. И это совершенно никак не соответствовало моему первому правилу ведьмы. Пришлось всё же просить Мару о помощи. Она отлично сыграла роль отвлекающего маневра, устроив потасовку с ней в столовой. Пока все глазели на назревающую драку, я заменила стакан Даны на свой, в который уже добавила зелье. Слава Лилит, никто подмены не заметил. Мара получила извинения от старшеклассницы, хоть я и искренне не понимала, как это произошло.

В общем, когда Дана слегла с острым пищевым отравлением через пару дней после получения розы, моим обидчицам резко стало не до смеха. Нет, они ещё не поняли, за что и от кого наказание. Однако уже чувствовали, что на двух ведьмах процесс не остановится. О своём поведении задумались все без исключения.

Глава 7 (2)

— Говорят, Милана купила невероятно сильный артефакт, чтобы защититься от проклятия, — шепнула мне Мара, отвлекая от приятных воспоминаний.

Мы сидели на уроке по теории магических талантов и слушали скучную дребедень о веерах вероятности. Эту тему мы уже прошли, так что преподаватель просто отвечала на вопросы особенно душных учениц.

"Зачем вам книги? — хотелось спросить мне. — Ножку письменного стола в комнате подпирать?"

Ярина и без того рассказывала всё до тошноты подробно. Учитывая, что вела она не только теорию магических талантов, но и историю ведьмовства, получалось порой нудно и скучно. Сама преподавательница так не считала, конечно. А вот я была готова уснуть в любую секунду.

— Не поможет, — зевнула я. — Проклинать её я не планировала. Слишком легко вычислить.

— А что планировала?

— Пока не знаю, — я пожала плечами и перевела взгляд на доску, где Ярина записывала новую тему урока. — Демона, вон, вызову.

Мара округлила глаза и пихнула меня локтем в бок.

— С ума сошла? Даже не шути так! — она скрестила пальцы и пробормотала: — Свят, свят, свят!

— Да брось, — я рассмеялась, не сдержавшись. Очень уж комично выглядела напуганная демонами ведьма. — Неужели, так их боишься?

— И правильно делает, — вмешалась в разговор преподавательница, незаметно подошедшая к нашей парте. Телепортировалась она от доски, что ли? — Правда, если демон пришёл, деревенским заговором его не остановишь и не изгонишь. Но опасаться их действительно нужно. Наукой до конца не изучено, кто они такие. Магическая раса с особыми способностями? Или промежуточная ступень между нами и богами? Мы не знаем границ их возможностей, не умеем их контролировать. Радует только одно: демоны — редкие гости в нашем мире. И как ни странно, поблагодарить за это нужно инквизиторов.

— Этих посланников Пекла? — возмутилась одноклассница с правого ряда — Сагранна. — За что их благодарить?

— За то, что справились со своей первичной задачей. Изначально институт инквизиции Ричард Третий учредил, когда демоны стали встречаться слишком часто. Тогда Бессалия и Кессания были единым государством. Регория процветала, пока...

— Пока два брата не перессорились за престол и не решили разделить земли, — непроизвольно продолжила я. Эту историю тётя рассказывала слишком часто, повторяя, что сила в единстве. — После чего в обоих королевствах начался мор.

— Верно, Стана, тогда погибли многие. Но во времена до разделения и до инквизиции люди не просто умирали, а теряли души. Причём жертвами становились в основном маги и ведьмы — родовая знать. Их души демонам нравились гораздо больше. Когда принца Авида, наследника Ричарда Третьего, несмотря на все амулеты и артефакты, одолел демон, король приказал выявить и сжечь всех ведьм, имеющих связь с порождениями Пекла. И первое время воины меча и света действительно выполняли свою работу. Искали тех, кто занимается чёрной магией, и предавали их огню. Ведь один из двух способов привести демона в наш мир — занятия чёрной магией. Не путайте чёрную магию с тёмной, но о классификация вам расскажут позже. У нас всё же другая тема. Итак, второй способ — непосредственно призыв. Когда об этом стало известно инквизиторам, то ловить стали всех ведьм. Считалось, что любая способна призвать демона. Нам приходилось скрываться, запечатывать дочерей. Дошло до того, что ведьмами инквизиторы признавали всех женщин-носительниц магии. Кто знает, как называют те времена летописцы?

— Столетие кровавой охоты, — ответила моя соседка.

— Верно, Мара, — похвалила её Ярина. — Первым пришёл в себя король Кессании. Костар забил тревогу, когда магесс осталось слишком мало, а маги стали слабеть. Да, демонов в мире почти не осталось. Но инквизиторы перегибали, поэтому истреблять всех ведьм подряд в нашем королевстве запретили. Король пригласил спрятавшихся в подполье глав ковенов на аудиенцию. Верховные ему и рассказали, что не каждая из нас может призвать демона. Теперь истреблению в Кессании подлежат только две категории ведьм. Те, чьи преступления доказаны. И те, кто обладает талантом призывать демонов.

— Даже, если они не нарушали закон? — уточнила бледная, как мел, Сагранна.

— К сожалению, — Ярина развела руками. — Слишком опасный талант. К тому же, редкий. До взрослого возраста девочки с даром общаться с демонами не доживают. Либо погибают после случайного призыва, либо попадаются на глаза инквизитора. И…

— Гори-гори ясно, чтобы не погасло, — замогильным тоном протянула Сагранна.

Страшновато было и до того, а уж теперь… Ученица со среднего ряда,чьё имя я ещё не запомнила, завыла волком и вскочила ногами на парту. Её колени разъехались в стороны, а потом и вовсе вывернулись.

Я не удержалась — вскрикнула, но мой голос потонул во всеобщем визге. Ярина сплела какое-то заклинание и накрыла существо, в которое превратилась наша одноклассница, куполом. Оно забилось в судорогах и зашипело. Справа от меня завыла другая ведьмочка. Я оттолкнула её и отшатнулась, наблюдая, как она упала на колени и зарычала. Изо рта у неё пошла пена.

— Одержимые! — ахнула Скрева — вреднючая девица, самостоятельно назначившая себя старостой. — Откуда тут одержимые?

— Из Пекла, — съязвила Мара.

— Поумничай тут ещё, — огрызнулась она.

— А то что? — Влезла я. — Натравишь на неё демона?

— Это не я!

— Успокоились! — прикрикнула Ярина, накрывшая вторую одержимую куполом. Преподавательница сплела вестника и отправила его вороном к директрисе. Обернулась к нам и завопила:

— Чьих рук дело? Изгоняй их обратно, негодница!

Взгляд Ярины почему-то упёрся в меня. Я собиралась возмутиться, но в тот момент накрыло третью девушку. Страшно стало до безумия. В глазах темнело, в ушах барабанной дробью билось сердце. Ужас был липким и мерзким, словно слизь.

— Мы в амулетах, — шепотом напомнила Мара и подняла руку, показывая свой браслет. — Нас не тронут.

Если я всё сделала правильно. Если не перепутала, от чего именно защищает рябина. Точно от демонов? Не только от злых духов? А заговор нужный читала? Не ошиблась с формулировками? Силы достаточно влила?

Будто отвечая на мои вопросы, соседка дёрнулась, словно её молнией ударило. Я испуганно замерла, ожидая шипения или воя. Но Мара выглядела абсолютно нормальной. Разве что немного побледнела. Немудрено! Я тоже стала бы похожа на приведение, если бы через меня прошёл насквозь демон.

“Прошёл насквозь”, — первая мысль.

“Побледнела!” — вторая.

Я нашла взглядом Сагранну, которая выглядела не просто напуганной. Она затравленно озиралась по сторонам, зажимая уши ладонями. Будто… слышала голоса? Много голосов одновременно.

— Сагранна, — позвала я. — Эй, прогони их.

— Я не могу.

И такая паника в её глазах. Такой страх. Она не демонов боялась, нет. Саму себя.

— Можешь, — пришла на подмогу Мара. — Они пришли по твоему приглашению. По твоему приказу и уйдут.

— Давай, как псу шаловливому, — поддержала нас Ярина. — “Фу, сидеть!”

Одержимых становилось всё больше. Теперь выла уже и Скрева. Они клацали зубами и окружали нас. Преподавательница уже не пыталась заключать их в куполы. Просто мягко отталкивала особенно агрессивных, стараясь не навредить ученицам.

— Фу, сидеть! — срывающимся голосом попыталась отдать приказ юная заклинательница демонов.

— Жёстче, — подсказала Ярина.

— Ты их хозяйка, — добавила я. — Посмотри, сколько демонов одновременно ты сюда призвала. И даже не пошатнулась. Знаешь, что это значит? Ты очень сильная ведьма, Сагранна.

Мара прервала мою прочувствованную речь одной фразой:

— Покажи им, кто тут альфа-самка!

И это сработало. Сагранна выпрямила спину и вскинула подбородок.

— Вон! — громко и чётко произнесла она. — Вас тут не ждали. Вам тут не рады. Все вон!

Не было заклинаний и особых формулировок. Я впервые своими глазами видела то, что называли Словом ведьмы. Нам необязательно колдовать по правилам, чтобы магия работала. Иногда достаточно силы желания, облеченной в словесную форму.

— Вон, — повторила Сагранна уже тише.

Но это уже было необязательно. Наши одноклассницы падали без сознания одна за другой, когда их тела покидали демоны. Именно тогда распахнулась дверь в класс, и на пороге возникла директриса.

Глава 8. Реклама по-ведьмински

Директриса Васира не стала устраивать допрос. Позвала лекаря и велела определить особенно сильно пострадавших в лазарет для полного магического исследования. Простыми заклинаниями-диагностами обойтись она не пожелала. Я смотрела за тем, как ведьма в годах обеспокоенно металась по классу, сканируя его на предмет спрятавшихся где-нибудь под партой демонов, и удивлялась. Если администрация так переживает о нас, ученицах, то какого Пекла тут избивают новеньких? Где была заботливая директриса, когда мне устроили “тёмную”? Или ответственность она несёт только в случае магических неприятностей, а неурядицы в коллективе её не касаются?

— В школе происходит что-то странное, — вполголоса заметила Ярина, обращаясь к большому начальству. — Сначала ограбили хранилище ингредиентов, теперь подсунули нам Призывающую.

— Опять ты со своими теориями заговоров! — разозлилась директриса. — Кому мы нужны в этом Лилит забытом месте, а? Лучше скажи, что такого говорила, раз у девчонки случился непроизвольный призыв, да еще и такой силы?

— Ну я… просто…

Нас отпустили взмахом руки, не позволив дослушать оправдания преподавательницы. В классе оставили только Сагранну. Я сжала её руку на прощание, выражая поддержку, но вряд ли это как-то помогло. Мы все слышали, какая судьба у ведьм с таким страшным талантом. Я понимала, почему инквизиторы истребляли их. Но ведь мы не выбираем, с каким талантом родиться! В чём виновата Сагранна? Разве справедливо, что её сожгут за то, что она теоретически для кого-то там опасна?

Любой, даже самый опасный, дар можно обуздать и обернуть на пользу. Будь я Верховной, не позволила бы убивать ведьм за то, что может произойти в будущем.

“В чём же проблема?” — поинтересовался внутренний голос.

В том, что я не Верховная. И даже не Старшая в круге. Всего лишь ученица-первогодка, чьё мнение никого не интересует. Пока не интересует.

— Как вы это сделали? — выцедила сквозь зубы Скрева.

Нас с Марой окружили в коридоре, и я обругала себя последними словами. Как только не заметила надвигающуюся угрозу? Мало мне было одной встречи со всеобщей жестокостью? Решила попробовать чужие кулаки на вкус во второй раз?

— Что именно? — уточнила Мара.

— Я видела, как демон вошёл в тебя, — заметила хмурая Лия. — А потом провалился, не сумев удержаться. Больше ни с кем такого не было!

А ведь действительно. К моменту, когда Сагранна сумела прогнать демонов, одержимы оказались уже все в классе. Кто-то только закатывал глаза или выл, кто-то уже пускал пену изо рта. В обморок упали самые “тяжёлые”, в ком демон просидел дольше всего. Остальные теперь толпились вокруг нас, выясняя большую и страшную тайну.

— А, вы об этом, — соседка зевнула и прикрыла пухлой ладошкой рот. Потом отвела руку от лица и сделала вид, что залюбовалась браслетом. — Так вот же. Амулет от демонов и злых духов. Стана делала. Мощная штучка, а так и не скажешь!

На меня кровожадно посмотрело сразу полтора десятка ведьм. Кто скажет, что это не жутко — может поцеловать мою метлу!

— Научишь делать? — на выдохе уточнила Лия.

— Семейная технология, — цокнула я. — Никак, девочки. Простите.

— Но она может сделать их вам на заказ, — тут же подхватила Мара. — По-свойски. В городе-то дороже продаёт, но нам сделает скидку, да?

— Обсудим, — притворно тяжело вздохнула я. — Кто готов сделать заказ? Я запишу имена и размеры, чтобы начать делать амулеты. Мы ещё немного погалдели, обсуждая цену, а потом составили список и разошлись. На сегодня уроки отменили, так что мы с Марой сразу пошли в комнату. По дороге — молчали. Не знаю, как она, а я думала о Сагранне. Мысленно молилась Лилит, чтобы одноклассницу не сдавали инквизиторам. Должна же существовать среди ведьм какая-то солидарность? Не придумала же её тётя Бояна, да? Вон Ядвига за её помощь до сих пор рассчитывалась, даже после её смерти. Значит, чего-то узы некровного сестринства да значат?

— Мне как-то не по себе, — поморщилась я, когда мы упали на свои кровати и уставились в потолок. Потолок был самый обыкновенный, с трещинками и даже паутиной. Бытовая магия не справляется? — Сагранну вот-вот отдадут инквизиторам, а я на этом наживаюсь.

— Не ты, а мы, — возразила Мара. — Нельзя разбрасываться такими возможностями! Вообще… Если бы я не видела, как ты перепугалась, подумала бы, что призыв демонов твоих рук дело.

— Я перепугалась? Кто бы говорил! — фыркнула я, а потом передразнила: — Свят, свят, свят!

— Ну помогло же!

Мы переглянулись и рассмеялись. Напряжение, всё это время пружиной сидевшее в теле, медленно отпускало. Я наконец-то осознавала, что могло произойти. Демоны — это не шаловливые псы, как убеждала Сагранну Ярина. Нет! Это порождения Пекла. Та самая вероятная промежуточная ступень между нами и богами. Существа, питающиеся душами людей, магов и ведьм. Если бы не амулет из рябины, который мне взбрело в голову сделать, я могла распрощаться с самым дорогим, что у меня есть. И всё. Никакого перерождения. Никакого второго шанса. Умереть — страшно. Но потерять свою душу — куда страшнее.

Так почему сегодня всё сложилось именно так? Все выжили, если не считать предстоящей казни Сагранны. Я так и вовсе не пострадала. Наоборот, сегодняшняя опасность будто даже сыграла мне на руку — сильнее сплотила с Марой, дала возможность подзаработать.

“Некоторым из нас боги оказывают особое внимание, — вспомнились слова тёти. — Люди называют их поцелованными богами. Кочевники — теми, кого ведут. Суть одна. Эти люди нужны миру чуть больше, чем другие. Их оберегают, им помогают, за ними приглядывают. Порой кажется, что всё наоборот. Будто боги от тебя отвернулись. Неприятности сыплются на голову как из рога изобилия. А по итогу — всё складывается так, как угодно богам”.

Забавно. Если я “поцелованная”, то богам было угодно, чтобы меня домогался отчим? Чтобы меня избили? Чтобы я пережила коллективную одержимость одноклассниц?

“И на шаг приблизилась к своей цели, — поняла я. — Стала сильнее, осознала что-то”.

Дурацкая система! Неужели, нельзя просто написать письмо с инструкцией? Так, мол, и так, Стана. Тебе нужно стать крутой ведьмой, надавать люлей другим ведьмам, чтобы стать Верховной и изменить уклад в королевстве. Неужели, я так о многом прошу?

Внезапно за окном сверкнула молния, а затем послышался гром, от которого даже стены задрожали. Я втянула голову в плечи и мысленно принесла извинения Лилит. Нет так нет. Чего нервничать-то так сразу?

Глава 8 (2)

***

Чтобы справиться со всеми заказами, пришлось раскрывать Маре нехитрую технологию создания амулетов. А ещё сбегать из школы ночью и набирать побольше ягод рябины. Возничие, проезжающие мимо нас в эти моменты, смотрели подозрительно. А на выходных, когда мы понесли часть готовых браслетов в лавку артефактора, деревьев с красными ягодами уже не было.

— Срубили, — вздохнула соседка. — Перепугались, что мы из них яд на весь город наварим?

— Зато красавку и вороний глаз не тронули, — фыркнула я. — Собиралась сказать, что они совсем тёмные, но не хочется оскорблять имперцев.

Мара захихикала вместе со мной. Аркаим — большой город. Немногим меньше столицы, где существует целых три ведьминские школы. Но из-за близости к границе с Бессалией отношение к ведьмам тут ещё более категоричное, чем в остальном королевстве. Местные переняли взгляды соседей. Я удивлялась, как тут вообще построили хоть одну школу для ведьм. И почему к нам до сих пор не пришли с вилами и факелами? Видимо, боялись.

Предупреждение против ведьм не всегда обижало. Вот в такие моменты становилось скорее смешно. Ну серьёзно? Мы готовили защитные амулеты, а теперь на всех близлежащих территориях местные будут вырубать рябину и рассказывать, что ведьмы из её ягод сделали яд, которым отравили целую деревню. Ну или короля. Рябиной, ага. Ну не дураки ли?

Именно из-за предубеждений мы выходили в город не в форменных платьях, а в своих собственных. Мы даже предположили, что к Маре в подворотне пристали из-за платья. Бандиты ведь не сразу к насилию перешли. Сначала предлагали деньги, потом запугивали. Кто поверит, что ведьма отказывается от близости? Мы же ходим по улицам и мечтаем, чтобы нас кто-нибудь "приласкал"!

Зато в обычной одежде на нас никто не обращал внимание. Все спешили по своим делам. Даже по сторонам горожане не особенно смотрели, из-за чего ужасно злились возничие экипажей. Ездить по улицам слишком быстро было опасно. Переедешь кого-нибудь, и всё. Здравствуй, тюрьма.

Но я не доверяла чужой осторожности, предпочитая пользоваться своей собственной. Поэтому до лавки на Яблочной улице мы дошли не так уж быстро. Господин Цорух сам стоял за прилавком и как раз отпускал очередного покупателя, когда мы пришли.

— Ясного неба, — поздоровались мы с ним.

— Тёмных ночей, госпожи ведьмы, — ответил он. — Принесли что-нибудь?

Мы стали выкладывать из сумок амулеты и артефакты.

С помощью Мары удалось раздобыть в школе недорогие камни и серебро, так что сейчас мы хвастались не только рябиновыми браслетами, но и другими приблудами. Мне невероятно повезло иметь соседку, у которой в должниках столько старшекурсниц!

— Это от злых духов и демонов, — начала рассказывать я. — Эти серьги с лёгкой омолаживающей иллюзией. Кулон от мигрени, с успокаивающим эффектом. Что тут у нас ещё? А! Вот это колечко — сигналка. К нему в комплекте идёт монетка. Если монетку потревожат, то кольцо нагреется. Я хотела, чтобы артефакт реагировал на магический взлом, но мне не удалось найти оникс за столь короткий срок. Без него усложнить структуру не получится.

Господин Цорух рассматривал мои артефакты под лупой, а я молилась Лилит, чтобы правильно запомнила тёткины схемы. Проверить часть амулетов не удалось.

— Неплохо, — цокнул языком артефактор. — Инструменты у тебя слабые, но работы интересные. Возьму в помощницы. Будешь делать амулеты на заказ из моих расходников. Но на всех работах — моё клеймо.

— Тогда и инструмент ваш, — решила обнаглеть я.

Может, зря. Но мастерская из подручных средств — это ужасно. Вы когда-нибудь пытались плавить серебро над свечой, пусть и зачарованной? То то же!

— Справедливо, — легко согласился господин Цорух. — Записывай, что мне от тебя нужно. Если успеешь что-то своё, тоже неси. Печёнкой чую, мы с тобой заработаем немало денег, госпожа ведьма.

— Кстати, об этом! — впервые вмешалась в разговор Мара. — Неплохо было бы обговорить размер вознаграждения!

Я не сдержалась. Хлопнула себя по лбу от досады. Конечно, это стоило обговорить заранее! А не радоваться, что нашла работу с неопределённым жалованьем.

Но лин бессалийский артефактор, кажется, и не думал меня обманывать. Он согласился отдавать мне тридцать процентов от стоимости каждого товара. Учитывая, что он дарил мне набор инструментов, выделял материалы и продавал артефакты сам, я посчитала такой расклад более чем справедливым. В конце концов, никто не мешает мне приторговывать в школе. С рябиновыми амулетами ведь получилось?

Мы с господином Цорухом пожали друг другу руки. Он выдал мне старенький, но добротный набор инструментов взамен на первую партию работ, и мы разошлись, довольные сделкой.

— Предлагаю отметить вкусным ужином, госпожа ведьма, — первой заговорила Мара.

— Поддерживаю ваше предложение, госпожа ведьма!

Мы рассмеялись и не сговариваясь побежали к таверне, о которой говорили все в школе. Кажется, жизнь, наконец-то, стала налаживаться.

Глава 9. Три, четыре…

За свою не слишком длинную жизнь я поняла одну очень важную вещь. Когда всё складывается хорошо, стоит ждать провала невероятного масштаба. Такого огромного, какого ты себе и вообразить не можешь!

Готовя месть для своих обидчиц, я упустила из виду одну маленькую деталь. Две из них были старшеклассницами. Со знаниями и опытом выживания в школе на несколько порядков больше моего собственного. Если Дану и Ждану подловить было достаточно просто, то их старшие подруги Милана и Ванда обвешались защитными амулетами с головы до ног и ходили парой. Злобно сверкали глазами, глядя на всех с подозрением. Не скажу, что меня не радовал их страх, но… Я совершила огромную ошибку, недооценив противника. Это стало понятно, когда в комнату влетела раскрасневшаяся и напуганная вусмерть Мара. — Они подкараулили посыльного с розой, — с трудом выдавила из себя соседка, расстегивая ученическое платье. — Узнали, из какой он лавки, и собираются идти туда!

— Это конец, — застонала я.

Конспект полетел в сторону. Мысли беспорядочно заметались в голове. Дело не в последствиях. Я понимала, что они будут: когда-то четвёрка задир сложит два плюс два и поймёт, откуда всё это время дул ветер. Обидно было другое. Я не успела. Главные виновницы, те, кого я оставила на сладенькое, остались безнаказанными.

— Надо их перехватить! — Мара топнула ногой и вытащила из шкафа выходную одежду.

— Зачем?

Она просунула голову в горловину и так замерла. Выглядела эта картина так забавно, что я забыла о надвигающихся проблемах. Подумаешь, две старшеклассницы вот-вот узнают, кто их кошмарил. Ну изобьют меня снова. Не убьют ведь. Надеюсь.

— На месте разберёмся! — нахмурила она брови. — Одевайся!

В меня полетело моё платье, а затем и плащ. Я уже успела понять, насколько Мара упёртая. Белокурая пухленькая нимфа могла кого угодно довести до заикания своей настырностью.

— Не убивать же их, — фыркнула я, но послушно стала переодеваться.

— Почему нет? — соседка пожала плечами. — Если без магии, никто на нас никогда не выйдет.

— Во-первых, выйдут. Достаточно узнать, что они говорили с посыльным. Потом сходить в лавку, а затем узнать, кто сделал странный заказ четырёх роз. Во-вторых… ты серьёзно?

— Никто не будет так уж скрупулёзно расследовать смерть двух ведьм, — она закатила глаза. — Не хочешь убивать, тогда просто поймаем и поговорим. Предупредим, чтобы не лезли к нам.

Настала моя очередь удивлённо замирать. Так необычно звучало это “мы”. Как будто само собой разумелось. А ведь Мара никакого отношения к моей мести не имела.

— Причём тут ты? Я не расскажу, что ты мне помогала.

— Я знаю, — пожала плечами эта несносная ведьма. — Поэтому мы и дадим им отпор.

— Чем сплочённее ведьмы, тем сильнее их чары, — процитировала я трактат “О Ведьмином Круге”.

— Вот именно! Ты долго ещё будешь наряжаться? Мы так не успеем их перехватить!

Мы и не успели! Почти бежали, но видели спины старшеклассниц впереди. При желании добежать могли бы. Однако какой в этом смысл? Поговорить? Сделать внушение? Я вас умоляю! Они лишь фыркнут и устроят нам побои на месте. И Милана, и Ванда сильнее физически, опытнее магически. Да и жестокости им не занимать. Поэтому мы шли следом, по улице не самого безопасного района, и мысленно перебирали, как выйти из столь щекотливой ситуации. Не зря говорят, что Лилит любит своих дочерей и посылает им помощь, какая необходима. Кто-то кошелёк найдёт и не умрёт от голода, а кто-то — мы!

— Эй, красавицы! — раздался за спиной смутно знакомый голос. — Не хотите провести вечер в компании настоящих мужчин?

Мы остановились и переглянулись. Интересно складывался вечер четверга. Ничего не скажешь.

— Как увидишь настоящих мужчин, дай знать, — фыркнула Мара. — Тебе прошлого знакомства не хватило? Так моя подруга добавит?

Мы обернулись и удостоверились в подозрениях. Перед нами действительно стоял бандит из подворотни. Тот самый жирный боров.

— Х-хватило, — закивал он. — Я обознался!

— Нет, на этот раз ты по адресу, — возразила я. — Заработать хочешь?

Он хотел. Боров свистнул и из ближайшей рюмочной вывалились его друзья. На манеже всё те же, да. Состав их малюсенькой банды никак не изменился.

Детали мы обговаривали практически на бегу. Выпускать из вида Милану и Ванду было категорически нельзя, а мы встретились с бандитами на окраине города, хотя лавка моей цветочницы находилась в благополучном районе.

Свин, Гусь и Бывалый согласились поработать почти даром.

— И удовольствие, и деньги, — одобрил план Бывалый. Тот самый иноземец с узкими глазами. — Когда ещё такая возможность подвернётся?

Меня передёрнуло. Стало противно от самой себя. Вот так выглядит фундамент нового ведьминского общества, о котором я мечтала? С такого я начну свой путь? Заставлю пережить других девушек то, чего сама боюсь больше всего на свете?

— Никакого удовольствия, — отрезала я. — Вам нужно отправить их в лазарет. Переломать парочку костей, устроить сотрясение мозга и напугать. Но не больше.

— Да я только на клык…

— На здоровье, — махнула на него рукой Мара, — но тогда останешься без денег. Стоит оно того?

— Парочка костей и сотряс, — понятливо кивнул Свин. — И половина суммы авансом. Вдруг вы сбежите.

Я согласилась и без вопросов передала деньги. Мы дождались, когда старшеклассницы выйдут из лавки, а потом снова шли следом, пока ведьм не завернули в подворотню, как две капли воды похожую на ту, где мы встретили бандитов впервые. Ванда и Милана знали, что пользоваться магией нельзя, поэтому зрелищного боя не получилось. Их просто избили. Без особой жестокости, но довольно профессионально. А главное — быстро.

Никакого удовольствие картина поверженных врагов не приносила. Более того, я подозревала, что это разозлит их ещё сильнее. Но они получили по заслугам. И если полезут ко мне или Маре снова, то получат ещё раз, только сильнее. Куда сильнее...

Мы расплатились с наёмниками и разошлись, надеясь, что больше никогда не встретимся вновь. До школы шли молча.

“Где мой предел? — задавала я себе вопрос. — И существует ли он?”

Ответа не находила. Но мне очень хотелось бы верить, что я не стану такой, как они. Не скачусь в жестокость ради жестокости.

Глава 10. Конфликт исчерпан

Милана и Ванда загремели в лазарет на две недели. Можно было вылечить их и раньше, но избитых ведьм нашли не сразу. А когда нашли, то отправили в городскую больницу. Естественно, там им особой помощи не оказали. Пока новость дошла до школы, момент для быстрого исцеления был упущен. Хвала Лилит, обошлось без слишком уж тяжких травм.

— Лучше бы они там крякнулись, — проворчала впротивовес моим мыслям Мара.

— Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя проблемы с сочувствием к людям?

— Тебе кто-нибудь говорил, что я ведьма? — фыркнула она. — Как и Милана с Вандой. И у них тоже проблемы с сочувствием. Ждана и Дана получили щелчок по носу, и больше не сунутся. Но эти две — старшеклассницы. Они не простят нам выходку с избиением.

— Значит, будем отвечать, пока не отстанут, — я пожала плечами. — Какие ещё у нас варианты? Спровоцировать на применение запретных проклятий и отправить донос инквизиторам? Или нажаловаться директрисе?

— Есть у меня пара должниц из старшеклассниц, — призналась Мара.

— Особое печенье?

— Да, — она кивнула. — Например, Грида так и не доплатила. И конспекты не принесла. Помнишь её? Она приходила, когда ты только въехала.

Я с сомнением посмотрела на соседку по комнате. Гриду я, конечно, помнила. Эффектная ведьма. Позже я узнала, что печенье ей понадобилось после неудачной вечеринки в городе. Маги напоили её каким-то ядрёным зельем и… Ну, в общем, через пару недель она запаниковала и пошла к Маре, удостовериться не беременна ли. А когда узнала, что понесла, то долго пыталась вспомнить, от кого. Однако зелье у них было действительно качественное. Память отшибло начисто!

Конечно, Грида была благодарна одарённой первогодке, но не настолько же!

— И что, она пойдёт драться за нас с Миланой и Вандой?

— Нет, но она может обратиться к тем, кто способен утихомирить их, — Мара пожевала нижнюю губу. — Возьми пару интересных артефактов с собой. Пойдём делать то, чего от нас точно не ждут!

— Найдём наёмника из Клана Смерти и закажем ему старшеклассниц? — мрачно пошутила я, но полезла в коробку с готовыми артефактами.

"Нужно купить и зачаровать ларец, — мелькнула в голове мысль. — Наверняка в школе и подворовывают".

С каждым днем в местных реалиях я разбиралась всё больше, но к советам Мары старалась прислушиваться. Она была здесь с конца лета. Хорошо знала, что к чему.

— Оставим это как план "б", — абсолютно серьёзно ответила соседка.

Я закатила глаза. Эта ведьма неисправима!

Дары предназначались не Гриде, а старосте её класса. Как объяснила Мара, Белла обычно решала спорные вопросы в школе. Объясняла, кто прав, кто виноват. Однако попасть к ней в комнату со стороны было невозможно — исключительно по знакомству. Где логика? Как ты можешь решать что-то, если даже не слышала о проблемах младших классов?

Естественно высказывать своё недовольство вслух я не стала. Пусть сначала поможет разобраться с Миланой и Вандой! А там посмотрим, есть ли смысл критиковать здешнюю власть. Или как с королём: можно лишь восхищаться и говорить, как горда жить под его началом.

Двух простоватых артефактов и одной склянки зелья от срамной болезни хватило, чтобы нас с Марой внимательно выслушали. В комнате Беллы, кроме неё, жила Грида и ещё одна ведьма. Она как раз чистила одежду старосте, когда мы пришли.

Все три девушки были темноволосыми и очень красивыми. Я даже залюбовалась, подумав, что хотела бы выглядеть хотя бы наполовину так эффектно в выпускном классе.

— Тёмных ночей, — вежливо поздоровалась я. — Меня зовут Стана. Я тут новенькая.

— Тёмных, — кивнула моя возможная спасительница. — Догадалась прийти познакомиться? Неплохо-неплохо. Выразить уважение — хорошее решение, полезное.

"Ах ты, вобла! — мысленно вызверилась я. — За что тебе уважение выражать? За бардак в школе?"

— Они пришли за защитой, — пояснила за нас Грида.

— Скорее, за помощью, — поправила её хмурая Мара. — С защитой мы и сами справимся.

— Да и не за помощью, — не выдержала я. — За урегулированием конфликта. Который может в ближайшее время выйти из-под контроля и затронуть всю школу.

Белла слушала наш рассказ о драках и подставах с полуулыбкой. Мне не хотелось признаваться во всём даже ей, но Грида заранее предупредила, что скрывать ничего нельзя. Мол, за стены комнаты ничего не утечёт, а разобраться в проблеме полная информация поможет.

— Зови этих куриц, — вздохнула в конце концов Белла. — Послушаем их версию.

За второй стороной конфликта побежала Грида. Пока её не было, оставшиеся старшеклассницы прожигали нас взглядами. Первой не выдержала безымянная ведьма:

— А зачем ты вообще к ним полезла? Ну встретили тебя. Так всех встречают! И никто после этого войну не развязывал. Традиция у нас такая, понимаешь?

— Меня тоже встречали, — кивнула Белла. — И ничего, мстить не побежала.

— Меня так учили, — я пожала плечами. — Не давать себя в обиду, бить в ответ. Даже если знаешь, что проиграешь, ввязываться в драку, если на кону твоё имя.

— Какое имя? — они рассмеялись. — Ты первогодка. Твоё имя ещё и не запомнил никто.

— Теперь запомнили, — поддержала Мара. — Что, если мы первогодки об нас ноги вытирать можно? Вот уж дудки! Терпеть нападки мы точно не станем. Не успокоишь Ванду с Миланой, будет настоящая война.

— Ты мне угрожаешь?

— Она не угрожала, — ответила я за подругу. — Обрисовала перспективу. Тебя-то война никак не коснётся. Пострадают те, кто полезет в конфликт.

— Вот молодёжь пошла, — Белла сделала вид, что сплюнула. — Мозгов нет, зато гонора — на целый ковен хватит… Да если я сейчас ситуацию не разрулю, то вас прибьют тихонько и закопают в парковой зоне. И всё на том. Конфликт будет исчерпан.

— Может, прибьют, — согласилась я. — Поздно варить зелье, когда почки отказали! Дело уже сделано. Просить прощения и умолять о пощаде мы не будем. Так что придётся идти до конца теперь.

— Идиотки малолетние, — цокнула языком староста выпускного класса. — Вот же вас угораздило, а? Самых отбитых ведьм задели. Да ещё как?

На мгновение мне показалось, что в глазах Беллы мелькнул страх. Справилась она с ним быстро, но я успела уловить перемену. Неужели, всесильная глава школы боялась моих обидчиц? Уж не использует ли она нас с Марой, чтобы их задобрить?

— Мне другое интересно, — протянула я. — Это нормально, что нас “встречали” Ванда и Милана, а не твои люди? Они настоящую шайку организовали. Ты знала, что Милана берёт со второгодок деньги за защиту? Хотя, конечно, ты знала. Она же наверняка с тобой делится. Ты ведь тут главная.

Лицо Беллы исказила гримаса злости. Глаза превратились в тонкие щёлочки, а щёки налились румянцем. Преображение из высокомерно усмехающейся ведьмы в злобную фурию было настолько резким и неожиданным, что я даже испугалась.

“Мамочка! Я сломала человека!”

Но нет, поломка была временной. Белла взяла себя в руки уже через пару мгновений. Даже искрящаяся в воздухе магия втянулась обратно.

— Разберёмся, — страшно равнодушным голосом произнесла она.

Мара незаметно ущипнула меня за бок и сделала круглые глаза. Мол, ты чего творишь? Жить надоело?

А мне не надоело. Наоборот! Я вспомнила, что все ведьмы — властные стервы. И они (то есть мы) очень не любят, когда кто-то пытается откусить хоть кусочек от их пирога. Конечно, я попала пальцем в небо. Возможно, Ванда с Миланой избили меня по приказу самой Беллы. Но что я теряла, спросив напрямую? Вот именно, ничего! Зато, если бы оказалась права, то перетянула бы Беллу на свою сторону.

Когда Грида привела осунувшихся и сильно похудевших ведьм на “суд”, мы с Марой уже пританцовывали на месте от нетерпения. Согласны были на любое решение, лишь бы отпустили из чужой комнаты поскорее. В воздухе гудело напряжение, по пальцам Беллы то и дело проносились всполохи магии.

— Даже не думай, — предупредила Беллу Милана, переступая порог комнаты. — Если надеешься примирить нас с этими малолетками, то брось эту затею.

— Примирить? Я похожа на посла Бессалии? — голос старосты стал тихим и вкрадчивым. — Ты уверена, что разговор со мной нужно начинать с этого?

— Прости, в землю поклониться не могу, — съязвила она в ответ. — Спина болит после того, как меня по заказу малолетки избили какие-то выродки.

— Вы избили её, она избила вас, — повела плечами Белла, вставая с кресла. — Око за око, зуб за зуб.

— Всех новичков встречают! — вспыхнула негодованием Ванда. — И ни одна не нанимала бандитов, чтобы отомстить!

Мы с Марой переглянулись. Разговор пошёл по второму кругу: аргументы наших врагинь совпадали с мыслями старосты. И я пока не понимала, хорошо это или плохо.

— Вы забываете о первоначальном смысле таких “встреч”, — всё тем же ледяным тоном проговорила Белла. — Они затевались для проверки. Из какого теста новенькая? Побежит жаловаться преподавателям? Расплачется и уйдёт в лазарет? Или достойно выдержит испытание? Ответка от Станы — одна из реакций. Раз полезли, должны были ожидать, что такое возможно.

— Так и устроили бы тёмную сама! Но они…

— Понимали, что физически слабее, — перебила Милану Грида. — И наняли людей, которые были бы сильнее вас. Глупо было бы лезть к вам самим.

— Всё верно, — кивнула Белла. — Ритуал приветствия новенькой затянулся. Пора закругляться.

— Но…

— Конфликт. Исчерпан. Если не хотите, чтобы в него вмешалась я, то заканчивайте. Ясно?

— Ясно, — выцедили сквозь зубы Милана и Ванда. Хором! Вот это единодушие.

— Вас это тоже касается, — Белла смерила нас строгим взглядом. — Чтобы я не слышала больше ничего о розах, наёмниках и проклятиях.

— Никаких роз и наёмников, — пообещала я.

Нас отпустили царственным жестом. Но прежде, чем за нами закрылась дверь, я успела услышать обрывок фразы: “Они зарвались, нужно что-то делать”. Оставалось надеяться, что речь не о нас, а о старшеклассницах.

Глава 11. Вечер в хату

Спустя два года

Проект по зельеварению весело булькал в котелке под присмотром Мары, а я сидела рядом и пыталась понять, почему не получается достаточно увеличить проводимость магической энергии в рубине. Всё делала по учебнику с пометками господина Цоруха, а выходило не то. Вроде бы и матрицу встроила, как нужно, и узловые точки привязала. А всё одно — либо сцепка сгорала, и камень мутнел, либо шкатулка не реагировала на магический импульс. Как будто не артефакт на столе стоял, а декоративный сундучок.

— Проверь ещё раз, — пожала плечами соседка. — Может, камень поддельный?

— Это я ведьма поддельная, — цокнула языком я. — Цорух ерунду не купит, ты знаешь.

— Тогда не смотри на его записи, — не стала зацикливаться она. — Как бы ты сама сделала почтовую шкатулку? Без его подсказок?

— Послала бы рубин в Пекло и взяла азурит, — пробормотала я и отложила заготовку с красным камнем в сторону. — Придётся начать заново.

Но приступить к работе я не успела. Дверь открылась, и на пороге появилась она. Ведьма в самом своём стереотипном образе! Яркие рыжие волосы, зелёные колдовские глаза, чёрное, как ночь, платье с таким разрезом, что в нём виднелась резинка от чулок.

— Вечер в хату, — изрекло это чудо.

— На ней что, остроконечная шляпка? — шокированно уточнила Мара. — И ожерелье из черепов мышей?

— Крыс, — поправила её я. — Ты кто, болезная?

— А ты спрашиваешь или интересуешься? — протянула она. — Эта шконка свободна? Предупреждаю сразу, у параши спать не буду!

— Точно болезная, — решила я. — Новенькая, что ли? Почему мы не в курсе?

— Узнаю, — кивнула Мара.

Горелку под зельем выключила и поставила котелок на подоконник остывать.

— Ты тут смотрящая? — продолжила изъясняться на жаргоне рыжая. — А это твоя шестёрка?

— Стой, Марочка, — попросила я и быстро собрала своё добро в зачарованный от взлома ларец. — Я с тобой пойду. Поинтересуюсь у коменды, какого демона к нам сумасшедших подселяют!

Ответ был прост. Остальные комнаты заняты. Ставить куда-нибудь пятую кровать комендант отказалась наотрез. Мол, мы и так обнаглели, что столько времени вдвоём прожили. Если быть до конца честными, то периодически к нам пытались подселять новеньких, но надолго они не задерживались. Сбегали так быстро, что только пятки сверкали.

“И эта сбежит”, — решили мы и пошли обратно.

Проект Мара закончила быстро, несмотря на то, что мы с интересом разглядывали, как Ведана, так звали рыжее недоразумение, развешивает излишне откровенные наряды в шкафу. Многочисленные платья помещаться отказывались наотрез, и я их понимала — в нашем шкафу им будет тесно и душно! Но новенькая соседка это понимать отказывалась. Сначала она попыталась вытащить мою одежду.

— Прокляну, — пообещала я, вежливо улыбаясь.

Тогда Ведана потянулась к вешалкам Мары, и тут уже вмешалась она:

— Отравлю!

Рыжая глянула на Мару, потом на котёл с остывающим зельем. Потом снова на милую и приветливую Мару.

— Давай на берегу договоримся, — миролюбиво предложила я. — Ты не трогаешь нас и наши вещи, а мы делаем вид, что тебя не существует.

Ведана одарила нас высокомерным взглядом и отвернулась к шкафу. Часть вещей вернулась в её чемодан, к нашим вешалкам загребущие руки больше не тянулись. Из чего лично я сделала вывод, что с новой соседкой мы достигли полного взаимопонимания.

— Кажется, проблем с ней не будет, — шепнула Мара.

Я сплюнула через левое плечо. Не то чтобы верила в приметы, но иногда лучше перестраховаться. Не помогло. Или плевала недостаточно старательно, или забыла скрестить пальцы…

В общем, новенькая плохо понимала, куда попала. Её штормило от бандитского жаргона до высоких речей. Но это могло бы сойти за милую изюминку, если бы Ведана не лезла на рожон.

Последней каплей стал ужин в общей столовой. Обедали все в разное время в зависимости от расписания, а вот ужинали вместе. И новенькая как будто такого случая и ждала.

— Ты действительно собираешься это есть? — рыжая с негодованием уставилась на Мару. — Решила, что двух подбородков недостаточно? Хочешь ещё и третий завести?

Мара замерла, так и не донеся сдобную булку до рта. Десерт был щедро посыпан сахарной пудрой, а внутри пряталась начинка из варёного сгущенного молока. Начинки в нашей столовой обычно клали ровно столько, чтобы оставался запах, но не вкус. Однако для нас с Марой всегда оставляли особый противень сладостей. Ещё бы. Я сумела починить духовой шкаф и увеличить его мощность так, что теперь наша повариха запросто пекла пирожные для местной кондитерской. Из казённой муки, на казённой кухне. Подрабатывала, в общем. А Мара… Мара её дочери помогла забеременеть. Высчитала благоприятный день, дала с собой несколько зелий. И этого оказалось достаточно, чтобы спасти её брак. Муж-то уже собирался уходить к любовнице, ему ребёнок нужен был позарез.

Так вот! Повариха нас с Марой очень любила, а потому выдавала самые вкусные кусочки на раздаче. А Ведана смотрела на невероятно аппетитную румяную булочку с корицей, сгущёнкой и сахарной пудрой как… как на ядовитую змею.

— Хочешь жить здесь спокойно, прикуси длинный язык, — невозмутимо ответила Мара и с видимым удовольствием впилась зубами в сдобу.

Даже я зажмурилась, представляя, как из теста на язык вытекает сгущёнка. Вкуснятина же!

— Ты хоть представляешь, сколько там калорий?

— Веда, заткнись и ешь, — не выдержала я. — Мы позволили тебе сесть рядом, но это не значит, что ты можешь вести себя по-хамски. Где твоё хваленое воспитание? Держи себя в рамках, будь добра.

— В рамках? — она задохнулась от негодования. — В таком клоповнике?! Ты взгляни, она ест жаркое руками!

Ведьма пальцем указала на Скреву, и та демонстративно облизнула пальцы от жирного сока. В тот момент рядом с ней суп без ложки пила Арита. Звук в тишине столовой звучал так громко, что даже я поморщилась.

— Я готова терпеть отсутствие хлеба из кукурузной муки, — выдохнула рыжая. — Я даже переживу соседство с перекормленным недоразумением. Но делить трапезу с кучкой неотёсанных дикарок? Нет уж, это выше моих сил!

Ведана вскочила из-за стола и, круто развернувшись, зацокала каблуками в сторону выхода.

— Ой, дура-а-а-а, — протянула Мара, наблюдая, как за новенькой одна за другой выходят девушки. — Как думаешь, выживет?

Меня вчетвером отделали так, что вспоминать страшно. После того была ещё пара драк за место под солнцем, но вот так, толпой, меня бить не ходили.

— Четырнадцать, пятнадцать, — вслух отсчитывала количество выходящих ведьм Мара. — О, двадцать одна. Очко!.. Двадцать две, двадцать три…

Когда количество перевалило за четыре десятка я не выдержала. Отодвинула от себя бокал с ароматным успокаивающим отваром и кивнула подруге на выход. Вопросов она не задавала. Бросила булку и поспешила за мной.

***

Мы успели к началу представления. Ведану как раз обступили со всех сторон. В центре круга напротив несчастной стояла Скрева. Властная стерва, мечтающая оттяпать себе кусок влияния в школе. И если до этого момента я сомневалась, стоит ли вмешаться сразу или позволить преподать новенькой урок вежливости, то теперь любые сомнения отпали.

— Наказать за неуважение всё равно нужно, — шепнула Мара за мгновение до того, как я нырнула в толпу.

— Знаю, — ответила я, когда мы уже вышли внутри круга.

— Ну и что здесь происходит? — Веда переводила взгляд с меня на Скреву и нервно постукивала ногой по земле. — Напугать меня решили?

— Пугают ворон в огороде, — оскалилась моя соперница. — А мы тебя встречать будем.

— Не будем, — встряла я. — Никаких групповых избиений в качестве приветствия в нашей школе больше не будет. Я уже говорила об этом.

— А кто ты такая, чтобы нам указывать? — Скрева-стерва злобно прищурилась. — Или ты тоже думаешь, что мы кучка неотесанных дикарок, которыми можно командовать?

— Я накажу её за неуважение, — пообещала я. — Но возвращать обычай встречать новеньких толпой мы не станем.

— А кто нам помешает? — усмехнулась Арита, прихлебательница Скревы. — Ты, что ли?

— Я, — на ладони зажёгся небольшой шар огня. Единственное освоенное боевое заклинание, до остального из библиотеки нашей школы было не дотянуться. — Встреч больше не будет, Скрева. Ни сегодня, ни завтра, ни через неделю. Пока я здесь учусь, традиция не вернётся. Если ты не согласна, можешь попробовать нарушить мой запрет. Да вы все можете! Только, когда решите выйти против меня и моего слова, подумайте хорошенько. Обратиться ко мне за помощью или защитой после уже не выйдет. Потому что я сначала переломаю вам шеи, а потом вышвырну из школы.

Рисковала ли я? Однозначно. Впервые открыто заявляла свое право на лидерство. Возможно, стоило сделать всё иначе, но Скрева слишком близко подобралась к моему "трону". Пришлось торопиться.

После выпуска Беллы её место официально никто не занял. Милану и Ванду отчислили почти сразу, а их младшие подруги затихли после выхода из лазарета. Мы с Марой стали оказывать услуги внутри школы, зарабатывая статус и уважение. И многие, даже старшеклассницы, признали авторитет третьегодок. Но назвать себя чуть ли не местной Верховной — опасно.

"Встать между высокомерной стервой и толпой оскорбленных ведьм, — вот что опасно", — съязвил внутренний голос с привычными интонациями тёти Бояны.

— А ещё предлагаю вспомнить, скольким из вас мы со Станой уже помогли, — добавила Мара.

Фраза: "Мы знаем про вас много интересного!" не прозвучала. Потому что мы не собирались никого шантажировать. Хотя поводов было много. Ой, как много!

— Ссориться из-за новенькой я не собираюсь, — фыркнула Скрева и нехотя сделала шаг назад, в плотную стену толпы.

Я обернулась к Маре и поймала её взгляд. Подруга медленно кивнула, и меня будто током прошибло. Я не хотела делать то, что собиралась. Сама мысль о подобном была неприятна.

Но если оставить Ведану безнаказанной, другие ведьмы продолжат считать себя оскорбленными. Они захотят мести. И они свою месть получат в обход меня.

— Спасибо, — шумно выдохнула Ведана, вмиг став похожей на человека. Как серпом по сердцу, честное слово. Лучше бы дальше высокомерную дрянь из себя строила. — Я уже думала, что без парочки переломов до комнаты не дойду. А ты…

Договорить я ей не дала. Размахнулась и отвесила такую пощёчину, что её голова чуть не слетела с шеи. Толпа довольно загудела.

Я ударила Ведану по коленке ногой, и она свалилась на землю. В платье и на каблуках удержать равновесие было невозможно.

— Тебя просили вести себя прилично, — я склонилась над рыжей. — Ты пришла в чужой дом без уважения к тем, кто в нем живёт. Это невежливо, Ведана. Так вести себя нельзя.

Она медленно кивнула, принимая моё замечание к сведению. Но было поздно. Ведьмы хотели крови. И у меня уже не осталось выбора.

Глава 12. Курс на сближение

Глава 12. Курс на сближение

Ведана вернулась из лазарета через неделю. Могла и раньше, но лекари решили её хорошенько обследовать. Шутка ли, девочка упала с лестницы три раза подряд. Голова закружилась, она никак не могла до своей комнаты дойти. Поэтому на теле осталось столько травм. Повезло, что добрая соседка по комнате Мара проводила её до лекаря. И даже несколько раз навещала.

Я сходить к ней так и не смогла. Меня накрывало то чувством вины, то злостью. С одной стороны, я сделала всё, что могла в той ситуации. Ведь просто так Ведану не отпустили бы. Неуважение здесь не прощали никому. А с другой, я сделала то, с чем пыталась бороться два года. Не выбрала ли я путь попроще? Может, была возможность чётко установить новые условия жизни в школе?

"Ведьмы не терпят условий, — возразила я сама себе. — Запрет избивать новеньких их и так раздраконил".

Да, девушки попытались объявить нам с Марой бойкот. "Попытались", потому что их хватило на пару дней. Мы слишком много процессов завязали на себя. Договорились с возничими о скидках для учениц нашей школы, например. Теперь в выходные дни у ворот всегда стояли повозки, но воспользоваться ими и сэкономить можно было только по фразе "Я от Станы" или "Я от Мары". Ну а какой это тогда бойкот?

Вот и ведьмы поняли, что воевать со мной и моей подругой бессмысленно. Кто от этого проиграет?

Так что по коридорам перестало звучать возмущённое: "Запретили они, посмотрите только!" Зато теперь звучало: "Ну в принципе давно пора навести порядок. Мы ж не звери какие-нибудь!"

— Скрева публично признала нашу правоту, — улыбалась Мара, пританцовывая.

— Наконец-то! — искренне порадовалась я, но в пляс не пошла.

Несмотря на свою милую полноту, двигалась она плавно и изящно. Я так засмотрелась, что упустила момент, когда дверь открылась, и на пороге возникла Ведана.

Такой контраст был с первым её появлением. Теперь рыжая казалась затравленной, смотрела исподлобья. Признаков агрессии я не видела, лишь обиду и страх, на которые, если разобраться, у неё и права-то не было.

— Как себя чувствуешь?

— А ты добить хочешь? — Веда гордо вскинула подбородок.

Я рассмеялась. Правильно инквизиторы говорят: "Ведьму только могила исправит". Она выписалась из лазарета, куда попала из-за своего хамства. Возвращается в комнату и… Снова огрызается.

— Если бы хотела, добила сразу, — фыркнула Мара. — Дверь за собой закрой, нечего соседей развлекать.

На удивление, Веда не стала спорить. Вошла в комнату и заперла за собой. Взгляд переводила с меня на Мару и обратно.

— Я понимаю, зачем ты это сделала, — после паузы заговорила она. — Но не жди извинений или благодарности.

— Не жду, — я пожала плечами. — Если захочешь съехать, Мара договорится с кем-нибудь из девчонок, а я уломаю комендантшу. Но я не советовала бы съезжать сейчас.

— Пусть все забудут о конфликте, — согласилась со мной подруга.

— И что, будем жить втроём душа в душу? — усмехнулась рыжая.

— Постараемся, — пообещала я. — В школе практически не было драк до твоего приезда. И уж если я Скреву до сих пор не придушила, то тебя тем более потерплю.

— Скрева — это стерва, которая организовала мою публичную порку?

Самый действенный и древний способ подружиться женщинам — это перемыть косточки другой женщине, а потом начать дружить против неё. Кажется, сближение с Веданой началось именно с общей неприязни к Скреве, чтоб её демоны в Пекле жрали!

***

Почтовую шкатулку я закончила к следующему выходному. Мара повела Ведану покупать нормальную одежду, чтобы безопасно выходить в город, а мне нужно было к господину Цоруху. Сдать партию артефактов, получить расчёт за них и заодно набрать новые заказы.

В лавке артефактора было закрыто, и я вошла со внутреннего двора в сам дом. Почему-то мне почудилось, что в холле слишком натоптано и пахнет зельями. У некоторых специфический запах лимона или корицы. Так мог пахнуть и пирог, но я чувствовала, что это зелья — укрепляющее и успокоительное.

Жена бессалийского мага мерила шагами гостиную и заламывала руки. Она была бледной и потому казалась старше, чем была на самом деле.

— Ясного неба, госпожа Цорух. У вас что-то случилось?

— Ох, Станочка, ты мое спасение! — она всплеснула руками. — Моего Фридриха сегодня хватил удар! Нет-нет, не волнуйся, все обошлось. Я вовремя напоила его сердечным зельем. Но лекари строго настрого запретили ему работать. Ковыряться в мастерской — на здоровье! Но ведь артефакты ещё продавать нужно. Я не могу оставить лавку, а сегодня ярмарка. Ты и сама знаешь, какая с неё прибыль.

— Больше, чем в лавке за месяц, — кивнула я. — Вы хотите, чтобы я пошла торговать на ярмарке? Вы же помните, что я ведьма, да?

— А мы тебя переоденем! И никто не догадается, правда! Зато и ты подзаработать сможешь, и мы спокойно оплатим лечение моего Фридриха. Соглашайся, Станочка!

И я согласилась. Не знаю, из-за денег или из-за того, что господину Цоруху была нужна помощь. Пару лет назад он дал мне шанс — подкинул работу, а потом и вовсе стал учить своим секретам. Детей у них с женой не было, поэтому он как бы выбрал меня в преемники. И раз уж я получала плюшки, то и какие-то обязанности должна была нести.

Так что госпожа Цорух одела меня в свою одежду, новую, ещё не ношенную, повязала на шею цветастый платок и отправила на ярмарку. Палатку к моему приходу уже установили и охраняли грузчики Цоруха. Я заплатила им и попросила приехать к концу ярмарки.

А потом началось веселье. Первый час я просто стояла за прилавком и улыбалась, как делал сам артефактор. Но даже те, кто шёл целенаправленно ко мне, сворачивали к соседке, торгующей домашней утварью. Вместо амулетов скупали сковородки и котелки!

Она поставила у своей палатки сына с губной гармошкой, а сама напевала весёлые частушки-зазывалки.

— Эй, народ честной! Не спеши! Постой! Эй, честные господа! Собирайтесь все сюда!

Когда пошёл второй час без продаж, я не выдержала. Шепнула заклинание, повесив на парочку купол тишины. Они друг друга слышали, но все, кто за пределами купола — нет. Нечестно? Зато действенно! Она тоже использовала запрещённое оружие — миленького ребёнка!

Я понимала, что заткнуть соседку недостаточно, так что сама начала зазывать народ. Сначала тихо, борясь со смущением: "Артефакты! Бессалийские артефакты!"

А потом вошла во вкус: "Подходите, подходите! На товары поглядите! Амулет против воров — самый лучший из даров!"

Говорить всё время стихами было сложно, так что я периодически просто выхватывала взглядом кого-то из толпы и подзывала к себе.

— Эй, красавчик в чёрном мундире! — выкрикнула я. — Да, ты, с огромным мечом! Неужели собирался пройти мимо меня?

Парень остановился, а потом действительно подошёл ко мне. Выглядел он удивлённым, но улыбался благосклонно. А я без стеснения его разглядывала, пока он шёл к моей палатке. Посмотреть было на что. Внешне он казался немногим старше меня. Возможно, на пару-тройку лет. Но то, как себя вёл, как уверенно чувствовал, сбивало с толку.

Руку держал на эфесе меча, стоял, широко расставив ноги. И на меня смотрел с полуулыбкой, которая безумно ему шла.

И ведь не красавчик на самом деле. Лицо слишком мужественное, взгляд карих глаз тяжёлый. А я всё равно замерла, забыв, что именно хотела ему впарить.

— Ясного неба, — вежливо поздоровалась я.

Потому что вежливая ведьма — долгоживущая ведьма!

— Тёмных ночей, куколка, — парень заговорил низким голосом с волнующей хрипотцой. От такого у девиц неизбежно подкашивались ноги, сердце начинало биться чаще, а на щеках расцветал румянец. — Чем порадуешь? Женские ручки научились вязать что-то посложнее носков для любимого мужа? У тебя артефакты тут или бессмысленные погремушки?

Очарование слегка поблекло. Я прикусила язык, чтобы не разразиться тирадой о том, какие артефакты умеют делать ведьмы. Нет, по легенде я племянница господина Цоруха, приехала помогать ему с женой по хозяйству.

— Я всего лишь продаю изделия дядюшки, — постаралась улыбнуться незнакомцу я.

Черномундирный демонстративно задрал голову и сдвинул брови, читая имя мастера на тряпичной вывеске, растянутой над палаткой.

— Оу, тогда хорошо. Тогда будем выбирать. Подскажи-ка, свет очей моих, не завалялся ли у дядюшки толковый поисковик? Я половину ярмарки обошёл, но у местных мастеров, уж прости за откровенность, продаётся хлам. Артефакт обязан реагировать на активацию заклинания мгновенно. Зачем мне его писк, когда волна огня уже прожарила мои внутренности?

Я цокнула языком и сделала вид, что задумалась. Посмотрела на ехидного воина, а в том, что он был воином, сомневаться не приходилось, и медленно кивнула:

— Вообще-то, дядюшка делал его на заказ для какого-то аристократа из Коста. Но тот перенёс встречу, так что, наверное, я могла бы показать поисковик вам, — я достала из-под прилавка зачарованный ларец — такой же, как стоял в комнате. Подарок Фридриху на юбилей. — Вот, поглядите. Активировать можно двумя способами — заклинанием или нажатием на камень в кольце. Размер перстня подгоним. С этим даже я справлюсь.

— Перстень — это плохо, — покачал головой парень. Потом сложил перед грудью руки, демонстрируя по три артефакта на каждой. — Я и так скоро буду напоминать странствующую танцовщицу, увешанную ворованным золотом, которое ей дарит мальчишка-карманник. Сможешь засунуть начинку в неприметную дощечку, чтобы носить её в кармане — я тебя поцелую. И заплачу потом. Не за поцелуй, конечно. За артефакт.

Я почувствовала, как щёки опалило жаром. Ведьма в моем возрасте не должна краснеть от намёка на поцелуй. Даже не намёка, а шутки! Ну не полезет же он к племяннице уважаемого в городе человека, да? Или полезет? Вон он какой наглый!

— Даже не знаю, справятся ли с этим женские ручки, — не сдержала я язвительный ответ.

— Да, ты права, женские ручки созданы для того, чтобы доставлять удовольствие мужчине, — он выразительно опустил взгляд на свои штаны и сразу его поднял. — Но всё-таки попробуй. Плачу десять серебрушек сверху. За нестандартный, так сказать, заказ.

Почему-то даже узколобость парня казалась забавной. Неужели, местные женщины согласны с таким обращением? Нет, воин обаятельный и конкретно ему можно простить подобное. Разнообразия ради. Но ведь он озвучивает мысли большинства?

— Я умею доставлять удовольствие мужчинам только одним способом — выполняя заказы по артефактам. Ваш займёт не больше десяти минут, если мы найдём болванку. Подождёте или придёте позже?

— Я не тороплюсь, — он одарил меня очередной улыбкой. — Колдуй, красавица.

"Приворожить бы тебя, засранца", — подумала я внезапно и сама себя отругала.

Незаконно же. Да и зачем мне такой мужлан? На выпирающий рельеф грудных мышц любоваться? Рожать-то мне рано, я ещё не достигла полной силы.

Я тряхнула волосами, выбрасывая из головы неуместные мысли. Работать, Стана! Ра-бо-тать!

Среди заготовок Цоруха были деревянные колышки для глушилок, но я отложила их в сторону. Болванок было не много, в основном для украшений, так что дощечку я нашла на самом дне. Ошкуренную и даже покрытую лаком.

Показала заказчику, дождалась благосклонного кивка, и начала колдовать. Сначала хотелось устроить что-нибудь особенное. Представление, которое запомнится черномундирному, однако потом я передумала. Первое правило ведьмы гласит: "Не пались".

Так что я перенесла матрицу из перстня в деревяшку и добавила пару едва заметных рун.

— Проверьте, — я показала воину обе части артефакта. — Должно работать. Я добавила установку вида сигнала. Теперь можно выбрать писк или сияние. На случай, если применять будете в засаде.

Он потянулся к артефакту и крепко сжал мою руку. Так быстро, так внезапно, что я даже отпрянуть не успела. Мгновение — и губы воина почти у моего уха.

— А говорила, что всего лишь продаёшь, — шепнул он. — Ведьма.

Я замерла, прокручивать в памяти все свои слова, все магические манипуляции. Где могла себя выдать? Чем? Ну не ехидством же про женские руки!

На следующий удар сердца вспомнилось второе правило ведьмы: "Если спалилась, отрицай до конца".

— Видимо, обещанный поцелуй открыл во мне новый талант, — неловко отшутилась я. — Артефакт сделан. Проверять будете?

Он отпустил мою руку с такой неохотой, будто его заставили. Смотрел долгим взглядом, но ничего похожего на то, как я себя чувствовала на допросе у инквизитора не было. По-прежнему дрожали колени, гулко стучало сердце, а угрозы от парня не чувствовалось.

— Конечно, — его голос совсем охрип.

Не глядя на артефакт, воин пощёлкал пальцами. За мгновение до того, как в воздухе вспыхнули искры, поисковик издал пронзительный писк. Мать моя ведьма! Да черномундирный не-красавец ещё и маг!

— Годится, — кивнул он и достал из кармана кошелёк. — Сколько я тебе должен? Ну, кроме десяти серебрушек сверху и одного поцелуя?

— Два золотых, — ляпнула я наугад.

Вспомнить настоящую цену не могла, а бежать к книге учёта не было сил. Ноги будто приросли к земле. Казалось, если сейчас воин решит вовсе не платить, я только и смогу, что пожелать ему хорошего дня.

— Однако, — цокнул он языком. — Лучше бы ты оказалось ведьмой, племянница лина Цоруха. Я сдал бы тебя инквизиторам и получил артефакт бесплатно. Просто конфисковал. Но не могу, прости не могу. Можешь считать, что запала мне в душу, синеглазая. Как хоть тебя зовут, малышка?

Деньги он всё-таки отсчитал. Две золотые монеты и десять серебряных. Положил горкой в специальное блюдечко на прилавке.

— Стана, — представилась я, а в следующее мгновение чуть не треснула себя по лбу от досады. Идиотка! Ну кто называет настоящее имя магу, который шутит, что сдал бы тебя инквизиторам, а?

— Кеннет Делири, — церемонно поклонился он. — Наследник Клана смерти.

Наверное, я действительно дура, если удивилась в тот момент. О происхождении мага говорило буквально всё: от меча в ножнах до чёрного мундира и поведения. Ну не ведут себя так нагло даже аристократы в Кессании!

Хотя целого наследника я в нём не разглядела бы при всём желании. Как? Если я и воинов клана видела всего раз — и то издалека, когда мы с тётей в очередной раз сбегали из временного пристанища. Бояна подумала, что они за нами. Но сейчас мне кажется, что, если бы клановые наёмники шли по нашему следу, то вряд ли мы сумели бы от них уйти.

— Приятно познакомиться, — заставила себя заговорить я. — Приходите к нам ещё, лин Делири.

Он задумался, будто мысленно выискивал окошко в плотном расписании.

— А ведь приду. Раз уж ручки твои настолько искусны, что умеешь доставлять удовольствие артефактами. Прости, шутник из меня сегодня дрянной. Приду. Сделаешь за неделю десяток глушилок, успеешь? Я как навтыкаю их, так потом замучаюсь разыскивать. Небольшой запас пригодится.

— Да хоть два десятка, — легко пообещала я. — Работы там на пару часов, так что точно успею.

— Хорошо. Тогда до встречи.

Он протянул руку, я уверенно её пожала, а потом вздрогнула, потому что воин-маг быстро перевернул мою ладонь тыльной стороной вверх и поцеловал.

— Обещанная плата, солнышко. Не люблю, когда остаюсь кому-то должен.

Я нашла в себе силы только на то, чтобы кивнуть ему. Не выразила недовольство, как, наверное, поступила бы настоящая племянница Фридриха. Не начала флиртовать напропалую, как настоящая ведьма. Я, Пекло меня пожри, просто кивнула!

А Кеннет Делири словно мысли мои читал и знал, какой эффект произвёл своим непонятным поведением. Он улыбнулся мне на прощание и ушёл. А я осталась смотреть ему вслед и размышлять, как бы теперь напроситься торговать во время ярмарки и на следующей неделе?

Глава 13. Скрева

Загадочный наследник Клана смерти никак не шёл у меня из головы. Глушилки я для него сделала сразу после возвращения с ярмарки. Не зря шестое правило ведьмы гласило: "Не откладывай на завтра то, что можешь наколдовать сегодня".

На самом деле, я просто не смогла уснуть. Говоря по правде, Кеннет Делири был первым парнем, разглядевшим во мне девушку. Я не беру в расчёт отчима. Лин Аркольд был болен. По крайней мере, мне приятнее думать, что он сумасшедший. Я уже знала от других ведьм, что таких психов немало. Если остальных девушек защитят родители или закон, то с моими однокурсницами всё совершенно иначе. Они даже не пытались отбиваться, потому что силы изначально не равны. Потому что "от меня не убудет". Девственность была здесь чем-то вроде досадного недоразумения. Которое нужно поскорее сбагрить кому-нибудь вроде моего отчима.

Кеннет Делири вёл себя по-другому. Флиртовал он откровенно и даже моментами пошло, но на деле обращался со мной уважительно. Даже руку поцеловал!

"Потому что не знал, что ты ведьма!" — шипел внутренний голос.

Но мне отчаянно не хотелось верить, что поведение воина изменилось бы, если бы он узнал, кто я.

В целом, мужчины разделились на два лагеря. Первые — презирали ведьм, брезгливо плевали вслед и говорили, что мы даже не шлюхи, а хуже. Куртизанки телом зарабатывают, а мы просто дарим его каждому желающему. Вторые — с удовольствием становятся в очередь из тех самых желающих.

Мара рассказывала, что только в Тёмной империи отношение менялось. Народ ведьм уважал, а лорды устраивали на нас охоту. Взять в жены сильную ведьму считалось невероятной удачей. Одно плохо. Мнение женщин в таком вопросе мужчин не особо волновало. А ведь мы практически никогда не выходим замуж. Можем иметь постоянного любовника, можем жить с ним под одной крышей. Но связать себя узами брака? Нет, на такое пойдёт редкая ведьма. Сейчас мне казалось, что это ответ на плохое отношение. Абсолютно детское "не очень-то и хотелось!"

А как ещё объяснить, почему ведьмы настолько против института брака? Верховная Ядвига замужем много лет. И вроде бы счастлива с мужем. Так чем плохо создание семьи? Почему родить сына такая уж трагедия? Не потому ли, что кому-то выгодна насквозь промокшая и подгнившая репутация ведьм? Мы годами занимались селекцией, выбирая в отцы для своих дочерей сильных магов. Да и рожать старались на пике способностей, когда организм пропитан магией. Тётя говорила, что мама была слабосилком. Но выбрала подходящего мужчину и нужный момент для зачатия, поэтому родилась я. Многие следовали той же традиции. Так что средняя ведьма намного сильнее средней магессы.

Тёмные лорды гораздо умнее, если говорить о деторождении. Логичнее брать в жены сильных ведьм, а не посредственных магесс, если хочешь сильное потомство.

Развлекаясь, я поделилась своей теорией с Марой, пока мы шли с ужина в общежитие.

— Всемирный заговор против ведьм, — рассмеялась подруга. — Магессы сговорились, чтобы не потерять будущих мужей.

Следом за нами тенью кралась Ведана. Она не решила, как к нам относиться, так что обычно просто ходила рядом, гордо игнорируя наши разговоры. Но в этот раз рыжая зараза снизошла до простых смертных:

— Нам это выгоднее, — высокомерие в её голосе можно было разливать по склянкам и продавать как яд. — Представь, что будет, если маги начнут жениться на ведьмах? Мы станем выбирать мужчин не по принципу силы, а по принципу богатства или, не дай Лилит, любви. Всякое ничтожество под венец потащим. Как итог — каждое следующее поколение ведьм будет слабее предыдущего. К тому же, совершенно непонятно, почему ведьма отличается от магессы. Может, из-за подхода к продолжению рода у наших дочерей проявляется особый дар? Я, например, ни за что не променяла бы умение просматривать нити вероятности на храпящего под боком мужика.

— Возможно, — пожала плечами Мара. — Но как ты объяснишь…

Договорить она не успела. Проходящая мимо Скрева врезалась в Мару плечом. Да с такой силой, что упасть той не позволила только Ведана, идущая позади. Кажется, даже магией помогла.

— Похоже, коридоры слишком узкие для такой Бурёнки, — мерзко захихикала Арита. — Может, стоит расширить их?

— Ну коридоры расширить проще, чем ей похудеть, — улыбнулась Скрева своей прихлебательнице. — Да, Мара?

Я начала шептать проклятие ещё до того, как осознала это. С силой сомкнула губы, чтобы не договорить формулу. Дышала и то осторожно.

— Ты кого коровой назвала? — переспросила я, выходя вперёд, чтобы прикрыть потрясённую Мару спиной.

Кроме Веданы, никто не заикался по поводу её фигуры. Уважали, боялись обидеть, не хотели портить отношения. Но Скрева, которую за глаза называли только Стервой за созвучность имени и поганый характер, решила стать исключением. У неё-то проблем с фигурой не было. Если бы в нашей школе учились парни, отбоя от поклонников у неё не было бы. Но даже отсутствие благодарных зрителей не мешало ей каждый день ходить на занятия, как на званый ужин. Да, сменить форму на шикарное платье она не могла, но выделялась по-другому. Иссиня-чёрные волосы укладывала красивыми волнами, зелёные глаза подводила косметическим угольком и даже губы красила красноватым блеском. Мы весь город обошли в поисках такой косметики, но не нашли. Сама она её готовила, что ли?

— Твою Бурёнку, — спокойно ответила Скрева. — Мне вот интересно, каким местом ты думаешь, набирая такую свиту? Будь ты хоть трижды самой сильной ведьмой в школе, в чем лично я очень сомневаюсь, общение с отбросами на пользу не пойдёт. Ладно Бурёнка, она хотя бы полезна. Но зачем тебе это рыжее недоразумение, считающее себя ведьмой?

Я затылком почувствовала, как разозлилась Ведана. Магией полыхнуло так, что впору было выставлять щиты. Но соседка сдержала выброс, усилием воли взяла силу под контроль.

— Два балла за провокацию тебе, Стерва, — выцедила она сквозь зубы. — Думаешь, самая умная? Бросишь пару оскорблений, а мы тебе магическую головомойку в ответ? Чтобы потом вылететь отсюда?

Я тоже успела подумать, что Скрева с Аритой слишком спокойны. Как будто уверены в своём превосходстве. Провокация — хорошее предположение. Но её мы уже проходили, соперницы знают, что самообладания нам не занимать. Или расчёт был конкретно на Ведану? Она вспыхивает быстро, если задеть самомнение.

"Как будто ты реагируешь иначе", — проворчал внутренний голос.

— Стана, — наконец, пришла в себя Мара. — Мне кажется или нам только что объявили войну?

— Нет, не кажется, — улыбнулась я, глядя в глаза Скреве. — Я предупреждала тебя, что открытой конфронтации ты не переживешь. Теперь пеняй на себя.

— Если сами свалите до рассвета, то останитесь живы и здоровы, — решила быть милосердной Мара.

— Но это не точно, — добавила Веда.

Скрева смотрела на нас со своим фирменным прищуром и оставалась спокойна. Её уверенность в себе заставляла меня нервничать, так что я развернулась и быстро зашагала вон из учебного корпуса, к общежитию. Соседки так же молча шли за мной, пока мы не оказались достаточно далеко от врагинь.

— Они что-то задумали, — сделала вывод рыжая.

— Или наелись бой-травы, — мрачно пошутила Мара. — Откуда столько смелости?

— Слабенько для провокации, — вступила в разговор я. — Не знаю, как у вас, но у меня был опыт общения с инквизиторами. И повторять его из-за такой ерунды я не стала бы. Хотя в первую секунду едва не сорвалась, признаюсь честно.

— Да, меня можно было бы задеть и сильнее. Фигура не слишком удачный выбор для насмешек.

— А меня толком и не оскорбили, — пробормотала Ведана. — Нет, было обидно. Но укол какой-то обобщенный.

— Как у малышей: "Вы все какашки"! — добавила Мара, старательно маскируя одышку за смехом.

Мы почти бежали к общежитию, поэтому она успела запыхаться. И я впервые подумала о том, что её формой все же нужно заняться. Ей очень шла полнота. Круглое личико было до того миловидным, что никто и никогда не сказал бы, что Мара ведьма. Добрая целительница — возможно. Но не ведьма, спокойно размышляющая о кровавых ритуалах. Пусть и с гипотетической точки зрения.

Так что фигура скорее была плюсом, потому что в городе Мару знали, как подпольную лекарку. Она лечила от женских болезней тех, кто не мог пойти к настоящему лекарю. Брала на порядок меньше, да и не вела карточек болезней. А что самое главное — не сплетничала. Девушки могли быть уверены, что до родителей и жениха никогда не дойдёт слух о прерванной беременности или вылеченной срамной болячке. При этом всём почти никто не подозревал, что Мара ведьма, а потому обращались к ней охотно.

Однако прямо сейчас мы столкнулись с проблемой. Не насмешками одноклассниц, нет. Дело было в необходимости бежать. В последний раз мы с Марой бегали, когда улепетывали от её неудачливых насильников. Тогда она бежала быстро из-за страха, бурлившего в крови, но потом тяжело дышала и едва не умирала от усталости. А сейчас не просто запыхалась, но и отставала. Мне приходилось притормаживать, чтобы она успевала за нами с Ведой.

Однажды это может стоить нам жизни.

"Начнём совместные занятия", — решила я про себя.

А потом вернулась к более важным проблемам. У нас есть две ведьмы, устроившие неумелую провокацию после ужина. Если они не хотели организовать нам срыв, зачем караулили в коридоре? А ведь они караулили. Поужинали, ушли якобы к себе. Дождались, когда выйдем мы, и специально пошли навстречу. Зачем, если общежитие в противоположной стороне?

— Нас отвлекали, — поделилась я идеей. — Пока мы препирались со Скревой и Аритой, кто-то залез в нашу комнату.

— Сломав защиту и сигналки так, что мы не почувствовали? — засомневалась Мара.

— Любой маг-домушник её сломает, — фыркнула Веда. Я споткнулась и обернулась на неё. — Что? Ты думала, я сюда попала за нелюбовь к мучному?

Действительно. Я ведь понятия не имела, за что тут рыжая. Да и о Маре знала лишь в общих чертах, по слухам. Говорили, её в школу сдала мама. Поэтому я не лезла с расспросами. Наверняка говорить о таком больно. Меня никто не бросал, и то обидно оставаться без родителей. А тут живая мать отвернулась. Предала.

— Так ты воровка?

— Не прямо воровка, — слегка смутилась Веда от вопроса нашей соседки. — Мы просто с сёстрами развлекались так постоянно. Игра "Соври или сопри". Слышали о такой?

Мы синхронно покачали головами, и Ведана начала объяснять прямо на ходу.

— Ты рассказываешь три версии одного события. Одна из них правдивая, две ложные. Другие игроки должны отгадать, какая история настоящая. Если они смогут понять, где ты соврала, то ты должна украсть предмет, на который они укажут. Купить такой же не получится, потому что на тебе магическая клятва.

— Ты проиграла и спалилась, — сделала я вывод.

— Украсть можно у любого человека, но не у каждого стоит красть, — вздохнула она. Мы как раз дошли до нашей комнаты. — Вот у нас воровать не стоило бы.

И я была с ней полностью согласна!

Глава 13 (2)

***

— Ловушек нет, — отчиталась Мара, первой проходя дальше порога. — Может, мы ошиблись?

Я ожидала, что в комнате будет беспорядок, но нет. Всё будто бы лежало на своих местах. Даже моя постель заправлена аккуратнее, чем обычно. Наверняка Ведана опять психанула и использовала любимую бытовую магию, когда мы уже выходили. Бесило рыжую ведьму, что мы живем не во дворце со слугами. Ох! Бесконечно бесило.

— Сигналки слегка нарушены, — возразила Веда. — Взломщик был талантливый, но неопытный. Или нас недооценил.

Внезапно её "нас" отозвалось приятным теплом в груди. Тётя учила прислушивться к телу в такие моменты. Сила ведьмы не в увеличенном резерве или особом магическом таланте, нет. Маги могут сколько угодно роптать на это. Истинное наше преимущество в умении слушать себя. В иные моменты тело понимает больше, чем голова. Некоторые называют это интуицией.

И вот та самая интуиция давала две подсказки. Во-первых, с Веданой нужно подружиться. Прохладный нейтралитет — это неплохо. Однако мало. Да, она высокомерная и вздорная, но при общении со Скревой отлично проявила себя. Во-вторых, Скрева точно что-то задумала. Я и без затронутых сигналок чувствовала, что кто-то тут был. На мою территорию проник чужак. Казалось, я даже чуяла аромат туалетной воды взломщика.

"Артефакты", — мысленно ахнула я и полезла под кровать за зачарованным ларцом. На нём защита стояла серьёзнее, чем на двери, потому что самое ценное хранилось там: материалы для артефактов, заготовки и выполненные заказы. А ещё тайник с внутренней стороны крышки.

— Всё на месте, — пробормотала я. — Зачем забираться к нам в комнату, если не хочешь ничего украсть?

— Чтобы что-то подкинуть, — предположила моя круглоликая подруга. — А потом обвинить в воровстве.

— Скрева не пойдёт жаловаться. Другие ведьмы не поймут. А ей нужна поддержка.

— Козлов наказывают, — согласилась со мной Ведана. Она продолжала периодически использовать тюремный жаргон. Просто так, из принципа. — Если бы я хотела на твоё место, то спёрла бы что-то запрещённое у преподов. И подкинула тебе. За воровство просто накажут, а за запрещёнку сразу выгонят или инквизиторам сдадут.

С последним я не согласилась бы. Директриса Васира даже Сагранну не сдала серым. Перевела на удалённое обучение, поселив в какой-то деревне. Учителя к ней ходили порталом и исключительно по своей инициативе. Официально ведьму-первогодку отчислили без права восстановления.

— У Ярины украли пучок жар-травы, — тихо напомнила Мара утреннюю сплетню.

За сбор информации отвечала у нас она, как самая общительная. А потом пересказывала всё мне, и мы вместе решали, во что стоило бы вмешаться. Сегодня я благополучно пропустила слухи мимо ушей за завтраком, вспоминая горячие губы Кеннета Делири. Пекло! Что было бы с моими мозгами, вздумай он поцеловать меня по-настоящему?! Они и сейчас-то больше напоминали кисель!

— Жар-трава не является запрещённой, но используется в целом списке весьма опасных зелий.

После слов Веданы мы не сговариваясь начали обыск в собственной комнате. Отодвинули кровати, тумбочки и шкаф, но ничего не нашли. Мара стала простукивать стены, Ведана пол. Я села на кровать и думала. Старательно гнала от себя образ дерзкого боевика, сосредотачиваясь на важном. Жар-трава — опасная штука. Но для приготовления по-настоящему сложных зелий из неё потребуется уйма времени! Если украли её вчера, то сварить, например, "язык демона" не получилось бы. Да и зелья при желании можно найти магией.

— Они могли украсть что-то, на что мы не обратили бы внимания, — проговорила я вслух то, о чём думала. — Парочку волосков с расчёски, например.

— Я свои каждый раз уничтожаю, — отозвалась Ведана.

Мы с подозрением взглянули на неё.

— Что? — она поёжилась, но никаких признаков нервозности не показала. — Я младшая в семье. Все новые проклятия в первую очередь отрабатывали на мне. А вы знаете, сколько интересного можно сделать, имея при себе кровь или волос проклинаемого? Брр! Нет, этот урок я выучила навсегда. Даже тогда на поляне я не оставила ни капли своей крови. Перед каждой отключкой "чистила".

— Я чувствую себя идиоткой, — призналась Мара.

— Я тоже, — вздохнула я. — Но ведь невозможно контролировать каждый волосок. Зацепишься где-то косой, не заметишь пропажи. И всё, потом терпеть проклятия, молясь, чтобы были не смертельные?

— Не смертельные накладывать таким способом глупо, — пожала плечами Мара. — Уйма сил уходит.

Помнится, я вольта слепила без особого труда. Но какова вероятность, что Скрева тоже знает о древней магии кочевников? Загиаряне не выдают такие знания чужакам. Тётя жила среди них и была женщиной вожака пять лет, изучая ритуалы и особенности магии. После его смерти новый глава племени и вовсе прекратил общение с оседлыми. Даже торговали они только с другими кочевниками, насколько мне известно.

— Смертельные проклятия легко обнаружить, — напомнила Мара. — Ну и мне хочется верить, что Скрева не настолько сошла с ума, чтобы нас убивать.

— Инквизиторы не станут всерьёз расследовать смерть ведьм, — фыркнула рыжая.

— Герцог Аринский станет, — возразила я быстрее, чем успела подумать. И тут же смутилась. — Он занимался моим делом. Мне показалось, что он делает свою работу честно. Не как остальные — лишь бы больше ведьм сжечь.

— Да все они одинаковые, — поморщилась Мара.

За Аринского стало обидно. Он подходил к вопросу сожжения ведьм ответственно. В смысле, что смертельные приговоры по его делам выносились крайне редко. И только в тех случаях, когда были жертвы среди беззащитных людей. Когда ведьма, защищаясь, убивала нападавшего, Аринский отправлял её в каменоломни, снабдив нейриновым ошейником. Колдовать такая ведьма не могла и чувствовала постоянную боль из-за переизбытка магии. Кто-то мог бы сказать, что лучше смерть, чем такое существование. Но я считала иначе. Аринский делал всё, что мог в рамках закона. Да и за его пределами, если вспомнить случай со мной.

— А ты не можешь просмотреть нити вероятности? — поспешила я сменить тему.

Настал черёд рыжей смущаться. Даже не знала, что она так умеет. Ничего себе!

— Я плоховато владею даром. Иногда получается, иногда нет. Нити вероятности — сложная вещь. От одного события могут тянутся три крупные нити развития и сотни мелких. Просмотреть все мелкие невозможно, но если они существуют, то могут сбыться. Это не пророчества, которые любым путём воплощаются. Пока мой дар позволяет мухлевать в картах и выбирать нужные билеты на экзаменах. Я тренируюсь, но в половине случаев — промахиваюсь.

— Ну так чем не повод потренироваться? — подбодрила соседку Мара. — Вдруг разглядишь подсказку?

— Раз уж в нашей команде завелась вероятница, то её дар нужно использовать на полную катушку, — согласилась я.

Ведана посмотрела на меня так, будто я подарила ей щеночка, о котором она мечтала с детства. Мне стало не по себе от того, сколько надежды плескалось на дне её зелёных глаз. Если бы так смотрела Мара, я поняла бы. Я сама могла бы смотреть на других так же. Мы фактически сироты. Всеми забытые и никому не нужные. Но у рыжей есть семья. Небедная, судя по одежде, в которой она заявилась в школу. И большая, по рассказам и оговоркам. Да, своеобразная, но какая разница? Неужели, можно чувствовать себя одиноко, когда у тебя есть сёстры, мама, тётки?

— Я попробую, — пообещала Ведана и прикрыла глаза.

Минуты три она сидела так, пальцами будто перебирая струны на каком-то неведомом инструменте. Её кожа самую малость подсвечивалась. А может, мне лишь казалось из-за заката за окном.

Когда Ведана начала смеяться, я испугалась. Бросилась к ней, чтобы привести в чувства.

"Магическое безумие!" — постановил внутренний голос.

Такое бывает, когда дар разрушает сознание ведьмы. Если он слишком велик, а она ещё не была готова.

"Только не это! Лилит, за что?" — причитала я мысленно.

Меня трясло, язык присох к нёбу от страха.

Мара сунула мне в руки зелье с успокаивающим эффектом, и я попыталась влить его Ведане в рот. Но та внезапно замерла и оттолкнула меня. Да так, что я села на пятую точку.

— Вы чего? — она брезгливо вытерла рот рукавом.

— Это ты чего? — пристально глядя на неё, Мара отправила пару диагностов. — Мы думали, ты умом тронулась. Сидела, сидела. А потом как заржёшь!

Веда снова рассмеялась, но уже без прежней жути. Впрочем, меня до сих пор трясло. И успокоиться не получалось. Хваленая ведьминская интуиция отказала. Ведь не она толкнула меня спасать соседку от веселья, а страх. Обычный страх перед тем, о чём тётя рассказывала с содроганием.

Магическое безумие — основная причина существования инквизиторов. Сумасшедшей ведьме сносит крышу, и из всех желаний остаётся одно. Стать сильнее. Во что бы то ни стало поглотить больше магии. “Вырезать целую деревню, чтобы попробовать провести ритуал призыва демонов? Да запросто! Сколько там нужно детей?”

Другие ведьмы уничтожали таких сами, если могли. Потому что ждать инквизитора можно слишком долго. За это время безумная убьёт столько людей, что ими можно будет выстроить башню до самого солнца.

— Эй, я в порядке! Просто увидела то, что они сделали. И стало смешно от того, как мы переоценили Скреву.

Я медленно кивнула. Тётя Бояна воткнула нож в сердце своей соседки, когда разглядела признаки магического безумия. Позже оказалось, что это было обычное сумасшествие, ничего общего не имеющее с магическим. Оно тоже опасно, но не настолько. Достаточно запечатать силу той несчастной и определить в лечебницу для душевнобольных.

Инквизиторы тётю оправдали, даже нейриновый ошейник не надели. Зато родственники той ведьмы мечтали отомстить. И отомстили в итоге, лишив меня единственной родственницы.

— И что ты увидела? — спросила я, когда способность говорить вернулась.

Маре пришлось доставать ещё один бутылек зелья и давать его мне.

— Они раскрошили сухую жар-траву и раскидали в наших постелях, — улыбнулась Веда. — Мы легли бы, а потом подскочили, как ужаленные. Впрочем, почему как? При соприкосновении с кожей жар-трава оставляет ожоги. И вылечить их магически нельзя. Организм сам исцелится, но это будет долго и весьма болезненно.

— М-да, — протянула Мара. — Мы думали, Скрева строит хитроумные планы, а она всего лишь приготовила подлянку. Жестокую, но даже какую-то детскую.

— Отвечать будем по-взрослому, — усмехнулась я.

— Когда у тебя такое лицо, мне становится страшно, — хмыкнула круглоликая.

— Пусть страшно будет этим стервам, — отрезала рыжая. — Постельное теперь на выброс. Спать на голых матрасах — удовольствие не из приятных. А чистое бельё нам дадут только в воскресенье.

— Бельё я достану, — отмахнулась Мара. — Но отомстить нужно.

Мы аккуратно собрали постельное и сели прямо на полу. Планировать месть.

Глава 14. Образцовые ведьмы

На следующий день мы втроём не пошли на учёбу, сделав вид, что подстава Скревы сработала. В лазарет сунуться не рискнули бы, чтобы нас не поймали на мнимом воровстве. Отлёживались бы в комнате, делая компрессы и примочки. Такой была наша легенда.

На деле, пока врагини были на уроках, мы пробрались в их комнату. Ведана филигранно вскрыла замки — магический и обычный, не задев ни одной сигналки. Видно было, что девушки готовились к ответке: защиту поставили куда серьёзнее нашей. Мне даже стыдно стало, что я не додумалась повесить на дверь нормальные чары.

— Закончим здесь, пойдём в библиотеку, — Ведана будто прочитала мои мысли. — Я

не успокоюсь, пока мы не поставим на комнату такие щиты, чтобы даже директриса не могла войти без разрешения.

— И изучим защиту от проклятий, наведенных с помощью волос или крови, — поддержала стремление к знаниям Мара.

— Ещё рефераты готовить, — напомнила я. — Прогулы закрывать.

Что ж, ночевать нам явно предстояло за учебниками. Повезёт, если нужную литературу выдают на руки. Тогда хоть можно будет почитать, лёжа в кроватях. В ином случае — сидеть до самого рассвета на жёстких и неудобных стульях.

"Кому-то сегодня ночью будет ещё веселее!" — злорадствовала я мысленно, когда мы заменили постельное бельё хозяек комнаты на наше. А заодно в одном из учебников оставили страницу, вырванную из книги с рецептами сложных зелий. Выбрали "Язык демона".

Да, мы не сильно фантазировали. Использовали тот план, по которому, как мы думали, нас подставят Скрева и компания.

Ярина заметит, что из её книги украли страницу, сопоставит по оглавлению, какое там зелье. А потом вспомнит про жар-траву. И обыск по комнатам обеспечен. Страницу найдут у Скревы в учебнике. А ещё — у неё будут ожоги по всему телу. И прощай, Скрева!

— Миссия выполнена! — провозгласила я. — Предлагаю пойти и отметить это дело вкуснейшими пышками!

Возражений не поступило. Мара всегда была "за" внеочередной визит в столовую, а Ведана слишком довольна, чтобы спорить. Поварихи организовали нам целую корзинку с выпечкой. И были там не только пышки, но и нежнейшие улитки с корицей, и воздушные эклеры с ореховым кремом, и… На радостях я починила им размешайку. Древнюю и уже давно запылившуюся. Раньше нужно было крутить ручку, чтобы венчик взбивал массу в миске. Теперь простенький артефакт работал на магическом накопителе полностью самостоятельно.

Повариха тоже возрадовалась и подарила нам целый бутыль бессалийского сливового. Велела обмыть её улучшенную размешайку.

Мы вернулись в комнату, чтобы оставить там всё добро перед визитом в библиотеку.

— Надо заныкать вино вне спальни, — вздохнула рыжая. — Сегодня-завтра устроят обыск. Найдут вино — намылят шею.

— Максимум отправят в сад, удобрять и пропалывать, — отмахнулась я. — Гораздо подозрительнее будет, если у нас ничего не найдут.

— Твой ларец! — ахнула Мара.

А я грязно выругалась. Вот истину говорят: не рой яму другому, сам в неё попадёшь. Моя работа на артефактора была незаконной. Официально он меня ученицей не брал. А самостоятельно без лицензии я торговать своими артефактами не могла.

— У тебя осталась доверенность на торговлю от госпожи Цорух? — уточнила Ведана.

Я покосилась на неё и кивнула. Как-то очень много она знает для ведьмы, которая до вчерашнего дня не входила в круг доверенных лиц. Хотя… Сложно скрыть что-то, когда вы живёте в одной комнате.

— Тогда проблемы нет, — пожала она плечами. — Ты на выходных торгуешь на ярмарке артефактами господина Цоруха. Взяла часть товара на хранение к себе. Его жена попросила. Зачем? Ты понятия не имеешь. Проверять никто не станет, а если и станет, то она наверняка подтвердит легенду. Иначе все узнают, что половину артефактов её супруг незаконно покупает у ведьмы-недоучки. Репутации конец, бизнес можно хоронить.

Звучало убедительно, но на этом мы не успокоились. За книгами побежала Ведана. А мы с Марой устроили ревизию в комнате. Повезло, что очередную партию печенек с особой начинкой приготовить не успели. Среди зелий ничего запрещённого не нашлось, а снадобья "на грани" мы вылили. Артефакты в ларце тоже лежали как на подбор простенькие, но сверху я положила доверенность от госпожи Цорух, чтобы наверняка. В книгах на наших полках не обнаружилось ничего даже близко незаконного.

— Да мы образцовые ученицы! — хмыкнула Веда.

И это было до Пекла подозрительно! В школе малолетних ведьм-преступниц такие праведницы затесались. Нет! Все в курсе, что святых среди учениц нет.

— Надо бухать, — решительно заявила я.

— Это объяснит и наш прогул, — поддержала идею Мара.

— А мне не нужен повод, чтобы напиться, — хихикнула Веда и профессионально откупорила вино, полоснув ножом по горлышко бутылки.

Наверняка напиток на самом деле был не бессалийским. Но вкус от этого ни капельки не пострадал. А вот закуска к кисловатому вину подходила плохо. Из-за сладкой выпечки оно казалось ещё кислее, так что вскоре мы отложили корзинку в сторону и пили совсем уж без закуски. Сидели прямо на полу, спиной облокотившись о мою кровать.

— А вы, оказывается, ничего, — заплетающимся языком изрекла рыжая. — Пр-р-риятные даже, когда не избиваете меня.

Мы прыснули в кулаки, а потом и вовсе расхохотались. Мара вытирала слёзы:

— Ох, видела бы ты себя со стороны в тот день!

— "Вы что, собираетесь это есть?!" — передразнила я Веду. — Напомни, кто умял все эклеры?

— Сегодня праздник! Мне всё м-м-можно!

Мы снова рассмеялись. Вино здорово расслабляло, голова из-за него становилась пустой-пустой. И ужасно тянуло вытворить что-то этакое!

— Жаль, в школе ни одного мужика, — вздохнула рыжая, осушив второй бокал. — Даже самого завалящего. Эх!

Вино закончилось, теперь мы грустно взирали на пустую бутылку. Мара попыталась вытрясти последние капельки, но ничего не получилось.

— А зачем нам тут мужики? — не поняла я.

— Удовольствия ради, здоровья для, — заявила рыжая. — Для чего ещё нужны мужики?

— Для деторождения, — напомнила Мара.

— Ну детей делать надо, когда в полную силу войдёшь, — Ведана поиграла бровями. — А процесс можно тренировать и заранее.

Мы с Марой переглянулись. У меня после отчима не было никакого желания что-либо тренировать с мужчинами. Пожалуй, я согласилась бы на пару поцелуев с Кеннетом Делири, но не больше. Даже его очаровательной наглости не хватит, чтобы заставить меня лечь в постель.

— Кеннет Делири? — ахнула Мара.

И только тогда я поняла, что случайно проговорила свои мысли вслух.

— Глушилки — его заказ, — призналась я. — Видели бы вы, какой он самоуверенный.

— Могу представить!

— Тёмных ночей, куколка! — спародировала я. — Женские ручки научились вязать что-то посложнее носков для любимого мужа?

Мара звонко расхохоталась, а Веда мечтательно улыбнулась:

— Говорят, старший Делири до сих пор одним взглядом может уложить любую женщину в свою койку.

— Ксанира Делири пыталась соблазнить не одна ведьма, — усомнилась Мара. — Он то ли по уши женат, то ли вообще не интересуется женщинами. Я слышала, что перед ним даже Ядвига едва ли не голой танцевала, но уговорить на близость не смогла.

За Ядвигу хотелось вступиться. Но если папаша Кеннета хотя бы в половину так же хорош, как сын, то Верховная вполне могла влюбиться.

— Младшего уговаривать не пришлось бы, — пробормотала я.

— Тем более, отличный экземпляр, — постановила Веда. — Не теряйся при следующей встрече. Пара поцелуев — преступно мало, когда речь о грёбанном наследнике Клана смерти!

— И что я, по-твоему, должна сделать?

— Предложи отработать глушилки натурой, — веселилась Мара. — А на утро скажи, что он плохо старался и заплатить всё же придётся.

Я вспомнила огромный меч Кеннета Делири и сразу же представила, как меня этим мечом за такую подколку зарубят. Почему-то я даже не сомневалась, что ему хватит одного взмаха, чтобы моя голова слетела с плеч.

— Погоди, — Веда надкусила последний эклер и облизала губы от крема. — А ты случайно не девственнница?

— А какое это имеет значение?

— Если да, то упускать Делири точно глупо, — пожала она плечами. — Лучшего кандидата для первого раза не найти. Молодой, опытный и, судя по всему, о-о-очень обаятельный. Такого жеребца нужно брать под уздцы и вести в своё стойло!

Мы снова рассмеялись, но тему пришлось свернуть. Потому что в комнату пришли с обыском!

Глава 14 (2)

***

Старшеклассницы искали формально, без огонька. Кинули поисковик, убедились, что ни жар-травы, ни страницы из чужой книги зелий у нас нет, и собрались уходить.

— И это всё? — возмутилась Ведана, пьяно растягивая гласные. — А стены и пол простучать на предмет тайника? А под кровати заглянуть? А книги изучить как следует?

Мы с Марой хихикнули и осеклись под строгим взглядом преподавательницы. Кира, одна из старшеклассниц попыталась закрыть собой бутылку, стоящую у моей кровати, но Ярина её уже заметила.

— Ну и как вы протащили в школу алкоголь?

— Вы не уследили, — притворно вздохнула я. — У нас в школе паршивая защита, кстати.

Ведьма согласно покивала, а потом заявила:

— Вот к утру и подготовьте три эссе на тему "Ведьмы, защитные чары и методы их модернизации". Каллиграфическим почерком напишите. И не дай Лилит, я найду в ваших опусах хоть одну орфографическую ошибку. Пеняйте потом на себя!

— Будет сделано, — пообещала Мара. — А чего вы вообще приходили? Нам скрывать нечего, но интересно же…

— В школе завелась воровка, — нехотя пояснила Ярина. — То зелья пропадают, то ингредиенты. Теперь вот до книг добралась. Ценнейший экземпляр испоганила!

— Какое безобразие! — возмутились мы с соседками в один голос. — И как только рука поднялась?

Преподавательница снова посмотрела на нас с подозрением, но кивнула, признавая, что безобразие это и есть. Форменное, ага.

— На выход, девочки. Нам ещё всё общежитие на уши ставить!

Ярина вышла из нашей комнаты, следом за ней выбежала Олла. А Кира задержалась. Обернулась перед выходом и перехватила мой взгляд.

— Если хочешь сэкономить время, веди её к Скреве, — усмехнулась я. — Меньше наших пострадает.

— Так я и подумала, — фыркнула она и закатила глаза. — А Олла ставила, что у вас найдём.

— Много выиграла?

— На булавки хватит, — подмигнула она. — А может, и на платье.

Мы расстались довольные друг другом. У Киры голова на плечах была, так что прямиком к Скреве она Ярину не поведёт. Нет, сначала заглянет к парочке заклятых "подруг", раз уж подвернулась возможность.

— Думаете, отчислят? — поинтересовалась моя круглоликая подруга нашим мнением, когда за гостями закрылась дверь.

— Думаю, пора садиться за рефераты, — совершенно трезво отозвалась Веда. — Как вовремя ты про защиту ляпнула!

Хмель до обидного быстро выветрился из головы и у меня тоже. Перенервничала из-за обыска? Так он, и правда, прошёл проще, чем мы рассчитывали.

— Опыт общения с Яриной не пропьёшь, — пожала я плечами. — У неё никогда не бывает по-настоящему изобретательных наказаний. Зацепится за проступок или разговор с провинившейся ведьмой и от этого пляшет.

— А мы и так планировали подтянуть защитную магию, — напомнила Мара. — Хотя я с удовольствием ещё полчасика пообсуждала бы ваши идеи по поводу размера достоинства Кеннета Делири!

— Их не обсуждать нужно, а применять по прямому назначению! — возразила рыжая. — А если мы продолжим говорить о горячих жеребцах, то я сяду на метлу и улечу в город, чтобы вероломно напасть на первого попавшегося симпатичного мужика. Вы этого хотите?

Мы не хотели, а потому сели за книги. Эссе требовалось целых три, так что работать нужно было быстро. Мы поделили литературу и погрузилась в чтение. В комнате стало тихо, как в библиотеке. Лишь хруст перелистываемых страниц и скрип карандаша по бумаге нарушал тишину. Черновики писались сразу по ходу чтения.

— Я взяла древнюю традицию пассивной магии, — предупредила нас Ведана. — Соляные круги, ведьмины бутылки, руны на косяках и вот это вот всё.

Я с раздражением вычеркнула добрую половину своих тезисов.

— У меня молитвы Лилит как способ защиты от проклятий и порчи, а ещё работа с воском и яйцом, — добавила Мара.

Я обречённо кивнула и вычеркнула вторую половину. Нет, можно было бы договориться, чтобы поделить подтемы. Забрать у Мары воск, а у Веданы ведьмины бутылки, например. Но у меня никак не получалось придумать, как модернизировать старые способы, чтобы получились новые.

Соседки терпеливо ждали ответа, но я постукивала карандашом по книге, лежащей у меня на коленях, и молча думала. Задание Ярина сформулировала чётко, так что переписыванием первоисточников тут не отделаешься. Обратиться за помощью к девчонкам? У них-то явно идей полно!

"А ты на чужие идеи не заглядывайся! — возмутился внутренний голос. — Думай своей головой!"

Но то ли от выпитого вина, то ли из-за общей усталости в голову ничего не шло. Тогда я сформулировала вслух седьмое правило ведьмы:

— Если ничего не видишь, закрой глаза.

И сама последовала своему совету, в прямом смысле слова закрыв глаза. До этого момента правил было шесть. Записаны они были на первой странице моей книги теней. И мне уже не терпелось добавить новое. Однако сначала его следовало проверить!

— И что это значит? — проявила любопытство рыжая.

— Нужно взглянуть на задание с другой точки зрения, — пояснила я.

Итак, у нас есть древние способы защиты, которые ведьмы используют из поколения в поколение. Как их улучшить, чтобы получилось эффективно? Те из них, что работают, не нуждаются в изменениях. А остальные — не стоят времени!

Первой молчания не выдержала Мара.

— Ну что, пришло озарение?

— Мы зациклились на защите ведьм, — медленно проговорила я. — А ведь защищаются и от ведьм. Верно? Инквизиторы, например. Их амулеты поглощают любое негативное воздействие, впитывают в себя проклятия.

— И стоят такие амулеты целое состояние, — напомнила Веда. — А секрет их создания никто не знает.

— Нам и не нужно раскрывать секреты инквизиторов, — фыркнула я. — Всего лишь написать сочинение с размышлениями на эту тему.

— И как модернизировать то, что и так работает?

— Да Пекло его знает! Вон Делири просил заменить классический вариант артефакта-кольца на дощечку. Чтобы в кармане таскать. Напишу, что амулет можно вживлять ведьмам под кожу.

— И умирать от заражения крови, — весомо кивнула Мара, наматывая локон на палец. — Хотя что-то в этом есть. Если амулет — часть тебя, то ты его точно не потеряешь.

— По крайней мере, это точно оригинальный подход, — согласилась Веда. — А создавать артефакт у нас от нас действительно не требуется.

На том и постановили. Я расписала свои мысли, послушала эссе девчонок. Потом мы переписали черновики начисто, сделали домашнее задание по расписанию и улеглись спать. В следующий раз нужно брать больше вина. Или сразу напиток покрепче!

Глава 15. Новые встречи

Ярмарка гудела привычными звуками. Торговка посудой в этот раз предпочла держаться от меня подальше, поэтому я не слишком старалась зазывать народ. Высматривала одного конкретного покупателя. Вчера он так и не явился, хотя я ждала до последнего. Едва не опоздала к закрытию ворот. Но ведь он не говорил, что придёт именно в субботу?

Неделя до встречи с Кеннетом Делири пролетела незаметно. Мы с подругами сдали все рефераты и эссе, усилили защиту в комнате и полюбовались на наказание Скревы. Её вместе с подругами заставили вручную пересаживать всю оранжарею. Перчатки надевать не разрешалось, а растения у нас в школе росли весьма и весьма необычные. Учитывая, что у девушек ещё не зажили ожоги от жар-травы, мне пришлось взять назад свои слова о фантазии Ярины на наказания.

Было жаль, что Скреву не отчислили. Как любили говорить наши: "Месть не может быть полной, пока враг жив". Убивать одноклассниц мы не планировали, но с удовольствием бы проводили вон из школы.

— Какая ты сегодня тихая, красавица, — выдернул меня из размышлений знакомый голос с волнующей хрипотцой.

Я не сразу решилась взглянуть на его обладателя. В ушах звенели скабрезные шуточки Веданы. О размерах "меча" Кеннета Делири, о необходимости познакомить её с отцом моего жеребца и о том, что семя наследника Клана смерти после близости следует собрать в колбу и заморозить. Чтобы потом, как только я войду в полную силу, можно было бы себя ею оплодотворить. Рыжая оказалась настолько языкастой, что мне пришлось затыкать её проклятием временной немоты.

— Ясного неба, лин Делири, — нашла я в себе силы на вежливое приветствие. — Да вот, боюсь теперь приглашать людей к моему прилавку. Приманила своей болтливостью наследника Клана смерти. Теперь страшно с заказом напортачить.

Парень прятался под глубоким капюшоном. На этот раз на нём был не только мундир, но и тёплый чёрный плащ. Даже слишком тёплый для такого погожего дня.

— Приманила ты меня своими сапфировыми глазами, — ответил Кеннет и скинул капюшон. — А с артефактами у тебя всё в порядке.

По спине побежали мурашки. На правой щеке молодого наследника алел длинный шрам. Заштопали его кривовато, будто наскоро, а потом перепоручили лекарю. Рана зажила быстро, а след вот, остался.

— Видимо, я не так хороша, как думала, раз до тебя дотянулись, — пробормотала я.

Следовало отвести взгляд, отвернуться. Но я смотрела на продолговатый шрам и только и думала о том, как близко лезвие врага было от шеи боевика. Или от глаза.

— Если бы я не наткнулся на тебя на прошлой неделе, потерял бы весь отряд, — Кеннет вытащил из-под плаща небольшой букет ирисов и протянул его мне. — А так успел вызвать подмогу и уверенно встретить противника.

Странно, но то, что любого другого человека изуродовало бы, его необъяснимым образом украшало. Теперь он казался старше, серьёзнее и опаснее. У меня дух захватывало от одного взгляда на воина. И колени подгибались совсем не от страха.

— Шрам тебе очень идёт, — искренне заметила я, мысленно удивляясь, когда успела перейти на "ты". — Особенно, когда не хмуришься. Потому что в сочетании с взглядом из-под бровей он создаёт впечатление, что сейчас меня будут пытать.

Наследник Клана смерти улыбнулся в ответ на мою шутку. Я приняла из его рук цветы. Интересно, что он принёс ирисы, а не розы. Разве девушкам принято дарить не их? Или Кеннет догадался, что я ведьма?

— Осторожнее с комплиментами, куколка, — промурлыкал он. — Я могу подумать, что приглянулся тебе, и перейти в наступление.

Память тут же услужливо подкинула образ ехидного лица Веданы и её же голосок:

"Лучшего кандидата для первого раза не найти. Такого жеребца нужно брать под уздцы и вести в своё стойло!"

— Кстати, о наступлении! — смутившись, я попыталась перевести тему. — Я приготовила для тебя глушилки.

Лин Делири улыбнулся так, будто мысли мои прочитал. Или просто хорошо понимал, в какую сторону уплыли эти самые мысли.

Я говорила о делах, а думала только о том, что он мог пострадать в том бою. По-настоящему. До смерти. Или увечий. И всё, он больше ни для кого не стал бы первым мужчиной. Боги, этот шрам — такая мелочь!

— Показывай, — собрано кивнул он.

Я достала из ларца деревянные колышки. Черномундирный их проверил, а потом заплатил за заказ. Денег дал даже с запасом. Уже собираясь уходить, Кеннет внезапно остановился и посмотрел на меня. В упор. Как-то даже слишком серьёзно.

— Глупо спрашивать адрес твоей почтовой шкатулки, да?

— У меня её пока нет, — развела я руками.

Сделать артефакт я теперь могла бы в любой момент. Но зачем переводить материалы? Ради переписки с моим боевиком? Да он меня проклянёт, если узнает, кто я такая!

— Тогда я буду приходить сюда при случае, — пообещал он. — Ты же будешь тут, на каждой ярмарке?

Я понятия не имела, почему кивнула ему. А потом и вовсе прижала букет ирисов к груди и улыбнулась совершенно дурацкой улыбкой! И Кеннет ответил мне такой же.

Глава 15 (2)

***

Окончание ярмарки мы с соседками заранее договорились отметить в таверне неподалёку от площади. Они ждали меня за столом, который ломился от закусок. Огромная бутылка мутного самогона завершала картину. Пить мои подруги не начали, а вот ноги мясистой курице уже успели оторвать и понадкусывать.

— Вы решили за один вечер спустить в Пекло весь мой заработок с ярмарки? — рассмеялась я, усаживаясь за стол. Прошептала заклинание, очищающее руки, и потянулась за ножом, чтобы отрезать себе куриные крылья. — Мать моя ведьма, какая корочка!

Я застонала, откусывая кусочек нежнейшего мяса. В столовой академии готовили сносно, а нас так и вовсе баловали. Но мяса нам практически не давали, даже куриного. Содержание школ почти полностью лежало на плечах Верховных, а их запасы золота, увы, не бесконечны. Так что таких деликатесов нам есть давно не приходилось.

Единственное моё хорошее воспоминание об отчиме — его фанатичная любовь ко вкусной еде. Эта его страсть была такой же пугающей, как та, что приводила его ночами в мою спальню. Но именно его сумасшествие (оба его направления) позволило мне пробовать самые разные блюда. Лин Аркольд приглашал поваров из рестораций, чтобы побаловать меня. Думал, что устрицы и морские ежи сделают меня ласковой. А я по-прежнему неподвижно лежала в постели, притворяясь спящей. Пока он не решил перейти черту.

— Я угощаю, — улыбнулась Ведана.

И, честно говоря, я не видела её такой довольной уже давно. Как оказалось, новость о её трехкратном падении с лестницы разозлила мать. И та прислала гневное письмо с предупреждением, что не будет давать ей деньги ни на лекаря, ни на другие капризы. Похоже, хорошие матери среди ведьм — редкое явление. Но родительница Рыжей в моём понимании побила все рекорды.

Веда же совсем не удивилась, хоть и расстроилась. Сидеть без денег ей точно не нравилось. Рыжая привыкла жить на широкую ногу. Так что попойке, за которую действительно пришлось бы отстегнуть большую часть сегодняшнего заработка, я не изумилась. Разозлиться бы. Отчитать за безответственность. Но букетик ирисов от Кеннета Делири действовал на меня слишком странно. Будто приворотного зелья хлебнула. Именно из-за цветов я не сразу поняла, что сказала Ведана. Успела догрызть первое крыло и потянулась за вторым.

— Вы с Марой ограбили королевский банк, пока я торчала на ярмарке? — спросила я, так и не донеся крылышко до рта. — Или у тебя умерла дальняя родственница в Косте и оставила тебе огромное наследство?

— Все мои родственницы живы, к моему большому сожалению, — Рыжая нахмурилась, но быстро вернулась к лучезарной улыбке. — Порой хочется самой вызвать инквизиторов на их головы. Но не сегодня! Сегодня у нас праздник, и костры с орущими ведьмами в программу не входят.

— А что входит? — уточнила я на всякий случай. — И что мы отмечаем?

— Поводов — до Пекла и обратно! — напомнила Мара, откупоривая бутылку самогона. Втянула воздух у самого горлышка и поморщилась. — М-да, это вам не сливовое бессалийское… Ну да и мы не леди во дворце. Так пойдёт.

— После третьей — полетит, а не пойдёт, — успокоила её Веда.

— Третьей стопки или бутылки? — усомнилась я и потянулась за графином с морсом. — Нам ещё в школу возвращаться, если вы не забыли.

— Мы сняли здесь номер на троих, — успокоила Мара. — И пока ты в сотый раз не спросила, откуда деньги…

— Мне достался подходящий петушок! — перебила её Рыжая тоном истинной победительницы. — Он принёс мне гору бабла!

Повезло, что я не пила в этот момент. А ведь как раз собиралась сделать глоток! Воскликни Веда мгновением позже, и меня можно было бы уже хоронить под холмиком с кустом алых роз.

— Чего-о-о-о? Мне даже представить страшно, как на “петушке” можно было заработать!

Мара с Ведой переглянулись, а в следующую секунду громко рассмеялись. Да так, что у обеих слёзы из глаз хлынули. Весело им, видите ли!

— Ты не о том “петушке” подумала, — в перерывах между новыми приступами хохота пояснила круглоликая Мара. — Фух! Когда-нибудь любовь Веданы к тюремному жаргону сыграет с нами злую шутку!

— Да я про нормального петуха говорила, — наконец, успокоилась виновница недопонимания.— С крыльями такой, с хохолком и клювом. “Кука-реку” кричит. Может, слышала?

Мара добавила от себя:

— Но твоя версия мне тоже понравилась. Надо обмозговать на досуге. Как думаете, роль “мамочки” Ведане подойдёт?

— Подлицу всё к лицу, — я показала обеим ведьмам язык и всё же опустошила стакан с морсом. Остро пожалела, что налила себе не самогон. Но Мара тут же поспешила исправить мою ошибку. — Вы хотели рассказать о заработке на пернатых.

— Ах, да! — опомнилась Веда. — Тут всё просто. Мы с Марой поспрашивали, что происходит в городе. Оказалось, сегодня проходили петушиные бои. “Королевская битва”. Это когда всех петухов одновременно выпускают на арену. Ну мы и пошли участвовать. Я слегка подёргала за "нити" и увидела двух наиболее вероятных победителей. Мы поставили на них поровну. В итоге одна из ставок сыграла, и мы сорвали банк.

Я шикнула на неё и оглянулась по сторонам, удостоверяясь, что нас никто не слушал.

— Не свети своим даром так явно!

— Да всё пучком! — отмахнулась она. — Оказалось, что этот петушок в прошлый раз проиграл в обычном парном бою, так что завсегдатаи списали его со счетов. А я и не знала, что ощипанная шея означает, что “боец” из неудачников. В общем, никто не усомнился, что мне просто повезло. Я весьма правдоподобно отыграла: “Ой, правда, что ли?!”

— Она была великолепна в роли круглой дуры, — подтвердила Мара. — Даже деньги не стала пересчитывать. “Я верю вам на слово, дяденька Михась”. Бр-р-р!

— Деньги из воздуха, так что не жалко. Зато теперь нам в тотализаторах Михася будут только рады. Сможем периодически наведываться и случайно выигрывать огромные суммы.

— Иногда и проигрывать, — испортила я планы Рыжей. — Если ты будешь появляться раз в месяц и срывать банк, то организаторы быстро поймут, что дело нечисто. Так что иногда тебе придётся специально сливать ставки.

— Не люблю проигрывать, — проворчала Веда. — Зачем вступать в игру, если не планируешь в ней победить?

— Иногда нужно играть, ради самой игры, — философски ответила за меня Мара. — Предлагаю выпить за это.

Мы выпили. Следующий тост был за знакомство, потом за новый вид заработка, затем за удачную ярмарку и ещё за что-то. После тоста за хозяйство Кеннета Делири я уже не запоминала, что говорили подруги.

Ведана поймала подавальщицу и попросила её отнести оставшиеся закуски и вторую бутылку самогона в наш номер. Спорить девушка не стала, так что очень скоро мы перебрались туда. Я даже смогла установить защиту, чтобы никто не вошёл в комнату без разрешения. Полог тишины вешала уже Мара, потому что у меня язык заплетался. Ирисы я поставила в вазу, выбросив увядшие ромашки, которые тут стояли до нас. Глаза соседок загорелись интересом. До этого момента они не обращали внимания на цветы. Зато теперь были готовы к допросу.

Глава 16. Последствия сделанных глупостей

Спустя 2 года

Школа гудела растревоженным ульем. После летних каникул ведьмочки и учителя возвращались в ставшие родными стены и, конечно, стремились поговорить с подругами, которых давно не видели. По сложившейся традиции, мы с Марой оставались тут на всё лето. Не потому что так уж любили школу. Просто больше нас нигде не ждали. Основную часть каникул Ведана провела с нами, лишь в самом начале съездила повидать сестёр. Планировалось, что на месяц. Но вернулась подруга через три дня.

— Видеть этих гусынь не желаю! — заявила она после возвращения.

Так что новое лето получилось интереснее предыдущего. Нашего заработка хватало, чтобы развлекаться в городе каждый вечер. Ведана успешно дурила головы местным устроителям различных пари, Мара стала самой востребованной акушеркой в округе, а я так и зарабатывала своим "умением доставлять удовольствие". Да-да. Господин Цорух по-прежнему покупал у меня артефакты. Да и на ярмарках теперь всегда стояла я.

Последние деньки лета выдались солнечными, поэтому до города я пошла пешком. В цветастом сарафане и в шляпке, которую никак не могла бы себе позволить даже в прошлом году. Теперь сама себе я напоминала дочку зажиточного купца, а не бедную родственницу артефактора или, не дай Лилит, сироту-ведьму. За прошедшие годы как-то незаметно Ведана научила нас транжирить деньги, пока мы учили её их зарабатывать. Веда обрастала знакомствами, искала нам всё новых и новых клиентов. Теперь её уже не считали наивной дурочкой, но и в жульничестве до сих пор не заподозрили. Во-первых, вероятности — это не стопроцентные предсказания. Иногда она ошибалась случайно. А иногда намеренно выбирала заведомо проигрышных петухов. Или пасовала, несмотря на сильную комбинацию карт. Или ставила на неправильные цифры в рулетке. В общем, занималась тем, что ненавидела больше всего: проигрывала. Однако в этом году она обзавелась целой командой подставных, через которых делала ставки за высокий процент от выигрыша. Новшество мне категорически не нравилось, но криминальные деньги Веданы составляли львиную долю нашего общего дохода и, к тому же, не требовали столько времени и сил, как наши с Марой источники прибыли, так что я не протестовала. Продалась за шляпку и потрясающие серьги от лучшего ювелира города.

"У тебя появился поклонник, красавица?" — спросил Кеннет Делири, когда впервые меня в них увидел.

На летней ярмарке, ещё до отъезда Веды в отчий, или, вернее сказать, "материнский", дом. Маре в подарок достался прелестный кулон, а самой себе рыжая прикупила колечко, украшенное дивной кошачьей мордочкой с глазами-изумрудами.

"Разве что один воин из Клана смерти, — пошутила я тогда. — Приходит на каждую ярмарку. Даже не знаю, что бы это могло значить?"

Кеннет рассмеялся, сделал заказ на очередной артефакт, который наверняка мог бы купить где-то ещё, но предпочитал брать мои. Так и заявил, что ему спокойнее идти в бой, когда с ним частичка моей магии, что-то сделанное моими нежными руками. Когда забирал свой заказ, Кеннет неизменно приносил букет ирисов. Я одновременно любила и ненавидела их. Получать знак внимания, пусть и такой простой, было приятно. Однако букет означал, что Кеннет вновь уезжает. И я не увижу его ещё два-три месяца.

Подруги надо мной смеялись. По-доброму, но шутили на тему интереса боевика регулярно. Возможно, дело в том, что я не выкидывала сухоцветы из предыдущего букета, пока не получала новый. Или потому что перед каждым выходом торговать я надевала всё самое красивое. Готовилась заранее. Даже обзавелась косметикой из арсенала Скревы и научилась ею пользоваться.

В любом случае, на встречи с наследником Клана смерти я шла как на праздник. Не знаю, можно ли назвать мои чувства влюблённостью, но мне определённо нравилось общаться с хмурым магом. Он всё чаще улыбался, смотрел на меня благосклонно и, чего греха таить, флиртовал. Не слишком аккуратно, я бы даже сказала, топорно заигрывал со мной. Шуточки моментами были пошловаты, но ничего совсем уж неприличного.

— Он тебя застолбил, — веселилась Веда. — А что? По артефактам видно, что девочка ты одарённая. Да, не аристократка. Зато воспитанница уважаемого человека. Лина Цоруха в городе каждая собака знает. К тому же, скромница. Несчастная сиротка и бедная родственница. Идеал для клана.

— Ошибаешься, — покачала пальчиком Мара. — В клане весьма редко разрешают жениться на ком-то со стороны. А Кеннет — целый наследник. Ему с рождения подобрали десяток девушек из своих. Симпатичных, скромных, покладистых и тихих. А Стана? Думаешь, Делири такой идиот, что за столько встреч не разглядел её характер? Это же не прыщик: толстым слоем пудры не спрячешь!

— Кеннет — обычный мужик, — фыркнула Веда. — Зачем бы он таскался к её лотку, дарил цветочки, но не предпринимал бы ничего другого? Будь Стана развлечением на одну ночь, давно позвал бы уже к себе в номер, хотя бы "посмотреть коллекцию клинков" или "разобраться с большим артефактом на месте"! Нет, твой “целый наследник” нашу Стану застолбил! Думает, что нагуляется и придёт сватать. А чтобы она за другого пока не вышла, периодически появляется рядом. Интерес подогревает, понимаете?

Такой разговор повторялся с завидной регулярностью и каждый раз заканчивался тем, что я просто меняла тему. Даже если Кеннет Делири действительно отнёсся ко мне настолько серьёзно, что планировал жениться… У нас всё равно ничего не выйдет. Скрывать свою ведьминскую суть во время коротких встреч пару раз в несколько месяцев — это одно. А что я буду делать, если вдруг выйду за него замуж? Варить зелья в тех же кастрюлях, в которых готовлю похлёбки для мужа и пятерых детей? Или откажусь от самой себя, своих целей и планов, ради призрачной возможности быть рядом с крайне симпатичным и неприлично обаятельным мечником?

"А если рассказать ему правду сейчас?" — думала я, уже раскладывая товар на прилавке.

Ответ был известен заранее. Вернее, два варианта, но, какой из них лучше, я не знала. Презрительный взгляд и последующий разрыв любого общения или понимающая ухмылка и вкрадчивое приглашение "посмотреть коллекцию кинжалов". Мне очень хотелось верить, что отношение Кеннета не изменилось бы, но… Ведьмы столетиями зарабатывали репутацию хуже, чем у портовых девок. Боюсь, изменить всеобщее мнение о нашем племени не в моих силах. По крайней мере, пока.

И я решила ничего не делать. Через пару лет я окончу школу, мы с девочками образуем круг и уедем в столицу. Или вовсе в Тёмную империю, как мечтала Мара. Она уже жила там раньше и теперь откладывала деньги на дом и небольшую больницу или хотя бы лавку.

Торговля не шла. Я уже и пела частушки, и устраивала небольшие магические представления рядом с палаткой, а народ лишь глазел и шёл мимо. Парочка бытовых амулетов продалась прямо-таки чудом. Внутри зрело смутное чувство беспокойства.

Я несколько раз перепроверила защиту на палатке. Её мы с господином Цорухом постоянно совершенствовали, и теперь украсть у нас что-то было просто невозможно. Если только выкопать участок земли под ней глубиной в полтора метра и унести вместе с пластом почвы. И то, внутрь всё равно не пробьёшься!

Так что у меня никак не получалось понять, в чём дело. То ли интуиция давала подсказки, то ли просто расшалились нервы.

Всё встало на свои места к вечеру, когда на ярмарочную площадь прибежала бледная, словно сама смерть, Мара.

— Веда пропала! — заявила она.

Глава 17. Похищение

Паренёк, один из подставных Веды прибежал к Маре, как только до него дошёл слух. В трущобах они разносились столь же быстро, прыгали с головы на голову спятившими блохами.

Подставной как раз выиграл деньги и шёл в назначенное место — трактир, чтобы поделиться, когда услышал шёпот среди детворы. Госпожу ведьму похитили. Теперь она весь квартал проклянëт, наверное? В общем, народ был напуган и негодовал. Но кое-кто и злорадствовал.

Я прижала подавальщицу из нашего любимого трактира к стене за шею. Стерва ехидно улыбалась, когда мы вошли и спросили у хозяина, кто мог похитить ведьму. Ведьму, бесы меня дери!

— Прямо сейчас я в шаге от того, чтобы не выпотрошить тебя, — слегка слукавила я.

Ярость в груди кипела и противно булькала. Магия вокруг меня клубилась беспокойным облаком. Я действительно едва сдерживалась от глупых поступков вроде проклятия в адрес трактирной девки. Хотя до убийства, конечно, не дошло бы. После отчима новых жертв у меня не было, и открывать замороженный счётчик не было никакого желания. Кошмары только-только перестали преследовать еженощно.

В глаза Марийки загорелся страх, я сжала её горло сильнее, показывая, что не шучу.

— Ты что-то скрываешь, — зашипела я. — Я хочу знать, кто похитил мою сестру. А если не узнаю, сделаю с тобой такое, что даже инквизиторы побоятся ко мне приближаться. Кто посмел похитить ведьму?

Сколько мы ни прятались, все всё равно знали, кто мы. Не зеваки на ярмарке, конечно. Но уж трактирщик и его работницы точно догадались. Моя вина. Нельзя было все встречи назначать в одном месте. Даже если хозяин заведения за свои лояльность и молчание получает отличный приработок.

— Её забрал Косоглазый, — прохрипела подавальщица, и я разжала пальцы, чтобы дать ей возможность говорить. — Он предложил ей заработать. Когда рыжая вышла поговорить без лишних ушей, ей дали по голове и засунули в экипаж.

Я отступила от девушки на пару шагов и задумалась. Косоглазый — один из организаторов всего незаконного досуга в нашем городе. Не главный, но весьма уважаемый в определённых кругах человек. Видимо, Ведана слишком часто выигрывала и вызвала у него подозрение.

— Мы не можем просто заявиться домой к Косоглазому, — рассуждала вслух Мара, когда мы вышли из трактира и скрылись в безлюдном переулке. — Нас там по стенке размажут.

Как будто я не знала! Даже полностью обученная ведьма не всегда могла справиться с вооружённой толпой. А мы — недоучки. Пусть и очень талантливые.

— Предлагаешь пойти пожаловаться учителям? — съехидничала я. — Или оставить Веду грязным сволочам? Да каждую секунду, что она у них, может происходить…

Я всхлипнула и зажмурилась. Представлять как языкастую рыжую заразу пускают по кругу, чтобы наказать за жульничество… нет, я даже думать о таком не хотела. Но мы обе понимали, как бандиты обойдутся с ведьмой.

— Главное, чтобы она выжила, — Мара всегда была чуточку более циничной. — Мы справимся с последствиями, даже если через неё рота солдат пройдёт.

— Мы её вылечим, — согласилась я. — Избавим от беременности. При необходимости. Но что делать с кошмарами? Страхом перед мужчинами? Ненавистью ко всем, кто физически сильнее? Вспомни свои ощущения в тот день, когда я случайно проходила мимо. И представь, что там была бы настоящая банда головорезов. Справилась бы ты с последствиями?

Мара молчала, опустив взгляд. Я знала, что она имела в виду. Подруга просто хотела меня поддержать, дать сил пережить этот день и череду последующих. Но мне нужно было другое. Боевая магия. Отряд верных ведьм за спиной. Оружие.

— Я пойду туда, — я облизала пересохшие губы. — А ты вернёшься в школу и соберешь всех одноклассниц и старших ведьм, чтобы показать этим засранцам, что значит похищать ведьм.

— Пока я приду с подмогой, вас обеих уже убьют, — фыркнула Мара. — Да и, будем откровенны, ведьмы пока не готовы выступать единым фронтом. Даже ради тебя. Скрева вмешается, и мы впустую потеряем время. Пойдём вдвоём.

Мы упрямо смотрели друг на друга. Мне хотелось верить, что школа нас поддержит. Сколько раз мы выручали других? Покончили с жестокостью к новеньким, организовали с подачи Веды общак, который частенько тратили на обновку одежды ведьмам при выпуске. Или на тёплые вещи малышкам.

Но Мара была права. Младшие классы поддавались перевоспитанию. Они росли с теми мыслями, которые мы вкладывали в их головы. Сила в единстве. За своих нужно стоять горой. Ведьма ведьме всегда сестра. Это очень маленький процент, однако нам нужно было начать. Вырастить тех, кто позже будет передавать новый уклад другим.

Вот крошечные ведьмочки пришли бы на помощь не задумываясь. А старшие будут только рады похоронить все свои секреты вместе с нами. Повезёт, если розы на могилах высадят.

— Ладно, мы сделаем это.

Что “это”? Самоубьемся? Разделим участь публичного развлечения с Ведой? На этот раз враг был слишком силён для нас. Но как мы привыкли повторять: “Невозможно — всего лишь проклятие. И у него тоже есть лазейка”.

Глава 17 (2)

***

Найти логово Косоглазого было несложно. Мы просто обратили внимание на ленты, повязанные на заборах. Благодаря Ведане, мы знали, что по их цвету можно понять, на чьих землях находишься. Нам нужны были темно-синие ленты. А дальше — мы слушали местных. Район был небезопасным, потому что на складах, где хранилось зерно всех местных купцов, обосновались лихие люди. Они держали всех в страхе.

— Говорят, эти нечистые с ведьмами якшаются, — ворчала старушка, у которой мы покупали семечки. — Вот как есть, демонов вызывают. Зачем ещё в ночи по городу шляться? Ходют, воют песни под луной. Особливо в полнолуние! Уж не волки ли? Я вот думаю, волки!

Оборотни? Вряд ли. Хотя всё, конечно, возможно. Но больше похоже на страшные сказки, которые местные пересказывают друг другу, чтобы сильнее бояться. Зачем бандитам ходить ночами по улицам? Действительно. Вызывать демонов.

— О, значит, у них и логово есть? — заинтересовалась Мара, щёлкая семечками. — Ну раз волки. У волков должно быть логово!

— Есть, — кивнула старушка. — Как не быть? В прошлом годе Стефану, дочку мясника, забрали. Приглянулась она ихнему главному. Так и не вернули девчушку. Уж какая красавица была! Всем на зависть! К ней все уважаемые горожане свататься ходили. А она всем от ворот поворот давала. Жду, говорит, милого из армии. А милый когда вернулся и не нашёл Стефану, запил. Так его батюшка со сватом…

— Логово, — мягко напомнила я.

— Ай, да! Логово на складах где-то. Я ж и говорю. Пошли туда мужики, забрать Стефану. И не вернулись. Только тела их потом по весне нашли в лесу. Душегубцы…

— На складах, значит, — я пожевала губу.

— Тела по весне, значит, — Мара многозначительно поиграла бровями, намекая на всю опасность мероприятия.

— Спасибо, что предупредили, — вздохнула я и тоже многозначительно добавила: — А то вот так, случайно не там повернёшь и вот ты уже сама на месте Стефаны. И как знать, как её там мучают прямо сейчас.

— Да уж погубили, наверное, — покачала головой торговка.

Мы отошли от неё на безопасное расстояние, я взяла у подруги кулёк и тоже защёлкала. Слишком нервничала и не могла успокоиться. Ситуация не просто вышла из-под контроля, она казалась тупиковой. Я буквально не понимала, что делать. Как вытащить Ведану и не оказаться в том же положении, что и она. Может, разумнее было рассказать всё учителям? Ярина могла что-то придумать. Или Васира. Уж директриса должна знать, как спасать учениц.

— Мы пойдём туда, да? — я оглянулась на Мару. — Мы пойдём за ней и вытащим из дурацких складов. Живой и невредимой.

— Куда, Стана? Там десятки или сотни складов. Их должно быть много, правда! И как мы выясним, где Ведана?

— Разберемся на месте, — я пожала плечами. — Эй, я прекрасно понимаю, как глупо и опасно лезть туда, ясно? Мы осмотримся для начала. Тихо придем, тихо уйдём. Решим, что взять с собой. А может, представится шанс, и мы просто выкрадем Веду, пока её никто не охраняет. Время идёт. Может, её вообще уже убили и закопали? Или она сидит в каком-нибудь подвале с несчастной Стефаной.

— Тихо зайдём и тихо выйдем, — кивнула Мара. — Я не хочу бросать Веду. Мне тоже за неё страшно. Но мы ведь никогда не вляпывались настолько по-крупному. Я напугана. И пытаюсь мыслить здраво.

— Должен ведь хоть кто-то, — вяло улыбнулась я. — Ладно, пойдём прогуляемся до складов. Послушаем, что говорят люди.

Лилит явно была к нам благосклонной. Мы дошли до складов, когда уже стемнело. На территорию пробрались, проникнув через брешь в заборе. Не пришлось разбираться с охраной или возвращаться за мётлами. Благо теперь мы были в лучшей форме, чем раньше.

— Ты слышишь? — Мара замерла на месте. — Это что, музыка?

— Зачем тащить на склады музыкантов? — я огляделась и пошла на звук. — Может, Веда их как-то обхитрила?

— Она не настолько крута, — фыркнула моя будущая сестра по кругу. — Наверное.

Музыка, пьяные мужчины и женский смех были слышны из самого крупного склада. Мы подошли к нему сзади и стали красться вдоль стен, прячась в тени. Медленно.

— Хоть вина принесите, жадные ублюдки! — выкрикнула совсем рядом Ведана. — Вы его на мои деньги купили! Имейте совесть!

— Это из окна, — шепнула я. — И это точно Веда.

— Псст! Псст! Да пссст же! — Мара постучала по раме незастекленного окна. — Мы здесь!

— Что? Мара? — Веда попыталась высунуться в окно и зашипела, будто её ударило током. — Пекло! Тут какая-то защита, я не смогла разобраться.

— Мы пришли за тобой, — я пустила лёгкий диагност и присвистнула. — Хитрая защита, очень хитрая! Тут привязка к артефакту на трёх уровнях. Взломать, наверное, можно. Я могу сделать слепок, но нужно подобрать болванку и… Пекло! Это будет непросто. Я никогда не взламывала защиту такого уровня. Не пойму, это логово бандитов или инквизиторская тюрьма?

— Похоже на второе, — раздражённо ответила Веда. — Я подожду, если нужно время. Я согласилась сотрудничать. Сегодня, благодаря мне Косоглазый сорвал большой куш. Меня не убьют, пока я полезна.

— Они тебе навредили? — Мара вцепилась в мою руку.

Мы не видели лица Веданы, не могли знать, есть ли на её теле синяки. Мы даже не знали, привязана ли она, или магическая защита — это единственное, с чем придётся разобраться.

— Нет, — рыжая чем-то скрипнула в своей темнице. — Но обещали весёлую ночку наедине с каждым из членов банды.

— Спорим, ты спросила что-то вроде “по очереди или все одновременно”? — неловко пошутила я.

— Я чуть не обделалась, — хохотнула Веда. — Думала, они хотят меня наказать за жульничество. А они всего лишь хотели использовать. С этим можно работать, теперь я знаю, что нужна им. Так что я обязательно предложу групповое свидание при следующей возможности.

— Не сомневаюсь, — я потёрла лицо руками. — Так ты продержишься какое-то время?

— Да, я в порядке, — Ведана замолчала. — Спасибо, что пришли за мной. Это… Не уверена, что кому-то ещё было бы до меня дело.

Я знала это чувство. У меня тоже не было никого, кто примчался бы меня спасать. Мама или тётя точно бросились бы на защиту, но их больше нет. Кому я нужна, если окажусь в западне? Никому, кроме своих будущих сестёр по кругу.

— Я предлагала заменить тебя на кого-то поспокойнее, — шмыгнула носом Мара. — Но Стана сказала, что ты курица, несущая золотые яйца, так что…

Мы тихо рассмеялись. Говорить о чувствах? Нет, спасибо. Перевести всё в шутку? Идеально.

— Нам пора уходить. Я попрошусь в мастерскую Цоруха, чтобы попробовать сделать ключ к защите. В школу всё равно вернуться не выйдет — ворота уже закрыли.

— Да, конечно, — голос Веды стал тише. — Только вернитесь за мной.

— Эй, мы всегда будем возвращаться за тобой. Мы же почти сёстры.

— Слово ведьмы?

— Слово ведьмы.

Мы с Марой коротко попрощались с Веданой и как можно тише выбрались с территории складов, стараясь в темноте запомнить дорогу к нужному складу. В следующий раз тут может не быть вечеринки.

Глава 18. Интриги по-ведьмински

Марийка писала донос под диктовку, а относил его подставной Веданы. Не то чтобы они горели желанием нам помогать, но первая слишком боялась, а второй тайно был влюблён в рыжую заразу. Или не очень тайно. Я не удивилась бы, если Веда специально влюбила парня в себя. Не приворотом, конечно, нет. У неё в арсенале и без того достаточно способов украсть чужое сердце.

— Какой-то очень сложный план, — неуверенно заметила Мара. Мы сидели на лавочке у здания Инквизитория, болтали ногами и ели мороженое. Совсем как обычные горожанки, совершенно не подозрительные. — Я не понимаю, как нам это поможет? Может, стоит вернуться к изначальной версии? Артефакт, похищение…

— Ты написала Сагранне? — уточнила я.

— Не могу поверить, что ты хочешь её задействовать после того ужаса, — Мару передёрнуло. — Но да, я ей написала.

Подруга протянула мне сложенный листок. Она явно вытащила его из почтовой шкатулки.

— Дело сделано, — прочитала я. — Тогда всё сработает и довольно просто. Смотри. Сагранна подселила беса в одного из петухов-чемпионов, которых держит Косоглазый. Первый донос — информация об излишне агрессивном пернатом бойце, у которого светятся глаза потусторонним светом. Мы попросили призвать кого-то попроще, безобидного, так что жертв среди людей не будет. А петухи… Птичек, конечно, жалко, но будем честны, они там каждый день доблестно погибают в бою, а их родственников пускают на похлёбку и того чаще. Так что меня совесть мучить не будет. А тебя?

— Я не за птиц переживаю, — огрызнулась Мара. — Мы буквально кидаем камень в инквизиторов и наблюдаем, что они нам за это сделают!

— За что? За поедание мороженого? — я захлопала ресницами на манер глуповатой избалованной горожанки и откусила от своего шарика кусок побольше. — Сагранны уже нет в городе. Она пришла и ушла порталом с помощью артефакта, который ей дала директриса Васира. Уж эта плутовка встроила защиту от отслеживания, поверь. Даже инквизиторам пришлось бы попотеть, чтобы её взломать. Но у них не будет причин искать беглянку, потому что одна очень ответственная девушка, пожелавшая остаться анонимной, написала и второй донос. Она собственными ушами слышала, как Косоглазый сказал, что у него в плену ведьма, умеющая насылать демонов. Зачем искать то, что и так лежит у инквизитора под носом?

— У инквизитора под носом будет лежать Ведана! — напомнила моя будущая сестра по кругу. — Как-то странно спасать её от бандитов, чтобы отправить на костёр.

— И тут в дело вступает лин Аринский, — пропела я.

Нам очень повезло, что сейчас мой старый знакомый был в Аркаиме. Без него план казался бы ещё более безумным. Не то чтобы сейчас хоть кто-то мог сказать, что всё в моей задумке идеально, но всё же шанс на успех есть. И он высок, потому что Аринский приехал в местный Инквизиторий с проверкой.

— Герцог Смерть, — кивнула Мара. — Один из страшнейших инквизиторов современности. Тот, кому побоялись придумать унизительное прозвище. Я ничего не упустила?

— Упустила, — раздражённо дёрнула я плечом. Слушать подобное о своём спасителе было не очень приятно. Образ Аринского в глазах подруги и тот инквизитор, которого запомнила я — два разных человека. — Он славится не только тем, сколько ведьм сжёг, но и своей педантичностью. Я не слышала ни об одном ложном приговоре. Аринский охотится исключительно на тех ведьм, что нарушили закон.

— И он, конечно, станет разбираться, умеет Веда вызывать демонов или нет!

— Он. Станет, — отрезала я.

Нет, дело не в моих розовых очках. Не в том, что Аринский спас меня от костра. Просто с того дня, как я попала в школу, я собирала информацию о герцоге по крупице. Не знаю, зачем. Мне нравилось знать, где он был, какую награду получил от короля, сколько преступниц поймал. Я коллекционировала вырезки из газет, делала пометки в специальном дневнике. Расспрашивала учителей по поводу каждой пойманной им ведьмы. Была ли она невинной на самом деле? И всякий раз выясняла, сколько жертв на совести той или иной приговоренной к костру.

Ведьмы — не святые. Нас есть за что бояться и ненавидеть. В нашей истории много тёмных пятен. Но Герцог Смерть — один из немногих Великих инквизиторов, понимающих, что не каждая ведьма — шлюха, убийца или воровка. Он не получил от помощи мне никакой пользы, лишь сделал свою работу хорошо. Главное, чтобы теперь он сделал её чуточку хуже. Не стал копать в сторону Сагранны.

— Я всё же думаю, что нам стоило попробовать сделать ключ ещё раз, — уже совсем тихо проворчала Мара.

Я пожала плечами. В сотый раз объяснять, что у меня банально нет нужных компонентов, не хотелось. Подобный ключ — очень дорогое удовольствие. А мы, пусть и зарабатывали весьма неплохо, не могли похвастаться кругленькой суммой на счету в банке. Купить всё необходимое быстро не получилось бы, а все альтернативные варианты я уже перепробовала. Кто бы что ни говорил, нельзя сделать из дерьма конфетку. Это всё ещё будет дерьмо, просто в красивом фантике.

Из Инквизитория выбежали трое мужчин, среди которых Аринского, к моему сожалению, не оказалось. Мы и сидели-то тут только для того, чтобы я увидела его хоть одним глазочком. Мара, конечно, думала, что мы контролируем его участие. Но мне просто хотелось проверить, насколько хорошо я его запомнила. Портреты в газетах не шли ни в какое сравнение с ним в реальности. А так, даже издалека, я могла освежить воспоминания.

— Вот же! Все бесы Пекла!

— Цыц, — я дёрнула подругу за блондинистую косу. — Угомонись, всё идёт как надо. Они раскопали первый донос и послали проверить его. Мало ли, что местным привиделось? Петух со светящимися глазами? Глупость какая! Сейчас они там всё обследуют своими артефактами, удостоверятся в реальности угрозы. Тут-то в Инквизитории и найдут второе донесение. Мы же их не одновременно относили, помнишь? С перерывом. Пока в бреднях местных найдут второе письмецо, эти трое вернуться в Инквизиторий. Не паникуй.

Они вернулись, когда мы доели не только мороженое, но и все пирожки в корзинке. А через пару минут, из здания, которого боятся все местные ведьмы, вышел человек… Которого боятся вообще все ведьмы. Не только местные.

Аринский был высоким. Действительно высоким, хотя я думала, что мне так казалось только в детстве, потому что я сама была маленькой. Но даже сейчас, встань я рядом, оказалась бы ростом до его груди.

— Ох, Лилит, спаси и огради, — пробормотала Мара и стала читать молитву.

Я не обратила на неё никакого внимания. Продолжила смотреть на раздающего указания Дамиана. Так его звали. И мне казалось, что имя отлично подходит этому властному и опасному человеку. Магу. Инквизитору.

Ему подвели чёрного коня, и Аринский легко на него взобрался. В отличие от многих других Великих инквизиторов, он всё ещё сам ездил в рейды. Был слишком молод, чтобы подписывать предписания из кабинета. Или это вовсе было не в его характере. Он любил разбираться в мелочах, искать истину. И это было даже привлекательнее, чем его широкие плечи или совершенно волшебные серые глаза. Конечно, глаза с такого расстояния я бы не разглядела. Но их я как раз запомнила очень и очень хорошо.

— Ждём, когда привезут Веду? — Мару слегка трясло от страха.

— Нет, это будет совсем уж подозрительно, — я обняла подругу за плечи. — Вернёмся в номер и придумаем отмазку для Васиры. Мы не появлялись в школе уже три дня.

Глава 18 (2)

***

Мара купила нам с ней справки у местного лекаря. Пришлось хорошенько заплатить старому прохиндею, но отбывать наказание было неохота, так что мы раскошелились. На всякий случай взяли справку и для Веды, но о ней, скорее всего, доложат инквизиторы. Впрочем, мы не спешили возвращаться в школу. Ждали вестей о рыжей бестии в своём номере.

— Разве её не должны были отпустить? — сокрушалась Мара. — Долго твой Аринский разбирается.

— Он не мой, — вспыхнула я. — Там наверняка допросы идут сейчас. Может, какие-то экспертизы…

— А может, дрова для костра сушат.

Я задумалась. Могло ли быть так, что на этот раз Аринский не стал разбираться? Может, он вообще уехал? Вызвали по срочному делу, например. Король внезапно написал, и Герцог Смерть умчался дальше ловить опасных преступниц. Тогда Веду нужно вытаскивать прямо сейчас, не дожидаясь, когда закончатся экспертизы и допросы, и боги ещё знают что.

— Ладно, — я поднялась с кровати и стянула через голову платье приличной горожанки. — Я схожу туда и сама всё узнаю.

— Куда? В Инквизиторий? — Мара покрутила пальцем у виска. — Ты же не собираешься надеть форму, да? Стана, ведьму тебе в сёстры!

— Двух, пожалуйста, — чопорно попросила я, надевая ученическое платье. — Жаль, шляпка Веды в школе осталась. Было бы весело заявиться туда в полном облачении. Ну да и так сойдёт.

— Стана!

— Что? Если появлюсь эффектно, то есть шанс добраться до Аринского до того, как меня скрутят и привяжут к столбу.

Я надеялась, что меня в принципе не станут арестовывать. Не получалось вспомнить, запрещено ли законом ведьмам приходить к инквизиторам добровольно, без нейриновых ошейников или браслетов. Вряд ли такой случай был прописан где-то, потому что только чокнутая ведьма сунется в здание, кишащие воинами меча и света.

— Когда вас обеих сожгут, я приду пожарить у костра сосиски, — Мара взъерошила волосы. — Пекло, как же хочется есть!

Подруга погладила свой уже почти плоский живот и тяжело вздохнула. Ведана мучила её лекциями о калориях, я заставляла тренироваться. Впрочем, физической формой мы занялись втроём и сообща. Гоняли и младших, чтобы привыкли бегать по утрам. Вот теперь мне этот навык пригодится, когда буду от инквизиторов улепётывать.

— Не покупай сосиски раньше времени, — я подмигнула Маре. — Если не вернусь к утру, беги в школу и поднимай тревогу. Пусть Васира обращается к Ядвиге. Она вытащила меня один раз, сможет и сейчас.

Мару передёрнуло от мысли, что придётся идти к директрисе. Мы обнялись, но прощаться не стали. Я вышла из номера, накинув плащ, чтобы скрыть платье от других постояльцев, и сняла только у самого входа в Инквизиторий. — Двум смертям не бывать, — я сделала глубокий вдох. — А одну я как-нибудь потерплю.

И я перешагнула порог своего личного Пекла.

Глава 19. Дамиан Аринский

Ведьма в Инквизитории произвела фурор. Как только дверной проём загорелся красными всполохами, в мою сторону направили сразу три меча разной размерности. Не совсем поняла, как оружие помогло бы юному инквизитору в самом конце холла, но он тоже кончиком на меня показывал.

— Тёмных ночей, — сглотнула я, отчаянно храбрясь. — Меня зовут Стана, я хочу увидеть Великого инквизитора Дамиана Аринского.

— Кого? — выкрикнул тот, что стоял дальше всех.

Мне показалось, или его голос звучал более испуганно чем мой? Боги, да неужели ведьмы настолько страшные?

— Дамиана Аринского, — терпеливо повторила я. — И если можно, прекратите угрожать мечом. Это нервирует. Я пришла с миром и информацией по поводу недавнего инцидента с бесами. С демонами то есть. Но говорить буду исключительно с Дамианом Аринским. Он ещё здесь?

— Только что на допрос ушёл, — медленно ответил усатый инквизитор и моргнул. — Ты болезная?

Мне вспомнилось, что точно таким же вопросом мы с Марой когда-то встретили Ведану в своей комнате. Я шмыгнула носом и покачала головой.

— Меня проводят к Аринскому? Или так и будем стоять и ждать? Информация-то у меня важная. Если станет известно, что вы её проморгали, головы с плеч полетят только так. Ну или устроят вам костерок по соседству с моим.

Инквизиторы переглянулись, пока я нервно хрустнула пальцами и мысленно молила Лилит о помощи. Вряд ли у богини ведьм есть какая-то власть над воинами меча и света, но совсем уж без поддержки высших сил оставаться было страшно.

— Ну не убью же я его, честное слово! — не выдержала я молчаливого диалога взглядами между охранниками. — Я ученица ведьмовской школы, а он Великий инквизитор. Даже если бы пришла с ним драться, он меня как котенка по всему Инквизиторию пошвырял бы и прямиком в казематы за шкирку вынес.

— Что есть то есть, — слегка успокоился усатый. Третий только глазами хлопал и бледнел с каждой секундой всё сильнее, а “дальний” продолжал сурово грозить мечом. Пальцы зачесались нагреть металл рукоятки. Или она деревянная? Так и не разглядеть. — Арнольд, проводи ведьму к Великому инквизитору.

— Как зловеще звучит, — пробормотала я, но пошла вслед за Арнольдом — тем самым бледнеющим юнцом.

Впрочем, он был явно старше меня лет на десять. Я впервые задумалась, в каком возрасте магов набирают в инквизиторы. И сколько лет Аринскому? Около тридцати или чуть больше? Не слишком ли он молод для своей должности?

Меня повели к неприметной дверце в углу холла. Лестница на второй этаж осталась справа, а мы стали спускаться вниз.

— Он в пыточной?

— В д-допросной, — заикаясь, возразил Арнольд.

Я не стала больше ни о чем спрашивать. Даже если меня сейчас обманом приведут в камеру и закроют, я ничего не смогу сделать. Только и буду хлопать глазками и вопить: “Вы не имеете права! Я требую связать меня с Аринским!” Но то ли Лилит оберегала меня, то ли Арнольд не распознал намека своего старшего товарища. Привёл прямиком в допросную. За стеклом спокойно вели беседу Дамиан и Ведана. Она выглядела напуганной и уставшей. На скуле у неё желтел синяк. Косоглазый оставил? Или кто-то из его прихвостней?

В небольшом тамбуре по эту сторону стекла показания записывал инквизитор, в котором я узнала своего давнего заступника. Лилит точно оберегала меня особым образом!

— Лин Крейстен! — радостно воскликнула я. — Надо же, у вас теперь две звезды! Так здорово.

Мужчина в форменном кителе стального цвета оторвался от записывания слов Веданы: “Я ничего не знаю о бесах, отпустите меня, пожалуйста”. На его погонах действительно стало больше звёзд, и теперь я знала, что они у инквизиторов означают звания.

— Простите? — он удивленно приподнял брови. — Мы знакомы?

— Ведьма Стана, — охотно пояснила я. — Мы встречались в доме у Верховной Ядвиги. Вы с лином Аринским вели моё дело. Несчастный случай с отчимом, лином Аркольдом. Припоминаете?

— О, — он забавно округлил глаза. — А вы выросли…

— Так обычно и происходит, — я рассмеялась. — С удовольствием бы пообщалась с вами просто так, но я по делу. Вы не могли бы позвать лина Аринского?

— По делу? Лина Аринского? — Крейстен откашлялся, но провёл ладонью над кристаллом, и стекло полыхнуло тем же красным цветом, что и дверной проем при моем появлении. Сигнал тревоги? — Я полагаю, вы знакомы с ведьмой Веданой?

— Мы одноклассницы и соседки по комнате, — часто закивала я. — Её похитили на выходных, и я осталась, чтобы найти подругу. След привёл в Инквизиторий.

— В-вы сказали у вас информация про демонов! — возмутился Арнольд.

Именно в этот момент из допросной вышел Дамиан Аринский. Высокий, хмурый, мужественный и красивый настолько, что казался похожим на чью-то ожившую картину. По крайней мере, если бы я умела рисовать, то с удовольствием написала бы его портрет.

— А вам не нужно вернуться на пост? — полюбопытствовала я слегка заторможенно. Инквизитор с одной звездочкой на погонах покраснел в одно мгновение. Кто ж их таких нервных на службу берет?

Но я вмиг забыла об охраннике, когда Аринский спросил:

— Стана, это ты?

Глава 19 (2)

***

Он. Меня. Узнал!

Я на несколько ударов сердца вовсе потеряла дар речи. Как такое возможно? Прошло несколько лет, Дамиан Аринский исколесил всю Кессанию. Сколько ведьм он видел? Да чего уж ведьм, женщин и девушек в принципе. Вот лин Крейстен меня не признал, пришлось напоминать. А Герцог Смерть смотрел со странной смесью тепла и беспокойства. И он изменился. Чуть-чуть. Стал шире в плечах, старше и серьёзнее. Даже седина в волосах кое-где проглядывала. Сложная у него работа, да? Ещё и я со своими интригами против Косоглазого…

— Тёмных ночей, — с трудом проговорила я. Колени дрожали, язык не слушался. — Да, это я.

Он продолжал меня разглядывать. Прошёлся взглядом по белому воротничку ученического платья. Простенького, из грубого сукна. По сбитым носам туфель. Кажется, даже задержался на груди. На крошечное мгновение, но мне его хватило, чтобы дышать стало сложно.

— Вас нормально кормят в школе? Ты худая, как скелет.

— Ну спасибо, — я заправила прядь волос за ухо. — Нормально кормят, мы с подругами много тренируемся. Чтобы быть в форме. Я ради одной из них сюда и пришла. Это Ведана. Вы её сейчас допрашивали, гер… лин Великий инквизитор.

Прозвище чуть не вырвалось само собой. В Кессании нет титулов, но Аринский почему-то носил прозвище на темно-имперский манер. В газетах не нашлось никаких зацепок или предположений, кто и когда придумал называть его Герцогом Смертью.

— Ведана? — он обернулся на дверь и с удивлением заломил бровь. — Вы с ней враждуете? Ты ещё один донос принесла?

Дыхание опять перехватило. Мог ли инквизитор узнать, кто настоящий автор доносов? Так быстро нашёл подавальщицу, и она меня сдала с потрохами? Нет, Марийка никуда не уходила из трактира. Её смена ведь.

— Мы дружим, — подчеркнула я интонацией последнее слово. — Я слышала, что её обвиняют в вызове демонов. Но у Веды другой дар. Она предсказательница. Вероятница, если хотите. Вы ведь не хуже меня знаете, что не бывает два таких редких таланта у одной ведьмы одновременно.

Лин Аринский задумчиво кивнул.

— Да, я в курсе. И уже проверил твою… Подругу, — он замялся на мгновение, будто само слово не подходило для ведьм. Наши дрязги давно стали предметом шуток и легенд. Две ведьмы — это всё равно что змея, плывущая на черепахе через океан. Змея думает: “Вот укушу - она меня сбросит. Не буду кусать”. А черепаха: “Если сброшу, она перед этим точно укусит”. — Артефакты не показывают присутствие энергии демонов. Даже самый бледный, старый хвост. Признаться честно, я уже собирался её отпускать. Переживал только, как она доберётся до школы. Если в компании кого-то из инквизиторов — переполох ведь устроит. Васира за сердце схватится. И, не приведи боги, начнёт артефакты прятать и бумаги сжигать. Зачем нам это? Так что пришла ты исключительно вовремя. Только больше так не делай, хорошо? У моих парней нервы тоже не железные. Проводишь Ведану до школы?

— Обещать не могу, — смутилась я так, что щёки загорелись румянцем. — Но я не рисковала. Слышала, что вы в городе. Без вас Ведану наверняка уже привязали бы к столбу. Спасибо, лин Великий инквизитор. Я могу забрать подругу прямо сейчас? Или нужно что-то подписать?

Ему была приятна моя незамысловатая похвала. Высокая оценка его честности и принципиальности. Я догадалась по тому, как изменился взгляд Герцога и по лёгкой, едва ощутимой волне тепла. Словно меня по голове ласково погладили.

— Нет, бумаги тут не к чему, — он собственноручно открыл дверь в допросную. — Госпожа Ведана, на выход. Вы свободны.

Рыжая посмотрела в его сторону с недоверием и медленно поднялась со стула.

— Какой-то тактический ход? — громко спросила она. — Думаете, я сейчас пойду строить пентаграмму и вызывать демонов, а вы меня поймаете на горяченьком?

— Вы можете нарисовать десять пентаграмм, у вас всё равно ничего не выйдет, — широко улыбнулся Дамиан Аринский. — Дар не тот. Вы свободны. Или хотите, чтобы я передумал?

— Вот уж спасибо, — Веда покачала головой и заспешила к выходу. — Лучше проявите твёрдость духа и убежденность в своих решениях. Пока я не окажусь за воротами школы хотя бы.

— Твой язык однажды приведёт тебя на костёр, — рассмеялась я. — Давай быстрее, прошу тебя. Мара вся извелась уже. Мы тебя по всему городу ищем!

Веда замерла, наткнувшись на меня взглядом. Такой растеряной я её никогда не видела. Глаза стали даже больше чем обычно, а губы будто навсегда застыли в форме буквы “о”.

— Ещё раз спасибо за вашу работу, — улыбнулась я Аринскому, подхватывая подругу под локоток. — Ну мы пойдём? Всего вам доброго. И вам, лин Крейстен.

— Жену красавицу и деток побольше, — пробормотала Ведана.

И я потащила её на выход практически силой. Хватит уже проверять терпение инквизиторов в их же обители. В конце концов, рыжая бестия и Дамиана Аринского может довести до греха.

Недалеко от Инквизитория мы наняли извозчика и доехали до трактира в полной тишине. Меня распирало от эмоций. Хорошо, что поехала. Правильно поступила. И Веду домой забрала, и Аринского разглядела как следует. Даже поговорила с ним, надо же!

— Как ты…

— Не здесь, — шикнула я на подругу.

Мы расплатились и стрелой полетели в номер. Когда Мара увидела нас обеих, визг в заведении стоял такой, что наверняка все постояльцы разбежались. Но нам было плевать. Мы прыгали на месте, обнимались и кричали, что “сделали это”.

— Да что сделали-то? — хохотала Веда.

— О-о-о-о! Мы такой план тут придумали, такую шпионскую многоходовочку устроили, — Мара плюхнулась на кровать. Румяная и слегка запыхавшаяся. — Ты не представляешь, чего нам стоило твоё вызволение.

— Риск был оправдан, — возразила я и указала на неё пальцем. — А ты должна признать, что я была права насчёт Аринского! Когда я пришла он уже сам хотел отпустить Веду. Я же говорила, что он другой? Говорила? А ты? “Герцог Смерть” да “Герцог Смерть”. Да он лучший инквизитор в королевстве, ясно? Во всём разобрался! Не подвёл ни на секунду!

— Ты влюбилась, что ли? — с подозрением сощурилась Веда.

— Вас послушать, так я только и делаю, что влюбляюсь, — фыркнула я. — То в Кеннета Делири, то в Дамиана Аринского. Ничего я не влюбилась! Просто он хорош в своём деле, ясно?

— И красивый, — не удовлетворилась моим ответом рыжая.

— Так может, это ты влюбилась?

— Ну я бы с ним позажигала, — она поиграла бровями. — Но когда инквизиторы зажигают, ведьмам лучше держаться подальше. Слишком горячо, если вы понимаете, о чём я.

— Вот и не мели чепухи, — я легла рядом с Марой. — Ой девочки-и-и-и! У меня теперь такое ощущение, что мы всё можем! Вообще что угодно Из такой передряги выбрались, ведьма не горюй!

— Теперь бы ещё от Васиры отговориться нашими липовыми справками, — вздохнула Мара. — И будет нам счастье.

Глава 20. Вероятности

Спустя 2 года

Для того, чтобы стать Верховной ведьмой в Кессании, необходимо выполнить ряд условий. Во-первых, сделать научное открытие или иным способом принести пользу ведьминскому сообществу. Во-вторых, стать Старшей собственного круга. В-третьих, дождаться, когда другая Верховная крякнется или пока тринадцать действующих Верховных поставят рядом с собой четырнадцатый стул. Но существовало еще и четвёртое условие. О нём говорили исключительно шёпотом, поэтому от одной ведьмы к другой доходила сильно изменённая версия. Например, я слышала, что для того, чтобы стать Верховной, необходимо разбить пять мужских сердец. Другие говорили, что пять мужских сердец нужно съесть. Принести пять мужчин в жертву, переспать с пятью мужчинами одновременно или пять раз выйти замуж и развестись. В общем, точного ответа на вопрос, как звучит четвёртое условие, никто не знал. А сами Верховные держали его в строжайшем секрете. Я предполагаю для того, чтобы у молодых и амбицозных девиц не возникло соблазна освободить себе местечко посредством яда или проклятия.

А может, четвёртого условия и вовсе не существовало. Его тоже придумали сами престарелые ведьмы, дабы отбиваться от конкуренток.

— Опять завернули патент? — Мара заглянула в письмо через моё плечо. — Почему на этот раз?

— Давайте их проклянём? — предложила Ведана, выглядывая из-за дверцы шкафа. Вокруг валялись её платья, шляпки и чулки. На очередное свидание рыжая как всегда опаздывала. — Сколько можно терпеть пренебрежение в свой адрес? В конце концов, ты будущая Верховная!

— Если мне не одобрят патент, то нет, — я скомкала письмо и одним броском отправила его в мусорную корзину. — Патент-то зарегистрировали, но в “Вестник Ведьм” его вносить не стали. “Ваше изобретение не несет достаточной пользы для ведьминского сообщества”.

— А ты изобрети отпугиватель инквизиторов, — предложила Ведана, поправляя лиф платья. — Или такой бюстгальтер, чтобы в нём грудь больше казалась. Это уже не смешно! Даже у Скревы что-то выросло!

— У тебя нормальная грудь, — Мара бросила в неё шляпу, на которую чуть не наступила. — Не прибедняйся.

— Нормальная грудь — у тебя, — возразила рыжая. — Тут и отпугиватель инквизиторов не нужен. Декольте поглубже надела, и даже Аринский забудет костёр разжечь.

— Аринский — это больше по части Станы, — хмыкнула Мара.

Я показала обеим шутницам неприличный жест. Настроения препираться с девчонками не было. Конечно, я не думала, что пробиться в верхушку будет легко. Но хотелось продвигаться к цели хотя бы по чуть-чуть. Довольно сложно всё время биться головой о закрытую дверь. Вроде бы с той стороны слышен скрип половиц: кто-то ходит туда-сюда, а открывать не спешит. Хоть бы “Кто там” спросили.

— Они будут и дальше саботировать мои заявки, да?

— Я писала тёте на прошлой неделе, — призналась Ведана. — Вы знаете, мать на неё обижена, они долго не общались. Но я решила: почему бы не наладить родственные связи? Не одолжишь свои духи на один вечер?

— Учитывая, что твоя тётя одна из Верховных, причин не наладить с ней связи я действительно не вижу, — Мара вытащила из своих запасов флакончик с туалетной водой и бросила его Веде. — Нам было бы полезно иметь там своего человека.

— Я тоже так решила, — рыжая оставила капельку парфюма на запястье, немного помазала на шею, подумала и брызнула в декольте. — Так вот, она мне ответила. Мы немного попереписывались ни о чём, а потом я в общих словах рассказала о нашей ситуации. В общем, она посоветовала не тянуть с созданием Круга. Заявка от Старшей ведьмы Круга рассматривается охотнее, чем от без пяти минут выпускницы… школы для малолетних преступниц.

— Насколько я знаю, никто не создает круги до выпуска из школы, — от излишне яркого аромата духов у меня зачесалось в носу. Пришлось открывать окно, пока не расчихалась. — Вряд ли существует запрет, но почему-то же ведьмы тянут лет до двадцати-двадцати пяти.

— Боятся передумать, — Ведана пожала плечами. — Связь создаётся один раз и на всю жизнь. Кроме того, не все могут пережить сам процесс. Это же ментальное слияние высшего порядка. Вы увидите все мои мысли за всю мою жизнь, а я увижу ваши. Вся боль, все страхи, все потери пропускаются через Старшую. Не каждая взрослая ведьма вынесет такое, а уж про выпускниц и говорить нечего.

— Но твоя тётя предлагает нам рискнуть?

— Риска практически нет. Я посмотрела вероятности, у нас очень хорошие шансы.

— Ты не перестаёшь меня удивлять, — Мара отняла у рыжей занозы порядком полегчавший флакон и вновь спрятала его. — Сначала посчитала вероятности и только потом решила нам обо всём рассказать.

— Разговор перед прогнозом мог ухудшить вероятность благоприятного исхода, — Веда снова приподняла грудь, пытаясь придать ей более аппетитный вид. — Система нитей вероятностей включает в себя слишком много переменных, я не могу позволить себе действовать необдуманно.

Я рассмеялась:

— Ой ли? Не ты ли у нас первая в очереди за неприятностями буквально всегда?

— Кажется, именно из-за Веданы у нас возник конфликт с местными мафиози? — уточнила Мара. — Ну помнишь тот случай, когда тебе пришлось чуть ли ни с ноги выбивать дверь в Инквизиторий?

— Я была молодой и глупой, — Веда показала Маре язык. — А теперь вы можете считать, что осторожность — моё второе имя. Для каждого события я не просто рассматриваю вероятности, но и создаю магически-математическую модель, чтобы выяснить, насколько мой прогноз верен… Не грузи свою очаровательную светлую голову.

— Моя очаровательная светлая голова в состоянии по форме живота определить, когда женщине рожать, — фыркнула она в ответ. — А ещё именно благодаря моей светлой голове ты со своих свиданий приходишь без срамных болячек. Тебе в целом не надоело ещё кружить головы несчастным мужикам?

— Джозеф обещал подарить мне ту книгу с зельями, о которой ты мечтала.

— Мне нравится Джозеф, — тут же сменила пластинку Мара. — Отличное имя для отца твоих детей.

— Сплюнь! — Веда сама постучала по дверце шкафа и трижды плюнула через плечо. — Этот дурак побрился налысо, я собираюсь его сегодня отшить.

— Почему?

— Мне сестра на каникулах нагадала лысого тёмного рыцаря верхом на чёрной птице. Мол, я замуж за него выйду и стану примерной женой. Вы себе представляете? Она во сне видела, как я мужа с работы встречаю. Супчик ему варю, портки стираю. Смех да и только!

Девчонки стали обсуждать, какова вероятность, что Ведана сможет быть кому-то верной супругой, а я задумалась совершенно о другом. Стоило ли доверять тёте Веды? О Мирославе никто не говорил как о коварной и подлой ведьме. Она слыла немного сумасшедшей, прямолинейной и очень везучей. Среди ведьм ходили анекдоты о том, как Мирослава случайно, волею случая и судьбы, стала Верховной. Потому что поверить в целеустремленность этой женщины было сложно. Тут уж скорее проникнешься сказками о её волшебном везении. Возможно, в том и есть её особый ведьмовской талант?

— Да нет у неё дара, боги, — Веда снова рассмеялась. — Она это выдумала, чтобы меня побесить. В детстве всегда так делала. На слабо брала, выигрывала в карты глупые желания или сочиняла небылицы. Вроде сказочки про Белого человека, которого прокляла наша дальняя родственница. Мол, он придёт к тебе и будет мстить. А я верила и пугалась. Сейчас выросла, страхи совсем другие.

— Муж, дети и портки?

— Муж и портки, — Веда важно кивнула. — Так что отошью-ка я Джозефа.

— Только книгу сначала забери, — расхохоталась Мара. — А то жалко, я уже настроилась, что её получу.

— Веда, а что на нужно для проведения обряда? — невпопад спросила я.

Девочки замолчали и оглянулись на меня. Веда как раз красила губы и теперь замерла с помадой у рта, а Мара переплетала косу.

— Свободный день, — начала перечислять Ведана после короткой паузы. — Моральная готовность, полнолуние и с десяток редких трав. Лучше всего проводить ритуал в лесу. По сути, от нас требуется классический шабаш в самом древнем его виде.

— Ближайшее полнолуние через неделю, — прикинула я, сверившись с календарём. — Вы будете морально готовы к нему?

— Всегда готова, — Веда послала мне воздушный поцелуй.

— Я приняла это решение много лет назад, — вторила ей Мара. — И отказываться не собираюсь.

Я медленно кивнула. Всё верно. Мы не первый год вместе, побывали во множестве передряг и каждый раз вставали друг за друга горой. Обряд ничего не изменит между нами, а лишь возведёт нашу связь в ранг официальной. Придаст веса в глазах других ведьм. А ещё приблизит нас на шаг ближе к совету.

— Тогда сделаем это.

Глава 21. Ведьмин круг

Глава 21. Ведьмин круг

По легендам, которых до нас дошло непростительно мало, раньше ведьмины круги состояли из разного количества сестёр. Главное правило — число должно быть магическим: три, семь, девять, тринадцать.

Но позже среди наших случился первый серьёзный разлад: заставить двенадцать гордячек подчиняться единственной Старшей становилось всё труднее. Постепенно круги становились всё уже и уже.

Дошло до трёх ведьм. Но существовать совсем уж автономно мы не могли, поэтому Лилит явилась к одной из сильнейших на тот момент Старших и устроила разнос. Тут в разных источниках версии расходятся. Во-первых, доподлинно неизвестно, как звали ту самую Избранную. Во-вторых, непонятно, как именно она заставила других подчиняться себе. Но Лилит отметила её знаком Энигмы — золотой руной — и научила обряду обращения к ней, чтобы назначать новых Верховных.

— У меня почти полный набор, — отвлекла меня от мыслей Ведана.

Она перебирала травы, присланные тётей, и отмечала что-то в блокноте. Последний ей тоже подарила Мирослава. В целом оказалось очень выгодно дружить с родственницей, которую всё остальное семейство недолюбливает. Особенно, учитывая её высокий статус и лёгкую придурковатость. Например, блокнот Веданы был экспериментальным парным артефактом. Вернее, его частью. Второй такой же был у самой Верховной. Написанное в одном мгновенно проявлялось в другом. Более того, читать сообщения мог лишь владелец. Гораздо быстрее и безопаснее почтовых шкатулок, согласитесь.

— Сегодня идеальный день, — Мара отвлеклась от карты звёздного неба, расстеленной на полу нашей комнаты. — Подошло бы любое полнолуние, но сегодня будет ещё и “Кровавая Луна”. Шабаши в такие дни — самые мощные.

Чтобы сильно не палиться, мы запланированное мероприятие называли шабашем даже наедине. Говорят, и у стен в школе есть уши. Ничего нарушающего закон или устав мы не делали. Однако Скреве не понравится, что мы так превзойдём её в статусе, когда станем официальным кругом. А помешать обряду не так уж сложно, поэтому мы и шифровались как могли.

Связь круга всегда имеет под собой эмоциональную основу. Доверие, приятие, честность — вот что является фундаментом. Далее следует магическая составляющая — ведьмы должны быть совместимы. Как правило, это означает разную полярность дара и достаточный уровень магии каждой из сестёр. Третья составляющая — удачный день. Вернее, ночь с астрологическим событием.

— Тогда заглянем на склад за недостающими травами, — я поднялась с кровати и поправила сорочку, в которой нам предстояло выйти в лес. — А оттуда на поляну.

Склад мы вскрыли профессионально. Отсыпали нужное количество сушеных трав и тихо выскользнули из школы. Прочь, к лесу. Там, где нас уже ждало сложенное кострище и разрисованная рунами земля.

— Полночь нынче к нам стучит в окно, — тихо запела Мара. — Ведьмы вышли под луною танцевать.

— Ты, парнишка, должен знать одно, — подхватила Веда. — Не ходи сегодня в лес гулять.

— Полночь, помни, это ведьмин час, — присоединилась я. — Боги отвернутся ненадолго.

— Ведьмы встанут в круг, Лилит молясь, — тихо пели мы на три голоса. — Силы собирая по осколкам!

Так дошли до поляны и подожгли огонь в центре. Белые льняные сорочки, зачарованные от жара, совсем не грели, а зубы стали отстукивать дробь. Однако у костра было чуточку теплее.

Я так и не поняла, как Мара всегда безошибочно определяла полночь по звездам. Она проводила линии между созвездиями, пальцами измеряла расстояние от одной линии до другой, а потом показывала на самую яркую звезду и говорила: “Вот сейчас, начинаем”.

Мы сравнивали по часам — сходилось вплоть до минуты. Но на обрядах часами пользоваться было нежелательно, поэтому сегодня мы не проверяли — сразу начали после отмашки Мары. Я по очереди забрасывала травы в костёр, читая заклинание для призыва к Лилит. Простую форму, не ту, что обычно произносят перед получением знака Энигмы. Нет, всего лишь молитву со структурой заклинания.

— Теперь ждём, — я взяла сестёр за руки, забросив в костёр корень линь-ёс.

Мы встали кругом так, чтобы огонь оказался в центре. Слишком сильно раскормили пламя — стоять так близко было невыносимо. Я сцепила зубы и притянула на себя руны, высвобождая их магию.

Руки обожгло неожиданной болью, однако я лишь сильнее вцепилась в ладони сестёр и продолжила читать заклинание. Произносила слова на выдохе, вкладывая все, что у меня было — магию, эмоции, всю себя. И едва не обмякла, когда вся магия, вся энергия покинула мое тело, оставляя только чувство пустоты.

Раздался вскрик со стороны Веды. Спустя пять ударов сердца. Еще через семь — застонала сквозь зубы Мара. И сразу после этого вся магия хлынула в меня. Все силы Веды, Мары и мои. Все, что мы отдали кругу, вернулось, проверяя каждого на прочность.

Три коротких вдоха, один длинный выдох — взметнувшаяся внутри меня магия осела под натиском моего напора. Еще несколько секунд — и я поделила всю магию на три равные части и велела ей разойтись по сестрам. Проверка на сильнейшую закончилась успешно для меня… Но впереди ещё была процедура полного слияния, когда три разума становятся единым.

Воспоминания и мысли нахлынули сплошным потоком, погребая под собой меня с головой. Мир запутался в паутине чужих воспоминаний. Чтобы разделить бесконечную череду мыслеобразов, пришлось приложить массу усилий. Первый опыт Веданы с мужчиной — её боль, стыд, несколько часов в ванной, когда она сдирала кожу жёсткой мочалкой. Мерзкие и жестокие шутки её сестёр, постоянное давление матери. И день за днём звучащие дома оскорбления в адрес всех мужиков. Её мать любила повторять: “Мужчины — лишь вещи, иногда полезные, но чаще всего — абсолютно ненужные”.

У Мары сильнейшим воспоминанием были роды матери. Кровь, кровь, повсюду кровь. Ощущение приближающейся смерти. Может, ведьмы и не некроманты, но мы тоже способны почувствовать, когда костлявая ходит поблизости в ожидании жатвы. Мара знала, что кто-то должен был умереть. Паниковала, когда взяла в руки скальпель. Но потом выдохнула и приняла решение: ребёнок без магии всё равно не выживет. Лучше пожертвовать одним им, чем обоими, верно? Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я начала осознавать, где мои мысли, а где воспоминания сестер. Слишком много информации, слишком быстро её вылили в мою голову.

Устоять было труднее всего — нельзя было ни в коем случае размыкать круг, пока пламя горело. Я так крепко сжимала челюсти, что скулы сводило от боли.

Образы схлынули резко. У меня потемнело в глазах, и на мгновение я даже подумала, что не справилась. Не осилила пропустить через себя чужие жизни. Но звуки ночного леса вернулись вместе с искрами в кучке угля. Огонь догорел. Сёстры устало и недоверчиво смотрели на меня.

— У нас получилось, — улыбнулась я, оседая на землю.

А потом и вовсе легла и уставилась взглядом в звёздное небо.

“Луна такая красивая”, — передала свою мысль Мара.

— Ты сейчас подумала или сказала? — уточнила Веда.

“Подумала”, — ответила я за неё так же про себя.

Сёстры улеглись по бокам от меня и тихонько рассмеялись. Первый шабаш можно считать успешным!

Глава 22. “Пренеприятное известие: едет ревизор”

Я зевнула и потянулась, наслаждаясь солнечными лучами, что проникли в комнату. В кой-то веки не пришлось вставать на рассвете, когда поспать удалось всего пару часов. Откуда привалило такое счастье? Два слова: выпускные экзамены.

Если вдруг кто-то сомневался в нас с сёстрами, мы сдали их безупречно и теперь оставалось лишь пройти практику на благо школы, чтобы получить свой диплом.

Настроение было замечательным ещё и потому, что вчера Верховная Мирослава обещала поспособствовать положительному решению вопроса о публикации статьи обо мне и моих изобретениях в “Вестнике ведьм”. Она сказала, что Совет уже узнаёт мои конверт по запаху, потому что никто не пишет им так часто… Ну что я могу сказать? С тех пор, как мы с Марой и Ведой официально стали сёстрами, бросили все силы на достижение цели. Конечно, приходилось отвлекаться на учёбу, но в основном мы работали на благо ведьминского сообщества. Артефакт за артефактом, зелье за зельем.

“Возьмёте их измором”, — шутила наша шпионка в стане будущих коллег.

Конечно, писала она племяннице, но рыжая совершенно не умела хранить секреты. Хотя, справедливости ради, стоит напомнить, что у нас троих ментальная связь, так что…

— Стана! — рыжая, наверняка услышав мои мысли, нависла надо мной и потрясла плечо. Всё солнце перегородила! — Стана, вставай! У нас проблемы!

— Никаких проблем до понедельника, — возразила я, всё ещё блаженно жмурясь. — Так им им скажи: у Станы выходной, Стана изволит дрыхнуть.

Вместо того, чтобы поступить как велено, Веда больно ущипнула меня за бок. Так что я ахнула и подскочила в постели.

— Какого беса?!

— Жирного и рогатого! — рявкнула она. — Мы в заднице! Мы так глубоко в заднице, Стана…

— Угомонись, — я встала с кровати и магией заправила постель. — Что случилось? Драка среди мелких? Потерялись табели об успеваемости? Драконы возродились и пошли на нас войной?

Перед последним предположением как раз появилась Мара. Она тоже была в прекрасном настроении, поэтому весело спросила:

— Где эти зубастые твари? Я надаю им по их шипастым головам!

— Это серьёзно! — застонала Веда, а потом, чтобы доказать свои слова, открыла для нас свои мысли.

Образы хлынули строгой цепочкой. Раннее послание от Мирославы звучало в голове голосом Веданы:

“Мне нужна твоя помощь. Очень нужна, красавица. Его Величество назначил проверку всех ведьминских школ. Инспекция состоит из трёх Великих Инквизиторов. Подёргай за нити вероятности, дай подсказку, как их оставить с носом. Потому что, чует моя метёлка, не просто так король собрал комиссию из троих своих псов. Зреет новый виток охоты на ведьм”.

Конечно, Веда тут же бросилась строить свои модели. Я мало что понимала в этом виде магии, так что просто дождалась, когда мы дойдём до той части, где рыжая всё посчитала и сделала выводы.

— Школы закроют? — Мара села рядом на моей постели. — Но ведь мы получим свой аттестат, верно?

— Да, мы успеем, — наша вероятница кивнула и сдавила пальцами переносицу. — Проблема не в нашем образовании.

— Проблема в том, что они собираются закрыть все школы. А если их закроют, то ведьмы потеряют возможность получать образование, что повлечёт за собой необходимость всеобщего запечатывания. Всё следующее поколение ведьм просто оставят без будущего. Вы были у меня в голове и знаете, что такое блокировка нейрином. Я едва пережила её…

— Ты была ребёнком, — тихо напомнила Мара.

— Они тоже дети, — я прикусила губу и не глядя махнула рукой, чтобы открыть форточку. — Кто в составе комиссии? Я не уловила из твоих воспоминаний.

— Я торопилась и показала только главное, — Ведана слегка смутилась. — Мне пришлось задать тёте несколько наводящих вопросов, чтобы построить схему. Она сказала, что имен ещё нет.

— Значит, схема будет неполной? — зацепилась я. — Вероятность событий может измениться, когда станет известно, кто в составе комиссии?

— Я учла это в рассчётах, — сестра покачала головой. — У нас есть четверть одного процента, что удастся сохранить нашу школу. Только её. И мне не удалось докопаться, какие события ведут к этой вероятности: слишком тонкая нить. Волосок практически.

— С помощью волоска можно приготовить сотню мощных зелий, — невпопад прокомментировала Мара. А потом всё же пояснила: — Помните десятое правило ведьм? “Невозможно — это проклятие, и у него всегда есть лазейка”. Эти полпроцента — наша лазейка.

— Четверть, — педантично поправила её Веда. — Четверть одного процента.

— Вы обе правы, — я сделала глубокий вдох. — Четверть процента — это мало. Лилит мне свидетельница, я даже не беру в расчет такую погрешность, когда работаю с артефактами! Но она, эта погрешность, этот маленький шанс повернуть события в нужное русло — существует. Ты ведь сама любишь говорить, что…

— Если существует малейшая вероятность некого события, то оно вполне может произойти, — проговорила она, слегка успокоившись. — Но в нашем случае нельзя оставлять всё на самотёк. Ставки слишком высоки, Стана. Мы не можем просто получить свой аттестат и улететь заниматься своими делами.

— Конечно, нет, — я через силу улыбнулась и обняла сестру. — Как говорит твоя тётя, чует моя метёлка, что к нужной нам вероятности ведёт одна важная переменная.

— Мы? — хмыкнула Мара. — Логично, учитывая, что нам стало известно о проверке и её истинных мотивах так рано.

Мы согласились, что это звучит здраво, и сели втроём на пол. У нас было несколько дней до того момента, пока школу не закроют. И мы собирались сделать всё возможное, чтобы четверть процента вероятности стали явью.

Глава 23. Лунное зелье

В отличие от “лунного зелья”. Его рецепт мы нашли в одном очень древнем фолианте, написанном от руки. Я подозревала, что это была книга теней одной из первых Верховных, но подписей на ней не было.

Итак, некая ведьма писала, что для зелья, которое позволяет подпитываться от другого мага или ведьмы, полностью разрушая при этом его или её ауру, требуется целый перечень редких и даже мифических компонентов. Например, лунная слеза.

Легендарный кристалл, образующийся раз в сто лет на вершине горы, которую никто и никогда не видел. Где его взять? Тайна, покрытая мраком.

Далее. Кровь беса. Весело, учитывая, что бесов могут призывать единицы. К тому же, бес — существо бестелесное, и откуда взять его кровь, непонятно.

Пепел сожжённой ведьмы. Тут, вообще, без комментариев.

Мало вам? Добавьте, пожалуйста, в список покупок сердцевину цветка папоротника, слёзы обречённого на казнь и чистый лунный свет.

— Да будут наши сердца связаны, как корни сплетаются в земле, как вода встречает небо, как звёзды освещают ночь, — бормотала я заговор, который буду читать над зельем. Просто так, чтобы думалось лучше.

Конечно, было бы легче работать, если бы я могла записывать свои мысли, но каждая каракуля могла стать нашим билетом на костер, поэтому мне приходилось обходиться без них.

Допустим, кровь беса мы можем заменить на кровь одержимого. У нас сохранились образцы крови сокурсниц со времен срыва Саграны. Или нет, уберу его из рецепта, чтобы ослабить формулу и исключить возможность обнаружения следов инквизиторами. Да! Ты гений, Стана. Хорошо…

Лунную слезу заменим на полночную росу и алмазную стружку. Да поможет Лилит, это сработает во взаимодействии с утренней росой. Ммм…

Слёзы обреченного закажу у смотрителя городской тюрьмы. Главное не забыть взять с него клятву. А то наплачет мне в склянку сам. Кто знает, какой эффект получит такое зелье?

Итак, основная проблема в пепле от сожжённой ведьмы, цветке папоротника и чистом лунном свете. Я полагаю, последнее означает, что варить зелье следует под открытым небом в лунную безоблачную ночь. На всякий случай, расставлю вокруг котла зеркала таким образом, чтобы свет при преломлении падал ровно в зелье.

— Папоротник и пепел…

Насколько мне известно, папоротник не цветёт. Чем его можно заменить? Какое у него действие в зелье? Усиление магических свойств остальных ингредиентов? Нам не нужно настолько мощное приворотное, так что мы можем просто подумать над другим катализатором. Измельчённый в порошок кварц, аметист или обсидиан? Они одинаково усиливают проводимость магической энергии. Но не будет ли конфликта с алмазной стружкой? Структура разная, но… Хмм…

Ладно, а что с пеплом? Пепел сожженной ведьмы. Как бы его добыть? Кровь и плоть ведьмы, энергия её смерти…

— Выкопать могилу и сжечь труп какой-нибудь почившей старушки-ведьмы?

Но где её найти. Да и игры с чужими останками могут плохо закончиться для нас. Нет, тут нужно что-то в обход. Что-то не столь очевидное. Земля с могилы?

— Пекло! Энергия смерти мне всю страсть из состава любовного напитка загадит!

Но убрать столь мощную составляющую тоже нельзя. Я и так заменяю “лунную слезу” и цветок папоротника.

— А что если использовать пепел живой ведьмы?

Я посмотрела на свою руку. Отрубить кусочек мизинца и сжечь его? Энергия боли. Нет, не подходит.

— Используй свою кровь, — подсказала Мара, заставляя подпрыгнуть от неожиданности. — Окропим платок, сожжем его и вмешаем в зелье.

— Добровольно отданная кровь, — я хмыкнула и снова легла на кровати. — Это может сработать усилителем. Тогда в пекло порошок из камней, конфликта со стружкой точно не будет.

— Понятия не имею, что ты там бормочешь, — она пожала плечами. — Я пришла рассказать, что происходит вне твоего кокона раздумий. Школа полностью соответствует всем требованиям. Пришлось вывезти половину библиотеки, включая старую мебель. Кладовые тоже остались практически пустыми. Часть учителей, которые, оказывается, даже не оформлены в штат, уехали полчаса назад. Их записи от своего имени переделывают оставшиеся, а старые вывозятся к дому директрисы и там сжигаются под максимальной магической защитой. Да, она перестраховалась. Нам повезло, что Васира поверила в предсказание, написала своей подруге из первой школы, и та подтвердила проверку. Директриса даже успела собрать с остальных школ полный список их нарушений, чтобы избежать их у нас. Поверить не могу, что в администрации каждой школы у неё было по должнице. Официально заявляю: она мой кумир.

Васира была ведьмой старой закалки. Частенько она напоминала мне Ядвигу. Возможно, будь она сильнее магически, заняла бы место за столом Верховных.

— Это замечательные новости! — я размяла шею. — А Веда ещё не возвращалась?

— Нет, — Мара покачала головой.

Дверь повторно открылась и с двумя окровавленными ножами в комнату ввалилась наша третья подруга.

— Веда уже тут, — она подняла кинжалы над головой. — Два из трёх образцов есть. Это хорошая новость, но есть и плохая.

— Естественно, — я закатила глаза. — Третьего образца-то у нас нет.

— Это ерунда, — она отмахнулась от меня, аккуратно собрала кровь с лезвий в склянки и пометила инициалами. — Главная проблема в том, кто будет в составе комиссии.

— И-и-и?

— Герцог Аринский, лин Оуре и лин Фонтиль! — провозгласила она. — Герцог Смерть, Кровавый Джек и Проклятый Стилет.

Сердце замерло и болезненно сжалось. Герцог Смерть, лин Аринский. Тот, кто спас от казни сначала меня, а потом Ведану. Единственный справедливый инквизитор в нашем королевстве.

— Мы не можем уповать на его порядочность, — Мара присела на край моей кровати и ободряюще сжала плечо. — Не тогда, когда на кону жизнь и благополучие всего следующего поколения ведьм.

— И не когда он уже закрыл за мнимые нарушения шесть школ.

Я закрыла глаза, соглашаясь с аргументами сестер. Они правы. Абсолютно и целиком правы, но почему от этого лишь больнее?

— Привороты никогда не проходят бесследно для привязанного, — мой голос звучал ломко и хрипло. — Мы отплатим ему за доброту болезнями, алкоголизмом или смертью.

— Ты сможешь это сделать?

Я зажмурилась сильнее. Прямо сейчас моё сердце обливалось кровью. Медленно умирало от осознания собственной беспомощности. Я не могла остановиться. Не из-за кресла Верховной, гори оно синим пламенем, нет. Мы молоды, успели бы найти иной путь к власти. Но целое поколение ведьмочек. Все, кто должен был выпуститься в следующем году. И все, кто только поступил. Целое поколение! Воспитанное при нашем непосредственном участии, когда каждая девочка получала поддержку и защиту. Я не могла их подвести. Просто не могла!

— Стана? — вновь позвала меня Ведана. — Ты сможешь сделать то, что должна?

В нашем королевстве у нас не было шансов на спокойную жизнь. Да и в соседних тоже. Может, стоило бы собрать всех и махнуть в Тёмную Империю? Его Темнейшество привечал ведьм. Правда, там на нас будет сумасшедший спрос в качестве невест. Отбиваться от лордов, которые готовы на все, лишь бы получить своего наследника… Насилие, похищения, шантаж — вот, что ждало этих девочек у тёмных.

— Стана? — Мара сжала моё плечо чуть сильнее.

Мне хотелось свернуться в комочек. Ещё никогда я не стояла перед таким тяжёлым выбором. Было легко приговорить к смерти трех злодеев-инквизиторов. Но Дамиан Аринский — совсем другое дело. Мужчина, который первым пришёл в моих взрослых снах. Тот, вырезки из газет о ком, я до сих пор собирала в тайной шкатулке…

— Я сделаю, — я выдохнула и облизнула губы, с удивлениям ощутив солёный привкус своих слёз. Вытащила из кармана платок и вытерла влажные дорожки с щёк. — Он сделал много хорошего для нас, но сделает ещё больше, если не закроет школу.

— Ты уверена? — Ведана присела на корточки передо мной. — Если нет, мы с Марой проведём ритуал без тебя.

— Нужна Старшая круга, — я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Мне в любом случае придётся сделать большую часть самой.

Было немного стыдно за слабость перед сёстрами, но они видели все мои мысли при полном слиянии. Поэтому моё особое отношение к герцогу не для кого ни стало открытием. Конечно, меня за него подкалывали и неоднократно. Но сейчас, когда я оказалась в ситуации, когда необходимо буквально предать человека, перед которым я в неоплатном долгу, никто не смел озвучить.

— И нам нужен третий образец, — напомнила Мара. — Кто не попался в западню?

— Аринский, — Веда едва не пританцовывала на месте. — В общем, помните, за что я сюда попала?

— Что-то украла, — припомнила я. — На спор с сёстрами.

— Что-то украла, — рыжая бестия усмехнулась. — Платок Дамиана Аринского. И так уж совпало, что за пару часов до этого он порезался, когда брил свой мужественный подбородок на постоялом дворе. Ну я так предполагаю, потому что у него была царапина, когда он меня поймал. Должна признать, это было так быстро, что я даже не успела испугаться. Зато успела спрятать платок.

Она достала из-под кровати свой зачарованный сундучок с милыми сердцу вещами и достала из него бумажный сверток.

— Ты все это время держала в нашей комнате платок с кровью инквизитора? — уточнила я. — Почему я не видела этого во время полного слияния?!

— Понятия не имею, — она пожала плечами. — Возможно, я не считала это важным. А может, ты не разглядела.

— Я не разглядела что-то, связанное с Аринским? Это даже звучит не очень правдоподобно.

— Согласна, — поддержала Мара. — Она вытащила мои первые впечатления о нем, чтобы посмотреть, вижу ли я его таким же красивым.

— Не сочиняй, — рассмеялась я. — Ты подсунула мне их сама, я никуда не лезла.

— Но если бы я не подсунула, ты бы полезла, — закивала она. — Так что… О чем мы говорили?

— О том, что приворот на мужика, в которого Стана, очевидно, безумно влюблена, не такая уж плохая идея, — Веда поиграла бровями. — Кроме того, от него у тебя будет ну очень сильная дочь, а ещё Великий инквизитор — в хозяйстве весьма полезная штука.

Я прикрыла глаза, мысленно раскладывая будущее зелье на части. Само по себе лунное зелье — не приворот. Оно вытягивает чужую магию, разрушая ауру. Но если ослабить состав и использовать кровь конкретного мага для настройки, можно попробовать не разрушить защиту, а ненадолго приоткрыть её. Это будет только первый шаг.

Второй — обряд. Нужно привязать следы погибших душ к защитным татуировкам инквизиторов, чтобы те сами удерживали чужую магию. А третий — проклятие, которое свяжет их волю с моей. Получится не один классический приворот, а три связанных воздействия. Если всё сработает, в новолуние обряд как бы заснёт, а по моему требованию может пробудиться снова.

Базовый рецепт самого действенного приворотного зелья включает в себя шестьсот капель утренней росы, пыль лепестков розы, дикий мёд, горсть боярышника, пять корней страсти — имбирь, мандрагора, мак, дамиана, женьшень. Остальные ингредиенты зависят от дополнительных факторов. Ничего сложного.

Глава 24. Суп, котлеты и компот

Веда и Мара суетились на кухне, а я стояла на раздаче. За день привыкла, поэтому все движения совершала автоматически, не задумываясь. Налить суп в чашку, бухнуть пюре в тарелку, рядом бросить котлету. Дальше. Налить суп в чашку, бухнуть пюре в тарелку, рядом бросить котлету. Дальше.

Когда подошли члены комиссии, движения мои не изменились. Только суп я зачерпнула из другой кастрюльки. Три чашки супа с зельем, три стакана компота, сдобренного им же для пущего результата. Ядвиге наливала уже обычный суп.

Высокая черноволосая ведьма внимательно следила за моими движениями. Узнала? Или боится, что и её отравлю? Зря! Нормальные ведьмы своих не обижают. А я нормальная ведьма, самая правильная: вредная, язвительная и свободолюбивая. А потому инквизиторам спуску не дам. Даже Аринскому.

Одна Лилит знает, чего мне стоило не смотреть на него, когда он подошёл так близко. Я мысленно обещала себе все кары и пытки, лишь бы не дать слабины. Слишком велик был шанс, что Великий Инквизитор разглядит что-то в моих глазах, и вся идея пойдет коту под хвост. Нет, я не могла этого допустить!

Повезло, что до обеда комиссия успела изучить всего один этаж, никаких нарушений они там не нашли. Но мы с сёстрами понимали, что это всего лишь вопрос времени. Насколько бы идеально не была готова наша школа, при желании всегда можно найти повод для закрытия. Поэтому чем скорее лины Аринский, Оуре и Фонтиль станут рабами моей воли, тем лучше для нас, нашей школы и всего ведьминского сообщества!

— Всё будет хорошо, — Веда пихнула меня плечом, стараясь поддержать.

Я кивнула, по-прежнему не поднимая взгляда от пола. Нельзя смотреть на инквизиторов. Нельзя смотреть на Дамиана. Ни в коем случае нельзя!

После того, как все получили свой обед, директриса велела нам тоже садиться за столы. Отчасти свободным оставался только тот, где сидели инспекторы. К слову, уселись они на наши места. Поэтому мы чинно проследовали к привычному месту трапезы и неловко приземлили пятые точки на мягкие стулья.

— Положено сначала спрашивать, а потом садиться, — поморщился низенький мужичок с глазками-бусинками и волосатыми пальцами.

Лин Оуре, дважды вдовец. Не мудрено. Я бы тоже смерть предпочла такому мужу.

— Кем положено? — уточнила Мара, приступая к трапезе.

Ядвига хмыкнула и последовала её примеру. Остальные пока не ели, наблюдая за развитием событий. Я же продолжала мысленно придумывать методы пыток для себя на случай, если выдам приворот герцогу.

— Приличным обществом, — выцедил он сквозь зубы.

— Ну вот если приличным обществом положено, они пусть и спрашивают, — светловолосая язва пожала плечами и как ни в чем не бывало продолжила поглощение супа. — А мы, ведьмочки, народ простой. Манерам научены, но весьма ограниченным образом.

— И чем же они ограничены?

— Нашим настроением, — ответила я вместо Мары. — Приятного аппетита.

— Супчик в таверне заказывали? — Уточнил Аринский, принюхиваясь к еде.

Я вскинула на него взгляд, чувствуя, как рядом напряглась Веда.

— Обижаете, — я натянуто улыбнулась. — Сами варили. Вот этими самыми ручками.

— Прекрасные ручки, Стана, — обворожительно улыбнулся он, глядя прямо в глаза.

Стана, держи себя в руках! Держи себя в руках, я сказала!

Он меня вспомнил! Снова вспомнил! Назвал по имени и смотрел теперь с такой теплотой, что мне вмиг стало совестно за все те муки, которые ему предстояло пережить. О, Лилит, ну почему именно он?! Почему нельзя было послать кого-то другого? Моя рука не дрогнула бы даже над кубком короля! Но Дамиан Аринский…

“Дыба, — прокручивала я в голове, продолжая улыбаться ему. — Острая груша. Колесование. Проклятая табуретка. Медный бык”.

Дамиан был ещё более красивым, чем я его запомнила по прошлым встречам. Высокий и широкоплечий с длинными черными волосами, собранными в хвост. Несколько седых прядей придавали ему более мудрый и благородный вид. А глаза? Глаза — серые, большие и выразительные. Я только у него такие и видела.

— Интересно, как такие ручки могут варить столь потрясающий суп. А в следующую секунду подсыпать кому-то яд, — заговорил лин Фонтиль, задумчиво набрал ложку бульона и вылил его обратно.

Пекло! Неужели, понял? Догадался, что в супе зелье?

— Вы в чём-то обвиняете лично меня или всех ведьм? — напрямую спросила у него, глядя тому в глаза.

Наверное, не удивительно, что моя совесть молчала, когда я смотрела на Фонтиля. Мне было совершенно безразлично, если бы он сдох в муках. Туда ему и дорога!

Но я впервые задумалась, насколько идея была опасной. Почему-то ни разу не предполагала, что зелье могут обнаружить. Как? Мы всё продумали! Просчитали любые способы анализа! Зелье не должно было обнаружиться даже магией!

— Ну что вы, мой товарищ всего лишь хотел сказать, что суп настолько же вкусный, насколько смертоносны яды, которые умеют варить ведьмы, — попытался сгладить неловкость Аринский.

Свой суп он уже доел и приступил к овощному пюре.

Я продолжала буравить взглядом Фонтиля.

Герцог легко бы раздавил мою голову ладонями или рассек пополам своим мечом. Фонтиль мог бы улыбаться в лицо и строить козни за спиной, мог бы отравить, да. А Оуре… Оуре с каменным лицом отдал бы приказ убить ребёнка на глазах её матери, а затем сжёг бы и саму женщину заживо. Этот человек явно не слышал ничего о чести, доблести и совести.

— Я хотел сказать только то, что сказал. Ни меньше, ни больше.

— На большее, вероятно, вы и не способны, — холодно обронила Ядвига, прожигая его взглядом. — Что же вы молчите, лин Оуре? Только что делали девушкам замечание по поводу манер. А теперь не хотите напомнить о правилах хорошего тона коллеге и другу? Насколько же невежливо вести себя подобным образом в гостях? Девушки собственноручно приготовили обед для дорогих гостей. Думаете, у них не было других дел? Стана, расскажи господам-инквизиторам о своём исследовании, будь добра.

— О котором, госпожа Верховная Ведьма? — Ведана усмехнулась. — Мы практически каждый месяц отправляем вам что-нибудь интересное. О чём именно вы хотите поведать гостям?

— Защитный артефакт, — подсказала Ядвига.

— О, это идея Мары, — я прочистила горло и заговорила. — Многие ведьмочки подвергаются насилию со стороны мужчин. Нас, как правило, некому защитить. Мы либо сами применяем магию, а потом становимся объектом преследования доблестной инквизиции. Либо вынуждены терпеть насилие и молчать о нём.

— Процент вынужденных абортов среди ведьм в восемь раз выше, чем среди девушек других магических конфессий, — добавила Мара. — Процент самоубийств вследствие такого насилия в пять раз выше. Это только по официальной статистике.

— Каждая вторая ведьма подвергается попыткам изнасилования ещё до того, как успеет достигнуть возраста половой зрелости, — подключилась Веда.

— Поэтому я создала артефакт, который имеет три этапа активации. Этап первый — звуковое оповещение с предупреждением, что продолжение насильственных действий будет жёстко пресечено — и лёгкое болевое воздействие на насильника.

— Второй этап — ослепить и оглушить насильника. Если он не прекращает свои действия, то активируется второе заклинание, которое как раз и влияет на зрение и слух. Дает возможность жертве сбежать.

— Третий этап — портал в безопасное место. Для учениц нашей школы — это наша школа. Также можно заложить координаты любого другого места.

— И как же именно вы собираетесь отличать добровольную связь от насильственной? — гадко успехнулся Фонтиль, доедая свой суп.

— У ведьм в возрасте до восемнадцати лет артефакт будет активироваться при попытке вступить в любую связь, — отрезала я. — У совершеннолетних будет активация коротким заклинанием, причем достаточно мысленного произнесения. Заткнуть рот ведьме теперь будет недостаточно.

— Звучит очень интересно, — похвалил нас Аринский. — Меня смущает только стоимость такого артефакта. По сути, это очень сложная структура. Даже если получится реализовать все заклинания в одной матрице, стоимость будет запредельной. Один только портал стоит целое состояние.

— У меня есть опытные образцы, — я пожала плечами. — Самая дорогая часть — портальный камень. тут вы правы. Но безопасность девочек и девушек того стоит. Вам не кажется?

Великий инквизитор долго смотрел на меня с тёплой улыбкой на губах. Мне оставалось лишь предполагать — настоящая это эмоция или уже начал действовать приворот? А потом Аринский заговорил:

— Подавайте на патент. Я постараюсь со своей стороны повлиять на комиссию, чтобы патент одобрили и взяли в реализацию. Такой артефакт был бы полезен не только ведьмам, но и магессам.

— Нам не интересны беды магесс, — Ведана подала Фонтилю салфетку, а потом даже помогла ему вытереть губы от капелек компота, перегнувшись через стол. — Защищать их — ваша работа.

— А вот нас защитить некому. Кроме нас, разумеется, — добавила я.

— Блестящая разработка, — похвалила Ядвига. — Я голосовала за её регистрацию в нашем реестре. Но остальных Верховных смутила как раз цена производства. Если вы сможете удешевить себестоимость, мы тут же начнем поставлять браслеты в школы.

Разговор плавно перетёк на обсуждение финансирования школ. Я исподтишка наблюдала за инквизиторами, ожидая, когда действие зелья войдет в полную силу.

Ничего не происходило.

Аринский спокойно доел пюре и потянулся за компотом. Фонтиль больше не пытался меня поддеть, зато подозрительно разглядывал каждое следующее блюдо, будто ждал, что из котлеты вот-вот выползет змея. А Оуре кривился так, словно ему подали не обед, а помои из свинарника.

— Как вы видите, в восьмой школе действительно всё в полном порядке, — Ядвига игриво повела плечиком. — Можно утвердить финансирование и считать миссию выполненной.

— Финансировать ведьминские школы из королевской казны — всё равно что поливать сорняки, — процедил лин Оуре, отодвигая тарелку. — Растут быстро, пользы никакой, а выкорчевать потом сложно.

Очень агрессивно. Очень. Мужик под приворотом не должен так отвечать. Хотя рано, зелье должно подействовать после сна. Но вдруг не сработало? От этой мысли по спине пробежал холодок. Я трижды проверила рецепт, рассчитала дозировку на каждого: учла вес, примерный магический резерв, возраст. С Аринским, правда, пришлось брать на глаз. Выглядел он здоровым. Очень здоровым. Так, Стана, не о том думаешь!

— Выкорчёвывать следует старых уродов, — заворковала Ведана, — которые, прикрываясь законом, пытаются компенсировать свои комплексы из-за мужской несостоятельности.

Теперь напряглись мы с Марой. Язык у Веды острее любого кинжала, и в обычный день она пускает его в ход ради удовольствия. Но если рыжую бестию по-настоящему разозлить, шутки заканчиваются, а на их место приходит уничтожение мужской самооценки в особо жестокой форме расчётливой и стервозной ведьмой. Именно такая ведьма сейчас с вызовом смотрела на невысокого мужчину с глазками-бусинками и непомерной тягой к жестокости.

— Простите? — нахмурился Оуре.

— Я-то прощу, — кивнула Веда. — А вот девочки из Берестино, которых вы заживо сожгли, не зная, кто из них дочь ведьмы, вряд ли когда-то вас простят.

Он молчал, прожигая взглядом Ведану, а та как ни в чём не бывало доедала суп. Я прикрыла глаза и мысленно коснулась эмоций сестры по Кругу. Выглядела она спокойно, да. Но внутри у неё всё клокотало от ярости. Мара, кажется, тоже это почувствовала и перетянула огонь на себя, пока рыжая не наговорила лишнего.

— Вам снятся ночами их крики? — участливо спросила она.

— Как вы смеете?! — взревел Оуре.

— А как вы посмели продать в дома утех больше сотни женщин? — продолжила Мара, ничуть не смутившись. — Просто потому что они были ведьмами. Слабенькими, но вы и их запечатали под видом наказания за выдуманные преступления.

— Вы уже потратили вырученные деньги? — уточнила Веда.

Хамить мы умеем. Злить могущественных инквизиторов, судя по всему, тоже. Только вот непонятно зачем. Я покосилась на Аринского. Великий инквизитор смотрел на моих сестёр с интересом, без капли гнева. Будто наблюдал за котятами, которые решили напасть на сторожевого пса. Лилит, лучше бы злился!

— Давно вы уже связаны? — резко сменила тему Ядвига, наблюдая за нашими отчаянными попытками выглядеть храбро.

— Несколько месяцев, — ответила я и придвинула к себе тарелку с пюре.

— Я, конечно, не очень разбираюсь в ваших традициях, — поддержал беседу лин Фонтиль, — но разве это не редкость? Полноценный Круг в столь юном возрасте?

— Вы правы, — кивнула Верховная. — Редкость. Я собрала свой Круг в тридцать. И даже это довольно рано.

Ведана гордо расправила плечи, Мара продолжила есть. Я тоже решила, что гордость гордостью, а пюре само себя не доест. Вскоре тарелки опустели, ведьмочки наелись, и инспекторам предложили отдохнуть с дороги. Те согласились.

Всё. Оставалось только ждать, когда зелье войдёт в силу. Если господа инквизиторы соизволят поспать после обеда, то уже к вечеру мы увидим небывалый эффект. Если, конечно, не придётся наблюдать собственную казнь.

Глава 25. Привороты не туда

Мы стояли, низко опустив головы, и старательно изображали стыд и чувство вины.

— Вы понимаете, что натворили? — устало спросила Васира.

Мы синхронно кивнули. Этот кивок мы не отрабатывали специально, но опыт обычно давал о себе знать. Видимо, на сей раз вышло неправдоподобно, потому что директриса прищурилась.

— Вы нахамили троим самым опасным инквизиторам королевства! Сильнейшим магам! Людям, которые приехали решать судьбу этой школы!

Мы облегчённо выдохнули. Опять синхронно.

Значит, отчитывает за разговор. Когда спустя полчаса после обеда нас вызвали в кабинет директрисы, я решила, что зелье обнаружили. В голове уже успели пронестись допрос, камера, суд и костёр. Причём костёр почему-то представлялся очень неудобным. А тут всего лишь хамство. Хамство мы переживём. Костёр пережили бы вряд ли.

Дальше была длинная лекция о правилах поведения, уважении к гостям, политической обстановке в королевстве и нашей удивительной способности создавать проблемы на ровном месте. Я честно слушала первые пять минут. Потом начала считать трещины на потолке. На двадцать седьмой в кабинет влетела запыхавшаяся Весна, наша преподавательница зельеварения и единственная знакомая мне ведьма в очках.

— Там… Там…

Васира тяжело вздохнула и налила воды гонцу с плохими новостями. Отдышавшись, Весна всё-таки сумела объяснить причину своего визита.

— Герцог носится по двору и машет мечом! Уже пару деревьев срубил, благо домовые рядом были, ведьмочек оттащили. Лин Оуре ходит за ним и кричит: «Сжечь! Я должен сжечь всех! Жгите ведьм!» А лин Фонтиль… Он всем рассказывает, что на королеву готовится покушение и он обязан его предотвратить. А вместо этого находится здесь, непонятно зачем.

Глаза Весны за стёклами очков были полны ужаса.

Я не знала плакать или смеяться. С одной стороны, было настолько смешно, что пришлось впиться ногтями в ладонь. С другой стороны, непонятно, почему приворот сработал на инквизиторах именно так.

Васира, не сказав ни слова, бросилась разбираться. Едва сдерживая рвущийся наружу смех, мы побежали следом за главной ведьмой нашей школы.

— Как думаете, получилось? — шепнула Мара на лестнице. — Как минимум, мы обошли защиту инквизиторов. Уже большое дело!

— Не каркай, — шикнула на неё Веда. — Сначала посмотрим.

Всё было именно так, как описывала Весна. Герцог рубил мечом очередное дерево. Оуре пытался сжечь всех ведьм разом, приказывая им же самим прыгать в костёр. Старшекурсницы огрызались из-за спин преподавательниц, мол, сам прыгай. Фонтиль вцепился в плечо Весны, которая выскочила во двор следом за нами, и требовал немедленно показать ему дорогу к королевскому дворцу. А Ядвига стояла на крыльце, сложив руки на груди, и смотрела на всё это с видом довольного кота.

Вот кого ситуация совершенно не пугала.

Заметив ухмылки на наших лицах, Васира быстро сложила два и два. Зевак разогнали по комнатам, на горе-инквизиторов наложили стазис, а нас отправили обратно в кабинет.

Вскоре мы вновь изображали всё раскаяние ведьминского рода, на этот раз стоя перед тремя остекленевшими инспекторами. Вы когда-нибудь пытались делать вид, что вам очень стыдно, когда на самом деле хочется одновременно смеяться и плакать? Тогда вы понимаете, как это выглядело.

— Как вы могли? Как вы вообще до этого додумались?! — причитала Васира, заламывая руки.

Как раз в этот момент раздались ироничные аплодисменты. Мы обернулись. В кабинет вошла Ядвига.

— Браво. Вы смогли напоить зельем трёх Великих инквизиторов так, что они ничего не заметили. Как?

— Их собственная кровь и неприкрытая агрессия, — пожала я плечами, стараясь не смотреть на директрису.

— Если бы мы мило улыбались, беседовали о погоде и хвалили мужество инквизиторов, они бы поняли, что от нас нужно ждать подвоха, — пояснила Мара.

Изначально мы собирались просто игнорировать гостей, чтобы не вызывать лишних подозрений. Но у светловолосой и рыжей ведьм было своё мнение на этот счёт. Сёстры поняли друг друга без слов. А я не догадалась. Вот тебе и Старшая.

— Очень тонкая игра. Молодцы, — кивнула Верховная. — Васира, оставьте нас.

Директриса, ошарашенно наблюдавшая за нашим разговором, машинально кивнула и пошла к выходу. Кажется, именно в эту минуту она окончательно поняла, что мы провернули всё за её спиной. Стало совсем стыдно. Что спалились.

— Простите, — тихо сказала я.

— Потом поговорим, — вздохнула Васира и закрыла за собой дверь.

Ядвига дождалась, пока стихнут шаги в коридоре.

— Итак. Я вас поздравляю. Вы сумели сделать временно слабоумными тех, кто решает судьбу всех ведических школ Кессании. Не уверена, что это хорошая новость.

— Кхм… Вообще-то они не временно слабоумные, — возразила Веда. — Слабоумными они были и до нас.

— Мы не лишали магов рассудка. Всего лишь подарили им совесть, — улыбнулась Мара.

— Двойной приворот на крови с привязкой к ауре, — отчиталась я. — Сначала к их жертвам, потом ко мне. Пока они разбираются со своей совестью, моя воля для них закон. Прикажу подписать разрешение на работу школы — спросят, на какой срок, и подпишут. Велю покончить с собой — спросят, каким способом.

В кабинете стало очень тихо. Ядвига медленно села за стол директрисы.

— Приворот на магов действует до ближайшего новолуния, — сказала она наконец. — Вы выиграли время, но не более того. Потом они вспомнят всё и потребуют у Его Величества сатисфакции.

— Не совсем. В новолуние спадёт приворот к душам. Но души уйдут в татуировки инквизиторов: метки службы, боевые знаки, защитные символы. Их собственная защита от магии ведьм станет оружием против них же. Вместе с первым приворотом уснёт и мой.

— И что дальше? — Верховная достала из кармана небольшую записную книжку и что-то в неё записала.

Ведана уселась напротив неё, закинула ногу на ногу и улыбнулась, как кошка над пойманной мышью.

— А дальше Стана произносит короткое заклинание-призыв, и души возвращаются. Снова становятся совестью этих господ и возвращают в силу приворот к нашей Старшей. Понимаете? Каждый раз приворот спадает и возвращается вновь! Пока кто-нибудь не догадается разрушить основу.

— Простое зелье не могло дать такой эффект, — настороженно заметила Ядвига. — Что вы использовали для базиса?

— Какое это имеет значение? — резковато ответила Мара.

Я дёрнула подругу за рукав и указала на место рядом с Ведой. Та послушно села на стул для посетителей и насупилась.

— Базис похож на яд, который принимают инквизиторы во время посвящения.

Верховная вписала что-то ещё в блокнот и подняла на меня полный понимания взгляд.

— «Святая гибель»?

— Именно.

Почти правда. Полный рецепт знали только мы трое — и так должно было остаться. Лунное зелье даже по сравнению с ядом для инквизиторов — сложная и древняя штука. А самое главное — запрещенная. А мы и так рассказали Ядвиге очень много.

— Потрясающе! Вы обратили магию, которая призвана обнаруживать и нейтрализовать наши чары, против самих инквизиторов!

Мне хотелось гордиться. Очень. Но вместо этого я серьёзно посмотрела на Верховную.

— Да. Таков и был наш план. Но вы должны понимать: приворот к погибшим — тёмная магия. Мы вмешиваемся не только в память, но и в след чужой души. Если Совет узнает, как мы взяли под контроль инквизиторов, нас не простят. Меня не простят.

— Понимаю, — Ядвига медленно зачеркнула что-то в своей книжке. — Я хотела вынести ваше зелье на Совет как вклад в развитие ведьминской магии. Но для этого придётся дать полный рецепт для изучения всем Верховным. А в нашем случае это действительно опасно. Нет, от казни я вас защитила бы. Но о месте Верховной тебе пришлось бы забыть. Думаю, лучше будет, если вы придумаете другую разработку. Или всё-таки рискнёте отдать рецепт Совету?

— Нет, — в один голос ответили мы втроём.

Я вздохнула. Обидно. Я даже название придумала: «Совесть инквизитора». По-моему, забавно.

— Вот теперь я вижу настоящий Круг, — усмехнулась Ядвига, закрывая блокнот.

— Придумаем что-нибудь другое для вклада в историю, — пообещала Ведана. — Что-нибудь менее смертоносное. Наверное.

Мара уткнулась лбом мне в плечо, пряча смех. А я посмотрела на застывшего Аринского. Серые глаза под действием стазиса казались стеклянными. Когда-то он спас меня от костра. Теперь я связала его волю со своей. Привороты никогда не проходят бесследно для привязанного, и платить за нашу школу придётся ему.

Наверное, судьба тоже иногда умеет шутить. Только мне почему-то совсем не хотелось смеяться.