Эндор 5

Глава 1

Мы оказались на голом каменном гребне между Сеосом и передовой крепостью.

Я сделал два шага по инерции, остановился и только потом посмотрел вниз.

Перед глазами вспыхнуло системное окно. По клановому каналу почти одновременно посыпались подтверждения — такое же получили все «Философы».

Групповое задание получено: «Передовая крепость Сеоса».

Цель: отбить Передовую крепость и вернуть её под контроль Света.

Награда: опыт, золото и предметная награда. Размер определяется личным вкладом.

Задание принято автоматически.

— Охренеть, — сказал Жора.

Никто не стал спорить с точностью формулировки.

Передовая крепость стояла примерно в пяти километрах к северу от Сеоса. Ещё утром она была человеческой. Сейчас над стенами висели чёрные знамёна, между башнями двигались тёмные фигуры, а главные ворота были распахнуты наружу.

Из них текла армия и шла дальше на Сеос.

Системные порталы прорыва открывались не там, где удобно участникам. Они привязывались к самой линии фронта. Если Свет продавливал Тьму, переход выводил к тёмной стороне участка прорыва. Если Тьма ломала светлую линию — система перебрасывала подкрепление туда, где эту дыру ещё можно было попытаться закрыть. В этот раз дыра уже была шире крепости и поэтому портал перекинул нас сюда. Очень заботливо со стороны Системы показать нам проблему с обеих сторон. Впереди — Тьма, за спиной — город.

А прямо под возвышением остатки армии Сеоса пытались выжить.

Наместник Сеоса Саркун стоял внутри сжатого человеческого построения. Его серебристо-белый плащ давно стал серым от грязи и крови. Щиты защитников уже не образовывали стену — лишь закрывали отдельные участки. Лучников осталось слишком мало, чтобы наносить противнику ощутимый урон. Маги били короткими заклинаниями, экономя ману. Лекари не успевали: рядом падали люди, возвращались на камень Перерождения где-то в Сеосе и уже не могли помочь тем, кто остался здесь.

Тьма сжимала их полукольцом.

Ещё немного — и сомкнёт полностью.

Саркун увидел нас, точнее, сначала двадцать шесть оранжевых аур на вершине гребня, затем и нас.

— ФИЛОСОФЫ?!

Голос прокатился над полем.

Я поднял молот.

Саркун ответил совсем не тем, что я ожидал услышать.

— УХОДИТЕ! ЗДЕСЬ НАМ ГАМБИТ! ЖДИТЕ У КАМНЯ ПЕРЕРОЖДЕНИЯ! НЕ УМИРАЙТЕ ВМЕСТЕ С НАМИ!

Я посмотрел на Ранка.

— Что он сказал?

— Что положение критическое.

— Я услышал. Что за гамбит?

— Полагаю, местное выражение.

Снизу Саркун продолжал орать:

— МЫ ОТПРАВИМСЯ НА ПЕРЕРОЖДЕНИЕ И ВЕРНЁМСЯ! ПОДКРЕПЛЕНИЕ УЖЕ ДОЛЖНО ИДТИ! НЕ ЛЕЗЬТЕ!

Сергеич подошёл ближе к краю.

— Алексей Петрович, разумно говорит.

Я повернулся к нему.

— Серьёзно?

— Нет. Просто хотел проверить, прислушиваетесь ли вы к советам старших.

— Проверил?

— Да. Всё стабильно.

Ранк уже смотрел не на Саркуна.

На противника.

— До передней линии около четырёхсот метров. Плотность высокая. Основной центр занят пехотой. Маги во втором эшелоне. Дальние — глубже. Если спустимся обычным строем, нас встретят до того, как доберёмся до хилов и магов.

— Поэтому обычным строем не пойдём.

Я повернулся к Пусе. Белка сидела на плече Иваныча.

— Пусь.

— Чего?

— Большая шишка.

Она сразу перестала ухмыляться.

— Насколько большая?

— Вся мана.

Пуся посмотрела на поле.

Потом на меня.

— Вся?

— Вся.

— Потом я бесполезная.

— Потом будешь командовать казной.

— Тогда ладно.

Она спрыгнула на землю.

Ранк повернулся ко мне.

— Одной шишкой строй не сломаем.

— Одной — нет.

Я поднял голос.

— Ург! Скорпион на край! Заряд!

Инженер уже тащил машину вместе с Мартеном и Торном. Рабочий скорпион мы всё-таки протащили через портал. Второй остался на Лазурном уступе несобранным до конца и, наверное, сейчас очень страдал без Урга.

— Куда бить? — крикнул он.

— В центр после Пуси!

— После шишки места может не остаться!

— Найдёшь!

Ург довольно оскалился.

— Найду.

— Таня!

— Вижу линию.

Лучница уже стояла чуть выше остальных. На тетиве появилась первая стрела.

— Не линию. Всё, что выживет после первого удара. Глаза, виски, шеи. Не трать стрелы в броню.

— Поняла.

Я посмотрел на магов.

Иара держала руки у груди. Между ладонями уже тлела красная точка. Вельта стояла неподвижно, только чёрные нити собирались вокруг пальцев. Нерис опустил посох к земле. Под ногами выступил иней. Гарак присел и положил ладонь на камень. Авен и Аделина переглянулись.

— Маги! — крикнул я. — Весь запас в одно заклинание!

Иара подняла брови.

— Прям весь?

— Весь.

— Лёха, после этого мы…

— Я знаю. По одному заклинанию. Самому сильному, какое можете удержать. Не экономить. Не оставлять на потом. Потом наступит, только если сейчас проломим им строй.

Аделина закрыла глаза.

Воздух вокруг неё дрогнул.

— Принято.

Ранк понял раньше остальных.

— Одновременный удар.

— Именно.

Он повернулся к людям.

— Дальняя линия, готовность! После команды Лёхи — три счёта! Никто не выпускает раньше!

Снизу нас уже заметила Тьма.

Часть переднего строя начала разворачиваться.

Саркун тоже это увидел.

— ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?!

— ЗНАКОМИМСЯ! — крикнул Сергеич.

— С КЕМ?!

Сергеич посмотрел на чёрную армию.

— СО ВСЕМИ!

Я не удержался.

— Хорош орать. Готовь щиты.

Сергеич поднял посох. Пуся встала на задние лапы. Я уже видел её Большую шишку. Тогда она показалась огромной. Сейчас я понял, что она просто экономила.

Над Пусей появилась первая тёмно-коричневая чешуйка, следом вторая, третья. Они начали соединяться и появилась небольшая шишка размером с кулак, затем выросла с голову и продолжала расти.

Когда деревянный снаряд стал выше Иваныча, тот сделал шаг в сторону.

— Петрович.

— Что?

— Я на всякий случай отойду.

— Разумно.

Шишка продолжала расти. Три метра. Пять. Толстое деревянное тело вытянулось над гребнем, обросло тяжёлыми чешуями и начало заслонять от нас часть поля.

Сергеич задрал голову.

— Вот он. Конец света.

Белка посмотрела на него одним глазом.

— Завидуй молча.

Один из магов Тьмы показал пальцем в нашу сторону, потом ещё один что-то закричал, и ближайшие бойцы остановились. Несколько щитов поднялись в нашу сторону.

По их строю пошло движение.

— Кажется, заметили, — сказал Жора.

— Поздно, — ответил Ранк.

Ург закончил наводку. Скорпион скрипнул натянутым механизмом.

Таня подняла лук.

Над Иарой рос огненный шар. Сначала он был просто большим. Потом стал шире ворот нашего дома. Потом свет от него лёг на склон так ярко, что тени ушли под ноги.

Чёрный луч Вельты пока не существовал. Только вся темнота вокруг неё стекалась к посоху. За спиной Аделины воздух уже вращал пыль по кругу. У Авена круг был шире. Нерис поднял обе руки, и над полем начала собираться белая туча из льда. Гарак что-то тихо сказал земле.

Я поднял молот.

— На счёт три!

Пуся прижала уши.

Иваныч опустил щит перед ней, как стенку.

— Раз!

Тьма начала ставить магические барьеры.

Поздно.

— Два!

Саркун внизу перестал кричать.

Все, кто ещё мог смотреть, смотрели на нас.

— ТРИ!

Пуся толкнула лапой шишку.

Деревянный снаряд сорвался с гребня и пошёл вниз почти по прямой, набирая скорость. Воздух перед ним загудел, и шишка вошла в передний строй Тьмы. Первые два строя лопнули ещё до контакта — их продавило самой волной. Третий строй встретил шишку щитами и исчез: свет вспыхнул над бойцами и погас.

Шишка прошла дальше, сминая переднюю линию, ломая копья, выбрасывая тяжёлых бойцов из строя. Чешуи отлетали от неё большими деревянными пластинами и сами превращались в снаряды. Одна такая пластина крутанулась в воздухе и снесла мага со второго ряда.

За ней ударил скорпион.

Болт влетел туда, где строй уже не существовал, пробил первого тяжёлого бойца, сбил второго и только в третьем потерял большую часть скорости.

Следом пришла Таня с дождем из стрел. Я не понял, как она вообще успевала выпускать их с такой скоростью. Стрелы заходили сверху под углом, выбирая то, что не закрывала броня. В глаз. Под край шлема. В висок. В шею. Один противник только поднял голову после шишки — древко уже торчало из глазницы. Второй развернулся к скорпиону и получил стрелу под подбородок.

Почти одновременно с Таней ударили маги.

Иара выпустила огонь и на поле опустилось маленькое солнце размером с трёхэтажный дом. Оно прошло над самой землёй и ударило во второй эшелон.

Огненный шар не взорвался сразу. На мгновение вдавился в строй, протащил несколько фигур вместе с собой, а уже потом раскрылся красно-белым куполом. Камень под ним почернел. Воздух ударил нам в лица даже на возвышении.

Вельта закончила плетение. Из её посоха вырвался чёрный луч толщиной с человека, и он прошёл через поле ровной линией. Щиты на пути вспыхивали и тухли. Доспехи темнели. Там, где луч находил слабое место, противник просто падал. Вельта медленно повела посохом слева направо, выжигая в строю полосу.

А потом пришёл воздух. Авен и Аделина подняли руки. Два вращения, до этого существовавшие отдельно, встретились над полем. Первое стало ураганом. Второе — узким торнадо.

Ураган вошёл в уже разбитый центр и развернул людей боком. Щиты вырывало из рук. Копья улетали. Те, кого шишка только сбила, теперь покатились по земле. Торнадо прошёл правее, подхватив сразу нескольких бойцов, поднял их над строем и бросил в своих же магов.

Нерис резко опустил руки, и белая туча над Тьмой раскрылась. Из неё не пошёл снег, а посыпались сотни ледяных копий. Они падали почти вертикально, входя в плечи, спины, головы. Магические щиты вспыхивали один за другим и гасли под плотностью ударов.

Гарак был последним. Наверное, потому, что земле потребовалось больше времени. Внезапно земля вздулась под ногами Армии Тьмы. Из земли полезли тонкие корни, потом толщиной с руку. Обхватывали ноги, руки, шею, захватывали туловище и тянули вниз в появившиеся в земле трещины. Один тяжёлый боец успел разрубить первую. Вторая схватила его за запястье. Третья — за шею. Корни дёрнули в разные стороны. Он исчез в вспышке смерти.

Я смотрел вниз и понимал, что моя задумка сработала слишком хорошо.

Там, где минуту назад стояла плотная армейская линия, теперь была полоса разбитой земли шириной в несколько десятков метров. Кто-то лежал, кто-то пытался подняться, кто-то отступал, не понимая, куда именно, а те, кто выжил без тяжёлых ран, со страхом смотрели на нас в ожидании, что ещё припасли для них эти двадцать шесть Легенд и белка с непонятной шишкой.

Внизу наместник медленно опустил меч. Саркун переводил взгляд с двадцати шести оранжевых аур на белку посреди развороченного поля.

— Это что за демоны? — выдохнул один из капитанов.

Саркун медленно провёл рукой по лицу.

— Это Свет.

— Я не про сторону.

— Я понял.

Ранк выдохнул рядом.

— Все дальние пустые.

— Совсем?

— Почти. Иара — ноль. Вельта — два процента. Нерис — ноль. Авен и Аделина — по единице. Гарак — четыре. Пуся…

Белка лежала на спине.

— Пуся?

Она подняла лапу.

— Живая.

— Мана?

— Какая мана?

— Понял.

Внизу остатки Тьмы перестали смотреть на армию Саркуна и медленно приходя в себя стали разворачиваться к нам. Сначала ближайшие, затем те кто стоял глубже, щиты снова стали выстраиваться в линию, за ними копья, стрелки, маги и лекари. Для них Саркун со своими ранеными бойцами перестал быть главной проблемой. Теперь главной проблемой были мы.

Я поднял молот и показал им вперёд.

— Ну вот, — сказал Сергеич. — Познакомились.

***

На гребне Лёха поднял два чудовищно тяжёлых оружия и молотом показал в сторону армии Тьмы.

Саркун увидел это и снова сжал меч.

— Всем приготовиться.

Офицеры повернулись к нему.

— Наместник?

— Атакуем вместе с ними.

— Нас слишком мало.

Саркун посмотрел на двадцать шесть оранжевых аур.

— Нам не победить.

Он поднял меч.

— Но умрём красиво.

***

— Лекари! — крикнул я.

Сергеич поднял посох.

Орен уже работал. Лена, Мираэль и остальные целители тоже.

После первого залпа маги почти опустели. Лекари сохранили больше — я специально не включал их в общий удар.

Теперь пришло их время.

— Вся мана на ближних!

Сергеич посмотрел на меня.

— Лечить заранее?

— Не лечение. Щиты поглощения. Всё, что умеет принимать урон вместо нас.

Мираэль сразу поняла.

— До пяти минут! — крикнула она. — Или пока не выбьют лимит!

— Значит, за пять минут успеем!

Сергеич довольно поднял посох.

— Вот это подход.

Свет пошёл по нашей линии. Первый огромный прозрачный щит закрыл Иваныча. Второй лёг на Мару. Потом на Джандара, Тагира, Борю. Дальше — Жора, Ранк, Мартен, Ург, Гред. Потом на меня. Световой слой обволок тело вместе с двумя оружиями и дрогнул, подстраиваясь под движение.

— Ближние готовы! — крикнул Ранк.

— Танки в первый ряд! Строимся клином!

Перестраиваться стали вовремя спуска. В острие встал я. Иваныч и Мара — чуть позади по сторонам. Жора и Ранк — следующим рядом. Джандар, Тагир и Боря держали края. Остальные ближники заполняли середину. Дальники и опустевшие маги шли внутри построения. Перед нами собиралась новая линия Тьмы. До неё оставалось метров сто.

Пятьдесят.

Тридцать.

Я опустил оба оружия.

— НЕ ОСТАНАВЛИВАЕМСЯ! ЦЕЛЬ — САРКУН! ПРОХОДИМ НАСКВОЗЬ!

Ранк подхватил:

— Клин не рвать! Упал сосед — закрываешь место! Не гонимся за отступающими!

Двадцать метров. Десять.

Я увидел глаза первого противника за щитом. Он тоже увидел меня и два двуручных оружия. Нарадумаар пошёл первым и щит встретил лезвие.

Мой класс отозвался сразу. Устойчивая структура. Слабый узел. Я довернул топор и щит треснул возле крепления. Молот пришёл вторым в тот же узел. Щит разлетелся. Третий удар уже не понадобился.

Нарадумаар прошёл дальше.

Оранжевая вспышка.

Первый враг исчез. Я шагнул в освободившееся место, как следующий копейщик попытался достать меня из-за плеча товарища. Чтение движения поймало разворот корпуса раньше наконечника.

Молот поднялся поперёк. Копьё ударило в древко.

Я отвёл его в сторону и Нарадумааром снёс копейщика вместе с защитой на плече. Шаг вперёд, ещё удар, Один удар, один враг. Я не рубился со строем. Я его косил.

Слева щит Мары принял меч. Она коротко ударила кромкой в лицо, не остановилась и тут же закрыла мне бок. Справа Иваныч встретил тяжёлый удар.

Мне хватило секунды. Молот в грудь. Вспышка, кто следующий!

Жора бил не по броне, он вообще редко уважал броню. Первому противнику кастет вошёл в рот. Второму — в нижнюю челюсть. Третьему Жора сначала сломал нос, а потом добавил сбоку так, что голова дёрнулась к плечу.

— ЛИЦО ОТКРОЙ! — орал он следующему.

— Зачем?!

— ТАК НАДО!

Ответ закончился ударом щита Мары.

Мартен работал молотом спокойнее меня. Один тяжёлый удар по колену. Следом в грудь. Ург шёл рядом и ругался на каждого врага, который мешал ему вернуться к скорпиону.

— Машина одна стоит!

— Воюй! — крикнул Ранк.

— Я и воюю!

Он вбил молот в чужой шлем.

— Но неправильно!

С заднего ряда раздался голос Сергеича:

— НАКЛОНИСЬ!

Я наклонился.

Посох просвистел над головой и с сухим ударом вошёл кому-то в переносицу.

Я даже не успел понять, как Сергеич дотянулся.

— Ты лечить не пробовал?!

— Щиты ещё висят!

— Отлично!

— Вот и я так думаю!

Иара шла внутри клина, тяжело дыша. Маны почти не было. Она дождалась, пока в запас вернётся несколько единиц, создала маленький огненный шар и отправила его в лицо противнику, пытавшемуся зайти сбоку.

— Большой был лучше! — крикнул Жора.

— Дай ману!

— Нету!

— Тогда молчи!

Вельта накопила достаточно на тонкую чёрную нить. Нить обвилась вокруг чужого запястья и дёрнула меч в сторону.

Нерис не смог собрать ледяное копьё. Поэтому просто создал на земле тонкую ледяную корку. Два противника поскользнулись.

Гред прошёл по ним алебардой.

Гарак поднял из земли маленький каменный выступ — ровно под ногу тяжёлому бойцу. Тот запнулся. Жора радостно встретил его кулаком.

Аделина вообще перестала колдовать.

Она шла с жезлом.

Когда один из противников прорвался внутрь клина, Аделина ткнула жезлом ему в глаз.

Тот заорал.

— Магия воздуха? — спросил Сергеич.

— Юриспруденция.

— Сильная школа.

Мы не остановились ни разу.

Щиты лекарей принимали стрелы, заклинания, удары с боков. Световые пузыри тускнели один за другим. На Маре первый лопнул раньше остальных. Мираэль тут же попыталась повесить новый, но маны хватило только на тонкий слой.

— Три минуты! — крикнула она.

— Нам столько не надо!

Впереди уже были видны люди Саркуна. Увидев нас остатки человеческого строя ударили из окружения к нам навстречу. Тьма между нами оказалась зажата.

Последние двадцать метров мы прошли быстрее первых.

Нарадумаар снёс древко алебарды.

Молот выбил щит и в ту же секунду Жора, своими кастетами, зажёг свет над ближником и потушил. Иваныч прикрывал нас от стрел.

Саркун сам добил последнего бойца между нашими рядами.

Через минуту мы стояли друг напротив друга.

Он посмотрел на меня, на топор, на молот, на Пусю, которая сидела у Иваныча на плече и выглядела так, как может выглядеть белка после того, как только что потратила всю ману на деревянный снаряд размером с дерево.

— Я сказал вам уходить.

— Мы не расслышали.

— Я орал на всё поле.

— Ветер был.

— Вы сумасшедшие.

— Нам часто говорят.

Сергеич вышел вперёд.

— Раненые где?

Саркун показал за спину.

— Там.

Сергеич сразу перестал улыбаться.

— Орен, Лена — со мной. Мираэль, держи щиты на фронте.

Он ушёл к раненым.

Саркун проводил его взглядом.

— Это тот, который бил посохом?

— Маг.

— Он лекарь.

— Тоже.

— Понятно.

Ранк подошёл ближе.

— Радоваться рано.

Я уже видел, что Тьмы вокруг меньше не стало, а наоборот из крепости выходили свежие отряды. Разбитый участок центра заполняли быстрее, чем мы могли успеть восстановить ману.

— Сколько продержимся? — спросил Саркун.

Ранк посмотрел на наши полосы.

— Если обычная армия — долго.

Я повернул голову.

— А если не обычная?

Он не ответил потому что ответ пришёл сам. Сначала стало тяжело дышать, тяжесть в ногах, почувствовал тяжесть топора и молота. Я сжал пальцы сильнее, но оружие всё равно потянуло вниз.

Рядом Мара опустила щит на землю, Иваныч перехватил рукоять двумя руками. Кто-то сзади выругался, а кто-то просто опустился на одно колено.

Шум боя начал стихать. Тьма перестала наступать, остановилась и армия без приказов расступилась открыв перед нами проход. По нему шел один человек, нет не человек, а Рыцарь смерти. Чёрные доспехи закрывали его полностью. По краям пластин шла тонкая серебристая окантовка. Не сияние и не декоративный свет. Такой свет излучал ранг Мера. Такая же серебряная линия шла по длинному рунному мечу в его руке.

Над головой открылась строка.

Каэрн.

Рыцарь смерти.

Мера, 119-й уровень.

Глава 2

По нашим рядам прошёл тяжёлый вздох. Даже Саркун, стоявший рядом, перестал делать вид, что положение ещё можно назвать просто плохим.

— Вот теперь, — тихо сказал он, — нам действительно конец.

Каэрн остановился в нескольких десятках шагов и поднял меч, указывая прямо на меня. Бой вокруг будто сам собой притих: ближайшие ряды Тьмы расступились, люди Саркуна замерли за нашими спинами.

— Ты.

Низкий голос разошёлся над полем так отчётливо, что его услышали даже те, кто стоял далеко позади. Я промолчал.

— Красивый выход, — продолжил Каэрн. — Один удар — и строй дрогнул. Потом ты провёл своих через мою линию и изменил ход боя.

Он чуть наклонил голову, разглядывая меня через прорезь шлема.

— Эффектно появляешься.

Рунный меч поднялся выше.

— Теперь так же и умрёшь. Выходи!

Саркун тут же схватил меня за плечо.

— Не смей.

Я посмотрел сначала на его руку, потом на Рыцаря смерти.

— Есть идея лучше?

— Есть. Не выходить к Мере сто девятнадцатого уровня.

— Кто-то же должен выйти.

Я шагнул вперёд прежде, чем наместник успел придумать ещё один довод. За спиной Саркун выругался, но останавливать силой не стал.

С каждым шагом аура Каэрна давила сильнее. Сначала потяжелели ноги, потом плечи, а через несколько метров Нарадумаар и молот уже тянули руки вниз так, словно весили в несколько раз больше обычного.

Я вспомнил Ареса на Арене. Тогда под его аурой тело тоже переставало нормально слушаться, только сейчас всё было намного хуже. Пальцы немели на рукоятях, колени приходилось буквально заставлять сгибаться, а желание просто бросить оружие с каждым шагом становилось всё убедительнее.

«Подними», — сказал Нарадумаар.

«Стараюсь».

«Сильнее».

Каэрн шёл навстречу без всякой спешки. Ему торопиться не требовалось: чем ближе мы сходились, тем тяжелее становилось мне.

Десять шагов.

Потом пять.

Рыцарь смерти поднял меч.

Я успел поставить Нарадумаар и молот крестом перед собой, но руки двигались настолько медленно, что сам уже понимал: нормального блока не получится. Оружие дрожало от напряжения, пальцы едва удерживали рукояти.

Поможет это или нет, я не знал. Скорее всего, нет. Но встретить удар с опущенными руками было бы совсем обидно.

Каэрн замахнулся.

— ВСЕ В НЕГО! — заорал сзади Ранк.

Кто ударил первым, я не увидел. Пространство за спиной вспыхнуло сразу.

Таня выпустила всё, что успела наложить на тетиву. Иара выжала из почти пустого запаса тонкий огненный луч. Вельта отправила следом чёрную плеть, Аделина — воздушное лезвие, Нерис собрал остатки маны в лёд. Даже Мираэль вместо защиты ударила ослепляющей вспышкой.

Каэрн даже не обернулся.

Рунный меч описал перед ним короткий полукруг, и серебристая кромка прошла навстречу всему залпу.

Стрелы не отлетели в стороны — их просто перерубило. Обрезанные древки и наконечники посыпались на землю перед Рыцарем смерти. Огненный луч распался на искры, чёрная плеть исчезла кусками, воздушное лезвие рассыпалось ещё до контакта, лёд превратился в белую пыль. Свет Мираэль погас последним.

Одно движение.

Я смотрел, вытаращив глаза. Стрелы я и сам уже умел отбивать — семьдесят пять очков мастерства позволяли. Это был ранг мастера, при котором оружие окутывало оранжевое пламя.

Но вокруг меча Каэрна кружился багровый огонь.

Грандмастер.

Сто очков во владении оружием.

100 — Гранд-мастер — «Единение»: оружие почти как продолжение тела; можно рассекать/сбивать некоторые направленные заклинания с понятной траекторией. Не универсальная отмена магии.

Обалдеть. Такое я видел впервые.

Теперь становилось понятно, почему он одним взмахом отбил и стрелы, и магию. На сотке уровня владения оружием появлялась возможность рассечь некоторые заклинания. Конечно, не любые. Однако здесь сказывалась ещё и разница в ступенях: все мы были ниже Каэрна, поэтому большая часть наших атак для него попросту не представляла серьёзной угрозы.

А тут еще и меч у него с серебристой окантовкой. То есть, меч уровня Меры.

Если предмет ранга властелина давал пятикратную прибавку к характеристикам, то у Меры множитель был уже десятикратным. То есть почти вдвое больше.

Вот он и смёл их одним ударом.

Каэрн снова посмотрел на меня.

— Всё?

— Почти.

Он ударил.

Я рванул оружие вверх и в ту же секунду понял, что не успеваю.

— НЕ-Е-ЕТ!

Крик пришёл сзади.

Кто-то пронёсся мимо меня так быстро, будто ауры Каэрна вообще не существовало. Без щита, без меча, только с кастетами на руках.

Жора.

На секунду я даже забыл, почему он способен так двигаться.

Его особенность.

Та самая странная штука, из-за которой разница ступеней действовала на него не так, как на остальных. Аура могла пугать, заставлять тело дрожать, давить одним присутствием противника. Но подчинить Жору только потому, что перед ним стояло существо более высокого ранга, она не могла.

И теперь Жора бежал прямо на Меру. Это увидели все и Армия тьмы и защитники Сеоса.

Каэрнв в недоумении происходящим перед остановился.

— Как ты…

Жора не дал ему договорить.

Он оттолкнулся от земли и прыгнул. Первый кастет ударил в нижнюю часть шлема, туда, где под металлом должна была находиться челюсть. Второй пришёл с другой стороны почти сразу.

Урон оказался смешным. Полоса здоровья Каэрна едва заметно дрогнула, а вот сила удара никуда не делась. Голову Рыцаря смерти резко отвело назад. Он сделал шаг, удерживая равновесие, потом ещё один. По полю прошёл гул — кто-то из людей Саркуна даже крикнул.

Жора приземлился перед ним.

Каэрн медленно выпрямился, провёл пальцами по нижнему краю шлема и посмотрел на человека, который только что при всей его армии дважды дал Мере по челюсти.

— Ты…

Я наконец нормально вдохнул.

— ЖОРА! НАЗАД!

Он обернулся через плечо.

— Он тебя убить хотел!

— Я ЗАМЕТИЛ!

— Я НЕ ПОЗВОЛЮ ОЧЕРЕДНОЙ МЕРЕ ТРОНУТЬ МОЕГО ГЛАВУ!

— ЖОРА, НАЗАД!

Поздно.

Каэрн уже поднял меч.

Я видел движение слишком хорошо. Меч с багровым огнем пошел сверху вниз, быстро и чисто. Жора попытался уйти в сторону, но против Меры его особенности оказалось недостаточно. Клинок прошёл через него и ещё мгновение Жора ещё остался стоять. Потом тело рассыпалось системным светом.

Камень Перерождения.

Я знал, куда его отправило. Знал, что Система вернёт его, что через какое-то время он снова будет орать, спорить, ломать кому-нибудь челюсть и требовать еду после тренировки.

Только пустое место перед Каэрном от этого не стало менее пустым.

Жора только что полез на Меру ради меня.

И выиграл несколько секунд.

Каэрн снова двинулся вперёд.

За его спиной одновременно пришла в движение Тьма. Щиты сомкнулись плотнее, копья опустились, маги начали собирать новые плетения.

Саркун встал рядом со мной.

— Встретим смерть плечом к плечу!

— С честью!

Я поднял Нарадумаар. После ауры Каэрна руки всё ещё оставались ватными, но отступать было уже некуда.

Рыцарь смерти дошёл до нас.

Я ударил первым.

Нарадумаар шёл слишком медленно. Каэрн коротким движением отвёл лезвие рунным мечом и даже не остановился. Я попытался поднять молот снизу, но он просто наступил на рукоять.

Дёрнул.

Бесполезно.

Каэрн посмотрел на меня сверху вниз.

— Всё-таки красиво.

Он поднял меч.

Саркун рядом тоже встал в защиту, хотя по тому, как он держал оружие под давлением ауры, было ясно: мы оба понимаем, чем закончится следующий удар.

Серебристая кромка пошла вниз.

И встретила другой меч.

Звон ударил по ушам так сильно, что на несколько секунд заглушил всё поле.

Меч Каэрна остановился в считаных сантиметрах от меня.

Перед глазами появилось второе лезвие — белый металл с оранжевым огнем вокруг. Ранг владения оружием - Мастер.

Знакомое оружие.

Следом пришла чужая аура.

Серебристая.

Давление Каэрна не исчезло полностью, но перестало прижимать меня к земле так, будто кроме него на поле больше никого не существовало.

Между нами стоял Валериан Белый и над его головой горела строка: Мера, 102-й уровень.

Он удерживал меч одной рукой и спокойно смотрел на Каэрна.

— Ты выбрал противника не той ступени.

Рыцарь смерти сильнее надавил на клинок.

Валериан удержал.

— Поздно пришёл, — сказал Каэрн.

— Вовремя.

За моей спиной прозвучал горн.

Потом второй.

Ему ответил третий.

Я обернулся.

И увидел, как на поле приходит война.

***

Первыми за Валерианом на поле вошли кланы Тира. Пришёл весь Совет Десяти. И множество других мелких кланов.

«Первый Престол» развернулся белой стеной на северо-западном склоне. Тяжёлые бойцы заняли переднюю линию, за ними ровными рядами шли маги и стрелки. Никакой суеты, никаких попыток быстрее остальных добраться до боя. Белые знаки клана двигались вместе со строем.

Рядом занимала позиции «Северная Клятва». Впереди шёл Хродгар Седой, и на его поясе всё так же висел тот самый простой двуручный меч, который я видел в Большой долине. Среди багрового и оранжевого снаряжения Властелинов оружие выглядело почти бедно — ровно до того момента, пока Хродгар не начинал им работать.

С другой стороны появились «Пепельная Корона», «Железная Орда» и «Золотой Легион». Следом растянулись знамёна «Серебряного Ковена», «Кровавого Лавра», «Храма Тысячи Масок», «Чёрного Шпиля» и «Лазурного Бастиона».

Все десять.

Балансовики.

Так их называли те, кто не понимал, почему сегодня Тир выходит против Тьмы, а завтра может оказаться напротив Света. Я уже понимал чуть лучше. Им было не так важно, кто сумел придумать для этой войны самое правильное название. Сегодня Тьма прорвала линию и шла на Сеос, значит, сегодня били Тьму.

Хродгар заметил меня почти сразу и коротко поднял меч в приветствии. Ургаш Железнолобый оказался менее сдержанным.

— Алексей! Ты как?

— Пойдет!

Мираэна Пепельная кричать не стала. Её взгляд прошёл по развороченной земле за моей спиной, задержался на широкой борозде от Пусиной шишки, после чего одна бровь едва заметно поднялась.

Луций Златокрылый тем временем подошёл к Саркуну.

— Наместник.

— Очень вовремя.

— Мы старались сохранить торжественный выход.

Саркун несколько секунд смотрел на его идеально лежащие волосы.

— Получилось.

— Благодарю.

Кассий Кровавый заметил Ранка примерно в тот же момент, когда Ранк заметил его. Даже посреди поля, где вокруг ещё стояли армии, эти двое сумели посмотреть друг на друга так, как обычно смотрят на старый неоплаченный долг. Кассий отвернулся первым.

Чуть дальше остановился Морвэн Трёхликий. Его взгляд прошёл по мне, задержался на Нарадумааре, потом на Пусе. Ни удивления, ни радости на его лице я не увидел. Только знакомое выражение человека, которому один Лёха с топором снова испортил слишком сложную картину происходящего.

Ориан Лазурный Щит, наоборот, коротко кивнул.

Совсем недавно мы сидели напротив друг друга и говорили о семидесяти двух пропавших членах «Лазурной Клятвы». Вернуться к этому разговору мы ещё не успели, а теперь Ориан уже стоял здесь вместе с остальными кланами Тира.

С юга ответили новые горны.

Люди Саркуна позади нас сразу зашевелились, а кто-то почти радостно заорал:

— Мидар!

Сначала я увидел не людей, а цвета. Над южной дорогой поднимались сотни магических огней — красных, синих, белых, зелёных. Маги шли широким строем, и над многими уже вращались подготовленные плетения.

В центре двигался Леман Виронский.

Верховный маг Мидара.

Мера, 145-й уровень.

Даже среди уже прибывших военачальников его появление заметили сразу. Маги Мидара держались за ним без суеты, а бойцы других отрядов освобождали дорогу ещё до того, как их просили. Саркун выпрямился и коротко склонил голову.

Я видел Лемана и раньше, но теперь, когда он шёл прямо к нам, стало понятнее, почему остальные маги держатся от него чуть дальше, чем требует строй. Верховный маг не размахивал посохом и не давил аурой. Он просто шёл, а пространство вокруг него было настолько наполнено магией, что этого хватало.

Саркун впервые за всё время улыбнулся.

— Мидар.

— Вижу.

— Нет, — ответил он. — Ты не понимаешь. Мидар пришёл.

Следующий горн прозвучал с юго-востока. Этот звук отличался сразу — грубый, низкий, больше похожий на рёв огромного зверя.

По сухой земле шли Пустынные племена.

Над строем поднимался плотный лес копий, на щитах виднелись знаки песка и солнца. Таркуна среди них не было. Вождь остался с основными силами и отправил к Сеосу своего представителя.

Впереди шёл Балгай.

Племянник Таркуна выделялся даже среди пустынников. Высокий, широкий в плечах, с длинным копьём, которое у нормального человека давно считалось бы строительной балкой.

Он смотрел на поле. Его взгляд прошёл по борозде, которую оставила первая шишка, затем поднялся к гребню и остановился на Пусе, сидевшей на плече Иваныча.

Балгай заметно сбавил шаг.

— Это сделала она?

Пустынник рядом посмотрел сначала на белку, потом на развороченный строй.

— Похоже, она.

Балгай ещё раз прикинул расстояние.

— Маленькая.

Пуся в этот момент поднялась на плече Иваныча, даже не подозревая, что её уже обсуждают.

Балгай перехватил копьё и повёл своих дальше.

Похоже, Пустынные племена впервые увидели осадное орудие, которое можно посадить человеку на плечо.

Но подкрепление на этом не закончилось.

С запада появились эльфы, и вот здесь Таня на несколько секунд действительно забыла, что напротив нас всё ещё стоит армия Тьмы.

— Ой…

Я повернул голову.

Эльфийские лучники поднимались на возвышение в зелёных доспехах. Не одинаковых до последней застёжки, но выдержанных в одном стиле. Длинные луки стояли у плеч так ровно, что ни одна тетива не цепляла соседа. Никто не смотрел под ноги и не сбивался с шага. Лучники молча разворачивались линиями и занимали места рядом с магами Мидара.

Впереди шёл Эрей.

Он не повёл своих к первой линии, и это было правильно. Лучнику вообще незачем доказывать храбрость там, где его может достать меч.

Эрей поднял руку, и сотни луков одновременно оказались в ладонях.

Таня смотрела открытым ртом.

— Таня, — позвал Сергеич.

— Что?

— У тебя справа цель.

— А… да.

Она вскинула лук, выпустила стрелу и всё равно успела ещё раз покоситься на эльфийский строй.

Севернее земля начала мерно гудеть.

Гномы.

Если эльфийскую линию хотелось рассматривать, гномий строй хотелось обходить стороной. Полные латы, тяжёлые щиты, алебарды над шлемами. Они двигались коротким плотным шагом, и каждый удар сапога складывался с остальными в один общий гул.

Во главе шёл Тео. Он поднял алебарду, первая линия остановилась, и тяжёлые щиты почти одновременно опустились перед бойцами.

Настоящая стена.

Орков Рама услышали ещё до того, как увидели. Рёв прокатился с юга, над головами поднялись тяжёлые топоры, копья и кривые мечи.

Сам Рам шёл впереди без шлема. Огромный, широкоплечий, с оружием в руке и такой довольной улыбкой, какую нормальный человек перед большой битвой носить не должен.

Он увидел Ургаша Железнолобого.

Ургаш увидел его.

Оба коротко ударили кулаками себя в грудь.

Разные орочьи силы, разные правила и привычки. Сегодня этого было достаточно, чтобы стоять на одной стороне поля.

Я оглянулся.

Армия Света росла прямо на глазах. Ещё несколько минут назад Тьма готовилась раздавить остатки людей Саркуна вместе с нами, а теперь перед ней разворачивался строй, уже сравнявшийся с её собственным и продолжавший расширяться.

Когда последние отряды Тира заняли места, нас стало примерно вдвое больше.

Каэрн всё это время смотрел только на Валериана. Лица под закрытым шлемом я не видел, но голос прозвучал с мрачной усмешкой:

— Собрал всех.

— Не всех, — ответил Валериан. — Императора Кормана Кирийского не хватает.

С востока ударил ещё один горн.

Низкий звук отличался от предыдущих. Ему ответил второй, потом третий.

Вот только теперь это была уже не наша сторона.

Саркун выругался.

— Рано обрадовались.

На захваченных стенах Передовой крепости начали подниматься новые знамёна.

Первой появилась кровь. На этот раз даже не в переносном смысле.

Над дальним склоном раскрылись багряные полотнища Багряного Доминиона. Эльфы крови двигались тонкими линиями в красно-чёрной броне. Впереди шла Саэлира Вэр. Обычного оружия в её руках не было — между пальцами тянулась тонкая красная нить, и воздух вокруг неё заметно дрожал.

С другого направления вышли тёмные эльфы Ваэлиссы Ночной Короны. Их строй двигался почти без шума: чёрные доспехи, длинные клинки, тёмные луки. Сама Ваэлисса шла впереди и не ускорилась даже тогда, когда рядом начали разворачиваться машины гремлинов.

А вот их не заметить было невозможно.

Гриззар пришёл на войну с железом.

Король Крикс двигался на высокой механической платформе. Позади ползли колёсные орудия, шагающие конструкции, трубчатые установки и несколько механизмов, назначение которых мне совершенно не хотелось выяснять на себе.

Ург увидел их и мгновенно забыл про всё остальное.

— Лёха.

— Чего?

— Там механизм на шести ногах.

— Ург.

— Я просто посмотрю после боя.

— Если он не взорвётся.

— Поэтому и надо быстрее закончить.

Слева от гремлинов вышли гоблины Зелёной Конфедерации во главе с Гриззом Чернозубом. Сам он не выглядел ни самым высоким, ни самым тяжёлым бойцом на поле, но вокруг двигалось слишком много сапёров, арбалетчиков и людей с набитыми сумками, чтобы относиться к его отряду спокойно.

Чуть дальше разворачивался Каганат Чёрной Луны Урхана Кривого Клыка. Конница и пехота растягивались вдоль края поля, явно готовясь работать по флангу.

Потом появились вампиры Алых княжеств во главе с Астерионом Валькаром. Красные плащи выделялись среди чёрной брони, в руках блестели тонкие клинки, а маги крови уже собирали над ладонями плотные тёмно-красные сферы.

Последними вышли орки.

Железные Орды Гаррока Железная Кровь.

Улыбка сразу исчезла с лица Рама.

Гаррок вышел вперёд, и два орочьих вождя увидели друг друга через всё поле.

Этого оказалось достаточно. Ни приветствий, ни угроз, ни лишних криков. Рам просто перехватил оружие удобнее.

Гаррок ответил тем же.

Ургаш негромко сказал рядом:

— Эти двое сегодня кого-нибудь сломают.

Обе армии остановились.

Теперь пространства перед Сеосом действительно не хватало на всех.

Тишина продержалась всего несколько секунд.

Саэлира подняла руку.

Тьма выстрелила первой.

Над эльфами крови возникло багряное облако, и из него вниз ударили красные молнии. Одновременно маги вампиров отправили в нашу сторону десятки кровавых шаров. Первые несколько метров те двигались почти лениво, после чего резко ускорились.

Гремлины дали залп следом. Машины дёрнулись назад от отдачи, выплюнув в воздух тяжёлые болты, металлические снаряды и какие-то вращающиеся цилиндры с очень неприятным свистом.

Тёмные эльфы выпустили стрелы, гоблины добавили арбалетные залпы и снаряды своих машин.

Небо над нами просто исчезло за всем, что туда запустили.

Я поднял Нарадумаар и молот, и задумчиво прикинул, что ими можно сделать против надвигающейся стены железа и магии.

Слишком много.

— Ну всё, — негромко сказал кто-то сзади.

Леман Виронский шагнул вперёд.

— Купол.

Одного слова оказалось достаточно.

Посохи поднялись сразу по всей линии: маги Мидара, эльфы, кланы Тира и наши, кто уже успел восстановить хотя бы часть запаса.

Вверх одновременно ушли сотни лучей — красных, синих, белых, зелёных. Среди них появился и чёрный: Вельта не стала уточнять, соответствует ли её магия общему художественному замыслу.

Линии встретились высоко над строем. Леман воздел посох и в точке соединения вспыхнула сфера, по поверхности которой непрерывно перетекали цвета разных школ магии. От неё энергия пошла вниз, раскрываясь не стеной, а огромной полусферой.

Через несколько секунд купол накрыл всю армию.

Первый кровавый шар ударил в защиту. По поверхности прошла красная волна, за ней врезался второй снаряд, потом третий. Почти сразу пришли молнии, стрелы и железо гремлинов.

Весь первый залп Тьмы обрушился одновременно.

Купол заметно просел.

Люди под ним пригнулись сами, хотя прекрасно понимали, что это ничем не поможет. Маги застонали от нагрузки. Несколько человек опустились на колено, но лучей не отпустили.

Леман остался стоять прямо.

— Держать.

Новый удар прошёл по куполу, и на поверхности появились тонкие светящиеся трещины.

— ДЕРЖАТЬ!

Последний тяжёлый снаряд гремлинов врезался почти над нашими головами. Сфера наверху вспыхнула так ярко, что пришлось зажмуриться.

Потом стало тихо.

Я открыл глаза.

Купол выдержал первый залп и только теперь начал рассыпаться разноцветными искрами, оседавшими на поле.

— Впечатляет.

Леман повернул голову.

— Благодарю.

Я моргнул. Не ожидал, что он вообще услышит.

Эрей уже поднял руку.

— Лучники.

Зелёная линия эльфов одновременно натянула тетивы. Таня снова чуть не забыла, что тоже находится в бою, но на этот раз опомнилась быстрее.

— Залп.

Небо потемнело снова.

Тысячи наших стрел поднялись над строем, прошли верхнюю точку и пошли вниз на Тьму. Полностью такой залп, конечно, не дошёл. Тёмные эльфы подняли собственные завесы, над расчётами гремлинов сомкнулись металлические щиты, вампиры раскрыли полупрозрачные красные барьеры. Эльфы крови сорвали часть стрел в сторону магическим ветром.

Но защита не была сплошной.

Там, где оставались щели, стрелы находили цели, и по тёмной линии одна за другой прокатились вспышки смертей.

На этом дальняя вежливость закончилась.

Гномы дважды ударили оружием по щитам, задавая ритм. Орки Рама ответили рёвом, люди Сеоса подняли мечи, а над полем с обеих сторон заговорили горны.

Я почувствовал, как вокруг снова собираются «Философы».

Мана у наших магов уже заметно восстановилась, хотя до повторения первого удара было ещё далеко.

Леман посмотрел на нас. Его взгляд остановился на Пусе, затем перешёл к широкой борозде, оставшейся после первого деревянного снаряда.

— Этот деревянный снаряд создала ваша белка?

Пуся сразу подняла голову.

— Шишку.

Верховный маг ещё несколько секунд осматривал след.

— Понятно.

Он поднял посох.

Магию я почувствовал раньше, чем увидел. По телу прошла тёплая волна, а наши маги почти одновременно дёрнулись и начали смотреть на интерфейсы.

Иара первой открыла глаза шире.

— Мана…

Вельта проверила свою полоску.

— Полная.

Аделина быстро открыла интерфейс.

— У всех.

Леман уже опустил посох.

Один каст.

И у всех наших магов снова полный запас.

Пуся тоже проверила ману. Сначала посмотрела на заполненную полосу, потом на Лемана и только после этого повернулась ко мне.

— Ещё одну смогу.

Леман услышал.

— С той же мощностью?

Пуся посмотрела на борозду в поле.

— Если вложу всё.

Верховный маг оценил расстояние до плотных рядов Тьмы.

— Тогда пока сохраните запас. Повторите по моей команде, когда они сблизятся.

Пуся кивнула.

— Хорошо.

Вот что действительно впечатляло: спорить с Леманом она не стала.

Верховный маг уже снова смотрел на противника.

Горны ударили ещё раз.

Я поднял молот.

— ФИЛОСОФЫ!

В ответ раздались голоса всего клана.

Иваныч занял место слева, Мара — справа. Ранк встал чуть позади, откуда мог видеть строй. Сергеич поднял посох, а Пуся перебралась ко мне на плечо.

Впереди армия Тьмы тоже начала движение.

Я сделал первый шаг вместе со всеми.

— ВПЕРЁД!

И две армии побежали друг к другу.

Глава 3

Первые секунды большого боя всегда врут. Пока армии только сходятся, кажется, что успеваешь видеть всё сразу: фланги, знамёна, магов на возвышениях, движение щитовых линий. Потом перед тобой появляется первый противник, и весь мир резко сужается до нескольких метров. На меня вышел орк Железных Орд. Большой щит закрывал почти всё тело, тяжёлый меч он держал одной рукой. Орк ударил сверху.

Я встретил клинок молотом, а Нарадумаар сразу пошёл в край щита. Класс подсветил слабый узел возле крепления. Первый удар заставил конструкцию дрогнуть. Орк отступил, пытаясь вернуть стойку, но я не дал ему времени. Молот снова пришёл в то же место. Щит треснул. Нарадумаар закончил. Вспышка смерти освободила передо мной место, и его тут же попытался занять эльф крови, заходивший сбоку. Мара встретила его щитом и толкнула в мою сторону.

— Твой!

Я развернул молот. Удар пришёлся точно в нагрудник, но противник устоял. Нарадумаар исправил это через секунду.

— Дальше! — крикнул Ранк.

Мы двинулись вместе со всей линией. На этот раз никакого клина к одной точке не было. Вокруг уже дралась целая армия, строй постоянно растягивался и снова собирался, но привычка держать друг друга рядом никуда не делась. Иваныч закрывал мой левый бок, Мара — правый. Ранк двигался чуть позади и успевал видеть открывающиеся места раньше нас. Одного человека рядом не хватало — Жоры.

Его место то и дело открывалось между нашими плечами, и я каждый раз цеплялся за эту пустоту боковым зрением. После этого почему-то хотелось бить сильнее.

Чуть левее сражались бойцы «Кровавого Лавра». Среди них несколько раз мелькнул Кассий. В какой-то момент между нами осталось всего несколько метров, и рядом со мной оказался Ранк. Он принял чужой меч, шагнул внутрь защиты и одним коротким движением закончил противника. Когда Ранк сместился обратно ко мне и без всякой команды закрыл открывшийся бок, я случайно поймал взгляд Кассия. Тот смотрел именно на него. Недолго.

Через секунду к Кассию приблизился Морвэн, они перекинулись несколькими словами, которых за грохотом я не расслышал. Зато заметил, куда после этого посмотрели оба. На меня.

— И вам не хворать, — пробормотал я и проломил очередной щит.

Ответа, конечно, никто не услышал.

Линию качнуло влево, и на несколько секунд нас прижало к бойцам «Северной Клятвы». Первым я узнал длинное копьё, потом уже Сигурда. Рядом держались Саня с Ваней. Братья двигались всё так же парой, только теперь без прежних разговоров: один сбил чужой клинок в сторону, второй сразу занял открывшееся место. Сигурд заметил меня, коротко оскалился и кивнул мне за спину. Я пригнулся. Его копьё прошло там, где только что была моя голова, и встретило тёмного бойца. Нарадумаар закончил.

— Не расслабляйся, легенда.

— И тебе привет.

На этом встреча закончилась. Строй снова качнуло, «Северную Клятву» потянуло влево, а нас — вперёд.

«Серебряный Ковен» держался чуть глубже. Селена почти не заходила в ближнюю рубку. Вокруг неё тянулись серебристые нити, соединявшие бойцов и защитные плетения. Ковен вытягивал раненых из опасных мест и закрывал участки, куда противник пытался продавить линию. Я успел увидеть Селену только несколько раз. Последний — когда Пуся поднялась у меня на плече.

— Пусь?

— Что?

— Пора.

Белка тяжело вдохнула и начала собирать ману. Над нами появилась первая деревянная чешуйка. Потом ещё одна, и ещё. Шишка начала расти. На этот раз она получалась меньше первой. Леман полностью восстановил Пусе ману, но времени на подготовку теперь было намного меньше. Противникам всё равно хватило: ближайшие бойцы Тьмы увидели знакомую форму и сразу начали орать. Перед нами строй заметно раздвинулся. Ранк заметив это усмехнулся.

— Куда бьём?

Я посмотрел поверх голов и увидел, как гремлины разворачивают одну из машин. Шесть металлических ног переступали по земле, пока расчёт пытался выставить корпус к нашей линии. Ург заметил её одновременно со мной.

— ТУДА!

Я даже не стал уточнять, чего он хочет от машины.

— Пусь?

— Вижу.

— Запускай.

Ург благодарно посмотрел на меня. Пуся толкнула готовую шишку. Деревянный снаряд полетел прямо на шестиногую машину. Гремлины выпустили ему навстречу металлический цилиндр. Тот встретил шишку в воздухе, и взрыв разорвал её переднюю часть. Чешуйки разлетелись по сторонам, деревянное тело качнулось. Я уже решил, что всё, но шишку повело лишь на мгновение. Она выправилась и продолжила полёт. Через несколько секунд снаряд врезался в шестиногую машину.

Король Крикс, стоявший на платформе дальше, медленно опустил подзорную трубу и похоже выругался.

— О, — выдохнул Ург.

Металл согнулся с таким звуком, что я услышал его даже сквозь общий грохот. Две ноги разъехались в стороны, конструкция перевернулась на бок и проехала по земле ещё несколько метров. Ург вскрикнул. Совсем не от радости.

— ЗАЧЕМ ТАК СИЛЬНО?!

Пуся посмотрела на него с моего плеча.

— Ты сам сказал туда.

— ЕЁ ЖЕ МОЖНО БЫЛО РАЗОБРАТЬ!

— После боя разберёшь.

— ТАМ ТЕПЕРЬ НЕЧЕГО!

Мартен, пробегавший рядом, хлопнул его по плечу.

— Есть детали.

Ург посмотрел на искорёженный механизм и задумался.

— Хотя бы так.

И побежал дальше уже значительно веселее.

Справа на секунду открылся проход, и в нём мелькнули золотые клановые знаки. Громмал шёл первым, почти целиком спрятавшись за щитом. За ним держался Дайрон, а Марина работала чуть сбоку. Один из тёмных бойцов прорвался между линиями как раз ко мне; стрела вошла ему под руку раньше, чем я успел развернуться. Я добил его молотом и нашёл Марину взглядом. Она уже выбирала следующую цель. Громмал увидел меня, приподнял край щита в коротком приветствии и тут же принял новый удар. Дайрон держался у него за спиной и работал, не отвлекаясь на знакомых. Через пару секунд троицу снова закрыло чужими спинами.

***

Правее «Лазурный Бастион» держал линию вокруг магов Мидара. Ориан действительно оказался гораздо заметнее в обороне, чем в наступлении. Щит у него почти не опускался. Первый удар он принял на металл, второй ушёл в защитную ауру, а до третьего противник уже не добрался — люди Бастиона закрыли своего главу. Он видел Лёху между чужими плечами. Один из бойцов Бастиона сказал:

— Почему у них белка сильнее нашей артиллерии?

Ориан отбил удар.

— После боя спросишь.

***

Рам и Гаррок Железная Кровь наконец добрались друг до друга. Место вокруг них очистилось почти мгновенно. Вряд ли из уважения — просто никто не хотел случайно оказаться между двумя орками такого размера.

Гаррок ударил первым, Рам встретил его удар оружием. Даже издалека было видно, как под их ногами треснул камень. Они разошлись на шаг и тут же сошлись снова, а орки по обе стороны заревели так, что общий шум битвы на несколько секунд стал ещё громче. Я успел посмотреть туда один раз. Этого оказалось достаточно, чтобы рядом появился очень быстрый вампир. Его клинок скользнул по моему багровому наручу. Вторая рука сразу пошла к горлу, но сбоку врезался щит Иваныча. Вампира отбросило.

— Не отвлекайся, — сказал Иваныч.

Вампир уже возвращался, но теперь я его ждал. Первый его выпад прошёл мимо и молот тут же вошёл ему в плечо, Нарадумаар сразу добавил в шею. Вспышка. Я перехватил оружие удобнее.

— Следующий.

* * *

Леман Виронский видел магов «Философов» лучше остальных.

Иара работала слишком мощно для собственного контроля. Вельта, наоборот, резала плетения точно и экономно. Нерис выбирал моменты, где лёд мешал движению, а не пытался просто заморозить сильнейшего врага. Гарак менял землю небольшими участками. Авен работал воздухом по траекториям стрел. Аделина несколько раз подправила чужие заклинания так, что они попадали под другим углом. Это были Легенды, но не обычные двадцать шесть Легенд, которых собрали вчера и выдали одинаковые мантии. Они знали друг друга, доверяли друг другу и, главное, не пытались доказать, кто из них главный. Леман увидел, как Иара начала собирать слишком большой огонь. Вельта слегка коснулась её локтя, и Иара сразу уменьшила плетение, не споря.

Леман кивнул сам себе. Потом посмотрел на Лёху. Глава клана не колдовал вообще. Просто шёл по центру, ломая всё, что вставало перед ним.

— Любопытно, — сказал Леман.

Саркун, оказавшийся рядом, ответил:

— Вы ещё не видели их первый залп, господин Верховный маг.

— Я видел последствия.

— Последствия не передают звук.

Леман снова посмотрел на Пусю.

— Верю.

* * *

Люди Крикса не интересовали — они были понятны: мечи, щиты, магия. Гораздо интереснее была шишка.

— Масса? — рявкнул он.

— Не успели замерить!

— Скорость?

— Не успели!

— Состав?

— Дерево!

Крикс повернулся к инженеру.

— Это я вижу!

Его шестиногая машина лежала на боку. Две ноги были вырваны, центральная рама согнута.

— Она нарушила силовой каркас одним попаданием, — заметил другой гремлин.

Крикс посмотрел через поле. Ург как раз пытался прорваться к обломкам и очень расстраивался, что его не пускают.

— Вон тот наш?

— Нет. Клан «Философы». Инженер.

— Почему он смотрит на мою машину так же, как я на их белку…

Крикс ткнул пальцем в расчёты.

— Уводить исправное. Повреждённое взорвать, если не заберём. Ничего им не оставлять.

На другом конце поля Ург почему-то начал ругаться ещё громче.

* * *

После второй шишки гремлины заметно изменили поведение. Исправные машины начали оттягивать глубже, а к повреждённой шестиногой конструкции отправили несколько бойцов.

— Ург, — позвал я.

Инженер уже смотрел туда.

— Они её забирают.

— И что?

Он посмотрел на меня так, будто вопрос был оскорблением профессии.

— Потому что она моя.

— С каких пор?

— Я первый сказал, что хочу разобрать.

— Очень серьёзное основание права собственности.

Аделина откуда-то сбоку успела услышать.

— Юридически слабое.

Ург повернулся к ней.

— А ты не лезь.

В этот момент повреждённую машину начали оттаскивать. Инженер выругался и попытался прорваться в ту сторону. Мартен поймал его за наплечник.

— Угомонись уже.

— ТАМ ТЕХНОЛОГИИ!

Я оставил их разбираться и пошёл дальше. Через несколько минут справа в нашу линию врезалась конница Каганата Чёрной Луны. Вот там я впервые нормально увидел Балгая в бою. До этого его копьё уже казалось слишком длинным, но в руках пустынника оно вообще переставало выглядеть неудобным. Балгай шагнул навстречу первому всаднику и выбросил наконечник вперёд почти без замаха. Копьё вошло под край щита.

Балгай не стал вытаскивать его назад. Провернул древко, стащил противника из седла и тем же движением ударил второго всадника тупым концом в лицо. Третий рубанул сверху. Балгай принял клинок серединой древка, ладони скользнули по копью, и наконечник тут же ушёл снизу вверх. Вспышка. Я засмотрелся всего на секунду. И именно в этот момент справа проломили нашу линию. Пришлось идти туда. Через несколько ударов мы с Балгаем оказались почти спина к спине.

Передо мной стоял орк, перед ним — двое конников. Ещё один всадник обходил Балгая со стороны, которую тот сейчас не видел. Я заметил раньше. Молот ушёл не в моего противника, а в нагрудную пластину коня. Животное резко дёрнулось, и атака сбилась. Балгай даже не повернул голову. Его копьё прошло у меня над плечом. За спиной вспыхнул свет смерти. Тот, кто собирался ударить меня сбоку, исчез.

— Неплохо, — сказал Балгай.

— Тоже ничего.

Только теперь он нормально посмотрел на меня и оба оружия.

— Двурукий.

Я не сразу понял.

— Что?

Он кивнул сначала на Нарадумаар, потом на молот.

— Два двуручных. Значит, двурукий.

— А-а.

Пуся высунулась из-за моего шлема.

— А я?

Балгай мельком посмотрел на белку.

— Хвостатая.

— У меня имя есть.

— Потом скажешь.

Продолжить знакомство нам не дали. Следующая волна навалилась сразу, и дальше несколько минут мы действительно дрались плечом к плечу. Я ломал защиту. Балгай пользовался открывшимися местами. Длинное копьё совершенно не мешало ему даже в тесноте. Древко постоянно скользило между ладонями, наконечник менял высоту почти мгновенно, а тупой конец работал не хуже отдельного оружия.

Балгай ударил одного противника в колено, развернул древко и сбил меч следующего. Наконечник вернулся по той же линии и вошёл под подбородок. Я тем временем разбил щит ещё одному. Балгай закончил его раньше, чем я успел поднять молот.

— Этот был мой.

— Поздно. Себе записал.

— Ты считаешь убийства?

— У меня уже пятнадцать. А у тебя?

— Не знаю. Около двенадцати, наверное.

Тот расхохотался.

— Догоняй.

Слева появился Урхан Кривой Клык. Шутки закончились сразу. Урхан увидел Балгая, Балгай — его. Оба развернулись друг к другу.

— Балгай, — взревел Урхан.

— Кривой, ты, что ли.

Первый удар пришёл сбоку. Балгай встретил его древком, сместился на полшага и тут же ответил уколом в лицо. Урхан отвёл наконечник щитом. Я уже собирался оставить их, когда из-за плеча Урхана выскочил ещё один всадник.

— Двурукий!

Я пригнулся. Копьё Балгая прошло над шлемом и выбило всадника из седла.

— Шестнадцать.

В ответ Нарадумааром я снял бойца, который заходил ему справа.

— Тринадцать!

— Слабак! — усмехнулся он.

Пуся вклинилась:

— Сорок!

Балгай даже под ударом Урхана успел усмехнуться.

— Хвостатая, ты считать научись!

— Одна только гремлинская машина считается за двадцать.

Потом поток противников разорвал нас в разные стороны.

Меня снесло ближе к «Пепельной Короне». Серсея оказалась в двух шагах. Ни приветствия, ни удивления: она только резко дёрнула подбородком влево. Я успел повернуться как раз к удару. Молот сбил клинок, а Гимли, вынырнув из-за моего плеча, закончил противника короткой секирой. Чуть дальше Гэндальф держал посох наготове и даже не посмотрел в мою сторону. Серсея едва заметно кивнула и сразу вернулась к своим. Я ответил тем же. Через несколько секунд строй снова развёл нас в разные стороны.

Но ещё несколько минут длинное копьё Балгая постоянно появлялось рядом. Если наконечник проходил возле моего плеча, можно было хотя бы не проверять этот бок. Похоже, Балгай решил про меня примерно то же самое.

Валериан и Каэрн всё это время продолжали бой в стороне от основной рубки. Не слишком далеко, просто вокруг двух Мер естественным образом образовалось свободное пространство, куда никто особенно не стремился. Удары их клинков отзывались давлением даже на расстоянии. Мне удавалось следить только урывками. Разница в уровнях чувствовалась. Каэрн был сильнее, и мастерство во владении оружием у него было выше. Поэтому каждый тяжёлый удар заставлял Валериана отступить хотя бы на полшага. Но Белый не пытался отвечать силой на силу. Он смещал клинок, менял угол, срывал атаку до того, как Каэрн успевал вложить в неё весь вес. Сто второй уровень делал его новой Мерой. Новым бойцом Валериан при этом точно не был. Я увидел, как Каэрн резко усилил давление. Серебристая аура вспыхнула вокруг обоих, земля под ногами Валериана продавилась. Он удержался. Каэрн что-то сказал.

С такого расстояния я расслышал только:

— Сто второй.

Валериан ответил спокойнее:

— Да.

— Мало.

— Для тебя хватает.

Следующий удар заглушил всё остальное. Сам бой длился не часами, но в такой рубке десять минут вполне умели превращаться в отдельную жизнь. Мы постепенно двигались к крепости. Сначала продавили Тьму метров на сто, затем ещё дальше. Противник отходил не по всей линии, но центр начал прогибаться. Причина была довольно простой. Нас стало больше. Не потому, что Свет внезапно собрал весь Эндор. Просто сюда пришли балансовики Тира.

Они не собирались идти до Чёрного замка и заканчивать войну за одну ночь. Им нужно было вернуть положение к тому, каким оно было до прорыва: отбить Передовую крепость, восстановить линию фронта и не дать Тьме дойти до Сеоса. Этого уже хватало. Первым начал отходить Гаррок. Шаг за шагом увёл Железные Орды ближе к новой линии. Рам попытался двинуться следом, но Хродгар сказал ему.

— Не стоит!

Орк остановился. Не сразу, но всё-таки остановился. Гремлины тоже начали вытягивать машины. Ург увидел это раньше всех.

— НЕ ДАЙТЕ ИМ УВЕЗТИ ШЕСТИНОГУЮ!

Мартен снова поймал его за плечо и буквально вернул в строй. Саэлира Вэр подняла кровавую завесу, прикрывая отход своих. Эрей сразу ответил несколькими залпами. Тёмные эльфы Ваэлиссы отходили аккуратно, почти не разваливая строй. Вампиры прикрывали раненых. Гоблинов я вообще потерял. Только что они были на своём участке, а через несколько минут там остались чужие бойцы и какие-то обломки.

Урхан Кривой Клык держал свой фланг дольше большинства. Пустынники Балгая встретили его людей копьями, и голос самого Балгая время от времени пробивался через весь шум. Рам снова дёрнулся в сторону отступающего Гаррока. Хродгар посмотрел на него ещё раз. Этого хватило. Им нужен был баланс, а не уничтожение. Валериан тоже не стал преследовать Каэрна, когда Рыцарь смерти начал отходить к своим. Они остановились друг напротив друга. Каэрн посмотрел на Валериана, затем повернул шлем в мою сторону.

Расстояние между нами было приличное, но ошибиться я не мог. Он смотрел именно на меня. Каэрн поднял меч — не для удара. Я ответил молотом. Несколько секунд мы так и простояли. После этого Рыцарь смерти развернулся и пошёл к своим.

— Давим до ворот! — крикнул Саркун.

Ранк быстро оценил отходящую линию.

— Можно.

— Тогда вперёд!

Последний участок оказался тяжелее, чем я рассчитывал. Тьма уже понимала, что поле не удержит, поэтому теперь дралась не за победу, а за время. Тёмные эльфы отступали и стреляли. Гремлины оставляли за собой мины и небольшие механические ловушки. Гарак с Ургом шли перед нашими и показывали, куда лучше не наступать. Ург наклонился над очередным устройством.

— Эта моя.

— В смысле?

— Заберу.

— Не трогай.

Он уже что-то повернул внутри.

— Обезвредил.

— Когда?

— Пока ты спрашивал.

Мы дошли до внешнего рва. Мост оказался повреждён. Гномы Торгарда тут же закрыли переднюю линию щитами, пока маги Мидара восстанавливали проход. Аделина и Авен держали над работавшими воздушную стену, уводя в стороны стрелы, которые летели со стены. Таня стреляла в ответ. В какой-то момент она наконец оказалась почти вплотную к эльфийской линии. Один из лучников посмотрел на её лук.

— Неплохо.

Таня чуть не пропустила собственный следующий выстрел.

— Спасибо.

Сергеич тут же влез откуда-то сзади:

— Она у нас вообще молодец.

Эльф улыбнулся. Крепостные ворота Тьма закрыть уже не успела. Мы вошли внутрь вместе с людьми Саркуна. Основные силы противника уходили через северную сторону, последние отряды Каэрна прикрывали отступление. Я уже собирался двигаться дальше, когда передо мной появился Валериан.

— Хватит.

— Они уходят.

— Именно.

— Можно дожать.

— Можно.

Он посмотрел в сторону северных ворот.

— И превратить восстановление баланса в наступление Тира на Тьму.

Я выдохнул.

— Политика.

— Она самая.

Морвэн как раз проходил рядом и, конечно, не смог промолчать.

— Иногда полезно думать до удара.

Я повернул голову.

— Иногда полезно ударить до того, как закончил думать.

Морвэн остановился. На одном из его выражений появилась улыбка.

— Поэтому ты меня и раздражаешь.

— Взаимно.

Он ушёл. Ургаш, стоявший неподалёку, заржал.

— Дипломатия. Во всей ее красе!

Мираэна покачала головой.

К внутренней стене как раз проходили бойцы тирской «Железной Орды». Среди них я увидел Джереми, Перегрина и Граддира. Джереми остановился ровно на секунду и ударил кулаком в грудь. Я ответил. Граддир коротко кивнул, задержав взгляд на поле за моей спиной. Перегрин уже открыл рот, посмотрел на Пусю, потом на борозду от шишки и неожиданно передумал. Это было, пожалуй, тревожнее привычной ругани. Через мгновение они ушли следом за своими.

Когда вокруг впервые стало достаточно тихо, чтобы слышать не только оружие, я снова вспомнил Жору.

Лена заметила первой.

— Он уже должен быть на подходе.

Я кивнул.

— Да.

Система воскресит. Я это знал. С Жорой всё будет нормально. Только серебристый меч Каэрна почему-то снова прошёл перед глазами. Ранк остановился рядом.

— После возвращения проверим связь.

— Угу.

Саркун тем временем поднялся на остатки внутренней стены. Внизу постепенно собирались его люди. Те, кто пережил бой здесь, помогали раненым. Те, кого отправило на Перерождение раньше, уже возвращались со стороны Сеоса. Некоторые успели снова вооружиться, другие пришли почти без брони. Но пришли. Над крепостью начали опускать чёрные знамёна. На их месте поднимались человеческие. Перед глазами вспыхнуло системное окно.

Групповое задание «Передовая крепость Сеоса» выполнено.

Передовая крепость Сеоса возвращена под контроль Света.

Линия продвижения Тьмы остановлена.

Основная задача «Защита Сеоса» продолжается.

Личный вклад рассчитан.

Следом пошли награды. Система считала вклад отдельно: убийства, нанесённый урон, удержание линии, участие в возвращении крепости. Первым пришёл опыт. К тому, что мы набили непосредственно в бою, добавился бонус за выполнение задания. Клановый канал сразу ожил. Один за другим начали приходить сообщения о новых уровнях. Все остальные наши, закончившие бой здесь, поднялись в диапазон от 75-го до 79-го. Моё окно обновилось следом.

Ранг: Властелин.

Уровень: 83.

Удивляться было нечему. За этот бой я набил больше убийств, чем остальные наши, а сверху лёг системный бонус за возвращение крепости.

Награда за выполнение задания: 500 золотых.

Предметная награда: Осколок Властелина — 1 шт.

В общем канале уже сравнивали результаты. Остальным Система выдала от трёхсот до пятисот золотых в зависимости от вклада. И по осколку. Каждый из «Философов», кто закончил бой на поле, получил Осколок Легенды. Мне как Властелину достался Осколок Властелина. Саркун спустился со стены и подошёл к нам. Остановился напротив меня, несколько секунд молчал, потом протянул руку.

— Я был неправ.

— Насчёт чего?

— Когда велел вам уходить.

Я пожал его руку.

— Нет. Тогда это был нормальный совет.

— А вы его проигнорировали.

— У нас так бывает.

Саркун посмотрел на собравшихся «Философов». На Иваныча с помятым щитом. На Мару. На Ранка. На Сергеича, который уже спорил с военным лекарем о том, кто кому мешает работать. Потом его взгляд дошёл до Пуси. И после неё — до огромной борозды в земле, которую было видно даже из крепости.

— Двадцать шесть Легенд, — тихо сказал он.

Пуся тут же поправила:

— Двадцать семь.

Саркун посмотрел на неё.

— Прошу прощения. Двадцать семь.

Белка удовлетворённо кивнула. Сзади подошёл Леман. Верховный маг смотрел не на меня и даже не на Саркуна. На Пусю.

— Сила удара для такого объёма маны необычна. Покажете мне полное плетение.

Пуся ответила совершенно серьёзно:

— Покажу.

Саркун спокойно дождался, пока Верховный маг закончит. Чуть дальше Хродгар осматривал крепость и поле. Мираэна уже раздавала распоряжения своим людям. Валериан стоял в стороне. Он смотрел на север. Туда, куда ушёл Каэрн. Я тоже повернулся. Рыцарь смерти отступил вместе со своими. Тьма оставила Передовую крепость. Передовая крепость Сеоса сегодня выстояла. А Каэрн теперь знал меня в лицо. Впрочем, это было взаимно. И где-то из Сеоса, воскреснув у камня Перерождения, к нам бежал очень злой Жора.

Глава 4

Передовую крепость я представлял немного иначе. Наверное, с целыми стенами, воротами и без половины северной башни, лежавшей теперь во внутреннем дворе.

От ворот остались две створки: одна валялась поперёк проезда, вторую почему-то отбросило к конюшням. Камень северной стены почернел от магии, в нескольких местах кладка оплавилась и застыла неровными наплывами. Во дворе вперемешку стояли люди Саркуна, маги Мидара, эльфы, гномы, пустынники и бойцы Тира. Кто-то перевязывал раненых, кто-то собирал стрелы. Гномы уже спорили возле пролома и тыкали в него руками, явно прикидывая, что здесь проще — чинить стену или построить новую.

«Философы» собрались у бывшей оружейной. Бывшей — потому что двери у неё больше не было, а кусок стены рядом выглядел так, будто его тоже собирались унести.

Ранк пересчитал людей ещё раз.

— Двадцать шесть.

Ранк посмотрел на неё, потом куда-то за мою спину. Я обернулся.

Жора шёл через двор.

Он успел воскреснуть в Сеосе, добраться до крепости и теперь двигался к нам с совершенно будничным видом.

— О, — сказал Сергеич. — Покойник.

— Сам покойник.

Жора дошёл до нас и сразу посмотрел на меня. Я тоже смотрел на него, а перед глазами опять слишком хорошо встал серебристый меч Каэрна и то давление, под которым я едва мог поднять оружие. Жора тогда побежал на Меру так, как обычно бежал на любого противника, который чем-то его разозлил.

Победить он не мог. Наверняка понимал это не хуже остальных. Всё равно полез.

— Жора.

— А?

— Спасибо.

Он поморщился.

— Да ладно.

— Не ладно. Если бы ты не полез, он бы меня разрубил.

Жора пожал плечами.

— Лёха, я бы так сделал ещё раз. И ещё. Сколько понадобится. За тебя я всех порву.

Сказал спокойно, без попытки сделать из этого что-то особенное. Я положил ладонь ему на плечо.

— Спасибо.

Жора кивнул, и больше мы к этому не возвращались.

Я оглядел остальных. Иваныч молча стоял рядом с помятым щитом. Мара проверяла ремень на руке. Таня пересчитывала остатки стрел в почти пустом колчане. Сергеич держал посох, которым сегодня успел и колдовать, и бить людей по голове. Пуся устроилась на обломке стены и с видом человека, выполнившего рабочий план, наблюдала за двором.

— Мне вообще с составом клана повезло.

— Нам тоже, — сказала Аделина.

Иваныч кивнул.

— Взаимно.

Пуся подняла вторую лапу.

— Я тоже согласна. Но казну это не отменяет.

— Никто и не пытался.

Жора усмехнулся.

— Кстати, про казну.

Он открыл системное окно.

— Мне сорок пять золотых дали.

Я сначала решил, что он шутит. Потом увидел лицо Ранка.

— Сколько?

— Сорок пять.

— Осколок?

— Нет.

— Опыт?

— Почти ничего.

Аделина уже открыла своё окно.

— Порог итогового вклада.

— Ага, — сказал Жора. — Я до него не дошёл. Нескольких убил, потом красиво сдох, а пока вы тут добивали событие, мой вклад перестал дотягивать до общей награды.

— И тебя это не бесит? — спросил Сергеич.

Жора задумался.

— Сорок пять золотых маловато.

— Я про остальное.

— А чего мне беситься? Лёха живой. Каэрн получил по морде. Мы крепость отбили. Нормально.

Я снова хлопнул его по плечу.

— Всё равно потом компенсируем.

— Из казны могу выделить пятьдесят золотых, — мгновенно вставила Пуся.

— Пуся, не мелочись.

Жора засмеялся.

Разговор на этом, наверное, и закончился бы, но к нам подошёл человек в серо-синем плаще Мидара. Он сначала нашёл глазами меня, потом Аделину.

— Алексей. Верховный маг просит вас на военный совет.

Я посмотрел на себя, затем на него.

— Меня?

— Вас.

— Точно меня?

Маг выдержал короткую паузу.

— Верховный маг Леман Виронский назвал ваше имя.

— Тогда пошли.

— Аделина также приглашена как ваш советник.

Аделина закрыла окно наград.

— Идём.

— А почему тебя это вообще не удивляет?

— Потому что если я начну удивляться всему, что происходит с нашим кланом, времени на работу не останется.

Ранк посмотрел на меня.

— Мы здесь.

— Отдыхайте.

— Принял.

Жора махнул рукой.

— Идите уже. Узнайте, кого нам завтра спасать.

Я очень надеялся, что никого. После сегодняшнего хотелось хотя бы один вечер никого не спасать.

* * *

Совет проходил в командном зале крепости. Когда-то здесь, наверное, было красиво. Сейчас в дальней стене тянулась трещина от пола до потолка, одно окно отсутствовало вместе с рамой, а на каменном полу лежала пыль, которую никто даже не пытался убирать. Посреди зала стоял длинный стол. Судя по разному цвету досок и трём видам ножек, его собрали из нескольких других.

Во главе сидел Леман Виронский.

Мера, 145-й уровень.

На поле я уже видел его достаточно близко, но в помещении впечатление оказалось сильнее. Леман не выпускал ауру и не пытался давить силой. Наоборот, рядом с ним было удивительно спокойно. Только магия ощущалась слишком хорошо — она заполняла пространство вокруг Верховного мага и ждала команды.

Справа от него сидел Валериан Белый.

Мера, 102-й уровень.

Ещё совсем недавно над его именем стоял девяносто девятый уровень Властелина. Теперь ранг изменился, а серебристая окантовка на оружии уже не выглядела чем-то случайным.

Остальные заставили меня задержаться у входа. Саркун. Рам. Балгай. Эрей. Тео. Ещё несколько командиров людей, эльфов, гномов и других соединений, чьих имён я пока не знал. У большинства над головами горели девяносто восьмой или девяносто девятый уровни. Все Властелины.

Я машинально проверил свой статус.

Властелин, 83-й уровень.

Еще шестнадцать уровней и я тоже на пороге меры. Интересно, а система посчитает меня достойным на переход на следующую ступень. Судя по тому, что большинство вождей местных рас и кланов все еще сидят на ранге властелина, то и меня ждет такой же результат.

— Проходите, — сказал Леман.

Свободные места оставили ближе к нижнему краю стола. Я сел, Аделина устроилась справа.

Рам дождался, пока мы займём места, и широко улыбнулся Валериану.

— Раз уж все собрались, поздравляю.

Валериан повернул голову.

— С чем именно?

— Не притворяйся. Система всё-таки признала тебя Мерой.

Тео ударил тяжёлой ладонью по столу.

— Присоединяюсь.

Эрей коротко склонил голову.

— Заслуженный переход.

Балгай тоже кивнул.

— Достойный.

Саркун поднял кубок с водой.

— Поздравляю.

Валериан принял всё это с обычным спокойствием.

— Благодарю.

Рам хмыкнул.

— А нас опять не посчитали достойными.

Тео провёл ладонью по бороде.

— Говори за себя.

— У тебя девяносто девятый сколько лет?

— Достаточно.

— Вот и я о том.

Эрей едва заметно улыбнулся.

— Система обладает редким талантом заставлять Властелинов чувствовать себя учениками.

— Я уже начинаю думать, что ей нравится, — сказал Рам.

Никто не посмотрел на Лемана в ожидании шутки. Даже Рам говорил при нём чуть иначе. Верховный маг только едва заметно улыбнулся, потом перевёл взгляд на меня.

— И ещё одно поздравление. Алексей. Властелин, восемьдесят третий уровень.

Все за столом повернулись в мою сторону. Вот этого я как раз не хотел.

— Спасибо.

Саркун первым протянул руку через стол.

— Заслуженно.

Я пожал её. Рам оценил Нарадумаар за моей спиной и молот.

— С такими темпами ты скоро начнёшь портить настроение и нам.

— Только если перейдете мне дорогу.

Тео кивнул.

— Тогда и сразимся.

Балгай ничего не сказал, но посмотрел на меня уже не как на незнакомого бойца. Несколько часов назад мы стояли плечом к плечу, и этого пустыннику хватало для знакомства лучше любой церемонии.

Леман сложил руки на столе.

— Теперь можем начинать.

Я всё-таки не выдержал.

— Простите.

Верховный маг посмотрел на меня.

— Да?

— Я до сих пор не понимаю, почему позвали именно меня. Я ведь даже в десятку лучших кланов не вхожу.

Леман помолчал, затем повернулся к Саркуну.

— Наместник, кто первым вступил в бой после прорыва?

— Философы.

— Когда положение уже было критическим?

— Да.

— Что вы им приказали?

Саркун усмехнулся.

— Уходить.

— Они ушли?

— Нет.

— Что произошло после их первого удара?

Саркун посмотрел на меня.

— Наступление Тьмы остановилось. На короткое время, но этого хватило, чтобы мы перестроились и явилась поддержка в лице присутствующих.

Леман снова перевёл взгляд на меня.

— По итогам системного события у вас наибольший личный вклад среди участников вашего ранга и один из самых высоких вкладов вообще. Вы прибыли до подкрепления, вступили в бой, когда разумнее было бы отойти, пробили коридор к окружённым людям Саркуна. Затем на вас лично вышел Каэрн. После этого ваш клан продолжил бой до возвращения крепости.

Он сделал небольшую паузу.

— И после этого вы удивляетесь, почему присутствуете на военном совете?

Несколько секунд за столом было тихо. Потом Рам заржал. Тео усмехнулся в бороду, Саркун тоже рассмеялся, даже Эрей улыбнулся.

Я развёл руками.

— Тогда я к вашим услугам.

— Хорошо, — спокойно сказал Леман.

Леман дождался тишины и коснулся стола. Над досками развернулась карта. Не та простая схема, которую я привык видеть в интерфейсе. Перед нами поднялась полупрозрачная модель крепости, дороги на Сеос и северных подступов. В нескольких местах горели красные отметки.

— Победа не решила основную проблему, — сказал Леман. — Каэрн отступил организованно. Его войска понесли потери, но не разгромлены. Союзники Тьмы также сохранили значительную часть сил.

Он коснулся северной дороги. Красные точки сдвинулись дальше от крепости.

— Разведка подтверждает отход примерно на семь километров. Там они остановились. Лагерь пока не разворачивают.

Эрей поднял взгляд.

— Мои следопыты уже ушли дальше.

— Хорошо.

Леман перевёл палец к крепости.

— Вторая проблема. Передовая крепость практически не готова ко второму штурму.

Тео хмыкнул.

— Практически?

— Я стараюсь быть вежливым.

Гном наклонился к карте.

— Северная стена держится на честном слове. Западную башню надо снимать до основания, иначе она сама кого-нибудь убьёт. Ворота можно поставить временные к утру. Нормальные — позже.

— Сколько нужно людей? — спросил Леман.

— Моих хватит. Если люди Саркуна перестанут таскать камни туда, куда я не говорил.

Саркун посмотрел на него.

— Они укрепляют пролом.

— Они складывают камни.

— Это разные вещи?

Тео медленно повернул голову.

— Конечно.

Саркун поднял ладони.

— Да будет так. Ваши мастера руководят восстановлением стены.

— Уже.

— Тогда почему вы спрашивали?

— Я не спрашивал.

Рам фыркнул, а Леман продолжил, не дав разговору уйти в обсуждение гномьего понимания ремонта.

— Мидар поставит временный магический заслон на северной стороне. Этого недостаточно против Меры, но обычный штурм задержит.

— До рассвета будет двойной контур, — сказал один из магов у стены.

Леман кивнул.

— Эльфы ведут разведку. Пустынники берут юго-восточные подходы и дорогу к Сеосу.

Балгай положил ладонь на древко копья.

— Возьмём.

— Орки?

Рам наклонился к карте.

— Северо-восток. Если Гаррок решит вернуться, я хочу узнать об этом первым.

Леман посмотрел на него.

— Именно поэтому вы там.

Рам показал зубы.

— Отлично.

— Тир уходит. Но продолжит следить за западом, — сказал Валериан.

Никто его об этом не просил. Просто сообщил, как будет.

Саркун задержал на нём взгляд. Он провёл пальцами по краю карты.

— Я благодарен Тиру за помощь.

Валериан посмотрел на него.

— Но?

— Никакого «но» в благодарности нет. Если бы вы не пришли, мы бы потеряли крепость окончательно. Возможно, потом и Сеос.

— Тогда в чём вопрос?

— Не вопрос. Скорее то, чего я никогда не понимал.

Валериан откинулся в кресле.

— Продолжайте.

Саркун на мгновение посмотрел на остальных, затем снова на него.

— Вы сегодня пришли на стороне Света.

— Мы сегодня остановили наступление Тьмы.

— Для человека, которому тёмный меч только что пытался отрубить голову, разница невелика.

— Для меня велика.

Саркун кивнул.

— Вот этого я и не понимаю. Как и многие здесь. В какой-то момент каждый всё равно выбирает сторону. Дом. Народ. Людей, за которых готов умереть. А Тир годами говорит, что не выбирает никого.

Валериан не ответил, и Саркун продолжил уже спокойнее:

— Я не называю вас трусами. После сегодняшнего это было бы особенно глупо. Но со стороны нейтралитет иногда выглядит как нежелание принять на себя окончательный выбор. А на войне такой выбор всё равно приходит.

В комнате стало тише. Аделина перестала смотреть на карту. Я тоже.

Валериан медленно положил ладонь на стол.

— Ты находишь меня слабым, Саркун?

Голос не изменился. Но глаза сверкнули.

Саркун выпрямился.

— Вас лично — нет.

— Позицию Тира?

— Я сказал, как она выглядит со стороны.

— Позицию занимают люди. Если ты называешь слабой её, ты называешь слабым того, кто её держит.

— Я не это сказал.

— Но подошёл близко.

Рам перестал улыбаться. Тео убрал ладонь с карты. Балгай молча переводил взгляд с одного на другого. Даже красные отметки над столом на несколько секунд перестали быть главным, ради чего мы здесь собрались.

Саркун наклонился вперёд.

— Сегодня я потерял людей. Много. Они умирали, пока Тир решал, нарушит ли его вмешательство ваш баланс. Поэтому да, возможно, я говорю жёстче, чем должен.

Валериан тоже чуть подался вперёд.

— А Тир пришёл.

— Пришёл.

— Значит, решение было принято.

— Когда фронт уже рухнул.

Серебристый отблеск на доспехе Валериана стал чуть заметнее. Не аура — я просто слишком хорошо помнил, как выглядело давление Меры, и теперь следил за ним внимательнее, чем хотелось бы.

Леман поднял руку.

— Довольно.

Слово прозвучало негромко, но спор оборвался сразу. Валериан несколько секунд смотрел на Верховного мага, потом откинулся обратно.

— Вы правы.

Леман кивнул.

— Вы оба говорите не только о сегодняшнем дне. Поэтому если продолжать, то спокойно.

Саркун выдохнул.

— Согласен.

Леман перевёл взгляд на Валериана.

— Вы хотели ответить. Ответьте.

Валериан некоторое время смотрел на карту.

— Я не одобряю эту войну. Эндор слишком долго платит за ненависть тех, кто уже забыл, с чего она началась.

Рам прищурился, но Валериан продолжил:

— Я знаю, сколько крови между вами и Гарроком. И не предлагаю забыть. Не предлагаю простить убийц или открыть им ворота.

Он посмотрел на Саркуна.

— Но Тир не требует, чтобы вы разделяли наши взгляды. Не требуйте и от нас выбрать вашу сторону только потому, что считаете её единственно правильной.

Валериан коснулся пальцем карты.

— Сегодня Тьма прорвалась к Сеосу — мы ударили по Тьме. Если завтра Свет перейдёт границу и попытается стереть северные города только потому, что может, мы встанем против Света.

Рам хмыкнул.

— Вот это мы как раз и не понимаем.

— Я знаю.

— И не поймём.

— Скорее всего.

Рам несколько секунд смотрел на Валериана, потом положил обе руки на стол.

— Тогда каждый останется при своём. Ты видишь эту картину так. Мы — по-другому. Мы друг друга тут не переубедим.

— Согласен.

Рам улыбнулся уже без прежнего веселья.

— Но в одном я уверен точно. Ты достойный воин, Валериан. Я с честью буду биться рядом с тобой, как сегодня. И с той же честью выйду против тебя, если однажды твой баланс поставит тебя рядом с Тьмой.

Валериан встретил его взгляд.

— Принимается.

— И не обижайся, если постараюсь отрубить тебе голову.

— И ты на меня, если отрублю твою.

Рам коротко рассмеялся, и напряжение немного ушло.

Эрей заговорил следующим:

— Я не понимаю нейтралитет Тира. Для моего народа выбор давно сделан. Но вашу позицию могу уважать, не разделяя её.

Валериан коротко кивнул.

Тео провёл пальцем по трещине на столешнице.

— Мне ваш баланс не нравится. Но Тир держит слово. Если говорите, что остановите перевес, — останавливаете. Я хотя бы знаю, чего ждать.

— Иногда этого достаточно, — ответил Валериан.

Балгай поднял голову.

— В пустыне честь важнее стороны. Сегодня вы бесстрашно бились с Каэрном, который превышал вас на семнадцать уровней. Для меня этого достаточно.

— Благодарю.

Саркун некоторое время молчал, потом провёл ладонью по лицу.

— Возможно, я выбрал плохие слова.

— Возможно, — сказал Валериан.

— Но мнение не изменил.

— Я и не просил.

Саркун усмехнулся.

— Тогда договорились хотя бы об этом.

— Договорились.

Леман всё это время больше не вмешивался. Теперь он положил обе ладони на стол.

— Моё мнение отличается и от позиции Тира, и от того, что сейчас сказал Саркун.

Все повернулись к нему.