Эллсгейт

Пролог

Я стараюсь писать эти строки слитно. Выдыхать слитно, хотя морозный воздух собрался в горле огромным комом.

Заснеженная равнина на несколько лиг вперёд распласталась перед горизонтом, ветер играл с макушками деревьев и забирался под мой неважно скроенный плащ. На этом огромном ледяном пространстве я лишь маленький странник. Никогда не думал, что мир настолько велик.

Сейчас, когда до прихода зимы остаётся несколько дней, кажется, что вокруг всё сжимается, и сам ты тоже сжимаешься в поисках тепла. Ближайшим на моей карте отмечен город Эллсгейт, туда я и держу путь. Там то, уверен, зиму уже приветствуют вовсю, дети в нём уже наверняка готовятся лепить снежную бабу, просят морковку и ведро у своих родителей и полностью погружаются в атмосферу праздника, а взрослые занимаются дома поиском тёплых рукавиц, глубоко запрятанных в тучные шкафы. Здорово.

Ветер поднимается. Если придется ночевать в лесу, то то небольшое количество огня, что я сумел добыть, вряд ли принесёт спасение, и я попросту замерзну, находясь в пяти лигах от заветной цели. А значит, нужно идти. Последний раз я видел солнце, настоящее, приятно согревающее солнце, на прошлой неделе. Оно приподнялось было над горизонтом в отчаянной попытке согреть еще хотя бы кусочек земли и…сдалось.Тогда казалось, что сдамся и я. В нажежде немного согреться я закурил, хоть мои запасы табака и подходили к концу. Похоже, что сейчас в ход пойдет последняя маленькая горстка. Да ещё ветер…

Мысли путаются. Замедляются движения. Я слишком долго был один в этой холодной пустоте. Но в пути я научился развлекать себя размышлениями. Не сдаваться властному зову замирающего в окоченение мира. Когда остаешься в одиночестве опереться можно только на самого себя, ну или на то, что от тебя осталось. Некоторые считают, что могут наслаждаться одиночеством. Люди вообще склонны тешить себя иллюзиями. Вот он - вечный источник страдания человеческого. Лично я дорого дал бы за спутника.

Но, как бы там ни было, а сейчас я один. Это весьма примечательный факт моей биографии, ведь там, откуда я родом, не принято быть одному. В тех местах считают, что сила в общности и семейственности. Они вообще любители всяческих собраний, а право голоса чаще всего вверяют женщинам, способным заткнуть за пояс буквально любого. . Каждый знает, какой остроты клинок они всегда держат за поясом, и каждый к этому привык. Я — нет. Двадцать пять лет подряд они выдавливали из меня тягу к уединению, насаждая нечто отдаленно напоминающее общность или, выражаясь менее прозаично, стремление к уюту. Мне это всегда виделось растерзанным кошельком, знаете ли. Не могу сказать, почему.

В общем я не оправдал общественных ожиданий. Да и семейных тоже. Я не стал воином, как того хотел мой отец, лучший в деревне фехтовальщик. Не женился на подходящей девушке и не обзавелся собственным хозяйством, как мечтала мать. Любил я только книги. И свободу. Вы ведь тоже ее любите, не так ли? Вот я, не меньше вашего. В возможности идти куда хочешь, сбивать ноги на бесконечных трактах и тропах и есть для меня самая большая правда жизни. Каждая секунда пути несет что-то новое. Иногда я, как одержимый, готов шагать куда угодно, только ради того, чтобы шагать.В такие моменты я чувствую себя счастливым.

Ветер начинает стихать.

Нужно идти.

Глава 1. Эллсгейт.

Я помню, как писал эти заметки, медленно двигаясь по трактам и перевалам Карлсброма, пересекая континент вдоль и поперек. Пытался найти свое место в этом мире, ничего особо не умея и не имея каких-либо сбережений и ценностей.

Это было странное время и мир еще не стал таким, каков он есть сейчас. Не случилось Великого Раскола, что разделил Карлсбром на Западный и Восточный. Не свершилось пророчество, согласно которому в наш захолустный мирок открылась пробоина в Демонический план. Да еще много и много событий не случились и могли бы никогда не случиться, не доведись мне зайти в этот захолустный городок на окраине Северной гряды, протянувшейся вдоль побережья Холодного моря.

Сейчас я сижу в своем кабинете, почти на самой вершине высокой башни, протянув ноги поближе к камину и вспоминаю столь давние события, бережно перенося их на листы пергаментной бумаги. Странно осознавать себя причастным ко всем тем событиям, причиной которых, скорее всего стал я сам. Но мог ли я поступить иначе? Что запустило череду всех этих приключений и невероятных свершений, как ни мои поступки?

Я снова и снова задаюсь этими вопросами, хотя с тех пор прошло уже немало лет. Виски мои стали подернуты сединой, а в руках уже нет той былой ловкости и проворства. Да, я посвятил свою жизнь не физическим искусствам, направив свой разум на изучение магических конструктов. И, не пытаюсь хвастаться, преуспел в этом нелегком деле. Но какой же долгий был путь. Поразительно, как эта череда, вроде не связанных между собой событий, привела наш мир и наш слаженный отряд к тому, что сейчас мы видим и имеем.

Я вспоминаю себя в те далекие зимние дни, и мне становится смешно, каким я был слабым и нелепым человеком, совершенно не имея какой-либо цели в своем существовании…

Но обо всем по порядку.

Оказывается, солнце — это большой вор, даже когда уходит в закат. Я пытался заключить его в себе, вобрать капельку его тепла, а оно дразнилось, скалило зубы и снова пряталось, забирая то, что, казалось бы, мгновение назад обещало отдать. За ночь практически вся земля покрылась плотным слоем снега, и пока я продирался сквозь него, поминутно поскальзываясь и сбивая колени о ледяную крошку, меня посетила одна занимательная мысль. А что если города — такие же воры, как и солнце? Каждый, кто живёт в городе, отдаёт ему частичку себя, становится частью структуры, которую в любой момент может выплюнуть наседающая верхушка. И даже когда ты находишь своё уютное местечко, свой скромный уголок в маленьком внутреннем мире, разбиваешь сад, закуриваешь трубку — город тут же обкрадывает тебя: криками соседских детей, стуком подбитых латных сапог, запахом пожарищ; идеально сваренным кофе, чей аромат струится из окна дома, в который тебя никогда не пустят. За каждым предыдущим разочарованием следует новое, и, в конце концов, ты чувствуешь, что тебя победили. Вынудили сесть и принимать участие в общем собрании людей, задыхающихся спёртым воздухом собственной безысходности. Одно хорошо — всегда можно встать и уйти. От мимо проходящего караванщика я слышал, что в Эллсгейте в летнюю пору довольно работы для всякого охочего, однако, сейчас, в начале зимы, мои умения вряд ли кому сгодятся. Разве что, на лютне можно будет в таверне поиграть, повеселить окрестных крестьян. Не знаю только придется ли им по нраву такой бард. Люди отвергают любое творчество, неподвластное их сознанию, я даже иногда люблю их за это, за их собственную ограниченность. Помнится, меня выгнали однажды из трактира за неподобающую песню, мнение тогда разделилось, половина местного сброда кидали мне накопленные медяки,а другая половина желала поднять на вилы.

Город раскрылся передо мной в полной красе вечерней дымки, поднимающейся с окрестного озера. Лёгкий платок тумана укутывал каменные стены, создавая ощущение чего-то потустороннего и таинственного. Стена окружала весь город, на сколько позволяли видеть мои глаза. Высота стены была значительной, но явно не дотягивала до известных мне крепостных стен больших городов. Это было не удивительно, ведь Эллсгейт, со слов бродячих торговцев, с которыми мне довелось поговорить на тракте, не являлся ни крепостью, ни важным стратегическим пунктом. Город был небольшим, но он практически полностью обеспечивал сам себя всем необходимым и никогда не участвовал в войнах былых времен. Стены скорее являлись преградой для диких племен, что жили в горах к северо-западу от города в те давние времена, когда гномы еще не облюбовали местные недра. В последствии подгорный народ решил местную «проблему». Были еще кочевники с Хеллсандской пустыни. Последние, ничего в своей жизни, кроме войны не знали, отдавая кровавую дань собственными жизнями какому-то только им известному богу в смертоубийственных вылазках на поселения и города цивилизованного мира. Успеха такие набеги не знали и всегда закачивались смертью нападавших.

Тракт плавно поворачивал к воротам города, где над стеной чуть возвышалась дозорная башня, вероятно, являющаяся частью внутренней постройки сторожевого поста. Сквозь бойницы пробивался свет, были слышны обрывки разговоров, иногда прерываемые внезапным взрывом смеха говоривших. У самих ворот никого не было, лишь малая сторожевая будка стояла, одиноко облокотившись на стену. Сумерки все плотнее окутывали окрестности и видеть становилось сложнее.

Стоило мне приблизиться к воротам, как резкий требовательный голос раздался совсем рядом со мной, заставив меня вздрогнуть от неожиданности:

- Стой на месте, пришлый, - раздался голос со стороны будки. Дернувшись, я направил взгляд в сторону говорившего и увидел, как из сумрака сторожевой будки появляется силуэт в кольчужной рубахе, ладно посаженной поверх кожанного дублета. Лицо говорившего скрывал шлем, но, спустя несколько мгновений, он снял его.

- Ты находишься у врат мирного города Эллсгейт, я – капитан стражи местного гарнизона, - держа шлем в левой руке, правой рукой капитан был готов в любую секунду обратиться к оружию.

- Назовешь свое имя и цель прибытия в столь поздний час? Или так и будем молчать? – капитан стражи медленно втянул носом прохладный вечерний воздух и уставился на меня в ожидании.

- Прошу меня простить. Путь был долгим, и я слегка вымотался, - мне пришлось солгать, вымотался я знатно.

- Я путешествовал по полям Дол-Морана и пришёл к вам в поисках ночлега и работы. Пропустите меня? - Голоса, доносившиеся из бойницы, смолкли и я почувствовал обращенное на меня внимание.

- К нам недавно приходил один такой, - медленно проговорил капитан, - называл себя странником, не представился. Потом местная шлюха рассказывала, как он разделся, она его болячки увидала, такую истерику закатила, кто бы знал. Мы на слово теперь не верим. Сначала тебя лекарь проверит наш, он человек учёный, сразу видит, кто болен, а кто нет. Если здоров, пройдёшь так, никаких пошлин с тебя не возьмём, но проблемы нам не нужны. Усёк?

-Усёк.

Капитан развернулся и свистнул, посмотрев на бойницу. Раздался глухой окрик из-за ворот «Открыть наружние ворота!», после чего капитан вновь повернулся ко мне, смерил взглядом и махнул рукой в сторону ворот.

- Заходи.

Я прошел в створ приоткрытых ворот и оказался на небольшом пятачке земли, где стояла жаровня с искрящимися углями и мелко скачущим огнем. Сразу стало теплее, а вместе с теплом накатила усталость от проделанного пути. Шумно выдохнув, я остановился у огня, протянув к нему руки. Дальше идти было некуда, за первыми воротами оказались вторые, которые так никто и не открыл. Значит остается ждать тут. Капитан стражи, как только я подошел к огню, скрылся в небольшой двери, ведущей, видимо куда-то на стену или в сторожку.

Жаровня грела хорошо, от огня становилось даже жарко, а дым, на удивление, не беспокоил, уходя куда-то к потолку. Наверное, там была специальная отдушина. Рассмотреть возможности не было – бликов от жаровни не хватало, чтобы выхватить из темноты хоть что-то различимое глазу.

Лекарь, похоже, не торопился. Ожидание мне показалось мучительно долгим, но он наконец появился, скрипнув той же дверью, в которой растворился капитан. Учёный муж оказался до страшного худым человеком с карими глазами и узким сухим ртом. Руки его были в перчатках и голову наполовину скрывал капюшон, под которым находилась прозрачная маска с линзами, но некоторые черты лица я всё же смог разглядеть, когда быстрый порыв ветра сбросил с него капюшон. Блики огня скользили по его лысой голове, едва тронутой остатками жидких волос. Бывший горец — судя по узору пояса и плотно прилегающим штанам, он совершенно точно на короткой ноге с рядом живущими гномами —других мастеров, способных так ладно мастерить одежду, я не знал. Глядя на его обтянутую тонкой кожей голову, я окрестил его покойником и впился в него пристальным взглядом. Так мы изучали друг друга несколько долгих мгновений. На миг я почувствовал легкий укол боли в затылке, но это чувство сразу же прекратилось.

«Он может пройти. Здоров!» — раздался эхом голос проверяющего. Я задумался, так ли уж хорошо он заглянул в меня. Говоря откровенно, в местном лекаре не было пытливости, присущей многим людям его профессии. Лишь маленькие искорки бегали в глазах мужчины, ещё не до конца помутневших от ежедневных возлияний. Он даже мог бы улыбнуться, если бы очень сильно этого захотел.

Я улыбнулся первым. В этих краях улыбка не была признаком дурного тона, как скажем, в Дашфэллене. Там улыбаться незнакомцам принято не было. Когда приходишь в незнакомый город первый раз, и еще не знаком с местными порядками — того и гляди жди беды — этот урок я усвоил быстро. Через какую-то долю мгновения раздался тихий вздох облегчения. Капитан, незаметно появившись из сумрака дверного проема, прошел ко мне, убрав руку с гарды клинка, выдавив еще более страшную улыбку, чем ту, которую смогли изобразить мои окаменевшие мышцы, и протянул мне освободившуюся руку. Твёрдую, как и он сам.

-Верлен. Верлен Брехт, капитан стражи, как ты уже, наверное, понял, этого захолустного города. А тебя как величать?

-Эльнакар.-ответил я, вновь вспомнив, что это глупое имя придумали на спор мои отец и мать, сидя в таверне и играя в карты под пламя затухающей свечи. Хотел произнести это вслух, но потом одернул себя и промолчал. Незачем знать такие глупости всем подряд.

-Откуда ты? Такого покроя в наших краях нет, значит пришел издалека. Без лошади, без спутника, без оружия. Чудной ты человек. Или отчаянный, уж это как посмотреть. - Капитан смерил меня насмешливым взглядом. А, впрочем, не мое это дело! - стражник махнул рукой. - Тут место каждому найдется, кто даром хлеб не ест и за себя ответ держит.

-Спасибо, капитан Верлен. Был бы кров, ночлег да добрая кружка эля, так сразу и поймете каков я на самом деле.

Капитан ухмыльнулся в усы, подумав о чём-то о своем, одному ему известном. Как я мог предположить, путешественники не часто заходили в столь отдаленный от основных торговых путей город, и каждое новое лицо было в радость, ведь с людьми всегда приходят новости из мира и свежие истории.

- Тогда – добро пожаловать в Эллсгейт, Эльнакар! — капитан развернулся к воротам и уверенно постучал в полотно ворот, отделяющих нас от внутренней жизни города. Что-то зашевелилось внутри каменной кладки, заскрипели механизмы, послышался звук натягиваемой цепи и тяжелые окованные ворота с низким протяжным скрипом распахнулись.

- Добро пожаловать в Эллсгейт, - прошептал я себе, шагнув во мрак ночи вместе с капитаном.

***

Верлен задержался ненадолго в сторожевой, выставив ночной караул на охрану ворот и повел меня по улицам города.

Мы шли по мощеной дороге, прямой стрелой ведущей в недра города. Уже отсюда был виден храм, возвышающийся в конце пути, и знаменующий центр этого поселения. Даже с такого расстояния казалось, что постройка является сооружением из другого мира. Она явно выделялась на фоне низеньких построек жилых домов и продовольственных лавок торгового квартала. Высокие монолитные стены из гладкого почти зеркального камня тянулись ввысь, лишь изредка прерываясь резными оконными проемами со вставками из цветного стекла. Заметить цветные стекла удалось, так как изнутри мерно лился свет – храм явно был освещен круглые сутки. Подняв взгляд чуть выше я увидел острые шпиль единственной башни, словно пронзающей пустоту ночи и устремляющейся в звездное небо. Поразительная монументальность этой постройки захватывала дух. Никогда ранее я не видел такой работы мастеров-каменщиков. Возникло ощущение, что строили храм не люди и даже не гномы.

- Впечатляет? – ухмыльнувшись, спросил Верлен, видя смятение на моем лице. В руке он нес факел, снятый из настенного кольца возле сторожевой.

- Я восхищен, господин Верлен. При свете дня храм, наверное еще краше и величественней, чем я могу себе сейчас его представить. Кто построил его? – этот вопрос не давал мне покоя.

- Среди местных ходит легенда – в давние времена, когда горы еще не стали седыми, а на прилегающих землях не обосновались дикие племена и гномы, один старец устроил паломничество к священному месту в этих лесах. Говорят, сила, что изливалась оттуда, могла исцелить кого угодно от любых травм и болезней, лишь бы нашелся тот, кто мог усмирить её. Старец же, желал лишь просветления, потому не пытался подчинить себе источник, а лишь впал в длительную медитацию, прерываемую изредка молитвами. Он обращался к Истоку, дабы тот направил его и подарил озарение.

Спустя сорок два дня и сорок две ночи, очнувшись от долгого сна, в которым пребывал его разум, он узрел на месте источника огромный кусок скалы, неизвестной доселе породы. Решив, что это и есть знак свыше, он вернулся на это место с лучшими из мастеров, которые были в тот момент в Карлсброме. Они же, ведомые его верой в высшее провидение, обтесали скалу и она стала основой для храма который ты сейчас перед собой видишь. Поговаривают, что стены у него всегда теплые и дарят спокойствие и умиротворение страждущим, пока в храме есть хотя бы один из служителей.

- Звучит, как красивая сказка, капитан, - ответил я, внимательно рассматривая силуэт храма, пока мы шли по центральной улице. В окрестных домах уже гасли огни, ночь вступала в свои права.

- Может это и сказка, Эльнакар. Я не проверял и стен храма особо не касался. Долг службы не позволяет мне верить во всякую чепуху. Да и с головой все вроде в порядке, демонов не вижу, на остальное не жалуюсь, - попытался пошутить капитан, сворачивая с широкой улицы.

Мы зашли в узкий проулок, храм пропал из вида, а впереди загорелись огни небольшого двухэтажного здания, ярко освещающего грязь улиц вокруг. Изнутри доносился шум и гомон, смех и легкая музыка, что убедило меня – впереди постоялый двор, а значит там наконец-то тепло и можно будет поесть после долгой дороги. Желудок жалобно заурчал, Верлен это услышал и обернулся.

- Моя смена на сегодня закончена, я, пожалуй, выпью с тобой, если ты не против. Очень уж охота услышать, что там за стенами в больших городах происходит. Ты ведь оттуда пришел? – сказал Верлен, подходя к двери трактира и громко ударив три раза в дверь.

- и оттуда тоже, - не стал я вдаваться в подробности. Да и момент был не сильно подходящий.

- Совсем оглохли что ли, открывай! – Капитан на этот раз взял меч в руку и ударил навершием столь сильно, что скрипнули петли и пыль слетела с дверного косяка.

Изнутри раздался возглас: «Иду, иду же!», после чего дверь открылась, откуда показалось крупный человек с полным лицом, в фартуке и с трехдневной щетиной Глаза его остановились на капитане стражи и сразу заискивающе забегали:

- Капитан, доброго здравия и долгих лет вашим детям. Сами же - указ давали на ночь закрывать двери, никого не впускать до рассвета. Мы так и поступаем, а то ломятся всякие заб .., - не успел закончить человек в дверях, как Верлен волевым движением руки раскрыл дверь и вошел внутрь, второй рукой сделав приглашающий жест для меня. Я последовал следом.

- Прерви свою трель, соловей, я не на службе. Впусти нас, я к тебе нового постояльца привел. Налей нам пару кружек эля, да жаркое положи, если еще осталось, - велел капитан и быстро проследовал к свободному столу в дальнем углу помещения.

Трактир оказался довольно уютным, а находился он практически в центре города.

Упав на табурет возле занятого Верленом стола, я замер в ожидании кружки обещанного эля. Когда трактирщик принес пенные кружки, я хотел было спросить о плате за постой и ужин, но капитан остановил меня.

- Обожди, Эльнакар. Сегодня я заплачу за тебя. – лицо его потеплело, как только мы вошли в трактир, а внезапная щедрость была объяснена мгновением позже, - Напомнил ты мне парнишку одного. Служили с ним вместе. Молодой был, щуплый, полуторку еле в руке держал, но была в нем такая целеустремленность, которой позавидовал бы любой. Чтоб меня пламя пожрало, если я вру. Тренировался каждый день, в любую свободную минуту, видел я как он креп на глазах, а потом… В общем. Хороший ты человек, Эльнакар. Я такое сразу вижу. За свою долгую жизнь немало навидался, - Верлен выложил это как-то резко, быстро. Часть пробубнил под нос и умолк, отведя взгляд в сторону кухни. Резко ополовинив кружку, и, подивившись такому откровению, я решил, что стоит ему ответить:

- Я благодарен вам, господин Верлен. Не знаю, смогу ли отплатить чем либо, - выдохнул я, на что мой собеседник лишь устало махнул рукой.

Вскоре, когда, наконец, принесли жаркое, слово за слово мы зацепились разговорами о жизни, проделанным мной пути, цели моего путешествия. Но после четвертой кружки эля Верлен уже не совсем желал слушать меня. Я понял, что ему давно требовался собеседник и хороший слушатель, а я, в столь подпитом состоянии, отлично подходил на обе роли.

- Дыра, а не город! – воскликнул Верлен, раскрасневшись от выпитого спиртного, - Здесь абсолютно ничего не происходит, ты представляешь? Каждый день, как предыдущий, только солнце встает все позднее и к закату идет раньше. Ладно бы, какие набеги разбойников или кочевников, будь они не ладны, так нет же! Три года ничего не происходит, вымерли что ли все?

- Поэтому так мало стражи в городе? – спросил я, облокотившись потяжелевшей головой на ладонь.

- Городской совет урезает жалование на содержание гарнизона. Да, приходится отправлять людей на отдых. Новых давно не набирал, - медленно проговорил Верлен, глядя куда-то за мое плечо. Взгляд его был расфокусирован, и, казалось, он сейчас далеко отсюда в своих мечтах и мыслях об упущенных возможностях. Он продолжал говорить, но шум в ушах уже не позволял мне вникнуть в суть его повествования.

Столы из прочного дерева, залитые пивом из сотен кружек, пестрели надписями, процарапанными нетвердыми руками сотен забулдыг или таких вот прохожих, вроде меня. «Хм. Может быть, эти хмельные откровения когда-нибудь и заинтересуют историков иных времен», подумал я, медленно проведя взглядом по надписям – как признаниям в любви, так и обещаний скорой смерти. Волна опьянения плавно поднялась, ласково смешав все мысли и от дощатого пола перестало веять могильным холодом, исходившим, явно, из погреба. Размышления вновь обрели мнимую цель и право на существование, а сама идея бытия — вновь не казалась высосанной из пальца.

Была у этой «медали» и оборотная сторона. Не иначе как через полчаса меня отсюда придется выносить. Скорее всего капитану, с которым у нас только завязалась дружеская беседа. Он потащит меня к выходу, по привычке чеканя шаг и сетуя про себя: “Эх Эльнакар, Эльнакар, а казался крепким…”.

«Снова эти проблемы с выпивкой», вдруг накатили на меня мрачные мысли и настроение резко ухудшилось, «А попытки завязать настолько беспорядочны и бесплодны, что их и попытками нельзя назвать. «Приятно чувство полного бездействия, не насильно навязанное, а выпитое из кружки. О чем мы с ним только что разговаривали?» - вдруг я вспомнил, что не один сижу за столом в теплом трактире и мой собеседник что-то уверенно пытается мне донести, не сильно обращая внимание на мое состояние.

- … Они пытались ограбить несколько домов местных купцов, а у меня людей не хватает на постоянные патрули всех улиц...- Верлен что-то говорил о местной шайке воришек, что не хотели честным трудом зарабатывать на жизнь, но желали жить на всем готовеньком.

Когда мои мысли вернулись к нашей почти односторонней беседе, я понял что слышу рассказ о «великом подвиге» капитана в старых шахтах, что оставили после себя рудокопы возле местных озёр:

- … И тогда я попросил местного кузнеца наладить мне щит, да отполировать его до блеска. Щит получился знатным, в него можно было смотреться, словно в гладь озера. Ты же знаешь, что василиск превращает в камень одним только взглядом своих змеиных желтых глаз? – Верлен снова разгорячился, но ответ ему был явно не нужен. Главное что я уверенно кивал в такт его вопросам, - спустившись в копи, прошу заметить, один!, чтоб мне гореть, если я лгу, я прикрылся этим щитом, а мой верный клинок был на готове.Благо что был день, и свет пробивался через оставленные рудокопами воздушные отводы в поверхности пещер…. – я слушал вполуха эту уже привычную историю про «пещеру и василиска», из которой он вышел живым и с ценными трофеями. - … и вот, когда змей собирался применить на мне свой смертельный взгляд, а я понял это по сильно расширившимся глазам, что налились бледным желтым светом, я вскинул щит в последний момент и злая магия того зверя ударила по нему самому! Ха-ха! – засмеялся капитан, радуясь такому неожиданному повороту событий в своей истории. «Спаситель жизней, хозяин ситуации» - подумал я, оценивания телосложение Верлена и пытаясь понять, действительно ли он мог победить в той битве. Забавно, как работает фантазия у людей — кто-то выдумывает оборотней, кто-то гидру. Мой новый друг Верлен мастерски описывает бой с василиском, из которого выйти живым, возможно, только не приближаясь к тому месту на несколько лиг. «Хорошо, когда есть приятный собеседник, который умеет занять сам себя. Надеюсь, он перестал обращать внимание на то, что я молчу» - ухмыльнулся я собственным мыслям. Но на моменте кончины несчастного мифического чудовища и отрубания тому головы и выкалывания глаз мой собеседник притих. Мы немного помолчали. но в моей голове уже появились философские мысли о вечном и я решил больше не сдерживать себя, чтобы поговорить на этот раз на свои темы:

- Верлен, ты когда-нибудь учился чему-нибудь? До конца, отдавая этому всего себя. Так, чтобы полностью охватить предмет, неважно, что это было. Чтобы преуспеть в нём, превзойти любого?

-Эко тебя разобрало, - задумчиво ответил Верлен, положив подбородок на подставленную кисть и внимательно глядя на меня.

-Потому что я — нет. Все мои чудовища, все до одного целиком и полностью придуманы. Но они действительно существуют в моей голове. И их невозможно убить. Всю жизнь человек учится, чтобы хоть чего-то добиться. А я нет. Это раздражает меня, как ускользающая истина, если ты, конечно в силах понять. Что в твоём понимании деньги? Власть, возможности? Уют? Спокойствие? Я пытался придумать разные оправдания для накопления денег, но, ни одно из них мне не подошло. Деньги — маленькое чудовище, Верлен. Вернее, это поначалу оно маленькое, а единственное, что не даёт мне скинуть одежду, закутаться в робу и уйти жить в лес — отсутствие веры. Веры, понимаешь? Для таких поступков необходимо черпать силы в глубоком неиссякаемом источнике, а я даже тени его не видел. Хочу увидеть настоящего единорога, говорят, они дарят просветление, от одного взгляда на них хочется жить. Но здесь они не водятся, ты знаешь. Я слышал легенду про то, как когда-то давно поселения варваров вели на них охоту, кучи людей с арбалетами, пращами — против стремительных созданий. Варвары не искали просветления, им нужна была пища. Я каждый раз думаю об этом, когда пью. Ты слушаешь меня?

-Угомониться тебе надо, приятель, успокоиться, осесть. Найди себе дело, у нас недостатка в работе нет, и да благословит тебя Исток. Когда моешь пол или рубишь дрова, некогда размышлять и болтать, знаешь ли. Мне уже даже неинтересно стало.

-Мало кому интересно. Исток допустил много ошибок, с которыми мы миримся, а он, скорее всего, даже и думать о них забыл. Вот взять даже мою кружку, она опять пустая. – с горечью в голосе и окосевшим взглядом я уставился на дно резного кубка.

-Дурак ты, странник, - усмехнулся капитан. - Волей того, кто стоит над нами, ты можешь сейчас лакать выпивку и говорить со мной. Так будь благодарен!

- Над нами несколько слоев очень ненадёжного пола, и, кроме этого, я там никого и ничего не вижу, так что, это — вопрос спорный. А если ты мне не покажешь, где мне сегодня спать и по совместительству “осесть” - я и совсем могу покой потерять.

-Чтобы его потерять, нужно сначала обрести. Пойдём.

Подъем на второй этаж постоялого двора был настоящим подвигом – для Верлена, не для меня. Я волок ноги, слабо переставляя одну за другой, а капитан тащил мен, поддерживая плечом под руку. Вереница ступеней стала тяжелым испытанием. Каждый шаг превращался в круговерть праздника и похорон — в зависимости от угла поворота винтовой лестницы.

Прислонив меня к стене возле комнаты, Верлен начал открывать дверь.

-А знаешь, мне нравятся высосанные из пальца разговоры. Я так чувствую себя нужнее. Вроде как развеиваешь чьё-то одиночество, не теряя при этом ничего. Верный способ выжить.

-Да, а ещё ты любишь бесплатную выпивку, Эльнакар. Это я тоже уже понял.

Верлен втащил меня в комнату, еле передвигающего ногами. Оценить обстановку я не успел, да и вряд ли смог бы. Стоило моему телу почувствовать что-то более мягкое чем пол под ногами, как тьма и умиротворение поглотили мое тело.

Знать бы тогда, что это будет мой последний спокойный сон на следующие несколько месяцев…

Отступление 1. Рейгвак.

Орки пришли на рассвете. Рейгвак, предводитель малочисленного отряда, вел их за собой, спустившись с горной гряды неподалеку от Эллсгейта. Потрепанные столкновениями с волками, изголодавшиеся шли они, и вела их неутомимая жажда сеять хаос и разрушения. Город охраняли два гарнизона обученных им солдат - муха не проскочит... Но спящим и умелый воин беззащитен, а орки не звонили в колокол. Когда Рейгвак подходил к воротам, двое стражников храпели спали, прислонившись к стенам дозорной башни, возвышавшейся над воротами города. Одному из них снились яркие луга и самый вкусный зеленый виноград, который он ел дома у матери. Второму же стражнику снилась жена, с которой он прожил пятнадцать лет не потерял к ней интерес. Ему снились её розовые чуть полные губы, волосы до плеч и манерное растягивание слов, так привлекавшее его. Говоря откровенно, если бы даже стражник знал, что умрёт через несколько секунд, это не заставило бы его прервать сновидение, потому что он был счастлив. Человек улыбался, за секунду до того, как стальной палаш вожака перерубил его пополам. Эта улыбка так и осталась на уже мертвеющем, побелевшем лице. Первый стражник, кажется, его звали Ферот, очнулся, услышав свист стали рядом со своей головой, дернулся и подался чуть назад, оценивая ситуацию и прикидывая шансы. Орки держали в лапах грубые топоры, полученные, очевидно, в результате набега на лесопилки или крохотные деревни. Пятеро из отряда уверенно держали копья, у троих, в том числе и у вожака, блестели в руках мечи из хорошей стали, похоже, сделанные на заказ. Человек криво усмехнулся, пересчитав их всех глазами. Одна группа стражников, находящаяся в городе, без труда перебила бы весь этот отряд. Жаль только, что сейчас Ферот оказался один. Нужно было закричать, предупредить товарищей за воротами. Серый утренний туман стальной перчаткой сдавил горло. Время утекало сквозь беззвучно распахнутый рот. А потом остановилось. Один из самодельных топориков с треском рассек грудь стража, прервав попытку поднять тревогу. Ферот, сплевывая кровь, с непониманием посмотрел вниз, сделал жалкую попытку вытащить металл, вошедший в тело, и упал. Самый большой орк подошёл ближе и бросил взгляд на умирающего стражника.

- Раа”сель ма марук та’г.

Ферот, выпускал изо рта пузыри крови и не мог ответить, даже если бы и понимал, что именно сказал ему орк.

- Сейчас ты умрешь, человек, - повторил орк на общем наречии, а лицо его не выражало совершенно ничего, кроме усталости от долгого марша. Двуручный палаш, который он держал одной рукой, острием опустился в горло стражника, полностью отделив голову от тела.

Отсеченная голова Ферота медленно покатилась по снегу к воротам. Орк пнул голову грязным башмаком, напев какую-то грубую мелодию своего народа и перевел взгляд на ворота города. Глаза его сощурились, наполнившись яростным блеском и уверенностью.

Отряд орков пришел убивать.

Солнце только-только начало вставать. Рейгваку серость тоже действовала на нервы, но он справлялся с этим ощущением быстрее, чем многие другие. Он же был орком, и не просто орком, а их предводителем. Лидер не должен зацикливаться на мелочах.

В город нужно было проникнуть тихо, чтобы не разбудить стражников, детей и женщин, которым предстоит провести несколько незабываемых часов перед тем, как все они умрут. Старейшина клана много рассказывал про Эллсгейт, город, стоящий на отшибе, с малочисленным населением и с уродливыми человеческими самками. Кажется, он ещё что-то говорил о культурной ценности города для людей севера, но это слушали довольно неохотно, какое дело оркам до чужих красот? Вот кузница бы пригодилась…Маленький орк, семеня, подбежал к нему, неся с собой измазанные кровью ключи от ворот. Рейгваку повезло, в конце концов, ему достались исполнительные бойцы, шустрые и готовые умереть. Иногда он даже позволял себе расслабиться и представлял, что этого вполне достаточно.

Никто в городе не услышал, как распахнулись ворота. Только одинокая серая кошка пробежала мимо, громко мяукая, как бы предупреждая эти несколько десятков домов о том, что грядёт беда. Что сюда пришла смерть.

Рейгвак и его отряд медленно двигались по улице, стараясь ступать как можно тише и поглядывая по сторонам. Вокруг были здания, преимущественно деревянные, ювелирный магазин, лавка ростовщика, человеческие жилища. Чуть дальше, впереди, виднелась рыночная площадь, здание, щедро разукрашенное золотой росписью, и трактир. Люди, живущие здесь, не привыкли к набегам.

Раздался крик петуха, один из орков дёрнулся и завыл, к нему присоединились остальные, сцепив внезапный вой в один протяжный звук, звук надвигающейся гибели, настоящей — а вовсе не того приятного игрушечного боя, о котором думают маленькие мальчики, убегая с маленьким самодельным луком в лес. Звук боли, звук стёртой кожи на ладонях рук от постоянных тренировок с мечом.

Вожак знал, что этого было не избежать. Орки не выносят крика петуха по своей природе, однако же, если бы отряд ждал хоть еще одну ночь — все воины попросту подохли бы от голода и жажды крови. Зайти тихо не получилось.

Эльнакар.

Сон — это большая проблема. В детстве, когда тревоги не нависают огромной тучей размером со взрослого мамонта, можно спать практически сколько хочешь. С возрастом начинаешь творчески к этому относиться: разбавлять ночь длинными разговорами и алкогольной зависимостью. Утром всё приобретает другой оттенок. Когда я услышал крики людей и несвязную ругань внизу, мой внутренний мир очередной раз перевернулся. Сильнее, чем я думал.Верлен обещал зайти утром и поговрить с хозяином таверны, дабы тот взял меня бардом. Но сейчас всё это уже не имело значения. Кричали люди. Скатываясь по лестнице, я делал ставки на пожар или что-то подобноено всё оказалось гораздо хуже, чем я себе воображал. Орков в этих краях не видели много лет — если верить словам пухлой трактирщицы и пьяным клятвам Верлена. И, что самое страшное, я тоже видел их в первый раз.

Внизу визжала женщина. Маленькая, пухлая, с рыжими волосами. Жена трактирщика. Орочий меч отрубил ей руку, и кровь стекала по полу до порога и дальше на улицу сквозь сорванную с петель дверь. Женщина привалилась спиной к шкафу и с ужасом смотрела на свой обрубок, лихорадочно пытаясь остановить кровь. Я меланхолично смотрел, как вожак подходит к ней и резким движением клинка сносит ей голову, смотрел в её веснушчатое лицо и пытался разобраться, почему я ничего не чувствую в этот момент. Я же ведь не безразличное животное, и вряд ли тут играет роль то, что я видел её в первый раз. Состояние шока можно трактовать как приятное, если задней мыслью ты не отсчитываешь секунды до собственного конца.

Мгновением позже задняя дверь зала трактира распахнулась и в помещение ворвался Верлен. На его лице была сосредоточенность и ни малейшего следа вчерашних возлияний. “Мне бы его стойкость и силу - так быстро отойти от всего выпитого и еще умудряться крепко держать меч в руках” - подумал я какой то частью своего отрешенного сознания.

Капитан стражи пересчитал орков глазами - их было шестеро. Все шестеро во главе с самым крупным из них, видимо предводителем, скалились в нашу сторону, думая о том, как сладко им будет разминать наши кишки в супе, который они будут есть чуть позже, когда от таверны и самого города не останется и следа. Боковым зрением я успел заметить, что капитан стражи одет в крепкую броню, значительно крепче и лучше той, в которой он встретил меня вчера. К поясу Верлена были пристегнуты два кинжала, к бедру же капитана плотно прилегал длинный клинок — без лишней вязи, видно, что хорошо сработанный человеком, не пожалевшим на это времени и сил.Я заметил в глазах капитана стражи долюсмятения. Кажется, он понимал что расклад сил был не в его пользу.

Признаться, я успел схватить только арбалет, который висел на стене вместе с другим охотничьим оружием в качестве украшения,, и несколько арбалетных болтов. Верлен,бросив короткий взгляд на меня с этим орудием, покривил губами - мы оба понимали, какой из меня стрелок.

Орки продолжали скалиться, Рейгвак, а их предводителя звали именно так (я услышал как часто орки произносят это слово, чуть оборачивая голову в сторону своего командира) медленно подступал к нам, Верлен, не спуская с него глаз, шагнул вперед полностью закрыв меня собой. Целую невероятно долгую секунду никто не шелохнулся. Внезапно огромный орк сделал выпад, целясь в плечо Верлену, тот успел парировать удар и начал отходить назад, наступив мне на ногу. Остальные орки в этот момент презрительно загоготали, но ситуацию быстро решило то, что в момент нашего маленького столкновения я успел нажать на курок арбалета, и болт попал прямо в глаз орка, стоявшего дальше всех у двери. Он покачнулся и упал,сжимая лапой наконечник стрелы. От неожиданности, я отскочил в сторону, став ближе к стене, но все еще находясь за спиной капитана стражи. Рейгвак рыкнул и нанёс удар своим палашом сверху вниз, который капитан стражи тоже отразил, но покачнулся от вложенной в удар силы, благо, я на тот момент уже находился достаточно далеко от него, и не мешал схватке капитана с огромным орком.. Верлен скрестил меч с мечом Рейгвака, повёл чуть правее и попытался выбить у противника оружие. Чудовище засмеялось и попыталось проломить капитану череп одним сильным ударом плашмя по голове, но Верлен увернулся. Я плохо видел происходящее, но отчетливо помню звон клинков и то как как сильно билось моё сердце, когда меч Верлена сломался пополам, и он вогнал осколок до самого эфеса в грудь орку, поднырнув под устрашающий удар палаша. Раздался оглушающий рев. Хлынула черная кровь, быстро перемешавшись с кровью несчастной жены трактирщика, разлитой по полу таверны. Рейгвак упал на одно колено, схватившись своими огромными лапами за рукоять клинка, и пытаясь выдернуть его из груди. Яростный рык пронесся по зале, взгляд орка выражал неприятие такого поворота событий. В его глазах так и не появилось смирения со своей судьбой, когда он рухнул на бок, захлебываясь собственной грязной кровью.

В одного из оставшихся четверых орков капитан стражи метнул кинжал, попал в горло и присел на ступеньку, неожиданно порадовавшись изменению их положению в этой схватке, ь. ОСтальные из отряда орков явно не решались напасть, их такой поворт дел тоже выбил из колеи.. Мне тоже было весело. Истерика пробивалась изнутри, мешая правильно расположить руку и выстрелить, мешая как-то помочь, лишая надежды выжить в этой ситуации. Какой-то частью еще не свихнувшегося разума, я понимал, что выйти живым из этого боя вряд ли получится, даже после такого невероятного успеха. Я знал, что у Верлена остался еще один кинжал, и он непременно его метнёт, если орки задумают подойти поближе, и в то же время знал, что у меня болтов хватит ровно на то, чтобы выстрелить только два раза. Элементарная математика в переходный момент между жизнью и смертью. Эти твари не решались напасть, Верлен, казалось, был готов к любому повороту, я безучастно пытался перезарядить заклинивший внезапно арбалет, и неизвестно чем бы всё это кончилось, если бы все мы вдруг не почувствовали запах горелого дерева. Кто-то из жителей города, видимо, считая, что в таверне больше живых людей не осталось, кинул в здание факел, и оно в момент занялось огнём. Моя комната, находилась рядом с комнатой Верлена на втором этаже, и я начал прикидывать каков шанс моего успешного прыжка из окна. Но главная проблема заключалась в том, что огонь шёл именно оттуда, и единственный выход находился, там, где стояло три орка. Но выпускать нас они хотели примерно так же, как и быть сожженными заживо. Капитан среагировал быстрее всех, кинув кинжал и попав в голову орку с самыми угловатыми чертами морды. Я ощутил, как обожгло ладони, когда Верлен выхватил у меня из рук арбалет, увидел, как покачнулись твари, только что стоявшие перед дверью, и сжал его локоть. Когда мы выбежали из таверны с таким точным названием «Последний приют», я понял, что города, таким, каким я его запомнил со вчерашнего дня, уже нет. То, что видел Ферот перед смертью, было только передовым отрядом. Даже сам Рейгвак не знал, что его давно уже преследуют его же соплеменники. Немногочисленные отряды стражников сражались на пустых улицах с превосходящими их по количеству врагами, отступая к храму, с которого когда-то здесь всё началось. Храм вполне мог стать последним убежищем для отчаявшихся людей: его крепкие стены были сделаны из прочного камня, и еды в нём хватало минимум для двухнедельной осады. Но орки не собирались его осаждать, их главной задачей значилось вырезать всех до единого стражников, чтобы никто из них не смог переступить порог этого места. Слева от нас один из стражников схватился за плечо — из него торчало древко копья — несчастный пытался вытащить орудие, но орк напротив него оказался быстрее, отрубил ему ноги и пинал стражника, глядя, как тот ползёт, сплёвывая желчью. В глазах зарябило и помутнело.

Глава 2. Интерлюдия.Верлен.

Этот день ­я всегда считал отправной точкой в нашем приключении. Вот, вроде бы, мы сидим в теплой таверне, пиво льется рекой, в голове шумит прибой, и никакие невзгоды моего пути не тревожат мою уставшую душу. Верлен распинается о своих боевых подвигах и в его глазах отражается ярость проведенных им битв и сражений.

Сам капитан стражи, ныне уже бывший, долгое время не рассказывал никому истории своей жизни. Когда же он сподобился раскрыть свои тайны – в них оказалось немало удивительного.

Я множество раз задавался вопросом, почему именно я оказался на его пути и почему именно нам всем вместе выпала та «честь» поучаствовать в невероятных и порой пугающих приключениях? Пути Истока неисповедимы, как говорят во всех уголках Карлсброма, но я склонен верить, что таково было наше предначертание. Ведь, если бы в жизни Верлена не случилось все то, что он рассказал мне однажды, когда мы гостили в Эдалоне, то, возможно, мы никогда бы и не встретились. Творение времени Истоком двинулось бы по другому руслу, и Великая Река смыла наш мир из Мироздания свершившимися событиями.

Рассказ Верлена случился много позднее текущего времени моего повествования, но, для понимания всей картины, стоит рассказать вам эту историю немного ранее. События, описанные в жизни Верлена, имели прямое влияние на жизни не только всего нашего отряда, но и на весь Карлсбром. Я не буду сразу рассказывать всей истории, но для восприятия всех событий в правильном ритме – приоткрою часть тайны немного ранее.

Итак, с чего бы начать…

Я попал на острова Холодные Клыки, когда еще был в очень юном возрасте. Родители не могли воспитать столько детей разом, а братьев и сестер у меня было пять человек и я – шестой. Мне только исполнилось одиннадцать полных весен. Год был не плодороден и нас ожидала голодная зимовка, что, скорее всего, привело бы к смерти кого-то из нас.

Родители приняли решение легко и непринужденно, как мне тогда показалось. В те времена я мало что понимал в этом мире, и то решение я тоже осознал и принял не сразу.

Каждую осень через наше селение пролегал путь торгового каравана, торгующего оружием, доспехами и всем что было связано с военным ремеслом. Я всегда прибегал посмотреть, что же нового привезли эти купцы. На самом деле купцы не были ни капли похожи на купцов, какими мы их знаем, но тогда меня это не волновало и переубеждать меня было некому. Других торговцев мы никогда и не видели. Все они были рослыми крепкими мужчинами, с ними всегда была пара женщин, но и те не казались слабыми. Длинные волосы у всех, собранные в хвост, прищуренные глаза, отдающие синевой зимнего утреннего неба – все это выдавало в них жителей дальнего севера Карлсброма.

Отец разбудил меня ранним утром, когда на траве еще лежал иней утренней изморози, и сказал, чтобы я собирал свои вещи. Спорить с отцом не приставало в нашей семье. Он говорил что-то о невероятной чести, выпавшей мне одному. Я не понимал, что он имеет ввиду, но собравшись, отправился вслед за ним. Мы шли, как оказалось, на торговую площадь. Там отец остановился возле одной из повозок приехавших вчера торговцев, о которых я говорил чуть ранее. Из крытой части повозки вышел рослый мужчина, с теми же неразличимыми чертами внешности, что и у остальных. Отец о чем-то переговорил с ним, я не слышал разговора, да и был он достаточно коротким. После чего торговец подошел ко мне и надел на руку браслет. Обычный стальной браслет с высеченными на нем рунами, которые я тогда не мог прочитать, да и сейчас вряд ли осилю. После этого я отключился.

Как я потом понял, отец меня продал этим странным торговцам. Чего я еще мог ожидать?

Очнулся я в повозке, медленно движущейся по тракту. Рядом лежал небольшой бурдюк с водой и ломоть хлеба. Мне они тогда показались такими вкусными. Хлеб был еще теплый, значит его испекли только что. Я быстро съел все что мне досталось от неизвестных благодетелей и стал прислушиваться к окружающим звукам. Повозка скрипела колесами, вокруг был слышен разнопой утренних птиц, что еще не покинули наши края перед надвигающимися холодами. Я снова задремал и не заметил, как пролетело время.

Повозка вдруг остановилась. Распахнулись шкуры, укрывающие вход, и там показался все тот же рослый торговец. Внезапно он заговорил:

- Мы прибыли в Эллсгейт, парень. Здесь будет остановка на неделю. Много дел и торговли. Ты будешь жить в этой повозке. Еда и вода всегда будут там же, где ты их нашел в прошлый раз. Не пытайся сбежать. Все равно очнешься на том же месте. – на этом он замолчал и отвернулся, последовав за своими делами и оставив повозку открытой. Я был еще мал для осознания всего произошедшего, да и не думал я тогда, что более никогда не смогу увидеть своих братьев и сестер. Но это, как говорится другая история.

За это неделю, что мы были в Эллсгейте, произошло не сказать, что много событий. Я каждый день выходил на торговую площадь и каждый день возвращался в повозку.

Так в один из дней я познакомился с девчонкой, которая однажды изменила всю мою жизнь. Мы играли каждый день в рыцаря и принцессу, хотя оба больше походили на грязнулю и замухрышку. Удивительно, но эти четыре дня в Эллсгейте вместе с этой девочкой оставили удивительный след в моей душе.

В один день оказалось, что наш торговый обоз уезжает и пришло время прощаться. И я понял, что обязательно захочу вернуться. Уже подходя к повозке, я решил наконец то спросить:

- Я однажды вернусь сюда, обещаю. Подождешь? —сказал я и засмущался тогда, помню, как сейчас.

- Обязательно. Но как ты узнаешь, что это я? - вопрос от девочки прозвучал так неожиданно, что я только сейчас понял, что до сих пор не спросил ее имя.

- Скажи, как тебя родители нарекли?

- Нанта. Меня зовут Нанта. А тебя? – я только хотел сказать свое имя, как понял, что я его не помню. Просто как будто его и не было никогда. На помощь пришел торговец, подошедший закрыть повозку и подвязать шкуры.

- Имя ему Верлен. – проговорил он медленно, после чего закрыл повозку и занял свое место на козлах.

- Я буду ждать, Верлен. – услышал я тогда сквозь скрип колес отъезжающего обоза.

Это было начало столь длинного пути, что мне самому не верится, что я по нему прошел…

Эльнакар.

Раньше я любил проводить параллели между временами суток. Утро — серость или бархат восходящего солнца, день — эмоциональное ожидание нового, вечер — пожинание плодов и багрянец заката, ночь — средоточие мыслей. Теперь я запутался. Произошедшее вчера казалось мутной дымкой, как будто прошло несколько дней, месяцев, лет. Сильнейшее похмелье отразилось бы куда лучше и легче. Я попытался пошевелить головой, шею пронзил острый спазм, и я тихо застонал, сжав зубы. Зрение потихоньку возвращалось вместе с образами прошлого, возникающими в моей гудящей голове. Следом за ними накатила тошнота и боль. Совсем рядом раздался хруст сминаемого снега, и я увидел, что ко мне подошёл человек с флягой в руках. Это был Верлен, но узнать его в таком состоянии было сложно. Капитан прихрамывал на одну ногу, лицо было залито запекшейся кровью, сквозь которую проглядывала смертельная бледность, что не отменяло выражение мрачной решимости и собранности. В глазах Верлена читалась боль, как будто всё недавно произошедшее разбудило в нём спящих демонов, и они дрались в нём. Капитан протянул мне флягу.

- Пей, – голос капитана раздался как будто из самой глубины его существа, низкий и хриплый.

- Не стоит, Верлен ... – просипел я в ответ, пытаясь отвернуть голову от горловины, - в этой фляге мало для двоих…

- Заткнись и пей. - настаивал Верлен. - В этот раз чувствовалось, что он все сказал, и продолжения не будет. Я с благодарностью взял флягу и сделал скромный глоток. Шея потихоньку начинала слушаться, и я наконец-то смог оглядеться. Осмотревшись, понял, что нахожусь где-то в лесу. Сквозь редеющие деревца виднелась опушка, за которой вдали чадил в небо густой черный дым, как вестник свершившегося зла. Сам я лежал на сырой земле, холодившей спину до дрожи.

- Верлен,что произошло? Ты вытащил меня из города? – обратился я к своему товарищу, но, тот будто меня и не услышал. Капитан сел возле дерева, прислонив голову к стволу и уставился куда-то перед собой в неизвестность. Возникла звенящая тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием капитана через открытый рот, и я понял, что требую от него слишком многого. Я смог рассмотреть его лицо в деталях - у него не хватало нескольких зубов, а на щеке алела свежая рваная рана, оставленная тупой стороной орочьего клинка.

- Эльнакар, - внезапно прохрипел Верлен, опустив взгляд в землю, - я видел, как орки разрушают город. Как они постепенно продвигаются всё глубже по улицам, подходят к храму Ирвинга и сжигают его, как топчут трупы наших женщин. Их вожак не пережил этот поход, я немного разбираюсь в их наречии и слышал, как орки окликали его по имени несколько раз. Идущий по следам Рейгвака отряд ударил в спину своим же соплеменникам, а затем посеял пламя, кровь и смерть в Эллсгейте, - Верлен замолчал, примкнув губами к горловине фляги, после чего продолжил, - Моя жена погибла при пожаре, Эльнакар. Огонь забрал её и двух наших детей…, - голос его надломился, дав слабину и он снова притих, закрыв глаза и тяжело задышал.

Я не знал, что можно сказать человеку, потерявшему семью. У меня, как я сам считал, ее никогда не было и такая потеря мне не ведома. Но ком в горле, подступивший так внезапно, говорил о том, что я разделяю чужую боль и эмпатия мне не чужда. Я хотел было выказать слова поддержки товарищу, но он, видимо поняв мое намерение, сделал останавливающий жест рукой.

- Жалости мне не нужно, парень. Проживу как-нибудь без нее. – Верлен глубоко вдохнул и перевел взгляд своих немигающих холодных глаз на меня. Я заметил разительные перемены в его лице. Теперь оно выражало холодную ярость и стальную решимость поквитаться за все невзгоды и лишения, выпавшие на его долю.

Верлен более не стал ничего говорить о прошедшем времени, пока он, как я понял, тащил меня за пределы охваченного резней города. Внимание его переключилось на меня:

- Не боец ты, приятель, нервы слабые, но это сыграло тебе на руку. - Капитан невесело усмехнулся, оголив зияющие провалы в ряде передних зубов, и продолжил - потому что в тот самый момент, когда ты падал, в тебя выстрелил один из орков, так что судьбу благодари за то, что он промахнулся. И меня тоже можешь поблагодарить. Было очень тяжело нести тебя, благо, эти твари сосредоточились на том, чтобы отправить Эллсгейт к богу огня, и только двое из них увязались за нами. Небольшой ценой я отбился от них, отправив обоих кормить червей. Проклятые орки, чтоб их матерей…- процедил Верлен сквозь оставшиеся зубы, передвинув плохо гнущуюся ногу поближе к себе. После чего он окинул взглядом меня, решив добавить:

- Тебе нужно подняться и размять тело. Холод быстро убивает, если не бороться за жизнь.

Утро только начинало вступать в свои права. Мрачный сухостой давно сменился сугробами, хорошо, что Верлен расчистил полянку от снега, иначе я мог бы и вовсе не проснуться и он оказался бы прав. Я решил отправиться за хворостом чтобы развести костер и хоть немного отогреться. Пока я ходил и собирал сухостой, не пропитанный влагой зимнего леса, разрозненные мысли постепенно стали складывались в одну, и на ней прерывались. Мой путь одиночества и поиска себя неожиданно закончился и начался новый - отныне я больше не один, теперь нас двое. Мрачная себялюбивая радость игнорировала даже то, что мой товарищ только что лишился семьи и дома. Я был уверен, что дальше мы пойдем вместе. И неважно было, что мы оба, по всей видимости, не знаем, куда идти. Эту проблему я давно решил для себя простым способом.

Нужно просто продолжать движение.

***

У Верлена оказался табак. Это была лучшая новость, которую я и не надеялся услышать. Когда он сообщил мне об этом, я обрадовался, как младенец, которому вручили долгожданный леденец на палочке. Спустя несколько часов мы выдвинулись в неизвестном мне направлении. Я шёл, спотыкаясь, рядом со своим новообретённым другом и курил трубку, постоянно норовившую вывалиться из пересохших губ. Вдруг я вспомнил один замечательный факт, который хоть как то помогал мне ориентироваться в этом Истоком забытом мире:

- Верлен, в моём рюкзаке же есть карта! Помоги достать!

- Мне не нужна карта. - отозвался капитан стражи. - Неподалеку отсюда находится деревня, мы должны предупредить местных о нашествии орков, и там мы сможем остановиться на некоторое время. Останешься там, если захочешь. Я не прошу идти со мной.

Перспектива добраться до деревни была достаточно радужной. Но следуя потоку моих мыслей, оставаться там и стать снова одиночкой я не собирался.

- Верлен, ты мне жизнь спас. - тихо сказал я. - Много ли это или мало, один Исток ведает. Может моя жизнь не так ценна, как жизни других, погибших в городе, но я хотел бы отплатить тебе. Я же вижу, что ты хочешь отомстить, эта ярость и решимость переполняют тебя. Практически выплескиваются наружу, растапливая снег вокруг нас. Так вот я хочу тебе помочь. Пока не знаю как, но точно уверен - я что-нибудь придумаю.

Верлен сбавил свой хромающий, но уверенный шаг и посмотрел мне в глаза. Взгляд был быстрым, но видимо его хватило, чтобы сделать для себя какие-то выводы.

Как пожелаешь, - только и ответил Верлен, устремив взгляд обратно на еле видимую тропу, ведущую сквозь заснеженный лес. «Хорошо, что мы решили этот вопрос сразу», подумал я, затягиваясь гаснущей трубкой.

Так мы и шли до раннего заката солнца, пока дым от пожарища совсем не пропал из виду позади наших спин. Вопрос воды решился замерзшим ручьем, Верлену пришлось пробивать прорубь обломком того самого меча, благо ещё, что зима сковала источник до самого дна. Холода только-только начинались, хотя снег выпал уже как несколько дней. У капитана оказался складной арбалет, явно используемый для боя на коротких дистанциях, из него он сбил пару перепелов, зазевавшихся в заснеженной ложбине, и зажарил их на костре, благо, спички у нас имелись. До кур этим пернатым, конечно, было далеко, но, ни на что другое рассчитывать нам не приходилось. Подумав про обломок его меча, я внезапно понял, что отбиться от двух рослых орков таким обломком – невероятное дело! Задав вопрос Верлену во время разведения костра, получил не менее удивительный ответ:

- Они пали от собственных клинков. Обломок моего меча мне тогда не пригодился, - капитан не стал вдаваться в подробности, а я сделал в своей голове пометку: разузнать побольше об этом невероятном и таинственном человеке. А вдруг у него есть еще какие-то тайны?

Пока я сидел у костра, на меня нахлынула вереница воспоминаний: попытки устроить свою жизнь в подростковом возрасте сменялись попытками побега из дома, и то, и то равнозначно привело к тому, что я сейчас находился возле сожженного дотла города в незнакомом лесу с покалеченным стражником.

Я не знал, сколько ещё нам необходимо было пройти, не знал и горел желанием спрашивать.

Внезапно Верлен высоко поднял голову и прищурился. Он что-то разглядел впереди, и я не преминул спросить, что привлекло его внимание. Ответ пришел не сразу, казалось, он обдумывал достоверность своих предложений:

- Впереди озеро. Мы на верном пути.

Глава 3. Тирна.

Я никогда не верил в Исток, как проявление Высшего Провидения, скорее относился к нему, как к некой всеобъемлющей силе, пронизывающей все Сущее от Северного Хребта до Восточных Утесов. Да, Исток для меня как был, так и остается источником знаний и тайн, которые я всю свою жизнь с тех самых событий пытаюсь познать и направить в русло добродетели. Сила, что исходит «оттуда» - не является плохой или хорошей с точки зрения простого обывателя Карсброма. Для верующих людей она «есть истина, ведущая к просветлению и благодати». Для нас же, магов Высшей ступени – она неизведанная сущность, дарующая силу и воплощение магии.

Прошло много лет с тех пор, как я впервые так близко столкнулся с таким мощным проявлением Истока, я бы мог сказать, что это проявление было самым сильным из всех, что мне довелось узреть в дальнейшем. Но как и у любого «прорыва» истока в наш мир, у него были «две стороны монеты». Каждое плетение заклятий, которое используют маги в своих изысканиях – это бой с самим собой. Исток, проникая в мир через заклинателя и поражает его разум, пытаясь смести все моральные нормы, полностью поглощая колдующего. Люди научились сдерживать неутолимый голод Истока и направлять его в магические конструкты, ограничивая силу своих заклятий и не подвергая собственный разум губительному разрушению. Для этого были созданы арканы – руны и конструкты, повторяющие плетения в их физическом воплощении в мире. Прямое применение магии без ограничений было запрещено, да и, практически, невозможно – свершивший данное деяние лишался разума и становился одержимым. Те в свою очередь сеяли смерть и разрушения, благо не долго – Исток быстро «выжигал» дерзнувшего посягнуть на его мощь и носитель чистой силы погибал в очень краткое время.

Именно по этим причинам те события мне кажутся самым сильным явлением Истока в наш мир. Порой я склоняюсь к мыслям, что Исток не такая уж и бездумная сила. Возможно, кто-то или что-то направляет события этого мира по одному ему известному пути, переплетая наши судьбы для свершения великих событий!

Только зачем? Я до сих пор не нашел ответ на этот вопрос, хотя посвятил поискам долгие годы своей жизни. Но я всё равно благодарен той незримой длани, что свела нас всех вместе. Особенно с этим человеком, который стал для не более чем «всем».

Собственно, о чем это я? Ах, да… Дело было так

Лёд ломается быстрее, чем покров ночных сновидений. Я попробовал осторожно шагнуть и, почувствовав, как нога вминает неокрепший лёд, неуклюже отскочил назад. Верлен презрительно посмотрел на меня и обвел озеро взглядом, оценивая его размеры. Высоко на деревьях протяжно каркал ворон.

-Как думаешь, рыба здесь водится? Мы могли бы сделать удочки из веток, у меня есть с собой немного засохшего хлеба. - Я показательно засунул черствую горбушку в рот, пытаясь рассосать её до состояния мякоти.

-У меня есть идея получше. - возразил капитан и двинулся в сторону лежавшего неподалеку валежника. Пока Верлен раскидывал лапы еловых ветвей, я видел, как из-под укрытия показывается добротный деревянный ящик, на стыках пропитанный смолой и жиром. Капитан откинул крышку. В ящике оказались дождевые черви.

- Я храню их на зиму, – пояснил Верлен, - мы любили приходить сюда с мужиками, половить плотвы и окуней, ребятишки с удовольствием ели жареную рыбку на ужин…

Внезапно замолчал и хмуро посмотрел на меня, - Найди-ка нам ветку попрочнее да погибче.

Пока я возился с веткой и гадал, что Верлен будет использовать в качестве лески, он уже доставал пару крючков и два мотка из внутренних карманов куртки.

- Я надеюсь, с этим ты обращаться умеешь? – вопрос был явно риторический, ведь сквозившая в голосе усталость отражала абсолютное отсутствие интереса к ответу на вопрос. И все же я решил ответить:

- Мы удили с отцом несколько раз.

Воспоминания уходили в глубокое детство, отец поднимал меня ни свет, ни заря, мы шли так далеко, что ноги начинали болеть от усталости, и, в конце концов, я засыпал на берегу. Папа тогда махал рукой и брал всю инициативу на себя. Он вообще частенько брал её на себя. Я издал смешок, отломал ещё одну ветку и начал неторопливо накручивать на неё леску. Быстро остывшая жила животного норовил выскользнуть из рук, и мне требовалось огромное терпение, чтобы довести дело до конца.

Когда мы оба закончили, Верлен взял самодельные удочки и прикрепил по крючку к каждой, поручив мне сделать лунку. Я взял многострадальный арбалет, который на удивление, оказался достаточно легким, не теряя при этом ощущения надежности, осторожно подошёл к краю озера и нанес им три робких удара на расстоянии вытянутой руки.

Лёд треснул, довольный стражник подошел к берегу, опустил удочку в полынью, установив ее на рогатину, которую он взял возле того же спрятанного ящика. После чего сходил куда-то в лес возле озера и прикатил оттуда ствол упавшего дерева. Накинул на него свой кожаный плащ, уселся сверху, походя набивая трубку табаком. Небольшой костерок мы развели заранее, когда дошли до этого места, поэтому Верлен взял уголек из костра и распалил трубку, пустив по глади озера сизый густой дым. Все было настолько обыденно в его действиях и движениях, что мне оставалось только занять удобную позу рядом с ним.

- Рыбалка учит терпению, Эльнакар, - Верлен решил прервать затянувшееся молчание, - Разве твой отец не научил тебя этому?

- Мой отец научил меня лишь тому, что рыбалка вгоняет в сон. - усмехнулся я. - Хорошо, что морозы здесь не такие крепкие, как у меня на родине.

- Родина. Хорошее слово, парень. - сухо отозвался Верлен. - Где она – эта родина, Эльнакар? Я вот, можно сказать, на родине. Эллсгейт не был всегда моим городом, я из дальних его окрестностей, что много лет назад считались отдалёнными самостоятельными поселениями. Но сколько я не ходил и не спрашивал по округе, никто никогда и не слышал о тех местах, которые я помню… - Верлен замолчал, задумчиво затянувшись крепким дымком из трубки.

- Так ты не знаешь где место, в котором ты родился? - удивился . - Может ты расскажешь свою историю, Верлен? Я люблю собирать истории, думаю твоя более увлекательна, чем те многие, что я слушал и запоминал на своем пути.

- Может и расскажу однажды. Но точно не сегодня. Лучше ты поделись своей историей, полной «приключений» и «удивительных» событий, - капитан усмехнулся, вложив толику сарказма в свои последние слова, намекая, что моя история будет скучна и обыденна.

- Для того, чтобы рассказывать об этом, мне понадобятся бренди удивительной крепости и тёплая постель в перспективе. Я не могу распинаться перед тобой, когда мне в лицо дует холодный ветер, в руке вместо бутылки удочка, а под ногами земля вперемешку со снегом. Я жалею, что не воспользовался этой возможностью, когда мы сидели в тёплом трактире и лакали выпивку.

-Ну, дело твоё, странник.

За два последующих часа мы поймали несколько не особо крупных карасей и зажарили их на берегу, соорудив нехитрый костёр. Я решил прогуляться, оставив Верлена караулить наши пожитки и переваривать улов, пообещав ему, что не уйду слишком далеко. И впрямь, мне не стоило отдаляться, учитывая моё знание здешней местности.

Солнце светило меж светящихся от снега веток и отражалось на озерной кромке льда. Пейзаж по-своему красивый, для тех, кому по нраву зима, я всегда предпочитал осенние сумерки или дивный багрянец листьев, готовых вот-вот опасть. Живность в лесу притаилась в ожидании весны, ничто не кричало, не шебуршало и не норовило выпрыгнуть из кустов. Скорее, именно поэтому я был удивлён, ощутив у себя на плече прикосновение руки. Рука была небольшая по размеру, лёгкая и, скорее всего, приятная на ощупь. Мне не хотелось разворачиваться быстро.

Человек опередил все мои рефлексы, сильным движением развернув меня к себе. Несколько долгих секунд я смотрел в глаза удивительно красивой девушке.

Рыжие локоны, струясь, стекали по ее плечам, а острый, гордо вздернутый подбородок придавал незнакомке дополнительный шарм. На ней был лисий полушубок, и в глазах, и в ладно высеченных чертах угадывалось нечто лесное, имеющее прямое отношение к этим краям. На вид ей было лет двадцать пять. Самое забавное заключалось в том, что мне нужно было заговорить первым, но волна трепета от её облика заполонила всё изнутри, хотелось смеяться, плакать, руки непроизвольно задрожали. Мой взгляд сам собой остановился на ее губах, возможность выговорить что-либо осталась где-то рядом с Верленом на берегу, от которого я отошёл где-то на пол-лиги.

Молчание стало затягиваться, когда она вдруг достала из маленьких ножен на поясе кинжал, спокойно направила к моему горлу и задала первый вопрос:

- Что вы со своим спутником здесь делаете?

Звук ее голоса мгновенно проник в мое сознание, чтобы остаться там надолго. Об него можно было согреться. Он был созвучен восходящему солнцу, треску огня, переливчатой трели соловья.

- Мы ушли из города, который разграбили и сожгли орки. Теперь вот ищем себе пристанище - мой голос раздавался хрипло, слова растягивались и в то же время как будто старались обогнать друг друга.

- Ушли или сбежали? Глядя на тебя, нельзя сказать, что ты хороший боец.

- Я оставлю за собой право хранить молчание. Убери, пожалуйста, кинжал.

- Давай изобразим с тобой игру в пленного. Я хочу поговорить с твоим другом, возможно, он будет посговорчивее. И прекрати на меня пялиться.

Это было сложнее всего. От неё как будто веяло огнём, своим собственным, тёплым, горячим, холодным, огонь принимал разные оттенки, я прекрасно это чувствовал и не мог держать себя в руках всю дорогу, пока мы шли обратно к Верлену.

Стражник развалился на берегу и угрюмо смотрел перед собой. Казалось, что он даже не удивился, когда мы подошли, не поразился и тому, что я все еще жив и даже не ранен. Способность Верлена удивляться осталась западнее, за этим лесом, где сейчас, возможно, еще теплились угли пожарища на месте дома, в котором он прожил всю свою жизнь. Глядя на девушку, тоже нельзя было сказать о её миролюбивости.

- А сейчас я внятно повторю свой вопрос, – она устало облокотилась на рядом стоящее дерево и перевела свой взгляд с меня на него:

- Кто вы такие? Почему не погибли, защищая свой город?»

Верлен откликнулся через несколько минут. Голос звучал глухо, стражник кивнул на меня.

- Его хотел спасти. Славный малый, хоть и мало на что годится, разве что языком чесать. Смотрю, и тебе приглянулся. - Верлен впервые усмехнулся с тех пор как мы покинули город.

- Глупо так думать.Я до сих пор даже не знаю, как вас обоих зовут.

- Меня зовут Верлен, а этого трясущегося от холода молодого человека – Эльнакар. Родители так его назвали… Он сам тебе расскажет, если захочет, конечно. Хотя, судя по тому, как он на тебя смотрит, он расскажет тебе всё, что угодно, даже просить не придется

- Что же касается меня… - вздохнул Верлен - я был капитаном стражи в Эллсгейте, девочка. Город погиб. Погиб давным-давно, ещё до этого прихода орков, сгнил и уничтожил сам себя, то, что произошло — всего лишь конечный результат, финал. Бесконечно грабить самих себя нельзя, знаешь ли. Я, возможно, давно хотел оттуда уйти, побродить по свету, мир повидать, и вот теперь я могу. Гол, как сокол, ни кола, ни двора не осталось, иди куда глаза глядят. Вот удача!

-Верлен хочет сказать, что не так уж сильно переживает… — я подал голос.

-Я поняла. Переживать — это удел слабых — слова девушки сочились ядом - меня зовут Тирна. Я живу здесь, в этом лесу. Меня выгнали из моей деревни,из-за того что я плохо выполняла роль послушной девочки. Всю жизнь я ненавидела сидеть и вязать дома, и когда моему брату-одногодку исполнилось восемнадцать, мы отправились с семьёй на охоту, он должен был подстрелить своего первого оленя. Животное убила я.

Повисшее молчание нарушал только треск костра.. Я внимательно смотрел на Тирну, пытаясь понять о чём она думает.

- В тот день меня и выгнали. Отец недолюбливал меня за то, что у меня так хорошо выходило то, что не получалось у брата. Я прекрасно стреляю из лука.

- Может и эту бестолочь научишь? – Верлен хмыкнул, у меня же внутри все сжалось, я готов был броситься на него. – Толку больше будет.

Тирна посмотрела на мои плотно сжатые губы и слегка улыбнулась.

- Научу, если он сам захочет. И не будет сопротивляться.

Сказать по правде, я бы и не смог сопротивляться, и это было очевидно нам всем. Она села у огня, и ветер разметал её волосы. Один пожар оттенял другой, мои лёгкие наполнились воздухом, я никак не мог перевести дыхание, в голове внезапно просветлело, и я тихо выдохнул и сел рядом с ней. Эти всполохи не имели ничего общего с теми, которые горели совсем недавно перед моими глазами. От внезапно нахлынувшего покоя стало невыносимо и хотелось положить руку на плечо Тирне, но я не стал. Или не смог.

- Ну и где ты здесь живешь? Должна же быть у тебя какая-нибудь хижина или землянка.

- Вы почти до неё дошли – Уголки губ Тирны снова чуть дрогнули. Девушка взяла рыбу, отломила ветку от дерева, насадила на неё карася и стала терпеливо жарить.

- Я вышла сегодня прогуляться и приметила вас вдалеке. Обычно тут почти никто нет, деревенские не любят меня и научились обходить десятой дорогой, только ребятишки иногда забегают - проведать.

- И что же, ты большую часть времени общаешься с лисами и медведями? – Верлен был сегодня на редкость тактичен и участлив.

- Да. И не вижу в этом ничего плохого. Вам тоже не помешало бы – улыбка девушки стала чуть шире.

- Ну да, учитывая сложившиеся обстоятельства, если мы с тобой не поладим, то так оно и будет. Нас, скорее всего, прогонят из твоей деревни с их нравами, если узнают, что мы сбежали вдвоём и не погибли, как настоящие храбрецы.

- Да, или повесят. И меня заодно, за то, что я с вами связалась.

- Давайте лучше, раз уж речь зашла о повешение, дойдём до твоей хижины и повесим сушиться одежду — я решил внести свою лепту, вдыхая вкусный запах рыбы и нанизывая своего карася на ветку.

Мокрый снег застиг нас уже на подходе к цели. Девушка действительно жила рядом с озером, в хижине, сложенной из брёвен. Человек, строивший её, ценил хорошую работу – это чувствовалось, и во внешнем виде постройки, и во внутреннем убранстве.

- Давно ты тут живешь? – осведомился Верлен, вступая в уютное тепло хижины.

Внутри было довольно просторно, ветер практически не доставал нас, и я сел на некоторое подобие пола, устланного ветками, и огляделся.

- Года три, может быть четыре – сухо обронила девушка. – Я скиталась по лесу, благо погода к этому располагала, и искала подходящую стоянку, чтобы иметь возможность спать в ней и обеспечивать себя едой и водой. Хижина была никем не занята, и я списала это на свою удачу.

Тем временем Верлен зажёг лучину, снял с себя насквозь пропитавшуюся снегом куртку и повесил её сушиться на сучок.

Тирна пристроила свою накидку рядом, несколько секунд я смотрел на её оголённые плечи, в глазах закружились образы, и из состояния транса меня смог вырвать только ее голос

- Я предлагаю нам вернуться.

Слова какое-то время повисели в воздухе, не желая растворяться. Верлен медленно повернул голову и окинул взглядом девушку, как бы не веря в то, что она только что предложила.

- Ты говоришь про Эллсгейт, девочка? Нас там прикончат быстрее, чем мы подойдем к воротам.

- У меня есть несколько мыслей по поводу того, как мы туда проникнем. Я чувствую, что тебя это гложет, Верлен, и твоя тоска постепенно перекидывается на меня. В Ветсбуре, где я жила, было определенное понятие о чести. Мы должны вернуться. Придём вместе в мою деревню, попросим кузнеца, он скуёт тебе новый хороший меч. Подберём и для этого вон что-нибудь……

- Я чувствую, что вся ваша жизнь будет направлена на то, чтобы подобрать для меня что-нибудь. Спасибо, я справлюсь сам. — В моём голосе просквозила обида, и Тирна легонько потрепала меня по мокрым волосам.

- Подберём что-нибудь для Эльнакара и найдём несколько добровольцев, которые пойдут с нами в наш маленький поход. Среди деревенских есть люди, которые не раз бывали в Эллсгейте и знают несколько тайных троп.

- Мне они тоже известны. Вопрос в другом — орки могли уйти, забрав с собой то, что им приглянулось. Убраться на север. И мы их никогда не найдём.

- Включи голову, Верлен. Я немного знаю орков и ещё лучше знаю эти края, поблизости за пару сотен лиг больше нет ничего, кроме твоего несчастного разграбленного и сожжённого города. Они никуда не уйдут, пока. И им нужно где-то жить, поэтому все дома они сжигать не стали, это абсолютно точно. А когда орки вдоволь насладятся тем, что осталось в Эллсгейте, они нападут на Ветсбур.

- Я понимаю, ты хочешь сказать, что это касается нас всех. Хорошо.

Верлен какое-то время помолчал, обдумывая что-то.

- Не забывай только, что с нами есть обуза, за которой нужно будет приглядывать, чтобы его нечаянно не убили.

- Вы меня утомили, оба — в этот раз я действительно разозлился. Проблема заключалась в том, что здесь было тепло, покидать его и выходить на мороз совершенно не хотелось, а потому я просто сделал сердитое лицо.

- Ты слушай и не встревай. Возьми-ка мой меч. – Верлен передал мне клинок и взглядом попросил у Тирны один из кинжалов, висевших на стене. Она сняла кинжал, кинула оружие бывшему стражнику и с любопытством взглянула на меня, ожидая продолжения.

Первый выпад я сделал, вытянув правую руку вперёд. Верлен отбил его ударом сверху вниз, в запястье что-то неприятно хрустнуло. Меч ушёл в землю, я чуть напрягся, доставая его, и попытался рубануть Верлену по плечу, но он быстро парировал удар и едва ощутимо кольнул меня кинжалом в бедро. Я слегка отступил назад и, разозлившись, попытался ткнуть своего приятеля в руку, но он с легкостью уклонился.

Тирна смотрела на нас, сидя на полу, положив голову на ладони, и улыбалась.

Глава 4. Неожиданная находка.

Когда я рассказал вам в прошлый раз о самом сильном проявлении Истока из когда-либо виденных мной за мою долгую жизнь, то я ни капли не преувеличил. К этому прилагался тот факт, что наткнуться на Силу можно было в любом уголке Карлсброма, даже в маленькой и ветхой лесной хижине молодой девушки, живущей в ней и не ведающей о том, что, возможно, судьба всего мира находится прямо у ее ног. Как говорится – если хочешь что-то спрятать, то положи это на самое видное место.

И снова я прихожу к осознанию, что чья-то невидимая рука вела нас по этому пути, все туже затягивая «узел» на наших судьбах. Особенно на моей. Не столкнись я с тем выбросом, не приди я в тот далекий зимний день к воротам славного города Эллсгейта, ныне павшего в пучину Великого Раскола, не случилось бы всех этих захватывающих дух событий. И я не стал бы тем, кем стал в конечном итоге.

Я мог бы назвать ту находку злом вселенского масштаба, бичом нашего мира. Но я не буду этого делать, ибо, как я уже говорил, Сила не имеет цели быть злом или добром. Всякий, пытающийся ее обуздать – сам дает ей импульс и облекает в форму. Верлен однажды сказал: «Не меч убивает, Эльнакар. Убивает рука, что его держит. Нельзя винить хороший клинок в том, что он оборвал дорогую тебе жизнь. Вини в этом противника, ведь ему есть что терять, когда ты придешь за ним темной безлунной ночью и заберешь самое дорогое, что у него есть». Эта простая в своем исполнении истина стала основной направляющей в моей нелегкой, но веселой и полной приключений жизни. Может быть, именно это и сделало меня таким, какой я есть сейчас.

Но что-то я отвлекся. Да, та находка была невероятна, но сейчас я прихожу к мысли, что не она являлась главным моим приобретением... Множество свершений с тех пор произошло, а я до сих пор боюсь потерять то, что смог обрести в тот далекий зимний день среди леса у маленькой хижины. Но об этом я, наверное, расскажу немного позже.

Утро встретило нас так, как я и ожидал — серой хмарью и еле слышными всплесками воды — это Тирна умывалась и, не спеша, расчёсывала волосы тонким деревянным гребнем. Верлен лежал, угрюмо уставившись в потолок, и поглаживал эфес своего меча. По потолку ползли уродливые тени от камина. Внезапно я услышал шуршание в углу, повернул голову – оказалось, что вместе с девушкой жил рыжий кот размером с маленькую пантеру. Животное сосредоточенно глядело на меня и между делом хрустело уже обглоданным рыбьим хребтом — очевидно, Верлен уже успел сходить на рыбалку. Эта мысль ужалила меня слабым уколом досады – стражник был куда полезнее меня. Впрочем, это — поправимо. Осталось только встать с уютного лежака и оценить ситуацию.

- Итак, друзья, что у нас запланировано на сегодня? — мой голос похрипывал, сказалось раннее пробуждение.

- Как я уже говорила, нам необходимо сначала попасть в Ветсбур. – сказала Тирна. Меня местные жители вряд ли примут с радостью, я в своё время успела насолить нашему старосте, отец хотел выдать меня за него замуж, пришлось обратиться к местной травнице, которая сварила особенно сильное зелье, пагубно сказавшееся на его мужской силе, да и на взгляде на женщин в целом. Отдать за этот отвар пришлось довольно много, папа потом сильно разгневался. Пришлось забирать Рорвика (так, как выяснилось, звали кота) и, простите за каламбур, рвать вместе когти. Я думаю, вы ещё оцените его качества, во-первых, он довольно ловок и без труда может передвигаться даже по по снегу, а, во-вторых, он отменный следопыт и бдительный дозорный. Благодаря ему я вас и нашла. И, кроме того, это непростой кот — он без труда отыщет то, что спрятано. Но главное - он мне верен.

- Ну что ж, и кроме того по мере нашего продвижения нам должно встретиться ещё много очагов пропитания для твоего милого зверя! — при этих моих словах Рорвик сделал решительное движение, одним прыжком пересёк комнату и взгромоздился на моём животе, умильно заглядывая в глаза.

- А как же вчерашняя история про брата? –решил уточнить я.

- Эти события произошли примерно в одно и то же время, папочка из последних сил пытался сделать из меня хорошую жену и хлопотливую домохозяйку – отзовалась Тирна. - Да, я вижу, как ты на меня смотришь, словно хочешь узнать мой точный возраст. Мне исполнилось двадцать два года в январе. Жизнь здесь закаляет, и, возможно, я выгляжу немного старше своих лет. Пойдем-ка, мой недавно приобретенный товарищ, я позволю тебе отведать жареной рыбы, и не смей воротить нос от её размеров — Верлен, проснувшись раньше всех, наловил прелестных окуней.

Всё жилище Тирны представляло из себя взгляд на мир одинокой, нет, не женщины ещё — но смелой и заплутавшей в себе молодой девушки. Даже на маленькой кухне висел лук, и в углу валялся слегка затупившийся, но уверенно поблескивающий кинжал, по всей видимости, именно им девушка снимала с рыбы чешую. Я едва успел задуматься над перспективой питаться только рыбой, как мы уже сидели за неказистым столом, и мне пришлось, потупив глаза, жадно обгладывать мелкого, но очень вкусного окуня. Стол был сколочен очень ладно и в то же время просто, стулья тоже были сделаны на совесть, а я до сих пор не чувствовал в себе силы поднять глаза и уверенно посмотреть в лицо лучницы, которая не была нам ничем обязана и в то же время кормила меня сейчас завтраком. Внезапно Тирна усмехнулась, сделала короткое движение, и на столе появилась бутылка браги. Я, признаться, не мог дать точный ответ на вопрос — хотела ли она увидеть во мне побольше твердости, либо же просто желала, чтобы мы согрелись. Вся посуда была сделана из бересты, точно так же, как и все мои мысли на тот момент были сделаны из очень непрочного материала — как бы теперь не потерять основную нить. Внезапно к очагу подошёл Верлен, молча взял бутылку и сделал 3 громких и очень глубоких глотка, после чего сел и уставился в одну точку.

Тишину нарушила Тирна:

- Если мы будем двигаться быстро, то доберемся до Ветсбура на рассвете третьего дня. Положитесь на Рорвика, он легко отыщет для нас все охотничьи заимки и припрятанные запасы, кроме того он жутко нравится всем местным ребятишкам — когда мы наткнемся на них, они быстро выведут нас кратчайшей дорогой, признаюсь, сама я уже стала забывать тропинки, по которым ходила когда-то.

Пока она говорила, голос лучницы ясно разливался по хижине, точно так же, как смородиновая настойка в моих застывших жилах. Внезапно меня вывел из состояния покоя шорох, который снова издал огромный рыжий кот – он сосредоточенно копал лапой глиняный пол, хитро поглядывая на меня зелеными глазами. Верлен хотел было запустить в него бутылкой, но Тирна резким движением забрала её и пристально стала смотреть за животным, как будто в чём-то его заподозрив. Затем, словно удостоверившись, девушка подобрала кинжал, рукой бережно отстранила кота и сделала несколько широких надрезов в земле, будто бы точно знала, что делает. Подмерзшая глина поначалу поддавалась слабо, но внезапно Тирна начала поддевать землю куда более ожесточенно, и спустя короткий промежуток времени кинжал ткнулся во что-то, что, судя по звуку сильно отличалось от глиняного пола. Металл звякнул о металл. Чуть позже в руках просветлевшей лицом девушки оказалась книга в твердом переплете.

- Ну, давайте проверим кого любопытство терзает больше всего — пьяный голос Верлена раздался из угла. Бывший стражник сделал пару нетвердых шагов и наклонился над книгой.

- Кажется, я узнаю эти руны. Когда я был ещё совсем мальцом, наш священник в Эллсгейте учил меня грамоте и заодно показывал рунический язык, очень иронично то, что когда пришли орки он не успел вымолвить ни слова и всё хваленое волшебство, которое в них могло заключаться, осталось внутри него.

На некоторое время в помещении повисла абсолютная тишина, только кот обводил мерцающими глазами всех нас и дольше всего его осмысленный взгляд останавливался на мне. Хмыкнув, я тоже подошёл к Тирне, заглянул в книгу и почувствовал, как лёгкая дрожь проходит по позвонкам. Я тоже видел и разбирал руны, с которыми ранее никогда не встречался.

- Faele dworg rovula — я произнес формулу шепотом и сразу же почувствовал, как загустевает воздух вокруг меня, попытался сжать ладони в кулаки, но ощущение было такое как будто пространство уже было занято. Искра за искрой на полу стал разгораться костер из зеленого пламени, дающий мало тепла, но открывающий картину, которую мы видели нам буквально день назад — в колдовском огне мы снова видели город, который покинули. Орки монотонно ходили по улице мимо разрушенных и сожженных домов, часть из них судя по виду только недавно отошли от похорон своего вождя судя по неуверенным движениям и застывшему огню в глазах. Внезапно изображение изменилось, и Верлен захрипел – мы втроем увидели лежащую в крови женщину, пытающуюся закрыть своим телом двух детей, в этот момент я снова увидел, как что-то обрывается в молодом стражнике…как вдруг женщина пошевелилась, сделав едва заметное движение рукой. С проклятием мужчина чуть не влетел всем телом в зеленоватый огонь, его успела удержать Тирна, глядя с немым изумлением на происходящее, но всё же сохранив при этом присутствие духа и холодный рассудок. В этот момент видение погасло, огонь погас так же быстро, как и появился, оставив нас в тишине.

- Мы выдвигаемся сейчас же, друзья – изменившийся голос Верлена был абсолютно не похож на голос человека, только что опорожнившего половину бутылки крепкой настойки. – Я ошибся, теперь ясно, что моя жена жива! Или была жива… - взгляд стражника на мгновение вновь стал пустым - Или была… выступаем сейчас же! И возьмите с собой этот чертов фолиант, теперь то ясно к какому ремеслу годен Эльнакар.

Я даже не пытался обидеться на замечание Верлена, в конце концов это было бесполезно по многим причинам. Вместо этого я снова встретился глазами с котом и мне показалось, что он мне подмигнул, хотя это могла быть просто игра света. Или тьмы.

Тирна молча поманила рукой Рорвика, кот прижался к её ноге. Девушка быстрым движением сняла со стены лук, проверила колчан, горько усмехнувшись, и перебросила лук через плечо.

- Нам придётся разделиться на некоторое время. Я вижу огонь, который снова разгорелся в твоих глазах, Верлен, но мы не справимся втроем, да и кот в бою не самый лучший помощник. Мне понадобится капля времени чтобы сговориться с людьми, которые от меня отказались. Чтобы разбудить в них голос рассудка необходимо будет показать то, что мы увидели в книге. Я заберу Эльнакара с собой, а ты, как человек, который знает город лучше нас обоих сможешь осторожно проникнуть туда и спасти свою супругу. Слушай внимательно, рядом с Эллсгейтом, на входе в лес, есть место, в котором я организовала когда-то небольшой тайник, там ты найдешь самое необходимое, лекарства и немного еды. Я оставлю тебе кота, он знает дорогу и сможет скрытно провести тебя. До свидания, друг мой, я уверена, что мы прощаемся ненадолго!

Коротко обняв Верлена, девушка погладила Рорвика и шепнула ему несколько слов на ухо. Огромное животное явно обладало некошачьей мудростью, кот послушно ткнулся носом об нос Тирны, бросил ещё раз взгляд на меня и изогнулся, вытянув длинные лапы.

Стражник не стал спорить, быстро пожал мне руку, открыл дверь и растворился в утреннем тумане, я только успел увидеть, как за ним мягкими скачками последовал его новый спутник.

Глава 5. Два пути.

Будь то люди или эльфы, или иные разумные расы, населяющие Карлсбром – никто из нас не мог творить магию без арканов или рун, содержащих их. И именно поэтому сейчас я отдаю первенство в рейтинге самых опасных и великих артефактов именно той самой книге. Ведь, как я уже говорил, Исток не прощает неподготовленных, уничтожая их человечность и разум, вслед за ними сжигая тело. Меня в то время и пугало и, одновременно, радовало, что я, прочитав все пару слов на странице книги, мог творить такую сильную магию!

Глупец, наивный идиот! Сейчас я понимаю по какому тонкому люду я тогда ходил. Хорошо, что не угробил в пламени Верлена и Тирну с ее котом -фамильяром. Кстати, о этом пушистом звере...

Мир полон удивительных существ и полон отвратительных созданий. Чудовища порой милее людей, что, как считают сами люди, абсолютно нормально. Со своей стороны я встречал множество хороших личностей и ровно также я повстречал прорву негодяев, коих никогда бы не оставил в живых, будь у меня на то сила и возможности. К слову, сейчас они у меня есть, но, может быть, именно поэтому я остаюсь в своей башне на самом краю мира и очень редко ее покидаю. Но я отвлекся.

Тогда я еще не видел всех нитей судеб, что сплетались в тугой клубок событий и не знал многого. Например, Рорвик. Вроде бы и кот, но, как я в последствии узнал из старых писаний, кои собирали монахи в своих монастырях и любезно согласились со мной поделиться своими знаниями, этот кот был древним Духом, являющимся в наш мир с «изнанки» и привязывающимся к первому существу, которое будет нуждаться в помощи. Что это за проявление как не любовь? Именно чувство любви вызывает у духа привязанность в этом мире и именно любовь позволяет ему воплотиться в физической оболочке. Внешний вид определяется тем существом, к которому дух привязался. В случае Тирны – это оказался большой кот, который, как она сама однажды рассказала, появился из ниоткуда в момент критической опасности – Тирна, будучи еще маленькой и недостаточно смелой охотницей, не рассчитала силы и сумела найти неприятности в лесу среди стаи волков. Именно тогда с диким шипением и появился Рорвик, как она в последствии его обозвала. Не буду долго описывать всю дальнейшую судьбу этой парочки до нашей встречи, но кот так и остался рядом с Тирной, охраняя ее и оберегая от разных невзгод, включая мышей в подвале ее бывшего дома. В общем и целом – Рорвик стал ее хранителем. Из тех же трактатов я узнал, что такие духи живут и находятся рядом с хозяином вплоть до самой его смерти и не могут развоплотиться по своей воле и желанию. Даже если тело хранителя погибает, то он вновь воплотится из частички силы хозяина через некоторое время, вернувшись в первозданном виде к своему человеку. Как сказал один из моих бывших наставников: «Какая красивая магия... будто маленькое чудо...».

К сожалению, это то немногое, что просто и красиво среди всех проявлений Истока.

Да, Карлсбром полон удивительных существ.

И полон отвратительных созданий. Но не будем о плохом.

В тот день, как сейчас помню, неожиданная встреча вновь внесла в наши скудные планы внезапный поворот. А поворот принес невероятные обретения и горькие потери…

Снова в центре всего храм Эллсгейта, словно магнит, притягивающий к себе череду событий, из круговерти которых, как казалось тогда, нам было не суждено вырваться…

Мы выступили практически сразу. Солнце ласкало макушки деревьев и путалось в рыжих волосах девушки, не предвещая того, с чем нам придётся столкнуться буквально через несколько часов. Я наблюдал за каждым отблеском, едва поспевая шаг в шаг, ловя ртом воздух и пытаясь осмыслить то, что произошло в хижине. Что же получается? У меня есть магический дар? Только вот я понятия не имею как им пользоваться, так же, как и не имею понятия, что произошло, когда открылась книга. Конечно, можно было бы спросить у кота. Это ведь он нашел книгу. При этой мысли я нервно хихикнул. Тирна недобро посмотрела на меня и ускорила шаг.

- Сколько нам ещё идти? – спросил я.

- Около шести-семи часов, если не будешь предаваться глупым мыслям и перестанешь выискивать в моих волосах, то чего там никогда не было и не будет. – ответила девушка. - Помни о том, что нам предстоит сделать, лично я не верю в твои дипломатические качества, поэтому говорить, когда мы придём в Ветсбур, буду я. Даже не пытайся меня перебивать, лучше всего просто молчи и послушно кивай. От тебя потребуется только воссоздать то заклинание, которое ты шепнул, когда открылась книга, и я искренне надеюсь, что ты помнишь, как это сделать. Иначе наши шансы существенно сократятся.

- Хорошо, я приложу все усилия. Сейчас я предлагаю немного передохнуть, поскольку мы двигаемся бегом уже два часа, у меня все нутро горит. Кроме того, я хотел бы ещё раз взглянуть на книгу. А что касается твоей просьбы, прости меня, весна берёт своё. – Пусть будет так.

Девушка привычными движениями расковыряла две ямки в снегу, который уже начинал таять, в одну из них я с удовольствием уселся, предварительно подложив мешок, благо там не было практически ничего полезного. Капли тумана покрывали одежду Тирны, она брезгливо протерла их и села рядом, внимательно глядя на меня.

- У тебя есть какие-нибудь идеи, почему я умею колдовать? – Теперь уже книгу открыл я, сосредоточившись на самой первой странице. Формула, которую я выговорил в хижине пропала – это было первым на что я обратил внимание, впрочем, я уже не был уверен, что она была там вообще. Потому что страница была пуста.

- Тирна, я сейчас сделал гигантское усилие воли чтобы не расхохотаться снова. Здесь, мать его за ногу, ничего нет.

- Ты действовал очень рассудительно, потому что уверена, я бы тебя прибила. Попробуй сконцентрироваться и вспомнить каким образом формула тебе раскрылась. Помни, что на карту поставлено практически всё. Подумай о Верлене, если ему удастся спасти свою жену, мы не сможем разместить её у меня, ей нужно будет время и длительный уход в нормальных условиях. Сделай усилие, прошу тебя.

Я несколько секунд всматривался в первую страницу. Не происходило ничего, время сгустилось вокруг меня и искрило от напряжения, напомнив про старую зависимость. Положив книгу на колени, я достал из кармана трубку и слегка отсыревший от тумана табак, набил её и в этот момент понял, что потерял огниво. Во второй раз сдержав истерический смешок, я краем глаза заглянул в книгу. На ее пожелтевшей странице проступило слово: Ignum.

Не задумываясь, я прошептал его, и на кончиках пальцев заплясал слабый огонёк. Тирна вскрикнула и отшатнулась в изумленном испуге. Я же, тем временем, направил трубку к огню и, затянувшись, стряхнул остатки пламени в мокрый снег.

- Так-то лучше – усмехнулся я. - Я понял, как работает эта древняя вещь, необходимо захотеть что-то очень сильно и тогда она подскажет нужный набор слов. Интересно только, как регулировать подходящее заклинание, в конце концов большим сгустком огня можно и поджечь этих мразей, которые напали на город. Пожалуй, мне нужно ещё немного времени, чтобы полностью разобраться с нашей находкой.

Лучница, чуть дрожа, снова села рядом со мной. Она все еще с недоверием поглядывала на мою руку.

- Теперь я уверен, что она не подведет нас в нужный момент. Только мне пригодился бы пергамент - записывать заклинания до того, как они исчезнут. Не думаю, что смогу удержать весь запас на подкорке.

- В деревне точно найдется что-нибудь подходящее. Когда мы до нее доберемся. - Тирна чуть качнула головой - Хорошо, что книга к нам попала, а не к кому еще…ты знаешь, я и раньше замечала, как Рорвик топчется возле того места в хижине, я тогда не придавала этому большого значения, но теперь все стало ясно. Конечно, не особо приятно приходить к такому выводу, сидя мокрым задом на холодной земле, но…

Мы слишком поздно обнаружили что окружены. Орки, усмехаясь обступили нас с четырех сторон, впереди шёл самый огромный из них, всего я насчитал шестерых, каждый был вооружен кривым мечом. Лидер шестерки раскрыл рот и проскрежетал:

- Я так и думал, что в этом лесу ещё остался кто-нибудь живой. Ребята сильно расклеились после смерти Рейгвака. Было здравой мыслью собрать отряд и прочесать весь лес вдоль и поперёк. Вы же нас за дураков держите, верно? Такие огромные, зеленые, неуклюжие, отвратительно пахнем. Эй, парень, дай-ка мне то что ты держишь в руках, пока я их тебе не отрубил!

Тирна среагировала молниеносно. Она взметнулась с земли как пружина, на ходу вскидывая лук. Зазвенела тетива, ближайший орк схватился за морду, стрела торчала меж его пальцев там, где только что был глаз. Через мгновение еще один из отряда повалился на землю, агонизируя, он пытался выдернуть оперенное древко из своей груди. Но все же из было слишком много. Огромный орк, который обращался ко мне, успел рвануться вперед и одним ударом огромного кулака сбил девушку с ног. Тирна упала спиной на снег, застонав от боли и с ненавистью глядя на грозную тварь. В отчаяние я обратил свой взгляд на страницы книги. На них ясно проступило - Ignum murus. - Я произнес эти слова раньше, чем успел осознать это. Стена огня разметала трёх орков, которые не успели среагировать так же быстро, как их вожак. Кольцо пламени сомкнулось вокруг троих: меня, пытающегося подняться с земли, Тирны и предводителя орков. В глазах гиганта разгоралась ненависть, способная испепелить нас обоих. Он пнул девушку кованым сапогом и медленно направился ко мне, поигрывая мечом. Самое неприятное в этой ситуации было то, что больше подсказок проклятая книга не давала, и мне, судя по всему, дальше нужно было рассчитывать только на свои силы.

- Кажется, в твоём арсенале кончились фокусы, шаман. Я упрощу тебе задачу.

Пинком ноги орк подкинул мне один из мечей, чей мертвый хозяин из числа отряда бесформенной кучей валялся неподалеку. Этот гнусный наследник смешения отбросов разных рас прекрасно понимал, что я не смогу дать ему достойный отпор, и от того напирал без капли сомнения в своих силах. Мне же было достаточно взглянуть в искаженное мукой боли лицо Тирны.

- Я готов сразиться с тобой на твоих условиях. А если еще раз сделаешь больной ей, мразь, то сильно сократишь свою никчемную жизнь!

Я встал, прижавшись спиной к дереву. Примерился к весу оружия и вспомнил огорченное лицо отца, когда он учил меня парировать самые простые удары, раз за разом убеждаясь в ничтожности этих попыток. Однако же, кое-чему он все же смог меня научить, теперь всё зависело от того как начнёт атаковать эта тварь, и хватит ли у меня быстроты реакции отразить этот выпад. Повсюду со всех сторон кричали умирающие орки.

Гигант нанёс удар справа. Я практически чувствовал силу этого удара, приняв единственно верное решение – пригнувшись, вонзил острый клинок ему в ногу. Если бы на моем месте сейчас был Верлен, орк уже лишился бы обеих ног, но мне удалось лишь загнать меч примерно наполовину. Чудовище по инерции наклонилось вперёд и завязло своим клинком в стволе дуба, на который я опирался. Его рев раскатился по лесу, с легкостью заглушив предсмертные вопли тех, что сейчас в ужасе катались по снегу, стараясь сбить пожиравшее их колдовское пламя. Машинально вытерев пол со лба, я резким движением выдернул меч из ноги твари и нанёс ещё один удар по той же плоскости, затем второй и третий, пока зеленокожий не свалилось на снег, выронив оружие. Оставшаяся картина надолго отпечаталась на моей сетчатке – я увидел, как к лежащему в агонии орку подползает Тирна и загоняет кинжал, который был у неё в поноже прямо ему между глаз, говоря шепотом какую-то фразу, которая значит примерно одинаково на всех языках и не нуждается в переводе. Сразу же после этого я потерял сознание.

***

Верлен с котом пробирались по лесу достаточно быстро, пытаясь при этом двигаться практически бесшумно. У Рорвика это получалось лучше, создавалось впечатление, что кота совершенно не волнуют погодные условия, он продолжал целеустремленно двигаться рядом с молодым человеком. Весь хмель, который еще недавно бродил в крови стражника, улетучился, казалось, что каждое новое движение Верлена было увереннее предыдущего. Несколько раз он оглядывался и едва слышно вздыхал, думая о том, в каком положении могут находиться его друзья. Но эта мысль не занимала полностью его голову, так как впереди было дело безотлагательной важности.

Верлен проклинал себя. Как он мог позабыть о собственной семье, как мог так сосредоточиться на спасение этого мальчишки Эльнакара. Уже потом, глядя на то как орки топчутся по телам жителей Эллсгейта,он и подумать не мог, что судьба могла выкинуть такой фортель и оставить его Нанту живой. Теперь же счёт шёл скорее на минуты, поскольку он прекрасно знал, что орки не не берутпленных. Наступит момент, когда они вновь обойдут разграбленный город и добьют каждого, кто будет еще дышать. От этой мысли парня пробивала дрожь, и бисеринки пота покрывали его лоб, стекая в глаза. Кот как будто перенял это настроение и он, будто бы стараясь приободрить бывшего стражника, потёрся ему об ногу. Чуть погодя стало ясно, что сделал он это совершенно не напрасно. Впереди маячило зарево пожара, и сквозь деревья явственно валил дым.

Верлен закусил губу.

Через полторы-две лиги закончится лесополоса, и будет вход в город, который так долго был его домом. В хитросплетениях улиц он и вслепую отыскал бы свой дом, а перед глазами все еще стоял образ женщины, окровавленной и распростертой на пороге. Главной задачей будет проникнуть в город незамеченными, а затем так жеперенести Нанту в безопасное укрытие. Кроме того, мог выжить, и кто-нибудь из малышей…о том, что в городе могли остаться другие выжившие, Верлен не думал вовсе.

Вывел же его из раздумий голос, который он и не думал услышать больше никогда.

- Старина, да ты как пить дать живой! А что это за прелестное создание с тобой?

Обернувшись, парень увидел пятерых стражников в окровавленных доспехах, устало, но уже с некоторой надеждой, смотревших на него. Среди них был и Томаш, вечно неизменный Томаш, человек, которого Верлен уже не ожидал увидеть никогда. Искра надежды снова зародилась в душе бывшего капитана.

***

Я очнулся от того, что Тирна протирала мне лицо тряпкой, намоченной подтаявшим снегом. Девушка терпеливо ждала, когда снег растает полностью и проводила по моему лицу, отрешенно глядя в лицо. Когда я стал приходить в себя, она слегка отстранилась и сделала то, чего я никак от неё не ожидал – поцеловала меня в щёку, поскольку рот её ещё был наполнен кровью алая струйка покатилась по моей щеке, и лучница неторопливо вытерла её той же тряпкой.

- Я не ожидала от тебя того, что ты сделал, Эльнакар. Честно говоря, я попрощалась с жизнью ещё в тот момент, когда увидела их силуэты возле деревьев, разве что хотела продать наши жизни подороже. Конечно, мы и книге многим обязаны, но что-то мне подсказывает, что в других руках она была бы бесполезна. Очевидно, книга ждала именно тебя.

С этим трудно было не согласиться. Я приподнялся на локтях и огляделся по сторонам – вокруг были почерневшие от огня тела, орки смотрели остекленевшими глазами в сторону неба.

- Будем молить Исток, чтобы это был единственный отряд, прочесывающий лес – продолжила Тирна. Впрочем, невидимый хранитель и так сделал для нас очень много, попади мы с Верленом вдвоем в ловушку, без книги, шансов на спасение не было бы никаких. Я совершенно не чувствую аппетита и мне думается что мы должны продолжить наше путешествие сейчас же, не стоит ждать пока я полностью окрепну. Стоило только сказать это как книга открылась на второй странице, показав мне новую формулу.

- Quim Ziel. Два слова как будто окутали теплом нас обоих, и в мышцах появилась удивительная легкость.

- Ты снова что-то раскопал в этом древнем трактате? – выгнула бровь девушка. - Мне кажется, если бы я не решилась завести кота, мы бы давно лежали вот здесь рядом с этими зелеными исчадиями ада – в словах Тирны практически не чувствовалась ирония, и даже усталости теперь в них не было, она подошла и ловко схватила меня за руку.

Заклинание наполнило силами нас обоих. Сложно было сказать, готовы ли мы к новой стычке и сколько продлится действие чар, но совершенно точно было то, что мы снова могли продолжить путь. Однако же я угрюмо молчал. Мне стало казаться что всё наше путешествие даётся нам слишком просто, и во всём этом определённо должен был крыться подвох. Больше всего меня беспокоил тот факт, что не я управлял книгой – это она подсказывала мне решения. Девушке как будто передалась моя тревога:

- Я вижу, как ты удручен. Думаю, это от того, что ты не привык так часто видеть смерть, как вижу её я. С другой стороны, я очень мало знаю про тебя, за то время что мы познакомились ты не рассказал ничего о себе, и, скорее всего, Верлен знает не больше моего. Однако, сдается мне, беспокоит тебя вовсе не твое прошлое. Позволь-ка мне довериться своей женской интуиции, тебя тревожит книга?

- Да, Тирна – ответил я. - Я не имею ни малейшего представления о том, какого черта тут творится. Как она работает? - я встряхнул книгу - Стоит нам попасть в передрягу, а у нее уже готов ответ. И хотелось бы знать насколько долго может продлиться ее благосклонность. Вся эта история с самого начала пахнет дерьмом, ты прекрасно знаешь, что боец из меня никудышный, и тут появляетесь ты и твой кот, и эта книга. И тревожит меня не смерть. Она тут повсюду. И она-то никуда не денется, но её образ как будто бы отодвинулся далеко назад. Настоящая опасность таится где-то впереди.

- Возможно в Эллсгейте выжил кто-нибудь кто сумеет пролить свет на эту ситуацию – сказала девушка. - Можно попробовать обратиться к шаману, который живёт в нашей деревне, когда мы в последний раз встречались, мне казалось, что он сохранил ещё какие-то остатки разума. У кота тоже не спросишь, бессмысленно, хоть он очевидно и наделен магическими силами, поговорить с нами он не сможет. Скоро покажется деревня, друг мой. Наберись терпения, нам придётся много говорить, но основную часть я постараюсь взять на себя.

***

- Здравствуй, Томаш. Здравствуйте, товарищи. Я, мать его, совершенно не ожидал встретить вас здесь.

- Точно так же, как и мы. Боюсь, что это всё, что осталось от основного отряда из трехсот мечей, капитан. Никто не ожидал, что эти твари появятся, никаких донесений от наших дозорных из соседних деревень, ни из Холванда, ни из Ветсбура, о Кордисе и говорить не приходится. Холванд находится ближе всего – скорее всего от него осталась только выжженная земля, Кордис к востоку от нас – сложно сказать, что с ним,а…- в Ветсбур сейчас направляются мои друзья. Их двое, и они подвергаются огромной опасности, они идут чтобы предупредить местных и ударить по оркам.

- Один из них тот молодой парень, который подходил к городу несколько дней назад и с которым вы пили в трактире? - поинтересовался Томаш.

- Да. Бывает, что быстрое знакомство становится началом долгой дружбы…Расскажи мне, что с твоими близкими? Кто эти четверо бедняг, которые устало жмутся к огню?

-Девушка, с которой я хотел связать свою жизнь, мертва. Помнишь Лейлу, дочку нашего мельника? Когда орки пришли, я было бросился за ней, но в схватке, под напором орков, мы потеряли друг друга, а потом я услышал ее крики. Не хочу дальше говорить об этом. Самого мельника зарубили, когда он пытался убежать, а эти четверо – самые крепкие парни из тех, что остались в гарнизоне, Верлен. Только что нам с ними теперь делать? Всё это время мы укрывались в лесу, но недавно все равно попали под орочий разъезд. Благо их всего-то пятеро и было, как и нас никто из ребят даже не ранен, включая меня. Я чертовски рад тебя видеть, дружище. Присаживайся к нам, расскажи какими эти дни были для тебя.

- Откровенно говоря, рассказ мой будет скуп на подробности. Основное, что я узнал и почему я возвращаюсь – моя Нанта жива – при этих словах Рорвик потёрся о ногу бывшего стражника. Этот кот – питомец подруги, которую мы вместе с Эльнакаром - тем молодым парнем, встретили в лесу. Он, вместе с девушкой, которую мы повстречали в лесу, направляется в Ветсбур к местному старосте, а мне необходимо вернуться в город и отыскать мою жену. Я не знаю, что с ней и где она, дышит ли еще, но, если есть хоть малейший шанс найти ее живой, я обязан им воспользоваться. Кроме того, девушка, которую мы встретили, знает, где можно укрыться на время, пока будет идти подкрепление из Ветсбура, если мы его дождёмся конечно…в тайнике есть все необходимые вещи. Я не зову вас с собой, такое решение можете принять только вы сами.

На некоторое время в маленьком лагере воцарилась тишина. Прервал её кот, который укоризненно мяукнул и царапнул Верлена по ноге.

- Мы пойдём, Верлен.- спокойно произнёс Томаш. - Возможно, итог всего уже предрешен, а возможно жизнь уготовила нам кое-что поинтереснее. Безусловно, вдвоём с твоим пушистым другом вы привлекли бы меньше внимания, но у меня созрел кое-какой план. Орки разослали отряды по всему лесу, чтобы выследить тех, кто мог спастись. Это хоть немного, но отвлечет их. Мы с ребятами постараемся пробиться к колоколу, к тому, что на старой церкви, нашей задачей будет зажечь сигнальный огонь. Да, я знаю, что ближайшие деревни могли увидеть издалека зарево пожара, могли почувствовать запах дыма. Но никто не пришёл, Верлен. Подмога из Ветсбура может явиться, а может и нет, как ты сам прекрасно понимаешь…Разве что на Кордис еще есть надежда. Мы и сами думали туда отправиться, да растеряли последние силы в стычках с орчьими отрядами, ими леса так и кишат. – Томаш грустно усмехнулся и положил руку на плечо Верлена. – Тебе необходимо спасти Нанту, если она ещё жива. А я искренне надеюсь, что так и есть, друг мой. А покамест, дождёмся сумерек и выступим.

***

Женщина лежала на животе. Со стороны казалось, что она приняла такую позу от усталости. Проходящий мимо человек в обычных обстоятельствах вполне мог решить, что она перебрала в местном трактире и сейчас находится на мосту между двумя мирами – утреннего похмелья и пьяной ночной благодати, и, разумеется, этот прохожий не подал бы ей руки и не помог бы встать. Однако, более зоркий зритель увидел бы следы крови, корочкой застывшие на лице, и то, что одна из рук женщины неестественно заломлена. На счастье Нанты перелом был закрытым. То единственное движение, что Верлен видел в магическим огне, отняло у измученного тела едва воспрянувшие силы. От острой боли Нанты вновь впала в забытье. Новое пробуждение настало, когда на небе проглянула луна и обдала лежащую женщину холодом. С востока поднялся холодный ветер. Несчастная Нанта пролежала в таком состоянии несколько дней – только удивительная жизненная сила, заключенная в ее теле, спасла женщину от неминуемой гибели. Нанта попыталась приподняться на локтях, но снова упала лицом в землю, и картина, открывшаяся перед её глазами, была самой страшной из всех возможных – она увидела отражающиеся в свете луны глаза мертвой дочери. С глухим стоном Нанта приподняла голову и разглядела огонь в таверне, и услышала крики оттуда – орки который день отмечали взятие города. Стараясь снова не потерять сознание, женщина перевернулась набок, нащупала за поясом кинжал и осторожно, здоровой рукой, вытащила его и крепко сжала. Она осторожно перекатилась к каменной стене уже остывающего здания, которое совсем недавно было их с Верленом домом. Прижавшись спиной к тому, что осталось от двери, Нанта отдышалась и сглотнула слёзы, выступившие на лице. Она была готова.

***

Как только солнце окончательно спустилось за горизонт, шестеро мужчин и мягко трусивший рядом кот выступили в поход, который каждый по-своему считал последним. Бойцы, закаленные в десятках боев, шли чуть ссутулившись. Место их стоянки находилось совсем рядом с захваченным городом, идти было всего ничего, и каждый из них уже вынул меч из ножен и внимательно поглядывал по сторонам. Рорвик, как будто бы всю жизнь, ждавший этого момента, горделиво поднял вверх хвост и, казалось, не обращал внимания на пейзаж, который открывался впереди. А посмотреть было на что. Большая часть домов превратилась в груды щебня. Церковь, которую издалека заприметил Томаш и его солдаты, продолжала упрямо стоять, будто гордая женщина, над чьим телом надругались, но чей дух сломить так и не смогли. Пустыми глазницами выбитых окон таращилась она в темноту, а выплаканные слезы цветных витражей пали на землю и застыли. Отряд продвигался быстро, каждый чувствовал свою, лично ему уготованную роль. Когда Томаш, сидя в лесу, говорил о том, что видит для себя и своих людей лишь два пути, он лукавил, возможно, больше чем когда-либо в своей жизни. Сейчас он сжимал правой рукой в кармане кремень и ждал минуты, которая рано или поздно наступает в жизни настоящего мужчины.

- Теперь мы должны разделиться – сказал Томаш. - Ты, Верлен, пойдёшь направо, я уже вижу отсюда твой дом. Мы же будем осторожно продвигаться к церкви. Пожмем же руки, дружище, шепот в моей голове говорит, что возможно мы видимся в последний раз.

- Я был рад снова с тобой повидаться – ответил Верлен. - Мы живём в искалеченное время, Томаш, но, как и любое другое, оно жаждет подвигов. От нас. Хвала Истоку, что сохранил нас для будущих свершений.

Мужчины крепко пожали друг другу руки и стремительно разошлись в разные стороны. Кот бежал рядом с Верленом, то сужая, то расширяя зрачки, временами поглядывая на церковь, опустошенную, но, как и все мы, помнящую лучшие времена.

Глава 6. Схватка.

Мир полон отвратительных тварей. Куда же без них? Еще одна излучена нашего пути, еще одна встреча, принесшая нам боль и страдания. А боль и страдания всегда идут рука об руку со злом. Ч не побоюсь назвать этих созданий и людей настоящим, первозданным злом, хотя в них и не осталось ничего человеческого.

Мир Карлсброма велик и многогранен. Пересекая его вдоль и поперек, всегда находишь что-то новое и ранее неизведанное. Но наш мир не един в своем существовании, ведь за людскими свершениями и подвигами всегда идут людские грехи.

Помимо Изнанки нашего мира, где обитают различные сущности, не подвластные простому человеческому пониманию, есть и другая сторона монеты – Демонический план. Да, те самые страшные сказки, что матери рассказывают своим детям о демонах и чудовищах, что приходят по ночам к маленьким непослушным детям – имеют свои корни как раз этом измерении. Только демоны не приходят к маленьким и непослушным. Они приходят к взрослым и состоявшимся людям, которые жаждят большего, не гнушаясь «ценой». Все самые грязные и ужасные мысли, которые посещают людей в час радости или скорби, притягивают этих тварей с той стороны.

Нет дыма без огня. Без людских пороков и грехов не было бы и демонов.

По одному из древних трактатов коллегии магов Карлсброма, коих мне довелось познать множество из множеств, Демонический план делится на три уровня призыва. Не буду вдаваться в яркие подробности, лишь скажу, что в тот самый злополучный день в святилище Истока нам пришлось столкнуться далеко не самым «лёгким» воплощением этих адских порождений Пекла, будь оно проклято. Хотя куда на их головы еще больше проклятий?

Все они когда-то были людьми или иными разумными, населявшими наш мир. Но вечная боль и страдания меняют душу. Века истязаний в адских кузнях выжигают все то немногое хорошее, что еще оставалось в разумном до его попадания на Демонический план. И вот, спустя многие века, обратившиеся в вечность, в наш мир прорываются искалеченные и изуродованные души, ведомы лишь яростью и болью своих злодеяний. Набравшись там Силы, здесь они обретают плоть для своих Демонических обличий, порой принимающие ужасающие формы.

И даже в таких ситуациях у этих порождений Адской Бездны находятся приспешники с этой стороны.

Мне никогда не удавалось понять, что влечет эти прозябающие души на служение «Великому Злу»? Малодушие, простая жада наживы? Месть или неотвратимое желание власти? Наверное, все это и множество других пороков, которыми славятся все живущие на Континенте.

В тот день нам пришлось столкнуться с одним из дьявольских воплощений и его приспешниками.

Схватка была ужасной, и если бы я мог, я бы не стал рассказывать о ней. Но из песни слов не выкинешь, как говорится…

Все события, описанные далее, до сих переживаются оставшимися в живых очень тяжело. Тяжело сотворить легенду из боли незаживших ран, что еще сочатся сукровицей из-под едва наросшей корки памяти.

Я забегу вперёд, сказав, что бой в общем и целом продолжался чуть более суток. Госпожа Удача была благосклонна ко всем, оказавшихся вместе в этот непростой час.

Со мной ни знамени, ни чести

Я вырву корень, семена

Останутся для новой песни

Вы выпьете бокал до дна

Мотив неистовый, крылатый

За радиусом сотни лиг

Никто не вспомнит день без даты

Когда я заново погиб.

Именно тогда был создан этот гимн для всех городов южного побережья Карлсброма, Ворот Души, как их окрестили позже.

Но вернемся к началу.

Верлен бежал что было мочи, уже не оглядываясь, не замечая находится ли Рорвик рядом с ним. Он увидел Нанту в полуобморочном состоянии, склонившейся над телом убитого орка, которого женщина подстерегала из-за угла. Она не знала в конце концов для кого понадобится тот кинжал, но пьяная тварь сама свалилась практически ей под ноги, осталось только нанести удар в яремную вену. Верлен подхватил её на руки и прижался губами к лицу жены, ища её губы, не замечая, как у кота, находившегося рядом с ним поднялась шерсть, не слыша шипения, которое издавало животное, не видя, как сходится вокруг него зеленое войско, услышавшее его громкий крик. Крик, который он издал, когда увидел свою жену.

Томаш вбежал вместе со своими верными бойцами внутрь церкви, но совершенно забыл про ступеньку, которая вела наверх. Один из солдат, пробившись вперед, наступил на неё и не успел среагировать, когда деревянный каркас ушёл из-под ног, повалился ничком и перестал подавать признаки жизни. Однако у Томаша была с собой кошка. Не обращая внимания на остальных, он закинул её и стал упрямо карабкаться наверх, услышав топот ног вокруг здания. Часть орков услышав звук падения стала собираться вокруг церкви, ещё чуть-чуть и самые первые начнут врываться внутрь. Парень успел подтянуться наверх, щелкнул кремнем над огромной чашей и разжег пламя, сделав стремительный разворот назад. В этот самый момент, увидев через разбитое окно повешенную на столбе дорогую его сердцу Лейлу он понял, что пришло время умирать. На сей раз ему самому.

Верлен упёрся спиной в стену своего бывшего дома, нежно усадив свою жену на обгоревшую землю, стараясь не задеть искалеченную руку Нанты, и неуловимым движением вытащил меч из ножен.

- Я не понимаю вашего языка, так что объяснимся на мечах. Ну! Кто первый! Подходи! Поторгуемся! Вам это дорого станет! С этими словами Верлен сделал короткий взмах и перерубил двух орков, которые имели неосторожность приблизиться к нему на расстояние удара. Рорвик увернулся от выпада одной из зеленых тварей, впился орку в лицо и сплелся с ним в один клубок, катаясь по земле. Далее события развивались ещё быстрее, на Верлена бросилось сразу пятеро, но один из них застыл, подкошенный, со стрелой в горле, а остальные орки повернули головы назад и увидели отряд из деревенских мужиков, вооруженных мечами и пиками и стоявших впереди двух молодых людей, устало смотревших на них.

-Кажется, я чертовски рад вас здесь видеть – хриплый голос Верлена звучал так, будто он постарел на несколько лет. – Приятель, используй свою волшебную книгу, бьюсь об заклад, без её помощи нам не одолеть всех этих тварей, несмотря на то, что вы привели с собой помощь. Я тоже встретил кое-кого в лесу, когда пробирался сюда…Пока капитан говорил, орки пытались создать ромб, оказавшись между нескольких противников. Безошибочным чутьём они уловили опасность, что исходила от тех двоих, что стояли во главе отряда, а еще от мужчины, что сжимал в руке меч, заслоняя собой привалившуюся к стене женщину.

- Боюсь, она частенько работает в ситуациях, которые можно назвать совершенно критическими и покамест не собирается мне повиноваться – я тоже произносил слова с трудом, переводя дыхание после быстрого бега, а здесь же приходилось буквально кричать. Но, можешь не сомневаться, если эта макулатура с каракулями решит, что нам пора на тот свет, она тут же откроется на нужной странице…либо, если захочет поведать нам что-то важное.

Пока я говорил, Тирне удалось застрелить ещё троих орков, из тех, что подходили к Верлену, все выстрелы попали точно в сердце. Когда она натягивала тетиву, чтобы подстрелить последнего, руки перестали слушаться девушку и в глазах на секунду потемнело. Среди орков тоже был шаман.

Заслышав о сражении, твари спешили к дому капитана стражи. Еще не до конца протрезвевшие одиночки вливались в ряды таких же, собираясь в буйную и свирепую толпу. Хриплые голоса и короткие окрики командиров звучали со всех сторон.

Огромная зеленая тварь тем временем подошла к Верлену. Пара кинжалов торчала из-за пояса орка, а пальцами он поигрывал огромным двуручным мечом и пристально смотрел капитану в глаза, выбирая момент для атаки.

- Отпусти это слабое создание, человек. Мне приятнее будет убить тебя, зная, что абсолютно ничего тебя не обременяло. Чуть позже она сможет увидеть, как ты умираешь, а пока отпусти её.

Верлен осторожным движением отстранил свою жену, выпрямился и перехватил меч поудобнее.

- Кажется, одному из нас в самом деле пора умереть.

В этом поединке сила точно была не на стороне капитана. Оставалось надеяться только на ловкость и мастерство, но после первой же попытки парировать удар чудовища, Верлен почувствовал, как его рука онемела. Он стиснул зубы, нанёс удар и встал в терции чтобы не пропустить выпад кинжала в правое плечо. Прятаться было некуда, отступать тоже, поскольку за ним стояла женщина, за которую он был готов умереть. Орк выбросил меч вперед, потом нанёс удар по касательной, Верлен дважды увернулся и сумел задеть бедро твари резким выпадом, только после этого орк отступил немного назад.

- Именно тебя научили драться, вот как одновременно скупа и щедра природа. Мне было приятно рубить твоих соплеменников, маленький ber’nil. Вы мало тренируетесь, практически не уделяете внимания подготовке, распыляясь на мелкое, каждый раз забываете, что поблизости может оказаться кто-то сильнее, ловчее, прозорливее вас. Нас вы недооцениваете уже давно, примерно с тех пор, как ворота души выплюнули сгустки наших материй и начала зарождаться первая жизнь…Что ты пытаешься защитить? Даже если тебе удастся одолеть меня, эти потомки первого ber’nil в заляпанных пивом штанах не протянут и часа. Вспомни, как мы захватили ваш город, бедный человек. Даже те несчастные, что были у вас в резерве, погибли быстрее, чем успели подумать о том, как дорога им жизнь. Скоро сюда подойдут наши лучники, они изрешетят вас всех. Взгляни как сутулится твоя женщина. Она дала тебе потомство, ber’nil, она защитила их своим телом, я помню её, потому что именно я отбрасывал вокруг неё отряд, который пытался её защитить. Ты убегал тогда, потому что был уверен, что она уже мертва, убегал и взял с собой этого недоноска, который сейчас так внимательно на нас смотрит…

Верлен не стал дожидаться новых словоизлияний и ударил своим мечом широко, внезапно, и с силой, как он предполагал. Удару действительно было на занимать мощи, но зеленый гигант успел выставить свой огромный меч и клинок бывшего капитана раскололся возле эфеса. От удара Верлена отбросила назад, но он успел сделать кувырок и очутился прямо перед монстром.

- Firblande dvastene ost – на сей раз не стена огня, но сгусток пламени окутал орка, который не успел занести свой меч. Чудовище закричало и попыталось нырнуть в снег, но магический огонь не гас до момента пока орк не испустил дух.

- Я всегда буду поражаться выбору момента, который ты используешь, колдун – скомкано проговорил Верлен, пытаясь наладить дыхание.

- В таком случае не забывай о том, что чудеса происходят в основном только тогда, когда ждешь их меньше всего – я подобрал чуть нагревшийся фолиант с земли и взглядом проводил отряд орков, который двигался к ним со стороны ближайших домов.

- Эти твари вооружены луками. И, боюсь, что сейчас книга нам не поможет.

Тирна поняла это быстрее остальных. Она успела чуть оправиться от заклинания, схватила лук обеими руками и сделала несколько выстрелов, которые внесли хаос в отряд.

Орки замешкались.

Прижав книгу к груди, я поспешил укрыться за ближайшим деревом. Мы были в опасности, практически окружены, но страницы фолианта оставались чисты, сколь упорно я в них не вглядывался.

- Ignum murus!

Заклинание, вызывающее огненную стену, само всплыло в памяти и сорвалось с губ прежде, чем я успел о нем подумать.

Без поддержки книги эффект оказался слабее. Заклинание помогло только в том, что орки отвлеклись на искры, которые заплясали у них под ногами и перестали обращать внимание на Тирну. Та, тем временем, успела выпустить несколько стрел, поубавив количество нападавших. Две из них попали в головы, один из орков скривился, получив стрелу в плечо, ещё один скорчился, пытаясь достать стрелу из своего живота. Верлен нагнулся, прикрывая супругу своим телом, над ними пронёсся дождь стрел, некоторые должны были полететь прямо в них, но прямо за его спиной материализовался едва заметный щит.

- Держитесь. Эта чертовка в моих руках нагревается всё сильнее, но снова выручила нас в критический момент.

Тем временем Тирна поняла, что им не одержать победы, пока она не подстрелит колдующего орка, целившегося в тех несчастных, которых ей удалось привести со мной. Бедные крестьяне напарывались на внезапно возникавшие в земле ловушки с острыми прутьями, полностью теряли зрение, сталкиваясь друг с другом и нанося друг другу рубящие удары. Девушка увидела, как орк сосредоточился и через несколько секунд перед ним появилась пара волков, они, сверкая острыми зубами, жадно принюхивались и поднимали шерсть на мощных загривках. Коротким кивком головы шаман отправил зверей в сторону Тирны, лучница чуть отступила назад и наложила мокрыми от пота пальцами стрелу на тетиву, моля Исток о том, чтобы не промахнуться. Дождавшись, когда первый волк опередил другого на корпус, она выстрелила. Стрела пробила легкое и вонзилась в лапу второй твари. Тирна чуть отступила и опустила лук, в попытке отдышаться. Шаман в усмешке обнажил кривые клыки…пошевелил пальцами, и перед взволнованной девушкой предстала … она же. Та же самая фигура, одежда, разница заключалась только в плотоядной ухмылке и кровью налитых глазах. Тирна-двойник выхватила нож и пошла навстречу ошарашенной лучнице, которая не могла пошевелиться. Девушку спасло то, что умирающий волк вытянул лапу и морок споткнулся о неё, выругавшись и потеряв равновесие. Этой короткой секунды хватило на то чтобы собраться с духом и выстрелить в своё зеркальное отражение. Стрела должна была попасть в сердце, но иллюзия развеялась, когда стрела прошла сквозь него - Тирне помогло то, что орк-колдун стоял прямо напротив неё. Он просто не успел увернуться. Стрела по самое древко пронзила его насквозь, намертво припечатав к ближайшему дереву.

- Кажется, с меня на сегодня хватит магии – тихо сказала Тирна. После этих слов колени девушки подкосились, и она упала, ища глазами друзей.

Я чувствовал, что моя энергия, как магическая, так и общечеловеческая, подходит к концу. Я стянул через голову промокшую до основания рубашку и подобрал лежащий поблизости меч, выпавший из рук павшего крестьянина, Верлену тоже пришлось довольствоваться простецким одноручным клинком, так как его меч был сломан. Кривой ятаган, который остался мне от убитого орка, я оставил в теле их вожака. Новый клинок отличался тем, что был чуть легче, но, тем не менее, сильно оттягивал кисть. На мече не было никаких узоров, лезвие, выполненное из самых дешевых материалов. едва ли выдержало бы даже полдюжины сильных ударов. Кроме того, левое плечо начинало саднить, оказывается одна из тварей с луками задела его, теперь уже сложно было понять, случайно или намеренно. Кровь застыла коркой, но перевязка скорее всего еще понадобится. Книга могла помочь только в критических ситуациях – эта мысль прочно осела в голове. Сейчас надо было сосредоточиться на помощи Верлену и его жене, которая крепко прижалась к мужу и затравленным взглядом смотрела на окружающих их орков. Щит, который я наколдовал, ещё держался. Чудовища взяли Верлена и Нанту в кольцо, совершая короткие выпады, в надежде отыскать брешь в магической броне.

Ситуацию вновь спас гигантский кот. Рорвик, щерясь окровавленной мордой, заметался между орков, мешая им окружить Верлена, кусая за ноги зелёных тварей и едва успевая сплёвывать кровь.

Стражник выпрямился, взял за руку жену и принялся рубить. Глаза Верлена приняли абсолютно стальное выражение, боковым зрением он увидел, как Тирна без сил валится на траву, увидел меня, ловящего ртом воздух, откинувшего бесполезную на время книгу, и сосредоточился на том, чтобы пробиться к своим друзьям. Орки остались без своего шамана, что помогло в целом людям из Ветсбура, которые пришли на помощь, внутри них стало возрастать семя надежды на то, что победить всё же удастся. Заплатив при этом немалую цену.

Вернемся же на некоторое время к Томашу. Один из его верных бойцов провалился, забыв о хрупкости ступеньки и лежал, хрипло постанывая на полу, остальные трое преодолели опасный промежуток и стояли рядом со своим собратом, спокойно глядя на отряд зеленокожих, во главе с мужчиной, облаченным в черную мантию. На голове человека был капюшон, скрывающий глаза, руки были скрещены на груди, вся его поза олицетворяла полное владение ситуацией.

- Итак, молодой человек, ты решил спрятаться в церкви – сказал мужчина. - Это очень на тебя похоже, сколько я тебя помню, ты жаждал найти покой душевный, когда его так не хватало. Вижу, ты отобрал с собой лучших. Браник, Рискондер, Фейотис, Ванделлос. Внизу, судя по всему, подаёт последние признаки жизни Накотар. При естественном положении вещей я бы предложил свою помощь, однако, увы…обстоятельства поменялись, Томаш. И живым из этого здания не выйдет никто.

- Я тоже узнал тебя, Фераллис – обронил Томаш. И, связывая в голове все последние события, прихожу к выводу, что этого нашествия никак бы не случилось, не приложи ты к нему свою руку. Тебе нужно было что-то здесь, в Эллсгейте, кроме того, ты не обеспокоился тем, что оставишь следы, значит ты окончательно переступил черту и перешел на сторону зла. Моя матушка, ещё когда я был совсем юн, приходила слушать твои проповеди и уже тогда сокрушалась, что в твоих словах стало просачиваться больше горечи. Больше чем обычно, Фераллис. Неужели обстоятельства сломили тебя настолько, что ты окончательно потерял в своем сердце любовь и сострадание? Люди, пришедшие со мной, готовы были умереть за идею, за свой дом, близких, которых уже нет, поскольку ты принял своё безрассудное решение. Книги, которые ты читал последние годы, приоткрыли тебе завесу, к которой ты так давно стремился?

- Брось философствовать, сынок, тебе это не идет – буркнул Фераллис. - Если бы твоя мать была мудрее, она давно бы забрала тебя отсюда, из этой гиблой дыры. То,что ты называешь любовью и созиданием, прогнило до самого нутра, пока ты пил пиво в корчме по вечерам с Верленом и остальными бравыми вояками из гарнизона. Убить горстку жителей этого города не составляло никакого труда, более того, мне приятно было осознавать, что они мертвы. Держит меня здесь до сих пор лишь известие о том, что некий юноша нашёл книгу, которой мне не хватает, чтобы завершить одно дело. Впрочем, это абсолютно неважно. Кроме того, с ними есть животное, которое такпже могло бы помочь мне. Я чувствовал ауру книги постоянно, находясь в Эллсгейте. Да, откроюсь тебе, она сводила меня с ума. То, что было спрятано в этой церкви помогло мне набраться сил и вкусить новых магических знаний, ты скоро убедишься в этом. Но, как и в любой мозаике, без части её невозможно добиться полного результата. Я видел образ мальчишки, владеющего книгой, он пришел сюда с отрядом мужиков с вилами, я практически читал в его голове и по его глазам отчаяние и тоску, что они не справятся и не успеют. Боюсь, что так и есть…А теперь, полно болтать.

Старик говорил, а пальцы его рук двигались не переставая, это не ускользнуло от внимания Томаша, и он ткнул в бок самого расторопного из своих бойцов. Тому дважды повторять не требовалось. Рука стража обманчиво медленно и плавно потянула из-за пояса кинжал. Коротким взмахом воин отправил клинок в полет, сталь грозно сверкнула в полутьме церкви. И все же стремительный бросок запоздал. Перед Фераллисом, защищая его от удара, все отчетливее вырастал сгусток плотного тумана. Он клубился, сгущался, обретал форму, пока полностью не сформировался в Носху,, порождение тьмы третьего порядка. Откуда-то издалека Томаш вспомнил, что таких исчадий ада может призывать только маг, с генами имеющий предрасположенность к этой дисциплине. Сделать это беззвучно – маг, у которого есть с собой как минимум один необходимый артефакт. За такой короткий промежуток времени – человек, полностью продавший душу дьяволу. Существо, появившееся в церкви было похоже на изуродованного струпьями человека, с красными глазами и безгубым ртом. Кинжал плотно вошёл ему в грудь по рукоять, Носха покачнулся, выгнулся и вновь выпрямился, разжав нити несуществующих губ и ощерив острые зубы. Орки с открытой неприязнью смотрели на это создание, но никто из них не попятился назад, только слабый гул прокатился по их ряду.

- Я вызвал его сюда, чтобы у вас не было никаких сомнений насчет исхода. Ты знаешь, Томаш, насколько живуч Носха, ты ведь довольно любознательный юноша... Пару десятков лет назад этих тварей привёл сюда демон, имени которого я называть не буду, ибо вы недостойны его слышать, много крови тогда пролилось по всему континенту…Мне нужна книга, чтобы усилить те знания, которыми я уже располагаю. Я знаю, что мальчишка с друзьями придут сюда, в эту церковь. И я готовлю им достойный приём.

Парень, лежащий под лестницей снова еле слышно застонал. Носха неспешно подошёл к нему, вытянул кинжал из своей груди и вонзил в тело умирающего, в то же время приникнув зубами к его шее, раздирая кожу. Тот успел только вскрикнуть, в последний раз.

- Дадим ему слегка напитаться – усмехнулся Фераллис. - Я останусь здесь, глядя на то как он расправится с вами, подожду основной отряд. Судя по всему, твоя друзья должны появиться с минуту на минуту.

Быстрыми движениями Томаш распределил своих людей у окна. Двое встали перед ним, двое сзади, вместе образовав плотный квадрат. Сталь практически не могла повредить этой твари, Томаш хотел лишь выиграть время, и, если за пределами окна показался бы Верлен он бы крикнул, чтобы остановить его. Носха, закончив трапезу, стал неторопливо взбираться по лестнице, перелетев по воздуху то место, где обломилась ступенька. Внезапно Томаша осенило, рядом с ними на столе стояла ёмкость, наполненная освященной водой. Долго раздумывать было некогда, он опустил край клинка в жидкость и жестом приказал сделать остальным тоже самое. Когда младший демон добрался до отряда, его встретила серия ударов, каждая атака с шипением разрывала его плоть, поднимая пар. В помещение воцарилась невыносимая вонь, краем глаза Томаш успел заметить, как тварь ударом костлявой лапы, отдаленно напоминающей человеческую руку, рассекла Бранику сонную артерию, кровь брызнула фонтаном, и тот повалился замертво прямо у его ног. Наконец, под гнётом наносимых ударов Носха не выдержал и стал постепенно рассеиваться. Старик заскрипел зубами – слишком театрально было начинать бой здесь, но ему хотелось проучить Томаша, показать, что стены, за которыми он хотел спрятаться, ничем его не спасут. Пришло время вводить в бой орков.

Нетерпеливо махнув рукой, Фераллес отправил к лестнице двадцать бойцов, которые были при нём. Орки стали карабкаться друг на друга чтобы преодолеть опасный проём, рассчитывая захватить верхушку числом – рано или поздно Томаш и его люди должны будут устать.

Самого первого орка зарубил Рискондер, ударом наотмашь. Кровь брызнула, залив ему глаза, человек сделал неуверенный шаг назад, прикрывшись рукой, следующая тварь увидела это и с глухим рычанием бросилась вперед, но путь ей преградил Фейотис, отразив разящий выпад и ответным ударом отрубив голову. По ступенькам вскарабкались ещё двое, к ним бросился Томаш, сделав ловкий финт отрубил руку, держащую меч одному из орков и, отбив удар второго, выходя из финта, припал к стене, секундой позже орк охнул и осел, сжимая рукой рукоятку кинжала, который кинул Фейотис. Кинжал попал точно в сердце.

Остальные шестнадцать тварей, казалось бы, обрели единый разум. Поняв, что, если они будут подниматься по одному, шансов выжить у них мало, они начали раскачивать балки, на которых держались остатки лестницы. Несколько орков начали рубить остов. Долго здесь было не продержаться. Томаш оглянулся на своих друзей. Тех, как будто бы парализовало на месте, в глазах каждого из уцелевшей четверки появились оттенки белого, руки вытянулись на ширине плеч. С криком проклятия молодой человек полетел вниз вместе с подрубленной конструкцией, рядом с ним собрались оставшиеся шестнадцать орков.

Я шёл, с книгой под мышкой, кровь хлюпала под ногами: кровь деревенских мужиков, кровь орков, возможно кровь кого-то из нас пятерых. Тирна шла рядом, периодически припадая на левую ногу, угрюмо глядя вперед. Верлен уже перестал поддерживать Нанту, женщина чувствовала себя немного лучше, держалась крепко его за руку и старалась поспевать в такт. Рядом с нами бежал кот, который чуть ли не каждую секунду осматривался, полными ярости глазами он шарил по сторонам, ожидая очередной атаки. Но всё было тихо. Книга вела нас, направляла. Я сам до конца не понимал, как это объяснить, но остальные спутники чувствовали это также, как и я, и никто не задавал вопросов. В конце концов именно она привела нас сюда, раскрыв то, что супруга Верлена ещё жива. Чуть позже я расскажу о том, что произошло с нами в Ветсбуре, и как мы общими усилиями смогли добиться того, чтобы люди послушались нас и выступили. Пока же события, которые происходили с нами по мере продвижения по кровавой земле вглубь города требовали того, чтобы их описали в первую очередь.

Итак, книга вела нас, но и без нее я знал о том, что Томаш и его солдаты должны сейчас находиться в церкви, и тот факт, что мы шли туда, будто бы повинуясь указующей стрелке в голове, подсказывал, что с отрядом Томаша случилась беда. Я старался отогнать эту мысль, изредка поглядывая на Верлена. Лицо бывшего капитана стражи, казалось, не выражало абсолютно ничего.

- Давайте рано или поздно перестанем слушаться неестественных процессов, которые могут привести к нашей неминуемой гибели – голос Тирны звучал глухо, чувствовалось, что в лёгких девушки не хватает воздуха.

– Меня не покидает чувство, что все, что произошло: ваш с Верленом побег из осажденного города, наша встреча в лесу, поход в Ветсбур - всё это неслучайно, прелюдия к чему-то большему и похоже на подготовку к жертве, вроде как человека сначала растирают священным маслом, а потом кладут на ритуальный алтарь. Вы то что об этом думаете?

В ответ ей только еле слышно заворчал кот.

***

Томашу казалось, что во время падения перед ним промелькнула вся его скромная жизнь. Повезло парню только в том, что он упал не на спину, а смог сделать кувырок и приземлиться на ноги, правда оказавшись при этом в толпе орков. Те, казалось, не спешили прикончить его на месте, только образовали круг для того чтобы он не смог из него выйти. Внезапно в кругу появилась прореха, через которую, усмехаясь, неспешно шествовал старый колдун.

- Как тебе вид из окна, Томаш? Это я приказал повесить твою невесту, я знал, что рано или поздно ты вернешься сюда, и зрелище того, как она висит на дереве, тебя позабавит. А совсем скоро здесь появится и твой дорогой друг Верлен. Для него у меня специальный подарок. Твои люди, которые стоят наверху, не тронутся с места, пока я им этого не разрешу. Как видишь, мне даже не требуется вызывать ещё кого-то из глубин преисподней, чтобы сломить тебя. Послушай, сынок. Я когда-то давно хорошо знал твою мать, она любила послушать мои проповеди. Твой отец оставил тебя совсем маленьким и ушёл сражаться на бессмысленной войне, откуда почти никто не вернулся. Если в твоей голове есть зерно здравого смысла, ты присоединишься ко мне. Да, я знаю, что посеял, когда начал эту бойню, но я хочу, чтобы ты понял, что существует власть, с которой бессмысленно бороться. Она присовокупляет к себе всё то плохое, что тебе до этого удалось узнать и в то же время дарит бесконечное удовольствие от возможности пользоваться теми благами, которые ранее были тебе недоступны. Я могу показать тебе, как очарователен мир за пределами твоего скудного мирка, взамен того, что у тебя забрал. Несмотря ни на что, у меня осталось некоторое представление о чувстве долга…мы были с твоей матерью довольно близки.

Вместо ответа Томаш плюнул ему в лицо. В этот момент двери церкви распахнулись, и в зал медленно вошли четверо людей и огромный, похожий на разъяренную рысь, кот.

***

Первые несколько секунд в помещении слышны были только звуки коротких хлопков от соприкасающихся ладоней.

Фераллис веселился от души, наблюдая создавшуюся картину. Ни одно другое зрелище не могло бы добавить ему столько благодушия.

- Вот мы наконец-то и собрались все вместе. Верлен, я не вижу привычной улыбки на твоём лице. Когда мы встречались ранее, ты всегда был рад видеть юродивого, что же поменялось в тебе?

- Какая же ты мразь…- Верлен медленно выплёвывал каждое слово, пытаясь в то же время прикинуть их шансы на победу в этой схватке. Рядом со стариком были орки, он пересчитал их глазами. Учитывая то количество, которое им всем вместе удалось сегодня перебить, группа, находящаяся на пути, не представляла опасности. Но старый колдун был невозмутим, и от его спокойствия у Верлена засосало под ложечкой.

- Я не стану снова заниматься демонстрацией своих возможностей, молодые люди. Я только хочу, чтобы вы отдали мне книгу, которую по случайному стечению обстоятельств, вам удалось найти. Эта книга служит проводником к человеку, который по природе своей наделен некоторыми способностями, по совместительству – могущественным артефактом, который работает в обе стороны, и мне она нужна для достижения определенных целей. Если вы мне её отдадите, я пощажу твою жену, Верлен, и она умрет быстро и безболезненно, я займусь этим сам. Если же нет - старик криво усмехнулся - вы столкнетесь с ужасом, который лишит вас рассудка прежде, чем отобрать ваши жалкие жизни.

Первой не выдержала Тирна. Издав короткий сдавленный рык, девушка молниеносно выхватила лук, и в воздухе запели стрелы. Упало сразу три орка, остальные, ощерив клыки, бросились на нас. Томаш устало поднялся на ноги и прислонился к стене, внимательно глядя на старика, который даже не думал командовать орками. Одним сразу занялся Рорвик, Нанта достала липкий от крови кинжал и бросила его в прямо в глаз бегущей твари. Двоих зарубил Верлен. Я проверил, как выходит из ножен подобранный клинок, рука по-прежнему саднила, но кисть держала эфес крепко. Книга безмолствовала с тех пор, как мы зашли в церковь, похоже, именно сюда она нас и вела. Я встретил удар налетевшего на меня орка нижней стороной клинка, с трудом отбил и, крутанувшись так, как показывал мне когда-то отец, отсек голову зеленому созданию. Рорвик уже ворвался в группу уцелевших орков, кусаясь и царапаясь, он изо всех отвлекал внимание от меня и Нанты.. Женщина с трудом держалась на ногах.

Ещё через несколько секунд всё было кончено. Под сводами церкви снова раздались сухие хлопки.

- Я не ошибся в вас. Придется все же устроить для вас настоящее представление…- вслед за словами старика в воздухе стали собираться сгустки мглы, принимая самые макабрические формы. Первым материализовалось существо, телом напоминающее женщину с тремя парами рук, вооруженных острыми изогнутыми клинками. Острые клыки сверкали в узоре ее жесткого рта. За ней появился сутулый воин в леопардовой шкуре, с человеческим телом и головой, напоминающей кошачью. Он чуть пошевелился, но я сразу почувствовал в нём обещание огромной скорости и почувствовал, как по всему телу прошла сильная дрожь. У него не было никакого оружия, кроме двух кривых кинжалов за поясом. Последней появилась тварь, большей частью своего тела напоминающая змею, но с головой прекрасной женщины. Лицо портили узкие зелёные глаза и безгубый рот.

Воин в шкуре леопарда среагировал мгновенно. Пока Томаш разжимал засохшие губы, он запрыгнул на балюстраду и отточенными движениями снёс головы всем людям, оставшимся без движения после заклинания. Закончив с ними, он мягко приземлился на каменные плиты пола и стал неторопливо и абсолютно беззвучно приближаться к Томашу. Руки парня были опущены, он, как завороженный, смотрел в глаза идущему навстречу ему созданию и чувствовал, что это приближается его смерть.

- Больше я не буду повторять. Отдайте мне книгу. В противном случае каждый из вас умрёт мучительной смертью, я прикажу моим друзьям растянуть пытки так, что вам самим захочется ускорить процесс, но такой возможности уже не будет.

Я лихорадочно пытался вспомнить заклинание щита. Едва шевелящимися губами выговорил нужные слова, но Фераллис только расхохотался. Из его пальцев вылетела молния, расколовшая защитный круг напополам, часть её попала в нагрудник Верлену. Стражник задохнулся от боли и отступил на несколько шагов.

- Мальчик, артефакт, который сейчас бестолку висит у тебя на бедре, подчинится тому, в ком почувствует больший запас магической энергии, знаний, и, кроме того, он сам привёл тебя сюда. Неужели ты настолько глуп?

Верлен сплюнул кровь с губ и хрипло выговорил:

- Так какого дьявола ты сам её не раскопал? Не почувствовал нужные потоки? Мне кажется ты брешешь, колдун, брешешь, а каждый из нас продаст свою жизнь очень дорого, можешь не сомневаться.

Шестирукая женщина уже приблизилась к нам и заняла своё место в кругу. Тирна успела откатиться от разящего выпада, Верлен телом защитил себя и Нанту, выставив свой меч наискось, в пропитанном кровью воздухе молельни эхом отдалось пение клинков. Мне удалось отбить удар одной из её рук, от второго я увернулся, но пришлось рухнуть на пол, и это не ускользнуло от её внимания. За пределами нашего круга было слышно, как кот бьётся с женщиной змеёй: то кусая её за хвост, то внезапно отпрыгивая. На коже Рорвика алели следы от нескольких укусов, но яд ничего не мог сделать волшебному созданию. Во всяком случае я очень хотел в это верить. Уже лёжа на полу в ожидании смерти я почувствовал, как нагревается книга, откатился в сторону чтобы не попасть под удары сабель и успел-таки выхватить артефакт, чтобы открыть на нужной странице. Руку обожгла новая боль, это один из клинков вскользь ободрал кожу выше локтя. Хуже уже вряд ли могло бы быть, поэтому не акцентируясь на боли я выговорил формулу:

-UT NOCTEAM TIMEAM.

И провалился во тьму.

Глава 7. Осознание

«Лживы языки их и яд они источают». Так бы я описал свой опыт общения со столь замечательным народом, именуемый эльфами. Гордые, долгоживущие создания, кичащиеся своим длительным существованием и считающие, что они значат для это мира больше, чем то-то другой.

Мне пришлось много взаимодействовать с этим народом, и я не могу сказать, что все они поголовно «мерзкие надменные» сволочи. В большинстве, конечно, это так. Но и у эльфов бывают исключения.

К сожалению, именно их народ первым из всех принес в мир понимание Истока и модели управления этой плохо сдерживаемой силой. Именно их конклавы тайных мудрецов путем проб и ошибок, ценой жизней и даже собственных душ, создавали первые конструкты и вычерчивали руны. Когда-то тайная вязь магических плетений все равно стала явной и покорила многие народы, имевшие предрасположенность к волшебству. Как вы знаете, меня это тоже не обошло стороной. Даже не знаю, быть ли этому благодарным, или проклинать, брызжа слюной от негодования?

В истории Карлсброма часто случалось, что прорывы истока происходили сами собой, как потом выяснилось, это случалось в местах «тонкой материи», где грань нашего мира истончалась и Исток, годами подтачивая Мироздание, прорывается на наш План, всегда принося с собой что-то новое и неизученное. Никто не знает какую форму примет Исток, попав в наш мир. В Эллсгейте, судя по легендам, это был камень неизвестной породы, из которого в последствии сотворили храм. В других местах, что я вычитал из старых ветхих фолиантов (а древние монахи славились своим скрупулёзным собиранием информации о мире), Сила принимала облик невиданных ранее существ, то мог быть Дракон или Морской Змей. Я же предполагаю, что все это не воплощение Силы, а вырванные из иных миров, объекты, каким-то образом попавшие в течение Истока.

Маги всех разумных рас давно гадают, если ли иные миры за барьером Изнанки, но до сих пор никто так и не смог покинуть наш План дальше Демонического.

Кроме вашего покорного слуги, конечно же. Но об этом я расскажу как-нибудь в другой раз. Вы ведь никуда не спешите? Так вот, о чем я тут писал… Ах да. Эльфы.

Та встреча была для меня первой, где я смог поговорить с настоящим эльфом, да еще и в компании нескольких гномов. Совсем в голове не укладывалось. И эта встреча стала для всех нас, прошу заметить - в очередной раз! – поворотным моментом.

Вспоминаю, и аж дух захватывает…

Я очнулся от того, что Тирна обливала меня холодной водой. Очнулся так, как будто бы выпивал перед этим неделю, долго и мерзко, чувствуя боль в каждом суставе. Внутренний голос сразу заставил меня оглядеть тех, кто находился рядом со мной и окружающий ландшафт. Книга перекинула нас на песчаную отмель, рядом с красивым озером, покрытым коркой льда. Холодный ветер то и дело обдувал мне лицо, пытался растревожить слипшиеся волосы Тирны, путаясь в них, как сейчас хотел бы запутаться я. Верлен сидел в позе мольца, скрестив ноги и угрюмо вглядываясь в горизонт, его супруги не было видно рядом. Рорвик зализывал раны, выразительно поглядывая на всех нас.

- Томаш остался там, Эльнакар. Заклинание забрало только тех, кто находился в пределах защитного круга, который ты построил – в голосе Верлена звучала горечь.

-Мы оставили его там умирать. Безусловно, каждый из нас благодарен тебе за чудесное спасение, но всё равно я не могу сказать, что мы отделались легко…

На этом моменте моя рука дернулась.

- Жизнь, очевидно пытается меня научить что надо без всякого сожаления отдавать то что нежданно-негаданно приобрёл, да только вот не знаю сколько ещё этот фокус будет работать – глухо продолжил Верлен. - На моей голове не осталось практически ни одного не тронутого сединой волоса. Нанта ушла, чтобы собрать хвороста для костра, не беспокойся за неё. Когда мы все оказались здесь, она первой очнулась и подняла на ноги меня. Я сперва ни в какую не хотел её отпускать, но она здорово соображает в ремесле травника, возможно ей удастся отыскать необходимые растения чтобы поднять всех нас на ноги быстрее, да и сердце мне подсказывает что никого отрицательно настроенного к нам мы не найдём...Это чтобы ты не теребил лишний раз свою проклятую книжку, которая нас туда занесла. Хотя, если бы не она, я не знал бы что Нанта жива, ах, чёрт. В любом случае нам всем понадобится длительный отдых.

- Я думаю, нам всем необходимо наконец поговорить – медленно вымолвил я.

Лицо моё не отражало тех эмоций, которое я старался вложить. Усталость сказывалась на всех, но больше всего на мне, поскольку я не привык к таким далеким переходам и приключениям…пришла пора сказать правду.

- Верлен, я не собирался идти в Эллсгейт. Меня просто-напросто выгнали из моего дома, моя семья решила, что я ни на что не годен. Отец занимался мной очень долго, я говорил тебе…занимался без видимого результата. Мать жила отдельно, никогда особо не подключаясь к моему образованию, разве что не считая момента, когда я достиг разумного возраста в 6 лет. Сын ловчего и беглой дворянки вряд ли мог рассчитывать на большее, если ты понимаешь о чём я. Я собирал свой узелок и углубился в ближайший лес, говоря откровенно я вообще не знал куда выйду, поскольку двигался без карты. Женщина, на которую я смотрел в поместье не подавала признаков симпатии, оставалось только предаваться усладам в местных притонах и периодически смотреть по сторонам, вдруг что-нибудь подвернется? Все мои навыки были сплетены в одно – я умел слушать только свое сердце, когда оно подсказывало что мы вместе решительно загибаемся.

Верлен смотрел на темнеющее небо и ничего не говорил. Тирна, прищурившись, искала место где прилечь поближе к воде и с тихими возгласами разгоняла бегающих по берегу млекопитающих.

- Один только Исток знает, как я оказался среди вас – продолжил я.- Все эти магические штуки были мне абсолютно незнакомы ранее, вы об этом знаете. Сейчас Томаш возможно уже мёртв, и я чувствую этот груз на себе. Маг, который был там, знал, что ему нужна эта книга, которая прицепилась к нам с жилища Тирны. Кстати, Верлен, пришла пора рассказать о том, как мы замечательно провели время в Ветсбуре. Однозначно можно сказать только то что приняли нас там максимально нерадушно. Но лучше пусть Тирна сама расскажет, как договаривались, да?

-Да – сказала девушка. - Когда мы наконец до туда добрались нас встретил староста Ванштейн. Гнусный мужик, который помнил все мои проказы, когда я ещё была ребенком…

***

- Тирна, ты уверена, что люди, которые захотят пойти с тобой помогут вам отбить город? – с усмешкой спросил староста. Если, по твоим заявлениям орков несколько сотен только в Эллсгейте, значит остальные могут копошиться где-нибудь поблизости и представлять опасность для всех. Ты говоришь, город был практически не защищен, но кто защитит нас, когда орки придут сюда если я отдам всех своих бойцов? Кто будет засеивать пашни, разводить коров и добывать зерно чтобы мы смогли жить дальше?

- Сейчас под угрозой находится город, который испокон веков защищал вас. – слова девушки звучали глухо, так как она понимала, что уже долгое время не имела права голоса в Ветсбуре.

- Впрочем, вернее будет сказать «то, что от него осталось», не так ли? – от вопроса старика разило ядом за несколько вёрст. Судя по твоим рассказам, там не осталось камня на камне, а ты ведь там даже не была. Нам приходится придерживаться версии молодого человека, который стоит рядом с тобой, понурив голову и сжав зубы. Готов поспорить, он бы удавил меня прямо сейчас, представься ему такая возможность. Так что же, паренёк, ты предлагаешь мне оторвать крестьян от своих семей, чтобы спасать голые обожжённые камни?

Прежде чем мы добрались до Ветсбура, Тирна строго-настрого приказала мне молчать о книге и открывшемуся нам видению. Сейчас я полностью разделял её настроение, ибо рассказать – значило открыть этому старику секрет, который мог раствориться в нём и точно также мог бы вызвать бурю. Этот ходячий мешок с костями вполне мог бы отобрать у нас фолиант и запереть в клетке на потеху публике, отрезав нам путь и все надежды на то чтобы помочь нашему другу. Изначально шансов на то чтобы вызвать сострадание здесь было очень мало, единственная точка на которую стоило давить – то, что орки, возможно скоро уже будут здесь. И лучше встретить их как минимум в густом лесу, поджидая в засаде, не подвергая риску семьи ни в чём не повинных людей. Тем не менее, ситуация становилась тупиковой и в этот самый момент я почувствовал, как книга начала нагреваться, обжигая мне бок. Ещё одно свойство, которое я заметил в ней – она будто бы меняла форму, становясь меньше, когда это было нужно, я чуть заметным движением достал заметно съежившуюся книгу и увидел на обложке надпись, на сей раз без всяких рун, на всеобщем языке. Там было написано – «Говори правду. Попроси этого человека позвать церковника».

Движение не укрылось от горящих глаз старосты, которыми он проводил мою руку.

Чуть закашлявшись он прошипел –

Нужно было отобрать у вас всё, когда вы ступили на нашу землю. Если вздумаешь колдовать, сынок, я прикажу тут же посадить на кол вас обоих, а кол велю поджечь, чтобы над вашими муками было забавнее наблюдать. Наш единственный палач натрёт его маслом, которое давненько без дела лежит в общинном амбаре. А пока вы будете кричать, по вашим искренним крикам я пойму истинную цель вашего визита сюда.

- Мы видели образы в магической книге – после некоторого молчания сказал я. - В Эллсгейте остались живые люди, однако же без вашей помощи нам их не спасти. После этих слов я почувствовал боль под коленом, это Тирна яростно ударила меня, испепеляя взглядом. Однако я выдержал удар, спокойно подняв глаза и девушка чуть успокоилась. Пододвинувшись чуть ближе к ней, я услышал её шепот: - Я так понимаю, этой линии тебе посоветовал придерживаться твой учебник. Умоляю тебя, только не выдай старику все наши тайны.

Староста, который до этого сидел, плотно вжавшись в кресло, резко выпрямился. Стоит упомянуть что мы находились в его личной резиденции, единственном доме, построенном из кирпича и обожженной глины, все остальные дома в Ветсбуре были деревянными, поэтому живущие здесь люди крайне боялись огня. У старика же стоял камин, который мелодично потрескивал, стрелял искрами и освещал наши лица. Перед нашим приходом Тирна сказала мне, что власть переходит от человека к человеку в Ветсбуре путём народного голосования, каждый следующий кандидат как правило тщательно отбирается, но что касается ныне действующего, по словам Тирны руководящий пост был принят им по наследству. Глядя в глаза этому высохшему, жилистому мужчине я понимал, что в своих стремлениях он не остановится ни перед чем, даже если ему придётся убить. Особенно, если придётся.

- Девочка, ты помнишь, как мы попрощались с тобой в последний раз? – в голосе старосты звучал металл.

- Мне кажется, я был слишком мягок. Ты перехитрила меня, заодно разрушив кучу планов, которым не суждено было сбыться, а я не прощаю подобные вещи. Тогда ты решила прибегнуть к помощи алхимии, женщина, которая вызвалась тебе помочь страдала долго, очень долго, поверь моим словам. Я подобрал для неё специальную камеру, загнал туда несколько изголодавшихся до плотских утех мужчин и только на вторые сутки приказал её повесить. Как ты понимаешь, ограничивать тех ребят я ни в чём не стал. С тобой же я распрощался можно так выразиться, полюбовно…из уважения к заслугам твоего отца.

В этот момент я едва слышно хмыкнул и это тоже не укрылось от проклятого старика. Он дёрнул рукой и двое стражников с хлипкими мечами, которые наблюдали за нами из окна зашли внутрь и взяли меня под руки, лишая возможности ими пошевелить.

- В случае крайней необходимости мне не понадобится делать магических пассов – эти слова я выплюнул ему в лицо. Камин разгорелся чуть ярче, старик подошёл ко мне и в сухом клёкоте искр раздались два хлёстких удара – он прицельно бил по щекам.

- А я управляю этой деревней пять долгих лет и не хочу слышать в своём доме глупое хмыканье и комментарии недоноска, пускай и с магической книгой за пазухой. Подумайте сами, какое мне дело до ваших проблем? Повторюсь, я могу в любой момент казнить вас, не раздумывая ни секунды, достаточно только отдать короткий приказ. Вы говорите, орки скоро будут здесь. Ну что ж, в таком случае нам лучше будет собрать вещи и двигаться в сторону порта Карлсброма, это займёт пару недель пути. Готов поспорить что помимо орков нас будут поджидать и твари поинтереснее, но другого выхода нет.

- Он есть, Ванштейн – Тирна в первый раз назвала старосту по имени. И в голосе её чувствовалась неприкрытая злость. - Всегда можно закрыть глаза на события, происходившие в прошлом, однако я всё же напомню, что Эллсгейт по крайней мере пять раз приходил нам на помощь за последние десять лет, когда мы оказывалис в беде, не считая постоянных продовольственных поставок. Вспомни, сколько наших детей отправилось учиться туда, сколько кузнецов и знахарей вернулось назад, чтобы поддерживать жизнь этой деревни. Мой отец постигал азы в Ветсбуре, пока случайно не познакомился с охотником из Эллсгейта, тот показал ему как нужно правильно снимать кожу с животных, как задерживать дыхание, когда целишься… Пока Тирна говорила на её глазах начали наворачиваться слёзы, староста смотрел на нас и в его глазах не было абсолютно никакого интереса. Точно также можно было с укором бить входную дверь. Я вспомнил, что мне необходимо держаться позиции, выбранной книгой и сказал:

- Позовите сюда монаха.

- О, вы решили заранее исповедоваться? Наш святой отец будет рад, у него давно не прибавлялось работы, жизнь в наших краях течет довольно размеренно. Староста расхохотался и обрывки слюны разлетелись из его рта, впрочем, это нисколько не вогнало его в краску.

- Отпустите мальчишку. Приведите сюда Йохана, уверен, им найдётся чем поделиться с ним пока мы столь любезно обмениваемся здесь комплиментами. Не бойтесь за меня, им духу не хватит причинить мне вред. Тирну я знаю с её рождения, а этот молокосос недалеко от неё ушёл.

Когда гулкие шаги стражников стихли он снова вперил в меня свой взгляд.

- Итак. Даже не думай пытаться очаровать меня своими чарами, мой дом охраняет ещё несколько человек и им дан относительно этого довольно ясный приказ – если я начну сомневаться в своих словах, если вы выйдете отсюда вместе со мной, и я буду улыбаться добродушной улыбкой дурачка, они вас застрелят сразу же. Поэтому вы не выйдете отсюда. Йохан заведомо был подготовлен о вашем визите. Во время ежедневной молитвы боги показали ему тебя, Тирна и этого сопляка, как раз в тот момент, когда вы вперились глазами, в образы, которые нарисовала вам книга. Должен признаться, я был заинтригован, ведь такое случается не каждый день, кроме того доселе тебе удавалось прятаться от нас так, что мы не могли тебя найти даже если бы захотели. В этом чувствуется рука твоего отца…Кстати, он сюда не придёт проститься с тобой. Сказал, что вы слишком разные, несмотря на некоторую вашу неуловимую связь. Давайте выпьем чего-нибудь? Вы всё-таки мои гости сегодня.

Старик подошёл к буфету и достал запыленную бутылку.

- Хороший самогон. Выпейте со мной, я знаю, что вы проделали немалый путь, чтобы оказаться здесь, а я как хороший хозяин не могу вам отказать в удовольствии.

При этом он достал три рюмки и наполнил их до краёв, звучно хлопнув об стол. Камин при этом разгорелся ещё сильнее, я уже начал переживать как бы случайная искра не сожгла пол и всю прилегающую обстановку к чертям.

Я смотрел на Тирну. Она не делала никаких оберегающих жестов, только молча смотрела в пол, очевидно путаясь в своих собственных мыслях.

- Ну что же вы медлите? Хорошему хозяину не стоит отказывать. – Усмешка на губах старосты становилась всё шире.

Я решил, что отравить нас было бы слишком мелко. Старик же явно хотел большего, сладко поёживаясь в своём удобном кресле. Решение было принято мгновенно – мы столкнулись с ним рюмками, пара капель пролилась на пол. Глоток вызвал дикое жжение в гортани и быстрый рвотный рефлекс, пробираясь в желудок.

- Чудесно. Я снова наполню, если дамы и господа не возражают – улыбнулся староста. Тирна смотрела на меня с неприязнью, не двигаясь с места. Внезапно за дверью послышались шаги, пока мы стояли со старостой со стопками в руке в дверь вошли уже знакомые мне до этого двое стражников и мужчина в рясе, склонивший голову и сосредоточенно разглядывавший пол.

- У меня созрел тост. Давайте выпьем за хорошие начинания и далеко идущие планы. Да, Тирна? Я вижу ты не пьёшь, отдай свою рюмку нашему почтенному святому отцу.

В следующие несколько секунд произошло очень много событий. Монах, быстро скинувший с себя капюшон первым делом вонзил нож, который был спрятан у него за поясом в спину старосты, надавив на него как можно сильнее, так что тот запрокинулся на спину и сжал мужчине рот своей ладонью, чтобы тот не позвал на помощь. Пока я нерешительно стоял, Тирна уже достала лук и прикончила двух стражников, которые в первый момент не поняли, что именно происходит.

Ванштейн извивался, но монах, вогнавший нож ему под рёбра держал его очень крепко. Чуть подождав он вынул нож и расчётливым движением вогнал ему старосте в сердце. В комнате воцарилась напряженная тишина.

- Тебе пора уходить, дочка. – первым нарушил тишину мужчина в рясе. - Мне чертовски надоел этот фарс.

Когда я узнал, что ты придёшь сюда, мне пришлось притвориться что я не заинтересован в этом, так что проблем проникнуть сюда не было. Здорово я их обманул, правда? За домом стоят мои люди, они знают, что произошло в Эллсгейте и готовы вам помочь. Среди народа давным-давно замышлялось убийство Ванштейна, но подобраться к нему было невероятно сложно, так как он держал вокруг себя проверенных бойцов, выбрав их из нашего мужичья. Вижу, ты не разучилась стрелять и уверен это не раз спасало твою жизнь. Иди же сюда, я тебя обниму.

***

Тирна ненадолго замолчала и в нашем маленьком импровизированном лагере воцарилась тишина, нарушаемая только потрескиванием искр от костра. Жена Верлена вернулась и, пока все остальные слушали, свалила в охапку сушняк (его найти было чрезвычайно непросто) и несколько увесистых веток и подожгла моим огнивом. Не помешало бы и табаком разжиться – мысль пришла как будто издалека, я даже невольно усмехнулся. Кроме хвороста Нанте удалось добыть и парочку полезных растений, она умело растерла их в ладонях, выжала сок и приготовилась делать компрессы, вместо тряпок послужили обрывки моей штанины. Одежда вообще здорово пострадала в битве и каждый из нас чувствовал непреодолимое желание помыться, хоть это и было практически невозможно. Оставалось только смотреть на замерзшую водную гладь, над которой призывно блестела луна. Верлен внезапно заговорил, поеживаясь от ветра:

- Я кажется руку сломал. Не знаю, только, в какой момент, когда парировал удар этой шестирукой прелестницы, или, когда приземлился после нашей телепортации. Благо, перелом внутренний, сломана кисть. Но какое-то время держать в этой руке меч я не смогу, нужно чтобы срослись кости.

Я посмотрел на книгу, но она не разгоралась призывно и вообще, судя по всему не хотела временно идти на контакт.

- Да брось ты это – откликнулся Верлен. - Каждый из нас чего-то да стоит, не всегда же полагаться на колдовство. Томаша вот очень жаль…

Нанта присела рядом с мужем и провела рукой по его волосам:

- Дорогой, нам не стоит винить себя. В конце концов, он тоже знал на что идёт, когда возвращался в город, так же, как и его люди. Безусловно жаль, что он находился довольно далеко от нас и энергия круга не перенесла его вместе с нами. Но он погиб героически, я уверена в этом. Я видела, что эти ублюдки сделали с его невестой и представляю, как тяжело ему самому было всё это пронести через себя. Уверена, сейчас он нашёл свой покой.

- Я тоже так считаю. А ещё считаю, что нам надо каким-то образом попасть в мою хижину – голос Тирны звучал хрипло и с некоторым надломом. При этом она провела взглядом по моему лицу и книге, которую я не успел убрать с колен.

Книга молчала.

- Для начала надо хотя бы выяснить куда нас закинуло – поежился Верлен. – Чёртова рука…Надеюсь, нам больше не придётся встречаться с этой тварью. Боюсь, второго такого столкновения я не переживу. Эльнакар, помоги мне встать, я хочу немного размяться.

- Да сиди уж – Нанта недобро покосилась на своего мужа. – Впрочем, в чём-то ты прав, при следующей нашей встрече с этими чудовищами придётся заранее заказывать коронера…Полагаю, все хотят есть? Последнее время мы только и делали что сражались и ни у кого во рту не было ни крошки. Верлен, тебя я не отпускаю, но полагаю, что мы с Эльнакаром пойдём и вдвоём сможем вкусить все удовольствия подлёдной рыбалки. Колдовать удочки не нужно, так уж и быть, обойдёмся своими силами…

Рядом довольно заурчал Рорвик.

***

Встали все вместе, на рассвете. Разбудил всех кот, по очереди тыкаясь носом нам в лицо. Тирна сидела, скрестив ноги, сосредоточенно вглядываясь в сверкающий в лучах утреннего солнца лед. Нанта хлопотала с затухшим костром, Верлен прохаживался рядом с ней, постоянно грязно ругаясь на свою руку. Чуть осмотревшись я попытался завязать с Верленом диалог:

- Не помешала бы кружка горячего чая сейчас, да, старина? Впрочем, лучше водки…

Бывший капитан стражи со злостью пнул замерзший снег, который лежал повсюду за пределами нашей лежанки.

- Так наколдуй их, чего ж ты сидишь и ёжишься – огрызнулся Верлен. - Самостоятельно-то ты надо полагать и кипятка не зальёшь, я уж молчу о том, чтобы долго и кропотливо настаивать самогон. Иди лучше сюда, надо раздуть огонь. Я боюсь, что, если буду слишком часто махать рукой она никогда не заживет и придётся тебе отбиваться мечом за нас двоих, а в этом случае нам точно крышка. И не смотри на меня так – Верлен наскоро слепил снежок и едва промахнулся мимо моего уха, так что мне пришлось подняться и подсобить Нанте. Едва лишь огонь разгорелся, на ветки была насажена выловленная накануне рыба, и тут я почувствовал что рядом со мной чего-то не хватает. Книга пропала.

Тирна сразу заметила мой обеспокоенный взгляд и поняла его причину, похлопав Верлена по здоровой руке.

- Кажется, наш волшебник остался без своей главной опоры, друзья. Дьявол, а я планировала что перед нами снова раскроются чудесные врата, в которые мы не задумываясь нырнём и там будет теплее. Девушку начал разбирать истерический смех, к ней подошла Нанта и успокаивающе положила руку Тирне на плечо.

- Так или иначе мы собирались отправляться отсюда сегодня утром, теперь у нас появится дополнительный стимул. Девочка, давай сперва отправим на поиски твоего кота, он выглядит довольно разумным животным и, если задать ему чёткие критерии возможно он поможет нам с ориентирами.

Рорвик не дожидаясь дальнейших указаний рванул в сторону от нас и только в этот момент я заметил едва различимые следы, оставшиеся на снегу.

- Метели ночью не было, давайте понадеемся на его нюх – голос Верлена звучал довольно угрюмо, но искра надежды всё же в нём звучала. – Знаете, что меня беспокоит? Мы понятия не имеем что за твари обитают в этих краях, да и вообще, куда нас занесло. Предлагаю не разделяться и подождать какие вести принесёт нам Рорвик.

Меж тем я лихорадочно думал о том, что в более-менее боевом состоянии остались только мы с Тирной, правда девушка после первой части своего рассказала полностью ушла в себя и никак не реагировала на окружающую действительность, о боевых качествах Нанты же я не знал абсолютно ничего и в глубине души молился о том, чтобы в ближайшее время они не потребовались. Тем временем с востока послышалось яростное шипение, и мы увидели стаю волков и Рорвика который отступал от них спиной к нашему лагерю. К предыдущим шрамам кота добавилась рана на задней лапе, на которую он прихрамывал, видимо, когда животное отступало один из волков успел его укусить. Ничего не говоря Тирна потянулась за луком, навела тетиву на ближайшего зверя и выпустила стрелу, которая пробила ему лёгкое. Остальные испустили громкий вой глядя на нас, я сосчитал их глазами – не меньше дюжины.

- Ты уже недавно стреляла в волков, правда те твари были созданы заклинанием. Сколько по твоим прикидкам ты успеешь убить пока они не доберутся до нас? – Верлен интересовался чисто для того чтобы поддержать разговор, ежу было понятно, что мы не сможем их одолеть.

- Если не будешь отвлекать меня, подстрелю ещё двух. Остальных берите на себя.

Стражник горько усмехнулся и вытащил меч здоровой рукой, проверяя его вес. – Не думал, что придётся умирать так далеко от дома. Хотя возможно и близко, компас и карту надо было с собой захватить…

Волки бросились одновременно, игнорируя кота, который потеряв кровь и силы боком свалился на снег. Впереди бежал их вожак, самый матерый и мудрый, закаленный в многочисленных стычках. Он уже довольно давно водил стаю по ближайшему лесу в поисках пищи, но учитывая время года приходилось довольствоваться довольно скудным рационом. А тут еда пожаловала сама!

Стрела Тирны влетела прямо ему в глаз, пробив череп и заставив откатиться по инерции в сторону. На секунду затормозили остальные волки и в голове снова всплыла строчка заклинания.

- Ignum murus.

Не знаю, что сыграло большую роль, ярость от наших бесцельных скитаний, то, что я использовал это заклинание уже в третий раз или то, что мы оказались на краю гибели, но стена огня получилась выше всяких похвал. Несколько волков пробежали сквозь стенку, одного убила стрела Тирны, с остальными расправился Верлен, ловко нанося удары здоровой рукой. Нанта держалась за спиной мужа поглядывая по сторонам на случай если вдруг кто-то из зверей зайдёт сбоку, но этого не случилось. Остальные волки, успевшие затормозить, злобно завыли, но потеряв своего вожака и нескольких товарищей, не стали дожидаться пока заклинание перестанет работать. Через всполохи пламени я увидел, как они разворачиваются и убегают в лес, в этот момент силы меня оставили, и я упал на колени, сминая снег и пытаясь найти взглядом Рорвика. У меня не хватало энергии на то, чтобы контролировать заклинание, и я снял его, глядя на то как кот прихрамывая на заднюю лапу подбирается к нам. На глазах у Тирны неожиданно навернулись слёзы, она подбежала к своему самому старому другу и ткнулась лицом ему в морду, поглаживая по спине. Нанта, выругавшись, взяла невесть откуда взявшуюся повязку, выдернула из-за пояса банку и стала аккуратно приближаться к коту.

- Потерпи, дорогой мой. - проговорила женщина. - Сейчас будет немного больно, но это вынужденная боль, иначе твоя рана не заживёт. Позволь мне обработать твою лапу.

Кот посмотрел на неё безжизненным взглядом и снова переключил внимание на лучницу.

Нанта осторожно подошла и стала смазывать лапу бальзамом, кот зашипел, но не двигался, терпеливо перенося боль.

- Ты давно уже охотишься вместе с ним, насколько быстро заживают на нём раны? – спросила Нанта.

- Зависит от того насколько он пострадал. Эта затянулась бы сама собой в течение пары часов, не забывай, что это волшебное животное. Остался бы только рубец. С твоей помощью я думаю через час мы сможем выступить, на сей раз все вместе, больше я не хочу отпускать его в одиночку, тем более волки не все перебиты.

Верлен подошёл ко мне положив руку на плечо и заглянув в глаза.

- Ты уверенно колдуешь даже без книги, Эльнакар. Я не поверю, что в тебе нет магических задатков, скорее поверю в то что ты не всё нам рассказал. Пока кот приходит в себя я предлагаю тебе поделиться своей историей полностью, иначе мы не сдвинемся с этого места.

Под недобрым взглядом стражника я начал говорить.

***

- Я пришёл к вам издалека. Вы вряд ли знаете эти земли, учитывая ваш довольно оседлый образ жизни и отсутствие тяги к лишней информации. В отрочестве я много читал…отец старался отбирать у меня книги, когда видел, что я провожу за ними всё своё свободное время, а в нашем поместье была невероятная библиотека, книги стекались в неё повсюду и любой живущий у нас человек, будь то обычный слуга или солдат на службе мог прийти туда в своё свободное время и ознакомиться с содержанием книг. Мне же как сыну далеко не последнего человека, живущего в тех местах открывался доступ ко всей библиотеке и, порой, попадалась очень интересная материя. Я начал читать, когда мне было около пяти лет, вгрызался в книги с жадностью, больше всего времени разумеется я уделял рассказам о героях и их доблестных подвигах, разве что только вот герои не попадали в такие ситуации как мы. Однажды в руки мне попала книга с рунами, смысл которых понять я не мог. Женщина, которая работала у моей матери гувернанткой немного понимала древний язык и моторику пассов, так как была знакома когда-то с чародеем. В тайне от остальных я постигал тайны этого ремесла, пока отец не застукал нас с ней вместе, я пытался наколдовать немного хлеба чтобы накормить голубей которые слетелись на крыльцо. Отец ненавидел этих птиц, а увидев, что я делаю движения руками и пытаюсь что-то создать из воздуха выставил меня за дверь с нехитрым скарбом и приказал отправляться на все четыре стороны. Повторюсь ещё раз что я не оправдал ничьих надежд, возможно я действительно обладаю врождённой предрасположенностью к магии, но, я точно так же, как и вы бьюсь над вопросом почему книга зарытая под хижиной у Тирны выбрала именно меня. Впрочем, её находка не укрылась и от других, судя по тому как с распростёртыми объятиями нас принял старый знакомый Томаша и ещё по тому что сейчас она похищена. Удивляет только то что мы до сих пор живы. Ладно, друзья мои, давайте выдвигаться, я чувствую, как замерзаю всё больше и больше. Нам нужно искать книгу, ибо она наш самый верный способ вернуться назад. Странно, что телепортационное заклинание забросило нас именно сюда.

На какое-то время в маленьком лагере воцарилось молчание, нарушаемое только едва слышной руганью – Верлен сквозь зубы проклинал сломанную руку.

***

Мы выдвинулись практически сразу после моего монолога, ситуацию тем более накаляли серые тучи и снег, который постепенно стал падать на нас. Лес, начинавшийся рядом с нашей стоянкой, стоял глухой стеной, Рорвик бежал чуть впереди по едва заметным следам и чутко принюхивался и оглядывался по сторонам, памятуя о предыдущем столкновении с волками.

Полностью доверившись чутью кота, мы углубились на несколько километров в лес. Природа вокруг не менялась, высокие сосны были полностью запорошены снегом, в некоторых местах можно было увязнуть по колено, однако те, кто выкрали книгу, ночью оставили за собой тропу, которую не успело полностью замести. Внезапно мы остановились, повинуясь инстинктам Рорвика. Кот встал на месте и выгнул спину, пытаясь вычленить источник шума, которого все остальные не слышали. Я шепнул Тирне:

- Как его лапы приспособлены к такой погоде?

Девушка едва заметно улыбнулась.

- Как мне кажется, шерсть на его лапах приспособлена к некоторым природным катаклизмам, будь то снег или дождь. Он ни разу не жаловался мне за время наших многочисленных вылазок. Кроме того, он был практически единственным кто был рад меня видеть.

Мы немного продвинулись вперёд, и я почувствовал запах дыма, идущий с востока. Распогодилось и среди деревьев показалась стоянка, несколько палаток и большой, разведённый посередине костёр.

Нам навстречу вышло несколько широкоплечих мужчин низкого роста, с длинными бородами, у каждого из них в руке было по секире или топору. Они угрюмо и в полной тишине следили за тем как мы приближаемся, не делая резких движений. Когда до них оставалось дойти буквально пару шагов снег под моей ногой хрустнул и на верхушке сосны закаркал ворон. Тирна наложила стрелу, Верлен быстрым движением достал меч, но обстановку разрядил светловолосый мужчина с длинными ушами одетый в тогу который в тот же момент вышел из палатки и сосредоточенно обвёл взглядом всю нашу компанию.

- Вот вы наконец и пришли. - сказал он. - Ториэль открыла мне то что вы явитесь, ещё когда первые лучи утреннего солнца позолотили верхушки деревьев.

- Лично я никакого солнца не видел – пробурчал Верлен, не убирая меч обратно в ножны.

- Нам незачем убивать друг друга – улыбнулся эльф. Надеюсь вы не сильно рассердились из-за моей умышленной кражи, поскольку я хожу по снегу беззвучно, разумеется вы не могли услышать моих шагов. Ториэль призвала меня, как только вы перенеслись сюда, а я не мог не откликнуться на отзыв такого могущественного артефакта. В конце концов, все вы обязаны мне жизнью.

- Это ещё почему? – Верлен закашлялся в хриплом смехе. - Хочешь сказать, оздоровительная прогулка по чаще заставила лучше работать наши лёгкие?

- Потому что эта поганая книга никого ещё до добра не доводила – выплюнул гном, находившийся к нам ближе всего. – Хорошо, что в итоге она попала к нам.

- То есть, вы не хотите с ней расставаться? – спросила Тирна, выгнув бровь.

Эльф ничего не ответил, лишь сделав приглашающий жест рукой, а нам оставалось лишь молча последовать за ним.

В шатре ярко горел костёр, весело разбрасывая искры. Гномы окружили огонь, разливая пиво по кружкам из огромного бочонка, стоявшего в углу. Увидев мой взгляд один из них поднёс мне кружку, слегка похлопав по плечу.

- Вы проделали долгий путь. – в мягком голосе эльфа чувствовалось спокойствие и вместе с тем глубоко спрятанная тоска. – Я следил за вами, с того момента как была раскопана книга, через этот шар – он кивнул головой на круглый предмет, лежащий на земле.

- За тобой, девочка, я наблюдал больше всего, ты так много времени провела рядом с Ториэль, не замечая её магической ауры, но ваше соседство не могло не сказаться на тебе. Скажи, ты замечала какие-либо перемены в настроении, самочувствии?

- С определенного дня у меня появились проблемы со сном – голос Тирны звучал глухо. – Я стала видеть один и тот же сон. Моя деревня в огне. Лес…в огне. И весь западный берег. Трупы знакомых людей, их никто не хоронит и посередине всего этого…тело моего отца – лицо девушки дёрнулось, и она замолчала.

- Это один из вариантов развития картины мира, Тирна. То, что произойдёт если вовремя не остановить гигантское по своим размерам зло, идущее с востока. Книга, которую я у вас похитил, работает как магнит между мирами и будет служить тому, кого сочтёт достойным, для неё окружающая действительность не делится на чёрное и белое и, вы должны понять, что, укрыв её здесь я спасаю в первую очередь вас. Книга была создана в огне, задолго до моего рождения, чародеем, который обладал огромной магической силой, однако же жаждал большего, а с помощью этого артефакта черпал заклинания, которые спасали его жизнь в десятках сражений. Даже великие нашего мира могут быть неуверенными в себе – усмехнулся эльф. - Чернокнижник, с которым вы встретились в церкви, хочет освободить с помощью Ториэль,( так мы,эльфы, называем эту книгу), могущественного демона. Для этого ему нужна книга, формула и необходимая жертва. Орки, которые напали на Эллсгейт, играли роль живого щита в его планах, он чувствовал, что книга где-то рядом, но сначала не мог понять где именно. Кроме того, ему помогают, вы сами имели честь увидеть его друзей…Душа Фераллиса сгнила давным-давно, один раз пустив в душу ростки зла очень сложно сопротивляться и остаться в здравом уме. Тварь, с которой сражался ваш друг в церкви до того, как вы пришли звали Носха – это существо третьего порядка. Трансформированные существа, с которыми довелось сражаться вам были вызваны со второго уровня преисподней, на первом же находится круг демонов, одного из которых Фераллис хочет призвать сюда, чтобы погрузить этот мир во тьму.

На некоторое время в шатре воцарилась тишина, которую нарушало только позвякивание кружек и хриплое покашливание.

- Книга выбрала тебя, Эльнакар, однако это не значит, что я могу оставить её при тебе. – добавил эльф. - Взамен, я могу научить тебя некоторым секретам волшебства, к которым ты имеешь склонность и безусловно они помогут тебе и твоим спутникам в ваших странствиях. Кроме того, у меня есть для вас некоторая информация. Ваш друг, который сражался в церкви, остался жив. Фераллис сейчас подвергает его пыткам, пытаясь склонить на свою сторону, кроме того им движет желание узнать куда же могли направиться. Пленение Томаша для него достаточно явный козырь, которым он не преминет воспользоваться, прошу вас только не бросаться с головой ему на помощь прямо сейчас. Отдохните здесь у меня, уверяю, вам окажут должную помощь, и вы сможете набраться сил. Я организую вам всем спальные места чтобы вы смогли как следует выспаться с дороги, сейчас же я прошу Верлена и Нанту удалиться, оставьте меня с Эльнакаром и Тирной.

Из угла послышалось недовольное шипение.

- Кот тоже может остаться здесь – улыбнулся эльф.

***

Под тёплое потрескивание огня мы слушали долгую историю из первых уст.

Эльфа звали Кримиэль, ему оказалось триста двадцать четыре года (при среднем сроке жизни около семисот лет)

Край, в который нас направило телепортационное заклинание назывался Харедес. Находился он на юге Карлсброма, попытка добраться обратно пешком заняла бы как минимум месяц, при условии точного знания маршрута. Харедес был плотно покрыт лесами, соседствующими с горными массивами, благодаря этому первые заселившиеся здесь эльфы стали жить бок о бок с гномами, делясь друг с другом своими традициями и не отказывая соседям в помощи. Открытых военных конфликтов здесь не случалось очень давно, так как воевать по сути было не с кем – обе стороны были лояльно расположены друг к другу и избегали конфронтаций. Эра кровопролития выпала на тот период, когда впервые на свет появилась книга, которую мы нашли в жилише Тирны, она посеяла смуту и привела в наш мир первозданное зло. Изначально созданием книги занимался научный эльфийский сенат, стоявший во главе правления всей общиной, в книге тщательно собиралась вековая мудрость, для того чтобы подсказать нужный вектор развития в трудный момент. Кроме того, в ней было заключение средоточие магической силы, открывающее доступ к заклинаниям, которые могли постигнуть те кто имел к этому предрасположение. Артефакт назвали Ториэль, в переводе с их языка это означало «сокровищница мудрости». Один из членов сената оказался предателем, и, будучи падким на алкоголь, деньги и азарт раскрыл секрет книги в придорожной таверне, по несчастному стечению обстоятельств Ториэль находилась в тот момент у него и именно тогда попала впервые к Фералиссу.

- Томаша сейчас здесь нет, иначе бы я поинтересовался у него, не заметил ли он что колдун зажился на этом свете... – проворчал Верлен. - Чернокнижник совершенно не изменился с нашей первой встречи, хотя прошло больше сотни лет. Зло кормило и поило его, а жизненный опыт помогал ловить паству в ловушку лжи – он мог запугать всех, используя иллюзии как на словах, так и с помощью магической энергии. Видимо, книга раскрыла ему секрет долголетия.

Сенат был разгневан и по общему количеству голосов было решено казнить предателя, однако стало уже поздно. Фераллис обнаружил в Ториэль потайное дно, книга завладела его рассудком, и бродячий священник превратился в могучего темного волшебника, вернее так думал он сам. Начав постигать темную магию и дойдя до второго круга призыва, он познакомился там с тремя магическими существами, которых вы видели в церкви, каждый из них носит имя, но их имена слишком мерзкие чтобы озвучивать их здесь. Срок их жизни на этом астральном уровне ограничен и зависит от способностей призывающего колдуна, вот пока всё что вам стоит знать о них. То же самое касается Носхи и некоторых других обитателей третьего порядка. Что касается демона, которого хочет призвать Фераллис, его пребывание здесь при безупречном выполнении всех условий вызова не сдерживается ничем и это самое страшное. Нам один раз уже удалось загнать его в ад, ценой очень больших потерь.

Глаза Кримиэля покрылись скорбью и рот на секунду дёрнулся, после чего он надолго замолчал.

Я приказал Верлену с его женой побыть отдельно от вас, потому что им требуется больше всего времени на восстановление, которое мы сможем оказать им здесь. Для вас двоих… (кот снова зарычал в углу), то есть троих, прошу прощения, у меня есть специальное задание. Тирна, тебе необходимо снова воссоединиться с отцом, я знаю продолжение твоей истории, которую ты не до конца рассказала друзьям. Тебя потрясло то что отец не пошёл драться вместе с тобой, однако же он должен был закрепить свою власть в Ветсбуре среди оставшихся там людей. Среди них есть несколько умелых воинов и нам пригодится их помощь. Вы отправитесь вместе, поскольку я вижу, как юноша на тебя смотрит, и как ты ненароком прячешь от него свои глаза. На случай неожиданной засады я дам Эльнакару парочку магических свитков, они как раз находятся в этом шатре и смогут помочь если начнётся заварушка. Фераллис будет использовать своё влияние для того чтобы объединить орков, гоблинов и других тварей со всех континентов, он заглянет в каждую пещеру чтобы собрать огромную армию и выдвинет её сюда, поскольку он прекрасно знает, что я не передам книгу никому после того как она попала ко мне в руки. Верлена и Нанту позже я отправлю с отрядом гномов в сторону гор, нам потребуется большое централизованное войско для того чтобы отразить нападение. И, что самое главное, с тех пор как книга оказалась у меня я ни на секунду не отрицаю мысль о том, что меня могут обокрасть – так уж работает приобретенное могущество, друзья мои. Нам придётся проводить поменьше времени вместе, потому что доверять я больше не смогу никому. Вы не так давно находитесь в обществе Ториэль, поэтому для вас это звучит довольно дико, я понимаю, но эта мера – вынужденная. Когда опустятся сумерки, я отправлюсь на выручку к Томашу, необходимо дождаться пока контроль за ним усыпнет, и я прошу вас, не настаивайте на том чтобы пойти туда со мной. Вы лишь расплатитесь за это своими бесценными жизнями и вина за это будет терзать меня до конца моих дней. В нужный момент я телепортирую вас, чуть позже отправлюсь сам и заберу вас из любого пекла, в каком бы вы ни оказались. Только доверьтесь мне.

Глава 8. Неудавшаяся казнь.

Кримиэль мне никогда не нравился. Но, надо отдать ему должное, храбрости ему было не занимать. Противный старый, по людским меркам, эльф вызывал к себе лютую неприязнь, но с этим приходилось считаться. Он был нам нужен больше, чем мы – ему.

Да и что еще сказать, его поступки говорили сами за себя, пусть иногда мы и не понимали некоторых решений, которые Кримиэль принимал без оглядки на мнение остальных членов нашего сумбурного отряда. А ведь он, да-да, стал его полноценным членом. Как ни крути, многим из рушащих событий, из которых нам удалось выйти живыми – его заслуга. Пусть это и было сопряжено с неприятным, желчным и надменным отношением.

Даже сейчас, спустя многие годы, он является ко мне в мое уединенное жилище и насмехается над моей сединой, столь рано покрывшей мою злополучную голову.

Но это даже хорошо, всегда есть с кем вспомнить те события, он всегда поправлял меня в моих историях и рассказал о событиях, к которым мы были причастны, но не могли видеть своими глазами.

Вот и история о пленении и освобождении Томаша была рассказана с его слов.

К слову, о Томаше. Верлен собрал вокруг себя прекрасных людей и замечательных товарищей. Жаль, мало таких было в мире на пути моих странствий. Может и не пришлось бы мне шагать в Эллсгейт, да и не случилось бы всей этой кутерьмы.

Эх, Томаш, Томаш… Даже ты сыграл в этой истории ключевую роль.

Как же все-таки крепко переплелись наши судьбы… Некая сила вела нас тогда, и, мне кажется, однажды я понял, какая. Но об этом потом. Как раз на каменном портальном круге в моем кабинете замерцали всполохи синего пламени. Кажется, сегодня Кримиэль вновь решил посетить меня без предупреждения. Сколько прошло с последней встречи? Год? Наверное да, около того. Он всегда приходит в начале зимы. Вот и сегодня выпал первый снег, покрывая прибрежную гладь за окном моего кабинета.

Ладно, пусть является. Надо изъять блокирующую руну из портального камня, а то опять будет язвить, что я не пускаю старых друзей на порог.

Пусть приходит, заодно освежит в моей памяти события тех дней…

Когда в зале церкви мелькнула вспышка света все на секунду зажмурились. Томаш уже молча прощался с жизнью и ничего в создавшейся ситуации не указывало на другой исход, однако же воин в леопардовой шкуре вложил кинжалы в ножны и гулко расхохотался.

- Ну что, великий черный маг, эти ребята перехитрили тебя? А ведь мы тебя предупреждали заранее выставить заклинание, которое бы блокировало здесь любые посторонние чары. Ты как всегда недооценил свою любимую Ториэль, как видишь она может творить настоящую магию даже в руках такого молокососа как этот Эльнакар. А мы только зря потратили драгоценную энергию, которую могли израсходовать куда рациональнее! Подумать только, что ты всё ещё можешь призвать нас без помощи этой книжки, сколько же невероятно паскудного зла ты натворил за последнее время для поддержания тонуса? Клянусь, никогда не видел настолько никчемного чародея.

Вместо ответа Фераллис пустил голубую молнию, от которой получеловек-полузверь с лёгкостью отпрыгнул. Уголки губ колдуна задрожали, и он прошипел:

- Схватите этого мальчишку и свяжите, мы спрячем его в подвале церкви. Я постараюсь как следует развязать ему язык, но думаю, местоположение книги и так мне достаточно ясно известно. Нужно выяснить на что ещё способны его новые друзья.

Томаш не двигался, когда на его руках сомкнулась верёвка, не издал ни звука, хотя узел был достаточно крепкий. Попробовал пошевелить кистями, но воин в леопардовой шкуре лишь усмехнулся, после чего Томаш попытки прекратил. Они окружили его, полуженщина-полузмея, ассасин, женщина с тремя парами рук и Фераллис. Колдун толкнул Томаша вперед, и тому оставалось только идти, чуть склонив голову и размышляя. Сколько ему удастся выдержать, когда его начнут пытать? На помощь Верлена и отряда рассчитывать не приходилось, они наверняка были уже далеко и сейчас зализывают свои многочисленные раны в каком-то из уголков их мира. Да и не было у них шансов сейчас против этих тварей во главе с Фераллисом, Томаш кожей ощущал силу и скорость идущих рядом с ним существ, особенно того, кто совсем недавно подбирался к нему с двумя кинжалами в руках. Ассасин скинул капюшон и стали видны его глаза – два зеленых мерцающих угля. В них не было ни жалости, ни сострадания, ни одной эмоции, которая может быть присуща человеку. Только бескрайнее море затаившейся ненависти и расчетливость, которая угадывалась в каждом мягком шаге. На его груди висел золотой медальон, на котором было выгравировано золотыми буквами имя – Альк. Томаш пока не знал было ли снято украшение с трупа или принадлежало существу и не собирался без причины раскрывать рот. Его вели в подвал, который существовал ещё до того, как было воздвигнуто здание церкви. Во время немногочисленных войн в этом подвале прятали женщин и детей, кроме того молодой стражник помнил, что в былые времена там находились бочки с продовольствием. Люк, ведущий вниз лязгнул, и процессию поглотила тьма.

***

Кримиэль действовал быстро, зная, что время работает против него. Телепорт направил его не прямиком в церковь, впрочем, он и не желал оказаться сразу на виду. Заклинание выбросило эльфа на окраине разрушенного города, до церкви нужно было добираться ещё около часа и Кримиэль готовился к бою. Он знал, что сможет передвигаться абсолютно беззвучно, и в то же время понимал, что его будут ждать. Книгу влекло к наиболее мощному источнику сил, она не пользовалась эмпатией и не делила мир на белое и черное, но волшебник, хотя бы один раз подержавший её в руках уже не мог избавиться от привкуса могущества, и чувствовал артефакт подсознательно на больших расстояниях. А между эльфом и церковью было всего шесть лиг.

Томаш, едва глаза привыкли к непривычной тьме разглядел несколько человек, которые сгрудились у стены и шепотом переговаривались. На них практически не было одежды, большинство из них оказались женщинами, в нескольких фигурах он узнал ловчего, в последнее время оказавшегося в немилости при дворе, личного знахаря наместника города и священника. На спине у каждого виднелся след от плети, при более внимательном рассмотрении стало видно, что у церковного служителя на руке не было двух пальцев. Когда группа приблизилась все голоса смокли и взгляды обратились на Томаша.

- Я привел вашего старого знакомого – усмехнулся Фераллис. У него хватило глупости пойти против меня, когда перед ним раскинулся огромный лес, прячься где хочешь! Разумеется, мы с моими друзьями не могли оставить это просто так. Я уже демонстрировал вам, как умею добывать необходимые мне сведения, но это был всего лишь показательный эксперимент. Сейчас вы увидите настоящее волшебство.

Колдун сделал пасс руками и Томаша окутало облако ядовито-зеленого цвета. Одежда спала с молодого человека и на коже его по всему телу стали расползаться язвы, в гнойниках которых копались белесые черви. Стражник жутко застонал и упал на колени, несмотря ни на что. упрямо глядя в стену прямо перед собой.

- Теперь я хочу задать тебе несколько вопросов. Если не захочешь отвечать – потеряешь сперва правую руку, потом левую. Я умело прижгу раны, чтобы ты не умер раньше времени, однако не думаю. что тебе захочется продолжать диалог в таком ключе. Итак, как вы встретились с Верленом? Как ему удалось выжить?

- Ты и так прекрасно знаешь ответы, старик – проскрежетал зубами Томаш. – Переходи сразу к сути дела если хочешь что-то узнать, я не уверен. что доживу до момента, когда это произойдёт.

Колдун снова усмехнулся и ещё раз махнул руками, после чего раны на теле стражника исчезли, кожа зарубцевалась и приобрела привычный оттенок.

- Рад, что мы так быстро смогли найти общий язык. Больше всего меня интересует мальчишка, с которым был Верлен и его подружка. От них обоих несло магией за версту, хотя раньше я о них не слышал. Верлен что-нибудь рассказывал тебе о них перед ночлегом?

- Дай мне воды, Фераллис. Я чувствую. как пересохло в горле от последних передряг. Только не пытайся её наколдовать, принеси ту, которая находится в церкви, ту, которой ты меня крестил. когда я только появился на свет. Не откажи в этом желании, пожалуйста.

- Дурачок, я уже видел. как ты использовал силу освященной воды из чаши. На меня и моих друзей она не подействует в любом случае, поскольку мы слишком хорошо защищены. Я уже давно не чувствую ауру этого места… Говори, если не хочешь снова покрыться струпьями.

- Верлен с тем юношей сумели сбежать из трактира и победить одного из твоих офицеров – поежился Томаш. – После этого они отправились в лес и нашли хижину, в которой увидели телепатическое видение, Верлен узнал. что его жена жива и ринулся её спасать. Мы встретились в чаще леса, там. где я прятался со своим отрядом, которого больше нет. После этих слов глаза молодого человека потемнели. и он некоторое время молчал.

- Я знаю, что ты хочешь узнать больше, но это всё что я могу тебе рассказать. Теперь ты наконец можешь меня убить.

- Что ж, выходит с девчонкой и тем подающим надежды пареньком ты и правда раньше не пересекался. От тебя мало толку Томаш, но убивать тебя сейчас было бы недальновидно. Рано или поздно твои друзья разнюхают, что ты здесь и любезно принесут мне книгу. Они так же. как и ты бесстрашны и совестливы, и никогда не бросят своего в беде. Я предлагаю тебе побыть с этими мыслями в уютном подвале, не обещаю гостеприимный приём, но компанию ты себе точно найдёшь. Я удаляюсь, а ты не пытайся бежать отсюда, мальчик. Даже если тебе удастся открыть люк, который ведет наверх, там тебя будут ждать, мои собратья знают. что убивать тебя пока нельзя, но, уверяю, смогут доставить тебе несколько неприятных минут. Особенно он – Фераллис кивнул на воина в леопардовой шкуре. Ты ему сразу понравился. Засим откланяюсь, я навещу тебя. когда наступит время.

С этими словами колдун одернул подол мантии и развернулся на каблуках. Его свита последовала за ним и спустя несколько секунд единственным звуком, который раздавался в подземелье был звон от капель воды, падающих с потолка. Приглядевшись, Томаш понял. что это была не вода, а кровь, кровь орков, которые умерли этажом выше, возможно уже смешавшаяся с кровью людей из его отряда. Он сделал несколько шагов и присел в углу, обхватив руками голову. Молодого человека привёл в сознание негромкий голос:

- Я чувствовал их приближение и пытался предостеречь остальных – голос принадлежал священнику. Среди тех, кто близко общался с Фераллисом. мало кто сомневался в его вере, потому что были падки на дары, которыми он осыпал нашу церковь. Вспомните последние пару лет, друзья мои, разве мы могли подумать. что находимся в упадке? Пиво в корчме не киснет, дети не болеют, никаких проблем с урожаем – это ли не повод для того чтобы возрадоваться и уверовать?

- Почему он оставил тебя в живых? – спросил Томаш.

- Ему нравится сеять панику среди думающих людей. Смертью остальных он насладился при набеге на город, она была механической и вряд ли могла принести ему удовольствие. Над нами же он хочет вдоволь поиздеваться и понаблюдать как гаснет огонь в наших глазах. Кроме того, я краем уха слышал, что он планирует провести большую ритуальную жертву, и ему для этого потребуется несколько человек, неординарных, очевидно – горько усмехнулся священник. – Прости, Томаш, я хотел обвенчать тебя с твоей будущей женой, и представляю твои чувства, когда ты увидел её подвешенной на дереве. Он заставлял меня смотреть на процедуру казни, она звала тебя…прости ещё раз, я уверен ты не хочешь сейчас слушать об этом. Насколько мне теперь известно, Верлен успел спасти Нанту, скажи мне, ты видел её?

- Только мельком. Я видел. как зал церкви входит отряд из нескольких человек, и Нанта была среди них.

- Слава Истоку. Я всегда любил мудрость и теплоту в этой женщине, невероятно, что ей удалось спастись…Нас здесь, выживших, осталось всего двадцать человек, они раздели нас практически донага и морят голодом, принося изредка какие-то объедки чтобы мы не упали в обморок и не умерли от недостатка пищи. У ловчего, Элдара, практически закончились силы. и он последнее время не разговаривает. Помнишь, говорили. что он засматривается на жену нашего наместника? Эта проклятая самка специально распустила слухи по всему городу, когда он отказался ублажить её в постели. Эллсгейт погряз в пороке, Томаш и всё что с нами произошло – заслуженная кара. Жаль только выживших женщин…если присмотришься увидишь Есю, жену погибшего корчмаря, Валладу, её муж ловил рыбу в окрестностях города. С ними жизнь поступила несправедливо.

Как ты думаешь, Верлен и его друзья смогут нас вытащить отсюда?

- Вряд ли. Если бы вовремя не сработало телепортационное заклинание, от них бы уже ничего не осталось. Враг сильнее нас и всё что нам сейчас остаётся это крепиться.

После этих слов Томаш прислонился спиной к стене и надолго задумался. Над Эллсгейтом поднимался рассвет.

Кримиэль пробирался, прижимаясь спиной к разрушенной корчме. До церкви оставалось совсем немного, время суток способствовало тому чтобы незаметно, но вокруг было полно орков. Любое случайное движение могло его выдать, поэтому он опасливо проверял ногой каждый разбросанный камень, стараясь двигаться так, чтобы снег под ним не скрипел. До церкви оставалось дойти совсем немного, когда перед ним вырос Альк.

Молниеносным движением рук воин достал оба кинжала и поднырнул снизу, чтобы проткнуть эльфу живот. Кримиэль прошептал заклинание скорости и успел отпрянуть в последнее мгновение, когда казалось. что кишки его вот-вот окажутся на снегу. Воздух зашипел от быстрых взмахов двух клинков и Альк едва не потерял равновесие, подавшись по инерции вперёд. Эльф воспользовался этим, быстрым движением губ попытавшись заковать Алька в конус льда, но тот только усмехнулся и достал из кармана медальон.

- Видишь эту побрякушку, Кримиэль? Мне дал её Фераллис, она прекрасно защищает от разных колдовских напастей и надоедливых магов.

Говоря это Альк незаметно кинул кинжал из правой руки по кривой дуге, он должен был войти в плечо эльфу, но тот остановил его взглядом.

- Я не хочу с тобой драться, пока ты обладаешь книгой. Я не смогу причинить тебе вреда, так же как и ты не сможешь ничего наколдовать, пока я держу при себе этот медальон. Я знаю, ты хочешь спасти юнца, который сидит в подвале церкви, но тебе не одолеть всех нас. Отдай мне книгу,а я выведу оттуда мальчишку, таким образом, что остальные этого не заметят.

- Я уже давно знаю тебя, Альк – голос Кримиэля приобрёл бесцветные оттенки. С помощью книги ты хочешь навечно вырваться из того уровня бытия на котором ты оказался благодаря своим поступкам. Соглашусь с тобой, что срок оказался непомерно велик. Ты можешь помочь мне освободить Томаша, но платы за этот поступок ты не увидишь, во всяком случае сейчас. Нужно не допустить исполнения грандиозного плана Фераллиса, о котором ты прекрасно знаешь, и если всё пойдёт так как я думаю, представ перед советом Семерых я постараюсь обеспечить тебе прощение. Но, полагаю, самое милосердное что тебя ждёт – это смерть и муки забвения.

После этих слов из его пальцев вырвалась молния, которая прорезала глубокую черту в земле. Снег в этом месте начал таять, показался почерневший грунт, который вобрал в себя фигуру Алька по самые плечи.

- Нечто подобное тебя ждёт в ближайшей перспективе. Прощай, бывший лучший друг.

Промолвив это, эльф уверенно зашагал в сторону церкви.

***

Томаш ещё спал, когда принесли еду. Остатки от зажаренных тушек крыс в любой другой ситуации вызвали бы у него омерзение, но сейчас он хотел есть, поэтому накинулся спросонья на завтрак так как будто это было самым лучшим лакомством. Фераллис зажёг свет движением руки и пододвинув себе стул задумчиво смотрел на юношу.

- Я вспоминаю как приходил к тебе домой и видел. как твоя мать кормила тебя грудью, совсем ещё крохотного несмышленыша. Ваша семья никогда не нуждалась, ты помнишь, Томаш? От того отраднее смотреть сейчас как ты поглощаешь то что не каждая собака отважилась бы съесть. Я пришёл к тебе чтобы сказать. что ты, и остальные узники находящиеся здесь умрут сегодня. Ваш отряд разделился, мальчик-волшебник и лучница сегодня вечером попадут в Ветсбур и оттуда начнут полноценную кампанию по спасению деревни. Вторая пара очень далеко отсюда и их я встречу позже. Мне нужно много человек для ритуала, очень много, Томаш. Но тебя я хочу казнить сегодня, для своего собственного удовольствия, вечером, после того как поговорю со своим господином. Тщательно подумай о всех своих грехах, мальчик, сегодня я - тот человек, который сможет их тебе отпустить.

- Я хотел тебя проклясть, Фераллис, но ты сам себя проклял, незримое количество времени назад. Оставь меня и остальных несчастных. Я хочу выспаться.

В следующий раз Томаш проснулся от грохота. Подняв голову, он увидел. что крышка люка открыта, и очнувшиеся люди со страхом смотрят вверх. С этажа церкви слышались крики и звуки заклинаний.

- Что происходит? – вопрос был задан священнику, единственному из всех. кому ещё удавалось сохранить ясность ума и способность говорить.

- Кто-то пришёл нам на помощь. Фераллис спустился сюда чтобы начать процедуру твоего прилюдного убийства, но его отвлекли события наверху. В спешке он не успел закрыть люк, но все мы боимся выглянуть и посмотреть. что там происходит.

Вместо ответа Томаш схватил старика и подтащил его к лестнице. Следующие несколько движений он сделал интуитивно, поставил ногу на ступеньку и, крепко держа руку святого отца начал подниматься. Первое что они увидели, когда выбрались наверх – изуродованное тело четырехрукой женщины, которая так же крепко сжимала свои клинки. Кримиэль заклинанием приказал ей вонзить каждый из мечей в жизненно важный орган, и поскольку её тело было усилено магией, ударов потребовалось несколько. Существо с головой змеи не участвовало в бою, опасливо косясь на эльфа. Фераллис же прекрасно понимал. что его оппонент примерно равен ему по магической силе но обладает книгой, усиливающей его возможности. Поэтому ему оставалось лишь бессильно выть, когда его заклинания не достигали цели. Однако же и сам черный колдун был не лишен поддержки со стороны, поэтому все труды Кримиэля оказывались напрасными. Томаш, поддерживая священника подошёл уже совсем близко к эльфу, когда вдруг женщина-змея решила неожиданно вступить в бой и изогнувшись укусила старика над ключицей. По зданию церкви прошёлся жуткий крик, Кримиэль отвлёкся на секунду и это чуть не стоило ему жизни. Разорвавшийся рядом с ним огненный шар подпалил ему волосы и поджёг плащ, в котором был маг. Не обращая внимания на огонь. эльф ринулся к двум еле держащимся на ногах людям и произнес формулу.

Через секунду в окончательно разбитом и пропитанном кровью здании церкви воцарилась полнейшая тишина.

Глава 9. Непрерывный цикл.

Этот напыщенный остроухий индюк выпил всю бутылку моего лучшего вина, что я берег на День Зимнего Солнцестояния. Чтоб ему провалиться!

Нельзя сказать, что я был не рад его появлению. Годы, проведённые в постоянных магических изысканиях в отдалении от моих друзей, накладывают свой отпечаток одиночества.

Мы долго говорили с ним, сидя в мягких креслах, обитых кожей Морского змея и укрытых шкурами северных львов, попавшихся нам в одном из приключений. Может однажды я вам и расскажу о них. Но не сегодня, сегодня история продолжится о все тех же событиях, играющих ключевую роль в нашем повествовании.

Кримиэль покинул мое уютное жилище на краю мира пару дней назад, а я все перебирал в своей голове воспоминания давно минувших дней. И вспомнил, что этот чванливый и через меру гордый эльф был моим первым учителем на пути подчинения и управления Истоком. Помню, как он ужасно бесил меня своими замечаниями и не к месту сказанными колкостями. Но другого учителя у меня тогда не было и быть не могло, да, может, оно и к лучшему. Знания, которые он с усилием пытался втолкнуть в мою бестолковую голову, не раз в дальнейшем спасал на в самых разных передрягах. Его вечное наставление про непрерывный цикл стало еще одним моим маяком, которому я следовал на пути своих изысканий. «Все это уже было и повторится вновь» - он неустанно повторял эту фразу себе под нос и я частенько прислушивался к его бурчанию, пытаясь выведать, как я тогда думал, запретные тайны его народа. Спустя много лет я все же спросил его, к чему он всегда повторял одно и тоже, но, как оказалось, это было лишь бурчание «старика», многое повидавшего на своем веку. А ведь и верно, ему было уже за три сотни лет, когда мы впервые встретились. И все же, пусть для него это было простой мантрой многих лет опыта, для меня же это стало путеводной звездой.

Ни что не ново под луной. Любое событие, схватка, катаклизм – все когда-то происходило уже на этой земле. И мы, глядя сквозь века опыта ушедших поколений, можем лишь научиться находить эти связи и пытаться хоть что-то изменить, научившись на былых ошибках.

Ничего не скажешь, эльфы мудры в своем долгом существовании. Да и в вине они явно знают толк… Целую бутылку редчайшего вина в одно горло выпил!

Все. В следующий раз перенесу портальный круг на побережье, пусть пройдется в ледяной холодной воде. На его крепком эльфийском здоровье это вряд ли скажется.

Так о чем это я? Ах да, непрерывный цикл. Да, если приглядится, то ведь он и вправду повсюду, а в те времена я этого не замечал…

Вернемся же к событиям из другой временной параллели.

Тем временем мы с Тирной снова оказались в Ветсбуре. Внешне деревня

мало изменилась со времени нашего последнего визита сюда. Отец Тирны выделил пятьсот мужчин для освобождения Эллсгейта, это составляло примерно одну треть населения деревни. Остальные должны были сдерживать возможные атаки орков и защищать женщин и детей. Ветсбур был небольшой деревней с неплохо развитым хозяйством, основные поставки зерна и мяса в Эллсгейт происходили именно отсюда, много было в деревне и рыбаков, которые славились своим умением ловить рыбу. Кримиэль направил их сюда днём, но Тирна не видела привычной активности на улицах родной деревни. Они молча шли к зданию старосты, лишь изредка поглядывая по сторонам, когда их нагнал запыхавшийся от бега мальчишка:

- Тирна, я так рад тебя видеть! Из того похода никто не вернулся, и наши родители очень переживают. Расскажи мне, что там случилось?

- Беги и передай моему отцу что мы скоро будем у него. – быстро проговорила Тирна. Вести самые ужасные. Нам удалось выжить благодаря счастливому случаю.

Мальчик понуро кивнул и побежал к домику старосты. Новый глава деревни встретил их нахмурившись у порога. Голова Йонаша на сей раз не была покрыта капюшоном и свет отливал на седых волосах старосты. Тирна медленно подошла к отцу и упала в его объятия.

- Папа, прости нас. Это была безумная вылазка, которая не могла кончиться иначе. Бывщий настоятель церкви предал нас и заключил договор с силами Зла, он хочет вызвать демона, который уничтожит здесь всё. И нашу с тобой деревню и всё восточное побережье Карлсброма…а может быть и весь континент. Мы слишком привыкли к спокойному течению жизни чтобы противостоять такому сопернику…

- Замолчи, Тирна. Сопротивляться нужно всегда, иначе наши с тобой жизни обесценятся. Не приди я к вам тогда на выручку, вы бы сейчас были нанизаны на колья и ваши внутренности клевало бы вороньё. И не спасла бы вас ваша волшебная штука – сказал Йонаш.

- Проходите в дом, устроим в нем небольшой совет.

Пока мы располагались за столом, Йонаш приготовил нехитрую стряпню и распределил её на три кучки. Несколько минут мы молча жевали, я иногда краем глаза смотрел на девушку, в который раз подмечая красоту её волос.

- Пока твой женишок на тебя пялится я хочу огласить текущую повестку. У нас очень мало сил и для того чтобы помочь спасти город и для того чтобы защититься самим. Я уже предложил людям перебираться к югу и искать там новое место для зимовки, предлагаю это и вам. Я слышал. о чем вы говорили с Ванштейном, на Эллсгейт было брошено три тысячи орков, из которых как минимум половина осталась жива и разделается с нами так же как и с передовым отрядом. Ты и сама прекрасно понимаешь, дочка, что шансов у нас нет. Да я и сам вижу. что глаза твои больше не горят маниакальным огнём.

- Мы пришли чтобы сказать тебе о том. что нам предложили помощь – ответила Тирна. Нас смогут эвакуировать отсюда, не всех сразу разумеется, но покинуть деревню смогут все желающие.

- Ваши новые друзья так или иначе преследуют корыстные цели – вилка Йонаша задержалась в его руке. Скорее всего это будет означать новый бой. Я хочу познакомиться с тем. кто вам подбросил эту идею.

- Эльф сказал. что сам нас найдёт, когда наступит время – слабо улыбнулась девушка. – Отец, я не могу с уверенностью сказать тебе, что мы следуем за ним с полной уверенностью. С тех пор, как мы нашли эту проклятую книгу, нас словно ведет по нити судьбы какой-то злой рок. Ни дня не проходит без сражения, то что мы с Эльнакаром всё ещё живы – случайность, в большей степени. Но мы пришли сюда затем, чтобы заручиться твоей поддержкой, снова. Ты предлагаешь уходить, но куда? Суровая чаща не примет нас, земля станет плодоносить не раньше весны. и мы не сможем захватить с собой запасы, чтобы прокормить всех. Среди оставшихся в деревне много детей, от них не будет много толку, кроме того они замерзнут, пока мы будем на пути. Не стоит отказываться от протянутой руки помощи, когда она так кстати.

- Я боюсь. что другая рука может сжимать кинжал за спиной – пробурчал старик. Поверь, Тирна, я вижу этот мир уже достаточно долго и только потому жив, что всегда осторожен. Что ж, подкрепимся пока и подождём вашего эльфа.

Какое-то время за столом царило молчание, пока Йонаш не нарушил его тихим покашливанием.

- А ты чего молчишь? – Староста впился в меня пристальным взглядом. – Видать время сейчас такое, что беды ложатся на плечи женщин, пока хилые инфантильные мужчины стоят у них за спиной и бормочут всякие заклятия.

- Ваша дочь уже сказала достаточно – сухо ответил я. – Я могу только присоединиться к её словам. Возможный союз с Кримиэлем выглядит для меня единственным возможным выходом. Я достаточно насмотрелся на смерть…

Меня перебил сухой смех Йонаша.

- Это ты так думаешь, сынок. У тебя нет за плечами тех войн и мелких стычек, которые видел я. Когда в Эллсгейте намечался переворот, это я помог убить короля и после той истории городом правил наместник. Король был слишком слаб и изнежен, так же как и ты.

Тирна с яростью бросила вилку, по столу прокатился звон металла.

- Где же тогда была твоя хвалёная осторожность, папа? А где ты был в те моменты, когда мне так не хватало твоей поддержки? Ты хотел. чтобы я быстро повзрослела, я знаю, и своим умением стрелять я обязана тебе. Что ж, ты помог оставить Эллсгейт без короля и Ветсбур без старосты, за последнее я тебя не корю, ты подоспел вовремя. От Эллсгейта же сейчас остались только оплавленные камни и проклятая церквушка, каждая дощечка которой сейчас пропитана кровью. Где-то там в глубине её сейчас находится наш товарищ. Подумай, не стоит ли иной раз тебе попытаться разбудить в себе искру совести?! Я знала молодого короля…

- Ты была ещё глупым ребёнком! – вскрикнул Йонаш. И осёкся.

Посередине комнаты на секунду образовался круг рун и из него с треском вывались троё: эльф, с зажатой книгой в руках, держащий за руку осунувшегося молодого человека, который в свою очередь поддерживал монаха в рясе.

- Опять эта проклятая книга – прошипел старик.

И в данном случае я уже не мог с ним не согласиться.

Кримиэль сел, устало опираясь на стену. – Мольцу нужна помощь, для начала его неплохо было бы перевязать, остальное мы сможем сделать. будучи в нашем лагере. У меня уже недостанет сил заниматься сейчас его лечением.

Я осторожно подошёл к Томашу и обнял его, за моей спиной сопела Тирна.

***

- Как вам удалось спастись? – мой голос звучал слегка надтреснуто, как отзвук тех волнений. которые свалились на нас в последнее время.

- Я встретил одного своего старого знакомого по пути к церкви – Кримиэль хладнокровно отчищал свой плащ от грязи. – Думаю, вам тоже пришлось с ним пересечься, во всяком случае перепутать его с кем-то ещё довольно сложно, он носит два кинжала и одет в леопардовую шкуру.

- Я не почувствовал в нём столько зла, как в остальных – прохрипел Томаш. – У вас найдётся чего-нибудь выпить?

Йонаш молча достал бутылку из буфета и едва слышно выругался.

- Альк не всегда был таким. Тёмные мысли овладевали его разумом постепенно, с тех пор как тёмный владыка обратил на него свой взгляд. Он пообещал Альку вечную молодость, ловкость, и бесконечный запас сил, забыв безусловно упомянуть и о других критических моментах – инертности мышления, потери морального облика и необходимости почти постоянно находиться на втором уровне ада. Когда-то нас свела судьба и я видел рядом с собой молодого и целеустремленного молодого человека. Жаль…

- Давайте пожалеем тех, кто сейчас больше этого достоин – Тирна раздобыла одежду, чтобы Томаш смог прикрыть свою наготу. Подхватив бутылку со стола. девушка сделала большой глоток и сразу же осела на ближайший стул, пытаясь восстановить дыхание.

- Я думаю Фераллис догадывается о моем желании объединить все имеющиеся у нас силы. Грядет большая война, и если обряд жертвоприношения завершится, нам придётся биться с передовой ратью преисподней. Он будет стараться нам помешать и об этом я хотел бы сейчас поговорить в первую очередь.

Йонаш подался чуть вперёд. выпятив грудь:

- Дочь передала мне твои слова. Повторюсь, не так давно я уже отправил большой отряд по меркам нашей деревни в неизведанное, это стоило мне жизни моих людей.

- Они не так давно стали твоими, староста – криво ухмыльнулся эльф.

- Они были моими всегда! – закричал Йонаш. – Я сделал для них больше…

…чем для своей дочери – сухо закончил Кримиэль. – Да, я знаю. Я знаю также и другое, жизнь представляет собой непрерывный цикл повторяющихся событий, и лишь от того как мы будем взаимодействовать друг с другом зависит итог. Я много старше тебя, Йонаш и не ищу с тобой ссоры, но мне известно многое. Я смогу переместить вас и других жителей в течение этого дня, если ты дашь мне на это согласие. В моих краях вы сможете жить и питаться с должным комфортом, пока нам не придётся встретиться лицом к лицу с врагом. Иди и спроси своих людей, что они об этом думают, ручаюсь все они напуганы и желают одного – спокойствия, пускай даже временного. Подумай о женщине, которую ты любишь.

Старик густо покраснел и вжался в сидение своего стула.

- Да, папа. Подумай, а если соберешься задуматься крепко их может оказаться несколько – ехидно сказала Тирна, делая новый глоток из бутылки. стоящей на столе. Йонаш рассвирепел, вырвал бутыль из ее руки и швырнул в стену, во все стороны разлетелись брызги красноватого цвета и запахло смородиной.

- Жаль, хороший напиток пропал – огорчился Томаш.

Я внимательно смотрел за реакцией Тирны и его отца и меня одолевали противоречивые чувства. Повинуясь внезапному порыву я рывком поднялся, встал рядом с девушкой и посмотрел в глаза старосте.

- Вы приняли участие в воспитании человека, который стал очень много для меня значить. Я всегда буду рядом с ней и постараюсь её защитить, чего бы мне это ни стоило, и, коль вы не хотите внять голосу рассудка…

- Остынь, сынок – впервые Йонаш добродушно рассмеялся. – Я уже понял, что на этой кухне все настроены решительно и мне вас не переубедить. Предупрежу сразу – и я и мои люди не приспособлены к резким изменениям погоды, так что будет непросто поменять заснеженную равнину на залитые солнцем цветущие поля.

- Не беспокойся, отец – ухмыльнулась Тирна. – Наши новообретенные друзья живут в таком же дерьмовом климате, как и мы.

Тем временем священник, про которого все успели забыть еле слышно застонал в углу.

***

Верлен не выразил никаких признаков удивления, когда рядом с палаткой, из которой он вышел чтобы выкурить трубку (у приютивших нас созданий оказался табак) начали искриться руны и из появившегося круга вышли его друзья.

- В этот раз обошлось без приключений – я крепко прижал Верлена к себе. – Не считая часа, проведенного под взглядом старика, он верно решил, что мы хотим сыграть свадьбу в его гостеприимном доме едва переступив порог.

- Говори за себя – со смешком толкнула меня, Тирна.- Ко мне эта мысль не приходила даже в далеко идущих планах.

С другой стороны, о мой бок мягко потёрся кот. и на секунду, когда я поворачивал к нему голову, мне показалось что я заметил веселые искорки в его глазах. Мои надежды оправдались – раны, полученные в схватке в церкви, быстро зажили на Рорвике и он совершенно не терял присутствия духа.

- Сколько же сюрпризов ты нам ещё преподнесёшь…- мне не пришлось нагибаться чтобы погладить кота по голове. Он довольно заурчал и впился когтями в подтаявший снег, оставляя глубокие борозды.

После нас с Тирной , Кримиэль телепортировал священника, который едва держался на ногах – яд практически парализовал его. Полог палатки отодвинулся, я услышал быстрые шаги Нанты,. Она сосредоточенно осмотрела лицо мольца, достала мешочек из кармана, внутри оказалась игла и огниво. Один из эльфов протянул ей факел, который женщина зажгла неуловимым движением. Обследовав место укуса, Нанта вздохнула и привалилась спиной к ближайшему дереву. Я молчаливо спросил её взглядом, Томаш злобно заскрипел зубами.

- Он умрёт. – Слова Нанты звучали буднично и от того не менее жестоко. И умер бы в любом случае, даже если бы получил помощь сразу, от этого яда нет спасения. Его укусила та тварь, с который мы бились в церкви?

- Да – ответил Томаш. - Кримиэль уже почти перенес нас, змея набросилась внезапно… на месте этого человека вполне мог оказаться я.

Всё больше людей, эльфов и гномов скапливалось на поляне и каждый из нас молчаливо смотрел как в очередной раз гаснет огонь жизни в том, кто этого не заслужил.

Нанта подошла первая и опустила веки священнику.

- Мы все могли погибнуть там- прошептала она. Какая сила находится в твоем животном, девочка, раз он смог впитать и переработать отраву?

- Я почти ничего о нем не знаю – глухо ответила Тирна. Тебе знаком этот яд?

- Я с детства занимаюсь травничеством и читала о нём в одной из книг, змеи, которые вырабатывают его не водятся в этих краях. Характерный цвет, умело нарисованные гримасы боли – всё это врезается в память. Не приближайтесь к этому существу, если нам ещё раз придётся с ним встретиться. Ты же знал, эльф? Почему ты им ничего не сказал?

- Не хотел портить душевной беседы, воцарившейся за столом – на лице Кримиэля не дрогнул ни один мускул.

- Расходитесь, скоро здесь совсем не останется места. Ближе к ночи, когда соберем всех, нам нужно будет перенести стоянку, выдвинемся к ближайшему поселению, к северу отсюда. Там климат чуть помягче и кроме того имеется жильё, более достойное чем то, что мы мы можем предложить сейчас.

Верлен подошёл к эльфу и заглянул ему в глаза. – К чему здесь вся эта партизанщина?

Ты говорил, что вы уживаетесь довольно мирно, тогда зачем нужны эти палатки? Это похоже на заградительный отряд.

- Ты же служил капитаном стражи в Эллсгейте, сынок? – спросил внезапно подошедший к нам Йонаш. – Что же тут непонятного? Нас сюда привели не только из-за волков, о которых я краем уха слышал от Тирны. А я, старый осёл, распорядился чтобы этот поганый эльф перегнал всех моих людей.

- Да, всё не так просто, как могло показаться – сплюнул Кримиэль. Однако же, лишь объединившись…

Слова эльфа оборвал резкий шум, раздавшийся со стороны откуда в первый раз пришёл сюда наш маленький отряд.

- Ну что ж, этого следовало ожидать – Йонаш первый обнажил меч. - Какие твари здесь обитают? Не чаю увидеть болотных баб, да и холодновато для них. Разве что какой-нибудь особо агрессивный подвид.

Первый из оборотней не успел напасть – его остановила стрела Тирны, пронзившая мозг животного.

- Ты хорошо стреляешь, дочка – похвалил Йонаш. Впрочем, я думал, что у этих ребят черепа покрепче. Эх, во что я нас всех снова впутал…

Из-за деревьев показалась дюжина новых оборотней – кряжистые создания были покрыты густой шерстью, в закатных лучах отражались отблески их глаз, в которых не было ничего кроме ненависти. Помимо ряда зубов каждое создание обладало шестью похожими на лезвия когтями.

- Идите сюда, порождения мрака – прошипел Кримиэль, Идите, и мы достойно вас встретим.

- От меня в этом бою толку будет мало – откликнулся Верлен. - Рука до сих пор не восстановилась, придётся драться левой. А наш друг-чародей без книги мало что из себя представляет, ты уж меня прости.

- Он даже не подозревает о своём потенциале, но сейчас не время и не место, это обсуждать. Эльнакар, говори формулу вместе со мной, быстро и отчётливо.

- Spargit glacies! Эффект от двойного заклинания превзошёл мои ожидания. Конусы льда выросли из-под снега и пронзили ближайших к нам тварей, по поляне прокатился ужасный рёв. Остальные временно отступили за деревья, давая нам передышку.

Это не всё, не так ли? – спросил Йонаш. - Иначе бы ты не стал нас собирать здесь.

Вместо ответа с обратной стороны лагеря послышался грохот и звук падающих деревьев. Гномы, покамест не участвовавшие в сражении первыми увидели нового врага.

- Ледяной великан…- один из них громко выругался и взял поудобнее топор.

- Ваша помощь нужна здесь! – вскричал Кримиэль. Помогите нам справиться с оборотнями, Тирна, её отец и Томаш пусть займутся великаном. Если вам понадобится поддержка, мы придём к вам.

- Смотрите-ка, как раскомандовался – судя по голосу Йонаша, он растерял остатки уважения к их новому вожаку. Пойдём дочь, подсобим этим коротышкам, коль уж без нас им не справиться. И ты парень, покажешь на что годишься. Постарайся целить этой твари в глаза, Тирна, а мы его отвлечем.

Однако староста Ветсбура несколько переоценил их возможности. Ростом великан был около восьмидесяти футов, чуть ниже деревьев, которые он ломал, как ребенок ломает спички. Одно из них тварь использовала в качестве дубины, чтобы расчистить себе путь. Едва Томаш попытался привлечь внимание великана как перед его головой сосна описала высокую дугу и ударилась в землю, подняв высокий столб снега, ослепивший молодого человека. Тирна издала яростный крик и послала стрелу в область черепа огромного создания. Стрела отскочила от макушки великана, он взревел и начал осыпать градом ударов всё пространство возле себя.

- Слышишь, эльф, у этой твари есть слабые места?! – крикнул, перекувырнувшись, Йонаш, выплёвывая снег изо рта.

- Ослепите его и постарайтесь нарушить координацию – ответил Кримиэль.

- Он и без глаз закатает нас в рулет и размажет по земле! – взревёл Йонаш. Очередной удар импровизированный дубины взрыл яму рядом с ним, мужчина едва успел увернуться.

Тирне надоело это представление. Сделав знак Томашу, она нахмурившись залегла в снегу, выбирая наиболее удобную позицию. Тот, поняв, что от него требуется постарался привлечь внимание на себя.

- Эй, орясина! Посмотри-ка сюда, я здесь! – голос молодого человека слегка надломился в крике.

Великан услышал его сквозь гул других голосов и медленно развернулся в сторону Томаша. Вершина ольхи уже готова была размозжить череп парня, как вдруг огромное создание покачнулось и схватилось за левый глаз. Всё ещё держа ладонь на месте ранения, он попытался определить откуда прилетела стрела и сфокусировался на фигурке девушки, которая уже сидела, поджав колено и выбирала целью второй глаз. Следующая стрела вылетела, вонзившись в ствол дерева, которую упрямая тварь выставила в качестве щита. У Тирны пересохло в горле.

Томаш сориентировался быстрее, бросившись под ноги великану с мечом, который он позаимствовал у Верлена в самом начале битвы. Попытался рубануть подколенное сухожилие, но встретил на пути ответный удар, отбросивший его на несколько футов назад. Этой секунды хватило девушке, чтобы поразить правый глаз чудовища, однако она прекрасно понимала, что даже ослепший, ледяной великан ещё вполне может навредить им. Её опасения подтвердились, когда тварь заплясала на месте, сея разрушение вокруг наподобие гигантской лавины. Радиус размаха его ног был таков, что жизненный путь Тирны мог закончиться в любое мгновение, однако девушку спас её отец. Помогая подняться Томашу, он взглядом показал тому на одно из выкорчеванных и сломанных пополам деревьев, горизонтально лежащее на снегу. Вдвоём они одним сильным движением подняли бревно и бросили под ноги великану, который запнулся о катящийся ему навстречу ствол и, падая, вонзился открытой в рёве глоткой на меч Йонаша. Мужчина убрал руку и хмуро осмотрел дочь и растиравшего мышцы после неудачного падения Томаша.

- Хорошо, что у этих тварей анатомия примерно совпадает с нашей. Когда ты, сынок, побежал с этим мечом чтобы надрезать ему ногу я уже вычеркивал тебя из списка живых. Кости не сломаны?

- Не думаю… но, кажется, задето лёгкое – хрипловатый кашель и сказанные с вымученным трудом слова превратили догадку Томаша в уверенность. - Боюсь себе вообразить, что случится, если мы не прекратим участвовать в заварушках каждый день. Мне, как и Верлену, понадобится очень хороший доктор.

- Ты спас жизнь моей дочери, и я вытребую у этого длинноухого для тебя должный уход. Вы вдвоём посидите здесь, а я помогу остальной группе справиться с оборотнями. Подумать только, ещё немного и сюда были бы переправлены наши женщины…

Тем временем на другом конце поляны нам тоже было несладко. Гномы, вооруженные топорами, встретили оборотней в первых рядах, я старался поспевать за Кримиэлем, который накладывал заклинания щита, мешая их с атакующими. Пространство вокруг нас было залито кровью и регулярно раздававшийся волчий вой сильно действовал на нервы.

На секунду эльф обернулся ко мне, смахнул пот со лба и едва слышно сказал:

- Следи, чтобы тебя не укусили. Их так много, потому что все мы опираемся на жалость друг к другу, никто не выдаст своего близкого, даже зная, что тот укушен. До поры, пока несчастный не исчезает и не оказывается по ту сторону баррикад в этом лесу. Наши ряды постоянно уменьшаются, а подмога из-за гор приходит всё реже.

- Почему ты сразу об этом не сказал? – в моих словах сквозила горечь. – Я привык безоговорочно доверять многим, но в твоём случае мы действовали вслепую.

- Я тоже действовал вслепую, спасая Томаша и елозя взглядом по полу, договариваясь с вашим старостой. Он и так всё понял загодя, и когда бой закончится, я жду не дождусь выслушать от него целую вереницу подколок. А вот и он, собственной персоной, бежит к нам весь в великаньей крови, чтобы похвастаться своим вкладом в сражение.

Вместо ответа Йонаш наотмаш ударил Кримиэля ладонью по щеке, так что тот отступил на шаг и злобно посмотрел ему в глаза.

- Мне некогда выяснять с тобой отношения, эльф. Я знал, что мы так или иначе окажемся меж двух огней и выбрал те, которые сверкали наименее ярко. Твои напутствия о непрерывном цикле навели меня на мысль о том, что я, действительно не выпускал меча из рук очень много лет. И убил бы короля в Эллсгейте снова – если бы это оказалось необходимо. Он кстати, как и ты, никогда не умел прямо построить своё предложение.

- Раз с тыла опасности больше нет, помоги нам и прикрой Эльнакара – сухо сказал Кримиэль. Вы славно смотритесь вместе, если объединить ваши качества и недостатки получится совершенный человек, во всей его красе.

Вместо ответа Йонаш разрубил шейную артерию у подбежавшего к ним оборотня. Тот протяжно завыл, опускаясь телом на снег. Через несколько секунд после смерти его очертания стали смазываться, превращаясь в того, кем он был до укуса – худощавого эльфа с гривой рыжих волос и отточенным красивым лицом.

- Это влияет на ваш боевой дух, так ведь? – в голосе Йонаша сквозил сарказм. - Находится всё меньше согласных принять участие в этой бесконечной никому не нужной битве?

- Ты совершенно прав – спокойно ответил Кримиэль. - Именно поэтому я обратился к вам. Но не только поэтому. Мне нужна была книга, кроме того, не забывай, что твоя дочь и её друзья сами оказались здесь, я лишь немного подтолкнул их.

- Я тебе не верю, впрочем, теперь это не имеет никакого значения. Неуловимым движением Йонаш отрубил голову ещё одному оборотню, сплюнул и на мгновение задумался.

- Всегда найдётся идея, за которую стоит сражаться. В чем твоя глубокая мораль, длинноухий? Скажи, пока я не потерял интерес.

- Я только лишь спасаю свой народ и соседний с ним, и ищу сильных союзников. Вы мне показались достаточно подходящими.

- Ладно, расскажешь позже…когда будешь в настроении – ухмыльнулся Йонаш.

Внезапно мне в голову пришла мысль, которая висела на подкорке сознания уже давно.

- Кримиэль, насколько мне известно, оборотни принимают облик волка только ночью при полной луне. До той поры мы видим их в обычном воплощении, до укуса.

- Да – нехотя выговорил эльф, перемещая защитный купол. Те, с кем мы имеем дело подверглись сильному проклятию. Несколько лет назад сюда прибыло племя людей, их единственной и конечной целью было грабить, убивать и насиловать. Поблизости отсюда находится мощное эльфийское святилище, Лоонте, в переводе с нашего языка это означает «Под тенью луны». Эти мерзавцы ворвались туда, надругались над жрицами и убили тех, кто мог держать оружие. Каждому из тех, кто остался жив после набега довелось проснуться на следующий день в новом обличии – не скажу, что оно им понравилось. Они вернулись в свой лагерь, перекусали всех, кто там был – так цепочка стала распространяться.

- Но ты же знаешь, как снять эту магию, верно, эльф? – подмигнул Йонаш.

- Да.

Новый огненный шар взорвался совсем рядом с нами, подпалив волосы.

- Прошу прощения за то что испортил вам прически – усмехнулся Кримиэль.- Подсказка всегда лежала рядом, после набега, вода, текущая из горного родника в фонтаны Лоонте стала красной. Для того чтобы вернуть невинным их прежний облик и убить превратившихся по злому умыслю ублюдков необходимо прочитать обряд в храме, собрав полноценный круг прислужников, принявших веру и следующим этому пути не менее десяти лет. Мне понадобится ваша помощь, чтобы пройти через лес и добраться туда. Проблема заключается в том, что двое из вашего отряда небоеспособны и нам понадобится время, чтобы выступить вместе. Сами оборотни будут планировать нападение не раньше, чем через неделю – их потери сегодня велики.

- А на кой нам сдался твой источник и эти твои сугубо личные проблемы? – осведомился Йонаш, отбиваясь сразу от двух тварей, которые теснили его к опушке.

- Чтобы не допустить нападения с тыла - пояснил Кримиэль Кроме того, когда чары развеются, мы вернем обратно тех из наших людей, кого не успеем убить сегодня. Это, конечно, настоящая рулетка…

- Не перестаю поражаться твоему цинизму, эльф. – Йонаш наконец одолел обоих оборотней и оглядел поле боя – около тридцати гномов было ранено, ещё пятьдесят еле держались на ногах от усталости. Однако и враг сильно поредел. Из глубины леса раздался звук созывающего рога, и оборотни отступили. Закат уже сдавал свои права и на лес стала опускаться ночь.

- Ну что ж, самое время перевязать раненых и обдумать твой грандиозный план – усмехнулся Йонаш.

- Либо же убить раненых сразу – добавил Кримиэль. Только по первости следует проверить причину раны, если её нанесли когти – тогда смело можно отправлять в госпиталь.

Я громко выдохнул и неловко присел на снег, облокотившись на ближайшее дерево.

- Да, ты сегодня растерял много сил, сынок. Что ж, Тирна не обманывала меня, когда описывала ваше с тобой путешествие, ты кое-чего стоишь. Пойдёмте, разведем огонь и сконцентрируемся на недалеком будущем. Возможно, у наших бородатых друзей найдётся пара бочонков с их изысканным пойлом…

- Сейчас не время - сухо прервал эльф. - и не место. Слишком много убитых…

- И многовато живых – весело закончил Йонаш. – а за это стоит выпить, уж поверь мне, брюзга.

Кримиэль бросил ничего не выражающий взгляд на нас и молча зашагал к палаткам, не замечая, что собирает снег полами своего плаща.

***

Редкие всполохи костра освещали лица сидящих возле него людей. Томаш огорченно ощупывал себя, ругаясь вполголоса, Верлен, сидящий рядом с ним, что-то шептал на ухо Нанте, женщина послушно кивала в ответ. Я смотрел в глаза Тирне, сидящей напротив меня и пытался разгадать ход её мыслей.

Девушка не выдержала взгляда и подошла первой.

- Давай немного прогуляемся – предложила Тирна, медленно выговаривая каждое слово.

- Мне нужное кое-что с тобой обсудить. Без присутствия остальных.

Глядя на девушку, я тоже чувствовал необходимость провести время вдвоём. В схожем порыве мы подняли головы и посмотрели наверх.

Оттуда беззвучно улыбалось звёздное небо.

Часть 2. Единение. Глава 1. Первые шаги.

Сегодня я почувствовал странное умиротворение и покой. Думаю, что это можно связать именно с тем, что мне давно стоило изложить всю эту историю на бумаге.

В тот день я получил отказ, а вместе с ним надежду на просвет в кажущейся уже бесконечной череде потерь и страданий. Я продолжал задаваться вопросами: почему мы? Для чего весь этот путь через боль и слезы окружающих меня людей? Ответа не было, но, как это бывает, ответ мог и не появиться на горизонте. А продолжать путь требовало сердце. Возвращение тех людей, которых, как мы считали, уже не вернуть, зародило луч света в мрачном океане моей души и вроде неплохо повлияло на остальных членов отряда.

Тогда я не думал, что нам выпадет «честь» отправиться в логово навязанного нам врага и постараться решить эту проблему.

Я никогда не чувствовал в себе потребности в богах и вере и всегда старался обходить стороной ярых приверженцев божественной воли. Но, если ты от чего-то долго бежишь, то однажды твой мнимый преследователь настигнет тебя с утроенной силой.

Вот и нашему отряду довелось столкнуться с одним из проявлений «карающей длани» эльфийских богов. Я уже говорил, что ненавижу эльфов? Так вот эльфийских богов я ненавижу еще больше. Сотворить такое с собственным народом, единожды оступившимся? Ну да, от кого еще ожидать, как не от эльфов и их покровительницы.

Хотя, знаете что? Я не верю в богов! По мне все это воплощения Истока, к которому люди, эльфы, гномы или орки, будь они неладны, в своих прошениях и мольбах обращаются в поисках помощи и защиты. Так Исток обретает форму и плоть, наполняется призванной силой и вершит справедливый божественный суд. Смешно, получается, что все эти молящиеся сами же себя и наказывают, ведь сила бога – есть мольбы и вера его последователей.

Ох уж этот Кримиэль со своим непрерывным циклом. Снова он оказывается прав…

О некоторых вещах нужно предупреждать заранее – усмехнулась девушка. – Но этот случай – довольно индивидуальный. И лучше собеседника, чем ты, мне не найти.

- Ты не боишься внезапного нападения? – я задал этот вопрос исключительно для того чтобы разбавить неловкую паузу.

- Нет. Кримиэль сказал, что оборотни будут зализывать раны ещё неделю, а волки…что ж, волков я не боюсь.

- Я жалею, что не смог помочь тебе там, когда вы бились с великаном. Если бы я был рядом, возможно Томаш бы не пострадал…

- Перестань корить себя за прошлое – Тирна прервала меня репликой, сухой, как наждачная бумага. – Твоё участие было необходимо по другую сторону, когда оборотни напали на лагерь. Кримиэль выбрал Томаша, потому что знал, что тот более уравновешен, имеет неоценимый опыт в драках и не станет совершать необдуманные поступки, защищая меня.

Я ценю его выбор.

- Что ж, видимо ты права. Не считая, разумеется, инцидента с поломанными рёбрами. Поведай в таком случае, о чём ты хотела поговорить – я старался выбирать похожие интонации, чтобы не выдать заинтересованность в своём голосе.

- Об отце. И о нашей роли в существовании этого мира – чуть помедлив, ответила Тирна.

- Начни, пожалуйста, с самого начала – я выкопал две ямки в снегу поблизости друг от друга и с некоторым облегчением присел, чувствуя неприятную тяжесть в ногах – это сказывались длительные переходы.

Тирна села рядом со мной и начала неторопливо говорить.

- Мысли, которыми я хочу поделиться, весьма личные. Понимаешь, вся штука в том, что я уже не могу разобрать, рада ли присутствию Йонаша в отряде. Меня одолевают противоречия.

Девушка зацепила ладонью снег и отправила его в рот, дожидаясь пока он растает. На секунду её губ коснулась лёгкая улыбка.

- Тебя беспокоит то, с какой лёгкостью он вспоминает об убийстве короля? – осведомился я, тоже зачерпнув горсть снега – после сражения резко захотелось пить. – А сама предлагаешь мне не корить себя за прошлое – я тоже сделал попытку улыбнуться, но скулы свело от холода.

- Он постоянно прячется под маской напускной бравады, Эльнакар – сказала Тирна. – Я знаю, как ему тяжело. Зло оставляет печать на всех нас, ты постепенно срастаешься с ним – во сне, после пробуждения, когда идёшь с самим собой на компромисс, порой не отдавая себе отчёта, и самоё хочет сгладить вину, только лишь бы стало немного легче. Понимаешь меня? Ты когда-нибудь совершал по-настоящему злые поступки?

- Бывало, мне частенько приходилось обманывать других людей. И я чувствовал в себе недостаточно сил для того чтобы поступить правильно – задумался я.- Но настоящее зло…послушай, ведь мы боремся с ним. В его физическом воплощении.

- Да – Тирна придвинулась ближе и положила руку мне на плечо. И, как это обычно бывает, когда ты подсознательно видишь зло которое представляет собой нечто ненавистное и ярко выраженное – орк, демон или другое порождение мрака – ты не задаёшь себе лишних вопросов.

Девушка немного помолчала и продолжила.

- Знаешь, когда мы дрались вместе с нашими крестьянами у входа в Эллсгейт, орочий шаман воссоздал мою копию. Она полностью совпадала со мной зрительно, всем, кроме глаз. И тогда я по-настоящему испугалась, подумала, что могу однажды сломаться и перестану отличаться от этой метаморфозы. И тогда, стало быть, всё кончено. Я боюсь того, что ждёт нас в конце пути. Боюсь того, что может произойти с нами, пока мы ступаем по нему.

Я повернул голову вправо и поцеловал девушку в щёку, увидев, как из глаз Тирны катятся и застывают слёзы.

- Я горжусь твоим отцом. Он нашёл в себе силы поддержать нас, бросил половину жителей нам на подмогу однажды и собственноручно пришёл на выручку снова. И я чувствую в нём крепкий дух, который не смогут переломить призраки прошлого. Все мы совершаем ошибки, которые сказываются на нас, в той или иной степени. Но глядя на тебя я чувствую, что ты – его дочь. Решительная, своевольная, обладающая горячим сердцем. И, где бы ты ни оказалась мы с ним, всегда постараемся прийти к тебе на помощь. Я люблю тебя, Тирна.

Девушка ничего не ответила, но я увидел, что влага под её ресницами высохла и она перестала плакать.

Её голос раздался как будто издалека спустя некоторое время.

- Именно поэтому я тебя позвала.

***

Тем временем в лагере бурлила жизнь. Гномы организовали носилки для переноски раненых товарищей, тщательно тем не менее проверяя не присутствуют ли на тех следы укусов. Кримиэль ходил между ними, осматривал тусклым взглядом и изредка отдавал приказы – те, что не нравились ему самому, но он не хотел признаваться в этом.

Томаш и Верлен находились под бдительным уходом двух специально приставленных к ним жриц, несмотря на протестующие вопли Нанты – женщину не впустили в палатку, хотя она буквально рвала и метала.

«Кажется, мне уже осточертела их философия, хоть мы и оказались здесь совсем недавно» - думала она чуть погодя, вышагивая по кругу.

«Не мешай нам, твоя помощь здесь не нужна!» - каждое слово резало будто бы ножом.

«Надеюсь, к утру они пустят меня внутрь. В конце концов, это всего лишь перелом…»- так размышляла Нанта, как вдруг её мысли прервал стон, раздавшийся совсем рядом. Она посмотрела вниз и увидела, что молец, которого они так преждевременно занесли в списки убитых, шевелится. И, более того, пытается говорить!

- Кримиэль, поспеши сюда! – громкость крика чуть заглушил морозный воздух, но эльф его услышал и подошёл посмотреть зачем его позвали.

- Чудеса, да и только – Кримиэль мрачно наблюдал за попытками священника подняться.

- Что ж, по всей видимости, помимо заколдованных котов этот яд не забирает с собой и блаженных. Твоя вера оставалась крепка, отец?

Нанта наградила эльфа испепеляющим взглядом и помогла подняться мужчине, который с большим трудом держался на ногах.

- Не стоит так бросаться словами – голос священника был невероятно тих, и так же невероятно отчётлив.

- Я вернулся сюда благодаря силе и теплу Истока. Отрава должна была завершить моё мирское существование, но мне были показаны картины возможного развития событий на этом континенте, я узрел их и обрёл многое. Свет должен пролиться здесь, и я прошу тебя, не кощунствуй. Ибо, я вижу и в тебе искру света и очень сильную усталость.

- Что ж, в таком случае я лучше оставлю вас вдвоём – ответил Кримиэль. Поддержите друг друга, вижу, как вам нелегко. А я пойду, мне предстоит помочь ещё многим.

- Что тебе открылось, святой отец? – медленно спросила Нанта, когда эльф скрылся за ближайшими деревьями. – Я потеряла детей, и неоднократно спрашивала у того, кому молилась раньше, чем заслужила это. Я не думала увидеть своего мужа живым и совершенно перестала ощущать себя в том водовороте событий, который втянул нас. На смену глухой боли пришла отрешённость. Так что ты видел?

- Расцвет и закат эпохи, девочка – сказал священник. - Эллсгейт – это лишь один уголок мозаики, наш мир велик, невероятно велик. Вы прожили в браке с Верленом шесть лет, ровно столько безропотной жизни было отмерено вам, пока город окончательно не погряз в пьянстве и распутстве, и ваш новообретённый заплутавший друг тоже попал туда не случайно. Всем даётся второй шанс, но не все смогут его грамотно использовать. Кримиэлю он давался не раз, и учитывая его почтенный возраст его судьбу я не берусь просчитывать. А что касается твоих детей – они всё равно не смогли бы существовать в той экзистенциальной сущности, которую вы сами выстроили вокруг себя. Вы молились Истоку, но в ваших словах не было эмоций, потому что Исток чувствует слова, не идущие от чистого сердца.

Во время беседы они двигались к палатам для раненых, вернее вся координация держалась на Нанте, она поддерживала мужчину рукой за поясницу и выбирала самый удобный маршрут, отбрасывая ногой промокший хворост.

Лагерь окончательно стал напоминать улей с пчёлами, многие из присутствующих там стенали и просили не убивать их близких, замеченных с укусами. Высокая женщина-эльф в лисьем полушубке и с пронзительными серыми глазами стояла в центре, крепко держа кинжал у горла молодого соотечественника, вокруг них уже собралась толпа.

- Я никому не позволю подойти к своему ребёнку, вы слышите меня? Никому. Скажи-ка, Кримиэль, твои дружки точно спасут нас от этой напасти? Ты слишком долго сюсюкался с ними, забыв про беду, которая стоит на пороге нашего дома.

- У нас уже давно нет дома, Ваорлин – выплюнул словно из воздуха материализовавшийся эльф. – Я высказывал при тебе свою мысль, мы сможем выступить против оборотней через неделю, когда будем готовы.

- Когда ВЫ будете готовы ?! – закричала женщина. - Ах, прости меня за взбудораженный тон, дорогой мой. А сколько времени ты даёшь моему сыну, для того чтобы проститься с теми, кто так настойчиво жаждет его смерти?

- У моих детей этого времени не было – тихо сказала успевшая подойти к тому времени Нанта. – Я понимаю твои чувства, у меня есть основания для того чтобы их понять. Обе женщины устремили взгляды на Кримиэля, но за него ответил священник, на которого временно все перестали обращать внимание.

- У нас есть время до заката солнца, которое зайдёт сегодня. Выступить должна небольшая группа, чтобы не привлекать к себе внимание. Кримиэль верно сказал вам, что причина превращения кроется в осквернении храма Лоонте, это так. Но не спеши рассылать весточку собирая жрецов из окрестных храмов – священник предостерегающе поднял руку. Достаточно будет моего вмешательства. Я не просто чувствую это, я это знаю.

- Ты и правда полон сюрпризов, старик – холодно произнёс эльф. И чьи кандидатуры ты выдвигаешь? У Томаша сломано несколько рёбер, даже наша магия не поможет ему вернуться в обычное состояние так быстро. Перелом Верлена – другое дело, но…

В этот момент мы с Тирной вышли на поляну, обвели взглядом сначала

эльфку в лисьем полушубке, затем кинжал в её дрожащей руке, неожиданно воскрешего мольца, держащегося на ногах усилиями Нанты, увидели ничего не выражающее лицо Кримиэля и всё поняли.

- Обязательно дайте мне знать, когда всё это закончится – неожиданно расхохоталась Тирна, крепко сжимая мою ладонь. - Нас снова хотят записать во что-то, неописуемо волнующее воображение! Эй, прикатите-ка сюда бочку с пивом, да побольше…уж больно колоритно вы все смотритесь!

- У неё хватает духу смеяться – сплюнула эльфийка, которую звали Ваорлин. – Ты выбрала замечательный момент, девочка. У тебя, в отличие от твоей подруги нет детей, не так ли?

- Нет. – холодно ответила Нанта на прозвучавший вопрос, который адресовался не ей. – Но мы многое пережили за последние несколько дней. Здесь мы рассчитывали сделать привал и отдохнуть, хоть немного очистить голову и подлечить раны.

- Что ж, хотя бы в чём-то мы преуспели – улыбнулся незаметно подошедший к нам Верлен. Бывший капитан стражи обнял свою жену уже здоровой рукой и погрузился лицом в её волосы.

- Тот же самый запах- прошептал он. - Никакие передряги не смогут его прогнать из моей головы, и сейчас я благодарю высшие силы за то, что могу снова его вдохнуть.

- Эй,вы! – продолжил Верлен, оторвавшись от волос своей супруги. Давайте сконцентрируемся на трёх вопросах. Я краем уха слышал, что вы обсуждали здесь, пока шёл, да и немудрено, поскольку кричали вы на всю округу. Во-первых, давайте и правда, как следует напьёмся. Идти насухую утром мне совершенно не хочется, простите меня за мой вульгарный тон.

Кримиэль вместо ответа знаком что-то приказал гномам, и те послушно выкатили на середину поляны две бочки.

- Во-вторых…

Голос Верлена заглушал скрежет деревянных кружек и толпа страждущих, желающих как можно скорее утолить жажду.

- Во-вторых, простите уж что я взял на себя право командовать, сказывается старая боевая практика, но во-вторых я предлагаю не убивать сейчас тех, кто пострадал от укусов оборотней ночью. Раз уж выпала такая оказия…Мы с ребятами пойдём, выполним ваше небольшое задание. Коли не выгорит, что ж – ваше право убить их останется при вас, а понять то что у нас ничего не вышло вы сможете если мы не вернемся до заката этого дня.

Под раздавшийся гул одобрения Ваорлин с облегчением убрала нож из-под горла своего сына. Тот повернулся к ней и прошептал:

- Я знаю, мама, ты хотела, как лучше. Но в следующий раз, если выпадет такая оказия, как говорят наши новые друзья, не держи нож так близко. Порезу теперь потребуется несколько времени для того чтобы затянуться.

Эльфийка молча прижала его к груди и затряслась от переполнявших её слёз.

- А в -третьих – решил закончить Верлен. – Я предлагаю взять в наш отряд меня, Эльнакара, Тирну и нашего внезапно вернувшегося из мира мёртвых святого отца. Всех остальных я не хочу подвергать лишнему риску…

- Моё непосредственное присутствие там вам не потребуется – чуть покачнувшись, сказал оставшийся без физической опоры священник. Кримиэль будет наблюдать за вами, когда вы проникнете внутрь он передаст мне телепатический сигнал.

- Пожалуй, с меня хватит на некоторое время телепатических сигналов – сделав солидный глоток из кружки решил добавить я. – Довольно и того, что мы благодаря им, хотя бы всё ещё живы.

Глава 2. Храм Лоонте.

Черт бы побрал Ториэль со всеми ее почитателями!

Наш враг, как это часто бывает, снова и снова находил нас на бескрайних землях Карлсброма, куда бы мы не пошли.

Признаться, поначалу я думал, что все это был хитрый и коварный план Кримиэля, что именно он тянул за ниточки в этом кукольном театре, где куклы были людьми, а ценой посещения спектакля могла и становилась чья-то жизнь.

Оказалось – нет. Он, как и мы, был лишь актером, пусть и не последних ролей. Но это не отменяло моего смутного подозрения, что чья-то воля направляла нас и наших врагов, сталкивала нас лбами и желала одной ей известной развязки. И финале на чаши весов ложилось, много больше, чем наши жизни или же жада мести за принесенные страдания многим из нас.

В последствии я понял - в самом конце нам суждено было сразиться с чем-то настолько древним и ужасным, что на кону стояло не меньше, чем само существование мира.

Именно тогда я осознал всеми частицами своей истерзанной души, что та неведомая направляющая сила, меняющая ткани мироздания по своему усмотрению – не враг нам. И цели ее скорее спасение, нежели полная гибель всего. Хотя что может понять обычный человек своим тщедушным сознанием в плане Высшего провидения?

Наверное, я так никогда, не узнаю. Может, это и к лучшему.

Фераллис угрюмо наблюдал за жертвенным алтарём, сложив руки за спиной.

- enfermo добрался до книги? – глаза первого демона горели безжалостным огнём.

- Да - человек отвечал медленно, и в этой медлительности крылась осторожность.

- enfermo получил книгу, использовал её и сейчас находится вместе со своими друзьями? – создание из огня, обладающее собачьей пастью и двумя рядами острых зубов, смотрело прямо в глаза Фераллису, и от этого взгляда было невозможно скрыться.

- Да. -тихо ответил человек. - Я недооценил силу книги. Когда мы встретились с ними в городской церкви, я не увидел в Эльнакаре ничего необычного, мой господин.

- Однако же, я отправляю вместе с тобой Алька, Де’еву и Фасгамлот, и ты возвращаешься ко мне один, без книги и сообщаешь что не смог прервать простейшее телепортационное заклинание. Я бы убил тебя сразу, жалкий человек, но ты мне пока ещё нужен.

Колдун склонился в поклоне, стараясь не поднимать глаза и лихорадочно размышляя.

- Выходит, книга заблокировала путь заклятия, и ты не смог сразу проследить, куда они отправились – продолжил демон, и каждое слово, которое он выговаривал раздавалось гулким эхом в импровизированной молельне. Фераллис после заключительной схватки совершил обряд вызова, так как понимал, что затягивать с этим больше невозможно – на кону была его жизнь.

-Да, господин. – вновь повторил он. – Однако, у меня в плену оставался один из их друзей, и я был уверен, что они вернутся за ним.

- Но не учёл, что эти люди могут попросить об этом эльфа, и уж тем более настолько ему доверятся, что вознаградят ценным артефактом, не до конца понимая его мощи. Что ж, это очень забавно.

Очевидно, Фераллис так не считал и по спине его начала проходить крупная дрожь – вызов демона такого уровня был сопряжен с громадными расходами энергии мага.

- Кримиэль рано или поздно может помочь нам, когда разберётся на чьей он стороне. Не будем требовать от него слишком многого прямо сейчас – осклабился демон первого круга, чем поверг Фераллиса в ещё больший озноб. - Разведчики донесли мне что Кримиэль пристроит твоих друзей сражаться с оборотнями – похвальное стремление разнообразить свою армию, которая, отдадим ей должное, уже не так велика. Следующим этапом своего пути они выберут храм Лоонте и твоей задачей будет помешать им исполнить задуманное, в противном случае тобой поужинают вороны – если конечно тебе повезёт.

От жертвенного алтаря пахнуло диким жаром, опалившим волосы колдуна, но через секунду огонь отступил и Фераллис продолжил смотреть в тёмное, только что содержавшее в себе одного из самых могучих демонов преисподней, ближайшего адъютанта того, кому он напрямую служил. И на сей раз ошибка могла стать роковой.

***

Путешествие не стало слишком долгим для троих друзей. Безусловно, Нанта не хотела отпускать своего супруга, но выбора у молодых людей практически не оставалось, кроме того для неё подыскали работу в лагере – многим пострадавшим в сражениях с оборотнями требовалась помощь. Выбрались наутро в условиях ограниченного времени – друзья искренне хотели спасти тех кто приютил их. Троицу окружала скалистая местность, чуть разбавленная пейзажами далеких деревьев. Кримиэль снабдил их картой для упрощения передвижения, однако же не все умели ей пользоваться достаточно хорошо, чтобы разбирать мелкие запутанные знаки и подсказки. Особенно, Эльнакар.

- Думаю, нелишним было бы взять побольше провизии – голос Верлена вытащил меня из забытья, в котором я находился, прижавшись к горному склону. На сетчатке точно вырисовывались события недавних дней.

- Я думаю ты бы позаботился об этом если бы не так сильно налегал на свою кружку этой ночью – огрызнулась Тирна. Верлен лишь слабо улыбнулся, осторожно поглаживая затылок – в нём ещё пульсировала боль после выпитого. Моё состояние мало отличалось от того что испытывал бывший капитан стражи и я предпочитал не вступать в диалог, задумавшись о грядущем. До сих пор нам невероятно везло – по-другому я бы не смог это описать. Наш поход в храм вполне мог прервать эту череду везения, перечеркнув всё что было достигнуто до этого. Тирна тоже это понимала – я читал это по её глазам. Внезапно девушка придвинулась ко мне и положила ладонь на плечо. - Ты тоже не веришь в успех нашего предприятия – тихий голос лучницы раздался прямо у меня над ухом.- Но мы не можем сдаться, поскольку в некоторой степени обязаны Кримиэлю. - Я считаю что мы выплатили долг сполна, защищая лагерь, а то что ведёт нас сейчас- это очередная дорога смерти и мы ступаем по ней следуя неведомым принципам с низко опущенной головой. Я не хочу потерять тебя, Тирна. И буду думать об этом, сжимая меч, если нам снова придётся драться уже сегодня. И, я полагаю, что придётся.

Девушка чуть хохотнула, взъерошив спутанные волосы на моей голове.

Внезапно поднялся ветер.

***

Храм окружала буйная растительность – ветки плюща обхватывали колонны , создавая на них причудливые узоры, спрятанные под снегом. Чуть выше центрального входа располагался знак луны, полноценно захватывающей небо. Воздух здесь был не такой свежий как на горном перевале, который мы недавно миновали и в нём колыхалось предчувствие беды. Перед тем как мы отправились Кримиэль сказал, что поможет нам в решительный момент, но в сложившейся ситуации сложно было понять, когда же он действительно наступит.

Возле входа дежурили двое внушительных солдат, оба сжимали в руках по кривому мечу и пристально всматривались вдаль. Из которой скоро должны были появиться мы.

Тирна сильно сжала моё плечо, когда я наступил на ветку и по окрестностям раздался треск.

- Если мы хотим пройти незамеченными, не стоит допускать подобных происшествий – хмуро шепнул Верлен. – Теперь они смотрят на нас. Давайте импровизировать. Он первый шагнул вперед, как вдруг пространство перед ним расчистила врезавшаяся в снег стрела, подняв всполох. Комья снега попали Верлену в лицо, однако же он не растерялся и призвал нас сохранять осторожность, чуть подняв руку.

Вместе с тем сообщая тем, к кому мы шли что мы идём с миром.

Однако же следующая стрела пролетела совсем близко от головы мужчины, оцарапав щёку – люди, дежурившие на защите храма, явно не доверяли нам. Пришла очередь использовать запасной план.

Мы вышли из рощи, находящейся рядом с храмом втроём и с поднятыми руками. Стрелы больше не свистели вокруг, однако же в мою спину и в спины Тирны и Верлена упиралось по острому кинжалу, направленному в сердце каждому из нас. В моей голове быстро прокручивались мысли одна за другой – вряд ли эти люди будут убивать нас сразу – это было бы слишком просто. Скорее всего они постараются нас обратить, чтобы мы примкнули к их стае – и мы были к этому готовы. Но они об этом пока не знали.

Устройство храма Лоонте внутри поражало великолепием – всё в нём говорило о том что когда-то храм был в руках у очень влиятельных хозяев и пользовался авторитетом у богов. По сравнению с ним церковь, в которой мы совсем недавно сражались выглядела совсем невзрачно и это сразу бросилось мне в глаза. И основным, на что я обратил внимание был фонтан, находящийся в центре помещения, края его были инструктированы алмазами и было видно что питает его родник, идущий из самых глубин недр храма. Вода в фонтане была красной. Когда нас вывели в центральный зал, пространство вокруг заполнилось голосами и самым громким из них оказался голос женщины, сжимающей в руках прекрасный лук. Лицо её, бывшее когда-то очень красивым сейчас испещрили морщины, в глубоко запавших глазах читалась тоска и несогласие с самой собой делить участь, которая ей выпала. Тирна напряглась, заметив оружие и мы одновременно с ней подумали, как бы здорово оно смотрелось в тонких руках девушки.

- Вы думали, что сможете просто так прийти к нам и не познакомиться с моими стрелами? – голос женщины сорвался на визг, когда она смотрела на нас.

- Отнюдь. С тем же успехом мы могли попытаться незамеченными пробраться в берлогу медведя – ответил Верлен, у которого из неперевязанной щеки непрестанно текла кровь.

- Не все мои спутники умеют пробираться тихо, как видишь.

- Что ж, значит ты главный в вашем отряде, это очень хорошо. Нас предупредили о том что вы придёте, поэтому у вас не было никаких шансов. - Я где-то это уже слышал – едва слышно пробормотал я, почувствовав спиной ощутимый хлопок – это била Тирна.

- Что ты там бормочешь, мерзавец?! – эльфийка вскинула лук, наведя его на мою голову. Я чувствовал, что, если она отпустит стрелу, та войдёт точно мне между глаз. И это не добавляло оптимизма.

- Он говорит, что мы недавно уже оказывались в похожих обстоятельствах – усмехнулся рядом со мной Верлен, сразу же, почувствовавший, как холод железа сильнее упирается ему в спину. – За той лишь разницей что ваш храм выглядит лучше, и мы сюда шли с чётким пониманием и чистой душой. Мы хотим помочь вам. - И чем же ты нам хочешь помочь, свиное рыло? – в голосе женщины не чувствовалось никаких эмоций, только бесконечное отчаяние. Никакими действиями не поправить то что уже произошло с нами, все это знают, а вас сюда пригнали как скот, для увеселения всех присутствующих.

- Однако же, тебе невесело – спокойно ответил Верлен. – А мы совершенно точно не собираемся умирать просто так.

Произнеся это, он, сделав сильное движение, вырвался из рук держащего его человека и, перекатившись, перерезал тетиву лука у стоящей перед нами женщины, приобняв её и держа свой кинжал точно у её шеи.

- А теперь – продолжил бывший капитан стражи. – Мы поговорим в более удобных для нас условиях.

Спустя несколько секунд я понял что всё пропало. В замершем на секунду воздухе послышались знакомые хлопки.

- Итак, мы снова встретились. Но я не вижу в этот раз книги, бывшей у тебя в руках в прошлый раз, молодой человек. А без неё боюсь, запас твоей магической энергии несравним с моим. Да и Кримиэль вряд ли придёт вам на помощь – он сейчас раздумывает чью сторону конфликта ему принять и не сказать, чтобы ваша выглядела убедительнее. Он ведь не всё успел рассказать вам, не так ли?

- Какая же ты мразь…-прошипела Тирна, тоже пытаясь вырваться из крепкого захвата. - О, ты слабовато выбираешь слова, юная леди. Рядом с тобой находится настоящее воплощение зла – чувствовалось что Фераллис явно упивается моментом. И, казалось не было выхода из создавшейся ситуации.

Я попытался воссоздать заклинание огненного круга, чтобы рассеять окруживших нас врагов, но колдун прервал его одним незаметным движением.

- Даже не пытайся – угрожающе произнёс колдун. – Иначе, даже не сомневайся, я заставлю помучаться девочку, к которой ты так много испытываешь. Она будет умирать, прося меня о том, чтобы смерть наступила как можно быстрее.

Ничто не могло подействовать на меня сильнее. Вместо ответа я молниеносно выскользнул из держащих меня рук и поднял глаза на колдуна. Тот слегка перетрухал, но кинжал, который полетел в него тем не менее испарился в воздухе.

- Я предупреждал тебя, молоколос. Сначала он подошёл ко мне.

Боль расходилась под моей кожей и заставляла кричать. Но хуже было от того, что я своей попыткой судя по всему окончательно вывел его из себя и основная доза боли предназначалась не мне, а Тирне.

А это перенести было ещё сложнее. По губам начала стекать струйка крови, когда он внезапно остановился.

- Каждый из вас будет страдать совершенно зря – глухо сказал Фераллис. – Жаль, что вы этого не понимаете.

- Есть лишь разница в восприятии – парировал Верлен, всё ещё крепко держа кинжал у шеи, попавшей к нему в плен женщины. Фераллис как будто бы не обращал на неё внимания – казалось её судьба совершенно её не беспокоит.

- Вы перестанете её замечать, когда вас присыпет землёй. Там вы в последний раз сможете почувствовать единение.

Едва колдун успел закончить фразу, как своды колонн, поддерживающих храм, начали содрогаться. Толчки шли снизу, заставляя дрожать всё основание и повалив всех кто присутствовал с нами возле фонтана. - Это что ещё такое… – успел проговорить Фераллис прежде чем глыба камня перегородила пространство между им и нами. Из глубины храма послышались крики, свидетельствующие о том, что обвал распространился повсеместно и грозит засыпать всех нас.

В центре зала появился молец, встреченный нами в Эллсгейте. По лбу пожилого человека струился пот, взгляд был слегка затуманен, но в нём чувствовалась твёрдость.

- У вас осталось несколько минут, на то чтобы принять решение – сказал он.

Мы можем закончить обряд, оставшись здесь, либо же я могу перенести всех вас, и вы останетесь живы. Тирна, выпутавшись из-под тела до этого наседавшего на неё человека молча встала и взяла святого отца за руку. Верлен отпустил женщину, перекинув её лук Тирне, та рассеянно приняла оружие и как бы между прочим спрятала его за спину.

- Тетивой займёмся потом? – криво усмехнулся я, соединяясь руками с остальными.

Тирна, будто не услышав меня, приблизила своё лицо к моему и коснулась своими губами моих губ.

А потом снова раздался грохот, и над нами сомкнулась тьма.

Глава 3. Последствия принятых решений.

Я много размышлял уединенными вечерами в своей башне о природе зла. Почему все эти несчастные, замученные души так рьяно стараются угодить своим высшим господам? Ведь всякий раз, когда они потерпели неудачу – их ждало горькое мучение, ибо Владыка Боли не прощает своих слуг.

Добро всегда побеждает зло. Этой непреложной истиной потчуют отцы и матери своих маленьких несмышленых детей. Но никто из них не задумывается, что по этой же причине дети, а ведь все мы всегда остаемся детьми, хотят чего-то запретного, ведь оно, скорее всего сулит нечто невероятное, что поднимет тебя над всеми остальными. Жалкое заблуждение, но это тот самый опыт, через который каждой заблудшей душе приходится проходить самостоятельно.

Мог ли Фераллис обратиться против своего хозяина? Вновь вернуться на путь «добра»? Наверное, мог. Только вот родители не рассказывают своим детям, что цена «добра» бывает слишком высока. И необходима исключительная самоотверженность, чтобы заплатить за нее без остатка. Прислужники «зла» понимают это слишком поздно, а их малодушие не позволяет им свершить самопожертвование, и они вновь и вновь сами продлевают свою агонию в надежде, что для них не наступит конец, за которым лишь мрак и забвение. Пустота.

Фераллис оказался лишь мелкой пешкой в этой шахматной партии между «белыми» и «черными» фигурами. Его жажда выслужиться и прорваться на наше «поле доски» вновь и вновь приводила его к поражению.

Как оказалось, за «пешками» всегда следуют «фигуры». Их то нам и не хватало в нашем столь богатом на события приключении…

Солнце медленно поднималось над поляной, раскидывая лучи по верхушкам деревьев. Большая часть лагеря спала, над некоторыми шатрами виднелся дым от курительных трубок, и отголоски тихих разговоров. Солнце – большой вор.

Где-то кричала женщина. - Почему ты не пришел нам на помощь? – голос Тирны гулко раздавался в палатке.

- Потому что не посчитал нужным – спокойно ответил Кримиэль. – Наш славный святой отец действовал так, будто получил приказ свыше, вы бы видели его когда… - Мы видели лук, наставленный нам в лицо! – взвизгнула девушка. Это был очень увесистый аргумент в их пользу. У Верлена рассечена щека, и …

- И ему достаточно будет обратиться к целителям, восстановление не займёт много времени – прервал её эльф. Щека восстановится быстрее, чем кисть.

- Почему ты не пришёл к нам на помощь? – ещё раз спросила Тирна, но уже значительно тише. - Фераллис сказал нам, что ты колеблешься, выбирая сторону. Но я не понимаю причину твоих колебаний.

- Ты не видела в кого превратился Альк – глухо ответил Кримиэль. Вернее, видела, но всё это несколько сложнее. Он когда-то владел книгой. Или, правильнее будет сказать, она владела им.

- Верни её Эльнакару, эльф. Она сама выбрала его, когда он пришёл ко мне в хижину. Мой кот мог тогда и не раскопать её. Этот дурацкий фолиант дополняет его, а тебя, как тебе кажется делает неуязвимым. Твой разум она подтачивает, а его делает более ясным. И что касается нашей миссии, она выполнена? Я слышала, как молец говорил слова перед тем как мы переместились, но не поняла было ли это телепортационное заклинание или заклинание необходимое для проведения обряда.

- Спроси у него – криво усмехнулся Кримиэль, качнув в сторону головой, когда в палатку влетел взъерошенный молодой эльф, таща за руку высокую эльфийку в тоге.

- Они справились, мама. Они справились…- слова вылетали из его губ быстрее чем он успевал сложить их в предложение в своей голове. - Он уже начал превращаться на моих глазах. Я видела, как он мучился, как напрягались его мускулы, когда он сопротивлялся превращению – всхлипнула Ваорлин. – Я взяла его за руку, и приготовилась умереть, глядя как последние крупицы разума покидают его взгляд. Как вдруг, всё закончилось.

- Что с остальными? – глухо спросил Верлен, тоже зашедший в палатку. - Только такие круглые идиоты как мы могли согласиться на это предприятие. Их там были сотни, Кримиэль. Сотни оборотней, я не видел их глазами, но ощущал кожей что они рядом со мной, смотрят на меня.

- Однако же, ты сам вызвался командиром группы – напомнил эльф. - Я не тянул тебя за язык, так что прими это…как последствие принятого решения. Что же касается оборотней, тех кто находился в храме полагаю насмерть засыпало камнями, те же кто был укушен во время схватки в лагере не потеряли своей естественной формы.

- Отдай книгу нашему другу – угрюмо откликнулся бывший капитан стражи. Я мельком слышал ваш спор и согласен с Тирной. Она размягчает твои мозги и делает тебя слабее, я помню нашу с тобой первую встречу, ты вёл себя совершенно по-другому.

- И ты думаешь, что с Эльнакаром не произойдёт нечто подобное? – спросил Кримиэль.

- Нет – хором ответили двое друзей и слабо улыбнулись.

- А если такое и случится – добавил Верлен. – Я пройдусь кулаком по его лицу и это поможет ему восстановиться. А вот с тобой это может не сработать, кто знает сколько фокусов у тебя заготовлено про запас.

И после этих слов палатка впервые за долгое время наполнилась заливистым смехом, таким громким, что хлопья снега, осевшие на верхушке соседнего дерева, упали вниз, разбудив кота, вырывшего себе ямку неподалеку. Рорвик недовольно посмотрел на вход в палатку, но через секунду, свернувшись клубочком снова погрузился в сон.

***

- Лучше бы тебе было остаться лежать под камнями, колдун. - В холодном безжизненном голосе не чувствовалось жалости.

- А сейчас, настало время снова испытать боль.

Фераллис вскрикнул, когда до него дотронулась рука, кисть которой казалось не могла быть кистью живого человека. Существо, стоящее рядом с ним, напоминало образ из самого дурного сна. Оно упиралось в пол босыми ногами, одетыми в обтягивающие штаны, за спиной покачивались крылья, похожими на крылья коршуна, но испещренные по диагонали язвами, казалось не причинявшими ему никаких неудобств. По оголённому торсу проходил шрам, идущий вниз от шеи до пупа, но самым ужасающим были глаза, красные, будто бы налитые кровью. Возле него кружились полчища мух, но он казалось не замечал их, полностью переключив своё внимание на колдуна, который сидел перед ним на стуле, понуро опустив голову.

- Я хотел поквитаться с тобой ещё с тех пор, как ты не уберёг мою любимую Фасгамлот, вынудив её покинуть материальный уровень. Хозяин тогда дал тебе шанс исправить ошибку, несмотря на мои протесты, но ты снова не оправдал наших ожиданий, человек. Книга всё ешё продолжает находиться у них.

- Тебе не справиться с ними – едва слышно проговорил Фераллис, сплёвывая кровь изо рта. Священник, который пришёл им на помощь, верит в своего Бога, и тот оберегает их…их всех.

- Что ж – криво усмехнулся его собеседник. – Боюсь, что тебя уже не убережёт никто, дорогая моя куча дерьма.

- Я знал…на что иду. – с некоторой паузой ответил колдун. – В конце концов, нас всех притягивает книга. У них в отряде есть человек, который не хочет воспользоваться ей, зачерпнуть её могущество преследуя корыстные цели. Его она будет подпитывать, пока его моральные нормы не пошатнутся. И, если он будет владеть ей, наше дело обречено.

- Убить его не представляется мне чем-то сложным – существо улыбнулось одними губами, так, что по спине Фераллиса прошла крупная дрожь. – Но я доверю это более компетентному человеку.

Альк тихо вошёл в комнату, низко поклонившись порождению мрака и с усмешкой посмотрев на Фераллиса, который от боли не мог даже пошевелиться. За ассасином следовала шестирукая женщина с прекрасным лицом.

- Итак. Если бы всё пошло по плану, мы все бы сейчас вкушали блага по ту сторону границы бытия, друзья мои – голос существа продолжал оставаться холодным и в нём не чувствовалось перемены интонации.

- Но наш милейший колдун сначала решил потягаться в чародейском ремесле с эльфом, которого мы все прекрасно знаем. Который выследил в одиночку Алька, заковав его в землю, прекратил жизненный путь моей Фасгамлот,и…что там с Де’евой?

- Она ждёт наших дальнейших приказаний, мой господин – Снова поклонился Альк.

- Что ж, хорошо. Кримиэль слишком много энергии зачерпнул у книги, это не прошло бесследно, его разум сейчас уязвим. Но, однако же мы не можем блокировать их телепортацию, пока книга находится у них в руках. Единственный способ добиться поставленной цели – разобщить их. Одолеть Кримиэля не под силу никому из нас, Фераллис что-то заикался про червяка, которому книга отдаёт предпочтение, пока он пользуется её чарами он нам тоже неподвластен. Кроме того, мы лишись поддержки оборотней, и не все из нас могут проникнуть назад на материальный уровень. Выслушаю ваши предложения.

- Мы можем воспользоваться услугами существ третьего порядка, мой господин – откликнулся Фераллис.

- Твоё мнение меня интересует меньше всего. Такой вызов станет слишком энергозатратным для нас. Кроме того, если уж говорить о мастерстве владения мечом, в этом Альку нет равных – снова хищно улыбнулось существо, на сей раз показав ряд кривых зубов.

- Дорогой, давай используем Алька – прошелестела Фасгамлот. Их с Кримиэлем когда-то связывали узы крепкой дружбы. Альк обладает некоторыми навыками, которые помогут полностью закрыть его разум от нежелательного вторжения, вместе с тем он сможет посеять так сильно необходимый нам хаос и приблизить час нашего общего вторжения. Сейчас их вера крепка, и они едины. Пусть Альк послужит тем инструментом, который сможет поколебать их веру.

Несколько пар глаз устремилось на ассасина, который молча поклонился в третий раз, развернулся на пятках и прошёл в проекционную дверь, ведущую на материальный уровень.

- А тебе, которому наш хозяин совершенно напрасно доверил так много, придётся расплатиться за последствия своих необдуманных решений, колдун – мягко сказало воплощение зла, расправив крылья.

Фераллис лишь едва слышно застонал.

Глава 4. Уроки волшебства.

Ториэль была одним из рукотворных прорывов Истока. И имела поразительную власть над разумом и душой владеющего ей чародея. Да и на простых обывателей оказывала пагубное воздействие, вызывая низменное желание обладать ей и достичь невероятной власти над всем миром.

Я не понимал этого в то время, уроки волшебства, что преподнёс столь любезно мне Кримиэль, казались мне чем-то сложным, но… обычным. Тот молодой дурачок Эльнакар, еще не понимал в полной мере, что именно книга помогает ему в плетении заклятий, ведь для их созидания и удержания контура нужно было много больше, чем простое произнесение слов.

Множество лет спустя я до сих пор вздрагиваю при воспоминаниях об этом абсолютно неконтролируемом артефакте народа эльфов. Ведь попади Ториэль в лапы нашего врага – и невозможно было бы представить, что могло произойти с нашим миром. Точно, что ничего хорошего. И полное его уничтожение, дабы раствориться в потоках Истока, скорее всего, показалось бы счастливым концом этой истории.

Я ведь не знал тогда, что для творения любого мало мальского заклятия требуется просчет контура заклинания, выделение отмерянной силы и построение связующей руны достаточного уровня сдерживания, чтобы просто наколдовать огненный шар.

И все же, было у меня смутное понимание того. Что и со мной что-то не так. Книга не оказывала на меня того губительного влияния, коим одаряла каждого, кому попадалась на глаза. Ответ на этот вопрос в дальнейшем отнял у меня некоторое время моей жизни.

И я до сих пор в сомнении, оказался ли он даром… Или же проклятьем.

Альк мягко шагал по залитому кровью полу церкви, бросив быстрый взгляд на закрывшийся за спиной портал. Каждый сантиметр вокруг дышал смертью. Получеловек-полузверь подошёл к разбитому изображению единственного Бога, в которого верили в этих краях, наклонился чтобы разглядеть его получше – в глазах старца была теплота и открытость, несмотря на то что нижнюю часть лица практически не было видно – она раскололась во время поединка двух магов.

- Прости меня, за то, что я сделал. И самое главное, за то, что я ещё не успел сделать. – сказав это, ассасин развернулся на каблуках и вышел через дверь в разрушенный город.

***

Утреннее солнце грело лучами промерзший за ночь воздух лагеря. Просыпаться было тяжело, кроме того меня немного стесняли взгляды, которые бросали в мою сторону Верлен и Тирна. Девушка не выдержала первой, и, заговорщицки подмигнув, шепнула мне на ухо: - Кримиэль хочет с тобой поговорить.

- Это касается нашего похода? – спросил я.

- Нет. Не совсем. Я дала ему понять, что книге лучше будет находиться у тебя. Она по-другому влияет на твоё сознание.

- И что же он ответил?

Тирна уловила в моем голосе недоверчивые нотки и осторожно взял меня за руку.

- Давай посетим его вместе.

Кримиэль отдыхал в северной части лагеря, в самом высоком шатре. Услышав наши шаги загодя, эльф чутко отреагировал и встретил нас на пороге полностью одетым с усмешкой глядя на моё заспанное лицо.

- Ничто так не бодрит, как свежесть новых свершений, друзья мои – высокий голос Кримиэля колокольным звоном раздался в моей голове.

- Не помню, когда успел записать тебя в друзья – пробурчал я.

- Однако же, я надеюсь ты не откажешь мне в любезности немного позаниматься с тобой и развить в тебе навыки и чутьё мага – в тоне эльфа появились надменные нотки. - Я отдам тебе книгу, когда пойму, что ты полностью готов к тому чтобы владеть ей.

- Кажется, мы не совсем так договаривались – нахмурилась Тирна.

- У меня было время, чтобы подумать. Условия будут такими, других я не даю. – ответил эльф. – а если вы попробуете выкрасть Ториэль и сбежать отсюда, вы знаете, что я всегда смогу быстро вас отыскать. После этих слов он подманил Тирну пальцем и девушку нехота подошла поближе.

- Сейчас это будет самым лучшим решением, девочка – шепнул Кримиэль. – Я вижу, что он не готов владеть книгой и читаю недовольство и сумятицу на его душе.

- Не перепутай эти чувства со своими – хмуро отозвалась Тирна. – Что ж, мы оставляем вас вдвоём. Если он будет сильно тебе докучать, скажи мне, Эльнакар, я издалека смогу пустить стрелу в его напомаженную голову.

Эмоций во мне оставалось ровно настолько, чтобы испустить неуверенный смешок.

***

- Итак, ближе всего тебе как мне показалось, изучение стихии огня – задумчиво протянул эльф, когда мы остались одни. Сейчас зима, но тем не менее, при неправильном использовании заклинаний ты вполне сможешь поджечь остатки нашего лагеря, поэтому выберем покамест самые простые манипуляции.

- Когда мы находились в церкви, у меня довольно неплохо получилось создать стену огня, а сейчас мы будем тренироваться на отсыревших спичках? – нехотя выдавил из себя я.

- Искусство магии требует терпения, которого тебе там сильно недостаёт – надменность Кримиэль по своей высоте превосходила окружающие нас горы, но сам он об этом скорее всего и не догадывался. - Я соорудил для тебя несколько манекенов и наложил на них чары льда, так что в самом худшем, или лучшем случае ты только оросишь долину водой. Смотри на меня и внимательно повторяй: - ignea tactus!

После этих слов из ладони эльфа вырвался небольшой шар огня и полетел в сторону одного из манекенов. Тот, как и следовало ожидать не загорелся, пламя оборвалось о защитную стихию и издалека послышалось легкое журчание воды – это закипел снег под тем местом куда ударил шар.

Теперь мне следовало повторить за ним.

- IGNEA TACTUS! – рука чуть дрогнула и сгусток пламени в два раза больше чем тот что мы наблюдали несколько секунд назад едва не взорвался у нас под ногами, если бы не мгновенная реакция Кримиэля.

- Эх,братец, тебе бы последовало пореже налегать на местный эль – его согнуло от хохота так, будто мимо нас проехала труппа гастролирующих клоунов, изображающих соитие двух дворфоподобных рас. – И не стоит так кричать – добавил эльф уже серьезнее. Не все ещё проснулись, а ты своими чарами перебудишь весь лагерь и нам придётся наслаждаться рёвом невыспавшихся детей. Будь благоразумнее.

- Тебе легко говорить. – ответил я. – Что ж, попробуем ещё раз.

- igna tact… - морозный воздух попал мне в горло и вместо нужных слов из губ вырвалось непроизвольное шипение. Перед нами возникла огненная элементаль и с недоумением сначала посмотрела мне в глаза, а потом сделала резкое движение, которым обещало оставить меня без позвоночника, если бы на помощь снова не пришёл Кримиэль.

- eaus volina! – крикнул эльф и от создания осталась кучка пепла.

- С книгой получилось бы лучше? – угрюмо спросил я.

- Нет. Пока ты не научишься контролировать себя и своё состояние. Как видишь, для того, чтобы колдовать, книга тебе не нужна, поскольку создавая заклинание ты обращаешься к природным силам, подконтрольным Истоку, и они тебе отвечают. Контроль этой силы – вот чему тебе предстоит научиться. Успех более чем наполовину зависит от навыков контроля – Кримиэль дружески потрепал меня по плечу.- Зато теперь ты знаешь, как призвать огненного голема, придётся правда поучиться тому чтобы заставить его тебя слушаться. Как раз-таки для этого и нужен самоконтроль, ведь он не почувствовал в тебе хозяина, а тварь с другого уровня обитания никогда не захочет просто так оставаться здесь. Продолжаем.

Третья попытка удалась. Манекен чуть оплавился и в воздухе повис запах горелой ткани.

- А сейчас я вижу, что ты сердишься – усмехнулся эльф. - Думаешь, Тирна наблюдает за тобой и сделает выводы из того, насколько быстра была твоя реакция, собственно говоря именно поэтому я вижу капельки пота на твоих ладонях. Научись отбрасывать эти мысли, борись с ними, потому что они будут мешать тебе на поле боя. Сейчас попробуй ещё раз вызвать элементаль, но перед этим сосредоточься и прикажи ей поджечь манекены, которые я любезно расставил для этих целей. Для того чтобы управлять сознанием призванного существа нужна сильная воля, но я думаю у тебя получится.

- Ты довольно скептичен – отозвался я. – Что ж, будь по-твоему. igna tact!

Элементаль явилась снова и покорно зависла, в ожидании моих приказаний. Я отправил ей мысленное послание и огненное создание пролетело несколько футов, и…зависло в воздухе.

- Что теперь с ней не так? – осведомился я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

- Формулируй посыл в своей голове, освободив мысли от барахла и рыжих волос своей подружки – фыркнул Кримиэль, всё больше забавляясь происходящим.

- Тебе легко говорить, ведь единственное, что тебе близко – это складывать слова в ехидные фразы, командуя другими, в этом тебе равных нет – нахмурился я.

Тем временем элементаль подлетела в манекенам и попыталась пройти сквозь них, зашипев от негодования встретив ледяное препятствие.

- eaus volina! – махнул рукой эльф, возвращая элементаль на её родной уровень.- Довольно на сегодня. Ты сможешь многого добиться в ремесле мага, Эльнакар, но я не ставил цель перехваливать твои результаты. Тем более, что сюда бежит рыжий бесёнок, который с удовольствием это сделает за меня.

- Верни книгу, Кримиэль – Тирна уже стояла в двух шагах от нас и улыбалась. - Самоконтролем Эльнакара я займусь сама.

- Да провалитесь вы в последний круг ада! – выплюнул эльф. Тем не менее одной рукой он осторожно достал Ториэль из кармана плаща и бросил к моим ногам.

- Он никогда не научится контролировать себя, владея артефактом, который будет постепенно вводить его в искушение, или же не владея – крикнула Тирна! - Ни ты, ни любой другой человек не сможет никак на это повлиять. В этом ваше принципиальное различие. Ты же знаешь…

- Вот и умница. – Тирна продолжала улыбаться и быстрым движением подняла книгу, отряхнула от снега и передала мне. Перемена настроения девушки практически не ощущалась, сама она была похожа на быстрый ветерок, который то колышет листья, то спокойно зависает над целым полем.

- Да, знаю – напускная весёлость схлынула с лица Кримиэля и он хмуро смотрел на нас обоих. И именно это мне и нравится в нём больше всего. Кстати, элементаль получилась отменная, ты сможешь ещё раз повторить формулу?

- Разве что насквозь пропитавшись нахваленным местным элем – буркнул я.

- Ну что ж, если успеем, Верлен, Ваорлин и Нанта не смогут приговорить ещё один бочонок – подмигнула девушка. – Запомни, эльф. Всё что нам нужно, у нас есть. Но, никогда не стоит упускать возможность сделать положение лучше.

- При случае расскажите это Альку – прошептал про себя Кримиэль.

- Что ты там бормочешь? – поинтересовалась Тирна.

- Говорю, что вы сняли с меня очень большой груз и я, пожалуй, присоединюсь к вашей компании, если позволите.

- Так мы только и делаем что решаем твои проблемы, а ты только сейчас соизволил нас поблагодарить! – Тирна взяла нас обоих за плечи и уверенно повела в центр долины, где уже раздавались веселые возгласы. Впереди яркой полоской виднелся рассвет

Глава 5. Скверное предчувствие.

НЕКРОМАНТИЯ ЗАПРЕЩЕНА! ЭТО ЗАКОН!

Запомните это, дорогие мои читатели, если однажды вы наткнетесь на мои рукописи в развалинах башни на самом краю мира.

Никто и никогда не должен вмешиваться в циркуляцию Истока. Люди называют это явление Водоворотом Душ, но мне не престало пользоваться суевериями, когда я могу опираться на научные трактаты коллегии магов. Тем более, что многие из них написал я сам.

Так вот, Исток никогда не прощает постороннего вмешательства в свой поток, а именно изъятие из него энергии перерождения. Природа данного вида энергии нашему общему разуму коллегии магов все еще не ясна, но мы точно пришли к выводу, что энергия эта – конечна и «откат» от займа этой силы выливается в крупномасштабные катаклизмы, оставляющие «шрамы» этому миру.

От того совсем не удивительно, что негласными законами ни один из народов, населяющих наш мир, не может строить арканы ветки некромантии. Почему же тогда она существует, изучена и запрещена, спросите вы? Все просто.

Люди в своей неуемной жажде власти, мести, и просто крови своих врагов всегда находят выход из непростой ситуации. Не имея возможности самостоятельно строить плетения на энергии перерождения, они обращаются к нашим старым знакомым – в Демонический план! Ведь демоны, порожденные людскими грехами, не боятся «ответа» Истока и способны управлять энергией перерождения, отдавая части собственной искореженной души. Продав ее однажды, их более не волновало ее дальнейшее состояние. И они этим пользуются.

Люди проводят обряды в рунном круге призыва демона, сдерживают его в нашем Плане и заключают договор, в котором, вероятнее всего, продают собственную душу в обмен на обряды воскрешения и поднятие нежити.

Не всегда цели людские были злыми. Кто-то хотел вернуть утраченную любовь, дорогого сердцу человека. Но благими намерениями, как говорится… Все всегда заканчивалось смертью призывающего и смертью его окружения. Душа, ушедшая на перерождения, становилась очищенной от изменений нашего мира и с «той стороны» никогда не возвращались те, кого мы так хотели снова обрести.

Они несли только смерть всем вокруг, слушаясь лишь воли призвавшего и утоляя свою боль от осознания, что перерождения для них более не будет. Ведь призванная в мёртвое тело «душа», вырванная из циркуляции, более не могла вернуться обратно. И быстро сгорала, пытаясь в отчаянии забрать с собой все вокруг.

Ужасная магия, отвратительные ритуалы. Некромантия запрещена.

Запомните это.

Адьк практически бесшумно перемещался по развалинам мёртвого города. Его целью было место, где всего несколько дней назад очнулась Нанта и сейчас его вела туда отчасти интуиция, отчасти, магические колебания, которые создало существо в десятки раз могущественнее Алька. Церковь, трактир, и вот наконец за углом показалось здание рядом с которым на земле лежала груда мёртвых тел. Ассасин медленно подошёл и нагнулся, перевернув лицом к себе ребёнка, цвет кожи которой ещё больше оттеняла выглянувшая луна. Да, сходство с матерью было невероятным. Труп второй девочки лежал рядом, перед смертью она скрестила руки на груди, будто бы пытаясь защититься, в глазах навсегда отпечатался немой укор, обращенный к небу. Обе близняшки были очаровательны при жизни, и даже сейчас, когда к белокурым волосам прилипла, грязь и на теле каждой из них запеклась кровь было в этих детях нечто такое что заставило Алька ещё раз задуматься над тем, какой путь он выбрал. Но отступать очевидно уже было поздно. Две пары глаз невидяще смотрели на него, и он начал читать заклинание гортанным голосом, звуки которого эхом разносились по улицам, опустевшим после нашествия орков. Поднялся сильный ветер, разбрасывающий комья снега, воздушный водоворот заплясал в нескольких метрах от Алька, но он, казалось бы, совершенно не обращал на это внимания, вплетая всё новые и новые слова в магический ритуал. Его голос обрёл металлические нотки, которые вылились в последний крик –

- Regila siper motius!

Некоторое время ничего не происходило. В скомканной тишине первый звук был похож на скрип наждачной бумаги – это воздух тяжело вырвался из лёгких ассасина. Заклинание отняло у него слишком много сил и Альк скорее заметил, чем почувствовал, что стоит на коленях, и перед его замутненным взглядом с земли поднялись два маленьких силуэта, синхронно поправили причёску и улыбнулись, так, что даже у бывалого воина кровь застыла в жилах.

- Мы готовы внимать и подчиняться тому, кто оживил наши тела – в общем поклоне чувствовалась холодная преданность, обремененная наложенными чарами. Альк встал через усилие и посмотрел по очереди в глаза обеим ожившим девочкам. И сразу же закусил губу, почувствовав, как кровь тёплой струей стекает по подбородку.

- У нас мало времени – глухо сказал ассасин. – Нам нужно в кратчайшие сроки добраться до лагеря, предварительно изменив мою внешность. Слушайте все детали плана и постарайтесь выполнить их безукоризненно, в противном случае ваши души останутся блуждать в пустоте всю бесконечность их существования.

Каждое слово жёстко отпечатывалось в морозном воздухе, но воин в леопардовой шкуре понимал, что обращается своей речью скорее к самому себе, чтобы поднять боевой дух.

При этом Альк понимал, что разговаривать так с ребенком по меньшей мере глупо, однако в то же время он вполне ясно представлял, что стоящие перед ним дети обладают совершенно другим уровнем разума и физической силой. Вся их дьявольская сущность была направлена на то чтобы низвернуть то доброе и светлое, что когда-то заключалось в их душах. И сейчас никто из троих присутствующих не был склонен к компромиссам. Глубоко вздохнув, человек заговорил, он говорил долго и глаза его были постоянно направлены вниз, более он уже не пытался повторить попытку и скрестить взгляд с этими ожившими посланниками ада. Слишком много знакомого находилось в них. А девочки внимательно смотрели на него и ещё более внимательно слушали, впитывая каждое слово.

***

Мы с Тирной решили проведать Йонаша, доверив Верлена в надёжные руки Нанты. Женщина до сих пор с трудом переносила утрату детей, в те моменты, когда мы не участвовали в боях и в крови не бурлил адреналин это было наиболее заметно, впрочем, Нанта и не старалась это скрыть – окружающие её понимали, что и всей жизни может не хватить чтобы восполнить потерю, поэтому старались не докучать ей излишним вниманием. Только Верлен мог дать ей духовную близость, которой ей сейчас так не хватало.

Йонаш сидел в углу палатки и делал выпады мечом, периодически прикладываясь к кружке, на верхушке которой никак не могла осесть пивная пена.

- Мы пришли навестить тебя, папа – улыбнулась Тирна.

- Что ж, приятно что моя дочка питает уважение к старости – без тени улыбки отозвался Йонаш. – как идут дела в покорении магических искусств?

Вопрос разумеется был обращен ко мне, и я уже прокашлялся, но пожилой мужчина махнул рукой, сводя на нет мою попытку заговорить.

- Я уж было подумал этот проклятый эльф вывернет тебя всего наизнанку, однако, обошлось – проворчал Йонаш. – У меня крепкое предчувствие, дочка, что он с нами только пока ему это выгодно, так что постарайтесь вытрясти всё полезное, чему можно научиться у Кримиэля. Однажды наши дороги разойдутся и лучше быть к этому готовым заранее. Однако, я знаю зачем вы, а в первую очередь, ты, пришла ко мне, тебе не даёт покоя поступок, который я совершил, кажется в прошлой жизни. Что ж, присядьте, дорогие гости и послушайте историю о том каков был тот король…

- Папа, всё не совсем так...- нахмурилась было Тирна, но Йонаш и ей не дал сказать.

- Ты, возможно, пытаешься сейчас угадать какие птицы мне это напели, однако же помни, всегда помни о том, что я твой отец и глаза твои всегда выдавали твоё смятение. Молчи, и слушай. И ты, зятёк.

В первый раз на его лице появилось слабое подобие улыбки, и мы с Тирной еле заметно выдохнули, присев на край лежака.

- Эллсгейт когда-то был процветающим городом и привлекательным для переселенцев и странников вроде тебя, Эльнакар. Не знаю уж, какими судьбами тебя туда занесло…

- Простите что перебиваю. Я слышал об Эллсгейте от отца, в те славные времена, когда он занимался со мной военным ремеслом.

- Сведения оказались несколько исковерканы, не так ли, сынок? – снова слабо улыбнулся Йонаш.

- Бог свидетель, я никогда не поднимал раньше руку на безоружного, даже при острой необходимости. Однако, вам стоит знать, что произошло с городом спустя несколько лет после того как им стал править король Милонег. Можете себе вообразить, что за собой влечёт совокупность ощущения безграничной власти и минимума интеллекта? Я сейчас говорю даже не о гаремах наложниц и нелепейших военных походах, каждый из которых потерпел крушение, а я командовал тогда одним из взводов…Милонег не обладал даже толикой харизмы, чтобы попытаться перетянуть одеяло доверия на себя, поэтому старался действовать грубой силой. Закрывая в городе библиотеки, коверкая историю он попытался внести себя в эпос как новый великий правитель и легендарный летописец, а остался кучей дерьма под досками той церкви где вы недавно сражались…Что же касается самого убийства,я действовал на пиру. Тирна тогда была ещё маленькой девочкой и сидела дома с матерью, а мне был отдан жесткий приказ – признаться,в той ситуации я бы предпочел использовать яд, добавив его в напиток, но пришлось обнажить меч и вонзить его в сердце короля при всех. Идеально разыгранная драма, друзья мои. Естественно, после моего освобождения из тюрьмы и речи не могло быть о том чтобы видеться с дочерью, я был прилюдно изгнан перед толпой и мне пришлось покинуть город, так же как и Тирне после этого. Да уж, дерьмовенькая история. Но слушай внимательно что я тебе скажу,дочка, я на своем веку повидал немало войн и вооруженных стычек и скажу тебе твердо и с убеждением – рано или поздно нам с Кримиэлем придётся скрестить мечи – так чует моё старое сердце и оно редко меня подводит – заключил Йонаш. Признаться, я бы предпочёл действовать скрытно и вонзить ему нож в лёгкие, как тому старосте,да вот беда – во-первых, его не проведешь, а во-вторых у него за спиной стоит столько остроухих, что не миновать нам сразу шибеницы – только это меня и останавливает.

- Мне кажется, ты сгущаешь краски, папа – откликнулась Тирна, перебирая пальцами чудесный лук, который нам удалось добыть в храме Лоонте. – Пока что, против Кримиэля говорит только то, что он явно не поделился с нами всем, что знает. Но достаточно причин, чтобы усомниться в его хорошем отношении к нам…

- У вас никогда не будет, дорогие мои гости – холодно перебил бесшумно зашедший к нам в палатку эльф - Я бы сразу приказал тебя повесить, мой невероятно ценный и колкий на язык соратник, но есть несколько веских доводов, следуя которым я не сделаю этого и одним из них я непременно с вами поделюсь. Книга сообщает что нам грозит опасность, и противник будет ожидать нас внутри лагеря. Послушав сейчас этот мальчишеский лепет я было подумал что это Йонаш сгущает тучи, однако зная возможности книги я допускаю что беда кроется значительно глубже. Будьте очень внимательны в ближайшее время и не позволяйте поймать вас в ловушку. И следите, черт побери, за языком, у стен есть уши и если я могу порой проявить благородство, то другие члены и нашего лагеря не всегда обладают такой добродетелью.

- А вот и пожаловала титулованная особа с горестными вестями – сплюнул Йонаш. – В следующий раз предупреди меня, если вдруг твое изящное эльфийское сердце настроится на благоприятные флюиды, глядишь, дождёмся смены рациона и пиво из бочонка перестанет напоминать по вкусу совместные испражнения лисицы и барсука.

- Для того, чтобы чувствовать тонкие нотки напитка необходимо сбавить употребление хотя бы до четырех кружек до обеда, друг мой – невозмутимо парировал Кримиэль. До встречи с вами, я считал, что привычка напиться до потери сознания больше присуща гномам, но вы смогли разорвать и этот шаблон, что ж, думаю ваша раса ещё не раз сможет меня поразить.

- Ты неверно истолковал причины моего пьянства – хмуро ответил Йонаш. – Да, слушай меня внимательно, потому что на сей раз я не дам тебе договорить. Я уверен, что дорога, которой ты ведешь нас, приведет нас в бездну глубже чем яма с кольями, которую я видел в Ветсбуре и лишь Исток знает какие порождения ада будут ждать нас там. Ты хочешь, чтобы моя дочь и этот славный неуклюжий юноша победили исконное зло, которое пробудилось по зову книги, раскопанной под землей убогой лачуги на краю света, что ж, не мне тебя переубеждать. Однако…

- Они уже дали бой порождениям ада, перед которыми не выстоял бы ни один рядовой отряд из тех что когда-то находились под твоим командованием, старик – медленно произнёс Кримиэль. Этот неуклюжий юноша показывает чудеса ловкости и магической сноровки, когда это необходимо. И знай, что моему терпению есть предел…

- Который я переступлю, находясь в пределах этой палатки – сделав большой глоток пива, откликнулся Йонаш. – Будем честны друг с другом, ты приведешь нас к земле быстрее чем это делает фермер, засеивая утреннюю пашню картофельными клубнями. И, зная это, мне совершенно не хочется пускаться в последний путь на трезвую голову.

- В таком случае, сходи пообщайся с Верленом и рассвет вы встретите в обнимку, пытаясь выклянчить у гномов последний бочонок, который я прикажу спрятать поближе к волчьему логову, чтобы вам интереснее было искать. Повторюсь, внутри лагеря скоро пустит корни зло, и нам нужно будет готовыми дать ему необходимый отпор, в противном случае мы не сможем продолжать путь и все эти земли…

- Зальёт чертова тьма, в которой будет процветать пиво низовой категории, и побитые и растрепанные орки будут драться за последний глоток из кружки, махая кулаками над нашими могилами – закончил Йонаш. - Приходи завтра, Кримиэль, поделись своим мировосприятием с тем, кто склонен тебе верить, а мы пока посидим тут и подумаем, как бы нам поинтереснее скоротать остатки отведенного нами времени.

- Будь ты проклят, со своими постулатами и вечно скверным состоянием духа – отозвался эльф. – Ты попрекаешь меня в снобизме и не замечаешь, как сам катишься по неуклонному пути угасания, меч в легких покойного короля не даёт тебе спокойно уснуть по ночам, не так ли?

- Во всяком случае, я не держу своих скелетов в шкафу, прикрываясь задачей, которую выдумал сам – невозмутимо ответил Йонаш, осушив кружку. Я проделал долгий путь, наделав немало ошибок, и сейчас меня беспокоит только вера, которая продолжает вести мою дочь. Пока я жив, я буду оберегать её от необдуманных поступков…

- Как ты делал на протяжении нескольких лет, находясь в изгнании? – яд в голосе Кримиэля сочился так явно, что им можно было убить дюжину солдат.

- А что ты знаешь об отцовстве, эльф? – чуть помедлив, спросил Йонаш. Какое право ты имеешь критиковать мои поступки?

- Я лишь хочу, чтобы вы использовали все ваши возможные усилия для того чтобы не попасться на удочку врага и старались контролировать свои мысли и поступки – сухо ответил Кримиэль. – Вполне возможно, если я не смогу достучаться до вас сегодня, завтрашний день приобретёт совершенно другие очертания, и вы будете вспоминать мои слова и молить время о том, чтобы оно совершило обратный круг. Сказав это, эльф мгновенным движением завернулся в плаш и покинул палатку, не издав при этом ни звука.

- Возможно, нам стоит прислушаться к нему, папа – после долгого молчания нарушила тишину Тирна. – Я не смела встрять в ваш разговор, однако мне кажется, что его слова не лишены доли истины. Мы дали бой врагу в окрестностях лагеря, но он снова готов собрать свои силы и напасть на нас, но в этот раз скорее всего будет действовать хитрее.

- Я тоже считаю, что нам стоит увеличить бдительность – сказал я.

- Малыш, хотя бы ты помолчи – горько усмехнулся Йонаш. Я знаю, что за последнее время тебе пришлось испытать на себе немало, но подумай, о чем просит Кримиэль сейчас – он хочет, чтобы мы перестали доверять друг другу, поскольку любой из нас может оказаться вражеским шпионом, и весь наш проделанный путь гроша ломаного не стоит.

- Папа – тихо сказала Тирна. – Пожалуйста, отложи кружку, и выслушай меня.

***

Рассвет поднимался над горной грядой, когда молодой эльф и две его совсем юные спутницы преодолели последний участок пути, отделяющий их от лагеря. Одежда трех спутников была изорвана и испачкана в грязи, так что по внешнему виду можно было предположить, что в пути они находились по меньшей мере двое суток. Выражение лица эльфа не отображало и сотой доли тех эмоций, что бушевали у него внутри, когда он делал следующий осторожный шаг, перемещаясь все ближе к той точке где остановились наши друзья. Инфернальная сущность воскрешенных созданий не поддавалась никакой рациональной трактовке, но в то же время её не мог почувствовать никто кроме Алька, которому было уготовано по меньшей мере сократить отряд путников, а задачей максимум стояло полное вырезание основных действующих лиц.

Однако испытавший на себе совсем недавно чары перевоплощения ассасин сейчас кусал губы и размышлял о том, что магических способностей Кримиэля вкупе с волшебной книгой вполне будет достаточно для того чтобы раскусить их обман. Основным вопросом было то, отдал ли эльф книгу мальчишке или нет. У Эльнакара не хватит ни интуиции ни необходимой магической силы, в этом не было ни следа сомнения, кроме того, книга скорее всего захочет вернуться к Альку…когда-то давно он совершил немало дел, владея Ториэль, как называли её эльфы. Но почему-то сейчас приятные воспоминания затмевала поволока рацио, та, что велела ему отказаться от этой затеи ещё на стадии её созревания. Однако же, жизнь на первом кругу Ада тоже не казалась медом, даже при учете некоторых преференций, которые оказывались ему, учитывая послужной список Алька. Да, он проделал длинный путь, до неузнаваемости изменивший его внутренний облик и враз заставивший бы содрогнуться любого бывалого воина, имеющего за плечами десятки набегов. Изнасилование женщин, убийство слабого мужичья, это Альк давно перерос, оставив далеко за бортом своей карьеры, когда оказалось, что Кримиэль сильнее его в магическом ремесле. Несколько упорных лет служения магии пошли насмарку, впечатав его лицом в беспощадный столб реальности – эльф оказался лучше его по всем дисциплинам. И это невозможно было пережить. Как казалось Альку, тогда, ведь стоит только избрать свой путь, путь, увенчанный кровью невинных жертв и о нём, тоже заговорят, весь мир содрогнётся от звуков его имени, однако и тут он тоже прогадал.

Эти непростые думы окунали мозг ассасина из одной глубины в другую, но он тем не менее старался держаться центрального курса, помня основные напутствия – слишком многое сейчас было поставлено на карту. И слишком многое можно было потерять.

Глава 6. Природа зла.

Что есть сны и сновидения? Тонкая материя, постичь которую мне не удалось за многие годы исследований и поисков ответов.

Многие народы верят, что через сны нам являются откровения о неизвестном, кто-то говорит, что сновидения показывают нам вероятности событий. Я, в свою очередь, склоняюсь к тому, что оба варианта верны. Где та грань между сном и явью, когда ты понимаешь, что уже не спишь и просто смотришь на события со стороны?

Да и что есть явь? Может, все мы - лишь сон великого существа, что порождает в своем подсознании миры и сон его столь долг и ярок, что мы способны прожить в нем всю жизнь, потратив ее на поиски отсутствующих ответов?

Единственное, в чем я абсолютно уверен, это то, что к снам стоит прислушиваться. Иногда среди них бывают ответы на так долго мучающие нас вопросы.

Ведь Исток никогда ничего не творил просто так, а мы лишь песчинки в его огромной и бесконечной реке, плывущие вместе с потоком в пугающую неизвестность… Но даже для этих «песчинок» есть неведомое нам предназначение.

- Если вы спросите меня, так я ничего другого и не ожидал – прокашлявшись, выговорил Йонаш. – Но сейчас это не самое главное. Я бы хотел с вами обсудить то, что мне снилось этой ночью.

Мы снова собрались втроем в палатке Йонаша, стараясь собрать мысли в единое целое. Получалось плохо, поскольку Тирна совсем приуныла. Девушка планировала заключить долгосрочный союз с эльфом и выиграть время на отдых, именно это она втолковывала отцу, перед тем как все разошлись спать. В нынешней же ситуации всё снова ложилось на наши плечи и ни о какой целостности отряда речи уже не шло. - Немудрено, что этот поганый эльф вскружил вам всем головы. – продолжал толковать Йонаш. Тирна предусмотрительно попросила запасливых гномов ограничить доступ её отцу к выпивке, в связи с чем пожилой мужчина вынужден был разглагольствовать, что называется, насухую и это не прибавляло монологу терпимости.

- После того как мы легли спать мне снова снился покойный король. Только на сей раз во сне он не упрекал меня в том, как я обошёлся с ним, а наоборот поддерживал мою инициативу. Чёрт возьми, я уверен, что тут не обошлось без магии, должно быть это Кримиэль так повлиял на мой рассудок…

- Или те полбочонка что ты выпил вчера, папа – едва слышно пробурчала Тирна.

- Что ты там бормочешь, дочка? – Да, я переусердствовал с выпивкой, нашла коса на камень, признаю. Но хватит распекать своего старика, я уверен, что всё я увидел во сне не связано с обилием пива. Призрак короля явился с такой целью не просто так, чтобы разбередить мне душу, здесь явно замешано нечто другое.

- Ну так сходи помолись к нашему святому отцу, он явно сейчас расположен к беседе. Когда я его видела в последний раз он никак не мог оставить в покое Нанту.

- Прекрати дерзить мне, сопля. – Голос Йонаша стремительно набирал обороты, и я буквально чувствовал, как раскаляется воздух в палатке.

- Довольно. – Я выговорил это слово как можно спокойнее и посмотрел в глаза старику.

- Мне тоже ночью снились необычные вещи. Возможно, именно эти сны поспособствовали тому, что Кримиэль оставил нам книгу, бьюсь об заклад, что он тоже покинул лагерь не просто так.

- Прости, дочь. – Йонаш смахнул со лба капли холодного пота и будто бы заново окинул нас взглядом, в котором читалось раскаяние. – Я не должен был так говорить с тобой, однако пойми и ты меня, я напуган и рассержен не меньше твоего.

Тирна махнула рукой вместо ответа, но я успел заметить на её лице ещё не успевшие высохнуть слёзы. На секунду мне захотелось наброситься на Йонаша и наложить руки ему на шею, пока он не возьмет свои слова назад по-настоящему и пока эта мысль оформлялась в моей голове мы успели с ним встретиться взглядами.

- Пойдём-ка прогуляемся, молодые люди. – в голосе Йонаша звучала тревога. Сидение здесь не добавляет нам ни уверенности в себе ни других полезных качеств.

Именно в этот момент за стенами палатки раздался крик, который заставил всех нас встрепенуться и выскочить наружу. Немного дальше, под сенью берез, у скромного костра сидели Нанта, эльфийка Ваорлин и её сын, и именно крик Ваорлин привлёк внимание большей части лагеря. Глаза Нанты были закрыты и тело неподвижно, однако у всех троих обильно шла носом кровь. В себя при этом пришла только Ваорлин, но магическое оцепенение, охватившее её, не давало эльфийке сдвинуться с места. И тут из другой палатки выскочил Верлен.

- Мать твою, я только недавно вытащил свою жену буквально из-под завала камней не для того чтобы снова потерять! Что ты с ней сделала?!

Губы Ваорлин едва шевелились, не в состоянии сложиться в одно простое слово. Внезапно голова эльфийки упала ей на грудь, и она потеряла сознание.

Пока мы безвольно продолжали стоять на месте, Верлен кричал. Так громко, что чувствовалось, ещё чуть-чуть и он потеряет последние остатки самообладания.

- Позовите сюда этого трахнутого священника, пусть он осмотрит их! Здесь опять происходит какое-то мракобесие, и я буду не я если во всём окажутся виноваты эльфы!

- Я здесь, сын мой. – Голос святого отца звучал тихо, однако слышно его было абсолютно всем. – Будьте добры, разойдитесь, мне нужно осмотреть пострадавших.

Священник мягкими шагами подошёл к Нанте, и потрогал пульс.

- Ритм сердца не нарушен, однако…- внезапно его фраза оборвалась. В тот же момент глаза Нанты раскрылись, но в них не было привычного тепла. Тирна резко отшатнулась, потому что один раз уже видела нечто подобное и практически потеряла равновесие, я едва успел ухватить её за плечо, в противном случае девушка бы упала.

- Не все материи стоят того чтобы в них углубляться, не так ли, старик? – голос принадлежал явно не Нанте, и то, с какой интонацией он выходил из губ женщины придавало её лицу безобразный вид. – Уж ты-то знаешь…Я дам вам один день, поскольку вы и так максимально разобщены. Каждый кто попытается мне помешать – умрёт мучительной смертью. Ты заранее наполнил душу этой женщины истоком, шаман, поэтому я не могу уничтожить её и забрать её тело сейчас, но вы должны понять, что сопротивляться мне – бесполезно. Отдайте мне книгу и тогда я пощажу некоторых из вас. У вас есть на раздумья чуть меньше суток.

После этих слов глаза Нанты снова вернули привычный цвет и губы сомкнулись. Тело женщины начала бить дрожь, и Верлен подскочил к ней, едва владея собой.

- Будь добр, не трогай её – попросил священник. – Она придёт в себя, но на это потребуется время. Всем троим нужен будет длительный уход, и я позабочусь о том, чтобы они вернулись к жизни.

- Проклятые эльфы…- на глазах Верлена показались слёзы. - Зачем Нанта доверилась им, не разбудив меня?

- Она приняла это решение, исходя из личных мотивов. – Священник положил руку на плечо бывшего капитана стражи. – Не перекладывай вину на чужие плечи. Едва ли Нанта была благодарна тебе сейчас за это. Я перенесу их в палатку и окружу заботой, когда они придут в себя, постараюсь осторожно выяснить, что они видели, находясь в трансе. Кто-то достаточно могущественный завладел ночью разумом спящих и именно это повлекло за собой настроение, которым теперь пропитан лагерь. Будьте сильными, пока меня не будет рядом с вами. И будьте вместе.

После этих слов он повернулся к Нанте, осторожно поднял её на руки, и медленным шагом двинулся к своей палатке.

- Ты должен быть благодарен ему – медленно проговорила Тирна. Судя по тому, что я слышала именно святой отец спас её от смерти во время транса.

- Не требуй от меня сейчас слишком многого – Верлен устало опёрся спиной о ближайшее дерево. Я явно не успеваю за событиями. Городская жизнь была проще и не подкидывала мне столько сюрпризов.

- Ладно, братцы – я тоже решил вставить пару реплик в разговор. Насколько я понял, нам сейчас стоит поискать Томаша и побыть вместе с ним, заодно поведаем ему о последних событиях, вряд ли они прибавят ему бодрости, но мне кажется он успел соскучиться по нашему общению.

- Добро. Но не стоит переоценивать узы нашей дружбы, как бы его совсем удар не хватил – откликнулся Верлен, смахивая снег, упавший на него с ветки. – Ладно, я вижу по вашим глазам, что мне стоит поскромнее выражаться об эльфах, в конце концов это мы их гости. Но, поймите и вы меня…

- Мы тебя понимаем – перебила его Тирна. – Я согласна с Эльнакаром, нам пора навестить Томаша.

***

Когда мы пришли, Томаш находился в компании двух эльфиек, усердно натиравших его спину целебной мазью. Молодой человек стоически переносил это почти не морщась, сосредоточенно глядя вперед. В глазах то и дело мелькала шальная искра.

- Эльфийки исключают половые связи с другими народами – подмигнула ему вошедшая первой Тирна.

- Стоило сообщить об этом сразу – ворчливо отозвался Томаш. Я уже начал подумывать о том, чтобы стать их местным продолжателем рода.

Одна из эльфией смущенно хихикнула, но тут же опустила глаза вниз и продолжила методично натирать поврежденные места на спине.

- Я слышал крик, и глядя на вас мне кажется вы хотите мне что-то поведать об этом не так ли? – осведомился юноша.

- О да. – Верлен, немного ссутулясь, присел на землю, откинувшись спиной к краю палатки. – Кричала моя жена. Скажи мне пожалуйста, что тебе снилось прошлой ночью?

Томаш нахмурился и некоторое время молчал.

- Мне снилась драка в церкви, только совершенно в других тонах, если вы понимаете, о чём я. Кримиэль тогда убил с помощью магии существо, с которым мы бились ранее, женщину в облике змеи. Я отчетливо помню, что во время схватки я не испытывал ни секунды жалости по отношению к ней, однако во сне вся моя душа как будто бы протестовала о случившемся, я хотел снова вернуться туда и попытаться повлиять на события. Это невероятно странно, но аура сна осталась со мной и после пробуждения и мне стыдно признаваться в этом. Однако, вы судя по всему подавлены не меньше меня.

- Чертов эльф снова бросил нас, и мы, посовещавшись, полагаем, что причиной этому стали видения, которые посетили его ночью. – в голосе Верлена отчетлива была слышна горечь.

- Ну что ж, будем надеяться, он знает, что делает. Мне пророчат оставаться на лечение ещё чуть меньше суток, после этого я смогу продолжить поход.

- Чуть меньше суток говоришь…- протянула Тирна. – Сдаётся мне, всё происходящее складывается в одну нехорошую мозаику.

- Но не хватает ещё несколько деталей – поддержал её я. – Томаш, ты слышал о походе в храм?

- Да – юноша нахмурился. – И у меня сложилось впечатление, что это был только отвлекающий маневр. Пока вас не было по лагерю ползли слухи, что Кримиэль договорился не с теми, что слишком много эльфов и гномов пало во время последнего нападения оборотней. Я дьявольски рад что вы вернулись живыми из похода, но не уверен, что мы долго сможем пользоваться расположением местных в отсутствии Кримиэля. Та эльфийка, Ваорлин, кажется…

- Она уговорила мою жену погрузиться в совместный транс – сплюнул Верлен. – Ты думаешь, это часть заговора?

- Нет – медленно ответил Томаш. – Я думаю, он кроется глубже. Сколько людей удалось телепортировать в лагерь?

- Практически всех. Некоторые не согласились и остались в Ветсбуре и их можно понять.

- Кримиэль не обладает достаточными дипломатическими навыками и кроме того знает, что так быстро разбитый кувшин не склеить. Получается, он собрал некоторое подобие армии, но в ней нет ни собранности, ни единого стремления. Зачем?

- Кажется, мы скоро это узнаем – сказал я. – Книга начинает нагреваться, а это значит, что нас ждут новые способы нажить себе неприятности.

Едва я успел это договорить, как границу лагеря пересекли эльф, ведя за руки двух очень красивых девочек.

Глава 7. Сила материнства.

Исток велик и нерушим в своем вечном изменении и, одновременно, постоянстве. Нет ничего сильнее и могущественнее. Кроме любви.

Вы можете спорить со мной и доказывать обратное, но я видел это своими собственными глазами.

Что может быть сильнее материнской любви, отдающей искру собственной души?

Что может быть сильнее, чем горечь и боль, разрывающая душу мужа и отца, дважды обретшего и дважды потерявшего все, что он любил в этой проклятой всеми богами жизни?

…

Сможешь ли ты простить меня однажды, Верлен, за то, что мне пришлось совершить?..

Первым спутников заметил кот. Там, где ступали две пары маленьких ног земля умирала, приобретая неестественный мрачный оттенок. Едва только Альк и две девочки переступили границы лагеря, как Рорвик подбежал к ним и начал глухо рычать. Ассасин на секунду растерялся, ситуацию разрядила старшая дочь Нанты -Мейовин, которая подошла к коту, обвила руками его шею и начала что-то нашептывать на ухо животному. Кот хотел вырваться, однако казалось, что ему мешает нечто, куда сильнее чем худенькие руки ребенка. К этому моменту Тирна, напряженно наблюдающая за происходящим, высвободила ладонь из моей и попыталась подбежать к Рорвику и внезапно с ужасом поняла, что не может пошевелиться.

- Чертов эльф, как же здорово он нашёл время для того, чтобы нас оставить – слова с шипением вырвались из губ девушки.

- Он никогда не отличался терпением – холодно ответил Альк. Вижу, вы меня не узнали, однако в сложившихся обстоятельствах причин для маскарада у нас нет. Кримиэль бросил вас, ваш медиум придёт в себя если вы не будете мне мешать в лучшем случае к следующему утру, то же касается и твой жены – ассасин кивнул головой в сторону Верлена, которого пошатывало от закипающей ярости. – Вы знаете, зачем я пришёл. Отдайте мне книгу.

- Ты ради этого заключил союз со злом и пересек такое большой кусок континента? – на ближайшую палатку облокотился Томаш и сосредоточенно разглядывал фигуру в капюшоне. Сними свою маску, я прекрасно помню, что это ты убил моих людей.

- Кроме того, ты должен помнить, что я сохранил тебе жизнь, юноша – ответил Альк.

- И ты полагаешь что я теперь испытываю покойное благоговение, глядя на тебя? Убить обездвиженного противника сможет даже Эльнакар, не говоря уже о таком мастере как ты. Ты хочешь получить книгу, давай же тогда скрестим клинки в честном бою и посмотрим кто из нас лучше.

- Томаш, не делай этого – прошептала Тирна. Парень увидел движение её губ и подошёл к нам.

- Я постараюсь выиграть для вас время – Томаш говорил и ощупывал длинный заостренный меч, который ему подарили эльфы. На клинке при свете солнца горели руны, которые должны были вселять уверенность и покой, если бы ситуация к этому располагала.

- Эта мразь подняла из мертвых моих детей…- воздуха в легких у Верлена явно не хватало, и вместо продолжения фразы изо рта вырвался сухой надрывный кашель.

- Вам следовало бы больше времени уделять своему здоровью. – отозвался Альк. – Загостились, а благами не воспользовались.

- Кримиэль немного рассказал мне о тебе – задумчиво выговорил я. – Допускаю, что сейчас в глубине души ты напуган не меньше нашего.

- У демонов нет души, мальчик. – коротко бросил ассасин. – Отдай книгу, которую ты любезно хранишь под полами куртки, и я сохраню жизнь кому-нибудь одному из твоих друзей. Не сомневаюсь, ты выберешь эту симпатичную лучницу, с которой вас так много связывает. Не дай ей умереть просто так.

- Бегите и возьмите с собой Нанту – тихо проговорил Томаш. В этом лагере несколько сотен хорошо обученных бойцов, а этот отпрыск сатаны и суккуба пришёл сюда один. Я уверен, что его запитывают извне создания намного сильнее, чем может представить наше воображение. Очень маловероятно что кто-нибудь из нас или других обычных бойцов сможет причинить ему вред.

- Посторонись-ка, Эльнакар – раздался неподалеку хриплый голос Йонаша. – Вижу, здесь разгорается свара почище той что мы учинили в Ветсбуре и всему причиной проклятая книга и один дурацкий эльф. Быстрым движением обернувшись ко мне старик проговорил:

- Спаси мою дочь.

Двое мужчин стали обходить Алька по кругу, нанося короткие удары, нацеленные на незащищенные места. Асассин расхохотался, щёлкнул пальцами, вернув себе прежний облик и выхватил два кинжала, ярко блеснувшие в рассветных лучах. Тирна, сделав глубокий вздох потянулась к луку, но я перехватил её движение, сказав: - Ты можешь попасть в своего отца.

- Кретин, я училась стрелять с самого детства! – Тирна яростно выплюнула слова и оттолкнула мою руку. Я беспомощно наблюдал, как она взяла колчан и приладила первую стрелу, внимательно наблюдая за движениями трёх фигур.

Выстрел должен был пронзить легкое Алька, но в этот момент вмешалась Веста, до того момента безразличным взглядом созерцающая происходящее. Девочка вытянула вперед руку, соорудив магический щит, отбивший стрелу в сторону.

- Кто бы мог подумать…- пробормотал я, внезапно почувствовав, как нагревается книга.

« Не пользуйся ей, только если не будешь считать, что в этом существует необходимость» - слова Кримиэля промелькнули в голове, оставив неприятный осадок.

- Да провались оно всё к дьяволу. – я торопливо достал книгу и увидел новую формулу.

- Малыш, поторопись, он двигается слишком быстро. – откликнулся Йонаш и секундой позже кинжал Алька вонзился ему в грудь.

- Вот мы и остались один на один, как ты и хотел – ассасин улыбнулся Томашу одними губами, глядя как Тирна, пошатнувшись, оседает на землю.

Слова из магического фолианта заплясали у меня перед глазами, резко наполнившимися влагой.

- Сложно сосредоточиться? Я понимаю. Повторюсь, отдайте мне книгу и прекратим этот бесполезный поединок.

Томаш ударил наотмаш, но меч рассек воздух перед самым лицом Алька. Ассасин ответил двумя быстрыми уколами, которые должны были пронзить сердце Томаша, но тот успел заблокировать оба выпада и отклонился назад, смахнув пот со лба.

- Долго это продолжаться не сможет, юноша. – голос Алька сочился ядом. – Надо было отрезать тебе голову, как остальным, не знаю, что меня тогда остановило.

Я успел выговорить формулу, до того, как книга раскалилась докрасна и дольше держать её в руках было уже невозможно.

- vulnera sana est!

Глубокая колотая рана на груди Йонаша затянулась, и мужчина поднялся с земли, с удивлением осматривая себя.

- Предупреждая события – сквозь зубы пробормотал Альк.- Это было больно, не так ли? Может быть ещё больнее, зачем превращать такое чудесное утро в бесконечную пытку?

- Пусть так, зато у меня затеплилась надежда увидеть, как ты умрешь, чумная крыса – Йонаш выплёвывал слова, выискивая брешь в обороне ассасина. Подмигнув Томашу, мужчина быстро выбросил вперед руку с мечом, заставив Алька отступить на шаг, в этот же момент Томаш ударил наотмашь, Альк заблокировал выпад, но следующим ударом по касательной Йонаш отсёк половину руки ассасину и кисть сжимающая кинжал покатилась по земле.

Обе девочки дико расхохотались, и подняли глаза к небу, призывая подпитывающую их силу. Я с ужасом наблюдал, как отрубленная часть возвращается на место и Альк небрежным движением поправляет волосы.

- Как вы понимаете, у вас ничего не выйдет.

- Спорно. – хмурый голос из ниоткуда появившегося Кримиэля вывел нас из оцепения.

- Где ты был, эльф? – Альк с насмешкой смотрел на Кримиэля, нарочно растягивая слова. – Искал новых сторонников, на случай если эти не оправдают твоих надежд?

- Нет, Альк. Не думаю, что мой ответ тебе понравится.

Закончив фразу, Кримиэль распахнул плащ и на землю упала голова женщины, с которой мы сражались в церкви целую вечность назад

- Ты убил Фасгамлот, не используя книгу – протянул Альк.- Определенно, это заслуживает уважения.

- А тебе не хватило терпения до конца разыграть спектакль. Как и прежде, ты слишком самоуверенно расцениваешь свои силы. Ещё и детей с собой взял, тебе не кажется, что это низко?

- Я думал расквитаться с тобой, однако книга не дает мне завершить начатое. Кроме того, это не мои дети – криво улыбнулся Альк.

Спустя мгновение один из кинжалов яркой вспышкой полетел в сторону Кримиэля, но эльф успел увернуться, и сталь вонзилась в дерево, рядом с которым стояла, пошатываясь, Нанта.

- Какого дьявола…- прошептал Верлен, но сделать мужчина ничего не успел, так как события стали набирать совершенно нечеловеческую скорость.

Две пары красных глаз нацелились на Нанту, но женщина совершенно спокойно продолжала стоять, облокотившись на дерево. Понимая, что другого момента может не быть, Томаш сделал шаг в направлении Алька и сильным направленным ударом снёс голову ассасину, которая покатилась по земле к ногам Кримиэля, молча наблюдающим за происходящим.

Никакой магии не случилось. Колени подогнулись и тело получеловека опустилось на землю с неприятным звуком. Одновременно с этим у обеих девочек вырвалось из губ гнусное шипение, но они продолжали смотреть на свою мать.

- Да, это в самом деле больно. – Нанта сделала осторожный шаг вперед вытирая ладонью нос из которого всё ещё шла кровь. – Он говорил мне, что снова сможет разжечь во мне пожар, но такого я не ожидала. Но отчаяние сглаживает углы, отсекая лишнее. Посмотри мне в глаза, Веста. Посмотри мне в глаза.

Когда их взгляды пересеклись наступила абсолютная тишина. Я чувствовал, как снова нагревается книга, но не находил в себе силы открыть её и взглянуть на формулу, казалось, что в этот момент всё потеряло смысл, во всём мире остались только эта несчастная женщина и её горе.

- Больще тебя нечем будет меня удивить – прошептала Нанта. – Борись, доченька. Вспомни, как мы с тобой играли на берегу реки, когда ты собирала камни и делала из них мозаику, а твой папа ловил рыбу и всем нам было хорошо.

Глаза Весты по-прежнему напоминали два закатившихся солнца, но создалось впечатление что слова Нанты тронули её. Девочка перестала шипеть и показалось что на её лице проступила скорбь, которую тут же заменил гнев.

Две девочки смотрели на свою мать, и я заметил, как их губы практически синхронно задвигались.

Нанта тоже это заметила, и попыталась сделать несколько быстрых шагов вперед, однако ноги ослушались её, и женщина упала на колени. Верлен попытался подбежать чтобы подхватить её, но она остановила его жестом руки.

- Эльнакар, загляни в книгу. – Нанта говорила, но слова давались ей с большим трудом. – Уверена, это эльфская игрушка знает, как положить всему этому конец. Мои силы и так уже на пределе. Верлен, прости меня. Обещай, что не будешь себя упрекать. Ты ни в чём не виноват…

- sepelite nos vivere.

Два заклинания сработали одновременно. Моё, стократно усиленное книгой и заклинание двух наполненной дьявольской энергией девочек столкнулись посередине между Нантой и её дочерьми, образовав шар из огня и тьмы, который взорвался внутри вместе с надломанным криком Верлена.

В застывшем воздухе остался лишь пепел, разметаемый ветром. Тучи, до этого висящие над лагерем, приоткрылись и луч утреннего солнца озарил поляну, на которой только что мой близкий друг потерял всех, кого любил. Никто не подходил к Верлену, боясь потревожить мужчину. Ничто не могло в этот момент унять жестокую боль, обрушившуюся на бывшего капитана стражи, боль, которая согнула его пополам и заронило пустоту в душу.

- Опережая события…- пробормотал Кримиэль.

- Я недавно уже слышал это дерьмо. – угрюмо ответил Томаш. – Долгие годы дружбы научили вас думать одинаково?

- Скажи спасибо моим друзьям за руны на своём мече – нехотя сказал Кримиэль. – Если бы не они, отрубленной головой мы бы тут не отделались. Спи спокойно, Альк.

- Спи спокойно?! – Верлен только сейчас пришёл в себя. – Да как у тебя хватает наглости…

- Она бы всё равно погибла, Верлен. Как и многие другие. Ты не представляешь себе, на что способно существо, которое управляло действиями Алька.

- Да мне плевать, на что оно способно! – Верлен кричал, постепенно срывая голос. - Моя любимая жена только что погибла, в угоду твоим или чужим принципам, погибла страшной смертью, насмотревшись на горе, случившееся с нашими детьми! А ты мне говоришь про какого-то демона, которого никто из нас даже не видел!...

- Выходит, нам вскорости нужно будет с ним покончить – меланхолично сказала Тирна.

- Да, дочка. И я собираюсь нам всем в этом помочь. Даже этому дурацкому эльфу. – голос Йонаша раздавался словно откуда-то издалека.

- Я займусь похоронами своей жены, если никто из присутствующих не возражает. – тихо сказал Верлен. Будьте добры, уйдите и оставьте меня одного.

Я в этот момент смотрел в ту точку где схлестнулись две стихии и ждал, но ничего не происходило. Да и странно было чего-то ждать.

- Кримиэль, эти адские создания точно мертвы?

- Скорее, уничтожены – вяло отозвался эльф, глядя на голову Алька. Мертвы они были ещё в своём первичном облике. Благодаря Ториэль, взрывной мощи оказалось достаточно для того чтобы полностью избавиться от демонов. Верлен прав, пойдёмте отсюда.

Солнце ярко стояло над лагерем, освещая своими лучами убитого горем мужчины, который копал могилу своим мечом, рукой пытаясь смахнуть постоянно подступающие слёзы. Как он и просил, никто не побеспокоил его ни тогда ни в следующие несколько часов. Солнце и холодный ветер высушили лицо Верлена, но мужчина понял в тот день очень важную вещь, закалившую его характер. Он и Бог, в которого он верил до того момента постольку-поскольку два раза смогли спасти его жену, и вместе потерпели фиаско на третий раз. Это означало, что для него самого возможно тоже было уготовано две попытки. И Верлен собирался за них держаться.

Часть 3. Философия силы. Глава 1. В паучьем логове.

Все ужасные твари, что когда-либо вы могли встретить на просторах Карлсброма, никогда ему не принадлежали. Эти порождения Истока, как я говорил ранее, скорее всего, были принесены сюда из иных миров, что так же, как и наш, плывут в бурном потоке энергии.

Тот прорыв произошел множество лет назад, возможно, что меня еще не было на свете, да и Кримиэля тоже вполне себе могло не быть в планах.

Долгое существование в недрах темных прохладных гор стало благодатной почвой для развития. Зло, что обитало там, имело множество времени, чтобы разрастись заразой по кавернам пещер и в дальнейшем вскрыться лопнувшим нарывом на «теле» нашего мира.

Как удачно, что мы оказались рядом, не находите? Дорога вела прямо через это место, другого маршрута быть не могло. Снова чья-то воля так любезно рождала путь под нашими ногами, давая такие простые и понятные цели, от которых, к сожалению, мы не могли отказаться.

Прошло несколько ничем не ознаменовавшихся дней. Верлен закрылся в себе, и никто из нас не мог подобрать слова, чтобы помочь ему справиться с тяжелыми мыслями. Тирна отважилась несколько раз заговорить с ним, но все попытки разбивались о холодное пожимание плечами или короткие односложные ответы.

Томаш слонялся по лагерю, перемигиваясь с эльфийками, но те не отвечали его взаимностью. У большинства жителей лагеря сложилось чёткое ощущение что вместе с нами количество бед, обрушившихся на них только увеличилось и Кримиэль уже не пытался развенчать его. Должно быть, слишком устал.

Как-то раз, набирая себе пиво из бочонка, я поймал его в более-менее удобоваримом состоянии духа и попросил рассказать, как он уничтожил шестирукую женщину.

Сначала эльф отмахнулся от меня, но потихоньку моё красноречие начало одерживать верх и Кримиэль сдался.

- Насколько ты помнишь – начал эльф. – Один раз мне уже удалось её победить и изгнать с материального уровня на несколько лет. Помнишь, я предсказывал, что на лагерь нападут? Я знал Алька очень долго и предполагал, что атаку доверят ему и решил попытать свои силы в одиночку. Ладно, устраивайся поудобнее со своей кружкой, я тебе расскажу всё в деталях.

Покинув лагерь,я отправился в Эллсгейт, чтобы осмотреть место моей схватки с Альком. По моим воспоминаниям, он был закован по пояс в землю, но я не тешил себя надеждой о том, что его не спасли существа, с которыми он заключил союз. И при телепортации я почувствовал следы темной магии, которой был пропитана часть города, где Верлен когда-то спас Нанту. Направившись туда,я не обнаружил тел детей и постепенно картина стала складываться целиком.

- Ты мог бы и нам намекнуть – пробурчал я.

- Не смей перебивать меня, когда я рассказываю – недовольно ответил Кримиэль. Воцарилась недолгая тишина, но спустя некоторое время эльф всё-таки продолжил.

- Переходы в мир, в котором большую часть времени находился Альк были надежно защищены. Однако, возле церкви магические флюиды ощущались наиболее явственно, и я смог выстроить телепортационное заклинание, на основании предыдущего, чтобы попасть в их мир. Он, как и ад, в твоем привычном понимании, делится на несколько подуровней, и я трезво рассчитывал свои силы.

Я не взял с собой книги, потому что шансы на то что я вернусь были тем не менее невелики,а с потерей её надежда была бы окончательно утеряна. Кроме того, я чувствовал, что ваш отряд понесет потери при нападении и решил ликвидировать одну из опаснейших помощниц темного хозяина навсегда.

Послышались тихие шаги и к нам присела Тирна.

- Прости, я уже слышала часть твоего рассказа и хочу уточнить. Ты говорил, что Фасгамлот была лишена возможности появиться здесь на несколько лет. Боюсь,я не совсем понимаю твой мотив.

- Потому что живешь не так давно, как я – слабо улыбнулся Кримиэль. – Эта война кончится ещё не скоро, девочка. Есть саги с хорошим концом и саги с плохим, но наши шансы напрямую зависят от того, как долго сможет Эльнакар сопротивляться воле книги.

- Но я не чувствую от неё никакого желания сломить мою волю – сказал я.

- Это потому, что она ещё не начинала своих попыток.

Ладно, вернемся к сути. Я приблизительно представлял, как найти Фасгамлот, поскольку после поединка в церкви мне ненадолго раскрылась её душа и ход её мыслей.

Кримиэль поежился, помолчал несколько секунд и снова продолжил.

Тёмный владыка выделил ей часть покоев на втором уровне бытия. Помнишь Носху, с которым вы сражались в церкви? Это существо третьего уровня, сродни лейтенанту черного войска. Они живут там в бараках ожидая прямого приказа явиться сюда. Дьявол,я снова отвлёкся.

- Прости, что перебиваю тебя – шепнула Тирна. – а что ты увидел в её душе такого, что даже у тебя вызвало дрожь по всему телу?

- Я не увидел в ней жизни. Альк, даже в его последней реинкарнации не был окончательно глух и слеп к вопросам морали. Что касается Фасгамлот, там превращение было завершено полностью.

Я выждал момент, когда эта тварь осталась совсем одна. Все они чувствовали моё появление в их мире, но я закрылся защитными чарами, поэтому обнаружить моё местоположение они не могли. У Фасгамлот была слабость к цветам, поэтому во всём этом кромешном аду, который они построили, её уголок был единственным светлым пятном. В её комнате на подоконнике росли розы. Я убил её, когда она вдыхала аромат цветка. Убил и отрубил ей голову.

Тирну внезапно поразила ужасная догадка, которую она не осмеливалась высказать, но Кримиэль всё понял по глазам девушки.

- Да, Тирна, ты права. Я знал её раньше. Фасгамлот была моей сестрой. Была, до чудовищного превращения. Всё что мне было дорого, забрала книга, которая находится сейчас у Эльнакара и мразь в чёрной мантии.

Незаметно для всех к нам присоединился Йонаш.

- В уважаемом обществе принято хотя бы вежливо кашлянуть, чтобы сообщить о своём присутствии – буркнул эльф.

Вместо ответа Йонаш положил руку на плечо Кримиэлю и долго смотрел ему в глаза.

- Храни нас всех Исток за то что мы натворили – едва слышно проговорил отец Тирны.- Храни нас всех Исток.

***

Прошло ещё несколько дней, прежде чем стало понятно – дальнейшее наше пребывание в лагере невозможно. Кримиэль перестал быть духовным лидером обьединенного войска эльфов и гномов, а без их поддержки и наше нахождение там сулило только беды. Было решено собрать совет отряда и вынести вердикт о том куда нам двигаться дальше. Из всех местных жителей к нам присоединились только Ваорлин и её сын Келегор. Эльфийка долго приходила в себя после обряда, однако едва ей стало получше как она выразила желание присоединиться к нам. Было видно, что Ваорлин хочет заменить Нанту в нашем небольшом отряде, но Верлена это только злило, хорошо хоть что у бывшего капитана стражи хватало такта не говорить об этом напрямую. Тем не менее обстановка была крайне напряженной и каждый из нас это чувствовал.

Кримиэль взял слово, и никто не стал оспаривать его верховенство, даже вечно язвящий Йонаш.

- У меня есть некое подобие плана – неторопливо начал эльф. Всё сводится к тому, что решающий бой нам придётся дать в крепости врага, и я понимаю, что никто из нас, включая меня, пока не готов к этому. Будем же действовать с позиции хитрости, а не силы. Большинство из вас прекрасно показало себя в бою, однако этого будет недостаточно, когда мы встретимся с повелителем мрака.

- Позволь же узнать нам его имя – полюбопытствовала Ваорлин, которой ещё было невдомек то что сородича лучше не перебивать.

- Я не хочу, чтобы оно звучало здесь – поморщился эльф. – Можете называть его каждый по-своему.

- Я понимаю, что он причинил тебе глубокую боль – мягко сказала Тирна. – но все мы хотим помочь тебе, и для начала было бы неплохо узнать имя нашего главного врага.

Раздалось шуршание и полог палатки в которой мы сидели приподнялся. Я ожидал увидеть мольца, который не издал ни звука и не подходил к нам со времени роковой битвы, в которой погибла Нанта, однако вместо него в палатку зашёл кряжистый гном в грязных бряцающих доспехах и уселся на полу рядом со всеми.

- Эльфы называют его Сурра’джун – хрипло сказал гном. – Мы зовём это исчадие мрака Сол’хотеном. На язык людей это можно перевести как ловец душ.

- Какого дьявола тебе здесь надо, Ингрис? – процедил сквозь зубы Кримиэль. – Мне казалось, твоя позиция насчет меня и моих друзей не отличается от мнения толпы.

Вместо ответа гном смачно отрыгнул и уставился на эльфа отчужденным взглядом.

- Верлен, спроси-ка у этого карлика, что он здесь забыл, насколько я припоминаю вы чаще всего с ним встречались у пивного бочонка.

- Он обещал помочь мне отомстить за Нанту – холодно сказал Верлен. – В другом случае его бы здесь не было.

- Однако не стоит забывать, что по пути может не оказаться полей ржи и пшеницы и солод не добывается в темных пещерах, так что вам придётся поумерить ваш драгоценный алкогольный пыл, друзья мои – ответил Кримиэль.

- Но парочку таверн-то уж мы найдем по дороге – подмигнул гном, которого звали Ингрис.

- Мы вернемся в центральный Карлсбром? – спросил я.

- Нет – помедлив, ответил Кримиэль. – есть одно неуютное местечко, из которого можно напрямик попасть на первый уровень ада. Нам стоит отправиться туда.

- Не захватив с собой армии? – подал голос Йонаш - и взяв книгу, которая выдаст нас с потрохами?

- Пока книга не овладела разумом Эльнакара мы можем рассчитывать на её поддержку – сухо прокомментировал эльф. – Безусловно, демоны почувствуют наше присутствие в самом сердце тьмы. Но я смогу укрыть нас достаточно надёжно, прежде чем мы доберемся до источника зла.

- Пустяковое дело, получается – сплюнул Ингрис, рубанув воздух своим увесистым топором. – Не сложнее чем справиться с великаном, верно, ребята?

- Мне понадобится новый меч – нехотя проговорил Верлен. – Мой проржавел, когда я рыл могилу для Нанты, и я не нашёл достаточно времени чтобы заняться им.

- Возьми мой – откликнулся Томаш. – Он неплохо себя зарекомендовал в сражении с демонами. Главное – целься в шею.

- А сам ты чем будешь биться? – осведомился Верлен.

- Эльфы выковали мне ещё один. – просто ответил Томаш. – На всякий случай.

- Значит, решено – резюмировал Кримиэль. Выходим завтра на рассвете. Никаких телепортационных заклинаний, Эльнакар, тебя это тоже касается. Я настоятельно прошу тебя не использовать книгу до решающего момента. Пройдём весь путь до портала пешком, вам всем не помешает ещё немного закалиться перед тем что нас ждёт впереди. Идите и отдыхайте, пока такая возможность ещё есть.

***

Мы выступили наутро. Тирна хотела взять в поход Рорвика, но коту очень понравилось среди эльфов, которые кормили и ухаживали за магическим животным. Скрепя сердца, девушка попрощалась с ним, крепко прижав к груди своего любимца. Я понимал, что Тирне будет не хватать Рорвика, но старался не затрагивать эту тему и лишний раз не лез в душу задумавшейся о своём девушке.

Кримиэль вёл отряд вдоль горной гряды, надеясь отыскать подходящий перевал. Все присутствующие молчали, кроме гнома, который напевал походную песенку и периодически бряцал своим обмундированием. Казалось, Ингриса совершенно не отравляла смена жизненных условий, а наоборот радовали окружающие пейзажи. Во время очередного привала я решил разговориться со словоохотливым гномом.

- Расскажи о себе, Ингрис – я завёл беседу, когда мы расположись у костра. Тирна хлопотала с готовкой, на обед нас ждал олень, которого удалось подстрелить ловкой девушке. Я заметил, как она радовалась новому луку и как мог разделял её эмоции. Однако Тирна чувствовала, что со мной не всё в порядке и это касалось не только гибели Нанты. Меня беспокоила книга.

- Было бы что рассказывать – пропыхтел гном, забивая трубку табаком. Я большую часть жизни прожил по эту сторону гор, и сколько себя помню наш клан сражался с оборотнями, идущими из храма Лоонте, который вы так удачно расчистили. За мной должок после этого. Мои родители погибли, а возможно сначала сами стали оборотнями, я уж признаться не помню. Воспитанием моим занимался дядя, мастеровитый был гном…

- Он тоже погиб? – осторожно поинтересовалась Ваорлин, дуя на кружку с душистым чаем, запас которого мы позаимствовали, ещё будучи в лагере.

- Да, он с отрядом других гномов собирался исследовать пещеру, которая находится неподалеку от места где мы сейчас находимся – пробурчал Ингрис. Что-то сгубило этих ребят, а я вам доложу, сильные они были, в первопроходцы абы кто не попадал. Они искали залежи редких руд, всё что нам дала матушка природа находилось у подножия гор и было быстро выработано. Вот и вся история, пожалуй.

- Помнится мне, Кримиэль никогда не искал легких путей – отозвался Йонаш, тоже дуя на кружку с чаем. – Дьявольщина, вам так и не удалось выяснить что скрывалось в той пещере?

- Нет – угрюмо ответил гном. – Других охотников идти туда не нашлось. Думали засыпать вход да и дело с концом, завозились с этим, да так и бросили эту затею. Так и лежит там мой дядька,не схороненный никем. Я сам вызывался туда сходить, да уж больно молодой был и неопытный в военном ремесле.

- Скоро у тебя появится возможность посмотреть на кости своего дяди, Ингрис – к костру подошёл Кримиэль, который ходил на разведку вместе с Верленом.

- Эта пещера – единственный выход на ту сторону на протяжении нескольких лиг. При этих словах кот Тирны, Рорвик зарычал и начал яростно копать землю длинными когтями, оставляющими глубокие борозды.

- Моему коту не нравится твоя идея, эльф – откликнулась Тирна и почти сразу же расхохоталась. - Не припомню ни одного скучного дня с тех пор как Рорвик выкопал эту чертову книгу. Если бы я знала, поселилась бы в ещё большей глуши и завела бы собаку.

- От судьбы не уйдешь, девочка – задумчиво сказала Ваорлин. – Хоть с котом, хоть с собакой, хоть с волком. Как ни крути а всегда рядом оказывается эльф, которому невмоготу как хочется приключений.

Тут уже весь отряд закатился хохотом и даже Верлен несмело улыбнулся. Обстановка была разряжена.

***

В пещере царил тлетворный запах разложения. Всем кроме гнома и Кримиэля, который явно бывал в местах и похуже моментально стало дурно и вчерашний вкусно приготовленный олень начал проситься назад.

Кримиэль быстро сориентировался и быстрым пассом рук отключил обоняние у всех кроме себя и гнома.

- Как ты думаешь, какова протяженность пролегающих в горе туннелей? – осведомился Кримиэль у Ингриса.

Гном ненадолго задумался и ответил:

- Я полагаю, около десяти лиг, если не начнем блуждать по кругу. Вы полагаю ожидали от меня что я буду чувствовать себя здесь как дома, но я вам уже рассказал свою историю – я не провел ни дня в пещерах, так что здесь мы равны. Давайте пока поглядим куда ведет основной ход.

Пещера, в которую мы вступили, была довольно узкой и с довольно невысоким потолком, поэтому комфортно чувствовал себя только Ингрис, который завёл было снова одну из своих песенок, но эхо туннеля заставило его прекратить, оборвав на полуслове. Ход позволял перемещаться по двое, первыми шли Кримиэль и Ингрис, за ними следовали Верлен и Йонаш, чуть дальше держались мы с Тирной, нам в спину дышали Ваорлин и Келегор и замыкал процессию Томаш, постоянно держащий руку на перевязи, молодой человек прихватил помимо меча, кинжал, к которому также, как и к его бывшему оружию приложили руку эльфийские мастера. При свете солнца кинжал переливался красивыми бликами, здесь же, в холодной темной пещере его сталь померкла.

Искусственные источники освещения отсутствовали, поэтому Кримиэль при помощи магии сотворил шар света, освещающий пространство вокруг. Тирна осторожно осведомилась:

- Ты говорил, что мы постараемся не прибегать к магии, однако используешь заклинания.

- Я использую только необходимый минимум, девочка – тихо ответил эльф. – Телепортационное заклинание выдаст нас с потрохами, однако небольшой яркий шар или отключение рецепторов никак не навредят нашему походу.

Чем глубже мы проникали внутрь туннеля, тем больше нарастало ощущение опасности, которое казалось ощущали все кроме гнома. Несмотря на то что Ингрис никогда не жил и не бывал ранее в пещерах, смена обстановки не сказалась на нём удручающим образом, тем не менее гном крепко держал топор обеими руками.

На одном из поворотов нам повстречались рассохшиеся останки. Скелет практически разложился, однако по структуре хребта и тазобедренной части несложно было догадаться, что погибший когда-то был гномом.

- Ага, недалеко они продвинулись – пробурчал Ингрис.

- Ты уверен, что этот скелет принадлежал твоему дяде? – осведомился Кримиэль.

- Не до конца. Но я уверен, что если мы пойдем дальше, то найдем ещё несколько похожих – ответил гном и прищурил свои карие глаза.

- В таком узком пространстве немудрено попасть в ловушку – сказала Ваорлин, поплотнее укутавшись в плащ, поскольку в пещере стало заметно прохладнее.

- Боюсь, мы скоро узнаем кто напал на гномов – прошептал её сын.

Звук раздался из восточного туннеля. Поначалу его расслышал только Кримиэль, поскольку эльфийский слух даже в пещерах работал лучше нашего, тем более эльф был самым закаленным бойцом. Мерзкое перебирание маленьких лапок сменилось шипением и в радиусе шара света, который освещал нам пространство показался первый паук. Он был небольшого размера, приблизительно в один фут и обладал острыми жвалами, из которых сочился яд.

Тирна, которая больше остальных боялась пауков, вскрикнула и потянулась к луку, тварь повернула голову к ней и приготовилась к прыжку. Никто из нас не успевал среагировать, девушку спас кот, который вытянулся в струну и сбил паука резким движением лапы, тот перевернулся в воздухе и упал на спину. Резким движением Верлен воткнул меч ему в брюхо, паук заверещал и через несколько мгновений испустил дух.

- Слышите?! – крикнула Тирна? - Куча этих тварей ползет прямо на нас…

- Спокойно, девочка – откликнулся Кримиэль. – Держи себя в руках и отойди назад. И постарайся не промахиваться.

Впереди показалось ещё несколько пауков, они симметрично расположились напротив возглавляющих нашу колонну Кримиэля и Ингрида и приготовились атаковать.

- Ну что ж – хмуро сказал Ингрис, поплевав на руки. – У тебя найдется противоядие на случай укуса,эльф?

- Боюсь, что нет – отозвался Кримиэль, прикидывая взглядом кого из пауков уничтожить первым.

- Досадно – проворчал гном. – В таком случае, буду рассчитывать только на свои доспехи.

Первого паука, который прыгнул на Ингриса, встретило острое лезвие топора, разрубившее членистоногого напополам, в толпу остальных тварей влетел огненный шар, посеявший смуту в их рядах. Те пауки, которым удалось избежать соприкосновения с огнем, обогнули Кримиэля и попытались атаковать Йонаша и Верлена, однако их встретил град направленных ударов двух мечей. Несмотря на то что твари несли потери, их становилось будто бы всё больше и больше, однако появлялись они все из одного и того же туннеля, что заставляло нас верить в то что удара с тыла удастся избежать. Тирна собрала волю в кулак и поражала тварей стрелами одного за другим, целясь в голову, благо свет от шара, который создал Кримиэль позволял видеть и находить все уязвимые места. Внезапно атака закончилась так же быстро как началась и уцелевшие пауки оступили назад, открывая перед нами два прохода. Левый туннель не предвещал ничего хорошего, поскольку пауки появились из него.

- Полагаю, если пойдем налево, наткнемся на их мамашу – сказал Ингрис. – То ещё исчадие ада, но вряд ли устроит супротив моего топора. Погодите-ка, я не вижу в ваших глазах задорной искры.

- Откуда ей взяться, маленький безумный гном – судорожно выдохнула Тирна. – Я бы предпочла смерть от когтей оборотня или быстрого клинка, чем умирать от яда.

- В таком случае, давайте разделимся. – ответил гном. Правый переход должен будет привести вас к выходу, а левым займусь я. Есть желающие пойти со мной?

Поначалу желающих не нашлось.

- Это твоя месть, гном – нехотя произнес Кримиэль. – Мы действуем сообща, но предпочитаем не подвергать риску весь отряд если в этом нет необходимости.

- Я пойду – после небольшой паузы вымолвил Верлен. – Ингрис пообещал мне отомстить за Нанту, и негоже мне быть малодушным сейчас.

Ваорлин и Келегор посовещавшись решили примкнуть к гному и бывшему капитану стражи. В их памяти были свежи воспоминания о недавнем походе на храм Лоонте и я принял решение поддержать их отряд. Бросив быстрый взгляд на Тирну я повстречался глазами с Кримиэлем, который быстро резюмировал:

- Я позабочусь о ней. Ещё раз напоминаю, не пользуйся книгой, Эльнакар. В бою против Алька ты почерпнул большой резерв из её магической силы, и она знает об этом. Кроме того, ты выдашь наше местоположение.

- Я сама смогу позаботиться о себе – тихонько пробормотала девушка, но её никто не слушал. Пожав друг другу руки, мы разделились, каждая группа проследовала в свой туннель.

***

Очень далеко от нас, красивое в своей угнетающей мерзости существо, оснащенное парой когтистых крыльев, задумчиво восседало на троне. Антураж вокруг него напоминал дворцовый, если бы дворец строил архитектор с манией самоубийства. Этому способствовало убранство – картины, изображающие изощренные пытки, общий красный тон в коврах, лежащих на полу и боевые трофеи, которые принадлежали этому монстру несколько веков – несколько королевских скипетров, короны, ограненные алмазами и прочие предметы роскоши, к которым повелитель мрака сейчас не испытывал никаких эмоций Каменный зал окружало три камина, в которых горел огонь и в каждом из них находилось по одному воплощению ада – уже знакомый нам по предыдущим событиям пёс, дева с узкими красными глазами и длинной огненной косой по пояс и угрюмо пялящийся вперед метаморф, могущий приобретать практически любой облик, но на данный момент остановившийся на смеси льва и паука.

Пламя в каминах вспыхнуло чуть ярче и это вывело из задумчивости создание, замершее на троне.

- Кримиэль умнее, чем мы думали, хоть и не пользуется божественной поддержкой – промолвил первый демон в теле женщины.

- Она ему не нужна, Кэлор – холодно ответил монстр, сидящий на троне. – Поддержки книги вполне достаточно для его тактических идей и эльф очень мудро поступил, доверив его человеку, который не вступил с ней пока что в тесную связь. Я дал Альку чёткие указания, однако он подвёл меня.

- Альк когда-то был человеком, господин – откликнулся метаморф. Голос его прозвучал низким рыком, раздавшись эхом в каменных сводах.

- Не стоило делать на него основную ставку.

- Вами я пожертвовать не могу, да и кроме того вы не сможете покинуть этот уровень без весомой причины – задумчиво выговорил повелитель мрака. – Создать её можно, но…Как вы думаете, друзья мои, куда сейчас движется отряд вместе с Кримиэлем? Вряд ли он станет прятаться от нас на прежнем месте.

- Не станет, хозяин – на сей раз голос подал пёс, обладающий огромной пастью. – Насколько я могу о нём судить по вашим рассказам, он решит нанести по нам последний удар, там, где мы меньше всего этого ждём.

- Значит, сейчас он находится на хорошо знакомом нам перевале, либо уже ступает по пещере с командой смертников, привычно возглавляя её – ухмыльнулось существо на троне. – Как ты поступишь, когда ваши ряды поредеют эльф? Око за око…

- Око за око – хором ответила адская троица и по чёрному замку прокатилось раскатистое эхо. Маленький человек, всё это, время сидевший в подвале, крупно задрожал и поднял голову к потолку. Увы, его глаза, которые уже с трудом различали цветовые оттенки, не увидели ничего кроме каменного потолка.

***

Не переживай за Тирну, дружище – сказал Верлен спустя несколько долгих минут, которые мы потратили, пробираясь по туннелю. Стены вокруг нас были усеяны паутиной, и мы были вынуждены задержаться из-за Келегора, который зацепился рукой за липкую субстанцию и не мог двигаться пока мы срезали паутину кусок за куском.

Я чувствовал, что Кримиэль не лжет и не даст девушке попасть в беду, однако за нас с Верленом и троицу наших спутников я бы не ручался. Без поддержки книги я мало чем помочь отряду, возможно эльф подготовил для меня очередное испытание, которое нужно было пройти перед тем как мы дойдем до финальной точки. От этих мыслей становилось дурно.

Очередной коридор вывел нас на открытое пространство, тридцати футов в диаметре, которое полностью было заполнено пауками. С нами не было Кримиэля, чтобы подсветить происходящее, однако сейчас в этом не было нужды – свод пещеры в этом месте был диагонально разрушен и в небольшую трещину проглядывало солнце. Пауков было видно, как на ладони, и отчетливее остальных возвышалась огромная матка, королева пауков. Чудовище имело в арсенале восемь ног длинною в лесять футов, огромные жвала, которыми она судорожно водила в ожидании скорого обеда.

- Напомни нам, дорогой гном, что ты хотел с ней сделать своим острым топором? – невозмутимо спросил Верлен, быстро проверив как меч ходит в ножнах. Клинок повиновался безотказно.

- Мммммда уж – буркнул Ингрис, оглядываясь по сторонам, не желая сосредотачивать внимание на паучьей королеве. - Я займусь этой красоткой, а вы прикончите остальных, идёт?

- Идёт – твёрдо сказала Ваорлин, приоткрыв полы своего плаща. Её арсенал состоял из десятка метательных ножей. – Я постараюсь бросать их метко. А ты прикрой Эльнакара, сынок.

Келегор с мечом наперевес молча занял позицию рядом со мной.

Книга молчала, но я чувствовал, что в самый разгар схватки она может снова начать предлагать мне помощь, и требовалось проявить силу воли. чтобы отказаться от этой помощи. Я ещё не представлял, какое испытание выпадет на нашу общую долю.

Пауки выбрали Верлена основной целью. Мужчина, не поведя бровью провёл круговую атаку, разрезав брюхо нескольким тварям и из ран повалились внутренности, заполонив воздух совершенно невыносимым запахом, которого никто из нас не мог почувствовать благодаря чарам Кримиэля. Ваорлин, прикинув расстояние метнула ножи, прикончив двух пауков, которые собирались напасть на Верлена сзади. Бывший капитан стражи поблагодарил её сухим кивком головы и сосредоточился на оставшихся в живых монстрах, которые пытались окружить нас. Гном же не терял времени даром и подбежав к огромной матке начал лупить топором по её ногам, горланя боевую песню своего народа. Несколько секунд потребовалось Ингрису на то, чтобы осознать, что металл ничего не может поделать с хитиновым покровом. Гигантская паучиха тоже это поняла и попыталась всей своей тушей подмять гнома, однако тот в последнюю секунду успел сделать кувырок и уйти от верной смерти. Поднявшись, он посмотрел на порождение мрака даже с некоторым уважением.

- Позабавимся на славу, страшила! – сказал гном, выплёвывая песок. – Только ты и я.

Посередине пещеры схватка набирала обороты. Я понимал, что одного укуса будет достаточно чтобы отправиться на тот свет и пытался вспомнить подходящее заклинание из тех что мы разучивали на пару с Кримиэлем. Мне удалось тогда вызвать огненную элементаль, и сейчас её присутствие нам бы здорово пригодилось.

- Igna tact! – из пальцев послушно вышла струя огня, принявшая облик элементали, которая материализовавшись внимательно смотрела на меня.

- Помоги нам – попросил я создание из пламени и элементаль повиновалась, быстро оценив обстановку. Больше всего в помощи нуждался Келегор, который отбивался от трёх пауков, защищая меня. Силы уже оставляли молодого человека, кроме того мне показалось что он держится за бок и пытается сдуть испарину, выступающую на лбу. Элементаль подлетела к Келегору, приняв удары жвал и укрепленных хитином лап, пауки ничего не могли противопоставить созданию из огня и вспыхивали один за другим.

Верлен успешно справлялся со своей группой маленьких тварей, Ваорлин же воспользовавшись прикрытием элементали смогла ненадолго выйти из сражения и подбежать к нам.

- Ты ранен, сынок? – эльфийка с заботой посмотрела в глаза Келегора.

- Не смертельно – Юноша улыбнулся уголками губ. – Всё кончилось бы худо, если бы Эльнакар не помог мне. Как долго будет действовать твоё колдовство?

Я не знал ответа на этот вопрос. На текущий момент меня вполне устраивало то, что огненная элементаль вонзилась в ряды пауков, оттеснив их от Верлена. Можно было бы порадоваться перелому в ходе битвы, но весь мой пыл улетучился при быстром взгляде в сторону Ингриса – гном явно сдавал позиции. Гигантская тварь поняла, что не сможет прижать его массой и выбрала другую тактику – стала наносить удары лапами, оттесняя Ингриса к стене, где у него не оставалось шансов выиграть эту дуэль. Сам же гном в поисках уязвимого места до которого он мог бы добраться начал уставать, хоть и не показывал этого.

- Попробуем поразить её в брюхо – процедила Ваорлин и метнувшись в сторону гнома метнула нож в основание туловища паучьей королевы. Ей удалось выиграть для Ингриса драгоценные секунды, однако эта передышка очень дорого стоила эльфийке – паучиха, развернувшись нанесла удар одной из своих лап по касательной, оставив глубокий горизонтальный порез на груди у женщины.

С глухим стоном Ваорлин повалилась на песок, тогда как я едва успел схватить за плечо Келегора, ринувшегося к матери.

- Прошу тебя, не делай этого. Чудовище убьёт вас обоих…

- Да к чёрту твои советы – взвизгнул молодой эльф и вырвавшись, бросился к Ваорлин, чтобы закрыть её своим телом.

И в ту же секунду я почувствовал знакомое тепло.

- Не сегодня – шепнул я едва слышно и огромным усилием воли не протянул руку к книге пытаясь судорожно придумать как помочь друзьям в создавшемся положении.

Верлен и огненная элементаль покончили с детенышами матки и бросились на основную угрозу. Я впервые видел Верлена таким – мужчиной двигала холодная управляемая ярость, в эти минуты он был идеальным орудием убийства, с той лишь поправкой, что сам был смертен.

Втроём при помощи гнома они смогли оттеснить паучью королеву, но более осязаемо помочь Ваорлин не мог никто, кроме чертовой книги.

« Тирна, дорогая, как же тебя не хватает здесь » - думал я, сосредоточенно глядя в мутные паучьи глаза.

Келегор допустил ошибку следующим. Увидев, как друзья сражаются с гигантской паучихой, он бросился вперед, но не рассчитал скорость и по инерции проскользил по песку оказавшись прямо перед ядовитыми жвалами. Королева пауков не стала раздумывать и одним движением перекусила юношу напополам, разбросав останки в разные стороны пещеры.

Эмоциональный шок был настолько силен, что сил на поддержание заклинания не осталось – их выбило из меня как воздух, выбивают из пустого мешка. Я отступил на шаг назад, глядя как ко мне пятится гном и поднимает ярко блеснувший в солнечных лучах меч Верлен, в ударе, который возможно станет последним для этого храброго воина.

И тогда я почувствовал, что меня наполняет сила, источник которой я не мог определить, но одно можно было сказать точно – он находился не в книге. Я ранее не чувствовал её и не подозревал что она могла копиться, ожидая своего момента. Повинуясь инстинкту я проревёл:

- IGNEA TACTUS ! – и огромных размеров шар пламени вырвался из моей ладони, полетев к паучьей королеве. Краем глаза я видел, как едва успевает увернуться от моего заклинания гном, как Верлен молниеносно среагировав бросился на землю закрыв затылок руками, и последним что мне удалось разглядеть перед тем как упасть без сознания была охваченная огнём туша паучьей матки, беспорядочно мечущаяся из угла в угол пещеры. Всё остальное закрыл мрак.

Глава 2. Уловка.

Взлеты и падения. Вот мы только что победили ужасное чудовище, и тут же нас обманывают как маленьких детей.

Вспоминаю, каким я был дурачком, и даже смешно становится. Я благодарен тому, что мне довелось прожить такую интересную и богатую на события жизнь. И благодарен Кримиэлю, за то, что он, пусть и в своей отвратительной манере, продолжал наставлять нас на путь истинный.

За окном моей башни разыгрался нешуточный ураган, метель не стихает уже несколько часов. Зима не хочет отпускать скованную ей землю, а я все никак не отпущу перо, что быстро водит чернилами по бумаге.

О чем я думал в тот далекий зимний день? Наш отряд двигался навстречу своей судьбе, и никто из нас тогда и не мог предположить, чем закончился это путешествие. Да и закончится ли?

То что я сижу здесь в башне, и коротаю ожидание возвращения моей семьи за написанием моих приключений, уже само по себе говорит о том, что путешествие продолжается.

Что может быть лучше? Ну, только та бутылка вина, наверное, которую несколько недель назад выпил Кримиэль…

Я очнулся, чувствуя, как спазм растекается по ногам. Солнце освещало закатными лучами углы пещеры, в которой мы сражались с пауками. Тело Ваорлин по-прежнему находилось в неестественном положении, но все присутствующие собрались возле меня, и я услышал тихий голос Кримиэля, прозвучавший у меня над ухом:

- В конце концов могло быть и хуже – я уловил намёк на сострадание в его словах и с трудом повернул голову.

- Ваорлин мертва, мой друг – продолжил говорить Кримиэль, обводя взглядом пещеру. – Но ты славно потрудился. Мы не успевали вам на помощь, и я боялся, что когда мы доберемся, уже не застанем всех вас в живых. Эта тварь билась до последнего.

- Кто ещё должен погибнуть на этом пути, эльф? – я с трудом выговорил слова и выплюнул кровь изо рта. – Дьявол, у меня кажется повреждено лёгкое.

- Я тебя подлатаю. – Сказал Кримиэль и быстрым магическим пассом вернул мне возможность свободно дышать. Боль в ногах тоже начала потихоньку стихать. – Судя по тому как здесь всё подожжено, мои уроки не прошли даром.

- Да уж. – Угрюмо вымолвил до того момента молчавший гном. – Спасибо хоть меня не задело, шар бабахнул так, что стены задрожали.

Я ощутил прикосновение руки и когда поднял глаза увидел Тирну. Девушка мягко провела ладонью по моим волосам, и я почувствовал приятное тепло.

- Я первая услышала крики – промолвила девушка. – Мы заплутали, даже несмотря на талант эльфа ориентироваться в пространстве, и мне кажется здесь не обошлось без магии.

- Эта тёмная вонючка определенно знает, что мы здесь – буркнул гном. – Иначе не объяснить всё, что с нами случилось.

- И в лишний раз убеждает меня в том, что нам надо спешить. – задумчиво проговорил Кримиэль. – Времени осталось совсем немного.

- Каковы же будут наши шансы в логове врага? – саркастически спросил я. – В тоннелях нам пришлось разделиться, и мы сразу же потеряли двоих…

- Значит на нижнем уровне ада нам стоит держаться вместе – закончил эльф. – Ты доказал, что и без Ториэль можешь славно сражаться.

- Ещё один никому не нужный подвиг – с горечью откликнулась Тирна. – Мне нравилась Ваорлин, она…

- Заменяла нам Нанту, да? – хмуро закончил Верлен. – Не могу с тобой согласиться.

- Ты не дал мне договорить – вспыльчиво продолжила Тирна. – Нет, но с этой женщиной я чувствовала себя спокойнее, и очень жаль её сына, он погиб ужасно и явно не заслуживал такой участи.

- Да уж, лучше бы мы дали ему превратиться – пробормотал я.

- Не тебе решать, что было бы лучше – прервал меня Кримиэль. – Эта материя никому не подвластна.

- Даже таким зазнавшимся эльфам? – повысил голос Ингрис.

- Хватит! – сказал до того момента молчавший Томаш. – Хватит…Наши товарищи погибли, а мы ссоримся на их могиле. Давайте похороним их тела и двинемся дальше. Мне совершенно не нравится это место. Кроме того, Эльнакар, они не сказали тебе, но мы нашли выход на поверхность. Он в нескольких лигах отсюда, правда солнце уже садится, и я не знаю что нас ждёт там, наверху.

- Отряды немытых орков, вот что – сплюнул Ингрис. – Не чета этой паучихе, конечно, но, если замешкаемся можем схлопотать кривым мечом.

- Похороним Ваорлин и Келегора и заночуем здесь – принял решение Кримиэль. – Я зажгу магический огонь, чтобы вы смогли отогреться, когда наступит ночь.

- А если тёмный владыка узнает о нашем присутствии? – поинтересовалась Тирна.

- Он уже знает.

***

Потрескивание магического пламени создавало невероятные образы. Каждый видел своё и никто из членов отряда не хотел делиться внутренними переживаниями. Я переместился ближе к Тирне и приобнял девушку за плечо.

- Как ты думаешь, чем закончится наш поход? – тихо спросила Тирна.

- Я постараюсь сделать так, чтобы больше никто из нас не умер – твёрдо ответил я. – Вы все мне очень дороги, особенно ты.

Вместо ответа девушка поцеловала меня и практически сразу отстранилась.

- Мне сложно дать тебе то что ты хочешь, Эльнакар. Мы постоянно сражаемся, я вижу реки крови, и каждую секунду опасаюсь, что меня пронзит копьё орка или раздавит дубина великана. Хотелось бы, чтобы всё насилие в мире погасло как погаснет со временем этот магический огонь.

- Что ты видишь в нём? – я осторожно спросил, вглядываясь в контуры пламени.

- Мне снова представляется битва в Эллсгейте и шаман, который воссоздал мою точную копию. Вижу, как кинжал Алька вонзается в грудь моего отца. Я надеялась, что пламя успокоит меня, но оно только сильнее бередит внутренние раны.

- Не беспокойся, девочка – голос Кримиэля раздался рядом с нами. – Ты через многое прошла и не позволяй видениям овладеть твоим разумом, старайся быть сильной. То, что ты видела в Эллсгейте лишь жалкий мираж, который рассыпался под метко пущенной стрелой. Не позволяй своей руке, направляющей стрелу, ослабнуть.

- Эххх, кружку пива бы сейчас…- пробормотал сидящий рядом с нами гном. – Нечем даже горло сполоснуть после хорошей драки.

- После сполоснем – откликнулся Верлен. - Побереги силы для нашего возвращения.

Только кот ничего не говорил и лежал, довольно щурясь рядом с языками пламени. И мне хотелось брать с него пример.

***

Путь наверх не занял много времени. Пейзаж, в который раз за непродолжительное время изменился и повсюду куда видел глаз нас окружала пустыня.

- Мёртвые степи – сказал Кримиэль. – До нашей цели осталось четыре дня пути, если двигаться будем быстро и без особых помех.

- А что делать с водой? – поинтересовался гном. – Ты нам её наколдуешь или будем искать источник?

- Попытаем счастья в борьбе с природой – процедил Кримиэль. – Материализационное заклинание отберёт у меня много сил, а они нам могут ещё пригодиться здесь.

- А кто обитает в этих краях? – полюбопытствовала Тирна.

- Орки, гоблины и степные волки – нехотя откликнулся Ингрис. – Примерно в равных пропорциях. Определенного хозяина у этих земель нет, да и не нужны они никому.

- Стало быть, длинный перевалочный пункт – подытожил Верлен. – Теперь могу с уверенностью сказать, что видел места и похуже.

- А мне здесь не нравится, беря в учёт ещё и то, что тёмный лорд подозревает где мы сейчас находимся – пробормотал я.

- Выше нос, старина – подбодрил меня Томаш, положив руку мне на плечо. – С волками и орками мы уже сражались в снегах, гоблины же меня совершенно не пугают. Главное держаться вместе. Веди нас, эльф.

И Кримиэль повёл. Ландшафт вокруг был удручающе одинаков, когда горная цепь осталась позади пустыня полностью взяла свои права, вокруг не было ни деревца, ни намёка на воду. Солнце ярко освещало наш путь, и его лучи вдобавок ко всему мешали сосредоточиться и выбрать удачную стратегическую позицию на случай нападения.

- Судя по всему, орки и сами не хотят драться в такую погоду – буркнул гном, бряцая доспехами. – Я испытываю огромное желание скинуть эти железки.

- Хорошо, что здравый смысл в тебе пока что преобладает – откликнулся Кримиэль, идущий впереди отряда.

Так-то оно так – сказала Тирна. – Но и я не рада такому перепаду температур. Надо было захватить из лагеря сменные вещи.

- И повозку с лошадьми в клоунских попонах, чтобы наш враг точно не промахнулся – поморщился Кримиэль. – Постарайтесь достойно мириться с теми лишениями, которые выпадают на нас сейчас, в аду будет ещё жарче.

- Туда мы доберемся уже в одном нижнем белье, обвязанные веревками – хихикнул Ингрис. – Ладно, эльф, не порть настроение своими занудными проповедями, дела у нас и так идут неважно.

- Как скажешь – ответил Кримиэль. – Как скажешь.

***

В тёмной башне не горел ни один камин, однако пространство вокруг казалось не нуждалось в освещении, настолько раскалено оно было. Грозное существо, сидящее на троне, пристально смотрело узкими глазами на монструозного огра, недостаток интеллекта которого компенсировали огромные мышцы.

- Ты чётко понял мой приказ? – сухо поинтересовался тёмный владыка.

- Да – чуть вздрогнул огр. Даже на такую махину общая атмосфера давила настолько, что тварь еле держалась на ногах от страха.

- Ещё раз повторю. Ты возьмешь в плен двоих – паренька, владеющего книгой и светловолосого эльфа, они мне нужны живыми. Остальных необходимо прикончить, когда они будут спать. Впрочем, с девчонкой можете позабавиться, я не буду возражать. До вашей стоянки им около суток пути, и никто кроме тебя и твоих генералов не знает местность лучше. Используйте это.

Огр молча поклонился и начал спиной пятиться назад, не поднимая головы. Когда дверь за ним закрылась, существо на троне продолжило задумчиво смотреть в одну точку, положив голову на ладонь.

- Ты всё ближе ко мне, Кримиэль – прошелестел ледяной голос в тронном зале. – Одной озлобленной паучихи не хватило, чтобы тебя остановить. Что ж, игра продолжается.

***

Мы сделали привал, когда начали сгущаться сумерки. Никто не сомневался в том, что эльф правильно выбрал направление, однако найти воду нам так и не удалось, что существенно подорвало боевой дух отряда. Чтобы разрядить обстановку Кримиэль наколдовал-таки бочку с водой и все мы расположились вокруг неё, чтобы напиться.

- Проклятье, эльф, что тебе стоило наколдовать пива? – прихлёбывая из кружки, спросил Ингрис.

- Базовые понимания элементарных вещей – отозвался Кримиэль. – На такой жаре всё пиво выйдет из тебя с потом за несколько минут, а пить захочется ещё больше.

- Пффф – пробурчал гном. – Зануда ты, эльф.

- Возможно, благодаря этому я всё ещё жив.

- Питаться тоже чем-то придётся – сказала Тирна. – В этой глуши даже коршунов нет, не говоря уже о другой живности.

- Покамест будем есть то, что смогли забрать из лагеря – ответил эльф. – Я не исключаю ночного нападения волков, так что будьте бдительны. А при удачном стечение обстоятельств полакомимся жареной волчатиной.

- Отменное лакомство – пробубнила Тирна. – Ладно, поищу в наших сумках консервированные овощи, вижу каши с вами не сваришь.

- Кашу можно сварить всегда – улыбнулся Кримиэль. – Если не брезговать тем что тебе посылает судьба.

Костёр было решено не разводить, поскольку холода даже с наступлением сумерек никто не испытывал. Быть дозорным выпало мне и Кримиэлю, решение достигалось путём вытягивания соломинки за неимением лучшего. Эльф отреагировал максимально сдержанно и когда остальные улеглись на лежаках подошёл ко мне и присел рядом.

- Почему эти степи называют мёртвыми? – я спросил больше для того чтобы поддержать разговор, однако Кримиэль ответил довольно охотно.

- На этих землях бушевала война… – тихо начал эльф.

- Скажи лучше на каких она не бушевала – пробормотал я.

- Будешь меня перебивать останешься дозорным до самого утра – недовольно сказал Кримиэль.

- Орочьи племена здесь особенно разношерстны, если сравнивать их по всему Карлсброму – продолжил тем не менее эльф. – Ты вероятно спросишь меня, почему темный владыка не делал ставку на них, когда планировал атаку на Эллсгейт. На это есть две причины. Во-первых, Эллсгейт отделен водным пластом и горами от этих мест. А во-вторых…этим тварям испокон веков не хватает общего предводителя, поэтому они не могут выбраться из череды дрязг и мелких стычек. Однажды они вылились в кровопролитную войнушку между племенами. Поскольку наш отряд невелик, я полагаю мы сможем пробраться незамеченными под их патрулями.

- Что ж, будем полагаться на твою интуицию – вздохнул я. – Больше ничего нам не остаётся.

- Расскажи-ка мне, как у тебя получилось создать огненный шар огромной мощности, не прибегая к помощи Ториэль? – спросил эльф.

- Я подозревал, что мы к этому придём. Затрудняюсь дать четкий и незамысловатый ответ. В определенный момент меня изнутри начала переполнять сила, которую я прежде не испытывал. Это случилось…когда я увидел, как погибает Келегор.

- Хм – задумался Кримиэль. – Магический прилив, связанный с эмоциональным опустошением. Когда все проснутся продолжим заниматься твоим магическим образованием, мой юный друг, чтобы ты смог в дальнейшем контролировать притоки силы и черпать их не только в моменты волнения. Погоди-ка, у меня ощущение, что к нашей стоянке кто-то приближается.

Несколько мгновений спустя перед нами предстало человеческое дитя – девочка в лохмотьях. По её внешнему виду сложно было досконально определить возраст – лет восемь навскидку. Коленки и локти ребёнка были сбиты и на всём тщедушном теле были заметны следы запёкшейся крови. Но больше всего выделялись глаза девочки – голубые, как ясное небо.

- Хвала Истоку, я нашла вас! – вскрикнул ребёнок. – Наша деревня недалеко отсюда и вчера вечером на неё напали орки, они вырезали почти всю мою семью, кроме мамы, она осталась под обломками....

- У нас с тобой орден праведников, а не отряд – буркнул я. – Эта братия отплатит нам той же монетой что и твои соседи по лагерю, как думаешь?

- Меня смущает схожесть событий – отозвался Кримиэль. – Чего ты хочешь от нас, девочка? Твоя мать должно быть уже мертва, и места в отряде для детей у нас нет, не говоря уж о скромных запасах воды и пищи. Скажу больше, я давно уже странствую по континенту и не подозревал что в этих степях живут люди.

- Я не думала, что вы окажетесь настолько бессердечными – ребенок плакал и от её слёз на моей душе становилось всё гаже.

- Пойдём Кримиэль, попытаем удачи – я попытался подняться, но эльф знаком приказал мне не двигаться.

- И бросим наш лагерь? – Если тебе не терпится геройствовать, сходи туда один, а я продолжу нести караул. Ты уже оказывался в подобной ситуации и знаешь как действовать.

От шума проснулась Тирна и потребовала рассказать ей о том, что случилось. Отругав нас за бесхребетность, девушка потребовала проявить сочувствие к ребенку.

- Повторюсь теперь для тех, кто только что покинул узы сновидений – ядовито проговорил Кримиэль. – Вы можете прогуляться вдвоем до этой чудной деревеньки, а я продолжу нести неусыпную охрану нашей скромной стоянки.

Я встретился с Тирной взглядом и понял, что девушка жаждет действовать. Наскоро пожелав эльфу удачного караула, мы тронулись в путь.

Кримиэль снабдил нас в дорогу наскоро сколдованным факелом, предупредив лишь о том, чтобы мы привлекали как можно меньше внимания и проводив нас взглядом, улёгся на землю и начал насвистывать себе под нос заевшую в голове песенку, услышанную от Ингриса.

- Проклятье, с кем поведёшься…

Ухудшающим наше положение фактором являлось то, что спустившаяся на эти земли ночь сильно затрудняла наше перемещение. Факел помогал, но ночь так едко бросалась черными красками, что этой помощи не всегда было достаточно.

Я пытался завязать с девочкой разговор, чтобы скоротать наше путешествие, но с момента как мы покинули эльфа она будто бы отключилась и молча вела нас вперед.

Я в очередной раз поразился безликости местных пейзажей и отсутствию источник жизни вокруг. От неприятного предчувствия засосало под ложечкой, но я предпочёл пока не делиться своими догадками.

- Пожалуй,надо было взять с собой кота – задумчиво сказала Тирна, после того как в очередной раз споткнулась о лежащий на земле камень.

- И прокатиться на его широкой спине прямиком до деревни – ответил я. – Далеко нам ещё?

- Нет – тихо сказала девочка. – Мы почти на месте.

Глава 3. В плену

Никто из нас никогда не винил другого в совершенных им поступках. По крайней мере никто не делал этого открыто и вслух. Если где-то внутри наших сердец и оставалась обида, я надеюсь, что долгие года общих приключений смогли уничтожить семя сомнения в каждом из нас.

Все мы порой совершаем ошибки, но разве не ошибки делают нас сильнее и дают шанс все исправить?

Считаю, что все мы уже сотню раз искупили свою вину. И сделали для этого мира значительно больше, чем кто-либо.

И даже книга не смогла повлиять достаточно, чтобы внести неизлечимый разлад в наши ряды. В этом, как мне кажется, есть заслуга каждого из нас. Спасибо вам, дорогие мои друзья, спасибо всем вам, что никогда не останавливались на достигнутом и не давали мне опустить руки.

Я благодарю тебя, Верлен, что всегда оставался решительным в самых безнадежных ситуациях.

Я благодарен тебе, дорогая моя Тирна, что не предала меня и смогла внести в мою жизнь то, чего так яростно жаждало мое уставшее сердце.

Спасибо тебе, Ингрис. Твой невероятный и всегда острый и колкий юмор вносил толику радости в нашу душную и мрачную атмосферу. Ты заставлял улыбнуться, когда хотелось лишь проливать горькие слезы отчаяния.

И тебе спасибо, старый ворчливый Кримиэль. Не знаю за что конечно, нов ведь если не поблагодарю, ты обидишься и не будешь посещать меня каждой зимой? Хотя… Звучит неплохо, надо это обдумать…

Я первым ощутил сильный удар в спину, который сбил меня с ног. Воздух из легких вышел с шумом, и я скорее увидел, чем услышал, как рядом со мной падает Тирна и цепкие холодные руки тащат нас куда-то в сторону.

Движение продолжалось несколько минут, на протяжении которых ничего не происходило. Тирна отключилась после удара, видимо кто-то из наших похитителей ударил девушку по голове, и я наблюдал за тем как её тело безвольно волочится по земле и пытался проконтролировать подступающую ярость.

Как мы могли так глупо попасться? С другой стороны, Кримиэль не стал нас останавливать, значит и он тоже не чувствовал прямой опасности. Но перекидывать вину на эльфа не хотелось, ему и так постоянно приходится заботиться о нашей группе.

Впереди забрезжил огонь, и я увидел лагерь орков, освещенный факелами. Я быстро насчитал взглядом пару дюжин чудовищ, которые перемещались между шатрами оживленно переговариваясь на своем языке. Посередине лагеря горел большой костёр, вокруг которого плясали шаманы орков, облаченные в наряды своего племени и головные уборы, сделанные из перьев птиц.

- Слышишь, Тирна, кажется этим ребятам удалось открыть здесь свой уголок живой природы? – негромко выговорил я, вспахивая песок под ногами.

- Она тебе не ответит, чучело – холодно ответила голубоглазая девочка.

- В таком случае давай побеседуем с тобой, крошка. Здесь явно не обошлось без магии, я прав?

Вместо ответа ребенок расхохотался, я увидел, как она щелкает пальцами и перевоплощается в ещё одного шамана орков.

- Нам дословно передали о ваших приключениях, мальчик. Мы сомневались, клюнете ли вы на нашу удочку, но насколько я вижу мозгов у вас и впрямь немного. Сплошная отвага вперемешку с неуёмной энергией.

- Уж больно складно ты говоришь, орк. – ответил я. – У вас тут и местная школа имеется?

- Мы давно служим владыке – угрюмо ответил шаман. – Он отобрал лучших и талантливых из нас, и раз в год собирает совет, на котором решается судьба таких червяков как вы.

- Приятно пообщаться с интеллектуальным собеседник – вздохнул я. – Что вы планируете с нами делать?

- Тебя это не касается. – сухо ответил орк. – Ты пробудешь здесь столько, сколько потребуется повелителю. И перестань тратить мою энергию на пустые разговоры.

Орки бросили нас в деревянной постройке, напоминающей заброшенный сарай. Повсюду валялись тюки с сеном и балки, подпирающие потолок того и гляди обещали рассыпаться у нас над головой, но меня это заботило не так сильно, как состояние Тирны. Девушка уже долгое время не подавала признаки жизни, и я начал опасаться, что её рана слишком серьезно. Однако после очередного негромкого отклика девушка всё-таки открыла глаза.

- Проклятье – слово слетело с её губ и зависло в воздухе. – Проклятье…эльф сейчас наверняка сидит там и глумится над нашей недальновидностью. Мы опять вляпались в дерьмо, мой дорогой

- Боюсь, на сей раз нам и вправду не выбраться. Лагерь кишит орками, а мы с тобой связаны.

- Включи голову и вспомни, что ты кое-что понимаешь в магии, Эльнакар.

- Сдаётся мне, они это предусмотрели. Огненное заклинание спалит нас живьём, а с другими видами магии я пока незнаком. Да и до книги не добраться, пока руки связаны.

- Значит, они не стали отбирать у тебя книгу – задумчиво сказала Тирна.- И то хорошо. Я попытаюсь развязать узлы на руках, у меня есть скромный опыт в этом деле, потом развяжем тебя и подумаем, как нам сбежать отсюда.

- Я бы на вашем месте не стал так торопиться – в сарай вошёл двухметровый огр, вооруженный острой булавой. В его глазах бегали искорки смеха.

- Если ты собираешься покончить с нами, то сейчас самое время – устало откликнулась Тирна. – Как ты уже возможно понял по нашему диалогу, мы не можем ничего тебе сделать, будучи связанными.

- Я пришёл к вам поговорить. Мне нужен ваш третий спутник, так велел повелитель. Я предлагаю вам самый короткий путь, ты – огр ткнул в меня пальцем – установишь с ним ментальную связь и вызовешь сюда. В таком случае, я убью вас быстро. В противном случае – огр сделал круговой жест руками – твоя подружка сперва обжарится на нашем общинном костре.

- Полагаю, если бы Кримиэль хотел, он уже был бы здесь – я попытался пожать плечами, но мешали путы. – Кроме того, у меня нет никаких предпосылок, чтобы верить тебе. Мы оказались здесь из-за чудовищной лжи.

- Такова наша природа – огр усмехнулся, показав ряд гнилых зубов. – Значит, не хотите по-хорошему. Собирайся девочка, идти придётся недалеко.

Тирна холодно посмотрела на монстра и ничего не ответила. Когда огр подошёл к девушке совсем близко, она вскинула руки и разрезала связывающие руки веревки о булаву, которую огр держал в руке. Совершив быстрый кувырок, девушка перекатилась ко мне и одним движением достала книгу, которую я по-прежнему прятал под полами эльфийского плаща.

- Посмотрим, может быть и для меня тут что-нибудь найдется – надтреснуто вскрикнула Тирна, перебирая пальцами страницы с бешеной скоростью.

Внезапно в сарае стало очень холодно. На моих глазах стала формироваться дверь на другой уровень бытия и оттуда тянуло невероятным ужасом, сфокусировавшимся в том месте где мы находились.

Девушка ещё раз вскрикнула и выронила книгу из рук. Постепенно образ с той стороны портала стал заполняться, и мы увидели прекрасную женщину, на отточенных плечах которой лежала огненная коса. Ледяные глаза её сосредоточенно рассматривала Тирну.

- Вот и первый шаг по верному пути, девочка – она заговорила и от каждого сказанного слова кровь сворачивалась в жилах.

- Я уж было подумала ты побежишь спасать своего дружка, но ты поступила так, как подсказывало тебе твоё сердце. Признайся уже Эльнакару, что эта книжка не давала тебе покоя, с того момента как вы её раскопали. И ступай ко мне сюда, я давно уже жду тебя.

С каждым словом голос её становился всё мягче и на секунду мне показалось, что Тирна сдалась.

- Не мешай течению времени разворачиваться, милая То, как ты сопротивляешься, уже не делает тебя сильнее. Я давно наблюдаю за тобой, и в моих чертогах уготовано место для тебя.

Девушка молчала. Я видел, как внутри Тирны происходит ожесточенная борьба, сосредоточенно наблюдая за её движениями. Огр тоже внимательно следил за происходящим, опасливо косясь на открывшийся портал, предпочитая держаться за ним. Его былая весёлость полностью улетучилась.

Тирна медленно опустила руку за спину и достала лук.

- Не думаю, что давала тебе разрешение копаться у меня в голове – резко ответила девушка.

В следующее мгновение она быстро приладила стрелу и приготовилась выстрелить, женщина, находящаяся в портале, сменила облик и Тирна снова смотрела на своё собственное отражение, без страха вглядываясь в мерцающие красные зрачки.

- Второй раз делать это оказалось проще – шепнула девушка и отпустила тетиву.

Метко пущенная посередине стрела разбила вдребезги портал и прошла насквозь через грудь огра, спровоцировав фонтан крови. Громадное существо забилось в конвульсиях и осело на пол, пытаясь зажать рану.

Пользуясь короткой передышкой Тирна подбежала ко мне и достав нож из-за пояса быстро разрезала веревку на моих руках.

Я с небольшим трудом поднялся на ноги, подобрал Ториэль и кивнул лучнице на приоткрытую дверь сарая, наметив в голове быстрый маршрут побега. Тирна ответила согласным кивком, но к сожалению, для нас огр, получивший стрелу не был окончательно сражен и когда мы с девушкой почти добрались до выхода он взмахнул булавой и задел острым шипом ногу девушки, которая со стоном повалилась на землю обхватив колено.

Времени на раздумье не оставалось, я не планировал вступать в схватку с противником, который в два раза крупнее меня и вместо этого я подхватил Тирну обеими руками, заодно постаравшись зажать рану, из которой сочилась кровь.

Выбежав из сарая и обернувшись к двери, я подумал, что на протяжении нескольких дней меняю раз за разом места, в которые больше никогда не захочу вернуться.

- ignea tactus ! – вес Тирны не давал мне возможности громко выкрикнуть заклинание, однако его силы было достаточно для того чтобы постройка загорелась. Багровые языки пламени выстрелили в ночь яркими всполохами, перемешав треск огня с криками умирающего огра. Я почувствовал весомое желание познакомиться поближе с тремя другими стихиями, и так уж совпало, что первым кого я встретил, выбежав на улицу с Тирной на руках был старый знакомый эльф, с осуждением глядящий на нас.

- Отправляемся к своим, друзья мои. Нам снова необходимо многое обсудить. – строго сказал эльф.

И мы без дальнейших разговоров зашли с Кримиэлем в быстро спроецированный портал.

Глава 4. Из огня да в полымя.

Хорошая шутка, госпожа Судьба! Враг, которого ты усиленно ищешь, сам тебя находит. Да еще и как вовремя! Вспоминаю, и прямо дух захватывает, как все сложилось.

Нет. Не могу сказать, что удачно. Но я давно осознал, что все события, которые произошли, все смерти, которые нам довелось узреть и с которыми пришлось смириться – были не случайны. Множество вероятностей слились в одну единственную, которая стала нашим «настоящим».

В конечном итоге, в этой игре под названием Жизнь не бывает победителей. Однажды всем нам придется уйти. И я надеюсь, что после того, как Исток заберет меня назад в Круговорот, никто не скажет мне вдогонку горьких слов.

Ну а пока… А что пока? Продолжаем играть. Продолжаем жить!

Чем ближе мы были к нашей цели, тем сильнее чувствовали нарастающее сопротивление. Казалось, что вряд ли что-то еще сможет поколебать нашу жгущую душу уверенность в правом деле, но судьба снова преподнесла нам свой неприятный поворот.

Мне тогда казалось, что я насмотрелся на смерть на всю оставшуюся жизнь и больше у меня внутри нет места для нее.

С годами стало легче, у меня появились новые цели и стремления. Новая ответственность, которой я мог посвятить всю свою жизнь, не забывая о друзьях.

К слову, о друзьях и товарищах, коль уж жизнь наградила меня такими людьми. Верлен давно не отвечает на мои письма, что я посылаю с помощью призванных мной с изнанки существ. Призрачным птицам ни по чем погодные условия и буйствующая стихия. Поэтому я уверен, что все они достигли адресата. А значит что-то случилось.

Пожалуй, надо перенастроить мой направленный портал на сигнальный камень Верлена, что я дал ему в последнюю нашу встречу. Метка его все еще была активна, я вижу это на Круге Направлений.

Займусь этим вечером, посмотрим, что там у его стряслось…

Сперва мне показалось, что нашему возвращению не обрадовался никто. Безусловно я не ожидал бурных аплодисментов и оваций, но вместо дружеского плеча Верлен встретил меня угрюмым молчанием. Да что там Верлен, никто из присутствующих не проронил ни слова. Первым тишину нарушил эльф, предварительно занявшись раной девушки и полностью её излечив.

- Как давно Ториэль владеет твоим разумом, Тирна? – хладнокровно спросил он, но я чувствовал, что раздражение готово прорезаться в его интонации. – Лучше скажи сразу, я не буду выпытывать у тебя любую информацию, особенно ту, которую ты считаешь личной, но сейчас на кону находится твоё дальнейшее пребывание с нами.

- А как ты сам-то думаешь, сын осла и пиявки – глухо ответила девушка. – Я провела рядом с зарытой книгой очень много времени, не подозревая о том, что она находится буквально у меня под ногами, и тут ты задаешь такой сложный в своей простоте вопрос. Когда книгой начал пользоваться Эльнакар, я чувствовала, как она прикасается к моему разуму своей магической энергией и постоянно сдерживала себя, от того чтобы заглянуть в неё и воспользоваться магическими благами, но тут появился ты.

- Ты могла бы попросить меня, и я бы дал тебе её, попользоваться – робко сказал я, особо не надеясь что мои слова будут обладать весом.

- К сожалению магия книги так не работает, Эльнакар – сказал эльф. – Ей пользуется кто-то один, на долгой и постоянной основе. Потом он умирает, и книга переходит дальше, по цепочке. Краткосрочных хозяев она сторонится.

- Вы можете отказаться от меня присутствия – с напускным безраличием произнесла Тирна. – Я найду своё место в этом мире, пока это ещё наш мир.

- Ну уж нет – вскипел Йонаш. – Я не дам решать свою судьбу своего ребенка сыну осла и пиявки, как было верно подмечено. Какого дьявола ты не пришёл вовремя им на помощь, проклятый эльф?!

- Потому что всё что с нами происходит, это череда испытаний, и то что уготовано нам в конце намного заковыристей чем поединок с никчемным огром и беседы с недосягаемыми образами – гаркнул Кримиэль. – Когда же вы уже это поймёте…

- А я думала, что убила её – шмыгнула носом Тирна. – Разве нет?

- Существо, подобное ей, практически невозможно, как ты говоришь, «убить», даже на её уровне бытия, не говоря уже о промежуточном. – сплюнул Кримиэль. – Но я ценю твои старания и меткий выстрел.

- Лук-то хорош, да, дочка? – подбодрил девушку Йонаш. – Не куксись, мы здесь все за вас переживали, по правде сказать этот чертов эльф строго-настрого запретил отправляться вам на помощь. Мол, сами справитесь…

- Не помню, чтобы ты слушал кого-то, кроме себя, папа – тихо сказала Тирна и всё же с удовольствием упала в объятия отца.

- Я преследовал двойную цель, хотел посмотреть, купитесь ли вы на очевидный трюк и как будете действовать, оказавшись в плену – продолжил Кримиэль.- Обе части были успешно провалены, мне чуть было не пришлось самостоятельно вытаскивать вас из этойубогой дыры.

- Как бы тебе сейчас самому не захотелось оказаться там – откликнулся Томаш. – Орки идут сюда!

И молодой человек не лгал. К нам действительно двигались орки. Лишенные своего идейного предводителя, сгоревшего в их лагере и жаждущие мести они шли на нас лавиной.

- Черт-те-что – поплевал на руки Ингрис.- Ладно, посмотрели на кукольный театр, теперь и самим можно помахать топором. Обещай, что наколдуешь после этой заварушки бочку пива, эльф!

- Как же, как же – сварливо ответил Кримиэль. – Найду вас потом с Верленом на краю этих степей в поисках трактира. Хватит молоть языком, орки уже практически здесь!

Сегодня потренируем с тобой стихию воды, мой прилежный ученик – саркатически усмехнулся эльф. - Внимательно смотри и запоминай! Spiculum!

В воздухе материализовались ледяные шипы, встретившие авангард орков – досталось каждой твари, бегущей в первом ряду.

- Шар огня выглядел и действовал убедительнее – хмыкнул я. Ну-с, попробуем повторить… Spiculum!

Заклинание получилось заметно слабее, из моей распахнутой ладони вышло всего два конуса льда, не причинив особого вреда оркам.

- Почувствуй наконец, что на кон поставлена твоя жизнь! – крикнул Кримиэль. – Ты играешь с ней, как дети играют с песком на берегу моря.

- Отстань от детей – фыркнула Тирна, прилаживая стрелу. – Всё к чему ты прикасаешься словом потом приобретает невероятный оттенок дерьма и воняет дерьмом.

- Ладно – устало ответил Кримиэль. – Бейтесь с ними сами. Следи за ветром, девочка.

- Я научил её следить за ветром ещё в те времена, когда ты не морочил головы сотням людей – откликнулся Йонаш. – Займись костром, эльф. После хорошей драки всегда хочется перекусить.

- Вам всегда чего-то хочется… - пробормотал Кримиэль, и отвернулся от орков, идущих на нас стеной. – Посмотрим, чего вы на самом деле захотите, когда закончится этой бой.

После этих слов эльф сложил руки за спиной и отправился проверить остывающие угли.

Первыми орков встретили три сверкающих клинка и топор. Йонаш, Томаш, Верлен и Ингрис вышли из защитной стойки и рубанули одновременно, устроив хаос из тел и мечей. Тирна убила нескольких орков меткими выстрелами в шею, и каждое движение девушки выглядело настолько легким и непринужденным, что по моей спине пробежал лёгкий холодок. С каждым днём в нашей компании Тирна превращалась в идеальную убийцу, а я до сих пор не мог разобраться с мыслями и настроениями в своей голове. Да и в своей тоже, если быть совсем уж честным.

Внезапно девушка вскрикнула и присела на колено, опустив лук. Причиной стала стрела, выпущенная орками – она задела девушке щеку и оставила глубокую рану.

Прежде чем я успел среагировать раздался крик Йонаша.

- Лучники! Эльф, прекращай дуть губы и наколдуй нам защитный купол!

Кримиэль отстранённо посмотрел на него, продолжая держать руки за спиной.

- Представьте, что меня здесь нет – сказал эльф. И продолжил задумчиво вглядываться в сторону горизонта.

Скотина – выплюнул Йонаш. – Тебя сильно задело, дочка?

- Жить буду – ответила Тирна, проводя рукой по щеке. – Братцы, я попробую поискать позицию получше. Здесь я как на ладони.

Потеря внимания могла сыграть с Йонашем дурную шутку, если бы не опыт, полученный в десятках битв. Когда мужчина обернулся, на него напало сразу три орка, рассчитывая заставить его врасплох. К счастью, Йонаш не растерялся и отбил удар двух изогнутых клинков, увернувшись от третьего. Придя в ярость он начал кромсать своим мечом орков, выбирая слабые и незащищенные места. Ближайшая к нему тварь отступила назад, с недоумением глядя на жуткий порез посередине живота. Второй орк не успел парировать удар и поплатился за то отрубленной головой, которая покатилась под ноги Ингрису.

- Славная забава – пропыхтел гном, отбивая выпады своим топором. – Что будем делать с лучниками? Они закидают нас стрелами прежде чем мы убьём хотя бы половину этих мразей. Эльнакар, может поджаришь их своими огненными фокусами?

- Ему не пройти туда в одиночку – сказал Томаш. Ещё один орк упал с раздробленным черепом перед мужчиной, забрызгав его кровью с ног до головы. – Я помогу Эльнакару пробраться в тыл к оркам, если вы сможете отбить их удар здесь.

- Да у нас и выбора-то особо нет – отозвался гном, скрипя зубами от напряжения – топор Ингриса завяз в грудной клетке орка и гном никак не мог его оттуда вытащить. – Вы главное поспешите, а то вернетесь сюда аккурат к моменту, когда нас начнут клевать коршуны, а эльф будет им подавать наши останки с тарелки, гаденько ухмыляясь.

Без дальнейших разглагольствований мы объединились с Томашем, взяв курс на правый фланг орков. Я заметил боковым зрением движение и не стал оборачиваться, поскольку и так знал – Тирна тоже решила нам помочь.

«Пускай» - подумал я. Мне было проще осознавать, что лучница находится рядом со мной, а не выступает в роли живой мишени рядом с нашим импровизированным лагерем. Арьергард лучников хорошо охранялся, но, как мне казалось, они не были готовы к огненному представлению, которое я им готовил.

- Там их пара десятков – выдохнул Томаш, чуть сбавив шаг. – А впереди виднеется лес. Ты помнишь эти места, Эльнакар?

- Чёрта лысого я помню, меня волокли связанным, хорошенько огрев по голове – огрызнулся я.

- Брось огрызаться – примирительно сказал мужчина. – Преодолеем небольшой отрезок по степи и спрячемся в деревьях – оттуда сможешь ковырять свою книгу и плеваться магией, как тебе такой план?

- Деревья там не выглядят надежным укрытием, уж больно лысые, но лучшего плана у нас всё равно нет. Главное, чтобы я не поджёг нас с тобой за компанию – резюмировал я и мы ринулись вперед.

Томаш демонстрировал чудеса реакции, но орки всё же заметили наше перемещение. Метко пущенная стрела попала ему в ногу, прежде чем он успел увернуться, и мужчина покатился кубарем по земле, не успев погасить инерцию бега.

Я выругался и повернулся лицом к оркам. Казалась невероятной глупостью мысль о том, что наш поход прервётся здесь и на фоне подступающей ярости, следующей же пришла мысль о цикличности происходящего.

Я попытался выговорить заклинание, но сухие губы не слушались. Впервые я почувствовал ментальный блок, сравнимый по силе с дамбой, которая не даёт пройти узкому притоку воды. В следующую секунду я увидел, как поднимается несколько пар грязным лап и приготовился встретить лицом вереницу стрел. Рядом застонал раненый Томаш.

Всё казалось бесполезным. Идущий изнутри надрывный крик Тирны, раскалившаяся до невозможности книга, бездействие Кримиэля. Передо мной была только повсюду расстилающаяся степь и два десятка орков, готовые выстрелить. Осталось только вспомнить, что на кон поставлена моя жизнь.

Я широко раскрыл глаза и прошептал плохо слушающимися губами: la dernier bijoux.

Сначала ничего не произошло. Ощущение неотвратимости смерти не покидало меня несколько секунд, пока я не осознал – орки не двигаются. Заклинание отняло у них возможность действовать, и они с бессильной злобой продолжали смотреть на меня не в силах пошевелиться. У всех кроме одного.

- На сей раз ты не будешь притворяться маленькой девочкой? – спросила вставшая рядом со мной Тирна, глядя в глаза шаману.

- А мне показалось, что тебе понравился мой прошлый образ – усмехнулся орк. – Оставь нас один на один с мальчишкой, или следующая стрела пронзит тебе сердце.

- Тебе не одолеть меня, ни с помощью твоих иллюзий, ни с помощью любого другого колдовства – твёрдо сказал я.

- Возможно – пожал плечами шаман. – Однако, взгляни.

Он взмахнул рукой, и я услышал жуткий крик, заставивший меня обернуться назад. Томаш, обьятый магическим огнём, пытался потушить его, катаясь по земле, но его попытки только усугубляли положение. Я попытался сорваться с места, чтобы помочь ему, но почувствовал, что не могу сдвинуться с места. Тирна, находящаяся в схожих условиях изрыгала проклятия. Я чувствовал истерику девушки, слышал крики своего товарища и абсолютно ничего не мог сделать.

- Тебе стоило бы больше заниматься своим образованием – холодно сказал орк. – Кримиэль охотно помог бы тебе, но твоя лень и нежелание с ней бороться, полюбуйся к чему они привели. Книжка тебе здесь не поможет, молодой человек. Давай устроим поединок воли, только ты и я. Если проиграешь – следующей сгорит твоя подружка.

Безмолвный крик взорвался в моей голове, рассыпавшись на тысячи ярких фрагментов.

Просить о помощи сейчас было не у кого, наши друзья сражались с орками врукопашную, оставалось лишь надеяться на то что все они живы. Что же говорил Кримиэль совсем недавно? Я попытался мысленно воспроизвести его слова. Эмоциональный контроль в момент волнения. Задача казалась невыполнимой при текущих условиях.

Эльф тоже тебе не поможет. – невозмутимо сказал шаман. – Он прекрасно понимает, что с такими слабыми существами как вы ему не добиться успеха. Ну же, человек, напряги жалкие остатки своей воли.

Я закрыл глаза и мысленно выставил ментальный барьер. Чудовищной силы атака выбила из меня дух и я почувствовал, как ноги наливаются свинцом и начинают подкашиваться под заливистый хохот орка.

- Весьма заурядная подготовка. Что ж, придётся убить вас обоих.

- Не сегодня – процедил взявшийся из ниоткуда Кримиэль.

- Ты так и будешь мыкаться с ними до самих адских врат? – осведомился шаман. – Впрочем, пользуясь властью моего повелителя я заодно могу расквитаться и с тобой, эльф. Закончить эту игрушечную войну.

Вместо ответа эльф протянул руку и начал монотонно читать слова заклинания. Орк смотрел на него, улыбаясь, сложив руки на груди.

- Ничего не выйдет. Даже будь ты в идеальной магической форме, силу темного властелина не сломить, а она сейчас струится по моим венам.

Кримиэль закончил приготовления, но вместо заклинания разрушительной силы ему удалось извлечь лишь пару искр, которые тут же угасли. Эльф нахмурился и сосредоточенно всмотрелся в лицо своего врага, но оно ничего не выражало.

- Тебе, вероятно, тоже хочется воспользоваться книжкой, которая по случайному стечению обстоятельств попала к вам. Но я сразу разочарую тебя, её магия тоже здесь не подействует.

Подействовало нечто другое. Я не мог обернуться, но услышал звук, рассекающий воздух и увидел, как эльфийский клинок по самую рукоятку входит в грудь орку. Время как будто замедлилось, и я смотрел будто сквозь плёнку как тварь оседает на землю и жизнь по крупицам покидает её. Я перестал чувствовать и до меня откуда-то издалека донесся надрывный плач Тирны, склонившейся над умирающим Томашем. Всё перестало существовать.

- Ты дал ему погибнуть – тихо сказал я. Слова получались с трудом, путались в голове и на кончике языка, еле-еле сложившись в одну короткую фразу. – Ты дал ему погибнуть.

- Нет, друг мой. – так же тихо отозвался Кримиэль. – Мы.

***

Верлен с остальными при помощи Кримиэля смял наступление орков. Эльф использовал магию поддержки без лишних слов, выстраивая щиты и подпитывая физическую силу наших бойцов. Нужно отдать должное – без его помощи отряд был бы убит на этой поляне – истекая кровью от полученных ран или от банального изнеможения. Пространство вокруг было завалено трупами орков, на которых не претендовали даже кружащие вдалеке птицы – слишком силен был смрадный запах. Я хотел поговорить с Кримиэлем, но казалось, что подходящего момента в ближайшее время не предвидится – эльф замкнулся в себе и даже не повернул головы, когда я его окликнул. Однако, в любом случае перед тем как двинуться дальше нам необходимо было похоронить Томаша, и это давало возможность перекинуться парой слов с остальными. Наш друг погиб, сражаясь плечом к плечу с нами, погиб в жутких мучениях и его смерть мало чем отличалась от гибели Нанты, Ваорлин и Келегора. В ней не было совершенно никакой необходимости.

Кримиэль хотел колдовством создать могилу и надгробие, но Верлен молча оттолкнул его и жестом показал, что ему необходимо лопата. Эльф, также не говоря ни слова материализовал лопату и отстранился. Повисла гнетущая тишина, нарушаемая только звуками падения земли. Верлен закончил, вытер пот со лба и положил останки своего друга в импровизированную яму.

- Твои страдания закончились здесь, Томаш. Пусть земля примет в свое лоно смелого воина и достойного друга.

Закончив фразу, Верлен отошёл и дал высказаться остальным. Мы повторили сказанное Верленом, присыпали землей тело Томаша и собрались рядом, чтобы отдать ему последнюю честь.

- Я не хочу больше ничьих смертей – промолвила Тирна.- Если всё это было испытанием, то моё тело и разум отказывается впредь принимать в нём участие. Я чувствую, что скоро совершенно перестану чувствовать эмпатию.

- Это то, чего ты хотел добиться, эльф? – угрюмо спросил Верлен. – Полагаю, ты добился своей цели.

- Не совсем. – тихо ответил Кримиэль.- Моя цель находится довольно далеко отсюда. Но если мы поторопимся, успеем к ней до наступления завтрашнего утра.

Глава 5. Замок Бригс.

Хвала Истоку, с Верленом все в порядке. Оказалось, что он просто оставил камень у себя дома, а сам отправился в одинокий поход по окрестным горам, совсем потеряв счет времени. Найти его труда не составило, да и он был рад в компании старого друга скоротать вечер у костра. Это навеяло мне о наших былых походах и кольнуло в сердце. Приятно порой вспомнить о хороших моментах в нашей общей жизни.

Итак, я вернулся, и готов продолжить свое повествование, благо, что осталось не много.

На чем я остановился? Ах да, мы снова чуть не погибли. И на этот раз я с гордостью могу сказать, что вина целиком и полностью лежит на Кримиэле. Да-да. Это ты виноват, старый надменный, через меру горделивый эльф!

Вроде стало полегче.

Странно осознавать, что вот сейчас ты сражаешься за право этого мира на существование, а через мгновение этот мир хочет опустить на твою шею топор палача. О времена, о нравы!

Наш дальнейший путь через лес не был отмечен какими-либо интересными событиями и к полудню мы вышли на открытую местность, на фоне которой виднелся город.

- Ты бывал здесь до этого? – полюбопытствовала Тирна у эльфа.

- Неоднократно. Я знаю местного короля и нам необходимо будет проникнуть к нему в замок. Зачем, объясню позже.

- Кто же не знает легендарного слепого короля Салера – хмыкнул Верлен. Мы ведь сейчас в Эдалоне, не так ли?

- Да, в Эдалоне – отозвался Кримиэль.- Удивлен что ты наслышан об этих местах.

- Я не успел вам как следует поведать о своём прошлом – сказал Верлен. – Мне случалось побывать в отряде клинков короля Бекромба – пока кое-кто не убил его, конечно – мужчина покосился в сторону Йонаша.

- Значит, ты был наемником – усмехнулся Йонаш. – В таком случае, всё больше под вопросом кто из нас больше насолил нашей несчастной и растрепанной родине – ты, ворующий детей из колыбели, или я, убивший короля, который не совершил за свою жизнь ни одного достойного поступка.

- Я бы хотел, чтобы ты почаще следил за своей речью – тихо сказал Верлен и опустил руку на эфес меча. – Я не воровал младенцев из колыбелей и не жёг деревни. Случалось выполнять не самые приятные сердцу приказы, но я никогда не шёл наперекор своим моральным принципам, старик. И хотел бы, чтобы ты это усвоил.

- Успокойся, парень. – взмахнул руками Йонаш. – И впрямь, это у меня старческое…В общем-то я тоже слыхал об этих землях, чай не первый десяток лет живу на свете. И не припомню из рассказов других людей, чтобы кто-то положительно отзывался о местных. И о том, что здесь любят встречать гостей, тоже.

- Возможно это всё проистекает от неприятного соседства с орками, как думаете? – угрюмо спросил Ингрис.- Король-то ведь тоже ослеп непроста?

- Король ослеп от своей бесконечной любви к алхимии, в первую очередь – ответил Кримиэль.

- Смешал медовуху и корень полыни и глаза не выдержали повышения градуса?

- Нет, дорогой мой гном, наш славный король не употребляет алкоголь. Вообще.

- В таком случае, нам с ним не о чем будет потолковать – сокрушенно сказал Ингрис. – Разве что, может рыболов из него неплохой?

- Не думаю, что почтенный монарх удостоит нас своей аудиенции – нетерпеливо ответил эльф. - Но нам нужно попасть в замок. В самом замке есть чудесный потайной ход – он спрятан за доспехами в центральном зале, из него ведет дверь в святую святых короля – в его лабораторию. Там при верном смешении ингредиентов, я смогу сделать нас невидимыми и открыть портал в ад.

- А магией ты нас сделать невидимыми не можешь? – удивленно выгнула бровь Тирна. – Казалось бы, простейшее заклинание. Ну, на фоне остальных твоих выкрутасов.

- Я ценю твою способность удивляться, девочка, но нет, не могу. И книга нам в этом помочь не сможет, иначе бы я не предложил нам всем тащиться в этот всеми забытый край к монарху, который имя-то своё едва ли помнит. Давайте поспешим, я желаю сперва оказаться в уютной постели, и в этом нам поможет хороший трактир.

- Небось и бабёнку себе присмотришь там? – лукаво усмехнулся Ингрис. – Я потому с вами, эльфами, и не якшаюсь, разве что по острой необходимости. Вы все себе на уме.

- Это потому что он у нас есть – отрезал Кримиэль. – Разрешаю вам с Верленом выпить сегодня столько пива, сколько влезет в ваши луженые глотки, ибо идти в замок я планирую послезавтра – надо утрясти в голове все последние события и разработать четкий план действий.

- А злая темная вонючка тоже будет разрабатывать план? – осведомился гном, почёсывая бороду.

- Будет. Но я полагаю, что все оставшиеся козыри «вонючка» припасет к нашему непосредственному появлению. Так что готовь кошелек, гном. Сегодня ты можешь предаться распутству, и никто тебе дурного слова не скажет.

- Токмо вот, денег у меня с собой и нет – уныло обследовал свои карманы Ингрис. – Чем платить-то? Давай ты наколдуешь бочку, а я тебе потом принесу парочку голов адских тварей, да сочтемся?

- Брось, гном, я пошутил. Все расходы, так и быть, лягут на меня.

- Так-то лучше – сразу повеселел Ингрис.- А-то ведь и поговорка есть хорошая на эту тему, дескать, в аду карманов нет…

- Пива там тоже нет – мигом остудил его Кримиэль. – И распутных гномих и ярких фейерверков по праздникам. Преимущественно, поля из выжженного камня и огненные саламандры.

Но вывести гнома из благодушного настроения этими речами не удалось. Пропустив большую часть слов мимо ушей Ингрис принялся насвистывать веселую песенку и ускорил шаг, желая как можно скорее вломиться в ближайший трактир.

- Присмотри за ним, Верлен – шепнул мужчине Кримиэль.

Бывший капитан стражи только коротко кивнул.

***

Йонаш был прав – никто из местных жителей не обрадовался нашему визиту в Эдалон. Ни одна дверь не распахнулась перед нами, местные жители лишь провожали нас испуганными или недовольными взглядами и продолжали путь по своим делам. Трактир первым заметил гном, что в целом и немудрено – ведь он первым хотел там оказаться. На эмблеме была изображена прилично затертая временем пивная кружка с посеребренной шапкой пены и рыцарский щит, которому досталось ещё больше – судя по его состоянию местные частенько устраивали драки на улице и в вывеску летели все подручные предметы – кружки, ножи. К тому моменту, когда мы подошли мы лицезрели чей-то старый башмак, висящий на углу вывески.

- «Пьяный бард». – Достойная вывеска – хмыкнул Ингрис, с ноги вышибая дверь трактира.

- Не желаете ли послушать добрых гномьих песен? – крик эхом прогрохотал по полупустому залу. – Я вам не захудалый сифилитик, который побывал в парочке женщин и теперь разносит эти истории по всему континенту!

Верзила, сидящий за столиком в углу приподнялся на кулаках и исподлобья посмотрел на нашего друга.

- Убирайтесь отсюда, покуда кости целы – процедил великан. – У нас тут почтенное заведение для своих и коротышек в наш круг мы не принимаем. А также рыжих девок со шрамами на пол-лица и ушастых горевестников. Проваливайте!

- Стало быть, для меня и двух моих собратьев по оружию местечко всё же найдется? – поинтересовался я. После всего произошедшего во мне произошла маленькая внутренняя пиротехническая революцию и мне страсть как захотелось посмотреть, как загорится эта ночлежка.

- А нам ты предлагаешь подождать вас во дворе? – саркастически усмехнулась Тирна. – Ну нет уж, дорогой, если пить, так всем.

- А я не терплю расовых предрассудков – задумчиво сказал Кримиэль. – Судя по искрам в глазах моего начитанного друга, он хочет превратить это заведение в большой костер, и я признаюсь, впервые не стану читать ему нотаций на эту тему.

Трактирщик понял, что дело поистине пахнет жареным и решил взять ситуацию в свои руки.

- Идите сюда, милостивые государи – звонко прозвучал голос парня лет двадцати восьми, зовущий нас из-за стойки. – Не слушайте Грахама, он сегодня перебрал и несёт невесть что.

Узкие глаза, мутные от постоянных пьянок уставились на хозяина трактира пытаясь сфокусироваться на его лице.

- Если ты попытаешься ударить меня или как-то задеть своими речами, я сделаю так, что ты больше здесь не появишься, дружок – спокойно сказал трактирщик.

Вместо ответа Грахам влил в себя одним движением ополовиненную кружку пива, срыгнул и направился к выходу. Мы посторонились, и верзила оказался на улице, растворившись в людской кутерьме.

- Не советую искать его компании в городе – не повышая тон продолжил молодой человек. – Может статься, он захочет переломать вам кости, а меня поблизости не будет.

- Будь спокоен, приятель, мы как-нибудь сможем за себя постоять – со смешком обратился к нему Ингрис. – Налей по кружке всем моим друзьям и принесу нам поесть. Мы умираем с голоду, представляешь, только сегодня пересекли этот дрянной ле…

Договорить гном не смог поскольку Кримиэль довольно сильно ударил его рукой по затылку. Выглядело это как дружеское похлопывание, но от настоящей силы этого «хлопка» у гнома сбилось дыхание.

- По правде сказать, мне абсолютно всё равно откуда вы сюда заявились. – с безразличием отозвался хозяин трактира. – Любые гости здесь надолго не задерживаются, побудут денёк-другой и сгинут без следа. Прежние времена рек крови остались позади, и притока людей в наш затхлый городишко иссяк.

- Вам удается не ссориться с вашими соседями? Ну, с теми, что через лес? – осторожно поинтересовался я, ожидая пока трактирщик выкатит пивной бочонок. – Как тебя звать-то, кстати?

- Волек, но это совершенно неважно. Уже завтра вы обо мне забудете, равно как и я о вас. Что же касается орков, то они в лес не ходят, у них давние распри с населяющими лес существами. Вам кстати, невероятно повезло, что в вашей пестрой компашке затесался эльф, иначе и вам бы сюда не попасть – хмыкнул Волек, разливая пиво.

- Да уж, везению нашему нет границ – вздохнул Йонаш, поднимая свою кружку. – Ну что ж, братцы, выпьем за наших павших друзей. Почтим их память.

Мы чокнулись и сделали по мощному глотку. Ингрис прикончил залпом кружку и с грохотом треснул по столу.

- А теперь песня!

И зал наполнился громкими зарифмованными воспоминаниями о великих гномьих битвах, в которых участвовали далекие предки Ингриса.

- Налей ему сразу вторую – скривив лицо, попросил Кримиэль. – У нашего бородатого друга, к сожалению, полностью отсутствует голос, вперемешку со слухом, но он, счастливец, совершенно этого не осознает.

- А мне нравится эта песня – откликнулась Тирна, сделав небольшой глоток пива. - В ней говорится о том, что каждый герой рано или поздно достигает своей цели, проходя долгий и тернистый путь, полный приключений.

Мы не герои, девочка – с сожалением ответил Кримиэль. – Мы обычные бродяги, которым не повезло. Хорошо, если вам нравится пение Ингриса, я оставлю вас в его компании, а сам разведаю насчет комнат. Могут ли усталые странники рассчитывать на ночлег в вашем заведении, почтенный господин?

- Безусловно, если им есть чем заплатить – сказал Волек.

Вместо ответа эльф потряс увесистым мешочком, в котором звенело золото.

В таком случае – улыбнулся трактирщик. – Любой каприз за ваши деньги.

Я оставил Верлена в компании Тирны и Йонаша, которых заинтересовали рассказы о прошлых подвигах гномьей четы. Мы расположись за неказистым столиком, и я плеснул себе пива, поглядывая в окна трактира. На улицах не происходило ровным счетом ничего интересного, но местная размеренная жизнь казалась раем по сравнению с тем что мы пережили за последние дни.

- Скажи-ка, почти как в старые добрые времена, да? – попытался улыбнуться Верлен, но я видел нестерпимую боль, которая плескалась в его глазах. – Казалось бы, совсем недавно сидели так же, в Эллсгейте, друг напротив друга, и ты мне сетовал на несовершенство мира, а я тебе говорил рациональные вещи, и никто не думал о завтрашнем дне. И эвона как всё закрутилось...

Действительно, всё было именно так. Тот, кто в ту памятную ночь дал сигнал нападения оркам, изуродовал сотни судеб. Думать об этом не хотелось, тем более выпивая.

- Знаешь, я ведь не всю правду тебе рассказал. Теперь, когда все мои близкие лежат в земле, уже всё равно, а мне быть может станет легче. Не налегай сильно на пиво, я тебе сейчас буду рассказывать, а ты постарайся слушать.

- Ты знаешь, что я хороший слушатель, Верлен.

- Да. – Хмуро ответил капитан стражи. – Когда выпиваешь дозированно. С чего бы начать…Да, пожалуй, с главного. Давно, когда короли были молоды, живы и зрячи, я повстречал Нанту. Мы прекрасно понимали друг друга, во всех аспектах, кроме одного – она ненавидела насилие в любом виде, а мне нравилось убивать. Тогда нравилось…Я был наёмником, Эльнакар, долгое время. Клинки короля Бекромба – звучное название, но он не давал нам официальных поручений, мы действовали исподтишка, так что Йонаш отчасти прав насчет меня.

Верлен ненадолго задумался, я не планировал его перебивать и единственным звуком, который раздавался возле нашего стола было жужжание мухи.

- Мы договорились, что поженимся, когда я отслужу пятилетнюю службу. Но Нанта, наслышанная о моих «подвигах» не стала меня дожидаться, и родила от другого. Ты видел его в церкви, целую вечность назад.

- Фераллис был их отцом?! – задохнулся от возмущения я.

- Биологическим – задумчиво ответил Верлен. – Большую часть времени их воспитанием занимался я. Фераллис очаровал Нанту, он уже тогда был силен в чародейском ремесле. Придворный маг короля…А я, стоя по колено в крови, не замечал того, что творится у меня под носом. Когда служба в клинках закончилась, я стал капитаном стражи, ворвался в дом Нанты и первое, что я сделал – попытался убить Фераллиса. Король, памятуя о моих заслугах, простил мне этот шаг, незадолго до своей смерти. А я со временем вернул расположение любимой женщины, но яд пустил свои корни глубоко. Теперь они все мертвы. Все, кроме Фераллиса.

- Полагаю, его держат сейчас там, куда мы держим путь – я говорил, подкрепляя слова добрым глотком пива. Рассчитаемся за всё сразу, как думаешь?

- Сомневаюсь – вздохнул Верлен. - Наш отряд сильно поредел. Какие ещё фокусы остались у тёмного владыки? Кроме того, не забывай, что мы идём в самое сердце врага, где он будет сильнее всего.

- Я кое-чему научился – хмуро ответил я. – Из меня как будто выпили всю энергию, заронив в душу семя безразличия. Не знаю пока, как это скажется на моей магической силе, но полагаю, что победить нас будет непросто.

- О чем говорите, мальчики? – спросила подсевшая ко мне Тирна.

- О дальнейших геройских свершениях – хмыкнул Верлен. – Как там поживает наш гном? До меня перестали доноситься громкие вопли, неужели он выдохся?

- Нет, куда там – натянуто улыбнулась Тирна. – Он заказал ещё один бочонок пива, но я боюсь, что в меня больше не влезет. Да и по вам соскучилась – девушка потрепала меня по голове.

Двери трактира распахнулись от сильного толчка и внутрь вошла группа хорошо вооруженных людей. Я моментально определил их намерения по взглядам, которые они бросили на нас.

- Я не намерен снова драться – буркнул Верлен. – Где там этот чертов эльф? Пускай телепортирует нас в замок, заберем, то что нам надо и закончим дело.

- Мы не собираемся драться – откликнулся светловолосый мужчина, возглавлявший вошедших. – Нам приказано доставить вас к королю.

- А если мы не пойдем? – икнул Ингрис, помахивая кружкой во все стороны.

- Тогда мы вас свяжем и транспортируем – хладнокровно ответил мужчина.

- Да уж – вздохнул Верлен. – Куда ни ткнись, везде норовят связать доброго человека, а того и гляди, и убить. Ладно, идём что ли?

Верлен окинул взглядом трактир и встретился глазами с эльфом. Тот согласно кивнул головой.

- Валяйте – откинулся на спинку стула бывший капитан стражи- Показывайте дорогу.

Путь к замку не был ни долгим, ни интересным. От выпитого клонило в сон, и я размышлял о том, удастся ли выспаться сегодня, как обещал нам Кримиэль или всем нашим планам не суждено было сбыться с того момента как я познакомился с Верленом. Ржавые ворота открылись и нас пропустили вперед. Приятно было заметить, что никто не подгонял наш отряд, и меня всё сильнее начало мучить любопытство, причиной которому был этот неожиданный вызов. Кримиэль очень хотел попасть в замок и вот пожалуйста – мы почти у цели. Но что хотел от нас сдепой король?

Разгадка была совсем рядом. В пустынном зале на троне восседал седовласый мужчина лет пятидесяти, сжимающий скипетр жилистой рукой. От него веяло силой, несмотря на его годы и я против воли почувствовал, что не захочу вступать в спор с этим человеком. Он выставил вперед руку и заговорил:

- Итак. Верные слуги донесли мне, что в нашем славном городе гостят чужестранцы. И какие чужестранцы! Небезызвестный эльф, бывший наёмник и цареубийца. Я был бы рад рассмотреть тебя, Кримиэль, но глаза в последнее время подводят меня.

Старик рассмеялся сухим скрипучим смехом.

Эльф коротко поклонился королю и ответил, выдержав короткую паузу:

- Я было подумал, что ты это всё говоришь обо мне – холодно ответил Кримиэль. – да, король Салер, мы прибыли в твои земли не просто так. И судя по нашей аудиенции, ты тоже чего-то хочешь от нас.

Король переплел пальцы рук и воззрился на эльфа невидящим взором.

- В первую очередь, я хочу чтобы ты вернул мне зрение, Кримиэль – жёстко ответил Салер.- Ты владеешь внушительным арсеналом магии эльфов, насколько мне известно по нашим прошлым встречам. Но когда я взывал к тебе, ты проигнорировал все мои послания.

- Он был занят, защищая своих соплеменников от оборотней, господин – усмехнулся светловолосый мужчина, приведший нас в замок. – По слухам, даже добился некоторых успехов.

Ну а теперь – разъединил пальцы слепой король. - Время заняться моим здоровьем, эльф. Я знаю зачем ты пожаловал сюда, хочешь спуститься на чёрный уровень незамеченным и похоронить там очередную горстку людей, доверившихся тебе. Так вот, я не буду чинить тебе препятствий. Бери всё что хочешь в моём подземелье – оно к твоим услугам. Враг намного сильнее, чем ты думаешь, бедолага эльф.

Я ему толкую тоже самое, но от этого никакого прока – шепнул мне на ухо Йонаш. – Как думаешь, этот остроухий вообще слышит кого-то, кроме себя?

- Со слухом у меня всё в порядке – повернулся к нам эльф. – Что ж,будь по-твоему. Я верну тебе зрение, а ты пропустишь нас, таков уговор. В прошлом ты не давал мне повода усомниться в твоих словах, поэтому я согласен на твою сделку. Будьте добры, расступитесь все.

Кримиэль сделал несколько пассов руками и выговорил заклинание. Секунду ничего не происходило, но в следующее мгновение Салер открыл глаза и с наслаждением выдохнул, широко разведя руками.

- Как долго я ждал этого момента – прошептал король. – Что ж, теперь пора доказать, что мои слова не разнятся с делом.

- Дайте-ка мне получше разглядеть моих сегодняшних гостей…ба, Йонаш, да ты неплохо сохранился! Нравится ли тебе путешествовать в компании эльфа, старый вояка?

Йонаш ответил сухим кивком и скрестил свой взгляд со взглядом короля.

- Твои глаза подсказывают мне, что ты лжёшь – усмехнулся Салер. – Что ж, не всем из нас присущи добродетели, это факт. И я не из их числа…Когда-то давно я пообещал своему другу, королю Бекромбу, что отомщу за него, если вдруг он умрет не собственной смертью, а от ножа убийцы. Как у вас, смердов принято говорить, первое слово дороже второго, так ведь?

Кримиэль попытался дернуться, но стражники, находящиеся рядом с ним, бросились к эльфу и надели на него наручники.

- Больше ты сегодня не будешь колдовать, эльф – довольно осклабился Салер. – Хорошего понемножку. Вы очень удачно сами пожаловали ко мне, друзья. Я долго занимался поисками некоторых из вас. Признаться, мои ресурсы в этом деле были скромны, живем-то мы на отшибе…но от судьбы не уйдешь. Я прикажу сковать вас и выставлю на потеху простому люду на центральной площади, после чего вас казнят. Не знаю какие грехи водятся за остальными членами отряда, но подозреваю что вы путешествуете вместе не просто так. Каждому по возможностям…

- Попили пива – угрюмо бросил Ингрис. – У тебя есть запасной план, Кримиэль?

- Запасной план заключался в том, чтобы очистить землю от ещё одного бестолкового короля – прошипел эльф.

- Но со со скованными руками сделать это не так-то просто? – хохотнув, осведомился Салер. – Теряешь хватку, Кримиэль. Неужто один бочонок пива так ослабил твою бдительность?

- Я привык доверять людям – ответил эльф, склонив голову. – Больше я этой ошибки не допущу.

Безусловно – благодушно улыбнулся король. – Потому что до рассвета тебе не дожить. Уведите их.

Глава 6. Возвращение к истокам. Интерлюдия II. Верлен.

Я не всё успел рассказать Эльнакару, пока мы сидели в таверне. В то время, когда мои ровесники постигали прелести первого поцелуя, вкуса спиртного и других благ человеческой расы, я учился владеть мечом. Когда Нанта уехала, человек, который купил меня, дал мне слово, что дарует свободу, когда истекут десять лет моей службы. Очень много воды утекло за это время – но стоит ли горевать о прошедших годах? Не думаю. Жестокие, порой опасные для жизни задания дали мне жизненный опыт, а прилежные занятия фехтованию улучшили владение мечом, которое пригодилось мне на протяжении всего пути. Десять лет пролетели как один миг, и я не жалею, что не вкусил мирских благ, помимо необходимой пищи, которая поддерживала энергию в моём теле. А в дальнейшем моей репутации и навыков было достаточно, чтобы приблизиться к окружению короля, и, если бы не мысли о Нанте и совместной жизни с ней, кто знает, в какие сети порока меня завлекла бы жизнь. Я должен был вспомнить своё настоящее имя, когда рунные браслеты спали с моих рук, однако же негромкий голос в моей душе подсказывает мне, что иногда имя необходимо заслужить, а иногда – забыть о нём, сторониться, и строить свою жизнь под другим именем, славно проживая её. Возможно, совсем скоро над нашими головами сверкнёт топор палача, и тогда всё что я наговорил до этого не будет иметь никакого смысла, а возможно, и нет. Но в своих записях я всё же хочу оставить этот фрагмент своей жизни, так как другого подходящего момента уже может не представиться.

***

В затхлом помещении темницы было холодно и пахло крысами. Очевидно, презумпция невиновности не действовала в этом богом забытом городке, но тяжелее ли было от осознания этого факта? Вряд ли.

Нас согнали в одну камеру, как собак. Король распорядился выдать каждому минимум воды и порцию снеди, которой побрезговал бы и умирающий от голода. Тирна прижалась к углу камеры и выводила пальцем рисунки на холодном камне, задумавшись о чём-то своём, остальные расположились на полу.

- Почему ты не воспользовался книгой, там, в тронном зале? – поинтересовался Верлен.

- Я почувствовал опасность, мой друг. Мне показалось, что, если я воспользуюсь колдовством Ториэль, мы окажемся в беде куда большей, чем сейчас.

- В кои-то веки твою голову посетила мудрая мысль – буркнул Кримиэль. – Твои предчувствия означают что книга нащупала границы твоей воли, и постарается сломать их если ты повторно обратишься к её силе. Последствия могут быть самыми печальными.

- Хуже, чем отрубленная голова? – поинтересовался Йонаш. – Ты, эльф, будешь философствовать даже не плахе, но мне всё же любопытно, как мы планируем выбираться из этой новой заварушки. Воняет здесь не хуже чем в пещере паучихи, кстати говоря.

- Я попытаюсь освободить нас – ответил Кримиэль. – Но если мои попытки достучаться до разума местных людей провалятся, останется только магия книги. Мы с Эльнакаром не можем колдовать, пока наши руки скованы, но могущество Ториэль выше этого.

- Ты боишься, что мы притянем сюда демонов? – осведомился Ингрис. – Ба, не бери в голову! Как по мне, демоны в последнее время перестали отличаться от людей. Эти сначала угощают пивом, а потом норовят упрятать тебя в темницу вроде этой. От демонов хотя бы знаешь чего ожидать.

- Ты не видел того, что видела я – поёжилась Тирна. – Демоны тоже могут быть…красноречивы.

- Пустые слова – стукнул кулаком по полу гном. – Дождёмся палача и начнем действовать. Что думаете?

- Думаю, что последняя битва ближе, чем когда-либо – пробормотал Кримиэль. – Суждено ли нам выжить в ней?

- Что ты там бормочешь, блаженный? – спросил Йонаш. – Хотите узнать моё мнение, так я жду не дождусь рассвета. А если уж совсем начистоту, устал я от бесконечных драк. Если нам суждено умереть сегодня – значит пускай так. Заодно узнаем, есть ли там что-то, с той стороны.

- Каждому по возможностям, как говорит наш любимый король – криво усмехнулся Верлен. – Уж нам-то с тобой воздастся, старина.

- Значит, так тому и быть – устроился поудобнее на полу Йонаш. Закаленный боец привык использовать любую предоставленную для отдыха возможность. – А пока, давайте выспимся. Здесь конечно нет атласных кроватей, но набраться сил нам всем не помешает. Доброй ночи, друзья. Доброй ночи, дочь.

- Доброй ночи, папа. – тихо сказала Тирна.

В тусклом освещении темницы никто не заметил, что глаза девушки поблескивают красноватыми искрами.

***

На рассвете нас вывели из камеры. Я чутко прислушивался к себе, и понял, что меня, как и Йонаша охватило полнейшее равнодушие, которое я не мог сравнить с любым другим чувством. Перед тем как уснуть я заглянул в книгу и периодически прокручивал в голове формулу, которая должна была вызволить нас отсюда, в этом я ни капли не сомневался. Правда ещё оставалась надежда на ораторский талант Кримиэля.

Люди столпились на площади, в предчувствии скорой потехи, оживленно обсуждая происходящее. Я заметил среди них Волека, который смотрел на нас с сочувствием. Но что он мог сделать?

Для нас было уготовано пять плах, стоящих рядком, близко друг к другу.

- Вы тут любите казнить ни в чем не повинных граждан? – осведомился не теряющий присутствия духа Ингрис.

- Нет – пожал плечами ведущий его стражник. – Но мы готовились к вашему приходу.

- Приятно осознавать, что мы заставили вас похлопотать – процедил сквозь зубы Верлен. – Оставите нам время на прощальную речь?

- Чтобы эльф своими скороговорками заговорил нам зубы? Нет уж, помилуйте – улыбнулся подошедший палач. – Обещаю вам быструю смерть, никто из вас даже не почувствует боли. А ведь не каждый из вас этого заслужил, не так ли?

Только сейчас я обратил внимание, что у эльфа помимо наручников на руках рот был закрыт кляпом.

- А вы думали, мы тут простаки какие-то? Кримиэля мы знаем давно, он своего не упустит. Что же касается остальных, можете быстро проститься друг с другом и покончим с этим.

Я вопросительно взглянул в глаза эльфа. Он пытался активно жестикулировать, но наручники мешали ему полноценно донести свою мысль, однако я понял её по взгляду Кримиэля.

Подойдите ближе ко мне – шепнул я. - Я использую телепортационное заклинание, то что спасло нас, когда мы бежали из церкви. Затрудняюсь сказать, куда оно нас приведет, но думаю нас сейчас это мало заботит, верно?

- Действуй – шепнул в ответ Йонаш. – Я полностью доверяю тебе, сынок, и остальные я думаю тоже. Выведи нас отсюда.

Я бросил ещё один быстрый взгляд на эльфа и проговорил, вложив в эти слова все оставшиеся силы:

ut nocteam timeam.

Ощущение полета на секунду овладело мной, и я воспрял духом, до момента пока передо мной полностью не выстроились декорации нашего пункта перемещения. Я снова увидел эти деревянные стены, заляпанные кровью, на секунду снова пережил кошмар, который произошёл с нами здесь, но это было не самым жутким. Мгновение спустя раздались знакомые хлопки.

***

Несмотря на напускную весёлость, Фераллис выглядел очень худо. Запекшаяся кровь на губах, синяки и ссадины – всё указывало на то, как несладко было мужчине, находящемуся в плену.

- Примерил на себе шкуру Томаша, приятель? – спокойно поинтересовался Верлен, быстро поднявшись на ноги. – Я гляжу, ты здесь один, никого из своих друзей не притащил на сей раз. Признаюсь, я тоже жутко устал, но с легкостью задушу тебя даже со связанными руками.

- Я дам вам возможность биться честно – облизнул губы Фераллис. – Скоро здесь появится мой господин. Мы с ним терпеливо ждали вашего возвращения сюда. Да, признаюсь, я несколько раз подвёл его, но мой хозяин милосерден, о да…Сейчас я продемонстрирую вам это.

Колдун взмахнул руками, и мы оказались освобождены. Верлен проверил как ходит меч в ножнах и остался доволен увиденным.

- Значит – глухо сказал Кримиэль – Это было последним заклинанием в общем круге.

- Ты невероятно догадлив, мой друг – усмехнулся Фераллис. – Чары книги небезграничны, кроме того кому как не тебе знать, что магия оставляет следы. Вы сами загнали себя в капкан, из которого уже не сможете выбраться. А теперь поприветствуйте того, кто по-настоящему достоин владеть Ториэль.

Мужчина сделал театральный жест и отступил назад на несколько шагов. Я в который раз почувствовал дикий холод и опустошение внутри, но на сей раз ужас не проникал в сознание полностью, оставляя возможность рассудку здраво размышлять. Контуры существа проявлялись всё отчётливее, пока он не материализовался полностью – обтянутое кожей тело, облаченное в чёрный плащ, безгубый рот и узкие щёлки глаз - живое воплощение тьмы.

Сурра’джун выпрямился в полный рост, распрямил крылья и с наслаждением вдохнул воздух материального мира.

- Ваше путешествие закончилось, господа. – хриплый голос существа въедливо проникал в ушные перепонки, мешая сосредоточиться.

- Я давно следил за вами. И, признаюсь, мне нравится ход мыслей некоторых из вас. Сложно постоянно метаться, выбирая сторону, не так ли, девочка?

Лицо Тирны перекосило от ярости, девушка выхватила лук и выстрелила, почти не целясь. Стрела пробило крыло мерзкой твари, но Сурра’джун только расхохотался.

- Меня таким не проймешь – пояснил он, отломив зазубренный наконечник стрелы и бросив под ноги лучнице. – Разве эльф вам не объяснил? Но дело даже не в этом…скоро откроется несколько порталов, и мои друзья окажутся здесь, для того, чтобы закончить начатое. Вы славно поразвлекались в этой церквушке! Жаль Фасгамлот и Алька, но за это, Кримиэль, ты ответишь лично передо мной.

Эльф сохранял молчание, упорно рассматривая пол под ногами.

- Что же до остальных, вы можете послужить мне на обоих уровнях бытия и я оставлю вам ваши никчемные жизни. Либо – повелитель тьмы улыбнулся, открыв ряд острых зубов. – Вы можете попробовать меня убить.

Йонаш нанёс выпад острой стороной клинка, но меч рассёк лишь воздух. Сурра’джун исчез, появившись за спиной у гнома, который, почувствовав угрозу, сделал кувырок, оказавшись в недосягаемости от острых зубов и когтей твари. Внезапно помещение, в котором мы дрались посветлело, и я увидел мольца, которого мы когда-то спасли здесь. Мужчина спустился к нам по воздуху и встал рядом, сохраняя непроницаемое лицо.

- А ты что здесь делаешь? – поинтересовался Сурра’джун. – Попытаешься снова наполнить души своих товарищей истоком? Гиблое дело, Кримиэль уже поработал над тем, чтобы эта группа больше ничего не чувствовала.

- Ошибаешься, порождение мрака – тихо ответил священник. - В любой душе, даже самой тёмной и заблудшей, есть место для света. И не тебе решать судьбу этих людей.

- Они сами её решили, проделав этот путь – прошипела тварь. – Что ж ты не помог им, когда они нуждались в твоей помощи? В пещере паука, в лесу? Силёнок не хватило, шаман? Ты ведь помнишь меня и должен понимать, что вам не победить, так зачем ты тут?

- Я здесь, потому что моя вера указывает мне на это – просто ответил священник. – А ты здесь, потому что хочешь захватить квадрат земли, присовокупить к нему ещё квадрат и насадить свою тёмную веру и свою терминологию. В этом наше различие.

- Убей его, Фераллис – приказал Сурра’джун. – Сделай хоть что-то полезное в своей никчемной жизни.

Тёмный волшебник повиновался, выпустив из пальцев цепную молнию. В эту же секунду Кримиэль как будто очнулся от сна и выставил руку, образовав воздушный щит, отбивший заряд назад к Фераллису. Колдун, выругавшись, спрятался за ближайшей лавкой, потирая обожжённую кисть.

- Опять всё придётся делать самому. Придётся тебе провести ещё месяц в моей темнице, несчастная куча дерьма – рыкнул Сурра’джун. – Я заставлю вас всех упасть на колени!

Договорив, он впился взглядом в Тирну, которая явно начала терять самоконтроль.

- Смотри мне в глаза, Тирна. Вспомни, о чём ты думала, когда артефактом владел мальчишка. Я приказываю тебе забрать у него книгу!

Девушка судорожно вздохнула и повернула голову в мою сторону. Я с ужасом наблюдал, как она достаёт лук, прилаживает стрелу и целится в моё сердце.

- Убей его! – раскатистый крик эхом пронёсся по церкви, заставив затрястись самое её основание.

- Не слушай его, дорогая – мягко сказал священник. – Он пытается манипулировать тобой, заглянув в твою душу, но он делает это потому что боится тебя. Он чувствует твою природную доброту и пользуется теми моментами слабости, которые ты допускала и за которые коришь себя. Борись с голосом в своей голове.

В глазах девушки блестели слёзы, но она по-прежнему крепко сжимала нацеленный на меня лук. Перед тем как стрела всё-таки вылетела, Йонаш толкнул свою дочь, от чего она упала на пол, и сжал её руки своими.

Стрела пролетела мимо, срезав кусок кожи рядом с ребрами, и моё сознание заполнила вспышка яркой боли, заставив отступить на пару шагов.

- А может быть ты, шаман, хочешь бросить мне вызов один на один? – издевательски спросил Сурра’джун.- Твой свет, против моей тьмы. Твоя вера против моей. Мои козыри ты знаешь, выбрасывай свои, ну же.

- Врата действительно скоро начнут открываться, Эльнакар – тихо сказал Кримиэль. – Обратись к книге. Если она почувствует твою внутреннюю силу, то поможет тебе и всем нам.

- Почему ты так думаешь? – спросил я, борясь с острой болью.

- Я обращался к ней в подобной ситуации. Но, мне она не помогла.

Тем временем Верлен искал глазами Фераллиса, который прятался за рядами лавок, выпуская из пальцев молнии. Бывший капитан стражи Эллсгейта с лёгкостью уворачивался от них, постепенно сокращая расстояние.

- Тебе никогда не нравился честный бой. – пропыхтел Верлен. – Но сегодня я докажу тебе, что вся твоя жизнь была ошибкой.

Колдун поднялся на ноги, сложившись в учтивом поклоне.

- Значит ты хочешь устроить поединок на мечах? Нанта не говорила тебе, что я дерусь с кошачьей грацией?

- Не оскорбляй кошек, ничтожество. Лучше наколдуй себе клинок и сражайся, чтобы хоть на толику вернуть себе честь.

- Честь - это понятие для таких как ты, Верлен – усмехнулся Фераллис. – Для тех, кто убивал во имя высоких принципов с именем короля на устах, чтобы потом отмывать кровь со своих рук всю оставшуюся жизнь, напиваясь с незнакомцами в таверне. Иди же сюда, посмотрим, чего стоит твоё искусство фехтовальщика.

Мечи скрестились, и колдун понял, что ему не устоять. Верлен полностью владел ситуацией, быстро двигаясь и нанося уколы в наиболее слабо защищенные места. Фераллис вкладывал все силы, чтобы успешно защищаться, даже не думая об ответных выпадах. Ударом плашмя Верлен разбил нос Фераллису и опрокинул чернокнижника на пол, выбив у того из рук клинок.

- Кошачья грация, говоришь – хмыкнул Верлен. – Надо было поменьше баловать себя жирной курицей и олениной, маг.

- Клянусь, я не желал зла ни тебе ни своим детям – запротестовал Фераллис, вытирая рукавом идущую кровь. – Тёмная сущность завладела мной, и я не мог сопротивляться, поверь мне…

Но Фераллис не успел договорить. Быстро опустившийся меч пронзил ему лёгкое, и эту рану колдун не смог излечить.

Верлен обернулся, и следующего мгновения ему хватило для того, чтобы оценить обстановку и понять, что их главный враг слишком силен для его мастерства. Кримиэль и Владыка тьмы обменивались заклинаниями, и по внешнему виду эльфа можно было сделать вывод, что он слабеет.

- Исток сегодня тебе не поможет, бедняга эльф – издевался Сурра’джун, атакуя Кримиэля огненным хлыстом, от которого тот успел увернуться, едва не подпалив одежду. – Я заберу тебя во тьму, там, где тебя поджидают твои старые друзья.

Я почувствовал, как книга снова нагревается, подсказывания очевидное решение проблемы. Или же быструю смерть? Я быстро осмотрел помещение, поймал растерянный взгляд Верлена, застывшего с мечом в руке, увидел бьющуюся в истерике Тирну и её отца, который гладил её по рыжим волосам, гнома, который с секирой наперевес пытался сзади подобраться к Владыке тьмы и наконец священника, который поймал мой взгляд, и я услышал негромкий голос в своей голове:

- «Открой книгу и следуй своему сердцу, мой мальчик. Худшее, что могло произойти, уже случилось с нами. Я наполнил истоком твою душу, но сейчас всё зависит только от тебя. Каждый из нас в своей жизни безуспешно пытается определить, чего в нём больше – света или тьмы. Открой книгу, и она подскажет тебе направление, но идти по нему или нет, ты выбираешь сам.»

И Ториэль действительно содержала разгадку. Текст на первой странице был написан на общем языке и был максимально прост, хотя и противоречив. Я никогда не задумывался об этом, потому что расценивал книгу как помощника в сложнейших битвах и с недавних пор даже начал испытывать симпатию к неодушевлённому предмету. Однако, заключенный на её странице посыл был жёсток и прямолинеен. Он хранил в себе короткое послание «Рождённый в пламени, лишь в пламени погибнет».

Я интуитивно почувствовал, что Ториэль имеет в виду не магический огонь. Все факелы, горевшие когда-то в церкви, сейчас разумеется были потушены, но священник, снова поймавший мой взгляд, улыбнулся и протянул мне зажженную свечу. Мои руки дрожали, когда я попытался поджечь книгу и только в этот момент Сурра’джун понял истинную цель, которую я преследовал.

- Ни за что! – крикнул он, взмахом кисти отбросив меня на несколько футов, познакомив мою спину с холодной стеной церкви.

Увидев, что я вышел из боя, он ожесточенно начал колдовать, призывая существ из другого мира себе на помощь. Я услышал хриплый крик, доносящийся с улицы и попытался приподняться на локтях, но вновь обессиленно сполз на пол.

Огромная химера снесла крышу церкви и образовав дыру в потолке хищно высматривала себе цель.

- Да уж –сплюнул гном. – На всякое дерьмо я насмотрелся, но это уже через край, ребята. Помогите подняться Эльнакару, а мы с Тирной пока займемся этой тварью.

Кримиэль слышал Ингриса, но понимал, что единственный шанс потянуть время – это продолжать атаковать Сурра’джуна , не давая ему сосредоточиться на мне. И эльф из последних сил принялся за дело, чередуя атакующие заклинания четырех стихий, каждое из которых разбивалось о смешок со стороны тёмного владыки.

Тем временем Тирна наконец взяла себя в руки и снова подняла лук, на сей раз чтобы помочь нам.

- Надеюсь, ты не подведешь меня – шепнула девушка, целясь в голову магической твари. Химера тоже не теряла времени даром и спустилась вниз, обратив своё внимание на гнома, который с диким криком побежал к ней, занеся топор. Небрежным движением хвоста она откинула Ингриса, который пролетел через несколько лавок и упал, не подавая признаков жизни. Но нескольких секунд хватило девушке для того чтобы не промахнуться – стрела попала в глаз чудовища, и оно на некоторое время ослепло. Кримиэль не оценил такого подарка судьбы, поскольку химера стала кружить по залу, снося всё что встречалось ей на пути и эльфу приходилось прикладывать дополнительные усилия для того чтобы уворачиваться от ядовитого хвоста. Однако Йонаш и священник всё же смогли добраться до меня и помогли мне встать.

- Давай, сынок – подбодрил меня Йонаш. – делай то, что должен. Наши с Верленом мечи здесь практически бесполезны.

Свеча, которую я выронил, не погасла, в ней теплился слабый огонек, и я поднес к ней Ториэль. Мгновением позже я увидел, как открывается ещё несколько порталов, из которых жаждали вырваться порождения мрака. Медлить было нельзя и я, зажмурившись от яркого пламени бросил горящую книгу на пол. Сначала ничего не изменилось, но я заметил, как искривился от боли рот Сурра’джуна, а ещё через мгновение он всё понял.

- Я найду возможность снова проникнуть в ваш мир! – крикнул он, постепенно теряя телесный облик. – Скорее всего, вы этого уже не застанете, но ваши дети увидят моё возрождение, это я вам обещаю.

И сгинул, забрав с собой умирающую химеру и других существ, из мира теней и мрака, которые так и не дождались возможности появиться на материальном уровне.

- Постойте-ка – сказал Верлен. – То есть вы хотите сказать, что достаточно было сжечь эту поганую книжку, и никакого кошмара бы не произошло? Мы прошли через полмира сражаясь с опасными чудовищами, чтобы наша история закончилась вот так?

- Мораль каждый выбирает для себя сам – улыбнулся священник. – В чём-то безусловно прав, но вспомни, неужели книга не подсказала тебе, что твоя жена жива?

- Но…- задумался Верлен. – Похоже, это слишком сложная материя для меня. А ты что скажешь, эльф?

Я скажу – ответил Кримиэль, отряхивая мантию. – Что дьявольски, ох, простите, что ругаюсь в священном месте, хочу напиться и перестать размышлять о причинно-следственных связях. Пойдите-ка проведайте нашего гнома, он никак помер, , столкнувшись с той адской тварью.

- Провались ты к чёрту, эльф – раздался глухой голос издалека. – И ты, и все ваши магические книжки и прочие трактаты. Мы докатились до того, что я начинаю мыслить так же, как ты, или ты так же как я. Бардак, одним словом!

- А знаете что – внезапно рассмеялась Тирна.- Мне кажется наша история вовсе не закончилась. Я поняла, что пойду с вами на любой край света.

Эпилог.

Вот такая вот история, дорогой читатель, кто бы ты ни был.

Сейчас, написав последние строки, я наблюдаю, как разгорается мой портальный круг. Семья, по которой я так сильно скучал, возвращается домой после долгого отсутствия. Наконец-то я снова увижу жену и моих уже подросших детей. Их двое, если вам интересно. Мальчик и девочка. Девочку мы назвали Мейовин. Верлен очень хотел стать для нее вторым отцом после меня, и я не мог отказать ему в желании дать ей имя.

Сына же я назвал Менелаг, прервав так и не начавшуюся традицию, которую пытались организовать мои нерадивые родители. Красивое имя, сильное. Так называлась одна из звезд на утреннем небосклоне, что всегда светила строго с востока.

Камин погас, исчерпав всю силу, вложенную в огненную руну, что поддерживала магическое пламя долгими вечерами.

В башне стал собираться морозный воздух, и я вновь почувствовал то, о чем вечно бурчал под нос Кримиэль. Еще один цикл позади. И все заканчивается тем же самым с чего все началось.

Осталось написать последнюю строку и дать этой истории название. Дайте-ка подумать…

По-моему отлично. Вот портальный круг разгорелся во всю силу и на пол прыгнул огромный кот, мякнув и поежившись от прохлады моей башни.

- Ну здравствуй, Рорвик. Где же моя жена? Где ты оставил Тирну с моими детьми?

А вот и они. Шагнули следом за фамильяром, улыбнувшись мне радостной и нежной улыбкой. Эх, значит действительно пора заканчивать.

Как там было?.. «Я стараюсь писать эти строки слитно. Выдыхать слитно, хотя морозный воздух собрался в горле огромным комом.»

ЭЛЛСГЕЙТ

Эльнакар Первый, верховный маг коллегии Карлсброма

24 января, 1239 года от Первого Прорыва

Конец первой книги.