Элиза, которая однажды потерялась

Глава 1. Знакомство.

Люди щурятся от солнца, а я прямо-таки зажмуриваюсь изо всех сил. Пытаюсь улыбнуться ему, как в кино, чтобы «лучи заиграли на веснушках», но не получается, и выходит какая-то гримаса.

Мне нравится чувствовать кожей солнечное тепло вместе с легким ветерком и как оно проникает дальше, согревая тело до самой глубины души. Но долго так сидеть не получается, потому что солнце обжигает. И вот в какой-то момент я отворачиваюсь в тень, смахивая навернувшуюся слезинку.

А еще я люблю сидеть на Шляпе – это у нас гора такая, хотя, если быть точнее, холм, который издалека похож на шляпу. И сколько бы ни было пугающих историй о ядовитых змеях, невидимых ямах и других опасностях, скрывающихся в сочной густой траве с синими всполохами васильков и ромашек, невозможно удержаться, чтобы не забраться на самую макушку и не охватить руками открывающийся вид.

Чудесная полянка - лучшая награда для того, кто хочет сбежать от мира и одновременно увидеть его.

Конечно же, я давно знаю отличную тропинку, на которой еще ни одной змеи или ямы мне не попадалось. Но делиться “открытием” пока тоже не хочу, даже с лучшей подругой.

Я раскинула руки и от души откинулась на покрывало, которое так удачно удалось втайне прихватить с собой.

Небо над головой совершенно ясное - ни единого облачка. Легкий ветерок приятно обдувает лицо, сметая июньское солнце. Длинные травинки покачиваются прямо над головой, а где-то вдалеке слышится чириканье воробья. В воздухе витает тонкий аромат трав и немного сена - с ближайших полей.

Если бы мне хотелось, чтобы время остановилось, то я бы выбрала именно этот момент.

Вообще-то, такие моменты бывают очень редко. Будто сам воздух и все вокруг замирает, а время замедляется. По телу разливается приятное тепло, будто чувствуешь безграничное счастье здесь и сейчас. Правда, почему-то после таких моментов в жизни что-то меняется и никогда уже не бывает так, как прежде.

Так я запомнила Рождество в шестом классе. Мы с кузенами показали спектакль нашим родителям. На нас были маски, будто мы волшебные звери, которые провожали путников по неизведанной стране. А еще загадывали загадки, пели и танцевали. Наши мамы и папы подыгрывали нам и охотно верили в каждое слово. Тогда никто не ссорился, мы много обнимались и смеялись. Кажется, где-то даже сохранилась видеозапись.

Для меня это мгновение замерло навсегда, а потом что-то изменилось.

Сейчас мы нечасто встречаемся с родственниками, и я даже не знаю, о чем говорить с братом и сестрой, когда видимся. Хотя когда-то казалось, что наша дружба навека.

Но сейчас я остро ощущаю, почему наступил этот момент. Это Шляпа прощается со мной, а я прощаюсь с ней и последним летом моей личной сказки.

Странно думать, что мне больше не пройти по проторенной дорожке от дома к школе, которую я знаю до мельчайших подробностей. Не пройти мимо каштана, на котором мы с Мартой нацарапали свои имена еще в первом классе в знак «вечной дружбы». Мы больше не посмеемся с ребятами над выходками Тома или над тем, как злится наш учитель физики.

Но и без меня жизнь ведь не остановится. Все так и будут подшучивать над учителем биологии - а в старшей школе уж точно найдется больше поводов для шуток. Классная наверняка будет до конца выпуска гонять Саммер за «неподобающий внешний вид» и яркий макияж. Девчонки будут ходить на вокал без меня, и Марта точно займет место солистки.

А было ли у меня место среди них и раньше?

Если ничего не изменится, то что я делала все эти годы? Кем была? И будет ли мне место в новой жизни?

Эти вопросы уже давно не давали мне покоя, но я упрямо отталкивала их, до последнего не хотела оставаться с ними один на один.

Мне было страшно.

В глазах начало знакомо печь. Не люблю плакать и никогда не делала этого при ком-то. Но глаза все равно больно жгло, и в этот раз совсем не от солнца.

Не хотелось бы пропустить такой замечательный момент из-за глупых мыслей. Что я могу наверняка - так это сполна насладиться этим днем и постараться сохранить в себе кусочек счастья.

Однако теперь что-то было не так. Только вернувшись из раздумий, я заметила странное. Ветерок стих, ни одна травинка не качалась и даже птиц не было слышно. Будто время действительно остановилось.

По коже вдруг пробежали неприятные мурашки. Я поднялась с места и огляделась, как внезапно увидела перед собой малыша, лет семи. Мне он был незнаком, да и к тому же его одежда выглядела необычно. На нем были смешные короткие синие штанишки, белая рубашечка с оборчатой манишкой. Его светло-карие глаза подчеркивали каштановые волосы, вьющиеся колечками в разные стороны. В руках он сжимал игрушечного коника-качалку. Этот мальчик был красив, словно кукла, сошедшая со страниц старого фотоальбома, что я беззастенчиво вытаращилась на него. Так мы с минуту друг друга рассматривали.

– А вы кто? – вдруг произнес малыш.

– Я – Элиза. А тебя как зовут? – я постаралась улыбнуться как можно приветливее, чтобы не напугать малыша. Но мальчик смотрел на меня уж слишком серьезно. Такого точно не проведешь притворной дружелюбностью!

– Марк! – с гордостью произнес он.

Может быть, мальчика принарядили родители, чтобы устроить фотосессию? Но тогда где же они сами? Ведь склон у Шляпы был крутой и ухабистый, и малыш не смог бы сам подняться на самый верх. Но Марк, кажется, забыл про меня и увлеченно играл лошадкой. Наконец, я до него дозвалась.

– Марк, послушай, а где твои родители?

Он на меня как-то странно посмотрел. Затем прижал коника к груди и резво побежал к спуску.

– Ты куда? Да постой же!

Я тут же бросилась за ним, ведь в той стороне, куда он направился, были только камыши, да вязкая жижа, именуемая рекой. Но добравшись до края полянки и посмотрев вниз, я увидела нечто другое…

Глава 2. Кукольный рай.

Вместо привычных камышей и речки передо мной оказался прекрасный сад, который простирался так далеко, что я едва различала макушки окружавших его величественных тополей. Повсюду росли огромные пышные кусты роз всевозможных цветов и размеров, они источали сладкий аромат, приманивая летних тружениц к своим головкам. Среди них виднелись великолепные статуи, высеченные из белого мрамора, а неподалеку шумел фонтан, его капли иногда переливались радугой, если на них попадало солнце.

В центре этого сада располагалась беседка, оплетенная цветущим плющом. А за столом в ней собрались девочки, примерно моего возраста. Неподалеку от них, в саду, играли дети помладше, совсем как Марк. Рассматривая все это, я невольно спустилась с полянки, а когда оглянулась, то ничего похожего на мои родные места не увидела. Позади меня плотной стеной стояли высоченные деревья с пышной кроной.

Похоже, что я задремала на Шляпе, и теперь мне снится сон. На всякий случай я ущипнула себя за руку.

Это оказалось больно!

Не успела я испугаться, как случилось нечто еще более невероятное.

– Элиза! Элиза, иди же к нам. Мы тебя уже давно ждем! – Меня заметили те самые девочки за столом и теперь радостно махали мне. Странно, я была уверена, что никогда раньше не встречалась с ними.

Одежда на них тоже была необычная: пышные нарядные платья, в оборочках, рюшках, кружевах и прочих украшениях, как в старых фильмах. Выглядело все это потрясающе, они были сами, как розы — разноцветные и ни одной похожей. А их чудесные блестящие волосы были заплетены в роскошные прически, украшенные маленькими букетиками из цветов. Я неотрывно любовалась их нарядами, ведь мне всегда хотелось нарядиться во что-то подобное, но сама даже платья не надевала, предпочитая джинсы. Да и кто бы меня понял в таком наряде?..

Тем временем я подошла ближе, не решаясь сесть к ним. Но одна девочка, с черными локонами, усадила меня за стол и сказала.

– Элиза, милая, что с тобой? Обычно ты более разговорчива!

Обычно?

Откуда она могла знать? Где же я нахожусь, и кто все эти дети вокруг? И, в конце концов, где же Марк? Все это меня так запутало, что я растерялась.

– Элиза, тебе нравится у нас? – спросила самая высокая из девочек, выглядевшая старше всех. Она была в платье оливкового цвета, а на ее голове была шляпка с прозрачной кружевной белой сеточкой, едва прикрывавшая пучок из волос.

– А кто ты? – осторожно спросила я.

– Это же Катрин, – хихикнула милая девочка с чуть пухловатыми щечками и прелестными губками, цвета спелой вишни, в зеленом платье и большим бантом на голове. – Как ты не узнала? А меня помнишь? Я — Бекка.

– Да ладно вам, девочки, она давно у нас не была. Пусть чаю хоть выпьет. – Девочка с каштановыми в мелкую кудряшку локонами подала мне чашку. На ней было красное платье, с белыми рюшами у подола, и в тон им перчатками, а в волосы была вплетена красная роза. Оказалось, что ее зовут Миранда.

– Я была у вас? Что-то я не… – начала было я, но тут меня перебил звонкий смех и девичий оклик.

– Элиза! Это правда ты? Ты пришла к нам! – в беседку забежала девочка в розовом платье и с двумя задорными хвостиками, в руках она держала солнечный зонтик в тон платью. – Арина, поторопись! Это и правда Элиза! Она здесь!

– Иду, Роузи, вечно ты спешишь!

К нам подошла пятая девочка, у нее были прекрасные черные волосы, ниспадающие крупными локонами ей на плечи и резко контрастирующие с бледной кожей, ее платье было синего цвета, под стать маленькой шляпке. Арина, так ее назвали, скромно улыбнулась, а затем внезапно крепко обняла меня.

– Мы так скучали, Лиззи! – Я услышала неподдельные нотки грусти в ее голосе.

Остальные девочки смотрели на меня с нескрываемой радостью. Похоже, они действительно знали меня. Или же спутали с кем-то другим?

– Простите, но я не помню вас. Может, вы перепутали?

И хоть я спросила вежливым тоном, но на миг мне показалось, что лица девочек исказились. Я так и не поняла — они расстроились или разозлились?

Та, что самая высокая, Катрин, снова радушно улыбнулась и сказала:

– Это ничего, давайте попьем вместе чай, и Элиза все вспомнит.

Бекка и Роузи подхватили меня под руки и усадили вместе с собой за стол. Остальные девочки тоже расположились вокруг. От чего-то я вдруг почувствовала, будто это уже все случалось.

При этом вокруг было так хорошо, тепло, а сладкий запах цветов сметал все тревожные мысли, так что я решила остаться на некоторое время.

Так, за веселыми разговорами и вкусным тортом, день пролетел быстро, и стало вечереть. Цветы сворачивали свои бутончики, а сладкий аромат постепенно сменил свежий вечерний воздух. Тут только я очнулась словно ото сна и подскочила на месте.

– Что такое, Элиза? – обеспокоенно спросила Миранда. Девочки переглянулись, но я уже не предала этому значения.

– Я… Мне нужно домой.

– Ну останься с нами еще ненадолго! Нам же было так весело! – попросила Бекка.

Действительно, мы говорили с девочками, будто давние подруги, я даже пожаловалась им о переезде и своих переживаниях, о чем не говорила ни с кем. Но сейчас я волновалась, что мне еще надо попасть домой. К тому же я так и не поняла, как здесь очутилась.

Я поспешила в ту сторону, откуда пришла. Но кроме гигантских деревьев ничего не было. Оглянувшись, я поняла, что даже не вижу выхода из сада. В груди закралась тревога, но я не хотела показывать этого девочкам.

– Если ты уходишь, Элиза, то мы тоже пойдем. Надеемся, что еще увидимся с тобой, – отстраненно проговорила Катрин. После ее слов все разбрелись в разные стороны, скрывшись за пышными кустами, и игравших ранее здесь детей тоже не было. Солнце очень быстро садилось за горизонт, и я могла остаться в темном саду совсем одна.

– Что же мне делать? – не выдержала и в отчаянии прошептала я.

Вдруг сзади мне кто-то приобнял за плечи, не успела я испугаться, как увидела рядом с собой Арину, самую тихую из всех девочек.

– Не волнуйся, я отведу тебя домой… – ласково произнесла она. От чего-то я ей поверила.

Она быстро повела меня узкими тропками по саду через клумбы и кусты, что я не заметила, как перед нами открылся вид на красивую усадьбу с резными окнами и высокими шпилями на крыше. Ничего общего с обычными домами, мимо которых я ходила всю свою жизнь. Но времени на осмотр у меня не было.

Арина в считанные минуты провела меня по многочисленным коридорам этого особняка, и мы зашли в одну из его комнат. Она предложила мне спальную рубашку, но я отказалась.

– Послушай, Элиза, все равно уже поздно, тебе сейчас не найти дорогу домой, оставайся пока у меня, а завтра что-нибудь придумаем, – успокаивала меня Арина.

– Я даже не знаю… Возможно, ты права.

Мне совсем не хотелось оставаться здесь. Но мысли путались, в голове словно был туман. Я чувствовала лишь непреодолимое желание лечь спать. Арина уверенно улыбнулась мне и помогла переодеться. Но было еще кое-что, перед тем как я заснула.

Мы лежали с Ариной на одной огромной кровати с балдахином, и мне не пришлось поворачиваться, чтобы она меня услышала.

– Арина, а Марк тоже ушел домой? Я не видела, чтобы его кто-нибудь забирал, – зевая, спросила я.

– Какой такой Марк? – голос у моей подруги был удивленным.

– Как же? Мальчик в синих штанишках, лет семи. Он играл со всеми…

– Нет, Элиза, ты что-то путаешь. Не было никакого Марка. – Cначала она смотрела озадаченно, но потом ласково улыбнулась. – Да ты, наверное, устала? Спи, спокойных снов.

Арина, чуть склонившись, поцеловала меня в лоб, укутала одеялом поплотнее, и я провалилась в глубокий сон.

Глава 3. Страшный сон.

Проснувшись, я не спешила открывать глаза. Несомненно, я помнила все, что произошло вчера, и теперь меня занимали различные вопросы о произошедшем.

Во-первых, как я оказалась в саду, полном странных детей в старинной одежде?

Во-вторых, откуда они меня знали? И как вместо зеленой болотной жижи за один день появился роскошный дом и такой прекрасный сад? Да и куда делась Шляпа? Может, я ударилась головой и упала, а они меня нашли?..

Если это и был сон, то уж какой-то слишком затянувшийся и реалистичный. В любом случае нужно непременно узнать, как отсюда выбраться и попасть домой.

Наконец, я открыла глаза и повернула голову, чтобы проверить — лежит ли рядом Арина. Но вместо моей новой подруги лежала большая кукла, похожая на нее как две капли воды. Я так удивилась, что чуть не свалилась с кровати. Но тревожные мысли быстро покинули меня. Наверное Арина проснулась раньше, а чтобы мне не было одиноко, оставила рядом свою куклу.

Я встала с кровати и попыталась найти свою одежду, но ее нигде не было. Лишь на стуле лежал аккуратно сложенный новый наряд. Мне ничего не оставалось, как надеть его, не оставаться же мне в ночной рубашке. Им оказалось оборчатое платье, достающее мне до колен, с длинными рукавами; на груди был бант. Немного подумав, на голову я надела шляпку в виде цветка — почему бы не использовать возможность принарядиться, как всегда хотелось?

Рукава, бант и юбка платья были белого цвета, а корсет, манжеты на рукавах, полоски на юбке и шляпка — синего. На ноги я надела серые гольфы и обула невысокие ботиночки, стоящие рядом. Откуда взялись тут вещи, и как подгадали с размером — мне было непонятно, но моей одежды здесь уже не было.

Завязав последний узелок на одежде, я повернулась в сторону кровати. Там сидела та самая кукла, похожая на Арину, и подкручивала сама себе шарниры на руке! Еще больше я испугалась, когда она повернулась и посмотрела на меня своими голубыми блестящими глазами! Я бросилась было к двери, но кукла попыталась остановить меня.

– Нет! Элиза! Постой! Я тебе все объясню! Не уходи, ты же не знаешь, куда попадешь! – она хватала меня за край платья и за руки.

Но я была так напугана, что оттолкнула ее, и Арина сильно ударилась о спинку кровати. Используя ее замешательство, я уже было подбежала к двери, как позади меня послышался механический голос, пробирающий до дрожи.

– Остановись, Элиза, тебе отсюда все равно не выбраться.

Я медленно повернулась — передо мной стояли все девочки, с которыми я познакомилась, но теперь, я видела, что это вовсе не люди, а куклы! Они смотрели на меня своими стеклянными ничего не выражавшими глазами, но их лица исказились, от вчерашних улыбок не осталось ни следа. Я стала осторожно отступать к двери. Катрин, Миранда и Роуз двинулись на меня, нижняя часть их ртов как-то странно опустилась и быстро-быстро заклацала. Тем временем Бекка повернулась к Арине и стала ей помогать — у куклы была сломана рука.

– Да кто вы такие?! – Я не выдержала и закричала, куклы бросились на меня.

– Элиза, ты сама виновата, мы хотели поиграть с тобой подольше, – Бекка хихикнула, а остальные обнажили фарфоровые ручки и, протянув их в мою сторону, двинулись на меня.

Я едва увернулась от налетевшей на меня Миранды, но теперь путь к двери мне был закрыт. Только сейчас я заметила, что в комнате не было окон!

– Такая, как ты, никогда не поймет наши страдания! – Катрин, казалось, злилась больше всех.

Мне пришлось отступать вглубь комнаты в попытках найти хоть что-то себе в помощь. Из-за спины Бекки резко вылетели ленты, одна из них опутала мою ногу и силой дернула на пол. Куклы стали угрожающе приближаться, при этом утратив всю человечность в своем виде. Я видела каждый шарнир, выглядывавший из-под одежды. Арина уже оправилась от удара, и они с Беккой присоединились к нападавшим.

– Элиза, я хотела тебе помочь! – с сожалением в голосе воскликнула Арина. – Если ты не будешь сопротивляться, то просто станешь одной из нас, и все будет хорошо…

Кукла в мольбе сложила руки, но мне совершенно не хотелось знать, как они собирались сделать меня одной из них.

Тут я увидела на комоде, в нескольких шагах от меня, канделябр с горящими свечами. Но только я вскочила, как ленты Бекки снова потянули меня за ноги. Я еле успела увернуться от Роуз, удачно подставив ей подножку. Она повалилась на Бекку, и путы, державшие меня, ослабли. Как можно быстрее я ринулась к комоду и схватила канделябр. Однако куклы не отставали. Я выставила перед собой руки с подсвечником, Миранда и Бекка остановились передо мной.

– Ты не посмеешь этого сделать! Мы всего лишь любим играть! – На секунду их лица снова преобразились, вернув былую миловидность. Но мне было страшно, и я махнула канделябром еще раз.

Куклы не подходили ко мне ближе, зная, что их пушистые волосы и легкие платья могли загореться в один миг. Скрываясь за пламенем, я отступала к двери. Но Катрин и Миранда не хотели отпускать меня так просто. Накинув на себя плотную штору, они приближались. Я угрожающе выставила перед собой свечи. Где-то должна была быть масленка для лампы, я старалась ее найти взглядом. Вот она! Между кроватью и дверью стояла на тумбочке. Тут Роуз не выдержала и бросилась на меня, я ударила ее канделябром, но свечи затухли до того, как подсвечник коснулся куклы. Оставалась лишь одна зажженная. Куклы осмелели и быстро стали приближаться ко мне. Я успела схватить масленку и облить троих маслом из нее.

– А-а-а! Что ты наделала, глупая девчонка! – Роуз закричала и мигом стала стаскивать с себя платье. Но я уже открыла дверь, и была почти спасена, как услышала голос Арины.

– Элиза! Постой! Я же не хотела… Прости меня, пожалуйста!..

Она протянула ко мне свои руки, но враждебный настрой ее подруг все еще стоял перед моими глазами. Бросив канделябр в комнату, от чего куклы отпрыгнули, я быстро выскочила за дверь и крепко ее захлопнула, повернув замок в ручке.

***

Сначала мне показалось, что я падаю, и даже взмахнула руками в попытке защититься от падения. Но быстро осознала, что просто стою на потолке: передо мной от пола — вверх стояла люстра, а сверху, где должен быть потолок, вдоль стен висели вниз «головой» резные банкетки и горшки с цветами. Будто кто-то перевернул коридор вверх тормашками. Раньше такого не было. Конца помещения не было видно, зато повсюду были двери, различные по размеру, форме, цвету. Кстати, парочка из них были даже на потолке.

Поначалу я растерялась и не знала, куда пойти. Пока я размышляла, не заметила, как позади кто-то появился.

– Тебя тоже потеряли?

Я аж подскочила от голоса, раздавшегося прямо у самого уха. Но повернулась — перед моим лицом висело… лицо! Точнее, конечно, оно принадлежала какой-нибудь голове, а голова, непременно, телу. В общем, это был странный парень. Он висел вниз головой, при этом скрестив ноги, будто подвиснув в воздухе. Да и его костюм был довольно необычный: поверх белой рубашки была жилетка в красных ромбах, на манжетах виднелись запонки в виде тех же ромбов. Пояс был собран из лоскутов малиновой ткани, на концах которых были маленькие бронзовые бубенчики, которые, однако, не звенели. Далее, почему-то были синие шаровары и серые колготы. Обувь тоже не страдала обыкновенностью — то были туфли с длинными загнутыми внутрь носками, на концах которых тоже были бубенчики. Причем туфли были разного цвета: красного и белого.

Его белоснежную макушку украшал не менее странный убор: клоунская разноцветная шляпа с тремя бубенчиками. Один был направлен вниз, другой вверх и третий — в сторону. И весь этот экстравагантный образ дополняла ехидная ухмылочка на лице парня. Мне уже не чему было удивляться. Похоже, то, что происходит со мной, закончится еще не скоро. Но пока я рассматривала его, он не пошевелился и ничего не сказал, продолжая вот так висеть передо мной. Мне пришлось первой нарушить молчание.

– А кто ты такой? – Я даже не заботилась о манерах, судя по внешнему виду парня ему было все равно на них.

– Я — Джокер, – лаконично ответил он.

Я ожидала продолжения и хоть какого-то объяснения, но он молчал, беззастенчиво меня рассматривая. Тогда я разозлилась и пошла в сторону одной из дверей: на вид она была симпатичная и вполне обнадеживающая. Хотелось поскорее бы выбраться из этого дурдома.

– Я бы тебе не советовал, – все тот же беспечный тон.

Теперь только парень чуть покачивался из стороны в сторону и болтал ногами в воздухе, отчего бубенчики слегка позванивали.

– Это еще почему?

Я возмутилась — с какой стати мне нужно слушать его советы?! Тем более, что он опять замолчал. Фыркнув, я отправилась открывать ту дверь. Вслед раздалось последнее напутствие:

– Не все оказывается таким внутри, как выглядит снаружи.

Но я даже не обернулась и шагнула в проем.

Глава 4. Три загадки тайной комнаты.

Я снова куда-то провалилась.

Только в отличие от коридора здесь не было все вверх тормашками. Здесь вообще ничего не было! Кроме «ломаных» стен, словно в отражении зеркал, и, почему-то, раскрашенных в фиолетово-розовую клетку. Из-за них непонятно было, какого размера это место. Посмотрев вниз, я увидела то же самое, хотя продолжала падать. Правда падением это сложно было назвать — об этом говорили разве что развевающиеся одежда и волосы, а под ногами не ощущалось пола. При этом ничего вокруг не менялось, будто я оставалась на месте. Меня это сильно запутало.

Не знаю, сколько я уже так «летела». То казалось, что прошла пара минут, то несколько часов. Даже время в этой комнате было какое-то относительное. Я внимательно осмотрелась — нет ли какой двери вокруг, но ничего подобного не увидела.

Не успела я начать паниковать, как послышался тихий перезвон бубенчиков. Совсем как у того странного парня! Но как бы я не оглядывалась — вокруг никого не было. Мне уже было показалось, что я начала сходить с ума, как тут же надо мной раздался голос.

– Ты не посмотрела вверх… – голос затих, как только я подняла голову, и вновь раздался подо мной. – Или вниз…

– Хватит шутить! Лучше покажись!

Рассердиться не получилось, ведь это было хоть какое-то разнообразие в этой ужасной комнате. Джокер не заставил себя долго ждать. Он тут же появился справа от меня, усиленно делая вид — он именно делал вид! — что падает. Даже ленточки на его поясе тянулись вверх.

– Ну и как мне отсюда выбраться?! – не выдержав, воскликнула я.

– Ты же хотела сюда попасть, – неизменно насмешливым тоном произнес парень.

– А теперь не хочу. Я передумала. Вытащи меня отсюда… пожалуйста!

Как бы он себя ни вел, все же он был единственным человеком здесь, и только на его помощь приходилось рассчитывать. В это время Джокер сделал задумчивое выражение лица, словно действительно размышлял — стоит мне помогать или нет. Не похоже, чтобы он был вредным, но все-таки сам себе на уме. Он даже забыл, что надо притворяться падать, и его ленточки опустились, а сам он поставил одну ногу за другую и, чуть покачивая шляпой, посмотрел на меня с крайне разочарованным видом.

– Почему бы тебе не узнать, что это за комната? Ты ведь все равно здесь.

– Мне здесь не нравится! – я уже начинала нервничать: а вдруг он тоже опасен, как и те странные куклы?!

– Но когда ты выйдешь отсюда, ты будешь мучиться вопросом, что же это за комната такая, – он упорно пытался заставить меня здесь остаться. Или не хотел выпускать?..

– Мне все равно, я просто хочу выйти! – не менее упрямо заявила я.

И так кучу времени было потеряно, мне совсем не улыбалось задерживаться здесь еще хоть сколько-нибудь.

– Пока ты не раскроешь три загадки комнаты, тебе все не удастся выйти. Так уж она устроена, – он снова качнул шляпой, и бубенчики, будто в насмешку, тихо звякнули.

Ну почему он не мог сказать этого раньше?!

Хоть его глаза были широко раскрыты, словно ему было очень любопытно, — что-то хитрое было во всем его выражении лица. Я не стала сразу отвечать, мне надо было успокоиться. Джокер тоже ничего не говорил, но и никуда не уходил. Наконец я решила прервать тишину.

– Как ты так делаешь? Я падаю, а ты стоишь на месте.

– Ну это уж кто как хочет. Мне захотелось постоять, вот и стою, – совершенно серьезно ответил шут. А может, и нет, кто его поймет.

– То есть и я так смогу?

Он лишь пожал плечами, мол, как хочешь. Мне пришлось набраться терпения.

– А как это сделать?

– Просто пожелай этого.

Легко сказать «просто». Я даже не знала с чего начать. А противный Джокер больше не проронил ни слова. Пришлось действовать самой. Он сказал — просто пожелать. «Я хочу стоять на полу и не падать». Падение продолжалось. Похоже, просто слова не помогут. В чем же секрет? Я внимательно осмотрела парня, расслаблено стоявшего напротив. От скуки он покачивал носком ботинка, на кончике которого тихонько позвякивал бубенчик. Может, дело вовсе не в словах?

Я попыталась представить, будто уже стою на полу и ощущаю его под ногами. Усиленно воображая, я даже закрыла глаза. Мне с трудом удавалось держать в голове нужный образ, но в какой-то момент вдруг поняла, что волосы больше не топорщатся и платье не подлетает. Медленно открыв глаза, я посмотрела вниз. Ничего не изменилось вокруг, но теперь я по-настоящему ощущала под ногами что-то твердое, как пол. Я действительно больше не падала! Джокер, до этого молчавший, довольно прищелкнул языком.

– Молодец, Элиза. Первую загадку комнаты ты открыла. Теперь подумай, как называется комната.

– Но как мне это сделать?! Комната разноцветных квадратов??

– Ты даже не попыталась подумать.

Парень внезапно обиделся и, плотно сжав губы, отвернулся в сторону. Как же трудно с ним совладать! От переполнявших эмоций я невольно расстроенно выдохнула. Внезапно в нем проснулось подобие совести.

– Рассуждай вслух. О чем ты думала, пока летела? – «помог» он мне.

Делать было нечего, я принялась вспоминать.

– Ну, сначала я удивилась, что здесь ничего нет. Нет… Одна пустота?.. Пустая комната?..

– В ней есть стены, разве она пустая? – парень произнес это таким назидательным тоном, будто я сморозила очевиднейшую глупость.

– Но в любой комнате есть стены! На то она и комната.

– Значит, ты слишком глупа, что не знаешь таких очевидных вещей. В каждой комнате есть дверь, чтобы войти и выйти, но совсем необязательно в ней должны быть стены.

Что за ерунда? Разве есть смысл в дверях без стен? Это как ворота без забора — можно ведь просто их обойти. Стоп, куда-то не туда меня завели мысли. Надо сосредоточиться на названии.

Я не могла понять, к чему он клонит, а его слова окончательно меня запутали. В это время Джокер опять повис вниз головой, изредка кувыркаясь в воздухе, отчего бубенчики слегка позванивали. Я продолжила.

– Так, что еще было. Ну, я очень долго летела. Или нет? Я так и не поняла, сколько потеряла времени в этом месте. Сколько прошло часов, секунд, минут? Потерянных минут?.. Потерянного времени?.. Это Комната потерянного времени?..

Только я произнесла это, как Джокер засмеялся и перекувыркнулся в воздухе. В следующий миг откуда-то сверху на нас стали падать различные часы: и карманные, и с кукушкой, и настенные, и огромные напольные. Вокруг поднялся нестерпимый шум от тиканья — стрелки на них бешено вращались. Я пыталась увернуться от них. Одни из настенных часов даже чуть не попали мне по голове, но самое странное было то, что они летели дальше — вниз, хотя мы стояли.

А Джокер веселился откровенно: он хихикал и ловко уворачивался от них. Внезапно из очередных часов, прямо перед моим носом, выскочила кукушка, и если б этот шут не появился позади меня и не дернул в сторону, то я осталась бы без глаза.

– Что происходит?! Как отсюда выбраться?! – я кричала не в силах заглушить жуткий перезвон.

– Ты разгадала вторую загадку комнаты — ее название. Осталась третья — найти дверь. Это и будет выход из комнаты, – хоть Джокер говорил обычным голосом, я отчетливо слышала каждое его слово.

– И где эта дверь?!

– Что за ленивая девчонка! Разве это было бы загадкой, если б все было так просто?

– Почему ты не можешь мне сразу рассказать? - Наверняка он знал ответ, но по какой-то причине не желал мне его говорить.

– Потому что это тебе надо, а не мне, – безапелляционно заявил парень.

Раз. Два. Три. Четыре. Вдох.

Мне все еще нужна его помощь, каким бы упертым он ни был. Но мириться с его поведением становилось все сложнее. Взяв себя в руки, я продолжила.

– Хорошо, с чего мне начать?

– Все дело во времени.

– Во времени? Но его нет. Я же только что назвала комнату. Подожди… Разве что, здесь только.. часы?.. Дверь в одних из часов? Но их тысячи! Как я найду нужные?!

– Значит, тебе придется подняться выше! – Джокер опять довольно захихикал и прыгнул на одни часы, затем на другие, что были повыше.

– Но я так не могу!..

– Просто пожелай этого, – с этими словами он скрылся за одними из часов и больше не появлялся.

На мгновение я даже испугалась, что опять осталась одна. Но падающие часы не дали мне времени на страх. Ну и пожалуйста, сама разберусь! Разве он не в курсе, что если решил помогать, то надо делать это до конца?!

Итак, Джокер сказал, что надо просто пожелать. Опять. Глаза я больше не закрывала. Напротив — выбрала часы побольше, которые летели на меня, подпустила их как можно ближе и, что есть силы, прыгнула…

Часы даже не дернулись и продолжили падать в своем режиме. Я помнила, что мне надо забраться выше, и стала прыгать по разным часам. Все они меня выдерживали. Наконец, я что-то увидела на самом верху, под потолком. Если, конечно, это был потолок.

То были огромные напольные часы с кукушкой. Они единственные не падали, а под циферблатом виднелась дверь. Я все прыгала, и до них оставалось не так уж много, как вдруг стрелки на больших часах перестали вращаться, а большая и маленькая остановились ровно на двенадцати. Шум прекратился, и раздался бой лишь этих часов. Все остальные зависли в воздухе на одном месте. А над циферблатом раскрылись створки, и из них вылетела кукушка! По мере того как приближалась, она становилась все больше! И летела птица прямо на меня, с вполне хищным видом, щелкая огромным деревянным клювом. Теперь мне приходилось уклоняться от нее, но это не так то просто было сделать, используя в отступлении лишь прыжки.

Я прыгнула на следующие часы, и в этот миг кукушка пробила клювом насквозь те, на которых я была до этого. Но птица не успокоилась и опять принялась меня таранить. Я все прыгала и уже совсем выбилась из сил, как передо мной вновь появился Джокер. Он так же ехидно улыбался, но не стал меня дразнить, а даже похвалил.

– Ты молодец. Мало кому удавалось так далеко зайти.

Я не могла ему отвечать, чтобы сберечь силы, и продолжала следить за направлением птицы. Прыжок — и вниз снова полетели разбитые часы. Джокер отлетел в сторону и сокрушенно покачал головой.

– Безобразие… Такую вещь испортить! Придется тебе помочь.

Краем глаза я увидела, что парень достал откуда-то небольшие цветные шарики и стал ими жонглировать. Сначала я раздраженно подумала, мол, нашел время. Причем он что-то напевал:

Белый цвет — яркий свет,

Красный цвет — дороги нет,

Синий цвет — мы дождь прольем,

Желтый цвет — мы подожжем.

Дайте, дайте мне совет:

Где же, где же взять ответ?

Выбор сделан однозначно —

Шарик нас спасет прозрачный!

Джокер спрятал все шарики, кроме прозрачного, и кинул его в кукушку, попав точно промеж глаз. От удара он треснул на тысячи осколков и высвободил яркий свет. Яркий настолько, что мне тоже пришлось закрыть глаза. Тут меня кто-то подхватил за руку и потащил наверх.

– Можешь открывать глаза! – зачем-то крикнул мне на ухо Джокер.

Но я все равно послушалась его и увидела перед собой те самые часы с дверью. Я подергала ручку, но она оказалась закрытой. Парень укоряюще на меня посмотрел.

– Разве ты не вынесла никакого урока?

Конечно! Как я могла забыть.

– Просто пожелать этого?

Джокер расплылся в довольной улыбке, меня это ободрило.

Я хочу открыть дверь. Нет, не так. Не словами — действием. Я открываю дверь. Получилось! Дверь действительно открылась! Не колеблясь, я проскочила туда, а следом за мной и Джокер.

Глава 5. Секреты кладовой.

В открывшейся нам комнате царил полумрак, но, все же, некоторые предметы можно было различить — это оказался старый пыльный хлам, сваленный как попало друг на друга. Что ж, по крайней мере, здесь не было бешеной кукушки. Причем комнатка оказалась действительно маленькой, словно кладовая. Но я могла и ошибаться, ведь, как я уже поняла, размеры помещений крайне относительные, да и неизвестно, что еще могло тут прятаться, так что я поспешила расспросить Джокера подробнее об этом месте.

– Почему мы оказались здесь?

– Разве это не очевидно? Мы прошли в другую дверь… – Хоть он и ответил своим беспечными тоном, но в конце как-то замялся и затем что-то пробормотал себе под нос. – Странно, почему часы открыли тебе именно эту дверь?..

Несмотря на свои слова, Джокер выглядел довольно расслабленным, так что, похоже, опасность нас тут не поджидала. Поэтому я не стала заострять на них внимание, а поспешила поделиться осенившей меня догадкой.

– Значит, нельзя просто вернуться обратно? Каждый раз комнаты будут разные?

– Это зависит от дверей. Смотря, в какую выйдешь.

– В комнате у Арины я вышла в ту же дверь, но не попала в коридор ее дома!

– А ты абсолютно уверена, что в ту же?

До этого я не сомневалась, но слова Джокера заставили меня задуматься. Кажется, одна дверь располагалась справа от кровати. Но когда я бежала за масленкой, к противоположной стороне, похоже, что там тоже была дверь. Возможно, в суматохе я приняла ее за нужную. Как же так можно было ошибиться?!

– Но мне надо как-то попасть обратно в ее дом! Там есть выход в сад, а из него я попаду к себе домой! – Меня уже начинало трясти от сдерживаемых слез.

Джокер, непонятно как поместившийся на сломанном детском стульчике, сочувственно покачал головой.

– Может тебе повезет, и одна из дверей приведет тебя именно туда.

– Значит, мне придется обойти все двери! И как можно скорее!

Я направилась было через все эти вещи в поисках очередного выхода, но тут мое внимание кое-что привлекло… Это была лошадь-качалка, как у Марка. И я вспомнила самого мальчика. Неужели он тоже был куклой?.. Но почему Арина сказала, что его не было? Куда же он тогда пропал? И вообще, что это за странный мир такой? Почему я попала сюда?

Куча вопросов навалилась на меня тяжелым ворохом, и единственным, кто мог бы его разгрести был…

– Джокер! Расскажи мне, куда я попала? Что это за место?

– А я-то уж думал, что ты не спросишь!

Уверена, он бы кувыркнулся в воздухе, если б не мешавшаяся груда хлама. Поэтому он просто уселся на нее повыше и начал рассказ.

– Этот мир называется миром Потерянных вещей. Все, что люди, то есть такие существа, как ты, когда-то приобрели, а потом потеряли. Каждая вещь имеет своего хозяина. Он может меняться, но, в конце концов, всегда остается последний. Да и вы с такой легкостью все забываете, как же коротка людская память! – На этом месте Джокер сделал паузу и с укоризной посмотрел на меня.

– А к чему засорять свою память всякими безделушками? Так не останется места для действительно важных вещей, - пробубнила я, отчего-то смутившись.

– Правильно, нельзя помнить о каждой скалке и скакалке, но ведь вы сами сначала окружаете себя ими, а потом преспокойно забываете. Как будто так и надо. – Бубенчики на шляпе парня тихонько звякнули, а он продолжил, – но, конечно, не все вещи из вашего мира попадают сюда. Есть те, кому невероятно повезло.

– Это как же?

– Есть вещи, которые сполна служат своему хозяину и, когда приходит их время, уходят на покой. Их не забывают, они передают всю свою энергию человеку, и тогда им незачем здесь появляться.

– Значит, достаточно просто пользоваться каждой вещью до конца, пока она не перестанет быть нужной?

Джокер промолчал, лишь уставившись на меня своими широко распахнутыми глазами. От внезапного холодка, пробежавшего по спине, я поежилась и поспешила сменить тему.

– Тогда почему предыдущая комната называлась комнатой Потерянного Времени?

Джокер снова «ожил».

– Так ведь теряться могут не только вещи. Например, время — как ты уже убедилась. Ведь могут же люди потерять время, потратив его на пустую бессмыслицу…

– Значит, всех девочек тоже когда-то потеряли. Теперь понятно, из-за чего они так разозлились на меня. – Он лишь кивнул, а я продолжила. – Но почему я сразу не заметила, что все они были куклами?

– Иллюзия. Здесь всякий может притвориться кем угодно, а быть, к примеру, заварочным чайником.

– Получается, Марк тоже был игрушкой, как Арина и остальные? – тихо спросила я.

- Да.

Хоть мальчик и оказался таким же, как те куклы, и, возможно, тоже мог бы напасть, но меня все равно волновала его судьба. Почему-то, мне показалось, что он очень одинок.

– Почему мне сказали, будто его не существует? Я же его видела.

– Потому что они уже попрощались с ним.

– Попрощались? Что это значит?

– Когда нас забывают окончательно, мы исчезаем навсегда. Кто-то раньше, кто-то позже.

– Но ведь это очень грустно! – воскликнула я.

– Не грустнее, чем обнаружить на завтрак яблочный пирог, вместо вишневого, – странно ответил Джокер.

Я промолчала. Мне стало безумно жаль маленького Марка.

– Он уже совсем исчез?

– Увы, его время истекло. Эта игрушка — последнее, что от него еще осталось, – с этими словами парень выудил из-за спины коника-качалку, что раньше держал мальчишка, и передал мне.

Слезы сами потекли у меня из глаз. Я отвернулась и, тихонько всхлипывая, стала утирать их рукавом платья. Пара слезинок попали на игрушку и тут же впитались со странным свечением. Вдруг на лошадке появилась трещина через весь бок, и от нее стали расходиться в разные стороны маленькие трещинки-паутинки. Игрушка мгновенно покрылась тысячами сколов и в тот же миг с легким хлопком рассыпалась в прах. Еще через секунду и он развеялся легкой дымкой.

Где-то в глубине комнаты с глухим треском что-то тоже лопнуло, а образовавшуюся пустоту заполнили другие вещи, провалившиеся с шумом. Я вытерла последнюю слезинку, и повернулась к парню, который на удивление очень своевременно отвлекся на какую-то безделицу.

– Все, что навсегда забыто, дотлевает в этой комнате?..

– Совсем как люди, – подхватил Джокер.

Стало немного жутко. Но оставался еще один нерешенный вопрос.

– Скажи, а зачем они все притворялись людьми?

– Они не хотят, чтобы их забыли.

Тоска буквально пропитала воздух в этой тесной комнате, что не хотелось задерживаться ни на минуту. Время в поисках выхода мы провели в молчании и, пробравшись через останки вещей, вышли в следующую дверь.

Глава 6. Комната Заброшенных Надежд.

Мы шагнули в темноту, и тут же оказались в очень странном месте. Впрочем, так можно было сказать о любой комнате в этом мире — как объяснил мне Джокер, все здесь состояло из комнат.

Желтый вязкий туман окутывал ноги до колен, кое-где торчали голые коряги, а черные деревья старчески гнулись к земле. Воздух казался таким густым, что дышать было тяжело.

Джокер позади меня как-то невесело хмыкнул. Я огляделась, но конца комнаты нигде не было видно, как и дверей. Ничего не оставалось, как пойти вперед. С легким перезвоном бубенчиков парень последовал за мной.

– Джокер! А это что за комната?

Шут все с той же усмешкой на губах протянул:

– О... Это прекрасная комната…

– Где же это прекрасная?! Ты только посмотри вокруг! – Я решительно не понимала, что такого прекрасного он здесь нашел.

– Ты просто не умеешь смотреть! – безапелляционно заявил Джокер и замолчал.

Вздохнув от очередного неоднозначного ответа, я продолжила идти вперед. Изредка позади раздавался тихий перезвон бубенчиков. В какой-то момент я не заметила очередную корягу, скрытую в тумане, и зацепилась за нее подолом платья. Наклонившись, чтобы отцепить ветку, непроизвольно разогнала туман рукой, и увиденное меня очень поразило: маленькая игрушечная машинка наворачивала круги вокруг куста. Она чуть-чуть пофыркивала и иногда подтормаживала, а из ее багажника торчал заводной ключ. Наконец, ключ перестал крутиться, и машинка остановилась. Она еще чуть-чуть пофырчала на месте и замолкла. Я довольно долго просидела на корточках и собиралась уже вставать, как Джокер положил мне на плечо ладонь, усаживая на место. Оказывается, он все это время наблюдал за зрелищем со мной!

– Погоди, самое интересное пропустишь…

Я послушно уселась на место. Через некоторое время машинку стало разъедать, будто от кислоты, а исходящий от нее пар был такого же желтого цвета, как туман. В конце концов, она вся испарилась, окончательно слившись с местностью. Широко раскрытыми глазами я посмотрела на Джокера и шепотом спросила:

– Что это было?

– Ее, наконец, забыли.

– Но почему она превратилась в туман, а не попала в чулан, как остальные вещи?..

– Это не материальная вещь. Она еще не обрела хозяина, а хозяин не обрел ее.

Я все еще не до конца понимала смысл слов Джокера. Если это не настоящая игрушка, то как она вообще попала в этот мир? И что значит ее «забыли», если ее никогда и не было у хозяина?

Шут завис передо мной в воздухе, скрестив ноги в позе «лотоса».

– Ты так и будешь здесь сидеть? Между прочим, это очень опасная комната, – с этими словами он медленно поплыл просто вперед.

«Минуту назад говорил совсем другое», – пробурчала я про себя. Но ничего не оставалось, как последовать за ним. Находиться одной в такой давящей атмосфере мне совсем не хотелось.

Казалось, что мы идем уже целый день. По крайней мере так подсказывали мои внутренние часы. Однотипный пейзаж разбавляли лишь подобные «исчезания», хотя они были настолько малы, что я не всегда их замечала. По пути Джокер рассказал мне, что место называется комнатой Заброшенных Надежд. Здесь находили свое последнее пристанище мечты, которые когда-то были у людей. И если человек по какой-то причине забывал о своей мечте, то она, так и не дождавшись своего воплощения в реальность, попадала сюда. Из обыкновенных размеров она постепенно уменьшалась, и, наконец, растворялась в желтый туман.

Обычно жители старались не заходить в эту комнату, потому что туман был опасен для них — долгое пребывание в нем вызывало амнезию, а впоследствии и потерю самого себя. Из-за чего можно было превратиться в бездушную вещь и со временем раствориться в одиночестве и беспамятстве.

Но были здесь и такие мечты, которые не хотели исчезать. Они, подобно куклам или часам с кукушкой, имели собственное мнение. Среди жителей этого мира ходило мнение, что это были особенно те мечты, которые забывали нарочно. Если по той или иной причине человеку приходилось отказываться от нее в пользу того, чего он не хотел. Эти мечты потеряли свое главное свойство — надежду, и превратились в огромных монстров. Именно об этой опасности меня и предупреждал парень. Что насчет двери, никаких загадок тут не было – она могла появиться где угодно и когда угодно, этого нельзя было предугадать. Оставалось лишь бродить и надеяться, что повезет, и дверь покажется как можно раньше.

Только немного успокоившись за последнее время, я поняла, что ела только «вчера». В саду у кукол хотя бы было понятие человеческих суток, и лишь на них я могла ориентироваться, вспомнив, что там все таки наступила ночь, и мне даже удалось поспать. Но здесь совершенно было неясно, который час.

Интересно, а еда была настоящая или тоже иллюзия? Хотя я точно помню вкус торта и чая, да и сытость после них. Впрочем, до сих пор есть мне не особо хотелось, и это было хорошо — не представляю, где и чем тут можно было бы перекусить.

Мельком я глянула на невозмутимо парящего рядом Джокера — он и подавно не подавал признаков усталости или голода.

– М-м, послушай, Джокер, а ты случайно не голоден?

– А что, нужно? – с интересом спросил он в ответ.

Я даже немного опешила от такого вопроса. Что значит «нужно»? Разве есть хотят не просто так?

– Нет… То есть я хотела сказать, вы тоже едите? Куклы же пили чай со мной. Это было по-настоящему?

Джокер резко остановился и повернулся ко мне лицом. В его взгляде читалась легкая укоризна.

– Здесь, вообще-то, все настоящее, как я сам. – Я кивнула, а он продолжил. – Хотя, конечно, нет такой потребности как у людей. Скорее, это просто.. от желания быть похожими на людей. Кто-то даже перенимает характер и привычки бывших хозяев.

– А ты… Что насчет тебя?

– О. Я здесь так давно, что даже… Впрочем, если скучно, у книг всегда можно побаловать себя всяким разным. Там много вкусностей.

Точно, Джокер ведь тоже часть этого мира. Я чуть было не спросила его об этом напрямую, но вовремя прикусила язык. Ведь если он отсюда, значит, его тоже забыли. Наверняка не очень приятно будет об этом говорить. Но так было интересно узнать о нем побольше!

Неожиданно я почувствовала, как под ногами затряслась земля, через доли секунды за этим последовал жуткий грохот, звучащий все еще отдаленно. Джокер замер на месте и заметно напрягся, даже ленты на его поясе не шевелились. Парень бесшумно опустился на землю и приник к ней головой, прислушиваясь к звукам.

– Что это? – отчего-то я прошептала.

– Тшш! – он приложил палец к губам и сосредоточенно вслушался.

Что-то быстро приближалось, оно уже маячило на горизонте. Несмотря на такую отдаленность, я поняла, что оно очень большое. Шут поднялся, как обычно хитро улыбаясь, но все же я заметила его напряженность.

– Жаль, что я не услышал раньше, теперь нам точно не убежать.

– Как можно было услышать раньше, если ЭТО появилось пару секунд назад?!

Джокер многозначительно покачал головой.

– Это сейчас неважно. Слушай внимательно, времени мало. Похоже, к нам идет Выход, только чтобы выйти, придется остаться в живых. Эта мечта не может видеть, но у нее очень хороший слух. По всей видимости, она услышала наш разговор и пришла на него…

– Ближе к делу! Что нам теперь делать? – Я сильно нервничала, так как это было уже достаточно близко, чтобы его разглядеть.

Самостоятельной мечтой оказался частный домик, с когда-то уютной верандой, вторым этажом и милым балкончиком. Все бы ничего, если бы этот Дом не ходил ходуном, стены не были обшарпаны, окна заколочены, цветы в горшках почернели, а крыша и вовсе перекошена. Очень быстро переваливаясь на сваях, он приближался к нам. Я даже разглядела в его центре ту самую дверь, через которую мы могли бы выйти отсюда.

– Главное, старайся не шуметь, по малейшему звуку он тебя найдет. Если у тебя это удастся, то не составит труда попасть в дверь.

– Не составит труда?! Тебе легко говорить! Ты летать можешь!

– Не летать, а парить, это разные вещи, – с этими словами Джокер перекувыркнулся в воздухе пару раз. – Ну, а теперь берегись!

Парень подлетел вверх на пару метров и двинулся в сторону, позвякивая бубенцами. Дом, жутко грохоча, повернулся на звук. Шут едва увернулся от летящих в его сторону кирпичей и битой плитки, и бубенчики на его шляпе зазвенели сильнее, отвлекая на себя разъяренную мечту.

Тем временем я пыталась подобраться к заднему крыльцу Дома, так как это было единственное место, где можно было забраться на него. Но это оказалось нелегко, приходилось постоянно уворачиваться от торчащих штырей и сыплющегося мусора — железных обрезков, стекла, черепицы.

Жуткий грохот от этого был таким сильным, что казалось удивительным, как Дом мог слышать даже шепот. В суматохе я потеряла из вида Джокера, и если бы не звон его колокольчиков, подумала бы, что он ушел.

Наконец, мне выпала возможность ухватиться за крыльцо: от внезапного выпада шута Дом чуть накренился назад, и я тут же схватилась за торчащий обрывок перил. Не успела я закинуть вторую ногу на ступеньку, как раздался утробный рев, будто из глубины монстра, а из дымохода повалил черный дым. Дом весь затрясло, и он резко дернулся вперед. Рука от сильного рывка соскользнула, и я с криком от неожиданности упала на землю.

Падение оказалось болезненным, я подвернула ногу, и теперь было труднее забраться на это чудовище — несчастная мечта становилась все безобразнее и опаснее. Она услышала меня и, круто развернувшись, зацепила Джокера торчащей водосточной трубой. От удара его с силой впечатало в землю. Над парнем поднялось облачко желтого тумана и постепенно опустилось, укрыв его полностью. Тем временем Дом разрывался между выбором, куда повернуться, так как шум исходил с обеих сторон. Это давало мне возможность побега, если бы не травма. Поэтому я просто затаила дыхание и не шевелилась.

Дом, по всей видимости, что-то решил для себя и направился в сторону Джокера. Резво переваливаясь, он вот-вот мог настичь парня, который еще не очнулся. Зная, что нельзя шуметь, я все равно не могла бы допустить, чтобы дом настиг этого странного шута, как никак он помогал мне.

– Джо-окер! – я закричала что есть силы. – Вставай, тебе говорят! Джо-окер!

Подняв валявшуюся рядом корягу, я кинула ею в парня, в надежде, что она достанет, хотя, конечно, я не смогла бы докинуть. Дом мигом затормозил, услышав новый громкий звук. Клубы дыма повалили все сильнее, словно он усиленно думал. Но терять мне уже было нечего, поэтому я продолжила выкрикивать имя шута. Недолго думая, чудище настигло меня в два прыжка и уже занесло надо мной одну из своих острых свай. За секунду до того, как оно опустилось на меня, я краем глаза заметила, как желтый туман закрутился и смешался с черным дымом, образуя небольшой торнадо. Я зажмурилась…

Прошла секунда, две, три.. а я еще была жива! Открыв глаза, первое, что я увидела — это сплошные ромбы перед собой. Затем я посмотрела наверх и наткнулась на неизменный хитрый взгляд Джокера. Это было неожиданно, а потому от смущения пришлось отвернуться. Парень держал меня на руках, повиснув в воздухе над бушующим от ярости Домом. Весь его вид уже исказился, совсем не оставив ничего от прошлой картинки уютного домика.

– Ц-ц-ц… – покачал головой Джокер, умудрившись при этом не зазвенеть своими бубенчиками. – Я же сказал тебе молчать, что за непослушное дитя?

– Я спасала тебя, между прочим, – пробубнила я. Но все же, была рада, что он очнулся.

– Кто кого еще спас! – назидательно произнес Джокер. – Ты, кстати, тяжелая. А я не в состоянии так долго тебя удерживать!

– Что?.. – не успела я возмутиться, как парень опустил меня около одного из деревьев, а сам направился к Дому.

– Что ж, – обратился он к монстру, – ты сам виноват, что захотел остаться здесь, хотя мне очень, очень будет жаль тебя.

С этими словами Джокер достал знакомые мне разноцветные шарики и, запев очередную странную песенку, начал ими жонглировать, кружась вокруг Дома. Наконец, он поймал их все, спрятав неизвестно куда, оставив только один, желтого цвета.

– Прощай, Несбывшаяся мечта, это лишь малость того, что я могу для тебя сделать.

Он кинул шарик точно в круглое окошко чердака, разбив стекло. На секунду из разных щелей, трещин и окон в доме высвободился яркий свет, затем раздался хлопок, как будто что-то взорвалось, и Дом словно провалился внутрь себя. На мгновение все затихло, желтый туман опустился на свое законное место, а дым еще слегка сочился через остатки дымохода. Но разрушение продолжилось, и бывшая мечта начала скукоживаться, и иногда подрагивать, когда внутри нее что-то рушилось.

– Что.. что ты сделал с ним? – растерянно прошептала я.

Джокер подлетел ко мне и помог встать. Он хитро сощурился.

– Что? Я всего лишь помог ему исчезнуть. А нам надо поторопиться, пока не исчезла вместе с ним и дверь! Неизвестно, когда еще появится другая.

Я осмотрела себя. Вид был еще тот: порванное платье, содранные локти и коленки, ко всему прочему я еле могла идти. Обреченно вздохнув, Джокер покачал головой, не преминув при этом пройтись по моей неуклюжести. Внезапно он сел передо мной, повернувшись спиной.

– Залезай давай, только живее.

Я недоверчиво покосилась на него. Чтобы этот странный парень сам предложил мне помощь?

– Живее! Пока я не передумал! – добавил он, вновь сощурившись.

Это подтолкнуло меня к более активным действиям, и я быстро забралась к нему на спину, крепко обхватив руками шею. Напоследок он посмотрел на меня через плечо почти в упор.

– Я потратил слишком много сил из-за твоей безответственности, так что не обещаю, что посадка будет мягкой…

И он не обманул. Помогая себе остатками сил, он прыгал с выступа на выступ, балансируя на каждом, что заставило меня только сильнее к нему прижаться. А Дом становился все меньше, как и дверь. Когда мы оказались перед ней, она была уже в половину моего роста. Мне пришлось постараться, чтобы открыть ее. И вот, долгожданный выход. Ну, или точнее вход в другую комнату.

***

В комнате Заброшенных Надежд вновь наступила печальная тишина, прерываемая лишь редкими хлопками, да отдаленным грохотом, означающим появление нового монстра.

Глава 7. Библиотека

Пару мгновений спустя мы уже были в другой комнате. И я, конечно, уже привыкла к различным неожиданностям, но никак не ожидала, что мы попадем… в самую обычную библиотеку! Точнее, она была не совсем обычной: стеллажи с книгами уходили глубоко вперед, переплетаясь, словно лабиринт. Кроме бесконечных полок здесь больше не на что было смотреть, и я разочарованно вздохнула и опустилась на колени.

Надежда попасть в комнату, где наконец будут хоть какие-то стулья, а лучше кровать, махнула мне ручкой и скрылась. После стольких событий за день (а день ли прошел?!) я жутко вымоталась, и хотелось лишь поесть и лечь спать. Даже обычно неутомимый Джокер как-то весь осунулся и, плавно опустившись рядом на пол, прикрыл глаза.

Также я надеялась поменять платье: оно было не сколько грязным, сколько еле держалось из обрывков ткани. Но, наученная опытом из других комнат, мне стоило приготовиться к новым монстрам и нападениям.

– Джокер, – вяло протянула я. – С кем на этот раз сражаться будем?

Послышался легкий перезвон от его бубенчиков.

– Сражаться? Какая ты жестокая, однако. Только зашла в чужой дом и рвешься в бой. Здесь нет никого опасного, кроме тебя.

– Меня?! Но.. разве это не на меня нападали?

Джокер открыл глаза и, чуть сощурив их от недовольства, поджал губы, давая понять, что ничего не скажет больше. И хоть я уже привыкла его внезапному молчанию, все равно почувствовала себя несправедливо обвиненной. Что плохого в том, чтобы подготовиться к опасности заранее? Словно прочтя мои мысли, парень в полудреме пробормотал:

– Невозможно... все предвидеть наперед. А если... постоянно готовиться к чему-то ужасному... то можно упустить из виду нечто прекрасное…

Я с сомнением покосилась на него: в этом мире может быть что-то прекрасное, что не попытается тебя убить? И тут же со стыдом одернула себя. В конце концов, Джокер - тот, кто помогал мне все это время! А я только жаловалась, даже не пытаясь понять, как он здесь живет...

Вдруг где-то вдалеке послышался глухой стук, будто бы упала книга. Я тут же подскочила с места.

- Кто это мог быть?!

На что парень лишь махнул рукой и продолжил дремать. Я все еще сомневалась, чтобы пойти в одиночку, но решила довериться словам шута и направилась в сторону, откуда раздался звук.

В начале пути я еще пыталась прочесть названия книг, что стояли там, но все они были на неизвестных мне языках, и я оставила эту затею. Отметила лишь, что некоторые книги были совсем уж пыльные, а некоторые выглядели так, будто их только что поставили на полку.

Запоминание дороги всегда было моим слабым местом, так что через пару поворотов я поняла, что заблудилась.

– Джокер! – я позвала шута, но не никто не ответил, лишь эхо унеслось вглубь стеллажей.

Я позвала еще раз. И вновь мне ответило только эхо. К тому же, у меня иногда возникало чувство, будто кто-то за мной следит, но, оглядываясь, никого не замечала.

Мне стало немного не по себе, но стоять на месте тоже было не лучшей идеей, потому пришлось продолжить поиски упавшей книги. Иногда посматривая на корешки фолиантов, я все шла вперед, или поворачивала куда-нибудь, если был тупик, пока не споткнулась обо что-то. На полу лежала раскрытая книга обложкой вниз.

Подняв ее, я увидела рисунок на одной из открытых страниц: похожие друг на друга как две капли воды юноша и девушка держались за руки и, словно бы смеясь, бежали вперед, как будто на меня. Одежда на них была простая — на девушке простое белое ситцевое платье до щиколоток и потертые голубые башмачки, а на парне — такая же белая рубашка, заправленная в коричневые портки, а на ногах у него были грубоватые сапоги. И даже прически у них были похожи: одинаково длинные чуть волнистые светлые волосы, только у парня они были завязаны в низкий хвост, а у девушки струились по распущенным волосам ленты банта в тон обуви.

Рассматривая их лица, я неосознанно наклонилась ближе к книге. Неожиданно юноша подмигнул мне, а в его голубых глазах плескалось озорство. Не успела я отпрянуть, как книга засветилась прямо из корешка, затем полностью растворилась в ярком свете, который поглотил и меня….

***

Очнулась я на небольшой полянке, расположившейся под ясным небом. Я зажмурилась от яркого солнца и даже на миг решила, что все это был сон, и только сейчас я проснулась.

Но тут услышала смех и топот, который направлялся в мою сторону. Я поднялась с земли, не утруждая себя отряхивать платье. Ко мне приближались те самые парень и девушка. Последняя при виде меня громко воскликнула.

– Ах, бедная девочка! Что с тобой произошло?!

Может я попала в другую дверь, и это была очередная комната — я не знала, но я была без Джокера, и мне стало страшно. Хотя ребята казались на вид дружелюбными, все же, не знаешь чего можно здесь ожидать.

– Я... Я случайно попала сюда, и даже не знаю - куда «сюда».

– Ну это решить проще простого. Ты в нашей книге «Золотое семечко», – ответил парень, широко улыбнувшись и разведя руки в стороны, словно охватывая владения. – Здесь тебе ничего не угрожает.

Это, конечно, замечательно, что здесь нет монстров, но все-таки мне надо обратно в библиотеку. Джокер остался там один, и он даже не знает, куда я ушла.

– Ах, у нас так давно не было гостей! – снова воскликнула девушка и потянула меня за обе руки. – Пойдем, я тебе все тут покажу!

Мне не хотелось показаться невежливой, но все же я постаралась высвободиться и наконец заговорила.

– Мне бы вернуться. Там остался мой друг… – тут я прикусила себе язык. Вдруг не стоило говорить, что никто не знает, что я здесь?

Но девушка, казалось, не обратила на это внимания и, оглядев с ног до головы, участливо произнесла:

– Погоди, посмотри на себя, ты же еле держишься на ногах! Куда ты сейчас пойдешь в таком виде? Давай, ты сейчас отдохнешь, а потом разберемся что к чему.

– Да, но... – почему-то перед глазами возник образ Арины, той самой куклы, что тоже предлагала помощь.

– Не волнуйся, здесь безопасно. В конце концов это же наша история, – заговорил парень и протянул мне свою руку, добродушно улыбаясь. Я слегка покраснела, но руку протянула в знак согласия.

– Кстати, – продолжила девушка, – мы же так и не представились. Мы близнецы. Меня зовут Клара, а моего брата…

– …Карл, – закончил за нее парень.

– Оч.. очень приятно. А меня зовут Элиза, и я, похоже, потерялась, – я опустила голову.

– Ничего… – ободряюще начала Клара.

– ...Сначала отдохнешь, а потом расскажешь, – опять закончил за сестру брат.

Я кивнула в знак согласия и позволила увести себя. Мы прошли совсем немного, спустившись с небольшого холмика, с которого была видна быстрая речушка. Игривой лентой она извивалась, огибая каменистые выступы, и устремлялась за горизонт. Справа от нее неподалеку стоял небольшой деревянный, но аккуратненький домик. Его окружал забор, который доходил лишь до пояса и был обвит разросшимся растением. Кроме дорожки к дому двор был устелен ровной зеленой травкой, а вдоль забора распустились клумбы с пышные кустами ароматных и ярких цветов. За углом виднелось развешенное на шестах белье, чистые белые простыни слегка покачивались на ветру. У стены перед домом стоял деревянный стол и две скамьи по краям, а следом располагалась будка.

Как только мы вошли во двор, к нам тут же подбежал лохматый пес. Он радостно вилял хвостом и, покрутившись у ног хозяев, направился ко мне. Я с детства очень любила собак, а потому, позабыв все тревоги, с воодушевлением присела, чтобы потрепать его за ушком.

В это время Клара ушла в дом, видимо, что-то подготовить. А Карл присел рядом.

– Его зовут Кабачок, – произнес он и со мной потрепал питомца. А затем пояснил. – Он выбежал с кабачкового поля, тогда-то мы его нашли и решили забрать домой.

То ли оттого, что мне довелось поиграть с собакой, то ли оттого, что передо мной наконец было подобие реальности — я расслабилась и почувствовала, как в груди растекается тепло.

Кабачок же, дав вволю с собой поиграть, вырвался из моих объятий и побежал по своим важным делам. В этот момент в дверях дома показалась Клара и позвала нас.

Внутри было уютно и чисто, посредине стояла беленая печь, в которой уже стоял котелок и тихонько булькал. Вся мебель была деревянной: слева располагался стол со скамьями, устланными разноцветными дорожками. Справа стояла одноместная кровать, заправленная пышными подушками и кружевным покрывалом, но Клара на мой взгляд объяснила, что за печкой еще скрывалась дверь в еще одну маленькую комнатку, где тоже была кровать. В дальнем углу стоял большой комод, а на нем — зеркало с резной рамой.

Познакомив с домом, Клара отвела меня в самую настоящую баню, которая была на их заднем дворе. Все это вдруг напомнило мне каникулы у бабушки в деревне, и стало по-настоящему тепло. А пока Карл что-то делал на улице, новая знакомая дала мне одно из своих платьев, которое мне оказалось впору. Оно не было таким вычурным и красивым как предыдущее, а такое же простое, до щиколоток, светло-зеленого цвета, но я и за это не знала, как благодарить ее.

Близнецы так суетились, что казалось, они действительно соскучились по гостям в своем доме. Мы все расселись за слишком большим для троих столом, который уже был заставлен ароматным кушаньем. В нагретом горшочке было овощное рагу с мясом, в мисочках рядом были соленья, и еще блестящие от капелек воды свежие овощи и зелень, а на деревянной доске лежали пышные лепешки. Только увидев все это, я поняла, что очень голодна, поэтому только молча ела, а близнецы не спешили нарушать тишину.

Уже за чаем с медом и сушками, боясь, что потом засну от накатившей усталости, я решила расспросить об этом месте и почему сюда попала.

– Честно говоря, это мы тебя позвали, – улыбнувшись, начала Клара.

– Мы услышали, что в библиотеку зашел кто-то, не принадлежавший нашему миру, и решили позвать, ну а ты нашла нас… – подхватил Карл.

– И мы тебя перенесли сюда. Нам просто стало любопытно поговорить с человеком.

Я сначала не поняла, что такого удивительного в общении с человеком, но вспомнила, что это не настоящие люди и многозначительно кивнула в ответ. Тут же быстро мелькнула мысль: что было бы, если бы меня позвать решили и другие книги? Например, не такие дружелюбные, а может, и опасные. По спине пробежал холодок, но меня вновь отвлекли разговором.

– Так что ты делаешь в нашем мире? – поинтересовался Карл.

– Я сама не понимаю, как я здесь очутилась и вообще зачем. Просто однажды на одной из моих прогулок случилось нечто странное… – тут я рассказала им всю историю, как встретила Марка и кукол. Правда, почему-то не стала упоминать Джокера. И в конце добавила, – когда куклы напали на меня, они говорили, что хотели поиграть со мной подольше и что я не понимаю их… Что они имели в виду?

Близнецы переглянулись, будто переваривая информацию. Если бы я не знала, что мысленно невозможно говорить, то поклялась бы, что они мысленно переговаривались. После минутного молчания Клара посмотрела на меня и взяла за руки.

– Видишь ли, в нашем мире существует легенда, что человек может сделать так, чтобы мы не исчезали. Многие, конечно, не верят, а книги, как мы, не выдают тайн. Но все же, есть те, кто думают, что легенда не вымысел. Ведь известно, что такие истории на пустом месте не возникают...

– То есть, куклы просто хотели, чтобы я каким-то образом сделала так, чтоб они не исчезли?

– Не совсем… Такие, как они, не верят этому, а людей вообще недолюбливают. Возможно они хотели, чтобы ты осталась в этом мире навечно и почувствовала, какого это, когда тебя забывают. – С этими словами у Клары мелькнуло что-то темное и печальное во взгляде, но она быстро взяла себя в руки и снова приняла дружелюбный вид.

– Тогда кто вызвал меня? - спросила я после некоторых размышлений.

– Видимо, Марк, – заключил Карл. – Малыш так сильно скучал по-своему хозяину и знал, что скоро исчезнет, вот он и израсходовал последние остатки сил на твой вызов. Мы слышали о нем, он все время плакал, когда попал сюда.

– Все книги так знают обо всем, что здесь происходит?

– Только те, что интересуются. – Карл коротко улыбнулся.

– Но кажется, что вы многое знаете… Вы могли бы помочь мне вернуться домой? – я умоляюще посмотрела на близнецов.

– Конечно, нет ничего проще. Это хорошо, что ты попала в библиотеку, – кивнул Карл.

– Только ты должна будешь помочь нам выбраться из книги, – добавила Клара.

– Тогда расскажите мне, что мне надо сделать! – перебила я Клару, мне не терпелось поскорее действовать.

– Погоди, погоди, – мягко улыбнулся Карл. – Сначала отдохни, наберись сил, а потом уже все дела.

– Но…

– Никаких но! Идем, я тебе уже постелила, – Клара повела меня, слабо сопротивляющуюся, к кровати в дальней комнате.

И как бы мне не хотелось поскорее выбраться отсюда, только моя голова коснулась подушки, как я тут же заснула.