Элиниия

Пролог. Глава 1.

ЭЛИНИИЯ

Пролог

Глаза щипало, по щекам текли слезы.

Сертаин предложил Виттане руку. Провожаемые одобрительным гулом новобрачные отправились в спальню. Чей-то злорадный взгляд толкнулся в сердце – на меня нагло смотрел опекун, граф де Флор. Улыбка хищника, сожравшего маленького зверька, окончательно взбесила. Я встала и направилась к опекуну. Высокомерный, уничижающий взгляд сменился на удивленный. Всхлип, закатившиеся глаза… Да, хук правой, придобренный силой, у меня всегда был убойным. Папа учил. Не плакать, только не плакать. Граф сваливается с кресла, я распахиваю его камзол, достаю потайную сумку и в гробовой тишине подхожу к императору. Он откидывается назад и озабоченно-удивленно смотрит на меня: «Лия?!! Ты невинна?!!!!» Ха! Разглядел, наконец-то, мой матрис, года не прошло.

Прямо перед ним, на овощные рагу, салаты высыпаю содержимое:

- Вот так, ваше императорское величество, дочь вашего лучшего друга, который много раз спасал вам жизнь, делают нищей.

Разворошила горки ценных бумаг, накладных, чеков:

- Через месяц, к первому совершеннолетию, у меня не будет денег даже на еду. Он все продал и собрался бежать. А мне куда теперь? К отцу на небеса?

Голос неожиданно сорвался, покатились слезы: «Что мне делать без родителей?»

Император Тайрион, лучший друг моего отца, наконец-то отмер, сглотнул. Гневное сияние его глаз залило обеденный зал:

- Если я, император, назначил тебе опекуна, значит, я ему доверяю. Граф де Флор постоянно отчитывался мне о твоих делах. У меня нет причины ему не доверять.

В животе похолодело.

- Предатель, - только и получилось прошептать. – Отец тебе этого никогда не простит.

Грудь стало распирать, по телу побежали перекручивающиеся лианы стихий. Да, эффект потрясающий: радуга энергий сверкала, искрилась, грозя перерасти в торнадо. Вдох, выдох. Стихии успокоились всего за секунду. Автоматически отметила, что это очень хороший результат, есть чем гордиться. Бежать! Надо бежать! Спокойно разворачиваюсь и направляюсь к выходу из зала. Опекун еще лежит без сознания. Незаметно для других силой ударила ему в пах - пусть для женщин он будет потерян навсегда. Струйкой огня, не касавшегося кожи, сожгла его одежду. А что? Голый аристократ смотрится на императорском обеде оригинально.

В пустом коридоре перенеслась в замок, в свою комнату, и начала швырять в пространственный карман все, что могла. В бывшем кабинете отца опустошила тайники: древние запретные книги по магии, деньги, драгоценности, секретные разработки, за которые тайная канцелярия и военное министерство удавились бы. Я металась порталами между комнатами. Силы от стресса и перенапряжения закончились в моих покоях. Темнота.

Холодный душ привел в сознание. Тела не ощущала, вместо него была только общая боль, особенно в руках и ногах. С трудом открыла глаза, напротив оказалось перекошенное от ярости лицо опекуна. Да, подарочек ему от меня вышел знатным, больше подтверждать репутацию первого самца империи он не сможет.

От оплеухи голова откинулась назад, ударилась о стену. Несмотря на чудовищную боль, заметила еще пятерых, почти обнаженных мужчин, находящихся здесь.

- Я и тебя продал, им, - ухмыльнулся опекун. - Мои друзья решили меня выручить.

Лицо графа приблизилось, слова дыхнули зловонием:

- Не хотела меня, достанешься им. Обесчещенная, нищая, ты никому не будешь нужна. Даже Тайрион тебя предал. Берите ее.

Де Флор повернулся к друзьям. Ну что ж, последний бой. Транс пришел за доли секунды.

- Хела! Услышь и помоги пройти последний урок достойно! Встреть меня, когда выйду из тела!

Изнутри пошла волна горячей энергии, выходя через ладони и стопы. Антимагические браслеты, сковывавшие руки и ноги, разлетелись осколами. Опекун и его дружки удивленно замерли. Сюрприз! Да, это родовая магия Ладийских, которую может подчинить только член рода, а не какие-то там браслеты. Щелкнул пояс, превращаясь в огненный хлыст с фиксированной рукоятью. Сюрприз! Изумленное лицо де Флора порадовало: как ни пытался узнать, забрать секреты князей Ладийских, ничего не получил. Крохи не в счет.

В глубине понимала, бой не выиграть, восемнадцатилетняя пигалица против шестерых матерых воинов, даже с родовой магией долго не выстоит. Вот папе они были бы на один удар, а мне… Остается только подороже продать свою жизнь.

- Хела! Иду к тебе! Встреть!

И началось. Я крутилась, била хлыстом, руками, ногами, жгутами стихий, использовала все, что могла. Стены лопались от огня, вихрей, водоворотов, но… Сначала перелом ног – многолетние тренировки отшвырнули боль в глубину сознания, встала только на упрямстве, злости и жгутов воздуха. Ледяной меч вошел в грудь, дыхание сперло и темнота.

Я парила над телом и наблюдала за происходящим. В зале суетились люди в синей форме личной службы безопасности императора: скрепляли энергией и камнем разваливающиеся стены, упаковывали трупы, заковывали оставшихся в живых компанию «граф и К» в антимагические браслеты. Сам же император сидел около моего тела, плакал и наблюдал, как его личный целитель пытается меня оживить. Когда воронка заставила меня вернуться в тело, единственное, что я ощутила, это жуткую боль. Она заполнила тело, сознание, выворачивала наизнанку, заставляла хрипеть и желать себе смерти. И уже где-то на грани потери сознания я услышала два голоса. Один, нежный, любящий и ласковый, такой, каким может быть только голос Хелы, произнес: «Я всегда с тобой! Но уходить еще рано!» И другой – страдающий от чувства вины, рыдающий от душевной боли – голос императора: «Теперь все будет хорошо. Я сам буду твоим опекуном!»

Глава 1.

Гроза сверкала молниями, рычала громом, сияла солнцем и радугой – редкое и благоприятное явление. Хотя на материке погода была всегда идеальной, то есть температура постоянно держалась 25-ти градусов, не опускалась и не повышалась, а дождь шел только ночами по часу, сегодня погода удивила всех. Но если профессорсказал, что, не смотря на необычность, это очень хорошая примета, значит, так и есть. Тем более, что действительно вдруг сделалось вкусно, свежо, ярко и умиротворенно. Казалось, земля, распространяя волны силы, мурчала от удовольствия.

В шею клюнул бумажный самолетик, оторвав от созерцаниябегущих по окну струек воды. Их императорские высочества, близняшки Раасгаар и Тамиина, хихикнули и показали мне язык. Вот как у них автоматически получается делать все одновременно?

- Лиры… - укоризненно покачал головой профессор Фиоланский. – Надеюсь, вы внимательно слушали, что я задал вам на дом. А если даже прослушали, повторять не собираюсь. И если через неделю не будет рефератов, наказание обеспечено.

Мы тяжело вздохнули, но Расгаар сделал большие глаза, потом подмигнул сестре и прошептал: «Пирожные от главного повара». Вот всегда нас так шантажирует: то ему пирожные от главного повара, который гоняет его за любовь к сладостям; то купание в пяти озерах силы, которое ему запрещено из-за чрезмерной силы, а нам разрешено, потому что мы девочки, хотя по силе ему не уступаем. То еще чего-нибудь. Однако делать нечего, придется потом идти на кухню и клянчить сладости.

- Экономическое положение Ритара в последние 20 лет, - пропел Раасгаар, уводя нас в библиотеку, причем в закрытую ее часть. – Что-то оборзели драконы, скрывают кучу тайн и нам надо будет в этом разобраться.

Мы с Тамииной разочарованно переглянулись: придется посвятить библиотеке все свободное время ближайших пяти дней. Одно радует – теперь я смогу без разрешения посещать закрытую ее часть.

Уже два месяца я жила во дворце. По указанию Тайриона мне выделили покои на этаже императорской семьи. Первый месяц меня лечили, в основном, психологически. Я практически не выходила из покоев, приходя в себя после трехлетнего общения с бывшим опекуном и эпической битвы за свою честь с ним и его друзьями. Тайрион, его жена, императрица Самвития, наследник Айдартии с беременной женой Тамиисой, вторым принцем Илариием и близняшки Раасгаар и Тамиина, друзья детства, навещали меня каждый день. Пытались развеселить, делились новостями, хотя и не всеми. На вопросы о бывшем опекуне и его компании отвечали, что ничего пока сказать не могут, идет следствие. Я оценила их усилия по приведению меня в нормальное состояние, особенно усилия Тайриона, ведь императору точно есть чем заняться. Но каждый день, утром и вечером,он обязательно заходил ко мне хотя бы на десять-пятнадцать минут, интересовался здоровьем, беседовал с целителями. Я видела его искреннюю заботу, извиняющийся взгляд и почти простила, почти простила предательство. Он делал все, чтобы я стала такой же, какой была раньше, до смерти родителей. Он делал все, чтобы восстановить мои прежние отношения со своей семьей. Я улыбалась, доброжелательно разговаривала, как и прежде устраивала с близняшками бардак во дворце. Но я никогда не буду прежней. И хотя их почти всех простила, предательство, скорее всего, не забуду никогда.

И только Сертаин лишь раз появился в моих покоях. Вошел под ручку с Виттаной в гостиную, где я проводила большую часть времени, официально осведомился о моем здоровье, пожелал успехов и откланялся. Уже у двери Виттана обернулась и беззвучно прошептала, зная, что пойму: «Я выиграла, он – мой. А ты – неудачница». Боли уже не было, поэтому я проигнорировала и ее, и ее слова. Задумалась, надо ли обострять с ней отношения? Опасно ли? Ведь я еще не восстановилась и имела слишком мало информации. Решив повременить с какими-либо действиями, сосредоточилась на выздоровлении, слушании пространства и обработке слухов. К концу месяца пребывания во дворце, полностью восстановившись, уже симулировала бессилие, только чтобы меня не беспокоили. И окончательно смогла выбрать линию поведения, чтобы самые заклятые друзья ни в чем плохом для себя меня не заподозрили.

Сертаин был более чем моей любовью, он был моей жизнью. О чем я и сообщила всем, когда меня, трехлетнюю кроху, отец принес на день рождения третьего принца. Князья Ладийские очень дружили с императорской четой еще с учебы в столичной Академии всеобщей магии. Проводили вместе много времени и развлекаясь, и решая государственные дела, и участвуя в сражениях. Отец, князь Авириан Ладийский, был правой рукой императора, самым близким другом и опорой трона. Мама, княгиня Литериия, была сильнейшим магом-универсалом и невероятной красавицей.

До трех лет, в соответствии с семейной традицией воспитания, замок я не покидала. И вот первый выход в свет. Отец заносит меня в большую гостиную, заполненную только близкими императора. Мой взгляд сразу же останавливается на мальчике в самой нарядной одежде. Принц немного смущен вниманием такого количества людей, но как истинный сын императора держится с достоинством. Русые волосы убраны в хвост, огромные синие глаза смотрят цепко и мудро.

- Кто это? – прошептала я.

- Это наш именинник, принц Сертаин. – Отец спустил меня с рук. – Пойдем, поздравим его с Днем рождения.

За секунду я перенеслась к принцу, собственнически дернула его за камзол и громко сказала:

- Хоть ты и выпендрежник, ты - любовь всей моей жизни. Посмотри мне в глаза.

Сертаин удивленно-снисходительно одарил меня вниманием и независимо хмыкнул. Меня это не остановило:

- Ты мой жених и любовь моей жизни! Теперь я твоя невеста!

Для подтверждения своих слов топнула ножкой и не отлипала от принца до тех пор, пока он не отправился в храм Хелы, Верховной Богини процветания, и Аная, Ее божественного супруга. Отец нес меня, уставшую, на руках. А я, до невозможности счастливая, смотрела на принца и шептала: «Нашла, нашла! Он мой!» И когда и храме и около него от имени принца раздавали пожертвования – деньги и освященную пищу – стояла рядом и сияла от блаженства. Мое поведение не было воспринято серьезно, и часто Сертаин с недоумением смотрел на девчушку, носящуюся по дворцу с его братом и сестрой. Но постепенно его отношение ко мне менялось, и когда император предложил ему обручиться со мной, дал согласие. Так, когда мне исполнилось десять лет, а Сертаину пятнадцать, на Новогоднем балу в начале весны было объявлено о нашей помолвке.

Это было очень счастливое время, даже несмотря на плотный график обучения и жестких тренировок. Периодически близнецы и я что-то вытворяли, в чем Сертаин часто присоединялся к нам. И если я попадалась, всегда брал вину на себя. Мы вместе путешествовали, совершенствовали магию и учились ответственности. А через четыре года в нашей компании появилась Виттана Звутич, дочь самого богатого и известного промышленника Империи. Благодаря каким-то его заслугам Виттану определили во фрейлины императрицы. И она сразу же попыталась обратить на себя внимание моего принца, влезая в наши разговоры, игры и учебу. Но это у нее плохо получалось, все-таки мы изначально обладали разным воспитанием и способностями. Виттана принадлежала всего лишь к торговому сословию, а значит, ее ум, интеллект и магические способности значительно уступали нашим. Вообще, с ней было неинтересно. Понимая, что своей в нашей компании ей не стать, она начала мне мстить, пытаясь показать Сертаину, что я его недостойна. А вот она… Мне устраивали ловушки в саду и во дворце, подсыпали слабительное, распускали слухи. Такие недостойные вещи у нас сначала вызвали удивление, а потом негодование. Ибо для всех власть имущих Империи подобное поведение было отвратительным. Надоев уклоняться от горшков с цветами и алхимических жидкостей, растворяющих ткани, перелетать ловушки и поваленные деревья, я решила возвращать Виттане все сюрпризы, которые она устраивала мне. Этому предшествовало несколько важных разговоров.

Первый разговор произошел в императорском кабинете, куда мы пришли втроем.

Несколько раз растянувшись в парке перед императорской семьей и послами дружественных стран, вызывало удивление произошло несколько стычек, и Сертаину пришлось четко и ясно перед Виттаной и другими фрейлинами матери обозначить свое исключительное отношение ко мне, как к любимой невесте.

В империи строго следовали законам Хелы и законам существования человеческого рода. Особенно это касалось высших сословий. Честь, долг, целомудрие, самосовершенствание и вся деятельность – как служение Хеле и Анаю. Абсолютное большинство супружеских пар высших сословий пытались следовать примеру Хелы и Аная в Их счастливых супружеских отношениях и были счастливы.

Свадьба планировалась в мое первое совершеннолетие, в восемнадцать лет. А в 21 год я должна была поступить в Академию всеобщей магии, где в обязательном порядке проходили обучение все представители высших сословий. С моим огромным даром универсала это было необходимостью. Сертаин уже к тому времени должен был Академию закончить и стать третьим заместителем начальника Тайной канцелярии.

Но когда мне исполнилось 15, внезапно и странно погиб весь род Ладийских, кроме меня. Я тогда задержалась в императорском дворце, наша дружная четверка планировала каверзу, которая в очередной раз поставила бы дворец верх тормашками. На празднике плодородия, по традиции проводившемся в заповедных лесах княжества, произошел огромный взрыв. И в радиусе нескольких километров от центра праздника не осталось ничего живого. Вообще ничего, кроме мертвой земли и горького пепла. Недели три я, как тень, бродила по столице, боясь вернуться и во дворец, и в княжество. Там все напоминало о родителях. Все жители дворца и города относились ко мне с сочувствием, пытаясь всячески поддержать. Сертаин сбежал из Академии и бродил по столице со мной. Почти каждый день к нему присоединялись близнецы. Нас, особенно меня, подкармливали водители маголетов-такси, домохозяйки, учителя, школьники, садовники… Я чувствовала не жалость людей, а искреннюю боль от утраты Ладийских, древнего и знаменитого рода, посвятившего себя защите и процветанию народов империи. Наш род действительно любили все – от дворников до императора, кроме, конечно, врагов страны.

К концу третьей недели за мной пришел сам Тайрион. Я уже как-то свыклась с тем, что осталась одна в роду, но не в жизни. Императорская семья и ее приближенные, даже слуги во дворце, постоянно давали мне понять: жизнь продолжается, и мне обязательно помогут пережить утрату близких. За два следующих месяца я более-менее пришла в себя, и на очередной беседе с императором мне представили дальнего родственника матери, графа де Флора. И хотя граф относился к третьему кругу дворян, Тайрион рекомендовал его мне как порядочного человека с внушительными рекомендациями. Именно он должен был стать моим опекуном и заботиться обо мне и княжестве. Граф вел себя безупречно, всячески, без надоедливости, опекал меня и поддерживал. А вернувшись из пробной поездки по княжеству, испросил императорского позволения на время забрать меня в замок для того, чтобы я более подробно ввела его в дела замка и княжества. Одобрение императора и мое согласие было получено, и через день сборов на магопланетолете мы отбыли в Ладийское княжество.

Глава 2

Глава 2

Около теперь уже только моего замка нас встречали управляющий, экономка и все слуги. Детей было не меньше, чем взрослых. Я окинула взглядом Кедрис, уникальный фамильный замок Ладийских. Сегодня он был нежного пастельного цвета, что означало высшую степень привязанности и любви. Улыбнулась Кедрису, встречающим. Волны радости, сочувствия, преданности окутали сердце, захотелось петь и обнять всех. Как же я соскучилась! Представила де Флора как своего опекуна, попросила любить и жаловать. После обеда провела для графа ознакомительную экскурсию по замку, показала все, что можно было показать. Мне не понравился задумчивый вид Кедриса и его слова: «Граф не тот, за кого себя выдает. Остерегайся его, будь осторожной!» Изумилась мыслям замка, но решила последовать его желанию и показать де Флору только то, что показала бы любому гостю. Граф, понимая, что экскурсия очень короткая, и мимо проплыли самые интересные помещения, все-таки спросил:

- Элиниия, мне бы хотелось осмотреть еще и кабинет, лаборатории твоего отца, закрытую библиотеку, сокровищницу. Я, как опекун, должен быть в курсе всего.

- Анри, - я искренне удивилась, - разве вы не знаете, что такие помещения могут посещать только представители рода и император?

- Но я опекун, почти член рода. К тому же меня провести туда можете вы.

- Это невозможно. Тайны древних родов – только для их представителей, – поймала в глазах графа большое разочарование и пожала плечами, - магические клятвы на крови членов рода.

Меня очень насторожил интерес опекуна к тайнам Ладийских. Неужели он не понимает, что большинство из них ему не по зубам. Дворяне третьего круга во много раз слабее представителей первого. И то, что для меня с детства является магическими игрушками, графу принесет смерть. Может это нужно кому-то другому?

Более тайными комнатами де Флор не интересовался, вместо этого он принялся очаровывать меня. Как оказалось, граф негласно считался первым самцом империи, соблазнял женщин разного статуса и использовал их для своих интересов. Худшего из опекунов просто сложно придумать! Кто его рекомендовал императору? И для чего ему я? И тогда мы с Кедросом решили следить за графом, используя способности замка, благодаря которым все Ладийские могли оказываться в любой его точке и проходить сквозь стены. Жизнь де Флора действительно оказалась очень странной, а первые гости, вернее гостьи, вообще привели меня в полное изумление.

Полученными сведениями я ни с кем не делилась, а видеокристаллы складывала в свой пространственный карман. Де Флор, казалось, забыл обо мне. В замке с ним я не пересекалась, ибо в семейное крыло князей он не заходил, а гостевое крыло интересовало меня специфически. Однажды он пригласил меня на ужин, якобы для решения каких-то вопросов, и попытался опоить приворотным зельем. В империи было несколько преступлений, за которые полагалась смертная казнь. Приворот, как насилие над личностью, считался тяжким преступлением и наказывался в конце концов повешением. Поняв, что раскрыт, граф попытался меня изнасиловать. Защита включилась мгновенно, в де Флора ударило несколько молний, а потом бессознательного протащило по всем коридорам и лестницам замка и выбросило далеко у лесных озер.

После анализа общения с опекуном вырисовалась схема: не получилось попасть в тайные помещения князей прямо, значит надо самому войти в родчерез женитьбу на мне. Не получилось. В ход пошли приворот и изнасилование. Я была ему нужна как ключ к тайнам князей Ладийских, а точнее, как ключ к тайнам Империи. Ибо Ладийские и Империя в стране были синонимами. Устав от разных непонятностей, я решила дозвониться до друзей во дворце. Но к моему удивлению, этого не получилось. Или не было связи, или на звонок никто не отвечал. Что происходит?

Графа нашли и вылечили, опять наступило перемирие. Полностью оклемавшись, де Флор попросил прощения за свое поведение, мол, не смог перебороть чувства. Так влюбился, так влюбился! На мой сарказм: «Вы также влюблялись в сотни других женщин, чтобы потом использовать их?» - Опекун, словно что-то решив для себя, гадко ухмыльнулся и ушел, громко хлопнув дверью.

Окончательно поняв, что до тайн Империи и меня добраться не получится, де Флор показал свое настоящее лицо - лицо похотливого и жестокого негодяя. Хитростью он одел на меня браслет, блокирующий перемещения в пространстве, а над замком появился купол, через который я не могла пройти. Это была война. Все люди Ладийских были постепенно уволены и заменены на новых, в том числе местный гарнизон. Из дорогих мне людей остались только жрец-повар и горничная. Кедрис, чтобы сохранить хоть какое-то имущество и секреты князей, заблокировал проход в крыло замка, где находились помещения, используемые княжеской семьей. Выгнать негодяя из замка Кедрис не мог, ибо тот использовал странную магию, пахнущую тленом и страхом, которая без успеха, но могла противостоять родовой силе князей. А потом появились еще более странные гости, за которыми мы следили и которым пакостили по мере возможности.

Глава 3-4.

Глава 3

- Уже третий день идет дождь, днем!!! Что это значит, Амарий?

Я обернулась к жрецу-повару, который сидел в кресле и пил восстанавливающий настой. Мы все еще не теряли надежды вырваться из ловушки, поэтому приходилось много магичить и медитировать. Сегодня утром была очередная попытка пройти через купол, к сожалению, неудачная.

- Как думаешь, Лия, почему благоприятно, когда дождь идет ночью?

- Мама говорила, с сумерек наступает время лунной энергии, которая является основной энергией, питающей деревья и растения. Луна – их мать. Вода имеет тоже лунную, женскую природу, поэтому совместное действие лунной энергии в виде воды и самой энергии Луны увеличивает полезность дождя для растений и деревьв. И для почвы. Думаю также, ночью планете легче очищать дождем свои пространства, ведь разумные спят.

- Правильно. Ночной дождь показывает умиротворенное состояние планеты, можно сказать, что это слезы радости от того, что все хорошо. Что все разумные ведут себя в соответствии с законами Хелы и Аная. Что на планете все идет правильно. Если же дождь идет днем, то это слезы печали. Планета жалуется Солнцу, своей звезде: происходит что-то плохое. На всей планете или в данной местности. Поэтому плачет и по просьбе Солнца закрывает от разумных его лучи-благодать. Лишает их энергетического питания Солнца. Погода зависит от благочестия людей.

- Значит, вот уже три дня, надеюсь, только в нашей местности, происходит что-то плохое, неблагочестивое?

- Лия, тебя это огорчит, но… Эти три дня они убивают твоих любимцев. Сегодня ушел из тела Ветерок, вчера – Смешинка, позавчера – Друг. Они их убивают, а потом едят.

Потрясенная смертью любимого коня, коровы и собаки, я сползла на пол. Грудь сдавило от боли, слезы полились из глаз. Все-таки спросила:

- Но, зачем их есть? Разве эта компания голодает? В стазисном подвале и крупы, и фрукты, и овощи, и ягоды и многое другое. Там самая изысканная и питательная еда со всего материка. Зачем убивать красивых и разумных существ, если есть многое другое, чем можно питаться?

- Трупный яд, - Амарий поставил чашку на столик. – Трупный яд – это наркотик, привыкнув к которому тело теряет способность понимать, какая еда для него хороша, а какая нет. А если отсутствует еще и милосердие с состраданием, то поедание трупов становится… К тому же, трупный яд заставляет привыкнуть к энергиям боли, страха, гнева, страдания, злобы, проклятий, которыми пропитан труп. Заставляет питаться и наслаждаться этими эмоциями. Приводит к забвению, отсутствию понимания, что хорошо, а что плохо.

По лицу Амария прошла судорога, боль полилась из глаз:

- Вчера бродил вокруг замка. Княжеское крыло – нежных пастельных тонов. А гостевое – черное. Круг справедливости уничтожен. Теперь там стоит артефакт зла, в простонародье – немочный камень. Вокруг черной половины замка уже трава, цветы и деревья намного меньше ростом, скрючились. Все наполнено ненавистью и злобой.

Хела! Круг справедливости уничтожен! Это же одна из незыблемых основ нашей Империи. Да что там империи, каждой страны материка. Перед дворцом, замком, домом каждого более-менее крупного правителя есть круг справедливости. По периметру круга на разной высоте разных приспособлений висят колокола и колокольчики, чтобы представителю каждого вида жизни было легко позвонить, встретиться с правителем и потребовать справедливости. Не раз я присутствовала, когда на круге отец рассматривал жалобы эльфов, благо граница с ними близко, людей княжества. Даже орк однажды забрел. Приходили за справедливостью собаки, коровы, быки, лесные животные, несколько раз приползали змеи, прилетали ласточки и орлы. Отца невозможно было обмануть, и иногда наказание получали сами истцы. Я часто присутствовала на круге, ибо это входило в процесс обучения,скучно не было никогда.Возвышаясь на семуре, огромном полульве-полуптице, фамильяре отца, было интересно рассматривать ауры, эмоции, определять, кто лжет, а кто говорит правду. И теперь круга нет! Да что это такое, граф и его компания?

В голове хмыкнул Кедрос и прошелестел: «Скорее всего они связаны с Шевром. Я сразу почувствовал внутри него зло».

- Шевр? – спросила Амария.

- Судя по всему, да, - безрадостно ответил жрец. – И как только добрались до нас? Наверняка в императорском окружении предатели.

Стало очень грустно. Связаться с близкими и знакомыми вне купола не получалось. Почему нас не спасают? Где Сертаин?

- Княжна! – в дверь бочком вошла Снира, горничная. После того как ее, увешанную для безопасности моими артефактами, все-таки подловил опекун и загипнотизировал, чтобы она одела мне блокирующий браслет, девушка чувствовала себя очень виноватой. И старалась меньше попадаться на глаза.

- Княжна! – Снира протянула поднос, на котором лежал магический конверт из императорской канцелярии. – Нашла на границе. Кедрос проверил и помог взять.

Границей мы называли линию, разделяющую светлую и черную часть замка. Амарий кивнул, мол, бери, можно. Взяла одновременно с надеждой и страхом. С надеждой – хоть какая-то весточка от близких, почти год заточения ничего не было. Со страхом – если письмо прошло через руки графа, значит, ничего хорошего для меня в письме нет. И действительно, в нем за подписью императора сообщалось, что я не оправдала надежд императорской семьи и мне навсегда отказано в посещении дворца.

Неделю я металась в горячке, разговаривала с ушедшими родителями, плакалась им. Кричала Хеле, за что Она так со мной. Изрыгала проклятия императорской семье, называла их предателями. И все это в бешеном, бегущем ритме. Было одновременно жарко и холодно. Жить не хотелось, хотелось уйти. И где-то уже на грани меня встретили трое: Хела, мама и папа. Хела стояла рядом и обнимала, гладила по голове. Я смотрела на родителей и плакала. Мама вздохнула и сказала: «Лия, девочка моя! Ты же знаешь, душа перед тем, как воплотиться, сама пишет сценарий своей жизни. Она оценивает свои силы и в соответствии с ними сама выбирает препятствия, которые ей потом нужно преодолеть. Зачем тебе уходить из тела, если ты сможешь победить врагов и, главное, себя? Учись жизни, совершенствуй магию, исполняй обязанности. Помогать тебе будет наша любовь, новые друзья и…» Закончил папа: «Твоя любовь, твоя пара. Выбирайся из ловушки, у тебя все получится». Последнее, что помню, это объятия всех троих и ласковый голос Хелы: «Все будет хорошо!»

Послушала тело, вроде здорова. Жива, в душе более-менее спокойно.

- Вернулась, слава Хеле! – Амарий поправил одеяло. – Посмотри, Алирия улыбается твоему выздоровлению, все эти дни были прекрасными. Светило солнышко, дождь шел только ночью. Планета словно затаила дыхание, так ждала твоего выздоровления. У меня было ощущение, что представители всех первостихий на Алирии охраняли тебя и лечили. Когда становилось душно, окна сами открывались. Ночью дождик пытался заглянуть. Луна-матушка вообще искажала свои лучи, чтобы укутать тебя в них и наполнить энерией. И солнце старалось, концентрация его лучей именно в твоем окне была намного более сильной, чем везде. Его лучи тоже были непрямыми, как и лунные, – окутывали и защищали. Правду говорят, ты любимица Хелы.

- Сколько… - продолжить не хватило сил, облизнула пересохшие губы.

- Дней болела? – спросил Амарий.

Кивнула головой.

- Семь дней. Семь дней ты была на грани жизни и смерти. Думали уже, уйдешь. Кедрос со злости, насколько мог, пакостил той компании. От ужаса сбежало пять солдат, хотя люди они подневольные и дисциплинированные.

В голове послышались смешки замка и замелькали картинки. К сожалению в той части Кедроса были закрытые и опечатанные подвалы, в которые граф и еще какие-то люди, о! даже сид! пытались пройти. Первыми шли пять солдат-магов, неслабеньких. Интересно, что показал им Кедрос, если они, растолкав всех, с криками ужаса выбежали из подвалов. Приятная новость. Кедрос окутал меня свой теплой магией и прошептал: «Хорошеньким княжнам, сладким и нежным, такие ужасы видеть ни к чему. А солдафонам-предателям – в самый раз».

- Три женщины, любовницы графа и его друзей, - продолжил Амарий.

Кедрос тут же сопроводил слова Амария картинками: три полуголые женщины в страхе бегут по коридорам и лестницам, скатываются со ступенек, визжат. «Такого визга я не слышал за все десять тысяч лет пребывания здесь, - поделился замок. – Мне понравилось!»

- Кедрос развлекает картинками? – прислушался к себе Амарий. – Занятно было, даже я посмеялся. И много еще чего по мелочи.

В комнату зашла Снира. Увидев, что я пришла в себя, искренне обрадовалась: «Княжна! Выздоровели! Для вас Амарий сделал настой, сейчас принесу». После настоя, восстанавливающего всю энергию тела, я, наконец-то, заснула крепким, здоровым сном.

***

- Не симулируй, открывай глаза, - потребовал Амарий. – Чувствуешь себя хорошо, поэтому можешь выслушать две очень хорошие новости.

Тут же открыла глаза, ничего не кружится. Ни потолок, ни кровать, ни голова. Солнечно, уютно, ветер играет с занавесками. Амарий в кресле напротив внимательно рассматривает меня.

- Слушаешь? – Кивнула. – Слушай внимательно. Первая новость. Посмотри на браслет.

Посмотрела. О! Браслет наполовину перестал действовать.

- За сутки, пока ты спала, мы втроем внимательно рассматривали его. И пришли к выводу, что во время горячки твоя магия разрушила половину связей. Думаю, ей посодействовали в этом энергии грани, до которой ты уже дошла. Глубинной основой браслета является магия, из которой состоит купол. Поэтому выздоравливай полностью быстрее – и в лаборатории Авириана. Надо снимать браслет и выбираться. Предупредить Тайную канцелярию и императора.

Да, надо. Несмотря на личную неприязнь, Империя дороже.

- Теперь посмотри на себя, - Амарий протянул небольшое зеркало, - на кого похожа? Оцени свое состояние.

Да, состояние… Глаза впалые, под ними синяки. Лица нет, одни скулы, кожа бледная.

- А теперь вопрос для детей, - Амарий улыбнулся и подмигнул. – Чем питается человек? Что ему нужно есть, чтобы быть наполненным и удовлетворенным? Вспомни об этом.

***

Вспомнила детство, мне почти три года. Энергетические тела и их защита сформировались, скоро можно будет покидать замок и показываться людям. Я и мама сидим в беседке, пьем чай. Делаем маленькие глоточки, ибо так положено лире и вкус чая лучше чувствуется.

- Лия! Как ты думаешь, чем нужно питаться человеку?

Я задумываюсь.

- Пищей, энергией…

- Правильно, умничка! – одобрила мои слова мама. – А теперь внимательно запоминай. Человеку, чтобы жить комфортно, быть удовлетворенным, радостным и даже просто быть, нужно же, конечно, питаться. Понятно, физическое тело, чтобы дольше жило, не болело, надо питать качественной пищей. То есть овощами, фруктами, орехами, зеленью, зернобобовыми и молочными продуктами. Желательно предложенными своему Божеству, освященными. Режим питания может быть общим или индивидуальным. Вспомни, наш жрец и его помощники готовят только такую пищу.

Я согласно киваю головой. По камням маленькой диадемы начинают прыгать солнечные зайчики. Они отскакивают от нее, бегают, искрятся по столику, беседке. Мама улыбается, наблюдая за нами. Интересно же ловить лучи солнышка и делать из них разные фигурки!

- Далее, - продолжает мама. – Тело обязательно нужно питать физическими упражнениями, ибо именно они создают определенную энергию, необходимую, как питание, как минимум двум тонком телам.

Сразу же вспоминаю родителей и слуг на полигоне, полосе препятствий. Каждый день все жители замка тренируются, независимо от пола, возраста и обязанностей. Только я еще маленькая… Вздыхаю. Но папа обещал, что как только мне исполнится три года, индивидуальные занятия станут серьезнее. И мне сделают особую полосу препятствий.

- Тонких тел у нас много, больше ста. И их тоже надо кормить каждый день. А еще есть и духовное тело, которое ничем материальным не накормишь. Оно категорически отказывается есть что-либо материальное. А не будешь его кормить – придется страдать и мучиться. – Мама сделала глоток чая, зажмурилась от удовольствия. - Вот и получается, чтобы каждый день быть по-настоящему сытым, физическому телу надо есть в соотвествии с режимом своего дня качественную, естественную для человека пищу, освященную. Если получается питаться энергией, еще лучше.

- А почему, если не кормить духовное тело, надо будет мучаться?

Мама обняла меня и поцеловала:

- Опять умничка! Важный вопрос. А ответ… Наша суть духовна. Понимаешь меня? – Я серьезно кивнула и показала ручкой на сердце, где находилась как душа.

- Поэтому себя надо обязательно кормить. Чем? Молитвами, чтениями писаний, мантрами, рассказами о своем Божестве. Но давай все по порядку. Для всех структур человеческого тела, также как и других человекоподобных разумных, в ежедневное меню входит… Я буду говорить, а ты вспоминай, как это происходит у нас в замке.

Согласно киваю головой, интересная игра.

Мама начинает перечислять:

Первое. Физические упражнения как минимум 30 минут в день.

(Обычно жители замка занимаются больше. Папа когда несколько дней просидит в лаборатории, может на полигоне, полосе и в зале провести вообще часов 5-8. И оставаться по словам мамы, огурчиком.)

Второе. Благостная, божественная, красивая музыка – минимум 30 минут.

(В замке почти всегда играет – по желанию - музыка. Или на магкристаллах, или папа и с мамой музыцируюти поют. К ним иногда присоединяется Амарий.)

Третье. Молитва, чтение любимых мантр, писаний – 60-90 мин.

(У нас все поклоняются Хеле и Анаю. Поэтому Их имена звучат постоянно. И молимся, и медитируем на Них. Мама, папа и Амарий часто обсуждают Их отношения и деяния. Обычно в зале собираются свободные слуги и солдаты гарнизона. И многие видели, как на эти обсуждения приходила Сама божественная пара. )

Четвертое. Чтение божественных писаний – 30 минут.

(Уже понятно.)

Пятое. Созерцание красивой природы – картины, живая природа – 30 минут

(Наша планета Алирия – прекрасна. Смотреть на нее доставляет большое удовольствие. Я не была за пределами замка, но так говорит папа. Я ему верю, ведь если природа вокруг Кедроса завораживает взгляд, то почему бы ей не быть такой везде?)

Шестое. Хождение по земле разутыми, поедание энергии земли соответствующими структурами тела – 20 мин.

(Наверное странно смотреть на меня и маму, когда мы в красивых платьях и драгоценностях ходим босиком по траве.)

Седьмое. Купание в солнечных лучах – 20 мин.

(Задумалась. Мы ведь всегда в них купаемся, когда вне замка. Правда часто вижу родителей, стоящими на балконе и протягивающими руки к солнцу. Значит, купаться лучше осознанно.)

Восьмое. Купание в энергии звезд – 20 мин.

(Понятно. Или родители, или Амарий каждый вечер поднимаются со мной в небо, сама пока не очень летаю, и рассказывают о звездах.)

Девятое. Прямое купание в энергии Луны или во время сна.

(Теперь понятно, почему надо спать ложиться рано вечером, когда сила Луны начинает раскрываться. Иногда так не хочется, мама и папа сказки и легенды очень интересно рассказывают. )

Десятое. Творческое, интеллектуальное развитие – минимум 2 часа.

(Это пожалуйста. Развивают меня во все стороны. Нет, скорее всего любят и, любя, развивают через игры. Играть, конечно, интересно. Вот мама и папа точно развиваются. То в лаборатории, то во дворце, то еще где-нибудь. Скучаю без них.)

Одиннадцатое. Общение с тишиной, радостью, смехом – минимум 10 мин.

(Совмещение тишины, созерцания и прочего, наверное, возможно. А смех в замке всегда.)

Двенадцатое. Созерцание красивых зданий, жизнь и труд в красивых помещениях – всегда.

(Папа говорил, что проживание и деятельность в красивых зданиях и помещениях автоматически возвышает сознание. Пока не совсем понятно, но если люди будут жить в таких красивых замках, как наш, им всегда будет хорошо. Кедрос очень-очень красивый!)

Тринадцатое. Сладкие, хорошие взаимоотношения с близкими – по максимуму.

(Мама говорит, что любовь близких окрыляет. Правильно, наверное. По крайней мере, мне нравится, когда меня любят родители и слуги. Но больше мне нравиться любить их и помогать. Когда дед Сниры упал с дерева – доставал нам яблоки – и распорол бок, я вылечила его с удовольствием. Так радостно было потом смотреть в его смеющиеся глаза. Когда у человека в глазах боль, мне тоже больно. Если ты любишь близких, а они – тебя, это точно хорошо, сладко и вкусно.)

Четырнаднатое. Качественные дружеские отношения с представителями своего пола – по желанию.

(Наверное, это о подружках.У меня нет постоянных, но когда приезжают двоюродные сестрички, нам весело и интересно.)

Пятнадцатое. Личные отношения с Хелой и Анаем, своими Божествами – всегда.

(Как же без них? Я когда была в животике мамы, постоянно с Ними говорила, играла. Они мне отвечали на все вопросы. Особенно люблю разговаривать с Хелой, от Нее всегда так сладко!)

- Лия, доченька моя любимая! Поняла, как и что надо кушать? – Мама удовлетворенно посмотрела в мои понимающие глаза и рассмеялась. – Лия! Чем качественнее и вкуснее ешь, тем лучше живешь. Наполненнее, чище, счастливее. Это минимум, который необходим всем структурам тела, чтобы быть более-менее сытыми. И если у человека отсутствует возможность есть все это каждый день, может он делает что-то не так? Или не то? Или живет не там? Может, ему в чем-то стоит изменить свою жизнь?

- Мамочка! Я продумала каждый пункт и поняла, что мы живем правильно! Ведь мы же довольны и счастливы!

- Да, мое солнышко! Мы питаемся правильно и счастливы!

***

- Вспомнила? А теперь подумай, в чем ты не доедала эти месяцы. У тебя неделя на восстановление после горячки, - Амарий напоил меня отваром. – Времени почти нет. Та компания задумала что-то серьезное, количество предателей увеличилось.

В голове вздохнул Кедрос: «Надо торопиться. Они подумывают даже взорвать меня!»

- Поэтому, Лия, через неделю начинаем восстанавливать твое полное питание и распорядок дня. Утром тренировка, еда тела – из моих особых запасов. Затем – медитации и лаборатория, тайные книги по магии. В перерывах – пение, стихии и прочее. Мы все будем тебе помогать. Надо снять браслет, взять пробы этой странной магии, в том числе для Тайной канцелярии и военного министерства. Творчества у тебя будет – через край!

Глава 5

Глава 5

Наконец-то сегодня был день отдыха!!! За последний год их не набралось бы и двадцати. Амарий построил распорядок моего дня так, чтобы я максимальноэффективно трудилась в лаборатории, разбиралась с браслетом, куполом, магией. Успехи впечатляли, и мы надеялись, что в скором времени добъемся успеха. Граф периодически гадил, например, заблокировал вход в стазисный подвал, где хранились все продукты. То есть фактически обрекал нас на голодную смерть. Но он не знал, что в нашей части замка были дополнительные стазисные кладовые, которые и использовал Амарий, готовя на нас троих. Мы подозревали, что все люди Ладийских не были уволены, а находились в состоянии стазиса в подвалах. Амарий и Снора остались со мной только потому, что гадкая магия, которую использовали граф и К, не могла противостоять энергии Хелы, на которой строилась сила жреца и горничной. А также из-за их личных способностей. Кроме того, когда все началось, я навешала на Снору множество защитных артефактов, а вот помочь остальным не успела.

Это было еще одной моей болью. Для чего этой компании столько людей? Амарий высказал предположение, что, скорее всего, для жертвоприношений. Я ужаснулась, ведь все, кто трудился в замке, были мне почти родственниками. Еще одним из столпов Империи были очень хорошие отношения слуг, разного рода служащих, крестьян, ремесленников, фермеров и прочего люда с дворянами и просто богатыми людьми. Династии слуг, например, служили богатым, особенно высшей аристократии, десятками тысяч лет. Папа говорил, что люди власти, духа и богатства должны заботиться о тех, кто им служит. Это взаимовыгодное сотрудничество, ибо богатые учатся у слуг преданности, которую потом можно проявить в служении Хеле и Анаю. И учатся правильно заботиться о тех, кто не может серьезно заботиться о себе сам. То есть учатся проявлять определенный творческий потенциал, который им дарует Анай. Конечно, если учителя обнаруживали у ребенка из семьи слуг, крестьян, ремесленников качества более высокого сословия, например, духовно-магического или воинского, то направляли ребенка в соответствующую школу и помогали ему адаптироваться в более высоком сословии. Такие дети ценились на вес скандия, очень редкого минерала, гораздо превосходящего по стоимости любые драгоценные металлы.

Поэтому люди, преданно служившие тысячелетия роду Ладийских, были нам очень дороги. Даже в старости мы о них заботились, несмотря на то, что они были на попечении своих детей, получавших за преданное и искренее служение хорошие деньги. И подобная система использовалась повсеместно. Хела! Что с ними будет? Помоги мне!

Я не противилась полной и плотной занятости, ибо она помогала не вспоминать Сертиана. Почему он не спасает меня? Почему мне нельзя во дворец? Понятно, что граф что-то для этого сделал. Но почему Сертаин, Тайрион поверили? Бросили меня? Уткнулась лицом в подушку и зарыдала. Боль крутилась в животе, в груди кололо. А гори оно!... Я же еще почти девчонка, могу. Завыла. Завыла, как одинокая волчица воет от боли потери любимого или детенышей. Сертаин, где ты? Я не видела тебя живьем почти три года! Неужели не слышишь меня, мои страдания? В какой-то момент перестала контролировать энергию и замок тряхнуло. Тут же из библиотеки прибежал Амарий, он там почти дневал и ночевал, пытаясь найти старинные книги, рассказывающие об ужасной магии, которую использовал де Флор. За Амарием прибежала Снори, обсыпанная мукой раситы, уникального зернобобового растения, растущего только в наших горах.

- О, Хела! – Амарий меня обнял и стал убаюкивать, как маленького ребенка. – Снори, зелье.

Успокоенная зельем, убаюканная жрецом, задремала. Когда открыла глаза, солнце уже садилось. Поерзала, устраиваясь поудобнее, делать ничего не хотелось. Поэтому попросила Кедроса рассказать о моей прапрабабушке Севенарии, мы как раз искали магическую литературу ее времен.

- Кедрос, расскажи, пожалуйста!

В ответ – долгое молчание, а потом с тоской:

- О мамочке моей…

- Мамочке? – Удивилась я. – Она же была человеком.

- Много ты понимаешь… - Опять тоска и боль в голосе.– Она была моей мамой и мамой Метиоса, моего младшего брата, в котором сейчас живут Дарийские. Настоящей мамой. Никто не пел нам таких колыбельных, никто не любил нас так, как она.

- Она любила тебя больше, чем я?

Молчание.

- Как вы встретились?

Опять долгое молчание, потом вздох.

- Чтобы ты все поняла, надо рассказывать с самого начала.

- Расскажи, а то заплачу, – и даже всхлипнула для подтверждения.

- Шантажистка… Как ты на нее похожа! Поэтому, наверное, я с братом и любим тебя больше других. Она была… В общем, когда придешь в себя и будешь выглядеть очень хорошо, погляди в зеркало. И увидишь ее. Только она была выше ростом.

- Кедрис, пожалуйста! Я так хочу много знать о легендарной Севенарии, она все-таки моя бабушка. Даже стыдно иногда было, когда во дворце девчонки спрашивали меня о ней, а что-то особенное рассказать не могла, не знала.

- Хорошо, я буду рассказывать и показывать воспоминания. Ты знаешь, что камни, горы – живые. Просто мы другой вид жизни и учим, в отличие от вас, другие уроки, приобретаем другие качества. Как и все виды жизни мы живем сто лет. Но так как время у каждого вида течет по-разному, создается впечатление, что мы живем дольше. Например, бабочки живут несколько дней. Почему? Потому что их время течет значительно быстрее времени, чем допустим, время человека. Простые люди живут до тысячи лет, а маги-дворяне первого круга могут прожить до трех тысяч лет. Севенария прожила почти пять тысяч. Из-за меня и Метиоса, кстати. Очень не хотели, чтобы она уходила. Да..

Кедриос опять задумался, закряхтел даже. Его энергия начала ходить по замку, как мехи гармошки.

- Кедриос, всполошишь всех!

- Да, извини. Время людей течет быстрее, чем, естественно, время слуги Хелы и Аная – Творца Вселенной. Поэтому его сто лет, это больше трехсот триллионов алирийских лет. Мы, конечно, живем меньше, чем Творец… Мы тоже дышим, только раз в десять дней. У нас тоже есть сердце, только бьется оно раз в пять дней. Если мы долго медитируем, а это одно из основных наших занятий, то можем еще больше замедлить время вокруг нас. Мы многому учимся, в том числе у йогов, которые сидят в горных пещерах. Мы такие же личности, как и вы, только учим другие уроки.

С братом я появился на свет далеко отсюда, на другом краю Вселенной. Как потом оказалось, по милости нашего Владыки Говардхана, царя всех гор Вселенной. Ты знаешь, пигалица, что у каждого вида жизни есть свой Владыка, который является воплощением Аная?

- Папа когда-то говорил об этом.

- Слушай дальше. Появились мы на очень интересной, чистой планете. Лежали сначала в глубине, потом вышли на поверхность. Передвигаться так быстро, как вы, мы не умеем. Зато летать, как вы, можем. Захотелось поглядеть мир, понравилось. Разные виды жизни, интересно. Наблюдали, делали выводы. Только печаль одна была, не могли улететь в космос. Хотелось посмотреть на звезды, галактики. Многие разумные вылетали за пределы планеты: птицы рурх, люди, эльфы, драконы. А мы не могли. Но все мы дружили между собой и берегли планету. Так продолжалосьмиллионы лет, но однажды над планетой появились большие звездолеты чужой и жестокой цивилизации. Все расы Фанзии объединились против них, но силы были неравны. В итоге роторги, так звали этих негодяев, как только поняли, что завоевать планету не удастся, разрушили ее.

- Неужели фанзийцы не смогли противостоять магии роторгов?

- Если бы магии… У роторгов было оружие, которое расщепляет белковую жизнь на атомы, а кристаллическую просто разрушает. За одно мгновение планета была разрушена. Вот вроде лежишь на холме под местным солнцем и разговариваешь с другом-эльфом, а через несколько минут – в космосе. Фанзия – как яркий огненный цветок, а ее жители в тонких телах парят в невесомости. А потом уносятся вниз, на адские планеты, или вверх – на высшие планеты. Почти все пошли на высшие. Совсем немного отправилось вниз. Хорошая была цивилизация.

- А друг-эльф?

- Сбылось наше и его желание попутешествовать в космосе. Так и отправились вместе. Еда физическая без материального тела ему особо нужна не была.

Кедрос показал картинку. Глубокий, темный космос с разноцветными туманностями, вспышками энергий и новых звезд. И на этом фоне плывущие в пространстве два огромных камня. На одном из них сидит полупрозначный эльф благородного вида и очень красивый. Малая корона с невиданными синими и зелеными камнями оттеняет огромные серо-голубые глаза. Пепельно-седые волосы заплетены в косу с нитями темных камней. Сзади наперекрест два меча.

- Понравился? – ехидно спросил Кедриос.

- Хорош! – честно призналась я. – Как произведение искусства. И очень разумен. Какие мечи!

- Сын императора эльфов. А мечи – разумные артефакты, они и в следующих жизнях должны с ним быть.

- Кто же создал такое чудо? - Искренне восхитилась.

- Кто-то из его древних предков. Те были еще могущественнее.

- А о чем вы с ним говорили?

- Скорее, философствовали о разном…

- О чем? – настаивала я.

- О жизни, любви, обществе, целях жизни…

- Интересно с ним было? – почему-то хотелось, чтобы этот принц оказался достойным, умным. Героем, вобщем.

- Да, жалко, что цивилизация погибла. Он был бы отличным императором. Сколько счастливых высокоразумных погибло… Он очень страдал, что допустил это. Но мы пролетали мимо разных планет, на которых гибли еще более высокие цивилизации. И он понял – это кала, время. С ним никто не может бороться, оно дает шанс вырасти, но потом же и разрушает. И успокоился. Потом сказал, что это путешествие помогло ему понять нас.

Кедриос опять замолчал.

- А что он говорил о цели жизни?

- О, на эту тему мы сломали немало копий. Он ведь был моим очень хорошим другом, почти с самого его детства. Я наблюдал за его взрослением, радовался, когда он проходил все экзамены и в жизни, и в обучении. – В стене раздалось какое-то бурчание. – Вспомнил! Ко взрыву планеты он прожил 250 лет.

- Как мой папа, - всхлипнула я.

- Тише, тише, моя маленькая княжна, - забеспокоился замок, окутал теплом. – Я дальше тебе буду рассказывать. И даже отвечу на какие хочешь вопросы. Задавай!

- Как его звали?

- Терениэль.

- Цель жизни… До чего вы додумались? - И почти прошептала, - мнеочень нужна цель в жизни. Сертаин…Отомстить опекуну и Тайриону – вот моя цель сейчас, как бы плохо это ни было.

Голос сорвался, потекли слезы. Кедрос еще сильнее укутал теплом, даже песенку какую-то пытался пробурчать. Бурчание оказалось таким милым, нежным, заботливым, что слезы высохли сами.

- Малышка ты наша! Метиос бы тебя сейчас забаловал. Только не могу до него дозваться, он стал будто глух и нем.

- Скажи о цели жизни, - попросила я, сердце болезненно сжалось. Все было на грани…

- Слушай, - Кедрос показал картинку, хихикнула: в яркой темноте космоса летят два огромных камня, хвостатые и окутанные туманом. На одном из них сидит эльф.

- Раньше же вы были без хвостов?

- Ускорились. Когда просто медитируешь, слушаешь пространства, лучше передвигаться медленнее. А когда хочешь еще что-то увидеть, ускоряешься, появляется пар.

- Вы мысленно общались?

- Конечно. Наверное, со стороны за нами было наблюдать уморительно. Терениэль часто импульсивно реагировал на наши мысли, не соглашался с нами, топал ногой и перепрыгивал с меня на Метиоса. Метиос, велся на эмоции Терениэля, все-таки на миллион лет меня младше. Вобщем, остро реагировал на него. Они даже пытались драться.

Новая картинка. Терениэль топает ногой и видно, мысленно говорит Метиосу что-то типа: «Ах, ты, старый кусок камня, совсем разум за миллионы лет потерял, разучился думать!..» Метиос выпускает газовый хвост, принимающий форму большой дубины, и пытается им ударить эльфа. А тот выхватывает мечи и типа пытается уничтожить эту дубину. Оба прыгают, вертятся. Совсем дети. Действительно смешно.

- Цель жизни, не отвлекайся.

- Долго мы уже летали, сколько тысяч лет, не помню. Как то все уже обговорили, выяснили, посмотрели. И однажды он, после того, как долго смотрел на красоты туманностей, задумчиво спросил, в чем же смысл жизни. Для мальчика, как будущего императора, было важно править по законам Хелы.

- Хелы? – переспросила изумленно. – Разве и в той галактике ей поклонялись под именем «Хела»?

- У Хелы много имен, обозначающих Ее качества. И на многих планетах разных галактик Ей поклоняются именно под этим именем. Если тебе нужно знать о цели жизни, о том, как ее видел Терениэль, смотри и слушай.

Кедриос: Правитель должен обязательно давать подданным конечную цель жизни. Как ты должен действовать и какова цель жизни с твоей точки зрения?

Терениэль: Император должен следить, чтобы подданные выполняли свои обязанности. Но при этом должен показать им цель, которая помогала бы эти обязанности выполнять, быть счастливыми и возвышать сознание. Высокоразумным человекоподобным нужно добросовестно выполнять предписанные обязанности, постепенно развивая в себе сознание Бога. В наших писаниях говорится, что Всевышнему поклоняются, выполняя обязанности перед семьей, родом, обществом. И удовлетворить Бога по-другому нельзя. То есть высокоразумный, который строго следует всем правилам и предписаниям, ограничениям разных социальных делений, может действительно удовлетворить Хелу. Например, воин, следуя правилам чести и долга, наказывая преступников и убивая агрессоров, несомненно достигнет совершенства.

Кедриос: Но соблюдение правил, ритуалов – внешние вещи. Именно они порождают фанатиков.

Терениэль: Да, скорее всего. Несовершенная точка зрения… Формальность выполнения правил, ритуалов, религиозных обязанностей достаточно бесполезны без искренности, понимания, что все это есть совершенствование и служение Богу. Что же выше? Скорее всего, выше уровень, когда деятельность высокоразумного – еда, аскеза, ритуалы, творчество – делается как подношение Богу. То есть деятельность, тело, слова, ум, чувства, разум, душа, первостихии, энергии нужно подчинить Ему.

Кедриос: Но и это не самая высокая цель жизни. Думай.

Терениэль. Наверное, следующий этап – живя будто бы мирской жизнью, надо подняться над религиями и просто отдать свою жизнь Богу.

Кедрос: Но внутреннего отречения недостаточно, ведь нужна какая-то позитивная духовная деятельность. Без нее достичь высшей стадии совершенства невозможно. Отречение от мирского без знания о духовном мире, его планетах, жизни на них, - пусто. Совершенство без духовной деятельности бесполезно.

Терениэль: То есть самое высшее и лучшее для высокоразумного – оставить его таким, какой он есть. Со всеми недостатками, хорошими качества. И предоставить ему Знание о Боге, как Личности. Дать подданным возможность слушать о Его деяниях, качествах характера. Ведь у Него же точно есть характер! Высокоразумный, продолжая жить так, как живет, получает возможность исполнять свои обязанности перед обществом, развиваться творчески, любить, воспитывать детей, должен делать это как можно лучше. Прежде всего для себя. И в то же время может развиваться духовно. А значит, стать счастливым, постичь Бога, как Личность, и после смерти физического тела уйти в духовный мир, в пространства Бога.

Кедриос: А это…

Терениэль: Полное осознание себя как частицы Всевышнего, личное общение с Ним. И чистая любовь к Нему.

Кедриос: Но ведь отношения могут быть разными…

Терениэль: Да. В наших писаниях говорится (огляделся – кругом космос, подданных нет), именно говорится, ибо Знание есть везде, что со Всевышним можно находиться в нейтральных отношениях, а также слуги-господина, друга и друга, ребенка и родителя, супругов. И все взаимоотношения в материальном мире, нашей Вселенной, на любой планете являются тренировкой личных взаимоотношений с Богом.Значит, я как правитель, должен ради своего развития и счастья создать для высокоразумных замечательные условия, чтобы они:

- могли хорошо выполнять свои обязанности перед семьей, родом, обществом;

- одновременно могли посвятить Богу всю жизнь;

- могли слушать, узнавать о Всевышнем как о Личности, только гораздо более могущественной, чем мы, и могли слушать о Его деяниях, в которых Он проявляет качества Своего характера;

- могли правильно, счастливо выстраивать отношения с посторонними людьми, слугами или правителями, с друзьями, детьми, родителями и супругами, ибо это все является тренировкой личных отношений со Всевышним.

Примерно так. И если мне когда-нибудь придется стать правителем, я попытаюсь все это реализовать.

Картинка исчезла. Кедрос молчал, ожидая, что я скажу. Выдохнула.

- Навряд ли я стану императрицей, но княжной останусь точно.Поэтому, меня перестает интересовать месть графу и Тайриону. Мама говорила, что если хочешь кому-либо отомстить, прости. Никто не отомстит за тебя так, как судьба и Хела, у них возможностей для этого больше.

Мне надо думать о себе. Я существую, я есть, я здесь. И все будет Хела - Верховная Богиня процветания, счастья и любви. А значит, у меня будет и процветание, и счастье, и любовь. Выполнять свои обязанности сейчас – выжить, найти способ подчинить ужасную магию и предупредить правителей всех государств континента об угрозе. А дальше – счастье, любовь, процветание!

Глава 6

Глава 6

- После каких-то споров Терениэль исчез. Как у вас, по-человечески: закрыл глаза, открыл, а его уже нет. Изчез. Но по остаточной энергии мы поняли, что его взяли наверх, куда-то на высшие планеты. – Кедрос грустно вздохнул. – И стало как-то скучно. Вот такие вы человекоподобные… Живете намного меньше нас, но за свою короткую жизнь можете выучить много уроков. И чувствовать можете, любить! Когда человек любит, каким сладким, искристым становится его пространство! Как в нем приятно находиться! Эти эманации любви так питают и вдохновляют подобных нам. Так притягивают к себе! Дают такой вкус жизни!

- Вы спорили, пока не находили истину? – спросила я.

- Солнышко наше, Истина и истина не рождаются в споре. Ум, интеллект, чувства и эмоции тех, кто имеет материальное тело, несовершенны. Как может несовершенное существо знать Истину? Истина спускается на планеты, подобные Алирии, сверху, с самой высшей планеты Вселенной в виде священных писаний, а также слов воплощений Бога и Его мессий. Именно они дают Истину, а не спорящие несовершенные существа.

- Но ведь высокоразумные человекоподобные имеют разное сознание, однако Истина нужна всем.

- Лиюшка! Ты всегда умела задавать правильные вопросы. Во Вселенной, в том числе и на этой планете, много религий и философских течений. Почему? Потому что Хела и Анай любят всех своих детей и заботятся о том, чтобы они развивались, совершенствовались. Поэтому приходят ко всем в разных воплощениях, посылают Своих любимых детей, чтобы они в соответствии с уровнем развития давали саму Истину или какую-то ее часть.

- А самым высокоразвитым что дается, Истина или ее часть?

- Самым высокоразвитым дается Любовь к Богу и возможность установить с Ним личные отношения. Но всех быстрее это можно обрести на планетах типа Алирии. За одну короткую жизнь высокоразвитый человекоподобный может достичь необычайных высот в развитии, полюбить себя и Бога. Поэтому очень часто администраторы высших миров, боги разного уровня и хотят воплощаться на таких планетах, чтобы ускорить свое развитие и достичь БОльших высот в любви к Хеле и Анаю. Любовь!!! Как страдал Терениэль, когда потерял невесту! Ее, как и большинство фанзийцев, забрали наверх. Но он не успел с ней попрощаться. Любовь!!! Мы, прожившие миллионы лет, иногда завидовали даже этой любви в разлуке!

Я оценивала слова Кедроса и смотрела на переливы в ветвях деревьев лучей заходящего солнца. Любовь моя, где ты? Почему не приходишь ко мне? Не ищешь? Почему я не слышу твой голос, Сертаин? Неужели все и надежда на нашу счастливую жизнь исчезает? Как я дальше без тебя? Ты же моя жизнь…

- Будешь дальше рассказывать о Севенарии?

- Ты не устала?

- Нет, сегодня очень удачный день. Я, кажется, поняла, как браслет из тюремщика превратить в друга. Завтра буду экспериментировать, надеюсь, получится. Расскажи.

Кедрос заерзал, словно человек, кряхтя устраивающийся в кресле. Мне всегда нравилось, когда он вел себя, подобно нам. Как будто это сглаживало различие между огромным замком и человеком. Как будто он показывал, что такой же, как мы.

- После исчезновения Терениэля мы как будто заснули. И очнулись только тогда, когда почувствовали все усиливающееся притяжение Алирии. Планета нас затягивала, несмотря на сопротивление. Скорость падения все увеличивалась, и стало очень больно. Наши тела слоились, сгорали, испарялись. И когда терпеть боль стало невмоготу, мы закричали. Боль огненным хвостом и ревом растягивалась за нами, перекручивая энергоканалы, сбивая ритм сердца. Тот, кто думает, что камни не страдают, не испытывают боль, глубоко ошибается. Мы плачем, когда нас выдирают из горной породы и месяцами варят в масле, добиваясь прозрачности. Мы плачем, когда нас забирают, как сувениры, с берега океана, ведь мы привыкли к своему месту рождения, нам там хорошо. Мы очень страдаем, когда нас взрывают. Поэтому проклинаем тех, кто считает себя вправе распоряжаться нашей судьбой, и мстим им.

- Но как же… - Я не могла даже говорить. – У нас всех много артефактов из камней, драгоценностей.

- Лия, ты видела ваши шахты?

- Нет, папа меня туда никогда не брал.

- Когда высокоразумные человекоподобные живут правильно, благочестиво, по законам Хелы, планета, в благодарность за это, за бережное к ней отношение, сама выносит свои богатства на поверхность. Ваши шахты – красивые строения, в которых камни просто сортируют по видам. С гор Алирии, в удобных для высокоразвитых местах, она спускает лавины камней всех видов. Их остается только рассортировать. Алирия благодарит высокоразумных не только легкой добычей камней и разного вида топливом, но урожаями четыре раза в год, ночными дождями, большим количеством уникальных растений, плодами деревьев, которые вам можно есть и которые многократно увеличивают вашу силу.

- Кедриос, милый, как жалко, что вы тогда испытали такую боль…

- Когда мы кричали от боли, нас услышала Севенария. Она тогда отдыхала от полета и прогуливалась между полей. Наши огромные тела сгорели, став камешками в тонну весом. Мы упали на поле и еще громче закричали, боль от огня и удара была страшной. Обычно человекоподобные не слышат наши крики и боль. Но она услышала. Когда я очнулся, над нами парила высокоразумная женского пола. Так я ее тогда воспринял. И от нее исходило такое сострадание и такая любовь, что даже Метиос перестал всхлипывать. Наши чувства застыли в изумлении. А Севенария окутала нас прохладной силой, магией Любви и подтащила к себе, в воздух.

- Миленькие, сейчас, сейчас, - шептала она, укачивая силой меня и брата. - Как же вы это терпите?

Потом положила нас на размягченную землю, еще раз окутала холодной энергией и запела колыбельную. И от голоса ее ласкового, нежного, материнского стало так хорошо. Забылись философствования, космическое одиночество, расцвет и гибель цивилизаций, создание и разрушение планет и галактик. Мелодия сна лилась тихо, невесомо, навевая мечты о чем-то, казалось, несбыточном. Я и Метиос два раза почти просыпались, но услышав чарующий голос, снова засыпали.

Когда проснулись, поняли, что это был самый чудесный сон за последнюю сотню тысяч лет. Мы просто были, слушали лес и поля. Легко, светло…

- Эй, малышня, выспались? – мы даже не поняли вначале, что обращаются к нам. Мы малышня?.. Зависли.

Сверху послышался звонкий смех, и наши чувства сразу же устремились к той, что над нами шутила. На ветке большого дерева сидела девушка, которая нам помогла. Мощь ее силы потрясла даже нас: белая аурарасходилась на тысячи километров, а звонкость вибраций соответствовала высочайшим планетам Вселенной. Кто она?

Девушка ела какой-то фрукт и выглядела очень довольной. Легко спрыгнула с ветки и подошла:

- Будем знакомиться?

Она говорила одновременно вслух и мысленно, поэтому мы ее легко понимали. И ощущали тоже. Ее чудесное пространство вибрировало запредельным довольством жизнью и любовью ко всему живому.

- Да уж, пророчество в действии, - хмыкнула она и вздохнула. – Два больших сыночка без замужества и потери чести… Меня зовут Севенария, а вас?

Мысленно назвали свои имена. Девушка кивнула, сказала: «С прибытием на Алирию» и устроилась между нами. От ее ладоней шло успокаивающее тепло, мы совсем разомлели ипринялись коротко повествовать о своих странствиях. Мыслеобразы она схватывала легко, целиком, с ощущениями. Ее красота не была идеальной, она была по-человечески совершенной, нежной, естественной и очаровательной. В зависимости от эмоций глаза Севенарии меняли цвет. Мы насчитали их шесть: серый, голубой, синий, зеленый, медово-зеленый и темно-синий, почти черный. Каждый цвет соответствовал главному роду какой-либо звездной системы местной галактики, давшей ей благословение и энергию. Интересно, что это за высшие роДЫ, чью миссию она выполняет в этой жизни? Девушка встала единым слитным движением, говорящим о занятии боевыми искусствами. И мечи рядом нашлись с небольшим луком.

- Я тут все подготовила к ритуалу, перемещаемся к храму Стихий. Надо же вас официально представить Алирии.

Мы решили ничему не удивляться и доверились Севенарии. Она же, обхватив нас силой, направилась к холму, на котором, как оказалось, стоял открытый храм Стихий.

- Тот самый, на землях Терийских? – спросила я. – А глаза у бабушки? Ты говорил, я на нее похожа. У меня такие же глаза, в смысле их цвет. Раньше я считала, было четыре цвета.

- Да, тот самый, на землях Терийских. Его тогда только недавно построили, значит стоит он уже десять тысяч лет с хвостиком, - ответил Кедрос. – А на Севенарию ты становишься похожей все больше и больше. И глаза у тебя бывают уже шести цветов. Я специально наблюдал.

- Здорово! – воскликнула я, эмоции переполняли. – Благословения от шести сверхродов! Значит, у меня все получится!

- Конечно, получится, - подтвердил Кедрос, - ты же любимица Хелы.

- Продолжай про бабушку, так интересно!

- Теренийский храм Стихий стал для нас с Метиосом первым святым местом на Алирии. Он и сейчас прекрасен, хотя прошло более десяти тысяч лет. Тогда, когда Севенария принесла нас к храму, мы оценили и прочность материала, и красоту, и содержание. Восемь главных первостихий, спустившихся в материальный мир из духовного, были представлены человеческими фигурами в длинных летящих одеяниях. Божественные эго, интеллект и ум представляли мужские фигуры, стоящие наверху большого круглого постамента. На ступеньку ниже стояли мужские фигуры божественных эфира, воздуха, огня. И две женские – воды и земли. На ступеньку ниже стояли восемь их материальных воплощений, фигуры которых были меньше ростом и сделаны из камней другого цвета. А на самой нижней ступеньке находились фигуры примерно двадцати трех второстепенных материальных стихий. Зрелище было монументальным и прекрасным. Жрец храма, увидев Севенарию, без всяких просьб предоставил все необходимое для обряда. Севенария для очищения от физической и энергетической грязи сначала вымазала нас навозом коров, а потом вымыла мочой. Очищенных, умиротворенных полила медом, топленым маслом, святой водой. А потом пригласила Алирию, саму богиню планеты. Так был проведен обряд принятия в планетарную семью, который завершила кровь Севенарии, пролитая из ее запястья. С того момента мы и стали официально ее сыновьями, хотя приняли это решение тогда, когда она нам пела колыбельную. И с того момента все, в ком течет ее кровь, являются нашими самыми близкими родственниками.

- Хела, как удивительно все было тогда! Путешествуешь, и на тебя сваливаются два сына другого вида жизни… Здорово! Кстати, а зачем она путешествовала?

- Пока мы летели в направлении, известном только нашей мамочке, она и рассказала свою историю. Родилась Севенария у дворян второго круга. И когда ей исполнилось лет семь, проезжала мимо их поместья настоятельница женского монастыря святой Ксантии – пилота звездолета, первой заметившей скрывающуюся эскадру противника. Ксантия погибла, но спасла миллионы людей. Монастырь был известен своими жрицами-воительницами. Увидев Севенарию, настоятельница сказала ее родителям, что в библиотеке монастыря есть предсказание, по которому девочка должна обучаться среди боевых жриц. Чтобы потом спасти кого-то важного, и, выйдя замуж, войти в первый круг дворянства. Родители прислушались к доводам настоятельницы и отдали дочку на обучение в монастырь.

- Вот и иду, вернее лечу, сидя, как на троне, выполнять предсказание, - хихикала девушка, оглядывая окресности.

Вдалеке неожиданно появились огненные всполохи, и Севенария уверенно закричала: «Нам туда!!!» Ее глаза впились в горизонт, а губы зашептали подготовительные боевые мантры. Я и Метиос ускорились, но Севенария взлетела и понеслась вперед. Ее энергия постепенно становилась жесткой, убийственной. Даже нас пробрало. Упаси, Хела, встать на ее пути!

Через несколько минут мы все зависли над маленькой долиной, в центре которой под истончающимся куполом сидели раненые, почти умирающие воины. Их было человек десять. А вокруг купола стояла примерно тысяча полуящеров, ожидающая, когда у людей закончится энергия и купол исчезнет.

- Представляешь, малышка, обреченные воины, радующиеся полуящеры… Кто ждет смерти, кто ждет победы. Тишина… И вдруг в этой тишине раздается насмешливое и звонкое: «Эй, умирающие! Вам пленные нужны?» Все поднимают на голос головы, а тут мы висим над землей: боевая жрица с огненным посохом (и где он у нее только был) и два камня, фырчащие газами и огнем (подыгрывали мамочке). Севенария посохом всех полуящеров, кроме трех командиров, и спалила. Только горсточки пепла остались. Пленных связала веревкой Творца и упаковала отдельно. Купол исчез, и стали четче видны воины с раскрытыми от изумления глазами и ртами. Как она была прекрасна! Развевающиеся на ветру бело-русые волосы, румянец во всю щеку, огромные темно-синие глаза. У нее даже одежда не испачкалась. Севенария подошла к кучке воинов и склонилась над двумя умирающими дворянами. Ими оказались наследник императора Актионий Дарийский и его друг Нитарионий Ладийский. Так они и познакомились. Когда потом мы спросили мамочку, как у нее так быстро получилось уничтожить полуящеров, Севенария ответила: «У храма получали благословение коров? Получали. Вот оно и сработало». Жрица вылечила всех раненых, помогла воинам добраться до столицы и влюбилась в младшего Ладийского, взаимно. Потом была пятилетняя война с Шевром, в которой и мы с Метиосом тоже участвовали.

Рассказ Кедроса и показываемые им картинки потрясли меня до глубины души. Чувствуя, что я засыпаю, замок мило забурчал какую-то колыбельную, может даже прабабушкину. А ночью мне снились камни-братья, летящие сквозь космос, молодые Севенария и Нитарионий, быстрая победа прабабушки под полуящерами и прекрасный храм Стихий, устремленный в небо.

Солнечные зайчики бегали по лицу, заставляя жмуриться. Ветер раздувал тюль и гулял по спальне. За окном пели птицы и журчал фонтан. Какое утро! Первое счастливое утро за множество долгих-долгих месяцев. Под впечатлением сна, кажется, я даже говорила с прабабушкой, летала по комнате, собираясь на тренировку. Брюки, специальная обувь, туника до бедер, хлыст, мечи, кинжалы. Вышла из комнаты, и по коридорам, лестницам - в припрыжку. В тренировочный зал буквально влетела с криком: «У меня все получится!» Амарий, удивленно взглянув, спросил: «С браслетом?»

- Со всем получится! Я… - Встала, выдохнула. – У меня такое ощущение, что скоро я выберусь отсюда. Все мы выберемся.

- Вот и хорошо, начинаем, - Амарий показал на зал, - пятнадцать кругов, растяжка. Надо все подтянуть, особенно оружие. Никакой эйфории, строгий расчет, контроль чувств, эмоций и правильное распределение сил.

После бега, растяжки и боевых комплексов, жрец устроил мне сначала спарринг, потом бой на мечах. Затем отработка ударов хлыстом - и мою одежду можно выжимать, одежду Амария тоже. Но если я еле стояла от бессилья, то он даже не запыхался. И, видно было, совсем не устал.

- Амарий, я никогда не спрашивала, но где ты учился боевым искусствам? Ты же жрец-повар.

- В монастыре. Я там долго жил, потом преподавал. Когда понял, что правильно выучил практики одиночества, пришел к Авириану. Когда-то он учился у меня.

- А сколько тебе лет, если папа у тебя учился? Ты же совсем молодой.

- Две тысячи лет, и жил я в монастыре, который основал сам.

От удивления я просто села на пол:

- Ты знаменитый Амарий Витарийский? И ты наш жрец-повар? Это шутка?

Амарий присел передо мной, полотенцем вытер мне пот с лица:

- Лия, духовные практики бывают разными. После аскетических подвигов и прочтения огромного количества магических и духовных книг, хорошо побыть никем, чтобы понять, насколько знание реализовано в сердце.

Да, вот так живешь, живешь, и не знаешь, что с тобой рядом все время находятся легендарные личности. И позволяют тебе с ними капризничать, вредничать, ехидничать. А за это еще и любят, оберегая, насколько возможно, от напастей.

После завтрака отправилась в лаборатории отца. Они находились на втором подземном этаже и были самыми защищенными помещениями в замке. Вернее, это замок защищался от того, что могло произойти в лабораториях. Помню, однажды папа устроил там взрыв - эксперимент пошел не по плану. Замок тряхнуло, и папа потом оправдывался перед Кедросом за нарушение техники безопасности. Как замок ругался! Это было так смешно, что я, боясь его обидеть, целый вечер не выходила из покоев, хихикая в подушку.

Широкие лестницы, магические светильники, которые горят уже тысячу лет и будут гореть еще дольше. Теплые стены моего любимого персикового цвета. Иногда Кедрос делал их сплошными, а иногда они имели вид плотно подогнанных друг к другу блоков. Я шла в лаборатории, касаясь ладонями стен, иногда замирала, вспоминая события, связанные с этим путем. Вот здесь папа дал прикоснуться к светильнику, а здесь – опустил на ступеньку, чтобы я дальше пошла сама. Пыхтела, падала, но до лаборатории добралась без помощи отца, пытаясь доказать себе, что могу.

Прижала ладонь к двери лаборатории, острие клюнуло палец, сравнило кровь с заданными параметрами. Входить можно. По стенам шкафы с книгами и приборами, по центру – стол с приспособлениями. Хорошо здесь…Разложила по стопкам папки с отчетами слежки за графом и его гостями. Скопировала, один экземпляр положила в пространственный карман. Далее, результаты экспериментов со странной магией. Амарий сказал, что их хватит на несколько дипломов и ученых степеней. Посмотрим, в Академию все равно надо будет поступать. Видеокристаллы можно не копировать, копии я делаю сразу и кладу в карман. Вроде все. Теперь разбираться с браслетом.

В следующей лаборатории присела за стол, просунув руку в приспособление, которое делает и выводит над столом пространственное изображение артефактов. И которое по желанию позволяет его рассматривать под разными углами.

- Так, где ты мой маленький, хорошенький узелок? – Развернула изображение, отодвинула несколько узлов, нитей силы. – Вот ты где! И чего же тебе не хватает? Тебе не хватает… любви.

От появившейся мысли стало очень хорошо. Теперь все понятно. Не зря столько времени провела здесь, сначала осторожно рассматривая, разбирая нити непонятной силы. Пыталась понять ее качества, характер. Сколько времени на это ушло, сколько листов исписано с выводами. Если все это ежемесячно публиковать в наших научных журналах, выход им обеспечен в течение многих и многих лет.

Итак, откуда они взяли такую силу, экспериментаторы недоделанные? А получается… Без Хелы не обойтись. Все мироздание состоит из духовной энергии, точнее энергии Любви. Другой просто не существует в природе. А как получается материальная энергия? Она получается через трансформацию духовной. То есть в той или иной степени основой любой энергии является энергия Любви. И ее всегда можно почувствовать, увидеть. Эти экспериментаторы взяли энергию, в которой духовная энергия максимально скрыта, и почти вообще всю ее вытащили. Ущербная энергия… Странная, страшная и несчастная, ибо не имеет основы. А если ее дать? Например, напитать скандий моей энергией и кровью? Тогда я буду своей для этой энергии. А еще она будет мурчать от удовольствия, сытости и обретения основы. И делай с ней, что хочешь!

Иду на задание: надо поменять видеокристаллы на вражеской половине замка. Хорошо, что граф со своей компанией даже не подозревает, какими умениями мы с Кедросом обладаем. Костюм-хамелеон, неплохая разработка Тайной канцелярии и подарок мамы, кинжалы, хлыст на пояс.

- Кедрос, - мысленно зову, - я готова.

Прикоснулась ладонью к стене, почувствовала разливающееся тепло и вошла в нее. Последнее время видеокристаллы меняла раз в неделю, уж очень активизировалась эта компания, будто готовится к чему-то. Поэтому приходилось снимать материал все в больших количествах помещений – а это дополнительная энергия на подзарядку. Даже в конюшне поставили, но там это делает Амарий. Иду, как в разбавленном киселе, полностью сливаюсь с Кедросом. Он приоткрывает свое сознание, и я могу лучше чувствовать, кто находится в замке, что и где делает. Сегодня одна из задач – найти слуг в стазисе, где они лежат. Или стоят. От де Флора можно всего ожидать, стоящие в стазисе люди занимают меньше места. Но даже если они стоят, то где? Кедрос не может их почувствовать. В нескольких помещениях происходит что-то странное, но загадочная магия скрывает все. Хотя почему загадочная? Тайну ее я разгадала, думаю, завтра окончательно разберусь с браслетом. Как он мне надоел! Сосредоточилась, вдох-выдох, вдох-выдох. Единение с замком, вперед.

Большая гостиная, никого нет, меняю видеокристалл. Малая гостиная, наемники, меняю после. Покои графа… Как же противно к ним подходить, моя суть полностью отторгает все, что там происходит. Де Флор в кабинете. О! Хотя в принципе этого можно было ожидать. За столом сидело что-то среднее между человеком и полуящером. И только любимый графом халат, наброшенный на плечи этого непонятного существа, говорил, что это опекун. Вот ты какой, настоящий де Флор! Записываем дополнительно. Что читаем? По периметру кабинета внутри стены прошла за спину графа. В глазах потемнело. Де Флор просматривал документы по продаже замка, шахт, плантаций и другого имущества Ладийских. Какие идиоты это покупали? Или опекун решил сбежать, получив деньги и отдав на откуп Тайной канцелярии покупателей? Такое невозможно утаить. Император и Канцелярия точно зададутся вопросом, зачем нужно распродавать имущество Ладийских. Что происходит? Срочно в столицу! А пока наблюдаем. Документы о продажах граф убрал в небольшую сумку, бросил ее на кресло. Так вот что постоянно торчит у него из-под камзола. Эту поистине драгоценную сумку он всегда носит с собой, даже когда отбывает во дворец. А ведь де Флор тогда почти неразумное животное в сочетании с минимум человечности и высокого развития. И именно этим объясняется его желание сношаться со всем, что движется, его огромным мужским животным магнетизмом. Этим объясняется его почти открытое обнюхивание женщин. Хела! Он же инструмент по порче человеческого рода. Почти все его любовницы из дворянских семей. Осквернение дворянских женщин, вырождение аристократов, разрушение идеального строя, уничтожение империи, страдания людей – прямая связь!

Дождалась, когда опекун выйдет из покоев, подтянула сумку к себе, скопировала все документы. Потом с Амарием разберемся, что к чему. Вернула сумку на место, расположив силой точно так, как ее бросил граф. С ним я всегда очень осторожна, меня даже Кедрос экранирует, чтобы опекун не смог почувствовать мое присутствие. Ведь однажды я чуть не попалась, де Флор таки учуял меня. Это случилось во вторую мою прогулку внутри стен. Правда доказать ничего не смог, но поставил на свои покои дополнительную защиту. Только Кедросу такая защита оказалась на один зуб.

Пройдя по обычному маршруту, везде поменяла видеокристаллы. Присела на выступ отдохнуть, благо стены замка были толщиной от полутора до двух метров, и внутри них было удобно перемещаться и отдыхать. Как из камня всего в тонну весом получился многотонный огромный замок? Кедрос, гордясь, даже показал, как вместе с Севенарией организовал это чудо. Около храма Стихий прабабушка приобрела не только двух удивительных сыновей, но и корову-сурену. Сурены – это разновидность коров, давно, примерно сто тысяч лет назад завезенных с одной из высших планет. Только этот вид сохранил в полной мере свои качества и способности: благословлять, исполнять желания и давать литров двести молока в день. Так и провели всю войну вместе. А уже после войны, после свадьбы решили, что жизнь в столице слишком шумная и надо бы построить свой дом или замок в землях Ладийских, ибо старый родовой замок не устраивал.

Молодожены Ладийские выбрали в центре земель уютную долину и прибыли туда для строительства замка. Севенария заранее нарисовала его во всех подробностях и создала объемное магоголографическое изображение. Ритуал, предшествующий созданию замка, был ритуалом поклонения сурене. Сура, так назвала корову прабабушка, была сначала накормлена изысканной едой. А потом Нитарионий сам провел для нее обряд. Счастливая корова, имевшая благословения Хелы, засияла и благословила создание замка. Ее энергия объединилась с энергиями Севенарии и Кедроса - и через час в долине Божественных Лотосов стоял прекрасный замок теплого персикового цвета. По словам Кедроса, он никогда так долго не кряхтел и пыхтел, как в тот день. Метиоса же отдали наследнику Дарийских. И через год в нескольких стах километрах от столицы появился новый замок. Вокруг него и была потом построена современная столица.

Настроилась на слуг, пусто. Значит надо осматривать все подвалы черной половины замка. Вздохнула:

- Кедриос, страхуй.

И, предельно сосредоточенная, пошла вниз, отслеживая разговоры прислуги, наемников, гостей. Важное, конечно, записывала на видеокристал или запоминала. Как-то странно на землях Ладийских, самого преданного короне рода, видеть зарождение крупного заговора, способного уничтожить в конце концов человеческую цивилизацию.

Итак, подвальный коридор первого нижнего этажа, второго. Ничего. И вдруг странные вибрации, вымораживающие. Что это? Прошла в стене дальше. Помещение за последней дверью второго нижнего. Пристально всматриваюсь: та же энергия купола, только в несколько слоев. «Там! – вздохнул в сознании Кедрос. – Навертели… И энергия пустоты, поэтому ничего не чувствовал». Силой раздвигаю многослойность энергий и… Хела! Разве так можно? Все слуги, управляющий, солдаты гарнизона находились в стазисе и лежали вповалку, друг на друге, как бревна. Я замерла от ужаса и боли. Кедрос только вздохнул: «А чего от них ждать? Они же нелюди!» Слезытекли, а я искала и находила глазами, чувствами знакомые лица, вибрации. Все здесь, никого не выпустили. Сжала кулаки. Дорогим мне людям сейчас не помочь. Значит, скорее к Амарию, советоваться.

Жреца и Снори нашла в обеденной зале, было время ужина.

- Они на втором нижнем, последняя дверь. В стазисе, лежат, как бревна, - увидела побледневшую Снори. – И твои тоже.

- Я… Я… - Снори зарыдала, - я отомщу, я… спасу их. Дедушка, мама, папа, братья!

Амарий нажал на шее девушки какую-точку и Снори потеряла сознание.

- Не надо было при ней это говорить, - жрец уложил горничную на кушетку. – Побежит ведь геройствовать, выручать. Нет у нее достаточного здравомыслия, слишком эмоциональна. Сначала поешь, потом расскажешь. Помни, контроль чувств.

Поела, рассказала.

- Говоришь, уже завтра можешь разблокировать браслет… Значит, с утра все, как обычно. Никакой эйфории, эмоций. Только контроль чувств. Не торопи события и судьбу, не вкушай заранее радость свободы. А я подумаю, как лучше оформить твой возврат в столицу.

На следующий день после тренировки и завтрака спустилась в лабораторию. Сначала очень волновалась, но вспомнила, как отец проводил опыты, делал артефакты: упоенно, но сосредоточенно, с полным контролем эмоций. Только холодный ум. Иногда, правда, нужно было горячее сердце и энергии любви, однако только при жестком контроле. Открыла нужный сейф. На полках лежали ряды скандия, самого уникального и самого дорогого минерала нашей планеты. Это был единственный камень, который Алирия не выносила людям на поверхность. Скандий можно было добыть только самому. Лично пойти в горы, причем следуя только своей интуиции. А сила интуиции в горах зависела только от личных качеств человека. От них же зависело, сколько богиня позволит камней взять. Отец ходил в горы за скандием трижды. И каждый раз приносил почти по сотне камней. А стоимость одного приравнивалась к стоимости целого княжества. Ибо камень был почти всемогущ: воскресал умерших, излечивал неизлечимое, обладал небывалой силой, защищал и исполнял желания. Еще скандий называли камнем любви и богиня планеты давала его только тем, кто смог бы ему найти должное применение. Камень нельзя было украсть, взять у убитого. Его можно было только подарить. Незадолго до убийства родителей, отец во время одного эксперимента, в котором я ему помогала, подвел меня к открытому сейфу и сказал:

- Лия, у тебя доброе сердце и чистая душа. Ты знаешь свои обязанности и всегда помогаешь людям. Поэтому я дарю тебе все эти камни, зная, что ты их используешь только во благо. Пользуйся.

Как я тогда гордилась отцом, как визжала от радости! Принять божественный скандий в подарок было великой честью.

Погладила камни, попросила защиты и помощи. Затем осторожно начала раздвигать нити силы в браслете. Пот тек по лицу и очень мешал. Но у меня была цель, и сегодня я должна была ее достичь. Нашла ущербную нить, напитала ее своей силой, вложила в нить и закрепила три уменьшенных скандия, на которых предварительно капнула своей кровью. Браслет пискнул и засиял. А я тут же поняла: не чувствую купола! Получилось! Спокойно… Контроль чувств… Вдох-выдох. Еще три скандия на всякий случай вживила в себя. Из тюремщика браслет стал моей свободой. Интересно, это отразилось как-нибудь на куполе? Кедрос шепнул, что хорошо бы один скандий вживить Амарию. Мол, поиздержался в ловушке. Да не жалко! Спросила у камней, кто готов из них помочь моему другу? Взяла засиявший и отправилась в покои.

В гостиной меня уже все ждали.

- Получилось, - радостно выдохнула.

- Хела! Ты Верховная Богиня счастья и любви! – посмотрел вверх Амарий и развел в стороны руки. Облегченно улыбнулся.

А Снори от счастья потеряла сознание.

Уложив горничную на кушетку, устроились в креслах. Вспомнив о скандии, отдала его жрецу. Восторг ребенка, благодарность, слезы радости – это легендарный Амарий Витарийский? Камень легко вошел в его тело, заставив сиять ауру в сотни раз ярче. Взглянула на Снору: «Может ей тоже подарить? Страдала здесь, как и мы». Жрец отрицательно покачал головой:

- Помни, к людям надо относиться хорошо, но оценивать их способности реально. Снори не настолько сильна, как мы, у нее отсутствуют нужные качества. Сумеет ли она контролировать себя, свои желания? Такие, как мы, нужны таким, как Снори, чтобы заботиться о них и защищать их от самих себя.

Задумалась. Наверное. Снори старше меня на пять лет и с детства была рядом. Мы часто вместе играли, проходили полосу препятствий, днями сидели в библиотеке. Но с определенного момента предсказуемо стало видно – у нас разные сословия. Это было не поводом для печали, но поводом к разному образованию.

- Итак, - произнес Амарий, - переноситься лучше, когда стемнеет. В темноте не особо видно, что происходит вокруг замка. Твою белую ауру и могущество не спрячешь. Как только появишься в столице, каждый увидит по ауре: идет кто-то из тех, у кого фамилия заканчивается на –йская. Могут возникнуть ненужные вопросы. Я нашел одежду боевой жрицы из монастыря Святой Ксантии. У них иногда встречаются уникумы, хоть немного, но похожие на тебя. Закроешь лицо, вопросов тогда задавать не будут. Со жрицами обычно и стража не связывается. Собери на все случаи безмерную сумку, проверю. Да хранит тебя Хела!

Как же вкусен воздух свободы! Оглянулась на замок. На фоне почти темного неба одна половина Кедроса сияла огнями, а в другой мерцал свет лишь в нескольких окнах. Вспомнились слова наемников, которые услышала, прокрадываясь к куполу:

- Надоело их сторожить, когда только сдохнут? Хозяин говорил, должны помереть с голоду. Да только все никак не помрут. Зачем сторожить-то, все равно со своей половины не выходят… Перекусить что ли? Держи бутерброд.

Послышалось чавканье. Удивилась. Сумасшедшие, есть в темноте?

- Неужто тебе не жалко девчонку? Хорошая, говорят. Последняя Ладийская, - произнес второй голос.

- Т-шш, с ума сошел, жалеть. Если граф услышит, наших косточек даже не найдут.

- А почему княжна не сбегает?

- Ты новенький? – Другой наемник утвердительно кивнул. – Понятно… Она через купол не может пройти, видишь, мерцает. Какая-то другая энергия, наши маги до такой еще не додумались. Старшой говорил, княжна пыталась несколько раз, да не получилось.

- А снаружи купол не видно.

- Конечно, не видно. Он же прозрачный. Только вот вечером да ночью мерцает немного. Иначе бы хозяин давно спалился, спутники-то не просто так летают.

- Все равно ее жалко.

Послышался звук подзатыльника:

- Заткнись, недоумок. На алтарь лечь хочешь? Обходим замок дальше.

Наемники ушли. Опять удивилась. Рот не ополоснули после еды, руки не вымыли. Не увидели полчища маленьких и больших урт-элементалей, ринувшихся к их грязным ртам и голове. Вот уж пир уртам устроили, впустив в рот и ум. Но откуда тогда эти наемники, если таких простых вещей не знают?

Направилась к куполу. В темноте он действительно слабо-слабо мерцал. И сейчас я не чувствовала от него агрессии! Получится! Подошла вплотную, прикоснулась к куполу рукой, на которой находился браслет. Ладонь мягко утонула в податливой, почти ласкающей энергии. Несколько шагов – и купол позади. Сигналки не потревожены, тишина. Радость чуть было не заставила прыгать и кричать. Одернула себя: «Ликовать будешь, когда доберешься до столицы. Полная концентрация! Еще километров двадцать идти до места, из которого можно будет открыть портал». Лететь до тайной и любимой поляны тоже не хотела, всплески магии могли привлечь внимание.

Бесшумно подошла к начинающемуся мелколесью, поклонилась, положила на траву подношение:

- Дружок мой давний, помоги и защити. Убери следы моего пути, проведи закрытыми тропами к нашему месту тайному.

Земля расступилась, и подношение исчезло. Через минуту на этом месте была, как и ранее, непотревоженная трава. И тут же далекий, за пределами слышимости человека, звук: «Освободилась! Жду!»

Двадцать километров по лесу, в котором деревья уступают дорогу, а потом смыкаются, становясь непроходимой чащей, в котором каждая веточка и травинка хочет помочь, превратились в приятную прогулку. Я наслаждалась запахами леса, чистым воздухом, игрой ветра с деревьями, любовалась звездами. Свобода!

Любимая тайная поляна встретила недовольным бурчанием Даялы, огромного дуба и по совместительству хозяина всех окрестных лесов. Мама как-то говорила, что он является какой-то там частью ипостаси Аная. Может быть, но для меня он всегда был хорошим другом.

- Не бурчи, - произнесла мысленно.

- Как не бурчать, - также мысленно ответил Даял, - звездочку мою не видел почти три года. Подойди скорее и обними.

Улыбаясь до ушей, обняла дуб, всхлипнула:

- Представляешь, они моих Ветерка, Смешинку и Друга…

Заплакала.

- Тише, тише, егоза, знаю все. Но нельзя тебе здесь плакать, фонить магией начнешь. А эти постоянно сканируют округу на много километров, боятся. Все мои подданные около замка жалуются, зло терпеть уже сил нет. Высасывают из земли, деревьев жизненную силу. Животные разбежались. Разберись уж с этим.

Дуб обнял меня нижними ветками, листочки погладили лицо, вытерли слезы.

- Благодарю тебя, мой дорогой друг! Пусть Луна всегда дарит свою благодать тебе и твоим подданным! А это тебе подарок.

И обмазала Даяла топленым маслом сурены, наполнив его энергией жизни.

- Благодарю! Подарок так подарок! - Даял расправил ветви, с которых посыпались искорки. – Нам сила сейчас ох! как нужна будет на круг защиты, иначе магия зла все заразит.

Еще раз поклонилась Даялу и вошла в открытый на столицу портал. Все как обычно! Даже такое обыденное для меня действие – проход через портал – оказалось праздником. Свобода! Душа пела, хотелось танцевать. Кусты-колючки, охраняющие мой дом, расступись, и я оказалась на территории своей усадьбы в хорошем районе столицы. Эту усадьбу с двухэтажным домом почти в центре города я купила, когда бродила, раздавленная горем убийства родителей. Как будто кто-то нашептывал, купи, пригодится. Помню, сбежала от охраны, захотелось побыть одной. И случайно забрела в район усадеб, где никогда не была. Несколько часов смотрела, скрываясь от жителей, на уютные дома с садом и парком, а потом поняла: хочу здесь жить. Хотя бы иногда и в одиночестве. Поэтому покупка понравившейся усадьбы на третьестепенное имя, а у меня их много, прошла в режиме полной секретности.

Вошла в дом, просмотрела все комнаты, уютно. Совершила омовение и легла спать. Утро вечера, или уже глубокой ночи, мудренее.

Первый день свободы начался замечательно. Утренний туалет, тренировка, завтрак. Я любила готовить, часто выдумывая новые блюда, благо растительный мир нашего континента был очень разнообразным. Зернобобовые, сотни видов фруктов, многие из которых в незрелом состоянии имели качества овощей. А уж видов овощей – не меньше, чем фруктов. Амарий всегда шутил: «Лия, если тебе надоест быть княжной, можешь идти в жрецы-повара. Качества позволяют». В Империи люди готовили пищу сами или нанимали жрецов, желательно очень высокого уровня сознания. Есть то, что человек приготовил сам – значит не болеть. Ибо сознание помогает телу готовить именно то, что ему нужно. А жрец, готовя и освящая пищу, вкладывает в нее свое высокодуховное сознание. Значит, в обоих случаях люди вместе с пищей получали как минимум свое сознание и посыл на саморазвитие. Подобное практиковалось во всех странах, кроме Оракита, но орки вообще странные. У них даже многоженство и многомужество встречается, что уж говорить о том, чтобы есть пищу, приготовленную непонятно кем. Папа рассказывал, как однажды с дипломатической миссией путешествовал по стране орков. При нем владелец трактира на дороге нанял какого-то грязного нищего в повара. Хорошо хоть, сначала отправил его мыться. А предыдущий повар в этот же день помер от кишечной инфекции. И что это за инфекция такая, если у орков регенерация и здоровье почти такие же, как у людей?

Надо было разведать общую ситуацию, поэтому для начала я собиралась отправиться в библиотеку. Новая одежда боевой жрицы села идеально. В зеркале на меня смотрела высокая, стройная девушка со светло русой косой до бедер, огромными зелеными глазами, красивым, капельку-капельку курносым носиком (придававшем особое очарование), молочной нежной кожей и пухленьким, в меру, ртом. В общем, вид феи-волшебницы. Чтобы от этой феи-волшебницы не шарахались, пришлось из оружия с собой взять только хлыст, оборачивающийся вокруг талии, кинжалы и боевой посох. Перед выходом из дома присела на диван в гостиной, осмотрелась. Надо входить в новые ритмы, так легче жить и разбираться в ситуациях.

Несколько раз сказала себе: «Выхожу из ритма ловушки. Вхожу в ритм столицы, расследования, новой жизни. Я есть. Я здесь. Все будет Хела!» Слова и концентрация на дыхании настроили на новый ритм. Пришла уверенность в себе и спокойствие.

В городской библиотеке просмотрела подшивки за последние три года, после чего, установив купол тишины, несколько часов рыдала, оплакивая свою любовь. Светская хроника двухлетней давности обсуждала мое жуткое поведение, осуждала меня за то, что я предала любовь принца, очевидно свихнувшись от потери родителей. Газеты и журналы пестрели фотографиями, на которых якобы я с разными мужчинами ночевала в дорогих отелях, отдыхала на курортах. Особенно журналисты смаковали осквернение моего матриса. Итог всех статей был один: да, жалко помешавшуюся молодую княгиню, но императорскую кровь осквернять она не должна. И замена княгине уже есть, дочь уважаемого всеми человека, советника императора по экономике, Виттана Звутич. И множество фото: Сертаин и Виттана на театральной премьере, на концерте, в военном госпитале. Да и свадьба у них намечается. Вот, значит, как…

Глава 7

- Тиши, тиши, тишина… Значит я теперь одна…

Эти слова я повторила, наверное, уже несколько тысяч раз. Да, мне нужна тишина внутри и снаружи.

- Тиши, тиши, тишина… Хела, я теперь одна.

Не помню, какой день я ходила по усадьбе. И еще где-то. Кажется, Амария видела и Снори. А может мне показалось. Амарий кричал, что я стала стихийным бедствием, но мне все равно.

- Тиши, тиши, тишина… Значит, я теперь одна. Может я сошла с ума? Хела, я теперь одна.

Где-то отложилось, что была таки попытка встретиться с императором и все рассказать. Однако реальность оказалась ужасной: Метиос, брат моего Кедроса, мой друг, хранитель императорского замка и замок в одном лице, просто вышвырнул меня из столицы. В прямом смысле. Как только я по старой тайной тропочке решилась пройти сквозь защитный купол дворца, меня подняла огромная сила, с большой скоростью пронесла над городом и швырнула в лес, прямо на деревья. Благодаря целительной силе камней скандия, в сознание я пришла довольно быстро, через несколько часов. Хруст вставших на место ребер вернул в реальность. Долго лежала, укутанная коконом энергий камней, и смотрела в небо. Оправившись от великолепно жесткого полета, порталом перенеслась в усадьбу. Около лестницы на второй этаж ноги подкосились, пришлось ползти по ступенькам вверх. Тело трясло, руки дрожали. Внутри формировалось какая-то чернота, грозившая выйти наружу и все разнести. Сознание периодически отключалось. Добралась до спальни. Здравствуй, темнота.

Звездочка, ты нам нужна,

Ты у нас одна-одна.

Лиюшка, ты нам нужна,

Ты для нас звезда-звезда.

И так по кругу. Кедрос..

- Метиос меня убил, а скандий воскресил, - прохрипела. Это и присутствующий Амарий должен услышать.

Кедрос в изумлении замолчал, Амарий же гневно застыл и что-то бросил на пол. Скопированные газеты…

- Прочитали?.. Что я в беспамятстве творила?

Амарий поднес к моим губам травяной сбор и заставил выпить. Полегчало.

- Твои геройства впечатляющи. В столице был ураган, во дворце большие разрушения, но свадьбу решили не отменять. Газеты написали, что причина такой погоды неизвестна. Здесь, внутри купола, было полегче. Однако Кедросу пришлось приложить большие усилия, чтобы черная половина замка стояла устойчиво, а наша половина только пошатывалась. Граф полностью уверен, что шатание замка – твои неудавшиеся попытки выйти из-под купола.

- А есть хорошие новости? Дай еще попить.

- Конечно! – Дал выпить уже другой сбор. – Что уж ты в таком состоянии делала, не знаю, но теперь для меня портальные прыжки из замка – не проблема. Кроме того, восстановилась ментальная связь с друзьями. И Кедрос достучался до брата.

Поморщилась и дала считать Амарию и Кедросу свои воспоминания.

- Кедрик, если я решу покинуть Империю, ты полетишь со мной?

Кедрос без секунды промедления ответил, что к месту не привязан, зато привязан ко мне. Амарий сказал то же самое. А потом добавил:

- Я горжусь тобой, Лия! За это время ты спонтанно, из-за тяжелых обстоятельств, прошла три инициации и достигла необычайной силы. Теперь надо учиться свое могущество контролировать. И жить по-новому.

- Если ли жизнь после такого предательства, Амарий? Понятно, что граф все подстроил, но у императорской семейки была возможность найти меня, поговорить. Ненавижу их!

- Какое тебе дело до тех, кто предал? До их мнения? Людей и других высокоразумных много, мы встречаемся с ними на короткое или долгое время. Все приходит и уходит, и только ты остаешься у себя. У тебя есть ты! Думай о своей судьбе! О своей будущей жизни! Главное сейчас – усвоить и полностью контролировать открывшиеся энергии и способности.

- Да, ты прав. У меня есть я. Я есть, я здесь. И все будет счастье и любовь - Хела.

После ухода Амария в голове зашелестел Кедрос:

- Прости брата, он…

- Он убийца, не хочу о нем слышать. Если бы не скандий…

- Звездочка! Он тебя любит!

- Да, и поэтому убил. Представь, давний друг выстрелил в тебя из магопушки, практически распылил. Ты прошел через предательство, смерть, жуткую боль, но целитель собрал тебя по камушкам. А друг, смущаясь, сказал бы: «Прости, я тебя люблю, но так получилось». Ты вообще понимаешь, он меня убил!!!!! Все, спать хочу.

Кедрос отстал, но уснуть я не могла. Что делать? Видеть эту семейку не могу. Хочется просто уехать куда-нибудь и обо всем забыть. Но… Есть большое такое НО… В пространственном кармане, лабораториях много досье и других материалов на заговорщиков. Их можно отдать только лично в руки Тайриону, ибо не понятно, кому можно доверять. Кроме того, есть образцы ущербной магии и результаты экспериментов с ней. Именно они помогут военным институтам найти на нее управу.

И еще… Восемь лет назад было очередное покушение на императора, императрицу и наследника.Отец тоже в очередной, раз седьмой, их спас, фактически прикрыв собой. Раны были ужасные, и мы с мамой боялись, что он уйдет из тела. Я ухаживала за папой, иногда просто падая от усталости на пол. Однажды я опять уснула на кушетке и с нее сползла. В это время в комнату зашли император и Сертиан, разбудив отца. Меня никто не заметил. Они долго говорили и предполагаемых заказчиках убийства, а потом император сказал:

- Авириан, мы знакомы почти 250 лет, многое прошли. Ты мой самый лучший друг, опора моего трона. Вчера было седьмое покушение и ты опять меня спас. Смогу ли я когда-нибудь расплатиться с тобой за служение мне и Империи? Проси чего хочешь!

- Тайрион! Зачем высокие слова? Наш долг и предназначение – служить Хеле и Анаю, твоим подданным, Империи. Мой долг – служить тебе, как замечательному императору. Это большая честь. К тому же – ты мой лучший друг. И если хочешь чем-то отплатить за мое служение… Если вдруг… Если вдруг я и Литериия… Если вдруг моя малышка, Лия, останется сиротой, возьми ее под свою опеку. Заботься о ней, выдай замуж за Сертаина, - папа посмотрел на покрасневшего принца и улыбнулся, - он согласен.

Тайрион с сыном согласились, и через неделю в храме Божественной Пары дали клятву, заверенную Хелой. От обязанностей, налагаемых клятвой, императора и Сертаина мог освободить только мой прямой отказ и недостойное поведение. Я не отказывалась от опеки императора и замужества за Сертаином, вела себя достойно, а значит, они оба нарушают клятву. Последствия страшные. За нарушение подобной клятвы император и Сертаин, благодаря не зависящим от них обстоятельствам, могут выйти из императорского рода. А сейчас это очень некстати. Поэтому я должна как-то показаться им на глаза, чтобы, увидев мой матрис, поговорив со мной, они поняли: их обманули.

Я есть. Я здесь и сейчас. Но кто я?

Обвела взглядом полигон. Синее небо, легкие белые облака, яркое солнце. Огромное поле со специальным покрытием, домик для проживания. Удивительно красивые деревья, отличающиеся от основных пород деревьев княжества, ведь рядом эльфийские земли. С Миктэлем, государством эльфов, у нас очень хорошие отношения. С того самого момента, когда тридцать тысяч лет назад они прибыли на Алирию и попросили помощи. Им негде было жить, ибо планета их разрушалась. Император и Большой Совет подумали и разрешили. Благородные эльфы не остались в долгу, поделились с людьми технологиями, познакомили со своей магией. Сотрудничество принесло для обеих цивилизаций хорошие плоды и стало настолько тесным, что и в империи, и в Миктэле появилось очень много смешанных семей. Прадедушка, когда выбирал землю для закрытого полигона Ладийских, выбрал именно это место: далеко от замка и городов, а горы закрывают от Миктэля.

Свадьба Сертаина через две недели. К этому времени мне нужно более-менее прийти в себя. Выбор пал на полигон, как место уединенное, закрытое и точно неизвестное опекуну и его компании. Пробовала медитировать, не получается, внимание категорически отказывается собираться в кучку. Вот уже несколько часов хожу по кругу, по часовой стрелке: четыре шага – вдох, шесть шагов – выдох. Похожу, встану и осматриваю окружающее пространство: говорю с планетой, виднеющимися горами, деревьями, солнцем, напитываясь всеми энергиями, какими только можно. В конце концов собрала чувства, теперь пора собирать себя.

Я есть. Я здесь и сейчас. Но кто я?

Устроилась в позе лотоса под деревом на краю полигона. Вдох-выдох, вдох-выдох. Сознание в центре груди, внутренний мир. С поляны-врат иду к целебному озеру, в который устремляется водопад. И долго стою под ним, чувствуя, как потоки воды выбивают из тела боль, комплексы, страдания последних трех лет. Выхожу из водопада, легкий ветер тут же высушивает одежду. Тропинка, прохладная под переплетающимися ветвями деревьев, ведет к берегу космического океана. Я есть, я в настоящем времени, сейчас. Слева – арка в город прошлого, раскинувшегося вдоль берега. Справа – коричнево-золотистая дорога в будущее. Она в золотом тумане, часть которого – золотистая фигура Хелы. Я есть, я здесь, все будет Хела. А значит, счастье, любовь и процветание. Чувствую, как Хела обнимает меня. Тепло и радостно от этих объятий. И еще спокойно. Все будет хорошо.

Лицо Хелы в космическом океане. Справа налево течет река времени – из бесконечного будущего в секунду настоящего и в бесконечное прошлое. «Смотри, кто ты», - шепчет Хела. И передо мной открывается бесконечное прошлое. Я искра, душа, наполненная вечностью, знанием и блаженством. И огромной творческой потенцией, желанием творить миры, разные виды живых существ. Поэтому первое воплощение во Вселенной – Творец. Я создавала галактики, миры, множество живых существ. Видела, как они исчезают в местных и вселенских потопах. И вот по прошествии ста моих лет или трехсот триллионов сорока биллионов алирийских лет моя жизнь Творца закончилась. Но желание развиваться осталось. И я упала в колесо перерождений, чтобы исполнить все-все свои желания, рождаясь в миллионах формах жизни, и наконец, достичь совершенства.

Мама, когда приходила в себя после смерти бабушки, взяла на полигон меня. Многое объясняла и показывала.

- Лия! Между духовным миром и материальным все действует по закону подобия. В духовном мире находится оригинал, в материальном – множество подобий, маленьких или больших. Для начала о Хеле, ибо к женщинам это относится в первую очередь.

- А почему о Хеле?

- Потому что Она – изначальная, абсолютная Женщина. Очень могущественная. У Себя, в духовном мире, Она распространила Себя в миллионы ипостасей. Каждая ипостась – средоточие какого-то Ее качества. Эти ипостаси распространяют себя еще в огромное количество ипостасей. Такова их сила. Жены всех властителей материальных вселенных являются частями разных ипостасей Хелы. Но могут распространять себя только в ограниченное число форм. Обычно их десять основных. Но каждая из этих форм является самостоятельной личностью. У нас же, женщин таких планет, как Алирия, такое могущество отсутствует. Поэтому десять ипостасей заключены в одном теле. Женщина может их проявлять в разных ситуациях.

- Ты мне расскажешь о них? – очень же интересно, какая я.

- Обязательно. Сейчас я буду накладывать на себя иллюзией вид, соответствующий каждой ипостаси. И ты почувствуешь значение, качества каждой. Первая ипостась – ученица.

Мама предстала в двух образах: студентки магической академии и школьницы начальных классов городских школ.

- Первый облик – ты ученица в глобальном масштабе, учишься совершенной нравственности в миллиардах рождений. Одежда студентки академии? Вселенная – большая академия жизни, и в ней мы учимся обретать, раскрывать в себе божественные качества. Мы проходим через рождения в разных видах жизни, развивая свои чувства, эмоции, сознание.

- А школьница? – заинтересованно спросила я.

- Школьница – ты ученица в этой жизни. У тебя человеческое тело, а значит, божественные качества присущи тебе изначально. Задача, – получая знание от родителей, потом учителей, преподавателей, наставников, учиться жить благочестиво, развивая магию, творческий потенциал, выполняя свои обязанности и помогая другим.

- Мамочка! Значит я и школьница, и студентка академии одновременно?

- Как у студентки академии, у тебя опыт миллиардов жизней в разных телах. Как у школьницы – опыт этой жизни, который присоединится к опыту студентки.

- А какая следующая ипостась?

- Самой женщины – подруги своего мужчины. Мужчина, в зависимости от могущества, - стержень Вселенной, галактики, планеты, страны, рода, семьи. Кто стержень нашей семьи, на ком все держится?

- На папе, - уверенно произнесла я. – Он решает все вопросы, помогает дяде Тайриону, заботится о семье и подданных.

- Правильно. Задача мужчины – творить прекрасное, добро, защищать, делать мир еще лучше. Поэтому мужчины сильнее, чем женщины, у них выше интеллект. Для чего? Для того, чтобы он помогал реализовывать все его проекты. На это уходит много сил. И чтобы мужчине было легче, ему дается женщина. Которая изначально является концентрированной энергией. Отношения высокоразвитых разумных женщин и мужчин – копии отношений Хелы и Аная. Только Анай творит духовные и материальные миры, но с помощью энергии Хелы.

Мамочка сняла все иллюзии и предстала передо мной такой, какая есть. Я увидела молодую женщину необычайной красоты с длинными каштановыми волосами до коленей, большими голубыми глазами, алебастровой кожей и улыбкой, ради которой, по словам папы, можно умереть. От мамы исходило сияние, флер женской искрящейся энергии заполнял пространство, вызывая желание жить вкусно, ярко, наполненно. Мама была самой жизнью, прекрасной энергией, на которой держится Вселенная.

- Когда тело мужчины сформируется полностью, тогда он сможет принять энергию-женщину в жены и творить себя, время и пространство. Естественно, заботясь о своей жене и детях. Ведь женщина может раскрыться полностью только тогда, когда чувствует любовь и заботу своего мужчины.

- А если мужчина не любит жену и не заботиться о ней?

- Она погибает, как цветок, который перестают поливать. Этим мужчина перекрывает свой канал поступления космической энергии, его могущество уменьшается.

- А если он отказывается от детей?

Мама резко встала, прижала руку к сердцу:

- Что ты говоришь, доченька! Как можно отказываться мужчине от своих детей? Ведь они тоже являются для него источником божественной энергии, дополнительной связи с Богом. Отказаться от детей – лишиться благословения Хелы и Аная. Такие мужчины лишаются силы и благочестия. А покровитель народа мужчины проклинает его.

- А женщине обязательно выходить замуж? Итина, служанка в замке, говорила, что не хотела замуж, а ее выдали. И она несчастна.

- Цель жизни женщины – не замужество, а совершенствование. Но редким женщинам урок замужества не нужен, они отречены от материальной жизни и сосредоточены на духовной. Остальным – очень нужен для самосовершенствования. Ведь в замужестве они учатся думать не только о своих интересах. Замужество учить терпимости, терпению, контролю чувств, милосердию и состраданию. Учит любить. Учит всем тем качествам, которые потом будут необходимы в личном общении со Всевышнем.

- А зачем женщине погибать, если мужчина ее разлюбит?

- Ты же знаешь, что у нас такое бывает редко. Но если женщина выбрала перед приходом на Алирию подобный урок, значит, у нее есть силы его выучить. Она не погибнет, заберет у мужчины свои энергии, отдаст ему его. Оборвет все энергетические связи, очистится и начнет новую жизнь.

- Какая же ты еще?

- Следующая ипостась женщины – хозяйка. И если Хела – Хозяйка всего мироздания, духовных и материальных миров, то женщине Алирии нужно быть хозяйкой своего дома, семьи, крепости, замка. Как под руководством Хелы обустраиваются вселенные, так и женщине-хозяйке нужно обустроить свое гнездышко. Чтобы всем в нем было хорошо.

Мамочка махнула рукой и предстала княгиней. Сначала очень домашней, заботливой, любящей свою семью, опекающей слуг и подданных, как сострадательная и милосердная владычица. А потом – как хозяйка замка, городов и больших земель, женщиной, наделенной огромной властью.

Я во все глаза смотрела на трансформации мамы и думала, что смогу быть такой же. Как интересно быть разной, чтобы самой не было скучно, близким. И другим, наверное… Папа говорит, что со мной не соскучишься. Если близкие и слуги в замке с любовью относятся к моей нескучности, то в императорском дворце… Особенно когда его начинает потряхивать… Но ведь не скучно же в нем становится, а даже очень весело. Например, однажды я создала иллюзию огненной жар-птицы, размножила ее, а потом запустила в зал переговоров между Империей, Миктэлем (эльфы), Витволком (гномы) и Ритаром (драконы). Они там не могли о чем-то договориться. И что? Уже несколько дней сидели такие умные за столом переговоров и все без толку. А тут жар-птицы влетают в окно, опускаются на пол, и начинают петь милыми детскими голосами:

Время идет, надо смотреть.

Дверь ото зла на век запереть.

Дружба, судьба навсегда ведь одна.

Мы ведь друзья навсегда-навсегда.

Когда жар-птицы пели, из их клювиков выпадали этиэлии, волшебные цветы, растущие только в горах Миктэля. Увидеть их считалось благословением и счастьем. Когда потом Тайрион и папа устраивали мне, Тамиине и Расгаару выволочку, мы не могли понять: они гневаются или смеются. Пусть эта шалость была из ряда вон выходящая, но договор все стороны подписали в течение часа. А потом на пиру не выпускали из рук этиэлии и счастливо улыбались.

- Лия, очнись.

Мама обняла меня, поцеловала.

- А теперь смотри, следующая ипостась – богиня.

Мама открыла все свои энергии - ее мощь и белая аура распространились на тысячи километров. И рядом мгновенно проявилась Хела. Ее огромная, в полнеба, фигура загородила солнце. Но стало не темнее, а еще светлее, будто яркость звезды увеличилась в тысячи раз. Хела довольно улыбалась, и я услышала в голове Ее слова:

- Мое любимое дитя, женщина-богиня – это та, кто пробудила свою духовную суть, а значит, активизировала все свои женские энергии и постоянно находится в Моем пространстве. Даже если она поклоняется не Мне лично, она поклоняется какой-либо моей ипостаси и находится в ее пространстве. Женщина-богиня, находясь в пространствах своего женского божества, думая об этой ипостаси, приобретает ее божественные качества. Личное общение со Мной или моей ипостасью – высшая награда для женщины, которая наделяется чистотой и неограниченным могуществом. Такая женщина – божественный дар для мужчины.

Хела исчезла, а мама, приняв обычный вид, сказала:

- Как существует вселенская форма Бога, так существуют и вселенские формы душ. Но если вселенская форма Всевышнего имеет миллионы рук, ног, языков, голов, оружия, то вселенская форма женщины – это ее основная часть, богиня, с которой в конце концов она соединится, уходя из материального мира. Поэтому в вершинах вселенной есть ты же, но уже с устоявшимися божественными качествами и огромным могуществом.

- Мамочка! Если женщина такая могучая, как она живет с мужчиной? Она его защищает?

- Жена защищает своего мужа и детей энергетически, но на физическом плане ее должен защищать муж. Именно для этого ему дано более сильное тело, более сильный интеллект. И по сравнению со своим мужчиной женщина должна быть беззащитной. Это следующая ипостась – беззащитная девочка, девушка, женщина. Какой бы сильной женщина ни была, ей всегда надо предоставлять мужчине возможность защищать себя, семью, делая его героем.

- Ты права, мамочка! И правильно ведешь себя в отношениях с папой. Какой у нас папа герой! И заботиться, и помогает, и защищает. Я им горжусь…

И замерла, так как мама уже накинула на себя иллюзию нежной, очаровательной, застенчивой женщины, которую, казалось, может обидеть каждый. И которую надо обязательно защитить. Я часто ее видела такой в общении с папой.

- А теперь одна из главных ипостасей, - продолжила мама, - Мать. Женщина - не только мать своих детей. Она иногда может быть матерью для мужа. Но еще до замужества, вообще всю жизнь… Вообще любая женщина всегда является матерью своей планеты, Вселенной и всех живых существ. Наша энергия, вернее энергия Хелы, которая проходит через женщину, является питательной, насыщающей, наполняющей и для планеты, звездной системы, галактики, Вселенной, и для каждого живого существа. Чем осознаннее и сильнее женщина проявляет в пространства энергию счастья и любви, особенно материнскую, тем лучше живется всем вокруг.

И тут же одновременно возникли четыре материнские ипостаси. Первая – мама со мной. У меня действительно прекрасная мама! Вторая – она по-матерински утешает отца. Третья – в ладонях мамы сначала наша планета, потом – Вселенная. И обе окутаны золотисто-розовой нежной любовью. Четвертая – из глаз и сердца мамы исходит счастье и любовь, пронизывая всех, находящихся в ее пространстве. Начиная от бактерий, муравьев, животных и заканчивая растениями.

- Высокоразумные человекоподобные Алирии – необыкновенные существа. Они немногие, кто способен испытывать высокие любовные чувства. В том числе чувства отцовские и материнские. Это наше великое преимущество перед другими видами жизни. В этом они даже зависят от нас. Женщина своей материнской любовью исцеляет потухшие в материалистическом огне сердца, наделяет их процветанием и радостью.

- А папа на балу ругал тех, кто слишком любовался твоей красотой, и говорил: «Нехорошо смотреть с вожделением на свою мать!» Ты мама и для тех мужчин?

- Да, девочка моя, у женщины может быть только один мужчина, к которому она относится как к мужчине – это или ее жених, или ее муж. Все остальные – сыновья.

- Значит, я правильно отношусь к Сертаину. Только он для меня мужчина, вернее жених. Когда на меня обращают внимание другие молодые аристократы, я не отвечаю им взаимностью. А если они надоедают, то делаю им всякие гадости.

- Какие? – удивилась мама.

- Например, силой ставлю подножки, опрокидываю вазы.

- Так вот как разбилась любимая ваза Самвитии! Вот почему был такой мокрый и расстроенный вид у наследника Вирейских.

Я покраснела.

- Мама, это же неправильно, подло встревать в отношения влюбленных, - мама сдавленно хрюкнула. – Мы же любим с Сертаином друг друга, зачем нашу пару разбивать? Это подло, подло…

- Сертаин тогда расстроился?

- Очень расстроился. А когда я вазу об Вирейского разбила, подставила подножку и опрокинула на него десерт, сразу успокоился. Мы потом всей четверкой отпраздновали победу моей верности Сертиану.

- Да-да, помню, из кухни тогда таинственным образом исчез почти весь десерт. Метиос помогал?

Опять покраснела: «Куда ж без него?»

- Теперь о следующей ипостаси – целительнице. Женщина может, и ее этому всегда учат, исцелять физические, душевные и духовные раны. Вспомни, скольким ты лечила физические раны?

- Всем друзьям из замка, иногда их родственникам. В нашей четверке мы пробуем разные методы лечения. Еще я лечила птичек, животных. Если кого-то обижали, я успокаивала.

- Умничка! Хорошо, что у тебя доброе сердце. А желание убрать или облегчить разную боль и является частью твоей ипостаси целительницы. Смотри!

И мама показала иллюзию, как помогает больным, раненым людям, эльфам, драконам, животным, птицам, деревьям и растениям. И во всех случаях из ее сердца, глаз, рук текла золотисто-зеленая энергия исцеления. А иногда, особенно в сложных случаях, она запутывала больного этой энергией в кокон и держала его там до тех пор, пока больному не становилось лучше.

- Какова же следующая моя ипостась?

- Проводник энергии, которую получает мужчина для своей деятельности. Если у женщины космос с энергиями начинается над теменем, то у мужчины с энергиями очень сложно. Их, по сравнению с женщиной, почти нет.

Перед нами возникла схема движения энергий во взаимоотношениях женщина - мужчина. Я увидела, как энергия космоса, земли, стихий входит в женщину, которая трансформирует ее в счастье и любовью. А затем, после трансформации, перетекает в мужчину. Мужчина полученное трансформирует в энергию деятельности и меньше любви. И частично возвращает ее женщине. Главное, что запомнилось в этой схеме, женщина и мужчина должны делать друг другу подарки, чтобы чувствовать результат своих отношений не только через энергии, но и материально.

Я задумчиво рассматривала схему, когда вдруг подумалось, что у мужчины должны быть и какие-то энергетические связи с его мамой. И как это все переплетается с пришедшей в род женой?

- Мамочка, а как же мужчина и энергия его мамы? Как папа и ты? И его мама, бабулечка Айжаниия?

- Лия, - мама убрала схему энергий, - ты знаешь, что стержень рода – мужчина. В его генокоде, крови заложены качества рода. И чтобы род не только выжил, но и существовал достойно, передавал заложенные в нем божественные, человеческие, профессиональные качества, мужчины рода должны закладывать свое семя только в невинную девушку. Матрис которой чист и может полностью соединиться с матрисом мужчины. Только в этом случае ребенок будет полностью его ребенком и сможет иметь идеальные наследственные качества. Поэтому мужчины, чтобы их роды процветали, совершенствовались, оттачивали династийные качества, берут в жены девственниц. И до свадьбы сами остаются девственниками. Именно потому, что этот принцип жестко соблюдается среди трех кругов дворян, они уже много десятков тысяч лет следуют принципам чести, долга, защиты подданных, заботы о них. Ты видела в Империи нищих, бедных, голодных?

- Только монахов, которые практикуют бедность, - подумав, ответила я.

- А брошенных стариков, детей, вдов?

Я ужаснулась: «Разве такие бывают?»

- В Империи нет. А несправедливость?

- Дядя Тайрион и папа за это наказывают.

- Правильно. А почему? Потому что тысячелетия в семьях аристократов культивировалось чувство справедливости, желание защищать слабых, помогать нуждающимся, следовать путем чести, долга, следовать заповедям Хелы и Аная. Фактически проводилась селекция, отбирая во власть, духовность, богатство только самых достойных.

- А как же Валин из слуг? Как он стал дворянином?

- Человека оценивают не по рождению, а по качествам. Валин родился в семье слуг, но имеет качества дворянина. Такие дети приходят для того, чтобы разбавлять и дополнять кровь аристократов и жрецов, иначе они все сроднятся и начнется вырождение. Поэтому Валин для Империи – как скандий, возрождающий жизнь.

- Да, с ним очень интересно играть было. И магия у него сильная.

- Доченька, мужчина несет генокод династии. А династии, культивирующие свои нравственные и профессиональные качества, - основа благополучия и благочестия государства. Основа счастливой жизни людей. Поэтому мужчины всегда для полной передачи качеств берут в жены девушку с чистым матрисом. Когда такая девушка приходит в род, то приносит в него свою энергию и помогает матери мужа, несущую на себе основную энергетическую защиту рода. А потом приходит время, когда свекровь вступает в период подготовки к следующей жизни, или просто устает. И тогда девушка, расцветшая как женщина, становится наследницей женских энергий рода, ранее проходивших через ее свекровь. А энергии матери и сына… До четырнадцати лет ребенок находится в энергетическом поле родителей. Выйдя из него, он все равно подпитывается женской материнской энергией, хотя с каждым годом все меньше и меньше. И только после свадьбы, приняв энергию жены, может полностью раскрыться творчески.

- А какая иллюзия у тебя в этой ипостаси?

Мама улыбнулась и сказала:

- Айжаниия еще не собирается уходить из тела, не устала, а полна сил. Поэтому хорошо выполняет свои обязанности как наследницы женских энергий рода Ладийских. Я рада этому, ибо своих обязанностей хватает. Пусть свекровь живет как можно дольше! А я в этой ипостаси представляю себя помощницей. Теперь смотри же!

Мама вдруг стала вихрем, который трансформировался в огромную воительницу с многочисленным действующим оружием. Вид ее был свиреп и ужасен. Я потеряла дар речи, стало немного страшно.

- Это я в образе защитницы семьи и рода, - прогремело почти с неба. – Любой, кто покусится на членов моей семьи, будет наказан. Страшно было? - спросила мама, приняв обычный вид.

- Совсем чуть-чуть, даже такая страшная, ты самая любимая, сладкая и родная.

Подбежала к ней и обняла: «Ты самая лучшая мама на свете. Я тебя очень люблю!»

Мама довольно рассмеялась: «Я тоже тебя очень люблю! Ты самая лучшая доченька во всем мире! Более подробно об ипостасях мы поговорим потом, когда ты интуитивно проявишь их образы».

Глава 8

Попрыгала на коньках, подвигала телом. Так, коньки сидят, как влитые, одежда свободная, не мешает. На пульте нажала кнопку ледового покрытия, и полигон заблестел холодом. Когда я последний раз танцевала риктоил? Хела, целую вечность назад, почти четыре года. Тогда в замке был праздник, на который собрались самые близкие друзья и родственники, в том числе и Тайрион с семьей. Мама попросила меня показать свое искусство. И я показала, но, в основном, только для Сертаина. Помню его ошеломленный, потрясенный взгляд. Он смотрел на меня, как на божество, которому с этого момента будет поклоняться. Под конец танца я устроила фейерверк и каждому приглашенному создала почти вечную иллюзию его любимого цветка. Сертаин получил свой волшебный элиэний, который пах морозным ветром, горами и нежностью. Мы стояли рядом и, несмотря на других, смотрели друг на друга. Наши глаза говорили о любви, а руки переплелись пальцами. Не знаю, сколько времени мы смогли бы так простоять… Казалось, вечность. Из оцепенения нас вывело насмешливое и довольное покашливание императора и отца.

- Дети, конечно, все знают о ваших чувствах, но так долго показывать их другим становится уже неприличным.

Мы сразу же отпрянули друг от друга, но потом я постоянно ловила на себе взгляд принца, наполненный глубокой нежностью. Мама тогда меня отловила где-то, завела в пустую гостиную и серьезно произнесла:

- Лия, доченька! Запомни навсегда то, что я тебе сейчас скажу. Мы очень рады, что ты и Сертаин – пара. Вы любите друг друга, это видно. Ведь двор шутит: чтобы найти принца, нужно найти тебя. А чтобы найти тебя, надо найти принца. Чувства… Они притягивают. И когда-нибудь, до свадьбы, может случиться первый поцелуй. Пожалуйста, сделай так, чтобы его не было именно до свадьбы. Первый поцелуй, то есть всю силу раскрывающейся женской силы, надо дарить только тому, кто точно станет мужем. Чтобы эта мощь сладкого девичьего целомудрия дала толчок его творческому, личностному развитию. И вернулась к тебе любовью, уважением, способствуя возрастанию твоей женской силы. Поцелуй – сокровенное действие, почти как зачатие ребенка. В нем переплетаются жизненно важные энергии женщины и мужчины, ставя на губах партнера свою энергетическую печать. Поэтому поцелуй никто не должен видеть, ибо посторонние взгляды оскверняют чувства, обляпывают их энергиями зависти, недовольства, разрушения. Обещай мне, пожалуйста, что разрешишь Сертаину поцеловать себя только перед самой свадьбой. Ведь до нее еще четыре года. Сохрани себя для принца, преподнеси ему свое могущество только тогда, когда будешь полностью уверена, чтобы свадьба – на днях. Обещаешь?

- Да, мамочка, обещаю, - смогла потрясенно лишь выдохнуть.

Передернула плечами, взглянула на небо.

- Хорошо, мамочка, что я тебя послушалась. Ведь совсем не факт, что я выйду замуж за Сертаина. А значит, мой первый поцелуй, да и вообще все поцелуи, будут принадлежать только… Если вообще кому-то будут принадлежать… Если я смогу все это пережить.

Из глаз полились слезы.

- Ты что-то чувствовала, мама. Чувствовала: будет не просто и мне надо сохранить себя чистой. Вот только для кого? Так, собралась. Вдох-выдох, вдох-выдох. Полный контроль. Я танцую риктоил.

У магов много способов научиться контролировать эмоции, силу, чувства, ум, стихии. Мужчины отдавали предпочтение магическим боям или созданию каких-либо творческих проектов. Женщинам-аристократкам нравился риктоил, сложнейший танец, в котором требовалось предельное сосредоточение и контроль сознания.

Итак, риктоил. Вышла на лед, подбросила вверх аудиокристалл, из которого тут же полилась музыка. Она будет меняться в зависимости от моего настроения и танца. С самого рождения, по словам мамы, мне нравилось танцевать. Даже просто слушая музыку, я представляю, как танцую под нее.

Несколько скольжений по льду, плавное поднятие в воздух. Соединение ментальной магии и стихий воды и воздуха. Прыжок, шпагат, ноги опускаются на лед, парящий на высоте уже пятнадцати метров над землей. Я только разминаюсь, движения плавные. К ним подключаются постепенно все виды магий, которыми владею. Со стороны риктоил смотрится великолепно и смертельно опасно. Магиня танцует на поднимающейся вверх ледяной дорожке, которая может исчезать и проявляться вновь, когда на нее надо встать. Пятьдесят, восемьдесят, сто метров над землей. Пожалуй, достаточно. Прыжок, разворот, скользящее движение… Музыка и полный контроль эмоций, чувств, стихий. Я есть, я здесь и сейчас, я танцую.

Танец в воздухе, танец без ограничений. Свобода полета, музыка. Душа плачет, но полный контроль. Выпускаю иллюзии: волшебные цветы, птицы, фейерверк, разноцветные лианы стихий. Сертаин… Алмазный конек чуть не съехал с ледяного пятачка. Контроль! Сосредоточилась… Вдох-выдох. Чувство полной радости танца отсутствует, но контроль есть, собралась. Опускаюсь на землю, выдыхаю. Теперь я готова прийти на твою свадьбу, принц Сертаин.

- Лия! Он не виноват! Прости его! Сденвиден незаметно вплел в защиту ленту силы, чтобы все Ладийские, то есть ты, воспринимались, как враги! Прости его! – И уже почти шепотом. – Лия! По человеческим меркам Метиос на грани самоубийства. Он тебя, больше чем я, отождествляет с Севенарией. Убить свою мать… Если ты его не простишь, он на нервах внезапно может принять форму камня. И тогда погибнут все, кто будет находиться во дворце… Лия!

Замерла, вдох-выдох. Да, мне еще только лишних жертв не хватает, а учитывая, кто этими жертвами может стать… Обезглавить Империю в такой сложный период! Личная обида ничто перед честью и долгом.

- Хорошо! Я прощу его, но с условием!

- Любое, малышка!

- Он безоговорочно, без всяких условий будет подыгрывать мне, участвовать во всех моих проделках и столько времени, сколько я захочу.

- Солнышко наше, конечно, - Кедрос словно к чему-то прислушался. - Метиос говорит, что очень соскучился и по тебе, и по твоим проделкам. И еще он надеется, что вы вместе отомстите придворному магу.

Это да! Никогда никому не мстила, но почему бы не попробовать? Хотя, мстить, конечно, глупо. Я пошалю, посмеюсь, а мстить за меня придется императору. У него это получится лучше.

Покрутилась перед зеркалом, красавица! Вчера весь день выбирала, в каком платье идти на свадьбу Сертаина. Сначала просмотрела свой гардероб, не подошло ни одно платье. Из чего-то выросла, а что-то совсем не подходило. Решилась посмотреть мамины платья. С трепетом подошла к покоям родителей: гостиная, спальня. Упала на кровать и расплакалась. Почему вы так ушли? Почему меня бросили? Лия, собралась! Завтра – событие века, и на нем ты должна выглядеть лучше невесты. Открыла гардеробную. Как хорошо, что я не пустила сюда графа и его слуг. А ведь пытались, Кедрос даже почти замуровал нескольких любителей поживиться чужим богатством. Провела рукой по камзолам и платьям, взгляд зацепился за изумрудный, с золотой отделкой наряд, который маме сшили незадолго до взрыва. Наверное, он подойдет.

- Амарий, как я выгляжу?

Улыбающийся Амарий сидел на кушетке и ел фрукты. Снори, закончившая укладывать мои волосы, откровенно любовалась мной.

- Ты великолепна, Лия! Твои глаза сейчас изумрудного цвета, в тон платью. И семейные драгоценности тоже хороши, завершают совершенный образ, - и тихо, - даешь ему последний шанс?

Задумалась, кивнула головой. Невеста на свадьбу всегда надевает красное платье, подчеркивая его красным цветом свою любовь, плодовитость, способность подарить новый вкус жизни, принести в семью мужа процветание. И, конечно, желание поднять уровень их чувств до божественной супружеской любви, которая имеет бело-алый или ярко бело-розовый цвет, цвет любви ко Всевышнему. Поэтому свадебная одежда шьется из тканей божественного красного цвета разных оттенков, ибо основа семьи – любовь. Божественный белый цвет – цвет смерти, одиночества, аскезы, отречения от разного уровня наслаждений и материального. Черный – тайна, загадка и Абсолют, золотой – изначальная женщина и все, что с ней связано. Поэтому на свадебном красном платье должно быть что-то золотое, как благословение Хелы.

Однако зеленый цвет, хотя и не является изначально божественным, уникален по своей природе. И включает в себя энергии любви, процветания, здоровья, счастья, духовных высот. Из-за его необычайных качеств довольно часто на свадьбах невесты предпочитают стоять перед алтарем в платье именно зеленого цвета. И, конечно, с какими-то деталями золотого.

Мое платье из зачарованного эльфийского шелка изумрудного цвета с изящными, сакральными узорами из золотых нитей по рукавам, вороту и подолу можно надеть и на бал, и на свидание, и, да! на собственную свадьбу. Целомудренное, утонченное, оно великолепно, вместе с родовыми драгоценностями: диадемой, серьгами и ожерельем, дополняло мою красоту. Я хочу дать Сертаину шанс. Не верю, чтобы он совсем забыл меня. Думаю, не обошлось без политики и денег, ибо это был бы достаточно выгодный брак, особенно для Звудичей, как представителей высшего торгового сословия. Но супружество со мной гораздо более выгодно. Сертаин может, не смотря ни на что, у алтаря поменять невесту.

- Кедрос, Метиос готов принять меня у дворцового храма?

- Да, малышка, готов. Брат говорит, чтобы ты вышла из портала во внутреннем дворе.

- Хорошо, - еще раз осмотрела себя, довольно улыбнулась. Красавица! Туфельки, сумочка. – Метиос, я иду!

Внутренний двор встретил тишиной, все в храме. Поднялась по ступенькам, ладошка к стене – я внутри. Прошла до места, на котором Сертаин мог бы меня увидеть, план храма помнила хорошо. Вне стены дышалось легче, свободнее. Встала у колонны, которую было видно от алтаря и от которой на весь зал открывался хороший вид. Жених и невеста уже стояли перед Божественной Парой, вот-вот начнется обряд. Позвала мысленно: «Сертаин! Я невинна, тебя обманули. Посмотри на меня!» Сертаин сначала замер, а потом посмотрел в мою сторону. Я частично раскрыла ауру, чтобы показать свою чистоту, невинность и мощь. Пространство загудело, раздались шепотки и возгласы: «Что происходит? Ладийская здесь и чиста! Какая аура! Это же скандий Первого круга!!!» «Тебя обманули! Не делай этого!!!!!!» - кричала мысленно я Сертаину. Но жрец уже окропил каменный алтарь кровью невесты и жениха, на их руках проявились брачные символы. Зачем ты это сделала, Хела!

Виттана заплакала, наверное, от счастья. Столько лет пыталась женить на себе Сертаина! Только сейчас обратила внимание, что она в белом платье с длинной белой фатой. О! Это мода за три года так изменилась? Довольно улыбнулась: «Замечательная печать свадьбы у тебя получилась, Виттаночка: белое платье, белая фата, слезы, о! уже вся родня плачет от счастья. Жизнь твоя семейная будет очень «счастливой»… И недолгой. И со слезами. Молодоженов окружили поздравляющие.

А я стояла у колонны… Все, Сертаин, больше нас нет и никогда не будет. Внутри холод, мерзлота. Нет родителей, теперь нет и Сертаина. Теперь он чужой, теперь он принадлежит другой женщине. И чтобы не чувствовала я, чтобы не чувствовал Сертаин, мы теперь чужие, навсегда. Тот, кто принадлежит другой женщине, для меня – табу, запрет. Что ж, переживем.

Доброжелательная улыбка, спокойствие, убираем мощь ауры, втягиваем ее до разумного предела. Если каждый из Первого круга будет раскрывать полностью свою ауру и мощь в общественном месте, место этого может и не пережить, взорвется.

- Лия! – меня кто-то обнял и прижал к груди. – Что происходит? Тебя оболгали? Почему не ты была у алтаря? Как император допустил такое?

- Да, лира Вирейская, меня оболгали. И император это допустил. Но все хорошо, Хела не просто так что-то делает, - глаза опущены, иначе давняя мамина знакомая, Мариэлеена Вирейская увидит в них дикую боль и гнев. Вдох-выдох.

Поднимаю глаза. Вокруг – мамины и папины знакомые, друзья, все из Первого круга. Сердцем ощущаю их сочувствие, боль, сострадание, желание помочь. И не выдерживаю, плачу. Хела, опять! Спокойствие, ты княжна!

- Девочка, не старайся скрыть боль, - ко мне пробился глава рода Витарийских, - аура показывает все твои чувства. Почему тебя оклеветали? Кто?

Мне нужна помощь Первого круга, и Хела ее дает. Не заметила, как очутилась в пиршественном зале, за столом. Каждый из старых знакомых пытался сказать мне что-нибудь хорошее, но, главное, все обещали меня защитить. И строго спросить с императора за клевету на меня и его недостойное поведение. Все-таки он - император и главный поборник справедливости в стране и, особенно, среди Первого круга. Если обижают сироту из Первого круга, значит, император не выполняет свои обязанности и должен отказаться от трона. От Мариэлеены Вирейской шли волны такой любви и нежности по отношению ко мне, чтозамерла, боясь упустить их хоть немного. Надо же, за почти три года отвыкла от нормального человеческого общества. Тут кто-то крикнул, что молодым пора в опочивальню. Взглянула на принца. Теперь я никогда не назову его по имени, только ваше императорское высочество. Да и так, скорее всего, буду звать его недолго. Нарушение им клятвы и то, что сейчас произойдет, фактически перечеркнет его жизнь. Но выбор сделал он сам. И все-таки, глаза защипало, потекли слезы.

Сертаин предложил Виттане руку. Провожаемые одобрительным гулом новобрачные отправились в спальню. Все смотрели им вслед. Чей-то злорадный взгляд толкнулся в сердце – на меня нагло смотрел опекун, граф де Флор. Улыбка хищника, сожравшего маленького зверька, окончательно взбесила. Зачем теряться, вокруг все свои? Улыбнулась в ответ, встала и в воцарившейся мертвой тишине направилась к опекуну. Удавка из силы – не тебе равняться с Первым кругом - высокомерный, уничижающий взгляд сменился на удивленный. Всхлип, закатившиеся глаза… Да, хук правой, придобренный силой, у меня всегда был убойным. Папа учил. Не плакать, только не плакать. Граф сваливается с кресла, я распахиваю его камзол, достаю потайную сумку и в гробовой тишине подхожу к императору. Он откидывается назад и озабоченно-удивленно смотрит на меня: «Лия?!! Ты невинна?!!!!» Ха! Разглядел, наконец-то, мой матрис, года не прошло.

Прямо перед ним, на овощные рагу, салаты высыпаю содержимое:

- Вы меня еще помните, ваше императорское величество? Помните?

- Лия? Что ты делаешь? - глаза Тайриона полны удивления. – Мы на свадьбе!

- Помните клятву, оберегать, защищать? За кого выдать замуж?

- Но ты же… - сдавленно прошептал Тайрион.

- Что я? Я все так же невинна, чиста и обладаю еще большей силой, чем раньше. Мой вид не вызывает у вас никаких вопросов? Например, к де Флору?

Обвела взглядом зал. Придворный маг и дворяне из компании графа что-то шептали, пытаясь меня остановить. Но камни скандия и мои щиты блокировали все их попытки. Послышались вопросы со стороны родов, фамилии которых заканчивались на –йские.

- Вот так, ваше императорское величество, дочь вашего лучшего друга, который много раз спасал вам жизнь, делают нищей.

Разворошила горки ценных бумаг, накладных, чеков:

- Через месяц, к первому совершеннолетию, у меня не будет денег даже на еду. Он все продал и собрался бежать. А мне куда теперь? К отцу на небеса?

Голос неожиданно сорвался, покатились слезы: «Что мне делать без родителей?»

Император Тайрион, лучший друг моего отца, наконец-то отмер, сглотнул. Гневное сияние его глаз залило обеденный зал:

- Если я, император, назначил тебе опекуна, значит, я ему доверяю. Граф де Флор постоянно отчитывался мне о твоих делах. У меня нет причины ему не доверять.

В животе похолодело.

- Предатель, - только и получилось прошептать. – Отец тебе этого никогда не простит.

Грудь стало распирать, по телу побежали перекручивающиеся лианы стихий. Да, эффект потрясающий: радуга энергий сверкала, искрилась, грозя перерасти в торнадо. Вдох-выдох. Стихии успокоились всего за секунду. Автоматически отметила, что это очень хороший результат, есть чем гордиться. Бежать! Надо бежать! Спокойно разворачиваюсь и направляюсь к выходу из зала. Опекун еще лежит без сознания. Незаметно для других силой ударила ему в пах - пусть для женщин он будет потерян навсегда. Струйкой огня, не касавшегося кожи, сожгла его одежду. А что? Голый аристократ смотрится на императорском обеде оригинально.

В пустом коридоре перенеслась в замок, в свою комнату, и начала швырять в пространственный карман все, что могла. В бывшем кабинете отца опустошила тайники: древние запретные книги по магии, деньги, драгоценности, секретные разработки, за которые тайная канцелярия и военное министерство удавились бы. Я металась порталами между комнатами. Силы от стресса и перенапряжения закончились в моих покоях. Темнота.

Холодный душ привел в сознание. Тела не ощущала, вместо него была только общая боль, особенно в руках и ногах. С трудом открыла глаза, напротив оказалось перекошенное от ярости лицо опекуна. Да, подарочек ему от меня вышел знатным, больше подтверждать репутацию первого самца империи он не сможет.

От оплеухи голова откинулась назад, ударилась о стену. Несмотря на чудовищную боль, заметила еще пятерых, почти обнаженных мужчин, находящихся здесь.

- Я и тебя продал, им, - ухмыльнулся опекун. -Мои друзья решили меня выручить.

Лицо графа приблизилось, слова дыхнули зловонием:

- Не хотела меня, достанешься им. Обесчещенная, нищая, ты никому не будешь нужна. Даже Тайрион тебя предал. Берите ее.

Де Флор повернулся к друзьям. Ну что ж, последний бой. Транс пришел за доли секунды.

- Хела! Услышь и помоги пройти последний урок достойно! Встреть меня, когда выйду из тела!

Изнутри пошла волна горячей энергии, выходя через ладони и стопы. Антимагические браслеты, сковывавшие руки и ноги, разлетелись осколами. Опекун и его дружки удивленно замерли. Сюрприз! Да, это родовая магия Ладийских, которую может подчинить только член рода, а не какие-то там браслеты. Щелкнул пояс, превращаясь в огненный хлыст с фиксированной рукоятью. Сюрприз! Изумленное лицо де Флора порадовало: как ни пытался узнать, забрать секреты князей Ладийских, ничего не получил. Крохи не в счет.

В глубине понимала, бой не выиграть, восемнадцатилетняя пигалица против шестерых матерых воинов, даже с родовой магией долго не выстоит. Вот папе они были бы на один удар, а мне… Остается только подороже продать свою жизнь.

- Хела! Иду к тебе! Встреть!

И началось. Я крутилась, била хлыстом, руками, ногами, жгутами стихий, использовала все, что могла. Стены лопались от огня, вихрей, водоворотов, но… Сначала перелом ног – многолетние тренировки отшвырнули боль в глубину сознания, встала только на упрямстве, злости и жгутов воздуха. Ледяной меч вошел в грудь, дыхание сперло и темнота.

Я парила над телом и наблюдала за происходящим. В зале суетились люди в синей форме личной службы безопасности императора: скрепляли энергией и камнем разваливающиеся стены, упаковывали трупы, заковывали оставшихся в живых компанию «граф и К» в антимагические браслеты. Сам же император сидел около моего тела, плакал и наблюдал, как его личный целитель пытается меня оживить. Когда воронка заставила меня вернуться в тело, единственное, что я ощутила, это жуткую боль. Она заполнила тело, сознание, выворачивала наизнанку, заставляла хрипеть и желать себе смерти. И уже где-то на грани потери сознания я услышала два голоса. Один, нежный, любящий и ласковый, такой, каким может быть только голос Хелы, произнес: «Я всегда с тобой! Но уходить еще рано!» И другой – страдающий от чувства вины, рыдающий от душевной боли – голос императора: «Теперь все будет хорошо. Я сам буду твоим опекуном!»

Глава 9

- Бу-бу-бу-бу-бу-бу-бу…

И так долго-долго. Однако бубнеж не приносил дискомфорта, скорее успокаивал.

- Бу-бу-бу-бу-бу-бу-бу…

Хела! Кто же мне спать не дает? Как хочется спать!

- Бу-бу-бу-бу-бу-бу-бу…

Сосредоточилась, все-таки бубнежобладал нежностью, любовью и заботливостью матери, поющей ребенку колыбельную. Сначала проявились слова:

- Бу-бу-бу…тебя храни, бу-бу-бу… забери…

Затем слова сложились в четверостишье:

Боженька тебя храни,

Все печали забери.

Лиюшка, цветок, прекрасна,

Удивительна, отважна.

Кедрос? Метиос? Только они таким бухтением могли выражать свою привязанность ко мне.

- Звездочка! – Шепот Метиоса в голове казался уморительным. – Звездочка, ты как? Долго еще собираешься болеть? Попробуй открыть глаза.

Попробовала, не получилось. Темнота.

- Элиниия без сознания уже две недели. Когда это закончится? – Узнала голос Тайриона, поморщилась. Что ему надо от меня?

- Ваше императорское величество…

- Остарий, без расшаркиваний, все уже вышли. Что с Элиниией?

- Сложно сказать, но видны… Вернее, такое сложное положение держится до сих пор из-за длительных неблагоприятных эмоций, частичной депрессии, жестких потрясений для тела.

- Что это значит?

- По матрису можно отследить как минимум две смерти, одно воздействие грани, которое почти является смертью. Также длительное воздействие неблагоприятных обстоятельств. И смертельные магические атаки.

- Кто атаковал?

- Судя по времени, это произошло в храме, на обряде, потом во дворце и в ее замке.

Наступило молчание. Я уже успела куда-то несколько раз провалиться, взлететь и неоднократно попытаться открыть глаза. Тишина не исчезала, наоборот, становилась гнетущей, вязкой.

- Остарий, а ее невинность?

Личный целитель императора хмыкнул:

- Если вы о девственности спрашиваете, то могу сказать точно: Элиниия девственница. Ни разу не целованная. И как удалось то рядом с графом? К тому же, эти смерти были фактически инициациями. И сейчас Элиниия находится на уровне архимага из Первого круга, прекрасно контролирующего свою силу. Думаю, в ближайшее время она очнется.

Остарий убрал золотистый целебный кокон, окутывающий меня, и ушел. Был вечер, за окнами темно, и тени от светильников ложились на кровать. Моего взгляда из-под опущенных ресниц Тайриону видно не было. Император сидел в напряженной позе о чем-то задумавшись. Я даже подозреваю, о чем. Но сострадать ему, учить его уроки не собираюсь. Помогу в чем-то, да. Все остальное – самому придется расхлебывать.

Глубоко вздохнула и задала очень интересующий меня вопрос:

- Кто вам посоветовал де Флора, как моего опекуна?

Император вздрогнул, непонимающе посмотрел на меня. Потом до него дошло, что я пришла в сознание.

- Как ты? Мы очень волновались за тебя!

Облизнула губы: «Пить». Император поднес золотой стакан с водой, помог напиться.

- Как ты?

- Кто рекомендовал вам графа как моего опекуна?

Тайрион нахмурился:

- Это сейчас так важно?

- Для меня – да.

- Советник Звутич. Граф оказался дальним твоим родственником и имел очень хорошие рекомендации.

Вздохнула.

- До совершеннолетия опять отдадите меня кому-нибудь под опеку?

Император отшатнулся, побелел.

- Прости, больше я не допущу такой ошибки. Теперь я твой опекун. И жить ты будешь в крыле императорской семьи.

- Благодарю! – Искренно произнесла я и сделала вид, что уснула.

Все встало на свои места. Шевр – верхушка торгового сословия – Звутичи – граф. Они все связаны. В последние годы высшее торговое сословие, финансисты стали вести себя странно. Для некоторых из них прибыль уже становится выше законов Хелы, чести, долга, общества. В них стала проявляться алчность, жажда наживы и власти. Хотят купить всех и все? Установить новые порядки. Даже древние законы династий не в счет. И ведь за ними кто-то стоит. То есть началось вырождение торгового сословия. И если жрецы и аристократы это не остановят, жизнь на планете превратиться в кошмар.

- Спи, малышка, - по привычке, наверное, сказал Тайрион. Несколько лет он говорил мне это вместе с отцом. – Покои под охраной, сейчас придет боевая жрица-целительница.

Ушел, но вместо жрицы пришла Тамииса, жена наследника. Устроилась в кресле рядом, взяла мою ладошку.

- Ты спи, Лия, а я с тобой буду говорить. Остарий сказал, с тобой надо беседовать, делиться новостями. – Ладонь принцессы была теплой и сухой, слова наполнены сочувствием, виной и от этого болью. – Скучно было без тебя. Когда ты уехала в свои земли, я отправилась в паломничество перед зачатием ребенка. Малышка, простишь ли ты нас? Хела! Как же такое случилось?! Я не верила, требовала встречи с тобой. Граф показал всем какую-то запись, которая будто бы доказывала, что ты не хочешь ни с кем из нас общаться. Все равно не верила, требовала…- В голосе Тамиисы послышались слезы. – Пока Тайрион… Прости нас!

Опять слезы, я совсем перестала себя контролировать. Или, может, для психики почти восемнадцатилетней девушки это нормально? Все-таки три года я жила не в комфортных психологических условиях. Слезы текли, и остановить их было невозможно. Поднимались горькие обиды, боль, ужас ловушки, когда твою судьбу несправедливо рушат. Жестоко, изощренно, наплевав на то, что я сирота и девушка. По законам Империи подобные действия карались смертью. Интересно, дойдет ли до наказания экономического советника? Или он многих успел купить?

От гнева, злости на предавших меня близких людей, ситуацию, безысходность, завыла. Не было желания и сил себя сдерживать. Как же теперь жить? Кому верить? Вокруг тела начали свиваться лианы стихий, магии. Я выгнулась, из горла вырвался жуткий вой. Пусть все плохое выходит. Зачем оно мне?

Прибежавший Остарий вновь запеленал меня в целебный кокон, заставил выпить успокаивающий отвар и три часа занимался со мной дыхательными практиками. Заснула я умиротворенной и довольной. А ночью ко мне пришла Хела. Погладила по голове и сказала:

- Хотя Сертаин тебя не забыл, это было его желание. Он многое должен семье жены, считает себя им обязанным. Решил, что честь сдержать обещание им дороже, чем честь сдержать обещание тебе и твоему отцу. Иначе - крупный скандал. И готов на последствия клятвопреступления. Теперь для него главное - семья. Каждый может ошибиться. Дай ему выучить его урок.

Я пыталась заплакать, но слез не было. Только боль.

- А как же я? Как мне теперь жить? Что делать?

- Дитя мое, у тебя все будет хорошо. Помни об этом. Выздоравливай, учись дальше, восстанавливай земли, развивайся. Сделай свою жизнь интересной. И обязательно помоги императору. Пусть он ошибся, но ошибки еще можно исправить. И будь осторожной.

- Благодарю, Хела, - только и успела сказать исчезнувшей Богине. - Я буду учиться и жить интересно. И обязательно стану счастливой.

Утро встретило яркими лучами солнца, ветерком, летающим по спальне, пением птиц. Хорошо! Большая часть боли ушла, подозреваю, Хела забрала ее с Собой. Вот как Ее не любить? Как не быть Ей признательной? Сходила в ванную, привела себя в порядок. Гардероб был полон: изысканное белье, нежнейшие ночные сорочки, красивые платья. Почувствовала заботливую руку Тамиисы. Одела простое домашнее платье, уложила волосы. Выходить из покоев я пока не собиралась. Надо прояснить ситуацию, поговорить с Метиосом.

- Ты вспомнила обо мне, - тут же проявился Метиос. – Я тебе нужен? Ты на меня не сердишься?

И такая тоска в голосе, такая боль. Чувства Метиоса сейчас подобны чувствам матери, заставившей своего ребенка жестоко и безвинно страдать. Как у него дрожит голос!

- Метиос, смерть это такое, ни с чем не сравнимое… Даже не знаю, как сказать. И боль физическая была незабываемой. Я пока не могу полностью забыть это. Но давай попробуем дружить снова.

- Да-да, моя звездочка! Давай начнем дружить сначала. – Послышались всхлипывания. – Прости меня. Я когда все понял... Прости.

- Метиос, Хела сказала, что у меня все будет хорошо. Поэтому я не буду страдать. Я буду шалить и учиться дальше. Ты в деле?

- Конечно, малышка, - раздался смешок. – Я тут уже немного над некоторыми пошалил. Интересно?

Мне прилетела картинка малого дворянского собрания, на котором присутствовал придворный маг. Метиос показал, как сначала Сденвиден растянулся на полу, обрызгав стоящих рядом магинь раусом, очень популярным тонизирующим напитком. Потом слетел с лестницы, упав под ноги жене императора. Но самое интересное случилось потом. Маг разговаривал с другом, опершись на колонну. Заиграла музыка и Сденвиден направился к жене, чтобы пригласить ее на танец. Но ткань, которая прикасалась к колонне, на ней так и осталась, а маг этого, естественно, не заметил. И осветил танцующее дворянское собрание голыми ягодицами, спиной, а потом и гениталиями. Ибо брюки и то, что было под ними, не поддерживаемые тоже прилепившейся к колонне частью ремня, благополучно упали. Ах! Какой конфуз!

Не успела даже отреагировать на военные действия Метиоса, как в дверь постучали.

- Лия, можно войти? – голос императора был глуховатым, невыспавшимся.

Поспешила открыть дверь и присесть в реверансе:

- Конечно, ваше императорское величество.

За императором вошли Остарий и боевая жрица. Целитель осмотрел меня и хитро улыбнулся:

- Хела приходила?

Утвердительно кивнула. Остарий повернулся к Тайриону:

- Ваше им… - Наткнулся на взгляд императора, вздохнул. – Состояние Элинии стабильно хорошее. Но периодически будет накатывать слабость. Поэтому отдых, лекарства, никаких волнений еще как минимум две недели. Если состояние улучшится, то можно будет приступать к учебе и тренировкам. Это твоя телохранительница и по совместительству целитель. Она будет следить за твоим здоровьем и отваживать любопытных.

Жрица слегка поклонилась: «Кеолия», - и по знаку императора вышла вслед за Остарием.

- Лия, – император устроился в кресле, - Тамииса передала мне вчера эмоции твоего нервного срыва. Я потрясен. И еще, видишь?

Тайрион снял с лица иллюзию: под глазами императора виднелись два огромных синяка.

- Кто? – Изумилась я.

- Твой отец. Пришел сегодня ночью во сне. А синяки получились очень даже наяву.

Папочка! Даже оттуда императора достал.

- Больно? – Спросила обеспокоенно. - Остарий ведь может…

- Не может, и я не могу. Авириан сказал, что синяки должны сойти сами, без лечения. Как напоминание о клятвопреступлении. А если буду их лечить, то он будет приходить каждую ночь и ставить заново.

Даже сказать нечего. Сижу, молчу, смотрю в пол.

- Он имеет право, я виноват. И сыну судьбу… - Голос Тайриона дрогнул. – Ты, Лиюшка, завтракать где будешь? С нами или здесь? Здесь? Хорошо, пока принимай пищу у себя, но через две недели, я прошу, присоединяйся к нам, как раньше. Очень мне вас троих не хватает.

После завтрака у себя, отдохнув немного, взяла из пространственного кармана несколько камней скандия. Пять, после молитв и разговора с ними, вживила в себя. Многовато, конечно, но кто знает, что может приключиться со мной во дворце. Те, что были во мне раньше, полностью истончились, защищая меня от смертельных магических атак. Поэтому, защиты много не бывает! И один скандий отдам Тамиисе, ей месяца через полтора рожать. Интересно, каким наследник наследника будет? Судя по сиянию, исходящему от живота, силища там огромная. Вырастет, научим с Метиосом его шалить. Кстати!

- Метиос, а ты знаешь, что произошло в замке тогда? Сознание я потеряла в своих комнатах, а очутилась на половине графа. И где Амарий и Снори?

- Цветочек наш, брат мне все показал. Когда ты перенеслась к храму, Амарий сел в медитацию, чтобы помогать тебе. А Снори, по глупости, пошла спасать родных. Сделала подарок графу, попалась… Знаешь, Тайрион ведь не просто так фактически защитил графа. Ты ушла из зала, а император, чтобы де Флор ничего не заподозрил, обошелся с ним очень любезно, извинился за тебя. А когда граф с друзьями ушел в замок порталом, Тайрион тут же отправил за ними почти весь состав личной службы безопасности и самых сильных магов императорской гвардии. В замке же граф загипнотизировал Снори и отправил искать тебя. А ты без сознания. Она как-то дотащила тебя до границы, а уж там… Хорошо, что маги были из Первого круга, тараном снесли купол.

- А сейчас?

- Кедрос заблокировал княжеское крыло, а в остальной части замка полно магов и гвардии . Разбираются с наследием де Флора. Амарий увез Снори в монастырь Святой Ксантии, чтобы снять последствия гипноза. Ведь неизвестно, что граф ей там еще навнушал.

Несколько дней прошли тихо и спокойно. Из своих комнат я не выходила, спала, ела, медитировала, бездумно сидела на балконе, любуясь прекрасными видами дворцового парка, частично города и виднеющихся далеко на горизонте гор. Или болтала с Метиосом и Кеолией. Жрица оказалась интересной, незауряднейшей личностью и, самое главное, преданной императору.

Сегодня с утра, оценив свое состояние как очень хорошее, решила погулять среди стен замка. Может, увижу что-нибудь интересное…«Метиос», - позвала мысленно.

- Тише, цветочек, к нам нежданный гость. Сейчас его…

- Покажи.

Тут же увидела коридор около двери в свои покои. О! Полог обыденности, первый сюрприз. Охранники лежат, часть защитных плетений нейтрализована. А полог показывает, что все в порядке. И Сденвидена нет около дверей, хотя он есть и очень активно снимает защиту. Старается, даже капельки пота выступили на лбу. Снял очередной блок, улыбаясь, открыл двери. И… правая и левая части стены слились в одну, едва не прищемив ему нос. Мага отбросило и хорошо приложило о противоположную стену. Несколько минут он лежал неподвижно, потом пришел в себя, потряс головой, встал. Шатаясь и натыкаясь на мебель, подошел к дверям. Очевидно поняв, что полностью защиту снять ему не по силам, Сденвиден восстановил ее, убрал магические следы своего присутствия и ушел.

Через несколько минут после его ухода в комнаты влетела Кеола:

- Что здесь произошло? Я почувствовала взлом защиты.

На ее слова пришлось только пожать плечами, мол, я же внутри, не снаружи. Откуда могу знать, что там произошло?

А еще минут через двадцать около дверей маги-гвардейцы отчитывались о взломе императору. Защиту было решено усилить, а гвардейцев-стражей заменить боевыми жрицами.

Когда все успокоилось, вошла в стену и направилась к кабинету Тайриона. Остановилась в боковой стене, чтобы видеть весь кабинет. Здесь ничего не изменилось, все также стоит особое кресло, в котором мог сидеть только отец. Те же книжные шкафы, тайники, кушетка, на которую меня сначала клали, когда была маленькой. Потом усаживали между подушек, чтобы не упала. Сколько на этой кушетке я прочитала детских книг!

Император внимательно рассматривал парящие перед ним нитки из одежды придворного мага. Метиос прошептал: «Помог камзолу зацепиться за стульчик».

- Что тебе надо от Лии, Сденвиден, если не побоялся днем, с пологом обыденности, взламывать защиту ее покоев?

Слова императора повисли в воздухе, а нити камзола упаковались в маленькую шкатулку. Тут открылась дверь, и в кабинет вошел Сертаин. Его матрис пылал гневом, стыдом, разочарованием. На белом, основном, фоне матриса полыхали, сверкали цвета темных энергий.

- Отец!

-Что случилось, Сертаин?

Сертаин упал в кресло и закрыл пылающее лицо руками.

- Сокровищница… не пустила внутрь.

- Объясни, - потребовал Тайрион.

Сертаин опустил руки, горечь разлилась по его лицу.

- Понятно, я клятвоотступник. У меня осталась только моя семья и Виттана. И, может, ее семья.

- Сын, можешь конкретнее, что случилось?

- Я пообещал Виттане подарить ожерелье из сокровищницы. Пошел за ним, а двери не открылись. Древняя защита меня в сокровищницу не пустила… Я теперь не принадлежу к императорской семье.

Император подошел к вскочившему с кресла сыну и обнял его:

- Сертаин, сынок! Ты всегда будешь моим сыном, запомни это. Для всех все останется по-прежнему. Только мы будем знать некоторые изменения в твоей жизни. Все будет хорошо!

Мужчины довольно долго стояли обнявшись.

И император разомкнул свои объятия только тогда, когда понял, что сын успокоился.

- Сын, основное в твоей жизни останется: служба, семьи наша и Виттаны. Будешь любить жену. Она родит тебе детей, а мне внуков. Ведь не так уж и плохо быть ненаследным принцем – меньше ответственности, больше времени для семьи. Пойдем в сокровищницу, выберем подарок для твоей Виттаны.

Закрыла глаза, глубоко подышала. Сколько же разочарований тебе еще предстоит, Сертаин.

Глава 10

Перед освобождением от энергетических связей с принцем, предложила статуям Хелы и Аная душистые травы и благовония, огонь от топленого масла, цветы, воду, сладости. Очистив этим сознание и первостихии, из которых состоит мое тело. Начинаю.

Медитация… Я иду по тропинке прекрасного парка-сада, вокруг экзотические деревья, кустарники и цветы. Все дышит негой и не прекращающейся радостью жизни, в душе умиротворение и счастье. Захожу в изумительный по совершенству архитектуры дворец. В небольшой гостиной за круглым столом сидит человек двадцать. Присаживаюсь на свободный стул и окидываю взглядом близких. Кто они со мной в этом воплощении? Более внимательно рассматриваю лица, вот он! Лицо одного из мужчин на секунду становится лицом Сертаина. Мы оба поднимаемся, идем навстречу и встаем в метре друг от друга. Между нами появляется сияющий свиток – договор отношений на эту жизнь.

- Договор исполнен, - мужчина кивает, - я возвращаю тебе твои энергии, забираю свои энергии. Ты свободен от меня, я свободна от тебя. Навсегда. Да будет так.

Свиток вспыхивает и исчезает. Улыбаюсь оставшимся за столом и переношусь в свои покои. Вдох-выдох. Боль от разрыва с Сертаином значительно уменьшилась, но чтобы она исчезла, придется возвращаться на высшие планеты, во дворец заключения договоров как минимум несколько раз.

Теперь следующее. Выхожу на балкон, ставлю защитный полог. Усаживаюсь на подушку в позе лотоса и огнем очерчиваю вокруг себя круг радиусом в полтора метра. Огонь ластится, пытается играть. «Милый, - говорю, - сейчас тебе надо защитить меня и сжечь то, что связывает меня с принцем. Ты ведь понимаешь, он теперь принадлежит другой. – Огонь замер, прислушивается ко мне. – Какой бы она ни была, Сертаин принадлежит только ей. А желать чужого, любить чужого мужчину – нарушение законов Вселенной, грех и самоубийство. Я хочу избавиться от любви к Сертаину окончательно. Хочу разорвать с ним все связи. Поможешь?» Язычки огня кивнули, и огненный круг запылал еще ярче.

Представила любовь уже не всей моей жизни напротив, но за кругом. Напоследок жадно всматривалась в его лицо, прощаясь навсегда. Больше мне нельзя любоваться им, как мужчиной. Нельзя, затаив дыхание, наслаждаться плавными, хищными движениями во время поединков. Нельзя лукаво поглядывать из-под ресниц, вгоняя принца в краску. Прощай, мой ненаглядный возлюбленный! Дальше учи уроки жизни без меня. Теперь ты только «ваше императорское высочество». Пусть Хела и Анай будут рядом с тобой!

Увидела между собой и принцем тончайшие нити на уровне промежности и пупка. И толстые канаты чувств на уровне солнечного сплетения, сердца, горлового центра, межбровья. Призвала огонь в правую ладошку и поочередно стала сжигать нити и канаты, связывающие меня и Сертаина. Слова на древнем алирийском лились свободно и звонко:

Призываю Хелу, Небо, как свидетелей разрыва.

Убираю связи эти навсегда и без надрыва.

Пусть уходит боль разлуки, я свободна от тебя.

Быть раздельно друг от друга – наше счастье и судьба.

Да будет так!

Когда перерезала канат межбровий, вспыхнул яркий огонь, окончательно разрушая все энергетические связи и завершая первую часть ритуала. Вторая часть заключалась в изгнании из моего пространства и матриса двойника Сертаина. Если из них не изгонять двойника бывшего мужчины, он будет отпугивать претендентов на руку и сердце и подпитываться энергией женщины.

Суть мужчины – прочь отсюда.

Я свободна от тебя.

Я отныне – для другого.

Убирайся навсегда.

Отзвучали последние слова древнего алирийского. Из моего пространства, корежась от боли, вышел двойник Сертаина, взглянул на меня со слезами на глазах и исчез. Иллюзия принца за кругом, тоже корежась, расстворилась. И легко стало, свободно! Теперь смогу ходить по дворцу без боязни встретить бывшего возлюбленного. Без боязни, что вновь появится боль и тоска, – он с другой.

Сняла полог, очистила пространство, зашла в покои. На диванчике в гостиной сидела Кеолия:

- Правильно сделала, правнучка Севенарии, что порвала с ним все связи. А то привык к твоей сладкой энергии. Пусть переходит на гнилую Виттаны. Вот ему сейчас радость будет!

Устроилась в кресле напротив жрицы:

- Кеолия, понятно, мне не за что ее любить. Но почему плохо к Виттане относишься ты?

Жрица усмехнулась:

- А кто к ней хорошо относится? Снюшачка!

- Снюшачка? Это уже как-то слишком! Пусть она не аристократка и принадлежит только к высшим представителям торгового сословия… Называть ее базарной, грязной бабой-торговкой, по-моему, все-таки нельзя.

Кеолия рассмеялась:

- Ты не выходишь из покоев и не знаешь, что она тут устраивает. Всех достала, пытаясь установить свои порядки.

- Какие? – Изумилась я. Как-то не предполагается, что жена третьего принца может устанавливать во дворце какие-либо свои порядки. Положение не то.

- Наша принцеска-снюшачка, это не я так стала называть Виттану, взяла себе двенадцать фрейлин. И теперь эта расфуфыренная деревенская компания ходит по дворцу, указывая слугам, управляющему, церемониймейстеру и даже секретарю наследника, что они должны делать. Кроме того, фрейлины с этой… принцесской, притаскивают во дворец разных… бездельников, чтобы те их развлекали. Им скучно!!!!! И, не поверишь, фрейлинами ведется охота на молодых аристократов. Снюшачкам, а все фрейлины из торгового сословия, тоже захотелось выйти замуж за дворян. Это не плохое желание. Но если бы они стремились обладать качествами аристократов! Наоборот, они пытаются скомпрометировать и женить на себе насильно.

Вот это напасть! Такого не ожидала даже я. По тысячелетним правилам, установленным первым императором, во дворце всегда находились только те люди, которые в нем жили и трудились. Прихлебателей, лентяев, сплетников Тайрион и его наследник не любили, следуя принципу: делу - время, веселью - несколько часов на 2-3 балах в месяц. Однако Виттана, выйдя замуж за Сертаина, решила установить свои порядки, в том числе иметь фрейлин в три раза больше, чем у императрицы. А ведь Самвития очень занятая правительница, отвечающая за состояние больниц, вдовьих домов, городских и сельских школ. Бездельничать во дворце, кичась своим высоким положением? Хотя чего можно ждать от снюшачки? Ее же никто не учил культуре дворян. Интересно, как ей дадут понять, что со своим уставом в чужой монастырь не ходят?

Сегодня консилиум из Остария, Тайриона и Мариэлеены Вирейской (Первый круг в ее лице и не только истово заботился о моей судьбе) постановил, что я выздоровела и поэтому готова посещать тренировки и занятия. Во дворце не поощрялось филонство, а к членам императорской семьи всегда предъявлялись особые требования. А так как я теперь практически член этой семьи, то – учеба, учеба и учеба. С утра – тренировка часа на два, завтрак, обязательно с императорской семьей, и занятия по экономике, магии, истории и прочая, прочая, прочая. Великолепно, учиться мне нравится! Да и разнообразия хочется, а то только шпионить, есть, спать уже надоело. Пора выходить в люди. Хотя шпионство, конечно, принесло свои плоды, список предателей пополнился. И я научилась чувствовать их, ведь общение и ритуалы с ущербной магией оставляют след. Не обязательно на матрисе, но внутри точно. При встрече с подобными высокоразумными меня бросает в дрожь и очень сильно чувствуется зло. Но мне удалось без вреда для себя привыкнуть к подобным ощущениям. Результат: сейчас во дворце девять изменников. И двое из них – не люди. Злом ото всех них фонит отчетливо, хотя ощущаю это, видимо, только я.

- Тамиина и Расгаар приедут сегодня поздно вечером, а с завтрашнего утра – занятия, - довольно заявил император и задумался. – Надеюсь, дворец устоит.

Лира Мариэлеена хихикнула, хотя достойной лире это не приличествовало. Наверное, вспомнила наши проделки, ведь иногда ее сын принимал в них участие и тоже краснел, стоя перед императором или императрицей.

Да, Метиос с братом мне очень помогли. И будут помогать! Эти два удивительных звездных существа, слушая колыбельные молодой жрицы, моей прабабушки Севенарии, не зря вспомнили о своих неисчислимых способностях и по ее просьбе трансформировались в неприступные замки. Периодически, под заказ владельца, они меняли форму и часто со своеобразным чувством юмора. Сейчас, например, Метиос был прекрасным, но неприступным дворцом с огромным количеством тайных комнат и ходов. Которые иногда пересекались в самых неудобных местах, вызывая у людей чувства или стыда, или смущения, или страха. Все зависело от степени нарушения приличий и благочестия. Дарийские пытались с ним ругаться, но Метиос в ответ громыхал ставнями, хлопал дверями и продолжал веселиться. Как хорошо, что, во-первых, оба замка считают меня ребенком своей мамы Севенарии, то есть самой близкой родственницей. Во-вторых, для Метиоса я была намного дороже, чем все Дарийские, хотя они об этом и не догадываются. В-третьих, в шалостях замка я всегда участвовала, а, как говорится, взаимные проделки очень сближают.

То, что придворный маг через Метиоса меня убил, так потрясло замок, принесло такое чувство вины передо мной, что теперь без разговоров выполнялось любое мое желание. Метиос даже не укорил, а со смирением принял то, что я в беспамятстве его чуть не разрушила. Только вчера он деликатно поинтересовался, откуда у меня появилась такая сила. Ведь до того случая никто никогда не мог нанести ему подобный урон. Подумала, а потом ответила:

- Метиос, когда ты пройдешь через три смерти и выживешь, в том числе благословениями Хелы, у тебя, думаю, тоже откроются необычайные силы. А не разрушила до конца… Ты ведь мой друг, а убить друга я не могу даже в беспамятстве.

Метиос потрясенно завис, бывает у него такое, а потом выдал:

- Звездочка моя, я тебя… Да я для тебя! Конец Сденвидену! Но перед концом я с ним поиграю.

Это «поиграю» прозвучало так угрожающе, что мне мага стало даже немного жалко. Репутация для дворянина дороже жизни, и именно репутацию Сденвиден терял последний месяц очень интенсивно. Метиос не прощал подлости и веселился вовсю. Иногда о своих проделках мне сообщал, но чаще всего нет. Дошло до того, что император в сердцах как-то произнес: «Придворного мага надо отправить на океан, погреться на солнышке. Уж больно чудит, странные вещи с ним происходят, перетрудился».

Действительно, как маг, без памяти любящий свою жену, мог оказаться в постели одной из фрейлин Виттаны? Которая была особенно изобретательна в подстройке ловушек для молодых аристократов. Скомпрометированы оказались оба, но маг за свои заслуги все-таки остался во дворце, а фрейлину отправили домой. Или… Как может маг впасть в прострацию до такой степени, чтобы прийти на кухню и съесть то, что готовилось для императорской семьи? Контроль чувств ее членов, кстати, оказался на уровне. Император Сденвидена только слегка пожурил и посоветовал отдохнуть.

Обед. Сам Тайрион взял меня под руку и привел в императорскую трапезную. В ней было все так же, как и раньше. Просторная комната в золотисто-зеленых тонах, делившаяся на две зоны. В одной находился большой круглый стол из зеленого мрамора со стоящими рядом изящными креслами. В другой зоне располагались подушки и невысокие столики для еды, чтобы пищу было удобно принимать сидя. Серебряная и золотая посуда и приборы, хотя и подчеркивали очень высокий статус хозяев, в трапезной почти не использовались. Они лежали в комоде, стоящем у стены, и вынимались только в том случае, когда личные гости императора не ели руками.

Сегодня обедали за столом. Когда мы вошли, уже присутствующие в трапезной члены семьи, в знак уважения императору, встали и слегка поклонились. Самвития, императрица, подошла к нам. Поцеловала мужа в щеку: «Свет очей моих, благодати!» Обняла меня и лично проводила к столу, шепнув: «Надеюсь, не забыла, как мы вместе трапезничали? Я за возобновление этой традиции».

Благодарно кивнула, присела в реверансе. Сразу вспомнились веселые застолья, когда в трапезной собирались несколько самых приближенных к императору семей. Но чаще всего Дарийские здесь ели с Ладийскими.

Окинула взглядом присутствующих. У всех, кроме Виттаны, приветливые, радостные лица. Их искренность оказалась для меня очень приятной и вдохновляющей.

Самвития, как хорошая хозяйка, жена и мать, всегда делала совместный прием пищи очень семейным, теплым, душевным. Ее муж и дети были очень занятыми, поэтому время, проводимое в трапезной, использовалось для улучшения отношений и проявлений любви. Самвития возила между членами семьи столик на колесиках и своими руками, через которые текла энергия любви, раскладывала еду на тарелки.

Тамииса шепнула что-то на ухо мужу и подсела ко мне, благо места близняшек пустовали.

- Ты стала совсем красавицей! Скоро первое совершеннолетие, что думаешь делать?

- Не знаю, - ответила я, - сначала, наверное, очищу замок, наведу порядок в княжестве. А там посмотрим, может, в Академию поступлю.

Тамисса окинула взглядом мой матрис:

- Если только ради престижа, по-моему, ты могла бы там преподавать. Хотя, чтобы преподавать, надо сначала окончить. Хорошо, что теперь будешь с нами трапезничать, как в старые добрые времена. Все-таки тебя нам очень не хватало.

Приятно было услышать это от жены наследника, второй по значимости аристократки Империи. И просто женщины, которую в свое время я называла старшей сестрой.

После стука в трапезную открылась дверь, и Светозарий, жрец-повар императора, вкатил еще тележку с десертом.

- Сегодня праздник или воскресенье? – удивленно спросила я. Насколько помню, императорская семья строго следовала законам правильного питания тела и законам овладения чувствами, как, впрочем, и все дворяне. А значит, все дни недели ела только очень простую пищу. Исключением являлись праздники, званые и дипломатические обеды, балы и воскресенья.

- Лия! Этот праздничный обед – в честь тебя. Для нас всех большая радость осознавать, что ты вновь с нами! Светозарий, присоединишься?

Жрец кивнул императору и присел со мной с другой стороны:

- Специально для тебя старался, сильнее концентрировался на Хеле. Да и поварята мои с радостью приняли весть о твоем выздоровлении, надеются на создание новых блюд. Поэкспериментируем?

Я замерла, переводя взгляд с Тайриона на Светозария. Меня здесь помнят и любят! Не плакать, я княжна! Искренне улыбнулась и поблагодарила за радушный прием.

- Недавно был в гостях Орактит Пятый, - сказала Тамииса, - спрашивал о тебе.

- Как он?

-Хмурился постоянно, взял с собой первую и младшую, любимую, жену. А они постоянно грызлись между собой, нервы ему трепали. Вы то с Тамииной всегда буфером были… Одна постоянно требовала доказательств, что самая любимая, а другая – что если не любимая, то значимая. Зачем ему гарем, если он с двумя женами справится не может. Да и положение в стране стабильное, количество мужчин и женщин почти одинаково. Старшая жена смотрела на него сквозь слезы. Останется Орактит Пятый без ее энергий на смертном одре, не простит Унара пренебрежения.

Попробовала вкуснейшее пирожное, задумалась. Действительно, зачем человекоподобные высокоразумные заводят много жен или мужей? Хотя стоит задать вопрос, орки действительно высокоразумные? Обычаи у них некоторые очень странны. Но все-таки… По законам Вселенной, Хелы и Аная, совершенства в отношениях один мужчина может достичь только с одной женщиной. Для этого и дана супружеская жизнь. Они вместе учатся жизни, дополняют друг друга, саморазвиваются. В общем и целом следуют примеру взаимоотношений Божественной Пары. И законы высокоразумных разрешают иметь несколько жен или мужей только в том случае, если мужские или женские особи намного малочисленнее из-за войн или природных явлений. В остальном же это является чистым бахвальством и безответственностью. Бахвальство – показать всем, что могу содержать, богат. А это – грех. Безответственностью – не может мужчина или женщина полностью, на всех уровнях, особенно тонких, удовлетворить всех своих партнеров. Обязательно кто-то окажется обижен из-за недостатка внимания, нежности, сочувствия, заботы, помощи. Ревновать умеют и мужчины, и женщины. И мужчин, и женщин можно также лишить соответственно мужской и женской доли. Счастья лишить! Помню, с какой обидой смотрела на своего мужа Унара, когда он миловался со взятой недавно младшей женой. А ведь именно благодаря Унаре и ее энергии Орактит достиг своего нынешнего положения. И в момент ухода из тела именно ее энергия будет нужна ему, ибо младшая жена к тому времени еще не проявит в себе необходимую для этого поддерживающую женскую мощь. Так что рискует Орактит, не умея любить и не умея контролировать чувства, остаться перед смертью тела у разбитого корыта. Да и… Беря нескольких жен или мужей, соответственно мужчина или женщина рискует не выполнить закон Вселенной: не умеешь правильно пользоваться, не бери. Нарушаешь – плати страданиями. Ведь всегда из нескольких личностей любить по-настоящему возможно только одну. Не можешь всех сделать одинаково счастливыми, в чем-то кого-то обделяешь – плати страданиями. А если недолюбленные еще и проклянут? И зачем все это надо?

- Дождется Орактит, заберет Унара от него свои энергии, ни с чем останется, потеряет власть. Ведь за помощью он приезжал. Посмотри на Сертаина, сдулся, матрис намного слабее, чем раньше был. А всего-то – поменял женщин. – Внимательно на меня посмотрела. – Забрала энергию?

Покраснела и кивнула, хотя, зачем краснеть? Свое забрала. Вот уж хорошо устроился: питаться, трансформировать энергию двух женщин. Только я уже не принадлежу Сертаину. Освободил место для другого, значит того и буду ждать. Тому мужчине буду копить энергию и сохранять ее.

- Понравился десерт? – Спросил император. – Вся кухня в волнение пришла, когда сказал, кто с сегодняшнего дня всегда будет обедать с нами официально. Светозарий, подтвердишь?

- Да, - подтвердил жрец, принимая у двери из рук помощников очередные вкусности.

Слугам, официантам, как и представителям других, более низких, чем дворяне, сословий, запрещалось присутствовать при еде аристократов. Из-за вибрационно-энергетической техники безопасности. Аристократы, особенно императорская семья и Первый круг, имели очень высокое сознание. И оберегали его от воздействия вибраций более низких сознаний. Это не умаляло значения торговцев, фермеров, ремесленников, слуг и прочих. Ибо все знали и принимали: аристократ – личность, почти осознающая Всевышнего, следующая высочайшим принципам нравственности, долга, чести, морали. Благодаря чему обладающая необычайной силой, магией, способностями. Именно на этом держится защита Империи и человекоподобных высокоразумных.

А уж правилам еды следовали все сословия. Ведь разумно есть руками. Рецепторы пальцев ощущают пищу, ее качества, температуру, консистенцию. Передают эту информацию в головной мозг, тот – в нужные внутренние органы. И когда пища попадает в желудок, ее уже ждут соответствующие жидкости. Разумно использовать в процессе еды только правую руку, ведь из левой руки выходит грязная, отравляющая пищу энергия. И очень разумно держать в комоде золотые и серебряные вилки и ножи, которыми так любит пользоваться Орактит Пятый. Ведь при их использовании в процессе еды в той или иной степени разрезаются, протыкаются тонкие структуры разумных, ухудшая деятельность разных энергетических центров. И потом – вилка и нож – оружие. Есть с поверхности оружия – значит приобретать жесткость, злость, агрессивность, гнев. Орактиту тактично об этом однажды намекнули. Но он сказал: «Я воин. И есть пищу при помощи оружия - значит улучшать свое боевое искусство». И вызвал Тайриона на поединок, который проиграл на десятой минуте. Император не стал унижать коллегу, хотя мог победить его в первые секунды.

Глава 11

Итак, начались учебные будни. Как же хорошо с утра бежать на тренировку, потом на завтрак, а затем, ура! - лекции. Первую неделю пришлось встраиваться в новый график и определять пробелы. Профессора, которые преподавали близнецам, приняли меня очень и очень доброжелательно, оценили знания по магии, умение контролировать чувства, способности к медитации и саму силу. Но обязали подтянуться по экономике, политике и прочим материалистическим наукам. Согласилась, в замке мне ими было заниматься некогда.

Постепенно все становилось примерно так, как было раньше. Будто вернулись дни, когда наша неизменная троица вместе тренировалась, училась, ставила магические опыты, получая иногда за них нагоняи. Мне постоянно хотелось улыбаться, и я даже императора стала иногда, как и прежде, называть дядя Тайрион. Когда я сделала это первый раз, автоматически, мы тогда шли с ним по коридору и обсуждали некоторые усовершенствования в армии, он заискрился радостью. Да так, что шедший навстречу слуга в изумлении остановился. Наблюдать радость императора всегда красиво, его матрис расцветает розовыми и золотыми энергиями, начинает сиять, словно сто солнц. И это при том, что Тайрион, как и весь Первый круг, в повседневности сдерживает свою силу. Однажды моя горничная по большому секрету сказала, что слуги очень любят наблюдать за аристократами на открытых пространствах. Почему? Потому что нравится любоваться множеством расцветающих чистыми энергиями радуги матрисов. Необычайно прекрасное зрелище!

И в этом благополучии не было только моих родителей и Сертаина. Его обходила по большой дуге, и только в крайних случаях вежливо-равнодушно-доброжелательно здоровалась или коротко отвечала на вопросы. Боль, которая осталась от его предательства, я загнала вглубь. И только во время разных техник очищения и медитаций выпускала наружу, чтобы избавиться от еще какой-то ее части. Мне некогда было обращать внимание на состояние принца и недовольство его жены. Видя, как я их игнорирую, видя, что в императорской семье я опять стала своей, Виттана всячески пыталась при любой возможности меня укусить, унизить. Я игнорировала и это. Вот так и сейчас: идем с Тамииной с библиотеку, обсуждая последние договоренности Империи и Миктэля. Вдруг перед нами появляется восемь фрейлин во главе с Виттаной.

- Счастья и благодати, ваше высочество! – фрейлины приседают перед Тамииной.

- Благословений Хелы! – отвечает Тамиина.

И мы продолжаем путь, но резкий крик нас останавливает:

- Почему она не сделала передо мной реверанс? Я принцесса.

Виттана в гневе показывала на меня пальцем. Мы с Тамииной с удивлением переглянулись, и подруга, предупреждая мои действия, сказала:

- Виттана, ты пришла во дворец недавно, раньше принадлежа более низкому сословию. И была принята радушно. Для тебя это возможность развивать качества Первого круга, учиться. У принцессы очень много обязанностей, которые ты даже не думаешь выполнять. Более того, ты требуешь себе все больше и больше привилегий. Учись, а иначе так и останешься принцесской-снюшачкой!

Оставив Виттану и ее фрейлин с открытыми ртами, мы пошли в библиотеку. И тут до нас дошло: эта компания вышла из библиотеки, в которой никогда не появлялась. Да еще с энергетическими темными пятнами на матрисах, ведь чувства контролировать не умеют. По крайней мере нам их прочитать очень легко. А пятна говорят о желании сделать что-то запрещенное, нехорошее. Мысленно попросив Метиоса просканировать Виттану и фрейлин, кинулась к распахнутой двери. Пролетев основную часть библиотеки, остановилась перед дверью в закрытую. Почувствовала сзади дыхание Тамиины.

- Пытались открыть, - выдохнули обе.

Охранные щиты были сдвинуты, но не сняты.

- Птички мои, как вы быстро летаете, еле… - Разгаар остановился за нами. – И кто же у нас тут такой смелый?

- Виттана со своими фрейлинами, - выплюнула Тамиина.

- Отцу надо сказать, - Разгаар исчез во вспышке портала.

Потом были разборки с императором и службой безопасности. Сертаин защищал жену, как мог. Мол интересно стало, что там, в закрытой части. Всего лишь женское любопытство! На вопрос, где она взяла артефакт, чтобы открыть запрещенную для нее (и уж тем более для ее фрейлин) часть библиотеки, Виттана лишь заплакала. Плач перерос в истерику, что ее никто здесь не любит. В общем, скандал замялся. Но на закрытую часть библиотеки наложили щиты, которые невозможно было бы снять и со множеством артефактов.

Дни были заполнены до отказа. И лишь иногда удавалось прогуляться среди стен замка и поболтать с Метиосом. Но прогулки, по милости Хелы, получались очень плодотворными. Список пополнялся, записи видеокристаллов увеличивались. Вот и сегодня повезло, мимо меня в покои Виттаны и Сертаина прошел слуга с подносом. От чайника шел странный аромат. Всмотрелась, слуга то не здешний.

Талииса рожала, а я, глядя на ее лицо, не могла поверить, что от этого процесса можно испытывать счастье. Тем не менее, жена наследника империи, стоя уже час, несмотря на раскоряченные ноги и вцепившиеся в перекладины пальцы, блаженно улыбалась и довольно шептала: «Иди-иди, мы ждем тебя, любим. Хела, благослови моего сына!» Очевидно, ребенок внял словам матери и выскользнул из ее лона так легко и быстро, что я только и успела поймать его жгутами воздуха и воды. Тамииса в экстазе выдохнула: «Да!!!! Хела!» Тут в родильную вбежала с помощницами целительница и взяла у меня ребенка:

- Благодати тебе, любимица Хелы! Счастье, успела вместо меня. Отдыхай, теперь я сама.

По стеночке вышла в другую комнату, к новоиспеченному отцу, выдохнула:

- Сын!

Айдартии, прозванный в народе непоколебимым, закатил глаза и хлопнулся на диван, наверное, от переизбытка чувств. Я хихикнула. Если бы эту картину увидели его воины, то очень бы удивились, ибо картина никак не вписывалась в поведение их любимого генерала. Через несколько минут около наследника хлопотала императрица, а сам император, улыбаясь, прохаживался по гостиной и довольно потирал руки: «Внук родился! Внук!» Из родильной послышался басовитый крик малыша, а вслед за ним с неба раздался гром. Все потрясенно замерли, даже наследник пришел в себя. «Сверхимператор родился, - воскликнул Тайрион, - защитник и святой! Слава тебе, Хела!» Часа через полтора всех пригласили в комнату, где уже вымытая и запеленутая лежала Талииса. Крупный мальчик, находящийся на ее груди, смотрел на вошедших очень осознанно и мудро.

- Все хорошо прошло, ваше императорское величество, - поклонилась целительница. – Элиниия помогла, фактически она и приняла роды, успела. К вечеру малыш уже будет говорить, держать голову, ползать и стоять на ногах. А сейчас матери и ребенку надо отдохнуть.

Император благодарно кивнул мне и вышел, Самвития крепко обняла: «Благодарю! Ты приносишь счастье моей семье!» Оживший Айдартии, смущенный обмороком, просто хлопнул по плечу: «Сочтемся!» Появившиеся близнецы затискали сначала меня, потом роженицу. Целительница всеми силами пыталась их выпроводить из комнаты, но они, вместо того, чтобы уйти самим, втащили в нее Айдартии, усадили на кресло возле кроватки младенца и, дурачась, стали превозносить качества старшего брата и его сына. Внезапно полыхнуло светом и с потолка посыпались лепестки цветов с высших планет. Разноцветные, с небесным, изысканным ароматом, они падали вниз и в сантиметрах 15-20 от пола мягко таяли. Красота!!!!!!

Необыкновенно счастливая я шла по коридору, улыбаясь просто от мысли, что бывают такие чудеса, как рождение сверхимператора. И я стала свидетельницей этого чуда! Хотелось петь, танцевать! Метиос вот пел, я чувствовала! Стены вибрировали довольством, радостью. Рождение каждого ребенка – событие, а такого – событие стократ. В империи к любому ребенку относились трепетно и нежно, независимо от сословия родителей. Иногда случались незаконнорожденные дети, но и их оберегали, как величайшие драгоценности.

- Везде успевает засветиться. Выслуживаешься? А все равно Сертиана не получила. Как была пустышкой-выскочкой, так и осталась. Ты никто без родителей. Да и замуж тебя никто не возьмет, ославленную! – Мерзкий голос Виттаны разрушил целостность пространства.

Ее фрейлины противно захихикали.

- Смешно? – Ехидно спросила у них. Меня подобные выпады совсем не трогали. Желая угодить принцессе, фрейлины засмеялись в открытую. Смех все нарастал, превращаясь в хохот. Призвала магию, улыбнулась, - смейтесь до утра!

Фрейлины пытались остановиться, но никак не могли, в их глазах появился ужас. Витана завопила:

- Ты! Что ты сделала с ними?! Прекрати! Я тебя уничтожу! Я пожалуюсь мужу! Он тебя…

- Что он меня? – спросила, любуясь валяющимися от хохота на полу девушками.

- Он выкинет тебя из дворца!

- Ты уверена, что у него на это хватит полномочий? – спросила язвительно.

- Да! Он будет… - Виттана запнулась на слове.

- Примеряешь на себя корону?

Виттана испуганно отшатнулась и закрыла рукой рот.

- Что здесь происходит? – грозный рык наследника императора заставил вздрогнуть всех, даже смеющихся фрейлин.

Виттана и я присели в реверансе, стража вытянулась в струнку, а фрейлины, изнемогая, захохотали еще громче. Айдартии снял заклинание, и девушки без сознания распластались на полу. Гвардейцы, косясь на задравшиеся платья, даже не сдвинулись с места, чтобы им помочь. «Вот, - подумала я, - даже этих достали».

- Лия! За что ты их так? – голос наследника был не раздраженным, а заинтересованным. – Сама изобрела?

- Подскажешь, научишь? – Тут же подсуетилась Тамиина. Схватила за руку и увела в свои покои.

Через несколько минут в коридоре осталась злая Виттана, фрейлины, валяющиеся на полу. И стража, не имеющая права уходить с поста.

Следующий день начался, как обычно. С 6 до 8 прошла тренировка с близняшками, а в 9 мы вместе, умытые и красивые присоединись к остальным на завтраке. Заходим, здороваемся, усаживаемся за стол и не сразу понимаем, что в трапезной напряженная тишина.

- Случилось что-нибудь? – спрашивает Разгаар, принимая от матери тарелку с любимой творожной запеканкой.

Со стороны императора раздается тяжелый вздох:

- Лия! Я все понимаю, я виноват перед тобой и твоим отцом. Обещал заботиться о тебе и проглядел. Так вышло. Я тебя прошу, не задирай Виттану, она ни в чем не виновата. Она ждет ребенка, и волноваться ей нельзя. – Тайрион нервно постучал пальцами по столу. – Ты спровоцировала вчера инцидент. Пожалуйста, не делай так больше. Ребенок Сертаина…

И тут я не выдержала:

- Я спровоцировала? Да это она постоянно меня задирает! Ее фрейлины распускают про меня слухи: испорченная, нищенка!

В наступившей тишине очень жестко прозвучал голос Сертаина:

- Лия! Чтобы ни было раньше, Витана ждет моего ребенка. Она моя жена! И я прошу тебя…

- Стоп! – сказала я и воспроизвела, как на экране, весь вчерашний эпизод. – Дядя, кто спровоцировал?

Стояла тишина.

- Звездочка, а к чему твои слова «примеряешь на себя корону»? – с непередаваемыми эмоциями спросил Айдартии.

Обвела всех взглядом, вслух спросила себя:

- Может, действительно, пора? Здесь все свои, будет интересно.

Встала из-за стола, попросила Метиоса полностью закрыть – на вход-выход и звуки – трапезную, посмотрела на Сертаина:

- Твоего ребенка? С матрисом де Флора?

Все ошеломленно выдохнули.

- Будешь растить урода? Впрочем, без комментариев.

С удовольствием глядя на побледневшую Виттану, достала из пространственного кармана видеокристалл и активировала. На возникшем объемном экране появилась спальня бывшего опекуна. Солнечные лучи делали все в комнате четким и ярким. Особенно мужчину, де Флора, и стоящую перед ним женщину, Виттану. Полураздетый граф целовал шею и грудь смущающейся Виттаны, одновременно раздевая ее и шепча: «Сладкая! Моя! Моя!» Виттана, видимо от страха и волнения, заглядывая в глаза графу, спрашивала:

- Анри! Вы несносны. У меня жених, принц. – И уже не в силах сопротивляться. – Вы поможете скрыть нашу связь?

- Дорогая, я всегда выполняю свои обещания.

Де Флор наконец раздел Виттану, отнес на постель и уже через несколько минут, без прелюдий, двигался в ней. Громко, заглушая стоны женщины, сказала:

- Невеста принца часто гостила у де Флора.

Мысленно прокрутила видеоряд, дав увидеть всем еще несколько постельных сцен, завтраков в спальне, конные прогулки. « А сейчас еще сюрприз!» Кадры остановились, и снова спальня графа. В постели, едва прикрытая, лежит спящая Виттана, граф в кресле просматривает какие-то документы. Без стука в комнату входит барон де Крюшар, останавливаясь у кровати, ухмыляется:

- Дашь попользоваться? Красивая, жалко, шлюшка.

- Но, но… - Де Флор отбросил бумаги на столик и встал рядом с бароном. – Не раньше, чем через неделю, когда мой матрис полностью ею усвоится. Пусть Дарийские воспитывают моего сына. Через неделю пользуй, не жалко.

Солнечный луч пробежал по кровати и остановился на лице молодой женщины. Она раскрыла глаза и почти не просыпаясь:

- Барон? Я еще не готова к двоим, устала, после.

Де Крюшар усмехнулся:

- Спи, маленькая шлюшка, - обернулся к де Флору. - Кому из твоего рода она даст тело?

- Илидору Проклятому, - граф закрутил на бедрах простыню. Еще неделя и его дух окончательно привяжется к ней. Он же и будет ее первым ребенком.

- Хорошая шутка, - оскалился барон, - на каких условиях?

- Каждый потомок Илиона, умирая, будет страдать, как перед смертью страдал Илидор.

- Властью поделится?

- Обещал, ему же нужны помощники.

- С Элиниией что будешь делать?

- Или мне, или никому. – Де Флор злорадно улыбнулся. - Слишком хорошая наследственность, семейка Дарийских перебьется. Виттану под ее личиной подложу двум-трем аристократам. И мне выгодно, и ей приятно. Наберется опыта, чтобы своему жениху больше понравиться.

Выключила трансляцию, спросила:

- Показать, как они потом вместе играли? Не хотите?

Зажгла на правой ладони огонь клятвы:

- Хела, клянусь! Все, что вы здесь видели, правда! Клянусь!

Огонь вскинулся, подтверждая клятву, и исчез.

В зале стояла мертвая тишина, которую нарушал лишь стук зубов Виттаны. Улыбнулась и жгутом силы сняла с ее левого уха неприметную маленькую сережку. Императорская семья, все, как один, вздохнула, а Тамиина гневно прошипела: «Икрас!..»

Конечно, только при помощи икраса, запрещенного артефакта сокрытия ауры, можно было красно-серую, грязную ауру выставить императорской серебристо-белой. Сертаин мгновенно отпрянул от жены, вскочил со стула и брезгливо выплюнул: «Ты!..»

- Айдартии спрашивал: «Примеряешь на себя корону»? Да, она ее на себя примеряла, готовилась. Граф, ее отец и другие планировали убить всех, кроме Сертаина. А после рождения ребенка, конечно, и его.

Подошла к Тайриону:

- Ваше императорское величество! У меня еще много разной интересной информации записано. А что было делать? – Пожала плечами. - Одна, без помощи, в заточении, надо же как-то выживать и развлекаться. Наставила везде кристаллов, записывала. Кстати, смотреть их лучше только в очень доверенном и узкому кругу. В какой-то момент в конюшне появились шесть лошадей итильской породы, а в покоях де Флора мелькал полковник Тайной канцелярии, иногда привозивший Виттану.

Осмотрела внимательных слушателей, надеюсь, поймут, что к чему. Итильцев, баснословно дорогих лошадей, разводит только папочка Виттаны, экономический советник императора. Ну и из Тайной кто-то при чем, у де Флора с канцелярией отношения точно были хорошими. Посмотрела на стол, есть хочется. Эх, опять придется на кухню идти.

На императора и Сертаина было страшно смотреть. Но, была не была!

- Да, Сертаин, вот уже несколько дней в твою еду слуга от Звутичей подкладывает что-то приворотно-ядовитое. А перед свадьбой Виттане, как подарок, лично от Беатрис Одноногой прислали зелье для брачной ночи. Наверное, чтобы скрыть отсутствие девственности.

Забрала из кармана комплект видеокристаллов, положила перед Тайрионом.

- Здесь много интересного и страшного. Например, де Флор умеет программировать своих будущих детей напрямую, а также через девственниц, рожавших потом от мужей. Видела его нескольких сыночков от разных женщин, детишки странные, но указания папочки выполняли в точности.

Встала напротив Сертаина, оглядела всех:

- Сейчас некоторые неважно себя чувствуют, но кто просил предавать, верить, не обращая внимания на нестыковки, вести себя как низшие? Я все думала, из-за чего же не оправдала надежды? Как оказалась, меня видели с разными мужчинами. – И обращаясь к Виттане, - настолько завидовала, что принимала мой облик и с Крюшаром таскалась по гостиницам… Два лицедея… Так хотелось меня утопить?

Неаристократично выдохнула, присела в реверансе и на грани фола:

- Выступление закончено, если что, обращайтесь. О, вспомнила! Магистр Сденвиден, ваш придворный маг, куплен Здвидичами за полтора миллиона золотых, а Сертаин – за три миллиона. Говорил, хочет создать свой полк в Тайной канцелярии.

Тихонько прикрыла дверь снаружи и вошла в стену. Интересно же, чем все закончится, может и прокомментировать придется.

- Талантливая девочка, вся в отца, - хрипло сказал император. – Сделала за нас большую работу.

Все сразу как-то сдулись, ибо знали: таким голос императора становился перед взрывом ярости.

- Как нас сделали! Как деревенщин! – И обращаясь к Виттане. – Ну, что, моя бывшая невестка, поделишься информацией? Жить хочешь?

Рыдающая Виттана нашла самый лучший выход из ситуации - упала в обморок. Ее голова стукнулась об пол, тело в неестественной позе раскинулось возле стула. Сертаин, безучастно уставившийся в одну точку, не обратил на этот стук-бряк даже внимания. Наверное, оценивал свою незавидную участь: принц крови осквернил эту самую кровь с оскверненной девицей, вылетел вместе с будущими детьми из линии наследования трона, обеспечил себе годы очищения тела и сознания в монастырях Аная. Всего примерно лет на пятьдесят серьезных аскез. Но что такое пятьдесят лет при жизни в тысячу-полторы? Императорская кровь – не водица и должна быть чистой, святой. От этого жизнь не только двух миллиардов имперцев зависит, но и всей планеты. Кто знает, что сотворил со своим семенем де Флор, на что запрограммировал Виттану и чем теперь заразен матрис Сертаина?

Минут через десять император успокоился, погрузил Виттану в стазис и, о, Боже! отправил ее в пространственный карман. Хорошая предосторожность. Затем сложил видеокристаллы в пространственную барсетку, которую всегда носил с собой, и обвел свое семейство тяжелым взглядом: «Никому ни слова! Рас, Тами – на учебу, Серт, Адар, Ирал – в закрытый кабинет. – Посмотрел на жену, - душа моя, возьми Талиису с ребенком и в нашу спальню, самое защищенное место дворца. Да, Ирал, найди Лию, нужны комментарии».

- Ой! – испугалась я, - не успею позавтракать.

Перенеслась к кухне, взмахом руки очистила себя и открыла дверь. Огромная кухня скворчала, пыхтела, стучала ножами и умопомрачительно пахла. Главный жрец-повар оглянулся на звук открываемой двери, увидел меня и улыбнулся: «Иди сюда, любимица Хелы! Как знал, оставил для тебя утреннее подношение». От таких слов в сердце что-то расцвело и потеплело. Одно из самых первых сильных впечатлений от дворца: Светозарий, главный жрец-повар, отец и я, сидящие на берегу дворцового озера. До заката еще далеко, и мужчины, о могуществе которых ходили легенды, веселятся со мной, как дети. Во всяком случае разницы в возрасте с ними я не чувствовала. Четырехлетняя девочка и примерно двухсотпятидесятилетние мужчины носились по берегу и ловили маленьких фей и дракончиков, которых я случайно создала. А потом к нам присоединился император, дядя Тайрион, и стало еще веселее. Помню, еще пытала их, почему дядя жрец-повар одет как жрец в храме и на кухне постоянно что-то бормочет. Отсмеявшись, Светозарий объяснил, что на императоре, его семье, друзьях, приближенных, советниках, министрах лежит большая ответственность. Ведь они должны защищать и заботиться о подданных, делать их счастливыми.

- Как думаешь, Лия, должен быть император и его приближенные сильными, чтобы защищать справедливость?

- Да, - киваю головой.

- Храбрыми, здравомыслящими, ответственными, дисциплинированными?

- Конечно! – Хлопаю в ладоши, не сводя восхищенных глаз с императора и отца.

- Как ты думаешь, лучше ли для обладания такими и другими божественными качествами, есть освященную Хелой и Анаем пищу?

- Лучше!

- А значит, чтобы Божественная Пара обязательно приняла пищу, наполнила ее Своей энергией, лучше пищу готовить жрецу, ведь он посвятил Им свою жизнь полностью. Его мысли далеки от мирского… - Светозарий подхватил меня на руки. – И мы сейчас пойдем на кухню, второе после храма по чистоте место во дворце. И ты услышишь, что я там бормочу.

- Молитвы, да? – Сложив вместе ладошки, я подняла глаза к небу. – Хела любит, когда я с Ней разговариваю. После наших бесед сладости получаются очень-очень вкусными, мы с мамой специально пробовали.

- Присаживайся, Звездочка! – Зная, что больше люблю есть на полу, Светозарий положил в маленькой трапезной при кухне на пол теплое одеяло, а для еды - большой лист бална. Подмигнул.

– Медитируй, успокаивайся, скорее всего тебе это сегодня очень понадобится.

- Чувствуешь? – Спросила, перекладывая с подноса на лист кашу и фрукты. Подумала, что энергии понадобится сегодня намного больше, и положила лепешку.

Светозарий кивнул и ушел. Взяла первый фрукт, откусила, сосредоточилась. М-ммм! Перед глазами предстали земли Талнийских, самые южные в Империи. Только на них растут деревья маросы, давая фрукты, обладающие почти волшебными качествами. Марос открывал мне вкус земли и солнца, дыхание звезд, теплоту ветра, добрые чувства людей, собирающих с деревьев плоды, и душевность Хелы. Энергия фрукта сначала заполнила головной мозг, насытила его и пошла по пищеводу вниз, впитываясь во внутренние органы. Из-за перекрещенных ног не ушла в землю, а вернулась ею наполненной и разлилась в пространстве тела. Энергия земли окутала, создавая укрепляющий щит. Съела еще несколько фруктов, впитывая их энергию. Подождала минут пятнадцать, отслеживая, как тело выгоняет из клеток отработанные жидкости и регенерирует. Теперь каша и лепешка.

- Звездочка, тебя ищут, - шепнул Метиос. – Виттану в стазисе положили в родильную, мол, угроза выкидыша.

- Пусть ищут. Когда они здесь ели спокойно, меня там планировали уморить от голода. Так что потерпят, пока я спокойно ем.

Насладившись едой, умиротворенная, убрала за собой. Поблагодарила Светозария и… столкнулась в дверях с Илариием. В кабинет императора перенеслись порталом. Кроме Тайриона в кабинете находились глава личной службы безопасности императора и глава Тайной канцелярии.

Глава 12

- Присаживайся, - император указал на свободное кресло и устроился в своем. – Почему молчала? Раньше обо всем не рассказала? Боялась?

- Дядя, разве можно чего-либо бояться после трех смертей? – Спокойно оглядела присутствующих. – И того, что пережила за последние три года? Не всем доверяла. И нужно было увериться, что доверяют мне.

Из пространственного кармана достала дополненные списки шпионов и предателей, передала Тайриону. Тот списки размножил и отдал главам служб. Прочитали, впечатлились.

- Почему фамилии этих людей попали сюда? – задал вопрос глава Тайной канцелярии генерал Талнийский, из поместьев которого, скорее всего, сегодня я ела фрукты. Выращивание марос – хлопотный трудо- и энергоемкий процесс, простым фермерам такое не под силу. Цепкий взгляд генерала пронизывал насквозь.

- Часть видела в замке, на видеокристаллах они есть. Часть обнаружила здесь, во дворце.

- Как ты их здесь обнаружила?

- От них исходят определенные вибрации той магии, вернее, они воняют ей. Это не очень приятно.

- Кто-то еще может чувствовать ту магию?

- Не знаю. С той магией я долго экспериментировала, чтобы выйти за купол, поэтому чувствую как что-то несчастное, ущербное, больное и потому злое.

- Результаты экспериментов, сама энергия сохранились? - Поинтересовался император.

- Конечно, могу все предоставить.

Тут в приоткрытой двери появился секретарь императора:

- Ваше императорское величество, ректор Академии. Пускать?

Тайрион приглашающе махнул рукой, и в кабинет вошел ректор Академии всеобщей магии Теодорий Фионийский. Ему было более двух тысяч лет, но выглядел он очень молодо. Все мои чувства сразу же устремились к нему, ибо вокруг ректора витал флер той магии. Теодорий ощутил мой интерес, впечатлился личностями присутствующих:

- Мы опять во что-то вляпались?

- Уважаемый лир Теодорий, буквально час назад вы общались с магом, который имеет отношение к Шевру, - мои слова прозвучали тихо, но их услышали все.

- Хела, теперь еще и в Академии! – воскликнул император, хватаясь за голову. – Тео, с кем ты общался?

- Час назад у нас закончилось всеакадемическое собрание преподавателей, я общался со многими, - ответил ректор, присаживаясь подальше от императора, - ты сегодня какой-то взъерошенный и опасный. Что случилось?

- Лия, покажи еще раз запись, - попросил Тайрион.

Из лежащих на столе видеокристаллов взяла нужный и прокрутила уже виденное императором. После просмотра тишина была настолько громкой, что звук от полета пчелы, непонятно откуда взявшейся в императорском кабинете, прозвучал как взрыв магснаряда с радиусом поражения в один километр.

- А это первый десерт, - проговорила, активируя еще одно видео.

Объемный экран показал настоящий облик де Флора – получеловека-полуящера. Несколько скупых восклицаний: «И этот тоже!» - меня порадовали. Значит, для них это знакомая тема, уже легче.

А потом были два месяца просмотров и комментариев к видеозаписям, встреч с магами из Военного приказа и показательные эксперименты с чужой магией. И слез в подушку по ночам. Мати, моя горничная, выбросила пятнадцать подушек, потому что от них так фонило болью и страданиями, что находиться в спальне было невозможно. Сертаин, как сотрудник Тайной канцелярии, всегда был в числе просматривающих, его аура носила следы глубокого потрясения, но лицо никогда не выражало ни одной эмоции, оставаясь холодным и равнодушным. Метиос иногда показывал, что творилось с принцем, когда тот находился в одиночестве: гнев, стыд, отчаяние, страх, надежда очиститься и все исправить фактически разрывали его тонкие тела. При таких эмоциях появляться на людях, чтобы все видели состояние твоей ауры и отражающиеся в ней чувства, было неприлично, особенно принцу крови. И особенно принцу крови, который, по сути, им уже не являлся. Не знаю, что сделал с аурой Сертаина Светозарий, но через несколько дней после того великого завтрака принц смог выходить из своих покоев, не вызывая удивления и перешептываний за спиной.

Я была равнодушна к страданиям Сертаина, не испытывая ни злорадства, ни удовлетворения. Он перестал существовать для меня как любимый, друг, личность, мужчина тогда, когда протянул руку Виттане, приглашая ее в спальню новобрачных. До этого момента он еще мог все остановить, ибо видел и в храме перед свадебным обрядом, и уже на пиру мою чистую ауру невинной девы. Не остановил. Теперь я называла его не иначе, как только ваше императорское высочество. Он пытался просить, чтобы звала по имени, но я, ссылалась на этикет, продолжала обходить его по дуге и вообще вела с ним себя равнодушно-доброжелательно. Несмотря на жуткую боль, до сих пор изводящую сердце, на иногда появляющееся острое желание прикоснуться к нему, мне было понятно: Сертаин перестал быть моей парой. А зачем мне страдания по чужой паре?

- Ваше императорское высочество, остановите изображение здесь.

На изображении де Флор уже начал совокупляться с Виттаной.

- Да, вот здесь. Дядя, обратите внимание, граф что-то высыпает в ее бокал.

От лица Сертаина несло вселенским холодом, но он четко выполнял все мои указания.

- Теперь прокрутите вперед. Стоп. Вы видите, кто это, – жену министра финансов знали все. – Граф и этой женщине что-то подсыпает. Приблизьте изображение. Видите, порошок уже другого цвета и качества. Далее… И этой подсыпает, далее - и этой.

Вынула из пространственного кармана несколько листов, протянула императору.

- Я потом все вина проверила, Кедрис помог. Мы там напоследок отрывались, как могли.

Тайрион понятливо кивнул.

- Во все бокалы граф насыпал разные составы. Но что интересно, основой их всех являлись чернуха шипастая, рейка-убийца и верещатник зернистый, которые растут только на Шевре.

При этих словах лица присутствующих мужчин резко помрачнели. Это была очень плохая новость.

Примерно двести тысяч лет назад мои далекие предки нашли на окраинах галактики необитаемую планету. Разведывательный корабль приземлился на один из двух материков, взял анализы воздуха, почв, горных пород. В метрополию тот час же ушло сообщение об уникальной находке - на планете можно было жить. А через месяц над ней появился огромный магозвездолет с поселенцами. Но первыми из них на планету сошли жрецы Хелы и Аная, а также лучшие представители Дарийской межзвездной империи. На одном из холмов прекрасной долины жрецами был проведен обряд призыва богини планеты. Первый раз я была в этом месте с Сертаином за год до смерти родителей. Над холмом, чтобы потомки не забыли обязательства человеческого рода перед планетой, древние маги поставили устройство, которое вот уже многие тысячи лет каждое утро транслирует в пространство встречу с богиней.

Начало рассвета, звездный ветер… Как только лучи светила коснулись стелы в честь знакомства с богиней, над холмом развернулся огромный экран. Срезанная верхушка холма, покрытый золотом квадратный алтарь для огненных жертвоприношений, пылающие дрова и льющееся в огонь топленое масло из молока волшебных коров. Над алтарем разрезается пространство, и перед делегацией инопланетян является необычайной красоты богиня планеты. Ее медового цвета волосы, длинные, до стоп, перевиты нитями жемчуга, на изящной короне сверкают неведомые дарийцам драгоценные камни. Изумительной красоты серьги спускаются к ожерелью в виде переплетающихся листьев и цветов. Сверкающие зеленые одеяния расшиты сакральными узорами и мягко обнимают красивую фигуру богини. Человеческие фигуры склоняются перед ней, а главный жрец начинает петь историю своей цивилизации, историю войны с демонами, уничтожении ими планет. Песнь о том, как Верховная Богиня процветания, счастья и любви, Хела, и Ее Божественный супруг, Анай, указали путь к этой планете. И жрец от имени императора просит у богини разрешения жить на этой планете. Древний язык завораживает, открывает сердце, возвышает сознание. Юная богиня милостиво выслушивает песню-просьбу и соглашается принять цивилизацию, находящуюся под покровительством Самой Хелы. Для скрепления договора на неожиданно появившийся жертвенный камень проливаются капли крови из ладоней лучших представителей империи – императора Аритониия Дарийского и его невесты Элиниии Ладийской.

«Как символично, - тогда подумала я, - пусть Сертаин и не будущий император, зато из императорской семьи. И невеста у него из Ладийских. И мы будем вместе, как и они». Не получилось…

В подтверждение договора со стороны богини, на камень падает волшебный, сияющий цветок элеэний. Богиня говорит, что и ее, и планету зовут Алирия, и что она рада гостям, обязуя их охранять всех ее детей и природу.

Потом на экране множество магозвездолетов опускаются на планету, из них выходят счастливые люди, обретшие вторую родину. Начинается неспешное, осторожное освоение Алирии: маги, архитекторы, ремесленники строят города, дороги, поселения, храмы, а фермеры осваивают земли. И все это происходит без ущемления прав других видов жизни. Потом археологи найдут останки разных древних цивилизаций, когда-то живших на планете. И удивятся или их высоким достижениям, или безмерной глупости, приведшей к гибели.

На Алирии оказалось два материка: один размером примерно семьдесят миллионов квадратных километров, а другой - сорок миллионов квадратных километров. Первый впоследствии назвали Аквиния, второй – Шеврилия. Материки имели одинаковую флору и фауну, что говорило о природном катаклизме, когда-то их разделившем.

Постепенно Дарийская империя освоила оба материка, очень аккуратно вписываясь в природу планеты. И богиня это оценила. Несмотря на достаточно большое количество населения (три миллиарда человек на Аквинии и полтора миллиарда на Шеврилии), люди процветали. Ведь основой их жизни было благочестие и духовное саморазвитие, а именно эти энергии питают планету и позволяют ей в больших количествах давать все необходимое для жизни человечества. Четыре урожая зернобобовых в год, сотни видов ягод, фруктов, овощей, молочные продукты волшебных сурен – в государстве царило изобилие. Полезные ископаемые, так необходимые для жизни и нормального развития промышленности, в том числе космической, фактически лежали на земле. Производства различной маготехники находились на орбитах Алирии и других, не пригодных для жизни, планетах, вращающихся вокруг солнца. А также на больших астероидах, летающих по траектории когда-то разрушенной планеты.

Шли тысячелетия, и на Аквинии к Империи людей прибавились королевства других рас. Все они оказывались на грани исчезновения в своих мирах, поэтому искали пристанища в других. В разное время люди разрешили жить на Алирии сидам, оркам, гномам, эльфам, драконам-оборотням и гоблинам. Которые образовали соответственно королевства Сидарин, Оракит, Витволк, Миктэль, Ритар и Зактир.

Все было очень хорошо, пока на Шеврилию пятнадцать тысяч лет назад не приземлился огромный разведывательный корабль полу-ящеров. Они оказались потомками демонов, от которых наши предки ушли в эту область Вселенной. И только благодаря соответствующим службам, корабль полу-ящеров оказался не способным ни сообщить о нас в их метрополию, ни взлететь. К сожалению, разведчиков с демонической планеты удалось уничтожить не всех. О них почти забыли, когда на Шеврилии стали происходить очень странные вещи. Начала меняться погода, из одного комфортного сезона превратившись в шесть. Появились дневные дожди, зачастую несшие разрушения. Снизилась урожайность, исчезли многие виды деревьев и растений, которые особенно зависели от энергии благости.

Изменилось настроение дворянства, особенно молодежи. Появились теории об избранности аристократии, ненужности принципов чести, долга. Ненужности всего того, на чем строится цивилизованное государство. И золотая молодежь, которую еще называли харИнами, вместо надежды Шеврилии, стала ее могильщиком.

Харины, дети аристократов Дарийской империи, особенно дети императора и девятнадцати родов Первого круга, всегда были и будут надеждой Алирии. Но золотой молодежью нас называют очень и очень редко. Чаще можно услышать, что харины - это те, кто забирает у подданных императора страдания и тревоги. Те, кто являются повелителями природы, стихий, энергий, магии. Мы все очень и очень богаты, знатны, но вряд ли это компенсирует нашу ответственность перед собой и империей. А также обязанность по приказу императора отдать свою жизнь во имя блага человечества.

Люди, обычно говоря о харинах, шутят, что у нас вместо крови концентрированная магия. На самом деле так и есть. Нас не берут ни зелья, ни проклятия, ни болезни. Если обычные люди живут максимум полторы тысячи лет, семьи Первого круга могут жить до трех тысяч. Это знание не является тайным, и все население понимает, что из себя представляет императорская семья и члены родов Первого круга с десятками тысяч лет выработанным иммунитетом и генетикой. Мы единственные семьи дворян, у которых отсутствуют приставки перед фамилиями. Если дворяне второго круга имеют к фамилии приставку «де», а третьего круга – приставку «ри», то мы просто Дарийские, Ладийские, Форинские, Витарийские, Шантийские и так далее.

Наша магия не слабеет с каждым поколением, смешиваясь иногда с более слабой кровью дворян второго и третьего круга. Она всегда передается наследникам в полной мере. Чем ближе к главе рода, тем сильнее концентрация. Самым сильным обычно получается первый ребенок, остальным магия тоже передается, но по остаточному принципу. Всех лучше получаются дети от наследников рода. Мне в этом смысле повезло: мама была наследницей младшей ветви Даялских, а папа – наследником старшей ветви Ладийских.

Вообще, благодаря чистой, возвышенной жизни, то есть благодаря благочестию, разными способностями обладало и обладает все население Аквинии. Начиная от способности видеть ауру и матрис. И, конечно, магия у нас очень тесно всегда связана с религией. Обычные люди, обладая минимумом способностей, сосредотачиваются, в основном, на материальных вещах. Но благодаря благочестию, поклоняются полубогам, правителям разных уровней Вселенной, помогают другим и очень трепетно относятся к планете.

Маги-дворяне, не только зная теорию устройства Вселенной, материальных и духовных миров, но и имея реализованное знание, относятся к полубогам с гораздо большим почтением, чем миряне и простые люди. Маги-аристократы Первого круга часто лично знакомы с олицетворениями первостихий, владыками Вселенной, галактик, звездных систем. Они общаются напрямую с богами-покровителями. Но большинство дворян поклонялись и поклоняются Абсолюту. Женской ипостаси – Хеле и мужской ипостаси – Анаю - источникам духовных и материальных миров, причине всех причин. Поклонение Верховной Богине процветания, счастья и любви и Тому, над кем никто не властвует, позволяет получать силу из Их высших реальностей и быть непобедимыми.

Наверное, полу-ящеры, имея возможность принимать человеческий облик, втерлись в доверие к молодым аристократам. И, используя хитрость, играя на слабостях, превратили их в свое оружие. Три тысячи лет лжеаристократия постепенно подменяла истину на лжеистины, уничтожив самых выдающихся и могущественных жрецов и женщин. Заменив понятие возвышенных чувств, любви - на похоть, саморазвитие в деятельности, творчество – на карьеризм. Насадив рабство и придуманную рабскую религию, в которой отсутствовала любовь к Богу, но зато присутствовал страх перед Ним. Нарушив все договора с представителями разных видов животных, птиц и других видов жизни. То есть превратив их в пищу. Разгневанная богиня планеты убрала вглубь себя все полезные ископаемые, сделала нивы мало плодородными. Народ, все еще помня, как жили раньше, начал роптать. И тогда по приказу молодого, самоназванного императора Шеврилии, Илидора Проклятого, началось спаивание населения, а также подмена истории и деградация языка.

Привыкнув к трупному яду и эманациям жестокости, гнева, злобы, агрессии, которые шли от поедаемых трупов животных, птиц и обитателей океана; убивая головной мозг алкоголем, здоровье – всем этим плюс чрезмерным сексом, население Шеврилии легко поверило в то, что главный их враг – Аквиния. Что шеврийцы лучше, чем жители Аквинии. Но почему у них есть все, а на Шевре – почти ничего? Почему шеврийцы вместо полутора - трех тысяч лет стали жить максимум по сто лет? После того, как по приказу Илидора была проведена реформа дарийского языка, то есть из него убрали половину гласных, несколько падежей и прочее, шеврийцы почти разучились говорить духовно, красиво выражая свои чувства. Ведь чем больше в языке гласных, тем он духовнее, тем более осознанно позволяет воспринимать себя и мир. Постепенно шеврийцы утратили возможность испытывать разные высокие чувства и состояния, и потребность во множестве энергонасыщенных и развивающих словах просто исчезла. Так Шеврилия стала Шевром – военизированным государством с бедным народом, рабами, лживыми жрецами, богатыми аристократами и размножившимися полу ящерами.

Ущербность всегда хочет доказать себе свое величие, убивая, навязывая и заставляя. Поэтому десять тысяч лет назад войска Шевра высадились на западные берега Аквинии и потрясли мир своей нечеловеческой жестокостью.

Глава 13

Это было нашествие двуногих животных, никогда не живших, как нормальные люди. Никогда не видевших изобилия и простых человеческих чувств. Они, как саранча, налетели на западные земли Империи и Сидарина, присваивая чужое, убивая и насилуя. Они орали, как сумасшедшие, наслаждаясь чистой водой, обилием фруктов, красивой природой, ведь у них давно этого уже не было. Наслаждались, думая, что теперь, завоевав Аквинию, у них это будет всегда. И не понимали, что любое место, куда они приходят, через недолгое время обязательно становится таким же, как их Шевр, – загаженным, бесчеловечным и убогим.

В считанные часы на побережье были перекинуты крупные силы Империи, которые возглавил сам наследник. А также, в соответствии с договорами о взаимопомощи, большие подразделения армий Оракита, Миктэля и Ритара. Армией Шевра двигала идея захвата новых земель, ведь это рабы, в том числе сексуальные: пол, возраст при этом не играли никакой роли. А также плодородные земли и полезные ископаемые, которые можно просто собирать на земле. Они пришли взять то, что улучшило бы их жизнь. Армией Аквинии двигало желание защитить свои страны и тех, кто в них жил. Защитить цивилизации высокоразумных от тех, кто из людей превратился в животных.

Эвакуированное население сосредоточилось в долине храмов. Удивительный храмовый комплекс привлекал захватчиков, во-первых, секретами строительства (свои были давно утеряны), во-вторых, - древними магическими знаниями. И, в-третьих, - большими сокровищницами.

Храмы, к которым так стремились шеврийцы, были построены примерно за двадцать тысяч лет до их нашествия. И до сих пор, лишь при мелком ремонте, выглядели великолепно. А основой такого их состояния были всего лишь высочайшая культура строительства любого вида сооружений (знание это много сотен тысяч лет назад передали давние-давние предки с высших планет) и человеческая энергия. В Империи каждый знает: чтобы здания стояли тысячелетия, их должны строить вручную из натуральных материалов. Причем строители должны иметь высокое духовное сознание и во время строительства добровольно соблюдать целибат.

Наша архитектурная наука настолько совершенна, что позволяет творить чудеса. Например, этот храмовый комплекс был построен так, чтобы при первых лучах солнца, касавшихся верхушек храмов, и сопровождавших это первых звуках специальных мантр, произносимых жрецами, отрываться от земли и парить в воздухе несколько часов. Это время основных подношений Хеле и Анаю, первостихиям и главным администраторам Вселенной.

Храмы действительно имели очень богатые сокровищницы. Но только сокровища в них задерживались ненадолго. Жрецы всегда держали там необходимый минимум богатств, для поддержания высокого стандарта поклонения, но остальное раздавали попавшим в беду, вдовам, сиротам и старикам. Жертвователи знали: их деньги, золото, драгоценные камни, дорогие ткани будут предложены алтарю, использованы в служении, а потом направлены Божествами тем, кому они нужнее.

Война на суше и воде продолжалась шесть месяцев. Шеврийцев не подпустили к храмам, организовав серьезную оборону. И сколько бы ни прилетало, ни приплывало подкреплений с Шевра, дальше семисот километров в глубь территории они не продвинулись. В конце концов войсками Империи и союзных стран была проведена большая наступательная операция, благодаря которой пятидесятимиллионная армия Шевра была полностью уничтожена. Назад, на материк, вернулись единицы. Огромные погребальные костры в течение месяца горели по всему побережью, наполняя чистый воздух Аквинии смрадом горящего мяса. Все военное руководство Шевра было взято в плен. В том числе и император Илидор Проклятый.

За все совершенные зверства они были приговорены к смертной казни. Но перед этим, по решению Большого Совета Первого круга, пропущены через процедуру считывания памяти убитых жертв. Каждый из осужденных должен был на себе прочувствовать эмоции бесправного раба, изнасилованных женщин и детей, убитых воинов. Тех, кого ели живьем (людей, животных, птиц) и так далее. В общем, пострадавших от нашествия.

Никто из подсудимых не вынес считывания памяти жертв, все умерли, проживая страдания убитых. Дольше подчиненных продержался Илидор Проклятый, его хватило на прочувствование тридцати пяти зверских убийств. Причем на первых пяти, судя по состоянию и цветам матриса, он четко не отождествлял себя с жертвами. На большее сил не хватило. Проживая страдания остальных тридцати жертв, он выл и кричал, словно зверь и одержимый. Наверное, он и был одержимым зверем, являясь смеском человека и полуящера. Говорили, что специально для него охотились за аристократками. Скорее всего, какая-то из них забеременела - и в конце концов на свет появился граф де Флор.

Война была закончена. Империя получила оружие шеврийцев (кстати, хуже, чем наше), полуящеров и полулюдей-полуящеров для секретных лабораторий. Полностью истерзанную землю побережья, миллионы убитых воинов, воинов-магов и мирных жителей, а также годы магической деятельности по восстановлению психики людей, других видов жизни и восстановлению природы.

Положительным было только одно: за месяцы сражений, боев и восстановительной деятельности возросла сплоченность всех рас, проживающих на материке. Даже гоблины и гномы, не участвовавшие в боевых действиях, без оплаты поставляли союзным войскам нужные металлы, технику и прочее.

Чтобы обезопасить Аквинию от любых агрессивных действий Шевра в будущем, совет правителей Аквинии решил создать вокруг проклятого материка огромный купол из прозрачного магопластика. Который защитит всех обитателей Алирии и нашей звездной системы от неразумных, помешанных на сексе, алкоголе, безнравственности, жадности к материальным богатствам и других самоубийственных методах жизни шеврийцев.

Почти десять тысяч лет все было спокойно, ушло восемь поколений простых людей и два-три поколения аристократов. Война стала забываться, но сто пятьдесят лет назад главный жрец Хелы сделал предсказание, в соответствии с которым вторжение с проклятого материка повторится через сто восемьдесят лет. И поможет этому вторжению пятая колонна, которая будет к тому моменту Шевром на Аквинии создана. То есть шеврийцы снова могут к нам пожаловать через тридцать лет. И как показывают последние события, им есть кому у нас помогать. И пятая колонна точно поддерживает связь с шеврийцами, а значит, магический купол где-то дал трещину.

Спецслужбы сразу же вспомнили материалы считывания памяти у полуящеров и Илидора Проклятого десятитысячелетней давности. В них говорилось, что если не получится прямое вторжение, полуящерами и аристократией будет обязательно готовиться следующее. Но перед ним планируется провести несколько масштабных операций по создании шпионской сети и уничтожению дворян, особенно из Первого круга. А также внедрению стереотипов, разрушающих основу цивилизованного и могущественного общества. Например, внедрению чувства свободы от нравственности, чести, долга, духовного саморазвития и порядочности. То есть стереотипа – быть животным это здорово.

Все правильно. Хочешь уничтожить государство, убери из сознания его жителей принципы целомудрия, чистоты, понимания законов Вселенной, служенияВсевышнему. Ведь именно они дают необычайное могуществу и силу, которые победить невозможно.

Глава 14

Мои дни опять стали насыщенными до предела: секретные лаборатории, полигоны, просмотры, консультации с магами. Единственное, что я отстояла, - это тренировки и занятия магией. Император одобрил мое ответственное отношение к ним: «Лия! Экономика, управление и прочее от тебя никуда не денутся. А вот тело и силу надо тренировать каждый день, тогда она будет тобой программироваться и расти».

Следствие продолжалось и очень успешно. Из дворца странным образом исчезли человек пятнадцать, принадлежащие разным сословиям и занимавшим должности от дворника до советников разного уровня. Я не спрашивала, куда и когда исчезла вся семья Звутичей. Но однажды прочитала в газете, что якобы принц с женой, ее братом, свекром, свекровью поехали на отдых к океану и попали в аварию, которую устроили враги Империи. Советник по экономике, его жена и сын погибли. Но, к счастью, Сертаин и Виттана остались живы. И сейчас находятся в закрытом медицинском центре. Все боятся, что принцесса потеряет ребенка, и так далее. А придворный маг все-таки сбежал. И я чувствовала, что к этому причастен кто-то из Тайной канцелярии, хотя ее прошерстили сверху донизу.

Периодически я размышляла, зачем понадобилось очень богатым, знатным, уважаемым людям предавать Империю. И поняла, они завидовали. Завидовали власти императора и Первого круга, их могуществу. Только предателям не приходило в голову, что эти власть и могущество требовали постоянной учебы, самопожертвования, постоянного преодоления себя, соответствующих качеств. Всего этого предатели не имели. Они хотели бОльших наслаждений и безнаказанности.

Да… зависть – это лень идти своим путем, лень развивать свою внутреннюю силу и свое дело. Завистник пытается, не осознавая уроков и положения того, кому завидует, примерить на себя его судьбу. Хотя чего проще то?

У каждого человека, как и любого другого существа, есть свой нитос, пространственно-временной тоннель. По которому он идет в пространствах планеты, галактики, Вселенной. У этого тоннеля есть множество других, отличных от времени и пространства, энергетических, вибрационных и прочих параметров. Если нитос человека подходит, даже временно, по параметрам нитосу другого человека, или места трудовой деятельности, или ситуации, или чувств, или какого-то положения в обществе, то пересечение тоннелей, вход одного тоннеля в другой, будет вызывать чувство комфорта и радости. Если нитосы не подходят по параметрам, то их пересечение вызовет чувство неудобства, неудовлетворенности и понимание того, что не готов, чужое, не входит в программу этой жизни. Если же все равно очень хочется, значит, учись, соответствуй, чтобы не разрушить свою жизнь. И обязательно при этом учитывай законы Вселенной.

Мне этот принцип объяснила когда-то мама. И недавно я в очередной раз его использовала. Нужно было окончательно понять, есть ли будущее в личных отношениях с Сертаином и близких отношениях с императорской семьей.

Как всегда при подобных медитациях, погрузилась в себя и ощутила свой нитос. Улыбнулась, ибо радостнее в нем стало, чувствовалось: трансформация структур тоннеля из-за пережитых эмоций поднялась на очередной высокий уровень. Придала моей личности новые, уникальные оттенки. Представила нитос Сертаина и соединила с ним свой. Ужас! Если все его структуры обрадовались мне, попытались затянуть глубже в себя, то мои испытали жуткий дискомфорт и глухую ненависть. Не простила еще до конца, значит.

Теперь семья Тайриона. Представила совокупность нитосов всех членов императорской семьи, кроме Сертаина. Соединила с ними свой. Комфортно, но без былой радости. Наверное, к тем отношениям можно будет вернуться, но через какое-то время. Уже хорошо.

На всякий случай решила проверить, насколько готова к положению Тамиисы. На жену наследника императора я всегда смотрела с восхищением, особенно после рождения ею сына. Материнство Тамиисе очень шло, оно делало ее красоту более совершенной и нежной. Как это совмещалось с жесткостью в отношении государственных дел, оставалось для меня загадкой. А глядя, как будущая императрица возится с ребенком, я задумывалась о своей судьбе. Что меня ждет? Где я найду свою пару?

Со своим нитосом вошла в ее тоннель, поежилась. Точно не для меня, не для моей головы императорская корона. По крайней мере, сейчас. Отсутствуют у меня, сладкой, качества, необходимые для императрицы. Тут бы с княжеством справиться! Если встать не на свой путь, жути не оберешься. И даже развивая себя, навряд ли мне понравится быть женой императора. Ответственности очень и очень много. Как говорят Писания: лучше плохо выполнять свои обязанности, чем хорошо – чужие. А если зависть к положению полностью не уходит, готовься. Вселенная – машина по исполнению всех желаний. Выучишься, приобретешь нужные качества – и к цели. Только зачем взваливать на себя такие обязанности и такую ответственность? Расплата за ошибки будет очень серьезной.

- Лия, нам нужна твоя помощь, - император помолчал, - я обещал твоему отцу, что обращусь к тебе с этим только в крайнем случае. Этот случай настал. Ты понимаешь, о чем я?

- Нет, дядя. Я могу оказать разную помощь. Какая вам нужна?

В трапезной находились Тайрион, я и Айдартии, все остальные, позавтракав, разошлись по делам. Тамиина вышла, укоризненно взглянув на отца, который еще вчера обещал мне выходной от следственных мероприятий. Мы с близнецами рассчитывали на пикник, танцы с мечами и ритоил-лед. Хотелось отдохнуть от человеческой грязи и подлости. В нашем обществе она сведена к минимуму, мы привыкли видеть в высокоразумных только хорошее. А тут – разрыв шаблонов, крах стереотипов: оказалось, что люди могут быть жадными, бессердечными, негодяями. В замке я, конечно, многое видела, но очень плотно и с большим количеством не сталкивалась. Брезгливо как-то…

Тайрион, глядя на недовольную любимую дочку, клятвенно пообещал через неделю предоставить мне вместо одного выходного целых пять. И обеспечить магопланетолет до озер силы. Я и Тамиина от радости взвизгнули и повисли на императоре. Разгаар стоял рядом, как стойкий боевой маг перед атакой, без тени эмоций на лице. Но его радостью фонило на всю трапезную.

- Следствие зашло в тупик, Лия. То есть поймать всех, кого только можно было, благодаря твоим и нашим материалам, мы поймали. Но это – верхушки. Звутич и граф, как главные фигуранты, больше ничего сказать не могут. Точнее… Под точечным воздействием они многое рассказали, но потом пошли магические ментальные блоки. Если мы их вскроем, эти негодяи сойдут с ума. И большую часть информации мы так и не узнаем.

Точечное воздействие было пыткой-допросом, но без боли и страданий. В определенные точки тела втыкались металлические иголки, и человек, несмотря на отсутствие желания говорить, начинал отвечать на задаваемые вопросы. Причем без понуканий и принуждения. У каждой расы точки были немного разными, но специалисты Тайной канцелярии имели большой опыт и прекрасно знали особенности тел. Единственной болью подвергающегося такому допросу, была боль моральная – в истерике билась совесть от сдачи информации и подельников.

Да, в таком случае без моего семейного дара не обойтись.

- Хорошо, я помогу.

Император с беспокойством заглянул мне в глаза:

- Выдержишь? Подстраховать?

Улыбнулась тревоге Тайриона за меня, приятно.

- Нет, никому нельзя там находиться, кроме меня и того…

- Через сколько готова будешь?

- Нужно, - задумалась, - для концентрации нужно полчаса.

В глазах Тайриона зябко и нехорошо:

- Прости, но только ты можешь помочь. Через час зайду.

Кивнула, автоматически вышла из трапезной, ополоснула после еды рот, промыла водой глаза, побрызгала на ноги. Настолько серьезно я буду делать это в первый раз. Что-то подобное делают перед тяжелейшими операциями целители, но то, что предстоит сделать мне, не делает никто. Родовая магия Ладийских все-таки уникальна.

Медленно шла до своих комнат, ощущая беспокойство идущего сзади императора. Приятно, но сейчас не это главное. Гостиная, балкон, погружение в себя. Медленное дыхание и сливание, переплетение нескольких сил в тончайшую нить. Это сейчас мне требуется почти час на концентрацию, потом нужного состояния буду достигать за секунды.

Император лично сопровождал меня в подвалы, где сидели заключенные. Остановились у камеры с тяжелой бронированной дверью.

- Кто там?

- Флор, - ответил император, – в нем несколько непонятных вещичек, посмотри.

- Посмотрю, - улыбнулась Тайриону, а он от моей улыбки почему-то отшатнулся, побледнел. Протянула руку. – Видеокристаллы, много.

Император передал мне сумку и открыл дверь.

«Миленько», - подумала, входя в камеру. На стене, прикрепленный цепями к могучим крюкам, висел в антимагических браслетах Флор. Просто Флор, без «де». Значит, официально его уже не существует. Подошла ближе. Бывший опекун поднял голову, в мутных глазах промелькнуло изумление.

Силой притянула поближе стол, выложила записывающие кристаллы. Отстраненно наблюдая за эмоциями мужчины, поняла, он боится. Страх от непонятности моих действий и моего спокойствия постепенно наполнял Флора, мутными завихрениями отражаясь в матрисе.

- Что ты здесь делаешь? Что тебе надо? Посмеяться пришла?

Я могла бы многое ему сказать, унизить, посмеяться. Зачем? У меня отсутствует желание мести. Хела и судьба отомстили лучше меня. А я слишком дорога себе, чтобы тратить энергию, эмоции на моральное уничтожение поверженного врага. Да и чести в этом нет никакой.

Просканировала тело бывшего опекуна, найдя под кожей несколько артефактов. Сложные, но и я не проста. Безболезненно для него вынула их, прикрепила к матрису. Два артефакта точно показывали кому-то очень далекому состояние Флора и степень его разговорчивости. Поэтому артефакты в стазис, пусть разбираются специалисты.

Силой опустила голову мужчины и призвала перевитую нить энергии. Тонкие структуры мозга, верхних энергетических центров открылись, а я изумилась наставленным в них ментальным блокам. Нить и заклинания начали свою деятельность, осторожно убирая один блок за другим. И вскоре разноцветная энергия видеоинформации потекла в кристаллы. Много получилось, записались даже прошлые жизни. Оставив Флора без сознания, вышла из камеры. Потом была семейка Звутичей и несколько сотрудников Тайной канцелярии. В том числе тот полковник, что привозил Виттану в замок.

Как добралась до своих покоев, не помню, вроде кто-то нес на руках. Когда проснулась, светило солнце, а рядом милым баском говорили: «Ма-ма», - и шлепали босыми ножками по полу.

- Проснулась, - воскликнула Тамииса и вызвала целителя. – Как ты?

- Жить буду, - ответила хрипло. – Там все нормально? Сколько я спала?

- Трое суток, - Тамииса взяла сына на руки, поцеловала. – Дежурили у тебя все по очереди.

- Зачем? – удивилась.

- Ты у нас теперь героиня. Благодаря тебе нам известно столько! И неженатые маги всех спецслужб мечтают жениться на тебе.

- Хела, почему? Глупость какая! – облизнула сухие губы. – Вообще-то я есть хочу.

В спальню влетела Тамиина:

- Теперь моя очередь дежурить! И кормить.

Суета вокруг моего здоровья хоть и утомляла, но заставляла сердце биться радостно. Любят, лелеют, нужна. Весь день ко мне приходили и благодарили то глава Тайной канцелярии, то глава личной службы безопасности, то глава управления внутренней разведки. Император заходил каждые два часа, заставляя Остария ворчать:

- Ваше величество, да что может измениться за два часа? Думаю, обед точно переварила. И, конечно, скоро уснет. Идите уже, не мешайте больной выздоравливать.

Паломничество закончилось только к вечеру, и, наконец, я осталась в спальне одна. Лежала, смотрела на взошедшую луну, звезды и пыталась понять, что же со мной. Точно присутствует слабость, опустошенность. Так бывает, когда прикасаешься к чему-то неприятному, сложному. Тому, что требует много сил. Кстати, я еще не вышла из ситуации с Сертаином, да и от взламывания блоков в голове Флора надо бы отгородиться.

Устроилась на кровати удобнее, представила ситуацию с принцем в образах. Скомпоновала все вместе. «Дорогая ситуация о несостоявшемся замужестве с Сертаином, его предательстве! Договор между тобой и мною исполнен. Я возвращаю тебе всю плохую энергию, что взяла у тебя. Все плохие эмоции. И забираю у тебя все свои энергии обратно. Ты свободна от меня, я свободна от тебя. Навсегда. Да будет так!» После семнадцатого повторения стало легче. Ситуация отдалилась, подернулась туманом.

Теперь с допросом. Зачем мне нужны отрицательные эмоции и энергии того дня? Поэтому, представляю камеры с заключенными: «Ситуация с допросами, договор между мной и тобою исполнен. Я возвращаю тебе все плохие энергии и эмоции, которые взяла у тебя. Забираю свои энергии. Ты свободна от меня, я свободна от тебя. Навсегда. Да будет так!» На пятнадцатом повторении сморила усталость, и, умиротворенная, я уснула.

До начала службы в Тайной канцелярии оставалось еще полчаса, поэтому я пристроилась в скверике напротив входа в здание и наслаждалась спокойствием. Скамейка была удобной: и сидеть комфортно, и наблюдать за входящими легко, и меня не особо видно. Император на время отдал меня под руководство Ионилиия Талнийского, главы Тайной канцелярии. А тот, выделив мне в помощники своего личного, даже не знаю, как сказать, в чем-то специалиста, выдал нам несколько заданий. Сегодня мне нужно увидеть как можно больше служащих канцелярии и проверить их на наличие шеврийской магии. Опытным путем было выяснено, что максимальное расстояние, на котором я могу ее почувствовать, - триста метров. Поэтому сейчас я на расстоянии в сто метров от входа наслаждалась природой и смотрела на голубое небо.

- Отдай, хочу с ней! – послышался из-за деревьев детский голос, в котором было отчаяние. – Она мне нравится!

-Сынок, но у тебя острый меч. Ты можешь пораниться сам и куклу разрезать.

- Не трогай, не дам!

Рядом на скамейку присела молодая женщина и тяжело вздохнула. Заметив, что я рассматриваю ее примерно десятилетнего сына, обратилась ко мне:

- Не знаю, что делать… Вроде мальчик, оружием интересуется, маголетами, а, как девчонка, возится с куклами. Одевает их, спать укладывает.

- Что говорят учителя? – спросила расстроенную женщину, судя по всему, владелицу соседней пекарни. Запахом сдобы и специй были пропитаны и мама, и сын. А дорогая, добротная одежда говорила о хорошем достатке. – Отец?

Женщина полностью развернулась ко мне и заулыбалась.

- В школе боюсь говорить, скрываем такую привязанность от учителей. А муж на западном побережье сейчас служит. Вот уже года два как. И когда закончится эта командировка?

Женщина показалась мне очень милой и несчастной. Очевидно, делиться с кем-то странным поведением сына она не хочет, стыдно. А по связи такое не расскажешь.

- Вы же харини? Я чувствую. Может, поможете советом?

Говорил мне специалист Талнийского полностью скрыть силу, да не послушалась я. Очень неудобно жить с полностью скрытой силой, как будто все чувства обрублены. Сотую часть оставила, и первый же человек сразу понял, что я из Первого круга.

- Да вы не беспокойтесь, у меня способности видеть то, что хотят скрыть. Другие-то и не поймут ничего. Так, может, посоветуете что?

Облегченно выдохнула, переживут в канцелярии мою сотую часть, по-другому раскрашу матрис. Взглянула на мальчика:

- В прошлой жизни он был очень красивой женщиной, замечательной домохозяйкой. Муж, дети, поместье. Хотелось ей очень путешествовать, жить более свободно в плане передвижений. Учиться в Академии очень хотела. Но семья затянула, возможности так и не представилось. И однажды она пожелала в следующей жизни быть мужчиной. Чтобы свободно путешествовать, быть сильной, не зависеть ни от кого. У нее получилось.

Женщина охнула и прижала сына к себе.

- Тело то мужское получила, а некоторые привязанности из прошлой жизни остались. Я права? – спросила у мальчика.

Тот смущенно кивнул, видно, как и многие имперцы, помнил прошлые жизни.

- И что же теперь делать? – обеспокоенно спросила женщина.

-Хочешь быть, как папа? – обратилась к ее сыну.

Мальчик уверенно кивнул и стиснул рукоять меча.

- Расскажите ему о каком-нибудь знаменитом воине, герое, боевом маге, только, начиная с его детства. Вашему сыну нужен пример храброго, умного мужчины. Если такого не найдете, сами придумайте. И каждый день рассказывайте, как он рос, учился, защищал слабых, тренировался. Рассказывайте о службе мужа. Если его сейчас нет рядом, найдите учителя по единоборствам. И ваш замечательный ребенок забудет о куклах. Все-таки в прошлой жизни он имел очень сильное желание быть великим воином. Сейчас главное - взрастить мужские привычки. Женские тогда позабудутся сами собой.

- Как тебя зовут? – спросила ребенка.

- Сантори.

- Интересно быть воином, использовать силу во благо?

- Интересно, только… - Сантори замялся. - Ты знаешь ответ?.. Животные тоже сильные, но почему они не защищают слабых, а едят их? Ведь они разумны, мысленно общаются между собой. А мы защищаем?

- Ты очень разумен, и задаешь правильные вопросы. Между животными и людьми есть большая разница. Заключается она и в использовании силы. Сильные животные едят слабых, часто даже подобных себе. Почему? Потому что они животные, более низкая ступень развития. А сильные люди слабых защищают. Почему? Потому, что люди – более высокий вид жизни. А значит, и мораль у них более высокая, божественная. Становись боевым магом, будешь защищать маму, папу и других родных. Защищать более слабых высокоразумных от негодяев, преступников, захватчиков. Это очень почетно. Родители будут тобой гордиться.

Сантори с восторгом посмотрел на мать:

- Ты будешь мной гордиться?

- Конечно, сынок, буду, - женщина радостно улыбалась. – И папа будет, и дедушка! Надо привезти его в столицу. Будешь у него учиться искусству меча?

Мальчик кивнул и повернулся ко мне.

- Благодарю, харини, за совет. Я помню себя в прошлом женщиной. Но теперь я мужчина, у меня другие задачи. И я сделаю так, чтобы мама мной гордилась.

Женщина расцеловала сына и уже собралась уходить:

- Простите, харини, не назвала свое имя. Матила. Света вам в Пути! Приходите в мою пекарню, наш жрец – волшебник! Буду очень рада вас видеть!

Матила с сыном ушла, а я сосредоточилась на входе в Тайную канцелярию. До девяти утра оставалось десять минут, и ко входу начало подходить все больше и больше мужчин в черной форме. Отключила ум, настроилась на магию Шевра. Когда уже прошли почти все сотрудники, почувствовала затхлый запах чужой магии. Он исходил от двух служащих канцелярии, которые, переговариваясь между собой, вошли в здание. Но я успела их пометить.

Глава 15

Появившийся из ниоткуда Отари, личный специалист Талнийского, мысленно спросил: «Нашла?» Хела! Кто он такой, если даже я его не почувствовала? По имени вроде относится к третьему кругу дворян, но по качествам…

«Двое, метки поставила», - также мысленно ответила я. «Идем в здание», - произнес Отари и направился к дороге, отделяющей сквер от Тайной канцелярии.

За турникетами нас ждало несколько человек и эльфов. Один из эльфов был мне знаком, несколько раз видела его на совещаниях отца во дворце. Отари поздоровался со всеми и представил меня. Аристократы сдержанно поклонились, но по эмоциям было понятно, что всех неженатых, в том числе и знакомого эльфа, я заинтересовала. Это был не интерес подростков и юношей, в которых играют гормоны, а интерес молодых мужчин, наделенных ответственностью и властью. Ни грамма похоти, только восхищение и внутренний вопрос к своему сердцу: а вдруг я истинная пара? Как я ни старалась выглядеть независимо и отрешенно, от таких эмоций мужчин все-таки смутилась и покраснела.

Мы прошли в комнату-видеозал и на экране просмотрели всех, кто сегодня входил в канцелярию.

- Вот они, - указала на двух сотрудников среднего возраста, - на них икрасы. Но магией Шевра фонит очень сильно. Совсем тухлый запах. Для себя я поняла: чем сильнее чувствую этот запах, тем больше преступлений совершил человек. Кто они?

- Еще одна ниточка, - произнес эльф, которого, помнится, зовут Олитаниир Миктэльский, он же - второй принц Миктэля. – Они же только вчера прилетели со спутника.

Наступило напряженное молчание, лица присутствующих казались одновременно довольными и расстроенными. Довольными, наверное, потому, что нашлась еще одна цепочка предателей. А расстроенными – цепочка вела на спутник «Звезда», висящий над Шевром и контролирующий магопластиковый купол. В соответствии с договором между государствами Аквинии, почти сразу после победы десять тысяч лет назад, в Тайной канцелярии создали Управление купола, которое содержалось за счет серьезных денежных вливаний всех стран. Проще каждый год отчислять определенную, хоть и большую, сумму на деятельность служб купола, чем потом страдать от вторжения и нести огромные убытки. Даже гномы и гоблины, из которых всегда сложно выбивать деньги на что-либо, безоговорочно подписали договор. И безукоризненно его соблюдали.

- Нам надо с тобой побродить по зданию, вдруг еще что-то почувствуешь, - прошептал Отари, - а начальство пусть подумает, что делать с этими…

Действительно, этими… Чего им не хватало, что продались Шевру? Принадлежат к дворянам, значит, состоятельны. Служат в Тайной канцелярии, судя по нашивкам и погонам, на больших должностях. А зарплата здесь очень и очень высокая! Все правители Империи, а Тайрион от них ничем не отличается, всегда делали так, чтобы военные и сотрудники Тайной получали высокие зарплаты. Это не блажь, а жесткая необходимость: люди, от которых зависит безопасность страны, должны получать достаточно, чтобы устоять перед попытками подкупа, шантажа, возможностью предательства. Чтобы долг, честь и зарплата всегда перевешивали. Если, например, дворник в Империи получает пятнадцать золотых и при этом живет в небольшой усадьбе, водит детей в городскую школу и прилично питается, то эти бяки получают примерно десять тысяч золотых в месяц. Плюс доходы от земель. Чего им не хватает, что они поступаются долгом перед родиной?

Я была одета в женскую форму, состоящую из длинной черной юбки и светло серой кофты, поэтому особо не выделялась среди спешащих туда-сюда сотрудников. Меня интересовало все: архитектура здания, цвет стен, интерьер служебных помещений и эмоции проходящих мимо высокоразумных. Да, здесь трудились не только люди, но и представители других рас. По крайней мере, я встретила нескольких сидов, эльфов и драконов. Женщин здесь служило немного. Отари сказал, только из-за специфических особенной дара. О них очень заботились, в том числе и в создании лучших, чем у мужчин, условий труда. У каждой сотрудницы в помещении был свой, отгороженный ото всех, уголок, где женщина могла результативно трудиться и отдыхать.

Вообще, внутри здание Тайной было очень красивым, я бы даже сказала, эффектным. Приятные пастельные тона высоких стен с мозаикой, картины. В зависимости от особенностей службы управлений тематика изображений была разной. Но их всех объединяла тема служения Империи и Всевышнему. Ничего удивительного, ведь здесь, в основном, трудились дворяне - маги высочайших уровней. А значит, были лично знакомы с администраторами разных областей галактики и владыками стихий. Кто-то точно находился в близких отношениях с Хелой и Анаем. Ибо без Их милости невозможно оставаться чистым мыслями и телом, рассматривая дела о грязных поступках.

Как-то я спросила отца: «Зачем в Империи нужна внутренняя разведка? Ведь имперцы очень хорошие, талантливые люди, поклоняющиеся Всевышнему и соблюдающие все Его заповеди. Да и живем мы в окружении дружественных стран?» Отец улыбнулся на мои слова и ответил: «В Империи люди живут очень хорошо, богато и свободно потому, что их охраняют военные и Тайная канцелярия, сразу же пресекающая деятельность тех, кто решил поживиться чужим добром. Кто хочет издеваться, унижать других, использовать их в корыстных целях. И это получается, ибо те, кто посвятил себя служению Империи и Хеле, - великие маги, следующие по пути добра, чести и долга. И заметь – все население такое положение дел устраивает».

За два часа блужданий по Тайной, предателей я больше не встретила. И с облегчением приняла приглашение Отари поесть в местной трапезной. Нас устроили в уютном уголке, отделенном ото всех растениями в кадках. Жрец-повар лично разложил блюда по тарелкам и пожелал приятного аппетита. Чего здесь только не было! Сначала мы попробовали фрукты, определяя по энергиям места их произрастания и способы транспортировки. А потом видов семь овощей с лепешками, приготовленных разными способами. Определяя в этом случае и людей, их приготовивших. Отари ни разу не ошибся, добавляя нюансы, на которые я не обратила внимания. Кто же он такой? Под конец обеда к нам присоединился Олитаниир. На этот раз его способности в считывании информации с фруктов и овощей мы проверяли с Отари вместе.

- Элиниия,- с хитринкой в глазах обратился ко мне эльф, - имея представление о родовой магии Ладийских, я предлагаю тебе побывать на спутнике и проверить всех, кто там сейчас дежурит. Если, конечно, глава канцелярии и Отари согласятся.

- Такой вариант рассматривался, - сказал Отари, кладя в рот золотистую рину, волшебную ягоду, дарующую при постоянном употреблении молодость и неувядаемую красоту.

- Отлично, - просиял улыбкой Олитаниир. Его лицо, поражавшее удивительной и мужественной красотой, расслабилось, словно было в напряжении от возможного отказа. - Завтра в одиннадцать я жду вас здесь.

И я естественно отправилась на спутник, потому что от приказа-просьбы отказываться не имело смысла. Да и интересно же. В свое время отец обещал со мной туда слетать, но как-то все не получалось.

Магопланетолет доставил нас на «Звезду» за двадцать минут. Спутник оказался огромным шаром диаметром примерно девять километров с обилием разных магических и технических служб, ангаром для боевых истребителей и технических самолетов, огромной рубкой и комфортными жилыми помещениями. Под видом технического работника в сопровождении начальника станции обошла все службы и выявила трех человек, от которых фонило магией Шевра. А затем, обосновавшись перед экранами, чтобы осмотреть целостность купола, нашла в нем четыре прохода шириной в несколько метров. «О» в квадрате, так я стала называть Отари и эльфа, не отходили от меня ни на шаг и были похожи на двух котов, объевшихся сметаной. Начальник станции, дворянин второго круга, смотрел на меня почти влюбленными глазами и готов был выполнять любые мои желания.

- Элиниия, света вам на Пути! Благодарю за помощь! Сколько сил и времени мы выиграли с вами. Я ведь уже был готов подать в отставку, не знал, что и делать. Если получится, приезжайте к нам в поместье. Моя жена выращивает такие цветы, залюбуешься!

- Уважаемый лир Дорожени, очень рада была оказать вам эту услугу. И если получиться, обязательно навещу вас. Но сейчас я хотела бы попросить…

-Все, что могу, Элиниия, - искренне сказал лир Дорожени.

- Я хотела бы посмотреть те экраны, которые показывают жизнь людей на Шевре. Многое знаю о том, что там происходит, но никогда не видела. Можно? – С надежной посмотрела на начальника станции и «О» в квадрате.

Они все как-то нахмурились, а Отари выдал:

- Птичка, конечно, можно. Только вот нужно ли? Психика нормального человека, тем более несовершеннолетней девушки, может не выдержать картин того образа жизни, который ведется на Шевре. Может, не нужно?

Однако я могу быть очень упрямой. И несмотря на уговоры Олитаниира и начальника станции, продолжала сначала упрашивать, а потом требовать. Заслужила же! Поняв, что не откажусь от желаемого, меня отвели в ту часть рубки, где находились соответствующие экраны. Довольная, я уселась перед ними.

И вот, сейчас забилась в угол гостевой комнаты и плачу уже два часа. Действительно, для психики нормального человека то, что я увидела, убийственно.

Сначала монитор показал бедную деревушку на окраине леса. С облегчением подумала, что леса у них какие-никакие сохранились. Потом показал домик с огородом и женщину с большим животом, окучивающую грядки. Из дома вышел лохматый, большой, неопрятный мужик, подошел к женщине. И, несмотря на ее протесты, стал заниматься с ней сексом. Я застыла, почувствовав даже на таком расстоянии, страх и ужас ребенка в лоне этой женщины. Это же инцест! Они там, внизу, что, не понимают, что ребенок в животе находится в пространстве нижних чакр матери, в пространстве ее половых органов. В это время ребенок полностью, на уровне инстинктов, отождествляет себя с ее телом, сознанием, чувствами. Когда беременная женщина занимается сексом, да еще с насилием, то ребенок всячески воспринимает, что секс происходит с ним. Мальчик реально ощущает, что занимается сексом с мужчиной, поэтому у ребенка может возникнуть предрасположенность к гомосексуализму. Или педофилии, ведь подобный секс создает программу повторять процесс с ребенком, только уже не в позиции ребенка. Девочка реально ощущает, что занимается сексом с отцом, поэтому у нее после рождения могут возникать с ним очень странные отношения, вплоть до реального инцеста. После стресса родов подобные ситуации у ребенка на уровне сознания стираются, но остаются в памяти инстинктов и чувств.

В лоне матери ангелы-хранители ваяют ребенку физическое тело и тонкие тела. Во время секса энергоинформация отца через его половой орган переходит на половой орган матери и пространство ее двух нижних чакр. Так как в этом пространстве находится малыш, участвующий в сексе, то фактически энергоинформация отца усваивается неправильно, сбивает устанавливаемые программы.

Дети, находящиеся в лоне матери и участвующие в ее сексе, обычно после определенного возраста чрезмерно привязаны к сексу. Кроме того, ребенок в лоне испытывает еще один стресс - страх: во время секса матка пружинит, производит движения, подобные предродовым. Ребенок пугается, что происходят преждевременные роды, что от него хотят избавиться. Поэтому во время секса он старается максимально отодвинуться вверх.

И вместо того, чтобы на тонком уровне, энергиями, принимать участие в вынашивании своего сына, отец его пугает и насилует. Не отдает свою сексуальную энергию на создание множества его тел. Сколько же сил нужно потратить на нейтрализацию подобного стресса у малышки?!!!

Я сидела ни жива ни мертва, чувствуя ужас, исходящий от этого ребенка. Хотелось его обнять и успокоить, а недоумка-отца оттаскать за волосы и заставить прочувствовать все эмоции мальчика. В Империи такое случается примерно раз в двадцать лет. И это боль всего общества. Жрецам и целителям потом приходится очень долго восстанавливать психику ребенка. А его отца учить контролировать чувства. Чтобы он полностью осознал вред, который нанес малышу.

Я княжна, княжна, поэтому сдерживаю эмоции и не плачу. Не плачу!

Камера скользила далее, а я все более немела от изумления. Они хотят Аквинию сделать такой же?

Сотни километров кладбищ с разлагающимися трупами... Это же осквернение планеты, ее оскорбление. Трупные яды кладбищенской земли делают ее ни для чего не пригодной минимум лет на пятьсот. А души, привязанные к телам, столетиями находятся в месте захоронения тел и выпадают на длительный срок из процесса развития сознания. Если на месте старых кладбищ строятся дома, предприятия, то эти души начинают вредить тем, кто там живет или работает. Они мстят. Поэтому в радиусе километра от кладбищ нельзя жить и работать. Эти места считаются грязными и опасными для жизни.

Многие души, которые в жизни были очень квалифицированными специалистами и приносили огромную пользу государству, обществу и роду, из-за того, что их тела похоронили и, может, не провели никаких обрядов, столетиями не могут воплотиться не только в своем роду, а вообще. Общество и род лишается возможности использовать их силу и талант. Все эти души, привязанные к разного рода кладбищам столетия и тысячелетия, страдают, ибо выпадают из процесса развития. Они страдают, желая чувствовать, а воплотиться не могут, потому что привязаны к месту захоронения. И столетиями сидят на памятниках и наблюдают жизнь за оградой. И маются. Если человек ушел из тела утром, днем, тело надо сжечь до заката. Если поздним вечером, ночью – до рассвета. Проведение соответствующих обрядов обязательно. Перед приходом в наш мир душа наделяется соответствующим энергетическим потенциалом, который необходим ей на первые десятилетия жизни. Но потом она уже сама должна увеличивать его благочестием и духовной деятельностью. Если этого не происходит, если она не приобретает нужной энергии, если над ней не проводится правильный ритуал, дающий для ухода энергетический толчок, она остается здесь до тех пор, пока тело не сгниет. Если же тело сжечь, то душу ничего не будет держать здесь. И она пойдет в соответствии с кармой туда, куда нужно. Хоронить можно только святых и великих благочестивых царей, ибо эманации их негниющих, светящихся тел освящают местность. А сами святые помогают тем, кто к ним обращается.

Чувствую, зеленею. Что-то плохо становится от реалий жизни Шевра. «О» в квадрате расположились по сторонам, ощущаю, как им хочется избавить меня от лишних переживаний. Переглядываются, сочувствуют, пытаются защитить от проявлений моего возрастающего гнева.

- Птичка, - заискивающе говорит Отари, - давай мы тебе еще что-нибудь на «Звезде» покажем. Например, твои покои. Ты же согласилась завтра помогать в латании купола. Кстати, что тебе для этого нужно?

- Нужно? – Задумалась, что мне для этого нужно. – На каждую трещину – по четыре скандия. Но вы меня не отвлекайте. Я княжна, поэтому должна знать, от чего нужно защищать своих подданных.

- Элиниия, - произнес Олитаниир, - ты увидела достаточно. Может, действительно прогуляемся по станции. Ты еще не была в ботаническом саду, спортзале. Я тебе покажу свои мечи, хотя до тебя их просто так никому не показывал. И познакомлю со своим, которого мне подарил твой отец.

В голосе Олитаниира было столько заботы, что я почти согласилась. Но тут камера показала огороженные луга, на которых паслись странные коровы. Рядом не было фермы, а посему, молоко у коров не собиралось.

- Что это? – Спросила у «О» в квадрате. – Почему эти коровы без горбика? И почему у них не собирают молоко.

- Это, Элиниия, стадо императора Шевра, - пояснил Олитаниир. – Этих коров вывели, скрещивая сурен со свиньями. Поэтому у них отсутствует горб, в котором копятся драгоценные металлы и другие добавки, позволяющие давать волшебное, наполненное любовью, молоко. Приближенным императора Шевра нужно не молоко, а мясо этих коров. Здесь господствует теория, что молоко вредно для человека.

В очередной раз мои глаза расширились от изумления.

- Птичка, - тут же заметил Отари, – ты прекрасна, но все-таки мужчины еще могут сопротивляться твоей великолепию. Однако, когда твои глаза от эмоций становятся еще больше и зеленее, голубее или синее, спасения просто нет. Даже я, уставший от жизни тысячелетний путник, готов припасть к твоим нежным стопам и молить о пощаде.

- Отари, ты заболел? – Спросила я. Хотела даже потрогать его лоб, не горячий ли. Но вовремя остановилась: прикасаться к посторонним мужчинам – значит осквернить свой матрис их энергией и судьбой. А иногда даже и взять часть их судьбы на себя - такова природа женщины.

Олитаниир закашлялся и сквозь смех произнес:

- Княжна, вы на себя когда-нибудь смотрите в зеркало?

- Конечно, - возмутилась я, - смотрю.

- И кого вы там видите?

- Себя, естественно.

- Вы к себе, княжна, привыкли. И девушка, которую видите в зеркале, кажется вам обыкновенной.

Смутилась, задумалась. Как-то не было времени оценивать свою внешность: то смерть родителей выбила из колеи, то заточение в замке не давало думать об этом – другие были приоритеты, то ранение и следствие заставляло думать обо всем, кроме своей привлекательности.

- Звездочка, - встрял Отари, - это я к тому, что, когда ты удивляешься и твои большие прекрасные глаза становятся еще больше, мужчинам общаться с тобой становится опасно. Есть возможность утонуть и не всплыть.

- Не заговаривайте мне зубы, - накинулась на них. – Лучше подтвердите мою мысль. Если человек не может переваривать молоко, значит, у него атрофировалась или атрофируется способность любить и воспринимать любовь других. Только такие люди и только такие высокоразумные не могут переваривать молоко. Которое является жидкой религией и любовью. И даже эти видоизмененные коровы могут давать энергетически высококачественное молоко-любовь. То есть император Шевра и его приближенные специально подобным образом ограничивают население в способности к любви.

- Увы, птичка, ты права, - посерьезнел тайный специалист. - Посмотри на эти здания.

Камера приблизилась к большому городу, которому явно не хватало зеленых насаждений и водных поверхностей. Но в котором было много высотных зданий, наверное, земля очень и очень дорогая. Совсем не умеют строить и заботиться о природе и людях. У нас, если брать в среднем, на одного человека гораздо меньше земли, чем на Шевре. Однако благочестие и идеальное государственное планирование позволяют жителям Аквинии жить почти в девственной природе и экологически чистых городах с прекрасной архитектурой. Мы не строим здания из искусственных материалов, которые забирают у высокоразумных энергию. И не строим их такой высоты. Хела, двести этажей! Значит, те, кто живет на высоких этажах, намного чаще болеют и гораздо меньше живут, чем те, кто живет на нижних этажах. Получая в полной мере энергию земли.

- Людей сознательно медленно убивают? – спросила, заранее предполагая положительный ответ.

-Думаешь, полуящеры и их потомки настолько тупы, что не знают законов существования высокоразумных? Они же звери, и не собираются соблюдать законы Вселенной, говорящие о справедливости, милосердии. Они прилетели на Алирию за полезными ископаемыми. И высокоразумными, которых едят. Мы до сих пор блокируем их сигналы в космос, которые, как они надеются, дойдут до их метрополии. Император Шевра с приближенными даже не понимают, что для полуящеров метрополии они являются лишь расходным материалом. Они не являются истинными. Ведь те, кто прилетел на нашу планету тринадцать тысяч лет назад, уже давно умерли. Но их мечту о воссоединении с метрополией до сих пор пытаются воплотить их потомки.

Отари замолчал, а я снова принялась разглядывать чужой и печальный, лишенный энергий любви, город. Над ним вился холодный серый туман, очевидно, на Шевр пришла глубокая осень. И местами крутилась черная энергия, состоявшая из гнева, проклятий, злобы и ненависти.

- Что за черные пятна крутятся над городом? Как около них живут люди? Они ничего не чувствуют?

-Это скотобойни. На них жестоко убивают коров и других животных. И да, люди, и тем более потомки полуящеров, ничего плохого и разрушающего рядом не чувствуют. Они привыкли к трупному яду, алкоголю и другим средствам медленного самоубийства. Их сердца черствы и не ощущают боли убиваемых. Не слышат их плача, не видят их слез. Они даже не хотят думать, что эти птицы и животные, особенно коровы, могут чувствовать, испытывать боль так же, как и люди.

Это стало последней каплей. Не в силах перенести доходящий до станции, а это сто двадцать километров над поверхностью Алирии, вихрь жуткой боли и страданий убиваемых разумных, я поднялась с кресла и почти на ощупь, автоматически, побрела в гостевую. Слезы заливали глаза, но мне было не стыдно. Княжна тоже может плакать. Ибо сопереживание беззащитным животным есть показатель того, что она Человек.

- Каждый правитель Аквинии обязательно должен посетить «Звезду» несколько раз, чтобы понимать, от чего нужно защищать своих подданных.

Голос Олитаниира был тих и спокоен.

- Первый раз мне всю эту гадость показал твой отец. Это было давно. Я так же плакал, как и ты, в этой же гостиной. Никогда не видела второго наследника с распухшим красным носом и глазами? Довольно занимательное было зрелище - единственная истерика в моей жизни. Тогда я дал себе обещание: сделать все, чтобы Аквиния и моя страна никогда не повторили опыт Шевра.

Олитаниир протянул мне платок:

- Прекрасная богиня, вытри слезы. Тогда твой отец сказал мне, что высокоразумные, особенно правители, должны быть детьми Хелы и Аная. Во-первых, ответственно выполняя свои обязанности, доверять Всевышнему. Ибо Он всегда ведет и помогает. Правитель – всего лишь посредник между Богом и подданными. И, во-вторых. Ребенок – это постоянно развивающаяся личность, ему приходится сначала познавать свое тело, потом окружающую реальность. Малыш постоянно учится, постоянно решает новые задачи для тела, ума, разума, чувств, эмоций, души. Также и человек, особенно правитель. Чтобы не деградировать, развивать мышление. Сейчас тебе поставили задачу на долгие годы. Совершенствоваться, учиться защищать подданных, подниматься с одной ступени на другую. И уповать на помощь Хелы. Это благословение, жизнь – развитие.

Слезы уже высохли, и я с изумлением смотрела на эльфийского принца, который говорил со мной почти словами отца. Мужественное лицо Олитаниира сияло разумом и сочувствием. Большие зеленые глаза лучились мудростью, а слова падали на сердце, как бальзам.

- Каждый получает идеальное тело. Идеальное тело для решения задач именно в этой жизни. Подумай, какие задачи стоят перед тобой? Твое тело идеально для правительницы-жрицы, которая может полностью реализовать свой творческий потенциал как личность, как женщина, как княгиня. Все очень просто: живи вкусно, сочно, искренне. Это счастье.

Действительно, это ведь нормально, когда живешь в изобилии, любви, искренне. Просмотр реалий Шевра выбил меня из колеи, лишил направления. Как там говорила мама? Когда уходит понимание себя и наступают разные непонятки, вспомни, кто ты? Где ты? Что надо делать?

Я есть. Я – душа, имеющая тело княжны Элинии Ладийской.

Я здесь, на планете Алирия. У меня есть княжество и обязанности по отношению к нему, а также Империи. Есть личная жизнь.

Я сейчас – передо мной ставят новые задачи, чтобы я развивала сознание.

Цели жизни: здоровье, красота, юность, Хела.

Здоровье – физическое, нравственное и духовное.

Красота – физическая, душевная и духовная.

Юность – всегда выглядеть максимально молодо для своего возраста. Особенно молодость проявляется через глаза – зеркало души.

А принципы здоровья, красоты и юности должны выстроить жизнь так, чтобы в момент выхода из тела тебя встретили Хела и Анай. И отвели в Свои пространства, где царят вечность, знание и блаженство. И вечное настоящее время, которое заставляет именно сейчас взять себя в руки и заняться делом.

- А что нам сейчас предстоит, – поинтересовалась у Олитаниира.

Принц рассмеялся: «Ты, Элиниия, сверхженщина. Только они имеют такой мобильный ум, высокую степень выживаемости и неискоренимый позитивизм». И добавил тихо: «Авириан бы тобой гордился».

Поздний обед прибавил настроения, и в тренировочный зал я шла, буквально подпрыгивая от переполнявшей меня энергии. Рядом шли «О» в квадрате и делились впечатлениями об изменениях на станции. Оба давно не бывали на «Звезде».

- А сколько вам лет? – Спросила обоих. – Ты, Отари, совсем не выглядишь на тысячу лет. А тебе, Олитаниир, точно не больше двухсот лет.

- Птичка, - фыркнул Отари, - сейчас тебе по энергиям и движениям придется определить наш возраст самой. Это один из уроков.

«Ладно,- подумала, - определю, качество энергий и движений обычно дает точную характеристику индивидуума. Интересно, кто же такой Отари и сколько ему лет?»

Тренировочный зал «Звезды» оказался огромным. Вместо разминки Отари устроил игру в догонялки, а потом заставил меня и принца разными способами, вернее, разными частыми тела, забивать мячи в небольшое отверстие на стене.

- Теперь – боевые танцы, желательно с эмоциями, - заявил в конце концов Отари. – Достаем мечи. Эли, принц – вперед.

По дороге в зал договорились быть друзьями и называть друг друга короткими именами. Поэтому теперь я для них Эли, а они для меня Оти и Олит.

- Эли, в виде исключения, показываю тебе мои тайные мечи. - Олит сделал какой-то жест правой кистью. И у него за спиной проявились два сияющих меча, наполненных древностью и мощью.

Знакомых мне меча, которые я долго и часто рассматривала в воспоминаниях Кедроса! Чувства всколыхнулись, насыщая матрис энергиями радости. Оти и Олит изумленно рассматривали меня, переглядываясь и разговаривая мысленно. Типа, что это с княжной? Может, отравилась на обеде?

Не ожидали такого проявления чувств от меня? А я могу! Я еще не то могу, представляя, как два моих друга будут радоваться! Как девчонка, хотя, почему как? Я, как девчонка, прыгала вокруг принца и кричала от души: «Нашла, нашла! Как они будут рады!»

Поняв, что дикое проявление моих эмоций не остановить и что они не добьются от меня ничего, пока я не приду в себя, Оти и Олит начали танец. Хела, как красиво! Мои чувства тут же успокоились, и я застыла, наслаждаясь совершенным тренировочным боем. Противники были не равны по мастерству, принц явно уступал Отари в технике и скорости. Сказывался, думаю, опыт, ибо, судя по всему, Отари намного старше Олита. Движения обоих мужчин размазывались в пространстве, а мечи звенели тонкими звуковыми искрящимися вспышками. Минут через двадцать танец стал замедляться, и вот, наконец, партнеры застыли напротив друг друга. На лицах – удовольствие, в телах – расслабленность. Эльф поклонился Отари и поблагодарил за урок. Я тут же от нетерпения материализовалась перед принцем и с затаенным восхищением спросила:

- Терениэль?

- Откуда ты?... – Глаза Олита расширились. - Даже родители и учитель не знают…

- А я знаю! – Довольная улыбка не сходила с моего лица. - Рассказы о тебе помогли мне выжить. Кстати, ты же был во дворце. Почему Метиос тебя не узнал?

Потрясенный Олит сделал шаг назад:

- Метиос? Ты их знаешь?

- Конечно! Что тут непонятного? Ты тоже их знаешь в этой жизни. Это императорский дворец. А замок Ладийских – Кедрос. Именно Кедрос показывал мне тебя и мечи. Понял?

- Может, мне объяснят, что здесь происходит? – поинтересовался даже не запыхавшийся после танца с мечами Оти.

Повернулась к нему и мило улыбнулась:

- А это наш секрет, лир Талнийский, восьмисот пятидесяти лет от роду. Я права?

Отари внимательно посмотрел мне в глаза и проникновенно сказал:

- А ты полна загадок, Эли. И если уж мы стали друзьями, Хела поможет нам троим узнать друг друга.

Глава 16

Попрыгала, снаряжение звуков не издавало, значит, можно выходить из «Стремительного», так назывался наш магопланетолет. Опустила маску, рядом то же самое сделали «О» в квадрате. Вдруг во мне что-то щелкнуло. И я посмотрела на помощника пилота. Его вороватый взгляд не внушал мне доверия с начала полета. Вглядывалась в мужчину внимательно, но матрис его был чистым, спокойным. Волнение и капельки пота! Он боялся того, что должен будет сделать. Повернулась к Отари, жестом показала, что рядом враг. Несколько секунд - и помощник пилота, пуская слюни и находясь в невменяемом состоянии, рассказывает, что должен оборвать тросы, которыми мы крепимся к «Стремительному». Олит посмотрел вниз из распахнутого люка и мысленно произнес: «Луч зомби, снизу нас сопровождают шеврийцы. Точно будут чинить помехи».

Дала понять, чтобы не мешали, и устроилась на полу. Отари тут же ушел к пилоту, защищать всячески, а я сосредоточилась. Сознание устремилось вниз, в магопланетолет шеврийцев. Старовата у них техника, у нас такая была примерно шесть тысяч лет назад. Но луч зомби – наше открытие последних столетий. Он пробивает мощные щиты дворян, кроме Первого и второго круга. И используется только в тайной войне с Шевром. Откуда он у них?

Лица пилотов и ученых напряжены, шеврийцы ждут результата воздействия луча. А вот и он! Моя ментальная энергия оборачивается вокруг голов людей, находящихся в аппарате. Считываю информацию. Устройство луча изготовлено в единственном экземпляре. И о, счастье, находится именно на этом аппарате. Поэтому приказываю пилотам подвести машину к началу трещины. И жгутом силы вытаскиваю всех людей сначала из аппарата, потом из-под купола. Олит мне очень помогает, беря на себя грубые магические действия. Двадцать минут, и пятеро шеврийцев в стазисе лежат в закутке нашего магопланетолета. Лир Дорожени просил взять языков, желательно побольше. Их же аппарат на автопилоте висит внизу, показывая земле, что все хорошо.

Трос опускает меня на купол, Олит рядом: страхует и защищает. Сила и сознание растекаются по краям трещины, вдавливаю в магопластик по очереди четыре скандия. Магопластик вибрирует и, следуя моему желанию, стягивается. Уф! Одну трещину убрали. Благодарно смотрю на Олита, его сила очень созвучна моей. И быть с ним в команде комфортно, еще никто так не понимал с полувздоха мои слова, мысли и движения. Отари втянул нас в «Стремительный». А шеврийский аппарат сорвался в пике и врезался в пункт наблюдения. Взрыв!

На следующих трещинах было уже легче, так как дежурившие рядом шеврийские летательные аппараты луча зомби не имели. Отари страховал нас, и ко всеобщему удовольствию через несколько часов трещины в куполе над Шевром перестали существовать.

- А что будет с пленниками? – спросила у начальника станции, когда мы вечером пили нектар с разными вкусностями.

- Как обычно, отправим в закрытый дом отдыха, где их здоровье приведут в порядок. Видели, какая там экология? – Дорожени задумался. – Лет сто назад, будучи лейтенантом-десантником, пришлось спускаться несколько раз на Шевр. Это, скажу я вам, то еще «наслаждение»! На этом материке уже давно нечем дышать, все изгажено. Чистая вода осталась только в поместьях знати и храмовников. После таких вылазок все сотрудники «Звезды» обязательно проходят реабилитацию. Шеврийцам на Аквинии сначала приходится трудно: чистый воздух, еда, человеческие отношения. Естественно, вся информация с них считывается. А потом предоставляется право остаться в Империи, но только если они изменяются и становятся, как мы. Оздоравливаются, женятся. И вместо ста лет живут семьсот, некоторые до тысячи дотягивают.

Мое лицо, наверное, стало кислым. Почему папа, готовя меня как княжну и замену себе, не дал точной информации о тайных операциях на Шевре. Он, скорее всего, их курировал вместе с канцелярией.

- Не расстраивайся, птичка, - попросил Отари, - рано тебе было тогда обо всем этом знать. Подростковая психика, особенно девичья, вещь хрупкая.

И видя мое недоумение, рассмеялся:

- У тебя же на лице все написано. И потом, существует негласный уговор, беречь нервы детей аристократов от реальной жизни Шевра. Чтобы, когда их психика устоится, они смогли адекватно все оценить.

- А вы, вернее, сотрудники «Звезды», можете хулиганить? – Обратилась к Дорожени.

- Как хулиганить? – поперхнулся нектаром начальник станции.

- Например, показывать что-нибудь эдакое в облаках, вдохновлять или пугать. Надо же дать понять, что есть наказание за зло и жестокость. И награда за любовь и доброту.

- Почему бы и нет? – Поддержал меня принц. Его глаза, полные зелени лесов, смеялись. – Я бы тоже поучаствовал!

Лир Дорожени вопросительно посмотрел на Отари. Мол, ваши полномочия превышают мои. Разрешаете? Отари сделал вид, что напряженно думает. Но его хитрый взгляд говорил о том, что создавать иллюзии в небесах Шевра мы будем втроем.

Перед простыми шеврийцами я предстала в нескольких вариантах Хелы и Алирии. Мне было безумно жаль людей, живущих, подобно рабам. Ведь алчущие власти и денег аристократишки и торгаши, грешные храмовники безжалостно их использовали и обманывали. Лишали их возможности понять, настолько они божественны! Насколько они могут быть счастливыми! Мои огромные, в полнеба, на разных частях материка, фигуры предстали перед изумленными людьми, вызывая трепет и благоговение. А когда в воздухе разлились мои «божественные» звуки, люди вообще упали на колени.

Избавьтесь, дети, от оков

Иллюзий и обмана.

Примите радость и любовь.

Чтоб возродилась земля вновь!

Чтоб мудрость проявилась в вас!

Сердец чтоб светоч не угас,

Ты встань на Путь ко мне сейчас.

Не знаю, что говорили императору и его приближенным, а также лживым храмовникам Отари и Олитаниир, но впечатление было произведено огромное. По крайней мере, все сотрудники, дежурившие у мониторов, встретили нас одобрительными возгласами. А лир Дорожени попросил и завтра обрадовать население Шевра вдохновляющими на развитие благочестия и человечности божественными откровениями.

Над Саротосом, небольшим провинциальным городом Шевра, парила богиня. Иллюзия была очень хороша, даже Отари похвалил. Огромная молодая женщина, одетая в простые, но изысканные одежды, действительно впечатляла. Разведенные в стороны руки, казалось, хотели обнять всю планету и залить ее неиссякаемой материнской любовью. Зрителей собралось уже немало, и многие снимали богиню на достаточно примитивные устройства. Чтобы потом выложить в магосеть Шевра, она, кстати, была уже наполнена предыдущими явлениями иллюзий богинь. Власти, маги, воинские подразделения делали все, чтобы о «явлениях» знало как можно меньше людей. Администрация направляла полицию или солдат на разгон зрителей, маги пытались иллюзию развеять. Раньше у них это получалось, со «Звезды» предпринимались попытки таким образом воздействовать на жителей разных городов. Но у наших военных магов не было иммунитета к ущербной силе Шевра, не было механизма противодействия. Поэтому их иллюзии достаточно быстро развеивались.

Моим же «богиням» все действия шевромагии ничем не грозили. И сегодня я решила похулиганить еще больше. Итак, «богиня» распростерла руки, а из ее уст полились слова и стихи.

Женщина – воплощенная любовь, ибо любовь во всех проявлениях – ее суть.

Любовь – она ведь навсегда.

На длинные, короткие года,

На все закаты и рассветы,

Друзей и близких разные приветы.

Любовь – она ведь навсегда.

На каждый блик божественного света.

И на хорошие, плохие времена,

И в ожидании ответа.

Любовь – она ведь навсегда.

На все пути, на все дороги.

Она обходит все тревоги

И раскрывает с нежностью себя.

Любовь – она ведь навсегда.

С колен поднимет и возвысит.

Наполнит радостью тебя,

Все ожидания превысит.

Любовь – она ведь навсегда.

С рождения – и в бесконечность.

Она на все, на все года.

Она – бескрайняя, божественная вечность.

На улицах города появились военные, чтобы разгонять людей. И маги на крыше мэрии, которые попытались огненными шарами иллюзию развеять. Но сегодня я хулиганю больше, чем обычно! Шары, наткнувшись на незримую преграду, были отброшены назад. Более того, вернулись к тем, кто их послал.Мэрия загорелась, а десяток магов, находящихся на ее крыше, горящими мячиками попрыгали на землю.

Моя же иллюзия продолжила, обращаясь к женщинам, вещать далее.

Велеречивой будь, прекрасной!

И жизнь была чтоб не напрасной!

Удачной, сладкой и крутой!

И никогда чтоб на покой!

Чтоб океаны мирозданья

Дарили радость, знанье, мощь!

Чтобы могла ты затеряться

В любви божественной великих, тайных рощ!

Чтоб ветер уносил печали, беды!

Чтоб навсегда затих тревоги перезвон!

Чтоб счастие и зов победы

Установили свой закон!

Богиня, нежность, красота,

Ты по Пути идешь всегда!

С тобой в Пути благословенья!

Запомни все великие мгновенья.

Вселенная пусть рядышком идет

И песню радости поет!

Люби себя, и мир, и Бога!

Усыпана пусть благостью твоя Дорога!

---------------------------------

Все стихи в романе написаны автором.

Спутник показывал вдохновленные лица женщин, которые всегда имели обреченное и жалкое выражение. А какое выражение лица должны иметь женщины, если они считаются собственностью грубых, бескультурных, не умеющих любить мужчин? В сельской местности ни о каком равноправии между мужчинами и женщинами не было и речи. Женщина здесь была бесправным существом, которое мужчина мог насиловать, избивать, морить голодом и даже убивать. В больших же городах равенство состояло в том, что женщине разрешалось заниматься мужской деятельностью, а мужчинам – женской. И то, и другое нарушало все законы Вселенной и здравомыслия.

Высокоразумные создавались по образу и подобию Хелы и Аная. И, естественно, женщины имели качества Хелы, Абсолютной Женщины, в соответствии с которыми у них были свои обязанности перед собой, семьей, обществом, государством и Всевышним.

Мужчины имели качества Аная, Абсолютного Мужчины, в соответствии с которыми у них были другие обязанности. И в священных книгах, называвшихся инструкцией по деятельности Вселенной, говорилось: качества мужчин и женщин разные, а значит, разные и обязанности. Но перед обществом, государством, Вселенной и Богом эти обязанности и качества равны и одинаково важны.

На Шевре все было доведено почти до абсурда. И женщины загонялись в угол. Я даже задумалась, есть ли у властей разум, ведь только идиоты могут так относиться к тем, кто вынашивает, рожает и воспитывает будущее поколение. Озверевшая, униженная, доведенная до отчаяния женщина, скорее погибнет, вцепившись в горло врагу, чем позволит с собой так обращаться дальше. Наша спутниковая разведка уже отметила создание нескольких центров женского Сопротивления. Деятельность которого включала в себя помощь самым пострадавшим, а также жестокие убийства мужчин-тиранов и насильников.

Поэтому «богиня» вещала дальше. Немного усилий, и слова уже не только говорились, но и писались огненными буквами на небе. Это, пожалуй, улучшит действия «Звезды», ведь написанное огнем увидят жители еще нескольких городков рядом.

Проснись, милая! Оглянись вокруг, посмотри в себя! Кто ты? Для чего живешь? Неужели только для того, чтобы работать по двенадцать часов, забывая о вкусе жизни, сладости взаимоотношений с близкими, о совершенствовании? Сейчас большинство людей живут обманом. Тебя обманывают служащие, производители продуктов, вещей, услуг и пр. В подобном мире сложно жить. Но у тебя есть ты – светлая, чистая, прекрасная, нежная, с глубоким внутренним миром и неограниченным могуществом. Даже посреди обманов оставайся собой! Следуй пути добра, счастья и любви ко всему живому!

Ты разучилась любить, в том числе своего мужчину. А у него должен отсутствовать страх, что его не любят. При отсутствии этого страха ему легко понять тебя, твои запросы. Легко не чувствовать себя виноватым, легко не озлобляться на жизнь. Когда мужчина чувствует, что любимая его любит, он способен свернуть горы.

Несколько военных начали избивать женщин, пытаясь вырвать у них снимающие устройства. Ударила в негодяев небольшими разрядами молний. Изображение того, как мужчины в горящей форме подпрыгивают и кричат, тут же ушло в магосеть.

Человек должен быть разумным, Ведь ему столько дано! Он должен задавать вопросы: «Кто я? Зачем живу? В чем моя миссия на этой планете?» Он должен развиваться, творить, сопереживать. Человеку жизненно важно знать о своих предках, истории, ибо знание включает в нем механизмы совершенствования, записанные на уровне ДНК.

Школа жизни, взаимоотношения с собой, людьми, другими существами – практика духовного роста. Человеку просто необходимо познавать секреты взаимоотношений с противоположным полом, семьей, коллективом, обществом, Богом. Это приносит удачу, успех, радость и процветание. Такие осознанные взаимоотношения помогают решать задачи, тянущиеся с прошлых жизней. А также высвобождают огромные ресурсы для достижения целей жизни и духовного развития.

Поморщилась. Думаю, спонтанность здесь не очень хороша. Надо готовить текст заранее, чтобы говорить с шеврийками проще. Но сейчас – как получилось.

- Лия, повторяю вопрос, - Отари внимательно посмотрел на меня. – Что бы ты делала в данной ситуации, если бы занимала пост моего отца?

Да, мы – я, Отари и Олитаниир - выяснили отношения. И, понимая, что, скорее всего, нам придется сотрудничать и дальше, поделились друг с другом разными тайнами. Конечно, в разумных пределах. И дали клятвы, что эти тайны останутся при нас. Отари признался, что является наследником рода Талнийских, которого вынуждены были воспитывать, обучать вне семьи, так как по предсказанию знаменитого Лаурития, жреца Хелы, именно за наследниками Ладийских и Талнийских в первую очередь станет охотиться разведка Шевра. Хищно тогда усмехнулась: посмотрим, кто за кем будет охотиться.

Олитаниир действительно оказался Терениэлем из рассказа Кедроса. И мы первые, кому он в этом признался. Слишком хорошо Олит помнил ту жизнь, слишком многих, дорогих существ тогда потерял. Воспоминания о них очень болезненны и приходят постепенно. И принц решил сначала с ними разобраться: правильно ли выучил уроки той жизни и над какими ошибками трудиться в этой.

Наблюдение за жизнью Шевра очень изменили мое отношение к своей жизни, ее цели. Вернее, цель осталась прежней – самосовершенствование и отношения с Хелой. Но уроки, которые я прошла за последние три года, после ужасов Шевра казались не такими страшными. И одним из методов совершенствования я решила выбрать спасение жителей проклятого материка. За несколько недель на «Звезде» я настолько прониклась их бедственным положением, что создала программу изменения их сознания. Которое должно привести население к избавлению от режима императора-полуящера и его подпевал лжеаристократов.

В жизни Шевра было много разных моментов, благодаря которым его население деградировало. Например, рабское сознание. Когда человек перестает нести ответственность за свою жизнь и называет свой труд работой, большая часть его внутренних, психических, физических ресурсов закрывается. Часть слова «работа» – «раб» - блокирует развитие энергии, самосовершенствования, сознание становится рабским. У раба отсутствует способность любить и развиваться. Женщина с рабским сознанием не может родить, воспитать ребенка с сознанием воли, внутренней свободы. Чтобы жить достойно, людям надо воспринимать свою трудовую деятельность как основу самоутверждения в обществе, служение Хеле и сотворчества с Ней и своим родом. Работа – каторга для души, а труд, трудовое развитие – совершенствование физическое, осознание себя и мира, своего места в нем. Труд – проявление в себе творческого потенциала Абсолюта, служение Ему в своем развитии.

Школа жизни, отношения с собой, людьми, другими существами – практика и духовного, и материального роста. Человеку просто необходимо познавать секреты взаимоотношений с противоположным полом, семьей, коллективом, обществом, Богом. Это приносит удачу, успех, радость и процветание. Такие осознанные взаимоотношения помогают решать задачи, тянущиеся с прошлых жизней. А также высвобождают огромные ресурсы для достижения целей жизни и саморазвития.

Или… На Шевре люди не понимали значение своего тела. Не понимали, что в духовное и просто в человеческое развитие входит установление любовных отношений со своим телом, каждой его клеточкой. Ибо тело – храм души и храм Всевышнего. Тело – не только кости, мышцы, внутренние органы, но и Дом, в котором живет Бог, человек (душа), а также миллиарды клеточек, которые имеют свое сознание. И от человека, главной души в этом Доме, зависит развитие сознания каждой клетки. В центре которой находится второстепенная для тела душа. Дом – тело – храм – это совокупное сознание Бога, который пребывает в сердце человека. А также самого человека (главной души) и сознания душ-клеток. Главная душа – ты - наводит в своем Доме-теле порядок и подготавливает его к любовному служению Хеле. Когда каждая клетка тела начинает развивать свое сознание, формироваться духовно и служить Богу, жить становится намного легче и счастливее. Потому что понимаешь свою суть и предназначение.

Или… Многие люди на Шевре мечтают об очень и очень долгой жизни. С затаенным дыханием они слушают легенды о жителях вражеской Аквинии, которые живут от полутора до трех тысяч лет. И хотят жить столько же. Они мечтают отработать на хозяев сколько-то лет, а потом, в старости, посвятить себя себе. Но не понимают, для чего эта долгая жизнь им нужна. Для сексуальных наслаждений? Путешествий? Жизни в маленьком домике на зачуханной природе? Для чего? Что будет делать человек Шевра, живя 250, 500, 1000 и более лет? Власть, богатства, путешествия, секс достаточно быстро надоедают.

В Империи каждый знает: долгую жизнь нужно тратить на развитие отношений с любимыми, детьми, предками, творческое развитие, познание Вселенной и себя, духовное совершенствование, установление связи с Хелой. Имперцы всю жизнь учатся любить себя и Бога. А если нет правильного понимания долголетия, то оно бессмысленно.

Вселенной правит эволюция, жизнь есть движение и совершенствование. Если сейчас ты ученик – пропитывайся идеями наставников, следуй их методам, усиливай восприятие, очищай чувства и сознание. Учись лучше, отвергай гордыню. И тогда ты созреешь, реализуешь в сердце теорию. И удивишься: многое, что раньше было непонятным, вдруг стало четким и ясным. Это окончание очередного этапа и награда за искреннее ученичество. Я хорошо выучила урок, отдохнула, расставила все на свои места – и снова в путь, вверх, на новый этап, в новый урок.

И, самое главное, за эти недели я ни разу не вспомнила о Сертаине. Где он? Что с ним? Такое ощущение, что Хела стерла воспоминания о бывшем возлюбленном, показав мужчин, которым стоит доверять. Которых стоит уважать. Которые не предадут тебя из-за неподтвержденных фактов, смазливого личика и огромной суммы, благодаря которой можно доказать отцу-императору свою значимость, самоутвердиться, реализовав какие-то проекты.

- Лия, я жду, - напомнил о себе Отари.

- Я сыграла бы на опережение, у нас есть еще лет двадцать-тридцать до предполагаемой агрессии. Не надо ждать вторжения и разоблачать пятую колонну. Надо перенести борьбу на территорию Шевра, развить в населении человеческое сознание и подготовить движение сопротивления полуящерам. Можно совершить бескровный переворот. Ибо человек, осознающий себя и свои возможности, гораздо сильнее полуящеров и физически, и психически, и духовно.

Посмотрела на Олита. Он довольно улыбался и, соглашаясь, кивал головой.

- Отари, видишь, какая смена растет! Не зря Авириан вкладывал все силы в воспитание дочери. Какой скандий получился! Какой цветок!

Олит поймал мой взгляд:

- Любимица Хелы, несколько лет назад ты создала для меня волшебный элеэний. Да, я был в составе той делегации, которую ты возмутила и восхитила своим мастерством. Потом я любовался твоим искусством ритоила незадолго до… Прости. И твоим танцем на границе с Миктэлем.

- Ты видел, как я танцевала на полигоне?

- Птичка, мы оба видели твой несравненный танец. Ты была великолепна, а мы после гуляния по горам насладились, благодаря биноклям, красотой и силой энергий Ладийских. Я тогда пообещал Олитанииру, что обязательно подарю что-нибудь эдакое той, чья прекрасная душа может создать подобный шедевр.

В словах Отари не было насмешки, а взгляд был серьезен. Ему действительно понравился мой танец. Приятно.

- В очередной раз восхищаясь тобой, удивительная нежность, дарю твоему сердцу созданный уже мною элеэниий.

И Олитаниир протянул мне, возникший из ниоткуда, волшебный цветок. Элеэний принца сиял розово-белыми энергиями и был наполнен всеми чувствами эльфа. Я ощутила чистоту души Олитаниира, его могущество, а также искреннее восхищение, робкую нежность и счастье, что я просто есть в его жизни. Все мои чувства были ошеломлены тем, что вложил в элеэниий принц. Я изумленно замерла, не зная, что сказать и что сделать.

И не ко времени подумала, насколько несчастны шеврийцы, которые могут воспринимать слова и действия только через физическое зрение, слух, обоняние и осязание. Поэтому они и понимают друг друга плохо, ибо из-за грязной, неблагочестивой жизни большинство их чувств спит. Они не могут полностью считывать информацию, например, с таких вот подарков. Не могут осознать их значимость, почувствовать искренность. Да они вообще не могут увидеть созданный принцем элеэниий.

Ответить на такую искренность я могла только одним. Сначала прижала к груди правую ладонь, а потом протянула ее Олиту. В созданный небесный, сияющий лотос я вложила энергии Хелы, энергии созидания, мое искреннее восхищение принцем и капельку своей души. Если элеэниий эльфа пах свежестью леса, радостью зари и прозрачностью ветра, то мой небесный лотос нес запахи океана, падающих звезд и умиротворения танца. Принц принял лотос и вложил его в свое сердце. Затем его глаза расширились и он потрясенно выдохнул:

- Не может быть!

Мы с Отари переглянулись и одновременно спросили: «Что случилось?» Но Олитаниир молчал, блаженно закрыв глаза. И только через несколько минут произнес:

- Правильно моя матушка утверждает: «С Неба падают мечты. Лови, сынок, которые нравятся, и исполняй себе. Ты можешь!» А еще она говорит: «Зачем жить прошлым? Сделай выводы, живи в настоящем, готовь будущее!»

- А еще твоя матушка говорит: «Растворись в нежности к миру! И он тебя заобнимает…» - Рассмеялся Отари. – Эльф сентиментальный, я тебя сейчас так заобнимаю! Что напел тебе лотос Лии?

Олитаниир, наконец, открыл глаза и очень серьезно сказал:

- Ты сделала мне подарок. Необычайный, огромный, который многое помог понять и оценить. Я не могу сказать тебе все, но поверь, это одна из самых больших ценностей, которые я получил в этой жизни.

Глава 16

- Олит, что это значит? И почему мой подарок для тебя необычаен?

Эльфийский принц посмотрел на меня сквозь ресницы, длинные и красивые, кстати, и шепотом произнес:

- Оказывается, я давно тебя знаю, просто не подозревал. А Метиос с Кедросом меня не узнали потому, что аура и уровень силы сейчас намного выше, чем тогда, когда я был Терениэлем. Вернемся во дворец, я обязательно поговорю со старым другом. Нам есть, что вспомнить.

Я радостно улыбнулась:

- Ты не представляешь, как братья тебя любят. Кедрос рассказывал, как они тосковали после твоего исчезновения. И именно в поиске тебя, вдруг ты уже где-то воплотился, решили осесть на какой-нибудь планете, положившись на милость Хелы.

- Эли, ты – истинная Женщина, подобная богине процветания. Как только ты лично проявилась в моей жизни, я получаю хорошие известия и подарки. В том числе и от тебя.

- Знаете, что это означает? – Вмешался в разговор Отари, обращаясь к нам.

Я и Олит кивнули. Одним из признаков того, что мужчина подходит женщине, а женщина - мужчине, является улучшение его материального, душевного и духовного состояния. Начинают вдруг разрешаться разного вида его проблемы, увеличивается прибыль, внутри наступает умиротворение. Наше общение явно идет на пользу и мне, и Олитанииру. Но для меня это ничего не значит. Сертаин, благодаря моей энергии, тоже очень много приобрел. Да только не оценил и променял на похотливую… Ладно, не буду говорить, кого. Задумалась… А ведь я уже совсем не переживаю тех страданий, горечи от предательства Сертаина. Скорее всего, потому, что последствия в конечном счете оказались очень даже положительными. У меня никогда не было таких друзей, как Отари и Олитаниир. И навряд ли я смогла бы, будучи женой сына императора, серьезно помогать «Звезде» и Шевру. После осознания этих истин на сердце стало очень легко и радостно. А сделаю я еще один подарок принцу. И для Отари что-нибудь найду.

- Ваше высочество, - начала высокопарно, - для вас…

Не успела даже толком начать предложение, как в помещении раздался сладкий звон серебряных колокольчиков. И перед нами появилась Алирия. Да, сама богиня планеты Алирия. Всех нас с ней связывали разные, но очень нежные дружеские отношения. Поэтому наша троица резко встала и склонилась перед ней. Богиня улыбнулась, приветствуя, и благословила. Из ее правой ладони полилось золотое сияние, которое впиталось в наши тела. Только и осталось, что округлить глаза и восхищенно произнести: «Благодарим, матушка, за приумноженное здоровье, могущество, защиту!» А мне пришлось еще и покраснеть, ибо на ушко Алирия все-таки шепнула: «Присмотрись! Будешь с ним счастлива!»

И вот, картина маслом: веселящаяся прекрасная богиня, я с красными щеками, круглыми глазами и открытым ртом. И «О» в квадрате, совершенно не понимающие, что происходит. Поэтому коленопреклоненные и с удивленными лицами.

- Дети мои, - Алирия создала себе трон и с удобством на нем устроилась, - я довольна тем, как вы хулиганите. Отдельная благодарность за уничтожение трещин.

Богиня вздохнула, а серебряные украшения вокруг лица печально зазвенели.

- Очень тяжело нести на себе Шевр, подобный страшной, разъедающей опухоли. Я и мои помощники пытаемся помогать тем, кому еще можно помочь. Но их становится все меньше и меньше. Люди теряют веру. Элиниия, ты поможешь мне?

- Конечно, моя богиня!

Я приложила правую руку к сердцу. Алирия для меня - богиня в последнюю очередь. В первую – старшая сестра, подруга и та, кто искренне предана Хеле. Обычно у нас менее формальное общение, но иногда этикет нужно соблюдать.

- Элиниия, завтра мы пойдем с тобой хулиганить вместе. А вы, мои дорогие, - Алирия посмотрела на «О» в квадрате, - будете нас страховать на «Стремительном». К полудню будьте готовы.

Алирия медленно растаяла, но еще минут двадцать был слышен звон серебряных колокольчиков и тихий заливистый смех. Примерно столько мы и находились в полном изумлении, не понимая, что все это значит.

- Во всем этом есть, несомненно, большой плюс, - наконец, заявил, как самый старший, Отари. – Если сама Алирия, я бы сказал, очень непростая богиня даже на фоне владык других планет, предложила вместе похулиганить… Это может означать только одно! Мы этого достойны! Наши мысли, тела, чувства, матрисы чисты настолько, что сама Алирия идет с нами на достаточно опасное – для нас! - дело.

Мы хулиганили.

Ярко светило солнце, теплый ветер играл опавшими листьями на дорожках большого парка. Я сидела рядом с Алирией в маленьком, только на двоих, никому не видимом планетолете. Перед нами, на сцене летнего театра, стоял пузатый священник, проповедовавший примерно тремстам женщинам. Которые, очевидно, принадлежали разным сословиям, ибо кто-то из них был одет бедно, кто-то достойно, а кто-то очень богато. Священник брызгал слюнями и часто повторял: «Вы должны быть счастливы, что можете служить мужчинам, у которых есть душа. Помните, женщины и другие существа не имеют души. Душу имеют только мужчины!!!» Я уже перестала удивляться храмовникам Шевра, толковавшим Писания Хелы и Аная в соответствии со своими низменными желаниями и тупостью. Поэтому после очередной глупости: «Женщины не способны понять Бога! Только забыв обо всем и только удовлетворяя прихоти мужа, она может получить милость Аная!» - выпустила из сферы иллюзию. Над сценой появилась большая фигура Хелы, а ветер и магия понесли Ее весть:

Женщина, ты прекрасна!

Свет звезд в твоих очах мерцает,

В них тайны мироздания живут.

И жизнь, и смерть тебя не впечатляют,

Тебя Любовь к Нему (Анаю) вдохновляет.

К Нему лишь мысли и желания влекут.

Твоя краса достойна рая, а качества – божественной любви.

Ты сказка, сладость, нега неземная.

Чарующий ты флейты зов в ночи.

Общественная проповедь замерла. Священник стал оглядываться, ища того, кто его прервал. Следуя знакам помощников, обернулся. Толстое лицо изумленно вытянулось, рот открылся. А волшебство Алирии разносилось ветром по парку и большей части столицы Шевра, а также снимками по магосети.

Расцветший лотос, очарование и нежность.

Мечта свершений, радости надежд.

Ветра космические, тайны звезд, удача, фруктовый сад и ласковый рассвет.

Все это ты, божественная и земная, искрящаяся россыпью любви.

Творец Вселенной подтверждает:

«Чудесна и прекрасна ты!»

- Ты, ты ч… то, что несешь? Ты еретичка! Замолчи! – Священник бегал по сцене, пытаясь допрыгнуть до фигуры Хелы и ударить Ее. Через несколько минут к нему присоединились другие храмовники. Вся эта компания бегала, вопила, призывала арестовать еретичку, которая искажает Писания.

Алария смотрела и печально улыбалась. А потом тихо произнесла:

- Милые мои, заблудшие. Как же больно наблюдать ваше падение. Но моя любовь спасет вас, ибо любовь матери безмерна.

Заметив мой понимающий взгляд, богиня продолжила:

- Этот священник когда-то был чудесным, искренним ребенком – сыном моей жрицы. Ее убили храмовники. А мальчика превратили в фанатика, хама от религии. У которого отсутствует уважение к себе и осознание себя. Все его поведение буквально кричит: «Люди! У меня эмоциональный голод, я не уверен в себе, ибо на моих глазах убили мать. И чтобы принять себя, поверить в себя и свою силу, я навязываю вам свое мнение!»

Женщины, пришедшие на обязательную проповедь, сначала в изумлении смотрели на сцену. А потом начали смеяться. Ибо, наоскорбляв Саму Верховную Богиню процветания, храмовник тут же получил возмездие. Теперь он и его помощники пытались сбежать, но невидимый барьер не позволял этого сделать. Он окружил сцену, и под хохот женщин священник и его подпевалы прыгали через аппаратуру, стулья, столы, пытаясь убежать от огненных шаров, поджаривающих их ягодицы. Наконец, барьер исчез. А на сцене животом вниз остались лежать работники Храма, ранее с усердием проповедовавшие ничтожность женщин и других высокоразумных.

А над парком и столицей неслись, звенели слова Хелы – Богини счастья, любви и процветания. Неслись и звенели над телами священнослужителей, пропахшими трупами, алкоголем и другими грехами, с плачущими и негодующими лицами. Звенели над рядами скамеек, на которых сидели женщины с уже расправленными плечами. Неслись над магистралями, между высоток, убегая через поля и леса к другим городам. Звенели в магосети, давая людям надежду, что в их жизни еще возможна радость.

Ты - женщина! Богиня и краса!

Твое величие непостижимо.

У ног твоих – твердыня не одна.

Твои достоинства неисчислимы!

Планетолет мгновенно перемещался из города в город. Над окраиной одного из них богиня изумленно застыла, а потом перенесла нас в дом среднего достатка, в котором, как оказалось, умирал чудесный мужчина. Ибо только по такому могла искренне страдать женщина Шевра. Невидимые физическому зрению мы появились в супружеской спальне. На кровати, почти иссохший, лежал высокий мужчина. Его тонкую руку держала невероятно красивая женщина средних лет. От ее чувства отчаяния и безысходности хотелось рыдать. А женщина стенала:

- Зачем я тебя полюбила, мой милый, зачем привязалась? Кому здесь нужна любовь супружеская. Что с ней делать на этом проклятом материке? Поверила в твою любовь и защиту, а ты уходишь, бросаешь меня!

Вдруг женщина перестала плакать, что-то решив внутри себя. И это решение Алирии не понравилось. Богиня позволила женщине увидеть нас.

- Сатария?

Женщина заторможенно кивнула, не веря, что видит перед собой божественное существо.

- Алирия! – Выдохнула она. – Мой любимый рассказывал о тебе. И даже по словам деда нарисовал твой портрет.

Действительно, на стене висел портрет Алирии. И был очень похож на оригинал. Удивительно похож!

- Твой дед был не обыкновенным человеком, Сатария. По поручению Хелы я опекала его, мы часто общались. Поэтому он хорошо меня знал. Но сейчас я хочу поговорить не об этом. Твой муж при смерти, и ты ропщешь, что полюбила. Ответь себе, для чего нужна любовь супружеская? Такая, чтобы душа улетала ввысь даже от прикосновения любимого? Такая, которую не унесли бы трудности и прожитые годы? Зачем через взгляды, слова, ситуации проносить трепетность и глубину чувств, любоваться украдкой, наслаждаться улыбками и походкой? Для чего сквозь года, страны, действия стремиться лелеять удивительно прекрасный и нежный цветок звенящего высочайшими вибрациями чувства?

Для того, чтобы, познав божественную супружескую любовь, почувствовав ее вкус, возвысившись через нее, оценить Того, кто является самым лучшим доброжелателем, другом и возлюбленным. Только любовные взаимоотношения с Хелой и Анаем, Абсолютом, дают вечность, знание, все возрастающее блаженство и безграничную Любовь. Стремись, не смотря ни на что, к божественной супружеской любви. Ибо познав высший вкус любви человеческой, захочется познать вкус еще большей любви, любви к Богу.

Ты собралась уйти вслед за мужем. Он действительно удивительный человек, если ты не хочешь жить без него. Но дети… Как ты бросишь их? Или ты захотела уйти всем вместе?

Сатария виновато кивнула, а затем вздернула подбородок:

- Какой смысл здесь жить, если не будет моего Тоинила. Мы как изгои, у нас даже имена древние. Детей дразнят. Сил нет, хотя бы знание было. Дед говорил, что Знание – это конфетка, вкус которой сначала спасает, а потом радует всю жизнь. Но где его взять, все книги утеряны. А храмовникам верить нельзя.

- Алирия… - вдруг прошептал кто-то. И голос этот был полон искреннего восхищения и счастья. – Я увидел тебя. Теперь и умереть не страшно.

Мы все посмотрели на кровать. Умирающий Тоинил выглядел теперь не умирающим, а очень даже живым. И очень радостным. Щеки разрумянились, глаза сверкают.

- Спаси, дай божественное знание! Другим передавать будем.

- Знание хочешь? – спросила Алирия. – Раздумал умирать?

- Матушка, так ты же и вылечила!

- Хорошо, будет вам знание, - Алирия подошла сначала к Сатарии. - Хорошо служи мужу, развивайся, чтобы вдохновлять его и давать вкус жизни.

Правая ладонь богини коснулась межбровья женщины. Затем Алирия подошла к Тоинилу.

- А ты заботься о жене и детях, люби. Помни, жена – твоя энергия. И качество ее зависит от твоего отношения. Знание будет проявляться постепенно, записывай. Передавай осторожно и только проверенным людям.

Правая ладонь богини касается межбровья мужчины. И тот, уже почти теряя сознание, просит:

- Алирия, матушка! Последнее наставление…

Богиня хихикнула и выдала:

- Навряд ли последнее. А так… Каждый день для сердца выбирай весну! Сочно, комфортно и бодрит!

Фантастический планетолет богини Алирии невидимый висел над самым большим проспектом второго по значимости города Шевра – Творжа. Внизу бежали тысячи автомобилей, подобных консервным банкам. Дизайн снаружи и внутри этих банок явно оставлял желать лучшего. По крайней мере, сознание он не возвышал. Скорее, приучал к безыскусной и незатейливой жизни. Сравнила эти металлические банки из всего искусственного с нашими магомобилями – совершенно разные весовые категории. Шеврийские автомобили, особенно автомобили для бедных, создаются из искусственных материалов, приносят вред окружающей среде, обладают низким коэффициентом полезного действия, не летают и недостаточно безопасны. Наши магомобили создаются только из натуральных материалов, изысканны в дизайне, имеют превосходные характеристики. В том числе скорость до 1000 км в час, возможность полета до ста часов и, главное, абсолютную безопасность. За несколько тысяч лет эксплуатации магомобилей было всего три столкновения, и то по глупости водителей. Вообще удивляюсь, как при значительно меньшем, чем у нас, количестве людей на квадратный километр, они имеют худшее качество автомобильных и железных дорог. Вспомнила! Отари говорил о жутком воровстве на всех уровнях власти. Странные шеврийцы, даже не понимают, насколько, особенно не усердствуя, можно жить лучше. Главное, как говорил мой папа, быть лотосом у стоп Хелы. Тогда хорошая жизнь, знание, защита и любовь обеспечены.

- Эли, - обратилась ко мне Алирия, - посмотри на шеврийцев. Как думаешь, почему они живут в десятки раз меньше вас?

Задумалась. Плохая экология, плохая медицина для большинства людей, трупоедение, алкоголь и другие медленные способы самоубийства, плохие человеческие качества…

- Это понятно, Элиниия, - прочитала мои мысли богиня, - я говорю о более глубоких и одновременно простых причинах – энергетических.

Энергетических!!! Человек, скорее, именно энергетическое высокоразумное существо, ибо энергетических структур в нем гораздо больше, чем физических. Итак, сравниваем. Представила Отари и, например, вон того шеврийца. По проспекту шел богатый мужчина, на вид одного возраста с наследником Талнийских. Вгляделась, неудивительно, что этот мужчина проживет всего лет восемьдесят. И это если повезет! В физическом теле человека, в зависимости от рода, наследственных болезней, сознания и прочего, находится около семи миллионов энергетических каналов. И именно от их чистоты зависит коэффициент полезного действия органов физического тела. КПД внутренних органов шеврийца составляет, Хела! три процента! А значит, энергетические каналы забиты. Вгляделась еще сильнее. Энергетические каналы мужчины были забиты грязной энергией гнева, злобы, гордыни, жестокости, жадности, зависти, похотливости, трупного яда, алкоголя. И много еще чем. Если внутренние органы получают так мало энергии, им не остается ничего другого, как умереть от шестидесяти пяти до ста лет.

Теперь Отари, вспомнила его матрис и физическое тело. Почти все каналы тела чисты, а значит, в нем отсутствуют энергии плохих эмоций и чувств. И, конечно, все органы тела трудятся с КПД почти в девяносто пять процентов. Поэтому Отари сейчас только восемьсот пятьдесят лет. И он легко сможет прожить до трех тысяч лет.

А так как каждый энергетический канал связан с определенной областью Вселенной, наполненной определенным видом знания, то Отари может по желанию спокойно получать и его. Всего лишь сосредоточившись на нужном канале своих физических или энергетических структур. Вывод: шеврийцы с детства, благодаря отрицательным, ложным жизненным стереотипам, трупоедению, плохим эмоциям и пр., притягивают к себе отрицательную энергию. Которая, прилепляясь к матрису, постепенно забивает энергетические каналы физических и тонких структур. Благодаря чему внутренние органы тела работают еле-еле, всего лишь на два-пять процентов. Поняла!

- Правильно, - подтвердила мои умозаключения Алирия. – Если шеврийцы захотят жить долго, им придется поменять сознание.

- А у них получится? – Сомневаясь, поинтересовалась я.

Прекрасное лицо богини стало печальным, но глаза горели надеждой и любовью.

- Аквинийцы еще в лоне матери узнают, что естественно и нормально быть счастливым, богатым, здоровым. Нормально создать семью с истинной парой, следовать пути чести и долга, быть благочестивым, служить Хеле. Поэтому они и живут счастливо тысячелетия, совершенствуясь, познавая себя, Вселенную, Бога. На более высоких, более совершенных планетах высокоразумные живут миллионы-триллионы лет. И для них это нормально.

Алирия задумалась. Как же она прекрасна! Совершенные лицо: высокий лоб, огромные выразительные глаза, идеальный рот, нежный румянец. А взгляд – чистый, искренний, мудрый и божественный! А эмоции!Их хочется чувствовать, пить, как небесный нектар. Не зря же Хела и Анай любят бывать на нашей планете.

- Скажи, Элиниия, какое двузначное число, от 15 до 25, тебе часто попадается по жизни? Радостное, удачливое число?

Без раздумий ответила: «Восемнадцать!»

- Когда создавался такой вид жизни, как человек высокоразумный, в основу его существования был заложен один принцип. Внешний вид физического тела человека, его внутреннее состояние, реальный возраст, который может быть у тела даже в сто, тысячу, несколько тысяч лет, определяется двузначным числом от 15 до 25. И касательно этого числа жизнь делает человеку подсказки. Вот твой реальный возраст может застыть на восемнадцати годах. И внешне постареть тебе придется только лет за пятьдесят-тридцать до смерти тела.

Здорово! И спросила Алирию:

- А почему я этого не знала?

Богиня вздохнула:

- Обычно ребенку об этом сообщают родители. Как, впрочем, и о многом другом. Тебе просто не успели рассказать. Кстати, видишь мужчину, который вышел из здания банка?

Вгляделась. Это был придворный маг, родственник де Флора. Значит, он здесь скрылся! Захотелось его хорошенько потрясти. Слова Алирии заставили замереть.

- Это он организовал убийство всего рода Ладийских.

Дыхание сперло, на глазах выступили слезы.

Богиня продолжила:

- У него есть некоторые способности, о которых никто не знает. Сденвиден может свободно перемещаться с одного материка на другой. Эта особенность досталась ему от предка с Чарании, одной из высших планет. Волшебные чараны до сих пор, как и раньше, гуляют по Аквинии, слагают легенды, предсказывают, поют. Ты видела их много раз.

Действительно, в городах моего княжества точно есть несколько. Они всегда приходят на праздники, доставляя своим искусством большое наслаждение людям. Только слышала, на Шевре они больше не живут.

- Конечно, - продолжила богиня, видимо, прочитав мои мысли, - до того, как полуящеры и их потомки захватили власть на Шевре, владыки разных планет и галактик всегда посещали Шевр. Всегда принимали участие в праздниках, философских диспутах. Сейчас же они посещают только Аквинию. Шевр перестал им нравится.

- Почему?

- Разве может нравиться высшим существам общение с людьми, от которых пахнет кладбищами, похотью, жадностью, завистью и прочим подобным? Поэтому чараны и жители других высших планет сейчас сотрудничают только с жителями Аквинии.

Еще раз посмотрела на Сденвидена. Сколько же на тебе крови, проклятый маг? Как поймать тебя и наказать?

- Поймаешь, - опять, отвечая на мои мысли, сказала Алирия, - только не сейчас. Завтра тебя вызовут во дворец, через три дня – Большой Совет. Твое присутствие необходимо. А потом – принятие княжества, ритуалы, Академия. Не ерзай. Пойдешь в Академию, магией нужно учиться управлять. Также как и чувствами, эмоциями. Везде бери новых друзей, они очень помогут.

Богиня рукой создала экран, который показывал Сденвидена.

- Он очень опасен, хотя как маг, намного слабее тебя. Между вами состоится поединок, когда придет время. И тебе надо в нем победить. Все ниточки ведут в Академию, там преподает сын Сденвидена. Совет, княжество, Академия – практики совершенствования в лесу твоей жизни, Элиниия. Учись с удовольствием! Далее будет еще интереснее. А сейчас - моя иллюзия.

Следуя указаниям богини, раздавила сферу. И над широким проспектом с огромным потоком машин, высотками бизнес-центров, жилыми домами появилась прекрасная богиня Алирии. Она раскинула руки и запела хвалу женщинам Шевра:

Царевна с небесной планеты, прекрасен твой облик земной!

Неслышно ступая по миру, несешь совершенства покой!

Озаряя улыбкой пространства, ты даришь любовь и мечты.

Все звезды поют панегерик: «Прекрасна ты! Прекрасна ты!»

** *

Ты - как весна! Любима и прекрасна!

Твой звонкий смех – журчанье ручейков.

Твои глаза - сияние небесное!

Твои уста – суть сладость цветов!

О! нимфа, о, принцесса, о, богиня!

Ты радость и мечта! Ты нежность и любовь!

Твоя душа – основамира!

Слава тебе во веки веков!

* * *

Твоя улыбка – рассвет над горизонтом,

Журчанье ручейка, полет звезды.

Хранительница счастья, любви источник!

Прекрасна ты! Прекрасна ты!

- Метиос, я жива? – спросила мысленно друга.

Тот хихикнул:

- Более чем! Открывай глаза, он глубоко переживает встречу. От радости не может найти себя. Сидит, смотрит на спящую возлюбленную. Не ест, не пьет, слушает твое дыхание, отощал совсем.

- Как это? Не ест, не пьет. Как отощал? Сколько я спала?

- Птичка! Ты не улеглась спать, а потеряла сознание. От счастья! И лежишь всего-то сутки.

Вспомнив произошедшее, все мое существо радостно закричало: «Как хорошо, что Сертаин меня предал!» Если бы мне кто-то в течение этих трех лет сказал, что я буду безумно счастлива от предательства Сертаина, ни за что не поверила бы. Да еще и у виска пальцем покрутила. Ведь если бы я вышла замуж за сына Тайриона, я никогда бы не… Ужас заставил испуганно открыть глаза. И утонуть в зелени глаз Олитаниира. Какие в них чувства, любовь, облегчение! Нашел, моя!

Сколько мы смотрели в глаза друг другу, не помню. Наконец, плавным движением Олитаниир перетек из кресла к моей кровати. Взял руку и показал на запястье: серебристого цвета божественная татуировка говорила, что мы навечно соединены Хелой. Мы вместе уже много жизней и все будущие жизни тоже наши. Он мой, а я – его.

- Не возражаешь? – Чувствуя мое согласие, принц снял фамильное кольцо своего рода с руки. Щелк! Было одно кольцо, стало два. Они оплели безымянные пальцы наших рук, и Олитаниир удовлетворенно выдохнул:

- Невеста моя. М-о-я, - произнес, словно пробуя это слово на вкус. Внимательно посмотрел мне в глаза и, волнуясь, сказал. - Я так долго тебя искал и боюсь потерять снова… Может, не будем откладывать свадьбу?

Изумленно подняла бровь, но спросила:

- Когда?

- Да хоть сейчас! Чего тянуть?

Тянуть действительно было бессмысленно, чувствовала, никуда мы уже друг от друга не денемся. И предложила:

- Послезавтра, по окончании Совета. Тайно.

- Совсем тайно?

- Да, боюсь сглазить, - опыт помолвки с Сертаином вопил о секретности. Чем меньше людей и других высокоразумных будет знать о наших намерениях, тем лучше. Наверное, двое суток от помолвки до свадебного обряда мало, но рисковать больше я не хочу. Тем более Хела нас уже связала навсегда.

- Я тоже боюсь.

Наши пальцы переплелись, сердца потянулись друг к другу, а матрисы, ауры начали слияние. Как говорит Книга Хелы, это признак очень и очень древних душ и давних взаимоотношений между ними. Обычно матрисы начинают слияние только после первой супружеской ночи. Но у нас… Наслаждение просто от присутствия рядом и прикосновений рук накрыло с головой. А чувства захотели пережить откровение вновь.

Со «Звезды» во дворец мы вернулись следующим утром. Алирия прошептала напоследок: «Увидимся в зале Совета». «Обязательно», - мысленно подтвердила я, потому что на Больших Советах Хела и Анай, а также Алирия присутствуют непременно. Им нравится смотреть, как развиваются их любимые дети, как решают сложные задачи, как учатся любить и понимать себя, Бога и законы мироздания.

Магопланетолет приземлился на стоянке у Метиоса. В детстве я как-то спросила отца: «Зачем Первому и второму кругу магопланетолеты, если мы можем перемещаться порталами?»

- Чтобы не ленились, не были инвалидами, а творили, помогали другим, развивали чувства, эмоции и тело. Аристократы Первого и второго круга могут делать все при помощи магии. Представь, сидит в кресле похожий на обезьяну, согнувшийся аристократ с атрофировавшимися мышцами и обслуживает себя, учит, творит только при помощи магии? Разве это жизнь? А как же тело? Сознание? Чувства? Зачем тратить на мелочи драгоценную магическую энергию, если это можно легко сделать при помощи рук или ног?

Заглянув каждый в свои покои, наша компания встретилась в наименее посещаемой зеленой гостиной. Я подошла к стене, положила на нее ладони.

- Метиос, дорогой мой друг, посмотри, пожалуйста, на Олитаниира. Узнаешь его?

Дворец, радостный от встречи со мной, внутренне застыл и заинтересованно начал сканировать эльфийского принца. Волны энергии окутали гостиную, и Отари приготовился к реакции Метиоса, активировав защитные артефакты. Олитаниир проявил мечи и положил свои ладони на стену рядом с моими. Несколько секунд ничего не происходило. Затем послышался громкий вздох, и дворец словно взорвался огромной радостью. На балконе ударила молния, захлопали ставни. От мощного ветра сорвало шторы, а стены начали качаться. Я, привычная к выкрутасам Метиоса, стояла крепко, а Олитаниир пошатнулся. Нарушая все правила этикета, его правая ладонь сдвинулась и накрыла мою. Тело как будто пронзили сотни молний, а перед глазами замелькали тысячи картинок. И не просто картинок, а эпизодов прошлых жизней. В немом изумлении одна часть меня просматривала их, а другая не могла оторвать взгляд от окутавшей наши ладони фиолетово-розовой энергии. Стук, грохот, крики Отари, порывы ветра, изумление и радость Метиоса. И посреди этого бедлама я и Олитаниир, как два истукана стоим и не можем отвести друг от друга глаза. Чувства на всех уровнях обострились. И в голове только бьется мысль: «Я могла его потерять, пройти мимо, не обратить внимания, если бы вышла замуж за Сертаина!!!» От ужаса покачнулась и потеряла сознание…

Сутки, которые я находилась без сознания, были для меня и сном, и явью, и гранью между ними, и магофильмами. Я чувствовала, что прикосновение рук Олитаниира активировало на моем матрисе и в ауре множество законсервированных энергетических капсул. Которые с легкими, не слышимыми физическим слухом хлопками раскрывались. За это время и в этих состояниях передо мной пронеслись картины многих прошлых жизней, где мы всегда с Олитанииром были вместе. Встречались, учились, женились, развивались, воспитывали детей, занимались разным творчеством. В общем, жили очень интересно. И вместе уходили из тел, чтобы в следующей жизни встретиться вновь. Только позапрошлая жизнь выбивалась из колеи, она закончилась рано, и мы даже не успели попрощаться. И горечь от этого надолго поселилась в наших сердцах. В той жизни Олитаниир был Терениэлем, наследником императора эльфов, а я – его невестой по имени Аэлиниэль. Свадьбе помешало нашествие жестоких инопланетян, которые, по сути, оказались животными. Роторги пытались захватить планету, и вместо свадьбы и дальнейшей нормальной жизни мы получили десятилетия ужасной войны. Часто с Терениэлем мы приходили к братьям-камням, советовались, вели философские диспуты, расспрашивали о прошлом планеты. Ведь Метиос и Кедрос принадлежат к кристаллической форме жизни, которая дает им возможность жить миллиарды лет.

Вспоминая нас, как прекрасную эльфийскую пару, я любовалась изумительной архитектурой городов и более мелких поселений, чувствовала возвышенность отношений, царящих среди высокоразумных планеты. Наслаждалась фестивалями и праздниками, на которых обязательно присутствовала вместе с Терениэлем. Как же больно, когда гибнут такие высокие цивилизации! Гибнут из-за гордыни и желания властвовать, которые испытывают такие животные, как роторги.

Особо волнующим и теплым было воспоминание о признании Терениэля в любви. Дивной красоты природа освещалась яркой луной, тишину нарушали только цикады и редкое пение манилов, маленьких птиц, всегда приветствующих благодатный лунный свет. Мы стояли на ажурном мосту через небольшую речку, я смотрела на любимое лицо и слышала только: «Люблю, люблю с детства, с совместных игр. Будешь моей женой? Навсегда, на все времена? Ведь ты – моя жизнь!» Обмен родовыми браслетами и первый поцелуй. Затем – счастье помолвки, искренние поздравления. И нашествие. Мы так и не простились: Терениэль ушел к Метиосу и Кедросу, чтобы обсудить предполагаемое наступление, а я отправилась с разведгруппой к армии ротонгов. Даже не поняла, как очутилась парящей над огненным цветком разрушаемой планеты. Горе и отчаяние затопили сознание, и я мысленно стала звать Хелу. С детства каждый эльф знал, что в момент ухода из физического тела надо звать Ее, Верховную Богиню счастья и любви. Чтобы спасла, позаботилась, отвела на высшие планеты. Одновременно также молилась за жениха, просила Хелу о встрече с ним. Рядом находились мои родители, друзья, родители Терениэля. Но его самого я не смогла найти. Звала, но он не откликался. Когда поднималась на высшие планеты, Хела шепнула мне: «Не отчаивайся. Отдыхай от грубой материальной жизни, а в будущем вы обязательно встретитесь». Это принесло облегчение, но все годы, проведенные в высших сферах, я мечтала о встрече с ним.

И вот, наконец, эта встреча. Я – боевая жрица Севенария, а он – Нитарионий Ладийский. Нитарионий и его друг Антионий, наследник императора, тогда оба влюбились в меня. Но разве я могла не узнать Терениэля? И выбрать кого-то другого? Мы всю жизнь, почти пять тысяч лет, не могли надышаться друг на друга. А в наследника влюбилась дочь Илидора Проклятого, естественно, без взаимности. И поклялась, что все равно выйдет замуж за Антиония. Антионий Дарийский же после окончания войны женился на ком-то из Первого круга и был счастлив.

Но велика сила женского желания. Оно позволило дочери Илидора в следующей жизни родиться как Виттана Звудич и все-таки выйти за Антиония, который в этой жизни родился как Сертаин. Однако похотливость и отсутствие благочестия из прошлой жизни Виттана взяла в нынешнюю. И проиграла.

Прожив еще раз эпизоды прошлого, совсем успокоилась.

- Свет очей моих, Олитаниир, мой отец заранее благословил меня на супружество с тобой.

- Но… Когда Авириан это сделал? – Принц подвинул кресло к моей постели, чтобы удобнее было держать меня за руку. Помог устроиться комфортнее, поправил подушки и одеяло. – Может, ты сначала поешь? Уже больше суток без пищи!

Хела, как приятна его забота! Словно вернулись давние-давние времена прошлых жизней, где мы, женатые, уже имели право быть наедине и заботиться друг о друге.

- Ой, а если сюда кто-нибудь войдет? Увидят, как мы нарушаем правила поведения… - Сказала, а самой все равно, увидят или нет. В конце концов мы уже обручены.

- Душа моя, Эли, чтобы не смущать тебя, я сразу же войду в стену. Метиос прикроет. Но сейчас Отари принесет тебе ужин, и я сам буду тебя кормить. И даже император, как твой опекун, меня не остановит. Но все-таки, когда и что сказал тебе Авириан?

Задумалась, собираясь с мыслями и вспоминая месяцы перед убийством родителей.

- При первой встрече мы не узнали друг друга. Только сейчас я понимаю, почему мама после моего ритоила-льда была очень взволнована и буквально заставила дать меня клятву подарить первый поцелуй Сертаину только перед самой свадьбой. Когда я буду полностью убеждена, что выхожу замуж именно за него.

Вдруг посреди комнаты раздвинулось пространство, и из портала вышел Отари. За ним плыли подносы с едой, ароматы от которой заставили шумно сглотнуть. Досадливо внутри поморщилась – далеко мне до лиры Первого круга. Они, даже проголодав несколько недель, могут контролировать чувства, тело и не показывать, насколько голодны.

- Не стесняйся, рассказывай, - Отари отправил подносы на стол. – У меня была не менее глупая и опасная ситуация, когда я чуть не проворонил свою Салиниирию. До сих пор вспоминаю с дрожью. А вдруг бы повелся на иллюзию любви, не узнал? Но, слава Хеле, все обошлось. Женаты уже восемьсот лет, есть внуки. Но чувства только углубились и расцвели.

Наследник Талнийских внимательно посмотрел на наши руки, оценивающе хмыкнул:

- Молодец, Олит, нечего ждать. Представляешь, сколько претендентов на ее руку и сердце сейчас появится. А уже поздно. Наша птичка – в объятиях любимого. Эльф заторможенный, - бросил Отари принцу, у тебя любовь голодная, корми супчиком. Светозарий сам готовил.

Олитаниир, не отрывающий от меня взгляд, опомнился, виновато вздохнул и прикоснулся лбом к моей ладони:

- Звезда моя, прости, залюбовался тобою.

Один из подносов перекочевал со стола к нему на колени:

- Попробуй, моя радость, этот суп. Светозария только недавно император выставил из твоей гостиной. Тот очень переживал за тебя. А Тайрион переживал за всех: за тебя, Светозария и свою семью, которая осталась голодной на ужин и обед. Кричал на все крыло, что он имеет императорское право есть милость Хелы от самого лучшего жреца-повара.

- Да, птичка, Тайрион и Олита попытался выставить. Не тут-то было! Эльфийский принц встал в позу, - Отари так комично изобразил Олита в «позе», что я не удержалась и рассмеялась, - объявив всем, что ты его невеста. И что если кто-то попытается выставить его из твоей спальни, то он тебя похитит. Мол, у эльфов императорский целитель ничуть не хуже, чем здесь. Кстати, Тайрион этой вести совсем не обрадовался. Надеялся, небось, выдать тебя замуж за Илариия, если Сертаин оказался глупцом.

Почувствовала, как принц напрягся. Погладила его по руке. Выпустила из середины груди небольшое сердце из алой энергии, которое подплыло к груди Олитаниира и трогательно-нежно зазвенело. Олитаниир преданно и благодарно посмотрел на меня. Мы читали чувства друг друга, как умудренный архимаг читает чувства только начитающего познавать себя мага-одногодку.

Между тем, Отари, наслаждаясь божественными фруктами, продолжал:

- Очень ты выгодная невеста, птичка. Сверхспособности необычайны даже для Первого круга, княжна. Давненько не роднился никто из Ладийских с Дарийскими. Что ни говори, не зря император хочет тебя в невестки заполучить. Поэтому, дорогие мои, советую после общего заседания, послезавтра, отправиться порталом в какой-нибудь храм и пожениться. Могу в этом помочь. – Отари серьезно посмотрел на нас. – Помощь нужна?

Я и Олитаниир дружно кивнули, переглянувшись. Никогда не была так уверена в чем-либо, как сейчас. Судя по лицу принца, он тоже.

- Так что там с нашей встречей? – спросил Олитаниир, промокая мне губы салфеткой. Самой поднять руку, если честно, сил не было.

Поблагодарив любимого взглядом, продолжила:

- А перед тем, как взять с меня клятву, она долго смотрела на второго наследника эльфийского императора. Тебя. О чем-то серьезно потом говорила с отцом. И они почти весь вечер смотрели то на меня, то на незнакомого мне красавчика-эльфа. Я еще удивилась, что с ними такое произошло? А когда я была у грани… - При этих словах сердце Олитаниира испуганно забилось, а Отари недовольно нахмурил брови. – Ко мне пришли родители, и папа сказал, что я скоро встречу свою пару. И буду счастлива.

***

Утро дня Большого Совета было удивительным. Проснувшись от запаха небесных лотосов, открыла глаза. В комнате было светло, а ветер играл легкими занавесками, жемчужинки которых радостно звенели нежной песнью:

День распушился облаками

И засиял лучами солнца.

Расположил дела рядами

И вынул радость из колодца.

День ходит важно и степенно,

Оберегает и лелеет.

Желает быть с тобой отменным

И за тебя очень болеет.

Одарит день цветами чувств,

Обнимет и поможет.

Откроет все цветы искусств,

А надо – и эмоции стреножит.

Люби, сверкай, взлетай на небеса,

Искрись эмоциями и словами.

Принцесса, ты живешь всегда!

Твой путь усыпан нежными цветами!

Олитаниир! Задохнулась от счастья. Что бы ни было сегодня на Совете, мы обрели друг друга. И вдвоем нам все по плечу: надо свернуть горы, свернем; надо спасти Шевр – спасем. Тем более с такими друзьями, как Отари. За нами стоит Тайная канцелярия, Империя, Аквиния, Алирия и Сама Хела!

***

Разноцветные – от витражей – солнечные зайчики скользили, прыгали по стенам и залу Большого Совета. В зале стояла такая торжественность, что хотелось встать, вытянуться, сложив руки на уровне груди ладонями вместе, и склонить голову. Все присутствующие, от императора до глав младших ветвей родов харинов, с благоговением смотрели на оживающие статуи Хелы и Аная. Богиня планеты, Алирия, уже присутствовала лично. Белое сияние окутывало оживавшие Божества, миллионы золотых искр сплетались в сакральные знаки и фигуры. Звучала запредельно красивая музыка высших сфер, большую часть которой не мог услышать даже совершенный человеческий слух.

Наконец, установилась благодать, Хела и Анай подняли правые ладони, благословляя Собрание. Император Тайрион лично совершил поклонение Владыкам материальных и духовных миров, предложив Им благовония, огонь от топленого масла сурен, цветы, воду, ткани, удивительные фрукты и многое другое. А затем вознес молитву:

- Я в глубоком почтении склоняюсь перед Владыками всех материальных вселенных и духовных миров. Вы являетесь источниками всей силы. Проявитесь в нашем сердце и изгоните оттуда невежество, чтобы мы обрели бесстрашие. Да воцарится мир и благоденствие во всей вселенной. И да успокоятся все злонравные существа. Пусть каждый обретет умиротворение, служа Вашим лотосным стопам. Пусть живые существа начнут заботиться о благе друг друга. Так давайте же служить Божественной Паре – Хеле и Анаю. И пусть мысли о Них никогда не покидают нас.

Закончив молитву, которую за ним повторяли все, император лег лицом вниз перед Хелой и Анаем, показывая, что он только Их слуга и правит Империей от Их Имени. Получив благословение, Тайрион поднялся и обратился к собравшимся:

-Дорогие друзья, дочери и сыны Хелы и Аная! Мы собрались здесь сегодня, чтобы обсудить предсказание святого Мелитонииса, произнесенное сто пятьдесят лет назад. К сожалению, события, произошедшие недавно, говорят, что предсказание верно. И примерно через двадцать-тридцать лет может начаться повторное вторжение Шевра.

Вспыхнул магический экран, который начал показывать события недавнего прошлого. Я не смотрела на него, ибо уже все это видела. А многое предоставила Тайной канцелярии сама.

Все мое внимание было обращено к Хеле, Верховной Богине счастья и любви, моей покровительнице, сестре и старшей подруге. Хотя Она и была всегда со мной, в моих мыслях и делах, любая личная встреча с Ней - счастье. Я смотрела на Ее сияющее лицо, сладкую улыбку, огромные синие глаза и пела внутри. Если Они пришли, откликнувшись на наш призыв, значит, мы, харины, еще чисты. Значит, скверна Шевра затронула очень и очень мало дарийцев. И есть большой шанс остановить заразу проклятого материка и отвести войну от Аквинии.

- Элиниия! Лия! – донесся до меня голос императора.

Я очнулась, отвела взгляд от прекрасного лица Хелы, осмотрелась. Так, что-то пропустила. Все присутствующие взирали на меня. Сотни глаз, излучающих сочувствие, гордость, желание помочь и защитить. Представители всех родов Первого круга аристократов были многочисленны, кроме моего. Десятки кресел моего рода были пусты. От боли и горя сдавило горло и грудь. И только кресло главы рода было занято. Мною.

- Элиниия, княгиня Ладийская, графиня Этели, Бориг, Элидская и Сатони, баронесса Сартори, владычица Зеркальных озер и Срединных гор и прочая, прочая! Я, Император Тайрион Дарийский, от имени Владык мироздания, Верховной Богини счастья и любви, Хелы, и Ее божественного супруга, Аная, Того, над кем никто не властвует, а также Большого Совета харинов, признаю тебя Главой рода Ладийских. Да пребудут с тобой Хела и Анай!

Также мы все благодарим тебя за мужество и героизм, которые ты проявила в сложных и критических ситуациях, от которых зависела свобода Аквинии. Материалы, собранные тобой, очень помогли следствию и спасли миллионы и миллионы жителей не только Дарийской империи, но и других стран нашего материка.

Тут все харины встали, приложили правую руку к сердцу и склонили головы. Я сделала то же самое, выражая почтение и признательность всему Первому кругу.

Итак… Надо бы радоваться: честь восстановлена, главой рода признана. А в сердце пустота и боль. Все-таки мне всего восемнадцать, и ко многому меня не готовили, ибо рано было. Но судьба есть судьба. Вздохнула, принесла клятву верности Императору и получила магический свиток о владении княжеством (копии будут в архиве и сокровищнице императора) и свиток-подтверждение того, что я – глава рода Ладийских и прочая, прочая.

По залу пронесся вздох. Хела! Она перенеслась с алтаря ко мне, обняла, осыпала золотом искр, райскими цветами, истаявшими, не долетев до пола. С другой стороны появилась Алирия и тоже обняла, благословив. Онемевшая от изумления, мысленно вознося молитвы обеим, поклонилась.

- Принимай земли, учись в Академии, следуй Пути, - прошелестел в голове сладкий голос Хелы. – И сегодня же выйди замуж за Олитаниира. Счастья, моя любимица!

Я отчаянно покраснела. Это был триумф. Хела меня полностью защитила, показав, что я чиста, могущественна и Она мне покровительствует. Не знаю, как всю эту историю преподнесут средства массовой информации, но после всех почестей, оказанных мне сейчас, за одно плохое слово в мою сторону кого-то могут ожидать большие неприятности. Как минимум, например, рудники.

Алирия же одела на меня мгновенно исчезнувшую из ларца около стоп Аная корону. В ларце она была одной, а у меня на голове стала другой. В центре короны нового дизайна сиял прекрасный айдарий, камень, который добывали только на высших планетах. Он был во много раз сильнее уникального скандия и давал владельцу абсолютную защиту.

Налонившись, Алирия шепнула:

- Не расслабляйся, все может пригодиться.

***

Соединить наши судьбы мы решили в том же храме, где поженились, когда были Севенарией и Нитарионием. Этот древнейший храм находился в девственных лесах на землях Ладийских, недалеко от границы с Миктэлем. Изумительной красоты, он стоял на холме, перед которым расстилалась небольшая долина. За ней находился лес с огромными деревьями и удивительной фауной.

Храм был довольно простой архитектуры, его украшали лишь витые мраморные колонны и скульптуры самых выдающихся супружеских пар в нишах, харинов и полубогов, которые когда-то стали супругами в этом храме. Все, кто проходили здесь обряд, получали их благословения. К своему удивлению мы нашли здесь и скульптуры Севенарии и Нитариония. Посмеялись. Благословлять себя? Почему бы и нет. Здорово, желать себе счастья и благословлять себя на любовь!

В торце зала, на невысоком постаменте, стояли Божества Хелы и Аная, которые с невероятной любовью смотрели друг на друга. Изготовленные древним мастером по уникальной технологии и строгим духовным правилам примерно двадцать тысяч лет назад, Они казались настолько живыми, что захотелось подойти к Ним и просто пообщаться.

Держась за руки, мы подошли к Божественной Паре, желая получить благословение. Все в этом зале было наполнено энергией высшей магии, магии духовной.

Я стояла в струящемся платье теплого алого цвета – цвета любви – с сакральной вышивкой. Украшения на мне были те же, что и на Совете. Алирия сказала, корону нельзя снимать почти сутки, айдарию необходимо подстроиться. Олитаниир тоже надел корону принца. Я любовалась своим женихом. Ему необычайно шел золотисный строгий костюм и высокие сапоги.

На церемонию мы пригласили только Отари с его супругой, редкой красавицей, которую звали Синитериия. Служитель храма в чистой белой одежде подвел меня и Олитаниира к Хеле и Анаю и сказал встать в выложенный мозаикой шестиугольник, символизирующий высшие духовные сферы. Мантры, написанные по периметру шестиугольника древним языком, фактически создавали портал в высшие миры.

Жрец подошел к нам, разрезал кожу на ладонях и попросил их соединить. Наши руки, а потом и все тела охватило золотисто-белое сияние. Оно не обжигало, а, чувствовалось, трансформировало нас, реально делая двумя частицами одного целого. В это время священник произносил:

- Через многие жизни вы прошли рядом. Да благословят вас Хела и Анай, а также Творец Вселенной – их сын. Полубоги, помогающие Творцу создавать мириады галактик. Первостихии духовные и копии их в материальном мире. Владыка райских планет и его подчиненные. Ветра космические и планетарные, Солнце дивное, несущее жизнь всем планетам этой звездной системы.

Сверху на нас опустилось белое сияние, содержащее благословение всех личностей, которых упомянул жрец. Удивительно добрый, фактический беззащитный в своей чистоте и отрешенности, он был настолько велик, что смог достучаться своею молитвой до могущественных правителей Вселенной.

- Совершенствуйтесь в божественном развитии, познавая себя, друг друга и Абсолют. Учитесь любви, используя могущество свое во благо: защищая слабых, помогая страждущим, борясь за правду. Призывайте божественных детей, которые продлят ваши великие роды и принесут благодать на эти земли. Всегда вместе будьте в любой трудной и счастливой ситуации, держитесь друг друга, ибо вы наполнены любовью. Помните, только любовь является основой жизни. А к ней прикладывается и процветание, и удача, и благодать. Изобилия вам, дети Хелы, и счастья!

После слов священника в течение нескольких минут портал закрылся и сияние исчезло. Мы не успели даже удивиться, как на наших телах проявись серебряные татуировки, вместе составляющие единый божественный рисунок. Узоры на запястьях также изменились, став красивее и четче. А родовые кольца превратились в обручальные: в них поменялся рисунок и камень. На месте изумруда в них теперь был айдарий. Благодарю, Хела!

Олитаниир склонился к моему лицу и нежно поцеловал. Первый поцелуй! Как необычно и… сладко! Как правильно дарить при первом поцелуе накопленную мистическую энергию девичества, целомудрия и знания своему единственному, своему мужу. Теперь он станет могущественнее во всех отношениях. И часть его увеличившейся силы вернется ко мне через любовь, общение, простые прикосновения. Судьба! Благодарю за посланные испытания. Ибо результатом их стало то, что я нашла мою любовь, мою истинную пару.

***

Через несколько дней после нашего свадебного обряда в небе над Шевром, причем во многих местах, появилась огромная фигура Хелы. Обращаясь к людям, Верховная Богиня счастья и любви призывала:

Избавьтесь, дети, от оков иллюзий и обмана!

Примите счастье и любовь,

Чтоб возродилась земля вновь.

Чтоб мудрость проявилась в вас.

Сердец чтоб светоч не угас.

Ты встань на Путь ко Мне сейчас!

По рассказам Отари и связавшегося с нами лира Дорожени, явление Хелы произвело большое впечатление на жителей Шевра. Многие из них плакали, в чем-то каялись, искали и находили заброшенные храмы Божественной Пары. Лед тронулся, Шевр снова, как и раньше, станет святым. А я, наполненная счастьем и любовью, молюсь Хеле и прошу Ее спасти невинные души, погруженные во тьму невежества.

О Мать вселенных! Суть богов!

К Тебе я обращаюсь вновь!

Возьми энергию любви

И ею Шевр благослови!

Чтоб ожил материк несчастных,

Животных преврати в прекрасных,

Достойных почестей людей!

Невежество Ты их развей.

Дай радость и любовь взамен.

Пусть веет ветер перемен!

Конец первого тома