Элини

Глава 1

Тусклый свет гравитационного поля сменился цветом гипера. Я впервые видел его. Мне отчего- то казалось, что он должен быть синим, или темно-голубым. Наверное, это от того, что накопитель гипердвигателя в процессе набора энергии покрывался голубым свечением. Но цвет гипера оказался красно-бордовым. Он навевал какое-то уныние, безразличие. Ничего волнующего, или настораживающего. Иногда по гиперу проходили волны еле заметных оттенков, но рассматривать его не доставляло никакого удовольствия. Словно ты смотришь на абсолютно монотонную, полупрозрачную темно-красную пелену.

Я ожидал, что после перехода боль уйдет. И она уходила, но не сразу. Сначала просто перестала нарастать, потом, словно таящий кусок льда, медленно отпускала из своих впившихся в тело когтей. Постепенно стали уменьшаться болевые ощущения, но я продолжал лежать в ложементе, расположенном на грави-платформе, боясь пошевелиться. Мне казалось, что стоит сдвинуться на миллиметр, и снова тысячи бритв пройдутся по коже, не оставляя следов.

– Шеф! Что с вами? - Спросила взволнованная Сирена, – вы замерли. Боль не отпускает?

– Боль уходит, но еще не ушла до конца. Я уже почти не испытываю боль, если не двигаюсь. Еще немного, и я приду в себя, а пока я боюсь двинуться. Это просто страх боли. Это пройдет.

– Я позову Лану. Она поможет.

– Нет. Я должен справиться сам, иначе со страхом нельзя, его надо преодолеть. – С этими словами я подвигал руками, показывая, что со мной все нормально. – Мне просто надо немного времени. Лучше скажи, что там у нас с энергией в накопителях гипердвигателя?

– А вот тут я вообще ничего не понимаю. Все мои знания говорят, что двигатель при проколе пространства тратит около пяти процентов энергии, расходуя остальное по мере продвижения в гипере. Но у нас при проколе ушло почти 87%, и в первые секунды мы потратили еще десять процентов. Потом расход резко замедлился. Так что энергии осталось три процента. Скоро нас выбросит из гипера.

– Скоро - это когда?

– При текущем расходе, один процент мы тратим за 27 часов и 31 минуту. Так что у нас в запасе 82 часа.

– Мда-а. Намного меньше, чем я рассчитывал. Но, главное, что мы выбрались. Ярил говорил о том, что после преодоления гравитационного уплотнения ловушки расход энергии гипера станет нормальным. Это и будет значить, что мы вырвались за ее пределы.

– Так, может, уже можно выходить из гипера самим, не дожидаясь, пока нас выкинет из-за закончившейся энергии?

– Можно. Но он советовал уйти как можно дальше. Так повышается шанс попасть в пространство галактики, а не в темную материю между ними. Это, конечно, не смертельно, но придется снова разгоняться. С топливом для маршевых двигателей, как ты помнишь, у нас не слишком хорошо.

– Это да. Максимум на один разгон, в нормальном потоке энергий.

– Все, я спать. Боль медленно стихает. Надеюсь, я сегодня высплюсь.

Я не решился идти ногами, на грави-платформе добрался до своей каюты, и только тут, кряхтя от уже терпимой боли, перебрался на кровать. Наверное, надо было отправиться в медотсек и уснуть в капсуле, но я так долго там находился, что уже не мог видеть ее прозрачную крышку. Мне «до зуда в коренных зубах» хотелось выспаться, как это делают нормальные люди, и не чувствовать себя лабораторным испытуемым. Возможно, боль настолько сильно меня измучила, или я действительно устал - дальше некуда, но стоило найти положение, не рвущее меня на части, как я вырубился. Просто провалился в сон, и не просыпался даже, несмотря на приснившийся почти кошмар. Мне снились щупальца, тянущиеся ко мне, темнота поглощала все, и меня в том числе, миленькие тритончики перерождались в каких-то головоногих чудовищ со светящимися глазами и тут же пожирались еще большими насекомыми. Короткие и жуткие видения сменяли друг друга всю ночь. Но, несмотря на все это, когда открыл глаза, я понял, что выспался, и чувствую себя великолепно. Судя по всему, я крутился на кровати, так как одеяло было скомкано и находилось в ногах. Вот теперь это точно, как на Земле. Я всегда крутился, как юла, во время сна.

– Дин! - Позвал я искин нейромодуля. - Сколько я спал?

– Ну и горазд же ты поспать, почти восемнадцать часов. Я уже думал тебя будить.

– Зачем?

– А физиологические потребности? Или ты перестал их испытывать?

Стоило ему напомнить о том, что человек - существо биологическое, как я сразу испытал целый букет потребностей. Естественно, мой мочевой пузырь, на пару с кишечником, требовали переместить организм в гигиенический отсек каюты. Желудок сообщал, что пустота не является его нормальным состоянием и, если я ему не предложу что-то переваривать, то он начнет жрать сам себя. Кожа и волосы требовали: сначала душ, потом еда. Принимать пищу, когда у тебя на голове «гнездо глухаря», и не в виде салата, а почти в природном исполнении - просто омерзительно. Как же это замечательно – чувствовать не боль, а потребности нормального живого тела. Мочевой пузырь напомнил, что он первый в списке требователей, и, на автомате взяв меч Амаэ, в чем мать родила, я отправился в туалет. Мельком увидев себя в зеркале, подумал с усмешкой: «Гол, но вооружен и опасен». Прием душа в виде теплого тумана отозвался сожалением по струям воды в душевой капсуле Предтече, и переживанием о том, как там дела у Ярила и Живаны. Все ли у них в порядке? Прорыв ловушки — это только первая часть, надо еще успешно выйти из гипера в поле вселенной. Понять, где оказались, и вот тогда уже за них можно будет не беспокоиться. Но я все равно не узнаю, как прошел у них переход. Так что остается только верить.Я привел себя в порядок, и теперь разглядывал то, во что превратилось мое тело. Конечно, я не могу похвастаться фотографической памятью того, как выглядел в двадцать пять, но то, что не так - это точно. Я смотрел на отражение молодого, худого, с бледной натянутой кожей и заострившимся подбородком, парня. Нет ни мышечной, ни жировой массы, нет густых волос и смуглого оттенка кожи. Вроде бы и похож, но и совершенно другой, особенно глаза, в двадцать пять - я таким взглядом не обладал.

Надо приводить тело в порядок и набрать минимум десяток кило, а то почти дистрофик. Одевшись, я отправился в офицерскую кают-компанию набирать массу путем поглощения вкусняшек, по которым сильно соскучился. Последние две недели в аномалии приходилось употреблять насыщенную полезными минералами и протеинами жижу, чтобы не напрягать и без того болевшие зубы и горло. Ярила, исполняющего роль волшебника-официанта, не было, и теперь пришлось вспоминать, как пользоваться синтезатором пищи, попутно разбираясь в вариациях блюд. Оказалось, наш синтезатор знает блюда многих рас, встречавшихся в аномалии, и их оказалось несколько десятков тысяч вариантов. Я помнил, что Ярил загрузил в память синтезатора блюда, которые мне нравились, из того меню, что он делал у себя на корабле, но их надо еще найти.

– Командир, если вы ищите то, что создавал Ярил, то надо просто выбрать раздел – «Меню от Ярила», или выбрать раздел блюд для человеческой расы.

– Спасибо, Дин.

Я быстро сориентировался, и передо мной выстроились привычные блюда. Моим выбором стал суп с фрикадельками, сметана, жареная картошка с котлетой, и кофе с молоком. Если будет время, надо будет заморочиться, и сотворить капучино. Анализатор готовых блюд у меня на корабле есть. Только подавай то, что надо разложить на молекулы и атомы, для дальнейшего синтезирования в готовой форме. Но все это потом, сейчас я Вкушал, Вкушал с большой буквы, просто млея от удовольствия. Какой же это кайф - чувствовать вкус мясного бульона, ощущать во рту текстуру нежной фрикадельки, а сметана - это неописуемо вкусно. Я зажмурился от удовольствия и, открыв глаза, увидел, как в кают-компанию заходит Лана.

– Федор, добрый день! Правильно делаешь, что принимаешь богатую жиром и белками пищу. Еще бы овощами разбавил, было бы вообще хорошо.

– Привет, Лана. Не превращайся в Живану, будут со временем и овощи, ты посмотри на меня, я же худой, как спичка - кожа да кости. Я в свои 25 лет выглядел намного более упитанным.

– Ну, на счет двадцати пяти - ты немного просчитался, согласно расчетам Живаны, твой организм должен омолодиться на двадцать шесть с половиной лет. Так что теперь тебе, вернее, твоему телу, еще нет и двадцать трех. Тебе же пятидесятый шел?

– Да, 49 с хвостиком было, когда в аномалию провалился.

– Вот. А на счет еды - просто тебе сейчас не хватает много различных строительных компонентов для твоего тела. Ему надо кучу всего, и, если не хочешь осложнений, то надо балансировать пищу. Та же кожа должна восстановиться, суставы, кости, ногти, волосы - все в твоем организме в жутком дисбалансе. Это отголоски аномального омоложения. Так что жду тебя в медотсеке. Проверим твое состояние. Еще вопрос - как дела с твоим искином?

– С искином - пока никак. Думаю, ему надо время, чтобы со всем разобраться, после завтрака сразу к тебе.

– Живана сильно переживала за избыточное количество нанитов. Фактически, только твой искин сможет справится с ними, если они начнут менять тебя.

– Ну, пока я ничего не чувствую. Просто спал, как нормальный человек.

– Все, жду тебя в медотсеке.

Лана ушла, напоказ игриво покачивая бедрами, и мой разбалансированный, но омоложенный организм тут же вбросил в кровь тестостерон. Вот же чертовка!

Я не стал затягивать медосмотр, и, сразу после позднего завтрака, отправился на проверку. Мед бокс в очередной раз поразил своими размерами. Понятно, что штатная численность на корабле - почти два десятка тысяч людей, но я отвык и от таких размеров, и от такого количества разумных. Сейчас на крейсере Ироудо, или, в переводе: «Темная Звезда» - был я, один-единственный активный живой, 8968 синтетиков, включая Сирену и Лану, девять андроидов-адъютантов и 5340 стазисных капсул с вроде бы живыми, но совершенно не активными. Да и, к тому же, из них 129 капсул заполнены Лантанами - сороконожками, которых надо пробуждать на никому не известной планете. В результате мед бокс выглядел покинутым, и усиливал ощущение пустоты корабля.

– Боли совсем ушли? - Спросила Лана, когда я укладывался в мед-капсулу, подаренную Живаной и Ярилом.

– Суставы немного побаливают, сил физических нет ни на что. Но, с такими мышцами - это нормально. Кожа, вроде, не болит, но иногда чувство дискомфорта появляется.

– Ложись, сейчас посмотрим, что и как.

Я улегся и постарался расслабиться, чтобы через три часа, показавшимися мне мгновением, открыть глаза. Лана сидела за терминалом, внимательно изучая результаты исследования.

– Ну, что там? Пациент скорее жив, чем мертв?

– Да. С тобой почти все хорошо. Была серьезная нехватка микроэлементов, но я провела коррекцию и наполнила кровь с небольшим запасом. Надеюсь, ты понимаешь, что, несмотря на то, что капсула Предтече может в режиме регенерации заново отрастить суставы и мышцы, она не может сделать тебя атлетом без долгого погружения и применения стимуляции? Пока есть возможность - развивай организм естественным путем. Проблемы с суставами и кожным покровом я устранила. Что реально меня беспокоит, и с чем я ничего не могу сделать - так это состояние нанитов. Это «епархия» искина твоей нейросети. Надеюсь, он скоро восстановит с тобой связь. Пока что они остаются на прежнем уровне интеграции.

– Что по поводу пищи, на что-то надо сделать упор?

– Сейчас тебе надо просто есть все подряд, естественно, балансируя еду. Тебе реально надо набрать вес. С тренажером не увлекайся. Сейчас твой организм высушен, но немного нагрузок можно.

– Вот и замечательно, пойду поплаваю.

Поплавать мне удалось минут десять, не больше. Я, действительно, представлял жалкое зрелище. Не узник концлагеря, но все равно худой, угловатый и костлявый. Интересно, сколько времени уйдет, чтобы восстановиться хотя бы до уровня физической силы в момент моего похищения пиратами? В принципе, можно напичкать себя различной фармакологической химией, но пока я к этому не готов. Во время отдыха я понял, что единственное, чем могу сейчас заниматься - так это образование, и задумался над тем, какие знания мне надо подтянуть в первую очередь. С одной стороны - надо изучить базы по космологии и астрофизике. Мы скоро вывалимся в поле неизвестной вселенной, и было бы неплохо повысить шанс сориентироваться. С другой стороны - я управляю кораблем, о котором имею очень поверхностное представление, и понятия не имею о том, как вести бой на этом огромном, обладающем невообразимой для меня мощью, крейсере. Хотя, если верить Ярилу, этот корабль по своим размерам только в начале класса тяжелых кораблей, и, несмотря на то, что он обладает вооружением, превосходящим многие более массивные дредноуты, не является чем-то непобедимым и ультимативным. Все будет зависеть от того, куда мы попадем.

Все эти размышления привели меня к выводу, что надо сначала учить базы по кораблю, потом базы по управлению корабельными системами в боевой обстановке, и тактические базы. Ибо если будет бой, то эти знания пригодятся намного больше, чем умение позиционирования. А если все будет тихо и спокойно, то будет время выучить астрофизику с космологией. Приняв решение, стал воплощать его в жизнь, и, уже улегшись в капсулу обучения, понял, что опять по-привычке допустил ошибку. Тут нет Ярила, который мгновенно перемещался, и мог загрузить любые данные в любом месте и в любое устройство. Мне сначала надо пройти в оборудованную мной библиотеку знаний, там выбрать и загрузить базы в Дина, и только потом укладываться в капсулу обучения. Пробурчав под нос: «С дурной головой ногам покоя нет», выполнил требуемое, и принялся поглощать знания.

Когда капсула обучения открылась, я уже понимал, насколько мое представление о военных технологиях отставало от реальности. В первую очередь - это касалось москитной авиации нашего крейсера. Даже несмотря на проведенную вместе с Дином модификацию истребителей-штурмовиков, я упустил, что это - прежде всего беспилотные корабли. Да, в них предусматривались посадочные места, и корабль мог полноценно управляться пилотом, но это было больше для возможности эвакуации разумных в случае получения критических повреждений крейсером. Каждый малый корабль, изначально управлялся с крейсера удаленно, а на случай воздействия вражеской РЭБ, на боевых истребителях и штурмовиках присутствовал простенький искин с узкой специализацией. Также мне стало понятно, почему тяжелое кинетическое вооружение, применяемое в космосе, стреляет не просто снарядами, а эти снаряды получают сильный энергетический заряд, разрушающий поглотившее его тело через определенный промежуток времени, или усиливающий взрывную энергию снаряда, если столкновение произойдет до саморазрушения. Ведь если бы гаусс-пушки, турели и рельсотроны стреляли просто болванками без накачки энергией, то все не попавшие в цель снаряды, а в ходе боевых столкновений такое происходит часто, просто продолжат свой путь, пока не найдут, во что врезаться. Модель последствий сражения двух эскадр флотов с таким оружием наглядно демонстрировала расширяющийся с огромной, зачастую почти со световой скоростью, круг смертельных подарков. Случайными жертвами становились корабли даже за сотни световых лет от места сражения. Говорить о соседних звездных системах вообще нет смысла, там надо объявлять безполётную зону на долгие недели, или, скорее, месяцы, так как у снарядов была разная скорость движения. С системами РЭБ до определенного уровня развития в космических баталиях все было сложно. Источник любого сигнала довольно быстро засекался, так как в космосе мало, очень мало отражающих поверхностей. Именно поэтому чаще всего системы РЭБ, за исключением маскировки, использовали в скоплениях астероидов. Но при развитии силовых полей и совмещении их с системами РЭБ, качество оптоэлектронных фантомов выходило на новый уровень. Теперь маленькое устройство могло самостоятельно проецировать не просто электронный слепок других устройств, но и выводить оптическую иллюзию. А по достижению седьмого уровня, согласно классификации Предтече, устройства на кораблях могли создавать оптоэлектронные фантомы на огромном расстоянии без вспомогательных устройств в точке развертывания иллюзии. Естественно, технологии сканирования и создания помех не стоят на месте. Борьба между иллюзиями, маскировкой - с одной стороны и сканерами, визорами, лидарами и радарами - с другой, не прекращается. Чем дальше разумные продвигаются в одном направлении, тем быстрее развивается ответная технология. На нашем крейсере почти все оптоэлектронное оборудование модернизировано на крепкий восьмой уровень. Ядра искинов есть даже девятого уровня. Самым слабым, с точки зрения технологического уровня развития, на крейсере является вооружение. Оно на грани перехода с седьмого на восьмой, но и это запредельно для большинства цивилизаций, если верить предположению Ярила об уровне развития цивилизаций во вселенных. А использование продвинутых систем маскировки, может свести почти любое противостояние в нашу пользу. Теперь мне надо изучить тактику ведения боя в космосе. Одна проблема - почти все базы Хокурри предполагали сражение эскадр. Темная Звезда - это флагман флота, и никто не предполагал, что ему придется бороздить просторы космоса в одиночку. Надо будет изучить много, очень много баз, чтобы вычленить нужное, и составить базу по возможностям ведения боя с помощью одного-единственного крейсера. Не рассматривать же в качестве настоящей боевой единицы корабль Оморо? Вот подготовленный эсминец, который мы вынужденно оставили в аномалии, был действительно боевым кораблем. А теперь у нас на борту корабль Предтече, который тоже придется прятать. За доступ к технологиям, которые он в себе несет - не то, что мне голову снесут - и планету уничтожат, если понадобится. Надо хоть посмотреть, как он выглядит вблизи.

– Лана, Сирена! Пойдем смотреть, что мы вытащили из аномалии?

– Честно говоря, я думала, что это будет первым, что Вы сделаете, шеф, а Вы стали изучать базы знаний. Я не удержалась, и уже рассмотрела Рипер в близи. Он красавец.

– Я почти и не сомневался, что ты не усидишь на месте. Ладно, пошли, хочу сам его увидеть.

– А что Сирена? Лана тоже со мной ходила, ей тоже было интересно.

– Верю, верю. Но теперь я тоже хочу его видеть.

Вблизи не ощущалось той утонченности исполнения, которое испытываешь при взгляде с расстояния, позволяющего увидеть этот корабль целиком, но зато чувство мощи, монументальности, силы и технологичности не отпускало. Рипер сочетал несовместимое. Он выглядел монолитным, но в то же время вдруг понимаешь, что вот в этом месте есть устройство, а вот там - еще одно. В отличие от других кораблей, он не был зафиксирован тросами и блоками, он висел в нескольких сантиметрах над полом трюма и оставался неподвижен. Его поверхность – такая гладкая и ровная, что должна быть глянцевой, но она матовая. Рука сама потянулась прикоснуться к нему, но Дин меня остановил.

– Командир, я бы не делал этого. Рипер укрыт силовым полем. Это может быть опасно.

Я отвел руку, и пошел вдоль огромного эллипса. Не знаю, как, но я чувствовал, корабль полон энергии. Это и хорошо, и плохо. Хорошо, так как это дает шанс, что искин корабля пробудится, плохо так как если искин не пробудится, то его защита не даст мне доступ к кораблю. Хотя, даже если я получу доступ, то не смогу им управлять. В нем, наверняка, используются такие же системы изменения материи, и неизвестные мне системы телепатического управления, как и на Ярило. А для меня - это почти магия. Я понимал, вернее, представлял, как это должно происходить, но как этим управлять - понятия не имею. В какой-то момент по кораблю словно бы блик прошел. На его поверхности высветились узоры, сильно напоминающие узоры на командной палубе и стазис-капсулах Предтече.

– Дин, ты видел это?

– Да. На короткий миг поверхность корабля покрылась рисунком, как на Ярило.

– Значит, корабль еще жив. Будем надеяться, что искин пробудится. Интересно, какое у него имя?

– Не знаю, командир. Но то, что Предтече давали своим кораблям имена - это ты точно подметил.

– Ладно, полюбовались и хватит. Сирена, в трюме же есть визоры?

– Да.

– Установи наблюдение за Рипером. Фиксируйте все, что будет на его поверхности проявляться. Возможно, в этих рисунках будет подсказка.

– Подсказка к чему?

– Если бы я знал. К чему угодно. Это Предтече, никто не знает, что может произойти. Но, на всякий случай, я бы хотел понять эти рисунки. Они же не для красоты нанесены - для чего-то они нужны, что-то значат.

Я еще с полчаса походил вокруг Рипера, и отправился в каюту. Вроде ничего особо не делал, а устал, как после долгой пробежки. Хотелось есть и спать. Чем, собственно, я и занялся. Спал я снова непривычно долго, организм продолжал набирать то, чего был долгое время лишен, и прежде всего - это спокойный сон. Сегодня мне не снилось ничего. Я просто спокойно проспал почти тринадцать часов. Менять планы по обучению я не стал, и после плотного завтрака отправился учиться. Надо не только понять основы вооружения, а вникнуть в специфику того, что есть на корабле. Разобраться с возможностями москитного флота. Понять сильные и слабые стороны легкой авиации. Выбравшись из капсулы, я понял, что самое слабое звено нашего флота — это пиратский корабль Джаго. Я ведь практически сразу отмел его из списка модернизируемого флота, так как не собирался вывозить с собой, и теперь на крейсере восьмого уровня перевозится полувоенный корабль четвертого уровня, непонятного класса. Это не эсминец и не корвет, это не транспортник и не курьер, чисто пиратский корабль очень низкого уровня, созданный для похищения представителей не развитых цивилизаций и насильственной перевозки живого товара. Полноценно модернизировать его нет никакой возможности. Будь у меня производственные мощности, которые были доступны в аномалии, я бы за два-три месяца подтянул бы Джаго до шестого уровня, а теперь придется пользоваться тем, что есть. Но хотя бы установить на него мощные сканеры, повысить систему маскировки, и внедрить в корпус грави-корректоры и инерционные гасители, можно. Именно этим я и озадачил Сирену и Лану.

– Шеф, ты уверен, что надо тратить на этот корабль ценные элементы? Может, стоит посмотреть, куда мы попадем. Вполне может оказаться, что Джаго будет настолько примитивен, что никакие модернизации ему не помогут, и тогда мы просто потратим не восполняемый ресурс.

– Лана, если Джаго будет действительно примитивен, то все, что мы на него потратим, будет восполняемо. Я понятия не имею о том, как строится экономика в космических реалиях. Но то, что нам надо будет как-то легализоваться, понять, что и как устроено - это факт, а делать все это на огромном военном корабле - не самая хорошая идея. Так мы сразу привлечем внимание. Крейсер на данный момент готов к длительному автономному плаванию, единственное - нам надо пополнить запасы топлива для маршевых двигателей, и это мы сможем сделать на любом газовом гиганте. А дальше надо будет перемещаться на Джаго, и было бы очень неплохо, чтобы он, при всей его простоте, обладал сильными сканерами и более высокой манёвренностью. Если придется от него избавляться, то надо будет вернуть его изначальную комплектацию.

Сирена вывела схему-голограмму Джаго, и что-то просчитывала.

– Другими словами, нам надо провести элегантный демонтаж и аккуратную модернизацию, но сейчас это все равно не получится. В трюме просто нет места для таких работ.

– Твоя правда. Я и не предлагаю немедленно начать работы. Сейчас надо подготовить проект модернизации. В отличие от вас, я не знаю, что вы погрузили в крейсер и насколько модернизировали тех отсек. Это вы делали без меня. Поэтому и техническую часть проекта выполнять вам. Я создам проект того, что и куда надо установить, и что надо демонтировать. А вот как, и с помощью чего это делать - уже укажете вы. Я же в оставшееся время постараюсь отработать знания по вооружению корабля, а то я пока - чистый теоретик.

То, что на Джаго отрабатывались все системы сканирования наших разработок, сильно помогло. У меня была полная схема корабля, наверняка даже полнее, чем имели его создатели. Я знал все микротрещины, скрытые полости, тайники. С расчетами схем модернизации мы с Дином насобачились еще в аномалии, и через три часа я выдал проект того, что должно получиться в результате модернизации. Девочки пошли решать техническую составляющую, а я - отрабатывать полученные знания. Оставшееся время до выхода из гипера все провели в работе. В рубку мы переместились из кают-компании за несколько минут до выхода.

– Ну что, посмотрим, куда нас занесло?

– Будто бы у нас есть выбор? - Усмехнулась Сирена.

– Выбор есть всегда, просто в этот раз за нас его сделал Его Величество Случай. И нас просто поставят перед фактом.

Красно-коричневое марево подернулось разрывами, и мы вывалились в нормальное пространство.

Глава 2

В первое мгновение показалось, что мы в абсолютной пустоте и темноте, но вот мой взгляд начинает различать светящиеся точки в космосе. Искин крейсера начал отчет об обстановке.

– Командир! Выход в пространство «три плюс время» прошел штатно, зафиксирован всплеск паразитного возмущения гиперполя, в сотни раз превышающий штатные показатели, зафиксирован необычно высокий уровень колебаний точки свертывания прокола пространства.

– Включить маскировку и покинуть точку выхода, усилить световое отображение обнаруженных объектов.

Экран перед нами расцвечивается мириадами звезд. Обзор пошел по кругу, и количество звезд стало сильно уменьшаться. Мы явно попали не в центр галактики, а, скорее всего - на ее задворки. Вот визоры развернулись на 180 градусов, и мы увидели звезду. Звезда голубого спектра. Очень непривычное для меня зрелище. Я даже не сразу понял, что это звезда, а не свет дюз какого-нибудь космического корабля. Мы немного проскочили звездную систему, выйдя намного выше плоскости эклиптики, хотя, скорее всего, еще находимся в пределах системы.

– Определить местоположение невозможно. В базах данных нет информации об обнаруженных звездных системах. Приступить к созданию новой звездной карты?

– Приступай. Это новое для нас всех пространство, и нам надо начинать тут ориентироваться. Что по радиоизлучению, и вообще по признакам цивилизаций?

– Излучений, характерных для цивилизаций, вышедших в космос - не фиксирую.

– Какие планеты обнаружены в звездной системе?

– Всего обнаружено 11 планет и 48 малых карликовых планет, или планетоидов, как вам удобнее их называть. Две планеты в огненной зоне, три в зоне обитаемости, дальше четыре газовых гиганта, пояс астероидов, и две удалённые малые планеты. Наиболее подходящая планета для существования жизни четвертая, но и на третьей и пятой могут проходить биологические процессы.

– На гигантах мы можем пополнить запасы топлива?

– Первоначальный анализ данных показывает, что на седьмой планете наиболее подходящие условия для пополнения запасов водорода. Так же в атмосфере шестой планеты возможно присутствие редких элементов, которые мы можем отделить, и пополнить их запасы.

– Ну что же, давай сначала пополним запасы на седьмой, а потом двинемся поближе к центру системы. Маскировку не снимать, продолжай собирать информацию о том, куда мы попали. Возможно, в системе есть зонды, а мы просто еще не обнаружили их.

Искин вывел схему звездной системы, и стало понятно, нумерация - это хорошо, но расположение планет в пространстве меняло удаленность от нас планет системы абсолютно. Седьмая планета сейчас была наиболее удалена от нас, а самая близкая была десятая.

– В виду положения планет гигантов вокруг звезды, к нам намного ближе шестая планета, я бы рекомендовала начать с ее посещения, – подключилась к разговору Сирена.

– Запасов топлива хватит?

– В любом случае, на шестой планете мы пополним запасы дейтерия. Так что, да, теперь нам не грозит остаться без топлива.

Крейсер, конечно, не перерабатывающая платформа, специально созданная для извлечения водорода и его обогащения, но, как и большинство кораблей, особенно - крупных кораблей - оборудован узлом переработки, который опускается на нано-тросах в атмосферу газовых гигантов и поднимается по мере заполнения. Спускаться в плотные слои атмосферы гигантов на корабле - это почти всегда полет в одну сторону. Гигантское поле гравитации не выпустит обратно большой объект. Для полной заправки таких манипуляций нам надо будет выполнить не один десяток, потратив несколько дней на это. Именно в это время крейсер наиболее уязвим. Спуск в верхние слои атмосферы газовых гигантов приводит к тому, что обтекающие газовые потоки проявляют контур корабля, словно вода - невидимок в фантастических Земных фильмах. В случае опасности надо успеть поднять перерабатывающий узел, и только потом можно будет покинуть опасную зону.

На около-планетарной орбите сканеры обнаружили обломки техногенного происхождения. На всех тринадцати спутниках планеты были следы техногенных построек, уничтоженных больше четырехсот лет назад орбитальной бомбардировкой. В этой звездной системе когда-то присутствовала цивилизация, достигшая минимум третьего уровня. Но что-то, или, скорее, кто-то уничтожил тут все. При этом даже не пытался в дальнейшем использовать планету.

– Что-то меня напрягают эти остатки былой роскоши. Не получится так, что, стоит нам сунуться в атмосферу - как нас засекут, и начнется бой?

– Не знаю, шеф. Не похоже на то, что в системе осталось что-то живое. Даже если тут и есть еще рабочие экземпляры, то они в глубокой консервации. Скорее всего - все, что не было разрушено, выработало энергоресурс.

– Давай пройдемся возле спутников, подхватим магнитным захватом обломки, и проанализируем их.

– Что ты хочешь найти? – заинтересовалась Лана.

– Если сражение прошло действительно больше четырехсот лет назад, и все прошедшее время после этого обломки не поглощали ничего, кроме природного излучения звезды, то нам действительно бояться нечего. А если систему периодически посещают корабли, особенно если эскадры, то некоторые фрагменты породы будут иметь неравномерное накопление радиоактивных изотопов. Так мы поймем, насколько давно в этой системе был флот тех, кто тут все уничтожил.

Оказалось, что я перестраховывался. Анализ породы спутников и элементов пластобетона показал, что с момента последнего сражения, которое прошло 430 лет назад, в системе не было ни одной эскадры. Очень слабый радиационный след был оставлен через семьдесят лет после грандиозной битвы, и потом триста шестьдесят лет тишины. Очень странная ситуация. Уничтожить цивилизацию, чтобы потом просто бросить систему? Мы частично пополнили запасы топлива, и отправились изучать планеты в зоне обитаемости. Вопросов стало еще больше.

Третья планета оказалась условно доступна для жизни. Возможно, через несколько сотен миллионов лет там и можно будет жить, а сейчас там кислотная атмосфера и температура до 250 градусов по Цельсию. Однако, третья планета, как и четвертая, подверглись мощной бомбардировке осколками присутствующей в системе кометы. На орбите кометы был явный след взрыва или раскола, в результате которого ее части устремились встречным курсом на орбиту третьей и четвертой планет. Если бы осколки не были так точно направлены на нужные орбиты планет, можно было бы подумать, что могло произойти что-то природное. Но настолько точный расчет говорил о рукотворном, направленном взрыве. Пятая планета была когда-то промышленным центром системы, подвергшимся тотальной термоядерной бомбардировке. Практически вся поверхность планеты была покрыта обломками техногенных сооружений, разрушенных термоядерным или кварковым оружием. Кратеры от взрывов располагались на расстоянии ста - ста-пятидесяти километров друг от друга. Планета и сейчас фонила радиацией, превышающей все допустимые для людей нормы. Но самое непонятное нас ждало на четвертой планете. Эта планета действительно была когда-то заселена разумными. Руины огромных мега и гигополисов покрывали часть трех континентов, вдоль когда-то существовавшей береговой линии располагались почти сплошной чертой поселения, вернее - то, что от них осталось. На суше были видны последствия от столкновения с частями кометы. Один большой кусок, врезавшись в планету в зоне полюса, до сих пор возвышался над сушей на 18 километров, напоминая лезвие кинжала, проткнувшего ткань материка, под углом в 50-60 градусов. При этом уровень мирового океана явно не поднялся, затапливая материки, а наоборот - складывалось понимание, что воды на планете раньше было намного больше. Расчеты показывали, что, даже растаяв, ледяной кинжал не выведет на привычный уровень водный баланс. До когда-то существовавшего уровня мирового океана не хватит еще три - четыре метра. Сейчас планета была богата на растительный мир и насекомых, а вот животных, особенно больших - не было. Даже в океане сканеры не засекали ничего крупного. На суще наверняка есть грызуны, и другие мелкие животные, но нашим развед-зондам не удалось обнаружить ни одного стада копытных, ни следов хищников. Сделав почти тридцать витков вокруг планеты, и не обнаружив признаков цивилизации, я приказал искину пометить планету, как потенциально пригодную к заселению, и направил крейсер к седьмой планете, где мы почти трое суток проводили заправку.

Вот уже неделя прошла, как мы вырвались из аномалии, и это событие является самым главным достижением. Настораживает, что с момента перехода в гипер Светозар ни разу со мной не связался, даже посредством сновидений в виде послания Колояра. Но никакой паники, плохих предчувствий, и тем более проблем с организмом - я не чувствую. Скучаю по нему - это да. Но где-то глубоко внутри есть уверенность, что Светозар работает над тем, чтобы восстановить контакт. Что-то сильно повредилось в его экстрамерном подпространственном хранилище, и устранить поломку не так-то и просто.

Вселенная, куда мы попали - полна загадок, ответы на которые, могут нам не понравиться. Тут явно прошла война, а может быть, и еще идет. Релли с Предтече воевали тысячелетиями. Но какая-то странная эта война, или я что-то не понимаю в ее целях. Зачем сначала уничтожать цивилизацию, зачищать всё от тех, кто тут жил, а потом бросать все завоёванное? Войны ведут за ресурсы, а эта звездная система, полная различных ресурсов - брошена. На планете разумных вообще как-то странно уничтожили, причем не только разумных. Удар пережили только растения и насекомые, а весь животный мир вымер. Надеюсь, это не результат применения биологического или генетического оружия, в таком случае пустой может оказаться вся галактика, а мы попали, как говорится: «из огня да в полымя». В поисках ответов надо двигаться вглубь галактики, но сначала надо провести модернизацию Джаго. Не дело, что в момент пополнения запасов топлива наш крейсер почти беззащитен. Понятно, что превратить пиратский корабль в боевой не получится, но, по крайней мере, на Джаго можно контролировать намного больше пространства, и качественнее, чем используя только зонды. Да, и надо быть готовым к возможной встрече с цивилизацией, устанавливать контакт с Темной Звезды будет неправильно.

На случай маловероятного появления кого-то в звездной системе, я отвел Крейсер поближе к астероидному поясу. Там мы вывели из трюма никак не проявляющий себя корабль Предтече, и теперь смогли начать модернизацию Джаго. То-ли в ходе моих многократных попыток развить и усилить вычислитель корабля мне удалось все-таки создать полноценный искин, с личностной психо-матрицей, то-ли мне просто показалось, но у меня было ощущение, что Аглай был рад нас видеть и слышать.

– Искин Аглай приветствует капитана на корабле! За время, проведенное в гибернации, инцидентов с узлами корабля не зафиксировано.

– Добрый день, Аглай. Мы покинули аномалию. Сейчас находимся в пространстве неопознанной вселенной.

– Благодарю, капитан, что взяли Джаго с собой. Что требуется от корабля?

– Сейчас требуется провести частичную модернизацию. Установим на Джаго новые сенсоры, визоры, радары и лидары. Интегрируем в системы корабля грави-корректоры и инерционные гасители.

– Шеф, хорошо бы установить на Джаго систему маскировки, – добавила к задачам Сирена.

– Согласен. Мне нужен список оборудования, доступного нам по этому направлению.

– Уже у меня, - тут же откликнулся Дин.

– Хорошо! Вы пока начинайте подготовку и демонтаж, а я постараюсь внести в проект установку систем маскировки. Не думаю, что получится щиты вытянуть на уровень использования маск-полей. Аглай, поступаешь в подчинение Сирены и Ланы.

– Принято, капитан, полное содействие Сирене и Лане с моей стороны будет обеспечено.

В общем, к информации о модернизации своего корабля Аглай отнеся с каким-то воодушевлением, что раньше было ему не свойственно. А может, просто я был настолько поглощён проблемами и болевыми ощущениями, что не замечал этого.

Стоило открыть проект модернизации корабля, и на меня посыпались пожелания моих помощниц. Лана, естественно, хотела провести модернизацию мед бокса, и, вообще, хотела создать на корабле исследовательский отсек на месте хранилища криокапсул. Сирена хотела провести глубокую модернизацию всего, что отвечало за Тактико-технические характеристики, и до чего можно было добраться в наших условиях. Они, оказывается, утащили из аномалии двигатели, реакторы, эмиттеры силовых щитов, системы обороны ближней и средней дистанции, и даже гипердвигатель с возможностью погружения до четвертого, а, если повезет, то и до пятого слоя гипера. Это, в любом случае, намного слабее того, что стоит на Крейсере, но все-таки. Зачем столько всего? Они же синтетики, и не должны проявлять такую самостоятельность превращаясь в «Плюшкиных»! Я точно не давал им поручение все это брать с собой.

– Так, хомячки мои ненаглядные, вы зачем столько всего притащили на крейсер? Вы собрались тут построить флот?

– Простите, не поняла! Это вы к кому сейчас обращаетесь шеф? – наигранно хлопая ресницами, ответила Сирена.

– К двум милым девушкам, в которых проснулся хомяк, и они теперь тащат в норку все, до чего дотягиваются их загребущие ручки. Признавайтесь, что еще вы погрузили на крейсер и, главное, зачем?

– Все, вернее почти все - из списка, переданного нам Ярилом. Он утверждал, что все это может понадобиться там, куда мы выйдем из гипера.

– Ага, с одним вопросом разобрались. А теперь объясните, зачем нам проводить такую глубокую модернизацию Джаго?

– Ну, так на Джаго стоит уникальный искин. Я не думаю, что в этой вселенной мы сможем найти корабль с искином такого уровня развития и системой безопасности. Нам надо сохранить этот корабль.

Честно говоря, для меня оказалось новостью, что еще совсем недавно готовая расстаться с Джаго, Сирена теперь считает Аглая уникальным. Да, я много над ним работал, да, возможно он намного лучше, чем те искины, что мы встретим. Я привязался к нему, и еще в аномалии хотел демонтировать Аглая с Джаго, чтобы сохранить его, и забрать с собой, но моя привязанность относилась только к искину, а не ко всему кораблю. С кораблем у меня были совсем не радужные воспоминания, хотя именно на нем я получил свободу и встретил Ярила. В общем, Джаго вызывал противоречивые чувства.

– Нам надо сохранить этот искин. А корабль нужен будет такой, который не будет вызывать вопросов. Мы понятия не имеем о технологическом уровне этой вселенной. Нам желательно как можно скорее получить корабль, привычный для местных. Не думаю, что корабль, явно созданный для контрабандистов и пиратов - лучший вариант. Как не прискорбно, но Джаго, скорее всего, надо будет продавать. Хотя я не уверен в этом на сто процентов. Но, в любом случае, я не горю желанием сейчас делать глубокую модернизацию, а потом все снимать обратно. Аглая я сохраню для себя в любом случае. Это мой родной искин - первый, который признал меня капитаном, а я сентиментальный.

В канале связи повисла тишина. Если бы я не знал, что Лана и Сирена прежде всего руководствуются логикой и разумностью, я бы подумал, что они обиделись и надули губки. Прошло несколько секунд, прежде чем Лана ответила.

– Все понятно, шеф. Проводим минимально требуемую модернизацию. Решение о необходимости и возможности дальнейшей модернизации принимать ты будешь потом, когда станет понятно, куда мы попали, и какой уровень развития у местных.

– Ты все правильно поняла. Сначала надо понять, какой корабль поможет нам не выделяться. Я через час постараюсь вам дать проект с учетом систем маскировки. Пока готовьте корабль.

Даже отказавшись от излишней модернизации, работы предстояло много. Я радовался тому, как лихо Сирена руководит рем-дроидами и синтетиками. Там, где из-за конструктивных особенностей было невозможно выполнить демонтаж силами массивных дроидов, работали сервисные дроны и синтетики, захваченные нами из аномалии. Самыми ловкими оставались Лонгвоййя. Умение перемещаться по вертикальным поверхностям делало их незаменимыми. И что-то такая ностальгия на меня накатилась, захотелось что-то сделать своими руками. На Земле ведь и компьютеры сам собирал, и ремонт дома сам делал, и мастерская была, да и, вообще, руки у меня росли из нужного места. А тут все эти синтетики что-то крутят, вертят, переносят. Выбрал себе участок работы, и стал разбирать внутреннюю облицовку, чтобы добраться до кабель-трас. Уже через полчаса понял, что по земным меркам, может, руки у меня и из нужного мета растут, а по меркам космоса - они не только из задницы, но еще и вывернуты задом наперед. До кабель-трассы, вернее, до ее облицовки я добрался. Дальше надо было снять кожух, а мои пальцы оказались не приспособлены для пролезания в узкие полости, да и силы у меня не хватало, чтобы сдвинуть облицовку. В итоге кожух для меня снял проходящий мимо синтетик за несколько мгновений. Мне открылся доступ к экранированным кабелям. Отдал команду Дину записывать расположение кабелей, отсоединил их от разъема, отодвинул, и, вуаля - передо мной чаша эмиттера, которую с точностью до микрона сначала надо достать, потом установить в нее с такой же точностью преобразователь оптических сигналов, и вернуть все на место. В этот момент Дин не выдержал:

– Командир! Я, конечно, понимаю, что у тебя порыв души, но, если во время извлечения чаши стакан эмиттера коснется корпуса - будет хлопок силового поля, и Лана долго не выпустит тебя из медбокса. А для меня вообще это может оказаться фатальным. Давай все-таки эту работу будут делать те, кто для этого создавался. К примеру - сервисные дроиды!

Сирена, видимо, увидела, что я добрался до эмиттера, и решила не доводить дело до травм на рабочем месте. Ко мне подъехал сервисный дроид, мягко, но безапелляционно отодвинул меня в сторону, извлёк чащу, вставил преобразователь, и установил эмиттер обратно.

– Да я уже понял, что я тут больше мешаю и отвлекаю всех, чем реально помогаю.

Я посмотрел, как за несколько секунд сервисный дроид подключил кабели, вернул защитный кожух и принялся восстанавливать облицовку.

– Пошли, лучше потренируемся в нашем черном чуде.

Тренировка в этот раз выдалась на славу. Наверное, в первый раз с момента выхода из аномалии, я смог осилить полную, хоть и облегченную, программу тренировки, которая закончилась любимым плаванием в океане. Это значит, что ежедневные восстанавливающие программы, проводимые Ланой, дают толк, и можно будет завтра к чисто физическим нагрузкам добавить тренировку с мечами. Я уже собирался спать, когда искин корабля сообщил:

– Капитан, к вам гости. Сирена и Лана. Открыть дверь?

– Да. Пусть заходят.

Дверь открылась, и в каюту зашли девушки, вытирая волосы полотенцем, облачённые в легкие комбинезоны, за малым скрывающие точеные фигурки.

– Шеф, мы тут после тренировки с Сиреной подумали: это, конечно, хорошо, что наш тренажер генерирует ощущения океана, но у нас под боком есть планета, на которой есть настоящий океан. Мы никогда не были на планете, и не видели настоящего океана. Может, после модернизации Джаго слетаем на планету?

Девчата забрались на кровать по обе стороны от меня, и, чтобы видеть обеих, я отодвинулся к стенке. Гормоны тут же ударили в голову, и соображать стало на порядок труднее. Полет на планету сразу же оброс эротическими вариациями. Вот что молодое тело делает с человеком. Но эротизм возможного свидания не отключил голову.

– Думаете, там безопасно?

– Замеры показывают, что планета кислородосодержащая, там сейчас немного меньше содержание кислорода, чем мы поддерживаем на корабле, но не настолько, чтобы было дискомфортно. Токсинов в воздухе и океане не обнаружено. Кто-то вернул планету в дикое состояние.

– Насколько я понял, там сейчас хозяйничают насекомые. Они представляют угрозу?

– Пока не знаю, если дашь добро, отправлю туда шаттл с синтетиками и дронами для проведения исследования. С орбиты это невозможно понять.

– Хорошо, отправляй, только сама пока на планету не спускайся, я не хочу тобой рисковать.

Я притянул к себе Лану, нежно обнимая.

– Договорились! То, что ты мною дорожишь - радует.

– Но еще кто-то давно не целовал своих девочек, и они соскучились по ласкам.

С этими словами Сирена скинула с себя комбинезон и тоже придвинулась ко мне.

– Именно сейчас я исправляю это досадное упущение.

Почти всю ночь мы провели в любви, ласках и разговорах, договорились отметить завершение работ по модернизации вечеринкой на планете, если результаты исследования не обнаружат угроз. Честно говоря, я и сам очень хотел оказаться на планете, окунуться в настоящую воду. А еще пожарить на настоящем огне мясо, пусть даже мясо будет синтезированным. Но оно будет приготовлено на углях, распространяя ароматы, пробуждая аппетит, как настоящий шашлык, давая возможность почувствовать себя человеком в окружении природы, а не метало-пластика и пластобетона.

В итоге нам потребовалось всего одиннадцать дней на то, чтобы аккуратно заменить оборудование и встроить новое, подготовленное для Джаго. Если бы я пошел на поводу у Сирены и Ланы, то мы провозились бы несколько месяцев. Экспедиция на четвертую планету звездной системы показала, что там абсолютно безопасно. Обнаруженные останки животных однозначно указывали, что почти всё на планете погибло от отсутствия воды. Куда и как исчезла вода - не понятно, но 420 лет назад планету бомбардировали осколки кометы, и тем самым принесли шанс восстановить жизнь. Естественно, что в промежуток, когда на планете не было воды, погибло почти все. Когда на планете растаяли ледяные осколки кометы, растительность стала быстро восстанавливаться, но животные, да и вообще почти вся биосфера погибла. Первыми стали осваивать новый мир насекомые, но на планете встречались места, в основном в горных районах - где сохранились популяции травоядных животных, они в отсутствие хищников тоже активно заселяют планету. Возможно, где-то выжили и представители разумных, но нам не удалось обнаружить их следы. К тому же, после падения первых обломков кометы - на планете творился настоящий ад. Это сейчас воздух очистился, а еще 200 лет назад пыльные бури проходили по поверхности планеты, делая кругосветные переходы. Зато сейчас планета чиста и невинна. Мы выбрали для нашего пикника пляж небольшого острова. Но тут выяснилось, что искин категорически против того, чтобы мы все покидали корабль.

– Капитан, кто в ваше отсутствие будет выполнять функции старшего офицера?

– Эээ. Я так понимаю, на корабле должен быть ответственный?

– Да. Старший офицер, чьи команды я буду выполнять во время вашего отсутствия.

– А без старшего офицера ты можешь выполнять предписания?

– В случае необходимости я могу действовать согласно предписаниям, но крайне желательно присутствие на корабле старшего офицера. Это требование не просто так ввели. Как говорил Адмирал Иротто Лисиана: «Каждый пункт походного устава начертан кровью ошибок». Никто не способен предугадать, что произойдет в следующий момент, поэтому на корабле всегда должен находиться старший офицер. Сейчас это кто-то из вас троих. Кого Вы назначаете старшим офицером на время вашего отсутствия?

Спорить с искином я не собирался. Погибший адмирал абсолютно прав. Очень похожая поговорка есть и на Земле. Мы не на увеселительной прогулке, и, хотя и не ведем боевых действий, ситуация может кардинально измениться в любую секунду. Поэтому я предложил моим девушкам сделать выбор - кто полетит со мной первой, потом вернется и сменит на посту дежурившую.

– Шеф! Главное - что каждая из нас побывает на планете и увидит океан. Так что выбор за Вами, – ответила Сирена.

– Еще есть вариант открыть нам каналы обмена информацией, и тогда то, что испытает одна - сможет почувствовать другая.

Я подбросил монетку, когда-то созданную и подаренную мне Ярилом в почти в такой же ситуации.

– Если Решка - первой летит Сирена. А на счет каналов обмена… вы разные, и каждая из вас испытает свою гамму чувств. Я не хочу лишать этого ни одну из вас.

Выпал «Орел» и на планету со мной отправилась Лана. Это был прекрасный, волшебный день. Первую часть дня я провел только с Ланой, а вторую часть – только с Сиреной. Я никак не мог привыкнуть, что у меня две женщины, которые абсолютно не ревнуют дуг к дружке. Все время ждал, что у одной из них возникнет обида, но нет, день прошел идеально. Я наслаждался морем, солнцем, шашлыками, напитками и моими женщинами. Купаться в океане оказалось намного легче, чем на Земле, сила тяжести на этой планете была немного больше, и это облегчало нахождение в воде. Насладившись закатом, мы с Сиреной вернулись на крейсер и стали готовиться к перелету.

Все это время зонды собирали информацию и о системе, в которой мы оказались, и о звездах, окружающих нас. Получалось, что мои первые выводы почти попали в точку. Мы оказались, скорее всего, во внешней части рукава огромной галактики. Чтобы улучшить позиционирование, нам надо менять место наблюдения, и не один раз. Также было бы неплохо найти носители информации местных. Но искать в разрушенной системе - дело долгое, и нет никакой гарантии, что в итоге мы найдем хоть что-то полезное. По направлению во внутреннюю часть рукава было три ближайших звездных системы. Две распознавались, как системы со звездами-карликами, одна - с голубым сверхгигантом. Очень хотелось посмотреть на это чудо вселенной, но нам надо найти цивилизацию, а системы с голубым сверхгигантом - молодые, и шанс на появление разумной жизни ниже. Мы отправились к красному карлику, где нас ждала почти такая же обстановка: тут не было планеты, пригодной для развития жизни, но в системе явно велись разработки астероидного поля и планет, присутствовали остатки пустотного объекта, назначение которого было трудно определить. Скорее всего, это была когда-то обогатительная фабрика. Все подверглось удару термоядерным оружием. В Астероидном поле нам повезло найти крупный обломок шахтерского корабля с уцелевшей системой видеонаблюдения и кристаллом памяти.

На видео было заснято, как группа гуманоидов разворачивает какою-то монструозную буровую установку, и она начинает вгрызаться в тело астероида. В какой-то момент на площадке гуманоиды начинаю показывать в небо относительно поверхности, начинается паника, гуманоиды бегают взад- вперед, и несколько визоров меняют направление. В космическом пространстве располагаются сотни, если не тысячи странных кораблей, чем-то отдаленно напоминающих то-ли ореховые скорлупки, то-ли раковины моллюсков, покрытые странными, словно костяными, наростами. Новые и новые корабли выходят из гипера. Вот очередная группа вышла из гипера, и, не снижая скорости, начала разгон в сторону пустотного объекта, явно выбрав его в качестве цели. Достигнув огромной скорости, корабль делает кувырок с разворотом, почти мгновенно меня направление движения на 180 градусов и останавливается, а от корабля отделяются, словно соскальзывая, шары из жидкого металла, в полете принимая форму то-ли ракеты, то-ли торпеды, с двигателем в кормовой части, и продолжают лететь, маневрируя, к фабрике. Через несколько секунд два десятка торпед достигают цели, и на поверхности расцветают ядерные взрывы. Следующая волна торпед устремляется в образовавшиеся проломы, и взрывается уже там. Огромная техногенная конструкция покрывается сотнями взрывов - и на поверхности, и внутри. От нее откалываются десятки обломков. Сразу несколько десятков кораблей, выйдя из гипера, начинают разгон в сторону астероидного поля. Каждый из них берет свой сектор. Странные корабли опять останавливаются странным разворотом кувырком, а к полю астероидов продолжают лететь тысячи торпед, покрытых каким-то странным, колеблющимся металлом. Каждая торпеда выбирает свою цель. Пилот корабля, поняв, что скоро произойдет, пытается спасти себя и корабль. Он отрывается от поверхности астероида, и старается уйти из зоны поражения, но ему не хватает времени. Сначала взрыв чуть впереди, пилот закладывает поворот, но влетает в плазму взрыва. В последние секунды жизни корабля одна из камер фиксирует, как в пространство из гипера начинает входить огромный корабль, но не успевает заснять его полностью.

Несколько минут настоящей бойни. У гуманоидов не было ни единого шанса, настолько внезапной и сокрушительной была атака. Звука, понятно, не было - космическая пустота не передает звуковых волн. Но порой мне казалось, что я слышал крики гуманоидов, треск и хруст разрушающихся сооружений. Поймал себя на том, что эмоционально становлюсь на сторону гуманоидов. Это, конечно, неправильно. Вполне может оказаться, что вся та бойня просто ответ на агрессию. Но цивилизацию гуманоидов просто стерли, уничтожили полностью, и бросили завоеванное. Это не похоже на войну за право выживания, за территории, пригодные для заселения. Чрезмерно жестоко, даже если это был ответ. Задерживаться в этой системе мы не стали. Нам и так повезло с обломком шахтерского корабля. Направление выбрано, и мы отправились в путь. Еще в четырех системах мы видели отголоски сражения. На этом, наверное, зона расселения гуманоидов закончилась, и пошли не тронутые системы. Я, было, уже начал думать, что дальше война не пошла, но в 19 системе мы нашли экзопланету с последствиями временного обезвоживания. Несмотря на некоторые отличия, в этой системе по орбите обитаемой планеты продолжали летать обломки кометы, и планета, медленно догоняя, поглощала ледяные куски, судьба биосферы была аналогична планете гуманоидов. Все наши попытки обнаружить следы высокоразвитой цивилизации были тщетны. На планете до катаклизма была довольно скудная биосфера. Огромный континент, покрытый, в основном, песками, мало водных ресурсов, намного меньше, чем сейчас, а планете еще предстоит сотни лет собирать осколки кометы, часть осколков приходится на ее спутники, но все равно расчеты искина показывали, что уровень океана на планете еще поднимется на 15-20 метров минимум, что в корне изменит планету. Кто же так безжалостно меняет облик обитаемых планет?

С точки зрения использования гипер-двигателя, мы перемещались неправильно, наши прыжки были от системы к системе, словно у нас был не двигатель погружения, а прыжковый, но отсутствие звездной карты не оставляло нам выбора. Каждые пять - шесть систем крейсер пополнял запасы топлива для маршевых двигателей, не давая опустить запасы ниже 60%. Перед очередным погружением в верхние слои атмосферы газового гиганта мы с Сиреной раскидали целую сеть развед-зондов с задачей сбора информации об окружающем нас пространстве. Крейсер ушел на заправку на 18 часов, я выставил дозорный курс Джаго, отправился спать. Когда во сне увидел желанную лабораторию Колояра - чуть не проснулся. Это было первое послание от Светозара за почти три месяца. На консоли была только одна надпись: «Ксенология уровень 6». Я удержал себя во сне, ожидая, что будет что-то еще, но сон повторился с тем же посланием. Спать дальше я просто не смог. Практически вбежал в рубку.

– Аглай, установи связь с «Темной звездой».

– Выполняю. Капитан, что-то произошло, мне включать оборонные системы?

– Нет, я получил послание от искина моей нейросети.

Тут уже Дин потребовал объяснений:

– Командир, Свет вышел на связь? Что он передал, как у него дела, когда он починит свою гравицапу?

– Дин, во-первых, ты знаешь, что Свет не может писать пространственные послания, во-вторых, он написал всего одну фразу, если точнее: «Ксенология уровень шесть».

Вопрос Дина Сирена не слышала, в отличие от моего ответа, и поэтому я услышал ее удивлённый голос.

– Шесть? Это же глубокое изучение ксеносов, зачем тебе так глубоко забираться в физиологию и их модели поведения?

– Ты меня спрашиваешь? Я хотел у Ланы узнать, может она знает, зачем мне это учить?

– Извини, Федор, я не знаю. Для меня уже в четвертой базе было очень мало полезного, была бы это ксенобиология - я бы ее выучила, но она существует только пятого уровня, и ту Живана сказала учить, только если появится необходимость. А Ксенология учится в паре с Космологией, так что надо будет сначала выучить космологию, а только потом Ксенологию.

– Да, это я помню, я Космологию четвертого уровня изучил, а дальше как-то нет надобности. Может, ты знаешь, что в шестой? Хотя бы тезисно?

– Подробности не знаю, но или в пятой, или в шестой базе должен изучаться коллективный разум и его модели поведения.

– Ладно, допустим. Но откуда Свет знает, что содержится в шестой базе? Мы не учили её.

– Это, как говорится: «вопрос не на мою зарплату», если кто и скажет, то только Дин. - Отшутилась Сирена.

– А что Дин, чуть что - сразу Дин! Ну, грузили через меня эти базы Свету, когда командир спал, а Свет с Живаной с мозгами Техноида разбирались, но что там - я не в курсе. Я тогда разведчиком занимался.

– Вот ЕПРСТ, - выругался я. – только этого говна нам не хватало. Неужели Свет думает, что тут Техноиды как-то замешаны?

После моих слов, в канале связи повисла пауза. Каждый обдумывал услышанное. Тишину прервал голос Ланы.

– Не сходится. Все, что я знаю о свободных искинах - однозначно говорит, что они бы не стали восстанавливать биосферу планет. И просто уничтожать технические секторы не стали бы. Они бы их захватили.

– Согласен. Директива Техноида предписывала ему заражать все искины, и использовать все, что только можно, а в системе Гуманоидов было уничтожено много оборудования, которое смог бы использовать Техноид. В любом случае, как только вернусь на Ироудо - начну обучение, а пока исходим из того, что мы видим последствия столкновения с разумом, враждебным всему, отличающемуся от него самого.

– И все-таки, во всем этом есть и хорошая сторона, – озадачил нас всех Дин.

– И какая? – спросила Лана, опередив меня.

– Свет жив, и он продолжает не по-детски озадачивать нас всех. Он в своем репертуаре.

– Ну, в том, что Свет жив, я не сомневался. И да, наверное, я соглашусь с тобой. Я был рад увидеть послание от него. Правда, хотелось бы что-то более радужное.

Сразу, как только Сирена закончила заправку, я вернулся на крейсер. Как бы меня не пугали эти догадки и перспектива столкнуться с коллективным разумом, я не стал говорить о своих подозрениях. Пока - это теория, за пару недель я получу необходимые знания, и тогда, возможно, пойму, что именно хотел сказать Светозар. И с Техноидом, и с Механоидом я сталкивался в тот момент, когда они бездействовали. Благодаря этому уничтожал их. А тут потенциальный враг представлен не единичной целью, а целым флотом. Да, и не похоже на то, что наш враг имеет отношение к искусственному разуму. Лана права - искинам нет никакого смысла возвращать воду на опустошенные планеты. Тут, скорее всего, речь идет о живом коллективном разуме. И первое, что приходит на ум - это Инсектоиды. Воспоминания о погибающем корабле были не из приятных, в нем одном были миллионы особей, а тут их должно быть были миллиарды, или, скорее, триллионы особей. Еще одной не самой приятной новостью стала необходимость отрабатывать в тренажере даже теоретические базы, если они третьего ранга. И отработка занимала намного больше времени, чем обучение. А именно на шестом уровне и Космология и Ксенология переходили на третий ранг. В результате, когда мы попали в очередную систему с планетой, потенциально пригодной для жизни, я все еще усваивал шестой уровень Ксенологии.

Мы вышли в систему с двойной звездой, шестью планетами, на второй и третьей могла быть жизнь. Сканеры тут же определили след от раскола кометы, и следы обломков льда в направлении орбит обоих потенциально обитаемых планет. Увиденная картинка наложилась на только что отработанную информацию, и у меня сложился «Пазл». Я не ошибся в своих догадках, мы, действительно, наблюдали последствия нашествия инсектоидов. Я вызвал Лану в рубку, и теперь они с Сиреной ждали от меня пояснения.

– Теперь я знаю, что произошло в посещённых нами системах. Это был «Большой рой инсектоидов», скорее всего - из другой галактики, но, возможно, проснувшийся после долгой спячки-анабиоза в этой. Когда «Большой рой» покидает свою родную галактику - он собирается в огромный, шарообразный улей, в котором все корабли связываются чем-то вроде пуповины. Потом все особи, даже малые корабли - впадают в анабиоз, аналог стазиса, и только огромные корабли с королевами остаются активными. Этот огромный, размером иногда с карликовую планету, шар отправляется в другую галактику. Предтече не выяснили, как именно, но королевы инсектоидов как-то находят проходы в скоплениях темной энергии, и используют то, что темная энергия имеет обратную гравитационную силу. В результате полуживой шар летит от одной галактики к другой, в режиме полупогружения в гипер, но со скоростью в сотни раз больше скорости Света. Также осталось загадкой, как Королевы управляют своим гиперкораблем при перелете, ведь проход между скоплениями темной энергии не прямой – это - как тоннели в муравейнике - они изгибаются, разворачиваются, все время меняются вслед за движением темной энергии. Но Королевы, если отправились в переход, почти всегда находят путь в новую галактику. Такие переходы длятся до нескольких тысяч лет, и во время тысячелетнего перелета всему рою требуется именно вода. Если перелет затягивается, то сначала особи на кораблях отдают свою влагу, потом малые корабли почти высушивают свои внутренности, но так, что в критически важных узлах этих космических организмов остается минимально допустимое количество влаги - для регидратации. Если корабли королев теряют слишком много влаги, то Рой сбивается с пути, попадает в скопления темной энергии, распадается и теряется в межгалактическом пространстве. Но такое случается крайне редко, в основном - только когда рой бежит от какой-нибудь угрозы. Обычно, если рой не готов к перелету, то он впадает в анабиоз в каком-нибудь скоплении астероидов. Если же рой отправляется в путь с должной подготовкой, то обычно он попадает в новую галактику задолго до наступления часа «Икс». Дальше есть несколько вариантов развития событий. Чаще всего Рой добирается до системы с обитаемой планетой, и поглощает почти всю воду. Но Рой разумен, и знает, что вода должна вернуться, чтобы планета в дальнейшем стала пригодной для восстановления популяции. Поэтому Рой находит комету и, разрушая ее, направляет необходимое количество воды на высушенную планету. Если нет подходящей кометы, Рой ищет спутники планет, состоящие из водяного льда, и раскалывает их. Рой не может поглотить влагу изо льда, да это ему и не надо. Сначала осушая, а потом восстанавливая воду на обитаемых планетах, Рой решает проблему не только с водным балансом в своем межгалактическом улье, но и уничтожает местных хищников, способных представлять угрозу для своих будущих маток и их личинок. Не надо вести войну за выживание с другими видами. Это неблагоприятный вариант для жителей галактики. Рой восстанавливает свои силы, от иссушенного шара отделяются восстановившиеся корабли, и Рой приступает к экспансии. В зависимости от размеров и длительности перелета, рою может потребоваться осушить до десятка планет для полного восстановления.

– Ты сказал, что есть несколько вариантов развития событий.

– Да, другим вариантом развития является столкновение Большого Роя с разумной цивилизацией, способной дать отпор захватчикам. Именно до восстановления водного баланса Рой наиболее уязвим, и с ним можно справиться малыми силами. Но такие случаи очень редки. Попав в пространство галактики, Рой не перестает быть разумным. Королевы находят системы, где нет сильных, развитых цивилизаций. В любом случае, Рой, прибывший в эту галактику -восстановился. Сканеры показывают, что эти планеты не подвергались иссушению, Рой серьезно повысил содержание воды на планетах, доведя до идеального состояния, для бурного развития жизни. Так уж получилось, что соотношение воды и суши на планетах идеально в одинаковых показателях и для инсектоидов, и для других видов разумных.

– Другими словами, инсектоиды улучшают планеты, и делают их пригодными для других видов жизни? Тогда их можно назвать сеятелями жизни.

– Не совсем, они сеют жизнь только себе подобным. Они, действительно, доводят до идеального соотношения присутствие воды, но при этом уничтожают все другие развитые формы жизни, особенно разумных. Вот муравьи - это по-настоящему сеятели жизни. Они, как и инсектоиды, путешествуют между галактиками. Муравьиные скопления также собираются в огромные шары межгалактических ульев. И также испытывают проблемы с водой. Но, достигая пространства новый галактики, муравьи не уничтожают жизнь на планете, осушая ее полностью. Они берут необходимый минимум. Кроме того, если муравьи находят планету, находящуюся в обитаемом поясе, но не имеющую воду, то они также, как и инсектоиды, используют кометы и ледяные спутники для бомбардировки сухих планет кусками льда. Они создают на сухих планетах возможность зарождения жизни, и именно с таких планет получают основную часть влаги, нужной для их ульев. Скорее всего, именно в момент поглощения воды с этих планет муравьи и оставляют тот минимум живых микроорганизмов, необходимых для развития жизни на ранее мертвых планетах. При этом они никогда не вступают первыми в противодействие с другими разумными. Исключением являются инсектоиды, с ними муравьи всегда ведут войну. На каждой из посещённых планет муравьи оставляют колонию, но эта колония никогда не занимает доминирующую роль на планете, контролируя территорию около двухсот – трехсот километров в диаметре. Остальную планету муравьи оставляют для других видов. Стратегия поведения в космосе у муравьев и инсектоидов похожа, но все-таки имеет совершенно разные последствия для галактики.

В этот момент я осознал, что стал как-то по-другому относится к инсектоидам, даже несмотря на то, что видел последствия их марша по звездным системам. Еще несколько дней назад воспоминания о погибших цивилизациях вызывали у меня бурю эмоций. Я не знал, кто это сделал, но уже противопоставил себя им. Если бы представилась возможность - я бы однозначно боролся с агрессором, разрушающим планеты. А теперь для меня это были исторические факты: так случилось. В галактике сталкиваются цивилизации, и одни погибают, чтобы другие жили. Что-то не так с моим отношением к окружающему миру. В этот момент из раздумий меня выдернула Лана.

– Понятно, что тут поработали не муравьи, но что дальше? Что тебе дает эта информация? Мы ведь и так остерегались обнаружения местными, теперь просто знаем, что надо опасаться именно инсектоидов.

– Ты права только частично. То, что мы видим - не является нормой для территорий, захваченных Роем. У Роя что-то пошло не так.

– С чего ты так решил?

– Если бы экспансия продвигалась, как обычно, то системы, в которых мы встретили обитаемые планеты, были бы уже заселены инсектоидами. Мы спускались на планету, там можно спокойно жить, и, по идее, там должна была давно развиваться колония инсектоидов. Такая же ситуация и в других системах. Рой не вернулся к планетам, на которых он все подготовил для себя. Значит, он или встретил врага, который его уничтожил, или Рой заставили покинуть галактику. Но, скорее всего, Рой разбили, а его остатки пытаются найти новое место для развития. Если бы мы встретили муравьев - я бы поставил на первые два варианта. А так на полное уничтожение Роя способны только расы первой волны. Ярил говорил, что расы первой волны не ведут войну с Роем. Рой чувствует их превосходство и не нападает первым, а все, что не затрагивает напрямую Предтече, и таких же как они - считается естественным развитием галактик.

– Да, Живана говорила об этом.

– Поэтому можно сделать несколько предположений: первое - это то, что Рой разбит, а мы можем столкнутся с его остатками. Второе - что в галактике присутствует цивилизация, способная противостоять массовому вторжению. Третье - спустя семьдесят лет после появления Роя кто-то проверял системы, уничтоженные Роем. И последнее - по крайней мере, в этом рукаве галактики огромные территории опустошены Роем, и у победителей нет сил или желания заселять пустые, но перспективные планеты. Нам надо ускорить продвижение вглубь рукава галактики, надо добраться хотя-бы до его трети. Там намного больше шансов найти тех, кто сражался с Роем и увидеть последствия этой войны. Сейчас мы не преодолели и одной тысячной процента рукава.

Я посмотрел на Сирену, и она тут же ответила.

– У нас слишком мало информации об окружающих нас звездах. Мы, словно слепые котята - идем от одной системы к другой.

– Да, но чем мы рискуем, если будем делать прыжки на 60-70% от возможности гипердвигателя? Мы осторожничали, боясь встретить местных, но теперь мы знаем, что местных не будет на сотни, а, скорее - на тысячи звездных систем.

– Зона гравитационного ограничения не даст нам влететь в звезду или другое тело, выкинет намного раньше. В принципе, если не опасаться встречи с местными, то можем прыгать по максимуму.

– Вот этот максимум и надо рассчитать. Это на тебе, Сирена. Мы должны иметь возможность сделать несколько прыжков до газовых гигантов, для заправки корабля. Так же не надо просто исключать возможность встречи местных. В случае, если мы выйдем в систему с цивилизацией - мы должны быть в состоянии уйти из нее и оторваться от возможного сопровождения.

– Ну, последнее больше зависит от технологического уровня местных, а не от запасов топлива. – ответила Сирена.

– Да, и, учитывая, что они смогли дать отпор инсектоидам, уровень может оказаться высоким. Не думаю, что выше, чем у нас, но все-таки не четвертым.

Я повернулся к Лане:

– Лана, меня также интересует генетическое сходство организмов этой вселенной со мной, и с теми, кого мы везем в стазисе. Я так понял, что большая часть наших замороженных из других вселенных, и они могут иметь совсем другой генетический набор.

– Что касается местной биосферы, то это углеродная форма жизни, имеет такой же, как и у тебя, генетический код. Что будет по набору хромосом у местных Human - я не знаю, нет образца для исследования. А вот по поводу наших замороженных - ты озадачил, я не думала об этом. Надо посмотреть, что возможно узнать, пока они в стазисе. Но не думаю, что будут различия, Живана не говорила о том, что в биологических останках обнаружены отличные от тебя генетические структуры, а значит, и похищенные должны иметь тот же генетический код, но я проверю.

– Шеф, я тут посчитала - оптимальное время погружения в гипер для нас - это семьдесят дней, так у нас будет запас для немедленного разгона с погружением на тридцать суток. Но это огромное расстояние, больше 2000 световых лет, у нас нет никаких данных о той области, куда нас выкинет.

– Сирена, начинай разгон, время идет, нам надо найти цивилизации с местными звездными картами, и искать место для себя в этом мире.

Корабль выровнял положение, и мы начали разгон. Больше двух месяцев нам предстоит провести в гипере.