Обложка Elgara (dragon age: inquisition)

Elgara (dragon age: inquisition)

Неизвестный Автор

0% прочитано
Стандартный
Неизвестный Автор

Elgara (dragon age: inquisition)

Глава 1

Маленькая. По-другому Кассандре просто не удавалось описать это существо, что сидело перед ней, даже для своей расы она была слишком хрупкой и маленькой. Воительница тяжело вздохнула, эльфийка вздрогнула всем телом, кандалы, сковывающие её руки слегка брякнули о каменный пол. Не получалось у Искательницы разозлиться на это маленькое существо в полной мере, а она старалась. Выуживая из воспоминаний самые светлые моменты, связанные с Джустинией и своим служением ей, вспоминая, как всё было до этого проклятого восстания и Конклава, о том, чего именно хотела добиться Жрица этим собранием. Ненависть тут же накатывала волной, и вот искательница уже готова была занести руку для удара, как взгляд встречался с этими пронзительно яркими глаза цвета золота, и рука опускалась.

— Назови хоть одну причину не убивать тебя прямо сейчас. Конклав уничтожен, все, кто был там — мертвы. Кроме тебя.

Вновь этот полный боли взгляд, под которым Касандра почувствовала себя виноватой, будто это она взорвала Конклав, а не эта чокнутая эльфийка.

— Мертвы? — девушка сглотнула, ей словно было неудобно говорить, взгляд опустился к полу.

— Не притворяйся, что не понимаешь о чём речь! — ладонь всё-таки опустилась на щёку.

Теперь воительница точно почувствовала укол совести, эльфийку с такой силой дернуло в сторону, что на мгновение воительнице показалось, что она просто отлетит к противоположной стене. А ведь удар был смехотворно слабым!

— Кассандра, стой! Она нужна нам живой! — в камеру вбежала другая женщина, чью голову покрывал платок.

Эльфийка подняла голову, воительница чуть скривилась, не желая того, она разбила заключенной скулу, и теперь оттуда маленькими каплями вытекала кровь.

— Что произошло? — голос эльфийки не был ожидаемо высоким и писклявым, наоборот чуть низковатый, бархатный, такой бы голос менестрелю, а не убийце.

Женщины, что переругивались между собой, обратили свои взгляды к своей заключенной. Леллиана повела головой в сторону двери, Кассандра кивнула.

— Легче один раз показать, чем рассказать. Но для начала, может скажешь, что именно произошло на Конклаве?

Эльфийка стушевалась, опустила взгляд на свои ладони и будто только что заметила, что одна из них светиться, удивленно выдохнула.

— Странное место. Тень. Много пауков, крик. Пыталась бежать быстрее, но плохо было, — она резко замолчала, словно подбирая слова, чуть хмуря брови, — повсюду был страх, я видела женщину вдалеке, она помогла выбраться. Больше не помню.

Кассандра нечитаемым взглядом смотрела на эльфийку, она говорила так рвано, нескладно, что до Искательницы с опозданием дошёл смысл слов. Она настолько её перепугала, что ей едва удаётся складывать буквы в слова? Сбоку прыснула Леллиана, она явно думала о том же самом.

— Постарайся не запугать её до смерти, она нам ещё нужна.

— Постараюсь, — Кассандра перевела взгляд на главу шпионов. — Возвращайся в головной лагерь, я свожу её к разрыву, посмотрим, что можно сделать.

Леллиана кивнула и бесшумно исчезла.

— В чем дело? Что произошло? — эти фразы дались эльфийки явно уже легче предыдущего рассказа.

— Сейчас увидишь.

Кассандра кивнула на выход и уже было направилась туда, когда заметила странное копошение позади себя. Заключенная пыталась поднять руки с пола, которые казалось просто пригвоздили туда, девушка пробовала приподнимать руки под разным углом, и даже поводила ими немного по полу, надеясь найти опору или силы в себе. Но получила только кровавые разводы на запястьях. Воительница подошла к горе-убийце и рывком подняла ту с пола, на что получила полный боли и удивления вздох.

Кассандра выволокла спотыкающуюся на каждом шагу пленницу на улицу, взгляд золотых глаз тут же устремился в сторону гигантского разрыва в небе. Эльфийка приоткрыла было рот, но ничего не сказала.

— Мы назвали это брешью. Она образовалась после мощного взрыва, что произошел на Конклаве. Это самый большой из разрывов, но далеко не единственный. Чем больше времени проходит, тем дальше и чаще можно встретить более мелкие разрывы, из которых валят демоны и духи.

Эльфийка кивнула, взгляд стал серьезным.

— Могу помочь я? — она смотрела на Кассандру уже без страха, лишь со странным сосредоточением.

— Очень на это надеюсь.

Больше не было времени на разговоры. Искательница вела за собой пленницу, закрывая ту от изредка летящих в их сторону камешков, никто не осмеливался кинуть большой камень или же выкрикнуть что-то обидное, пока Кассандра держала под руку эльфийку и внимательно наблюдала за людьми, что расступались, завидя их.

— Они считают тебя виновной в гибели Жрицы, им нужен козёл отпущения, и пока им будешь именно ты, если не докажешь обратное, толпа тебя растерзает при первом же удобном случае.

Девушка передернула плечами и сжалась сильнее. Кассандру удивлял такой странный выбор эльфов, чего они хотели добиться, послав столь мелкое создание на Конклав. Остаться на собрании инкогнито? Как бы то ни было, шпионы Леллианы были не только не заметны, но ещё и сильны, а в этой дамочке еле-еле душа в теле. Казалось, её может сбить с ног просто горный ветер. Либо она так хорошо притворяется, либо эльфы совершенно спятили, последнего отрицать не стоило, всё же столько лет изгнаний, никто точно не знал, чем именно занимаются эти долийцы у себя в кланах. Может вынашивают план о покорении мира.

Как только они вышли за пределы лагеря, женщина остановилась, эльфийка тоже замерла. Ей казалось, что предплечье, которое так крепко сжимала Искательница уже онемело, а синяки явно будут сходить пару недель.

— Моё имя Кассандра, — вдруг произнесла она и достала из кармана ключи, — у меня нет желания тащить тебя так через горы, путь у нас будет не из легких, а ты едва не падаешь на землю, стоит мне только отпустить твои скованные руки, так мы живыми не доберемся. Учти только одно — дёрнешься-я не буду долго думать и снесу твою голову с плеч, Леллианы тут нет, а у меня уже руки чешутся. Сражаться буду я, а ты попытайся не умереть.

Снова этот страх и легкое недоумение в ярких глазах. Кассандра вздохнула и освободила руки пленницы, та тут же стала их растирать, чуть размазывая проступившую кровь. Эльфийка было потянулась к маленькой сумочке закреплённой на поясе, как тут же застыла.

— Можно?

— Что у тебя там? — Кассандра сама залезла рукой в сумку, не обнаружив там колюще-режущих предметов, одобрительно кивнула.

Эльфийка выудила из сумочки тонкую ткань, свернутую рулоном, она отличалась от бинтов, так привычных Искательнице. Вслед за тканью девушка достала небольшой бутылёк, который Кассандра даже не нащупала в сумке, в нём плескалась зеленая жидкость. Девушка с небывалой скоростью оторвала себе два куска ткани, капнула по несколько капель на каждое запястье, что-то шепча на эльфийском, и так же быстро и умело перебинтовала себе руки. Кассандра не могла похвастаться такой сноровкой в лечении самой себя. Всё-таки девчушку послали на Конклав не за красивые глазки.

— Ты маг? — вдруг вырвалось у Искательницы.

Зачем ещё девушке было шептать что-то на своём родном языке, если только это не было какое-то заклинание лечения. Но вопреки ожиданиям, эльфийка отрицательно покачала головой. Выбившиеся из туго затянутой косы пряди светлых волос качнулись вслед, придавая эльфийке ещё более растрепанный и жалкий вид.

Больше вопросов Кассандра не задавала и просто двинулась вперед. По большей части тропинки были расчищены, но ночной снегопад всё же успел занести часть дороги, что находилась уже ближе к месту взрыва. Несмотря на то, что женщина знала, что река была полностью замерзшей, она ступала очень аккуратно, словно боясь, что лёд под ногами треснет. Он не треснул, но звук говорил об обратном. Демоны поднялись из самой реки и кинулись на прибывших к месту их обитания.

Эльфийка, как и было договорено, кинулась в сторону от демонов, ближе к брошенным кем-то ящикам и мешкам, словно пытаясь спрятаться за ними. Вот только не удалось, прямо перед девушкой возникла огромная тень, коготь готов был распороть девушке грудь, но неповоротливый демон двигался слишком медленно по сравнению с эльфийкой. Она одним плавным движением опустилась на колени, кувырок и вот она уже у ящиков. Цепкий взгляд тут же разглядел среди разбросанных вещей простой охотничий лук. Для начала и этого должно было хватить.

Эльфийка схватилась за оружие, вот только стрелы были отброшены дальше, а демон уже вновь нацелился на свою жертву. Несколько плавных движений, прыжок и вот уже колчан со стрелами покоился за её плечами. Три точных выстрела, демон с громким рокотом пал, исчезая.

— Опусти оружие! Немедленно! — вдруг раздался громкий голос воительницы где-то справа.

— Я…

— Немедленно!

Эльфийка присела на колени и положила лук на лёд.

— Я могу помочь, если бы хотела, стрела была бы уже в вас.

Искательница долгим немигающим взглядом прожигала свою спутницу, но всё же выдохнула, смягчаясь.

— Ты права. Врагов явно будет больше, чем я ожидала, а твоя смерть пока не входит в мои планы.

Эльфийка чуть склонила голову. Это было похоже на жест примирения или же благодарности, Кассандра не совсем поняла, но почему-то напряжение, что сковывало её весь путь, мгновенно отпустило. Она проследила, как девушка насобирала себе ещё стрел в колчан, и повернулась к ней, явно ожидая дальнейших указаний. Спрятав свой меч в ножны, женщина направилась дальше по дороге.

Чем выше они поднимались, тем сильнее был запорошен путь. Кассандра с толикой зависти смотрела свою новую спутницу, она шла рядом не пытаясь обогнать, хотя могла бы.

— Скажи, все эльфы такие легкие?

— Легкие? — девушка чуть повернулась к Искательницу, удивленно смотря на неё.

Женщина кивнула на её ноги. Эльфийка проследила за взглядом человека. Она шла по снегу, лишь немного его продавливая, самую малость он проваливался под её шагом, когда Искательница гребла ногами словно веслами, пробираясь сквозь сугробы, что пока доходили ей только до Ахилла.

— Не знаю, — честно и без запинки ответила эльфийка.

— Не знаешь?

— У нас нет снега дома.

Кассандра чуть приподняла бровь, но больше ничего говорить не стала. Странное всё же существо досталось ей в пленники.

Впереди уже слышались звуки сражения, Кассандра не раздумывая схватилась за меч, и выставив перед собой щит, ринулась в бой. Эльфийка замерла чуть позади, руку неприятно кололо, а яркое пламя, извергающее из себя демонов, приковывало взгляд. Только получив тычок сбоку, девушка вышла из оцепенения, которое практически полностью сковало её. Она увидела перед собой гнома, что крепко сжимал в руках арбалет очень странной конструкции, а позади гнома — о чудо! — был ещё один эльф.

— Будешь клевать носом, эти ребятки быстро затащат тебя в свою компанию, — усмехнулся гном.

Эльфийка неожиданно быстро подобралась, вытянулась словно струна и вытянула из колчана сразу несколько стрел. Варрик впервые видел подобный стиль стрельбы, а уж он то в этом деле был далеко не новичок. Девушка взяла свой короткий лук горизонтально, и сама склонилась к нему, выпуская сразу две стрелы, они разлетелись в разные стороны, прошивая сразу же несколько врагов. Эльфийка чуть вздрогнула, когда поняла, что второй эльф накрыл их с гномом барьером. Едва заметное голубое свечение среагировало, отчего перед глазами на мгновение возникла пелена, но девушка быстро проморгалась и в последний момент успела уйти от летящего в неё сгустка энергии.

Бой закончился быстро, девушка успела сделать лишь ещё два-три выстрела, один из которых не достиг цели, и ушёл куда-то в сторону. Она прикусила губу. Варрик усмехнулся. Странная девчонка, стреляет вроде не плохо, но как-то слишком скованная для умелого бойца и практически не двигается. Он знавал эльфийских лучников, как минимум тех охотников из клана рядом с Киркволом. Они отличались своей мобильностью даже при стрельбе, а она вроде и целилась точно, и движения явно отточенные, но при этом вся схватка граничила с какой-то неуловимой неуклюжестью. Что-то ему это напоминало.

Высокий эльф в несколько шагов оказался возле златовласой девушки, и схватив её левую руку, поднял вверх. Боль. На мгновение весь мир померк перед глазами, и все ощущения сосредоточились вокруг пылающей зеленым светом руки.

Всё закончилось также неожиданно, как и началось, боль отступила, и мир вновь появился перед острым взором девушки. Эльф уже опустил её руку, но она всё ещё держала её вверху, словно пытаясь дотянуться до верхней полки, мир немного шатался, или она шаталась, это ещё нужно было уточнить. Руку она всё же опустила и взглянула на новых компаньонов.

— Варрик Тетрас к вашим услугам! — громко провозгласил гном. — Но я так понимаю, сейчас не время раскидываться любезностями, и стоит поторопиться.

— Правильно понимаешь, — Кассандра чуть нахмурила брови. — Я думала, ты ушёл.

— О, и пропустил такое веселье, как конец света? Ты плохо меня знаешь, Искательница, да и судя по всему помощь вам пригодиться, как минимум, кто-то один не должен пугать бедную эльфийку. Правда ведь, златовласка? — гном широко улыбнулся.

Девушка чуть сконфужено улыбнулась в ответ и склонила голову в приветствии.

— Andaran atish’an. Прости, что пришлось без объяснений использовать тебя для закрытия, но времени объяснять что-либо не было.

Глаза эльфийки чуть просияли, она склонила голову чуть сильнее вперед и влево.

— Andaran atish’an. Я понимаю. Ты знаешь, как можешь помочь? — вновь хмурый взгляд Кассандры в сторону пленницы, она слишком странно разговаривает даже для эльфа.

— Метку создала та же магия, что проделала Брешь. Я предположил, что она сможет и закрыть разрывы, и оказался прав.

Девушка кивнула.

— Значит, мы сможем закрыть и Брешь? — Кассандра в два широких шага оказалась между парочкой эльфов.

— Возможно.

— О, рад это слышать. А то уж было подумал, что мы навсегда по горло в демонах, и что там ещё лезет из этой дыры. Я тут вообще тоже пленник, так что думаю мы с тобой сработаемся, — подмигнул эльфийке гном.

Искательница обернулась на поправляющего перчатки гнома, в её глазах мелькнуло раздражение.

— Я привела тебя сюда, чтобы ты пересказал историю Верховной Жрице. Но теперь надобность в этом отпала.

— Да! Но я всё ещё здесь, к счастью для вас. Иначе бы эти демоны уже забрали пару тройку добрых солдат с собой.

Варрику показалось, что пленница как-то беспомощно взглянула в сторону Искательницы, это было и забавно, и странно одновременно. Но на раздумья времени никто не дал.

— Ты помог нам Варрик, но сейчас ты можешь быть свободен.

— Давно ты заглядывала в долину? Ваши люди там совершенно не справляются, вам нужна моя помощь, — гном особенно выделил слово «нужна», чуть подходя к женщине.

Кассандра что-то недовольно пробурчала себе под нос, но спорить с надоедливым гномом не стала и просто пошла прочь, по дороге поднимая что-то с земли.

— Ох, если пришло время представиться, то меня зовут Солас. Очень рад, что ты выжила, — маг чуть ближе подошёл к меченой и улыбнулся, явно пытаясь немного разрядить обстановку.

— Ага, это он так говорит: «Я дежурил около твоей постели, чтобы ты не отдала концы».

Глаза эльфийки, и без того большие, округлились ещё сильнее после последних слов гнома, она очень странно посмотрела на него, забавно передернула плечами и вновь повернулась в сторону мага.

— Ma serannas, — она вновь причудливо склонила голову, только в этот раз чуть направо.

Варрик впервые видел, чтобы эльфы так делали, легкий поклон имел место быть, но в её движении виднелась привычка. Значит это было нечто обыденное там, где она жила. Слишком неестественно-любезная улыбка сошла с лица Солоса и появилась мягкая и дружелюбная, словно он увидел то, чего так давно хотел.

— Ну если вы налюбовались друг на друга, предлагаю пойти вслед за Искательницей, а то она сейчас так упорно делая вид, что ей всё равно, чем мы заняты, врежется в стену, — кивнул в сторону женщины Варрик, и отряд двинулся дальше.

Стало легче, теперь, когда они отбивались от возникающих из ниоткуда демонов вчетвером, и каждый раз барьер укрывал от особенно проворных врагов. Эльфийка искренне старалась не уступать своим спутникам, но всё же было слишком сильно заметна разница в опыте. Она краем глаза следила за тем, как двигается гном со своим арбалетом, и старалась подстроиться под его движения.

Варрик не сразу понял, что девушка копирует его манеру сражения. Только после того, как в прыжке ловко приземлился на камень, он заметил, что эльфийка чуть согнула ноги, точно так же как он секунду назад, но демон перед ней уже распался, и она не решилась повторить этот манёвр без надобности.

— Скажи, Искательница, — гном поравнялся с женщиной, ушедшей чуть вперёд, когда Солас на ходу пытался залечить небольшой порез на руке эльфийки. — Тебе не кажется, будто девчонка очень странно сражается?

— Хмм, — значит, не только ей показалось это. — Да, кажется.

— Она словно бы и умеет стрелять, но как-то всё равно неуклюже ведёт себя с луком. Точно рекрут, который до этого сражался только с манекенами, но его резко выдернули в эпицентр сражения.

— Точно, вот кого она мне напоминала, новичков, ещё не прошедших боевого крещения храмовников.

— В точку. Забавно, не так ли?

Искательница промолчала, и лишь бросила короткий взгляд на эльфийскую парочку, что уже начала нагонять их. Странное создание, если выживет после закрытия бреши, Кассандра обязательно узнает причину столь странного выбора шпиона для Конклава, и судя по взгляду Варрика, тот собирался заняться чем-то подобным. Значит, кому-то из них всё же удастся узнать правду.

Глава 2. Брешь

Следующий разрыв расположился прямо перед входом в главный лагерь, уже на подступе к некогда возвышающемуся на горе Храму Священного Праха. Около самых ворот сражались солдаты, одна из женщин бросилась к подошедшим, чудом избегая удара демона.

— Пока здесь этот разрыв, мы не можем открыть ворота!

— Сейчас мы это исправим, да, златичко? — Эльфийка не повернулась в сторону гнома, он лишь наигранно разочаровано выдохнул. — Она не поняла, что я о ней, да?

— Не поняла, — зато ему улыбнулся Солас, и Варрик хотел было ещё пошутить, но настырный демон решил выбрать целью именно его, и теперь зеленые всполохи огоньков неслись в его сторону, но разбивались встречаясь с барьером.

Эльфийка расположилась позади своих спутников, явно поняв, что манёвренностью не обладает, но вот дальность её стрельбы стала для Варрика настоящим потрясением. Он сам стоял на метр-полтора дальше их мага от ближайших видимых врагов, а вот девчонка расположилась чуть на возвышении метрах в десяти от них. Гном не был уверен, что смог бы прицелиться с такого расстояния, но рассказывать об этом, конечно же, он никому не будет.

Она явно училась на своих ошибках и делала это довольно быстро, сообразив, что маг не успевает отводить от неё удары демонов, всё же барьер был не бесконечен, а сама эльфийка явно испытывала затруднение в стрельбе на ходу. Она попросту применила стратегию, пока бьют остальных в ближнем бою, она будет прикрывать их спины. И делала это на удивление хорошо, Кассандра уже дважды замечала падающих рядом с ней врагов, которых она не видела до этого.

Последний демон растворился и с всё той же удивительной быстротой, девушка возникла возле запыхавшихся мага и гнома, протянула руку вверх, как до этого делал Солас и… От кончиков пальцев до сгиба локтя руку словно пронзил энергетический разряд, на глаза навернулись слёзы, но эльфийка сжала губы не произнося ни звука, и резко дернув руку на себя, почувствовала как сила разрыва тянется в след за её пальцами и растворяется.

— Уже не плохо, — похвалил её маг.

Снова этот странный поклон. Когда девушка стояла около первого разрыва, Варрику казалось, что она в любую секунду готова была заплакать, а уж когда её взгляд перемещался на Искательницу, то и вовсе пыталась сжаться так, что чудом не врастала в землю. А теперь спустя всего час ходьбы, которая прерывалась убийством демонов, взгляд приобрёл некое подобие стойкости, а девушка словно сама вся чуть вытянулась. Гном был почти уверен, она не из простых эльфов родом, но это он выяснит потом, как и многое другое, уж слишком странным персонажем была эта эльфийка.

Ворота открылись, и вновь послышался гневный ропот со всем сторон, и вот уже мужчина в церковном одеянии кричит о том, что её нужно отправить на эшафот в призрачное место под названием Вал Руайо. Она впервые слышала об этом месте и плохо себе представляла, что же может её там ожидать, если там казнят преступников. Перед взором девушки тут же возникли массивные строения из серых монолитных блоков, какие она видела по пути в Ферелден. По улицам бродят эльфы в кандалах и оборванной во всех возможных местах одежде, выпрашивая хотя бы крошку хлебы (примерно так описывали любые людские города в их клане). Девушка передернула плечами, но похоже спор между мужчиной в рясе и страшной женщиной со шрамами на лице закончился в пользу её временной амнистии.

Головы трех спутников повернулись в её сторону, видимо ей задали вопрос, который она благополучно прослушала, пока представляла этот самый Волруо (или как они это произносили?). Оказалось, что помимо новых спутников эльфийки, рядом с Кассандрой стояла та женщина, что приходила к ней в камеру и попросила её не убивать, имени она не запомнила. У шемленов были слишком странные имена, ничего не значащие, а оттого и совершенно не укладывающиеся в памяти. Хотя, может, просто она не знала значения этих слов, что было ближе к истине.

— Чтобы вы ни говорили, я очень сомневаюсь в её умственных способностях, — вновь подал голос мужчина.

Кассандра сжала зубы с такой силой, что они едва не заскрипели. Никогда ещё священнослужители не вызывали в неё такой неприязни и раздражения, как этот малый, но нужно было держать себя в руках. В этот раз она готова была согласиться с Леллианой — делу дракой не поможешь.

— Как пойдём, напрямик или через горы? — с чуть большей раздражительностью, чем стоило бы произнесла Искательница.

— Горы? — эльфийка искренне не понимала, о чем ведётся речь, хотелось стукнуть себя за свою невнимательность.

Однажды Хранительница сказала, что её невнимательность граничит с желанием уйти в Тень. Смысл этих слов всё ещё был ей не до конца понятен, но как и положено, Хранительница была права — девушка порой не замечала на своём пути ветви деревьев или открытые двери и могла со всего маху влететь плечом в данные препятствия. Правда, как правило и боли она при этом как таковой не испытывала, потому что даже данные обстоятельства могли не привести её в чувство, и она попросту продолжала свой путь. А потом долго удивлялась, откуда на ней столько синяков, когда мать в очередной раз обрабатывала их специальным раствором и лишь горестно вздыхала.

— Значит решено, идём через горы! — провозгласила Кассандра, а Варрик где-то сбоку явно одобрительно хмыкнул.

Решено? Как-то нелепо получилось. Она только решила судьбу отряда случайно брошенным словом, значение которого не совсем понимала, вернее сказать поняла с опозданием, всё же шемленский был слишком странным языком.

— Ответственность за это на вас, Искательница! — крикнул вслед Канцлер.

Эльфийка обернулась на мужчину, который смотрел в след уходящей компании, и вид её стал ещё более несчастным, если такое вообще было возможно.

Проклятые лестницы. У неё никогда в жизни так не затекали руки, а морозный воздух, уже, казалось, проникший в самое нутро девушки, нисколечко не улучшал ситуацию. До этого удавалось терпеть холод — шок, быстро прервавшийся чередой событий, отвлекали от насущных проблем. И только теперь, хватаясь голыми руками за, казалось, промерзшие до самого основания ступени лестницы, эльфийка поняла, насколько же она замёрзла. Легкий доспех в виде туники с высоким горлом и косым нижним срезом, который она стащила из мастерской, совершенно не спасал от холода, хотя и выглядел весьма эффектно на ней. Это была в принципе одна из причин нацепить его на себя. Темно коричневая ткань красиво оттеняла её золотые волосы, а черный узор смотрелся пусть и просто, но гармонично, ну и конечно, что её сразу подкупило, это портупеи! Она обожала все эти застежки, предназначения которых в детстве ещё не понимала, но теперь знала, что с помощью них к спине крепится колчан и лук.

Девушка горестно вздохнула вспоминая об утерянном луке. Это конечно сейчас было не так важно, как собственная жизнь и гигантское нечто в небе, но всё же это был один из лучших эльфийских луков (так по крайней мере, говорили все охотники в клане), и единственный лук в клане на две стрелы, а потому она непременно была обязана стащить его у своего отца для такой важной миссии.

Варрик услышал вздох эльфийки, она ползла прямиком за ним.

— Хей, ты же эльф, должна быть привычна к ползанью по деревьям, разве нет?

— У тебя очень странные представления об эльфах, Варрик, — ответил Солас вместо девушки. — Оттого, что многие из долийцев живут в лесах, ещё не значит, что они ползают по деревьям.

— А как же тогда они устраивают свои знаменитые засады? — взмахнул руками гном, они уже забрались на последний помост и направлялись за Искательницей в какой-то проход, что некогда был шахтой.

Солас на это многозначительно выдохнул, но промолчал. Обстановка на бывшей шахте была весьма угнетающей — тут и там валялись разбитые фонари, мешки с уже протухшими припасами, но самым ужасным была тишина. Ни звуков боя, ни тихого перешёптывания разведчиков, что могли затаиться впереди — ничего.

Эльфийка видела, как Искательница сжала рукоять своего меча, словно готовясь принять бой. Гном, что шагал рядом, выглядел чрезмерно расслабленным и уже было покосился на свою остроухую спутницу, дабы сказать вновь что-то остроумное, но впереди показался выход из шахты, который встретил их мертвыми телами.

— А вот и пропавшие бойцы, — чуть севшим голосом протянул Варрик.

За время путешествия с Хоук он привык видеть на своём пути трупы, но почему-то сочетания яркой зеленой дыры вдалеке и перекошенные в немом ужасе лица мертвых солдат вызвали легкую дрожь во всем теле. Кажется было самое время напиться, жаль, он в отличии от Хоук, не таскал в своей заплечной сумке большую часть припасов собранных со всего Кирквола. Да, Защитница обладала редким «даром» клептомании, отчего они постоянно выслушивали нравоучения от её одержимого. О, как же было весело, когда Хоук стащила что-то из сундука в Казематах прямо на глазах усмиренной, когда Мередит только-только покинула залу. После этого девушка ещё неделю ходила словно утёнок, чем веселила его и вызывала удивленные взгляды со стороны Фенриса, Варрик на пару с Изабеллой конечно потом во всех подробностях описали, а может последняя ещё и показала, бедному пьяному эльфу, из-за чего такое случается. Фенриса он не видел потом недели две, как и Изабеллу.

Варрик улыбнулся своим мыслям. Да, воспоминания о лихих деньках в Киркволе в качестве компаньона сумасшедшей защитница, её одержимого и вечно ворчащего лириумного эльфа, вызывали у гнома странное щемящее чувство в груди и грустную улыбку. Порой ему хотелось вернуть то время, пусть он никогда и никому об этом и не расскажет, но он по настоящему любил своих друзей, таких разных и чокнутых.

Задвинув воспоминания подальше, гном вновь чуть скосил взгляд на эльфийку. Шедшие чуть впереди Солас и Кассандра не могли этого видеть, но с каждым шагов на лице появлялась новая морщинка. Она всеми силами старалась делать вид, что ей не больно, но еле заметные движения выдавали её с потрохами. Варрик видел, как она чуть перебирает пальцами левой руки, словно стараясь найти нейтральное положение, которое не будет приносить боль, как губы чуть кривились, если она отвлекалась и не следила за своей мимикой.

Впереди послышались звуки боя, и вот они вновь ринулись в атаку.

Солдаты поблагодарили так вовремя подоспевшую подмогу и исчезли. Эльфийка, которая только что закрыла очередной разрыв, упала на колени, Солас подоспел первым и положил руки ей на плечи. Появилось легкое голубое свечение, и вот девушка уже задышала чуть ровнее и перестала сжимать правой рукой левое запястье так, словно боялась, что оно вот-вот отвалится.

Варрик сочувственно хмыкнул и подал руку поднимающейся эльфийке. Интересно, только он чувствовал это странное сочувствие и жалость к этому златовласому существу. Ведь по сути сейчас её ни много ни мало обвиняют в убийстве верховной жрицы, и она заслуживает наказания, а не жалости. Но гном просто не мог представить, как эльфийка столь скромной комплекции взрывает Конклав, где находится огромное количество людей — магов, храмовников, стражи. Часто, конечно, в истории именно незаметные шпионы выступали в качестве главного рычага в подобных событиях, но тут совсем верилось с трудом. Ну нельзя было так правдоподобно играть!

Дальше шли в полном молчании, даже словоохотливый гном не мог выудить из себя ни слова, чтобы разрядить атмосферу, ведь чем ближе они подходили к эпицентру событий, тем более мрачным становилось окружение. И вот, забравшись на последнюю ступень и чуть пройдя вперед, перед ними предстала ужасающая картина.

Эльфийка остановилась. Она не могла поверить в то, что предстало перед её глазами — обгорелые трупы, застывшие в различных позах, у многих были распахнуты рты в немом крике. Девушку замутило, она чувствовала, как желудок сводит судорогами. Её спутники в полном молчании прошли чуть дальше. Варрик кажется что-то сказал, но эльфийка не разобрала слов, Кассандра сильнее сжала зубы, и взгляд её налился такой ненавистью, что готов был возродить только потухшее после взрыва пламя.

— Era seranna-ma, — тихо прошептал маг.

Варрик приняв это за какие-то эльфийские прощания с мертвыми, кивнул, едва ли не попытавшись повторить за эльфом его слова, но вовремя опомнился. Златовласка же чуть сведя брови посмотрела на мага, тот словно не заметил брошенный в свою сторону слегка настороженный взгляд. Эльфийка вновь почувствовала сильный спазм в районе желудка и моментально забыла о брошенном эльфом извинении не понятно перед кем и за что.

Она проиграла этот бой и вновь присев на колени согнулась пополам. Ела она давно, а потому изо рта текла только слюна и желудочный сок, отчего вкус во рту стал ещё более мерзким и вызывал повторные позывы, на глаза навернулись слезы. Солас подошёл к эльфийке, склонившись протянул бутылёк со странной мутной зелёной жидкостью, от вида которой спазм вновь заставил девушку содрогнуться.

— Hep, asya, — эльфийка чуть трясущейся рукой взяла бутылек и влила в себя.

Тошнота отступила, хотя вид горящих трупов всё ещё вызывал лёгкое головокружение и дрожь во всем теле, но подняться на ноги девушка смогла без чьей либо помощи.

— И это наша надежда на спасение, — Лилиана возникла со своими людьми словно из воздуха, как и полагается приличным шпионам.

— А мне почему-то её жаль, — как-то странно произнёс гном.

Кассандра сощурилась и с лёгким пренебрежением кивнула девушке, чтобы та шла дальше. Как только они прошли через чудом оставшийся в целостности проём, руку эльфийки пронзила ужасная боль, и глаза устремленные в центр долины, озарились зеленым. На какое-то мгновение Искательнице показалось, что эльфийкой завладел демон, и воительница уже было схватилась за меч, как поняла, что свет бреши попросту отразился в больших цвета жидкого золота глазах.

— Знаешь, теперь нам повезло, что ты такая мелкая, легко будет подбрасывать к разрыву, — не преминул пошутить Варрик.

Ну, а если серьезно, ни у кого не было ни единой идеи, что делать с зияющей зеленой дырой, находящейся далеко не на расстоянии вытянутой руки.

— Будем надеяться, нам такие меры не понадобятся, — изрёк Солас и направился в сторону спуска к бреши, где уже сражались солдаты.

— Леллиана, пусть твои люди оцепят храм, — Кассандра повернулась к главе шпионов, та лишь коротко кивнула и пошла отдавать приказы.

Эльфийка двинулась вслед за магом, слыша, как позади уже громыхает доспехами воительница, а гном вскидывает в руке свой арбалет. Только они сделали пару шагов в сторону спуска, как по долине разнёсся громкий низкий мужской голос.

— Настал час нашей победы. Приведите жертву, — эльфийка чуть повернула голову в сторону разрыва, но шаг не замедлила, хотя боль в левой руке усилилась.

— Кого мы слышим? — удивлённо выдохнула Искательница.

— Предположу, что создателя Бреши, — маг тоже устремил свой взгляд к разрыву, и ускорил шаг.

Эльфийка заметила, что рядом со стеной, вдоль которой они бежали, из земли пробивается нечто красное, какой-то странный минерал отдалённо напоминающий сырой лириум. Но ведь лириум бывал только голубого цвета? Она это знала из книг и рассказов Хранительницы, которая выступала против употребления эльфийскими магами лириума без особой нужды и вне ритуалов.

— Ты ведь знаешь, что это красный лириум, Искательница, — развеял сомнения на счёт странного минерала Варрик.

— Я знаю.

Во всех писаниях говорилось, что сырой лириум «поёт», что шемлены принимают этот зов за голос самого Создателя. Хотя в легендах древних эльфов говорилось немного другое, но суть была та же — через минерал слышалось пение богов или титанов.

— Но что красный лириум делает здесь? — не унимался гном.

— Думаю, магия вытянула лирум из-под земли и осквернила его, — чуть ближе, чем следовало маг подошёл к минералу.

— Фу, мерзость какая. Не вздумайте прикасаться.

Когда они уже почти преодолели последний поворот вниз, по долине вновь раскатился звук этого странного голоса.

— Держите жертву крепче.

— Кто-нибудь, помогите! — из той же пустоты раздался женский крик.

— Это голос Верховной Жрицы Джустинии! — воскликнула Кассандра.

Искательница без промедления спрыгнула с невысокого уступа, за ней последовали гном и маг, а вот эльфийка чуть притормозила, вслед за просьбой о помощи она услышала то, чего никак не ожидала — свой собственный голос.

— Что происходит? — это было странно, она совершенно не помнила происходящего оттого, и голос казался каким-то не своим, чужеродным.

— Это же был твой голос! Жрица звала тебя, но…— Кассандра обернулась на застывшую на краю выступа девушку.

— Как ты можешь определить, что это точно её голос, по мне так бедная зашуганная девочка не произнесла в твоём присутствии и дюжины слов, — нервно пошутил гном, как ему не нравились все эти заморочки с демонами. Вот же было легко в Киркволе, бегаешь, бьешь наёмников или кунари или наёмников-кунари. Иногда, конечно, Хоук вляпывалась в разборки с магами из-за своего блондинчика, но всё же это были единичные случаи, а тут демоны были на каждом шагу.

Эльфийка спрыгнула с уступа, и приблизилась к застывшим в опасной близости от разрыва спутникам. Ладонь заискрилась, словно вторя начавшей распахиваться бездне разрыва. Перед ними предстала туманная сцена — некто держал Джустинию, эльфийка явно прибежавшая на звуки её криков, удивлённо переводила взгляд с неизвестного на распятую женщину, и уже хотела вскинуть лук, как Жрица прокричала: «беги, предупреди их!». Обладателю второго голоса явно не понравилось наличие названного гостя — «убить эльфийку!». Видение распалось.

— Ты! Ты была там! Всё было так, как в этом отголоске? Кто напал на Конклав? — Кассандра затараторила и в два широких шага оказалась возле эльфийки, приподнимая её за ворот.

— Не помню, — чуть сипловато произнесла девушка, слезы душили её изнутри, казалось, что вместо крови по левой руке курсирует жидкое олово.

— Кассандра, отпусти златовласку, так она нам не поможет! — вступился за эльфийку гном.

Кассандра, явно сама не ожидавшая от себя такой эмоциональности, разжала кулак, и девушка опустилась на ноги.

— Это были отголоски того, что произошло здесь. — Солас внимательно присмотрелся к разрыву. — Сейчас он закрыт, но не до конца. Думаю, с помощью метки можно открыть его и полностью закрыть.

— Значит будут демоны. Всем приготовиться! — Искательницы обернулась на подоспевших солдат Леллианы, которые теперь расположились по кругу около разрыва, часть из них спустилась к ним.

Эльфийка краем глаза увидел что-то блестящее мелькнувшее среди обломков храма и красного лириума. Этого просто не могло быть! Она во все глаза уставилась на находку, лук лежал среди обломков как ни в чем не бывало. Изящное плечо лука переливалось, отражая от своей платиновой практически зеркальной поверхности то красный цвет лириума, то зеленый разрыва. К простому изгибу плеча крепилась выступающая часть с украшением в виде когтей волка, а может большого медведя, по краями рукояти располагалось два колеса, из которых при правильном применении на стрелу попадал взрывчатый порошок. Ровно на и под колесо ставились стрелы.

Эльфийка рванула в сторону под непонимающее восклицание Кассандры, но когда воительница тоже заметила оружие, лишь громко хмыкнула и выставила перед собой щит, ожидая когда девушка наберёт в колчан побольше стрел и откроет разрыв.

Он отличался от тех, что попадались им по дороге, демон, что вышел из него был исполинских размеров, если бы страницы любимых книг златовласой не украшали иллюстрации всех возможных демонов Тени, она бы не узнала в нём демона Гордыни. Его броня была намного прочнее всех остальных демонов — ни взрывающиеся стрелы, ни тяжелые мечи не могли нанести демону повреждений.

— Попробуй развеять часть силы разрыва! — Солас почти вплотную подбежал к девушке, и ткнул пальцем в разрыв.

Девушка кивнула, она протянула руку и почувствовала, как тонкая нить обвивает её ладонь и что есть силы дернула за неё. Валласлин чуть полыхнул, обжигая кожу на лице. Эльфийка дернула головой, такое было с ней точно впервые — валласлин бога Джун был нанесён ей ещё пять лет назад, но подобное она испытала впервые. Ведь это же просто татуировка, пусть и сделанная на крови! Может показалось.

Демон, растеряв свою броню, тут же стал уязвим к простым атакам смертных и быстро пал на колени, эльфийке ещё дважды пришлось воспользоваться этим трюком, прежде чем демон с громким рёвом рассеялся и исчез в разрыве.

— Давай! Закрывай! — взревела Кассандра.

Эльфийка вновь протянула руку к разрыву, если до этого она считала, что было больно, то сильно ошибалась. В руку словно вогнали свинцовый раскалённый стержень в самый центр ладони и до самого локтя. Кажется кто-то что-то ещё кричал, может кричала она сама, но свет померк, и Тень утянула сознание девушки за собой.

Глава 3. Инквизиция

Как же ей хотелось, чтобы этот бесконечный звон прекратился. Она не слышала его достаточно давно, чтобы отвыкнуть, но вот он вновь вернулся и громыхал с таким невообразимым усилием, словно пытался оглушить или наоборот привести в сознание. Эльфийка внемла и распахнула глаза. Перед взором предстал простой деревянный потолок какой-то хижины, она с огромным усилием повернула голова налево и наткнулась взглядом на только вошедшую девчонку, судя по ушам тоже эльфийку, но татуировок не было — значит городская. Она испуганно вскрикнула и принялась что-то причитать, и резко рухнула на колени.

Девушка испугалась, что той стало плохо и соскочила с кровати, невзирая на боль во всем теле. Она тут же подлетела к служанке (кажется, так их называют люди).

— Ты хорошо? — после пробуждения, всеобщий язык давался с ещё большим трудом, но надеяться, что городская знает родной язык, было напрасно.

Та с нескрываемым то ли ужасом, то ли благоговением, а может и того и другого, взглянула на подошедшую к ней долийку и тут же подорвалась.

— Я должна сразу сообщить! — она кричала что-то ещё, кажется поблагодарила за спасение, и скрылась за дверями.

Золотоволосая так и осталась сидеть посередине комнаты, пытаясь прийти в себя. Слишком много событий за последнее время произошло с ней, а главное, что при всём при этом ей нужно было понимать, что происходит. С последним были явные проблемы, даже сейчас, сидя в прогретой хижине, она пыталась понять, с чего такое радушие, ведь в прошлый раз она проснулась на полу какой-то темницы, закованная в кандалы, а теперь на ней была новая одежда, длинная коса была расплетена, а волосы явно расчесаны. Девушка задумчиво накрутила одну прядь волос на палец. Мысли никак не хотели упорядочиться в её голове, а отголоски отвратительного звона ещё отдавались в ушах. Этот звон прекратился ещё лет в двенадцать, но теперь явно решил напомнить о своём существовании, хотя эльфийка никак не могла припомнить, с чем было связано наличие звона в её снах в детстве.

Пару раз глубоко вздохнув, девушка прикрыла глаза. Так, ей нужно было встать и выяснить где она, и что в принципе делать дальше. Будут её казнить, и это нечто вроде последнего обеда, или же помилуют, раз они видели ту странную сцену со своей Жрицей. Последнее было мало вероятно, единственное, что она поняла из всего происходящего, что соклановцы рассказывали правду о шемленах — они были неблагоразумны, делали поспешные выводы, жестоки и рубят с плеча. Хотя, может ей пока просто не повезло встретить кого-то более спокойного и мыслящего, ведь по сути, по пути ей встретилось не так много людей, она почти всегда обходила людские поселения, а тут она видела лишь странную женщину воина, да мельком ту, что была в платке.

Эльфийка поднялась на ноги. Она с опаской приоткрыла дверь и выглянула, ничего примечательного — небольшая деревушка, недалеко от домика, где она проснулась, был разведён костёр, и стояли палатки, чуть выше располагалось большое здание, судя по знакам это была церковь. Около костра она заметила знакомую фигуру: гном сидел на каком-то ящике и разбирал свой арбалет, больше знакомых лиц не было, обычные люди, занятые своими делами.

Девушка постаралась сжаться посильнее, чтобы незаметно выскользнуть из домика и подойти к гному, он наверняка должен был знать, какое решение было принято. Незамеченной остаться не удалось, не успела эльфийка сделать и пары шагов, как тут же послышался ропот со всех сторон. Множество глаз устремилось в её сторону, она сжалась ещё сильнее, если это вообще было возможно. Она обхватила локти руками, словно эта поза могла скрыть её от чужих глаз, рука же с меткой неприятно кольнула, напоминая о своём существовании.

Варрик встрепенулся и тоже поднял глаза, улыбка моментально расцвела на его губах. Зрелище было забавное, но всё же ему было скорее жаль бедную маленькую эльфку, которая ещё чуть-чуть и самоуничтожится, судя по её попыткам сжаться сильнее. Аккуратно положив Бьянку на ящик, гном, расталкивая зевак, прошёл к новому символу этой странной войны, а ведь эльфийка ещё даже не знает, каким титулом наградила её эта толпа, что буквально день назад готова была её линчевать, не будь рядом Кассандры.

Гном не успел подойти к эльфийке. Она чуть выпрямилась, и выцепив его фигуру в толпе, направилась навстречу.

— Вестница! Смотрите, очнулась.

— Хвала Создателю, Вестница Андрасте среди нас!

Девушка не совсем понимала смысл сказанных ими слов, кто такой Создатель и Андрасте она знала, но вот что за Вестница, и откуда она взялась — этого она не понимала.

— Варрик, правильно? — гном дивился странному произношению эльфийки, но положительно кивнула. — Что происходит? Кто Вестница?

— Ты! — Варрик усмехнулся, когда девушка круглыми глазами уставилась на него.

— Как это? Что? — эльфийка думала, что может этот гном вновь пытается шутить, но судя по тому, что окружающие люди всё громче шептали «Вестница» и прикладывали кулак к груди, встречая её.

Варрик решил сопроводить девушку до церкви, дабы проследить, что она не упадёт в обморок от столь непривычного к ней внимания. Дралась она неплохо, особенно с этим странным луком на две стрелы, но всё же казалось, что её может сдуть ветром, и это вызывало странное желание придержать её за локоть, чтобы она уж точно дошла до нужного места. Гном сдержался.

— Ну что, как тебе новый титул, Вестница Андрасте? Как всё быстро меняется, не так ли? Всего пару часов назад называли предателем и убийцей, правда я не совсем понял, откуда пошла весть о предательстве, но не суть.

Эльфийка кивнула невпопад, озираясь по сторонам. Шемленская речь резала слух, она пыталась выцепить в толпе хотя бы одного эльфа с Валласлином, но если она видела где-то торчащие острые уши, то лица их были чисты и взирали они на неё с тем же благоговением, что и остальные. Даже того мага, что шёл вместе с ними к разрыву видно не было, а очень бы хотелось. Пусть лицо его тоже не было украшено метками долийца, но похоже на эльфийском он говорил, что могло бы значительно упростить ей сейчас жизнь. Но судьба видимо решила иначе и облегчать участь эльфийки не спешила, а лишь сильнее её запутывала.

Варрик что-то болтал, девушка не сильно вслушивалась в его неисчерпаемый поток слов, только старалась не забывать кивать. Гном сразу же понял, что эльфийка его не слушает, особенно когда он сказал, что нужно сжечь все долийские кланы, а она утвердительно кивнула. Но болтать всё равно не переставал, похоже, даже не понимая его слов, ей становилось легче просто от того, что он идёт рядом. Он понял это по наконец опущенным рукам, чуть расправившимся плечам и более живому, не затравленному взгляду.

— Тут я вас оставлю, Вестница, — последнее слово он произнёс максимально протяжно, чтобы на него обратили наконец внимание.

— Куда дальше?

— Иди прямо, не промахнёшься, главное под ноги смотри. Если что, ты знаешь где меня найти. И не бойся, Искательница не кусается! — он улыбнулся напоследок и ушёл, оставляя эльфийку одну.

Двери церкви перед ней распахнул какой-то солдат в доспехах, на которых виднелся герб в виде меча и расходящихся от него лучей. Она смутно припоминала, что видела где-то уже такой символ, но точно сказать не могла. Она перечитала все книги их не особенно обширной библиотеки и точно могла сказать, что в справочнике о доспехах был подобный символ, осталось вспомнить, что он значит или кому именно принадлежит. Вроде людские семьи любят придумывать себе фамильные гербы, по крайней мере, так говорил кузнец, что спускался в шемленские города для торговли.

Эльфийка проследовала, как и сказал гном, прямо, пока не упёрлась в дверь, из-за которой слышались голоса. Знакомые голоса. Мужской принадлежал тому церковному служителю, которого они встретили по пути к разрыву, и который желал отправить её в это место — Валрао. Судя по его тону, тема разговора была всё та же, вот что удивило, так это голос воительницы. Она без тени сомнения и без запинки сказала — нет. Похоже ситуация всё же чуть переменилась по отношению к новоявленной Вестнице Андрасте, и забыв постучать, девушка открыла дверь.

— В кандалы её! Готовьтесь к путешествию на суд! — вскричал тут же канцлер.

Эльфийка чуть отпрянула, но наткнулась спиной на всё того же стражника, она испуганно вскинула голову, упираясь взглядом в блестящий отполированный шлем. С другой стороны появился ещё один стражник, может он, конечно, шёл с ними с самого начала, она не была уверена.

— Отставить! И покиньте нас! — голос Кассандры звучал куда более твёрдо и безапелляционно.

Стражники отошли от девушки, ударили рукой по груди с характерным металлическим звуком и скрылись за дверями.

— Ты стоишь у опасной черты, Искательница, — голос канцлера не был уже таким визгливым, он явно понял настроение воинов, он чуть сощурил глаза, внимательно смотря на собеседницу. Он напомнил эльфийке крысу, загнанную в угол, которая только и ждёт момента, чтобы укусить.

— Брешь успокоилась, но всё ещё представляет угрозу, не стоит её игнорировать, — Кассандра тоже понизила голос, хотя тон её вызывал в эльфийке дрожь. Никогда прежде ей не доводилось встречаться с солдатами и их командирами, а сейчас, даже не понимая половины слов, девушка чётко осознавала, чего именно хочет добиться женщина. Этот тон мог значить только одно — пойти против обладателя этого голоса, значит нажить себе самого опасного врага.

— Вы не погибли, хотя и могли, если верить словам одного отступника. Очень удобный для вас исход, не так ли? — теперь этот церковник обращался напрямую к эльфийке, видимо осознав, что другой противник ему не по зубам, он решил переключиться на более слабую добычу.

— Я не понимаю, — честно призналась девушка.

— Ну конечно! Легко манипулировать людьми, стоит лишь сделать вот такой невинный взгляд, снять оружие и всё — вы маленькая, невинная девчушка, что по счастливой случайности выжила после того, что могло убить здорового крепкого мужчину с подготовкой храмовника!

— Осторожней, канцлер. Брешь не единственная наша проблема, — едва ли не прошипела Кассандра.

К ним тут же подошла вторая женщина, имя её Кассандра называла, но девушка запомнила лишь то, что оно было созвучно с каким-то цветком.

— Кто-то устроил взрыв на Конклаве. Кто-то, от кого Жрица этого не ожидала. И этот кто-то мог умереть, но у него могли остаться союзники, — подошедшая, выделив последнее слово, обратила свой взгляд на канцлера.

— Я? Вы подозреваете меня?

— Вас, и многих других! — вкрадчивый голос женщины чуть надорвался.

Взгляд канцлера метнулся в сторону стоявшей у входа эльфийки, которая поняла лишь часть разговора, она искренне старалась вникнуть в их пререкания, ведь от этого похоже зависела её жизнь. И не хотелось лишиться её по собственной глупости.

— Но только не пленницу, не так ли?! — вскричал мужчина.

Теперь и взгляды женщин внимательно изучали маленькую фигурку, застывшую рядом с массивными дубовыми дверями.

— Я слышала голос в храме, и её святейшество просило у нашей пленницы помощи, это явно о чем-то да говорит.

Канцлер вздёрнул подбородок и чуть скривился.

— Хотите сказать, что она выжила, и получила эту гадость на руку — совпадение?

Кассандра сложила руки на груди, её взгляд оставался всё таким же стойким, хотя той злости, что эльфийка видела на протяжении всего пути к бреши, уже не было. Женщина явно для себя уже что-то решила и собиралась стоять до последнего, и было приятно осознавать, что похоже, теперь она являлась союзницей этой сильной воительницы. Даже напряжение затаившееся где-то между лопаток, чуть ослабло, и плечи опустились.

— Провидение, — значение этого слова эльфийка точно не поняла, но дальнейшие слова Искательницы развеяли туманность, и девушка мысленно пополнила свой словарный запас. — Его послал нам Создатель в самый тёмный час.

— Значит, — подала голос бывшая пленница, — теперь вы, — она запнулась подбирая слово, — думаете, я не виновна?

Кассандра встретилась со взглядом золотых глаз, и видит Создатель, ей правда принесло облегчение, что не пришлось везти обладателя этих глаз на суд.

— Я ошибалась. Может и сейчас ошибаюсь, — она вздохнула. — Но я не буду притворяться, что ты оказалась на удивление к месту в минуту нужды, — женщина развернулась и подошла к полкам с книгами, что располагались позади, она что-то усердно стала там искать.

— Брешь открыта, ваша метка тоже. Значит, вы наша единственная надежда закрыть брешь.

— Это не вам решать, — напомнил о своём присутствии канцлер.

Кассандра тем временем уже нашла нужную книгу и с грохотом положила её на стол. Из-за того что края книги были обиты железом, звук произвёл должное впечатление на всех присутствующих в комнате и даже вне её пределов, потому что эльфийка уловила странный звук за дверями.

— Вы знаете, что это такое, канцлер, — Искательница ткнула пальцем в метку на обложке, представляющую собой глаз, обрамленный лучами солнца. — Это предписание Верховной Жрицы, которое даёт нам право действовать по своему усмотрению. И сейчас я объявляю о возрождении Инквизиции!

Кассандра шагнула в сторону канцлера, и заставила его пятиться, женщина надвигалась на служителя церкви, чеканя звенящим голосом слова, будто старалась, чтобы все слышали об её намерениях. Мужчина испуганно пятился.

— Мы закроем брешь. Найдём того, кто виновен в её появлении или его последователей, и восстановим порядок. С вашего одобрения или без него!

Канцлер перевёл взгляд с одной женщины на другу, развернулся на каблуках, и качая головой, молча удалился, задев плечом эльфийку. Вестница чуть сдвинула брови, но ничего не сказала, лишь проводила недовольным взглядом странного, слишком зацикленного на своих убеждениях, мужчину. Подруга (наверное) воительницы подошла к книге, она словно зачарованная всматривалась в изображение на обложке. Видимо, для людей Инквизиция была чем-то особенно важным, рассудила эльфийка и постаралась сосредоточиться на дальнейшем разговоре.

— Таково указание Верховной Жрицы: восстановить Инквизицию прежних времён, найти тех, кто будет противостоять надвигающемуся хаосу, — она выдохнула, эльфийке показалось, что печально, но продолжила. — Мы не готовы. У нас нет предводителя, нет людей, а теперь и поддержки Церкви.

Кассандра кивнула и тоже устремила свой взгляд обратно на книгу. Как бы глупо это ни звучало, но у них действительно не было абсолютно ничего для предстоящей войны.

— Выбора у нас тоже нет, — произнесла воительница. — Нужно действовать сейчас. И вы, — она ткнула пальцем в сторону эльфийки, — будете на нашей стороне.

Обладательница золотых глаз смотрела на них, забыв даже, что нужно моргать. Она не сразу поняла, чего от неё ждут, она случайно потеряла нить разговора, когда увидела странный символ на книге, который тоже был смутно знаком ей. Внимательность! Боже, где её внимательность, когда она так нужна! Интересно, можно ли чувствовать себя ещё более нелепо? Похоже, ей предстоит это проверить в самое ближайшее время, ведь судя по устремлённым на неё взглядам, от неё чего-то ожидали и страшно было думать — чего.

— Инквизиция? — слово было сложно произносимо из-за наличия большого количества твёрдых букв, но эльфийка справилась с задачей, и похоже собеседники даже поняли по её интонации, что нужно было пояснить значение этого слова.

— Инквизиция зародилась ещё до церкви. Это были люди, которые объединялись для восстановления порядка в мире, сходящем с ума.

— После они основали нынешний Орден храмовников. Но сейчас храмовники утратили свой стержень.

Храмовники! Точно, тот герб на доспехах, она знала, что вспомнит, кому он принадлежит.

— Теперь нам нужно снова найти тех, кто готов объединиться под общим знаменем, чтобы сделать необходимое, — продолжила женщина.

Эльфийка задумалась, нужно было многое переварить, всё же всеобщий язык давался ей не без труда, а говорили женщины быстро, и многое она просто не успевала перевести для себя. Она чуть покачалась взад вперёд, пустым взглядом упираясь в столешницу, на которой лежала книга.

— Постараюсь сделать правильно, — судя по недоуменным взглядам женщин произнесла она не правильно, прикусила губу и попробовала ещё раз. — Постараюсь помочь.

— Помоги нам всё исправить, иначе будет слишком поздно, — Кассандра подошла ближе к эльфийке и протянула ей руку.

Заметив приблизившуюся воительницу, девушка стушевалась и вновь чуть сжалась всем телом, но протянутая в её сторону рука явно говорила не о том, что ей хотят ударить. Неуверенно, она протянула свою руку в ответ. Искательница сжала её пальцы с такой силой, что на секунду даже потемнело в глазах, девушка отдёрнула руку и зашипела.

— Ха, попробуй не покалечить нашего нового союзника, — весело произнесла стоявшая всё так же около стола вторая женщина.

— Прости, я не хотела!

Эльфийка прижимавшая пострадавшую руку к груди покачала головой, как бы говоря всё в порядке.

— Можешь пойти отдохнуть, ты наверняка голодна, — пока Кассандра боролась с подобием своего смущения, её подруга вспомнила, что пленница давно не принимала пищу.

В ответ раздалось урчание. Да, действительно, она уже и забыла, что такое голод, не до этого было. Она благодарно кивнула и вышла из церкви.

— Что же, странный у нас союзник под боком, но как говорится, выбирать не приходиться. Пойду позову Каллена и Жозефину, нужно отдать соответствующие приказы, а ты, Леллина, подготовь своих воронов. Пора повесить флаг.

Женщины покинули комнату вслед за эльфийкой.

Глава 4. Тактика боя

Массивные двери захлопнулись за спиной эльфийки. Пока девушка находилась в церкви, толпа на улице рассеялась, чему она была очень рада. Вопрос теперь был в другом: где она может раздобыть еду? У неё нет денег, нет места для готовки, нет по сути ничего к нормальному проживанию, и она только могла надеяться, что домик, в котором она проснулась, был выделен ей для ночёвки. Иначе, у неё не было и места для проживания.

Гном видимо дожидался её, потому что, как только она покинула здание, он возник около напуганной и растерянной эльфийки.

— Что же, могу я пригласить столь очаровательную и прекрасную особу на ужин? Или что у нас сейчас, обед? — его улыбка вызывала в девушке желание улыбнуться в ответ, но холод и страх слишком глубоко проник в её нутро, и она лишь нервно кивнула, пытаясь хотя бы изобразить подобие улыбки.

Судя по выражению легкого недоумения на лице гнома, получилось у неё плохо, но она ничего не могла с собой поделать. Эмоции совершенно не желали возвращаться, а холодные порывы ветра не улучшали её общего состояния. Привыкшая жить в лесу, где всё время царило лето, а холод приносили с собой лишь грозы и дождь, снег для неё был в диковинку. И как хотелось, чтобы он оставался на страницах очередной прочитанной ею книги, а не хрустел сейчас под ногами. Одежда, которую ей выделили, состояла из легкой приталенной рубашки с кучей застёжек и высоким воротом, на ощупь она была очень даже приятна, но вот против порывистого ветра не спасала нисколечко, как и кожаные штаны со странными железными клёпками, нет, они ей нравились, но холод…

Варрик наблюдал за Вестницей — она неконтролируемым жестом растирала то руки, то ноги, иногда подрагивала всем тело, это его особенно удивило, и выглядела всё так же напугано и растеряно. Он перехватил её полный ужаса взгляд, устремленный на его сильно распахнутую рубашку и не смог сдержать смешка.

— Что любуешься моими мышцами?

— Как тебе не холодно тут? — ему стало казаться, что у бедной эльфки начали синеть губы.

Решив всё-таки не проверять на деле, насколько быстро они окрасятся в синий, учитывая общую бледность долийки, это должно было произойти по его скромным подсчетам минут через пят-семь. Гном сжалился и повёл её в сторону местной таверны.

Это была, наверное, не самая его лучшая идея, нужно было отвести её в домик и сходить за едой, но сделанного не воротишь. Все взгляды находящихся в таверне людей были прикованы к ним, что явно ещё сильнее нервировало эльфийку. Боже, да она такими темпами получит удар быстрее, чем сможет закрыть эту дыру в небе! Варрик задался вопросом насколько чокнутой или чокнутым является хранитель этого клана, если послал такого шпиона на Конклав, где должны были встретиться самые опасные и разъяренные люди этого сходящего с ума мира. А ведь это несчастное существо похоже действительно теперь являлось их последней надеждой на спасение, гном тяжело вздохнул, — они обречены.

Официантка, едва ли не спотыкаясь, оказалась около их стола с уже наполненными кружками горячего отвара, гном хотел было заказать эля, но решил, что сейчас не самое лучшее время пить. Сначала нужно позаботиться об эльфийке — не дать ей умереть от голода и холода, а потом он со спокойной душей выпьет пару бочонков чего-нибудь.

Увидев перед собой дымящуюся кружку, девушка тут же обвила её ладонями, и прикрыла глаза, наслаждаясь растекающимся от кончиков пальцев до самых кончиков ушей теплом. Щёки порозовели, а плечи опустились, она чуть встряхнула, ими расслабляя затёкшие мышцы. Варри недоумевал, о чём думала Кассандра, просто выпуская эту непутёвую из церкви? Разве по ней не видно, что она едва ли в состоянии позаботиться о себе, особенно учитывая, с каким упорством она от всех шарахается. Да, Искательницу нельзя назвать проницательным человеком, гном вообще тоже не горел желанием играть в няньки, но пока он, видимо, единственная надежда этой эльфийки выжить в суровой реальности.

На самом деле, его немного удивляло, что она настолько сильно мёрзла в Убежище, да, тут конечно не Кирквол со своей знойной жарой, но всё же достаточно приемлемо. Даже в своей любимой рубахе Варрику разве что было чуть прохладно. Хотя, если посмотреть на Кудряшку в его мехах, можно засомневаться в собственном благоразумии носить столь легкую одежду в этом месте.

Вновь подошла официантка с большими кусками яблочного пирога, ярко пахнущего корицей. Это было конечно не самое лучшее, что можно было есть после долгого голодания, но пах пирог настолько превосходно, что эльфийка, даже не задумываясь, тут же воткнула в него вилку.

— Ma serannas, — произнесла девушка, прежде чем набить едой рот.

Официантка прижала к себе поднос и с легким недоумением посмотрела в сторону гнома.

— Спасибо, говорит, — улыбнулся застывшей рядом со столом женщине.

— Ну что вы! — женщина резко поклонилась эльфийки, та от неожиданности чуть не подавилась. — Это мы должны благодарить вас, Вестница!

Она ещё пару раз поблагодарила застывшую с набитым ртом эльфийку и вернулась к исполнению своих обязанностей. Девушка отмерла, и продолжила теперь уже более медленно жевать пирог.

— Все люди такие, — они попыталась подобрать слово, — эмоциональные? — девушка чуть свела брови, не уверенная правильно ли выразилась.

Гном хохотнул, отпил уже подостывший отвар и кивнул.

— Златичко, если уж эти люди для тебя эмоциональны, то в будущем ты удивишься ещё сильнее!

Странное прозвище похоже закрепилось за эльфийкой, она не то чтобы была против, первый раз она не поняла, что за странное слово, но провела аналогию с парочкой шемленских слов и вывела для себя, что корень слова — золото или злато, и учитывая цвет её глаз и волос вполне понятная ассоциация.

— Я думала, гномы живут внизу, ну, под землёй, — похоже вкусная еда и теплые напитки немного растопили холод внутри эльфийки, и она решилась поговорить, это порадовало гнома.

— Не все, только кастовые, как только мы поднимаемся на поверхность, то лишаемся всех семейных привилегий. Так что я простой наземник, без гроша за спиной, хотя нет, у меня за спиной есть моя любимая Бьянка! — гном хохотнул и отпил ещё теплого отвара.

Эльфийка с серьезным выражение лица кивнула, словно мысленно делая какие-то пометки у себя в голове. Может быть так оно и было, как мыслит это странное создание пока было сложно определить. Как легко было с Фенрисом и Мерриль! Нет, первый конечно был не подарок, но его мотивация и поведение было весьма ожидаемым и понятным, а вот тут придётся немного копнуть глубже. Варрик обладал просто непревзойденным умением вытаскивать из людей всю нужную информацию, не прибегая к пресловутым пыткам, а на что он уговаривал людей, когда ходил на вылазки вместе с Хоук!

— А вот я думал, — начал было Варрик, но дверь в таверну с грохотом открылась, и на пороге показался никто иной, как командор собственной персоной.

Он нашёл взглядом парочку, сидевшую в дальнем углу таверны и направился к ним, привычным жестом придерживая рукоять меча. Эльфийка во все глаза смотрела на высокого статного мужчину, что приближался к ним, и не могла отвести взгляда. Не смотря на его общую комплекцию и грозный вид, в отличие от Кассандры, этот мужчина не вызывал в ней непреодолимого желания спрятаться под стол. То ли дело было в его слишком мягком взгляде, который никак не вязался с его образом явно сурового, кого? Она видела его лишь мельком, когда выходила из церкви, и он вроде бы отчитывал солдат, можно было предположить, что он был кем-то из старших.

— Вестница, — мужчина остановился около стола и чуть кивнул.

— Так, сразу хочу предупредить, Кудряш, постарайся говорить помягче, не хочу ловить эльфийку потом по всему Убежищу, она явно слишком быстро умеет бегать. Поверь, я уже видел.

Кудряш? Что за нелепое имя, эльфийка прыснула, хоть улыбке так и не удалось найти её губы, да и смешок получился слишком скованным, внутри она чуть повеселела.

— Извини, что? — командор непонимающе посмотрел в сторону гнома, а потом перевёл взгляд на прыснувшую в кулак эльфийку.

Когда он увидел её выходящей из здания церкви, то сначала принял за очередную служанку или помощницу Жози, но татуировки на лице выдали её происхождение и с запозданием командор узнал в проходящей мимо ту самую Вестницу Андрасте, про которую ему рассказывала Леллиана. Она была здесь единственной долийкой, а потому спутать с кем-то ещё было весьма затруднительно.

— Странное имя, — произнесла эльфийка, и гном зашёлся в приступе смеха, вперемешку с кашлем из-за того, что таки подавился кусочком пирога.

Мужчина как-то странно стушевался, чем удивил долийку ещё сильнее. Не вязалась его комплекция и одежда с его мягким и чуть отстранённым взглядом. Она никак не могла подобрать слово, но потом на ум пришло, что этот взгляд напоминал ей собственный тогда в клане… Хочешь забыть что-то, но не можешь, пытаешься отвлечься и думать о чем угодно, кроме случившегося, но каждая мелочь, каждая деталь напоминает об одном…

— Моё имя Каллен, — представился наконец мужчина. — Кассандра попросила показать тебе тренировочные площадки и взять вместе с остальными солдатами на тренировку.

Девушка чуть вздрогнула при упоминании Икательницы, но тут же подобралась вспоминая, что теперь они вроде как на одной стороне и бояться больше нечего.

— Она что, действительно такой изверг? — гном хлопнул себя по коленям, и наигранно закатил глаза. — Не думаете ли вы, что нужно дать бедной девчушке хотя бы день передышки, ну или хотя бы пару часов чтобы прийти в себя. И получаса не прошло, как она выбежала из вашей этой церкви, а вы её уже на тренировку тащите, дайте хоть отдышаться.

Каллен с сомнением посмотрел на эльфийку, которая прижала к губам кружку и жадно пила отвар, переводя взгляд между говорящими.

— Может наша дорогая Искательница в принципе попросила тебя взять на тренировку нашу Вестницу, а не в частности прямо сейчас. Я конечно понимаю, твои бравые храмовники быстро приходят в себя, но тут всё намного сложнее.

— Пожалуй ты прав, Варрик, — согласился мужчина. — Как будете готовы, приходите на площадку, она находится за воротами рядом с озером.

Каллен коротко кивнул и покинул таверну, где тут же со всех сторон послышались перешептывания и странные хихиканья дамочек. Варрик усмехнулся, похоже командор всё так же привлекал достаточно много внимания со стороны женского пола, теперь-то особенно в этом своём красном плаще с меховой отделкой и руками, вальяжно расположенными на рукояти клинка. Он сам-то понимает, какое создаёт впечатление? Варрик очень в этом сомневался. Хоук с Изабеллой даже как-то пытались поспорить, заметит ли Каллен, если подойти к нему без рубашек или будет также притворятся истуканом и бравым храмовником. Правда, по итогу они поспорили на одного очень удачливого мага, который месяц потом не появлялся в Висельнике, весело всё же было.

Трудно было противиться этим воспоминаниям, и оттого сильнее хотелось помочь этой странной Инквизиции урегулировать таки этот конфликт между магами и храмовниками, может тогда он снова сможет увидеть своих друзей всех в одном месте.

Варрик не умел долго молчать, хотя собеседница у него была тот ещё истукан, но хотя бы внимательно слушала. Она изредка задавала вопросы, он отвечал, приукрашивая каждый рассказ и добавляя в него побольше кровавых сцен, пытаясь проверить, насколько сильно могут распахнуться эти золотые глаза. Эльфийка была похожа на ребёнка, только познающего мир, а не на бравого высокомерного долийского охотника. То, что они были весьма высокомерны, Варрик убедился ни единожды, отчего-то эти умельцы всегда считали себя намного лучше людей и гномов и непременно об этом говорили прямо в лицо без стеснения.

Они покинули таверну после повторной порции пирога и напитков. Настроение новоявленной Вестницы Андрасте явно улучшилось как и общий цвет лица, щёки порозовели, глаза заблестели — она перестала напоминать ходячий труп.

Девушка чуть потянулась, и увидела чуть вдалеке у одного из домой Солоса, просияла и попрощавшись с Варриком направилась прямиком к эльфу. Гном хотел было пошутить ей вслед о неблагодарности, но просто усмехнулся и отправился к месту своей стоянки, нужно было ещё начистить Бьянку.

Солсал едва заметно улыбнулся подошедшей долийке, было в ней что-то неуловимо знакомое, но маг пока не мог понять для себя, что именно. Раздражения она у него, по крайней мере, как многие долийцы, не вызывала, пусть они и общались всего ничего. Её странные манеры и говор вызывал в нём чувство чего-то давно утерянного и оттого впервые захотелось поговорить с представителем своей же расы.

Говорили недолго, она задала ему парочку вопросов, а он как можно подробнее рассказал о своих изысканиях в Тени. Отчего-то эта тема была безумно интересна эльфийке, а он не был прочь хоть кому-то рассказать об этом, пусть даже она и не была магом, но видимо, узнавать новое, ей было только в радость.

— Эльфийских книг практически не осталось, — она безрадостно вздохнула. -Люблю читать, но уже не осталось книг в библиотеке клана, а ты говоришь вещи о которых я не знаю. Интересно и спасибо, — девушка запнулась. — Не знаю, как к тебе обращаться, dalen будет наверное не тактично.

— Просто Солас.

Похоже, просто имя её не устраивало, и девушка крепко задумалась, прижав кулак к губам, она еле заметно ими шевелила, видимо пытаясь подобрать нужное слово, которое не оскорбит её нового знакомого, но и покажет её почтение к старшему.

-Ingolmo, ma serannas, — маг удивлённо взглянул на неё, это слово было старо как мир, и слышать такое обращение ему довелось разве что в своих путешествиях по Тени, где ещё эльфы говорили на своём родном языке…

Раздался звон упавшего меча, эльфийка хлопнула себя ладонью по лбу, и распрощавшись с эльфом, убежала в сторону тренировочной площадки, не дав сказать ему больше ни слова. На площадке её уже ждала странная троица в лице Леллианы, Кассандры и Каллена. Это ей очень не понравилось, но её приближение уже заметили и спрятаться возможности не было, пришлось идти к ним.

— Стреляешь ты хорошо, но вот совершенно не умеешь предугадывать удары противника, — холодный тон женщины обжигал ещё сильнее, чем её клинки.

Эльфийка сидела на коленях, не смотря на боль в руке из-за метки, в ногах из-за непривычного напряжения, а в остальные участки тела её уже просто успели побить, лук свой она не отпустила, пусть и колчан уже был пуст.

Леллиана сразу решила проверить Вестницу боем, ведь по дороге к Бреши они сражались с демонами. И какого было её удивление, когда она наконец поняла смысл слов Кассандры, что девушка сражаться то вроде умеет, только очень неуклюже. Очень. До абсурда. Двигалась эльфийка легко и быстро, её скорости могли позавидовать самые опытные разбойники служившие под началом Леллианы, и оттого удивление женщины было только сильнее.

Скорость есть, умение стрелять есть. Как только видит противника — застывает словно изваяние, и не успевает уворачиваться. Словно её тело в момент выстрела жило своей жизнью, отчего не поддавалось даже малейшим рефлексам.

Леллиана устало помассировала глаза.

— Твоя задача смотреть за всеми моими движениями, понять мою логику и предугадать следующий удар, опираясь на то, какие мышцы напряглись, в какую сторону я отвела запястье или же взгляд. Нужно видеть всё, любые, даже самые незначительные детали, только так ты сможешь противостоять врагу, который может будет не ловчее, но сильнее тебя. Найдёшь его слабое место и он уже труп, — всё это Леллиана говорила с расстановкой, словно объясняла ребенку, как нужно пользоваться вилкой и ножом.

Кассандра и Каллен, как представители меча и щита, пока только лишь наблюдали за потугами главы шпионов разъяснить тактику боя, ведь некогда и она бегала по боевому полю с луком в руках, пусть и не с таким странным.

Эльфийка смотрела исподлобья, пыталась понять, что говорит ей эта шепленка, но получалось пока плохо. Драться её действительно никто не учил, она еле уговорила охотников показать, как нужно из лука стрелять, не то что уже о настоящем реальном бое.

— Я раньше не дралась с живыми, — произнесла эльфийка жадно хватая воздух, после очередного пропущенного удара, который пришёлся в район грудной клетки.

Леллиана замерла и обратила свой удивлённый взгляд в сторону Кассандры, которая с таким же точно недоумением смотрела на их будущего спасителя.

— Но против демонов ты держалась не плохо! — Искательница подошла ближе.

Эльфийка чуть приподнялась, всё ещё упираясь руками в колени, она взглянула на женщин и отрицательно покачала головой.

— Вы отвлекали, я стреляла. Легко. Двигаться сложно, — было не понятно, говорят она так, потому что запыхалась и устала или потому что вовсе толком не умеет говорить.

— Похоже тренировки нужно начать с самых основ, — рассудил присоединившийся командор. — На рассвете будешь вместе с моими ребятами проходить полосу препятствий. Вернее бегать, вон в той части, ближе к горам, — мужчина махнул в сторону небольшой рощи, что располагалась по левую сторону от церкви.

— Хорошо, а я попрошу кого-нибудь из своих ребят потренировать её, но сначала лучше вам с ней поработать, знаю что вы мечники, но натаскайте её на основы ближнего боя, чтобы она понимала, как всё работает. А мне нужно ещё ответить на несколько писем.

Леллиана ушла, оставляя Вестницу, надежду на счастливое будущее без демонов под опекой двух воинов.

Эльфийка только чудом добрела до гнома, и едва ли не упала на ящик рядом с ним. Варрик удивлённо воззрился на долийку, которая кусала губы и выглядела мрачнее тучи. Он конечно понимал, что им не доставало времени, чтобы постепенно вводить девушку в основы тактики боя, но настолько измываться над ней было слегка перебор. Она ушла от него в обед, а уже практически стемнело, и судя по тому, с каким звуком она вытянула ноги рядом с ним, всё это время она провела в тренировках. А ведь это её первый день в Убежище.

— Пошли ужинать? — девушка кивнула, но с места не сдвинулась.

Варрик спрыгнул с ящика и потянул не сопротивлявшуюся девушку за руку, вслед за собой, она что-то промычала, но ногами передвигала, и вскоре они сидели за тем же столом, что и утром.

— Кто платит за еду? У меня нет денег, всё потерялось, — кажется последнее слово она произнесла на своём родном, но гном понял смысл по контексту.

— Ты Вестница Андрасте, наслаждайся пока можешь, платит, я думаю, Кассандра. Надеюсь на это, я по крайней мере говорю хозяину её имя, — гном посмеялся.

Эльфийка не смогла вызвать в себе улыбку. А как только на столе появилось ярко пахнущая похлебка, взялась с упорством поглощать её, будто это была последняя трапеза в жизни.

— Впервые вижу человека, прости, эльфа, да и вообще любое живое существо, которое с таким энтузиазмом поглощает так ненавистную всем похлебку из брюквы.

Эльфийка пожала плечами и молча продолжила свой ужин, Варрик хотел было ещё что-то сказать, но передумал и тоже принялся за еду. После похлебки принесли свежие булочки и отвар из шиповника, девушка всё с такой же жадностью поглотила булочку и едва ли не залпом выпила отвар. Как только не обожглась!

— Я, — наконец подала голос долийка, — где спать?

Варрик свёл брови на переносице.

— Тебе же вроде выделили отдельный домик, пока ты там даже одна спишь, не знаю надолго ли. Не помнишь где он?

Она кивнула.

— Я тебя провожу, всё равно нам в одну сторону, а пить тут совершенно не с кем. Пошли.

— Тебя явно что-то тревожит, — Жозефина подняла свой взгляд от бумаг.

Подруга уже пятый раз огибала её кабинет, и даже не собиралась садиться.

— Да. Кто эта эльфийка? Вроде стреляет лучше, чем кто-либо из моих ребят, но двигается как дерево. При этом, стоит опустить лук, отвлечься, она уже возле тебя, хотя стояла на другой стороне поля! Я просто не понимаю! Она нас обманывает или же правда не умеет драться?

— Подумай, зачем ей нас обманывать? Сейчас уже по крайней мере, ладно бы мы её всё также держали в качестве пленницы, но теперь у неё есть еда, люди едва ли не кланяются, завидев её. Поэтому думаю, она действительно неуклюжая. Вчера вот я видела, как она уронила колчан, было смешно, — Жозефина хихикнула и была удостоена удивлённым взглядом Леллианы.

И что им с этим делать? Нужно было отправляться во Внутренние Земли, но пары дней тренировок было мало, а учитывая настроения между магами и храмовниками, то там будут бои и не просто тренировочные. Отправлять сейчас туда эльфийку всё равно, что убить её прямо в Убежище, но тут хотя бы это будет безболезненно…

Выбора не было, как и времени. Оставалось надеяться на удачу и чудо, благодаря которому этот мир видимо ещё держится.

Глава 5. Тренировки

Тренировки начинавшиеся ранним утром, вместе с рекрутами комндора, представляли собой бег вокруг озера, преодоление наспех построенных препятствий в виде каких-то нагроможденных коробок и бочек, отжиманий, и ещё пары троек подобных вещей.

Первые два дня эльфийка валилась с ног после первого же круга, спотыкалась о камни и пару раз скатывалась со склона прямо на ледяную поверхность озера. В один из разов, растянувшись на льду, девушка решила, что ей в принципе и там не плохо, но Каллен лично спустился на лёд и помог подняться, что вообще-то не входило в его обязанности. Бедный мужчина потом долго терпел странные улыбки и перешёптывания от Леллианы и Жозефины, на что лишь тяжело вздыхал и говорил о том, что Вестница нужна им живой и здоровой, потому он и пытается ей помочь. После этого следовало натяжное: «Мы всё понимаем, комааандор».

Если выносливость можно было воспитать в себе такими тренировками, и спустя пару дней склон не казался таким уж скользким, а круги большими. Но вот рукопашный бой даже спустя неделю казался чем-то сверхъестественным и болезненным. Так просто и быстро улавливать настроение противника научиться не удавалось, хотя её скорость в разы превышала скорость присланного Леллианой помощника, но вот его пониманием боя эльфийка не обладала и получая несильные (как она узнала пару дней спустя из случайно подсушанного разговора, который вселил в неё ещё больший страх) удары то по рукам, то по ногам и валилась на землю. Из того злополучного разговора долийка узнала, что все удары, которые должны были прийти на область туловища, разбойник просто сдерживал, за что получил нагоняй от главы шпионов, ведь в настоящем бою никто не будет сдерживаться.

Похоже самыми суровыми людьми в этой Инквизиции были эти две женщины — Кассандра и Леллиана. Как только кто-то из них брался тренировать непутёвую Вестницу, остальные спарринги тут же казались очень легкими и безболезненными. Кассандра пыталась научить эльфийку самым основным способам блокировки удара.

— Если ты не можешь уйти от удара, то хотя бы сделай так, чтобы он был максимально безболезненным и не нанёс весомых повреждений.

После этого последовала лекция от главы шпионов, самолично она редко бывала на тренировках долийки, обычно поручая это кому-то. На пару с Кассандрой они пытались научить на деле эльфийку держать удар, блокировать луком удары мечей и кинжалов, пытались донести до неё элементарное понимание того, куда в разных случаях последует противник, или куда будет целиться.

Два дня после этой тренировки никто не мог найти Вестницу в Убежище, Жозефина впервые видела такое выражение лица у Леллианы. Ни один из её лучших шпионов не мог найти одну маленькую девчонку на необширной территории деревни. Варрик смеялся, наблюдая за потугами командора и его людей вместе со шпионами найти эльфийку, это было настолько абсурдно и забавно, что просто не мог удержаться и не комментировать их действия, чем раздражал ещё сильнее и получил пару раз нагоняй от Искательницы.

Гном был уверен, не попроси его Леллиана с помощью в тренировках по стрельбе, то долийка пряталась бы у него, ведь он похоже был единственным, кого она тут не боялась и воспринимала очень дружелюбно. В её понимании дружелюбно, более разговорчивой она не стала, но есть ходила всегда вместе с ним, а вечерами не прочь была послушать его байки. Был конечно ещё Солсал, но к нему она относилась скорее как к старшему и всегда после очередной тренировки плелась к нему залечивать раны, благодарила за помощь и возвращалась уже менее побитая к Варрику.

Спустя два дня Каллен случайно нашёл эльфийку ближе к воротам, которые находились за церковью. Мужчина держал в руках стопки бумаг, и иногда что-то бормотал себе под нос, ему нужно было подумать, и потому он забрёл в эту глушь. Заметив краем глаза что-то блестящее в роще, остановился. Это была Вестница, не было ни у кого в Убежище такого яркого золотистого цвета волос, в которых так рьяно путались лучи солнца, словно заигрывая.

Он подошёл чуть ближе, стараясь ступать как можно тише, но похоже эльфийка была слишком увлечена каким-то своим занятием и не замечала ничего вокруг. Видимо эту черту им придётся долго выбивать из неё, повышенной внимательностью долийка, как ни странно, не обладала.

Девушка осторожно срезала листья эльфийского корня и укладывала их на ткань, потом зачерпывала пригоршню снега и накрывала ей листья, складывала ткань пополам и повторяла свою процедуру, пока не закончился кусочек ткани. Долийка встала, стряхнула с колен и странного плаща снег.

"Где она только откопала эту тряпку, нужно будет позаботиться, чтобы ей выдали нормальное обмундирование", - размышлял Каллен.

Девушка аккуратно подняла свой свёрток и развернулась. Глаза в глаза. Она выглядела как нашкодивший ребёнок, открыла рот, чтобы что-то сказать, но явно не придумала и просто так и застыла.

— Почему ты заворачиваешь травы в снег? Разве эльфийский корень не сушат? — командор решил задать этот ничего не значащий вопрос, и не прогадал, девушка сразу же чуть расслабилась, понимая, что кричать на неё никто не будет.

— Если делать сок из холодных, ледяных листьев, будет не зелье здоровья, раны затягивать не будет. Но можно получить, — она поморщилась, подбирая слово, — обезболивающее, — она произнесла это слово по слогам, что вызвало легкую улыбку у мужчины.

— Понятно, не скажу что сведущ в этой науке, но такое точно слышу впервые. Не буду спрашивать, что у тебя болит, — он по-доброму усмехнулся, — думаю всё, особенно после тренировок с Леллианой. Но, не пропадай больше, мы хотим подготовить тебя к сражению, поверь — лучше мы, чем реальные враги, которые не будут заботиться о том, какие ранения ты получишь.

Эльфийка подняла всё такой же виноватый взгляд на мужчину и встретилась с на удивление теплым и понимающим взглядом светло-карих глаз. Внутри что-то екнуло, и стыд с ещё большей силой накрыл девушку. Она понимала, она всё это понимала, но она не хотела, попросту не хотела быть этой самой Вестницей Андрасте, сражаться с неизвестными врагами и демонами и понимала — выбора нет, и это понимание давило на плечи с удвоенной силой.

— Я, — она запнулась, — простите.

Каллен впервые ощущал такое сильное желание накрыть чуть подрагивающие плечи маленькой эльфийки своим тёплым меховым плащом, и проводить её до дома. Но это явно было бы лишним. Он кивнул на её извинение, и дальше они в полном молчании шли до домика алхимика, в котором она видимо занималась варкой своих зелий под началом усмиренного.

— Спасибо, — она склонила голову чуть на право и скрылась за дверями дома.

Каллен, всё ещё сжимая в руках позабытые бумаги, медленно побрёл в сторону площадки для тренировок. Рядом неожиданно раздался ехидный смешок.

— Нашёл пропажу? — Варрик пристроился и шагал уже рядом с мужчиной.

— А? — не сразу понял вопроса командор. — Да, она в лесу была.

— Ты же понимаешь, что там её тоже искали, но найти удалось именно тебе, — хитрая улыбка не сходила с губ гнома.

— Не понимаю к чему ты клонишь.

— Ага, — протянул гном, но отстал от командора, возвращаясь на своё насиженное место рядом с костром.

Часом позднее эльфийка прошла мимо него прямиком к палатке, где обычно раздавала приказы Леллиана.

Долийка застыла: женщина сидела на коленях и читала молитву. Такого она не ожидала увидеть, девушка конечно понимала, что её наградили таким титулом именно по причине того, что многие здесь верили в Создателя и были андрастианами, но почему-то именно от главы шпионов такого ожидать не приходилось.

Женщина закончила молитву и подняла свой взгляд на застывшую около входа эльфийку.

— Вы верующая? — сорвалось с губ эльфийки.

— Это настолько удивительно? — Леллиана улыбнулась, впервые за время их знакомства, улыбка у женщины была мягкой и чуть таинственной. — Порой я не знаю провидение это, посланница ли ты самой Андрасте, правильно ли всё что делает сейчас церковь. И чего хочет добиться от нас Создатель. Проверяет на прочность, даёт нам шанс на искупление или же это чья-то злая шутка и в золотом городе никого нет.

Долийка слушала, она не знала что ответить на это, и старалась выглядеть как можно более понимающей и чуть кивнула, словно пытаясь тем самым подбодрить женщину, сказать что она готова выслушать даже такие странные мысли. Ведь похоже им придётся пройти ещё долгий путь бок о бок, пока эта дыра в небе не затянется окончательно, а те, кто её создал, не будут истреблены.

— Знаешь, когда я встретила в Лотеринге Стража-командора, да, тогда она ещё была простым стражем, едва ускользнувшим из лап смерти, я действительно уверовала, что все знаки и сны, что я видела, были посланы мне самим Создателем, — женщина грустно усмехнулась своим мыслям.

— Вы знали Героиню Ферелдена? — глаза эльфийки зажглись интересом.

— Да, мы шли с ней бок о бок до самого сражения в Денериме, я видела, как она вонзила свой клинок в глотку Архидемона, помогала Алистеру вынести её с места сражения. Вспоминая об этом, и смотря на тебя я думаю — либо мне везёт и я встречаю героев для этого мира и иду с ними рядом, или же этому миру так сильно нужны герои, что он сам подбрасывает их в нужное время и место. Судьба или случайность?

— Я не герой, — девушка опустила голову, теперь ей было вдвойне стыдно за свой побег.

— Прости за эти странные речи, сегодня тренируйся с Варриком, завтра я пришлю кого-нибудь из своих, — женщина развернулась и начала перебирать бумаги разложенные на столе.

Долийка ещё помялась около входа в палатку, но не решилась задавать какие-либо вопросы и отправилась к гному. Неужели эти люди действительно так верят, что она может их всех спасти? Вот так просто, незнакомая эльфийка, которую они знаю пару недель, просто возьмёт и спасёт целый мир от дыры в небе? Больше было похоже на легенды, которые рассказывают около костра, чем на реальную жизнь, конечно, совсем обычной назвать её было нельзя, и даже не из-за этой метки на руке, но сейчас это было не важно. Интересно, кто-нибудь из них знает, как её зовут?

Варрик не совсем понимал, зачем его привлекли к тренировкам. Стреляла эльфийка лучше чем он, пусть в слух он этого никогда и не признает, он пытался научить её по настоянию Леллианы скрытности, но сколько бы он ни старался — она просто была слишком заметной. Яркая золотая коса достающая до лопаток попросту выдавала её присутствие, где бы то ни было. Кассандра на это высказала идею обстричь длинные волосы и дело с концом, и потом ещё день играла в прятки с неуловимой эльфийкой.

Как у неё это только выходило? На поле боя она в скрытности была полным нулём, но если дело касалось пряток, то найти её было просто невозможно!

Единственным полезным умением, которым смог поделиться гном с эльфийкой, были прыжки. Она ещё около разрывов пробовала повторять за ним, но теперь, когда он разжевывал ей каждый аспект элемента в прыжке, то прыгать она стала не хуже дикой галлы.

Эльфийка еле передвигала ноги, последние три дня были настолько суровыми, что всё тело отзывалось острой болью в разных точках. Больше никто жалеть её не собирался, причину таких резких перемен в настроении она пока не знала, но им явно что-то предшествовало, думать об этом совершенно не хотелось.

Девушка постучалась, но эльф не ответил привычным: «входи». Не смотря на то, что хозяина не было в доме, дверь оказалась открытой, и эльфийка без зазрения совести зашла к нему. Она уже видела стул маячащий впереди, на который она всегда садилась, чтобы Солас залечил ей раны, но что-то пошло не так. Мир резко подкосило, или её? В общем она рухнула на колени, посидела так пару минут, плюнула на приличия и просто растянулась прямо на полу, и смотрела в потолок, который слегка подрагивал, или это все-таки она?

Глаза наливались свинцом, и она одной только силой воли держала себя в сознании, очень хотелось вернуться в свою лачугу, свернуться клубочком на мягкой постели и проспать пару дней к ряду. Эти мысли прервал скрип двери и возглас мага: «fenedhis!». Дальше было приятное обволакивающее свечение, которое, казалось, забирало вместе с собой всю усталость и боль. Она не была уверена, но вроде смогла выдавить из себя благодарность, прежде чем потерять сознание.

— Я понимаю, времени у нас в обрез, но думаю всё будет бесполезно, если вы убьёте Вестницу в Убежище, — эльф впервые зашёл в ставку командования, где сейчас велась дискуссия на тему того, стоит ли эльфийку допускать сюда и не пора ли уже отправляться во Внутренние Земли, ведь письмо от матери Жизели пришло ещё неделю назад.

— Что? — первой среагировала Жозефина.

— Для вас всё это привычно и легко, тренировать рекрутов, обучать тактике боя. Но вы забываете об одной маленькой детали — на её руке метка, которая выжигает её изнутри изо дня в день, а учитывая что она не маг, то и метка для неё становиться значительно опаснее. Она не может перераспределять силу, а значит она бьёт её каждый раз в одно и тоже место.

Молчание. Никто не забывал о метке, но никто не задумывался, какой вред она приносит своему носителю.

— Дайте ей пару дней прийти в себя, и можно будет отправляться во Внутренние Земли, — маг кивнул на карту, — ведь в первую очередь нужно именно туда?

Леллиана кивнула. Для всех в этой комнате магия была чем-то непонятным, и потому им сложно было судить об опасности магических влияний на неподготовленный организм, а особенно если этот организм подвергается таким усиленным тренировкам, что понижают его естественную сопротивляемость.

— Жозефина, распорядись, чтобы Вестнице выдали доспехи и стрелы, — Каллен встал со своего места.

— Да, и думаю нужно показать ей, где ванные комнаты, пару дней назад мои люди видели, как она ходила к водопаду недалеко от моста, — Леллиана передёрнула плечами, представляя ледяную воду, в которой мылась эльфийка.

— Что? Она всё это время не знала, что у нас есть горячие ванны и мыло? — Жозефина содрогнулась от осознания этого факта.

— Вы загнали непривыкшую к людскому миру эльфийку в угол, и даже не попытались помочь ей освоиться, — Солас покачал головой и вышел.

Навязчивый звон в ушах. Девушка попыталась тряхнуть головой, чтобы избавиться от него, и тут же проснулась. Тело казалось чужим, на какой-то миг эльфийка даже испугалась, что её парализовало и тут же села на кровати, проверяя, все ли конечности слушаются её. Пальцы сжимались и разжимались, правда с некой заторможенностью, но лучше так, чем совершенно не чувствовать своего тела. Удостоверившись, что и остальные конечности подчиняются ей, девушка огляделась.

Дом Соласа, значит вчера она даже не сумела добрести до собственной хижины. Нужно было хотя бы заставить себя встать с кровати. Интересно, а хозяин дома где и который сейчас час? Окно было занавешено, и потому было не понятно, светит солнце, или же тьма ночи уже накрыла собой мир.

Половицы скрипнули, казалось в унисон с не желающими напрягаться мышцами. Долийка поморщилась, но заставила себя подняться. Каждый следующий шаг давался всё легче, к двери она уже подошла, практически не сгибая ноги в коленях, словно пытаясь прыгнуть.

Яркое солнце тут же резануло по глазам, усилил неприятный эффект ещё и белоснежный снег, который за ночь припорошил всё вокруг. Судя по тому, что люди только-только лениво выходили из домой, направляясь по своим делам — час был ранний. Вчера Кассандра что-то говорила о ставке командования, вроде просила зайти сегодня, интересно, в такой час кто-то уже из них встал? Вопрос был достаточно глупым, учитывая с каким усердием работали эти странные люди, вполне вероятно, они не то, что уже встали, они могли ещё и не ложится. За этот месяц безмолвных наблюдений со стороны, между тренировками, эльфийка смогла понять частично повадки глав Инквизиции.

Каллен являл собой ответственность и трудолюбие, граничащее с помешательством, корень которого эльфийке пока не удалось разглядеть. Леллиана точно знала меру своим возможностям, у неё всё работало, как часы — писались письма, отдавались нужные приказы, она не забывала принимать пищу и спать, пусть не так часто, но всё же намного стабильнее командора. Она понимала — истощение не выход.

Кассандра чем-то отдалённо напоминала Каллена — стойкая, дисциплинированная, но более резкая и грубая. Она могла подняться с самого утра и методично выбивать опилки из манекенов для тренировок с таким упорством, что у многих рекрутов едва ли ни колени подгибались, когда они слышали рев и удары позади.

Самой милой и доброй была Жозефина. Работала она не меньше остальных, пусть её работа и заключалась в основном в ведении переписок и общении со странными людьми, которые то появлялись в Убежище, то исчезали. Свечей она использовала едва ли не в два раза больше, чем Каллен, но под суровым взглядом Леллианы не забывала принимать пищу и спать.

Эльфийка скользнула в здание церкви вместе с парой солдат, которые видимо несли донесения своему командиру. Она тенью шествовала за ними, стараясь не привлекать к себе ненужного внимания, что было весьма проблематично, ведь как только она вышла из дома, тут же послышался шёпот и легкие поклоны со стороны людей. Потому совсем незаметной оставаться не получалось, то тут то там слышался ропот служанок. Долийке было сложно понять городских эльфов, хотя пару раз она пыталась с ними заговорить, но они редко шли на контакт, и девушка бросила эту затею.

Дверь слева распахнулась, и вышла Жозефина, она быстрым шагом направлялась к дверям ставки командования. Эльфийка ускорилась, обгоняя солдат и поравнялась с послом, которая увидев мелькнувшую рядом золотистую тень, чуть вздрогнула, но разглядев в ней Вестницу, тут же улыбнулась.

— Доброе утро, Солас настаивал не будить вас сегодня в столь ранний час, теперь будет трудно объяснить магу, что вы сами пришли сюда, — она говорила быстро и со странным акцентом, эльфийке особенно нравилось, как она выговаривала букву «р».

— ‘Quel amrun, — еле слышно произнесла долийка, глаза Жозефины тут же загорелись, похоже ей в ответ тоже нравилось произношение эльфийкой слов на родном языке.

— Рада, что вы решили присоединиться к нам, мы как раз вчера пришли к выводу, что вы обязаны присутствовать на собраниях, ведь именно вы носите метку и будет нечестно, если только мы будем принимать решения.

Эльфийка кивнула, хотя из всего сказанного поняла, что ей можно или нужно теперь ходить ещё и на эти собрания, и что-то решать. Да, один раз она уже решила, случайно, не хорошо получилось, больше как-то не хотелось, но и оскорблять людей после столь любезного предложения не хотелось.

Жозефина толкнула двери, и они очутились в ставке командования, где над картой уже склонились три других человека и что-то между собой не громко обсуждали.

— Жози, ты как раз вовремя, как думаешь сможем ли договорится с каким-нибудь лордом из Ферелдена, чтобы вот сюда и сюда доставили пару мешков провизии, — Леллиана подняла свой взгляд на вошедших. — Вестница, не ожидали сегодня вас увидеть. По настоянию Соласа сегодня у вас день отдыха.

Эльфийка переводила взгляд с одного человека на другого и не могла понять, рады ей в этом месте или же она зря пришла.

— Всё же это хорошо, что вы пришли, — развеял сомнения долийки командор. — Нам нужно решить, когда и с кем вы отправитесь во Внутренние Земли. Боюсь откладывать и дальше не получится, жители всё сильнее жалуются на ситуацию с храмовниками и разрывами. К сожалению, сидя в Убежище, разрешить данные проблемы невозможно.

— Не беспокойся, Каллен, с ней точно пойду я, кажется Солас и Варрик высказывали своё согласие, так что отправляться можно в ближайшее время.

— Господа, мы забываемся, нужно рассказать об общем положении во Внутренних Землях, а после отправить Вестницу вместе с одной из моих помощниц в купальни и на завтрак.

— И пусть не забудет проводить её к кузнецу, он кажется уже сделал доспех.

Эльфийка печально выдохнула. Леллиана рукой поманила её к столу, долийка подошла, а дальше начался ад. Они говорили слишком быстро, тыкая пальцами в разные части карты и запутывали эльфийку ещё сильнее, когда начинали спорить между собой. Очередной спор уже готов был вылиться во что-то серьезное, когда терпение долийки лопнуло.

— Идём завтра, сюда, — четыре пары глаз уставились на неё, но спор затих и перешёл в обсуждение того, какими путями лучше идти.

Спустя пол часа утомительных и непонятных разговоров, эльфийка едва ли не со стоном вывалилась из ставки командования. Переутомление напомнило о себе, и она споткнулась о собственную ногу, выходя вслед за Жозефиной, от знакомства её лица с полом спас Каллен. Он вовремя успел схватить девушку за локоть.

— Аккуратнее, похоже вам и правда нужно отдохнуть, — он чуть улыбнулся.

Почему-то эта еле заметная улыбка на губах светловолосого мужчины вызывала странный трепет у эльфийки. Может потому, что никто раньше в жизни с ней вот так не общался и не улыбался ей? Она старательно прогоняла эти навязчивые мысли по поводу шемлена и лишь коротко кивнув — поблагодарила.

Дальше её ждали увлекательные процедуры в горячей воде, знакомство с мылом и странными эльфийскими служанками.

Глава 6. Внутренние Земли

Из Убежища до Внутренних Земель было полдня пути на лошадях, но учитывая, что единственный хороший объездчик обитал недалеко от Рэдклифа и связаться с ним не удавалось по непонятным причинам, идти пришлось пешком, что затягивало поход до более, чем дня пути.

Небольшой отряд из четырёх человек, вернее из двух эльфов, гнома и человека выдвинулся ранним утром из Убежища, после получения нового снаряжения от кузнеца и провизии от кухарок. Новоявленная Вестница с периодичностью поправляла странный матерчатый пояс, которым теперь была крепко обмотана её талия и иногда чуть оборачивалась назад удостовериться, что по ногам её хлопает подол собственной куртки, а не какая-нибудь неожиданно возникшая из снега тварь.

Красивое одеяние так полюбившееся эльфийке было отвергнуто главными тактиками отряда, как «абсолютно бесполезный в боевых условиях доспех, без намёка на защитные пластины или на худой край наручи». В их словах, тех которые она поняла конечно, была логика, но всё же ей так нравилась её туника с портупеями и легкие бриджи. В них было очень удобно передвигаться, но как и сказала Кассандра для реального боя они не годились. Теперь девушке была понятна разница между доспехами охотников и одеяниями разбойников и шпионов, охотники шли напролом, а вот разбойники укрывались в тени гигантских деревьев, и защита не являлась для них приоритетом.

Ещё одним существенным плюсом новых доспехов являлась защита от холода, кожаная куртка и эта матерчатая повязка на удивление хорошо защищали от морозного воздуха. Правда Кассанда говорила, что во Внутренних Землях намного теплее, чем в горах, эльфийка очень на это надеялась, не смотря на обновленную одежду, холод всё ещё был для неё врагом номер один. Против которого были выданы новенькие кожаные сапоги на шнуровке, эльфийка долго боролась с этим хитроумным приспособлением, и конечно проиграла. Шнуровку затянул на ней сам кузнец, что-то ворча себе под нос.

Она не могла признаться, что обувку надевает второй раз в жизни. Впервые девушка надела свои полуботинки перед тем, как покинуть клан, до этого ей не приходилось задумываться о том, что на ноги нужно что-то надеть. Ей многое приходилось переживать впервые, отчего становилось всё страшнее, а окружающие давили на и без того растерянную эльфийку словами, говоря об ответственности, об обязанности закрытия разрывов, о восстановлении Инквизиции (смысла в которой девушка не видела, но для людей это видимо было важно).

Мысли становились мрачнее, долийка вновь поправила пояс, который вовсе не развязывался. Этот жест не скрылся от прозорливого гнома, девчушка всю дорогу дергает этот злосчастный пояс, сама того не подозревая выдавая свой страх и нервозность с потрохами.

— Златичко, расслабся. Тебя и ближайший разрыв разделяет ещё как минимум пол дня пути, да и вспомни как мы справлялись по пути к Храму. Думаю в этот раз сильно сложнее не будет, ведь так Искательница?

Кассандра пробормотала что-то неразборчивое, видимо это был её предел поддержки и красноречия, но ведь именно для этого тут был Варрик.

— Вот видишь, она если что прикроет тебя своим щитом, так что расслабься, главное не лезь в самое пекло и помни о том, что ноги тебе нужны чтобы передвигаться с места на место.

Эльфийка серьезно кивнула, чуть хмуря брови. С таким выражением лица она напоминала ему Фенриса, вот они бы наверное были бы идеальной парой, если бы сердце этого странного мрачного эльфа уже не принадлежало одной темноволосой магессе.

Дальше шли молча, хотя у Варрика так и чесался язык поболтать, но его новые спутники не отличались особой красноречивостью и вообще желанием болтать по душам. Почему в их маленький отряд не мог войти кто-то менее угрюмый и замкнутый? Гном горестно вздохнул. Взгляд эльфийки тут же опустился в его сторону, в золотых глазах отразилось нечто похожее на беспокойство и немой вопрос. Вот только в этом и была проблема, что немой. Не может она что ли говорить в слух?

— Привал, — как-то слишком неожиданно объявила Кассандра.

Все облегченно вздохнули и принялись разворачивать свои небольшие кульки с припасами. Солас с помощью Варрика развёл небольшой костёр, на котором им удалось погреть воду и заварить травы, жевали свои сухие пайки так же молча, иногда лишь перебрасываясь незначительными фразами. Им срочно нужен был в отряд человек или кто угодно другой, умеющий разговаривать, потому что Варрик чувствовал, что попросту сойдёт с ума в этой компании «говорунов».

Эльфийка чувствовала, что дышать становилось всё проще и морозный воздух постепенно сменяется обычной легкой предзакатной прохладой. Всё чаще вместо снега стала встречаться земля, покрытая редким слоем травы, горная тропа сменилась просёлочным трактом, и вот уже по дороге они стали встречать редких путников с телегами нагруженными до отвала различными мешками и ящиками. При виде полностью вооруженного отряда, во главе которого шла женщина в доспехе с символикой Искателей Истины, тут же опускали головы и старались обойти по большой дуге.

— Раньше Искатели, как и Храмовники вызывали в людях чувство безопасности, а теперь обходят стороной, словно чумных. И всё из-за одного чокнутого мага! — это была самая долгая речь из уст Искательницы за последние несколько недель.

— Двух… — пробормотал гном себе под нос, чуть усмехнувшись.

Кассандра раздраженно покосилась на гнома, явно не услышав его высказывания, но заметив ухмылку, но говорить ничего не стала. А вот эльфийка прекрасно расслышала странное замечание смысл которого не особенно поняла. Двух? Двух магов? Не удивительно, что мир людей сходит с ума, если в дело вступили маги, девушка неприязненно встряхнула плечами, словно пытаясь что-то с них сбросить.

— Маги — опасны для общества, — не удержалась от комментария долийка, чем заслужила удивлённые взгляды сразу от всех членов отряда.

— Не ожидала услышать от долийской эльфийки такого высказывания, я думала у вас как у расы исконно магической нет не приязни к какой-либо магии, — не смотря на слова, девушка почувствовала одобрение со стороны Кассандры, уловив как её голос чуть смягчается.

— Спешу напомнить, что метка на твоей руки сугубо магическая и она помогает закрывать разрывы и спасать людей, — Солас кивнул на руку эльфийки, которую она чуть вытянула вперёд.

Девушка развернула ладонь к небу и внимательно смотрела на легкое зеленое свечение пробивающееся сквозь перчатку без пальцев.

— Своим высказыванием ты лишь подтверждаешь наше опасение, маг. Ведь именно магия создала Брешь и метку, не было бы взрыва, не последовало бы и Конклава, — изрекла Искательница.

Варрик с легкой досадой понял, что его спутники наконец разговорились, но на тему, которую он бы не хотел поддерживать. Он не питал неприязни ни к магам ни к храмовникам, а потому считал подобные споры потерей времени, хотя иногда его забавляло слушать, как Андерс пререкался с Фенрисом, а Хоук своими шуточками в обе стороны подливала масла в огонь, просто потому что не умела молчать.

— Я никогда не был в ваших кругах, но смею заметить, что будь жизнь в них достойной, маги бы не начинали восстаний и не пытались каждые раз прибегать к магии крови, — в голосе Солоса впервые прорезались гневные нотки, что не могло не веселить Варрика, кажется Молчун тоже обрел голос.

— Если бы маги не прибегали к магии крови заметив даже маленькое препятствие в своей жизни, не было бы и Кругов и Храмовников, — Кассандра обладала странной способностью говорить без надрыва, но таким тоном, словно на следующем же слове начнёт брызгать слюной от злости.

— Ну всё, хватит! Мы уже почти пришли, не хватало нам на пол пути к лагерю присоединиться к восставшим магам и борющимся против них храмовникам. Давайте вы закончите своё выяснение отношений в Убежище, где есть Каллен с его бравыми ребятками, а то боюсь, что мы со златичкой вас не разнимем в случае чего, — Варрик вклинился между магом и Искательницей.

Эльфийка, оставшаяся теперь чуть позади, покачала головой и вновь посмотрела на свою руку, легкая дрожь прошла по телу. Перед глазами встала картина пожара охватившего основания деревьев, и девушка словно вживую услышала крики…

Она подняла голову на своих спутников, которые замерли и поняла, что крик ей не послышался, на встречу небольшому отряду бежали люди в обычной крестьянской одежде. Оказалось, они уже дошли до небольшого поселения во Внутренних Землях, но люди в спешке выбегали из домов и бежали против хода отряда.

— Что происходит? — Кассандре удалось схватить одного из фермеров за руку, тот был явно готов оставить свою руку в хватке Искательницы лишь бы побыстрее убежать.

— Зеленое пятно и демоны! — только и прокричал он в лицо воительницы, её пальцы тут же разжались, и она кивнула в сторону откуда бежали люди.

На самом краю деревни, где паслись буффало, и росла пшеница, зиял огромный зеленый разрыв, из которого уже начали выползать демоны. Отряд уже был усталым после столь длительного пешего перехода с одним единственным привалом, и неожиданный бой никак не вклинивался в их планы, но делать было нечего. Только Вестница могла закрыть это чертово пятно в пространстве.

Тактика. Кажется хотя бы немного им удалось объяснить маленькой эльфийке, что это такое и с чем едят, она уже не вздрагивала так сильно, когда видела возникшего перед собой демона, а тут же прыгала в сторону, чтобы не попасть вместе с демоном на крюк Кассандры, которая одним умелым движением притягивала к себе врагов. Раздался очередной рык воительницы, и вот уже большая часть демонов сосредоточили внимание именно на ней. Солас набрасывал барьер и замораживал непутевых и самых слабых демонов, чтобы дать Кассандре шанс раздробить их своим мечом или щитом. Варрик держался позади, постоянно меняя место расположения, чтобы не привлекать к себе слишком много внимания. Демоны в отличие от людей не имели столь же быстрой реакции, что давало разбойнику явное преимущество.

Гном после очередного прыжка рвано вздохнул и огляделся. Он слышал звуки летящих с невероятной скоростью стрел, настигая врага, они вспыхивали синим пламенем, такого Варрик точно ещё не видел, даже знаменитый кунарийский взрывчатый порошок не имел такого цвета. Яркое пламя после взрыва мгновенно словно бы затягивалось само в себя и исчезало без следа. У долицев гном такого порошка тоже не видел, и где только их маленькая эльфка взяла столь странное приспособление? Кстати, а где она сама?

Очередная стрела прошла в метре от гнома, пронзая очередного вылезшего из разрыва духа. Проследив траекторию Варрик чуть прищурился и увидел сидящую на крыше ближайшего дома Вестницу Андрасте. Она сидела на одном колене и с невероятной скоростью таскала стрелы из колчана, прикрывая воительницу.

Кажется, один из призраков понял, откуда летят стрелы, и маленький зеленый шар энергии тут же улетел в сторону эльфийки. Она зашипела от боли, полностью уйти от удара не удалось, но задело только голень, он окинула взглядом рану — ничего серьезного, но в её сторону летел уже второй сгусток энергии и ничего другого не оставалось, кроме как быстро покинуть крышу. Кассандра тем временем разрубила последнего демона, а Солас уничтожил надоедливого призрака. Вестница чуть запыхавшись остановилась около мага и воздев руку к разрыву, зажмурилась. Это всё ещё приносило неприятную липкую боль, которая просачивалась в каждую клеточку руки и неприятно тянула, но как только разрыв с грохотом затягивался, эта боль мгновенно отступала, и оставалась только неприятная пульсация, отдававшаяся до самого плеча.

— Ну могу сказать, что мы не плохо справились, не так ли? — Варрик закинул Бьянку на плечо и подошёл к Вестнице.

Солас, заметив небольшой ожог на голени, тут же присел, и принялся его залечивать.

— Да, лучше чем я могла предположить, — отозвалась Кассандра, которая подошла к странному комку образовавшемуся после закрытия разрыва, она ткнула в него краем сапога и поморщилась.

Солас, закончив с лечением, присоединился к Искательнице.

— Не стоит в это тыкать сапогами, это очень ценные материалы, которые можно использовать или же отдать на изучение, — он присел, достал из поясной сумки бутылёк и собрал в него вещество оставшееся после разрыва.

Эльфийка тем временем ходила по полю и собирала стрелы, Варрик занимался тем же — болты, как и стрелы на дороге не валялись, и стоили приличных денег, приходилось старательно выискивать не сломанные экземпляры.

— Хей, златичко, скажи, что за странное взрывчатое вещество ты используешь? — теперь гном шёл в ногу с эльфийкой.

— Вещество? — она вопросительно приподняла бровь.

— Ну или что это — порошок, дым-трава или как у вас это может называться, что синее пламя даёт.

— Ilin.

— Илин? Нет, погоди, я могу лучше. Эилин, правильно?

Девушка чуть приподняла нижние веки, словно собираясь улыбнуться, но губы всё так же были вытянуты в прямую линию и чуть поджаты. Но вот в золотых глазах можно было прочесть хоть немного её эмоций, и Варрику показалось, что она смотрит на него, словно на ребёнка, пытающегося повторить сложные слова за родителями. Обижаться на обладательницу столь выразительных глаз решительно не получалось даже в шутку, а потом Варрик только усмехнулся и покачал головой.

— Пошли, лагерь должен быть уже не далеко, если верить карте, — Кассандра махнула рукой оставшимся чуть позади гному и эльфийке.

Воительница только сейчас заметила, что на окраине деревни собрались её жители и во все глаза смотрели на отряд, некоторые складывали руки и читали молитвы, некоторые даже присели на одно колено. Похоже, закрывая разрывы, они смогут завоевать влияние для начала среди обычного народа, который в Ферелдене не был пустым местом. Кассандра кивнула в сторону собравшейся толпы, спутники, уже собравшиеся около неё, тоже обратили внимание на жителей деревни.

— Потихоньку набираем популярность, да? — попытался пошутить гном, но получилось не очень, сказывалась усталость. — Ладно, пошлите уже, не хочу спать под открытым небом, а палатки есть только уже у разведчиков.

Теперь всё чаще можно было увидеть разрозненно стоящие дома и людей несущих что-то на своих плечах. Правда многие дома были явно покинуты в спешке, а все встречные люди угрюмы и напуганы. Похоже, обстановка во Внутренних Землях без приувеличения была отвратительной и нужно было как можно скорее с этим разобраться, пока не стало слишком поздно. С другой стороны, если им быстро удастся уладить конфликты и закрыть разрывы, то влияние Инквизиции заметно возрастёт, а это им сейчас было очень нужно.

Когда солнце уже почти ушло за горизонт, отряд вышел к лагерю. Эльфийка уже еле волочила ноги и едва не спотыкалась на каждом шагу, завидев ещё издали огни и знакомые флаги она чуть приободрилась и даже прибавила в скорости, чем удивила Варрика и Кассандру, которая как ни странно подумывала о том, чтобы попросту закинуть непутёвую Вестницу себе на плечи, дабы избежать ненужных синяков и разбитых о землю носов.

— Удобно быть эльфом, — проворчал гном. — Видишь далеко, слышишь хорошо, являешься природным источником магии, хотя последнее звучит так, словно вы какой-то прибор, — Варрик уже привык вести этот странный монолог-диалог, и не ожидал что кто-то ему ответит.

— Почему же прибор? По мне это комплимент, что в отличие от людей, мы не так сильно нуждаемся в лириуме, и природная магия даётся куда легче. Хотя, если тебе интересно, раньше эльфийская магия выглядела совершенно по другому, и мне на пути встречалось лишь парочка магов-эльфов, кто использовал свои силы, как было заложено природой.

— Как ни странно — интересно, — Варрик даже чуть взбодрился.

— Истинным эльфийским магам не нужно читать заклинания или выуживать из памяти сложные ритуальные движения, стоит лишь почувствовать ветер и направить его в нужное русло, чтобы создать вихрь, или вытянуть из земли воду, чтобы она превратила противников в лёд, — эльф задумался. — Сложно описать подобное, но тело словно сливается с окружающей средой и становиться его частью, а внутренняя магия помогает управлять и направлять эти естественные потоки энергии в нужное русло.

Взгляд золотых глаз на мгновение оторвался от созерцания флагов, маячивших где-то впереди, и девушка посмотрела в упор на мага.

— Потому и опасна, и хорошо что забыта, — не желая видимо дискутировать на эту тему, девушка высказалась и просто ускорила шаг, обгоняя Кассандру.

— Чего это она вдруг? — Варрик смотрел в спину долийки. — Я думал долийцы кичаться своими знаниями истории и хотят вернуть былое эльфийское величие.

Солас чуть сощурился и пожал плечами. Он уже не первый раз слышал эти странные высказывания в сторону магов от Вестницы и ему очень хотелось знать причину такого негативного отношения. Ведь в Убежище она спокойно расспрашивала его о Тени и духах, но именно саму магию и магов она словно бы не переносила на дух. Противоречит сама себе, странно и интересно.

Лагерь встретил их запахом костра и звуком потрескивающих поленьев. На встречу отряду вышла гномка, эльфийке она показалось очень симпатичной и милой и даже достаточно грубый доспех разведчика нисколечко ни портил впечатление.

— Вестница Андрасте! Я столько о вас слышала, все вокруг только и говорят о том, как вы закрыли Брешь. Рада встретить вас, миледи, или… Какое обращение используют эльфы?

— Поверь дорогая, она не ответит тебе на этот вопрос, — усмехнулся Варрик, видя, в каком замешательстве находилась эльфийка, ей явно было всё так же не комфортно встречать тех, кто за что-то благодарит и кланяется ей.

— Ох, тогда пусть будет так. Разведчица Инквизиции Хардинг, к вашим услугам. Я… мы тут все… помогаем, чем только можем.

Варрик собирался было пошутить, но вовремя одернулся за неуместность шутки и покосился на Кассандру, которая явно ожидала от него чего-то подобного.

— Приятно познакомится, — эльфийка произнесла это настолько неуверенно и тихо, что разведчица даже по инерции чуть подалась вперёд, стараясь расслышать сказанное.

— Ладно, перейдём к делу. Положение здесь тяжелое. Мы пришли к старому редклифскому объездчику за лошадьми. Я выросла в этих краях, и не раз слышала, что табуны Деннета — самые быстрые и выносливые по эту сторону Морозных гор. Но из-за всех этих баталий между магами и храмовниками, мы даже не смогли подобраться к Деннету, и только Создатель знает жив ли он ещё. Мать Жизель помогает бездомным и раненным, по последним данным война добралась и до них. Наши солдаты с капралом Вейлом защищают людей как могут, но долго они не продержатся. Так что вам нужно идти к ним как можно скорее, нельзя терять время.

Гномка поклонилась и ушла в сторону одного из столов, на котором располагались какие-то карты и бумаги. Солнце уже скрылось, и потому по периметру лагеря начали ставить жаровни, а на столы выставили большие свечи. Эльфийка прошлась взглядом по небольшому, но хорошо оснащенному лагерю — четыре крупные палатки, в каждый из которых мог поместиться полностью весь отряд, стол с бумагами и алхимический стол, были поставлены под небольшой навес, дабы защитить от внезапного дождя, большой костер над которым помещалось сразу же три котелка и чайник.

Долийка тут же примостилась рядом с источником тепла и вытянула руки вперед, разминая замерзшие пальцы. Она едва не мурлыкала от наслаждения, наконец добравшись до столь большого очага, от которого ещё и пахло горячей похлебкой и душистыми травами.

— Сейчас идти смысла не имеет, — Кассандра сбросила с плеч свой вещь мешок, её примеру последовали и остальные. — Нужно поесть и хотя бы пару часов поспать.

Спутники ничего не имели против такого замечательного плана, особенно той части, где говорилось поспать. Они достаточно рано выдвинулись из Убежища, а часть отряда, которая имела длинные острые уши ещё и не смогла уснуть в ночь перед выходом. Солас просматривал карты Внутренних Земель, вспоминая, в каких бывал местах и какими тропами лучше будет идти отряду, складывал зелья так, чтобы при неудачном падении, они все не превратились в груду осколков. А эльфийка просто так сильно нервничала, что всю ночь переворачивалась с боку на бок, иногда неожиданно вскакивая, когда не могла вспомнить о том, чему её учила Кассандра, если на неё нападут в ближнем бою. Ближе к утру ей удалось задремать, но как только она закрыла глаза, её уже трясли за плечо,вынуждая подняться.

После же горячего брюквенного супа, который ела только долийка, отказываясь от тушеного мяса с овощами, и кружки горячего отвара, в который специально для неё Солас добавил что-то из успокаивающих трав, по запаху напоминало мяту. Девушка улеглась на свой жесткий матрас в одной из палаток, которую делила с Кассандрой, чуть примяла подушку набитую соломой, укуталась в одеяло на манер кокона и моментально провалилась в сон. Впервые за долгое время ей снился клан.

Глава 7. Мать Жизель

Утро наступило неожиданно быстро, и весьма неприятно — с толчка в бок и слов «вставай». Эльфийка разлепила глаза и уставилась на потревожившую такой спокойный сон воительницу, она уже была облачена в свой доспех, а край палатки был поднят, и в лицо тут же ударил яркий солнечный свет. Долийка нехотя выползла из палатки и потянулась всем телом от кончиков пальцев на ногах, которые сейчас утопали в зеленой траве и до кончиков пальцев на руках, тянущихся словно к самому небу.

Она вздрогнула, когда в неё прилетела кожаная куртка и услышала смешок гнома.

— Лучше оденься сразу, а то отвлекаешь наших разведчиков от важных дел.

Девушка удивленно осмотрелась. Пара молодых солдат тут же отвели свои взгляды в сторону и слишком неуклюже делали вид, что заняты очень важными делами. Долийка всё так же растерянно натягивала на свою хлопковую нательную рубаху куртку, взяла брошенные около палатки сапоги, но тут ей уже пришлось сосредоточить всё своё внимание, дабы самостоятельно разобраться в этой сложной шнуровке. Закончив застегивать бесконечные пряжки ремней, на которых держался колчан и лук, девушка пару раз запуталась, завязывая на себе этот проклятый пояс, предназначение которого она не совсем понимала.

Как только эльфийка перестала ругаться и шипеть на своём языке, Варрик тут же всучил ей миску с её любимым варевом из брюквы и кружку с горячим отваром. Наспех позавтракав, отряд двинулся в путь.

После столь долгого перехода через Морозные горы, полчаса пути до места, которое Кассандра именовала «перекресток», казались парой шагов. Эльфийка даже успела полностью проснуться и начать радоваться жизни, видя перед собой многочисленную зеленую поросль и старые высокие деревья, ей ужасно не хватало подобного в горах, где вокруг был снег, снег и ещё раз снег. Варрик успел парочку раз пошутить на тему её неуклюжести, когда она едва ли не на попе проехала по склону, потому что решила, что идти по тропе это удел шемленов, а она прекрасно может спрыгнуть и сократить путь. Сократила путь. Увеличила количество синяков.

Веселье прервалось резко. Дорога на перекресток была перекрыта какими-то ящиками, за которыми стояли стрелки, а перед стрелками развернулось небольшое сражение — полностью экипированные в доспехи храмовников люди сражались с парой солдат Инквизиции, а вот у лучников была незнакомая для эльфийки броня.

Увидев перед собой не привычных демонов, а вполне себе живых людей из крови и плоти ком подступил к горлу, она уже натянула тетиву, но так и стояла не в силах заставить себя спустить стрелу.

— Мы не отступники! — вскричала Искательница пробиваясь с щитом в ряды храмовников.

— Я думаю им всё равно, Кассандра, — крикнул на это Солас и накинул на отряд барьер.

Битва закончилась быстро, девушка даже не успела заметить, что именно происходило на поле боя, как Кассанадра уже вытирала о тряпку свой меч и сложила его в ножны, а Варрик закинул Бьянку обратно за плечи. Солас стоял ближе всех к девушке, и первым подошёл к ней.

— Почему застыла? Думаю весьма опасно стоять так, можешь задеть случайно своих, — оказалось эльфийка всё ещё стояла с натянутой тетивой, и просто смотрел на солдат, которые отчитывались перед старшей женщиной.

— Не могу, знаю что они всего лишь люди, но не могу, — голос слегка дрогнул, и большие золотые глаза испуганно посмотрели на сородича.

Он едва заметно улыбнулся и положил ей руку на плечо.

— Пройдёт, к сожалению, мы на войне, другого выхода нет, — с этими словами он покинул её и двинулся к Варрику, который уже выводил из себя Кассандру.

Одно сражение закончилось, но не успели они пройти и пары шагов, как послышались взрывы от заклинаний и рёв храмовников, которые пытались наслать Тишину на своих противников. Бой возобновился. Эльфийка по привычке постаралась отойти подальше, чтобы не привлекать внимание воинов.

Скрип тетивы у самого уха автоматически переводил сознание в режим боевого действия, на секунду девушке даже удалось абстрагироваться и принять тот факт, что ей придётся убивать живых людей. Храмовник замахнулся на не успевшего отскочить Варрика, гном лишь ударил его по забралу арбалетом. Эльфийка инстинктивно выпустила стрелу в противника, что хотел убить её спутника и пока единственного, кого она могла приближенно назвать словом falon. От удара Варрика снизу вверх, шлем слетел с храмовника, и девушка увидела симпатичного молодого юношу, едва ли старше её самой. В глазах его было недоумение и растерянность, которая быстро сменилась страхом — стрела прошла ровно под подбородком, пронзая открывшееся горло насквозь. Она видела как на глаза юноши навернулись слезы обиды и непонимания, он попытался открыть рот, из которого тут же хлынула кровь. Храмовник даже не понял, откуда пришла его смерть и лишь с недоумением взирал на гнома, который обернулся к своей спасительнице.

Рука эльфийки дрогнула, и следующая стрела прошла мимо мага, который выпустил огненный шар в сторону Солсала, но её спутник оказался более умелым, шар разбился о барьер, но не успел противник осознать, как в него уже прилетела молния, парализуя на мгновение, которого хватило, чтобы стрела прошла под ребра.

Им пришлось разбить ещё несколько укреплений. Бой окончился.

Эльфийка едва нашла в себе силы, чтобы отойти от своих успевших собраться вместе спутников, и упала на колени. Живот скрутило невероятной болью, она вновь и вновь видела перед собой лицо парнишки храмовника, и её вырвало.

— Ох, златичко, ты впервые кого-то убиваешь?

Солас положительно кивнул, а девушка продолжала бороться с рвотными позывами.

— Так всегда бывает, — гном не решился подойти ближе к своей спутнице, но сочувствующе посмотрел ей в спину.

Эльфийка содрогнулась всем телом.

— У нас нет времени, нужно найти мать Жизель.

— Искательница, ты настолько бессердечная? — гном удивленно воззрился на женщину. — Девочка впервые забрала чью-то жизнь, не всем это даётся легко.

— Мы до этого уже сражались! Какая теперь-то разница?

Гном тяжело вздохнул. Он говорил почти шёпотом, отчего Кассандре пришлось подойти чуть ближе.

— Когда впервые видишь как от твоей руки в чьих-то глазах гаснет жизнь, чувствуешь себя монстром, хуже тех, что ползут сквозь разрыв. У демонов ты души не увидишь, они не похожи на нас, и ты не можешь спроецировать их смерть на свою или на твоих близких. А вот когда убиваешь себе подобных, осознаешь, насколько коротким является наш век.

Кассандра открыла рот и закрыла. На мгновение и её взор затуманился, воспоминания волной прошли по краю сознания. Женщина поджала губы, но больше эльфийку не торопила, а лишь помогла Варрику осмотреть трупы на предмет полезного снаряжения.

Солас в этот раз не стал давать своей соплеменнице никаких настоек, просто молча стоял рядом и ждал, когда полегчает. Девушку дернуло ещё пару раз, и приступы прекратились. Она приняла из рук эльфа флягу с водой и чистый обрывок ткани, обтерев губы, девушка жадно впилась во флягу и почти осушила её. Осознав, что практически оставила спутника без воды, она виновато потупила взор и хотела было отдать ему взамен свою, но он лишь загадочно улыбнулся и покачав головой, забрал опустевшую флягу из дрогнувших рук девушки. Он помог ей подняться.

— Пошлите, — чуть хрипловатым после случившегося голосом отозвалась Вестница.

Отряд шёл по небольшой деревушке, которая переживала уже явно не первое такое вторжение, и девушке немного полегчало. Она помогла спасти ни в чем неповинную деревню от сражений между магами и храмовниками, а значит кровь на её руках пусть уже и никогда не отмоется, но хотя бы будет иметь ценность в виде спасённых жизней невинных людей, которые даже не понимают причину этих сражений.

Около одного из домов, ровно на перекресте нескольких троп солдаты Инквизиции вбивали в землю древко с гербом и надписью: «под защитой Инквизиции». Кассандра первая подошла к ним и кивнула соратникам, солдаты приложили кулак к груди и поклонились. Теперь эльфийка точно была уверена, что у них так принято приветствовать старших, первое время ей было не привычно столь странное приветствие, но кажется она постепенно привыкала ко всем особенностям шемленских обычаев. Это несколько ломало её представление о мире людей, ведь Хранительница всегда рассказывала насколько люди неразумны и дики, что у них нет принципов и приличий, что они сражаются за еду и прочее и прочее. Стоило усомниться в этом, когда сестра приняла решение оставить клан ради одного из них.

— Мать Жизель должна быть где-то здесь.

Кассандра толкнула замешкавшуюся около лестницы ведущей к импровизированной лечебнице эльфийку в спину, а на удивленный взгляд со стороны девушки лишь кивнула в сторону женщины в красном наряде. Нетвердым шагом, стараясь ступать как можно тише, словно хотела не подойти к служительнице церкви, а обойти её, не привлекая внимания. Но похоже женщина уже ждала их и сразу же обернулась.

— О, вы должно быть та, кого именуют Вестницей Андрасте, — мать Жизель улыбнулась растерянной эльфийке.

Последняя неуверенно кивнула в ответ.

— Сказали, что нам. — эльфийка запнулась, — что вы хотели встретиться?

Мать Жизель кивнула, пошла куда-то вперед, увлекая за собой Вестницу.

— Я знаю о церковном обличие в ваш адрес, и знаю кто за ним стоит. Врать не буду, там есть очень высокопоставленные персоны, которые будут сражаться за титул Верховной Жрицы… А многие попросту в смятении, ведь погибло столько людей…

Эльфийка потупила взгляд и кивнула.

- Страх повергает нас в отчаяние, но не лишает рассудка. Сходите к ним. Убедите оставшееся жречество, что вы не демон и бояться вас не нужно. О вас они слышали только плохое, но вы можете показать им другую сторону, дать им новую цель, в которую можно верить, — голос женщины, не смотря на явно выраженные эмоции, был безмерно спокойным и успокаивающим.

Эльфийке стало интересно, все ли представители церкви обладают столь странной особенностью говорить, на мгновение ей даже захотелось стать частью этой религии, а не привычно сказать — «я верю в эльфийских богов». Гипноз? Вот только понять всего ей не удалось, как и найти подходящего ответа, и потому девушка просто подняла на женщину взгляд больших глаз, так ярко сверкнувших золотом из-за лучей восходящего солнца.

Мать Жизель замерла и не могла поверить в то, что сейчас видит. Людям свойственно в минуту отчаяния придумывать для себя ложные надежды и ложных посланников богов, оттого у церкви всегда находится пара десятков ответвлений и противостоящих сект. Но сейчас, когда она сама смотрела в эти глаза, язык не поворачивался сказать, что люди клевещут. Пусть это и была эльфийка, но помимо странной метки на руке были ещё эти глаза, взгляд которых пронзал насквозь, и казалось, видит саму душу. Девушка перед ней словно бы светилась изнутри, или это была иллюзия, созданная восходящим солнцем — женщина не знала. Но другое она знала точно, этому чистому незамутненному взгляду хотелось верить.

— Сходить к ним? — этим вопросом она скорее хотела уточнить, кого именно мать Жизель имела ввиду, но по другому выразиться попросту не умела.

— Если бы я думала, что это вам не по силам, то не стала бы предлагать. Вам не нужно убеждать их всех, будет достаточно того, чтобы кто-то усомнился, — последнее слово женщина как-то странно выделила, эльфийка не знала что значит «мниться», но явно что-то, что могло им помочь. — Их сила в единстве, отнимете у них это и выиграете для себя время.

Эльфийка вновь потупила взгляд, но похоже церковной служительнице это нисколечко не мешало, и она продолжила вести свою мысль, из которой девушка вынесла одно — мать Жизель отправится в Убежище и поможет чем-то Леллиане.

Женщина попрощалась с Вестницей, и чуть приподнимая подолы своего одеяния, спустилась вниз, где стояла Кассандра. Других своих спутников девушка заметила не сразу: Солсал срывал травы для эликсиров, а Варрик уже что-то рассказывал небольшой группе людей, так быстро образовавшейся вокруг него. И как ему только это удавалось? За всю свою жизнь эльфийка одновременно разговаривала разве что с двумя-тремя соклановцами, а он в мгновении ока окружал себя толпой зевак.

— Нужно поговорить с капралом Вейлом, и отправится в сторону редклифских ферм, нам всё ещё нужны лошади.

Отряд вновь собрался вместе, рядом с человеком, носившим звание капрала, и Кассандра кивнула на пару жалоб, пообещав разобраться по пути. Главное, что уловила эльфийка — люди голодали без возможности выйти за пределы охраняемой территории, за которой бушевали ещё более смертоносные битвы.

Девушка слабо понимала из-за чего сцепились два ордена, если верить книгам, которые она читала, храмовники всегда следили за магами, но что именно произошло у людей такого, что их обычаи так резко перевернулись с ног на голову? Нужно было спросить Варрика, когда будет время.

Путь до редклифских ферм был не близким. Как оказалось парочку дел, на решение которых у капрала не было ресурсов, они смогли выполнить сами, ибо пугающие беженцев храмовники и маги отступники, словно бы сами норовили возникнуть именно в том месте, где пролегал путь небольшого отряда.

Варрик отметил, что постепенно эльфка привыкает к сражениям, и руки её уже не ходят ходуном, когда она натягивает тетиву, целясь в живых врагом. Перемещения во время боя всё ещё давались с трудом, но гном видел, что девушка старается бороться с этим недугом как может, и даже один раз ей удалось очень вовремя отпрыгнуть назад, ровно за секунду до того, как на месте, где она стояла взорвался огненный шар.

Отвлекаемые постоянными сражениями с мятежниками и закрытием нескольких барьеров, отряду только к позднему вечеру удалось добраться до места, где можно было безопасно и удобно разбить лагерь. По договоренности с разведчицей, как только отряд находил подходящее место, Солас должен был послать ввысь сноп красных искр. Это конечно привлекло сразу парочку отрядов разбойников, которые пожалели о своём решении проверить, кто настолько храбрый расположился «на их территории, и даже не заплатил дань».

Кассандра сбросила сумку на небольшой камень и стала доставать палатку, Варрик сделал тоже самое. Наспех соорудив то, что прикроет их от возможного дождя и ветра, они развели костер и наконец смогли поесть горячей пищи.

— Скажи мне, златичко. Ты вообще будешь есть что-то кроме этих варёных трав и овощей? — эльфийка в очередной раз отказалась от рагу из нага, и уплетала похлебку из брюквы, единственная из отряда.

— Другого выбора нет, — пожала плечами девчушка и наспех сполоснув в находящейся рядом речушке чашку, залезла в палатку.

Утром у места стоянки отряда уже подошло несколько телег, сопровождаемых разведчиками Леллианы, они неспешно расставляли столы, и старались закрепить большие палатки на каменистой земле. Эльфийка проснулась от стука колёс и отказывалась вставать, пока Кассандра опять не ткнула её в бок чем-то острым, девушка была почти уверена, что это был меч в ножнах.

Прибывшее подкрепление уже готовило для Вестницы и её спутников завтрак: в одном котелке варились яйца, на черствый хлеб укладывали сыр. Наспех приняв пищу, запивая её обжигающим отваром из шиповника и сушеных яблок, отряд собрал с собой небольшой паёк и двинулся дальше в путь.

Редклифские фермы находились недалеко от лагеря, буквально за небольшим уступом начиналась деревенька. Отряд встретила тишина, лишь изредка буффало, обмахиваясь хвостами, звонко шлёпали себя по спине.

— Интересно, хоть кто-то живой тут есть, — Варрик как всегда первым не выдержал гнетущей тишины.

— Судя по всему, те дальние фермы вполне себе обитаемы, — Кассандра указала на дома, стоящие дальше по дороге.

Один из них выглядел наиболее обжитым и отремонтированным и по дорожке к нему располагалось ещё несколько пристроек и сад, а рядом, видимо, та самая конюшня. Можно было сделать вывод, что это угодья разыскиваемого Инквизицией объездчика. По другую сторону от дома объездчика располагались загоны с буффало, по которому ходил какой-то мужчина, завидев приближающихся людей, тут же нырнул в ближайший дом и закрыл дверь.

— Теплый приём. Как думаешь, чашечкой чая нас угостят? — гном усмехнулся.

Кассандра что-то проворчала себе под нос, и быстро зашагала к нужному дому. По дороге им встретился конюх и жена объездчика, оба не пожелали разговаривать с незнакомцами, даже когда узнали какую организацию те представляют и лишь отправили отряд общаться с хозяином конюшен.

Предоставить лошадей всей Инквизиции отказались, но вот отряду даровали отличных ездовых коней, которых Кассандра увлеченно осматривала и сетовала, что таких лошадей им и не хватает. Женщина попыталась ещё раз уговорить мужчину присоединиться к Инквизиции, но тот напрочь отказывался.

— Пока нет сторожевых вышек, фермеры не могут вернутся в свои дома, а значит я нужен здесь своей семье и тем, кто не стал уходить.

Было решено отправить письмо Каллену и его людям, чтобы те как можно более оперативно построили необходимые фермерам вышки.

Эльфийка стояла у лошади, которую для неё запрягла женщина в конюшне. Эльфийка стояла едва ли не с открытым ртом и рассматривала большого вороного коня. Она аккуратно приблизила к его блестящей шерсти руку, на ощупь шерсть была куда жёстче, чем казалась на первый взгляд. Девушка восторженно прислонилась щекой к массивной грудине теперь, кажется, её коня и слушала, как громко стучит сердце.

— Златичко, ты что впервые видишь лошадь? — хотел было поддеть эльфийку гном, но та утвердительно замотала головой.

Варрик не мог поверить в это. Она что, действительно впервые видит этих ездовых животных?

— У нас были только галлы, — ответила девушка, и продолжила с нескрываемым восторгом осматривать коня, обходя его со всех сторон.

Даже Солас удивленно посмотрел на младшую спутницу, но ничего не сказал.

— Интендант отправила донесение Каллену, теперь нам нужно закрыть разрывы окружающие деревню, похоже из-за них волки стали сходить с ума.

— Вполне вероятно, энергия исходящая из разрывов может влиять на разум даже не магических существ, — задумчиво протянул Солас. — Было бы не плохо встретить самим этих волков, чтобы проверить, как они себя ведут до и после закрытия разрыва.

Лошадей пока оставили, решив не проверять, как разрыв будет влиять на их разум, тем более что разрывы ровно окружили деревню и далеко ходить не пришлось. Два из них закрыли сразу, один что находился выше по реке решили оставить на ночь, дабы застать волков за ночной охотой.

Яркий свет полной луны хорошо освещал открывшуюся лощину, и отряд без травм смог подобраться максимально близко к ней. Ждать волков долго не пришлось, они словно бы сразу почувствовали чужаков и выпрыгнули на них всей стаей. Звери вели себя импульсивно, бросались в лоб, не пытаясь защищаться, сразу налетали на противника, даже с многочисленными ранами и ожогами, они отчаянно рвались в бой.

Эльфийка забралась повыше и быстро опустошала свой колчан. Раздался жуткий вой, от которого у девушки всё сжалось изнутри — звери взывали о помощи.

— Araucе ímen! — девушка выскочила из своего укрытия и бросилась внутрь лощины.

Она не могла проигнорировать крик о помощи, пусть и исходил он от волков, чей разум сейчас был замутнён завесой. Спутники что-то кричали ей вслед, но она уже виляла среди камней, чудом не падая и не спотыкаясь. Она слышала, что бой прекратился и отряд двинулся за ней.

Кассандра не могла поверить своим глазам, девушка изменилась в мгновении ока — прыгала с камня на камень, глаза горели странным золотым огнём и она уже отстреливалась от приближающихся демонов, так ловко и умело, будто все, чему они учили её в Убежище, резко уложилось в голове. Движения пусть не были отточенными и столь отработанными годами, как у Искательницы и гнома, но держалась она куда лучше, чем пару минут назад.

Последний демон испарился, и послышался новый вой со стороны входа в ущелье, но волки не показались.

В этом вое эльфийка услышала столько облегчения, что сама вздохнула полной грудью и медленно выдохнула, чуть улыбнувшись. Варрик не мог поверить, что спасение каких-то зверюшек вызвало в девушке больше эмоций, чем спасение людей на перекрестке.

Эльфийка только сейчас обратила внимание, что стоит слишком высоко над землей на очень неустойчивом и скользком камне. Наваждение прошло, и вернулось осознание окружающего мира, и девушка, конечно же, упала, пытаясь сползти вниз, цепляясь руками за выступы. Правда внизу её тут же подхватила Кассандра, не желающая, чтобы непутевая Вестница сломала себе что-нибудь.

В лагерь возвращались слегка помятые, но отчего-то слишком довольные.

Глава 8. Железный Бык и его приемущества

Самые большие очаги сражений храмовников и магов были устранены, смотровые вышки достраивались, и сегодня они дошли до места в небольшом ущелье, где было принято разбить последний лагерь.

Влияние Инквизиции благодаря этим действиям возрастало, а разрывы больше не донимали местных обитателей. А вот Вестница в последние дни едва различала дорогу перед глазами, спать из-за боли становилось всё труднее, отчего под глазами расцвели темно-синие круги. Зелья здоровья, которые так бережно носил с собой Солас, не помогали от подобного недуга, а у неё возможности варить свои снадобья в полевых условиях не было. Особенно учитывая, что в лагерях они только ночевали, а на алхимических столах всегда стояли уже готовые склянки с парой зелий.

— Нужно возвращаться в Убежище, — уже перед самым отходом ко сну произнес отступник.

— Нет, нужно ещё дойти до Редклифа, оттуда давно не приходят вести, а от шпионов Леллиана получила очень недобрые слухи о тевинтерском магистре, который зачем-то пожаловал в деревню.

— Передвигаться пешим ходом такие расстояния и так не простая задача, но нам приходится сражаться с храмовниками, а Вестнице ещё и закрывать многочисленные разрывы, ей нужен отдых, — Солас перевёл обеспокоенный взгляд в сторону девушки, которая куталась в два одеяла, но не переставала мелко дрожать, устроившись ближе всех к костру.

Кассандра и Варрик проследили за его взглядом.

— Да, в таком состоянии мы едва отличим её от той жути, что лезет из разрыва, и ненароком можем поранить, — гном чуть нервно посмеялся.

Ему было искренне жаль эту эльфку, за эти полторы недели, что они путешествовали по Внутренним Землям, он привык видеть её сражающуюся рядом, и замечал всё больше странностей, скрывающихся за казалось бы невинным и милым личиком. Не всё так просто было с этой представительницей угнетённой расы, вот только какие демоны могли таиться в глубине столь чистых глаз? Отчего-то вспомнилась Мерриль. Гном передернул плечами и отправился на боковую.

— Решено, вы двое выдвигаетесь с разведчицей Хардинг в Убежище, мы с Варриком аккуратно проверим, что происходит в Редклифе.

— О да, Искательница, ведь ты у нас лучший шпион в отряде, — гном едва успел увернуться от удара.

Варрик и Кассандра наконец оседлали своих лошадей и отправились в путь, Солас же с Вестницей и разведчиками собрали свои немногочисленные вещи и приготовились к пешему переходу, ведь никому так и не удалось посадить эльфийку на коня, и поэтому бедный скакун был переведен с ещё несколькими лошадьми в Убежище. Данную задачу решили свалить на плечи ещё ничего не подозревающего Каллена, Солсал решил что это будет первостепенной задачей по прибытии в Убежище, сообщить командору о просьбе Искательницы — научить эльфийку ездить верхом, иначе в Вал Руайо они будут идти неделю вместо двух-трех дней.

Переход через Морозные горы осложнился резкой сменой погоды, где-то в середине пути началась буря, и им пришлось скрыться в одной из небольших пещер, дабы не быть погребенными под снегом. Ситуацию не улучшало состояние Вестницы, которая от нагрузки и так стала мёрзнуть сильнее обычного, теперь тряслась без остановки и сидела едва ли не ногами в костре. Солас не был целителем и обладал лишь очень поверхностными знаниями, мог закрыть рану или избавить от пары ушибов, но исцелить от истощения, которое вызывала метка, он не мог.

Сколько бы он ни думал об этом, никак не мог понять, отчего метка с такой силой впилась в обладательницу. Он несколько раз проверял её руку и влияние метки было конечно, но не большим, как он и говорил перед выходом, она истощает носителя, как и любая другая магия истощила бы мага, неумело использующего сложные заклинания. Но тут казалось, что дело было не только в метке, что-то ещё боролось внутри эльфийки. Болезнь? Может быть, стоило аккуратно выспросить у неудавшейся шпионки, была ли она чем-то больна.

Выйдя по утру они не дошли до Убежища, как было рассчитано, к вечеру, а только к следующему обеду. Кассандра и Варрик каким-то образом умудрились их опередить, и не успел отряд подойти к воротам, как Искательница на пару с гномом уже забирали у мага и Вестницы сумки и вели их в таверну.

— Редклиф закрыт, внутрь нас не пустили, потому мы повернули сразу назад, но вас нагнать не успели, как увидели, что разразилась метель, пошли чуть в обход, думали как раз придём ровно с вами, и когда вы не появились, думали уже снаряжать поисковый отряд, — Кассандра непривычно тараторила, но измотанная переходом и холодом эльфийка всё равно не разобрала и половины сказанного и просто кивнула, с наслаждением растягиваясь на скамье в тёплой таверне и с благодарностью и безмерной аккуратностью приняла из рук хозяйки таверны горячую похлебку и большой кусок пирога.

Солас отпаивал Вестницу восстанавливающими зельями, попросил Леллиану и Жозефину раздобыть книги по целительной магии, чтобы иметь в арсенале заклинание для общего осмотра.

Как только эльфийке стало чуть легче, Кассандра сразу привела её к Каллену, который уже ждал их около вороного коня, выбранного словно бы для контраста объездчиком в подарок Вестнице.

Первый час было забавно, второй нарастало раздражение, третий час Каллен готов был вырывать волосы на голове. Он был спокойным мужчиной, которого было сложно вывести из себя и просьбу об обучении воспринял, как и всё остальное, очень серьезно, и как подметил Варрик, не без еле заметной радости, что мелькнула в светлых карих глазах.

Гном, как и многие другие, просто не мог пройти мимо такого представления, и заняв наиболее удачное место в партере, стал наблюдать за потугами командора усадить эльфийку на коня. Варрик пока не стал шутить на тему того, насколько часто и в каких местах командор позволяет себе трогать Вестницу, это он оставит на потом, чтобы было чем шантажировать несчастного бывшего храмовника. К концу третьего часа у гнома так сильно болел живот от смеха, что он даже передумал использовать эти шуточки против Каллена, ведь ему и сейчас приходилось несладко.

Никогда у него не было таких неспособных учеников, даже когда они учили девушку сражаться, дела обстояли не так плохо. В чем была проблема, командор понять не мог никак, но девушка попросту не могла держаться в седле, хотя говорила, что на галле у неё получалось пару раз кататься вполне сносно. Теперь он в это верил с трудом. Особой разницы между седланием галлы и коня не было, только разница в их характерах и непосредственно способу бега. Галлы передвигались в разы мягче, но из-за слишком частых прыжков, в них нужно было уметь держаться, а этого эльфийка не умела от слова совсем, даже когда конь просто шёл, её словно бы опрокидывало, и она моментально оказывалась едва ли не головой вниз, хотя седло было хорошо закреплено, а стремена подогнаны ровничком под рост эльфийки.

— Я просто не знаю, в чем проблема, правда, я перепробовал все методы, но ничего не помогло. Конь вроде не сбрасывает её, даже могу сказать наоборот очень дружелюбен к ней, и они в какой-то мере общаются, не знаю умеют ли эльфы общаться с животными.

— Нет. — Солас нахмурился. — У вас очень странные представления о долийцах.

Маг наблюдал за тем, как эльфийка кормит коня прямо с рук, а тот едва ли не как кошка лоснится к ней. Зрелище конечно странное, но делать из этого вывод, что эльфы умеют разговаривать с животными — всё же глупо.

Вторую попытку предприняли на следующее утро. В этот раз подключилась Кассандра, делу это не помогло, можно сказать даже усугубило и без того печальную ситуацию.

Каллен не выдержал брани воительницы и решил кое-что проверить сам, на радость и без того насобиравшего на несколько десяток шуток компромата, Варрика. Мужчина оседлал коня сам, проехал круг, ощущая, что конь ведёт себя достаточно смирно и подъехав к оставшимся на месте Кассандре и Вестнице, протянул последней руку.

Варрик расплылся в улыбке, лёгкий румянец тронул щёки бедной эльфки, и она слегка сконфуженно протянула руку и ойкнула, когда её быстро затянули на лошадь. Девушке пришлось максимально тесно прижаться к спине мужчины чтобы не упасть, седло ужасно неудобно упиралось в ноги. Конь тронулся и эльфийка почувствовав под собой движение вся сжалась и чуть было не свалилась, как сильная рука мужчины обхватила её руку, и крепче притянула к себе.

Они прошли вдоль забора и мужчина отпустил девушку, которой помогла спрыгнуть с коня Кассандра.

— Не знаю в чем проблема, точно не в коне, он смирный, что даже странно, учитывая его породу, — Каллен покачал головой, спрыгивая.

Галлу им добыть не удавалось, долийских кланов Инквизиции повстречать не посчастливилось, а диких животных попросту никто не умел приручать, даже редклифский объездчик отправил неутешительное письмо с отрицательным ответом. Вдвоем в одном седле ездить никто бы не смог, в первую очередь это было вредно для самого коня, во вторую удобство для наездника. Толкового разрешения ситуация никто не мог придумать, единственной идей являлась телега или карета.

Эльфийка скользнула между едва не закрывшимися перед ней дверями Церкви, и уже собиралась затеряться среди деревьев, как чьи-то пальцы обвили её запястье. Перед девушкой стоял молодой парнишка в доспехах, и как-то не уверенно переминался с ноги на ногу. Доспех был странный — здешние носили другое обмундирование, хотя учитывая, сколько людей приходит и уходит, может это просто кто-то из новеньких.

— Я пытался найти кого-нибудь из старших, но все вокруг так заняты и бегают туда сюда, не желая говорить, — эльфийка чуть сощурилась, парень заметив странный взгляд, тут же отпустил руку девушки. — Ой, простите это я не специально.

Девушка растирала запястье, левая рука и без такой железной хватки болела.

— С кем я могу тут поговорить? — похоже, юноша не собирался отставать от неё так просто.

— Вы кто?

— Ох, да. Я Крэм, меня послали Железные Быки — наёмники, наш командир желает познакомится с Вестницей, он предлагает Инквизиции наши услуги. Передайте главным, что если они хотят сотрудничать, то можно встретиться с нашим боссом на Штормовом Берегу, — парень кивнул на прощание и исчез.

Эльфийка замерла, не зная, что делать с той частью информации, которую смогла понять. Она так и осталась стоять рядом с выходом из Церкви, обдумывая странную ситуацию. Идти обратно в эту ставку командования желания не было, она не понимала, что они там решают и зачем, по большей части она выполняла роль дерева, иногда кивая на какие-то умозаключения вечно ругающихся между собой людей, но пока их это устраивало — девушка решила, что будет ходить.

Начали раздаваться крики, кто-то приближался к Церкви и громко ругался, девушка не успела спрятаться и попала под перекрестный огонь. Толпа сопровождала двух людей — храмовника и мага, девушка при виде столь большой компании сжалась, стараясь слиться со стеной.

— Это ваши убили её святейшество! — храмовник едва ли не брызгал слюной, толпа гулко вторила ему.

— Ложь! Это вы бросили её умирать! — маг был более сдержанный, но голос его разнёсся казалось по всему Убежищу.

— Заткнись, маг! — храмовник схватился за меч, маг в свою очередь потянулся за посохом.

Двери Церкви распахнулись, и выбежал Каллен.

— Хватит!

— Но рыцарь-капитан?!

— Это больше не мой титул, и мы не храмовники, — командор едва ли не ткнул пальцем в доспех одного из своих. — Теперь мы все служим Инквизиции! — это уже было произнесено магу.

Мужчины нехотя отступили назад, убирая руки с оружия, эльфийка видела, что для них это был ещё не конец, но приказа своего командира бывшие храмовники нарушать не могли, а маги попросту не хотели участвовать в очередных глупых распрях.

— И что это значит? — толпа успевшая окружить спорящих людей, чуть расступилась и к командору вышел тот, кого Леллиана называла канцлером Родериком.

Одно из немногих людских имён, которые эльфийка смогла запомнить, и то не специально, а лишь потому, что этот человек был крайне ей неприятен. И вызывал дрожь при каждом своём появлении.

— Уже вернулись, канцлер? Считаете, что ещё недостаточно сделали? — Каллену появление этого человека явно было не по душе, как и девушке, отчего приятное тепло разошлось где-то в районе груди от осознания, что хоть в чем-то они были похожи.

— Всего лишь любопытствую, командор, как ваша Инквизиции и эта, так называемая Вестница, будете всё восстанавливать?

— Любопытствуете, ага, — только годами выработанная выдержка не позволила Каллену скривиться, смотря в лицо церковному служителю, что чинил больше проблем, чем помогал. — Всем вернуться к своим обязанностям! — властный голос тут же разлетелся по всему двору, и люди нехотя стали расходиться.

Эльфийке на мгновение тоже захотелось вернуться к своим обязанностям, о наличие которых уже совершенно забыла. Но её заметили, Каллен даже не сразу понял, что за яркое пятно блеснуло на краю бокового зрения, но тут же обернулся проверить.

Девушка смотрела на него своими большими золотыми глазами, и казалась очень испуганной. Командор не знал из-за чего создавалось такое впечатление: она действительно так испугалась, или она просто всегда так смотрела.

— Ох, вот и ваша Вестница Андрасте, — канцлер скривил губы.

Эльфийка хотела было обратиться к командору на тему странного предложения от наёмников, но церковный служитель явно не собирался останавливаться только на этом. И пока Каллен отвлёк какой-то фразой внимание Родерика, девушка исчезла, теряясь среди деревьев.

— Смотрю, у тебя начали появляться обожатели, — Варрик как-то странно улыбнулся и ткнул эльфийку под бок.

Она непонимающе посмотрела на него, но продолжила счищать небольшим ножичком верхний слой со стебля эмбриума в чашку, в другой чайшке уже покоились его лепестки, в третьей сердцевины. Гном не переставал удивляться познаниям эльфийке в зельеварении, может она была в клане кем-то вроде травника-алхимика, или кто там этим занимается у эльфов, Варрик не был силён в познании эльфийской культуры, тут надо было спрашивать у Хоук.

— Ну паренёк к тебе около церкви приставал, я видел как он тебя даже отпускать не хотел. Что, так сильно понравилась? — гном вновь задорно улыбнулся, но тут же улыбка сползла с его лица, когда девушка моментально вскочила на ноги с таким выражением лица, словно за ней орда порождений тьмы гонится.

— Fenedhis! Совсем забыла про них!

— Так, златичко, теперь на всеобщем, пожалуйста.

Варрик начал подозревать, что скромность и неразговорчивость эльфийки заключается далеко не черте её характера, слишком уж часто он видел её разговаривающую с Соласом, а вот сейчас опять столько эмоций в одном предложении произнесенном на другом языке, и тут же сконфуженный пристыженный взгляд и бормотание.

— Наёмники на Штормовом Берегу предлагают сотрудничество, — с каким трудом далось это предложение вмиг разнервничавшейся эльфийке, тут же гласные буквы всеобщего языка показались проклятьем, наложенным лично на неё.

— Ооо, — протянул гном. — Пошли доложимся Кассандре, надо было сделать это ещё вчера конечно, но не беспокойся, я тебя не сдам, — он заговорщически подмигнул стушевавшейся эльфке, на что она благодарно кивнула и расслабила плечи, которые уже едва ли не задевали её длинные уши.

На Штормовой берег выдвинулись тем же отрядом. Спас их от пешего перехода, который затянулся бы на целый день и пол ночи, кузнец Харритт — ему удалось придумать специальное крепление на лошадь, чтобы эльфийка могла спокойно сидеть и не спадывать каждый раз куда-то вбок.

— Вообще, я видел такую работу у одной наземной гномки, имени уже не припомню, она сделала подобное приспособление для ребенка одного вельможи, который после неудачной охоты перестал чувствовать все ниже паха, — Варрик на это высказывание улыбнулся, Кассандра подумала, что он собирается пошутить на тему богачей, но тот не произнёс ни слова.

Ранним утром Харритт помог Кассандре закрепить эльфийку на коне, и показал, как снять и посадить девушку обратно, на всякий случай они проделали эту операцию дважды, дабы убедиться, что воительница и другие спутники всё правильно поняли.

— Я не та гномка, так что не могу похвастаться идеальной работой, есть недостаток в виде того, что при нужде быстро спрыгнуть с коня не получиться, с пряжками придётся повозиться, поэтому лучше, чтобы каждый из вас знал, что делать.

Харритт перед самым выездом ещё раз проверил все крепления, и пожелав удачи, вернулся в свою кузню.

— Как ты добралась до Храма? — Кассандра поравнялась с чуть отставшей от спутников Вестницей.

— У меня была галла, пришлось оставить её у одного долийского клана, недалеко от Убежища.

— Как так получается, что на лошадях ты не можешь ездить, а на галле прошла, наверное, достаточно большой путь, — неразговорчивая до этого женщина резко открыла спутникам свою неожиданную черту — любопытство.

Только вчера воительница в очередной раз отрабатывая новый удар, думала о том, что по сути они ничего не знаю о той, кого нарекли Вестницей Андрасте. Хотя сама эльфийка изредка ужинавшая в их небольшой компании в таверне, внимательно слушала истории из их жизни, а учитывая длинный язык Варрика, то и не только в таверне, но и в походе гнома было не заткнуть. А вот для них эльфийка оставалась загадкой.

На вопрос Кассандры девушка ответить не смогла и лишь пожала плечами, дальнейший путь прошёл в тишине, даже гном не пытался заполнить её своими неуместными шуточками.

Сказать, что отряд наёмников во главе с кунари напугал эльфийку это ничего не сказать. Когда они подошли к месту битвы девушка не сразу приметила, что у одного из воинов два гигантских рога на голове, будем честны, она не слишком следила за тем, что делали наёмники. По большей части она старалась вовремя убрать мчащихся в сторону Соласа или Варрика людей, и при этом не привлекать внимание, что стало получаться у неё уже значительно лучше. Как и передвижения во время боя.

Как только бой закончился, девушка, которой один из воинов едва не снёс голову, встала с колен, нервно отряхиваясь. Варрик помог запыхавшейся Вестнице вновь не угодить носом в землю, придержав за локоть, когда та, стараясь выглядеть менее глупо, попыталась закинуть лук за спину. В очередной раз про себя замечая, что никого хуже неё не мог этот мир выбрать на роль некой Вестницы Андрасте и спасительницы от Бреши, она искренне сочувствовала этому несчастному миру и его везению.

Кассандра тем временем уже подошла к главарю наёмников и что-то обсуждала с ним, кунари сразу же приметил женщину и увидев в ней главу отряда, сразу же перешёл к предложению о наёме его отряда.

Варрик прыснул в кулак. Эльфка едва ли не с открытым ртом смотрела на гигантского по сравнению с ней кунари и не могла отвести взгляд от его рогов. Она читала про эту расу в книгах, но всегда думала что там преувеличивают для нагнетания атмосферы, сейчас она убедилась в обратном. Ей даже подумать не могла, что может существовать кто-то таких размеров. Она даже по меркам эльфов была небольшого роста, а уж по меркам людей тем более. И теперь видя перед собой ухмыляющегося главаря наёмников и вовсе чувствовала себя букашкой, потом вспомнила о гноме и мельком бросила взгляд в его сторону. Похоже как всегда гном чувствовал себя вполне комфортно и нисколечко не боялся стоящего перед ним кунари.

— Можно увидеть метку, говорят вас спасла сама Андрасте и всё такое, — ухмыльнулся грозный кунари, обращаясь к Кассандре.

— Смею вас огорчить, я не Вестница Андрасте и разрывы закрывать не умею.

Брови воина взлетели вверх.

— Да? Мне показалось раз вы главная, то и есть Вестница.

Женщина покачала головой.

— Вестница она, — Кассандра указала рукой на застывшую в паре шагов от говорящих эльфийку, последняя пожалела о том, что не умеет исчезать мгновенно.

Взгляд высокого воина пробирал до дрожи, и когда он начал приближаться к ней, девушка неосознанно попятилась назад, даже не пытаясь скрыть ужас, который с легкостью можно было прочитать теперь в её золотых глазах.

Мужчина громко рассмеялся.

— Вам точно нужна моя помощь! Этой бедняжке нужен личный телохранитель, иначе кто-нибудь случайно на неё наступит! — мужчина вновь рассмеялся. — А ведь у меня в отряде гномы, как и у вас я вижу, но даже они выглядят более массивно, чем это трясущееся существо на тонких ножках.

Неожиданно последняя фраза вызвала бурю негодования и злости в эльфийке. Да, она была миниатюрной, но это не значит что она «трясущееся существо», в глазах разгорелся огонь, и она уже собиралась было ответить что-то этому насмехающемуся над ней кунари, как тот вновь рассмеялся.

— А вот это уже другое дело! Взгляд что надо, одобряю. Ну что нанимаете нас, Вестница Андрасте? Вы видели нас в деле и думаю согласитесь, что Инквизиции не помешает наша помощь.

Девушка беспомощно взглянула в сторону Кассандры.

— Думаю не помешает, но договариваться в первую очередь о наёмных «работниках», нужно с Жозефиной, — произнесла воительница.

— Не беспокойтесь, договоримся. Моё имя Железный Бык, а это мои ребята, прошу любить и жаловать.

В полезности Железного Быка они убедились достаточно быстро, когда решили двинуться в сторону другого лагеря Инквизиции и выполнить парочку просьб Интенданта и закрыть разрывы. Никто наверное с такой лёгкостью не смог бы одолеть великана, а при борьбе с чудищами из разрывов, мужчина даже успевал подхватить одной рукой Вестницу, а другой всадить неожиданно возникшему из-под земли демону ужаса в живот двуручный меч.

Когда разбойники понимали, кого именно защищал кунари, то в сторону девушки резко прекращался поток стрел, а разбойники сначала возникали за спиной у мага или гнома. Железный Бык оказался достойным приобретением для Инквизиции и в частности для Вестницы Андрасте. Правда, от неё самой никто спасти девушку не мог, что немного удручало весь отряд.

В Убежище вернулись уставшими и злыми, с кучей травм и несколькими трупами порождений тьмы за плечами. Но не успели они разбрестись по своим углам, как «благая» весть от госпожи Соловей достигла их всех — нужно было завтра же выдвигаться в Орлей.

Глава 9. Вал Руайо - маги или храмовники

— Разве это хорошая идея брать в Вал Руайо кунари? — сетовала Жозефина. — Нет, нет, вы поймите меня правильно, против самого Железного Быка я ничего не имею, и как рассказывала нам Кассандра, для Вестницы он стал просто находкой, но вести его на приём к церковным служителям? По мне это не сильно разумное решение.

Очередной не заканчивающийся спор. Эльфийка научилась просто сидеть с открытыми глазами и думать о чем-то своём, вовремя кивая головой, чтобы никто не подумал, что она уснула. Они уже битый час обсуждают в ставке командования последовательность действий, разговоры и даже одежду, в которой стоит посетить город. Девушка перестала улавливать суть ещё где-то в начале и больше не пыталась поспеть за полётом мыслей спорящих между собой людей. Интересно, они хотя бы иногда сходятся во мнении с первого раза или всегда тратят столько времени?

Выход из Убежища был назначен на раннее утро, и кажется люди в этой комнате совершенно позабыли, что некоторым эльфам нужно поспать, чтобы не клевать носом будучи верхом на лошади. Хотя это была неплохая идея, доспать прямо во время пути, всё равно же она пристегнута к бедному животному насильно, так что в принципе можно было и поспать верхом. Чем дольше затягивалось обсуждение, тем более здравой казалась эта по началу непримечательная мысль. Наконец вспомнив о существовании Вестницы, собеседники прекратили спор и отпустили уже клевавшую носом эльфийку спать.

Зайдя в домик первое, что увидела Вестница Андрасте, были разложенные постиранные вещи — каждая деталь легкого доспеха была начищена до блеска, остальное отстирано от пятен крови и грязи и выглядело, как новенькое. Девушка провела рукой по шелковой ткани красного пояса и прикрыла глаза. Хотелось вновь надеть свою свободную тунику с разрезами от бедра и бриджи, плотно обтягивающие ноги, пробежаться по окрестному лесу, забраться по высоким ступеням к алтарю Диртамена, расположенного недалеко от зеркала «в которое нельзя заглядывать» — так называла его Хранительница.

Пришлось оставить эти мысли позади. Сколь бы холодно ни относились к ней члены клана — они были её семьей, единственными, кому было не всё равно, что с ней случиться. Стало невыносимо тоскливо от осознания того, что она не может собрать вещи и отправиться домой, войти в зачарованный лес и оказаться у костра Хранительницы, забраться по винтовой лестнице к своему домику, закрытому лиственными ветками одного из великих древ. Вспомнился запах цветов и журчание речки, щебет птиц, которых за время своего недолгого путешествия девушка больше нигде не встречала, птиц с прекрасным лиловым оперением и серым маленьким клювиком, они всегда прятались среди цветов на поляне. Будучи маленькой она всегда боялась, что если попытается сорвать один из тех цветков — «lindo» — может случайно навредить птичке, и потому никогда не пыталась собирать букет на лиловой поляне.

Эльфийка застыла от осознания одной важной истины — клан мог счесть её уже мертвой, зная куда она ушла и слыша новости о взрыве. Нужно было срочно написать им! Но как отправить птицу в место, которого не существует на картах людей? Можно было попробовать написать тому эльфу, что помогал бежать рабам или… Самое худшее, что можно было придумать, написать письмо сестре в Амарантайн, ведь сестра имела какой-то способ связи с кланом всё это время. Нет, лучше пусть считают её погибшей.

С такими мыслями девушка и уснула, правда утро наступило слишком быстро и пришлось собрать все силы, чтобы заставить голову оторваться от такой мягкой подушки. Девушка печально смотрела на свою кровать, натягивая на ноги проклятые сапоги со слишком сложной шнуровкой. До прибытия в Убежище она ни разу не спала на настоящей людской кровати, кровать в её домике на дереве представляла собой набитую пухом и перьями шкуру большого медведя и пара подушек из шкуры фенька. Ни у кого в клане кровать не имела деревянной или иной основы, и потому эльфийка в первую ночь очень боялась свалиться со слишком высокой кровати на пол.

Кассандра уже выученным движением прикрепила эльфийку к ездовому животному, после чего сама с легким прыжком оседлала своего скакуна. Две другие лошади уже были заняты Варриком и Соласом. Совет внял предостережениям Жозефины и в этот раз в состав отряда было решено не брать Желеного Быка, но кунари пришёл проводить отряд в путь и теперь над чем-то смеялся вместе с гномом, иногда бросая взгляды в сторону напряженной женщины, занявшей место в авангарде.

Завершив все приготовления, отряд двинулся в путь.

Спустя пару часов езды эльфийка уже не пыталась бороться со сном, и уронив голову на грудь, мирно посапывала. Полностью уснуть она конечно не могла, пусть девушка и была обмотана странным креплением аж по пояс, всё же перспектива упасть носом вперёд её нисколечко не вдохновляла. Где-то на периферии сознания эльфийка слышала обрывки болтовни Варрика, который безуспешно пытался втянуть в разговор хотя бы кого-то из спутников, и сетовал на то, что не взяли Быка, по его мнению, это был самый общительный собеседник из всей Инквизиции.

Ещё через несколько часов уже весь отряд клевал носом, было решено устроить небольшой привал, размяться и перекусить. Эльфийка быстро нашла небольшой ручеек с горной ледяной водой, все спутники девушки с облегченными вздохами умылись, вода помогла немного взбодриться.

Кассандра с Соласом склонились над картой, решая, как лучше идти. Долийка тем временем пыталась переплести свою уже успевшую растрепаться длинную косу, получалось не так аккуратно, как хотелось бы, но времени на новую попытку уже не было, пришлось оставить как есть. Эльфийка закрепив кончик косы лентой, спрятала волосы за воротник, чуть передернув плечами, когда коса скользнула вдоль спины, вызывая мурашки.

Следующий привал устроили уже глубокой ночью по причине нежелания всего отряда ночевать на промерзших камнях Морозных гор.

— Мы пересекли Имперский тракт, заночуем сегодня тут, завтра вернёмся к тракту и будем идти по нему, это самый безопасный путь.

— Ага, и заодно будем уверены, что ты, Искательница, не заблудилась, — гном снова в последний момент увернулся от удара, заливисто смеясь.

Эльфийку всё ещё удивляли взаимоотношения этих двоих, гном постоянно выводил Кассандру из себя, но не смотря на резкие высказывания последней, они по прежнему могли вполне спокойно выпивать за одним столом в таверне Убежища. Люди - странные существа, и девушке никак не удавалось до конца понять их эмоций и действий. Долийка вздохнула и получше укутавшись, моментально провалилась в сон.

Монтсиммар было решено обойти стороной. Кассандра не горела желанием вновь лицезреть крепость, где началась её бытность в роли Искательницы, Солас же считал, что город с кругом магов, вряд ли будет рад видеть отступника на своей территории. Только судьба решила по-другому, и отряд был остановлен задолго до места, где можно было сойти с Имперского тракта — храмовниками.

— Вестница? Неужели судьба благоволит нам! — выкрикнул какой-то паренёк в одежде обычного крестьянина.

Храмовники услышав возгласы толпы, тут же перекрыли отряду путь. Грозные мужчины с двуручными мечами на перевес взирали на странную компанию, и не могли поверить, что перед ними представители этой странной, вновь образовавшейся Инквизиции.

— В город нельзя, недалеко от круга магов разрыв, и из него ползут демоны.

— Не поймите меня не правильно, господа храмовники, но мы и не собирались заходить в город, — Варрик улыбнулся старшему из мужчин, но тот похоже не оценил высказывания гнома и перевёл взгляд своих светлых глаз на эльфийку.

Варрик вновь посочувствовал новоявленной Вестнице Андрасте, с её внешностью было трудновато передвигаться инкогнито, даже скрыв светящуюся руку под перчаткой яркие волосы, и глаза тут же выдавали её. На своей памяти гном мог точно сказать, что ни разу не встречал эльфа с подобной внешностью, а уж храмовники, которые обычно всю жизнь проводили в кругах — тем более. Так что описание внешности Вестницы наверняка было быстро распространено среди обычного люда и конечно же дошло до более высокопоставленных личностей.

Больше слов и не требовалось, было понятно, что люди желали одного, чтобы Вестница Андрасте закрыла разрыв с помощью своей божественной силы.

Отряд двинулся в сторону расположенного неподалёку круга магов. Уже из далеко можно было слышать крики людей и видеть вспышки магических заклинаний. Кассандра помогла эльфийке спешиться и тут же бросилась в бой.

Первое, что привлекло внимание девушки, была женщина — высокая, в ослепительном наряде, что удачно подчёркивал её смуглую кожу и странной шляпе с рогами. Чародейка быстро и уверенно творила заклинания и успевала командовать небольшим отрядом магов, помогающих ей сдерживать наплыв демонов.

— Отходите! — раздался звучный голос Кассандры. — Чем больше людей приближается к разрыву, тем больше демонов лезет наружу! Мы из Инквизиции и справимся дальше сами!

Чародейке судя по всему не сильно понравился тон Касаандры, но спорить в такой ситуации она явно не решилась, и отозвала своих магов, но сама осталась. Не зря, как оказалось. Два мага в отряде было странным решением, но теперь Солас мог чаще накидывать на эльфийку барьер, что несказанно усложняло демонам задачу разорвать Вестницу в клочья.

Эльфийка склонилась, опираясь руками в колени и тяжело дышала. Из-за того, что разрыв был растормошён группой магов, пришлось изрядно попотеть, прежде чем удалось прикончить последнего из демонов и закрыть разрыв. Высокая женщина в странном головном уборе подошла к застывшей эльфийке, она изучающе осмотрела последнюю и видимо, прикинув что-то у себя в голове, кивнула.

— Моё имя Вивьен, думаю Инквизиция, как никогда нуждается в помощи опытных магов, — девушка повернула голову в её сторону, всё ещё тяжело дыша, она не услышала, что сказала женщина, в ушах стоял неприятный гул, словно тысяча цикад решила одновременно сыграть свою любимую мелодию.

Кассандра первая пришла на помощь, они, кажется, перекинулись парой фраз и высокая женщина улыбнулась, как-то хищно, и кивнула. Сказав что-то напоследок, она удалилась в сторону здания, которое видимо и носило название Круг Магов.

— Так, и что же сказала эта Железная Леди? — Варрик первым решил узнать, о чем вели разговор эти две суровые дамы.

— Приглашает Вестницу Андрасте посетить её приём в поместье герцога Бастьена де Гислена.

— О, — многозначительно протянул гном. — И как же мы отправим наше драгоценное создание в полном одиночестве в толпу неизвестных ей людей? Она только недавно перестала трястись при виде тебя, Искательница, думаю там её может хватить удар от переизбытка эмоций.

Гном поймал на себе взгляд золотых глаз, в которых читался укор и капелька обиды. Варрик усмехнулся, всё-таки девчушка была не столь проста и безэмоциональна, как казалось на первый взгляд. Похоже, чем дольше они с ней общаются, тем больше она открывается им — это было не плохим знаком, может в скором времени, она тоже станет поддерживать беседу, или, Создатель милостивый, шутить. На последнее гном конечно не рассчитывал, но вот поболтать с эльфийкой очень уж хотел. Если верить Жозефине, то один из эльфийских кланов собирался послать на Конклав шпиона, чьё имя было Алларос Лавеллан. Но что-то подсказывало всем, что Алларос - имя не женское.

Вал Руайо встретил путников не очень дружелюбно, и развернувшаяся на главной площади сцена не сильно вдохновляла на продолжительное пребывание в данном месте. Действия храмовников во главе со странным хмурым человеком нисколечко не способствовало продолжительной беседе с ними, а вот женщина, лежащая на помосте отчего-то вызвала в девушке жалость, и запрыгнув на импровизированную сцену, эльфийка подала руку, помогая женщине встать.

— Наверное это радует вас, да? — женщина отряхнулась, к ней уже подошли другие служители церкви, и придерживая за локти, увели прочь.

— Почему это должно меня радовать? — удивленно спросила эльфийка у гнома.

— Как тебе объяснить, златичко. Она уже на протяжении долгого времени проповедует о том, что ты самозванка и еретичка, а значит тебя нужно казнить, ну или хотя бы заключить в тюрьму. Обычно, когда люди слышат подобное в свой адрес, а потом видят, как их противника ударяют по лицу собственные подчиненные, то они радуются.

Эльфийка кивнула, глубоко задумавшись над странными людскими привычками.

— Не понимаю, что случилось с Лордом Искателем! — Кассандра сетовала всё то время, что они бродили по главной площади.

Случайно брошенная фраза наивной эльфийки и действия на подиуме тут же подняли её авторитет в глазах горожан, и одна женщина, торгующая чем-то (девушка попросту не поняла, что именно она продаёт), вызвалась помочь Инквизиции и тут же скрылась за массивными дверями одного из зданий, пообещав в скором времени перебраться в Убежище.

Варрик был почти уверен, что им безумно повезло с этой долийкой. Наивностью она напоминала Мерриль, но при этом была совершенно не похожа на бывшую спутницу Хоук. Эта странная граница между полным непониманием происходящего и максимально правильными подобранными словами, сказанными разным людям и не только, почти сразу же привлекало внимание и вызывало доверие. Гном ещё не встречал подобного, а учитывая, что его язык помог стать едва ли не самым влиятельным главой шпионской сети, конечно не считая госпожи Соловей, он в этом понимал очень хорошо. Становилось всё интереснее.

Девушка увлеченно разглядывала каждую витрину, и часто спрашивала о чем-то Соласа. Варрик был слишком увлечен попыткой высмотреть, и выслушать все сплетни города, и добавить туда немного своих, а Кассандра никак не могла успокоиться и всё бурчала себе что-то под нос о том, что стало с Лордом Искателем. Из-за того, что почти все спутники впервые услышали о данном ордене от самой Кассандры, никто не мог должным образом поддержать с ней беседы или посочувствовать.

Резко развернувшись на каблуках, девушка чуть не схватила в плечо стрелу, которая приземлилась ровно перед ней, проходя в миллиметре от острого уха. Кассандра тут же сорвала листок прицепленный к стреле и зачитала вслух странные строчки о каких-то красных вещах.

Искали всем городом. Никто толком не знал закоулков Вал Руаой, и потому спутникам приходилось обращаться к местным торговцам или охране, чтобы уточнить, что могло иметься ввиду в очередном послании. К концу вечера, измотанные бессмысленным шатанием по городу спутники, найдя наконец злосчастный закоулок, едва не взвыли от отчаяния, увидев перед собой ещё одну эльфийку, только в этот раз слишком разговорчивую, и похоже, сошедшую с ума.

Варрик был несколько рад новой компании, ведь это странное создание, назвавшееся Сэрой или Рыжей Дженни, похоже могла тоже болтать без умолку. Решив, что уже достаточно поздно, чтобы Вестница могла явиться на приём к Железной Леди, вновь пополнившийся отряд двинулся в сторону выхода из города. Где их ждал ещё один сюрприз — Фиона с приглашением навестить Редклиф.

— Слушай, златичко, у тебя всю жизнь так?

— Так?

— Ну, не успеваем мы пройти и пары метров, как обязательно что-то случается. Я если честно искренне удивлён, что мы ещё ни разу не бились с драконом, — Варрик усмехнулся, а Кассандра недовольно проворчала что-то вроде «не хватало нам ещё и драконов».

Эльфийка искренне считала, что её зря отправили в это странное поместье одну. Нет, не так, она в принципе думала, что её зря отправили в поместье. Если мадам Вивьен и так предложила свою помощь, зачем были нужны ещё такие сложности, как посещение чего-то странного под названием "приём". Нет, эльфийке было любопытно, что именно означает это слово, но вот трясущиеся ноги и потеющие ладошки, совершенно не подходили к месту, к которому она приближалась. Все вокруг с удивлением оборачивались на новую гостью, которая только силой воли держала себя на ногах и не спотыкалась обо всё подряд, ибо она решила, что это будет не самым лучшим представлением Инквизиции, если Вестница распластается по мраморной лестнице и разобьет себе голову. Хотя это решило бы многие её проблемы.

Эльфийка встряхнула головой, отгоняя ужасные мысли. Она правда старалась не открывать рот и не рассматривать всё вокруг с таким видом, словно впервые видит подобное. Но всё-таки пару раз не удержавшись девушка застывала около странной статуи или колонны и подолгу рассматривала изваяние, и пришла к выводу, что эльфийские мастера были куда более искусными, чем шемленские. И удовлетворённо кивнув головой, направилась прямиком к распахнутым большим дверям.

Самым удивительным в Орлее были маски, сначала в Вал Руайо ей подумалось, что это некий способ торговцев привлечь внимание, но видя на улицах других людей, эта идея тут же потерпела поражение. На приёме разнообразие нарядов и масок было куда более обширно, но особенно осмотреться девушка не успела, к ней тут же подошёл странный мужчина. Из-за яркого акцента, эльфийка стала понимать ещё меньше, чем прежде. Если Жозефина хотя бы старалась говорить медленно и мягко, то это странный персонаж попросту тараторил какие-то оскорбления, что-то про Инквизицию и обман.

Долго вещать ему не дали. Эльфийка едва не подпрыгнула, когда мужчина перед ней резко превратился в ледяную статую, и на весь зал раздался громкий с нотками превосходства и власти голос. Железная Леди спустилась к Вестнице и во всеуслышание подтвердила своё намерение примкнуть к Инквизиции.

Варрик поймал эльфику за руку и тут же встретился взглядом с затравленными и слегка испуганными золотыми глазами.

— А я говорил, что это плохая идея, — девушка бы наверное пробежала дальше, не заметив своих спутников, если бы гном вовремя не перехватил её.

— Как всё прошло? — Кассандра, стоявшая чуть дальше, подошла к Вестнице и гному.

— Хорошо, — единственное, что смогла выдавить из себя несчастная эльфка и почти жалобно попросила уже выдвинуться в сторону Убежища.

Варрик только усмехнулся, похоже, название их главного лагеря сейчас слишком хорошо подходило. Похоже эльфийка действительно теперь считала это место своим личным убежищем, где она может спокойно спрятаться от канители, что неожиданно завертелась вокруг неё. Гном улыбнулся своим мыслям, вспомнилось вечно уверенное выражение лица Хоук и её ехидная улыбочка, было бы не плохо, если бы женщина отсыпала чуть-чуть своей уверенности этому дрожащему на ветру золотому деревцу, пока его не сдуло окончательно.

Правда, Убежище решительно не хотело принимать Вестницу и её спутников надолго, едва успев немного поспать, эльфику выдернули в ставку командования, где уже велся оживленный спор.

Не скрывая своё недовольство, девушка сидела на стуле в ставке командования и зевала так часто, что уже рот начал ужасно болеть. Её союзники в очередной раз спорили, на этот раз причиной был выбор стороны, которая могла бы помочь им закрыть Брешь — храмовники или маги. Как поняла из всего спора эльфийка, защищать храмовников продолжал только Каллен, даже Кассандра сдалась и согласилась с Жозефиной, что маги в таком деле будут куда более полезны и последней инстанцией в этом споре выбрали Вестницу.

— Вы не должны отмалчиваться, простите за наш продолжительный спор, мы хотели бы услышать и ваше мнение тоже, — Жозефина всегда говорила в этой странной очень вежливой манере, которая одновременно и нравилась эльфийке и смущала её.

— Я…

Она запнулась встретившись со взглядом светлых карих глаз мужчины, который словно бы молил её выбрать храмовников, девушка не выдержав, опустила свой взгляд на карту с кучей странных меток и фигур, которые ей очень нравились, работа явно была ручная и детализированная, порой у неё возникало дикое желание забрать пару фигурок себе, пока никто не видит.

— Простите, я не совсем могу понять суть сложившейся проблемы, — взгляды всех в комнате были направлены в её сторону. — Можно я поговорю с Соласом? — неожиданно выдала эльфийка, до неё только что дошло, что маг может рассказать в чем заключаются распри между магами и храмовниками.

— Думаю его точка зрения будет однозначна, — как-то слишком уж недовольно произнёс Каллен, остальные согласно кивнули.

Выбора не было, девушка сделала вид, что действительно задумалась, хотя на самом деле её не отпускала мысль об этих миленьких маленьких фигурках на столе.

Читала она много, но литературы о шемленах в клане было катастрофически мало и она вся была на непонятном ей языке, и потому приходилось только слушать рассказы своих соплеменников. Все её знания о храмовниках и магах заключались в том, что во многих государствах Тедаса, существуют некие круги магов, в которые забирают детей, проявляющих склонность к данному мастерству, храмовники следят за магами, чтобы те не использовали свои силы против невинных людей, а сами храмовники подчиняются церкви.

Вот только вся эта смысловая цепочка теперь не укладывалась в её голове, учитывая обстоятельства окружающие её. Что-то изменилось в мире шемленов, вот только что? Принимать какие-либо решения, имея так мало знаний было не просто тяжело, а безрассудно и глупо. Как она может решать проблему, в сути которой совершенно не разбирается? И почему же она раньше-то не догадалась поговорить об этом с Соласом!

— Может сходим в Редклиф? — Каллен застонал и вышел из ставки командования.

Девушка проводила его растерянным взглядом, чувствуя себя жутко виноватой перед мужчиной. Но если не собрать всех фактов, нельзя сделать правильное решение! Эту мысль озвучили оставшиеся женщины, и кивнув Вестнице, пошли отдавать распоряжения.

Варрик застал эльфку лежавшей на полу в домике, который она теперь делила с Сэрой. Последней нигде не было видно, что обрадовало гнома, поговорить он хотел только со златоволосой.

— Что, выдвигаемся в Рэдклиф? — девушка кивнула, но продолжила рассматривать потолок.

Надо было сходить поговорить с Соласом, но сил двигаться совершенно не было, а ведь завтра на рассвете они уже выдвинуться в Редклиф, чтобы прибыть туда к полудню. Эльфийка как-то слишком обреченно вздохнула и наконец повернула голову в сторону незваного гостя, хотя было грубо его так называть, гному она была рада всегда. Помимо Соласа, только с гномом ей было находиться столь же комфортно, пусть она не понимала и половины того, что он говорил, но сам факт его отношения к ней грел душу.

— Хочешь расскажу сказку о прекрасном блондинчике, который случайно взорвал церковь, а его возлюбленная, не желающая смерти любимого взяла всю вину на себя?

Глаза девушки загорелись, она поняла каждое слово произнесённое гномом, отчего сразу полегчало, похоже всеобщий язык постепенно начинал устаканиваться в её голове. Эльфийка слишком рьяно кивнула, но будучи не в самом выгодном положении, стукнулась о пол затылком и зашипела, что вызвало тихий смех со стороны гнома.

Варрик устроился на одной из кроватей, а девушка села, переплетая ноги в позу лотоса, и внимательно посмотрела на гнома, ожидая, когда он начнёт своё повествование.

— Так вот, жила-была в одном маленьком городишке под названием Лотеринг семья, носившая фамилию Хоук…

Где-то в середине рассказа к ним присоединился Солас, который желал осмотреть руку эльфийки, но так и остался, иногда переводя на эльфийский особенно сложные и непонятные фразы для девушки. После пары троек таких замечаний у гнома в голове сложилось два плюс два, и он чуть улыбнулся.

«Вот значит как, а я то всё гадал, в чём проблема».

К концу рассказала Варрик обнаружил, что в золотых глазах уже стояли слёзы, и девушка едва заметно шмыгала носом.

— Почему он так с ней поступил? — чуть хрипловатым голосом произнесла эльфийка.

На губах гнома неожиданно расцвела печальная улыбка, и глаза чуть потускнели.

— Это, — глаза девушки округлились, — это не сказка, да? Это было?

Легкие морщинки образовались вокруг глаз гнома, но он ничего не ответил и сказал лишь, что им всем пора отправляться в кровать, иначе снова будут спать на лошадях.

Глава 10. Редклиф

Отряд оставил лошадей в ближайшем от Рэдклифа лагере Инквизиции, это было единогласным решением, что лучше войти в деревню в плащах и копюшонах, чтобы не сразу привлекать внимание. Вот только против их плана была сама судьба, как впрочем и всегда, это уже совершенно никого не удивляло. Около ворот Рэндклифа открылся разрыв, и как только Вестница подняла руку, уже вся деревня знала, кто сейчас войдёт внутрь.

Таверна встретила их странной напряженной атмосферой, и выступившая чуть вперёд бывшая верховная чародейка ничуть не улучшила ситуацию, поинтересовавшись, что же привело посланников Инквизиции в Редклиф.

Всё было бы весьма привычно, если бы только Вестница сама разговаривала с этой женщиной в Вал Руайо, но нет, весь отряд прекрасно слышал приглашение на встречу. Кассандра развеяла сомнение златоволосой эльфийки, которая подозревала, что в очередной раз попросту не правильно всё поняла.

— Вы сами пригласили нас в Вал Руайо!

— Вы должно быть ошибаетесь, последний раз я был там до Конклава, — странная едва заметная пелена сомнения отразилась в глазах чародейки.

— Весьма странно. В Вал Руайо мы общались с тем, кто выглядит точно как вы, — вмешался уже в разговор гном.

— С помощью магии можно изменить облик, но… — вновь эта странная пелена и расфокусированный взгляд. — Кто бы вас не пригласил сюда, обстоятельства изменились, — голос женщины стал совсем каким-то безжизненным. — Свободные маги уже присягнули на службу империи Тевинтер.

Златовласая выругалась на эльфийском, только заслышав об империи и чуть отступила назад, во все глаза смотря на магов перед собой.

— Плохая новость, — констатировал Варрик общую мысль отряда.

— Я понимаю, что вы напуганы, но вы заслуживаете большего, чем рабство в Тевинтере, — неожиданно к беседе подключился Солас.

— Мы уже связаны обещанием с магистром, — похоже чародейка не собиралась отступать.

Кассандра тяжело вздохнула и очень наглядно посмотрела в сторону окна.

— А про Брешь вы уже забыли? Или думаете она сама затянется?

— Мы ни о чем не забыли, но вести две войны за раз, нам не под силу.

-Маги, тевинтер. Стоило послушать Каллена, — такого тона от Вестницы не ожидал никто, её голос был твёрд, и в нём сквозила неприкрытая неприязнь и холод.

Неожиданно дверь в таверну вновь распахнулась, и в зал вошёл мужчина в странном колпаке. Эльфийка решила, что это видимо особая черта шемленских магов, выбирать себе наиболее причудливый головной убор. Рядом с мужчиной шёл парень, явно намного моложе и можно было найти некое сходство между этими двумя.

— Герион Алексиус, магистр из Тевинтера, — представила вошедшего чародейка. — Это посланники Инквизиции, — теперь женщина кивнула в сторону стоявшего чуть в стороне отряда.

Магистр говорил слишком мягко, настолько, что даже златоволосая эльфийка уловила в его голосе заведомую ложь, и чуть сощурившись, внимательно наблюдала за передвижением мага. Мужчина же выцепив взглядом маленькое создание с острыми ушами, что пряталась за спинами спутников, уверенным шагом приблизился к ней, заставив насторожившегося Соласа отступить чуть в сторону. Эльфийке показалось, что её спутник был в любой момент готов выхватить из-за спины посох и послать магистра в далёкое путешествие или же попросту спалить его.

— Вы, я так предполагаю, та самая выжившая? Сумевшая выйти из Тени?

Эльфийка в упор смотрела на тевинтерского мага, где-то внутри рождалось давно позабытое чувство неконтролируемой злости и ненависти. Девушка чувствовала, что если этот маг и дальше продолжит разговаривать с ней в подобной манере, она выцарапает ему глаза.

Тевинтер. Магистры. Пожалуй в мире больше не нашлось бы ничего, что эльфийка ненавидела бы с такой силой. Стоя сейчас перед представителем угнетателей эльфов, девушка в очередной раз жалела, что они не послушали Каллена и не пошли сразу к храмовникам. Как бы она не относилась к магам, но в тот момент ей казалось очень убедительным, что с Брешью — явно магической — могут помочь именно маги, но связываться с Империей, лучше удавиться сразу же на месте.

Во взгляде магистра скользило это отвратительное высокомерие, видимо он не мог никак поверить, что Вестница Андрасте может быть представительницей эльфийской рассы, которые у него в доме только натирали посуду, да чистили отхожие места. Хотя Фенрис рассказывал ей и кое-что похуже, отчего кровь застывала в жилах и хотелось попросту сжечь дотла проклятое место.

— Ты в порядке? — голос Соласа вывел девушку из транса, и она чуть заторможено кивнула.

Если Алексиус и говорил ей что-то ещё, то она уже не слышала. Теперь же, видимо поняв, что главой отряда является Кассандра, мужчина предложил воительнице сесть за один из столов и куда-то отослал своего, как оказалось, сына. Остальной отряд остался стоять.

Эльфийка даже не пыталась притворяться, что слушает о чем говорят эти двое, пока не вернулся паренёк, очень странно прихрамывая и держась за бок. Кажется, она знала, что с ним, и содрогнулась всем телом, взгляд пронзительных глаз встретился с темными почти черными глазами парня, которого отец громко звал именем Феликс. Эльфийка сжала руки в кулаки, она не будет помогать имперцам, даже если взгляд этого юноши и отличался от взгляда его отца. Феликс почти что полностью свалился на руки Кассандры, которая удивленно подхватила парня и помогла ему встать. Алексиус отдал приказы теперь уже своим магам, и вся имперская свита удалилась с обещанием встретиться чуть позже.

Как только дверь в таверну затворилась, Кассандра развернула странный листок и прочла вслух.

— Встретимся в церкви. Вестница в опасности.

— День ото дня не легче, а я думал мы с Хоук веселились. Да она по сравнению с тобой, златичка, самый везучий человек в этом мире, даже не смотря на встречи с драконами.

Кассандра одарила гнома каким-то нечитаемым взглядом, и отряд вышел из таверны, нужно было как можно скорее найти церковь.

Церковь, как и прочие места, встретила их подобающим способом — разрывом и… И странным человеком с ещё более странными усами. Тевинтерец. Эльфийка не знала, что пугало её больше: тевинтерский маг с забавной манерой говорить или же разрыв. Раздумывать над этим правда времени не было. Бык, который не был приглашён в таверну вместе с остальным отрядом, теперь вовсю отрывался на так неудачно попавшихся ему под руку созданиях Тени. Бой оказался на удивление быстрым, либо эльфийка уже попросту привыкла к этим демонам и не уставала так как раньше.

Девушка подошла ближе всех к разрыву и вытянула руку. Вновь боль. К ней она тоже уже успела привыкнуть и даже не хмурилась, резко обрывая, связующую её руку и разрыв нить.

— Восхитительно! — девушка подпрыгнула на месте от звонкого голоса тевинтерца. — Как это работает?

Не отдавая себе отчета в том что делает, эльфийка боком прошла и спряталась за спиной чистившего свой двуручный меч Быка. Последний даже не обратил внимания, она делала это слишком часто во время боя, чтобы мужчина отвлекался на подобное поведение Вестница во время своего любимого занятия, собирания тряпкой крови врагов со своего драгоценного меча.

— Эм.

Тевинтериц явно собирался сказать что-то ещё, но так как его собеседник тактично спрятался за кунари, который по понятным причинам нервировал мага, он сбился с мысли. Хотя похоже не надолго, так как в следующую секунду он уже выдал длинную речь наполненную саркастическими шуточками и высказываниями, на которые отреагировал Варрик, усмехнувшись.

— Ты кто? — впервые эльфийка была очень рада грубому тону Кассандры, по большей части, потому что обращалась она сейчас не к ней.

— Ох, я опять забегаю вперёд, где мои манеры. Я Дорин из рода Павусов, недавно прибыл из Минратоуса. Рад знакомству!

— И этот из Тевинтера, — Кассандра свела брови, взгляд её ни на капельку не смягчился.

Эльфийка украдкой выглядывала из-за спины кунари, который уже закончил мыть меч и со странной ухмылкой взирал на тевинтерского мага. Взгляд пронзительных серых глаз с явным зеленоватым отливом внимательно смотрел на эльфийку, почему-то этот взгляд заставил Вестницу сжаться сильнее, а щёки как-то странно стало покалывать. Девушка осознала, что нещадно быстро краснеет, то ли от своего поведения, то ли от этого взгляда.

— Не обращай внимания, дело не в тебе, она первое время от всех так шугается, — усмехнулся Варрик, кивая головой в сторону застывшей эльфийки.

На губах Дориана заиграла хитрая улыбка, но было видно что он сдерживается, чтобы не сказать что-то в сторону Вестницы, и Кассандра очень вовремя перебила его, обращая внимание вновь на себя.

Говорил маг лаконично, хотя не всегда понятно, но учитывая, что в одном предложении стояли слова — разрыв и искажать время, эльфийка решила, что в этот раз нужно понять всё сказанное магом, и выйдя из-за спины Железного Быка, оказалась рядом со своим соплеменником. Тевинтерец отвечал на вопросы Кассандры, и Солас иногда склонялся ближе к уху эльфийки, чтобы пояснить значение определенных слов.

— Извините, меня одного смущает, что периодически мой рассказ прерывают странным шёпотом? — театральности Дориану было не занимать, только в этот раз с ним была согласна и Кассандра.

— Если есть что сказать, говорите вслух, — она обернулась к эльфам.

— О, не беспокойся Искательница, думаю Солас просто кое-что переводит нашей эльфийской подруге.

— Переводит? — теперь её тяжелый взгляд упал на Варрика.

— Обсудим это позже, — прервал Солас и кивнул тевинтерскому магу, чтобы тот продолжал.

Во взгляде серо-зеленых глаз читался неподдельный интерес, Дориан внимательно смотрел на Вестницу Андрасте всё то время, что вёл рассказ. Он никогда раньше не видел таких эльфов — глаза и волосы словно из чистого золота, маленькая, на вид не больше пятнадцати лет, но с эльфами всегда сложно понять, иногда Дориану казалось, что они и вовсе не стареют.

— Вы пришли, — никто не слышал хлопка массивных дверей, значит Феликс зашёл через другой ход. — Зря я использовал свою болезнь, как предлог. Думал, отец уже от меня сегодня не отойдёт. И нет, Дориан, он пошёл на использование этой магии по другой причине. Мой отец вступил в секту, которая называет себя «венатори».

Эльфийка еле заметно усмехнулась, чем естественно привлекла внимание спутников.

— Что в этом смешного? — в голосе Феликса скользнуло непонимание и обида.

— Vhen-a-tor, — девушка произнесла слово намного мягче, чем человек, и сделала ударение на первый слог.

Теперь и Солас едва заметно приподнял края губ, словно хотел улыбнуться.

— И что это значит? — Кассандра глянула на эльфику.

— Башня эльфов, зависит от написания, может иметь значение — «идти в башню», совсем грубое.

Кто она? Солас всё больше осознавал, что маленькая эльфийка рядом с ним не простая долийка из клана, что колесят по Тедасу. Это было древнее наречие, иногда называемое Высоким Слогом, а долийцы едва-едва сохранили знания о самом просто эльфийском языке, который из-за искажения порой не понимали даже духи.

Девушка действительно достаточно часто общалась с ним в Убежище расспрашивая о Тени, о его путешествиях. Почему же он раньше не догадался расспросить и её? Высокомерие и пренебрежительное отношение к долийцам, эльф мысленно выругался.

— Не думал, что у этого слова эльфийское происхождение, — слегка удивлённо произнёс сын магистра. — Но сейчас не об этом, всё что делает отец, он делает для того, чтобы добраться до вас.

— Меня? — кто бы мог подумать, что глаза эльфийки могут стать ещё больше.

— Если это так, то зачем вся эта кутерьма с магами? — Кассандра как и остальные не сильно понимала взаимосвязи между Вестницей и сектантами.

— Возможно из-за способности закрывать разрывы, или потому, что она вышла из Тени будучи во плоти, кто знает, что твориться в голове этих сектанутых, — последнее слово Дориан явно придумал только что, и оттого произнёс его по слогам, чуть растягивая гласные.

Эльфийка поняла намёк. Этот маг был на удивление умным и изобретательным. Девушка прищурилась и сжала губы, смотря на мага с лёгкой злобой, из-за чего его улыбка стала ещё шире, похоже он именно этого и добивался. Варрик перевёл взгляд с эльфийки на мага. Именно такого персонажа им и не хватало в отряде, того, кто сможет наконец растормошить вечно напуганное и безмолвное создание, но гном очень сильно сомневался, что тевинтерец захочет присоединиться к Инквизиции.

— Думаю мы поняли вас, — Кассандре явно начал надоедать этот разговор.

— Идём бить тевинтерских магов? — подал голос на удивление молчавший до этого Бык, он размахнулся, положил свой двуручный меч на плечо и улыбнулся.

— С ним спорить я точно не буду, — улыбка Дориана чуть дрогнула, но было видно, что маг быстро взял себя в руки. — Если захотите пойти на встречу с Алексиусом, я хочу на ней присутствовать. Буду на связи.

Имперец развернулся и собирался было уже уйти, как что-то вспомнив, резко обернулся.

— Да, Феликс, постарайся выжить.

— Маги, Тевинтер, секта венатори, нет, нам точно должен попасться по пути хотя бы один дракон! — воскликнул Варрик, когда они выехали обратно в сторону Убежища.

— Друг, я был бы только рад срубить пару драконьих голов! — прогремел Бык.

С появлением командира наёмников в отряде остальным спутникам стало значительно легче переносить путешествия, ибо теперь гном мог вдоволь болтать с кунари. Больше всех пополнению была рада, как ни странно, именно Вестница, пусть она никогда и не произносила этого вслух, но присутствие Железного Быка в значительной степени поднимало её боевой дух. Особенно, когда он умел перебрасывал её через своё плечо и мчался на врага, который собирался напасть именно на эльфийку. Первые пару раз она приземлилась на лицо, потом приспособилась и словно кошка мягко опускалась на ноги. Оказалось, что Бык был лучшим из её учителей, по мнению Варрика, ведь только после сражений в его компании многие приёмы наконец закрепились в рефлексах и голове эльфийки.

Убежище встретило отряд странной тишиной, которая изредка прерывалась на странные перешептывания и поклонами, идущей пожалуй впервые за всё время впереди, эльфийке. Варрик в который раз заметил, что кончики длинный ушей чуть дрогнули и словно бы сильнее прижались к голове, за Фенрисом и Мерриль он такого не замечал и думал, что эльфы не обладают способностями двигать своими ушами. Если честно говорить, Вестница уже во много подорвала его знания об эльфах, своим странным поведением и манерами. Но гнома тоже напрягала эта тишина, и он едва заметно повёл плечами, будто проверяя на месте ли Бьянка.

— Что-то мне всё это не нравится, — Кассандра осмотрелась, но увидев чуть дальше рекрутов Каллена, тренировавшихся не на площадке, а помогающих тащить какие-то снасти, чуть успокоилась.

— Такое чувство, что мы пропустили нечто важное, хотя мы вроде как ведём это нечто важное в своём отряде, — Варрик начал замечать, что с их приближением тишина будто потихоньку развеивается, это радовало.

— Давайте сразу в ставку командования, а потом время на отдых, — как всегда безапелляционно произнесла воительница, но заметив, что эльфийка порядком обогнала их и едва ли могла слышать сказанное, хотела было уже крикнуть ей вслед, но заметила, что та направляется прямиком к церкви.

— Ты её что, дрессируешь в свободное время? — не удержался гном, от последующего удара ему увернуться не удалось.

Говорили быстро, и каждый кто что успел понять и запомнить, в этот раз даже Бык участвовал в разговоре, рассказывая, что заметил, пока ходил по Редклифу и собирал сведения от своих «друзей».

— Твои парни ходят с тобой? — Каллен удивлённо посмотрел на предводителя наёмников.

— Порой они идут вперёд меня и узнают кое-какую нужную информацию, — Бык усмехнулся, чуть зловеще, по крайней мере, так показалось эльфийке.

Дальше разговор вновь вернулся в привычное русло — храмовники или маги.

— Мы просто не можем оставить Редклиф в таком состоянии, по сути на съедение магистрам! — первой не выдержала Кассандра.

Леллиана в своей манере тоже сделала едкое замечание в сторону высказывания Каллена пойти к храмовникам.

— Вестница? — единственный, кто вспомнил о существовании оной, оказалась Жозефина.

— Храмовники, — на мгновение эльфийке показалось, что глаза Каллена зажглись, но следующая фраза не оправдала его ожиданий. — Они ведь были против с самого начала, так? Да и бить церковных служителей не очень хорошо, по мне. — теперь и Кассандра начала понимать, что речь девушки с самого начала была очень странной, но говорила та редко, и оттого женщина списывала всё на нервозность. — Маги просят помощь. Не люблю магов. Но… — девушка тяжело вздохнула и посмотрела на Соласа. — Нужно убрать тевинтерцев, ненавижу их больше.

Последняя фраза была неожиданно пожалуй для всех. Вестница произвела впечатление, тем что впервые произнесла настолько длинную речь в их присутствии, даже Солас это отметил. По большей части девушка была неразговорчива даже с ним, задавала вопросы, но не более того.

— О, как приятно слышать нечто подобное! — этот голос эльфийка узнала бы из тысячи, он слишком сильно раздражал её. — Боже, боже, я только зашёл, а уже такой взгляд! — девушка чувствовала как опять краснеет, только в этот раз от злости. — Не думал, что взгляд столь прекрасных глаз может стать зловещим, тише-тише, я здесь чтобы помочь! — Дориан поднял руки в примирительном жесте.

Каллен после яркого появления Дориана ещё более яростно стал отговаривать от этой глупой идеи штурмовать замок Редклифа. Вот только бывшая спутница Героини Ферелдена знала один заманчивый тайный ход, с помощью которого можно было проникнуть в замок незамеченными.

— Нет! — командор неожиданно для всех стукнул кулаком по столу, эльфийка от неожиданности чуть отскочила и врезалась спиной в грудь тевинтерца.

Дориан усмехнулся, и хотел было шутки ради напугать эльфийку ещё больше, за что поплатился. Острый локоть врезался ему куда-то под ребра, выбивая воздух из лёгких и заставляя на время молча моргать глазами в попытке восстановить дыхание.

— Каллен вы только что сами сказали, что может получиться! — Жозефина как и остальные не обратила внимание на странную сцену между магом и Вестницей.

— Да, но отправлять в лапы магистра единственную девушку, которая может помочь нам закрыть разрыв, это самоубийство!

— Если ваши люди сработают, как нужно, я смогу открыть для них барьер Алексиуса, и так уж и быть, присмотрю за вашим драгоценным сокровищем!

Примерно в этот момент Варрик уже начал собирать ставки, через сколько вечно спокойная Вестница Андрасте по настоящему врежет наглому тевинтерцу. Солас поставил больше всех.

— Леллиана! Что вы там делаете? — Кассандра первая обратила внимание на отделившуюся компанию, и не удивилась, что в центре был гном.

Варрик к тому моменту уже сложил ставки в карман и улыбался как ни в чем не бывало. Глава шпионов повернулась к воительнице, и словно ничего не произошло, стала обсуждать как и в какой момент лучше появиться её людям. Остальные стали потихоньку расходиться, оставляя в покое вечно спорящую тройку в ставке командования, Вестница под шумок тоже вышла и тут же испарилась. Варрик, который собирался позвать эльфийку на обед в таверну, обернулся пару раз, но так и не найдя её взглядом, зашагал вместе с остальной компанией. Дориан был немало удивлён, когда оказался в списке приглашенных на обед, и тащил его за собой никто иной, как болтливый не в меру гном, они сразу нашли общий язык.

— А ваша Вестница не собирается обедать? — маг осматривал странную компанию, которая собралась в таверне.

Чокнутая эльфийка, кунари и его компания, гном, Кассандра (единственное имя, которое ему удалось запомнить), магесса из Орлесианского круга, евшая с таким видом, словно жуёт как минимум крысу. Достойная компания для Вестницы Андрасте.

— О, эт слофное фело, — Сэра как всегда болтала с набитым ртом, капая себе на колени.

— Да, если не поймать её сразу же после военного совета, то: а) она прячется, чтобы вновь не быть вовлеченный в очередной спор наших глав Инквизиции, в) обедает вместе с Соласом, с) боится нового человека в компании, — пояснил Варрик.

— Ставлю на последнее! — Бык хлопнул себя по колену пятернёй, остальные были рады, что в этот раз стол оказался дальше от этой массивной руки и не пришлось вытирать с себя остатки супа.

— Странная у вас Вестница, — тевинтерец усмехнулся.

— Зато мы всегда уверены, что не останемся без приключений, — Варрик улыбнулся, завидев за окном высокую фигуру эльфа.

Солсас зашёл в таверну и не обращая внимания на компанию в углу, сразу подошёл к хозяину трактира и что-то заказал у него.

— Ты проиграл! — радостно заверещала Сэра вытягивая ладонь перед кунари.

— Разве мы успели сделать ставки, моя дорогая? — эта вечное «моя дорогая/ой», уже начинало раздражать всех, похоже чародейка попросту не видела смысла запоминать имена своих временных союзников.

Сэра не успела начать ныть о так легко ускользнувших из рук деньгах, как заметила мелькнувшую в окне златовласую макушку, и коварно улыбаясь, встала из-за стола.

— Это будет весело! — и обойдя стол, открыла окно с громким воплем, на её крик отозвался другой, и Сэра пожалела, что слишком сильно вытянула шею наружу.

Сидящая под окном девушка от неожиданного звука резко встала и заехала другой эльфийке прямо по подбородку.

Примерно в этот момент Дориан подумал, что был бы не против задержаться тут подольше.

Глава 11. Время и возможность

Встреча с Алексиусом была назначена на следующий день, и потому после обеда все усердно стали собираться в обратный путь до Редклифа. Сэра и Бык с ребятами должны были остаться у одного из лагерей Инквизиции вместе с Вивьен и отправиться уже оттуда выполнить пару заданий. Все понимали, что тевинтерский магистр будет не рад видеть на встрече представителя кунари, а слишком непредсказуемая эльфийка попросту может сорвать весь план своей очередной глупой шуточкой. Дориан, Варрик и Кассандра были назначены в отряд Вестницы. — Можешь воспользоваться нашими ресурсами и взять с собой зелий, — дала Дориану разрешение глава шпионов и тут же удалилась. Маг последовал к указанному зданию на самом краю деревне, проходя мимо смотрящего на него с нескрываемым подозрением высокого эльфа по имени Солас, которого он в этот раз заменил в отряде. Можно было бы пойти и в пятером, будь это обычная встреча или задание, но тут всё было куда сложнее и нельзя было вызывать дополнительные подозрения. Дориан, конечно должен был войти в деревню и замок отдельно от основного отряда, но они сомневались что к Алексиусу пропустят Вестницу с более чем двуми спутниками. Можно было попробовать, но рисковать целой операцией не решились. Задорно подмигнув стоящему словно статуя эльфу, маг зашёл к местному алхимику и тут же наткнулся на златовласое создание. Кроме неё на удивление в хижине больше никого не было, и девушка, видимо ожидая, что хозяин должен скоро вернутся, чуть повернулась к вошедшему и кивнула, даже не обратив внимания, кого именно поприветствовала. Дориан видел множество эльфов, конечно в Империи это были в основном рабы, но и парочку долийцев встретить во время путешествия ему повезло. Правда убегать пришлось от охотников весьма быстро, не самая приятная из его встреч. Эта же эльфийка отличалась от всех виденных ранее — маленькая, да они все такие, но эта словно бы могла в любой момент превратиться в струну, может сказывалось давление, Дорина ещё не знал; цвет глаз и волос ему не встречался ни у одной расы, даже модницы Тевинтера в попытках найти подходящие заклинания не могли похвастаться настолько насыщенным цветом, так и хотелось пропустить пряди сквозь пальцы чтобы проверить реальны ли они; взгляд — настолько пронзительный, что становилось не по себе, даже там при первой встрече в церкви, магу показалось, что девушка ощупывает его, если бы она тоже была магом, он смог бы списать это на магический трюк, иногда, чтобы проверить оппонента или врага, в ход пускаются подобные заклинания, но девушка была лучницей. Эльфийка не сразу заметила, что вошедший слишком уж долго стоит позади неё, обычно алхимик начинал тут же разговаривать, что-то объяснять и рассказывать, хотя и половины из сказанного она не понимала, но кивала стараясь не сбиться с процесса варки зелий. Тут же возникло неловкое молчание, и Вестница обернулась — тевинтерский маг. Дориан был почти уверен, будь у неё возможность, она бы ощетинилась как кошка, зашипела и выбежала бы прочь из хижины. Но во-первых, он преграждал путь к отступлению, во-вторых, зелье, бурлящее на алхимическом столе, было куда важнее собственной неприязни к магу. Дориан не мог этим не воспользоваться. — Кто тут у нас? Вестница Андрасте собственной персоной, в последний раз видели пару часов назад, когда вы пытались своей макушкой выбить другой эльфийке зубы, было весьма показательно, — маг улыбнулся. Девушка чуть отступила назад, полностью прижимаясь бёдрами к столу, и злобно сверкнув глазами отвернулась, решив занять позицию игнорирования надоедливого существа. Такая реакция лишь позабавила Дориана, и он скользнул прямиком за спину скрючившейся над столом эльфийки. — Что за странное зелье? Впервые вижу, чтобы кто-то использовал едва ли не замороженные листья эльфийского корня, — а это становилось всё интереснее. Да, не только маги могли делать отвары и подобное для лечения, но только магические зелья и припарки имели достаточную силу, чтобы заживлять ранения и восстанавливать выносливость, или же натравливать пчёл. Одна из склянок в руке эльфийки еле заметно светилась чистым травянистым цветом, если не присматриваться, то заметить сложно, но это могло значить только одно — зелье было сделано не простым знахарем. Девушка вздрогнула, ощутив жар чужого тела за спиной, маг не касался её, но казалось, что вокруг него просто концентрировалось тепло. Непроизвольно эльфийка прикрыла глаза наслаждаясь приятной теплотой, везде, где они были в последнее время, всегда было промозгло (Штормовой берег), холодно (Убежище), неприятный ветер проникал за шиворот (Внутренние Земли), и подзабытое привычное чувство окружающего тепла вновь окутало девушку. Хотелось откинуться назад, прикрыть глаза и заснуть. Над ухом раздался смешок. Эльфийка дёрнулась, резко распахивая глаза и в одно движение выскользнула из приятного тепла. Дориана позабавила реакция девушки, сначала он был уверен, что вновь получит локтём под рёбра, но когда густые ресницы чуть дрогнули, и глаза закрылись, он даже слегка опешил. Нет, он конечно же не был мазохистом и не намеревался вновь получать тумаки от Вестницы, но надеялся на совершенно другую реакцию, хотя эта была куда интереснее. Пусть девушки в этом плане его не привлекали, но чистый научный интерес брал своё — что спровоцировало эльфийку так доверительно прикрыть глаза в присутствии так ненавистного ею мага? Варрик бросил как-то невзначай после обеда, когда все уже начали расходиться по своим делам, что по сути для них эльфийка является загадкой, которую нужно было начать разгадывать намного раньше, но времени с этими демонами и разрывами не было. И эта ситуация натолкнула Дориана на похожую реакицю — хотелось расспросить эльфийку о жизни, а ведь они знакомы всего-ничего. Он порой о своих любовниках, с которыми мог делить постель в течении месяца, мог ничего не знать, даже имени, а тут вдруг захотелось. Атмосфера вокруг этого странного существа разительно отличалась, это интриговало, и судя по словам гнома — не только его. Маг был близок в своих убеждениях, что эльфийка казалась слишком маленькой, ну не мог даже самый юркий разбойник так ловко и быстро выскользнуть. Дориан даже не сразу понял, что девушка уже стоит в паре шагов от него, сжимая пяльцами склянку. Остальное варево осталось стоять в самой большой склянке, видимо маг прервал уже не процесс готовки зелья, а его непосредственное переливание по более компактным сосудам. — Боишься меня? — Дориан приподнял бровь. — Нет, но магистры- это зло. — Боже, боже. Не все маги из тевинтера -магистры! Я смотрю, на юге это распространённое заблуждение. — Я не на юге, — Дориан не сразу понял смысл фразы, но через пару секунд до него дошёл смысл, который пыталась вложить в неё эльфийка. — Имеешь ввиду тоже не местная, да? А откуда ты? — девушка сощурилась, но ничего не ответив, схватила склянку и выбежала из хижины. Дориан так и остался растерянно стоять, пока не вернулся хозяин дома и не помог с выбором зелий.

***

— Он что, её мамочка? — Дориан кивнул подбородком в сторону Соласа, который о чем-то разговаривал с Вестницей, помогая закрепить её на лошади. — И что это за адское приспособление? — Понимаешь, наша Вестница Андрасте не может и пяти секунд продержаться на лошади, и мне теперь очень интересно, каким образом она вообще добралась до Конклава. — У меня есть две версии, — вмешался в разговор Бык, собеседники подняли головы. — Либо её клан находится где-то неподалёку, но тогда странно, что они не пытаются с ней связаться, либо она шла пешком. Последнее было бы абсурдным высказыванием, если бы спутники знали, откуда именно ей пришлось идти пешком. — Но это примерно одно и тоже, — Дориан ожидал чуть более интересной идеи от кунари, но видимо зря. Солас вложил в сумку Вестницы ещё несколько склянок с зельями восстановления, по его словам более сильными, его особый запас. — Твой гнев не должен быть заметен, держись стойко, разговор будут вести с тобой, а не с Кассандрой. Даже если не понимаешь слов, старайся уловить интонацию, тевинтерцы на них не скупятся. Удачи, — Солас чуть склонил голову, девушка вторила ему.

— Эльфийский. Мне казалось мой народ уничтожил большую часть исторического наследия эльфов, включая язык. Но ты и Солас говорите так, словно всю жизнь на нём только и общаетесь, — Дориан сделал новую попытку заговорить с Вестницей, но реакция была всё та же, девушка недовольно косилась в его сторону и упорно молчала. — У тебя ничего не выйдет, дорогой мой, она в принципе не самое разговорчивое создание, а уж тем более с новыми знакомым. У меня ушла неделя, чтобы она стала со мной здороваться, — Вивьен поравнялась с тевинтерцем, тем временем эльфийка успела уйти вперёд, ближе к Кассандре, шедшей как всегда в авангарде отряда. — Ну, если уж она выбрала компанию Искательницы, то тебе друг мой точно не светит выбить из неё и слова, если ты конечно вдруг не задержишься в наших рядах, — гном как всегда говорил с нескрываемым весельем. Вестница искренне ему симпатизировала, с самой первой встречи, и такое поведение даже несколько льстило гному, от него она так не шарахалась. Может потому, что он был единственным, кто с самого начала не пытался обвинить её в армагедоне, или же всё дело в еде и хороших рассказах. Варрик ставил на последнее, послушать похоже эльфийка любила.

***

Что могло пойти так, если дело касалось тевинтерских магистров? Правильно, ничего. Вот только вдохновения это не прибавляло, и теперь лёжа лицом вниз, и едва не захлебываясь в воде, предубеждение против Империи в эльфийке возрастало с невероятной силой. — Вода? — девушка повернула голову, но вставать не торопилась, во всем теле странными электрическими волнами проходила боль и даже шевелить губами было невыносимо. — О, а вы весьма наблюдательны, Вестница, — этот раздражающий голос она узнала бы и в кричащей толпе. Переборов желание повернуть голову обратно в воду и утопиться, девушка аккуратно поднялась, сначала на четвереньки, отряхнулась, будто пёс и окончательно встала. Не услышав комментариев в свою сторону, она даже несколько удивилась и повернулась в сторону мага, но тот был слишком занят тем, что пытался безуспешно очистить и высушить свою одежду. — Интересно! — эльфийка была не согласна с характеристикой данной ситуации, но маг продолжил вести свою нить догадок по поводу случившегося. Вестница поняла, что их переместило во времени (насколько?), венатори захватили власть (судя по крикам двоих человек, которые попытались убить их). Удручающее положение и интересного в этом было очень мало. — Но не беспокойся. Я рядом. Я тебя в обиду не дам, — ехидная улыбочка сошла с лица мужчины и заменилась приветливой и очень тёплой, эльфийке стало не по себе от столь разительной перемены, но похоже этот тевинтерский маг был не таким ужасным, как остальные. Эльфийка потупила взгляд и кивнула. — План? — чуть хрипловатым голосом произнесла девушка. — Есть парочка задумок, надеюсь они выведут нас отсюда. Бродить по подземельям в полном мраке было ужасно жутко, но не прошли они и пары пролётов, как маг вновь начал болтать. Эльфийка вздохнула с облегчением, ей казалось, что любой шорох мог напугать её до смерти, и стало спокойнее, когда тевинтерец заладил свою песню о том, что не все стереотипы про империю- правда. Потом он обсудил сам с собой насколько «хорошо» одевается главная зазнайка, так он обращался к Вивьен, потом перешел к вопросам. Маг изначально знал, что не получит ответов, но как-то нужно было разбавлять гнетущую атмосферу. — Нет, — ответила эльфийка, Дориан даже замер с приоткрытым ртом от удивления. Дориан давно задавался вопросом, все ли долийские эльфы являются кочевым народом, или находятся кланы, которые предпочитают затеряться в лесах или ещё где-то и жить там. Ответ был получен — не все долийцы кочуют. — Я не долийка, — как-то странно произнесла девушка, чуть оборачиваясь в сторону застывшего мага. — Не все эльфы долийцы. — Ты из эльфинажа? — это был глупый вопрос, на лице её явно был валассалин, а городские эльфы, как принято, его не наносят на лицо. — Что? Я… Договорить им не дали, очередной патруль венатори. Дориан накрыл барьером себя и свою спутницу, которая металась среди стен, не понимая, как сражаться в столь тесном пространстве. Мужчина как и обещал, всеми силами старался защитить это странное маленькое создание, отвлекая врагов на себя, за что получил сильный удар в живот и плечо и лишился посоха, который выскользнул из в миг ослабевших пальцев. Он уже видел клинок одного противника и кулак второго, когда рядом с ушами послышался едва уловимый звук летящих стрел. Стрел! Дориан не обращал до этого внимания на принцип работы лука эльфийки, а теперь отчетливо видел, что девушка вкладывает сразу две стрелы, которые сейчас спасли ему жизнь. — Умрёшь ты, умру и я, — просто произнесла девушка, уже обойдя мага и собирая стрелы. Было видно, что она прикрывает глаза, когда достаёт стрелы из трупов, убийство явно не являлось для неё всё ещё чем-то привычным и обыденным, что было весьма странно. Если верить слухам, которые он успел услышать в Убежище, то эльфийка была шпионом одного из долийских кланов, а шпионов, как правило, учат убивать, или нет? Хотя стоит начать с того, что девушка опровергла факт того, что она долийка, как минимум. Девушка, Вестница, эльфийка. Дориан только осознал, что не знает имени спутницы. Правда, узнать пока времени не было, подоспело подкрепление.

***

Вестница отшатнулась от Леллианы, взгляд женщины был не просто суровым, как в те времена, когда шпионка бралась учить нерадивую эльфийку, сейчас он был леденящим и зловещим. Осмотрев комнату, можно было понять причину такой перемены, девушка никогда в жизни не видела и половины инструментов, покоящихся на полках, задумавшись над тем, через что прошлась из-за неё женщина, эльфийке стало плохо. Её опять стошнило. Только в этот раз рядом не было Соласа с его волшебным эликсиром, и девушка просто выпила обезболивающее, надеясь, что вкус эльфийского корня хоть немного отобьет ужасную горечь, поселившуюся на языке. — Ты как, златичка? — ну хоть что-то не изменилось даже в сошедшем с ума мире, Варрик не смотря на удручающую ситуацию вёл себя как обычно, правда светился при этом красным. Девушка подняла на него взгляд, не удержавшись, она коснулась пальцами лица гнома, легкое покалывание прошлось от кончиков пальцев и ударило куда-то в затылок. Вестница громко втянула воздух в лёгкие и не поверила в увиденное, вернее в услышанное. Песня. До боли знакомый мотив лился сквозь тело гнома, только этот мотив был на пару тонов ниже и явно пелся с ошибками, так иногда бывает, когда в хоре кто-то один не попадает в ноты. Заражен был не весь лириум. Странная мысль мелькнувшая в голове, словно эту мысль пытался донести кто-то другой. Девушка прикрыла глаза и прислушалась к мотиву: эльфийский, вернее его разновидность и судя по выговору древний эльфийский, может времён создания мира. Эльфийке удавалось уловить обрывки фраз, но они были бессмысленны. Чем дольше она пыталась слушать, тем сильнее мир вокруг размывался, голова начала неприятно ныть, на секунду девушке показалось, что она слышит чей-то крик, а потом плеча коснулась рука мага. — Я понимаю, Варрик очень привлекательный мужчина, но давайте хотя бы не при всех, — не смотря на привычный веселый голос, во взгляде мужчины сквозило беспокойство и, похоже, страх. Глаза в глаза. Девушка опустила руку и песня прекратилась, но оторвать взгляда от обеспокоенно мага почему-то не удавалось. Было в этом что-то странное, человек казалось был циничный и непредсказуемый, но что-то внутри него сопротивлялось и болело. Взгляд золотых глаз наконец отпустил Дориана, и маг с немалым облегчением выдохнул. Было ощущение, что заглянули прямиком в его душу, правда не стали выворачивать её наизнанку, как это принято описывать во всех дешевых дамских романах, а просто аккуратно пощупали и отступили, не желая тревожить. Дориан был благодарен за это. Пусть сам до конца этого и не осознавал. Леллиана сочилась ядом. Другого описания Вестнице в голову просто не пришло, до этого момента ситуация казалась обыденной для того, что происходило с ней в последнее время, но слова сестры Соловей врезались в нутро, словно охотничий нож в шкуру медведя. Эльфийку едва заметно начало трясти. Она не боялась до этого момента, просто не успевала, всё происходило настолько быстро, что осознание своего собственного перемещения во времени на целый год вперёд и перспектива остаться в этом жутком мире навсегда — не укладывалась в голове. Леллиана поспособствовала укоренению осознания. — Пошли, златичка, — гном кивнул в сторону дверей, за которыми, предположительно, находился разыскиваемый ими маг. Она покачала головой. — Сейчас не время для шуток, Вестница, как бы мне этого не хотелось самому, но в такой ситуации у нас не особенно широкий выбор действий, — тевинтерец впервые за всё время выглядит серьезно, сжимая в руках посох и чуть сведя брови к переносице. Песня. Жуткая песня теперь разносилась отовсюду, и чужой голос звучал изнутри, подталкивая к чему-то или успокаивая — эльфийка не могла понять. Время на дальнейшее раздумье не дали, как и на подготовку. Леллиана распахнула двери в главный зал. — Ради чего всё это было, Алексиус? — девушка видела с каким трудом стоящий рядом маг сдерживает эмоции, только губы его кривились, то ли от отвращения и осознания, во что превратили его друга, то ли от горя. Чего эльфийка не ожидала, так это скользнувшего лезвия кинжала по горлу паренька, который уже мало чем был похож на человека. Так было лучше, твердила себе девушка, резко отскакивая назад и готовясь к стрельбе, но перед глазами встал его казалось бы пустой взгляд, и только ей удалось увидеть в нём нечто большее, чем желание умереть и избавиться от страдания. Желание жить. Жить нормальной жизнью, насколько это вообще возможно в сходящем с ума мире. Удар молнии настиг разбойницу в момент, когда победа уже казалась безоговорочной. Всё тело скрутило от неимоверной боли и возможности пошевелить хотя бы пальцем не представлялось. Время замедлилось и девушка видела, как заостренный наконечник посоха Алексиуса врезается ей куда-то чуть выше груди. Пальцы, сжимающие лук раскрылись, звук упавшего оружия оглушил эльфийку, хотя дело наверное было в неимоверной вспышке боли. Раньше ей чудом удавалось избегать серьезных ранений, мелкие царапины, которые Солас затягивал мановением руки, синяки, сходящие стоит только приложить к ним горстку снега — вот и всё что случалось. Сознание уплывало. — Не смей выключаться, златичка! — раздался где-то рядом голос гнома. Девушка пожалуй только на одной силе воле осталась стоять на ногах, не заметив, что Алексиуса уже убили, эльфийка резко села на пол, вызывая этим действием тошноту, но быстро справившись с позывом, схватила онемевшей от боли рукой, которая находилась в таком состоянии со времени Конкласа, свой упавший лук. — Успокойся! Всё кончено! — Дориан возник из ниоткуда, сжимая в руке что-то светящееся. Маг выудил из сумки зелье здоровья. Он быстрым привычным движением откупорил крышку. — Пей! Девушка не реагировала, она сжала губы так, что те побелели. — Kaffas! Дориану захотелось дать эльфийке пощечину, это было необоснованное желание из-за панического осознания, что единственная возможность спаси этот чертов мир, сейчас просто истечет кровью. В его арсенале не было ни единого заклинания из школы духовных целителей, ведь она шла вразрез с его любовью к некромантии, но он очень надеялся, что до последнего не дойдёт. — Не притворяйся чертовой куклой! — Дориан сжал пальцами относительно свободной руки щеки эльфийки, вынуждая её открыть рот, и быстро залил зелье. Это привело Вестницу в чувство, и чуть закашлявшись, она приняла остатки зелья сама, и явно благодарно кивнула магу. Тот лишь облегченно выдохнул, и приняв из рук Варрика кусок ткани, наспех перебинтовал непутёвое златоволое создание, которое сейчас явно было настолько сбито с толку, что не совсем понимала, что происходит, и где она находится. Так и было. В голове стоял шум, голоса, чье-то пение и звон колоколов. Давно забытое чувство разжалось где-то в районе груди и уходило к пальцам рук, нельзя было дать ему завладеть собой. Девушка прокусила себе губу до крови, и резко поднялась. Теперь уже в реальности раздался жуткий грохот и чей-то рык. Всё здание начало ходить ходуном. — Мы выиграем для вас время! — Дориан благодарно кивнул Варрику и Кассандре, скрывшимся за массивными дверями. — Ваше время — у меня в колчане! Леллиана начала громко на распев читать Песнь. Дориан схватил эльфийку за здоровую руку и притянул практически вплотную. — Если отойдешь, мы все погибнем! — практически на самое ухо прокричал маг. Глаза цвета золото с нескрываемым ужасом взирали на происходящее всего в паре метров от них, и эльфийка не кинулась на помощь, только из-за железной хватки мага. Она видела, как убили Леллиану, и в них уже летело какое-то заклинание. Дорина увидел странную вспышку, золотую, и звук, при котором обычно разбивается барьер. Только он барьера не ставил. Шаг и они вновь стояли в тронном зале, только не таком разбитом. Настоящее. В голове моментально воцарился покой — ни песен, ни голосов. Алексиус упал на колени прямо перед эльфийкой, она уставилась на него непонимающим взглядом. Дориан произнёс что-то саркастическое, хотя девушка совершенно не вслушивалась в слова, но по его тону было легко понять суть сказанного. — Вы победили, нет смысла больше продолжать эту, -мужчина запнулся подбирая слово, — возню. Феликс… — взгляд наполненный неподдельной болью. — Всё будет в порядке, папа, — сын присел рядом со своим отцом, и в его голосе, не смотря на всё случившееся, слышалась нежность и спокойствие. — Ты умрешь, — эти слова дались магу явно не без труда. — Все умирают. Эльфийка не выдержала и выступила чуть вперёд, Алексиус, заметив движение, повернулся к Вестнице. — Не обязательно. Все присутствующие с нескрываемым удивлением воззрились на эльфийку. — Не могу обещать, но есть способ. Одно зелье. Может помочь, может нет. Зависит на вас. Правда нет нужных вещей для него. Алексиус неверящим, слегка безумным взглядом уставился на Вестницу, будто впервые видел её, и вцепился пальцами в брюки. — Я могу достать всё что угодно! — он почти прокричал это. — Я сделаю всё, если вы сможете спасти моего сына! Девушка чуть отшатнулась, но тут же наткнулась спиной на другого тевинтерского мага и чуть дернула плечами. — Не нужно мне всего. Я не даю обещание, только возможность.

Отряд пополнился сыном Алексиуса на обратном пути в Убежище, остальных магов должна была собрать Фиона. После недвусмысленного намёка со стороны королевы Аноры, магам больше ничего не оставалось, кроме как присоединиться к Инквизиции на любых условиях. — Ты оказалась ещё более удивительной, чем на первый взгляд, — Дориан поравнялся с закреплённой к коню девушкой. Та устало пожала плечами, выглядела она не лучшим образом, магу даже стало её чуточку жаль — круги под глазами, чуть подрагивающие пальцы рук, опущенные плечи. Появилось желание потрепать это маленькое златовласое недоразумение по голове и пригласить выпить вместе, но мираж распался, как только девушка отвела взгляд. Странный золотистый барьер.

Глава 12. Имя

— Значит это правда, — Солас бесшумно появился за спиной Вестницы, которая что-то усердно мешала в небольшой склянке над горелкой. — Откуда ты знаешь рецепт столь сильного зелья?

— Этому зелью уже более четырёх сотен лет, и в нашем клане оно не считается чем-то необычным. Его рецепт записан в общую книгу зелий, которую может при желании прочесть любой из клана, правда Хранительница всё чаще говорит, что желающих постичь искусство зельеварения всё меньше. Охотников, ремесленников и магов в клане куда больше, чем целителей и алхимиков, — девушка печально выдохнула.

— Много магов? Обычно в долийских кланах всего пара магов, дабы избежать опасности одержимости, разве нет? — Солас всё больше осознавал, что перед ним не просто очередной представитель этих странных долийцев, которые ему совершенно не нравились.

Вестница подняла на него взгляд и скептически опустила одну бровь, будто обдумывая, говорить дальше на эту тему с собеседником или нет.

— Я не долийка, — только и произнесла Вестница и вновь вернулась к своему делу.

Солас непонимающе смотрел на эльфийку. Валласлин на её лице был посвящен богу ремесла Джун, и насколько маг знал, именно долийцы имеют обычай наносить татуировки на лицо.

— Ты из эльфинажа?

— Что такое эль-фи-наж? — Вестница бросила вопросительный взгляд в сторону мага.

Солас не сразу нашелся, что ответить, он постарался максимально точно описать жизнь городских эльфов, на что получил полный непонимания и сострадания взгляд золотых глаз.

Вестнице было невдомёк, как её народ мог терпеть подобное обращение со стороны людей. Она не понаслышке знала о рабах в Тевинтере, некоторые искали укрытия в их клане, становясь его частью, последние пару лет этому особенно способствовал Фенрис. Эльф помогал не только бежать рабам, но и приводил их в клан. От него девушка узнала многое о внешнем мире, и ещё он учил её тевене и всеобщему языку, на удивление, первый ей давался куда проще.

Их беседу прервал вошедший Дориан.

— Ну что там? Долго?

— Основа есть, завтра можно пить.

Эльфийка осторожно разлила зелье по небольшим склянкам, и перетянув каждое из них лентой, связала между собой и протянула тевинтерцу, тот с особой аккуратностью и благодарностью забрал зелье.

— Одно зелье, одно в день, перед сном, — отчеканила эльфийка и юркнула в открытую дверь, быстро удаляясь в неизвестном направлении.

***

— Вот смотри.

Дориан стоял рядом с палаткой интенданта вместе с гномом, сейчас они лицезрели, как Вестница уткнувшись в какую-то книгу, быстрым шагом направлялась к церкви. Девушка поняв, что уже близка к месту назначения, чуть сбавила ход и подняла взгляд на дорогу, с противоположного конца деревни шла Кассандра. Завидев воительницу издалека, эльфийка вся словно бы подтянулась и развернулась было в обратную сторону, но увидев, что кто-то выходит из церкви, быстро проскользнула внутрь.

— Хах, нашёл чем удивить! — всплеснул руками гном. — Это не секрет, что Вестница боится Искательницу.

— Почему? — раздался откуда-то сверху голос Быка. — Меня она не боится, а я выгляжу куда внушительнее воительницы, — усмехнулся предводитель наемников.

— Дело не только в этом, она не может зайти в церковь, она проходила с книгой мимо дверей уже трижды! — всплеснул руками тевинтерец.

— Тут я с вами соглашусь, дорогуша, — Вивьен оказалась около компании совершенно случайно, ей нужно было пополнить запас зелий и возвращаясь назад, женщина заметила столпившийся отряд. — Вестница ещё ни разу не зашла в церковь сама, каждый раз я видела, что она проскальзывает внутрь за кем-то из солдат. Чаще за Калленом конечно, — хитро улыбнулась магесса.

Шутка была принята с заметным одобрением и дополнена парочкой историй от каждого, в которой естественно фигурировали эти две особы. После чего гном собрал солидные ставки.

Смеющуюся компанию заметила и Кассандра, она свела брови к переносице, и отдав последний приказ остановившему её солдату, направилась к ним.

— Вам что, больше нечем заняться? — женщина скрестила руки на груди, остановившись перед громко смеющейся компанией.

— Отнюдь, Искательница, у нас очень важное дело. Вот скажи, как зовут нашу Вестницу? — Варрик скопировал позу воительницы и улыбнулся.

Женщина замерла, дважды открыла и закрыла рот.

— Вот и мы поняли что не знаем, дорогая, — Вивьен поправила чуть съехавший в бок пояс.

— По данным моих разведчиков, на Конклав был послан некто под именем Алларос Лавеллан, но что-то мне подсказывает, что нашей Вестнице это имя не очень подходит, — Леллиана вышла из своей палатки, недалеко от которой развернулась дискуссия.

— Самозванка? — Кассандра чуть сощурилась.

— Или же настоящий Лавеллан погиб там, — появление Соласа никто и предположить не мог, эльф никогда не общался с остальными без надобности.

Кассандра явно задумалась над сказанным, но ничего не ответила, продолжая то сжимать то разжимать руки.

— Расслабься, Касс, иначе сейчас сломаешь себе плечи, — усмехнулась Леллиана, отчего-то эта ситуация нисколько не напрягала её, наоборот вызывала любопытство и интерес. Кто же эта безликая Вестница? Откуда и как оказалась на Конклаве?

Все эти вопросы стоило начать задавать раньше, но дела навалившиеся на молодую организацию, настолько поглотили всех, что никто не задавался подобными житейскими вопросами. И сейчас компания явно думала одну мысль на всех. Кто такая Вестница?

— Вы чего тут застыли, как сопли на морозе? — к Сэре привыкли ещё не все, и только Быка забавляла её манера общения, и потому он стал единственным, кто зашёлся хохотом.

— Да так, делали ставку, через какое время командор и наша Вестница уединяться в палатке, — не удержался Варрик, его шутка нашла поддержку теперь не только у Быка, но даже сестра Соловей улыбнулась, и только Солас свёл брови, явно выказывая своё неодобрение.

Сэра громко рассмеялась и каким-то немыслимым образом продолжала толкать в рот булочки и пережевывать их. Отчего стоящие слишком близко к ней Дориан и Вивьен поморщились и стали стряхивать с себя крошки.

— Кстати, а только я заметила, что Вестница очень странно болтает? — успокоившись произнесла лучница.

— Мне казалось, только я так думаю, — Кассандра обвела взглядом отряд.

— Да, есть что-то странное в её произношении, но я думал это вроде акцента долийцев, — пожал плечами тевинтерец.

На этот раз усмехнулся Солас, чем привлёк к своей персоне всеобщее внимание.

— Она просто не знает всеобщего языка.

Варрик усмехнулся, значит его догадки были правильными.

— Что? — Кассандра едва не прокричала эти слова в лицо эльфа, и метнулась к нему так несвойственно ей быстро, что никто сразу не понял, что произошло. — Хочешь сказать, она нас не понимает? Но она же с нами общается! И отчеты, она же бывает в ставке командования! — женщина ткнула пальцем мага в грудь, словно веря в то, что он над ней подшучивает.

— Не совсем правильно выразился, она просто плохо его ещё знает, поэтому со мной ей легче общаться, чем с вами.

— Я думал Империя практически искоренила ваш язык, — Дориан явно не понимал, как может быть такое, чтобы эльфы говорили только на своём языке.

Тут двери в Церковь с грохотом открыли и вслед за Калленом из здания вышла Вестница.

— О, вот сейчас и спросим, Нэль! — Сэра замахала руками привлекая внимание эльфийки.

— Ты знаешь её имя? — чуть ли не хором провозгласила большая часть отряда.

— Ну да, а что? Я спросила в первую же нашу совместную ночевку, мы ж с ней домик делим.

Вестница в сопровождении командора приблизилась к толпившимся неподалёку спутникам.

— Что-то случилось? — командор тут же свёл брови.

— Расслабься Каллен, у нас вопрос к Вестнице.

— Я смотрю сегодня твоё слово дня — расслабься, да, сестра Соловей? В какой-то новой книжке вычитала? — не удержался Варрик.

Отряд посмеялся, учитывая что все видели, как Леллиана пару раз засыпала стоя, потому что нормальный отдых она считала непозволительной роскошью. Подобное слово явно не вписывалось в её привычный лексикон.

— О чем? — подала голос уже забытая всеми Вестница.

— Ах, да! — первым нашелся Дориан. — Как произносится твоё имя?

Золотые глаза встретились с серыми, магу на мгновение показалось, что она сейчас прочтёт его мысли, настолько этот взгляд был пронзительным.

— Ллараинель, — слово соскользнуло с губ девушки так естественно, и Дориану подумалось, что на эльфийском её голос звучит куда более приятно и гармонично, чем на всеобщем.

Сэра смеялась громко и долго, привлекая внимание других жителей Убежища.

— То есть вы серьезно не додумались просто спросить! — девушка вновь зашлась в истерическом смехе.

Вестница, теперь именуемая Ллараинель, или просто Нэль, для шемленов, стояла около компании и не совсем понимала, о чем ведётся разговор, и почему эта странная эльфийка так надрывно смеётся.

— Я могу тоже сделать ставку, — неожиданно прерывает гогот Сэры Леллиана, обращаясь к гному.

— Не ожидал, что такое может тебя заинтересовать, сестра Соловей, — но руку протянул.

— И на что вы спорите? — командор чуть прикрыл один глаз, когда Сэра вновь громко рассмеялась.

— Тебе, блондинчик, ещё рано о таком знать, подрастёшь расскажу, — изрёк многозначительно Варрик, и спрятал золотой в карман, и тут же наткнулся на не менее непонимающий взгляд Вестницы, — а тебе тем более рано.

***

Ллараинель очень любила читать, но у шемленов совершенно не было книг на эльфийском языке, а потому приходилось изо дня в день тренироваться, бегать и прыгать. Вместо того чтобы устроиться у уютного камина с интересной книжкой о былой истории, ей приходилось потеть на улице, после чего моментально промерзать до костей и мчаться в купальни, пока там было женское время. Нет, она конечно уже успела привыкнуть мыться в том водопаде, но быстро споласкиваясь там, она тут же мчалась в сторону домика, и закутываясь в одеяло, усаживалась почти вплотную к камину.

Сейчас после очередной пробежки, девушка, не сбавляя темпа, устремилась в сторону купальни. Было так приятно опуститься с головой в горячую воду. У людей были странные ванны, которые представляли собой нечто среднее между деревянным ведром и привычной мраморной ванной, называли они это странным словом — бадья. Вестница так и не научилась его выговаривать, да и запомнилось оно не без труда.

Сидя в горячей воде не хотелось думать о тех сложных и неприятных вещах, что ждут её за пределами купальни. Вчера Леллиана сказала странную вещь — все Серые Стражи пропали. После этой фразы под ложечкой неприятно засосало, нужно было написать сестре, но был ли в этом смысл теперь? Нужно было сделать это раньше, намного раньше, а не мучиться теперь думая о том, что же могло произойти.

Рядом что-то упало с громким звуком на каменный пол. Девушка встрепенулась и перевела взгляд на того, кто нарушил её единение с тёплой водой. Из дальнего угла комнаты на неё смотрела напуганная девчушка, похожая на ту, что караулила её около кровати.

— Простите! Это моя вина! Я не хотела вас тревожить! Я думала что все уже разошлись и хотела тут прибрать! — практически прокричала служанка.

Ллараинель склонила голову чуть в бок, внимательно рассматривая нерадивую соплеменницу. Можно было ли назвать их одним народом? Люди называют друг друга людьми не смотря на то, что у них такая же значительная разница в благосостоянии и даже языках. Поэтому наверное можно было назвать эту несчастную загнанную в угол девочку — эльфийкой.

— Ничего, в порядке. Я уже всё.

Честно говоря, она не собиралась вылезать из бадьи по меньшей мере ещё с пол часа, но девчонка выглядела такой несчастной, что попросту не хотелось ей мешать и расстраивать её.

Вестница встала в бадье и уже было потянула за полотенцем, как тень из угла метнулась в её сторону. Служанка протягивала в её сторону распахнутое полотенце, Ллараинель не сразу поняла чего от неё ждут.

— Я вам помогу!

Ллараинель лишь удивлённо вскинула брови, но спорить не стала и просто вышла из воды, служанка тут же окутала её плечи мягкой тканью и начала вытирать, потом подала белье, и принялась вытирать волосы, пока Вестница натягивала на себя исподнее. Это было несколько неловко. Ллараинель не привыкла, чтобы за ней ухаживали, тем более так яро. Хотя иногда кто-нибудь из старших девочек и расчесывал её волосы, но это были редкие случаи, и как правило перед этим Нэль успевала искупаться в грязевых болотах, после которых самостоятельно расчесать волосы было просто невозможно физически.

Служанка дождалась, пока Вестница полностью оденется, после чего накрыла её ещё мокрую голову другой сухой тканью, и посоветовала побыстрее идти к дому, чтобы не заболеть.

— Как тебя зовут? — Ллараинель должна была хотя бы узнать имя своей помощницы.

— Зои, госпожа, — с придыханием произнесла девушка.

— Не госпожа, Нэль.

С этими словами Вестница удалилась, воспользовавшись советом, побыстрее преодолела расстояние до своего домика, и с наслаждением растянулась на кровати. Сэра ещё не пришла, скорее всего выпивала вместе с остальными в таверне. Ллараинель задумалась, в последний раз она ела со своими спутниками в таверне очень давно, ещё с Варриком. Теперь же Солас брал еду на неё и звал к себе, или приходил сам. Эльфийке нравилось разговаривать с ним, но он был обычным. Пусть и рассказывал много интересного про Тень, но другое его не отличало от её соплеменников. А девушке искренне хотелось пообщаться с этими странными людьми, понять, как мыслят эльфы и кунари, живущие отдельно от своей культуры.

Идти туда самой было страшно. Ей казалось, что она слишком не вписывается в коллектив, не понимает их и не знает, в какой момент стоит что-то сказать, а в какой смеяться. Шутки для неё казались совершенно чем-то непереводимым и доступным только остальным, хотя тот же Алларос частенько рассказывал забавные истории, и они действительно смешили эльфийку. Видимо дело было именно в языке.

Достав из верхнего ящика маленькую книжечку, девушка распахнула её на одной из страниц и принялась внимательно изучать, стараясь запомнить побольше слов.

***

Известие о том, что Вестница не знает на самом деле всеобщий язык разлетелось быстрее ветра, и теперь каждый считал своим долгом научить её новому слову. Утром Сэра притащила к постели тарелку с лягушками, где только взяла, и тыкая на каждую отдельную часть громко по слогам объясняла, как это называется.

Варрик ткнул пальцем на свою Бьянку и пояснил, что это имя, а на самом деле — это а-р-б-а-л-е-т. Именно так, по буквам. От кого Вестницы не ожидала подобной «помощи», так это от Кассандры, но даже она решила внести свою лепту, и после утренней пробежки подошла к Ллараинель с целым комплектом доспехов и стала пояснять, как называется каждая часть.

Дориан сначала тоже собирался поучаствовать в этом цирке, но увидев с какой паникой в глазах Вестница промчалась мимо него к дому Соласа, передумал и просто продолжил наблюдение. Очень уж эта ситуация забавляла его. И он придумал кое-что куда более оригинальное.

Ему было легче всех застукать девушку в комнате зельеварения, так как большую часть времени маг сам находился недалеко от неё.

— Приветствую, наша дорогая Вестница, — Дориан как всегда улыбался, и чуть склонился.

Если первое время эльфийка на дух не переносила тевинтерца, то теперь вполне не плохо чувствовала себя в его компании. Отчего были такие разительные перемены Дориан не знал, но и решил что спрашивать не стоит, дабы не отпугнуть эльфийку.

— Astia valla femundis, Вестница, — девушка непонимающе смотрела на него. — Пусть тевене сейчас не в почёте и многие южане думают, что мы им совершенно не пользуемся, это утверждение в корне не верно. Многие магические трактаты всё ещё пишутся именно на нём. Хочешь узнать значение слов, сказанных мной? — Дориан явно собирался произнести впечатление на эльфийку.

— Точно не знаю, на всеобщем по другому может быть. Arta nasse an elen, — девушка запнулась, явно подбирая слова, — через колючку до звезды.

Ллараинель чуть скривилась, нет Фенрис говорил, что перевод не дословный, что в эльфийском он звучит чуть иначе. Вот только вспомнить на всеобщем языке она никак не смогла.

— Через тернии к звёздам, — произнёс пораженно маг, он надеялся удивить эльфийку, а получилось наоборот. — Знаешь, это не честно. Откуда ты знаешь тевене?

— Друг научил паре выражений, — пожала плечами Ллараинель и вернулась к изготовлению эликсиров.

Он заметил, что щёки девушки отчего-то слегка покраснели. И решив, что если этот план у него провалился, то он хотя бы поучится у этого странного создания делать эльфийские зелья, раз теперь его не гнали при первом же приближении к особе именуемой Вестницей Андрасте, как злого тевинтерского магистра. Дориан улыбнулся своим мыслям, и подойдя ближе к столу, стал нервировать Ллараинель своим присутствием - это он умел делать лучше всего.

Заключительным штрихом стал Бык и его оригинальный предмет, он показал Вестнице плётку и долго гоготал, после того, как она развернулась и исчезла среди деревьев. Девушку не могли найти три дня. В наказание за свой проступок, именно Бык и его ребята прочесывали местность около Убежища, ведь они всё же были шпионами немалоизвестной организации.

Решив, что с неё достаточно этого беспредела, Ллараинель на третий день забралась в домик, пока Сэра ужинала, забрала своё снаряжение, пробралась к дому Соласа, напугала уже посапывающего после хорошей пьянки Быка, и предложила сходить проверить этого таинственного единственного оставшегося в Ферелдене Серого Стража — Блэквола. Бык положительно рыгнул, а Солас понимающе кивнул.

— Может захватим ещё Варрика? — предложил Бык, — я схожу за ним, а вы пока по тихому выведите коней к тракту, мы нагоним.

Уйти-то они ушли. Только скрыться от вездесущей сестры Соловей им не удалось, и по прибытии в первый лагерь во Внутренних землях, отряд уже ждало письмо с наставлениями от Леллианы. Где чётко было расписано, как лучше покидать лагерь, чтобы никто этого не заметил.

***

Варрик на пару с Быком быстро и доходчиво объяснили мужчине с мечом и щитом, кто они такие и зачем пришли к нему. Блэкволл хмурился и кивал, после недолгого диалога согласился присоединиться к Инквизиции.

— Если я смогу помочь хоть чем-то, то буду рад присоединиться.

Ллараинель внимательно наблюдала за мужчиной. Интересно все ли Серые Стражи выглядели подобным образом? Воин был образцом для подражания — цепкий взгляд, казалось сразу видел все слабые места противника, спину он держал прямо на протяжении всего пути, словно был не простым воякой, а имел некогда высокий чин, по скорости он уступал разбойникам, но вот пробивной силой и умением стоять долго и упорно, прикрывая собой отряд — выигрывал. Дважды за весь переход до нового лагеря в лесной глуши недалеко от какого-то бывшего поместья, они закрывали разрывы и клинок мужчины, как и он сам ни разу не дрогнул в бою. Даже когда пришлось прикрывать собой Вестницу, которая впервые за долгое время получила по настоящему серьезное повреждение.

Сражение на открытой местности было для Ллараинель самоубийством. Спас её Блэквол, вовремя закрывший щитом девушку, у которой в боку торчала ледяная глыба. Всё о чём думала Вестница — это о причине падения барьера за секунду до удара демона. У Соласа очень не вовремя кончились зелья лириума, и барьер пал, чем тут же воспользовались демоны, почуявшие откуда идёт главная опасность для их существования в другом мире. Сначала был глухой удар, и перед глазами на мгновения погас свет, Ллараинель не сразу поняла, что её попросту опрокинул один из демонов, выскочивших из-под земли, за первым ударом последовала ледяная глыба. Девушка не успела уйти от удара, а Солас уже не мог накинуть барьер.

От верной смерти её спас щит Блэкволла. Кажется мужчина что-то кричал, но девушка едва различала слова. В ушах ужасно громко шумела кровь, девушка старалась сосредоточиться на мысли — нельзя отключаться, кроме неё никто не сможет закрыть портал. Сквозь пелену до ушей донёсся крик Соласа: «закрывай, во имя Митал, закрывай!».

Ллараинель подняла руку, боль в ней перекрыла по силе боль в боку, и не сдержавшись девушка закричала. Дальше была тьма.

Глава 13. Неожиданная встреча

Сознание возвращалось постепенно. Сначала были звуки, еле слышный знакомый шёпот, потом лёгкое покалывание, явно вызванное целительным заклинанием, потом чья-то тёплая ладонь легла на лоб. Звуки на мгновение исчезли, но быстро вернулись, только теперь без головной боли. Можно было отчётливо услышать голос Быка, который назойливо выспрашивал у единственного мага в отряде, как там Вестница. Странная интонация прослеживалась у главы наёмников, будто он и правда сильно беспокоился о девушке, лежащей на чем-то не сильно мягком. Глаза Вестнице удалось открыть не без труда, веки казались непозволительно тяжелыми, а ресницы слипшимися, поборов свой организм, девушка распахнула глаза, ожидая, что солнечный свет резанёт по ним, усиливая боль. Этого не случилось.

Ллараинель увидела перед собой не полог палатки и не солнце, а прекрасное звёздное небо. Как давно она смотрела наверх? Раньше она так любила убегать на пригорок и сравнивать картинки из книги с вырисовывающимися на темном полотне фигурами. Мог ли каждый видеть в этих светящихся точках нечто прекрасное, или для остальных это было лишь нечто само собой разумеющееся?

Вестница Андрасте видела в небе отпечаток ладони самого Джуна, чей Валласлин украшал её лицо. Казалось, звёзды хотят о чем-то предупредить её, но она не понимала их знаков. Хранительница ещё не успела обучить её этому, если вообще собиралась, учитывая их отношения после произошедшего со старшей сестрой. Выбор у женщины был, в клане было множество одарённых учениц, только первичный уклад наследования не хотел рушить сам клан, и потому Хранительнице пришлось бы выбрать свою младшую дочь на своё место. Отчего-то Ллараинель не сомневалась, что мать скорее попробует найти нового мужа и родить ещё одну дочь, чем передаст свои знания ей.

Неприятная горечь появилась на языке. Наверное Хранительница права, и ждёт её безымянная могила среди людей, а не почётное место в Изумрудных Могилах. Глаза неприятно защипало.

— Проснулась? — вид звёзд заменилось на обеспокоенное лицо Варрика, который тут же расплылся в облегченной улыбке. — Ну что, как первое боевое ранение? Не те, что наносила тебе Искательница, а суровое такое, от демонов?

— Больно, — искренне призналась эльфийка, гном на пару с кунари рассмеялись.

— Тихо! Не хватало ещё привлечь к нам внимание патрулей Храмовников, — Солас шикнул на своих спутников. Маг присел рядом со своей нерадивой соплеменницей и вновь приложил свою прохладную ладонь к её лбу, приятная нега разлилась по всему телу.

— Я думала, ты не владеешь целительной магией.

— Знаю только основы, этого хватает на то, чтобы подлатать несерьезные раны или облегчить боль, но тебя пришлось зашивать вручную. Поэтому прости за шрам, похоже тоже первый на твоём теле, и к сожалению, я думаю далеко не последний, друг мой, — голос Соласа странно дрогнул на последних словах, будто он не хотел их произносить, и они вырвались сами. Но сказанного не вернуть, и не говоря больше ни слова, эльф отошел, и на его место тут же сел Бык.

— До лагеря мы тебя не донесли, конечно, но вроде и тут местечко ничего так. Маг твой этот, говорит — выкарабкаешься, и тогда я донесу тебя до лагеря, оттуда видимо уже только на повозке, или чего там сообразит наш эльфийский друг.

Ллараинель кивнула. Было странно осознавать, что у неё сейчас просто зашит один бок, но она совершенно не чувствует боли. Нет, не так, она не чувствует ничего ниже груди. Резкая вспышка паники пробилась в сознание, и Нэль приподнялась на локтях, чтобы проверить имеется ли эта часть вообще. Да, остальная часть тела, также, как и голова, покоилась на расстеленной шкуре медведя.

Бык чуть усмехнулся, заметив движение девушки.

— Побочный эффект ледяного копья, по крайней мере, так сказал наш остроухий друг.

— Как долго будет? — язык едва ворочался во рту, а слова на всеобщем языке не хотели вспоминаться.

— Пару часов, — произнёс вновь возникший рядом Солас.

Эльф держал в руках бурдюк с водой, но явно не намеревался дать испить из него. Солас приподнял не раненый бок Вестницы и положил бурдюк под него, по телу прошлась приятная волна тепла, видимо, маг нагрел воду и решил использовать для ускорения процесса отогревания бедой эльфийки.

— На самом деле, златичка, я очень удивлён, что это твоё первое серьёзное ранение. Я ставил на самое первое сражение, но ты даже умудрилась из будущего вернуться всего с парочкой незначительных ушибов. Скажи, это особое эльфийское везение? Хотя какое уж тут везение, побывать в Тени, в будущем и… Да, двояко, отовсюду вернулась целехонькая, но в тоже время, попала в эти самые передряги. Судьба или случайность? — гном глотнул что-то из своей фляги и передернул плечами.

Ллараинэль немного ошарашено смотрела на гнома, пусть язык уже она понимала лучше, но всё же сказанное Варриком было сложновато для понимания, особенно после столь тяжелого ранения. Судьба или случайность? Очень часто в последнее время закрадывалась эта мысль. Хотелось спросить об этом свою сестру, она явно была более компетентна в этом вопросе, учитывая, сколько ей пришлось пережить, когда она покинула клан.

Ллараинэль и в страшном сне не могла себе представить, что можно влюбиться настолько сильно, чтобы навсегда разорвать все связи со своим кланом. Девушка была уверена, вернись сестра после случившегося, мать всё равно приняла бы её обратно, нашла бы способ обойти правила или создала бы новые. Но сестра выбрала человека и осталась с ним. Интересно, ей правда так нравится жить в этих каменных коробках или это всё ради него?

***

Ближе к утру Вестница Андрасте смогла самостоятельно передвигаться. Медленно, но без чьей-либо помощи, что не могло не радовать. Она и без того была тем ещё бременем, да и из Убежища они по сути сбежали, и оставалось только вздрагивать при мысли о том, как встретит их возвращение Кассандра.

К удивлению своих сопартийцев, Ллараинель достаточно быстро восстанавливалась и уже через полчаса пешего пути, могла держать достаточно хороший темп и даже собирала по кустам свою любимую траву для зелий, бережно складывая её в свою набедренную сумку.

— Давно хотел узнать. Твой лук, как и мой арбалет, явно является чем-то редким и необычным, не так ли? У него есть имя? И откуда он у тебя? — Варрик поравнялся с запыхавшейся после небольшой стычки эльфийкой, и придерживал её за локоть, пока та сплёвывала на землю слюну вперемешку с кровью. Как ни странно не своей, случайно получилось, что нависшего над девушкой храмовника настиг именно разрывной болт, и кровь фонтаном оросила бедную эльфийку.

— Обсудите оружие чуть позже. Ты кровь всю выплюнула? Не чувствуешь жжения или дискомфорта?

— Не беспокойся, Смеюн, храмовник не светился, как гирлянда.

— Это ещё ничего не значит, лириуму может понадобиться время, чтобы дать видимые признаки.

Ллараинель выудила из набедренной сумочки небольшое зелье цвета сердцевины Эмбриума и одним глотком опустошила склянку, после спрятав её обратно. Девушка чуть дёрнула плечом, но неприятный вкус чужой крови тут же рассеялся, и это должно было предотвратить возможное заражение. Красный лириум, конечно, не яд, но лучше перестраховаться, да и вкус крови зелье перебивает отлично.

***

— Ладно, собираю ставки, сколько ещё раз нам по пути встретятся заставы Храмовников и разрывы, — Варрик вновь разрядил арбалет в очередного бедолагу, который попытался схватить эльфийку за длинную косу. — Нет, златичка, ты не имеешь права ставить сама против себя, это будет как минимум не честно. Хотя, тебе бы наверное не помешало наличие пары золотых в кармане.

Эльфийка лишь свела брови и бросила в сторону гнома обиженный взгляд. Варрик улыбнулся, похоже не такая уж безэмоциональная у них Вестница, ещё чуть-чуть и можно будет даже с ней спокойно разговаривать и шутить. Он на это надеялся, правда для начала нужно дать ей нормальные уроки разговорного всеобщего языка. Кален и Жозефина говорили, что вроде отчеты на столе она читает в ставке командования, значит проблемы именно в недопонимании речи и неумении формулировать. С этим гном справится.

***

Возвращение в Убежище было по истине спокойным. Отряд был даже несколько удивлён, что после последней стычки на них совершенно никто не собирался нападать, и они медленно, но верно продвигались вперёд, забрали коней у самой дальней заставы и отправились в обратный путь.

Ллараинэль из-за раны не участвовала в последних сражениях, да и сесть на коня ей не удалось из-за сильной боли и возможного внутреннего кровоизлияния, рана никак не хотела затягиваться до конца. Пришлось соорудить нечто вроде повозки из подручных материалов, и теперь Вестница сидели среди мешков с провизией, мехов и трав, будто на троне и смотрела на заходящее солнце. Когда-то сестра называла её — Elgara — Солнышко. Только сейчас эльфийка осознала, насколько сильно скучает по ней, прошло целых десять долгих лет, но Нэль помнила улыбку и мягкий успокаивающий голос сестры, будто они расстались только вчера. Проклятый клан, что решил уйти ближе к человеческим поселениям, проклятый человек, который отнял у неё единственного друга и соратника.

На глаза навернулись слёзы, и дабы не дать им прочертить дорожки по щекам, девушка прикрыла глаза и задремала, несмотря на яркий свет солнечных лучей.

***

Кассандра делала вид, что не замечает прошедший мимо неё отряд, но выдала себя особенно громким и сильным ударом меча о бедного манекена. Тут же к ней подошёл Блэкволл и что-то начал говорить о неправильности данного удара, Варрик совершенно забыл предупредить Серого Стража о том, что такого лучше не делать, особенно в первые минуты знакомства с Искательницей.

Знакомство было впечатляющим, и гном не мог не отметить, как засветились глаза Искательницы, и с каким выражением лица потирал раненый бок Блэкволл. Но даже после столь «занимательного» знакомства, эти двое умудрились найти общий язык и даже пошли вместе обедать в таверну. Варрик забежал в свой домик за чистыми листами и пером, и вместе с Быком направился в таверну, а эльфы удалились по своим домам.

Ллараинель внимательно разглядывала себя в зеркало. Первый шрам на её белоснежной коже. Девушка повернулась чуть боком, рубец выступал достаточно сильно, и теперь по левой стороне от самой груди до подвздошной кости красовался ещё красный и раздраженный от соприкосновения с одеждой рубец. Выглядел он отвратительно, не так, как описывают во всех книгах, что шрамы украшают тело воина. Перед глазами предстал образ Каллена, ему вполне шли шрамы даже на лице. От этой глупой мысли Эльфийка зарделась до самых кончиков длинных ушей.

— Знаешь, я могу убрать его с помощью магии, — Ллараинель подпрыгнула и развернулась в сторону входной двери, где опираясь на косяк, стоял тевинтерец.

Она из-за своих глупых мыслей совершенно отвлеклась и не заметила, как в её жилище зашёл нежеланный гость. Девушка нахмурила брови, и опустила задранный край своей кофты, дабы прикрыть наготу.

— Убрать?

— Да, это весьма простая магия, почему-то не сильно распространённая тут у вас на юге, — Дориан пожал плечами. — Никак не могу разобрать, мода такая здесь или просто недостаток хороших лекарей.

Ллараинель смотрела на мага из-под бровей, не понимая, довериться ему или выгнать проклятого тевинтерца из своего жилища. Дилемму решил Солас, вовремя вошедший в дом. Ни один ни второй маг не соизволили хотя бы постучать, у них тут с Сэрой, что, проходной двор? Эта мысль отчего-то разозлила эльфийку.

— Ты? — Солас едва заметно скривился при виде Дориана, на что последний ответил ему одной из своего арсенала очаровательных улыбок.

— Выйдите! — маги замерли, эльфийка больше не смотрела на них затравлено, в её золотых глазах читался такой гнев и злоба, что оба мага решили ничего не говорить и смиренно вышли.

Ллараинэль никогда не отличалась кроткостью характера, но из-за непривычной обстановки и навалившихся обязанностей, её привычный пыл поумерился, но похоже оцепенение постепенно проходило. Эльфийка тяжело вздохнула, желудок недовольно забурлил, напоминая, что было бы неплохо отобедать, но Соласа она прогнала, поэтому придётся идти в таверну самой.

Варрик сидел около костра и что-то строчил в своём дневнике, он настолько быстро и часто макал перо в чернильницу, что похоже чернила не успевали замерзать на открытом воздухе. Ллараинэль неуверенно смотрела в сторону гнома, не могла решить для себя — стоит подходить и мешать его работе или пойти в таверну самостоятельно.

— Помочь в чем-то? — эльфийка вытянулась словно струна и замерла, она не заметила, когда командор успел приблизиться к ней.

— Я, — Нэль запнулась, она подняла взгляд на мужчину, он улыбнулся ей, осознание данного факт ввело бедную Вестницу в ещё больший диссонанс со своими мыслями и чувствами, суть которых она не могла даже уловить и понять. — Я иду в таверну, не знаю звать Варрика или нет.

— О, они вроде недавно ходили туда с Быком и его ребятами, судя по шуму по крайней мере, я, — теперь пришла очередь Каллена запинаться, он дико ненавидел себя за неумение общаться с девушками в повседневной жизни. Обычно это заканчивалось не очень удачно: побег с магом крови или же взрыв церкви. Храмовнику жутко не везло на умение выбирать себе предмет симпатии, а потому он старался как можно чаще одёргивать себя и видеть всех вокруг в виде солдат и подчинённых — так было проще. Вот только Вестницу Андрасте представить в качестве очередного солдата никак не удавалось, слишком уж сильно златовласая эльфийка отличалась от остальных. — Я тоже иду в таверну, могу сопроводить вас, Вестница.

Каллен постарался придать голосу более почтительный нежели дружеский тон, но даже он подействовал весьма забавно на Ллараинэль. Девушка качнула головой в сторону, открыла и закрыла рот, после чего положительно кивнула и направилась в сторону таверны, Каллен последовал за ней.

Варрик не сразу заметил стоящую неподалёку эльфийку, но вот когда к ней подошёл высокий статный командор, игнорировать их стало совершенно невозможно, да и ненужно. Гном улыбнулся, заметив их забавные мины при разговоре, и он очень сильно пожалел, что не слышит, о чем они говорят, хотя истина открылась быстро — эти двое отправились в сторону таверны.

— Да, такими темпами они до старости будут в гляделки играть, — констатировал очевидный факт возникший рядом с гномом тевинтерец. — Кажется, пора дать парочку советов вашему симпатичному Кудряшке.

— Думаешь поможет? — усмехнулся Варрик.

— Не попробуем, не узнаем, — пожав плечами, сказал Дориан и тоже отправился в сторону таверны.

Гном увидел и скользнувшую в приоткрытую дверь чокнутую эльфийку и, как ни странно, Сестру Соловей. Пусть они уже отобедали, но пропустить зрелище, а Варрик не сомневался, что это будем именно зрелище, он не собирался.

***

— Ты беременна? — Сэра подавилась и стала громко кашлять, под внимательным взглядом золотых глаз.

Остальная часть компании состоящая из Каллена, Дориана, Леллианы и Варрика теперь тоже смотрели в сторону подавившейся лучницы, не без интереса.

— Откуда ты взяла эту чушь? — откашлявшись сиплым голосом произнесла лучница.

Взгляд Ллараинэль опустился на блюдо Сэры, где лежали остатки мяса с картошкой и овощами. Потом она вновь посмотрела на соплеменницу, имея при этом такое выражение лица, будто собиралась объяснить взрослому образованному человеку, почему нельзя лезть голыми руками в огонь.

— Ты ешь мясо.

— Все эльфы едят мясо, разве нет? — Каллен видел множество учеников эльфов, и никто из них не отказывал себе в поедании мясных блюд.

Теперь Ллараинэль смотрела удивлённо то на Каллена, то на Сэру.

— А я что-то такое слышала, — Леллиана задумчиво нахмурилась, — моя подруга, ныне известная как Героиня Ферелдена, говорила нечто подобное.

— Ты знакома со Стражем? — взгляд Ллараинэль засиял, и она с каким-то маниакальным восхищением теперь взирала на бывшую спутницу Героини.

Леллиана усмехнулась и кивнула, Вестница явно собиралась спросить что-то ещё, но неугомонная Сэра перевела внимание на себя.

— А что, долийцы не едят мясо? Зачем им тогда охотники?

Нэль замялась, не зная рассказывать или нет об особенностях поведения в их клане, что явно разительно отличалось от поведения других эльфов.

— Женщины в клане мясо едят только при ожидании ребёнка, в остальное время им хватает и рыбы с овощами, — положение спас Солас неожиданно зашедший в таверну и услышавший разговор. — Не так ли? — эльф чуть склонился к Нэль, она положительно кивнула на высказывание собрата.

У Соласа же образовалась пара тройка вопросов и предположений. Ллараинэль знала эльфийский в совершенстве для неё он не был выученным языком и был полноценным, не таким, каким его знают долийцы, она здоровается так, как это было принято века назад и благодарит подобной манерой, ещё и этот факт о мясе. Солас даже предположить не мог, что где-то в Тедасе остались Древние, которые не ушли в Утенеру.

— Садись, Смеюн, у нас тут весело, — Варрик предложил место рядом с собой, отодвигаясь чуть в сторону.

Солас взвесил все за и против, решив, что нет ничего плохого поесть один раз в этой большой и шумной компании, можно узнать что-то полезное.

— Завтра днём выдвигаемся к Храму, нужно уже закрыть брешь, пока она не разрослась сильнее, — неожиданно оповестила всех Леллиана. — Поэтому сегодня вечером завершите сборы, подготовь солдат Каллен, а Жози поговорит с Фионой. Ты готова? — Сестра Соловей внимательно посмотрела на притихшую после странного разговора о беременности Вестницу.

Ллараинэль прикрыла глаза и выдохнула. Рана почти зажила, остался только этот отвратительный шрам, а в целом её уже перестало морозить и колотить каждый раз, как она покидала свой дом. Странная длинноволосая целительница отлично знала своё дело и отвары, что она варила, не уступали тем, что умела делать Нэль.

— Да, благодаря той целительнице, мне уже не больно и не холодно.

— Целительнице? — встрепенулся Каллен, Леллиана тоже подозрительно сощурилась. — Мне казалось, среди пришедших магов не было целителей. Я думал тебя поставил на ноги, как всегда, Солас.

Маг отрицательно покачал головой.

— К нам действительно пару раз заходила женщина темноволосая такая, болтает без умолку, и лечит хорошо, быстро. Я к ней иногда мотаюсь, если сильно прилетает, у неё там какие-то свои штучки волшебные, ручками водит, чего-то шепчет и раз — как новенький. Я думала уже все про неё знают, она вроде и не сильно то скрывается, сидит там же где и остальные маги, в той церковной пристройке, — Сэра произнесла это, почти не переставая жевать и заталкивать новые куски пирога в рот.

Похоже, никто кроме этой парочки эльфиек и не знал о таинственной женщине целителе.

— Говорила кстати, что сегодня ещё зайдёт вечером, осмотреть Нэль.

Варрик и Леллиана долго спорили, кто пойдёт смотреть на неизвестную целительницу, так удачно оказавшуюся в их лагере.

— Боже, нам целителей не хватало, её послал к нам сам Создатель видимо и очень вовремя, — выбор пал на гнома, только потому, что он пообещал, что расскажет Ллараинэль интересную историю о походе на Глубинные Тропы, Леллиана могла потягаться с гномом, ей тоже было что рассказать, но её отвлёк прилетевший ворон, и Сестра Соловей вынуждена была отлучиться.

Остальным тоже было весьма интересно, особенно Вивьен, которая застала компанию уже выходящей из таверны. Но решили, что сидеть в домике Вестнице всей толпой будет странно, да и если целительница не афиширует своего присутствия, у неё есть на это причины, и она может попросту уйти, если заподозрит подвох.

***

— Трусики Андрасте, Бетани! — гном не верил своим глазам, а главное тому, что не заметил присутствие давней подруги в Убежище.

— Варрик! Создатель, почему мы раньше не виделись? Мы тут уже пару тройку дней ночуем, я услышала от остальных, что девочке требуется помощь, когда она у вас потеряла сознание и не приходила в себя. Она ведь могла умереть! Последствия ледяных заклинаний очень серьезные, как ваши маги могли этого не знать? Если хотя бы маленький осколочек остался в ране, он будет постепенно разрастаться заново, пока жертва попросту не замёрзнет насмерть! — Бетани была всё такой же — с горящими глазами, длинными чёрными слегка вьющимися волосами, только наряд свой заменила на тёмно-синюю мантию в пол с кожаными вставками.

— Никто из них не учился у, — Варрик замялся, они были друзьями, и выбор Хоук гном уважал, но сам никак не мог простить мага за его поступок, — лучшего целителя Тедаса. — Бетани кивнула, видно было, что где-то в глубине она сильно сожалеет, что находится сейчас не с теми двумя.

Гном дал девушке осмотреть эльфийку и убедиться, что все уже в полном порядке. После чего они продолжили свою болтовню. Ллараинэль было интересно откуда и кто эта девушка по имени Бетани, она явно фигурировала в паре рассказов Варрика, но Вестница не успевала уловить суть их разговоров, больно уж быстро они разговаривали. После принятого зелья накатила усталость, и эльфийка провалилась в глубокий сон, где вновь раздавался гул колокола.

— Бет, где Фенрис?

— Честно? Пытается сдержать себя, чтобы не поубивать парочку тевинтерцев, что живут в Убежище. Поэтому редко выходит, да и его внешность весьма, как ты понимаешь, узнаваема, а нам и так пришлось долго спать в палатках, не хотелось терять пусть и скромный, но кров, — Бетани печально улыбнулась, она была так рада видеть Варрика, но тот наотрез отказывался говорить, что случилось с сестрой и Андерсом, намекая на то, что и у стен есть уши.

— Я был уверен, что вы направились в Тевинтер, когда последний раз ты мне писала, вы были где-то на границе и устраивали массовый дебош.

Улыбка Бетани погасла.

— Варрик, есть одна вещь, почему мне так нужно связаться с Мари. За нами с Фенрисом охотились, не просто потому что кто-то узнал в нём бывшего раба или Лириумного Призрака. На нас охотились из-за того, что кто-то назвал меня по фамилии.

— Не понял.

— Кто-то охотиться за Хоуками, причем кто-то из Магистров. И цена не за голову, им нужны мы живыми и невредимыми, а цена за поимку такая, что ты сможешь выкупить не Висельник, а Киркволл.

Гном удивлённо уставился на собеседницу, пытаясь переварить информацию, а потом вспомнился один поединок на Рваном Берегу. Когда Мариан сильно повздорила с Бетани и Андерсом и решила, что лучшим выходом будет зачистить в одиночку Рваный Берег. На счастье за ней увязался Фенрис и он сам. Что тогда случилось гном помнил плохо, но один из работорговцев резко выкрикнул: «Это она! Нужно взять живой, иначе он нам головы поотрывает!». Тогда Варрик, как впрочем и остальные, не предали этому никакого значения, в тот момент у Защитницы уже было множество врагов, но теперь с контекстом эта фраза звучала иначе. Неужели уже тогда кто-то из Магистров разыскивал их или это просто совпадение?

— Причину не знаешь?

Бетани покачала головой.

— Поэтому мне важно знать, всё ли хорошо с Мари.

— Всё хорошо.

Бет улыбнулась. Они решили, что ещё успеют сказать остальным, что у них прекрасное пополнение команды, но сейчас было пора идти спать, завтрашний день предстоял быть тяжёлым и долгим.

Глава 14. Мёртвые топи

Поход к бреши пришлось неожиданно отложить. Сестра Соловей получила весьма неприятные новости, и как бы ни хотелось уже закрыть зелёную дыру в небе, сделать это, бросив своих собственных солдат на неминуемую гибель — значило подорвать общий боевой дух. Люди такого могут и не простить. — Это сумасшествие! Вы видели Авваров? По сравнению с нами, Вестница кажется маленькой, а какого ей будет сражаться против сына вождя Авваров? Он ведь наверняка не уступает в росте и размерах Железному Быку! — Жозефина никак не могла поверить, что эльфийку вызвал на поединок Аввар. Каллен выглядел не менее обеспокоено, но молчал, боясь сказать лишнее. Он готов был собраться и пойти сам, но это не будет считаться за честный поединок и тогда их людей попросту перебьют. Аввары отличались особой любовью к дракам и хорошо устроенным ловушкам, а чего стоят их орлы? Мужчина сжал рукоять меча, не в силах успокоиться. — Тише, командор, все мы разделяем опасения, но и выхода у нас нет, — попыталась успокоить Каллена Леллиана. Остальная часть спутников Вестницы тоже была приглашена в Ставку командования, но ни у кого не возникло никаких идей, как можно было обойти правила упрямых воинов. — Сражаться она должна один на один? — Бык стоял ближе всех к Вестнице, будто уже был готов закрыть её собой перед опасностью. — По идее да, но по факту, скорее всего, в драку полезет весь клан, поэтому и вы сможете сражаться вместе, — произнесла задумчиво Леллиана. Казалось, выдохнули все разом. — Сестра Соловей, ты не могла бы выражаться всегда более точно, а то мы уже были готовы прощаться с нашей прекрасной златичкой, — Ллараинэль как-то обиженно косо глянула на гнома, он лишь улыбнулся ей в ответ. — Прости, ты конечно уже сражаешься намного лучше, но один на один с гигантским воином, умудрённым в боях, ты не справишься без поддержки. Приходилось мне однажды наблюдать подобный бой, поверь, приятного в нём мало, ну и при нас тогда был чудо-целитель, который вытаскивал горе-разбойницу едва ли не с того света. Спорить было бы глупо, гном был полностью прав, но всё-таки было чуточку обидно, что её скидывают со счетов сразу же. Может, она была бы куда хитрее и быстрее противника, ведь не всегда всё решает грубая сила, не так ли? Но кого она обманывает. При одной из драк, когда им пришлось вернуться на Штормовой берег из-за некой организации под названием «Клинки Гессариана», она умудрилась попасть в максимально неловкую ситуацию.

Дориан ненавидел сырость, она портила его укладку, ещё больше он ненавидел, когда кто-то стреляет в спину, но он молчал, ну, почти, молчал. Ладно, громко возмущаясь, пошёл вместе с Вестницей, Кассандрой, Варриком и Быком разговаривать с вожаком «Клинков Гессариана». Уговорить разбойников встать на их сторону удалось весьма просто — убив их вожака, много времени это не заняло, поэтому было решено закрыть несколько оставшихся разрывов. Дориан накрыл себя и Варрика барьером, потому что Красные Храмовники очень уж любили метать в людей осколками лириума, а получить такой подарочек себе в живот не хотелось, да и в любую другую часть тела тоже. Вестница находилась слишком далеко и постоянно меняла местоположение, так как являлась главной целью Храмовников. Бык с ликующим криком разрубил последнего врага, когда весь отряд услышал громкий крик Ллараинэль. Коссит первый метнулся в сторону, откуда послышался крик, мужчина раздвинул руками ветки куста и начал неприлично громко смеяться. Подоспел остальной отряд. Дориан первым преодолел приступ смеха и присев рядом с бедной эльфийкой на корточки, стал выпутывать её косу из коряги, за которую она умудрилась зацепиться. Девушка хотела убить лучника Храмовников сама, и поэтому решила спрыгнуть с ветки дерева, она приземлилась на камень, но тот как и положено камням на берегу моря, оказался слишком скользким, и девушка попросту укатилась в кусты, где и осталась лежать, пока её не вызволил тевинтерец. Он ещё долго подначивал её по этому поводу, а Кассандра грозилась ночью отрезать ей волосы, после этой угрозы Вестница стала ставить стул около двери в качестве упора. Сэре эта идея тоже пришлась по душе.

— Я уже говорил, что ненавижу дождь? — Дориан в очередной раз поправил сползающую на лоб прядь волос, и передёрнул плечами, когда разведчица Хардинг посмотрела на него с лёгким упрёком. — Да, за сегодня двенадцатый раз, — Бык не был привередлив в погоде, особенно, если впереди им предстояла хорошая драка, а она, судя по мелькающим впереди зелёным всполохам, предвиделась ещё до вождя авваров. — О, как мило, ты считаешь? — Дориан забавно наморщил нос, покосившись на коссита. Кассандра смерила их нечитаемым взглядом, посмотрела на заявки на столе интенданта и дала добро двигаться дальше. В этот раз они решили разделиться на несколько отрядов и зачистить регион максимально быстро. Бык собрал своих ребят и к полному разочарованию тевинтерца, его тоже прикрепили к этому отряду, рядом же с Вестницей стоял, гордо подняв подбородок, — Солас, по крайней мере, Дориану казалось, что эльф именно гордится тем, что в спутники к Вестнице выбрали его, а не какого-то там тевинтерского альтуса. Сначала к отряду Железного Быка хотели приставить Вивьен, но она так громко перечисляла свои причины, по которым не желала пачкать недавно купленные в Орлее сапожки, что было проще уговорить скучающего Дориана. Маг согласился достаточно быстро, лучше было пачкать сапоги в трясине, нежели терпеть косые взгляды всего Убежища и шепотки. Нет, он конечно в привык к этому, но дома у него были места, куда он мог уйти, где он мог почитать или потренироваться, а тут с этим были определённые проблемы. Дом он делил сразу с тремя членами группы отряда Быков — с гномом, самим Быком и Крэмом и посидеть в тишине ему конечно не давали. Пусть он и согласился идти в эти дебри, но возмущаться ему никто запретить не мог. — Посверкунчик, просто прекрати уже дёргать эту прядь, лучше ты её в таких условиях не уложишь, — усмехнулся гном, он был четвёртым в отряде Вестницы, его тоже не радовал поход в столь унылое место, но делать и правда было нечего, аввары долго ждать не будут. — Вам нужно идти прямо, а второй отряд может пока найти хорошее место для второго лагеря, — Хардинг указала на парочку мест, где можно было установить ориентиры и палатки Инквизиции.

***

Два отряда миновали несколько брошенных домов, внимательно при этом осмотрев некогда жилые помещения. — Тут не живут? — Ллараинэль не обратилась к кому-то конкретному, скорее просто произнесла свой вопрос в пустоту, если честно не ожидая, что кто-то из занятых разведкой спутников ответит. — Чума, никто теперь не позарится на эти земли, — в своём немногословном стиле ответила Кассандра, чем достаточно сильно удивила эльфийку, обычно женщина относилась к ней холодно и практически не разговаривала без видимой на то причины. — Никто из живых, — вставил своё слово Варрик. Ллараинэль кивнула, хотя она понятия не имела, что такое чума, но догадаться было не сложно — никого живого, брошенные дома и запах гнили повсюду. Людская болезнь, явно поражающая всех и вся достаточно быстро. — Ar abelas alas. Ar lasa mala revas, — эльфийка подошла ближе к воде и аккуратно окунула в неё руку, желая отдать дань уважения местным духам. Отряд с Быком уже собирался податься в своём направлении, когда они услышали яркий звонкий крик эльфийки, отборные ругательства гнома и воинственный клич Кассандры. Ллараинэль вылетела им навстречу, выпучивая и без того большие глаза, и совершив странный и поистине великолепный прыжок, она обвила руками могучую шею Быка, прижимаясь к нему всем телом, ещё на всякий случай обхватив коссита ногами. Смеяться было некогда, подоспевший отряд помог разобраться с выползшими из воды трупами, и они быстро справились с первой волной, но тут Дориан подскользнулся на чем-то и угодил обратно в топь. Пришлось драться вновь.

— Значит, они выползают только если задеть воду, — констатировал уже очевидный факт Дориан, суша свою вымокшую одежду проводя по ней руками. — Теперь понятно, почему тут везде эти мосты. Кассандра вновь шла в авангарде отряда, ей не хотелось показывать остальным, что она не может перестать сжимать губы, дабы не засмеяться вновь. Её, как и всех остальных, не сильно удивили противники, с чем они только уже не сражались, а вот их Вестница оказывается до жути боялась ходящих трупов, и её финт с запрыгиванием на Быка вызвал бурный смех у всего отряда. Искательница держалась до последнего, но тоже засмеялась, но заметив направленный в её сторону взгляд гнома, тут же постаралась взять себя в руки, получалось плохо. Поэтому женщина попросту пошла вперёд, оставляя теперь перегруппировавшийся отряд позади. Ллараинэль теперь восседала на Быке, как бы двусмысленно это не звучало, но было это именно так. Коссит усадил эльфийку себе на шею, она же обвила его ногами, а руками держалась за рога, прижимаясь грудью и подбородком к голове. Казалось, она была готова слиться с Быком воедино, лишь бы больше не ступать на эту проклятую землю. Дориан и сам не знал, почему решил настоять на том, чтобы именно он сейчас шёл рядом с гномом позади Быка, а не Солас. Просто одно дело, когда в том отряде был тот, с кем Дориан мог препираться, другое, когда у них царила своя атмосфера, в которую тевинтерский маг никак не вписывался. Это на самом деле была не главная причина, главным было чисто его любопытство, каким образом Бык собрался сражаться с Вестницей на плечах. Выглядели они настолько же мило, насколько нелепо. Дориан посмеялся про себя, что было бы весьма забавно, сойдись эти двое. Маленькая невинная эльфиечка и гигантский кунари, со своими пошлыми шуточками. Дориан бы на это посмотрел с большим интересом. Нет, Каллен конечно красавец и вообще славный малый, но это слишком банально, а такая парочка была бы плевком в лицо всем андрастианцам. Если сама Вестница Андрасте стала ходить с Кунари. — Больно у тебя хитрое выражение лица, если ты задумал что-то интересное и не хочешь, чтобы я тебя сдал, бери в долю, — Варрик просто не мог отказаться поучаствовать в веселье, а то, что тевинтерец придумал нечто грандиозное, гном не сомневался. — Ещё рано об этом говорить, посмотрим, что будет после закрытия Бреши, если мы все её конечно переживём, тогда, дорогой мой друг гном, мы с тобой отлично повеселимся, — Дориан кивнул в сторону Быка, который с неожиданной проворностью, минуя голову Нэль, вытащил свой меч.

Коссит брал это как очередное доказательство того, что он может сражаться как угодно, где угодно и с кем угодно, даже имея на плечах эльфийку. Что стало для него правда удивительным, это настолько быстро им удалось сработаться. Эльфийское зрение и слух явно в несколько раз были лучше, чем у кунари, и Вестница стала для него очень полезна в этом густом тумане и дожде. Она слышала, откуда летит стрела, видела, где расположились трупы, и Бык укладывал врагов одного за другим, а стрелы всё реже царапали кожу. Бык был очень доволен собой, неся на шее эльфийку и укладывая врагов одного за другим, он умудрялся ещё и поддерживать незатейливые беседы со спутниками. Особенно ему нравилось смущать и без того чувствующую себя нелепо Вестницу, но деваться ей было некуда и приходилось терпеть странные комментарии в свою сторону. Варрик же смотрел на спину Кассандры. Он ещё не успел рассказать про Бетани и Фенриса, гном сам не до конца понимал, почему сразу же не рассказал про них, но что-то мешало. Он расскажет, как только они вернутся назад, обязательно расскажет. Варрик тяжело выдохнул. — Что случилось? Нет, я конечно понимаю, что мы находимся не в самом живописном месте Ферелдена, и нас окружают топи с трупами, но до этого ты так горестно не вздыхал, — Дориан нравился гному, не смотря на всю свою напыщенность, он выглядел куда более настоящим, чем та же Вивьен. — Вспомнилось кое-что. Варрик никогда не считал себя сентиментальным, даже наоборот, слегка черствым, но одной женщине удалось изменить его взгляд на мир. Мариан собрала вокруг себя совершенно разношёрстную компанию и умудрилась объединить их, создавая семью. Они готовы были друг ради друга на всё. Им удалось вырвать из рук кунари Изабеллу, убить бывшего хозяина Фенриса, найти вторую половинку для Авелин, спасти Мерриль от демонов. Одного им не удалось. Андерс. Его гном старался не вспоминать. Они были настоящей семьей. Фенрис и Андерс были младшими братьями — вечно спорящими, Мерриль и Бетани младшими сёстрами, которых доставали младшие братья, Изабелла и Марин средние сёстры, которые не давали в обиду Мерриль и Бетани, Себастьян — троюродный кузен, которому пришлось жить со своими нерадивыми родственниками, и лучик благоразумия в их странной семейке старшая сестра - Авелин, и конечно, он сам. Оценить себя со стороны было труднее, но гном видел себя где-то на ровне с Авелин, только менее благоразумным. В глубине души Варрик понимал, почему не хочет рассказывать о Бетани, он знал, что в любом случае за этим последуют разговоры о старшей Хоук. Врать Бет он не мог, а тем более, её, как оказалось, уже мужу — Фенрису. Гном слишком хорошо помнил последний вечер у костра и пустой взгляд Мариан, её равнодушное выражение лица и лёгкий кивок на прощание, он помнил боль и вину в глазах целителя, который ушёл вслед за женщиной. То место, куда он их отправил, стало для этой странной пары новым домом. Гном старался поддерживать постоянную связь с ними, вот только первое время письма писал Андерс, а с ним на тот момент Варрику хотелось общаться в последнюю очередь. Потом начала отвечать Мариан, односложно, ничего толком не рассказывая, но постепенно наполнение писем стало меняться. Гном понял, что начал вновь общаться с той Мариан, которую он знал — с веселой и уверенной в своих силах женщиной, и даже обида на Андерса постепенно прошла, и в письмах всё чаще бывшая разбойница писала не «целитель» или «мой маг», а Андерс и «моя любовь». Ему не хотелось разрушать их и без того шаткий мир и тем более подставлять под стрелы взбесившимся Храмовникам и не знающим, что делать дальше, магам. — Если ты вздохнёшь ещё раз, скину тебя в болото, чтобы мы ещё разок подрались с этими тварями, — Дориан чуть приподнял одну бровь и даже для видимости потянулся рукой за посохом. — Что-то случилось? — Варрик поднял взгляд, на него сверху смотрела Вестница, в её глазах отражался зелёный туман и огоньки, что плясали в разных частях болота. От этого гному стало немного не по себе, девушка стала похожа на привидение, на нечто потустороннее и чужое, странный холодок прошёлся вдоль позвоночника. Варрик тряхнул головой, отгоняя наваждение. — Всё в порядке, златичка, — постарался улыбнуться арбалетчик. — Это из-за них? — почему-то Нэль была уверена, что гном поймёт, кого она имеет ввиду, и не прогадала, Варрик едва заметно кивнул. Правда этот странный диалог привлёк внимание Искательницы, которая чуть развернулась к отряду. — О ком речь? — О мертвецах, — пожав плечами, смотря прямо в глаза Кассандре, произнесла Вестница. Варрика наполнило чувство безграничной благодарности. Всё-таки Ллараинэль скрывала в себе множество секретов, и обладала небывалой проницательностью, так легко покрыла гнома, даже толком не зная всех подробностей. Гном понял — она просто почувствовала его нежелание говорить о Бетани. Кассандра явно была удовлетворена ответам, потому что едва заметно прыснула, дольная тем, что и у этого слишком болтливого гнома есть свои страхи. — Men sora, er rosse vasarya le, — шёпотом произнесла эльфийка. — Красиво, что значит? — Быку казалось, что голос Нэль звучит куда более гармонично на родном языке, всеобщий ей давался явно с большим трудом, и это было заметно. Даже спустя несколько месяцев, она всё ещё делала ошибки и не могла произнести некоторые слова. Эльфийка не успела ответить, на одном из перекрёстков к ним вышел высокий человек, закутанный в шкуры. На мгновение Ллараинэль забыла как дышать, она сидела на шее коссита, но даже так была чуть выше странного человека. А ей предстояло сражаться с кем-то подобным. Девушке захотелось спрятаться за ближайшим камнем и больше никуда не выходить. «Что за глупости? В тебе бурлит сила, и ты можешь пользоваться ей как захочешь, стоит лишь протянуть руку», — затянул свою привычную песню голос в голове. Ей не нужна была чужая сила, она сможет справится со всем и сама, без чужих подачек. Она в несколько раз быстрее и проворнее гиганта, нужно будет лишь выгадать время для четкого и меткого удара.

***

Ллараинэль первая преодолела ворота и взбежала по лестнице наверх, проследив, чтобы все члены отряда вошли, девушка с грохотом опустила решетку, отрезая толпу мертвецов от каменной крепости. Правда, на замену заведомо мертвым врагам вышли живые. Как и предполагала Леллиана, клан бросился в атаку гурьбой и уже можно было не соблюдать правила боёв один на один и прочих условностей. Эльфийка ловко уклонилась от топора, скользнувшего в опасной близости от плеча, но лезвие лишь рассекло ткань, не нанося урона. Ллараинэль подняла взгляд вверх, встречаясь с обезумевшим взглядом воина, у неё был один шанс, следующий удар попросту разрубит её пополам, если Дориан не успеет накинуть барьер. Всё или ничего. С такого близкого расстояния пробить выстрелом противника не представляло возможности и девушка попросту разжала кулак, лук упал, давая ей лишнее время, пока аввар отвлёкся на странный манёвр лучницы. Рука быстро скользнула к поясу, склянка легко лопнула, когда девушка сжала её в кулаке. Эльфийка резко выкинула руку вперёд, разжимая кулак и что есть мочи выдохнула, порошок достиг глаз Длани Корта, она выиграла ещё немного времени. Воин должен был предсказуемо замахнуться топором, но резкая боль в глазах и странный шум взявшийся из ниоткуда, вывел его из строя, он даже не мог заставить себя поднять оружие для следующего удара. Что сделала эта вертлявая эльфийка с ним? Нэль тем временем выхватила небольшой кинжал, что был благоразумно прикреплён к её правой ноге заботливым гномом, который лучше неё разбирался в аспектах дальнего боя, который в любой момент мог стать ближним. Ллараинэль крепко сжала рукоять кинжала и, оттолкнувшись от ступени, прыгнула прямиком на замершего аввара. Она вложила в этот удар всю свою силу, выбрасывая руку от груди, ещё и на всякий случай ударила по навершию второй рукой, вгоняя лезвие в шею человека. Оттолкнувшись ногами от могучей груди, эльфийка перевернулась и оказалась на безопасном расстоянии в тот самый момент, когда топор прошёлся по тому месту, где мгновение назад была она. Из горла аввара хлынула кровь, вызывая неприятные хлюпающие звуки, вместо привычного дыхания, он попытался занести топор ещё раз, но сумел лишь поднять своё оружие и опустился на землю вслед за ним. Бой был окончен. — Это было восхитительно! — первым к сидящей около трупа девушке подоспел Дориан, он присел рядом с ней на одно колено и положил руку ей на плечо. Что было странно, она её не скинула, а лишь удивлённым и даже растерянным взглядом посмотрела на мага. — У меня получилось? — Да! — Дориан не знал почему, но он был так неожиданно счастлив, и улыбался эльфийке не привычной, слегка надменной улыбкой, а широкой и доброжелательной. — Теперь мы точно обязаны выпить вместе! — Ты просто умничка, — подоспел Бык, и неожиданно поднял Вестницу на руки, забрасывая её на плечо. И…Ллараинэль рассмеялась, так громко и искренне. Варрик с Кассандрой тут же метнулись в их сторону, очевидно думая, что у эльфийки случился приступ истерики. Отчасти это было правдой, Нэль не понимала, почему смеётся, убийство не вызывало в ней радость, тут было нечто иное. Она встретилась взглядом с Искательницей, которая с беспокойством смотрела на Вестницу, но поняла, что беспокоится не о чем и едва заметно улыбнулась в ответ, вернее будет сказать, чуть приподняла уголки губ и кивнула. Варрик видел, как в уголках глаз Нэль собрались слёзы, которые всегда выступали вслед за слишком резким и продолжительным смехом. Девушка постепенно успокоилась, и когда поняла, что произошло, несколько сконфуженно извинилась за столь странное поведение. — Златичка, не за что тут извиняться! Ты молодец, теперь вот ещё закроешь эту гигантскую дыру в небе и будем тебя все вместе носить на плечах, ну или по очереди, всем Убежищем, — Варрик был рад, что эмоции эльфийки наконец стали выходить наружу, и она больше не выглядела слишком уж напуганной и, как бы это не звучало, жалкой. Ей и правда удалось сделать нечто подобное самой, а ведь он таким приёмам её даже не учил, хотя может Сэра постаралась.

***

— Теперь откладывать больше нельзя, завтра на рассвете выдвинуться маги, позже присоединимся мы, — Каллен возвышался рядом с эльфийкой, — я буду лично сопровождать вас, Вестница. Ллараинэль кивнула, но даже не подняла взгляд на командора. Ей безумно хотелось спать, после возвращения из Бурой трясины, ей даже не дали поспать, а ведь и там они по минимуму останавливались на привалы. Большую часть работы по зачистке региона выполнил второй отряд, который в обратный путь выступил вместе с ними. Солас как-то странно посмотрел на бывшего Храмовника, но ничего не сказал. — Я дам тебе сегодня специальное зелье, чтобы ты смогла хорошо поспать, — произнёс эльф, Вестница и на его фразу только лишь кивнула. Она чувствовала себя болванчиком, что ставят около небольших ручейков дети ради потехи, но ей было настолько тяжело шевелиться, что даже это движение вызывало массу отрицательных эмоций. Ллараинэль желала сейчас просто переместиться на кровать и уснуть. Солас сопроводил её к домику вместе с Сэрой, которая без умолку болтала о том, как ей надоели все эти демоны и прочая непонятная чушь. Выпив зелье, Нэль прикрыла глаза. — Как только брешь будет закрыта, нам нужно будет поговорить с глазу на глаз, — сказав это, Солас исчез. Эта фраза совершенно не понравилась эльфийке, но зелье уже подействовало, и она провалилась в сон, где всполохи огня озаряли целый лес.

Глава 15. Он

Сон был странным. Ллараинэль бродила среди исполинских деревьев совершенно одна, неожиданно она вышла к костру Хранительницы, но там никого не было, лишь мерно потрескивал огонь. Зачарованный огонь, который никогда не гас, только в этот раз он был не привычного красного цвета с едва заметными жёлтыми всполохами, а зелёным с лёгким голубым отливом. Из-за одного из деревьев показался волк. Нэль посмотрела ему прямо в глаза, в них она увидела зачатки разума, эти глаза казались до боли знакомыми, но кого именно они напоминали эльфийке, она никак не могла понять.

— Ты пришёл за мной?

Волков в клане было не принято бояться, если волк заходил на жилую территорию в полном одиночестве это значило — кто-то должен был пойти за ним. Так Фен’Харел выбирал себе последователей, что уходили вслед за ним и должны были помогать ему и Метал, следить за храмами и святынями. Древнее сказание. В последний раз волк приходил в клан столетие назад, ещё когда её мать была маленькой девочкой.

Волк как и было принято не ответил, развернулся и пошёл прочь. Ллараинэль уже готова была пойти вслед за ним, как кто-то остановил её.

— Ты не обязана этого делать, дитя, тебя ждёт другое предназначение, а он справится и сам. Только помни, волк всегда живёт в стае.

— Что это значит?

Ответа не последовало, Нэль развернулась в надежде увидеть говорящего, но вместо этого перед ней предстал горящий лес, страшное пламя охватило деревья, и они стонали, проклиная ветер за пособничество злой магии.

Ллараинэль резко распахнула глаза, рядом с кроватью стоял Солас с вытянутой рукой.

— Прости, не хотел пугать, я пришёл разбудить тебя.

Нэль посмотрела на кровать в противоположном углу, Сэры там уже не было, девушка чуть нахмурилась, в помещении было слишком темно, хотя договаривались выйти уже ближе к обеду. Взгляд поднялся к окну, за стеклом бушевала метель, небо затянуло тяжелыми тёмными тучами.

— Да, не самая хорошая погода, но откладывать нельзя.

Вестница кивнула и встала.

— Это тебе, — Солас протянул эльфийке ткань, которую она обычно заворачивала вокруг пояса, девушка пригляделась и поняла, что это не та же ткань, лишь той же расцветки. — В неё вшили новые руны, чтобы мороз не так сильно донимал тебя на подъёме, кажется это сделал наш новый тевинтерский друг, — на последнем слове маг явно скривился, но Нэль была не уверена, ей могло и показаться, ведь обычно Солас не позволял себе столь явного проявления эмоций. — Одевайся, все ждут тебя в таверне, как поешь, будем выдвигаться.

Ллараинэль смотрела, как маги чинными рядами встают вокруг разрыва, обхватывая руками перед собой посохи. Выдохнув, эльфийка спрыгнула к разрыву, и тут зычный голос Каллена отдал приказ. Нэль почувствовала, как сквозь неё проходят потоки силы, её переполняла чистая магическая энергия, и рука, онемевшая от боли, вновь пришла в движение.

Ллараинэль подняла руку выше, она смотрела прямо на разрыв, не замечая, как мимо неё летят стрелы, как воины что-то кричат, отбиваясь от демонов. Эльфийка искала глазами нить, ту самую тонкую ниточку энергии, что соединяла этот разрыв с реальным миром. Нэль уловила едва заметное колебание и без промедления схватилась за зелёный всполох, разрыв громко зарокотал, выпуская очередную партию демонов, явно сопротивляясь и не желая закрываться. Руку обдало жаром и девушка что есть мочи дернула на себя, закрывая двери в другой мир.

Перед глазами плясали чёрные пятна вперемешку с зелёными, в желудке кто-то устроил огненный шторм. Вестница стала падать, но чьи-то сильные руки уверенно подхватили её, она встретилась взглядом с обладателем больших зелёных глаз.

— Фенрис? — не сильно уверенная в своей правоте просипела девушка.

Эльф кивнул, и ничего не говоря, прижал её к себе, поднимая. Она устало уложила голову на его плечо, пытаясь выговорить слова благодарности хотя бы на одном из трех известных ей языков.

— Не нужно, всё хорошо, Бет сейчас осмотрит тебя, — произнёс Фенрис, своим чарующим низким голосом, Нэль кивнула и провалилась в сон.

— Давно вы у нас? — голос Каллена Ллараинэль могла легко узнать даже с ужасным шумом в голове.

— Тише, мы расскажем чуть позже. Я тоже очень рада тебя видеть, но мне нужно подлатать Вестницу, чтобы она могла отпраздновать вашу победу вместе с остальными, и я, увы, не Андерс, мне нужно сосредоточиться, поэтому все немедленно вышли и дали мне время, — Варрик в очередной раз отметил, насколько две сестры были похожи в такие моменты, как только Бет была в своём праве, она тут же начинала командовать.

Бывший Храмовник открыл было рот, но тут же закрыл встретившись взглядом с блестящими в полумраке глазами эльфа, и двинулся на выход. Как только дверь захлопнулась, Ллараинэль почувствовала приятное тепло в районе левой руки, которое медленно стало расходиться по всему телу, шум рассеялся. Сумев открыть глаза, Вестница увидела перед собой ту целительницу, с которой недавно общался Варрик, женщина сосредоточено смотрела на левую руку своей пациентки, которая казалось бы освещала комнату куда ярче принесённых слугами свечей.

Ллараинэль попыталась сесть, но целительница мягко нажала ей рукой на грудь, заставляя лечь обратно.

— Подожди немного, успеешь разделить со всеми празднество, тем более столы ещё не накрыли, да и буря только-только утихла. Маги разводят костры, чтобы начать жарить мясо.

Эльфийка кивнула и легла обратно, туман в голове постепенно рассеивался, в ушах уже не шумело. На душе резко стало спокойно, будто все тревоги остались позади, хотя где-то в глубине сознания, она понимала, что ещё ничего не кончено. Думать об этом сейчас совершенно не хотелось, и поэтому девушка просто прикрыла глаза, наслаждаясь теплом, идущим от рук целительницы.

— Больно, если я делаю так? — Бетани приблизила одну ладонь к запястью светящейся руки и пропустила сквозь пальцы чуточку «теневого исцеления», заклинание которое ей удалось почерпнуть из найденного в Тевинтере трактата. Ну, как найденного, нагло украденного, но мёртвому магистру оно было уже не нужно, не так ли?

Эльфийке показалось, что кто-то пытается дотянуться до неё с другой стороны, отвратительное чувство, будто чьи-то ледяные мокрые пальцы тронули её запястье. Она вздрогнула всем телом и одарила целительницу испуганным взглядом.

— Прости, мне сказали твоя рана росла вместе с Брешью, я подумала, что её можно затянуть с другой стороны, если ничего не получается сделать с этой. Что ты почувствовала?

— Будто мертвецы смыкают разошедшиеся в разные стороны края кожи, — эльфийка сама удивилась, что ей удалось произнести нечто настолько сложное на всеобщем языке, но касание Тени, будто прояснило разум.

Бетани отпустила заклинание с кончиков пальцев и внимательно посмотрела на эльфийку. Ллараинэль показалось, что целительница выглядела очень виновато и даже немного пристыжено.

— Я не хотела, прости.

— Всё нормально, вы хотели сделать лучше, но никто ничего не знает о метке. Стоило попробовать, — Нэль подняла руки перед собой и как-то очень сконфуженно улыбнулась.

Бетани улыбнулась в ответ. После слов Вестницы о мертвецах стало жутко не по себе, но эльфийка явно поняла свою ошибку и стала успокаивать целительницу, что последней показалось очень милым.

Ллараинэль устроилась на каменной стене и с удовольствием жевала сладкую булочку, слушая, как люди внизу у костра распевают весёлые песни и танцуют. Эльфийка подняла глаза к неожиданно чистому небу, а ведь днём была такая ужасная метель, но погода словно чувствовала, что людям после столь тяжёлых дней нужен спокойный вечер, и тучи разошлись. Яркая полная луна освещала горы, а многочисленные факелы и костры помогали ей в этом. Было спокойно и тепло, особенно в новеньком плаще из очень мягкого материала, который как ни странно принёс ей снова Дориан.

— Мы тут немного посовещались с мадам «я главная чародейка и меня не волнует, что ты одеваешься лучше меня», и решили, что пора бы и нашу вестницу понемногу приучать к моде. На самом деле ничего не имею против вольного разбойничьего стиля, но он больше подходит по лазаньем через болота, а вот хороший плащ, вовремя надетый перед домом какого-нибудь Банна, может кардинально изменить отношение человека к тебе, — со столь длинной тирадой маг вручили Нэль плащ из королевского шёлка, он переливался приятным серебром в лунном свете. Но самым его главным качеством был не цвет и красивый витиеватый узор из рун по краям, а то, что он отлично согревал, для эльфийки это было не маловажным аспектом. Она всё никак не могла привыкнуть к суровым условиям проживания в заснеженных горах.

Маг после вручения подарка спустился к Варрику, и они начали вместе с компанией Быков распивать явно горячительные напитки. Гном постарался придвинуть коробки на которых они расположились поближе к стене, дабы Нэль не чувствовала себя отрезано от их компании, да и похоже Железному Быку эта идея тоже пришлась по душе, и он веселился, изредка отпуская пошлые шутки в сторону краснеющей Вестницы.

Бетани и Фенрис присоединились к пьющей компании чуть позже, Кассандра явно не могла поверить в то, что сестра не знает месторасположение своей родственницы и пыталась всеми правдами и неправдами вытащить из магессы информацию. На счастье Варрика, Бет и Фенрис читали его рассказ, и подтверждали сказанные им факты и удерживали кое-какую информацию о Хоук.

— Прекрати светить, нам и факелов хватает, Фенрис, — пошутил гном, когда эльф в очередной раз после шутки Дориана активировал лириумного призрака. — Дориан не магистр.

— Пока не магистр, — как всегда упрямился эльф и не желал признать того факта, что в глазах мужчины, который сидел напротив него, не было той привычной манеры, с которой смотрят большинство жителей Тевинтера на эльфов.

Варрик понимал, что от кровопролития их спасает тонкая рука Бетани, которая всё время покоилась на скрепленных в замок руках Фенриса. Она едва заметно поглаживала своими пальцами обнаженные участки кожи, которые не были задеты лириумом. Бетани очень жалела, что на воина не действует её привычное заклинание «успокоения» (она так сама назвала его), с помощью которого девушке удавалось утихомирить бушующую старшую сестру. Мысли о старшей Хоук вновь кольнули куда-то в район сердца. Она очень скучала, с момента расставания прошло уже почти три года, они ни разу больше не общались, даже не переписывались. Хотя с Варриком Бет старалась делиться информацией, только от него она и знала — «те двое живы и здоровы».

— Всё же ты не договариваешь, гном, — к ним подсела Искательница, на удивление собравшихся тоже с кружкой горячительного напитка.

— Нельзя передать всего, даже в самом достоверном рассказе будет куча дыр, потому что я не могу описать тебе жизнь Мари с её точки зрения, может, себя они видела совсем по-другому.

— Мари, это та девушка, которую предал возлюбленный? — неожиданно подала голос, молчавшая до этого Вестница.

Фенрис поднял взгляд от костра и воззрился на свою соплеменницу. Никогда бы он не мог подумать, что та маленькая девочка из лесного клана выйдет в мир и станет своего рода символом новой борьбы с неизвестностью.

Он помнил, как впервые встретил её. Это было на второй год его побега из Империи, набрёл на клан эльф совершенно случайно, и первая ему встретилась именно она, обладательница поистине ярких золотых глаз, что поблескивали в тени деревьев. Девчушка играла на берегу реки, она с кем-то разговаривала и посмеивалась, и что было самым удивительным, совершенно не испугалась подошедшего к ней воина с мечом наперевес.

— Кто ты? — её голос был ещё по-детски высоким и чистым, но даже тогда эльф бы не смог сказать, сколько ей лет, как и сейчас.

Фенрис не знал эльфийский, но сразу понял, что она заговорила с ним именно на этом уже, казалось было, почти вымершем языке. Рядом с ней бывший раб не заметил никого, и потому сильнее удивился, ведь ранее он точно слышал смех и чей-то шёпот.

Нэль привела его к Хранительнице. Он предстал пред её матерью весь испачканный в крови, с затупленным мечом, украденным у каких-то разбойников, в рваных одеждах, которые бы язык не повернулся назвать — доспехом, с затравленным взглядом голодного волка, отбившегося от стаи. К его величайшему удивлению клан достаточно радушно принял бывшего тевинтерского раба, и как оказалось, после событий двухлетней давности, о которых ему расскажут многим позже, устроил подпольную организацию по вызволению своих сородичей из лап тевинтерцев.

Фенрис не смог находиться среди таких же бывших рабов и почти всё свободное время проводил с маленькой наследницей, которая учила его эльфийскому, а он её в ответ тевене. Он до сих пор не понимал, как они при этом умудрялись так хорошо понимать друг друга, разговаривая совершенно на разных языках. Но девчушка она была очень милой и доброй, и знала все потаённые места леса, которые с удовольствием показывала новому другу.

Прожил с кланом он не очень долго, чуть меньше года, после чего ему вновь пришлось отправиться в путь.

— О чём задумался, мой светящийся друг? — прервал его мысли Варрик.

— О том, с какой бы скоростью Мари перерезала глотку выходцу Бен-Хазрат, — Фенрис перевёл свой колючий взгляд с мага на кунари.

Тот очень громко захохотал, проливая при этом свой напиток.

— Смотрю у тебя достаточно острый язык, вот только, настолько же острый у тебя меч? — Бык кивнул на ножны, в которых скрывался подаренный ещё Мари Меч Милосердия.

— Хочешь проверить?

— Так всё! Мы собрались тут культурно выпить и отпраздновать нашу маленькую победу! Лучше давайте выпьем за это! — гном встал со своего места поднимая кружку.

— Какая же попойка без хорошей драки! — прогремел кунари, но с удовольствием чокнулся с гномом и остальным и осушил кружку одним глотком.

— Говоришь как моя сестра! — засмеялась уже захмелевшая Бетани. — Вы бы с ней нашли общий язык.

— Тогда тем более жаль, что её не могут никак найти, — усмехнулся в ответ Бык, вставая со своего места, дабы налить новую порцию напитка.

Ллараинэль с какой-то едва уловимой горечью в глазах посмотрела на своих спутников. Рады ли ей? Или она для них всё такая же неуклюжая мелкая эльфка, которая боится мертвецов и не может отличить банна от тейрна, эти два слова она недавно узнала от Жозефины, которая читала рапорт о работах во Внутренних Землях.

Девушка встала, и собиралась уже покинуть праздник, но ей навстречу неожиданно вышел Каллен, а ведь он вроде совсем недавно сидел вместе с Леллианой и Жозефиной в окружении магов и солдат.

— Почему ты уходишь? — мужчина тоже слегка удивился, он собирался подсесть к Вестнице, она казалось бы уже собралась куда-то.

— Эм, — девушка не знала, есть ли смысл откровенно говорить, о чём она думает, но мужчина нашёл себе объяснение её поведения и без прямого ответа.

— Нас всех объединила проблема с брешью и война между магами и Храмовниками, но сейчас брешь закрыта, а эти две стороны пытаются найти компромисс. Инквизиции нужна новая цель, которая была бы не менее масштабной и важной, чтобы двигаться дальше, — Каллен был немного смущён, ему не нравилось говорить подобные вещи, но это был очевидный для всех факт, что если сейчас Инквизиция прекратит своё существование, но шаткий мир вновь упадёт в бездну. Нужно время, а для этого нужна цель, иначе люди попросту вновь разойдутся по разные стороны баррикад, учитывая, что нужно будет выбирать Верховную Жрицу, а это дело не из лёгких.

— Во мне нет смысла, — смогла выдавить из себя Вестница, смотря куда-то вдаль. Ей показалось или что-то мелькнуло в горах?

Каллен замешкался, не сразу понимая, что имеет ввиду Нэль.

— Что за глупости? Ты не бесполезна! Ты помогаешь нам в принятии решений, ходишь в разведку и посмотри скольких людей тебе удалось насобирать, и это не случайное стечение обстоятельств, каждый из них пошёл за тобой не из-за твоих красивых глаз!

Ллараинэль подняла взгляд на повысившего голос командора и чуть улыбнулась.

— У меня красивые глаза?

Каллен замер, и резко покраснел.

— Я, не это, да, что, конечно, разве иначе бы кто-то…

Грохот. Ллараинэль показалось, что ей заложило уши. Её взгляд устремился в сторону гор, где теперь был не один отблеск, а казалось горы кто-то поджёг. Каллен первым пришёл в себя и кинулся раздавать приказы свои солдатам, Вестница же видела, как горы окутывает пламя, а вдалеке слышится глухой рокот дракона.

Дракона? Всё внутри Ллараинэль похолодело, сражаться против дракона она точно не могла и не хотела. Да и смогла бы? Девушка пришла в себя после второго громкого хлопка и быстро кинулась внизу, куда устремились все её спутники и солдаты Каллена.

Ллараинэль показалось, что её окунули в холодную воду, именно так ощущалось присутствие этот странного «посыльного», что принёс весьма очевидную вещь. Храмовники сошли с ума и идут штурмовать Убежище, а во главе них стоит некто не живой и не мёртвый. Достаточно красочное описание. Нэль кивнула Варрику, Дориану, Быку и Кассандре — они побежали вправо, спасать жителей деревни, что ещё не успели уйти. Вивьен, Сэра, Блэквол и Солас пошли в другую сторону. Прямо ушли Бетани и Фенрис. Это было оптимальным решением, дабы успеть спасти как можно больше народу.

Солас с опозданием понял, что Ллараинэль вновь была в отряде с этим тевинтерцем. Эльф совершенно не мог понять логики действий девушки, но сейчас было некогда спорить, и лишь кивнув на прощание друг другу, они разделились.

— Никакая тактика нам не поможет! Нужно устроить оползень, — голос Каллена не дрогнул даже на этих словах, он чётко осознавал, что иначе и вовсе нет возможности победить армию, которая может желать не просто их смерти, а кое-чего и похуже.

Ллараинэль раньше бы и подумать не могла, что услышит нечто лестное в свою сторону от этого странного священно служителя. Он предлагал идеальный выход, вот только чтобы остальные могли спастись, кто-то должен был отвлечь Старшего.

— Он пришёл за мной, — почти шёпотом произнесла Нэль, она глубоко вздохнула и выдохнула. Никогда она не думала, что её смерть будет в столь раннем для эльфа возрасте, ведь она даже официально не считалась совершеннолетней, и по правилам не могла даже иметь отношений, не говоря уже о замужестве. — Я отвлеку его, увидите остальных, — Вестница выпрямилась и произнесла это будто не своим голосом, громким и чётким, без запинки и сомнений. Она смотрела прямо в глаза командору, который моментально изменился в лице.

«Нет, нельзя. Только не она», — это была первая иррациональная мысль в голове мужчины. Он смотрел на стоящую в полный рост эльфийку в плаще, от которого бликами расходился свет от факелов и, казалось, что Вестница и сама пылает уверенностью в сказанных ею словах. Каллен замер, он привык отдавать приказы и принимать пусть и тяжелые, но решения. Почему же сейчас он медлит? Нельзя, от этого зависит множество жизней.

— Попробуй спрятаться и переждать, — мужчина понимал, что если не уйдёт сейчас, то попросту вызовется сопроводить Нэль, но его перебили.

— Ступай, командор, мы присмотрим за Вестницей, — Варрик подошёл к эльфийке, следом за ним выступил Дориан, что удивило и самого мага, но он сначала сделал, а потом уже начал понимать, что именно сделал.

— Пусть, что будет, постараемся обрушить лавину и понесемся со всех ног в Церковь, может и не будем помирать героями, — попытался отшутиться он.

— Я тут должен защищать своей могучей грудью Вестницу, а не вы, тощие и низкорослые, — ухмыльнулся Бык.

— Остальные уходите, — в голове Нэль неожиданно прорезались повелительные нотки, и почему-то никто не посмел возразить, хотя судя по лицам спутников как минимум Солас и Кассандра тоже собирались пойти с ней.

Бык дважды повернул колесо, но красные Храмовники с небывалой проворностью стали пробираться через ворота, и кунари пришлось оторваться от своего занятия. Его место заняла Вестница, которая попеременно то отстреливалась от особенно наглых врагов, то тягала колесо, наваливаясь на него едва ли не всем телом. Дело было уже почти сделано, оставалось нажать на рычаг.

Теперь был не только рык дракона, но появился и он сам. Ллараинэль запаниковала, хотела было отбежать, но что-то внутри неё щёлкнуло, и вместо того, чтобы заботиться о своей жизни, девушка вновь крикнула тем неузнаваемым голосом.

— Бегите!

Отряд рванул в сторону церкви, Нэль ловко перевернулась, уходя от прямого огня, но он попал на бочки с чем-то горючим, и они взорвались, горячая волна отнесла Вестницу, и она едва не свернула себе шею, лишь благодаря постоянным тренировкам смогла правильно сгруппироваться, но резкая боль от удара всё равно вывела её на мгновение из сознания.

Стоило Ллараинэль открыть глаза, как она поняла, что оказалась в ловушке между драконом и каким-то ужасным созданием, которое не было ни человеком ни порождением тьмы. Его речь была наполнена ненужным самодовольством, а в руке появилось то, что он меньше всего ожидала увидеть — Сфера. Вот к чему был тот сон, это была точно Сфера Фен’Харела, она чувствовала её силу и видела тонкий ободок, на котором были выгравированы древние письмена. Сердце, запертое богом, ключ, отворяющий дверцу, через которую можно пройти лишь один раз. Нэль не могла поверить, что это чудовище смогло забрать один из ключей мира.

Хочет стать новым богом? Ллараинэль лишь усмехнулась на его высказывание.

— Как ты смеешь противиться моей воле и высмеивать её? — Корифей легко поднял девушку за руку и со всей силы откинул её на требушет, что-то хрустнуло, очень хотелось надеяться, что это были стрелы.

Ллараинэль попыталась найти взглядом свой лук, но в огне и дыме было ничего не разобрать, и тут она увидела рычаг, он находился практически рядом с ней. В этот же момент вдалеке ввысь взлетела одинокая огненная стрела.

— Во всех сказках злодеи слишком много говорят, это их ошибка. Если ты думаешь, что я стояла здесь, дабы героически сразиться с тобой, то ты сильно ошибаешься, Vanwalume.

Корифей не успел ничего сделать, эльфийка плавно прыгнула в сторону рычага и гигантский камень обрушился на гору вызывая лавину. Ллараинэль бросилась бежать, скорее по привычке, чем надеясь действительно спастись от быстро приближающегося снега. Она понимала, от встречи с этой лавиной её не сможет спасти ничего, но неожиданно она споткнулась о какой-то выступ на требушете и полетела вниз. Последнее, что она запомнила, как дракон унёс Корифея. Дальше была тьма.

Глава 16. Рассвет

Дориан не мог поверить, что они и правда оставили Вестницу там, один на один с драконом и неким Старшим. Судя по выражению лица идущего рядом с ним гнома, тот разделял его мысли.

— Я теперь спать не смогу, — убитым голосом произнёс Варрик.

Каллен сжимал губы с такой силой, что их цвет полностью слился с цветом кожи. Он услышал фразу гнома, и теперь она крутилась и в его голове. Почему он так сильно переживал за девчушку, которую знает пару месяцев, они ведь даже и не общались нормально. Они так и не узнали, откуда она взялась, и каким образом вообще оказалась на Конклаве.

— Нельзя назвать нас полностью сплочённой командой, но оставить позади маленькую смелую эльфийку всё равно как-то не правильно, — озвучил общую мысль Бык.

Он как профессиональный агент Бен-Хазрата не должен сопереживать едва знакомой эльфийке, но почему-то противный червячок осуждения копошился где-то в его внутренностях. Бык сплюнул и повёл плечами, бросая беглый взгляд куда-то назад.

— Ещё не всё потеряно, она могла уйти, вспомните её скорость и феноменальную способность прятаться. Мои агенты будут оставлять небольшие костры по пути, и возвращаться назад по мере возможности, — Леллиана тоже прибилась к небольшой кучке спутников Вестницы.

— Я тоже похожу с ними, всё ж соседские отношения. Я её даже голой видела, чувствую некую ответственность, да и у меня глаз зорче, — Сэра тоже обернулась на мгновение, чтобы удостовериться, что лавина уже полностью сошла, и там, где раньше была деревня, теперь клубился снег.

Солас смотрел вперёд, не желая даже задумываться о том, что не успел ничего спросить у Ллараинэль, ни о её происхождении, ни о таинственном клане. Сколько времени он проводил в Тени, но духи ни разу не говорили ему о существовании подобных поселений эльфов, где ещё хранят исконные традиции. Неужели даже духи не знают о таком месте? Точно ли это находится в их мире? Эльф вздохнул, но продолжал твёрдо ступать по заснеженной земле.

Вивьен реже всех сопровождала Вестницу, больше помогая Жозефине в общении с вельможами и представителями разных групп магов. Но даже она почувствовала общую атмосферу сожаления и печали. Неужели всё кончится так нелепо и быстро? Стало даже немного обидно, казалось, у Инквизиции куда большие перспективы, похоже она один единственный раз ошиблась в этой жизни. Магесса качнула головой и посильнее закуталась в плащ.

Дориан молчал. Совершенно ничего не хотелось говорить, впервые в жизни ему было так необходимо помолчать. Первое время Нэль старательно избегала злого тевинтерца, но постепенно перестала прятаться, едва завидев его, и даже начала разговаривать. Её зелье помогло несчастному Феликсу, и он благополучно вернулся на родину, а вот Алексиуса Леллиана отпускать строго настрого запретила, и Дориан никак не мог понять, чего хочет этим добиться Сестра Соловей. Интересно, если бы он пообщался с Вестницей чуточку дольше, они смогли бы называться друзьями? Пожалуй, да. Почему, Дориан сказать не мог, но несмотря на её ненависть к магам и тевинтерцам в частности, она была очень интересным персонажем, с которым было весело разговаривать, даже несмотря на её трудности в понимании всеобщего языка. Наверно, это даже наоборот придавало ей некий шарм. Маг усмехнулся.

— Я помню её ещё ребёнком, — неожиданно произнёс молчавший всё это время Фенрис.

— Кого помнишь? — Бетани подняла на мужа удивлённый взгляд.

— Нэль. Впервые нашёл её клан, когда бежал от Данариуса. Именно в её клан я отводил тех рабов, что мы с тобой освобождали.

Тут встрепенулись все.

— Ты знаешь откуда она? Где её клан сейчас? — первым нашёлся Солас.

Фенрис одарил собрата нечитаемым взглядом, потом переместил взгляд на посох и скривился, но тут же поймал укоризненный взгляд Бет и смягчился.

— Он не расскажет. Если он мне ничего не говорит, то и вам подавно не расскажет.

— Таковы правила, я просто не могу сказать, это нечто вроде вашего любимого магического договора. Я не могу разглашать никакие тайны клана в благодарность за их помощь.

Все смотрели на эльфа, от этого ему стало не по себе, и он замолчал, не желая вовсе больше разговаривать. Он тоже бросил взгляд за плечо, туда, где осталось Убежище, произнёс что-то неразборчивое то ли на тевене, то ли на кунлате и замолчал, в очередной раз одной рукой достал провалившуюся ногой в очередной сугроб жену. И ускорил шаг, едва не таща её за собой.

Вот этот факт был для Варрика неожиданным открытием, пару раз эльфийка говорила, что какой-то бывший тевинтерский раб учил её тевене и рассказывал о внешнем мире, но в описании эльфийки он совершенно не узнал Фенриса. Она описывала его как доброго, сильного и красивого эльфа, который дружелюбно общался с ней и едва ли не был лучшим другом. Что же такого с ней творили в клане, что привычная холодность и угрюмость Фенриса казалась для неё добротой? Гном вздохнул, теперь они этого никогда не узнают.

Первый дозор был отправлен назад, как только они скрылись за одной из гор. Сэра подхватила свой лук, который бросила рядом с одним из небольших костров. Их разожгли, дабы люди могли немного поесть и передохнуть. Привал был закончен, и люди собирались в путь, нужно было уйти как можно дальше до рассвета, на тот случай, если кто-то из дозорных Самсона выжил и заметил уходящий караван людей.

Дорина попросился в возвращенцы на следующий караул, раз первый оторвала себе эльфийка. Маг не знал, зачем вызвался, только ли чтобы унять свою неожиданно проснувшуюся совесть, или же за этим скрывалось нечто иное, о таком совершенно не хотелось думать на морозе в полубессознательном состоянии от усталости и недосыпа.

Было решено — если после четвёртого дозора не появится намёк на следы Вестницы, это будет последний заход. Все надеялись, что не потребуется и второго, но ошиблись, Вестница не объявилась и после третьего, который сопровождал Фенрис.

Нэль открыла глаза, и увидела перед собой потолок какой-то заледенелой пещеры и отверстие, в которое она видимо и провалилась при падении. Девушка чувствовала, что тело сковало от боли, а перед глазами всё плыло. Интересно, сколько она пролежала тут? Потом пришло осознание другого факта — она выжила! Не смотря на всё, что произошло, ей удалось скрыться от этого Старшего и нырнуть в пещеру, которая защитила её от встречи с лавиной. Эльфийка скосила глаза в сторону и увидела лестницу и проход, похоже было что её закинуло в один из проходов, о которых говорил канцлер Родерик.

Ллараинэль улыбнулась, сама не знала почему. Скорее для того, чтобы немного растормошить саму себя, и осознать, что она действительно жива и может идти дальше, сможет найти караван покинувший Убежище. Девушка поднялась на локтях и радость, что мгновение назад заставляла мир вокруг играть яркими красками, улетучилась. Ногу в районе бедра насквозь пронзил обломок какой-то деревяшки, не очень толстый, но всё же внушительных размеров. Правый бок неприятно тянуло от боли, эльфийка приподнялась чуть выше и ужаснулась своему «везению». Со стороны спины торчал обломок её собственной стрелы, которая видимо вывалилась из колчана при падении. Шансы на выживание резко уменьшились.

Нет, нельзя сдаваться, не сейчас, когда ей удалось пережить нечто настолько грандиозное. Нэль глубоко вздохнула и с выдохом села, жалобный стон вырвался сквозь зубы. Девушка нащупала набедренную сумку, которую перекосило, и она оказалась где-то сбоку, благодаря чему не пострадала. Неужели на это она потратила всё своё везение? Эльфийка искренне надеялась, что нет.

Она аккуратно выудила из сумки небольшие бутыльки с зелёной и оранжевой жидкостью. Содержимое зелёной склянки тут же отправилось в рот, зелье здоровья должно ускорить затягивание ран, а благодаря особому способу приготовления ещё и уменьшить боль. Оранжевым зельем — заживления ран, девушка пропитала лоскуты ткани из речных водорослей, это были ещё бинты принесённые ей из клана, сделанные по особой технологии, они почти мгновенно замедляли ток крови. Единственный бутылёк лилового цвета был аккуратно вытащен из сумки и сразу откупорен.

Нэль выдохнула и вылила половину содержимого бутылки на раненую ногу. Как только покалывание прошло, девушка с громким не то рыком не то стоном, выдернула из ноги деревяшку, надеясь, что не оставила никакие обломки внутри раны и тут же быстро перемотала ногу. Зелье сделало своё дело, и сам процесс вытаскивания не был невыносимым, хотя и полностью боль оно притупить не могло, лишь на короткий момент времени давало ощущение онемевания.

С боком девушка проделала подобные манипуляции, только вот с забинтовыванием было куда больше проблем, и как бы ни было холодно ей пришлось на время снять плащ и кожаную куртку. Закончив латать свои раны, девушка выпила вторую склянку с зельем здоровья и за ней заглотила огненного цвета жидкость. По телу тут же разошлось приятное тепло, и мнимое чувство прилива энергии, на какое-то время должно помочь.

Ллараинэль увидела лежащий недалеко от себя лук, и даже не стала удивляться, на это не было времени и сил, потом она подумает об этом, когда выберется из этого ледяного грота.

Девушка взяла лук и поняла, что может спокойно опираться на него, создавалось впечатление, что лук чуть вытянулся и стал длиннее, это было несказанным облегчением, всё же ковылять с пробитой ногой без опоры было бы сложновато.

Чего-чего, а вот демонов Нэль в таком состоянии только и не хватало. Что было странным, рядом не оказалось разрыва, который можно было закрыть и разорвать связь этих тварей с реальным миром. Драться девушка точно была не готова, все стрелы в колчане были сломаны, большая часть выпала при падении, а нескольких, что остались целыми, не хватит на трёх демонов. Эльфийка печально ухмыльнулась, рука резко дёрнулась, странное чувство появилось в районе Якоря, вроде так назвал эту метку Корифей. Метка запульсировала и засветилась, ощущение было сродни тому, что она чувствовала при закрытии разрывов, только острее и сильнее. Не долго думая, Нэль подняла руку, и на короткое мгновение в воздухе появилось нечто вроде небольшого разрыва, только выглядел он как зелёный вихрь. Он вобрал в себя демонов и тут же закрылся.

Ллараинэль смотрела на это едва ли не с открытым ртом, но холод и боль дали о себе знать, и девушка, стиснув зубы, двинулась дальше.

Проход сменился пещерой, которая неожиданно закончилась, и девушка оказалась на открытом воздухе, о чём немедленно пожалела. В пещере было значительно теплее, там не бушевала метель, и не выли волки. Единственное, что вдохновило эльфийку на немедленное движение, это бочка и ящик, валяющиеся неподалёку. Это могло значить только одно — тут недавно проходили люди, скорее всего именно беженцы из деревни. У неё был шанс догнать их.

Шанс? Кого она пыталась обмануть? Она уже еле могла передвигать ногами, раненную ногу вообще удавалось лишь тащить. Раньше её умение видеть, куда стоит ступать на снегу, не боясь провалиться, очень помогало ей. Но сейчас этот навык был практически бесполезен, снег наметало на её глазах, пусть эльфийка благодаря своей природной лёгкости и не проваливалась глубоко под снег, но вот только что выпавшие сугробы значительно замедляли и без того неспешный шаг.

Вой раздавался совсем рядом, но волки не спешили подходить ближе к едва волочившей ноги эльфийке. Ей только чудом удавалось сохранять равновесие и не падать при особенно сильных порывах ветра. Эльфийка не была уверена, показалось ей или нет, но рядом явно мелькнула волчья тень. Неужели она нарушила их территорию? Уже было совершенно наплевать, девушка пыталась изо всех сил сохранять себя в сознании и не поддаваться страху. С каждым шагом выходило всё хуже и хуже. Неожиданно она споткнулась о свою собственную ногу и утонула в снегу, сознание померкло.

— Здравствуй, — Хранительница всегда выглядела безмятежной, хотя глаза выдавали бурю бушующую у неё внутри. Она могла обмануть кого угодно, но только не собственную дочь.

Ллараинэль на удивление легко подошла к костру и опустилась рядом с матерью. Тело больше не трясло от холода, а вокруг не завывал ветер в унисон с волками.

— Моё почтение, Высшая, — так в клане называли магов, которые не имели специализаций, им давались заклинания всех школ, с ограничением на школу Духовного Целителя. Высшие не могли исцелять, как говорила Хранительница — «иначе мы станем непозволительно сильными, а такого быть не должно, всё в этом мире имеет баланс, если есть жизнь, то будет и смерть. Если есть Высший способный творить разрушение, будет и Духовный Целитель, способный залечить любые раны после этого».

— Ни к чему сейчас эти любезности. Откуда ты здесь? — Хранительница Таурэтари выглядела слегка удивлённой, она явно не ожидала встретить одну из своих дочерей этой ночью.

— Я умерла? — Нэль не знала, спрашивает она, или отвечает на вопрос.

— La, — Таурэ улыбнулась своей дочери так, как не делала этого очень давно — тепло и с любовью, — alasaila, сейчас ты на перекрёстке, и только тебе решать, уйдёшь ты из мира этим путём или вернешься тем, которым пришла сюда.

Ллараинэль обернулась, позади осталась бушующая метель и что-то ещё, только что именно, девушка никак не могла вспомнить, но там было что-то очень важное, кажется связанное с порождениями тьмы и усами. Она точно помнила усы, вот только не помнила, что было с ними связано

— Ты нашла то, что так долго искала. Разве тебе не хочется пройти этот путь до конца?

— Почему ты подбадриваешь меня сейчас, раньше ты едва находила минуту, чтобы сказать мне пару слов?

Хранительница вновь перевела свой взгляд на огонь.

— Никто не рождается мудрым, и нет тех, кто не совершал ошибок. Ты — моя ошибка и моя гордость, мой грех и моё спасение. Не пристало главе клана сомневаться в своих решениях, иначе у идущих за ним будут ещё большие сомнения, которые перерастут в недовольство и распри. Запомни, каждое принятое решение имеет последствия, и главное видеть эти последствия и осознавать свою к ним причастность. Ты только в начале пути, я не могу сказать тебе не совершать моих ошибок, ты всё равно их совершишь. Просто встань и иди, по дороге проснёшься. — Хранительница Таурэтари встала и приблизилась к своей младшей дочери, она наклонилась и поцеловала Нэль в лоб, — этого тебе должно хватить, идти уже недалеко, а теперь проснись.

Ллараинэль распахнула глаза и почувствовала, как лёгкое покалывание проходить ото лба до пальцев ног. Встать удалось не с первого раза. Метель стихла, и даже волки больше не выли. Девушка опёрлась о лук, и тяжело выдохнула. Впереди что-то было. Нэль изо всех сил старалась продираться вперёд не смотря на боль в ноге, спине и руке. Она пыталась ускорить шаг и уже у самого края костра упала на колени. Угли были ещё тёплыми, девушка улыбнулась, но встать не было сил, она пыталась напрячь руку, дабы опереться на лук, но из этого не вышло ровным счётом ничего. Неужели она умрёт в паре шагов от своей цели?

Ллараинэль с громким криком поднялась, и утопая по щиколотку в снегу что было сил тащила своё непослушное тело дальше. Она увидела огни, они были где-то там далеко внизу, но это точно были огни от костров. На глаза навернулись слёзы, и тут раздался знакомый голос.

— Это она! — Каллен, он появился перед ней казалось бы из неоткуда, за ним шли ещё какие-то люди.

Нэль улыбнулась, он кажется говорил что-то ещё, но она уже не слышала, падая ему прямо в руки. Мужчина подхватил девушку, она носом зарылась в меховую накидку и начала истерически смеяться, но надолго её не хватило.

Она чувствовала движение, Каллен едва ли не бежал, потом послышался другой знакомый голос.

— Дай её мне! — Каллен, что-то ответил. — Ты со мной спорить будешь сейчас? Я маг, специализирующийся помимо некромантии на огне, так что давай, я смогу её отогреть, пока идём к целительнице! — девушка почувствовала, как её передают с рук на руки, — отпусти ты этот лук, Каллен возьми его, Создатель, у неё пальцы заледенели, не тяни ты так! Вот, — девушка почувствовала прикосновение горячей руки к своим пальцам, ей они казались именно горячими, словно огонь, пальцы непроизвольно разжались, — теперь забирай.

Нэль улыбнулась, ну или ей казалось, что она улыбнулась, и сознание окончательно покинуло её. Теплая тьма заволокла сознание. Она больше не слышала завывание ветра, только чей-то тихий шёпот.

Глава 17. Письмо

Ллараинэль в этот раз совершенно ничего не снилось, и пробуждение было непривычно мягким и естественным. Девушка открыла глаза. Перед ней был полог палатки, где-то вдалеке потрескивал огонь, и кто-то негромко переругивался, Нэль знала голоса ругающихся, она столько раз слушала их споры, что сейчас могла даже по интонациям понять какое у кого выражение лица. Эльфийка улыбнулась. Всё же было приятно очнуться живой.

Нэль поднялась, бок тут же отозвался ноющей болью, и девушка поморщилась. Преодолев первый приступ боли, эльфийка решила оглядеться: её взгляд скользнул по шкуре медведя, которой она была укрыта, рядом стояли какие-то коробки, которые помогали вбитым кольям держать полог палатки; по другую сторону от импровизированной кровати Вестницы расположился тевинтерец, выглядел он на удивление бледным (это с его-то смуглой кожей), под глазами залегли синяки, явный показатель передозировки лириумом. Разве же Дориан был целителем? Тогда отчего ему пришлось пить зелья?

Кто-то приподнял полог палатки и вошёл, девушка встретилась взглядом с целительницей, которая затормозила и с толикой удивления и одновременно облегчения тихо прошептала, дабы не разбудить мага:

— О, ты проснулась. Значит я правильно подсчитала время действия заклинаний, — Бетани подошла ближе, аккуратно минуя вытянутые ноги тевинтерца, и присела рядом с Вестницей на коробку. — Держи, это суп, тебе нужно обязательно съесть весь.

Эльфийка приняла из рук целительницы деревянную чашу с дымящейся жидкостью, и почувствовала как живот тут же отозвался громким урчанием.

— О, твой живот может разбудить даже мёртвого, — проворчал со своего места Дориан и слегка неуклюже сел. Лежать на мешках непонятно с чем было не очень комфортно, но при таком сильно переутомлении, он даже не заметил как провалился в сон, последнее, что он помнил, как Бетани просила его держать согревающие заклятия и не давать Нэль провалиться в Тень. — Никогда бы не подумал, что не-маг, может так легко находится на грани между реальным миром и Тенью, но видимо твоя рука дала тебе кое-какие способности.

Ллараинэль уже уплетала суп за обе щёки и лишь кивнула на высказывание мага. Проглотив очередную ложку с горячим супом, девушка всё же решила поинтересоваться у собирающегося на выход мага о его присутствии в её палатке.

— Дориан, — чуть хрипловатым голосом позвала она мага.

— М? — тевинтерец чуть повернул голову в её сторону и вопросительно поднял бровь.

— Ты не целитель, почему тут?

Маг замер, потом что-то прикинул у себя в уме, и на губах расцвела привычная улыбочка, из-за которой у Нэль появилось желание метнуть в его сторону тарелку с супом.

— Было бы большой потерей, замёрзни наша Вестница насмерть, после такого-то проделанного пути, — с этими словами Дориан покинул палатку.

Бетани покачала головой и повернулась к Нэль.

— Я не могла одновременно лечить тебя и приводить в чувство после такого сильного переохлаждения, ты могла просто не выдержать. Твоё сознание и так металось из реальности в сон и обратно, было весьма страшно наблюдать подобное. Ты бредила и хотела нас убить. Не знаю, что тебе там такого снилось, но руками ты шевелила весьма проворно и даже создала мини разрыв, хорошо, в тот момент мы уже занесли тебя в палатку, и ты не напугала и без того перепуганный народ.

— Я что-то говорила? — Нэль сильно удивилась, она проснулась со стойким ощущением, что снов она точно не видела.

— Да, на эльфийском, твой второй друг тоже помогал нам, и сильно хмурил брови, когда ты что-то выкрикивала, но нам переводить отказался, — Бетани пожала плечами. — А все мои знания эльфийского заканчиваются на «ma saranes».

— Ma serannas, — автоматически поправила целительницу Нэль.

— Тем более, — Бет улыбнулась.

За пределами палатки спор явно стал выходить на новый уровень и теперь можно было почти полностью слышать весь разговор, даже сквозь завывание ветра.

— Тебе кажется придётся их разнимать, — Бетани кивнула головой в сторону выхода.

Ллараинэль отставила уже пустую чашку на ближайший ящик и встала вслед за магессой, в проёме показался Фенрис, он заметил, как его жена закидывает руку Вестницы себе на плечо, чтобы облегчить её передвижение. Эльф в два шага оказался возле них и перехватил Нэль у Бетани. Вестница обвила одной рукой его талию, так как до шеи не доставала из-за своего роста, он тоже обнял её и чуть приподнял. Они вышли из палатки, Фенрис едва ли не нёс Вестницу на руках, но та всё же старалась аккуратно передвигать ногами по рыхлому снегу.

Около выхода сидела преподобная мать и с печалью смотрела на спорящих, заметив Вестницу, она едва заметно улыбнулась.

— Рада, что вы очнулись, но боюсь даже ваш пылкий голос не поможет, а вероятно даже помешает.

Мать Жизель говорила тихо, но очень проникновенно, что эльфийка даже заслушалась, пусть часть слов были для неё не понятны, но общий смысл она улавливала хорошо. Они не знали, где находятся, где Старший и его войска, и куда им идти.

— Когда вы произносите Златой град, я почему-то сразу думаю о тебе, златичка, — гном тоже расположился недалеко от её палатки, в его глазах девушка прочитала явное облегчение. — Ты даже представить себе не можешь, как я рад, что ты воскресла.

— Я не умирала, — Ллараинэль свела брови. — Спряталась, как и говорил Каллен. Упала в проход.

Мать Жизель была не согласна и с этим простым высказыванием. Создатель. Нэль знала иную историю, разительно отличающуюся от того, о чем говорит сейчас преподобная мать. Вернее будет сказать, не отличающуюся, а более полную версию тех обрывков, что удалось сохранить обитателям современного Тедаса.

— Золотой град не всегда был в Тени, как и Чёрный, — слишком уж резко произнесла эльфийка, это вырвалось само по себе, скорее из-за того, что она была отвлечена на спор предводителей Инквизиции и произнесла это против своей воли, будто поправляя невежественного ребёнка.

— Прости? Золотой град и Чёрный это одно и тоже, — Бетани посмотрела на Вестницу.

Нэль никак не отреагировала, лишь равнодушно пожала плечами и, всё-таки решив приблизиться к спорящим чуть ближе, она заметила, что все её спутники так или иначе наблюдали за предводителями. Просто каждый находился в своём углу, и даже Солас стоял чуть поодаль и, опираясь на посох, смотрел, как ругаются люди.

— Не удивлюсь, если её клан знает, кем была сама Андрасте, — произнёс Фенрис так, чтобы его услышали только Варрик и Бетани.

Ллараинэль решила подойти к костру, около которого расположились предводители Инквизиции, но её сил хватило только на пару шагов, резкая боль прошла по левой ноге, и она едва не упала, только чудом удержала себя на ногах, но резко согнулась. Каллен заметивший Вестницу тут же кинулся к ней, и помог сесть на скамью у костра.

— Хвала Создателю, ты в порядке, — мужчина придерживая за плечи девушку, помог ей сесть удобнее.

Каллен неловко потоптался около Вестницы и вернулся к столу, где стояла Кассандра и перебирала какие-то бумаги. Нэль окинула лагерь взглядом, гнетущая атмосфера царила в каждом углу, даже там, где расположился отряд Железного Быка. Он ей кивнул и поднял навстречу кружку, девушка улыбнулась и кивнула в ответ, Дориан уместился среди этой же братии и выпивал вместе с ними.

Сэра делала оперение для стрел, сидя на одном из лежаков, и что-то ворчала себе под нос. Странный мальчик по имени Коул был около канцлера Родерика, который по всей видимости уже почти отошёл в иной мир. Нэль отвернулась, не хотелось ей видеть человека, который всё это время обвинял её в клевете в таком состоянии. Она не могла его ненавидеть, после тех слов в церкви. Вивьен видно не было. Блэкволл расположился недалеко от Быков, но как-то обособленно, он тоже поднял голову от созерцания земли и кивнул Вестнице, чуть сжав губы, будто задерживая неуместную сейчас улыбку.

Shadows fall

And hope has fled.

Steel your heart

The dawn will come.

The night is long

And the path is dark

Look to the sky

For one day soon

The dawn will come.

— Мать Жизель неожиданно запела, подходя ближе к Вестнице, к удивлению последней, постепенно к песне стали присоединяться и другие, народ стал выходить из палаток, все отвлеклись от своих дел и стали как-то подозрительно близко подходить к ней.

Дальше случилось то, чего Ллараинэль точно не ожидала никогда увидеть: люди стали садиться перед ней на колени. Девушка от неожиданности даже встала со скамьи, позабыв про боль и усталость. Эта песня была настолько пронзительной, что эльфийка не сразу заметила, как по её щеке скользнули слёзы.

Нэль прикрыла глаза, пытаясь справиться с эмоциями, но ничего не выходило, и всё что ей оставалось лишь слушать прекрасную наполненную светлой грустью песню.

— Ну ты чего, златичка, — Варрик встал рядом с Нэль и похлопал её по руке. — Всё будет хорошо.

Вестница кивнула и утёрла слезы рукавом, шмыгнув в конце песни носом.

— Армии нужен не только враг, но и цель, — всё таким же размеренным тоном произнесла Мать Жизель и удалилась.

Дориан был удивлён, он посмотрел на плачущую девушку, но ничего не сказал, лишь улыбнулся ей, совсем не той раздражающей её улыбкой, а тёплой, он будто пытался приободрить её без слов. Она улыбнулась в ответ.

Каллен тоже заметил, что Вестница плачет, он собирался было к ней подойти, но народ стал расходиться, и это стало проблематично сделать. Когда люди покинули центр лагеря, Вестницы не было на месте.

Ллараинэль рассказала обо всём, что ей довелось увидеть и узнать от Старшего.

— Он назвал себя — Корифей.

— Мать твою! Этого быть не может, Хоук перерезала ему глотку одним из своих мечей, а Солнышко ещё и кинула огненный шар в труп, — гном усмехнулся, смотря, как залилась румянцем Бет.

— Что? Мне показалось, что он дёрнул пальцем!

— В любом случае, это весьма неприятное известие, если его уже убивали, и он возродился, то перед нами предстал враг совершенно другого уровня. Нам сейчас даже некуда идти, не говоря уже о том, чтобы снабдить людей оружием и бронёй, — подвёл неутешительные итоги Каллен.

Никто ему ничего не ответил, и было решено дать Нэль поспать, она ещё не до конца восстановила силы после такого длительного перехода через гору, ещё и будучи раненой. Девушка благодарно кивнула Бетани, которая выгнала всех из палатки и накрыла эльфийку меховой накидкой.

Ллараинэль сидела чуть с краю, недалеко от своей палатки, укутанная всё в ту же медвежью шкуру и пережевывала тушеные овощи. Пару раз кто-то из спутников пытался поговорить с ней, но девушка отвечала неохотно и односложно. Ей нужно было успокоиться и прийти в себя, слишком много всего навалилось в один миг и хотелось просто посидеть у костра, и покушать. Много покушать.

— Такое чувство, что она на нас обиделась, — шёпотом произнёс Бык, поглядывая на Вестницу с противоположной стороны, где собралась вся компания вместе с главами Инквизиции.

— У меня тоже сложилось такое впечатление, она даже со мной поговорить не захотела, а я между прочим её первый друг в Инквизиции! — Варрик произнёс свою речь уже более громко, но всё тем же шёпотом.

Позади гнома раздалось многозначное «хм», мимо компании прошёл Солас, он явно направлялся к Вестнице. Она совсем недавно проснулась и ему нужно было срочно поговорить с ней, обсудить ситуацию и рассказать о прекрасной находке.

— Смеюн, думаю тебе стоит переждать, сегодня Вестница немного не в настроении общаться, — предупредил эльфа гном, тот ничего не ответил, лишь продолжил свой путь.

На удивление всей компании, девушка кивнула магу, и тот помог ей встать, поправляя съехавшую с плеча шкуру. Он пропустил её вперёд себя указывая рукой дорогу, и они скрылись между палатками.

— Ты проиграл, — любезно заметил Дориан.

— Мы не ставили, так что можешь не тянуть ко мне руку, — поморщился Варрик.

— Холодно и страшно, будто ветер дует в открытое окно и сносит все листы на пол, пытаюсь собрать, но ничего не получается ветер вновь сносит на пол. Думала помогут, сама сказала уходить, и правда бросили. Хотела стать героем, но больше хотела найти друзей. Не нужна. Никому не нужна. Холод пронзает до костей, хочу искупаться в тёплой реке. Но никто не протянет руку. Одна, — странный мальчишка по имени Коул возникал ниоткуда и всегда говорил загадками, но всегда пытался передать то, что чувствуют другие.

— Она думает, что мы её бросили? — каким-то странным голосом произнёс Каллен.

Никто не ответил. Все смотрели в свои чашки, и каждый думал что-то своё.

— Нет, понимает, что так нужно было, но обидно. Не понимаю, она слишком яркая, сложно понять, что именно она думает, — Коул поморщился и полностью скрыл лицо за полями своей гигантской шляпы.

— Она не обижается, что её бросили, скорее хотела бы быть той, кого заслонят своей спиной, а не той, кто будет заслонять, — Фенрис смотрел вслед ушедшим эльфам.

— Смотрю, ты у нас тут понимаешь её лучше всех, — Дориан посмотрел на в момент напрягшегося воина.

— Просто знаю какого это, всегда быть в одиночестве, — холодным тоном отрезал эльф и встал.

Бетани улыбнулась компании и последовала за вспыльчивым мужем. Варрик смотрел на Бет, которая что-то говорила Фенрису, обнимая его за талию. И когда интересно эльф успел сменить свой привычный доспех на эту броню, которая скрывала уже большую часть обнаженной кожи, и татуировки были видны теперь только на шее и лице. Что осталось при нём, так это жуткие перчатки с когтями, это, видимо, была дань своему имени.

Варрик встал, и попрощавшись с собутыльниками, ушёл в сторону своей палатки. Он писал Мариан, лишь раз после случившегося на Конклаве, объяснил что случилось, и даже сказал, что они могут не беспокоиться, всё равно только Вестница может закрыть Брешь. Гном устало опустился на свою лежанку, выудил из сумки листок и перо с чернилами и застыл, не зная как правильно начать письмо, такое с ним бывало не часто, но сейчас он почему-то сильно сомневался, стоит ли рассказывать Хоук о Корифее.

Варрик печально выдохнул и макнул перо в чернила.

«Дорогие мои друзья,

похоже мне придётся потревожить ваш покой, надеюсь это письмо сначала прочтёшь ты, Анде…»

Варрик запнулся, он очень давно не писал этого имени, даже когда думал о маге, мысленно называл его как угодно, только не по имени, видимо, обида всё-таки постепенно прошла. Гном вновь макнул перо и продолжил.

«Андерс. Мы оба знаем, что Мариан сначала делает, а потом думает, поэтому хотел бы отдать тебе право о том, как рассказать Хоук о содержании этого письма. Мари, дорогая, если это читаешь ты, то передай сейчас же письмо Андерсу, видишь, я даже специально вспомнил, как пишется его имя. Не обижайся, так будет лучше.

Случилось то, чего мы даже не могли предположить спускаясь в подземелья гор Виммарк. Корифей жив. Не знаю, как ему это удалось сделать, но он воскрес, и привёл с собой Архидемона, что является само по себе предвестником не самых лучших времён. Я знаю, что опасно просить вас присоединиться к Инквизиции, но дело не лёгкое, да и мы уже однажды это проделывали. Может, в паре с нашей Вестницей у вас найдётся решение, каким образом можно навсегда убить Корифея.

Не буду говорить кто ещё присоединился к Инквизиции, потому что это будет чистой воды давлением, но могу сказать, что теперь у нас тут по-настоящему весело. Убежище разрушено, остатки Храмовников сошли с ума и лидером у них теперь является наш старый знакомый — Самсон. И вишенка на торте — Красный лириум. Я не говорил о нём раньше, но ситуация изменилась, похоже тогда на Глубинных тропах мы совершили ошибку, и кто-то решил ей воспользоваться по полной.

Теперь решать тебе Андерс, вы можете помочь не приходя… Не знаю куда, мы пока устроили лагерь в горах. Если есть хотя бы какие-то мысли или сведения, да, я знаю, Блондинчик, что ты общаешься со Стражем-командором, её письма идут через моих людей, поделитесь ими.

P.S Мариан, помнишь как однажды на берегу на нас напали работорговцы, которые хотели забрать тебя живой? Ну или что они там кричали. В общем, Бет сказала, что какой-то магистр охотиться за Хоуками, поэтому будьте вдвойне осторожны, вы находитесь слишком близко к границе.

С любовью, Варрик».

Гном аккуратно свернул письмо, вложил его в маленькую тубу и отправился просить у Леллианы ворона, нужно было отправить письмо в Торговую гильдию. А дальше оно найдёт адресата.

Андерс прочёл письмо трижды, потом положил его в верхний ящик своей тумбы — Мариан никогда не брала оттуда ничего, как правило там ничего полезного и не было, кроме склянки со смазкой.

Целитель чувствовал, как резкая боль вновь пронзает виски, а в голове начинается шум. Рано, ещё слишком рано, у него же в запасе как минимум лет десять, разве нет? Видимо именно об этом писал Алистер в последнем письме. Маг чертыхнулся.

— Не ругайся, если Нэль услышит, будет повторять, — Мариан стояла в проёме, скрестив руки на груди. — Плохо себя чувствуешь?

Мари подошла ближе и села перед целителем, устраивая подбородок на его коленях.

— Лучше чем ты, — Андерс вымученно улыбнулся.

— Засчитано, и всё же?

— Страж-командор кажется нашла след, может в этот раз ей удастся раздобыть книгу с рецептом, — тему он перевёл неумело, голова слишком сильно болела.

Мариан кивнула. Она не стала упрекать его в переводе темы, лишь посмотрела в окно, на небе больше не было гигантской зелёной дыры, но лучше ей не становилось, наоборот хуже. Призраков всё больше, а сны всё ярче. Похоже так они и сойдут с ума, вместе в деревянном домике на краю безымянной деревни.

Женщина встала и положила руки Андерсу на щёки.

— Боль твоя часть меня, — в довершении она поцеловала его в лоб.

— Не нужно! Любовь моя, тебе и так плохо! — Андерс резко встал, заключая Мариан в объятия, голова больше не болела.

Так они и стояли, пока солнце совсем не скрылось за горизонтом. Оба чувствовали приближение бури, но боялись говорить об этом вслух, всё понятно и без слов. Перерыв закончен.

Глава 18. Скайхолд

Ллараинэль прошла к указанному месту на самом краю импровизированного лагеря. В снегу стоял одинокий железный факел. Солас подошёл к нему и, взмахнув рукой, разжёг бирюзовый огонь, девушка удивлённо смотрела на факел, было так странно видеть нечто до боли родное в отдалении от клана. Такие огни разжигали, когда проводили какие-либо обряды в том числе и бракосочетания. По всей деревне проходились маги и, устанавливая сильверитовые небольшие факелы, разжигали огонь, который вёл обитателей эльфийского поселения прямо к месту проведения ритуала.

В последний раз этот огонь разжигали за пределами деревни, единственное исключение, в качестве благодарности за спасение многочисленных сородичей. Нэль тогда даже представить себе не могла, что её мать согласиться на проведение церемонии, тем более когда один из участников человек. Но Таурэтари вышла из леса своим привычным неспешным шагом, создавалось впечатление, что она выплыла из зелёной чащи. Ллараинэль не позволили выйти за пределы барьера, по ту сторону стояли в основном только благодарные за спасение бывшие рабы. Девушка впервые так близко видела море, обычно к самому краю барьера не пускали детей, это была территория охотников, в обязанности которых входило патрулирование территории.

Вспоминая об этом сейчас, Нэль чувствовала себя очень глупо, ведь действительно рядом с Фенрисом тогда стояла Бетани, она совершенно не узнала её. Тогда девушка была одета в красивое лёгкое белое платье, тёмные волосы были заплетены в сложную прическу и украшены цветами. Она так ярко улыбалась, Фенрис тоже улыбался смотря на неё. Бет чуть вскрикнула, когда босые ноги утопающие в тёплом песке настигли прохладные воды моря. Они выглядели очень счастливыми. Интересно, сестра выглядела так же выходя замуж за человека?

Ритуал нельзя было проводить в пределах деревни, ибо людям было запрещено заходить на территорию клана, они бы просто не смогли пройти барьер. Поэтому всё проводилось на берегу моря, и Нэль помнила, как они улыбались, как говорили что-то друг другу. Никто из клана кроме неё не пожелал смотреть, потому она стояла в одиночестве на самом краю леса, и только охотники иногда проходили мимо и фыркали в сторону парочки.

Ллараинэль печально улыбнулась огню, Солас чуть удивленно посмотрел на неё, но спрашивать ничего не стал.

— Никогда люди не возводили никого из нас настолько высоко, друг мой, но боюсь мне нужно рассказать тебе, что Сфера о которой ты говорила, принадлежит нашему народу.

Солас встретился взглядом с Нэль, она смотрела на него так, словно он пытался рассказать ей, что ложкой нужно есть суп.

— Ты думаешь, я настолько невежественна, что не знаю о Сферах? Более того, я знаю кому раньше принадлежала она, я рассмотрела письмена. Корифей украл сферу у Фен’Харела, а это может значить только одно, дверь в его обитель была открыта. Не хотелось бы мне знать, кто открыл её, точно не этот человек, что возомнил себя богом.

Солас смотрел на девушку, не веря в услышанное, больше нельзя было тянуть, он должен был расспросить её о клане.

— Друг мой, откуда ты? Долийцы не обладают такими познаниями. Я хотел бы узнать о твоём клане побольше, — маг приблизился к девушке, вставая рядом с ней.

Ллараинэль посмотрела на эльфа, улыбнулась ему и покачала головой.

— Я не могу рассказать о клане, это запрещено. Каждый ушедший из клана не имеет права распространять про него информацию, иначе бы уже самого клана не было. Прости, я не могу ничего сказать.

Солас смотрел на неё, но поняв, что ничего не сможет добиться, печально выдохнул и поднял взгляд, всматриваясь в даль.

— Позже мы ещё поговорим, ты удивительный представитель своего народа, — Нэль слегка заворожённо смотрела на соплеменника, сейчас он казался таким высоким и можно сказать красивым, в свете звёзд и бирюзового огня. — Тогда расскажу я. Мне удалось прогуляться по Тени в эту ночь, и духи привели меня в одно место, которое некогда было крепостью. Разведай путь на север и веди туда людей.

Солас опустил взгляд, эльфийка смотрела на него своими большими невероятного золотого цвета глазами, на какое-то мгновение ему показалось, что она заглянет ему прямо в душу. Холодок пробежал по спине. Но вместо этого в её глазах тут же заплескался страх.

— Я должна вести людей? Мне ведь совсем недавно толком и не доверяли! Я не могу, какой из меня лидер, там есть большой Каллен и страшная Кассандра!

Солас усмехнулся, услышав какие эпитеты подобрала для предводителей Инквизиции Вестница. Было что-то такое ненавязчивое и милое в этой девушке, она привлекала внимание, сама того не понимая. Пусть она этого ещё не осознаёт, но само её присутствие сильно влияет на окружающих её людей и не только, вспомнить только инцидент с обучение всеобщему языку. Его внимание она привлекла тоже, что было самым странным, раньше ничего кроме Тени не могло вызвать в нём столь сильный интерес. Только ли было дело в её странных познаниях и неизвестном клане? Мужчина не мог с уверенностью ответить на этот вопрос.

Ллараинэль вернулась в свою палатку, которую делила с Фенрисом и Бетани. Они уже лежали на своём спальном месте и тихо перешёптывались, иногда слышался смех девушки. Парочка затихла, как только эльфийка прошла в палатку, но их тихий разговор возобновился, когда они поняли, кто зашёл.

— Нэль, если что-то понадобиться или почувствуешь себя нехорошо, сразу говори мне, даже если придётся разбудить, не стесняйся, — Бетани привстала на локте и посмотрела на укладывающуюся на свой спальник эльфийку, она кивнула и поблагодарив, пожелала паре спокойной ночи на эльфийском.

***

— Могу я, — Ллараинэль подошла к предводителям Инквизиции, которые сидели вокруг стола с картой и на удивление не спорили, а просто мирно разговаривали.

Каллен отреагировал первым и через чур быстро отодвинулся, освобождая место эльфийке рядом с собой, хотя около Кассанды было полно свободного места. Леллиана на это лишь загадочно усмехнулась, Жозефина ответила на её усмешку тем же, и обе внимательно посмотрели на Каллена, который не понял, что именно вызвало такую реакцию женщин. Нэль тоже не поняла и, просто поблагодарив мужчину, села рядом.

— Есть путь, нужно идти на север. Там когда-то была, — эльфийка поморщилась подбирая слово. — Крепость, дворец? — не очень уверенно произнесла она два слова.

— Продолжай, мы поймём, — к удивлению остальных, успокоила Нэль именно Кассандра.

— Так вот, на севере есть безопасное место, — эльфийка приподнялась, и внимательно посмотрела на карту. — Вот в этом направлении нам стоит двигаться, — ткнула пальцем девушка.

Она старалась говорить уверенно, вспомнив о последнем наставлении Хранительницы. Ллараинэль ничего не знала об этом месте, но Солас подробно рассказал как к нему двигаться, теперь стоило полагаться лишь на то, что за столетия крепость не пришла в полный упадок.

***

Эльфы вышли первыми из лагеря, к ним тут же присоединились Бетани с Фенрисом и Варрик. Остальные помогали лагерю со сборами, особенно этому способствовали Быки.

Постепенно весь лагерь вышел в путь, и процессия растянулась вдоль горной гряды, теряясь среди заснеженных скал. Ллараинэль полностью пришедшая в себя после ранений часто убегала вперёд медлительных спутников и забираясь на валуны, высматривала дальнейший путь.

— Осторожнее, златичка, не сверни себе шею, голова, которая покоиться на ней, нам ещё пригодиться, — усмехнулся Варрик.

Гном не ожидал никакого ответа, но девушка развернулась к нему и скорчила рожицу, высунув язык и тут же побежала дальше, ловко перепрыгивая с камня на камень.

— Похоже она совсем перестала нас бояться, — улыбнулась Сестра Соловей. — Видишь, Кассандра, всего-то нужно было, пару раз улыбнуться нашей Вестнице, а не строить страдальческие гримасы.

— Я не строила никакие гримасы! — попыталась защититься Искательница, но отряд уже вовсю смеялся, и женщина лишь что-то проворчала в ответ.

Ллараинэль забежала на самый высокий пригорок, меньше всего засыпанный снегом и устремила свой взгляд в даль. Повсюду были горы и снег, изредка пейзаж разбавляла едва заметная дорога, явно промёрзшая, но не засыпанная снегом. Кто-то словно указывал им путь. Но если верить рассказам Соласа, то этой крепостью не пользовались очень давно, хотя может эти пути пролегали куда-то во владения гномов. Нэль покивала своему собственному выводу и решила спускаться вниз, там люди уже раскладывали спальники — пришло время привала. Переходить горы в полной тьме было небезопасно не зная точного пути, тем более людям, которые не видели в темноте так же хорошо как гномы и эльфы.

Девушка бросила мимолётный взгляд наверх, вершины гор казались такими неимоверно далёкими. На какой-то миг Нэль захотелось оказаться на самом пике и закричать что есть мочи, но наваждение быстро развеялось. В животе заурчало, и эльфийка решила присоединиться к уже ужинающим соратникам. И как это бывает в самых глупых рассказах, она подскользнулась на самом замёрзшем камне и полетела кубарем вниз. От перелома всех конечностей и свёрнутой шеи её спас Бык.

Коссит сидел ближе всех к импровизированному обзорному пункту Вестницы и тут же среагировал на её еле слышное «ох», с необычайной для такой массивной комплекции скоростью, Бык оказался на одном их выступов и ловко подхватил эльфийку.

— Ну привет, — ухмыльнулся он ей, девушка только хлопала ресницами, растерянно смотря прямо в его глаза.

— А я предупреждал, — послышался голос Варрик откуда-то со стороны, и девушка заметила, что гном успел приблизиться к застывшей на камнях парочке.

Ллараинэль висела на руках Быка и чувствовала себя размером с чашку по сравнению с ним. Она смотрела на него, он смотрел на неё. Они так и застыли: Бык с вытянутыми вперёд руками, на которых болталась эльфийка; эльфийка вцепившаяся в его руки так сильно, что едва не пронзила ногтями кожу. Первой рассмеялась Ллараинэль, воин подхватил её поудобнее, будто принцессу и засмеялся следом, аккуратно спускаясь вниз со своей драгоценной ношей. Спутники ошарашено смотревшие до этого на развернувшуюся сцену, тоже подхватили смех, а Варрик ещё умудрился вытащить из сумки кусок пергамента и что-то туда быстро начал писать.

— Простите, — сквозь проступившие от смеха слёзы произнесла Вестница. — Эм, можно меня уже отпустить?

Бык задорно усмехнулся и уверенным шагом направился к стоящим с развёрнутой картой главам Инквизиции. Троица не подхватила смеха, только Леллиана усмехнулась, Жозефина же начала причитать, а Каллен так и замер в замешательстве в какой-то странной позе, не успев довести руку до лица, и чуть приоткрыл рот, явно собираясь что-то сказать. Воин быстро обошёл костёр и подошёл прямиком к Каллену.

— Вручаю, теперь это ваша забота, — наигранно деловым тоном произнёс он, и опустил руки.

Вестинца испуганно вскрикнула, явно ожидая встречи пятой точкой с промёрзшей землёй, но вместо этого её подхватили сильные руки командора.

— Создатель, — только и произнёс он, поудобнее перехватывая эльфийку.

Раздался новый залп смеха со стороны отряда, и даже от солдат Каллена и Леллианы, которые как раз шли в их сторону.

Ллараинэль залилась краской, как и командор, они бы наверное так и остались стоять, если бы не холодный голос Соласа откуда-то сбоку.

— Друг мой, нам нужно поговорить, — он всегда обращался к Нэль на эльфийском, — не могли бы вы опустить её на землю, командор, это важно.

Каллен сказал что-то неразборчивое и аккуратно опустил эльфийку. Нэль не знала как на это реагировать и просто ретировалась в сторону ушедшего собрата.

— Что-то не так с дорогой? — Ллараинэль обеспокоено взглянула на собрата.

Тот покачал головой и едва заметно улыбнулся, приглашая девушку сесть рядом с ним на его импровизированное спальное место. Маг пару раз вздохнул и выдохнул, но не успел произнести ничего, как его перебила Нэль.

— Слушай, давно хотела спросить, меня сразу переобули и переодели, а ты ходишь босиком. Меня от одного взгляда начинает знобить, а ты так каждый день передвигаешься по снегу и горам. Тебе не холодно?

Солас улыбнулся, он не знал истинную причину, но почему-то этот вопрос вызвал в нём веселье, а усердно сосредоточенное выражение лица эльфийки, и её внимательный взгляд направленный на его ноги, вызвал лёгкий короткий смех.

— Я что-то не то сказала? — взгляд больших глаз поднялся на эльфа.

— Вовсе нет, — Солас замер, смотря прямо в необычного цвета глаза, они что-то отдалённо напоминали ему, только что именно, эльф никак не мог вспомнить. Солнце зашло за горизонт, и из-за облаков выглянула луна, и в её свете яркие глаза словно бы сияли изнутри потусторонним светом. Маг одёрнул себя, и опустил взгляд на руку, из-под кожаной перчатки пробивалось едва заметное зелёное свечение. — Не болит?

— Что? — Ллараинэль не сразу поняла, что эльф перевёл тему на её руку, и проследив его взгляд, отрицательно покачала головой. — После закрытия бреши боль значительно уменьшилась, сейчас и вовсе почти сошла на нет. Хотя, может, это из-за лечения Бетани, она настоящая целительница, — девушка ярко улыбнулась.

Всё чаще и чаще её эмоции стали проявляться, и почему-то Соласу не сильно это нравилось, кроме таких моментов как сейчас, когда поблизости не было других членов отряда. Его злил тот факт, что в последнее время Вестницу сопровождал этот тевинтерец, это же просто человек, который наверняка знал и умел меньше, чем Солас. Хотя эльф и любил проводить время в Тени, но этот досадный факт, что в сопровождение выбивался именно человек, его слегка раздражал.

Эльфы замолчали, каждый думал о чём-то своём, смотря в даль. Солас пытался разобраться в своих собственных мыслях относительно соплеменницы, Ллараинэль же думала о сапогах и тёплом плаще, с которым теперь не расставалась.

Позади послышалось тактичное покашливание, задумавшиеся эльфы даже не услышали, когда к ним успел кто-то приблизиться. Нэль развернулась первая и встретилась взглядом с зелёного цвета глазами. Фенрис кивнул куда-то в сторону, явно прося пойти куда-то вместе с ним, девушка улыбнулась и кивнула на прощание Соласу, пошла вслед за воином.

«Сегодня вечер разговоров наедине?» — Нэль не хотелось всю ночь провести в разговорах, её уже клонило в сон, но вот с Фенрисом пообщаться она была не против, и очень надеялась, что он будет последним желающим в этот вечер.

Фенрис привёл эльфийку к одному из импровизированных пунктов дозоров, видимо первым должен был дежурить сам воин, потому что место на небольшой коробке было пусто, а факел стоящий рядом Фенрис зажёг, когда они подошли. Он жестом предложил Нэль сесть, и она с удовольствием первая заняла место на коробке, эльф устроился рядом.

— Как Хранительница могла отпустить тебя одну настолько далеко от деревни?

Почему-то Ллараинэль совершенно не удивилась его вопросу, она ожидала, что эльф решит узнать о её неожиданном возникновении так далеко от клана.

— Я, — девушка запнулась подбирая нужные слова, — не должна быть здесь. Ты знаешь, мы смотрим за людьми, чтобы знать о внешнем мире, иначе клан бы не мог приспособиться. Ма… То есть Хранительница сказала, что произошло нечто серьёзное в мире людей, и было решено отправить одного из лучших шпионов и охотников.

Фенрис подавил смешок, окинув взглядом «лучшего шпиона» клана. Нэль заметила смешинку промелькнувшую в глазах эльфа и недовольно надула губы, так как делала это ещё в детстве при первом их знакомстве. После этого воин уже не смог сдержаться и прыснул в кулак, пытаясь скрыть в руке улыбку. Воин резко охнул, когда тонкий палец ударил его ровно между пластинами лёгкого доспеха куда-то в бок.

— Ладно, ладно, простите, лучший шпион клана, что было дальше.

Ллараинэль пожевала губу, явно обдумывая всерьёз — прощать обидчика или нет, и всё же сжалилась и продолжила говорить.

— Ал должен был пойти, я знала об этом, так как ему было разрешено забрать Are a Isilme, а он находиться в Храме. Это ведь реликвия клана! Я всю жизнь хотела получить разрешение взять этот лук, kaffas.

— Не ругайся, — машинально одёрнул эльфийку воин. — Хм, Свет Солнца и Луны, почему лук назван так?

Ллараинэль вертела между пальцами одну из многочисленных застёжек её кожаного доспеха. Этот Лук являлся оружием лучшим в своём роде, по крайней мере девушка так думала до того, как увидела арбалет Варрика. Если же арбалет был венцом инженерной мысли, то лук был сотворён при помощи такой магии, которую свет не видел уже тысячу лет. Правда этот факт скорее грел душу эльфийки, чем был слишком полезен — никто не умел управляться с истинными силами заключёнными в оружии, даже для лучших лучников клана были доступны только самые базовые его возможности — вроде взрывчатого порошка, который сам окропляет наконечник стрелы. Откуда брался этот самый порошок - было той ещё загадкой.

— Лук полностью магический, им разрешено пользоваться в крайних случаях, чтобы гарантировать победу охотника, — Нэль вновь выдохнула, было сложно говорить на всеобщем языке, она могла рассказать полную историю, но подбирать слова было слишком сложно.

— Говори, иначе не научишься, — любимая фраза Фенриса, и она понимала, что к сожалению, он прав, — хотя Варрик наверное тоже хотел бы услышать историю столь занимательного оружия, так что давай это отложим, что было дальше с охотником?

— Двери в Храм открыли, и дали Алларосу ключ от витрины, — щёки Нэль неожиданно заалели. — Он должен был забрать оружие перед уходом, ему устроили небольшие проводы…

— И ты стащила ключ, — девушка кивнула, упираясь взглядом в колени. — Только чтобы подержать оружие в руках? — Фенрис смотрел прямо на эльфийку, которая уже вся пошла красными пятнами, до самых кончиков длинных ушей.

Нэль отчаянно замотала головой, о Великая Митал, как же ей не хотелось признавать истинную причину своих действий и тем более рассказывать о ней. Выбора очевидно у неё не было, даже если она сбежит сейчас, это будет выглядеть глупо, учитывая, что они всё равно в одной лодке, а прыгать в море одной было слишком страшно. В уголках глаз собрались слёзы. Фенрис почувствовал себя виновато, когда заметил отблеск слёз в глазах эльфийки, и хотел было пойти на попятную, но девушка опередила его.

— Ты же знаешь, кто моя сестра. Мама вечно твердит, что мне до неё как до небес пешком, она и раньше могла говорить грубо, но после пожара наоборот, почти перестала говорить. Только фразами. Мне захотелось доказать ей, себе, всем, что я тоже могу что-то сделать. Могу проникнуть к людям и узнать информацию.

На последнем слове голос Ллараинэль дрогнул, и она расплакалась. Её плечи беззвучно стали подниматься и опускаться, ей не хотелось плакать при Фенрисе, но пережитое за последние дни заставило её позабыть о днях в клане, а сейчас будто новой волной хлынули все старые страхи и мысли. Рука воина легка на дрожащие плечи эльфийки, и он притянул её к себе не говоря ни слова. Почему-то именно в этот момент перед глазами предстал образ старшей Хоук: её извечная ухмылочка и неуместные шуточки, и глаза, что светились изнутри синевой.

Фенрис видел, как женщина устало опустилась на ступени, которые некогда вели к уже несуществующей Церкви. Её пустой взгляд блуждал по горящей площади, она машинально сложила руки у живота, будто пытаясь прикрыть его и Фенрис всё понял, ему не нужны были слова.

Эльф глянул на остальных. Да, только ему удалось прочитать этот неловкий и неуместный сейчас жест и понять его. Бетани колотила руками Андерса по плечу, крича что-то «умереть вздумал, дурак, конечно мы пойдём все вместе, а ты что ожидал, что Мари тебя бросит, не дури, конспиратор из тебя так себе». Варрик собирал болты на пару с Себастьяном, который, похоже, сам не верил, что остался в этой странной компании даже после произошедшего. Изабелла обнимала Мерриль и что-то ей тихо шептала, Авелин переминалась с ноги на ногу и ворчала.

Эльф подошёл к сидящей на ступенях женщине, и опустился перед ней, положив руку в латной перчатке на её колени.

— Я защищу вас, — Фенрис сделал ударение на последнем слове, Мари неожиданно вздрогнула и подняла на него удивлённый взгляд, — держись за мной, хотя бы раз в жизни, позволь, чтобы тебе помогли.

Он ожидал привычных распрей от вспыльчивой Хоук, которая вечно вела себя скорее как неотёсанный мужик, нежели девушка из Верхнего Города, но она ничего не сказала. Кивнула, одними губами прошелестев «спасибо», встала чуть качнувшись. Только за это он был готов снести голову этому грёбаному целителю, за вид растерянной Мариан, которая едва стояла на ногах. Свою злость он выместил на Храмовниках, стараясь не думать, кто накладывает на него в этот момент целительные заклинания — Андерс или Бетани, оба хороши.

Их глаза, вот что было у них общего. Яркие синие глаза с голубым отливом и золотые, будто солнечные лучи. Пару дней Фенрис ломал себе голову, что глаза эльфийки смутно ему кого-то напоминают, точно так же как при первой встрече с Мариан, эльф пытался вспомнить, где видел такой же свет в глазах. Картинка неожиданно сложилась, что вообще могло быть общего между настоящей эльфийкой и человеком из Ферелдена? Фенрис не мог ответить на этот вопрос, и не желал сейчас забивать голову ненужными мыслями.

Ллараинэль быстро успокоилась, и кивнув ему, устремилась в сторону лагеря с явным намерением скрыться в палатке и сразу лечь спать.

Глава 19. Прибытие. Инквизитор

Если бы им не приходилось идти целой деревней, путь занял бы куда меньше времени, но из-за постоянных стоянок и неожиданно накрывающих тракт метелей, до крепости они добирались чуть больше недели. Было заметно, что люди уже держатся из последних сил, даже вечно неунывающие Быки всё реже устраивали свои сборища около костра, предпочитая отсиживаться в углу, играя в карты. В карты играли почти все, даже Кассандра и вечно серьёзный Каллен присоединялись, правда ненадолго, отыграв партию или две, возвращались к своим делам.

Вечно чванливая Вивьен к удивлению гнома оказалась одной из лучших игроков в Алмазный ромб, он бы, может, меньше удивился, играй они в Порочную добродетель, но это. В тихом омуте. А вот Каллен почти всегда проигрывал.

— Видимо, это удел симпатичных блондинчиков проигрывать в подобные игры, — не удержался Варрик, вспомнив, как Андерс всегда первым раздевался. Правда, после того, как к игре присоединилась и Хоук, закончив свой маскарад, у целителя появился конкурент в стриптизе.

Бетани громко рассмеялась, понимая, про кого говорит гном, и кивнула, а Фенрис привычно хмыкнул.

— Ах, если бы мы играли на раздевание, было бы куда веселее, а так, — протянул Дориан, выходя в очередной раз из игры одним из первых.

— Ну да, нам ведь всем так жарко в Морозных Горах, что самое время оголиться, — пробурчала Сэра откуда-то сбоку, она была ужасно недовольна новой раздачей карт, и пыхтела, уткнувшись прямо в них.

— Железному Быку, похоже, в принципе всегда жарко, — кивнул в сторону коссита Блэкволл, Бык на это улыбнулся во все тридцать два, или сколько у него осталось после всех этих битв, зуба и поиграл грудными мышцами. Дориан тут же закатил глаза, произнося что-то вроде «выпендрёжник».

Дориан не обратил никакого внимания на следующий пошлый подкол в свою сторону от Быка, и покосился на притихшую рядом с ним Вестницу.Она, сжав губы и cведя брови, усердно смотрела на свои карты, словно пыталась поменять их силой взгляда.

Это было самым странным и самым лучшим, что случилось за поход. Ллараинэль совершенно перестала выглядеть как маленькая забитая эльфийка, больше её голос не дрожал, когда она говорила на всеобщем языке, даже если допускала глупые ошибки или не могла подобрать слова. Шагала всегда впереди, взбиралась по камням и даже отвечала на нехитрые шутки со стороны Варрика. Гнома это несказанно радовало, да было ещё над чем поработать, но она стала постепенно открываться им, больше не пряталась в своей палатке и не сбегала куда-нибудь. А сегодня даже согласилась сыграть, правда гном перед этим пол дня объяснял ей правила, даже позвал Соласа, который скривил губы, но всё же увидев в больших золотых глазах мольбу, помог с переводом некоторых правил.

Дориана же всё больше удивлял факт, что Вестница не называла его «злым тевинтерцем», «ты», и «маг», а стала звать его по имени, чаще садилась рядом и даже поделилась несколькими секретами, как правильно обрабатывать эльфийский корень для разных зелий. Сейчас она очень мило сопела носом, явно пытаясь разобраться в своих картах, не понимая, что нужно сбросить. Даже с таким неумелым игроком, больше всех доставалось Каллену, который то краснел, то ворчал и говорил, что больше точно не сядет с ними играть. Дориан подтрунивал то над командором, то над слишком довольной Вивьен, но женщина умела парировать все его комментарии с таким непроницаемым выражением лица, что это быстро ему наскучило. Вестницу он трогать боялся, вдруг спугнёт, а она ведь только-только подошла к нему. Маг провёл аналогию с кошкой и ухмыльнулся своим мыслям.

Последними в игре остались Вивьен и Жозефина, они буравили друг друга такими непривычными для них взглядами, что Леллиана даже хотела пару раз пошутить, пытаясь разбавить атмосферу, но её забрал кто-то из своих людей, и Сестра Соловей больше не могла отвлекать на себя внимание.

— Как ты оказалась в Морозных горах? — этот вопрос прозвучал непринуждённо и от человека, от которого никто не ожидал — Блэкволла. Он был самым новеньким и потому, видимо, решил, что только он не знает этой информации.

Ллараинэль заморгала, понимая, что слишком долго смотрит в одну точку, уже явно задрёмывая. Она зевнула, и Дориан заметил одну маленькую деталь, которую было не просто странно, но и весьма неожиданно заметить у столь скромного создания.

— Шла к сестре в Амарантайн, когда пришла, там не было никого уже. Я как раз у тебя хотела спросить, куда ушли Серые Стражи?

На вопрос она не ответила, всё же от Амарантайна до Морозных Гор было минимум трое суток пути, но её вопрос отвлёк внимание от основного.

— Сестра Соловей уже спрашивала меня об этом, и повторюсь, я вступил в орден совсем недавно, и поэтому никакого отношения к Ферелденским стражам не имею, и не могу знать, куда они отправились. Я прибыл уже когда их не было. Поэтому ушёл сам рекрутировать других новобранцев, но меня перехватили вы.

Блэкволл посмотрел на Вестницу, она одарила его таким взглядом, что мурашки прошлись по спине, если бы он не знал, что она лучница, подумал, что пытается прочесть его мысли. Неприятное ощущение, будто эльфийка старалась проникнуть ему в душу, прочесть, что же он скрывает за своими словами. Воину стало не по себе.

— Пойду спать, — мужчина встал, кивнул оставшимся и ушёл.

Первым нашёлся Дориан.

— У тебя сестра Серый Страж?

Нэль явно что-то прикинула и кивнула. Тут же взгляды всех сопартийцев были прикованы к ней, щёки девушки заалели, ей не хотелось сейчас затевать разговоры о семье, и неожиданно вскочив на ноги, она сказала что-то вроде «спасть ужасно» и ушла.

— Спугнули, — прокомментировал Варрик.

Фенрис проследил взглядом за упорхнувшей в палатку эльфийку и встал, уходя вслед за ней.

— Он что-то знает? — гном теперь обратился к Бетани, которая не успела уйти за мужем.

— Скорее всего, но как я уже говорила, ты знаешь нашего Призрака, если он что-то для себя решил, то не проронит ни слова.

Варрик кивнул, кому как не ему знать, что такое хранить чужие секреты. Он всё ещё ждал ответа от Хоук, и где-то в глубине души надеялся, что Андерс просто сожжёт письмо в камине. Вот когда вся эта история с Корифеем закончится, он с удовольствием возьмёт Фенриса и Бетани и отведёт их в убежище Марианетт, и они разберутся все вместе, что за магистры за ними бегают, а пока пусть живёт себе спокойно. Она заслужила.

***

Скайхолд показался неожиданно. Ллараинэль взбежала, как всегда самой первой на холм, и увидела, как едва ли не в горе была выстроена гигантская крепость.

— Скайхолд, наследие нашего народа, — Солас следовал шаг в шаг за эльфийкой, она повернула к нему голову, закрывая ладонью глаза от солнца и улыбнулась.

— Пришли! — Ллараинэль подпрыгнула на возвышении, и её голос эхом разошёлся по тракту, вызывая довольные и удивлённые возгласы.

Дориан смотрел на девушку, в волосах которой играли лучи солнца, заставляя их пылать. Она была похожа на маленькое персональное солнце Инквииции, яркий луч, ведущий их в неизвестное будущее. Мужчина сам от себя не ожидал таких эмоций, но стало неожиданно тепло, и он улыбнулся эльфийке, чей взгляд встретился с его. Варрик ткнул мага в бок.

— Кто бы мог подумать, да, Посверкунчик, что прячущаяся по углам Убежища маленькая эльфка, будет вести нас куда-то, — гном улыбнулся и двинулся дальше, хотелось поскорее добраться до крепости.

Железный Бык прогремел и свистнул эльфийке, махнув сжатым в руке двуручным мечом, Фенрис идущий рядом с ним, ловко увернулся и лишь недовольно что-то фыркнув, поспешил догнать ушедшую вперёд Бетани. Девшука о чем-то увлечённо спорила с мадам Вивьен и Кассандрой. Влезать в спор он был не готов, поэтому отстал, но лучше стать молчаливым слушателем ссоры, чем лишиться головы.

Каллен нагнал Нэль самым первым, и картина раскинувшаяся перед ним действительно впечатляла. Скайхолд смотрелся очень органично среди этих заснеженных гор, шпили его башен тянулись ввысь и складывалось впечатление, что касались неба, иллюзия отражения света от снега. Древние эльфы нисколько не уступали в масштабности своих строений перед гномами.

— Завораживающе, — командор опустил взгляд, Нэль чуть свела брови, но улыбнулась, она явно не знала этого слова, но портить вопросом момент не хотела и просто кивнула.

***

Ллараинэль встала на один из неповреждённых каменных парапетов моста и смотрела вниз: там раскинулась бурная речка, которая заканчивалась вдалеке водопадом. Она услышала чьи-то испуганные вздохи и обернулась, к ней быстрым шагом приближалась какая-то женщина с поклажей под мышкой, в её глазах плескалось беспокойство.

— Что же вы творите, Создатель, и ведь никто, все мимо. Слезайте, ишь что удумала, понимаю к остроухим не очень хорошо относятся, но не дело же нырять вниз, — женщина семенила в сторону девушки, и громко причитала, на неё стали обращать внимание.

— Соглашусь с этой милой дамой, у твоей ловкости и грации нет золотой середины, ты то скачешь как козочка по отвесному склону, то падаешь на мокром полу, — Дориан оказался единственным, из отряда Вестницы, кто уже подошёл к мосту. Мужчина обошёл семенящую женщину и встал около эльфийки галантно протягивая ей руку, чуть склонившись. На его губах играла привычная улыбочка, которая совершенно перестала раздражать Нэль и она даже улыбнулась ему в ответ, и спустилась, опираясь на сильную руку мага.

— Молодец, а ведь тевинтерец, все это предрассудки, говорила же мужу, нет разницы уши ли острые или акцент Антиванский, главное воспитание, — женщина подошла к Нэль и похлопала её по плечу, — а ты смотри, тут видишь чего, без тебя и света может не стать, не глупи, молодая ещё, вон смотри какой мужчина за тобой увивается, ты главное это, сразу в постель к нему не ложись, пусть поухаживает. А то пошли нынче одни гулящие, — Нэль оторопело смотрела на женщину, не зная что и сказать, никогда и никто не заботился о ней, никто не смотрел на неё с такой материнской теплотой.

— Спасибо, — выдавила из себя эльфийка, пытаясь унять бешено колотящееся сердце, которое всё никак не хотело замедлять своего бега. — Не буду больше.

— Вот, другое дело, и худющая же ты, заходи на кухни, как устроимся, откормлю, — с этими словами женщина удалилась, крича имя явно своего супруга, проклиная на чем свет стоит.

Ллараинэль проводила женщину взглядом, не замечая, что всё ещё крепко сжимает рукой теплую ладонь Дориана. Маг не говорил ни слова, продолжал смирно стоять подле замершей Вестницы, странная всё-таки она, так удивится от обычной заботы. Неужели у этой маленькой эльфийки родители были не лучше его? Раньше ему казалось, что у эльфов с этим получше, они вроде заботятся о своём потомстве.

— Чего застыли, пошли уже, — прогремел где-то сбоку Бык, парочка отмерла, и рука Нэль исчезла, как и сама эльфийка.

Дориан ухмыльнулся, становиться всё интереснее, хорошо, что он решил остаться.

***

Работы в Скайхолде было много, это было заметно с первого же взгляда, но что удивило Вестницу, это неунывающие люди. Никто не ворчал, что их привели в развалины, многие стали тут же устанавливать палатки, разбирать мешающиеся балки и камни, даже отделили один угол для лазарета, рядом с которым сразу устроились Фенрис с Бетани. Быки скооперировались поближе к зданию, выбранному для будущей таверны, Блэквол перемахнул через груду камней и пошёл к чему-то, что отдалённо напоминало бывшие конюшни. Варрик с Дорианом побежали в сторону главного здания, явно собираясь выбить себе место получше и сразу под крышей, и были остановлены вездесущей Кассандрой, которая что-то сказала им, но пропустила дальше. Каллен устроил свой стол и палатку рядом с лазаретом, и уже отдавал приказы, Леллиана исчезла, Нэль не заметила, куда именно она ушла. Сэра развернула палатку и сразу пригласила к себе свою соседку, Ллараинэль кивнула, соглашаясь вновь делить спальное место с другой лучницей. Странного мальчика по имени Коул Ллараинэль не видела в течении всего перехода и не была уверена, что он пошёл с ними.

Вечер накрыл Скайхолд и эльфийка уже хотела уйти в палатку, как её перехватила Кассандра.

— Нужно поговорить, мы тут обсудили с Леллианой, Жозефиной и Калленом, что нам нужен предводитель, — Нэль кивнула, соглашаясь, не помешал бы человек, который будет принимать решения, а то эти четверо могут спорить до бесконечности, — пошли, поднимемся к главному зданию.

Ллараинэль и представить себе не могла, зачем женщина ведёт её к стоящим на лестничном пролёте главам Инквизиции, но может они хотели разрешить очередной спор, в последнее время у неё не плохо получилось находить с ними компромисс. Они резко замолчали, когда эльфийка оказалась в их кругу.

— Думаю, ты понимаешь, зачем ты здесь, — Нэль сощурилась и отрицательно покачала головой, смотря на Леллиану, та бросила быстрый взгляд на Кассандру и усмехнулась.

— Корифей выбрал тебя своим главным врагом, и это показатель твоих заслуг, — Кассандра сделала ударение на последних словах, Нэль свела брови, ей совсем не нравилось куда ведёт этот разговор, тут девушка заметила, что Леллиана держит в руках большой инкрустированный камнями меч. — Инквизиции нужен предводитель, тот, кто уже её ведёт, пусть и пока неосознанно.

Леллиана протянула меч в сторону Вестницы. Эльфийка застыла, она прокрутила последние фразы пару раз, чтобы удостовериться, что поняла большую часть сказанного и ничего не перепутала. Они что сошли с ума? Большие золотые глаза распахнулись, девушка неосознанно окинула взглядом людей, которые стали подходить ближе к лестнице со всем сторон, весь отряд, который последние дни был рассыпан по всей территории, теперь стоял в одном месте. Варрик и Дориан довольно улыбались, маг даже поднял в её сторону кружку явно с чем-то горячительным, иначе бы у него хватило ума не поддерживать эту глупую затею, но и остальные выглядели так, будто всецело одобряли эту идею.

Нет, шемлены точно сошли с ума, раз решили, что она идеальный кандидат в правители. Да она всё ещё с трудом их язык понимала! Девушка хотела было схватиться за голову, и начать рвать на себе волосы, но Леллиана ближе подвинула к ней меч. Пути назад не было. Ллараинэль нерешительно положила ладонь на рукоять меча, подавляя тошноту из-за резкого головокружения — она никак не могла поверить, что всё ещё не проснулась.

Кассандра что-то крикнула командору, в след за его ответом последовал единый одобрительный возглас со стороны солдат, что-то выкрикнула Жозефина, последовал очередной одобрительный хор. Ллараинэль казалось, что она под водой, и звуки слышали откуда-то издалека.

— Подними меч и скажи что-нибудь ободряющее, — одними губами произнесла Леллиана.

Нэль уверенно обхватила рукоять меча и резко подняла его перед собой вверх, разворачиваясь к людям, собираясь с силами и готовя хотя бы какую-нибудь фразу. Тело предательски качнуло вперёд, вслед за тяжелым мечем, и девушка уже было попрощалась с жизнью. Она уже видела, как падает вниз и разбивает голову, и это казалось ей лучшим выходом в этой ситуации, это разрешит все её проблемы. Но сильная рука Кассандры легла поверх её, и женщина помогла девушке не упасть вниз, поднимая вместе с ней меч.

— Ну же, — шикнула Кассандра.

— Ve i taura tanon ea i nurmean

almarea carna ya cuileryo tertucis

erya lumenna tenna i metta telima;

tana carnasse indorya seruva.*

Мелодичный и на удивление громкий голос эльфийки звучал казалось бы в каждом уголке Скайхолд, отражаясь от стен, создавая иллюзию полного погружения в короткое стихотворение. Его часто зачитывала перед собраниями Хранительница, и поэтому девушка знала его наизусть. Нэль замолчала, мгновение тишина накрыла крепость. Людям казалось, что отголоски стихотворения ещё висят в воздухе, и каждый пытался уловить частичку, словно слышал подобное в последний раз.

Солас смотрел на Ллараинэль с высоты выступа около входа в главный зал. Кто она? Провидение или случайность? Эльф почувствовал, как что-то внутри него отозвалось приятным теплом на речь девушки, это что-то попыталось ответить, дотянуться до Вестницы. Маг встряхнул головой, нить оборвалась — неприятное ощущение. Солас чувствовал, что ещё слишком рано, время ещё не пришло. Эльф кинул последний взгляд в сторону золотистой макушки и скрылся за массивными дверями.

***

— Ты Инквизитор, златичка, это значит, что больше не нужно бояться других людей, теперь все они подчиняются тебе, — Варрик сунул похлёбку в руки эльфийки, которая сидела на скамье, около небольшого костра.

Ллараинэль кивнула, и стала медленно с расстановкой и чувством, поглощать безвкусное варево. Прошло уже несколько дней, но она всё ещё шугалась, когда кто-то подходил к ней с громким «инквизитор!», если первое время гном и Дориан потешались над её реакцией, то теперь пришло время вразумить бедную эльфийку, которая не знала куда себя деть. Попытки Вивьен преподать парочку уроков девушке не увенчались успехом, магесса не вызывала в эльфийке ничего кроме трепета и лёгкой дрожи в коленях, а ещё она слишком сложно говорила, и Нэль попросту не понимала мысли, которую хочет до неё донести мадам главная чародейка.

— Просто берёшь и говоришь, — Бык развернулся в сторону Крэма, который сидел чуть поодаль. — Пива мне! Сейчас же!

Парень развернулся всем корпусом к предводителю.

— Босс, бочка стоит около вашей руки, — парень усмехнулся, и развернулся обратно, они что-то обсуждали с быками.

Варрик рассмеялся, Дориан самодовольно усмехнулся в кружку, а Блэкволл лишь покачал головой.

— Так себе примерчик, — хохотнула Сэра откуда-то сбоку, — но примерно так и можно, ага, себя вести, особенно с остолопами вроде него. — девушка стояла позади Железного Быка, и он не мог увидеть, что именно на него она показывает пальцем.

Нэль улыбнулась и кивнула.

— Понимаю, но не могу. Шемлены сложные.

— Сейчас бы не повредила парочка уроков от Мариан, она была негласным лидером самой странной разношерстной компании в нашем городе, при этом сама скорее всего того не понимая. Помню как она вечно говорила: «Куда мы идем? А я почем знаю? Я что, похожа на предводителя этой оравы бестолочей?», — Бетани рассмеялась, но в глазах появилась тоска, да такая, что Варрику стало совсем уже не по себе. Ответа от парочки, он так и не получил, значит Андерс поступил правильно, хотя бы раз в этой жизни.

Нэль уловила печальные нотки в голосе целительницы и положила руку ей на плечо, Бет улыбнулась эльфийке.

— Спасибо, Создатель, разве можно быть такой милой, раньше я думала, что только Мерриль милая, но она была магом крови, что сразу перечёркивало остальные положительные моменты, — румянец залил щёки Ллараинэль, она не думала, что её считают милой. Неуклюжей — да, глупой — возможно, источником всех проблем — это уж точно, но чтобы милой, даже в голову бы не пришло.

— Так, пора спать, Леллиана сказала, что завтра намечается какое-то общее собрание, похоже у Инквизиции прибавится дел, — Блэкволл встал первым, и откланявшись, удалился в сторону уже более менее облагороженной конюшни.

Постепенно все разошлись по своим уголкам, Нэль посидела какое-то время, бездумно смотря в огонь. Перед глазами вновь возникла картина, которую так хотелось забыть — объятый пламенем лес. Интересно, Хранительница рада, что она ушла из клана? Считает ли её погибшей? Был ли тот сон реальной встречей в Тени? Ллараинэль вздохнула, и поднялась, направляясь в сторону своей палатки, не заметив, как погас огонь после её ухода.

Глава 20. Серые Стражи и места их обитания

Ставка командования находилась рядом со сломанным троном в главном зале, и Ллараинэль уже начинала потихоньку недолюбливать это место. Хотя тут было огромное преимущество — большие двери в зал были открыты, а остальные она могла открывать самостоятельно, что значительно облегчало незаметное передвижение по крепости. Вот только теперь в углу около входа её всегда караулил Варрик, занявший удобный стол у камина, и пишущий свои книги и письма. Девушка, кстати, всё забывала спросить, кому он их пишет.

Главный зал ещё был весь в строительных помостах, и повсюду сновали гномы и люди, незаметно передвигались слуги, по большей части они были эльфами, что не могло не расстраивать Нэль, хотя она и старалась не обращать внимание, но было безумно обидно за сородичей. Как они могли позволить себе пасть до того, что люди воспринимали их исключительно как слуг? Вестница тряхнула головой и тут же услышала голос сбоку.

— Привет, златичка, Каллен ещё не пришёл в ставку командования, так что у нас есть пара минут, чтобы кое-то обсудить, — Варрик перехватил замешкавшуюся около дверей девушку.

— Что такое? — Нэль подошла к столу, за которым гном дописывал очередное письмо, поставив печать, он свернул его, и тут же встал, подзывая эльфийку ближе к себе.

Варрик повернулся к камину, собираясь с силами, чтобы о чем-то сказать. Девушка впервые видела его в таком состоянии, обычно гном говорил уверенно и без сомнений, всегда шутил, казалось, ему в принципе не знакомо это понятие «подбирать слова для разговора». Что же должно было случиться? Нэль насторожилась.

— Ты хочешь уйти? — она произнесла эту фразу почти по слогам, голос чуть дрогнул. Ей совершенно не хотелось, чтобы гном покидал её в такой час, когда они так хорошо сдружились.

— Что? — разбойник чуть повернулся к Нэль, — ой, нет, златичка, ничего такого. У меня новости, с одной стороны, хорошие для Инквизиции, с другой — плохие для меня лично.

Ллараинэль кивнула, хотя не совсем поняла, как такое может быть, но перебивать гнома не стала, просто ждала, когда он соберётся с мыслями.

— Помнишь, мы уже разговаривали про Мариан Хоук, Бетани — её сестра, думаю, ты это уже знаешь, но это я так, уточняю. Она сражалась прежде с Корифеем, вернее, мы сражались, это я тоже тебе рассказывал в походе, как и Кассандре и остальным. Мариан убила Корифея, засадила ему свои мечи прямо в голову, — гном вновь замолчал. — Так, в общем, я написал ей, и да, не смотри на меня так, у меня есть с ней связь, но я просто не мог выдать её. Предавать друзей не моя специализация.

Ллараинэль вновь кивнула, она искренне понимала желание гнома защитить друзей.

— Варрик, кому как не мне знать, что такое хранить чужие секреты, — Нэль посмотрела в глаза гнома, на что он явно удивился, не совсем понимая.

— А, точно. Клан. Тогда проще, ты и правда понимаешь, — эта открывшаяся истина явно облегчила Варрику жизнь, и он улыбнулся. — Мариан в Скайхолде, она умеет прятаться не хуже тебя, златичка, и мы с ней сделали всё, чтобы никто из воронов Леллианы не заметил присутствия чужой. Это пока сделать легко, беженцы толпами валят к стенам крепости, и одним беженцем больше, одним меньше, за всеми не уследишь. Я думаю, вам стоит с ней встретиться и поговорить, у неё есть информация относительно Стражей, а это уже очень важно.

Ллараинэль очередной раз кивнула, как только голова не разболелась от этих покачиваний.

— Я не скажу другим, — опередила Варрика Нэль.

Он посмотрел на неё с такой благодарностью, что девушка почувствовала себя как-то неловко. На неё всю жизнь смотрели сначала с жалостью и сочувствием, потом к этому примешался страх, она не могла никого винить в последнем случае, вина лежала абсолютно на ней. Никогда и никто так часто не смотрел на неё с благодарностью и с беспокойством, как та женщина на мосту, никто так часто не благодарил и не пытался рассмешить. Неужели видение право и она нашла то, что так долго искала? На губах заиграла лёгкая улыбка.

— Встретимся на стене, с той стороны с видом на мост, как только зайдёт солнце. Постарайся проскользнуть туда незамеченной.

Нэль попрощалась с гномом и направилась в сторону ставки командования, сегодня будет явно очень тяжёлый разговор. Пришло время обсудить дальнейшие действия Инквизиции, а раз теперь она её глава, то эта ответственность грузом ложилась на её плечи.

Ллараинэль смотрела на карту и кучу флажков, что были воткнуты в неё. Советники вылили на неё огромное количество информации. Где-то идёт гражданская война, где-то прячутся венатори, в разных уголках идут раскопки древних руин, и главной проблемой на повестке дня являлось убийство Императрицы Орлея. Эльфийка в общих чертах знала, как делиться Тедас, но в тонкостях политики не разбиралась совсем, для неё Императрица Орлея и Королева Ферелдена были пустым звуком, она не знала, что они из себя представляют. Несмотря на ужас в глазах, и нервные пререкания пришлось согласиться, что Инквизиции придётся посетить Халамширал, только пока было не понятно когда, и главное как.

Нэль чувствовала как у неё дрожат колени, когда она смотрит на гигантскую карту. На что она подписалась? Дорогая Митал, уведи её в заповедные леса Арлатана. Эльфийка выдохнула пару раз. Ей дали время подумать и взвесить все за и против, и потом решить, куда в первую очередь отправится отряд Вестницы, о разрывах вести доходили из различных мест, так что выбор был весьма обширный.

На Скайхолд опустилась тьма, высоко в небе рассыпались мириады звёзд и полумесяц освещал горы. Ллараинэль незаметно пробралась на стену, и завидев фигуру Варрика, быстро кинулась к нему.

— О, вот и ты златичка, видишь вон то плато? Там валяются мешки и коробки, и никто из стражников не спускается на это место, сядь на одну из коробок и жди. Думаю, никто не обратит внимание, что Вестница болтает с одним из своих новых подданных, — увидев, как при последнем слове скривилось лицо эльфийки, Варрик хохотнул.

Ллараинэль с точностью выполнила указание гнома, и села в неприметный неосвещенный факелами угол, и полностью расслабила плечи, которые уже затекли от целого дня стояния над бумагами и картами. Сесть не получалось, стол в ставке командования был слишком высок для низкорослой эльфийки и приходилось мучиться стоя.

Краем глаза Нэль заметила, как тень скользнула по правую сторону от неё, и кто-то неслышно приземлился на ящик рядом с ней. Девушка очень надеялась, что это не Коул, который в последнее время зачастил с помощью всем ближним и в частности ей, потому что хорошо чувствовал её беспокойство и страх, не смотря на, как он выразился, «яркий свет».

— Привет, — поздоровалась тень, и Нэль удостоверилась что это был не мальчик-призрак. — Я предполагаю ты Инквизитор? — голос у женщины был приятный, с легкими звенящими нотками, будто она в любой момент была готова засмеяться.

— Да, — просто ответила эльфийка.

— Я Марианетта Декарт, но скорее всего ты знаешь меня под менее вычурным именем — Хоук. Эту фамилию я правда больше не ношу, но не важно, можешь спокойно звать меня Мари, так проще, — женщина опустила капюшон и протянула руку, затянутую в кожаную перчатку без пальцев, эльфийке.

— Ллараинэль, можно просто Нэль, или «эй ты», я отзываюсь на любое, — Инквизитор улыбнулась, пожимая темноволосой женщине руку, та с нескрываемым интересом рассматривала сидящую рядом с ней эльфийку, Нэль воспользовалась этим временем и тоже внимательно посмотрела на женщину.

Красивая. Она могла бы, пожалуй, описать её одним этим словом. Женщина была поистине красивой, с правильными чертами лица, лёгкой искрой в ярких, казалось бы светящихся изнутри голубых глазах, чёрные густые волосы, почти как у Бет, только прямые и явно растрёпанные, но эта небрежность прибавляла шарма Мари. Только красота её была не такой, что можно было сидеть и любоваться, она была опасной. Опасная красота. И опасная женщина. Нэль даже по лёгкому рукопожатию поняла, насколько ловкими и смертоносными могут быть в иной ситуации руки Мари, и это несколько пугало. Не хотелось становиться врагом для Защитницы, кажется, так её называл Варрик.

— У меня есть тревожные новости для вас, которые я и сама узнала совсем не давно, пожалуй, если бы не они, меня бы тут не было, — женщина замолчала и перевела взгляд вперёд, будто пытаясь высмотреть кого-то на противоположной стене крепости.

Нэль не торопила её, похоже новости были не из приятных, а значит сулили ещё больше проблем для Инквизиции и для неё в частности. «Возьми мою душу в свои руки, Фалон’Дин», — взмолилась эльфийка, боясь услышать известия, что принесла с собой эта женщина.

— Корифей моя ответственность, и я думала, что нам удалось убить его. Создатель, да я отпинала его труп, ибо битва с ним была настолько неприятной, что я получила одновременно ожог от огня, молнии, и какой-то камень свалился на голову Фенрису. Мы прыгали по башне через препятствия, будто лошади и при этом старались хотя бы иногда наносить ему урон, но, конечно, после вашего скидывания части горы ему на голову, моя история уже не кажется такой захватывающей, — Мариан улыбнулась.

Ллараинэль не знала, насколько правильно или неправильно это по этикету, но её взгляд всё время падал на эту странную красную полосу, что напоминала то ли след от крови, то ли ужасный незаживающий шрам на лице. Мари перехватила взгляд эльфийки и усмехнулась, нацепив на губы свою привычную ехидную улыбочку.

— Я прямо могу прочитать у тебя на лице вопрос, — женщина чуть наклонилась к эльфийке, опираясь на левую руку и придвигаясь почти вплотную. — Это не шрам, это витаар подаренный мне Аришоком незадолго до нашей битвы, да, обычно вещество, которое они используют ядовито для других рас, но видимо со мной в принципе что-то не так, оказалось меня весьма проблематично убить, — Мари отодвинулась и легко пожала плечами.

Пару минут они молча рассматривали противоположную стену, по которой туда-сюда ходили стражники с факелами, позади них тоже иногда поскрипывала открывающаяся дверь, и слышался лязг доспехов, но никто не спешил спускаться к ним.

— Думаю, об Андерсе ты знаешь, поэтому не буду долго объясняться. Он бывший Серый Страж, но несмотря на это, поддерживал всё это время связь со своим Стражем-командором Махариэль. Какое-то время назад, она прислала весьма тревожное письмо, Героиня Ферелдена ушла куда-то в сторону Неварры в поисках средства, которое помогло бы в борьбе со скверной в их крови, и её муж с небольшим отрядом остался в Башне Бдения, но из Орлея стали поступать письма о том, чтобы все стражи немедленно собрались в одной из орлейских крепостей. Они отказались, Алистер при себе имеет только одного или двух посвященных Стражей, и им показалось весьма странным получить подобный приказ, такое обычно бывает только в случае Мора, а сейчас насколько мы знаем, его нет, — говорила Мариан быстро и чуть сбивчиво, отчего Нэль пришлось сосредоточить всё своё внимание, дабы понять женщину. — Тогда орлейские стражи пришли в крепость и попытались едва ли не силой забрать их собой, поэтому Алистеру и его небольшому отряду пришлось покинуть пределы Амарантайна. Мы получили письмо о том, чтобы ни в коем случае не реагировать ни на какие попытки других серых связаться с нами, даже если они каким-то образом будут проходить мимо и найдут Андерса. Махариэль была очень этим насторожена, но сказала, что прибыть немедленно не может, что случилось у неё, я не знаю. Было видно, что всего написать в письме она не могла, скорее всего боялась, что могут перехватить. Алистер ушёл в сторону Крествуда, именно из тех окрестностей Командор в последний раз получала от него весточку, думаю остальную информацию мы сможет получить непосредственно от него, — Мариан выдохнула, как давно ей не приходилось вести столь длинный монолог, в их паре обычно болтал Андерс, а женщина тем времени лишь вставляла свои ехидные замечания.

— Никогда не слышал, чтобы ты так много говорила, — Варрик подошёл к сидящим на ящиках девушкам, и протянул Мариан флягу с водой, она благодарно кивнула ему и осушила почти полностью.

— Значит, Крествуд, — протянула Нэль, она видела название этого города на карте, он находился где-то недалеко от Денерима. Да, услышать о том, что у Серых Стражей большие проблемы было неприятно, у Нэль засосало под ложечкой. Значит Страж-командор ушла в сторону Неввары и не имеет возможности вернуться в Ферелден, по крайней мере пока. Известие было и правда неприятное, хотя где-то в глубине души Нэль почувствовала облегчение, вот только признаваться самой себе в этом совершенно не хотелось.

— Я пойду первой, только переночую тут, если вы не против, и утром отправляюсь в Крествуд, разузнаю, где может скрываться этот Алистер, вы пока собирайте отряд и выдвигайтесь следом. Я найду ваш лагерь.

С этими словами женщина встала с ящиков.

— О и ещё одно, не говорите никому обо мне, ваших спутников я не знаю, и пока рано знакомиться, у меня не особенно хорошие отношения с Церковью и Храмовниками, а они тут занимаю определённое место, как я посмотрю, поэтому насколько возможно, оттяните моё знакомство с местными обитателями, — Мариан махнула на прощание рукой, и скрылась.

Ллараинэль какое-то время молча продолжала сидеть на своём месте, Варрик шумно выдохнул, явно пытаясь привлечь к себе внимание.

— Ну что думаешь?

— Как скрыть источника от Кассандры и остальных, понятно, взять с собой можно не её, но вызовет вопросы, почему идём именно там, — девушка запнулась, — туда, идём туда, нужна причина.

Варрик хмыкнул, похоже, Ллараинэль быстро приспосабливается к своей новой роли, а это было хорошим знаком, значит она приобретала всё больше уверенности в себе и окружающих её людях. Гному нравились эти перемены, только он надеялся, что всё вновь не кончится холодным взглядом и прощанием у костра.

— Пойду раздобуду для Мариан еды, — Варрик улыбнулся, — как думаешь, кто сильнее будет бить меня после того как мы расскажем о Мари — Бетани или Кассандра? Ставлю на Бетани, она очень хорошо умеет метать огненные шары.

С этими словами гном удалился, тихонько посмеиваясь себе под нос.

Андерс проснулся от того, что кто-то усердно тыкал его в бок. Создатель, как же ему хотелось повернуться на другую сторону и вновь уснуть, но тычки в бок не прекращались и тут к ним присоединился голос.

— Папа, вставай, паааапа, — Нэль уже вовсю колотила его руками.

— Что такое? — он нехотя разлепил глаза, и схватил дочь прижимая к себе, но она неожиданно сильно оттолкнулась от него руками и посмотрела так серьёзно, что мужчине стало не по себе. Он быстро пришёл в себя и сел на кровати. — Что случилось? Где-то болит? Упала? Не бойся, я вылечу.

— Нет, мама, мама ушла, — на глазах девочки заблестели слёзы.

До Андерса не сразу дошёл смысл её слов, спустя мгновение мужчина повернулся в сторону. Вторая половина кровати была действительно пуста, только на подушке развалился яркий рыжий кот, хотя вчера там точно лежал не он, а Мариан, со своими светящимися в темноте глазами, и дышала громко и тяжело, после их близости.

— Может она пошла на рынок? Или к соседям? — Андерс не знал к кому обращается с этим вопросом, его дочь явно не знала ответов на них, а мабари, сидящая на полу, и смотрящая на девочку, тем более. Глаза собаки внимательно следили за каждым его движением, и когда Нэль всхлипнула, угрожающе начала подниматься. — Тихо, тихо, дорогая, мамочка обязательно вернётся. Смотри, вы уже покормили с Клыком курочек?

Его дочь отрицательно замотала головой.

— Они ведь уже голодные, ты же не хочешь, чтобы они не смогли принести нам яйца, да и Тали будет очень приятно, если ты ей поможешь, — он не ожидал, что эта стратегия сработает с первого раза, но всё-таки получилось, девочка оживилась.

— Хочу помочь, — Нэль спрыгнула с кровати, высвободившись из объятий отца, и побежала на выход.

— Осторожнее, не бегай по лестнице! — крикнул вслед целитель, — а ты внимательно следи за ней.

Клык посмотрела на него таким взглядом, будто он сморозил глупость. Порой ему в принципе казалось, что мабари считает его самым глупым членом семьи, ну и пусть, главное, что за девочкой она следит хорошо и в обиду не даёт. Андерс натянул на себя домашние штаны и накинул рубаху, быстро спускаясь вниз. Если Мариан ушла не в близлежащие окрестности, то обязательно должна была оставить записку, и это предположение оказалось верным, на столе в кухне лежал небольшой свёрток. Целитель взял его чуть дрогнувшей рукой, он уже примерно представлял, что там будет написано, но легче от этого не становилось. Маг приземлился на стоящий рядом стул и принялся читать.

«Андерс,

Любовь моя и свет в окошке, прошу тебя не начинай сразу злиться, я думаю ты должен понять, что мне пришлось уйти. Я обдумывала это достаточно долго, но увидев письмо от Стража-командора, да-да-да, я не должна была лезть в твою тумбу, прости, потом накажешь меня за это любым желанным для себя способом. Так вот, меня встревожило это письмо, и я поняла, что Инквизиции правда нужна помощь, особенно в такой непростой ситуации.

Я помню, что обещала тебе не уходить, мы договорились, что я пришлю ответ Варрику, и я правда отказалась. Но вчера вечером мне стало хуже. Мы с тобой думали, что после того, как эта дыра в небе исчезнет мне полегчает, но ничего подобного. Духов стало только больше и шаткая грань между Тенью и этим миром стала ещё тоньше, в последнее время я боялась, что в какой-то момент провалюсь в Тень и уже не смогу вернуться. Недавно даже приходил кто-то из особенно редких духов, прости, что не сказала, не хотела заострять на этом внимание. Думала, может само пройдёт. Дух этот попросил помощи, кто-то вторгся в его святыню, правда, без понятия кто он и где его святыня, исчез слишком быстро.

Этот случай можно сказать стал для меня знаком. Но я знала, что не смогу уйти, если вы будете меня провожать, и думаю ты это знал тоже, потому в последнее время и ложился после меня. Я никогда не была дурой, повторяюсь да. Конспиратор из тебя всегда был не очень. Я знала, что не смогу уйти увидев на твоих руках нашу дочь, которая будет плакать и звать меня, поэтому мне пришлось покинуть вас ночью. Прости, я использовала одно из твоих сонных зелий.

А теперь послушай меня, со мной всё будет в порядке, быстро помогу Инквизиции и вернусь. Не делай глупостей, пожалуйста, для этого в нашей семье есть я. Постарайся отвлечь Нэль, я скоро вернусь.

Повторю. Андерс, НЕ делай глупостей, сохрани наш дом до моего возвращения.

С любовью Марианетта Лиан Декарт».

Андерс перечитал письмо трижды, столько же раз порывался сжечь его, но по итогу разгладил и аккуратно сложил к остальной пачке писем. При каждом прочтении взгляд мага останавливался на фамилии, приятное тепло разливалось внутри при виде такой подписи. Он не ожидал, что она начнёт подписывать свои личные письма этим именем. От этого тоска только сильнее сковывала его мысли. Мужчина вышел на улицу, направляя через небольшой садик к загону с курицами, где уже стояла их соседка Тали и помогала Нэль кормить куриц.

— О, здравствуйте, Микки, обычно в это время выходит ваша жена, — Тали улыбнулась ему.

Она была приятной девушкой, тоже магессой. Их вместе с мужем нашла неугомонная Мариан, она случайно набрела на парочку, которую преследовали Храмовники и помогла им скрыться, так у них и появились соседи на самом краю деревни.

— Ей пришлось уйти, появились кое-какие дела, — Андерс попытался придать голосу спокойный тон, будто бы такое бывало у них не раз и всё совершенно в порядке.

Тали понимающе кивнула и посмотрела в сторону Нэль.

— Если хотите, я могу присматривать за ней, вы ведь единственный целитель в этой округе, боюсь без вас у нашей знахарки будет куча проблем.

— Спасибо, буду очень вам благодарен, - Андерс устало улыбнулся и зашагал обратно к дому, желая умыться и немного привести мысли впорядок.

Всё-таки Мариан обладала странным умением собирать вокруг себя удивительно понимающих, смелых и отчаянных людей, готовых помочь в трудную минуту. Андерс посмотрел на свою дочь, которая уже вышла и загона и терпела, пока её вторая мамочка облизывала ей лицо. Создатель, как же Андерс был сейчас зол, особенно видя Нэль, такую маленькую и миленькую, она ведь будет ужасно скучать по Хоук. Хоук. Давно он не называл её так, было как-то непривычно, это имя уже совершенно не ассоциировалось у него с Мариан.

Зол. Зол это мягко сказано, в Андерсе бушевало такое негодование и гнев, что он бы с удовольствием сейчас пошёл и взорвал очередную церковь. В глубине сознания отозвался Справедливость, впервые за эти три года, голос духа на мгновение перебил неприятный шелест других голосов, о которых он так и не рассказал Мари. Учитывая, что она увидела письмо от Стража-командора, он был рад, что решил сжечь письмо Алистера, правда другую проблему это так и не решило.

В глубине сознания, куда очевидно ушёл дух, что-то скрипнуло, и другие голоса полностью исчезли. Андерс удивлённо взглянул на своё отражение, глаза не поменяли цвет и голубые трещины не разбили лицо на несколько частей, но маг понял — Справедливость вернулся.

Глава 21. Крествудские проблемы

— Странное письмо из Крествуда, — Нэль положила конверт на стол, она старалась придать своему голосу уверенность и одновременно непринуждённость. — Тут сказано, разрыв над водой и мертвецы. Это странно, думаю проверить.

Каллен постукивал пальцем по навершию меча, задумчиво смотря на карту, Жозефина сделала какие-то отметки в листах на планшете, Леллиана взяла письмо, внимательно рассматривая печать.

— Похоже, это от старосты Крествуда, вопрос только в том, почему оно непосредственно у тебя, обычно все письма проходят через моих агентов, — женщина посмотрела прямо в золотые глаза.

— Оно было, когда я шла внизу, встретила девушку, кажется Шартер, эльфийка, — Ллараинэль запнулась, — она шла к вам, я сказала, что иду в ставку, могу передать, и она ушла.

Леллиана мгновение смотрела на Нэль недоверчиво, что заставило эльфийку занервничать, но всё же взгляд Сестры Соловей смягчился, и она кивнула. Долго разговаривать не стали, решили, что одна из крепостей, о которой недавно пришли вести бывшей спутнице Героини Ферелдена, захвачена бандитами, и местные жители очень этому не рады, как и банны. Было не плохо освободить её, тем самым повысить влияние Инквизиции в том районе.

Нэль выдохнула, как хорошо, что Варрик умел договариваться с кем угодно, и смог перехватить письмо настолько вовремя. Иначе пришлось выдумывать другие варианты, чтобы переключить внимание советников на Крествуд.

***

Нэль сидела на Железном Быке. Мертвецы ползли со всех стороны, небольшой отряд в доспехах с грифоном сражался почти у самых ворот маленького поселения. Отряд Вестницы подоспел вовремя и помог Серым Стражам, даже сама Вестница выпустила пару стрел со своего возвышенного места.

— Вы же Стражи? Нам как раз нужна ваша помощь, — эльфийка спрыгнула с коссита и оказалась прямо напротив одного из воинов, его взгляд ей очень не понравился.

— Серые Стражи не обязаны помогать политическим организациям, тем более, у нас сейчас и так много дел, Орлей созывает всех Стражей, и у нас есть информация, что один из наших собратьев недавно проходил в этой районе, если встретите, передайте, что Страж-Командор Кларель собирает всех, — с этими словами люди удалились, перешёптываясь между собой.

— Милые ребята, да? — Варрик подошёл к застывшей Нэль, та рассматривала что-то на земле.

— О, а мы всё гадали, куда делись наши дорогие Серые Стражи, — Дориан в очередной раз поправил сползающую некогда хорошо уложенную челку. — Опять мы путешествуем в лучшие курорты Ферелдена, скажи, Вестница, за что ты меня так ненавидишь?

Ллараинэль посмотрела на подошедшего мага и как-то совсем уж грустно опустила глаза.

— С тобой весело, думала, тебе нравится, — выглядела она при этом как маленький побитый щеночек, Дориан почувствовал укол совести. Он уж было подумал, что она у него совсем атрофировалась, но при виде щенячьего взгляда больших глаз эльфийки, она вновь проснулась. Этого ещё не хватало.

— Значит я тут в качестве развлекательного контента, — Бык пошленько хохотнул, за что получил в свою сторону полный наигранного презрения взгляд мага.

— Я вот тоже несколько удивлён, что с нами реже стал ходить Солас, вы же вроде понимаете друг друга хорошо, — Варрик посмотрел на Вестницу, чуть сощурившись, будто подозревал её в чём-то. — Или что-то случилось?

Ллараинэль отвернулась, пожав плечами, и двинулась в сторону пострадавшей от нашествия мертвецов деревни. Бык удивился, что Вестница не вернулась к нему на плечи, но решил, что будет куда благоразумнее потешаться над тевинтерцем и оставить на время эльфийку в покое. Варрик быстро нагнал их миленького предводителя, пока Дориан высыпал кучу колкостей в сторону веселившегося за его счёт коссита.

***

Нэль смотрела прямо в глаза Старосты деревни, что-то не сходилось в его словах, и больно странно он отводил взгляд, будто боялся выдать какую-то тайну. Эльфийке это совершенно не понравилось, и её тонкие брови сошлись на переносице. Заметив реакцию предводителя, Бык как бы невзначай вытащил свой меч и стал стирать с него налипшие остатки мертвецов, с характерным звуком роняя их на пол. Мужчина напротив них позеленел, и заговорил ещё быстрее чем прежде, что усложнило понимание для Вестницы, но доказывало, что мужчина явно юлит.

Дальше запугивать Старосту деревни смысла не было, и небольшой отряд Инквизиции отправился в сторону крепости, где засели бандиты.

***

Каэр Бронак находился совсем недалеко от деревни, и встретил небольшой отряд Вестницы массивными хорошо укреплёнными стенами, по которым туда-сюда перемещался патруль. Судя по всему, их ждал весьма непростой бой.

— Насколько это разумно, расчищать целую крепость вчетвером? — озвучил мысль, что вертелась в голове у эльфийки, Варрик. — Хотя, ты вот, златичка, весьма самостоятельна, даже умудрилась посостязаться с Корифеем за божественный трон.

— Ничего я не пыталась, — девушка нахмурилась, она не совсем поняла, пошутил гном или нет, поэтому не продолжила свою фразу.

— Смею заметить, что для начала нам бы внутрь попасть, или вы хотите подойти и постучать в ворота, представившись соседями, которых не устраивает шум? — бровь Дориана взметнулась вверх, взгляд его оливковых глаз, явно собирался прожечь дыру в деревянных воротах крепости.

Им нужен был план. Однозначно. Вот только с переодичностью вылезающие из глубин озера мертвецы не способствовали спокойному обсуждению проблемы, приходилось постоянно отвлекаться на потасовки. И как только их не заметили те парни из патруля бандитов? С тем, как Вестница громко вскрикивала, каждый раз подрываясь и уже в один прыжок запрыгивая на массивные плечи Быка.

Было решено вернуться к первому лагерю и послать весточку в Скайхолд, чтобы пришло небольшое подкрепление, на лошадях до Крествуда путь был короче чем до Внутренних Земель, а за это время они разберутся с парочкой насущных проблем, которые им успела подкинуть интендант и жители деревни.

***

— Я нашла место, где можно помыться, — радостно оповестила свой отряд Вестница, Варрику нравилось, что она наконец начала проявлять такие яркие эмоции, вот только было одно маленькое «но». Девушка стала с завидной переодичностью отделяться от отряда и идти вперёд. Гном знал, так было заведено у эльфов, что первым идёт охотник — разведывать территорию. Похоже маленькая эльфийка почувствовала свою силу и теперь пыталась подражать полноценным охотникам и вела свой отряд вперёд, а не пряталась за спинами, кроме моментов с мертвецами, но об этом они ещё поговорят.

— Хвала Андрасте! — Дориан вскочил с камня, который успел занять, предварительно перетащив на него один из спальных мешков Красных Храмовников. Окрестности Крествуда оказались частично заняты небольшими отрядами последователей Корифея, что могло означать только одно, он ищет что-то и здесь. Вполне вероятно тот самый отряд Стражей.

Все остальные тоже вздохнули с облегчением. После удивительно продуктивного на различные сражения дня, все были покрыты с ног до головы ошмётками мертвецов и кровью Храмовников, что было крайне нежелательно, учитывая их красную зависимость.

— Но, — улыбка девушки дрогнула.

— Что «но», златичка? — Дориан решил перенять это забавное прозвище от гнома, хотя и пытался придумать собственное, он не знал зачем, но не мог перестать этого делать, перебирая различные вариации в голове, которые ассоциативно возникали у него при виде эльфийки. Правда пока ничего приличного придумать не удалось.

— Там виверн, — она произнесла это таким тоном, будто это не была такая уж большая проблема, так, маленькое неудобство.

Дорина застонал.

— Только я решил, что наконец смою с себя всю эту грязь, как ты разрушаешь все мои надежды, бессердечная! — маг театрально закатил глаза.

Ллараинэль сложила руки на груди, сверкнув глазами в тусклом свете затянутого тучами неба. По спине Дориана прошёлся легкий холодок от этого взгляда, будто на мгновение он встретился взглядом с самой Тенью, если бы у неё конечно были глаза. Если бы он сейчас спросил остальной отряд, о чём они думают, то удивился бы, что их мысли полностью схожи в этот момент.

В пещере было на удивление пусто, ни пауков ни каких-либо ещё мерзких созданий, только тьма, которую рассеивало слабое свечение наконечника посоха Дориана и небольшие, призванные им же, огоньки. Стоило им покинуть тёмные своды пещеры, как пред ними предстало удивительно красивое место, они словно очутились в другом мире, отрезанном невидимой стеной от той тьмы, что распростёрлась на окрестностями деревни. Тут был свет, мягкий оранжевый свет лучей уходящего солнца.

— Это что, эльфийская постройка? — Бык вышел чуть вперёд, задирая голову.

— Место, где была рука Гиланнайн, — кивнула эльфийка, будто её фраза могла объяснить всё.

Правда на вопросы времени уже и не было, стайка малышей вивернов пустилась в бой, за ними вышла и мать. Бой на удивление прошёл достаточно гладко, если не считать небольшого плевка ядом в сторону Вестницы, и в конец разодранного плаща Дориана.

— Нужно было помимо подкрепления просить ещё и одежды, — сетовал маг, разглядывая гигантскую прореху в некогда прекрасном облачении.

— Ага, ещё и пару бутылок настойки в придачу, — ухмыльнулся Бык, он уже разделал тушку виверны, за что получил тычок в бок от Вестницы, которая отвернулась, скорбно склонив голову. — И как эти твари умудряются жрать вместе с рыцарями ещё и их оружие? Смотри, Дориан, это тебе, наслаждайся, — коссит кинул стоявшему рядом магу посох.

Дориан придирчиво осмотрел оружие, и решил, что руны на нём установлены на славу, вполне вероятно, этот виверн съел кого-то из венатори, а значит, можно сказать, что он заслуженно может приватизировать этот посох. Мужчина аккуратно положил его рядом с разорванным плащом, когда услышал голос Варрика:

— Златичка! Ну ты хотя бы предупредила, мы бы отвернулись, хотя, Дориан это, похоже, сделал заранее.

Теперь же мужчине стало интересно, что произошло и обернувшись, маг увидел, как Вестница быстро стягивает с себя доспех и скидывает его в одну кучу рядом с берегом. Женское тело не вызывало в нём никаких неудобных мыслей кроме одной — у эльфов явная проблема с нижним бельем. Ну кто может носить такое?! Белые хлопковые шортики и такой же хлопковый кусок ткани, прикрывающий грудь, держащийся на тонких лямках, подобное носят девочки лет десяти, когда ходят в общественные купальни, а не уже вполне себе созревшие девушки. Он просто обязан познакомить Вестницу с нормальным нижним бельём из красного или может золотистого шёлка, с парой пикантных вставок из рюшей. Маг мысленно отметил у себя в голове, что как только обзаведётся лишними деньжатами, сразу же закажет такой комплект из Тевинтера, надо бы узнать, когда день рождение у эльфийки, может как раз к нему и доставят.

Девушка никак не отреагировала на высказывание гнома, и молча нырнула в воду, в мгновении ока оказываясь на противоположной стороне небольшого водоёма. Плавать она похоже умела столь же хорошо, как и бегать.

— Вода тёплая, — оповестила она остальных, и продолжила нырять под воду и выплывать в разных сторонах озерка.

Маг и гном оставшись в исподнем, тоже залезли в воду. Раз уж Вестница никак не высказалась по поводу своего полуголого вида, то и им можно. Варрик блаженно растянулась около берега, наслаждая тем, как мышцы постепенно расслабляются в воде. Маг же сразу начал натирать себя пахнущим корицей и кориандром мылом, стараясь как можно тщательнее вымыть каждую клеточку своей кожи. Раздался тоненький вскрик Вестницы, Дориан резко поднял голову, быстро смывая струи воды с лица, и заметил, как девушка резко отвернулась и ушла под воду. Сначала ему показалось, что девушку что-то туда утянуло, а потом сбоку раздался смех Варрика.

— Бык, как ты можешь так поступать с нашей маленькой эльфкой. Думаю она ничего подобного никогда в жизни не видела, — сказал гном сквозь смех

Дориан теперь повернул голову в сторону полностью обнажённого Быка, который с довольным выражением лица забирался в воду, а заметив взгляд мага, пошленько усмехнулся и поиграл бровями. Альтус закатил глаза и фыркнув, продолжил свои водные процедуры, не обращая никакого внимания на коссита, который теперь, похоже, решил засмущать эльфийку, и поэтому поплыл в сторону, где она ушла под воду.

— Ради всего святого, надень грёбаные трусы, — взмолился Варрик, который, похоже, понял, куда направляется довольный собой Бык. — Её же удар хватит, а Инквизитор нам нужна живой и невредимой, как физически так и ментально.

Дориан, занятый тем, что теперь отмывал правое плечо и грудь, не заметил, что к нему что-то явно приближается под водой, пока это что-то не вынырнуло врезавшись в его грудь. Маг упал, но хорошая реакция тела успела спасти его голову от встречи с берегом, и маг упал на локти, чуть оцарапав их.

Варрик обернулся на вскрик со стороны и тут же вновь залился смехом. Рядом с ним развернулась прекрасная картина — Дориан растянувшийся на берегу, а сверху Инквизитор с испуганным выражением лица. Девушка похоже не сразу поняла, что именно случилось, но заметив на ком она лежит, тут же пошла красными пятнами и, отвернувшись, стала бормотать извинения.

— О, Инквизитор, если вы хотели одолжить у меня мыло, можно было просто попросить, не обязательно пытаться меня для этого уложить.

Нэль отвернулась, всё ещё что-то бормоча себе под нос.

— Андрасте, сохрани нас! Что у тебя с волосами? Что ты умудрилась наделать с такими прекрасными волосами? А ну назад.

Ллараинэль удивленно покосилась на мага. Он тем временем удобно уселся на выступающем камне, и поманил её к себе.

— Давай сюда, я просто не могу позволить себе видеть нечто столь безобразное рядом с собой.

— Да, мамочка-Дориан сейчас о тебе позаботится, — не удержался гном, за что получил в лицо небольшой водяной шарик, созданный магом.

Нэль помялась, но всё же подплыла обратно. Маг устроил её спиной к себе между своих ног, утопающих в воде. Вестница сидела смирно, пока Дориан громко причитая и ворча, намыливал её волосы другим кусочком мыла, который вкусно пах свежими травами, будто их только собрали.

Дориан тщательно намылил золотые волосы, аккуратно пропуская пряди между своими пальцами и стал втирать пену в корни волос, чем вызвал довольное мурчание со стороны эльфийки. Мужчина усмехнулся.

— А ты добрый, — девушка резко опустила голову назад, и посмотрела своими большими золотыми глазами прямо в глаза мага, он замер, — несмотря на то, что ты тевинтерский маг.

— Даже не знаю, счесть это за комплимент или всё-таки оскорбиться за остальных тевинтерских магов, — покачал головой Дориан, он вновь пропустил пряди волос сквозь пальцы, явно наслаждаясь их мягкостью. Разве законно иметь настолько шёлковые волосы, чтобы он ни делал со своими волосами, но так и не смог добиться похожего эффекта, видимо это чисто эльфийская прерогатива — иметь гладкую кожу без изъянов и шёлковые волосы.

«Надо будет каким-то образом потрогать волосы Сэры для сравнения», — решил для себя маг, ещё не задумываясь, как это провернуть.

Дориан вытащил очередной комок слипшейся грязи, аккуратно распутывая пряди золотистых полос и поморщился:

— И как у тебя никто не завёлся в волосах, при таком-то уходе?

— Завёлся? — Нэль непонимающе сдвинула брови к переносице.

— Вши, — пояснил, сидящий уже в исподнем, Бык. Нэль покачала головой. — Ну мелкие паразиты в волосах, от них вся голова чешется.

Ллараинэль пожала плечами. Она не знала, что такое «вши» и как они могли «завестись». Что вообще значит «завестись в волосах»? Ей срочно нужно заглянуть в свой словарик.

— У эльфов их, видимо, не бывает, да? Вот повезло, а то бывает, как после долгого перехода без мытья заведутся, так до самых причиндалов добираются. Потом хрен выведешь, — Бык деланно почесал рукой промежность, вызывая бурю негодования со стороны мага за свои манеры.

Эльфийка в очередной раз покраснела до самых кончиков ушей, которые при этом забавно дёрнулись, Дориана это слегка удивило и вызвало лёгкую усмешку. Захотелось притронуться к самому кончику уха, и проверить, насколько они чувствительны, маг в самый последний момент одёрнул руку. Не сейчас, может, чуть позже он сможет провести свой эксперимент, а пока рано, иначе он может спугнуть Вестнцу, между ними только наладилась тонкая эфемерная связь. Не хотелось её разрушать.

Водные процедуры были закончены, и отряд двинулся в сторону лагеря, который уже разбивал небольшой отряд Леллианы недалеко от бывшего гнездовья виверна.

***

— Мы попросили подкрепление, что если придёт Кассандра? — озвучила свою мысль шёпотом Ллараинэль, садясь рядом с жующим хлеб с сыром Варриком. Гном замер, он сам об этом не подумал, они в такой спешке отправляли ворона, что не удосужились уточнить кого им желательно видеть в качестве подкрепления.

— Значит, мне не показалось, и Кассандру специально не стали брать с собой, — Бык тоже уместился рядом, Дориан сел напротив и вопросительно поднял бровь. — Это как-то связано с вашим ночным гостей в Скайхолде?

Варрик и Ллараинэль удивлённо взглянули на Быка.

— Бен-Хазрат — помните.

— Ты что-то говорил Кассандре?

Коссит отрицательно покачал головой, откусывая знатный кусок от снятого с вертела нага.

— Объясните? — Дориану очень не нравилось, что он был единственным не в курсе какого-то секрета.

Варрик вкратце рассказал про их истинную миссию в Крествуде, давая понять, что Кассандре пока очень рано знать о Хоук и всём, что с ней связано. Они всё расскажут, когда смогут поговорить со Стражем, если сумеют его, конечно, найти. Маг лишь кивнул и принялся за свою еду, ему льстило, что теперь и он являлся частью этого заговора.

После полуночи к лагерю подошёл второй небольшой отряд, и как можно тише расположился на отдых, решив, что все вопросы касательно Каэр Бронак они обсудят уже утром.

***

Фенрис полировал меч, когда рядом из палатки высунулась золотистая макушка эльфийки, она удивлённо посмотрела на прибывшего, после осознания того, кто сидит рядом, радостно улыбнулась собрату. Из соседней палатки выбрались Варрик и Бык, а вслед за эльфийкой из той же палатки вышел Дориан, за что получил полный неприязни взгляд сразу двух эльфов — Фенриса, и расположившегося на противоположной стороне Соласа. Привыкший к подобным вещам тевинтерец, лишь нарочито громко поздоровался со всеми и устроился максимально близко к Инквизитору во время завтрака.

К облегчению всех втянутых в тайну на помощь к ним пришли — Фенрис, Солас, Блэкволл и Сэра. Они сказали, что у Кассандры появились какие-то дела связные с Искателями и ей пришлось покинуть Скайхолд до письма с просьбой о помощи.

***

Вынести ворота двум сильным магам было не сложно, а дальше дело техники. Два отряда слажено зашли внутрь, Сэра, Варрик и Нэль быстро сняли с крыш всех лучников. Воины сдерживали наступление остальных, маги прикрывали — накидывая барьеры и точечно посылая проклятья и ставя мины-ловушки.

Отряд уже начал подниматься выше, как к ним присоединился небольшой чёрный вихрь, сносящий врагов на право и налево.

— Бетани тебя убьёт, — прокричал Фенрис вихрю, скользнувшему мимо него навстречу вражеским разбойникам, на что вихрь отозвался привычным ехидным смешком, вызвавшим у эльфа улыбку.

Они захватили крепость быстро, что несказанно удивило и заставило облегчённо вздохнуть весь отряд.

— Я, конечно, не сомневалась, что найду небольшой лагерь Инквизиции в окрестностях, но никак не думала, что ваш новый лагерь будет настолько очевидным и большим, — усмехнулась Мариан, подходя к Инкивзитору.

— Нам нужен доступ к подвалу.

Мари присвистнула.

— Кто бы мне сказал в Киркволле, что ради сундучка в подвале крепости Наместника, всего-то нужно захватить эту самую крепость!

— Дорогая, если тебе так сильно этого хочется, то мы ещё можем это устроить, только по-быстрому разберёмся с Корифеем, — гном похлопал подругу по спине.

Фенрис покачал головой.

— Слабоумие и отвага — точное описание тебя, Мари.

— Хей, — девушка картинно надула губы, обиженно смотря на эльфа, но он лишь усмехнулся в ответ. — Я так понимаю, Варрик, чистое давление, про которое ты говорил в письме — это моя сестра и Фенрис? — гном кивнул. — Что ж, ты прав, теперь у меня точно нет выбора и придётся официально примкнуть к вашей странной организации, — женщина ехидно улыбнулась и ткнула стоящего рядом эльфа в бок, за что получила ответный тычок и зашипела в ответ на обидчика.

Остальной отряд не был знаком с Защитницей, и Варрику пришлось быстро представить их друг другу.

— Чем быстрее закроем разрыв над этой водой, тем быстрее перейдём к более важной проблеме. Кто останется охранять крепость до прибытия агентов Инквизиции, а кто идёт с Вестницей? — Нэль всё больше понимала, почему Кассандра так хотела видеть Защитницу на месте Инквизитора. Женщина имела в себе все задатки лидера, не смотря на лёгкую усмешку и неряшливый вид, она вызывала какой-то непонятный трепет и уважение, будто точно знает, что делает. — Ой только ты не смотри на меня так, ладно? — Мариан поморщилась. — Прости, что раскомандовалась, ты тут Инквизитор, давайте быстро решайте, кто, куда и зачем, — разбойница махнула рукой, усаживаясь на ближайший ящик, широко раздвинув ноги. Варрик с Фенрисом переглянулись — некоторые мужские повадки Мари видимо не мог искоренить ни Верхний город ни Андерс, который искренне пытался.

***

Бык, Солас, Вестница и Блэкволл отправились закрывать разрыв, остальные остались охранять крепость и резаться в карты, которые непонятно откуда извлекла Сэра. Нэль даже стало немного обидно, что она не может так же остаться с остальными и сыграть партию другую, пусть и всё ещё не до конца понимала правила. Но идти туда, прямо в логово к мертвецам совершенно не хотелось. Глубоко вздохнув, девушка вспомнила наставление матери и манеру поведения Мариан, и расправив плечи, решительно повела отряд в старый Крествуд.

Глава 22. Страхи и знакомые незнакомцы

Щёки Инквизитора моментально покраснели, когда до неё дошёл смысл встречи, которую они только что прервали в небольшом домике на берегу. Бык с боку пошленько хихикнул и склонившись к эльфийке прошептал:

— Никогда не пытайся оправдаться в такие моменты, просто делай максимально довольное лицо, чтобы тебе завидовали, что ты скачешь на Быке, а другие — нет.

Нэль заторможено кивнула, услышав совет, но как только до неё дошёл смысл этого самого совета, она вскинула голову на довольно улыбающегося коссита и стукнула его кулаком в бок. Он на это лишь ещё сильнее заулыбался, а эльфийка теперь бережно укачивала ушибленную руку. Солас возник рядом с ней бесшумной тенью, и одарив Быка нечитаемым взглядом, подтолкнул предводителя их небольшого отряда дальше. Он явно услышал совет Быка, отчего девушка покраснела ещё сильнее и, потупив взгляд, направилась дальше, не желая усугублять и без того смущающую ситуацию.

Вот только воображение играло с ней и не желало слушаться команд разума. Как только ты пытаешься о чем-то не думать, как мозг тут же пытается подбросить тебе максимальное количество ненужных картинок. Осознав, кто именно является центром в этих случайных фантазиях, девушка пожелала удариться головой о стену, но как говорил Варрик — голова им была ещё нужна. И пришлось довольствоваться прокушенной губой.

Правда, яркие красочные картинки быстро исчезли под напором удручающей и отвратительной истинны, которую скрывал в себе Старый Крествуд и его бывший Староста. Девушку стошнило три раза, хотя ей бы уже привыкнуть к такому положению вещей в мире, к несправедливости и к жестокости, но мозг всё равно не всегда справлялся с блокировкой этих осознаний, и тошнота моментально подкатывала к горлу.

***

Солас сел рядом с Ллараинэль у самого берега уже очищенного и освобождённого Старого Крествуда. Эльф положил руку ей на плечо и придвинул чуть ближе к себе. Взгляд её золотистых глаз равнодушно взирал на горизонт, за которым медленно скрывалось показавшееся впервые за столь продолжительное время — солнце. Мага этот взгляд порядком напугал, было в нём что-то потустороннее, неживое. Моментально захотелось вдохнуть жизнь в обладательницу этих глаз, но та лишь повела плечом, сбрасывая руку и встала.

— Возвращаемся в крепость.

Блэкволл с Быком, собирающие всякую мелочёвку по берегу, обернулись на Инквизитора и, растолкав побрякушки по карманам, кивнули и выдвинулись вслед за эльфами, всё так же в полном молчании.

Между Серым Стражем и эльфом разразился какой-то неуместный пошленький разговор о Тени и его обитателях, девушка не вслушивалась, ей даже идти было ужасно лень, не то что вслушиваться в чужие разговоры, тем более когда они велись на всеобщем языке. Споткнувшись об очередной камень, эльфийка распласталась на земле, вдыхая аромат свежей мокрой травы. Она совершенно не замечала боль в ушибленной руке и виске, просто хотелось остаться лежать тут и больше ничего не делать. Митал, а ведь они по сути только в начале пути, что же будет с ней дальше? Она совершенно не годиться для этой работы. Может, по возвращении в Скайхолд Кассандра с радостью передаст её полномочия Мариан, которой они и должны были достаться изначально? Почему-то эта мысль не принесла желанного облегчения, наоборот, кольнуло куда-то под рёбра.

Сильные руки Быка помогли Инквизитору подняться, и, не долго думая, коссит закинул бедную эльфку на плечи, где она привычно и удобно уместилась, положив подбородок на макушку кунари. Девушка всматривалась, крепость уже вырисовывалась впереди и оставалось пройти всего-ничего, но неприятное предчувствие всё никак не желало отпускать. Что-то подсказывало эльфийке — не только затопленные подвалы и пещеры Старого Крествуда так повлияли на неё, было ещё что-то, только мысль ускользала не желая сформироваться.

***

Колокольный звон разносился по деревне. Эльфы выскакивали из своих домов, расположенных на нескольких уровнях на деревьях. Ллараинэль видела ужас в их глазах, они бежали оставляя свои дома позади, они с ненавистью смотрели на меленькую девочку, что плакала стоя рядом с костром Хранительницы, и никто не попытался помочь ей. Нэль хотела подойти, позвать ребёнка, но в глазах девочки уже пылал огонь ответной ненависти и непонимания — никто не объяснил ей, что такое может произойти, никто не постарался ей помочь. Эльфийка пыталась пробиться сквозь убегающую толпу, ближе к ребёнку, но поток беженцев преграждал ей путь.

Резко все исчезли. Нэль осталась одна, теперь она стояла около костра и смотрела как на деревню опускается марево, сильно пахло жженой древесиной, но дома на деревьях не выглядели пострадавшими. Пожар был где-то далеко. Эльфийка вздрогнула, чья-то холодная ладонь опустилась на её плечо, девушка подняла взгляд, рядом с ней стояла Хранительница. Она поджала губы и с болью смотрела на ребёнка перед собой, сильнее сжимая плечо.

— Пора, валласлин дарует тебе свободу, — Нэль завороженная тихим мелодичным голосом кивнула.

Потом была боль, невыносимая, проникающая в каждую клеточку её тела начиная от лица заканчивая ступнями. Тонкая игла проникала под кожу лица, шеи и закончила свой путь на подъеме стопы. Ни одного вскрика, только глухое мычание сквозь деревянную палочку, служившую кляпом и слёзы стекающие по щекам. Шёпот разносился по помещению отражаясь от древних стен святилища, и возвращался обратно впиваясь в рисунок вместе с иглой.

***

Ллараинэль резко поднялась, когда чья-то рука аккуратно опустилась на её плечо. Перед глазами стояла пелена слёз, которую девушка попыталась побыстрее сморгнуть, дабы разглядеть того, кто её разбудил. Рядом со спальным местом на корточках примостилась Мариан, с тревогой смотря на Инквизитора, в её глазах плескалось немое понимание и сочувствие.

— Тише, всё хорошо, тебе нужно ещё поспать, — голос разбойницы был таким мягким и тёплым, каким должен был быть у матери, а не у едва знакомой женщины. Видимо материнскую любовь Нэль сможет познать исключительно со стороны чужих людей.

Мариан погладила эльфийку по голове, приглаживая растрепанные во время сна волосы. Она едва заметно улыбнулась, тепло и мягко, будто и правда сидела рядом со своим ребёнком. Нэль легла обратно, а женщина встала, не долго думая скинула свои кожаные доспехи и забралась в спальный мешок Инквизитора, пододвигая её. Нэль прикрыла глаза, тепло чужого тела успокаивало.

— Знаешь, а у меня дочь зовут также как и тебя, — это было последнее, что услышала эльфийка, прежде чем провалиться опять в сон.

***

— Ненавижу пауков, я уже говорил? — Дориан скривился при виде мёртвой тушки, которую аккуратно разделывал эльф, извлекая ядовитые железы.

— Скажи мне, что ты любишь, тевинтерец, — Солас в очередной раз бросил в сторону другого мага неодобрительный взгляд, слишком уж близко к Инквизтору тот вновь оказался. — Если ответом будет вино и празднества, то зачем ты вообще ввязался в наши дела, позволь спросить?

Дориан окинул эльфа каким-то насмешливым взглядом, от которого мага передёрнуло и захотелось кинуть в альтуса молнией.

— Потому что без меня в Инквизиции было бы слишком скучно, да, златичка?

Ллараинэль перевела взгляд с одного мужчины на другого, что-то прикинула у себя в уме и покачала головой, не желая встревать в их непонятные распри. Она сама недавно побаивалась тевинтерского мага, но тот успел доказать, что готов в случае чего даже прикрыть её собой, как уже бывало пару раз во время боёв. Стрелы в колчане всё же сами собой не материализовались, что было весьма печальным фактом, и Нэль приходилось собирать их с трупов, и пару раз эти трупы оказывались достаточно живыми, чтобы попытаться задеть эльфийку, но Дориан оказывался весьма вовремя рядом и отталкивая девушку, принимался добивать врагов. Иногда весьма изощрёнными способами. Себе маг никогда не признается, почему его так заботило благосостояние Вестницы, да и если признается, никогда и никто в это не поверит. Даже он сам.

Главное, что теперь они могли вместе очень продуктивно сражаться, не боясь получить нож в спину или стрелу в затылок. Первое время маг этого побаивался, но осознав, что девушка превосходно стреляет и перестал дёргаться, слыша, как рядом с его головой жужжат её стрелы, опылённые взрывчатым порошком.

— Нам нужно идти к Стражу, — прервала бессмысленную перепалку Нэль и отложила уже пустую чашку. — Блэкволл, хочешь идти с нами к Стражу или будешь здесь?

— На самом деле, предпочёл бы остаться в Каэр Бронаке, тут появилась парочка заданий, думаю, мы сможем их выполнить, пока ожидаем прихода людей Каллена.

Ллараинэль кивнула, потом посмотрела на остальных.

— Я точно хочу это видеть, златичка, от меня не отвертишься, — Варрик встал, и принялся цеплять на себя Бьянку и болты.

— Я с тобой, — пробасил Железный Бык, тоже вставая.

Солас встал молча, опередив тевинтерца, который явно собирался последовать примеру гнома и коссита, но не успел. Дориану совершенно не понравился этот взгляд, которым окинул его эльф, так высокомерно — сверху вниз. Интересно Инквизитор сильно обидится если он подольёт этому магу в его любимый чай капельку яда? Дориан всерьез задумался над этим.

***

— Алистер, это я — Мариан, — мужчина окинул разбойницу быстрым взглядом и кивнул, опуская меч. — Я привела Инквизитора, ну и небольшой отряд.

— Алистер? — Нэль впилась взглядом в мужчину. Она знала одного Алистера, мог ли это быть он?

— Да, похоже, пора сменить имя. Наверно вы слышали кучу очень интересных историй обо мне, но сейчас это не имеет никакого значения. Страж-командор Ферелдена ушла, и теперь мы подчиняемся Стражу-командору Кларель, вернее, она желает, чтобы мы подчинились ей, но учитывая её рьяное желание взаимодействовать с венатори, у нас появились некоторые разногласия, и моему отряду пришлось спрятаться в этом очень милом местечке, — Алистер обвёл рукой пещеру и усмехнулся. — Ну и кто из вас Инквизитор?

Все дружно показали на златовласую девушку, которая ростом была едва выше гнома, стоящего рядом с ней. Алистер улыбнулся и внимательно посмотрел на эльфийку, но что-то странное мелькнуло в его глазах, и улыбка померкла.

— Твою мать, как тебя зовут? — мужчина хотел подойти ближе к Инквизитору, но Солас вышел чуть вперёд преграждая ему путь.

— Ллараинэль, — кажется, это именно тот самый Алистер, о котором писала сестра.

Мужчина нервно рассмеялся, но быстро взял себя в руки.

— Ладно, сейчас это не важно, — было ощущение, что сказал он это себе. — У меня весьма печальные новости. Постепенно все Серые стражи Орлея, а теперь и мы начали слышать Зов.

— Что? — глаза Мариан расширились до невероятных размеров. — Я убью его! Создатель, Андерс ни слова не сказал о Зове!

Пришла очередь гнома успокаивать свою старую подругу, чтобы она не разнесла тут половину пещеры. Алистер заблаговременно отступил назад, его примеру последовали и остальные, все молчали, давая Защитнице прийти в себя. Благодаря Варрику, который хорошо знал свою спутницу, погрома удалось избежать, и Алистер продолжил свой рассказ.

Лллараинэль в течении всего рассказа неотрывно смотрела на человека перед собой, он говорил достаточно быстро, вставляя шуточки, которые она совершенно не понимала. С определением сарказма у неё пока были весьма большие проблемы, но часть предложений Солас успевал перевести ей, склонившись к самому уху. От его дыхания по спине пробегали стаи мурашек, но девушка старалась не отвлекаться на странные ощущения, вслушиваясь в смысл слова, а не в интонации. Всегда ли голос Соласа звучал так? Девушка чуть тряхнула головой, когда Алистер закончил свой рассказ, и кинула быстрый взгляд в сторону выпрямившегося эльфа. Наваждение.

— Ты сказал отряд, где другие? — Ллараинэль вновь окинула взглядом пещеру, будто желая увидеть в нишах остальных Серых Стражей.

— Натаниель, Веланна и Сигрун отправились в Земли Коркари. Некогда там обитала ведьма, которая оказалась жива после того, как мы её убили, — Алистер посмотрел в сторону Мари, женщина кивнула. — Мы понадеялись, что может остались подсказки, куда она могла уйти, или может знает, куда ушла её дочь, — отряд Вестницы непонимающе посмотрел на Стража, — Это долгий рассказ, сейчас на него совершенно нет времени. Огрен отправился вместе с моей женой.

— Почему не ты? — Нэль приподняла бровь, Солас, заметив этот жест, хмыкнул, ей явно пора прекращать общаться с тевинтерцем.

Алистер печально улыбнулся.

— Нужно было, чтобы кто-то из старшего командования, то есть она или я, разобрались, что случилось в темнице Корифея. Выбор пал на меня, — мужчина вздохнул. — Это ещё одна отдельная длинная история, но мы ведь торопимся.

Алистер вместе с Хоук выдвинулись в сторону Скайхолда вместе с отрядом Вестницы. Нэль порывалась расспросить Серого Стража о том, куда именно направилась Командор Ферелдена, но каждый раз кто-то или что-то мешало разговору. Было заметно, что и сам Серый Страж желал пообщаться с Инквизитором, но постоянные стычки с красными Храмовниками и закрытие разрывов не способствовало приятному общению. Нэль надеялась, что у них будет ещё время пообщаться в Скайхолде, проходящее с орденом стражей было делом первостепенным, но не самым быстрым в исполнении. Без должной подготовки вряд ли они пойдут в Западный предел.

***

Ллараинэль не понимала, что происходит. Рука после закрытия одного из последних разрывов непрерывно пульсировала от боли, и даже настойка из эльфийского корня не помогала. Казалось, вдоль вен до самого левого виска протянули раскаленную железную нить, дважды за ночь Вестница просыпалась, едва не задыхаясь от нестерпимого желания избавиться от руки. И при каждом последующем пробуждении мысль об отрубании руки не казалась такой уж безумной. Что-то внутри неё боролось, валласлин обжигал кожу, и девушка с необычайной скоростью сразу же после прибытия в Скайхолд исчезла в стороне ванн, опередив Дориана.

Вода немного успокоила кожу, и зелье наконец подействовало, избавляя от тупой боли в руке. Нэль не заметила, как из купальни уже ушли остальные женщины, и наступила непривычная тишина. Девушка расслабилась в горячей воде и склонив голову чуть вбок, задремала.

— Так, я больше не намерен терпеть, женское время окончено, и мне нужно смыть с себя кишки демона! — едва ли не с воплем в купальни ворвался Дориан, которого не смогла остановить служанка по имени Зои, хотя она всё щебетала и щебетала о том, что госпожа Инквизитор ещё не покидала купален.

Маг нагло ворвался без приглашения, оставляя пискнувшую напоследок девушку позади, быстро сбрасывая с себя одежду. Со слов служанки Вестница уже более получаса нежиться в ванне, когда он вынужден терпеть застывающие на кожи останки очередного порождения Тени.

Дориан сразу увидел одну из занятых ванн, в которой дремала эльфийка.

— Создатель, да у неё наверняка уже остыла вода, — маг направился к Вестнице, желая разбудить её, немного повеселиться за счёт девушки, которая наверняка будет дико смущена появлением полуголого мужчины рядом с собой, да, Дориан всё же решил оставить исподнее, он не был настолько суров с нежной эльфийкой, как Бык.

Мужчина тихо подошёл к деревянной кадке, где тихо посапывала Вестница, и присел на её край. Первое, что привело мага в замешательство был лёгкий пар, всё ещё идущий от воды, которая должна была остыть за столь продолжительный срок купания. Второе, валласлин Вестница имела не только на лице и шее, а практически на всём теле. Странно, что он не заметил этого при их последнем совместном купании в озере Крествуда. Взгляд Дориана медленно заскользил по рисунку — от нижней губы он тянулся вниз по шее, дальше шёл прямой линией между грудей, имея два симметричных ответвления над грудью, дальше уходил к пупку, к проколотому пупку, в котором виднелось небольшое украшение со сверкающим голубым камешком. Валласлин огибал пупок, вновь сходясь в линию под ним, и расходясь уже над самой линией золотистых кудряшек, уходя к ногам и прячась с другой стороны. Но на этом рисунок не заканчивался, подъем стопы тоже венчали узоры практически такие же как на шее.

Если бы Дориана хоть немного интересовало женское тело, то, пожалуй, сейчас он бы уже не смог просто встать и отойти от лежащей в ванне девушки. Мужчина решил дать измотанной Вестнице насладить покоем, и уйдя в другой конец купальни без зазрения совести и стеснения, стал оттирать от себя чьи-то внутренности. Усердно избегая странных мыслей, которые вызвала в нём маленькая златовласая эльфийка, не вязался её образ с проколотым пупком и тем более языком. В чём кстати Дориан всё никак не мог убедиться, показалось ли ему тогда или же действительно что-то сверкнуло на языке у Вестницы, когда она в очередной раз зевнула.

Маг не заметил, когда проснулась Ллараинэль, лишь услышал сдавленное «ой» и плеск воды, но когда он обернулся, то уже никого не было.

***

Ллараинэль рассматривала свои новые «покои». Они были слишком большими для неё одной, и она уже хотела поспорить с Леллианой, говоря, что может подселить к себе ещё кого-нибудь из отряда. Сэру например, за последнее время они стали достаточно не плохо общаться. Всё-таки проживали под одной крышей с самого Убежища. На что получила весьма определённый ответ.

— И тогда у нас будут ходить слухи о том с кем делит постель Инквизитор, — неоднозначно улыбнулась Леллиана и исчезла, оставляя эльфийку свыкаться с мыслью, что теперь это всё принадлежит ей.

«Делит постель» — эта фраза была очень странной, и Нэль никак не могла понять её точного значения, хотелось спросить хоть у кого-нибудь, но опасаясь, что это может быть что-то не очень приличное или оскорбительное, делать этого эльфийка не стала.

Вот только уснуть на большой кровати в промёрзлой комнате девушка не смогла. Обернувшись в одеяла и расстелив рядом с камином шкуру медведя, девушка свернулась около него калачиком, проваливаясь в беспокойный сон об огне.

Глава 23. Под дождём

"Андерс,

Твою же мать! Ты слышишь Зов? Если да, то ни в коем случае не делай глупостей, прошу тебя, ради нашей дочери. Это не Зов, это Корифей. Я разберусь с ним, а ты пока сделай всё, чтобы Нэль не думала о моём отсутствии.

С любовью, твоя Мариан".

Мари привязала кусок пергамента к ворону Варрика, и отправила его, надеясь, что письмо быстро найдёт адресата. Создатель, сейчас она была настолько рада, что у них есть дочь, ради которой Андерс пойдёт на всё, даже на полное невмешательство в проблемы Инквизиции и не кинется на Глубинные Тропы в поисках кончины. Женщина устало приземлилась на деревянный стул, как бы ей хотелось вернуться к своей семье, вновь увидеть улыбку дочери и заснуть, вслушиваясь в тихий шёпот Андерса, жалующегося на то, как местные жители пренебрегают своим здоровьем, прибавляя ему работы.

***

Ллараинэль проснулась от шума, доносящегося со стороны распахнувшихся дверей балкона. Девушка попыталась повернуться на другой бок, сильнее закутываясь в большое пуховое одеяло, но огонь в камине давно погас, а холодный воздух всё настойчивее пробирался в её кокон. Нэль села, и тут же поёжилась, собираясь плотнее. В комнате было ужасно холодно и как-то неуютно, слишком много пространства для одного единственного жителя.

Лучница нехотя выбралась из своего тёплого укрытия и, натянув на себя оставленное явно служанками чистое одеяние, состоящее из камзола, брюк и высоких отполированных сапог. Намучившись с многочисленными пуговицами на кофте, девушка сделала пометку в голове, попросить что-то более привычное для себя, а не эти странные обтягивающие всё что только можно штаны, в которые она еле влезла даже со своей комплекцией и странную рубаху с кучей маленьких пуговиц. Взгляд Нэль опустился на любимый ею тёплый плащ, но решив, что ходить в плаще по крепости будет не слишком красиво, выскользнула из комнаты так.

Проходить через целый двор полный людей Инквизитор не захотела, и рысью рванула через длинный мост, ведущий к недавно отстроенной башне. Девушка бесцеремонно открыла дверь, ожидая увидеть привычную запущенность, но вместо этого перед ней предстал сидящей за рабочим столом Каллен.

— Я занят! Скажи Леллиане, что я проверю её письмо чуть позже, — мужчина явно ожидал увидеть в своём кабинете не Нэль, и потому его глаза распахнулись, когда не дождавшись положенного по уставу ответа, он поднял голову. — Ох, простите, госпожа Инквизитор, я не заметил, что это вы.

Каллен резко встал, попутно с грохотом отодвигая стул и врезаясь бедром в многострадальный стол, с которого моментально посыпались бумаги. Нэль кинулась помогать командору в сборе писем и другой мелочи, что успела оказаться на полу.

— Спасибо, — всё ещё слегка смущённо произнёс мужчина, когда Нэль вернула часть бумаг на стол.

— Не надо так, — девушка чуть скривилась, подбирая слова, — правильно говорить со мной. Я только я. Можно разговаривать также как и раньше в Убежище.

Каллен не сразу понял о чём речь, слишком тихо и сбивчиво произнесла Нэль свои слова.

— Этого требует положение, теперь вы Инквизитор, и нам всем нужно соблюдать приличия в обращении друг к другу, — командор в привычном жесте сложил руки на навершие меча.

Ллараинэль как-то грустно усмехнулась и, кивнув, исчезла из комнаты, оставляя Каллена со странными чувствами наедине. Мужчина никак не мог разобраться, почему в присутствии эльфийка ведёт себя так неуклюже, все слова, срывающиеся с его языка, кажутся неуместными и грубыми. Помассировав пальцами глаза, командор опустился обратно в своё кресло и принялся дальше разгребать бумаги.

***

На обратном пути из таверны в тронном зале Инквизитора перехватила мать Жизель с весьма странными известиями, которые касались Дориана. Преподобная мать вручила Нэль конверт, видимо, надеясь, что девушка прочтёт письмо и сама решит, что стоит с ним сделать. Ллараинэль не стала расстраивать мать Жизель известием о том, что с чтением на всеобщем языке у девушки пока весьма непростые отношения. И все последние письма и донесения ей читал никто иной как сам Дориан, засевший в библиотеке. Взвесив все за и против, Ллараинэль взяла письмо и направилась прямиком к магу.

— О, госпожа Инквизтор, какая честь, что привело вас к столь скромной особе в это прекрасное утро? — улыбка Дориана больше не казалась эльфийке раздражающей, скорее наоборот, очень даже дружелюбной и приятной.

— Письмо, — Нэль сразу протянула его магу.

— Вновь эти сложные закорючки от Сестры Соловей? — маг поманил эльфийку за собой в свой угол.

По мере прочтения брови мага сходились всё ближе и ближе.

— Ха! Он желает со мной встретиться, как мило. Небось желает заманить меня в ловушку, опоить и вернуть в Тевинтер, дабы завершить то, что он начал при моём прошлом побеге, — Дориан скривился весь и соскочил с кресла.

— Я могу пойти с тобой, — Ллараинэль не понимала взаимоотношений Дориана с родителями, но судя по его реакции, они были едва ли лучше, чем её. — Странный родитель моя специализация, — она усмехнулась.

Маг как-то странно посмотрел на неё, но спрашивать ничего не стал, решив отложить этот разговор на более благоприятное время.

— Пошли, — почему-то это решение далось ему на удивление легко после слов Инквизитора, мужчина сам от себя не ожидал такого рвения, но понимающий взгляд золотых глаз, подтолкнул его к этому. — В крайнем случае, просто убьем всех и сбежим, да, златичка?

Эльфийка улыбнулась и кивнула магу.

Парочка покинула крепость быстро и без лишнего шума, оставив на столе Инквизитора небольшую записку о скором возвращении, но что-то подсказывало им обоим, что вслед за ними уже идут люди Леллианы.

***

Дориан был зол и расстроен одновременно, Ллараинэль не знала, что стоит предпринять, чтобы мужчина хоть немного успокоился, иначе разговора могло и вовсе не состоятся. Но явно выведенный из себя этой встречей в полностью безлюдной таверне Дориан не собирался успокаиваться и внимать хоть каким-то аргументам.

— Понимаешь, златичка, я предпочитаю компанию мужчин, а отец не одобряет этого, — бросил через плечо маг.

— Компанию мужчин? — Нэль чуть склонила голову в бок, она не понимала, что странного быть в компании мужчин. В Скайхолде и она была в компании как мужчин так и женщин, но тут явно имелся какой-то другой смысл.

— Прости, златичка, я всё время забываю, что ты немного не из мира сего, — плечи мужчины чуть расслабились, и он развернулся в сторону Вестницы. — Это значит, что в плане секса и отношений меня интересуют мужчины, — отчего-то Дориан почувствовал себя немного виновато, говоря это в лицо Нэль, но что именно вызвало такое чувство, мужчина не понимал.

Щёки девушки залил румянец, но она не отвела взгляда пронзительно золотых глаз, что-то прикинула в голове и теперь внимательно посмотрела на отца Дориана.

— Это такая проблема у людей? У нас в клане не имеет значения пол партнёра, если это настоящие чувства, — Ллараинэль и подумать не могла, что у людей есть подобные предрассудки на этот счёт. В клане однополые браки не были чем-то необычным, у неё в соседях было две пары женатых женщин и никто никогда не упрекал их за это, а девушка никогда не испытывала никакой неприязни. Видимо, люди более зажатые в этом плане.

— Вот как, значит я правильно думал об Инквизиции, — Павус старший как-то странно посмотрел на Вестницу.

— О, нет! Ты ничего не знаешь! Ни о том почему я присоединился к Инквизиции, ни что она из себя представляет! — Дориан едва ли не выкрикнул это, но почувствовав холодные пальцы на своей руке, одёрнул себя и чуть расслабился, приводя мысли в порядок.

— Поэтому я и хотел поговорить, — на удивление тихо и неуверенно произнёс отец Дориана.

— Дай ему шанс, иначе будешь жалеть, — Нэль произнесла это быстрее, чем Дориан успел открыть рот в попытке очередной раз нагрубить. Маг посмотрел на эльфийку, которая улыбнулась ему, чуть приподнимая кончики губ и кивнула, подталкивая вперёд. — Я подожду снаружи.

Ллараинэль вышла из таверны со смешанными чувствами — странное оцепенение и беспокойство сковали тело. Вздохнув пару раз, девушка попыталась привести и свои мысли в нужное русло. Но как на зло перед глазами то и дело возникал образ Хранительницы, её равнодушный голос, когда она обращалась к младшей из дочерей и укоризненные взгляды, бросаемые, когда девушка не могла попасть в цель. Захочет ли когда-нибудь её собственная мать вот так прийти и поговорить с ней? Нэль горько усмехнулась — скорее небеса сойдут на землю.

Дориан вышел из таверны выжатый как лимон. Ноги слегка подкашивались, а в голове кружили разнообразные мысли начиная от «всё это нажье враньё» до «может и правда стоит дать ему шанс». Маг не знал, верить ему отцу или оставить всё как есть и никогда больше не возвращаться к обсуждению своего наследия. Голова трещала по швам, а чувства, которые Дориан привык скрывать за семью печатями — саркастическими высказываниями и улыбками — ринулись наружу. Безумно хотелось выпить.

Мужчина не сразу понял, что стоит под проливным дождём, а его аккуратно уложенная чёлка липнет ко лбу. Маг вздохнул и поднял взгляд от земли. Недалеко от таверны на каких-то ящиках расположилась Ллараинэль, промокшая до нитки, она сидела и смотрела на застывшего около дверей мужчину и не двигалась, будто решая, что стоит сделать.

Явно всё для себя решив, Нэль резко встала со своего места, развернулась и запрыгнула на ящик. Дориан не сразу понял, что означает этот выпад со стороны Вестницы, но тут она поманила его к себе, и мужчина словно сомнамбул подошёл к ней. Девушка обняла мага, прижимая его голову к своей груди и опуская ухо на его макушку. Дориан замер: он слышал, как громко бьется сердце эльфийки, чувствовал тепло её тела и рук, что мягко поглаживали его по голове и плечам. Руки мага неподконтрольно ему обвили в ответ талию девушки, притягивая её ближе.

Дориан был рад длинным волосам Вестницы, что скрыли его лицо за своей пеленой, и каплям дождя что срывались с них, заставляя думать, что он вовсе не плачет — это лишь дождь. И откуда она взялась такая — яркая, понимающая и тёплая, будто провидение сошедшее со страниц эльфийских мифов. Мужчине казалось, что он чувствует, как разбивается стена между ними, как рушатся все его барьеры, возводимые столько лет подряд. Тепло благодарности за молчаливую поддержку разлилось в груди мага, и он ещё сильнее прижал к себе такую тонкую и хрупкую эльфийку. Теперь он точно обязан защитить её от всех этих грёбаных венатори и Храмовников, иначе в жизни не простит себе этого.

Они простояли так достаточно долго, пока оба не стали трястись от холода и почти одновременно засмеялись, когда их зубы синхронно стали отбивать ритм. Пора было возвращаться в Скайхолд.

***

На следующее утро Нэль пошла в таверну вновь через кабинет Каллена, но на удивление не застала там мужчины, немного расстроенная этим фактом, девушка двинулась прямиком в таверну.

Зайдя на верхний этаж здания, Нэль улыбнулась и поприветствовала Коула, который смотрел вниз, чуть перегибаясь через перила. Мальчишка повернул в её сторону голову и кивнув, вновь вернулся к созерцанию чего-то внизу. Тут девушка услышала характерные звуки драки или чего-то подобного, за этим послышались крики Кассандры, голос у женщины был странным, будто она была не в себе. Не долго думая, Нэль последовала примеру Коула и легла животом на перила.

Этажом ниже и правда разразилась едва ли не драка, в другом углу таверны, заколоченном с двух сторон, стояла опираясь на стену плечом Сэра и жевала яблоко, явно наслаждаясь зрелищем. Нэль решила, что нужно вмешаться, пока эта ссора не переросла в смертоубийство Варрика.

— Всё это время ты знал, где Хоук! Но не сказал ни слова! Она была нужна нам! Нам был нужен хороший предводитель, нам был нужен Инквизитор!

Ллараинэль застыла на последней ступени. На секунду девушке показалось, что её ударили в живот, весь воздух испарился из лёгких, а глаза предательски увлажнились.

— Если бы Хоук была на Конклаве, то смогла бы повлиять на его ход, она была непосредственным участником восстания магов! — Кассандра говорила странно и невнятно.

— Или взорвалась бы к чертям собачьим вместе с остальными членами Конклава, — Мариан неслышно поднялась снизу и застыла в проходе, сложив руки на груди.

Никто явно не замечал стоящую чуть в тени эльфийку, которая что-то пыталась решить у себя в уме.

— Ты была нужна нам! И он знал где ты, но соврал! Мы лишились знающего предводителя! Да ещё и приютили у себя лгуна! — Кассандра с грохотом повалила стол, Варрик едва успел отскочить назад.

— Ничего не потеряно, — Ллараинэль выступила вперёд привлекая к себе внимание, — я отказываюсь от титула Инквизитора, вы можете его передать другому, — голос Нэль чуть дрогнул, эльфийка надеялась что никто из них этого не заметил, глаза нещадно щипало, и девушке стоило гигантских усилий удержать свои эмоции внутри.

Не лгуна, лгунов. Она ведь тоже по сути ничего не рассказывала им о себе, хранила тайну клана и свою истинную миссию. Если бы не метка, Нэль ушла бы не дослушав окончания ссоры и никто не смог бы её уже найти.

— Златичка, что ты такое говоришь, — Варрик видимо первым уловил смысл слов сказанных Вестницей, он решил подойти к ней, но сделав пару шагов, гном заметил, что эльфийка попятилась, и испугавшись, что она сейчас просто исчезнет, Варрик замер, не предпринимая больше попыток приблизиться.

Мариан громко цокнула языком и бросила на Кассандру очень уж обвиняющий взгляд, пропитанный злостью.

— Я не уйду, понимаю метка у меня, помогу до конца, пока нужна, закрою разрывы и исчезну. Не буду причинять проблем, — Нэль не сразу заметила что руки стали подрагивать, и дабы не выдать своего волнения, она сцепила из позади себя. — Вы правы, я не знаю шемленов, ваши проблемы, не понимаю вашей войны. Будет лучше сделать Инквизитором знающего и своего, — эти слова казалось разнеслись по всей таверне, даже внизу где обычно веселились Быки и другие жители Скайхолда было удивительно тихо — все прислушивались к тому, что происходит наверху.

Наступило молчание. Мариан сверила взглядом застывшую Кассандру, Варрик пытался найти подходящие слова, но ничего в голову не шло, а учитывая положение, он и не имел права что-либо говорить. Сэра фыркнула из своего угла и исчезла за ширмой, Нэль бросила ей в след какой-то нечитаемый взгляд. Наверное, где-то в глубине души она надеялась, что хотя бы её соседка по комнате и собрат заступиться за неё, но этого не произошло, и Варрик молчал.

— Ну и что за представление вы тут устроили, — Дориан протиснулся мимо стоящей в проходе Хоук, — без меня. Вот вам не стыдно? — укоризненный взгляд мужчины прошёл по всем присутствующим и остановился на эльфийке, которая всеми силами пыталась слиться с обстановкой, отступив в тень лестницы.

Маг решительным шагом обогнул перевёрнутый стол и подошёл к Нэль, которая уже не делала попыток пятиться. Мужчина уверенно взял её за локоть и потащил за собой, мимо всё того же стола и застывшей Кассандры. Мариан улыбнулась Дориану и кивнула, пропуская парочку к лестнице.

— Присмотри за ней, — одними губами произнесла разбойница.

— Без тебя знаю, — так же тихо ответил маг, и увёл эльфийку прочь из таверны.

***

Два дня отряд Вестницы искал свою предводительницу, слух об её отречении от должности разлетелся по Скайхолду подобно лесному пожару в засушливый день. Но после того, как Дориан утянул за собой эльфийку, никто не мог её найти. Сам маг лишь пожимал плечами в ответ на угрозы Кассандры, что если он не выдаст, где прячется Нэль, то она в мешке отправит его в Тевинтер.

Мариан помогала Варрику, но даже её умение находит всё и вся не слишком пригодились в этой сложной миссии. Девушка словно сквозь землю провалилась. Солас пытался уговорить духов, но и те не могли помочь в поисках, хотя метка должна была быть хорошо видна в Тени, но духи лишь качали головами.

Дориан не глядя взял первую попавшуюся бутылку из рук гнома в таверне и тарелку с нарезанным сыром и виноградом. Маг уверенным шагом вернулся в свой закуток в библиотеке, налил себе вина и поставив тарелку с нарезкой на подоконник, чуть сдвинув в сторону всегда закрытые шторы, принялся медленно потягивать вино, скользя взглядом по строкам очередного творения брата Дженетиви.

Взгляд мужчины уловил едва заметное движение где-то сбоку, маг посмотрел на штору, но та оставалась на месте, как и тарелка с сыром. Дориан пожал плечами и принялся читать дальше, когда вновь что-то мелькнуло сбоку. Маг посмотрел на свечу, которая покоилась на стопке книг и списав в этот раз всё на игру света, вновь принялся читать, только в этот раз поглядывая в сторону занавески.

Снова движение, на этот раз Дориан отчётливо увидел тонкую знакомую кисть, пальцы быстро схватили несколько кусочков сыра и рука исчезла. Маг теперь и вовсе не читал, только для вида держал книгу перед собой, и потягивая вино внимательно следил за тарелкой, с которой пропадал исключительно сыр. Виноград и сухари явно не были предметом обожания его нового соседа в библиотеке. Теперь стало понятно, почему в последнее время с тарелки в первую очередь пропадал именно сыр, а мужчина сетовал на то, что стал слишком быстро напиваться и даже не замечал как съедает его.

Рука в очередной раз потянулась к тарелке, только в этот раз наткнулась на чужую руку и была нагло захвачена в плен.

— Могла бы хоть слово сказать, я бы тебе принёс что-нибудь более нормальное на ужин. Подожди, сейчас схожу до таверны, попрошу твоих любимых овощей и сладкую воду.

Маг встал и внимательно посмотрел на пол позади своего большого кресла, на котором покоились тяжелые шторы, даже зная, что там сидит эльфийка, он не мог уловить её силуэта за ними, и усмехнувшись своим мыслям ушёл за едой.

Теперь позади кресла раздалось характерные булькающие звуки.

— Сказала бы раньше, принёс бы раньше, — спокойно заметил маг, обращаясь к своей книге.

— Спасибо, — ответила ему штора.

— И что ты там делаешь эти два дня? Скучно же наверное просто сидеть, попросила бы, я почитал бы вслух, все привыкли уже что в этом углу сидит злой пьяный тевинтерский маг, и никто бы не обратил внимание на моё бормотание.

— Читаю, — просто ответила эльфийка.

— Я думал, ты не умеешь читать на всеобщем языке.

— У меня есть пара книг на эльфийском, Солас дал давно.

— Собираешься выходить? Или это теперь твоя новая комната?

Штора какое-то время хранила молчание. Дориан вернулся к чтению, давая эльфийке собраться с мыслями.

— Мне нет места тут, не хочу быть Инквизитором если не нужна.

Дориан печально улыбнулся. Ему предстоит тяжёлая работа в ближайшие пару дней, но не смотря на это, приятное тепло разлилось внутри, она пришла именно сюда, ни к Соласу или Варрику, а именно сюда. Нужно принести ещё сыра.

Глава 24. Семейная исповедь

Дориан с грохотом отодвинул стул и сел напротив Варрика, который что-то строчил на листе, не забывая регулярно макать перо в чернила. Мариан видно не было, что было хорошо, слишком большое количество народу может и спугнуть Вестницу. Гном поднял взгляд на мага, и прочитав по его глазам едва скрываемое нетерпение и явную радость, писатель быстро отложил перо.

— Случилось что-то хорошее? Ты нашёл златичку?

Дориан медленно кивнул и ухмыльнулся, увидев с каким облегчением выдыхает гном.

— Она наотрез отказывается покидать своё убежище и тем более возвращаться к обязанностям Инквизитора, похоже, последние слова госпожи Пендегаст сильно задели её, — маг произнёс это на одном дыхании, почти полностью склонившись к столу.

— Странно, раньше она больше двух дней никуда не пропадала, а тут уже третий день ни слуху ни духу, видимо, и правда её это задело за живое, — Варрик пожевал губу, усердно о чем-то думая. — Я пока не спрашиваю где она, только потому, что для начала нужно придумать план с помощью которого мы выманим её оттуда.

— За этим я здесь, обычные примитивные доводы вроде — «Кассандра всегда была такой грубой», «она была просто пьяна», «Инквизиция не виновата, что Кассандра не умеет держать язык за зубами» — не работают. Нужно что-то более серьёзное.

Позади гнома раздалось характерное покашливание, и мужчины резко поднялись от стола, и испуганно воззрились на того, кто явно подслушал их разговор.

— Вы нашли Ллараинэль, но не удосужились это рассказать кому-то ещё? — Солас смотрел на двух взрослых мужчин, будто перед ним сидели дети пятилетнего возраста не старше.

— Нашли значит, — Мариан возникла за столом так же незаметно, как обычно это делала Нэль.

Дориан разочарованно вздохнул, закатывая глаза и откидываясь на спинку стула. Ещё пару минут и кажется весь Скайхолд будет знать эту чудесную весть, а этого в планах мага не было, нужно было сделать всё максимально тихо и незаметно, чтобы не спугнуть маленькую эльфийку.

Мариан пересела ближе к мужчине и указала Соласу на стул рядом с Варриком, похоже только она ещё не утратила надежды, что это будет их небольшим секретом. На самом деле женщина просто всеми силами оттягивала момент встречи с младшей сестрой и решила заниматься всем чем угодно, лишь бы не попадаться ей на глаза.

— Мари, дорогая, Бетани в нашем импровизированном лазарете, и я думаю теперь ты уже можешь спокойно пройти к ней, о твоём присутствии в Скайхолде не знает только ленивый.

— Сначала вернём Инквизитора на трон, а потом уже будем разбираться с остальными проблемами, — Мариан покачала головой. — Кстати, я пришла изначально с известиями от Сестры Соловей. Её люди начали обследовать Западные Земли и судя по всему Серые Стражи там пока не объявились, только венатори рыщут по руинам и явно что-то упорно пытаются найти. Вроде бы эта чокнутая эльфийка с таверны и странный кунари, — женщина чуть скривилась произнося последнее слово едва ли не по слогам, — отправились туда — зачистить местность.

Варрик кивнул, маги же просто сверлили друг друга взглядами, будто играя в гляделки и каждый не желал сдаваться первым. Гном ткнул сидящего рядом эльфа отвлекая его от столь увлекательного занятия, на что Солас как-то смущённо поджал губы и перевёл взгляд на Мариан. Мага тревожили её глаза, слишком пронзительные для обычного человека, ещё и странно поблёскивают в темноте. Своим необычным зрением и глазами отличаются гномы привыкшие работать в полутьме Глубинных Троп и эльфы, видящие в темноте не хуже хищных кошек. Но перед ним, насколько знал Солас, сидит обычная человеческая женщина. В последнее время у мага стали возникать вопросы не только к миру Тени, но и к миру живых, что являлось весьма тревожным знаком.

— Так, что будем делать? — первым оживился Варрик, смотря на тевинтерца, который выглядел непривычно озабоченно и чуть покусывал нижнюю губу. Неужели он настолько сильно переживает за их Инквизитора? Когда только эти двое успели стать друзьями, будто произошло что-то о чём гном был не в курсе, хотелось спросить, но сейчас явно было не время для подобных разговоров.

— Нужно сделать так, чтобы Нэль сама вышла из укрытия, — медленно растягивая гласные произнёс Дориан. — Нужно, чтобы возникла ситуация в которой она проявит себя в качестве неоспоримого лидера, может хоть это даст ей уверенности в себе.

— Не думаешь, что для этого стоит привлечь не только нас? — Мариан плохо знала их Инквизитора, но понимала, что подобные планы обычно осуществляются лучше, если больше участников.

— Нет, — покачал головой Солас, — он на удивление прав, и не стоит привлекать других. Кассандра и Каллен не смогут достоверно сыграть, чтобы Нэль поверила в то, что она сама чего-то добилась. Поэтому нам нужно не просто устроить это «нечто», нам скорее нужно подтолнуть события в направлении чего-то, что может привести к подобному результату. Идеи?

Все молча уставились в стол, пытаясь придумать хотя бы что-то приблизительно сносное, но в голову не приходило ничего полезного, и расставшись с обещанием подумать пару часов и вновь собраться, компания разошлась по своим делам.

***

Мариан аккуратно приоткрыла дверь и втиснулась в небольшое помещение, в котором всё ещё царила разруха, но Инквизиция явно старалась сделать из этого закутка нормальный лазарет. В дальнем углу над чьей-то койкой склонилась длинноволосая женщина, от её рук исходило голубоватое свечение и она что-то тихо говорила. Мари застыла в дверях, и качнула головой когда одна из помощниц Бетани хотела поинтересоваться случилось ли чего.

Целительница закончила врачевать больного и развернулась в сторону своего небольшого столика, где варила зелья, но заметив тень около двери застыла. Карие глаза внимательно окинули фигуру незваного гостя взглядом, и Бетани быстро преодолев расстояние заключила старшую сестру в объятия.

— Создатель, ты здесь, я до последнего не верила слухам, учитывая, что Варрик отказался просить твоей помощи, — затараторила Бет, смотря прямо в голубые глаза.

— И тебе привет, сестрёнка, — Мариан постаралась, чтобы улыбка вышла не слишком кривой.

Сестры расстались не в самых лучших взаимоотношениях и для Мариан, которая с трудом пережила предательство мужа, было не менее тяжело сейчас видеть свою сестру, которая была замешана в интригах Андерса. Если с последним они прожили под одной крышей три года и у них было достаточно времени, чтобы преодолеть все недомолвки и раскрыться друг перед другом до конца, то вот с Бетани они не виделись после ухода из Крикролла.

— Прости, — Бетани чуть отхошла от сестры и опустила взгляд к полу.

— Что? — Мариан не совсем поняла, за что сейчас извиняется младшенькая.

— Ты знаешь за что, за Киркволл, за то что ничего тебе не сказала, за то что вынудила выступить на стороне магов. А ещё вот за это, — ладонь Бетани опустилась с громким шлепком на щеку старшей Хоук. Голова разбойницы резко дёрнулась в сторону, от неожиданности и шока, женщина не успела ничего сделать и её голова встретилась с деревянной дверью.

«И откуда столько силы у мага?» — промелькнула последняя мысль у Мариан, прежде чем мягкая тьма забрала её в свои сети.

Бетани испуганно вскрикнула. Она не ожидала, что обычная пощёчина может принести столько проблем. В момент, когда разбоница стала оседать на пол, распахнулась дверь и тело женщины повалилось на руки быстро среагировавшего Фенриса, спасшего голову Хоук от повторного удара уже о пол.

— Семейное воссоединение в самом разгаре, а я её предупреждал, — Фенрис по-удобнее перехватил Мариан, и поднял на руки. — Куда положить, госпожа целитель? — эльф улыбнулся, и посмотрел на мерно дышащую в его руках старшую из сестёр.

От глаз Бетани не укрылась эта мимолётная улыбка, но отогнав от себя ненужные мысли, девушка кивнула наверх, туда, где распологалась их небольшая комнатка. На пару этажей выше лазарета. Они давно уже разобрались в чувствах друг друга и высказали всё, что было на душе, но почему-то сейчас, видя свою сестру на руках эльфа, Бетани вспомнила Киркволл и постоянные посиделки Мариан с Фенрисом у него в поместье. Они никогда не говорили об этом ни с сестрой, ни с Фенрисом. Что они делали? Просто пили? Вышвыривали трупы? Или же между ними было что-то большее? Девушка резко выдохнула. Ревность это глупо, тем более в их положении и возрасте.

***

— Нет, я конечно понимала, что наша встреча будет не самой радужной, но такое, — Мариан аккуратно покрутила головой, проверяя всё ли теперь в порядке.

— Я же уже извинилась, — Бетани повесила голову, Фенрис сидящий рядом с ней погладил девушку по спине. — И я не думала, что тебя может свалить простая пощёчина! Мари, в чём дело? — целительница подняла взгляд на сестру и внимательно посмотрела ей в глаза.

Мариан покачала головой, и как-то через чур меланхолично посмотрела в окно, вслушиваясь в грохот доспехов и зычный голос Каллена. А ведь с ним она тоже ещё не поздоровалась…

После Киркволла Бетани и не надеялась, что сможет по лицу прочесть эмоции и тем более уловить ложь в голосе сестры. Мариан была в праве злиться и обижаться на младшую сестру, но и у Бетани имелось множество поводов чувствовать тоже самое. Всё-таки жизнь сестры оказалась куда более запутанной, чем казалась изначально, а ведь Бет так до конца и не узнала ничего о той мести Мари, теперь же появился ещё один разрыв между ними, разрыв длинной в три года. Когда-то она считала, что они очень близки, особенно в те времена, когда Мариан представлялась мужским именем и спала исключительно с Изабеллой. Иногда Бетани жалела, что Мариан вновь стала для неё старшей сестрой, а не братом, зато она помнила как была счастлива мама, решив что страшая дочь образумилась и перестала таскать мужские вещи.

Интересно, рассказала ли она о той призрачной мести Андерсу?

— Андерс, я собрала такую бомбу, когда мне было шестнадцать, — в голубых глазах играл огонь, распростронявшийся по улицам города. — Шестнадцать, — по слогам повторила женщина, сжимая в руках свой необычный клинок, цепляясь за него, как за последний рубеж. — Я никогда не была дурой.

Целитель смотрел на девушку перед собой и не мог поверить её словам. Она знала всё с самого начала. Знала, но молчала?

— Только чудо спасло башню Кинхол от участи, к которой ты приговорил местную Церковь! — эти слова Мариан почти выкрикнула в лицо своего возлюбленного.

— Зачем тебе это было нужно? — подала голос притихшая Мерриль.

Мари скривила губы в подобии улыбки и посмотрела на эльфийку со смесью жалости и неприязни.

— Месть лишает разума, — только и произнесла она, развернулась и направилась в сторону одной из лодок.

— Так много знакомых неожиданно собралось в одном месте, — почти шёпотом произнесла старшая Хоук и повернулась к сестре.

— Думаю, вам давно пора уже поговорить, — с этими словами Фенрис вышел из комнаты, закрывая за собой дверь.

Какое-то время в комнате слышался лязг доспехов и чьи-то крики, Мариан даже уловила шелест крыльев, видимо вороны спешат к Сестре Соловей.

— Я знаю, что не в праве обвинять тебя в чем-либо, ты просто попала под горячую руку вместе с Андерсом. У меня хватило сил простить его, наверное, я и правда не учусь на своих ошибках, — Мари горько усмехнулась. — Ты для меня всегда была тем, кого я ценила больше своей собственной жизни, после смерти брата и мамы ты осталась единственной о ком я должна была заботиться, не считая конечно нашей сумасшедшей братии, — теперь улыбка уже была более весёлой и тёплой.

Бетани чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Она не прерывала эту небольшую исповедь и жадно вслушивалась в каждое слово произнесённое Марианнетой Лиан Хоук, старшей сестрой, не боящейся любить, обладающей такой верой в людей, что позавидовали бы самые ярые фанатики Андрасте. Мари заражала своей верой всех и каждого, постепенно превращая самых несуразных, не взглянувших друг на друга в иной ситуации людей в одну большую семью. Даже Себастьян смотря на руины, что остались после Церкви, послушно собирал стрелы на поле боя и шёл вместе с ними в Каземты. А они с Андерсом разрушили это… Бетани почувствовала, как слёзы сорвались с ресниц, и заструились по щекам. Она боялась всхлипнуть, не хотелось рушить этот монолог своими неуместными эмоциями.

Бетани не знала про взрыв, но она знала и помогала со всей подпольной сетью, которая так или иначе касалась магов. И ни один из целителей ни разу не рассказал разбойнице о всех тех мелких операциях, что они проворачивали. Они просто использовали веру Мариан в них, и не рассказывая настоящую цель, эксплуатировали её в своих интересах. Бет знала и поддерживала идею восстания, наверное, расскажи ей Андерс о взрыве, она бы молчала вместе с ним, и это было самым страшным — даже зная о взрыве, она бы не рассказала о нём своей сестре.

— Всегда, с самого детства я любила тебя и желала тебе лучшей жизни, — продолжала говорить Мариан, — но в один прекрасный день у тебя проявилась сила, и мой мир рухнул.

— Почему? — дрожащим голосом произнесла Бетани. — Ты ведь тоже…

— Поэтому и рухнул, я не хотела, чтобы ты познала всю тяжесть бытия магов в этом мире. Магия — это гарлоково проклятье, а вернее будет сказать, люди превратили эту силу в проклятье. Мы скитались так долго, почти десять лет мы не жили дольше пары месяцев на одном месте. Думаешь я хотела, чтобы у тебя была такая жизнь? — Мариан вздохула. — Отец отлично контролировал свои силы, честно сказать он никогда не был сильным магом, но вот ребёнку контроль всегда даётся трудно, и я испугалась, что нам вновь придётся бежать. Но судьба оказалась благосклонна, твоя сила была стабильна и отец быстро научил тебя ею пользоваться. На самом деле это было моей ошибкой считать, что моя сестра сможет остаться в стороне увидев невзгоды, которые приходится преодолевать магам, тем более после переезда в Киркволл.

Бетани не помнила, чтобы Мари говорила хоть раз с ней так долго и так откровенно, на душе помимо грусти зародилось давно забытое тёплое чувство.

— Почему ты никогда ничего не рассказывала отцу? — целительница подняла чуть покрасневшие глаза и встретилась взглядом с сестрой.

— Один взрослый маг в семье — это небольшое затруднение, два мага — это уже проблема, три мага — катастрофа. Кто-то должен был защищать общую тайну. Я видела как живут маги в Кинхоле, видела как ведут себя Храмовники. Ещё с малых лет я видела, как мама оборачивается и шепчется с отцом, стоит им хотя бы услышать лязг доспехов. Уже тогда я поняла — быть магом, значит вечно оборачиваться и ждать нож в спину. Все люди становятся потенциальными врагами, которые в любую минуту могут донести на тебя Храмовникам и тогда твоя привычная жизнь канет в лету. Магия — это проблема с которой можно справляться, необузданная сила — это вечный страх сделать что-то не так и погубить окружающих тебя людей. Я боялась, — Мариан кивнула, в ответ на распахнувшиеся в удивлении глаза Бет. — Меня ранило не предательство, а молчание. Я никогда не была дурой, ты и сама это знаешь, но всё равно поверила, что я ничего не вижу и не понимаю.

— Прости, прости меня, — Бетани кинулась к сестре сжимая её в объятия.

Целительница уткнулась лбом в плечо Мари, и разрыдалась, крепче сжимая пальцы, едва не разрывая рубашку разбойницы. Мариан прижала сестру ближе, зарываясь носом в густые чёрные волосы, на душе впервые за долгое время воцарилось спокойствие, перед глазами не мелькали смутные образы и зелёные всполохи. Было тепло и уютно в продуваемой каменной комнате с разбитым окном и затухшим камином. Впервые Мари поверила в фразу — «время лечит», старые раны затянулись и она впервые за столь долгое время смогла спокойно высказать всё Бетани. Теперь осталось успокоить сестру, передать её Фенрису и помочь Инквизиции вернуть своего предводителя на его законное место.

***

Солас сидел за своим столом и медленно потягивал чай, пытаясь собраться с мыслями, которые в последнее время так и норовились ускользнуть из-под его контроля. Почему это маленькое златовласое создание вызывает в нём столь бурные эмоции? Маг нахмурился и выдохнул, пытаясь не придавать значения резко бухнувшему невпопад сердцу.

Нужно было сосредоточиться на насущных проблемах. Что может побудить Ллараинэль добровольно покинуть своё место пребывания, да ещё и утвердит в своей значимости и силе, раз это оказалось её слабым местом. Эльф одёрнул себя. Нужно было больше разговаривать с Вестницей, ведь изначально она боялась внешнего мира это должно было натолкнуть его на мысль, что взялся этот страх не из пустого места. Даже при полной изоляции от мира людей, она должна была контактировать со своими собратьями, со своей семьёй, но видимо именно в этом и крылся корень проблемы.

Солас на мгновение просиял, но тут же нахмурился. Это была слишком опасная затея, которая могла повлечь за собой смерти, если хотя бы что-то подёт не так. Но это пока был единственный план, который пришёл ему в голову. Нужно было обсудить это с остальными участниками заговора.

***

— Если честно, Смеюн, я дошёл тоже примерно до этой же мысли, другое ничего просто в голову не приходит, — кивнул Варрик, как только маг договорил.

Дориан нервно постукивал по столу, ему не хотелось признаваться, но и он пришёл только к этой мысли. Видимо у них был коллективный разум, хотя это было весьма очевидно, если учесть их знания об эльфийке, то самое главное что они знали о ней — она умеет закрывать разрывы и жутко ненавидит магов. Значит им остаётся только объединить эти два пункта в нечто, что можно будет назвать продуманным планом с минимальным риском для здоровья окружающих. А вот это уже была задачка посложнее.

— Простите за опоздание, — Мариан пришла самой последней и естественно не слышала их гениального плана. — Я тут поговорила с Фенрисом, оказывается он знает вашего Инквизитора не понаслышке. Он рассказал, что она была одной из самых активных, кто помогал освобождённым ими рабам устроиться на новом месте. И вот у меня тут появилась одна идейка. На днях прибыл какой-то очень важный маркиз, или кто он там, очень неприятный тип скажу по секрету, я трижды видела, как он наказывает слуг. Что если устроить скандал в главном зале, пусть эльфийские слуги напортачат, и он устроит скандал с пожеланием особенно жестокого наказания для них, думаю Нэль не выдержит. Она защитит собратьев, покажет свою силу и чтобы вынести приговор зазнавшемуся аристократу ей придётся воспользоваться своими полномочиями.

Троица взирала на женщину едва ли не открыв рот.

— Я так тебя люблю, друг мой, — рассмеялся Варрик.

— О, я тоже, но жаль что наши сердца уже привязаны к другим, иначе мы бы уже шли в сторону твоей спальни, — не удержалась от ехидной шуточки Мари.

— Ты стала говорить куда больше слов, и знаешь, мне это нравится, — гном был действительно рад появлению старой подруги.

Решив, что разрывы и магов можно оставить в качестве запасного варианта, заговорщики стали обсуждать детали их конечного плана, после того, как Мариан успокоилась от смеха, который вызвал в ней их вариант развития событий. Солас оскарблённо поджал губы, но был вынужден признаться, что её план куда более безопасный и может даже сработать.

Глава 25. Уверенность и сила

Дориан отлично умел общаться с вельможами разного типа, невозможно было прожить без подобных навыков в стране, где любой даже самый незначительный приём заканчивался Игрой. Маг помнил своё пятнадцатилетие, когда впервые поцеловался с наследником другого дома и неожиданно сразу после этого был втянут в череду событий, которые казались никак не связанными между собой, но могли привести к его собственной, если и не смерти, то точно полному уничтожению репутации. После такого Дориан чётко для себя решил, что ему жизненно необходимо познать все основы и правила Игры, и мужчина стал неплохим манипулятором, умудряясь множество ситуаций выставить так, что и вовсе был не причастен к ним.

Маг думал, что подобные умения ему не пригодятся на службе в Инквизиции, учитывая, что тут были игроки посильнее и поопытнее альтуса — одна только Сестра Соловей чего стоила. Он, честно сказать, немного побаивался её, даже когда она шутила и говорила весьма дружелюбно и мило, ему слышался подвох и скрытый смысл, а может в нём играла тевинтерская подозрительность, чего нельзя было исключать.

Варрик мог заговорить зубы любому, но ему не хватало навыков именно ведения Игры, было заметно, что гном и не сильно стремился выбивать себе эту роль в их плане, спокойно отдавая её магу. Мариан мужчины не доверяли по причине её нестабильного темперамента, вернее, после рассказов Варрика об оном. Солас и не стремился к общению с людьми, и ему как единственному эльфу в компании досталась весьма очевидная роль — подговорить прислугу.

***

— Это Зои, она нам поможет, — Мариан привела дрожащую, сжимающую в руках какие-то тряпки эльфийку в лазарет, где у них образовался штаб.

Бетани и Фенрис теперь тоже оказались посвящёнными в их план, но у целительницы и без этого дел было слишком много, и она уже дважды едва не отхватила передозировку лириумом. Поэтому Мариан строго настрого запретила ей принимать в этом участие. Фенрис же умудрился помочь, случайно, но умудрился. Именно от него Мари узнала про Зои, служанку, которая до дрожи в коленях обожала их нового предводителя и готова была пойти ради неё на многое.

Зои помнила первую встречу с Вестницей в Убежище, помнила скромность той, кого сделали избранной из-за клейма на руке и её доброту. Нэль стала первой, кто поинтересовался именем служанки и каждый раз очень искренне благодарила её за работу, даже если Зои просто перестилала постель. Иногда Вестница оставляла эльфийке незамысловатые подарки, которые говорили о внимательности избранной: если Зои обжигалась, неся котлы с водой в ванны, то вечером находила на тумбе у своей кровати мазь от ожогов, которую по словам других слуг заносила Вестница; если кто-то из них был ранен, то часто в людской появлялись склянки с зельями такого цвета, которые варила исключительно Вестница. Она заботилась не только о Зои, но похоже остальные не так сильно обращали на это внимание, как эльфийка, которая хранила в своём сундуке любые проявления доброты Инквизитора. Поэтому не было ничего удивительного в том, что она пожелала добровольно довести Маркиза Буле до крайней степени недовольства слугами и в случае провала плана, понести за это должное наказание.

Мариан пыталась на пару с Соласом объяснить девушке, что они в любом случае не допустят никаких телесных наказаний, но Зои похоже это нисколечко не волновало, и она согласилась, не дослушав их речи.

***

— Понимаю ваше негодование, — кивнул Дориан в ответ на слишком утомительную и скучную речь чванливого аристократа в маске. — У нас в поместье множество слуг и мы никогда не позволяем им лишнего, я считаю, что даже взгляд слуги должен быть направлен исключительно в пол, когда он говорит со своим хозяином.

Магу легко давалась эта ложь, потому что нечто подобное проповедовали почти все магистры, но самого Дориана подобные условности никогда не занимали. Все его слуги, точнее сказать, рабы, никогда не менялись, если того не требовала какая-то особенная ситуация, мужчина давал им возможности самостоятельно ходить на рынки, выбирать что готовить на ужин. В отличие от своей матушки, которая обладала диаметрально противоположным взглядом на общение со своими рабами — она не гнушалась телесных наказаний за определённые провинности, строго запрещала какие-либо близкие контакты между слугами и тут же продавала или попросту избавлялась от тех, кто смел нарушить это священное правило. При воспоминании о матушке Дориан скривился, но тут же одёрнул себя, но похоже маркиз принял его выражение лица как подтверждение слов о том, что он с большой неприязнью относиться к непослушным рабам.

— На самом деле я считаю политику Тевинтерской Империи относительно эльфов правильной, и не понимаю Ферелденскую королеву, которая дала эльфам земли, мало ли что творится у этих остроухих в голове, — даже голос Маркиза Буле казался Дориану отвратительным, его брюзжание уже начинало порядком надоедать, а второй подбородок, подёргивающийся при малейшем сдвиге головы вызывал у мага ассоциацию с жабой, на которую в своём зелёном камзоле и был похож маркиз.

Около ведущих разговор мужчин в главном зале возникали и исчезали слуги, и вот Дориан заметил краем глаза знакомую фигуру. Зои несла поднос с горячим блюдом, поднос заметно подрагивал, и мужчина не был уверен, что это наигранная дрожь. С другой стороны к ним скользнул второй слуга, налив в бокалы вино, он резко развернулся, желая поскорее уйти, Зои обогнула собрата, который должен был сбить её поднос, но что-то пошло не по плану. Правда всё сразу же исправил сам Маркиз Буле, яростно жестикулируя, он выбил из рук эльфийки поднос. Содержание чашей тут же оказалось на маркизе, оба эльфа замерли, но осознав ошибку начали причитать, кланяться и извиняться перед гостем.

— Это что за безобразие?! Вы хоть знаете, сколько стоит мой костюм, вы, безрукие остроухие ублюдки? — взорвался праведным гневом маркиз, вскакивая со своего места, похоже, мужчину в первую очередь заботила именно одежда, а не обожженные части тела.

— Простите, господин, но это вы выбили у меня поднос, — Зои пыталась вытереть камзол маркиза, и неожиданно даже для самой себя сказала именно то, чего так не хватало, чтобы окончательно вывести мужчину из себя.

— Так значит это ещё и я виноват? Как ты смеешь говорить подобным тоном! Неужели в Инквизиции не предусмотрены наказания для этих недоносков, вы же слышали господин Павус, как она посмела обратиться ко мне?

Дориан важно кивнул, сдвигая брови к переносице, и явно собираясь что-то сказать, но маркиз вновь опередил его.

— Немедленно выпорите этих двоих остроухих ублюдков! — брызгая слюной прокричал Буле.

Варрик собрал остальной отряд Вестницы за столом около камина, где он обычно сидел один, и они спокойно играли в карты вместе с Мариан, Солас же выманил из своего кабинета Каллена, под предлогом показать одну из эльфийских карт, где были обозначены постройки, которые могут быть интересны Корифею. Скандал привлёк внимание не только немногочисленных гостей Инквизиции, но и Жозефину с Сестрой Соловей, которые вынырнули из-за дверей, что вели к небольшому кабинету Монтилье. Все зрители были в сборе, и даже Кассандра, которая неожиданно тоже захотела присоединиться к игре в Алмазный ромб.

— Ох, прошу простить, Маркиз Буле, мы не хотели обидеть столь важного гостя, — Жозефина оказалась около склочного мужчины самой первой и попыталась вразумить его, но похоже ей это не удалось.

— Я требую немедленного наказания для этих остроухих ублюдков! — верещал своим противным визгливым голосом Буле.

— Остроухих ублюдков? — голос Ллараинэль прозвучал неожиданно громко и чётко, в зале моментально стихли все звуки, а взгляды устремились на стоящую недалеко от дверей, что вели в библиотеку, эльфийку.

Маркиз скривился и пренебрежительно окинул взглядом тонкую фигуру Вестницы, явно не признавая в ней ту, о ком говорил весь Скайхолд.

— Что, пришла выручать своих друзей? Вы должны знать своё место, — какая-то женщина громко ахнула, разрушая тишину.

— Своё место? — никто и никогда не слышал, чтобы Нэль говорила таким тоном — тихим и угрожающим, она сделала несколько шагов в сторону замершего мужчины. — И где же наше место, м?

Аура вокруг вечно милой и доброй Вестницы кардинально изменилась, от неё так и веяло опасностью, а каждое следующее слово разносилось звенящим эхом по главному залу, будто звук гвоздей, которые забивали в крышку гроба. Дориана передёрнуло от этой ассоциации, как и Соласа, который оказался ближе всех к своей соплеменнице. Эльфу показалось, что он ощутил мощное давление силы, такое бывает только если разозлённый маг неосознанно начинает выпускать бесконтрольную магическую энергию, не формируя её в заклинания. Вот только, чтобы заставить людей стоящих рядом с собой задыхаться от натиска чистой силы нужно быть по истине сильным магом, которых на своём веку Солас встречал всего несколько раз. Неужели метка даёт столько сил своему носителю?

Мариан поднялась со своего места. Она внимательно смотрела на эльфийку, застывшую посередине зала и испускающую вокруг себя такую знакомую силу, женщина неосознанно потянулась за ней, даже не замечая собственного порыва. Варрик удивлённо воззрился на свою подругу, а Фенрис поднялся вслед за ней, активируя Лириумного Призрака. Мари чуть дёрнулась, когда рука эльфа оказалась на её плече и слегка заторможено повернула голову в его сторону.

— Успокойся, — глаза Фенриса сверкали лириумными всполохами, Бетани непонимающе переводила взгляд со своей сестры на мужа.

— Прости, — наваждение спало вместе с гнетущей атмосферой, и Мари упала обратно на стул, не в силах стоять.

Ллараинэль сделала ещё пару шагов в сторону нерадивого гостя, в глазах играла такая злость и ярость, что Маркиз Буле попятился. Солас больше не чувствовал незримого давления, что приносило заметное облегчение, это могло быть резким высвобождением небольшой силы из метки, вроде того вихря, который теперь умела создавать эльфийка. Если бы она была магом, Солас бы это заметил, такое трудно скрыть, особенно учитывая в каких сражениях они успели побывать, маг неосознанно выдал бы себя. Сила всё равно прорвалась бы защищая своего носителя. С Нэль такого не происходило ни разу, по крайней мере, насколько мог судить эльф.

— Неужели так важно какой расы тот, кто спас вашу жизнь? Неужели есть разница между остроухим и шемленом? Почему вы думаете, что за испорченный по чистой случайности камзол, они должны понести телесное и моральное наказания? — Ллараинэль говорила чисто, будто никогда и не было для неё проблемой разговаривать на всеобщем языке.

— Какое право имеешь ты так со мной разговаривать! Я Маркиз Буле, я согласился поставлять Инквизиции лучшие ткани! И не потерплю, чтобы какая-то остроухая делала мне замечания! Госпожа Монтилье, позовите немедленно Инквизитора! — мужчина забегал глазами в поисках поддержки и не сразу заметил, что Жозефина успела уже отойти от него, как и все остальные.

— Он перед вами, — Нэль произнесла это без сомнения или запинки, таким тоном будто никогда и не сомневалась, что этот титул принадлежит ей.

Дориан восхищённо взирал на эльфийку, кто бы мог подумать, что в тихом омуте водятся настолько поразительные и привлекательные черти. Маг просто не мог выразиться по-другому, сейчас Вестница выглядела по-настоящему прекрасной в своём гневе, хотя и пугала, но отчего-то эта опасная красота только сильнее привлекала взгляд альтуса. И он не мог найти в себе силы даже моргнуть, боясь что видение рассеется.

Маркиз тупо открывал и закрывал рот, не в силах подобрать слова.

— Любая работа важна — будь то уборка комнаты или разработка стратегий, и никто не в праве унижать других, за то, чем они занимаются и кем являются. Раса, пол или предпочтение в выборе партнёра, всё это не повод для оскорблений или принижений, важно лишь то, какой человек на самом деле. Даже когда, должен быть заниматься, там где его не ждут или не хотят видеть, — запал Нэль постепенно сходил на нет, и девушка стала путаться в словах, уверенность таяла, а всеобщий язык будто выветривался из головы.

Ллараинэль тяжело дышала смотря на громоздкого и такого неуклюжего мужчину перед собой, который едва ли смог бы сейчас постоять за себя вызови его кто-нибудь на дуэль, или случись что-то непредвиденное. Медленно осознание ситуации и того, что только что она наговорила стали доходить до Вестницы, эльфийка стала покрываться красными пятнами, а атмосфера опасности исчезла. Нэль застыла, не зная, что делать дальше.

— Думаю, мы все согласны со словами нашего Инквизитора, — Нэль повернулась и встретилась взглядом с Кассандрой, которая встала из-за стола и медленно шла в их сторону. — Если вы решили оскорблять всех эльфов, значит вы оскорбляете и нашу Вестницу.

Ропот прошёлся по залу, постепенно тишина начала сменяться лёгким шумом, все стали перешёптываться между собой, кто-то даже презрительно морщился, смотря на красного будто помидор мужчину. Маркиз Буле, явно не привыкший к подобному вниманию, прокричал что-то неразборчивое и убежал, насколько позволяла его комплекция и подготовка, из главного зала.

— Мы рады, что вы снова в здравии, Инквизитор, — Сестра Соловей подошла к девушке первая, Нэль непонимающе посмотрела на неё. — Мы сказали всем, что вы простудились, — шепотом пояснила Леллиана.

— Хвала Создателю, что у нас появились хорошие целители, — Ллараинэль только сейчас заметила, что Кассандра выгляди как-то непривычно неуверенно и даже смущённо. — Я бы хотела принести вам извинения, за моё неподобающее поведение, — тоже понизив голос произнесла воительница.

— Всё в порядке, — кивнула Вестница, несколько растерянно смотря на собирающийся вокруг неё отряд.

— Очень рад, что наш поход не занял много времени, иначе бы мы пропустили такое веселье, — прогремел Бык и резко поднял, застывшую эльфийку, закидывая её к себе на плечи. — Да здравствует наш остроухий Инквизитор!

По залу прошёлся одобрительный рёв, и все стали чокаться, постепенно глупая ссора с маркизом переросла в массовую пьянку.

— Тебе она никого не напоминает? — Алистер встал рядом с Леллианой, потягивая своё пиво.

Сестра Соловей посмотрела на него, чуть сведя брови, мужчина усмехнулся. Сходство было не очевидное, можно даже сказать едва заметное, но Серый Страж уловил его, особенно когда девушка стала так угрожающе шипеть на этого маркиза. Он слишком часто слышал как кое-кто не менее милый умеет злиться точно так же.

— Ты про кого? — не выдержала Сестра Соловей.

— Не важно, мне просто показалось, не бери в голову, — покачал головой мужчина и решительным шагом направился прямиком к Инквизитору.

***

— Понимаю, что у вас сейчас внеплановое празднество, но могу я украсть вашего Инквизитора на пару минут, — Алистер подошёл к компании, которая сидела вокруг одного стола, но смеялась и шумела громче остальных людей собравшихся в зале, судя по количеству народу, даже завсегдатаи таверны были уже тут как тут.

Нэль поднялась из-за стола именно в тот момент, когда Бык настаивал на том, чтобы эльфийка наконец выпила что-то крепче фруктовой воды, нагло тыкая ей в лицо кружкой.

***

— Что-то случилось? — девушка была несказанно рада этой передышке, всё произошло так неожиданно, что она до конца никак не могла понять, как на это реагировать. Похоже все и правда были рады видеть её в роли Инквизитора, что бы она себе раньше не надумывала, тугой узел в районе живота постепенно исчезал.

— Мои друзья дали о себе знать, думаю через пару дней они прибудут в Скайхолд и тогда обговорим наш поход в Западный предел.

— Хорошо, — Нэль кивнула.

— Они не знают, да? — как-то неожиданно спросил Алистер, девушка растерянно посмотрела на него, не понимая о чём речь. — Я о Кэйтлин.

Ллараинэль потупила взгляд и отрицательно покачала головой.

— Не думай, я прекрасно тебя понимаю, и рассказывать ничего не буду, если захочешь, сама это сделаешь, — мужчина улыбнулся эльфийке, такой тёплой улыбкой, что у Нэль защемило в районе сердца.

Наверное не так уж и странно, что некоторые эльфийки уходят из своих кланов ради людей, гномов или даже кунари. Она ведь и сама пару минут назад разглагольствовала на эту тему и было бы весьма двулично тут же кривить нос от осознания того, что эльфийка может быть куда более счастливой с простым человеком.

Ллараинэль неожиданно для себя предложила Алистеру посидеть где-нибудь в более укромном месте и рассказать ей о своих приключениях: о море, о том куда ушла Страж Командор и о ведьме из Диких Земель Коркари. Мужчина вновь улыбнулся и согласился.

***

Ллараинэль куталась в тёплое пуховое одеяло и вновь сидела около только недавно разожженного камина. Впервые за эти дни она чувствовала приятную усталость во всем теле и спокойствие, которое волнами разливалось по венам. Наверное очень странно в их ситуации чувствовать подобное, но хотелось хотя бы на короткие мгновения забывать об ужасе, ожидающем их за пределами стен Скайхолда, крепости, которую словно сами боги установили у них на пути, давая приют.

В дверь кто-то постучал, не дожидаясь ответа в комнату зашёл Дориан.

— Ох, ну и холодно же у тебя, а я жаловался на свою комнату. Хотя твоя попросторнее будет, — мужчина зашагал прямиком сначала к одним балконным дверям, закрывая их, потом повторил манипуляции со вторыми. — Так думаю получше будет.

— Ma serannas, — еле слышно произнесла эльфийка.

— Не за что, — Дориан без разрешения уселся рядом с Вестницей на шкуре медведя. — Рад, что ты вернулась.

— Я не уходила, рядом с тобой сидела.

— Ты поняла о чём я.

В комнате воцарилась тишина, и только потрескивание поленьев нарушало её. Дорани и сам не знал зачем пришёл, но выпив очередную кружку странной горькой бурды, он заметил, что эльфийки уже и след простыл. Как давно она ушла маг не знал, но почему-то сразу подумалось, что в столь поздний час её можно будет застать именно в покоях и не прогадал.

— Ты ведь всё правильно сказала, я про твою речь о рабах и ориентации, — язык Дориана слегка заплетался, но ему почему-то очень захотелось поговорить. — На самом деле ты куда более сильная и удивительная, чем сама о себе думаешь. И знаешь, я останусь с тобой до конца, каким бы он ни был.

Ллараинэль улыбнулась, пряча свою улыбку в складках покрывала. Пару минут назад она тряслась от холода и одиночества в своей комнате, а теперь стало неожиданно тепло и очень даже уютно. Она покосилась на мага, что расположился рядом с ней, его забавные усы чуть дёрнулись, будто он тоже собирался улыбнуться, но вместо этого мужчина резко встал.

— Что ж, спокойной ночи, Инквизитор Лавеллан, — от осознания, что никто из них не знает даже её настоящей фамилии, щеки девушки залил румянец.

— Я не Лавеллан, — выпалила она в спину тевинтерца, вскакивая на ноги, не отпуская при этом одеяла.

Мужчина обернулся и удивлённо посмотрел на неё.

— Махариэль, я Махариэль, — глаза Дориана распахнулись, когда он услышал знакомую всем и каждому фамилию и едва сдержался, чтобы не начать выспрашивать у неожиданно откровенной Нэль и другие подробности об её жизни. - Только не говори пока никому.

— Не скажу, — вместо этого мужчина мягко улыбнулся. — Нас, госпожа Инквизитор, связывает всё больше и больше секретов, и не скажу, что мне это не нравится, — подмигнув напоследок, Дориан вышел из комнаты.

Глава 26. Опасность во льдах

— Пока ожидаем прибытия спутников Алистера, думаю можно помочь в Изумрудных Могилах, разведчица Хардинг сообщает, что там по всему лесу разрывы, несколько поместий заняли Красные Храмовники и как вишенка на торте из одного из поместий пропали хозяева, а разведчики не могут попасть туда из-за разрыва, — Леллиана постучала пальцем по карте, привлекая внимание остальных советников и самого Инквизитора, которая внимательно скользила взглядом по всем фигуркам на столе. Они всё ещё вызывали у неё дикий восторг, хотелось незаметно стащить хотя бы одну.

— Не логичнее ли будет, сначала тогда отправиться в Эмприз-Дю-Лион? Он находится ближе, и оттуда поступили не менее тревожные новости, похоже, там Красные Храмовники отлавливают людей, — Каллен провёл пальцем по карте, показывая, что можно сначала разобраться в горах, а потом спуститься к заповедным лесам.

— Отлавливают людей? — Ллараинэль чуть повернула голову и посмотрела прямо в глаза мужчины, который стоял ближе всех к ней.

Командор встретился взглядом с Нэль и отчего-то моментально закашлялся, прикрывая губы кулаком. Девушка приподняла бровь в уже полностью скопированной у Дориана манере.

— Не знаю зачем им это, но судя по письму от местных жителей это стало вездесущей проблемой, — Каллен взял себя в руки и уже спокойно взглянул на Вестницу, которая теперь хмурилась.

Ллараинэль не могла себе представить для чего Храмовникам именно похищать людей, не агитировать выступать добровольно против Инквизиции, а просто красть. Причем делали они это едва ли не под самым носом Инквизиции, что могло значить только одно, люди были им нужны настолько сильно, что они готовы были пойти и на такой риск.

— Хочу напомнить вам, Инквизитор, что раз мы теперь во всём разобрались, то вас ждут сегодня на судебном процессе, где предстоит судить нескольких наших заключённых, — Жозефина сделала пару пометок в своём листе и улыбнулась Нэль так, словно сообщала ей о чём-то приятном, — я сопровожу вас как только закончим здесь, и вы сможете вынести приговор в главном зале, ваш трон уже привели в порядок.

Лларинэль смотрела на женщину так, словно та повредилась в уме, как минимум. Девушка ожидала, что госпожа Монтилье рассмеётся и скажет, что всё это их с Леллианой шуточки, но этого не произошло, и вот они уже шли обратно в сторону главного зала, и Жозефина вводила Вестницу в курс дела. Было бы конечно неплохо, если бы последняя ещё понимала хоть слово, от накатившего на неё страха она совсем перестала разбирать слова на всеобщем языке. И как у неё получилось тогда выдать столь впечатляющую речь ни разу не запнувшись? Нэль горестно выдохнула, но позволила советникам усадить её на трон.

Алексиус. Она уже успела позабыть о нём, а ведь они вели этого мага через Морозные горы до самого Скайхолда, но почему-то эльфийка не могла вспомнить, видела ли мужчину хоть раз после Редклифа. В дверях ведущих к библиотеке Нэль заметила Дориана, который стоял, скрестив на груди руки, и сжал губы с такой силой, что они побелели.

— Официальное обвинение звучит так: отступничество, попытка порабощения и попытка убийства вас. Тевинтер отрёкся от него и лишил звания, — Жозефина остановилась на ступени, не доходя пары шагов до напуганной до смерти Вестницы, которая всеми силами старалась придать лицу беспристрастное выражение.

Ллараинэль смотрела на бывшего магистра нечитаемым взглядом. Она ненавидела тевинтерцев за их отношение к эльфам, за их магию, за их высокомерие и тщеславие. Её взгляд тут же вернулась к Дориану, который стоял не меняя позы в своём углу. Многое меняется, да? Девушка выдохнула.

— Мне не жаль Вас, — медленно произнесла она. — Но отчего-то я рада, что удалось спасти вашего сына, новая кровь может помочь изменить ошибки прошлых поколений, если дать ей шанс.

— Я очень благодарен вам, Инквизитор, — Алексиус выступил чуть вперёд и упал на одно колено. — Я приму любую участь, и сделаю всё что в моих силах.

Вестница одёрнула себя при попытке вновь посмотреть на своего тевинтерского друга, решение принимать нужно имея холодную голову на плечах, без эмоций и чаяний.

— Ваша магия, ваши исследования, мне рассказали о них, — Нэль запнулась, сама не веря в то, что собиралась сейчас сказать. — Надеюсь на ваше безоговорочное сотрудничество и, — Митал, и где в такие моменты все слова на всеобщем языке, которые были ей так нужны. — Вы будете проводить свои исследования под присмотром Инквизиции.

Алексиус поднял взгляд на Вестницу, явно не веря в услышанное. Неужели он и правда считал, что она пошлёт его на плаху? Судя по выражениям лиц некоторых из собравшихся, не только он этого ожидал. Оставалось надеяться, что подобные решения не сильно навредят ей, хотя, если честно, на это Нэль было наплевать, но убивать кого-то она была не готова. Вернее, была не готова жить с осознанием того, что вынесла решение, основываясь не на своей интуиции и морали, а на ожидании остальных.

— Суд окончен, — громко провозгласил Каллен откуда-то сбоку, и народ начал медленно расступаться.

Алистер улыбнулся, все-таки они были похожи, пусть и не внешне. Мужчине сразу вспомнился момент с Зевраном, когда чуть ли не единственная в отряде Кейтлин стала защищать его, даже когда он с сомнением стоял в одном из переулков Денерима и не знал возвращаться ему к своим старым знакомым или оставаться с ними. Может, миру как раз и недостаёт вот таких вот героев, готовых довериться тем, от кого отказались остальные. Серый Страж усмехнулся, как-то сконфуженно почесал нос и решил ретироваться обратно в свои скромные покои.

***

— Значит в тёплые края ещё не отправляемся, да? — Варрик первым пришёл к воротам, где была условлена встреча отряда.

Вестница как-то очень уж удрученного покачала головой, сильнее закутываясь в подаренный магом плащ, и с тоской смотрела на бедного коня, который был тоже не в восторге от того, что к нему снова цепляют помимо седла странного вида крепления.

— Всё готово к отправлению, — Кассандра спускалась по лестнице в сопровождении Каллена, который держал в руках небольшую карту.

— Будьте осторожны, мы не знаем зачем Храмовникам люди, — командор посмотрел на Вестницу, — особенно вы, Инквизитор, берегите себя.

После этих слов Каллен развернулся и быстро скрылся по направлению к своему кабинету, Нэль почувствовала, как у неё запылали щёки, и если это ей показалось смущающим, то услышав смешок Варрика, девушке захотелось провалиться сквозь землю.

— Кто этот тут краснеет не из-за меня? — улыбнулся спустившийся к воротам Дориан посмеивающемуся Варрику и покрасневшей до самых ушей Нэль.

— Похоже, скоро наши ставки можно будет разыгрывать, — подмигнул магу гном, и похлопал себя по карману.

Губы Дориана сложились буквой «о», и он понимающе кивнул Варрику, но почему-то привычного азарта при мысли о скором выигрыше не почувствовал, что было дурным знаком. Бык возник вслед за магом и подмигнув Вестнице, быстро схватив, успевшую только пискнуть эльфийку, за талию, закинул её на коня. Кассандра принялась помогать пристёгивать девушку к седлу, попутно проговаривая их планы на Эмприз-Дю-Лион. Нэль на это лишь сконфуженно кивала и пыталась не обращать внимания, что большие руки Быка как-то подозрительно часто соскальзывают куда-то ниже талии.

Последними к отряду подошли Коул, Блэкволл и Солас. В этот раз они тоже решили разбиться в Эмоприз-Дю-Лионе на несколько отрядов, чтобы быстрее помочь разобраться с проблемой в виде Красных Храмовников.

***

— Нам нужно решить, кто пойдёт в крепость, а кто освобождать бедных заключённых, — протянул Дориан, после небольшого знакомства с ситуацией в полуразрушенной деревне.

— Отряд, возглавляемый мной, пойдёт к крепости Суледин, мне интересно, так ли она прекрасна как о ней говорят, — улыбнулась своим мыслям Вестница. — Остальные отправятся по следам Храмовников и помогут людям.

— Судя по карте, горный перевал нам в любом случае преодолевать вместе, а вот тут наверху уже разделимся, — Кассадра ткнула пальцем в карту.

— Хорошо. Кто хочет пойти со мной? — Нэль посмотрела на свой отряд, и почти все одновременно подняли руки. Девушка не ожидала такого рвения и, что таить, это было очень приятно, осознавать, что все они хотят идти именно с ней в отряде. — Видимо, решать мне, да? — эльфийка забавно сморщила нос. — Бык, Кассандра и… Прости, Варрик, в этот раз нам придётся разделиться, чтобы у каждого были лучники. Солас, тебе наверняка также как и мне интересна постройка.

Дориан обиженно надул губы, Нэль виновато ему улыбнулась и пожала плечами, когда Солас заверил её в том, что она совершенно права.

Варрик смотрел, как девушка распределяет всех, и внимательно вслушивался в интонации её голоса. <ыло так интересно наблюдать за тем, как из маленькой напуганной эльфки вырастает уверенная в себе эльфийка. Правда самым интересным было именно произношение, всеобщий язык давался Вестнице с большим трудом, но вот в такие моменты из её голоса пропадал акцент, она переставала тянуть гласные, будто удваивая их, и произносила полноценные сложные предложения. Прогресс был на лицо, Варрик довольно улыбнулся и похлопал Нэль по плечу, вызвав у неё удивлённый взгляд.

— У меня такое чувство, что я стал папочкой, и смотрю за тем, как постепенно моя дочь собирается покинуть родное гнездо, — гном стёр с лица несуществующую слезу и шмыгнул носом.

Дориан с Быком в голос рассмеялись, и Блэкволл, что-то одобрительно пробасив, присоединился к смеху, остальные непонимающе посмотрели на резко развеселившийся отряд, но ничего не сказали. Солас с неприязнью глянул на тевинтерского мага, который вновь оказался почти плечом к плечу рядом с Вестницей и шёл в ногу с ней.

***

Первые три раза это было смешно, на четвёртый раз Дориан на пару с Кассандрой стали сетовать, чтобы Нэль чаще смотрела под ноги и шла аккуратнее, на пятый раз эльфийку вынудили идти между Быком и Блэкволлом, дабы больше никого не пугать. Казалось бы после такого длительного перехода через Морозные Горы эльфийка должна была привыкнуть к особенностям ледяных земель, но, видимо, тракт, по которому они тогда шли, был в разы лучше, этой обледенелой дороги. Вестница старалась идти впереди, и постоянно пыталась максимально неуклюже подскользнуться на очередном склоне и проехаться на пятой точке, пока её не подхватывал Бык и со смехом не возвращал на подобие тропы.

— Может просто на плечи? — предложил Бык, когда они разбили первый лагерь Инквизиции и медленно потягивали горячий отвар.

Ллараинэль только открыла рот, чтобы согласиться со столь замечательным предложением, но перехватив многозначительные взгляды Кассандры и Соласа, отрицательно покачала головой, сильнее кутаясь в плащ.

Шестой раз был самым опасным и зрелищным. Довольная видом с гигантского моста построенного ещё при тевинтерской империи, Ллараинэль бегала вокруг него, осматривая со всех сторон. Отряд Храмовников, притаившийся недалеко, счёл её прекрасной мишенью и особенно Чудовище, метнувшее в столь яркую цель заражённые кристаллы. Нэль услышала приближение снаряда первая, стоя на парапете моста и кувыркнувшись в сторону, ловко ушла от удара, но, приземлившись на камни, быстро начала скользить.

У Дориана едва не остановилось сердце, он в последнюю минуту, успев накинуть на себя барьер, кинулся в сторону скользнувшей с уступа девушки, которая была в миге от того чтобы упасть в бездну. Пожалуй, маг никогда не бегал так быстро в своей жизни, и никогда так быстро не накладывал сложные заклятия вроде сетей и плети. Он даже произнести их до конца не успел, создавая эфемерную сеть очень схожую с рыболовной, в которую упала не успевшая даже вскрикнуть Нэль, длинная верёвка шла сверху от сети, и уходила вверх. Мужчина прыгнул вперёд, вцепляясь в верёвку пальцами и дёргая её резко на себя.

Склон был слишком скользким и мага потянуло вслед за эльфийкой, не смотря на его попытку удержать себя скрипнувшим от недовольства посохом. Мужчина почувствовал, как чьи-то крепкие руки обвились вокруг его талии.

— Держись! — пробасил на ухо Блэкволл и дёрнулся всем телом назад, поднимая за собой и мага и Инквизитора.

Бой за это время успел закончиться, несчастный немногочисленный отряд Храмовников не был готов к столь слаженному и отчаянному сражению со стороны Инквизиции. Из-за того, что эльфийка убежала первая, её отряд чуть опоздал, и Храмовникам было некогда оценивать ситуацию и численное превосходство вражеского отряда.

— Я тебя сейчас сам убью! — Дориан весь раскраснелся и зло сверкая глазами направился в сторону эльфийки, которая полулежала на камнях и тяжело дыша смотрела в пропасть, в которую чуть не угодила.

Её взгляд метнулся в сторону мага, и она испуганно вжала голову в плечи. Дориана перехватил стоящий ближе всех Блэкволл.

— Успокойся, она и сама испугалась, — упершись рукой в грудь мага, произнёс Страж.

Рядом с эльфийкой возник Коул, он что-то шептал ей и помог встать. Девушка пошатнулась и, прижавшись к мальчишке, задрожала всем телом. Дориан моментально успокоился и, отвернувшись, побрёл к остальному отряду, который тактично собирал вещи и разные полезные приспособления с трупов и скал. Кассандра отправляла весточку Хардинг о найденном месте для лагеря, а Бык довольно колотил по камням, доставая редкие материалы.

Солас смотрел на эльфийку, чьи плечи перестали часто вздыматься, а дыхание успокоилось, но она всё также прижималась к странному мальчику-призраку. Мужчина хотел подойти к ним, и забрать у Коула их драгоценного Инквизитора, но осознав странное чувство, которое руководило им при желании подойти к парочке, маг одёрнул себя и остался стоять. Он сразу же пожалел о своём решении. Бык хмыкнув что-то себе под нос, оказался рядом с эльфийкой, уже успевшей отстраниться от Коула и закинул её к себе на плечо. Девушка пискнула, но ловко перевернулась и обвила ногами шею Быка, довольно устроила свой подбородок у него между рогами.

— Удобно с тобой ходить по холодным землям, твой плащ отлично защищает и меня, — произнёс Железный Бык, поправляя бархатную ткань, будто собираясь укутаться в неё.

— Похоже мой подарочек оказался полезным не только для Инквизитора, — как-то слишком холодно заметил Дориан, принципиально не смотря в сторону коссита и тем более на эльфийку.

Варрик внимательно переводил взгляды с членов отряда и как-то слишком хитро улыбнулся и покачал головой. А он думал с Мариан было всё сложно, когда они там в Киркволле не могли решить, кто с кем и почему.

***

— Холодно, рука, пронзает холод и боль. Ветер, но что-то мешает, волки. Я снова иду из Убежища? Тревожно и холодно.

— У нас, что в палатке личный глашатай госпожи Инквизитора? — не выдержал первым Дориан. — Нам всем холодно, прекрати причитать, мы тоже хотим спать.

До крепости Суледин они так и не дошли, остановились недалеко от моста и устроили небольшой привал на ночь. Вот только при переходе через Морозные горы у них были более плотные спальники и постоянно горели костры, то в Эмприз-Дю-Лионе им пришлось довольствоваться тонкими палатками и лёгкими спальниками, которые можно было спокойно нести с собой без лошадей. Самым главным отличием стала незащищённость от ветров, которые с удовольствием хлестали по стенкам палатки, и помимо холода создавали невыносимый шум.

Коул на какое-то время замолчал, и Дориан с Варриком уже подумали, что им удастся немного подремать, как мальчишка опять запричитал.

— Холодно, холодно, холодно. Интересно, мама надеется, что я умерла?

Дориан неожиданно поднялся, закутался полностью в одеяло и вышел из палатки. Варрик проводил его удивлённым взглядом, но говорить ничего не стал, повернувшись на другой бок, попробовал вновь уснуть.

Около костра сидел Железный Бык и Солас, была их очередь дежурить, Дориан свою вахту как раз передал им. Эльф поднял взгляд от огня и посмотрел на выбравшегося из палатки мага, который не говоря ни слова нырнул в соседнюю палатку, где спала госпожа Инквизитор и Кассандра. Солас услышал смешок со стороны Быка, и до него сразу же дошло, что только что сделал тевинтерец.

Дориан забрался в палатку к Инквизитору, бросил взгляд в сторону явно крепко спящей Кассандры, и быстро нырнул к Нэль. Девушка не успела даже пискнуть, маг без предупреждения забрался к ней в спальник, накрывая их поверх её одеяла ещё и своим

— Что ты… — Нэль не успела закончить фразу, Дориан сразу же её перебил.

— Не мог уснуть под клацанье твоих зубов, — шёпотом ответил альтус, придвигаясь ближе к лежащей на боку девушке.

— Ты спишь в соседней палатке, — стараясь придать своему шёпоту недовольный тон Ллараинэль.

— Вот, представляешь масштабы бедствия, теперь спи уже.

Дориан придвинулся ближе к госпоже Инквизитор, укладывая одну руку ей на талию, другую над головой. Нэль почувствовала, как тепло от горячего тела мага разошлось по её собственному, и стало намного легче дышать. Это мягкое тепло чужого тела словно окутало её со всех сторон, и дурные мысли моментально выветрились из златовласой головы. Дориан задышал мерно, явно провалившись в сон, Нэль ещё какое-то время прислушивалась к его дыханию, но тоже быстро последовала за ним.

Ллараинэль бездумно перебирала в руках разноцветные камешки, утопая ногами в прохладной речке. Откуда-то сбоку послышались шорохи, девочка не обратила на это внимание — кто кроме Охотников или других детей ещё мог находиться здесь? Эльфийка всё же приподняла взгляд, отрываясь от своего важного дела в виде выискивания самых красивых камешков, чтобы сделать из них Алларосу подарок на день рождение. Недалеко мелькали тени других детей, она слышала как смеётся Цисси, и увидела, как к берегу приближаются Карас и Надаль.

— Карас, Надаль, Нэль, немедленно вернитесь назад, сколько раз я вам говорила, чтобы вы одни не спускались к речке, её воды опасны! — взгляд золотых глаз метнулся в сторону мальчишек, которые тоже уже успели устроить себе игру, брызгая друг в друга водой.

К берегу спустилась смотрительница Джадал, сведя свои тёмные брови к переносице, раздался неожиданный свист стрелы. Ллараинэль, успевшая встать и направиться к ней навстречу, замерла, не веря в увиденное. Кровь моментально начала пропитывать мантию Джадал в районе живота, женщина из последних сил накинула барьер, и он заискрился под градом стрел.

— Назад! Бегите в деревню! — Надаль и Карас ухватили застывшую Нэль за руки и потянули за собой.

Послышались крики других детей, прибежавших на звуки сражения. Ллараинэль обернулась и увидела с другой стороны реки двух высоких людей в рясах и странных головных уборах, с двух сторон от них выстроились лучники. Высокие люди оказались магами — они пробили барьер Джадал и создали свой собственный вокруг напуганных детей, заключая их во что-то наподобие клетки.

Ллараинэль видела, как остальные дети верещали и плакали, звали на помощь, но Охотников видно не было, а вот люди, скинув Джадал в реку, быстро окружили детей и накинув ещё какое-то заклинание — усыпили их.

Нэль резко распахнула глаза. Остатки сна стали быстро ускользать от неё, и единственное, что осталось в памяти были какие-то обрывки в виде магических всполохов, клеток и людей в странных шляпах. Вокруг было темно и решив, что раз её никто ещё не будит, прикрыла глаза и вновь провалилась в сон.

Дориан проснулся от того, что кто-то нагло пинал его по ноге. Мужчина еле разлепил глаза и встретился с возмущённым и удивлённым взглядом Искательницы, которая уже успела облачиться в свой доспех.

— Какого чёрта ты тут делаешь, и где Инквизитор?

Дариан опустил взгляд вниз. Да, проснулись они в весьма необычной позе, мужчина растянулся на лежаке по диагонали, накрывшись двумя одеялами под самый подбородок. Что-то в районе его живота зашевелилось.

Ллараинэль проснулась второй раз в весьма своеобразной позе — она свернулась калачиком, полностью зарывшись в одеяла, а её голова покоилась на чём-то очень мягком и шевелящемся. Девушка резко села. Дориан и Кассандра смотрели на заспанную и растрёпанную Вестницу, и Искательница не говоря ни слова вылезла из палатки, а маг прыснул в кулак, когда несколько расфокусированный взгляд Нэль устремился на него.

Тевинтерец первым вышел из палатки и направился в свою за одеждой. Ллараинэль наспех натянув на себя доспехи, последовала за магом. Отряд, собравшийся около костра, заинтересованными взглядами проследил сначала путь Дориана, а потом переместился на Вестницу, чьи длинные волосы впервые за всё время были растрёпаны в разные стороны до такой степени, что на затылке даже стояли дыбом.

— Как спалось, златичка? — ухмыльнулся Варрик, передавая севшей рядом с ним Вестнице её завтрак.

— Я смотрю, вы времени зря не теряете, — поиграл бровями Железный Бык, уже присоединившемуся к остальным тевинтерцу, на что получил привычно уничтожительный взгляд и многозначительное молчание.

Солас замер с кружкой в руках, и переводил взгляд с непривычно выглядящей Вестницы на Дориана. Злоба и гнев поднимались откуда-то из недр сознания эльфа, резкое желание наслать на альтуса самое из гнусных проклятий затопило его с головой, и на мгновение Соласу показалось, что он так и сделает.

Нэль перехватила взгляд собрата, тот с каким-то отвращением и отчаянием посмотрел на Инквизитора, девушка почувствовала укол совести. Только сама не понимала почему.

— Опасно порождать подобные слухи, — заметила ровным тоном Кассандра, тоже внимательно посмотрев на Инквизитора.

— Не понимаю, ничего не случилось. Дориана девушки в этом плане не интересуют, — пожала плечами Ллараинэль. — Ой, прости, или этого нельзя было говорить? У вас людей это сложно. — Нэль бросила извиняющийся взгляд в сторону мага, который и бровью не повёл.

— Всё нормально, не то чтобы я это скрываю, — пожал плечами маг и улыбнулся Вестнице, давая понять, что она может об этом не переживать. Вот только почему-то от того, что эту истину произнесла именно Нэль стало как-то скверно на душе, и Дориан принялся усердно пережёвывать пресный хлеб с сыром.

— О, не беспокойся шеф, в следующий раз твою постель согреет Железный Бык, я не делаю ставки только на одну команду, — с этими словами кунари подвинулся к застывшей Вестнице почти вплотную, укладывая свою массивную руку ей на плечо.

Девушка моментально залилась краской, и подняла на коссита испуганный взгляд, вызвав у того бурный смех. Похлопав Вестницу по плечу с такой силой, что её голову качнуло почти до самых коленей, Бык отодвинулся и продолжил завтракать. Ллараинэль на миг застыла смотря в огонь, но стряхнув наваждение, тоже принялась за еду.

Глава 27. Демоны внутри

Нэль смотрела на великана таким восхищённым взглядом, что Быку показалось она совсем не собирается с ним сражаться, а так и станет дальше просто смотреть. К большому сожалению эльфийки, великан был зараженный красным лириумом и пропускать их дальше не желал, помогая Красным Храмовникам бить отряд Вестницы.

— Раньше Великаны сторожили эльфийские могилы, — задумчиво произнесла Ллараинэль смотря прямо в пустые глазницы лежавшего перед ней чудища.

— Зачем сторожить могилы? — Кассандра раньше не проявляла к Вестнице интереса, но после произошедшего в Скайхолде сильно об этом пожалела. Всё же девушка перед ней была представительницей явно не самых обычных долийцев и было бы неплохо разузнать побольше. Учитывая, что Нэль обычно отказывается говорить хоть что-либо, такие небольшие фразы могли многое рассказать о её мире и клане.

Бык тоже навострил уши, подходя ближе к компании, которая осматривала великанью голову с пророщёнными в ней кристаллами красного лириума. Бен-Хазрат или нет, но косситу было тоже интересно узнать подобные вещи, некоторые эльфы приходящие в кун были из долийских кланов, но такими знаниями не обладали.

— Uthenera. Не всегда хватало смотрителей за усыпальницами, дабы никто не нарушал сон древнейших. Поэтому некоторые кланы пришли на закланье к Гиланнайн, прося её помощи. Именно она создала многих существ, Великаны были в их числе, и только она могла знать как с ними говорить. Несколько последователей научили других эльфов говорить с Великанами, чтобы они помогали взамен на пищу. Сейчас мало кто помнит язык зверей, — длинные речи всё лучше давались девушке, чему она была несказанно рада, хотя порой многие слова так и норовили ускользнуть из её памяти.

Солас смотрела на эльфийку рядом с собой. Каждый раз вот такими речами о былом она задевала какие-то струны души в нём, вызывая странный трепет того, кто спит где-то глубоко внутри. Откуда она знает это всё? Империя так старательно разрушала эльфийские знания, и встретить кого-то обладающего подобными познаниями не просто чудо, а само провидение в чистом виде. Мужчина посмотрел на левую руку Вестницы, в которой она сжимала свой лук и чуть сжал губы — и что же теперь делать с меткой?

***

— А вот и героиня или убийца? — Вестница смотрела на странного мужчину, что стоял на середине площади, центр которой украшал гигантский лириумный кристалл.

— Вот, кого тот парень называл демоном Имшэль, — Бык опустил меч на промерзлые камни, тот громко звякнул, разнося тревожный звук по площади.

— Дух выбора, если позволите, — как-то обиженно произнёс мужчина. — Твои друзья очень жестоки, плохой знак, а ты…

Имшэль замер, взгляд его горящих глаз сначала задержался на лице Солоса, который чуть отступил назад, будто отшатнувшись от чего-то мерзкого.

— Он уже точно не Дух, — произнёс маг так тихо, чтобы его услышали только спутники.

— Ты… я знаю тебя? — Имшэль замялся, и сделал несколько шагов навстречу Инквизитору, наклоняясь будто пытаясь рассмотреть эльфийку получше. Мужчина резко выпрямился и улыбнулся, — выбор, — неожиданно провозгласил он. — Я предлагаю тебе, прекрасное создание, очень хорошую сделку, выслушаешь?

— Создатель, сделок с демонами только Инквизиции и не хватало, — приглушённо пробормотала Кассандра, получше перехватывая щит.

Солас обернулся к Вестнице, надеясь увидеть в её глазах отвращение и нежелание даже слушать демона, но то что на самом деле он увидел пришлось ему не по вкусу.

— Даже не думай, — маг подошёл ближе к девушке, выступая вперёд, словно собираясь прикрыть её собой в случае чего.

— Что ты предлагаешь? — голос Нэль прозвучал неожиданно звонко и твёрдо, будто она и не слышала наставлений и громких вздохов своим спутников.

— Нет, златичка! Только не сделки, даже с духами это весьма опасно, — Нэль обернулась и увидела на ступенях вторую половину отряда, которая по какой-то причине пошла вслед за ними. — Поверь мне, или можешь в Скайхолде поговорить об опасности быть одержимым Духом с Мариан, она то уж точно тебе расскажет все подробности.

— Согласен с Варриком, я конечно из Тевинтера и у нас можно сказать едва ли не любимая забава играть с демонами, но лучше не вступать с ними ни в какие отношения, — Дориан усмехнулся, посмотрел прямо на Имшэля и тут же скривился.

Ллараниэль не внемла и их доводам, развернулась и подошла к Имшэлю на пару шагов ближе, Солас громко выдохнул сквозь зубы и тронулся вслед за Инквизитором не желая отпускать её дальше одну. Он и так уже слишком часто упускал свой шанс быть ближе к девушке, сейчас же это желание было вполне оправдано и логично.

— Что ты предлагаешь? — повторила свой вопрос Вестница.

Имшэль улыбнулся, но как-то не очень уверенно, он слишком внимательно смотрел прямо в глаза девушки и видел в них что-то своё.

— Я работаю с Красными Храмовниками. Знаю чего они добиваются своими экспериментами, знаю где расположена часть их лагерей. Ценная информация не так ли? — Имшэль выпрямился складывая руки на груди и чуть склоняя голову на бок. — Так же я храню множество знаний о старых временах. Разве тебе не интересно?

— Плата? — Нэль сама не знала, что на неё нашло. Она хорошо знала все истории об одержимых, в клане было несколько магов, которые проходили через этот путь и возвращались уже не такими как прежде, если им удавалось пережить ритуал освобождения. Но какое-то странное чувство внутри говорили ей — «он нам нужен, мы с ним справимся». Этот голос был знакомым, только девушка никак не могла вспомнить, кому же он принадлежал и стоит ли ему верить. Может это метка сводит её с ума? Неожиданная мысль слегка отрезвила эльфийку, и она отошла к Соласу практически вплотную, чем несказанно удивила последнего.

— Мишэль, — пожал плечами демон.

— Нет, — Нэль покачала головой.

— Хвала Создателю, — слишком громко и с придыханием произнёс Варрик.

Имешэль не двинулся, всё ещё внимательно всматриваясь в эльфийку, явно пытайся прийти к каким-то своим выводам.

— Хорошо, мне ничего не нужно. Я буду сотрудничать, как это у вас говорится «за даром», — развёл руками демон.

Послышался шёпот сопартийцев, в их голосах ясно слышалось полное недоверие демону, и это было понятно. Левую руку Вестницы неожиданно кольнула боль, и резкой волной от ступней до самого лица прокатился жар вдоль линий валласлина, а где-то с грохотом упало дерево. Нэль втянула через нос воздух, стараясь не выдать своего состояния и вся сжалась. Из-за боли мозг отказывался адекватно воспринимать информацию и тем более формировать ответы. Чей-то голос попытался пробиться сквозь пелену, но вот кому он принадлежит, девушка никак не могла понять.

— Инквизитор? — на плечо эльфийке легла рука Соласа, он смотрел на неё со смесью тревоги и страха.

— Не бывает таких хороших сделок, — послышался голос Варрик будто из глубины самой бездны, и Нэль поняла, что постепенно возвращается обратно в реальный мир.

— Ты должна меня знать, — Имшэль неожиданно заговорил на эльфийском, вновь обращая на себя внимание Соласа и Нэль. — Моё тело есть воплощение дарованное Корифеем, воспользуйся правом на Воплощение и я больше не буду привязан к этому месту глупым красным лириумом. Тебе нужно лишь принять меня обратно.

Солас застыл, не веря в услышанное — правом на воплощение обладают только сильные маги, вернее будет сказать ими обладали исключительно боги, но точно не обычные эльфийские лучницы. Маг перевёл взгляд на Нэль, которая судя по всему в принципе не совсем понимала, о чем говорит демон, значит он просто заговаривал им зубы.

— Ты должен знать, что этот дар доступен лишь богам и видимо ещё Корифею, — Солас произнёс это необычайно твёрдо и громко, вставая так, чтобы теперь Инквизитор оказалась полностью за ним.

— Можно помедленнее, мы тут не успеваем переводить, — сарказм так и сочился из Дориана, но ему совершенно не нравилось быть тем, кто ни слова не понимает, всё же они единый отряд, а от Соласа не убудет, если он переведёт для них речь Имшэля.

— Он предлагает за свои услуги то, чего ему Инквизитор дать не может, — бросил через плечо эльф, маг позади него сощурил глаза, но говорить ничего не стал.

— Очень жаль, надеюсь позже мы встретимся вновь, — Имшэль картинно покачал головой и перекинулся в форму демона гордыни.

Они сражались двумя отрядами, но это почему-то не дало им ожидаемого преимущества, впервые за долгое время бой был по настоящему тяжёлым и кровопролитным. По виску Быка стекал пот вперемешку с кровью, Варрик старательно прятался между колоннами, избегая попаданий кристаллов, Кассандра и Блэкволл стояли в первой линии обороны и старались прикрывать собой магов. Нэль перемещалась по полю боя, стараясь оттягивать внимание от магов на себя, за что получала в благодарность барьеры, которые правда слишком быстро рассыпались из-за слишком проворных Теней. Самым странным было то, что Имшэль не обращал на Инквизитора никакого внимания в отличие от Храмовников и это давало девушке небольшое преимущество.

Барьеры и ловкость не помогли уйти от слишком быстрого удара Тени, которая должна была быть уже мёртвой судя по тому, что прямо из «лица» твари торчало две стрелы, одна из которых взорвалась. Вот только тварь как ни в чем не бывало рванула из последних сил в сторону лучницы и вонзила один из своих отростков прямо в плечо. Девушка вскрикнула, но изо всех сил рванула назад, отталкиваясь двумя ногами от Тени, и кувырком ушла с парапета на площадку, где Блэкволл добивал Имшэля. Демон гортанно взвыл, вновь перекинулся в человека, кинул странный взгляд в сторону сидящей уже на площадке Нэль и резко взмыл в небо, превратившись в чёрный бестелесный дым.

— Победили? — слабым от усталости голосом пробормотала эльфийка.

Перед ней возникли маги, как-то слишком неожиданно для тех кто недавно стоял на другой стороне площадки.

— Ничего рана несерьёзная, проблема в том, что повреждена рука с меткой, — говорил Солас таким далёким, но тёплым голосом, девушка неожиданно для себя улыбнулась и потянулась вслед за магом.

— Аккуратнее, златичка, — почему-то плечо в которое удалось упереться эльфийке принадлежало судя по всему совсем не Соласу, а Дориану.

— Устроим здесь штаб, — Кассандра говорила откуда-то сверху, Нэль посчитала, что это был вопрос и энергично покачала головой, Суледин и правда прекрасное место для Инквизиции.

— Боже, не дергайся так, что с ней такое, она будто не в себе. Хей, ты меня слышишь, Ллараинэль? — своё собственное имя произнесённое таким приятным бархатным голосом тевинтерца звучало непривычно.

— Рана затянулась, лириум не попал, но видимо это просто шок от соприкосновения красного лириума в жале Тени и метки, — своим привычным поучительным тоном пояснил эльф.

Нэль закрыла глаза, наслаждаясь теплотой исходящей от Дориана и слушала голоса сопартийцев. Она понимала абсолютно всё, но почему-то не могла говорить и шевелиться, и даже когда к вечеру прибыли солдаты Каллена вместе с каким-то вельможей, который теперь будет руководить делами в Суледине, девушка могла лишь смотреть и слушать.

***

Нэль слышала, как люди переговариваются между собой, но не понимала ни слова. Рядом с ней сидел Карас и тихонечко подвывал, будто побитый пёс. Сама Нэль только недавно смогла успокоиться и перестала плакать, отчего глаза теперь были опухшими и ужасно болели. Кто-то из детей стал тихо перешёптываться, но девочка не слышала о чем именно они говорят, в голове билась только одна мысль — «этого не может быть». Вот только реальность была куда суровее и приходилось сидеть в гигантской клетке, на которую был наброшен кусок ткани и думать о том, куда их везут и что будет с ними дальше.

Ллараинэль слышала от взрослых множество рассказов о страшных людях с севера, но всегда считала, что это придуманные сказки, чтобы пугать детей перед сном. Никогда бы она не могла подумать, что ей самой придётся узнать кто такие эти призрачные и непонятные «тевинтерцы» и зачем им понадобилось убивать Джадал. При воспоминании о воспитательнице на глаза вновь навернулись слёзы, и девочка сжалась сильнее, утыкаясь носом между коленями, зарываясь лицом в подол платья.

Повозка резко остановилась и послышались крики людей, вокруг засвистели стрелы, а дети стали истошно кричать от страха и синхронно попадали на пол. Дверь клетки открылась, Нэль сощурилась от резкого света ударившего по глазам, и не сразу поняла что происходит. Чья-то рука схватила её за волосы и со всей силы дёрнула на себя, заставляя девочку кубарем выкатиться из клетки. Из-за боли Нэль громко вскрикнула, перед глазами стояла пелена слёз, закрывая обзор. Судя по крикам, держал её в руках мужчина, он поднял девочку и прижимая к себе сжал горло, от его пальцев исходил сильный жар, будто он пытался призвать огонь.

— Отпусти её, грязное отродье! — голос сестры пронзил воцарившуюся над тишину, и Нэль бессознательно дёрнулась в её сторону

— Сестра! — Ллараинэль вновь попыталась вырваться, изворачиваясь всем телом, жар исходящий от руки мага усилился, оставляя на нежной коже ожоги.

— Ar tu na'lin emma mi! — Кейтлин дрожала всем телом от гнева, но не имела возможности двинуться.

Ллараниэль моргнула несколько раз и пелена из слёз рассеялась. Девочка увидела стоящий впереди отряд Охотников возглавляемый Кейтлин, но она чувствовала, что на деревьях притаились ещё эльфы. Взгляд золотых глаз метнулся к повозке, с которой уже стянули ткань, перепуганных детей окружили ещё люди в длинных рясах, каждый из них направил заостренный конец посоха на маленьких эльфят.

Никто не двигался, девочка не знала сколько времени она уже висит в руках тевинтерца. Послышался свист стрелы, которая пронзила держащего её мага точно между глаз, его руки расслабились, и Нэль полетела вниз, больно ударяясь коленями о землю. А дальше начался настоящий ад.

Ллараинэль хватала губами воздух в попытке прийти в себя. Ей что-то снилось, что-то очень отвратительное и тёмное, заставляющее всё нутро содрогнуться в резкой судороге. Вестница еле успела выскочить из палатки, тут же сгибись, но изо рта вырвался лишь громкий всхлип и слюна. Кто-то из солдат заметил девушку и поспешил к ней на помощь.

— Госпожа Инквизитор, как вы? Позвать Соласа? — Нэль качнула головой, и солдат исчез, тут же на его месте материализовался маг.

— Как ты? Смотрю уже можешь двигаться. Где болит?

— Всё нормально, просто… прости, что заставила тебя разбудить. Дурной сон ничего более, — девушка криво улыбнулась, но не отстранилась, когда Солас прижал свою ладонь к её лбу.

— Что-то странное происходит с твоим организмом, и я не знаю что именно, это не похоже на влияние метки, — маг неожиданно прошёлся пальцами по валласлину на щеке. — Как давно он у тебя?

— Уже шесть лет,— голос эльфийки чуть дрогнул.

Солас ничего больше не сказал, помог Нэль дойти до костра и налил ей супа, который помешивал Варрик, нисколько не удивившийся неожиданной компании.

— Светает уже, скоро будем выдвигаться, златичка? — гном сел между эльфами, за что получил несколько недовольный взгляд от Соласа, но лишь усмехнувшись ему в ответ, принялся болтать с Инквизитором о дальнейших планах отряда.

***

Ллараинэль смогла спокойно выдохнуть только после освобождения последних рабов. Уже было далеко за полночь, когда отряд вернулся в лагерь у башни и с удовольствием накинулся на горячую еду в плошках.

— Госпожа Инквизитор, у нас донесение от командора Каллена, — к эльфийке с лёгким поклоном подошёл один из солдат.

— Не перестаю удивляться, что тут рукой подать до Скайхолда, — пробормотала Вестница принимая письма и с умным видом развернула его, стрельнув предварительно в сторону Дориана глазами. Маг понял всё и без намёков, моментально поднялся со своего места, и будто самым первым хотел узнать о новостях, посмотрел в листок через плечо Инквизитора.

— О, солдаты начали потихоньку отстраивать мост, но похоже на той стороне обитает кое-кто не очень приятный, — провозгласил Дориан.

Несмотря на усталость все с интересом посмотрели на Вестницу, ожидая продолжения. Нэль упорно делала вид, что скользит глазами по строчкам, но не так быстро, как это делал маг, всё же все знали об её проблемах с всеобщим языком.

— Похоже днём тут пролетал дракон, — оповестил всех Дориан.

— Ура! Давайте подождём пока достроят мост! Хочу сразиться с этой тварью! — прогрохотал Бык, улыбаясь.

— Помнится, во Внутренних Землях твои ребята лихо справились с одним из представителей драконов, — заметил Варрик, оборачиваясь к Быку, который теперь явно не смог бы уснуть даже если бы захотел.

— Вы убиваете драконов? — с нескрываемым ужасом в голосе произнесла Ллараинэль.

— Не беспокойся, златичка, на самом деле они не такие уж страшные. Если правильно спрятаться и быстро бегать, а ещё постараться не загреметь к ним в пасть, то делов там на пару ударов, — гном ободряюще улыбнулся застывшей Вестнице, Варрик заметил, что в её глазах плескался не только ужас, но и негодование — это было странно.

— Разреши мне остаться тут, — Бык сорвался с места и отодвинув мага массивной рукой, взгромоздился рядом с Нэль.

Девушка пошла вся красными пятнами и вскочила со своего места.

— Вы с ума сошли! Убивать священных драконов! Люди и так изгнали их из своих земель на долгое время, но они стали возвращаться, это хороший знак! — неожиданно раскричалась эльфийка. — Драконы милые существа и очень умные, намного умнее вас, шемленов!

Все замерли смотря на Ллараинэль, даже солдаты несущие службу с интересом стали поглядывать на Инквизитора, которая ни разу до этого не повышала голос.

— Милые… Златичка, мы точно об одних и тех же существах говорим? Это вот те громадины, дышащие огнём, способные сожрать любого из нас не моргнув и глазом, правильно? — Варрик тоже встал и подойдя к Вестнице положил ей руку на плечо, она посмотрела гному прямо в глаза и сделал несколько вдохов.

— Вы просто не знаете, как с ними разговаривать, — наконец выдала эльфийка и развернувшись зашагала прочь, оставляя ошарашенных спутников тихо переговаривать между собой.

Дориан поднялся быстрее, чем это сделал Солас, и отправился вслед за расстроенной Вестницей. Кто-кто, а тевинтерец точно знает, что такое преклонение перед драконами, у них изображение этих величественных тварей были на каждом шагу, даже в главной ванне в особняке Павусов горячая вода текла именно из открытой пасти дракона. Видимо эльфы её клана, тоже были почитателями страшных чудовищ, что же и вот очередная тема о которой они могут поговорить. Дориан всё больше и больше замечал, насколько им легко общаться с Инквизитором и как хорошо они друг друга понимают, несмотря на прежние разногласия и слепую ненависть со стороны девушки.

— Расскажешь, — маг сел рядом с эльфийкой на край моста, он опустил взгляд вниз с содроганием вспоминая, что совсем недавно они чуть не упали в эту бездну. Он очень надеялся больше не повторять такой опыт.

Ллараинэль окинула Дориана быстрым взглядом и вновь посмотрела на ту сторону моста, где виднелись огромные амфитеатры, построенные на восходе Империи.

— Я рассказывала о том, что некоторые учились говорить с Великанами, были и те, кто умел говорить с Драконами. Изначально они являлись отдельной расой, имели свой язык, свои обычаи, они должны были защищать Равновесие, как и эльфийский пантеон. Точных сведений, что случилось в период между падением Арлатана и исчезновением разумных Драконов — нет. Кто-то говорит, что они предали Богов и были заперты в клетках и теперь являются к нам в образе Архидемонов, кто-то говорит, что они были и сами обмануты. Никто сейчас не расскажет, как всё было, — печальным голосом завершила свой рассказ эльфийка, выдыхая изо рта пар, она неожиданно улыбнулась небу. — Пора спать.

Дориан кивнул, и молча поднялся. Мужчина заметил, что недалеко от них рядом с мостом стоял Солас, его глаза сверкнули в свете луны, и Дориан заметил странную искру промелькнувшую в них, когда Ллараинэль прошла мимо него и пожелала спокойной ночи.

Откуда она может это знать? Солас перевернулся на другой бок, но услышанное никак не выходило из головы. Никто уже не верит в эти сказки, даже долийцы давно утратили знания о разумных Драконах, чья магия не уступала по силе никому из эльфийского пантеона. Эльф усмехнулся. Из всех рас обитающих в Тедасе самыми обделёнными были почему-то люди, хотя, может и он знал не всё. Истинна крылась совсем рядом, вот только Солас никак не мог до неё пробиться, сколько бы ни старался, но правда всё время ускользала прямо из-под его носа.

***

— Златичка, смотри, ты умеешь с ними говорить? — Варрик сел рядом с эльфийкой на завтраке.

— Нет, — надула губы Нэль, стараясь не выглядеть слишком ущемлёно.

— Вот, представь, что мы построим туда мост, а Драконы попросту его уничтожат, нас то они точно не любят.

— Можно не лезть на их территорию, — похоже Ллараинэль не готова была отступить от своих принципов и правда хотела защитить драконов.

Все лишь вздохнули, но спор продолжать не стали. Было ясно, что переубедить Инквизитора им не удастся, и лучше будет просто уйти от этой темы.

***

— Судя по письму от Алистера его друзья прибыли в Скайхолд, значит пора и нам возвращаться, чтобы обсудить дальнейший план действий. Наконец, я смогу помыться в нормальной тёплой воде с мылом и насладиться ужином, а не пережёвывать эти башмаки, — Дориан получил письмо из рук Хардинг и сразу же его открыл, и пробежавшись по строчкам, передал письмо Инквизитору, которая тоже сделала вид, что внимательно читает содержимое.

— Эх, все-таки никаких драконов, — Бык выглядел весьма расстроенным из-за этой новости, но больше никого из отряда не прельщала мысль сражаться с этими чешуйчатыми тварями.

Ллараинэль бросила на него недовольный взгляд, в ответ Бык поиграл бровями и ухмыльнулся. Девушка передёрнула плечами, и позволила Блэкволлу закинуть её на коня. Пора было возвращаться.

Глава 28. Магия

Отряд Вестницы вернулся в Скайхолд безумно уставшим, и все тут же разбрелись по своим углам, зализывать раны и отогреваться после нещадных холодных ветров Эмприз-Дю-Лиона. Нэль взбежала к себе в комнату и обнаружила там Зои, которая перестелала кровать, служанка ойкнула, когда заметила присутствие Инквизитора в покоях и тут же начала извиняться за свою нерасторопность, и что она уже уходит.

— Не беспокойся, ты мне не мешаешь. Если можно, зажги камин, — Ллараинэль мягко улыбнулась девушке, которая активно закивала и принялась с помощью трутницы и бумаги разводить огонь в камине.

Нэль закрыла все ставни и занавесила их непонятно откуда взявшимися тяжелыми шторами. На улице был день, но из-за малого количества сна в последнее время, эльфийка чувствовала, что спокойно уснёт и сейчас.

— Приготовить ванну? — Зои поднялась с пола и отряхнувшись, посмотрела на Нэль, которая стала потихоньку стягивать с себя грязные доспехи

— Не хочу туда идти, — покачала головой Вестница и бесцеремонно упав в одно из кресел, принялась стягивать с себя сапоги.

— В ваши покои доставили и установили ванну по приказу госпожи Монтилье, я нагрею воду! — девушка уже было ринулась в сторону дверей, но Нэль остановила её.

— Ты собралась носить воду? Снизу?

— Котлы есть этажом ниже, не беспокойтесь, я сейчас попрошу других, и мы быстро всё сделаем, — Зои была такой радостной и явно оживлённой, что для Вестницы было пусть и приятно, но всё же немного непривычно и неловко. Кто-то желал заботиться о ней с такой силой впервые с момента, как сестра ушла из клана.

— Не нужно, просто набери воду. Попрошу магов нагреть, — Нэль почему-то злорадно усмехнулась, и не обращая внимания на свою босоногость и отсутствие части гардероба, ринулась вниз.

***

— Солас, ну пожалуйста, девочке же тяжело. Чаны с горячей водой опасно носить по винтовой лестнице, — Нэль смотрела на сидевшего за своим столом и пившего чай эльфа такими глазами, что отказать было не просто тяжело, а практически невозможно.

— Магия нужна не для этого, — выдохнул Солас, хотя внутренне он уже согласился прошествовать в спальню Инквизитора и помочь с нагревом воды, но всё же не обратить внимание на то, что магию не следует использовать подобным образом, не смог.

— Я помогу, — послышался со второго этажа голос Дориана, девушка подняла голову и увидела ухмыляющегося тевинтерца, который опирался на ограждение.

Нэль улыбнулась ему яркой чистой улыбкой, будто и правда была сильно рада его словам, хотя может это было и так. Маг махнул рукой, показывая что сейчас спустится.

— Не утруждайся, — кинул вверх Солас, и встав из-за стола, потянул за собой слегка обескураженную его поведением эльфийку, Нэль лишь успела на прощание махнуть рукой Дориану, а он ей задорно подмигнул.

***

Солас опустил руки в ванну, и вода моментально стала нагреваться, Нэль стояла позади вместе с Зои и наблюдала за тем, как постепенно от некогда холодной воды стал подниматься пар. Эльф встал и стряхнул с рук воду, внимательно смотря на своё творение. Удовлетворённо кивнув своим мыслям, маг повернулся в сторону девушек. Служанка тут же залепетала, благодаря почтенного мага за его помощь и поклонившись вышла из комнаты. Ллараинэль каким-то пустым взглядом смотрела на поднимающийся от воды пар.

— Всё хорошо? — голос Соласа прозвучал неожиданно громко, и девушка вздрогнув всем телом, подняла на него взгляд.

Она кивнула и слегка кривовато улыбнувшись, поблагодарила за помощь и предложила сделать что-нибудь в ответ.

— Ты делаешь достаточно, не зачем утруждать себя ещё сильнее, — Солас улыбнулся, но смотрел на эльфийку перед собой с тревогой.

Было что-то в её поведении странное. Изначально Нэль была настроена против магов, постепенно девушка явно привыкла к присутствию оных и перестала шугаться, а недавно ещё и подружилась с тевинтерским альтусом. Но всё равно, когда кто-то использовал магию в обыденное время, не в сражениях, у неё на лице появлялось вот это выражение недоверия и страха. Даже когда они разжигали огонь в походе или вот сейчас, когда она сама попросила нагреть ванну.

— Отмокай, если захочешь, позже можем поужинать вместе, — с этими словами эльф покинул Вестницу, которая тут же стала быстро стягивать с себя остатки одежды.

***

Ллараниэль прижималась всем телом к сестре, всхлипывая и бормоча что-то под нос. Кейтлин успокаивающе гладила её по спине и шептала в ответ какие-то нежные глупости, пытаясь отвлечь сестрёнку от кошмара, который они только что пережили. Вот только сделать это практически невозможно. Если умудрённые опытом сражений Охотники шли обратно в деревню как-будто идут на эшафот, то что можно было сделать для пятилетнего ребёнка, чтобы поднять ему настроение. Конечно же ничего.

Кейтлин готова была многое отдать за возможность изменения памяти малышки, но вторгаться в разум чертовски опасно, можно навсегда оставить её калекой. Она знала, что мать на такое никогда не пойдёт, даже ради собственной дочери. Девушка прижала маленькое дрожащее тело ближе к себе, вслушиваясь в бессмысленный бред, который шептала девочка.

— Завеса падёт, слишком ярко. Так много зелёного, хочу домой в город. Страшно. Никогда не было трона. Создатель. Они погибли до прихода.

Кейт сжала губы, давя в себе зарождающийся всхлип, и упрямо шагала дальше, прижимая своё солнце ближе к себе. Она никогда её не оставит, никогда не бросит. Она будет с ней до конца.

***

Кейтлин резко поднялась, глаза щипало от неожиданно накативших слёз, а дрожь проходила по всему телу. Давно у неё не было снов о своём клане и тем более о сестре. Кошмары пришедшие вслед за скверной в крови перебили все хорошие или грустные сны, заставляя каждый раз закрывая глаза окунаться в кровавый мир Мора. Эльфийка встряхнула головой.

— Хей, командор, что опять всякие полудохлые драконы сняться? — судя по голосу Огрен уже успел осушить одну из своих заначек и криво усмехаясь смотрел куда-то мимо

Кейт.

— Холодно здесь, — вместо ответа произнесла она. — Может выйдем сегодня пораньше, так и до места доберёмся быстрее, там всяко теплее будет? — эльфийка встала, разминая шею и плечи.

Девушке надоело спать на стылых камнях и в рощах лесов. Навевало воспоминание о Море, что было само по себе неприятно, а находить кучу мелких камешков в самых неожиданных местах гардероба тем более. Кейтлин потянулась и осмотрела внимательно на шрам в небе. Когда Архидемон взгромоздился на башню в Денериме, она думала что это самое трудное и ужасное событие в её жизни, но смотря сейчас на небо, она не была уверена, что сможет посостязаться со своей сестрой в рассказах о жутком. Оставалось надеяться, что Нэль не досталось ничего в наследство, как ей и после этого кошмара она сможет вернутся в клан и спокойно жить дальше.

Кейтлин усмехнулась своим мыслям. Слишком много невзгод для одной маленькой девочки, почему же с их родом судьба так несправедлива, будто кто-то из их предков перешёл дорогу самим богам. Командор тряхнула головой и вернула своему лицу спокойное уверенное выражение — сейчас им нужно как можно скорее добраться до цели, а там уже будут решать, что делать дальше.

***

— Златичка, вот смотри, если ты возьмёшь эту карту в руку, то вот эту лучше скинуть, — Варрик тыкал пальцами в карты Ллараинэль, которая пыталась разобраться в этой сложной карточной игре.

Фенрис сидел напротив между сёстрами Хоук, и едва заметно улыбался в кружку, смотря за тем, как ненавистный ему тевинтерец и старый друг пытаются научить эльфийку правилам игры. Солас, которого явно сюда затащила Вестница, дабы тот иногда переводил особенно непонятные и сложные термины. Их оказалось уже не много, благодаря предыдущим попыткам втолковать правила Нэль ещё в походе, и поэтому эльф со скучающим видом слушал перепалку между Кассандрой и Быком, последний явно веселился за её счёт, а та только сильнее злилась. Впервые за долгое время все спутники Вестницы, включая даже мадам Вивьен собрались в таверне, это вышло случайно — они компаниями стали стягиваться к ужину, да так и остались сидеть все вместе, придвинув столы почти вплотную.

— Хей, да вы чего, не правильно говорите всё, — Сэра возникла прямо позади Вестницы, и положив подбородок ей на плечо, стала сама усердно тыкать в сменяющиеся в руке карты и объяснять как и когда их сбрасывать.

— Рад, что ты присоединилась к нам, — Каллен оказался зажат между Мариан и Блэкволлом, который вёл какую-то увлечённую беседу с мадам Вивьен и даже не заметил, когда в голосе его прорезался странный слишком знакомый для главной чародейки акцент.

Мари привычно ехидно усмехнулась и залпом осушила кружку с тем, что здесь называли пивом. Оно было ужасным на вкус, кислым с неприятным горьковатым послевкусием, которое было сложно перебить. В последний раз Мариан пила что-то алкогольное ещё в Киркволле, после этого ей долгое время было попросту нельзя (Андерс за этим следил строго), а потом как-то и не хотелось. Хотя иногда благодарные жители приносили Андерсу в клинику бутылки хорошего тевинтерского вина, вроде того что хранился в поместье у Фенриса, вот только распить они его так и не взялись. Подарили на новоселье новым соседям, а Андерс попросил лучше приносить что-то сладкое для дочери.

— Неожиданно видеть тебя на стороне магов, — Мариан внимательно посмотрела на командора.

Каллен несколько секунд просто смотрел в яркие синие глаза и не мог сказать ни слова, боль от внезапной потери, которую он испытал во время восстания уже давно ушла, но всё равно видеть рядом с собой разбойницу было непривычно. Нэль, которая в этот момент отвлеклась на то, чтобы попить заметила этот долгий нечитаемый взгляд мужчины и что-то внутри неприятно кольнуло. Она быстро отвела от них взгляд и вернулась к рассматриванию карт, но сосредоточение резко пропало.

Теперь очередь Дориана была отбиваться от натиска глупых и пошлых шуток со стороны поменявшегося непонятно когда с Соласом, Быка. Он заискивающе положим свою гигантскую руку на талию мужчины, на что получил полный презрения и отвращения взгляд, но благодаря природной силе коссита, у Дориана не было шансов нагло отодвинуться от него. Ллараинэль хотела было уже обратиться к магу, который неожиданно затих, но повернувшись увидела Соласа, который меланхолично осматривал собравшуюся компанию, а за ним Бык уже едва не лежал на Дориане, пьяно смеясь и отпуская пошлые шутки. Снова это чувство.

Ллараинэль сама запуталась в том, что и к кому она начала чувствовать. Просто странная злоба накатила волной, когда она заметила мило болтающего с Мари Каллена и воркующих Дориана с Быком. Может она завидовала? Она ни разу в своей жизни не влюблялась и тем более не имела никаких отношений, а вокруг неё собрались взрослые люди, для которых это было привычно и понятно. Митал, да она для эльфа ещё была даже не совершеннолетняя! Стало как-то обидно. Они все были такими, такими. Нэль сжала губы.

— Эй, златичка, если тебе надоело, то давай потом продолжим, незачем рвать мои карты, — гном был единственным кто вот так вот открыто улыбался ей даже в такой ситуации, он аккуратно вытащил карты из рук Вестницы.

Да что с ней такое? Она не испытывала такой ненависти ко всему живому, даже её неприязнь к магам и тевинтерцам была не настолько всепоглощающей. Это метка так влияет на её разум? Кажется Солас недавно что-то говорил о том, что якорь странно среагировал на лириумный шип, да и такие яркие эмоции вроде злости и гнева стали появляться в эльфийке совсем недавно. Нэль показалось что её резко облили холодной водой. Если всё дело в метке, то получается чем больше разрывов она закрывает и чем чаще пользуется этой силой, тем выше была вероятность постепенно сойти с ума. А ведь никто никогда и не поймёт, что именно случилось.

Ллараинэль резко встала из-за стола и перешагнув через скамью, направилась в сторону выхода. Сосредоточенная на своих мыслях и эмоциях Нэль не заметила вытянутой кем-то ноги и споткнувшись, растянулась во весь рост на полу. В таверне резко поубавился гул, особенно в той части где располагались спутники Вестницы, все сразу же забыли свои споры и дискуссии и обернулись в сторону упавшей эльфийки.

— Не понимаю, как можно было вверить судьбу мира и наши жизни этой остроухой, — Нэль услышала голос мужчины, которому явно принадлежала та самая вытянутая перед ней нога.

— Что ты только что сказал? — это был кажется голос Быка, за ним последовал точно такой же вопрос Дориана.

Нэль медленно поднялась, не было слёз, только слепая ярость и желание растоптать этого неблагодарного шемлена. Валласлин начал жечь лицо, медленно огонь стал распространяться по всему рисунку.

— Что, хочешь на моё место? — Ллараинэль сверкнула глазами, смотря прямо на обидчика.

Почему-то с него моментально слетела вся спесь, а на лице застыло выражение ужаса. Нэль почувствовала запах грозы, волосы почему-то стали лезть в глаза, хотя ветра не могло быть в закрытой таверне. Валласлин начал жечь ещё сильнее, впиваясь в кожу тысячей иголок.

— Думаешь мне нравится идти каждый раз на смерть ради тех, кто так усердно втаптывал мой народ в грязь? — вот теперь на глазах выступили слёзы и запах грозы усилился.

— М-м-маг? — пролепетал мужчина.

Нэль на мгновение замерла, первая волна ярости сошла, и боль в валласлине уменьшилась, но вот слова этого неблагодарного отродья. Эльфийке подняла перед собой руки — между пальцев проскакивали редкие всполохи молний. Нет, этого просто не может быть! Ллараинэль обернулась на застывших позади неё спутников, и увидела на их лицах тоже недоумение и растерянность, которое испытывала сама.

«Нет! Нет! Нет! Она не маг! Нет!» — эта мысль билась в голове, не находя выхода.

Вот только отражение в тёмном стекле говорило об обратно: волосы разметались в разные стороны, будто что-то поднимало их и опускало, мелкие молнии проскакивали между прядями, и отражались синевой в золотистых глазах. Валласлин перестал быть темно-коричневым и теперь приобрёл опасный кровавый оттенок.

— Нет! — едва шевеля губами произнесла Нэль.

— Нэль, — громкий голос Мариан нарушил тишину, и оказался намного более действенным, чем какие-то фразы Соласа и Дориана, которые оказывается что-то говорили, но из-за шума в ушах Вестница их совершенно до этого не слышала.

Рука Фенриса легла на плечо эльфийки и наваждение полностью спало, сполохи исчезли, а валласлин приобрёл свой привычный коричневатый оттенок. Нэль подняла взгляд на светящегося лириумом эльфа.

— Как ты?

— Разве это стоит спрашивать у того, кто только что едва не спалил целую таверну? — девушка еле воротила языком, но смогла произнести длинную фразу и даже криво усмехнуться.

— Ты ничего не пыталась спалить, это лишь небольшой выброс магии, — голос Соласа звучал на удивление мягко и нежно. — Пошли, — его руки обвили плечи эльфийке, и он повёл её прочь из таверны, от ненужных взглядов и злых языков.

Последнее, что слышала Нэль, это громкий голос явно разгневанной Кассандры, которая приказывала взять под стражу наглеца, осмелившегося оскорбить Инквизтора.

***

- Ты маг? — этот вопрос должен был прозвучать и пусть Нэль это понимала, но всё равно покривилась, услышав его.

Солас привёл её в свою небольшую комнату, усадил на кровать и заварил успокаивающий чай. Кружка приятно грела вечно холодные тонкие пальцы, Нэль глотнула отвара и почувствовала, что вся тревога постепенно уходит.

— Это успокоительное, не бойся, просто травы, будешь сегодня хорошо спать,— Соласа кажется ни капельки не смутило, что эльфийка не ответила на вопрос.

— Я ненавижу магов и магию в частности, — туманно произнесла Вестница, смотря на искаженное изображение в кружке.

Солас кивнул, но говорить ничего не стал. Мужчина видел, что девушке нужно время собраться с мыслями, похоже для неё это тоже удар.

— Такое иногда бывает, некоторые маги узнают о своей силе многим позже, — начал медленно эльф, аккуратно подбирая слова. — Твою вероятнее всего спровоцировала метка, я почувствовал первый толчок ещё во время твоего выступления в главном зале, но не придал этому значения. Видимо зря. Не беспокойся, здесь достаточно опытных и умных магов, мы сможем обучить тебя и это не будет отвлекать нас от главной миссии Инквизиции.

Солас понимал, что для эльфийки, которая всю жизнь всем сердцем ненавидела магию, такое открытие будет принять очень сложно. Теперь нужно было найти к ней подход, чтобы девушка не запаниковала и не стала крушить всё подряд, такое частенько случается с теми, кто слишком поздно узнаёт о своей силе. Она вырывается вне зависимости от их желания, потакая лишь эмоциям и чувствам, что очень опасно не только для самого мага, но и для окружающих. Особенно таких любят демоны, а раз эльфийка теперь напрямую связана с Тенью, это становится в разы опаснее.

— Нет, — Нэль качнула головой и встала. — Не нужно меня учить. Я не хочу использовать магию.

— Ты не понимаешь, — Солас покачал головой. — Дело не в том, хочешь ты её использовать или нет, она есть в тебе. Мы можем научить тебя контролю, можешь и дальше стрелять из лука, но простое игнорирование силы станет опасным и для тебя и для других.

— Это ты не понимаешь, я знаю, обо всем знаю. Я всю жизнь только и делаю, что контролирую это. — Ллараинэль вновь покривила губы. — Это была случайность.

С этими словами девушка поставила чашку на тумбу и быстро вышла из комнаты эльфа, оставив эльфа кусать губы от непонимания всей ситуации.

***

— Привет, — Дориан был пока единственным гостем в её покоях, похоже остальные думали, что это невежливо тревожить Инквизитора в её комнате, но вот маг был другого мнения, и Нэль была этому рада.

— Привет, — она сильнее закуталась в одеяло.

— Думаешь о том, как бы подстроить своё падение, чтобы оно вышло случайным? — Дориан приблизился к перилам балкона, который выходил на сторону гор.

Нэль удивленно посмотрела на него, приподнимая бровь в характером жесте, маг, заметив это, лишь рассмеялся.

— Теперь понимаю, почему многие считают, что нам нужно меньше общаться, — маг тепло улыбнулся эльфийке, которая устроилась на широких перилах балкона, закутавшись в одеяло.

— Почему? — Нэль этого не понимала, хотя слышала что-то такое от Кассандры и Соласа.

Дориан покачала головой и перевёл взгляд на горы, туда куда смотрела до его прихода Вестница. Что же она ищет там в заснеженных вершинах?

— Знаешь, тебе конечно хорошо, а вот мне холодно, — проворчал маг, жалея, что снял мантию в своей комнате.

Нэль сделала то, чего маг совершенно не ожидал, он думал, она спрыгнет, и они вернутся в тёплую комнату, но вместо этого она чуть повернулась к нему и распахнула одеяло. Какое-то короткое мгновение Дориан недоуменно взирал на неё, но быстро совладав с мыслями, юркнул в предложенное тепло. Теперь вторую часть одеяла держал маг, соединяя их части, держа свою руку в миллиметре от меченой руки Вестницы.

— Вы не перестаете меня удивлять, госпожа Инквизитор, — каким-то тихим, но очень тёплым голосом произнёс маг, улыбаясь горам.

Глава 29. Семейное воссоединение

Ллараинэль проснулась со странным чувством приближающейся беды. Учитывая, что в принципе общая ситуация в мире подходила под это ощущение, было трудно разобраться к чему именно относится её предчувствие. Ещё и голова жутко разболелась, а во рту было ужасно сухо, будто она не пила пару дней подряд. Нэль заворочалась в постели, неожиданно она оказалась именно в постели, а не на растлённой около камина шкуре. Девушка села. На тумбе около кровати любезно был поставлен графин с водой и странного вида жидкость в небольшом бутылке.

Нэль потянулась к записке, которая была выполнена на эльфийском, на ужасно корявом, еле разборчивом эльфийском, хотя было видно, что автор записки искренне старался. Девушка улыбнулась, распознав, кто именно это написал — почерк Дориана она знала слишком хорошо, благодаря тому, что именно он подписывал часть документов, которые ей вручали советники.

«Пей, это поможет. Зелье бьет голову лучше на утро».

Нэль не выдержала и рассмеялась, наверное именно так она выглядела, когда только начала разговаривать на всеобщем языке, и как только им удавалось сохранять спокойные выражения лица и не смеяться? Она вот не смогла сдержать порыва.

Эльфийка послушалась совета и залпом опустошила склянку, а вслед за ней и половину графина с такой божественной прохладной водой. Мысли медленно стали приобретать форму, а головная боль отступила, оставляя лишь лёгкое напоминание о себе. Вместе с этим вернулись и воспоминания о том, как тевинтерец вчера притащил в комнату бутылку вина, говоря о том, что ему надоело быть алкоголиком и пить в одиночестве. Как именно они перешли от сидения на балконе к вину, девушка вспомнить не могла, зато очень хорошо помнила, как они после лежали на холодном полу и разглядывали мелкие трещины в потолке. Дориан жаловался на то, что у эльфов непозволительно хорошее зрение и слух, а Нэль, сбиваясь на эльфийский, пыталась донести до мага неправильное поведение людей, из-за чего они и лишились половины своих преимуществ. Наверное она уснула прямо на полу, и маг перенёс её сюда, ибо что было дальше она не помнила, лишь лёгкая и теплая тьма.

Ллараинэль поднялась с постели. Сегодня им предстоял серьёзный разговор с Серыми Стражами, вчера она видела мельком в таверне спутников Алистера. Странная компания, но, пожалуй, не ей заикаться о необычности спутников.

***

Ллараинэль сразу не понравилась эльфийка в отряде Серых Стражей, она непрерывно язвила и спорила обо всём подряд, особенно если это касалось людей. В отличие от Дориана и Вивьен, которые тоже не упускали возможности прокомментировать ту или иную фразу Советников, женщина делала это грубо и ужасно кривила губы. Другие два Серых Стража оказались наоборот очень приятными в общении. Сигрун быстро нашла общий язык с Варриком и Сэрой, с последней они почему-то охотно шутили на тему неминуемой гибели и конце света. Молчаливый лучник Хоу здраво оценивал ситуацию и говорил именно то, что было нужно ни больше ни меньше. Жозефина, стоящая рядом с лучником, то и дело бросала в его сторону заинтересованные взгляды и даже пыталась втянуть в разговор.

— Мои люди засекли странную активность недалеко от места, о котором ты говорил, Алистер. Кажется, там какие-то руины и чья-то бывшая резиденция. Что именно там ищут венатори, узнать не удалось, но теперь мы точно уверены в их непосредственном интересе в этой области, — Лелиана сложила руки на груди.

— Никак не могу привыкнуть к таким сильным изменениям, — неожиданно выдал Алистер смотря на бывшую спутницу. — Где та Лелиана с вечной улыбкой на губах и поющая песни около костра? Без этого как-то скучно.

Женщина в ответ закатила глаза.

— Она пела около костра, — Нэль не знала стоило ли это говорить, но вырвалось само собой.

— О правда, так и знал, что в тебе осталось что-то от той Лелианы, которую я знал. Споёшь ещё раз? — Алистер улыбнулся, на что получил лишь гневный взгляд со стороны сестры Соловей.

Жозефина прыснула в кулак, смотря со стороны на эту мини перепалку, неожиданно их серьёзный разговор стал перетекать во что-то совершенно иное и похоже этого было уже не остановить, хотя Каллен с Кассандрой из последних сил пытались вернуть разговор в прежнее русло. Вот только меткие комментарии со стороны Мариан быстро отвлекли командора, а компания Вестницы снова делала на что-то ставки.

Нэль тяжело выдохнула. Она понимала, что таким образом остальные пытаются снять напряжение перед явно тяжёлым делом, которое им предстоит выполнить в Западном пределе, вот только устроенный ими шум неожиданно отрицательно сказался на её собственном состоянии. Все о чём-то говорили, смеялись, а она лишь пыталась преодолеть боль зарождающуюся в висках, потирая их пальцами.

— Всё хорошо? — очень вовремя рядом с ней возник Солас, который тоже не принимал участия в этом балагане.

— Если честно, не знаю,— Ллараинэль поморщилась и отвернулась от гудящей спорами компании.

— Пошли, думаю дальше они справятся без нас, — эльф аккуратно приобнял девушку за плечи и повёл за собой прочь из ставки командования.

***

— Мне нужен Инквизитор, в сотый раз повторяю!

Громкий женский голос доносился откуда-то с улицы. Нэль застыла, с ужасом осознавая кому именно принадлежит этот голос, он мощными раскатами разносился со стороны открытых дверей и не оставлял и шанса на сомнения.

— Что случилось? Там стража не беспокойся, если это кто-то опасный его не допустят к тебе,— Солас тоже обернулся в сторону шума.

— Я её знаю, — почему-то шёпотом и на всеобщем произнесла Вестница и закрыла руками лицо.

Эльф вопросительно смотрел на Инквизитора, которая пыталась спрятаться полностью за ним, когда заметила, что стража впустила дебоширку в Главный Зал. Женщина, вошедшая в зал, была облачена в лёгкий неприметный кожаный доспех и чёрный плащ, за ней семенил гном, очень нетвёрдой походкой, выдающей его явное пристрастие к алкоголю. Серый страж имела пышные кудрявые рыжие волосы, которые были явно сильно растрёпаны после долгого перехода и несколько небольших шрамов на лице, за спиной у неё виднелся короткий лук, а на поясе была закреплена странная книга, похожая на чей-то гримуар.

Женщина размашистым шагом прошла мимо застывших около дверей в библиотеку эльфов, и направилась явно в сторону ставки командования. В этот момент оттуда начали выходить остальные спутники Вестницы, и удивлённый возглас Алистера заставил всех в Главном Зале обернутся в сторону явно чем-то разгневанной рыжей эльфийки.

— Дорогая, что ты тут делаешь? — она не писала ему про изменения своих планов, и он совершенно не ожидал, увидеть в Скайхолде свою жену.

— Какого чёрта тут происходит? — Махариэль была в ярости, он слишком хорошо знал эти интонации в её голосе, пусть злилась она редко, но очень метко.

Лелиана вышла из дверей последняя и неожиданно для всех, растолкала толпу и едва ли не кинулась на шею к командору Серых Стражей.

— Кейтлин! Сколько лет! — такой эмоциональной Сестру Соловей никто из присутствующих ещё точно не видел, вот только в ответ на свои радостные объятия она получила лишь суровый взгляд госпожи Махариель, которая при этом смотрелась больше мило, нежели опасно, из-за своего роста, она была намного ниже Лелианы. — Что случилось? Как ты здесь?

Договорить бывший бард не успел, цепкие пальцы лучницы схватили её за плечи, и одним движением женщина отодвинула подругу от себя.

— Что случилось? — опасно прошипела эльфийка. — Где Инквизитор?

— Должна быть где-то здесь, она вышла парой минут ранее, а вон она прячется за своим магом, — Мариан ехидно улыбнулась и указала пальцем на безуспешно прячущуюся за Соласом эльфийку.

— Он не мой, — не выдержав, пискнула из-за его спины Нэль.

Вестница показалась, боком выйдя из-за спины мага. Она миленько улыбнулась и помахала рукой сестре, пытаясь сообразить каким образом будет эффективнее и быстрее сбежать. Всё-таки Кейтлин не знала Скайхолд также хорошо, как она и этим можно выиграть себе время, а утром быстренько сбежать в Западный Предел. О том, что её сестра, как Серый Страж последует туда же она совершенно не подумала.

— Ллараинэль Махариэль! — как же она ненавидела это сочетание, её имя было похоже на чью-то злую шутку, прямо как у Мариан, которая жаловалась на тоже самое.

Теперь все смотрели в сторону Инквизитора.

— Махаринэль, — одними губами произнесла Лелиана. — Ты знал?! — женщина повернулась к Алистеру, тот виновато улыбнулся и пожал плечами.

Дориану стоявшему около Тейрина сначала показалось, что это его изобличили в хранении столь важной тайны, и облегчённо выдохнул, осознав что это не так. Иначе бы обычным разговором он не отделался, многие и так уже подозрительно на него поглядывают из-за того, что он всего лишь нашёл общий язык с Инквизитором.

Кейтлин оказалась около Нэль так быстро, что последняя не успела даже додумать свою мысль о побеге. Остальным сразу стало понятно, что скорость передвижения это у них семейное.

В зале собралось неприлично много народу, похоже кто-то успел рассказать о происходящем и вне замка. Компания Вестницы и остальные Серые Стражи передвинулись в партер, окружая Инквизитора и Командора плотным кольцом.

— Вот это я понимаю — семейное воссоединение, — улыбнулся Варрик, нарушая неожиданную тишину.

Кейтлин растеряла весь свой гнев и негодование при виде сестры. Как же давно они не виделись… Прошло уже больше десяти лет и было так непривычно видеть перед собой не маленькую девчушку, что забиралась к ней в постель по ночам, когда ей снились страшные сны. Теперь эти сны стали явью, а бежать ей оказалось некуда и вот она стоит перед ней, всё такая же маленькая, чуть выше гномки. В полутьме Главного Зала золотые глаза Нэль неестественно поблёскивали, Кейт даже показалось, что она вот-вот расплачется, но девочка просто стояла и смотрела на неё с толикой испуга и благоговения.

— Aneth ara, emma elgara, — голос сурового стража командора так непозволительно сильно дрогнул, и именно она едва не расплакалась, выговаривая теперь такие непривычные слова на родном языке.

Кейтлин сжала Ллараинэль в объятиях, сильно прижимая к себе, будто пытаясь восполнить все эти года разлуки в одних единственных объятиях. Руки Нэль мелко задрожали, и она что было сил вцепилась в сестру, сжимая плащ в пальцах до такой степени, что он едва не затрещал.

— Мне кажется, мы тут лишние, как и весь это народ позади, — Дориан многозначно посмотрел на мужчину в маске, который больно уж близко к нему стоял, явно пытаясь заглянуть через плечо, того эта фраза нисколечко не смутила, и он продолжал вытягивать шею, силясь рассмотреть эльфиек.

— Так всё! А ну все разошлись! У Инквизитора и Стража-Командора началось личное время! — попытался разогнать народ Алистер, но его крик не сильно повлиял на толпу, а вот его жена встрепенулась и отпустила сестру.

— Инквизитор, — произнесла женщина, не веря в то, что произносит это звание смотря на свою маленькую сестрёнку.

Все нежные чувства быстро исправились, и женщина развернулась на каблуках, смотря прямо на Лелиану и Каллена, которые стояли по левую сторону от неё, ближе всех остальных. Сестра Соловей явно надеялась, что её подруга наконец обратит на неё внимание и уже было хотела тоже обнять Кейт, как та резко ткнула её пальцем в грудь.

— Вы с ума тут все посходили! Как вы могли назначить её Инквизитором! — Кейтлин не кричала, но голос её звучал поистине сурово и громко.

Глаза Ллараинэль распахнулись, и она неверящим взглядом упёрлась в свою сестру. Нет, она конечно тоже долго сомневалась подходит ли на эту роль, но зачем было говорить это таким тоном, будто она совершенно ничего из себя не представляла. Снова резкая злость полыхнула где-то внутри с готовностью откликаясь на чувство обиды. Это уже становилось ненормально каждый раз реагировать на любую мелочь столь сильно и яростно. Нэль прикрыла глаза и медленно выдохнула, не замечая, как на неё странно покосился Солас. Гнев ушёл почти моментально, его сменила усталость и нежелание продолжать этот спектакль, который с таким упоением смотрел собравшийся народ, Вестница решила, что им стоит выбрать более уединённое место для общения и, просто развернувшись, вошла в комнату, которую расписывал Солас. Там народу будет явно поменьше.

Почему-то Нэль была уверена, что остальные незамедлительно последуют за ней, и они действительно это сделали под эгидой Варрика, все вошли в круглую комнату, Дориан закрыл за собой дверь и на всякий случай запечатал её магией. Обитающие в библиотеке люди не были настолько же жадными до сплетен, как те зеваки в Главном Зале.

— Послушай, мне уже не пять лет, я могу постоять за себя и как видишь, пока прекрасно с этим справляюсь, — в голосе Вестницы проступили не привычные властные нотки, такие свойственные всем начальникам. Вот только заговорила она не на всеобщем языке и даже не заметила этого, пытаясь не выдать своей обиды.

— Наш разговор мне понравился больше, — не удержалась Мариан, за что получила локтём в бок от сестры и Фенриса, которые стояли по обе стороны от неё. Женщина тихо зашипела, с непониманием смотря на своих обидчиков, которые с сочувствием смотрели в сторону Инквизитора.

До комнаты вошли все спутники Инквизитора и Серые Стражи, и по сути весь их разговор вновь можно было считать достоянием общественности, и потому у Нэль не было желания обсуждать что-то дальше. У них и без этого было слишком много дел.

— Я понимаю, — голос Кейтлин тоже зазвучал устало.

— А вот мы нет, простите, эльфийский мы не знаем. Я понял только одно слово — «послушать», — Дориан пытался поймать взгляд Инквизитора, но та упорно смотрела куда угодно только не на своих спутников.

— Прости, но видимо наш разговор просто не может быть приватным, если ты не прикажешь всем выйти, — Кейт не переходила на эльфийский только по причине того, что с годами он всё больше и больше забывался, а практиковать его было не с кем, Веланна как и все долийцы знала лишь пару тройку фраз. — Но я этого и не прошу. Мы поговорим с тобой чуточку позже, сейчас у меня есть парочка ласковых тем кто постарше.

Кейтлин вновь развернулась в сторону Лелианы, Каллена и Жозефины, которые неосознанно встали ближе друг к другу.

— Послушай, я понимаю, что она твоя сестра и ты беспокоишься, но мы делаем всё, чтобы Инквизитор была в безопасности. Все её спутники это отличные бойцы, готовые в любой момент прийти на помощь, — начала Лелиана, остальные дружно закивали головами под её взглядом. — Пока больших проблем не было, она отлично справляется со своими обязанностями, и…

Кейтлин сжимала и разжимала кулаки.

— Метку она получила случайно, понимаю, — абсолютно спокойным, но опасным тоном произнесла Страж-Командор. — Она девочка умная и ловкая, явно научилась многому, пока мы не виделись.

Нэль едва заметно улыбнулась, услышав похвалу от сестры. Из-за обманчиво спокойного голоса Стража никто не ожидал, что женщина вновь резко вспылит.

— Но кто мать твою догадался сделать семнадцатилетнего ребёнка главой огромной организации! Да она в мир то первый раз вышла!

Выражения лиц присутствующих нельзя было описать однозначно — кто-то выглядел удивлённо, кто-то ошарашено, кто-то был Коулом и просто шептал себе что-то под нос, и только Мариан начала смеяться, за что вновь получила в бок с двух сторон, и обиженно сопя переместилась подальше от агрессивной парочки. Ближе к косситу, который явно тоже давил в себе зарождающийся смех, чуть склонившись, и теперь они вдвоём боролись с желанием рассмеяться, вскоре к их изгнанной в угол компании присоединилась Сэра.

Семнадцать. Дориан пытался уложить у себя в голове эту непривычную цифру. Создатель, он был старше Инквизитора на восемь лет! Теперь мужчина чувствовал себя максимально неловко за все те редко мелькавшие в его странные мысли относительно девушки. Панталоны Андрасте, семнадцать! Маг никак не мог справиться с этой сложной информацией и просто отошёл чуть назад и опёрся о стену в попытке позорно не упасть на пол.

Солас смотрел на девушку рядом с собой не менее удивлённо, чем остальные, как он мог не поинтересоваться в первую очередь её возрастом. Митал, о чём уж говорить, если вспомнить, что остальные долго даже имени её не знали то о возрасте можно было даже не думать. И судя по реакции остальных эту информацию точно не знал никто, даже этот вездесущий тевинтерский альтус. Этот факт несколько порадовал эльфа.

Каллен покраснел. Он почувствовал себя жутко неловко и даже немного виновато, смотря на эльфийку, которую факт разглашения её возраста похоже очень сильно смутил, и она вся красная как рак, упёрлась взглядом в пол, явно стараясь изучить в нём каждую трещинку. Он был старше Инквизитора на добрых десяток лет, для обычного советника это было идеально, но мужчина никак не мог отделаться от мыслей, что смотрит на эльфийку далеко не как на просто своего начальника.

— О, я вижу для вас, госпожа Соловей это открытие. Создатель, Лелиана ты же лучший шпион Тедаса, как ты могла не поинтересоваться о возрасте Инквизитора! — голос Кейтлин не был злым или гневным, в нём скорее улавливались нотки непонимания и растерянности. — Ладно, дело уже сделано, и теперь вы знаете. — Кейт как-то очень похоже склонил голову и тихо произнесла подходя ближе к Лелиане. — Прости, я не должна была кричать.

Лелиана мягко улыбнулась, узнавая в стоящей перед ней женщине свою старую подругу, которая сначала делает что-то, а потом думает. Правда ей казалось, что за время Мора та стала более организованная, но видимо старые привычки никогда не уходят бесследно. Не успела Сестра Соловей ничего ответит на это, как глаза Кейт вновь свирепо заискрились.

— А теперь персонально к мужской половине спутников: если кто-нибудь из вас, хотя бы подумает подойти к моей сестре, можете прощаться со своими дружками.

— О, то есть для меня путь открыт, — заулыбалась Сэра.

— Тебе уши оторву и продам их тевинтерским магистрам, они для чего-то их используют.

Сэра недовольно надула губы, и прикрыла ладонями уши, будто ожидая, что Страж накинется на неё прямо сейчас.

— Можешь официально называть меня дедушка Варрик, златичка. Предложение ограничено и позволено это делать только тебе, — гном поднял большой палец вверх, и эльфийка покраснела до самых кончиков длинных ушей.

Все резко замолчали, даже Коул, шептавший себе что-то о надоедливых и пугающих сёстрах себе под нос. На мгновение все погрузились в какие-то свои мысли, но никто не пошевелился, чтобы покинуть комнату, будто каждый ожидал какого-то особенно сигнала к отходу.

— Простите, что нарушаю долгожданную тишину. Но если я не ошибаюсь, обычно валласлин наносят уже достаточно взрослым эльфам. Разве нет? — Дориан в своё время перечитал кучу литературы касающуюся долийцев и переосмыслив информацию, в его голове всплыл этот странный факт.

— А ведь тевинтерец прав, — неожиданно для себя произнёс Солас, чем удивил и Дориана. — Но ты говорила, что у тебя он уже сколько, шесть лет?

— Шесть лет! — не удержалась от выкрика Кейтлин и развернулась обратно к сестре, которая готова уже была на всё, даже продать душу демонам, лишь бы провалиться сквозь землю или исчезнуть из этой комнаты. — Мама сошла с ума?!

Ллараинэль неоднозначно пожала плечами.

— Много чего произошло в клане, пока тебя не было. Хранительница посчитала нужным дать мне валласлин. Не то чтобы у меня был на это выбор, — Вестница посмотрела на свою руку, которая слабо сияла зелёным. Мать говорила, что её рисунок должен был дойти до самых кончиков пальцев, но что-то пошло не так и поэтому им пришлось закончить у локтя. Интересно выглядела она бы так же как и Фенрис, если бы рисунок был полностью закончен?

Кейтлин почувствовала себя виноватой. Разве не она давала себе обещание оберегать свою сестрёнку, а по итогу ушла из клана с первым же караваном, ради мужчины, которого похоронила по собственной глупости. Если бы они тогда не пошли в те злополучные руины. Тогда она не встретила бы и его, женщина бросила взгляд в сторону Алистера, который явно пытаясь не привлекать слишком много внимания, медленно продвигался в её сторону. Ничего не случается просто так. И порой приходится идти через тернии к звёздам или к солнцу, она посмотрела на свою сестру.

— Может позже поговорим наедине? Думаю сейчас стоит решить несколько более важные проблемы, этот чёртов Зов уже немного поднадоел.

— Да, пора бы уже вырубить этот чревовещатель, — Алистер положил руку на плечо своей жены. — Для этого нам нужен план.

***

Солас никогда не сражался с порождениями тьмы и тем более не пил их крови, но сейчас как никогда понимал сложность жизни Серых Стражей. В последнее время всё чаще чей-то голос пытался пробиться в сознание мага, его речи сначала тихие и непонятные, становились с каждым днём всё громче и отчётливее. Особенно голос радовался присутствию Инквизитора и всеми силами пытался донести что-то своему носителю, открыть на что-то глаза. Солас боялся, что из-за своих путешествий в Тени в такой непосредственной близости от Якоря мог привлечь слишком сильного духа, который теперь поселился в его сознании. Маг стиснул зубы и попытался отвлечься от тихого шепота.

Elgara — разве этот мир уже не пытался вернуть её? В прошлый раз у них ничего не вышло. Древние боги умны, но мы хитрее, нужен лишь новый рычаг. Защити её. Она нам нужна.

***

Мариан тихо постучала в деревянную дверь.

— Входи, открыто, конечно если ты не дракон тогда лучше не входи, — раздался голос гнома из-за двери.

— Хей, а ну хватит воровать мои шутки, и кстати моя была намного удачнее, — Мариан вошла в небольшую комнату, где за столом при свете одно единственной свечи Варрик что-то строчил на листах.

— Не было ответа от блондинчика, — не оборачиваясь произнёс он, отложив перо, аккуратно разложил свои листы, придирчиво всматриваясь в начитанное.

— Чёрт, — Мари сжала губы и опустилась на кровать гнома.

Варрик обернулся.

— Он не говорил о Зове? — женщина отрицательно мотнула головой. — Всё такой же конспиратор.

— Мы друг друга достойны, — криво улыбнулась разбойница, тут Варрик не мог поспорить, он тоже помнил те слова Мари о мести и даже спрашивал об этом Бет, но та лишь пожала плечами.

— Всё с ним будет в порядке, сейчас сбегаем до той ритуальной постройки и помчишься обратно к нему.

Мариан улыбнулась Варрику и кивнула, вот только червячок сомнения закрадывался всё глубже, слишком сложная была в этот раз ситуация. Намного сложнее одной свихнувшейся храмовницы. Хоук нутром чувствовала, что из этой передряги ей не выбраться так просто.

— Поделишься пером и чернилами?

— Только если обещаешь писать не завещание, — женщина удивлённо приподняла бровь. — Порой ты совершенно не умеешь скрывать свои эмоции, что очень странно для человека с такой кучей секретов.

Мариан пристально посмотрела на гнома, но тот вновь отвернулся и, открыв ящик, пытался найти запасное перо с чернильницей. Он не мог ничего знать. О том, что произошло знали только двое — она и Андерс, а её муж, насколько она знала, давно не общался с гномом. Мари тряхнула головой, отгоняя глупые сомнения.

— Не хочешь поговорить с Инквизитором, у вас с ней похожая проблема, как мне кажется.

— Я бы сказала абсолютно одинаковая, и да, я хотела с ней поговорить, чуть позже, думаю сейчас ей нужно время для общения с сестрой.

Варрик всё сильнее удивлялся совпадениям, всё ли так просто в этом мире? Почему-то маленькая эльфийка из скрытого клана так сильно была похожа на человеческую женщину. Даже эта ситуация с Корифеем, ведь изначально именно они пошли убивать с Мариан, а теперь он делает тоже самое с Нэль. Судьба странная штука, им бы под крыло ещё спятившего мага, а на пути ведьму с кучей замысловатых речей.

Почему гному казалось, что этот пазл сложится ещё очень и очень не скоро, хотя казалось что все кусочки его уже были на самой поверхности. Варрик печально вздохнул, когда за Мариан закрылась дверь, и улёгся на кровать, забываясь тревожным сном.

Глава 30. Разговор

Нэль услышала тихий стук в дверь, значит пришёл точно не Дориан, маг имел особенность громко стучать и сразу же заходить, не дожидаясь ответа.

— Заходите, — Ллараинэль сидела за столом усыпанным кучей документов, в которые она смотрела невидящим взглядом. После той сцены в зале её отправили в покои, тот неловкий момент, когда Инквизитором помыкали собственные спутники. Девушка выдохнула, но даже не подумала принять более надлежащую позу и всё также упираясь ладонями в щёки, печально взирала на кучу документов с непонятыми закорючками.

По лестнице поднялась Кейтлин, она успела переодеться в более свободную одежду и привести некогда растрёпанные волосы в более приличный вид. Увидев свою младшую сестру за столом Страж остановилась, печальная улыбка застыла на её губах, при воспоминании о своём собственном обещании, которое она не выполнила.

— Проходи, — произнесла тихим голосом Нэль, всё так же смотря на бумаги перед собой.

Выглядела Инквизитор не особенно подобающе своему статусу, упираясь ладонями в щёки, она была скорее похожа на ребёнка, которого попросили на время посидеть тихо, пока взрослые разбираются со своими делами. Кейт усмехнулась своим мыслям. Женщина подошла ближе к столу, вытянув из угла небольшое кресло, придвинула его практически вплотную к стулу сестры.

— Привет, — будто не своим голосом произнесла Кейтлин, давно она не чувствовала себя так неуверенно и неловко. Статус Стража-Командора налагал множество обязанностей, с которыми бы она не справилась, не научись твёрдо озвучивать свои мысли и отдавать чёткие приказы. Но сейчас сидя рядом с младшей сестрой она не ощущала себя Героиней Ферелдена, а всё той же только выбившейся в Охотники девчушкой, вечно лезущей куда не просят.

— Привет, — Нэль ответила и наконец перевела взгляд в сторону сестры. — Рада тебя видеть, — Кейт не сомневалась, что это было именно так, в голосе Нэль не было и намёка на притворную вежливость, лишь лёгкая тоска и явное желание сказать что-то ещё, но она молчала.

— Я тоже очень рада. Особенно тому факту, что ты жива, — Кейтлин улыбнулась неподдельной нежной и доброй улыбкой, Нэль моментально вернула улыбку и расслабилась, плечи чуть опустились, и девушка повернула голову в её сторону, устраивая щёку теперь на правой ладони, убирая слегка мерцающую зелёным светом левую руку под стол. — Видит Создатель, когда я узнала от Алистера, что тебя выбрали Инквизитором, чуть не сошла с ума от тревоги. Нет, не потому что я считаю тебя неумёхой или что-то в этой роде, — страж хрипловато рассмеялась, — а потому что ты моя маленькая младшая сестра, которая успела вырасти, а я об этом даже ничего не знала. Пусть мы и переписывались с тобой всё это время, но в моих воспоминаниях ты оставалась той маленькой девочкой, собирающей небольшие букетики для того, чтобы отдать дань перед святилищем. Ты так часто бегала к Элювиану, и так яростно всем доказывала, что в нём кто-то живёт, и ты просто хочешь с этим кем-то подружиться, — Кейт запнулась и резко замолчала.

Ллараинэль понимающе улыбнулась и кивнула.

— Там живут духи, просто никто не хотел с ними общаться кроме меня, — сказала она таким тоном, что Кейт даже не сразу нашлась с ответом.

Какое-то время они сидели молча, каждая думала о чём-то своём.

— Ты правда веришь в то, что в Зеркале кто-то есть? — Страж старалась придать голосу более спокойный тон, но всё же где-то на последнем слове он предательски дрогнул, а перед глазами возник размытый образ Тамлена.

— Раньше их использовали для перемещения и общения, почему никто не мог просто остаться по ту сторону, — пожала плечами Нэль. — Да и кто-то же должен был их охранять.

Кейтлин сама не поняла, как они перешли к Мору, но неожиданно для самой себя она рассказала сестре обо всём, что произошло с ней десять лет назад, и даже пару раз смахнула с глаз непрошеные слёзы, и закончив говорить, заметила, что Нэль вовсю утирает лицо ладонями и отводит взгляд.

— Эй, ну, тихо-тихо, это было давно, теперь уже всё в порядке, — Страж присела около сестры и притянув её в объятия, стала медленно поглаживать по спине.

— Ты скоро умрёшь! — придушенно произнесла ей в плечо Нэль, не прекращая вздрагивать всем телом.

— Все мы однажды умрём, — смиренным тоном ответила Кейт.

Она давно потеряла надежду найти хоть что-то связанное с написанным в книге, которую ей оставила Мориган, и узнав о сестре, решила что именно так судьба подсказывает, где ей нужно провести свои последние минуты жизни. Места указанные в книге, давно перестали существовать поглощённые песками времени, а Стражи, которым удалось по слухам вырваться из плена крови затерялись среди обычным людей. Кейт не могла их винить, если бы она могла то сделала бы точно тоже самое, ушла бы на покой, хотя это и было эгоистично по отношению к остальным членам ордена. Стражи ведь не могут быть эгоистичны? Кейтлин усмехнулась. Ещё как могут, они с Алистером тому доказательство, не желая терять друг друга они пошли на страшную сделку с ведьмой, пусть она и были их подругой, но заключать душу Архидемона в ребёнка. Теперь это дитя может стать угрозой не менее опасной, чем Корифей. Кейт пыталась найти и Мориган, но не преуспела в своих попытках, та постоянно ускользала прямо у неё из-под носа. Да и что бы она сделала? Убила бы ребёнка? На такое Серый Страж бы точно не пошла, даже точно зная, в кого именно превратится этот ребёнок.

— Ничего нельзя сделать? — придушенно произнесла Нэль.

Кейтлин покачала головой, и чуть отодвинула от себя уже почти успокоившуюся сестру.

— А теперь-ка ты расскажи, как так получилось, что ты стала Инквизитором? Можешь говорить на эльфийском, воспринимаю я его всё ещё достаточно свободно, говорю правда уже не очень.

И Нэль рассказала, путаясь между языками, повторяя некоторые моменты несколько раз и упуская определённые подробности вроде ночёвки в одной палатке с тевинтерцем. Они обе не заметили, как оказались сидящими около камина. Ллараинэль закончила рассказ, и сестры просто сидели, наслаждаясь теплом исходящим от огня и вслушиваясь в доносящийся со двора шум.

— Мы выйдем завтра на рассвете, всё-таки это дело касается напрямую Серых Стражей, пусть Кларель и призвала всех Стражей под своё командование, но теперь я вернулась, и не дам им окончательно сойти с ума. Она показалась мне разумной женщиной, когда мы встречались в последний раз, и может удастся с ней поговорить и решить всё мирно, — Кейтлин сжала кулаки, но тут же заставила себя расслабиться. Женщина откинулась назад, опираясь на руки и посмотрела в потолок. — Ты так и не ответила. Почему мама заставила тебя принять валласлин в столь раннем возрасте? — Кейт покосилась на вмиг сжавшуюся сестру. — Ко мне подошёл один из твоих магов, тот что эльф, прости имени я не запомнила.

— Солас, — пробормотала Нэль.

— Наверное. Он спросил является ли в нашем клане нормой иметь рисунок в столь раннем возрасте. Я рассказала ему, что в нашем клане в принципе не обязательно иметь валласлин, у меня его нет, хотя я и стала Охотником сразу после совершеннолетия. И судя по его расспросам за твоим валласлином скрывается нечто большее, чем простая жажда доказать свою волю, не так ли? — Кейт окончательно развернулась в сторону прижавшей к себе колени Нэль, и пристально на неё посмотрела. Из светло карих глаз исчезла мягкость, теперь она и правда была похожа на Стража-Командора, Ллараинэль это изменение несколько напугало, но девушка быстро одёрнула себя — она теперь тоже занимает позицию лидера, и нужно учиться противостоять подобным нападкам.

— Спроси у Хранительницы, вы же с ней переписывались, думаю она не заставит тебя ждать с ответом, — от манеры переходить сразу при первом же чувстве тревоги на эльфийский Нэль никак не могла избавиться.

Кейтлин неожиданно рассмеялась и встала.

— Моя маленькая сестрёнка и правда выросла, — она улыбнулась. — Помни об одном, ты всегда можешь рассказать мне всё что душе угодно, и никто об этом не узнает.

Нэль слабо улыбнулась в ответ и кивнула.

— Ты не обидишься, если я сейчас покину тебя? Мне нужно поговорить со своими людьми и составить план действий. К нам вроде собиралась присоединиться эта женщина со странной зловещей аурой. Кто она такая вообще?

— Мариан не зловещая, она добрая, — слегка обиженно произнесла Нэль по-детски надувая губы.

Кейтлин с каждой минутой проведённой рядом с сестрой всё больше сожалела о своём решении уйти из клана и оставить эту малютку там совершенно одну. Но сделанного не воротишь, да и при других обстоятельствах ей вряд ли бы удалось встретить любовь всей своей жизни. Женщина напоследок потрепала сестру по голове, нарушая вечный порядок так старательно поддерживаемый Нэль, она между прочим старалась и заплетала себе косички каждый день. Она всё ещё помнила тот неловкий момент на Штормовом берегу, когда зацепилась волосами за ветку, повторять подобное совершенно не хотелось, поэтому теперь она старалась собирать волосы в единую прическу, что было весьма сложно. Кончики волос уже преодолели грань её талии, а Кассандра продолжала настаивать на изменении их длины, иногда путём запугивания. Поэтому девушке пришлось наловчиться быстро заплетать себе что-то более компактное.

— Как скажешь, увидимся на вечернем собрании, — с этими словами женщина покинула комнату, оставляя Нэль один на один с кучей непонятных бумажек.

Если бы Ллараинэль только знала, что от Инквизитора помимо обычных обязательств по спасению мира, есть ещё и бумажная работа, ни за что бы не согласилась вернуться на эту должность. Девушка печально застонала и решила, что без Дориана ей точно сегодня не обойтись, в последнее время они и правда стали очень близки, но почему-то Нэль это нисколечко не волновало. Наоборот, её предвзятое отношение к магистрам благодаря ему понемногу сходило на нет, да и во многих вещах у них были похожие взгляды. Например, что хорошее утро начинается с медленной прогулки мимо командора Каллена, в одной рубахе тренирующего своих солдат. Нэль усмехнулась своим мыслям, ловко прыгая по лестнице.

***

Самой сложной задачей при перемещении в сторону библиотеки был пункт прохождения Соласа, эльф почти всё время проводил в этом круглом зале, восстанавливая эльфийские фрески, и его слух не уступал слуху других её сородичей, поэтому просто прокрасться мимо него было задачей не из простых. Особенно если в этот момент он пил чай за столом. Но Нэль была бы не собой, если бы не наловчилась этого делать, аккуратно открыв дверь, она всегда быстро проскальзывала, пряталась за стенкой, выглядывала как можно более бесшумно — если эльф рисовал, то она сразу же мчалась согнувшись в сторону лестницы, если же он сидел за столом, стойко выжидала, пока он вновь вернётся к работе.

В этот раз задача была многим легче, Соласа не оказалось на месте и Нэль просто прошла к лестнице и в мгновении ока оказалась в углу, где почти всегда можно было найти Дориана. Вот только и того сегодня не оказалось на месте, девушка даже набралась смелости и обратилась к главной чародейке Фионе, читающей что-то на противоположном конце помещения, но та лишь пожала плечами и сказала, что маг сегодня не появлялся.

Ллараинэль выругалась, с тоской посмотрела на праздное кресло и решила отложить бумажную работу до лучших времён. Она конечно могла при помощи своего словаря начать переводить некоторые документы, но над одним только письмом в пять строк она провела однажды большую часть дня. А ответ написать так и не смогла. Нэль прикрыла глаза, думая о том, чем же ей тогда заняться до вечернего собрания. Не то чтобы у Инквизитора не было дел, но в основном они были связаны с различными вылазками или же этой ужасной бумажной работой.

— Так и знала, что ты здесь! — Сэра вынырнула откуда-то слева и выглядела такой довольной, что Нэль даже слегка позавидовала её настроению. — У меня к вам очень важное дело госпофа Инкфизитор, — эльфийка нравилась Нэль своей манерой не придавать новому статусу Вестницы особенно большое значение и поэтому услышав искаженные слова, девушка улыбнулась разбойнице напротив.

— Что это за дело? — Ллараинэль последовала примеру Сэры, которая склонилась над небольшим столиком около книжного шкафа.

— Повеселимся?

Никогда в жизни Ллараинэль не подшучивала ни над кем, тем более ей бы в голову не пришло делать этого со своими советниками. Но желание немного расслабиться и отвлечься от своих печальных мыслей толкнуло её на этот необдуманный поступок.

***

— Бык! — Нэль мчалась через весь двор в сторону тренирующегося отряда Бен-Хазрата.

Железный Бык успел принять последний удар от Крэма и удивлённо посмотрел в сторону бегущей к нему девушки, которая с размаху запрыгнула ему за спину и обвила руками шею.

— Ты же говорил, что будешь моим личным хранителем, спаси, — прохрипела ему в шею Нэль, прижимаясь всем телом к полуобнажённой спине.

По лестницы из главного зала выбежала Сэра громко смеясь.

— Это всё Инкви! — провозгласила эльфийка и скрылась за дверями таверны, разозлённые советники в лице Жозефины и Каллена затормозили в паре шагов от входа в таверну и посмотрели на Быка, вокруг шеи которого обвились до боли знакомые руки.

— Что случилось? — заметив мокрые волосы Жозефины и яркие кляксы от чернил на Каллене, коссит ухмыльнулся, догадываясь о проделках Сэры, вот только он не понимал, причем тут была Инквизитор.

— Госпожа Инквизитор, не соблаговолите ли вы посетить мой кабинет для важного разговора, — голос Жозефин звучал непривычно угрожающе, отчего руки Нэль сильнее сжались вокруг массивной шеи Быка.

— Я занята, — раздался приглушенный голос Вестницы.

Каллен рассмеялся, удивив этим не только компанию Быка, но и Жозефину, которая посмотрела на него растерянно и непонимающе.

— Можно узнать, чем занята благопочтенная госпожа Инквизитор? — сквозь смех выдавил из себя командор.

— Я тренируюсь, — последовал ответ после мгновения тишины, при котором можно было прочувствовать всю тяжесть мыслительного процесса Вестницы.

На этот раз рассмеялась и Жозефина.

— Хороший у вас Инквизитор и тренировки интересные, — раздался ехидный голос Мариан со стороны дверей ведущих в лазарет.

Фенрис вышел вслед за ней и переводил взгляд с хохочущих советников на повисшую на коссите Нэль, эльф открыл было рот, но тут же закрыл его и покачав головой, пошёл в сторону Главного зала. Бетани попросила принести ей еду и что-нибудь перекусить прямо в лазарет, не желая отвлекаться на праздные шатания по крепости. К великому сожалению Фенриса, эту привычку отдавать все свои силы больным она взяла у Андерса, слишком долго и часто они общались в Киркволе. Эльф поморщился при воспоминании о психованном маге и покосился в сторону Мари, которая шагала рядом с ним, всё ещё тихо посмеиваясь над Инквизитором. Сегодня после собрания разбойница хотела поговорить с Инквизитором наедине, Варрик верно подметил их схожесть в отношении к магии и не только.

— Плохо спишь? — Фенрис смотрел прямо на разбойницу в ожидании ответа, который уже знал.

— Нет, что ты, просто мне нравится обмазывать глаза сажей, — фальшиво весело произнесла женщина.

— Это из-за того, что я думаю?

— Я не знаю о чём ты думаешь, — пожала плечами Мариан, эльф одарил её таким проницательным взглядом, что женщине захотелось спрятать голову в песок, дабы не видеть этих пронзительных зелёных глаз. — Да.

— Он знает? — Мари кивнула. — Даже зная, этот ублюдок, отпустил тебя сюда, — Фенрис сжал кулаки с характерным скрежетом железных перчаток.

— Он не отпускал, я сама пришла, напоила его снотворным и сбежала.

— Вполне в твоём стиле, — покачал головой эльф, и к большому удивлению Мариан не стал больше ничего говорить.

Фенрис был одним из немногих кто знал о её необычной связи с Тенью и эльф очень надеялся, что эта история с брешью обойдёт исчезнувшую парочку стороной, но видимо судьба была иного мнения.

— Знаешь, мне кажется, что всё это не просто так, — каким-то бесцветным голосом начала Мариан. — Такое странное предчувствие, будто Корифей это не конец, а только прелюдия к чему-то более страшному и опасному. Не просто так неожиданно под одной крышей судьба собрала столь странных персонажей, часть из которых непосредственно повлияло на ход истории. Ты вот мог представить, что в Скайхолде объявится исчезнувший много лет назад Страж-Командор Ферелдена? Многие её уже похоронили, а она возникает, да не одна, а с полным составом своих самых преданных бойцов. Инквизитором становится её сестра, которая по происхождению эльф из очень странного и древнего клана, о котором даже ты не можешь ничего нам рассказать, хотя побывал среди них. Письмо Варрика приходит ко мне именно в тот момент, когда какой-то дух в Тени кричит и просит помощи, и ко всему прочему вы с Бетани оказываетесь в Инквизиции.

Фенрис какой-то время молчал, обдумывая сказанное разбойницей. Правда, слишком много совпадений для того чтобы отмахнуться и сказать — случайность.

— Вы с ней похожи, — произнёс эльф уже на обратном пути в лазарет, сжимая в руках несколько чашек с едой. — Я про тебя и Инквизитора, мне показалось это странным, когда я впервые за долгое время посмотрел ей прямо в глаза и заметил странную схожесть, хотя у вас даже цвет разный, а вот когда она выспутила силу в таверне я чётко знал, что именно мне нужно делать, всё было как с тобой и это помогло.

— Не просто так выжил именно ты после такой операции, — туманно произнесла Мариан.

Они остановились почти у самых дверей лазарета и оба смотрели куда-то в пустоту, обдумывая разговор.

— Чего встали? Что-то случилось? — из раздумий их вывел яркий голос Бетани.

***

Собрание прошло достаточно быстро, было решено что на рассвете Мариан вместе с Фенрисом присоединиться к Серым Стражам, а на следующий день выйдет полный отряд Вестницы, чтобы на месте разделиться и быстрее исследовать Западный предел.

Как только все начали расходиться Мари перехватила Нэль у самого выхода и пригласила пройти в свою комнату для личного разговора. Ллараинэль чуть удивлённо на неё посмотрела, но кивнула и последовала за женщиной к её комнате.

— Проходи, садись куда пожелаешь, выбор не особенно большой, — Мариан усмехнулась.

Нэль устроилась у изголовья кровати, Мари придвинула поближе стул и села на него, разворачивая спинкой вперёд, удобно устраивая на ней руки.

— Ты наверное удивлена, что я захотела с тобой поговорить, — Нэль слегка заметно качнула головой, отведя взгляд в сторону небольшого окна. — Можешь не стесняться и не бояться, как успел подметить Варрик и даже Фенрис у нас с тобой есть определённая общая черта — большая нелюбовь к магии и всё, что из неё вытекает.

Ллараинэль удивлённо посмотрела на женщину перед собой, которая впервые за всё это время улыбалась не ехидно, а тепло и печально. Мариан вытянула перед собой руку, отводя её чуть в сторону и неожиданно между пальцами женщины заиграли блики огня, Нэль вздрогнула и изумлённо смотрела на голубоватые всполохи мелькающие на самых кончиках пальцев.

— Знаешь, я не верю в Создателя и его невесту, но был у меня один друг, вера которого была непоколебима, но даже она не смогла устоять при виде грязи окутавшей церковь Киркволла. Тогда я поняла, что нет ничего незыблемого даже наши чувства изменчивы, как бы нам не хотелось доказать обратное, — Мариан затихла, всматриваясь в огоньки, которые отделившись от пальцев стали кружить по комнате и исчезли во тьме потолка.

Ллараинэль вслушивалась в проникновенный голос собеседницы и к своему большому удивлению понимала всё, что она говорит, будто женщина разговаривала сразу же на нескольких языках одновременно. Нэль посмотрела в яркие синие глаза, в которых играло пламя от свечи. Едва ли она называла бы Мариан молодой если бы сначала посмотрела только в глаза, было в них что-то такое непередаваемое, будто женщина пережила столько невзгод, что хватило бы на половину Скайхолда, казалось в них плескалась сама смерть. Элфийка приподняла уголки губ — она к сожалению тоже могла бы похвастаться подобным опытом в своей жизни, но почему-то не смотря на это ей удавалось сохранять оптимизм и даже веру в жизнь. Однажды Хранительница даже сказала — «мир сойдёт с ума, а ты продолжишь верить, что так и должно быть».

— Я всю жизнь ненавидела Создателя за то, что он сотворил с нами наделив подобной силой, но постепенно я стала понимать, что ненависть к этой силе пришла от невежества. Ведь именно люди создали Церкви и Храмовников, а те возомнили себя постухами над стадом овец, и своим поведением привели мир к тому, что мы имеем сейчас. Их примеру последовали и косситы и даже долийцы. Пусть у вас Хранителями всегда становятся маги, но вы никогда не держите более двух магов на весь клан, что говорит о всё том же страхе перед собственной силой, — Мариан вновь замолчала и прикрыв глаза, опустила подбородок на руки.

— Я не долийка, магов в нашем клане много и все они занимаются своей работой, никто их не трогает. Мне не понятен уклад жизни вашего мира, — Ллараинэль сама не заметила как поддалась на манипуляцию разбойницы и стала говорить о клане.

Мариан улыбнулась, вслушиваясь в прерывистый шёпот Вестницы.

— Наш мир неоднозначен, когда юг загоняет магов в загоны, север усаживает их на пьедесталы, затаптывая остальных в грязь. Но каждая сторона боится одного — одержимости, но вместе с этим жаждет изучить Завесу и Тень. И именно эти желания привели многих магов на плаху, никто из них не представляет, что такое истинная мощь, пока не пытается сомкнуть её в собственных руках, но ощущая силу они сразу же теряют разум не в состоянии обуздать и осознать её, — Мари подняла взгляд на эльфийку, которая о чем-то усердно думала, сведя брови к переносице.

— У вас нет ритуала Leithian*? — Нэль встретилась со взглядом Защитницы.

— Нет, а что такой существует? — глаза женщины загорелись и она сразу вся подобралась.

— Ты понимаешь меня? — удивлённо воскликнула Ллараинэль.

Мариан открыла рот, но тут же закрыла пытаясь подобрать правильные слова для ответа.

— Тень редко разговаривает на всеобщем языке, и у меня был очень хороший учитель — эльф, он многому меня научил, и особенно делал упор на языках, — глаза Мариан потускнели при упоминании своего учителя. — Давай об этом я расскажу в следующий раз, а то нам и ночи не хватит, а рано утром мне нужно будет уходить со Стражами.

Ллараинэль хотела было что-то сказать, но только кивнула, теперь она смотрела на женщину перед собой не отводя взгляда золотых глаз.

— Так вот, я всю жизнь ненавидела магию за то, что она сделала мою семью изгоями, за то что забирала жизни моих родных, за то что отравляла мою собственную душу. А потом случилось самое абсурдное событие в моей жизни, событие по имени Андерс, — Мариана не удержалась и широко улыбнулась, явно вспоминая о чем-то хорошем, но тут же улыбка потускнела.

— Ты влюбилась в мага? — Нэль вспомнила рассказ Варрик и на глаза непроизвольно навернулись слёзы.

— Варрик поведал историю Защитницы не так ли? — Мари усмехнулась. — Да, влюбилась, и люблю до сих пор, не смотря ни на что, пожалуй иначе бы меня здесь и не было. Почему-то именно после встречи с ним мой взгляд на мир пошатнулся, жизнь в Киркволле многое переменила в моём мировоззрении, в двух словах не описать. Вот только я ухожу всё дальше от темы, но думаю суть ты улавливаешь, девочка ты смышлёная. Скажи мне, какова твоя причина ненависти к магии?

Ллараинэль задумалась.

— Этого тоже не рассказать в двух словах, — медленно произнесла она, чуть севшим голосом.

— Тогда так. Это связано с пожаром?

Глаза Ллараинэль округлились и она ошеломлённо уставилась на собеседницу.

— Мой учитель однажды сказал — «только по-истине могущественные отвергают свою силу, потому что они полностью её осознают и чувствуют». Думаю он имел ввиду, что только те, кто имеет настоящую силу осознают опасность её использования в повседневной жизни. Не будь люди так слабы, никогда бы их не понесло в Золотой Град, не думаешь?

Нэль кивнула.

— Глупо игнорировать то, что ты имеешь, лучше знать об этом всё и уметь этим пользоваться. Научись чувствовать магию, которой обладаешь и тогда тебе не придётся с ней бороться, она станет частью тебя и будет действовать с тобой заодно, — Мариан встала со стула и подошла к Ллараинэль, положив ей руки на плечи женщина произнесла. — Поверь мне, это лучшее, что ты можешь сделать для себя и окружающих, - женщина резко выпрямилась и потянулась руками к потолку. - Ладно думаю пора идти спать, а ты хорошенько подумай о том, что я тебе сказала, от этого может зависеть не только твоя жизнь.

Ллараинэль вновь кивнула и встала с кровати, Мари не успела отойти от эльфийки, как та неожиданно обвила её талию руками и на мгновение прижалась к ней. Защитница почувствовала странное успокоение, впервые за долгое она почувствовала как головная боль отступила, а голоса и образы исчезли.

Нэль быстро отстранилась пожелала спокойной ночи и исчезла за дверями.

*освобождение

Глава 31. Попытки осознания

Дориан знал, что если госпожа Инквизитор захочет с ним поговорить то непременно пойдёт в библиотеку. Вот только ворох странных неуместных мыслей никак не мог оставить мага в покое и видеть Нэль, пребывая в таком состоянии, совершенно не хотелось. Он мог испортить возникшие между ними отношения, а делать этого он не желал, слишком уж сильно маг привязался к эльфийке. Единственной разумной идеей было покинуть библиотеку и спрятаться у себя в комнате, захватив при этом парочку книг, которые Леллиана попросила перевести. Работа должна была пойти быстрее за удобным столом в полной тишине, вот только всё было наоборот. Дориан совершенно не мог сосредоточится и ближе к вечеру бросил свою затею.

Мужчина привык скрывать свои предпочтения и умело находил партнёров на одну ночь, это можно было причислить к одному из его навыков. Он сразу видел к кому можно было подсесть или же в чью сторону кинуть парочку красноречивых взглядов, вынуждая угостить себя напитком. Такие вечера всегда заканчивались приятно, а на утро Дориан даже не пытался вспомнить имени человека, лежавшего рядом с ним, и исчезал задолго до рассвета. Вот только присоединившись к Инквизиции пришлось позабыть о своих привычных забавах, да и времени для этого совершенно не было. Почему же тогда не использовать сегодняшний вечер? Все главы были на собрании, но вот только в таверне сидел вездесущий Бык со своими ребятами, а вот с ним Дориан бы точно не хотел пересечься во время своего «свидания», вот только кроме этой таверны пойти было больше некуда.

Внимательно осмотрев себя в зеркале, Дориан одёрнул ткань мантии и вышел из комнаты. К его огромному удивлению и облегчению Железного Быка в таверне не было, зато почему-то сидела парочка вельмож, которые обычно дальше Главного Зала никуда не уходили. Может именно вид этих напыщенных аристократов и побудил коссита и его компанию покинуть на сегодняшний вечер таверну.

Это было не последним удивлением этого вечера. Дориан ожидал долгой и скучной «охоты», но почти сразу же нашёл нужного собеседника, весьма симпатичного смазливого блондина, который после первой же кружки, стал донельзя сговорчивым. Маг решил не испытывать удачу дальше и быстро согласился проводить нового знакомого в сторону своей комнаты. Дориан не был сильно пьян, за весь день он выпил всего бокал вина и кружку той бурды под названием «пиво», а вот мальчишке явно много было не нужно. Уже в коридоре ведущем в комнаты, мальчишка стал к нему лезть, нагло обвивая руками и прижимаясь ближе.

Дорина улыбался и пытался заставить себя и дальше вести эту игру, но почему-то от вида этого льнущего к нему тела он чувствовал только отвращение, причем к самому себе. Мальчишка был в его вкусе, но почему-то не вызывал желания, а когда одна и его рука поползла ниже, мага передёрнуло.

— Не здесь, мы почти дошли, — вкрадчивым голосом произнёс маг, надеясь перебороть это ноющее чувство под ложечкой.

Дориан развернулся и едва ли не потащил паренька за собой, одна из дверей открылась, и из неё вынырнула эльфийка.

Нэль не сразу увидела, что маг не один и улыбнувшись поздоровалась с ним на эльфийском, но заметив какое-то вымученное выражение на его лице, её взгляд тут же уловил движение руки, которая обвивалась вокруг талии мага. Ллараинэль знала о предпочтениях мага, знала обо всем и у неё никогда не было предрассудков на этот счёт, но почему-то заметив мальчишку её затопила такая волна жара состоящая из странных чувств. Девушка ничего не могла понять, перед глазами всё поплыло, в горле встал ком, а сердце громко забилось под рёбрами. Боль, ненависть, негодование, отвращение? Ллараинэль не смогла бы точно выбрать ни одно из этих определений, также она не смогла и справиться со своими чувствами. Открыв рот она хотела что-то сказать, но не смогла выдавить из себя ни звука, и сделала самое глупое что можно было сделать в данной ситуации, повернулась и зашла обратно в комнату, из которой только что вышла.

Если она хотела дать понять магу, что ничего не имеет против его отношений с мужчинами, то это был самый ужасный и неэффективный способ. Нэль стукнулась головой, прижимаясь спиной к двери.

Мариан уже стянула с себя верхнюю часть доспеха и с непониманием смотрела на влетевшую обратно в комнату эльфийку. Женщина замерла, ожидая, когда последует пояснение этих действий, но Нэль продолжала стоять около дверей с прикрытыми глазами и глубоко дыша.

— Что-то случилось? — Мари бросила куртку на стул и развернулась к эльфийке, та вздрогнула от звука чужого голоса, она и не поняла, что забежала обратно к разбойнице.

— Я всё испортила, — убитым тоном произнесла Нэль.

В её глазах плескалось столько отчаяния и страха, что у Мариан бы в жизни язык не повернулся, чтобы выгнать эльфийку прочь из комнаты.

— Ложись, я правда буду рано вставать, поэтому ложись к стене, — Защитница кивнула в сторону уже расстеленной кровати, Нэль хотела что-то сказать, но женщина не дала ей этого сделать. — Давай быстрее.

Ллараинэль послушно стянула с себя сапоги, но вот рубашки для сна с собой у неё не было.

— Я тебя умоляю, чего я там не видела, давай уже.

Нэль стянула с себя узкие штаны и закончив мучаться с кучей пуговиц, скинула кофту, и тут же прыгнула в кровать, поворачиваясь к Мари спиной. Женщина усмехнулась и затушив свечи легла рядом.

— Что случилось? — после мгновения тишины произнесла она.

Нэль неожиданно для себя стала рассказывать про Дориана, причем с самого начала с первой встречи в Редклифе: о том как она его ненавидела и боялась, как старалась избегать встреч с ним, а потом неожиданно оказалось, что он весьма интересный молодой человек, пусть и тевинтерец, и вовсе не страшный, а даже весёлый. Рассказала о том, как он спас несколько раз ей жизнь, как подбадривал во время перехода и с каким удовольствием учился у неё готовить зелья. И конечно рассказала об их встрече с отцом Дориана, и о том, что она только что видела и как себя глупо повела по отношению к такому хорошему другу.

Мариан понимающе хмыкнула себе под нос.

— Можешь рассказать мне и о других своих спутниках? Мне было бы интересно узнать о Каллене, Соласе и Быке, с первым я конечно знакома, но он явно изменился с нашей последней встречи.

Ллараинэль замерла, явно обдумывая что именно говорить. Её рассказ был предельно краток и понятен, пусть и там не обошлось без определённых моментов, особенно интересной была роль Каллена в её поисках в Убежище и Соласа, мотивы которого читались намного отчётливее остальных несмотря на всю скрытность. Мариан едва заметно качнула головой. Ей казалось у них была куча недопониманий в компании, да у них по сравнению со спутниками Вестницы всё было кристально чисто и понятно.

— Вот и ещё наше сходство, уже даже не смешно, — прошептала в золотой затылок Мари.

— Что?

— Ты влюбилась в мага, — просто ответила женщина, и не давая Нэль возразить продолжила, — повезло тебе намного меньше, мой хотя бы не играл только на одной стороне. Это больно, неприятно и обидно, но ничего не поделаешь, прости, что не говорю банальных слов — «ты сможешь, всё зависит от тебя, привлеки его внимание». К сожалению, в реальности это может не сработать, особенно при таких обстоятельствах. Знаешь, Каллен очень хороший, правда. Особенно теперь, когда не бегает за каждым магом с мечом и криками об одержимости, — Мари хрипло рассмеялась.

Нэль обернулась в сторону женщины, удивлённо выпучив глаза, и заметила, что и у Мариан глаза в темноте будто светятся изнутри. Разве так бывает у людей?

— Шучу, шучу, просто у него тоже произошло кое-что очень плохое связанное с магами. Спроси как-нибудь, думаю он тебе расскажет, а сейчас спать. Мой единственный совет, постарайся пока Дориана не брать в свой отряд. Так будет легче и тебе и ему.

Нэль кивнула и отвернулась обратно к стене, несмотря на тянущую боль в районе сердца, быстро провалилась в сон. Мариан ожидала очередную бессонную и тревожную ночь, но лёгкость и спокойствие наполнили каждую её клетку, и она последовала за Вестницей.

Их разбудил стук в дверь и голос Кейтлин. Нэль поднялась вместе с Мариан, и проводив отряд, вернулась в свою спальню.

***

Дориан стоял как громом пораженный, и не обращал внимания на какие-то комментарии со стороны висящего на нём тела. Кого-кого, а вот Инквизитора в этой части Скайхолд он точно увидеть не ожидал. Маг никак не мог отделаться от отвратительного ощущения появившегося из-за взгляда ясных золотых глаз, которые казалось прошибли его насквозь. Парень сбоку что-то вновь зашептал и полез целоваться, вот только настроение Дориана было окончательно испорчено, и он без зазрения совести отодвинул от себя пьяное тело, и оставив ошарашенного парня в коридоре, скрылся за дверями своей комнаты.

Дориан устало опустился на стул и потёр пальцами переносицу. Да что с ним такое происходит? Изначально подцепив этого парня в таверне, маг не испытывал привычного желания поскорее оказаться с ним в одной постели, вот только истинной причины никак понять не мог. Думал, что так на нём сказались последние события связанные с Инквизицией. Если бы оно было так, то появление Вестницы в коридоре не испортило бы его планов, он бы привычно подмигнул ей и продолжил бы свои дела, но он не смог.

Всё естество взбунтовалось против несчастного мага, который никак не мог уловить хвост собственных носящихся туда-сюда мыслей. Ллараинэль сама поддержала его во время встречи с отцом и даже сказала, что у них в клане это абсолютно нормальная практика, тогда почему сейчас она посмотрела на него, как на предателя. Отвратительное ощущение раздражения и какой-то тоски поглотило мага, и он, подняв бутылку с пола, стал пить прямо из горла. Вот так манеры, вот так выдержка.

Отчего-то было плевать на всё выше перечисленное, а вот выкинуть из головы взгляд золотых глаз никак не мог, он словно раз за разом прошибал его вновь, стоило только подумать о чем-то вроде случайной ночи с незнакомцем. Неужели на нём так сильно сказалось влияние этого золотого ребёнка, который в жизни наверное ещё даже не целовался? Дориан был отвратителен сам себе и никакого другого эпитета маг подобрать не мог, ему и правда казалось что он ужасен, из-за желания переспать с первым встречным. Раньше такой проблемы он за собой точно не замечал. И правда наверное Инквизитор слишком хорошо на него влияет, даже заставила задуматься над такой сложной вещью как любовь.

Любил ли он когда-нибудь? С уверенностью маг сказать не мог, но что-то он точно чувствовал к соседскому мальчишке, с которым они часто вместе тренировались в магии в саду фамильного поместья Павусов или же в его. Они вместе читали, тренировались и ходили плавать. Дориан никак не мог вспомнить лица своей первой любви, помнил только торопливый поцелуй в саду и крики отцов. Как и следовало ожидать спустя несколько лет их знакомства кто-то должен был заметить, что они слишком часто прячутся в кустах азалии, хотя до полноценного секса у них так и не дошло, но всё же в те поцелуи он вкладывал все свои чувства.

Дориан горько усмехнулся и вновь отпил из бутылки. Произошло то чего и следовало ожидать, тому парню нашли невесту и быстро организовали свадьбу, самом альтусу невесту тоже нашли только многим позже, и он не задумываясь сбежал, только завидев матушку с каталогом для свадебных украшений. Маг очень сильно сомневался, что даже после разговора в Редклифе с отцом, тот легко воспримет его жизненный выбор, но судя по высказываниям Павуса старшего он хотя бы попытается это сделать. Уже хоть что-то. Вот только Дориан всё ещё не был готов простить его за тот поступок с магией крови, и не знал сможет ли когда-нибудь это сделать.

Дориан допил бутылку и улёгся спать уже под самое утро вымотанный собственными мыслями и воспоминаниями.

***

Ллараинэль нашла Соласа в помещении с фресками. Эльф стоял на одном из помостов и рисовал. Нэль не знала как аккуратно привлечь его внимание, чтобы он не сделал ненужный мазок и поэтому осталась стоять около стола, присев на его край. Девушка смотрела как эльф аккуратно выводит линию за линией — это завораживало.

— Подожди немного, я сейчас спущусь, — этого и следовало ожидать, Солас услышал как она вошла, потому что в этот раз она и не пыталась скрывать своё присутствие.

Ллараинэль не заметила как перестала смотреть на фреску и уже вовсю рассматривала самого эльфа. Ей казалось, что она впервые его видит — высокий, подтянутый, с идеально прямой спиной, будто один из солдат Каллена, с мягкими чертами лица и слегка заострённым подбородком. Солас был красивым. Хотя если сравнивать его со знакомыми эльфами, то пожалуй никто бы не смог превзойти по красоте Аллароса. Воспоминание о своём соплеменнике заставило Нэль напрячься. Интересно, Ал тоже думает, что она мертва? Она была так обижена на всех вокруг и особенно на Хранительницу, и совершенно не подумала о чувствах единственного друга из клана. Алларос должен был уйти на эту миссию, а она украла у него из-под носа лук, да ещё и оказалась во взорванном Храме, информация о судьбе Конклава наверняка дошла до них, но знали ли они что-нибудь о ней? Письмо вполне могла написать Кейтлин, надо будет при встрече спросить об этом у неё.

Пожалуй Фенрис мог бы посостязаться с Соласом, но как ни крути, до Аллароса им обоим было далеко. Её друг был одним из самых завидных женихов в клане, такой типичный представитель холодной недосягаемой красоты и величия — ловкий шпион, говорящий только по делу, но умеющий благодаря своему шарму собрать вокруг себя половину молодого населения клана. Особенно девушек. Нэль всегда удивляло, что Ал общался именно с ней, хотя был старше на пять лет и имел друзей своего возраста. Нэль в плане одногодок или хотя бы тех кто был бы в примерно её возраста не повезло, всех их забрали тевинтерцы. Она почувствовала сильный укол боли, пусть она ничего не помнила о том дне, но даже так вспоминать об этом было неприятно.

Алларос начал общаться с ней после ухода сестры из клана, тогда ей было всего шесть лет, но не смотря на это мальчишка придумывал им игры по возрасту, когда конечно не бегал со своими сверстниками и не учился. Иногда он просто сидел с ней. Приходил на поляну, где она собирала цветы и прятался в тени деревьев, пока девочка выбрала нужные цветы в свой букет. Как-то она даже подарила ему один такой, на День Рождение, от этого воспоминания по щёкам разлился румянец. Это было самое глупое, что она делала в детстве, за что ей было стыдно до сих пор, но парень цветы принял, а взрослые так противно и умилительно шептались за спиной.

Нэль резко одёрнула себя. И когда в её голову вдруг забрались мысли о такой глупости, как оценить окружающих её парней. Она захотела стукнуться головой о стену, вчерашний разговор с Мариан слишком сильно повлиял на неё, но думать о таком было не к месту.

— Хочешь о чем-то поговорить?

Нэль настолько ушла в свои мысли, что даже не заметила, когда Солас спустился вниз и подошёл к ней.

— А, я да, — заикаясь произнесла Вестница, заливаясь непрошеным румянцем. Эльф как-то странно посмотрел на неё, но говорить ничего не стал. — Я хочу чтобы ты научил меня не только контролировать, но и понимать мои силы, — Нэль твёрдо посмотрел прямо в глаза собеседника.

— Хорошо, — Солас неожиданно мягко улыбнулся ей, и Нэль моментально расслабилась и улыбнулась в ответ. — Учитывая, что твоя сила нестабильна и подпитывает Якорь, тренироваться в стенах Скайхолда может быть опасно, думаю давай выйдем и потренируемся где-нибудь недалеко от моста по ту сторону.

***

— Вы далеко? — Каллен возник около эльфов неожиданно, видимо, шёл в сторону конюшни.

— Тренировать нового мага в стенах Скахолда опасно, мы уйдём за мост, — Нэль почему-то так не хотелось, чтобы Солас говорил об истинной причине их ухода, особенно после того, как эльфийка узнала от Мари отношение Каллена к магам.

— Я могу дать вам одного из моих ребят или пойти сам, — командор резко запнулся встретившись взглядом с ясными глазами Инквизитора, в которых явно улавливалась лёгкая обида, — ну, ты знаешь, на всякий случай.

Солас покачал головой.

— Не стоит, она не сможет сделать ничего с чем бы не справился я.

Было заметно, что Каллен стушевался ещё сильнее, хотел сказать что-то, но никак не мог собраться с мыслями.

— Хорошо, и всё же я присоединюсь чуть позже, в какую сторону вы пойдёте?

— Далеко уходить не будем, но думаю возьмём чуть правее, полагаю ты увидишь или почувствуешь всполохи магии. И всё же считаю, что не зачем присоединяться к нам, — видно было, что Солас говорит с неохотой, но отказать командору он просто не мог.

— Госпожа Инквизитор! — раздался крик со стороны лестницы.

Нэль развернулась и увидела, как к ней быстрым шагом направляется Лелиана, держа в руках какие-то листы. Эльфийка мысленно застонала, если это опять что-то связанное с бумажной работой, то она прямо сейчас спрыгнет с моста.

— Не делайте такое лицо, это мои письма, вам я пришла сказать, что к нам прибыла из Кинхола очень одарённая ученица, и она хотела с вами встретиться. Вы сможете найти её в подвале, где обосновался кузнец, — Лелина стрельнула глазами в сторону застывших мужчин. — Вы же помните слова Кейт, не так ли?

Увидев как вытянулись лица обоих, и как они начали было оправдываться на тему того, что именно они тут делают. Лелиана рассмеялась и махнула на них письмами.

— Создатель, вы такие забавные. Будьте осторожны госпожа Инквизитор, — с этими словами Сестра Соловей легко поклонилась и ушла в сторону конюшен.

Солас закатил глаза, но говорить больше ничего не стал и направился в сторону ворот, Нэль кивнула Каллену и отправилась вслед за своим новым учителем.

***

— Первое, что мне важно понять, ощущаешь ли ты свою силу? Прикрой глаза, сосредоточься на том, что чувствуешь, — Нэль последовала указаниям Соласа и прикрыла глаза. — Внутри тебя есть некий очаг или чаша, из которой ты можешь черпать силу. Можешь сказать, чувствуешь ли ты её? Этот сгусток энергии.

Нэль правда пыталась сосредоточиться найти что-то подобное, но кроме лёгкого покалывания со стороны метки, она ничего не ощущала, ничего необычного.

— Ничего.

Солас подошёл ближе.

— Протяни ко мне правую руку, я попробую показать как это примерно может ощущаться, попробую вытащить твою силу наружу.

Ллараинэль послушно протянула руку, эльф стянул с неё кожаную перчатку и положил свою ладонь поверх её и слегка сжал руку. Нэль внимательно следила за его действиями, но всё равно слегка вздрогнула, когда между их ладонями засиял голубоватый огонь. Теперь эльфийка чётко ощутила странное движение, что-то будто заворочалось прямо внутри, и нельзя было понять где именно находится это нечто, оно было словно сразу во всём теле и одновременно вне его.

— Чувствуешь? — голос Соласа казался потусторонним неживым.

Нэль казалось, что она задыхается, будто её резко погрузили на дно озеро, со всех сторон её обступила вода давя на барабанные перепонки, на лёгкие, на глаза. Валласлин стал жечь кожу с такой неимоверной силой, словно хотел прожечь девушку насквозь. Ллараинэль пыталась сделать вдох, но ничего не выходила, ей хотелось кричать, звать на помощь, она пыталась сложить губы и позвать Соласа по имени. Всё поглотила непроглядная тьма, такая густая, что моментально забивала лёгкие, как только Нэль пыталась сделать вдох. Идеальную тьму резко нарушил маленький зелёный всполох вдалеке. Вестница привстала, когда она успела упасть было загадкой, но вот она могла уже самостоятельно встать на четвереньки. Зелёный свет становился ярче и казалось приближался к ней, его лучи в одночасье осветили всё вокруг, и Нэль поняла, что лежит на снегу, перед ней маячило встревоженное лицо Соласа. Он что-то шептал, слегка встряхивал её за плечи и гладил по щеке.

— Ну же давай, ты справишься. Fenedhis lasa. Что же это такое? Молодец давай, дыши, это я, слышишь меня?

Нэль неуверенно кивнула головой и тут же застонала от резкой боли в затылке.

— Что случилось? — раздался крик Каллена.

— Не подходи! — голос Соласа был больше похож на раскат грома, девушка удивлённо посмотрела на него, никогда ещё он не выглядел таким встревоженным, обеспокоенным и одновременно уверенным в себе.

Судя по всему командор послушал его, так как скрип снега стих, Нэль не могла заставить себя повернуть голову, она всё смотрела прямо в глаза Соласу и не могла оторваться. Почему-то их свет завораживал, казалось, она уже видела где-то подобные глаза, давно, очень давно, где-то в другой жизни.

— Смотри на меня, не отключайся. Скажи что чувствуешь, просто делай что-нибудь, главное будь со мной, слышишь? — тревога в его голосе, почему-то успокаивала Нэль и дарила какое-то извращённое чувство покоя и тепла.

— Я тут. Дышать больно, что-то словно мешает.

— Ты чувствуешь правую руку? — Нэль удивлённо посмотрела на Соласа, потом перевела свой взгляд на руку, и ужаснулась. — Не смотри! Я спросил чувствуешь ли ты её, судя по реакции нет. Не смотри, сейчас вернёмся в крепость и мы с Бетани быстро с этим справимся.

Лларанэль прикрыла глаза и застонала, судя по виду плечо правой руки будто что-то выбило, хотя доспехи были целы, но выглядело это не очень. Она в жизни не смогла бы вывернуть всю руку под таким углом.

— Помочь? — голос Каллена звучал встревожено.

— Иди вперёд и предупреди Бетани, чтобы она была готова сразу как только я принесу Инквизитора.

Послышался звук удаляющихся шагов.

— Такого я даже представить себе не мог, — зашептал Солас. — Кому под силу сотворить такое? Кому в голову пришло сделать подобное с ребёнком?

Ллараинэль не знала, о чём он говорит, просто вслушивалась в его голос и непрерывно смотрела прямо в глаза. Эльф аккуратно переложил её руку ей на грудь, вызвав громкий полный боли стон.

— Прости. Мне очень жаль.

Солас, стараясь не тревожить больше повреждённую руку, поднял Нэль, прижимая чуть ближе к себе и удобнее устраивая её на своих руках. Эльф встал, слегка пошатнувшись, не от тяжести, а от усталости и пережитого шока. Он не знал, что сейчас произошло, даже представления не имел, почему магия повела себя таким образом. Что-то помешало ему, вытолкнуло прочь, не желая подпускать его силу к себе.

Солас опустил взгляд на Нэль. Она безучастно смотрела куда-то в небо, по вискам скатывались редкие слезинки, говорящие о пережитой боли. Ему было так жаль, никогда в жизни он не ощущал такую тоску и сожаление, как в тот миг, когда понял, что девушка едва не умерла прямо на его руках от его же собственной ошибки. С ужасом для себя он осознал одну простую вещь — он привязался к этой эльфийке и уже ничего не мог с этим поделать.

***

Солас с Бетани действовали оперативно и слаженно, давая Инквизитору нужные микстуры и отгоняя надоедливых помощников, включая Каллена, прочь. Нэль практически ничего не чувствовала, влитые в неё настойки притупили все ощущения, давая магам возможность быстро поставить руку на место и заживить открывшиеся при этом раны.

К концу операции руки Бетани так тряслись, что она едва не уронила склянку с лириумом. Солас и Каллен уже ушли, оставляя Инквизитора в покое, Бет сама выгнала их, но не заметила, как полностью истощилась, что даже не была в состоянии выпить лириум.

— Давай помогу, — голос Дориана прозвучал неожиданно громко в воцарившейся тишине покоев Инквизитора, куда было решено принести эльфийку. В лазарете было слишком мало места и слишком много глаз. Маг забрал склянку с лириумом из рук девушки. — Ещё хотя бы капля этого и у тебя будет передозировка. Лучше вернись в комнату и отдохни, я присмотрю за ней.

— Спасибо, — едва слышно прошептала Бет и медленно поплелась к выходу. Зачем она только выгнала тех двоих, но они так нервировали её во время операции, что ещё бы чуть-чуть и она попросту бы взорвала комнату Инквизитора вместе со всеми её обитателями. Этот тевинтерец вроде и раньше помогал ей, так что не было ничего плохого оставить с ним Вестницу.

Дориан присел на край кровати всматриваясь в бледное лицо эльфийки, она едва не сливалась с цветом подушек, только валласлин да волосы помогали разглядеть её в этой белизне.

— Что же у вас произошло? Знаешь, было бы весьма иронично, и могу заметить в твоём стиле, помереть не от стрел врага, а от собственной неуклюжести и магической силы. Горе ты, — Дориан печально улыбнулся, он говорил лишь потому, что не мог молчать, когда нервничает и знал что Инквизитор его не услышит, но сильно ошибался.

— Похоже именно так и будет, — едва слышно прошелестела она и приоткрыла глаза. — Поэтому ненавижу магию, всё вечно идёт не так, — улыбка сама расцвела на её губах при виде мага и девушка ничего не могла с этим сделать.

— Повторюсь в сотый раз — вы не устаёте меня удивлять, госпожа Инквизитор.

Дориан аккуратно положил свою тёплую ладонь ей на пальцы, и едва не отдёрнул обратно, испугавшись что обморозится, настолько пальцы Вестницы были холодными. Нэль с трудом могла шевелить раненой рукой, но всё же сумела ошарашить мага и вложила свою ладонь в его.

— Согрей меня.

Что-то внутри мага в этот момент оборвалось, и он сжал её пальцы как можно нежнее.

— Всё что пожелаешь.

Глава 32. Сомнения и откровения

К вечеру Нэль полностью пришла в себя и даже с удовольствием полностью самостоятельно поела. Солас и Бетани заглядывали к ней раз в несколько часов, проверяя состояние, эльф при этом красноречиво посматривал в сторону Дориана, развалившегося на придвинутой ближе к кровати софе. Тевинтерец игнорировал все косые взгляды эльфа, и продолжал вальяжно сидеть на своём месте, даже когда Солас неприкрыто поинтересовался не пора ли ему заняться своими делами.

— Я и так занят своими делами, — просто ответил Дориан, не отрывая глаз от книги, тем самым закончив не успевший начаться спор.

Ллараниэль не знала, что думать, но, похоже, мужчина не был на неё в обиде за тот инцидент в коридоре, и они по прежнему оставались друзьями. Это несколько облегчило её ношу, хотя, если посмотреть на ситуацию, совета Мари она придерживаться не смогла, и маг провёл с ней весь оставшийся день. По большей части Дориан скрывал в страницах книги письма и доклады, которые читал для Инквизитора и отвечал на них, когда целители покидали покои. Маг конечно знал, что у Нэль проблемы с бумажными делами, но всё же пришёл в благоговейный ужас от вида заваленного стола Инквизитора и тут же начал его разгребать, не прекращая при этом ворчать на Нэль за то, что она так долго откладывала все эти дела.

— Извини, ты не мог бы попросить зайти ко мне некую девушку из кузницы, Лелиана сказала у неё для нас какие-то новости, — Нэль с благодарностью приняла от мага стакан воды и решилась на эту наглость.

Она была уверена, что маг начнёт протестовать против того чтобы бегать в качестве посыльного, но тот на удивление легко согласился.

— Заодно разомнусь, а то уже совсем отсидел одно месте, — с этими словами Дориан исчез из комнаты.

***

Гномка говорила быстро, прерывисто и постоянно посмеивалась. Нэль она несколько пугала, хотя вроде и казалась очень дружелюбной, но было в ней что-то такое не от мира сего. Особенно она обескуражила Вестницу своей маниакальной любовью ко всему странному и магическому — ей нравилась брешь, Якорь и подобные вещи, эту любовь Нэль с ней разделить точно не могла, учитывая, сколько боли приносила носительнице эта метка.

Благодаря перехваченным Инквизицией караванам с красным лириумом им удалось раздобыть несколько образцов, которые были до этого безопасно закрыты в подвалах. Дагна же попросила дать ей доступ к изучению этих осколков.

— Я же гном, у меня есть определённый иммунитет к лириуму, да-да я помню истории про этот лириум, не беспокойтесь я предприму все меры для безопасности себя и окружающих, просто позвольте мне их изучить. Это может сильно помочь Инквизиции, — Дагна едва не умоляла Ллараинэль дать это разрешение.

Сначала эльфийка замешкалась, не понимая, почему именно она должна давать этой гномке разрешение на работу с материалом, потом Нэль вспомнила, что она вообще-то глава этой организации и, печально вздохнув, положительно кивнула и отослала Дагну к Кассандре.

— Смотрю, тебе уже намного лучше? — Солас вошёл буквально через мгновение после ухода гномки. — Ты меня очень напугала.

Эльф внимательно смотрел на девушку, которая аккуратной стопкой складывала подготовленные для советников бумаги, собираясь самостоятельно отнести их вниз, заодно проверить насколько она уже восстановилась.

— Да, спасибо тебе, ты меня спас, — Нэль подняла взгляд от бумаг и слегка устало улыбнулась магу.

— Наоборот, похоже я чуть не погубил тебя, — Солас с тоской взглянул на девушку, но быстро одёрнул себя, стараясь избавиться от ненужных сейчас эмоций. — Внизу решают, что стоит отменить завтрашний выход в Западный Предел, идти до него почти двое суток.

Вестница покачала головой, прижимая к себе стопку бумаг.

— Ты не мог знать, что моя сила именно так отреагирует на внешнее вторжение, заклинания исцеления на меня действуют нормально, поэтому это была лишь случайность, — Ллараинэль подошла ближе к эльфу и уже открыто и тепло улыбнулась ему и, решив похлопать по плечу, чуть не рассыпала все бумаги.

Солас не удержался и усмехнулся, но помог Вестнице собрать упавшие экземпляры, с удивлением отмечая, что у девушки очень красивый почерк, а ведь совсем недавно она едва разбирала всеобщий язык и не могла связать и пары слов в предложении. Как-то неожиданно у них завязалась совершенно непринужденная беседа о духах, о том какие знания находил Солас по ту сторону Завесы, какие видел сражения. Особенно Вестнице понравился рассказ о битве при Остагаре.

— Никогда не бывает одной стороны, вопрос в том как это преподнести и как поступают люди при определённых обстоятельствах. С одной стороны король желал оттеснить порождений тьмы и освободить свои земли от их посягательств, с другой стороны грамотный военный, который не желал вести своих людей на убой. Вот только он для этого и был советником короля, чтобы заставить того переосмыслить ход битвы и не идти на такой риск. Он не желал пустить орлесианцев памятуя о прежних временах, когда они главенствовали в Ферелдене, и его страхи могли быть вполне обоснованными, никто из нас не смог бы с точностью сказать, как повели бы себя орлесианцы после битвы и не воспользовались ли бы своим положением. Король Кайлан был слишком безрассуден и импульсивен в своих действиях, такое было недопустимо при битве такого масштаба, но из-за его харизмы и прежних заслуг, люди шли за ним невзирая ни на что, — рассуждения Соласа были объективны, и он не желал выбирать ни одну из сторон.

— Одного я не понимаю, он подставил единственных выживших Серых Стражей, которые могли помочь избавиться от Мора и устроил охоту за их головами! — эту часть она знала из рассказа сестры, которая видела ситуацию изнутри.

— Люди порой до конца не желают верить в худший исход. Для него выжившие Стражи были угрозой его собственного благоразумия, так как они могли рассказать об отходе его отряда, который считался дезертирством и предательством короля. Самого архидемона ещё не видели, только сами Серые Стражи его чувствовали, а для него это была повседневная угроза выползающих порождений тьмы с Глубинных Троп, ведь такое было всегда, — Солас пожал плечами.

— Всё равно считаю его предателем, — Нэль сильнее прижала к себе листы и нахмурилась.

— Потому что ты предвзята, твоя сестра была участницей этих событий, поэтому твои эмоции понятны, — Солас давно за собой не замечал такого сильного подъема настроения, сейчас он только и делал, что едва заметно улыбался шагающей рядом с ним Вестнице.

— О, Смеюн, наконец твоё прозвище тебе подходит! — не удержался Варрик, заметивший шагающую через Главный зал пару.

Улыбка тут же исчезла с лица эльфа, и он хмуро посмотрел в сторону присоединившегося к ним гнома.

— Ой, да ладно, тебе очень даже шло быть более расслабленным и счастливым, а то мне уже надоели вечно хмурые эльфы в моём окружении, — Варрик попытался изобразить голос Фенриса и прошипел что-то отдалённо похожее на тевинтерское ругательство.

— Вот именно поэтому рядом с ними должно находиться их персональное солнце! — провозгласила возникшая рядом с ними Бетани, широко улыбаясь. — Тебя сестра вроде тоже зовёт солнцем, элгара это же солнце?

Ллараниэль почувствовала как её щёки заливает румянец после брошенной магессой фразы. Вестница украдкой глянула на эльфа, тот лишь закатил глаза, но никаких эмоций не выдал, а вот Нэль резко почувствовала себя очень неловко рядом с ним. Бетани явно не заметила смущения Вестницы и продолжила вещать что-то о том, что они с Фенрисом как-то ставили себе задачу попытаться выучить эльфийский, но быстро бросили эту затею и увлеклись тевене.

— И как подвижки? Что выучили? — Дориан нагнал их уже у дверей ведущих к ставке командования и элегантно открыл дверь, опередив Соласа, чем заслужил его наполненный неприязнью взгляд. Тевинтерец стал замечать, что это даже стало приносить удовольствие каждый раз выводить из себя этого эльфа.

— О, знаешь кроме ругательств я от Фенриса ничего не добилась, зато смело теперь могу ругаться при Мари и не получать нагоняй, — улыбнулась Бет.

— Скучал я по вот этому всему, солнышко, — непонятно было шутит Варрик или говорит серьёзно, но Нэль всё равно подарила ему едва заметную подбадривающую улыбку, гном ответил ей тем же.

Всё-таки, смотря сейчас на Ллараинэль, Варрик бы не смог назвать её всё той же маленькой напуганной эльфкой, прошло несколько месяцев, а она уже начала преображаться. Ещё немного и пол отряда точно вызовет друг друга на дуэль из-за неё, Варрик покачал головой, теперь он уже не был так уверен в своём выигрыше, наверное стоило бы поставить ещё на что-то, дабы отыграться.

В ставке командования уже были советники, Нэль положила перед ними стопку бумаг, которые всю дорогу пыталась не растерять и отошла на приличное расстояние, боясь, что в ответ ей всучат новые листы. Этого не произошло. Постепенно подтянулся весь отряд, и началось бурное обсуждение предстоящих миссий.

— Мы можем пойти вперёд, отряд Стражей доберётся к месту только завтра к полудню не раньше, поэтому Вестница можешь выйти чуть позже, как раз успеем собрать информацию к её приходу, — первым проявил инициативу Блэкволл.

— Нет, — твёрдо и бескомпромиссно заявила Нэль, её глаза сверкнули уверенностью. — Нам нужно выдвинуться уже завтра, всем. Дорога займёт в лучшем случае полтора дня, я за это время окончательно могу восстановиться.

— Думаю, вы забываете, госпожа Инквизитор, пусть и на лошадях, но всё же такой длительный переход это не то, что можно назвать отдыхом. Тем более вам предстоит пройти через воюющие Долы, — Каллен посмотрел прямо в глаза Инквизитора, будто взглядом пытался переубедить её. — Я бы рекомендовал вам обойти Долы и не вмешиваться пока в их распри. В ближайшее время нам придётся вмешаться, но пока разведчики докладывают лишь о нарастающем напряжении, открытые бои редкость.

Ллараинэль сжала губы и посмотрела на свою повреждённую руку, она уже полностью слушала, лишь немного отдавалась болью при резких движениях.

— Думаю, если с нами отправиться Бетани, я восстановлюсь даже в пути.

— О, я с удовольствием! Вечно Мариан и Фенрис пытаются задвинуть меня, не разрешая вмешиваться в конфликты, — Бетани кровожадно улыбнулась. — А порой так хочется.

— Я пожалуй встану вон в тот угол, — Сэра покосилась на магессу стоявшую рядом с ней и стала пятиться. — У тебя все друзья, того? — шёпотом спросила она у смеющегося Варрика, тот ей кивнул, и девушка передёрнула плечами.

— Есть одна альтернатива, посадить Вестницу не на лошадь, а в повозку, правда скорость перехода пострадает, но зато мы будем уверены, что она точно восстановиться, — предложение Дориана восприняли более положительно и даже стали вовсю обсуждать, какую лучше повозку выделить для их перехода.

— Порой мне кажется, что я тут вообще только для вида, — обиженно пробормотала Нэль.

— Я бы сказал для красоты, — ухмыльнулся стоящий рядом с ней Бык и подмигнул эльфийке, она не удержалась и улыбнулась в ответ, хотя и понимала, что разница в их словах небольшая, но всё-таки получить комплимент было приятно, даже такой.

Путём долгих пререканий и споров, в которых Нэль перестала принимать участие и опираясь на Быка, который незаметно придерживал её, девушка попросту задремала. Видимо, когда все пришли к какому-то обоюдному решению, коссит аккуратно похлопал Инквизитора по спине, привлекая внимание. Девушка не сдержалась и в открытую зевнула, чем вызвала смех Варрика и Сэры, которые тоже успели заскучать, только никто не позволял им опираться на тёплых кунари и мирно посапывать.

— Думаю на этом всё, утром начнём сборы, к обеду все должны быть готовы, сейчас ужин и спать, — Кассандра похоже оставалась самой бодрой из всей компании, потому что даже вечно собранный Каллен устало потёр переносицу, она кинула на него какой-то обеспокоенный взгляд, на что командор лишь покачал голой. Что-то явно случилось и знали об этом, только эти двое, похоже плюсом к её основному вопросу, придётся добавить дополнительный.

Все стали постепенно расходиться, Нэль незаметно отошла в сторону, пропуская всех вперёд, и старалась не привлекать к себе внимание, это она умела делать очень хорошо. Девушка знала, что командор всегда уходит последним, и этот раз не был исключением. Каллен собрал бумаги со стола и, кивнув на прощание уходящим вперёд Жозефине и Лелиане, наклонился над картой.

— Могу я с тобой поговорить? — Нэль на самом деле очень сильно сомневалась, имеет ли она право обращаться к мужчине, который был явно старше неё на «ты», но скорее всего статус Инквизитора давал ей определённые привилегии.

— Госпожа Инквизитор, вы ещё не ушли. Думаю, вам стоит лечь пораньше, — Каллен выпрямился и посмотрел прямо в глаза эльфийке.

— Мне бы хотелось немного поговорить и прогуляться с тобой, если не против, — она смущённо потупила взгляд, было такое чувство, что она не просто хочет поговорить с мужчиной, а имеет в своих собственных словах какой-то скрытый подтекст. Сама сказала и сама стала искать двойной смысл собственных слов. Прелестно.

Они медленно шли по мосту к кабинету командора, молчание почему-то не было неловким, казалось они оба чувствуют, что нужно немного времени, чтобы начать разговор. Каллен положил бумаги на свой стол и посмотрел на Вестницу, которая разглядывала содержимое одной из полок. Она резко развернулась и заметила, как мужчина едва заметно вздрогнул, Нэль с ужасом поняла, что он может быть её боится после произошедшего в таверне и за мостом, Мариан же намекнула о его явной неприязни к магам.

— Боишься меня? — эта фраза вырвалась быстрее, чем эльфийка успела её осознать.

— Что? Инквизитор, я не, — было заметно, что Нэль спросила явно не то чего он ожидал и это застало его врасплох. — Мари, да? — он едва заметно покачал головой. — Нет, не боюсь. Я скорее боюсь за вас.

— За тебя, — поправила его Нэль, ей было жутко неудобно от осознания факта, что она обращается к нему более фамильярно.

— Вы… ты уверена? — Нэль улыбнулась и уверенно кивнула.

— Мне так будет комфортнее, если это проблема на людях можешь называть как тебе удобно, — эльфийка чуть склонила голову в бок, наблюдая за сменяющимися эмоциями на лице мужчины, по итогу он сдался и кивнул в ответ.

— Мне нужно кое-что вам…тебе рассказать.

Улыбка поблекла на губах бывшего храмовника. Нэль встревоженно всматривалась в командора, тон его голоса был обеспокоенным, а это не могло значить ничего хорошего.

— Да, конечно, только, прости за глупость, но помедленнее, я конечно привыкаю, но будет лучше если я пойму всё, что ты мне скажешь, — щёки Нэль тронул румянец, но взгляда она не отвела.

— О, да, спасибо, — Каллен выдохнул. — Как известно для развития определённых способностей Храмовники употребляют лириум, постепенно из-за этого они теряют все свои воспоминания и сходят с ума, — командор дождался пока Нэль кивнёт, обозначая этим самым то, что она поняла о чем идёт речь. — Я перестал употреблять лириум, когда вступил в Инквизицию.

Ллараинэль прекрасно представляла себе, что такое иметь зависимость от этой гадости. В клане не было Храмовников, но как подчёркивали многие местные обитатели, магия может быть опасно, если нет рычага для её управления. У них были специально обученные эльфы, не входящие в состав Охотников, которые обладали определёнными умениями помогающими им справляться с выходящими из себя магами, но в основном эти воины участвовали в редких стычках с тевинтерскими магами. Если те каким-то странным образом появлялись вблизи заповедных лесов.

Отряд был немногочисленным и попасть туда было практически невозможно, испытания проходили единицы и ещё меньше выдерживали обучение. Нэль не знала, что же особенного было в их обучении, на территорию Mindon Astal путь был заказан всем кроме Хранительницы. Это место представляло собой несколько башню, сколько высокое каменное здание с заострённой крышей, располагалось это чудо на окраине деревни и добраться туда было проблемой, от основной части его отделал гигантский овраг, дна которому было не видно. Пожалуй, это можно было назвать одним из испытаний — дойти до этого места, Нэль до сих пор не знала, каким образом они попадают в эту свою башню.

Называли воинов hen-aha — глаза ярости, такое имя они носили из-за особенности, которую приобретали после обучения — в присутствии магов их глаза светились голубым сиянием, а зрачок сужался. Фенрис после прибытия в их клан наведывался к этим воинам, чем всё закончилось Нэль не знала, и теперь поняла, что хочет спросить. Hen-aha употребляли лириум и после того, как они уходили на покой, не в силах сопротивляться больше песне этого минерала, многие из них не переносили лечения и сходили с ума. Ллараинэль к сожалению не знала, что именно делают целители для этих несчастных, почему она не интересовалась такими вещами, пока была возможность, сейчас она могла бы помочь и прекратить мучения Каллена.

— Тебе же больно? Ты можешь умереть? — едва смогла выдавить из себя Вестница с большим сожалением смотря в глаза командора, она чувствовала себя виноватой перед мужчиной за своё невежество.

— Терпимо. После того что случилось в Киркволле, я просто не могу заставить себя оставаться частью Ордена, — мужчина вымученно улыбнулся, явно пытаясь успокоить Нэль, но она не поддалась на это.

— Если тебя это убьёт! Каллен! Я не могу помочь! Ничем, а ведь у нас в клане такое лечат, — на последнем слове голос Вестницы дрогнул, и она едва сдержала подступившие слёзы.

Она никогда не была такой эмоциональной, но после вступления в Инквизицию вместо того чтобы закалить характер ещё больше, она наоборот стала чувствовать эмоции о которых до этого момента и не подозревала. Ей казалось, что с момента получения валласлина она просто спала в саркофаге, а теперь её нагло оттуда вытащили и заставили смотреть прямо на солнце.

— Инквизитор, — Каллен произнёс это едва слышно. — Я не подвергну нашу организацию опасности, Кассандра будет присматривать за мной и если что-то случится, я доверюсь её решению и уйду.

— Нет! — Нэль едва не выкрикнула это слово.

Вот и поговорили о магах, как признание Каллена вылилось в её собственную истерику? Эльфийка чувствовала, что её потряхивает изнутри, рука с меткой заныла и привычная боль вернулась растекаясь по венам. Казалось прошло много времени с того момента, как она чувствовала эту тянущую боль, после закрытия разрыва обычно следовал краткий миг боли, но он сходил быстро на нет, а вот это тупое ощущение пульсации в ладони давно прошло. Но похоже решило вернуться обратно, а Нэль достаточно давно не варила себе обезболивающее, похоже сегодня придётся посвятить этому остаток вечера, заодно поделиться зельями с Калленом, правда она не была уверена, что ему они помогут.

— Инквизитор, Создатель, именно поэтому я не хотел рассказывать. Вы слишком добрая и теперь будете переживать и об этом. Не нужно, оставьте это на нас с Кассандрой, доверьтесь нам, у вас и без этого хватает головной боли, — мужчина улыбнулся уже чуть более бодро, пытаясь привести в себя Нэль.

— Снова на «вы», — как-то не в тему заметила Вестница, но заставила себя поднять уголки губ в подобии улыбки. — Я принесу чуть позже зелье, надеюсь поможет.

Каллен вопросительно посмотрел на девушку, но не дождавшись никаких комментариев поблагодарил, правда не совсем понимая как зелье может ему помочь.

— Лучше бы вам поесть и спать, а не тратить на меня время.

— Ты так сильно не доверяешь магам? — точно, изначально она приходила к нему с совершенно иным разговором, из-за откровения командора и своих собственных эмоций, она чуть не забыла об этом.

— Нет, я не это имел ввиду. Послушай, не знаю стоит ли говорить об этом сейчас, — командор замялся, обдумывая стоит ли ещё сильнее волновать эльфийку.

— Я за этим и пришла, — сдавленно произнесла Нэль. — Мариан сказал спросить тебя напрямую о магах, о чем-то, что случилось давно. Если это тяжело и я не та, кому стоит это говорить, не обижусь. Просто, если, — снова всеобщий язык терялся в эмоциях, и девушка едва ловила слова ускользающие из её головы, — я выслушаю если захочешь говорить, как сейчас.

— Может присядешь, — Каллен указал на стул.

Ллараинэль кивнула, командор подвинул стул ближе к своему столу, и тоже сел. Они расположились лицом к лицу. Нэль чуть нервно гнула пальцы, тупила взгляд, но слушала внимательно, внимая каждому слову. Она помнила рассказ сестры о Кинхоле во время Мора, но Кейтлин пришла, уже когда одержимые захватили круг магов, а Каллен был там в этот самый момент. Кто бы мог подумать, что этот человек с такой светлой улыбкой и не консервативными суждениями прошёл через подобное, она бы на его месте сильнее возненавидела магов.

— Все говорят о Киркволле, — командор замолчал, закончив свой рассказ на своём переходе под командование Мередит. — Я не знаю, что для всех вас значит этот город. Варрик рассказывал мне грустную историю без имён и мест и явно в очень кратком варианте, но видимо она как-то связана с этим Киркволлом и всем происходящим сейчас.

Каллен удивлённо посмотрел на эльфийку. Почему они какое-то сборище тугодумов? Сначала имя и происхождение, теперь зная, что девушка пришла к ним из скрытого клана, никто не догадался рассказать ей элементарно с чего началась вся эта история с Корифеем, а ведь она главный герой этой истории, а знает по сути меньше всех. Командор прикрыл глаза, они просто использовали её, если посмотреть с этой стороны, даже не объясняя что к чему толкали всё дальше и дальше и даже сделали лицом Инквизиции.

— Прости нас за это, — Каллен медленно выдохнул и наклонился чуть вперёд. — Но думаю, об этом мы поговорим, когда ты вернёшься. Сейчас тебе нужно хорошо выспаться и отдохнуть, путь предстоит нелёгкий даже в качестве поклажи, — мужчина улыбнулся и привстал.

— Всё нормально, я пойду сразу к себе, — Нэль немного лукавила, для начала она собиралась воспользоваться одним из столов для приготовления зелий, расположенный в библиотеке рядом с несколькими усмирёнными. — Я не голодна, — ещё была надежда на Дориана и его сыр.

Каллен не стал ничего говорить по этому поводу и просто попрощался с Инквизитором, пожелав спокойной ночи.

— Senda lomе, командор, — Нэль кивнула мужчине и исчезла за дверями.

Он ещё пару минут смотрел на закрытую дверь, но усталость окончательно сморила и его, печально вздохнув, мужчина направился к лестница, собираясь хотя бы немного вздремнуть.

— Иногда мне кажется, что я превращаюсь в пророка, — Дориан поделился с Нэль своими запасами бутербродов с сыром и рыбой, в какой-то определёныый момент маг просто перестал брать блюда с мясом. — Ты так и не сказала, что это за зелье, в Убежище ты постоянно его готовила.

Мужчина расположился рядом с Вестницей около алхимического стола, и смотрел, как девушка, жуя бутерброд, умело расправляется эльфийским корнем.

— Такое же не получится, их уже стали засушивать, — эльфийка печально выдохнула, — не успела собрать урожай в саду сама.

— Что ты собиралась сделать?

— Это обезболивающее, какой-то вариант есть у людей, не такой эффективный, мне его давала Бетани, мой лучше.

Дориан усмехнулся.

— Кто бы сомневался, твои зелья сильно отличаются по способу приготовления даже от моих, а в Тевинтере алхимия на порядок выше, чем в Ферелдене и даже в Орлее с его чванливыми выпускниками академий, — мужчина пожал плечами, но взгляда от манипуляций производимых Нэль не отводил. — Расскажешь как нужно делать?

Не останавливаясь, Вестница стала пояснять особенности приготовления зелья, иногда сбиваясь на эльфийский, но Дориан не прерывал её, если мог понять значение слова из контекста, в противном случае просил повторить или перевести.

— Бери холодные листья — это главное, — резюмировала Вестница, разливая готовое зелье по подставляемым Дорианом склянкам.

— Спасибо за мини урок зельеварения, Инквизитор, а теперь бегом спать, потому что я кажется слышу шаги Лелианы и мне очень не хочется попасть ей под горячую руку.

Нэль тоже услышала лёгкую поступь, звук казался громким только по причине полнейшей тишины в библиотеке, девушка даже не заметила, когда остальные успели разойтись, и они с Дорианом остались вдвоём. Видимо было и правда очень поздно.

Схватив склянки, парочка поспешила убраться из библиотеки как можно быстрее, тихо посмеиваясь, будто два нашкодивших ребёнка.

— Что же спокойной ночи, Инквизитор, — Дориан подмигнул девушке и свернул в сторону дверей, ведущих в комнаты.

Нэль отправилась в свои покои, абсолютно спокойная, она даже не чувствовала боли в недавно раненой руке. Она вообще ничего не чувствовала, кроме желания поскорее закрыть глаза.

Глава 33. Западный предел

Путь действительно был не из лёгких даже несмотря на то, что Инквизитора расположили с максимальным комфортом, и на каждом привале Бетани внимательно осматривала девушку. Им выделили для похода небольшую повозку, которую кузнец на пару с Дагной смастерили буквально за ночь. Они гордо провозгласили её непонятным для Ллараинэль названием — «коляска», на дно уложили кучу мешков с различным наполнением от картофеля до сена и застелили мягкими одеялами. — Надо отдать должное Жозефине, у нас теперь столько вещей для комфортного проживания, — Вивьен к большому удивлению Вестницы, подошла к ней и укрыла ей ноги плотной тканью. — Не прибедняйтесь, госпожа главная чародейка, ведь во многом это и ваша заслуга, — Варрик подмигнул магессе, которая равнодушна пожала плечами и вернулась к своей лошади. Она была единственной, с кем гном не мог найти общего языка и, судя по всему, он был в этом не одинок. Все умудрялись перекрикиваться между собой, даже Вестница если не дремала, то вставляла какие-то свои комментарии, хотя шедший рядом с её повозкой Солас практически постоянно делал ей замечания и заставлял поднимающуюся девушку, лечь обратно и отдохнуть. Но госпожа главная чародейка удостоила их лишь редкими комментариями и равнодушными взглядами. — Я уже мечтаю посмотреть на лица Мариан и Фенриса, когда мы придём, — Бетани больше всех радовалась походу в Западный предел. — Думаю, там мы будем не смотреть на их лица, а выслушивать нотации, вспомни ругань из-за Глубинных Троп, солнышко, — Варрик посмотрел на свою подругу, которая тут же сникла, видимо, это до сих пор была больная тема Нэль обиженно надула губы и сложила руки на груди. Она хотела участвовать в разговорах своих сопартийцев, чувствовать себя частью команды, но Солас словно курица-наседка постоянно говорил ей ложиться и едва ли не силой заставлял пить успокоительные зелья, из-за которых Вестница постоянно начинала клевать носом и едва разбирала о чем говорят остальные. Девушка покосилась на собрата. Неужели он таким образом пытается загладить свою вину? Но она ведь сказала ему, что он может не переживать, вот только, видимо, её слова не могли успокоить упрямого эльфа, и теперь он чувствовал свою ответственность за случившееся. Ллараинэль посмотрела на профиль Соласа, покачала головой и тут же провалилась в сон.

***

— Извини, я ещё не очень хорош в этом, — Алларос сильнее, чем следовало дёрнул прядь золотых волос, после чего последовал недовольный вскрик, и девочка перед ним едва заметно дёрнулась. — Не двигайся, постараюсь аккуратнее. Несмотря на болезненные ощущения Нэль сидела смирно и наслаждалась заботой единственного оставшегося в этом клане друга. Алларосу нравились длинные волосы, и он сам хотел отрастить их хотя бы до плеч, но теперь он ходил в учениках Старшего Охотника — Anyaro, правила у него были строгие, и пока молодёжь была под его командованием, он строго настрого запрещал иметь длинные волосы. — Зачем Хранительница настояла на валласлине? — этот вопрос давно вертелся на его языке, но парень никак не мог найти предлога, чтобы спросить. Ллараинэль пожала плечами и, чуть повернувшись, посмотрела на замершего с её косой в руке друга, взгляд стального цвета глаз прошёлся по рисунку на её лице и остановился, всматриваясь в золотые глаза. Прошло уже полгода с момента нанесения рисунка, но края татуировки всё никак не заживали и в некоторых местах кровоточили, будто кожа сопротивлялась принятию. Аллароса пугал этот отстранённый взгляд девушки, она всё время смотрела будто сквозь него, иногда создавалось впечатление, что она смотрим прямо на его душу. Парень повёл плечом и, отпустив косичку, выудил из набедренной сумки платок. Нэль едва заметно вздрогнула, когда он аккуратно стёр выступившие капли крови с щеки, парень посмотрел белоснежный платок с оставшимися разводами и ужаснулся — они были тёмными и густыми, словно скверна. Алларос поднял взгляд и увидел пустые побелевшие зрачки и вздувшиеся тёмные вены, пересекающие некогда красивое лицо его подруги. Парень с ужасом отстранился. - Что такое? — её голос звучал отстранёно, будто и не она вовсе говорила, только открывала вовремя губы. — Если бы ты был более внимательным, сейчас, я бы сидела рядом с тобой около костра Хранительницы, но ты меня бросил в полном одиночестве. Ты такой же как и остальные. Губы девушки разошлись в подобии улыбки, и кожа на щеках треснула, из открывшихся ран начала сочиться осквернённая кровь. — Нет, нет, нет! — Алларос проснулся от звука собственного голоса, парень резко сел на кровати. За окном стояла глубокая ночь, свисающие с веток фонари горели едва заметным тёмно-зелёным пламенем, и этот свет проникал в его комнату. Парень трясущейся рукой стёр пот со лба и поднялся, понимая, что сегодня уже не сможет уснуть. Элгарнан, это его вина, она погибла по его вине! Алларос одним резким движением смахнул со стола все предметы, создавая ненужный шум, который скорее всего разбудит сестру, но ему было больше некуда выплеснуть накопившиеся эмоции. — Не спится? — его сестра вошла без стука, и теперь стояла опираясь о косяк двери. — Кто бы это ни был, но он действительно закрыл брешь, демонов по близости больше не видно, мы изгнали всех кого смогли, только на границе сияет два разрыва, — Алларос не знал, для чего Анай рассказывает это, он и без неё был в курсе новостей. — Почему ты не спишь?— он взглянул на свою сестру, она была одета в доспехи, значит только пришла домой. — У меня для тебя подарочек, думаю, это поможет тебе уснуть, — Анай вытянула руку, в которой сжимала плотный конверт с эмблемой Серых Стражей. Алларос принял его, сестра тут же исчезла, закрывая за собой дверь. Охотник понятия не имел, как письмо от Кейтлин может помочь ему уснуть, но всё же поднял с пола нож для писем, и присев обратно на кровать, открыл конверт. Он прочитал только одну строчку, выведенную аккуратным почерком Серого Стража, единственную строчку на эльфийском, но этого было достаточно, чтобы парень согнулся пополам, прижимая письмо к груди. Раньше он никогда не замечал за собой таких эмоций, даже когда встречал отряд отбивший одного единственного ребёнка у тевинтерцев. Но сейчас словно кто-то заново дал ему причину жить, вернул сердце на место и позволил вздохнуть полной грудью. «Ллараинэль жива, теперь она глава Инквизиции».

***

Ллараинэль проснулась со слезами на глазах, она не помнила что именно ей снилось, но это было как-то связано с её другом. Она очень хорошо помнила лицо Аллароса и больше ничего. Отчего вдруг слёзы? — Приехали! — громкий голос Быка не дал ей попытки вспомнить содержание сна. Солас спешился и на пару с Бетани помог Вестнице выбраться из своей лежанки. На встречу им уже шла разведчица Хардинг, поспешно приветствуя и тут же начиная докладывать ситуацию. — Стражи ушли в сторону Тевинтерских руин, в том районе объявились порождения тьмы, недалеко от этих руин расположились Венатори, на самом деле они тут почти везде, кое с кем Стражи разобрались, но их всё равно остаётся ещё много. Так что очень хорошо, что вы пришли в таком составе.

***

— Не могу даже сказать в какой из частей моей одежды нет песка, — Дориан похлопал себя по груди, песок медленно заструился по плащу, Нэль усмехнулась, наблюдая за тем, как маг стряхивает с себя песок. — Ты-то чего смеешься? Маг подошёл к эльфийке и нагло потряс её длинную косу за конец, словно вытряхивал полотно. — Боже, и как ты ещё умудрилась не лишиться головы с таким-то весом песка в волосах, — Кассандра красноречиво посмотрела на длинную косу девушки, которая впервые за всё время их походов была не спрятана под одеждой, эльфийка затравленно посмотрела на Искательницу и прижалась ещё ближе к Дориану. — Ты портишь мне причёску, — запоздало упрекнула мага Нэль. — О, напомнить кто эту причёску тебе делал, так что не беспокойся, она продержится у тебя до самого привала, но, думаю, следует закрепить её конец на голове, дайте нам минутку. Не то чтобы остальной отряд желал так быстро идти дальше, они уже уничтожили несколько группировок венатори и закрыли один разрыв, поэтому никто не был против небольшого перерыва. — Создатель, златичка, тебе бы бальзам какой, ты уже вся красная, — Варрик подошёл к Нэль, которая присев на камень, наслаждалась отдыхом и руками Дориана в своих волосах, она приоткрыла один глаз и посмотрела на подошедшего гнома. — А ведь точно, у тебя всё лицо горит, — Бык встал прямо напротив эльфийка загораживая солнце, — ты не чувствуешь? Ллараинэль отрицательно покачала головой и притронулась пальцами правой руки к своей щеке и с шипением отдёрнула её. Такого с ней никогда раньше не происходило, было очень похоже на ожог, только не очень сильный. — Не трогай, — Солас возник рядом с девушкой и склонился прямо к её лицу. — Я немного остужу кожу, при встрече с Бетани попросим её залечить. Вот только перегрев на солнце грозит ещё и тем, что ты можешь заработать жар и удар, нужно быть осторожнее. Эльф положил свои прохладные ладони ей на щёки, и девушка почувствовала такую приятную свежесть и лёгкое покалывание, она зажмурилась, поддаваясь чуть вперёд. — Что бы там он не сказал, я с этим согласен, судя по интонации это было что-то полезное, — Бык хлопнул Соласа по спине, едва не роняя его на эльфийку. Маг чудом устоял на ногах, но всё же качнуло его достойно сильно, чтобы они встретились с Нэль лбами. Эльфы недовольно потёрли лбы и одарили Быка синхронными гневными взглядами, на что тот лишь ещё сильнее заулыбался и поднял большой палец в верх. Нэль не понимала, что именно так развеселило наёмника, но прошипев пару ругательств на эльфийском, запрокинула голову назад, смотря прямо в оливковые глаза. — Готово? Маг положительно кивнул, и начал осматривать свою работу, взявшись пальцами за подбородок. — Превосходно, — резюмировал Дориан и переключил своё внимание на флягу с водой. Ллараинэль изначально хотела последовать совету Мариан, и отправить мага вместе с другим отрядом, но почему-то деление произошло без её участия и даже не успев ничего возразить, девушка уже шагал рядом с Дорианом в сторону замеченного недалеко разрыва. Эльфийка встала с камня и отряхнулась, хотя учитывая обстоятельства это было достаточно бесполезное действие. Как бы им ни хотелось остановиться на привал, нужно было идти дальше, во-первых встали они посреди пустынного места и солнце пекло очень сильно, во-вторых было не плохо найти место для нормального привала, где можно будет разместить палатки.

***

— Это ещё что такое? — Вестница застыла, смотря во все глаза на застывшую перед ней сцену из демонов, венатори и разрыва. Внизу виднелась лишь парочка фигур, которые продолжали двигаться, но несколько метких стрел и парочка заклинаний остановила и их. — Похоже, кто-то решил побаловаться со временем, ещё раз, — Бык с размаху ударил одного из застывших демонов, но на того совершенно не подействовала сила удара, и он продолжил стоять. — Что за? — наёмник попытался ударить второй раз, этим ударом ему удалось немного сдвинуть демона. — Хватит, это и так выглядит жутко, а ещё ты тут кулаками машешь, — Дориан поморщился, кинув на коссита нечитаемый взгляд, и продолжил осматривать застывших венатори. — Любуешься на мои превосходно накаченные мышцы? — Бык похабно улыбнулся, и теперь доставал не застывшие фигуры, а мага, который уже успел пожалеть, что прокомментировал действия коссита.

***

Они долго блуждали среди Безветренных руин, избавляясь от агентов венатори и раскапывая непонятные записки исследователей, которые обычно в слух зачитывал Дориан. Ллараинэль всё ещё была удивлена, что им так долго удавалось водить за нос остальных, притворяясь, что девушка умеет писать и читать на всеобщем языке, маг пытался учить её, но для эльфийки разговорный язык оказался куда легче, чем письменный. — Я почти уверен, что для этой двери нам нужен специальный ключ, — Варрик встал напротив массивных дверей, которые не поддались напору ни Касандры ни Железного Быка. Гном сделал важное лицо и задумчиво потирал подбородок, будто пытался мысленно разрешить трудную задачу. — Разделимся и поищем, — пожала плечами Нэль и тут же запрыгнула на одну из каменных клумб.

— Ещё пару кругов и я сойду с ума, давайте возвращаться, может остальные нашли уже всё, — Дориан жаловался Кассандре, которая сжав зубы шагала впереди и старалась держать себя в руках, чтобы просто не развернуться и не врезать надоедливому магу, что успел выпытать у неё всё о родственниках и пройтись парой комментариев о Морталитаси. — Не подумай, Искательница, я и сам специализируюсь на некромантии, ой, только златичке не говорите, иначе она опять от меня будет шарахаться, — дальше женщина не слушала, и просто решила вернуться к месту встречи. Около ворот уже сидела Ллараинэль, почему-то в одиночестве, и крутила в руках странного вида камень, видимо часть ключа. Дориан со страдальческим вздохом сел рядом с ней. — Мне слишком давно никто не чистил виноград, — упираясь подбородком в ладонь пожаловался маг. — Попроси Рюшечку, думаю, она что-нибудь придумает, — из-за угла показался гном в сопровождении Соласа, который как всегда кинул на тевинтерца недовольный взгляд. — Как ты себя чувствуешь? — Солас склонился к Нэль, которая сидела на ступенях в тени, прижимаясь головой к дверям. Маг приложил свою ладонь к её лбу. — Как я и боялся, жар. — Ох, златичка, мне казалось раньше ты была повыносливее, — Варрик посмотрел на эльфийку с нескрываемым беспокойством. — Это всё потому что она не сбрасывает напряжение должным образом, — пошленько усмехнулся Бык и, подойдя ближе к эльфийке, слишком громким шёпотом произнес, — если вам нужна помощь с этим, вы знаете, где меня можно найти, Инквизитор. И без того красные щёки эльфийки запылали. Бык сводил её с ума вот такими комментариями! Нэль бы никому из них никогда не призналась, что очень плохо понимает значение слов «снять напряжение» и заняться «тем самым», она лишь имела смутное представление о том, чем занимаются два любящих друг друга человека за закрытыми дверями. Правда, в её мыслях это выглядело скорее всего слишком радужно — поцелуи и нежные объятия, как там происходит всё дальше эльфийка себе представить могла с трудом, можно сказать, что даже и не могла вовсе. Никто и никогда не говорил с ней на эту тему, Кейтлин покинула клан, когда она была ещё ребёнком, а Хранительнице было не до таких мелочей, как воспитание второго ребёнка. Дориан спас эльфийку от дальнейших посягательств со стороны Быка, привлекая его внимание к себе, чем заслужил полный благодарности взгляд Инквизитора и едва заметно подмигнул ей. Он привык к подобным играм и поэтому парировать меткие комментарии главы отряда Бен-Хазрат ему было достаточно легко, даже если порой тот доводил его до белого каления своими глупыми шуточками. Но лучше пусть пострадает он, чем и без того уставшая и растерянная госпожа Инквизитор.

***

— Ненавижу магию, — Нэль первой вышла из Безветренных руин и едва ли не полностью одетая плюхнулась в расположившийся около самой стены небольшой пруд, эльфийка успела стянуть с себя только куртку да отбросить лук с колчаном. Ллараинэль с громким вздохом облегчения погрузилась руками в воду, набрала воды и тут же плеснула её себе на лицо. После того как им удалось вытащить странного вида посох, всё вдруг резко пришло в движение, и они были вынуждены драться с толпой демонов и венатори. Рядом с ней тоже на колени опустился гном, с удовольствием смывая с лица остатки демона. — Никогда наверное не привыкну к душу из кишок демонов, а пора бы, — Варрик усиленно оттирал что-то с руки. — Понимаю, мой низкорослый друг, — по другую сторону от Вестницы сел Дориан, и начал остервенело оттирать чужую кровь с рук и лица. — Солнце уже садится, думаю на сегодня хватит, вернёмся к лагерю, — Кассандра смотрела на карту, которую ей дала разведчика Хардинг. — До ближайшего нового лагеря тут совсем недалеко, но думаю сегодня идти через очередной разрыв не самая хорошая идея, — она мельком посмотрела на упавшую на спину Вестницу, которая приоткрыв только один глаз слушала её. — Есть вероятность, что второй отряд ушёл дальше, они-то не провели большую часть дня разыскивая странные камни и не лазили по пещерам, — резонно заметил Варрик. — Разрыв, конечно, они не закрыли, но может разузнали побольше и могли уже встретиться со Стражами. — Вероятно ты прав, — согласилась без привычным пререканий Кассандра и сложила карту обратно в свою сумку. Бык забросил не сопротивляющуюся эльфийку к себе на плечи, за что она его поблагодарила на своём родном языке, и удобно устроила подбородок на макушке кунари. К всеобщему облегчению возвращение к лагерю было беспрепятственным, едва зайдя в свои палатки, все тут же с облегчением растянулись на спальных мешках, проваливаясь в долгожданный сон.

***

Андерс не мог перестать считать дни. Сначала он пытался уйти в работу, как часто делал это в Киркволле, если Мариан уходила куда-то без него, но тогда у них не было ребёнка. Он просто не мог оставлять Нэль надолго вместе с чужими людьми, его так и тянуло вернуться домой пораньше лишь бы проверить, что она не исчезла вместе с матерью. Ему просто нужно было удостовериться, что всё это правда, что у него есть дом и дочь, за которой приглядывает мабари Клык, и две кошки, над которыми Нэль постоянно проводит свои эксперименты по перетаскиванию их из комнаты в комнату, проверяя их на терпеливость. Спустя неделю в клинику, стало вновь наведываться целая куча девушек, такого не случалось со времён, когда Мариан отказывалась покидать их дом, и все думали, что в деревню пожаловал холостой красавчик целитель. Андерс ума не мог приложить, откуда пошёл слух, что его жена ушла и бросила одного с ребёнком. — Думаю, они только этого и ждали, — улыбнулась старушка-знахарка. — Она не ушла, вернее ушла, но на время, скорее вернётся, — Андерс вытирал стол, после сложной операции, местный фермер упал прямо на вилы и его едва успели донести до клиники. — Ты сам-то в это веришь? — старушка посмотрела прямо ему в глаза едва прищурившись. Андерс не знал, каким образом у неё всегда получалось легко понимать их семейные проблемы, но так было с самого начала их проживания здесь. С того момента, как он предложил ей помощь, и они назвали её дом «клиникой», где маг изначально работал практически за еду. Верил ли он? Почему-то этот вопрос вывел его из равновесия, которое он с таким трудом старался поддерживать. Когда Мариан была рядом, противный Зов не казался настолько утомительным и громким, но стоило ей уйти, как песня ударила с новой силой и магу ничего не оставалось, кроме как скрипя зубами держаться на одном лишь самообладании и любви к своей дочери. — Ты уже отпустил её, раз остался здесь сам, — голос знахарки звучал словно набат, и только сейчас до Андерса дошло почему он считает дни. — Простите, какое-то время вам придётся обойтись без меня, — он улыбнулся мягко и чуть устало, смотря прямо в морщинистое лицо старушки. — Вот и молодец, за домом присмотрим, не переживай. Когда я буду захаживать, когда внучку попрошу прибраться, только будь добр приготовь сегодня побольше зелий, больно они у тебя сильные выходят, — женщина кивнула в сторону алхимического стола. — Конечно, — почему-то противное чувство безысходности резко исчезло, и маг смог вздохнуть полной грудью.

Андерс вернулся домой уже под самый вечер, в окнах дома горел свет, значит Нэль с соседкой были у них. Маг влетел в дом, улыбаясь и замер на месте не веря в происходящее: руки Тали были в крови, она сидела на полу рядом с его дочерью, которая уложила окровавленное тело кошки к себе на колени и сложив ладошки куполом над раненным боком животного, что-то шептала, от её рук лился знакомый голубоватый свет. Маг не мог даже заставить себя пошевелиться. Ей недавно исполнилось три года, всего лишь три года! — Господин, Микки, — Тали заметила присутствие мага, она подняла на него глаза наполненные слезами, — простите, я не успела ничего сделать, — голос её сильно дрожал. Андерс не говорил ни слова, осторожно подошёл к дочери и опустился рядом с ней на колени, накрывая её ладошки своими и пуская через них магию. Тихолапка едва заметно вздохнула и начала поскуливать в их руках, но пошевелиться не пыталась, рядом тут же оказался Сэр Мягколап и стал вылизывать ей мордочку. Руки Нэль дрогнули, и девочка расплакалась, прерывая заклинание. — Забери кошек, пожалуйста, — маг обратился к Тали еле слышным шёпотом, та кивнула и аккуратно взяла кошечку на руки, на что получила недовольное шипение со стороны кота, и уложив Тихолапку на подушку около камина, попрощавшись, покинула дом. Андерс долго укачивал Нэль, пока она окончательно не успокоилась и не уснула у него на руках. Маг сидел около камина и смотрел на то, как кот уложив свою мордочку на уснувшую кошку, тихо урчал. Три года. Слишком рано для проявления магических способностей тем более такой силы — она практически полностью сама залечила глубокую рваную рану у кошки, он лишь ускорил процесс. Маг опустил взгляд на дочь, кончики её заострённых ушей выглядывали из-под копны волос, он осторожно пригладил волосы и улыбнулся. Неожиданно Зов прекратился, Андерс непонимающе замер, боясь даже пошевелиться. «Кто твоя жена?» — давно он не слышал этого голоса, доносящегося словно из глубин собственного сознания. «Мариан, разве ты не можешь просто посмотреть мои мысли?» — маг ощущал себя странно, вновь разговаривая сам с собой. «Нет, это я вижу, но кто она? Не может она быть простым человеком, простой человек не смог бы с такой лёгкостью заглушать твой Зов», — Справедливость нравился Андерсу не только как бедный дух запертый вне тени, но и как очень умный соратник, раньше он частенько слушал рассказы духа, и если бы его собственные эмоции не исказили сущность Справедливости, то может и не было бы того взрыва. «Даже представить не могу», — маг прикрыл глаза, откидываясь головой на спинку дивана. «Скоро узнаем», — с этими словами дух вновь исчез, но Зов не вернулся, за что Андерс мысленно поблагодарил Справедливость и, вставая с дивана, не мог отделаться от чувства, что дух как никогда прав.

Глава 34. Разговор в Тени

— Высший дракон! — голос Быка был таким счастливым, но потом он встретился взглядом с эльфийкой, и улыбка моментально покинула лицо коссита. — Ну, я хотел сказать, смотрите какой красивый дракон, не каждый день увидишь подобное.

Ллараинель только покачала головой, но говорить ничего не стала, ей не хотелось спорить со своими спутниками, а доказать свою точку зрения оказалось очень тяжело. В этом мире и правда драконы были обузой для живущих — они нападали и убивали без разбора. Вот если бы она умела общаться с этими величественными созданиями, тогда всё было бы куда проще, но увы, даже в их клане не осталось Драконьих Жрецов.

Дориан с Варриком как-то многозначительно переглянулись, Нэль заметила, как один из них кивнул в сторону Кассандры, которая смотрела на дракона каким-то очень странным взглядом. Ллараинэль не сразу уловила в вечно строгом и воинственном лице нотки лёгкого страха. Неужели эта сильная во всех смыслах женщина боится драконов? Эльфийка даже выдохнула, всё-таки не бывает идеально бесстрашных людей, у каждого может быть свой потаённый страх. Её страхи знал весь отряд, потому что трудно скрывать свою неприязнь к неживым созданиям, чьё существование в принципе сложно обосновать в отличие от драконов. После осознания такой маленькой детали, девушка даже почувствовала некую близость к Искательнице и едва заметно улыбнулась ей, когда та опустила взгляд на Вестницу. Но вместо каких-либо комментариев, Кассандра велела всем пошевеливаться, потому что впереди их ещё ждали разрывы.

***

— Я почти уверен, что мы не сможем пройти через этот туман, — Варрик попытался первым приблизиться к странному месту, которое полностью заволокло странной дымкой, громко откашливаясь, он вернулся к отряду.

— Я могу попробовать перекинуть нашу Вестницу? — ухмыльнулся Бык, Нэль лишь закатила глаза, точно так же как это делал тевинтерский маг, Дориан улыбнулся, а Солас сжал губы.

Перекидыванием никто заниматься по итогу не стал, и отряд обошёл овраг с другой стороны, найдя ещё несколько разрывов и отрядов венатори, зато удалось отметить несколько новых мест для лагерей. Недалеко от одного из них встретился странный мужчина из Орлея, который безумно желал побольше узнать о драконах, и Дориан с Варрик потом долго не могли оттащить Вестницу от этого мужчины, она с таким восхищением слушала его рассказы, даже несмотря на его просьбу убить Высшего дракона.

— Убивать мы никого не будет, — сказала в конце концов Вестница, и они смогли спокойно продолжить свой путь.

***

— Мы нашли прекрасный лагерь для Инквизиции, как раз в вашем вкусе, — Мариан указала пальцем куда-то назад, вдалеке за её плечами возвышалось какое-то строение. — Мы его уже подчистили, даже колодец починили, всё для вас, моя единственная и неповторимая госпожа, — женщина шуточно склонилась перед Вестницей и задорно улыбнулась, заметив на лице эльфийки ужас и непонимание.

— Мари, она тебе не Фенрис, прекрати над ней подшучивать, мы только недавно стали с ней нормально общаться, — Варрик притянул замершую эльфийку к себе, укладывая её голову к себе на грудь. — Всё хорошо, не беспокойся, она просто шутит.

Нэль вырвалась из объятий гнома вся красная и не только из-за солнца, нещадно палившего её кожу. Всё чаще им удаётся вывести её из равновесия, давно забытые и притупленные чувства стали выплывать на поверхность, и Вестница пока не могла с точностью сказать, нравятся ли ей эти изменения. Отряд во главе с Защитницей, которая посмеивалась на пару с гномом о чём-то своём, выдвинулся в сторону Грифоновых Крыльев.

— Судя по данным, которые мы смогли раздобыть с Алистером, действо начнётся недалеко отсюда, с самого утра пойдём туда, чтобы ничего не пропустить, — Мариан стала рассказывать о предположительном месте сбора Серых Стражей.

***

— Ты знаешь с чего всё началось? — голос Хранительницы был далёким и мрачным.

Лларанинэль не видела ничего вокруг, только яркий огонь костра, около которого расположилась её мать. Их обступили высокие деревья, уходящие своими кронами куда-то в облачную тьму. Нэль обернулась, но между деревьями не было видно ничего, кроме непроглядной бездны.

— Никто не знает, — не дожидаясь ответа произнесла женщина не своим голосом. — Однажды все проснулись смертными, и только те, кто был на другой стороне, смогли сохранить в себе капельку прошлого.

Из тьмы раздался пронзительный волчий вой, такой проникновенный и жалобный, что Нэль неосознанно пожалела бедное создание, что бы с ним ни произошло, это было ужасно. Девушка вновь обернулась. Между деревьями сияли три пары красных глаз. Казалось, они смотрели прямо в её душу и пытались что-то донести до неё, неизвестное чудище приблизилось. Нэль увидела, как из тьмы стал проступать силуэт гигантского волка.

— Только жизнь и смерть могут вернуть этому миру былое обличье, — голос Хранительницы стал постепенно угасать.

Ллараинэль теперь не видела перед собой ничего кроме огромного чёрного волка, в чьей пасти был зажат длинный массивный посох с чёрным светящимся изнутри кристаллом. Он подошёл к девушке почти вплотную, обдавая её своим тёплым дыханием, ей казалось она почует смрад разлагающихся тел, но вместо этого черный волк принёс собой только запах жженой травы и мокрого меха.

— Помоги мне, — не было сомнений, что голос этот принадлежал волку, он был пропитан отчаянием и мольбой, словно она была для него последней надеждой.

— Как? — прошептала Нэль, едва шевеля губами, всё тело окаменело от страха.

Волк потянулся к ней, приоткрывая пасть. Девушка дрожащей рукой сомкнула пальцы вокруг древка посоха, резкая боль в левой руке пронзила её от ладони до затылка, и со стоном Нэль повалилась на бок. Посох выпал из разомкнувшихся пальцев, а волк взвыл с новой силой.

— Нэль, Нэль! — голос Соласа вытащил Вестницу из лап кошмара, она резко села, всё тело трясло на глаза навернулись слезы. — Это сон, просто сон! — маг пытался успокоить дрожащую девушку.

— Что произошло? — Дориан оказался около девушки также быстро, как и эльф.

Неужели она своими криками разбудила весь отряд? Ллараинэль огляделась, в своих спальниках сидели только маги, Вивьен и Бетани не успели подойти, расположившись дальше всех от Вестницы, тень Мариан мелькнула, и тут же женщина оказалась рядом с девушкой.

— Это, мать твою, ты как устроила? — в глазах разбойницы плескалась растерянность.

Нэль не понимала о чём идёт разговор, её взгляд метался из стороны в сторону, она судорожно пыталась вспомнить о чем был её сон, но он ускользнул от неё, как только она открыла глаза. Кажется маги переговаривались между собой. Вестница подняла левую руку практически к лицу, даже сквозь плотную ткань перчатки метка ярко освещала пространство.

— Нэль? — девушка повернула голову в сторону Дориана, она открыла была рот, чтобы сказать что-то, но резкая боль напомнила о себе, и Вестница взвыла, прижимая руку к себе, словно это могло уменьшить боль.

— Что происходит? — Бык, который был на страже заметил копошение в месте, где они натянули тенты, под которыми расположили свои спальные мешки.

Бетани пропустили вперёд, она тут же упала на колени возле Нэль и накинула на неё диагностическое заклинание. Эльфийка упала обратно на подушку.

— Не поможет, — едва смогла выдавить она из себя, — зелье в сумке, ярко зелёное.

Около рта появилась склянка, и кто-то помог Нэль выпить зелье, аккуратно прижимая к её губам край сосуда. Боль постепенно стала отступать, рассудок прояснился, и Вестница заметила встревоженных спутников, которые сомкнулись вокруг её спальника кольцом.

— Всё нормально, просто, всё нормально, — она не была уверена на каком языке говорит, но старалась сделать голос более твёрдым и уверенным, порой это помогало.

— Не похоже, босс, — Бык возвышался за спинами остальных членов Инквизиции, и странным взглядом смотрел на Нэль.

Лагерь ожил даже несмотря на то, что ещё было темно и до выхода к Серым Стражам было ещё время, но после пробуждения Вестницы никто так и не лёг обратно. Хотя Солас на пару с Дорианом пытались уговорить девушку ещё немного поспать, но та лишь покачала головой и присоединилась к остальным около костра. Несмотря на дневную жару, ночью в Западном пределе становилось холодно, и поэтому все дружно ютились около очага. Варрик мурлыча себе под нос какую-то мелодию на пару с Алистером мешали в котелках еду, Кейтлин ворчала что-то о неумении её мужа готовит и о том, что они все пожалеют о том, что подпустили его к приготовлению еды.

Командор приземлилась рядом со своей сестрой, всё ещё с недоверием смотря в сторону дымящихся котелков. По другую сторону от Вестницы села Мариан, она изначально хотела поговорить с Нэль наедине, но похоже было не время для этого.

— Почему ты осталась с человеком? — Ллараинэль говорила тихо, так что её могли слышать только рядом сидящие женщины, но, учитывая, что Мари была человеком, понимать её речь она не могла.

- Разве нужна причина для любви? — Кейтлин улыбнулась своей сестре, она была ещё таким ребёнком, случайно оказавшимся не в том месте не в то время. Ей бы сейчас ходить на занятия с другими эльфятами, влюбляться и терпеть дёрганье за косички, а не сидеть в пустыне с такой разношёрстной и опасной компанией.

— Так для справки, я говорю по-эльфийски, — Кейтлин с удивлением посмотрела на темноволосую женщину, которая не прикрывая рот смачно зевнула. — Долгая и неинтересная история, — предупреждая их вопросы произнесла Мари.

— У кого там долгая и неинтересная история? — Дориан пододвинулся ближе к женской компании.

— О, я тоже хочу неинтересную историю, — Сэр плюхнулась рядом с магом, заехав ему локтём в бок, на что получила нелестные отзывы о себе на тевене.

Теперь весь отряд смотрел на них, а Вивьен даже улыбалась, приподнимая бровь. Вестница, пожалуй, ни разу не видела, чтобы это Железная леди в её присутствии выдавала подобную улыбку, не привычную светскую, а настоящую, так что мелкие морщинки появились вокруг её глаз.

— Я мастер рассказывать отличные неинтересные истории, — перехватив многозначительный взгляд своей жены выдал Алистер, привлекая всеобщее внимание, продолжая при этом медленно помешивать варево в котелке.

— Это уж точно, — Веланна закатила глаза, а вечно пахнущий элем гном рядом с ней загоготал.

Алистер и правда стал рассказывать одну из тех историй про поход на глубинные тропы, где обязательно кто-нибудь терял штаны. Мариан благодарно кивнула Кейтлин, та отплатила ей доброй улыбкой и поспешила присоединиться к рассказу истории, добавляя более пикантные подробности.

— Ты умудрилась потревожить саму Тень, — Мари говорила едва шевеля губами, но к большому удивлению Нэль, она отлично её слышала, будто все вокруг не громко смеялись над шуточками со стороны Железного Быка и Дориана. — Видимо твоя метка имеет куда больше особенностей, чем бы тебе хотелось. Ответь только на один вопрос, что тебе снилось?

— Страх, тьма и лес. Подробностей не помню, только ощущения неминуемой опасности, — Ллараинэль обхватила себя руками, словно в попытке согреться.

— Я тоже его почувствовала, и это наталкивает на не очень хорошие мысли, — Мари криво улыбнулась, чуть покосившись в сторону златовласой предводительницы.

Ллараинэль с трудом удалось присоединиться к разговору, но наличие многочисленных саркастических и весёлых спутников собравшихся сейчас в одном лагере, помогли ей отвлечься от неприятного предчувствия.

***

— Всё-таки ненавижу тевинтерцев, — Нэль устало опустилась на ступени, бессонная ночь давала о себе знать, и глаза под ярким солнцем стали слипаться.

Серые Стражи собрались вместе и что-то обсуждали, посматривая на своих павших собратьев, небольшой отряд Вестницы из Соласа, Быка и Кассандры пытался отыскать что-нибудь полезное в руинах, но судя по их лицам, ничего подобного не нашлось.

— Нужно вернуться обратно в Скайхолд и обсудить всё с вашими советниками, Вестница, — к Нэль подошёл Алистер, который впервые за всё время их недолгого знакомства хмурил брови.

— Я пойду с вами, остальные Стражи останутся тут, чтобы отслеживать ситуацию, — Кейтлин присоединилась к своему мужу.

Ллараинэль кивнула, у неё не было сил даже чтобы шевелить губами, хотелось просто лечь на этих же ступенях и отоспаться. Судя по тому с какой тяжестью рядом с ней опустился Бык и зевнул, забыв прикрыть ладонью рот, не только она желала уснуть прямо тут.

— Как ты? — Солас встал так, чтобы загораживать Нэль от прямых солнечных лучей, которые вновь обожгли кожу её лица.

— Нормально, идти смогу, — почему-то всё чаще Ллараинэль старалась отвечать на вопросы эльфа на всеобщем, считая, что использовать неизвестный остальным язык несколько не вежливо. Вернее будет сказать, кое-кто с закрученными усами намекнул ей на это.

Около Вестницы возникла Бетани, мягко улыбнувшись, она накрыла её щёки ладонями, приятное мягкое покалывание прошлось по всему лицу, и жар отступил.

— И я всё ещё злюсь! — Мари сложила руки на груди, как и лириумный эльф рядом с ней, даже их выражения лиц были донельзя похожими.

— Даже несмотря на то, что ты помогаешь Инквизитору, это решение безрассудно, — Фенрис свёл брови к переносице, его высокий хвост чуть сместился влево, и от этого образ мрачного эльфа несколько утрачивался, придавая ему скорее несколько милый вид.

— Иногда мне кажется, что вы точно были бы идеальной парой, даже предложения друг за друга заканчиваете, — Бетани сказала это в шутку, и даже улыбнулась, но когда повернулась заметила, как эти двое обменялись растерянными взглядами и тут же опустили глаза к полу.

Неужели что-то всё-таки было? Так, они всё обсудили и это было давно и сейчас не имеет никакого значения. У Мариан есть Андерс, а Фенрис не отходит и шага от неё самой, так что бессмысленно беспокоиться о прошлом, если уж и говорить, то у Бетани тоже были отношения до эльфа и он о них не справлялся. Девушка напоследок припомнила через что ему пришлось пройти до их встречи и этим совершенно вытеснила ненужные мысли. Фенрис немного удивился, когда его жена резко встала и подойдя к нему, чуть не упала в его объятия, он едва успел поймать женщину, чтобы она не ударилась о пластины его доспеха. Эльф заметил привычную ехидную улыбочку у старшей из сестёр и только закатил на это глаза, отворачиваясь от неё.

— Так если все готовы, выдвигаемся, — скомандовала Кассандра, и зашагала вперёд, Кейтлин усмехнулась ей в спину и пристроилась рядом, махнув Алистеру на прощание рукой.

***

— Алистер даст знать, когда там появится Кларель, но думаю нам тоже не стоит затягивать, было бы не плохо, чтобы Инквизиция пока собрала свои войска и готовилась к отбытию, — Кейтлин стояла напротив Леллианы, заставляя последнюю вспоминать их первые дни знакомства и то, как она наблюдала как из обычной долийки выростает настоящий предводитель. С Ллараинэль получилось точно также, у Сестры Соловей не даром было чувство дежавю, вот только Серый Страж изначально хотя бы умела сражаться.

Нэль задумчиво смотрела на светящуюся фигурку установленную на крепости Адамант. Странное чувство поселившееся в ней после того ночного кошмара в Грифоновых Крыльях не оставляло её, и почему-то внутренний голос стал упорно шептать, что это как-то связано с этой точкой на карте. Ллараинэль почувствовала, как лицо запылало огнём, она едва сдержалась, чтобы не застонать. Ей совершенно не хотелось вновь привлекать к себе внимание, особенно когда на карту было поставлено так много, ей нужно было просто успокоиться и поговорить с кем-то на отвлечённые темы.

Собрание закончилось достаточно быстро единогласным решением в подготовке воинов и в ожидании Хоук и кого-то из отряда Стражей, ушедших проверить крепость на наличие там венатори и ожидании каких-либо действий со стороны Кларель. Нэль вышла из ставки командования одной из последних и поравнявшись с Калленом, хотела уже завести разговор с ним, но получив на простые вопросы весьма односложные ответы, поняла, что у командора и без неё голова кругом. Попрощавшись с советниками, девушка направилась в сторону библиотеки.

— Aiya*, — Нэль нашла Соласа сидящим над какой-то книгой с очень сосредоточенным выражением лица.

Эльф едва заметно вздрогнул и поднял свой взгляд на застывшую Вестницу, его недовольный взгляд моментально смягчился, и с девушка со странным трепетом отметила, что в глазах мага появились странные огоньки.

— Помешала? Прости, тогда пойду отвлекать Дориана, — она улыбнулась ему совершенно искренне и так открыто, что даже самой стало спокойно, вот только это чувство отозвалось болью в рисунке, и девушке стоило всех её сил, чтобы не скривиться. Что происходит?

— Нет, нет, всё нормально, просто на глаза попался интересный трактат, один из тех, что мы нашли в Западном пределе, вот и решил его изучить. Ты что-то хотела? — Солас встал, не совсем понимая даже для чего, просто ему неожиданно показалось это правильным решением.

Чем больше эльф общался с Вестницей, тем сильнее он замечал за собой ранее несвойственные ему эмоции и действия. Это несколько сбивало его с толку и всё чаще в Тени он оказывался в странном лесу, он не видел подобный лес ни в одном из своих предыдущих странствий. В нём были гигантские деревья, на которых располагались дома, не маленькие детские постройки, а большие дома с прекрасной плавной архитектурой, так сильно напоминающей древние эльфийские деревни. Только эта деревня была опустошена огнём, кое-где ещё дымились ветви деревьев, но одно место оказывалось всегда в порядке — костёр Хранителя клана. Порой ему казалось, что он видит около костра знакомую златовласую голову, но стоило ему подойти, как она тут же исчезала. Неужели это из-за того, какой тайной окружила своё прошло Ллараинэль? Вот только обычно в осознанных снах он блуждал по тем местам, куда желал прийти или куда приводили его духи, но это место появлялось само, словно из неоткуда.

— Ничего такого, просто поговорить, — губы девушки дрогнули в робкой улыбке, и она посмотрела на своего собрата снизу вверх.

Когда она делала нечто подобное, то совершенно была не похожа на того, кого стоит называть Инквизитором великим и ужасным. Именно в такие моменты он вспоминал, что ей всего семнадцать и она до этого не видела даже внешнего мира и не знала его языка.

— Тогда может поговорим в другом месте? — Солас чувствовал жизненную необходимость попробовать встретиться с ней там, где он ощущал себя более комфортно, и не боялся, что некоторые тевинтерские маги опираясь на перила внимательно слушают весь их разговор.

— В другом месте? — девушка склонила голову на бок, вопросительно смотря на мага.

— Держи, встретимся в твоих покоях, выпей.

Ллараинэль сжала в руках чашку из которой обычно пил Солас и послушно выпила налитый им из небольшого заварника чай. И отправилась в свои покои.

Ллараинэль нашла Соласа около здания Церкви, он сидел на ступенях и смотрел куда-то вдаль. Девушка помахала ему рукой, он ответил ей лёгким кивком, продолжая смотреть в небо. Вестница подошла к нему и тоже развернулась в сторону, чтобы посмотреть, что же привлекло внимание эльфа. Над горой всё также висела большая зелёная дыра, из которой иногда вырывались всполохи огня, тем самым оповещая о новых открытых разрывах. Нэль печально выдохнула, осознавая, что ей придётся все их закрыть вот этой вот светящейся рукой, от этого мурашки пробежали по всему телу, вспоминая чувство боли пронзающее метку, при закрытии разрыва.

Солас начал говорить, медленно, иногда растягивая слова на манер Нэль. Он рассказывал о том, что изучал метку, пока она спала и о том, как желал закрыть эту брешь, но у него ничего не выходило. На последних словах, эльф встал и прошёл немного вперёд.

— Ты когда-нибудь задумывалась, а что есть Тень и Завеса? Почему Тень обязательно должна быть отделена? — Солас опустил взгляд на свою спутницу.

Глаза Нэль на какое-то короткое мгновение подернулись дымкой, зеленый свет от бреши отразился в её зрачках, и она стала похожа на одного из обитателей Тени, а не на живую эльфийку.

— Смерть прокляла эльфийский народ за предательство и попросила Его навсегда закрыть её крепость от их жадности,— Солас замер не в силах пошевелиться, было в её словах что-то до боли знакомое и голос этот, словно шёл из глубины его собственного сознания. Проделки Тени. Неужели кто-то смог поработить так быстро разум молодого неокрепшего мага? — Ты это желал услышать?

Ллараинэль не понимала что происходит, но создавалось впечатление, будто её собственное сознание восстало против неё самой, и она никак не могла отвоевать его. Это и есть одержимость? Она так часто сражалась с демонами, что кто-то из них всё-таки смог подчинить её разум даже без контракта на крови?

- Стоп, я не желаю быть одержимой! — девушка закрыла лицо руками, и всё прекратилось.

Солас смотрел на Нэль, которая осторожно отняла руки от лица и с совершенно несчастным выражение подняла на него свой взгляд.

— Ты можешь проверить, не одержима ли я? — в голосе её плескалось столько страха и мольбы, что даже если бы эльф не знал способа, то обязательно бы его нашёл.

Маг кивнул и взмахнув руками, послал сквозь тело Нэль лёгкую магическую волну, ничего не произошло, девушка какое-то время стояла неподвижно, видимо ожидая его вердикта.

— Всё хорошо, с тобой всё нормально, иногда такое случается, бывает особенно сильные духи могут влиять на наше сознание, — Солас положил руку ей на плечо.

Было заметно как девушка тут же расслабилась, и даже едва заметно улыбнулась, она подняла своё лицо смотря прямо в глаза мага. Это было какой-то мгновение нерешительности и взвешивании всех за и против, здравый смысл растворился, и Нэль приподнялась на носочках, оставляя смазанный лёгкий поцелуй на губах эльфа. Только спустя какое-то время она осознала, что же натворила.

— Прости я не должна была, я, — она вся покраснела и отвернулась, желая провалиться сквозь землю. Митал, что же она творила?

Солас чувствовал, как волна тепла и давно забытого желания прокатилась по всему телу, он слишком привык быть один и отгораживаться от внешнего мира. Никто до этого не вызывал в нём столько противоречивых ощущений. Мужчина подался вперёд и развернув смущённую Вестницу к себе, заключил её в объятия, приподнимая и прижимая к себе. Его губы нашли её и девушка перестала думать, совершенно. Не было никаких мыслей только ощущение чужих губ на своих и едва слышный шепот — «не сжимай так губы». Нэль окончательно расслабилась, и едва заметно вздрогнула, когда язык мага скользнул между её губ, осторожно очерчивая ряд ровных белых зубов и уходя глубже.

Это был первый поцелуй Нэль, и она совершенно не знала, что должна делать, она попробовала повторить манипуляции Соласа, и тут же почувствовала, как лёгкая дрожь прошлась по её телу и ушла куда-то вниз. Спустя долгое мгновение, эльф опустил её на землю.

— Теперь моя очередь извиняться, — Солас в совершенно не свойственно ему жесте почесал нос, словно пытаясь скрыть свою смущённость, — нельзя было делать этого здесь, но это единственно место, где я чувствую себя более уверенно.

— Здесь? — Нэль не понимала о чем говорит маг, она всё ещё чувствовала тепло его губ.

— А ты ещё не поняла? Мы в Тени, и думаю, тебе уже пора проснуться, — это были последние слова, что она услышала, перед тем как вскочить на своей собственной кровати.

— Ох прости, я не хотел тебя напугать, просто хотел предложить поужинать в твоих шикарных покоях, — Дориан держал в руках поднос с едой, а под мышкой у него была зажата бутылка вина.

Ллараинэль расплакалась, не в силах больше сдерживать эмоции.

Глава 35. Tendile - sina taryasse

Дориан заметил, что их великий и бесстрашный Инквизитор решила остаться без ужина, как и положено всем важным личностям в Скайхолде, но маг подумал лишить девушку прекрасной возможности прекратить свои страдания голодной смертью и разделить с ней нехитрый ужин. В этот раз он пошёл не в таверну, где скорее всего собралась большая часть отряда, а прямиком на кухню и стоило назвать волшебное словосочетание — «ужин для Инквизитора», как его тут же снабдили всем, чем только можно. Единственно пришлось выбивать насилу вино, и впервые в своей жизни, Дориан из рода Павусов отбирал поднос с едой у служанок, которые тут же пожелали ему помочь. Сказал бы ему кто-нибудь подобную глупость пару лет назад, то он бы презрительно рассмеялся ему в лицо. Вот до чего его довело знакомство с этой странной златовласой личностью.

Маг довольный собой шагал вверх по лестнице, так как стучать ему попросту было неудобно, носок сапога не считался, и тем более это действие могло опрокинуть чашки на подносе. Поэтому не долго думая, Дориан при помощи магии и своей спины, открыл дверь и поднялся наверх. К его огромному удивлению Нэль спала, ну, или пыталась, судя по метавшимся под её веками глазам, сон был не из приятных, маг хотел было поставить поднос и разбудить её, как она сама резко поднялась и вскрикнула, заметив гостя.

— Ох прости, я не хотел тебя напугать, просто собирался предложить поужинать в твоих шикарных покоях, — Дориан улыбнулся, но вместо каких-либо замечаний или ворчания со стороны Вестницы последовали слёзы.

Никогда магу не удавалось доводить кого-то до слёз с такой скоростью. Нет, он, конечно, никогда не был душечкой, но чтобы вот так сразу. Дориан быстро поставил поднос и вино на ближайший столик и, не осознавая, сразу же кинулся к девушке, он сел на кровать и притянул к себе, практически усаживая её на своих коленях. Она жалась к нему, продолжая всхлипывать, а он лишь шептал какие-то глупости и, зарывшись пальцами в шелковистые волосы, стал мягко поглаживать Нэль по голове. Непонятно из-за чего начавшаяся истерика прекратилась также быстро и внезапно как и началась.

— Прости, сама не знаю, — Ллараинэль отстранилась и стала ладонями стирать слёзы со щёк, Дориан остановил её руки и вытянув из кармана платок, сам осторожно вытер мокрые следы, так чтобы не раздражать кожу сильнее. — В последнее время со мной что-то происходит.

— И ты молчала? — маг разрывался между желанием хорошенько встряхнуть девушку и вновь прижать к себе, остановился он на чем-то среднем, дёрнул её за подбородок поворачивая лицом к себе. — Тебе не обязательно справляться со всем одной, слышишь, мы тут ради тебя, по крайней мере за себя могу говорить точно.

Из-за слов Дориана девушка почувствовала себя ещё хуже и линии валласлина вновь обдало жаром. Она стала такой плаксой, но сама не понимала почему, она не могла вспомнить когда плакала последний раз в клане. Пожалуй, когда сестра решила уйти вслед за Тамленом вместе с кочующим кланом долийцев. Что же так повлияло на неё здесь? Она должна быть сильной и уверенно, она ведь гребаный Инквизитор! Вот, она ещё и словечек нахваталась от Быка, на эльфийском она ругаться совершенно не умела, зато вот на всеобщем и немного на кунлате, заслуги всё того же командира наёмников.

— Это как-то связано с Тенью, не знаю, я в этом плохо понимаю. Просто сны стали другими, rucima*, — Нэль запнулась, маг отпустил её и она сел рядом, смотря пустым взглядом вниз, привычное спокойствие и отстранённость вернулись к ней, благодаря чему она смогла спокойно вздохнуть.

— Руцима? — Дориан приподнял бровь.

— Не знаю на общем, вроде когда ты видишь не только мрак и тени во сне, но кровь и смерть, такое липкое противное ощущение и проснуться не можешь, — голос её звучал при этом мерно, но удивило мага другое, валласлин на какое-то мгновение словно стал намного ярче проявляться на коже, как тогда в таверне.

— Думаю в нашей ситуации нормально видеть кошмары, особенно если учитывать через что тебе пришлось пройти в последнее время. Я был бы удивлён, если бы ты не видела такие сны, — Дорина чуть приподнял уголки губ в улыбке, а потом заметил поднос. он совершенно забыл про еду. — Не хочешь обсудить остальное за едой, — он кивнул в сторону подноса, девушка почувствовала, как желудок отозвался урчанием.

Нэль едва ли не накинулась на еду, стараясь быстрее пережёвывать и запивать всё виноградным соком, в который Дориан изначально хотел подмешать вино, но решив что это плохая идея, и сейчас был рад своему выбору. Они молча ели, практически молча, если не считать словесное недержание мага, который просто не умел молчать, но учитывая что многие его высказывания вызвали улыбку на лице Вестнице, то он нисколечко не жалел о своём даре к бессмысленной болтовне.

— Теперь, когда мы более сытые, расскажешь о том, что ты видишь во снах? — Дориан откинулся на спинку кресла и посмотрел на камин, который тут же вспыхнул, озаряя комнату мягким светом.

— Я плохо запоминаю, обычно только смутные образы и чувства, — девушка скрестила руки перед собой и стала перебирать пальцами, — это что-то старое, из тех времён о которых я практически ничего не помню.

— Ничего не помнишь? — Дориан вопросительно поднял бровь.

— Трудно говорить о таком, — Нэль скрепила пальцы, плотно сжимая ладони между собой, маг видел, как она сражается сама с собой, чтобы сказать хоть слово. Мужчина не решался прервать её борьбу, порой всем нужно было просто выговориться. — Есть несколько странных моментов жизни, когда я была не там где нужно. Знаешь, просыпалась и оказалось, — девушка выдохнула, — что почти всех моих ровесников забрали тевинтерские маги.

Дориан почувствовал, как тяжелый камень оседает где-то в районе живота, он не мог произнести ни слова и просто смотрел на эльфийку. Она потеряла всех своих друзей из-за нападения тевинтерских магов? Теперь всё встало на свои места — ненависть к магам и тем более тевинтерцам. Пожалуй самым невообразимым в этой ситуации стала их дружба, несмотря на произошедшее, златовласое чудо умудрилось разглядеть в нём хорошего человека и не шугаться от него, как всё ещё делала добрая часть Скайхолда. В маге смешалось одновременно два чувства приятное тепло и отвращение к себе. Дориан видел, как девушке тяжело даются эти слова и всё же рискнул перевести тему в более спокойное русло, и судя по опустившимся плечам Нэль, она была совсем не против такой перемены.

Пока они обсуждали странные сны эльфийки и просто болтали, солнце успело скрываться за горами, Лелиана принесла какие-то бумаги для подписания, и судя по её выражению лица, наличие Дориана в покоях Инквизитора не стало для неё открытием. Сестра Соловей скорее всего была в курсе всех передвижений по Скайхолду и тем более тех, что касались непосредственно Инквизитора.

— Думала, сегодня вы предпочтёте более шумную компанию, около таверны Быки устроили показательное шоу, и все ждут вас, — Лелиана посмотрела и на Вестницу и на тевинтерского мага.

— Нам хватило шума и в Западном пределе, — улыбнулся Сестре Соловей Дориан, сам не замечая, как ответил сразу за двоих.

Ему не понравился отблеск в глазах бывшей спутницы Героини Ферелдена, было в нём что-то опасное и предостерегающее.

— И всё же, ваше присутствие, госпожа Инквизитор, было бы предпочтительнее внизу, после того, как закончите с бумагами, — Нэль приподняла уголки губ и кивнула, соглашаясь со своей советницей, хотя предпочла бы до самой ночи оставаться в своих покоях. Хотя обычно тот, кого она боялась встретить не появлялся на подобных сборищах, но вполне мог прийти к ней в комнату, поэтому предложение Лелианы тут же заиграло новыми красками.

Сестра Соловей с лёгким поклоном покинула комнату, оставляя странную парочку разгребать бумажную работу. Дориан в отличие от Нэль намёк понял прекрасно, но виду не подал, ему было плевать на то, что говорят окружающие, вот только подвергать несмышлёное в таких тонкостях человеческих отношений существо ему не хотелось. Поэтому сразу после изучения всех бумаг и подписи с печатью Инквизитора в нужных местах, парочке пришлось спустить вниз.

***

Солас сидел в своём импровизированном кабинете внизу библиотеки и ждал. Если честно он был уверен, что девушка придёт к нему сразу как только проснётся, но вот уже солнце скрылось, а от Вестницы ни слуху ни духу. С улицы начал доноситься какой-то шум. Солас никогда не участвовал в совместных посиделках, он не видел в этом ничего интересного и важного для себя, куда больше ему нравилось проводить время с пользой. Узнавать что-то новое из Тени или же просто читать, а все эти выпивки и гуляния могли оставить себе наёмники и уставшие солдаты. Вот только сегодня он решил изменить своим привычкам, эльф был почти уверен, что именно этот шум и отвлёк эльфийку.

Солас нехотя спустился к таверне, около неё устроили танцы, а отряд Быков веселил людей спаррингами. Эльф быстро нашёл глазами копну золотых волос и замер. Командор Каллен кружил смеющуюся Нэль по двору, под громкое улюлюканье Сэры и, самое странное, свист Вивьен, той самой магессы, от которой едва удавалось добиться улыбки.

— Всё хватит, голова уже кружится, — Нэль смеясь, похлопала командора по плечу, на что он ей улыбнулся и поставил на землю, — говорила же, не умею танцевать!

— Вам надо научиться, потому что мало кто из аристократов будет носить вас на руках во время танца, — Жозефина с напущенной серьёзностью, сквозь которую то и дело проступала улыбка, пробилась к Инквизитору.

— О, щас научим! — только закончивший бой с Кассандрой Бык, оказался около смущённого таким вниманием Каллена и закинул эльфийку к себе на плечи.

Нэль громко ойкнула, и привычно обвилась вокруг шеи коссита, крепко сжимая руками его рога. Солас с какой-то толикой неприязни посмотрел на мягко улыбающегося Каллена, без своей накидки он смотрелся куда более приземлённо, ему на ухо что-то прошептала госпожа Монтилье, и щеки мужчины пошли красными пятнами, а он что-то упорно стал ей доказывать, вызывая лишь дальнейший смех. Почему-то к косситу у эльфа не было таких противоречивых чувств, как к командору, хотя если посмотреть со стороны, то именно Бык больше всех успел облапать эльфийку, постоянно нося её на своих плечах. Солас закатил глаза, он почувствовал резкий прилив неконтролируемой злости и дабы не совершить никаких глупостей, удалился в свою комнату.

Тень в этот раз встретила его непривычной тьмой. Это был всё тот же лес с огромными деревьями, которые скорее всего было остатками древних лесов времён Арлатана. В этот раз тут было ужасно темно ни звёзд, ни костра хранительницы, только застывший во мраке густой лес.

— Ты наконец пришёл, — чей-то до боли знакомый голос раздался впереди, и Солас застыл, не в силах пошевелиться.

Эльф видел как во тьме появилось несколько пар кроваво красных глаз и сковывающий страх исчез, появилось привычное желание изучить неизвестного духа или демона. Раньше Солас не встречал никого подобного.

— Кто ты?— эльф сделал несколько шагов навстречу, но глаза не приблизились, как и их обладатель.

— Ты не помнишь? Значит ещё рано, но она уже смогла пробудить меня, значит совсем скоро,— голос духа стал затихать, он говорил что-то ещё, но сколь бы быстро не двигался эльф, он никак не мог нагнать говорящего, и постепенно голос растворился во тьме.

Солас резко поднялся на своей кровати, за окном всё ещё раздавались крики, значит проспал он совсем немного. В дверь кто-то постучал. Маг даже не сразу понял, что стучат именно к нему, спустив ноги на пол, он позволил гостю войти.

На пороге застыла та, кого он ждал часами ранее. Нэль переминалась с ноги на ногу и не могла решить, входить ей или остаться на своём месте, она не отважилась даже поднять свой взгляд на эльфа. Она не знала, что говорить и даже не совсем была уверена зачем именно пришла к Соласу, просто чувствовала, что должна это сделать, никаких определённых мыслей или дальнейших действий.

— Зайдёшь? — голос мага был немного отстранённым и словно расстроенным, он даже заговорил с ней на всеобщем.

— Что-то случилось? — это был глупый вопрос, но ничего другого Нэль из себя выдавить не смогла.

Солас как-то неопределённо хмыкнул. Их взгляды встретились слишком неожиданно для обоих. Впервые в своей жизни маг не сдержался и поднялся с такой скоростью, что позавидовал бы любой разбойник, его руки обвили плечи эльфийки, притягивая к себе как можно крепче. Солас почувствовал как Нэль резко напряглась, но тут же расслабилась, и её руки в ответ оказались на его талии, лицо девушка спрятала на его груди. И маг впервые за очень долгое время почувствовал себя спокойно, глаза непроизвольно закрылись. Он чувствовал мягкий запах трав, исходящий от волос Вестницы, и её быстрое сердцебиение, пожалуй, сейчас бы он отдал многое, за то, чтобы этот миг не заканчивался.

— Останься, — слова вырвались непроизвольно, маг даже не успел задуматься над их значением.

Тело в его руках вновь напряглось, он слышал, как сердце эльфийки ещё ускорило свой бег.

— Не могу, я не понимаю, — начала было Нэль приглушённым голосом.

— Я тоже не понимаю, просто знаю, что если ты сегодня уйдёшь то произойдёт что-то непоправимое.

Именно поэтому она и пришла. У Нэль появилось странное предчувствие, когда компания внизу стала медленно растекаться по своим делам, особенно советники, которых наглым образом оторвали от их дел. Ноги сами принесли её в эту часть Скайхолда, где располагались спальни её спутников и других жителей крепости. Она долго стояла перед закрытой дверью, не зная как начать разговор. Нэль настолько сильно запуталась в происходящем, все эти разрывы, политический интриги, Серые Стражи и теперь ещё чувства, о наличии которых она успела позабыть.

Ллараинэль правда была очень долго уверена, что отлично научилась за время проживания изгоем в собственном клане, полностью отрешаться от окружающих. Ей долго удавалось держать всех на расстоянии, когда они были в Убежище, и даже какое-то время в Скайхолде. В какой момент всё пошло не так? Наверное, когда на перевале люди встали перед ней на колени. Что-то в этот момент словно отозвалось на этот странный жест и потянуло её за собой, вытаскивая из привычного оцепенения. Вот только чувства словно не хотели формироваться во что-то привычное, им мешал какой-то барьер, и это путало. Девушка почти постоянно чувствовала замешательство вместо радости или горя, и путала собственные мысли с теми, что ей говорили советники. Какой из неё Инквизитор, если своя жизнь больше похожа на головоломку?

Рука сама потянулась к двери, а за ней ждали объятия. Что она чувствовала стоя так рядом с Соласом? Внутри всё тряслось, Нэль боялась сказать что-либо неправильно, хотела объяснить почему ей не стоит быть здесь, по крайней мере именно сейчас, может чуть позже, когда свои мысли не будут казаться такими чужеродными. Вот только голос мага был пропитан таким непривычным для него отчаянием, что девушке ничего не оставалось, кроме как провалиться в сон, лёжа прямо в одежде поверх одеяла.

Солас впервые спал без сновидений. Он просто закрыл глаза, а когда открыл было уже утро, подушка рядом с ним была ещё тёплой, но Вестницы на ней не было. Это показалось эльфу лучшим вариантом в данном случае, хотя где-то в глубине души данный факт слегка расстроил его.

***

Нэль ненавидела себя, весь мир, Корифея и его дурацкую затею с Тенью и всё же, она понимала, что находится там где и должна быть. Не так буквально, конечно, стол заваленный бумагами не сильно вдохновлял к красивым словам, но всё же даже эти бумажки с непонятными каракулями приносили в её жизнь больше смысла, чем шатание по территории деревни. Одно письмо привлекло внимание Вестницы, письмо которое она не ожидала получить.

Красивая витиеватая печать и слегка неровный почерк был так легко узнаваем, что первые несколько мгновений, девушка не была уверена в том, что это письмо реальность. Осторожно, словно боясь разрушить магию момента, она взяла в руки шероховатую бледно зелёную бумагу и вскрыла печать. Можно было даже не смотреть на подпись отправителя, этот почерк она узнает из тысячи, ведь её собственный был похож именно на него. Алларос первым стал учить её писать, ещё до того, как она пошла вместе с остальными в школу.

Ллараинэль скользила взглядом по строчкам, и лёгкая улыбка поселилась на её губах, вызывая едва заметное жжение в районе лба и щёк, но она уже привыкла не обращать на это никакого внимания. Читая его письмо, она пожалела, что сразу же, как только встретила сестру не попросила её отправить Алларосу письма, ни матери, а именно ему. Единственному другу в клане.

Дочитав, девушка осторожно свернула листок и положила его обратно в конверт. Это письмо она собиралась оставить себе, спрятав в нижнем ящичке стола, именно в момент, когда Нэль закрыла ящик, в дверь постучали и тут же послышалось ворчание. Ллараинэль улыбнулась.

— Знаешь, ещё немного и именно ты меня поработишь, — Дориан держал в руках поднос с каким-то закусками и своим любимым виноградом.

Осознав сказанное и вспомнив недавний рассказ эльфийки, маг прикусил себе язык и тут же попытался отшутиться.

— Всё хорошо, я понимаю, не надо так реагировать, — последнее слово далось Нэль с трудом, но она смогла его спокойно выговорить, даже не запнувшись.

— Похоже моё присутствие благоприятно влияет на пополнение твоей лексики, так и знал, что из меня получился бы отличный учитель, — Дориан гордо вздёрнул нос и поставив поднос прямо поверх части бумаг, придвинул стул и уселся рядом с эльфийкой. — Показывай, с чего начнём?

Нэль наугад ткнула в бумаги, и как только маг уткнулся в чтение одного из писем, взяла вазочку с виноградом и стала его чистить.

***

— Мои люди готовы, Инквизитор, часть орудий мы стали перевозить в сторону Адаманта, теперь осталось решить, когда выдвинется основной состав, — Каллен выглядел уставшим, но очень целеустремлённым, словно не он был готов в любой момент упасть от недосыпа.

— Думаю, выдвинемся тогда, когда я буду уверена, что круги у вас под глазами нарисованы сажей, а не являются побочным эффектом недосыпа, командор, — Нэль сказала быстрее, чем успела подумать, и эта фраза была настолько…

Бык с Сэрой засмеялись так громко, что казалось, заглушили её собственные мысли.

— Кажется кому-то стоит поменьше времени проводить в компании одного нашего тевинтерского друга, хотя должен признать, мне нравится, — сквозь смех произнёс Варрик.

— Я влияю на неё весьма положительно, как ты успел заметить, — Дориан улыбнулся стоящему рядом гному, тот ему кивнул и тут же вспомнив что-то, перевёл взгляд, на сузившую глаза Кейтлин.

— Главное влияй как-нибудь менее заметно, иначе Страж Командор напомнит тебе о своём предостережении лично, — Лелиана тоже оценила фразу Вестницы, но и от её взгляда не скрылась реакция Кейтлин.

Ллараинэль совершенно не ожидала, что случайно брошенная фраза так хорошо разрядит напряжённую атмосферу. Она уже намного лучше понимала шемленов, да и других своих спутников, но всё же многие аспекты их поведения и жизни оставались для неё загадкой. Как подобная фраза смогла неожиданно приободрить помрачневший отряд и заставить всех немедленно разойтись по комнатам для отдыха перед будущим походом?

Вот снующие в Главном зале аристократы всё ещё оставались для девушки непонятными существами с совершенно невообразимым стилем одежды и манерами общения. Даже с Дорианом было куда проще найти общий язык, чем со спрятанными за масками лицами. Честно говоря, эти маски сильно нервировали её, а пышные юбки шуршащие по полу раздражали. Когда они пришли сюда и открыли свои врата для беженцев, Скайхолд стал куда более приятным местом, можно даже сказать она посчитала его уютным и назвала таким странным словом как «дом». Появление аристократии внесло крайне неприятные изменения в общий облик крепости, пусть и их присутствие помогло восстановить большую часть пристроек и обновить во многих комнатах интерьер. Во многих, но не в её.

Дориан описывал Инквизиторские покои, как лачугу аскета. Значение второго слова девушка не знала, но по контексту догадалась, что это как-то связано с минимальным наличием убранства в её комнате. Нэль всё ещё не могла признаться никому из своих спутников, и тем более Дориану, что спит на полу у камина, а кровать она использовала лишь пару раз, когда её приносили раненную.

— Не помешаю? — по лестнице поднялась Кейтлин, и чуть удивлённо приподняла бровь, заметив, что её сестра стоит по середине комнаты и просто смотрит в пустоту.

— Нет, заходи, я рада тебе, очень, ma vhenan**, — Ллараинэль открыто улыбнулась своей сестре, с каждым днём осознание своих эмоций давалось всё легче, пусть и открытие это несло за собой боль во всём теле.

— Ma elgara***, мне бы хотелось поговорить о многом. Отправив письмо в клан, ответ пришёл не от Хранительницы, а от otorno**** Аллароса, одно тебе и одно мне. Его содержание несколько возмутило меня, и я хотела бы поговорить об этом с тобой, если не против, — Кейтлин всё ещё чувствовала себя неловко со своей сестрой.

Расстались они тяжело, когда Кейтлин решила присоединиться к кочующему клану, Нэль плакала так горько, что девушка практически отказалась от своей затеи. Но жажда исследований, и одобрение матери, которая видимо посчитала, что старшая посмотрит внешний мир, разочаруется и вернётся, дали ей силы сжать зубы и, обняв на прощание хрупкую фигурку сестры, исчезнуть на долгие годы. И если бы не Корифей и этот Зов, вероятно, они больше бы не встретились.

Ллараинэль была против. Только сказать этого вслух она не решилась, и печально выдохнув, кивнула головой на кресла.

*ужасный (ными) **моё сердце ***солнце моё ****названный брат, обращение к близкому другу семьи

Глава 36. Секрет валласлина

— Мне говорить на всеобщем? — Нэль посмотрела на сестру исподлобья, нервно теребя пуговицы камзола, который так и не попросила заменить на более удобную одежду.

— Если честно, лучше бы да, но я так понимаю, тебе ещё тяжело это делать, так что можешь говорить, как тебе удобно, — Кейтлин не хотела давить на сестру, но вот навыки восприятия своего родного языка немного утратились со временем, и могло статься, что Страж Командор чего-то не поймёт. — Алларос пишет о каком-то пожаре, и что после него Хранительница отреклась от тебя, как от наследницы.

Ллараинэль и сама плохо помнила о том странном пожаре, лишь обрывки воспоминаний, которые не желали складываться в общую картину. Она не знала, откуда занялось пламя, лишь короткие отрывки. Лестница на самую высокую гору, бесконечная лестница, так её называли в деревне, она вела напрямую к большому пьедесталу, на котором расположился один из центральных элювианов. Высокое зеркало в черной оправе возвышалось среди руин, бывший храм Митал, не переживший войны между людьми и эльфами. Несмотря на то, что от него остались только воспоминания и небольшие обломки, даже этих фрагментов прошлого хватало, чтобы напоминать о минувших днях гигантских построек и прекрасной архитектуры.

Ллараинэль больше нравился их маленький городок или деревушка, наполненная небольшими, но очень красивыми домами построенными где-то в три, а где-то в четыре яруса. Её домик был всего в один этаж и располагался неподалёку от центральной площади с часами, которые остановились столетия назад. За их циферблатом, в окружении тонких аккуратных прутьев светилась мягким бирюзовым цветом Сфера. По утрам ей нравилось слушать, как деревня оживала после ночи, как торговцы раскладывали свои вещи на прилавки, тихо переговариваясь друг с другом. Ярусом ниже жила старушка со своей внучкой, её дочь не смогла пережить страшную болезнь под названием красное марево, из их дома частенько слышался смех и пахло свежеиспеченными булочками. Хранительница никогда не пекла хлеба и не готовила ужинов, для этого у них всегда имелась veya, женщина ведущая всё хозяйство в доме. Нэль она очень нравилась, после ухода Кейтлин она стала единственной, кто помогал девочке с уроками и готовил для неё еду. Это было ещё до её переезда в отдельный домик.

Пожар случился, когда ей было одиннадцать. Хранительница строго настрого запретила ей ходить к зеркалу и тем более отвечать на голоса, доносившиеся из него. Но это было единственное место, где Нэль чувствовала себя, словно она была дома, ей нравилось играть около элювиана, он ей словно напоминал о чём-то, вот только о чем, девочка объяснить не могла. Сбежав из-под покровительства veya, Ллараинэль затерялась среди деревьев, более низких, чем те на которых ютились домики. Тропинка между ними вела к подножию горы и лестнице. А дальше была пустота. Следующее воспоминание начиналось с громкого плача и запаха гари.

Нэль помнила, как мчалась к костру Хранительницы, как выкрикивала чьи-то имена, но эльфы почему-то шарахались от неё, словно именно она была огнём. Женщина стояла там, глубоко и тяжело дыша, она смотрела на свою дочь с таким сожалением, что Нэль даже остановилась. Ей было страшно, она не понимала, что происходит, но и двинуться не могла. Судя по магам сгрудившимся рядом с её матерью, пожар был уже потушен, они подходили и что-то говорили Хранительнице, та кивала, но взгляд всё ещё смотрел прямо на Нэль.

Они обвинили её в пожаре. Вот только она точно знала, что не могла сотворить подобного. Не могла же? Они говорили что-то о внезапно проявившейся магической силе, о порыве ярких эмоций, о выбросе магии. И никто, совершенно никто не верил ей, что она ничего не делала, она лишь пыталась помочь. В чем? На этот вопрос у неё ответа не было. С каждым днём Ллараинэль всё сильнее сомневалась в своих собственных мыслях и воспоминаниях. Может и правда она? Значит она маг? И она едва не погубила целую деревню! Нэль ненавидела себя и проявившиеся силы, она сбежала к обрыву, туда где располагалась обитель «aha-hen», один из воинов вышел навстречу. Кажется, она что-то ему кричала о желании избавиться от своего проклятья, её речь прервала Хранительница, извинившаяся за доставленные неудобства.

— Прости нас, что не пришли вовремя, — мужчина склонился перед её матерью. — Мы совершенно не почувствовали всплеска, такого обычно не случается.

— Ничего, леталин, это я прошу прощения за доставленные неудобства, — это был один из немногих случаев, когда Хранительница обняла её за плечи и повела за собой. — Я должна была предвидеть нечто подобное, когда соглашалась. Это моя вина, что не подготовила тебя к твоей силе, я прошу прощения и говорю тебе это искренне.

Ллараинэль практически не слушала, она смотрела на свои пальцы от которых отделялись маленькие светлячки и устремлялись вперёд, освещая им дорогу. Магия делала всё сама, Нэль даже не требовалось произносить заклинаний, стоило ей подумать, что в лесу слишком темно, как их окружил свет струящийся через пальцы.

— Я постараюсь это исправить, если ты позволишь мне, — Нэль кивнула, не совсем осознавая на что соглашается.

Нэль не помнила обучения. Только сплошную непроглядную тьму и боль, а после пришло успокоение, о котором она мечтала.

Кейтлин смотрела в огонь, и никак не реагировала на более сокращенную версию событий.

— Она, — женщина глубоко вздохнула. — Ты совсем не помнишь обучения?

Ллараинэль покачала головой.

— Я не помню практически ничего, лишь отдельные кусочки памяти, — Нэль запнулась, — воспоминаний. В четырнадцать Хранительница приобрела небольшой домик почти в центре, помнишь часы? Вот на третьем ярусе около них, после этого не происходило ничего интересного, обычная спокойная жизнь.

Кейтлин чувствовала, как внутри закипает злость, и ничего совершенно ничего, даже навязчивый зов не мог утихомирить эту бурю. Мать бросила собственного ребёнка, когда ей было всего четырнадцать, да ещё и настояла на валласлине. Не зря Кейт согласилась на разговор с этим магом по имени Солас, он вовсю выспрашивал её про валласлин, про отношение их клана к этому ритуалу.

«У нас это не используют как у долийцев, да и кланом нас назвать трудно, в деревне живёт множество разных семей, это слово прижилось скорее из-за долийцев, приходящих к нам. Валласлин — это украшение, как татуировки у людей, если хочешь можешь сделать, если нет, то живи спокойно с чистой кожей», — сказала тогда Кейт, — «я не могу рассказать больше, только то, что дозволено».

«Я не хотел пугать твою сестру, но у меня есть одна теория, относительно происхождения её валласлина, боюсь многим этот факт может показаться зверством, учитывая общее настроение в мире», — Солас говорил загадками, но Страж Командор привыкла к разным спутникам, одна Морриган чего стоила, и поэтому не составило труда понять, куда клонит эльф.

«Я так понимаю, говорить ты об этом не хочешь и по другой причине, нежели общее настроение?» — Кетлин посмотрела в глаза Соласа и увидела в них ответ на свой вопрос. — «Не могу сказать, что доверяю тебе, я тебя не знаю, но очень надеюсь, что ты не желаешь моей сестре смерти. Но учитывая, что я сама с этим ничего сделать не смогу, да и в магии понимаю мало, поэтому могу только положиться на тебя и других магов Скайхолда, сделай то, что нужно, когда придёт время».

Время ещё не пришло, это Страж Командор понимала чётко. На Ллараинэль навалилось столько всего, что это может стать последней каплей, и девочка сломается под этой тяжестью и будет некому подать ей руку.

— Спасибо, что поделилась со мной, мне не хватит слов, чтобы выразить своё сожаление по поводу случившегося, — Кейтлин присела на колени перед сестрой. — Зря я тебе не верила, когда ты была маленькой, я была слишком самоуверенной, амбициозной и влюблённой. Я должна была забрать тебя с собой, пусть это бы и привело нас к Мору, но мы были бы вместе. Прости.

Страж опустила свою голову на колени девочки, и впервые за очень долгое время позволила слезам свободно стекать по щекам. Эта её часть останется за этими дверями, как и всегда. Нэль запела, её голос мягкий и печальный разносился по всей комнате. Кейт казалось, что она слышит журчание реки, рядом с которой так любили играть дети, она видела маленьких птичек, целой стаей взлетающей с цветочного поля. Вот она уже шла по центру и слышала, как отовсюду раздаются голоса, как по трубам поднимается уже нагретая в котельных вода. Небольшие заводные птицы перелетают от окна к окну, принося почту и газеты, она слышит треск машины, благодаря которой была освещена вся деревня. Она уже и забыла, что такое бывает, что в мире существуют такие вещи и не обязательно зажигать по всему городу факелы, чтобы хоть немного разогнать тьму. Видимо чем дольше она находится вне деревни, тем больше знаний утрачивается.

Голос Нэль затих, и вслед за ними ушли прекрасные образы из прошлого. Теперь Кейтлин была даже не уверена — видела она свои воспоминания или это лишь её больное воображение, расшатанное постоянным Зовом. Которого не было. Кейт резко подняла голову и тут же, словно щелкнул невидимый переключатель, неприятный едва слышный шёпот вернулся.

— Как это?.. — женщина не смогла бы сформулировать свою мысль, даже если бы сильно захотела. Она просто не понимала, что именно хочет узнать и у кого.

— Что такое? Плохо пою? — брови Ллараинэль чуть приподнялись.

— Нет, нет, ты прекрасна как и всегда, — Кейт помассировала глаза и встала, — просто мне видимо тоже стоит хотя бы немного поспать.

Сёстры попрощались, и Нэль осталась в полном одиночестве в своих покоях, наполненных образами прошлого и страхами настоящего, и девушка не знала, что из этого хуже.

***

— Прости, Мари, но письма от него не было, хотя я уверен, что моё должно было уже дойти, — Варрик смотрел на подругу с сожалением, он видел как она переживает, видел, как в глазах зарождается паника. — Всё с ним будет хорошо, в крайнем случае, как обычно разорвёт всех храмовников пополам, — но даже это не помогло, и кивнув, женщина исчезла.

У Мариан было отвратительное предчувствие относительно этого похода на Адамант, и она никак не могла от него отделаться. Было с этой крепостью что-то не так, словно воздух вокруг неё и сама Тень были пропитаны безысходностью и страхом. Кошмаром. Стоило только закрыть глаза, как старые раны расходились по швам, и перед глазами были храмовники, на руках чьё-то тело, а в небе след от взрыва. А ещё предчувствие было относительно Инквизитора, которая слишком уж сильно была не подвержена влиянию своей силы, несмотря на то, что не умела ей пользоваться. Такого просто не бывает. У любого мага при ярких эмоциях проявляется магическая сила, нужно быть камнем, чтобы побывать в переделках вроде тех, где успела побывать Инквизитор и ни разу не засветиться.

— У вас тут какое-то магическое собрание? — как бы ни болела голова и мир не раздваивался перед глазами, Мариан никогда не меняла своей манеры речи.

Дориан, о чём-то спорящий с остроухим магом, повернулся в сторону вошедшей в круглый зал женщины и едва заметно покачал головой.

— Он не хочет поделиться со мной мыслями на тему Инквизитора, а я вижу, вернее даже знаю, что с ней что-то не так, у неё проявилась магия, а все вокруг делают вид, что сморят в другую сторону! — тевинтерец всплеснул руками.

— Поддерживаю, мы понимаем, что у вас какие-то эльфийские секреты, но игнорировать потенциал юного мага просто опасно, — Вивьен сложила руки на груди и внимательно смотрела на Соласа, возвышаясь рядом с ним на каблуках.

Удивительно, что вечная заступница всех обделённых магов, Бетани, отсутствовала на этом собрании по выколачиванию из эльфа информации. Пожалуй, её сестра не стала бы так церемониться, как эти двое, но та скорее всего была занята больными. Вот же, переняла самую дурацкую из манер Андерса, отдавать себя своим больным, даже в деревне он в какой-то момент так погрузился в работу, что роды у неё едва не начал принимать призрак, да преданная мабари. Та ещё история. Мари усмехнулась своим мыслям.

— Соглашусь с остальными, делись информацией, — разбойница подошла ближе, и увидела странную тень, тянущуюся позади мужчины.

Такого просто не может быть, ей кажется, сказывается недосып и нервная работа, ничего более. В комнате нет никаких волков.

— Хорошо, хорошо, я и так собирался рассказать, просто надеялся пока оставить эту тему в покое, чтобы зря не тревожить всех, — эльф печально выдохнул. — Кажется, я знаю секрет её валласлина.

Три пары глаз внимательно смотрели на вставшего Соласа, и словно по команде все чуть склонились над столом.

— Первое, пусть этот разговор пока останется между нами, не хочу чтобы весь Скайхолд заходил ходуном, — ответом ему послужило синхронный кивок. — Я думаю, она усмирённая.

— Усмирённая! — воскликнул Дориан моментально выпрямляясь.

Солас закатил глаза, а Мариан больно ткнула мага в бок и зашипела на него.

— Кажется, дорогой, мы договорились, что это будет тайна, — Вивьен покачала головой.

— Я не знаю, так ли это, но очень похоже на правду. Вероятно, метка каким-то образом повлияла на целостность этого странного ритуала, и чувства Нэль стали пробиваться, вслед за ними проявила себя магия, — Солас говорил практически шёпотом, чтобы шибко любопытные из библиотеки не могла расслышать его слов. — Ты должен помнить, как раньше Нэль была скупа на эмоции, — эльф кивнул Дориану, который тоже сразу подумал об этом.

Маги какое-то время стояли молча, обдумывая сказанное Соласом. После чего стали тихо перешёптываться обсуждая каким образом можно снять подобное, ведь в практике людей нет обратного ритуала усмирению.

— У меня есть мысли на этот счёт, я попробую ей помочь, но не сейчас, после Адаманта, — с этим согласились безоговорочно, операция уже была полностью обговорена и подготовлена, а что случится с Нэль при положительной или же отрицательной попытке Соласа помочь, было непонятно.

***

— Всё готово, люди с орудиями уже выдвинулись, мы выйдем вместе с вами, Инквизитор, — Каллен впервые встал рядом с Вестницей и положил ей руку на плечо.

Девушка вздрогнула от неожиданности и подняла взгляд на мужчину, это было слишком не похоже на привычное поведение командора, но судя по его выражению лица, он не придавал этому никакого определённого значение. Мужчина был собран и серьёзен. Нэль перевела взгляд на остальной отряд, но никто, даже Солас, не отреагировал на действие Каллена. Значит это нормально для шемленов. И Вестница поняла почему, от этого жеста девушка почувствовала себя намного спокойнее и увереннее, словно за её спиной сейчас стоял целый пантеон эльфийских богов. Нэль вся подтянулась на манер Каллена и вновь уловила привычное состояние лёгкой отрешённости, с такими чистыми мыслями было проще действовать.

— Выдвигаемся, на месте разделимся на несколько отрядов и постараемся вразумить Серых Стражей под командованием Кларель, — Ллараинэль посмотрела на свою сестру и её отряд самых преданных бойцов, та кивнула в ответ, ни один мускул не дрогнул на её лице. — И нужно устранить этого надоедливого мага.

— Так точно босс, Быки с тобой! — отряд Железного Быка громко зарокотал боевой клич, оглушая собравшихся своим рёвом, но к удивлению Вестницы, многие солдаты подхватили их крик.

— Я кричать не буду, но мой посох с тобой, — улыбнулся Дориан, и стукнул им о землю, его жест повторили остальные маги в отряде. Нэль закатила глаза, но улыбнулась в ответ, без театральности тевинтерец просто не мог жить, и это ей нравилось.

— Не стоит больше медлить, я буду держаться поблизости, Инквизитор, постарайтесь не умереть сегодня, — Мариан ухмыльнулась и похлопала себя правой рукой чуть выше левой груди.

Окинув быстрым взглядом собравшихся, без лишних слов Мари подняла согнутую в локте руку вверх и двумя пальцами указала в сторону ворот. Нэль замерла. Это был типичный жест Охотников, похлопать по груди, показав, что готов и указать направление движения. Откуда эта человеческая женщина столько знает о другой культуре? Из простых учебников, подобные знания не почерпнуть.

Отряд выдвинулся в путь.

***

Все сражения до этого казались Ллараинэль простыми и понятными. Бегать же среди демонов вперемешку с людьми, уворачиваться от снарядов и не забывать приглядывать за другими членами отряда. Голова трещала по швам от грохота катапульт, от криков Стражей, часть которых отошла в сторону благодаря хорошо развитому красноречию её сестры и Блэкволла. Было бы не справедливо убивать Серых Стражей из-за Корифея, который воспользовался их уязвимым местом и решил сыграть на этом. А ещё Нэль чувствовала непреодолимый страх. Она никогда не была отважным бойцом, но ей казалось, что служба в Инквизиции закалила её характер и давно уже она не впадала в благоговейный ужас перед демонами и Красными Храмовниками. Но вот с этой крепостью было что-то сильно не так, будто сама Тень здесь давила на нервы и трещала по швам, готовая разойтись в любой момент.

Чья-то ярость хлестала по нервам, крики своих собственных солдат исчезли под натиском чужеродной волны. Не успела Инквизитор пробиться вместе со своим небольшим отрядом к Стражу Командору, как голова взорвалась от боли, а мысли стали путаться, словно кто-то пытается докричаться изнутри. Наверное, это было похоже на Зов, который испытывали Серые Стражи, Нэль не могла сказать с уверенностью, всё же её кровь не была отравлена скверной, но этот голос. Он молил о помощи, обещал что-то взамен, он говорил на странном ломаном языке, смеси тевене и всеобщего.

Ллараинэль отгоняла этот голос и боль чистым усилием воли, она слышала зычный голос сестры, которая что-то кричала собрату по оружию. Кажется, Кларель одумалась, опустила нож, не успев перерезать одному из своих солдат горло. Нэль зацепилась за этот поступок и вытянула себя из пучины, которая затягивала все её мысли. И словно поднимаясь из воды, она вновь стала постепенно разбирать слова и звуки.

— Кларель! Этот ублюдок врёт! Я увела своих солдат подальше от этого псевдо-Зова, со мной Инквизитор, она расскажет тебе, кто устроил всю эту бездну!

Ллараинэль тяжело дышала и кажется, Бык поддерживал её за спину рукой. Никогда она не была так благодарна за крепкую руку, которая не позволила ей глупо плюхнуться на глазах всех этих людей.

— Этому виной Корифей! Его Зов свёл с ума уже множество хороших Стражей! — голос Мариан не уступал по силе Кейтлин, они вышли чуть вперёд подняв руки.

Ллараинэль видела осознание своей ошибки в глазах Кларель и ей стало искренне жаль эту женщину, которая готова была рискнуть всем, ради будущего блага мира, а ведь этот мир никогда бы и не узнал, кто именно спас его. Вперёд выбежал тевинтерский маг, громко крича что-то о божественности своего хозяина и своей очень важной роли в этом всём.

— Слепота, — Нэль взяла себя в руки и шагнула вперёд, вставая на какой-то уступ, тут же она стала словно на несколько голов выше, — ты, воспользовался теми, кто отдавал себя этому миру не прося ничего взамен, теми, кто добровольно отравлял себя. — Внутри девушки всё ревело от ярости. — За ваши грехи расплачиваются другие, а вы так и не поняли, кто отнял вашу свободу. — Нэль казалось, будь её воля, она разнесла бы эту крепость по кирпичику, и… — Вы не знаете, что такое сила, что такое магия, перед вами раскидали хлебные крошки и вы возите клювами по земле в попытке урвать кусочек побольше, не осознавая, что это всего лишь частичка могущества.

Мариан видела рядом с собой не маленькую эльфийку и даже не Инквизитора, она видела того, кому под силу изменить этот мир. Разве такое возможно? Женщина чувствовала как её собственная магия тянется вслед за едва проступившей тонкой струйкой силы эльфийки. Похоже у этого мира ещё есть шанс на искупление.

— О какие речи! Не тебе, остроухая, рассуждать о силе! Ты случайно получила кусочек магии моего господина и говоришь так, словно понимаешь хоть что-то! Не смеши меня! Ваше место под подошвами моих сапог, и теперь скажите привет вашему старому знакомому! — маг ударил посохом о землю.

Дракон опускался к полю битвы неохотно, словно мабари, которого привязали цепью и тянут вперёд без его воли. С Серыми Стражами на своей стороне сражаться стало легче, Нэль кинулась вслед за убежавшим магистром и командором, кто пошёл за ней, девушка не видела, сейчас это было не важно. Ллараинэль не задумывалась над своими действиями, тело двигалось само, резко и быстро, будто время вокруг то замедлялось, то ускорялось. Она услышала голос Алистера и Мариан, когда проскользнула рядом с раскрывшейся пастью дракона, дёргая на себя сбитую с ног Кларель, уводя её из-под удара. Страх отступил куда-то на задний план и появилась слепая уверенность в своих силах.

Она — Инквизитор. Она сможет скинуть этого Корифея со своего пьедестала, даже если это будет стоить ей жизни.

Вот только удача была не на их стороне, мост с грохотом разрушился, и Нэль видела как вниз летит Алистер и Мариан, Бык, Дориан и Кассандра. Ведомая лишь желанием спасти остальных, эльфийка вытянула пульсирующую от боли руку вперёд и закричала. Разрыв открылся прямо перед ними, встретив новых посетителей ужасной слякотью и холодом пронзающим до костей.

Глава 37. Тень

Бык осторожно помог подняться Нэль на ноги, голова кружилась от нестыковки верха и низа, откуда спрыгнула со смехом Мари, а Алистер поддержал её шутку на тему телесного пребывания в Тени.

— Всё, Инквизитор, теперь это чудо закреплено не только за вами, мы все официально в Тени, — Мариан улыбнулась Нэль, которая пыталась сфокусировать свой взгляд хоть на чём-то.

— Осталось только выбраться и будем все Вестницами Андрасте, — Алистер похлопал Мари по плечу.

— Нет, нет и ещё раз нет. Я буду Вестником Андрасте! — провозгласила Мари и с грохотом шлёпнулась в воду, поскользнувшись на невидимом камне. — Ненавижу, мать твою, слякоть.

— Абсолютно солидарен с этой прекрасной женщиной, слякоть плохо влияет на волосы, — Дориан провисевший какое-то время вверх ногами теперь старательно приглаживал чёлку.

— То есть в данной ситуации, тебя больше всего волнуют твои волосы? — из всей компании, Бык выглядел наиболее растерянно и крепко сжимал в руках двуручный меч.

Дориан не обратил внимание на вопрос коссита и, крепко сжав пальцами посох, стал им простукивать себе дорогу, чтобы не закончить также, как очень ловкий разбойник из их отряда — одним местом в этой огромной светящейся луже.

— Nome rucima* — у Нэль не получилось справиться с лёгкой дрожью в своём голосе.

***

Ллараинэль вспомнила эту женщину с проникновенным голосом, которая стояла рядом на ступенях, а позади неё возвышалась статуя Андрасте, вокруг было множество людей, но кроме этой женщины никто не произносил ни слова. Все внимали её речь в полной тишине. Сама Нэль расположилась на плече одной из статуй, стараясь слиться с окружающей местностью и не выдать своего месторасположения. Получалось неплохо. Наступил перерыв и многие начали расходиться по другим залам, с восхищением взирая на восстановленные древние руины храма, и обсуждали между собой произошедшее.

Теперь Ллараинэль вспомнила, пусть и с понимание у неё тогда было плохо, но из речей собравшихся она узнала — кто-то положил начало магической революции, и теперь повсюду царил хаос, Храмовники перестали подчиняться Церкви и самовольно пошли чинить расправы над неверными. Именно поэтому было необходимо создать Инквизицию, вот она истинная причина, сейчас Нэль могла это понять.

Ллараинэль не успела уйти из зала, как и Верховная Жрица. Все массивные двери ведущие из зала резко закрылись, послышались крики людей, а по залу прошёлся рокот уже знакомого голоса. Нэль чувствовала, как статуя под ногами сотрясается от магических взрывов, девушка кубарем полетела вниз, и только благодаря природной ловкости не сломала себе шею и другие конечности.

Она оказалась лицом к лицу с этим чудовищем, которое шло к женщине, вокруг были Серые Стражи, в их глазах Нэль не видела разума, только слепая преданность. Это пугало даже больше, чем существо называющее себя новым богом.

— Кто ты такая? — голос Корифея заглушал все остальные звуки, словно шёл одновременно со всех сторон.

Ллараинэль совершенно не заботило, что о ней подумает странная дама в длинной рясе, и девушка с визгом кувыркнулась через голову. При падении лук вылетел из креплений и теперь лежал на противоположной стороне, Нэль попыталась схватить его, но свободная рука чудовища потянулась за ней, и длинная коса оказалась зажата его пальцами.

— А вот и ягнёнок пожаловал, — у девушки не получалось вырвать свою косу из лап Корифея.

Ничего другого не оставалось. Нэль нажала на спусковой крючок, и из перчатки показалось маленькое острое лезвие кинжала. Девушка дернула головой и резко отсекла часть длинной косы, вторая рука была занята сферой и что было сил, Нэль ударила по этой руке, выбивая из неё источник силы. Ловко извернувшись, Вестница упала рядом с луком, около которого остановился уже знакомый артефакт, не долго думая, она схватила сферу и лук. Раздался громкий треск, и мир пошёл по швам, нарушая грань между двумя мирами.

***

— А я говорила, что лучше подстричься, — было видно, что Кассандра находилась под сильным впечатлением от увиденного.

— Создатель, твои волосы были длиннее, чем сейчас? — Дориан похоже пребывал на той же волне, что и воительница, остальные молчали.

— Значит, всё это вина Серых Стражей? — холод в голосе Мариан обжигал, взгляд женщины полоснул Алистера. — Вы пошли на такое! Ради чего! Ради мнимого блага?

— Не тебе судить Серых Стражей, — голос Алистера был непривычно спокойным с нотками нарастающего раздражения. — Или напомнить, как Защитница собственноручно разрушила половину города?

Ллараинэль не поняла, почему эти двое вдруг схватились. Неужели влияние демона было настолько сильно, что стало вносить разлад в их отряд?

— Чего сцепились-то? Не место и не время для глупых разборок, кто и сколько натворил, — Бык подошёл к спорящим, возвышаясь над ними, закинув двуручный меч на плечи, но не убирая его в ножны, похоже в Тени он не собирался выпускать из рук оружие. — Выйдем, можете хоть глотки друг другу перегрызть, нашему Инквизитору и без вас худо, так что заткнулись и вперёд.

Ллараинэль не сдержала улыбки, она как-то неожиданно расцвела на её губах, вопреки окружающей обстановке. Но слова Быка вызвали в ней столько тепла, что это получилось непроизвольно. Глава наёмников заметил реакцию Вестницы и ухмыльнувшись, подмигнул ей.

— Всегда пожалуйста, босс.

Мариан и Алистер шли дальше молча, даже не смотря друг на друга, будто им было стыдно за собственные слова, но сказанного не вернуть. Тут с ними заговорил хозяин обители страхов.

— Клан боится тебя, ты стала причиной всех их бед, а твои спутники не воспринимают тебя всерьёз, да и как можно это делать, если сам Инквизитор не уверен в совершаемых им поступках, — Нэль старалась не слушать, как и все остальные, но когда начинают расковыривать только затянувшуюся корочкой рану, она непроизвольно начинает кровоточить. — Ты ведь даже не знаешь кто ты, не так ли?

— Она — Инквизитор, а вот ты всего лишь демон, — после слов о смерти своего возлюбленного, Мариан была на взводе и готова была разорвать кого и что угодно.

Ллараинэль поблагодарила разбойницу на эльфийском и твёрдым шагом пошла осматривать местность, как и все остальные. Нэль приблизилась к зеркалу. Элювиан. Треснувший, но всё ещё испускающий магию, а рядом человеческий скелет. И как только шемлену удалось активировать столь сложное приспособление?

— Что это? — остальные подтянулись к застывшей около зеркала Вестнице, в голосе Кассандры чувствовалось опасение.

— Видимо один из некогда работающих Элювианов, не знала, что они ведут даже в Тень, — Мариан узнала его только благодаря тому, что видела подобный у Мерриль. Интересно, как там она поживает? Всё ещё в Кирквольском эльфинаже? Кольнуло где-то около сердца, женщина постаралась оттеснить так не вовремя нахлынувшие воспоминания.

— Не ведут, — Нэль покачала головой, — это ошибочное, когда Фен’Харел разделил миры, часть из них оказалась на другой стороне случайно и доступа к ним быть не должно.

Вот только труп рядом, и странное едва видимое мерцание, говорили об обратном. Ллараинэль осторожно приблизила руку к рамке зеркала и только пальцами провела по золочёной поверхности.

— Не думаю, что это хорошая идея трогать нечто подобное, — Кассандра явно была не любительницей древних артефактов.

Нэль не могла её в этом упрекнуть, одна из таких древних вещей сейчас используется бывшим магистром, который желает уничтожить мир. Эльфийка отступила от элювиана, и они продолжили свой поход.

***

Мчаться по практически вертикальной лестнице было неудобно, тем более когда вслед за тобой проворно карабкаются приспособленные к этому пауки. Пальцы скользили по влажной поверхности, но паника, застилающая взор, не давала Нэль остановиться, даже когда пальцы стали кровоточить и отлетело несколько ногтей. Девушка не заметила потери, продолжая нервно перебирать руками, карабкаясь всё выше и выше, в голове шумело и чей-то незнакомый голос пытался пробиться в её собственные мысли, которых становилось всё меньше. Кошмар опутывал её своими щупальцами, пытаясь утянуть в тёмную бездну, но светлая фигура наверху кричала и тянула ей навстречу руки.

***

Это была глупая потеря времени, но все настолько сильно вымотались после сражений и науськиваний со стороны демона, что едва ли не одновременно повалились на камни. Нэль села на колени, упираясь в них руками и тяжело дыша. Сколько можно продержаться в Тени будучи живым? Не было чувства голода, хотя они шли уже достаточно долго, и сражение в Адаманте было не быстрым, не хотелось спать — хотя по прикидкам Вестницы была уже глубокая ночь. Единственное напоминание о том, что они живые и во плоти находятся в Тени, стала усталость. Она захлестнула неожиданно и непреодолимо.

— Нельзя задерживаться слишком долго, всё же это не наш мир и мы можем превратиться в таких светящихся созданий, как и Жрица, — Дориан поднялся первым, тяжело опираясь на посох и побрёл куда-то вперёд.

Нэль следила за ним, мужчина прошёл к каким-то камням, очень напоминающим шемленские кладбища. Маг замер около них. Любопытство взяло верх и девушка присоединилась к магу. Дориан третий раз перечитывал своё имя на надгробии, и не в силах больше сдерживаться, перевёл свой взгляд на эльфийку.

— Ты боишься меня? — голос был сиплым, словно маг только что пробудился ото сна.

Как пишутся имена спутников на всеобщем языке эльфийка знала, это было первым, чему её научил Дориан и поэтому ей было легко прочитать свой собственный страх, о котором она и не подозревала. Ответом на вопрос мага послужило отрицательное качание головой, но он не отвёл своего взгляда от распахнувшихся от удивления глаз девушки.

— Тогда почему? — ему было просто жизненно необходимо узнать ответ на этот вопрос, но появившиеся позади них демоны были явно против.

***

— Теперь ноги в руки и вперёд к разрыву! — проревел Бык и вместе с Дорианом и Кассандрой уходя первыми.

Ллараинэль бежала вместе с Мариан и Алистером, которые старались подгонять её, вот только прямо перед ними разверзлась пасть Кошмара, похоже демону надоело играть. Гигантские лапы не поддавались даже взрывчатым стрелам эльфийки, было трудно пытаться пробиться вперёд и нанести урон этому чудищу, которое ещё и оказалось неуязвимым для обычных атак. Нэль увидела краем глаза, как Мариан, переставая махать клинком, кастует очередное заклинание. Похоже магия огня гигантскому пауку была не по вкусу. Ллараинэль проклинала саму себя, но вызвать магию и сформировать её в элементарную стихию не могла.

У них не было шансов. Алистер изо всех сил рубил лапы паука, но они вырастали вновь, мужчина старался заслонять собой Нэль, у которой кончились стрелы, и теперь её лук был абсолютно бесполезен. Эльфийка чувствовала себя обузой, она просто ничего не могла сделать, маленький кинжал, который помог бы ей противостоять рядовым врагам, застрял при первом же ударе в лапе паука. Всё что ей оставалось, не умереть, прыгая, уворачиваясь и предупреждать спутников о новых ударах, её реакция была куда лучше, чем у Алистера.

— Я его задержу, уходите! — Серый Страж поравнялся с Мариан.

— Нет! Только Серые Стражи могут исправить свою ошибку!

Ллараинэль понимала, что они ждут от неё решения, но она готова была остаться вместе с ними в Тени, лишь бы не делать этот выбор. Она упрямо сжала губы и покачала головой, сосредотачиваясь на руках. Небольшие искры пламени образовались между ладонями и тут же погасли, не желая формироваться в огненный шар.

— Бери её на руки и вперёд, я не буду перекладывать на неё этот выбор, я справлюсь тут, — Мари уже не кричала, но Алистер прекрасно слышал слова женщины и не мог ей возразить. — Давай, иначе она умрёт, потом будешь сомневаться, в руках своей жены, я прошу только об одном, пусть Варрик позаботиться о моей семье! Он знает, что нужно делать, и передай ему пока!

Мариан вновь вынула кинжал, навершие ярко вспыхнуло, разгоняя тьму вокруг. Паук громко взвыл, Нэль успела только зажмурить глаза, когда почувствовала сильную хватку вокруг своей талии. Она кричала, но ничего не смогла сделать.

На той стороне их встретила непривычная тишина. Серые Стражи вместе с её сестрой и Кларель кучковались в углу, Эримонд, связанный по рукам и ногам, сидел рядом с Калленом. Крик отчаяния и боли вырвался из губ девушки, когда кто-то поднял ей руку, заставляя закрыть разрыв.

— Она ранена! Нужен целитель, да хоть кто-нибудь! — голос Алистера звучал слишком громко, и так неправдоподобно чётко.

Кто ранен? Нэль опустила взгляд вниз и увидела как из её живота торчит паучий коготь, в голове помутнело от вида ужасной кровоточащей раны из которой помимо красной жидкости текло ещё и что-то черное. Ллараинэль не могла вспомнить в какой именно момент эта тварь успела её ранить, ей казалось, что она вполне неплохо справляется с тем, чтобы не убиться, похоже зря.

Рядом на колени упал Дориан и Солас, их голоса перекрыл крик Бетани, которая уже раздавала указания, как положить, что подать, кому куда засунуть свои руки. Нэль не чувствовала боли в животе, только неприятное привычное покалывание в руке и жжение валласлина. Вот сейчас можно было плакать, нужно было плакать, по её вине погибла прекрасная женщина, у которой есть семья и друзья, а она вновь выжила и даже не может пролить слёзы. Такая глупость как нераздёленные чувства заставили её плакать навзрыд, а тут…она просто ненормальная. Она причина всех бед этого мира. Она не спасёт их, она их всех убьёт, как чуть не убила всех жителей деревни по своей собственной глупости.

***

Нэль уложили в повозку, заранее укутав во всевозможные плащи. Лошадь мерно цокала копытами, но шла осторожно, словно чувствовала настроение всех вокруг. Спутники Вестницы шли рядом с повозкой — грязные, побитые, в порванных одеждах, опустив головы к земле. Даже честолюбивые Вивьен и Дориан ничего не говорили, и не пытались поправить свои наряды.Они шагали нестройным рядом по залитой солнцем равнине, и никто не замечал немногочисленных взглядов жителей близлежащих деревень. Погода словно насмехалась над ними, вокруг щебетали птицы, солнце мягко грело кожу, вот только ничто сейчас не могло отогреть сердца.

Дориан шагал ближе всех остальных, положив свою руку на край повозки. Ему нестерпимо хотелось сжать пальцами руку Вестницы, но это было бы весьма неуместно и неудобно, поэтому он ограничился таким простым жестом. Это помогало ему идти дальше, сдерживая свои неуместные эмоции и чувства.

— Садись рядом, ты еле ноги передвигаешь, — низкий голос Фенриса пронзил тишину, и процессия стала идти ещё медленнее. Воин одним быстрым движением закинул свою жену в повозку к Нэль, и процессия вернулась к предыдущей скорости.

Бетани осторожно устроила голову Инквизитора у себя на коленях, и в очередной раз накинула на девушку диагностическое заклинания, проверяя, что её состояние не ухудшилось. Вот только и улучшений не было.

— Прости, — едва шевеля губами произнесла Нэль, — я не хотела этого.

Бетани понимала, за что именно извиняется эльфийка, и слёзы, до этого так умело сдерживаемые, потекли по щекам целительницы.

— Не надо, ты не виновата, я знаю свою сестру слишком хорошо, — Бетани утёрла рукавом слёзы. — Она наверняка решила всё сама, и даже выбора вам не оставила, это в её стиле. Особенно, когда она в тупике и не знает, что делать дальше, то приходит к самым неутешительным решениям. Именно поэтому её едва не убил Аришок, — Нэль чувствовала, что магессе нужно было выговориться и поэтому не прерывала. Остальные спутники чуть приблизились к повозке, чтобы лучше слышать разговор. — Она была такой упрямой! До самого конца! Она уступала Аришоку по всем параметрам, к удивлению, этот громила даже скорость имел просто необычайную. Их сражение было похоже на танец, они кружили вокруг столбов, пытаясь загнать друг друга в угол и ударить, — Бет всхлипнула. — У Мариан не было шанса, мы тогда и про силу её не знали, а она упрямая, готова была помереть, лишь бы магом не быть.

Сбоку послышался печальный смех Варрика, Фенрис тоже улыбнулся. Глаза же Кассандры расширились от удивления, но понимая тяжесть момента, женщина не стала вмешиваться в эту маленькую исповедь. Но у неё в голове не складывались понятия Защитница и маг.

— Она тогда просто взяла и остановилась! Представляешь! Просто встала посередине и стоит, — Бетани рассмеялась сквозь слёзы, — я думала у Андерса сердце остановится, он так побледнел, но продолжал перечислять исподнее Андрасте, а потом даже перешёл на тевинтерские ругательства, — слёзы всё струились по лицу женщины, но она не останавливалась. — Когда меч Аришока прошёл прямиком через её живот, я поняла, что сейчас мы устроим войну с кунари, потому что даже Изабелла схватилась за мечи и зарычала. Создатель! Никогда не слышала, чтобы она издавала подобные звуки в сражениях!

Ллараинэль смотрела в небо, слушая непрерывающийся рассказ магессы и могла только позавидовать её возможности плакать, выпуская все свои эмоции наружу. Нет, не завидовала, она бы предпочла вернуться к своей привычной апатии, чем чувствовать эту тянущую боль в груди, жалеть о произошедшем и каждый раз слышать в голове «передай Варрику пока».

— Только в этот момент, моя сестра вспомнила, как пользоваться своей грёбаной силой, — Бетани вновь стёрла дорожку из слёз. — Аришок упал, и я никогда не видела, чтобы Андерс в своей неудобной мантии бегал с такой скоростью, он был рядом с ней, ещё до того, как она успела упасть. Кунари забрали меч, а он даже этого и не заметил, лишь кричал и кричал на Мари, не знаю как ему даётся даже при таких условиях лечить. Наверное у него и правда дар от самого Создателя. Я тебя то едва сейчас залатала, руки тряслись, как у заядлой пьяницы.

Бетани не выдержала и закрыла лицо руками.

Не Мариан должна была остаться в Тени, а она. У Мари есть семья, любящие друзья, те, кто вот так вот готов рассказывать о ней, передавая такие эмоции и замечая мелкие детали. А кому нужна она? Сестра осталась с Серыми Стражами в Адаманте, да и до этого они не виделись долгие годы, Хранительница, запрещающая звать её «мамой», и единственный друг, который сможет прожить и без неё. Спутники Инквизиции? У них есть свои заботы и свои цели в жизни, она для них лишь Инквизитор, эльфийка случайно оказавшаяся среди них. Ничего более.

— Лучше бы я умерла, — Нэль закрыла глаза, желая в следующий раз открыть их уже в Тени.

*вольный перевод квенья - обитель кошмара (место ужаса)

Глава 38. Лучший целитель

Андерс не знал, сколько времени ушло у Мариан на этот переход, но вот с ребёнком на руках и мабари, шагающей рядом с лошадью, только до Камберленда они шли полторы недели. Ллараинэль, несмотря на желание встретиться с мамой, постоянно отвлекалась на всё, что только можно. Отец из мага был просто ужасный, оставшись с малышкой один на один, он осознал всю тяжесть воспитания ребёнка. Пусть Нэль была достаточно усидчивым ребёнком, но как только что-то щёлкало у неё в голове, и она переключала своё внимание, оставалось надеяться на собственную реакцию и лай Клыка, которая обязательно тащила девочку обратно к лагерю за шкирку, словно своего щенка.

Андерс опасался заходить в деревни. Он не знал, какая ситуация в мире, и что происходит в этой Инквизиции, куда ушла его жена. Вероятно, что эта организация - обитель всех его страхов в виде толпы Храмовников, но если там был Варрик и кто-то из его старых знакомых Стражей, то можно было избежать неловких ситуаций и разорванных в клочья тел. В отличие от Мариан он не имел сильно ярких отличительных черт. Мало ли на улицах не слишком гладко выбритых блондинов в затасканных рубашках и тёмных плащах, свою пернатую накидку Андерс давно убрал в шкаф, вот она точно сильно выделялась бы. А для Нэль он сделал внушение, чтобы она только в самом крайнем случае или по его команде накрыла себя барьером. К его большому удивлению, у неё хорошо получалось их ставить, ему даже не пришлось долго её учить, хватило одного раза показать и рассказать, и девочка тут же закрыла себя в непроницаемый щит. Справедливость в этот момент добродушно посмеялся. Самым странным открытием за этот месяц стало возвращение духа в его изначальном неизменном виде, и он даже пошёл на контакт. Андерс не знал, что послужило этой странной перемене, но теперь их мысли больше не были так сильно переплетены, словно дух был просто его внутренним голосом, который иногда давал советы и говорил, где лучше свернуть, чтобы не наткнуться на патруль Храмовников.

Они уже переплывали на корабле Недремлющее море, когда Зов прервался. Андерс даже какое-то время не мог поверить, что в голове фоном не звучит навязчивый мотив. Справедливость как мог заглушал его до этого, но полностью избавиться от него не удавалось даже духу, а сейчас резко Зов исчез. Справедливость сразу же заверил мага, что это не его рук дело. Какое-то нехорошее предчувствие зародилось в районе груди. Нэль, спавшая на его руках, зарывшись носом в меховую накидку начала хныкать. Андерс немного неуклюже стал успокаивать девочку.

— Что, папаша, маму недавно потеряли совсем? — к нему подсела женщина в возрасте с добрым лицом, она улыбалась. — Давай помогу.

Какое-то мгновение маг колебался, но плачь Нэль стал усиливаться, а он просто не представлял что ему делать. Женщина осторожно переняла из рук Андерса ребёнка, Нэль приоткрыла слезящиеся глаза.

— Тише, тише, дитя. Tel'enfenim, da'len, Irassal ma ghilas, Ma garas mir renan, Ara ma'athlan vhenas, — Андерс знал эту колыбельную, Мари частенько пела её Нэль, когда та была совсем маленькой. Мужчина удивлённо посмотрел на женщину, но её уши были спрятаны под повязкой, как и уши его ребёнка. — Не только по ушам, можно определить эльфа, — словно прочитав его мысли произнесла женщина. — Самое главное — это глаза. Чем ярче они сияют в темноте, тем сильнее истинная кровь. Ныне живущие эльфы унаследовали эту черту, но их глаза больше не сверкают так сильно, а вот у твоего ребёнка, они горят. Кто вы?

Андерс вспомнил ярко-синие глаза Мари, и самую первую их стычку в клинике, когда он не поверил тому, что увидел. Мариан — человек, хотя заострённые уши их дочери были доказательством смешения кровей, но только если кто-то из бабушек или дедушек из их семей был в связи с эльфами. Это могло передаться и через поколение.

— Не совсем понимаю о чем вы, я и моя жена, мы люди, — Андерс смотрел, как малышка успокоилась под мерный голос колыбельной и вновь крепко уснула.

Женщина ничего не ответила лишь продолжала покачивать Нэль, и только ближе к рассвету передала её обратно отцу, который беспечно успел задремать, оставляя своего собственного ребёнка у незнакомки. Единственно, что его оправдывало была мабари, которая не смыкала глаз, смотря прямо на женщину.

Андерс очень надеялся найти караван, который будет идти в сторону Ферелдена. Он осторожно кружил по пристани. Мужчина оставил Нэль вместе с Клыком около каких-то коробок, но каждый раз оглядывался, чтобы убедиться, что эти двое на месте. Как Мариан умудрилась не сойти с ума, постоянно приглядывая за их дочерью? Проходя четвёртый раз мимо одних и тех же людей, он вновь наткнулся на эльфийку с корабля.

— Мы идем в Скайхолд, в Инквизицию, можем высадить где-нибудь по дороге, — улыбнулась женщина.

Везение? Не долго думая, Андерс подхватил рюкзак, и последовал вместе с дочерью и мабари к каравану.

***

— Как она? — Дориан зашёл в палатку, после дня пути было решено сделать массовый привал.

Бетани не отходила ни на шаг от Вестницы, как и Солас, но даже их присутствие никак не помогало выздоровлению.

— Я не знаю, что было в когтях этой твари, но оно не выводится из крови, — было видно, что целительница на грани, Солас тоже выглядел не лучшим образом, но отдыхать отказался.

— Оно пожирает её, едва мы выводим часть этой дряни из крови, как она вновь начинает формироваться, всё что мы можем, это сдерживать распространение, не давать ей уходить дальше пределов ранения, — маг опрокинул в себя очередное лириумное зелье, Дориан уже видел все признаки передозировки, но упрямый эльф отказывался отдохнуть.

— Дориан? — впервые за несколько часов Нэль подала голос, звучал он при этом достаточно сильно, будто не она тут умирала от яда демонического паука.

— Это я, — он присел на край её импровизированного ложа, — ты вообще-то обещала не помирать, знаешь, я ведь иначе буду должен Варрику десять золотых, а у меня их нет, как ты можешь помнить. Так что в твоих интересах выжить, чтобы я не воскрешал тебя из мертвых.

Ллараинэль хрипло рассмеялась. Соласа раздражал этот тевинтерец и его неуместные шуточки, а ещё больше раздражало, что Нэль была противоположного мнения. Как она может так легко смеяться вместе с тем, чьи люди поработили стольких из её клана?

— Помнишь, я учила тебя делать зелье для Каллена, приготовь его, — пауза и глубокий вдох, — пожалуйста.

— Ну и как я могу отказать, когда на меня смотрят таким щенячьим взглядом! — маг взмахнул руками и встал.

Солас поднялся за ним, а Бетани тихо рассмеялась.

— Да, Фенрис? — воин сидел тише всех, примостившись на одном из мешков в углу.

— Что? У меня не щенячьи глаза! — встрепенулся тут же эльф, вспомнив Мерриль и её неуместные комментарии, Бет похоже была другого мнения и вновь рассмеялась.

Два мага покинули палатку. Солас пытался выведать у Дориана о каком зелье идёт речь, тевинтерец не знал его названия и поэтому просто перечислил ингредиенты. Несколько часов к ряду все спутники Вестницы бегали по близлежащим полям и лесам в поисках нужных ингредиентов. И ещё столько же пришлось его варить.

***

Нэль чуть скривилась, выпив залпом целую порцию ещё теплой сине-фиолетовой жидкости. Действие зелья не заставило себя ждать и постепенно, тёмный круг около раны начал сужаться, хотя полностью не исчез, но девушка стала заметнее легче дышать.

— Как я рад, что ты пришла в себя, златичка! — Варрик вместе с остальными спутниками во главе с Калленом, устроили себе небольшой стол прямо рядом с Вестницей. — А то мы уже испугались, что это будет первый раз, когда чудо отвернётся от тебя.

— Сожалею, что у меня не оказалось с собой готовых зелий, я оставил все свои запасы в крепости, — Каллен сел ближе всех и внимательно всматривался в бледное лицо эльфийки.

Создатель, если бы она не выкарабкалась сегодня, то… То? Он чувствовал за неё ответственность, словно лично ему вручили жизнь эльфийки, и теперь он просто обязан сделать всё, чтобы защитить её. А постоянно получается ровно наоборот. Она подарила ему возможность отказа от лириума менее болезненным способом, готовя зелья и лично принося их в его кабинет. И не просто постоянно слушала его глупые рассказы о семье, о службе в качестве Храмовника, но и поддерживала многие из его решений. В один из таких разговоров он проговорился о своей неудачной любви к магессе из круга. Она была одной из немногих в Кинхоле, кто относился к нему скорее дружественно, нежели видела в нём опасность для своей жизни. Они даже умудрялись общаться, оставляя друг другу послания в одной из книжек на полке библиотеки. Это был их маленький секрет. А потом один из её друзей воспользовался магией крови и всё пошло под откос, от усмирения её спасло только то, что она не пыталась напасть на Храмовников, но её посадили в клетку на год. Это уберегло её и от Ульдреда.

Постепенно все покинули палатку Инквизитора, даже целительница и Солас, которые уже явно перебрали с лириумом и нуждались во сне и зельях, помогающих избавиться от отравления минералом. Каллен остался, в качестве первого караульного, его должен был сменить Варрик через несколько часов.

— Расскажи что-нибудь, — голос девушки всегда звучал так мягко, но несмотря на её внешность, Каллена всё ещё удивляло, что у неё был не высокий звонкий голосок, а скорее наоборот достаточно низкий и вкрадчивый.

— Например? — мужчина осторожно улыбнулся, будто боясь своей улыбкой испортить царящую в палатке атмосферу спокойствия.

— О Мариан, — голос Нэль дрогнул и блестящими от непролитых слёз глазами, она посмотрела прямо на Каллена.

Ллараинэль обладала какой-то необъяснимой особенностью — рядом с ней становилось так легко, и он начинал говорить, не думая о том, что его могут осудить или не правильно понять. Похожее ощущение оставляла Мариан, когда приходила в Казематы поболтать и просто помозолить глаза Мередит. Каллен с усмешкой вспоминал, как многие молодые Храмовники даже собирались покинуть орден, стоило всем узнать, что она не старший сын Хоука, а старшая дочь.

— Что это значит? — Нэль выгнула бровь.

Каллен замялся.

— Ты ведь знаешь о Крэме? Вот, Мариан была такой же, не желала воспринимать себя как женщину, и даже сейчас это по ней сильно заметно, но видимо в отличие от соратника Быка, у Мари это был способ заставить людей вокруг себя воспринимать её всерьёз, смотря не на то, что она девушка, а на то что она умеет. Вопреки тому, что у нас есть в истории женщины, заслужившие имена грозных воительниц, всё равно осталась привычка воспринимать девушек скорее как образцовых жён, которые должны сидеть дома и воспитывать детей, — Каллен неловко почесал шею. — Поэтому Кассандре так сильно полюбилась история о Защитнице, ведь она для неё была показателем того, как простая деревенская девчонка стала настоящим воином.

Каллен на какое-то мгновение замолчал, смотря перед собой, думая над тем, что этот стереотип постепенно рушится. Вот Страж-Командор, которая победила Пятый Мор, вот Инквизитор, противостоящий целой армии под предводительством самоназванного Бога. А ещё они обе были эльфийками, что для истории было не менее важно. Каллену довелось побывать в нескольких эльфинажах, и иногда он просто не мог поверить, что эльфы так легко сдались, выбирая подобную участь. Может примеры в лице Серого Стража и Инквизитора, наконец, покажут людям, что пора раздвинуть свои рамки мышления.

— А почему не история Серого Стража? Моя сестра тоже стала Героиней, — хотя в глубине души Нэль уже знала ответ на этот вопрос.

— Потому что она эльфийка, — мужчине было как-то неловко говорить об этом вслух. — И нет, я не про нетерпимость её к эльфам, а о том, что долийцы изначально мастера своего дела. Твоя сестра сразу была отличным воином, а вот Мари пришлось побороться за это звание.

— Не согласна, но раз так видят историю другие, значит так и есть.

— Расскажи как видишь ты? — впервые за всё время Каллен без напоминания обратился к Вестнице на «ты», на что она улыбнулась.

— В деревне множество настоящих прирождённых Охотников, но все они проходят тяжелые тренировки и испытания, моя сестра не была исключением. У нас нет.не может.не такое отношение, что женщина — значит дома. Кейтлин приняли на обучение в четырнадцать, и почти пять лет она изо дня в день должна была оттачивать свои навыки, даже выходила к людям, магистрам, которые пленили других эльфов, — девушка закашлялась, и Каллен подал ей бурдюк с водой, осторожно наклоняя его, давай Вестнице напиться. — Все мы проходим, — Нэль запнулась подбирая слова, — установку?

— Становление, — поправил Каллен.

— Да, пусть некоторые с трудом, — она многозначительно хмыкнула, явно имея ввиду себя.

Какое-то время они сидели в полном молчании. Ллараинэль всё думала о том, сколько проблем она приносит Инквизиции из раза в раз давая себя ранить, практически умирая, она возвращается. И почему эти странные люди всё ещё считают её подходящей особой и поддерживают как Инквизитора? Будь она на их мете, давно бы нашла кого-то получше, ведь у них появилась такая возможность. Мариан была бы прекрасным предводителем, она хорошо разбиралась в людях, а в сражениях от неё было тяжело отвести взгляд. А всё, что старалась делать Нэль — это не свалиться неуклюже с уступа и не стать вновь мишенью очередного врага, и не было в её движениях такой ловкости и грации. Мешанина из рук, ног и головы, которыми нужно было шевелить достаточно быстро, чтобы не умереть. Единственным, пожалуй, её отточенным навыком была скорость, в этом ей уступали все спутники, даже привыкшая к сражениям Сэра и незаметный Коул, не могли похвастаться подобным умением. Хотя вот у духа было бы неплохо поучиться скрытности, порой ей хотелось также как и он просто исчезать из виду.

— Вам не за что себя винить, — нарушил тишину Каллен, но он тут же оборвал себя, заметив взгляд Нэль.

Сколько раз за этот переход она уже слышала эту фразу? Много. Легче от этого ей не станет, мужчина знал, но не смог сдержаться. Каллен видел, что Ллараинэль сильно недооценивает себя и свои силы, своё влияние на окружающих, списывая всё на удачу и стечение обстоятельств. Как донести до неё, что только из-за удачи невозможно собрать вокруг себя столько преданных людей?

— Тебе не нужно ненавидеть себя за то, кто ты есть. Магия — это тяжело, но это не проклятье, — эти слова тяжело дались мужчине, особенно после пережитого в Кинхоле и Киркволле, но он должен был это сказать, должен был донести простую истину до этого златовласого чуда.

— Разве не из-за магии мир трещит по швам? — Нэль была удивлена, услышав подобную речь от бывшего Храмовника.

— Нет, из-за человека, пожелавшего стать богом. Многие жестокие тираны не были магами, но убивали куда больше людей, — воспоминания о хороших днях в Кинхоле перебили привычную неприязнь и страх.

Каллен уже привык к присутствию магов в Скайхолде, к тому, что многие из них преданно служат их делу и не собираются бежать при первом же признаке опасности. Фиона принимает беженцев из других кругов, она даже попросила несколько отрядов его солдат, дабы помочь в сопровождении её людей. Женщина решил показать, что Инквизиция не поддерживает идею массового усмирения и уничтожения магов, а напротив принимает их. Первое время такое количество людей с магической силой несколько настораживало бывшего храмовника, но постепенно он осознал, что если не пугать их неминуемым усмирением, то эти маги весьма добрые и хорошие ребята. Такие же как остальные люди (и эльфы).

— Ну что, голубки, наболтались? — Варрик зашёл в палатку, зевая.

Ллараинэль не знала значение слова «голубки» и поэтому без всякой задней мысли кивнула, а вот Каллен как-то подозрительно закашлялся и быстро попрощавшись, покинул палатку Вестницы.

— Прости, мне очень жаль, — Нэль ещё не оставалась со своим первым в Инквизиции другом наедине после случившегося.

— Думаю, ты слышала это уже сотню раз за сегодня, но тебе не в чем себя винить, — Варрик улыбнулся, хотя девушка видела как блеснули его глаза, гном попытался отвернуться, чтобы девушка не заметила его слабости, но было уже поздно.

Ллараинэль села, стараясь не скривиться от боли и распахнула руки, приглашая Варрика обнять её. Гном принял приглашение без лишних слов, и они какие время сидели в очень неудобной позе, обнимая друг друга.

— Не знаю, как ты это делаешь, — Варрик первым отстранился и устроился на стоящем рядом ящике.

— Делаю что? — Ллараинэль осторожно вернулась в полулежачее положение, в этот раз не сдержав болезненного вздоха.

— Это, — гном обвёл её и себя рукой. — Ты словно, я не знаю как объяснить, ты словно излучаешь какую-то ауру. У тебя получается зарядить жизнью даже то, что априори является её противоположностью.

Нэль совершенно не понимала, о чём говорит Варрик, но спрашивать было неудобно. Она просто поджала губы и как-то вымученно улыбнулась, надеясь, что сказанное им это что-то хорошее.

— Ты не поняла, да? — эльфийка виновата закачала головой. — Рядом с тобой я чувствую себя в безопасности, даже когда в нас летят стрелы красных Храмовников, когда из разрыва лезут демоны. И так было с самого начала. Прости за откровенность, но дралась ты прямо скажем не очень, и едва могла претендовать на место самого сильного защитника, и всё равно. У меня не было страха, словно само твоё присутствие что-то меняет в воздухе, — Варрик хрипло рассмеялся, — у меня даже была мысль, что ты моешь волосы с какими-то травами, вызывающими дурман.

Ллараинэль улыбнулась.

— Нет, ничего такого у меня нет, мою тем, что есть в купальнях, — девушка закрыла глаза, впервые за сегодняшний день она почувствовала лёгкость, сознание стало постепенно отпускать невыносимую боль от потери и притуплять её.

Она была не права. У неё отличные спутники, готовые прийти на помощь в любой момент, поговорить и поддержать, хотя она Инквизитор и должна вызывать у них трепет. Вместо этого они чувствовали себя рядом с ней спокойно, общались, шутили. Это было похоже на семью, которую всегда хотела иметь Нэль.

С детства ей хотелось приходить домой и видеть улыбку матери, слушать наставления от веи, убегать с ребятами гулять по лесу. Забираться по крышам домов на кроны деревьев к шаманам, и разведчикам. Вместо этого у неё был отдельный домик в самом центре, и чувство безысходности и ненужности. Она была одинока в толпе незнакомцев, которые были её народом. Самым абсурдным было то, что своё место она нашла среди шемленов, гномов и кунари, тех, кого нужно было избегать и опасаться, тех кого жители деревни презирали.

— Кстати, мы тут поговорили с Дорианом и Жозефиной и считаем, что для Инквизитора ты живёшь слишком скромно, думаю, тебе нужно установить свою ванну в задней комнате, — Варрик так легко находил темы для разговора, даже учитывая ситуацию, гном вёл себя привычно, хотя в голосе слышались нотки тоски.

— Ты не был у меня, чтобы знать о комнате, — Нэль уже с трудом боролось со сном.

— Поверь, Дориан не умеет держать язык за зубами после нескольких бутылок вина, — Варрик добродушно усмехнулся, а глаза девушки распахнулись.

Нет, нельзя делать выводы поспешно, но…что он рассказывал остальным про их посиделки? Обсуждал её за спиной? Нет, он мог просто пожаловаться на комнату, это было бы в его стиле, мог осудить выбор занавесок, которые были порваны в трёх местах и плохо закрывали свет. Нэль была почти уверена, что ничего более маг и не рассказывал. Почти…и это почти сильно ударило в район солнечного сплетения, ей только удалось совладать с эмоциями.

«Плевать, это ведь не так и важно, это всё такие мелочи. Она — Инквизитор, и она привыкла быть одна, и сейчас самое лучшее время расставить всё по своим местам, не так ли?» — эльфийка ощутила странную волну прошедшую от кончиков пальцев отмеченной руки до затылка.

У неё не было шансов на взаимность от человека, и это к лучшему, водить дела с людьми плохой знак. А Солас? С этим всё сложно. Она чувствовала, что они как-то связаны, на каком-то другом уровне и это её скорее пугало, чем притягивало. После того странного поцелуя в Тени и ночи, как бы это ни звучало, они больше не говорили. Казалось, Солас избегал её, до момента ранения, даже не стал привычно возмущаться, когда в отряд выбил себе место Дориан.

Не время и не место. Цель Инквизиции победить Корифея, а не сосватать Вестницу к одному из своих спутников, учитывая, что она уже и так сосватана...с этими мыслями девушка провалилась в сон. Варрик тем временем продолжал что-то говорить, но всеобщий язык неожиданно стал таким трудным для понимания. И сознание просто отключилось.

***

Солас перевернулся на другой бок, но даже после стольких часов бдения около кровати Инквизитора, сон отказывался прийти к нему.

А что если бы она не вернулась? Вот так просто, не вышла бы вслед за своими спутниками, а осталась там с отставшей Мариан. Солас сжал зубы. Неприятная мысль отказывалась покидать его голову, её словно кто-то нашёптывал изнутри, навязывал и заставлял прокручивать её раз за разом. Он бы прыгнул в Тень. Нет! Или да? Как этой девчонке, которая младше него на добрый десяток лет, удалось растормошить его вечное спокойствие? На эти вопросы у эльфа не было ответа, что раздражало ещё больше, заставляя углубляться в эту мысль сильнее.

Ему просто нужен хороший сон и интересный собеседник в Тени.

***

Ллараинэль пришла в себя в необычном месте. Она знала, что это лазарет в Скайхолде, но она точно помнила, что засыпала в последний раз в палатке на перевале. Неужели она проспала больше суток и даже не заметила, как двигалась целая армия? Это было плохим знаком, хотя учитывая, что она в принципе проснулась — это хороший знак. Нэль попыталась приподняться на локтях.

— Не советую Вам пока шевелиться, — раздался мягкий мужской голос откуда-то сбоку. — Я совсем недавно вывел отраву из организма и чтобы не провоцировать повторное распространение, если что-то ещё осталось, лучше не двигаться.

Глаза Нэль едва заметно мерцали в темноте, и она разглядела около небольшого столика, заваленного многочисленными травами и склянками, высокого светловолосого мужчину. Учитывая, как часто ей требовались знахари, девушка знала их всех в лицо, пусть шемленов и было тяжело различать, но в Инквизиции была только одна целительница и трое её помощников. Этого незнакомца она точно видела в первые. Неужели Фиона привела новичков?

Мужчина развернулся и подошёл к другой постели, где располагались раненые солдаты. Неизвестный переходил от койки к койке, проводил руками, вызывая неяркое голубое свечение, кому-то просто протягивал зелья. Действия его были уверенными, он точно знал, что делает. Нэль перевела взгляд с фигуры целителя на окно. Темно. В самом лазарете было зажжено всего несколько свечей и камин в дальнем углу, отчего почти вся комната утопала во мраке, но похоже мужчину это совершенно не тревожило. Закончив с последним из пациентов, он вновь вернулся к столику, взял зелье и подошёл к Нэль.

— Выпейте это, — в его медовых глазах было тепло и спокойствие, и только где-то на самом краю радужки можно было заметить лёгкий отблеск беспокойства. — Вы ведь Инквизитор? — мужчина говорил тихо, но Нэль прекрасно его слышала.

— Да, — выпив на удивление не противное зелье, произнесла Вестница.

— Вы меня не знаете, но меня знает один ваш спутник, не могли бы вы, — мужчина запнулся подбирая слова, — сказать ему о том, что один его старый знакомый хочет поговорить. Я понимаю, вам не стоит доверять незнакомцам, но прошу, не говорите больше никому.

— Это ты меня спас? — Ллараинэль чувствовала себя немного уставшей, но не было боли, даже в руке, а рана не напоминала о себе неприятной пульсацией.

Мужчина посмотрел прямо ей в глаза и замер. Несколько долгих мгновений они не могли прервать зрительный контакт.

— Пожалуй да, — произнёс он через силу опуская взгляд.

Его немного напугали чувства, возникшие где-то глубоко внутри от этого пронзительного взгляда столь необычных глаз. Создатель, почему он сразу подумал о Мариан? Справедливость оглушительно зарокотал, настолько неожиданно и громко, что Андерс едва не свалился с края койки Инквизитора, куда успел уже сесть. Дух что-то кричал на неизвестном магу языке, похожем на эльфийский. Рука Нэль легла на запястье целителя, и шум в голове прекратился, а дух перестал метаться.

— Я скажу Варрику, как только смогу ходить, — Ллараинэль не поняла, что случилось с магом, и почему он так внезапно осел, но было видно, что ему нехорошо. — Вам может прилечь?

Андерс не сразу понял, что ему сказали, отголоски голоса Справедливости ещё шумели где-то внутри, но он кивнул и, едва заметно улыбнувшись, покинул помещение лазарета.

Глава 39. Безысходность

Вместо лиц родных перед глазами предстала ужасная картина — яркий свет, кажется, он был алым, цвет, который поглотил большую часть её жизни. Цвет крови любимого на руках, цвет крови погибшего брата, цвет смерти мамы, цвет, поглотивший Церковь и надежду на спокойную жизнь. Всё это сливалось воедино в этом странном потустороннем мире со своими правилами и законами.

Мариан открыла глаза и увидела перед собой еле заметное очертание чьих-то ног, взгляд женщины взметнулся вверх. Улыбка, такая мягкая и нежная, та улыбка, которой он одарил её перед своей смертью.

— Уходи, — тихий шёпот в темноте прозвучал словно набат, но дух и не подумал послушаться.

Мужчина присел перед бывшей Защитницей на колени, от него веяло холодом и смертью. Мари давно пережила эти эмоции и больше не страдала от желания вновь коснуться высокого эльфа, она улыбнулась ему в ответ — вымученно и жалко.

— Зачем ты мучаешь меня? — ей хотелось отодвинуться, но сил уже не было, она едва смогла дойти до этого камня, который выглядел наиболее удобно для сидения.

— Я хочу помочь, как и всегда, — его ледяные пальцы осторожно прикоснулись к её щеке. — Ты так выросла и превратилась в прекрасную любящую женщину, я всегда знал, что ты неимоверно сильна, ma ore*.

Его голос и манеру общения не изменила даже Тень, он всегда и везде оставался самим собой. Высоким, недосягаемым и до отвращения мудрым, словно знал больше, чем говорил. Мариан даже поморщилась, вспоминая, как он спокойно делал ей замечания, никогда не срываясь на крик или ругань. Вкрадчивый низкий голос всегда делал замечания так, будто это и не она только что попыталась разрушить часть его любимого Храма, просто из-за неспособности сдерживать свои эмоции.

— Тебе ещё рано быть здесь, разве тебе не к кому возвращаться? — его большой палец осторожно прошёлся по старому шраму, тянущемуся от губы до брови, женщина чудом не лишилась тогда глаза. Хотя называть те события чудом, всё равно, что окрестить похищение матери тем больным ублюдком — интересным приключением. — Прости меня за это, — его пронзительные по-эльфийский чисто изумрудные глаза не утратили своей яркости даже в Тени, словно он был жив и тоже во плоти находился тут.

— Это моя вина, а не твоя, — её голос звучал слишком тихо, сил уже практически не было.

Женщина даже не могла представить сколько она бродит по этим странным закоулкам Тени, силы и надежда постепенно исчезали, а глаза так и норовились закрыться. Её спасала своя собственная воля и желание вновь увидеть взгляд медовых глаз и услышать тихий смех. Они стали ужасными родителями. Даже в такой момент, она вспоминает не лицо дочери и её большие глаза, а его и только его. Мягкую улыбку, тени, играющие на лице от света камина, какие-то глупые нежные слова и руки, притягивающие ближе.

«Андерс, прошу тебя, просто выдержи, ты должен, ты просто обязан, ради нашей дочери», — вот только как она уже и сказала — родители из них ужасные, она уверена, что даже сейчас он ринется выяснять все подробности случившегося, после получения письма от Варрика.

— Я говорил, что ты должна перестать общаться с духами и тогда найдёшь друзей. Как видишь я был прав, — улыбка на губах эльфа была единственным, на чем Мари удалось задержать взгляд.

Она любила его. Не так как Андерса, нет, это была наивная детская любовь к учителю, к первому, кто проявил к ней внимание и принимал её такой какая она есть. Он видел её настоящую, ту какой она была до его смерти и всего того дерьма, что произошло дальше. Знает ли Андерс её такую? Мариан не была уверена, она уже ни в чем не была уверена. Воспоминания путались и сплетались воедино, перемешивая прошлое, будущее и настоящее.

Мари с трудом отвела взгляд от эльфа и увидела вдалеке Черный город. Это было немного неожиданно. Считается, что его видно со всех уголков Тени, но до этого она не замечала его, или он скрывался за какими-то уступами. А вот сейчас он словно решил открыть перед ней свои врата, она чувствовала непередаваемое притяжение.

— Похоже ты готова, главное, ты должна сделать верный выбор, — её учитель поднялся и подал ей руку.

Не задумываясь, женщина ухватилась за неё и позволила себя поднять.

— Я помогу тебе найти выход, мы все поможем, просто помни, ты должна сделать правильный выбор, — он позволил ей опереться на себя и осторожно повёл в сторону ворот Черного города.

***

Ллараинэль не понадобилось вставать с постели, чтобы найти гнома, он пришёл сам. К большому счастью Вестницы, без лишнего сопровождения, даже несмотря на то, что за окном явно была ночь, гном зашёл проведать её.

— Ох, златичка, ты очнулась, я так рад! — по лицу Варрика было видно, что он не преувеличивает, и правда рад видеть её в здравии. — Бетани сказала, что не может ничего сделать, они с остальными магами перепробовали всё и уже решились на какую-то сложную операцию, — Нэль подняла бровь, — не спрашивай, я в этом ничего не понимаю. Но похоже ты и сама выкарабкалась, молодец!

Варрик придвинул стул к её койке и сел.

— Почему ты не спишь? Не думай, я хотела тебя видеть, очень, но вроде ночь, — девушка на всякий случай ещё раз посмотрела в сторону окна, чтобы удостовериться.

— Не спалось, вся библиотека на ушах, не знаю даже, кто вообще в такой момент спит в Скайхолде, но похоже никто не решился тебя тревожить, как и остальных пациентов, — гном посмотрел в сторону других занятых коек.

— Я не сама справилась, мне нужно сказать тебе важное, — Нэль ещё сильнее понизила голос и попыталась приподняться, чтобы оказаться ближе к гному, но тот остановил её и придвинулся сам. — Меня спас целитель, я догадываюсь кто, но он попросил, — девушка прочистила горло, — сказать о своём присутствии только тебе.

— Как он выглядит? — Варрик почувствовал, как что-то защемило в районе сердца, только вчера он собрался с силами и отправил Андерсу письмо, он просто физически не мог сюда так быстро добраться.

— Высокий светловолосый мужчина, глаза светлые, как мёд, — Нэль запнулась, — вроде борода на лице, но не как у Блэкволла, а такая маленькая, знаешь.

— Можешь не продолжать, — эти слова дались гному с большим трудом.

Создатель, он был так зол на Андерса все эти годы, за его поступок, за то, как изменилась Мариан в тот момент. А сейчас…а сейчас он надеялся передать такие тяжелые вести через письмо, только чтобы не видеть как воспримет эту новость целитель. Это было малодушно с его стороны, но он знал, как сильно Андерс любит Мариан, и знал что для него это будет наказанием худшим, чем собственная смерть.

— Не знаю, он ушел совсем недавно, лечил меня, — Ллараинэль чувствовала, как постепенно в тело возвращается жизнь и больше не клонит в сон.

Ей хотелось подняться и попробовать найти целителя, чтобы привести его к Варрику, но одного желания и силы воли было недостаточно телу, которое было сильно измотано от яда и принимаемых зелий. Нэль осторожно выдохнула и посмотрела в сторону лестницы, по которой поднялся Андерс, вероятно он мог жить где-то на верхних этажах, хотя там ютились Фенрис с Бетани, и они его бы заметили, значит он лишь использует это в качестве перемещения до другой комнаты.

Дверь в лазарет едва ли не с грохотом открылась, в проёме показалась Бетани, позади неё Фенрис и Дориан, эльф перестал угрожать тевинтерцу вырыванием сердца, когда тот оказывался слишком близко к нему, что немало удивило Варрика. Солас с Вивьен показались вслед за ними, а замыкал процессию Бык, который с трудом протиснул рога в проём.

— Так, мы придумали как можно осторожно вывести яд, — Бетани первая подбежала к койке и остановилась с открытым ртом. — Вы пришли в себя, Инквизитор?

Остальные столпились около кровати, а Варрик стал на них шикать, за то что они мешают остальным больным отдыхать.

— Похоже полная артиллерия тут ни к чему, — Дориан был необычайно бледен, а под глазами залегли ужасные тёмные круги. — Вы не перестаёте меня удивлять, госпожа Инквизитор, — мужчина улыбнулся.

Такая привычная уже фраза вызвала в Нэль ответную улыбку, и тепло разлилось по венам. Ночь больше не казалась угрюмой и холодной.

— Не хочу показаться грубым, но, Бык, а ты зачем здесь? — Варрик был удивлён наличию в лазарете кунари, если Фенрис просто не доверял всем вокруг и не отпускал Бетани одну, то у Быка подобного аргумента не было.

— Они там такую странную штуку наворотили, столы сдвинули, что-то на полу нарисовали и сказали Вестницу тащить туда, но видимо уже не надо? — коссит посмотрел в сторону целительницы, которая приподняла кофту эльфийки и внимательно осматривала рану.

— Не надо, — женщина смотрела на рану с изумлением, — но это просто невозможно! Мы перепробовали всё, но такого эффекта добиться не смогли, — Бетани накинула ещё одного заклинание диагностики, и оно не выявило ничего, кроме повреждений, которые медленно заживали, но ни намёка на яд.

— Всё хорошо, что хорошо кончается, я спать, десять золотых я никому не должен, — Дориан развернулся и уже у самых дверей бросил, — утром должна будешь рассказать секрет твоего выздоровления, я припас парочку новых видов сыров, — и с этими словами маг удалился, за ним последовала Вивьен.

Солас вместе с Бетани какое-то время обсуждали неожиданное выздоровление Вестницы, но после очередного замечания от Варрика, что они разбудят остальных, эльф покинул лазарет, оставив Нэль на попечении целительницы и гнома.

— Боюсь, что чудесное выздоровление не совсем чудесное, — произнёс Варрик, понизив голос, как только эльф скрылся за дверями, — и боюсь, что у нас из-за этого могут возникнуть большие проблемы.

— Что ты имеешь ввиду? — Фенрис сел рядом с гномом, подтащив ящик, а Бет осталась сидеть на кровати Нэль.

Наверху что-то упало, и все синхронно подняли головы вверх. Фенрис тут же поднялся, ему не нравилось, что со стороны их комнаты раздавались подобные звуки, хотя это мог быть и просто ветер, но всё же стоило проверить.

— Успокойся, друг, — Варрик положил руку на предплечье эльфа, тот привычно дёрнулся, уходя от прикосновения. — Дай мне минутку.

Гном с тяжелым вздохом скрылся на лестнице, какое-то время не были ничего слышно. Нэль успела ответить на несколько вопросов о своём самочувствии, а Фенрис несколько раз достал и убрал свой двуручный меч, не в силах ничего не делать. Послышались шаги, и вслед за гномом в помещение вошёл высокий мужчина со светлыми волосами.

Бетани резко поднялась и зажала рот руками. Фенрис кинулся в сторону мага с неимоверной скоростью и только потому что Варрик был готов к подобному повороту событий, успел встать между воином и его жертвой.

— Ты! — эльф едва не брызгал слюной, клейма осветили полутёмную комнату.

— Так! Спокойно, мы всё ещё в лазарете и люди нуждаются в отдыхе, так что все убрали свои мечи и посохи и сели, — Варрик развёл руки в стороны, заставляя мужчин отойти ещё дальше друг от друга.

Бетани утащила Фенриса с собой и посадила рядом на кровать рядом с Нэль. Вестница даже сказать ничего не успела, и просто наблюдала со всем со стороны, словно зритель. Ощущение не из приятных. Она понимала, что произойдёт дальше и какие новости придётся рассказать этому доброму человеку, который спас её от неминуемой смерти и в груди неприятно заныло. Нэль с силой сжала веки, стараясь не плакать, и отвернулась.

Бетани сидела ни живая ни мёртвая. У неё просто не было сил произнести хоть что-то, объяснить и рассказать магу о том, что случилось с Мариан. Андерс выглядел как всегда: под глазами небольшие круги, мягкая улыбка на губах, и непередаваемое тепло во взгляде, когда он посмотрел на Бет. Мужчина остался стоять, и какое-то мгновение они молча рассматривали друг друга. Фенрис успокоился, и татуировки больше не светились, Варрик пытался найти себе место и вернуть своё красноречие, но когда дело касалось плохих новостей, у него постоянно не находилось нужных слов.

— Рад вас видеть, — голос Андерса был тихим и не очень уверенным, словно он всё ещё немного опасался, что бывшие друзья захотят его убить.

— Я тоже так тебе рада! — Бетани не выдержала и отпустив руку Фенриса, поднялась и сжала мага в объятиях, эльф на это лишь скривился, но ничего говорить не стал. — Мы так скучали по вам, не проходило и дня, чтобы я не думала о том, что нам надо было остаться всем вместе.

Она спрятала своё лицо на плече Андерса, тот немного неловко обнял её в ответ и стал осторожно поглаживать по спине. Бетани отстранилась, её лицо исказила такая мука, но женщине удалось сдерживаться и не плакать. Она осторожно погладила мага по лицу.

— Андерс мне так жаль, прости, мне так жаль, — её голос предательски дрожал.

— Это мне нужно просить прощение, а не тебе, ты чего Бет? — он улыбнулся, той самой улыбкой из-за которой Мариан готова была убить каждого косо смотрящего на них Храмовника.

— Нужно, — Фенрис попытался придать голосу грубости, но не получилось и эльф отвёл глаза, смотря куда-то в небольшое окно.

Даже он понимал, что такое потерять любимую. Он никогда не сомневался, что этот чокнутый маг любит Мариан, пусть их любовь была не совсем понятна ему, у них с Бетани всё было, конечно, не менее сложно, но все-таки. Фенрис выдохнул сквозь зажатые зубы. Перед глазами предстала картина многолетней давности.

***

Мариан с закинутыми на его стол ногами с большой книгой в руках, на столе уже стояло несколько початых бутылок вина. Фенрис мерил комнату шагами и ругался на магистров, вымещал свою злобу на уже мёртвую Адриану, разбивая попадавшиеся под руки легко бьющиеся предметы. Разбойница наблюдала за эльфом поверх книги, но ничего не говорила, давая ему выплеснуться.

— Даже ты! Ты! Покрываешь этих грёбаных магов! Они заслуживают только усмирения! — теперь он переключил свою злобу на Мари.

— Даже моя сестра? — её голос был спокоен и холоден, но в глазах играли черти, и эльф остановился.

Ему показалось, что в отражении её глаз он видит своё прошлое, себя маленького, ещё не отравленного лириумом и счастливого, насколько это возможно. Его взгляд сместился на искривлённые в привычной усмешке губы и эльф поймал себя на том, что уже не может отвести взгляда от лица разбойницы.

— Ты один из немногих, кто представляет насколько сильно я ненавижу магов, — голос Мариан изменился, и воин не узнал его.

Всё меньше Мари была похожа на того уличного паренька, с которым они встретились в подворотне, и всё больше на уставшую от этой жизни женщину. Хотя диковатые повадки и грубость в движениях остались прежними, но вот в глазах появилось что-то такое, что ему довелось увидеть впервые давно, ещё три года назад в таверне. Пережитый ужас и непонимание смысла в дальнейшей жизни.

— Мы не выбираем кем родиться, но выбираем кем мы станем, слабых множество не только среди магов, но и среди обычных людей, которые готовы перерезать друг другу глотки из-за глупой ревности и за право мнимой справедливости, — голос девушки звучал словно проповедь в Церкви, на которые очень редко приходил воин. — Я не боюсь магов или магии. Я ненавижу людей, которые научили других её бояться и возвели, опираясь на эту истину свои Церкви. Я ненавижу Храмовников, которые возомнили себя пастухами и ненавижу Церковь, которая подпитывает эту систему. И я ненавижу тех, кто решил воспользоваться магией и создать из этого целый культ.

Какое-то время оба молчали. Фенрис даже не заметил, что просто замер посередине комнаты и совершенно не шевелился, завороженный взглядом ярких голубых глаз, в глубине которых плещутся ответы на все его вопросы. Эльф подошёл к столу и сел на край, рядом с ногами разбойницы, подняв бутылку вина, прохрипел что-то на тевене и, звонко чокнувшись со второй бутылкой, которую зажала Мари, сделал большой глоток.

— Иногда мне кажется, что ты не человек, — тихо произнёс он, вся злоба куда-то испарилась. — Ненависти в тебе даже больше, чем во мне, но вокруг тебя собираются люди, они слушают тебя, они идут за тобой без лишних вопросов. Почему твоя ненависть не вызывает отторжения?

Мариан молчала и аккуратно потягивала вино из бутылки.

— Хочешь научиться читать? — в её голосе не было издёвки, обычное предложение, словно она спрашивала его о погоде или о настроении.

Фенрис немного смущённо кивнул и без лишних слов сел рядом, ощущая, как девушка рядом на короткое мгновение напряглась и тут же расслабилась, раскрывая книгу на самой первой странице. Её голова удобно устроилась на его плече, а палец стал медленно водить по строчкам.

***

Своими словами она рушила парадигмы всех вокруг, заставляя их смотреть на мир под другим, непривычным для них углом, переосмысливая всю жизнь. Всех, кроме одного человека, чей разум был отравлен влиянием духа. Единственное, что она смогла сделать — это влюбить его в себя настолько сильно, что мужчина откладывал свои планы на годы вперёд, временами забывая о них.

— Простите, — Андерс отступил назад и неожиданно склонился, — моих слов никогда не будет достаточно, но это всё, что я могу сделать.

— Так, блондинчик, прекращай, а то я сейчас расплачусь, — Варрик на самом деле уже был на грани.

— Спасибо вам за спасение, — подала голос Нэль, привлекая к себе внимание всех. — Мне очень жаль, правда, это моя вина, но, — девушка споткнулась, но нашла себе в силы и посмотрела прямо в медовые глаза, в которых застыло немое изумление, — Мариан не вернётся.

Андерс какое-то время стоял не в силах поверять в услышанное. Откуда не вернётся? Где-то в сознании зарокотал Справедливость, он потянулся в сторону лежащей на кровати девушки, заставляя Андерса сделать неосознанный шаг к кровати.

— Нам так жаль, — прошелестела Бетани сбоку.

Медленно, очень медленно до мага стал доходить смысл их слов, и сердце пропустило удар, он едва устоял на ногах, перед глазами на мгновение потемнело и скорее всего только Справедливость помог ему не упасть.

— Что случилось? — Андерс был не уверен, что это он шевелит губами и произносит эти слова.

— Она спасла меня, — Ллараинэль решила, что она ответственна за смерть возлюбленной этого мужчины и она должна рассказать ему всю правду. — Она осталась в Тени, чтобы защитить меня и всех остальных.

Андерс улыбнулся. Создатель, это так похоже на Мари, толкнуть всех вперёд, а самой прикрывать тылы и жертвенно прыгнуть в пасть дракону, остановиться посередине зала и дать Аришоку пронзить себя мечом, кричать в лицо Храмовникам, что это она подложила бомбу. До самого конца, она оставалась собой.

Сверху послышался грохот, и Андерс вздрогнул всем телом, когда услышал знакомые семенящие шаги, из проема показалась светловолосая голова. Маленькая девочка выглядывала из-за угла, её взгляд на мгновение задержался на лице незнакомой темноволосой женщины, которая напоминала её мать, но, заметив среди людей отца, она помедлила, а потом резко рванула к нему. Девочка обвила ноги отца руками и подняла голову вверх.

— Ты нашёл маму?

Бетани не верила своим глазам, это была последняя капля, и женщина громко расплакалась, закрывая лицо руками. Глаза Нэль тоже наполнились слезами и отвернувшись, она бесшумно стала ронять слёзы на подушку.

— Хей, разве я не говорил, оставаться наверху, пока я не вернусь, — Андерс подхватил свою дочь на руки, и куда только смотрела Клык. Создатель, он полагается в воспитании ребёнка на собаку, отлично. — Мама, дорогая, понимаешь, — как он может объяснить ребёнку, что её мать уже никогда не вернётся?

— Где мама? — голос прозвучал настойчивее, и он услышал в нём нотки зарождающихся слёз.

— Прости, детка, но мама не придёт, — он ужасный отец, как можно вот так вывалить на неё такую новость.

— Нет придёт! Где она? Папа! Где мама? — он видел как на её глаза навернулись слёзы. — Где мама? Мама! — она сорвалась на крик, и остальные пациенты, кто был в состоянии, поднялись, смотря на развернувшуюся прямо рядом с ними сцену.

— Тише, дорогая, давай вернёмся в комнату, тебе нужно поспать, — Андерс старался укачать ребёнка и пошёл в сторону дверей ведущих наверх.

— Стой, — Варрик поднялся, — переночуйте у меня, я видел где ты там устроился, это не место для ребёнка.

Андерс с благодарностью посмотрел на гнома и кивнул. Маг никак не мог в полной мере осознать, что произошло и просто позволил Варрику себя вести куда-то, не задавая лишних вопросов.

Фенрис отвёл Бетани в их комнату, а Нэль осталась одна. Девушка бесшумно глотала слёзы. Ей как никогда сильно захотелось погибнуть на Конклаве, а не остаться чудом в живых.

*моя душа

Глава 40. Чувства

Дориан пришёл в лазарет рано утром, ещё до того, как солдаты Каллена начали тренировку. Этой ночью, как и несколько предыдущих он почти не спал, но и вернуться в импровизированную клинику не решался. Внутренний голосок подсказывал ему, что сейчас там и без него достаточно народу, но проснувшись с первыми лучами солнца, маг не задумываясь поднялся и даже забыв уложить волосы направился в сторону лазарета.

Ллараинэль не было на своём вчерашнем месте. Это встревожило Дориана, Бык ушел вместе с остальными, да и судя по её цвету лица, никто бы не стал трогать её до утра без сильной необходимости. В крепости не было переполоха, никто не бегал от советника к советнику, создавая шум, поэтому можно было сделать вывод — ничего не произошло. Маг посмотрел на одного из мужчин, который лежал рядом с койкой Вестницы, он уже пришёл в себя.

— Вы не подскажите, Инквизитора давно перенесли? — как можно осторожнее спросил Дориан.

— Унесли? Парень, да она сама ушла, совсем недавно, можешь подать мне вон ту зелёную склянку, а то видимо после ночных разборок целители уснули, — маг передал мужчине зелье, — ага, спасибо, прально говорят, не такой уж ты и страшный, хоть и тевинтерец. Не, не подумай, у меня нет там никаких перед.предер…в общем, главное что нормальный, а кто ты там — эльф, гном, кунари, мне плевать.

Дориан искренне удивился этой странной исповеди от неизвестного ему мужчине, но поблагодарил его и пожелал скорейшего выздоровления. Маг чувствовал, как где-то внутри разгорелся огонёк негодования и раздражения, нет, он не будет её искать в таком состоянии. Раз она смогла встать и идти самостоятельно, то в нём не нуждается. Перед глазами неожиданно предстал разрыв и минуты ожидания, когда вслед за ними не появилась отставшая тройка. Никогда время не текло так медленно, как в тот момент. Дориан не слышал криков и чьих-то вопросов, он просто застыл смотря на разрыв и впервые в своей жизни молился всем известным ему богам. Он почувствовал, как рука Соласа легла на плечу и эльф что-то говорил ему практически в лицо, но мужчине было так наплевать на другого мага и его претензии, что он попросту отмахнулся и сделал шаг вперёд. Словно это могло помочь Инквизитору появиться из разрыва быстрее. А если она не успела? Если Кошмар настиг их там и убил?

Дориан не думал о мире, который мог погибнуть без Якоря, заключавшегося в руке Вестницы, не думал о возможной победе Корифея. Он думал лишь о том, как сильно ненавидит эту светловолосую эльфийку, которая умудрилась подобраться слишком близко к нему. В голове звучал её голос доносившийся из того самого вечера, когда она впервые начала рассказывать о похищенных эльфятах* и своих провалах в памяти.

«Мне трудно удаётся понять ваш образ жизни и ваши войны, но я поняла одно — ваша история строится на неправильно представлении, кто-то переписал её, умело подстроив под себя».

Дориана жгло изнутри. Интерес и любопытство шло наравне с каким-то непонятным ему чувством, которое выводило из себя, заставляло постоянно оборачиваться и смотреть идёт ли Инквизитор рядом. Словно от её присутствия зависело слишком многое в его жизни.

Маг отправился прямо в библиотеку, надеясь, что книги помогут ему привести свои мысли в порядок. В Главном Зале Дориан неожиданно наткнулся на Соласа, похоже маг был не в себе, что-то говорил под нос и нёс тарелку с едой в сторону своего кабинета, не замечая тевинтерца, что было весьма странно. Обычно эльф не терял возможности окинуть его презрительным взглядом.

Около камина в углу сидел не Варрик, а неизвестный Дориану мужчина с плохо выбритым лицом, рядом с ним умостился Коул и что-то тихо говорил. Одёрнув себя, маг отвёл взгляд от странной парочки и стремительным шагом скрылся за дверями.

***

Ллараинэль смотрела со своего балкона, выходящего на горы, как медленно зарождается заря. Её поглотило странное отрешенность и спокойствие, валласлин перестал зудить и жечь кожу, а боль от метки сошла на нет, осталась только боль от раны в животе, но и та была приглушена выпитым зельем. Нэль видела перед собой не горный перевал и снег, а речной путь, проходящий по краю деревни, через него обычно шли небольшие судна, приходящие со стороны большого озера, где добывали рыбу. Эльфийка редко ходила туда, обычно там устраивали небольшие гуляния или праздники, а дети любили купаться, но она предпочитала небольшую речушку по другую сторону судоходной, там Алларос научил её плавать.

Нэль сидела на одном из мостов тянущихся между деревьями над рекой и жевала только что купленную булочку. Проходящие мимо женщины посмеивались над ней и советовали быть осторожней. Совсем недавно её обвинили в поджоге, но после принятия девочкой валласлина озлобленность постепенно утихла, по большей части благодаря Алларосу и его сестре, которые вступились за неё.

Её сородичи не были злыми, но всё же дальше формальных приветствий и небольших комментариев дело не шло. Радовало одно — они перестали обходить её по большой дуге и прятать детей, только заметив её силуэт на улице. Постепенно страхи притуплялись, а стараниями семьи Лавеллан развеивались и многие другие мифы окружающие её. Нэль никогда не спрашивала у матери кто её отец и никогда не задавалась вопросом, почему они совершенно не похожи. Сестра унаследовала яркие огненные волосы и изумрудные глаза от Таурэтари, а вот Ллараинэль была во всём другой, даже ростом не вышла. Порой ей казалось, что она и вовсе приёмная, но мать никогда не говорила с ней об этом, а Нэль не хотела рушить этот зыбкий семейный мир.

— Aneth ara**, — Алларос возник из ниоткуда, беззвучно скользнул ногами через прутья и сел рядом. — Пошли на озеро, сегодня день рождение Риру.

— Din, ma serannas, *** — Нэль качнула головой, и часть волос упала с плеча, закрывая её лицо от друга.

Алларос какое-то время сидел рядом молча и не пытался уговорить её изменить своё решение. За это он ей и нравился, парень хорошо чувствовал, когда не стоит давить.

— Говорят, Хранительница впервые за все эти годы открыла Храм. Это правда? — парень не удержался и заправил прядь волос эльфийке за ухо, чтобы увидеть её выражение лица.

— Да, у неё было видение, — Нэль откусила от булочки и стала медленно жевать. — Что-то случилось во внешнем мире и духи пришли к ней с новостью. Сказали, кто-то нашёл один из ключей и открыл дверь, и она решила проверить нашу.

— Значит, эванурис нашли способ вернуться? — парень заглянул ей в лицо, чуть склоняя голову.

Нэль пожала плечами. Кто знает, что произошло и какая из дверей открылась. Сферы могли открыть путь куда угодно, не только к своим бывшим хозяевам, но и просто в их обители, выпуская в мир часть той магии, что была в них заточена.

— Ты их боишься? — Ллараинэль встретилась взглядом со стального цвета глазами Аллароса.

Парень покачал головой. Они почитали их за те многие вещи, которые они успели им дать, но учинённая ими война навсегда перевесила чашу весов и большая часть пантеона ассоциировалась скорее с теми, кому лучше никогда не возвращаться в этот мир. Но вот Эльгарнана, Митал и Джун всё ещё почитали в их деревне и даже наносили валласлин посвящённый этим богам.

— Мне кажется, скоро должно что-то произойти, — Ллараинэль смяла обёртку от булочки и бросила её в реку. — И мне это не нравится.

— Не беспокойся, я учусь для того, чтобы это не стало для нас неожиданностью, — Алларос поднялся. — Пошли сходим посмотрим на Храм.

Ллараинэль кивнула и поднялась вслед за другом. Они бежали по помостам, иногда не утруждая себя обходным путём, они просто спрыгивали сверху на нижние ярусы, чем вызывали вскрики и лёгкую ругань сквозь смех. Рядом с Алларосом девочка чувствовала себя свободной и абсолютно спокойной, словно ничего вокруг и не происходит, и они будут вот так прыгать по верхним улочками всю свою жизнь. Прятаться от стражников и купаться в быстрой речке.

Но им пришлось повзрослеть. Аллароса забрали на обучение в элитный отряд Охотников, который должен был следить за внешними границами и проверять, чтобы люди не забредали на их территории — он должен был стать шпионом. Нэль вновь осталась одна и она даже представить себе не могла, что тот их разговор будет последним нормальным разговором перед случившимися событиями.

***

Ллараинэль услышала тихий стук и последовавшие за ним тихие шаги. Девушка развернулась и увидел пересекающего комнату Соласа, мужчина едва заметно улыбался, но в его глазах виднелась тревога.

— Ты должна быть в лазарете, — его голос нарушил царящую в комнате тишину. — Ты вновь чудом спаслась и уже на ногах. Этот мир не заслуживает тебя.

Нэль печально улыбнулась и опёрлась спиной о перила балкона.

— Он заслуживает кого-нибудь получше, — в этом высказывании Нэль была абсолютно уверена.

— Ты недооцениваешь себя, — маг подошёл совсем близко и встал напротив девушки. — Кажется, ты стала выше.

Ллараинэль непроизвольно рассмеялась от такой резкой перемены темы. Она посмотрела прямо перед собой и прочертила невидимую линию над своей головой, которая теперь и правда доходила не до середины груди, а немного выше, правда не так сильно как хотелось бы, но уже прогресс.

— И правда, теперь могу смело попросить заменить эти вещи, что ношу в Скайхолде, на что-то более эльфийское, — Нэль подняла свой взгляд на лицо Соласа.

— Ты могла сделать это и раньше, — его голос был мягким и немного отстранённым, словно мужчина собирался что-то сказать, но никак не решался. — Мне бы так хотелось разузнать о твоей жизни в деревне побольше, о том как вы ведёте жизнь.

— Для этого тебе пришлось бы сопроводить меня обратно в клан, вот же прицепилось слово от долийцев, — девушка усмехнулась.

Почему-то это утро было таким умиротворяющим, несмотря на почти бессонную ночь и тот ужасный разговор. У неё перед глазами всё стояла картина, как целитель прижимал к себе плачущего ребёнка. Но сейчас она не чувствовала ничего кроме спокойствия и легкости, словно все эти невзгоды произошли не с ней, а она лишь незримый наблюдатель со стороны.

— Это предложение? — сегодня всё было не так, как прежде, и даже присутствие Соласа казалось более естественным и желанным, хотя обещание накормить её вкусным сыром от Дориана, никак не хотело уходить из памяти. — Мне бы не хотелось давить, я и сам ни в чем не уверен. Кроме одного, что мне бы больше никогда не хотелось видеть, как ты падаешь в бездну, ma vhenan, — последние слова сорвались с языка эльфа против его воли, и всё же он произнёс их.

Щёки Ллараинэль запылали, а в голову начали лезть совершенно ненужные комментарии одного тевинтерского мага, который никогда не посмотрит в её сторону так, как ей бы хотелось.

— Ты ещё совсем ребёнок, но делаешь столько всего для этого чуждого для тебя мира, и мне остаётся лишь восхищаться тем, как мудро ты делаешь выбор и как стойко переносишь все удары, — Солас вздохнул. — Мне бы не хотелось становиться помехой на пути к столь важной цели и всё же я хочу остаться рядом с вами, Инквизитор, до самого конца.

Маг склонился, а Нэль не стала сопротивляться и, прикрыв глаза, почувствовала его мягкие губы на своих. Это разительно отличалось от того, что произошло в Тени. Она неосознанно приподнялась на носочки и уже зная, приоткрыла губы. Язык мужчины скользнул внутрь осторожно, но уже с явными нотками желания углубить поцелуй сильнее и грубее. Солас понимал, что не стоит пугать Нэль и старался делать всё мягко. Его руки притянули девушку ближе, приподнимая её над полом. Не находя другой опоры, эльфийка вцепилась в кофту мага руками, пытаясь разобраться во всех этих ощущениях, но ничего кроме лёгкого трепета и всё того же спокойствия, она словно и не могла почувствовать.

Ей всегда казалось, что первый поцелуй это нечто невообразимое и яркое, словно вспышка в небе. Видимо ожидание вызывает больше трепета, чем сам процесс и почувствовав, как маг отстраняется, вместо разочарования и желания продолжить, Нэль испытала только облегчение. Это было обидно. Ей нравился Солас, он умный, интересный, высокий и всегда готов прийти ей на помощь. Вот только…

Солас посмотрел на эльфийку, и ей казалось, что он внимательно изучает её выражение лица. Словно что-то поняв для себя маг отстранился.

— У меня есть подарок для тебя, но для этого нам придётся прогуляться. Организуй поход в Изумрудные могилы, место куда я хочу тебя отвести, находится неподалёку, — с этими словами эльф развернулся и уже было ушёл, но остановился в проёме. — Надеюсь, я смогу вызвать в вас, Инквизитор, ответные чувства после этого.

Какое-то время Ллараинэль стояла, глупо смотря в одну точку. Солнце уже совсем поднялось и длинная тень распростёрлась по полу комнаты. Вестница оторвалась от опоры и медленно зашагала в сторону своего рабочего стола, без Дориана бумажная работа длилась бесконечно и была непостижимо сложна, но сейчас ей нужно было чем-то занять себя, а идти к магу было не лучшей идеей.

Нэль достала из самого верхнего ящика небольшую книжечку. Обложка была выполнена из натуральной кожи, вокруг большой буквы Q**** расположились шесть камней — количество языков которые значились в словаре — обрамлённых обсидианом. Нэль осторожно нажала на золотой камень и открыла книжку. В ряд выстроилось множество слов на всеобщем языке, их транскрипция и перевод на эльфийский. Взяв наугад одно из писем, Инквизитор раскрыла его и стала делать пометки в переводе, читая каждое слово по слогам. Такими темпами работы у неё будет на ближайшее десятилетие, но сейчас это было к лучшему, помогало сосредоточиться.

В дверь раздался стук, но Нэль, поглощённая чтением, никак не отреагировала на это, послышались быстрые шаги нескольких пар ног и тихие перешёптывания.

— Ой, простите, мы думали вас нет, — Зои склонилась вместе со своим напарником перед Инквизитором.

— Всё в порядке, я работаю, спасибо за помощь тут, — кивнув и улыбнувшись слугам, Нэль вернулась к работе.

— Мы не помешаем? — вопрос задал парень, явно новенький, потому что обычно после подобных слов слуги приступали к работе без лишних вопросов Вестнице.

— Тсс, сказали тебе, работают, просто приберём, — Зои наступила парню на ногу, и виновато улыбнулась вновь поднявшей на вошедших взгляд, Ллараинэль. — Вы не завтракали? Принести?

— Да, если можно, — эльфийка кивнула и вернулась к бумагам.

Вокруг зашуршали тряпки, заплескалась вода, но делали они свою работу быстро и без лишнего шума, поэтому Нэль нисколечко не раздражало их присутствие. Скорее наоборот успокаивало и давало чувство ложной компании, будто она тут не одна и всё хорошо.

«Дрожайше (спросить значение у Дориана) прошу простить меня, что пишу вам личное сообщение с ложной (спросить) подписью, но надеюсь Вестница настолько добра, как о ней говорят.

Я прислал приглашение на бал, что состоится в Халамширале(название?) через несколько месяцев Вашим советникам, но мне бы хотелось договориться кое о чём лично с Вами, Инквизитор. До меня дошли кое-какие слухи из Вал Руайо, и если Вы согласитесь с моим предложением, то в следующий раз я приложу к письму одну посылку.

К сути, не соблаговолите ли вы (глупые люди со своими глупыми словами, спросить у Дориана), госпожа Инквизитор, пойти на этот бал в качестве моей спутницы?

В ожидании скорейшего(спр.) ответа,

Г.д.Ш».

Очень странное письмо от неизвестно кого, и девушка совершенно не знала, что с ним делать. Идти к Жозефине или Лелиане? Сначала стоило посетить Дориана, для расшифровки части непонятных слов и только после этого идти к своим советникам. Ллараинэль застонала и уронила голову на стол. Хорошо, что слуги уже ушли, иначе бы это встревожило их и они могли поднять ненужный переполох вокруг неё.

Лёгкая боль в районе живота ещё присутствовала, но Ллараинэль так не хотелось идти к целителям, поэтому осторожно встав из-за стола, девушка направилась прямиком в библиотеку.

***

— Фенрис, я знаю, что вы никогда не ладили с Андерсом, но прошу тебя, нам нельзя выдавать его присутствие, — Варрик встретился с недовольным взглядом эльфа, и выдохнув, выложил козырь, — подумай о Нэль, она ведь ребёнок и о Мариан тоже, не думаю, что ей бы хотелось оставить свою дочь одновременно без обоих родителей.

Было видно, как Фенрис сильнее сжал зубы, но кивнул, соглашаясь с высказыванием Варрика, хотя ему в первую очередь больше всего на свете хотелось вырвать этому магу сердце. Ребёнок не был ни в чем виноват, и Фенрис дал обещание Мариан ещё тогда у Церкви, что защитит их обеих и он это сделает, даже если сейчас придётся переступить через себя. Они не оставят Андерса одного с ребёнком. Эльф не забывал, что внутри мага помимо духа ещё струилась скверна, и никто из них не знает, как долго он ещё будет ей сопротивляться. Судя по всему, Стражу Командору Ферелдена это пока удаётся, она и все её подчинённые пьют то странное зелье, которое оттягивает неизбежное. Фенрис жалел о том, что они не успели спросить у Кейтлин его состава.

Варрик, наблюдавший за тем, как отображается на лице Фенриса трудная мыслительная деятельность, как он борется сам с собой, заметил как мимо его стола прошла Нэль и, улыбнувшись, помахала им рукой, он вернул улыбку и помахал в ответ. Только спустя мгновение до гнома дошло, что их чудом выжившая Вестница уже вовсю разгуливает по Скайхолду так, словно и не она вчера выглядела хуже трупов вылезающих из болот Бурой Трясины. Судя по хлопнувшей двери, Нэль направлялась к Дориану в библиотеку, хотя там ещё был Солас, но почему-то Варрик сначала подумал именно о тевинтерце.

Ллараинэль удивлённо посмотрела на пустующий зал, видимо Солас куда-то отлучился и, пожав плечами, легко взбежала на нужный этаж. На последней ступени, она пожалела, что решила таким образом впорхнуть в библиотеку. Живот моментально дал о себе знать, и тихо застонав, девушка скривилась, но продолжила свой путь к месту Дориана.

— Не то, и это что за чушь тут стоит на полках? Создатель, брату Дженетиви давно пора запретить писать, — маг отбрасывал книги одну за одной, они перелетали через его плечо и врезались то в колону, то преодолевая приличное расстояние с грохотом опускались на нижнем этаже.

— Похоже у тебя нет настроения сегодня, — маг вздрогнул и повернулся на знакомый голос.

Его брови моментально сошлись на переносице, когда он понял, кто стоит перед ним. Вестница собственной персоной спустилась из своих покоев, эльфийка, которая едва не умерла уже бегает по Скайхолду как ни в чем не бывало и смотрит на него такими раздражающе ясными и красивыми глазами. В них читалось удивление и доброта, она была похожа на котёнка, который не уверен правильно ли он делает. Ну и как скажите, он должен на неё злиться?

— Ты просто посмотри на эту подборку бесполезной макулатуры вместо книг? И это библиотека Инквизиции! — Дориан всплеснул руками и кинул в сторону очередную книгу.

Ллараинэль смотрела на мага с лёгкой улыбкой.

— Ты! Ты отправила меня вперёд и не появилась сама! — Дориан обещал себе, что сможет сдерживаться, но это далеко не первое обещание, которое он не смог сдержать. — Я думал это конец, понимаешь?! Что всё, нет больше этого чуда в перьях! Я думал, что ты таким образом… — маг не закончил, он сам не знал, что именно собирался сказать. Таким образом собирается ему отомстить? За что, между ними не было ничего, за что девушка могла бы на него обижаться, но всё же именно так он думал в тот момент. Мужчина потёр пальцами переносицу и поднял взгляд на Нэль.

Она выглядела ошарашенной и очень встревоженной и даже сделала один шаг назад, словно опасаясь его.

— Прости, — маг заставил себя вымученно улыбнуться, — я не хотел срываться. Если честно, я и сам не понимаю, с чего вдруг так взвился. Не обращай внимания, наверное это твоё слишком хорошее влияние на меня и я просто… Как ты? — тут до мага дошло, что она должна лежать если не в лазарете, то в своих покоях, а не ходить по Скайхолду так, словно это не её ранил Кошмар.

Нэль на какое-то короткое мгновение прикрыла глаза, вслушиваясь в свои ощущения, но ничего. Всё таже лёгкость и покой, что она чувствует с самого утра.

— Всё хорошо, я нормально, — она вновь вернула улыбку на губы, только робкую, нерешительную. — Это было странно. Тень, Кошмар и… Мне жаль, что Мариан осталась там. Мы были знакомы мало, но она хорошая, не могу объяснить, просто мне казалось, что мы с ней похожи или, — Нэль запнулась подбирая слова, Дориан не прерывал её, терпеливо ожидая, когда девушка соберётся с мыслями. После такого, наверное и ему было бы сложно говорить. — Она будто точно знала, что мне сказать.

Маг медленно кивнул.

— И всё же я рад, что она спасла тебя, — Дориан подошёл ближе, — и мне жаль, что тебе пришлось пережить столько всего.

Мужчина сделал ещё один широкий шаг и притянул Нэль к себе. Девушка моментально обвила его руками, прижимаясь сильнее и втягивая такой приятный аромат корицы и апельсинов. Ей хотелось остаться так навсегда, просто стоять и не шевелиться, ощущая, как чужое тепло и аромат окутывает её со всех сторон. Ллараинэль стоило больших усилий отстраниться и вновь улыбнуться магу.

— Спасибо, хоть ты и тевинтерец, но ты хороший друг, — Дориан вернул улыбку, но слово друг в этот раз слишком сильно резанул по слуху. — Поможешь с письмом? — Нэль выдернула из рукава сложенную бумагу.

Дориан рассмеялся.

— Я так и знал, что это твоё щенячье выражение лица означает — «Дориан я ничего не могу сделать без тебя, помоги пожалуйста», — к магу вернулась его привычная манера общения. — Так уже и быть, госпожа Инквизитор, я не в силах отказать вам в такой просьбе.

Они устроились в углу. Дориан тут же выдернул лист из рук Нэль и принялся вчитываться в содержимое, на самом последнем предложении он уже откровенно смеялся. Ллараинэль это несколько озадачило, но виду она не подавала, смирно ожидая вердикта мага.

— Гаспар приглашает вас в качестве своей спутницы на бал, — всё ещё смеясь произнёс Дориан.

— Это плохо? Мы же будем вместе? Другие мои спутники тоже будут, ты? — Нэль явно чего-то недопонимала.

— Ох, как вы наивны и чисты, Инквизитор!

— Прекрати меня так называть, ты же знаешь, мне не нравится, — девушка надула губы и сложила руки на груди.

— Ладно, прости, прости, — маг выдохнул успокаиваясь. — Спутница в этом контексте значит, что он хочет видеть тебя рядом с собой, как свою, — Дориан запнулся пытаясь подобрать корректное слово. — Слушай, даже я не знаю как это сказать. Ты ему понравилась, вернее он слышал, что ты хороша собой, и поэтому он хочет похвастаться перед народом, что такая девушка будет идти с ним под руку на такое важное мероприятие. И дело тут не только в том, что ты высокопоставленное лицо.

— Высоко…что? — кажется до Нэль стала доходить просьба Гаспара.

— В общем, не отдадим мы ему тебя, не бойся, пойдём сначала до Лелианы, а дальше видно будет.

Дориан встал и положил руку на пояс так, чтобы Нэль было удобно взять его под руку. Девушка одарила его нечитаемым взглядом, но всё же улыбнулась и решила поучаствовать в этом маленьком шоу под именем Дориан.

*даже если так не говорят, автору всё равно, мне нравится это слово, считаю его милым хд ** привет ***нет, спасибо ****quettaparma - словарь

Глава 41. Трудное решение

— Похоже, ситуация в Изумрудных могилах резко ухудшилась, помимо разрывов, туда хлынули Красные Храмовники, судя по докладу, они что-то ищут, — Лелиана учла просьбу Вестницы отправить её отряд в эту местность и видимо, это было не только из-за эгоистичной просьбы девушки.

Похоже, люди Корифея копаются во всех возможных направлениях, пришло донесение, которое вчера они читали с Дорианом, что в Свистящих пустошах заметили множество разбросанных лагерей Храмовников и туда отправили некий отряд Сестры Соловей. Вестница знала, что у Лелианы множество своих людей, но это, исходя из разговора, были особенные ребята, с ними за компанию пошли Быки, без своего предводителя.

— Подожди, Лелиана, я недавно предоставил отчёт о Священных равнинах, там вовсю разразились локальные сражения. Мы не можем оставить это без внимания, а ещё поступила информация о странных скоплениях мертвецов в укреплениях, — Каллен сдвинул брови, явно готовый отстаивать свою точку зрения.

После упоминания мертвецов Нэль вздрогнула всем телом и теперь вдвойне не желала отправляться в это странное место, которое некогда было отдано эльфам, а после уничтожено людьми.

— Не думаю, что нам стоит сейчас влезать в открытую в их противостояние, — вмешалась Жозефина. — Мы можем послать несколько отрядов, разведать местность и сделать нужные изыскания, и только потом посылать туда госпожу Инквизитора.

Ллараинэль всеми фибрами души была за такой исход, да и просьба Соласа не выходила из головы, сколько бы она ни пыталась за вчерашний день выведать у эльфа о странном подарке, тот упрямо молчал и загадочно улыбался. Это раздражало и интриговало.

— Думаю, на сегодня закончим, вы сильно побледнели, да и прошло всего ничего с момента вашего чудесного выздоровления, пока ещё рано идти в бой, — Жозефина мягко улыбнулась девушке, которая и правда чувствовала себя не очень хорошо сегодня. Вернулась лёгкая тошнота и головокружение. Нужно было вновь обратиться к тому целителю, в глаза которого она просто не могла посмотреть после случившегося.

У самого выхода из зала девушку схватили под руки Жозефина и Лелиана и, ничего не говоря, потащили эльфийку в кабинет госпожи Монтилье. Каллен прошёл мимо, одарив их нечитаемым взглядом, и продолжил свой путь.

— Мы не отнимем у вас много времени, Инквизитор, — начала извиняющимся тоном Жозефина.

— Но нам нужно проконсультировать вас о предстоящем бале, — подхватила Лелиана.

Иногда Нэль казалось, что между этими двумя нечто большее чем просто старая дружба, слишком уж хорошо они друг друга понимали и даже могли разговаривать подобным образом.

— Что случилось? — осторожно спросила Нэль, присаживаясь на одно из кресел.

Лелиана бросила взгляд на Жозефину, та еле заметно кивнула.

— Мы обдумали то странное предложение Гаспара, и считаем, что это может сыграть нам на руку, — Лелиана сложила руки за спиной, и стала медленно прохаживаться перед застывшей Нэль.

— На следующей неделе мы будем заказывать для всех наряды к балу, мы остановились на красном цвете для всех спутников и советников, — Жозефина села на край другого кресла, стараясь оказаться как можно ближе к эльфийке.

— Хорошо, но не очень люблю красный, — у Нэль этот цвет ассоциировался только с пламенем и кровью, ничего приятного.

— Тогда вам понравится наше предложение, для вас мы хотим выбрать другой наряд, чтобы выделить вашу значимость, и чтобы вы уместно смотрелись рядом с Гаспаром, — Лелиана улыбнулась, и эта улыбка не понравилась эльфийке.

— И что это есть? — Ллараинэль стало не по себе от блеска в глазах этих женщин, до такой степени, что всеобщий язык опять стал казаться непостижимой тарабарщиной.

— Когда вы вернётесь с Изумрудных Могил, сделаем первую примерку, скажу только, что это будет нечто потрясающее! — в глазах Жозефины было столько энтузиазма, словно она была маленькой девочкой, получившей игрушку, которую всегда хотела. — Вечером к вам заглянет портной и снимет мерки, поэтому прошу вас быть на месте после ужина.

После этих слов женщины отпустили Ллараинэль. Она чувствовала, как к тошноте от ранения прибавляется ещё головокружение от нервов. Ей совершенно не улыбалось идти на этот бал под руку с каким-то незнакомым мужчиной, кокетничать с этими странными людьми и вести игры. Игра. Дориан осторожно начал объяснять ей нюансы этой забавы аристократов ещё пару месяцев назад, но судя по предостережениям Лелианы, к этому вопросу они ещё вернутся. Может, не возвращаться из похода? Вроде от Изумрудных Могил не так далеко до Священных Равнин, да и мертвецы не очень уж страшные если подумать. Компания неживых существ представляла собой намного более приятное общество, чем эти непонятные шемлены с их играми.

В Главном зале, рядом с камином расположился Варрик, около него сидел тот самый белокурый ребёнок и мабари. Похоже, гном что-то рассказывал девочке, потому что она слушала его открыв рот и, кажется, забывая дышать. Нэль понимала её чувства, когда Варрик впервые стал читать ей свои рассказы, она чувствовала примерно тоже самое, как где-то в груди перехватывало дыхание, и хотелось слушать дальше и дальше. И у этого ребёнка она отняла мать. В животе резко резануло и, не сдержав болезненного вскрика, Нэль повалилась вбок, левой рукой пытаясь найти несуществующую опору, перед глазами потемнело, а в голове зазвучали страшные голоса: «это твоя вина, твоя вина, всё это твоя вина, ты убила всех этих людей, всех до одного, они страдают из-за тебя».

«Ты ведь понимаешь, что на самом деле этот пожар начала ты?» — чей это голос?

«Нет! Это была случайность, я этого не желала!» — Нэль хотелось кричать в ответ, но из горла шёл один лишь хрип.

«Не слушай их, просто дыши, скоро они уйдут», — этот голос был другим, смутно знакомым и далёким.

— Златичка, ты как? Идти можешь? — Варрик. — Чего встали, давайте помогите Инквизитору! Я сам её не донесу!

Мир вновь появился перед глазами, даже чётче чем прежде и громче. Вокруг шептались, кто-то громко ахал, а мабари залился в гулком лае, кажется детский голос пытался его успокоить.

— Я хорошо, могу сама, — но даже после этих слов Варрик не отпустил девушку, осторожно ведя её в сторону выхода из зала.

Послышался хлопок двери со стороны выхода в сад и чьи-то гулкие шаги, направляющиеся прямо к медленно бредущей в сторону выхода паре.

— Что случилось? Госпожа Инквизитор, вам плохо? — это был голос Каллена и его сильные руки, моментально перенявшие её у гнома.

— Что произошло? — Дориан.

Мир перед глазами пылал яркими красками, от нахлынувших чувств сдавило грудь, все звуки были громкими и отчётливыми, а прикосновения обжигающими. Нэль закрыла глаза и уткнулась носом в плечо командора, который впервые за долгое время был без своей меховой накидки.

Ллараинэль слышала, как гулко стучит сердце мужчины, и это было на удивление приятно, этот мерный стук успокоил взбесившиеся нервы, и мир стал возвращаться в привычное русло. Звуки притихли, руки командора не жгли кожу сквозь одежду. Приоткрыв глаза, Нэль отметила, что и цвета мира потухли, став привычно чуть смазанными и мягкими, без ярких пятен.

— Что?.. — голос того самого целителя.

— Она упала в зале, посмотришь её? — говорил Варрик.

Каллен осторожно опустил свою ношу на одну из свободных коек и замер, не в силах разогнуться. Нэль сама не заметила, когда успела вцепиться пальцами в его рубаху, но отпускать было отчего-то очень страшно, мир стал привычно блёклым и при этом непостижимо враждебным. Эльфийке казалось, что её пальцы одеревенели, мужчина помог ей расцепить хватку и аккуратно положил её руку.

Перед глазами появился Андерс, он потёр руки разогревая ладони и призывая духовную магию. Появилось слабое голубое свечение и маг начал водить руками над животом эльфийки.

— Всё в порядке, рана почти зажила, а на яд дажё намёка нет, — свечение погасло. — Не возражаете?

Маг взял край кофты Вестницы. Она покачала головой, давая разрешение магу обнажить свой живот, но тут же её взгляд метнулся в сторону застывших около дверей мужчин, те переглянулись между собой и покинули и без того тесный лазарет.

— Я справлюсь, Бет, не отвлекайся, — мужчина улыбался, хотя эту улыбку сложно было назвать счастливой. — Не хочу хвастаться, но после моего лечения не останется даже шрама, — голос мага был мягким и успокаивающим, мелкие морщинки вокруг глаз собирались из-за лёгкой, не покидающей его лицо улыбки. — Если желаете, Инквизитор, я уберу ещё и старый шрам, вот этот, — Андерс провёл холодными пальцами по давно зажившей ране.

Дориан предлагал ей избавиться от этого «украшения» ещё в Убежище, но тогда Нэль опасалась магов. Сейчас ситуация кардинально изменилась, да и этот выпуклый большой шрам нисколько не придавал ей какой-либо значимости, только уродовал.

— Можно просто — Нэль, — глаза мужчины распахнулись от удивления. — Знаю, ваша дочь имеет имя моё.

— Андерс. Мне точно «выкать» не нужно, я этого заслужил в последнюю очередь, — если честно мага несколько удивляло, что после встречи с Варриком, госпожа Инквизитор не послала его на плаху, хотя должна была бы.

Где-то в глубине вновь закопошился Справедливость, но в этот раз он не устраивал в голове мага хаос, только что-то ворчал и едва слышно гудел. Слышать голос духа было куда приятнее Зова и скверны в целом, поэтому Андерс был даже не против его пробуждения. Магу рассказали о Якоре, и теперь он понимал, почему духа так тянуло к этой девочке, а то в первый раз он сильно испугался за своё ментальное состояние после таких выпадов со стороны Справедливости.

— Скажи, почему не осуждаешь меня, ты же знаешь, что я сделал? — Андерс присел на край койки, которая подозрительно скрипнула в ответ на это действие, Нэль сделала пометку в голове об обновлении мебели в лазарете.

— В общих чертах от Варрика, но всего не знаю, я плохо понимаю шемленский мир и ваши войны, — Ллараинэль прикрыла глаза и глубоко вздохнула, успокаивая подступившую тошноту. Рука мага тут же засветилась и он провёл ей сначала над животом, после чего положил прохладную ладонь на лоб. — Мне важен только Корифей и разрывы.

— Я бы не хотел, чтобы моя дочь осталась сразу же без обоих родителей, но понимаю, что помилования я не заслуживаю, — Андерс говорил тихо, еле шевеля губами. — И приму любое ваше решение, думаю вам стоит рассказать обо мне своим советникам.

Ллараинэль неверящим взглядом смотрела в медовые глаза. Как он мог предлагать нечто подобное?

— Если этого не сделаете вы, я сделаю сам, — маг знал чем продиктовано его эгоистичное желание сдаться.

Мариан. Она всегда говорила, что они ужасные родители, просто отвратительные. Они видят только друг друга. Он хотел этой казни, чтобы избавиться от боли, чтобы прекратить это страдание.

— Как всегда эгоистичен, да? — голос Фенриса послышался позади, маг вздрогнул, ему казалось, что в помещении помимо раненых только Бетани. — Это её способ наказать тебя.

Глаза Андерса распахнулись в них читался ужас.

***

— Это ведь был он? — вопрос слетел с губ командора, сразу же как компания вышла из лазарета.

— Да, но сразу, Кудряш, прошу не начинай скандала, если Кассандра узнает, она выйдет из себя и убьет его! — Варрик умоляюще взглянул на Каллена, мужчина устало прикрыл глаза и потёр переносицу.

— Кассандра узнает что? — голос женщины прозвучал слишком близко, и гном грязно выругался на своём языке.

***

— Это лазарет, не устраивайте вновь сцены! — Бетани встала между мужчинами, которые вновь схватились за оружие. — Хочется подраться, вышли, там как раз рядом тренировочная площадка, — в голосе женщины слышалась неприкрытая угроза.

Ничего и никогда не идёт как задумываешь. Ллараинэль поняла это с самого своего первого дня в Инквизиции, когда после утомительного пути из деревни очнулась на грязном полу в цепях. Только она подумала, что может сначала поговорить со всеми, кто готов рассказать ей подробности начала войны, и после этого решить, что делать со спасшим её целителем, как дверь в лазарет распахнулась, и на пороге показалась Искательница.

— Какого демона?! — взревела Кассандра увидев Андерса. — Ты! Ты ублюдок, который взорвал Церковь! Как вы могли скрывать его! Его нужно казнить немедленно!

Началось.

Ллараинэль поднялась, благодаря магу боль в животе и голове отступила совсем, а вот метка предательски запульсировала. Вновь никто не спрашивал её мнения, и судя по выражению лица собравшихся за спиной Кассандры, все позабыли, что Инквизитор тоже в лазарете. Каллен положил руку женщине на плечо, и попытался успокоить её, но она лишь стряхнула его руку и зарычала, выкрикивая оскорбления в сторону целителя.

Каллен тоже был не рад встретить человека, из-за которого началась эта бесконечная война между двумя фракциями, но Мари умудрилась повлиять на него точно также как и на большую часть Киркволла, включая осевших там кунари. Он уже тогда начал сомневаться в правильности установленной системы и по этой причине покинул Орден, потому что его убеждения и страхи были осторожно разобраны по полкам одной черноволосой женщиной, сгинувшей в Тени. Командор удивлялся этой её особенности пошатнуть веру каждого без особых усилий, ещё тогда в городе. Именно она оттягивала войну с кунари, а после большая часть из них так и осталась в Кирковолле.

— Хватит, — Ллараинэль опустила ноги на пол и окончательно встала с койки. — Спешу напомнить, что подобные решения принимаю тут я.

— Но Инквизитор! Вы не знаете всего, что натворил этот ублюдок! — к большому облегчению остальных, Кассандра прониклась уважением к их новому лидеру и, даже при всей своей ненависти к магу, опустила меч.

— Так расскажите мне, — Варрика продолжал удивлять этот низкий голос, так несоответствующий маленькой эльфийке, перед глазами возник образ Мерриль и её звонкого девчачьего голоска. — Подобные вещи, мы не будем обсуждать здесь. Собрание назначается на после обеда, общий сбор. Вы тоже, — Нэль кивнула в сторону застывшей тройки бывших спутников Защитницы.

***

Ллараинэль просто шагала вперёд, туда, где её никто не сможет найти. Мост и ворота остались позади, а она продолжила идти. Её нисколько не заботило, идут ли за ней по следу люди Сестры Соловей или кто-то из спутников, ей просто нужно было пройтись в мнимом одиночестве. Внизу по склону горели огни, похоже, множество людей пришло к стенам Скайхолда в поисках убежища. Нэль замерла лишь на мгновение, но тут же продолжила свой путь, сильнее закутываясь в свой любимый походный плащ. Звук доспеха послышался позади, значит кого-то отправили следом. Этого следовало ожидать. Пусть сейчас светило яркое солнце и девушке ничего не могло угрожать в такой близости от собственной крепости, и всё же Инквизитора не могли оставить одного.

Нэль спустилась вниз, к водопаду и села на один из уступов. Порывшись в сумке, выудила из неё рисовые шарики, завёрнутые в листья и пару яблок. Тяжелые шаги стихли на какое-то мгновение, и вновь возобновились.

— Я просто хочу подумать, не уйду далеко, отсюда даже видно меня и Скайхолд, — Нэль расправила холщовую ткань на коленях и разложила на ней небольшие пожитки, словно устроила здесь пикник.

— Мне жаль, что я нарушил ваше уединение, но то с каким выражением лица вы ушли, госпож… — Каллен наткнулся на недовольный взгляд девушки, который она бросила через плечо. — Ты ушла. Мы…я беспокоюсь о тебе.

— Потому что без меня нельзя закрыть разрывы? — Нэль отвернулась и принялась за еду.

— Нет, — голос мужчины звучал приглушённо, — потому что ты…это ты. — Ллараинэль вновь обернулась на стоящего позади неё мужчину, что-то решив для себя она похлопала по месту рядом с собой.

Каллен кивнул и сел на предложенное место, Нэль поделилась своими припасами, и какое-то время они молча ели. Где-то вдалеке слышались голоса беженцев и солдат, которые помогали им устроиться.

— Никогда не думала, что правда могу сделать что-то полезное, — Нэль глубоко вздохнула и зажмурилась, поднимая лицо к солнцу. — Я рада, что ты пошёл. Расскажи свою версию событий.

Глаза цвета отполированного золота посмотрели прямо на мужчину. Каллен не выдержал этого взгляда и отвернулся. Было сложно говорить о Киркволле, о том что происходило прямо под его носом, о том как сходила с ума Мередит под влиянием красного лириума. Все тогда словно ослепли, ходили по кругу как котята и не придавали значение назревающим проблемам. Сначала нападение кунари, которое остановили не обученные воины-храмовники и Стража, а одна женщина, симпатизирующая Аришоку. Маг крови в качестве главного чародея Орсино, который вёл переписки с сомнительными личностями, а после и вовсе попытался убить всех на своём пути. Каллен помнил, как прямо перед его носом захлопнулась клетка, отрезающая отряд Храмовников от спутников Защитницы. Тогда они отступили, Каллен силился найти Мередит, которая как сквозь землю провалилась.

— В Церкви были невинные? — Нэль повернулась Каллену и теперь не спускала глаз с его профиля.

— Внутри были служители Церкви и Храмовники, — мужчина глубоко выдохнул. — Самым ужасным является то, что Эльтина, которую почитали как одну из самых справедливых и добрых женщин закрывала глаза на конфликт между магами и храмовниками не просто так. Не хочу преуменьшать её значимость, она действительно была хорошей женщиной, но подробнее тебе расскажет Лелиана. Если кратко, у неё были договорённости с Мередит и Орсино о судьбе такого большого количества усмирённых.

Ллараинэль выгнула бровь и чуть склонила голову. Каллен не переставал удивляться этой резкой перемене, иногда она выглядела как настоящий Инквизитор, как в лазарете отдавая приказ, а порой как девчонка, коей она и являлась.

— Мариан никому не рассказывала до самого конца, я узнал уже перед самым последним сражением, когда она просто выкрикивала эти обвинения в лицо Мередит, — мужчина вновь прикрыл глаза. — У неё были доказательства и не было времени, если бы Андерс не взорвал тогда Церковь, то всё могло сложиться иначе.

— Не могло, — голос Фенриса заставил обоих вздрогнуть и поднять глаза. — Мариан не была уверена, что сможет найти, кому отправить подобные донесения, ей бы понадобились годы, чтобы пройти через все тернии и донести правду одного единственного города, а сколько таких по всему Тедасу, если не считать территории Тевинтера и Кунари. В тот момент никто не собирался организовывать Инквизицию, а об Искателях и знать не знали.

— Мне казалось, ты всегда был на стороне Храмовников? — Каллен усмехнулся.

— Я просто говорю, что было, — Фенрис пожал плечами. — Я был одним из немногих, кто знал что делает Мариан, так как помогал ей в этом. Себастьян не просто так остался с нами, даже не смотря на то, что Андерса оставили в живых. Мари умеет убеждать. А теперь пошли, все уже собрались.

***

— Командор, не думал, что вы заинтересованы в ком-то насколько младше вас, — усмехнулся Дориан, когда в Ставку командования вошла Нэль в сопровождении Каллена и Фенриса.

— Дориан, не начинай, — прервала его Вестница, мага это несказанно удивило.

— О, ясно, сегодня все такие серьёзные, — он покачал головой.

— Я нет, — Сэра примостила стул рядом с магом.

— Я тоже, — позади них сел Бык, и наклонился вперёд кладя свои руки на их плечи, словно собираясь обнять.

— Ещё бы, вы пьёте уже с самого утра, — Дориана закатил глаза и скинул руку Быка со своего обнажённого плеча, в последнее время мага стало это раздражать даже больше обычного.

Ллараинэль заметила, что в этот раз собравшиеся принесли стулья, она совершенно ничего не имела против, учитывая, что оставалось ещё несколько свободных стульев, один из которых явно предназначался ей. Нэль обошла стол с картой и встала лицом к присутствующим. Впервые за всё время проведения собраний она не чувствовала себя лишней, не было даже волнения. Она встала, чуть расставив ноги и сложив руки на груди. Каллен смотрел на такую перемену и не мог сдержать улыбки. Вестница росла и становилась всё увереннее в себе, но продолжала придерживаться своих принципов, не поддаваясь влиянию окружающих.

— Думаю, уже все знают, что я пришла издалека и мне неизвестны многие моменты, которые повлияли на, — Нэль запнулась, такое хорошее начало, но слово просто выскользнуло из голов и она никак не могла подобрать другое, — создание Инквизиции.

Все стали кивать, а Жозефина стала делать какие-то пометки в своём листе, Нэль это немного нервировало.

— Кое-чем со мной уже поделились некоторые люди, теперь мне хотелось услышать версии других участников событий, тех, кто был напрямую к этому причастен, — взгляд эльфийки прошёлся по спутникам Защитницы, — и тех, кто, — ужасный всеобщий язык, — тех кто что-то знал со стороны.

Она никогда не выучить этот сложный язык в совершенстве.

— Даже я? — Дориан поднял руку, — Тевинтер к восстанию в кругах был не причастен вовсе.

Несмотря на высказывание мага, девушка кивнула.

— Сегодня от этого зависит жизнь человека и судьба его ребёнка, — Андерс вжался в стул, опустив голову.

Целитель никак не мог избавиться от слов Фенриса — «это её способ наказать тебя». Самое страшное было в том, что Андерс был уверен, что этот проклятый эльф прав. Она могла не уходить тогда из дома или могли уйти вместе, но Мариан выбрала самый жестокий из путей — оставила его с ребёнком и домом полным животных, которых он просто не мог покинуть и сгинуть на Глубинных тропах, как и все Серые Стражи. Или он слишком плохого о ней мнения? Андерс не знал. Он устал и запутался. Ему просто хотелось последовать за ней не думая ни о чем, но он не мог себе этого позволить. Наказание.

Первой вышла Бетани. Её рассказ был долгим и полным мелких деталей, которых в книге Варрика было не найти. Об их с Андерсом подпольной деятельности по выведению магов из круга и передаче их доверенным лицам, чьих имён женщина называть не стала. О всех бесчинствах творившихся по отношению к таким как она в Киркволле и чуде, которое отводило отряды Храмовников от клиники, пока отряд сестры был на Глубинных Тропах.

— И никто ничего не делал, а как же Владычица Церкви? — Кассандра не выдержала первой.

Бетани горько усмехнулась и покачала головой. После неё поднялся Фенрис, его рассказ был более кратким, он как и Мариан мало что знал о деятельности Бетани и Андерса, их они в свои планы не посвящали, лишь иногда просили подсобить.

— Есть одна вещь, о которой вам не расскажет никто из присутствующих, — взгляд Фенриса сначала встретился со взглядом Искательницы, но тут же переключился на Инквизитора. — Владычица Церкви не просто так закрывала глаза на деятельность Мередит и не посылала доносов Верховной Жрице. Андерс был на удивление прав в своих наблюдениях, что с каждым днём усмирённых становилось больше, но потом каким-то образом они исчезали. Мередит, Орсино, Эльтина — цепочку можно продолжать, она весьма длинная. Они продавали усмирённых тем, кто готов был за них платить — антиванцам в бордели, тевинтерцам — в рабство.

— Почему ты решил, что Владычица Церкви была к этому причастна? — Кассандра встала, ей не хотелось слушать подобные бредни.

— Сядь, — это был голос Сестры Соловей. — Я виделась с Защитницей однажды в Киркволле, и она попросила меня об одной услуге, найти кое-какие документы и счетные книги.

Варрик и Бетани переводили взгляд с эльфа на Лелиану. Никто из них даже не представлял, в какие дела залезла Мариан, чтобы выяснить всю правду и понять, отчего Мередит настолько смело устанавливает свои жестокие порядки. Андерса пробила дрожь. Создатель, всё это время, начиная с его самой первой просьбы о помощи в Катакомбах, Мари начала раскапывать какую-то информацию.

— Все эти бумаги лежат в надёжном месте, и, если нужно, я их предоставлю совету Инквизиции, — Андерс никогда бы не подумал, что эльф встанет на его защиту.

Сколько раз у них едва не доходило до драки, когда дело касалось споров о правах магов. Их разнимали остальные, но очаги возникали вновь, и это не помешало Фенрису вместо того, чтобы сжечь бумаги, сохранить их. Даже сейчас, когда Мариан больше нет.

— Что в этих бумагах? — Каллен внимательно смотрел на эльфа.

— Пожертвования в Церковь третьими лицами, прибытие и отбытие кораблей с пристани, бумаги об усмирённых, все даты и цифры, — Фенрис обвёл взглядом советников. — Я думаю, мне не нужно объяснять, что именно там сошлось?

Каллен смотрел в одну точку. Вся картина сложилась: он сразу понял, кто из людей просившихся подменить своих товарищей во время переписи учеников в кругах, работали на Траска. Керан в первую очередь, у этого мальчишки был самый аккуратный почерк, и чаще всего именно его другие просили подменить на посту писарей. Мариан гуляющая по Казематам в одиночестве и приветствующая всех молодых людей в доспехах и мантиях. Создатель, а это только верхушка того, что делала Защитница!

Дальше дело пошло быстрее. Версию Варрика слышали все, Каллен уже рассказывал Инквизитору о Киркволле, большая часть спутников рассказывали лишь происходящее в тех местах, где были именно они.

— Спасибо всем, — Ллараинэль вновь встала перед ними, — Андерс, стража проводит вас до комнаты и останется с вами, завтра на рассвете состоится суд.

Глава 42. Казнь на рассвете

— Она не может, — Бетани была бледна и уже третий раз подскакивала со своего места в таверне, желая кинуться в сторону Инквизиторских покоев и доказать эльфийке, что казнь Андерса это перебор. — Она ведь не сделает этого, да?

— Успокойся, Нэль я знаю гораздо меньше, чем вас, но с уверенностью могу сказать, что суровым нравом она не обладает, — Варрик отхлебнул пива. — Я почти уверен, что знаю, для чего этот фарс.

— Да, фарс — хорошее слово, — Бык подсел к ним, с грохотом ставя перед собой большее дымящееся блюдо. — Она стала намного более приспособленной к своей должности и людям вокруг.

Бетани никак не могла понять к чему ведут эти двое, но никто не собирался произносить своих предположений вслух.

— Хей, Дориан, ты снова будешь обедать в библиотеке? — Варрик махнул магу, который ставил на поднос тарелки, — садись, поешь с нами.

— Боюсь, если я останусь с вами, то госпожа Инквизитор останется без обеда и ужина. Она сегодня вроде только завтракала, — Дориан удобнее перехватил поднос, такими темпами он скоро превратится в профессионального слугу. Маг окинул взглядом компанию, — она добрый и ответственный предводитель, но даже ей нужно показывать людям жесткость своего характера, — с этими словами мужчина покинул таверну.

***

Солас не мог поверить, что эльфийка и правда учится играть по правилам, диктуемым окружающим её обществом. Ещё немного и её не придётся учить всем премудростям Игры, она и сама начнёт без проблем ориентироваться в ней, без чьей либо помощи. Это, с одной стороны, радовало эльфа, с другой удручало. Ему не хотелось, чтобы эта прекрасная девушка теряла свою индивидуальность и невинность, но если она не будет расти как личность, то окружающее просто поглотит её, пережуёт и выплюнет. Нэль должна была закалить свой характер, но вот валласлин. Маг боялся теперь его трогать. Что, если это принесёт больше бед, чем пользы? С другой стороны, разве вся эта революция, происходящая сейчас, не борется именно с этим? Магов нужно обучать, а не усмирять.

Солас барабанил по столешнице пальцами. Он хотел поговорить с Вестницей, но та исчезла быстрее, чем он успел её перехватить, и в покоях обнаружить её не удалось. Эльф даже поднялся к месту, где обычно сидит тевинтерец, но этой парочки не обнаружилось и там. Маг очень сомневался, что сегодня Нэль пойдёт в таверну или ещё в какое людное место. Это был намёк, что ей нужно всё обдумать и побыть одной. Он уважал это решение и считал его правильным, не нужно чтобы кто-то влиял на неё в такой переломный момент. Солас был почти уверен, что момент именно переломный. Внутри эльфийки что-то менялось, и ей нужно было привыкнуть к этим изменениям, собраться и выстроить лучшую версию себя. В конечном счёте приспособиться к окружающему миру.

А он пока разберётся в Тени со своими кошмарами и страхами. Попробует в очередной раз поговорить с тем неизвестным духом, который стал появляться в его снах всё чаще и чаще.

***

Дориан вошёл в спальню без стука, привычно толкнув дверь ногой и осторожно пронося вперёд поднос с закусками. Маг быстро преодолел лестницу и осмотрелся, пытаясь найти взглядом Инквизитора, но её нигде не было. Поставив поднос на стол, Дориан прошёл к балкону, но и там было пусто, маг точно знал, что в остальных укромных уголках Скайхолда, таких как штора за его креслом, девушки не было.

— Ты ведь понимаешь, что я прекрасно осведомлён о том, как ты любишь забираться в странные места, — Дориан сложил руки на груди и смотрел на перекладины второго этажа.

— Как ты меня находишь? — маг улыбнулся, услышав голос Вестницы, через пару мгновений появилась и она сама, просовывая ноги через перекладины ограждения.

— Не знаю, — маг пожал плечами и отвернулся, возвращаясь к подносу с закусками.

Впервые за всё это время он не взял с собой вина, ему нужно было иметь ясную голову и получить ответы на многие вопросы. Дориан взял тарелку с нарезанным сыром и вновь подошёл к девушке, которая даже не подумала спуститься. Маг помахал поднятой чуть выше головы тарелкой, будто привлекая внимание кошки или собаки, а не Инквизитора. Нэль внимательно следила за перемещением тарелки и, не выдержав, вскочила и перепрыгнула через ограждение, мягко опустилась перед магом, перехватывая у него сырную нарезку.

— Ты подросла, — Дориан улыбнулся этой странной детали, теперь она смотрела не прямо на его грудь, а выше. Магу стала интересно, вырастет ли девушка ещё. Для этого ему нужно остаться рядом с ней дольше, чем он изначально рассчитывал, и почему-то эта мысль была скорее приятной, чем отталкивающей.

— Угу, Солас тоже сказал, — Нэль с удовольствием закинула ломтик Ферелденского сыра в рот и опустилась на край большой кровати.

Упоминание эльфа вызвало необоснованную неприязнь у мага и он еле сдержался, чтобы не скривиться. Дориан сел рядом с Инквизитором, смотря вместе с ней на закат. Со стороны двора доносился звучный голос Калена, несколько воронов пролетело мимо окна, и только странного вида птица вызвала живой интерес у застывшей рядом с магом эльфийки. Она резко кинулась на балкон, маг успел перехватить у неё тарелку и поставив её на застеленную кровать, проследовал за Нэль.

— Видишь ту птицу? — эльфийка ткнула пальцем в размытый силуэт.

— Не хочу показаться грубым, но эльф у нас тут ты, я вижу тёмное пятно на фоне солнца. Что не так с этой малюткой? — несмотря на свои слова, Дориан продолжал всматриваться вдаль, надеясь разглядеть хоть что-то.

— Это почтовая птица из моего клана, деревни, — Нэль выдохнула. — Теперь понятно, как Лелиана и Кейтлин общаются. Это быстрые птицы, намного быстрее ваших. Видимо у сестры их несколько, чтобы общаться с Хранительницей и с другом.

— А ещё это говорит о том, что у Сестры Соловей новости от Стражей, — Дориан повернулся спиной к балконному парапету.

Нэль на его высказывание лишь кивнула, но говорить ничего не стала. Взгляд золотых глаз был прикован к горам, словно она видела что-то, скрывающееся за ними. Маг не знал, может так оно и было, Вестница всё ещё оставалась загадкой не хуже, чем Корифей.

— Дориан, — голос Ллараинэль не дрожал, но был непривычно слабым и тонким, словно подтянутым на несколько тонов вверх. — Я лишила ребёнка матери, я оставила Мариан в Тени, я отобрала возлюбленную у человека, разрушила семью. Семью, которой сама никогда не имела. Я ужасная.

Несколько мгновений маг стоял просто смотря на девушку перед собой. Он вспомнил, как она легко нашла возможность поддержать его в трудную минуту после встречи с отцом, а он сам сейчас не мог подобрать даже слов. Что он может сделать для этой эльфийки? Для той, чья судьба встретиться лицом к лицу едва ли не с самым опасным врагом мира, который принёс в Тедас Мор. Она училась, старалась и становилась сильнее, подбирала ключи к непонятной ей жизни и освещала путь, словно персональное солнце, которое так давно потерял этот мир, погрязший в распрях, войнах, угнетении других народов. В этот миг Дориану казалось, что решение всех этих проблем стоит прямо перед ним, вот только в глубине золотых глаз чего-то недоставало, тонкая пелена отделяла Вестницу от этого мира. Усмирение. Какое ужасное слово. Пожалуй, он бы и сам предпочёл смерть пустому существованию в мире лишённом красок. А вот она живёт так с малых лет и даже не осознаёт этого. Дориану стало даже неловко, что он жаловался на своего отца, тот хотя бы одумался, а вот мать Нэль исполнила задуманное.

Можно сказать, что эльфийке повезло, метка стала влиять на неё, вновь связав с Тенью. И если Солас сказал правду, то он может снять валласлин с тела эльфийки, подарив ей свободу и вернуть утерянные эмоции. Никто, правда, не спешил этого делать. Они все просто законченные эгоисты. Они боялись, что это может повлиять на девушку слишком сильно, и они останутся без Инквизитора, и никто, абсолютно никто из них не считался с её мнением. Они помалкивали об этом, и он в том числе, считая, что имеют права решать за других. Именно они должны чувствовать себя ужасно, а не она.

— Я не хочу повторять избитых фраз, — Дориан переместился ближе к девушке и положил свою руку поверх её ладони. — Мы не знаем, что лучше или хуже, и порой наши решения имеют ужасные последствия. Но иногда, — маг глубоко вздохнул, — приходится выбирать из двух зол. Мариан понимала на что идёт, она осознанно выбрала и оставила нас…тебя разбираться с последствиями. Её ребёнок носит такое же имя как и у тебя, — мужчина едва заметно улыбнулся, — не знаю в чём причина, не замечал, что твоё имя слишком распространённое, но ничего не бывает просто так. Просто помни — ты не одна, и если что-то понадобиться, тебе стоит лишь попросить. Теперь у тебя есть семья.

Ллараинэль повернулась к магу, отрывая свой взгляд от созерцания гор. В глубине глаз плескалось удивление и благодарность. Она несколько раз открыла и закрыла рот, не силах подобрать слова.

— Да, разговоры это не твоё, златичка, — Дориан улыбнулся тепло и открыто, — поверь, я вижу как остальные к тебе относятся. Даже наш главный покоритель сердец с прошлым Храмовника, не может перестать смотреть на тебя, как только ты оказываешься рядом, что уж говорить об остальных. Но дело даже не в этом. Ты умудряешься создавать вокруг себя эту странную атмосферу, знаешь, среди людей Инквизиции я себя чувствую более комфортно, чем в собственных покоях в родовом поместье. И думаю, если ты сейчас решишь поговорить с остальными, то и они скажут тебе подобное.

— Варрик говорил, — едва слышно произнесла Нэль.

— Вот видишь, — Дориан повернулся лицом к горам, и уложил свою руку на плечи эльфийки. — Ты сердце этого места, просто помни об этом.

— Я поцеловала Соласа, или он меня, — эти слова вырвались против воли Нэль, но она не почувствовала привычного смущения, эта апатия, спасительная апатия, помогала справиться со всем происходящим вокруг не теряя головы.

Дориан застыл. Эта информация не должна вызвать в нём гнева, не так ли? Не должна. Или…? Ему хотелось пошутить, он правда пытался подобрать слова, чтобы скрыть свои чувства за привычным саркастическим высказыванием, но у него не получилось. Почему у него не получилось? Этот факт настолько сильно раздражал мужчину, что он еле сдержался, чтобы не выместить свою непонятную злобу на эльфийке, но вовремя остановил себя.

Ллараинэль не знала, как расценивать его молчание. Учитывая, что данной информацией она вообще не собиралась ни с кем делиться, то и ответов подготовиться не могла. Просто…просто ей казалось, что если она скажет что-то такое Дориану то это поможет, с чем именно она до конца не была уверена, но надеялась на случай. В последнее время только на него ей надеяться и приходилось, но похоже в этот раз он ей не помог.

— Не пойми меня не правильно, — Дориан чувствовал, что нужно остановиться, что нужно улыбнуться и сказать — «удачи», но слова сами собой срывались с его языка, — но тебе не кажется, что Солас слишком, как бы это правильно сказать, а плевать, — маг закатил глаза, — он подозрительный. И даже не из-за своей любви к Тени, хотя это тоже настораживает, но в нём чувствуется что-то такое неправильное.

— Неправильное? — Нэль почувствовала такое облегчение услышав эти слова от Дориана, значит ей не померещилось, и дело не в её плохом понимании окружающих.

— Не знаю, как тебе правильно объяснить, — маг неосознанно наклонил голову в сторону, прижимаясь ухом к золотистым волосам.

— Не надо объяснять, — Вестница замерла, — я тоже это чувствую. Иногда мне кажется, что я не вижу его собственной тени на полу.

Всё внутри мага похолодело от неприятного предчувствия, им ещё этого не хватало. Тогда стоит ли доверять эльфу трогать валласлин Нэль? Выбора не было, никто из них не мог похвастаться умением снимать подобное зачарование, тем более проделанное непонятно каким образом, не с помощью лириумного клейма, а через татуировку.

***

Солас блуждал по кругу. Тёмный незнакомый лес обступил его со всех сторон и отказывался выпустить из своих объятий. В этой части Тени не было даже намёка на привычных духов и демонов, тут было абсолютно пусто, и только изредка вдалеке слышался жалобный волчий вой. Не зная, что ещё придумать, маг двинулся в сторону этого звука. Постепенно хаотично растущие деревья стали выстраиваться в дорожку, тут и там появлялись красные огни, а вой становился всё громче. Каждый следующий шаг давался магу с большим трудом, чем предыдущий. Солас чувствовал, как сдавило грудь, словно кто-то выбил из него весь воздух, но будучи в Тени такое было просто невозможно. Астральному телу не нужен воздух, но эльф задыхался. Вой становился всё более навязчивым и заунывным, к нему примешалась песня. Странная искаженная мелодия, которая въедалась в сознание и никак не хотела отпускать. Магу хотелось напеть эту мелодию, исправив фальшивые ноты, но он уже едва передвигал ногами и хватал ртом воздух, словно вынырнувший из глубин неудачливый пловец.

— Солас, или по крайней мере ты так себя называешь, — голос смутно знакомый и совершенно неизвестный одновременно. — Не стоит его тревожить, возвращайся, она нуждается в тебе больше, чем он.

Маг попытался обернуться и рассмотреть неизвестного, но заметил лишь едва уловимый золотой блеск между деревьев, который сразу же пропал.

— Просыпайся, Солас, одному опасно бродить этими путями, — этот звонкий голос он тоже не знал и знал одновременно. — Ты нужен ей.

В этот раз между деревьями мелькнули две яркие точки, словно два осколка лириума в темноте. Они тут же растворились.

***

Солас рывком поднялся на кровати. За окном уже занимался рассвет. Маг тяжело дышал. Впервые за всё время, что ему приходил сон с этим странным лесом, он так чётко его запомнил, хотя туманных намёков и предостережений не понял. Может это место какого-то древнего демона или, что ещё хуже, одного из Недозволенных?

За окном уже слышались голоса и звон доспехов. Обычно Скайхолд не просыпался так рано, эльф тут же одёрнул себя. Сегодня суд на рассвете. Поднявшись с кровати, маг стал одеваться. Он и правда нужен ей?

***

Ллараинэль проснулась от того, что кто-то упорно тряс её за плечо.

— Я понимаю, что вчера мы засиделись, но думаю нам стоит встать до того, как придут слуги, а то твои советники снова будут приставать к нам на тему того, что мы не должны распространять ложные слухи, — Дориан широко зевнул, когда Нэль уже открыла глаза.

Да, точно. Маг вчера взялся почитать ей на ночь, попутно пытаясь научить читать, но с этим у девушки было тяжело, хотя прогресс был на лицо. Раньше она едва могла прочесть название городов на карте, и то часто потом переспрашивала на всякий случай у Дориана, а теперь она справлялась с целыми предложениями. Пусть на это и уходило порядочно времени. Видимо, они вместе так и уснули.

— Я всё ещё недоволен твоей кроватью, она конечно лучше, чем в моей комнате, но всё равно недостаточно подходящая для Инквизитора, мы срочно должны это исправить, — маг уже был одет, волосы привычно уложены, он поднялся с кровати и стал ходить по комнате, не переставая говорить, что и где нужно изменить.

Нэль улыбнулась. Она была благодарна магу за такую бессловесную поддержку. Он как никто другой понимал, что сегодня перед ней стоит тяжелый выбор. Девушка зевнула и села на кровати, пытаясь пробудить своё сознание ото сна. Дориан неожиданно вновь оказался рядом и поставил ей на колени небольшой поднос с соком и парой сэндвичей.

— Перекуси немного, и не думай сопротивляться, — сам мужчина тоже взял закуску и стал её быстро пережёвывать. — Давай скорее, тебя уже ожидают. Кстати, ты жаловалась на одежду, мы с мадам «одеваюсь лучше всех», раздобыли тебе новую, её вчера вечером доставили. Примерь.

Мужчина демонстративно отвернулся. Нэль не сразу поняла, каким образом нужно надевать это странное одеяние, представляющее собой белую кофту с достаточно сильным вырезом на груди и золотой металлической узорчатой отделкой. Разобравшись с тем, куда просовывать руки, а куда голову, Нэль поправила рукава, соединяющиеся с основной частью лишь тонкими золотистыми полосками и натянула более свободные укороченные брюки, зауженные на икрах. Ей безумно не хотелось надевать надевать сапоги и решив, что тут Инквизитор именно она, направилась в сторону выхода.

— Ну как? — спросил маг, когда девушка с ним поравнялась.

Ему вид безумно нравился. Ллараинэль изначально представляла собой такой вот воздушный светлый эльфийский образ, одной из их многочисленных богинь, а этот наряд превосходно его дополнял.

— Не хочу тебя расстраивать, златичка, но как бы тебе не хотелось идти без сапог, тут всё же везде каменная кладка и советую надеть хотя бы те «балетки», что оставила Вивьен.

Взвесив все за и против, Ллараинэль натянула обувь и присоединилась к магу, уже начавшему спускаться.

***

Солас едва не заскрипел зубами, заметив, что Нэль вышла из дверей, ведущих в её покои, с этим надоедливым тевинтерцем. Но увидев выражение, застывшее на лице девушки, тут же отмёл все ненужные мысли в сторону.

По залу прошёлся ропот, собралось непривычно много народу, похоже вести о предстоящем суде разлетелись быстро. Ллараинэль старалась не смотреть по сторонам, чтобы не выдать своей нервозности и не испугаться ещё сильнее. Она выдохнула и опустилась на обновлённый трон. Если честно, девушка даже представить себе не могла, когда и кто заменил старый каменный трон на этот с эмблемой Инквизиции, хотя стоит отметить, что сидеть на нём было куда комфортнее, чем на предыдущем. Вестница обвела взглядом зал, отмечая присутствие всех своих спутников и советников, которые расположились ближе всех к трону. По ступеням поднялась Жозефина и склонилась к Инквизитору.

— У нас сегодня на рассмотрении четыре дела, каким по счёту хотите сделать Андерса? — шёпотом произнесла госпожа Монтилье и быстро перечислила остальных пленных.

— Третьим.

Жозефина выпрямилась и стала зачитывать дело, касающееся одной из ордена Серых Стражей, Нэль даже задумываться над этим делом не собиралась. Сестра попросила отправлять ей всех в ком она будет сомневаться, но решит что те, ещё могут быть полезны. Поэтому вердикт был вынесен быстро, а вот тевинтерский маг вызывал в Нэль противоречивые чувства. Она хотела убить его, просто за то кем он являлся, но взгляд тут же невольно скользнул в сторону замершего рядом с остальными спутниками Дориана. Золотые глаза странно сверкнули и девушка замерла, она вдруг представила этого Эримонда без усов и морщин. Ллараинэль показалось, что от самой макушки до кончиков пальцев на ногах прошла ледяная волна и яркие кадры, давно позабытые и запрятанные в самые глубины сознание неожиданно вернулись.

Всполохи света, крики детей и слаженная работа Охотников и кровь. Она никогда в жизни не видела столько крови, дети в мгновении ока превратились в ресурс для самой ужасной магии прямо у неё на глазах. Оставшиеся в живых кричали так пронзительно и отчаянно, что Нэль хотелось закрыть уши руками, но мужчина держал её за волосы и уже поднёс кинжал к горлу, сбоку стоял другой, наконечник посоха которого уже был багровым. Он усмехался смотря на всё со стороны, призывая к себе демонов.

Дориан напрягся, заметив резкое изменение выражения лица Нэль. Она, и так от природы бледная, потеряла ещё пару тонов, и кожа стала отдавать синевой из-за проступивших вен. Инквизитор встала. В зале звенела тишина, а лёгкие словно сдавило невидимыми руками, знакомое ощущение, такое уже было прежде. Солас смотрел на златовласую эльфийку и не мог отвести взгляда, неожиданная мощь, которую прежде он списывал на метку, точно принадлежала ей. Фенрис едва сдержался, чтобы не активировать Лириумного Призрака, ему была слишком знакома эта аура и он знал только один способ, который поможет справиться с этой силой.

— Я хочу, чтобы он умер, — звук голоса эльфийки прокатился по залу, казалось от отразился от каменных поверхностей и устремился в центр, к этому ненавистному магу.

Нет. Дориан не мог поверить, что девушка сказала нечто подобное. Привычная добрая эльфийка пощадила его учителя и даже оставила на службе Инквизиции, он был уверен, что Эримонда посадят или в крайнем случае пошлют Стражам.

— В неё кто-то вселился в Тени? — Бык наклонился к компании.

— Чёт видать этот Корипней с ней что-то сделал, — Сэра даже во время суда умудрялась что-то жевать.

Варрик заметил, как побелела Бетани осознавая, что Инквизитор куда более сурова, чем представлялась ей до этого. Гном был уверен, есть какая-то очень веская причина такой перемены в девушке. Это не было похоже на простую ненависть к прислужникам Корифея, тут было что-то куда большее.

— Вы уверены, Инквизитор? — Каллен подошёл ближе к эльфийке, было не похоже, что мужчина заметил невидимое давление, может дело было в храмовничьих особенностях. — Хотите сделать это сами?

Ллараинэль даже не посмотрела в сторону командора, продолжая надвигаться на неожиданно притихшего тевинтерского мага.

— Мир тесен, Vashedan*, не помнишь меня? — она сделала ещё несколько шагов, спускаясь на пару ступеней ниже.

Ллараинэль остановилась ровно так, чтобы всё ещё возвышаться над магом, но при этом быть достаточно близко к нему. Глаза Эримонда распахнулись, губы беззвучно зашевелились, мужчина явно чувствовал давление, но всё ещё пытался сопротивляться.

— Ты, — голос вернулся к мужчине, пусть и звучал он жалко, — тебя надо было прирезать первой, — он практически выплюнул эти слова, — тогда этого театра бы тут не было.

— Ты так думаешь? — Нэль склонила голову на бок, в глазах играл странный опасный огонь.

Вестница чувствовала как из глубины поднимается сила, странная чужеродная сила, она одновременно принадлежала ей и была отрезана от неё. Казалось, протяни руку и вот она, но что-то мешало, словно невидимая преграда отделяла Нэль от великого могущества. И снова чей-то едва слышный голос: «рано, ты должна сопротивляться».

— Они знакомы? — Варрик не обращался к кому-то конкретному. — Она говорит на кунлате?

— Я немного учил её, но не подобным словам, — Фенрис хмурился, ему совершенно не нравилось это ощущение. Он знал, как действовать в подобных ситуациях, только благодаря Мариан, но опыт не из приятных, и проводить его здесь на виду у всего Скайхолда не хотелось.

— Этому учил её я, — впервые за долгое время голос Быка звучал серьёзно, он продолжал склоняться над компанией, но глаз не отводил от эльфийки.

Ллараинэль почувствовала лёгкую тошноту и несильную боль в животе, а вот в руку словно резко вогнали раскаленный железный прут и тут же выдернули. Девушка развернулась и на негнущихся ногах прошла обратно к трону и постаралась, как можно более осторожно сесть, а не упасть бесформенной кучей.

— Думаю не мне его убивать, зря мы забрали его, нужно было оставить Стражу-Командору, — Нэль ощущала, как необычный прилив силы быстро иссяк, и теперь она чувствовала усталость и нарастало чувство голода. Хорошо что Дориан настоял на том, чтобы она перекусила.

— Значит отправим его под присмотром ранее осуждённого Серого Стража обратно, — вместо застывшей Жозефины провозгласил Каллен, звук его голоса окончательно отрезвил Вестницу и она качнула головой, позволяя увести неожиданно замолчавшего мага.

Андерс вышел сам, рядом с ним встали солдаты Каллена, а в зале оживились, начали раздаваться шепотки. Жозефина зачитала обвинение и посмотрела на Инквизитора.

Игра, да? Лелиана в разговоре о Гаспаре рассказала множество полезных вещей об этой странной людской забаве и Нэль пыталась придумать, как извернуть всё таким образом, чтобы участь целителя была и наказанием в глазах окружающих и спасением для него. После неожиданной вспышки гнева голова плохо соображала и все предыдущие замыслы, словно стёрли из неё. Нужно было импровизировать.

— Любые устои, даже самые древние претерпевают изменения, — у неё получилось выговорить это слово без запинки, уже хороший знак. — Нет ни одного примера из истории, когда изменения эти проходили гладко, это не оправдание для вашего поступка, но мотивы его мне понятны. Как представитель одного из народов, который всеми силами притесняют и растирают в пыль, могу сказать о своем удивлении, что маги, а не мы, первыми устроили подобное.

Нэль на мгновение замолчала, собираясь с духом. Она заметила взгляд Бетани, которая выглядела словно привидение, и замершего рядом с ней Фенриса, зелёные глаза которого смотрели прямо на неё, будто напоминая о чем-то. Жозефина решив, что эта пауза дана для прочтения краткого изложения в защиту целителя, быстро зачитала его.

— Вы забрали жизни людей в Церкви, пусть и часть из них этого заслуживала, — так Нэль, осторожно, — но вчера вы сохранили жизнь мне, как и ваша жена. И если бы не вы оба, то меня бы здесь уже не было, — по залу прокатилась волна шепотков. — Вы сохранили не только мою жизнь, но и жизни тысячи других, и, думаю, вы обязаны делать это и дальше.

Бетани громко всхлипнула, Варрик улыбнулся и похлопал её по спине, одними губами произнося — «я же говорил».

— Теперь вы являетесь личным лекарем Инквизитора, и ваша жизнь будет зависеть напрямую от моей. Вы даёте обещание о беспрекословном подчинении в обмен на вашу жизнь? — Андерс кивнул, как заворожённый смотря в золотые глаза, поблёскивающие изнутри. — При малейшем неповиновении — смерть, при малейших сомнительных действиях — смерть. Вы со всем согласны? — Андерс вновь кивнул, он не ожидал, что сегодня останется в живых. Он даже порадоваться этому не мог, Фенрис прав — Мариан наказала его суровее Инквизитора. — Есть желающий, выступить в качестве постоянного надзирателя?

— Есть, — Фенрис вышел вперёд, вставая практически рядом с магом.

Андерс бросил на него шокированный взгляд.

— Дагна изготовит специальный браслет или кольцо, я точно не поняла, — было видно, что Нэль постепенно выходит из образа сурового Инквизитора, — который будет поможет в случае непослушания. На этом всё.

Все шептались, а Андерс отошёл вместе с Фенрисом в общую компанию спутников, всё ещё не веря в происходящее. Этот ненавидящий его эльф, только что взял его под свою опеку? Целитель был практически уверен, что упал где-то по дороге и стукнулся головой о каменный пол. Жозефина тем временем зачитала последнее дело, и по залу раскатился звонкий смех Вестницы.

— Простите, — она виновато улыбнулась шикнувшей на неё Жозефине, — простите, но козёл? Серьёзно?

Каллен рядом с Инквизитором, как-то подозрительно закашлялся, а вот спутники не скрывали своего одобрения от подобного поведения Вестницы. Такой она им нравилась намного больше.

— Пусть уходят в Тевинтер, если согласны сотрудничать.

Не успели увести аввара прочь, как Нэль тут же соскочила со своего места и затерялась в толпе. Мечтая на время исчезнуть из вида своих советников, которые уже готовили для неё очередной слишком серьёзный разговор.

*дерьмо (буквально, «мусор» или «хлам»).

Глава 43. Изменения

— Целители говорят, что вам ещё нужно отдыхать, особенно после стресса, связанного с судебными делами, — Лелиана стояла на противоположной стороне карты от Инквизитора и внимательно смотрела на девушку, которую смогли поймать только из-за неожиданного у неё приступа боли.

— Пожалуйста, прекратите прятаться, особенно когда вам плохо, — в голосе Каллена слышалась неподдельная тревога, и Нэль почувствовала себя пристыжено.

— Абсолютно согласна с командором, — Лелиана продолжала смотреть прямо на Вестницу. — Пока вам нельзя сражаться, но чувствуете вы себя намного лучше, поэтому пора заняться вашим обучением.

— Обучением? — осторожно произнесла Нэль, неосознанно отступая на шаг назад.

— Танцы, правила поведения по время бала, разговоры, — Жозефина как-то неожиданно оказалась слишком близко к Вестнице. — Я беру на себя разговоры, Лелиана правила игры и нужно выбрать учителя по танцам.

Каллен нахмурился, стоящая рядом с ним Лелиана хитро ему улыбнулась.

— Простите, командор, вы отличный танцор, но никто кроме вас не готов носить нашего Инквизитора на руках во время танца, — девушки засмеялись, обмениваясь понимающими взглядами.

— Я не, я… — щёки мужчины покрыли красные пятна. — У меня много дел, если на сегодня всё, я пошёл.

Командор удалился под смех советниц и непонимающий взгляд Вестницы.

***

Лелиана с Жозефиной весь оставшийся день продержали Вестницу в кабинете госпожи Монтилье. К вечеру у девушки голова гудела от потока поступившей информации, а к концу их совместной лекции она была уверена, что легче сразу же пойти на сражение с Корифеем, чем участвовать в шемленских развлечениях.

Лелиана заставила выучить три основных принципа: 1) кто-то обязательно должен умереть; 2) кто-то обязательно будет предателем; 3) отвечать вопросом на вопрос. Как нечто подобное шемлены умудрились назвать «tyalie*»? Среди эльфов не было подобных развлечений, по крайней мере в их поселении таким никто не занимался, может в древние времена, когда процветала королевская система правления, такое и было, но Нэль об этом ничего не знала. У них при праздновании больших событий проводили различные игры и соревнования: стрельба, охотники показывали свои умения, маги создавали прекрасные иллюзии на больших полотнах. Ллараинэль печально вздохнула. Пусть по большей части она ходила одна на подобные мероприятия, но всё же они позволяли ей почувствовать себя частью этого мира.

— Ладно-ладно, Инквизитор, отпускаем вас отдыхать, завтра приступим к танцам, — не успела Лелиана закончить фразу, как эльфийки и след простыл.

***

— Златичка, пошли вместе на ужин, — Варрик перехватил эльфийку в главном зале, и потащил не сопротивляющуюся девушку за собой. — Андерс заодно посмотрит тебя, и, — гном тяжело вздохнул, — он догадался, что ты всеми силами его избегаешь. Нельзя доводить себя до обморока, особенно когда ты ходишь по стене Скайхолда.

Ллараинэль молчала. Она не могла посмотреть в глаза Варрика, ей казалось, он сразу же поймёт в чём было дело, и что она делала на стене. Это было совершенно невозможно. Она и сама не до конца понимала, как оказалась там, и это было ещё более пугающим открытием. Сказать — я не хотела? Как можно объяснить странное чувство, зародившееся в районе груди, которое вызывало перед глазами мутные образы из далёкого прошлого. Забытого прошлого.

Эримонд. Он пробудил это воспоминание. После суда Нэль так и не нашла в себе сил встретиться с Дорианом, хотя видела, что он пытался найти её и даже спрашивал у других. Кровавые воспоминания настигли её в самый неожиданный момент, образы в голове складывались в единую картинку: тевинтерские маги и обескровленные тела двух её лучших друзей Карас и Надаль. Она видела их пустые глаза, смотрящие на кроны высоких деревьев. Нэль понимала, Дориан физически не мог быть причастен к той бойне, но он оставался тевинтерцем и магом. Слепая ненависть к жителям Империи, поддерживаемая лишь устоями деревни, постепенно стёрлась, но собственное горе и кровь на руках вернули забытые чувства, которые всеми силами пытались пробиться сквозь толщу льда. Ллараинэль чувствовала, как что-то сдерживает их, как голос внутри кричит о боли, о той непонятной боли никак не связанной с физической.

— Прости, — Нэль не была уверена, что её губы шевелятся, — мне просто нужно побыть одной.

— Это не связано с Андерсом? — голос гнома понизился. Нэль отрицательно покачала головой. — Дориан?

Варрик всегда казался ей опасно проницательным. Он ничего не говорил, просто положил руку ей на плечо и застыл.

— Если что, ты знаешь где нас найти, госпожа Инквизитор, — впервые гном назвал её так и это не вызвало в эльфийке никаких эмоций, она просто кивнула и ушла.

***

— Я всё ещё не считаю, что он имеет право чувствовать себя в Скайхолде как дома, — Кассандра с Вивьен демонстративно сели за другой стол, но всё ещё находились слишком близко к остальным спутника Вестницы. — Если не хотели убивать его, можно было усмирить.

— Абсолютно согласна с вами, дорогая, — Вивьен похоже пришла в таверну исключительно для того, чтобы высокомерно смотреть на блондина, который и не хотел вовсе сюда приходить.

— Тогда он не мог бы исцелять не то что Инквизитора, но и самого себя, а это противоречит приговору, — Бетани злилась, очень злилась.

На её лице проступили красные пятна, а в волосах то и дело потрескивали молнии. Фенрис, сидящий рядом с целителем, внимательно следил за своей женой, которая вызвалась покормить несговорчивую дочь Мариан. Может из-за схожести с матерью, Нэль слушалась её куда лучше, чем Андерса и кого бы то ни было ещё.

— Если вас не устраивает наша компания или приговор, вынесенный Инквизитором, вы можете доложить ей об этом лично, а не устраивать сцен, — Солас, к удивлению многих, полностью защищал решение Нэль и непосредственного самого целителя, и даже вёл с ним какие-то разговоры.

— Не припомню, чтобы ты так сильно любил компании, — Кассандра окинула эльфа злым взглядом. — Обычно ты ешь у себя.

— Создатель, вы хотя бы спорить более оригинально умеете, — Дориан закатил глаза. — Вы по кругу говорите одни и те же фразы. Советую прочитать пару книжек по красноречию, а не только те бульварные романы, которые ты прячешь у себя под подушкой, Искательница.

Лицо Кассандры залилось краской, она уже практически поднялась со своего места, когда Вивьен бросила в сторону тевинтерца ледяной шип. Лёд разбился о барьер, который поставил Солас. Маги вскочили вслед за мадам главной чародейкой. Бетани прикрыла собой ребёнка. На защиту нерадивого мага встал даже Бык, но скорее из-за большой преданности Инквизитору, чем идее освобождения магов.

— Что вы тут устроили? — усталый голос Вестницы заставил толпу зевак и её собственных спутников, повернуть головы в сторону входа. — Если вы не согласны с моими решениями, вот я — говорите, но ребёнок не заслуживает смотреть на то, как взрослые глупо ведут себя.

— Я не понимаю вашего решения, при всём моём уважении, Инквизитор, но сохранить жизнь этому…этому, — Кассандра явно не могла подобрать приличных слов по отношению к магу.

— Вы не принадлежите этому миру и поэтому делаете такие необоснованные выводы! — впервые за всё время своего пребывания в Инквизиции мада де Фер повысила голос.

— Что происходит? — с другой стороны спустился Каллен. — Кто не принадлежит этому миру?

Ллараниэль устала обижаться на грубости, она на мгновение прикрыла глаза и открыв их, обвела взглядом присутствующих в таверне. Было не понятно, кто из них согласен с высказыванием магессы, а кто просто наблюдает из праздного любопытства.

— Завтра выходим в Изумрудные могилы, — Нэль уже пожалела, что послушалась Варрика и пришла сюда, — Солас, Бык, и Варрик, остальные можете делать что душе угодно, держать здесь кого-либо без его желания Инквизиция не будет, кроме осуждённых. Думаю, Корифей очень обрадуется нашим спорам, — Ллараинэль развернулась и покинула таверну.

— Ветер, он разносит огонь по округе, нельзя собрать с пола пепел. Всё было хорошо, сама испортила, нужно скорее вернуться. Нужно ли спасение миру, которому я не принадлежу? — Коул возник рядом с командором.

— Знаете, Железная Леди, в какой-то мере ваши высказывания дают нашему Инквизитору закалку, но всё же будьте осторожнее, — Варрик опустошил свою кружку с элем.

Ллараинэль чувствовала, как глубоко внутри зарождается тягучее чувство неприязни, оно расползалось, шло по венам раскалённым железом. Восприятие мира неумолимо менялось под воздействием не только внешних, но и внутренних факторов. Сила от метки напоминала о себе всё чаще, она больше не болела, но странно пульсировала и словно старалась проникнуть глубже, распространить своё влияние дальше.

Нэль скинула странный наряд, подаренный магами, на кровать и внимательно посмотрела на руку. Зелёная полоса, проходящая по ладони, сияла, иногда слабо помигивая, и, раньше этого точно не было, от зияющей дыры в разные стороны расползлись, словно вены — маленькие зелёные линии. Внутри всё похолодело от осознания. Метка не готова так просто сдаться. Похоже время для неё уже было отмерено, и она должна успеть сделать всё, что задумала Инквизиция и в первую очередь уничтожить Корифея.

Ллараинэль прошла в импровизированную купальню. На одной из стен висело большое овальное зеркало. Девушка смотрела на себя в отражении, глаза в глаза. Та эльфийка, по ту сторону зеркальной поверхности, больше не выглядела напугано, в глазах поселилась непривычная уверенность и хроническая усталость. Послезавтра ей исполнится восемнадцать, пустая цифра для эльфа, до совершеннолетия ещё семь полных лет, но, похоже, в людском мире этот возраст имел другое значение, если судить по высказываниям остальных. Она не договорилась с советниками о выходе на завтра, это было чисто её эгоистичное желание — побывать на свой день рождение в Изумрудных Могилах.

Там, где начинается жизнь, рождается и смерть.

Не было в её желании ничего сакрального, просто Нэль чувствовала, что обязана посетить это место именно в день своего рождения. Заодно и подарок Соласа будет к месту. Дориан, скорее всего, разобидится, что она не сказала ему о таком событии и будет долго причитать, но подарит что-нибудь оригинальное. И почему, Бездна её подери, она даже в такой момент думает о тевинтерском маге?

— Она делает для этого мира куда больше, чем защищаемые вами Круги и Храмовники, — в голос Каллена была сталь, так он обычно разговаривал только со своими солдатами. — Вы поддерживаете ущемление прав собственных коллег и постоянно ведёте Игру. По моему скромному мнению, Ллараинэль заслуживает куда больше уважения, чем вы.

Речь командора произвела должное впечатление на окружающих. Дориан улыбнулся и поднял бокал.

— Абсолютно согласен с неотразимым командором, хотя весьма странно слышать подобные речи от бывшего Храмовника, — маг опустошил свой бокал, всё также стоя.

— Особенно после произошедшего в Киркволле. Скажи честно, Каллен, это из-за Мариан или из-за Нэль? — Бетани посмотрела прямо на бывшего храмовника.

— Солона, Мариан, Ллараинэль, Винн, ты, — эти имена командор произнёс уже совершенно другим голосом. — И ещё множество других прекрасных людей, которые доказали, что маги такие же люди и эльфы, как все остальные. У нас в башне творится полный бардак, на нас нападают демоны, но люди Фионы продолжают поддерживать нас и никто из её подопечных ни разу не навредил другим. Я во многом ошибался и, пожалуй, могу отдать должное Самсону, который, пусть и своеобразным способом, но пытался помочь магам Киркволла. — Каллен на мгновение замолчал. — Я не хочу идеализировать, всегда среди магов найдётся желающий обрести невообразимую силу, но и среди обычных людей таких множество.

— Только последствия у магии куда печальнее. Разве события этих дней не доказывают это?

Фенрис всегда был слишком сильно упрям, но Бетани видела, что эльф смотрит на них: на неё, на дочь Мариан, на Соласа, и даже на Дориана. Все они были доказательством от противного.

— Не будь Завесы, не было бы и страха магии, — Солас произнёс это каким-то слишком печальным голосом.

— Мы ходим по кругу и будем оставаться не правыми всегда, потому что другой будет считать своё мнение куда более значимым, — Блэкволл тоже поднялся. — Мы все ошибаемся, каждый из нас может сделать неверный выбор и сойти с намеченного пути, но он может постараться всё исправить.

— Будь проклят этот ужасный вечер, но, — Сэра тоже подала голос, свисая со второго этажа. — Но вы были в эльфинажах? Это же какая-то жесть, и я не какая-то там эльфанутая, но никто не заслуживает такой участи, а если посадить кота в табакерку, и постоянно держать её закрытой, то открыв, мы получим обозлённое чудовище, вместо домашнего ласкового кота. Разве с магами и эльфами не так же?

— Обучение и контроль — он используется не только для магов, но и для остальных, но друг друга мы в клетки не запираем, — Лелиана стояла около входа.

— Вы ещё наших магов не видели, но Кун это конечно отдельная история, — Бык почесал подбородок. — И я уже не уверен, насколько она правильная.

Отряд Железного Быка смотрел на своего предводителя широко раскрытыми глазами.

— Любая тирания ведёт к одному финалу, — рядом с Лелианой стояла Страж-Командор Ферелдена. — Мы пойдём под знаменем Инквизиции до конца. Кто-нибудь из вас может уже догадается пойти к моей сестре? Или так и будем тут толкать высокопарные речи? — эльфийка выгнула бровь, обводя присутствующих пронзительным взглядом. — Ладно, ладно, на сегодня обещаю, что не трону никого из желающих пообщаться с ней. Во мне она сейчас не нуждается.

Сразу четыре человека сделали шаг по направлению к выходу: Солас, Дориан, Каллен и Бык. Кейтлин громко рассмеялась.

— Я смотрю тут уже целый клуб, смотрите не влюбитесь, она для вас ещё совсем ребёнок, да и шансы есть только у эльфа, — Кейт печально улыбнулась, — среди нас запрещено выходить замуж не за эльфа.

— А как же вы, командор? — Варрик удивлённо посмотрел на женщину.

— Я уже не принадлежу тому миру, моё место здесь, а вот она ещё может вернуться. Вопрос только в том — захочет ли? А это думаю зависит только от вас.

***

Мариан смотрела прямо на чёрные кованые ворота огромного замка. Он был прекрасен в своей величественной красе, было трудно отвести взгляд от высоких окон с витражом. В верхних окнах виднелся красный свет, словно несколько комнат этого огромного строения были обитаемы. Не зря его назвали не замком, а городом, он был и правда больше похож на целую крепость, в стенах которой может жить далеко не одна семья, а небольшое поселение. На самом верхнем шпиле, обвивая его своим хвостом, лежал дракон. Мариан на какое-то мгновение почудилось, что он настоящий, но присмотревшись, женщина поняла, что это лишь хорошо выполненная скульптура. Несколько наиболее высоких башен были соединены между собой резными мостами.

Всё это великолепие было сделано из чёрного камня, только витражи и свет имели другие цвета. Вокруг замка-крепости некогда явно был сад, правда в Тени ничего не росло, поэтому скульптуры и фонтаны оплели зелёные щупальца, да лириумные отростки. Красные лириумные отростки.

Мариан присмотрелась к вратам. Посередине был огромный круг, в котором словно символ всего замка, вместо привычного знамени солнца, была изображена странная корона — две пересекающиеся между собой полосы с шипами наружу.

— Знак смерти, — голос Дина прозвучал над головой Мари.

— Я должна войти? — голос женщины не дрогнул, хотя сил совершенно не осталось.

— Ты должна сделать выбор, — эльф улыбнулся ей своей чарующей спокойной улыбкой. Так сильно отличающейся от улыбки её целителя.

Образ Андерса возник перед глазами. Если учитель, вернее призрак, притворяющийся её учителем, прав, то она сможет выбраться. При условии, что сделает этот непонятный правильный выбор.

— Ты готова? — эльф смотрел прямо в глаза цвета лириума. — Душа моя, время пришло, пора простить этот мир за его грехи, пока она ещё жива, ты можешь ей помочь.

— Моя дочь, она, — женщина запнулась, пытаясь подобрать ускользающие слова, — она тоже часть этого? — Эльф покачал головой. Мариан прикрыла глаза. — Я готова.

***

— Так, молодцы, а ну встали, где стояли, — Бык выглядел как никогда сурово и уверенно, — вы приносите ей только одни расстройства, а сейчас нашему Инквизитору нужно расслабиться.

Коссит взял с пола ещё непочатую бочку с их странным напитком, и водрузил её себе на плечо.

— Ты с ума сошёл? Ей нельзя пить! Она ещё несовершеннолетняя, — Кейтлин с ужасом уставилась на громилу.

— Это для меня, — кунари задорно подмигнул эльфийке и направился к выходу.

— Кстати о совершеннолетии, когда у златички день рождение, командор? — Варрик первым вспомнил о том, что никто из них не знал этой знаменательной даты.

***

— Знаешь, я даже рад, что она сломалась, — Бык отряхивал свои штаны, стоя у проломившейся кровати, — правда не рад, что эти деревяшки впились именно в мой зад. Теперь это твоя ответственность.

Нэль неприкрыто смеялась над пострадавшим спутником. Она с подозрением отнеслась к его предложению поговорить, но как только Железный Бык с грохотом опустился на её кровать, всё напряжение как рукой сняло. Судя по выражению лица коссита, и он был не против такого развития событий.

— Так, и куда теперь мне садиться, — Бык обвёл комнату взглядом. — Раз выбора нет, быстро на пол, мне нравится та шкура около камина, думаю, один день ваша нежная попка потерпит сидение не на мягоньком креслице, а на жёстком полу.

— Эй, это я постелила туда шкуру, это моё любимое место, — Нэль картинно надула губки, но переместилась вслед за воином. — Зачем ты пришёл? — это вопрос сорвался с её губ, сразу же после того, как коссит осушил первую кружку.

— Хей, босс, вы не рады моей компании?

— Что значит слово «босс»? И нет, я рада, что пришёл ты, а не другой, — эльфийка смотрела в огонь, не в силах поднять взгляда на коссита.

Бык открыл бочку с пивом и зачерпнул напиток кружкой. Она опустела буквально через несколько глотков. Нэль просто сидела рядом с косситом, ничего не говоря, ей было комфортно и в тишине.

— Я вот тут всё думаю, Солас то ничего, только жуткий немного, — взгляд Быка переместился на эльфийку, внимательно наблюдая за её реакцией. — Он когда про Тень начинает говорить, у меня чувство, что он и сам часть этой дряни.

— У меня тоже было такое ощущение, — Ллараинэль не ожидала от командира наёмников разговора о Соласе. — Он всегда только и говорит о Тени, ни откуда пришёл, ни как оказался с Искателями.

— Странно, не правда ли? — Бык ухмыльнулся и вновь опрокинул в себя кружку. — Вот по мне самый нормальный маг в Скайхолде это Дориан. И задница, что надо и ум острый, как игла. Всё думаю, как бы к нему подкатить, а то на все мои намёки он только рот кривит, не подскажешь, Инквизитор, вы же с ним друзья?

Лицо. Ллараинэль сосредоточила всё своё внимание на том, чтобы ни единый мускул на лице не дёрнулся.

— Не знаю, мне сложно понять эти трудности в отношениях, — голос вроде прозвучал ровно, без дрожжи и раздражения.

Нэль покосилась на своего собеседника. Улыбка Железного Быка изменилась, в ней появилось что-то раздражающее, и вообще он стал резко каким-то неуместным в её покоях. Хотя пару минут назад она была искренне рада его приходу.

— Бен-Хазрат, златичка, — обычно Бык не называл её этим глупым прозвищем. — Ведёте себя как два идиота, один цепляется за привычную догму «что он не такой как все», вторая силится понять окружающий мир, а сама боится своих собственных чувств. Не бывает чёрного и белого, не бывает одной истины для всех и порой наш взгляд на этот мир неожиданно меняется, даже если мы к этому ещё не готовы. Страх быть не принятым, страх изменить своей привычной жизни — вы сами подпитываете эти страхи, не желаете посмотреть на ситуацию под другим углом.

Ллараинэль ошарашено смотрела прямо в лицо коссита. Откуда он столько знает? Выучка шпиона даёт такие плоды?

— Я не понимаю, — едва шевеля губами произнесла эльфийка.

— Понимаешь, просто боишься. На собраниях, на суде ты всегда говоришь то, что думаешь, не придаёшь себя даже в самых сложных ситуациях. Что мешает тебе быть честной и со своим окружением? — Бык оказался ближе, улыбка стёрлась с его губ, а глаз пристально следил за сменяющимся выражением на лице девушки.

— Откуда ты…? — она тряхнула головой. — Я не хочу разрушать дружбу.

Бык рассмеялся.

— В жопу тогда такую дружбу, если в ней нельзя быть до конца откровенными друг с другом, — коссит положив свою большую руку на плечо Вестницы. — И у вас всегда есть большой Бык рядом, босс. Я могу дать вам то, в чем вы так сильно нуждаетесь, если вам понадобится, я останусь с вами до конца.

Это откровение вызвало в эльфийке странное тепло и, уронив голову на грудь Железного Быка, девушка прикрыла глаза.

— Иногда мне кажется, что я куда опаснее для этого мира, чем Корифей, — эти слова дались ей с трудом.

— Просто не думай об этом, закрой глаза и наслаждайся происходящим, — Бык осторожно похлопал эльфийку по плечу. — Я всегда так делаю.

Ллараинэль не проронила ни слова, продолжая слушать потрескивание поленьев в камине и гулкое сердцебиение коссита.

Глава 44. Подарок

Не успела дверь за Быком закрыться, как тут же в Инквизиторские покои вошла Героиня Ферелдена. Нэль вздрогнула и обернулась, она уже собиралась ложиться спать.

— Я думала ты ушла со стражами куда-то, — девушка села на край кровати.

— Не рада меня видеть? — Кейт печально улыбнулась.

Ллараинэль выглядел вымотанной, как морально так и физически, под глазами проступили тёмные круги, а золотистая радужка, словно бы потускнела.

— Рада, просто я хотела уже спать.

— Давай поспим сегодня вместе? Как раньше? — Кейтлин видела, как лицо сестры прояснилось, она энергично закивала головой и, устроившись под одеялом, ждала, когда к ней присоединится Страж.

Какое-то время они молча вслушивались в звуки потрескивания поленьев в камине. Им было комфортно и в тишине, словно они вернулись на десять лет назад, когда Нэль забиралась в кровать к старшей, когда ей снились кошмары.

— Я заметила одну вещь, — первой нарушила тишину Нэль, ей давно не давала покоя эта странная мысль. — Что ты можешь вспомнить из своей жизни в деревне?

Кейтлин молча обдумывала вопрос, пытаясь собрать все свои разрозненные воспоминания.

— Хороший и почему-то сложный вопрос, — Кейт нахмурила брови, она никак не могла воспроизвести точную картинку своих воспоминаний. — И кстати, ты не правильно переводишь. Cuil-an — город жизни, не деревня. Слишком уж много у нас домов и жителей, чтобы это было просто деревушкой, — девушка усмехнулась.

— Ma serannas*, долийцы зовут кланом, — Нэль повернула голову в сторону сестры, — я думала об этом долго. О нашем городе. О жизни в нём. Помню связанное со мной, где была и что делала, но не могу вспомнить детали, знаешь. Тут везде свечи, маги иногда зажигают светлячки…

— Светлячков, — поправила Кейт.

— Светлячков, — повторила за сестрой Нэль. — Вот только, у нас я точно помню не было свечей, это была редкость. А что мы использовали для освещения? Помню шум, какая-то машина, но что она делала и почему была в центре?

— Похоже это именно то, о чем говорила Хранительница — выходя за пределы града, мы заключаем договор о неразглашении с богами, поэтому другие долийские кланы ничего не могут вынести с собой, только крупицы наших знаний. Ты ведь помнишь, что эванурис — это самопровозглашённые боги?

— Да, они пошли против истинного порядка вещей и нарушили Баланас, вместе с людьми они установили в мире хаос, — Ллараинэль закрыла глаза, пытаясь выудить из памяти ещё что-нибудь подобное.

— Баланс. Ни в одной мифологии не осталось и упоминания об этом. Люди отлично справились с переписыванием истории, и придумали себе Создателя, — Кейтлин покачала головой, тоже прикрывая глаза.

— Из-за всех событий, я не задумывалась о своих воспоминаниях, но после письма от Аллароса и встречи с Эримондом, они нахлынули, и я поняла, что и без того смутные образы исказились ещё сильнее, — шёпотом продолжила Ллараинэль. — Я не хочу забывать, но и возвращаться не хочу, моё место в этом мире, просто я пока не могу понять почему. Что-то тянет меня, уговаривает остаться. И дело даже не в важности всей миссии Инквизиции, тут нечто большее, — эльфийка глубоко вздохнула, — мне кажется, это только начало, прелюдия к чему-то большему. Кто-то запустил давно заржавевший механизм, и сейчас он пытается заработать, но у нас словно не хватает деталей, и, — Нэль вновь посмотрела на профиль сестры, — это изменит всё. Не только людей. Весь мир. Все миры.

Кейтлин никак не реагировала, и Нэль подумала, что та уже уснула, но неожиданно глаза женщины распахнулись, и она повернулась на бок, положив свою руку на щёку сестры.

— Морриган...у меня была спутница, мы с ней сумели подружиться, несмотря на все её разногласия с Алистером она оказалась хорошей и помогла нам выжить, — Кейт сжала губы. — Я никогда и никому не рассказывала условия победы над Архидемоном и почему только Стражи могут это сделать.

Ллараинэль слушала сестру, жадно глотая все слова, стараясь понять каждое из них. Значит её предположения верны, всё это лишь начало чего-то большего. Ребёнок ведьмы с душой Уртемиэля, Архитектор — разумное порождение тьмы, бродящее неизвестно где, Корифей — с бессмертием и драконом, что беспрекословно выполняет все его указания, красный лириум, поющий фальшивую песню Баланса, Флемет — странная ведьма, умеющая перевоплощаться в дракона, метка и появление сфер в этом мире. Сферы. Где нашлась одна, там будут и другие, Нэль в этом не сомневалась. Условия нахождения сфер очень жесткие — лишь истинный хозяин может найти её и взять c Алтаря. Неужели Корифей один из Эванурис? Голова разболелась.

Лириум и его песня. Она только сейчас поняла, что именно отвлекло её при прикосновении к нему. И правда, это был искаженный мотив самой сути, самой магии — песнь Баланса. И она уже её где-то слышала. Где?

— Ты знаешь, что лириум поёт? — Ллараинэль надеялась, что не сошла с ума и может это было просто в их городе.

— Да, но услышать его пение может далеко не каждый, я никогда не слышала, а что? — Кейтлин обвела скулу Нэль большим пальцем. — Ты выглядишь очень обеспокоенной, что-то вспомнила? Или это из-за моего рассказа? Не тревожься, с последствиями своих решения, я постараюсь разобраться сама.

Ллараинэль покачала головой.

— Просто вдруг подумалось, ничего такого. Я помогу тебе, если ты позволишь, — Вестница придвинулась ближе к сестре, обнимая её за талию. — Не исчезай.

— Как скажешь, моё солнце.

***

Ллараинэль широко зевнула и чуть не упала с лестницы, тут же послышались знакомые смешки. Глаза до этого отказывающиеся до конца открываться, распахнулись. Около ворот стояли все спутники, включая мадам Вивьен и Кассандру. Все были с заплечными мешками и хорошо одеты, рядом с каждый стояло по коню. И когда только объездчик успел так хорошо укомплектовать их конюшни?

— Эм, привет, — Нэль замерла на последней ступени.

— Приношу свои извинения, госпожа Инквизитор, мне не следовало так грубо выражаться о том, кто спас всех нас и рискует жизнью каждый день, — Вивьен даже извиняясь выглядела так, словно это эльфийка преклонила перед ней колени.

— Мы тут, златичка, решили, что как всегда это будет быстрее сделать всем вместе разделившись уже там, — Варрик улыбался.

— Да и твоему командору вчера новые вести пришли, что там засели не просто Храмовники, а какой-то Кэррол, судя по всему он его знает, — Блэкволл поднял с земли свою сумку и закинул её за плечи. — Говорит быть осторожнее с ним.

— Он не мой, — немного заторможено ответила Нэль, всё ещё обводя отряд неверящим взглядом.

Дориан улыбался, но почему-то девушке показалась эта улыбка далеко не весёлой. Рядом с ним стоял Бык и неожиданно похлопал мага по плечу с такой силой, что тот чуть не лишился всех своих костей в позвоночнике. Нэль покачала головой и заметила ещё одного улыбающегося мага — Солас как всегда стоял чуть в стороне, и его улыбка была загадочной. Инквизитор прошла к своему коню и без лишних слов запрыгнула на него, Кассандра, не дожидаясь, тут же стала помогать с креплениями, и они даже перекинулись несколькими фразами.

***

Варрик, пожалуй, не видел эльфийку такой довольной ни разу с момента их знакомства. Прибыв в первый лагерь и получив все инструкции от Хардинг и интенданта, девушка тут же скинула сапоги и, зарывшись пальцами в мягкую траву, подняла лицо к небу.

— Как хорошо, что мы успели добраться, теперь это больше похоже на подарок, — Сэра впервые произнесла фразу, лишённую слов паразитов и грубых вставок. — Хотя, думаю вон тот медведь разбавит эту скучную атмосферу, что думаете? — с этими словами лучница погналась за бедным зверем.

Ллараинэль к удивлению многих бросилась вслед за второй эльфийкой с теми же странными радостными звуками

— Ладно, пусть пока развлекаются, кто-нибудь из магов прикроет их? — Варрик обвёл компанию. — Мы тут пока стол накроем, вернее одеяло.

Солас кивнул и пошёл вслед за девушками, что-то пророкотав на кунлате, Бык отправился вместе с ним. Судя по доносящимся до лагеря звукам — зверь был крайне недоволен компанией. Спустя какое-то время все вернулись, перепачканные как ни странно зелёной слизью и с мешочком внутренностей демона.

— Закрыли один разрыв, — пояснила тяжело дышащая Вестница, плюхая кровоточащий мешок на стол интенданта.

Нэль не сразу заметила раскинутое рядом с палатками покрывало, на котором были расставлены закуски и вино. Теперь стало понятно, почему мешки всех спутников были битком набиты, а она всё гадала, почему только у Блэкволла все склянки с зельями звякают всю дорогу.

— С Днём Рождения! — проревел нестройный хор голосов.

Ллараинэль почувствовала, как губы расползаются в улыбке, валласлин защипало, но девушка не обратила на этого никакого внимания. Её взгляд переходил от одного спутника к другому, улыбались все даже Вивьен и Солас, пусть и в своей странной манере. Интендант и несколько солдат Инквизиции подхватили скандирование и тоже развернулись к Вестнице и громко захлопали в ладоши. Ллараинэль рассмеялась.

— Тише, тише, — попыталась сказать она сквозь смех, — теперь о нас знают все Красные Храмовники в округе.

— Пусть знают и бегут от осознания, что грозный Инквизитор пришёл по их души, — понизив голос произнёс Дориан. — Ладно, давайте усаживайтесь, госпожа, а то у нас вино нагревается. Мы впервые за долгое время находимся в тёплых краях.

— Ты кажется уже забыл, посверкунчик, о том прекрасном жарком месте с кучей песка, — хохотнул Варрик.

Дориан лишь закатил глаза и изящно опустился на край пледа, остальные последовали его примеру. Солдаты отказались от выпивки, но зато Бык настоял на том, чтобы Инквизитор в этот раз хотя бы пригубила с ними вина. Нэль скрестив ноги сидела и с подозрением смотрела на кубок в руках, на самом дне алело вино. Запах был приятным, но слишком непривычным.

— Можешь не пить, просто поднеси кубок к губам, — шепнул на самое ухо Солас.

— Так! Никого эльфячего! — Сэра уже явно выпила несколько бокалов вина, судя по её раскрасневшимся щекам.

Ллараинэль улыбнулась и кивнула. Вино было на удивление приятным и мягким, яркий ягодный вкус перебивал даже намёк на алкогольный привкус. Нэль хватило пару глотков, чтобы ощутить как и её щёки краснеют и наливаются румянцем. Вся напряженная атмосфера исчезла, они играли в карты, спорили и рассказывали байки из жизни.

— И это совершенно не смешно! — вздёрнул нос Дориан, закончив свою историю о потере штанов из-за неправильного использования заклинания.

Его взгляд тут же нашёл золотые глаза, Нэль совершенно не скрываясь смотрела прямо на него и смеялась. Маг почувствовал, что вместо раздражения и обиды чувствует приятное тепло в районе груди, ему так нравилась эта заразительная улыбка и то, как образовывают небольшие ямки на щеках девушки. Почему она вызывала в нём столько эмоций? Ни одна девушка, даже из тех, с кем он пробовал спать, не могла всколыхнуть в нём и грамма эмоций. Но стоило золотым глазам посмотреть на него вот так, как мужчина готов был горой встать на защиту, сделать всё что угодно, лишь бы они всегда смотрели только в его сторону. Как глупо! Нэль перевела взгляд к склонившемуся к ней эльфу, он что-то говорил ей, она кивнула, и они поднялись. Внутри Дориана моментально зажглось чувство неприязни к этому лысому остроухому. Vishante kaffas! Он не должен думать о таком!

— Мы отойдём ненадолго, хочу показать Инквизитору руины одного из эльфийских храмов, — пояснил Солас, и они пошли прочь.

— Да, да, руины, теперь это так называется, — захихикала Сэра, за что получила неожиданный тычок со стороны Быка, который кивнул головой на застывшего Дориана.

— Ну дела, — еле слышно произнёс Варрик, сидевший рядом с этой чокнутой парочкой.

— Что делать будем? — кунари посмотрел сначала на гнома, а потом на эльфийку.

— Думаешь должны? — Варрик удивился странному вопросу от коссита.

— Думаю, да.

— Так, что вы там шепчетесь, — Кассандра нахмурила брови.

***

Ллараинэль с восхищением осматривала место, в которое привёл её Солас. Огромные галлы стояли по обе стороны от водопада, с искрящейся водой, она словно состояла из маленьких светлячков. Метка запульсировала, но не от боли. Казалось, что она была рада почувствовать такую концентрированную магию, и пыталась впитать её в себя. Небольшое образовавшееся озерцо около самых копыт галл было окружено ровной стеной, они прошли через арку и оказались на берегу. Нэль чувствовала голыми ступнями прохладу, идущую от воды.

— Что это за место? — она произнесла это тихо, будто боялась спугнуть волшебную атмосферу.

— Вход в святилище Эльгарнана, но оно давно разрушено, и никто не знает, где расположен сам Храм. Осталось только это, — мужчина обвёл рукой место. — По легендам, только истинные потомки или избранные могут найти вход в храм и войти в него.

— Это я знаю, — Нэль кивнула и прикрыла глаза, прислушиваясь к звукам воды и тонкому, едва слышимому гудению. Оно исходило отовсюду одновременно.

Солас стоял рядом, ожидая пока девушка привыкнет к ощущениям. На самом деле ему просто нравилось смотреть на неё со стороны, такую умиротворённую и живую, словно она была важнее всего в этом мире. Эта мысль пугала и будоражила одновременно. Никогда в своей жизни эльф не чувствовал ничего подобного, и вопреки рациональному мышлению, ему это нравилось. Его рука нашла руку Нэль, и он переплёл их пальцы, заметив, как девушка еле заметно вздрогнула от этого прикосновения. Что-то внутри отозвалось на этот странный жест и Солас почувствовал неприятное головокружение. Откуда-то издали послышался заунывный волчий вой.

— Я не могу дать тебе ничего вещественного в качестве подарка, чтобы оно и правда было ценным, — Солас повернулся к эльфийке, заметив это девушка тоже развернулась к нему, чуть запрокидывая голову. — Но я могу дать тебе правду. Долийцы наносят валласлин в качестве дани богам, пантеону, который не заслуживает преклонения перед ними. Вот только они сильно ошибаются, — эльф замолчал, смотря прямо в золотые глаза.

— Ты вновь путаешь меня с долийцами, — Нэль улыбнулась. — Рисунок кровью стали использовать в качестве украшения едва ли не рабов самопровозглашённых богов, но изначально его наносили простым людям, как у гномов. Метки низшей касты. Со временем и это значение поменялось, вновь вернулась мода на украшение тела и эльфы стали использовать своё мастерство и наносить такие татуировки, чтобы иметь отличительную особенность.

Солас не мог даровать ей даже такого — правды. Она знает это и без него, но вот про касты не знал он, никогда не слышал ничего подобного от духов.

— Ты знаешь даже больше меня, — Солас на мгновение разорвал зрительный контакт, прикрыв глаза, и тут же открыл их. — Но я хочу даровать тебе другую правду. Твой валласлин это некий вид усмирения, поэтому ты до этого не чувствовала надобности в использовании магии, и она не вырывалась из-под твоего контроля. Ты — усмирённая, пусть и не в той манере, к которой привык весь Тедас.

Глаза девушки широко распахнулись, она открыла было рот, но не смогла произнести ничего и шагнула назад, но пальцы их рук всё ещё были переплетены, и Солас не дал отойти ей далеко.

— Поэтому твои чувства притуплены. Мне жаль это говорить, но тебя лишили права на достойную жизнь, но, — эльф сильнее сжал пальцы Нэль, — я могу тебе помочь. Если ты позволишь мне снять валласлин. Я знаю, что нанесён он не как обычный и могут возникнуть проблемы, но я хочу хотя бы попытаться. Ты согласна на это?

Ллараинэль всё же расцепила пальцы и отошла чуть в сторону. Её взгляд упал на поверхность небольшого озерца, по которому расходились небольшие волны из-за водопада. Она просто не могла поверить в услышанное. Неужели её собственная мать пошла на такое лишь бы не обучать контролю над магией? Внушала ей ненависть к этому искусству и отгораживала от других жителей намеренно? Вот почему после валласлина она отпустила её в свободную жизнь. Больше было нечего бояться, больше она не смогла бы причинить никому вреда.

— Может с ним лучше, — Нэль печально улыбнулась. — Я могу и правда быть опасна, особенно сейчас.

— Нет! — Солас неосознанно повысил голос, но он так боялся именно такого ответа со стороны Вестницы. — Ты заслуживаешь полноценной жизни, и ты поймёшь чего тебя лишили, если доверишься мне сегодня.

Ллараинэль какое-то время стояла молча, прислушиваясь к своим мыслям.

— Ладно, может ты и прав, давай, может это вино, а может любопытство, — Нэль кивнула. — Что мне нужно делать?

— Мне нужен доступ ко всем частям валласлина, я знаю, что иногда его наносят и на спину, но у тебя вижу на ступнях, — Солас заметил, как девушка смутилась после этих слов, но неожиданно стала разоблачаться.

Разбойничья куртка была сброшена вместе с поясом, лёгкая рубашка упала следом, и эльф увидел, что живот и спина были полностью покрыты татуировками, как и руки, а в пупке виднелось небольшое украшение, которое моментально приковало взгляд эльфа. Значит помимо языка, у неё имелись и другие места с проколами. Для столь юной особы, это было весьма странно.

Девушка на этом не остановилась и стала стягивать с ног крепления для кинжала и склянки с зельями, после чего сняла и штаны. Теперь она стояла перед эльфом, вся сжавшаяся в одном только белье. Солас же не мог поверить в то что видит, валласлин был везде и это настолько его ошарашило, что он даже не сразу понял отчего пошли красные пятна на лице эльфийки.

Когда она с другим отрядом купалась в Крествуде не было такого чувства стыда, а сейчас она чувствовала себя слишком обнажённой под этим изучающим взглядом. Хоть мозг и говорил, что Солас рассматривает рисунок, но всё же избавиться от нервозности это не помогало.

— Пошли в воду, — Солас прямо в одежде вошёл в неглубокое озеро, вслед за ним, ёжась от холода зашла Нэль. — Теперь ложись головой ко мне.

Глубоко вздохнув, Ллараинэль опустилась в воду, послушно выполняя команды эльфа. Тело быстро привыкло к температуре воды, и она уже не казалась такой холодной, а наоборот приятно остужала кожу.

— Расслабься и постарайся ни о чем не думать, слушай мой голос.

Ллараинэль смотрела в звёздное небо, пытаясь сосредоточить всё своё внимание на нём, но как только магия струящаяся сквозь руки эльфа прикоснулась ко лбу, по всему рисунку прошёлся жар и боль. После всех ранений и пережитого страха, эта боль не казалась невыносимой. Тысяча мелких раскалённых игл вошли в тело по всему рисунку, вынуждая девушку зажмуриться. Голос мерно читал заклинание на эльфийском, слова, не имеющие смысла, вырывались из его губ, а руки нестерпимо медленно опускались ниже, захватывая всё новые участки кожи. Солас обошёл Ллараинэль, и как только его магия прошла непозволительно близко от метки, тело пронзила настоящая боль. Из глаз потекли слёзы, а из груди вырвался вскрик.

— Прости, ma vhenan**, потерпи, скоро всё это закончится, — Ллараинэль слышала и не слышала слова эльфа одновременно, до неё доносились лишь обрывки фраз, а его магия спускалась всё ниже, вызывая новые приступы боли. И чем ниже он спускался тем сильнее и отчётливее становились ощущения, словно до этого она и не испытывала ничего подобного.

Солас чувствовал, как валласлин сопротивляется, магия, заключённая в нём разительно отличалась от ритуала с лириумным клеймом церкви. Но даже тут в краску был введён лириум, пусть и в очень небольшом количестве, практически неощутимым для девушки, в отличие от лириумных клейм Фенриса. Вода вокруг засияла сильнее, тело под его руками начало трясти, и Солас старался делать всё как можно быстрее. Он боялся. Боялся, что Ллараинэль этого не выдержит, не сможет пережить вновь этой боли. Но пока она держалась стойко, лишь изредка издавая протяжные тихие стоны. Вновь послышался волчий вой. Маг старался не обращать на него никакого внимания, но казалось звук идёт не откуда-то, а изнутри, из него. Эта мысль напугала эльфа, но он стойко продолжил своё дело, стараясь не отвлекаться на посторонние звуки. Малейшая ошибка может стоить Вестнице жизни.

Солас тяжело выдохнул от осознания, что рисунок практически сошёл на нет и, стерев последнюю полосу на подъеме ступни, он поднял свой взгляд на лицо девушки. Ллараинэль искусала губы, виски были мокрые от слёз, но она уже не плакала. Просто смотрела на него широко распахнутыми глазами.

— Всё закончилось, ma vhenan, — маг вновь подошёл к эльфийке с боку, помогая ей осторожно подняться, придерживая за спину.

Взгляд её золотых глаз метался из стороны в сторону, она глубоко дышала, словно боясь, что каждый последующий вздох станет последним. Пальцы судорожно сжимались и разжимались, губы беззвучно шевелились. Резко взгляд остановился. Нэль неотрывно смотрела на водопад, словно видела за ним что-то. Солас проследил за её взглядом, но его взору не открылось ничего нового. Где-то на периферии сознания жалобно и тихо завыл волк. Он словно пытался привлечь внимание мага, но он лишь отмахнулся от этого навязчивого звука, и он утих.

— Нэль? — шёпотом позвал он, но девушка никак не отреагировала, продолжая смотреть в одну точку.

Солас привлёк её ближе к себе и поднял на руки, вставая из озера. Глаза цвета золота закрылись, и она протяжно выдохнула, но не двинулась, позволяя эльфу вынести себя из воды. На берегу маг практически самостоятельно одел на эльфийку рубашку, и только со штанами она справилась сама, всё так же молча и совершая минимум движений. Солас собрал оставшиеся вещи в наплечный мешок, и вновь поднял девушку на руки.

***

— Что-то они долго руины рассматривают, — Вивиьен пригубила очередной бокал вина.

— А вдруг на них напали? — Дориан выглядел раздражительно возбуждённым и уже три раза хотел выдвинуться на поиски парочки.

— Ну да, и мы такие пьяные, кнешна, тот ещё отряд спасения, хотя, — протянула Сэра. — Я б щас постреляла по движущимся мишеням.

— Для тебя сейчас все мишени — движущиеся, — хохотнул Блэкволл.

— Откуда столько красок, словно вынули из тёмной комнаты на свет, везде так много всего. Ветер обжигает, руки успокаивают. Вой, повсюду что-то шумит, ветер, запах костра, — про Коула как всегда все забыли и дружно вздрогнули, когда призрак начал говорить.

Как только его речь прервалась из небольшой рощи вышел Солас, держа на руках Ллараинэль, которая непрерывно смотрела в небо, шевеля губами. Дориан не смог сдержать порыва и вскочил на ноги, слегка покачнувшись, но не только он среагировал подобным образом. Бык встал следом, и придержал мужчину, и чуть толкнув его вперёд пошёл вслед за магом навстречу парочки. Остальные остались сидеть.

— Что? — хотел было спросить Дориан, но заметил чистое, без единого намёка на валласлин лицо и сразу всё понял.

Инквизитору вернули чувства.

*спасибо **моё сердце

Глава 45. Осознание себя

Ллараинэль чувствовала запах костра, такой яркий и насыщенный, она могла разобрать его на составляющие — вот разгорается ветка липы, а это видимо попали вязы. Вокруг неё мир гудел, жил и разговаривал разными голосами, в которых то и дело проскакивали определённые эмоции. Вот это Дориан, как всегда чем-то недоволен и морщит нос, а это Бык пытается пошленько пошутить, на что Вивьен, постукивая по бокалу, лишь качает головой и произносит свое любимое «дорогой». Кассандра пытается точить меч, но судя по звуку точильный камень выскальзывает из пальцев, а Варрик на этот счёт шутит в своей манере. Где-то вдалеке заливаются птицы, и слышится треск деревьев, сгибающихся под натиском ветра.

Ллараинэль открыла глаза. Перед ней распростёрлись кроны деревьев, сквозь которые были видны слишком яркие звёзды, дуновение ветра то и дело отклоняло их, заставляя показать наблюдающим серп луны на небе. Под головой Вестницы было что-то мягкое, но под ним чувствовалась твёрдая земля. Краски всего мира стали настолько ярче, что даже в темноте лёгкие блики от костра казались вспышками огромного пожара. На языке появилась горечь с привкусом металла, девушка поняла, что от нахлынувших эмоций прикусила внутреннюю сторону щеки. Кажется спутники ещё не заметили её пробуждения, и это было к лучшему, ей нужно было немного времени, свыкнуться с этими яркими ощущениями.

— Так ярко, мир всегда был таким? Не помню, словно солнце светит прямо в лицо, обжигает изнутри, красный, черный, белый — цвета. Язык обжигает от вкуса крови, пожар, повсюду запах гари. Боль и радость, словно два отростка сплетающиеся вместе, — Коул первым заметил пробуждение эльфийки.

Все разговоры смолкли, и Нэль почувствовала, как взгляды её спутников переключились на неё. Странное ощущение, всё стало непривычным и слишком ярким.

— Нэль? — голос Соласа был настороженным. — Как ты себя чувствуешь?

— Хей, снова эльфячий, мы ж нихрена не поймём, а мы тож беспокоимся, — Сэра явно перепила и еле ворочала языком.

— Странно, — впервые Нэль так легко произнесла слово на всеобщем языке, оно словно больше не застревало где-то в районе горла. — Мир всегда был таким ярким?

— Ого, где тот милый акцент, который покорил моё сердце? — Ллараинэль теперь чётко слышала в голосе Дориана эмоции, такие яркие и неподдельные. Это была не ирония. Ему и правда нравилось то, как она разговаривает? Девушка улыбнулась. И улыбка далась без труда и боли, она чувствовала каждую складочку образовывающуюся на лице от этого действия.

— Тихо вы, — к удивлению Нэль на остальных шикнула Кассандра, а не Солас. — Инквизитор, вам нужна какая-то помощь? — судя по слишком растянутым гласным, воительница тоже была навеселе.

Ллараинэль попробовала самостоятельно подняться. Под пальцами была трава, такая мягкая и прохладная с капельками воды, девушка едва заметно вздрогнула от прикосновения большой ладони коссита к спине, он помог ей сесть. Она не могла перестать улыбаться, и даже жжение в левой руке не портило ей настроение. Волнами накатывали неизвестные и непривычные эмоции, заполняя разум, заставляя жмуриться от слишком насыщенных цветов вокруг, от шума леса и голос сопартийцев.

— Так много времени прошло, будто никогда до этого ничего не чувствовала, — в голос вернулся любимый Дорианом акцент и лёгкая дрожь. — Неужели все видят так ярко?

Невероятная мысль пришла в голову. А могла ли Хранительница и в детстве применять на ней какие-то сдерживающие заклинания? Не зря же она практически не помнила особенно яркие моменты своей жизни, связанные с похищением детей и пожаром. Ллараинэль закрыла глаза. Она пыталась представить себе тот день, когда огонь стал поглощать деревья, но всё равно что-то мешало.

«Ещё рано, ты ещё не готова», — вновь этот смутно знакомый голос, так сильно похожий на свой собственный.

Спутники молча смотрели на Инквизитора, которая сидела то открывая глаза, то плотно их зажмуривая. Она периодически что-то шептала на смеси языков: «непривычно, очаровательно, больно, приятно».

Нэль подняла светящуюся ладонь к лицу, она была закрыта перчаткой, но свет пробивался сквозь неё. Внутри метки что-то изменилось, она стала пульсировать сильнее, но боли не было, только лёгкое жжение. Подняв вторую руку, эльфийка подумала о том, что света от костра слишком мало и вокруг вспыхнули маленькие, но очень яркие голубоватые огоньки.

— Ох, я думала вы не умеет колдовать, дорогая, — послышался позади удивлённый голос Вивьен.

— Не умею, даже заклинаний не знаю, — чуть заторможено произнесла девушка, всматриваясь в летающие вокруг светочи.

— Иногда силы мага вырываются сами, даже без знания определённых вещей, — начал Дориан.

— Да, но тогда эта магия стихийная, не сформировавшаяся во что-то конкретное, скажем простой удар силы или мороз, поражающий всё вокруг включая заклинателя, — менторским тоном произнесла главная чародейка. — А светоч нуждается в ловком использовании магической энергии и в её сосредоточении.

Ллараинэль вспомнила поход с Хранительницей к обители воинов «глаз гнева», тогда перед ними точно также выстилалась дорожка из маленьких огоньков. И сейчас Нэль чувствовала, как сквозь пальцы струится странная энергия. Девушка резко развернулась к спутникам, от такого движения перед глазами замелькали черные пятна, но даже сквозь них эльфийка заметила, что Соласа среди сидящих не было.

— А где Солас? — Нэль склонила голову.

— Он потратил слишком много силы, и мы отправили его отдыхать, ему нужно хорошенько выспаться, — ответил Варрик, — да нам всем пора уже на боковую. Иначе Храмовников мы будем пугать только своим видом и перегаром, а не боевыми умениями.

Ллараинэль к своему большому удивлению совершенно не чувствовала усталости, наоборот её переполняла энергия. Хотелось идти и вершить праведные дела, уничтожать Храмовников и закрывать разрывы. Пламя в костре неожиданно резко поднялось вверх.

— Осторожнее! Так, златичка, мы понимаем, что тебе невероятно сложно сейчас и ты чувствуешь прилив силы, но тебе нужно успокоиться, и тоже поспать, — Дориан уменьшил огонь, накрывая его сверху ледяным куполом.

— Давай руку, помогу, — Бык встал рядом с Вестницей и протянул свою большую руку.

Нэль осторожно вложила свою ладонь в его и неуверенно сжала пальцы. Она чувствовала под ними жар, словно у коссита температура тела была в разы выше, чем у неё. И это было удивительно приятно. Раньше эльфийка не совсем понимала, почему ездить на шее кунари так комфортно по ледяным пустыням, теперь всё встало на свои места. Не только плащ защищал её от непогоды, но и сам Бык.

Абсолютно всё ощущалось сейчас как никогда остро, каждое даже самое незначительно движение, улыбка, прикосновение и ветер. Все это сливалось в одно сплошное ослепительное чувство, описать которое девушка бы не взялась. Его было слишком много и оно было везде. Тёплая ладонь Быка, аккуратно подталкивающая её к одной из палаток, голос Дориана, что-то обсуждающего с Вивьен, и щебетание птиц. Как много она упускала из виду раньше, по сравнению с этим моментом, вся остальная жизнь казалась укутанной в чёрно-белый плащ с подкладкой, которая плохо пропускала свет и звуки. Взгляд золотых глаз поймал Коула, который подняв голову смотрел на небо, впервые за долгое время не скрывая лицо под полами шляпы. Ей хотелось окликнуть его, но не успела девушка этого сделать, как он сам повернулся к ней.

— Тебе не стоит бояться, я могу помочь справиться, — его голос звучал приятной успокаивающей песней, и Нэль благодарна кивнула, Коул тут же исчез из её поля зрения.

— Не хочу спать в палатке, — резко затормозив, произнесла Ллараинэль. — Останусь тут, только спальник возьму.

Бык ничего не сказал, только нахмурил брови. Девушка вытащила из палатки скрученный мешок и вернулась к месту, где горел костёр. Выбрав место недалеко от него, она устроила своё спальное место и тут же забралась под одеяло, моментально закрывая глаза. Сбоку послышались шорохи. Нэль повернула голову и увидела, как недалеко от неё устраивают свои мешки Дориан и Варрик, попутно о чём-то перешёптываясь, Бык уместился по другую сторону от них.

Лагерь погрузился в тишину, иногда слышались звуки шагов кого-то из дозорных Инквизиции и щебет птиц. Нэль никак не могла уснуть, ворочаясь с бока на бок. К ней неожиданно пришло ещё одно осознание, которое до этого было перебито массой обыденных эмоций. Она слышала дыхание Дориана совсем рядом и никак не могла перестать прислушиваться к нему. Страх моментально сковал все её конечности. Если она так ярко реагирует на ветер, на звуки и цвета, что с ней станет, как только всё это уйдёт на задний план и вернутся те неприятные чувства, название которым она так боялась давать.

«Надеюсь вы ответите на мои чувства», — зазвучал в голове далёкий голос Соласа.

Вот о чём ей нужно было думать в последнюю очередь так это о непонятных и слишком запутанных отношениях. Хотелось спрятать голову в мешок, закрыть уши руками и приглушить усиливавшие свой гул мысли. Большая часть которых состояла из одного имени. Меньше всего девушка ожидала, что перед глазами появится лицо командора с его слегка неловкой, но такой доброй улыбкой. Потом был Солас с его вкрадчивым голосом, проповедующим о чем-то на эльфийском, слов правда Нэль разобрать не могла. Всё было так ярко, каждое лицо: вот Бык со своей манерой играть бровями и пошло ухмыляться, а тут Кассандра, как всегда строгая, но такая правильная и близкая, будто и не эта женщина уже несколько раз обижала её резкими словами. Сэра о чем-то громко шутила и кидала крошки птицам, Коул рядом с ней довольно посмеивался, а Варрик, похлопывая его по плечу, уверял паренька, что он очень хороший малый. Жозефина и Лелина стояли рядом, улыбаясь и о чем-то тихо перешёптываясь между собой, стреляя глазами в сторону застывшего Каллена. Ллараинэль отчётливо видела лица всех спутников, как они о чем-то разговаривают между собой, ссорятся и мирятся. Неожиданно взгляды всех поднялись на неё, но смотрели они куда-то вдаль, за её спину и на лицах появился ужас. Девушка резко развернулась на пятках. Прямо напротив неё стоял гигантский чёрный волк, взгляд всех его глаз был устремлён прямо на неё. Пасть чуть приоткрылась, и послышался голос.

— Здравствуй, дитя Солнца. Надеюсь, ты сможешь простить меня за прошлые ошибки и дашь шанс их исправить, — он говорил одновременно на всех языках.

— Кто ты? — она не узнала собственного голоса, он был слишком далёким и чужим.

— Если пришло время представиться, то меня зовут Солас, — неожиданно на месте волка появился эльф, он улыбался также как в момент их первой встречи. — Очень рад, что ты выжила.

Вот только глаза оставались всё такими же красными, как у волка, а улыбка перестала быть дружелюбной, и больше походила на оскал.

Нэль проснулась от собственного крика.

— Тише, дыши, это всего лишь я, — Нэль едва не отпрянула назад, рядом с ней сидел Солас.

— Что за крики? — откуда-то сбоку послышался обеспокоенный голос Варрика.

— Простите, страшный сон, непривычно чёткий, — Ллараинэль сделала несколько глубоких вдохов, и сердце постепенно перестало так бешено колотиться.

Остальной отряд уже подтягивался к костру, чтобы забрать свою порцию завтрака. Нэль, развернувшись на своём спальнике, и тоже протянула руку за горячей порцией похлёбки и кусочком хлеба с сыром. Ели практически в тишине, иногда что-то комментировал Дориан или Бык, Варрик поддерживал их смешком или своим высказыванием. Нэль просто наслаждалась минуткой спокойствия. Всё вокруг было ярко зелёным и таким родным. Если бы ещё деревья были немного помассивнее и вокруг них раскинулись дома, уходящие вдоль стволов выше, соединённые между собой мостами. Она услышала знакомые звуки паровой машины и лязг проходящей внизу каравеллы, гружёной припасами из прибрежной части города.

— Инквизитор? — из мыслей её вывел голос Кассандры. — Когда будем выходить?

***

Дориан не мог перестать скрипеть зубами, даже осознавая, что это абсолютно глупо и бессмысленно, но эти два эльфа шагающие впереди жутко раздражали его. Ллараинэль шла рядом с Соласом и с восторгом указывала пальцами на таблички около деревьев, на разрушенные колонны. Нет, ему нравилось, что она стала такой эмоциональной, но что-то внутри противоречиво кричало, и маг никак не мог справиться с этим чувством. Они уже успели закрыть большую часть разрывов и даже встретились с этим гигантским Красным Храмовником. Реакция Нэль на все эти события была достаточно красноречивой. И раньше убийства давались ей с трудом, а тут с возвращенными эмоциями и ощущениями, девушку дважды вырвало и после этого, Солас ни на шаг не отходил от неё. Говорили они только на эльфийском, и этот остроухий маг так улыбался Нэль, что Дориану просто жизненно необходимо было запустить в него огненным шаром.

— Я испробовал уже все шутки, но похоже ту парочку не волнует ничего кроме посмертных табличек, — Варрик достал из-за плечей Бьянку и, демонстративно сев на корни деревьев, стал чистить её от останков демонов.

— Говорю ж, эльфанутая парочка, достойная друг дружки, — Сэра забралась на одну из веток и теперь свисала с неё вниз головой.

— Впервые жалею, что отправился не с другим отрядом, лучше терпеть Искательницу, чем это, — Дориан скривился, не сумев сдержать эмоции.

— Ой да ладно вам! Зато вы можете поболтать с Быком, — коссит поиграл бровями, наклоняясь боком к тевинтерцу, — и я знаю пару способов развлечься, если ты понимаешь о чём я.

Маг закатил глаза, привычно игнорирую медвежий флирт кунари.

— Создатель, да вон тот Великан подкатывает лучше, чем ты, — Дориан указал большим пальцем на исполинскую фигуру за деревьями.

— Подштанники Андрасте, да это же Великаны! — Варрик соскочил со своего места.

Судя по всему парочка эльфов ушла куда-то за пределы видимости и на довольный крик Быка никак не отреагировала. Драться вчетвером против трёх Великанов оказалось достаточно затруднительно. Дориан не успевал ставить разрушающиеся барьеры, а Сэра прыгала с ветки на ветку, стараясь выбрать угол получше и стреляла поочерёдно в каждого из противников. Варрик же прятался между колоннами и отстреливался из-за них, но болтов в колчане осталось до обидного мало, и приходилось дольше целиться.

Дориан поднял себе на защиту нескольких до этого убитых храмовников, но Великаны расправились с мертвецами слишком быстро, а мана восстанавливалась непозволительно долго из-за усталости от предыдущих сражений. Последний барьер пал, и маг не успевал уйти от удара, он видел летящий в него камень, словно время вокруг него затормозилось. Он пытался хотя бы отпрыгнуть, но экипировка с его излюбленной накидкой не позволяла передвигаться также проворно и быстро, как разбойникам с их физической подготовкой и удобной бронёй. Впервые Дориан был не рад своей пусть и красивой, но до ужаса неудобной одежде. Нога каким-то образом наступила на один край, и маг полетел кубарем вперёд. Верхняя часть туловища от удара ушла, но вот правая нога с характерным звуком сломалась, а изо рта вырвался громкий крик. На мгновение в глазах потемнело. Благодаря предыдущему опыту в сражениях, где маг уже получал не менее болезненные травмы, он не дал отключиться мозгу, хотя тело и отказалось полностью повиноваться от накатившей вспышки. Тевинтерец широко распахнул глаза, чтобы заметить, как к нему рванул Бык, а потом почувствовал как земля под телом содрогнулась с небывалой силой.

«Вот и конец», — Дориан подумал, что это подошёл к нему один из Великанов, но земля вновь сотряслась, а маг так и остался не тронутым. А вот Бык пошатнулся, оседая на колено и упираясь своим двуручником в землю. Дориан скорее почувствовал, чем увидел сильный поток магии, пронёсшийся прямо над ним, и снёс сразу двух Великанов на землю, проходясь ровничком над рогами коссита.

— Нэль, успокойся! — раздался голос Соласа, земля по-прежнему содрогалась, но уже не так сильно.

Дориан упёрся руками в землю и поднялся, его голова раскалывалась от боли, как и повреждённая нога, но он заставил себя повернуться. Совсем недалеко от него стояла Вестница, в её глазах бушевала такая ненависть, что воздух вокруг заискрился в прямом смысле этого слова, и следующая волна была явно с примесью молний. Поднявшиеся было противники тут же оказались вновь на земле и уже не пытались подняться, а третий, более сообразительный, вышел из-за дерева, но тут в него полетели болты, и Бык бросился с криком.

— Златичка, рекомендую тебе успокоиться, иначе Быку и остальным будет тяжелее сражаться, — Дориан улыбнулся эльфийке, и резко всё прекратилось.

Маг заметил, с каким нескрываемым презрением и ненавистью посмотрел на него Солас, но почему-то на душе резко стало тепло. Нэль уже стояла около тевинтерца на коленях и с такой болью в глазах смотрел на его повреждённую ногу, словно это она сделала, а не Великан. Солас же пошёл на помощь остальному отряду.

— Прости, — в голосе Нэль слышалось искреннее сожаление.

— И за что ты извиняешься? — Дориан выгнул бровь, всё ещё улыбаясь эльфийке. — Что ушли вперёд и не услышали сразу, — Вестница запустила руку в свою сумку и, достав оттуда уже знакомую склянку, протянула её Дориану. — Кости не срастит, но боль снимет. Если Солас сможет хотя бы немного подлечить тебя, то у меня есть ещё одно зелье, более сильный вариант вашего «зелья здоровья».

— Порой мне кажется, у тебя для всех наших снадобий есть «более сильный вариант», — рассмеялся маг.

Дориан совершенно не мог совладать со своими эмоциями, но ему было настолько приятно видеть Нэль рядом, осознавать, что она чуть не разрушила тут половину рощи только потому, что он сломал по своей неосторожности ногу. Он сам загнал себя в угол и теперь совершенно не знал, что с этим делать. Дориан продолжал смотреть на эльфийку рядом с собой, и послушно пить зелья один за одним, не замечая, как скрипя зубами Солас водит руками над его ногой.

Боль отступила и слова «она чуть не разрушила половину рощи» уже не казались милыми и уместными. Создатель! Сколько же у неё силы, если простой выброс заставил двух Великанов упасть, а землю под ногами заходить ходуном. Неужели Хранительница их деревни не просто так решила запечатать магический потенциал Вестницы? Нет, это глупая мысль, никто не заслуживает усмирения.

— Посверкунчик, земля вызывает, посверкунчика, — Варрик помахал рукой перед лицом Дориана. — Всё хорошо? Ты отключился на мгновение.

Только сейчас маг заметил, что Нэль больше не было рядом, а Солас не лечил его ногу. Тевинтерец даже не заметил, в какой именно момент сознание уплыло в тёмные дали. Он был практически уверен, что всё это время видел перед собой золотые глаза и лёгкую печальную улыбку. Печальную?

— Только не выключайся снова, хотя наоборот давай, понесу тебя как принцессу на руках, — загоготал Бык откуда-то сверху.

Девушка, которую маг видел перед собой, была похожа на Ллараинэль, но это была не она. Если бы его сейчас кто спросил, то пожалуй, единственной ассоциацией была бы давно покойная невеста Создателя, но это было так глупо. Как минимум по причине того, что Андрасте была человеком и вроде не имела золотистых глаз, только волосы, и те скорее всего при жизни были просто блондинистыми, но менестрели любят преувеличивать образы, тем более такой значимой особы для этого мира. И всё же это странное видение никак не отпускало мага, даже по пути в один из лагерей Инквизиции. Нэль всё это время шла впереди вместе с Соласом, но на этот раз эльфийка постоянно озиралась и осматривала местность, чтобы они не оказались в подобной ситуации вновь. Каждый раз, Дориан пытался поймать её взгляд, но словно что-то мешало ему взглянуть в золотые глаза, отталкивало. Маг тряхнул головой, не время думать о подобных бессмысленных вещах.

***

— Если верить карте, остался буквально один разрыв, — Кассандра зачеркивала уже закрытые бреши. — Эту часть очистили мы, над этой поработали вы. Осталось только вот это поместье и разрыв прямо около него. Разведчики говорят, что с тем местом что-то не так, даже Красные Храмовники не стали захватывать это место, хотя хозяева не отзываются на письма.

— Пойдём завтра утром туда, — Нэль была совершенно не довольна, что они так быстро зачистили Изумрудные могилы. Прошло всего два дня, а почти все дела были выполнены.

— Инквизитор, если сами не желаете, дайте я возьму отряд и наведаюсь к тому дракону, — Бык повторял это уже третий раз, но ответ был всегда один, твёрдое и непоколебимое — «нет».

— Сходим к нему после поместья, — неожиданно произнесла Нэль.

Она сама не понимала, зачем хочет подойти так близко к драконьему логову, но что-то внутри неё так и кричало о желании увидеть это прекрасное создание вблизи. Убивать его девушке не хотелось, и поэтому рациональная часть сознания кричала о бессмысленности этой затеи, потому что дракон в любом случае будет защищать своё гнездо и территорию.

— Рано вставать будем? — Дориан повернулся к столу, поднося к губам кружку с холодной фруктовой водой.

— Ты не пойдёшь, — брови Нэль сошлись на переносице, но вместо придания лицу выражения недовольства, это сделало эльфийку ещё более милой. — Твоя нога травмирована.

— Солас и твои припарки её вылечили, — маг потряс ногой, к его собственному удивлению она и правда совершенно не болела.

— Припарки? — золотистая бровь выгнулась.

— Это, златичка, в Ферелдене так зелья называют, — Варрик сидел рядом с тевинтерцем и смазывал механизмы своей Бьянки ярко пахнущим маслом.

Раньше Нэль не замечала, что оно имеет такой сильный аромат. Она, видимо, никогда не перестанет удивляться мелочам, которые раньше были ей недоступны.

— Похоже собираются тучи, и нам лучше разместиться в палатках, — Солас смотрел куда-то наверх. — Ma vhenan, тебе стоит лечь, слишком много ощущений и эмоций, ты выглядишь измотанной, пошли спать.

— Бла, бла-бла, — Сэра изобразила рукой рот, — бесишь со своим языком.

— Если бы ты хоть немного ценила наследие собственного народа…

— …то свихнулась бы куда раньше, — закончила за Соласа эльфийка и показала ему язык.

— Мне показалось, или у тебя язык не такой чистый, как у нашей второй лучницы, — Дориан любил Варрика за то, что он задавал вопросы, которые не решался задать сам маг.

Ллараинэль скопировала выражение лица Сэры, больше всех лицо вытянулось у Кассандры, женщина точно не была готова увидеть прокол у их Вестницы в таком месте.

— И твоя мать была не против, что ты сделала такое в столь юном возрасте? — Блэкволл тоже был весьма сильно удивлён.

— Ей было плевать, — равнодушно пожав плечами, произнесла девушка. — Ладно, пора спать.

От этого фамильярного слова, которое она произнесла на его манер, на губах мага непроизвольно расцвела лёгкая улыбка, но как только он заметил, что вместе с Нэль в палатку забрался Солас, неожиданно хорошее настроение испарилось.

Бык хмыкнул себе в кружку, Варрик лишь качнул головой, но говорить ничего не стал. Постепенно все покинули поляну и разошлись по своим палаткам.

Глава 46. Память в огне

— Ты должен понять, что тебе нельзя мешать, — голос зверя был низким с лёгкой хрипотцой. — Ты должен вести её в нужном направлении, но не становиться её заложником. Да, не смотри на меня так, чувства — это наручники, которые помешают тебе в дальнейшем здраво мыслить.

Солас стоял на выложенной каменной плиткой дорожке. Перед ним возвышались колонны, стоящие полукругом на мраморной плите, в сердце которой лежал огромный чёрный волк. Слова его состояли из давно забытых эльфийских слов, а три пары глаз то закрывались, то открывались попеременно. Это нервировало мага сильнее, чем речь неизвестного духа или демона.

— Кто ты и что хочешь от меня? — Солас специально говорил на всеобщем языке, но воздух вокруг него будто исказил всё сказанное, и звуки переменились, став древним эльфийским наречием.

Где-то сбоку послышался шёпот, и маг резко повернулся. Среди деревьев вновь мелькнули два светящихся лириумом огонька, шорох, с другой стороны золотом — вспыхнуло и погасло.

— Не слушай его, не слушай его, маг, ты нужен ей, а она тебе, — шёпот слился в единый хор, доносящийся из глубин тёмной рощи.

Волк неожиданно поднялся и громко рыкнул, ударяя массивными передними лапами о мраморную поверхность алтаря.

— Прочь! — скорее вой, чем полноценное слово вырвалось из чудовища, и шёпот замолк. — Нам нужно исправить всё, нам нужно найти способ исправить наши ошибки, — красные глаза посмотрели прямо на эльфа. — Ты должен вспомнить.

Соласу показалось, что его накрыло тёмной густой водой. Он пытался вздохнуть, но в лёгкие вместо воздуха пробивалась эта жижа, наполняя собой всё, забиваясь в каждую клеточку, поглощая. Маг попытался сопротивляться, он уже однажды испытывал подобное и проснувшись обнаружил себя в совершенно неизвестном месте. Эльф больше не хотел испытывать подобное и всеми силами пытался сопротивляться натиску чёрной воды.

— Не бойся, ты не умрёшь, но вспомнишь, — голос гигантского волка проникал даже через эту толщу воды.

Солас пытался поставить барьер, оттолкнуть от себя поглотившую его жидкость, но она будто впитывала все его заклинания в себя. Впервые за всю жизнь, маг чувствовал непреодолимый страх и желание жить, вырваться из этого чёрного плена, но чем больше он сопротивлялся, тем тщетнее казались попытки. Истратив все запасы маны, эльф закрыл глаза и позволил воде пробиться и заполнить его лёгкие, увлечь за собой в неизвестную даль. Где-то завыл волк.

***

Ллараинэль было страшно, и это чувство было несравнимо с тем, что она ощущала раньше. От поместья исходили странные волны всепоглощающей ненависти и смерти. Через незакрытые окна едва пробивался свет, словно что-то мешало ему пройти через стекло и озарить коридоры своими лучами. Они разделились. Нэль ушла с Быком, Варриком и Дорианом вправо, Солас, Кассандра, Сэра и Коул влево. Больше всего Вестницу удивило поведение Соласа, который словно избегал её всё утро и даже сам выбрал другой отряд, хотя обычно сильно был против, когда Дориан выражал желание пойти с ней. Она словно что-то пропустила или сделала не так, и это острое колкое чувство раздражало. Девушка не могла сосредоточиться, всё обдумывая свои слова и действия, но не могла найти ключ к этой разгадке. Она просто не понимала, когда и как умудрилась обидеть эльфа.

Крик пронзил тишину. Нэль отпрыгнула назад и задев полки руками, повалила с них книги. Резко из-за угла на неё вышли мертвецы, а из-за витающих где-то мыслей она даже не заметила их, пока один громко не прорычал ей что-то практически в лицо. Вокруг возник золотой барьер, непроизвольно она закрыла себя, снова этот выброс магии, если она не будет внимательна то так и будет использовать эту ненавистную ей силу. Мариан была права, нужно научиться контролю.

Новая вспышка боли. Мариан. Нэль зажмурилась и осела на пол, пытаясь справиться со странной разрывающей на части болью, она била изнутри, расходилась по конечностям и готова была лишить разума. Чей-то знакомый голос пробился извне, барьер пал, и тёплые руки легли на плечи.

— Нэль, это я, Нэль всё кончилось, мертвецов больше нет, — Дориан, в его голосе слышалась неподдельная тревога и что-то ещё, чего девушка не могла понять. — Kaffas, нужно срочно заняться твоим обучением. Нэль? — последнее слово он произнёс так…так нежно.

— Простите, я не хотела, — Инквизитор открыла глаза и посмотрела на мага перед собой, облегчения это не принесло, только новую боль от осознания тщетности всего происходящего.

Почему в самый неподходящий момент Солас так резко отстранился от неё? В момент, когда был нужен больше всего на свете, и вместо него рядом оказался простой человек, тевинтерец, которого стоило ненавидеть и опасаться. Ллараинэль разрывало от противоречивых чувств, и ей никак не удавалось справиться с этой лавиной из ощущений и осознаний. И…и это было знакомо, словно раньше с ней уже происходило подобное. Нечто пугающе необратимое случилось в том неизвестном прошлом, которое никак не хотело вернуться в её память.

— Тебе не за что извиняться, златичка, — Варрик встал рядом с магом. — Если бы меня держали взаперти столько лет, пожалуй, я бы и не такого шугался, — гном улыбнулся своей заразительной улыбкой, и Нэль не сдержавшись, ответила ему тем же.

— Так отлично, я тут всех вокруг порубил, осталось понять откуда они ползут, — Бык стряхнул с меча останки одного из мертвецов. — Мои плечи к вашим услугам, босс.

— Но тут нет болот и льда, — Нэль посмотрела на коссита.

— Зато есть нервирующие вас создания, идеальный повод покататься на Быке, — кунари ухмыльнулся и подмигнул девушке, щёки её непроизвольно вспыхнули, а Дориан на это лишь обреченно вздохнул, поднимаясь на ноги.

Ллараинэль всё же отказалась от катания на плечах, но вперёд не бежала, предпочитая идти с остальным отрядом в ногу. В круглой комнате они встретились со вторым отрядом, который раздобыл какие-то письма и ключ, и пугающая Вестницу миссия закончилась.

***

Ллараинэль не могла отвести взгляда от мерцающей в лучах полуденного солнца чешуи величественного дракона. Эльфийка заметила среди руин большое гнездо, в котором копошились ещё совсем маленькие детёныши. Драконица взревела, вставая на все четыре лапы и закрывая своими огромными крыльями вид на гнездо. Её рёв оглушил отряд, но Нэль даже не шелохнулась продолжая смотреть прямо на животное. Внутри всё похолодело от ужаса. Дракон. От холодного огня девушку закрыл барьер Дориана. Маг что-то прокричал, но Нэль совершенно не слышала никаких иных звуков, кроме всепоглощающего рёва и грохота падающих каменных стен.

Огонь был повсюду, он поглощал деревья со скоростью ветра. Нэль едва успела спрятаться за одной из статуй Митал. Раньше никогда Элувиан не открывался и никому не удавалось через него проходить, но сегодня что-то пошло не так.

— Кто ты? — рёв перемешивался с низким утробным голосом.

Ллараинэль была уверена, что это не эльфийский, но вот какой язык использует дракон она понятия не имела. Несмотря на это, ей были понятны сказанные зверем слова, и это пугало куда больше его огня. Огромный хвост с грохотом обрушил одну из колонн, и девочка оказалась зажата между стеной и обвалившимися руинами. Даже с её комплекцией протиснуться в оставшееся отверстие не удавалось, огонь нагрел один из камней, и Нэль вскрикнула, при повторной попытке вылезти. Она чувствовала как запах гари становится всё сильнее, как маленькое пространство заполняется дымом, а дыхание сбивается всё больше, переходя уже в непрекращающийся кашель.

Слёзы текли по щекам. Она этого не хотела! Не хотела! Просто ей стало грустно и больно. Сегодня во время занятий ей сделали замечание за невнимательность и отсутствие интереса к учебе, мать узнав об этом и отчитала её ещё и дома.

«Ты позоришь нашу семью! Наш род Махариэль! Посмотри, кем стала твоя сестра, она преодолела столько невзгод и стала Героиней! А ты! Да ты даже не можешь запомнить элементарных вещей! Хорошо хоть в тебе магии ни грамма, иначе бы это была катастрофа!» — Таурэтари редко переходила на крик, обычно она обжигала своим молчаливым неодобрением и резкими колкими замечаниями, но после ухода Кейтлин, женщина всё чаще стала поднимать голос на младшую из дочерей.

Нэль хотелось сбежать, остаться наедине с собой и своими мыслями. Она всегда приходила к развалинам храма. Поднималась по лестнице, не имеющей под собой основания вверх, туда к площадке зависшей в воздухе, на которой стояло огромное зеркало. Не сдержав эмоций она ударила руками о зеркало и чаши на колоннах вспыхнули золотым огнём, поверхность под пальцами замерцала, и девочка едва успела отпрыгнуть, прежде чем через Элувиан прошёл огромный дракон. Великий дракон.

— Я — Лэниаралл, как тебе смертная, удалось открыть врата? — голос проникал в само сознание.

Нэль не могла произнести и слова, забившись между каменными обломками, она вся сжалась и молилась богам, о том, чтобы дракон ушёл. Вокруг неё заискрился золотистый барьер, закрывая от жара и дыма. Она слышала, как дракон взмахнул своими массивными крыльями, разнося губительное пламя всё дальше.

— Уходи! — голос Таурэтари раздался с небывалой силой, перекрывая даже рёв зверя.

— Мы нашли её, она здесь! — неизвестный мужской голос.

Несколько обломков были сброшены, и в проёме показался эльф, его глаза светились и от них словно бы шла дымка. Нэль сразу же поняла, кто он и не задумываясь протянула руки навстречу спасителю, который вытащив эльфийку из западни тут же ударил ей пальцами между бровей и сознание померкло.

— Не стой столбом! Либо сражаемся, либо уходим! — голос Дориана прозвучал прямо над ухом, Нэль дёрнулась.

Сознание вернулось к ней, хоть перед глазами всё ещё стояли картины прошлого. Было тяжело справиться с резко нахлынувшими эмоциями, но девушка сжала зубы и кивнула в противоположную сторону, призывая отряд к отступлению. Бык недовольно взвыл, но послушался Инквизитора, и они ушли, оставив драконицу и дальше охранять своё гнездо.

— Эй, златичка, что случилось, на тебе лица нет? — Варрик положил руку на плечо девушки.

— Ты и правда сильно побледнела, — Дориану не нравилось это отсутствующее выражение лица у их предводителя.

— Хей, босс, сказали бы, что боитесь этих тварей, дак мы бы и сами сходили, — Бык тоже подошёл ближе к Вестнице.

***

Солас стоял на краю лагеря и смотрел, как Нэль осторожно срезает растения и укладывает каждое из них на подготовленный расстеленный кусочек ткани с вшитыми в них рунами холода. Видимо, Дагна постаралась, судя по качеству исполнения работы.

Эльф не мог оторвать взгляда от тонкой фигуры Вестницы, от её больших ясных глаз. Ему казалось, что он смотрит на саму жизнь этого мира в её земном обличие и чем сильнее было это чувство, тем острее осознавалась хрупкость эльфийки. Одно неосторожное движение в бою и весь мир обречён и ему совершенно не хотелось наблюдать за тем, как эти веки сомкнутся навсегда, отрезая взгляд золотых глаз от созерцания своего окружения. Иррациональные чувства. И как этот дух мог сказать, что он должен оставить Нэль? Желание стоять рядом, подле неё было настолько ошеломляюще сильным, что эльф даже на мгновение испугался. Может волк и прав, это преграда для истинной цели Инквизиции. Только Солас никак не мог заставить себя уйти или хотя бы отвернуться.

Маг осторожно сделал несколько шагов и оказался подле Инквизитора, она тут же подняла взгляд, с опаской смотря на потревожившего её. В глубине золотых глаз заиграли нотки обиды, и девушка, не говоря ни слова, продолжила заниматься своим делом. Солас опустился рядом.

— Прости за моё глупое поведение, веду себя как мальчишка, ma vhenan, — он осторожно отломил эльфийкий корень, и стряхнув землю, уложил на ткань рядом с другими растениями.

— Тебе не за что извиняться, — Нэль чуть качнула головой. — Для меня все эти чувства, — девушка запнулась, — словно прыжок с головой в ледяное море. Одновременно нужно делать и следить за всем, это так утомляет. Как вы все справляетесь с подобным?

— На нас в твоём возрасте не лежала подобная ответственность и к нам не было приковано столько внимания, — Солас не знал как облегчить ношу Инквизитора и собственный побег от этих отношения, казался ещё большей трусостью. — Может, — он не хотел говорить ничего из того, что губы произнесли дальше, — я не должен отвлекать тебя от твоей миссии, и заставлять разбираться ещё и с этим. Лучше будет, если я останусь только в качестве наставника.

Маг не хотел видеть этого взгляда наполненного благоговейным ужасом. Нэль медленно осознавала произнесённые эльфом слова и верить в их смысл совершенно не хотелось. Неужели…нет, Солас и правда нравился ей, может не так сильно как Дориан, но с эльфом у неё было намного больше общего с ним было легче общаться за счёт языка. Сильно, не сильно. Уже это не имело никакого значения. Солас поднялся и ушёл обратно в сторону лагеря, оставляя растерянную эльфийку сидеть около своих глупых растений и молча глотать слёзы. Может, именно это её судьба, лишаться всего, что приносит ей радость? Метка запульсировала с удвоенной силой, словно привлекая внимания своей носительницы. Нэль подняла руку и внимательно посмотрела на ладонь, скрытую за тонким слоем перевязки, которую она использовала в тёплых местах вместо перчаток. Дагна умудрилась улучшить даже эту её деталь одежды, и благодаря этой маленькой и бойкой женщине, метка на руке перестала так часто привлекать внимание Вестницы.

Дориан не знал, о чём говорил Солас с Инквизитором, но после ухода эльфа девушка долго сидела с совершенно пустым взглядом и смотрела сначала на землю, а потом на свою руку. Это сильно напрягало тевинтерца и, плюнув на свои собственные сомнения и страхи, маг подошёл к Нэль и опустился с ней рядом на колени.

— Так, думаю с травами можно на сегодня закончить, не хочешь перед закатом потренироваться в контроле магии? — Дориан пытался заглянуть в лицо Вестницы, скрытое за несколькими выбившимися из общей причёски локонами.

Она чуть повернула голову в сторону мага, смотря на него сквозь тонкую завесу из волос. Из огня да в полымя. Слова Соласа, что-то задели внутри, раздробили своей уверенностью в том, что так будет лучше для всех, не оставляя ей и шанса на реванш и ответ. Дориан. Девушка печально усмехнулась своим мыслям. Смотря на него она чувствовала куда больше, чем даже после разговора с эльфом. Боль когтями впивалась в сердце, разрывая его на части, заставляя всё внутри кричать о боли. Чем сильнее Нэль стискивала губы, тем сильнее хотелось просто упасть на колени и на самом деле закричать во все горло, выдыхая весь воздух из лёгких, обжечь гортань силой звука. Но вместо этого ей приходилось молча сидеть и молча смотреть в одну точку, чтобы не выдать своих настоящих эмоций. После снятия валласлина это было куда труднее, чем раньше. Если до этого стоило только отвлечься, как эмоции перетекали в нужное русло, то теперь любые воспоминания, любые действия выбивали воздух из лёгких, ударяя сильнее, чем отравленный коготь демона.

— Нэль, Солас что-то тебе сказал? — впервые тевинтерец не сдержался и задал вопрос в лоб.

— Пошли, — голос казался Ллараинэль чужим, словно не она открывала губы и произносила их. — Потренируемся около реки.

Дориан кивнул. Он не хотел вынуждать Нэль ничего рассказывать, поэтому больше не задавал своего вопроса. К ним неожиданно присоединился Варрик, который совершенно не понимал в магии, но немного в психологии, а Кассандра пошла «на случай непредвиденных обстоятельств».

— Если ты не хочешь учиться непосредственно заклинаниям, чтобы использовать свою силу, то всё наше обучение будет состоять лишь в том, чтобы ты не боялась того, что внутри тебя бушует стихия, откликающаяся на каждый твой мысленный и эмоциональный порыв, — Дориан встал напротив Нэль, сложив руки на груди.

— И что мне делать? — девушка выглядела устало, но голос её звучал твёрдо и уверенно.

— Всё просто. Вытяни руку, — Нэль послушно протянула тевинтерцу свою ладонь, он, выудив из набедренной сумки странный флакончик и маленькую кисточку, нарисовал в середине ладони точку.

— Ты даже сюда берёшь с собой румяна? — ухмыльнулся Бык, и смачно впился зубами в сочное яблоко. Нэль даже не заметила, когда он пошёл за ними.

Дориан закатил глаза и вновь ничего не ответил на колкость со стороны коссита. Почему-то Нэль показалось это его поведение слишком…слишком каким? Дориан всегда парировал любые высказывания всех в свою сторону, но все фразы Быка переносил стойко и даже иногда едва заметно улыбаясь. Похоже у коссита куда больше шансов, чем он думает. Этот факт не разозлил Нэль, а заставил почувствовать себя ещё более усталой.

— Закрой глаза, — эльфийка вновь повиновалась, — теперь представь, что-то сильно раздражающее, настолько, что ты готова разнести любого из-за этого.

Долго думать не пришлось, и целый ряд картинок начал проплывать перед внутренним взором Лларинэль, чувство безысходности и злости накрыло её.

— А теперь осторожнее, — голос Дориана прозвучал как-то сдавленно.

Откуда-то издалека раздался вопль Кассандры: «ты ещё считаешь, что всё под контролем?».

— Да! — тевинтерец чуть сильнее сжал ладонь Нэль своей рукой. — А теперь сосредоточься на этой точке, представь что это всё из-за неё и направь, вот это, что ты чувствуешь тут, — пальцы второй руки мага осторожно постучали по рёбрам эльфийки, от этого ощущения, она едва заметно вздрогнула, — прямо в неё.

Ллараинэль напряглась, стараясь бушующий внутри смерч заключить в одной единственной точке и тут голос, далёкий знакомый голос прозвучал практически около самого уха: «это твоя сила, не стоит её запирать, почувствуй её и прими». Нэль качнула головой, похоже демоны быстро добрались до её сознания.

— Нэль! — в голос Дориана пробрались какие-то истерические нотки.

Всё стихло. До этого момента эльфийка даже не замечала, что вокруг неё был гул. Центр ладони слегка пульсировал, но стало будто чуточку легче дышать.

— Молодец, — альтус тяжело дышал, но эльфийка всё ещё чувствовала его руку на своей. — Можешь открывать.

Ллараинэль распахнула глаза и ахнула. Вокруг них творился настоящий хаос — несколько молодых деревьев повалено, камни вырваны из земли и отброшены в разные стороны, а спутники стоят прикрытые чьим-то барьером, который со знакомым звуком лопнул и рассеялся.

— Всё таки, дорогой мой, нужно тренировать Инквизитора вместе, — похоже барьер накрывший ту троицу поставила Вивьен.

— Я никогда не ощущал подобной магической энергии, — Дориан смотрел на Нэль ошарашенным взглядом, девушка приняла его удивление за страх и вся подобралась.

— Лучше было мне оставаться такой, — Лларинэль ткнула себя в лоб, и развернувшись на каблуках вернулась в лагерь.

***

— Пора возвращаться, — Кассандра сжимала в руке письмо от Лелианы. — Похоже, точную дату бала назначили, и нам нужно хорошо подготовиться. Ллараинэль обреченно вздохнула, на что Варрик усмехнулся и похлопал девушку по спине. После Изумрудных Могил совершенно не хотелось возвращаться в шемленский мир, где всё такое отталкивающее и непонятное, закованное в золото и камень. Выбора не было и, закрыв последний разрыв, отряд выдвинулся в Скайхолд.

После первой не очень приятной тренировки Вивьен и Дориан вынудили девушку не закрываться в себе и дальше учиться. Она не была против, скорее больше смущена тем, что доставляет своим нежеланным «даром» столько проблем и всё же тренировки дали свои плоды, теперь эмоции не вызывали сильных выбросов магии. Но работы оставалось ещё много.

Глава 47. Бал

Ллараинэль ощущала тяжесть во всём теле и непреодолимое желание ударить что-нибудь кулаком, но девушка прекрасно понимала, что это совершенно ничего не даст ей. Она на ватных ногах вышла из залы, где расположился Солас, и медленно брела в сторону своих покоев. По прибытию в Скайхолд ей захотелось ещё раз поговорить с эльфом, узнать причину его столь резких слов, но всё что она услышала это жалкие оправдания в стиле: «я не хочу быть вам помехой Инквизитор и блаблабла». Что-то там о высокой или высшей миссии и непостижимых идеалах. Самое ужасное в этой ситуации было то, что она не имела права злиться на поведение Соласа.

Нэль прикрыла глаза и упёрлась лбом в прохладную стену. После целого дня нравоучений и наставлений от советников по поводу бала и серьёзного разговора с Соласом сил не осталось. Эльфийке было как никогда тяжело разобраться в своих собственных мыслях, которые путались и противоречили друг другу.

Она не имела права злиться. Нэль не могла ответить на чувства эльфа, но она очень хотела этого, хотела переключиться на того, кто проявляет к ней такой интерес. Правда, вместо этого получила от ворот поворот, сама не понимая из-за чего именно. Свои чувства к Дориану ей удалось спрятать глубоко внутри…или не удалось и для Соласа они стали слишком очевидными? А может, все эти слова эльфа изначально были ложью?

Ллараинэль горько усмехнулась. Вот с кем было бы проще всего так это с Быком, он не ходит вокруг да около, говорит всем, что думает и тут же отпускает пошлые шуточки. Нэль же была не знакома с этим ужасным словом «флирт». Обращаться за помощью к сестре было слишком неловко, но кто ещё кроме неё мог бы помочь в таком сложном вопросе? Вот только сегодня Стражи ушли проверять какие-то места и отгонять разбушевавшихся в нескольких башнях порождений тьмы. И до бала не вернутся.

Нэль вздрогнула всем телом от громкого звука, кто-то стучался, вернее пытался выломать стуком дверь в её покои. Судя по силе удара, это был никто иной как Железный Бык.

— Входи, — девушка опустилась на диванчик, ожидая, когда поднимется один из её спутников.

— Босс, у нас тут появились новые желающие для сотрудничества!

***

Ллараинэль изначально не понравился этот эльф, и когда он едва ли не приказным тоном объявил, что они должны пожертвовать жизнями отряда Быков, Нэль лишь горько усмехнулась и не задумываясь отдала команду зажечь факел.

— Нам не нужны такие союзники, — только и произнесла она, похлопав удивлённо моргающего Крэма по плечу.

— Она только что спасла всем вам жизнь, ребятки, — Варрик улыбнулся отряду Железного Быка.

Коул тенью последовал за Инквизитором, молча следуя за ней шаг в шаг, но не произнося ни слова. Дух остро ощущал необычные эмоции, исходящие от их предводителя, и не решался что-либо говорить, стараясь помочь не привлекая к себе внимания.

— А что делает мальчишка? — Дориан кивнул в сторону идущего след в след с Инквизитором Коула.

— Кто знает, — Варрик пожал плечами, но всё же выражение лица Инквизитора и странное поведение духа несколько насторожили остальной отряд.

***

— Теперь я официально тал-васгот, — с усмешкой произнёс Бык, вынимая из себя кинжал.

— Ответственность лежит на мне, почему же наказывают тебя? Если я с кем-то поговорю, может они позволят вернуться тебе? — Нэль выгнула бровь.

— Босс, — коссит покачал головой, — знаешь, я лучше останусь с тобой. Под любым флагом, будь то Инквизиторское око, или же Долийские знамёна, если позволишь, я помогу в любой ситуации. Думаю, в твоём положении всегда будут нужны телохранители, даже если после свержения Корифея Инквизиции придётся свернуть свою деятельность. Что думаешь, кадан?

Ллараинэль на самом деле до этого момента никогда не задумывалась о том, что деятельность Инквизиции когда-нибудь подойдёт к концу. Она всё больше и больше привязывалась к этому месту и людям, и эта фраза выбила воздух из лёгких. Ещё и это странное слово «кадан», новое прозвище, значение которого она не понимала, но Бык произнёс его каким-то неуловимо странным образом, заставляя щёки девушки заалеть.

— Наверное ты прав, куда мне, маленькой эльфийке тягаться с этим большим непонятным миром? — она улыбнулась, поднимая взгляд на Быка.

Круг солнца оказался ровно между его рогов, и из-за этого на глаза моментально навернулись слёзы.

— Хей, босс, ну что вы в самом деле, не нужно этих слёз, — коссит чуть неловко приобнял девушку за плечи, решив, что именно он вызвал эти слёзы.

— И что вы тут делаете? — в голосе Дориана сквозил неприкрытый холод.

Нэль моментально отстранилась от Быка, едва ли не отпрыгнув от него к самой кромке стены. От этого пронизанного явным недовольством голоса мага, внутри девушки всё словно перевернулось. Неужели он так сильно ревнует к ней Быка? Нужно было срочно что-то с этим сделать, чтобы между этими двумя не возникло из-за неё ненужного недопонимания.

— Ты что, плачешь? — в голос Дориана пробились нотки беспокойства. — Это он тебя обидел?

— Нет, я, — Нэль замахала руками перед собой. — Вы поговорите вдвоём, а я пойду, у меня ещё есть дела.

Эльфийка запрыгнула на парапет и тут же спрыгнула вниз, у Дориана от этой картины чуть сердце не остановилось. Маг моментально подбежал к краю стены, чтобы удостовериться, что их Инквизитор цел. Девушка и правда физически была в порядке, приземлившись сначала на площадку внизу, она тут же спрыгнула и с неё и каким-то нетрезвым шагом отправилась в сторону главного зала.

— И что это сейчас было? — маг явно намеревался узнать побольше о странном поведении эльфийки у коссита, но тот лишь обреченно вздохнул.

***

— Так, сидите смирно, не дёргайте подол! — Жозефина уже второй раз ударила эльфийку по руке.

Нэль безуспешно пыталась поудобнее повернуть ткань и чуть поднять вверх, чтобы сильнее прикрыть определённые места, и Жозефина упорно поправляла всё обратно, не забывая отчитывать Инквизитора. Ллараинэль впервые видела свою советницу в таком настроении, обычно она была самой мягкой среди них, но когда дело коснулось переодевания, то она рвала и метала, чтобы никто не испортил одеяний. И поэтому носилась из комнаты в комнату, проверяя, всё ли у всех правильно застёгнуто и отглажено.

Когда Жозефина выдохнула и позволила Инквизитору подойти к зеркалу, из груди девушки вырвался полувздох-полустон. Платье действительно идеально подходило ей по размеру и стилю. Оно было длинным, чуть расширяющимся к подолу, цвет его градиентом переходил от белого верха к нежно-зеленому низу, в районе груди платье имело глубокий вырез и было отделано золотистым пластичным металлом, который уходил красивым плетением наискось по животу до бедра. Перчатки были того же цвета, что и само платье. Волосы только расчесали и они волнились от того, что до этого постоянно были собраны в косу.

— Всё же думаю, вам стоит забрать волосы, как бы красиво не смотрелись они полностью распущенными, но вам скорее всего предстоит сражаться, и времени на то чтобы заплестись не будет, — Жозефина в который раз обошла девушку по кругу, придирчивым взглядом осматривая её с ног до головы.

Волосы Нэль и правда опускались ниже лопаток и могли доставить множество проблем, но смотря на себя в зеркало, и пытаясь сдержаться от того, чтобы вновь не дёрнуть платье чуть вверх, инквизитор думала лишь о том, что волосы были меньшей из проблем, а вот такое платье скинуть с себя тоже будет весьма трудно, но говорить это и без того слишком нервной Жозефине не стала.

— Позвать Дориана или кого-то из служанок? Думаю фрейлина мадам Гесилье умеет создавать прекрасные причёски, — задумчиво произнесла советница.

— Хорошо, — эльфийка после того происшествия на стене неосознанно стала избегать мага, в качестве сопровождающего на бал он был выбран ещё до этого события, поэтому его присутствие было неизбежным.

В комнату к Инквизитору с громкими причитания вошла сначала девушка в дорогих одеждах, чьё лицо было скрыто за маской, а за ней без церемоний зашёл и Дориан. Он явно до этого ругался, потому что заметив стоящую посреди комнату Нэль, застыл с открытым ртом. Быстро подобравшись, мужчина показал свою самую обольстительную улыбку.

— Жозефина нисколечко не приуменьшила, вы прекрасны, госпожа Инквизитор, — от этих слов мага, щёки и шея Нэль пошли красными пятнами, портя общий возвышенный вид.

Дориан подошёл ближе и, чуть склонившись, протянул свою руку Нэль. Девушка наученная Жозефиной и Лелианой, осторожно положила свою ладонь в его, и он едва заметно коснулся губами её перчатки. Отчего-то сердце забилось намного быстрее, чем до этого, и стараясь привести мысли в порядок, девушка повернулась к вошедшим спиной, стараясь скрыть своё смущение.

— Прекрати выводить Инквизитора из равновесия, мне стоило огромных сил, успокоить её, чтобы она не падала при каждом шаге на каблуках, — Лелиана укоризненно посмотрела на мага, и покачала головой, когда заметила, что тот не обратил никакого внимания на её замечание.

Дориан не мог отвести взгляда от полуобнажённой спины Нэль, он видел, как она старательно выпрямляла спину, сводя лопатки к центру, и ему резко захотелось провести пальцами вдоль позвоночника, чтобы вызвать лёгкий трепет у обладательницы столь светлой кожи. Магу показался крайне привлекательным контраст их кожи и то, как это смотрелось бы со стороны. Никогда в жизни у Дориана не возникало столь глупых мыслей, и одёрнув себя, мужчина продолжил спор, который начал с фрейлиной ещё в коридоре.

— Я всегда занимаюсь волосами госпожи Инквизитора и отлично знаю, как сделать удобную и красивую причёску, — маг вздёрнул нос, складывая руки на груди.

— Прекратите этот вздор, — каждая буква «р» трепетала на языке фрейлины, — тевинтерцы совершенно ничего не смыслят в моде Орлея, будет лучше, если этим займётся профессионал.

Дориан на это лишь закатил глаза и собирался уже спорить, но его прервал голос Нэль.

— Простите, но я уже так привыкла к рукам Дориана, он хорошо знает, что делать с моими волосами.

Ллараинэль чувствовала, что сама роет себе могилу, но это было чистой правдой, как бы ни звучало. Ей очень нравилось, когда маг осторожно расчесывал запутавшиеся пряди волос, ворчал при этом, что она совершенно не умеет следить за собой. Сейчас ей следовало отказаться от помощи Дориана и дать этой фрейлине заняться её волосами, но что-то внутри протестовало против такого развития событий, и она сказала быстрее, чем успела обдумать последствия своих слов.

Дориан, довольный выбором Инквизитора, вздёрнул нос и, усадив девушку на пуф, встал позади неё. Жозефина в этот момент извинялась перед фрейлиной, увлекая её за собой прочь из комнаты, Лелиана нарочито громко вздохнула и тоже покинула комнату.

Ллараинэль видела в отражении зеркала взгляд мага, направленный на её волосы, он задумчиво закручивал кончик усов пальцами. Видимо решив, какую именно прическу будет уместнее всего сделать Инквизитору, Дориан взял в руки гребень и стал медленно распутывать локоны, делая остановки на особенно сложных местах. Не забывая в эти моменты, ворчать на девушку за то, как она обращается с таким произведением искусства. На последних словах, щеки Нэль вновь заалели, но маг продолжал осторожно перебирать пряди, постепенно превращая их в цельную прическу, удобную в случае сражений и уместную для столь торжественного приёма.

Ллараинэль не удержалась и прикрыв глаза откинула голову назад, наслаждаясь теплом исходящим от пальцев мужчины. Ей так хотелось, чтобы этот миг никогда не заканчивался. Этот бал казался гигантской ошибкой, особенно её присутствие на нём, лучше бы они остались тут в поместье в Вал Руайо.

— Готово, — к великому сожалению Инквизитора произнёс Дориан и, улыбаясь, посмотрел на отражение девушки.

Нэль не сдержала печального выдоха.

— Что не нравится? — маг принял его на свой счёт, и она поспешила заверить его, что прическа просто замечательная, а вот бал вводит её в ступор. — Не переживай. Все будут смотреть на меня, ну или на рога Быка, это тоже не маловероятно. Также, скорее всего, их будет развлекать Варрик своей волосатой грудью и рассказами о Защитнице, — на последних слова в глазах Нэль промелькнула боль, и Дориан мысленно ударил себя. — Так что если ты пару раз упадёшь с лестницы или запутаешься в своём платье, этого никто даже не заметит.

Нэль вымученно улыбнулась и поднялась со своего места. Моментально доказывая вышесказанные опасения мага. Девушка наступила на край собственного платья и полетела прямиком в объятия мужчины.

— О, Инквизитор, если вы хотели близости, нужно было просто попросить, не стоит себя так мучать, — и когда он решил, что флирт с эльфийкой это хорошая идея? Видимо только что, но выражение лица Нэль того стоило. — Надеюсь вы готовы к тому, что вам придётся не только ходить, но и танцевать в этом платье.

Лларинэль горестно застонала, на что маг лишь погладил её по обнаженной спине, вызывая лёгкую дрожь внутри эльфийки. Он не принимал прямого участия в обучении Инквизитора премудростям танца, этим занимались как ни странно Блэкволл и Каллен. Под присмотром советниц, конечно. Сам маг был слишком занят переводом прибывшего трактата о семейном древе Корифея, поэтому времени и сил оставалось только на то, чтобы добрести до залы в конце дня и полюбоваться, как оба мужчины пытаются не поднимая свою партнёршу над полом, учить её передвигаться вслед за ними.

— Думаю, нас уже ожидают, можете взять меня под руку, чтобы было удобнее.

Нэль моментально последовала совету мага, просунула свою руку под его локоть и сжала с такой силой, что Дориан едва не застонал от боли. Девушка передвигалась на своих невысоких каблучках достаточно приемлемо. Не доставало, конечно, грации и плавности движениям, которые обычно у неё бывали при сражениях, но так тоже было неплохо. По крайней мере, она не падала и не спотыкалась на каждом шагу, и Дориану удалось довести её до самого выхода, где уже стояли карте и остальные спутники.

Леллиане пришлось ткнуть Каллена в бок, чтобы он прикрыл рот и перестал смотреть на и без того смущенную Вестницу так открыто. Но вот заклеить чем-нибудь рот Быка никто догадался.

— Вот это вид, босс, знаете, я почти уверен, что орлесианские кровати могут выдержать не только хрупких эльфиек, но и массивных кунари, — он пошленько заулыбался и поиграл бровями.

Лицо Ллараинэль едва успевшее приобрести свой привычный бледный цвет, вновь стало пунцовым, а Дориан рядом с ней раздраженно вдохнул. Девушка почувствовала укол вины перед магом. Ей казалось, что между этими двумя происходит что-то и ей совершенно не хотелось становиться обузой и объектом, из-за которого может возникнуть глупое недопонимание.

— Думаю, после бала у вас с Дорианом будет время это проверить, — Нэль сама не ожидала от себя столь дерзких слов, и пока никто не успел никак отреагировать на них, она необычайно быстро для того, кто до этого спотыкался при ходьбе на каблуках, забралась в карету.

Рядом с раскрасневшейся и тяжело дышащей девушкой села Лелиана, за ней протиснулась в кабинку госпожа Монтилье и Каллен. Женщины улыбались, явно разговаривая между собой глазами, а командор был необычайно тих. Мужчина всеми силами старался сдержать лезущую на губы улыбку.

— Похоже, наш Инквизитор отращивает клычки, — после затянувшейся в карете паузы, произнёс Варрик, и стрельнул глазами сначала в Дориана, а потом в Быка.

— С чего она взяла эту, — маг аж весь покраснел от возмущения. Как Ллараинэль могла подумать, что он спит с косситом, даже никаких предпосылок для этого не было. До этого девушка даже намёки не всегда понимала, а тут из ничего сделала столь резкий вывод. — Откуда в её голове столь странная мысль! Я и ты, Создатель, даже представлять не хочу, — Дориан потряс головой, отгоняя видение.

— Хей, а вот это обидно, я между прочим хорош в постели, — наигранно насупился Бык, но тут же улыбнулся.

— О, не сомневаюсь, но проверять этого совершенно не горю желанием, — Дориан демонстративно отвернулся к окну.

Варрик, сидевший рядом с магом, лишь тихонько посмеивался.

— Давай я тебе поясню откуда у неё такие умозаключения, — Бык подался вперёд, упираясь локтями в колени и стараясь заглянуть Дориану в лицо. — Во-первых, ты кричишь о том, что тебе нравятся мужчины…

— Ничего я не кричу! — моментально возмутился маг, поворачиваясь к косситу, только потом осознавая, что попался на уловку.

— Во-вторых, из всех присутствующих мужчин только он флиртует с тобой, и ты очень метко парируешь, причем иногда слишком эмоционально, — продолжил вместо Быка Варрик, тот кивнул, — в-третьих, когда тебе кто-то нравится, но ты понимаешь безнадёжность этих чувств, то стараешься поскорее развить в себе отторжение. А нет никакого более простого способа, чем найти объекту своих воздыханий партнёра, который будет в чем-то превосходить тебя.

— Например в размерах, — рассмеялся коссит, откидываясь спиной на подушки.

Дориан на какое-то мгновение завис. Мужчины, сидящие рядом с ним, молчаливо ждали реакции, наблюдая за сменой эмоций на лице мага, который обычно безупречно держал на себе маску.

— Нравлюсь? — альтус посмотрел на гнома таким взглядом, словно он ему только что сказал, что Андрасте была мужчиной.

— О, я не думал, что тут всё так запущено, — Варрик присвистнул, — а ты думал, что девчонка ненавидящая всем сердцем тевинтерцев, резко доверилась тебе просто потому что ты душка?

Дориан ничего не ответил и вновь вернулся к созерцанию пейзажа за окном. Он пытался всё это время разобраться в своих чувствах, осознать что ему могут нравиться не только парни, как он думал до этого. Вот только маг был совершенно уверен, что девушка испытывает чувства к своему соплеменнику и поэтому так сильно переживала последнюю неделю, после того разговора с ним. Всё стало так запутанно.

— Говорю, два идиота, — прокомментировал Бык.

Оставшийся путь прошёл в тишине и впервые Дориан был ей очень сильно рад. Ему было над чем подумать.

***

Каллен нехотя передал руку госпожи Инквизитора Гаспару, который совершенно не стесняясь смотрел на девушку во все глаза. Правда, как и большинство других гостей бала, только остальные делали это скорее из-за её длинных ушей, о чем непременно говорили друг другу.

Начало бала прошло относительно спокойно. Нэль даже умудрилась ни разу не споткнуться, нашла чье-то кольцо и странную фигурку галлы, правда, не придумав куда её деть, передала свою находку удивлённой Лелиане, которая взяла статуэтку с очень странным выражением лица. Словно подозревала, что их Инквизитор где-то ударилась головой, или кто-то подал ей алкогольный напиток. Последнее было наиболее вероятно.

Гаспар закружил Ллараинэль в танце сразу же после их первого похода в людскую, девушка на короткое время смогла расслабиться и надеть на ноги лёгкие балетки вместо этих злосчастных каблуков. Вот только со звонком пришлось вернуться обратно, впопыхах натягивая платье, совершенно не стесняясь рук Дориана и Быка, которые застегивали и поправляли её гардероб и прическу.

Нэль слегка подташнивало. Жутко хотелось есть и пить, за весь вечер ей удалось найти только один стакан воды, на остальное просто не было времени, а вокруг как назло стали подавать горячие закуски, которые пахли просто божественно. Эльфийке оставалось только истекать слюной на китель Гаспара и стараться не упасть при очередном слишком резком развороте. Мужчина долго не хотел отпускать её от себя, даже после танца водя девушку за собой, словно хвастаясь перед остальными, что эта юная особа, Инквизитор во плоти, ходит именно с ним. Наконец, одна из фрейлин Императрицы, забрала его для какого-то совещания на балконе, и Нэль смогла продолжить их дела.

***

— Kaffas, да вы издеваетесь, — произнесла эльфийка, стоило ей понять куда кивнул Дориан. — Я что должна на каблуках и в платье ползти туда? — маг виновато пожал плечами.

Ругательство на его родном языке из уст Вестницы очень порадовали мужчину, который успел заскучать стоя в саду и слушая про себя нелепые сплетни. Да, он умудрился создать скандал, просто стоя, вот это рост по карьерной лестнице.

— Тебе придётся очень постараться, чтобы никто не заметил ползущую по стене эльфийку в дорогущем платье, — не успела девушка сказать ещё что-то, как желудок напомнил о своём существовании.

— Ты хоть что-нибудь ела? Подавали не мясные закуски недавно, — Дориан отлично расслышал урчание желудка.

Нэль обреченно покачала головой.

— Лучшая смерть Инквизитора для рассказа Варрика, — впервые за весь вечер по-настоящему улыбнулась эльфийка. — «И вот, отчаянно разыскивая убийцу среди гостей, она упала прямо перед императрицей не успев произнести его имени».

Дориан еле сдержался чтобы не рассмеяться в голос, ему нравилась такая Ллараинэль, живая и подшучивающая над собой, а не та женщина, что ходила тут по залам в течении нескольких часов. Пугая врагов своим взглядом.

— После своего марафона на стене загляни к Быку, кажется он смог зашугать эльфов так, что они носят ему не только эти закуски размером с ноготь, но и полноценные блюда, он на втором этаже, пытается слиться с обстановкой, — Нэль прыснула в кулак, — да, там много больших статуй с рогатыми шлемами.

Ллараинэль как никогда была рада своей лёгкой комплекции. Оставив Дориана в качестве наживки, девушка тут же ринулась к оградке и ловко цепляясь руками, подняла себя наверх. Девушке совершенно не нравилось блуждать по тёмным комнатам дворца, тем более делать это одной. Она так привыкла, что с ней вечно ходит кто-то из спутников. Как же она будет справляться дальше? Бык ведь прав, Инквизиция это не навсегда, после смерти Корифея, если оная состоится, никто не останется рядом с безродной эльфийкой. Запрятав печальные мысли поглубже Нэль двинулась дальше, стараясь собрать как можно больше информации. Дел было слишком много, чтобы думать о будущем.

***

— Ты мой спаситель!

Ллараинэль с удовольствием уплетала какое-то очень вкусное рыбное блюдо, запивая его соком прямо из кувшина. Бык спрятал её между статуей и плотными шторами, прикрывая ещё и собой.

— Обращайтесь, босс, а тот тут подходил Дориан, жаловался что на вас лица нет, — Бык усмехнулся, заметив как девушка кивнула, не имея возможности ответить из-за набитого рта.

Наскоро отужинав за занавеской, девушка почти бегом отправилась обратно в зал, следовало не опаздывать, дабы иметь это некое призрачное одобрение двора. Нэль вновь в одной руке сжимала статуэтку галлы, из-за которых у Лелианы уже подёргивался глаз и образовалась пирамидка на столе рядом с ней. Ллараинэль успокаивала себя тем, что осталось совсем немного, и странная жидкость, струящаяся между пальцев ног, это не кровь от мозолей.

Глава 48. Долгожданный танец

Ллараинэль надеялась на малюсенький перерыв, но стоило ей завернуть в один из закоулков, плохо просматриваемых остальными гостями, как она услышала размеренный стук каблуков. Вниз, со странной и очень интригующей улыбкой спускалась красивая женщина в потрясающем, но вероятнее всего, неудобном платье. Как они все ходят в подобных громадинах? Для Нэль это останется загадкой.

Морриган. Инквизитор была уверена, что её облили холодной водой. От самой макушки до кончиков пальцев на ногах прошёлся холодок. Это та самая женщина, о которой совсем недавно рассказала ей сестра. Кейтлин так долго разыскивала свою старую подругу и ребёнка, а она была едва ли не на самом видном месте севера. Судьба явно имеет какие-то веские причины сталкивать всех старых знакомых под одной крышей. Сомнения, поселившиеся у Нэль после разговора с сестрой, вновь напомнили о себе, похоже она права и Корифей это лишь прелюдия. Оставалось узнать — к чему.

— В Инквизиции есть человек, вернее эльф, который давно жаждет встречи с вами, — Нэль внимательно посмотрела на собеседницу, лёгкая растерянность промелькнула на её лице.

— Лелиана человек, и не думала, что она желает встречи со мной. Никогда доселе мы не были друзьями, лишь слугами, ведомыми судьбой под знаменем грифонов, — витиеватая речь женщины не раздражала эльфийку, а наоборот вызывала лёгкий трепет и желание вслушиваться в каждое сказанное ею слово.

— Нет, эльф, — Нэль улыбнулась, копирую одну из загадочных улыбок советницы. — Думаю, ваша встреча неизбежна.

За долгий вечер, полный разговоров, Инквизитор успела нахвататься кучи непонятных, но очень складно звучащих слов и теперь вставляла их куда могла. Морриган ничего не ответила на это высказывание, лишь отдала ключ и удалилась.

***

Ллараинэль пребывала в глубочайшем шоке, к такому жизнь и её почтенные советники, не готовили. На танец Инквизитора пригласила женщина в огромном платье и с маской на лице. Вернее будет сказать, вынудила Вестницу пригласить себя на танец, и судя по многозначительным взглядам Лелианы и Жозефины отказать было нельзя. Нэль была намного ниже ростом этой Флорианны и вести эту женщину в танце точно не могла. Девушка была уверена, что со стороны они смотрятся максимально нелепо, но поделать ничего не могла и старалась внимательно слушать путаные рассуждения этой дамы. Они всегда заканчивались вопросом и, памятуя об уроках Игры, Нэль отвечала вопросом на вопрос, чем явно приглянулась этой женщине.

Вся концентрация Вестницы уходила на то чтобы: во-первых — не запутаться в собственном платье, во-вторых — не запнуться о платье Флорианны, в-третьих — смотреть вверх, а не пялиться на маячащую перед взглядом грудь. Сражаться с теми наёмниками в садах было проще, чем танцевать с одной единственной женщиной. Ллараинэль уже ненавидела всю эту затею и молилась о скором окончании песни. Но жизнь издевалась над ней, и трели всё продолжали звучать, а Флорианна задавала бесчисленные, не имеющие смысла вопросы, Нэль будто попугай повторяла за ней все окончания на свой манер. Как людям может нравиться участвовать в чем-то подобном?

Танец закончился, к величайшей радости Инквизитора, и теперь можно было разобраться с оставшимися делами. Девушку всё ещё искренне интересовало, почему именно она должна решать, кто будет править страной. Инквизиция создана для восстановления порядка и противостоянию Корифея, но никак не для подобных вещей. Разве люди не сами должны выбирать себе правителей? Она этих троих видела первый раз в своей жизни и на основе многочисленных бумажек должна была решить, кто из них лучше всего может управлять страной. Это глупо и бессмысленно. А учитывая, что все эти бумажки ей вкратце пересказывал Дориан, то затея и вовсе казалась абсурдной, но вот наличие Бриалы давало Ллараинэль немного надежды, что даже эльфы чего-то стоят в этом людском мире.

***

Мариан не чувствовала ни ног ни рук. Она с огромным трудом заставила себя открыть глаза, чтобы моментально пожалеть о своём решении. Солнце слишком сильно резануло по привыкшим к полутьме глазам, заставляя женщину перевернуться и закрыть ладонями лицо. Кто-то рядом с ней громко кричал, и сильные руки заставили разбойницу подняться.

— Марий, осторожнее. Она жива? — незнакомый женский голос, но живой голос, а это уже говорило о многом. — Отведём её в лагерь, Инквизиция недалеко разбила один из них, Хардинг присылала ориентиры.

Сильные руки обвили талию разбойницы, пытаясь перехватить её поудобнее. Солнце заслонила чья-то тень и вновь раздался голос девушки.

— Пить?

Мари с трудом кивнула головой, всё ещё не имея возможности открыть глаз, а во рту так пересохло, что женщина не была уверена, сможет ли произнести хоть слово. Она слепо протянула вперёд руки, в её ладони осторожно вложили меха и Мариан аккуратно припала к горлышку, стараясь пить маленькими глотками. После долгого пребывания без еды и воды — поспешность может её попросту убить. О, было бы весьма забавно, выжить в Тени и умереть от несварения. Женщина криво усмехнулась своим мыслям, возвращая меха обратно.

Некто по имени Марий решил, что тащить женщину, едва передвигающую ногами, удобнее на себе, и резко поднял Мари на руки. Разбойница лишь громко выдохнула, но возмущаться не было ни сил ни желания. Непроизвольно перед глазами всплыла картинка из прошлого, когда за подобное обращение один эльф получил кулаком по лицу. Мариан вновь усмехнулась своим мыслям, перебарывая чувство сожаления.

— Не думала, что живой человек может выпасть из Тени, хотя после той истории с Адамантом я уже ни в чем не уверена, — девушка явно была из болтливых, а вот парень отвечал лишь много значительным «мгм». Отличная парочка.

— Кого тут принесло? — интендант уже вытащила меч из ножен.

— Тише, свои! Мы от Шартер, принесли посылку выпавшую из Тени, не знаем кто она, женщина едва живая, ей помощь нужна, — голос девушки звучал твёрдо.

— Она не из венатори? — спросил другой голос откуда-то слева.

— Кто её разберёт.

— Вы же всё равно собираетесь в Скайхолд, погрузите её в повозку, там целители и Инквизитор разберётся, только осторожнее вдруг это…

Голоса резко стихли, Мариан не сразу поняла, что сознание отключилось, а перед глазами вновь возникли зелёные всполохи. Тень. Нет! Она же выбралась оттуда, или это очередной сон?

***

Морриган покинула балкон, кивнув Инквизитору на прощание. Нэль, оставшись одна, наконец смогла расслабиться и опереться руками на широкий балконный парапет. Недолго думая, девушка скинула туфли и развернувшись, хотела уже запрыгнуть на него, как на балкон вошёл новый гость.

— А я то всё думал, куда подевали нашего Инквизитора, — улыбнулся Дориан, но было в этой улыбке что-то странное, едва уловимое, словно мужчина впервые был не уверен стоит ли ему быть тут.

Нэль удивилась этой эмоции и чтобы развеять сомнения мага, открыто улыбнулась ему в ответ, чуть устало, но ярко и заразительно. Это немного помогло, но всё равно ощущалось в образе Дориана какое-то непривычное напряжение. Извечно дерзкий маг выглядел слегка рассеянно. Что-то случилось? Брови Ллараинэль непроизвольно сошлись на переносице и она уже хотела озвучить свой вопрос, как Дориан подошёл ближе.

— Не потанцуете со мной, Инквизитор? — маг протянул руку Нэль.

Всё напряжение моментально покинуло девушку и она вновь мягко улыбнулась тевинцтерцу.

— После стольких танцев на этом балу, я буду двигаться как болванчик, — её взгляд непроизвольно упал на стоящие рядом туфли, которые совершенно не хотелось надевать обратно.

— Ничего страшного, я могу танцевать за двоих, — глаза Дориана хитро прищурились, и он сделал ещё один шаг навстречу Инквизитору.

Девушка позволила притянуть себя ближе, и охнула от неожиданности, когда маг чуть приподняв её, поставил босые ноги Вестницы на свои туфли. Ллараинэль рассмеялась и прижалась к мужчине, позволяя ему осторожно и медленно раскачивать себя. Нэль приподнялась на носках и уложила голову на плечо магу, полностью отдаваясь в его власть. Такой приятный запах масел и парфюма — смесь апельсина с корицей и какого-то свежего аромата, напоминающего о ранней весне в её родном городе. Теплые руки тевинтерца мягко поглаживали её по полуобнаженной спине, словно успокаивая, было в этих прикосновения что-то такое, вызывающее лёгкую дрожь в коленях.

Ллараинэль почувствовала улыбку Дориана у себя в волосах, когда он мягко опустил губы к её макушке. Не осознавая, что именно собирается делать дальше, Нэль отняла голову от плеча и подняла взгляд на Дориана. В его глазах поселилась неуверенность и одновременно с тем знакомое желание. Вестница резко подалась вперёд одновременно с тем, как маг чуть опустил голову вниз. Их губы встретились на пол пути и оба замерли, прекращая лёгкое покачивание. Все их внимание переключилось на поцелуй.

Ллараинэль ощущала насколько губы мага мягкие, она осторожно приоткрыла рот, почувствовав лёгкий мазок кончика языка Дориана. Мужчина тут же воспользовался этим, углубляя поцелуй. Всё тело затрепетало, изнутри поднялась волна жара, заставляя девушку тянуться вслед за губами мага. Одна рука Нэль легла на шею Дориана, бесконтрольно впиваясь в неё пальцами, стараясь притянуть его ближе, другая же рука легла на его грудь и девушка почувствовала, как бешено колотится сердце мага… Или это было её сердце?

Руки Дориана же сильнее сжали тонкую талию, уже бесконтрольно прижимая девушку ближе. Многолетний опыт таких вот поцелуев на балах, подсказал Дориану скрыться между колонной и плотными шторами, усаживая такую податливую Вестницу на широкий парапет. Он, наконец, смог осуществить своё желание и провести рукой вдоль позвоночника девушки, вызывая трепет и лёгкий выдох. Маг оторвался от покрасневших губ Нэль, и тут же не сдерживаясь его губы нашли пульсирующую жилку на шее. Он осторожно прикусил её, не оставляя следа, девушка непроизвольно откинула голову в сторону и выдохнула. Этот полустон-полувздох показался магу самым секусуальным, что он когда-либо слышал в своей жизни. Хвалёный контроль готов был разрушиться только из-за этого звука. Мужчина испугался того, что будет с ним, когда всё это зайдёт куда дальше. Он что, кончит как мальчишка, не успев ничего толком начать? Нужно было взять себя в руки.

— Дориан, — голос Нэль звучал с едва слышной хрипотцой, — мы же на балконе.

Пройдясь дорожкой поцелуев прямо до конца глубоко декольте, маг остановился, осознавая, что никогда прежде его внимание не привлекала эта часть женского тела. Грудь Нэль была совсем маленькой, но всё же была и её наличие слегка смутило мага. Он мысленно усмехнулся над собственными мыслями и вновь поцеловал Инквизитора в губы.

— Какой скандал, — с придыханием произнесла девушка, улыбаясь магу.

Они оба тяжело дышали, соприкасаясь лбами, пытаясь успокоить резко нахлынувшие чувства.

— Это моя фраза, — усмехнулся Дориан. — Я пойду первым, а вам, госпожа Инквизитор, стоит ещё немного побыть на прохладном воздухе, слишком уж сильно на бледной коже выделяются ваши красные губы, — с довольной улыбкой маг покинул балкон.

Ллараинэль заставила себя делать равномерные вдохи и выдохи, когда ей удалось справиться с собственным дыханием, девушка спрыгнула на пол. Балкон до этого находился под яркими лучами солнца, поэтому каменная плитка всё ещё была тёплой и Нэль зажмурилась, поворачивая лицо к уходящим в закат, солнечным лучам. Тут её накрыло волной понимания от того, что только что произошло. Она.целовала.Дориана.

Нэль не знала прыгать от счастья или зарыться лицом в ладони от смущения. Она моментально одёрнула себя, вспомнив насколько опасна может быть, если не контролирует эмоции должным образом. Вестница вновь сделала несколько глубоких вдохов и вернулась к своим туфлям, вставая аккурат рядом с ними. Её взгляд устремился вдаль, позади неё всё ещё слышалась музыка и разговоры, но девушке совершенно не хотелось возвращаться в этот муравейник. На балконе было куда приятнее. Может, она пробудет тут до конца бала, но желудок протестующе заурчал.

— Кажется, я вовремя, — позади раздался мягкий смешок.

Каллен прошёл к Инквизитору, держа в руках тарелку с множеством маленьких закусочек.

— Видел, с каким вожделением вы смотрели на еду, но видимо перекусить вы успели совсем немного, — Нэль удивлённо приподняла брови, — Бык рассказал.

Командор протянул девушке тарелку и она с благодарностью приняла её, ставя перед собой. Мужчина молча встал подле неё и ничего не говоря, продолжал составлять ей компанию на балконе. Против общества Каллена, Ллараинэль ничего не имела, даже наоборот так было чуточку спокойнее, она была уверена, что никто не застанет её тут врасплох.

— Вы выглядите на удивление счастливой, хотя во время ведения разговора с той троицей вы едва могли выдавить из себя улыбку, — мужчина посмотрел прямо на Вестницу.

Под этим взглядом шея девушки и мочки ушей слегка порозовели.

— Ох, — Нэль резко развернулась прямо к Каллену, едва не врезаясь ему в грудь. — Я разговаривала с одной магессой и она совершенно точно искала вас, командор. Кажется, она из Ферелденского круга и у неё есть какое-то важное предложение, но почему-то для начала она захотела поговорить с вами.

Вестница совершенно забыла о разговоре с той черноволосой женщиной, которая ей смутно кого-то напоминала. Правда, её манера общения немного раздражала, она смотрела на эльфийку свысока, а выражение лица её оставалось совершенно непроницаемым. Она ведь даже не представилась!

— Кто она и где? — Каллен нахмурился. У кого из Кинхола могло быть к нему дело?

Мужчина ушёл сразу же после объяснений эльфийки, вновь оставив её в одиночестве, но главное с едой.

***

Ллараинэль несказанно удивилась, что всем её спутникам выделили отдельные комнаты. Халамширал, конечно, был огромен, но если честно она ожидала, что их поселят в комнатах, подобных людским, с несколькими кроватями, а не в отдельных покоях, размеры и убранство которых были намного лучше, чем в Скайхолде. Остаток вечера пришлось провести в компании приставучего Гаспара, который просто отказывался выпускать руку Инквизитора и водил её среди гостей, останавливая то здесь, то там, ведя бессмысленно скучные разговоры. Ллараинэль оставалось только терпеть, и не кривиться, каждый раз ступая в туфлях — мозоли были просто ужасными.

Девушка с удовольствие выступила из этого орудия пыток и прошла в сторону оставленного слугами чана с водой. Шипя от боли, Нэль осторожно опустила по очереди каждую ногу в тёплую воду, высоко задирая платье, и выдохнула, когда вода с эльфийским корнем и маслами стала потихоньку успокаивать кожу.

Закончив свои небольшие водные процедуры. Нэль решила, что пора избавиться от платья. Она выгнула руки назад и попыталась расстегнуть мелкие многочисленные пуговицы, но пальцы от усталости отказывались смыкаться них. Девушка вся раскраснелась от натуги, когда в дверь постучали и не дожидаясь ответа вошли.

— Куда же вы без меня, госпожа Инквизитор, давайте помогу, — Нэль облегчённо выдохнула и опустила руки, услышав голос мага.

Дориан быстро расстегнул пуговицы и слега развёл края платья, любуясь ровной светлой кожей, не сдержавшись маг провёл пальцами от самой шеи до копчика. Реакция девушки была превосходной, заставляющей задышать глубже. Как только его пальцы соскользнули со спины, она тут же прогнулась, будто пытаясь продлить прикосновение. Дориан прижал Нэль к себе, она тут же повернула голову и их губы встретились в лёгком поцелуе. Руки мага прошлись по талии, забираясь выше и он, не сдержавшись, осторожно прошёл пальцами до ложбинке между грудей. Ллараинэль рвано вздохнула, отчего ладонь мужчины коснулась груди, вызывая ещё больше эмоций.

— Думаю, дальше вы справитесь и без моей помощи, — маг отстранился, чем вызвал разочарованный вздох со стороны девушки, на что лишь усмехнулся. — Мне лучше заблаговременно уйти, чтобы не поползли неблагоприятные для Инквизитра слухи.

— Плевать на них, — Нэль резко развернулась, сама не ожидая от себя такой дерзости и прыти, она приподнялась и коснулась губами шеи мужчины.

— Всё же Инквизитор, давайте не будем торопиться, — Дориан аккуратно отстранил от себя девушку, которая моментально смутилась.

Потупив взгляд и чувствую себя очень неловко, Нэль сделала несколько шагов назад. Резко вся страсть и трепет исчезли и пришло осознание — Дориану в этом плане ведь нравятся мужчины и было бы глупо думать, что он вот так резко передумает. Может сегодня всё дело было в общей атмосфере бала?

— Я пойду, — маг кажется говорил что-то ещё, но девушка не слышала, лишь натянуто улыбнулась и кивнула ему на прощание.

Ллараинэль резко опустилась на кровать, спуская с плеч платье и неаккуратно выбираясь из него полностью, бросила на пол. Около изголовья лежала белая длинная ночная рубаха и не задумываясь, девушка натянула её через голову.

Что всё-таки это было? Она нравится ему? Или это был некий акт сочувствия или способ помочь ей справиться с давлением? Как же сложно! Нэль просто не могла поверить, что Дориан резко придёт к ней и тем более поцелует! Танец ещё можно было понять, это ничего бы не значило, но вот всё что было дальше… А может, это был демон? Митал, спаси её душу, что если это демон, а настоящий Дориан, как и следует ему, находится в покоях коссита? Резко резануло в районе груди.

Нужно успокоиться. От того, что она накрутит себя, проблема не решится, просто нужно быть осторожнее и в следующий раз сначала поговорить, чтобы удостовериться — это не видение.

***

Ллараинэль то и дело зевала, иногда забывая прикрывать рот ладонью, но этот факт совершенно не заботил её. После всех условностей, которых приходилось придерживаться на балу, ей захотелось капельку свободы. Поэтому, сидя на своём скакуне, эльфийка в очередной раз широко зевнула и потёрла слезящиеся глаза.

— Прекрати, это слишком зара… — гном не удержался и тоже зевнул.

— Почему зеваете вы двое, а не те кто более интересно провёл эту ночь? — Бык пошленько улыбнулся, проезжая мимо поочерёдно зевающей парочки.

От слов коссита всё внутри резко заледенело. Нэль совершенно не хотела уточнять, кто именно провёл эту ночь «более интересно», слишком боясь узнать ответ. Остальным видимо было слишком лениво, а тому, кто был участником, ещё и стыдно. Поэтому никаких комментариев не последовало, даже от вечно болтающих Варрика и Дориана.

— Получается, в наших рядах прибыло магов? — спустя продолжительное время проведённое в тишине, спросил гном.

— Да, на эту тему нам ещё предстоит созвать совет в Скайхолде, — Лелиана повернула голову в сторону эльфийки, которая пыталась не уснуть на коне. — У нас есть интересное предложение от Ферелденского круга, а значит было бы неплохо связаться с королевой Анорой.

Нэль на это лишь равнодушно кивнула, пытаясь сосредоточить всё своё внимание на том, чтобы крепко держать поводья и не ронять слишком часто голову на грудь.

— Больше магов в Инквизицию, чтобы Церковь к концу нашей миссии точно пошла на нас Священным походом, — печально вздохнула Жозефина.

— Теоретически, без Верховной Жрицы они этого сделать не могут, — с сомнением произнёс Каллен.

— Теоретически, Мередит не имела права усмирять всех магов подряд, но что мы по итогу имеем, — пожал плечами Варрик.

— День ото дня не легче на вашем Севере, — пробурчал Дориан.

Ллараинэль же оставила этот разговор без своих комментариев, незаметно погружаясь в лёгкую полудрёму. Где-то на периферии сознания она слышала голос, он явно пытался донести до неё какую-то важную мысль, но девушка отмахнулась от него, роняя голову на грудь.

Глава 49. Возвращение

Ллараинэль проснулась от назойливого стрекочущего шума. Перевернувшись на другой бок, закрывая голову второй подушкой, девушка попыталась провалиться обратно в сон, но источник шума настойчиво напоминал о себе. С громким недовольным вздохом, Нэль поднялась на кровати. Солнце только поднималось, и не было слышно лязга доспехов, значит было совсем рано, или же Каллен тоже был настроен поспать сегодня чуточку дольше.

Эльфийка развернулась в сторону источника шума и заметила небольшую птичку, сидящую у неё на рабочем столе. От вида этой птицы внутри всё перевернулось и, не задумываясь о комфорте, Нэль выскочила из тёплой кровати и рванула к столу, не замечая холодных камней под босыми ногами. Птица продолжала издавать назойливый стрекот завода даже после того, как эльфийка забрала письмо из коробочки на спине. Постепенно шум утих, и птичка, опустив голову, застыла недвижимой статуей на столе. Вестница этого не заметила, жадно вчитываясь в каждую строчку.

«Ллараинэль,

Или мне тоже стоит обращаться к тебе по этому людскому титулу? Я не получил ответа на последнее письмо и даже не уверен, встретилась ли ты с сестрой, и дошло ли оно до тебя. Пожалуй, при таких обстоятельствах писать второе письмо и посылать его через Кейтлин было бы нелогично, поэтому я позаимствовал стрекуна. Надеюсь, он не привлечёт лишнего внимания, и письмо найдёт адресата, мне кажется я вложил в него правильные координаты этого Скайхолда и одно из твоих колец. Думаю ты не против.

До нас дошли дурные вести, и поэтому я решил отправить письмо. Помимо странного поведения Завесы и Тени, мы перехватили ещё и новости с севера. Тевинтерские магистры что-то ищут в районе Арборской глуши и тут. Они стали всё чаще подходить к границам защитного купола. Что происходит?

Хранительница запретила выходить даже шпионам и тем долийским кланам, что пришли совсем недавно.

На самом деле не знаю зачем пишу тебе. Наверное, все эти длинные строки можно было уложить в один маленький клочок бумаги и не марать остальное чернилами.

Ты жива?

Алларос Лавеллан».

Ллараинэль едва не стукнула себя по лбу. Из-за всех происходящих событий она даже не подумала написать ответ другу и передать его через птицу сестры. Она с удовольствием прочитала небольшую сводку новостей из клана. В письме не было вопросов, и поэтому Нэль решила, что ответа не требуется. Девушка скрипнула зубами. Какая она порой бывает глупая!

Взгляд эльфийки опустился на стрекуна — механическая птица-доставщик. Обычно в деревне ими пользовались, чтобы быстро перекинуться новостями или договориться о чем-то, и девушка представить себе не могла, что эта маленькая пташка преодолеет такое огромное расстояние. Ллараинэль прикрыла глаза. Она совершенно забыла, что подобное в принципе существует. Похоже, воспоминания не стираются совсем, лишь притупляются и стоит их немного всколыхнуть, они тут же всплывают на поверхность.

Тевинтерские магистры что-то ищут в районе Арборской глуши и тут. Уже несколько десятилетий из Арборской глуши не поступали вести. Хранительница предположила, что с защитными барьерами в той области что-то случилось и эльфам пришлось покинуть те места. Может даже погрузиться в Утенеру. И если там рыщут венатори, то это было очень плохо. Они могут найти большое поселение и многочисленные эльфийские артефакты, которым не следует попадать в руки людей. Ллараинэль пожевала губы, открывая глаза. Им стоит проверить эту местность?

Вестница села за стол, доставая из тумбы припасённые чистые листы бумаги и, взяв в руки перо, начала писать письмо своему другу, которое должна была отправить уже давным давно.

***

Изначально в таверне было тихо. Мало кто приходил сюда завтракать, предпочитая делать это в своих укромных уголках или же в Главном Зале. Ллараинэль сама не знала почему пришла, обычно Зои приносила завтрак прямо в покои, но сегодня что-то подтолкнуло девушку выйти из своей норы и присоединиться к немногочисленным посетителям. К огромному удивлению, в таверне собрались все её спутники, даже те кто вместе с ней вчера приехали в Скайхолд поздним вечером. Она думала, многие будут сегодня отсыпаться, но похоже провидение толкнуло всех собраться сегодня утром вместе.

— Доброе утро, Инквизитор, — прикрывая рукой рот, зевнула Кассандра, из-за этого приветствие вышло смазанным, больше похожим на что-то вроде: «оброе ро, Инвизитр».

Компания дружно разразилась смехом, брови воительницы тут же сошлись на переносице, и она покосилась на сидящего вместе с ними целителя. Андерс мягко улыбался и переговаривался о чем-то с Бетани, иногда бросая чуть встревоженные взгляды в сторону Искательницы.

Ллараинэль не смогла заставить себя посмотреть на Дориана, хотя практически физически ощутила его взгляд на себе. Эльфийка примостилась на противоположной стороне от мага, между Фенрисом и Варриком. На столе уже разместились тарелки со свежим хлебом, сырной и мясной нарезками, отварными яйцами и овощами. Нэль потянулась за свежеиспечённой белой булочкой, попросила Каллена передать масло, тут же отметив про себя, что в таверне собрались даже советники. После столь бурного бала атмосфера в таверне казалась такой по-домашнему уютной, и прикрывая глаза, Нэль медленно пережёвывала сделанный бутерброд и пила травяной чай.

— Нет, нет и нет, сегодня никаких разговоров о работе, — голос Дориана прозвучал резко и решительно.

Нэль посмотрела в его сторону, заметив, как тяжело вздохнул Каллен и принялся за новый бутерброд. Советники явно собирались обсудить что-то за столом, но маг прервал их в самом начале, поэтому Вестнице не удалось услышать тему их разговора.

— Да, после этого шемленского ужаса, день отдыха, — кивнула Инквизитор, принимаясь за второй бутерброд.

Дориан вновь попытался поймать её взгляд, но в этот раз ему помешал другой маг.

— Могу я попросить кое о чём, Инквизитор? — улыбка Андерса была печальной, как и его голос. Нэль кивнула, неожиданно подступили слёзы и кусок бутерброда не лез в горло. — Не закрывайте пока разрывы.

— Почему это? Ты же понимаешь, что из них в мир лезут демоны? — Кассандра в принципе была против присутствия этого человека в таверне, не говоря уже о том, чтобы он ставил какие-либо условия.

— Андерс, ты же не думаешь…? — Бетани запнулась, взглянув на целителя, лицо которого так и не покинула печальная улыбка.

— Нэль. Она тоже маг. Хоть ей всего три, но, — Андерс порывисто вздохнул и замолчал, словно не зная стоит ли говорить. — В общем, она видела Хоук в Тени, она её чувствует, говорит, что мама жива. Может, это лишь отголосок, и Марианетта хочет таким образом попрощаться с дочерью.

— Надежда, да? — Варрик понимающе хмыкнул в кружку.

— Тоже маг? Разве не рановато? — Фенрис обернулся назад, Бык катал на себе счастливо смеющегося ребёнка. — Да, так дети не улыбаются, если понимают что кто-то из родителей уже не вернётся.

— Неужели она настолько сильна в три года, что может чувствовать присутствие духов и демонов в Тени? — Дориан удивлённо воззрился на блондина.

Андерс улыбнулся тевинтерцу, явно вспоминая о чем-то своём и пожал плечами.

— Ну всё же её родители мы, хотя воспитывали её конечно пёс и два кота, но мы тоже иногда принимали в этом участие.

— Ты только что сказал, что нашу дочь воспитал слюнявый мабари?

Взгляды всех сидящих за столом, как по команде устремились в сторону входа в таверну. Ллараинэль непроизвольно поднялась. Взгляд ярких лириумных глаз встретился со взглядом из чистого золота, на какое-то мгновение они замерли не в силах пошевелиться. Лёгкое напряжение зависшее в воздухе, словно пыталось сказать им о чем-то, но миг прошёл и иллюзия рассеялась, заставляя Инквизитора упасть обратно на стул. В висках зародилась боль, идущая со стороны руки, которая в последнее время не давала о себе знать. Сердце колотилось необычайно быстро. Что произошло? На этот вопрос у эльфийки не было ответа, но ей казалось, что она уловила суть. Суть некой истины, очень важной. Вот только всё исчезло, и вместо ответов появилась головная боль.

Андрес соскочил со своего места с такой необычайной скоростью, что стул не успел упасть на пол, а он уже стоял подле жены, не веря своим глазам. Маг осторожно прикоснулся к щеке, ожидая, что это всего лишь дух, отражение разбушевавшейся Тени. Этого можно было ожидать в условиях современного мира, где Завеса едва держала свои последние щиты. Но пальцы прикоснулась к чуть суховатой коже, осторожно провели по губам и Андерс не сдержавшись, прильнул к ним поцелуем. Мариан ответила незамедлительно, но поцелуй продлился недолго, женщина чуть отстранилась и внимательно посмотрела на мужчину напротив себя.

— Я снова в Тени? Скажи что-нибудь такое, что мог сказать только ты.

Андерс задумался, прижимая жену чуть ближе и сцепляя руки на её талии в замок.

— Один раз я случайно перепутал твоё бельё со своим и был вынужден целый день ходить в клинике в женских трусиках, — улыбнулся целитель.

Хоук пару раз моргнула смотря прямо в глаза мужа, и рассмеялась, так радостно и звонко, будто никогда прежде не делала этого. Женщина прижалась всем телом к целителю, обнимая его за шею и притягивая к себе, оставляя лёгкий поцелуй на его обветренных губах.

— Это точно мой Андерс, такого даже я бы не придумала, — она вновь рассмеялась, только в этот раз прорезался хрип, и девушка закашлялась.

Компания за столом ещё не успевшая переварить информацию просто сидела и смотрела во все глаза на восставшую из Тени Мариан, которая теперь громко кашляла, пока рука целителя с голубоватым свечением проходилась между её лопатками. В глубине таверны раздался громкий визг и топот ножек. Между родителями втиснулась младшая Нэль.

— А я говорила! Они мне не верили, мама! Я говорила, что ты там! Я тебя видела! — и она расплакалась, громко и протяжно, впиваясь маленькими пальчиками в разорванный практически в клочья плащ.

Андерс немного отступил и наклонился к дочери, поднимая её, всё ещё держащую край плаща матери. И они обнялись вновь. Уже втроём.

Ллараинэль смотрела на эту картину и улыбалась. Внутри всё заныло от боли. У неё никогда не было такой любящей семьи и уже никогда не будет. Отчего-то девушка была в этом уверена, её взгляд непроизвольно упал на левую руку. Отсчёт уже начался, и она не имела права медлить. Впервые за всё утро Нэль посмотрела прямо в глаза оливкового цвета с лёгким стальным отливом. Дориан улыбнулся ей, и на душе прояснилось. Они просто сидели и улыбались друг другу, и это казалось настолько же естественным, как дышать и моргать. Головная боль отступила.

Это не будет просто, словно в сказке «и жили они долго и счастливо». Её любовь будет болезненной, жестокой и одновременно самой чистой и искренней, именно поэтому она выбрала его. Никто другой не сможет принять этого также просто, как Дориан. Ллараинэль захотелось перелезть через стол и обнять мага, но она лишь печально улыбнулась, смотря на него с такой нежностью, от которой у мага перехватило дыхание, и сердце ушло в пляс. Остальные были слишком заняты комментариями и вопросами в сторону Мариан, и никто не обращал внимания на них. Сидящих так далеко друг от друга, но одновременно души их находились непозволительно близко. Никто кроме одного. В дальнем углу мелькнул отсвет сине-фиолетовых глаз, и треснула фарфоровая чашка.

***

Ллараинэль решила вернуться в свои покои в надежде урвать кусочек сна. Андерс увёл Мариан в их комнату. Женщина выглядела противоестественно бледной, и поэтому целитель пообещал дать обсудить тему возвращения с той стороны позже, как только она восстановится. Нэль считала это логичным, и потому отпустила магов без лишних слов.

Девушка неспешно пересекала залитый утренним солнцем двор. Солдаты уже приступили к тренировкам, а птицы громко оповещали обитателей крепости о своём присутствии в нём. Ллараинэль прикрыла глаза, останавливаясь прямо посередине площадки. Тело наполнила необычайная лёгкость, казалось взмахни руками и превратишься в одного из тех величественных драконов и воспаришь над землёй. Этого эльфийка не хотела, но чувство всё равно было приятным. Будто она вновь была свободна от обязательств и когда откроет глаза окажется в лесной чаще недалеко от родного города. Алларос будет отчитывать её за беспечность, потому что заходить в обитель воинов опасно, огромные бездонные овраги казалось были повсюду около их строений, создавая естественную защиту. Но ей всегда так нравилось бродить в часы полуденного солнца по этой тёмной прохладной части леса, единственном месте, где деревья полностью свободны от домов и построек.

— Госпожа Инквизитор, не хочу вас отвлекать от столь важного и занимательного занятия, — голос Дориана был непривычно мягким, и девушка даже с закрытыми глазами могла представить, как он сейчас улыбается. — Но всё же рискну это сделать.

— Ты что-то хотел, Дориан? — спросила Нэль не открывая глаз, несмотря на присутствие мага, иллюзия единения с природой и прошлым никуда не делась, а наоборот даже усилилась. Ей казалось, что она уже вела разговор с этим мужчиной, когда-то очень давно и, к сожалению, они не пришли к взаимному решению проблемы. Эта неожиданная мысль расстроила эльфийку, и она, открыв глаза, с обидой посмотрела на стоящего рядом мага.

— Так, я ещё ничего не успел сказать, а на меня уже обиделись. Это нечестно, госпожа Инквизитор, — Дориан сложил руки на груди.

— Фто фы тут фстали? — Сэра грызла печенье и плевалась им, пытаясь говорить чётко.

— О, я смотрю хорошая компания собирается, — гном втиснулся между Нэль и Дорианом. — Златичка, ты же знаешь, как я тебя люблю?

— Ты что всё-таки выпил ту странную бурду, что предлагал в таверне Бык? — Кассандра оказалась около компании с недоверием смотря на ярко улыбающегося гнома.

— Было грех не выпить за такое дело, — развёл руками Варрик и тут же обхватил Нэль за талию, придвигая ближе к себе. — Я же говорил, что Мариан тот ещё прохвост.

Ллараинэль не сразу поняла, почему гном использовал мужское окончание для своей подруги, а потом ей вспомнилась история о том, что сначала многие считали Защитницу — Защитником. Похоже выпивка Быка сильно ударила по разбойнику.

— Вы тут что-то замышляете? Если да, я в деле, — Бык хлопнул Кассандру и Дориана по спине, пристраиваясь позади них.

Женщина что-то недовольно пробурчала в ответ, а Дориан отстранился, делая шаг вперёд, чтобы мужчина больше не мог дотянуться до него.

— Я так понимаю, собрание не закончено, дорогая? — к ним присоединились мадам де Фер и Блэкволл

— Так, не знаю как вы, а я хочу отоспаться сегодня и отдохнуть. Для этого мне нужно как можно скорее преодолеть эту часть двора и оказаться в своих покоях, пока я не услышала очередное…

— Госпожа Инквизитор! — в голосе Каллена слышались странные нотки, и Нэль заподозрила, что Бык подливал своей бурды и ему.

Компания дружно рассмеялась, даже Кассандра прыснула в кулак, не сумев сдержать эмоций. Командор нерешительно застыл, заметив, как все спутники Инквизитора смеются. Мужчина на всякий случай осмотрел себя, но не заметив отсутствия брюк или какой-либо части одежды, свёл брови к переносице.

Ллараинэль закатила глаза и развернулась в сторону застывшего в нерешительности командора, который явно пытался решить в голове какую-то очень сложную задачу, но у него это не получалось. Дориан даже сквозь смех отметил маленькую деталь — теперь Инквизитор и глаза закатывает на его манер. Эти странные факты, которые он собирал у себя в голове совершенно неосознанно теперь давали свои плоды. Ему и правда нравилась девушка. ДЕВУШКА. Да, стоило написать это большими буквами прямо у себя над кроватью, чтобы смириться с данной мыслью. Мужчина, конечно же, этого не сделал. Правда, данный факт не мешал Дориану всё так же отмечать, кто из мужчин в крепости (и не только) имеет наиболее соблазнительную задницу. Диссонанс. Ничего нового. Дориан большую часть жизни думал, что у него раздвоение личности из-за необходимости метаться между такими разными отцом и матерью, и быть для каждого «хорошим сыном». Правда не сложилось, но это уже мелочи.

— Что-то срочное, командор? — Кассандра как-то странно посмотрела на эльфийку рядом с собой.

Всё чаще женщина стала отмечать про себя, что Вестница с каждым днём становится взрослее. Манера речи менялась, вслед за ней уходили испуганные выражения лица, которые делали её похожей на кролика в волчьей стае. Спину она теперь всегда держала ровно, больше не стараясь стать меньше и слиться с окружением, в голосе стали слышны нотки раздражения. Раньше эльфийка соглашалась едва ли не со всем, а теперь у неё для всего имелись свои решения и свой взгляд. Всё же, не зря они выбрали её Инквизитором. До прибытия в Скайхолд любые предложения и выборы девушка старалась избегать или делала их очень неуверенно, постоянно полагаясь на своего собрата. Теперь же это полностью исчезло. И почему она заметила это только сейчас? Не на очередном собрании или суде, коих уже было множество, а именно здесь и сейчас?

Что-то вновь изменилось в эльфийке. Стержень стал ещё крепче, а из глаз окончательно испарилась неуверенность. Она словно за один вечер выросла на несколько лет. Неужели бал так сильно повлиял на Вестницу? Кассандра не знала точного ответа на этот вопрос. Но видимо какие-то события всё же слишком сильно повлияли на неё. Выбор в правящую элиту? Или может Гаспар успел что-то сделать? От последней мысли глаза Кассандры налились красным и она сжала кулаки.

— Ты чего, а Искательница? — Варрик стоял уже около неё и заговорческим шёпотом задавал вопросы. — Что-то случилось? Я уже что-то натворил?

— Нет, ты же был на балу, поговорим в твоём любимом углу, — с этими словами женщина покинула компанию.

— Госпожа Инквизитор, вам нужно срочно пройти в мой кабинет, вы должны поговорить с магом из Круга, из бывшего Круга Ферелдена, — не похоже, что мужчина пил, но всё же что-то в его голосе было странным.

Ллараинэль кажется поняла, о ком говорит мужчина и тяжело вздохнув, смиренно зашагала рядом с Калленом, направляясь в сторону его кабинета.

— Что ж, видимо собрание окончено. Кто за то чтобы выпить за это? — Сэра пихнула локтём Быка под бок.

Дориан отрицательно покачал головой. Он смотрел вслед уходящей паре, и в его взгляде читалась тревога. Маг сам не мог понять, откуда взялось это чувство, но почему-то увидев Нэль возле командора, уходящих куда-то вдаль внутри зародилось беспокойство. Неужели это банальная ревность? На этот вопрос у Дориана ответа не было, как и на многие другие, которые он задавал себе уже какое-то время.

Не замечая ничего вокруг, мужчина медленно брёл в сторону своей обители — библиотеки. Книги всегда помогали сосредоточиться на важных делах, отвлечься от беспокойных мыслей. Вот например сейчас он занялся изучением свойств одного очень занимательного камня. О нём говорилось в нескольких трактатах по древней магии Империи и даже приводились какие-то выдержки из писаний народов аламари и гномов. Камень этот обладал весьма впечатляющими особенностями, но пока ни у кого не получилось подобрать правильную формулу, чтобы он мог послужить проводником, а не просто накопителем для магии.

Дориан склонился к своим собственным записям и попытался изменить некоторые формулы в использовании школы некромантии и созидания. В последнем он был ужасен, а потому проверить свои знания на деле было достаточно трудно. У эльфов была возможность преодолевать огромные расстояния и общаться со своими сородичами на другом конце континента. Почему же люди не могу создать нечто подобное? А что если…? Ему срочно нужно поговорить с Коулом, а потом с этим Андерсом, который не понаслышке знал, что такое заключённые во что-то духи.

***

— Госпожа Инквизитор, — этот тон, женщина перед Вестницей явно не любила кланяться перед господами и ненавидела все эти титулы.

— Можно просто Ллараинэль или Нэль, как удобнее, — правильная фраза, чародейка тут же слегка расслабилась перед ней, и откинула с лица несколько упавших длинных прядей.

Женщины была достаточно высокой и очень худой, Нэль бы даже сказала, болезненно худой. Под глазами залегли круги, и весь её вид говорил о сильном переутомлении. Чёрные длинные волосы при этом были расчёсаны, сверху был забран небольшой хвостик, остальные волосы рассыпались по плечам и спине.

— Моё имя Солона Амелл, если не ошибаюсь где-то здесь обитает мой старый знакомый из круга, — на её лице появилось злорадная улыбка. — Надеюсь напугать его своим видом, правда ещё не решила кого из людей Каллена взять с собой, чтобы уж этот придурок точно наложил в штаны.

Ллараинэль не понимала о чём речь, но судя по всему женщина была далеко не из робкого десятка, хоть и выглядела едва живой.

— Вам что-нибудь известно о Кинхоле? — встретившись взглядом с Вестницей, Солона хмыкнула и уточнила, — Ферелденский круг магов.

Нэль посмотрела на Каллена, тот не отрывал своего взгляда от этой магессы и впервые девушке удалось понять сразу кто это, и как она связана с их командором. Это та самая девушка из круга, в которую он был влюблён будучи только новобранцем. На вопрос Солоны Вестница ответила кивком.

— Тогда вкратце скажу, что с нами произошло во время этого восстания магов. Благодаря стараниям нашего Первого Чародея Ирвинга и указу королевы Аноры о некоторых послаблениях для магов круга, отношения с нашими храмовниками в Круге были достаточно хорошими. Но когда началась эта неразбериха, другие служители церкви решили искоренить магов, мы для них были бы лёгкой добычей, но нам удалось вовремя закрыть ворота на другие этажи башни. С нашей стороны остались кладовые с продуктами, поэтому какое-то время мы могли спокойно жить. Мы оставались взаперти пока храмовникам по ту сторону не надоело долбиться в двери и орать, а потом за ними кто-то пришёл, и они исчезли.

Солона покачнулась, но ухватившись за край стола, устояла на ногах.

— Садись! — Каллен пододвинул ей своё кресло, и женщина с явным облегчением на лице, опустилась в него.

— Зачем вы мне это рассказываете? — Нэль не понимала, к чему клонит чародейка.

— К тому, что теперь вы отвечаете за деятельности кругов и прочей чепухи. Мы знаем, что многие маги, включая Кирквольских теперь находятся здесь, я виделась с Фионой. Даже несмотря на то, что многие Храмовники куда-то ушли, оставаться в круге нам было опасно, поэтому нам пришлось покинуть башню. Скитаться огромной толпой было рискованно, поэтому мы разошлись небольшими группками, я привела с собой всех, кто остался в живых и кого смогла найти. Некоторые пришли к вам вместе с Фионой. Я предлагаю вам сделать Кинхол частью Инквизиции и превратить его в подобие школы для магов, все кто пожелает, может уйти вместе со мной туда, — женщина выдохнула. — Все наши Храмовники, кроме Грегора теперь под вашим началом, и я прошу выделить часть из них, для помощи и поддержания порядка.

Ллараинэль не могла поверить, что чародейка собственноручно хочет возродить то, из-за чего восстали остальные маги и началась война.

— Нет, — словно прочитав её мысли покачала головой Солона. — Вы неправильно поняли, я не хочу делать из этого очередной круг. Но вы должны понимать, магам просто некуда идти, пока не будет принято какое-то конкретное решение, ваша крепость хоть и впечатляющая, но вместить в себя много людей не может, я видела поселения вдоль реки. Я же предлагаю сделать временным пунктом Кинхол потому, что это огромная башня, готовая вместить в себя большое количество народа, с нами могут пойти и обычные люди, если на то будет их желание. От вас нам нужно, чтобы вы взяли нас под свой флаг. Мы будем сражаться за Инквизицию, если вы дадите нам свободу и позволите решать свои проблемы самим.

Теперь до Нэль дошёл истинный смысл слов этой женщины. Это были разумные слова. Вот только Кинхол является частью Ферелдена, а значит им придётся поговорить с королевой Анорой, той пугающей женщиной, появившейся однажды в Редклифе.

— Я подумаю, как можно это организовать, — Нэль посмотрела сначала на Солону, которая теперь окончательно расслабилась и выглядела ещё более усталой и измождённой. Она искренне беспокоилась за своих сородичей и ей стоило многих усилий и времени, чтобы придумать подобный план. Да ещё и пойти на закланье к Инквизитору.

Взгляд эльфийки перешёл на Каллена, который присел на свой стол и скрестив руки на груди о чем-то думал. Выражение его лица была несколько потерянным.

— Командор, думаю мне понадобится ваша помощь, но как я уже и говорила, завтра, сегодня отдыхайте, — Ллараинэль улыбнулась мужчине и подмигнула, после чего вновь посмотрела на женщину, которая тоже смотрела на Каллена и в её взгляде было что-то такое, отчего Инквизитору захотелось поскорее покинуть кабинет командора. — Встретимся завтра утром в Ставке, пока.

Нэль практически выбежала из башни и быстрым шагом направилась в сторону своих покоев, пока никто вновь не решил её перехватить для решения важных дел.

Глава 50.

Вернувшись в свои покои, Ллараинэль с удовольствием растянулась на кровати. Спустя несколько мгновений девушка осознала, что в интерьере её покоев произошли изменения. Кровать была точно другой. Она вчера настолько устала, а утром была так взбудоражена письмом, что даже не обратила внимание на самый бросающийся в глаза объект комнаты. Эта кровать была потрясающей! Немного больше предыдущей, ножки тянулись деревьями вверх, создавая вверху каркас своими ветвями. Деревья были чёрными, с искусственными листьями и даже небольшим гнездом прямо над матрасом. Кого стоит благодарить за такое изделие явно ручной работы? Наверняка Жозефину, но почему-то эльфийке казалось, что и один небезызвестный тевинтерский маг приложил к этому руку. Нэль улыбнулась.

Дома у неё была небольшая кровать, сделанная целиком из дерева, она стояла на втором открытом этаже, куда приходилось забираться по небольшой лестнице. Вся кровать была завалена подушками и мягким пуховым одеялом. Большую часть года в их местности было жарко, но когда приходила осень и короткая зима, ночи становились холодными, и Нэль с удовольствием куталась в одеяло. По сравнению с тем, насколько было холодно в Скайхолде, в её доме было круглый год жарко. Она скучала только по этому, и немного по Алларосу. Правда, обида всё ещё давала о себе знать, но Нэль была уверена, что вины самого парня в этом нет, скорее только их родителей, сговорившихся за спинами детей.

Ллараинэль улыбнулась. Воспоминания накрыли её с головой, стоило ей только опуститься на эту мягкую кровать. Светлая печаль захлестнула девушку с головой, заставляя представлять стёртые из памяти фрагменты, составляя мозаику своего совсем недавнего прошлого.

Рядом с кроватью стоял высокий шкаф, уходя своими полками под самый потолок. Несмотря на наличие полок, большая часть книг располагалась вокруг кровати и на тумбочке. Часть лежала на подоконнике внизу. По сути, её небольшая квартирка напоминала скорее склад, чем жилое помещение, но так ей нравилось даже больше, чем эти просторные помещения шемленов. Внизу, над круглым обеденным столом с одним единственным стулом висели пучки трав, свет из большого окна падал точно на него, благодаря чему девушка могла во время каждого приёма пищи наблюдать за тем, что происходит на улице. Вдоль другой стены располагался кухонный уголок с небольшой холодильной установкой, раковиной и печью с большой поверхностью, на которой всегда стояли кастрюли и сковороды. На самом деле, Нэль умела достаточно неплохо готовить. Это доставляло ей удовольствие, и она даже подумывала пойти поработать в пекарню, но судьба была иного мнения.

Если подумать, она всего два года назад окончила школу. Сейчас же казалось, что прошла целая вечность между тем, как Нэль незаметно пыталась списать на очередной контрольной работе у своей добросердечной соседки, старше неё на три года. После этого Ллараинэль в качестве наказания сидела на коленях на мелкой гальке, около главного входа в учебное здание. Она была не одинока. Рядом уместилось ещё двое мальчишек и старшая из девушек их класса, тоже списывала, правда у Нэль. Эльфийка рассмеялась. Не такая уж и ужасная у неё была жизнь в деревне. Было немного одиноко, но всё же и весёлых моментов хватало.

Их школа была единственным учебным заведением. Поэтому под одной крышей обучались как самые младшие, так и уже взрослые. В этом же здании располагался магический совет, благодаря чему Нэль была неплохо подкована в алхимии. Мало кто из старших хотел заниматься этим искусством, предпочитая оттачивать боевую магию и духовную. Ллараинэль же обожала читать, поэтому была одной их немногих, кто прочёл гигантский трактат об использовании всех известных и ушедших из времени растений. Выносить его из библиотеки было запрещено, да и попросту невозможно. Книга была неподъёмной. Правда, в отличие от трактата о древней магии хотя бы не была прикована цепями. Эта книга в чёрном переплёте вызывала у Нэль священный ужас, и она старалась даже близко к ней не подходить.

Ллараинэль зевнула, прикрывая рукой рот. В школе к ней относились с уважением, как к младшей дочери Хранительницы, старшие дети и многие преподаватели смотрели с жалостью, но после принятия валласлина к жалости примешалось чувство страха, и поэтому многие старательно избегали длительных разговоров с ней. Правда, находились дети, готовые общаться в пределах школы, но стоило им покинуть их небольшую «академию», как они разбегались по своим делам. Перед глазами появилось лицо Аллароса. По большей части с ней общались только он и его младшая сестра, которая училась с Нэль в одном классе. Пожалуй, скучала она исключительно по ним и, конечно, по удобствам.

Шемлены казались ей немного отсталыми с этим ношением воды, хотя она заметила в ванной Халамширала трубы, видимо, в этом мире вода, идущая по трубам, была привилегией. Нужно было бы об этом спросить, если она не забудет, конечно. Также почему у них нет холодильных шкафов? Хотя нет, тут она понимала. Маги и магия в мире шемленов это нечто сродни ругательным словам, темы о которых говорят за закрытыми дверями и с потушенными свечами. Люди странные. Нэль резко захотелось посмотреть на жизнь гномов в их так называемых тейгах. Как вообще можно жить так глубоко под землёй?

Мысли крутились где-то на периферии сознания, и эльфийка не заметила, как провалилась в глубокий сон.

Алларос перетягивал тетиву на луке, когда Нэль спрыгнула с последней ступени, ведущей к разрушенному строению.

— Ты снова ходишь сюда, — парень не поднял глаз от лука, продолжая сильнее затягивать тетиву, регулируя её под себя.

— Мне нравится вид сверху, — просто ответила эльфийка и приземлилась на разогретый солнцем камень, рядом со своим другом.

— Для этого можно сходить в Галерею или забраться к Астрономам, — Алларос бросил в сторону нежившейся на солнышке девушки быстрый взгляд.

Ллараинэль ничего не ответила на это высказывание. Она продолжала подставлять лицо под тёплые уже не палящие лучи солнца, где-то вдалеке слышался лёгкий шум. Рабочий день подходил к концу, и торговый квартал собирал свои вещи и закрывал лавки, когда же таверны только-только открывались и вывешивали на улице таблички с меню.

— Тебе нравится жить здесь? — Нэль полностью развернулась к другу, подгибая под себя правую ногу. — Ты никогда не хотел посмотреть мир?

Алларос какое-то время молчал. Он перекинул лук через себя, закрепляя его на спине и принялся обновлять оперение у стрел.

— Говоришь как Кейтлин, даже вопросы те же.

Ллараинэль пару раз открыла и закрыла рот, пытаясь подобрать слова, но лёгкая обида и грусть пришедшая вслед о мыслях о сестре, заставила её отвернуться.

— Я бы хотел, — Нэль вздрогнула, она уже не ожидала ответа на свои вопросы. Она вновь посмотрела прямо на своего друга, не понимая, что тем самым нервирует его. — Я бы хотел посмотреть мир, но вернуться сюда. Но, если верить рассказам долийцев про отношение людей к нашему народу, то боюсь это было бы путешествие в один конец.

Эльфийка потупила взгляд. Пожалуй, парень был полностью прав. Письма сестры подтверждали слова долийцев о шемленах, которые попросту врываются в клан или отлавливают детей для работорговли. В их Заповедных землях они были в безопасности в отличие от открытого мира, хотя события прошлого говорили, что ненадолго.

— Если бы мы могли починить Элювианы, — печально вздохнула Нэль, — было бы куда проще путешествовать.

Ллараинэль проснулась далеко за полдень, голова немного болела от непривычного времени сна, но в целом настроение было хорошим. Ей снился дом. Если честно, она даже не подозревала, что будет способна скучать по нему, но Алларос был прав в своём высказывании. Здорово посмотреть мир, но хочется хотя бы на миг вернуться в родные края, пройтись по заповедным лесам, попрыгать по помостам, поймать летящую рыбку, послать стрекуна за газетой с новостями.

Девушка медленно натягивала на себя привычную инквизиторскую одежду для Скайхолда, но пребывала мыслями далеко от этого места. Взгляд Нэль упал на стол, заваленный бумагами и нераспечатанными письмами. Лицо скривилось, но она чувствовала, что от этой работы ей никуда не деться, хотя можно было уйти например в поход в Долы, Каллен как раз жаловался на военное положение там. Хм, идея неплохая. Вслед за заманчивой мыслью, со стола слетел листок, подгоняемый лёгким ветром. Ллараинэль подняла его. Записка была на удивление короткой, и многие слова Нэль уже знала, поэтому перевод не составил такого большого труда.

«Видимо, уйдём надолго, Стражей призвали в Андерфелс, постараюсь разобраться с этим побыстрее, но сомневаюсь, что получится. Солнце, постарайся быть осторожнее».

Ллараинэль прикрыла глаза. Да, новость не из приятных, она так надеялась на поддержку сестры. Нэль усмехнулась, пора брать себя в руки, Инквизитор тут она и придётся отыгрывать эту роль до самого конца. Эльфийка опустила взгляд на левую руку, пока ухудшений заметно не было, но и улучшений тоже, главное постараться чтобы остальные не узнали.

К огромному удивлению Нэль, никто не побеспокоил её за весь день, только слуги приносили еду, даже Дориан не заглянул вечером на огонёк. Зато из таверны доносились характерные звуки гулянки Быков, Ллараинэль покачала головой, смотря в сторону разбушевавшейся компании и вернулась обратно в комнату. Сегодня она впервые за долгое время была предоставлена сама себе и это было…странно. Ей казалось, что такое положение вещей должно обрадовать её, но вместо этого она чувствовала тоску. Может стоило самой присоединиться к веселью? Словно услышав её мысли, кто-то постучал в дверь.

— Проходите, — как можно громче крикнула эльфийка, возвращаясь с балкона в комнату.

По лестнице поднялся неожиданный гость. Андерс выглядел очень болезненно, под глазами залегли синеватые круги, хотя утром он выглядел нормально. Что-то явно случилось и видимо с Мариан.

— Инквизитор, — целитель едва заметно поклонился. — Мне нужно с вами поговорить.

Нэль кивнула и указала в сторону кресел, стоящих около камина. Судя по виду, мужчина едва держался на ногах, поэтому разговор стоило продолжить в более безопасном положении. Она одна его никуда не дотащит, да и не поймает при падении.

— Мариан, — ожидаемо, — слишком долго пробыла в Тени, и что-то случилось с её телом и духом. Она одновременно и здесь и там, хотя такое по сути невозможно. Мы с Бетани и Справедливостью посоветовались, что лучшим вариантом будет провести ритуал и проникнуть в Тень к Мари, и попробовать помочь изнутри.

Ллараинэль перевела взгляд с мага на огонь, и яркие картинки пронеслись перед её взором.

— Могу я принять в этом участие? — неожиданно даже для самой себя произнесла девушка.

Андерс посмотрел прямо в глаза цвета золота и медленно кивнул. Он пришёл только за разрешением, и подумать не мог, что Инквизитор предложит свою кандидатуру в качестве посыльного. Недолго думая, они спустились в одну из комнат, в которой теперь обитало семейство Защитницы. Там уже была Бетани и Дориан с Вивьен, и ещё пара магов, имён которых Вестница просто не знала.

— Простите, я бы помогла, тем более приходилось испытать подобное на себе, но я совершенно не в форме, — вслед за парой, вошла Солона.

Ллараинэль отметила, что выглядит она чуточку лучше, чем утром. Видимо, дала себе время на отдых. Андерс бросил в сторону магессы такой красноречивый взгляд, что Нэль без слов поняла — она выполнила свою угрозу и напугала целителя. Интересно только, как Каллен согласился дать ей своих солдат?

— Думаю, в Тень мы можем отправить максимум двоих, — Вивьен осмотрела окружающих, словно уже прикидывая в голове, кого лучше будет послать.

Ллараинэль почувствовала, как рука запульсировала, и всё её естество потянулось в сторону кровати, на которой расположилась Мариан. Глаза Нэль закатились, воздух резко наполнился запахом разложения и роз, странное сочетание, она втянула его резко в себя через нос и едва не задохнулась от нахлынувших ощущений.

— Я пойду, — голос сорвавшийся с её губ был ниже, чем обычно и куда твёрже.

Дориан вздрогнул и перевёл взгляд на Инквизитора, в глазах которой играли всполохи зелёного огня. Что за…? Только спустя мгновение маг понял, что рука Нэль была без перчатки и находилась около лица, девушка подперла подбородок указательным пальцем. Он впервые видел, чтобы она вела себя подобным образом. Было в её образе что-то неестественное и слишком вычурное, высокомерное.

— Вы уверены, госпожа Инквизитор? — голос Бетани дрогнул на конце предложения, остальные же и вовсе молча смотрели на эльфийку.

Дориан поймал себя на мысли, что среди них нет вездесущего Соласа, который раньше примчался бы вслед за Нэль, особенно заслышав о Завесе и Тени. Неужели он сделал что-то настолько неприятное, что теперь не смел даже показаться рядом с эльфийкой?

— Я напрямую связана с тенью, и думаю меня меньше всего ожидает Мари, — Нэль чуть склонила голову на бок. — Если пойдёт кто-то из знакомых, она может посчитать вас демонами и сразу же напасть.

— Здравая мысль, — кивнул Дориан, но ему всё равно не нравился сам факт того, что эльфийка собирается в Тень. Её сила едва стабилизировалась, демоны будут рады такому лакомому кусочку. — Давай я пойду с тобой, — магу не нравилась Тень, и всё же себе он доверял больше, чем остальным магам, которые могут вовсе потерять их Инквизитора там.

— Блуждать среди теней ушедших дней опасно без должной подготовки и умений, — Ллараинэль сразу же узнала нового гостя, вошедшего без стука к ним в покои. Порой Скайхолд был хуже базара, слишком быстро новости разлетались среди местных обитателей. — Однажды довелось мне выманивать ребёнка из лап проворных демонов, всё завершилось хорошо, а посему могу я предложить себя в качестве сопровождающего.

Взгляды всех присутствующих устремились на Морриган. Ллараинэль отметила, что та была одета куда менее вычурно, чем на балу, сменив огромное платье на походную одежду, которую девушка бы тоже не назвала слишком практичной из-за количества и длины вырезов в определённых местах.

— Вы одна из приближенных императрицы Селины, не так ли, дорогая? — Вивьен выглядела несколько враждебно по отношению к вновь прибывшей, даже Нэль заметила изменения в тоне её голоса, хотя женщина обычно отличалась умением играть в любых ситуациях.

— Именно так, — кивнула Морриган, едва заметно кивнув. На губах женщины играла загадочная улыбка, отчего Нэль сделалось не по себе.

Создавалось впечатление, что ведётся какой-то невидимый бой между двумя магессами, но как его прервать, у неё не было ни единой идеи.

— Решено, — Нэль встала перед ведьмой, создавая некое подобие стены между ней и Вивьен, — иду я и госпожа Морриган.

Услышав от Инквизитора такое обращение, женщина удивлённо подняла бровь, но говорить ничего не стала. Дориан на другой стороне комнаты лишь выдохнул сквозь сжатые зубы, вынужденный вновь остаться в стороне. Он ненавидел чувствовать себя беспомощно, но понимал, пока Нэль является Инквизитором, подобные ситуации будут повторяться из раза в раз. Маг обязан стать ей ровней, а не тащиться где-то позади. Этой маленькой эльфийке удалось установить мир в стране, несколько раз прервать планы древнего магистра, а всё что сделал он, это каждый раз жаловался на ужасную погоду и заплетал ей косы. Дориан никогда не думал, что подобные мысли придут ему в голову, но… Его собственная родина находилась в очень шатком положении и пора было что-то предпринять, что-то изменить. Взгляд оливковых глаз наткнулся на золотые, и по позвоночнику мага прошёлся разряд, казалось, девушка знает, о чём он думает в данный момент, и это несколько пугало. Второй мыслью было, что ему совершенно не хочется покидать это создание, но если он и правда решиться что-то сделать, то этого не избежать. Нужно хорошенько всё обдумать.

Подготовка к ритуалу была проведена максимально быстро и слажено, даже ругань между язвительными магами имела некую закономерность и не выбивала никого из работы. Нэль расположилась на полу рядом с Морриган и прикрыла глаза. Маги вокруг стали произносить заклинания, воздух наполнился чистой энергией и странным запахом металла, на языке появился вкус гнили. Ллараинэль почувствовала сильную тошноту и уже хотела было сплюнуть, чтобы хоть как-то избавиться от этого привкуса, но когда она открыла глаза, перед её взором предстало затянутое черными облаками небо, разрезаемое редкими вспышками зелёных молний.

— Ты впервые входишь в Тень подобным образом, не так ли? — Морриган стояла рядом, протягивая девушке руку.

Нэль положительно кивнула и воспользовавшись помощью, поднялась на ноги. Эльфийка осмотрелась и увидела вдалеке огромный чёрный замок.

— Как странно, никогда не видела Чёрный Город так близко, — женщина всматривалась в ту же сторону, что и Нэль. — Считается, что к нему нельзя приблизиться, но, похоже, недавние события поменяли правила игры.

Ллараинэль молча бросила взгляд на ведьму и направилась в сторону этого огромного строения, которое, похоже, и правда представляло собой не просто замок, а целый отдельный город, обнесённый огромной кованой оградой. Чем ближе они подходили, тем сильнее начинала болеть меченая рука, но самым странным был не сам путь, а отсутствие каких либо преград на нём. Не было даже мелких духов, не говоря уже о демонах. Прямая вымощенная дорожка была абсолютно пуста, и только некое подсознательное чувство помогло Нэль увернуться от следующего удара меча в спину.

Ллараинэль показалось, что кто-то просто дёрнул её в сторону, но само движение оказалось достаточно ловким и грациозным, она перевернулась через левое плечо и моментально встала, одним слитным движение доставая лук и готовя стрелу для удара. Она так и замерла. Перед ними стояла Мариан, в глазах цвета лириума читалось подозрение и удивление, она замерла, всматриваясь в своих новых гостей, пытаясь понять, реальность это или демоническая иллюзия.

— Мари, — голос отказывался слушаться, Нэль казалось, что она не пила уже несколько дней к ряду, говорить было тяжело, а язык казался жутко сухим, и она не могла даже сглотнуть

— Инквизитор? — женщина не опуская мечи, повернулась всем телом ко второму гостю. — А ты кто такая? Такое чувство, что я тебя уже где-то видела.

Морриган не успела ничего ответить, как из воздуха возникло множество теней и женщинам пришлось отбиваться от неожиданной напасти. В глазах Мариан сверкал холодный блеск, без намёка на привычные шуточки и колкости, она кружила разрезая демоническую плоть. Нэль укрылась за одним из огромных чёрных камней и проворно таскала не заканчивающиеся в Тени стрелы. Девушка не обратила никакого внимания, что её колчан словно бы сам наполнялся странными золотистыми стрелами, не имеющими ничего общего с теми, которыми снабжали её кузнецы Скайхолда. Морриган прикрывала разбойников, накидывая барьеры и внимательно следила за их действиями, отмечая каждую странность.

Бой закончился также неожиданно, как и начался. Нэль поднялась с колена и подошла к Мари, которая теперь смотрела на них более доверчиво.

— Это действительно вы, Инквизитор? — едва заметная улыбка заиграла на губах женщины, эльфийка вместо ответа подняла левую руку, показывая метку, которая мягко сияла сквозь перевязку.

— Мы решили, что за вами лучше идти тем, кого вы меньше всего ожидаете или вовсе не знаете, как Морриган, — кивнула девушка в сторону ведьмы, которая внимательно смотрела на Мари.

— Не пойму, но что-то в вас смущает меня, быть может нам стоит сомневаться, а не вам, вы так не думаете, Инквизитор? — женщина перевела взгляд на эльфийку. — Не думаете, что она быть может поглощена демоном?

От этих слов, по позвоночнику Нэль пробежали мурашки и она вовсе глаза уставилась на Мари, которая криво улыбнулась в ответ.

— Да, с этим у нас будут проблемы, вы не знаете как доказать своё происхождение, в ответ я не могу доказать своё. Что делать будем, Инквизитор? — разбойница подкинула свой необычный меч и поймала его в полёте.

Троица стояла друг напротив друга, пытаясь придумать способ, как проверить кто враг, а кто друг.

Глава 51. Черный город

— Хотите сказать, я и правда дошла до Скайхолда? — Мариан выглядела потрясённой, а когда Нэль кивнула в ответ, то и вовсе осела на камень. — Не знаю, что сказать. Я рада, наверное, но с другой стороны, получается, теперь я и вовсе не могу покинуть Тень.

— Большая часть твоих сил ушла на то, чтобы сопротивляться влиянию на тело, и ты совершенно забыла о влиянии на разум, и потому он сейчас нестабилен, — Морриган, сложив руки на груди, смотрела вдаль, где виднелись чёрные шпили. — Твоя душа застряла между мирами, осталось понять, как вернуть её в тело. Чем больше проходит времени, тем меньше шансов.

— Я смотрю у тебя очень позитивная новая подружка, — Мари усмехнулась, кивнув в сторону ведьмы, Нэль на это лишь пожала плечами.

С Морриган они разговаривали только на балу, и немного она знала от своей сестры, которая не пересеклась с новой гостьей Инквизитора. Ллараинэль надеялась, что Кейтлин справится быстро и вернётся в Скайхолд, но дела Серых Стражей было трудно предугадать, особенно в такое непростое время, когда мир сходит с ума.

— Никогда не видела Чёрный Город так близко, — было заметно, что Морриган не терпится приблизиться к нему, но в одиночку даже она не решалась этого сделать.

Ллараинэль никогда не была заинтересована в изучении Тени и магии в целом, поэтому лишь бегло глянула в сторону огромного строения, и вернулась к разговору с Мариан.

— Я не разбираюсь в магии, поэтому Морриган вызвалась сопроводить меня, — Нэль смотрела на поникшие плечи разбойницы и пыталась подобрать более воодушевляющие слова. — Что-то держит тебя, — эльфийка почувствовала, как волна жара поднимается от середины левой ладони и до самой макушки, в ушах появился лёгкий звон и чей-то едва уловимый голос.

Ллараинэль стиснула зубы. Демоны вездесущи в Тени, и было странно ожидать, что никто не попробует пробраться в её собственный разум, тем более когда она так уязвима из-за метки. Нэль встряхнула головой, пытаясь отстраниться от этого гула из голосов, но один высокий женский голос настойчиво пытался о чем-то сказать. Девушка вздрогнула, почувствовав чужую ладонь на своём плече. Она открыла глаза, Нэль даже не заметила в какой момент успела зажмуриться. Рядом стояла Морриган, в её глазах читался нескрываемый интерес, а вот Мариан смотрела с беспокойством, в её ярких лириумного цвета глазах читалось понимание. Тут произошло странное, около разбойницы материализовался эльф, высокий эльф, с длинными волосами и практически изумрудными глазами. Он опустился на колено перед Нэль и улыбнулся, так ярко, словно увидел перед собой давнюю знакомую. Инквизитор подалась назад, испугавшись, что это тот демон, лезущий в её мысли.

Морриган настороженно приподняла посох, готовясь ударить в любой момент, а вот Мариан только удивлённо вскинула брови. Ллараинэль сделала несколько шагов назад и застыла, не в силах пошевелиться. Призрак взирал на неё с лёгкой грустью в глазах, но при этом в них сияла такая надежда, словно Нэль и правда могла для него что-то сделать. Может какой неупокоившийся дух эльфа? Хочет попросить выполнить последнюю просьбу?

- Значит, время и правда пришло, — голос незнакомца звучал чисто и очень певуче, так разговаривали самые старшие эльфы в городе или барды. — Я ждал вас так долго, и рад что сумел дождаться, пусть и в столь плачевном состоянии.

— Ты о чем? — Мариан поднялась с камня.

Эльф повернулся в её сторону и чуть склонил голову на бок. Она видела в его глазах неприкрытое веселье, и это настораживало сильнее, чем судьба сгинуть в Тени.

— Теперь вас снова двое, вам осталось лишь выжить, чтобы этот мир смог вернуться к своему началу, — он резко прервался. — Или же вы приведёте его к чему-то новому, — голос стал задумчив, а взор эльфа затуманился. — Но для начала, вам нужно покинуть это место, долго держаться на другой стороне не под силу даже вам.

— Ничего не понимаю, — брови Морриган сошлись на переносице, женщина перевела взгляд сначала с эльфа на Мари, а потом на Нэль. — Что происходит, и кто он?

Нэль пожала плечами, в её глазах читался лишь испуг и недоумение. Она не представляла, о чем говорит этот дух, и чего он ожидал, и кого тут двое. Кажется всё только сильнее запутывалось с каждым днём. Неужели её предчувствие о роли Корифея правильны, и это только начало для чего-то большего? Ллараинэль печально выдохнула, а ведь ей так хотелось просто отдохнуть после всего этого, а не лезть в очередное опасное дело. Девушка надеялась, что дух просто пытается их запутать и затуманить разум своими загадками. Вот только выражение лица Мариан Нэль совершенно не понравилось, будто женщина верила этому странному эльфу.

— Ты знаешь его? — Инквизитор кивнула на духа, и к её огромному удивлению Мари едва слышно произнесла «да». Теперь всё становилось ещё сложнее. — О чем он?

— А вот этого я тоже не знаю, объяснишь? — Мариан посмотрела прямо в глаза травяного цвета.

Дух отрицательно покачал головой и, развернувшись, пошёл в сторону виднеющегося Чёрного Города. Женщины переглянулись между собой и, не сговариваясь, двинулись за ним, Нэль какое-то время смотрела им вслед, не понимая, что вообще происходит, и куда они направились. Оставаться в этом месте в одиночестве не хотелось и, тяжело вздохнув, эльфийка двинулась за ними, иногда бормоча под нос о том, насколько это плохая идея.

***

— Не много ли уже прошло времени? — Дориан вышагивал по комнате, не в силах больше стоять на месте. Его безупречная концентрация позволяла контролировать поток своей силы, даже без стояния в кругу вместе с другими магами. — С первыми лучами солнца предлагаю их насильно вырывать из Тени.

— Не скажу, что это разумная идея, но нам придётся к ней прибегнуть, — Вивьен сидела на стуле и сосредоточено всматривалась в лицо Инквизитора. — Она хмурится, видимо, возникли проблемы.

Ллараинэль была единственным незрелым магом, поэтому все её эмоции, спроецированные в Тени, отражались и в реальности. Для наблюдающих это было весьма удобным открытием, так они могли понять, что на той стороне появились проблемы и вернуть магов. Но пока кроме лёгкой тревоги на лице девушки ничего видно не было.

— Нет! — Мариан вскрикнула и резко поднялась на своей постели, её затуманенный взор метался по комнате в попытке найти что-то.

— Тихо, это я, — Андерс тут же придержал жену за плечи, стараясь подвинуть её ближе к себе.

— Ллараинэль и Морриган вернулись? — по этим словам стало ясно, что женщина пришла в себя.

Взгляды всех магов устремились в сторону Инквизитора, но та мирно спала, как и ведьма.

— Нужно их возвращать, — Дориан почувствовал, как тугой узел сжимает внутри живота. И ведь так будет всегда, пока это мелкое златовласое чудо является Инквизитором и влипает во всевозможные истории.

Маги синхронно кивнули, соглашаясь с высказыванием Дориана и приготовились призывать разум обратно в тело Инквизитора и ведьмы. Мариан взирала на своих спасительниц широко раскрытыми глазами, вцепившись в руки Андерса с такой силой, что мужчина едва заметно скривился от боли, но хватку жены ослабить не пытался.

Морриган проснулась практически сразу же, тяжело дыша и садясь на своей лежанке, её взгляд тут же метнулся к Инквизитору, но девушка по-прежнему спала. Маги молча пытались прервать ритуал, но сколько бы они не вливали силы в импровизированный круг, ничего не выходило — разум Ллараинэль не отзывался ни на какие призывы. Дориан до боли стиснул зубы, пытаясь уловить хотя бы отголосок мысли девушки, но ничего, только кромешная тьма под закрытыми веками. Маг чувствовал, как его начало трясти от страха, это было ужасное чувство полного бессилия, прямо как тогда около разрыва. Он абсолютно ничего не мог сделать, прямо как дома, в поместье отца, он мог лишь смотреть на приготовления для ритуала стоя за колонной. Не было сил чтобы сдвинуться и принять реальность, хотелось раствориться в своём собственном бессилии, но что-то внутри восстало против мага, и он, не долго думая, схватил первые попавшиеся вещи и спрыгнул с балкона. Тогда в его голове билась одна единственная мысль — «сбежать, уйти и никогда не возвращаться». Пора заканчивать с побегами. Дориан увидел прямо перед своим взором золотую точку, она маячила где-то впереди, постепенно приближаясь и вырисовываясь в силуэт девушки. Лица маг не видел, только длинные развивающиеся волосы и белоснежное платье в пол.

«Спасибо, что вновь пришёл за ней, ей нужен якорь, чтобы возвращаться, пока она не научиться делать этого самостоятельно. Позаботься о ней».

Дориан услышал вскрик эльфийки и открыл глаза, Нэль уже сидела и с ужасом в глазах осматривала комнату. Он видел, как капельки слёз собираются на её нижних веках, но они так и не сорвались, оставаясь влажной росой на ресницах.

— Инквизитор, что произошло? — Андерс присел около девушки, накидывая на неё диагностическое заклинание, но оно не выявило никаких нарушений и наличия ненужных сущностей в теле.

— Корифей, — Нэль судорожно выдохнула, — то откуда он взял сферу, то где открылись врата, — девушка всхлипнула. — Они уже здесь, да поможет нам Митал.

***

Впервые за долгое время в ставке командования повисла гробовая тишина и никто, даже Бык с Сэрой не пытались её нарушить. На лицах всех присутствующих читался немой страх и сомнение. Ллараинэль смотрела на Морриган, которая предложила выступить в сторону последнего из великих Элювианов, пока Корифей не добрался до него первым, но тревожило её не это, а тень, которую она увидела подле ведьмы в Тени. Может всё это и правда была лишь игра воображения и проделки демонов, может они прочли её самые затаённые страхи и попытались на этом сыграть. Вот только слишком много совпадений.

— Инквизитор, — Лелиана нарушила тишину первой. — До этого вы не говорили ничего про эльфийские сферы, а теперь утверждаете, что многие из них раскиданы по Тедасу и несут огромную опасность. Почему же до этого момента никто не натыкался на столь мощные артефакты?

— Я не знаю, — Нэль покачала головой, — но я точно видела его, огромного волка, значит сфера его и он уже здесь.

— Давайте мыслить здраво, — Каллен сжал руками навершие своего меча. — Если бы некие древние эльфийские боги и правда снизошли на землю, то это уже давно стало бы известно. Может Корифей наткнулся на какие-то трактаты и смог воссоздать нечто подобное, но ему не удалось воспользоваться своим изобретением из-за первого Мора, а после он временно погиб. Теперь же вернувшись, пожелал воспользоваться этой сферой.

— Да, это звучит куда более логично, прости, босс, — Бык пожал плечами в ответ на взгляд Нэль.

Может они и правы, видения в Тени часто бывают ошибочными, а учитывая сколько всего в последнее время произошло, то это могло оказаться лишь отголоском демона Кошмаров. Он просидел в Тени достаточно долго, чтобы напитаться образами древних и попытаться набросить их на Инквизитора, а учитывая, что он ранил её и пустил свой яд… Нэль выдохнула и тут же немного расслабилась. Её взгляд пересёкся со взглядом Соласа, который стоял у самых дверей и неотрывно следил за девушкой. Он едва заметно кивнул и слабо улыбнулся, но улыбка это была полна скорби и сожаления. Нэль не понимала, что хочет сказать ей эльф и просто опустила взгляд в пол.

***

Эльф указал прямо на кованное ограждение. Морриган выглядела настолько зачарованной общей картиной, что самой первой подошла к воротам и прикоснулась к ним. Гладкая поверхность была пропитана древней магией — сильной и желанной всеми, но вместе с тем и безумно опасной. Женщина сразу же почувствовала тяжесть в затылке и лёгкий гул, тело чудилось чуждым и хотелось покинуть его. Рука Мариан легла на плечо ведьмы, выводя её из транса. Ллараинэль, увидев данную картину, ещё меньше хотелось подходить к этому странному строению, она и так стояла дальше всех, но теперь и вовсе желала бежать как можно скорее.

— И ты будешь права, — голос незнакомого эльфа раздался совсем рядом, и Нэль вздрогнула, поворачиваясь к нему. — У тебя на лице всё написано, твой страх перед магией оправдан, не спорю, тем более перед подобной. Заберите частичку души Мари и уходите.

Ллараинэль кивнула и бочком стала отходить от этого призрака, всё же рядом со своими спутницами ей было спокойнее. Мариан уже отвела ведьму подальше от главных ворот и просто стояла, смотря на них. Женщина чувствовала, как что-то зовёт её, манит войти внутрь, шепчет на неизвестном языке приятные слова, уговаривая.

— Как выглядит то, что мы должны забрать? — Ллараинэль хотела забежать внутрь и поскорее вернуться, не задерживаясь там.

Мари пожала плечами, и по привычке положила одну ладонь на свой кинжал, который ощутился непривычно чуждым. Женщина поддавшись порыву вытащила его из ножен — навершие было пустым, никакого рунического камня, раньше светившегося золотистым огнём. И как она не заметила столь важной детали раньше? Видимо Тень и правда слишком сильно затуманивает рассудок.

— Нам нужно найти навершие моего кинжала, — Мариан показала своим спутникам оружие, те синхронно кивнули в ответ.

Ворота распахнулись сами по себе, как только к ним подошла Мари, она даже не успела протянуть руку, чтобы толкнуть кованную решётку. Переглянувшись, они вошли в Черный Город, позади лязгнул металл и всё погрузилось в гнетущую тишину.

Ллараинэль старалась идти как можно быстрее и не рассматривать окружающую её обстановку, так было легче всего не дать разуму расслабиться. Она думала о светящемся золотом шаре, некогда закованным между двумя мордами драконов, на кинжале Мари. Девушка сжимала лук, памятуя о демонах любящих появляться из ниоткуда, но никого в округе не было. Нэль понимала, что расслабляться было рано, Тень любит играть со своими гостями, а если учесть, что они находятся в её сердце. Ожидать можно было чего угодно.

Первые враги дали о себе знать практически на подходе к главному входу. Ллараинэль готовилась к схватке с демонами и духами, но никак не с порождениями тьмы, вернее с теми, кто на них до боли похож. Первая тварь ринулась в атаку, крича что-то на эльфийском, Нэль не смогла разобрать слов, и всё же услышанное поразило её. Неужели они умеют разговаривать? Судя по слаженной работе отряда, они умели не просто общаться между собой, но и выстраивать сложную тактику боя. Те порождения тьмы, что были на Штормовом берегу теперь казались глупыми марионетками, действующими скорее инстинктивно, нежели логически.

Сражаться с подобными врагами оказалось до ужаса тяжело, а это с тем, что она уже столько раз побывала в совершенно разных передрягах. Твари были проворны и хитры, перекрикивались между собой и пытались взять их в кольцо. Магические атаки практически на них не действовали, из-за чего Морриган пришлось переквалифицироваться из боевого мага в поддержу и накидывать барьеры и ускорения. Мариан перешла в наступление, а Нэль старалась как можно быстрее вкладывать стрелы в лук, только спустя несколько ударов, девушка заметила изменения в стрелах. Они были черными и едва заметно светились голубым. Неужели она подсознательно меняет своё оружие в Тени? Знания о магии у девушки были поверхностными, а потому ей было трудно рассудить могла ли она бессознательно создавать стрелы или на это влияло нечто совершенно иное.

Ллараинэль видела, как всё ближе и ближе враги подбираются к практически беспомощной ведьме, эльфийка старалась прикрыть её, но стрелы уже не так сильно пугали противников. Всё чаще они летели мимо, а руки с каждым мгновением дрожали всё сильнее, Мариан кружила по сужающемуся кругу, но даже ей не удавалось отогнать и тем более убить этих странных созданий. Они словно были неуязвимы от любой атаки, хотя первые несколько точно упали после удачных попаданий стрел и удара кинжалов. Неужели они могут подстраиваться под противника?

Круг стал непозволительно узким. Нэль наткнулась спиной на спину Мари, и вздрогнула от осознания, что им некуда отступать. Западня. Именно в этот момент колчан опустел, Нэль судорожно пыталась выхватить стрелы, но не могла найти ни одной. Эльфийки со всей силы сжала лук в руке, прикрываясь им от очередного удара. Глухой звук и чей-то пронзительный удивлённый вскрик. Над ними заискрился золотистый барьер, отделяя женщин от отряда порождений тьмы. Ллараинэль судорожно выдохнула, она чувствовала, как сквозь всё тело проходит странная энергия, несдерживаемая ничем.

— Умничка, а вот у меня колдовать совершенно не выходит, — вымученно улыбнулась Мариан.

Нэль стиснула зубы, поддерживать барьер оказалось ужасно тяжело, вся сила потоком вытекала из неё, и как бы эльфийка не пыталась сопротивляться этому, магия продолжала огромными потоками высвобождаться, будто узник почувствовавший вкус свободы.

— Теперь постарайся не исчерпать себя! — практически выкрикнула Морриган. — Сосредоточься на чем-нибудь, хоть на своём луке, представь, что это посох, который помогает тебе концентрировать твою силу.

Ллараинэль послушалась совета, и лук отозвался. Глаза эльфийки распахнулись шире, когда она поняла, что оружие откликается в ответ на её магию. Неужели в этом и есть секрет древнего оружия? Он создан для мага? Ответ не заставил себя ждать, и лук начал вытягиваться, превращаясь в длинный чёрный посох, который Нэль уже где-то видела, но сейчас было не время предаваться воспоминаниям. Навершие посоха светилось потусторонним черно-синим огнём, только спустя пару мгновений девушка заметила, что твари не нападают. Все они замерли ровным кругом и зашептались. Теперь эльфийка смогла разобрать их речь. Это было древнее наречение, на котором обычно разговаривали старейшины или архивариус.

— Это она?

— Не может быть!

— Да, посмотри на…!

Твари стали отступать, едва склонившись перед застывшими под куполом женщинами. Сама Нэль не могла заставить себя пошевелиться, её спутницы тоже не спешили что-либо делать. Постепенно их враги куда-то исчезли.

— Отпускай, — едва слышно произнесла Мариан, не поворачивая к Нэль головы.

Ллараинэль была бы рада это сделать, но совершенно не представляла как, рука сжимающая посох задеревенела, мысли путались. Морриган положила свою на удивление тёплую ладонь на руку эльфийки, та вздрогнула от разницы температур и странного покалывающего ощущения.

— Теперь осторожно опусти его вниз, полностью расслабься и прикрой глаза, — ведьма говорила уверенно, и это помогло.

Барьер распался, и они вновь остались стоять посередине полуразрушенного сада, среди деревьев оплетённых красным лириумом. Как только посох опустился, форма его тут же переменилась на привычный для Нэль лук, не долго думая она перекинула его через плечо, тетива пересекла грудь, и лук застыл позади спины. Никто не произнёс ни слова, казалось, они настолько сильно вымотались после этого события, что их едва хватило на то, чтобы дойти до самого входа, где и обнаружилась пропажа. Рунический камень сиял, погруженный в отверстие в гигантской двери. Мариан медленно подошла к нему и по наитию вместо того, чтобы взять сферу руками, ткнула в него пустым навершием кинжала и это помогло, оно вернулось на своё место, между двумя мордами драконов.

Мариан почувствовала, как тело наполнилось жизнью, как отступили на задний план все мрачные мысли, а перед глазами появилось улыбающееся лицо Андерса и их дочери. Женщина повернулась, собираясь пошутить, чтобы развеять гнетущую атмосферу, но вместо этого застыла от ужаса. Раздался громкий волчий вой, и Мари пришла в себя, хватая ртом воздух в одной из комнат Скайхолда.

Ллараинэль среагировала на громкий вой и резко развернулась на пятках, вдалеке около самых ворот стоял огромный чёрный волк с тремя парами глаз. Фен’Харел собственной персоны. Значит Нэль ничего не перепутала, в руках Корифей держал ключ от обители этого страшного божества, бывшего мага и соратника Митал. Неужели они вернулись? Девушка повернулась к Морриган, чтобы оповестить её об опасности, но и ведьма исчезла. Она осталась один на один со страшным черным волком, из чьей пасти когда-то забрала посох.

— Не бойся, — несмотря на расстояние Нэль отлично слышала приглушенный голос волка. — Я не враг тебе, я могу помочь, я хочу помочь, я верну всё как было, я верну всё.

***

Ллараинэль лишь поверхностно рассказала о своём видении, не озвучивая сказанных волком слов, а ещё она ничего не сказала о странном поведении порождений тьмы, отчего-то Мариан с Морриган тоже молчали.

Нэль барабанила пальцами по полированной поверхности своего рабочего стола. Всё что произошло в Тени не могло быть простым совпадением или отголоском страха, за этим крылось нечто большее. Посох. Взгляд девушки переместился на висящий на креплениях лук. Она вспомнила тот сон, в котором к ней уже являлся древний бог и посох в его пасти, он был слишком похож тот, которым стал её лук.

Ллараинэль не ощущала усталости и даже тревоги. Она впервые за долгое время чувствовала себя на удивление сильной, сосредоточенной и… Взрослой? Эльфийка продолжала выбивать ногтями ритм, не замечая, как вокруг неё летали листы, погруженная в свои мысли она лишь сильнее высвобождала нежеланную силу. Метка вновь дала о себе знать. Бумаги рассыпались ореолом вокруг стола, Нэль на это только печально выдохнула и стянула с левой руки перчатку. Метка вновь начала расти, пока едва заметно, но как её обладатель, девушка видела, как черные жилки продвинулись в сторону запястья. Время ещё есть. Есть. Правда далеко не для всего.

Нэль резко поднялась и направилась в сторону комнаты Дориана. Она не хотела ни о чем сожалеть, пусть это и было эгоистично, но ей хотелось урвать хотя бы чуточку тепла, перед тем, как придётся делать сложный выбор.

Глава 52. Без сожалений

Дориан третий раз перечитывал предложение, но голова была забита совершенно другими вещами. Сколько всего для мира делает одно маленькое создание, а он не мог даже найти в себе силы, чтобы противостоять собственному отцу. Побег не считается. Всё чаще в голову мага забирались мысли о своей родине, о том, насколько неправильно происходящее там, и Корифей со своими замашками на божественность только усиливал эту мысль. Дориан был практически уверен, что не единственный жаждет перемен в Тевинтере и если найти союзников, расшатать определённые устои парой метких фраз, то можно многого добиться. Он обязан попытаться.

Его бурную мыслительную деятельность прервал стук в дверь. Маг вздрогнул. К нему гости захаживали крайне редко, можно сказать практически никогда. Кому он мог понадобиться?

— Войдите, — Дориан попытался принять более подобающую позу, и показательно раскрыл книгу.

На пороге показалась неожиданная гостья — Инквизитор собственной персоной. Что-то странное отражалось в её глазах, это была не тревога или страх, нечто совершенно иное. Она твёрдым шагом прошла до мага и без каких либо колебаний склонилась к нему, крепко обхватывая за шею. Обниматься в такой странной позе было крайне не удобно, но Дориан не мог найти в себе силы пошевелиться. Нэль пришла в такой момент, словно почувствовала куда течёт направление его мысли и… Вновь заставила сомневаться в своих собственных убеждениях и решениях. Сможет ли он со спокойной совестью покинуть её, когда всё это закончится?

Они не говорили о чувствах, не видели в этом нужды, их действия были куда более показательными, но Нэль понимала, что дальше так продолжаться просто не может. Сомнения и страхи закрались слишком глубоко в её мысли, чтобы быть уверенной в том, какие отношения между ней и этим магом. Она не хотела ни о чем сожалеть больше в этой жизни. Ллараинэль отстранилась, но оставила свои руки лежать на плечах тевинтерского мага, который выглядел до ужаса забавным в таком ошарашеном виде. Пожалуй, эльфийка никогда его таким не видела, обычно Дориан мастерски делал вид, что окрущающий мир лишь фон для него самого.

— Поговорим? — это слово прозвучало насколько чисто и уверенно из уст немногословной эльфийки, что Дориан даже на мгновение засомневался в своём слухе.

Дориан ненавидел серьёзные разговоры, тем более один на один, когда было не куда сбежать и не отшутиться. Мужчина прекрасно осознавал, что рано или поздно эльфийка найдёт в себе силы для начала данной непростой беседы, в отличие от него она не убегала от проблемы, а пыталась её решить. Залатаное небо тому подтверждение.

— Конечно, может присядешь? — маг постарался придать голосу привычную непринуждённость и весёлость, но получилось крайне отвратительно.

Нэль кивнула и… Села прямо на его колени. На какое-то мгновение маг так и замер, с широко распахнутыми глазами и собирался уже звать на помощь изгонять демона из Инквизитора, но тут Нэль рассмеялась, громко и задорно. Он ни разу не слышал, чтобы она так ярко проявляла какие-либо эмоции, разве что только один раз не удержалась от сильных слёз и истерики. Это понять было можно, трудно справляться со своими обязанностями будучи практически ребёнком, ничего не знающим о внешнем мире.

— Ты бы видел своё выражение лица, — Нэль утерла пальцем слезу и поднялась.

Девушка боролась с приступами смеха, усаживаясь на край кровати мага. Дориан какое-то время обрабатывал произошедшее и нашёл смех эльфийки весьма заразительным, и вот они уже смеются вдвоём. И это так приятно. Маг совершенно забывает о своих проблемах, о серьёзном разговоре, обо всём на свете. Он слышит только звонкий смех, еле слышный перезвон ветрянных колокольчиков, которые обычно вешают у входа в лавку или на окно. Дориан чувствует, что дышит полной грудью, ощущает себя как никогда живым и счастливым.

Ллараинэль успокаивается первая, маг подавляет последний смешок кулаком и они вновь смотрят прямо, глаза в глаза. Дориану совершенно не хочется отводить взгляд от этого жидкого золота, ему кажется ещё пара секунд и он поймёт смысл этой жизни, но мгновение рассеивается вместе со словами девушки.

— Я не хочу ни о чём сожалеть, поэтому скажу первая. Это ни к чему тебя не обязывает, — она кашлянула. — Просто я хочу сказать, а ты можешь просто выслушать и забыть, и ничего не изменится или можешь ответить и поменять всё, — Нэль вновь запнулась, щеки заалели, а напускная уверенно постепенно таяла. — Ты мне нравишься, не так как друг или товарищ, я, — снова пауза и щелчок костяшками пальцев от волнения. — Я думаю, что больше чем нравишься. — Ллараинэль зажмурилась, не в силах выносить пронзительный взгляд мужчины. — Ma emma lath*

Комната погрузилась в тишину. Нэль не могла найти в себе силы, чтобы поднять взгляд от пола и посмотреть на мага, а тот как на зло молчал. Она совершенно не заметила, что признание по итогу получилось на эльфийском, а никак не на всеобщем.

— С эльфийским у меня всё ещё проблемы, хотя признаюсь, благодаря тебе и твоему волшебному словарю я многому успел научиться, — голос Дориана звучит непривычно серьёзно и одновременно с тем мягко. — Знаешь, я не из тех кто верит во все эти «и жили они долго и счастливо».

Нэль почувствовала, как земля уходит из-под ног, она понимала, что будет тяжело услышать ответ и готовила себя к нему, но все приготовления были совершенно напрасны. На деле всё было куда тяжелее и хотелось встать и нестись подальше от Скайхолда, от Ферелдена и Орлея, обратно в свой родной лес, спрятаться там в домике и сидеть до скончания веков.

— Но ты что-то сделала со мной, — продолжил маг, Нэль на этом моменте пугливо приподняла голову, всё ещё несколько опасаясь смотреть на Дориана. — Знаешь, мне так не нравятся подобные разговоры, но я понимаю, без этого всё станет только ещё более запутаннее. Я мог бы вновь сбежать, но ты и правда сотворила со мной нечто невообразимое. Я больше не хочу убегать, не хочу закрывать глаза на происходящее, хочу жить. Не просто праздно шататься вокруг, а делать что-то. Я понял это ещё тогда в той захудалой церквушке на краю Редклифа, — маг тяжело вздохнул. — Не думал, что однажды скажу это хоть кому-либо, но…я хочу видеть тебя рядом, знать что ты в порядке, просыпаться и видеть, как ты забавно жмуришься от солнца и в попытке уйти от лучей падаешь с кровати. Создатель, звучит слишком слащаво, да? Не важно, не отвечай.

Нэль и не собиралась прерывать мага, она уже вовсю вновь разглядывала его, не веря своим ушам. Ей казалось, что она провалилась в сон, в эту проклятую Тень и демоны таким образом издеваются над ней, и в тоже время ей хотелось верить в каждое услышанное слово.

— Ты ещё слишком молода, чтобы останавливать свой выбор на прекрасном, но потрёпаном мне, это ведь может быть просто наваждение, знаешь. Порой в ситуациях с крайним напряжением невольно влюбляешься в наиболее дружелюбного человека рядом с собой или наиболее обаятельного, — Дориан усмехнулся, но усмешка вышла слишком кривой. — Создатель, я опять слишком много болтаю.

— Нет, — их взгляды вновь встретились и маг понял, что окончательно пропал.

— Скажи мне, и как в тебя можно не влюбиться?

В следующее мгновение Нэль уже лежала на кровати, Дориан целовал её так уверенно и настойчиво, ей только и оставалось, что притягивать его ближе, зарываясь пальцами в мягких волосах. Язык мага вытворял нечто невообразимое, зубы то прикусывали нижнюю губу, то пытались поймать золотистый шарик на языке. Мужчина опирался одной рукой о кровать слева от головы Нэль, другая же скользнула на талию, сжимая её, едва ли не оставляя синяки. Но девушке нравилось это давление, эта страсть, даже несмотря на лёгкую зарождающуюся боль в каждом месте, куда добирались проворные и сильные пальцы, куда впивались зубы. А они между тем уже оказались на шее, оставляя отметины, заставляя прогибаться на встречу, тянуться вслед за ускользающими, меняющими своё расположение руками и губами.

Резко всё прекратилось. Нэль смотрела на нависшего над ней мага, чей взор горел непрекрытым огнём, а щёки явно заалели, хотя на его коже это было практически не заметно.

— Думаю, на сегодня хватит обнимашек, — эти слова дались мужчине с трудом.

Ему совершенно не хотелось останавливаться, и наличие груди под пальцами нисколечко не притупляло желание, а даже наоборот непривычно усилило его. Видимо любовь и правда редко обращает внимание на предпочтения.

— Ты не хочешь… — у Нэль не получилось договорить.

Она была совершенно не осведомлена в вопросах того, что происходит между мужчиной и женщиной и как к этому должно приходить. Может она делает что-то не так? Моментально пропала вся расслабленность и настрой, девушка напряглась всем телом и попыталась сесть, но маг был куда сильнее неё, его рука надавила на плечо, заставляя Нэль остаться в лежачем положении.

— Стоп, не думай, я уже прямо вижу все твои глупые мысли на лбу, — Дориан улыбнулся. — Дело не в «хочу» или «не хочу», дело в том кто ты и насколько готова прямо сейчас принять меня в качестве, — маг запнулся, — партнёра? — ему было трудно сформулировать правильное название для их отношений, и судя по выражению лица Нэль, он явно сказал что-то не то.

Ллараинэль чуть сощурилась, и маг вскрикнул от боли. Инквизитор только что ударила его зарядом, не сильно, конечно, но ей удалось точечно сконценрировать энергию и пропустить её через плечо, ударяя ровно в ладонь мужчины. Дориан не всегда мог похвастаться такой концетрацией магии в одной конкретной части тела, легче всего она шла через руки или виски. Глаза мага распахнулись от удивления. Он отстранился от девушки, давая ей тем самым возможность сесть.

— Только лишь? — в голосе Нэль звучала горечь, похоже она даже не обратила внимание на собственную выходку.

— Давай начнём хотя бы с этого, — Дориану никак не удавалось оттеснить мысль о магическом потенциале их Инквизитора, даже в такой момент. — Я не хочу, чтобы ты… — маг выдохнул и практически протараторил последнюю фразу, — пожалела об этом.

Выражение лица эльфийки тут же изменилось, слегка проясняясь. Ллараинэль повернулась к магу и улыбнулась, такой заразительной живой улыбкой, из-за которой Дориан был готов забыть обо всём на свете. Это ведь ненормально, да?

— Я уже сказала, что пришла сюда, чтобы не иметь в жизни никаких сожалений, неужели тебе нужны ещё какие-то доказательства? — она придвинулась к магу и обхватив его за шею, вновь прильнула к губам.

Новый поцелуй был мягче, сдержаннее, но от того не менее приятный. Ллараинэль чувствовала лёгкость во всём теле, разум прояснился и когда она отстранилась от мага, то уже знала правильные слова.

— Корифей никогда не взойдёт на божественный трон, — в её глазах горела уверенность, и Дориан завороженный такими переменами в девушке, лишь качнул головой, подтверждая правильность её слов. — Завтра мы лишим его последней возможности и заставим ошибиться в своих расчетах.

— А после всего этого, я покажу нашему Инквизитору, что значит иметь взрослые отношения.

Вновь поцелуй и узкая кровать на двоих, тихие смешки в темноте и серьёзные разговоры о грядущем сражении.

***

— Инквизитор, предложение госпожи чародейки из ферелденского круга крайне полезное и интересное, но из-за неразберихи с Корифеем и его людьми, встреча с королевой Анорой пока невозможна, — Нэль кивнула на слова Лелианы.

Девушка уже успела забыть про магессу из круга, которая всё ещё находилась в Скайхолде, даже без официальной встречи с королевой, магесса предложила помощь её доверенного отряда. Армия инквизиции постепенно перемещающаяся в сторону Арборской глуши понемногу пополнялась, войска императрицы тоже присоединились и вышли под командованием Гаспара, что было весьма удивительно для Вестницы. Зачем он самолично вызвался сопроводить своих людей в подобный поход? Несмотря на удивление, Нэль уважала подобный выбор, хотя её советники намекали на какую-то очень важную причину.

— От Стражей есть вести? — Ллараинэль помимо Корифея заботила и судьба сестры, которая не давала о себе знать с момента отбытия в Вейсхаупт.

Лелиана отрицательно качнула головой, поджимая губы. Не только Инквизитора беспокоила судьба стражей, но и старая подруга никак не могла понять причин столь резкого затишья. По пути Героиня Ферелдена не единожды отсылала письма, но как только по расчетам отряд должен был прибыть в город, как письма прекратили поступать. Нэль чувствовала, как где-то внутри стала подступать тревога. Слишком много странных событий происходит одновременно и это уже не просто настораживало, это по-настоящему пугало эльфийку.

— Чем скорее мы сможем перехватить элювиан и уничтожить большую часть войск Корифея, тем скорее сможем выяснить, что сталось с нашей старой подругой, — Морриган постучала пальцем по карте, на которой стояла светящаяся зеленым фигурка.

— На подготовку нужно ещё минимум пару дней, я делаю всё что могу, но быстрее не получится, — Каллен внимательно смотрел на карту, в его глазах Нэль видела нетерпение. — Дагна ещё не закончила мастерить руну против доспеха Самсона.

Все были на взводе, даже госпожа Монтилье ходила из стороны в сторону, не в силах стоять на месте. Эта битва станет огромным шагом, и она решит, могут ли они противостоять Корифею, или же мир уже обречён.

— Они всё ближе, судьба, рок, предверие к большой игре, никто не знает, они опасны. Нельзя бояться смерти, она уже рядом, нужно успеть, я обязана успеть, — Нэль вздрогнула от голоса Коула, который появился рядом.

Остальные тоже переключили внимание на духа, он не прятал своих глаз под широкими полями шляпы, а смотрел прямо на Инквизитора, будто читая слова написанные на её лице.

— Ты знаешь, ты знаешь, ты уже всё знаешь, не вижу что именно, но знаешь. Мы обязаны помочь, помочь, — голос его стал сбиваться, а после и вовсе затух, превратившись в невнятное бормотание.

«Вот он, один из первых, кто-то воспользовался правом на воплощение. Кто?» — голос в голове Ллараинэль, так смутно похожий на её собственный.

Это напугало девушку больше, чем слова Коула. Она сходит с ума? Неужели влияние метки возрасло настолько сильно, что она теперь слышит голоса идущие из самой Тени? По спине прошёлся холодок.

— О чём он говорит? — Каллен кивнул в сторону мальчишки.

— Я не знаю, — Нэль всё ещё настороженно смотрела в сторону духа, который в этот раз и не подумал исчезнуть сразу же после своей речи.

***

Сад встретил Ллараинэль тихими разговорами и проповедью одной из жриц. Девушка тихонько обошла небольшую толпу, сгрудившуюся вокруг женщины в рясе с очень приятным мягким голосом, которая вещала о Создателе и покаянии. Внимание эльфийки привлёк маленький мальчик, который сидел на корточках возле одной из клумб и осторожно водил руками над побегами эльфийского корня. Растение то превращалось в ледяную статую, то вновь принималось мягко покачиваться из-за лёгкого ветра. Из-за огромного потока людей Ллараинэль отвыкла всматриваться в лица прибывших и мало кого знала, а раз мальчишка обладал магией, то вероятно просто пришёл вместе с остальными из круга, просто она не обращал до этого внимания. Только одежды его были слишком дорогими и слишком похожими на моду этих странных орлесианцев.

Из праздного любопытства Нэль пошла в его сторону, казалось, мальчишка почувствовал её приближение и тут же поднялся, поворачиваясь к ней. Вестница застыла, немного удивлённая подобным поведением ребёнка, но говорить ничего не стала, лишь склонила голову чуть на бок, всматриваясь в правильные черты лица мальчика.

— Вы так ярко светитесь, это немного странно, — голос мага был звонким, но очень приятным. — Такое чувство, что я вас уже где-то видел, — девушка усмехнулась, — нет, я не о том, что вы Инквизитор, я видел вас не здесь, далеко, вроде даже в Тени.

— Госпожа Инквизитор, — позади раздался вкрадчивый голос ведьмы, Нэль едва заметно вздрогнула и повернула голову в сторону подошедшей. — Это мой сын — Киран, надеюсь он не доставляет вам неудобств.

— Нет, что вы, это я подошла к нему, — Ллараинэль мягко улыбнулась, вновь возвращая свой взгляд к мальчику.

Получается это тот самый ребёнок из рассказа Кейтлин, тот, кто позволил им с Алистером пережить Пятый Мор. Все кусочки пазлов рассыпались на столе прямо перед взором Вестница, но она чувствовала, что никак не может собрать их в единую картину, которая поможет им пережить нечто ужасное, нечто идущее по стопам Корифея. Сможет ли она победить и застать это незримое будущее? Нэль выдохнула.

— Вы хотели о чем-то поговорить? — Морриган подошла к сыну и положила руку ему на плечо.

— Даже самые незначительные действия могут привести к великим событиям, даже один ребёнок может изменить ход целой истории, — Ллараинэль показалось, что она вновь говорить не своими словами, словно кто-то подкидывает ей эти мысли.

В глазах Морриган появилось понимание, она уже собиралась что-то ответить, оправдаться перед Инквизитором, но эльфийка покачала головой и направилась прочь из сада. Её пугали чужеродные мысли в собственной голове, её пугала метка на правой руке, её пугали сны, где черный волк жалобно воет на луну. Её пугало будущее, которого у неё нет.

*ты моя любовь

Глава 53. Источник нашей скорби

Ллараинэль стояла на небольшом возвышении между палатками с припасами и не могла поверить своим глазам. Она многое слышала об этом месте от своих соплеменников, некоторые жители были родом из этой глуши, и было странно видеть здесь огромное количество шемленов и руины. Может это лишь часть города, может остальное всё также скрыто от чужих глаз? Нэль очень на это надеялась, ей не хотелось верить, что первый по величине оплот древности пал под натиском современного мира. Было больно от осознания, что и их постигнет подобная участь. Времени на скорбь по давно павшим товарищам не было, поэтому прошептав коротенькую молитву на эльфийском, Инквизитор собрала свой отряд и отправилась в сопровождении ведьмы в сторону главного храма.

Впервые за долгое время Солас подошёл к ней перед самым выходом и настоятельно просил включить его в главный отряд. Эльфу было интересно посмотреть на древние руины вблизи, Нэль посчитала это достаточно хорошей идеей, быть не единственной, кто понимает надписи и может войти в чужую обитель. Ллараинэль была хорошо знакома с привычкой своих сородичей устраивать ловушки и сложные механизмы не уступающие гномьим, и была не очень уверена, что её знаний будет достаточно для беспрепятственного прохождения всех этих мест

— Инквизитор, вы уверены, что там будет нечто подобное? — Кассандра смотрела на девушку с лёгким беспокойством.

— Да, практически все эльфийские храмы имеют сложную многоуровневую охрану, как магическую так и физическую, — Ллараинэль впервые казалось, что именно она пытается объяснить что-то неразумным детям, а не наоборт.

— И именно поэтому с тобой идёт он? — бровь Дориана поднялась так выского, что казалось она дойдёт до самых волос.

Нэль улыбнулась магу и утвердительно качнула головой. Другой причиной было непривычное чужеродное желание отгородить Дориана от такой опасной миссии. Была огромная вероятность, что там они встретятся если не с самим Корифеем то точно с его самым главным последователем — Самсоном. Девушка проверила карман, убеждаясь в наличии той странной руны от Дагны, которая должна была помочь против необычного по своей защите доспеха храмовника. Тевинтерский маг вздохнул и преодолев небольшое расстояние, положил руку на плечо Нэль. Ему показалось или она вновь стала чуточку выше?

— Надеюсь, Инквизитор, вы покажите нам очередное чудо и вернётесь живой и невредимой, — даже формальное обращение не смогло скрыть тон, которым произнёс эту фразу маг.

На душе девушки сразу стало спокойнее, ей хотелось наплевать на косые взгляды и обнять тевинтерца, но вместо этого пришлось лишь мягко улыбнуться и пожелать удачи в ответ.

— Тебе она нужнее, — эта улыбка, кажется раньше Нэль не видела, чтобы Дориан улыбался подобным образом, так мягко и тепло.

Она обязана защитить всех людей и нелюдей собравшихся здесь, но главное она обязана защитить его, чтобы трагедия не повторилась. Трагедия? Ллараинэль почувствовала непривычную тяжесть в левой руке, метка не болела, но словно бы на мгновение потянула девушку в сторону. Снова эти чужие мысли, снова странное поведение разрастающегося безумия. Нэль поправила перчатки и скомандовала выступать, непривычно зычным и громким голосом.

***

Дорога до храма заняла слишком много времени, даже несмотря на поддержку дополнительных сил от императрицы и магов. Храмовники сражались ожесточенно, выкрикивая угрозы и пытаясь всеми силами прорваться к Нэль. Девушка не видела, но чувствовала, как совсем рядом с её основным отрядом сыплются на врагов очень знакомые заклинания некромантии, и ей оставалось лишь сжав губы пробиваться дальше. Нельзя было оборачиваться, нельзя было давать слабину, они обязаны устранить главную угрозу. Её союзники и друзья достаточно сильны, чтобы позаботиться о себе.

Ллараинэль услышала рёв дракона задолго до своих спутников, в её глазах цвета золота мелькнула паника и обернувшись она увидела, как прямо летит гигантская туша. Благодаря своевременному предупреждению, все успели забежать в храм и закрыть двери, за ними послышался грохот и рёв, в котором Нэль удалось разобрать одно — сожаление. Неужели это всё же один из разумных древних драконов? Эльфийка тряхнула головой отгоняя от себя посторонние мысли.

— Корифей уже здесь, нам нужно поспешить, — Кассандра крепко сжимала щит, готовая в любой момент броситься на врагов.

Нэль осмотрелась, отряд врагов пробежал куда-то вперёд и резко исчез. Неожиданно из засады вылетела стрела, Инквизитор в последний момент скользнула в сторону и кончик оружия задел плечо по касательной, оставляя тонкую кровавую линию. Кассандра с боевым кличем кинулась на врагов, пресекая их дальнейшие атаки против Вестницы, Солас накрыл себя и Нэль барьером, а Сэра с довольным улюлюканьем растворилась в воздухе.

Вновь тени. Ллараниэль уже на поле боя заметила странные силуэты, слишком знакомые и одновременно непривычные в мире людей. Так передвигались самые лучшие из отрядов охотников или же воины «глаз гнева», и едва уловимое сияние, которое можно было заметить во время их появления и исчезновения, представляло собой особую технику очень похожую на ту, которой пользуется Сэра и Варрик, но отличающуюся по своей структуре. Легкая вспышка позволяла разбойникам скрыть себя тенью, то есть стать практически нематериальными, в отличие от людской техники, которая строилась на использовании специального состава, покрывающего тело разбойника и давая ему возможность на время слиться с окружением. Нэль умела использовать этот приём, но не была достаточно в этом подкована и поэтому не могла скрываться за пологом теней долго, лишь на мгновение её тело развоплощалась. После исчезновения валласлина, девушка ни разу не использовала эту технику. Может сейчас самое время?

Новая вспышка, мимо пролетел красный кристалл. Ллараинэль сморщилась от отвращения, даже не трогая эти кроваво красные кристаллы она ощущала исходящую от них ауру и едва уловимые скрипучие ноты фальши. Уйти в скрытность оказалось в разы проще, чем она себе предполагала. Тело охотно позволило окружающему миру закрыть себя и тут случилось самое неожиданное — Нэль увидела других эльфов, что сновали среди храмовников и пытались убить их.

- Как она это сделала? — раздался удивленный возглас справа.

Ллараинэль встретилась взглядом с одним из воинов, его глаза были подёрнуты дымкой — воин hen-aha. Значит местное поселение не было полностью уничтожено! Видимо это местные охотники, решившие отогнать непрошенных гостей от своей обители. Но неужели защитный барьер у них работает настолько слабо, что им пришлось выделить такой большой отряд и даже выдать себя? В их городе всегда следили за границами, но защитный купол был достаточно силён, чтобы любой желающий пройти сквозь лес, попросту обходил его на достаточно расстоянии. Если же кому-то удавалось войти, как тем ужасным тевинтерцам, то охотники успевали уничтожать их прежде, чем они успевали что-то сделать.

Как же тогда магистры прошли сквозь барьер?

Нэль вынырнула из невидимости, как раз в самый нужный момент. Сразу же заметив тварь мчащуюся на Соласа, Вестница одним четким выстрелом остановила её. Лларанинэль перемахнула через кучу камней и едва не упала в огромную яму, теперь стало понятно куда исчез предыдущий отряд храмовников. И судя по всему, оставшиеся в засаде должны были не подпускать отряд Вестница к этой расщелине. Ллараинэль замерла на краю ямы и стала запускать стрелы по движущимся мишеням, стараясь не попадать по мелькающим среди этой серой массы эльфам. Они не были врагами, хотя на поле боя они нападали и на армию Инквизиции, но Нэль прекрасно понимала их мотивацию — это она знала, что Корифей пришёл забрать у них что-то, а Инквизиция наоборот защитить. Может снова уйти в тень и дать сказать им об этом? Вот только Вестница очень сильно сомневалась, что они послушают её, но попробовать стоило. Ей совершенно не нравилось, что Кассандра чуть не схватилась с одним из этих охотников.

Ллараинэль с кувырком ушла в тень и тут же привлекла внимание эльфов.

— Послушайте, не нападайте на мой отряд, мы пришли избавить вас от этих храмовников, заходить в ваши земли не будем. Нам нужно лишь остановить главу этих зараженных, — Ллараинэль старалась говорить одновременно твердо и дружелюбно, чтобы убедить сородичей в правдивости своих слов.

— Она говорит на северном наречии, — раздался мужской голос слева. — Кто ты такая? Почему с шемленами?

— Я из поселения Арлатанских лесов. В мир людей пришёл один из древних, что покланялся вымышленному богу Думату, его существование покачнуло равновесие, — Ллараинэль не знала, как лучше и быстрее донести до этих охотников произошедшее во внешнем мире, так чтобы они прислушались к ней. — Позвольте нам помочь защитить это место!

— Арлатан? — в голосе говорящего сквозило недоверие. — Твои слова похожи на правду, и никто из обычных эльфов уже не может разговаривать на подобных наречиях. Если вы сделаете правильный выбор, нам не придётся сражаться. Большего обещать не могу.

Охотники исчезли. Не только из тени, но и на поле боя их не оказалось. Ллараинэль выдохнула и тут же получила удар в бок, одна из этих быстро двигающихся тварей оказалась слишком близко к месту, где появилась Вестница и ей не удалось уйти от удара. Зашипев, девушка выдернула из-за пояса кинжал и стала отбиваться от яростных атак красной тени. Этот некогда человек двигался с непостижимой скоростью и наносил удары один за одним, между чередой выпадов не было ни мгновения отдыха. В отличие от него, Нэль нуждалась в перерыве, но стоило ей хотя бы немного ослабить защиту, как удар выбивал воздух из легких. Позади противника появилась Сэра и загнала ему ровно под пластины доспеха свои зачарованные кинжалы, красная тень вскрикнула и попытавшись в последний раз ударить Вестницу, повалилась на бок.

— Спасибо, — едва шевеля губами произнесла Нэль.

— Всегда пожалуйста, ваше инквизитерство, — девушка подмигнула ей и развернулась к остальным, но бой уже был окончен.

Солас с Кассандрой подошли к эльфийкам, застывшим около разлома.

— Инквизитор, эльфы сражающиеся на поле вместе с нами, они резко куда-то исчезли. Вы заметили что произошло? — Солас смотрел прямо на Нэль.

Девушка даже не подумала отвести взгляда, она кивнула на вопрос эльфа.

— Нам дали возможность выбора, поступим правильно и они больше никого не тронут, это всего лишь охотники, защищают свою территорию от чужаков.

— Правильно? — Морриган вопросительно подняла бровь, Нэль на это лишь пожала плечами.

Правда ответ нашёлся куда быстрее, чем они могли предполагать. Двери ведущие во внутренние залы храма были закрыты и обычной грубой силой подобный механизм защищенный магией было не открыть.

— Мы должны спешить, а не разгадывать загадки. Это немного не к месту, вам так не кажется, Инквизитор? — Кассандра смотрела в сторону расщелины.

— Полностью согласна, ненавижу глупые ловушки, особенно если есть возможность их обойти, — Сэра присела на корточки около обрыва, всматриваясь в него.

Ллараинэль на это лишь печально выдохнула. Правильный выбор. Очевидно, что для этих эльфов, храм являлся священным место и если они прорвутся в него грубой силой, как это сделали храмовники, то явно не завоюют доверия и без того подозрительного народа. Кому как не ей это знать. Если бы кто-то хотя бы попытался прорваться в закрытый храм их поселения, их бы уничтожили даже не задумываясь, слишком часто в подобных местах расположены реликвии содержащие в себе огромную силу. Нэль отчего-то казалось, что простой элювиан, пусть и рабочий, эльфы бы не стали так защищать. Сфера?

— Инквизитор, недалеко от входа расположены монументы с надписями, думаю стоит взглянуть. Я могу спокойно перевести содержимое, — Морриган кивнула головой в сторону огромной стелы.

Ллараинэль усмехнулась по себя. Эта женщина собирается переводить эльфийские письмена ей? Забавная. Видимо она слишком сильно привыкла к невежественным долийцам не знающим собственного языка. Солас шедший в ногу с Нэль тоже едва заметно усмехнулся. Ллараинэль встала около таблички вместе с Морриган, Солас же остался чуть позади, но эльфийка заметила, что и он пробегается глазами по строчкам.

— Не могу разобрать всего, древние письмена достаточно сложные для понимания, — Морриган нахмурилась. — Одну могу сказать точно, цель храмовников не в элювиане.

Ллараинэль быстро пробежалась глазами по строчкам, немного кривя губы на некоторых особенно хвалебных изречениях. Они тоже почитали Митал, но скорее как одну из самых лучших правительниц своего времени, сильнейшую и мудрейшую из магов, единственную кто был против массовых дрязг. Нэль печально вздохнула. Как получилось, что в её поселении осталось куда больше достоверных знаний и книг? Неужели остальные эльфы и правда свято верили словам эванурис, не задумываясь и не вникая в их бесконечные дрязги, которые они сами же и создавали? Ллараинэль прочла большую часть книг посвященную этим «богам», и действительно изначально, как и у многих великих правителей, эванурис имели благую цель — желали поддержать Баланс. Вот только получив силу и власть, позабыли о тех, кто им эту силу даровал.

— Не только людские правители поступали глупо, — Нэль покачала головой.

Морриган удивлённо посмотрела на девушку рядом с собой, ведьма уже собиралась перевести письмена, но то каким взглядом Инквизитор скользила по строчкам ясно давало понять, что эльфийка отлично знакома со своим языком.

— Вы знаете древние языки, Инквизитор? — Морриган кивнула на табличку.

Нэль кивнула, и продолжила чтение обойдя каменное изваяние. Переводить всего девушка не стала, лишь озвучила общую мысль, которую собиралась рассказать и ведьма.

— Значит вы ошиблись в своих предположениях? — во взгляде Кассандры читалось лёгкое недовольство.

Морриган ничего не оставалось кроме как признать свою оплошность, вот только ведьма заметила, что Нэль совершенно не удивилась такому повороту событий. Девушка выглядела спокойной, она словно знала истинную цель храмовников заранее.

— Нет, — Вестница покачала головой, — я не знала, что тут может находится Vir'abelasan. Просто поняла, что эльфы не станут так яростно защищать элювиан, а вот реликвию подобного масштаба — да, меня удивляет только одно…

Нэль развернулась к огромным дверям, запечатанным магией, но не скрытых от чужих глаз, как и весь остальной храм. Почему это место не спрятано? Ллараинэль сжала губы. Неужели эта горстка эльфов, что появилась на поле боя и есть всё оставшиеся в живых население и поэтому они так яростно сражаются с незнакомцами в попытке защитить последнее, что осталось у них. От этой мысли на душе стало неспокойно. Хранительница говорила, что отсюда перестали приходить вести достаточно давно, но всё же в глубине души они надеялись что это из-за войны людей и Мора, а не из-за исчезновения защиты над городом.

Всё же их поселение было самым древним и даже Великий Храм был посвящен Балансу, а не эванурис, как это было здесь. Видимо магия более молодых поселений была менее стабильной и попросту разрушилась. Так, если это храм Митал, значит тут расположена и её сфера. Но раз всё вокруг полностью открыто для людских глаз, можно сделать только один вывод — сфера отсюда была изъята или же уничтожена. Первое было куда хуже второго. Первое означало вмешательство самой Митал или её потомков, никто другой не смог бы даже приблизиться к алтарю со сферой. Нэль всё больше задавалась вопросом, как же Корифею удалось войти в обитель Фен’Харела. Судя по появлению волка в Тени, можно сделать вывод, что он довольно долго бодрствует, раз успел восстановить своё звериное обличие, но недостаточно долго, чтобы явить людям своё земное воплощение. Что ему мешает? Если ключ уже на земле, то… Он ждёт, когда Корифей войдёт с ним в Тень.

Почему эти логичные умозаключения пришли к ней только сейчас? Словно её резко облили холодной водой, после нескольких лет пребывания в грязи, и теперь Ллараинэль видела все взаимосвязи достаточно чётко. У этого мира огромные проблемы.

Две сферы в этом мире.

Сферы, о которых они знают. Остальные семь могут также быть похищены или раскрыты, особенно в такое смутное время, когда завеса истончилась достаточно сильно, чтобы эванурис могли через Тень призывать своих последователей. Ллараинэль тяжело выдохнула. Осознание тяжелым грузом опустилась на её плечи. Люди так просто не поверят в эльфийские «сказки», а сколько осталось ей? Она не успеет разобраться со всем и сразу, а значит у неё прибавилось ещё больше работы, если они конечно смогут победить хотя бы Корифея.

— Ллараинэль? — в голосе Соласа слышались нотки беспокойства и сожаления.

Нэль перевела на него взгляд и почувствовала, такую сильную усталость. Она через силу улыбнулась эльфу. Девушка видела в его глазах что-то такое, отчего становилось ещё тяжелее на душе и одновременно хотелось спросить — «что нам делать дальше со всем этим?».

— Пойдём этим путём, — Ллараинэль отвела взгляд от эльфа и кивнула своим спутникам в сторону ритуальных комнат.

Нэль шла первой, не оглядываясь и не задумываясь. Она хорошо знала, как работают эти плиты и с лёгкостью свойственной только истинным эльфам перепрыгивала с одной нажимной пластины на другую. Иногда они с Алларасом ходили к одному из мелких храмов, который некогда был построен для Фалон’Дина, но практически полностью ушел под землю. Его вход располагался недалеко от обители hen-aha, чтобы врата открылись нужно было решить подобную же загадку. Они ходили туда ради развлечения, прыгали по нажимным плитам, открывали разные комнаты. Частенько их шугали воины глаз гнева, дабы они не заходили слишком глубоко под землю, из-за опасности обвалов нижних залов.

Только в одном месте Нэль столкнулась с проблемой, пришлось пять раз перепроходить одно и тоже место, чтобы загорелись все плиты. К тому времени весь отряд уже порядком устал, и Инквизитор оставила их на ступенях недалеко от места, с которым у неё возникли проблемы, а сама продолжила ломать голову над загадкой. Рядом с ней остался Солас. Он внимательно, даже слишком внимательно наблюдал за прыгающей эльфийкой, которую это стало несколько смущать. Под его взглядом она чувствовала себя неуютно, но сожаление читающиеся в глубине глаз эльфа, не позволяло девушке отправить мага к остальным.

— Неужели всё? — Сэра жевала кусок хлеба, когда Нэль вернулась обратно.

Вестница кивнула и они, наконец, смогли пройти во внутренние залы храма. Ллараинэль практически сразу почувствовала на себе чужой взгляд и совершенно не удивилась, когда на возвышении перед ними появился высокий эльф. По нему сразу было видно, что он один из древних, долийские эльфы сильно уступали в росте своим прародителям.

— Кто вы и зачем вторглись в священные земли? — по голосу говорящего было понятно, что ему не удобно говорить на всеобщем языке.

— Красные храмовники наши враги и мы пришли, чтобы их остановить, — Кассандра взяла слово первой, так как находилась ближе всех к говорящему.

— Вы бесцеремонно вторглись на нашу землю, отчего я должен вам верить? — эльф скрестил руки на груди.

— Мы исполнили ритуал, проявили уважение, как могли, — Морриган заговорила на эльфйикском, и Нэль едва заметно скривилась из-за её ужасного произношения.

Интересно, на всеобщем языке её голос звучит также? Тогда она искренне сочувствует всем, кому приходится с ней разговаривать. Бедный Дориан, девушка усмехнулась своим мыслям, даже сейчас этот тевинтерский маг не покидал их.

— Действительно, — эльф выдохнул. — Мое имя Абелас, я Хранитель Часовых, нас разбудили, и с каждым подобным пробуждением нас становится всё меньше, — в его голосе, как и в его имени сквозила скорбь.

— Часовые? Вы отряд глаз гнева? Где же остальное поселение? — Ллараинэль вышла вперёд.

Глаза Абеласа распахнулись от удивления, он смотрел на эльфийку, как на новое чудо света.

— Это про тебя говорили мои люди, на тебе печать знакомая мне и твоё наречие не похоже на долийское. Ты говоришь чисто и мягко… Кто ты? — голос эльфа едва заметно дрогнул.

Ллараинэль чувствовала направленные на себя взгляды даже сквозь тень, остальные часовые появились, луки в их руках дрогнули и стали опускаться.

— Что происходит? — Сэра наклонилась в сторону столпившихся вместе Соласа, Кассандры и Морриган.

— Они узнали в ней свою, — Соласа удивила реакция часовых, они словно не хотели даже направлять свои луки на златовласую эльфийку, а вот в их сторону всё ещё было направлено множество стрел.

— Как давно вы спите? — Ллараинэль казалось, что воздух в её лёгких испарился.

Этого ведь не может быть. Этот Хранитель говорит так, словно они спят уже очень давно, но мама говорила, что связь прервалась максимум десятилетие назад.

— Мне не известно сколько прошло времени в мире людей, нас с ним уже ничего не связывает, нас оставили здесь, чтобы мы охраняли Vir'abelasan. Никто из смертных не имеет права прикасаться к нему, — Нэль заметила, что эльф стал говорить мягче, и с толикой странного…почтения?

— Нельзя, чтобы столько знаний пропали в пустую! — в глазах Морриган читалось негодование. — Вы можете поделиться этим с другими эльфами, долийцы давно мечтают восстановить свою историю, а ты говоришь об её полном уничтожении!

— Морриган, успокойтесь, Источник это не то, чем вы себе его представляете, если легенды правдивы, — Ллараинэль приподняла руку, показывая ведьме, чтобы она пока не вмешивалась в разговор. — Я… Мне так жаль, я бы хотела поговорить с вами, это невозможно. Моя мать рассказывала, что здесь целое поселение, а не один полуразвалившийся храм под охраной часовых. К нам приходили ваши люди, они всё ещё живут с нами. — Нэль специально заговорила быстрее и сложнее, используя более редкие слова для описания.

— Я рад, что нам удалось защитить хотя бы часть своего народа, прежде чем их убили. Это долгая история, друг мой. — Абелас чуть опустил голову. - Скажи, как подобная тебе оказалась среди них?

— Происходящее в мире задело и нас, — Ллараинэль печально улыбнулась собрату. — Прошу помоги, нам нужно остановить этих людей, иначе они погубят весь мир.

— Мы сделаем всё, что в наших силах, ради самой жизни, ради Баланса, да поможешь ты ему восстановиться, сестра, — Абелась неожиданно опустился на колено, вместе с ним это сделали и остальные часовые.

Ллараинэль уже не чувствовала себя насколько же неудобно, как это было первый раз, когда перед ней на колени опустились люди на горном перевале. Но всё же она чувствовала себя слегка неловко. Абелас был куда выше неё по статусу и садиться на колено, тем более называть её той, кто восстановит Баланс…это слишком высокая честь.

— О чем они говорят, что вообще происходит? — Сэра вертела головой не веря в то, что эти эльфы опустились на колено перед ними.

— Я не поняла и половины разговора, они говорят на эльфийском, но каком-то другом, — Морриган считала себя не плохим знатоком этого языка, и ей было неприятно осознавать, что она практически ничего не поняла из их речи.

— Древнее наречие, и главное что они согласились помочь, остальное не важно, — Солас вздохнул и пошёл вслед за Нэль, рядом с которой появилась женщина с огромной книгой в руках, явно и сопровождающая.

— Я не позволю этому эльфу разрушить остатки знания о древней истории! — с криком обернувшись птицей, Морриган полетела за Абеласом.

Ллараинэль даже не успела ничего сказать, оставалось лишь надеяться, что они не поубивают друг друга до их прихода. Придётся сильно поторопиться.

Глава 54. Выбор

Ллараинэль чувствовала, как в горле встал ком от картин окружающих её. Сопровождающая вела их через залы, где сохранились остатки былых легенд и истории, эти эльфы сражались за крупицы оставшихся знаний, которые того практически не стоили. Как такое могло произойти? Она лично знала семьи, которые прибыли отсюда в их клан и никто из них даже не обмолвился, что здесь всё настолько плохо. Судя по словам Абеласа они уже достаточно давно спят, а когда к ним прибыли бежавшие эльфы? Ллараинэль не могла припомнить. Когда она родилась они уже жили в городе и описывали свои края, как нечто прекрасное, но уже практически непригодное для жизни из-за вечных распрей в людском мире. Собственные воспоминания о клане были такими размытыми, что Нэль едва удалось вспомнить о тех несчастных, что были вынуждены покинуть свои дома.

Отряд Вестницы вмешался в очередное сражение с красными храмовниками, они не могли равнодушно проходить мимо, когда эльфы так отчаянно сражались с этими чудищами. Нэль выпустила последние несколько стрел и прыгнула назад, упираясь спиной прямо в одну из фресок. Воспоминания пробились сквозь барьер и девушка застыла, отчаянно сопоставляя факты. Да, Хранительница никогда не говорила, что в этом месте всё ещё осталось поселение, она всегда говорила лишь о неких отчетах. Нэль почувствовала себя глупо. Она была практически уверена, что в этом месте целый затерянный город, а все это время мать говорила только о храме и его часовых, которые должны были охранять нечто важное. Неужели этот источник настолько нужен эльфам, что те готовы сражаться за него до последнего, даже когда больше в этом месте защищать некого?

Ллараинэль сжала губы. Может было бы и правда лучше, если бы Абелас просто разрушил его. Столько жизней положено ради знаний оставленных одной из эванурис, пусть и самой лучшей из них, но всё же обычной эльфийкой. Жизнь куда важнее глупых историй. В глазах Нэль мелькнуло раздражение и она кинулась с новыми силами дальше, вслед за сопровождающей.

Солас видел метаморфозы происходящие в эльфийке, но никак не мог разгадать их корень. Что так сильно повлияло на неё? Они уже столько раз сражались с Храмовниками, что обычная битва не могла вывести её из равновесия, тут было нечто другое, более личное. Видимо её раздражало то, с каким равнодушием люди крушили храм, наследие их предков. Солас не видел в этом ничего хорошего, но и раздражение в нём это не вызывало. Знания собранные здесь едва ли стоят таких трудов, эти эльфы отчаянно хватались за давно ушедшее время, сами заключили себя в прошлом не желая двигаться дальше. Маг покачал головой и двинулся вслед за Вестницей, опасаясь оставлять её без должного присмотра. Магия этой девочки всё ещё была нестабильна, хотя он признавал, что эмоции уже не вызывали таких мощных катаклизмов. Соласу казалось, что Нэль даже не пытается контролировать свои порывы, но отчего-то магия сама перестала вырываться из рук эльфийки. С чем это могло быть связано?

Ллараинэль бегала из угла в угол, стараясь как можно быстрее собрать ещё пригодные для стрельбы стрелы. Тут к ней подошёл один из часовых и вручил колчан полный стрел с искусно сделанным оперением.

— Мы верили, что однажды солнце вновь взойдёт над миром и укажет эльфам истинный путь, — парень чуть склонил голову перед Нэль. — Жизнь должна встретиться со смертью, чтобы Баланс вновь вернул всё на свои места.

Слова из древних писаний. Ллараинэль знала практически наизусть все эти изречения и немного удивилась услышав их из уст другого эльфа. Не все забыли истинные знания, это давало надежду и силы для дальнейших сражений. Нэль поблагодарила парня и скомандовала своему отряду двигаться дальше.

Баланс. Солас лишь несколько раз слышал упоминание этого слова среди самых древних духов обитающих в Тени, но те как правило отказывались делиться своими знаниями и сразу же исчезали. Ему казалось смутно знакомым и это изречение, вот только он никак не мог понять откуда.

«Скоро, осталось совсем немного времени, и ты тоже всё поймёшь, как только она вспомнит своё предназначение. Не дай ей умереть, Солас. Иначе Смерть снова будет мстить всем живущим».

Эльфу совершенно не нравился этот голос, раньше он появлялся лишь в Тени, а теперь он услышал его и будучи в сознании. Дело принимало неприятный оборот. Ему оставалось лишь надеяться, что его одержимость не станет проблемой в ближайшее время, пока они не справились с Корифеем.

***

— Андерс, — целитель вздрогнул услышав голос своей жены.

— Как ты тут оказалась? Ты должна была остаться в Скайхолде и где Нэль? — затараторил маг, при этом не отрываясь от своего занятия. Он помогал в полевом лазарете раненым солдатам. Это была его работа, именно благодаря своим способностям ему удалось сохранить себе жизнь, пусть и стать заключенным Инквизиции. Маг был в неоплатном долгу перед Вестницей, да и всегда был рад помочь раненым и немощным, а теперь это ещё и помогало спасать мир, который он сам же и разрушил…

— Мать из меня так себе, я оставила её на сестру и Фенриса, хотя эти двое тоже порывались пойти вместе с отрядом Инквизиции, но Скайход нельзя было оставлять совершенно без присмотра, — Мариан усмехнулась.

Андерс лишь покачал головой, но говорить ничего больше не стал. Она ведь всегда была такой, сколько он помнил. Никогда не слушалась его советов, лезла на рожон и пыталась помочь даже тем, кто этого не сильно-то заслуживал — как он, например.

— Видишь, я молодец и хотя бы не стала лезть во все драки и даже не пошла за главным отрядом Инквизитора, — женщина развела руки, как бы показывая что она здесь и с ней всё в порядке.

— Ты только начала восстанавливаться, почему не послушалась и пришла сюда? — маг закончил перебинтовывать ногу солдата и поднялся.

Его руки были по локоть в крови, это был уже далеко не первый раненый и времени на то, чтобы сменить верхнее одеяние не было, поэтому он лишь закатал пропитанные кровью рукава. Выражение лица Мари его насторожило, оно было немного отсутствующим, словно она находилась сейчас не здесь. После произошедшего с Тенью, это жутко напугало мага, но голос Справедливости убедил его в том, что душа разбойницы полностью в этом мире и ей ничего не угрожает.

— Мне сложно это объяснить, но я чувствую, что всё происходящее с Инквизитором, каким-то образом касается и меня, — Мариан сжала губы. — Её сестра ушла к Серым Стражам, но весточки после этого от них так и не было? Ты ничего не чувствуешь? Зов не усиливался?

Андерс задумался на мгновение, прислушиваясь к своим ощущениям, но после того как Инквизитор поделилась с ним рецептом одного очень интересного зелья все негативные последствия от скверны в виде постоянной головной боли и лёгких отёков в конечностях — прошли. Страж-командор как-то пыталась снабдить их подобным же зельем, но видимо она не отличалась хорошим умением в приготовлении, да и пропорции явно были не те, поэтому её зелье не имело такого хорошего эффекта. Андерс когда-то даже пробовал его повторять, но теперь узнав нормальный рецепт, понял отчего то зелье было таким малодейственным. Жаль он не успел нормально пересечься со Стражем-командором, чтобы сказать ей об этом. С Инквизитором он своим опытом поделился, но так как ответа от стражей не было, оставалось надеяться, что за это время никого из них эта гадость не доведёт до ручки.

— Нет, даже наоборот, всё вновь стало абсолютно спокойно, как и всегда, стоит только тебе появиться рядом, что даже малейшие намёки на зов исчезают, — они уже когда-то обсуждали это, но так и не поняли, почему именно присутствие жены так действует на него. Справедливость на это лишь загадочно хмыкал.

Было странно ощущать сущность духа настолько отдельно и при этом слышать его достаточно чётко, когда тот желал этого. Это напомнило Андерсу о том времени, когда они только соединились и мешанина из мыслей духа и его собственных, заставляла мага едва ли не лезть на стену, чтобы не сойти с ума. Правда…все знают чем это кончилось.

— Хватит делать это лицо, — Мариан подошла ближе и положила свою руку на талию мужа. — Давай, иди дальше спасать раненых, а я проверю что в лагере нет чужих.

Мари видела, что поток врагов значительно поубавился, и всё больше солдат возвращается в лагерь, отчего было бы хорошо заново всё проверить, чтобы никто из этих шустрых тварей не подобрался слишком близко к уставшим воинам и магам.

Женщина не знала, как описать своё состояние мужу, она сама до конца не понимала, просто было чёткое осознание простой истины — она должна быть рядом с этой странной девочкой по имени Солнце. Её собственная магия, так умело скрытая годами тренировок тянулась в сторону Вестницы, словно нашла в ней родственную душу. Это слегка пугало. Мари никогда не нравилось быть ведомой, особенно такими эфемерными вещами как судьба или предназначение. Но после посещения Черного Города и встречи со своей давно умершей любовью, что-то переменилось и разбойница чувствовала — ничего не вернуть назад. Было слегка грустно вспоминать о домике на краю леса, о котах так любимых Андерсом и её дочерью, о доброжелательных соседях, о знахарке, спасшей их брак.

Мариан после трех кругов вокруг лагеря опустилась на камень, в самой гуще разросшихся кустарников. В то далёкое время, она сумела получить поместье в самом центре города, влияние — о котором не могла даже мечтать, но тоску вызывали у неё не каменные стены дорогущего поместья, а маленький домик. Она помнила, как впервые они укрылись в разваливающейся лачуге, как Андерс разводил костёр на полу и пытался согреть совершенно не реагирующую ни на что женщину. Тогда ещё не жену.

Глаза неожиданно защипало. Перед глазами замелькали картинки небольшого храма на самом краю тевинтерской границы, удивленный взгляд жреца увидевшего столь странную пару, что пожелала обвенчаться скромно и быстро. При виде звонкой монеты лицо отца церкви переменилось, стало добродушным и он благословил их брак. Мари не сдержала нервного смешка.

Резко взвыл дракон и раздался грохот. Мариан подскочила, но не имела ни малейшего понятия в какую сторону бежать. От доносившегося рокота или же наоборот в эпицентре разразившейся бури.

***

Дориан с Варриком и Быком расположились на каком-то каменном постаменте и принялись за скромный перекус. Всё-таки войско Корифея оказалось не таким уж и многочисленным, отгремели последние самые крупные стычки и теперь в основном разбойники зачищали оставшиеся маленькие области, куда разбрелись храмовники в попытке нарушить строй армии Инквизиции.

Неожиданно над всем лесом прозвучал грозный рык дракона и сокрушительный не то взрыв, не то удар о землю чем-то огромным. И тишина.

Дориан подорвался со своего места. Они были совсем недалеко от этого храма, где скрылся основной отряд Инквизитора. Храм, как и положено, оставался на месте, вот только дракон напоминающий архидемона взлетел откуда-то из внутренних залов и обдал пламенем то место, откуда поднялся. Сердце мага пропустило удар. Это могло означать только одно — Ллараинэль всё-таки встретилась со своим врагом лицом к лицу, и теперь не понятно осталась ли она в живых.

Тишина.

Дракон быстро скрылся среди густых облаков, оставляя после себя горящие кроны деревьев и эхо рёва. Она жива. Она жива? Дориан никогда и никого так сильно не ненавидел, как в этот момент одну маленькую златовласую эльфийку, которая посмела настолько сильно нарушить его душевный покой своим появлением в его жизни. Так он поседеет ещё до старости, если Вестница не прекратит совершать подобные необдуманные поступки и оставлять его позади.

— Успокойся, думаю всё нормально, если дракон улетел, значит победа за нами, — Варрик похлопал мага по спине, но нотки сомнения проскользнули в речи гнома. — В обратном случае он бы сейчас жёг тут все, добивая расслабившихся нас.

— Она жива? — этот вопрос неожиданно сорвался с губ мага, когда он увидел мчащийся в их сторону отряд Калена.

Командор на это лишь потупил взгляд и слово взял один из его подчинённых.

— Отряд Вестницы исчез в Храме, нам не удалось их найти, даже проследовав по их следам. Мы наткнулись на эльфов, которые практически захлопнули перед нами двери в свою обитель и посоветовали даже не пытаться пробиться внутрь, — мужчина выглядел немного озадаченным, причину его удивления озвучил Кален.

— К нам вышел их глава и сказал, что по договорённости они пропустили отряд Инквизитора и только из уважения к своей соплеменнице не убьют нас сейчас, но дальше нам путь заказан, — командор выдохнул. — Но на вопрос, что стало с Инквизитором, он лишь отвернулся и двери захлопнулись.

— Не самый разговорчивый тип вам попался, как я погляжу, — в глазах гнома читалось беспокойство, но он всё равно улыбнулся. — В какой раз мы уже считаем, что потеряли нашу златичку безвозвратно, так что командор, не беспокойтесь, всё с ней будет нормально. Вот увидите, придём в Скайхолд, а она уже там сидит на своём троне и решает наши проблемы…

***

Ллараинэль не могла себе представить, что бы они делали не будь в её руке заветной руны полученной от Дагны. Этот храмовник — Самсон, он был чрезвычайно силён, каждая его атака грозила отряду не просто парой ушибов или временным помутнение рассудка, а смертью. Он бился отчаянно, как в последний раз. Прожилки в глазах мужчины светились неестественным красным светом, весь его доспех состоял из чистого лириума, но удивительно было другое — он оставался в полном сознании, в отличии от своих компаньонов, которые мало походили на людей.

Нэль не сразу удалось задействовать чудо оружие. На неё то и дело сыпался град стрел с красными наконечниками, тени мелькали с огромной скоростью — все предыдущие сражения казались репетицией к этому отчаянному рывку со стороны Храмовников. Ллараинэль даже думать не хотела, что же будет при личной встрече с самим последователем Думата.

Эльфийка в очередной раз сделала кувырок и неудачно приземлившись почувствовала резкую боль в лодыжке. Девушка зашипела сквозь зубы, больше не от неприятного тянущего чувства, а от своей собственной неуклюжести. Как она умудрялась сочетать в себе самые противоположные черты? Она ведь разбойница, умеет скакать по деревьям, прыгать через помосты и приземляться на ноги, словно кошка, а тут умудрилась в самый неподходящий момент просто неудачно попасть ногой в небольшую пробоину в каменной плитке.

Больше не задумываясь, Нэль запустил руку во внутренний карман своей куртки и вытащила руну. Красный заостренный обрубок, заменявший одному из храмовников руку, тут же оказался в опасной близости от её лица, и девушка извернулась неестественным образом, выкидывая руку с руной вперёд. Раздался истошный крик Самсона, оповещая Нэль о весьма удачном броске. Вот только от последующего удара тени уйти не удавалось, но неожиданно около этой твари появился эльф, и взял противника на себя. Ллараниэль казалось, что после того, как они вошли во внутренний двор, все часовые исчезли больше не желая помогать чужакам. Но похоже она приятно ошиблась, этот эльф только что спас ей жизнь.

Кассандра с ревом накинулась на ослабевшего противника и одним точным ударов вывела его из строя, остальные уже были практически повержены. Несколько заклинаний со стороны Соласа, точных ударов Сэры и битва закончилась. Ллараинэль хотела перевести дыхание, но увидела, как совсем недалеко от них сцепились Абелас и Морриган, обернувшаяся птицей. Эльф ринулся вверх, перед ним возникали ступени, но благодаря своему новому обличию, ведьма спокойно могла лететь куда быстрее хранителя.

Ллараинэль сжав зубы, кинула за ними, не обращая внимания ни на боль в ноге, ни на усиливающуюся пульсацию в левой руке. Ей хотелось поскорее оказаться между схлестнувшимися сторонами, до того как они перейдут к более суровым мерам.

— Хватит, стойте, — Ллараинэль забежала наверх, как раз в тот момент, когда Морриган вновь обратилась в человека и преградила путь эльфу.

Абелас теперь был окружен и Нэль видела мелькнувшую в его глазах растерянность и одновременно с тем принятие ситуации. Эльфийка желала как можно быстрее разрешить их разногласия, ей совершенно не хотелось сражаться со своим сородичем. В данной ситуации, к сожалению, она скорее выступила бы против ведьмы нежели против Абеласа.

— Всё-таки святилище разорено, что бы я теперь не предпринял, — в голосе эльфа слышалась лишь скорбь, вторящая его имени.

— Ты глупец! Ты чуть сам не разрушил великое наследие своего народа и пытаешься обвинить в этом нас. В этом мире и так мало осталось от знаний об эльфах, а ты желаешь разрушить едва ли не последний оплот, — ведьма была в ярости, но Нэль только лишь улыбнулась её словам, чем явно удивила женщину. — Инквизитор, вы как долийка, должны понимать, что это место слишком ценно, чтобы дать ему так просто исчезнуть!

Ллараинэль выдохнула. Ей уже так надоело всем повторять одну и ту же фразу, но ведьма видимо не знала, что и её сестра далеко не из обычного клана, привычных всем кочующих эльфов.

— Я не долийка, — в голосе Вестнице слышалась усталость, она резко обрушилась на эльфийку, ей казалось, что она разнимает двух маленьких детей, не поделивших игрушку. — Знания этого места далеко не последние, но если Корифей так сильно желает их получить, то есть вероятность, что в них заключено нечто достаточно важное для его победы.

Абелас смотрел на эльфийку, она сильно уступала ему в росте, но было в ней нечто такое, отчего у него не возникало сомнений — она одна из потомков древнего народа.

— Абелас, существуют и другие места, другие кланы, наш народ ещё жив, — Соласу хотелось хотя бы немного подтолкнуть эльфа в сторону правильного пути.

Ллараинэль перевела взгляд на своего спутника и вновь посмотрела на Абеласа.

— Наш народ? Эльфы подобные тебе? — в голосе хранителя слышалась открытая неприязнь.

— Да, подобные мне.

Ллараинэль открыла было рот, чтобы вмешаться в разговор, но ей совершенно не хотелось говорить со своим сородичем при стольких свидетелях. Местонахождение их поселения держалось в строжайшем секрете, выходящие за пределы защитного барьера как правило уже не могли найти путь обратно. Нэль читала о принципе действия этой магической ловушки, которая заставляла путников бесконечно плутать по закольцованному лабиринту среди деревьев, если они приходили со злым намерением — найти сокровища в заповедных лесах или же поселение эльфов. Единственные кому удалось прорваться через истончившуюся грань был тот отряд тевинтерских магов. Ллараинэль даже представить себе не могла на что же пошли эти ублюдки, чтобы разрушить столь мощную магию.

С другой стороны, долийцы и другие эльфы, вроде Фенриса, спокойно проходили через купол. Дорогу сквозь лес мог найти только нуждающийся в помощи эльф или же стремящиеся к знаниям сородичи, желающие почерпнуть хотя бы крупицу древних знаний. На самом деле долийцев становилось меньше не из-за их непримирительной борьбы с людьми, а из-за того, что за последние несколько десятилетий, многие кланы добровольно пришли в поселение и остались там. Единицы возвращались в мир навсегда, теряя воспоминания о древнем городе, как теряла их сейчас Нэль. Она подозревала, что это происходило не так быстро только потому, что она выросла в этом месте и жила всю жизнь.

— Абелас, — Ллараинэль обратила внимание эльфа на себя. — Многие из здесь присутствующих понимают нашу речь, потому я не могу помочь тебе в открытую. Собери своих людей, найди в Изумрудных могилах небольшой отряд эльфов, они скажут где расположены их аравели с Хранителем. — Нэль кинула взгляд в сторону ведьмы, которая явно с интересом слушала, что предлагает эльфу девушка. Вестница развернулась в сторону Кассандры. — Если я не ошибаюсь, Хардинг говорила что-то о долийском клане на Священных равнинах?

— Да, она предупреждала людей, чтобы они больше не пытались к ним приблизиться. Долийцы сначала стреляют, а затем идут на разговор, — Искательница не понимала к чему был задан этот вопрос, она на эльфийском знала лишь пару приветственных слов, поэтому для неё разговор между этими двумя оставался загадкой.

— Помогите им, — Нэль вновь обратилась к Абеласу. — Я в скором времени посещу долы и подскажу, куда лучше направиться, чтобы не вступать в конфронтацию с людьми.

В глазах эльфа читалось недоверие. Он внимательно присматривался к девушке перед собой: она была мала ростом, в голосе ещё были слышны отзвуки юношеского пыла, и при этом она уже носила титул Инквизитора. Вестница говорила на редком наречии, которое использовалось столетия назад, знала куда больше, чем говорила и это давало эльфу надежду куда большую, чем общая фраза брошенная одним из спутников Инквизитора.

— Хорошо, — Абелас кивнул. Он не хотел губить остатки своего отряда, а если есть хотя бы небольшая надежда на встречу с подобными ей, то стоило попробовать. — И всё же источник лучше разрушить, чем испить из него.

— Как ты можешь продолжать настаивать на подобном? — ведьма сложила руки на груди, в её глазах уже не пылал праведный гнев, в них читался интерес, направленный в сторону Инквизитора. Эта эльфийка была куда интереснее, чем Морриган подумалось изначально, упускать такой шанс не стоило, но как подобраться к ней ближе, женщина не имела ни малейшего понятия.

— Если желаете связать себя с Митал, выбор за вами, но, — взгляд янтарных глаз Абеласа встретился с засиявшими из-за отразившегося в них лучей солнца, глазами Инквизитора. — Не делай этого, подобная связь не самое приятное в этой жизни.

— И не собиралась, — Нэль мягко улыбнулась эльфу и ему показалось, что он готов сделать всё что угодно ради сохранения жизни этого существа.

Морриган лишь презрительно хмыкнула на высказывание эльфа.

— Связь с возможно никогда не существовавшей богиней? — женщина обернулась в сторону Источника. — Не думала, что вы и правда верите в подобное, учитывая что даже по вашим приданиям Ужасный Волк предал своих сородичей и закрыл их по ту сторону Завесы.

Ллараинэль покачала на это головой, печально выдыхая. Насколько же сильно искажена эльфийская история в этом мире. Нэль не удивится, если они и свою то историю знаю не достоверно, а лишь искаженную версию, учитывая как тесно были связаны их народы даже в те древние времена. Люди же при ней об этом не говорили ни разу.

— Даже после убийства Митал, насколько вообще возможно убить божество, она могла найти способ оставить здесь своих потомков, — Абеласу судя по всему тоже не нравилась искаженная версия истории о Ужасном Волке и Митал.

— Я ничего не говорила об убийстве, — во взгляде Морриган читалась растерянность и удивление.

— Я приму твой совет, да укажет луч солнца тебе правильный путь в этой тьме, — Абелас едва заметно поклонился эльфийке и исчез.

Какое-то время отряд молча смотрел на расположенный прямо перед ними источник с древними знаниями, никто даже не пытался нарушить молчание. За последние пару часов произошло слишком много событий, а учитывая, что многое так и осталось для части отряда загадкой, никто не торопился услышать ответ Инквизитора относительно источника.

— Я согласен с Абеласом, и рад слышать, что вы Вестница, не желаете связывать себя узами с хозяйкой этих мест, — маг подошёл ближе к эльфийке. Ему казалось, что сейчас как никогда он просто обязан стоять рядом с ней, он чувствовал что это некий переломный момент. Соласу хотелось приобнять девушку за плечи и увести её подальше от этого места, закрыть её от всех невзгод, но тут же он вспоминал о предупреждениях духа или демона и потому остался просто стоять рядом.

— Если вы желаете испить отсюда, я не буду вам препятствовать, — Ллараинэль обратилась к Морриган, — но я всё ещё считаю это не самой разумной идеей.

Ведьма возликовала и больше не раздумывая опустилась в источник. Вода резко засияла, заставляя весь отряд прикрыть глаза руками и тут раздался оглушительный рёв и грохот со стороны храма. Нэль нашла в себе силы и обернулась на звук — совсем недалеко от ступеней стоял тот, кого Ллараинэль совершенно не желала сейчас видеть. Корифей взревел и стал сыпать проклятьями, дракон позади него хвостом обрушил одну из колонн, создавая ужасный грохот. В этот момент сияние исчезло и появилась Морриган, её глаза были затуманены и Нэль с ужасом осознавала, что им некуда бежать. Придётся дать отпор этому чудовищу прямо здесь.

Ллараинэль отправила первую стрелу в сторону своего врага и тут же увернулась от летевшего в её сторону заклятья. Кассандра и Сэра хотели было кинуться в бой, но неожиданно лестница ведущая к источнику исчезла. Абелас. Нэль была благодарна собрату, хотя наличие дракона несколько омрачало ситуацию, Корифей мог с его помощью быстро переместиться к ним.

Пульсация в руке усилилась и тут Нэль вспомнила одну небольшую, но так сильно раздражающую её истину. Сжав зубы, эльфийка выхватила одну из стрел и сосредоточившись на центре своей ладони, сжимавшей лук, пустила через него всю накопленную силу и стрел пущенная ей, засветилась ярким золотистым пламенем. Корифей упал, даже его барьер не смог остановить стрелу пущенную при помощи подобного лука, Нэль заметила, что после выстрела пасти драконов расположенные у самой рукояти закрылись. Этот лук и правда предназначался далеко не для обычных стрелков.

— Ого, потрясающий выстрел, ваше инквизитерство, походу этот Корипней слёг с концами, — Сэра выглядела ошарашенной и вместе с тем жутко довольной.

Но тут произошло самое непредсказуемое событие — тело одного из храмовников поднялось и стало видоизменяться, вновь являя миру Корифея. Отряд застыл.

— Сюда, — раздался позади них голос ведьмы.

Не долго думая все развернулись к ней, и увидели, что женщина активировала элювиан. Отряд с небывалой скоростью кинулся в его сторону, исчезая один за одним в голубоватом свечении.

Глава 55. Сны

Ллараинэль не сразу поняла, куда они вышли. Морриган очень умело открыла портал прямо в одну из комнат Скайхолда. Инквизитор запоздало поняла, что однажды уже была здесь, когда ведьма впервые привела её сюда, чтобы показать ради чего по её мнению Корифей пытается прорваться в священные земли эльфов.

***

— Инквизитор, можно вас на минутку? — Морриган нашла девушку около горшков с цветами, она осторожно обрезала листочки и складывала их в какие-то зачарованные склянки.

Эльфийка вздрогнула, едва не уронив последние листы эмбриума, и вопросительно воззрилась на прервавшую её занятие женщину.

— Недавно вы обсуждали со своими советниками причины, по которым Корифей послал своих людей в Арборскую глушь, — Нэль кивнула. — У меня есть предположение относительно его планов, но для начала я хотела бы вам кое-что показать.

Ллараинэль выпрямилась, стряхивая грязь с рук и осторожно убирая склянки в набедренную сумку. Она не знала, можно ли доверять этой женщине, но сестра отзывалась о ней, как о хорошей подруге, которая помогла им пережить Мор. Вполне вероятно, она действительно владела полезными знаниями.

— Конечно.

Морриган привела её в одну из комнат, вход в которую вёл прямо из сада. Напротив окна стояла огромная прямоугольная вещь, накрытая каким-то полотном. Нэль не обратила на неё внимания, в Скайхолд постоянно прибывают полезные товары, которые запрашивают её спутники или же советники, поэтому Ллараинэль частенько не имела ни малейшего понятия, что и где стоит. И если бы ведьма не сдёрнула покрывало, то взгляд Инквизитора даже не задержался бы на этой громадине. Теперь эльфийка видела перед собой один из больших элювианов, которые обычно располагали в храмах, дабы часовые или служители могли быстро в случае опасности оповестить об этом другие регионы. Элювианы поменьше чаще всего стояли прямо в домах или же просто в центре небольших поселений, чтобы их Хранители могли поддерживать между собой связь.

— В глуши расположен храм Митал и там находится один из последних действующих элювианов. Думаю именно за ним и охотится Корифей, — ведьма подошла к зеркалу и положила руку на его раму, оно тут же замерцало.

— Зачем бы он ему был нужен? — Ллараинэль даже представить себе не могла для чего этот магистр мог использовать древний артефакт.

Морриган кивнула в сторону открывшегося портала и шагнула туда, Нэль ничего не оставалось кроме как последовать за ней.

Ллараинэль даже представить себе не могла, что по сути сеть элювианов была связана не напрямую, а через огромное пространство, чем-то напоминающее Тень. Эльфийка ходила среди серых треснувших зеркал, едва ли не с открытым ртом, внимательно всматриваясь в каждую деталь. Это было настолько потрясающее и одновременно пугающее зрелище, что магия заключенная в Нэль дала о себе знать и неожиданно для обеих посетительниц другой стороны, один из элювианов отреагировал на приблизившуюся к нему эльфийку. Он резко мигнул, но видимо не найдя связь, тут же погас. Морриган с плохо скрываемым восхищением посмотрела на девушку, но говорить ничего не стала, лишь попробовала влить немного и своей магии в сломанное зеркало, но оно никак не отреагировало на её попытку взаимодействия.

— Это место перекрёсток, — начала ведьма, подходя ближе к Инквизитору. — Оно находится намного ближе относительно реального мира к Тени, и возможно Корифей хочет воспользоваться этим знанием и пробить брешь отсюда.

Ллараинэль кинула взгляд в сторону Морриган, но ничего не ответила, продолжая медленно идти дальше. Это место казалось бесконечным, при этом раньше оно было куда более живым. Судя по видам тут росли деревья и кустарники, что могло говорить о его сильном отличие от неприветливой для растений Тени.

— Тогда мы должны опередить его, — только и произнесла Вестница, прежде чем покинуть перекрёсток.

***

— Думаю первое что нужно сделать, это послать весточку нашей армии, что мы выбрались и уже находимся в Скайхолде, чтобы они не искали нас, — Кассандра с этими словами исчезла в дверях, за ней последовала Морриган.

Ллараинэль позавидовала её твёрдости шага и абсолютной непоколебимости, несмотря на то, что они едва ушли из-под носа Корифея, при этом забрав у него знания из источника и истребив большую часть армии. Нэль опустилась прямо там на пол, пытаясь отдышаться, слишком много всего нужно было обдумать, а ей хотелось просто закрыть глаза и немного поспать без кошмаров и сновидений. Солас опустился рядом на колени и осторожно положил свою руку на плечо девушки. Она никак не отреагировала на этот жест, продолжая сидеть на полу и смотреть в одну точку перед собой, глубоко дыша.

— Нэль, — Солас редко называл её сокращённым именем и оттого ситуация стала ещё более невыносимой для девушки. — Пошли, давай я помогу тебе подняться, ты примешь ванну и немного поспишь.

— Чтобы вы там не сказали на своём эльфячем, мне плевать, я пошла напиваться в таверну, — Сэра громко хлопнула дверью, оставляя эльфов наедине.

Это было странно. Сколько всего с ней произошло за последнее время, но именно сегодняшний день окончательно выбил последние силы. А она ведь даже была в Тени! Корифей совершенно точно, прямо на её глазах восстал из мёртвых. И как прикажете убивать противника, который не моргнув и глазом спокойно поднимается после смертельной раны? Ллараинэль почувствовала как затряслись руки, затем и всё тело.

— Тише, тише, — Солас пытался безуспешно успокоить Вестницу, но та совершенно не реагировала на его слова.

Эльф не нашёл иного выхода кроме как поднять её с пола и лично отнести в покои. Девушка уткнулась лицом в его плечо, обхватывая руками шею и от этого небольшого жеста на сердце мага резко потеплело. Ему совершенно не хотелось отпускать её. Мужчина прижал эльфийку ближе к себе, желая закрыть от всего этого мира, уберечь от того, что должно произойти дальше. От него самого.

Ведь я и есть, Фен’Харел, не так ли?

Смех перемешанный с лёгким рычанием был ему ответом.

***

Солас держал левую руку Вестницы с сожалением смотря на метку. Она ничего ему не сказала о происходящих с ней метаморфозах, да и сказала ли вообще кому-нибудь? Бетани ушла пару минут назад, подлатав Инквизитора и напоив её успокаивающей настойкой, благодаря которой девушка тут же уснула.

Маг присел рядом с ней, сжимая в своих руках светящуюся ладонь. Он никак не мог ей помочь, по крайней мере сейчас, но он найдёт способ, как избавить Нэль от этой заразы, что постепенно проращивала свои корни внутрь её тела. Главное было успеть. Раньше он всегда проверял её руку и никаких изменений не было, но после снятия валласлина они перестали так близко общаться. Неужели разрушив последний барьер, он дал волю и метке паразитировать на её теле, подпитываясь безудержной стихийной магией?

«Кто же ты на самом деле, и почему так сильна?» — этот вопрос маг задавал себя уже множество раз, но так и не смог найти на него ответа.

Солас с грустью смотрел на умиротворённое лицо Ллараинэль и пытался подавить в себе чувство вины. Тогда на поляне Изумрудных могил он испугался собственной одержимости и пожелал вначале разобраться с этим, чтобы после спокойно попробовать вновь сблизиться с Нэль. Эльф был уверен, что за это время тевинтерский маг покажет свою истинную сущность и девушка окончательно в нём разочаруется. Это не произошло. К его огромному удивлению, они даже ещё больше сблизились с этим напыщенным человеком. Солас больше злился на себя, не стоило ему тогда так резко прерывать общения, но он не хотел становиться обузой для Инквизитора, у которого и без него было множество забот. Теперь он понимал суть своей одержимости и мог не опасаться, что это приведёт к катастрофе или он станет помехой в делах Инквизиции. Или станет?

Солас ещё не до конца разобрался с этой своей стороной, он никак не мог понять, каким образом появилась эта вторая личность и что она в себе скрывает. Опасности, несмотря на имя, Ужасный Волк не нёс, наоборот желал восстановить эльфийский народ. Эльф не знал, не помнил, что именно собирался делать, но одно он понимал точно — пока Нэль нельзя ничего рассказывать.

Маг осторожно опустил её руку на одеяло, но вместо того чтобы покинуть комнату, придвинул кресло ближе к кровати и расположился в нём с книгой.

***

Дориан ненавидел ждать. Пожалуй если бы для него изобрели персональное чистилище, то он бы вечно стоял в ожидании того, чтобы туда пройти. После получения командором письма из Скайхолда прошли какие-то считанные часы и армия двинулась в обратный путь, но магу казалось, что время просто застыло. Ему хотелось мчаться в крепость, чтобы лично убедиться в том, что их дорогой Инквизитор и правда жив, а люди вокруг него тащились со скоростью улиток. Нет, он понимал, что после таких сражений никто не мог сорваться и бежать обратно, большая часть армии и так осталась в священных землях, но к храму никто подходить не решался.

— Посверкунчик, откуда в тебе столько энергии, вроде ты тоже сражался вместе с нами? — Варрик смотрел на мага, шагавшего в ногу с командором.

Обычно Дориан больше всех ныл и едва ли ускорял шаг, дабы выглядеть как всего неотразимо и не испортить себе причёску и наряд. А тут он даже Каллена удивил, который сразу обнаружил мага рядом с собой и он ни разу не произнёс и слова за время пути.

— Не терпится узнать, как там закончилась история с Корифеем, — бросил маг через плечо.

Гном покачал на это головой, но больше ничего спрашивать не стал. Хотя Варрику было искренне интересно, всё ли ещё эти двое разыгрывают свою «дружбу» или смогли разобраться между собой.

— Я понимаю, почему наш командор так торопиться, но вот отчего так спешит Дориан. Неужели ему и правда так интересно узнать подробности произошедшего в храме? — Блэкволл шёл рядом с Варриком и едва заметно хмурился.

— Поддерживаю, дорогой, тоже совершенно не понимаю рвения нашего друга, мы могли бы спокойно дойти до Скайхолда, а не бежать со скоростью галлы, — мадам де Фер, откуда-то раздобыла веер и всю дорогу махала им, пытаясь немного остудиться. Жара в священных землях стояла ужасная.

Бык на это ухмыльнулся и покачал головой, спокойно шагая позади них. Варрик же окинув взглядом остальных, понял, что похоже далеко не многие догадываются об истинном положении вещей. Что наверное было лучше и для Инквизитора и для мага.

— Ты какой-то в последнее время нервный, Блэкволл, — кунари решил перевести тему.

Было заметно, что Страж не сразу нашёлся с ответом, да и тон его голоса был немного неуверенным и странным.

— В нашем положении множество причин нервничать, — мужчина пожал плечами. — Но больше всего я думаю о своих собратьях, от которых мы так и не получили ответа со времени их отбытия.

— Да это тоже не даёт мне покоя, — Варрик вздрогнул услышав знакомый голос прямо рядом с собой. Гном даже не знал, что Мари пошла вместе с ними на битву с храмовниками. — Что? Не смотри на меня так, — женщина привычно улыбнулась другу.

— Твой маг-то знает, что ты здесь? — Варрику всё ещё с трудом давалось произносить имя целителя, а называть его мужем разбойницы и вовсе язык не поворачивался.

— Знает, — раздался чуть задушенный голос Андерса позади.

Гном мельком окинул его взглядом, маг выглядел не очень — бледный с синяками под глазами, выступившими от передоза лириумом венами на лице и шее. Он словно стал ещё более худым или же это делали его меньше эти бесформенные тряпки, которые он теперь носил вместо своей накидки. Варрик мог даже сказать, что немного соскучился по этим перьям, теперь даже пошутить было не над чем.

— Андерс, — Мариан поравнялась с мужем. — Я же говорила, что ты можешь пойти позже вместе с другим отрядом, тебе отдохнуть нужно.

— Не можешь, и тебе ли не знать причину, — Мари не нашлась с ответом, под пристальным взглядом таким родных медовых глаз. — Судьба стражей меня тоже очень занимает, не могли же они пропасть прямо под носом главнокомандующего.

— Дурное у меня предчувствие на этот счёт, — Варрик тяжело выдохнул.

Им бы с Корифеем разобраться, а тут ещё и целый отряд Серых Стражей как в лету канул, ни слуху ни духу. Лелиана даже отправила запрос в Андерфелс, но ответа получить так и не удалось. А ведь отрядом руководила сестра Ллараинэль, гному даже представлять не хотелось, сколько же всего эльфийке приходилось держать под контролем и при этом не выглядеть озабоченной семейными проблемами и чувствами. Он искренне сочувствовал маленькой эльфийке. Ей бы скинуть с себя этот груз, но гном понимал, что Нэль уже не отступится, оставаясь на своём месте до самого конца. Он лишь надеялся, что это её не погубит.

***

Дориан даже стучать не стал, сразу же вошёл в инквизиторские покои, хотя на дворе уже было вечернее время и все готовились ко сну. Представшая перед ним картина, совершенно не понравилась магу. Рядом с кроватью Ллараинэль сидел Солас, судя по виду мага он уже достаточно давно находится подле Инквизитора и похоже уходить не собирается.

Солас не сразу заметил вошедшего, но как только услышал характерное покашливание, тут же поднял взгляд. Он даже не пытался скрыть неприязнь в своём взгляде при виде тевинтерца. Какое-то мгновение они прожигали друг друга взглядами.

— Как она? — Дориан первым решил нарушить эту зловещую тишину.

Эльф ещё какое-то время молча смотрел на него, словно пытаясь взглядом выпроводить нежеланного гостя, но альтус был для этого слишком упрям, чтобы вот так просто покидать покои Инквизитора.

— Стабильно, — Соласу совершенно не хотелось разговаривать с этим наглым магом, но и просто молчать было глупо. — Она спит второй день, полагаю переутомление и воздействие магии.

Дориан на это лишь кивнул и перевёл свой взгляд на девушку, подходя чуть ближе к кровати. Нэль была бледной и под глазами залегли тёмные круги, словно и не она уже спит вторые сутки подряд. Похоже этот раздражающий эльф прав и собственная магия действует на девушку, а если вспомнить ещё и о наличии метки. Мужчина вздохнул. Он хотел бы остаться здесь, но сторожевой пёс в лице Соласа явно ему этого не позволит, а ссориться около постели Инквизитора не хотелось. Не прощаясь, Дориан покинул комнату эльфийки и отправился к ваннам, после чего решил, что неплохо зайти в таверну и опрокинуть кружечку того странного пойла. Да и там он наверняка найдёт компанию, пока Нэль спит в своей комнате, это поможет отвлечься от раздражающих мыслей.

***

Ллараинэль не сразу поняла, что слышит чьи-то голоса. Она осторожно прошла вперёд, но тут же остановилась заметив два знакомых силуэта, девушка осталась за занавеской, прислушиваясь к разговорам на террасе. Мужчины говорили негромко, но даже так было понятно, что они о чем-то спорят, в их голосах слышалась явная неприязнь друг к другу.

— Человеку находится во внутренних покоях замка не дозволено, не думаешь что своими действиями, ты навлечёшь беду на Её Высочество? — Ллараинэль прекрасно понимала речь говорящего, но она никак не могла понять на каком же языке он говорит. Это была смесь эльфийского и всеобщего языка, только слегка видоизменённая.

— Ты правда думаешь, что я смог бы войти в Её обитель без позволения? — девушка ясно услышала, что второй мужчина усмехается. В его речи не было ни единого слова на эльфийском, но похоже собеседники прекрасно друг друга понимали.

Тут Ллараинэль заметила девушку стоящую совсем недалеко от неё самой. Она выглядела такой утончённой и изящной, ростом незнакомка была чуть выше эльфийки. Золотые волосы каскадом ниспадали на её плечи и спину, в руках она вертела нечто похожее на корону или ободок, напоминающий не то солнечные лучи, не то шипы направленные в сторону головы. Выглядела девушка неуверенно и печально. В её глазах ярких, словно само солнце, плескалась печаль и непонимание. Нэль присмотрелась. Перед ней стояла не эльфийка, не человека и даже не кунари, а словно всё сразу в одной сущности. Неизвестная имела длинные заострённые уши и небольшие светлые рожки, оплетённые собственными волосами и какими-то украшениями. Фигурой и ростом же девушка напоминала больше человеческих женщин, нежели эльфийских. Ллараинэль не могла оторвать от неё взгляда.

— Что вы тут устроили? — новый голос, грубый и властный, но при этом с нотками ехидства.

Девушка, прячущаяся, как и сама эльфийка за занавеской, вздрогнула и на её губах заиграла улыбка, она явно была рада слышать этот голос. Но несмотря на это, осталась стоять на своём месте, хотя Нэль видела, что ей прямо не терпелось выскочить из своего укрытия. Ллараинэль не сдержала своего любопытства и высунулась. На террасе стояло трое мужчин: высокий эльф с длинными волосами, заплетёнными в тугую косу и выбритыми висками, человек едва ли уступающий ему по росту, тоже с выбритыми висками и достаточно длинными, но менее густыми тёмными волосами, собранными в небрежный хвост. Они оба смотрели с нескрываемым трепетом на третьего, того чьё появление вызвало у неизвестной улыбку. Третий мужчина был выше них обоих, широк в плечах, но при этом оставался изящным и безумно красивым, кожа его едва ли не светилась в свете луны своей белизной, лириумные глаза прожигали насквозь, а чёрные как смоль волосы развивались при малейшем движении воздуха. На голове его была корона — два перелётных обруча с шипами, Нэль уже где-то видела нечто подобное.

— Солнце, для чего ты позволяешь этим двоим вторгаться в свою обитель, когда они того желают? — на губах сурового мужчины появилась так неподходящая ему по образу мягкая улыбка. Взгляд его ярких голубых глаз устремился в сторону занавески, за которой пряталась девушка.

Та вздрогнула, осознавая, что её раскрыли. Кивнув каким-то своим мыслям, девушка вышла из укрытия и улыбнулась присутствующим, но говорить ничего не стала. Взгляд её глаз был устремлён на нового гостя, Ллараинэль даже не сразу поняла, что наблюдает уже с другого ракурса. Как это часто и бывает во снах, события меняются вне зависимости от логики или действий сновидца. Теперь Нэль заметила, что и новый гость сочетал в себе сразу несколько отличительных черт разных разумных существ — уши были практически, как у людей, только аккуратно заостренные, зрачок сильно заужен, чем напоминал звериный или же драконий, и рога у него имелись, изящные, но куда более выделяющиеся, чем у его спутницы. Цвет их сразу бросался в глаза, они напоминали два осколка лириума, оплетённых черными прядями волос и закованными в несколько железных украшений.

Резко картинка исчезла и Нэль уже стояла посередине толпы, в центре располагался жертвенный костёр, к огромному столбу была привязана светловолосая женщина, в её глазах эльфийка разглядела лишь скорбь. Губы её беззвучно шевелились. Эльфийка попыталась разобрать слова.

«Прости, прости, прости».

Вновь новая местность. Высокие деревья, знакомые полуразрушенные колонны и огромный элювиан, рядом с которым стояли две женщины, одна повыше, вторая пониже, явно эльфийка.

Следующий кадр. Небольшое озерцо в самом сердце цветочной поляны — любимое место Нэль, когда-то она считала эту лужу целым морем, но придя вновь к этому месту спустя много лет, оказалось, что вода в этом месте едва доходит ей до колена. На берегу этого импровизированного озерца играли две девочки, в одной она узнала себя, а во второй…она была смутно знакома, но Ллараинэль никак не могла рассмотреть черты её лица. Подруга. Девушка вспомнила, что раньше, когда она была совсем маленькой у неё и правда была лучшая подруга, ещё до того как она познакомилась с Алларасом. Вот только ни лица ни имени вспомнить никак не удавалось.

Дальше кадр. Огонь. Ллараинэль стояла в огне, но он совершенно не обжигал её. Она видела, как деревья всё сильнее занимаются пламенем, двигаясь всё дальше от разрушенного алтаря Митал. Рёв дракона слышался за спиной и девушка развернувшись с ужасом осознала, что прямо над ней летает огромный дракон.

— Уходи! Уходи! — эльфийка слышала свой голос, будто со стороны и никак не могла понять откуда же он доносится.

Дракон и правда исчез в сиянии элювиана.

***

— Уходи! — Ллараинэль проснулась от собственного крика.

Перед ней тут же появилось обеспокоенное лицо Соласа.

— Тише, тише, это всего лишь сон. Ты в безопасности в Скайхолде, — эльф старался говорить мерно и спокойно, чтобы привести Нэль в чувство после кошмара.

— Я везде в опасности, — девушка криво улыбнулась и сжала руками простыню.

Глава 56. Последствия

Ллараинэль спустилась вниз ближе к полудню следующего дня. Эльфийка тут же отправилась в сад, где и нашла Морриган. Женщина читала какую-то книгу, но судя по её выражению лица не очень внимательно, вернее будет сказать, что она вообще просто смотрела в книгу не мигая, словно думая о чем-то своём. Нэль осторожно присела рядом с ней, стараясь не напугать ушедшую в себя ведьму. Видимо принятие знаний из источника сильно отразились на ней, чего и следовало ожидать, человек не способен так просто осознать и принять знания хранимые поколениями за один день. Ллараинэль даже думать боялась, насколько же тяжело этой женщине теперь внятно мыслить и отделять свои собственные мысли от новых знаний.

— Вы пришли, Инквизитор, — Морриган посмотрела прямо в глаза цвета золота, но тут же отвела свой взгляд. Отчего-то было слишком больно смотреть в них.

— Как вы? — Нэль старалась придать голосу оттенок беспокойства, но вместо этого получилось слегка грубовато, чему эльфийка сама удивилась. По неведомой ей самой причине, факт того, что ведьма выпила из источника Митал, раздражал. И не потому что Нэль хотела сама это сделать.

— Столько сокровищ, которые едва не канули в лету, — Морриган выглядела вдохновлённой, — но с другой стороны, так тяжело их все осознавать. На это понадобится куда больше одного вечера, — она усмехнулась. — Вы что-то хотели?

Ллараинэль покачала головой, она пришла сюда лишь для того, чтобы проверить всё ли в порядке с этой женщиной после прошедших событий. Нэль не заметила ничего сильно выделяющегося, Морриган пока была растеряна и пыталась собраться с мыслями, но с ума не сходила и не собиралась бежать разыскивать храмы других богов. Это уже было неплохой новостью.

— Здравствуйте, — Ллараинэль вздрогнула, она совершенно не заметила, когда мальчишка успел подойти к ним настолько близко.

Она не сдержала улыбки, и на смущённом лице Кирана появилась ответная. В этом ребёнке содержится душа одного из древних драконов, Нэль не знала чем это может аукнуться им в будущем, но пока судя по разговорам с этим мальчиком, она могла сказать, что тот очень хорошо воспитан. Он был достаточно рассудителен и добр к окружающим, но в глубине его глаз эльфийка видела странную тень, которая будто наблюдала за ней. Ллараинэль не знала как, но нужно было задержать эту парочку около себя на максимально долгое время, чтобы убедиться в том, что отражение в глазах ребёнка, лишь кусочек разбитой души дракона, которая никак не сможет навредить окружающим.

— Вы другая, — Киран смотрел прямо на эльфийку и не мог отвести взгляда, он чувствовал исходящую от неё странную силу и она шла не из светящейся зелёным руки.

Ллараинэль не знала, что ответить на подобное высказывание и поэтому просто приподняла бровь, чуть склоняя голову на бок.

— Я, — мальчик замялся. — Я чувствую это, рядом с вами словно легче дышать, находиться рядом. От вас исходит необычная сила, словно вы можете наполнять жизнью всё вокруг себя, вдыхать её даже в уже казалось бы испорченных и исправлять их. Направлять.

Дориан стоял около одной из колонн и прекрасно слышал разговор Инквизитора и мальчишки и удивился, насколько же чётко этот ребёнок смог описать всё то, что чувствовал маг рядом с эльфийкой.

Ллараинэль опустила взгляд и на её губах заиграла печальная улыбка, словно эти слова напомнили ей о чём-то давно утерянном. Было странно переживать подобные эмоции, но она ничего не могла с этим поделать. Казалось в этот момент, девушка четко осознала насколько же быстро утекает из неё жизнь, может именно потому, что она так стремиться отдать её другим.

— Похоже наш Инквизитор наконец выспался, — Дориан словно бы почувствовал резкое изменение настроения эльфийки и решил выйти к говорящим.

Нэль еле сдержала себя, чтобы не вскочить на ноги и не броситься к магу. Она ещё даже не была в курсе, что другие члены отряда прибыли в Скайхолд. Когда она проснулась в комнате находился Солас вместе с Бетани, они проверили её общее состояние и ушли куда-то. Эльфийка же недолго думая решила устроить себе прогулку, учитывая как долго она спала, все мышцы затекли и хотелось размяться, заодно и проверить ведьму.

— Привет, — она чуть смущенно и зажато улыбнулась магу и помахала рукой. — Не знала, что вы уже тоже вернулись.

— Ещё вчера вечером, — Дориан подошёл ближе, как бы невзначай осматривая эльфийку. — Вы и правда не перестаёте меня удивлять, госпожа Инквизитор. Вы вновь исчезли и появились из ниоткуда в самом сердце Скайхолда, о вас точно ещё долго будут слагать легенды.

Печальная улыбка на губах эльфийки совершенно не понравилась магу и в который раз он поймал себя на мысли, что не хочет покидать её и не может найти подходящего момента, чтобы посвятить её в свои планы относительно родины. Сможет ли она принять его уход? Их отношения были ещё совсем хрупкими и едва ли смогут пережить долгое расставание, и это пугало мага. Нет, он не собирался подрываться прямо сейчас, но всё же это время придёт, и к тому моменту он должен быть уверен, что несмотря на расстояние это милое создание останется на его стороне.

— Прогуляемся? — Дориан кивнул в сторону выхода из сада.

Ллараинэль с готовностью кивнула и встала со скамьи.

— Я надеюсь на вашу помощь и благодарна за то, что вы взяли на себя эту ношу, — Нэль слегка поклонилась ведьме и развернувшись, поспешила вслед за тевинтерцем.

Людей на улице было совсем мало. Большая часть армии была вне Скайхолда и понадобится время, чтобы они вернулись сюда, а знать обосновавшаяся в гостевых покоях не поднимается так рано с постелей. Это сильно радовало эльфийку. Не хотелось никого сейчас видеть и что-то объяснять, хотелось просто шагать в ногу с магом по одной из стен Скайхолда и ни о чем не думать. Прохладный ветер с морозной свежестью приятно покалывал кожу, солнце медленно поднимавшееся из-за горизонта ещё не слепило глаза, но уже ярко освещало всё вокруг. Остаться бы здесь навсегда. Нэль прикрыла глаза, подставляя лицо под мягкие потоки свежего воздуха.

Дориан всё время пути рассказывал девушке о сражениях на поле боя, о том как они увидели дракона, который сжёг всю местность вокруг храма из-за чего они переживали, что это задело и Инквизитора. Мужчина старался не вдаваться в особенно кровавые подробности, и по большей части шутил на тему того кто и как умудрился промазать или пропустить удар. Ллараинэль завороженная спокойствием утра и голосом мага, только кивала в нужных местах, продолжая глубоко дышать, стараясь насладиться каждым моментом.

— Знаешь, мне кажется, что в последнее время ты хочешь мне что-то сказать, — Ллараинэль чуть сощурила глаза из-за яркого света падающего как раз на её лицо.

Дориан резко прервался и замолчал. Нэль наблюдала за тем, как маг пытается собраться с мыслями. Необычное явление, но ей нравилось даже это, то как вечно болтливый тевинтерец не может найти слов.

— Ты вдохновила меня, — начал Дориан. — Ты ведь не принадлежишь нашему миру людей, но смогла сделать для него больше, чем кто либо из нас, в то время как я только и могу, что жаловаться на разваливающуюся по кускам некогда могущественную Империю и бежать от неё всё дальше.

В груди кольнуло. Нэль поняла куда клонит маг и глаза увлажнились, но она старалась сохранить на губах улыбку и не перебивать Дориана раньше времени.

— Я думаю, что могу сделать для своей страны куда больше простой болтовни, собрать соратников и изменить текущее положение вещей, — маг запнулся. — Да, это будет не сразу, да я понимаю, что ко мне не побегут толпы людей в компаньоны, но я верю, что многим уже надоел устоявшийся порядок вещей. Особенно, — он тяжело вздохнул, — я хочу пресечь работорговлю.

Какое-то время они стояли молча. Нэль не могла собраться с мыслями, сказать хоть что-то, боясь что тут же начнёт реветь, а этого было делать нельзя. Дориану и без её слёз сейчас есть о чём подумать.

— Это не значит, что я хочу забыть тебя или убежать подальше, — маг повернулся к девушке, которая так упорно всматривалась в безоблачную даль. — Просто какое-то время придётся, — он запнулся. — Да и рано наверное я начал об этом, для начала нам стоит свергнуть одного очень надоедливого магистра, а потом уже строить далеко идущие планы, не правда ли? Здесь и сейчас я буду с тобой, и боюсь, — вновь глубокий вдох, — большая часть меня навсегда останется с тобой.

— Судьба, — лишь одно слово сорвалось с губ эльфийки.

Дориан удивлённо посмотрел на девушку подле себя. Она улыбалась смотря на свои руки, одна единственная слеза сорвалась с ресниц и быстро прочертила путь до самого подбородка. Что-то внутри мага оборвалось. Никогда в жизни он не чувствовал себя так, словно совершил нечто непоправимое, ошибку о которой будет сожалеть всю жизнь. Сердце гулко застучало под рёбрами, заставляя безудержно хватать ртом воздух, чтобы немного успокоиться. Мужчина не выдержал этой странной атмосферы и дёрнув Нэль за руку, ворвался в одну из всё ещё заброшенных башен и прижал к себе, зарываясь пальцами в волосы. От эльфийки всё так же пахло травами и, как ни странно, солнцем. Мир вокруг словно застыл на мгновение, давая им время для того, чтобы собраться с мыслями, которые они делили сейчас на двоих. Ллараинэль вцепилась пальцами в рубаху на спине мага, прижимаясь к нему как можно ближе, словно пытаясь слиться с ним воедино.

— Чтобы ни случилось, как бы дальше не повернулись события, ты всегда сможешь найти у меня приют, — слова эти маг произнёс на одном дыхании, ему хотелось передать чувство защиты этой маленькой эльфийке, дать ей дом, место куда она сможет прийти в случае непредвиденных обстоятельств.

Дориану было плевать, что сейчас у него и самого нет этого места, но он был так чётко уверен в своих словах. Он сможет обеспечить ей защиту и дать дом, не сейчас, может даже не через год, но он сделает это. Создаст место, в которое эльфийка сможет возвращаться с улыбкой на губах.

Ллараинэль распахнула глаза, не веря в услышанное. Эти слова. Она уже где-то слышала их, они были до боли знакомыми, но говорили эти слова не ей. Перед глазами всплыла терраса и вид на проплывающие мимо облака, на лес и огромные горы, на которых расположился красивый город, шпили башен смутно угадывались среди исполинских деревьев. Девушка сильнее прижалась к мужчине, боясь окончательно потерять связь с этим миром. Метка неприятно запульсировала, напоминая о себе.

Ллараинэль не поняла, как они оказались в её покоях, она лишь услышала, как маг запирает на засов двери, и вот она уже лежит на кровати. Губы к губам, руки блуждающие по телу, быстрые и немного рваные движения, словно их кто-то подгоняет, словно они не успеют насладиться друг другом. В голове каждого отчётливо было слышно тиканье часов.

Губы Дориана сомкнулись на соске, и Нэль выгнулась дугой под магом, пытаясь сдержать себя, но голос совершенно не слушался.

— Не сдерживай себя, сегодня можно всё, — голос мага звучал вкрадчиво.

Нэль не знала, кто закрыл балконные двери и занавески, но была рада этому факту, ей действительно совершенно не удавалось сдерживать голос, особенно когда Дориан сделал первый толчок. Боль, она не чувствовала ничего кроме резкой пронзающей боли, из-за которой на глаза навернулись слёзы, но маг тут же втянул её в очередной поцелуй, его рука мягко прошлась по выступившим рёбрам и сжала грудь, отвлекая от неприятных ощущений.

Ллараинэль выгнулась, пытаясь как можно сильнее расслабиться и боль стала отступать, на её место пришло наслаждение, хотя внизу всё ещё нутро жгло огнём. Но действия Дориана помогали переключить своё внимание на другое: на пальцы смыкающиеся вокруг соска, на зубы мягко прикусывающие место прямо под ухом.

Дальше всё было как в тумане, прикосновения, тихие обещания о вечном в перерывах между поцелуями.

Ллараинэль открыла глаза в тот момент, когда что-то мокрое прикоснулось к её ноге, она инстинктивно дёрнула ей, пытаясь уйти от холода.

— Тише, тише, это всего лишь я, — мягкий смешок позади.

Нэль нехотя приоткрыла глаза. Рядом с ней сидел Дориан и пытался протереть её ноги влажной тряпкой, но почему-то она была жутко холодной, хотя маг точно мог сам погреть воду.

— Что ты делаешь? — голос был непривычно хриплым, от осознания причины, Нэль почувствовала, как лицо заливает краска, и не долго думая она зарылась им в подушку.

Позади вновь раздался смешок.

— Поздновато краснеть, Инквизитор, — холодная тряпка легла на ягодицы и девушка едва не подпрыгнула в постели, тут же пожалев об этом. Между ног неприятно тянуло, боли не было, но всё же чувство не из приятных, девушка поморщилась.

Спустя мгновение она поняла, что сидит голая перед Дорианом и новая волна стыда залила её. Нэль тут же подхватила одеяло и натянула до груди, пытаясь запоздало прикрыть все причинные места, на что маг вновь рассмеялся. Он сидел перед ней в одних штанах, но она была почти уверена, что сиди он полностью нагишом, то даже бровью бы не повёл под её пристальным взглядом.

— Почему вода холодная? — с обидой в голосе произнесла эльфийка.

— Решил, что так будет лучше, как видишь помогло, ты уже сама можешь дойти до купальни, где я нагрел воду, — Дориан хитро улыбнулся, подмигивая девушке и вставая с кровати. — О, или Инквизитор желает, чтобы я отнёс её на руках?

Их милую беседу прервал громкий стук в дверь. Оба едва не подпрыгнули на своих места с испугом смотря в сторону входа. Дориан был рад своей любви к закрытым дверям, иначе бы слухи о них с Инквизитором, ох как сильно могли подпортить репутацию эльфийки. Не долго думая, мужчина кивнул Нэль в сторону купальни, а сам подобрав свою одежду прошмыгнул на балкон, выходящий в сторону гор, плотно прикрывая за собой двери. Ллараинэль не так быстро, но смогла собрать себя и даже дойти до горячей ванны, быстро опуститься в неё, едва не обживаясь и тут же выскочила, оборачиваясь в полотенце.

— Инквизитор это срочно! — голос кажется принадлежал Лелиане.

Нэль как можно быстрее спустилась, дважды поскользнувшись на лестнице и едва не полетела головой вперёд. Избежав падения, девушка врезалась в дверь и тут же отодвинула засов, позволяя советнице войти. Сестра Соловей бросила на Инквизитора быстрый оценивающий взгляд.

— Простите, что отвлекла от банных процедур, но у нас непредвиденная ситуация, — женщина тяжело вздохнула. — Морриган убежала в элювиан вслед за своим сыном, который непонятным образом сумел открыть этот портал.

Ллараинэль хотелось спросить каким образом у него это получилось, но она понимала, что у Лелианы не будет ответа. Коротко кивнув, девушка ринулась обратно вверх по лестнице, заприметила свои валяющиеся около кровати вещи и как можно быстрее постаралась натянуть штаны с сапогами, советница тем временем вытащила чистую простую рубашку из комода и накинула на Инквизитора. В этот же момент они помчались в сторону элювиана, Нэль на ходу застегивала рубаху, не обращая внимания на косые взгляды.

— Я пошла за подмогой, подниму всех кого смогу, не делайте глупостей Инквизитор и будьте осторожны, — Лелиана оставила Нэль у самого входа в сад и ушла.

Не задумываясь, девушка побежала в сторону нужного места и оказавшись около мерцающего зеркала, шагнула в него. Левую руку стало неприятно покалывать, словно сотня маленьких игл впилось в запястье эльфийки, она на это лишь скривилась. Мгновение и вот Ллараинэль стоит в Тени. Это было странно, нет она знала, что элювианы способны на подобное, учитывая, что они видели несколько из них в том своём путешествии, но также девушка осознавала настолько это сложная магия, высшая, природная. Ей не обладают обычные смертные. Душа архидемона пробудилась? Нэль почувствовала, как из её лёгких словно выбили весь воздух и в этот же момент она побежала, желая как можно скорее отыскать пропавшую парочку.

Морриган нашлась практически сразу, она едва ли не умоляла Инквизитора помочь ей отыскать сына. Нэль не понимала к чему это, она и так собиралась заняться этим. Видимо заметив замешательство на лице девушки, ведьма попыталась ещё раз уговорить эльфийку.

— Я и так здесь для этого, к чему эти разговоры, пошли быстрее, мне не нравится в Тени, особенно физически, — Ллараинэль сморщилась и тут же развернулась в сторону выступающих вдалеке скал.

Они вместе кружили по бесконечному тёмному лабиринту из безжизненных камней, зелёные всполохи озаряли небо. Ллараинэль не чувствовала холода или усталости, хотя её волосы всё ещё были мокрыми, а в этом месте то и дело завывал ветер. Руку обожгла боль и в этот же момент девушка заметила мелькнувшую необычную вспышку и тут же последовала в ту сторону. Ведьма не отставала от неё ни на шаг. Они нырнули под арку и тут же перед ними предстала картина: Киран стоял над женщиной в очень необычном наряде, волосы её были уложены так, что напоминали рога дракона. Заметив их, женщина встала и Нэль прошиб холодный озноб.

Ллараинэль не сразу поняла, что женщины начали разговаривать между собой, Киран подбежал к Морриган, но тут же вернулся обратно после коротких объятий. Только после этого Нэль заставила себя поднять взгляд и посмотреть прямо в глаза этой Флемет, чьё имя на эльфийском звучало совсем иначе. Женщина тоже решила рассмотреть Инквизитора и они обе застыли, в глазах Флемет читалось изумление, которое быстро сменилось узнаванием и женщина облегчённо выдохнула. На её губах заиграла мягкая улыбка.

— Я та, кого эльфы называют Митал, — она бросила взгляд на свою дочь и тут же вернула его в сторону Нэль.

— Не может быть, — Морриган прислушалась к голосам и резко выдохнула. — Это правда, какой ужас! — она всплеснула руками. — Я теперь, — голос её дрогнул, — служу тебе?

Флемет на это лишь мягко рассмеялась. И стала рассказывать свою истинную историю о том, как она оказалась в теле обычной смертной женщины. Ллараинэль всё это время молчала, слушая её и Морриган, которая задавала вопросы или отвечала на них.

— Душа архидемона и правда в этом мальчике? — подала голос Инквизитор, внимательно следя за женщиной.

Она не доверяла эванурис, даже Митал, пусть она была и лучшей из них, пусть её предали, но учитывая её желание отомстить… Нэль могла догадаться чего именно желает эта возродившаяся в чужом теле богиня. Подтолкнуть историю к возвращению эванурис, чтобы отомстить им за свою смерть. Такого допустить было нельзя, если ей удастся повлиять на Завесу сильнее, чем это сделал Корифей, то мир попросту сгинет.

— Хочешь сказать, это не ты помогла этому магистру? — похоже Морриган тоже сложила два плюс два.

В ответ женщина мягко рассмеялась и покачала головой.

— Мне не нужны слуги подобные ему, я хочу чтобы вам удалось избавиться от него, а не наоборот, — взгляд слишком ярких для человека глаз вновь вернулся в сторону Нэль. — Я так рада, — слишком нежная улыбка, — ты всё ещё жива, но ты здесь. Видимо не только я пытаюсь подтолкнуть историю в нужное русло.

— Вы знаете меня? — Нэль едва заметно напряглась, отступая одной ногой назад, словно готовая в любой момент оттолкнуться и кинуться в атаку. Вот только с собой у неё не было даже кинжала.

— Она не рассказывала тебе ничего? — искреннее удивление в глазах Флемет, которое тут же сменилось пониманием. — Наверное это и к лучшему. Морриган поможет тебе одолеть Корифея, пусть обратится к голосам и дракон не будет вам помехой в предстоящей битве.

— Верни мне сына!

Флемет вновь обратила всё своё внимание на свою, как оказалось, дочь и то, что произошло дальше заставило Нэль пожалеть о том, что она не кинулась вперёд, забирая мальчика силой. Митал поглотила душу архидемона и отпустила ребёнка. Теперь она стала ещё более опасным противником.

— Ты обязана выжить, во чтобы то ни стало, твоя жизнь — это жизнь для всего, — Флемет почти строго посмотрела на эльфийку.

Ллараинэль не сдержала нервного смешка и вытянула левую руку из-за спины, всё это время она неосознанно прятала её. Женщина тут же разом словно бы постарела и осунулась.

— Нет! Нет! Нет! — её голос отдавался громом от ближайших скал.

Флемет шагнула вперёд, словно хотела рассмотреть метку поближе, Нэль не сдвинулась, позволяя ей это сделать. Пара шагов в женщина уже стояла прямо напротив эльфийки. Она взяла её ладонь в свои руки и осторожно сомкнула пальцы эльфийки, закрывая яркое пятно.

— Иди к своей матери, она должна помочь, у тебя ещё есть время, — Флемет посмотрела прямо в её глаза, чуть наклонившись вперёд. — Ты. Должна. Жить.

Она резко отпустила её руку и исчезла.

Морриган сжимавшая сына в объятиях во все глаза смотрела на Инквизитора.

— Могу я вас кое о чем попросить? — Ллараинэль повернулась к застывшей парочке. Ведьма кивнула. — Пусть всё произошедшее останется между нами.

Морриган вновь кивнула, в глазах её читалась серьёзность и понимание. Они отправились обратно в сторону элювиана не произнося ни слова.

Глава 57. Финальная битва

Ллараинэль вышла в уже знакомую комнату, которая была битком забита её спутниками, по виду которых сразу же было видно, что всех подняли если не с постели, то точно оторвали от каких-то своих дел. В первых рядах стоял Солас, он явно пытался что-то сделать с элювианом, отчего и находился ближе всех. В его глазах мелькнуло удивление и облегчение, когда девушка шагнула в комнату вместе в Морриган и её сыном.

— Инквизитор! Я привела подмогу, но элювиан оказался закрыт, никто из нас не смог пройти через него, — Лелиана приблизилась к эльфийке.

— Да, босс, ещё немного и вас точно провозгласят божеством, — Бык смачно зевнул. — В который раз вы уже творите невозможное.

Ллараинэль лишь слабо улыбнулась на это высказывание и тут же встретилась со взглядом ярких лириумных глаз. На лице Мариан не было и тени её привычной ухмылки, она смотрела на девушку серьёзно, с толикой беспокойства, спрятанной глубоко внутри.

— Вы точно не перестаёте удивлять, госпожа Инквизитор, — в голосе мага тоже слышалось неприкрытое волнение.

— Златичка, ты сведёшь меня в могилу, я думал мне с одним другом повезло на подобные приключения, и тут же получил второго. Может это проклятие какое? — Варрик толкнул локтем застывшую рядом с ним Мари.

Разбойница никак не отреагировала на это высказывание, продолжая смотреть прямо на маленькую эльфийку.

— Что там произошло? — Солас вновь попытался привлечь к себе внимание Инквизитора.

Девушка устало покачала головой.

— Давайте уже завтра, я едва на ногах стою, — Ллараинэль впервые за всё это время была рада своему статусу. Она просто отдала приказ всем расходиться и никто не мог так просто его нарушить, послышалось недовольное ворчание со всех сторон, но спутники стали расходиться.

Нэль миновала их всех в полном молчании и поспешила скрыться в своих покоях, даже не взглянув в сторону Дориана, который пытался идти с ней в ногу. Девушка не прощаясь взлетела вверх по лестнице, оставляя остальных внизу, расходиться по своим жилым комнатам.

— Ветер переменился, времени почти не осталось, успеть, нужно успеть, иначе солнце встанет на закате и всё разрушится, — Коул уже не так пугал всех присутствующих, но всё же спутники Вестницы едва заметно вздрогнули.

Солас нахмурился, внимательно посмотрел на мальчика духа, после чего быстро развернулся и исчез, не желая ни с кем говорить. Дориану тоже не понравились эти слова, а ещё маг понимал, что не может вот так просто под взглядами всех присутствующих подняться в спальню Нэль. Всего пару часов назад они спокойно лежали в кровати, наслаждались обществом друг друга, как одно маленькое происшествие изменило настроение всего происходящего ранее. Маг выдохнул. И так будет всегда, он ухмыльнулся своим мыслям.

— Кто за то, чтобы выпить? — Сэра как всегда являлась главной зазывалой.

К большому удивлению за ней пошли практически все, даже мадам де Фёр, а Мари пообещала присоединиться после того, как проведает недавно прибывшего мужа.

***

Дориан впервые постучал в дверь покоев Инквизитора, но ответа не последовало и не задумываясь маг вошёл без приглашения. Благо, девушка редко самостоятельно запирала двери. Стояла уже глубокая ночь, но пропустив одну кружку с остальными, маг почувствовал необходимость навестить Нэль. Что-то тревожило его. То ли её взгляд, то ли слова брошенные Коулом, а может отказ ведьмы объяснить хоть что-то.

Мужчина поднялся по лестнице и замер. Ллараинэль сидела за своим столом смотря пустым взглядом на стопки бумаг, маг был практически уверен, что она сидит в таком положении уже все три дня, которые не показывалась из своих покоев. Лицо эльфийки слабо освещала одна единственная зажжённая свеча на столе и блики огня из камина. Девушка не обратила никакого внимания на вошедшего, продолжая смотреть в одну точку. Дориан не хотел напугать её, но всё же стоило обозначить своё присутствие и он не придумал ничего лучше, нежели просто осторожно покашлять. Нэль всё равно вздрогнула, но по крайней мере не стала кидать в него острые и тяжелые предметы со стола.

— Привет, проходи, — она махнула ему рукой, но взгляд её был всё таким же затуманенным.

— Что-то вы совсем ушли в себя, госпожа Инквизитор, — Дориан прошёл к девушке и присел на край стола около Нэль. — Хочешь поговорить?

Ллараинэль тяжело вздохнула и подняла на него свой взгляд, в котором читались такие яркие эмоции, что Дориан едва ли не задохнулся от нахлынувших чувств. Никогда и никто не смотрел на него с такой непередаваемой нежностью и…любовью. И как он покинет это создание, которое словно бы создано для жизни? Не зря же никто так и не смог убить её, даже после стольких попыток, она всё ещё сидит здесь и смотрит на него своими большими золотыми глазами. Мужчина не сдержался и чуть наклонившись, положил свою ладонь ей на щёку.

— Я не знаю, что там произошло, но если захочешь поговорить, я всегда рядом, — он улыбнулся ей.

Ллараинэль медленно кивнула и прикрыла глаза.

— Пойдём спать? Тебе нужно отдохнуть, — не дожидаясь ответа, мужчина поднялся и увлёк эльфийку за собой в кровать.

Нэль чувствовала размеренное дыхание мага, слышала мерный стук его сердца и от этого на душе становилось только хуже. Впервые за жизнь она нашла своё место, обзавелась друзьями и даже возлюбленным, и стоило ей решить, что вот она настоящая жизнь, её законное место, как тут же всё стало скатываться в бездну. Ллараинэль бездумно крутила одно из зачарованных колец на пальце и пыталась собрать все свои мысли воедино, придумать хоть какой-то план, но тут же натыкалась на стену из неизвестности и…смерти. Ей не хотелось оставлять своих спутников в мире, который если не разрушит Корифей, то за него это сделают сошедшие с ума древние, назвавшиеся богами.

«Спи, дитя, ещё ничего не потеряно».

Вновь этот спокойный голос, такой до боли знакомый и одновременно чужой. Нэль никак не могла придумать, где она могла слышать его до этого. Легкое дуновение ветра принесло с собой запах мороза и дыма. Ллараинэль едва не упала, вскакивая с кровати. Дориан что-то недовольно проворчал, но за запахом дыма последовал грохот, словно недалеко от Скайхолда кто-то как минимум разрушает горы. Сон как рукой сняло, маг подорвался вслед за эльфийкой, выбегая на балкон в одних нижних одеждах. Они ахнули одновременно. То что происходило всего в нескольких часах ходьбы от их крепости поражало воображение: куски земли, гор и старых сооружений висели в воздухе, и над ними летал уже знакомый всем дракон.

— Корифей бросает мне вызов, — Ллараинэль на мгновение прикрыла глаза и тут же открыла их.

Взгляд Инквизитора был жестким и уверенным, но было в нём и ещё что-то, от чего маг сделал едва заметный шаг назад. От девушки так и веяло опасностью, а глаза словно и вовсе светились изнутри. Ллараниэль прошла мимо мага и принялась быстро натягивать на себя броню, Дориан последовал за ней, тоже одеваясь как можно скорее. Впервые за это время его не волновало, как лежат волосы и в правильном ли порядке застёгнуты все клепки. Единственная не покидающая мага мысль была о том, что он не позволит этой маленькой эльфийке умереть ни сегодня, ни когда-либо.

— Ты останешься в Скайхолде, — Нэль не сразу обратила внимание, что маг следовал за ней, она была слишком поглощена мыслями о предстоящей битве.

— Даже не подумаю, — времени на споры не было, но эльфийка хотела урезонить мужчину, остаться в крепости.

Вот только стоило им спуститься во двор, как перед Вестницей предстали все её спутники и советники. Только Лелиана выглядела привычно опрятно, эта женщина словно и не спит вовсе. По остальным было отчётливо видно, что они только поднялись с кровати, даже Каллен, волосы которого были примяты с одной стороны и торчали с другой. Мариан стояла рядом со своей семьей, взирая вместе с остальными на прибывшего Инквизитора.

— Какой план, златичка? — голос гнома был как всегда ободряющим, но все равно в нём слышались едва заметные тревожные нотки.

— Похоже Корифей решил не дожидаться нас в своей крепости и пожаловал сам, угостим его чайком с его собственными выбитыми зубами, босс? — Бык ухмылялся, смотря прямо на Вестницу.

— Думаешь у этого Корипнея, есть зубы? Мор подери, никогда не задумывалась над анатомией порождений тьмы, — Сэра скривилась.

— Ллараинэль, — рука Соласа легла на её плечо. — Это наш последний шанс ответить ему, пора.

Нэль лишь мельком посмотрела на эльфа и кивнула.

— Нельзя идти всем вместе, Корифей может подослать сюда свои отряды, а армия ещё слишком далеко, — эльфийка пробежала взглядом по своим спутникам. — Мадам Вивьем, надеюсь вас не затруднит организовать оставшихся здесь магов, — женщина кивнула. — Мариан, Лелиана, на вас шпионы и разбойники.

Мариан хотела было открыть рот, но заметив красноречивые взгляды Андерса и Бетани, тут же закрыла его и недовольно сморщившись, кивнула.

— Бык, организуй своих ребят и присоединяйтесь к людям Каллена.

— Хей, босс, это не честно, я должен идти вместе с вами, Крэм справится сам, — заметив твёрдый и бескомпромиссный взгляд Инквизитора, Быку ничего не оставалось кроме как кивнуть и направиться обратно в сторону таверны.

— Блэкволл, — Ллараинэль осмотрела, мужчины не было среди отряда, золотистые брови сошлись на переносице.

— Я не успела сказать вам, Инквизитор, Серый Страж исчез вчера вечером, мои люди нашли от него записку, но думаю это может подождать, — Лелиана вынула свёрток и показала его эльфийке.

Нэль кивнула, даже не пытаясь взять записку.

— Остальные по желанию, кто хочет может остаться здесь, — Ллараинэль развернулась в сторону главных ворот.

— Собираешься идти без лука? Я так понимаю, Корифея ты будешь ручками душить? — голос Дориана вывел Нэль из транса, и она с ужасом поняла, что и правда не взяла с собой никакого оружия. — Да и твои волосы нужно прибрать, иначе это просто небезопасно.

— Все слышали Инквизитора? — голос Калена рокотом прошёлся по ночному Скайхолду. — Выполнять!

Тут же вокруг поднялась суматоха, оставшиеся спутники собрались около Нэль и Дориана, который на скорую руку собирал её волосы в длинную косу. Коул исчез и возник уже с её луком в руках.

— Что ж, это последний рывок, остановим лжебога! — Нэль практически прокричала последние слова, и неожиданно на них откликнулся хор стройных голосов, включая Дориана и даже поднятых шумом кухарок. — Да восстановится Баланс, — это она произнесла уже себе под нос.

Солас услышав последнюю фразу внимательно посмотрел на эльфийку, но говорить ничего не стал. Маг прикрыл глаза и выдохнул, ему не хотелось уходить, но другого выбора просто не было.

***

Ллараинэль всю трясло, дрожь проходила от макушки до самых кончиков пальцев на ногах. Она никак не могла понять от холода это или от волнения. Последний рывок, последняя попытка закончить этот кавардак раз и навсегда, но у неё так и не появилось ни единой идеи, как убить бессмертное существо. Это не добавляло уверенности в своих силах. Если за время их ходьбы она не придумает ничего, то они все обречены. В прошлый раз ей удалось временно убить это чудовище при помощи лука. Может ли он помочь ей в этот раз? Нэль показалось, что оружие отозвалось на её негласный зов и спину едва заметно обдало жаром.

Вдали послышался рёв дракона. Про него девушка совсем забыла. Им придётся сражаться не только с самим Корифеем, но и с его огромным подручным, который плюётся огнём. Морриган не успела вернуться после своего похода в неизвестном направлении, хотя и обещала быть вовремя. Ллараинэль сильнее сжала зубы, выбора у них не было. Всё или ничего. Они обязаны победить.

Дориану казалось он чувствует странную исходящую от эльфийки силу, она словно бы заполняла всё вокруг, защищала их всех. Впервые за долгое время не было и толики сомнения, что у них ничего не получится, маг как никогда ощущал переполняющую его силу. Неужели Нэль может вот так делиться своей маной? Такое просто невозможно, хотя сколько раз девушка творила невероятные вещи, возвращаясь с того света.

Солас во все глаза смотрел на девушку шагающую след в след за Кассандрой, он тоже ощущал исходящую от неё силу. Что-то внутри него с радостью тянулось к ней, и сквозь вьюгу и грохот он слышал завывание волков. Маг поднял взгляд на висящие в воздухе камни и всё встало на свои места. Он шагал не отдавая себе в этом отчёта, все его мысли были заняты совершенно другим, картинами того, что он даже себе представить не мог.

Бриала, эльфы слуги в Скайхолде, несколько шпионов в рядах Гаспара, отряд недалеко от границы Тевинтера, другой отряд отправившийся прямиком в Киркволл, эльфы из денеримского эльфинажа. Воспоминания собственных действий накрывали его с головой. Часть людей он оставит при Инквизиторе для лучшего понимания ситуации, непонятно что станет с организацией после победы над этим магистром. Главное суметь забрать сферу у Корифея до того, как он окончательно её уничтожит. Глаза эльфа на секунду засветились, но никто не обратил на это внимание, вьюга и грохот приближающегося сражения единственное, что занимало всех.

Ллараинэль чувствовала, как с каждым шагом воздух наполняется отчаянием и гневом одного единственного существа, но самым необычным было собственное ощущение — она может ему противостоять. Стоило отряду начать подниматься по ступеням атакую исчезающего и появляющегося в разных местах Корифея, как вся постройка тут же поднялась вместе с ними, вызывая удивленные возгласы и брань.

Нэль крепко сжимала лук, дрожь отступила и волнение сошло на нет. Уже не было пути назад и потому не было смысла и волноваться. Всё ровно также как и тогда в Убежище, только в этот раз с ней была большая часть её спутников, готовых ценой собственной жизни защитить её. Это вселяло уверенность и рука ни разу не дрогнула выпуская очередную стрелу. Но чего-то не хватало, девушка чувствовала, что может сделать больше, она боялась и одновременно желала вновь ощутить ту силу, которая позволила ей высвободить потенциал лука.

Ллараинэль приземлилась на самом краю, едва не сорвавшись с обрыва, удар выбил воздух из лёгких и девушка рвано дышала, пытаясь восстановиться. Сколько бы она не пыталась собственное оружие отказывалось отзываться на просьбы и мольбы о помощи. Нэль видела, как Кассандра закрывает её щитом, беря на себя удар, а Сэра дёргает за руку, помогая Инквизитору не сорваться вниз. Они действовали как единое целое. Маги накладывали барьеры, ускоряли движения и призывали бури, вот только Корифей словно играючи отбивал любые попытки приблизиться к нему и нанести удар.

Раздался оглушительный рёв и Нэль увидела дракона спикировавшего прямо на них, и тут случилось очередное чудо. Словно из ниоткуда появился второй — золотистый дракон, и снёс в сторону фальшивого архидемона, забирая его за собой куда-то вниз.

— Морриган, — только и смогла произнести Ллараинэль.

Она всем сердцем была благодарна ведьме за помощь, без неё им бы пришлось не просто туго, справиться с Корифеем и его подручным в таком состоянии было практически не реально. Теперь же одной проблемой меньше и девушка вновь сосредоточила все своё внимание на магистре. Призванные им демоны задержали её спутников, словно он специально пытался отрезать Инквизитора от них. Нэль не сразу заметила, что попала в западню на самом верху непонятной конструкции. Они стояли друг напротив друга, эльфийка тяжело дышала, пытаясь не обращать внимание на струящуюся по виску кровь.

— Что можешь сделать ты, случайная ошибка судьбы! Неужели ты и правда думаешь, что тебе под силу остановить бога? — голос Корифея звучал повсюду сливаясь с грохотом рушащегося строения и поднятых кусков земли.

Ллараинэль не видела смысла отвечать на эти бравады, он может говорить всё что угодно, но лично она его богом или хотя бы посланником небес не считает уж точно. Пусть даже её саму окрестили Вестницей Андрасте, но и себе она этого титула не желала, не говоря уже о том, кто сам окрестил себя божеством.

Эльфийка почувствовала сильное жжение в левой руке в тот момент, когда Корифей вновь поднял перед собой сферу. Это был её последний шанс. Девушка не задумываясь сосредоточилась на руке, сжимая лук сильнее. Пасти драконов распахнулись, а глаза засветились ярким лириумным светом, второй рукой Нэль выдернула из колчана стрелу и вот уже сосредоточение переместилось на неё. Вложенная стрела тут же вспыхнула огнём, а весь лук заходил ходуном, мешая эльфийке прицелиться. Отчего-то она была уверена, что даже так сможет попасть в своего врага. Левая рука запульсировала от мощной боли, глаза наполнились слезами. Последний рывок, давай. Стрела сорвалась и с невероятной скоростью, пробивая на своём пути камни, влетела в грудь Корифея. Не долго думая, Ллараинэль подскочила к нему, вытянула руку, позволяя завесе раскрыть свою пасть и со всей силы ударила магистра. Сфера треснула и выпала из его руки, а сам Корифей был утянут в разрыв. Нэль почувствовала, что и её потянуло внутрь, она всадила кинжал в камень, и тут же закрыла разрыв, как только в нём скрылся её противник. Раздался последний вой дракона и на мгновение долина погрузилась в тишину.

Ллараинэль выдохнула, всё ещё сжимая в одной руке лук, а в другой кинжал. Тишина оборвалась вместе с зависшими до этого в воздухе кусками земли. Свободное падение. Казалось, что земля уходит из-под ног, а сердце стучит в районе горла, в следующее мгновение

голова Вестницы с силой ударилась о камень и всё поглотила тьма.

***

— Мне жаль, мне правда очень жаль, но однажды ты всё поймешь, — шепот на эльфийском и мягкое касание к щеке.

Нэль не могла найти в себе силы, чтобы разлепить глаза, говоривший исчез, забирая вместе с собой резко пробившиеся сквозь тьму лучи солнца.

— Быстрее! Она должна быть где-то здесь! — знакомый голос и вновь тишина.

— Мы выжили, значит и златичка в порядке, — этот голос тоже был смутно знаком, а обращение пусть и непривычное, но родное.

Ллараинэль казалось, что её сознание отделилось от тела и она парит где-то далеко Перед ней распростёрлись бескрайние леса и моря, кое-где виднелись белые шпили прекрасных дворцом, где-то невысоко над землёй парили замки. Отовсюду слышались голоса говорящие на давно забытых языках.

Нэль вновь стояла на террасе, в паре шагов от неё всё та же странная девушка с игривой улыбкой на губах скидывала стеклянные шарики через перила. Эльфийка перегнулась через них, чтобы увидеть то, что видит незнакомка. Вид захватывал дух — дворец парил высоко над плато, которое было окружено горами. Маленькие светящиеся шарики падали вниз, но чья-то рука парой этажей ниже ловко ловила их.

— Что ты делаешь? — знакомый чуть грубоватый голос раздался позади.

Ллараинэль развернулась одновременно с девушкой. В её глазах читалось удивление, которое моментально сменилось узнаванием и радостью. Она вскочила на ноги и бросилась к мужчине, едва ли не повисая на его шее.

— Скидывала стихийные шарики, мне скучно, в последнее время никто не приходит, — в её голосе зазвучала неприкрытая ничем тоска. Мужчина на это вздохнул.

— Так и должно быть, странно было иметь у себя постоянных гостей, разве не для этого нужен непреступный дворец, тем более в мире сейчас не спокойно, — он поставил девушку на ноги и положил свои руки ей на щёки. — Мне бы не хотелось, чтобы кто-то из них посмел потревожить твой покой или навредить тебе.

— Я знаю, но не все они так плохи, — девушка вырвалась из его рук и развернулась, лишь для того чтобы вновь быть притянутой к широкой груди. Она не смогла сдержать улыбки. — Знаю, знаю, я не собираюсь делать ничего, подожду пока ты не скажешь, что в мире стало безопаснее, Din'an.

Картинка растворилась и вновь эта давящая тишина. Она должна выбраться отсюда. С огромным усилием воли Ллараинэль распахнула глаза, по которым тут же ударил яркий свет, она вновь слышала голоса вдалеке. Эльфийка поднялась и опираясь на свой лук, побрела в их сторону, правая нога практически не слушалась, Нэль была почти уверена, что та сломана, но опускать взгляда не хотелось. Девушка упорно шла в сторону знакомых голосов и чудом перебравшись через несколько огромных упавших колонн, Нэль увидела копошащихся внизу солдат, рядом с ними находились её спутники и несколько целителей, которые им помогали залечить раны.

— Нэль! — яркий голос командора, он едва ли не спотыкаясь ринулся к ней, и поднял на руки, позволяя полностью расслабиться и не напрягать больную ногу.

Ллараинэль слышала стук сердца Каллена и это успокоило девушку, теперь можно закрыть глаза и отдохнуть.

Глава 58. Праздник

Открыв в очередной раз глаза, Нэль обнаружила себя уже в своих покоях, полностью укутанной в одеяло. Дверь на балкон была приоткрыта и слышались возбуждённые голоса, лучи заходящего солнца мягко освещали другую половину комнаты, задевая только самый край кровати Вестницы. Эльфийка повернула голову и обнаружила сидящих за столом магов — Дориана и Андерса, больше никого видно не было, она прислушалась к их голосам.

— И ты думаешь, так сработает? — в голосе тевинтерца сквозила надежда.

— Твоё изобретение весьма специфично, но очень интересно. Справедливость говорит, что ты правильно стал копать в сторону эльфийских элювианов, единственный минус во всей разработке, использование духовной энергии, — Андерс вздохнул. — Не мне читать лекцию об опасности дружбы даже с виду мирными духами, тем более если второй маг совсем молод и плохо адаптирован.

Повисло молчание, после которого мужчины ещё сильнее склонились над небольшим столиком и Нэль уже не могла разобрать их слов. В горле сильно запершило и не сдержавшись она закашлялась. Андерс тут же повернулся к ней и встретившись взглядом с пришедшей в себя Вестницей, маг моментально поднялся.

— Пить, — едва шевеля губами, произнесла эльфийка.

Мужчина кивнул и взяв со столика стакан, налил в него из кувшина лимонную воду. Дориан поднялся следом, и подошёл вместе с целителем к кровати Вестницы.

— Напугали же вы нас, Инквизитор, в который уже раз, — маг театрально вздохнул. — Если я преждевременно поседею, то ты будешь оплачивать мне все походы к цирюльнику.

Выражение лица эльфийки после того, как Дориан произнёс последнее слово, вызвало у мужчин лёгкий смех. Андерс попытался замаскировать его под кашель, в то время как тевинтерец не стесняясь начал смеяться. Нэль нахмурилась и демонстративно отвернулась.

— Прости, прости, я потом объясню кто это, но ты бы себя видела в этот момент, — отсмеявшись произнёс Дориан и открыто улыбнулся эльфийке.

От этой улыбки Ллараинэль почувствовала необычайный прилив сил и облегчение. Они все здесь, значит у неё получилось, значит Корифей заперт по ту сторону Завесы без возможности на возвращение. По крайней мере в ближайшее время, пока никто вновь не пожелает потревожить Тень, и даже это не гарантирует выживание магистра, душа которого уже наверняка полуразрушена, а без должной подпитки может не выдержать и тело. Тень коварное место, способное поглотить кого угодно.

«И он создал его для нас», — мелодичный голос в голове. Нэль едва заметно вздрогнула услышав его, но тут же постаралась отогнать подальше. Сейчас ей хочется хорошенько отдохнуть, она заслужила хотя бы мгновение покоя, после стольких битв и сражений.

— Я оставлю вас, вашей жизни ничего не угрожает, но если почувствуете себя нехорошо, пришлите за мной, — Андерс чуть склонил голову и покинул покои Вестницы.

— Как остальные? — тут же поинтересовалась Нэль, она переживала, что кого-то могли смертельно ранить, да и она совершенно не знала, напали ли на Скайхолд люди Корифея.

— Всё хорошо, мелкие ссадины и ушибы…

И Дориан начал рассказывать о том в какое потрясение их привела Морриган сумевшая самостоятельно справиться с другим драконом. Сорвавшиеся в бездну крылатые существа долго не показывались, пока один из них наконец не вернулся, тут же обращаясь в ведьму.

— Никогда не видел ничего подобного, я думал это из ряда легенд, но учитывая последние события, похоже что все мифы решили ожить, — тевинтерец полностью развернулся к девушке, которая осторожно села, подложив себе подушки под спину. — Порой мне кажется, что ты и сама вырвалась со страниц древних легенд. Ты ведь никогда не говорила откуда пришла, лишь общие фразы, и пара рассказов о скрытом поселении эльфов.

Ллараинэль сделала ещё один глоток из стакана и попыталась пристроить его на прикроватном столике, Дориан перехватил её руку по пути и сам поставил стакан. Вот только руку не отпусти, неожиданно его горячие губы коснулись её ладони.

— Скажите мне Инквизитор, сколько раз я ещё потеряю вас, прежде чем смогу добраться до сути? — это было против правил, особенно этот взгляд, Нэль не могла отвести своих глаз от этого обворожительного мужчины.

— Я, — девушка вздохнула и сама потянула мужчину на себя, маг на это лишь коротко усмехнулся и тоже устроился рядом с Нэль. Эльфийка удобно уложила свою голову на грудь мага и прикрыла глаза. — Ты помнишь тот наш разговор, когда я говорила о том, что часть моих воспоминаний о детстве вернулись совсем недавно, а другая часть всё ещё затуманена? — маг на это кивнул, Нэль почувствовала это движение и продолжила. — Поверишь ты мне или нет, но чем дольше я нахожусь тут, тем меньше помню о своей родине. Расплата за желание выйти в мир.

— И так происходит со всеми? В чём смысл подобной магии? Зачем стирать память ушедшим? — у Дориана было множество вопросов, ему казалось, что такое поведение не самое логичное, особенно когда хочешь возродить былое величие и сохранить придания.

В ответ Нэль пожала плечами. Она и сама не понимала как это работает. В разговоре с сестрой они поняли, что у Кейтлин память стала исчезать быстрее, чем у Нэль, что было странно — Страж-командор была старше и должна была помнить больше, но почему-то именно её воспоминания стёрлись с дуновением морового ветра.

— Когда мы были в Храме до меня стало доходить, что вторжение тевинтерских магистров было предзнаменованием к чему-то, — Ллараинэль вздохнула. — Мне кажется скоро и магия защищающая мои родные земли сойдёт на нет, что-то происходит и оно так или иначе влияет на всё. Это нечто большее, чем приход Корифея и его армии, нечто большее чем простые распри между правителями людей, и даже большее чем новый Мор, — Нэль сжала руку мага.

Дориан молчал. Он чувствовал, что Ллараинэль хочет донести до него какую-то очень важную мысль, подготовить к чему-то. Мужчина почти осязал эту мысль, словно она пыталась сама пробиться в его сознание, напомнит о чем-то давно забытом, указать правильный путь. Правда маг никогда не умел следовать знакам.

— По крайней мере, пока у этого мира есть ты, ему не о чем волноваться, — Дориан поцеловал Нэль в макушку.

В ответ он услышал смешок, и он ему совершенно не понравился. Прозвучало слишком обречённо. Маг посильнее прижал к себе девушку, словно желая забрать все мысли и тревоги себе и в который раз осознавая, насколько будет тяжело покинуть её, когда придёт время.

— Жозефина готовит званный ужин, — мужчина хотел перевести тему в более приятное русло, под его боком тут же зашевелились и два больших золотых глаза настороженно посмотрели в сторону открытой двери балкона. — Нет, быстренько уйти в сторону Священных равнин не получится, хотя туда тоже нужно заглянуть, вольные граждане по словам Калена не дают войскам обеих сторон покоя, даже после принятия решения на той встрече.

Ллараинэль простонала и натянув на себя одеяло, уткнулась носом в грудь мага, словно пытаясь спрятаться от этого мира.

— А с Блэкволлом что-то выяснилось? — услышал Дориан сдавленный голос из-под одеяла.

— Сестра Соловей сказала, что его нашли в тюрьме Вал Руайо, тебе нужно с ним поговорить и самой решить как быть, хотя Лелиана предлагает просто его оттуда выкрасть, — магу не нравилось, что их бывший спутник зная о бесчисленных беспокойствах Инквизитора, решил так не вовремя вытворить нечто подобное. Дориан бы просто оставил его там и забыл, но зная эльфийку, она обязательно пойдёт узнавать всё лично.

— Значит прогулка в солнечный шемленский город, — золотистая макушка показалась из-под одеяла. — Звучит лучше, чем целый вечер в неудобном наряде в качестве главной мишени для развлечения гостей.

Дориан не сдержал смеха.

— Думаю, наш прекрасный посол всё сделает так, что к нашему возвращению праздник только начнётся, — маг стёр несуществующую слезу в уголке глаза. — Хотя попытка не плохая.

Они так и сидели до конца вечера, пока солнце полностью не скрылось за горизонтом и Нэль не провалилась в глубокий сон.

***

Вал Руайо встретил их восторженными вздохами и шёпотом, ярким летним солнцем, под лучами которого с удовольствием грелась Нэль. Ей нравился Скайхолд, былое величие их народа, но всё же тепло и бриз с моря она любила куда больше заснеженных гор. Долго блуждать среди знати им не пришлось, один из людей Лелианы перехватил их около одной из лавок и попросил следовать за ним. Инквизитору разрешили навестить пленника, но исключительно в одиночестве, так орлесианцы выказывали уважение к своему спасителю, но не позволяли злоупотреблять своими полномочиями.

— Инквизитор, — Блэкволл даже не стал вставать с пола, чтобы поприветствовать Вестницу. — Не думал, что после всего случившегося вы решите прийти лично.

Ллараинэль какое-то время просто стояла около прутьев и смотрела на мужчину. Она всегда была не слишком многословна, тем более в подобной ситуации, когда ей не до конца были понятны мотивы лжеСтража.

— Ты всегда так восторженно отзывался о Серых Стражах, — наконец заговорила эльфийка. — И ты хочешь остаться здесь, хотя можешь принести куда большую пользу выйдя?

— Вам не понять, Инквизитор, что для меня значат те события, не понять как тяжело осознавать собственные ошибочные действия, из-за которых пострадали люди, — мужчина едва ли не вскочил на ноги, цепляясь за железные прутья. — Я стал преступником осознанно, подставил других людей осознанно, и обязан заплатить.

Блэкволл встретился взглядом с госпожой Инквизитором и замер, в них отражались все его страхи и сожаления, его желание искупить вину, сделать правильный выбор.

— Ты прав, не понять, — Нэль с трудом подбирала слова, прошло столько времени с момента воскрешения в Убежище с меткой на руке, но она всё также терялась в разговорах со своими спутниками, особенно когда искренне хотела помочь. — Одно я знаю точно, твоя смерть не поможет никому, но ты можешь попытаться искупить свои грехи дальше помогая Инквизиции и Серым Стражам. Ты можешь стать одним из них и навсегда забыть о своём настоящем имени.

Блэкволл никак не мог отойти от странных ощущений поселившихся в груди после встречи со взглядом Инквизитора и услышав её последние слова, лишь медленно выдохнул, пытаясь прийти в себя.

Нэль сочла этот вздох за нежелание продолжать разговор и окинув мужчину печальным взглядом, удалилась из тюрьмы.

— Как прошло, златичка? — Варрик вместе с Дорианом и Быком играли в карты за одним из столов. Многие неодобрительно посматривали в их сторону, но сказать что-то спутникам Инквизитора никто не мог.

Ллараинэль пожала плечами и села на один из свободных стульев, не прошло и минуты, как рядом с ней появился один из людей Лелианы. Нэль шепнула ему на ухо, чтобы они как можно аккуратнее вывели Блэкволла из тюрьмы. Она была практически уверена, что Селина и Гаспар не будут против этой небольшой самовольности со стороны Инквизитора, тем более она попросила, чтобы их официально уведомили об этой операции. Она и правда всё лучше и лучше приспосабливалась к жизни среди шемленов.

— Не хотел тебе говорить об ещё одной пропаже так быстро, особенно сразу после сражения, но всё же, — Дориан слегка скривился, а Варрик поджал губы и покачал головой. — Солас тоже пропал.

Взгляд Ллараинэль наполнился яркими эмоциями — неверие, удивление и сожаление. Как он мог так поступить? Эльфийка прикрыла глаза, медленно выдыхая и стараясь не утихомирить взбушевавшуюся магическую энергию, которую она теперь ощущала всегда и могла хоть немного её контролировать.

— Я смотрю, златичка, ты уже лучше справляешься со своей силой, — Варрик тряхнул рукой, высыпая с руки пепел, в который превратились его карты. — Меня даже не задело, хотя за карты, признаюсь, обидно. Мы ими играли ещё с Мари в Висельнике.

Нэль распахнула глаза и увидела, что все карты на столе и в руках спутников сгорели дотла.

— Ох, простите, я не хотела! — она вскочила на ноги и стала осторожно собирать пепел со стола.

К ним тут же подскочил один из слуг и уговорив Инквизитора сесть обратно, стал собирать грязь, приводя стол в порядок.

— Я куплю тебе новые карты, прости ещё раз, — Нэль выглядела жутко расстроенной и Варрик почувствовал укол совести.

— Я пошутил, пошутил, всё нормально, эти карты не стоили и золотого, я купил их по дороге сюда, так что можешь не думать об этом, — гном похлопал девушку по плечу, но заметил что она совершенно не поверила его словам, сжав свои губы так, что они превратились в белую тонкую полоску.

Всю обратную дорогу до Скайхолда спутники Инквизитора пытались успокоить девушку и доказать ей, что сказанные гномом слова и правда были шуткой. Если бы дело было только в картах, у них может ещё что и получилось бы, но мысли Нэль то и дело возвращались к Соласу, чей голос она слышала перед самым своим пробуждением после битвы. Он просил прощение за свой уход или за что-то ещё? Девушка никак не могла понять, почему эльф так неожиданно покинул её, хотя перед самой битвой вновь словно бы стал ближе, даже в Арборской глуши пошёл с ней в главном отряде. Голова разболелась вместе с рукой. Ллараинэль сильнее сжала руку на поводьях, стараясь перевести свои мысли в другое русло, получалось плохо. Она думала, что после победы над Корифеем сможет вздохнуть полной грудью, почувствовать хоть на миг вновь свободу и радость, но вместо этого пришло осознание ускользающего сквозь пальцы времени и словно бы навалилось вдвойне больше дел, чем раньше.

— Всё будет хорошо, босс, не вешайте нос, мы же только что выиграли такую масштабную битву! — Бык хотел было похлопать девушку по спине, но передумал, увидел выражение лица эльфийки.

Нэль хотелось почувствовать дуновение ветра с примесью запаха знакомых трав, услышать гудение машины и вспомнить — откуда она родом.

***

Дориан был прав и по прибытию в Скайхолд они сразу оказались в центре внимания всех гостей, а праздник только-только начинался. Леди посол с довольной улыбкой на губах подхватила эльфийку под руку и увела быстро умыться и переодеться. Нэль вновь пришлось втискивать себя в красивую, но неудобную одежду, ходить между гостями, приветствую каждого и делать вид, что она их всех помнит. Когда она уже готова была лечь прямо посередине зала на пол, несмотря на красноречивые взгляды со стороны советников, на помощь ей пришла Мариан, которая тут же увела эльфийку к столу, где расположились её спутники.

-… стараться восстановить, надеюсь это будет в моих силах, после всего произошедшего маги стали куда менее послушны, — Нэль усадили между Варриком и Мариан, и она тут же кинула взгляд в сторону говорившей Вивьен. Та судя по всему рассуждала о том, что будет делать дальше. — А вы что думаете?

Ллараинэль заметила, как целитель поплотнее сжал губы, и демонстративно повернулся в сторону Фенриса и даже сам начал с ним разговор, хотя судя по выражению лица последнего тот не был в восторге, но на вопрос ответил. Нэль не слышала, что именно спросил Андерс, но судя по хихикнувшей рядом Сэре, это было далеко от рассуждений о магах.

— Официально присоединюсь к Серым Стражам, как только госпожа Инквизитор посчитает, что уже не нуждается в моей помощи, — Нэль не сразу заметила уже сидевшего среди остальных Блэкволла. Мужчина всё ещё выглядел несколько понуро, но в его голосе проступили нотки былого запала. Ллараинэль обрадовалась, что её письмо (которое написал конечно Дориан) с решением относительно Блэкволла успело достичь Скайхолда и не пришлось устраивать показательных судов. Она от них уже порядком устала.

— А мне тут нашептали, что в Денериме нужна помощь ребятам Рыжей Дженни, вроде это как-то связано с будущим круга Кинхол. Придётся выяснить, — Сэра вгрызлась в ножку от курицы, с чавканьем обсасывая её.

— Я останусь с боссом, пока она официально не уволит Быков, — коссит улыбнулся во все зубы и подмигнул Нэль. — А ты Дориан вроде собираешься на родину?

— О, посверкунчик, это правда? — Варрик повернулся к магу, на что тот лишь скривился.

— Не сейчас, но боюсь мне придётся вмешаться там в кое какие дела, особенно после всех этих скандалов с венатори, — Дориану совершенно не хотелось обсуждать подобное за общим столом, тем более прямо перед Нэль, которая и так выглядела не очень радостно.

Тут же началось обсуждение того, где ещё предстоит закрыть разрывы и каких из наглых тевинтерских магов спугнуть из Орлея и Ферелдена.

— Может даже в Киркволле придётся немного повоевать, думаю и там не обошлось без вмешательства из вне за это время, — задумчиво произнёс Варрик.

— Фу, туда точно не хочу возвращаться, — протянула Бетани. — Может выберем более адекватное место для проживания. Вот где вы с Андерсом живёте, а Мари?

Разбойница не успела ответить, в разговор вмешался её муж, в голосе которого слышались слегка поучительные нотки, что было весьма необычно.

— Моя жизнь теперь напрямую связана с Инквизитором, поэтому живём мы тут, — целитель улыбнулся сначала Бетани, а потом и Нэль, которая уже собиралась что-то сказать, но он лишь покачал головой. — Я благодарен вам и не нужно лишних слов, хотя знаете, вот я сам люблю поболтать и меня интересует одна вещь, вашей сестре и её спутникам нужно то зелье, рецептом которого вы поделились со мной.

— Вот на эту тему хотела сказать я, — всё-таки вмешалась в разговор Мариан. — Я хотела попросить вас о миссии в Вейсхаупт, разузнать всё же что произошло с Кейтлин и передать рецепт.

— Этого уже не нужно, — Лелиана пододвинула ещё один стул и расположилась между Сэрой и Блэкволлом. — Ваша сестра прислала весточку и вот это, — сестра Соловей положила на стол свёрток и аккуратно раскрыла его.

Нэль приподнялась чтобы рассмотреть принесённые Лелианой вещи и там оказалась туба с секретом и перо. Андерс передал эльфийке тубу, а сам взял перо, внимательно осматривая его.

— Они что там куриц гигантских пообщипывали? — Сэра сощурилась, присматриваясь к перу.

— Мы не смогли открыть эту тубу, если дадите нам ещё, — Лелиана не успела договорить, как замочек щёлкнул и Нэль вытащила свёрнутое послание.

Текст был полностью на эльфийском, видимо чтобы пресечь попытки расшифровки в случае если кому-то удастся открыть секрет. Ллараинэль пробежалась взглядом по содержимому письма и сложила его обратно. Об этом она подумает позже, главное что с сестрой и её отрядом всё в порядке.

— Ничего срочного, — Нэль сунула тубу за пояс, проверив, что так просто она не выпадет. — Кейтлин и стражам ничего не угрожает.

К компании присоединились и остальные советники и разговоры возобновились. Каждый говорил о чем-то своём, некоторые ударились в сложные дебаты, а кто-то просто обсуждал насколько плохо одет тот или иной гость в зале. Ллараинэль вертела головой, стараясь поспеть за всеми, она даже не заметила в какой момент Бык успел подлить ей вина и вот она уже вовсю обсуждает с Коулом вопросы бытия, а после этого уже пытается победить Сэру в поедании печенья на скорость. Из-за стола она вышла совершенно расслабленная и смеющаяся, кажется её кто-то насильно уводил с чужих глаз, но Нэль даже сразу не поняла, кто обладатель столь сильных и горячих рук, которые неожиданно оказались у неё под кофтой, а голова коснулась мягкой подушки.

Глава 59. Желание быть собой

Ллараинэль проснулась одновременно с тем, как показались первые лучи утреннего солнца. Девушка никак не могла понять отчего её голова такая тяжелая, а последние воспоминания с вечера заканчиваются на том, как Бык наливает ей вина. Ох, явно не вино это было. Нэль прикрыла на мгновение глаза, чтобы вновь открыть их. Девушка повернула голову, рядом с ней безмятежно спал Дориан и похоже его совершенно не волновало сегодня, как воспримут его ночёвку в её покоях. Это было забавно, раньше он не оставался рядом слишком надолго, чтобы не вызвать ненужных слухов, а сейчас спокойно спал рядом с ней, придавив своей рукой к кровати. Совершенно не хотелось прерывать столь уютную атмосферу и подниматься.

Ллараинэль продолжила рассматривать лежавшего рядом с ней мага, улыбка сама собой появилась на её губах. Было так странно осознавать свои чувства к этому молодому человеку из страны, которую она привыкла ненавидеть всем сердцем, но видя его рядом с собой, не возникало никаких отрицательных эмоций. Только покой и счастье. В уголке глаза собралась нежеланная влага и одна единственная слеза скатилась по виску. Как бы ей хотелось остаться вот так навсегда. Смотреть на горы укутавшись теплым одеялом, чистить виноград под ворчание о том, насколько ужасные книги о Тевинтере пишут на юге, выбираться из Скайхолда, чтобы восстановить где-то порядок. Надеть красное, словно только вспыхнувший огонь, платье, и идти в нём под руку с сестрой, которая будет обязательно плакать и угрожать Дориану расправой, если он обидит её драгоценное солнце. Увидеть рядом с увенчанным зеленью алтарём Дориана, тоже всего в красном, с мягкой улыбкой на губах и вечным задором в глазах. Выпить из одной чаши и надеть друг другу кольца.

Замечтавшись, Нэль не сразу заметила, что Дориан уже не спит и тоже смотрит на неё. На губах его играла хитрая улыбка и не успела девушка никак отреагировать, как уже была прижата сильным телом к кровати, а губы были захвачены в плен. Поцелуй, жаркий несдержанный и мокрый, быстро перерос в нечто большее, от чего спина сама выгибалась навстречу, а ноги притягивали чужое тело ближе.

Дориан и представить себе не мог, что сможет желать женщину настолько сильно, но сжимая в руках тонкое, словно молодое деревце, тело эльфийки, ощущал, как его всего ведёт. Хватает пары лёгких поцелуев и чувства мягкой кожи под пальцами, как сердце начинает биться быстрее, а дыхание учащается. Однажды его матушка мельком бросила одну единственную фразу — «любовь возникает там, где ты её совершенно не ждёшь, проклятие это или благословение, решать тебе самому, и единственное, что ты можешь с этим сделать — это не упустить». Странно было слышать это от женщины, которая сама состояла в браке по расчёту и ненавидела своего мужа до такой степени, что после каждой встречи с ним выпивала добрую половину запаса вина.

Всё ещё тяжело дыша, маг поудобнее устроил голову Нэль у себя на груди. Её левая рука легла на его обнаженный живот и он хотел было переплести их пальцы, как заметил одну маленькую деталь, которой раньше точно не было. Всё внутри похолодело. Дориан осторожно взял руку Ллараинэль в свою и поднял. Слабое зеленоватое свечение исходило из самого центра ладони и не увеличилось в размерах с момента закрытия той огромной Бреши, но на ладони появились черные язвы, словно вены под кожей были чем-то заражены.

— Нэль, что это?

Слишком довольная и расслабленная эльфийка не сразу поняла, о чем её спрашивает Дориан, но открыв глаза, она ясно увидела на что именно смотрит маг. Слова застряли в горле. Нужно было что-то срочно придумать, успокоить мужчину, чтобы он не думал беспокоиться по этому поводу. Им не так много времени осталось провести вместе, и ей совершенно не хотелось, чтобы Дориан чувствовал себя виноватым, покидая Скайхолд.

— Ничего серьёзного, оно довольно давно. Солас сказал, — на этом моменте Нэль запнулась, ей всё ещё было тяжело говорить об ушедшем друге. Стать кем-то большим у них не вышло, но по крайней мере своим другом она его считала, он во много помог ей, особенно, когда она только попала в мир людей. Она глубоко вздохнула. — Солас сказал, что это из-за снятия валласлина, дальше оно не продвигается и не будет, видимо часть моей собственной магии закрыла контур около этой штуки. Можно сказать я защищаю сама себя, — ложь получилась убедительной, и Ллараинэль даже не осознавала, насколько близко была к правде.

Маг тяжело вздохнул и прижался губами к тыльной стороне ладони, словно пытаясь забрать этот проклятый якорь себе.

— Как думаешь, после столь грандиозного вечера, кто-нибудь хватится нас до вечера? — взгляд Дориана устремился к распахнутым балконным дверям.

Солнце уже освещало своим мягким утренним светом горы. Маг думал, что они проснутся не раньше обеда и проваляются в кровати до вечера, но вот они уже бодрые, а день ещё только начался. Он даже не слышал привычного грохота повозок и лязга доспех со стороны внутреннего двора, после столь долгожданной победы решили отдохнуть все, даже те кто обычно забывает, что людям нужно спать. Интересно, Каллен сегодня ночует с той голубоглазой брюнеткой? Дориан усмехнулся своим мыслям. А ведь он когда-то поставил золотой на то, когда командор сойдётся с Нэль. Сейчас это казалось таким нереальным и далёким, словно из другой жизни. Взгляд мага вновь устремился на девушку. Маленькое прелестное создание, чьи глаза цвета жидкого золота, так красиво светились из-за лучей восходящего солнца, тоже смотрела вдаль. Дориану очень хотелось узнать, о чем она сейчас думает, прошло так мало времени с победы над Корифеем. Стало ли ей хоть немного легче от этого осознания?

— О чем ты думаешь? — Нэль первая задала этот вопрос и Дориан не сумел сдержать смешка, отчего тут же встретился с недоумевающим взглядом девушки.

— Не поверишь, но я только что хотел задать тебе точно такой же вопрос.

Ллараинэль улыбнулась и воздух вокруг словно стал другим. Варрик как то начинал этот странный разговор о том, что вокруг их Инквизитора витает словно бы иная аура, будто она сама создана для жизни. Не для убийств и смертей, а для того чтобы окружать себя самим понятием — жизнь. Внезапно последнее слово всплыло в голове мага на эльфийском, хотя он даже не был уверен до этого, что знает его.

— Как ни странно о работе, — девушка состроила забавную мордочку, утыкаясь подбородком в его грудь. — Ко мне до этой битвы подходили ваши служительницы Церкви и просили отправить Лелиану и Кассандру на их совет. Я уже начинала говорить с ними, сегодня думаю встретиться и решить, хотят ли они того сами.

— Ты стала строить очень сложные предложения на нашем языке и даже не запинаешься, рад что тебе стало легче разговаривать, — Дориан притворно печально выдохнул. — Но я буду скучать по твоему милому акценту и вечно растерянному выражению лица.

Ллараинэль больно ткнула его пальцем в живот, на что получила полный недоумения и недовольства взгляд. Она и сама стала всё чаще замечать, что общая речь больше не кажется такой уж странной, но буквы девушка всё ещё запомнить не могла, хотя старалась всеми силами. Ей это понадобится, когда маг покинет её. Сердце кольнуло от понимания, что это время придёт слишком быстро.

— Так, что это за грусть я вижу в ваших глазах, Инквизитор? — Дориан ущипнул Нэль за щеку. — Вы только что победили врага всего Тедаса! — возмущенно воскликнул маг. — Больше позитива и радости, дела могут немного подождать, тебе нужно время, чтобы прийти в себя, вновь стать самой собой, — это было произнесено уже едва ли не шёпотом.

Нэль кивнула и уткнулась носом в шею мужчины, вдыхая приятный аромат апельсинов и солнца.

***

Ллараинэль сидела на торце стола и переводила свой взгляд с Лелианы на Кассандру, которые сидели друг напротив друга, по разные стороны от неё. Чуть дальше села мать Жизель, она с мягкой улыбкой следила за их разговором, но не вмешивалась. Нэль понимала, что сегодня им нужно решить, кто поедет со служительницей в Вал Руайо. Для себя Вестница уже всё решила, но она была обязана выслушать своих советников, которые стали не просто её подчиненными, но и друзьями, а с их мнением она должна была считаться.

— Инквизитор, — Кассандра подняла взгляд со своих рук и посмотрела прямо на эльфийку. — Я уже говорила вам, каких целей хотела бы достичь.

Ллараинэль кивнула, прекрасно помня все их разговоры и рассуждения Искательницы об её практически уничтоженном ордене.

— Вы знаете, что я не откажусь, если мне предложат трон Верховной Жрицы, пусть и имею несколько радикальные взгляды по мнению многих, всё же считаю, что именно этого сейчас и не хватает миру, — Лелиана тоже посмотрела на Инквизитора, в её глазах Нэль видела пылающий огонь наравне со спокойствием озерной глади.

Эльфийка на мгновение прикрыла глаза, она уже знала, что стоит сказать, но нужно было дать всем ещё раз обдумать свои слова.

— Я боюсь, — Кассандра теперь смотрела на сестру Соловей, — что ты сделаешь только хуже, если начнёшь действовать слишком грубо.

Лелиана рассмеялась в ответ.

— Никто не говорит о грубости, но перемены давно нужны системе, которая сама себя завела в тупик, — и снова спор по кругу.

Ллараинэль не хотела, чтобы они заводили подобные дискуссии, тем более в присутствии матери Жизели.

— Вы хотите знать моё мнение? — спокойно и очень тихо произнесла девушка, заставляя их тут же прерваться и перевести взгляды на неё. Женщины не задумываясь кивнули. — Изначально я считала, что я плохой кандидат в Инквизиторы. Как я могла повлиять на мир, о котором не знаю ничего сверх прочитанного в старых книгах из библиотеки? И вот, мы здесь.

Молчание, даже со двора не было слышно ни звука, небольшая комнатка в одной из пристроек Скайхолда погрузилась в тишину.

— Вы стали для этого мира кем-то большим, чем просто главой сомнительной организации, — мать Жизель улыбнулась эльфийке. — Вы смогли сделать для нас то, чего мы сами не сумели добиться, увидели прорехи и залатали их. Может нам давно был нужен взгляд со стороны.

Советницы едва ли не синхронно кивнули, соглашаясь с высказыванием преподобной матери.

— Тогда я скажу своё мнение, а дальше вы вольны поступать как знаете, я поддержу любую из вас, — во взгляде Ллараинэль вновь появилась твёрдость, которая делала её настоящим Инквизитором. — Кассандра, я хочу сделать тебя своим заместителем, правой рукой, как угодно называй это. Общими силами мы сможем найти Искателей и оставшихся храмовников, которые нуждаются в доме и штабе. Ты станешь отличным предводителем, а если со мной что-то случится, то заменишь меня на этом посту, — Нэль улыбнулась, смотря прямо в глаза шокированной воительницы. Эльфийка кивнула и перевела свой взгляд на сестру Соловей. — Мне нравится твой запал, то как ты говоришь о переменах, и конечно, моя сестра не стала бы отзываться так тепло о человеке, который этого совершенно не достоин. Ты станешь глотком свежего воздуха в этой разваливающейся системе, и я уверена, что ты сможешь построить её заново опираясь на ошибки прошлого, а не закрывая на них глаза.

На какое-то время комната вновь погрузилась в молчание. За окнами уже слышались звуки, похоже полуденное солнце заставило жителей Скайхолда проснуться, даже после столь бурной ночи. Жизнь вновь кипела за окнами.

Кассандра резко поднялась, на мгновение Нэль показалось, что женщина просто развернётся и навсегда покинет это место, но к удивлению эльфийки, Искательница сделала совершенно иное. Она встала на одно колено перед опешившей девушкой и склонила голову.

— Я очень сожалею о том, что сомневалась в вас и прошу за это прощение. Вы лучший кандидат на роль Инквизитора, после всего что произошло вы остались собой, и я верю, что ваше решение и правда является наилучшим выходом из данной ситуации, и, — Кассандра запнулась. — Это огромная честь, быть вашей правой рукой.

Ллараинэль не долго думая, присела рядом с женщиной. Искательница тут же запаниковала, не понимая зачем Нэль опустилась рядом с ней на колени.

— Если ты и правда веришь мне, то не становись передо мной на колени, мы равны, а значит если ты сидишь передо мной на полу, то и я сяду, — эльфийка улыбнулась, и вот они вдвоем поднялись и обратно сели за стол.

Лелиана усмехнулась и кивнула.

— Значит решено.

***

Нэль вертела в руках записку, которую она получила от сестры. Мало того, что письмо было заперто в тубе с секретом, так ещё и зашифровано.

«Ллараинэль, ни в коем случае не дай Мариан и её мужу прийти в Андерфелс. У нас всё под контролем, но возникли кое-какие сложности с местным командованием. Нам нужно время, чтобы разобраться со всем. Не пиши, не пытайся нас найти. Делай сейчас всё что ты можешь для Инквизиции. Я вернусь».

На душе было ужасно неспокойно, но и сделать для сестры ничего было нельзя, особенно когда она сама попросила не вмешиваться. Могла быть опасность в том, что людей Лелианы поймают и тогда, они попросту подставят Кейтлин, если та что-то задумала. Нужно было просто успокоиться и сосредоточиться на собственных делах, оставалось ещё множество разрывов, которые она должна закрыть. До конца разобраться с тем, кто же на самом деле приходил под личиной той ведьма — правда ли это была Митал? Попробовать найти Ужасного волка, если не в этом мире, то хотя бы в Тени. Ещё Нэль хотела вновь пройти через тот элювиан и хорошенько рассмотреть тот мир, что скрывается за зеркалом. Помимо этого Каллен сказал, что пришло несколько запросов о том, что нужно сходить до Морозной Котловины и на Глубинные Тропы. Последнее особенно вдохновляло, Нэль давно мечтала побывать хотя бы в одном тейге гномов и теперь могла удовлетворить своё любопытство.

— Читаете что-то очень интересное, Инквизитор? — Мариан всегда появлялась слишком неожиданно, словно подражая Коулу.

— Кейтлин говорит, чтобы вы с Андерсом ни в коем случае не ходили к Стражам.

— Мы и не можем, — Мари развела руками. — Мы теперь принадлежим вам, Инквизитор.

От этой фразы Ллараинэль поплохело, она мельком бросила свой взгляд на левую ладонь. Нужно было что-то придумать, чтобы этих двоих не линчевали.

— Прости, прости, всё время забываю насколько серьезно ты воспринимаешь мои слова, — Мариан села на край стола. — Я не против того, что мы теперь под защитой Инквизиции, так мне даже спокойнее, если вам нужна будет помощь, я могу спокойно уходить и быть уверена, что моя дочь в безопасности.

Ллараинэль чуть криво улыбнулась женщине, но острый взгляд лириумных глаз было не провести.

— Что-то не так?

— Всё нормально, просто задание пришло и думаю над ним, ничего такого, — Нэль махнула рукой. — Рада, что вы не чувствуете себя тут под арестом.

Мариан чуть склонила голову в сторону, складывая руки на груди. Она совершенно точно чувствовала, что эта девочка упорно скрывает что-то, оставалось найти подходи к ней, чтобы разузнать подробности. Разбойница, конечно, понимала, что после всего произошедшего эльфийке приходится очень нелегко, но было в её взгляде что-то такое, отчего Мари стало слегка не по себе. Отчаяние и…смирение.

— Что за задание? Требуется помощь? — Хоук чувствовала, что нельзя оставлять Инквизитора одну, поэтому решила выведать подробности миссии.

— Аввары, — Нэль вздохунла. — Не хочешь прогуляться с отрядом Инквизиции?

— С радостью, заодно и Фенриса с собой прихвачу, будем готовы через пару часов.

Ллараинэль кивнула и проследила за тем, как Мариан легким бесшумным шагом покинула её покои. Как говорится — «с корабля на бал», а у неё наоборот с бала на корабль. Хотя наверное до котловины они поедут на лошадях. Сколько прошло времени, а Нэль до сих пор едва могла держаться на этих созданиях верхом. Ей бы галлу…гарлоки. Нужно было не веселиться и не в котловину идти, она же пообещала Абеласу встречу в Священных равнинах, там помощь Мариан с Фенрисом нужна даже больше, учитывая сколько там ещё очагов сражения.

***

Дориан недовольно поглядывал в сторону Быка, на чьих плечах уместилась маленькая эльфийка и отстреливала вокруг коссита врагов, пока тот с задорным кличем косил всех направо и налево. Маг понимал, что ревность это глупо, но ничего не мог с собой поделать. В голову лезли непрошенные мысли о том, что если он уедет, то вот командир наёмников чётко дал понять, что останется подле Инквизитора даже если сама организация распадётся. Дориан был бы рад сделать тоже самое, а лучше забрать девушку вместе с собой, но тевинтерец чётко понимал — ему пока некуда её вести. В родительский дом с эльфийкой в качестве жены? Они его не пустят, даже осознавая, что перед ними девушка. Вторая проблема — любая реформация, тем более в такой закостенелой стране, как Тевинтер привлечёт огромное количество ассасинов, а он не хотел подвергать Нэль опасности. Будучи Инквизитором она, конечно, тоже вечно была под прицелом, но при этом имела огромную охрану и отличных советников, а вот в Тевинтере Дориан подобным похвастаться пока не мог. Как только ему удастся добиться хотя бы каких-то результатов, то он не задумываясь заберёт её с собой. Или нет? Будут ли к нему относится должным образом завидя рядом грозного Инквизитора? Маг горестно вздохнул.

— Чего слёзы льем, посверкунчик? — Варрик толкнул мужчину в бок, привлекая его внимание. Битва уже закончилась и Нэль зажгла огонь, а Дориан всё ещё держал над ними барьер, бездумно расходуя ману.

— Скажи, как ты живёшь, зная что твоя возлюбленная где-то на другом конце континента и ты даже не уверен, что она жива? — слова вырвались против воли мага. Вот что с ним сделала эта эльфийка!

Варрик сложил губы в форме буквы «о», и тут же усмехнулся, слишком понимающе и бросил взгляд в сторону Быка, который очищал свой меч, пока Нэль собирала стрелы вокруг.

— Знаешь, посверкунчик, я скажу это только тебе и только один раз, — во взгляде гнома, Дориан впервые не видел задорных смешинок. — Если бы у меня была возможность быть с той самой, я бы не раздумывал, особенно если это взаимно.

— Жизнь штука не простая, но выхода нет только если ты умер, — Мариан возникла возле мага неожиданно и приобняла его за плечо, громко хлопнув по нему.

Дориану хотелось провалиться сквозь землю. Весь Скайхолд знает о его отношениях с Вестницей или как?

— Знаю, конечно, у вас там к кунари относятся не очень, но думаю вы могли бы что-то придумать? — разбойница подмигнула магу, развеивая его тревоги о том, что другие обитатели крепости знают об их с Инквизитором отношениях.

— Я вот даже не знаю, ты притворяешься недогадливой или наоборот слишком умна, чтобы показать что знаешь правду? — Варрик горестно вздохнул, бросая взгляд на свою подругу, которая выгнула бровь. — Надеюсь на первое, хотя с твоими скелетами в шкафу мы всё ещё до конца так и не разобрались, не думай, что я забыл, нам ещё есть о чем поговорить, тем более теперь, пока главная опасность для этого мира миновала.

Нэль появилась рядом с ними как раз в момент, когда гном договаривал своё предложение. На лице эльфийки появилось нечитаемое выражение, но она тут же попыталась совладать со своими эмоциями и скомандовала курс в сторону предполагаемого лагеря долийцев.

Путь, к огромному удивлению Нэль, не занял много времени. Они продвигались достаточно оперативно благодаря тому, что вновь разделились на местности и зачистили многие части Священных равнин. Подходя к лагерю, Ллараинэль краем глаза заметила следующих за ними по пятам охотников. Ей было интересно, почему они не нападают на её отряд? Абелас уже добрался сюда и предупредил долийцев о её приходе? Или может эльфы уже сами разобрались с тем, что отряды Инквизиции для них не угроза. Только на самом подходе к лагерю пусть им преградило двое охотников.

— Что вам нужно, шемлены? — вперёд вышел парень, он не выпускал из рук кинжалов и явно был готов атаковать в любой момент.

— Мы пришли сюда, чтобы поговорить с вашим Хранителем, — Нэль и так стояла самой первой в отряде, да и выбрать в качестве спутников Сэру, Фенриса и Мариан было явно хорошей идеей. Наверное, именно по этой причине они не напали на них сразу же.

Эльф перед ней явно удивился заслышав чистую речь, но и была вероятность, что часть сказанных слов он попросту не понял. Долийцы цеплялись за свои знания о культуре и истории, но на деле не ведали и десятой части истины, и редко хорошо говорили на своём собственном языке.

— До нас дошли вести об Инквизиции и в частности о вас, не обращайте внимания на моего подозрительного друга, — девушка рядом с парнишкой была явно страше него и в её голосе сквозила усталось. — Мы проводим вас.

Лагерь оказался на удивление совсем маленьким, сломанные аравели закрывали своими парусами вход в пещеру, несколько эльфов собирали травы, другие же мельтешили внутри импровизированного дома, собирая припасы в коробки и тихо переговариваясь между собой. Хранитель сразу же вышел к отряду Вестницы и слегка склонил голову приветствуя соплеменницу.

— Aneth ara, друг мой. Не часто люди избираюсь в качестве предводителей, кого-то из нашего народа, — судя по настороженному выражению лица мужчины, он не ожидал их прибытия сюда. — Что привело вас к нам?

— Я ищу своего друга, он должен был найти вас, его имя Абелас, он один из Хранителей Часовых, — Нэль не была уверена, говорят ли эти долийцы на эльфийском и потом избрала общую речь.

Хавен явно не был дружелюбно настроен к Инквизиции и нисколечки этого не скрывал, хотя чем дольше они разговаривали и чем больше выполняли поручений, тем мягче становилось его выражение лица, а после того, как Нэль довольная подъехала к лагерю верхом на золотой галее и вовсе едва не пал перед ней на колени.

— Галлу редко кто может приручить без определённых знаний, тем более таких как эта, — Итирен во все глаза смотрел на смеющуюся девушку, которая уворачивалась от языка настырного животного.

— Когда была маленькой вечно гонялась за галлами, а потом они ко мне привыкли, — Ллараинэль пожала плечами и улыбнулась эльфам, которые вышли взглянуть на диковинку.

— Вот ведь эльфанутая, и даже не оскорбишь её так, она ведь правда как их назвать то, истинный эльф? — даже Сэра уже не могла с презрением отмахнуться от происхождения их Инквизитора. Нэль не была похожа на Соласа и не вызывала этой неприязни, если маг вёл себя надменно и слегка вычурно, то Вестница была такой какая она есть, не пыталась навязать свою «эльфийскость», она просто есть и всё, без излишних комментариев. Это и приглянусь Сэре в ней, но к сожалению, Инквизитор не смотрела в сторону женщин так, что было большим упущением в понимании Сэры.

Мариан усмехнулась на высказывание спутницы Нэль и покачала головой. Было сложно не согласиться с этой девушкой. Ллараинэль и правда излучала эту ауру, она не причисляла себя к другим, не вертела носом доказывая всем, что знает пару заученных эльфийских фраз — она просто была собой. Неужели и правда, клан этой девочки настолько особенный?

***

В лагерь Нэль вернулась расстроенной, и не говоря ни слова, скрылась за пологом одной из палаток. Укладываясь на свой спальный мешок, она всё пыталась понять, почему Абелас не пришёл сюда. Не поверил ей? Что-то их задержало? Они живы? С этими мыслями Нэль провалилась в тревожный сон.

Глава 60. Воспоминания о доме

Второй раз к эльфам Нэль пошла сама, никто из отряда не решился возражать, особенно когда Инквизитор смотрела на них таким тяжелым и мрачным взглядом. Она не ожидала, что её полностью отпустят саму, было очевидно что следом кто-то пойдет. Девушка не распознала следующих за ней, значит это могли быть Коул или Мариан, только они умели прятаться так умело.

Ллараинэль подошла сразу же к Хранителю. Мужчина уже не смотрел враждебно, а на губах даже появилась лёгкая улыбка, такая типичная для глав кланов — словно он жил не первую сотню лет и многое повидал.

— Если вы послушаете меня, то вам не придётся больше скитаться по этим мёртвым землям, — Нэль сразу же заговорила на эльфийском.

— Что ты хочешь этим сказать, дитя? — Хавен чуть склонил к ней голову.

— К вам должен был прийти другой эльф, но видимо что-то случилось и он не посчитал, что это нужно, — Ллараинэль вздохнула. — Идите в сторону Арлатанского леса, вы поймёте всё сами, когда окажетесь достаточно близко, — Нэль понизила голос до шёпота. — Вы должны этого желать сами, желать обрести собственный дом.

В глазах Хранителя появилась заинтересованность, но он тут покачал головой, словно вспомнив о чем-то.

— Дален, я не могу уйти, пока отряд одного из наших застрял в Изумрудных могилах.

— Я найду и передам им сведения о вашем месте пребывания, — Инквизитор уверенно кивнула и попрощавшись с эльфом, повернула обратно в сторону лагеря.

***

Ллараинэль стояла практически не дыша. Она смотрела остекленевшим взглядом на представшую перед ней картину: обугленные трупы, в которых едва узнавались эльфийские силуэты, кровь и Красные Храмовники. Сложно было поверить, что пару месяцев назад она спокойно разговаривала с предводителем этого небольшого отряда охотников, а сейчас они все как один лежат около разрушенного Храма. Это того стоило? Эльгарнан, всегда жаден до власти и даже сюда распростёрлись его ладони, вот только настоящий Храм этого жестокого бога найти не так просто, и точно он расположен не здесь. Бедные глупые долийские дети, которые считаю, что их знания о богах имеют ценность и желающие раскопать древние свитки, чтобы заполнить мнимые пробелы.

Ллараниэль было так жаль их. Ей хотелось бы помочь им, собрать под крышей своего дома и донести истину, но пойдут ли они? Многие кланы даже после посещения их города уходили. «Они просто дети сбившиеся с пути» — говорила всегда Хранительница, провожая очередной клан взглядом. Теперь Нэль понимала истинность её слов. Но может не правы они сами, что скрывают всё за железным занавесом из сложной магии?

Печальный выдох. Люди ещё не готовы принять истинных эльфов назад, они едва не загубили собственный мир получив маленький кусочек магии, что будет если им откроются другие знания, другая история. В лучшем случае начнётся новая война, в худшем новый геноцид её собственного народа.

Теплая рука легла на плечо и Нэль едва заметно вздрогнула, поднимая взгляд. Дориан с сожалением смотрел на неё. Ллараинэль не хотела жалости, но вот тёплая рука успокаивала и произнеся короткую молитву на эльфийском, девушка поклонилась и они прошли внутрь.

Было странно осознавать, что даже после победы над Корифеем, осталось ещё множество людей поддерживающих его. Наверное, не видя своими глазами смерть своего предводителя, многие считали, что он возродится вновь. Ллараинэль замерла, около одного из трупов, не успев выдернуть стрелу. Может ли это чудовище вернуться с той стороны Тени? Что-то ей подсказывало, что нет, но всё же нельзя было полностью отрицать такую возможность. Не хотелось бы снова проходить через подобные события, во второй раз может и не получиться.

Ллараинэль сжимала в руках свиток написанный на ломаном эльфийском вперемешку с всеобщим. Было тяжело понять первоначальное значение многих слов из-за этой мешанины, но чем дольше девушка вчитывалась, тем сильнее тоска разливалась в душе. Не говоря ни слова, она протянула свиток стоящей рядом Сэре, та безучастно пробежалась глазами по строкам и зевнув, передала его Кассандре, через плечо которой с текстом ознакомился и Дориан.

— Да, не завидная судьба, — маг спрятал свиток себе в мешок. — Думаю, нам стоит отдать его тому клану со Священных равнин.

Нэль кивнула.

— Почему все так обозлились друг на друга? — задала в пустоту вопрос эльфийка, всё ещё пытаясь осознать историю любящей пары.

Человек и эльф, разве велика разница для любящих сердец? Ей взгляд невольно устремился в сторону Дориана, который в очередной раз о чем-то спорил с Сэрой, перешагивая с важным видом через камни и трупы Храмовников. Нэль посмотрела под ноги. Так странно. Много ли прошло времени с их первого похода во Внутренние Земли? Девушка помнила, как впервые выпустила стрелу в живого человека, чьи глаза мгновение назад сияли жизнью, моментально потускнели стирая всё кем он был раньше. Сейчас она больше на задавалась подобными моральными вопросами — если стреляют в неё, она выстрелит в ответ не задумываясь. Постепенно характер её закалился и теперь эльфийка так просто рассуждает о мёртвых, не ощущая даже намёка на сожаление. Они бы убили и её и её друзей, так что не стоит об этом и думать. Нэль подняла взгляд и увидела в конце коридора свет, который привёл её в чувство.

***

Отряд Инквизитора расположился в самом большом лагере, обед они пропустили, но вот на ужин удалось раздобыть молодого кабана и теперь он аппетитно скворчал над открытым огнём. Для Ллараинэль поймали рыбы и тоже жарили, но на соседнем костерке. Весь отряд Вестницы сидел бок к боку и наблюдал за девушкой, которая уместилась на поляне среди цветов и плела венки, собирая в них не только разноцветных собратьев, но и сухие ветки, создавая большие короны и маленькие веночки.

— С ней точно всё в порядке? — Варрику казалось, что его больше всех заботит душевное состояние эльфийки, потому что остальные болтали, а то и вовсе делали ставки на количество сплетённых украшений и кому какое из них достанется.

— Очень на это надеюсь, — Дориан в очередной раз отпил из бурдюка с вином, которое им преподнесли жители Изумрудных могил.

Мариан окинула взглядом спутников Инквизитора и покачав головой, покинула их, присоединяясь к одинокой эльфийке на поляне.

— Уже темнеет, не хочешь вернуться к лагерю? — женщина опустилась рядом с Нэль, приминая под собой траву.

— Я же недалеко сижу, меня видно, значит хорошо, — впервые за долгое время Мари слышала, чтобы Инквизитор говорила так невнятно на всеобщем языке, словно они переместились к моменту знакомства.

Разбойница принялась за дело вместе с эльфийкой, та даже не обратила внимание на действия женщины, продолжая заниматься своим.

— Хочешь спустить их по реке? — Мари знала многое о эльфийских традициях, далеко не всё, но об этом слышала. Иногда, когда тела почивших невозможно было найти или умерли они уже давно, эльфы сплетали венок и отпускали его по реке, в память о них. Считалось, что таким образом, они дарят эти цветы умершим, чьи души навсегда ушли к истокам перерождения.

Ллараинэль замерла и тут же подняла свой взгляд на Мариан.

— Ты так много знаешь. Откуда? — она давно терзалась этим вопросом.

Слишком часто Мариан говорила о том, чего обычные люди об эльфах знать просто не могут, даже долийцы и те не обладают столь обширными знаниями.

— В своё время очень любила читать, и не сильно боялась духов, которые решались со мной на разговор в Тени, — женщина улыбнулась и стала словно на добрый десяток лет моложе, свободнее.

— Где ты могла читать такое? — Ллараинэль её ответ не удовлетворил до конца.

Неужели среди людей ходят более древние фолианты, чем принято считать. Если верить Хранительнице, то никто за пределами городов не обладает таким знанием эльфийского, чтобы читать сложные книги и предания.

Мариан медленно выдохнула, прикрывая глаза. Она понимала, что этого разговора не избежать и однажды это маленькое создание начнёт задавать правильные вопросы. Теперь, когда главный враг повержен, мысли эльфийки больше не крутились только вокруг него. Мари не была против поведать часть своей истории Инквизитору, сама удивляюсь такому раскладу вещей, но было что-то в Нэль такое, что словно бы притягивало разбойницу. Она всё время желала точно знать, всё ли в порядке с Вестницей, нет ли проблем, и откуда она пришла. Множество вопросов, ровно столько же, сколько и у эльфийки. Правда на часть из них ответить не сможет никто, разве что те старые смазанные сны о чем-то тёмном и древнем, которые посещали женщину после того злополучного похода на Глубинные Тропы.

— Прогуляемся к реке? — Нэль чуть настороженно кивнула и поднялась, беря в охапку все свои венки. — Мы недалеко, я прослежу за Инквизитором! — крикнула в сторону лагеря женщина.

Не дожидаясь ответа, они направились к реке.

— Это старая история о влюблённой девочке, которая ненавидела свои силы и боялась их, — начала Мари, когда они отошли от лагеря достаточно далеко.

Лотеринг расположен недалеко от Круга Магов Ферелдена, Храмовников часто можно встретить не только около церкви, но и в таверне и на улицах. В семье, где уже проживает два мага, третьему магу делать нечего, иначе вновь придётся менять место жительства. После стольких лет скитаний этого делать совершенно не хочется, особенно когда вся семья нашла себе дело, а соседи достаточно милы, чтобы закрывать глаза на некоторые странности в обмен на действенное лечение и более сильные припарки.

Он появился словно из ниоткуда в момент, когда был нужен. Он был эльфом. Ничем не примечательная внешность, тихий монотонный голос, но…его глаза. В них читалась вековая мудрость, а в лёгкой улыбке понимание всего мира и доброта. Он был одним из магов круга, исследователем эльфийских руин, отчего и имел право находиться вне башни, также он являлся создателем легендарных посохов. Многие маги подолгу копили деньги и собирали нужные материалы, чтобы удостоиться чести стать обладателями одной из его работ.

— Откуда же он взялся в башне Круга? — Ллараинэль чуть повернула голову в сторону присевшей рядом с ней Мариан. Они вместе начали опускать венки в воду, наблюдая за тем, как их подхватывает течение и медленно несёт дальше, забираясь с собой тоску и скорбь.

— Я задавалась этим вопросом бесчисленное количество раз, но ответа на него у меня так и не появилось, хотя предположения есть…

Их первая встреча была не самой лучшей. Она пыталась украсть у Храмовников что-то из магических книг или артефактов, и когда они едва не схватили наглую девчонку, он появился словно из воздуха, закрывая собой её силуэт, ярко выделившийся из-за повернутого в сторону телеги фонаря. Она ускользнула и думала, что больше не встретит человека в ненавистных одежках круга, но не прошло и дня, как они столкнулись на опушке леса. По его словам где-то в этих землях был скрыт один из древних храмов Фалон’Дина и предложил маленькой потерянной девочке помочь ему, взамен на обучение.

— Но как он понял, что ты маг? — Ллараинэль опустила последний венок в воду и словно бы ему задала этот вопрос.

— Всё просто, он видел, как я случайно сожгла листву под ногами и затушил её до того, как начался лесной пожар, — женщина засмеялась, но в её глазах виднелась тоска.

Что ещё было делать маленькой деревенской девочке? Конечно соглашаться, правда обучение её не волновало, а вот мысль о древних руинах с сокровищами — да. Но всё оказалось наоборот. Он явно был прирождённым учителем и год проведённый в поисках древнего храма, стал началом к принятию себя. Она училась управлять силой, даже не сразу осознав это, но его уроки были слишком интересными, чтобы так просто отказываться от них из-за обиды или недопонимания.

Когда Храм открыл свои двери перед парой, девочка уже неплохо владела стихийной магией и могла постоять за себя, но всё ещё делала множество ошибок, которые могли стоить жизни ей и тем, кто будет рядом, если она вспылит. Огромные бесчисленные залы были наполнены древними рукописями на незнакомых языках, одним из которых являлся эльфийский. Учитель прекрасно владел им и стал понемногу обучать и её, через пару месяцев девочка свободно читала любые книги, но только в пределах Храма или на поляне около него. Уносить что-либо оттуда учитель запретил под страхом смерти. Тогда мысли о лёгкой наживе уже поутихли и девочка с упоением читала и там, пока её учитель пытался понять, как открыть дверь во внутреннее святилище.

— Вот откуда мои знания о твоём мире, — Мариан улыбнулась и кивнула головой в сторону лагеря, откуда им уже махал рукой Варрик.

Ллараинэль молчала весь ужин, обдумывая рассказ женщины. Затерянные Храмы бывших эванурис были раскиданы по всему Тедасу, один был у них — Храм или правильнее будет сказать Дворец Митал. Возомнившие себя богами в своё время настроили себе собственные крепости, дворцы и замки, по приданиям найти внутреннее святилище может только потомок или же нареченный соответствующего бога. Видимо учитель Мариан этого не знал и поэтому тщетно пытался открыть последние двери, где располагалась сфера. Сфера! Им нужно вновь найти этот Храм и сделать так, чтобы никто не смог так легко наткнуться на него и войти внутрь. Кто знает, кого именно могут выбрать боги в качестве своих посредников. Фен’Харел избрал явно не самого лучшего из людей, Корифей конечно оказался достаточно сильным, чтобы суметь справиться с силой сферы, но и настолько же опасным из-за своих амбиций и странного представление об идеальном мире.

Нэль задумалась над тем, не сделают ли они хуже тем, что попытаются найти этот Храм? Может им лучше и вовсе оставаться забытыми и потерянными. Случайные путники даже наткнувшись на них, не смогут войти и тем более украсть сферу, а если сами эванурис пошлют своих потомков, то тут не поможет и вся армия Инквизиции. Не буди лихо…

— О чем задумалась? — Дориан сидел напротив девушки и внимательно следил за эмоциями, проявляющимися на её лице. Сначала в глазах читалась решимость, потом она сменилась сомнением и в итоге пришла грусть.

— Златичка, — Варрик повернул голову в сторону Вестницы и встретился взглядом с золотыми глазами. Гном не выдержал и вздохнул. — Тут ничего нельзя было поделать, отряд этих эльфов сам решил пойти на такой риск, твоей вины точно в этом нет.

Ллараинэль на мгновение застыла. Они думают, что она так сильно распереживалась из-за малоизвестных ей эльфов? Нет, ей конечно было их жаль, но с Варриком она была согласна. Как же забавно поворачивается жизнь, она с такой легкостью теперь может рассуждать о ценности чьего-либо существования. Нэль почувствовала, как холодок прошёлся вдоль позвоночника. Она не хотела стать такой же бесчувственной, как её враги, она обязана до конца оставаться собой. Но какой она была на самом деле? Убийца, Вестница Андрасте, Инквизитор — за последнее время Нэль сменила столько званий, что уже не была уверена, а кем она была до этого, до того как украла лук и одну из лучших галл, которая погибла при взрыве. Осталась ли она собой?

***

— Следующая остановка Морозная котловина? — Мариан подошла к Нэль, которая укладывала свои вещи в мешок.

— Думаешь хорошо идти прямо отсюда и не заходить в Скайхолд? — девушка подняла взгляд на Защитницу, та в свою очереднь приподняла брось, явно удивлённая вопросом.

Ллараинэль не знала почему, но ей захотелось задать этот вопрос именно Мариан, казалось, что Защитница после последнего разговора стала ещё чуточку ближе к ней. Может это иллюзия того, что женщина знала так много о её собственном народе, а может дело в тех снах, где неизвестный мужчина смотрел на неё такими же лириумными глазами. Мариан в свою очередь и правда была удивлена вопросом, обычно Нэль если и советовалась с кем-то, то только со своими спутниками и в первую очередь с этой Искательницей. Разбойница едва заметно улыбнулась. Может у неё и выйдет подобраться к Инквизитору ближе, чтобы узнать почему в глазах цвета золота, так часто отражается неумолимая безысходность, а в снах всё чаще женщина видит потерянно духа, в честь которого назвала свою дочь.

— Знаешь, если верить отчётам вашей Хардинг, то там уже развернулся достаточно большой исследовательский пункт, — Мариан бросила взгляд в сторону идущего к ним мага. — Поэтому будет где устроить удобное ложе на двоих, — подмигнув подошедшему тевинтерцу, женщина ехидно усмехнулась и скрылась за пологом своей палатки, собираясь сложить и свои вещи.

Дориан проводил Хоук слегка удивлённым взглядом, но не придал никакого значения её подмигиванию и смешку. Эта женщина вечно шутила и ехидничала, прямо как он, и это несколько задевало гордость мага. Она не могла занять его великий пост самого остроумного спутника Инквизитора, он всё ещё не разговаривал с Вивьен по причине её нелестных отзывов о его внешнем виде, а тут разбойница пытается отнять ещё и внимание его Вестницы. ЕГО. Дориану захотелось ударить себя по лбу, но он ничего не мог поделать с тем, что эта мысль не просто возбуждала, но и дарила некое удовлетворение и счастье. Это прекрасное златовласое чудо и правда может принадлежать ему, осталось только придумать как это сделать.

Вырвавшись из своих мыслей, Дориан заметил, что Нэль с паникой во взгляде смотрит на палатку Защитницы, и только после этого до мага дошёл смысл слов последней. Неужели и правда весь Скайхолд уже в курсе? А имеет ли это значение?

— Куда дальше, госпожа Инквизитор? — Дориан улыбнулся девушке, она едва заметно вздрогнула и перевела взгляд на мага.

Ллараинэль кивнула в сторону остальных спутников и мужчина понимающе хмыкнул, направляясь вслед за девушкой. Нэль встала около разложенной карты, остальные столпились вокруг, Мариан успела присоединиться к компании и теперь стояла точно позади девушки, положив свой подбородок ей на макушку. Вестница хотела было возмутиться, но это нарушение личного пространства к огромному удивлению девушки, нисколько не раздражало, как и тогда в Скайхолде, кода они делили узкую кровать на двоих. Эта странность несколько пугала, но пока Нэль решила не придавать этому значения и спокойно продолжила вести пальцем по карте со сложными каракулями, которые люди называли языком. Она быстро нашла Морозную Котловину с ярко красным маркером и задумчиво постучала по нему.

— Пойдем сразу туда, — произнесла Инквизитор, никаких возражений не последовало и она продолжила. — Хочу пройти здесь, чтобы не идти через горы. Немного обойдём по этим землям.

Ллараинэль провела пальцем вдоль кромки с обозначением Неизведанные Земли. Интересно, для людей места откуда она пришла тоже неизведанные? Или люди просто обходят их из принципа безопасности?

— Инквизитор, это может быть опасно, в тех землях мы можем легко заблудиться, там нет троп и городов, а также большая вероятность наткнуться на диких авваров, — Кассандра свела брови к переносице. — Я думаю, вы не забыли чем закончился наш последний конфликт с ними, и если в Морозной Котловине нам удалось договориться, по крайней мере на время, то там нас не ждут.

— Согласна, мы едва ли разберём путь и если пропадём там, то нас уже никто не найдёт, — Вивьен сложила руки на груди. — И я почти уверена, что там очень грязно без троп и дорог.

— А до этого мы выхаживали по орлесианской плитке, — фыркнула Сэра и приобняв за плечо Инквизитора, почти в самое ухо произнесла ей, — я вроде не шибко любитель новшеств, но если честно интересно, что может быть на самой границе неизвестного.

Ллараинэль покосилась на эльфийку и улыбнулась ей так, словно они вновь задумывали шалости подобные тем, что провернули в Скайхолде.

— Опасно, ночь темнее с каждым днём, может там они, Арборская глушь, тропы подобные тем, что уже хожены мной, — Коул появился рядом с эльфийками и Сэра не сдержав визга, отпрянула подальше от этого странного паренька, который пугал её.

Взгляды всех переместились на Инквизитора, которая закусила губу. Она на мгновение прикрыла глаза, чтобы собраться с мыслями и объяснить почему так хочет пройти по другую сторону гор.

— Давайте так, мы двинемся небольшим отрядом, если вы не получите весточку от нас через неделю, то будете знать, что с нами что-то случилось, — Ллараинэль обвела взглядом спутников. — Ну, так…кто хочет прогуляться по эльфийским лесам? — девушка робко улыбнулась.

Большая часть отряда изъявила желание двинуться вместе с Инквизитором, другая часть тщетно пыталась переубедить девушку. Спустя практически час они разделились и двинулись в разных направлениях — один отряд ушёл в Скайхолд, другой в Морозную котловину. По расчётам отряду до крепости Инквизиции было идти дальше, но по известным дорогам и на лошадях они могли продвигаться куда шустрее, чем отряд Инквизитора. А вот Вестница настояла на пешей прогулке, мало ли какие пути им попадутся, лошади могут там и не пройти, а бросать бедных животных не хотелось.

***

Дориан соорудил себе из непонятно откуда взявшихся листов веер и беспрерывно обмахивался им, с периодичностью ворча на тему того, что у него дома это делали слуги. Но заметив брошенный в его сторону злобный взгляд Сэры, которая кивнула на Вестницу, тут же замолчал. Он всё время одёргивал себя, когда дело касалось воспоминаний о доме. Маг не хотел расстраивать Нэль, ведь было непонятно какое время им придётся провести порознь, пока ему не удастся забрать Инквизитора с собой. Ему и самому была неприятна эта мысль, но процесс был уже запущен, а письма друзьям отправлены. Совсем скоро он отправится в место, которое некогда называл домом. Единственное на что ему приходилось надеяться, что Ллараинэль не станет делать глупостей. Мужчина не знал, может ли поговорить с кем-то на эту тему без упоминания причин такого беспокойства, от этого становилось ещё более гадко на душе. Он не хотел уходить и это пугало куда сильнее самого расставания. Что-то внутри мага так и кричало, предчувствие или же банальное беспокойство, но он даже начал видеть странные сны. Если раньше в Тени он встречал духов и демонов, которые пытались соблазнить его лёгкой добычей, то теперь к Дориану приходила странная женщина одетая в лёгкое золотисто-белое платье и просила позаботиться о Вестнице.

Сколько маг не ломал голову, но он никак не мог придумать, кем могло являться это создание, сотканное из лучей света и с тонкими рогами на голове, украшенными позвякивающими при движении серьгами. Даже в книгах Дориан не натыкался на кого-то подобного. Это не была косситка или демон похоти. Она вообще не была похожа ни на кого и неизвестность пугала и раздражала.

Дориан сбился с мысли, когда споткнулся о корень дерева и едва не полетел носом вперёд, спас его от падения Бык, который сразу же начал громко смеяться. Ллараинэль обернулась и посмотрела на застывшую парочку, она лишь покачала головой на это и тут же развернувшись, чуть не упала сама, угодив ногой в яму. Теперь смеялся уже Варрик, правда более добродушно нежели коссит. Сэра свистнула откуда-то сверху и все дружно задрали головы, чтобы увидеть, как эльфийка прижимает палец ко рту. Похоже она увидела кого-то впереди.

Ллараринэль моментально замерла и одним слитным движением присела, не издавая ни лишних звуков не привлекая ненужного внимания. Дориану на мгновение даже показалось, что она на мгновение растворилась в лучах заходящего солнца. Девушка чуть прищурилась и заметила вдалеке едва уловимые проблески теней, кто-то двигался неспешно, но бесшумно, сливаясь с окружением. Послышалось бормотание. Нэль осторожно вытащила лук и стрелу, готовясь в случае чего защищаться. Мариан по левую сторону от неё нахмурилась, сжимая в руке свой странный кинжал, её губы едва заметно шевелились, словно она читала заклинание. Увиденная ими тень остановилась и град стрел моментально обрушился на отряд.

Глава 61. Не сказанные слова

Щит подняли сразу двое — Мариан и Дориан, они сделали это практически одновременно, среди двух барьеров привычно голубоватых цветов мелькнуло золото. Мари кинула взгляд в сторону Инквизитора и увидела, как девушка неосознанно закрыв глаза окружила себя защитой, которая вклинилась в их барьеры. Магия Защитницы тут же отозвалась на всплеск силы со стороны Инквизитора и словно бы потянулась вслед за ней, изменяя голубоватый цвет на темный, но не успели они соединиться, как послышались крики со стороны нападавших.

— Эй, остроухие, прекратите! Кого, камень вас подери, могло ещё занести в такую даль кроме таких же отбитых как вы? — грубый голос явно принадлежал гному, но вот крик был обращён к эльфам. Больше стрелы не летели в сторону отряда.

— Ты кого отбитым назвал, коротышка? — в низком женском голосе слышался акцент, какой некогда был у Вестницы.

Ллараинэль тут же встрепенулась и во все глаза уставилась вдаль, первый голос был смутно знаком ей, но она никак не могла вспомнить кому он принадлежал.

— Огрен? — голос Варрика прозвучал слишком громко даже для лесной тишины.

Последовала заминка, в которой кто-то явно ругался на гномьем и эльфийском, после чего послышался шорох травы и звучный голос.

— Кто вы? Покажитесь, — тот же акцент, только в этот раз мужской голос.

— Атаран, ты с ума сошёл, Абелас сказал не высовываться без нужды и не выходить за пределы барьера, им сюда всё равно не пройти, — вновь тот же женский голос.

Ллараинэль услышав чистую эльфийскую речь и имя Часового тут же поднялась во весь рост, поднимая руки.

— Мы не враги, мы из Инквизиции и знакомы с Абеласом! — Нэль старалась придать голосу больше уверенности, но из-за нетерпения голос слегка дрожал.

— Постойте это разве не… — Огрен не успевает договорить, как его речь тут же прерывает звонкий голос Сигрун.

— Инквизитор, мы так рады вновь с вами встретиться, не могли бы вы попросить этих милых эльфов перестать тыкать мне в горло мечами, жутко не удобно идти в таком положении!

Ллараинэль смотрела прямо перед собой и через мгновение марево опустилось и перед взором предстала странная картина. Два гнома и человек стояли в окружении эльфом, часть охотников в подобающих стойках расположились на ветвях деревьев и сжимали в руках луки, видимо именно они обстреляли отряд Инквизитора.

— Что за чушь, я слышу их смутные голоса, но не вижу где они, — Нэль подняла голову и увидела, что Сэра смотрит в том же направлении, но судя по всему ей отряд из эльфов и спутников Стража-командора был не виден.

— Я их вижу, — голос Ллараинэль прозвучал даже для неё слишком отчуждённо, словно и не она произносила эти слова.

Раньше её пугали такие перемены, но уже минуло столько времени с момента её становления Инквизитором, что подобный уверенный тон нужно было бы счесть обыденностью. Вот только саму девушку он больше пугал, чем вызывал гордость.

- Это невозможно! — неожиданный выкрик со стороны эльфа. — Щит должен скрывать нас, даже от долийцев.

Похоже Абелас не говорил с ними о встрече с Инквизитором в том Храме. Ллараинэль устало выдохнула. Либо эльф не воспринял её всерьёз либо не посчитал нужным делиться пока знаниями с другими.

— Когда вы виделись с Абеласом в последний раз? — Нэль посмотрела прямо в глаза предполагаемого командира этого отряда.

Какое-то время эльф молча всматривался в свою собеседницу. Между ними было приличное расстояние, но даже так мужчина явно хорошо видел Ллараинэль. Его взгляд скользил по её лицу, по доспехам и в конечном счёте остановился на луке, что она сжимала в руке.

— Ты говоришь как мы, даже лучше, — медленно и задумчиво произнёс эльф. — Судя по всему ты и правда знаешь наших Часовых, но это не делает нас союзниками. С момента, как они пробудились и ушли на защиту Храма прошло много времени, и по его словам именно шемлены рыли носом те места.

Ллараинэль нахмурилась. Получается, после встречи с ней Абелас так и не вернулся к своим, но самое главное, ей он про этих «своих» тоже не сказал. Может опасался, что кто-то может их подслушать и прийти за его людьми.

— Те, кто пытался пройти в Храм и унести знания из него уже повержены, — Нэль только сейчас осознала с каким удовольствием говорит на своём родном языке, когда она встретилась с Абеласом обстановка была не та, чтобы задумываться над такими вещами, а теперь…ей так нравилось, как звуки формируются на языке и мягко собираются в слова. — Источнику больше ничего не угрожает, и если Абелас не вернулся, — эльфийка запнулась. — Что-то могло случиться.

Какое-то время стояла тишина, слышалось только шуршание листьев и щебет птиц. Отряд Инквизитора полностью обступил девушку со всех сторон, и судя по их выражениям лиц и тому как метались взгляды, они всё ещё не совсем понимали куда смотреть и с кем говорить. Интересно, она их видит потому, что жила в подобном месте или есть другая причина? Нэль посмотрела на Защитницу, которая стояла дальше всех от неё. Взгляд лириумных глаз смотрел точно в цель и не похоже, что женщина была в растерянности. Она оценивала ситуацию, чуть прищурив глаза не отводила своего взгляда от оружия эльфов. Чтение книг из древних библиотек не могли дать такую способность, Мариан сама того не осознавая, являла собой не простого человека. Ллараинэль решила подумать об этом позже и вновь повернулась к эльфам.

— Это ваши люди? — мужчина дёрнул Огрена за плечо, выставляя его перед собой.

— Да, — Ллараинэль кивнула.

— Мы не можем отпустить вас так просто, кроме эльфов никто не имеет права знать о расположении поселения, мне очень жаль, — в голосе мужчины не было и намёка на раскаяние.

Нэль понимала, что нужно было срочно что-то предпринять иначе их всех перебьют. Вернее точно убьют гномов, а вот у её отряда есть шанс сбежать, но она никогда не простит себе потерю друзей сестры. Точно!

— Я вас прекрасно вижу, потому что сама являюсь выходцем из подобного поселения! — Ллараинэль едва не выкрикнула эти слова, она совсем забыла, что Абеласа здесь не было и он не рассказал своим людям о ней.

Нэль не знала, на самом ли деле так работает защита эльфийских поселений, но была уверена, что и охотники не понимают, как работает их щит. Эльфы зашептались между собой. Они стояли слишком далеко, чтобы Ллараниэль могла разобрать слова, но по тону было понятно, что они засомневались.

— Судя по тому, что вас нашёл уже второй отряд, который не стремился попасть к вам — защита ослабевает и вам самим небезопасно находиться здесь, — Икнвизитор вновь заговорила на эльфийском, чтобы дать понять противникам, что они могут стать союзниками, ведь мало кто из долийцев мог разговаривать так же как и она. — Я могу помочь! — Нэль подалась вперёд, но тут же прямо перед её ногой воткнулась стрела. Девушка выдохнула, она понимала их опасения, как никто другой. — Если Абелас с Часовыми не вернётся, вы сможете сами покинуть это место и присоединиться к нам, я точно знаю несколько семей, которые уже сделали так. Тишани, Каралис — их имена говорят вам о чём-то?

Девушка эльфийка во все глаза сначала посмотрела на предводителя отряда, а потом на Инквизитора, словно она не верила в услышанное. Она распахнула глаза, переводя свой удивлённый взгляд с мужчины на Нэль и ждала, когда он уже ответит их противникам.

— Откуда ты можешь знать их? Это невозможно, — мужчина нахмурился. — Они покинули город больше пятидесяти лет назад с одной целью — помочь долийцам, просветить, как они говорили, заблудших детей Баланса и вернуть их души к Сферам.

Ллараинэль всё же сделала шаг вперёд, в этот раз её не пытались остановить.

— Они и правда пришли с долийским кланом к нам, в обитель Времени и до сих пор живут среди нас, — Ллараинэль вытянула руку с луком вперёд. — Вы должны знать об оружии из Храма, если являетесь древними.

Отряд вышел из завесы и теперь остальные спутники Инквизитора тоже прекрасно видели эльфов, которые вели гномов под руки. На их лицах всё ещё читалось недоверие, но теперь они уже не пытались напасть. Всё произошло слишком быстро. Они кинули гномов к ногам Ллараинэль и тут же скрылись за щитом, полностью исчезнув даже для взора эльфийки.

— И что это было? — Варрик помог подняться Сигрун.

Ллараинэль покачала головой и устало выдохнула. Это и правда было очень странно. Они подошли очень близко к щиту и даже смогли увидеть находящееся за ним, до этого туда каким-то образом пробрались гномы, а значит…что-то начало происходить с установившимися потоками магии. Был ли виноват в этом Корифей и разрывы, что ещё возникали в разных уголках или же постарался кто-то другой, было непонятно. Нэль решила, что подумает над этим позже и кинув последний печальный взгляд в сторону предполагаемого поселения, выдвинулась вместе со своим отрядом дальше.

***

Ллараинэль легко перескакивала с камня на камень минуя особенно большие участки болота. Где-то позади слышалось ворчание Дориана и задорный смех Железного Быка, Сэра флиртовала с Мариан, которая похоже не сильно была против подобного поведения эльфийки, а Варрик рядом изредка посмеивался над особенно остроумными ответами женщины. Нэль казалось, что её спутники находятся где-то далеко позади неё, но при этом она точно знала расположение каждого из них, словно на подсознательном уровне ощущала их движения.

«Она просыпается, ещё немного и мир вновь увидит давно потерянное солнце», — едва различимый шёпот.

Нэль затормозила. Её обучали магии в Скайхолде все, кому было не лень и поэтому она прекрасно знала, что голоса в голове могут обозначать приближение к демону или духу. Ллараинэль обернулась, её спутники отстали достаточно сильно, но всё равно были в пределах видимости и по их лицам не было заметно, что они почувствовали демона. Мариан и Дориан оставались абсолютно спокойны и не взирали на неё с тревогой. Эльфийка сосредоточилась, но никаких отголосков не последовало, голос молчал и не было даже намёка на чужую силу в округе. Может почудилось?

Ландшафт постепенно менялся: болотистая местность земель Коркари, в которые они случайно вышли из заповедного леса, сменялась высокими деревьями. Ллараинэль прищурилась рассматривая вдалеке начинающийся лес. Он до боли был похож на её, правда всё равно немного уступал по размерам. На таких стволах не построишь домов, хотя что-то и можно было соорудить, но оно бы не шло ни в какое сравнение с тем, что было дома.

Сердце неожиданно защемило от тоски. Ллараинэль думала, что не будет скучать по дому, ничего не держало её там и будучи Инквизитором она была куда успешнее и завела множество друзей. Но вид этих исполинских деревьев пробудил давно забытые чувства, которые скорее всего были слишком сильно приглушены валласлином. Лёгкие наполнил аромат цветов, щебет птиц сливался с шелестом листьев создавая знакомую картину — перед глазами Вестницы предстала поляна усыпанная фиолетовыми цветами, среди которых скрывались точно такого же цвета птицы.

— Aranel*-Llarainel, — он часто звал так, хотя сама девушка была против подобного прозвища, но никак не могла переубедить друга перестать.

Нэль обернулась на зов, забавно надув губы. Алларос стоял перед ней в полном облачении Охотника. Этот вид заставил эльфийку забеспокоиться. Она понимала, что её друга обучают на шпиона ради блага народа, но разве ему ещё не рано надевать подобные одежды? Золотые брови сошлись на переносице.

— Хранительница созывает всех на собрание, думаю не мне говорить о том, что опаздывать на подобные мероприятия не вежливо, — лёгкая едва различия улыбка и исчезнувший из глаз лёд.

Многие девушки были влюблены в Аллароса очарованные именно его глазами цвета пасмурного неба, в которых редко можно было прочесть эмоции парня. Над левым глазом виднелся небольшой шрам пересекающий бровь, пепельные длинные волосы как всегда были собраны в неаккуратный пучок, который уже наполовину распался. Сколько Ллараинэль не учила парня ухаживать за своими волосами, ему это так и не удалось. Насторожило Нэль его одеяние в виде перекинутой через плечо шкуры волка — подобное надевают, когда просят Ужасного Волка о сопутствии в дороге. По легендам именно так одевался сам маг, когда собирался в далёкие странствия.

Алларос посмотрел вниз, словно окидывая себя взглядом и выдохнул.

— Сегодня я ухожу, в людском мире перемены, о которых должны знать и мы, — в голосе эльфа Нэль услышала нотки вины и это было странно.

Да он должен был уйти на какое-то время, но не навсегда, а всего лишь собрать информацию важную для их поселения и вернуться. Почему же тогда его голос звучит так странно?

— Почему именно ты? — разве не был он слишком молод для подобный миссии?

— Я быстрее всех и лучше остальных понимаю всеобщий язык, — с этим нельзя было поспорить, но скорее всего главной причиной являлось испытание. Если Алларос проявит себя на этом задании, то совсем скоро получит звание и почёт, о таком мечтал каждый юноша вступающий в ряды Охотников.

— Хорошо, я скоро приду, — Ллараинэль кивнула другу, но он остался стоять на месте, хотя девушка была уверена, что он пришёл лишь для того чтобы передать ей о собрании. — Алларос?

Эльф едва заметно вздрогнул услышав своё имя из её уст, он словно бы хотел что-то сказать, но никак не решался и по итогу просто развернулся и исчез среди деревьев.

Вспоминая сейчас об этом, Нэль понимала о чём хотел сказать ей друг, но она наверное спугнула его своей отрешённостью, за которую стоит винить её собственную мать. Теперь Алларос был свободен от договора и мог спокойно продолжать жить не думая о судьбе златовласой эльфийки, по крайней мере так считала сама Нэль.

— Чего стоим? — Дориан возник неожиданно.

Эльфийка подпрыгнула и тут же была поймана за руку, едва не свалившись с камня, на который забралась, чтобы не угодить ногой в болото.

— Ты чего пугаешь златичку? — Варрик появился из-за спины мага держа Бьянку на плече.

Неужели она так сильно задумалась, что даже не заметила, как подошли её спутники? Это было опасно и глупо, так подвергать себя и других опасности. Похоже Варрик решил, что она замерла из-за того, что заметила впереди врагов и сразу же вооружился своим любимым арбалетом.

— Простите, немного задумалась, — Ллараинэль ещё раз глубоко вздохнула и окинув беглым взглядом мага рядом с собой, улыбнулась и отряд продолжил путь.

***

— Это, конечно, не дома моей мечты, но тоже не плохо для шемленов, — Ллараинэль с неприкрытым интересом изучала постройки лагерей Инквизиции на деревьях.

Она осталась тут вместе с Дорианом и Быком, пока остальная часть отряда решила прогуляться и заодно выполнить пару важных заданий. Своего командира они уговорили остаться отдохнуть после столь длительного перехода, правда не сразу — вначале девушка все же сбегала по нескольким поручениям, и вот теперь они благодаря этому оказались достаточно далеко от основного лагеря. Люди Инквизиции работали быстро и поэтому несколько лагерей на деревьях было разбито уже до их прибытия. Нэль тут же вспомнились их первые вылазки, когда они оставляли специальные ориентиры для людей Хардинг, а сами спали в палатках, а порой и просто в мешках под открытым небом. Всё это теперь казалось таким далёким, особенно после спален Халамширала и обновлений в Скайхолде. Теперь она жила как обычный человек, если так можно было сказать про эльфа.

— Инквизитор, — Сигрун появилась на подъемнике вместе с Огреном, который опять выглядел пьяным. — Мы кое что раскопали про Стражей, что обитали в этой области. Достаточно интересно, но всё равно даже не близко к нашим поискам, мы не будем злоупотреблять вашим гостеприимством и двинемся дальше. Всё же наша главная цель — Коркари, хотя встретить тех милых эльфов, тоже было весело.

— Милых? Да ты издеваешься! Они чуть не проткнули нас сходу стрелами, — Огрен отхлебнул из бурдюка. — Если от вашей сестрёнки получим новости тут же передадим, но выдвинемся утром, я устал как вол.

С этими словами Огрен завалился в ближайший дом и спустя мгновение оттуда послышался громкий храп. Сигрун вместе с Нэль проследила за этим действием и тут же их взгляды пересеклись и девушки улыбнулись друг другу — гномка немного виновата, словно извиняясь за напарника, эльфийка же понимающе. Многие её спутники любили выпить после особенно тяжелых походов и это значительно увеличивало громкость их сна.

— Не переживайте, я с вашей сестрой прошла через многое, думаю с напыщенными ублюдками из Андерфелса она уж как-нибудь справится, тем более она там не одна, — Сигрун похлопала эльфийку по плечу. — Пожелайте нам удачи, Кейтлин всеми силами старается найти противоядие не только для себя, но в первую очередь для других Стражей и заражённых скверной.

Ллараинэль понимающе кивнула и пожелала гномке доброй ночи.

— Думаю и тебе пора отправляться в кровать, — Дориан вышел из-за дерева и поравнялся с Инквизитором.

Ллараинэль отметила, что в последнее время это действие повторяется всё чаще. Маг подходит к ней, словно собираясь что-то сказать, но они стоят молча. Прямо как тогда с Алларасом.

— Я знаю, что ты хочешь мне сказать, — девушка медленно пошла в наиболее уединённую часть лагеря, теряясь между ветвями деревьев и тенями от гор.

— Ох, неужели наш Инквизитор теперь обладает и даром чтения мыслей? Ай-ай-ай, магия крови это плохо, — в голосе Дориана слышалось плохо скрываемое волнение.

Нэль на самом деле впервые удалось распознать в голосе мага такую нервозность, обычно она долго ломала голову — шутит или говорит правду. Отчего-то от этого факта стала теплее на душе. Значит не только она одна так переживает по поводу этого расставания, значит Дориан и правда её любит. Последнее слово вызвало такую бурю эмоций, что ветка на дереве зажглась сама по себе.

— Инквизитор, я же пошутил! — маг махнул рукой туша листья. — Нэль, — интонация мгновенно изменилась, теперь Дориан звучал виновато. — Мне и правда тяжело это делать, теперь. Я…

— Понимаю, — Ллараинэль перебила альтуса.

Он неправильно растолковал её вспышку эмоций и похоже решил, что она разозлилась, можно было на этом сыграть. Эльфийка раньше не замечала за собой столь странных игривых мыслей, но они совершенно не пугали, скорее приносили толику радости в столь мрачные будни.

— Скажи, — она полностью повернулась к магу и посмотрела прямо в его оливковые глаза.

На мгновение Дориан растерялся. Он не совсем понимала к чему клонит эльфийка. Сказать что? Она вроде и сама догадалась, что он хочет вернуться домой в ближайшее время, но по её взгляду было видно — Нэль ожидает далеко не тех слов, о которых он подумал. В золотых глазах играли лучи заходящего солнца и казалось, словно они пылают изнутри, отчего жар внутри самого мага разыгрался не на шутку. Хотелось резко наклониться и поцеловать эту наглую эльфийку, прижать её к дереву и вытрясти всю душу, но слишком близко слышались разговоры людей Инквизиции.

— Ma'arlath, — едва шевеля губами произнесла Ллараинэль.

От звука её голоса по спине мужчины пробежал холодок и предыдущие мысли стали ещё более навязчивыми. С опозданием до Дориана дошёл смысл этих слов, он уже который месяц изучал этот казалось бы мёртвый язык и значение этой фразы знал наверняка. Теперь стало понятно чего хочет эльфийка. Слова, что сорвались с её губ звучали так естественно, но сам маг совершенно не мог заставить себя произнести нечто подобное. Он часто ласково звал её аматус, но вот настоящее признание никак не хотело формироваться на его языке. Это пугало. Словно после этой фразы всё изменится настолько сильно, что уже ничего нельзя будет изменить. Трус? Может быть, но не хотелось говорить подобное через силу. Магу казалось, что и действий достаточно, чтобы понять его отношение к этому златовласому созданию. И как всегда он решил действовать.

Поцелуй был лёгким и нежным, лёгкая магическая рябь скрыла пару от посторонних глаз на мгновение. На мгновение, которого хватило, чтобы Ллараинэль поняла одну важную вещь — с ним всё будет в порядке, даже когда её не станет, что случится уже совсем скоро. И вместо истерики и ругани, которую ожидал Дориан, она лишь печально улыбнулась ему и положила голову на плечо.

— Aa’ lasser en lle coia orn n' omenta gurtha**, — Дориан не был уверен слышит он голос эльфийки или же шелест листьев.

Фраза звучала так завораживающе, что маг не сразу заметил отсутствие Ллараинэль. Девушка исчезла вместе с последними лучами заходящего солнца. Если бы кто-то сказал ему, что это будет их последняя возможность нормально поговорить, он бы ударил себя сказал этому чуду всё, что накопилось в душе. То как важно для него её существование, как ему не хватает прикосновений её рук, как ему нравится её улыбка и милый эльфийский акцент. То как он любит её…

*принцесса **Пусть листья твоего дерева жизни никогда не пожелтеют

Часть 62. Пустые покои дома твоего

Ллараинэль сидела в своём кабинете и крутила в руках подвеску Безделушка подобранная в пещере и мысли были вовсе не о ней. Многие думали, что именно она стала первым эльфийским Инквизитором, вот только это было не так. Нет, Нэль не чувствовала себя обиженной или ущемлённой из-за данного факта, скорее из-за того, что и правда — никто и не вспомнит кем она была через пару лет. От этого стало неприятно. Она отказалась от многих привычных ей вещей, рисковала собственной жизнью и всё ради того, чтобы люди даже не вспомнили была ли она человеком или эльфом. Несправедливость короткой памяти слишком быстро живущей расы.

Хлопок двери вывел эльфийку из раздумий. Она знала, кого именно привела нелёгкая в этот тёплый спокойный вечер — Дориан. Маг был единственным, кто заходил в её покои без стука, да и это была их последняя совместная ночь перед его отъездом. Последняя…это слово неприятно отдавалось где-то в груди, но девушка ничего не могла с этим поделать. Метка никуда не исчезнет с её руки, а Дориану слишком важно начать изменения в своей стране. Она понимала его мотивацию и всё же было безмерно жаль — у них оказалось так мало времени, чтобы побыть вдвоём. Последние пару недель маг и вовсе не отходил от девушки придумывая для остальных всё новые и новые причины. Нэль лишь оставалось удивляться изобретательности тевинтерца. Правда она была практически уверена, что некоторые обитатели Скайхолда уже давно догадались об истинном положении вещей.

— Доброго вечера вам, госпожа Инквизитор, — маг появился на лестнице, держа в руках тарелку с закусками и бутылку вина.

Ллараинэль не пила вина, но от любимых сыров и закусок с рыбой отказаться не могла. Голова девушки удобно устроилась на плече мага, который с упоением рассказывал какую-то очередную историю из своего прошлого. В камине потрескивали поленья, а с гор дул на удивление приятный и тёплый воздух, словно они сидели и вовсе не в Морозных горах, а где-то на тёплом побережье. Сначала их близость началась на столе, и потом уже продолжилась на ковре перед камином, и вот сейчас усталые они сидели подпирая друг друга плечами. Легкая льняная рубашка приятно прилегала к коже, а голос Дориана придавал этой ночи ещё больше магии, словно он и не говорил вовсе, а читал одному ему известные заклинания.

— Не беспокойся, эта поездка не продлится слишком долго, — болезненная тема. — Мне нужно разузнать кое-что, понять кто готов присоединиться, помимо Феликса и Мэйварис, — смешок. — Со временем я может даже смогу добиться такой же популярности, как и вы госпожа Инквизитор, — лёгкое касание пальцами левой кисти, чуть выше зловеще расползающейся метки.

Ллараинэль слышала в голосе мага воодушевлённость и уверенность, которые успокаивали девушку. Он будет в порядке, чтобы с ней ни случилось.

— И тогда вы сможете без стыда спокойно проехать через врата Минратоса и встретиться со своим возлюбленным, — снова тёплый смешок, маг переплёл их пальцы, Нэль едва заметно вздрогнула.

К сожалению, от мага это не укрылось и он обеспокоенно перевернул её ладонь к верху и застыл, внимательно всматриваясь в метку.

— Нэль, — странный холод в голосе, — ты говорила, что метка тебя больше не беспокоит и не распространяется.

Ллараинэль прикрыла глаза, пытаясь быстро придумать достойное объяснение тому, что темные вены продолжили свой путь, приближаясь к самому краю ладони, готовые в любой момент перейти в дальнейшее наступление.

— Так и есть, — ложь во благо. — Но всё же для полного восстановления мне нужно пройти лечение, так Андерс говорит, — Ллараинэль подняла взгляд от огня и посмотрела прямо в глаза мага. — Как только закроем разрывы в пустыне, я отправлюсь в свой клан, чтобы Хранительница окончательно помогла мне вылечить этот недуг. Помнишь, я говорила, что та странная женщина посоветовала мне, думаю стоит воспользоваться таким ценным предложением. Да и дома я не была очень давно, — Нэль постаралась улыбнуться как можно искреннее и теплее.

Похоже это немного успокоило мага и он окончательно расслабился.

До самого утра Дориан никак не мог уснуть, странное беспокойное чувство гложило его изнутри. Взгляд то и дело падал на едва мерцающую в темноте ладонь, спящей рядом с ним девушки, а в голове то и дело всплывал голос молящий его о помощи. Маг совершенно не волновался о своей поездке домой, не чувствовал тревожности, только предвкушение от встречи со старыми друзьями, перебирал в голове последовательность действий и контактов, которые было бы неплохо наладить. Не без помощи Сестры Соловей он обзавёлся ими. Вот только в душе то и дело возрождался страх, словно если он отпустит ладонь Нэль сейчас, то больше никогда не сможет её сжать вновь.

Дориан посильнее прижал к себе расслабленную во сне эльфийку и зашептал под нос молитву, в которую никогда не верил. Он словно заклинал, чтобы это создание навсегда осталось здесь и когда придёт время, присоединилась к нему в Тевинтере. Пусть их встречи будут тайными и редкими, пусть они будут порознь большую часть времени до этого «когда-то», и всё же он верил в успех как никогда прежде. Может это влияние Ллараинэль или же собственная завышенная уверенность, магу было не важно. Они пройдут через это вместе и будут жить «долго и счастливо» в новом прекрасном мире, где Золотой Город возвышается над прекрасным зелёным плато, а Черный Город раздувает свои горны для создания новых золотых статуй.

***

Они расстались на рассвете. Тихий всхлип в плечо и крепкие объятия, обещания о скором возвращении, множестве писем, которые ей придётся научиться читать самостоятельно и пожелания о скором воссоединении с семьей.

Около главных ворот собрались все спутники Инквизитора и даже кое-кто из других обитателей Скайхолда. Марий и Тесса, которых Нэль практически не знала, подошли к лошадям, проверяя их. Они стали сопровождающими для Дориана по предложению Лелианы, Ллараинэль была безмерно благодарна своей советчице за это, стало чуточку легче от осознания, что рядом с магом будут профессиональные телохранители, которые к тому же знакомы с нравом тевинтерцев. И которые, похоже, совершенно не против поучаствовать в своего рода революции.

— Что же, берегите нашего дорого Инквизитора и не плачьте по мне слишком громко, ненавижу когда кто-то льёт слезы, — Дориан усмехнулся и началось настоящее прощание.

Пожимание рук, лёгкие объятия и множество слов. Ллараинэль стояла чуть на возвышении и смотрела на это совершенно не осознавая себя. Всё происходящее казалось сном, который скоро развеется. Эльфийка пыталась подобрать слова, но сдерживать свои эмоции было и без того сложно. В глазах мага она прочла понимание, а лёгкая теплая улыбка только заставила сильнее сжать зубы. Ллараинэль склонила голову и пожелала доброго пути на эльфийском и стоило железной решетке закрыться за спиной мага, как Сэра тут же обняла Инквизитора и стала тараторить что-то о Друзьях Дженни и печенье.

Пол дня Нэль провела за странным занятием — они с эльфийкой заняли большую часть кухни лишь для того, чтобы испечь печенье, а потом приманивать крошками птиц в комнате Каллена. Командор был не в восторге, когда вечером обнаружил новое гнездо у себя на подушке и призадумался наконец-то о смене жилья.

Сэра ушла через два дня, оставив после себя кучу крошек на кровати, шкатулку с драгоценностями и непривычно длинное письмо. Ллараинэль аккуратно открыла его и пробежавшись по слишком длинным предложениям на время убрала письмо в отдельный ящичек. Нэль не ожидала, что эльфийка будет слёзно прощаться, но её внезапное исчезновение немного выбило девушку из равновесия. Она не читая подписывала бумаги принесённые Жозефиной, не замечая, что делает это на эльфийском. А когда Каллен ворвался в комнату без стука, даже не сразу заметила запыхавшегося командора.

— Ох, простите, госпожа Инквизитор, вы никак не откликались, хотя слуги сказали искать вас тут, — в глазах мужчины читалось неприкрытое беспокойство. — Подумал, может что-то случилось или вам стало плохо.

Ллараинэль подняла на него взгляд и не сразу поняла о чём говорит Каллен. Откуда могли взяться у мужчины такие мысли? Она вроде старалась вести себя как обычно или может у неё с лицом что-то? Взгляд эльфийки опустился и она заметила, что командор сжимает в руке лист, девушка чуть склонила голову, всматриваясь. Мужчина тут же закашлялся и попытался этот листок убрать себе в карман, но скорость разбойницы была куда выше, чем у воина.

«В Скайхолде ассасин».

— Ассасин — это убийца, правильно? — она подняла взгляд на мужчину, который привычным жестом тёр шею.

Он всегда так делал, когда слишком сильно нервничал или не хотел отвечать на вопрос прямо. Нэль улыбнулась своим собственным мыслям. Она успела за всё это время достаточно хорошо изучить повадки своих спутников и это только сильнее ударяло куда-то в район солнечного сплетения. Дориан, Сэра…и список будет расти, пока в Скайхолдне не останется никого кроме неё самой, но и она сгинет в небытие.

— Нэль, — обеспокоенный голос Каллена вывел её из мрачных мыслей. Их взгляды вновь встретились и на мгновение девушке показалось, что мужчина прочитал все её переживания на лице. — Тут вы в безопасности, просто, пожалуйста, не уходи в себя, мы тут… Я тут с тобой до конца.

Эти слова сказанные практически шёпотом заставили сердце девушки замереть, а потом вновь заколотиться с удвоенной силой, на глаза навернулись слёзы и она поспешила отвести взгляд.

— Спасибо, дален.

***

Следующим после нескольких закрытых разрывов ушёл Блэкволл. От спутников сестры пришли сведения и он решил присоединиться к ним с позволения Инквизитора. Ллараинэль понимала, что для мужчины очень важно стать частью ордена Серых Стражей и с лёгкой улыбкой на губах пожелала счастливого пути. Гномы решили попробовать разузнать, что стало с их командором и лишний меч им был как раз к стати.

Вивьен задержалась на день дольше Серого Стража. Они не были с Инквизитором настолько близки, но всё же даже уход мадам де Фёр заставил Нэль почувствовать, как расширяется пустота вокруг неё.

Только недавно девушка думала, насколько же много друзей она нашла за время своего приключения, как много дал ей титул Инквизитора и тут же всё стало рушиться словно карточный домик во время шторма. Скайхолд всё ещё был полон энергии, организация работала, как часы, хоть постепенно и перестраивалась и меняла свои цели. Больше не было Корифея, но оставались и другие угрозы. Маги с храмовниками только-только учились взаимодействовать друг с другом не затевая конфликты, а венатори хоть и были разгромлены, всё же пытались строить свои планы по завоеванию мира.

Следующим ударом стало отбытие Сестры Соловей. Они долго разговаривали в покоях Инквизитора. Нэль даже выпила вместе с женщиной глоток вина. Они говорили обо всём: о будущем Инквизиции, о предстоящем посвящении Лелианы в Верховные Жрицы и о Кейтлин. Девушки разделили беспокойство о Страже-командоре на двоих и расстались только на рассвете, улыбаясь друг другу так, словно у них не было никого ближе. Ллараинэль понимала выгоду дружбы с будущей Жрицей, но не могла воспринимать их именно так. Для неё Лелиана оставалась Лелианой, если она захочет помочь, то Нэль не откажется, если понадобится помощь самой Жрице, то Ллараинэль всегда найдёт на это время и силы.

— Прошу вас не пренебрегать собственной безопасностью и слушаться Каллена с Кассандрой, — брови Сестры Соловей сошлись на переносице и она стала чем-то похожа на Кейтлин.

Ллараинэль не сдержала смешка. Её, Инквизитора, победившего Корифея и остановившего конец света, отчитывали словно ребёнка. Одна единственная слеза скатилась по щеке. Лелиана тут же смягчилась и похлопала девушку по плечу.

— Не беспокойся, мы позаботимся об Инквизиторе, — было видно, что Кассандра была слегка смущена и вместе с тем расстроена отбытием хорошей подруги.

Не только Ллараинэль сейчас теряла друзей, но и остальные успели привязаться друг к другу.

— Искательница, только ты не начинай лить слёзы, так уж и быть я закончу новую часть своего бульварного романа побыстрее, чтобы тебе было чем заняться в одинокие вечера, когда и я уеду, — Варрик стоявший рядом с Калленом задорно подмигнул эльфийке.

Варрик. Первый друг в Инквизиции. Стало невыносимо горько, но она совершенно ничего не могла с этим поделать. Общее дело было завершено. В отличие от неё, у остальных были свои семьи, свои дела и тревоги. Нэль взглянула на стоявшего рядом командора. Сейчас у них была новая цель благодаря которой Искательница и бывший Храмовник остались вместе с ней, вопрос надолго ли?

— Подарочек на дорогу, — Бык передал Лелиане запечатанное письмо.

Ллараинэль разглядела на нём знакомую печать с эмблемой дракона, эльфийка нахмурилась, но говорить ничего не стала, решив спросить об этом Железного Быка потом. Всё потом, а сейчас время разгрести оставшиеся бумажные дела и закрыть разрывы.

***

Ллараинэль хватило буквально на пару дней, после которых она моментально нашла себе занятие в самом отдалённом месте Ферелдена. Они вместе с Кассандрой и отрядом Быка отправились в Цитадель Теринфаль. Эльфийка пообещала воительнице отыскать всевозможные документы связанные с её орденом и помочь в восстановлении, а вернее в его полной реорганизации. Они как раз вместе с Калленом думали о том, чтобы соединить их ордена и создать нечто другое, опираясь на ошибки совершенные их предшественниками. Любые упоминания о ещё оставшихся в живых Искателях могли помочь разузнать их новое местоположение.

Вместе с ними отправился и Коул, который то и дело подходил к Инквизитору и словно пытался всмотреться в её лицо из-под полов своей шляпы. Первые несколько раз Нэль открыто улыбнулась мальчишке, но когда он в очередной раз повторил свой манёвр, девушка не выдержала.

— Коул, что-то не так? — в её голосе не было раздражение лишь отголоски усталости и лёгкая заинтересованность.

Мальчик-призрак всё ещё вызывал множество вопросов, ответов на которые у них не было даже после посещения Морозной котловины, где с призраками были на «ты», хотя там их величали богами, но это уже другой разговор.

— Не вижу, — ответил он.

Понятнее не стало. Было привычно, что Коул отвечал вопросом на вопрос или же сочинял длинные витиеватые фразы с множеством метафор. Этот ответ был слишком прост для него.

— Не видишь чего, а парнишка? — Варрик похлопал его по плечу.

Коул ещё раз присмотрелся к Инквизитору и спрятал глаза в тени шляпы.

— Больше нет ничего, словно щит, раньше яркое солнце не давало видеть дальше дозволенного, но теперь ничего. Больно смотреть, будто бьешься костяшками пальцев о лед, чтобы добыть рыбу в глубине пруда, — забормотал практически себе под нос парень.

Кассандра тяжело вздохнула и бросила беглый взгляд на него. Варрик же обеспокоенно посмотрел сначала на эльфийку, а потом уже на Коула. Бык привычно хмыкнул — он не очень любил всё, что было связано с демонами и призраками и всеми силами старался это игнорировать, насколько получалось в их реалии.

Ллараинэль прикрыла глаза, лошадь мерно постукивала копытами о землю, вдалеке верещали птицы. Всё внимание девушки направилось внутрь, она без труда определила ту самую точку силы, и аккуратно, словно стараясь не обжечься реальным огнём попыталась притронуться к ней. Мысль, чувство или призрачное ощущение — она не решила, как назвать это. Так было проще контролировать магию, не давать ей вырываться и творить непотребства с окружением. Сегодня и правда было что-то не так. Сила, которая привычно пульсировала чуть ниже грудной клетки, словно растворилась, но девушка не чувствовала пустоты или отсутствия чего-то важного, как было при резких всплесках, когда магия на мгновение словно исчерпывала себя. Кончики пальцев стало покалывать, особенно тянуло левую руку. Нэль давно перестала обращать на это внимание. Боль то уходила, то возвращалась и уже стала частью её повседневной жизни, но сегодня было что-то и правда не так.

Эльфийка стянула перчатку. Вдоль вен тыльной стороны руки тянулись замысловатые узоры, складывающиеся в слова. Ллараинэль точно не видела этого утром, а значит появились они совсем недавно.

— Что это такое? — Варрик ехавший ближе всех, первым заметил странные метки.

Ллараинэль и сама не знала. Она повернула руку удобнее, чтобы можно было прочесть несколько слов, которые оканчивались у начала рукава.

«Время, сила…жизнь». Выведены эти слова были до боли знакомым почерком — Солас. В груди кольнуло. Похоже это был прощальный подарок от эльфа, таким образом он пытался защитить Нэль от влияния метки и замедлить её распространение. Значит и он понимал, что долго девушка так просто не проживёт и всё равно бросил её на растерзание судьбе. Стало тоскливо.

— Ничего серьезного, сработали защитные руны и магия выставила щиты, видимо поэтому ты ничего не видишь, — она мягко улыбнулась Коулу.

Эта улыбка всё чаще и чаще сама ложилась на её губу — улыбка уставшей после долгой и счастливой жизни матери. Варрика она слегка пугала. Казалось Нэль каждый раз подобным образом прощается с ними со всеми, но он никак не мог понять отчего. Даже если они уедут, то всегда смогут встретиться, навестить друг друга, а тем более со связями Инквизитора это не большая проблема. Почему же Ллараинэль тогда выглядела настолько обреченно в последнее время? Гном сжал губы. Может Мариан и права, может ему стоит остаться тут.

Нэль надела перчатку и они продолжили свой путь в полном молчании лишь иногда слышались шутки от Быка и Варрика.

***

Их поход не продлился долго и вот уже через неделю они вновь отсыпались в Скайхолде. Ллараинэль была в какой-то степени рада, что теперь может чаще бывать в своём импровизированном новом доме, тем более учитывая что пришло первое письмо от Дориана. Было видно, что маг постарался на славу — только короткие и простые предложения, иногда со вставками эльфийских слов. У Нэль ушло совсем немного времени, чтобы расшифровать его.

«Аматус, доехал хорошо. Тут жарко. Тебе понравится. Хотя нет, не понравится. Много домов, часть летает — не спрашивай, увидишь сама. Мама спрашивала о тебе. Не любил разговоры с ней. Слишком сложно. Она изменилась, теперь проще. Можешь ответить на эльфийском, нашёл хорошего переводчика. Надеюсь. Уже ищу тебе подарок. Увидимся через пару месяцев. И пусть это шесть, если говорить так, кажется, что совсем скоро. Ты ездила домой? Уверен — нет. Съезди. С любовью, Дориан.

П.С. очень надеюсь, что переводчик хороший, нашла его Тесса, придётся поверить».

На глаза навернулись непрошенные слёзы, хотя девушка обещала себе, что уже больше не будет плакать, тем более из-за письма. Нэль прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов успокаиваясь и принялась писать ответ.

Глава 63. Инквизитор, который не умеет читать

Ллараинэль вышла на балкон потягиваясь и широко зевая. На улице уже слышался лязг доспех с тренировочного лагеря, кто-то кричал с рыночной площади и только обитатели таверны ещё спали. Девушка опёрлась руками о перила балкона и стала всматриваться в каждую деталь Скайхолда. До победы над Корифеем мало кто заботился о полной реконструкции крепости, делали лишь бы стояло и на голову ничего не падало с неба. Теперь же постепенно Скайхолд начал разрастаться, Ллараинэль даже удивилась, что за последние полгода её новый дом так сильно разросся. Прибавилось башен, построек, пристроек, даже начали расчищать пространство в сторону гор, чтобы ещё сильнее расширить двор и поставить новые дома. Это было необходимо.

Постепенно в крепость стягивались Храмовники, даже те кто раньше служил под началом врага. Маги других разрушенных кругов или же загнанные в угол и оставшиеся без крова продолжали прибывать. Кассандра с Калленом заботились об их благополучном передвижении. Их новой целью стало показать старой закостенелой системе, что Круги могут существовать без строгого надзора и являться лишь временным пристанищем для желающих выучиться, и постоянным для тех кто готов был учить или создавать новое. Храмовники, вернее уже бывшие Храмовники должны были стать настоящими защитниками и опорой для самих магов, а не их заклятыми врагами.

Каллен учредил клинику для зависимых от лириума, не без помощи спутника Защитницы, а Кассандра помогала с обучением вновь прибывших и параллельно искала кандидатов в Искатели. Лелиана была только «за» подобную инициативу от Инквизитора и поддерживала их новый план. Он был далёк от идеала и имел кучу изъянов, но вместе они верили в возможность нормального сосуществования магов и обычных людей. Варрик на время заменил им тайного канцлера, пока они не подыскали подходящую кандидатуру на этот пост. На самом деле в глубине души Нэль надеялась, что гном останется на этой должности.

***

Ллараинэль бесцельно плутала по коридорам Скайхолда. Это был её способ отвлечься от работы и тяжелых мыслей и порой она набредала на приятных собеседников: кто-то благодарил её за работу или за спасение, кто-то просил совета, кто-то просто готов был поболтать. Многие её спутники, тех кого она посчитала близкими друзьями уехали, у всех них была своя жизнь помимо Инквизиции. Отряд Железного Быка остался, но практически всё время пропадал на заданиях — нужно было ещё решить множество дел связанных с венатори и разрывами. Иногда Нэль ходила с ними, но всё чаще приходилось оставаться в крепости. Оказалось, что без Дориана работать с бумаги настолько тяжело и невыносимо, что девушка готова была лезть на стену от отчаяния, но нельзя было вечно убегать. Многие решили, что Инквизитор устала и поэтому теперь практически всегда обитает в своих покоях, восстанавливая душевное равновесие. На деле же девушка изучала каракули, которые люди называли буквами и пыталась хоть немного вникать в тексты документов, прежде чем подписать их. Примерно восемь из десяти раз она просто не глядя ставила свою закорючку. Узнай об этом Жозефина, давно бы убила её. Ллараинэль тихонечко рассмеялась себе под нос. Её шествие прервал громкий голос Мариан.

— Варрик, только подумай, что тебе делать в Киркволле? — похоже было, что женщина говорила эту фразу уже несколько раз.

— Ты же и сама знаешь, у меня там дело — Висельник и всё что с ним связано, — гном вздохнул. — Вы могли бы поехать со мной, там многое изменилось за это время, да и сенешаль Бран спрашивал тебя.

— О, конечно, только Киркволла нам с Андерсом и не хватает, — Нэль услышала хлопок ладони о колено. — Как думаешь, через сколько его повесят местные церковники, а нашу дочь отдадут на усмирение? Можешь не отвечать, как только мы причалим.

Ллараинэль не хотела подслушивать, но Хоук говорила так громко, что это было невольным действием. Решив обозначить своё присутствие, Нэль без стука отворила двери.

— Ой, простите, не знала что вы здесь. Прервала? — она улыбнулась Мари, та ответила ей усталой, но доброй улыбкой — материнской.

— Заходи, мы уже почти закончили, да и с тобой мне надо поговорить, — Мариан бросила последний взгляд в сторону гнома, который лишь покачал головой. — Хочу попросить разрешения ненадолго уйти вместе с Андерсом, — начала Хоук. Нэль уже знала о чем пойдёт разговор, она была скорее удивлена тем, что женщина не заговорила об этом раньше. — Те сведения, из Морозной котловины, если есть вариант мы бы хотели попробовать.

Ллараинэль внимательно посмотрела в глаза цвета лириума.

— Ты знаешь, что я буду только «за», мы присмотрим за твоей дочерью, можешь не беспокоиться об этом, — Нэль села рядом с Защитницей.

Та кивнула и поблагодарила Инквизитора за столь неоценимую помощь, Варрик тем временем пытался что-то дописать и всеми силами слиться с обстановкой, чтобы его подруга не начала спор по новому кругу.

— Можно спросить, — этот вопрос давно вертелся на языке, но Нэль никак не могла найти подходящего момента, чтобы его задать.

Мари удивленно приподняла бровь.

— Вашу дочь зовут — Нэль, не самое распространённое имя среди людей, — Инквзитор наклонила голову к правому плечу. — Почему вы дали ей такое имя?

Варрик даже отложил перо — ему тоже было интересно послушать. Этот вопрос тоже занимал его уже некоторое время и гном был рад, что оказался в нужный момент рядом, чтобы услышать предысторию необычного имени ребёнка своей подруги.

— Это было давно, — Мари прикрыла глаза. — Я была в Тени, блуждала среди своих и чужих снов. Сначала всё было достаточно привычно — Лотеринг, знакомый лес рядом, который постепенно стал видоизменяться. Деревья вытянулись до такой высоты, что невозможно было разглядеть их крон, я увидела как вдалеке разгорелся огонь. Не задумываясь я побежала туда — среди огненных всполохов стояла девчушка и тихо плакала, она звала маму и сестру на помощь, но никто, конечно, не приходил.

Мариан замолчала на какое-то время и открыла глаза. Женщина внимательно посмотрела на сидящую перед ней эльфийку.

— Я позвала её и она подняла свой взгляд ко мне. Было плохо видно, из-за нечеткости самих образов в Тени и всполохов огня. Я осторожно начала разговор с ней и постепенно она успокоилась. Девочка оказалась одна в Тени и говорила, что хочет обратно к маме. Мне стало жаль её, она говорила с таким отчаянием и горечью, словно никогда этой самой мамы и не видела. Я спросила имя бедного ребёнка, умершего не познав родительской любви и она сказала — «Нэль». Мне понравилось звучание и вот, теперь это имя моей дочери, правда я не знала, что у него есть полный вариант, — Мариан подмигнула эльфийке.

Ллараинэль застыла: огонь и просьбы о помощи, размытые образы и женщина в пламени. Воспоминания до нанесения валласлина были нечеткими, практически стёртыми из памяти, но всё же эта картина сама предстала перед глазами Инквизитора.

— Златичка, всё хорошо? Ты как-то побледнела, настолько впечатлилась историей? — голос Варрика вывел девушку из транса.

— Да, я да, всё нормально, — эльфийка попыталась улыбнуться, но получилось немного натянуто. — Простите, я совсем забыла, что шла к Жозефине на какой-то важный разговор, — Нэль слишком быстро поднялась и не разбирая дороги ринулась из комнаты.

— Она так и не научилась врать, несмотря на свою должность? — Мариан выгнула бровь.

— Я даже рад этому, правда теперь интересно с чего такая реакция на твой рассказ, — гном чуть прищурившись посмотрел на свою подругу.

— Есть у меня идея, но она кажется безумной, — разбойница вздохнула.

— Сейчас мне весь мир кажется безумным, — пожал плечами Варрик.

***

Сны у Ллараинэль всегда были очень яркими и чёткими, даже после нанесения валласлина они не утратили своих красок и подробностей. Иногда эльфийка была уверена, что проживает ещё одну жизнь, но в другой реальности. Ей никогда и никто не объяснял как именно работает Тень, её знания ограничивались несистематизированным чтением книг из основной библиотеки. До архивов магов её не допускали за ненадобностью, а теперь как она понимала и из-за страха пробудить в ней эту самую магию. Даже сейчас открывая глаза во мне, эльфийка ощущала странное покалывание на кончиках пальцев и дуновение ветра. Тень не могла давать такие чувства, сновидение есть сновидение, вот только Нэль совершенно точно всё это ощущала.

Она снова была в красивом белоснежно-золотистом дворце с множеством окон и террас. Отовсюду слышались голоса и смех, но стоило эльфийке приблизиться, как всё мгновенно стихало. Чем дальше Нэль шла, тем тише становилось, словно все звуки постепенно исчезали из этого места, оставляя после себя гнетущее молчание.

Ллараинэль шла прямо никуда не сворачивая, пока не упёрлась в закрытую дверь. Девушка приникла ухом к ней и затаила дыхание. За дверью кто-то тихо всхлипывал. Нэль осторожно, стараясь не совершать лишних движений, вошла в комнату. В самом дальнем углу на небольшой белой софе сидел мужчина, похоже было что именно он издавал эти звуки. Его плечи едва заметно подрагивали, а голова то и дело падала на грудь. Ллараинэль подошла ближе к мужчине, чтобы получше его рассмотреть и ахнула, стоило ей увидеть до боли знакомое лицо.

Дориан сидел на софе и сжимал в руках какую-то вещь, слёзы мерно капали на запястья, но мужчина словно и не зачал их. Он продолжал тихо всхлипывать. Нэль подошла ещё ближе и увидела в руках мага странную подвеску с камнем внутри.

— Поздно лить слёзы, — эльфийка вздрогнула от раздавшегося за спиной грубого голоса.

Она развернулась на пятках, чтобы увидеть второго мужчину, но стоило ей это сделать…

Ллараинэль проснулась резко, от необычного дуновения ветра прямо около лица. Стоило ей открыть глаза, как она встретилась взглядом с бездонными черными глазами неизвестного ночного посетителя. В лунном свете блеснуло лезвие. Ллараинэль чудом удалось увернуться прежде чем клинок пронзил её горло. Девушка всегда слишком сильно укутывалась в одеяло и сегодня это сыграло с ней злую шутку. Она хотела пнуть ногой убийцу, но вместо этого ещё сильнее запуталась и пропустила следующий удар, пришедший в плечо. Эльфийка вскрикнула от боли одновременно с ночным гостем. Вспышка прошла словно бы сквозь её тело, откидывая неудачливого наёмника к противоположной стене.

Они создали столько шума, но со стороны лестницы ведущей в покои не было слышно спешащую на помощь стражу. Нэль сильно запуталась в простынях и одеяле, ко всему этому из раны текла кровь ненормально сильным потоком. «Яд» — пронеслось в голове эльфийки. Ни одного противоядия не было под рукой, все они мирно хранились внизу в кузнице. Она была слишком неопытна и глупа, привыкла, что Скайхолд её крепость, где ни один враг им не почем. Хотелось ударить себя по лбу, но времени не было. Ассасин испарился, уйдя в невидимость и Нэль почувствовала себя как никогда беспомощной и растерянной.

«Ты сильная», — раздалось в голове и пронеслось эхом по спальне.

Да, у неё есть сила, ту которую она так отрицает, но только что она спасла ей жизни и видимо придётся положиться на неё. Ллараинэль не услышала, почувствовала шаг своего врага и справившись наконец с одеялом, кувырком ушла в сторону лестницы. Боль резанула плечо и эльфийка не сдержала вскрика, после которого враг нанёс ещё серию ударов. Магия в ожидании томящаяся внутри, где-то между рёбрами, радостно ринулась наружу, окружая девушку золотистым барьером. Все атаки убийцы были поглощены щитом. Ллараинэль судорожно вспоминала обо всех уроках с магами, стараясь выцепить самое полезное воспоминание, которое могло бы помочь ей сейчас. Полагаться на стихийную магию не хотелось от слова совсем, разрушать Скайхолд не входило в планы Инквизитора.

Враг вновь исчез, явно ожидая пока девушка исчерпает запасы магии и барьер попросту иссякнет, а на заклинание не будет сил. Вот только нападающий не был осведомлён о пределах силы эльфийки, она и сама не была осведомлена о них. Ллараинэль поднялась, всё ещё стараясь думать о том, как задеть врага и не взорвать половину крепости. Эмоции сильно мешали, они заставляли точку внутри её тела гореть ярким пламенем, до которого было невозможно дотронуться.

«Представь, что в твоей ладони находится шар. Какого он цвета? Ты чувствуешь жар или холод? Чтобы защитить себя лучше ему быть холодным. Сразу вспомни о ночах после разрушения Убежища, помнишь то чувство, когда ледяной ветер пронзает тебя насквозь и ты вот-вот превратишься в одну из ледяных статуй. Теперь это чувство перенеси в ладонь и кидай свой шар», — спокойный голос Дориана зазвучал в голове, подкидывая именно то самое решение, которое может спасти ей жизни.

Ллараинэль попятилась к лестнице, одновременно с тем стараясь сосредоточить магию в руке, как и учили её маги. Холодно. Босые ноги неприятно покалывало от соприкосновения с каменным полом, волосы словно начали покрываться инеем и кололи нежную кожу шеи и лопаток. Пока она закрыта барьером враг не появится. Нэль развеяла щит и тут же сбоку послышался лёгкий свист и вскрик. Эльфийка замерла смотря прямо в глаза своего убийцы, чей клинок замер в дюйме от её шеи. Перед глазами начали появляться черные круги, девушка опустила взгляд и с ужасом осознала, что вся ночная рубашка пропиталась кровью и уже даже капает на пол.

Ноги заплетались, голова жутко кружилась, но Нэль заставляла себя идти, туда где будут люди, туда где помогут. Дверь, ещё одна дверь, большой зал, в котором вся стража мирно спала в разных позах. Лларанэль надеялась, что спала. До больших дверей она не доберётся, попросту не откроет их. Спальни её друзей. Усилием воли она направила своё тело туда. Сколько у неё есть времени прежде чем враг растает?

***

— Как-то слишком тихо сегодня, — Мариан посмотрела в сторону главного зала.

— О, для тебя это тихо? — Бык с грохотом поставил кружку на стол около разбойницы.

Раздался дружный хохот. Прежде, чем Хоук успела что-то сказать в таверну забежала Жозефина. Впервые спутники Инквизицитора видели советника в таком виде — растрёпанную и одетую только в ночную рубаху.

— Инквизитор не с вами? — практически прокричала советница, её глаза не разглядели за столом золотистых волос и она кинулась обратно к выходу.

Остальные бросились следом за ней.

Мариан была права, в главном зале была не просто тишина, тут царило полное безмолвие вся стража застыла без движения: кто-то лежал на полу, кто-то сидел около стен. Мари бросила кинжал в тот самый момент, когда убийца вылетел из двери ведущей в покои Инквизитора. Удивлённый взгляд быстро потух и тело свалилось кулем на пол.

— Ллараинэль! — Варрик побежал вперёд.

Гном ни разу за всё их путешествие не почувствовал себя настолько растерянным и испуганным как сейчас. Красная дорожка ведущая из покоев Инквизитора ушла в сторону сада и разбойник кинулся туда, судя по грохоту позади него, остальные последовали за ним.

Ллараинэль сидела в саду около колодца рядом с ней стояли дети — Киран и Нэль. Девочка прикусив губу держала свои ручки источающие исцеляющий свет над окровавленным плечом, а мальчишка тем временем, осторожно поддерживал Инквизитора и помогал ей выпить что-то из маленькой склянки.

— Почему дети не в постели, — глупая фраза, такая не подходящая под ситуацию, но Жозефина совершенно не понимала как ещё реагировать.

— Впервые рада, что дети бывают такими непослушными, — едва слышно произнесла Морриган.

— Чего встали! Зови своего муженька, остальные помогаем Инквизитору! — Железный Бык нашёлся первым и тут же всё пришло в движение.

***

Ллараинэль с ужасом осознала, что перепутала двери и вышла в сад. Хотелось кричать от отчаяния, но рот словно наполнился вязкой субстанцией и она не могла выдавить из себя ни звука. Мир то мерк перед глазами, то возникал вновь, неожиданностью стал и колодец, так удобно подпирающий спину. Неужели она и умрёт вот так глупо? После стольких сражений с монстрами погибнуть от отравленного клинка, да ещё и в саду собственной крепости. Концовка достойная всей её жизни. Перед глазами появилось лицо любимого.

Дориан не смог приехать, как они договаривались через полгода, какие-то дела и сложности с передвижением. Она чувствовала неладное, но маг старался писать общими несложными фразами, из которых было сложно понять насколько всё серьезно. Это было простым предчувствием — у мага, что-то случилось. Благо с ним было двое людей, которые могли защитить его и от этого было легче дышать. И всё же…именно она сейчас сидела около колодца истекая кровью и доживая последние мгновения своей жизни так глупо. В голове грохотали колокола и вой волков и тут словно из-под земли появились двое. Девочка, словно светящаяся изнутри, да так ярко, что было не разобрать лица и мальчик пышущий силой, но тёмной, древней и непредсказуемой. Они словно дополняли друг друга. Рядом с этой девчушкой сила мальчика не казалась страшной, просто другой.

Боль постепенно отступала. К губам поднесли что-то прохладное и жидкость приятно потекла по горлу, принося облегчение. Потом Нэль услышала голоса, много голосов и все они нестройным хором что-то говорили. После была приятная тьма и чей-то успокаивающий голос.

«Прости, прости меня, я не смог тебя защитить. Пусть будет проклят этот мир, пусть пеплом обратятся наши жизни, а кровь Титанов станет красной, пусть этот мир утонет в отчаянии, пусть Он придёт, как Хаос мира, как разрушитель, как Мор постигнет этот мир. Пусть магия для них станет проклятьем. Ты сможешь обещать, что отсечёшь их силу изгонишь туда, где место этим тварям?».

***

Жозефина всё ещё лишь в ночной рубахе сидела у себя в кабинете и сминала листок, после чего снова разворачивала его и перечитывала. Как они могли быть так глупы и невнимательны! Одна маленькая ошибка практически стоила их Инквизитору жизни. Каллен взял листки из рук леди Монтилье и прочёл их.

«Жозефина, надеюсь вы усилили охрану после моего последнего письма и Инквизитор предупреждена. Он уже в пути, нам удалось узнать лишь имя организации подписавшей договор. Надеюсь вы предприняли соответствующие меры предосторожности. Дориан.»

«Не беспокойся, я лично передала твоё письмо Инквизитору, чтобы она изучила его и была настороже.»

«Жози! Он уже у вас! Нэль не умеет читать на всеобщем! Если ты не проследила за тем, что она изучила это письмо, значит она его даже не открывала или подписала не читая!»

— Не умеет читать, — едва слышно произнёс Каллен и опустился в одно из кресел.

Жозефина закрыла лицо руками.

***

Дориан колотил костяшками о поверхность стола. Только одна девушка в этом мире вызывала в нём столько неконтролируемых эмоций и она сейчас была так непреодолимо далеко, но всё равно умудрилась попасть в неприятности. Правда в этот раз по его вине.

Их новоиспечённая организация пыталась осторожно вносить предложения в закоренелый мирок магистров. За пол года Дориан побывал на стольких мероприятиях благодаря своему отцу, из-за чего был приятно удивлён, и посетил дважды собрания Магистериума. Он никогда в жизни не волновался так сильно, как на них, зачитывая едва ли не с бумажки свои идеи и мысли. После этого последовала череда покушений, но чем больше давали за его голову, тем больше других молодых магистров и альтусов проникались идеей, особенно после событий связанных с Корифеем, многие пересмотрели свои взгляды на мир. Конечно, маг не надеялся за год изменить устоявшуюся за века систему, но был приятно удивлён, когда обнаружил, что не так уж и мало у него единомышленников. Он даже успел познакомится с одним из самых талантливых подопечных одного из магистров, который к тому же был эльфом и шёпотом его называли Сомниари. Имя его было Фейнриэль, к нему посоветовала обратиться Защитница и это пошло на пользу. Мальчишка был умён, талантлив и имел странное влияние на своего учителя, который похоже души не чаял в парнишке.

Чем дальше, тем было веселее. Дориан со своими спутниками осторожно наводили контакты, и маг не был удивлён узнавая о нападениях на себя, парочку даже отбил сам. Никто не должен был знать об их отношениях с Инквизитором, только если самые близкие в Скайхолде, и всё же утечка произошла.

Тесс принесла книгу с записями о контрактах и там значилось жирным шрифтом — «Инквизитор Лавеллан». Сначала маг усмехнулся тому, что они даже имени её не знают, а после до него дошёл смысл прочитанного. Нэль заказали в Тевинтере! Учитывая цепочку событий и имя заказчика, вина за это лежала на плечах Дориана.

— Нельзя поддаваться эмоциям, — Мейварис хлопнула книгой по столу рядом с магом, тот вздрогнул всем телом. — Это проверка. Они сложили два плюс два и решили, что твои действия связаны именно с Инквизитором, которая к тому же ещё и эльфийка. У них нет точной информации, но если ты побежишь махать кулаками — подтвердишь их предположения.

Дориан понимал, что его подруга права, но злость и отчаяние волнами накрывали мага с головой. Он не мог думать ни о чем другом, кроме ответа от Жозефины и страха, что ответ этот ему не понравится.

На горизонте замаячила птица. Маг поднялся настолько быстро, что опрокинул стул, Мейварис лишь покачала головой. Дориан открыл окно позволяя птице влететь и трясущимися руками пытался отцепить письмо. Птица с явным недовольством следила за его манипуляциями. Магесса не выдержав, отодвинула Дориана и сама отцепила письма, быстро открыла его и прочла.

— Жива, — произнесла женщина и бросив письмо на стол, покинула покои мага.

Дориан выдохнул и сел на край кровати и раскрыл перед собой письмо написанное почерком Жозефины.

«Первое — жива. Второе, как вы могли скрывать такую важную вещь! Третье, какое-то время не присылай писем, пока не могу сказать причину».

Глава 64. Сложности в отношениях

Ллараинэль проснулась от ощущения тяжести на правом плече. Казалось кто-то нагло сел на её руку и не собирается подниматься, она попыталась стряхнуть невидимого нахала, но ничего не получилось. Нэль выдохнула и услышала лёгкий скрежет пера по бумаге, она улыбнулась.

— Дориан, — эльфийка была уверена, что это мужчина засиделся допоздна и снова строчит что-то у себя в исследовательском дневнике.

— Прости, златичка, не хочу тебя разочаровывать, но это всего лишь старый добрый Варрик, — послышался голос из угла покоев.

Ллараинэль распахнула глаза. Сон, ей снился такой прекрасный сон, что она проснувшись не сразу поняла, где и с кем находится в одной комнате. Ох! Она только что проговорилась Варрику! Это же было очевидно, если она зовёт Дориана сразу после сна…

— Не переживай, — гном неожиданно быстро оказался рядом, — я и так уже об этом знаю.

Впрочем, кто бы сомневался. Варрик всегда был очень внимателен к деталям и должен был заметить изменения в их взаимоотношениях. Теперь вопрос был в другом — остальные тоже заметили?

— Не делайте такое серьёзное лицо, ваше Инквизитерство, — гном мягко улыбнулся девушке. — Вы хорошо шифровались, но я заметил куда раньше, чем всё зашло так далеко, — Варрик усмехнулся.

Ллараинэль всегда было комфортно в общении с гномом, ещё с самого начала он не пытался давить на неё и тем более не старался манипулировать. Оттого было сложно осознавать, что в скором времени и он отбудет из Скайхолда. Взгляд девушки опустился на ладонь. Надолго ли она здесь?

— Знаешь, златичка, не стоит тебе переживать по таким пустякам — как, с кем и где ты спишь, — Варрик улыбнулся эльфийке, такой доброй почти отцовской улыбкой. — Главное, чтобы тебе самой было комфортно, злые языки всегда найдут к чему именно им придраться, но пока ты Инквизитор и герой, то заслуживаешь частичку счастья не только для других, но и для себя.

Ллараинэль благодарно кивнула в ответ и дальше разговор пошёл так легко и непринуждённо. Она без стеснения рассказывала, как долго и неуклюже они шли с Дорианом к тому, чтобы сказать друг другу нужные слова. На последнем предложении Нэль запнулась, грустная улыбка тронула губы.

— Дай угадаю, посверкунчик нашёл тысячу других слов, лишь бы не говорить те самые важные три? — Варрик и правда был понимающим, даже слишком.

Ллараинэль не сдержалась и усмехнулась. Их разговор был ни о чём и одновременно таким откровенным, ей нравилась эта атмосфера уюта и домашнего тепла. Вспомнились свои старые приключения, когда они с Алларасом забредали туда куда ходить не стоило. Ну как они, скорее она, а старший парень старался сделать всё, чтобы она по дороге не убилась.

— Так значит этот Алларос и правда существует, — гном задумчиво отпил из кружки. — Мы же тогда всё гадали, кто же наш Инквизитор, по данным нашей сестрички должен был прибыть некто Алларос Лавеллан.

— Да, — Нэль кивнула. — Но так уж получилось, что я украла священную реликвию и сбежала из дома.

Глаза гнома округлились от удивления, и едва не подавившись он громко рассмеялся, попутно откашливаясь.

— Вот уж прекрасное начало для книги, — Варри торжественно встал. — Великая и отважная героиня, ставшая Инквизитором в свои семнадцать лет, просто украла священный лук из Храма и сбежала от попечения матушки.

Из уст гнома всё это звучало куда проще, чем было на самом деле. Лук, матушка. Реликвия, сила которой не ограничивалась простыми точными выстрелами и мама, Хранительница не желающая говорить со своей дочерью ни о чем кроме чести и достоинстве собственного имени.

Дверь в покои открылась и послышались торопливые шаги по лестнице. Сначала показалась светлая макушка, а потом Нэль увидела встревоженное лицо Андерса, который тут же кинулся к сидящей на кровати девушке. Следом за ним, совершенно беззвучно, появилась Мариан.

— Как вы себя чувствуете? — рука мага без промедления легла на плечо, потом прошла чуть ниже, взгляд опустился на мерцающую ладонь.

— Отлично, на самом деле, — Ллараинэль говорила это без всякого преувеличения, она и правда превосходно себя чувствовала, пожалуй, впервые за долгое время. — Простите, из-за меня вам пришлось отложить поездку, — виноватый взгляд девушки, встретился со взглядом застывшей позади мужа, Мариан.

— Нашла о чём беспокоиться, — женщина закатила глаза, а Варрик на это фыркнул в кружку. — Мы проворонили убийцу, вот что важно! — в лириумного цвета глазах пылала ярость. — Кто знает, кого ещё мы могли пропустить, — последние слова прозвучали так мрачно и пророчески.

Ллараинэль покачала головой.

— Это нормально, слишком много приходит и уходит, постоянная смена лиц кого угодно может сбить с толку, даже самых лучших шпионов и защитников, — Нэль вздохнула.

Андерс ещё раз накинул на Инквизитора диагностическое заклинание и повторно встретился со странной защитой около светящегося запястья. Что-то не давало ему как следует изучить эту метку, сопротивлялось и скрывалось где-то в глубине яркой зелени.

«Сферы всегда оставляют после себя опасные метки», — голос Справедливости зазвучал набатом внутри головы. — «Выжить после них практически невозможно».

«Но она жива!» — заспорил было маг.

«Пока»

***

Варрику пришлось отбыть куда раньше, чем он рассчитывал и из-за этого Мариан с Андерсом вновь отложили свой поход в сторону Морозной Котловины. Теперь титул тайного канцлера переходит Защитнице, которая и рада бы отмахнуться от этого, но не может. Ллараинэль требуется хорошая защита, после того нападения это становится слишком очевидно.

Ллараинэль только поднявшаяся с кровати после своего ранения, кутается в меховую накидку и грустно улыбается Варрику. Гном проверяет сумки и закрепляет нужное на лошадь, остальное, как он говорит, может пока побыть на хранении у Инквизитора. Нэль кивает. Это повод вновь встретиться. Если она к тому моменту будет ещё тут… Эта мысль всё чаще и чаще появляется в голове девушки. Словно с каждым уходящим из отряда она теряет какую-то частичку себя и это делает её слабее, всё труднее сопротивляться. Чему, Ллараинэль ещё и сама не поняла, но сопротивляться приходилось, пусть и неосознанно.

— Златичка, не смотри так на меня, — Варрик похлопал девушку по не скрытой в шкуре руке и вздрогнул — рука была настолько холодной, словно её обладатель и вовсе не принадлежал царству живых.

Гном не любил долгих прощаний и обнявшись на последок со своими друзьями отбыл в Киркволл. Ллараинэль долго смотрела в сторону моста, не в силах оторвать взгляда. Столько людей ушло за последнее время: многие маги отбывали дабы найти других несчастных и показать людям то, что они не опасны, некоторые Храмовники уходили следом, не то для защиты, не то по причинам куда более личным; часть людей возвращалась к своим семьям, война закончилась и им пора было вновь обнять своих детей, мужей и жён.

Ллараинэль в уме посчитывала, кто остался из её некогда большого отряда: Бык со своими ребятами; постоянно пропадающий и возникающий Коул, в последнее время он всё чаще проводил время с эльфийкой, незримо помогая ей справиться с эмоциями, разговоры с ним были сколь непонятны, столь и интересны; Кассандра собирающая под своим началом новых Искателей и Каллен помогающий ей в этом; Жозефина, без чьей помощи Скайхолд бы не функционировал так как положено, а вельможи бы с радостью не несли им деньги. Самым странным было то, что не ушла Морриган. Лларанэль была практически уверена, что ведьма уйдёт одной из первых, но она совершенно не спешила покидать крепости, а её сын практически всё своё время проводил с маленькой Нэль. Иногда Вестнице казалось, что они словно созданы друг для друга, было что-то в этих маленьких магах такое непостижимое и вместе они смотрелись гармонично, даже будучи совершенно детьми. Судьба — шептал голос в подсознании. Мариан и Андерс, они оставались в Скайхолде по понятным причинам и Нэль всё никак не могла придумать, как оградить их от дальнейшего, когда она уже не сможет их защитить своим авторитетом.

— Хей, босс, — голос Быка прозвучал откуда-то сверху.

Ллараинэль едва заметно вздрогнула и подняла голову.

— Думаю пора уже вернуться внутрь, вы совсем продрогли, — теплая рука приобняла её за плечи и она бездумно последовала за косситом.

***

Бродить по Скайхолду давно вошло в привычку, но сегодня что-то было не так. Нэль всё шла и шла, но пустой коридор словно и не собирался заканчиваться. Дверь вдалеке мерцала в тусклом свете факела, дразнясь, но не приближаясь, как бы девушка не ускоряла шага.

— Ты же знаешь, что Скайхолд это творение эльфийского народа, — голос Соласа.

Ллараинэль повернулась к магу, который стоял привычно скрестив руки за спиной. Его образ был чётким для сна, но при этом недостаточно натуральным для реальности.

— Это Тень, — эльф улыбнулся Вестнице. — Как-то раз я уже утянул вас за собой, Инквизитор, похоже сегодня вы сделали тоже самое.

Нэль запаниковала. Она не хотела никого и никуда утягивать, тем более в это проклятое место под названием Тень. Это удел магов блуждать по этим закромам другой реальности, она же хотела просто выспаться перед завтрашней встречей с Дорианом.

— Спасибо, что позволила прийти, пусть даже так, — голос эльфа звучал печально.

— Ты сам ушел, — Нэль не понимала за что благодарит её этот образ или сам Солас.

В глазах мага поселилась горечь, от которой внутри у Ллараинэль всё похолодело. Эльф задумал что-то такое, отчего даже без слов становится жутко на душе.

— Скайхолд был построен как последний рубеж, место которое должно было помочь избавиться от гнёта прошлых ошибок самозванцев, — голос эльфа сел и зазвучали странные нотки не то хрипа, не то рыка. — Почему ты так сильна? Как тебе удалось совладать с мощью крепости и подчинить её себе? Я больше не могу её видеть, как некогда её не видел Корифей.

Лицо мага стало менять свои очертания, вытягиваться, а глаза замерцали красным. От ужаса Нэль хотелось кричать, но вместо этого из горла выходил лишь хрип. Она схватилась за горло и поняла, что из него льётся кровь.

— Ты убил её! — голос подобный раскату грома.

— Это не я! Они воспользовались моим оружием! — Солас был одновременно похож на себя и одновременно нет.

Длинные волосы были заплетены замысловатым образом и стянуты в тугой хвост, его руки и одеяние было в крови. Нэль же осознала себя лежащей на чьих-то руках. Перед её взглядом возникло уже знакомое по другим подобным снам лицо — темноволосый человек с голубыми рогами.

— Это ваша вина! Твоя и того человека! Вы навлекли на неё это всё! — голос грохотал и вместе с тем сотрясалось всё здание. — Я уничтожу всё, если не хочешь поддаться безумию, сделай так, чтобы они уже никогда не увидели этого света. Спрячь её, защити то, что осталось. Сделай так, чтобы кровавый рассвет никогда не наступил.

Ллараинэль проснулась в холодном поту, сжимая собственное горло, словно стараясь прикрыть несуществующую рану. Что это за сны такие?

***

Дориана удивило не приглашение на ужин от матери, как таковое, а скорее тон которым оно было написано. Да, наверное глупо, но маг с точностью до каждой точки и запятой мог предугадать с каким именно выражением лица, мама писала эту записку. И это настораживало. Он в Тевинтере уже практически девять месяцев, но общался только с отцом. К огромному удивлению самого Дориана, Галвард Павус пусть в открытую и не поддерживал многих высказываний своего сына, но по крайней мере больше не открещивался от него и пытался понять точку зрения единственного наследника. Они говорили много. За эти девять месяцев пожалуй больше, чем за всю предыдущую жизнь, на самом деле, как бы маг не хотел признаваться в этом, для него это много значило. А вот встреча с матерью представляла собой тёмную пещеру, где за каждым углом мог оказаться враг или же сокровищница.

В очередной раз одергивая мантию, Дориан выдохнул и вошёл в сад, где его уже ждала мать со своей фрейлиной. Марий следовал за ним, в то время пока Тесса разбиралась с делами в городе, связанными с новой партией прибывших эльфийских рабов. Было в этом деле что-то нечисто, особенно учитывая, что эльфы эти даже двух слов не могли связать на всеобщем и похоже перехватили их где-то на границы Орлея. Странная история, которая не давала покоя Дориану и мысли его из-за этих эльфов всё чаще возвращались к Нэль. Какая-то тонкая красная ниточка связанная с этой златовласой эльфийкой всё чаще проскальзывала между событиями, которые никак не могли её касаться.

— Дориан, — привычный голос без намёка на теплоту и радушие к собственному сыну. — Присаживайся, первое блюдо уже начало заветриваться, раньше ты приходил только ко второму.

Мужчина улыбнулся в ответ и тут же пригубил вина. Он понимал, что напиваться в присутствии матери не лучшая идея, но и быть совершенно трезвым рядом с ней, было ужасно тяжело.

— И я очень рад нашей встрече, — маг чуть приподнял бокал в сторону матери.

Аквинея кивнула и отсалютовала в ответ своим бокалом. Выпили. Ужин проходил за обсуждением общих насущных вопросов, погоды и новой моды в Тевинтере, привычный светский разговор. Дориан никак не мог понять к чему всё это идёт.

— Какая она? — вопрос заставил мага замереть с бокалом около самого рта.

Не было нужды пояснять о ком спрашивает матушка, но её тон и странная эмоция промелькнувшая в глубине глаз говорили о том, что она хочет услышать не — «хороший, сильный Инквизитор, настоящая героиня». Аквинея видела его насквозь и это пугало. Если знает она, значит они скрывали не достаточно хорошо, а ещё — знают и другие.

— Откуда? — вопрос на вопрос, главное правило игры.

Дориан поперхнулся бы вином, если бы успел сделать глоток. Он наверное никогда в своей жизни не видел подобной улыбки на губах матери — понимающей и чуть хитрой.

— Ты уже не помнишь о таком, но двоюродная сестра моей матери была замужем за магистром Террити, их сын женился на дочери четы Линделл — мы с ней дружны ещё с малых лет и до сих пор поддерживаем эти отношения.

Знать родословную каждого мага имеющего хотя бы какое-то влияние в Тевинтере было хорошим тоном и залогом собственной безопасности. Дориан частенько не обременял себя подобными знаниями, хотя основных игроков на этом поле знал очень хорошо. Проследить за линией повествования матери было не сложно, но он всё равно не мог найти как это могло ей помочь что-то узнать об их отношениях с Инквизитором.

— Одна из твоих, — женщина покрутила рукой, подбирая слова, — приближенных недавно наводила справки, как раз через дочь моей подруги. Похоже оба её ребёнка поддались на твоё очарование и теперь не прочь послушать и другие твои речи.

Тесса. Других вариантов не было. Она взаимодействовала с информаторами, но лишь для того чтобы узнать какая из гильдий и по чьему заказу решила убить Инквизитора. Это не было доказательством, которое могло раскрыть их с Нэль отношения. Неужели он ошибся и этот тон значил именно простой интерес непосредственно к Инквизитору?

Его мать вздохнула и аккуратно промокнула губы салфеткой. Аквинея вновь махнула рукой и фрейлина с лёгким поклоном покинула сад. Марий давно ушёл ко входу, поэтому теперь они остались один на один. Изначально Дориан не понял зачем мать зовёт его именно в это поместье, сейчас же это стало очевидным. Родовое гнездо было под магической защитой и здесь их не могли подслушать, вот почему он не видел и стражи, видимо все они остались за пределами этого места.

— Ты всегда был слишком упрям, — вновь заговорила Аквинея покачивая вино в бокале, её взгляд внимательно следил за переливающейся в лунном свете жидкостью. — Тебе не нравилось как строятся отношения в Тевинтере и я могла бы понять пожелай ты поменять только этот аспект, но, — она посмотрела прямо в глаза Дориана, — эльфы, взаимоотношения в магистериуме, круги, храмовники и браки. Ты высказался по поводу всего вышеперечисленного.

Дориан всё ещё не мог понять куда клонит мама, слишком витиеватые речи, рядом с Нэль он успел отвыкнуть от подобного и теперь разгадывать каждую фразу и разбирать тон стало намного сложнее.

— Раньше ты бы не стал дотошно выяснять кто и какой гильдией воспользовался, не стал бы рисковать делом ради одного единственного человека…

— Эльфийки, — автоматически поправил маг.

— Да, точно, эльфийки, — лёгкая улыбка на губах женщины заставила Дориана почувствовать себя ещё более неудобно в этом месте. — Я хочу спросить лишь одно — готов ли ты к последствия собственных действий? Рано или поздно ты перестанешь называть это дружбой и появится ещё больше желающих задеть тебя через неё.

Маг опустил взгляд, сжимая губы. Он и сам понимал это, но не собирался отступать. Если Ллараинэль справилась со злом, что желало уничтожить весь мир, то он уж как-нибудь с кучкой магистров разберётся и сможет защитить её от будущих последствий. Правда ведь сможет?

— Она сильная девушка, которая сможет постоять за себя, — Дориан поднял наполненный уверенностью взгляд на мать. — Я в свою очередь сделаю всё, чтобы она без проблем могла в будущем пройти через врата Минратоса без опасения быть закованной в кандалы.

Маг ожидал, что Аквинея рассмеётся ему в лицо или скривиться, но вместо этого она продолжила улыбаться.

— На самом деле я рада, — женщина встала давая понять, что ужин окончен. Дориан поднялся следом. — Пусть это эльфийка, но ей удалось сделать то, чего ещё никому не удавалось — наделить тебя силой и надеждой. Надеюсь познакомиться с ней лично.

На этом ужасно нервозный и наполненный непонятными разговорами ужин закончился. Дориан с удовольствием вернулся в свои покои, которые они делили на троих и наспех ополоснувшись, лёг в кровать. Страх. Она была ранена из-за него. Он даже не знал насколько серьёзно, потому что общение было пока под запретом, он получал лишь обрывки сведений от Тесс. Успокаивало одно, совсем скоро они смогут увидеться, через две недели он отплывает в Вал Руайо.

Глава 65. Неожиданное предложение

Ллараинэль давно не ощущала такой нервозности. Она то и дело перекладывала бумаги с края на край, открывала ящички и пересматривала содержимое в надежде найти что-то. Девушка правда бы хотела занять себя чем-то полезным, но мысли о приезде Дориана никак не давали сосредоточиться даже на самых простых вещах. Она то и дело поглядывала на часы или прислушивалась к звукам на улице, но ничего. По расчёт маг должен был прибыть ещё утром, но видимо в пути что-то пошло не так и вот уже стрелка часов перешагнула полдень, а от Дориана ни слуху ни духу. Нэль уже бы послала отряд на встречу, да что там, она бы сама помчалась вперёд навстречу возлюбленному, но её советники даже ворота закрыли. Вот же, собственные люди отказались открывать ей, ссылаясь на приказ от командора и Нэль не осталось ничего, кроме как вернуться к себе и ждать. Это убивало. Она всегда была в первых рядах и ожидание было в новинку. Теперь эльфийка прекрасно понимала, как чувствовал себя Дориан, когда она уходила без него на опасные миссии. Ллараинэль выдохнула и тут же услышала как с грохотом отворяются главные ворота.

Такой скорости от неё не видели пожалуй даже на поле боя. Она оказалась внизу так быстро, что Каллен, встречающий прибывших, вздрогнул когда она с ним заговорила.

— Иногда вы напоминаете мне Коула, Инквизитор, — мужчина повёл плечами и усмехнулся.

Нэль лишь покачала головой, но говорить ничего не стала. Она уже видела лёгкую улыбку на губах приближающегося мага и странный настороженный взгляд девушки рядом с ним. Темноволосая эльфийка была не знакома Ллараинэль и брови девушки тут же сошлись на переносице. Неужели из-за неё маг задержался?

— Ох, меня тут встречают не как блудного сына, а как самого короля, ну что вы ну что вы, не надо лишних оваций, — Дориан очень грациозно спрыгнул с коня и тут же махнул рукой Инквизитору и Каллену, которые стояли бок о бок.

Нэль осмотрелась. И правда, собралось немало народу, пожелавших посмотреть на вновь прибывших, но Ллараинэль обратила внимание совсем на другое. Насколько же поредело население крепости от этого на душе стало тоскливо. Но тут же это чувство перебила радость. Дориан тут, пусть и на время. И раз оно так сильно ограничено, то она тем более не имеет права так открыто грустить при нём. Вот только наличие странной темноволосой эльфийки немного омрачило прибытие мага, но Нэль старалась всеми силами делать вид, что ничего не происходит и всё в порядке. Она вместе с ребятами Быка подошла к Дориану и чинно поздоровалась. Ладно, может не совсем чинно, девушка не удержалась от объятий, но всё же их спокойно можно было назвать дружескими, потому что затем мага обнял Бык и вот эти объятия уже вызывали вопросы. Хоть Нэль и знала, что за этим ничего не стоит, но всё же было немного обидно видеть как открыто мог сделать нечто подобное коссит и не могла позволить себе эльфийка.

Как бы ни хотелось забыть о том, что она Инквизитор, а Дориан по сути её подчинённый, позволять себе этого было нельзя, особенно в присутствии такого количества людей. Потом, вечером, они смогут спокойно поговорить и отдохнуть в её покоях — без лишних глаз и ушей. А пока нужно узнать, почему маг прибыл не только с людьми Лелианы, но и с этой незнакомкой.

Компания быстро перебралась в ставшую уже такой родной ставку командования. Ллараинэль без лишних напоминаний встала во главе стола и сложила руки на груди, готовясь выслушать вновь прибывших. Дориан не мог не отметить этих изменений. Да, постепенно девушка менялась, она сумела сделать так, что вся крепость беспрекословно слушалась её во время войны с Корифеем, но всё же даже тогда оставалось в ней нечто такое — обычное и близкое. Сейчас увидев Нэль практически год спустя, да девять месяцев для мага тянулись по ощущениям даже больше, чем война с само названным богом, он видел изменения. Во взгляде эльфийки появилось нечто странное, едва уловимое — обретённая ранее твёрдость вперемешку с…с осознание собственной значимости. Она встала по другую сторону стола вместе с Калленом и Жозефиной без промедления махнула рукой позволяя говорить. И в этом всём чувствовалось нечто такое неестественное и чужое. Дориан тряхнул головой. Нет, всё правильно, Нэль смогла осознать себя Инквизитором и теперь не бежит от этого бремени и не пытается спрятаться за незнанием внешнего мира. Сейчас она часть его и очень неплохо слилась с ним. И вот это пугало.

— Моё имя — Теалисаал, — Ллараинэль тут же узнала знакомый акцент и её глаза расширились от удивления. Девушка перед ней склоняла голову и смотрела чётко в пол. — На наш отряд напали люди, всех забрали, теперь мы рабы.

Спутники Инквизитора переглянулись между собой — эльфийка говорила на всеобщем языке чуть лучше, чем их Вестница в самом начале путешествия.

— Откуда ты, друг мой? — Ллараинэль без промедления переключилась на эльфийский.

Теалисаал тут же вскинула голову и встретилась взглядом с Инквизитором. В глазах их гостьи проступило узнавание, она чуть прищурилась сводя брови и тут же её рот приоткрылся, словно она собиралась что-то сказать, но никак не могла найти слов.

— Ты же дочь Хранительницы? — Нэль так и знала, что уже видела где-то эту женщину.

Их город был не таким большим, но всё же там проживало достаточно много народу, чтобы Ллараинэль помнила всех и каждого в лицо. Но вот её вполне себе знать могли, дочь Хранительницы не последний человек в поселении, тем более с такими узнаваемыми чертами внешности. Она была единственной златоглавой и златоглазой, такое не передаётся по наследству даже среди древних эльфов.

— Мы думали ты мертва, и твой валласлин, без него я тебя не узнала, — стоило Теалисаал понять, кто перед ней, как тут же развеялся страх и появилось привычное едва заметное пренебрежение.

Многие в городе относились к дочери Хранительницы хорошо, но остальные после случая с драконом едва ли не сторонились, а после принятия татуировок и вовсе смотрели свысока. Метка раба эванурис, стыд и позор, если она принята без осознания, а в качестве наказания.

От Дориана не скрылся изменившийся тон его спутницы и брови мага сошлись на переносице. Ему совсем не понравилось слышать, как вновь к эльфийке начали обращаться так, словно она одна из слуг в крепости, а не Инквизитор.

— Мне казалось, я давно уже отправляла письма, как и моя сестра, так что информация о моём благополучии должно было достигнуть города, — как странно, неужели мама до сих пор считает её мёртвой, даже после писем с заводной птицей.

— Видимо я ушла до их прибытия, — в голосе темноволосой эльфийки послышалась усталость. — Прости за моё невежество, — было заметно, что эти слова она произнесла ради галочки, а не для того, чтобы и правда принести свои извинения Инквизитору. — У меня плохо говорить на людской манер, расскажу Нэль, она вам.

Ллараинэль кивнула и предложила всем сесть. В ставке командования давно уже появились стулья, ещё с того раза, как они тут собирались всей толпой. Прошло столько времени с того момента, а для Нэль это словно было вчера. Не зря говорят, что для эльфов время идёт совершенно по другому относительно быстрых детей этого мира.

— Мы вышли в разведку, как это бывает, нужно было собрать информацию относительно происходящего во внешнем мире, о действиях людей после восстания магов, — эльфийка говорила вкрадчивым спокойным голосом, она словно пыталась заворожить всех вокруг себя. — Мы побывали в Киркволле, в месте с которого всё началось, — выдох. — После этого мы отправились в Денерим, там уже информации узнать удалось куда больше, после этого нам пришёл приказ возвращаться, но мы по пути решили заглянуть ещё в несколько городов и это стало ошибкой. На границе Неварры и Тевинтера мы встретили группу эльфов, они сказали что ищут место предназначенное только для эльфов. Я поняла, что их встретил кто-то из наших или же другой долийский клан, имеющий ещё остатки информации.

Теалисаал прервалась, чтобы отпить из своего стакана. Пока женщина молчала, Нэль постаралась как можно быстрее перевести первую часть рассказа на всеобщий. Это было забавно. Никогда бы она не могла подумать, что станет переводчиком, с её то знанием языка.

— Мы решили помочь им, но как только нам удалось выдвинуться в путь, как на нас напали эти проклятые тевинтерцы, — эльфийка с силой сжала стакан. — В их отряде уже были рабы, ты не поверишь, но это оказались Часовые из древнего храма Митал.

Всё встало на свои места. Вот почему Абелас со своими людьми так и не предупредил свой город о возможных союзниках в лице Инквизиции и другого такого же древнего города.

— Дальше всё просто, мы не смогли дать должный отпор и нас продали в рабство, — по лицу Теалисаал можно было понять, будь её воля она бы сейчас харкнула себе под ноги, но место и манеры не позволяли этого сделать. — Этот парень, — эльфийка ткнула пальцем в сторону Дориана, — со своими дружками вытащили нас, не всех, только тех кто ещё был на рынках или же у его знакомых в подчинении.

Ллараинэль быстро перевела оставшуюся часть спутникам и наступило молчание. Было сложно как-то охарактеризовать подобную ситуацию. Для этого мира было в порядке вещей, что повсюду снуют тевинтерские работорговцы и с периодичностью то разоряют долийские слабые кланы, то наведываются в эльфинажи. На Нэль же этот рассказ произвёл большое впечатление, и для того чтобы это понять не нужно было быть ясновидящим. Дориану хватило одного взгляда, чтобы прочувствовать всю ту боль, что сейчас ощущала эльфийка. Хотелось встать и обнять её, а не вот так чинно сидеть среди остальных. Ему было обидно и в какой-то степени стыдно, что именно его народ поступает так по отношению к эльфам. Теперь для мага это были не какие-то истории, сейчас он сам был свидетелем того, как именно вербуют так называемых «добровольных рабов, чья жизнь лучше, чем в эльфинажах». И это он умудрился тогда ляпнуть Ллараинэль? Хотелось вернуться обратно во времени и ударить себя.

Дориан Павус привык к наличию рабов у себя в доме. Он никогда не отдавал отчёта откуда они берутся, куда исчезают после того, как отец увольняет кого-то из них. Это было частью его повседневной жизни и он никогда не заглядывал за кулисы. Привычка быть обслуженным другими. В его доме никогда не относились к рабам жестоко, никто не пытал и не убивал их. Они всегда были, как часть интерьера, как удобное приспособление. Маг поморщился. Дориан и сам ведь относился к ним не как к живым существам со своими мыслями и историей жизни. Он насмотрелся на эльфинажи и думал, какой же хороший народ тевинтерцы, раз дали им такую возможность проживать в богатых дома или работать на предприятиях, получая за это кров и еду. Погрузившись в подпольный мир, маг всё чаще и чаще ловил себя на мысли о том, каким же слепцом он был до этого. Интриги, игра — все это было для него развлечением, как и для остальной привилегированной части народа тевинтера. На деле же от этого страдало столько ни в чем неповинных рабов, которые просто оказались заложниками ситуации и никоим образом не являлись пособниками своих господ, а просто жили у них и прислуживали.

— Значит, — Нэль пожевала губы, — часовые и часть наших охотников всё ещё в Тевинтере?

Теалисаал кивнула. Ллараинэль прикрыла глаза. Она не может вмешиваться в дела другой страны без её согласия, как было например с Орлеем. Там её никто не ждёт, вернее ждут — убийцы, которые с удовольствием отрубят голову и повесят в центре города в качестве напоминания остальным эльфам.

— Мы уже работаем над этим, — Дориан поднялся и подошёл к карте. — Марий и Тесс сейчас ищут информацию и по моим последним данным, некоторых из вашего отряда им уже удалось найти. Осталось придумать, как вытащить.

— Спасибо, — Ллараинэль кивнула магу, но он видел, что этот ответ не сильно успокоил эльфийку.

Он понимал её затруднительное положение. Она не может вот так просто сорваться и рвануть в другую страну на помощь соплеменникам, тем более будучи Инквизитором. Именно для этого у неё есть он. Дориан кивнул своим мыслям.

— Давайте дадим отдохнуть нашим гостям с дороги, сейчас мы всё равно не можем помочь, как бы нам этого не хотелось, — Мариан встала первой и посмотрела на Нэль так, словно пыталась таким образом одновременно успокоить её и привести в чувство.

Ллараинэль медленно шагала по ступеням в свою спальню. Радость от прибытия мага смешалась с горечью от той информации, что он привёз с собой. Охотники её клана сильны, часовые не уступают им в умениях, как же тогда эти работорговцы с такой лёгкостью завладели сразу и теми и другими? Нэль скрипнула зубами.

— Будешь так сильно сжимать челюсть, останешься без зубов, — родной голос, по которому так соскучилась эльфийка прозвучал прямо позади неё.

Девушка развернулась на каблуках и увидела мага стоящего буквально на пару ступеней ниже. Было уже невозможно сдерживать свои эмоции и Нэль едва ли не запрыгнула на мужчину. Только чудо не дало им упасть и не покатиться вместе кубарем по ступеням, Ллараинэль не хотела давать название этому чуду, Дориан же слишком чётко ощутил спиной давление чужой магии.

В комнате они оказались быстро, ещё быстрее упали на кровать. Было странно вновь ощущать прикосновения кожа к коже. Дориан уже и забыл, что эта девушка может вызывать в нём такую бурю эмоций несмотря на долгую дорогу и усталость от вечных тевинтерских интриг. На периферии сознания промелькнул образ кольца, спрятанного в один из многочисленных карманов, захотелось прямо в этот момент выхватить его, но вместо этого Дориан лишь сильнее прижал к себе хрупкое тело, наслаждаясь громким протяжным стоном.

Усталость всё же взяла своё и двое уже лежали на кровати. Ллараинэль гладила удивительно мягкие волосы мага, который устроил свою голову у неё на животе, она же сама полусидела на кровати и наслаждалась тихим посапыванием Дориана. Наверное счастье и правда состоит из таких вот незначительных, но очень тёплых моментов, которые хочется навсегда запечатлеть в своей памяти и никогда не забывать. Нэль улыбнулась, заметив как маг сморщил нос из-за внезапного грохота на улице. Судя по последующей за этим звуком брани, кто-то уронил с повозки вещи и теперь собирал их обратно. Уже и продавцы потихоньку покидают это место, совсем скоро оно вновь будет принадлежать ветру и снегу. Стало неожиданно печально.

Легкий морозный ветер навевал тоску, а тёплое дыхание на животе не только усиливало её, но и одновременно с тем сглаживало. Эльфийка прикрыла глаза прислушиваясь к своим чувствам и тому, что теплилось где-то чуть ниже груди, той самой вещи, которая спасла её от гибели совсем недавно. Маленький огонёк отзывался пульсацией, которая проходила через всё тело мягкой волной, но вот в районе левой руки она останавливалась, и словно накрывало руку, а не проходило через неё. Неужели и правда магия оберегает её от влияния метки? Хоть что-то хорошее от этого ужасного умения.

— О чём думаешь? — хриплый со сна голос заставил девушку вернуться к реальности.

— О магии, — честно ответила Нэль не задумавшись ни на секунду.

Дориан зашевелился и вот уже живот обдало прохладным воздухом, заставляя девушку едва заметно вздрогнуть. Мужчина внимательно посмотрел на эльфийку, глаза в глаза. Да, это правильное решение. Дориан решил, что уже хватит ждать подходящих моментов и событий, их жизнь слишком непредсказуема, чтобы вечно томиться от ожидание чего-то лучшего.

Соскользнув с кровати, мужчина пошарил по полу, в поисках своей верхней накидки. Не успела Нэль никак прокомментировать его странное поведение, как Дориан уже повернулся к ней сжимая в пальцах маленькую открытую коробочку. Пару минут девушка смотрела на поблескивающий в лучах солнца камешек и никак не могла понять на чём именно он закреплён. Вернее она поняла сразу, но никак не могла этого принять, словно её сон резко превратился в реальность и выбил весь воздух из лёгких.

— Ллараинэль Махариэль, ты выйдешь за меня? — эти слова прозвучали для Нэль так неожиданно громко, что ей казалось все в Скайхолде слышали их. На деле это конечно же было не так, маг произнёс их своим привычным вкрадчивым мягким голосом, настолько громко, чтобы только уши эльфийки могли это слышать. — Нэль, дыши, а то меня уже начинает пугать твой цвет лица. Настолько плохое кольцо? Простите, госпожа Инквизитор, на что хватило моих скромных запасов, — Дориан начал шутить, а это обозначало, что он стал нервничать.

Ллараинэль улыбнулась своей самой искренней и светлой улыбкой, от которой на душе мага стало легче. Казалось всё вокруг стало на пару тонов ярче и даже лучи солнца засияли куда активнее, чем прежде. Она только одним своим присутствием создавала вокруг себя атмосферу жизни. Девушка подняла было левую руку, но вспомнив, что именно на ней тут же одёрнула вниз.

— Ох, тебе больно? Могу надеть кольцо на другую руку, если это конечно был жест согласия, — маг чуть склонил голову, словно пытаясь взглянуть в лицо эльфийки, которая смотрела на свою левую руку.

— Нет, всё нормально, давай на эту, — она подняла свой взгляд на Дориана и протянула левую руку, позволяя надеть мужчине кольцо.

На глаза навернулись слёзы, но плакать Нэль не стала, только прильнула к мужчине, крепко сжимая его в своих объятиях. Она не могла поверить, что Дориан решится сделать нечто подобное, особенно учитывая в каком положении они находятся. Маг аккуратно, стараясь не касаться метки надел поблёскивающее золотом кольцо. Это было наверное слишком банально, покупать нечто такого цвета для девушки, которая и так сама сияла ярче любого золота, но как только маг увидел это кольцо ему сразу показалось, что он знает лучшую хозяйку для него.

Дориан улыбался глупой непривычной ему самому улыбкой и раскачивал в руках девушку. Впервые за долгое время его переполняло столько положительных эмоций, с которыми было так трудно справиться, маг открыл глаза и понял, что не ему одному тяжело справляться с чувствами. Вокруг них летали какие-то листки, шторы то и дело пытались взмыть к потолку.

— Мой дорогой Инквизитор, меня конечно же радует ваша реакция, но давайте не будет громить Скайхолд, — с усмешкой произнёс маг.

Нэль тут же отстранилась от мужчины и до этого момента летающие по комнате предметы вмиг посыпались на пол. Щёки девушки горели от смущения, но чувство радости всё равно перекрывало это и смеясь пара начала прибираться в комнате, попутно целуясь, обнимаясь и всячески отвлекая друг друга от работы.

Это был самый лучший день за последний год и Нэль старалась запомнить каждую его деталь, впитать в себя все эти чувства, которые помогали ей держаться на ногах. Ведь впереди ещё было много работы, а времени оставалось всё меньше.

***

Ллараинэль ненавидела все эти светские рауты, но всё же как Инквизитор должна была присутствовать на них. Особенно если нужно было обсудить важные вопросы с королевой Ферелдена. Дориан и Бык сразу же вызвались сопровождать Инквизитора на этот нелёгкий словесный бой, вместе с ними также отправился Каллен и нынешняя названная верховная чародейка Кинхола, оказавшаяся дальней родственницей Мариан.

— Я уже и забыл насколько сильно пахнет собаками в Ферелдене, — скривился Дориан, когда они проходили по улице Денерима, в сторону замка королевы.

— Ещё одно слово про Ферелден, тевинтерец, и я заколдую твои волосы так, что ты уже никогда не сможешь их уложить, — сощурила глаза Солона.

Маг тут же прикрыл свои волосы руками и отошел подальше от вечно хмурной женщины, которая его очень сильно нервировала. Ллараинэль же тем временем рассматривала улочки Денерима и удивлялась тому, насколько сильно была велика разница между Орлеем и Ферелденом, словно два разных мира. Если Внутренние Земли она для себя называла просто небольшой деревушкой, то тут это была столица и по сравнению с Орлеем, едва ли отличалась от тысячи других невзрачных мрачных городов. На глаза девушки попалась табличка — «эльфинаж», то странное слово, которое произносили при ней множество раз, говоря о людских городах. Нэль тут же захотелось отправиться туда. Бык заметив куда свернул их Инквизитор, тут же перегородил ей дорогу.

— Босс, я конечно всё понимаю, но туда вам не стоит идти.

— Боюсь, что он прав, — Дориан встал рядом с косситом и выражение его лица было извиняющимся, словно он был ответственным за наличие эльфинажа в этом городе.

— Прекратите, вы оба, — брови Нэль сошлись на переносице. — Думаете, после всего произошедшего меня может что-то сильно шокировать?

Мужчины не нашлись, что ответить и перевели взгляд на командора, но и тот лишь пожал плечами.

Ллараинэль подумала, зайдя в эльфинаж, что может они и правы и не стоило ей этого видеть. Но дело было уже сделано и клокочущая ярость зародилась где-то глубоко внутри, хотя по лицу эльфийки было не понятно о чём именно она думает. Левая рука с готовностью отозвалась на эмоции девушки и незаметно маленькие черные линии продолжили свой путь выше, к своей цели.

Глава 66. Дом, милый дом

— Нэль, — Дориан наклонился к девушке. Эльфийка вздрогнула и обернулась к магу. — Королева Анора обращается к тебе, я так думаю, потому что не вижу никого другого в этой зале с титулом Инквизитора.

Ллараинэль так сильно задумалась о судьбе местного эльфинажа, что даже не сразу заметила, в какой момент королева позвала её к себе. Это тоже был светский раут, но он сильно отличался от того, что происходило в Орлее. Здесь словно все себя вели более открыто, велось меньше закулисных боёв, нельзя сказать что их совсем не было, но они не представляли собой Игру, в понимании орлесианцев. Скорее типичные интриги и собирание слухов.

— Вы хотели поговорить со мной? — Анора улыбнулась Инквизитору.

Королева была куда выше Нэль, но при этом, сама Ллараинэль не казалась более уязвленной. Каллен отметил, как расправились плечи девушки и с каким непроницаемым выражением лица она смотрит на собеседника, как её глаза открыто изучают женщину перед собой.

— Да, спасибо что уделили нам своё внимание, — Нэль чуть склонила голову в благодарность. — Мне бы хотелось обговорить с вами судьбу местного круга магов, если не ошибаюсь из башни под названием Кинхол.

Выражение доброжелательности застыло на лице Аноры, было заметно, что эту тему ей бы не хотелось затрагивать. Выбора правда у неё не было. Просто закрыть глаза на подобного масштаба проблему было нельзя. Да, новая Верховная Жрица сделала множество послаблений для Кругов, но всё же разбросанные по всей стране маги являли собой непредсказуемую и весьма опасную проблему.

— Давайте пройдём в мой кабинет, — Королева кивнула в сторону дверей и небольшая компания с Инквизитором во главе двинулась за ней.

Они прошли через несколько коридоров и вошли в просторную комнату выполненную без излишеств: стол, полки с книгами и несколько стульев. Анора посмотрела на людей рядом с Инквизитором и в её взгляде читалось неприкрытое недоверие.

— Я останусь точно, всё же судьба Круга в первую очередь важна именно для меня, — Солона Амелл скрестила руки на груди, но даже так было заметно как она чуть горбится.

По всем магам из кругов было видно, что они привыкли вести себя максимально незаметно, словно рабы ходящие по усадьбе. Существующие всюду, но не имеющие права давать знать о себе.

Их разговор был достаточно ёмким, никто не собирался дискутировать, лишь обговаривали детали. У Инквизитора с Солоной уже были заготовленные условия, Королеве же хотелось побыстрее избавиться от этой проблемы с минимальными затратами, а учитывая, что большую часть обязанностей взяла на себя Инквизиция, то для неё это упростило задачу.

***

— Это были самые скучные переговоры в моей жизни, — Дориан стоял около камина комнаты Инквизитора с бокалом вина в руке.

— Потому что тебя на них не позвали? — Солона тоже сжимала в руках кружку, только с пинтой чего-то мутно коричневого, к ней присоединился и Каллен, они оба расположились на небольшой кушетке.

Бык уже во всю отпивал из своего огромного кувшина и выглядел как всегда самым довольным.

Нэль смотрела в окно. Давно уже опустилась ночь, но для эльфийки это не было проблемой, яркая луна и несколько факелов на улице помогали ей внимательно осматривать территорию.

— Хей, босс, чего призадумались, всё же отлично прошло, разве нет? — Железный Бык повернул голову в сторону эльфийки. — Собираетесь куда-то?

Только после этой фразы остальные члены отряда тоже посмотрели в сторону Инквизитора. Девушка была всё ещё одета в свой кожаный доспех, а рядом на пуфе лежал лук со стрелами.

— Я, — Ллараинэль развернулась, было заметно, что она не собиралась ничего говорить, видимо хотела уйти одна. — Просто, не буду же я переодеваться при вас.

— У вас, госпожа Инквизитор, было достаточно времени чтобы это сделать, ведь именно по этой причине мы расходились после званного ужина, чтобы переодеться, — Дориан поднял бровь, внимательно смотря на девушку.

Даже для неё это была очень глупая и очевидная ложь, а это значило только одно — мысли эльфийки занимало что-то настолько важное, что она даже не продумала этот момент. Ллараинэль полностью развернулась к своим спутника. Дориан впервые потерял дар речи. В глазах эльфийки было что-то такое необъяснимо пугающее, словно зелёные всполохи самой Тени играли в золоте. Выражение лица оставалось абсолютно спокойным, но левая рука была сжата в кулак, словно Нэль всеми силами пыталась совладать с эмоциями. И это у неё получалось, иначе бы пол комнаты уже парило в воздухе или же было попросту разрушено.

— Насколько понимаю, вы же маг, Инквизитор? — Солона встала.

Ллараинэль поджала губы и нехотя кивнула.

— Извините за непочтительность, но не могли бы вы умерить свой пыл, у меня едва получается сдерживать ваш напор, — женщина не выглядела так, словно вообще использовала магию.

Дориан перевёл взгляд с одной магессы на другую. Вот почему он ничего не почувствовал, новая хозяйка Башни Кинхола взяла весь неосознанный удар Нэль на себя, тем самым предотвратив бурю в комнате.

— Спасибо, — женщина опустилась обратно на своё место рядом с Калленом и отпила из своей кружки.

— Госпожа Инквизитор, что происходит? — в голосе командора звучала неподдельная тревога, он смотрел прямо в глаза эльфийки и видел в них ровно тоже, что и Дориан.

Ллараинэль прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Ей было так трудно передать собственные эмоции и желания, тем более людям, которые не совсем понимаю какого это быть Инквизитором и видеть, как твой собственный народ живёт в условиях подобных Денеримскому эльфинажу. Слуги во дворце хотя бы имели хорошего союзника, который о них заботился, а тут… Разруха, голод и болезни. И эти взгляды восхищения, которыми на неё взирали все те, кого им удалось там встретить. Она не заслуживает такого отношения с их стороны, не тогда, когда думает стоит ли ей вообще вмешиваться или просто пройти мимо. Левую руку обожгло. Было так тяжело сдерживать свой гнев, он словно стал намного сильнее неё самой, давил с таким напором, что девушке едва удавалось сдержать себя, чтобы не закричать от безысходности. Поэтому она и решила сходить в эльфинаж, протянуть руку помощи своим собратьям. Мама будет не в восторге от прибытия обычных эльфов, но других идей куда именно послать эльфов у Нэль не было.

— Босс, вам не стоило ходить туда тогда и не стоит делать этого сейчас, — Бык встал и сделал несколько шагов в направлении Инквизитора. — Что вы можете сделать? Начнёте восстание эльфов? Разгромите эльфинаж? Думаю намного лучше этим беднягам не станет.

— Нет, я, — Ллараинэль запнулась. — Я отправлюсь вместе с ними на свою родину, проведу их секретными тропами.

— Вы хотите вернуться домой? Распустить Инквизицию? — брови Каллена сошлись на переносице.

Ллараинэль покачала головой.

— Моя мать может помочь мне с меткой, стабилизировать её, по крайней мере если верить словам Флемет, — Нэль посмотрела на опустившиеся плечи командора, который не сдержавшись выдохнул с явным облегчением. — Ещё могу привезти трав и рецептов для борьбы с зависимостью лириумом, я уже мало что помню, а у нас есть целое пособие в библиотеке.

В комнате повисло молчание. Каждый думал о чем-то своём, потягивая из кружек алкоголь. Ллараинэль же продолжала стоять у окна, всматриваясь в тёмную даль, туда где скоро наступит красный восход, в день когда прольётся новая кровь…

***

— Прекрати мельтешить, я постараюсь приехать, как только разберусь с этими работорговцами, которые поймали Часовых и твоих людей, — Дориан положил плечи на Нэль, которая то и дело ходила из стороны в сторону, искала что-то или проверяла сумки мага. — Всё будет хорошо, со мной лучшие из лучших убийц магов.

Мужчина старался выглядеть максимально уверенным, чтобы успокоить паникующую девушку, хотя на самом деле он волновался не меньше. Один раз она уже попала под удар из-за него, и такое может случиться повторно, только он уже не успеет никого предупредить. Поэтому стоило быть осторожными. Все те несколько недель, что Дориан находился подле Инквизитора, он старался вести себя привычно, не задерживаться дольше чем нужно около девушки, не бегать к ней в покои без прямых просьб и не оставаться там дольше приличного. Судя по реакции окружающих, никто и правда ничего не замечал. Новых слухов не появилось, хотя почти весь Скайхолд жадно следил за каждым шагом эльфийки и внимал каждому слову. Было заметно, что Нэль сдерживаться труднее — сразу была заметна разница в возрасте и опыте, но положение сковывало её куда сильнее, чем маг мог себе представить. Похоже эльфийка больше не воспринимала свой титул, как нечто временное, а вела себя как подобает настоящему Инквизитору. Видимо советники хорошо работают с ней, а учитывая какой поток вельмож проходит через эти ворота, такое обучение было очень важно, чтобы вокруг девушки не появлялось ненужных разговоров.

Перед воротами под пристальными взглядами других людей было трудно сдерживаться. Дориан видел, как Нэль всеми силами старается вновь не обнять его, как она это сделала перед самым выходом из комнаты. Ему и самому было тяжело прощаться так — холодно, практически наигранно давить нужную улыбку.

— Теперь слушай внимательно, ты должна съездить домой и никаких отговорок, я не хочу приехать сюда и найти тебя валяющуюся где-то под лестницей, что скажут люди! — Дориан взмахнул руками. — Только не надо, прошу тебя не надо вмешивать сюда спасение всех эльфинажей, это куда опаснее, чем ты думаешь, — это он сказал почти шёпотом.

— Не беспокойся, — Бык стоял ближе всех и был непривычно серьёзен, — я прослежу, чтобы наш Инквизитор не наделал глупостей.

Ллараинэль на это закатила глаза и надувшись, сложила руки на груди. Так и попрощались. На душе было не спокойно. Смотря на спину мага, Нэль была уверена, что в следующую их встречу всё будет далеко не так радужно, как рисовал ей то Дориан. Что-то должно произойти, но пока эльфийка не понимала, что именно. Она была ещё слишком слаба, чтобы видеть будущее настолько чётко, пока ей оставалось довольствоваться только смутными чувствами.

***

Ллараинэль с глупой улыбкой на губах вертела на безымянном пальце кольцо подаренное Дорианом. Оно так приятно грело руку и душу. Особенно теперь, когда наступила зима и в Скайхолде стало совсем безлюдно. Мало кто из вельмож готов был приезжать в такую погоду, многие люди уже разъехались, отряд Быка ушёл на разведку вместе со своим командиром, Мариан вместе с Андерсом ушли в Морозную котловину. Каллен и Кассандра всё своё время уделяли воспитанию и набору новобранцев, Коул то и дело возникал возле бродившей по коридорам Нэль и пугал её своими неожиданными комментариями относительно её чувств. На самом деле девушка была рада присутствию Коула, он напоминал ей о том, что она всё ещё не одна и далеко не все покинули Скайхолд, хотя на первый взгляд всё выглядело именно так. Стало слишком тихо.

Ллараинэль прикрыла глаза и прислушалась к завыванию ветра за окном. В камине весело потрескивал огонь, но он не спасал положения, в огромных инквизиторских покоях было непривычно холодно. Она уже пережила тут одну зиму, но казалось что она была не такой суровой. Может дело в общей атмосфере. Тогда все были заняты общим делом и было некогда обращать внимание на такие мелочи, как холод, в головах было одно — победить Корифея. Теперь же мороз ощущался очень остро, он словно бы собирался дойти до самого нутра Нэль и заморозить и там всё, как только она чувствовала нечто подобное, рука сама по себе тянулась к кольцу. Оно словно было наполнено магией, которая не давала ей окончательно промёрзнуть и стать одной из статуй Скайхолда.

Ллараинэль поднялась с пола около камина и принялась повторно проверять вещевые мешки. Нельзя было брать с собой слишком много вещей. Переход через горы в такую погоду и без того был не безопасен, а с огромной поклажей тем более. Главное было правильно рассчитать припасы на случай если придётся где-то укрыться от бури, а остальные мелочи не так важны. Что-то всегда можно будет прикупить по пути.

Нэль, наконец, собралась посетить свой родной дом и именно в этот момент ударили морозы и началась буря, но девушка решила, что если не уйдёт сейчас, то уже никогда не сможет этого сделать. Взгляд упал на левую руку. Запястье опутывали ещё редкие, но уже сильно заметные черные линии. Они словно змеи ползли под кожей, медленно заражая всё на своём пути. Мор. Почему-то именно это сравнение первым пришло в голову девушки и она передёрнула плечами.

Интересно, как там сестра? От неё не было больше вестей, как от ушедшего вслед за ними Блэкволла и других стражей в целом. Хотя Инквизиция и пыталась связаться официально с орденом, но ответа так и не получила, а больше никаких зацепок относительно Стражей у них и не было. Началось. Ллараинэль понимала это и была готова. Надеялась, что готова. Поэтому ей нужно время. Пусть Хранительница может только отсрочить, но даже лишний день мог сыграть огромную роль. Партия началась, осталось понять, кто занял места играющих, а кто стал королём и королевой.

Нэль затянула узлы на мешке. Пора.

Внизу её встретили советники, которые наперебой старались переубедить эльфийку, уговаривали хотя бы переждать непогоду, но Нэль чувствовала, что времени уже нет. Фенрис стоял полностью облаченный в доспех, Бетани рядом с ним переминалась с ноги на ногу, держа на руках маленькую Нэль.

— Пройти могут только эльфы, поэтому как бы мне не хотелось, кроме Фенриса никто не может сопровождать меня, — Ллараинэль чуть сжала губы.

— Я защищу её, — эльф встал перед девушкой, закрывая её собой. Этим жестом он словно пытался показать, что она всегда сможет найти защиту за его спиной.

Советникам ничего не оставалось кроме как отпустить своенравного Инквизитора пожелав удачи.

— Постой, не все маги покинули Скайхолд, некоторые из них остались и являются эльфами, — Каллен не ожидал, что сам когда-нибудь предложит мага в качестве сопровождающего, но чем больше защиты тем лучше.

— Было бы лучше отправься знающий маг, а не простой мальчишка из башни, — Морриган первой вызвалась сопроводить Инквизитора в надежде узнать больше о скрытой деревне эльфов, но к её огромному сожалению, даже с Нэль её не пустят дальше границы.

— По вашему, главная чародейка не достаточно знающий маг, — Фиона вышла к компании.

Женщина была облачена в походную мантию, за плечами был мешок. Фенрис закатил глаза, он думал, что хотя бы один поход обойдётся без магов, но даже так избежать этого не удалось. Получив в очередной раз наставления от Жозефины на тему эльфинажей, отряд покинул Скайхолд.

***

Ллараинэль не собиралась устраивать восстание в эльфинажах, но и пройти мимо просто не могла. Она осторожно проникала в города вместе с Фенрисом и предлагала пойти вместе с ними. И к её огромному удивлению соглашались на подобное единицы, к моменту их прибытия к границе Арлатанского леса отряд из трех человек превратился лишь в отряд из десяти.

— Я, конечно, понимала, что путь не близкий, но и подумать не могла куда нас это приведёт, — Фиона смотрела на распростёршийся перед ней лес из огромных деревьев. — Даже тевинтерские магистры не ступают на территорию Арлатанского леса, это место проклято магией крови и древней магией леса, входящий сюда уже не может выйти.

Было заметно как остальные эльфы тоже напряглись. Нэль же пожала плечами на это.

— Я тоже об этом слышал. Ходящие и говорящие деревья защищают усыпальницы своих бывших обитателей, — парнишка чуть младше Нэль взирал на лес с опаской.

— Небылицы и сказки, — Ллараинэль пожала плечами. — Сильваны — одержимы демонами и у нас их стараются изгонять, а духи пожелавшие помочь, вступают в связь с лесом только при очень опасной угрозе или по просьбе Хранительницы.

Нельзя было сказать, что слова Нэль успокоили её спутников, но теперь они хотя бы согласились пройти дальше опушки.

***

Фенрис был удивлён не меньше остальных, хотя и бывал здесь раньше. Вот только как оказалось, память его была настолько сильно стёрта, что он совершенно точно не воспроизвёл бы этого огромного строения среди деревьев. Всё здесь выглядело одновременно величественно и при этом гармонировало с природой. Огромные подвесные мосты, арки соединяющие кварталы, строения, которые из-за особенностей постройки словно бы висели в воздухе, а на деле просто были построены на деревьях. Такого леса нельзя было найти уже больше нигде. Даже деревья в Изумрудных Могилах в сравнении с Арлатанскими казались их собратьями меньшими.

— Я думал это только легенды, — голос самого младшего эльфёнка дрогнул и он сильнее прижался к матери, но продолжал смотреть во все глаза.

— Здравствуй, не думал, что ты вернёшься, тем более в такой компании, — один из Охотников вышел навстречу Нэль. — Никто и подумать не мог, что после всех известий, что до нас доходили, ты захочешь вновь посетить свой дом.

Ларис. Один из самых старших Охотников, которых Нэль очень хорошо знала, потому что именно он частенько ловил её у самой границы или же около обрывов ведущих к Глазам Гнева. Суровое выражение лица мужчины явно напугало остальных и они поспешили отойти назад, все кроме Фенриса, он остался стоять рядом с Ллараинэль.

— Здравствуй, да будут твои дни наполнены солнцем, — Ллараинэль неуверенно улыбнулась.

С Ларисом у неё были хорошие отношения, насколько это могло быть. Он частенько вытаскивал её откуда-то, но не рассказывал при этом Хранительнице, чем сильно облегчал жизнь девочки. Иногда угощал её сладостями, которые готовила его жена. И всё же он оставался в первую очередь Охотником, который должен был охранять территорию от врагов.

— Я так понимаю у нас пополнение? — выражение лица мужчины стало мягче и он даже едва заметно улыбнулся вновь прибывшим. — Они не говорят на нашем, да? - Нэль отрицательно качнула головой. — Тогда. Приветствую, идите за мной, провожу в место новое, там помогут жить. Спасибо.

Ллараинэль кивнула и ободряюще похлопала по плечу одну из женщин.

— Не бойтесь, теперь всё будет хорошо, — она отправила бывших жителей эльфинажа вслед за Ларисом, а сама пошла в сторону дома.

Дом, милый дом. Интересно, он всё ещё принадлежит ей или его уже отдали кому-то другому?

Глава 67. Верность своему сердцу

Ллараинэль шла медленно, словно хотела хорошенько всё рассмотреть или насладиться прекрасным чистым воздухом и пением птиц вперемешку со звуками работающих машин. Что-то громко пыхтело вдалеке, мельницы и механические насосы качали воду из небольших рек, тут и там раздавался стрекот заводных птиц, летящих к своим адресатам. Фиона шедшая возле Инквизитора едва ли не с открытым ртом рассматривала распростёртый перед ними город, Фенрис же наоборот старался смотреть больше себе под ноги, чем наверх, туда где по многочисленным мостам шли по своим делам эльфы.

Они не успели перейти городской черты, как перед ними возникли два эльфа. Один высокий парень с длинными серыми волосами и несколькими шрамами на лице, в его стальных глазах было одновременно столько эмоций, что Нэль даже не сразу признала своего друга. В последний раз она видела его на церемонии, разодетого в меха и доспехи, подобного волку, а теперь перед ней вновь предстал мальчишка, в повседневной рубашке и штанах, с кучей портупей, на которых крепились кинжалы, склянки и несколько сумок. Рядом с ним возникла очень похожая на него девушка, она была ниже ростом, и черты лица её были более заострёнными, а в глазах читалась неприкрытая неприязнь.

- Нэль, - практически одними губами произнёс Алларос смотря на Вестницу, которая слегка сконфуженно улыбнулась парню.

- Привет, - Ллараинэль не знала, что сказать. Она не предвидела настолько скорой встречи со своим другом и даже не задумывалась с чего стоит начать разговор.

Слов не потребовалось. Алларос сделал то, чего эльфийка не ожидала от всегда сдержанного парня - он обнял её, крепко прижимая к себе. Нэль неуверенно обвила талию парня и слегка похлопала его по спине. Подобные проявления чувств между ними были редкостью, а тут ещё и столько времени прошло. Ллараинэль была рада видеть его, но при этом ощущала неловкость и смущение.

- Ты жива, ты вернулась, - парень отстранился, но оставил руки на плечах девушки.

Такое поведение всё ещё несколько сбивало с толку. Они всегда были достаточно близки, но Алларос был не из тех, кто настолько открыто может проявлять эмоции и тем более обнимать и трогать кого-то. Насколько же сильно он изменился за эти два года.

- Я провожу новеньких в дом для беженцев, а вы идите к Хранительнице, - Анай смотрела на Нэль с привычной неприязнью и лёгкой обидой в глубине глаз.

Ллараинэль понимала её чувства. Старшая сестра всегда очень сильно переживала за своего брата и ещё тогда была не рада тому, что он связался с маленькой дочерью Хранительницы, которая принесла беду в дом. Алларос кивнул своей сестре, но Нэль поспешила её остановить.

- Они не новенькие, сопровождающие, - Вестница сделала шаг к своим спутникам.

- Сопровождающие? - это слово Анай практически выплюнула переходя на всеобщий язык. Её взгляд с негодованием прошёлся по фигурам Фионы и Фенриса, последний ответил не менее раздражённым взглядом, было видно, что эльф в любую минуту готов взяться за меч. - Постой, его я помню, он же женился на человечке, - эльфийка скривилась.

Ллараинэль отметила, что Анай стала куда лучше говорить на всеобщем языке, или может быть, Нэль раньше не умела разговаривать на нём и поэтому все в её присутствии говорили только на эльфийском. Было весьма логично, что одна из шпионок знала всеобщий язык.

- Какие-то проблемы? - Фенрис сделал шаг вперёд, шпионка в ответ лишь скривилась, но ничего говорить не стала.

- Сопровождающие? - брови Аллароса сошлись на переносице. - Ты не возвращаешься?

Нэль виновато улыбнулась и пожала плечами, парень тут же потерял весь свой запал и превратился в привычного отстранённого Аллароса, к которому привыкла девушка.

- Идём, - Анай кивнула в сторону города и компания двинулась за ней.

Ллараинэль думала, что её друг присоединится к сестре, но вместо этого он упорно шагал с ней в ногу, и словно не собирался никогда отходить.

***

Ллараинэль ловила на себе заинтересованные и удивлённые взгляды. Жители явно не ожидали возвращения блудной дочери Хранительницы и поэтому никто даже не пытался скрыть своих удивлённых вздохов, многие даже останавливались при виде процессии. Нэль сконфуженно улыбалась, но старалась смотреть в пол. Тут она не была Инквизитором. Фенрис сразу же заметил изменения. Из грозной воительницы эльфийка превратилась в маленькую напуганную девочку, которая не смела поднять головы перед старшими. Такое поведение не понравилось эльфу. Он не помнил взаимоотношений Нэль с матерью, хотя смутно осознавал, что чаще всего виделся с ней где-то вне основного поселения, девочка обычно играла одна.

Они шли всё дальше и дальше. Ллараинэль уже было подумала, что они идут к заветному костру, но тут Анай повернула и они направились к одному из подъемников, который быстро доставил их на самый верх, туда где жила Хранительница.

- Дальше пойдем только мы, - Алларос посмотрел на спутников Инквизитора, его акцент на всеобщем был куда сильнее, чем у сестры, но даже так звучал куда лучше, чем у Нэль.

- Провожу их куда-нибудь, - Анай закатила глаза. - Не смотри на меня так, думаешь её тут убьют? - шпионка обратилась к Фенрису, который было сделал шаг, чтобы пройти вслед за Нэль.

- Всё хорошо, встретимся позже, можете пока осмотреться или зайти в, - Ллараинэль запнулась. - Домик на дереве всё ещё мой? - в её голосе было столько неуверенности, что даже Анайя почувствовала себя немного виноватой перед этой девчонкой.

- Да, отведу их туда.

Фенрис с сомнением посмотрел на Нэль, но та ободряюще кивнула и у них не осталось выбора кроме как последовать за этой неприятной эльфийкой.

Алларос постучал. Дверь перед ними открыла бывшая няня Нэль, которая так и осталась служить Хранительнице. Она улыбнулась было парню, но заметив гостя рядом с ним - замерла. Какие-то пару мгновений женщина смотрела на Ллараинэль и осознав наконец, кто стоит перед ней тут же открыла дверь шире.

- Слава Балансу, значит Хранительница была права, вы живы и вы вернулись, - она по доброму улыбнулась Нэль и пропустила их внутрь.

- Здравствуй, - Таурэтари спускалась по винтовой лестнице вниз и выглядела при этом не менее торжественно, чем императрица Орлея.

Ллараинэль впервые за долгое время ощутила себя вновь маленькой беспомощной девочкой, которая вернулась домой с плохой оценкой. Хотелось подобрать слова оправдания своих поступков, ещё и как назло лук очень красноречиво напоминал о себе своей тяжестью на спине. Из-за стольких событий, Нэль уже успела забыть, как именно ей достался подобный трофей и теперь чувствовала себя очень неловко под взглядом матери. Девушка стушевалась и опустила взгляд в пол, словно собиралась выслушать нравоучения от матери, но вместо этого услышала наполненный непривычным теплом голос, который приглашал всех к столу.

Ллараинэль на ватных ногах прошла к столу и осторожно села на стул. Выглядела она при этом очень удивленной, а в золотых глазах играли лучи солнца, ещё сильнее выдавая её растерянность.

- Я рада твоему возвращению, - Хранительница села чуть сбоку от Нэль. - Порой мы не осознаём ценности того, что находится прямо перед нами, а после долго жалеем о потере.

Ллараинэль с подозрением посмотрела на мать. В неё демон вселился? Чтобы она сказала такое ей, той самой Нэль, которой лично нанесла валласлин для подавления эмоций? Верилось с трудом, но очень сильно хотелось, чтобы эти слова были правдой.

- Не беспокойся, теперь ты снова дома, ты внесла огромный вклад в восстановление мира, и я рада этому, ты показала свою истинную силу, - улыбка тронула губы Таурэтари. - Ты, как и твоя сестра, доказала людям, что эльфы могут быть куда опаснее каких-то тевинтерских отребий, пожелавших стать богам.

- Вы слышали обо всем? - Нэль не знала, какой информацией обладает её поселение относительно Корифея и всей войны.

- Ты стала говорить, как они, - брови женщины сошлись на переносице. - Тут тебе незачем больше использовать этот низший язык, - пренебрежение в голосе резануло по всем чувствам Нэль.

Неужели и сама Ллараинэль когда-то относилась с таким высокомерием к другим расам Тедаса? Вполне вероятно. Жизнь среди людей многому её научила и в первую очередь тому, что нельзя мыслить предвзято. Не все люди так ужасны, не все они хотят себе эльфов в прислугу, не все гномы жадные и скупые разгильдяи, не все косситы кровожадные не думающие убийцы. Не все эльфы хотят что-то менять в своей жизни. Нэль не успела ничего сказать, как Хранительница продолжила свою речь.

- Твой валласлин, - женщина запнулась. - Прости, что пришлось прибегнуть к столь радикальной мере, но тогда у меня не было выбора.

От этой лжи Нэль хотелось закричать ей в лицо: "Был! Был у тебя выбор! Просто научить меня, взять под опеку, отдать на обучение в крыло магов!". Это осознание пришло к эльфийке, когда маги Скайхолда принялись учить её, отдавая крупицы своих знаний, тратили время, повторяли тысячу раз, пока у неё окончательно что-то не получалось. Собственная же мать пошла самым лёгким путём - запечатала магию и дело с концом. Нэль стиснула зубы.

- Я чувствую странную магию, словно что-то пытается проникнуть из Тени, словно вот-вот образуется разрыв, - взгляд Таурэтари прошёлся по Ллараинэль.

Девушка не стала ходить вокруг да около, она стянула перчатку с руки и положила руку на стол ладонью вверх. Алларос сидящий рядом неосознанно отодвинулся, проскрипев ножками стула по полу. Глаза же Хранительницы округлились от удивления и она замерла. На какое-то время в комнате повисла тишина. Алларос заметил, как изменился взгляд его подруги, если зашла она привычной маленькой эльфийкой, то теперь рядом с ним сидела взрослая девушка, осознающая свою власть. Эта перемена была резкой, словно по щелчку пальцев. Она смотрела на Хранительницу таким выразительным взглядом, едва не приподняв одну бровь и чуть сжав губы от неудовлетворительной реакции. Нэль выглядела как некто не просто равный Таурэтари, а как тот, перед кем Хранительница должна приклониться. Алларосу это изменение не понравилось.

- Я встретила одну женщину по имени Флемет, - начала Нэль, но её мать приподняла руку, заставляя замолчать.

Хранительница встала и отошла к своему столу, на котором покоилась карта сновидений. Женщина вписывала в календарь видения, которые пришли к ней во сне и казались важными. Значит вчерашнее сновидение было реальным - она вновь пришла к ней с просьбой. Таурэтари кинула взгляд на руку своей дочери и опять посмотрела на запись. Насколько же туманны обычные видения приносимые Тенью и насколько яркие те, которые подпитываются магией всевышних. Кем бы ни была на самом деле эта женщина с тысячью именами, она и правда хочет, чтобы Нэль во чтобы то ни стало выжила. Какие игры затеяли боги на этот раз?

- Оставьте нас, - Хранительница вернулась к столу и села рядом с дочерью, внимательно рассматривая метку.

Алларос на мгновение замешкался, но не рискнул противиться Таурэтари и с легким поклоном вышел, помощница по дому же поднялась на верхний этаж.

- Я не умею лечить подобные раны, но могу сделать так, чтобы она тебя больше не тревожила, - печальная улыбка. - Только это будет куда больнее нанесения валласлина.

- Я готова, - Нэль выглядела решительно. Таурэтари видела перед собой уже не маленького эльфёнка, а взрослую девушку, которая привыкла принимать сложные решения и вести за собой людей. И последнее было неприемлемо.

Женщина взяла руку Лларанэль, перевернула её тыльной стороной и замерла, разглядывая красивое кольцо, которое могло означать только одно. Она прожигала его взглядом, надеясь на то, что это либо простое украшение, либо предложение от другого эльфа.

- Красивое, что оно, - Хранительница не успела договорить.

- Это от моего возлюбленного, - на губах её дочери расцвела нежная улыбка, и сердце женщины дрогнуло. Она слишком хорошо понимала, что означает эта интонация и этот взгляд - влюблённость, сильную и оттого опасную для слишком юного сердца.

- Кто он? - никогда в жизни Таурэтари не молила богов, чтобы услышать такой желанный ответ, но подсознательно она понимала - ответ ей не понравится.

Ллараинэль не нужно было уточнять о чем именно спрашивает мать. Её конечно же интересовала только раса, к которой принадлежит возлюбленный её дочери и тут порадовать было нечем.

- Он человек, - без промедления ответила Нэль и подняла взгляд на маму.

Она пыталась прочитать в её глазах эмоции, но Хранительница слишком хорошо умела их скрывать. Одно можно было понять сразу - она не в восторге от подобного заявления.

Таурэтари отпустила руку дочери и покачала головой. Единственный раз, когда она так сильно хотела помочь этому ребёнку вновь обернулся чем-то подобным. Нет, так не пойдёт, она слишком долго прожила среди людей, негоже обеим дочерям оставаться во внешнем мире.

- Не пойми меня не правильно, дочь моя, - Хранительница посмотрела прямо в золотые глаза, где уже плескалось сомнение. - Я рада, что ты пережила столько событий и повзрослела, как физически так и морально, но ты должна понимать - человек тебе не пара. И даже не вздумай упоминать о своей сестре, - Нэль как раз собиралась это сделать. - Это её тяжелый выбор, её судьба, ты сама знаешь, скверна губит всех, даже при правильном лечении можно умереть.

Ллараинэль была готова к подобным нравоучениям и даже не собиралась спорить. Пусть выскажется, она покивает, получит лечение и уйдёт. Так было всегда, каждый раз её отчитывали, делали замечания, но всё же не оставляли совсем без помощи, своеобразной, но помощи.

- Я помогу тебе при одном условии, - Таурэтари сложила руки на груди.

Ей самой не нравилось ставить подобные ультиматумы, но выбора не было, она должна была удержать хотя бы одну дочь в поселении, иначе поползут куда более скверные слухи.

- Ты можешь закончить все свои дела во внешнем мире, попрощаться с кем следует и вернуться домой, - Таурэтари вздохнула. - Алларос давно ждёт тебя и ты знаешь, что именно он предназначен тебе судьбой. После твоего возвращения я сделаю всё, что в моих силах.

Женщина была уверена, что знает дальнейшее развитие событий. Сейчас Ллараинэль будет возмущаться, не сильно, с лёгким намёком на слезы, потом посидит какое-то время, успокаиваясь, в конце уточнит сколько именно у неё есть времени и с благодарностью покинет дом, обещая вернуться. Вот только всё пошло совсем не так.

Ллараинэль поднялась с лёгким усталым вздохом. Она посмотрела прямо в глаза матери и на доли секунды Таурэтари показалось, что они одного с ней роста и возраста.

- Прости, но эти условия я выполнить не в силах, - в голосе девушки звучало столько боли и разочарования. - Я думала, что теперь ты относишься ко мне по-другому, после всего чего я добилась, - грустная улыбка. - Прости, но я останусь верной своему сердцу.

Ллараинэль развернулась и пошла к выходу. Женщина застыла смотря в след уходящей дочери.

- Знаешь, я ведь и правда думала, что ты меня полюбишь, если я добьюсь чего-то также, как и Кейтлин, - кивнув ещё раз на прощание, девушка вышла.

***

На помосте недалеко от дома её ждал Алларос, при виде Ллараинэль его брови сошлись на переносице. Он попытался заглянуть ей в лицо, на что Нэль только отмахнулась и отвернувшись, быстро стёрла несколько предательски соскользнувших слезинок.

- Была очень рада вновь встретится с тобой, - девушка повернулась обратно к парню и улыбнулась ему тепло и открыто. - Ты всегда был добр ко мне и я ценила это, в этом месте никогда не было никого, кто бы также заботился обо мне как ты, спасибо. Ты всегда был в моём сердце, и навсегда там останешься, но к сожалению не в том смысле.

Ллараинэль хотелось хотя бы краем глаза увидеть внутреннее святилище, где хранились все древние артефакты, но она понимала, что её туда ни за что не пустят. Сегодня Алларосу передадут ключ и он заберёт лук, а пока мама наверняка подготовилась и выложила ключ на ритуальную доску обитую бархатом. Если она быстренько возьмёт его, сбегает в святилище и вернётся, то ничего не будет, никто даже не заметит. Ведь никто и не ждёт, что она придёт на празднество.

Нэль осторожно приоткрыла дверь, но тут же услышала знакомые голоса.

- Хранительница, нам приятно услышать, что вы так доверяете нам, но я не могу решать за своего сына, - мама Аллароса.

- Это честь для меня взять в жёны вашу дочь, - а вот теперь это был сам парень.

Ллараинэль поверить не могла в услышанное. Никто её об этом не спрашивал, никогда не говорил, всё решили за неё. Нэль скрылась на верхних помостах, дожидаясь, пока все покинут дом Хранительницы. Сердце колотилось как сумасшедшее. Если от матери она могла ожидать подобного, то вот от единственного и самого близкого друга - нет. Он мог бы сказать, что стоит обсудить это дело с ней, дать время на раздумье, но вместо этого... Просто согласился. Глупая обида затопила сердце и...

И вышло что вышло, она Инквизитор, который умирает из-за того, что человек возомнивший себя богом создал нечто подобное, как брешь и её метка.

- Я не понимаю, - Алларос преградил путь Нэль, внимательно смотря на свою подругу.

- Завтра утром мы покинем леса Арлатана и уже никогда не встретимся вновь, - она вновь улыбнулась, но из глаз полились слёзы. - Уходить ночью в одиночестве было куда проще, чем сейчас прощаться. Варрик прав - долгое прощание плохой знак.

- Нэль, почему, что случилось, зачем тебе уходить? - парень вновь сократил дистанцию и положил свои руки ей на плечи.

- Я больше не принадлежу вашему миру, теперь я шем, теперь моя смерть лишь вопрос времени.

Глава 68. Пути разрушения

— Как прошло? — Фенрис сидел за небольшим столиком на кухне и полировал свой меч, пока Фиона перебирала книги на полке девушки.

Ллараинэль улыбнулась своим спутникам.

— Завтра утром выдвигаемся обратно, — девушка села напротив парня и налила себе цветочной воды, которая непонятно как оказался на её давно заброшенной кухне. Неужели Анайе приглянулся воин? Эльфийка должна знать, что он женат, всё же церемония проходила практически у них под окнами.

— Лечение будет таким быстрым? — по тону Фионы можно было понять, что ей хотелось остаться подольше.

— Если хотите, госпожа чародейка, можете остаться, вы эльф и вы имеете на это право, — Ллараинэль посмотрела прямо на женщину, которую явно смутило это высказывание. — В этом нет ничего плохого, я могу вас понять, это место куда более завораживающее, чем вы могли представить. Вас никто не осудить, многие уже покинули Скайхолд, это нормально хотеть жить своей жизнью.

Нэль постаралась придать своему голосу как можно больше мягкости и тепла, судя по выражению лица Фионы у неё прекрасно это получилось. Было жаль оставлять своих людей в этом месте, особенно после столь «радушного» приёма от собственной матери, но она и правда не хочет лишать никого возможности жить так, как они того желают.

— Огромное вам спасибо, Инквизитор, — Фиона едва ли не кланялась в ноги, отчего Ллараинэль стало совсем не по себе и она попросила зашедшую как раз вовремя Анайю сопроводить магессу в лагерь для беженцев.

Нэль села на подоконник, подставляя лицо солнечным лучам. Мягкое тепло согревало кожу, давая чувство спокойствия и уюта, но собственный дом уже не казался таким безопасным и комфортным, как было раньше. Запах дерева и только заваренного кофе, лёгкий ветерок с шумной улицы, всё было таким знакомым и родным, но уже чужим для девушки. Ностальгия накрывала с головой, но эльфийка понимала, как бы она не скучала по этим местам, там далеко за пределами этого леса её ждала другая жизнь, её собственная. Можно возвращаться в родные места, смотреть как там всё ещё течёт жизнь, скучать по былым денькам, но настоящее куда важнее прошлого. Нэль улыбнулась. Здесь ей было спокойно, пусть к ней и относились с подозрением, а порой даже с неприязнью, но это место столько лет было для неё домом, что вот так просто трудно вычеркнуть его из памяти. Эльфийка и не хотела этого. Какими грубыми не казались слова матери, но даже они не могли отвадить девушку от желания вновь вернуться. Правда она уже не сможет этого сделать.

Фенрис видел взгляд Инквизитора, в нём застыла грусть и безысходность. Эльф уже видел подобный взгляд одной своей не малоизвестной подруги, а после она сидела на ступенях сгоревшей церкви и закрывала живот руками, боясь что Храмовники могут вернуться и навредить ей и будущему ребёнку. Тогда воину хотелось вырвать сердце Андерса, раздавить его голыми ступнями и до неузнаваемости избить труп, но он понимал — станет только хуже, эта глупая женщина, всё ещё на стороне спятившего мага. В тот момент грусть и безысходность была понятна, а сейчас? Неужели Инквизитор тоже скрывает какие-то ужасные планы по свержению людей?

— Нэль, — девушка вздрогнула услышав низкий спокойный голос мужчины, о существовании которого успела на мгновение забыть. Золотистые глаза сверкнули в лучах заходящего солнца и Фенрису показалось, что стоит этим глазам закрыться навсегда и этот мир погрузиться во мрак вместе с ними. Эльф отогнал глупые мысли. — Всё хорошо? Выглядишь подавленной. Хранительница сделала уже всё, что могла для тебя?

— Да, — это была практически правдой. Мать сделала всё возможное в её понимании для младшей из дочерей, правда не хотелось уточнять, что тем самым она обрекла её на долгую мучительную смерть, но это уже детали. — Чужакам, которые тут не хотят оставаться не очень рады, думаю ты помнишь, да и у нас ушло слишком много времени на дорогу, а ещё идти обратно. Инквизитор не может себе позволить отсутствовать настолько долго, — она улыбнулась чуть натянуто. Было заметно, что её ответ не удовлетворил Фенриса, но эльф не стал ничего говорить. — Думаю мы достаточно отдохнули с дороги, у нас есть ещё несколько дел, нужно сходить в библиотеку и к Воинам Гнева, их знания могут помочь нам избавить Храмовников Каллена от зависимости, а другу Дориана нужно уже более сильное зелье от скверны.

— Даже у вас не существует идеального лекарства от этой жуткой болезни, — эльф поднялся вслед за Нэль, девушка сжала губы и отрицательно покачала головой.

— Но мы хотя бы можем сдерживать её влияние на весь организм. Говорят, — девушка запнулась. — Именно от нас Серые Стражи узнали, какие именно травы можно использовать в качестве временного противоядия, но как ты понимаешь, уходя отсюда даже эльфы забывают многие вещи, поэтому создавать зелья, как я, они не могут. Даже моя сестра не в силах повторить рецепт.

Фенрис кивнул. Он видел, как Андерс изо дня в день экспериментировал в доме Хоук, пытаясь вспомнить рецепт зелья, который мог бы помочь беднягам заразившимся Моровым поветрием.

***

Ллараинэль шагала по вымощенной улочке спокойно, поглядывая по сторонам, встречаясь тут и там с настороженными взглядами. Впервые за всё время, девушке было искренне плевать, о чем именно думаю эти люди. Она просто улыбалась им в ответ и шагала дальше, виляя по изогнутым улочкам, подходя всё ближе и ближе к школе, рядом с которой располагалась библиотека.

Фенрис не смог сдержаться и шумно выдохнул. Он точно не помнил этого места. Огромное дерево, даже по меркам этого леса, держало на своих ветвях несколько далеко не миниатюрных строений, рядом с одним из них, у самых корней бегали ребятишки.

— О, вон там меня ставили на колени в наказание, — Нэль усмехнулась, указывая на небольшой участок сада, засыпанный мелкими камешками. — О, кажется и сейчас там кто-то стоит, пошли посмотрим!

Эльфы подошли к огороженному участку и перед ними предстала картина того, как трое маленьких эльфят с недовольными лицами сидят на коленях, на их поднятых перед собой руках лежало несколько дощечек.

— И сколько вам тут сидеть? — Нэль чуть склонила голову, разглядывая детей.

В неё одновременно поднялось несколько чувств — тепло и печаль. Вокруг бегало множество детей примерно семи-восьми лет, кто-то в углу создавал небольшие водяные шары, кто-то повторял материалы уроков. Их было так неожиданно много, таких маленьких и таких счастливых. Нэль была единственным ребёнком своего поколения. Младших не было совсем, а другие были старше на три года и больше. Смотря на всю эту ораву ребятишек, девушка немного завидовала им. У неё не было даже шанса подружиться с кем-то, попросту не было детей её возраста, а старшие, если не считать соседки по парте и Аллароса, избегали общения с дочерью Хранительницы. Ллараинэль только сейчас смогла понять причину, кого-то настраивали родители, но большая часть попросту боялась её. Став Инквизитором Нэль привыкла к постоянной слежке за собой и научилась чётко её ощущать, и анализируя сейчас своё детство, девушка поняла одну простую вещь — пусть мама и не присутствовала в её жизни, но охраны у ребёнка было столько, что позавидовала бы даже Императрица Орлея. Защищали ли её от кого-то или наоборот, Нэль не знала, но стало легче, прошли глупые старые обиды.

Всего за пару лет вдали от дома она смогла переосмыслить столько вещей. А ведь ей совсем скоро будет девятнадцать. Так много времени прошло с момента исчезновения валласлина, а казалось всё было только вчера. Солас. В груди неприятно резануло.

— Два часа, — пробурчал один из мальчишек.

Единственная девочка из компании бросила беглый взгляд из-под бровей на подошедшую к ним пару. В её взгляде читалось недоверие, но не было неприязни или страха.

— Мама сказала новенькие пришли, значит это вы, — натужно произнесла девочка, было заметно, что все её силы уходили на удержание палок на руках.

Ллараинэль удивлённо приподняла брови. Было неожиданно услышать такое. Подрастало поколение, которые даже не узнает её при встрече и от этого осознания стало легче.

— Для новичка она слишком хорошо разговаривает, — заметил второй мальчишка. — Мне кажется я её уже видел.

— Молодая госпожа! — позади раздался знакомый голос одного из учителей.

Ллараинэль чуть скривилась, она уже успела позабыть, что здесь её называли именно так. Нэль натянула приветливую улыбку и повернулась к направляющемуся прямиком к ним эльфу.

— Мы не знали, что вы посетите нас сегодня. Хранительница отправила нам только что сообщение, вы наверняка собираетесь в библиотеку? — мужчина с сединой на висках и с необычно пухленькими для эльфа щеками, остановился напротив Нэль. В его голосе не было неприязни или напущенного раболепства, только лёгкая усталость от слишком быстрой ходьбы и отдышка. Девушка помнила профессора Киридиана, он всегда был таким слегка рассеянным, вечно обитающим где-то в недрах своих мыслей, часто опаздывал на занятия и найти его можно было в глубине библиотечных стеллажей.

Мать сумела предсказать даже такой небольшой шаг своей дочери. Нэль стало не по себе, хотя наверное было очевидно, что ей захочется пополнить свои знания. Учитывая её статус в людском мире, она нуждалась в пополнении кое-каких рецептов зелий или же заклинаний. Ллараинэль утвердительно кивнула мужчине, последний уже успел достать платок и вытереть им лицо.

— Здание перенесли в другое место около года назад, поэтому прошу, я провожу вас, как раз собирался туда и сам, — эльф убрал платок. — А вы стойте смирно, руки выпрямить! — это уже было брошено в сторону эльфят, которые с явным интересом слушали разговор взрослых.

Ллараинэль на прощание махнула рукой ребятишкам. Было заметно, что вся троица, особенно девочка, хотели ринуться вслед за ними, но никто не решался нарушить правила ещё раз. К огромному удивлению Нэль, в глазах маленькой девочки она увидела восхищение. Разве может быть такое, что дети тут воспринимают её подобным образом? Ллараинэль ожидала, что мать пресечёт любую информацию относительно её пребывания в людском мире, но похоже она ошибалась.

Многие жители встречающиеся на пути тоже уже не удивлённо и настороженно смотрели на шагающую троицу, в их глазах читалось нечто иное. Словно мимо них прошла как минимум Хранительница, как максимум сама Митал. Это было странное чувство. Как много они знают?

Ллараинэль следила за дорогой. Они проходили по главным улочкам, потом свернули направо, поднялись по винтовой лестнице наверх, дальше перешли через несколько подвесных мостов, потом спустились на ярус ниже, чтобы там повернуть уже налево и вновь подняться на несколько ярусов выше. Астрономическая башня, место где обитают сомниари под присмотром адептов глаз гнева. Нэль никогда не доводилось побывать внутри этого загадочного строения, которое уходило далеко ввысь и казалось никак не было закреплено на дереве. Оно словно парило в воздухе. Но они направились не совсем туда, а в здание расположенное чуть левее Астрономической башни, видимо это новое строение и стало библиотекой.

— А что случилось со старым зданием? — Ллараинэль задала этот вопрос перед самым входом в библиотеку.

— Что? А, это… Всё больше детей нуждаются в обучении у магов, всё чаще к нам стали приходить долийцы и иноземцы, места стало не хватать, и чтобы не сильно разделять здания для обучения, перенесли только библиотеку, вернее её главную часть, — Киридиан вновь протёр платком лицо. — Что же, думаю дальше вы справитесь, но если что я буду в десятом ряду третьего этажа, недавно нам привезли очень занимательный трактат, уже которую неделю бьюсь над его переводом. Тевене достаточно сложный, особенно тот, который относится к эпохе Думата, — с этими словами мужчина удалился оставив эльфов с этой информацией.

— Если хочешь можешь прогуляться по городу, я справлюсь сама, прости что раньше не предложила, — Нэль совсем не подумала, что Фенрису может быть не интересно везде таскаться за ней, но воин вопреки ожидания отказался оставить Инквизитора в одиночестве и молча прошёл следом в библиотеку.

***

Ллараинэль аккуратным почерком переписывала в свою небольшую записную книжку рецепты зелий и заклинаний, больше не надеясь на собственную память. Никто не пытался помешать ей, да и некому было это сделать. В библиотеке практически никого не было, несколько профессоров сидели в разных углах и занимались практически тем же, чем и эльфийка — переписывали что-то из книг. Фенрис ходил рядом с Нэль, словно её личный охранник, иногда мужчина останавливался у полок и кажется пытался прочитать называния книг, но знаний эльфийского у него совершенно не было. Хоук научила его читать только на торговом наречии и немного на тевене, но несмотря на собственные знания, эльфийским языком с ним она делиться не стала. Фенриса всё ещё мучал вопрос откуда Мариан в принципе на таком хорошем уровне знала чужой язык, но каждый раз, когда они разговаривали женщина умело переводила тему. Интересно, а это её маг знает? Эта мысль разозлила эльфа и он слишком резко сел на стул, создавая много шума.

Ллараинэль вздрогнула и перевела взгляд с книги на воина. Она вопросительно подняла бровь, но он лишь покачал головой. Оставшуюся часть дня эльфы провели в библиотеке. Фенрис помогал тем, что помогал таскать тяжелые тома книг и принёс им обоим воды, есть в библиотеке было строго запрещено, но привыкшие к тяжелым условиям эльфы не замечали голода. Вышли они из здания с наступлением сумерек. Повсюду зажглись фонари, тут и там летали светящиеся птички с записками. Слышался смех и гомон множества голосов. Ллараинэль смотрела на город с высоты птичьего полёта и думала о том насколько же прекрасно это место. Ни один человеческий город в котором она успела побывать не мог похвастаться подобной неземной архитектурой, граничащей между рукотворными постройками и так умело вплетающимися в природу домами, словно выросшими из деревьев. Гармония.

Ллараинэль вздохнула полной грудью — ароматы цветов смешались с доносящимися запахами уличной еды и масла, которое использовалось для заправки машин. Теперь им предстояла достаточно нелёгкая прогулка в сторону Глаз Гнева, но сначала они найдут то, что издает такой восхитительный аромат. Фенрис беспрекословно двинулся за Нэль, мужчина уже тоже порядком проголодался и был не против пройтись вдоль палаток с вкусно пахнущей едой. Недолго думая они выбрали одну из первых и взяв незамысловатые блюда, заняли один из столиков рядом с палаткой.

Многие с интересом изучали необычную парочку, кто-то протяжно вздыхал и произносил заветное «это она, да?». Ллараинэль старалась не обращать ни на кого внимание и с удовольствием уплетала жареный сыр с овощами, макая это всё в жгучий кисло-сладкий соус. Фенрис в отличие от неё мог позволить себе насладиться крольчатиной и напитком, который у эльфов заменял людское вино. После трапезы парочка тут же отправилась в путь к цитадели Глаз Гнева.

В прошлое своё пребывание в этом загадочном месте Фенрис никогда не заходил так далеко. Вымощенные дорожки постепенно сменились непроходимыми тропами, на пути всё чаще попадались старинные разрушенные строения и дикие звери. Агрессивными оказались только пауки и волки, из-за которых приходилось замедлять путь — Ллараинэль совершенно не хотела сражаться тут и попросту находила обходные пути. Было заметно, что в этом деле она мастер.

— Когда я была маленькая, то совершенно не умела сражаться, как ты понимаешь, поэтому, — девушка развела руками, — все тропы в этом месте изучены мною вдоль и поперёк.

Она задорно улыбнулась ловко проскакивая между валунами. Следуя за эльфийкой, Фенрис всё больше и больше понимал, отчего никто не мог найти её если она этого не хотела. Она училась этому с детства и не по привычным всем законом и умениям, нет, её никто не обучал стандартным техникам, она создала свои. Воин вздохнул. Она ведь скорее всего даже не осознает этого.

— Пришли, — отчего-то шепотом произнесла Нэль и слегка присела.

Фенрис всматривался в непроглядную даль. Только спустя несколько мгновений он смог различить среди густого леса какие-то строения и самое главное — бездну. Она располагалась точно перед ними, но из-за расположения деревьев и отсутствия прямых лучей луны или солнца, создавалась иллюзия, что всё это по прежнему земля. Сколько бы эльф не вертел головой, он так и не смог найти ничего, что напоминало бы переправу на другую сторону этой бездны.

— И что мы будем делать? Кричать, чтобы кто-нибудь пришёл к нам? — Фенрис повернулся в сторону эльфийки, которая копошилась в траве, около одного из массивных камней.

Оказалось девушка вытаскивала из-под этого камня длинную верёвку. Эльф даже задумываться не хотел сколько лет она уже тут её прячет, но судя по уверенным действиям Вестницы, та знала, что делает.

— Нам нужно спуститься ровно здесь, где протянута верёвка на один пролёт вниз, если ничего не изменилось, то прямо под нами будет выступ ведущий в один из входов в Храм, — в голосе девушка слышалось сомнение и эльфу оставалось только печально выдохнуть и идти первым проверять спуск.

Фенрис и правда через какое-то время обнаружил у себя под ногами каменную поверхность, которая вела в небольшой украшенный аркой проход. Нэль за спустилась куда быстрее него, легко соскользнув по верёвке и смело шагнула в темноту Храма. Воин привык, что обычно в подобных местах водятся в лучшем случае простые разбойники, а в худшем какие-нибудь гигантские твари, которые хотят тебя убить. Но к его огромному удивлению коридоры были чисты, по мере их продвижения вдоль левой стены зажигались небольшие кристаллы.

— Что это за место?

— Древний Храм Ужасного Волка, он ушёл под землю столетия назад, после одного из самых сильных землетрясений, — Ллараинэль провела пальцами по одной из сохранившихся мозаик с изображением красивого белоснежного волка.

Фенрис был уверен, что видел изображения Фен’харел и везде он был изображён в качестве огромного чёрного страшного волка. Но этот красивый благородный с виду зверь больше был похож на божество, чем на устрашающего всех и вся Ужасного Волка. Его собственное имя отсылалось как раз к этому чудищу.

— Это Фен’харел? — эльф указал на изображение.

Ллараинэль лишь усмехнулась и покачала головой.

— Это Ninque Haran, белый вождь — вожак всех волков, оборотень, который служил Ужасному Волку, — Ллараинэль остановилась напротив одной из статуй. — Он был первым, кого убили люди с севера, но перед тем как испустить дух он научил одного из Хранителей заклинанию, которое превращало бы других в оборотней.

Фенрис смотрел на изображение благородного зверя, его яркие голубые глаза словно прожигали насквозь, даже несмотря на то, что это была всего лишь мозаика — волк выглядел живым, словно вот-вот сойдёт с картины прямо к ним.

— Если будешь долго смотреть на его третий глаз, то никогда не сможешь выйти из Храма, — прозвучал отчего-то слишком весёлый голос Нэль и Фенрис тут же отдернулся, резко разворачиваясь в сторону её голоса. Девушка рассмеялась. — Так гласят легенды, но сколько бы я не смотрела на него, всегда возвращалась домой, — всё ещё посмеиваясь, Нэль продолжила путь.

Эльф смотрел в спину своей спутницы и всё больше задумывался о том, что многие слухи вокруг Вестницы не так уж далеки от правды. Осознает она это или нет, но девушка была далеко не простой эльфийкой, а её магия имела совершенно другие корни. Фенрис такое чувствовал слишком отчётливо.

Оставшийся путь по узкому коридору они прошли молча.

Ллараинэль молча нырнула в один из проходов, Фенрис последовал за ней и они оказались вновь в этой бездне, только теперь перед ними был мост. Огромный подвесной мост сотканный словно бы из обсидиана и стекла. Оставалось гадать каким образом вообще держится эта конструкция. Но благодаря своему цвету и материалам, его точно не было видно сверху и не зная, найти было совершенно невозможно.

— Пришли, дальше нас всё равно не пустят, — Ллараинэль остановилась на середине моста. Фенрис последовал её примеру и перед ними словно из воздуха появился высокий могучий эльф.

Воину частенько доводилось слышать удивлённые фразы в свою сторону о том, что такой хрупкий эльф таскает двуручный меч, вместо привычных всем луков или парных кинжалов. Видя перед собой этого высокого черноволосого мужчину, чьи плечи могли посоперничать шириной с плечами кунари, Фенрис почувствовал себя и правда размером с тростинку.

— Молодая госпожа, — мужчина перед ними чуть склонил голову в бок, приветствуя. — Чем мы обязаны вашему визиту?

— Приветствую, — девушка тоже склонила голову и тут же перешла к делу. — Можно ли мне узнать рецепт зелья, который принимают ваши воины, чтобы не быть зависимыми от лириума?

Глава 69. Разлука

Ллараинэль по-детски дула губы, но продолжала потягивать ароматный напиток из своей кружки, попутно откусывая от булочки с лавандовым кремом. Фенрис сидел напротив и наблюдал, ожидая когда закончится это молчание и прорвётся буря. Нэль продолжала бездумно смотреть в одну точку, злясь на себя и на своих соплеменников.

— Вот им что жалко? — Ллараинэль злилась.

Вернее будет сказать была настолько вне себя от гнева, что магия едва ли держалась в пределах её контроля, хотя Фенрис на всякий случай подошёл ближе к девушке. Они шагали по темному лесу, который уже заволокла непроглядная тьма и светлячки, которых напускала Нэль были очень необходимы и совершенно бесполезны, когда то и дело взрывались в ночи. Эльфийка даже не замечала этого, продолжая бубнить себе под нос на родном языке и ругаться на тевинтерском. Воин усмехнулся. Забавная получалась смесь.

— Не многие готовы поделиться своими знаниями с ближними, и тем более твои сородичи, которые веками скрываются от другого мира, — Ллараинэль кинула взгляд на эльфа и печально выдохнула.

— Я понимаю, но всё равно обидно, ладно, думаю нам хватит того, что я успела переписать, заночуем у меня и утром отправимся обратно, — несмотря на спокойный тон, воин уловил нотки горечи и злости в голосе девушки. Это было странно.

Ллараинэль ворочалась не в силах уснуть. Мысли то и дело возвращались к воину Глаз Гнева, который таким холодным тоном полным высокомерия и словно бы отвращения отказывал им. Может не назови она причину, то они бы и дали рецепт, но было заметно, как сильно изменился тон и поведение, стоило ей произнести для моих друзей.

Больше это место она не может назвать домом. Всё произошедшее с ней за последнее время провело огромную черту между прошлым и настоящим и теперь эти два мира никогда не смогут соединиться вновь. Теперь для них она шем, чужачка из диких земель, для неё они дети, заигравшиеся в прятки.

«Твои мысли наконец идут в нужное русло», — снова этот голос на краю сознания. Он так сильно похож на собственный, но всё равно чужой. Ллараинэль выдыхает и снова переворачивается.

— Если ты не намерена спать, то пошли домой, — донесся голос Фенриса снизу и Нэль незамедлительно соглашается.

Пора домой.

***

Обратная дорога кажется короче, может из-за того, что они шли вдвоём и не заезжали по её прихоти в каждый эльфинаж. Ллараинэль даже не хотелось останавливаться на привалы, но Фенрис строго следил за тем, чтобы эльфийка питалась в нужном количестве и спала. Воина немного пугало её поведение. Всё чаще можно было заметить, как Нэль смотрит куда-то пустым взглядом, казалось, что надобность во сне и пище постепенно покидает её. Если бы не он, мужчина уверен, девушка загнала бы галлу на обратном пути в Скайхолд.

— Инквизитор! — не успели они спешиться, как к Нэль тут же подбежала запыхавшаяся мадам посол. — Как я рада, что вы вернулись так скоро! У нас срочные известия, Орлей и Ферелден вынудил Верховную Жрицу собрать Священный Совет.

— Что?

— Они хотят расформировать Инквизицию, — Каллен казалось было возник рядом с госпожой Монтилье из-под земли. В его глазах читалась усталость и злость.

Ллараинэль же хотелось просто забраться на стену Скайхолда и прилюдно оттуда спрыгнуть.

***

Ллараинэль вышагивала по своей комнате пытаясь собраться с мыслями, переварить информацию данную её советниками и привести свои собственные чувства в порядок. Жозефина сказала, что точную дату ещё не назначили и по данным агентов Сестры Соловей, у них есть минимум несколько месяцев, чтобы подготовиться к удару. Почему этот мир такой странный? Она только совсем недавно спасла их от гибели, фактически принесла себя в жертву ради этого, а они так просто отвернулись.

Нэль выдохнула. Теперь она прекрасно понимала чувства сестры, которую постигла подобная участь. Хотелось сделать для Кейтлин что-то напоследок, найти для неё лекарство от этого проклятья, чтобы она прожила остаток дней спокойно, а не в качестве разлагающегося трупа, слышавшего голоса. По крайней мере, Мариан кричала что-то подобное Андерсу, когда думала что их никто не слышит. Инквизитор сочувствовала и ей, ведь даже спасённый от казни, её муж умирал от проклятия Серых Стражей, да ещё и продолжал бороться с духом внутри. Они всё ещё не вернулись от авваров и это немного настораживало. Почему-то присутствие Мариан в Скайхолде давало Нэль чувство безопасности. Это было необъяснимо и странно, девушка не смогла бы нормально объяснить в чем именно проявляется подобное чувство, но оно было. Если Мариан была в крепости, значит всё хорошо.

Ллараинэль опустилась на стул. Многие переживали, что после встречи с мамой она захочет вернуться в свои родные места, но к их удивлению, девушка даже не говорила на эту тему. Нельзя было сказать, что это болезненный момент. Даже отказ матери в лечении не сильно сбил Нэль с намеченного пути, наверное, в глубине души она ожидала подобного. У них никогда не было близких отношений и поэтому подобная реакция даже не сильно расстраивала. Единственное, что являлось проблемой это отсутствие времени. Так, Ллараинэль могла бы немного отсрочить некоторые свои действия, теперь же придётся действовать напролом, играть с закрытыми глазами. Подобный стиль игры может дать неожиданные результаты, тем более когда не знаешь своего противника в лицо, а то что он существует, Нэль не сомневалась ни секунды.

***

Расставание с любимым человеком стало для Ллараинэль непосильной ношей, особенно когда не можешь нормально даже читать письма и отвечать на них. Советники пытались искоренить эту проблему, но всеобщий язык словно бы не запоминался эльфийкой, стоило ей выучить азбуку, как буквы моментально вылетали из головы. Поэтому теперь вся почта проходила через Жозефину или Каллена, которые вместе с Инквизитором прочитывали это вслух и отдавали дальнейшие приказы от её имени. Ненавязчиво Нэль старалась чаще спрашивать совета у Кассандры, давая женщине почувствовать себя лидером на равне с собой. Руку тянуло сильнее, а сны становились не просто навязчивыми, а параноидально мрачными, словно она вновь попадала в Тень, где царит кошмар и полная разруха, откуда тянутся черные щупальца тьмы. Они гнались за девушку и с каждым разом становились всё больше и всё ближе.

Ллараинэль с облегчением встретила на пороге своей комнаты Мариан, правда та не выглядела слишком счастливой. Неужели поход не увенчался успехом?

— Там всё так запутанно и сложно, — женщина покачала головой. — Оказывается, Справедливость помогает Андерсу справится со скверной. По сути, те кому удалось уйти из жизни своей смертью, скорее всего были просто одержимы. Обнадёживает, конечно, — она приземлилась на стул. — Вот только влияние духа на разум никуда не делось и Андерс иногда путается в своих собственных воспоминаниях.

Ллараинэль поджала губы. Она тоже не могла ничем помочь.

— Но, — Мариан подняла палец вверх, — у меня есть и хорошие новости. Кажется, я знаю где можно ещё поискать противоядие от скверны, правда для этого придётся спуститься в один из древних гномьих Тейгов, — разбойница печально выдохнула. — Не могу выставить свою кандидатуру в первые ряды, ты знаешь, у меня с древними руинами не самый лучший опыт, — женщина горько усмехнулась.

— После совета, я лично спущусь туда, — обещает Ллараинэль уже осознавая, где именно закончится её путь Инквизитора.

***

Два месяца пролетели незаметно. Нэль постоянно работала, старалась успеть сделать как можно больше. Советники то и дело переглядывались между собой, не понимая откуда взялось такое рвение, словно девушка куда-то опаздывала. Они побаивались, что она хочет всё-таки вернуться домой, несмотря на свои слова. Сама Ллараинэль никак это не комментировала, зарывалась с головой в работу, отправлялась в места оставшихся единичных разрывов и всё чаще смотрела на маленькую Нэль и Кирана, которые практически всё время находились вместе.

Судьба — звенело в голове. Теперь этот мальчик не станет угрозой для мира, несмотря на силу, которую ему оставила душа архидемона. Ллараинэль не могла объяснить откуда знала об этом, просто она могла с уверенностью сказать, что одной проблемой меньше, смотря на взаимодействие этих детей.

Сборы к совету были практически закончены и им предстояло вернуться в Зимний Дворец. Ллараинэль чувствовала, как с приближением к этому месту тревога всё сильнее сковывает её. Она боялась не самого совета или тех решений, которые они хотят принять относительно Инквизиции, она боялась того, кто сделать следующий ход. Сомнений в том, что он будет совершенно именно в Халамширале не было, оставалось надеяться, что им удастся справиться.

***

Девушка бродила по уже знакомым галереям, ловя на себе восхищённые взгляды, она то и дело ловила себя на мысли, что эта людская напыщенность, относительно подобных мероприятий невероятно утомительна. Она пробыла тут совсем мало времени, а голова уже побаливала от бессмысленных разговоров. Главной отрадой стало появление старых друзей, девушка с удовольствием поболтала с Варриком, Сэрой и даже отдохнула с мадам Вивьен, а самым приятным было появление Дориана.

— Никогда бы не мог подумать, что моя скромная эльфийка зажмёт меня в какой-то подсобке ради подобного, — раскрасневшийся маг поправлял мантию и помог девушке обратно застегнуть её замысловатый костюм. — Смотрю, портным всё лучше и лучше удаётся подбирать под вас праздничные наряды, госпожа Инквизитор, — Дориан аккуратно поправил прическу, не забывая пройтись ладонью по обнажённой шее.

— Боюсь нам нужно возвращаться, — Ллараинэль печально выдохнула.

Стоило им выйти из своего убежища, как на Нэль тут же наткнулся один из людей Инквизиции докладывая не о самых приятных событиях.

Ллараинэль даже не успевала удивляться проскакивая в очередной элювиан. Она чувствовала, что они приближаются к тому самому второму игроку на этой шахматной доске. Нэль не знала откуда у неё появилось это стойкое ощущение, но нечто внутри неё влекло дальше и дальше. Она не замечала врагов, летящих в неё копий и криков своих же соратников, которые просили быть осторожнее. Девушка остановилась только тогда, когда прямо перед ними возникло огромное количество кунари, которые с грозным видом сжимали в руках то, что могло сейчас разнести весь Зимний Дворец.

— Нужно увести их обратно, нельзя чтобы они разрушили хоть один элювина, иначе мы останемся тут навсегда, — практически шепчет Нэль, осматривая своих спутников.

Кассандра тяжело дышит, но кивает, Бык опирается о свой меч, воткнутый в землю и тоже натужно дышит. У Дориана ещё элювиан назад закончилась мана и словно бы не собиралась восстанавливаться, он выглядел истощённым и едва дышал.

— Но что делать со взрывчаткой? — Искательница смотрит прямо на Инквизитора, которая кусает губы, пытаясь придумать хоть что-нибудь.

— Сдавайтесь, — грозный голос одного из кунари нарушает повисшую тишину.

— Я, — Нэль оглянулась, безрассудная и опасная идея, они точно её не одобрят, но это был единственный выход. — Бегите к разным элювинам, все одновременно.

— Но они закрыты! — в голосе Дориана звучит неподдельная паника.

— Нет, присмотрись, к ним просто нужно подойти, — Ллараинэль кивнула в сторону одного из них, и маг действительно увидел лёгкое мерцание, практически незаметное если не взглядываться. — Кунари нет смысла взрывать это место, они пойдут за нами.

— И останется только вовремя убить каждого из них, чтобы никто не успел активировать гаатлок, понял босс, — Бык ухмыльнулся готовясь к забегу.

— Но как мы вернёмся обратно в Халамширал, мы совершенно не можем контролировать эти элювианы, — Кассандра выглядела менее уверенной в данном плане.

Нэль вообще с трудом назвала бы это планом, тут было скорее нечто другое. Она чётко улавливала магию исходящую от каждого из зеркал и была уверена, что её друзья попадут обратно в Зимний дворец без проблем, кунари с гаатлоком точно последует только за Инквизитором, она была в этом уверена. Весь дальнейший план строился исключительно на интуиции, которая исходила из места, где теплилось самое сердце магии. Да и выбора у них не было.

Стоило им разделиться, как не ожидавшие того кунари, замерли на пару секунд давая фору и тоже ринулись вслед. Нэль прыгнула с размаху в элювиан, но оказалась не во дворце — неужели всё-таки ошиблась? Несущиеся за ней кунари превратились в обездвиженные статуи, стоило им только приблизиться к убегающей девушке. Ллараинэль лавировала между такими же статуями, пока не увидела прямо перед собой одну из тех, кто руководил этим процессом нападения. Она кричала что-то тому, кого Нэль ещё не могла видеть и тут же превратилась в камень. Эльфийка замерла на самой последней ступени, едва не врезавшись в новообразовавшуюся преграду, она осторожно выглянула изза неё, ожидая, что там стоит какая-то ловушка или маг кидающий заклятия.

Ллараинэль казалось, что она забыла как дышать. Солас. Рядом с самым большим элювианом стоял тот, кто совсем недавно покинул Инквизицию. Его наряд был практически точной копией того, в чем ходили жрецы Фен’Харела. Мужчина смотрел на девушку таким взглядом, что душа уходила в пятки. Сразу же вспомнились все те моменты близости, те робкие и не очень поцелуи.

— Здравствуй, наверное, у тебя ко мне множество вопросов, — он улыбнулся, делая несколько шагов навстречу.

Ллараинэль замерла на месте и просто смотрела на эльфа перед собой. Ей не нужно было лишних слов, чтобы понять кто затеял всю эту игру и от этого лёгкие сковало, а на глаза навернулись слёзы обиды. Но она точно не собиралась плакать. Нэль сжала зубы, её взгляд перестал быть растерянным и печальным, в нём тут же появилась решительность и злость. Она не может проиграть.

— Прости меня за всё, ma vhenan, — он и правда выглядел расстроенным, сожаление и боль читалась во взгляде эльфа, но Нэль не могла поверить в них, несмотря ни на что. Руку прострелила боль и девушка с шипением опустилась на колени, Солас мгновенно оказался рядом. — - Я могу помочь, позволь мне это сделать для тебя, — в его голосе была нежность, такая неприкрытая, что Нэль едва удавалось сохранять в себе крупицы злости, чтобы не поддаться влиянию эльфа.

— Сначала, — девушка поднялась, отступая в сторону, — расскажи всё.

Эльф совершенно не сопротивлялся. Он рассказывал всё по порядку, добавляя недостающие детали в пазл, который теперь можно было полностью собрать. По мере рассказала Солас следил за каждым движением Нэль, которая медленно продвигалась в сторону края, где стоял элювина. Вид открывался с этого места прекрасный. Там внизу словно бы застыла иная эпоха. Эпоха древних эльфов, а слова Соласа звучали всё более откровенно, он говорил и говорил, но вот выводы он сделал совершенно не правильные и Нэль горько усмехнулась.

— Ты и правда думаешь, что это выход? — она посмотрела прямо на эльфа, который не отрывал всё это время от неё своего взгляда.

— Это единственное решение, которое может вернуть всё на свои места, прости, мне и правда очень жаль, — он улыбается грустно, будто действительно жалея о своём решении. — Ты как никто другой должна понимать меня.

— Но я не понимаю, — Нэль покачала головой. — Ты забываешь, всегда забываешь, что я выросла в другом мире, — она улыбнулась. — В прямом смысле этих слов.

Солас хмурится, явно не понимая к чему ведёт эльфийка. На губах Ллараинэль играет такая светлая и тёплая улыбка, что магу хочется без промедления подойти к ней и заключить в объятия.

«Она и есть жизнь, она та без кого всё это не имеет смысла», — шепчет голос волка в голове и Соласу хочется ему верить, но он сомневается. Такая слабость может стоить ему всего, к чему он стремится.

— Ты ошибаешься, но у меня нет силы, чтобы переубедить тебя в этом, — девушка медленно делает шаг и, спотыкается, в её глазах, как и в глазах Соласа отражается паника, девушка летит спиной назад и ичезает в сиянии элювиана.

***

Дориан подхватывает выпавшую из зеркала девушку и несмотря на многочисленные взгляды прижимает её к себе, громко ругаясь на тевене. Ллараинэль непонимающе озирается, пытаясь понять что произошло, как до неё доходит абсурдность происходящего. Она только что споткнулась о ступеньку и тем самым закончила разговор не с кем-то, а с самим Фен’Харелем. От этого пробивает на смех, но вместе с тем руку сильно дёргает от боли, словно метка неожиданно активизировалась.

Дориан на руках уносит Инквизитора подальше от злых взглядов и уже в своих покоях, девушка рассказывает всё, что ей удалось узнать от Соласа.

— Знаете, ваше инквизитерство, это настолько в вашем стиле, что я даже придумать бы не мог ничего подобного для своей книги, — всё же смеется Варрик и несмотря на общую атмосферу обреченности, остальные тоже подхватывают этот смех.

Теперь они знаю, кто ещё двигает фигуры на столе.

Глава 70. Кажется, нам пора прощаться

Ллараинэль впервые за долгое время выспалась и открыв глаза, с удовольствием потянулась. Рядом зашевелился Дориан, чья рука покоилась на её обнажённом животе. Он тоже приоткрыл глаза и его ладонь тут же прошлась по выступившим рёбрам девушки.

— Тебя там что, совсем не кормят? — голос с лёгкой хрипотцой.

Нэль рассмеялась и втянула живот ещё сильнее из-за прикосновения. Такое нежное утро, хотелось бы девушке до конца своих дней просыпаться вот так, слышать родной голос и засыпать под тёплым боком. Она тяжело вздохнула и всем телом прижалась к возлюбленному, урывая последние минуты близости.

***

Ллараинэль смотрела на пьяную компанию весело. Это было так привычно, видеть как Сэра первой вырубается на полу, а Бык пытается споить своей бурдой остальных, что весьма неплохо у него получается. Нэль отрицательно качает головой в очередной раз отказываясь от выпивки. Сегодня она должна быть собрана и дать ответ Священному Совету твёрдо, без компромиссов и дальнейших обсуждений. Она Инквизитор без которого никого из них сейчас бы не было здесь и именно этим она готова воспользоваться, своей силой, властью и голосом, который никто уже не может отобрать.

Нэль машет Дориану, который медленно идёт в их сторону, в его глазах она читает странную настороженность. Бык тут же вскакивает и начинает поздравлять альтуса. До Ллараинэль не сразу доходит смысл сказанных им слов и после осознания весь воздух покидает лёгкие. Она думала у них ещё есть время, но похоже все обстоятельства против них, даже против встреч урывками в Скайхолде. Похоже время и правда пришло — пора прощаться. Ллараинэль чувствует как дёргается левая рука и волна боли проходится до самого основания шеи, метка больше не готова ждать, как судьба разделяющая её с Дорианом.

— Это не значит, что мы расстаемся! — едва ли не испуганно причитает Дориан и протягивает ей амулет. — Я долго работал над ним, теперь мы можем говорить и тебе больше не придётся ждать писем и просить их переводить, как и мне. Давай условимся на определённый час, смотри достаточно немного слить магии в кристалл и он начнет ярко поблескивать. Если будет неудобно говорить, просто вливаешь ещё чуть больше энергии и он становится красным, оповещая, что мы ещё живы, но нет времени или обстоятельства не позволяют.

Ллараинэль и правда внимательно слушает, но её взгляд выцепляет тонкую фигуру эльфа, что жмётся к дальней стене и и не смеет смотреть вверх. Дориан замечает, что девушка отвлеклась и сам переводит взгляд в ту сторону.

— О, это, как же его зовут, — мужчина хмурится. — Мирэ.

Нэль хмурится, переводя свой недовольный и обиженный взгляд на мага, Дориан это замечает, но понять в чем дело не может.

— Что такое? — осторжно спрашивает мужчина.

— Ты только что при мне назвал другого парня драгоценным? — бровь Нэль взлетает и она тут же понимает, насколько групо звучит претензия.

Дориан вряд ли знает значение имени эльфа, но она видит как глаза мага округляются и он пытается что-то сказать. Спустя секунду они оба смеются.

— А вы оказывается ревнивица, госпожа Инквизитор, — шутит маг, на что получает кулаком в плечо. — Хей, я этого не заслужил, я всё ещё плохо говорю на твоём языке, слишком уж он сложный, да и пособий мало, даже нормальных словарей нет.

Ллараинэль уже открыто улыбается и качает головой.

— И кто же он?

— Ох, он мой новый помощник, ну по крайней мере пока более нормального титула я ему не придумал, слишком уж внезапно он появился, — маг устало прикрыл глаза. — Я нашёл его перед самым отъездом сюда. Его господин заставил его сражаться с волками на потеху зрителям, — Дориан тут же понимает, что сблотнул лишнего, когда видит как расширяются золотые глаза. — Так вот, я забрал его и вылечил, правда получил за это несколько неприятное прозвище, но сколько всего мне только не приходится слышать теперь в свою спину, так что я решил одним больше одним меньше.

Ллараинэль с благодарностью и трепетом смотрит прямо на мужчину, отчего он слегка тушуется и пытается шутить. Он видит во взгляде девушки непрекрытые чувства — любовь, нежность, обожание, и думает, что его взгляд не менее красноречив.

— Как приедешь, дай знать, — Ллараинэль приобнемает мага, осознавая, что видятся они в последний раз, даже если он пытается доказать обратное.

— Конечно, госпожа Инквизитор, — шепчет он в ухо и прощаясь с остальными, покидает Зимний Дворец.

Ллараинэль смаргивая накатившие так не вовремя слёзы, оставляет своих спутников в саду и идёт в сторону зала совета. Пора было заканчивать этот фарс и делать следующий ход. Она не сомневается, что победа будет за ней в этом ходу, но вот как всё сложится дальше не могут подсказать даже звёзды.

— Мы останемся с вами, госпожа Инквизитор, — твёрдо произносит Каллен, вставая по правую сторону от девушки.

— До конца, — поддерживает Кассандра, занимая место с другой стороны.

— Только надеюсь, что в следующий раз вы позволите мне одеть вас на торжество, — ворчит позади Жозефина.

***

Первые несколько раз Нэль пугается чуть подрагивающего кулона, но тут же вспоминает его назначение и с радостью скрывается в одной из ближайших комнат и не сдерживая эмоций долго говорит с Дорианом. Всё ещё с трудом веря в то, что эта маленькая штуковина способна на подобное. Даже в их городе нет подобного и это приводит её в неописуемый восторг. Вот только теперь после каждого такого разговора быстро наступает другая фаза — усталости и отчаяния. Руку жжёт всё сильнее, словно напоминая, что радость эта временная и стоит заняться делами.

Ллараинэль твёрдо решает оставить Инквизицию, даже несмотря на возмущение со стороны Ферелдена и явное недовольство, пусть и удовлетворено частично новым договором, со стороны Орлея. Эльфийка закрывает последние разрывы и спешит в сторону мест, где по её мнению могут находится остатки эльфов. Она то и дело оставляет весточки в нужны местах, заходит по пути во все эльфинажи, даже если Коул настороженно шепчет какие-то свои опасения. У неё слишком мало времени, чтобы задумываться о своей собственной безопасности. Всё чаще тошнит и Нэль понимает, что скоро не сможет даже выезжать из Скайхолда, а потому нужно расставить все ловушки заранее, дать новому Инквизитору все карты, которые он сможет разыграть после её смерти. Она больше не боится этого слова, как и не скрывает от советников, что едва едва задерживается в её организме.

Маг всё чаще не может говорить. Нэль же сама не понимает почему злиться так сильно, почему срывается на мужчину стоит ему только устало произнести, что сегодня он устал. Её нервы больше напоминают натянутую нить, которая вот-вот лопнет. Раньше девушка за собой такого не замечала, но почему-то за последний месяц всё резко поменялась — раздражение, усталось, апатия, невозможность сосредоточиться на текущих делах. Ллараинэль надеялась, что действие метки будет куда менее выразительным, и наступит чуть позже, но похоже судьба в очередной раз решила поиздеваться над и без того уставшей девушкой.

— Нэль, ты же знаешь, — на заднем плане девушка слышит чей-то мужской вкрадчивый голос и тут же воспалённый от недосыпа разум подкидывает совершенно ненужные картинки и их спокойный разговор уже в пятый раз за неделю переходит в скандал.

Ллараинэль не может остановиться, даже когда понимает что её обвинения необоснованны, а по щекам стекают слёзы, она продолжает едва ли не кричать в медальон. Это выматывает и её саму и Дориана. Не так она хотела попрощаться с возлюбленным. Девушка надеялась, что они смогут спокойно обсудить всё, но чем дальше, тем сильнее становятся ссоры, причины которых даже тяжело понять. Она всё больше боится того, что её разум и тело больше ей не принадлежат. Ллараинэль падает лицом в подушку и пытается придумать, как сделать так, чтобы метка не влияла на её поведение так сильно.

Андерс смотрит в упор, и Нэль от этого взгляда становится нехорошо, она хочет спрятаться под одеяло, сбежать. Но вместо этого она сидит и смотрит в ответ.

— Госпожа Инквизитор, — строго произносит целитель и девушка вздрагивает. — Нэль, — уже более спокойно и нежно. — Ваша метка стабильна, — эта фраза повергает в шок.

Ллараинэль видит, как Мариан на заднем фоне улыбается и качает головой. Она не понимает, почему её состояние вызывает не тревогу, а лёгкий смех и успокаивающие поглаживания по спине от Морриган.

— Поздравляю.

Уже вторую неделю Дориан не выходит на связь по амулету, но вот прислал письмо с просьбой не беспокоить. Нэль чувствует, что у него что-то случилось, но гордый маг не собирается просить помощи у Инквизитора и она помогает без спроса. Отсылает шпионов в надежде, что таким образом облегчит ношу своего возлюбленного. Самой ринуться на помощь нельзя, да и в принципе в её состоянии уже никуда нельзя. Теперь она целыми днями сидит в крепости, сил становится всё меньше, даже мелкие решения и дела отнимают последнюю энергию. Нэль не замечает, как под глазами залегают круги, а кожа приобретает сероватый цвет, несмотря на все настойки Андерса, она теряет всё больше веса и сил.

Скайхолд уже не кажется таким большим как раньше, всё меньше коридоров, по которым можно бродить, одни и те же виды из башен. Ллараинэль так привыкла, что вечно пропадает вне крепости, что теперь даже это огромное сооружение кажется просто малюсеньким, словно тюремная камера в Убежище.

Она уже не ждёт гостей, многие разбрелись подальше, оставляя некогда оживлённую крепость практически полупустой. Но гость приходит, самый неожиданный гость, которого Нэль только могла увидеть в стенах своей крепости.

Алларос едва ли не прорывается в покои Инквизитора и неверящим взглядом смотрим прямо на неё. Нэль поднимается из-за стола и на ватных ногах подходит к эльфу, зажатому стражей и отдаёт приказ отпустить его.

— Что ты тут делаешь? — она не верит, думает что это всё сон, разыгравшееся воображение.

— Я узнал правду твоего ухода, не желаю оставаться там, где свои матери обрекают своих детей на смерть, — во взгляде парня столько боли и отчаяния, что Нэль не выдерживает и обнимает его, прижимаясь всем телом и плачет, зарываясь носом в мех на плече. — Я лучше останусь с тобой до конца, чем там, где больше никогда не смогу поговорить даже с твоим духом.

Алларос и правда остается. Неспешной тенью сопровождает везде, смотрит, наблюдает за каждым шагом. Благодаря нему трое шпионов, что были подосланы для убийства девушки исчезают быстрее, чем Мари успевает предупредить о них. Алларос из принципа не разговаривает, даже не пытает говорить на торговом наречии и поэтому не может найти ни с кем общий язык, кроме… Мариан. К огромному удивлению Нэль эти двое быстро спелись и теперь являли собой самый опасный дуэт из тайного канцлера и его главного помощника. Ллараинэль лишь на это улыбается и практически складывается пополам от боли, в тот момент когда собирается пошутить над этими двумя.

Дориан выходит на связь спустя почти месяц. Голос его недовольный и раздражённый. Впервые за долгое время Нэль абсолютно спокойна и счастлива, но теперь настал черёд мага устраивать скандал.

— Я просил не делать этого, — сквозь зубы. — Госпожа Инквизитор, я понимаю, что ваши руки тянутся далеко, но дайте мне хотя бы шанс сделать всё по своему, вы не понимаете местных людей и не стоит вам в это лезть.

Ллараинэль обижает эта грубость, но она ничего не говорит, хочет свести разговор к более приятной теме, но маг продолжает. Пока они оба не начинаются злиться и не звучит фраза, от которой темнеет в глазах.

— Может всё это было ошибкой, видимо и правда отношения на расстоянии вещь тяжелая, — в голосе непрекрытая усталость. — Мне приходится думать сразу обо всем и я уже не могу это контролировать. То ты говоришь мне о том, что я тебе тут едва ли не с каждым встречным изменяю, то присылаешь ко мне на подмогу чуть ли не армию Инквизиции. Мне нужно сосредоточиться, — Ллараинэль открывает рот, но не может произнести и слова. — Давай пока не будет общаться, думаю нам нужен перерыв.

Это последнее, что она слышит перед тем как камень в амулете потухает на долгие месяцы. Ллараинэль едва может дышать, хватает губами воздух, задыхается и падает на колени. Метка уже не просто пульсирует, она огненным металлом разливает свою силу по венам, заставляя кричать от агонии, от несправедливости судьбы, от мира, который недостоин всех этих жертв.

Алларос оказывается в покоях первым и укладывает Нэль на холодные простыни, кричит что-то слугам, но девушка этого уже не слышит. Она лишь чувствует, как метка все сильнее загоняет свои шипы под кожу. Эльфийка сопротивляется, закрывает живот правой рукой, выпуская защитную магию, тратя последние силы на заклинание, прежде чем отключиться.

Каллен смотри на исхудавшую фигуру уместившуюся на подоконнике вместе с огромным одеялом и бумагами и ненавидит всех вокруг. Он не может опустить взгляд ниже, смотрит только на лицо и руки, которые вычерчивают закорючки на важных бумагах. Ллараинэль поднимает взгляд и улыбается в ответ, такой спокойной и нежной улыбкой, что сердце мужчины разрывается от несправедливости этого мира. Тогда он должен был быть более настойчивым, более прямолинейным и сейчас девушка бы не выглядела как тень себя самой. Хотя с её губ и не сходит улыбка, а свои обязанности она продолжает выполнять даже не покидая покоев.

Им пришлось постараться, чтобы нужные слухи прошлись в кругах аристократии. Инквизитор не может покидать своих покоев потому что больна очень заразной болезнью, но она уже идёт на поправку и через пару недель прибудет на совем в Ферелдене, а потом разберётся со странностями на Глубинных Тропах.

Алларос не отходит ни на шаг, становясь с каждым днём всё мрачнее и слушается теперь только просьб Нэль. Он даже спускался в поселение кочевых долийцев, ради эльфийских сладостей для девушки. Советники по очереди навещали слабеющего на глазах Инквизитора.

— Вам станет лучше, и вы сами туда сходите, — твердит Кассандра на все попытки Нэль рассказать ей о дальнейших важных шагах.

Коул, как и Алларос практически не отходил от Инквизитора, помогая справляться с тяжелыми снами и перепадами настроения, которые активировали метку на руке. Андерс старался всеми силами уменьшать воздействие этого проклятия на организм, и каждый раз сжимая зубы до последнего сидел около Инквизитора, пытаясь уменьшить располшиеся под кожей черные вены.

— Мы найдём способ вас вылечить, — Мариан смотрела в упор, в её глазах было что-то такое, из-за чего хотелось верить в её слова. — Тебе нельзя умирать, тем более так глупо. Без тебя всё это не будет иметь значения.

Ллараинэль не понимала почему женщина так верит в эти слова, но всегда кивала и грустно улыбалась в ответ. Сил практически не осталось, а боли становились невыносимыми.

— Вы не рассказали ему? — Каллен смотрит исподлобья.

— Нет, — Ллараинэль качает головой. — И вам запрещаю, никто не должен ничего знать.

— Мы помним план, — мужчине он не нравится, но аргуентов против у него нет, да и похоже, что это и правда самое лучшее решение. Альтернативы всё равно никто предложить не мог, кроме Морриган, но это был запасной план в случае провала первого.

***

Ллараинэль запечатала письмо длиною в три страницы и аккуратно вложила его между страницами словаря. Осталось только аккуратно это упаковать и можно будет отправлять. Закончив со всеми делами, Нэль наведывается к Мариан, которая пытается научить свою дочь обращаться с кинжалом под недовольный взгляд Андерса.

— Знаешь, я ведь уже и правда завещание написала, — произносит Нэль. — Кто бы мог подумать, что ты притащишь этот цветок, да ещё и Алларос с этой украденной из библиотеки книгой, — Ллараинэль улыбается Мариан, которая довольно складывает руки на груди. — Никогда бы не подумала, что сохранить жизнь отступнику взорвавшему Церковь будет самым лучшим решением в моей жизни, прости, — смеётся Нэль на грозный взгляд со стороны подруги.

Она чувствует себя превосходно. Даже боли в руке практически не беспокоят, хотя девушка и понимает, что это лишь временное решение проблемы. Но теперь есть ещё немного времени, чтобы сделать последние заготовки.

Ллараинэль спускается в сад и проходит в комнату с элювианом. Морриган больше не может открыть его, но вот Нэль… Она прикасается к кромке зеркала и оно начинает мерцать. Оборачиваясь назад, девушка проверяет что никого нет и делает шаг вперёд.

Разрушенный перекрёсток со множеством дверей, эльфийка быстро находит нужную и проскальзывает в неё. Огромное строение небывалой красоты предстаёт её взгляду и Нэль быстро пробирается ко входу. Всё выглядит заброшенным и неживым, но это лишь иллюзия, стоит встать на плитку, как весь дворец озаряется лучами света, словно маленькое солнце включается где-то в его глубинах. Ллараинэль выдыхает и открывает двери. Это место, то самое место с огромным постаментом прямо в середине. Нэль забирает книгу и покидает дворец, пока его хозяин не проснулся вновь, но дракон даже не шевелится, несмотря на то, что Ллараинэль видит, как его открытые глаза внимательно следят за её передвижениями. Она опасливо пробирается назад и возвращается домой.

***

Быки собираются в поход на Глубинные тропы шумно, Нэль на это лишь улыбается. Она пытается отговорить от похода Аллароса, но тот упрямо идёт за ней. Она смогла обмануть всех вокруг, кроме своего друга, который будто видит её насквозь. Девушка устало выдыхает и ничего не говоря, они выдвигаются на Глубинные Тропы.

Перед самым входом они устраивают последний привал, чтобы набраться сил. Ллараинэль осторожно подходит к Быку и просит поговорить один на один. Алларос недовольно морщится, но не идёт следом.

— Что такое босс? — коссит улыбается.

— Можешь кое-что сделать для меня? — Ллараинэль достаёт небольшой свёрток из сумки. — Передай это Дориану в руки.

Взгляд Быка тяжелеет, но свёрток он берёт и бережно перекладывает его в свою сумку.

— Это прощание? — обмануть бывшего агента Бен-Хазрат практически нереально.

Ллараинэль улыбается и кивает, коссит же в ответ обнимает девушку, не жалея её костей объятия в ответ.

— Спасибо за всё, Бык, я очень надеюсь, что ты поможешь Кассандре разобраться со всем этим, — шепчет Нэль практически в ухо косситу. — И прости за эту эгоистичную просьбу, знаю что пробраться в Тевинтер будет непросто, учитывая какие там сейчас настроения.

— Обижаете босс, — смеётся Бык, отстраняясь от девушки. — Мы сделает всё в лучшем виде, и Искательницу не оставим. Но, мы будет с вами до конца, куда бы вы не захотели пойти после этого места, мы останемся с вами.

Ллараинэль смаргивает слёзы и кивает. На рассвете они спускаются вниз, где их ждут неожиданные открытия. Дорога назад должна была быть легче, но вместо этого компания натыкается на отряд порождений тьмы. Нэль никогда не видела их в таком количестве. Огромные полчища идут в их сторону и бежать бесполезно.

Ллараинэль слышит вой трубы и первые копья летят в их сторону, с необычайной скоростью порождения тьмы несутся к ним. Первые капли крови стекают по лицу, не нужно быть предсказателем, чтобы понять — тут оборвуться жизни всей компании. Нэль смотри назад, там впереди выход и эта орда может вырваться следом за ними.

— Бык, отведи ребят назад, когда я скажу бегите к стенам! — отдаёт свой последний приказ Инквизитор, она видит взгляд подный непонимая, и показывает польцами — бух.

Коссит всё понимает и радуется находчивости своему командира по команде они изо всех сил стремятся уйти назад, прежде чем земля под ногами начинает идти трещинами и начинает обваливаться вниз в самую бездну. Ллараинэль уже радуется столь лёгкой победе, но чувствует, как чья-то рука вцепилась ей прямо в ногу и не даёт сделать шага. Паника. Казалось, она уже смирились со своей неминуемой смертью, но почему-то именно сейчас падать вместе с этой тварью вниз не хотелось. Вот только тьма против и тянет за собой. Алларос хватает девушку за руку, падая пластом на камни, но ноша слишком тяжела. Бык кричит сзади, но из-за постоянных разрушений, не может сделать и нескольких шагов в сторону отчаянно цепляющихся за камни эльфов.

— Прости, — одними губами шепчет Ллараинэль Алларосу, но эльф лишь мотает головой, опускаясь ниже к девушке и оставляет на окровавленных губах лёгкий поцелй.

— Вместе, — произносит он.

— Скажи Быку убираться, тебя он ещё услышит, я сейчас взорву тут все до основания, запечатаю вход, — на это её сил и времени хватит, но создать для Быка и его ребят купол уже не получится, поэтому им нужно уйти как можно ближе ко входу, чтобы не оказаться запечатанными тут вместе с ними.

— Уходите! Вход сейчас завалит! — что есть мочи кричит эльф.

Бык замирает, но Крэм тянет за собой и компания исчезает в проходе, слыша позади себя очередной взрыв. Они бегут что есть сил, пока за ними постепенно обрушаются своды древнего Тейга, пока не оказываются под слепящими лучами солнца. Коссит никогда не думал, что способен на такие эмоции, но слёзы которые так отчаянно хотелось стереть ручьями льются по щекам. Сквозь них он видит Крэма, который даже не пытается скрыть что рыдает, захлебываясь собственными всхлипами.

Эпоха Инквизитора Лавеллан ушла мгновение назад, в момент, когда Ллараинэль взорвала последние своды пещеры. Бык и его ребята ещё долго сидят около входа, словно ожидают очередного чуда от своего Инквизитора, будто после такого она вновь покажется где-нибудь и скажет — «а вот и я». Но этого не происходит и на следующий день. Бык командует отход и сжимая в руке небольшой свёрток поворачивается в сторону севера.

Дориан получает свёрток от Ллараинэль поздно ночью, от неизвестного громилы в чёрном и тут же приступает к его изучению. Он всегда любил языки и получив в своё распоряжение этот волшебный словарь с наслаждением переводит каждую строчку письма, написанного таким родным почерком. Мужчина улыбается на первых строчках и тут же хватается за амулет, но тот не отвечает, он хмурится. Мало ли, госпожа Инквизитор может быть занята. Маг завершает перевод на рассвете. Часть бумаги под его руками намокла, словно он разлил на неё воду. Он не чувствует ничего кроме боли. Дыра в месте, где должно располагаться сердце разрастается до огромных размеров. Он хотел поговорить с ней ещё неделю назад, но глупая гордость и обида, куча мелких дел и вечное — ещё успею, это не последний вечер. Дориан не пытается быть сильным, он плачет над письмом и вовремя убирает его, чтобы не замочить, чтобы осталось хоть что-то. Кольцо на пальце, которое он так и не снял, даже несмотря на ссору печёт, хочется выкинуть его в окно.

Как она могла! Как она могла вот так вот оставить его! Он злится. Сначала на неё, потом на себя, потом на этот проклятый мир и засыпает от переутомления прямо на стуле. Во сне он видит её улыбку, такую нежную и родную, она разговаривает с ним на эльфийском, но он понимает каждое слово, внимает каждому звуку, словно зачарованный следит за каждым движением. Глаза цвета золота оказываются так близко, но стоит потянуться рукой, как он просыпается — один в огромной комнате на смятых простынях. Рядом сидит Мирэ и с тревогой смотрит на своего спасителя. В голове Дориана тут же возникает отчаянная идея, которая может и не так уж и безумна, как кажется на первый взгляд. Но он знает точно, ради неё, ради памяти о Солнце его жизни, он обязан попробовать. Эльф рядом с ним непонимающе смотрит на мужчину, и тот лишь произносит твёрдо, поднимаясь с постели.

— У нас много дел, нельзя больше терпеть этот порядок вещей, не так ли мой друг? Эльфы заслуживают большего, чем сидеть в кандалах на улице.

Мирэ вскакивает и кивает, в его глазах такой же огонь, который некогда мужчина видел в глазах цвета золота и это заставляет жить дальше.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге