Эльфийская Ведьма и Драконы

Глава 1

Дорогие, любимые читатели!

Это вторая часть.

Всё начинается с романа под названием

«Наследие Костяного Древа»

С истории, которая откроет дверь в мир тайн, древних сил и событий, изменивших всё!

***

Ознакомились? А теперь можно продолжить.

Приятного прочтения!

Очнулась от боли — острой, жгучей.

Кто-то хлестал меня по щекам. Не ласково. Не спасая.

А проверял, живая я или уже труп.

— А-а-а… — стон вырвался сам, глухой, с хрипотцой.

Я открыла глаза. Мир — вспышками. Тени. Свет. Боль.

— Жива, ваша милость, — радостно взвизгнул голос.

Я повернула голову — медленно, с трудом.

Передо мной — зеленокожий.

В шоке я попыталась отстраниться, но тело не слушалось.

Руки подняты над головой. Прикованы тяжёлыми кандалами к грубо обтёсанному деревянному столбу. Холодное железо врезалось в кожу запястий.

Спина горела так, будто к ней приложили раскалённое железо.

Паника захлестнула сознание, сдавив грудь невидимой рукой.

— Говорил тебе рассчитывать силу, — раздался голос.

Низкий. Холодный. Без тени раздражения. Только власть.

Я подняла голову. С трудом. Каждое движение — пытка.

Он стоял в трёх шагах. Высокий. Статный. С будто высеченной из мрамора осанкой.

Тёмные волосы — назад, гладко, без единого вихря.

Лицо — идеальное.

Высокие скулы. Чёткий подбородок. Губы — чуть приподняты.

Выражение... Холодный. Без эмоций. Без жалости.

Он смотрел на меня — как на вещь.

— Простите, господин, — залепетал зеленокожий, пятясь. — Кто ж знал, что она такая слабая? Эльфийки обычно держатся. А эта — после тридцати ударов — в отключке.

Эльфийка?

Я?

Я — эльф? Но как? Кто я?

Имя — пустота. Прошлое — туман.

Последнее, что помню…

Ничего. Абсолютно.

Тело — ватное. Губы — пересохшие. Язык — как наждачка. С трудом выдавила:

— Во… ды…

— Что? — бровь мужчины дёрнулась. Он даже не двинулся.

— Говорит — хочет пить, — пояснил слуга.

Внезапно мужчина стремительно шагнул вперёд.

И оказался передо мной. Близко. Очень.

Я почувствовала запах — ладан, металл, власть.

Он схватил меня за подбородок.

Пальцы — сильные. Холодные.

Приподнял лицо, заставляя смотреть в его глаза.

Они были цвета грозового неба. С золотистыми искрами, вспыхивающими при каждом движении.

В них читалась смесь любопытства и чего-то ещё, чего я не могла определить.

Его губы, тонкие и чётко очерченные, слегка приоткрылись, и он произнёс несколько фраз на языке, который я, к своему ужасу, не поняла. Звуки были резкими, гортанными.

— Ты не понимаешь? — спросил он.

Теперь — на прежнем языке, но чётче.

С акцентом, от которого по коже пробежал мороз.

Я мотнула головой. Губы дрожали. Грудь сжимало, как в тисках.

Кто он? Где я? Что со мной?

Мозг лихорадочно собирал обрывки:

Эльфийка. Плеть. Кандалы. Боль.

И он — этот мужчина, который смотрит на меня, будто я — экспонат в музее древних чудовищ.

— Странно, — пробормотал он, отпуская мой подбородок.

Пальцы — холодные — исчезли с кожи.

Его взгляд скользнул по моим рукам, по цепям, впившимся в запястья, потом — снова на лицо.

— Я думал, все эльфы говорят на языке драконов. Или ты… из какого-то забытого леса?

Драконов?!

Внутри всё оборвалось.

Драконы? Язык драконов?

Это шутка? Сон? Галлюцинация?

Но боль — реальна. Цепи — реальны.

Он сделал шаг назад. Медленно. Словно изучал добычу.

Его глаза — темные, с вспышками молний внутри — скользнули по моему телу.

На мгновение — что-то мелькнуло.

Не жалость.

Нет.

Интерес.

Как будто я — загадка, которую он обязан разгадать.

— Принеси воды, — резко бросил он.

Зеленокожий слуга — тот самый, что хлестал меня по щекам.

Побежал. Поставил передо мной глиняный кувшин. Поднёс к губам.

Я пила. Жадно. Вода стекала по подбородку, по шее, впитывалась в ткань. Я не обращала внимания.

Снова и снова мозг лихорадочно пытался осмыслить происходящее.

Этот кошмар, который, казалось, только начинался.

А потом — допрос.

Часами.

— Как твоё имя?

— Каким образом ты проникла на территорию?

— Как обошла охрану?

— Что вынюхиваешь?

Вопросы сыпались один за другим. Что я могла ответить?

Память была почти кристально чистой.

Лишь обрывки воспоминаний.

Они не давали полной картины, лишь усиливали леденящий ужас, сковывающий душу.

Я не понимала, что происходит. Не понимала, кто я, как сюда попала.

Амнезия, чёрт бы её побрал!

Одно знала наверняка:

Мир вокруг не мог быть реальностью.

В отчаянии я подняла глаза к небу, моля о помощи, — и замерла.

О боже, небо.

Я окончательно поверила, что сошла с ума.

Оно было пустым.

Ни солнца. Ни луны.

Только бескрайняя чёрная бархатная пустота.

— Это сон, — прошептала я. — Это не может быть реальным.

Должны же быть солнце, луна…

Земля.

Планета Земля!

В голове с бешеной скоростью завертелись новые образы.

Земля.

Люди!

Мозг хаотично выдавал картины:

города, улицы, лица людей.

Никаких эльфов, драконов, орков — ничего из того, что окружало меня сейчас.

Я смотрела наверх, всё больше погружаясь в панику.

И — звёзды.

Не как у нас. Не созвездия.

А другие. Чужие. Как будто я — не на Земле.

— Это сон, — прошептала я про себя. — Это не может быть реальным.

Но боль — реальна.

Вкус воды — реален.

А страх — абсолютен.

Я напрягла память.

Имя. Дата рождения. Номер телефона. Любой намёк!

— Ничего, — промелькнула мысль. — Я ничего не помню.

И тут — ещё одна странность.

Я понимаю их язык. Я отвечаю на нём.

Без перевода. Без усилий. Как будто всегда его знала.

Но… как?

Я ругнулась про себя — по-русски.

И вдруг поняла: я помню русский.

Значит, я не всегда была здесь.

Значит, меня привезли.

Значит, меня… заменили.

А может, я и есть та эльфийка. Просто забыла.

В голове закрутилось. Я закрыла глаза. И впервые подумала не о побеге.

А о правде.

Кто я? И почему я здесь?

Ответа не было.

Опустила голову.

Уставилась в землю — и замерла.

Новое потрясение:

Почва… светилась.

Не тускло.

Не как гнилушки в лесу. А живым, мягким светом.

Лучи — тонкие, пульсирующие — поднимались из-под ног, пронизывали воздух призрачной дымкой.

Свет не падал сверху — он поднимался снизу.

Как будто сама земля была небом.

— Эй! — Резкий окрик ворвался в тишину. — На меня смотри!

Я вздрогнула. Подняла взгляд.

Он стоял передо мной — мой мучитель, мой палач, мой тюремщик.

— В последний раз спрашиваю: кто ты? — Его голос звучал угрожающе.

Неожиданно во мне вспыхнула злость. Я выпрямила спину, насколько позволяли раны.

— А ты кто? — Бросила я.

Тишина. Густая. Опасная.

Он не ожидал ответа. Тем более — дерзости.

Его лицо исказилось. Глаза вспыхнули. Кулаки сжались.

— Здесь я задаю вопросы! — Рявкнул он. — Отвечай!

— Понятия не имею, как меня зовут, — сказала я.

И усмехнулась.

Хотя внутри всё дрожало. Хотя сердце билось, как пойманный в сеть ворон.

— Чего скалишься, эльфийское отродье?! — Взревел он.

Развернулся.

— Людус, готовь пыточный материал! Сейчас она расскажет всё!

Он шагнул ко мне. Рука уже тянулась к поясу.

К ножу? К плети? К чему-то хуже?

Кровь застыла. Тело окаменело.

Я представила, что будет дальше.

Пытки. Крики. Тьма.

Кровь застыла в жилах. Я похолодела от страха.

— Дорогой, — Раздался голос.

Мягкий. Спокойный. Но — властный.

Мы оба обернулись.

К нам приближалась женщина.

Высокая. Стройная.

В серебристо-сером платье, что струилось, как ртуть.

Её глаза — не серые. Серебряные. Острые. Пронизывающие.

Они остановились на мне.

— Из дворца прибыл гонец, — Сказала она. — Требует тебя. Срочно.

Мужчина замер. Посмотрел на неё. Потом — на меня.

— Ладно, — Выдохнул он. — Хватит с неё на сегодня. Запри в подземелье. Завтра продолжим, — Приказал слуге.

— Кто она? — Спросила женщина, не отводя взгляда.

— Да чёрт его знает. Молчит, как могильщик, — Буркнул он.

— Думаю, она не из низших, — Женщина подошла ближе, внимательно изучая мой внешний вид.

— Откуда знаешь?

— Посмотри на её украшения, — Указала она пальцем. — Этот кулон… Это кольцо… Такое не купишь за три копейки. Она — Высшая. Или притворяется.

Он хмыкнул.

— Выясним, — сказал он. — Людус, выполняй приказ!

Зеленокожий слуга шагнул ко мне.

Рука протянута. Чтобы схватить. Потащить. Запереть.

Я сглотнула. Горло сжалось.

Подземелье. Тьма. Одиночество. Что ждёт меня там?

Меня отцепили от столба. Тело — безвольное, разбитое — рухнуло вперёд. И тут же меня подхватил он.

Орк. Огромный. Грязный. Пахнущий так, что глаза зарезало — будто он годами купался в болоте, а потом перекатывался в гнилой рыбе.

— Фу… — вырвалось у меня.

Он даже не отреагировал.

Просто сгрёб меня, как мешок с картошкой, перекинул через плечо — и зашагал.

Каждый его шаг — удар по моим рёбрам. Каждое дыхание — облако вони.

Я попыталась отвернуться, чтобы не вдыхать этот яд.

«Он что, вообще не моется?» — мелькнуло в голове. И тут же: «Нет, он просто… не считает нужным».

Мы прошли по узкому двору. Камни — чёрные, покрытые мхом. Стены — высокие, в трещинах.

А вверху — то же самое небо. Без солнца. Только звёзды. Чужие.

Вот и замок. Тяжёлые ворота. Стража.

Он кивнул — и его пропустили.

Внутри — сырость. Тьма. Запах плесени и железа.

Он остановился у одной из камер.

Размахнулся — и швырнул меня внутрь.

Я упала. На камень. Охнула.

Он молча развернулся. Вышел.

Лязгнула решётка.

Тяжёлые шаги — по коридору.

И — тишина.

Я лежала. Слушала. Дышала.

В углу — лежанка. Грубая. Покрытая потрёпанной шкурой.

Я доползла. Улеглась. Уставилась в потолок.

Тусклый свет — мерцал, от лампочки.

«Нужно проанализировать ситуацию», — вяло пришла в голову мысль.

Думать не хотелось.

Сердце сжималось от дурного предчувствия.

Попробую докопаться до истины — и точно сойду с ума.

Лучше посплю.

Я закрыла глаза и, как ни странно, мгновенно погрузилась в сон.

Сколько я проспала, не знаю, но проснулась от жуткого холода. Температура упала, казалось, ниже нуля.

Пошарив рукой, я нащупала одеяло, которое накануне не заметила, и поспешно укрылась.

Взглянув в зарешёченное окно, поняла, что на дворе глубокая ночь.

Вскоре согрелась — одеяло оказалось на удивление тёплым.

Потянулась во весь рост… и не почувствовала боли. Странно.

Села, наклонилась вперёд. Спина совершенно не болела, хотя вчера я не могла сделать и шагу самостоятельно.

Чудеса!

Встала, прошлась по камере. Походка была лёгкой, почти порхающей.

Регенерация?

В памяти смутно возникло видение: кто-то приходил, пока я спала. Сквозь сон я чувствовала холодные прикосновения к спине, а затем — лёгкое жжение мази.

Похоже, заходил местный доктор.

Я села обратно. Задумалась.

Кто-то не хочет, чтобы я умерла. Кто-то… заботится.

Через пару часов занялся рассвет, и замок начал оживать.

Послышалась возня за окном.

Я подошла к окну. Выглянула.

Двор. Средневековый. Как из фильма. Но не такой.

Телега — скрипит. Запряжена существом.

Не конь. Не мул. Тварь.

Тело — длинное. Ног — три пары. Глаз — шесть. Каждый смотрит в свою сторону. Оно не моргает.

«Ну и мутант», — ужаснулась про себя.

Также я заметила людей — обычных, без видимых отклонений.

Возле стены остановились двое: мужчина и женщина.

— Не знаешь, хозяин надолго улетел? — спросила женщина.

— Говорят, эльфы опять пошли в атаку, — ответил мужчина. — На границе неспокойно. Думаю, на неделю, не меньше.

Эльфы? Атака?

Я внутри замерла. Сердце — ударилось о рёбра.

Я — эльфийка. А они — враги.

Вот почему он смотрел на меня, как на шпионку. Вот почему — плеть. Вот почему — цепи.

Вчера даже словом не обмолвился об этом, гад!

— Ой, Кукус, только бы они не прорвались, — прошептала женщина.

В её голосе — паника. Чистая.

— Сили, чего раскудахталась, — буркнул мужчина. — Наш хозяин — Верховный Архонт. Один из сильнейших драконов. Он не допустит поражения.

Дракон?!

Я отшатнулась.

Верховный Архонт?

Дракон?

В памяти — вспышка.

Его глаза. Не просто чёрные. Сияющие. С золотыми искрами, как блеснувшие молнии в грозу.

Он не человек. Он — что-то большее. И он улетел.

На войну. Против моего народа.

Моего? Или нет?

Шаги. Я метнулась обратно на лежанку.

Сделала лицо — безразличным. Скучающим. Как будто мне всё равно.

Дверь скрипнула. Стражник. И за ним — она.

Служанка. Маленькая. Тёмные волосы. Карие глаза — тёплые, как осенний чай. Движения — плавные.

Поставила поднос. Присела.

Я оглядела еду.

Серая масса. В деревянной миске. Пахнет — кислым молоком и железом. Рядом — стакан с мутной водой.

Она подняла на меня глаза и тихо произнесла:

— Вам нужно поесть.

— Негусто, — мысленно фыркнула я. — А чего ты ждала? Шампанского и клубники? Ты в тюрьме, напомнил внутренний голос. А может, скоро и вовсе голову с плеч снимут…

— Так, стоп! — негромко вскрикнула я, обрывая поток мрачных мыслей. — Какая казнь? Ещё чего! Не дождутся, — прошептала себе под нос, расправляя плечи.

Встала. Отошла в угол. Смотрела. Наблюдала.

— Госпожа, вам обязательно нужно поесть, чтобы восстановить силы, — мягко снова произнесла девушка в попытке уговорить.

— Как это можно есть? — фыркнула я, удивлённо вскинув бровь. Какая я ей госпожа?

Служанка внимательно посмотрела на меня, потом продолжила уговаривать:

— Я понимаю, это не вкусно, — прошептала она. — Но если не поешьте — стража принудит. Не дайте им повода. Просто… немного. Чтобы выжить.

Я замерла.

Гордость — кричала: не трогай!

Разум — шептал: выживи.

— Ладно, — буркнула я. — Давай сюда свою баланду.

Она протянула ложку. Я с отвращением зачерпнула. Зажмурилась. Проглотила.

Хуже, чем вонь орка. Вязко. Безвкусно. С привкусом меди.

Но… Через минуту — тепло. По венам. Слабое. Но есть.

Она собрала посуду. Поклонилась. Ушла.

Стражник захлопнул дверь, лязг замка эхом отозвался в тишине.

Я осталась наедине со своими мыслями.

Итак. Что у нас есть?

Меня называют эльфийкой. Значит — не человек.

Какая самая яркая отличительная черта эльфов?

В голове всплыли образы: острые уши, изящные линии лица, длинные волосы… Уши.

Рука сама метнулась к голове.

— Твою ж мать, — выдохнула я, ощупывая уши.

Они и правда оказались заострёнными и длинными.

Как у эльфа из легенды.

Одежда. Я оглядела себя.

Лиф. Короткая юбка.

Практично? Нет.

Сексуально? Да.

На шее — кулон. На руке — кольцо с розовым камнем, что мерцает, будто живое. На голове — диадема.

Теперь понятно, почему дракониха решила, что я из высших.

Даже для моего неопытного взгляда было очевидно: все эти вещи — эксклюзивные и дорогие.

Интересно, почему у меня ничего не отняли?

Во что я влипла? Чьё тело заняла?!

Я села. Скрестила ноги. Закрыла глаза.

Дышу. Тишина. Память.

Туман. Плывёт. И — вспышка.

Детство. Мама.

Открыла дверь. Улыбается. — Катя, иди ужинать!

Квартира. Тверская. Зима. Снег за окном.

Университет. Экзамен. — Ледникова, вы свободны.

Я вскочила.

— Ледникова Екатерина Викторовна. Земля. Россия. Я — человек!

Но теперь — эльфийка.

В чужом мире. В чужом теле. В чужой войне.

Как? Почему? Я умерла? Или… меня поместили сюда?

Голова — раскалывается.

Я схватилась за неё.

Стон — вырвался. Отчаяние. Безумие.

Это не сон. Это — реальность.

Я — не та, за кого меня принимают. Но…

Я — теперь она.

Шум. Замок.

Я резко открыла глаза.

Дверь — открывается.

И в проёме — она снова.

Служанка. Но теперь — не одна.

За её спиной — тень. Высокая. Тёмная.

И знакомая.

Глава 2

На пороге — она.

Женщина шагнула в камеру. Тихо, как тень. Как призрак в бархатном платье.

Вчера я не успела её рассмотреть.

Высокая. Статная. С осанкой королевы, которая никогда не сгибается.

Платье — с кринолином, струящимся, как ртуть, — облегало фигуру, подчёркивая каждую линию. Декольте — чуть приоткрыто. Белая кожа — безупречная.

Я невольно почувствовала себя голой рядом с ней.

Скрипнув зубами, я развернулась. Встала.

Она изучала меня.

Долго. Холодно. Без тени эмоций. Без намёка на мысль. Как будто я — экспонат. Или угроза.

— Кто вы? — не выдержала я.

— Меня зовут Терра, — прозвучал голос. Глубокий. Бархатный. От которого по спине — табун ледяных мурашек. — Я — хозяйка этого замка.

Жена дракона. Владычица. Хищница.

Чего она хочет?

Я молча смотрела. Искала в её глазах — хоть что-то. Но там — ничего.

— Сама не желаешь представиться? — её терпение, казалось, иссякло. Тон стал жёстче, в нём зазвучали стальные нотки.

Я замерла в замешательстве. Какое имя назвать? Не настоящее же? Хотя…

— Катя, — брякнула прямо.

— Кх… Как? — Терра запнулась. У меня против воли заиграла усмешка.

— Кариэль. Кари, — сымпровизировала на ходу, лихорадочно подбирая что-то более подходящее этому миру.

— Кариэль… Красивое, — произнесла Терра, чуть склонив голову. — Означает цветы, траву, росу. Тебе подходит.

Вот тебе раз! Я ткнула пальцем в небо и угадала. Неужели и впрямь такое имя существует в этом мире?

Терра стояла — как статуя. Но в её глазах — не равнодушие. Расчёт.

Хищник, который оценивает добычу.

— Ты слишком спокойна, — вдруг сказала она. — Обычно эльфы не так бесстрашны. Но ты…

— Что вам нужно? — спросила я.

Голос — твёрдый. А внутри — дрожь.

Она улыбнулась. Ледяная улыбка. Без тепла. Без души.

— Предлагаю сделку, — сказала она.

Шагнула ближе.

— Ты — эльфийка. Можешь рассказать многое. Взамен — свобода.

Я прищурилась, пытаясь понять, к чему она клонит. Сделка с драконом? Врагом эльфов?!

— И что же вы предлагаете?

— Станешь нашими ушами и глазами, вернувшись домой.

— Чего?! — Я поперхнулась воздухом.

«Предать эльфов, перейти на сторону драконов…

А потом что?»

В голове стремительно проносились варианты.

«По сути, ушастые мне никто. Главное — выжить».

И я начала торг за свою жизнь.

— То есть если помогу вам победить, драконы меня отблагодарят?

— Конечно, — быстро согласилась она.

Слишком быстро. Нашла дуру, как же.

Скорее всего, меня прикончат свои же.

Тьфу ты, какие свои — эльфы, поправила саму себя.

Но… обмануть хищницу — стоит попытаться.

— Мне бы… ванну. И одежду получше.

Она замерла. Глаза — расширились.

— Это всё?

Я кивнула. Молча.

Она не сказала ни слова. Развернулась. Ушла.

Через полчаса — пришли.

Новая служанка. Старый стражник.

Провели меня по коридорам. В купальню.

Вода — парящая. Аромат — лаванда и чёрный мускус.

Девушка — молча помогла раздеться. Смыть грязь. Боль. Страх.

Я подошла к зеркалу.

И замерла.

На меня смотрела чужая.

Тонкие, изящные черты лица.

Светлые волосы, из-под которых торчали заострённые длинные уши,

сверкающая диадема на голове.

Служанка, как ни старалась, не смогла снять ни её, ни колье — они будто приросли к коже.

Высокая грудь,

тонкая талия,

длинные ноги.

Само совершенство.

Зелёные глаза, сияющие, как изумруды.

С удивлением разглядывала саму меня. Судорожно втянула воздух и медленно выдохнула.

— Твою ж мать…

И как мне теперь существовать с таким кукольным лицом?

Платье, что принесла девушка, пришлось мне по вкусу.

Светло-коричневое, длинное, в пол, оно ниспадало мягкими складками.

Длинные рукава, скрывающие мои руки, и строгий воротник-стойка, обрамляющий шею.

Служанка проворно расчесала волосы и заплела их в тугую косу, перехватив шёлковой лентой в тон платья.

Через время — позвали.

Служанка. Стражник. — Идём.

Я вздохнула.

Теперь — игра. Теперь — маска. Теперь — я — Кариэль.

А Катя… Катя — пока молчит.

Никогда не видела ничего подобного. Замок дракона. Само название звучало как сказка, как легенда.

Мы шли по широкому, но неровному коридору.

Свет проникал сюда скудно, лишь изредка через высокие узкие окна, больше похожие на бойницы. Тени играли на стенах, создавая причудливые узоры, и мне казалось, что они оживают, шевелятся. Я старалась не смотреть на них слишком пристально, но воображение уже рисовало жуткие силуэты.

Проходя мимо огромных резных дверей, которые вели в неведомые залы, я представляла себе, что может скрываться за ними.

Сокровища?

Древние артефакты?

Или, возможно, сами драконы?

Сердце забилось чаще — я понимала, что стою на пороге чего-то огромного, опасного и невероятно важного.

Моя служанка, сдержанная и молчаливая, не проронила ни слова.

Стражник строго осматривал пространство вокруг, будто ожидал нападения из ниоткуда в любой момент.

Коридор — кончается. Перед нами — двери.

Двустворчатые. Тёмное дерево. Железо. Кованое. Символы — выжжены. Не читаются. Но давят.

Стражник — отступает. Служанка — робко стучит.

Тишина.

— Войдите.

Голос — глухой. Но властный.

Дверь — распахивается.

Я делаю шаг.

И замираю.

Комната — огромная. Полна людьми.

Не людьми. Чем-то другим.

Двадцать. Тридцать.

Все — высокие. Грациозные.

С глазами, внутри которых сверкали небольшие молнии.

Я почувствовала себя маленькой и слабой среди них.

Впереди, во главе огромного стола, на самом почётном месте, восседал молодой человек.

Красные длинные волосы струились по плечам.

Красные глаза смотрели пронзительно.

Черты лица резкие, чёткие: небольшой нос, волевой подбородок, немного припухлые губы.

На голове — чёрный обруч, украшенный по центру сияющим драгоценным камнем золотистого света.

Его блеск был настолько ослепительным, что глазам стало больно.

— Кариэль, — раздаётся голос. Божественный. Мягкий. — Не бойся. Подойди.

Я делаю шаг. Робкий.

Терра — рядом. Смотрит. Не отрываясь. Как будто ждет ошибки.

И тут — толчок.

Резкий. Сильный. В спину.

Я лечу. Вперёд. По инерции. Спотыкаюсь.

Грохот.

Я падаю. Прямо у подножия стола.

— На колени! — ревёт голос.

Грубый. Злой.

— Перед Первородным Кар-за-аром!

Я оборачиваюсь. Ещё на коленях.

— Кем? — выдыхаю.

Он замирает.

Глаза — вспыхивают. Кулак — сжимается.

— Ты… — и замахивается.

Неожиданно для себя я проворно вскочила и уклонилась от удара с невероятной лёгкостью, предугадав его движение.

В ответ моя нога вылетела молниеносным выпадом.

Юбка взметнулась на миг вокруг ног и тут же мягко опустилась.

Дракона отбросило на несколько метров, и я с изумлением проводила взглядом его полёт.

С грохотом врезавшись в стену, он рухнул на пол, но мгновенно вскочил и снова ринулся в атаку.

И тут — голос.

Резкий. Сорвавшийся с губ самого Первородного.

— Довольно!

Он застыл. На полушаге. Как будто время остановилось.

Тишина.

Всё произошло в считанные мгновения.

— Дитя, — произнёс он.

Спокойно. Как будто ничего не произошло.

Как будто не я только что отшвырнула одного из его воинов.

Как его назвали? Первородный Кар-за-ар… Похоже, по-нашему — король, царь, — сделала я мысленный вывод.

— Слушаю, ваше величество! — произнесла, склонив голову.

Тишина повисла в комнате. Все будто выпали в осадок.

— Ваше величество? — зашептали голоса вокруг. — Что это значит?

Кар-за-ар не отрывал от меня взгляда.

Красные глаза — горят.

Но не гневом. Любопытством.

— Что ты только что сказала? — спросил он.

— У нас так… обращаются к самому главному, — выдавила я.

Глупо. Очень глупо. Нужно было молчать. Нужно было думать.

— «Ваше величество»… — повторил он.

Задумчиво. Как будто пробует на вкус.

— Мне нравится.

— Терра сказала, что ты готова работать на нас? — резко сменил он тему.

Голос — холодный. Без эмоций.

— Вы меня, конечно, извините, — протянула я, — но разве это не должно было быть… тайной? И я ещё не дала окончательного ответа.

Он улыбнулся. Тонко. Едва заметно.

— Всё, что происходит в этих стенах, — не выйдет за их пределы, — сказал он.

Успокоил? Или пригрозил?

Похоже, влипла по самые эльфийские уши.

Я внимательно оглядела зал.

Драконы. Воины. Хищники.

Они ждали. Ждали, когда я ошибусь.

Я приготовилась врать много и достоверно.

— Что вы хотите узнать? — спросила я.

Голос — ровный. Спокойный. Как будто я не боюсь.

— Где находится Верховный правитель Элендил?

— Кто?! — вырвалось у меня.

— Ты издеваешься? — рявкнул один из драконов в бешенстве.

Похоже, терпение не их сильная сторона.

Я вздрогнула от рыка. Моментально включив мозги, стала соображать.

Верховный правитель? Скорее всего, речь о главном эльфе. Где он может быть? Возможно…

— Он ушёл в горы со своими приближёнными, — выдала через пару мгновений.

В комнате повисла тишина, а через секунду обрушился шквал перебивающих друг друга голосов:

— В горы? Если так, мы его не достанем!

— У эльфов в подземельях целый город, спрятанный внутри. Никто его не обнаружил, даже входа не нашли!

— Тихо! — рявкнул Кар-за-ар.

Голос — как гром.

Зал замолчал.

— Ты, — он ткнул в меня пальцем. — Знаешь, как пройти?

Чёрт.

Я вздохнула. Слишком близко. Слишком опасно.

Врать драконам — смерть. Говорить правду — смерть. Но молчать — тоже.

— Да, — сказала я.

Голос — уверенный. Холодный.

— Знаю.

Пауза.

— Но путь туда… сложен.

— Опасен.

— Его охраняет древняя магия.

— Никакой дракон… не сможет её обойти.

Глаза ящериц вспыхнули. Поверили.

— И что ты предлагаешь? — прорычал Кар-за-ар.

— Мне понадобится помощь, — сказала я.

Голос — крепчает. Наглость — растёт.

— Чтобы обойти защиту… нужен артефакт. Сокрытый глубоко…

Я замялась. Что выдумать?

— …в Библиотеке Забытых Знаний. Как только добуду его… Остальное — раз плюнуть.

— Чего? — брови Кар-за-ара поползли вверх.

Блин. Земная фраза.

— Дальше всё пройдёт… без затруднений, — поправилась я.

Скрыла смущение. Не дрогнула.

Он смотрел. Долго. Оценивающе.

А внутренний голос шептал:

— Ты сошла с ума…

Я впилась взглядом в их лица. Каждый мускул — напряжён. Каждая мысль — на взводе.

Поверят ли? Или убьют на месте?

Кар-за-ар нахмурился. Красные глаза — в упор. Будто пронзает. Будто читает душу.

Тишина. Длинная. Острая.

Он размышлял. Он взвешивал. Он оценивал ложь.

И — медленно — кивнул.

— Хорошо, — процедил он. Сквозь зубы. Голос — как яд. — Мы предоставим тебе то, что ты просишь.

Пауза. Тяжёлая.

— Но если ты вздумаешь обмануть…

Он не закончил. Но всё понятно. Я почувствовала — как будто огнём обожгло.

— Ты познаешь такую боль, о какой даже не подозревала.

Поняла. Без слов.

Он махнул рукой. Царственно. Как будто отмахнулся от мухи.

— Уходи.

Я не стала ждать. Развернулась. Вышла.

Служанка. Стражник. Снова — сопровождают.

Но теперь — иначе. Теперь я — не пленница. Теперь я — инструмент.

Они ведут меня. По коридорам. Мимо статуй. Мимо факелов, чьи тени пляшут, как демоны.

И — останавливаются.

Перед дверью. Не тюремной. Не железной.

Деревянной. Резной. С узорами — живыми.

Они открывают.

Я вхожу.

И замираю.

Комната. Господская. Роскошная. Слишком.

Посреди — кровать. Огромная. С балдахином из чёрного шёлка. Кружева — тонкие, как паутина.

В углу — трюмо. Зеркало — в золотой оправе.

У окна — стол. Два кресла.

Шкаф — во всю стену. Зеркало — внутри. Отражение — раздваивается.

И — дверь. Маленькая. Рядом.

Я подхожу. Открываю.

Туалетная комната.

С ванной. С умывальником. С полотенцами — белыми, как снег.

Гостья. Не пленница. Гостья с цепью на шее.

— Всё, — сказала я. — Можете идти. И принесите поесть. Что-нибудь горячее.

Они поклонились. Ушли. Замок — щёлк.

Я одна.

Рухнула на кровать. Раскинула руки. Как будто падаю.

Потолок — высокий. Тёмный. С узорами — как звёзды.

Что будет?

Я не знаю. Я не верю. Я не могу.

Но игра началась.

Я — Кариэль. Я — шпионка. Я — лгунья.

Я закрыла глаза.

И прошептала:

— Выжить. Просто выжить. А потом — буду думать.

Глава 3

Раздался стук.

Вскочив с кровати, я распахнула дверь.

На пороге стояла служанка с подносом.

— Ужин, госпожа, — произнесла она, протискиваясь в дверной проём.

Я молча отступила, позволяя ей пройти.

Поставив поднос на столик, девушка замерла, теребя край фартука.

— Что? — раздражённо спросила я, разглядывая её.

Она вздрогнула.

— Ничего, госпожа… Просто… подожду, пока вы поедите.

Я уже открыла рот — прогнать.

Но остановилась.

Пора было добывать информацию.

— Как тебя зовут? — спросила я.

Взяла ложку. Начала есть.

Еда — горячая. С грибами. С пряностями. Вкусно.

— Гриль, госпожа.

— Гриль… — повторила я.

Запомнила. Имя — странное. Но настоящее.

— Гриль, — продолжила я, — ты не глупая. Вижу по глазам. Выполнишь мне одну просьбу?

— Конечно, госпожа… если только это не…

— Ничего запретного, — перебила я. — И… не называй меня госпожой. Зови — Кари.

Она отшатнулась. Глаза — расширились. Лицо — побледнело.

— Как можно, госпожа?! Хозяйка выпорет за такую вольность…

Вот это порядки. Железные. Без пощады.

— Ладно, — сдалась я. — Оставь. Зови как хочешь.

Пауза.

— Гриль, — сказала я мягче. — Расскажи мне… О всех, кто живёт в этом мире.

— Зачем, госпожа? — удивилась она.

— Плохо спится. На новом месте. Твой рассказ… успокоит.

— Может… почитать вам?

— Умеешь читать?

— Нет… но вы можете.

Чёрт.

Я внутри — выругалась. Глупая. Наивная. Или… слишком честная?

Но тут — мысль.

А я сама? Умею ли я читать? Писать?

Надежда. Тёплая. Где-то глубоко.

Если нет — туго придётся.

Надо проверить. Позже.

— Гриль, — сказала я. — Как я усну, если буду читать?

— И то верно… — кивнула она.

Задумалась. Почесала затылок.

— С чего начать?

— С планеты. Как она называется?

— Наша планета — Этерия, — начала она.

Голос стал тише. Драматичнее.

Я внимательно слушала. Каждое слово.

— На Этерии… есть магия. Ну… не совсем. Она есть только у драконов и эльфов.

Я кивнула. Показала — слушаю.

Хотела спросить — а солнце? Луна? Откуда тепло? Но прикусила язык. Даже такая простодушная девчонка догадалась бы, что это ненормально.

— А драконы… — тут она оживилась.

Глаза заблестели.

— Это… летающие огнедышащие ящерицы. Ну… не совсем. Скорее — рептилии. С характером.

Она оглянулась. Будто боялась, что стены слышат.

— С ними… лучше не связываться. Они считают себя хозяевами планеты.

Я посмотрела на неё. На её дрожащие пальцы. На её страх.

И поняла:

Она говорит правду. Но не всю. Что-то скрывает. Что-то боится.

— А ещё есть эльфы, — продолжила Гриль.

Голос — мягче. Будто вспоминает что-то тёплое.

— Они… высокие. Стройные. С длинными волосами. И ушами — острыми, как лезвия. Они обожают природу. Прямо до фанатизма.

Она улыбнулась. Тихо.

— Я однажды видела — один эльф уговаривал дерево переехать. На более удобное место. Говорил ему: «Тут тебе тень, тут — вода, тут — хороший ветер». Дерево, конечно, не согласилось. Просто… стояло.

Я не сдержалась. Хихикнула.

Представилось: эльф в белом одеянии серьёзно разговаривает с дубом. А дуб — молчит. Как бабушка, которая уже всё решила.

Няня из детства. «Съешь ещё котлету — будешь сильна, как бык».

А я — отворачиваюсь. «Я не хочу быть быком».

— Ну и, конечно… орки, — Гриль понизила голос. Будто делится тайной.

— Они… зелёные. Большие. И очень любят драться.

Но — не все.

Она улыбнулась снова. Теплее.

— Мой сосед, Гронк. Он… обожает печь пироги. Правда, немного твёрдые. Как будто из камня. Но он старается.

Я представила. Орка в фартуке. С мукой на зелёной морде. С взбитыми яйцами в кулаке. И оглушительный рёв:

— ПИРОГ ГОТОВ!

А потом — кусок. И звон — когда он вылетает изо рта.

Еле сдержала смех.

— Так вот, — заключила она, — на Этерии всё это и есть:

магия. драконы. эльфы. орки. люди.

Пауза.

— К сожалению… идёт война. Между эльфами и драконами. От этого страдает вся планета.

Голос потух. Глаза — вниз.

— А что они не поделили? — спросила я.

— Территории! — выпалила она.

Ну конечно. Что ещё?

— Как долго она длится?

— Несколько месяцев.

Я приподняла бровь. Скептически.

— Несколько месяцев? Для войны между драконами и эльфами — это несерьёзно. Обычно такие конфликты тянутся веками. Превращаются в саги. С балладами. С песнями. С кучей трупов.

Гриль пожала плечами.

— Ну так она только началась. Вон, война орков и людей — триста семьдесят лет шла.

— А эти что не поделили?

— Территории.

Я усмехнулась.

— И что, никто не пытается помирить драконов и эльфов?

— Пытаются, конечно, — сказала она. — Эльфы — упрямые. А драконы… Ну… вы сами понимаете.

Она оглянулась. Будто страшится, что стены услышат.

— У них огонь в крови. А не миролюбие. И люди не в стороне. Им тоже достаётся.

Пауза.

— В общем… весело тут.

Я посмотрела на неё. На её простое лицо. На её страх. На её шутку про пирог.

И поняла:

Это не сказка. Это местная жизнь. С глупыми пирогами. С упрямым деревом. С войной, которая «только началась».

— А как называются территории? — спросила я, откладывая ложку.

Гриль выпрямилась, будто перед экзаменом.

— У драконов — Драконий Мир.

У эльфов — Эльфийские Земли.

У орков — Орчий Край.

А у людей… просто Государство. Без вычурностей, — добавила она с лёгкой усмешкой.

Я кивнула.

Понятно. Разделение по признаку «кто громче рычит».

— Расскажи про хозяина… и его жену, — попросила я.

— Хозяина зовут Терранус, — начала Гриль.

Голос стал серьёзнее.

— Главный военачальник драконов. Верховный Архонт. Ни одного поражения. Честный. Справедливый.

Она вздохнула.

— А вот жена его… Терра. Не то что он. Хитрая. Осторожная. Говорит мало, но — в яблочко.

Девушка покачала головой.

— Как такому гордому дракону досталась такая ледяная тень…

Я переваривала.

Имя — Терранус. А жена — Терра.

Земля. Тень.

— Гриль, — спросила я. — Терранус… Терра… Это же одно имя?

— Одно, — кивнула она. — У драконов так принято: жена берёт имя мужа.

Вот оно что. Как на Земле. Только там фамилия.

— А дети? — уточнила я. — У них тоже имена по отцу?

— Нет, — улыбнулась Гриль. — У потомства — собственные имена. Например, сын Террануса — Игнис. Говорят, талантливый воин. Весь в отца. Только характером помягче.

Я представила.

Терранус — непобедимый, суровый, горящий. А Игнис — помягче.

Интересно, что для дракона «мягкость»?

Не сжечь сразу?

Или просто улыбнуться перед смертью?

— А король? — спросила я. — Как его зовут?

— Корол… Кого? Кор… — Гриль нахмурилась. — Кто это?..

— Главный дракон, — пояснила я, мысленно чертыхнувшись.

— А, Первородный. Его зовут Люминор. А жену — Люмина. Она — Зе-тракс. Несущая свет.

Я нахмурилась.

Люминор. Несущий свет.

Красные глаза. Кровавые волосы. Голос — как раскалённый металл.

Свет? Да он — ходячая лава!

А его жена — Несущая свет? Ещё один «свет» в паре?

Или это ирония?

Красноволосый дракон, мягко говоря, не вызывал у меня тёплых чувств.

Про его вторую половинку я ничего не знала, но этот напыщенный павлин… точнее, дракон…

Я нутром чувствовала, что от него лучше держаться подальше.

— А у эльфов? — сменила я тему. — Как у них устроено?

Может, они — лучше? Может, они — справедливые?

— У эльфов… всё сложнее, — сказала Гриль.

Голос — понизился.

— Правит Верховный правитель. Элендил. Злобный эльф до мозга костей.

— Чего? — вскинулась я. — А дракон, значит, белый и пушистый?

— Госпожа?..

— Я говорю, что Люминор — далеко не хороший, — пояснила я. — А эльфы. Ты же сама сказала — любят природу, деревьям поют… Как они могут быть злыми?

— Люминор — жестокий, — прошептала Гриль.

Оглянулась на дверь.

— Но эльфы… Они любят только себя и природу. Никого больше.

Она наклонилась. Тише.

— Не дай бог им дорогу перейти. Живьём сожгут. Без суда. Без следствия.

Я замолчала.

Анализирую.

Драконы:

— Терранус — честный, но жена — хитрая.

— Люминор — властный, свет которого — огонь.

Эльфы:

— Элендил — жестокий, но природа — его святыня.

Вывод: Здесь нет «хороших».

Есть — выжившие.

И — те, кто ещё не умерли.

— Госпожа… — простонала Гриль.

Зевнула. Потёрла глаза.

— Вы уже почти уснули?..

— Почти, — прошептала я. — Можешь идти.

Она не стала ждать. Выскользнула. Дверь — щёлк.

Я вскочила.

Нет. Спать — нельзя.

Мозг — работает. Быстро. Живо.

Шагаю по комнате. Туда-сюда. Туда-сюда.

Раскладываю по полочкам: — Терранус — воин. — Терра — интриган. — Люминор — властитель. — Элендил — враг.

Война. Территории. Магия. Драконы. Эльфы.

Кажется, я попала в эпицентр какого‑то грандиозного сериала. И, судя по всему, злые здесь не только орки.

Информация от Гриль была обрывочной и скудной, но хотя бы давала представление о происходящем.

Нужно было понять, чью сторону занять и как выжить в этом хаосе.

Территории… война… драконы с эльфами делят власть.

Охринеть, как мне везёт.

Первым делом нужно валить отсюда.

Завтра постараюсь разузнать у Гриль побольше про этого Террануса и замок, чтобы составить план побега.

Подхожу к окну. Открываю.

Темнота. Холод. Звёзды — чужие. Далёкие.

Этерия.

Чёрт бы тебя побрал.

Но — я здесь. И — я жива.

А значит — память вернётся. А значит — я узнаю, как умерла. И — почему попала сюда.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Вскоре усталость взяла своё, и я погрузилась в сон.

Меня разбудило пение.

Не просто птица. А что-то иное.

Звуки — чистые, как хрусталь. Мелодия — неземная. Словно воздух сам поёт.

Не открывая глаз, я наслаждалась красивыми звуками этой мелодии.

Потянувшись, почувствовала себя отдохнувшей, полной сил.

В памяти всплыл причудливый сон, и я невольно улыбнулась.

Какая же чепуха порой снится!

В голове по привычке завертелись планы на день: завтрак, университетская каторга, визит к маме… Что ещё? Спортзал. А может, ну его, этот фитнес? Мысль о монотонных километрах на беговой дорожке не вызывала ни малейшего энтузиазма. Нужно бы Лерке позвонить, договориться о встрече за чашечкой кофе.

Внезапный скрип двери пронзил тишину, и меня сковал леденящий ужас.

Неужели в моей квартире кто-то чужой?

— Доброе утро, госпожа!

Резко распахнув глаза, я в изумлении уставилась на роскошную обстановку.

Так это всё-таки не сон…

Я вцепилась в виски.

— А-а-а! — вырвался стон.

Громкий, полный отчаяния.

Служанка подскочила ко мне, и в её голосе зазвучали нотки искренней тревоги:

— Госпожа, что с вами? У вас болит голова?

— Немного, — солгала, стараясь взять себя в руки.

Поднявшись, прошла в туалетную комнату и резко захлопнула дверь прямо перед носом у служанки.

— Госпожа… — заскулила она за дверью. — Позвольте помочь…

— Сама справлюсь, — резко.

Пауза.

— Гриль… приготовь завтрак.

— Хорошо, госпожа.

Шаги. Удаляются.

Я выдохнула.

Подошла к зеркалу.

Отражение

Красотка с кукольным лицом никуда не исчезла.

Заострённые уши всё так же выглядывали из-под распущенных волос.

Напоминая о моей принадлежности к эльфийской расе.

— И эта корона ещё! — с досадой пробормотала я, глядя на ни в чём не повинную диадему, сверкающую в волосах.

Схватив её за край, резко дёрнула — и она… снялась.

С изумлением уставилась на украшение в моей руке.

Вот ведь...

Гриль вчера чуть руки себе не сломала, пытаясь её снять.

Потянулась к кулону на шее. Застёжка без усилия щёлкнула и раскрылась.

Чудеса.

Неужели только я могу их снять?

Осторожно положив всё на холодную мраморную поверхность столика, сняла последнее украшение — кольцо — и положила рядом.

Погружённая в размышления о странном феномене, я встала под тёплые струи воды, льющейся прямо из стены.

Никаких кранов для регулировки температуры не было и в помине.

После душа промокнула волосы полотенцем и, обернувшись в него, снова подошла к зеркалу.

Мои глаза наткнулись на столик с украшениями.

Диадема, кулон и кольцо лежали там, словно ждали своего часа.

Протянула руку и первой взяла диадему. Она была холодной на ощупь, но при этом казалась живой. Сверкающий металл переливался всеми цветами радуги.

Я надела диадему обратно, решив никому не говорить, что могу её снять.

Никаких неприятных ощущений не последовало. Она сидела как влитая, не давила и не мешала.

Кулон и кольцо тоже без проблем заняли свои места.

В голове не было ни тумана, ни боли. Всё казалось совершенно нормальным.

Посмотрела на своё отражение и неожиданно подмигнула себе.

— Ну что, Кариэль? — прошептала. — Или — Катя? Чего такая грустная? И напуганная! Прорвёмся!

Улыбнулась.

Завтрак был богатым. Настоящим пиром.

На столе — невиданные фрукты: с фиолетовой кожурой, с жёлтыми прожилками, с ароматом ванили и дыма.

Хрустящие тосты — с золотистой корочкой.

Напиток — не чай, но похож. Тёплый. С привкусом корицы и чего-то… непонятного.

И ещё — блюда.

Чужие.

Названий не знаю. Но — вкусные.

Я сметала всё. Быстро. Жадно. Как будто впервые за неделю ела.

— Госпожа… — Гриль вздрогнула, услышав стук.

Дверь. Три удара.

— Кто там? — спросила она.

— Стражник. Хозяйка требует эльфийку.

Голос — глухой. Без эмоций.

Я вздрогнула.

Терра. С утра. Чего ей нужно?

Гриль засуетилась. Открыла шкаф. Достала платье.

То же. Почти. Белое. С серебряной вышивкой.

— Садитесь, — сказала она.

Пальцы — быстрые. Заплела волосы в две косы. Аккуратно. Как для праздника.

Десять минут — и я готова.

Процессия. Как вчера.

Стражник — впереди. Гриль — сзади. Я — посередине.

Но сегодня — не в тронный зал.

Мы спускаемся. По мраморной лестнице. В сад.

И — замираю.

Деревья — не земные. Стволы — переливаются, будто внутри течёт свет. Кусты — цветут огнём. Цветы — пахнут музыкой.

Я не дышу. Смотрю, впервые увидев флору этой планеты.

А в глубине — она. Терра.

Стоит над бутонами. Грациозная. Ножницы — порхают в её руках. Как живые.

— Доброе утро, — говорю я.

Останавливаюсь. На почтительном расстоянии.

— Здравствуй, Кариэль, — улыбается она.

Голос — мягкий. Но — не тёплый.

— Нравится мой сад?

— Восхитителен, — отвечаю честно.

И — жду. Разговора, ради которого меня сюда позвали.

Она отдаёт инструменты служанке. Поворачивается ко мне.

— Пойдём прогуляемся.

Тропинка. Белый песок. Сияет, как снег под луной.

Она идёт впереди. Я — на полшага позади. Как положено.

Деревья расступаются.

Впереди озеро.

Маленькое. Круглое. Вода — чёрная, но отражает небо, будто зеркало из ночи.

Я застываю. Красота неземная, от которой замерло сердце.

— Итак, — говорит она. Останавливается. Разворачивается.

Пристальный взгляд.

— Выкладывай. Как ты будешь действовать?

— Я… ещё не определилась, — бормочу.

Чувствуя, как всё холодеет внутри.

— Игры, значит? — её голос падает.

Становится тише. Опаснее.

— Паршивка. Люминор не терпит ошибок. Я за тебя поручилась. Если подведёшь — умрёшь. Самой мучительной смертью.

Она достаёт браслет.

Чёрный. С красным камнем. Как капля крови.

— Надень.

— Что это? — отвожу руки.

Сердце — колотится.

— Моя страховка. Решишь вдруг, что умнее меня, — и магия вернёт тебя на верный путь. Поверь… — улыбается. — …это будет не самое приятное возвращение.

Я смотрю на браслет.

На её глаза.

На озеро за спиной.

И в голове — одна мысль:

«Вот чёрт… Я, кажется, недооценила эту стерву».

Глава 4

Терра и я скрестили взгляды в безмолвной дуэли.

В воздухе повисло напряжение — казалось, даже время замедлило свой бег.

Мысли замелькали в моей голове, но ни одна из них не казалась достаточно крепкой, чтобы выдержать тяжесть предстоящей лжи.

И этот проклятый браслет…

Я буквально пятой точкой чувствовала: не удастся мне отвертеться от него.

Не отвертеться. Придётся надеть. Потом — сниму. Как-нибудь.

Сжимаю кулаки. Вспоминаю вчерашнюю ложь. То, что сказала красноволосому индюку.

— Библиотека Забытых Знаний, — шепчу.

Едва слышно.

А ведь это шанс, за который стоит ухватиться!

Возможность. Путь наружу. Законный.

А дальше — импровизация.

Мозг — работает. Быстро. Живо.

Воображение — рождает легенду.

Библиотека? Только вершина. Под ней — лаборатория. Древняя. Эльфийская.

Где создавали артефакты. Повелевающие огнём. Ветром. Самой жизнью.

И — ключ. К ритуалу.

Способным дать власть над драконами, а не наоборот.

Уверена, дракониха тотчас помчится докладывать об этом своему повелителю.

Если не ошибаюсь, это должно разжечь алчность Кар‑за‑ара.

— Дело в том… — начинаю.

Голос — ровный.

Слова — взвешиваю.

— Библиотека — это только начало.

Под ней скрыта древняя лаборатория эльфов, где когда‑то создавались могущественные артефакты.

Среди них — ключ к ритуалу, который может переломить ход войны.

Я говорила медленно, наблюдая за реакцией Терры.

Её глаза расширились, в них вспыхнул жадный интерес.

Она поверила!

Ошеломлённая, я смотрела вслед удаляющейся хозяйке замка.

Неужели всё так просто?

Неужели они все здесь такие наивные?

Первородный вчера тоже ни разу не усомнился в моих словах.

Впрочем, чему я удивляюсь?

С такой безграничной магией, как у них, им, видимо, нет необходимости лгать и плести интриги.

Получается, здесь я — самая хитрая и изворотливая?!

Настроение стремительно улучшалось.

Правда, как я и предполагала, от злосчастного браслета отделаться не удалось...

Пришлось смириться и надеть.

Он обхватил запястье, словно врос в кожу, будто живой.

Но даже эта досадная мелочь не смогла омрачить предвкушение свободы.

Совсем скоро я покину мрачные стены замка в сопровождении двух незадачливых попутчиков. Их присутствие меня совершенно не беспокоило — я была уверена, что избавлюсь от них при первой возможности без проблем.

Но сначала наведаюсь в местную библиотеку.

Я выглядывала из кареты, мчавшейся по каменной трассе во весь опор.

Её везли два создания, быстрые как…

Как называется самое быстрое животное на Земле? А, вспомнила — гепард.

Запряжённые животные не шли ни в какое сравнение с нашими симпатичными лошадками.

Сначала от страха даже садиться не хотела.

Высокие, метра два не меньше, с длиннющими ногами… Двумя ногами!

Двуногие, с вертикально стоящим корпусом и маленькой головой, они отдалённо напоминали кенгуру, но в их движениях чувствовалась какая‑то неземная мощь. Их мускулы перекатывались под гладкой серой кожей, а глаза сверкали умной сосредоточенностью.

Рядом со мной сидела Терра.

Она решила наведаться к подруге, и нам было по пути.

Перед глазами проносился драконий город — Астралис, являя собой причудливую смесь средневековья и прогресса.

Здесь древность переплеталась с технологиями, опережающими даже нашу цивилизацию.

От изумления разум отказывался воспринимать увиденное.

Величественные каменные стены, высеченные из самой скалы, окружали старые кварталы. Узкие мощеные улочки петляли между домами с резными деревянными фасадами.

Но когда я подняла взгляд, увидела, что эти древние постройки переплетаются с футуристическими конструкциями.

Не в силах сдержать нахлынувшее любопытство, я то и дело осыпала дракониху вопросами об этом диковинном месте.

— Не из леса ли ты? — с удивлением спросила Терра.

— Именно оттуда, — ответила я. — Никогда не выходила за его пределы.

С лёгкой усмешкой Терра принялась утолять мою жажду знаний, а я, затаив дыхание и широко распахнув глаза, вертела головой и впитывала каждое слово.

Над крышами домов возвышались изящные, парящие в воздухе башни, построенные из светящегося сплава, напоминающего лунный камень. Это были не просто украшения, а жилые комплексы, лаборатории и даже общественные пространства, соединённые между собой прозрачными туннелями, по которым бесшумно скользили капсулы‑транспортники.

В центре города, на месте древней цитадели, возвышался гигантский кристалл, пульсирующий мягким светом.

— Это источник энергии для всего города, — пояснила Терра. — Он питает как магические артефакты, так и самые сложные механизмы.

Стенды с названиями непостижимым образом возникали из воздуха прямо над магазинами.

Реклама и здесь не обошла стороной своих жертв.

Небо пестрело неоновыми вывесками и голографическими объявлениями.

И да, выяснилось, что читать я умею.

Как? Почему?

Не знала.

— В Астралисе технологии не заменяют магию, а дополняют её, — говорила дракониха.

Здесь я не увидела привычных нам смартфонов или компьютеров.

Вместо этого жители использовали «кристаллические свитки» — гладкие, переливающиеся камни, которые при прикосновении оживали, отображая информацию, позволяя общаться на расстоянии или даже управлять домашними механизмами.

— Магические заклинания здесь не произносятся вслух, а «кодируются» с помощью сложных жестов и ментальных команд, — просвещала меня Терра, словно на уроке по магии. — Эти команды транслируются через специальные «руны‑интерфейсы», встроенные в стены зданий или носимые как украшения. Они могут активировать защитные поля, создавать иллюзии или даже управлять погодой в пределах города.

Летающие корабли, напоминавшие средневековые галеоны, но оснащённые антигравитационными двигателями, парили в небе, перевозя грузы и пассажиров. Их паруса сделаны из тончайшей, переливающейся ткани, которая меняла цвет в зависимости от освещения окружающей среды.

Жители города — это отдельная история.

Удивительное сочетание традиций и инноваций. Я увидела рыцаря в сияющих серебристых доспехах, важно шагающего по тротуару. Он был вооружён не мечом, а энергетическим клинком, и использовал для связи с другими членами ордена «кристаллический коммуникатор».

Алхимики, вместо того чтобы варить зелья в котлах, работали в высокотехнологичных лабораториях, используя нанотехнологии для создания новых материалов и лекарств.

Я впитывала каждую деталь, каждую мелочь, понимая: этот мир куда сложнее, чем казался поначалу. И чтобы выжить в нём, мне придётся научиться играть по его правилам — или переписать их под себя.

Вскоре, к моему глубокому сожалению, дракониха вышла у мрачных стен замка, и я осталась одна.

Карета снова понесла меня с бешеной скоростью.

Что самое удивительное, меня не кидало во все стороны. Казалось, я неслась по идеально гладкому шоссе в современном автомобиле, а не в старомодном экипаже, запряжённом невиданными животными. Плавность хода поражала — будто под колёсами не булыжники мостовой, а отполированный мрамор.

Внезапно в небе появилась птица, летящая в нашу сторону.

Что‑то в её облике показалось странным. Я с интересом наблюдала за ней, прищурившись.

Вскоре она приблизилась — и моё сердце пропустило удар.

Это оказался дракон.

Он кружил над небольшим пространством между домами, готовясь к посадке.

Затаив дыхание, я смотрела, как рептилия опускается на землю.

Размером ящерица оказалась с человека, может, чуть крупнее.

В остальном — обычный дракон, каким его изображают в наших сказках:

чешуйчатое тело, перепончатые крылья, острые когти.

Признаться, размеры несколько разочаровали.

Но, поразмыслив, я пришла к выводу, что это куда более правдоподобно, чем те гиганты, что рисует воображение людей на Земле. Разве может человек превратиться в чудовищную громадину и потом вновь вернуться к прежним размерам?

«У страха глаза велики», — заключила я, усмехнувшись. Видимо, людская молва «немного» преувеличила размеры ящериц.

Вскоре и дракон, и залитая огнями площадь остались позади.

Карета, плавно замедляясь, остановилась у подножия гигантского здания — не меньше сотни этажей, устремлённых ввысь. Острые шпили пронзали небо, а фасады переливались в лучах «не солнца», будто сделанные из хрусталя.

«Неужели это всё библиотека?» — прошептала я, зачарованно выглядывая из окна.

Людус, орк, чья грубая сила помогала Терранусу вытягивать из меня ответы, сегодня был кучером и телохранителем в одном лице.

Он распахнул дверцу и подал мне руку.

Страха перед ним, как ни странно, я не ощущала, несмотря на то, что именно он изуродовал мою спину и, похоже, отправил на тот свет эльфийку, чьё тело я заняла.

В его глазах не было жестокости — только спокойная сила и какая-то отстранённость.

Людус молча указал на массивные двери, отделанные металлом, похожим на бронзу, и инкрустированные светящимися рунами.

Они медленно распахнулись с низким гулом, впуская меня внутрь.

Внутри здания царил полумрак, освещённый лишь мягким светом, исходящим от полок, плотно уставленных книгами. Казалось, сами стены излучают знание и тайны.

Глубоко вдохнув, я шагнула внутрь, чувствуя, как меня окутывает аромат старой бумаги, кожи и пыли — запах времени, застывшего между страницами.

Всё вокруг казалось странным.

В Астралисе технологии были на высоте, но здесь я увидела старую библиотеку в современном здании.

Где‑то вдали тикали невидимые механизмы, а рядом шелестели страницы древних фолиантов.

Несколько фигур скользили между рядами стеллажей, поглощённые чтением. Некоторые парили в воздухе, доставая книги с верхних полок.

Все они с интересом провожали взглядом мою фигуру.

— Что здесь делает эльфийка? — донёсся до меня вопрос одного из посетителей.

Я, не обращая внимания, продолжала свой путь. Людус следовал за мной бесшумно, его огромная фигура выделялась на фоне утончённости и умиротворения этого места.

Вскоре мы подошли к лифту, сделанному из прозрачного кристалла.

Орк нажал на кнопку, и кабина плавно взмыла вверх, открывая захватывающий вид на бесконечные ряды полок с книгами. Чем выше мы поднимались, тем более древними и редкими казались тома — их корешки покрывал мох, а некоторые были обмотаны цепями с магическими печатями.

На одном из верхних этажей лифт остановился, и мы вышли в просторный зал, обставленный массивными деревянными столами и удобными креслами.

В центре комнаты возвышалась статуя мудреца, его лицо казалось живым, наполненным знанием и опытом, будто он наблюдал за каждым, кто входил сюда.

— Здесь находится Зал Древних Знаний, — прорычал Людус, нарушая тишину. — Здесь ты найдёшь всё об артефактах.

Сердце моё бешено заколотилось.

Знать бы ещё, что искать…

Собравшись с духом, я направилась к двери в конце зала. Обернувшись, заметила, как зеленокожий гигант развернулся, втиснулся в лифт и стремительно унёсся прочь.

Вот те на!

Не теряя ни секунды, я ринулась к информационной панели.

Довольно быстро освоившись с интерфейсом — оказалось, достаточно коснуться светящегося символа, чтобы вызвать каталог, — узнала, что интересующие меня книги хранятся на двадцать пятом этаже.

Уже пятый час я просиживала здесь, жадно впитывая каждую строку, стараясь объять необъятное, прочесть как можно больше об этом странном мире.

И с каждой новой строчкой изумление моё росло.

Этерия…

Загадочная планета, населённая диковинными существами, словно сошедшими со страниц древних сказок.

Люди обосновались здесь в незапамятные времена, прибыв с далёкой Земли.

В полном остолбенении я читала о том, что когда‑то моя родная планета поддерживала связь с другими мирами, но была навеки закрыта от них мощным заклинанием некоего великого мага по имени Ратибор.

Сердце на миг дрогнуло от прочитанного, словно мне были знакомы эти строки.

Взяв другой фолиант, снова погрузилась в чтение.

Мои смутные догадки подтвердились — Этерия действительно согревалась изнутри.

Я закрыла книгу, глубоко вздохнула и откинулась на спинку кресла, осмысливая прочитанное.

Ядро планеты служило здесь солнцем.

Не далёкая звезда в небесах, а могучий источник тепла глубоко под землёй, пульсирующий в ритме дня и ночи.

Никаких времён года, как на Земле, здесь не существовало.

Вместо этого — два чётких состояния мира:

Днём на Этерии царило вечное лето. Воздух наполнялся теплом, цветы раскрывали лепестки, а ветер играл листьями деревьев.

С наступлением ночи всё менялось. Постепенно, почти незаметно, температура падала, пока к середине ночи не достигала леденящего минимума.

«Перезагрузка», — мысленно повторила я слово из книги.

Ядро время от времени истощалось, ему требовалась пауза, чтобы вновь наполниться энергией.

Именно поэтому середина ночи становилась самым холодным периодом суток — планета словно замирала в ожидании нового цикла.

Воспоминания нахлынули волной.

Я отчётливо вспомнила свою первую ночь на Этерии: как проснулась от пронизывающего холода, как тряслось всё тело, а дыхание вырывалось изо рта белыми клубами.

Тогда я не понимала, почему в комнате, ещё вечером такой тёплой, стало так невыносимо холодно.

Теперь всё встало на свои места.

Это многое объясняло.

В саду Терры растения были не только красивыми, но и крепкими.

Практически вся местная флора отличалась невероятной морозостойкостью.

Растения Этерии научились выживать в этих экстремальных условиях, приспосабливаясь к суточным колебаниям температуры. Они не просто переносили ледяной холод — они ожидали его, заранее готовясь к наступлению ночи. Некоторые сворачивали листья, другие выделяли особую защитную смолу, третьи замедляли все процессы до едва заметного минимума.

Я провела рукой по странице книги, чувствуя шероховатость пергамента под пальцами.

Как же всё здесь устроено иначе!

На Земле мы привыкли к плавным переходам сезонов, к предсказуемому ритму природы. Здесь же сама планета жила по другим законам — резким, контрастным, требующим постоянной адаптации.

В голове начали складываться новые вопросы.

Если ядро планеты — источник жизни, то что будет, если оно перестанет работать?

Сколько циклов оно может выдержать?

И кто или что поддерживает этот вечный ритм?

Я открыла другую книгу, но уже не для того, чтобы просто читать.

Теперь я искала ответы на куда более важные вопросы — те, что могли помочь мне выжить в этом странном, удивительном мире.

Расы Этерии.

Больше всего меня заинтриговали эльфы — благородные, загадочные существа с острыми ушами и неземной красотой. Они считались старейшей расой Этерии, хранителями древних знаний и магии. Говорили, что эльфы обладают способностью чувствовать энергию ядра планеты, управлять стихиями и видеть будущее. Они жили в гармонии с природой, строили свои города в густых лесах и глубоких пещерах, скрываясь от посторонних глаз.

Со временем сердца эльфов ожесточились, отравленные нашествием чужаков в их некогда безмятежный мир.

Орки, драконы, люди — все они оставили свой грязный след.

Орки, пожалуй, были наименьшим злом, но люди… люди оказались самой смертоносной угрозой.

Эльфы, забыв о мудрости предков, научились лишь одному — отвечать ударом на удар, уподобляясь тем, кто угрожал их жизни. Ибо, как гласит суровая истина, с волками жить — по‑волчьи выть. Древняя магия, коей они владели испокон веков, угасла, исказилась, многие знания были утрачены безвозвратно. Великолепные существа древности превратились в озлобленных эгоистов, поглощённых лишь собственной значимостью.

***

Я вернулась на этаж артефактов.

Мне было необходимо добыть хоть какую‑нибудь информацию, чтобы морочить голову драконам со знанием дела.

Перебирая книги, я отбрасывала их одну за другой.

Слишком витиеватые, слишком непонятные. Половину написанного я даже не могла прочесть.

Внезапно мой взгляд упал на название книги, стоящей на полке:

«Тайны эльфийской магии».

Затаив дыхание, я открыла первую страницу.

Здесь доступным для меня языком описывались различные заклинания, ритуалы и артефакты, используемые эльфами для защиты своих земель и поддержания баланса в мире. Некоторые из этих заклинаний казались невероятно сложными и опасными, требующими огромной силы и концентрации.

Я углубилась в чтение, всё больше погружаясь в этот волшебный мир.

В какой‑то момент я почувствовала лёгкое покалывание в кончиках пальцев, а затем увидела, как вокруг книги начал собираться едва заметный свет.

Испугавшись, я попыталась закрыть книгу, но она словно прилипла к моим рукам.

Свет становился всё ярче, пока не ослепил меня.

Глава 5

Когда зрение вернулось, я обнаружила, что стою не в драконьей библиотеке, а в густом изумрудном лесу. Высокие деревья с серебристыми листьями тянулись к небу, пропуская сквозь кроны мягкий, рассеянный свет, поднимающийся снизу. Воздух был наполнен ароматами незнакомых цветов и трав, а вдалеке слышалось журчание ручья.

Огляделась, пытаясь понять, что произошло.

Неужели книга перенесла меня в прошлое, в эпоху, когда эльфы ещё были мудрыми и могущественными?

Внезапно из‑за деревьев появились две фигуры.

Это были эльфы — высокие и стройные, с длинными волосами и пронзительными глазами.

Их лица выражали удивление и испуг одновременно.

Быстро придя в себя от неожиданности, они склонились передо мной в глубоком, почтительном поклоне, что меня несказанно поразило.

— Наарит Иллюминэль, — произнесли эльфы в унисон.

— Вы знаете меня? — спросила я, не в силах скрыть удивление.

— Конечно, госпожа. Каким ветром вас занесло в этот удалённый уголок сада, да ещё и в одиночестве? Где ваша служанка?

— Я… — растерялась и замолчала.

Что ответить?

Признаться, что не знаю?

К счастью, не успела произнести ни слова.

Всё вокруг вновь замерцало, и я вернулась в библиотеку — так же внезапно, как и исчезла.

Похоже, Терра в своих догадках была права.

Во мне течёт кровь знатного рода — точнее, в эльфийке, чьё тело мне досталось.

Но что означает это странное имя — Наарит Иллюминэль?

Я задумалась, машинально проведя рукой по корешку книги, которая, видимо, и стала причиной видения.

— Кариэль, — голос Людуса вырвал меня из раздумий. — Пора возвращаться.

Не стала спорить, хотя мне столько ещё хотелось прочесть.

Я и половины не выяснила об этой удивительной планете, но происшествие с книгой напугало. Поспешила уйти, пока не случилось чего похуже.

Вернувшись в замок невредимой, сразу направилась в свои покои.

Гриль уже ждала.

Чувствуя острый голод, отправила служанку за ужином.

Пока ела, расспрашивала Гриль о новостях.

— Хозяин вернулся, — доложила она.

— Уже?

Я поперхнулась куском мяса, едва не задохнувшись.

— Он же должен был вернуться только через пять дней.

Чёрт!

Как бы он не спутал мои планы.

Я знала его мало, но даже этого было достаточно, чтобы понять: этот дракон умён.

— Что-то случилось? — спросила, пытаясь скрыть тревогу за будничным вопросом.

Гриль пожала плечами.

— Не знаю, госпожа. Говорят, дела завершил раньше срока. Выглядит уставшим, но довольным. Приказал собрать большой совет завтра утром.

Совет…

Этого не хватало.

Видимо, придётся ускориться.

— Гриль, передай хозяйке, что я срочно должна её видеть.

Бросила девушке, не в силах скрыть нетерпение.

Полчаса тянулись как вечность.

Всё это время я нервно ходила по комнате, выстраивая в голове диалог с Террой, мысленно прокручивала фразы, которые бы убедили дракониху отправить меня чуть ли не сейчас в путь.

— Госпожа, хозяйка ждёт вас в своих покоях.

Наконец вернулась служанка.

Не теряя ни секунды, я отправилась к Терре, молясь про себя, чтобы её благоверного там не оказалось.

Двери покоев распахнулись передо мной, и я шагнула внутрь, стараясь скрыть волнение.

Терра восседала на резном кресле, будто королева на троне.

Взгляд её драконьих глаз был проницателен и спокоен.

— Ты выглядишь взволнованной, Кариэль.

Проговорила Терра, наблюдая за мной.

— Садись, расскажи, что случилось.

Я опустилась на предложенный стул и, собравшись с духом, приступила к очередной сказке.

Изложив драконихе якобы критическую ситуацию, подкрепив её несуществующими фактами, накидав жути и приправив всё это возможностью поражения, сидела и ждала, пока она переварит мою стряпню.

Повисла тишина

— Кариэль, ты уверена, что артефакт, который тебе необходим, находится на границе?

Уточнила Терра, нарушая тишину. Слегка наклонив голову.

— Да, — закивала я для большей достоверности. — Если не поторопимся, то рискуем опоздать.

— Стража! — рявкнула Терра, приняв решение.

В дверь просунул голову один из охранников:

— Что вы хотели, хозяйка?

— Немедленно пошли за Криосом и Вольтаром.

— Слушаюсь!

Мы молча ждали прихода драконов, призванных меня сопровождать.

Криос… Имя переводится как «лёд».

Вольтар — «молния».

Именно Вольтар накинулся на меня тогда — и вот теперь станет одним из провожатых.

Я чувствовала его гнев и ненависть.

Только бы он не сорвался и не обратил меня в пепел, прежде чем успею осуществить свой побег.

Думала про себя, нервно покусывая губы.

О Криосе я не знала почти ничего.

Он был молчалив, не выдавая ни единой эмоции.

И это пугало меня гораздо больше, чем открытая враждебность бешеного дракона.

Возможно, Криос представляет для меня гораздо большую опасность.

Шум крыльев, донёсшийся издалека, нарушил тишину.

Вскоре в покои вошли Криос и Вольтар.

Они не полностью обратились, и я во все глаза смотрела на этих хозяев неба.

Криос, величественный дракон с чешуёй цвета белого снега, двигался с грацией снежного барса.

Вольтар, облачённый в броню из чёрного обсидиана, источал ярость каждой своей чешуйкой. Его глаза метали молнии, прожигая меня насквозь.

— Время пришло!

Торжественно объявила Терра.

— Готовьтесь, через два часа вы отправитесь в путь. У вас есть время попрощаться с родными и собрать необходимое в дорогу.

Драконы склонили головы в знак согласия и покинули замок.

— Терра, — позвала я хозяйку, привлекая её внимание.

— Что? — отозвалась она, поворачиваясь ко мне.

— Я же не полечу на одном из них?

При одной только мысли об этом мне становилось нехорошо.

Раздался смех — скорее даже хохот.

Дракониха смеялась так, что слёзы выступили на глазах.

— Ни один уважающий себя дракон не позволит эльфу осквернить свою спину. Это просто немыслимо.

Пояснила она, утирая слёзы и с трудом переводя дух.

Я вздохнула с облегчением.

Вернувшись в свою комнату, решила немного «позаимствовать» из гардероба Терры вещей, которые могли бы пригодиться в дороге.

Нырнув в глубины шкафа, с удивлением обнаружила прекрасно сшитый наряд для верховой езды.

Там же под костюмом стояли полусапожки моего размера.

Издав тихий свист восхищения, тут же натянула всё на себя.

Обувь и одежда пришлись впору.

Окинув взглядом своё отражение в зеркале, осталась довольна результатом.

Найдя на дне шкафа котомку, небрежно закинула туда смену белья, туалетные принадлежности, пару лёгких платьев.

Затем подошла к трюмо и открыла резную шкатулку.

Внутри оказалась россыпь драгоценностей — в основном изящные заколки для волос.

Возможно, они не представляли собой баснословной ценности, но в условиях моего полного безденежья сгодилось и это.

Дракониха вряд ли раскошелится, если я попрошу, а путешествие предстоит нелёгкое.

Без малейших угрызений совести высыпала всё содержимое в наволочку и отправила в котомку, решив, что небольшая компенсация за неудобства мне положена.

Вскоре раздался стук в дверь.

Гриль я отправила спать ещё по возвращении, умолчав о скором отъезде, поэтому открыла сама.

На пороге застыл охранник.

— Хозяйка ждёт тебя, — бесстрастно известил он.

Настало время покинуть замок.

Перекинув через плечо дорожную котомку, я облачилась в длинную чёрную накидку, подбитую изнутри мягким мехом нежнейшего розового оттенка.

Глубокий вздох сорвался с губ, когда я бросила прощальный взгляд на свою комнату — на резной шкаф, на кровать с тяжёлым балдахином, на окно, за которым уже брезжил рассвет.

Уверенная, что больше никогда не вернусь сюда, я развернулась и вышла.

Шаги гулким эхом отдавались в пустых коридорах, пока мы шли к выходу.

Каждый шаг отдавался в груди глухим стуком сердца — то ли от волнения, то ли от страха перед неизвестностью.

Очутившись на улице, я замерла, поражённая увиденным.

Криос и Вольтар уже восседали на спинах своих монстров.

Нет, это были не те твари, что несли меня сегодня по городу со сверхзвуковой скоростью.

Эти четвероногие хищники сине‑голубого цвета отдалённо напоминали тигров.

Но перекормленные тигрята были раза в два больше.

Мощные лапы нетерпеливо взрывали мёрзлую землю, из полуоткрытых пастей угрожающе виднелись ряды гигантских, острых, как бритва, зубов.

Такая зверюга с лёгкостью перекусит любую конечность, не моргнув глазом.

Перевела взгляд на Людуса.

Он держал под уздцы третье животное.

Мои глаза распахнулись ещё шире, когда я взглянула на него.

Этот, в сравнении с остальными чудовищами, походил… на осла?!

Драконы явно решили потешиться надо мной, а я вздохнула с облегчением, осознав, что мне не придётся взбираться на ужасного монстра.

Завидев меня, орк «приветливо» оскалился и подвёл своего «осла» ближе.

Действительно, внешне он мало чем отличался от обычного земного ишака, разве что был чуть крупнее и шерсть его отливала серебром.

Но стоило мне приблизиться, как я почувствовала исходящее от него тепло. В его больших, добрых глазах плескался ум, а мягкая, бархатистая шерсть так и манила прикоснуться.

— Это Пушок.

Произнёс Людус.

— Не суди по внешности. Он проведёт тебя через самые опасные места и защитит от любой беды.

Я с сомнением взглянула на Пушка.

Его добродушная морда никак не вязалась с образом боевого зверя, но что‑то в его взгляде внушало доверие.

Может, он и правда не так прост, как кажется?

Доверившись интуиции, я протянула руку и погладила его по морде.

Он ответил тихим ржанием и ткнулся головой мне в плечо.

В этот момент я почувствовала необъяснимую уверенность, что он действительно станет моим верным спутником в предстоящем путешествии.

С помощью Людуса я взобралась на спину Пушка.

Седло оказалось на удивление удобным, а тёплый мех согревал в промозглом воздухе.

Криос и Вольтар дали знак, и мы двинулись в путь.

Хищники, изрыгая клубы пара, рванули с места, увлекая за собой Пушка и меня.

Замок постепенно скрылся в лабиринтах города.

Вскоре мы добрались до ворот.

Стража, завидев драконов, тут же открыла врата, выпуская нас.

Тигрята рванули вперёд, подгоняемые своими хозяевами.

Пушок, к моему удивлению, не отставал, умудряясь перебирать своими короткими ногами с невероятной скоростью.

Порывом ветра сорвало капюшон, и волосы затрепетали на ветру.

Вцепившись в вожжи, я изо всех сил старалась удержаться на своём несущемся «ослике», устремляясь навстречу неизвестности.

В последний раз бросила взгляд через плечо на удаляющийся город.

Башни Астралиса таяли в утренней дымке, а за ними уже проступали очертания гор, окутанных туманом.

Я глубоко вдохнула морозный воздух полной грудью.

Настроение взмыло вверх, внутри всё ликовало!

Мне удалось вырваться из замка и покинуть вражеский город.

Пушок мягко трусил по подмёрзшей дороге, его серебристая шерсть переливалась в лучах поднимающегося из недр земли местного «солнца».

Я неслась вперёд навстречу приключениям, чувствуя, как с каждым шагом уходит напряжение последних дней.

Ветер свистел в ушах, а сердце билось в такт мерному шагу моего необычного спутника.

Что ждёт меня впереди?

Я не знала.

Но впервые за долгое время я ощущала не страх, а азарт.

Впереди — свобода, тайны и, возможно, ответы на вопросы, которые мучили меня с самого начала.

Глава 6

Полдень миновал, а мы всё так же неслись на север, погружённые в молчание.

Я с любопытством жадно осматривала здешние красоты.

Дорога, вопреки ожиданиям, стелилась под лапами зверей ровной лентой — ни колеи, ни выбоины, лишь неестественная гладь, разительно отличающаяся от изрытых, израненных дорог родной Земли.

Я давно сбросила накидку, позволяя тёплому воздуху ласкать кожу.

Привыкнув к стремительному бегу Пушка, расслабилась в седле, уже не боясь свалиться.

Редкие путники, встречавшиеся нам на пути, провожали нас любопытными взглядами, но никто не осмеливался остановить или преградить дорогу.

Напротив, их словно ветром сдувало с нашего пути — и мы беспрепятственно мчались вперёд, не снижая скорости.

Постепенно степь уступила место лесу.

Перед нами сомкнулся шатёр из переплетённых ветвей диковинных гигантов.

Мы остановились, прислушиваясь к звукам, доносящимся из‑за деревьев.

Лес был насыщен богатой фауной.

Дикие животные часто атаковали путников, но с этим никто не боролся, — всплыли в памяти строки из хроник, прочитанных накануне.

Я с тревогой всматривалась в глубь дикой природы.

— Может, обойдём?

Робко предложила я.

Хотя и понимала, что это пустая затея.

— Кариэль, если свернём, то потеряем дня три.

Ответил Криос, к моему удивлению.

— Это недопустимо.

Я знала, какой у них приказ.

Люминор жаждал заполучить неограниченную власть над своими же драконами.

Терра, стремясь выслужиться, донесла всё до последнего слова красноволосому тирану — и теперь я должна была сотворить из него чуть ли не бога.

Горькая усмешка тронула губы.

Этот самовлюблённый идиот был настолько опьянён возможностью, что поверил мне.

Слава небесам, подобной силы не существует в природе.

Интуиция кричала:

Первородный Кар‑за‑ар одержим ненасытной жаждой власти.

В его глазах плясал холодный, расчётливый огонь, отражая амбиции, способные испепелить любого, кто встанет на пути.

Ради уничтожения эльфов он готов превратить своих же сородичей в марионеток, обрекая их на рабское подчинение.

Вот что я увидела в глазах Люминора.

Чёрт возьми!

Побег сейчас — чистое безумие.

Грустно подумала я, отвлекаясь от мыслей о Люминоре.

В незнакомом лесу, полном невидимых опасностей…

Придётся отложить эту затею до тех пор, пока мы не выберемся из этих проклятых джунглей.

— Может, устроим привал и перекусим?

Предложила я, надеясь отсрочить неизбежное.

Мой голос дрогнул.

В голове то и дело вспыхивали образы из книги

«Дикие животные Этерии».

Зрелище было не для слабонервных.

— Не стоит здесь задерживаться.

Отозвался Криос.

— Иначе не успеем добраться до поляны, на которой стоит постоялый двор. Там мы сможем укрыться и переночевать в относительной безопасности.

— Ты что, никогда не пересекала Чащу Пурпурных Грибов?

Усмехнулся Вольтар, вклиниваясь в разговор и сверля меня злобным взглядом.

— Никогда. И что?

Огрызнулась я.

— Да ты трусишь, что ли?

Высказал догадку чёрный дракон.

Его прищуренный взгляд впился в меня, словно рентгеном.

Я фыркнула и отвернулась.

— Ну точно, так и есть! Как эльфийка может бояться леса?

Продолжал насмехаться он.

— Слышь, Кри, тебе не кажется это подозрительным?

— Нет.

Отмахнулся Криос.

— Так мы идём?

Встряла я.

Пока этому бешеному не пришла ещё какая‑нибудь умная мысль и он не догадался, что я иномирянка.

— Только после вас.

Не унимался Вольтар, указывая ладонью направление и мерзко ухмыляясь.

— Вол, прекрати.

Остановил друга Криос.

Наша маленькая колонна выстроилась:

впереди Вольтар,

я посередине,

Криос замыкал шествие.

Драконы достали короткие палки и встряхнули их.

С тихим щелчком они удлинились, превратившись в подобие копий с искрящимися наконечниками.

Не теряя больше ни секунды, мы двинулись по протоптанной дороге вглубь жуткой чащи.

Мои лёгкие наполнились незнакомым, но пьянящим ароматом — смесью влажной земли, сладкой пыльцы и чего‑то острого, как металл.

Лес был не просто зелёным: он пульсировал жизнью, дикой и первобытной.

Деревья, чьи стволы извивались, достигая небес, переплетались кронами, создавая природный шатёр.

Лучи, струящиеся из самой сердцевины земли, озаряли лес светом — здесь не было и следа сумрака, привычного для земных чащ.

Листья носили оттенки от изумрудного до глубокого индиго, а некоторые светились мягким фосфоресцирующим светом, освещая путь ещё больше.

Тут и там попадались огромные грибы насыщенного тёмно‑красного цвета — видимо, из‑за них лес и получил своё название.

По земле стелились лианы, толстые, как руки великанов, усыпанные цветами, которые раскрывались и закрывались в такт невидимому ритму планеты.

Но красота Этерии была обманчива.

Каждый шорох, каждый треск ветки заставлял моё сердце биться быстрее.

Здесь обитала жизнь, не знавшая страха и не признававшая слабости.

Я видела их мельком — создания, формы которых были чужды моему пониманию.

Огромные насекомые, покрытые хитином, оставляли глубокие следы на мягкой почве.

Птицы с перьями, переливающимися всеми цветами радуги, но с клювами острыми, как кинжалы.

И те, что вызывали наибольший трепет — звери, чьи глаза горели даже в сиянии света, а их рычание сотрясало землю.

Поначалу животные не нападали — лишь крались следом, буравя взглядом.

Но вдруг один из них, припав к земле, яростно взревел, разорвав тишину жутким первобытным рыком, и прыгнул на Вольтара.

«Подбадривает себя, что ли?»

Мелькнула саркастическая мысль.

Пока я, затаив дыхание, наблюдала за смертоносным полётом чудовища.

Оно напоминало одновременно медведя, гориллу и волка — адская помесь всех трёх.

Словно природа в безумном эксперименте слепила его из худших кошмаров Земли.

Оскаленная пасть, полная игл-зубов, нацелилась в голову дракона.

Вольтар молниеносно среагировал: выставил вперёд палку.

Зверь, наткнувшись на неё, забился в жуткой конвульсии и рухнул к ногам «маленького» тигренка.

Шокер?!

Моему удивлению не было границ.

Я тоже такую хочу!

Тут же завопило моё чувство самосохранения.

Почему эти противные драконы не позаботились о моём снаряжении?

Ярость внутри нарастала, словно буря, готовая разразиться.

А звери тем временем активизировались.

Атака шла за атакой — драконы едва успевали уворачиваться и наносить удары.

Искры от шокеров разлетались в разные стороны.

Рёв стоял такой, что закладывало уши, и казалось, эта какофония никогда не закончится.

Мои глаза в страхе метались от одного монстра к другому, и я молилась.

Молилась, чтобы они не добрались до меня.

Пушок стоял как вкопанный, не двигаясь, не проявляя признаков паники.

Лишь огромные глаза животного вращались нещадно, стремясь охватить каждую деталь сражения.

Я вцепилась в его шерсть у основания шеи, в ужасе вращая глазами, как и мой «осёл».

Внезапно трое набросились на Криоса, оттесняя его в сторону.

В этой яростной схватке он, обороняясь, оставил меня беззащитной с одной стороны.

Один из хищников, почуяв слабину, припал к земле, готовясь к смертельному прыжку.

Я в страхе прижалась к Пушку, вцепившись в его шею мёртвой хваткой, стремясь слиться с ним в единое целое.

Монстр прыгнул, бросившись в атаку на меня.

Я почувствовала, как напряглось всё тело Пушка подо мной.

Неожиданно он в последний момент развернулся и ударил летевшего на нас зверя задними лапами — и тут же вернулся в исходное положение.

Не веря своим глазам, я наблюдала, как эта зверюга, поменяв траекторию, летит в обратном направлении.

Во Пушок даёт!

Радовалась я недолго.

Не заметила, в какой момент Вольтар отдалился, сражаясь с нападавшими.

Хищники бросились на меня и моего «ослика» с двух сторон.

Я лихорадочно вертела головой, понимая, что в одиночку Пушку не справиться с двумя разъярёнными тварями.

Что делать?!

В голове словно вспыхнула искра — и потоком хлынула неведомая информация.

Не раздумывая, я начала произносить вслух слова, возникшие перед внутренним взором.

Доля секунды — и лес ожил.

Лианы взметнулись с земли вверх и, обхватив монстров в полёте, растянули их, как на дыбе.

Миг — и зверей разорвало на части.

Кровь брызнула в разные стороны, попав и на нас.

Ожившие щупальца поползли к оставшимся в живых монстрам.

Ещё один зверь попал в их смертельные объятия — и его постигла та же участь:

разрыв, кровь, агония.

Хищники, не сговариваясь, в панике покидали место битвы.

А лианы, сделав своё дело, вновь опустились на землю и затихли.

Минута — и наступила тишина.

— Невероятно…

Только и смогла я прошептать, чувствуя, как дрожат руки.

Ко мне подскочил Криос:

— Ты цела? Не ранена?

— Вроде бы…

Пролепетала я, всё ещё находясь в ступоре.

— Ты что натворила?

Подлетел с другой стороны Вольтар.

— Что?

Не поняла вопроса.

— Ты их убила!

Обвиняюще рыкнул на меня дракон.

— И что?

Я всё ещё не понимала, в чём проблема.

— Мне надо было стоять и ждать, пока они меня сожрут?!

— Ты вообще осознаёшь, почему нельзя было их убивать?

Вмешался Криос, глядя на меня с искренним недоумением.

Я молча смотрела на этих защитников.

Что я сделала не так?

Почему они такие злые?

— Говорю тебе, она странная!

Повернулся Вольтар к Криосу.

— Никогда не была в Чаще Пурпурных Грибов. Убивает лахиссов. Предаёт своих. Это самый странный эльф, что я встречал.

— Тише, Вол, успокойся.

Мягко сказал Криос.

— Как тут успокоиться?! Ты слышал, на каком языке она читала заклинание?

— На древнем эльфийском.

Невозмутимо ответил Криос.

— Вот именно, Кри! Его знают только члены правящего рода!

— Вол, выдохни.

Криос перевёл взгляд на меня.

В его глазах мелькнуло что‑то странное, прежде чем он произнёс несколько фраз на незнакомом языке.

Я не поняла ни единого слова.

— Я же говорю — ненормальная!

Снова взвыл Вольтар.

— Ты хоть раз видел эльфа, который не знает драконьего?

— Зато она, очевидно, в совершенстве владеет древним эльфийским.

Задумчиво пробормотал Криос, поглаживая подбородок.

— Кри, послушай, давай просто прикончим её, а остальным скажем, что она погибла.

Быстро затараторил Вольтар.

Вот же гад.

Даже не пытается скрыть свои намерения.

Ярость захлестнула меня.

— Вол, не смей!

Рявкнул Криос, и в его голосе прозвучали раздражённые нотки.

— Убивать никого не будем!

Впервые я видела, что вежливый дракон вышел из себя.

— Она ещё доставит нам кучу проблем, вот увидишь. Пятой точкой чую, доставит!

Зло бросил Вольтар.

Все замолчали, погрузившись в свои мысли.

Я подавила гнев, решив, что позже обязательно расквитаюсь с этим мерзким драконом.

— Криос

Позвала я.

— Что?

Отозвался он, выныривая из своих дум.

— Почему нельзя убивать этих… лахиссов?

— Закон

Ответил Криос.

— На Этерии существует закон: нельзя убивать этих животных, если они не представляют непосредственной угрозы для твоей жизни.

— Но они же напали на нас!

Я в недоумении посмотрела на драконов, не в силах постичь логику.

— Ты уже применила заклинание для своей защиты. Не обязательно было доводить до конца.

Пояснил Криос.

Во как!

Кто ж знал?

Я снова погрузилась в размышления.

— Кариэль

Обратился ко мне Криос.

— Что?

— Откуда ты знаешь древний язык?

Я молчала, не зная, что ответить.

— Хватит болтать. Ехать пора. И так сколько времени потеряли.

Вмешался Вольтар.

Мне не пришлось отвечать на этот неудобный вопрос, ответа на который я сама не знала.

Через пять минут мы уже неслись вперёд, подгоняя своих животных.

До пункта назначения с обычной скоростью было четыре часа пути, а стемнеет через три.

Придётся нестись на всех парах.

Если не успеем…

Лучше об этом не думать.

Я ласково погладила Пушка по холке.

Людус был прав: этот на вид безобидный зверёк оказался храбрым и выносливым.

— Спасибо тебе, Пушок.

Прошептала я ему на ухо, наклонившись.

Он в ответ всхрапнул, слегка повернул голову и ускорился, почти наступая на пятки тигру‑переростку, бегущему впереди.

Тот повернулся и зарычал на моего Пушка, а тот в ответ высунул язык.

Я выпала в осадок от этого зверинца.

Скорость стабилизировалась, и мы мчались по лесу, ловко перепрыгивая через поваленные деревья.

Местное зверье бежало параллельно с нами, но больше не решалось нападать.

Вскоре я перестала в страхе вертеть головой, особенно после слов Криоса, что они больше не нападут, и погрузилась в свои мысли.

Что же получается?

Я владею магией.

Эта мысль казалась невероятной, в это сложно было поверить, но глаза не обманешь.

Да и силу я почувствовала, когда читала заклинание.

Вот это бонус прилетел откуда не ждали.

Значит, я не такая уж и беспомощная.

Живот предательски заурчал, требуя еды.

«Вот ведь незадача, — промелькнуло в голове.

Мне бы сейчас плотно поесть, а этим чешуйчатым и дела нет».

С трудом отогнав навязчивые мысли о еде, я вернулась к неразрешённым вопросам.

Что так взволновало Вольтара?

Древний эльфийский язык…

Он был явно удивлён моими познаниями.

«Им владеет лишь верхушка», — как он тогда выразился.

Что бы это могло значить?

Неужели эльфийка принадлежала к какому‑то избранному сословию?

В том, что это её знания, сомнений не было.

Видимо, в моменты опасности в моей голове всплывают обрывки чужих воспоминаний.

Значит, та книга в библиотеке была написана на древнем, а я даже не поняла!

Интересно, на каком языке я говорю со всеми?

Ведь, как выяснилось, драконий я не знаю, а древний знаю… только я?

Сколько вопросов!

Ещё этот закон «не убий»…

Лишь бы меня не признали преступницей.

Чёрт, как я сразу не догадалась в библиотеке заглянуть на этаж юриспруденции?

Нужно будет потом проштудировать местные законы, — мысленно отметила я.

«Так, а теперь соберись, — приказала себе.

Сейчас главное — придумать, что говорить драконам».

Я была уверена, что по прибытии они устроят мне допрос с пристрастием.

Вспомнился взгляд Криоса.

Инквизиторы по сравнению с ним — милые детишки.

Может, прикинуться потерявшей память, которая возвращается ко мне лишь обрывками?

Неплохая идея, да и недалеко от истины.

Никогда не думала, что буду так нагло врать.

Я себя не узнавала.

Оказывается, я хитрая и изворотливая лгунья.

«Что не сделаешь ради спасения собственной шкуры», — поспешила себя оправдать.

Ладно, буду придерживаться версии об амнезии.

В животе снова заурчало, на этот раз так громко, что Вольтар даже обернулся.

— Что? Есть хочу!

— Я слышу!

Усмехнулся дракон.

Внезапно лес расступился, и мы выехали на пригорок.

Внизу раскинулась просторная поляна, на которой виднелись несколько каменных строений, окружённых высокой стеной.

«Это и есть постоялый двор?»

— Успели!

Услышала я облегчённый голос Вольтара.

Глава 7

Ворота с лязгом распахнулись, пропуская нас внутрь.

Я обернулась, бросив последний взгляд на лес, застывший в щели между створок, и облегчённо вздохнула.

Уже стемнело, и подул прохладный ветерок.

В воздухе ещё держалось дневное тепло, но чувствовалось, как неумолимо приближается ледяное дыхание зимы.

Криос помог мне соскользнуть с Пушка.

Обвив шею «ослика» руками, я прижалась лбом к его горячему, взмыленному боку.

«Тигрята» тоже выглядели уставшими.

Расстояние, что преодолели бедные животные, было огромным.

— Не беспокойся, Кариэль, о них позаботятся как следует.

Успокоил меня Криос.

В эту минуту к нам подлетел мальчишка лет четырнадцати на вид.

— Добрый вечер, господа, госпожа. Позволите?

Обратился он ко мне, протягивая руку за удилами Пушка.

Я вопросительно взглянула на дракона.

Он кивнул, и я отдала поводья юному слуге.

За монстрами драконов пришёл взрослый человек.

Точнее, орк.

Мы поднялись по ступеням крыльца и вошли внутрь.

Я замерла на пороге, поражённая увиденным.

Передо мной предстал трактир, словно сошедший со страниц средневековых хроник: повсюду мерцали свечи, отбрасывая причудливые тени на грубую деревянную мебель и простую глиняную посуду. Как на этой планете могли уживаться столь разные эпохи?

— Хозяин!

Прорычал Вольтар, усаживаясь за свободный стол.

Головы посетителей разом повернулись в нашу сторону, и на лицах отразилось изумление.

Ещё бы — эльфийка в сопровождении драконов!

Зрелище не для каждого дня, а учитывая, что идёт война, так вообще невероятное.

Я опустилась на стул напротив Вольтара, поставила на пол котомку и повесила накидку на спинку.

— Что господа желают?

Пропищал, склоняясь перед драконами, лысоватый коротышка-хозяин.

— Ужин!

Отрезал Криос.

Даже не удостоив его взглядом.

— Слушаюсь.

Подобострастно пролепетал хозяин и поспешно скрылся на кухне.

— Что, меню не будет?

Удивлённо спросила я.

— Меню?

Переспросил Вольтар с любопытством.

— Ну, такая маленькая книжечка, где написаны названия блюд, которые умеет готовить местный повар.

Пояснила я.

— У эльфов такие порядки?

Криос внимательно наблюдал за мной, слегка склонив голову.

— Да, да.

Быстро подтвердила я.

Поняв, что снова сболтнула лишнего.

— Зачем это нужно? Все прекрасно знают, что едят драконы.

Усмехнулся Вольтар.

Вскоре к нашему столу подошла девушка с подносом.

Перед драконами она поставила огромные дымящиеся миски с рагу, от которого исходил восхитительный аромат.

А передо мной — маленькую тарелку с… кашей, в которой плавали кусочки фруктов.

— Охренела?!

Взвыла я, не в силах сдержаться.

— Ты что мне принесла?!

— Госпожа, что не так?

Пролепетала перепуганная девушка, пятясь назад.

— Принеси мне то же, что и этим.

Чуть успокоившись, велела я, ткнув пальцем в рагу.

Она тут же кинулась выполнять приказ.

Через пару минут передо мной стояла миска с мясом и овощами.

Правда, порция оказалась гораздо скромнее.

Я набросилась на еду, забыв о приличиях.

Обжигаясь, проглатывала сочное, тающее во рту мясо.

Драконы наблюдали за мной с изумлением,

Как и остальные постояльцы.

— Ешьте, остынет.

Буркнула я негромко.

Они словно очнулись от гипноза.

Взяв приборы, принялись уплетать свои порции.

— Вот для этого и нужно меню.

Произнесла я, утолив голод и откинувшись на спинку стула.

— Откуда хозяину знать, чего я хочу?

Продолжила философствовать.

Драконы переглянулись.

Вольтар кашлянул, прочистив горло.

— Ладно, допустим.

Протянул он.

— Но разве не проще просто сказать, чего ты хочешь?

— Проще, если бы я знала, что здесь готовят.

Парировала я.

Криос улыбнулся, глядя на наши препирательства.

Он достал из кармана несколько монет и бросил их на стол.

Хозяин трактира тут же подлетел, почтительно склонившись.

— Подготовь комнату с тремя кроватями.

Распорядился Криос.

— Одну комнату? А госпожа?

Хлопнул глазами хозяин.

— Ты оглох? Сказали одну.

Нагрубил трактирщику Вольтар.

— Как одну? Мы что, будем ночевать в одной комнате?

Тут уже я вскочила со стула и упёрла руки в боки.

Выражая всю степень своего недовольства.

— Именно.

Кратко пояснил Криос.

— Ни за что!

Возмутилась я.

— Одна, без нашего присмотра ты не останешься. Либо спим на кроватях в одной комнате, либо будем сидеть здесь за столом до утра.

Закончил Вольтар перепалку.

Поразмыслив,

Я решила, что меньшее зло всё же предпочтительнее.

— Уговорили, —

Проворчала себе под нос.

Подбирая с пола свои немногочисленные вещички и небрежно перекидывая накидку через руку.

— Куда идти?

Трактирщик, всё ещё кланяясь, указал на узкую лестницу, ведущую наверх.

Криос, не дожидаясь нас, первым начал подъём — его плащ мягко развевался за ним.

Вольтар, бросив на меня испепеляющий взгляд, последовал следом.

Мне ничего не оставалось, как вздохнуть и подчиниться.

Поднимаясь по скрипучим ступеням, я невольно оглянулась.

В зале трактира посетители продолжали перешёптываться, бросая на нас любопытные взгляды.

Комната оказалась довольно тесной.

С низким потолком и одним окном, затянутым мутной плёнкой.

Три грубые деревянные кровати занимали почти всё пространство.

В углу стоял умывальник с кувшином воды и небольшим зеркалом.

Пахло сыростью и старым деревом — запах, который будто впитался в стены за долгие годы.

Вольтар тут же занял кровать у окна, демонстративно отвернувшись к стене.

Криос, напротив, принялся осматривать комнату, оценивая её безопасность: проверил задвижку на двери, окинул взглядом углы, слегка приподнял матрас, будто искал что‑то скрытое.

Я же, чувствуя себя неловко.

Присела на край крайней кровати, стараясь не смотреть ни на кого.

Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь треском дров в печи, расположенной внизу.

Я чувствовала, как напряжение растёт.

Неужели предстоит провести так всю ночь?

Мысль об этом вызывала лишь раздражение и досаду.

Как в таких условиях возможен полноценный отдых?

Брезгливо осмотрев постельное бельё.

Явно не первой свежести.

Я мысленно выругалась.

Улеглась прямо в одежде и накрылась накидкой.

Вскоре услышала, как и Криос лёг.

В комнате раздавалось лишь мерное дыхание спящих драконов.

Почему они не устроили мне допрос?

Удивлённо подумала я.

Странно всё это.

Вскоре усталость взяла своё, и сон сморил меня.

Проснулась в полном одиночестве.

Где же сопровождающие?

Неужели сбежали?

Размышляла я с иронией.

Встала, умылась холодной водой, причесалась.

Каким-то непостижимым образом диадема не мешала мне делать причёску.

Сегодня я собрала волосы в высокий хвост, открыв свои эльфийские уши ещё больше.

Окинула взглядом одежду: почти не помялась, но на рукаве виднелись капли крови…

И въедливый запах, от которого подташнивало.

В голове всплыл недавний разговор с постояльцами:

Постояльцы. В таверне. Грубые. Любопытные.

— Эльфийка…

Один из них наклоняется.

Глаза — в упор.

— Что, убила кого-то?

Тишина.

Все смотрят на меня.

Я не двигаюсь.

— Никого она не убила.

Встал на мою защиту Криос.

Второй — не сдаётся.

— Тогда что это?

Тычет пальцем.

В мою одежду. В кровь. Тёмную. Засохшую.

— Это моя кровь.

И тут же продемонстрировал рану на руке выше локтя.

На одежде дракона не было и пятнышка.

Если бы не показал, никогда бы не догадалась, что он ранен.

Какая‑то особенная ткань?

Тихий скрип открывающейся двери вырвал меня из воспоминаний.

— Проснулась?

На пороге стоял Криос.

— Идём. Позавтракаешь, и двинемся дальше.

Вольтар сидел за тем же столиком, что и вчера, потягивая нечто, отдалённо напоминающее земной кофе.

Я без церемоний плюхнулась на стул, и передо мной тут же возникла тарелка с аппетитной яичницей, щедро приправленной кусочками мяса и яркими овощами.

Моё настроение стало резко улучшаться.

«Трактирщик схватывает на лету»

Промелькнула довольная мысль.

С завтраком я расправилась в мгновение ока.

Лишь потом заметила, что зал полон разношёрстной публики.

С любопытством стала разглядывать обитателей трактира, согреваясь обжигающим напитком.

Преобладала человеческая раса, но были и орки, парочка драконов помимо моих спутников, и ещё кто‑то. Не люди — похожи, но при этом слишком быстро двигались.

И ни одного эльфа.

— Кто это?

Кивнула я Криосу на стремительных, как молния, существ.

— Разновидность пантекиров.

Последовал лаконичный ответ.

— Кого?!

— Оборотни.

— Вот как…

Осеклась.

Пытаясь скрыть волнение.

Ещё и оборотни.

Я снова перехватила недоумённый взгляд обоих драконов, когда они переглянулись.

Ну всё, теперь точно не избежать допроса с пристрастием.

Час спустя мы покинули гостеприимные стены постоялого двора.

Я, как и прежде, оказалась в центре:

Криос возглавлял процессию.

Вольтар замыкал её.

Отъехав на достаточное расстояние, «Тигрёнок», шедший впереди, внезапно затормозил и резко развернулся ко мне.

Вздрогнув, я натянула вожжи, останавливая Пушка.

Кажется, началось!

Сердце камнем рухнуло куда‑то в пятки.

Только бы не выдать себя, не проговориться, что я — иномирянка.

Иначе…

— Кариэль, нам нужно поговорить.

спокойно произнёс Криос.

— О чём?

Голос предательски дрогнул, несмотря на все мои усилия.

— Кто ты?

— Эльфийка.

Выпалила я очевидную истину.

— Кариэль!

Угрожающе зарычал он.

Прежняя вежливость мигом испарилась.

Тут я по‑настоящему испугалась.

— Криос, не злись.

Сбивчиво выпалила я.

— Дело в том…

Замолчала.

Собираясь с духом.

— В чём?

Настаивал он.

— Я не хотела, чтобы вы знали, но…

— Отвечай же!

Рявкнул Вольтар, утратив терпение.

— Я потеряла память.

Выдохнула своё импровизированное объяснение.

Оба спутника замерли, словно громом поражённые.

Криос, казавшийся воплощением невозмутимости, растерянно моргал.

Вольтар хмурился, пытаясь просканировать меня взглядом.

Тишина затягивалась, давя на плечи.

— Так про артефакт ты наврала?

Первым пришёл в себя Вольтар.

— Нет-нет.

Выпалила я на одном дыхании.

Чувствуя, как сердце колотится в горле.

— Это правда! Чистая правда.

— Что же получается? Очевидные вещи выветрились из памяти, а тайны, скрытые за семью печатями, остались нетронутыми? За дураков нас держишь?

Криос растягивал слова.

И от этого они звучали ещё более зловеще.

— Криос, Вольтар, прошу вас, поверьте, я не лгу.

Взмолилась я, глядя на них глазами затравленного зверька.

— Понимаю, это звучит неправдоподобно, но я говорю правду. Скажите, а вы вообще в курсе, что это за артефакт?

Рискнула сменить тему.

— Конечно, знаем.

Вольтар запнулся на последнем слоге, и это было красноречивее любых слов.

Значит, врать они всё‑таки умеют, пусть и хреново.

— Ой, что‑то я сомневаюсь.

Протянула с притворным сомнением.

— Если бы знали, не гнали бы на границу с таким рвением исполнять приказ Люминора.

Повисла пауза.

Я отсчитывала про себя секунды.

На триста двадцать первой Криос наконец произнёс:

— Что ты имеешь в виду?

— Ваш предводитель собирается сделать из вас марионеток.

Сдала я кар-за-ара, не моргнув глазом.

— Ты что несёшь, эльфийское отродье?

Взревел Вольтар.

Соскакивая со своего ужасного монстра и стаскивая меня с Пушка.

Вцепившись в мои плечи, он принялся трясти меня, как грушевое дерево.

— Не верю!

Криос подскочил к нему и с трудом отцепил от меня разъярённого дракона.

— Вол, приди в себя!

— Кри, ты только послушай, что несёт эта ненормальная!

— Вол, да подожди ты. Нужно во всём разобраться.

Криос повернулся ко мне.

— Давай рассказывай подробнее, что это за артефакт такой.

Глава 8

Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

Предстояло убедить драконов придуманной сказочкой.

А это, учитывая их преданность Люминору, было почти невозможно.

Хотя история не совсем выдуманная.

Первородный действительно хочет использовать несуществующий артефакт и превратить чешуйчатых в рабов.

— Этот артефакт.

Начала я.

— Не просто инструмент подчинения. Это ключ к полному контролю над сознанием драконов. Люминор планирует использовать его, чтобы создать непобедимую армию, лишённую собственной воли. Он намерен диктовать крылатым свою волю, превращая их в слепое орудие разрушения. Вы же знаете, на что способны огнедышащие, когда их ярость направлена в одну цель. Представьте: эта ярость будет подчинена воле одного дракона…

Вольтар недоверчиво фыркнул, но в его глазах уже мелькнула тень сомнения.

Криос, напротив, казался более внимательным. Он изучал меня, пытаясь разгадать, насколько искренни мои слова.

— Если это правда, то почему Люминор отправил нас за артефактом?

Прищурился Криос.

— Зачем доверять столь важное задание тем, кого собирается обратить в марионеток? Наверняка это не всё, и он предусмотрел какой‑нибудь механизм контроля.

— Предусмотрел.

Подтвердила я.

— Вот, полюбуйтесь.

Я протянула руку с браслетом, который стал почти невидимым.

— Символ беспрекословного подчинения.

Выдохнул Криос.

— И источник неимоверной физической силы для носителя.

Добавил Вольтар, и в его голосе прозвучала настороженность.

— Но как с этим браслетом на руке ты смогла предать кар‑за‑ара?

Удивлённо спросил Криос.

— Как ты справилась с артефактом такой мощи?!

Вторил ему Вольтар.

Вопросы сыпались градом.

Даже дикие звери, окружавшие нас плотным кольцом, замерли, словно ждали ответа вместе с драконами, в чьих глазах полыхнуло нескрываемое любопытство.

Мысли заметались в голове в бешеном калейдоскопе.

Я подозревала, что браслет не так прост, как уверяла Терра, но чтобы настолько…

И почему его чары не коснулись меня?

Резким движением подцепила ногтем край артефакта и сорвала его с руки.

Что ж, похоже, не видать мне непобедимой силы.

Усмехнулась про себя.

Неописуемый ужас отразился на лицах драконов.

Неожиданно они бросились ко мне с обеих сторон, и прежде чем я успела вдохнуть, меня скрутили, обмотав верёвкой с ног до головы так, что даже палец не мог пошевелиться.

— Вы чего с дубу рухнули?!

Взвизгнула я во всё горло.

Не отвечая, меня поволокли к Пушку и привязали ещё и к нему.

Криос, вскочив на своего зверя, натянул поводья Пушка, и процессия двинулась дальше, набирая скорость.

Зверье, до этого застывшее в ожидании, тоже тронулось вслед, двигаясь с нами параллельно.

В панике лихорадочно анализировала ситуацию.

Что так их напугало?

Неужели то, что я так легко избавилась от этого проклятого браслета?

Ещё вчера почувствовала, что его сила не действует.

Видимо, местная магия против меня бессильна.

Зато, похоже, я вполне могу использовать эльфийскую!

Догадки.

Догадки.

И никакой конкретики.

Тело затекало, конечности немели, а этим чешуйчатым и дела нет.

Дикие звери время от времени предпринимали вялые атаки, с которыми драконы справлялись без труда.

Неголодные, что ли?

Время клонилось к полудню, и желудок настойчиво заявил о себе протестующим урчанием.

«Неплохо бы и подкрепиться».

Подумала я.

Но о привале, похоже, никто и не помышлял.

Как ни пыталась завести разговор со своими попутчиками, они упорно отмалчивались, даже между собой не перекинулись и парой слов.

Чёрт, похоже, перегнула палку.

И как в таких условиях совершить задуманное?

Побег снова откладывался.

Вскоре лесная чаща расступилась, и нашим взорам открылась бескрайняя степь, уходящая за горизонт.

Мы продолжали неумолимое движение вперёд, не замедляя шага.

Желудок бунтовал всё громче, требуя немедленного насыщения, а к физиологическим потребностям прибавилось отчаянное желание посетить уборную.

Эти чешуйчатые что, питаются дважды в день?

А я — человек!

Мне положено трёхразовое питание!

Ярость вскипала внутри, требуя выхода.

Ещё и связали, гады.

Сумерки сгущались над степью. Я отчаянно закрутила головой, насколько позволяли верёвки. Никакого жилья поблизости не заметила.

Неужели мы заночуем под открытым небом?

Так и вышло.

Криос, плавно сбавляя скорость, свернул с дороги в бескрайнюю степь. Мы отъехали достаточно далеко, чтобы скрыться от посторонних глаз.

Вольтар небрежно стащил меня с Пушка и усадил на расстеленное одеяло.

Криос принялся распаковывать дорожные пожитки.

Вскоре перед моим ошеломлённым взором возникло нечто, напоминающее палатку: огромное квадратное полотно. Вольтар стал загонять внутрь живность, где они тут же облюбовали себе укромный уголок. Меня усадили на землю рядом с очагом, который развёл Криос.

— Вы меня развязывать собираетесь?

С ядовитой злостью выплюнула я.

— Если пообещаешь вести себя хорошо.

Промурлыкал Криос.

— Обещаю, обещаю.

Выпалила я, не раздумывая ни секунды, лишь бы избавиться от этих проклятых верёвок.

Мочевой пузырь нещадно давил, грозясь вот‑вот взорваться.

— Вол, освободи её.

— Может, не стоит?

Протянул Вольтар.

Наслаждаясь моим положением.

— Развязывай, сволочь!

Взревела я и попыталась пнуть его, но тщетно.

Усмехаясь, он присел на корточки и стал, не торопясь, развязывать узлы.

И вот, наконец, я свободна!

Рывком вскочив на ноги, тут же рухнула — онемевшие конечности отказались повиноваться.

Едва ли не ползком потащилась к спасительному выходу.

— Куда собралась?

Вольтар поднялся, двигаясь следом.

— Не смей ходить за мной.

Прорычала я.

Потирая онемевшие запястья и яростно разгоняя застоявшуюся кровь.

От рук перекинулась к ногам, пытаясь вернуть им чувствительность.

Наконец, с трудом удалось более‑менее устойчиво держаться.

Не теряя больше времени, бросилась вон из палатки.

— Чего это с ней?

Услышала я вопрос Вольтара, адресованный Криосу.

— Не слышишь?

Даже не видя, почувствовала, как Криос ухмыляется.

А я вовсю журчала рядом с палаткой, утоляя зов природы, не в силах отойти подальше.

— А, понятно!

Протянул Вольтар.

Вскоре я вернулась и села на одеяло в позе лотоса.

Щёки горели, и я, ни на кого не глядя, уставилась в пол.

— Нужно воду найти? Произнёс Криос, поднимаясь.

С этими словами он покинул палатку, оставив меня наедине с невыносимым Вольтаром.

Тихий хлопок достиг моего слуха, и я, повинуясь внезапному порыву, выглянула наружу.

Криос обратился в белоснежного дракона и готовился к полёту.

Заворожённая, я застыла, не в силах отвести взгляд от этого воплощения красоты, грации и мощи.

Он расправил крылья и бросил на меня взгляд — в глубине его глаз всё так же плясали крошечные молнии. Издав утробный рёв, дракон взлетел.

Вскоре он превратился в маленькую точку на темнеющем небе.

Повернувшись обратно к палатке, я застыла в оцепенении.

Вольтар стоял всего в двух шагах от меня, в его руке зловеще блестел огромный нож. Выражение его лица не предвещало ничего, кроме беды. Я сделала робкий шаг назад, пятясь от него, а он неотрывно наблюдал за мной.

— Что… что ты задумал? Шёпот сорвался с моих пересохших губ.

— Ты должна умереть. Отчеканил он страшную истину с пугающей простотой.

— Неужели ты не боишься гнева своего кар‑за‑ара? Отчаянно попыталась воззвать к остаткам разума бешеного.

Вольтар лишь усмехнулся, и эта усмешка была страшнее любого оскала.

— Кар‑за‑ар далеко, а ты здесь, передо мной. Никто не услышит твой крик. Прошипел он.

Медленно приближаясь.

Сердце бешено колотилось, готовое вырваться наружу.

Я отступала, пока не почувствовала спиной холод палатки.

Неужели это конец? Неужели смерть так близка? «Соберись! Сейчас или никогда! Думай!» Отчаянно вопило сознание.

В голове замелькали обрывки воспоминаний, пока одно, выхваченное из пыльных страниц эльфийской книги, не вспыхнуло отчётливо перед глазами.

Не теряя ни мгновения, я начала читать заклинание.

Вольтар бросился на меня в попытке заткнуть мне рот.

Я с ловкостью шимпанзе увернулась и прошмыгнула у него под рукой, оказавшись за спиной бешеного.

Продолжая произносить слова, пнула его со всей силы.

Он вылетел из палатки.

Меня вынесло следом, но Вольтар оказался проворнее, чем я ожидала: он уже был на ногах и обхватил меня сзади, приставив нож к горлу.

— Заткнись! Рявкнул дракон так, что уши заложило.

Я замолчала.

Прошло секунд двадцать.

— Может, договоримся? Прошептала я, нарушая тишину и вкладывая в голос всю осторожность, на какую была способна.

— Зачем мне договариваться с тобой, ничтожной эльфийкой?

— Затем, что для тебя же будет безопаснее, если ты отпустишь меня, а не станешь… скажем так, усугублять своё положение. Выдала, стараясь придать голосу как можно больше уверенности.

— Позаботься лучше о своей безопасности! Усмехнулся Вольтар и замахнулся, целясь в самое сердце.

— «Валардис»! Выкрикнула я в последний момент, закончив заклинание.

Дракон застыл как статуя.

Лезвие ножа почти достигло цели, опасно поцарапав кожу на груди, оставив алую полоску.

Я стояла, не в силах пошевелиться, ни жива ни мертва.

Дыхание вырывалось из груди хриплым, прерывистым стоном.

Осторожно выбравшись из захвата, встала напротив дракона.

На застывшем лице двигались только глаза, налитые кровью. Поводила пальчиком туда‑сюда у него перед носом — глазенки забегали в такт моим движениям.

Значит, в сознании, — определила степень заморозки.

— Ну что, поговорим? Нагло усмехнулась я.

— Ах да, ты же немой теперь. Тогда слушай. Ты же слышишь?

Дракон моргнул.

— Я не хочу причинять тебе вред, да и никому из твоих сородичей. Ваш кар‑за‑ар зажрался! Нельзя давать такую власть никому из живых! Ты согласен?

Хлопок ресницами.

— Вот что я предлагаю: ты поможешь мне сбежать, а я в свою очередь уничтожу артефакт. Никто никогда не сможет воспользоваться его мощью. Ну что?

Он стоял не моргая.

— Что, не веришь мне? Моргнул.

— Понятное дело, как такому верить на слово. Мы заключим договор на крови, если не ошибаюсь, то нарушивший такой договор умрёт. А теперь доверяешь?

Посмотрела в глаза дракону. Вольтар моргнул два раза. «Гляди‑ка, восторг выражает!»

Усмехнулась про себя.

Я начала читать новое заклинание — оно было простым и обращало вспять наложенные чары.

Через две минуты Вольтар отмер и замахнулся опустевшей рукой для удара.

Нож я предусмотрительно убрала.

— Но‑но, у нас договор! Взвизгнула я.

Отпрыгивая от него.

Сделку заключили не мешкая, пока Криос не вернулся.

Сделав надрез выше запястья, скрепили клятву, соединив руки. Вспыхнула молния, вычерчивая замысловатый узор на коже.

— Теперь мы навеки связаны. Удрученно произнёс Вольтар, опуская засученный рукав.

— Ты не сможешь воспользоваться артефактом, я не смогу тебя прикончить. Судьба играет со мной! Горестно воскликнул он напоследок.

Мне стало весело.

Но я усилием воли подавила нахальную улыбку.

Бедный дракончик, шутка ли — не может теперь убить одного наглого эльфа.

Вернувшись в палатку, я принялась как ни в чём не бывало обтирать Пушка специальной тряпкой.

Вольтар занялся тем же с «тигрятами».

— Вольтар. Позвала тихо.

— Чего?

— Как называются эти монстры?

— Чего?! Имена?

— Нет, к какому виду они принадлежат. Уточнила я свой вопрос.

— Ты и этого не знаешь? Воззрился на меня бешеный.

— Память потеряла. Забыл? Напомнила ему.

Он глубоко вздохнул.

Уверена, матерится про себя, — усмехнулась я.

— Драз‑гаал. Наконец ответил он.

— Драз‑гаал. Повторила за ним.

Этим монстрам подходило такое грозное и красивое название.

— А Пушок?

— Зефир‑ран.

Я фыркнула, не сдержав смех.

Зефирка, значит.

Смех всё нарастал.

Дракон с нескрываемым недоумением наблюдал за моей реакцией, а затем, покрутив пальцем у виска, вернулся к прерванному занятию.

Вскоре в лагерь прилетел Криос.

Тяжело ступая, он занёс в палатку два огромных, набитых водой бурдюка.

Мы тут же, без лишних слов, принялись за готовку.

И вот, спустя совсем немного времени, по полотняному жилищу поплыли дразнящие, головокружительные запахи варёного мяса и тушёных овощей.

В нетерпении я ходила вокруг котла и даже пару раз умудрилась вытащить несколько недоготовленных кусочков, обжигая пальцы.

Вольтар покормил животных, и наконец дошла очередь и до нас.

Блаженно растянувшись на спальнике, я довольно поглаживала округлившийся живот.

— Слышь, Кри, как в неё столько влезает?

Протянул бешеный, не скрывая изумления.

— Я тоже удивлён.

Покачал головой Криос.

— Такими темпами она сожрёт все наши запасы.

Проворчал жадина‑дракон, сердито сверкая глазами.

Я, пропустив его слова мимо ушей, отвернулась к стене, погружаясь в раздумья.

Сегодня ночью — побег.

Вольтар позаботится об этом.

Нужно хоть немного вздремнуть.

Зевнув во всю ширь, сама того не заметив, провалилась в сон.

— Эй, вставай!

Бешеный тряс меня за плечо, не церемонясь.

Резко распахнув глаза, я, не теряя ни секунды, собрала свои скромные пожитки.

Тихо, как мышка, выскользнула из палатки.

Ночь, пронизанная жутким холодом, уже подходила к концу.

Ёжась, плотнее закуталась в дорожную накидку.

Пушок уже был на улице — ноги его были обмотаны тряпками, чтобы не гремел копытами, догадалась я. Взлетев в седло, вопросительно посмотрела на дракона.

— Езжай на восток.

Проинструктировал он меня.

— Через полдня будет лес, в него и ныряй.

— Чего? Не буду!

Зашептала я, чувствуя, как нарастает паника.

— Да не ссы ты.

Зашипел мне в ответ Вольтар.

— Это обычный заповедник, лахиссы там не водятся, а с остальным зверьём справишься без труда. В лесу также держись востока, не сворачивай, пока не выберешься к людскому городу. Ну а дальше сама!

— Спасибо тебе.

Прошептала на прощание.

— Вали уже. Надеюсь, больше никогда не увидимся.

Проворчал дракон и, подмигнув, сунул мне в руку внушительный кошель с местной валютой. Металл приятно оттягивал ладонь — внутри явно лежало больше, чем я ожидала.

Усмехнувшись, приняла деньги.

— Вольтар, спасибо, что не убил.

Тихо произнесла я, глядя ему в глаза.

В этот момент он показался мне почти… человеком.

Сжав коленями бока Пушка, направила его в сторону, указанную драконом.

Зефирка, послушно взмахнув пушистым хвостом, уверенно потрусил вперёд.

Напоследок я обернулась.

Вольтар всё ещё стоял на улице — тёмный силуэт на фоне угасающих звёзд. Его фигура казалась непривычно одинокой в предрассветной мгле.

Я взмахнула рукой на прощание и отвернулась вперёд.

— Скачи, Пушок! Скачи как можно быстрее.

Зашептала на ухо животному, подбадривая его.

— Уноси меня прочь от этих драконов…

И он понёсся.

Ветер ударил в лицо, растрепал волосы, забрался под накидку.

Степь, ещё минуту назад казавшаяся бескрайней и враждебной, теперь расстилалась под копытами Зефир‑рана, приглашая в новое приключение.

Пушок мчался легко и плавно, будто и не провёл последние дни в изматывающем пути.

Глава 9

К полудню я достигла опушки леса — точно как и предсказывал Вольтар.

Замерла в нерешительности, вглядываясь в чащу.

Бешеный уверял, что здесь безопасно, но ледяной холодок страха заставлял усомниться.

«Может, лучше обойти эту чащу стороной?»

Шептала про себя, пытаясь разглядеть хоть что‑то сквозь частокол стволов.

Ветви казались когтистыми пальцами, готовыми схватить меня, а тени между деревьями — зловещими силуэтами.

«Сначала перекушу, а потом решу»,

Постановила я, усмиряя внутреннюю тревогу.

Едва слезла с Пушка и расположилась на мягкой траве, как взгляд невольно взметнулся в небо.

Высоко в лазури появилась крошечная точка — стремительно приближающаяся ко мне.

Дракон!

Сердце пропустило удар.

И так было чудо, что полдня проскакала по степи и меня никто не догнал.

Правда, я знала имя этого чуда:

Вольтар, скорее всего, дал мне фору.

Но сколько он мог дурачить Криоса?

Схватив зефирку под уздцы, потащила его в чащу, не раздумывая ни секунды.

Пушок не сопротивлялся, послушно переставляя ногами. Ветви хлестали по лицу, цеплялись за одежду, но я не обращала на это внимания.

Главное — скрыться в тени деревьев, раствориться в зелёном сумраке, где меня будет сложнее обнаружить.

Пушок фыркал, нервно переступал с ноги на ногу, но послушно следовал за мной, доверяя моей интуиции.

Сердце колотилось, как бешеное, а в голове метались тревожные мысли:

Что будет, если Криос всё же настигнет меня?

Какие пытки меня ждут?

Мы продирались сквозь кусты, пока не оказались в небольшом овраге, поросшем растением, похожим на папоротник.

Здесь было сыро и прохладно — идеальное место, чтобы передохнуть и обдумать план дальнейших действий.

Внезапно тишину леса прорезал оглушительный рёв.

Я вздрогнула, инстинктивно прижимаясь к земле.

Это Криос!

Он совсем близко!

Шум крыльев над головой подтвердил мои опасения: белый дракон кружил над лесом, выискивая меня.

«Нужно спрятаться!»

Мелькнуло в голове.

Огляделась в поисках укрытия и заметила небольшую пещеру, скрытую за густыми зарослями.

Туда!

Схватив животное за уздечку, потащила к пещере, надеясь, что она окажется достаточно глубокой и незаметной, чтобы скрыть нас от дракона.

Я уже третий час сидела в пещере, боясь выйти наружу.

Время подходило к вечеру.

«Заночую здесь, а завтра с утра продолжу путь»,

Решила для себя.

Я давно уже накормила Пушка и поела сама. Теперь готовила спальное место.

Вольтар, слава богам, нагрузил животное всем необходимым: ночью точно не замёрзну, и еды на пару дней хватит, если экономить.

— Что же делать дальше?

Прошептала в пустоту пещеры, глядя на темнеющий лес.

— Как меня угораздило попасть в этот безумный мир драконов, эльфов и орков? Ах да, ещё и оборотни тут водятся…

Скрестила руки на груди, чувствуя, как прохлада просачивается в пещеру.

Приближалась ночь, и лучи солнца-ядра становились менее яркими и тёплыми.

Криос, описав прощальный круг над лесом, устремился на юг.

Вдруг я почувствовала, как сзади ко мне неслышно подкрался мой верный спутник и уткнулся мордочкой в плечо.

— Что, малыш, тебе тоже не по себе?

Тихо спросила у него.

Я провела ладонью по его мягкой шёрстке и заглянула в глаза.

В них плескались ум и какая‑то неземная доброта. Никогда прежде не встречала такого взгляда у животного.

Мрак сгущался, и вместе с ним росло чувство тревоги.

Достала из походного мешка небольшой фонарь, работающий на кристаллах, — ещё один подарок Вольтара.

Мягкий свет рассеял тьму, отгоняя призраков из углов пещеры. Пушок встрепенулся, поднял голову и вопросительно посмотрел на меня. Я потрепала его по голове.

— Всё хорошо, малыш. Просто немного страшно.

Прошептала, улыбнувшись.

Раскрыв котомку с провизией, достала сушёный хлеб и вяленое мясо.

Скромный ужин, но в данных обстоятельствах он казался настоящим пиром.

Пушок получил свою порцию специального корма, разработанного для его вида. Он принялся с аппетитом уплетать этот деликатес, издавая забавные звуки.

Ночь вступила в свои права.

Звёзды рассыпались по бархатному небосводу.

Где‑то вдалеке завыл дикий зверь, и от этого звука по спине пробежали мурашки.

Я придвинулась ближе к Пушку, ища в нём утешение. Он, чувствуя моё состояние, прижался ко мне тёплым боком.

Время тянулось медленно.

Долго не могла заснуть, ворочаясь на своём ложе.

В голове роились мысли о том, как попала в этот мир и как мне здесь выжить.

О возвращении домой даже не помышляла — некуда было возвращаться. Там, в прежнем мире, я умерла, это знала наверняка.

Усталость в конце концов взяла своё, и я провалилась в беспокойный сон, населённый странными существами и неведомыми землями.

Разбудил меня шум возни.

Открыв глаза, я заметила тени, мелькающие на фоне входа.

Стремительно вскочив, включила фонарь и направила его на незваного гостя.

Это была девушка.

Среднего роста, с рыжими волосами, заплетёнными в тугую косу. На миловидном лице — ярко‑синие глаза, небольшой носик усыпан веснушками, влажные алые губы чуть приоткрыты в немом удивлении, обнажая ряд белоснежных зубов.

Рядом с ней, преграждая дорогу, стоял Пушок с грозным видом.

В руках незнакомки красовалась моя котомка!

«Вот крыса!»

Пронзила мысль.

«Решила обчистить меня, пока сплю!»

— Ах ты, воровка!

Взвизгнула я.

Бросаясь в атаку.

Мы сцепились в яростной схватке, катаясь по жёсткой земле, осыпая друг друга градом ударов.

В какой‑то момент мне удалось оседлать мерзавку, придавив всем своим весом.

Взгляд её, до этого испуганный, налился злобой — и прямо на моих глазах девица начала преображаться. На голове выросли остроконечные ушки, лицо вытянулось, приобретая лисьи черты, а самое невероятное — появился хвост. Огромный, пушистый, огненно‑рыжий хвост!

— Лиса?!

Выдохнула я в изумлении, не веря своим глазам.

Она, издав яростный рык, сбросила меня с себя, отшвырнув прямиком в стену.

Мгновенно вскочив, я не дала ей ускользнуть.

Схватила за косу оборотня, уже готового к бегству, и с силой дёрнула. Лиса с глухим стуком повалилась на спину, и я вновь навалилась сверху.

— Пушок, верёвку! Живо!

Скомандовала зефирке.

Тот, не теряя времени, мгновенно ткнулся мордой в потрёпанный мешок, валявшийся на земле, и ловко выудил моток верёвки.

Через каких‑то тридцать секунд лиса была надёжно связана и прожигала меня ненавидящим взглядом, полным ярости и бессильной злобы.

— Кто ты такая? — вперила в неё взгляд, усевшись напротив.

В ответ — лишь непроницаемая тишина.

— Как знаешь!

Не стала тратить время и силы, вытягивая ответы клещами.

И так всё очевидно.

Решила, видно, поживиться за мой счёт, наивная дурочка.

Молча собрала вещички и приготовила завтрак.

Заварила ароматный «чай» и стала пить, закусывая бутербродом с местным паштетом неизвестного происхождения — но было очень вкусно.

Пушок тоже уплетал свою порцию еды, с удовольствием причмокивая.

Внезапно до слуха донеслось утробное урчание, исходящее от пленницы.

— Лисичка проголодалась?

С притворным сочувствием и ехидным огоньком в глазах спросила я у неё.

Если бы взгляды могли убивать.

Я бы уже корчилась в предсмертной агонии.

— Нет? Не проголодалась?

Продолжила я, но тут же одёрнула себя.

Да что со мной?

Девочка хотела обокрасть меня — но не смогла же.

Чего теперь бить лежачего?

— Пообещаешь не вредить мне — и я тебя развяжу,

Произнесла я, совсем другим тоном.

Я заметила, что этерианцы трепетно относятся к данному слову.

Они могут красть, убивать, обманывать.

Но данное слово для них свято.

Удивлённый взгляд лисы метнулся ко мне.

— То есть ты меня отпустишь?

— Именно. И даже накормлю.

Подтвердила я её робкие надежды.

— Я клянусь, что не причиню тебе вреда, эльф,

Торжественно произнесла она.

Не задумываясь.

— По рукам.

Ответила я.

Принялась распутывать накрученные «морские» узлы.

Вскоре девушка была свободна.

Она с благодарностью приняла из моих рук кружку горячего напитка и сделала осторожный глоток, прикрыв глаза от удовольствия.

— Как тебя зовут?

Спросила я, не отрывая от неё взгляда.

— Лира.

Промычала лиса с набитым ртом.

Лира.

Повторила про себя.

Самое простое имя из всех, что я встречала на этой планете.

усмехнулась краешком губ.

— Кари, — представилась в ответ.

— А почему ты называешь меня «Лиса»? Что это значит?

Поинтересовалась она.

— Есть такой зверь. Обитает далеко на границе севера.

Полуправдиво ответила я.

— Ты на него очень похожа.

— Лиса-а

Протянула девушка, словно пробуя слово на вкус.

— Звучит красиво. А куда ты идёшь одна? Ведь это опасно! Да ещё и с этим…

Лира ткнула пальцем в мои украшения.

Чёрт, совсем забыла, что на мне надеты дорогущие артефакты.

— Да так, нужно мне в одно место.

Уклонилась от ответа я.

— А ты почему оказалась в лесу в одиночестве?

— Это моё дело.

Ощетинилась лиса.

Испуганно посмотрев на меня.

Я не стала настаивать на ответе.

Спустя полчаса окончательно собралась в дорогу.

— Ну что, Лира, пора прощаться!

Повернулась я к ней.

— Кира, а можно…

Начала она нерешительно.

— Что?

— Ничего, неважно.

Передумала Лира, опустив взгляд.

— Ну, пока. Было приятно познакомиться.

Кивнула я оборотню и взобралась на Пушка.

— Пока.

С грустным видом махнула рукой лиса.

Я тронулась в путь на восток.

Нужно добраться до людского города, но перед тем как войти в него, хорошо бы замаскироваться.

Отъехав подальше, остановилась и соскочила на землю.

Сняв украшения, завернула их в наволочку вместе с другими драгоценностями и засунула под пояс, равномерно распределив, чтобы не выпирало.

Затем нырнула в мешок в поисках чего‑то наподобие отрезка материи — и нашла: в кусок белой ткани было завёрнуто печенье. Быстренько вытряхнув сладости, я выровняла ткань, превратив её в подобие платка, и повязала на голову в форме банданы, скрыв свои эльфийские уши.

Глаза, к сожалению, не спрячешь.

Вздохнула про себя.

Ну всё, вроде готова.

Можно двигаться дальше.

Сбоку послышался хруст ветки

Мы с Пушком резко повернули головы в ту сторону.

— Кто здесь?

Громко крикнула я.

Тишина.

— Выходи, или хуже будет!

Пригрозила я прятавшемуся, хотя у самой от страха сердце ухнуло в пятки.

— Это я.

Пропищала лисичка.

Я выдохнула с облегчением, удивлённо глядя на неё.

— Ты что, пошла за мной следом?

— Угу.

Кивнула Лира.

Опустив голову и ковыряя носком ботинка землю.

— Зачем?

— Ну…

Она замолчала, нервно теребя край рубашки.

Я пристально вглядывалась в лицо девушки.

Похоже, она в беде, — промелькнула мысль.

Но почему не рассказывает? Может, преступница?

Внезапно, сама не ожидая от себя такого, я спросила:

— Хочешь пойти со мной?

— Хочу!

Моментально согласилась оборотень.

Глаза её загорелись надеждой.

А я про себя подумала:

Зачем предложила?

На хера мне это надо?!

Но слова уже были сказаны, и брать их назад я не собиралась.

Глава 10

Дальше мы двинулись втроём: лиса, зефир‑ран и я — эльфийка.

Пушок нёсся вперёд, быстро перебирая ногами, а Лира бежала рядом, не отставая. Её рыжий хвост развивался, как знамя на ветру.

Я с удивлением наблюдала за девушкой: интересно, сколько она так может пробежать?

— Лира, ты знаешь город, что находится недалеко отсюда?

Спросила я.

— Хроноград?

Уточнила она, даже не сбив дыхания.

— Человеческий?

В свою очередь уточнила я.

— Да, один из самых крупных городов людей. Его ещё называют столицей сверхтехнологий.

Ответила лиса.

Ловко перепрыгивая через корягу.

— Тогда он. Так знаешь его?

— Слышала, но сама не была там.

Прилетел ответ.

Жаль.

Подумала про себя.

— Придётся самой проводить разведку.

Вдруг оборотень резко остановилась.

Её затрясло, глаза наполнились страхом.

— Лира, в чём дело? —

Я затормозила Пушка и, соскочив, подбежала к лисе.

— Что, что тебя так напугало?

— Погоня.

Прошептала она, стуча зубами.

— Скоро будут здесь.

— Кто за нами гонится?

— Не за нами, за мной.

Уточнила оборотень, вся сжимаясь.

— Кто?!

— Мои сородичи.

Только и сказала она.

Я озиралась по сторонам, ища, где спрятать лисичку, но не находила ни единого укрытия.

Чёрт, как поступить?

Лира стояла ни жива ни мертва.

Схватив её за руку, я потянула за собой. Вдвоём мы уселись на зефирку.

— Давай, Пушок, гони быстрее ветра!

Приказала животному, обхватив ногами туловище «ослика».

— Не поможет.

Простонала Лира.

— Молчи!

Рявкнула на неё.

Пушок нёсся с такой скоростью по лесу, что деревья слились в одно сплошное пятно.

Мы с Лирой прижались к шее скакуна, чтобы хоть как‑то защитить лица от веток.

— Они найдут нас по запаху.

Проскулила лиса.

— Можно как‑то перебить твой аромат?

— Тут на краю леса есть застоявшаяся вода. Грязь там имеет уникальное свойство: сама почти не пахнет, но скрывает любой запах, поглощая его.

Просветила меня Лира.

— Пушок, слышал?

Зефирка в ответ фыркнул.

— Давай туда быстрее!

Через десять минут показался просвет в деревьях.

— Мы на правильном пути?

Спросила я лису.

— Да.

Кратко ответила она.

Ещё через десять минут Лира обмазалась с ног до головы вязкой грязью.

Мы продолжили сумасшедшую гонку — она длилась целую вечность: час, а может, и больше.

Пушок мчался по открытому пространству, быстро-быстро перебирая ногами.

Впереди маячили горы.

Сзади наступали оборотни‑охотники.

— Слышь, лиса.

Обратилась я к Лире.

— Как только достигнем подножия гор, ты помчишься в них и спрячешься, а я потолкую с твоими родственничками.

— Но…

Начала было она.

— Никаких «но»!

Отрезала я.

Сказано — сделано.

Едва достигнув гор и свернув за скалистый выступ, Лира спрыгнула с Пушка и вихрем понеслась к темневшему вдали зеву пещеры. Добежав до чёрного провала, она нырнула в его пасть и растворилась в сумраке.

Я же, не торопясь, спешилась и стала бережно обтирать влажной тряпицей взмокшую от усталости шкуру зефирки, давая ему отдышаться.

Вскоре послышался звук приближающихся оборотней.

Через пару минут они вынырнули из-за выступа и затормозили, увидев меня.

Я повернулась им навстречу.

Настороженно изучая каждого зверя, готовая в любой момент отразить нападение.

— Приветствую тебя!

Нарушил звенящую тишину один из лисов. Его голос был на удивление мягким.

— Приветствую!

Ответила я, сохраняя на лице маску невозмутимости.

— Мы пришли не с войной. Ищем девушку. Невысокая, рыжеволосая, с конопатым лицом…

Начал описывать Лиру мужчина.

— Не встречала?

— Встречала, в лесу.

Ответила я правду.

— Она спрашивала у меня дорогу.

— И куда она отправилась?

Лис вглядывался в мое лицо, ожидая ответа.

— На юг.

Соврала я, не задумываясь.

— А зачем она вам?

— Эта лиса нарушила закон и должна ответить!

Вступил в разговор другой представитель стаи.

Так и знала, что девчонка — преступница, — мысленно вздохнула я.

— И зачем только связалась с ней, будто своих проблем мало.

Расспрашивать их не было ни малейшего желания.

Двое отделились от группы и, словно гончие псы, принялись обнюхивать территорию.

— Её здесь нет.

Констатировали они наконец.

— Уходим.

Распорядился один из них, видимо, главарь.

— Слышь, человечка, ты бы одна не ходила по этим местам, неспокойно здесь.

Повернулся ко мне, буравя взглядом.

— Я могу за себя постоять.

Усмехнулась я, глядя на него.

— Ну‑ну.

Хмыкнул он в ответ.

Через мгновение они исчезли, оставив меня наедине.

Они не узнали во мне эльфа!

Невероятно!

Приняли за человека!

Удача, о которой я и мечтать не смела.

Как только доберусь до Хронограда, растворюсь в толпе, и драконы меня хрен найдут.

— Эй, лиса, выходи.

Позвала оборотня.

— Ушли?

Высунулась она из пещеры.

— Ушли.

Подтвердила я.

Лира стремительно двинулась в мою сторону и уже через мгновение стояла рядом.

— Спасибо.

Прошептала тихо.

И неожиданно чмокнула меня в щёку.

— Ты чего?

Отпрянула от неё.

— Большое, большое тебе спасибо, вот такущее.

Показала размер, раздвинув руки в разные стороны.

— Ты меня спасла от смерти.

— Что ты натворила, что тебя хотят убить?

Спросила у неё.

— Да ничего особенного…

Попыталась соскочить с темы лиса.

— Лира!

Рявкнула я, моё терпение заканчивалось.

— Если я тебя защищаю, то должна знать, от чего!

— Ну… Я…

Всё мялась она.

— Говори!

— Я переспала с женатым лисом.

Выпалила оборотень, покраснев до кончиков своих рыжих волос.

— Чего?!

Ошарашенно посмотрела я на неё.

— За это здесь убивают?!

Нет, поступок, конечно, неблаговидный, но смерть?

Это было слишком жестокое наказание.

— Как тебя угораздило?

— Он сказал, что свободен.

Оправдывалась Лира, опуская глаза.

— Клялся в вечной любви, осыпал комплиментами… Ну, я и поверила. А потом явилась его жена с отрядом разъярённых родственников, и всё выяснилось.

Я вздохнула.

Типичная история — если не считать того факта, что дело происходило в мире оборотней, где обманутых жён поддерживает вооружённая до клыков стая.

— Ладно, проехали. Сейчас главное — уйти отсюда.

Сказала я, отряхивая пыль с одежды.

— Хроноград далеко?

— Дня три пути, если не останавливаться.

Ответила Лира.

— Но нас могут преследовать. Они умеют выслеживать.

— Значит, будем идти быстро и запутывать следы. У меня есть несколько идей.

Усмехнулась я.

Заодно и проверю, действительно ли похожа на человека.

Если да, то мои шансы спасти и себя, и эту незадачливую любовницу существенно возрастают.

Впереди ждал Хроноград.

Город, где я надеялась затеряться и начать всё с чистого листа.

Лира смотрела на меня с надеждой.

В её глазах плескался страх, но вместе с тем и упрямая решимость. Я понимала чувства оборотня: попасть в такую передрягу — это крах всех мечтаний.

Но сейчас нужно было действовать, а не оплакивать разбитое сердце.

Подкрепившись, мы принялись за разработку плана, стараясь предусмотреть каждую мелочь.

Главное — двигаться, не теряя ни минуты, и сливаться с ландшафтом.

Погоню за мной тоже никто не отменял.

Уверена, где‑то там, в вышине, драконы рыщут, выискивая меня.

Нам удалось!

Целые и невредимые, мы достигли неприступных стен Хронограда, избежав неминуемой встречи.

Пару раз я замечала силуэты своих преследователей, скользящие в небе, но каждый раз удавалось вовремя затаиться.

Лисы больше не тревожили нас, выбрав иное направление, уверенные, что Лира мчится на юг.

Путешествуя по Этерии, я не переставала удивляться контрасту.

Здесь не было места машинам и капсулам, что я видела в драконьем городе.

Никаких высокотехнологичных чудес — средневековье во всей красе.

С оборотнем мы быстро нашли общий язык.

Девочка оказалась на удивление искренней, жизнерадостной и… невероятно доверчивой.

Верила каждому моему слову.

Теперь стало ясно, как этому пройдохе удалось так легко обвести её вокруг пальца.

Я с нескрываемым интересом наблюдала за ней в нашем недолгом путешествии.

— Лира, ты Линкорн.

Сказала ей однажды, смеясь.

Наблюдая, как она пытается достать фрукт с ветки, нависшей над пропастью.

Еда подошла к концу уже на следующий день, и добыча пропитания легла на плечи Лиры.

К поселениям мы решили не приближаться, опасаясь лишнего внимания. Но с умением оборотня голод нам не грозил.

— Линкорн?

Переспросила Лира, удивлённо вскинув брови.

— Башню снесло, четыре осталось

Просветила я лису.

— Что?

— Обезбашенная.

Пояснила я.

— А?

— С головой не дружишь, рискуя собственной задницей по мелочам.

Снизошла до примитивного объяснения.

— А‑а‑а… Мама тоже самое про меня говорит.

Усмехнулась Лира.

Протягивая мне экзотический фрукт овальной формы, до которого ей всё‑таки удалось дотянуться.

Ночи мы проводили вдвоём в спальнике, прижавшись друг к другу, — и холод чувствовался не так остро.

И вот, спустя три дня, вдали наконец показался город.

— Надо бы привести себя в порядок, а то не пустят.

Изрекла лиса.

— Согласна.

Пробурчала в ответ.

Осматривая свой костюм для верховой езды, пришедший в негодность.

«Хорошо, что захватила платья»,

Пронеслось у меня в голове.

Вскоре мы обнаружили уединённое место, скрытое от посторонних глаз, с небольшим водоёмом.

Вода оказалась ледянющей, но спустя несколько секунд я привыкла к пронизывающей температуре.

Окунувшись с головой, почувствовала, как смывается усталость и дорожная пыль.

Лира, вооружившись моим дорожным зеркальцем, колдовала над причёской, ловко орудуя гребнем.

Извлечённые из котомки платья были простыми, но элегантными.

Я выбрала тёмно‑зелёное, с длинными рукавами и скромным вырезом.

Лира предпочла небесно‑голубое, которое выгодно подчёркивало её лисью грацию.

«Теперь мы сойдём за обычных странниц»

Подумала, глядя на наше отражение в воде.

Оборотень приняла человеческий облик, я перевязала платок, скрывая уши.

Прибрав за собой, мы пустились в дорогу.

Через сорок минут стояли у ворот, словно сошедших со страниц научно‑фантастического романа

. Их стальная гладь, устремлённая ввысь, резала небеса.

Охранники смотрели на нас… как на диковинных насекомых, пойманных в банку.

Что‑то было не так.

Пугающая тишина царила вокруг.

За всё время мы не встретили ни единой живой души.

Зловещая пустота обволакивала это место.

— Кто такие? Документы!

Прогремел грубый окрик, заставив меня вздрогнуть.

Я опешила.

Впервые за всё время на Этерии с меня потребовали предъявить удостоверение личности.

— Ты знала, что здесь нужны какие‑то бумаги?

Прошептала я оборотню, стараясь не выдать волнения.

— Нет! Откуда?

— Видите ли.

Начала я, стараясь говорить как можно убедительнее.

— У нас произошла пренеприятнейшая история. Их украли.

— Кто?

Задал глупый вопрос охранник.

— Не знаю, они не представились.

В голосе прозвучал сарказм.

— Есть возможность пройти в город без них?

— Приобретение местных документов. Удовольствие не из дешёвых.

Последовал ответ.

— И во сколько это «удовольствие» обойдётся?

— Один слиток чистого золота.

— Сколько?!

Совсем ошалели в этом городе?

Лихорадочно пошарив в кошельке, я извлекла на свет божий несколько странных монет.

Ничего хотя бы отдалённо напоминающего слиток золота у меня не было.

Пока перебирала кругляшки, один из охранников заворожённо уставился на одну из них.

— Этого хватит, чтобы компенсировать отсутствие документов для нас двоих?

Подняла вверх монету, отчеканенную из какого‑то загадочного сплава, названия которому я не знала.

— Да… Да, конечно.

Пробормотал мужчина, словно очнувшись от гипноза.

— Но Зефир‑рану путь в город заказан. Закон есть закон.

Поспешил он добавить, заметив, как я приоткрыла рот для протеста.

— Животным вход воспрещён.

— И что делать? Не могу же я бросить его на произвол судьбы за стенами.

— Есть ферма, где о нём позаботятся, как о высокопоставленной особе, пока вы будете гостить.

— И, разумеется, за высокую плату?

Пропела я слащавым голосом.

— Один золотой в день.

Отчеканил охранник, не уловив и тени сарказма.

Я едва не задохнулась от возмущения.

Грабители!

— Пушок, мой хороший, немножко посидишь на этой ферме, мне просто необходимо попасть в город. Я скоро вернусь за тобой, обещаю.

Зефирка фыркнул в ответ.

— Не веришь? Зуб даю!

Воскликнула я, изобразив земной жест.

И тут этот осёл… заржал.

Я моргнула от удивления.

Никогда не смогу к этому привыкнуть. Животное, обладающее высоким интеллектом.

Вскоре, уладив все формальности и оплатив постой зефир-рана, я лично убедилась в условиях содержания Пушка.

— А тут не так уж и плохо.

Подмигнула ему.

— Не волнуйся, я о тебе не забуду.

Нам выдали по пластиковой карте, похожей на банковскую на Земле.

Хорошо хоть не пришлось выдумывать фамилии и отчества — в этом мире ими не пользовались.

Срок был ограниченный: находиться в городе можно было месяц, а дальше — или продлевать, или убираться.

Ну и порядки.

Мы прошли пропускные врата и очутились… в палате?

Медосмотр тоже был предусмотрен и, естественно, платный.

Скрежетнув зубами, оплатила и его.

Так мы без денег останемся.

Ещё до того, как попадем в город.

Все процедуры закончились, и нам сказали подождать.

Через пять минут карточка‑документ в моей руке завибрировала.

Вздрогнув от неожиданности, я поднесла её к глазам.

— Твою ж мать! —

Зло выругалась, обречённо глядя на новые слова.

Имя — Кариэль

Расовая принадлежность — эльфийка.

Родовая принадлежность — из высших.

Спряталась, называется.

Мельком глянула на Лиру.

У той лицо тоже вытянулось

Вот сволочи, с такими документами мы как на ладони.

Одно утешало:

Сюда попасть дороговато, похоже, не всем по карману.

Наконец перед нами открылись врата, и мы шагнули в город.

Я стояла, открыв рот от изумления.

Передо мной раскинулся Хроноград — город, который казался воплощением самых смелых фантазий о будущем.

Здесь не было привычных зданий из бетона и стекла.

Вместо этого в небо взмывали прозрачные башни, переливающиеся всеми цветами радуги.

Здания Хронограда не стояли на земле в привычном понимании — они парили в воздухе, медленно вращаясь вокруг своей оси.

Это были живые кристаллы, которые меняли форму и размер: то вытягивались в изящные шпили, то сжимались в компактные сферы, пульсируя мягким светом.

Небо не было голубым или серым.

Оно переливалось всеми оттенками рассвета и заката одновременно — от нежно‑розового до пурпурно‑алого, — как гигантский опал, пульсирующий мягким, живым светом.

В вышине скользили какие‑то создания: то ли птицы, то ли летательные аппараты, — их очертания размывались, не давая разглядеть детали.

Улицы…

Если их можно так назвать… представляли собой потоки энергии, которые плавно текли между парящими зданиями, образуя сложную сеть светящихся артерий.

По ним перемещались не машины, а светящиеся капсулы — гладкие, обтекаемые, они двигались с невероятной скоростью, но при этом абсолютно бесшумно.

Я видела, как одна из таких капсул пронеслась мимо:

На мгновение мне показалось, что внутри сидит человек, но его черты были размыты, смазаны быстрым движением.

В воздухе витал тонкий, едва уловимый аромат, напоминающий смесь озона после грозы и цветущего жасмина. Он наполнял лёгкие, даря ощущение лёгкости и спокойствия.

Моя спутница, стояла рядом — такая же ошеломлённая.

Её обычно скептическое лицо расслабилось, глаза широко распахнулись, губы чуть приоткрылись от изумления.

— Кир, разве такое бывает?

Прошептала она, не отрывая взгляда от парящих башен.

— Не веришь своим глазам?

Усмехнулась я.

Но в душе и сама не могла до конца осознать увиденное.

Тут к нам подлетел один из аппаратов — гладкий шар с мерцающими линиями на поверхности. Он завис в воздухе рядом с нами, и бездушный механический голос произнёс:

— Добро пожаловать в Хроноград

Дверь аппарата гостеприимно распахнулась.

Мы, не сговариваясь, скользнули внутрь.

— Я — ваше персональное такси на первую неделю.

Он запнулся на мгновение и, придав голосу особую значимость, добавил:

— Бесплатно!

«Офигеть… За ту цену, что с нас содрали, они должны ещё жильё предоставить и кормить БЕСПЛАТНО»

Язвительно подумала я.

— Я отвезу вас в Урбанис‑центр.

Продолжил аппарат.

— Что это?

Поинтересовалась я.

— Ваше место проживания.

Бесстрастно отчеканил механический голос.

— Не поняла, я что, сама не могу выбрать гостиницу?

— Вопрос не распознан. Пожалуйста, уточните запрос!

Проскрипела железяка.

— Место… место, где остановиться. Альтернативное.

Переиначила я, стараясь говорить чётче.

— Исключено. Все гости города проживают исключительно в Урбанис‑центре.

— А если мне не понравится?

Я скрестила руки на груди, чувствуя, как нарастает раздражение.

— Исключено. Не может не понравиться.

— А если всё‑таки не понравится?

Повторила назло, испытывая его терпение.

— Исключено!

Прозвучало в ответ с той же невозмутимой интонацией.

Вот же железяка упрямая!

Я бросила взгляд на притихшую Лиру.

Она лишь пожала плечами, будто говоря: «Не я это затеяла».

Внутри нарастало тревожное чувство.

Слишком много «исключено», слишком мало выбора.

Что‑то в этом городе было не так — за внешней красотой и технологическим совершенством скрывалась жёсткая, неумолимая система.

И мы, похоже, уже стали её частью.

Глава 11

Через две минуты капсула затормозила перед высоким зданием.

— Приехали!

Объявил робот-водитель.

— Захотите поехать куда-нибудь, сделайте запрос на гостевой карте-визе, и я в миг примчусь!

Проинструктировал он нас.

У него что, юмор есть?

Выйдя на тротуар, ну как тротуар, больше походило на двигающуюся ленту, Лира и я осматривали райончик.

Пустынно.

Ни единого магазина, ни вывески — ничего, что выдавало бы хоть какое-то подобие жизнедеятельности.

Одни парящие здания.

Это было странно.

Мы вступили на территорию Урбанис-центра, о чем нас тут же известил механический голос, на этот раз женский, бархатистый.

Место, которое, как нам объяснили, на ближайший месяц станет нашим домом.

Я шагнула внутрь, Лира — следом.

И замерла, ошарашенная увиденным.

Привычных стен и потолков не было и в помине.

Вместо них — струящиеся, полупрозрачные конструкции, переливающиеся всеми цветами радуги.

Сквозь них проглядывали другие уровни города, создавая иллюзию бесконечной глубины.

Воздух звенел тончайшими вибрациями, которые одновременно успокаивали и будоражили.

Наше «жилище» мало походило на комнаты в моем земном понимании.

Кристаллическая дверь бесшумно сомкнулась за нами, но не герметично.

Стены стали плотнее, налились цветом, но все еще оставались прозрачными, позволяя видеть, как меняется пейзаж за ними.

Мебели не было.

Управление этим чудом техники оказалось отдельной историей.

Ни кнопок, ни рычагов — всё подчинялось силе слова.

Стоило мне произнести вопрос об обстановке: кровати, столе, стульях, окне — и всё это материализовалось из воздуха, складываясь из мельчайших светящихся частиц.

Одна из стен кристалла стала прозрачной, открывая вид на Хроноград.

Зачарованно ахнув, я осторожно опустилась на стул — вполне обычный на ощупь.

Переместилась на кровать: та мягко прогнулась под весом тела, идеально подстраиваясь под мой зад.

Вот это я понимаю — комфорт!

Выглянув в окно, застыла в немом восторге.

Это не просто вид — живая картина.

Здания, эти живые организмы, тянулись к небу, переливаясь всеми цветами, а между ними бесшумно скользили транспортные средства — больше похожие на светящиеся капли росы, чем на машины.

— Кариэль, ты только посмотри!

Воскликнула Лира, присоединившись ко мне у окна.

— Ты никогда не видела ничего подобного?

Удивлённо спросила я.

— Нет.

Покачала головой лиса.

— Это единственный город, где технологии достигли таких невероятных высот. Но он не делится своими знаниями с другими. Их Абсолют строго следит, чтобы не произошло утечки информации.

— Абсолют?

Переспросила я.

— Главный в городе.

Уточнила Лира.

А‑а, по‑нашему — губернатор или мэр, — мысленно перевела я.

— Почему они так поступают?

— Не знаю.

Пожала плечами Лира.

От этих разговоров в горле пересохло.

Хочу пить, — прошептала я.

Минут через пять кристаллическая дверь едва заметно завибрировала, и появилась небольшая платформа, на которой стояли два высоких стакана. Из них исходил невероятный аромат, а жидкость внутри светилась ярко‑розовым светом.

Взяв один из стаканов, я понюхала содержимое, взболтнула, поднесла к губам и сделала маленький, опасливый глоток.

Вкус был… совершенным.

Невероятно насыщенный, но в то же время лёгкий и освежающий.

Одобрив, протянула второй стакан Лире — её глаза горели любопытством.

— М‑м‑м, вкуснотища!

Промурлыкала лисица, отпив.

Мы удобно расположились за столом, потягивая странный, но восхитительный напиток.

Вдруг раздался голос — казалось, он исходит отовсюду, пронизывая всё вокруг.

Вздрогнув, я неловко дёрнула рукой и расплескала жидкость на платье.

— Чёрт!

Вырвалось у меня.

— Напугала!

Поддержала Лира.

С досадой разглядывая розовое пятно, расплывающееся на её платье.

— Кариэль, Лира. Прослушайте инструкцию по эксплуатации Урбанис‑центра.

Бесстрастно произнёс голос.

— 1. Запрещено покидать центр без гостевой визы.

2. Запрещено покидать верхний город.

3. Запрещено посещать нижний город.

Видимо, третий пункт для тех, кто не понял второй, усмехнулась про себя.

4. Запрещено устраивать беспорядки.

5. Запрещено нарушать дресс-код.

6. Запрещено использовать личные телепортационные устройства для перемещения внутри заведения.

7. Запрещено пытаться взломать или обойти системы искусственного интеллекта, управляющие заведением.

— Лирка, смотри, пошли более серьезные запреты.

— На фига нам это слушать? Все равно ничего из этого у нас нет!

Удивилась лисичка, сделав недовольное лицо.

— Это пока!

Обнадежила я её.

Продолжила внимательно слушать инструкцию.

8. Запрещено употреблять пищу, которая не была приготовлена нашими молекулярными синтезаторами.

9. Запрещено засыпать в зонах, не предназначенных для сна, даже если вы чувствуете непреодолимую усталость.

10. Запрещено оставлять любые следы своего пребывания, кроме отпечатков вашей ауры, зарегистрированных в системе.

— Это они про что?

Усмехнулась оборотень.

— Нельзя нигде нагадить?

— Лира!

Возмутилась я ее прямолинейностью.

— С запретами все понятно. А бонусы какие-нибудь прилагаются? Что-то может предложить нам этот ваш центр?

— Разумеется!

Тут же откликнулся робот.

1. Расширить границы своего восприятия.

2. Получить незабываемые эмоции.

3. Открыть для себя новые грани себя.

4. Отдохнуть от повседневности.

5. Стать частью чего-то большего.

— Я поняла, хватит.

Оборвала я этот нескончаемый поток пустопорожних развлечений.

— Где здесь магазины?

— Наш дивный Хроноград давно изжил эту архаичную напасть.

Отозвался механический голос с лёгкой ноткой превосходства.

— В смысле? А как вы… закупаетесь?

Нахмурилась я.

— Всем заправляет «Синтез».

Это не просто корпорация — это целая экосистема, которая обеспечивает всех необходимым. Представь: хочешь что‑то — от нового скафандра до экзотического фрукта. Ты просто говоришь об этом, и «Синтез» делает за считанные минуты.

— Вот так просто? Как это?! Как можно сшить скафандр за несколько минут?!

Я невольно отступила на шаг.

— У них есть сеть нейронных имплантов, которые считывают ваши базовые данные. Но это не слежка, нет!

Поспешил заверить голос. Слишком поспешил.

— Это скорее персональный ассистент, который помогает.

— Лир, ты что‑нибудь поняла?

Обернулась я к спутнице.

Лиса в ответ лишь мотнула головой.

Взгляд выдавал напряжение.

— И как это работает на практике? У меня такой ассистент тоже есть?

— Конечно! Пользоваться услугами очень просто. Ты приходишь в специальный терминал или даже просто находишься в зоне покрытия их сети. Описываешь, что тебе нужно. Если заказчик — в данном случае ты — платёжеспособна, программа запускается. «Синтез» мгновенно обрабатывает запрос, находит оптимальное решение: будь то доставка готового продукта, его моментальное создание на молекулярном уровне или даже организация обмена с другим жителем Хронограда.

— Ты шутишь?

Я не могла скрыть скепсиса.

— Нисколько. У них есть фабрики, которые работают на основе квантовых манипуляций. Материя и энергия трансформируются по заданным параметрам. Хочешь новый кристалл для своего хроно‑коммуникатора? «Синтез» его создаст. Нужен редкий минерал для научного эксперимента? Пожалуйста.

— Звучит… невероятно. А это безопасно?

— Совершенно безопасно. «Синтез» — это не просто корпорация, это симбиоз технологий и коллективного разума. Их алгоритмы постоянно совершенствуются, учитывая миллионы факторов, чтобы обеспечить максимальную эффективность для всех жителей.

— Значит, никаких очередей, никаких споров?

— Именно. «Синтез» работает по принципу оптимального распределения ресурсов. Если что‑то есть в избытке, оно доступно всем. Если что‑то редкое, оно распределяется по мере необходимости, с учётом приоритетов. Это система, которая стремится к полному удовлетворению потребностей каждого.

Я помолчала, переваривая услышанное.

Значит, система не обошла вниманием классовое различие:

«Есть деньги — пожалуйста.

Нет — пошёл отсюда».

— Выходит, если я захочу попробовать тот самый «хроно‑фрукт», о котором ты говорила, мне нужно обратиться к «Синтезу»?

— Именно так. И будь уверена, они предложат тебе лучший вариант, который только возможен. Добро пожаловать в Хроноград, где покупки — это не труд, а искусство. Могу ещё чем‑то помочь?

— Нет, спасибо. Мне бы эту информацию переварить.

Выдохнула я.

— Если понадоблюсь, обратитесь к карте‑визе.

Произнёс голос и затих.

Похоже, карточка — очень важная штучка, — пришла я к выводу, невольно сжимая в руке пластиковую карту.

— Что думаешь?

Повернулась я к Лире.

— Боюсь, здесь не всё так радужно, как нам поют.

Задумчиво прошептала лиса, подойдя ко мне вплотную.

Её глаза настороженно блестели.

— Думаю, ты права

Кивнула я.

— А я хотела задержаться в этом городе и даже поселиться… Но чутье подсказывает: не уживемся с местными.

Грустно вздохнув, я посмотрела в окно, за которым переливались парящие башни.

— Ладно, осмотримся. Вдруг не всё так плохо.

Приняв душ и заказав новую одежду — самую дешёвую, потому что цены здесь кусались, — мы собрались на прогулку.

Походный набор я оставила с Пушком, с собой прихватила только небольшую котомку, которую повесила через плечо.

— Зачем берёшь этот баул?

Поинтересовалась Лира, критически осмотрев мою сумку.

— Он совсем не подходит к платью.

— Переживу.

Отмахнулась я.

Про себя подумала:

«Если что, свалим по‑тихому, и за вещами возвращаться не придётся».

Мне всё больше не нравился этот город с его безупречными технологиями и безупречными правилами.

Не покидало ощущение, что за мной следят — будто невидимые датчики считывают каждый шаг.

Да ещё эти указания:

«Туда ходи, сюда не ходи».

Что они прячут в нижнем городе?

И почему так настойчиво отгораживают гостей от его тайн?

Глава 12

Такси прибыло моментально — едва мы вышли из здания.

Скорость поражала:

Гладкий серебристый шар возник прямо перед нами, будто материализовался из воздуха.

— Приветствую!

Голос робота сменил интонацию, и теперь слова звучали так, будто он ну о‑о‑очень соскучился.

— Рад снова быть полезен! Куда едем?

— Устрой экскурсию по городу. Сможешь?

Попросила я.

— Госпожа Кариэль, конечно!

— Не зови меня госпожой.

Резко оборвала я.

— Это неприемлемо. Ты из высших.

Невозмутимо ответил водитель.

— И что?!

— «Госпожа» — так обращаются только к эльфийкам и драконихам из благородных семей.

Проинструктировал водитель‑всезнайка.

Любопытство взяло верх:

— А к остальным как?

— К низшим — просто по имени.

— У людей?

— У людей особого классового различия нет. К простым смертным — по имени, к более значимым — по имени, но с приставкой «альт». У оборотней лишь глава имеет титул «Лор». Поэтому, когда он становится Лором, его личное имя забывается.

— А у орков?

Вспомнила я ещё про одних обитателей Этерии.

— Там нет различий.

— Как это нет?

— Все равны.

— Так не бывает!

— Бывает.

— Нет!

— Да.

«Да чтоб тебя током шарахнуло, железяка»

Мысленно выругалась я.

«Ладно, чёрт с ним, пусть себе балакает что угодно»

Решила про себя, оставаясь при своём мнении.

Сменив тему, задала вопрос, который давно не давал мне покоя:

— Что означает «Наарит»?

Лира бросила на меня удивлённый взгляд, собираясь ответить, но робот её опередил:

— Наследница.

— Чего?

— Эльфов.

— Объясни толком!

Я начала терять терпение.

Чувствуя, как внутри нарастает тревога.

— Наарит — титул наследницы верховного правителя.

Бесстрастно прозвучал механический голос.

— Наарит Иллюминэль, кто это?

— Наарит Иллюминэль — будущая верховная правительница эльфов. Родилась в три тысячи двадцать пятом году. Её отец — Элендил, верховный правитель, мать — Лориэндис.

Я застыла, не сводя глаз с пустоты перед собой.

Воздух застрял в горле, и я поперхнулась, закашлявшись.

Не может быть.

Эльфийская принцесса?

Да ну…

Мысли в панике разбегались, сталкиваясь друг с другом:

Эти в лесу ошиблись, перепутали меня с ней.

Точно ошиблись!

— Госпожа, так с чего хотите начать экскурсию?

Вывел меня из ступора голос водителя.

Повернувшись к Лире, я наткнулась на её любопытный, настороженный взгляд.

Чёрт!

— С центра!

Твёрдо определилась я с маршрутом.

— Отличный выбор!

Бодро отозвался робот.

— Кариэль, ты…?

Начала Лира, но я оборвала её:

— Лир, давай не здесь!

Я кивнула на панель транспортного средства, где, казалось, мерцали десятки незаметных датчиков.

Решив не думать сейчас об этом, я задвинула мысли о принцессе подальше — глубоко, на самое дно сознания.

Сделав глубокий вдох, расправила плечи и приготовилась насладиться поездкой.

Такси плавно оторвалось от земли, и город распахнулся перед нами во всём своём великолепии: парящие башни, потоки энергии, скользящие капсулы…

Такси мчалось по городу со сверхзвуковой скоростью — но не быстрее кенгуру в драконьем городе, промелькнула мысль.

Память услужливо преподнесла картинки моей прошлой поездки в библиотеку: карета неслась так, будто мир должен был слиться в одну сплошную линию, но я отчётливо видела пейзажи вокруг.

Вот и сейчас глаза успевали выхватывать детали окружения — будто время здесь текло иначе.

Монотонный голос робота‑гида доносился из динамика, изливая сухую информацию об однообразных постройках.

Хроноград зиял стерильной пустотой, разительно отличаясь от всего, что я видела прежде.

Ни магазинов, ни памятников, ни театров, ни кинотеатров, ни парков развлечений — ничего, что скрашивало бы досуг жителей мегаполисов.

Лишь бесконечные ряды высоких зданий, пронзённые неоновыми стрелами вывесок, обозначающих принадлежность к той или иной безликой корпорации.

Всё здесь было построено по большей части на ментальном восприятии — похоже город существовал не столько в реальности, сколько в сознании его обитателей.

А вот и центр!

Огромная пустая площадь, над которой нависает гигантский экран, транслирующий какие‑то абстрактные узоры — пульсирующие линии и геометрические фигуры без всякого смысла.

— По праздникам здесь собирается народ…

Воодушевленно-безэмоционально сообщил робот.

Как у него так получается?

— Каким образом люди веселятся?

Не выдержав, спросила я.

— Разве это не весело? Собираться вместе!

Безжизненно отрапортовал робот.

Мы с Лирой обменялись ироничными взглядами и, усмехнувшись, в один голос выдали:

— Не весело!

— Весело.

Упрямо заладил робот, словно заевшая пластинка.

— Мне кажется, это для нас, приезжих, разыгрывают спектакль

Хмыкнула Лира.

— Самое интересное наверняка скрыто от любопытных глаз.

— Согласна.

Кивнула я.

— Не согласен.

Запротестовал робот.

— Почему?!

— Хроноград — город кристальной честности!

— Ага, верю.

Сарказм в моём голосе, казалось, остался за пределами его машинного восприятия.

Внезапно тишину пронзила воющая сирена.

— В городе нарушитель!

Заорал истеричный женский голос из невидимых динамиков.

— Будьте осторожны! В городе нарушитель!

Мы с Лирой встревоженно переглянулись и начали оглядываться по сторонам, пытаясь выявить источник опасности.

Людей на улицах почти не было.

Мой взгляд машинально зацепился за одинокого прохожего в дальнем конце площади.

На вид обычный житель, но что‑то в его позе выдавало нервозность: плечи напряжены, голова то и дело оборачивается, будто он ждёт погони.

— Тормозни здесь!

Приказала я такси.

Когда мы поравнялись с подозрительным типом.

Я открыла окно:

— Привет!

— Что надо?

Огрызнулся пешеход, не тратя время на вежливость.

— Помощь нужна?

Влезла Лира, ловко подвинув меня.

— Нет, проваливайте!

— Какой невежливый.

Протянула лиса с наигранным огорчением.

Сзади послышался нарастающий топот.

Я оглянулась.

Из‑за угла выбежали четверо громил в тёмных комбинезонах, вооружённых дубинками.

Беглец тоже их заметил.

Бросил на нас быстрый, оценивающий взгляд — в нём читалась борьба: бежать или рискнуть.

— Передумал?

На моём лице промелькнула ухмылка.

Он молча кивнул.

— Открой дверцу. Берём пассажира.

Приказала я машине.

Дверь бесшумно отъехала в сторону.

Незнакомец юркнул внутрь и уселся напротив нас, тяжело дыша.

Взглянув ему в лицо, я не смогла сдержать удивления:

— Дракон?

В его глазах сверкали молнии — отличительная черта его расы, как острые уши у эльфов.

Кожа имела лёгкий металлический отлив.

Движения были отточенными и резкими.

В этот момент панель такси завизжала, как взбесившаяся пила:

— Я не могу вас считать! Кто вы? Где ваша карта? Я обязан доложить в Вортекс!

— Не торопись.

Откликнулся дракон и приложил к переборке со считывающим устройством кусок чистого, ничем не заполненного пластика. Ни единой надписи, ни штрих‑кода, ни голограммы — просто гладкая поверхность.

На секунду система замолчала, затем её голос смягчился:

— Добро пожаловать, альт Ульрих.

Промурлыкал робот.

В его синтетическом тембре даже промелькнуло подобие облегчения.

Неужели у этой груды железа есть чувства?

Мелькнуло у меня.

Становилось всё интереснее и интереснее.

— Спасибо, что согласились подвезти!

Обратился к нам дракон.

О как, значит, вежливость ему всё‑таки знакома?

С нескрываемым любопытством я изучала представителя вражеской расы.

— Как зовут?

Лира, как и я, сгорала от нетерпения.

— Ульрих.

Коротко ответил дракон, не отрывая взгляда от преследователей, маячивших в зеркале заднего вида.

— А настоящее имя?

Не унималась лиса.

— Ульрих.

Повторил он, не меняя тона.

— Мне нужно незаметно добраться до Нижнего города. Вы ведь знаете дорогу?

— Не хочешь — не говори.

Обиженно поджала губы Лира.

— Так знаете?

Настаивал дракон.

— Конечно нет, он знает.

Заверила я, ткнув пальцем в переборную доску.

Нижний город был под запретом для нас, но адреналин уже захлестнул меня с головой, разжигая зудящее любопытство.

— Кариэль, может, не надо

Пробормотала Лира, нервно постукивая пальцами по колену.

— Вортекс следит за каждым в этом городе, и если узнает о нарушении, нам не поздоровится.

— Кто это — Вортекс?

Спросила я.

— Корпорация, отвечающая за порядок в Хронограде.

Хором ответили мне все трое:

Лира, Ульрих и робот.

Дракон нахмурился:

— Не могу допустить, чтобы из‑за меня вы пострадали. Может, лучше я выйду?

— Даже не думай.

Отрезала я.

Мы уже ввязались в это дело.

К тому же мне было ужасно интересно, что дракон делает в Хронограде и от кого он бежит.

Такси, повинуясь моему приказу, резко свернуло в узкий переулок.

Неоновые вывески попадались всё реже — Верхний город отступал, уступая место Нижнему.

Вскоре машина затормозила.

— Дальше проезд запрещён.

Прозвучал металлический голос, не допускающий даже намёка на дискуссию.

— Девочки, огромное спасибо за помощь. Если вдруг угораздит попасть в нестандартную ситуацию, звоните.

Ульрих протянул визитку.

Выйдя из машины, он замер на тротуаре, провожая нас взглядом.

Мгновение — и его силуэт растворился среди безликих зданий.

«Чёрт, он же толком ничего о себе не рассказал»

Спохватилась я, нахмурив брови.

Эти быстрые поездки всё портят!

— Кариэль?

Позвала меня Лира, дёрнув за рукав.

— Кажется, не зря выбрались.

Поделилась выводом с оборотнем, пряча визитку.

— Думаешь?

— Конечно!

— Куда госпожа желает дальше?

Вклинился в разговор робот‑водитель.

— Лир, я есть хочу, а ты?

— Я тоже!

И в подтверждение её слов желудок лисы заурчал.

— В столовку!

Отдала я приказ.

— Не понял, уточните маршрут!

— Да, Кариэль, я тоже не поняла. Куда?!

С удивлением воззрилась на меня Лира.

Блин, опять на русском заговорила!

— Где тут можно поесть?

Сделала уточнение запроса.

— Вы можете принимать пищу только в Урбанис‑центре!

— Тогда домой!

**

Прошла неделя.

Каждый день начинался одинаково: завтрак, безделье, прогулка, ужин.

Первые четыре дня, ослеплённые блеском технологий, мы с оборотнем пребывали в эйфории.

Мир людей достиг таких высот…

Домашние заботы канули в Лету. Пятно на одежде? Его проворно устранит робот‑хранитель гардероба.

Желание поесть? Робот‑повар уже колдует над кулинарным шедевром.

Пора навести порядок? Робот‑уборщик бесшумно скользит по комнатам.

Внешность горожан — почти безупречна.

Если фигура теряет форму, на помощь приходят капсулы сна, где, пока ты безмятежно дремлешь, механические феи шуршат и колдуют, преображая тело.

Физический труд?

Жители мегаполиса больше не утруждают себя им.

Мозги — вот приоритет города.

Недостаточно острый ум?

Тогда тебе здесь попросту не место.

Жизнь в этом сияющем раю обходится в целое состояние.

Если твой доход не украшен пятью нулями, тебе не по карману этот мир.

Простым смертным вход воспрещён.

Я узнала и о Нижнем городе.

Там проживают, по меркам Верхнего города, отбросы общества — те, кто обслуживает роботы-машины.

Хоть технологии и достигли небывалых высот, но окончательно заменить человека всё ещё не смогли. Даже самые совершенные механизмы рано или поздно выходят из строя. Компьютер может диагностировать и исправить собственные ошибки, но отдельному индивиду-роботу это не под силу.

Вот этим и промышляют в Нижнем городе, возвращая к жизни железных слуг Верхнего.

Мы не забыли и про Пушка — навестили.

«Осёл» жил припеваючи, ни в чём не нуждаясь.

Я вздохнула с облегчением, как только увидела довольную морду.

А вот у этой скотины промелькнул испуг во взгляде, как только он нас завидел.

«Не хочет покидать место»

Озарила догадка.

Поселили животное с такими же, как он. Рядом в стойле была «барышня» — Зефир‑ранша.

Я толкнула Лирку в бок, прошептав:

— Понятно теперь, чего он испугался. Подружку завёл!

Мы прыснули со смеху, подшучивая над зефиркой.

Покидали ездовую зверюгу с уверенностью — у него всё хорошо.

Деньги, что дал мне дракон, таяли на глазах.

Поэтому мы с лисой, посовещавшись, решили экономить на всём. Попутно обсудили дальнейшие планы.

— Лир, неплохо было бы подзаработать.

Произнесла задумчиво.

В голове проносились идеи, как это сделать.

— Неплохо, но кто нас возьмёт на работу?

Усомнилась лиса.

Я была с ней согласна.

Ещё два дня назад прошерстила этот вопрос.

Система просветила, что для того, чтобы стать полноценным членом, нужно получить вид на жительство.

Гостевая карта‑виза не годилась.

А чтобы получить вид, нужно пройти кучу тестов и потратить уйму денег.

Ни того ни другого не было.

Тупик!

Может, позвонить дракону? Вдруг поможет?

— Набери номер.

Приказала в пустоту комнаты.

— 123‑456‑789.

— Звонок междугородний.

Предупредил меня женский голос.

— Будет стоить дороже.

— Звони давай!

Через секунд двадцать пошли гудки.

Ещё через пять трубку сняли.

— Алло.

— Привет! Это…

— Пупсик, приветствую!

— Какой я тебе пупсик?

Вызверилась я, матерясь про себя.

С чего только решила, что он может мне помочь?

— Спасительница! Спасительница моя! Не сердись, пожалуйста.

Тут же исправился дракон, явно уловив нотки бешенства.

— Как ты…

— По голосу узнал.

Перебил он.

— У вас всё в порядке, надеюсь?

— Да‑да, всё хорошо. Просто хотела кое‑что узнать. Проконсультироваться, так сказать.

— О чём?

— Это не телефонный разговор.

Прошептала я загадочно.

— Давай встретимся!

Сразу же предложил дракон.

— И как? Где?

Спросила прямо, помня о запрете.

— Нашла проблему.

Рассмеялся он.

— Продиктуй номер визы, пришлю инструкцию.

И прислал.

Зашифрованную.

Которую Лирка расшифровывала час, а то и больше.

Согласно этой инструкции, мы с лисой должны были направиться в одно из сомнительных заведений на границе с Нижним городом. Там следовало передать наши визы некоему человеку, который взамен предоставит нам новые, позволяющие беспрепятственно проникнуть в запретную зону.

Вернуться планировалось тем же путём.

Мы несколько раз прочитали инструкцию.

Пройдя в ванную, Лира и я встали под струи воды — только здесь можно было секретничать.

Случайно узнала, что льющаяся вода создаёт помехи: когда отдавала приказ, принимая душ, робот меня не расслышал.

— Похоже, в Хронограде всё завязано на этих картах.

Произнесла тихо.

— Похоже.

Согласилась оборотень.

— Что думаешь? Идти?

— Боязно. Мы же его совсем не знаем. А вдруг он нас похитит?

Опасения лисы мне были понятны.

Сама думала так же.

В то же время, если ничего не предпринимать, так и останемся гостями — и вытурнут нас через месяц, а точнее, три недели.

И что тогда делать?

— Волков бояться — в лес не ходить!

Пробурчала я, приняв решение.

— Вол‑ко‑в? Это кто?

— Зверь. Обитает там же, где и лиса.

Пояснила расплывчато.

— Кариэль, кто ты?

Оборотень настороженно смотрела на меня, ожидая ответа, её уши чуть подрагивали — верный признак того, что Лира на взводе.

— Эльфийка.

Ответила я, усмехаясь.

— Кариэль.

Обиженно протянула она.

— Иногда ты ведёшь себя подозрительно. Мне вот недавно пришла мысль в голову, что ты наарит, но, понаблюдав, поняла, что это невозможно.

— Почему невозможно?

Обидилась я, задетая её пренебрежительным тоном.

— Никакого воспитания.

Припечатала лиса.

— Тоже мне воспитанная.

Огрызнулась в ответ.

— Так кто ты?

Не отступала оборотень, её глаза сузились.

— Думаю, нам стоит разделиться.

Ушла от ответа я.

— Ты останешься в центре, я пойду на встречу.

— Ни за что.

Твёрдо отмела предложение Лира.

Не обратив внимание на мою уловку.

— Одну не отпущу! И не пытайся меня переубедить — я уже всё решила.

Приняв решение, мы не стали откладывать дело в долгий ящик — время и правда поджимало.

Я быстро собрала немногочисленные вещи, вызвала персональное такси (теперь уже платное — гостевая виза не покрывала таких расходов) и, плюхнувшись с Лиркой на заднее сиденье, назвала адрес.

— Стоимость поездки — триста сол

Бесстрастно сообщил робот.

— Сколько?! Грабёж!

Возмутилась Лира, всплеснув руками.

— Хотите отменить поездку?

Вежливо осведомился железный монстр.

— Нет, поехали.

Вздохнула я тяжко.

Сол — местная криптовалюта, как меня просветила система.

По всей Этерии ходили реальные деньги, и лишь здесь, в Хронограде, использовали электронные.

Интересно, в банке города есть нал?

Мелькнуло у меня.

Должен быть.

Ведь они же обменяли мои настоящие монеты на свои электронные…

Вот бы туда попасть!

Мечтательно прикрыв глаза, я уже представляла себя среди гор монет, когда голос робота безжалостно прервал полёт фантазии:

— Приехали.

Расплатившись, мы вышли на тротуар.

Перед нами высилось здание, ничем не отличающееся от остальных: полупрозрачное, высокое, с огромной вывеской‑рекламой, мигающей неоновыми огнями.

Лира и я переглянулись.

Адреналин побежал по венам, разгоняя кровь.

Сердце сжалось от неясного предчувствия — то ли опасности, то ли чего‑то неизведанного.

— Надеюсь, мы не сделали ошибки, придя сюда.

Пробормотала лиса с подозрением, глядя на медленно вращающиеся двери.

— Да не дрейфь.

Подбодрила я её и, схватив за руку, решительно потащила к входу.

Только перешагнули порог, как к нам поспешил администратор‑робот — массивная конструкция с множеством манипуляторов и оптическими сенсорами, мерцающими синим.

— Госпожа, рад видеть вас в нашем уникальном заведении! Нигде больше вы не испытаете такой остроты чувств.

Вещал механический персонал, рекламируя развлекательный центр с энтузиазмом, который казался почти живым.

Я с интересом осматривалась.

Помещение оказалось огромным: просторный зал, по кругу которого расходились многочисленные двери. Над каждой красовалась светящаяся вывеска:

«Арена бойцов»

«Комната страха»

«Виртуальные миры»

«Иллюзион»

«Гастрономическое путешествие»…

Список казался бесконечным.

Каждая дверь манила обещанием новых приключений.

— Мне нужен Джемини!

Решительно прервала я словесный поток служки центра.

— Конечно, госпожа, уже вызвал.

Ответил голос, и громадина покатила прочь, ловко огибая посетителей.

Мы с оборотнем молча стояли на том же месте, наблюдая за людьми, выходящими из дверей.

Кто‑то выглядел довольным, кто‑то — напуганным, а кто‑то — разочарованным.

— Может, и нам сходить?

С нетерпением спросила Лира.

Её глаза загорелись азартом.

— Не сейчас, у нас дело.

Осадила я её лисий пыл, хотя внутри тоже шевельнулось любопытство.

К нам неторопливо двигался мужчина грузной наружности.

Впервые вижу здесь такого полного человека.

Его костюм сидел идеально, несмотря на объёмы, а на лице играла любезная улыбка.

— Кариэль, Лира, добро пожаловать.

Произнёс он низким бархатистым голосом.

— Меня зовут Джемини, я владелец этого скромного развлекательного центра. Ульрих предупредил о вашем визите. Всё готово. Прошу за мной.

Без лишних слов мы двинулись следом.

Джемини провёл нас к одной из дверей.

Войдя внутрь, мы оказались в длинном коридоре с приглушённым освещением.

В конце лестница вела вниз, в полумрак.

Спустившись, мы упёрлись в массивную дверь с угрожающей надписью:

«Самые страшные истории».

— Прошу.

Джемини отступил в сторону с любезной улыбкой, но в его глазах на мгновение мелькнуло что‑то, от чего по спине пробежал холодок.

Сделав глубокий вдох.

Я шагнула за порог.

Глава 13

Воздух внутри был густым, пропитанным запахом старой пыли и чего‑то ещё… чего‑то затхлого.

Комната оказалась не такой уж и большой, но её стены были увешаны странными живыми тенями.

Они извивались, переплетались и шептали что‑то на непонятном языке, который нельзя разобрать, но который всё равно проникает в сознание.

В центре стоял стол, за которым сидели… существа.

Одно было похоже на сгорбленную старуху, но с кожей, натянутой на кости, как пергамент, и глазами, которые светились тусклым болотным светом.

Рядом с ней сидело нечто, напоминающее огромного паука, но с человеческими руками — они нервно перебирали воздух.

А напротив них… напротив них сидел он.

Его лицо было скрыто в тени капюшона, но я чувствовала его взгляд — острый, пронизывающий до самого сердца.

Лира прижалась ко мне, дрожа всем телом.

У меня самой всё внутри сжалось.

Не двигаясь, молча, я наблюдала за происходящим.

Стараясь подавить страх.

— Добро пожаловать.

Проскрипел голос, похожий на треск сухих веток.

Это произнесла старуха.

— Мы ждали вас.

Я почувствовала, как холодок пробежал по спине.

Оборотень, стоявшая позади меня, судорожно вздохнула, её пальцы вцепились в мою руку.

— Не бойтесь.

Прошелестел голос паука, и его руки замерли.

— Мы здесь, чтобы развлечь вас. И, возможно, научить.

Я сглотнула.

Страх стал почти осязаем, но любопытство, как ни странно, тоже начало просыпаться — какой‑то внутренний голос шептал:

«Смотри.

Запоминай.

Это важно».

— Истории.

Произнёс наконец тот, что сидел в центре.

Его голос был низким и бархатным, но в нём чувствовалась скрытая угроза.

— Самые страшные истории. Истории, которые заставят вас дрожать от ужаса, истории, которые поселятся в ваших снах и будут преследовать вас до самого рассвета.

Он кивнул старухе:

— Начнём с тебя, Матушка Тьма. Расскажи нам о том, что скрывается под кроватью.

Старуха медленно повернула голову, и её болотные глаза уставились прямо на меня.

Я почувствовала, как мои колени подкашиваются.

— Ох, дитя.

Проскрипела она.

Её губы растянулись в жуткой улыбке.

— То, что скрывается под кроватью… это не просто тени. Это голод. Голод, который ждёт, когда ты уснёшь. Голод, который питается твоими страхами. И сегодня… сегодня он почувствовал новый запах. Запах свежей, испуганной плоти.

Её голос становился всё тише, но слова проникали прямо в мозг, вызывая образы, от которых хотелось кричать.

Я видела:

Как из‑под кровати тянутся тонкие чёрные пальцы.

Как они скользят по полу.

Как они…

Зажмурившись, я попыталась отогнать видение.

Но оно было слишком ярким, слишком реальным.

И я знала, что это только начало.

Почувствовала, как Лира вцепилась в мою руку ещё сильнее, её дыхание стало прерывистым.

Слова старухи, казалось, материализовались в воздухе, обретая форму и вес.

Я ощущала их холодное прикосновение на своей коже, слышала их шёпот в глубине своего сознания.

Это было не просто повествование.

Это было погружение в бездну.

Где реальность и кошмар сливались воедино.

Паукообразное существо рядом с ней издало тихий щелчок, он явно получал удовольствие.

Его человеческие руки перестали нервно дёргаться, теперь они покоились на столе.

А тот, кто сидел в центре, оставался неподвижным, его капюшон по‑прежнему скрывал лицо, но я чувствовала, как его взгляд, скользит по мне, оценивая мою реакцию.

— А теперь.

Прозвучал его бархатный голос, прерывая тишину, которая казалась ещё более гнетущей, чем слова старухи

— Твоя очередь, Ткач Страхов. Расскажи нам о том, что прячется в зеркалах.

Паукообразное существо медленно подняло одну из своих рук, его пальцы, длинные и тонкие, с острыми коготками, задрожали.

— Зеркала.

Прошелестел он.

Голос был похож на шорох сухих листьев.

— Они не отражают. Они смотрят. Они видят тебя настоящего, без масок и прикрас. И иногда… иногда они показывают тебе то, чего ты боишься больше всего. То, что ты пытаешься скрыть даже от самого себя.

Невольно я взглянула на гладкую поверхность стола, на которой отражался тусклый свет.

Мне показалось, что я увидела там не своё лицо, а что-то другое.

Искажённое.

Полное ужаса.

Быстро отвела взгляд.

Сердце колотилось в груди, как бешеное.

— Они могут затянуть тебя.

Продолжил Ткач Страхов.

— В свой мир, где твои самые потаённые кошмары обретают плоть. И ты будешь бродить там вечно, пока не забудешь, кто ты есть на самом деле. Или пока кто‑то не вытащит тебя обратно. Но кто захочет вытаскивать того, кто сам выбрал остаться в плену своих страхов?

Я услышала, как Лира тихо всхлипнула.

Сжала её руку в ответ, пытаясь придать хоть какое‑то подобие спокойствия, хотя сама была на грани паники.

Эти истории…

Они были не просто выдумкой.

Они были живыми, проникали в самые тёмные уголки моего разума, пробуждая страхи, о которых я даже не подозревала.

— Но самое страшное.

Голос Ткача Страхов дрогнул, превратившись в зловещий шёпот

— Это когда зеркало не отражает твой страх. Оно показывает… то, кем ты можешь стать. Твоё нутро, вывернутое наизнанку.

— Заткнись уже!

Вырвалось у меня.

Переборщили они через край со своими историями.

Я не выдержала.

Кинулась к мерзкому пауку, готовая размазать его о стену.

Но пальцы сомкнулись в пустоте.

— Голограмма.

Процедила сквозь зубы.

Ощущая, как ярость.

Закипевшая в крови.

Рвётся наружу.

— Они что, ненастоящие?

Пролепетала Лира.

Приблизившись провела рукой сквозь силуэт старухи.

Изображение замерцало, рассыпаясь на пиксели.

— Вот сволочи, напугали до усрачки.

— Джемени, выходи давай!

Рявкнула я в бешенстве.

— Мы сюда не развлекаться пришли.

Дверь с другой стороны открылась, и на пороге возник толстяк.

— Кариэль, восхищён! Прими мои искренние поздравления. Никто ещё не проходил это испытание столь… эффектно.

Из‑за спины Джемени вынырнул Ульрих.

— Согласен! Поздравляю, пупсик!

— Ещё раз так меня назовёшь — язык вырву.

Гнев рвался наружу.

— Как? «Пупсик»? Что, правда не нравится?

Он ухмылялся.

Явно наслаждаясь моей реакцией.

— Тебе конец!

Я бросилась на него.

Обрушив шквал ударов.

Быстрых.

Резких.

Рассчитанных на то, чтобы сбить с толку.

Но дракон оказался достойным противником:

Он играючи отбивал мои атаки.

Уворачивался и контратаковал с пугающей лёгкостью.

Наглая ухмылка не сходила с его лица.

Всё сильнее выбешивая меня.

Мы танцевали в смертельном вальсе.

Кружились.

Меняли позиции.

Наносили удары.

Тут же отскакивали.

Не уступая друг другу ни на йоту.

Прерывистое дыхание.

Стук сердец.

Всё слилось в единый ритм боя.

Неизвестно, сколько бы это продолжалось.

Если бы не Лира:

Оборотень ловко подставила подножку дракону, едва заметным движением зацепив его ногу.

Воспользовавшись моментом.

Я повалила Ульриха на пол.

Обрушилась сверху.

Ловко вывернула ему ногу в захвате.

Дракон взвыл от боли.

— Сдаюсь! Сдаюсь!

Поспешно выкрикнул он.

Я освободила его от своего веса и поднялась с пола с победным видом.

Мы с Лиркой обменялись торжествующими взглядами и ударили по рукам.

Отмечая безупречную слаженность в бою.

Такое взаимопонимание и правда заслуживало аплодисментов.

— Нечестно!

Возмутился Ульрих.

Потирая ногу.

Я лишь пренебрежительно фыркнула в ответ, не удостоив дракона и словом.

Джемени, наблюдавший за схваткой, тихо посмеивался в кулак.

Так они нас проверяли?

В голове завертелся хоровод мыслей.

Сталкиваясь

Путаясь.

Зачем?

И тут же сама себе ответила:

Затем, что за ними тянется шлейф криминала.

Этот дракончик, без сомнения, скользкий тип вне закона.

Как, впрочем, и Джемени.

Типичный дуэт преступников.

Может, стоит отступить, пока не поздно?

«Ерунда!

Осадила себя.

Честным путём мне ничего не удастся добиться».

Привела весомый аргумент.

А мне как воздух необходима защита этого города.

Оборотню тоже.

Лисы не дадут Лирке продыху, будут преследовать до скончания времён.

Решено.

Доверюсь этим акулам.

— Пройдёмте.

Пригласил хозяин заведения, жестом указывая на соседнюю дверь.

На этот раз мы оказались в просторном кабинете, обставленном дорогой мебелью.

Тёмное дерево, кожаные кресла, массивный стол с инкрустацией — всё кричало о статусе и богатстве владельца.

Расположившись в мягких креслах вокруг стола, мужчины неспешно взяли стаканы и сделали по глотку изысканного напитка янтарного цвета.

Я демонстративно поменяла стаканы местами сразу после того, как они отпили из своих.

Их удивлённые взгляды красноречиво говорили о том, что они об этом думают, но мне было совершенно плевать.

Безопасность превыше всего.

Не хватало ещё отравиться и очнуться неизвестно где.

— Итак, о чём ты хотела поговорить, пуп…

Мой испепеляющий взгляд заморозил дракона на полуслове.

— Кариэль.

Поспешно исправился он.

Едва заметно улыбнувшись.

— Хочу задержаться в этом городе, но не представляю, как это сделать.

Прямо сказала я.

— Денег у меня — кот наплакал.

— Кто наплакал?

Не понял Ульрих.

— Зверушка такая.

Отмахнулась я.

— Не отвлекайтесь. Можете помочь?

— Сложно, очень сложно.

Протянул Ульрих.

Задумчиво поглаживая подбородок.

Почему‑то мне показалось, что он набивает себе цену, как старый торгаш на восточном базаре.

— Так что? Можно без особого риска по-быстрому срубить бабла?

Выпалила я.

Двое мужчин замерли, недоумённо переглянувшись.

— Денег заработать!

Пояснила я, закатив глаза.

— Послушай, эльфийка, ты откуда родом? Где так выражаются?

С любопытством спросил дракон.

— Зачем тебе эта информация?

— Хочу посетить этот дивный край.

Усмехнулся Ульрих.

— Может, вернёмся к делам?

Ушла от ответа я.

— Значит, ты твёрдо решила остаться здесь?

Вступил в разговор Джемени.

Откидываясь на спинку кресла.

— Жить здесь хорошо только богачам.

— У меня нет намерения влачить жалкое существование.

Твёрдо заявила я.

В ответ раздался короткий смешок.

— Людским богачам.

Сделал уточнение дракон.

— Эти людишки не считают нас равными себе. Особенно после того, как заполучили артефакт невиданной мощи, способный уничтожить планету.

Вон оно что.

У людей есть аналог бомбы АН602.

По‑простому «Царь‑бомба».

Люди везде одинаковы.

В любом мире.

Заполучили убийственную силу и теперь диктуют условия всем остальным.

— А ты как здесь оказался?

С интересом спросила я, внимательно глядя на Ульриха.

— Гостил, вот как ты сейчас.

Сухо и кратко описал свою незавидную ситуацию дракон.

— Проигрался в пух и прах, теперь отрабатываю долг. Будешь неосторожна, тебя ждёт та же участь. Они любят использовать нас в качестве дешёвой рабочей силы.

— А поподробнее нельзя?

— Хватит тебе и этого

Отрезал он.

— Грубиян.

Фыркнула я.

Мы замолчали на несколько минут.

Каждый погрузился в свои мысли.

Ведь Вольтар зачем‑то отправил меня сюда…

В голове начала вырисовываться неприглядная картина.

Неужели Бешеный решил вот так избавиться от меня?

Надеялся, что я сгину в этом городе высоких технологий?

Ярость вскипела внутри меня.

Не в силах сдержать гнев, я резко вскочила на ноги.

— Убью гада!

Дракон и человек синхронно подскочили вслед за мной, инстинктивно пятясь от меня.

— Кого ты хочешь убить?!

Прошептал Джемени.

Невольно отступая ещё на шаг.

— Не тебя, успокойся.

Сквозь зубы процедила я.

Пытаясь обуздать кипящую злость на выходку Вольтара.

— А кого тогда?

Ульрих с опаской смотрел на меня.

— Надеюсь, не меня?

— Нет.

Коротко ответила я.

Сделала глубокий вдох и постаралась взять себя в руки.

— Фух, сразу полегчало.

Усмехнулся дракон.

Быстро вернув себе нахальный вид.

Совладав со своими эмоциями, я сделала вид, что ничего не произошло.

— Так вы поможете или нет?

Повторила вопрос, глядя прямо в глаза Джемени.

Мужчины снова переглянулись.

Совещаясь без слов.

Первым заговорил Джемени:

— Мы можем предложить тебе работу. Но она… специфическая.

Я нахмурилась.

Специфическая?

Что это значит?

В этом мире всё было специфическим — начиная от говорящих драконов и заканчивая орками.

Чем ещё они могли удивить?

— Что вы имеете в виду?

Спросила я спокойным голосом.

Хотя внутри всё напряглось в ожидании ответа.

Джемени откашлялся.

Ульрих тем временем продолжал молча наблюдать за мной, изучая каждое движение.

— Нужно достать один артефакт.

Наконец произнёс Джемени.

— Очень могущественный артефакт. И, скажем так, не совсем законного.

Я приподняла бровь.

— Незаконно? Любопытно.

Глава 14

— И что это за артефакт?

Спросила я.

— Случайно не атомная бомба?

В моем голосе проскользнул сарказм.

— Бомба?

Переспросил дракон.

Вздёрнув чешуйчатую бровь.

«Вот же, блин»

Промелькнуло в голове.

Всё время говорим на разных языках.

Приходится подбирать слова постоянно.

Бесит!

— Я про артефакт, способный одним щелчком отправить планету в небытие.

Поправилась я.

— Да что ты.

Отмахнулись они почти хором.

— Тут кое-что… поинтереснее... Этот способен… Впрочем, не твоего ума дело. Достань его — и получишь награду, от которой челюсть отвиснет.

— Надо подумать.

Уклончиво ответила я.

Чувствуя, что авантюра попахивает опасностью.

В животе будто завязался тугой узел.

— Думай, думай.

Усмехнулся дракон.

Обнажив ряд идеально белых зубов.

— Почему я?

Решила выжать из них хоть каплю правды.

— Почему именно мне нужно достать этот артефакт?

— Ты свободно перемещаешься по Верхнему городу.

Ответил Джемени, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди.

— Ты тоже.

Я ткнула пальцем в его массивную грудь.

— Не совсем. В некоторые районы мне вход заказан.

— Чего это?

— Его ловили на грязных делишках.

Расхохотался Ульрих.

Хлопнул Джемени по плечу так, что тот чуть не рухнул со стула.

— А ты?

Переключилась я на дракона.

— Разве не можешь сам заняться этим? Думаю, опыта у тебя побольше моего.

— Мне нельзя покидать Нижний город.

Помрачнел Ульрих.

— Но ты же здесь. В Верхнем городе.

— Нелегально. Карточка доступа — фуфло, причём самое дешёвое. Если поймают, будет скандал.

— Понятно.

Протянула я, нервно барабаня пальцами по столешнице.

— А что будет, если меня схватят за кражу этого артефакта?

— Мы поможем тебе убраться из города.

Попытался успокоить меня дракон.

В голосе ни капли сочувствия.

Одна холодная расчётливость.

— Что будет?!

В моём голосе прорезалась сталь.

Я подалась вперёд, глядя ему прямо в глаза.

— Присоединишься к нам до конца своих дней в лучшем случае.

Наконец произнёс он, вперив в меня немигающий взгляд холодных глаз.

На мгновение повисла тяжёлая тишина.

— Может, прогуляемся по Нижнему городу?

Вдруг предложил Ульрих.

Глядя на меня с наглой, вызывающей ухмылкой.

Я взглянула на Лиру, которая слушала нас, не вмешиваясь, но внимательно следя за разговором.

— С удовольствием.

Сказали мы с лисой одновременно.

Кажется, её тоже манил Нижний город, и любопытство разрывало изнутри.

Нужно было хоть одним глазком взглянуть на место, которое, возможно, станет моим последним пристанищем, если я решусь на эту рискованную затею.

— Давайте свои карты.

Произнёс толстячок.

Отвлекая меня от тягостных мыслей.

Не споря, мы отдали свои визы.

Джемени, с ловкостью карточного шулера, подхватил их и спрятал в стол.

Взамен достал другие и протянул нам.

Новые карты напоминали ту, что дракон использовал в Верхнем городе: гладкие, прохладные на ощупь, абсолютно пустые, лишь едва заметные выбитые символы проступали на их поверхности.

Вскоре мы покинули развлекательный центр в сопровождении Ульриха.

Пройдя совсем немного, вошли в неприметное здание и стали спускаться в подвал.

Лестница была узкой, сырой, ступени покрывал липкий налёт.

Внизу нас ждала массивная дверь, внушающая уважение своей прочностью — толстая, бронированная, с массивными петлями.

Приложив большой палец к считывающему устройству, дракон замер в ожидании.

Пиликнуло.

Затем он приложил глаз к сканеру.

Снова пиликнуло.

Достав тонкую иглу, Ульрих проколол палец и капнул кровь на подставленную площадку.

Опять пиликнуло.

— Ты что, каждую часть тела будешь сканировать?

Не выдержала я, съязвив.

— Безопасность превыше всего.

Усмехнулся дракон.

Наконец мы вышли на поверхность.

Вой сирены разорвал воздух так резко, что я вздрогнула и инстинктивно отпрянула назад.

«На территории чужой»

Орал механический голос на всю округу.

Дракон мгновенно начал действовать.

Он указал на панель в стене.

Небольшую.

Почти незаметную среди массивных каменных блоков.

— Сюда.

Коротко бросил он.

Подталкивая нас с Лирой вперёд.

— Прикладывайте карты, быстро!

Мы с оборотнем переглянулись и без лишних слов прижали новые визы к считывающему устройству.

Пальцы слегка дрожали.

То ли от напряжения, то ли от холода, который пробирал до костей после душного подвала.

Секунду ничего не происходило.

Сирена продолжала выть, отдаваясь в ушах болезненным гулом.

Я невольно затаила дыхание, ожидая, что вот-вот из-за угла выскочат сотрудники Вортекса и схватят нас.

Но тут датчик мигнул зелёным, и вой резко оборвался.

Так же внезапно, как начался.

Тишина, наступившая после, показалась почти осязаемой.

Ульрих шумно выдохнул и провёл рукой по лбу.

— Фух, успели.

Он криво усмехнулся.

— Ещё пара секунд — и нас бы уже окружили. В Нижнем городе за несанкционированное перемещение карают жёстко.

Я невольно сглотнула, только сейчас осознав, насколько близко мы были к провалу.

Лира рядом нервно оправила жилетку.

— Точно не попадемся?

Тихо спросила она, оглядываясь по сторонам.

— Главное — быстро действовать.

Отозвался Ульрих.

Жестом приглашая нас следовать за ним.

— Идёмте. Чем дольше стоим на месте, тем выше шанс нарваться на патруль.

Мы двинулись вперёд.

Я смотрела во все глаза, поражаясь контрасту.

Нижний город совсем не походил на Верхний.

десь не было блеска и лоска.

Воздух был густым, пропитанным запахами металла и дыма, с примесью чего‑то кислого и затхлого.

Дома были низкие, приземистые, будто вросшие в землю.

Стены сложены из грубого камня или покрыты ржавеющими металлическими пластинами.

Окна — маленькие, затянутые мутным стеклом или просто заколоченные досками.

Улицы представляли собой утоптанную землю, перемешанную с грязью и обломками.

По ним сновали рабочие всех рас.

Я видела чешуйчатых, идущих с тяжёлыми грузами.

Рядом с ними — орков: их мускулистые тела были покрыты шрамами, а в руках они держали инструменты, которые казались мне неподъемными.

Оборотни в своей человеческой форме двигались с удивительной ловкостью, их глаза внимательно следили за всем вокруг.

Были и мои сородичи — эльфы. Их одежда была в лохмотьях, а руки покрыты мозолями от работы с механизмами.

Грохот молотов, визг металла, утробный гул машин и разноязычная какофония голосов сливались здесь в оглушительный, непрекращающийся вой.

Я смотрела и не могла поверить своим глазам.

Это не труд — это самое настоящее рабство.

Из горла вырвался хриплый, звериный рык.

Лира, стоявшая рядом, тоже не сдержала возмущения и зарычала.

— Значит, все эти создания здесь потому, что проиграли и теперь отрабатывают долг?

Спросила я у дракона с явным сомнением в голосе.

— Не все, конечно, но большинство.

Уклончиво ответил он.

«Если на Этерии всё устроено по тем же грязным правилам, что и на Земле, то, скорее всего, их просто облапошили», — подумала я с горечью.

Азартные игры всегда были любимым средством для привлечения потенциальных жертв.

Мы двинулись по дороге в сторону одноэтажного здания, оказавшегося столовой.

Первое, что бросилось в глаза, — два крохотных эльфёнка, кряхтя и надрываясь, волокли огромный чан, из которого клубился пар.

Женщины хлопотали над плитами, а по залу носилась разношёрстная ребятня — от эльфов до орков и оборотней — ловко расставляя посуду.

Дракончиков среди них не было.

Дело близилось к ужину, и прикрикивающие женщины торопили маленьких работяг.

— Откуда здесь дети?

Лира, с трудом сдерживая клокочущую ярость, опередила меня.

Голос звенел натянутой струной.

— Родились.

Спокойно пояснил Ульрих.

— Многие проводят здесь долгие годы, вот и заводят семьи.

— Это же незаконно!

Рявкнула я, не в силах совладать с собой.

— Содержать осуждённых в таких скотских условиях! Кто вершит суд над этими созданиями? Кто определяет степень их вины?

— Вортекс, кто же ещё? У него безграничная власть.

— Но здесь ведь сплошь иностранцы! Разве расы совсем не заботятся о своих гражданах? Неужели драконам нет дела до своих? До тебя? А эльфам? Где их гордость и величие?

— Хроноград воздвиг непроницаемый заслон, отгородившись от мира. Никто не смеет посягнуть на их владения. Многие недовольны их политикой, но сделать ничего не могут. Эти зазнавшиеся людишки возомнили себя неуязвимыми, плевать они хотели на всех остальных.

— И всё из-за этого проклятого артефакта?

— Да. Источник их силы. Именно из-за него они держат всех на Этерии в страхе.

— Но это же безумие. Если они осмелятся пустить его в ход, то и сами сгорят в его пламени, разве нет?

Прошептала я удивлённо.

— Всё намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Это игра, в которой ставки выше, чем жизни.

Ульрих помрачнел.

— Они верят, что контролируют его. Что смогут обуздать мощь, способную уничтожить всё. Они тешат себя иллюзией власти, а на самом деле сами пляшут под его дудку. Хроноград давно перестал быть оплотом порядка. Он превратился в чудовищный механизм, пожирающий всех ради мнимого величия.

Я почувствовала, как меня начинает трясти.

Бессильная злоба съедала изнутри.

Как можно так хладнокровно обрекать на страдания этих существ?

Как можно закрывать глаза на то, что творится у тебя под носом?

Драконы и эльфы воюют между собой из-за пустяков, а тут безнаказанно порабощают их сородичей одного за другим…

— Почему вы не пользуетесь магией? Пара заклинаний — и вы свободны.

Осенило меня.

Я даже подалась вперёд, охваченная внезапной идеей.

— Самая умная, что ли?

Усмехнулся Ульрих, скрестив руки на груди.

— Здесь колдовать запрещено под страхом смерти. Да даже если захочешь, не получится. Всё блокируется. Купол над городом не даст заклинаниям активироваться.

— Вот же гады!

Вырвалось у меня.

— Брат?

Вдруг прошептала Лира.

Оторопело глядя на входящего в зал лиса.

Он был чуть выше неё, с той же рыжей шерстью и острыми чертами лица — сомнений не оставалось.

Оборотень замер на мгновение, а затем его глаза расширились.

— Лирка?

— Брат!

Лира бросилась обнимать родственника.

— Сколько мы тебя искали! Почему даже весточку не прислал, сволочь?

Она пнула его кулаком в плечо.

В голосе звучала неподдельная злость.

— Как бы я прислал? Здесь нет связи. Нас никуда не пускают.

Оправдывался он, обнимая её в ответ.

В его глазах мелькнула тревога.

— А ты что тут делаешь? Неужели и тебя...

— Нет, нет.

Воскликнула лиса.

— Я не пленница Нижнего города.

Оборотень-брат облегчённо вздохнул.

Я молча наблюдала за неожиданной встречей родственников.

— Как тебе удалось выбраться?

Повернулась я к дракону.

— Джемени поспособствовал.

Ответил Ульрих.

— Он должник нашей семьи. Вольтар однажды здорово ему помог.

— Кто?!

Я резко выпрямилась.

Не веря своим ушам.

— Вольтар, мой отец.

Повторил он, слегка приподняв бровь.

Ошеломлённо глядя на этого типа, я пыталась переварить новость.

Таких совпадений просто не бывает…

— Чёрный дракон, живущий в Астралисе?

Всё‑таки уточнила я.

— Да‑а. Откуда знаешь?

— Встречались. Он в курсе, что ты здесь?

— Конечно, нет. Говорят же тебе, закрытый город. Хоть с виду и не скажешь, но информация из Хронограда ещё ни разу не просочилась наружу. Другие об этом месте знают только то, что показывает верхушка местной власти.

Я в шоке смотрела на дракона, пытаясь осмыслить новую информацию.

Выходит, зря подумала плохо о Вольтаре.

Стало чуточку стыдно.

Я ведь была уверена, что он намеренно отправил меня в это гиблое место, надеясь избавиться.

— Познакомьтесь, Финнбар, мой брат.

Запоздало представила нам Лира своего родственника.

— Кариэль.

Я машинально протянула руку.

Финнбар с удивлением воззрился на неё.

Я взяла его ладонь и, слегка сжав её, отпустила.

— Жест, означающий «рад знакомству.

Пояснила я свои действия.

— Ульрих.

Дракон протянул руку.

Финнбар пожал её.

Надо же, как быстро схватывают.

Усмехнулась про себя я.

Лира неслышно подошла ко мне и опустила руку на плечо.

— Мы должны что‑то сделать.

Прошептала она.

В её глазах я увидела знакомый огонь решимости.

— Нельзя просто так это оставить.

Я молча смотрела на обитателей Этерии.

"Какого черта, я должна вмешиваться в их дела?"

Промелькнула мысль.

"У меня что, своих проблем мало?"

Глава 15

Ульрих молча прошёл к стене и уселся на один из ящиков, задумчиво постукивая пальцем по холодному металлу.

Ритмичный стук эхом отдавался в тесном помещении, подчёркивая гнетущую тишину.

Лира так и застыла на месте, глядя перед собой в одну точку.

Её лицо было бледным, а пальцы слегка дрожали .

Я нарушила тяжёлое молчание:

— Лира, послушай. Я не думаю, что мы сможем помочь всем этим существам. У нас просто не хватит сил.

Лиса подняла на меня взгляд.

В её глазах читалась боль.

На ресницах заблестели слёзы.

— Но мы не можем оставить всё как есть.

Прошептала она.

— Нам нужно выбираться отсюда.

Я понизила голос и огляделась.

— Если в Верхнем городе узнают, что мы тут были, нам очень, очень не поздоровится.

Я постаралась вложить в свои слова максимум убедительности.

Переть против системы целого города…

Да это нужно быть сумасшедшей.

— Ты же хотела остаться здесь и найти работу.

Попыталась поймать меня на слове оборотень.

Её голос дрогнул, но она выдержала мой взгляд.

— Передумала. Нам лучше убраться отсюда и поскорее.

Отрезала я.

Мысли понеслись вперёд, выстраивая новый план.

Покинуть город завтра же.

Но, чёрт, где взять деньги?

Отправляться в опасное путешествие без гроша в кармане было глупо.

Что же делать?

— Ульрих?

Голос прозвучал чуть резче, чем я планировала.

— А где у вас тут банк?

Дракон вскинул брови и медленно повернул голову в мою сторону:

— Чего?

— Где прячут монеты, что забирают у гостей города?

Терпеливо объяснила я, стараясь не выдать нарастающего волнения.

— А, это!

Он слегка расслабился, откинулся на стену и усмехнулся.

— Там же, где и артефакт. В хранилище. А что?

— Ничего.

Я небрежно отмахнулась, погружаясь в вихрь собственных мыслей.

Но Ульрих оказался на редкость упрямым собеседником.

Он пристально смотрел на меня пока я не ответила.

— Хочу ограбить.

Пришлось признаться

— Хочешь обворовать хранилище?!

Взвизгнула Лира.

Её глаза округлились так, будто я предложила уничтожить весь город.

— Что такого?

Я искренне удивилась её реакции.

— Разве нам не нужны деньги?

Ульрих и Лира переглянулись так, словно я только что заговорила на неизвестном языке.

В их взглядах читалось неподдельное недоумение.

— Объясните, я не понимаю!

Я развела руками, чувствуя, как во мне закипает раздражение.

— Реакция у вас такая, будто на Этерии никогда никого не обворовывали. Да здесь и шагу нельзя сделать, чтобы кто‑то что‑то не пытался стащить! Взять хотя бы тебя.

Я ткнула пальцем в Лиру, намекая на нашу первую встречу, когда она чуть не облапошила меня, пока я мирно спала. Если бы не Пушок…

Лира смутилась, но быстро взяла себя в руки:

— Это совсем другое.

Её голос стал твёрже.

— Обокрасть путника — нормально. А вот залезть в хранилище Абсолюта — немыслимо. Это всё равно что украсть у первородного, или верховного правителя, или у Лора.

Я перевела взгляд на Ульриха.

На его лице читалось то же неподдельное изумление, что и у Лиры.

— Это то же самое, что украсть у богов!

Добила меня Лира веским аргументом этого мира.

Я замерла, переваривая услышанное.

В груди закипала странная смесь изумления и азарта — горячая, пьянящая, почти неудержимая.

— И что, никто никогда этого не делал?

Перешла я на шёпот, не в силах до конца осознать эту мысль.

— Не делал.

Ульрих медленно покачал головой, его взгляд был серьёзен.

— Никогда.

Подтвердила Лира.

Они ответили почти в унисон, и в их голосах звучала не просто уверенность — священная непоколебимость.

Как будто я предложила не простое ограбление, а вызов самим законам мироздания.

В голове уже закрутились десятки идей.

Если никто никогда не пытался — значит, я буду первой.

План начал обретать очертания: нужно узнать про слабые места охраны, возможные пути отхода, инструменты, которые понадобятся…

Я выпрямилась, чувствуя, как внутри разгорается огонь решимости.

— Значит, будем первыми.

Произнесла я с улыбкой, в которой смешались вызов и азарт.

— И покажем всем, что невозможное — возможно.

Оборотень тяжко вздохнула.

Дракон покрутил у виска.

А я погрузилась в размышления.

Вскоре подошел Финнбар, отлучавшийся по своим делам.

Лира, обхватив его руку своими, прижалась к брату всем телом.

Она бросила на меня осуждающий взгляд, в котором сквозила и мольба.

Я понимала её чувства, но что я могла сделать?

Я чужачка, законов не знаю, ещё и магия недоступна.

Лезть в пекло, не имея шансов на победу...

— Нам пора возвращаться!

Произнесла я, нарушив тишину.

— Кариэль, пожалуйста!

Взмолилась лиса.

Слезы потекли по ее щекам более интенсивно.

Мое сердце дрогнуло.

Я повернулась к дракону.

— Пойдем поговорим.

Мы отошли в сторону.

— Рассказывай! Ты же не собирался освобождать всех остальных? В твой план это не входило? И что за артефакт я должна украсть?

Дракон усмехнулся.

— Поражаюсь твоей проницательности!

Произнес он восхищенно.

Ульрих не стал скрывать свои планы и рассказал все, ничего не утаивая.

Артефакт, оказывается, был способен скрыть носителя.

И не только от глаз живых, но и от системы.

Вот с его помощью он и хотел покинуть город.

— Магия же запрещена. Как артефакт сработает?

Задала я вполне резонный вопрос.

— Всегда есть исключения.

Усмехнулся дракон.

— Эта штучка как раз и была создана для Абсолюта в обход системы, чтобы он смог покинуть город незаметно в случае опасности.

— А вдвоем?

Спросила я Ульриха.

— Ты имеешь в виду Финнбара?

— Да, мы не можем оставить этого лиса здесь. Лирка мне всю плешь проест.

— Думаю, потянет.

Обнадежил меня дракон.

— Твой отец со мной не расчитается.

Усмехнулась я, уже представляя горы монет.

Ульрих усмехнулся в ответ.

— Слушай, Кариэль, почему мне кажется, что ты не такая злобная и расчетливая, как хочешь показаться?

Ошарашил он меня вопросом.

Я, не найдя что ответить, промолчала.

Мы вернулись к оборотням.

— Все, Лира, уходим. Финнбар, будь готов, скоро ты покинешь это проклятое место.

Произнесла я, не удержавшись от пафоса.

Лира с благодарностью взглянула на меня.

Финнбар кивнул.

А дракон смотрел на меня с искренним удивлением и интересом.

***

Забрав у Джемени свои карты и коротко пересказав, что случилось, мы вернулись в Урбанис-центр.

Спать хотелось так сильно, что ноги подкашивались на каждом шагу.

Не тратя времени на лишние движения, я, даже не раздеваясь, завалилась на кровать — и почти мгновенно отрубилась.

Разбудил меня механический голос, бесстрастный и ровный:

— Госпожа Кариэль, вам письмо.

«Вот же зараза.

Бесчувственная железяка»

Мысленно выругалась я, с трудом разлепив веки.

Тело ныло, будто я пробежала десяток миль без остановки.

Я потянулась, разминая затекшие мышцы.

— Кариэль, проснулась?

Лира сидела в кресле у окна, не спуская с меня глаз.

Её уши чуть подрагивали — верный признак того, что она волнуется.

— Который час? —

Хрипло спросила я.

— День уже

Улыбнулась Лира.

— Неплохо поспала.

Хмыкнула я про себя, вставая с кровати.

Ноги слегка подкашивались, но я упрямо направилась в ванную, по пути растирая лицо ладонями.

После быстрого умывания и пары глубоких вдохов я почувствовала себя чуть живее.

Вернувшись в комнату, я села за стол, куда уже был подан обед, и принялась уплетать горячую кашу с ягодами.

— Ну что там за письмо?

Вспомнила я.

— Вас приглашают посетить одно из самых крутых заведений

Важно проинформировал меня голос.

Я вздрогнула, кажется, началось.

Похоже, нас торжественно приглашают на мероприятие, где собираются превратить в своих рабов.

— Когда?

Все же уточнила я.

— Завтра вечером

Вголосе прозвучала механическая важность.

— За вами прибудет автомобиль к двадцати одному ноль-ноль.

Голос стих.

Мы тоже притихли, переваривая информацию.

Блин, не могли позже пригласить что ли?

Возмутилась я про себя.

Времени оставалось в обрез.

Ладно, прорвемся, постаралась обнадежить саму себя.

— Ну что, чем сегодня займёмся?

Спросила я у Лиры как ни в чем не бывало, отправляя в рот очередную ложку.

Она бросила на меня взгляд, полный негодования, и уже открыла рот, чтобы высказаться — наверняка собиралась напомнить о Финнбаре и наших проблемах.

Но слова так и застыли на губах.

Я поспешно кивнула головой в сторону настенной системы — там мигал индикатор записи.

— Может, сходим развлечёмся?

Сориентировалась она моментально, понизив голос.

— Отличная идея.

Подхватила я.

Стараясь, чтобы это прозвучало непринуждённо.

Вскоре мы шагнули в развлекательный центр Джемени — единственное место, где можно было относительно безопасно обсуждать наши планы.

Сотрудник, предупреждённый о нашем приходе, провёл нас в уже знакомый кабинет.

Джемени на месте не было.

Лира и я опустились на уже знакомый диван и приготовились ждать возращение хозяина.

Глава 16

Вскоре к нам присоединился хозяин заведения.

Его глаза, острые и внимательные, скользнули по нам с Лирой, задержавшись на мгновение на моём лице.

Выслушав мою просьбу, он кивнул:

— Сделаем.

Произнёс важно, но без пафоса, так, что сразу становилось ясно: слово будет сдержано.

Затем, не теряя времени, Джемени подошёл к встроенному в стену терминалу и нажал на скрытую кнопку.

— Грин, подготовь карту для входа в архивы Хронограда.

Отдал он приказ ровным, деловым тоном.

Секунду спустя из динамика раздался мужской голос, слегка искажённый помехами:

— Но босс, я смогу сделать только доступ восьмого уровня.

Джемени повернулся ко мне, вопросительно приподняв бровь.

Я кивнула:

— Восьмой уровень подойдёт.

— Разумный подход.

Одобрительно усмехнулся Джемени.

— В архивах даже на нижних уровнях можно найти любопытные зацепки. Главное — знать, куда смотреть.

На то, что удастся проникнуть в тайны государственной важности, я и не надеялась.

А вот узнать побольше об этом городишке — как раз то, что нужно.

Мы покинули кабинет и направились вниз по лестнице — узкой, винтовой, со ступенями, слегка прогнутыми от времени.

С каждым шагом воздух становился прохладнее.

Гул — отчётливее.

Джемени привёл нас в помещение, напоминающее центр управления: повсюду стояли мониторы, выстроенные в несколько ярусов, и каждый транслировал свою картинку.

На одном экране кто-то взбирался на заснеженную гору.

На другом — яхта рассекала волны под палящим солнцем.

Третий показывал оживлённую улицу мегаполиса.

Четвёртый — пустынную дорогу с одинокой фигурой на горизонте.

Лира замерла на пороге, её глаза расширились от изумления.

— Что это за место?

Шёпотом спросила она.

— Это «Глаз моего заведения»

Ответил Джемени, проходя к центральному пульту.

— Сеть наблюдения. Здесь мы видим всё, что происходит с нашими посетителями.

— Разве это законно?

Спросила лиса.

— А кто об этом узнает?

Усмехнулся Джемени.

— Ваша карта готова.

Прозвучал голос Грина.

— Держите.

Он протянул её мне.

— Восьмой уровень. Доступ к открытым архивам, историческим записям, городским хроникам. Там много всего — от легенд до отчётов о строительстве.

Я взяла карту. Она слегка вибрировала в ладони, будто живая.

— Спасибо.

Сказала я.

— Вот, садись сюда.

Помощник Джемени указал на один из высоких эргономичных стульев перед широким монитором с изогнутым экраном.

Я села, ощущая, как сиденье подстраивается под меня.

Грин ловко вставил карту в слот у основания экрана.

Раздался короткий писк, и по поверхности монитора пробежала волна голубых искр.

Он ввёл пароль.

Пальцы летали по виртуальной клавиатуре с отработанной точностью.

На экране высветился значок замка, который тут же распался на фрагменты, уступая место интерфейсу архива.

Перед глазами замелькали строчки: списки, каталоги, даты, названия разделов.

«Хроника основания Хронограда (официальная версия)»

«Отчёты о строительстве защитных барьеров, 327–341 гг.»

«Легенды Старого Квартала»

«Переписи населения, сводные данные»

«Хроники стихийных бедствий и аномалий»

— Можете изучать.

Произнёс Грин, отступая на шаг.

— Система интуитивно понятна, навигация по каталогам — через ключевые слова или хронологию. Если что‑то понадобится — зовите.

Он вернулся к своему рабочему месту у соседней панели, где мерцали графики и схемы, и углубился в работу, оставив меня наедине с архивом.

Я глубоко вдохнула.

Сосредоточилась.

И коснулась экрана, выбирая первый раздел.

«Легенды Старого Квартала».

Пальцы слегка дрожали от волнения.

Каждая строчка могла стать ключом — к прошлому города, к его тайнам, а может, и к нашему будущему.

Монитор засветился ярче, и на экране появилась первая запись:

«В год, когда время впервые дало трещину, основали город на стыке миров. Назвали его Хроноградом — в память о битве за время…»

Я подалась вперёд, забыв обо всём вокруг.

Лира, стоявшая у меня за спиной, тихо выдохнула:

— Читай дальше…

Я жадно впилась взглядом в текст, боясь упустить хоть слово.

Легенда рассказывала о событиях, когда само время было нестабильно: разломы зияли в ткани мироздания, а временные потоки сталкивались, порождая катастрофы. Хроноград был построен как оплот, как последняя надежда на сохранение целостности мира, как маяк, указывающий стабильную временную линию. Его возвели на стыке измерений — там, где хаос уступал место порядку.

Запись обрывалась на полуслове.

Сменяясь другой, более поздней.

В ней говорилось о загадочном артефакте, способном контролировать время, спрятанном где‑то в городе.

Артефакт якобы был создан эльфами — древним народом, постигшим тайны хроно‑магии. Он предназначался для защиты от временных аномалий и поддержания баланса между мирами. Его назвали «Сердцем Хроноса».

Я замерла, осознавая услышанное.

Вот и разгадка названия города.

Значит, в Хронограде гораздо больше магии, чем показалось на первый взгляд.

Но как им удалось достичь таких высоких технологий?

Мысли перескакивали с одной на другую.

Эльфы и люди, магия и наука, древнее волшебство и современные механизмы…

Как это могло соединиться в одном месте?

Лира, стоявшая рядом, наклонилась ближе:

— «Сердце Хроноса»… Звучит опасно.

— И могущественно.

Добавила я, чувствуя, как внутри разгорается любопытство.

Я снова погрузилась в изучение данных.

Пальцы скользили по экрану, открывая всё новые и новые записи.

За монитором я провела несколько часов, не отрываясь. Хроноград оказался удивительным городом.

Местом, где магия и нанотехнологии не просто соседствовали, а тесно переплелись, дополняя друг друга.

Никогда ещё человечество не достигало таких высот.

Здесь научились кодировать заклинания в чипы, встраивать защитные руны в микросхемы, создавать системы, которые одновременно работали на энергии магии и электричества.

Но, как это часто бывает.

Люди возомнили себя хозяевами планеты.

Постепенно верхушка города погрязла в жадности и властолюбии.

А когда к ним в руки попал артефакт невиданной мощности, созданный одним эксцентричным эльфом, также жаждущим власти, но упустившим своё творение из‑под контроля, — они совсем обнаглели.

Город практически закрыли для посторонних.

Лишь одиноких путников пускали внутрь — и то с хитроумными условиями.

Обманом делали их должниками, запутывали в сетях ложных обязательств и превращали чуть ли не в рабов, заставляя отрабатывать выдуманный долг в Нижнем городе.

Об этом знали все жители города.

Власти не скрывали этот факт — он был частью городской биографии, словно высечен на гранитных плитах ворот Вортекса.

И никто с этим не боролся, воспринимали как должное.

Будто так и должно быть: сильные наживаются на слабых.

А система исправно перемалывает судьбы.

Я почувствовала, как в груди закипает гнев — горячий, жгучий, почти осязаемый.

Он поднимался из глубины, обжигая горло, заставляя пальцы непроизвольно сжиматься.

«Но ты не сможешь спасти всех»

Подал голос разум внутри меня, холодный и трезвый.

«Тебе не хватит сил справиться с системой, которая уже много лет работает бесперебойно.

Она как гигантский механизм: шестерни вращаются, колёса крутятся, и одно‑единственное препятствие её не остановит».

Я застыла, пальцы на мгновение замерли над экраном монитора.

Экран мерцал, отображая сухие строки отчётов о «трудовых контрактах» и «компенсационных выплатах» — эвфемизмы, за которыми скрывалось рабство.

Жалость затопила сознание.

Тяжёлая.

Давящая.

почти удушающая.

Драконы.

Эльфы.

оборотни.

орки…

Жители Этерии, которые были сильнее, выносливее людей, обладали магией.

И всё равно попали в ловушку к людям.

Мне вдруг захотелось помочь им — каждому, кто оказался в этой западне.

«Но мне не выстоять против всех»

Зашептала внутренняя логика.

Вкрадчиво.

Настойчиво.

«Против стражи Вортекса, против верхушки Хронограда

Против этой проклятой системы с её артефактами и барьерами.

Скорее всего, я погибну…

Или сама стану жительницей Нижнего города.

Завязну в их долгах.

Потеряю свободу.

Растворюсь в серой массе тех, кого хочу спасти».

Черт!

Я резко откинулась на спинку стула, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

Боль отрезвила.

Вернула в реальность.

Резкую, холодную, беспощадную.

Я утвердилась окончательно в первоначальном своём плане.

«Нужно уносить отсюда ноги и поскорее»

Билась в висках единственная здравая мысль.

«Постараюсь освободить дракона и лиса, а они уже пускай сами с ними разбираются после.

Зачем мне лезть в это дело?

Я не обязана спасать весь мир.

У меня своя жизнь, свои цели…

Умыкну денежки и свалю!»

— Кариэль?

Тихий голос Лиры прорвался сквозь вихрь мыслей.

Она стояла рядом, внимательно вглядываясь в моё лицо.

Её уши чуть подрагивали, улавливая малейшие изменения в моём состоянии, а глаза, большие и голубые, смотрели с тревогой.

— Что с тобой? Ты вдруг побледнела.

Я моргнула, пытаясь собраться с мыслями.

В груди бушевала буря: страх холодными иглами впивался в сердце, отчаяние тянуло вниз, а инстинкт самосохранения просто визжал.

Оглушая меня.

Затмевая всё остальное.

— Ничего.

Коротко ответила я, резко вставая со стула.

Спину распрямила, подбородок подняла.

Решение принято!

Больше никаких сомнений.

Никаких благородных порывов, которые ведут прямиком в ловушку.

Я стремительно покинула помещение, практически вылетела за дверь.

Лира бежала за мной, едва поспевая за моими шагами.

— Спасибо, Джемени!

Бросила я на ходу, даже не оборачиваясь.

Хозяин заведения лишь кивнул.

Его взгляд, проницательный и понимающий, кажется, уловил больше, чем я сказала вслух.

Мы выскочили на улицу.

Поздний вечер окутал город мягким сумраком.

Фонари зажигались один за другим, отбрасывая дрожащие пятна света на мостовую. Жёлтые круги от света смешивались с синевой наступающих сумерек, создавая причудливую мозаику теней.

Я остановилась на мгновение и вздохнула полной грудью.

Воздух был прохладным.

Он немного успокоил, остудил пылающие мысли.

Перед глазами мелькали строки прочитанного.

"Черт! Черт! Черт!"

Снова выругалась я про себя.

Последняя деталь особенно шокировала.

Никто не смог выбраться из Нижнего города!

Эта мысль ударила, как молот.

Никто.

Ни один.

За всё время существования этой системы.

***

Через час встретились с Ульрихом и Финнбаром.

— Нужно поторопиться.

Произнесла я, выпрямляясь.

Чувствуя, как внутри закипает решимость.

— У тебя есть карта здания, в которое нужно проникнуть? Мы сможем пройти?

— Да, Джемени всё подготовил.

Ульрих достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист и аккуратно развернул его на столе.

Линии коридоров, отметки камер, посты охраны — всё было прорисовано с педантичной точностью. —

Здесь отмечены слепые зоны, вентиляционные шахты и даже тайный ход, о котором знают лишь избранные.

— Сегодня ночью нагрянем в хранилище!

Подвела я итог нашим планам твёрдым голосом, не допуская сомнений.

— Подберёмся с той стороны, где меньше всего ждут.

Я села на диван и погрузилась в раздумья.

Артефакт, что так жаждет получить дракон, поможет ему покинуть город .

Сделает невидимым как для глаз людей, так и для считывания системы.

Да, вдвоём с Финнбаром они смогут пройти незамеченными…

Только бы всё прошло по плану, взмолилась я про себя.

«И как меня угораздило вляпаться по самые свои новоприобретённые эльфячьи уши?»

Мысленно вздохнула я.

Потирая висок.

Я положила руку на пояс, где хранились артефакты, принадлежавшие эльфийке.

Только бы не потерять их?

Уверена, что они увеличивают мощь магии эльфийки.

Не зря же их никто не может снять, кроме неё…

То есть меня.

Как только выберусь из города, тут же надену их, думаю, это поможет уйти от погони.

То, что за нами бросятся вдогонку, я не сомневалась.

Если мир узнает о злодеяниях Хронограда, в стороне не останется никто.

Время неумолимо мчалось вперед.

Ближе к полуночи мы засобирались.

Выпросив у хозяина заведения несколько вместительных, но компактных сумок для монеток, что собиралась умыкнуть из хранилища, положила их в свою котомку.

Дракон с Лирой и Финнбаром глянули на меня исподлобья, но промолчали.

Мы покинули развлекательное заведение.

Ночной город встретил нас прохладой и тишиной — улицы были пусты, лишь редкие патрули мелькали вдалеке.

Фонари отбрасывали дрожащие пятна света.

Тени казались гуще обычного.

Дракон повёл нас в сторону центра города, туда, где возвышался «белый дом»

Сердце местной власти.

Цитадель Вортекса.

Окна здания светились холодным голубым светом.

Над крышей кружили дроны-наблюдатели.

— Вот он.

Тихо произнёс Ульрих, указывая на массивное строение.

— Там, за этими стенами, находится хранилище.

Глава 17

Я сглотнула.

Невольно сжимая кулаки.

Здание выглядело неприступным.

Гладкие стены без единого выступа.

Узкие окна-бойницы.

Автоматические турели на крыше, которые медленно поворачивались, сканируя пространство.

— И как мы туда попадём?

Шёпотом спросила Лира, прижимаясь к брату.

Ульрих усмехнулся, доставая карту:

— Через вентиляцию. Вот здесь.

Он ткнул пальцем в точку на схеме.

— проходит главная шахта. Она ведёт прямо в хранилище. Охрана её игнорирует — слишком узкая, по их мнению, чтобы кто-то смог пролезть. Но для вас — в самый раз.

— А датчики?

Уточнила я.

— Наверняка всё напичкано сенсорами.

— У меня есть глушилка.

Дракон протянул мне небольшой блестящий круглый предмет с кнопкой посередине.

— На пять минут полного подавления сигнала. Этого хватит, чтобы пробраться внутрь и забрать артефакт.

Финнбар, до этого молчавший, вдруг поднял руку:

— Постойте. А что, если нас уже ждут? Вдруг они знают о нашем плане?

На мгновение повисла тяжёлая тишина.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Не исключено.

Признала я.

— Но отступать поздно. Мы слишком далеко зашли.

Ульрих кивнул:

— Верно. К тому же Джемени подтвердил: сегодня ночная смена состоит наполовину из новеньких. У нас есть шанс.

Мы двинулись вдоль боковой стены здания, стараясь держаться в тени.

Воздух наполнился запахом озона — где-то рядом работали мощные генераторы.

Дроны кружили над головой, но пока не обращали на нас внимания.

— Здесь.

Прошептал Ульрих, останавливаясь у неприметного люка в стене.

— Вентиляция.

Он достал инструмент, быстро вскрыл замок и отодвинул решётку. Внутри зияла тёмная шахта, пахнущая пылью и металлом.

— Кариэль идёт первая.

Сказал дракон.

— За ней Лира. Мы с Финнбаром вас подстрахуем здесь.

Я кивнула, проверяя снаряжение.

Пальцы скользнули по рукояти кинжала, коснулись мешочка с дымовыми шашками, нащупали прохладный бок глушилки. В сумке тихо позвякивали заранее подготовленные сумки для добычи — звук получился едва уловимым, но в тишине ночи он показался оглушительным.

Одна за другой мы скользнули в шахту.

Я включила миниатюрный фонарь, отбрасывающий тусклый зелёный свет.

Он едва пробивал тьму, выхватывая из неё ржавые скобы и маслянистые потёки.

Стены дрожали от гула работающих механизмов, а воздух становился всё горячее по мере продвижения.

Похоже, мы шли параллельно какому-то энергетическому каналу.

Вдруг впереди раздался резкий сигнал.

пронзительный.

Режущий слух.

— Тревога!

Прошипела Лира, вжимая голову в плечи.

— Нас засекли!

Не раздумывая.

Я активировала глушилку.

Мерцающий купол накрыл нас.

И сигналы тревоги стихли.

— Быстрее!

Рявкнула я.

— У нас пять минут!

Мы рванули вперёд.

Шахта резко повернула, и впереди замаячил свет — неяркий, пульсирующий.

Ещё рывок — и мы вывалились в помещение, напоминающее земные музеи, где хранились бесценные сокровища.

Высокие стеллажи с артефактами, стеклянные витрины с реликвиями, полки с древними свитками — всё это меня мало интересовало.

Оглядевшись по сторонам.

Заметила в углу отсеки с монетами — аккуратно рассортированные по номиналу и сплавам.

Среди них блестели диски из звёздного серебра, ценившегося на Этерии выше всех остальных.

Не теряя времени, я выхватила одну из сумок и принялась заполнять её монетами.

Металл приятно холодил пальцы, а вес обещал безбедное будущее.

Повернувшись к Лире, которая застыла посреди комнаты.

Разглядывая всё вокруг с открытым ртом.

Я резко бросила:

— Найди артефакт!

Та вздрогнула, очнувшись.

Бросилась читать названия на табличках.

Лихорадочно перебирая ящики.

Вскоре она нашла нужный артефакт.

Небольшой кристалл в форме капли.

Мерцающий мягким голубым светом.

— Кариэль, уходим. Он у меня.

Сказала Лира, прижимая к себе бесценную вещь.

— Да-да, идём.

Пробурчала я, заполняя уже вторую сумку.

Каждая монета казалась весомым аргументом в пользу нашего будущего.

Покинули хранилище так же, как попали туда.

Через вентиляцию.

Прошло уже три с половиной минуты.

Время было на исходе.

Тяжёлые сумки тормозили и без того трудное движение, заставляя мышцы гореть от напряжения.

— Брось их!

Зашипела Лира.

Бросив на меня злой взгляд.

— Мы не успеем!

— И не подумаю.

Буркнула я в ответ и ускорилась.

Цепляясь за скобы с удвоенной решимостью.

Мы успели.

У нас в запасе было ещё двадцать секунд.

Вывалившись наружу, я встала, с недоумением оглядываясь по сторонам.

Где же Ульрих и Финнбар?

Пронеслось в голове.

Лира встала рядом, так же обшаривая местность взглядом и не находя наших подельников.

Вдруг вспыхнул яркий свет.

Ослепив меня.

Я зажмурилась, прикрываясь рукой.

Сердце вздрогнуло от неожиданности и застучало как бешеное, отдаваясь в висках тяжёлым стуком.

— Сдавайтесь! Вы окружены, сопротивление бесполезно!

Донёсся до меня приказ, усиленный ретранслятором.

Голос эхом разлетелся по площади, заставляя кровь стынуть в жилах.

Лира тихо выругалась и прижалась ко мне, её пальцы судорожно сжали мою руку.

Я сглотнула.

Пытаясь унять дрожь в коленях.

И медленно повернулась на звук голоса.

В свете прожекторов вырисовывались силуэты стражников.

Не меньше двух десятков.

Все в полном боевом облачении.

Их доспехи мерцали защитным полем, а в руках сверкали парализаторы и боевые жезлы.

За их спинами кружили дроны, фиксируя каждое наше движение.

В шоке я смотрела на окружающее.

А в голове билась одна мысль:

«Это конец!»

***

Нас взяли под стражу и бросили в камеру.

Лиру и меня — в одну.

Мужчин — в другую.

— Что теперь будет?

Прошептала лиса.

Она сидела, сжавшись в углу, бледная, с трясущимися руками.

Взгляд был полон ужаса и отчаяния — будто она уже видела перед собой решётку пожизненного заключения.

— Лира, успокойся!

Резко прикрикнула я на неё.

Не хватало только, чтобы она от страха впала в оцепенение.

— Паника нам не поможет. Давай думать, как выбираться.

Я обхватила голову руками и потёрла виски, пытаясь унять пульсирующую боль.

Мысли метались, сталкивались друг с другом, раздирая сознание на части.

От массажа стало немного легче.

Я опустила руки на пояс и вдруг вспомнила про артефакты, что припрятала там.

Губы невольно растянулись в усмешке.

Вручную нас не обыскивали.

Только просканировали.

Диадему, колье и кольцо не заметили.

Интересно, почему?

Видимо, система несовершенна.

И никогда не заменит живых стражей.

С их чутьём и опытом.

Больше не раздумывая, я достала эльфийские украшения и надела их одно за другим.

Диадема легла на волосы, мягко заискрилась.

Колье обхватило шею.

Кольцо скользнуло на палец.

Теперь никто не сможет их снять — артефакты привязаны ко мне магически.

Втайне я понадеялась, что это натолкнёт местные власти задуматься.

Прежде чем вынести мне приговор.

Если мои догадки верны.

То я — Наарит, эльфийская принцесса.

Какими бы безумными ни были эти люди.

Вряд ли они рискнут убить представительницу древнего рода.

Особенно если поймут, с кем имеют дело.

Лира смотрела на мои манипуляции с широко раскрытыми глазами.

— Подстраховываюсь.

Коротко объяснила я.

— Если они поймут, кто я, возможно, станут осторожнее. А пока… Пока мы просто пленницы.

Оборотень приоткрыла рот.

Хотела что-то сказать.

Но в этот момент дверь камеры распахнулась.

Двое стражников в тёмно-синей форме шагнули внутрь.

— Встать!

Рявкнул один из них.

— Ты

Он ткнул пальцем в мою сторону.

— Идёшь с нами.

Я медленно поднялась, стараясь не выдать волнения.

Лира схватила меня за руку.

— Будь осторожна.

Одними губами прошептала она.

— Не волнуйся.

Я слегка сжала её пальцы в ответ.

Стражники грубо подхватили меня под локти и потащили по коридору.

Я шла, стараясь запомнить дорогу: повороты, входы, выходы, отмечать знаки на стенах.

Каждая деталь могла пригодиться.

Меня притащили в комнату совершенно безликую.

Белые стены.

Такой же стол.

Стулья.

Всё сливалось.

Было холодным и невзрачным.

Будто намеренно.

Лишённым индивидуальности.

Здесь не было ни часов.

Ни окон.

Ни даже тени намёка на декор.

Только стерильная пустота.

Призванная подавить волю допрашиваемого.

На одном из стульев сидел человек в серой одежде.

Его лицо было невыразительным, таким же безликим, как и комната вокруг.

Увидев меня, он чуть приподнял бровь.

На его лице промелькнуло удивление.

И тут же исчезло.

Я села напротив и сложила руки на столе перед собой, стараясь выглядеть спокойной.

Но пальцы невольно сжались.

Ногти слегка впились в кожу ладони.

Единственный признак того, что внутри меня всё дрожит.

Допрос начался.

— Имя.

Коротко бросил следователь, не поднимая глаз от планшета.

— Кариэль.

Ответила я чётко.

Голос не дрогнул.

Он откинулся на спинку стула, изучающе посмотрел на меня.

В его взгляде не было ни враждебности, ни любопытства.

Только холодная расчётливость.

Похоже, он оценивал не живое существо.

А некий объект.

— И что же эльфийка, гостья Хронограда, делала в государственной части города?

— Гуляла.

Просто ответила я.

— В компании преступных личностей?

— Никаких преступных личностей я знать не знаю.

Следователь хмыкнул.

Провёл рукой по планшету.

Плавным, отточенным движением.

И прямо передо мной возникла голограмма.

Чёткая.

Объёмная.

Я и Лира стоим, окружённые людьми Вортекса, ослеплённые ярким светом.

В моей руке — сумки с монетами.

Лира прижимает артефакт к груди.

Изображение замерло на моменте, когда я бросаю дымовую шашку — в воздухе уже клубится серое облако.

— Зачем вам артефакт невидимости?!

Вдруг рявкнул дознаватель.

Резко подавшись вперёд.

Его голос зазвучал жёстко, почти яростно.

— Что вы задумали? Убить Абсолюта?

Я вздрогнула.

Но сумела быстро взять себя в руки.

Внутри всё похолодело.

Политическая статья.

Они что, решили обвинить нас в государственной измене?

Хуже не придумаешь.

— Эй-эй, ну и разогнался.

Поспешила я откреститься от такого обвинения.

Стараясь говорить легко.

Почти насмешливо.

— Что за нелепые предположения? На фига мне ваш городовой?

Я позволила себе лёгкую усмешку.

Следователь прищурился.

Его пальцы замерли над планшетом.

— Не стоит играть со мной, эльфийка.

Произнёс он тише, но с явной угрозой.

— У нас есть записи с дронов, показания свидетелей, данные сканирования. Ты была там. И не просто гуляла. Ты украла артефакт!

Вдруг в комнату зашёл ещё один человек.

Он был ниже ростом.

С седыми висками и цепким, изучающим взглядом.

Одет в тот же серый костюм, что и следователь.

Видимо, эксперт или аналитик.

Он с интересом уставился на меня.

Точнее, не меня, а украшения на мне: диадему, колье и кольцо.

Сверяя данные с планшетом в руке.

Хмурил брови.

Что-то бормотал себе под нос.

Затем подошёл ко мне вплотную и, не говоря ни слова, попытался снять диадему.

Его пальцы скользнули по металлу, дёрнули.

Но артефакт даже не шелохнулся.

— Ты чего творишь?

Вскричала я, вскакивая со стула и делая шаг назад.

— Не смей трогать!

— И правда не снимается.

Пробурчал он себе под нос, будто и не слышал моих слов.

Его глаза загорелись азартом исследователя.

— Ни магнитного захвата, ни механического крепления… Только магическая привязка, которая не ослабла даже в Хронограде.

Он обернулся к следователю, который всё это время молча наблюдал за происходящим.

— Это и правда не просто украшения.

Произнёс эксперт отчётливо, с нажимом.

— Это могущественные именные артефакты правящего рода. А эта эльфийка — Наарит Иллюминэль. Наследница Дома Вечной Росы.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

У следователя медленно расширились глаза.

Его лицо на мгновение потеряло привычную маску безразличия.

Он переглянулся с экспертом.

И оба принялись быстро строчить что-то в своих устройствах.

Видимо, вносили изменения в протокол.

Отправляли запросы наверх.

Я невольно выдохнула с облегчением.

Мои расчёты оправдались.

Теперь, когда они знают, кто я, не посмеют причинить мне серьёзный вред.

Думаю, дипломатический инцидент с эльфами.

Последнее, что нужно этим людям.

Но в голове роились вопросы.

Если погибшая эльфийка и правда принцесса?

Как она оказалась в плену у драконов?

Разве её не должны были охранять?

Беречь?

Сопровождать маги и стражи?

Почему она не воспользовалась собственной магией, чтобы спастись?

И почему Терранус не выяснил, кто она, то есть я такая?

Люди вон как быстро сориентировались.

Если бы этот Архонт потрудился узнать, с кем имеет дело...

Возможно, эльфийка осталась бы жива.

Столько вопросов.

И ни одного ответа.

Если эльфы узнают, что драконы убили их Наарит... мира точно не видать.

Следователь наконец отложил планшет и посмотрел на меня уже иначе.

Не как на подозреваемую.

А как на фигуру на шахматной доске.

Ход которой может изменить всю партию.

— Значит, Наарит Иллюминэль.

Произнёс он медленно.

Взвешивая каждое слово.

— И что же наследница Дома Вечной Росы забыла в запретной части города, да ещё и в компании преступников?

Я выпрямилась.

Расправила плечи.

Стараясь выглядеть достойно.

Теперь моя сила — не в хитрости.

В статусе.

— Я путешествовала.

Ответила я твёрдо.

— Изучала мир за пределами Леса. А те, кого вы называете преступниками, были моими проводниками. Они не знали, кто я.

Эксперт хмыкнул, но ничего не сказал.

Следователь же откинулся на спинку стула, постукивая пальцами по столу.

— Путешествовала, значит.

Повторил он.

— Без сопровождения, без охраны… Любопытно. Очень любопытно.

Игра затягивалась.

Они знали, что я вру.

Я знала, что они знают.

Но все делали хорошую мину при плохой игре.

Он снова взглянул на артефакты.

На диадему, мерцающую мягким светом.

На колье, обвивающее шею.

На кольцо, плотно сидящее на пальце.

В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

Или, может, страх.

— Что ж.

Наконец произнёс следователь.

— В таком случае нам придётся пересмотреть условия вашего содержания. Пока ждём подтверждения от эльфийских властей… вы будете переведены в гостевые покои.

Я сдержала улыбку.

Первый раунд остался за мной.

Глава 18

— Проводите ее в гостевые покои на третьем уровне.

Отдал распоряжение следователь стражникам, всё ещё не сводя с меня взгляда.

— Обеспечьте достойные условия. И… никаких досмотров.

Двое охранников почтительно склонили головы.

Один из них сделал жест — приглашающий, но не приказной.

— Прошу вас, госпожа.

Произнёс он сдержанно.

Я кивнула и направилась к двери, стараясь не выдать ликования.

Но стоило мне выйти в коридор, как напряжение последних часов дало о себе знать: ладони вспотели, в висках застучала кровь.

Я глубоко вдохнула, выравнивая дыхание.

По пути я невольно отмечала перемены.

Стражники, которые ещё недавно толкали меня и грубо хватали за руки, теперь держались на почтительном расстоянии.

Охранники у постов выпрямлялись при моём приближении, бросали короткие взгляды на артефакты.

Даже воздух, казалось, стал чище — будто сам статус принцессы очистил его от тюремной затхлости.

Гостевые покои оказались просторной комнатой с высоким потолком и узким окном, забранным решёткой.

Но на этом сходство с камерой заканчивалось.

Здесь были мягкие ковры, удобная кровать с шёлковым покрывалом, столик с фруктами и кувшин прохладной воды. У стены стоял шкаф с чистой одеждой.

— Если вам что-то понадобится, нажмите вот эту кнопку.

Указал один из стражников на небольшой кристалл у двери.

— К вам сразу придёт слуга.

— Благодарю.

Сдержанно ответила я.

Как только дверь за ними закрылась, я подошла к окну.

Решётка всё ещё была на месте, но теперь она казалась скорее формальностью.

Я прижалась лбом к прохладному стеклу, глядя на город внизу.

Радость была недолгой.

Вопросы, терзавшие меня в допросной, вернулись с новой силой.

Если погибшая эльфийка и правда была Наарит Эллюминэль, почему её не спасли?

И главное — почему драконы, поймавшие её, не поняли, с кем имеют дело?

Я подошла к столу, взяла яблоко, но тут же отложила его — есть не хотелось.

Вместо этого я села на край кровати и коснулась кольца на пальце. Оно слегка пульсировало, отзываясь на моё волнение.

«Кто ты, Наарит? — мысленно обратилась я к той, чьё имя теперь носила. — И что с тобой случилось?»

Страх стал закрадываться в сознание — холодный, липкий, обвивающий сердце. Если раньше я не очень задумывалась о той, чьё тело заняла, то теперь…

Всё менялось слишком быстро.

Я могла обмануть тех, кто не знал принцессу в лицо.

Но как я обману Верховного правителя эльфов?

А мать Наарит?

Она наверняка помнит каждую чёрточку лица дочери, каждый жест, каждую интонацию голоса.

Чёрт, кажется, стремясь спастись от одной беды, я вляпалась в другую — куда более опасную.

«Надо бы узнать, что с Лирой и Ульрихом», — перескочила я на другую мысль, пытаясь ухватиться за что-то знакомое, реальное.

Но тревога не отпускала.

Снова невольно вернулась к артефактам.

Почему они приняли меня?

Разве такие привязки — древние, родовые — не почувствовали бы, что душа Наарит Эллюминэль отлетела, покинула тело?

Они должны были отвергнуть чужака, а вместо этого…

Диадема мягко мерцает, колье греет кожу, кольцо пульсирует в такт моему пульсу.

Я подошла к зеркалу в резной раме.

Вгляделась в отражение.

Тонкие черты лица, светлые волосы, глаза цвета лесной тени — всё это принадлежало Наарит.

Но что-то в выражении, в глубине взгляда выдавало меня.

Я не она.

И если явится кто-то достаточно проницательный, он это заметит…

В голове всплыли обрывки воспоминаний — не моих.

Мимолётные образы: светлый зал с витражными окнами, запах цветущих экзотических цветов, мягкий голос, шепчущий заклинание.

Чьи это воспоминания?

Отголоски прежней хозяйки тела?

Раздался осторожный стук в дверь.

Я вздрогнула, резко отвернулась от зеркала.

— Войдите.

Мой голос прозвучал ровнее, чем я ожидала.

Вошёл слуга с подносом — чай, свежие булочки, мёд в хрустальной чаше.

Он поставил всё на столик, поклонился и уже собрался выйти, но вдруг замер.

— Госпожа.

Тихо произнёс он, не поднимая глаз.

— Если вам что-то нужно… или если вы ищете кого-то… скажите. Я могу помочь.

— Что ты имеешь в виду?

Я насторожилась.

Он поднял взгляд.

— Вам привет от Джемени.

Прошептал слуга едва слышно.

— И я знаю, где держат ваших друзей.

Моё сердце пропустило удар.

Лира, Финнбар, Ульрих.

Живы?

В безопасности?

— Говори.

Приказала я, стараясь не выдать волнения.

Слуга сделал шаг ближе, понизил голос ещё ниже:

— Меня зовут Эрион. Лира в тюремном блоке «Г», Ульрих — в допросной на пятом уровне. Финнбар там же, только на четвёртом уровне.

— А я где?

— Вы на девятом.

— Скажи, что их ждёт? Какое наказание?

Я затаила дыхание, ожидая ответа.

— Смерть.

Прошептал он.

Я вздрогнула.

Сердце замерло, а в груди будто образовалась ледяная пустота.

Смерть?

Смерть?!

— С ними долго церемониться не будут.

Продолжил Эрион, и в его голосе прозвучала неподдельная горечь.

— Скорее всего, завтра приговор приведут в исполнение. Публично, чтобы другим неповадно было.

Мир вокруг покачнулся.

Стены комнаты поплыли перед глазами, воздух стал густым и тяжёлым.

Мне стало плохо, и я пошатнулась.

Слуга подхватил меня под руку — вовремя, иначе я свалилась бы на пол.

Он усадил меня на кровать, его пальцы на мгновение сжались на моём локте, передавая едва ощутимую поддержку.

— Госпожа, выпейте воды.

Он протянул мне стакан, который наполнил прохладной водой.

Я взяла дрожащей рукой и сделала несколько глотков.

Холодная вода вернула меня в реальность, прояснила мысли.

Полегчало — но лишь физически.

Внутри всё по-прежнему сжималось от ужаса.

— Что… Что можно сделать? Их можно спасти?

Я вцепилась в рукав Эриона, впиваясь ногтями в ткань его одежды.

— Должен быть способ!

Он помолчал, глядя куда-то в сторону, будто взвешивал что-то в уме.

Его лицо стало жёстче, линии вокруг рта обозначились резче.

— Боюсь, что нет.

прилетел ответ.

— Тюрьма под усиленной охраной, коридоры патрулируются каждые десять минут, камеры защищены системой высшего уровня.

Я отпустила его рукав, сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Значит, ты пришёл просто сообщить мне, что мои друзья умрут и ничего нельзя сделать? —

Мой голос задрожал.

Он посмотрел мне прямо в глаза — впервые за весь разговор. В его взгляде не было жалости, только холодная решимость.

— Я пришёл не для того, чтобы утешать.

Произнёс он тихо, но чётко.

— Я пришёл предложить выбор. Да, спасти их почти невозможно. Но «почти» — не значит «совсем». Есть один путь. Очень опасный. Почти безумный. И если ты готова рискнуть — я расскажу.

Неожиданно перешёл он на «ты».

Я выпрямилась, посмотрела ему в глаза.

Страх всё ещё был во мне — ледяной, липкий, — но теперь его перекрывала другая сила: ярость, воля, отчаянная надежда.

— Говори.

Выдохнула я.

— Я слушаю.

Он достал из-за пазухи сложенный лист бумаги и развернул его на коленях.

Это была схема тюрьмы.

Тонкие линии переплетались, образуя лабиринт, от одного вида которого перехватило дыхание.

Как всё запомнить?

— Вот план тюрьмы.

Сказал он, указывая на ключевые точки.

— Смотри внимательно. Здесь — блок «Г», где держат Лиру. Пятый уровень — допросная, там Ульрих. Четвёртый — камера Финнбара. Все трое под усиленной охраной, но есть слабое место: система обновляется каждые два часа, и на три минуты защита отключается для синхронизации. Это твой шанс.

— Как я за три минуты спущусь с девятого уровня на пятый?

Спросила я удивлённо.

— Успеешь.

Уверенно ответил он.

Протянул мне тонкую пластину — ключ-карту с мерцающим кристаллом в центре.

— Держи. Она откроет камеры. После активации и перезагрузки система поднимет тревогу, и у тебя будет не больше пятнадцати минут, чтобы вывести их и уйти через подземный тоннель.

Я взяла карту. Она была тёплой на ощупь.

— Через два часа будь готова.

Продолжил Эрион.

— Я открою твою комнату.

Эрион ушёл, вселив в меня надежду.

Все два часа ожидания я старалась проработать план до мельчайших деталей, раскладывая в голове каждый шаг: поворот налево, третья ниша, служебная лестница, слепая зона у поста… Я повторяла маршрут снова и снова, проверяла, всё ли учла, прикидывала запасные варианты на случай неудачи.

Час настал.

Я замерла у двери, прислушиваясь к каждому звуку в коридоре.

Но ничего не происходило.

Минуты тянулись медленно.

Прошло ещё тридцать минут — тишина.

Затем час.

Я в панике забегала по комнате, сжимая и разжимая кулаки.

Что случилось?

Почему Эрион не пришёл?

Может, его схватили?

План раскрыли?

Ответов не было.

Рассвет неумолимо приближался — первые бледные лучи уже пробивались сквозь решётку окна.

В девять утра в дверь тихо постучали.

— Войдите.

Встрепенулась я.

В комнату вошёл человек, катя перед собой тележку с накрытыми блюдами.

Это был не Эрион.

— Доброе утро, госпожа.

Произнёс он, аккуратно расставляя на столе тарелки с фруктами, булочками и чашкой ароматного чая.

— Приятного аппетита.

Пожелал он и, не дожидаясь ответа, развернулся к выходу.

Я не рискнула спросить у него что-либо.

Даже не взглянув на завтрак, подошла к окну и выглянула наружу.

Напротив, на фасаде соседнего здания, висел огромный экран — общественный новостной дисплей. И вдруг он засветился, замигал, и на нём замелькали кадры.

Появились мужчина и женщина — официальные лица в строгих костюмах.

Мужчина, с гладко зачёсанными волосами и холодным взглядом, взял слово:

— Всем доброго утра.

Заговорил он бесстрастным, отрепетированным голосом, лишённым малейших оттенков эмоций.

— Главные новости дня. Вчера были схвачены преступники, проникшие в хранилище Абсолюта. Они пытались похитить артефакт, имеющий огромную ценность для нашего города. Их вина полностью доказана.

Женщина рядом с ним лишь кивала головой в такт словам, её лицо оставалось бесстрастным, как маска — ни намёка на сочувствие или сомнение.

На огромном экране, висящем над площадью, возникли Ульрих, Финнбар и Лира. Их руки были скованы наручниками, одежда испачкана грязью и кровью, но они держались прямо.

Лира вскинула голову — её уши нервно подрагивали, выдавая напряжение, но взгляд твёрдый, непокорный.

Ульрих смотрел в камеру с привычной насмешкой.

А Финнбар хмурился.

— По решению чрезвычайного трибунала,

продолжал диктор,

— приговор будет приведён в исполнение сегодня днём. Публичная казнь состоится на Центральной площади. Приглашаем всех граждан присутствовать. Это послужит уроком для всех, кто захочет посягнуть на безопасность нашего города.

Экран погас.

Я стояла, прижавшись лбом к холодному стеклу окна, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Три часа.

У меня осталось всего три часа, чтобы придумать новый план — или потерять друзей навсегда.

Времени почти не осталось.

В отчаянии я вцепилась в решётку, сжимая прутья так, что костяшки побелели.

Металл холодил ладони, но я не чувствовала ничего, кроме ледяной хватки паники.

«Что делать?

Что делать?

Что делать?»

пульсировала в голове одна и та же фраза, отбиваясь в висках болезненным ритмом.

Лирка…

Наивная девчонка, которая просто хотела помочь — разве она заслуживает смерти?

А её брат?

А Ульрих — этот упрямый, дерзкий дракон, так и не вернётся домой.

Как я скажу Вольтару, что его сын погиб?

Мысли раздирали душу на части, царапали изнутри, как острые когти.

Перед глазами вставали их лица:

Лира с её заразительной улыбкой,

Ульрих с вечной насмешкой в глазах,

Финнбар, которого я почти не знала, но который всё равно стал мне дорог…

Я оторвалась от окна и застыла посреди комнаты.

Неожиданно из горла вырвался крик — дикий, отчаянный, полный боли и гнева.

Я кричала, не в силах совладать с бурей внутри, с яростью, страхом, беспомощностью.

И вместе с криком из моих рук метнулось пламя. Оно ударило в стену, оставив на ней почерневший след, где ещё мелькали и трепетали последние языки огня.

Я замерла и уставилась на стену.

Дыхание вырывалось рваными толчками, руки дрожали:

«Что это было?»

И тут я почувствовала.

Сила побежала по венам, разливаясь теплом, наполняя каждую клеточку тела, пробуждаясь.

Это была не сила эльфийки наарит.

Нет.

Это была моя сила.

Я ощущала с ней связь — глубокую, кровную, мы были единым целым.

Магия пробудилась во мне, и она была огромной, пугающей в своей мощи, но в то же время — родной.

Дрожащей рукой я вытерла пот со лба и невольно бросила взгляд в зеркало.

И отшатнулась, едва не потеряв равновесие.

Мои глаза…

Они изменились.

Один глаз остался прежним — ярко‑зелёный, с золотистыми крапинками у зрачка.

Но второй…

Второй пылал холодным голубым светом.

Зрачок вытянулся, как у хищника, — узкий, вертикальный, беспощадный.

Жуткое зрелище.

Нереальное.

Я моргнула — отражение не изменилось.

Протёрла глаза, тряхнула головой, снова посмотрела.

Всё то же.

Я сделала шаг назад, потом ещё один.

Сердце колотилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди, а в голове крутились вопросы, на которые не было ответов.

— Кто я?

прошептала я, глядя на своё отражение.

— Что я такое?

Но одно я знала точно: эта сила — дает мне шанс.

Возможно, единственный.

Блокировка, что нависла над городом, не действовала на меня.

Она не могла сдержать то, что только что пробудилось.

Медленно, почти боязливо, я подняла руку.

Пальцы слегка дрожали, но я сосредоточилась, потянулась к этой новой магии, к её источнику внутри себя.

И пламя снова появилось — на этот раз крошечное, послушное, танцующее на ладони, как ручной зверёк. Оно не обжигало. Оно ждало моих команд.

— Значит, так.

Сказала я вслух, и голос уже не дрожал.

Он зазвучал твёрдо, уверенно.

— Если у меня есть эта сила, я её использую. Лира, Ульрих, Финнбар… Я вас вытащу. Даже если придётся сжечь этот город дотла.

Я сжала кулак.

Пламя исчезло, оставив после себя лишь лёгкое тепло.

Затем подошла к столу, схватила ключ-карту, которую дал Эрион, и крепко зажала её в ладони. Металл слегка покалывал кожу.

Время на раздумья закончилось.

Пора действовать.

Глава 19

Нужно действовать быстро.

Пока эти людишки не успели прийти в себя от неожиданности.

Резко развернувшись, я взмахнула рукой.

Дерь вынесло вместе со стеной. Облако пыли и обломков взметнулось в воздух.

Я удивлённо посмотрела на свою ладонь.

Откуда такая мощь?

Но раздумывать было некогда — уже через секунду я неслась по коридору, словно вихрь.

Перед глазами мелькала мысленная карта здания: до конца коридора, поворот налево, спуститься по лестнице.

Первым делом — вытащить Ульриха. Его навыки бойца сейчас важнее всего.

На пути попадалась охрана — вооружённые стражники.

Не задумываясь, я раскидывала их в разные стороны.

Одного отбросило волной воздуха. Другого прижало к стене невидимой силой. Третьего сбило с ног внезапным порывом ветра.

Но долго так везти мне не могло.

Я чувствовала: первый шок у них скоро пройдёт, и люди начнут действовать более слаженно.

Более умно.

Пока мчалась по коридору, осознала нечто невероятное: я владею не только силой огня.

Похоже, мне подвластны все стихии природы.

Без труда я вызвала ветер — он взвыл за спиной, подгоняя вперёд.

В одном месте топнула ногой — пол задрожал, и появилась небольшая трещина, зазмеившаяся по каменному покрытию.

«Не отвлекайся!

Потом со всем разберёшься!

Сворачивай!

Куда?!» — завопил внутренний голос.

Чёрт, чуть не пропустила поворот!

Я встряхнула головой, выбрасывая все лишние мысли из головы, и резко свернула налево.

Остановилась перед тяжёлой стальной дверью, за которой находился дракон. Приложила ключ‑карту к считывателю — замерла, затаив дыхание.

Секунда, вторая…

Дверь с тихим шелестом отъехала в сторону.

— Ты?!

Удивлённо воскликнул Ульрих, вскакивая со стула.

Он стоял посреди камеры, сцепив руки за спиной, — высокий, широкоплечий, с огненными всполохами в глазах.

— Быстрее, уходим!

Крикнула я.

Уже мчалась дальше. На четвёртый уровень.

За Финнбаром.

Его мы вытащили под бешеный вой сирены.

Звук резал уши. Отдавался в висках. Заставлял кровь стынуть в жилах.

Похоже, очухались людишки.

Началась экстренная блокировка дверей.

По всему коридору раздавались характерные щелчки. Металлические створки с лязгом опускались, отрезая пути отхода.

Я выбросила ключ — больше он мне не поможет.

— Где блок «Г»?

Я посмотрела на Ульриха.

В этой гонке я слегка дезориентировалась.

Дракон на секунду задумался. Его брови сошлись на переносице. Глаза сузились.

— Там.

Ткнул он пальцем вправо, в тёмный боковой проход.

Мы снова побежали.

Уши закладывало от воя сирены. Сердце билось в такт шагам.

Звуки блокировки издавали характерные щелчки вдоль коридора. Блокируя одну дверь за другой.

Словно гигантская мышеловка захлопывалась вокруг нас.

— Как мы её вытащим?

Обеспокоенно спросил Финнбар, бежавший рядом со мной.

Его лицо было бледным, но решительным.

— Не волнуйся, я…

Не успела я закончить фразу.

Внезапно.

Почувствовала волну жара, несшуюся на нас со спины.

Обжигающую.

Смертоносную.

Резко обернулась.

Увидела, что стражники открыли огонь из парализаторов.

Голубые разряды летели в нашу сторону.

Шипя и искрясь.

В голове вспыхнуло заклинание.

Короткое. Почти инстинктивное.

Слава богу, оно сработало.

Над нами возник прозрачный мерцающий купол.

Он выдержал удар. Потом ещё один. Разряды рассыпались по поверхности, исчезая в воздухе.

— Быстрее, уходим!

Закричала я ребятам, которые как вкопанные застыли, глядя то на купол, то на меня.

Их глаза расширились от изумления.

Очнувшись от транса, они бросились вслед за мной.

Наконец‑то!

Мы добрались до двери в помещение, где находилась Лира.

Я просто вынесла её одним резким движением.

Без заклинаний. Чистой силой.

Лиса сидела на корточках, вжавшись в угол, и смотрела на нас широко раскрытыми глазами.

— Кари?!

Выдохнула она.

— Финнбар, поторопись, нет времени на объяснения!

Бросила я, кивнув на Лиру.

Тот без вопросов вбежал в комнату, схватил сестру за руку и потащил наружу.

Она не сопротивлялась и вскоре уже самостоятельно передвигалась, стараясь не отставать.

Нам предстояло ещё умудриться покинуть эту тюрьму. Здание, превратившееся в ловушку.

— Вы окружены.

Вдруг раздался голос снаружи. Усиленный ретранслятором.

Он гремел, как раскат грома, заполняя всё пространство.

— Сдавайтесь!

Я чертыхнулась. Блин, не успели.

Что ж, придётся пробиваться с боем. В голове лихорадочно перестраивался план. Бежать к подземному тоннелю больше не было смысла.

Более того.

Это стало смертельно опасно: там нас уже наверняка ждали.

Я бросила быстрый взгляд на Ульриха и Финнбара.

Они смотрели на меня, ожидая указаний.

В глазах читалась смесь тревоги и доверия. Лира, стоявшая чуть позади, нервно теребила край рубашки.

— Ульрих, ты пойдёшь последним.

Чётко проговорила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Финнбар — за мной, Лира — между вами. Выстроимся цепочкой. И ни в коем случае не выглядывайте из‑за моей спины.

— Это будет проблематично.

Хмыкнул дракон, на полторы головы выше меня.

— Ничего, согнёшься.

Отрезала я.

Переживать сейчас о его удобстве мне было некогда. Каждая секунда на счету.

Финнбар, стоявший рядом, вдруг резко спросил:

— Откуда сила? Почему не заблокирована?

Резко повернулась к нему:

— Я откуда знаю?

Огрызнулась я.

Его тон показался мне почти обвинительным.

Это взбесило.

— Вероятно, её сила неизвестного происхождение.

Задумчиво сказал Ульрих, прищурившись.

— Поэтому блокировка на неё не действует. Система, похоже, просто не распознала её, так как подобной силы нет в её программе.

Я замерла на мгновение.

А ведь дракон прав.

Это не эльфийская сила и не драконья.

Я точно это знаю.

Тогда кто я?

Откуда во мне эта магия?

Способная противостоять самой совершенной системе подавления в городе!

Вопросы роились в голове, но времени на раздумья не было.

— Выходите по одному с поднятыми руками!

Снова раздался голос одного из Вортексов.

Я встряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Сейчас не время для самокопания.

— О чём вы сейчас только думаете?

Зашипела я на них, обводя взглядом всю команду.

— Все уяснили, что нужно делать?

Ульрих коротко кивнул, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Финнбар поджал губы, но тоже молча подтвердил готовность. Лира подняла глаза — в них больше не было страха.

Я решила, что будем прорываться через центральный вход.

Другого выхода не оставалось.

Не торопясь, но и не мешкая, мы двинулись к выходу.

Лира, Финнбар и Ульрих шли следом, держась вплотную ко мне — как и договаривались.

Двери здания распахнулись — и перед нами открылась площадь, заполненная людьми.

Толпа гудела, перешёптывалась, смотрела с любопытством.

По периметру стояли вооружённые до зубов бойцы Вортекса: винтовки, парализаторы, тяжёлые пушки на подвижных платформах.

В воздухе висели летательные аппараты — дроны и патрульные флаеры, нацеленные на здание.

«Надо же, как быстро среагировали.

Мелькнуло в голове.

Я бунт подняла всего двадцать минут назад, а тут уже…

Голливуд отдыхает», — невольно восхитилась я.

Сделала шаг вперёд и подняла руки перед собой.

Медленно.

Демонстративно.

Показывая покорность.

Лисы и дракон оставались за моей спиной, не выдавая себя.

— На колени!

Донеслось до меня из рядов стражи. Усиленный голос резанул по нервам.

«Ага, щаз»

Мысленно фыркнула я.

В моей голове уже минут пять мелькали строчки заклинания.

Мощного.

Древнего.

Почти забытого.

Оно всплывало из глубин памяти. Складывалось в ритмы, в слова.

Это был язык не Этерии.

Земля?

Откуда я его знаю?

Я начала говорить.

Едва слышно, почти шёпотом, так, что даже мои спутники не расслышали.

Но с каждым словом голос крепчал.

Обретал силу.

Звучал всё громче.

Наполняясь энергией.

Вокруг меня замерцал свет — сначала слабый, дрожащий, как пламя свечи на ветру.

Но он быстро набирал мощь. Становился гуще и ярче, окутывая меня сияющим коконом.

Я почувствовала, как земля под ногами дрогнула.

Затем я отрываюсь от неё. Поднимаюсь в воздух. Руки сами раскинулись в стороны, словно крылья.

Голос зазвучал мощно.

Властно.

Заполняя площадь.

Проникая в сознание каждого, кто его слышал.

Люди внизу замерли.

Кто‑то открыл рот, кто‑то отшатнулся, кто‑то застыл с поднятым оружием, не в силах пошевелиться от удивления.

Даже дроны в небе на мгновение повисли неподвижно.

— Огонь! Чего застыли, идиоты! Стреляйте!

Вдруг заорал один из командиров, вырывая солдат из оцепенения.

Но они опоздали.

Сила.

Копившаяся внутри меня.

Вырвалась наружу безумной волной.

Она прокатилась вперёд — не просто взрыв, а стихия, неудержимая, первозданная.

Свет ударил в землю, в воздух, в людей, в технику.

Взрывная волна снесла всё, что стояло передо мной.

Бойцов Вортекса отбросило назад, как кукол.

Пушки опрокинулись.

Дроны разлетелись в стороны, теряя управление.

Один из флаеров вспыхнул и рухнул, прочертив в небе дымную дугу.

Площадь заволокло пылью и дымом.

Крики, лязг металла, вой сирен — всё смешалось в оглушительном хаосе.

Я опустилась на землю, всё ещё окружённая мерцающим ореолом.

Обернулась к своим:

— Бежим! Пока они не пришли в себя!

Ульрих хрипло рассмеялся:

— Ну ты даёшь, Кариэль!

— Потом восхищаться будешь.

Бросила я.

— Лира, держись ближе. Финнбар, прикрывай тыл.

Мы рванули вперёд.

Сквозь пыль, сквозь крики, сквозь растерянность врагов.

За спиной уже слышались команды, топот ног, первые выстрелы, но мы были быстрее.

«Ещё немного.

Думала я, чувствуя, как внутри всё ещё пульсирует сила.

— Ещё немного — и мы вырвемся. Главное — не дать им опомниться».

В конце площади из‑за угла выглянул Джемени.

Мы рванули к нему.

Ботинки стучали по брусчатке. Дыхание сбивалось. Адреналин гнал вперёд.

Запрыгнув в машину, на которой он приехал, мы рванули прочь от этого места — прочь от дыма, криков и хаоса, который я только что устроила.

На всех парах мы мчались в сторону ворот города.

— Джемени, как ты здесь?

Спросил Ульрих, сидевший рядом с ним на переднем сиденье. Его голос звучал хрипло, но в нём сквозила искренняя благодарность.

— Следил за новостями.

Усмехнулся Джемени.

— Когда увидел, что творится на площади, понял: без меня вы не обойдётесь.

Пока никто не знал наверняка, что Джемени связан с нами, но, боюсь, это ненадолго.

— Ты очень рисковал, придя сюда.

Встряла я в разговор.

— Я знаю.

Просто ответил этот удивительный человек, не отрывая взгляда от дороги.

— Пойдём с нами.

Вдруг позвал его дракон.

— Если Вортекс узнает, что ты помог нам, тебе не жить.

— Я не собирался здесь оставаться.

Фыркнул Джемени. В его глазах мелькнуло что‑то вроде облегчения.

Похоже, теперь это бывший хозяин развлекательного центра, подумала я про себя.

Я угадала насчёт «бывшего».

Он вкратце рассказал, что уже продал своё заведение, а деньги перевёл в центральное хранилище Этерии — оттуда их можно взять с любой точки планеты.

Видимо, он и не рассчитывал выйти сухим из воды, помогая дракону.

Через десять минут мы прибыли к воротам.

Охрана выстроилась вдоль периметра, ощетинившись оружием. Солдаты держали оружие наготове, за их спинами виднелись тяжёлые пушки. Над воротами кружили дроны, сканируя территорию.

«Похоже, снова придётся сражаться»

Мелькнуло в голове.

Я на секунду закрыла глаза, призывая силу.

Тепло разлилось по венам, магия запульсировала в кончиках пальцев.

Выскочила из машины.

Приказав остальным оставаться внутри.

— Будьте готовы рвануть сразу, как только я расчищу путь.

Бросила я через плечо.

На этот раз призвала силу огня.

Пламя вспыхнуло вокруг меня. Сначала робко. Затем всё ярче, жаднее. Вскоре всё вокруг запылало.

Металл, из которого был построен город, оказался неожиданно легковоспламеняющимся.

Окраина вся полыхала. Огонь распространялся дальше. Охватывая соседние здания.

Люди бросились спасать город, пытаясь потушить пожар.

А я повернулась к воротам.

Глубоко вдохнула, сосредоточилась — и ударила.

Взрывная волна пробила брешь в массивных створках, разметав охрану в стороны.

Недолго думая, мы скользнули в пролом.

Я огляделась. Это был, так сказать, перевалочный пункт. Здесь мы проходили проверку при въезде в город.

И тут меня пронзила мысль, острая, как молния:

«Пушок! Надо забрать Пушка!»

Побежала в сторону фермы. Лира бросилась следом. Она сразу поняла, зачем.

— Кариэль, куда ты?

Окликнул меня Ульрих.

— Сейчас вернусь!

Отмахнулась я, не задерживаясь.

Пушок был на месте.

Завидев меня, он заржал и тут же успокоился, радостно потянувшись мордой к моей руке.

Не теряя времени, я нацепила седло, побросала наши пожитки, которые хранились здесь же в отсеке, и потянула его на выход.

Но он неожиданно заартачился.

— Что?

Обернулась к нему, зло зыркнув.

Времени в обрез, а он решил взбунтоваться?

Пушок мотнул головой в сторону Зефир‑ранши.

Она стояла в соседнем стойле и смотрела на нас грустным взглядом.

— Её забрать?

Уточнила я.

Он мотнул головой утвердительно.

— Она же чужая собственность. Это воровство.

Попыталась отговорить его.

Он всхрапнул.

Грозно.

Настойчиво.

Топнул копытом так, что искры полетели по земле.

Никогда не видела Пушка в таком гневе.

— Хорошо!

Рявкнула я.

— Лирка, забирай и эту! Всё, уходим!

Лира быстро накинула на Зефир‑раншу уздечку, и мы вывели обоих животных наружу.

Ульрих ждал нетерпеливо, поглядывая на брешь в воротах — оттуда уже доносились крики и топот приближающейся погони.

— Быстрее!

Крикнул он.

— Они идут!

Мы покинули город.

Бежали что есть сил.

Машину пришлось оставить, она не функционировала за пределами города.

Джемени мы посадили на Пушка. Человек не смог бы выдержать такой марафон.

Через несколько километров остановились, переводя дыхание.

Я оглянулась, город все ещё виднелся. От него исходил чёрный дым, поднимаясь к небу.

Неожиданно над куполом взметнулся огромный объект.

Не просто машина.

Не дрон.

А нечто грандиозное.

Похожее на космический корабль.

Он на мгновение завис над куполом.

Затем медленно повернулся в нашу сторону — и вдруг стал стремительно приближаться.

Я в ужасе наблюдала за ним.

Гигантская тень накрыла поле. Воздух загустел, стал тяжёлым, почти осязаемым. В ушах зазвенело от нарастающего гула.

— Что это?

Выдохнула Лира, прижимаясь к Зефир‑ранше.

Её глаза расширились от страха.

— Не знаю.

Прошептала я.

Внутри всё сжалось от дурного предчувствия.

— Но оно идёт за нами.

— Вортекс.

Хрипло произнёс Ульрих, сжимая кулаки.

— Они не просто охотятся. Они бросили в погоню «Стража».

— «Стража»?

Переспросил Финнбар, хмуря брови.

— Древняя машина подавления.

Пояснил дракон.

— Говорят, она чувствует магию на расстоянии в сотни миль. И уничтожает всё, что несёт в себе аномалию.

Джемени побледнел. Пушок нервно переступил с ноги на ногу, фыркнул, раздувая ноздри.

— Значит, оно идёт за мной.

Тихо сказала я, чувствуя, как внутри закипает смесь страха и ярости.

— За моей силой.

— И за нами всеми.

Добавил Ульрих.

— Мы теперь соучастники.

Корабль приближался.

Его корпус переливался металлом, испещрённым символами неизвестного языка, а под днищем пульсировали синие огни.

— Бежать бесполезно.

Сказал Финнбар.

— Оно быстрее.

— Тогда будем драться.

Я подняла руки, чувствуя, как магия снова пробуждается внутри.

Пламя заиграло на пальцах.

— У меня ещё есть силы. Я его задержу.

— Нет.

Резко оборвал Ульрих.

— Вместе. Мы будем драться вместе.

Он шагнул вперёд, и его глаза вспыхнули алым. Чешуя на руках начала проявляться. Дыхание стало горячим. Почти огненным.

— Я с вами.

Джемени спрыгнул с Пушка, достал из‑за пояса небольшую пушку.

— Я не для того спасал вас, чтобы теперь бросить.

Лира, Финнбар молча застыли рядом со мной, но на их лицах проступила решимость.

Я посмотрела на своих друзей. На их готовность стоять до конца.

Почувствовала, как страх проникает глубже.

Корабль уже висел над нами, отбрасывая гигантскую тень.

Воздух дрожал от энергии, готовой обрушиться на нас в любой момент.

Я вдруг отчётливо поняла, что нам не справиться с этой машиной.

Но я не сдамся без боя! Пусть погибну, но сражаясь!

Я взлетела, пока не оказалась на одном уровне с этой адской машиной.

Затаив дыхание.

Начала плести заклинание. Сложное, требующее полной концентрации. Пальцы дрожали, но я сплетала нити магии, формируя щит и одновременно готовя ответный удар.

Ещё мгновение — и я выпущу всю силу разом…

Но...

Из корпуса корабля метнулся сноп синей энергии. Ослепительный, смертоносный луч, направленный прямо в мою грудь.

Время замедлилось.

Я видела, как сгусток энергии приближается. Как мерцают на его краях искры. Как он несёт мне гибель.

«На этот раз точно конец!» — мелькнула мысль.

И в тот самый миг. Когда луч был уже в считанных метрах от меня.

Я почувствовала, как кто‑то схватил меня за ногу.

Резко.

Властно.

И дёрнул вниз с такой силой, что перехватило дыхание.

Опустив взгляд, заметила незнакомца.

— Ты что исполняешь, смертная?!

Рявкнул он в бешенстве.

Сноп искр пролетел мимо

Прочертив в воздухе синюю дугу и врезавшись в землю где‑то позади. Грохот взрыва донёсся секундой позже, подняв облако пыли и камней.

Я покатилась по земле.

Кувыркаясь.

Пытаясь прийти в себя.

Замерла, приподнялась на локтях и подняла взгляд. Чтобы уставиться на своего спасителя.

Никогда не видела человека красивее.

Мелькнула мысль. Тут же одёрнула себя. Сейчас не время восхищаться.

Он же пару секунд с интересом разглядывал нависший над ним корабль. Потирая задумчиво подбородок.

И вдруг щёлкнул пальцами!

Просто щёлкнул пальцами!!

И корабль взорвался. Разлетелся на мелкие кусочки. Чудом не задев никого из нас.

В шоке мы смотрели на этого незнакомца, взявшегося из ниоткуда.

Первым пришёл в себя Ульрих.

Он шагнул вперёд, сжимая кулаки, но в его голосе звучало не столько раздражение, сколько потрясение:

— Ты кто такой?!

Глава 20

Незнакомец подошёл ко мне и помог подняться.

Легко, уверенно, подхватив под локоть так, что я даже не успела потерять равновесие.

Его пальцы были тёплыми, хватка — крепкой, но бережной.

Он пристально рассматривал меня с лёгкой улыбкой на губах, и от этого взгляда по спине пробежал странный озноб — не страх, а что‑то более сложное.

— Спасибо за помощь.

Пролепетала я, смущённая его таким вниманием.

Голос прозвучал тише, чем хотелось, и я тут же мысленно отругала себя за эту слабость.

— Как тебя зовут?

Вдруг неожиданно спросил он меня.

— Кариэль.

Ответила я машинально, и только в следующий миг до меня дошло...

Вопрос прозвучал на русском языке. Чистом, безо всяких акцентов.

Я замерла, во все глаза глядя на незнакомца. В голове закрутились мысли.

Откуда он знает этот язык? Кто вообще в этом мире говорит по‑русски?

К нам подошли остальные.

Ульрих, Финнбар, Лира и Джемени остановились чуть поодаль, настороженно разглядывая нашего спасителя. Дракон сделал шаг, чуть выдвинувшись вперёд.

— Что это за язык? Ты понимаешь его?!

Резко спросил Ульрих, прищурившись. В его голосе звучала неприкрытая настороженность.

— Кажется, понимаю.

Тихо ответила я, снова посмотрев на мужчину.

Он всё так же не спускал с меня внимательного взгляда, и теперь в его глазах читалось что‑то вроде удовлетворения.

Мне становилось всё больше не по себе. Воздух между нами сгустился, наполнился напряжением, которое можно было почти потрогать.

— Так кто ты?

Ульрих с его упрямством не собирался отставать от новоприбывшего, пока тот не ответит. Его голос прозвучал жёстко, почти угрожающе.

Незнакомец медленно перевёл взгляд на дракона, и улыбка на его губах стала шире — не насмешливой, а какой‑то тёплой, почти дружеской.

— Меня зовут Ратибор.

Спокойно произнёс он, не торопясь с подробностями.

— А русский язык… скажем так, я много где побывал. И многому научился.

— «Много где» — это где?

Не унимался Ульрих.

Ратибор вздохнул, провёл рукой по волосам, откидывая прядь со лба.

— В мирах, которые вы, возможно, считаете легендами. В местах, где магия течёт по венам земли, а звёзды шепчут забытые имена. Я путешественник, хранитель знаний — называйте как хотите.

Лира невольно сделала шаг вперёд.

— Ты… ты из другого мира?

Он кивнул.

— Да. И меня сюда привела магия этой эльфийки.

Ткнул в меня пальцем Ратибор.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

Другой мир. Путешествия между мирами. Это звучало как сказка — но после всего, что случилось, уже не казалось невозможным.

— Значит, ты здесь из-за меня?

Спросила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Но почему?

Ратибор посмотрел на меня — и в этот раз его взгляд был уже не изучающим, а почти… сочувствующим.

— Когда-нибудь я расскажу тебе, смертная.

Загадочно произнес этот человек и исчез.

В замешательстве мы смотрели на пустое место, где ещё секунду назад стоял этот таинственный человек.

— Офигеть!

Первым нарушил тишину Ульрих. Он сделал шаг вперёд. На то место, где ещё секунду назад стоял наш спаситель.

— Что это вообще было?

— Как такое возможно?

Поддержала его Лира, её глаза расширились от изумления.

— Появляться из воздуха и исчезать… Кто на такое способен?

Они уставились на меня — все четверо, с одинаковым немым вопросом во взглядах.

— Что? Не знаю я, кто он такой.

Открестилась я от сомнительного знакомства, невольно отступая на шаг.

— Я его впервые в жизни видела!

— Зато, похоже, он тебя знает.

Присоединился к разговору Джемени, задумчиво потирая подбородок.

— Смотрел так… будто давно искал.

Мысли проносились в голове вихрем, но ни одна из них не давала чёткого ответа. Я невольно сжала кулаки, пытаясь собраться.

«Он знает язык моей родной планеты, раз.

Знает меня, два.

И имя свое назвал не настоящее, я уверена, три», — мысленно выстроила я факты.

Ратибор. В памяти всплыло прочитанное в библиотеке — старинная хроника, полустёртые строки о маге, колдуне, закрывшем Землю для других миров.

Может, тёзка?

Или… что‑то большее?

Что, если он пришёл не просто так? Что, если его появление связано с той силой, что проснулась во мне?

— Некогда разглагольствовать, нужно уносить ноги.

Произнесла я твёрдо, выкидывая все лишнее из головы.

— Потом всё обсудим. Сейчас главное — уйти как можно дальше от этого города.

Остальные со мной согласились без колебаний.

Ульрих коротко кивнул, Лира нервно сглотнула, Джемени не говоря ни слова положил руку на пояс. Финнбар, до этого молча стоявший рядом с лисой произнес:

— Они уже близко.

Бросил он.

— Смотрите?

И правда — вдалеке замаячили силуэты. Похоже, Вортекс уже обнаружил исчезновение «Стража» и бросил новые силы на наши поиски.

Я чувствовала внутри опустошение. Сейчас использовать магию я просто физически не смогу. Два сложных заклинания отняли у меня слишком много сил.

Резерв был пуст. На восстановление понадобится время. А его-то как раз не было.

— Бежим! — скомандовала я.

Уже через минуту мы неслись к лесу, видневшемуся вдалеке — тёмной полосой на горизонте. Лира бежала рядом. Ульрих замыкал строй, периодически оглядываясь.

— Кариэль.

Выдохнула Лира на бегу.

— А если он снова появится? Вдруг он не враг?

Я на мгновение замедлила бег, но тут же ускорилась.

— Если он захочет нас найти, найдёт! А пока ....

Лес приближался.

— Бегите, я их задержу.

Вдруг крикнул Ульрих, замедляя шаг. Его голос прозвучал твёрдо, в глазах читалась решимость. Мы все затормозили, удивленно глядя на него.

Не успел он договорить, как его тело начало изменяться.

В следующий миг он уже обратился в чёрного дракона. Его крылья расправились с оглушительным треском. Переминаясь с ноги на ногу, он готовился взлететь.

Дракон взмыл в небо, рассекая облака мощными крыльями. Развернувшись в сторону преследователей, он издал воинственный рёв, от которого земля содрогнулась.

Не сговариваясь, мы снова устремились вперед.

Ноги сами несли нас к спасительной тени леса — быстрее, ещё быстрее. Наконец деревья сомкнулись вокруг, укрывая нас от чужих глаз. Я, резко остановшись, обернулась и с тревогой вгляделась вдаль.

Ульрих кружил над полем боя.

Он поливал огненной струёй людей внизу — те разбегались, падали, прикрываясь руками. Но некоторые, более стойкие, вскидывали оружие и стреляли в ответ.

Дракон ловко уходил с линии огня: то резко нырял вниз, то взмывал вверх, то делал крутой вираж, уходя от смертоносных зарядов.

И тут со стороны города появились они — боевые дроны.

Десятки металлических хищников с острыми гранями и пульсирующими красными огоньками датчиков. Они подлетели плотным роем и начали окружать Ульриха, беря его в кольцо.

— Он не справится!

Воскликнул Джемени, соскакивая с Пушка.

В глазах человека читалась отчаянная решимость. Не раздумывая, он бросился в сторону поля боя.

— Стой! Чем ты ему поможешь?

Рявкнул Финнбар, молниеносно схватив того за плечо и резко дёргая назад.

— Но нужно же что‑то делать!

В отчаянии прокричал Джемени, яростно вырываясь из хватки оборотня. Его кулаки сжались, лицо исказилось от бессилия.

— Мы не можем его бросить!

Я не обращала внимания на их перепалку.

Всё моё внимание было приковано к небу.

Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот‑вот вырвется из груди.

И вдруг я почувствовала странное колебание в воздухе. Подняла голову и замерла.

Над нами стремительно пронеслись два дракона.

Чёрный дракон, массивный и грозный, издал рёв — полный ярости и гнева, такой глубокий и раскатистый, что его эхо прокатилось по всему лесу. Он устремился прямо к Ульриху, раскинув крылья, готовые к бою.

Белоснежный дракон, изящный и стремительный, описал широкую дугу в небе и зашёл с другой стороны. Его чешуя сверкала, а глаза горели холодным, расчётливым огнём.

— Вольтар, Криос… — выдохнула я, узнавая своих сопровождающих.

Джемени замер, забыв о своём порыве. Финнбар отпустил его плечо, заворожённо глядя вверх. Лира прижала руки к груди, а Пушок и Зефир‑ранша тревожно переступили с ноги на ногу.

Вольтар бросился в атаку.

Его когти вспыхнули, когда он атаковал ближайший дрон, разрывая металл, как бумагу.

Криос в это время выпустил струю огненного дыхания, мгновенно уничтожая дроны и отправляя их в беспорядочное падение.

Ульрих, увидев подкрепление, воспрянул духом. Он сделал крутой вираж и выпустил длинную струю пламени, охватывая сразу несколько дронов огненным кольцом.

— Теперь у Ульриха есть шанс.

Прошептала Лира, и в её голосе зазвучала надежда.

— Да.

Кивнула я.

— Теперь они победят.

Через десять минут бой был окончен.

Драконы летели в нашу сторону, а меня охватила паника. Нужно бежать, мелькнула мысль.

Лира с братом, Ульрих с отцом и Джемени. Я им больше не нужна.

А вот Криос с меня три шкуры спустит за побег.

И я уже приготовилась рвануть в глубь леса, ни с кем не попрощавшись. Но...

Не успела и глазом моргнуть, как по бокам от меня уже стояли Криос и Вольтар.

— Попалась наконец.

Выдохнул Криос, хватая меня за руку.

Все застыли в шоке, наблюдая, как драконы берут меня в плен.

Глава 21

Марбас

Я замер посреди пылающего города, ошеломленно оглядываясь.

Вокруг бушевал огонь, люди в панике метались по улицам. Хаос и разрушение. "Неужели это всё её рук дело?" – промелькнула мысль, и я невольно усмехнулся.

В голове вспыхнули воспоминания:

В аду эта ведьмочка тоже навела шороху.

Умудрилась прикончить даже Малефикара. Демона, чье имя леденило кровь не только смертным, но и самим порождениям тьмы.

Тогда, в тот миг, впервые в моей груди шевельнулось нечто неведомое.

Кто бы посмел предсказать, что я, принц ада, паду ниц перед смертной?

Пусть и ведьмой, но все же…

Она стала моей женой. Моей жизнью. Моим единственным светом в вечной тьме. Всем, что имело значение во всех мирах — живых, мёртвых, забытых.

А потом…

Потом мой отец, обуянный жаждой власти, вознамерился поработить Землю.

Не просто завоевать.

Не просто поставить на колени.

Нет.

Он хотел выжечь свободу.

Уничтожить волю человечества, врастить в плоть мира корни тьмы, чтобы Земля стала частью Ада — его Ада.

Его империи.

Его вечного наследия.

Из самой глубины горла вырвался звериный рык, полный ярости и нестерпимой боли.

Перед глазами — снова те дни.

Катя стоит посреди поляны, её волосы развеваются на ветру, а вокруг — войска Ада.

Её последний взгляд, полный любви и нежности.

— Ты должен жить — шепчут её губы. — должен.

И тогда она взрывается.

Не буквально. Но почти. Её тело вспыхивает — не огнём, а светом. Белым, чистым. Он рвётся наружу, пронзает небо, разрывает ткань реальности.

Портал, что вел в Ад, начинает рушиться. Стены между мирами трещат.

Она отдаёт всё. Душу. Силу. Жизнь.

Светлый ангел, принесённый в жертву.

А я… я стою.

Оцепеневший.

Принц, не сумевший спасти свою принцессу.

Муж, не успевший удержать жену за руку.

Сын, не остановивший отца.

Я вижу, как её глаза закрываются. Как её тело падает — медленно оседая.

Внезапно над головой пронеслись боевые дроны, вырывая меня из воспоминаний.

Они направлялись к полю, которое я только что покинул. Очевидно, новая погоня за моей благоверной.

Не теряя ни секунды, я рванул обратно и замер, наблюдая за разворачивающейся картиной:

Дракон взмыл в небо, готовясь принять бой, пока остальные спешно покидали поле, убегая в сторону леса.

— Неужели у ведьмы проснулось благоразумие?

Прошептал я, с удовлетворением наблюдая, как она исчезает за деревьями.

— Вот уж не думал, что доживу до этого дня.

Вскоре появились ещё два дракона.

"Сами справятся, а мне нужно уничтожить источник опасности, иначе они так и будут посылать за Катей палачей."

С этой мыслью я снова вернулся в объятый пламенем город.

— Кто здесь главный?

Я схватил пробегающего мимо человека — в рваной куртке, с перекошенным от страха лицом.

— Вортекс.

Произнес, не задумываясь.

— Он управляет всем.

— Где найти?

Задал следующий вопрос я, сжимая его плечо сильнее.

Он дрожащей рукой указал в центр города.

Туда, где над руинами возвышалось здание — не просто дом, а башня. Её шпили уносились в небо. Остекление здания — чёрное, отражающее пламя.

Я кивнул. Отпустил его.

Больше не обращая внимания на людей я переместился к подножию башни и поднял голову.

Внутри — суета. Люди в форме носились по коридорам исполняя приказы, которые, вероятно, пришли сверху.

Я не стал ждать. Не стал прятаться. Не стал искать слабые места.

Я просто зашёл внутрь.

Двери распахнулись передо мной.

Воздух внутри был холодным, стерильным — контраст с жаром снаружи. Эхо моих шагов отдавалось в мраморных стенах.

Камеры повернулись. Сигналы тревоги замерли — на мгновение. Потом раздался визг сирены.

Но я уже был в лифте. Нажал кнопку верхнего уровня.

— Вортекс.

Прошептал я, глядя на своё отражение в металлической двери.

— Я иду.

Выйдя из лифта, я оказался в просторном холле И меня уже ждали.

Шестеро.

С оружием.

В чёрных бронекостюмах, с масками, закрывающими лица. Оружие — не просто стволы, а импульсные пушки, способные испарить человека за секунду. Они выстроились в полукруг, целясь мне в грудь.

— Стоять.

Крикнул командир.

— Руки вверх!

Я даже не замедлил шага.

— С дороги.

Произнёс я тихо. Не крик. Не приказ. Просто слово.

И взмахнул рукой.

Воздух сорвался с моей ладони, как удар волны.

Людей отбросило в стороны.

Один врезался в стеклянную стену — раздался хруст.

Другой упал, не успев выстрелить. Оружие зазвенело по полу.

Я шагнул через обломки. Через тела. Через молчаливый страх, повисший в воздухе.

Коридор вёл вглубь.

Остановился я перед массивной дверью с выбитой золотой надписью: «Приёмная».

Толкнул. Без стука. Без паузы.

Комната оказалась огромной — светлая, с панорамными окнами.

В углу, за столом из белого камня, сидела девушка. Молодая. Аккуратная. В строгом костюме. Волосы — уложены, взгляд — хладнокровный.

Но стоило ей увидеть меня — и она вскочила, как ужаленная.

— Кто вы?

Спросила она скороговоркой.

Голос — ровный, поставленный. Ни капли паники. Только лёд.

— Главный у себя?

Ответил я, не глядя на неё. Мои глаза уже были прикованы к двери за её спиной.

— Абсолют не принимает.

Резко сказала она, выскакивая из-за стола.

И бросилась к двери, закрыв её своим телом, раскинула руки в стороны.

— Пошла отсюда.

Рявкнул я разозлившись.

И в моих глазах вспыхнул огонь.

Не метафора.

Не образ.

Настоящий огонь — пульсирующий, вырывающийся из зрачков.

Воздух вокруг задрожал. Стекла на столе треснули.

Девушка вскрикнула. Отшатнулась. И рухнула на пол — без сознания.

Я перешагнул через неё. Подошёл к двери. Потянул за ручку.

Закрыто.

Постучал. Один раз. Тихо. Почти вежливо.

— Откройте, пожалуйста.

Произнёс я.

Ответ — тишина.

— Ну и ладно.

Прошептал я.

— Значит, будем грубыми.

Я отступил на шаг.

Собрал силу в ладонях — воздух закрутился, как перед ураганом. И одним резким движением ударил.

Дверь взорвалась.

Не просто открылась — взорвалась.

Осколки неизвестного сплава вонзились в полупрозрачные стены. Кресло, стоявшее посреди комнаты, разлетелось на части. Стол перевернулся. Пыль взметнулась в воздух.

Я шагнул внутрь. Остановился посреди разрушенного кабинета.

Пусто.

— Есть здесь кто?

Спросил я, оглядываясь.

Тишина.

— Ау… Абсолют, где вы?

Бросил я с насмешкой.

И тут — едва уловимый звук. Щелчок. Шорох. Справа.

Я повернул голову. Ещё одна дверь — незаметная, встроена в стену. С подсказкой: «Туалетная комната».

Потянул ручку и она плавно отъехала в сторону.

Он был там.

Абсолют.

Мужчина в белом костюме, с аккуратной бородкой, с холодными глазами, в которых не было ни капли страха. Стоял у раковины. Смотрел на меня. Не мигая. Будто ждал.

— Вот вы где.

Произнёс я, делая шаг вперёд.

Он не шелохнулся.

Но сзади — топот. Быстрые шаги. Голоса. Подмога. Я моргнул, раздражённо.

Убивать лишних — не хотелось. Не ради жалости. Просто ради смысла. Каждая капля крови, пролитая не по делу, — это отвлечение от главного.

Я шагнул вперёд, схватил его за горло одной рукой — и прикрыл им себя, как щитом.

— Прикажи всем уйти.

Прошептал ему на ухо, чувствуя, как его пульс бьётся под пальцами.

— Или я раздавлю тебе гортань.

Он задохнулся. Глаза расширились.

В проёме появились солдаты. Пушки наготове. Целятся. Но не стреляют. Не рискуют.

— Пошли все вон.

Выдавил Абсолют, хрипя.

— Что?

Переспросил командир.

— Вон.

Заорал он, уже с яростью.

— Все вон Немедленно!

Солдаты замерли. Переглянулись. Но приказ есть приказ.

Через минуту дверь закрылась. Мы остались вдвоём.

Я ослабил хватку, но не отпустил. Повернул его к себе лицом.

— Ну что, Абсолют.

Произнёс я, глядя ему прямо в глаза.

— Поговорим?

Мы прошли в кабинет.

Абсолют аккуратно обходил обломки двери, которую я снёс пять минут назад.

Не сердился. Не кричал.

Просто шёл, будто ничего не произошло.

Спокойствие властного человека, который знает: даже разрушенная дверь — не признак слабости, а лишь деталь игры.

— Обязательно было ломать?

Только и спросил он, не оборачиваясь.

— Дверь не открывалась.

Ответил я, пожав плечами.

— А я не люблю ждать.

Он усмехнулся.

Лёгкая, почти невидимая улыбка. Но я заметил. В ней — не страх. Не злоба. Интерес.

Мы сели в удобные кресла из чёрной кожи. Он — напротив меня. Прямой, собранный, с руками, сложенными на коленях.

Я молча рассматривал его.

Передо мной сидел мужчина лет пятидесяти. Умный, властный, с пронзительным взглядом. Такого не запугаешь криком. Не сломаешь пыткой. Он не боится смерти. Он боится проиграть.

— Чего-нибудь желаете?

Спросил он, изображая гостеприимного хозяина.

— Нет.

Отмахнулся я.

— Кто вы?

Задал он следующий вопрос.

— Не важно.

Ответил я, все ещё разглядывая его.

— Гораздо важнее, что я могу сделать.

Он кивнул.

— Тогда чего хотите?

— Вот это — правильный вопрос.

Сказал я, откидываясь на спинку кресла. В уголках губ — тень улыбки.

— Эльфийка. Та, что покинула город недавно. Расскажите о ней.

Он замер. Взгляд стал жёстким.

— Боюсь, это секретная информацияю

Произнёс он, вскинув бровь с надменностью аристократа.

— Даже для таких, как вы.

Мне надоело.

Надоело играть. Надоело тратить время на упрямых смертных, которые считают себя хитрыми.

Я вскочил.

Один шаг — и я уже перед ним. Он даже не успел моргнуть. Схватил его за голову — пальцы впились в виски. Его глаза расширились. Он попытался крикнуть — но я уже начал.

— Иш’кара вен’тор.

Прошептал я на древнем языке.

Магия вспыхнула. Его воспоминания хлынули в мой разум. Картины, звуки, мысли — всё, что он знал, всё, что скрывал.

Я проникал в его сознание.

И увидел всё.

Людишки не перестают меня удивлять.

Я забрал артефакт не виданной мощности — тот, что они держали в хранилище. Силу его я вытянул и обезвредил. Теперь он — просто камень. Безопасный. Бесполезный.

А Абсолюта… я не убил.

Оставил в живых. Намеренно.

Пусть страдает. Пусть борется. Пусть чувствует, как его империя рушится под натиском соседей.

Уверен, он не раз проклянет эльфийку, мою жену.

Мои мысли перескочили на ведьму.

Я остолбенел, увидев её преображение. Эти огромные, лучистые глаза, длинные уши, кукольное личико, обрамлённое водопадом волос… Моя жена – эльфийка.

Я только-только смирился с ведьмой.

Но эльф…

Это повергло меня в тихий ужас.

Я думал, её душа переродится в человеке. В простой девчонке. В крестьянке из деревни. Кого угодно — только не в это.

— Да ты…

Прошептал я.

— Ты не просто эльфийка… Ты наа’рит. Принцесса. Чёрт возьми… Принцесса эльфийского народа.

Я рассмеялся.

— Мало ей было быть принцессой Ада… Теперь — ещё и эльфов? Это не перерождение. Это нарочно кто-то усложнил мне жизнь.

И самое поразительное — она не помнит.

Ни меня. Ни того, как я шептал ей слова любви. Ни того, как клялся, что буду с ней — во всех мирах, во всех жизнях, сквозь смерть и время.

Ни того, как она, смеясь, прижимала мою ладонь к своему сердцу и говорила: «Даже если я забуду — ты напомнишь».

Она не помнит, что была ведьмой.

Не помнит, как её сила рвала тьму.

Не помнит, как отдала свою жизнь, чтобы спасти тех, кого почти не знала.

— Что ж.

Прошептал я, сжимая кулак.

— Будем возвращать тебе память.

Не просто напоминать. Не шептать на ухо слова. Нет.

Я разожгу твои воспоминания.

Миг когда мы впервые поцеловались.

Слова произнесенные тобой впервые : «Я не боюсь тебя. Я боюсь потерять».

Я покажу тебе меня — не как незнакомца, а как того, кто стоял рядом, когда ты падала. Кто держал тебя в объятиях, когда твой свет угасал.

И когда ты наконец вспомнишь — когда твои глаза вспыхнут узнаванием, когда ты выдохнешь моё имя...

А не это позаимствованное у твоего предка.

Тогда я скажу:

— Ты была права. Я — напомнил.

А зло всего мира пусть начинает дрожать.

Потому что ведьма возвращается.

И принц Ада — с ней.

Нет.

Владыка Ада.

Я усмехнулся.

Я ещё не принял титул, предназначенный мне по праву наследования. Но был близок к этому.

Если сила Владыки поможет мне защитить ту, что мне дорога, я согласен принять это бремя.

Глава 22

— Что происходит? — вырвалось у Ульриха, его голос дрогнул.

Вольтар, с непроницаемым лицом, стягивал мои запястья грубой веревкой. Вздох сорвался с губ. Черт побери, сколько я бегала от них, и вот снова в лапах драконов!

— Отец, — не унимался отпрыск черной чешуи, требуя объяснений.

— Приказ кар-за-ара, — отрезал Вольтар, наконец нарушив молчание.

Я метнула взгляд на друзей. Лира, Финнбар, Джемени… Все застыли с немым вопросом в глазах. Криос неспешно взял край веревки, потянул меня в сторону едва видневшейся дороги. Невольно, с тяжелым сердцем, я подчинилась. Вольтар и Ульрих шли по бокам, остальные плелись следом, образуя нестройную процессию. Замыкали шествие Пушок и его подружка.

— Как ты здесь оказался? — процедил Вольтар, обращаясь к Ульриху. — Я думал, ты гостишь на севере, у дальних родственников.

— Видишь ли… — начал тот, запинаясь.

Рассказ Ульриха занял добрых десять минут. Не вдаваясь в излишние подробности, он изложил лишь сухие факты. Но и этого хватило, чтобы из глотки драконов вырвалось сочное, непристойное ругательство.

— Кариэль, спасибо за сына, — тихо произнес Вольтар.

— Пожалуйста, — ответила я спокойно. Почти равнодушно. Я не собиралась умолять, не собиралась напоминать о долге, о спасенной жизни.

Интересно, как теперь Вольтар поступит? — думала я, шагая по поляне. И где, черт возьми, драз-гаалы? Неужели драконы всерьез собираются тащить меня пешком до самого Астралиса? То, что меня поведут в драконий город, я не сомневалась.

Вскоре мы вышли на дорогу — широкую, вымощенную камнем, по краям которой пульсировали руны охраны. И Криос, до этого шагавший неспешно, вдруг прибавил ход. Его тяжелые сапоги глухо стучали по камню.

Мы шли молча. Час. Два. Только шаги. Дыхание. Шорох леса по обе стороны.

Через два с половиной часа впереди, сквозь изгиб дороги, донёсся звук. Глухой, мерный топот. Сначала далёкий. Потом — ближе. Ближе. Ближе.

Я напряглась.

Из-за поворота показались всадники. Эльфы. Высокие, стройные, в лёгких доспехах. А под ними... переростки тигрята. Они сопровождали карету, которая выглядела до ужаса роскошно. Чёрное дерево, инкрустированное белыми кристаллами. Колёса — из цельного метеоритного железа. Занавески — тончайший шёлк, переливающийся при каждом движении. А над ней — знамя: серебряный лист на чёрном фоне. Символ Верховного Правителя.

Я усмехнулась. Делегация эльфов мчалась в Хроноград, чтобы проверить, действительно ли я наарит. Мой взгляд скользнул к зверям.

— Похоже, драз-гаалы в почёте не только у драконов, — пробормотала я себе под нос. — Видимо, и ушастикам нравится кататься на живых танках.

Драконы среагировали мгновенно.

Вольтар и Криос шагнули вперёд, загородив меня собой. В их руках блеснули пистолеты – необычные. Из чёрного сплава, с рунами, выгравированными на стволах.

Я уже успела заметить, что на Этерии руны — это не просто узор, а надёжный щит. Любой уважающий себя этериец, будь то дракон или эльф, не покинет родного порога без магической защиты. Оружие драконов, очевидно, предназначалось не для людей, а для тех, кто владел магией.

Из кареты медленно вышла фигура. Высокая, статная, закутанная в длинный плащ. Лица не было видно — его скрывал глубокий капюшон.

— Вольтар, Криос, — раздался мягкий, чуть насмешливый женский голос из-под капюшона. — Какими судьбами?

— Госпожа Ярмила, — протянул в ответ Криос. — Сколько лет… сколько зим?

— О, Кри, — усмехнулась она. — Узнал по голосу. Польщена.

И с этими словами она откинула капюшон.

Перед нами предстала эльфийка. Длинные тёмные волосы, переплетённые в сложную косу, уложенную в узор древних рун. Лицо — безупречное: высокие скулы, тонкий нос, слегка пухлые губы. А глаза… Ярко-серые. Холодные. Острые.

Но было в ней и нечто, что портило это совершенство — не черты лица, а выражение. Высокомерие. Будто весь мир для неё — шахматная доска, а люди — лишь пешки, даже если стоят выше неё.

— Кто это? — тихо спросила я, поворачиваясь к Ульриху, который всё ещё стоял рядом.

Он бросил на меня удивлённый взгляд.

— Ты… не знаешь?

— Если бы знала — спрашивала бы?

Он коротко выдохнул, почти фыркнул.

— Это Ярмила, — сказал он, понизив голос. — Один из главных советников Верховного Правителя. Не просто умна... Она опаснее любого военного генерала.

Эльфийка и дракон обменивались любезностями, словно два волка, обходящих друг друга по кругу. Улыбки — холодные. Слова — гладкие, как отполированный камень.

Я то и дело ловила на себе проницательный взгляд Ярмилы. Наконец, её очередь дошла и до меня.

— А это кто? — спросила она, кивнув в мою сторону. Я восхитилась её актёрским мастерством: она прекрасно знала, кто я.

— Не твоё дело, — отрезал Вольтар. Никаких улыбок. В отличие от Криоса, он не собирался играть в дипломатию с эльфийской лисицей.

— Уверен? — Ярмила изогнула бровь. — Она эльфийка, и, судя по всему, в ней течёт кровь древнего рода. Как я могу оставить её в лапах драконов? — Она сделала паузу. В следующем слове прозвучала сталь: — Я её забираю.

Тишина. Даже ветер замер.

Криос сжал пистолет. Ульрих напрягся. Лира и Джемени отступили на шаг — все поняли: сейчас вспыхнет бой.

— И не мечтай, — прошипел Вольтар.

Его глаза вспыхнули красным — признак драконьей ярости. Он шагнул вперёд, поднял оружие.

— Эта, — кивнул он в мою сторону, — пойдёт с нами. Её ждёт кар-за-ар. И никакие эльфийские интриги её не спасут.

— Ох, Вольтар, — вздохнула Ярмила и вдруг… рассмеялась. Звонко, свободно, словно он сказал что-то невероятно смешное. — Ты совсем не меняешься. Всё такой же грубый, прямолинейный… скучный.

И в ту же секунду:

— В бой! — крикнула она.

Эльфы мгновенно среагировали. Драз-гаалы прыгнули вперёд, раскрыв пасти с клыками, острыми как кинжалы. В руках эльфов сверкнули боевые артефакты.

Драконы ответили. Криос выстрелил — энергетический заряд врезался в землю, взрывая камни. Ульрих прыгнул, меняя облик на лету: его тело вытянулось, чешуя вспыхнула, крылья раскрылись с грохотом.

Ярмила не стала ждать. В прыжке, перелетев через головы сражающихся, она приземлилась рядом со мной.

Рука в перчатке из чёрной кожи метнулась к узлу на моих запястьях. Сильные, точные пальцы резко дёрнули. Конопляная верёвка лопнула.

— Уходим, — скомандовала она, хватая меня за руку.

Но не успели мы сделать и шаг — перед ней выросли Лира и Финнбар.

— Отпусти её, — прошипела Лира, глаза вспыхнули янтарным светом. Её когти выскочили, как лезвия из ножен.

Ярмила даже не замедлилась.

Одно движение — и Лира отлетела в сторону, сбитая с ног. Она врезалась в ствол дерева, охнула, но тут же попыталась подняться.

Финнбар бросился в атаку. Эльфийка увернулась. Удар. Ответ. Между ними вспыхнула жестокая схватка, без правил.

Ульрих, уже в облике дракона, взмыл в небо. Его крылья хлестнули воздух, поднимая вихрь пыли и листьев. Когти впились в одного из эльфов-всадников — и в следующий миг тот исчез в облаках, унесенный прочь.

Джемени стрелял из-за укрытия, выстрел за выстрелом. Энергетические заряды вспыхивали в воздухе, рвали землю, заставляя драз-гаалов визжать и отступать в панике.

Грохот. Крики. Рёв. Магия, взрывающаяся в воздухе, словно фейерверк в ночи.

Звуки боя оглушили меня. Я стояла посреди этого хаоса, потерянная, не зная, что делать.

Кто свои?

Кто чужие?

Драконы, эльфы, оборотни — всё смешалось в кровавом вихре. Я застонала от безысходности.

Неожиданно рядом со мной материализовался из воздуха Ратибор. Высокий. Суровый.

Его глаза быстро скользнули по мне, оценивая, проверяя, жива ли я.

— Смертная, — произнес он низким голосом. — Тебя можно хоть на секунду оставить без присмотра? Опять устроила побоище?

Я смотрела на него, и в груди разливалось тепло.

— Я не виновата, — тут же оправдалась я, и помимо воли на лице появилась ухмылка. — Они сами начали!

Он фыркнул. Не говоря ни слова, обхватил меня за талию, прижал к себе. Резко. Крепко.

Мир закружился.

Миг — и мы уже стояли на лесной поляне, окруженной древними исполинами. Тишина. Покой. Только шелест листвы и пение птиц нарушали безмолвие.

Он отпустил меня. Стоял молча. Наблюдал.

А я… Я смотрела в ту сторону, где остался бой. Где остались они.

Лира. Финнбар. Джемени. Ульрих.

Мои друзья.

На глаза навернулись слезы, но я упрямо моргнула, смахивая их.

— Можешь пару минут просто постоять на месте? — спросил Ратибор. В его голосе звучал неприкрытый сарказм.

Я, проигнорировав колкость, кивнула головой.

— Помоги, — прошептала тихо.

В следующую секунду он исчез.

Тишина. Пустая поляна.

Внезапно — плюх!

Словно вывалившись из прорехи в реальности, Лира материализовалась прямо на пятую точку. Охнув, она потерла копчик и тут же вскочила, оглядываясь по сторонам.

— Кариэль! Ты как?! — вскрикнула лиса, подбегая ко мне.

— Всё хорошо, — успокоила я Лиру.

— Ну и способ перемещения, — пробурчала она, стряхивая листья с волос.

Следом, словно герой из легенды, на одно колено приземлился Финнбар. Вот только лицо у него было не героическое, а скорее — ошарашенное.

Пушок и зефир-ранша. Надо бы наконец придумать кличку, — промелькнула мысль.

Джемени рухнул на спину, как мешок с камнями. Застонал, схватившись за бок.

— Рёбра… Чёрт… — прохрипел он, взвыв от боли.

И наконец — в небе мелькнула тень.

Ратибор.

Мгновение он застыл в воздухе, пытаясь удержать вырывающегося Ульриха. Дракон болтался на вытянутой руке, словно котёнок, пойманный за шкирку.

Откуда у мага столько сил? Я с изумлением смотрела, как дракон и Ратибор медленно спускались с небес. "Хоть крылья сложил, и то хорошо", – промелькнула мысль.

— Пусти, сволочь! – ментально вопил Ульрих, отчаянно брыкаясь.

— Хватит портить мне одежду, – бросил Ратибор, даже не взглянув на него.

И отпустил.

Ульрих полетел вниз головой, стремительно приближаясь к земле. Но в последний момент, словно опытный акробат, он сумел перевернуться в воздухе и расправить крылья. Приземлился на лапы, пробежав пару шагов по инерции.

Он тут же развернулся. Глаза горели красным от ярости, грудь вздымалась, из ноздрей вырывался дым.

— Ты… – прозвучал в голове голос дракона, полный бешенства. – Ты умрёшь.

И он выдохнул.

Я даже не успела среагировать, как огненная струя взметнулась к небу, целясь прямо в Ратибора.

Тот не шелохнулся.

Огонь обогнул его, словно невидимая стена, не причинив ни малейшего вреда. Мы застыли в шоке. Огонь дракона, не тронувший мага – такая новость могла выбить из колеи кого угодно.

Ратибор приземлился. И, не глядя на дракона, подошёл ко мне.

— Никого не забыл? — спросил он тихо. Спокойно. Как будто только что не он спасал нас из гущи боя.

— Никого, — выдохнула я облегчённо. — Спасибо.

— Там остался мой отец! — закричал Ульрих, приняв человеческий облик. — Верни меня немедленно!

— Ульрих, — позвала я дракона, привлекая его внимание. — Ничего с Вольтаром не случится. Лучше скажи, как ты посмел напасть на Ратибора?

— Как ты посмел? — повторила я, делая шаг вперёд.

Он обернулся. Глаза — всё ещё красные. Не от усталости. От ярости, что не нашла выхода.

— Он там, — прохрипел Ульрих, указывая в сторону горизонта. — Вольтар… сражается с эльфами. А я... — Он замолчал, будто слова застряли в горле.

— Уже нет, — встрял маг. — Сейчас они совещаются, — добавил он, и в уголке губ дрогнула усмешка.

Ульрих резко обернулся:

— Что ты несёшь? Ты видел это?

Ратибор пожал плечами. Дракон был забыт. Он отошел в сторону и присел на поваленный ствол.

Ульрих, тем временем, переходил от бурного возмущения к более умеренному ворчанию. Удивительно, но попыток к бегству он не предпринимал. Похоже, магу удалось его убедить.

Постепенно мы приходили в себя. Дыхание выровнялось, раны были перевязаны. Адреналин отступил, оставив после себя лишь глухую усталость. Вечер приближался, а у нас не было ни тёплой одежды, ни еды. Впереди маячила холодная ночь. Я взглянула на ребят – в их глазах отражалась та же тревога. Пережить ночь на Этерии в таком состоянии казалось немыслимым. И все они смотрели на меня.

Я сглотнула, сердце сжалось.

— А ты не можешь… — начала я, обращаясь к Ратибору. Он сидел на поваленном стволе, невозмутимый, словно происходящее его не касалось.

Он перебил меня, не отрывая взгляда от горизонта: — Я тебе фокусник, что ли? Я маг, а не слуга. Не развлечение. И уж точно не твой личный кемпинг-комплект.

Я замерла, потом кивнула. — Извини, — тихо проговорила. — Ты прав.

Ладно. Значит, своими силами. Без мага обойдёмся.

— Лира, Финнбар, — мой голос прозвучал громче, чтобы все услышали. — На вас охота. Что-то лёгкое, быстрое. Главное — не ядовитое.

Джемени, собери хворост. Сухой. Много.

Ульрих — найди воду. Родник, ручей, капли с листьев — всё сгодится.

А я займусь укрытием. Будем утепляться, как сможем.

Всем понятно?

Дружный кивок. Ни вопросов, ни сомнений. Все разошлись.

— А ты... — я повернулась к Ратибору.

— А я устал, — перебил он.

Медленно, без слов, он расстелил плащ на земле и лёг, устремив взгляд в небо.

Я решила не обращать на него внимания и принялась собирать ветки, листья, мох. Всё, чтобы сделать лежанки, хоть как-то укрыться от ночного холода.

Первым вернулся Ульрих с бурдюком воды. За ним — оборотни, неся трёх зверьков, похожих на земных зайцев. Последним в лагерь притопал Джемени, с трудом таща сухое дерево.

Через час мы уже сидели вокруг пылающего костра. Языки пламени метались к небу, отбрасывая на лица дрожащие тени. Запах жареного мяса висел в воздухе — густой, дымный, с лёгкой горчинкой этерийских трав. Мы молча уплетали добычу, жуя с наслаждением, хоть мясо и оказалось жестковатым. Но кто бы стал придираться? Голод не выбирает — он командует.

Ульрих отложил обглоданную кость и повернулся ко мне. Его низкий, но чёткий голос прозвучал:

— Кариэль, за что на тебя взъелся Первородный?

Я замерла, кусок мяса застыл в руке.

— Да так, — уклончиво пожала плечами, избегая взгляда. — Ничего особенного.

— Мне-то не чеши, — резко оборвал он. — Вольтара и Криоса не посылают за пустяками. Их не гоняют по лесам за тем, кто просто слегка нарушил правила. Рассказывай. Что ты натворила?

Я медленно подняла глаза. Все взгляды были прикованы ко мне: Лира — настороженно, Финнбар — с интересом, Джемени — с тревогой.

Внутри всё сжалось. Что я могла им сказать?

Рассказать, что я, как и Ратибор, с другой планеты? Они спокойно приняли его признание, смирились. Но он — маг. Великий, таинственный. Ему положено быть из другого мира, это в его стиле. А я? Я — просто Кариэль. Эльфийка. Слишком обычная, чтобы быть чужой.

Но правда была куда страшнее.

Я не прилетела. Не появилась. Я вселилась. В тело. В память. В судьбу, что не принадлежала мне.

Нет, это точно нельзя рассказывать.

И о том, что я наарит, они тоже пока не знают. Пусть так и остается, решила я.

— Попала в плен к Верховному Архонту, — начала свой полуправдивый рассказ.

Они внимательно слушали, не перебивая. Я замолчала.

— Так Люминору нужен этот артефакт?! — Ульрих вскочил, глаза вспыхнули красным пламенем. — Он хочет превратить драконов в рабов?! В живые машины?! Это не может быть правдой!

Голос его дрожал от неистовой ярости.

— Всегда знала, — вставила Лира, — что драконы не так уж высоконравственны, как все думают. А их кар-за-ар — особенно. Поработить своих? Собственную кровь? Это же надо…

На меня посыпались вопросы, словно град:

— Где артефакт? — потребовал Джемени.

— Как его сила действует? — взволнованно добавила Лира.

— Это ведь неправда? — заладил Ульрих, его голос звучал почти отчаянно.

Я смотрела на их лица — напряжённые, встревоженные, озарённые дрожащим светом костра. Ульрих сжал кулаки, костяшки побелели. Лира уже мысленно прокладывала путь в сердце Этерии. Джемени взвешивал, стоит ли уничтожать артефакт или использовать против врага. Финнбар хмурился, просчитывая последствия. Даже обычно невозмутимый Ратибор приподнял бровь, не отрывая от меня взгляда.

И вдруг… меня пронзил смех. Настоящий, глубокий, идущий откуда-то из самого живота. Как будто внутри что-то щёлкнуло — и хлынул тёплый, громкий, заливистый поток веселья.

Я рассмеялась. Сначала тихо, потом — в голос, а затем — так, что слёзы покатились по щекам, а живот свело от спазмов.

— Эй, ты чего? — нахмурилась Лира, явно озадаченная.

Но я не могла остановиться. Их ошарашенные лица лишь подливали масла в огонь моего веселья. Я хохотала, хватаясь за живот.

— Ты… ты в порядке? — спросил Финнбар, делая осторожный шаг вперёд.

— Подожди… — выдавила я между икотой и смехом, вытирая слёзы. — Просто… подожди…

Наконец, когда дыхание выровнялось, а сердце перестало колотиться, я села, всё ещё дрожа от остатков неудержимого веселья.

— Артефакт, — выдохнула я, икая. — Ну, знаете… Такого в мире не существует. Я… Выдумала.

Глава 23

Наступила тишина. Все смотрели на меня как на сумасшедшую.

— Ты солгала Первородному?

Лира прикрыла рот ладошкой. Демонстрируя весь ужас, ею испытываемый. Остальные молчали.

— Да.

Кратко ответила я.

— Ты ненормальная?

Встрял дракон. Весь в своего папашу. Тот тоже так меня называл.

— Мне нужно было выбраться из замка Террануса.

Произнесла в свое оправдание.

— Вообще, что за реакция такая? Красть нельзя, лгать нельзя. Они что, боги что ли? Такие же живые существа, как и мы с вами.

— Не такие! — Рявкнул Ульрих. — Люминор — оплот нашей расы.

— И поэтому он хочет обратить вас всех в марионеток? — Тихо произнес, вмешиваясь, Ратибор.

— Ну... Это...

Дракончик замолк. Не зная, как оправдать своего кумира.

— А, вспомнил, вот.

Повернулся ко мне маг, меняя тему.

Прочитав короткое заклинание, он бросил к моим ногам две сумки. Те самые, что я позаимствовала у Джемени. Они звякнули, приземлившись у моих ног.

Я наклонилась и заглянула в одну из них, хотя уже знала, что там. Монеты. Что я так тщательно собирала в хранилище и потом тащила по узкому проходу с таким трудом. Лежали передо мной.

— Кажется, ты за этим залезла в логово Абсолюта? — Усмехнулся Ратибор, скрестив руки. — Решил прихватить. Раз уж ты так старалась. Думал — обрадуешься.

Я посмотрела на него. На сумки. На монеты. И — рассмеялась.

Тихо. Радостно. С облегчением.

— Обрадовалась. — Сказала я, выпрямляясь. — Очень.

С этим сокровищем мы купим не просто еду и одежду. Мы сможем спрятаться. И, подойдя к нему, тихо добавила:

— Спасибо. Не только за монеты...

Он лишь приподнял уголок губ.

— Пора ложиться.

Тихо произнесла Лира, потягиваясь и зевая.

Мы молча начали устраиваться. Лежанки, которые я собрала из сухих веток, мха и мягких листьев, подтащили ближе к костру.

Оборотни — Лира и Финнбар — улеглись рядом. Тепло тел слилось, и вскоре их дыхание стало ровным.

Зефирка, мелкая и пушистая, прижалась к Джемени.

Пушок, верный страж, лег рядом со мной, положив массивную голову на передние лапы. Его тёплое дыхание касалось моей руки.

Ульрих — в гордом одиночестве — растянулся на земле. Но даже спящим он казался настороже.

Не замёрзнет. У драконов — внутренний огонь. Он и в самых лютых морозах не даст им погибнуть.

Ратибор устроился недалеко от меня. Но перед тем как лечь, снял свой чёрный плащ — тяжёлый, тёплый, и бросил мне.

— Держи. — Сказал просто.

Я замерла, поймав плащ на лету.

— А ты? — Спросила, удивлённо хлопая ресницами. — Тебе же будет холодно.

Он лишь пожал плечами. Устраиваясь на земле, как будто это был самый обычный вечер в лесу.

— Мне и так нормально. — Ответил он.

Накинула плащ на себя. Он был огромным, но тёплым. Как объятие. Улеглась, прижавшись к Пушку. Закрыла глаза. Но сон не шёл. Мысли кружились в голове.

Что дальше? Куда идти? Где спрятаться на Этерии? Я не знала этой планеты. Не знала её дорог. Не знала, кто здесь друг, а кто — враг. Драконы — охотятся. Эльфы — неизвестно что сделают, когда узнают, что я не наарит. Люди — этим тем более нельзя доверять. Остались только орки… и оборотни. Эти пока на меня не охотятся. Я усмехнулась про себя. А Ратибор? Маг. Таинственный. Холодный. Непредсказуемый. Свалился мне на голову как снег. Друг? Враг? Я всё ещё не понимала. Вопросы. Вопросы. Без ответов.

Ветер прошуршал в листве. Костёр потихоньку угасал. Я… не заметила, как погрузилась в сон. Где даже там меня ждали тени. И голос, шепчущий:

«Ты не та, за кого себя выдаёшь…» «Но ты — та, кого мы ждали.»

Я резко распахнула глаза. Передо мной — чужая грудь. Тёплая. Сильная. Под чёрной тканью рубашки — биение сердца, ровное, как удары кузнечного молота. Руки — крепкие, властные — обнимали меня, прижимая к чужому телу. Я лежала, укрытая его плащом… в его объятиях.

Тепло. Уютно. И — дежавю. Мелькнуло в голове: такое уже было… Но когда? Где?

В следующий миг я... Резко вырвалась. Оттолкнула его — так, что он откатился на спину, ударившись плечом о корень.

Вскочила на ноги, сердце колотилось, как бешеное. Взгляд — ледяной. Ярость — вскипела.

— Ты что творишь?! — Выкрикнула я, сжимая кулаки. — Кто дал тебе право?!

Ратибор медленно сел. Потёр ушибленное плечо. Посмотрел на меня — не со злостью. Не с испугом. А с утомлённой насмешкой.

— Смертная. — Пробурчал он. Голос хриплый от сна. — Я тебя вообще-то спасал. Ты дрожала. Плащ не помогал. А у меня — горячее тело.

Я замерла.

— Поделился? — Переспросила я. — Ты обнял меня! Ты… Ты...

— А ты могла бы не сопротивляться. — Парировал он, вставая, морщась от боли, потирал ушибленное плечо.

Я сжала зубы.

Вокруг уже просыпались.

Лира приподнялась, прикрывая рот, пряча улыбку. Финнбар хмыкнул. Джемени что-то пробормотал про «романтику в дикой природе». Пушок зевнул. Ульрих фыркнул, не открывая глаз:

— Ну что, будем устраивать свадьбу до завтрака?

Я почувствовала, как щёки пылают.

— Это… не то, что вы думаете. — Выпалила я.

— А что мы думаем?! — Усмехнулся Ратибор, поправляя плащ. — Я просто спас одну очень впечатлительную эльфийку от переохлаждения. А она — чуть не сломала мне ключицу.

Я хотела ответить. Хотела обругать. Но… вспомнила.

Тепло. Тишину. То, как его дыхание синхронизировалось с моим. Как на мгновение всё исчезло. Страх. Прошлое. Мир. И я… расслабилась.

— Ладно. — Выдохнула я, отводя взгляд. — Спасибо. Наверное.

Он посмотрел на меня. Серьёзно.

— Пожалуйста. — Ответил тихо. — Только в следующий раз… не бей так сильно.

Я промолчала. Но уголок губ дрогнул.

Завтракать нам было нечем. Пустые сумки. Пустой желудок.

Умылись холодной водой из ручья. Собрали пожитки. Немногое, что осталось. Не стали тратить время на охоту. Через тридцать минут двинулись в путь.

Ратибор перенёс нас далеко. Очень. Так что погони не ждали. Драконы. Эльфы. Сначала должны понять, куда мы исчезли.

Ульрих улетел на разведку. Тень в небе над лесом. Вернулся быстро.

— Поселение. — Бросил он. — В двух часах ходьбы. Люди. Торговцы. Есть шанс пополнить запасы.

Я обрадовалась. Не просто еда. Оружие. Магия. Информация. Направляемся туда.

Джемени восседал на Зефирке, которой я так и не удосужилась дать имя, да и стоит ли теперь? Кличка Зефирка намертво приклеилась к ней, и она живо откликалась на неё. Я — на Пушке. Этот «осел» никому больше не позволял на себя садиться. Похоже, характером он мало чем отличается от своего земного собрата.

Остальные пешком.

Ратибор держится рядом со мной, делая вид, что не замечает меня. И время от времени демонстративно потирает плечо. Я чувствую вину, но вида не подаю.

Вскоре вдали показались жилые постройки. Не город. Не деревня. Что-то среднее. По мере приближения в нашей группе воцарилось оживление. Я сняла свои артефакты и повязала бандану, скрывая длинные уши. Лира и Финнбар приняли человеческий облик, пряча лисьи хвосты. Ульрих избавился от мерцающей драконьей чешуи. Маг и Джемени остались прежними. Теперь мы выглядели как обычные странники, ничем не отличающиеся от прочих.

На въезде — табличка. Памятка, вырезанная на дереве и прикрепленная к столбу.

«Арвендейл. 500 душ».

Финнбар спросил дорогу у проходившего мимо человека с телегой. Мы двинулись по одной из улиц, направляясь к центру, где, как нам сказали, располагалась ярмарка. Путь оказался недолгим. Было позднее утро. Арвендейл встретил нас шумом и запахами. Какие-то были знакомы, другие нет. Нам предстояло закупиться одеждой, обувью и провиантом. Но первым делом, конечно же, нужно было позавтракать.

Мы свернули в первое попавшееся заведение общепита, привлечённые доносящимся оттуда аппетитным ароматом. Дверь из тёмного, блестящего дерева распахнулась, впуская нас в просторный зал. Внутри царила атмосфера уже привычного средневекового трактира, но с экзотическим этерийским колоритом. Столы из массивных кусков камня, стулья из переплетённых лиан. По стенам висели гобелены с изображениями мифических существ и сцен охоты на невиданных зверей. Воздух был наполнен ароматами жареного мяса, сладких фруктов и чего-то пряного, щекочущего ноздри.

Я с любопытством оглядывала зал. В это время народу было немного, лишь несколько человек сидели недалеко от входа.

— Добро пожаловать, путники! — Пробасил хозяин заведения.

Высокий, худой мужчина, чей голос неожиданно оказался сильным, громогласным и совершенно ему не подходил.

— Что желаете отведать?

— Нам что-нибудь мясное. И побольше! — Отозвался Ульрих, усаживаясь за большой стол у окна.

— Отлично! — Улыбнулся хозяин. — У нас сегодня свежее мясо рогатого зверя, жареные корнеплоды и сладкие фрукты с дерева Сновидений. А для вас, милая эльфийка, могу предложить травяной чай с мёдом и пирожки с ягодами Лунного света.

— Мне то же, что и дракону. — Отмела я предложение услужливого хозяина.

Как он понял, что я эльфийка? Я скривилась. Маскировка подвела. И когда уже прекратится эта идиотская дискриминация в еде?

— Пожалуй, то, что предложили вначале, тоже принесите. — Передумала я отказываться от пирожков.

***

Едва оказавшись на Ярмарке, Лира и я тут же ринулись к рядам с одеждой и обувью.

Шопинг начался!

Маг, словно тень, неотступно следовал за мной.

Площадь встретила нас взрывом красок и ароматов. Лавки ломились от невиданных товаров. Одежда из переливающихся тканей. Обувь, способная менять свой облик. Украшения из камней, светящихся в темноте.

Лира с восторгом примеряла шляпку, украшенную живыми цветами. Финнбар рассматривал кожаные перчатки, словно созданные для его рук.

Я, завидев шикарную вывеску над одним из магазинов, поспешила туда.

Вскоре руки Ратибора были полны ярких тканей, кружев и лент. Я использовала его в качестве носильщика, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести. Он ворчал, но смиренно шел за мной по рядам дорогого магазина.

Укрывшись в примерочной, принялась натягивать наряды Этерии.

Несколько штанов, рубашек, жакетов – всё дорогое, явно для аристократической верховой езды. Взяла и несколько платьев. Самых простых. Но даже они выглядели восхитительно.

Одежда оказалась зачарованной. Не нужно было подбирать размер.

Стоило мне надеть штаны, как они тут же ожили, зашевелились и приняли форму моих бедер, подогнались под длину ног.

Никогда прежде примерка новых вещей не приносила мне столько восторга.

Бытовая магия была выше всяких похвал!

Остальные тоже времени зря не теряли. Когда мы встретились возле фонтана. Пакетами были обвешаны все.

Такими темпами, усмехнулась я, нам понадобится повозка для всего этого барахла.

Впрочем, повозка так и так понадобится. Я собиралась сделать нехилые запасы еды. Не тащить же их на себе.

Как мы ни старались, нам не удалось заставить Ратибора примерить хоть что-то.

Он с маниакальным упорством открещиваясь от предложенных вещей, безапелляционно заявил о непоколебимости собственного стиля.

И никакие доводы разума, никакие увещевания о неуместности его привычных нарядов в новых условиях не могли его переубедить. Он стоял на своем.

В итоге всем пришлось смириться с его решением, махнув рукой.

В конце концов, какая разница, во что он одет? Главное — каков он в деле. А в деле Ратибор проявил себя как надежный, смелый и сильный. К тому же его странные одеяния лишь добавляли ему колорита, делали его еще более запоминающимся и выделяющимся из толпы.

Это здесь он выделялся, усмехнулась я про себя.

Одежда на нём была самая что ни на есть земная. Я-то знала. Обычные джинсы. Обтягивающая черная рубашка с распахнутым воротом и рукавами, небрежно закатанными до локтей, подчеркивали рельеф его мощной груди. И… кроссовки. Ослепительно белые. С гордой эмблемой знаменитой фирмы, с далекой планеты, откуда мы прибыли. Завершал этот дерзкий образ кожаный ремень, увенчанный массивной бляхой.

Короткая стрижка каштановых волос придавала необычный вид.

Здесь все предпочитали длинные волосы. Даже люди отращивали их хотя бы до плеч.

Кажется, его совсем не волновало такое различие. Ему было все равно, что шепчут остальные за спиной.

Вопрос с одеждой решился. Мы перешли ко второй части плана. На покупку провианта было потрачено гораздо меньше времени, чем на шопинг. Оно и понятно. Мясо выбрать легче, чем блузку. Посовещавшись, решили заночевать в Арвендейле. Постоялый двор выбрали пять звезд. Захотелось воспользоваться благами цивилизации в полной мере.

Эту ночь я провела в теплой комнате. В теплой постели.

Выспа-ла-сь.

Покидая гостеприимный поселок, я оглянулась. Когда ещё удастся так хорошо отдохнуть? — промелькнула мысль.

Вскоре мы выбрались на загородную дорогу и не спеша двинулись вперед. У нас получился небольшой караван. Две повозки — массивные, с толстыми деревянными колесами, обшитыми медными полосами — ехали сзади, скрипя под тяжестью добычи.

Они были доверху набиты. Тюки с одеждой, мешки с сушеным мясом, ящики с травами, кувшины с водой и маслом, свертки с инструментами. Каждая тряска выдавливала из них новый стон, будто повозки были живыми и жаловались на свою участь.

Посередине — две брички, длинные и обтекаемые, как клинки. Не просто телеги, а настоящие дома на колесах. Крыши — из гнущегося кристалла, пропускающего свет, но не дождь. Внутри — спальные ниши, печки на магическом топливе, шкафы, даже крошечные библиотеки. На бортах — рунические панели, регулирующие климат и защиту. Эти повозки напомнили мне аналог земных трейлеров, созданных для комфортного проживания путешественников.

А впереди — всадник.

Ульрих — гордо, как король в изгнании. На Драз-гаале. Зверь был приручен. Обучен. Слушался. Даже покорный. Почти.

Я смотрела на него — и всё ещё чувствовала холодок по спине. Не страх. Но и восторга не было. Эти переростки-тигрята, как я их мысленно называла, всё ещё вызывали в теле легкое напряжение.

Финнбар управлял первой телегой — той, что с медными ободами и резным капотом в форме драконьей пасти. Он сидел на высоком сиденье, ноги вытянуты, руки на деревянной балке-руле. Два монстра-мула легко тянули тяжелый груз. Лицо сосредоточенное, хмурое.

Джемени на второй. Более узкой, стремительной. В нее также запряжены шестиглазые чудовища.

А вот брички — те управлялись сами. Заряженные магией. Ульрих отвалил за них кучу денег.

Изучая их, я не поверила своим глазам. Внутри у них... был встроен...

Навигатор!

Воздух вокруг этого чуда светился. Из него выплывали карты. Трехмерные. Живые. С мерцающими точками. С пунктирными линиями — нашим маршрутом. С предупреждениями.

«Опасность. 37 км. Температурный сдвиг. Ветер. 89 км/ч. Рекомендую изменить курс на 12°».

— Ни хера себе! — Прошептала я в шоке.

Лира, сидевшая на Зефирке, хихикнула:

— А ты думала, мы будем ехать, как дремучие низшие, с примитивной телегой?

Я рассмеялась. И погладила Пушка, своего верного ослика.

Ратибор облюбовал одну из бричек. Не просто занял — присвоил. Забрался внутрь, как единоличный хозяин. Развалился на спальном ложе — широком, с подогревом и магнитной подушкой. Сквозь полупрозрачные стены из кристаллопласта я видела его отчетливо.

Он лежал. Руки за головой. Глаза закрыты. И вдруг. Из воздуха возникла книга. Он открыл ее. Щелкнул пальцем — страница перелистнулась сама.

А маг неплохо устроился. Хмыкнула я, направляя Пушка.

В памяти всплыл недавний разговор с человеком и драконом, который больше походил на спор. Им удалось меня переубедить, и теперь...

Наш путь лежал на север.

Этерия, планета вечного равноденствия, помечала стороны света условными точками: север, юг, восток, запад — не более чем абстракции в мире, где градиент имел лишь два вида.

Жар дневной стагнации неумолимо сменялся леденящим дыханием ночи, и эта бинарная пульсация была единственным ритмом времени. Ни весны, ни осени — лишь вечная дуэль тепла и холода.

Место, что выбрали Ульрих с Джемени, находилось далеко на севере, среди неприступных скал.

Город, которого нет на обычных картах. Город, вырезанный в скалах, что возвышаются, как зубы древнего чудовища. Он стоял на краю мира — если бы мир имел край. Среди ущелий, где ветер поёт на языке, понятном только мёртвым. Где стены из черного базальта поглощают свет, а купола — из прозрачного кристалла — отражают звезды.

Предание гласит, что его воздвигли древние эльфы, чья магия сплелась с самой тканью гор.

Там, в его сокровенных глубинах, дремлют архивы. Такие древние, что некоторые свитки утратили даже память о дате своего создания.

Я не понимала, зачем мне туда. Но Джемени упрямо настаивал. Утверждал, что раз я владею древним языком эльфов, мне просто необходимо там побывать.

Заодно спрячемся от преследования. Выдвинул он весомый аргумент! Никому и в голову не придёт искать нас в этом месте.

Остальные не горели энтузиазмом, но всё же не отказались отправиться в это загадочное место, воздвигнутое тысячелетия назад.

И теперь наш путь лежал в...

Норсалис.

Самый таинственный город на Этерии.

Глава 24

Наш небольшой караван медленно полз на север, и каждый из нас погрузился в свои мысли. Я, прикрыв веки, думала о Норсалисе. Что же там, в этих древних архивах? Я предчувствовала, что найду там тайны, скрытые под семью печатями.

Не уверена, что хочу вникать во все это. Зря я согласилась. Но дракон и человек так настаивали. Интересно, почему? Может, Ульрих надеется с моей помощью помочь драконам победить?

Я поправила пояс — крепкий, из выделанной кожи, темно-серой, с едва заметным узором. На нем — не просто оружие. А целый арсенал.

Слева — шокер. Я провела пальцем по его длине — тонкий цилиндр из белесого кристалла, пульсирующий. Холодный на ощупь, но внутри — энергия. Тот самый, что я увидела в руках драконов, когда лахиссы напали. Один выпад — и тварь, размером с медведя, рухнула, как подкошенная, виляя в судорогах. Теперь и у меня есть такой.

Рядом — сетка-артефакт. Свернулась в плоский диск, размером с ладонь, будто брошка. Но стоит активировать — и она раскрывается. Не просто нить. А магическое поле. Сплетенное из светящихся нитей, что впиваются в плоть, парализуя мышцы. Один бросок — и противник, быстрый как ветер, оказывается скрученным. Без шансов. Без боли. Без возможности сопротивляться.

И — чуть сзади — короткий клинок. На ярмарке, в оружейной лавке, я ожидала увидеть посредственные кинжалы и потускневшие амулеты. Но — ошиблась. Там был отличный выбор. Не просто выбор. Качество. Оружие — не для торговцев и пастухов. А для тех, кто выживает.

Ульрих, не колеблясь, остановил свой выбор на лазерном луче. Под названием «Световой меч». Клинок из концентрированной энергии, заключенный в поле удержания, длиной почти в рост человека. Голубовато-белый, с легким мерцанием по кромке, будто внутри него пульсирует звездная плазма. Он не издавал громких звуков — только тонкое, почти музыкальное жужжание, вибрирующее в воздухе, как струна арфы, натянутая до предела.

Лира выбрала нечто иное. Я ожидала увидеть артефакт-пушку, магический бластер, что-то, что стреляет плазменным огнем. Что-то из области высоких современных технологий. Но она выбрала лук. Не просто древний. Старинный. Деревянный, с вырезанными рунами, обвитый серебряной проволокой. Тетива — не нить. Нерв дракона, высушенный, но до сих пор пульсирующий при прикосновении.

Я, не скрывая удивления:

— Ты ведь могла взять что-то посерьезнее?

Она лишь улыбнулась с легкой насмешкой.

— Серьезнее — не всегда лучше.

И когда она натянула тетиву, я почувствовала — воздух изменился. Плотнее стал. Холоднее. Стрела — не простая. Наконечник — из ледяного кристалла, редкого, добытого в пещерах Вечной Зимы. При каждом выстреле — не просто поражение. Заморозка. От мгновенной до полной.

Джемени и Финнбар, в отличие от них, не стали эксцентрично выставляться.

Финнбар выбрал пистолет-пульсар. Чёрный корпус, три сегмента перезарядки, прицел с ИИ-маркером. Пули — не свинец. Плазменные капсулы, разрывающиеся при ударе. Один выстрел — и цель сбивается с ног, как будто в неё врезалась телега.

Джемени выбрал пушку. Небольшую, но смертоносную. Автоматическая перезарядка, шесть стволов, режим очереди.

— Для толпы. — Пояснил он, щёлкая предохранителем.

Ратибор же, с привычной надменностью, отмел любое оружие, презрительно заявив, что сама мысль о подобной необходимости оскорбляет его непоколебимое достоинство.

Отвалили ли-и-и за это всё — страшно подумать.

Сумма, за которую можно было купить целый дом вместе с мебелью, ушла всего лишь за мой пояс. Не говоря уже об остальном.

Я усмехнулась. Провела рукой по талии. С удовлетворением.

Вернулась к своим прерванным мыслям.

Я оглядела своих спутников, пытаясь понять, что их держит рядом со мной. Лирка – это понятно, дома ее ждет целая стая разъяренных оборотней. Но остальные?

— Финнбар, — обратилась я к брату Лиры, решив прояснить ситуацию, — тебе разве домой не надо?

— Чего? — удивился он моему прямому вопросу.

Остальные тоже уставились на меня с немым вопросительным знаком в глазах.

— Ну, ты долго не был дома, родители, наверное, места себе не находят из-за твоего исчезновения, а ты... — пояснила я.

— Я что, самоубийца, что ли? — усмехнулся он.

— Не поняла, — теперь я удивленно воззрилась на него. — Почему самоубийца?

— Отец с него три шкуры спустит, когда узнает, каким образом Финнбар попал в ловушку к людям, — хихикнула Лирка.

Финнбар, не говоря ни слова, тяжко вздохнул и устремил взгляд вперед. С этим понятно, а остальные?

— Ульрих, а ты домой не собираешься? — повернулась я к дракону.

Тот зыркнул на меня, и во взгляде промелькнул испуг, но он быстро взял себя в руки.

— Не-а, — протянул он беспечно. — Разве я могу оставить тебя одну в беде?

— Сказки не рассказывай, Кариэль, герой, — вмешался Джемени, усмехаясь.

— Тогда что за причина? — с любопытством встряла Лира.

— Молчи, — дракон грозно посмотрел на человека, но тот и не думал пугаться.

— Он не хочет жениться, — рассмеялся Джемени. — Соблазнил одну из драконих, и теперь ее родители настаивают на свадьбе. Первородный одобрил брак, а этот малец ударился в бега, оставив записку дома. Мол, так и так... и свалил. Каково же было мое удивление, когда я встретил его в Хронограде. Этот паршивец, убегая от одних неприятностей, вляпался в другие. И мне пришлось... Ну, дальше вы и сами знаете, — закончил он свой рассказ уже на серьезной ноте.

Ульрих сидел на Драз-гаале с каменным лицом, явно не собираясь комментировать свои поступки. Я не стала его трогать, задавая неудобные вопросы. У Джемени спрашивать о причинах не имело смысла, достаточно лишь вспомнить азарт в его глазах при упоминании Норсалиса. С Ратибором тоже всё понятно. Этот пришел на Этерию вслед за моей силой. Выходит, здесь у каждого есть свой интерес оставаться всем вместе. Должна признать, что такой вывод меня даже обрадовал. Мне совсем не хотелось чувствовать свою вину за то, что друзья подвергаются опасности только из-за меня.

Ещё хорошо бы разобраться с тем, что произошло. Перескочила я на другую мысль, погрузившись в себя.

Я чувствовала, как сила, с помощью которой мы покинули Хроноград, возвращается ко мне, подавляя при этом силу эльфийки.

— Кариэль, Кариэль! — голос Ульриха ворвался в тишину моих мыслей резко, без предупреждения.

Я вздрогнула, повернула голову. Пушок подо мной едва заметно фыркнул, почувствовав напряжение. Ульрих сидел на Драз-гаале вполоборота.

— Что? — выдохнула я.

— Теперь ты ответь. Нам вот всем интересно, — начал он медленно, — что это была за сила?

Я замерла, оглянулась. Все взгляды были прикованы ко мне.

Джемени, сидящий на одной из телег, с руками на подлокотниках, смотрел на меня глазами-остриями. Финнбар, на второй телеге, хмурил брови. Лира, чуть впереди на Зефирке, вытянула шею. Даже Ратибор высунулся из брички, книга исчезла из его рук. В глазах читался неподдельный интерес, смешанный с ехидством.

— Огонь эльфам не подвластен, — продолжил Ульрих. — Это закон. Природа, рост, ветер, вода — да. Но огонь? Он — разрушение. Он — вне гармонии. А ты… — Он сделал паузу. — Ты управляла им.

— Не просто вызвала, — вступил Джемени, его голос был тихим, но твёрдым. — Ты повелевала. Как дыханием. Как пульсом. И этот огонь — он не просто вырвался. Он слушался.

— И купол, — добавил Финнбар. — Тот, что Хроноград охраняет от магии. Он не остановил тебя, не заблокировал.

Лира завершила поток обвинений почти шёпотом:

— Что за сила, Кариэль?

Тишина. Лишь скрип колёс. Дыхание зверей. И пульс, стучащий в висках.

Я металась взглядом от одного лица к другому, пытаясь найти ответ, которого у меня не было. Как объяснить то, что сама не понимаешь? Если бы я могла, я бы просеяла свои воспоминания, вытащила бы из них истину. Но в голове — не пустота, нет. Осколки. Вспышки. Звуки. Слова на языке, который я не знала или не помнила, но каким-то образом говорю.

Я — в теле эльфийки. Да, это правда. Её сила — в природе. Я могу использовать лианы, чтобы они опутали врага, попросить ветер сбить прицел, позвать воду из-под земли, чтобы потушить огонь. Но я не повелеваю. Я прошу.

А тогда, в Хронограде… Я не приказала, нет. Я призвала. Огонь вспыхнул. Не из искры. Из меня. Ветер подхватил его, не просто дунул, а сформировался в вихрь, как щит. Заклинания, возникшие в голове, были другими. Тяжёлыми. Тёмными. С привкусом металла на языке. Не эльфийскими. Кто я?

— Я сама не знаю, что это за сила, — произнесла я, пожав плечами.

— Да ведьма она, — вмешался маг.

В голове вдруг вспыхнула мимолётная картина. Дремучий лес, я в человеческом обличье, и напротив — монстр. Его тело — хаотичное нагромождение мерзких наростов, на голове рога, а в жутких глазах плещется кромешная злоба. Он навис надо мной, готовый обрушиться всей своей яростью. Я, отступая, задаю вопрос: «Как твоё имя?» И тут, откуда ни возьмись, позади раздалось: «Да Ксилокс он». Голос, эхом отозвавшийся в сознании, один в один — Ратибора.

Картинка растаяла, как дым. Что это? Воспоминание? Моё?

Я потрясла головой. Перевела взгляд на мага. Тот внимательно наблюдал за мной.

— Ведьма? Кто это? — в недоумении спросил дракон, нахмурившись и переложив поводья из руки в руку.

— Человек с магической силой, — пояснил Ратибор, не отрывая от меня взгляда.

— Это невозможно, — прошептал Джемени.

— Люди не обладают волшебными силами, — добавил Финнбар, голос его был жёстким. — Они слабы. Хрупки. Настоящая сила — у эльфов. У драконов.

Остальные молчали. Они смотрели на меня, и во взгляде мелькали: удивление, неверие и… страх?

— Почему же? Я маг. Таких на вашей планете нет. Но я же существую.

Ратибор покинул бричку и приблизился ко мне. Пушок неторопливо шагал рядом, и магу не составляло труда идти с ним в ногу.

— Ты — кто угодно, — медленно произнёс Джемени, — но не человек.

— Тут ты прав, — вдруг усмехнулся Ратибор. Он смотрел не на Джемени, а на меня. И в его взгляде я видела не насмешку, не иронию, а знание.

Я замерла.

«Значит… — пронеслось в голове, — на Земле… Я была ведьмой».

Я молчала, не в силах осознать. Человек со сверхъестественными способностями! Существование, противоречащее законам моего мира. Существо, которого не должно быть.

Но я не помню… Кто я? Не эльфийка. Не человек. А что-то третье. Ведьма! И теперь она возвращается. Сила, пробудившаяся во мне, набирала обороты.

Неожиданно раздался звук. Не шорох. Не эхо. Гул. Как будто земля впереди задрожала от сотен ног.

Мы как раз проезжали узкий проход между двумя отвесными скалами — стены из тёмного базальта, покрытые мхом, что светился при приближении. Воздух был тяжёлый, наэлектризованный, как перед грозой.

И в этот миг — крики. Резкие. Грубые. Полные ярости.

Из-за поворота появилась толпа. Фигуры в рваных плащах, с оружием в руках — неузнаваемыми обломками металла, костями, зачарованными кинжалами. Лица скрыты под масками из чёрной кожи, с прорезями для глаз, в которых мерцало неестественное свечение.

Они бежали. Не просто бежали — неслись, как одержимые.

— Нападение! — рявкнул Финнбар, и его голос разнёсся по ущелью.

Он не стал медлить. Не стал ждать. Спрыгнул с телеги — ловко, на полусогнутых. Пыль взметнулась из-под ног. И в его руках ожил пистолет. Чёрный ствол, обвитый серебряными рунами, которые теперь вспыхивали одна за другой.

Энергия нарастала. Гул усиливался. Воздух искрил.

Рядом, без единого слова, Джемени. Он не кричал. Не ругался. Просто действовал. Резкое движение — и с пояса срывается пушка. Не громоздкая, но смертоносная. Цилиндрический ствол, три обода, пульсирующих тёмно-красным. Приклад автоматически выдвигается, приспосабливаясь под его плечо. Прицел вспыхивает, проецируя сетку на линзу его очков.

— Готов, — коротко бросил он, прижимаясь к телеге.

Толпа уже была в пятидесяти метрах. Сорок. Тридцать. Их крики сливались в единый, гипнотический рёв.

Я схватилась за пояс. Пальцы — к шокеру.

— Ульрих! — крикнула я.

— Вижу, — прорычал он, уже на земле, с мечом в руке.

Лира на Зефирке, лук натянут, стрела — с наконечником из ледяного кристалла.

Ратибор демонстративно отошёл в сторону и облокотился о скалу. Застыл, наблюдая.

— Позёр, — буркнула я.

Я погрузилась в себя, выуживая из глубин сознания заветные слова заклинания. Вспыхнув перед мысленным взором, они обрели форму. Пальцы затрепетали, чертя в воздухе руны, которые, загораясь мглистым голубым светом, активировались.

Но внезапно, стремительно приблизившись, Ульрих положил ладонь поверх моей, пресекая колдовской порыв.

— Кари, нет, — произнёс он твёрдо. — Никогда не растрачивай магию впустую. Мы справимся и без неё.

Я остановила заклинание и кивнула. Я прекрасно понимала его слова. Магия истощается быстро и восполняется очень долго.

Пушок застыл, не двигаясь, лишь его уши подрагивали.

Я тоже замерла в ожидании, вперив взгляд в приближающуюся толпу. Шокер — в руке. Сеть — на поясе. Клинок — у бедра.

Толпа, как единая, неудержимая стихия, напирала, ведомая лишь первобытным голодом и дикой яростью. В глазах каждого горел безумный, неистовый огонь. Воздух, густой от испарений пота и первобытного страха, казалось, можно было сжать в кулаке.

Джени первым открыл огонь.

Глава 25

Пушка извергла сгусток энергии. Пролетев несколько метров, он взорвался, осыпав всё вокруг искрами и обратив живое в пепел.

Толпа вздрогнула, но не остановилась. Лишь те, кто оказался слишком близко к эпицентру, упали замертво, обугленные и бездыханные.

Лира выпустила стрелу. Ледяной кристалл с шипением вонзился в землю, мгновенно сковав перед нападавшими ледяной стеной. Несколько врагов поскользнулись и рухнули, скованные морозом.

Но остальные, не обращая внимания на потери, неумолимо двигались вперед.

Ульрих взревел и бросился в атаку. Его меч, озаренный магическими рунами, засверкал.

И когда первая фигура – в рваном плаще, с топором из черного железа – приблизилась…

Клинок скользнул. Без сопротивления. Без удара. Лишь короткий, чистый свист.

И рука, державшая топор, отделилась от тела. Плоть не кровоточила – она обуглилась по краям.

Варвар упал, изрыгая проклятия. Остальные замедлились. На миг.

Но этого хватило. Потому что дракон уже не стоял. Он двигался.

Световой меч – не оружие для обороны. Он – для уничтожения. И теперь, в его руках, он превратился в смертельный танец: резкие выпады, вращения, удары сверху, снизу, по дуге.

А за его спиной Финнбар поливал нападавших огнем. Джемени прикрывал фланг. Лира, стреляя из лука, метко превращала цели в ледяные статуи. Я, верхом на Пушке, размахивала палкой-шокером, повергая врагов в судорожные конвульсии.

Внезапно чья-то хватка вцепилась в мои волосы, рывком стаскивая с Пушки. Кубарем покатившись по земле, я мгновенно вскочила на ноги. Как он подкрался сзади?

Тихий шорох донесся сверху. Подняв взгляд, я увидела, как со скалы, словно тени, спрыгивают несколько человек. Двое двинулись ко мне, остальные окружили Лиру.

Приняв боевую стойку, я приготовилась встретить надвигающуюся угрозу. Адреналин запульсировал по венам, взвинчивая сердце до бешеного ритма. Мои пальцы сжались в кулаки, взгляд оценивающе скользнул по нападавшим. Двое мужчин, идущих на меня, двигались с уверенностью профессионалов. Их глаза сверкали из-под черных масок.

Первый сделал выпад, целясь мне в живот. Я уклонилась, почувствовав, как ветер от лезвия свистнул возле кожи. Ответным движением я нанесла удар в челюсть, надеясь оглушить его. Но он лишь покачнулся.

Второй нападавший, воспользовавшись моим замешательством, попытался зайти со спины. Времени на раздумья не было. Я отбила его удар, развернулась и, используя инерцию, ударила первого ногой в колено. Он рухнул, корчась от боли.

Второй, взревев, бросился на меня с новой яростью.

— Влево! — донесся голос мага.

Я отшатнулась, едва не споткнувшись о камень. Устояв, сделала обманное движение и нанесла удар. Противник увернулся.

— Да влево же, кому сказано! — прорычал Ратибор с явным раздражением. — Кто тебя вообще драться учил?

Дежавю? Снова? В голове мелькнул неясный образ — ангела? — и тут же исчез.

— Заткнись, — процедила я сквозь зубы, обращаясь к магу. Встряхнула головой, отгоняя наваждение. Сейчас не время для видений.

Развернувшись всем корпусом, я обрушила удар ногой точно в солнечное сплетение второго противника. Он согнулся пополам, словно подкошенный, и отлетел на несколько метров, издав приглушенный стон.

Я подобрала выпавший шокер и нацелила его на следующего. Высокий, в плаще, пропитанном едкой вонью. В руке — кривой нож с темным, будто ядовитым лезвием. Он уже заносил руку.

Я не дала ему опустить её.

— Лови, — выдохнула я и нажала на активатор.

Разряд. Сине-белый луч, как молния, вырвался из наконечника. Противник даже не успел вскрикнуть. Его тело выгнулось дугой, мышцы мгновенно сократились, глаза закатились. Он рухнул, как подкошенный, и остался лежать, подергиваясь в легких судорогах.

Огляделась. Ульрих уже стоял над поверженными, его световой меч затухал. Лира сняла последнего с ближней скалы — ледяная стрела пригвоздила его к камню. Он визжал, но лед сковывал тело. Финнбар отряхивал пыль с пистолета.

— Ну что, — бросил он, — кто-то ещё хочет погеройствовать?

Тишина. Бой закончился. Я опустила вибрирующий в руке шокер. Посмотрела на друзей. Ульрих кивнул. Лира улыбнулась. Джемени проверял заряд пушки. Финнбар уже копался в вещах поверженных.

Маг всё так же стоял у скалы. Во время боя нападавшие обходили его стороной, как будто невидимая аура отпугивала их.

— Почему на тебя никто не напал? — спросила я Ратибора. — Ты их зачаровал, что ли?

Тот усмехнулся, но промолчал. Вот гад, не собирается делиться секретами, подумала я, убирая шокер.

Я подошла к Пушку, который всё это время стоял неподалёку, и ласково погладила его по мощной шее. Вскочив в седло, я замерла, наблюдая за суетой вокруг.

Ратибор вернулся в бричку. Проходя мимо, он буркнул:

— Сегодня же займёмся тренировками.

Я уставилась на него с недоумением.

— Чего?

— Готовься, на привале будешь отрабатывать технику рукопашного боя.

— Какого хрена! — взвилась я в бешенстве. — Пока остальные будут отдыхать, я буду…

— Именно, — перебил меня этот… этот… Я не могла подобрать ругательства, которое бы в полной мере отразило моё возмущение.

— А это ты видел! — Я по-детски состроила из трёх пальцев фигуру. Дуля получилась внушительной, идеальной формы.

— Не поможет, смертная, — усмехнулся маг, с интересом посмотрев на моё творение.

Скрывшись в бричке, этот хам развалился на ложе и закрыл глаза.

Я зверела. Как он смеет мной командовать!

Вдруг поняла, что вокруг слишком тихо. Подняв взгляд, увидела, как все, наблюдая за нашей перепалкой, ждали, чем кончится дело. Я чертыхнулась.

— Давайте, собирайтесь, — пришла мне на помощь Лира. — Быстрее, иначе не успеем до ночи добраться до пункта стоянки.

Она торопила их, и все принялись за дело. Через двадцать минут мы тронулись в путь.

— Кто это на нас напал? — тихо спросила я у оборотня, ехавшего рядом.

— Их называют изгоями, — так же тихо ответила она. — Одичавшие люди. Банда уже давно орудует в этих краях, нападая на путешественников. Кому-то удаётся отбиться, как нам сегодня. А кто-то попадает к ним в лапы.

— Почему власти ничего не предпринимают?

— Это нейтральные территории. Никто не хочет брать на себя эту волокиту. К тому же эти отребья плодятся, как шипуны.

В разговор вмешался Финнбар, ехавший позади и уверенно управлявший мулами — так я называла этих шестиглазых тварей. Омнискры — вот как зовутся эти монстры. Но для меня это слово слишком сложное.

«Шипуны», — повторила я про себя. Я видела этих мелких грызунов. Они напоминали земных крыс, только были проворнее и агрессивнее.

— Никто не ранен? — спохватившись, перевела я тему.

— У меня небольшой порез, — произнес Ульрих. — Пустяковый.

Больше никто не пострадал. Финнбар с Джемени, как и Лира, стреляли из оружия и в рукопашной не участвовали. Я вздохнула с облегчением. Перевязав и правда пустячный порез на плече, двинулись дальше.

Вскоре мы добрались до места. Устраиваясь на отдых, распределили обязанности: кто готовит, кто ухаживает за животными, кто убирается.

Я взяла на себя готовку, чтобы отвлечься от злости на Ратибора. Собирая ветки для костра, я не могла не думать о его словах. Тренировки? Как будто я какая-то новобранец в его магической академии! Шокер в кармане казался единственным утешением, но после сегодняшнего боя я понимала: в этом мире одной электроники и магии мало. Нужно учиться драться по-настоящему.

Я делала шашлык по земному рецепту.

— Никогда не видел, чтобы так готовили мясо, — произнес Джемини, провожая взглядом крупные куски, тонувшие в ароматной жидкости. Нарезав туда овощей, я оставила мясо настояться, а сама занялась ингредиентами для соуса.

Когда я принялась насаживать шашлык на самодельные шампуры и пристраивать их над импровизированным грилем, заметила, как к нам приближается Ульрих. Его удивленное бормотание показалось мне забавным.

— Кто так готовит? — недоуменно спросил Ульрих.

— Все сгорит. Сделай огонь потише, — посоветовала Джемини.

— Ты что творишь?! Хочешь оставить нас без еды?! — вскричал Ульрих, когда я плеснула на вертела остатки маринада, и пламя взметнулось, жадно поглощая ароматные кусочки мяса.

Вскоре лагерь наполнился пьянящими запахами жареного мяса. Ужин прошел сравнительно спокойно. Все уплетали за обе щеки аппетитные кусочки, обмакивая их в соус, который я приготовила из нескольких трав и местного майонеза. Финнбар травил байки о своих прошлых приключениях, заставляя всех хохотать. Ратибор сидел в стороне, уставившись в пламя. Я нарочно села подальше, но его присутствие все равно раздражало.

Когда все закончили трапезу, он подошел ко мне у костра.

— Время тренироваться, смертная, — произнес он ровным тоном, без тени насмешки.

Я хотела огрызнуться, но в его глазах мелькнуло что-то серьезное — не приказ, а скорее забота. Вздохнув, я встала. Он повел меня в сторону от лагеря, к довольно внушительной поляне.

— Десять кругов по поляне, — распорядился он.

Я аж споткнулась. Приказ показался мне настолько нелепым. Развернувшись к Ратибору, я посмотрела на него долгим, злобным взглядом. Ему хоть бы что. Скрестив руки, он в ответ смотрел не отрываясь.

— Чего стоим? Кого ждем?

Я не сдвинулась, пыхтя как паровоз.

— Смертная, — угрожающе протянул он. — Либо бег, либо забудь о сне.

Я сжала кулаки, чувствуя, как ярость кипит в венах. Этот гад, этот прыгатель по мирам, снова ставил меня перед выбором, который не был выбором вовсе. Бегать по поляне, как послушная собачонка? Нет, я не сломаюсь. Но сон… Скрипнув зубами, я сорвалась с места, ноги сами понесли меня по мягкой траве, освещенной звездами Этерии. Десять кругов я преодолела быстро.

— Черт, совсем забыл, что ты теперь не совсем смертная, — буркнул он, когда я подошла к нему слегка запыхавшаяся.

— Почему ты зовешь меня «смертная»? — спросила я, присаживаясь рядом с ним. — Меня зовут Кариэль.

Имя не совсем моё, конечно, но я к нему привыкла.

— Смертная, ты чего расселась? А ну вставай! — рявкнул Ратибор, начисто проигнорировав мою тираду.

— Кариэль, — упрямо повторила я, не двигаясь.

— Не заслужила! — уже спокойнее произнес он.

— Чего, чего?! — мой голос сорвался на неприятный визг. — Я должна это заслужить? Ты... Ты... больной придурок! — наконец нашлась я.

Вдруг перед глазами вновь возникло воспоминание, как вспышка.

Я увидела себя в прошлой жизни и... Монстра.

"— Ну что, смертная, готова к очередному марафону?

— Слушай, мы с тобой сколько знакомы? Несколько месяцев? Почему ты до сих пор не называешь меня по имени? У меня вообще-то имя есть!

— Оно мне без надобности.

— Без надобности? Ты серьёзно? Я не просто «смертная». Я — это я. У меня есть прошлое, есть мечты, есть…

— Есть проблемы, которые ты отчаянно пытаешься решить с моей помощью. И пока эти проблемы не будут решены, всё остальное для меня не имеет значения. Твоё имя, твои мечты, твои прошлые обиды — это лишь пыль на ветру, которую я могу развеять одним щелчком пальцев.

— Но я не пыль. Я — человек. И я заслуживаю уважения.

— Уважение? Ты просишь уважения у того, кто питается страхом и отчаянием? Ты до смешного наивна, смертная. Но именно эта наивность, эта твоя упрямая вера в лучшее и делает тебя… любопытной."

Видение растворилось. На этот раз воспоминание было не просто ярким – оно ощущалось до жути реальным. Образ существа, мелькнувший в нем, был настолько пугающим, что холодный ужас сковал меня. Но голос… Этот голос… Он, несомненно, принадлежал магу.

Я резко вскочила на ноги.

— Кто ты? — прошептала я, отступая шаг за шагом. — Что ты такое?

Глава 26

Я отступала. Назад.

Ещё шаг. И ещё.

Ратибор.

Медленно поднимался, как антагонист из сериала, который точно не умрёт в первой серии.

— Что ты вспомнила? — спросил он.

На русском.

— Я… сама не очень понимаю, — выдавила я тоже на русском. — Обрывки. Всё расплывчато. Как будто сон…

Он уже был рядом.

Не подошёл. Оказался. Телепортировался.

— Что ты увидела? — спросил он.

Я сглотнула.

— Разговор… с кем-то. Монстром. Огромным. С глазами чёрными, как сам ад. А голос…

Я замерла.

— Твой голос.

Пауза.

— То чудовище…

Голос — на грани визга. Сердце — в горле. Адреналин — как будто я выпила десять энергетиков и прыгнула с парашютом… вниз.

— Это был ты?

— Катя, детка, — сказал он мягко, — успокойся.

Я взвилась.

Он знает, как меня зовут?! — пронеслось в голове. Но тут же сама себе ответила:

Ну конечно знает, дура.

Вы оба с Земли.

Он, скорее всего, заблудший менеджер из «Магнита», который тоже попал сюда путем...

Моя саркастическая фантазия иссякла.

— Кто ты? — выкрикнула я.

Голос сорвался на визг. Его просьба успокоиться осталась без внимания. Страх разрастался внутри.

— Кто ты такой?!

Он молчал. Слишком долго.

Я уже готова была дать деру.

И тут:

— Демон, — сказал он.

Просто. Чётко. Без драмы. Как будто заказывал кофе.

— Что?! — взвизгнула я, голос достиг пика. Настолько, что сама поморщилась от поросячьего визга.

— Демон, — повторил он. — Восьмого круга. Бывший командир легиона Теней. Экс-повелитель Пустоты. Бывший… ну, в общем, много чего бывшего.

Я уставилась на него.

— Ты… шутишь.

— Нет.

— Это шутка?

— Нет.

— Ты просто решил напугать меня?

— Нет.

— Демоны не существуют. Это сказки. Это… это вымысел.

Тишина.

Он просто смотрел.

Глаза стали как две чёрные дыры, в которые хочется упасть и больше не вылезать.

И тут внутренний голос — тот, что обычно шепчет «не ешь третий пончик» — вдруг пискнул: «Но ты же видела его. Ты слышала голос. Ты чувствовала запах серы. И ты знаешь — это был он».

Я закрыла глаза.

Если верить ему — Ратибору, магу, демону, бывшему повелителю восьмого ада, кто он там ещё? — Я ведьма?

Очень сильная ведьма.

На уровне " может разрушить континент, просто чихнув"

И даже после смерти моя сила осталась при мне.

— Ладно, — прошептала я. — Допустим. Ты — демон. Мы — на другой планете. Говорим на русском. И ты знаешь, как меня зовут и кем я была.

Я открыла глаза.

— Тогда скажи мне, Ратибор… Что я забыла? И почему ты не уничтожил меня, когда увидел?

Он усмехнулся.

— Потому что, смертная.

Тихо сказал он.

— Ты — единственное существо во всех мирах, которое не боится меня. И первое, которое я не хочу убивать.

Я замерла.

А где-то в глубине памяти что-то щёлкнуло.

Перед глазами новое видение, от которого на голове зашевелились волосы.

«Я сплю в объятиях этого демона».

Не метафора. Не сон. Реальность.

Я — в его руках. Он — не держит. Он обнимает.

— Нет, — прошептала я. — Нет. Нет. Нет.

Я резко схватилась за виски, будто пыталась выдавить это видение, как прыщ на лбу перед свиданием. Потёрла. Сжала. Почти выцарапала.

Из груди вырвался стон. Не от боли. От абсурда.

— Я.

— И.

— Демон.

— Вместе.

Быть такого не может!

Это как если бы ты вдруг вспомнил, что год назад женился на пылесосе и теперь у вас трое детей — роботов-пылесосов.

— Как я могла такое забыть? — прошипела я сквозь зубы.

Почему я помню, как выиграла школьную олимпиаду по химии, но не помню, как начала встречаться с существом, которое, по легендам, лопает души на завтрак?

— То есть я умерла? И воскресла? И забыла, что была в отношениях с чёртовым принцем тьмы?!

Прошептала я, размышляя вслух.

Я поёжилась. От отвращения.

Я…? Связалась с исчадием ада! С тем, кого рисуют с рогами, хвостом и вечной ухмылкой, как будто он только что обманул старушку на рынке?

— Фу, — сказала я громко. — Фу-у-у!

Но тут — в памяти всплыл другой образ.

Не кошмар. Не ужас. Тёплый.

Я — в комнате. Он — рядом. И его голос — низкий, с хрипотцой:

— Ты что будешь на завтрак, Катя?

Я резко открыла глаза.

— Что-о-о?!

— Проблемы с памятью? — раздался голос.

Я обернулась.

Ратибор отошел чуть назад и теперь стоял в трёх шагах. Спокойный. Слегка насмешливый. Как будто знал, что я сейчас вспоминала.

— Ты… — я указала на него пальцем. — Ты никакой не милый.

— Я и не утверждал, — пожал плечами он.

— Ты — чудовище.

— Был.

— Ты — демон.

— Технически.

— Ты… ты… спал со мной.

Он поднял бровь.

— А ты думала, я просто так, из вежливости, обнимал тебя в твоей постели?

Я ахнула.

— Это… это было не…

— Было, — сказал он мягко. — И тебе нравилось.

Я закрыла лицо ладонями.

— Я встречаюсь с демоном, — прошептала я сквозь пальцы. — Боже, мама меня убьёт.

Ратибор усмехнулся.

— Вообще-то твоя бабка. И она уже пыталась. И не тебя, а меня. Три раза. Не вышло.

У меня есть бабушка, которая знает о демонах?!

Шок! Шок! Шок!

— Почему я ничего не помню? — мой голос прозвучал едва слышно, когда я обратилась к Ратибору.

Страх, еще недавно сковывавший меня, начал отступать, уступая место нарастающему любопытству.

— Сколько ты здесь? — задал он встречный вопрос. Не настаивая на ответе, я сосредоточилась на подсчетах.

Сколько времени я провела на Этерии? Так... Получалось около двух месяцев?

— Семь недель.

— Это невозможно! — его глаза расширились, в них мелькнуло удивление и растерянность.

Нахмурив лоб и потирая подбородок, он усиленно размышлял. Молчание затягивалось. Устав стоять, я опустилась на землю. Заметно похолодало, и я невольно поёжилась. Ратибор исчез, а через мгновение вернулся с одеялом. Укутав меня, он снова погрузился в свои мысли. Я наблюдала, как он ходит туда-сюда, что-то бормоча себе под нос. Разобрать было невозможно.

И я погрузилась в собственные.

Мысли в моей голове метались, перескакивая с одной новости на другую. Чем больше я размышляла о том, что узнала, тем сильнее становилось моё беспокойство. Я снова и снова пыталась напрячь память, но безрезультатно. Воспоминания обрывались на моём совершеннолетии.

Интересно, сколько мне лет?

Когда я умерла?

И почему?

Эти вопросы жгли мой мозг. Думать о собственной смерти как о свершившемся факте было странно.

А вдруг меня убил этот демон, а теперь притворяется спасителем, а сам...

Я вскочила на ноги, охваченная новым приступом испуга. Это привлекло внимание Ратибора.

— Что тебе опять втемяшилось в голову? — спросил он.

Похоже, он действительно знал меня очень хорошо.

— Ничего, — буркнула я.

Говорить о своих подозрениях я не собиралась. Но на всякий случай отошла подальше.

Потому что, чёрт возьми… Я не самоубийца. А он — демон.

И если он действительно убил меня… То, может, снова захочет?

Он смотрел на меня. Долго.

— Ты думаешь, я убил тебя? — спросил он тихо.

Я не ответила. Только опустила взгляд.

— Когда ты вспомнишь, тебе будет стыдно!

Да неужели? Хмыкнула я про себя. Верить демону не входило в мои планы.

— Твоё путешествие началось задолго до того, как ты оказалась здесь. Пятьдесят три года назад твоя душа покинула Землю.

Он начал рассказ без долгих вступлений, переходя сразу к сути.

— Но... Я... Два месяца...

Я заикалась.

— Похоже, прежде чем обрести тело эльфийки, ты все-таки прошла через цикл перерождений. Случилась какая-то задержка. Дело в том, что людские души сначала отправляются в рай или в ад. Там они либо несут наказание, либо получают награду, в зависимости от своих деяний. После этого они уходят в никуда. В пространство, где нет ничего, кроме пустоты. Там душа забывает всё, что пережила в прошлой жизни. Это может занять годы, столетия, даже тысячелетия. Пока всё не сотрётся из памяти. Ты, похоже, миновала первый этап, но попала во второй. Хотя должна была сразу заселиться в другое тело. Отсюда и твоя частичная амнезия. Где-то произошёл сбой. По крайней мере, я так предполагаю.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Но почему именно эльфийка? — спросила я, пытаясь осмыслить услышанное. — Почему не человек?

— Мне тоже интересно, — усмехнулся Ратибор, прожигая меня страстным взглядом. Я поёжилась.

— Ты всё это время меня искал? — спросила я, быстро сменив тему на что-то менее опасное.

— Первые тридцать лет я боролся за то, чтобы выбраться с Земли, где ты меня оставила, лишив малейшего шанса покинуть эту проклятую планету.

Его голос звучал глухо.

Новый шок. Нервы, и без того натянутые до предела, не выдержали. Я пошатнулась, ноги подкосились, и я плавно осела на землю. Отстранённо, будто наблюдая за чужой драмой, я видела, как демон бросился ко мне, подхватил на руки и прижал к своей груди. Сопротивляться больше не было ни сил, ни желания. Я закрыла глаза и отдалась темноте, погружаясь в беспамятство.

Глава 27

Мне снился сон.

Я оказалась посреди безжалостной пустыни, где солнце нещадно жгло, а жажда сводила с ума. Куда идти, зачем – я не знала. Но какая-то неведомая сила гнала меня вперед. Я чувствовала, что должна что-то найти. Или кого-то.

Каждый шаг давался с трудом, ноги подкашивались, но я поднималась и шла дальше. В конце концов, силы иссякли, и я упала на горячий, обжигающий песок. С последним усилием я подняла голову и уставилась вдаль, за горизонт.

— Кто ты?

Выдохнула я пересохшими губами.

— Где ты?

Прозвучал мой слабый голос в безмолвии.

Я резко распахнула глаза, задыхаясь.

Во рту стояла такая сухость, будто я и правда провела в пустыне целую вечность.

Схватив стакан, что стоял у изголовья, я залпом осушила его.

— Очнулась? — раздался насмешливый голос мага.

Я повернула голову и встретилась с ним взглядом. Ратибор сидел в кресле, увлеченно читая книгу.

"Надо же, сколько он читает", — мелькнула мысль.

— Доброе утро, — буркнула я, пытаясь подняться с ложа. Но стоило мне встать, как бричка качнулась, и я снова рухнула обратно.

— День, — уточнил маг.

— Что? — не поняла я.

— Уже день, — повторил он.

Я удивилась. Неужели я так долго спала?

Наконец мне удалось выбраться из постели, и я шагнула к креслу. Села напротив Ратибора, буравя того хмурым взглядом.

— Почему не разбудили?

— Я запретил будить.

— С каких пор ты управляешь моей жизнью?

— Смертная, ты что, ничего не помнишь? Снова?!

Его бровь иронично приподнялась. В глазах смешинки.

И тут, как по сигналу, шлюзы открылись, и память хлынула в мозг.

— Да чтоб меня...

Выдохнула я потрясенно. Глядя на мага. Нет, на демона. Вроде как моего демона. Или моего убийцу? Резко поднявшись в шоке, пошатнулась, протянула руку, чтобы ухватиться за что-то, но руки сцапали лишь воздух.

— Опять?

Ратибор вскочил с кресла, стремительно приблизившись, обхватил меня за талию, не давая упасть. Сграбастав, опустился вместе со мной обратно, усадив меня на колени.

А я всё смотрела и смотрела на его лицо. Надо признать, на красивое лицо. Самое красивое, что я видела в жизни. И не могла поверить.

— Я правда тебя люблю?

Вырвалось у меня спонтанно. Я покраснела, но глаз не отвела.

Он не ответил.

Также смотрел мне в глаза.

Словно под гипнозом я наблюдала, как его лицо приближается. Как его дыхание опаляет мои губы. Он приник к ним с такой нежностью. Сначала поцелуй был ласковым, почти невесомым. Но потом... Как будто ветерок, превратившийся в ураган.

Ратибор сжал меня в руках с такой силой, что хрустнули косточки. Его губы сминали мои в порыве неуправляемой страсти. Его язык проник внутрь, и из моей груди вырвался глухой стон. Прижимаясь к демону всё плотнее, я погрузилась в волны возбуждения настолько острого...

Обхватив его за шею, я ответила на поцелуй с не меньшей страстью, чем он. Растворилась в нем, окончательно потеряв контроль.

Последняя здравая мысль «Это полное безумие» уже через долю секунды исчезла.

— Кариэль! Ты проснулась? — голос Лиры проник в мой разум, мягкий и настойчивый.

Но я отмахнулась от него, поглощённая бурей чувств, которая не давала сосредоточиться.

— Кари... — снова позвала она, и я услышала, как Лира толкнула окно снаружи. Оно скрипнуло, поддаваясь.

Звук привел меня в чувство, и тут до меня дошло: нас могут увидеть с улицы. Стены брички были достаточно прозрачны, чтобы любой мог разглядеть, что происходит внутри.

Я резко оттолкнула Ратибора. Он отлетел и врезался в спинку кресла. У меня же такой опоры не было, и я с глухим стуком рухнула на пятую точку. Потирая ушибленный копчик, сыпала про себя проклятиями в адрес этого наглого демона.

— Ты… ты… — я задохнулась от возмущения.

— Что? — он приподнял бровь, явно наслаждаясь зрелищем.

Переругивались мы еле слышно.

— Ты чуть не…

— …не довёл дело до конца? — закончил он за меня, ухмыляясь.

Я вскочила, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства.

— Это было… — я запнулась, подбирая слова.

— Неотвратимо? — предложил он.

— Безрассудно! — рявкнула я.

— Страстно, — поправил он, поднимаясь. — И очень, очень приятно.

Я открыла рот, чтобы ответить, но тут окно распахнулось полностью, и Лира нарисовалась в проёме.

— Ну наконец‑то! — воскликнула она, окинув нас взглядом. — Я уж думала, ты…

Она замолчала.

Взгляд скользнул по моему раскрасневшемуся лицу, по Ратибору, чьё выражение было слишком довольным.

— …уснула навеки, — закончила она, кашлянув. — Видимо, нет.

Я почувствовала, как щёки пылают ещё сильнее.

Больше не говоря ни слова, покинула бричку. День был в разгаре.

— Через двадцать минут остановимся на привал, — донёсся голос Финнбара.

— О, Кари, очнулась? — подъехал ко мне Ульрих на своём чудовищном тигренке. — Скажешь, почему грохнулась в обморок? А то этот, — дракон ткнул пальцем в сторону Ратибора, — толком ничего не объяснил.

— Нечего рассказывать, — буркнула я в ответ.

Похоже, никто ничего не заметил. Я вздохнула облегчённо.

Взобравшись на Пушка, я присоединилась к оборотню. Некоторое время мы ехали в молчании.

— Кариэль, что между вами происходит? — не выдержала лиса.

— Самой бы понять, — протянула я, уходя от ответа.

— Мне кажется, магу что-то нужно. Он так смотрит на тебя... Что мне становится страшно, — шёпот Лиры стал едва слышен.

Я бросила быстрый взгляд на бричку. Ратибор, как ни в чём не бывало, вновь погрузился в чтение. Эта его невозмутимость повергла меня в смятение. Как мог он сохранять такое спокойствие, когда внутри меня бушевал ураган эмоций? Неосознанно пальцы прикоснулись к губам. Тело пронзила дрожь при воспоминании о его поцелуе. Прокляв себя мысленно, я попыталась отогнать эти мысли.

Нужно разобраться во всём. Понять, кто я теперь. Эльфийка наарит? Ведьма? И как, во имя всех стихий, я оказалась связана с демоном? Да ещё и таким могущественным. Я ощущала его силу, даже когда он старательно скрывал её истинный масштаб.

Пушок, чувствуя моё состояние, всё больше замедлял шаг. Вскоре я оказалась позади каравана. Погружаясь всё глубже в свои мысли, я снова и снова пыталась собрать пазл. Но это было бесполезно. Слишком мало я знала. Слишком многое не помнила. Отрывочные воспоминания не складывались в цельную картину. Чёрт возьми! Если Ратибор прав, и моя душа действительно прошла через цикл перерождений… Смогу ли я тогда всё вспомнить? Да и нужно ли? Промелькнула крамольная мысль. Теперь я – эльфийка. Зачем мне прошлое? Голова начала раскалываться.

" Затем, что ты обладаешь силой ведьмы, — прозвучал в голове голос. — Затем, что демон рыскал по всем мирам, ища тебя. Затем, что ты — наследница Костяного Древа".

Внутренний голос был громким, явственным и исполненным пафоса.

Стоп! Наследница Костяного Древа?!

Перед глазами вспыхнула картинка: огромное дерево, я вся в белом неземном свете. Бабуля, читающая заклинание на призыв.

Ведьма.

Я ведьма!

Ведьма, получившая силу высшего ранга.

Я ахнула. В широко распахнутых глазах всё ещё стояли видения тех давних событий. Демон материализовался рядом.

— Катя, ты в порядке? — В его голосе звучала тревога.

— Ты был прав. — прошептала я, всё ещё не отойдя от потрясения. — Я — ведьма!

— Конечно прав, — хмыкнул он. — Что ты вспомнила?

— Своё посвящение.

— Память возвращается к тебе всё стремительнее. С каждым мгновением видишь всё яснее, — ухмыльнулся Ратибор, и в глазах его заплясали чертики. — Скоро всё вспомнишь окончательно.

— Уверен?

— Уверен. Теперь это лишь вопрос времени.

****

Спустя две недели пред нами вознеслась исполинская гора, чья вершина терялась в облаках. Ещё три дня наш путь лежал в её объятиях, прежде чем, обогнув массив, мы уткнулись в отвесную скалу с противоположной стороны. Мои глаза распахнулись от изумления, когда мы остановились перед вратами, вросшими в самую плоть горы.

— Город… Он действительно внутри скалы? — Недоверие прозвучало в моем голосе.

Джемени, конечно, упоминал об этом, но я представляла его прильнувшим к скале или воздвигнутым на ней, но никак не сокрытым в ее недрах. Сидя на Пушке, я вглядывалась в массивные железные ворота. Взор мой устремился вверх, и… конца я не увидела.

— Какова же их высота? И как они вообще открываются? — спросила я, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Магией, — отозвался Ульрих, останавливая Вулдрога подле Пушки.

Вулдрог – так дракон назвал своего тигра-переростка. Грубое, рычащее имя, рисующее в воображении массивного зверя, чьи челюсти способны дробить камни. Имя, весьма подходящее для Драз-гаала.

— Как же мы войдем?

— Надо ждать, — ответил Джемени.

Лира остановилась позади меня. Телеги, управляемые Финнбаром и Джемени, скрипнули и тоже затормозили.

— Ждать? — переспросила я, чувствуя, как нетерпение начинает разъедать меня изнутри. — Но чего?

— Когда откроют, — просто ответил Джемени, его взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно он видел нечто, недоступное моему пониманию. — Норсалис не открывает свои объятия каждому встречному.

Я огляделась. Вокруг нас простиралась дикая, нетронутая природа, лишь редкие деревья цеплялись за каменистую почву. Никаких признаков жизни, кроме нас самих. Тишина была почти осязаемой, нарушаемая лишь шелестом ветра.

Странное дежавю... Точно так же нас встретил Хроноград: безмолвный, пустынный, грандиозный.

Это меня насторожило.

— А если мы не дождемся? — Мой голос звучал почти как вызов. — Если он так и останется закрытым?

Ульрих усмехнулся, его глаза блеснули. — Тогда мы найдем другой путь. Но Норсалис редко отказывает тем, кто приходит с чистыми намерениями.

Я снова посмотрела на врата. Они казались не просто дверью, а порталом в другой мир, хранящим в себе тайны веков. Железо, покрытое патиной времени, было украшено замысловатыми узорами, которые, казалось, двигались и переплетались, когда я смотрела на них. Было в этом зрелище что-то завораживающее и одновременно пугающее.

— Чистые намерения… — прошептала я, пытаясь понять, что это значит для города, скрытого в сердце горы. — А как их доказать?

Лира положила руку мне на плечо. — Иногда, — сказала она мягко, — достаточно просто быть собой. И верить.

Я снова подняла взгляд к верху, пытаясь разглядеть, где заканчиваются врата.

Время перевалило за полдень. Тишина. Гнетущая, почти осязаемая тишина, в которой даже ветер боялся шевельнуться.

Пушок подо мной заёрзал — в очередной раз. Его копыта глухо постукивали по земле, будто отсчитывали секунды моего терпения. Я бросила косой взгляд на Ульриха.

Он сидел неподвижно.

Взгляд — пригвоздён к массивным воротам.

Он что, хочет прожечь в них дыру силой воли? Усмехнулась про себя.

Я оглянулась.

Лирка, восседая на Зефирке, застыла в позе романтической героини. Глаза полуприкрыты, на губах — мечтательная улыбка. Наверняка представляла себя в объятиях какого‑нибудь оборотня-красавца.

Финнбар, напротив, демонстрировал куда более практичное отношение к жизни. Он крутил в руках свою пушку — не оружие, а произведение инженерного искусства, — и играл с ней, как ребёнок с новой игрушкой. Щёлк‑щёлк‑щёлк.

Джемени…

Спал.

Беззастенчиво, с комфортом, опустив голову на грудь.

«Мулы» также — все до единого — погрузились в полусонный транс. Время от времени кто‑то из них всхрапывал.

Ратибор был верен себе.

Сидел в бричке, скрестив ноги, и читал. Не какую‑нибудь потрёпанную брошюрку, а фолиант толщиной с кирпич. Лицо — сосредоточенное, как у учёного, который вот-вот откроет секрет бессмертия.

«Серьёзно?» — подумала я, чувствуя, как внутри закипает волна раздражения. — «Серьёзно, никто не собирается ничего делать?!»

Прошло ещё шесть часов.

Шесть.

Часов.

Мать твою....

Вечер подкрадывался незаметно, ночь была не за горами.

Желудок издавал звуки, достойные голодного тролля. Но никто даже не дёрнулся.

Проклиная всех подряд — от богов до последнего муравья, который, возможно, тоже сидел где‑то и ждал, — я слезла с Пушка.

— Всё, — сказала я вслух, хотя никто не спросил. — Мне надоело. Не хотят пускать нас? Да и чёрт с ними.

Подойдя к телеге с припасами — изрядно истощившимися, надо заметить, — я начала рыться в остатках провизии. Пальцы нащупали что‑то твёрдое, завёрнутое в промасленную бумагу.

Сыр. Засохший, но всё ещё съедобный.

— О, — пробормотала я, отламывая кусок. — Спасение.

Подняла глаза.

Все по‑прежнему сидели в той же позе. Даже Лирка не вышла из транса. Только Пушок повернул голову с немым вопросом: «А мне?»

— Держи, — протянула я ему его корм на ладони.

Он радостно уткнулся мордой и в секунду смел всё подчистую.

Я откусила сыр. Солёный. Немного горький.

И, глядя на эту картину — на своих друзей, на закрытые ворота, — я вдруг подумала:

«Может, это знак. Если нас не пускают, значит, нам туда не надо».

Только я открыла рот, чтобы озвучить свои мысли, как врата вздрогнули и начали открываться.

Прдолжение следует....

Девочки, не буду задерживать выкладку второй части. Первую главу выложу одновременно с этой!