Элемент власти. Том IV

Глава 1

Окрестности Бурого.

Темнота уже легла на холм, но десять фигур в серых хламидах всё ещё возились у портала, торопливо заканчивая подготовку.

— Артефакты бешенства… Амулеты скрытности… Склянки с безумными духами… Так, разбираем, не тянем время, — передавал инструменты для будущей резни один из святош.

— Как думаете: где этот проклятый бес? — проворчал один из членов ордена, поправляя кинжал за поясом.

— Может, всё-таки сбежал, почуяв нас? — усмехнулся другой.

— Да откуда ему знать? — махнул рукой третий. — Нужно быть осторожными, чтобы Славия не предъявила нам потом претензии… Мы и так с большим трудом распространяем своё влияние на этих землях.

Старший, высокий мужчина с холодными глазами, промолчал. Он поднял руку и призвал всех к тишине. Он чувствовал: что-то не так.

И тут земля под ногами шевельнулась. Едва заметно, словно крот роет свой тоннель. Но разве бывают кроты, от которых во все стороны расходится магия? Он никогда таких не видел. И потому сразу понял, что их раскрыли.

— ВНИМАНИЕ! — предупредил старший маг.

Из-под земли вырвались корни. Толстые, как канаты. И первый маг, который стоял ближе всех к чемоданчикам с убойными артефактами, даже не успел вскрикнуть: древесные щупальца сжали его, превращая кости в крошево. Схваченный не умер, но это лишь вопрос времени. Никакая вера не поможет магу преодолеть ТАКУЮ боль, чтобы дать сдачи.

— ВРАГ! — прокричал старший, разгоняя магию и выхватывая свой боевой магический жезл правой рукой.

Но все уже и так поняли, что случилось. Здесь были сплошь профессионалы. Но против них вышли не люди, с которыми они учились справляться…

Раздался рык. Из темноты вырвалась лазурная вспышка.

Агма была великолепна в своём прыжке, в своей стремительности. Её клыки вонзились в горло второго мага, и тот рухнул, объятый синим пламенем. Магия в его жилах вспыхнула и погасла, сожжённая дотла...

— Проклятье! Элементаль! Он вычислил нас! — закричал третий, выхватывая меч и пистолет.

Пули прошли сквозь тело пламенного зверя. Лезвие вспыхнуло священным светом, и Агма отпрыгнула скалясь. Магический клинок её не убьёт, но и приятным его касание не назовёшь.

— Зря вы пришли сюда… — бесшумно поднялась из высокой травы Ариана и мощным ударом вонзила знамя в вершину холма.

Святоши отреагировали мгновенно и переключились с юркой Агмы, что прыгала, уворачиваясь от их магических атак, на новую цель. И поплатились. Клыки шустрой волчицы сжались на горле ещё одного убийцы, и Агма впитала пламя от сжигаемой магии и души.

— Ты не отсюда… — прошипел святоша, стоящий ближе всех к дриаде.

Зелёные волосы Арианы колыхались, длинные уши подрагивали, улавливая каждый звук. Лёгкая улыбка появилась на лице дриады. Они заслужили видеть, умирая, эту беззаботную улыбку хранительницы не только рощи, но и дома величайшего мага из всех, что дриада когда-либо встречала.

— НЕЛЮДЬ! ВТОРЖЕНКА! ЧУЖЕРОДНАЯ МЕРЗОСТЬ! — завопил один из убийц, швыряя в неё яркий шар священного пламени.

— И это меня вы называете нелюдем? Да что в вас самих человеческого?

Ариана приняла удар на магический щит и взмахом руки стряхнула огоньки заклинания, что повисли на нём.

Этот щит был среди добычи, что они получили после битвы с двумя легионами архаритов. Когда Сергей позволил ей выбрать всё, чего её душа пожелает… Ариана сперва даже не поверила. А спустя пару мгновений её взгляд упал на артефакт защиты и она вся задрожала. Такое богатство. Такое изящество и красота. Такая… МОЩЬ! Которая, впрочем, не смогла ничего противопоставить ему – её господину и создателю.

— Ты не имеешь права быть здесь! ИЗЫДИ! — взревел старший святоша, направляя в дриаду из боевого жезла мощный поток магического света, что должен был без особого труда прожечь любой магический щит… Созданный артефакторами Славии или же самим магом для самозащиты. — Твоё существование – плевок в лицо Священной Империи!

— А ваше присутствие здесь – плевок в мир магии. Истинной магии! — И дриада обрушила на святошу печать подавления из тайных заклинаний архаритов, что было вшито в одно из генеральских колец, которое обрело нового хозяина в лице Арианы.

— Что за… Дьявольская… Как? — упал на колени старший маг, ощущая, как трещат его кости, вдавливаемые в землю силой гравитации.

Под таким давлением он только и мог непонимающе смотреть на своего врага. Откуда ему было знать, что он пытается пробить один из сильнейших щитов архаритской знати, способный выдержать куда более разрушительную магию, нежели подобный магический луч света.

Ариана же рванула вперёд, ощутив, что запас магии в кольце заканчивается, и увидев, что Агме нужна помощь. Её бархатная рука вонзилась в грудную клетку мага, пробивая её насквозь. Одно движение – одна смерть. Душа дриады словно вознеслась от восторга. Сила… Реальная сила. Намного большая, чем при жизни. Она получила её и впервые могла самостоятельно понять, на что способна.

Теперь, когда перед ней не стоял, словно исполинское Священное Древо Рощи, Сергей, она не ощущала себя маленькой тенью на его фоне. И поняла… что и сама достойна явить этому миру свою волю, свою правду и выплеснуть всю ту боль, которую она хранила в своей душе, будучи оторванной от дома.

«Я смогу! Я справлюсь! Древо будет защищено этой силой. Моя сестра не лишится своей души напрасно! Сады зацветут вновь, и роща украсит своей красотой этот мир…»

Ради этого она была готова убивать. Без жалости. Без сомнений. И те, кто хочет помешать её мечте… Им лучше было бы даже не рождаться!

Резня. Тотальное доминирование. Два элементаля одной рукой или же лапой превращали в пережиток прошлого боевой отряд из десяти магов-убийц.

Корни взметнулись вверх, хватая, ломая, душа врагов. Один из магов успел выкрикнуть заклинание, и молния ударила в Ариану, но лишь бессильно лизнула магический щит и растворилась в небытие.

— ЧТО ЗА ЧЕРТОВЩИНА?! — закричал последний из магов, не зная, что и предпринять.

Агма между тем бросилась на погибающих в объятьях выросшего на холме дерева и принялась выжигать их магию и души. Редкое для неё лакомство… Её лазурное пламя пожирало саму суть жизни магов, оставляя лишь пустые оболочки, болтающиеся на ветру.

Ариана взмахнула рукой, и из её пальцев вытянулись древесные когти. Они вонзились в грудь последнего мага. Он захрипел, пытаясь вырваться, но яд уже распространялся по его жилам.

— Ты… сука… — булькнул маг напоследок.

— Как вульгарно. Тем более для святоши.

Ариана отпустила бездыханное тело и огляделась. Битва уже была выиграна. Но дриаду ждал маленький и очень приятный сюрприз...

— Агма, нет. Этот будет оставлен на десерт Сергею, — пошевелила она своими пальцами, стряхивая капли крови.

Старший из магов, что мёртвой куклой висел на ветке, – вдруг вернулся к жизни. Не живой. Не мёртвый. Умертвие, поднятое запрятанной глубоко внутри него силой некромантии.

— Вы… ничтожества… — прокряхтел маг, не имея возможности выбраться из «объятий» могучего древа.

— Да, да, «чужеродная мерзость», «осквернительница» – это мы уже слышали. Ты оказался не только плохим мальчиком, но ещё и адептом той магии, с которой ваша Священная Империя борется изо всех сил. Это… любопытно. Думаю: повисеть в этих объятьях до возвращения моего господина будет достойным наказанием. Хотя… Все вы повисите. В назидание другим. Пусть те, кто придут в мой дом со злыми намерениями, знают, что ничего, кроме смерти, их не ждёт.

— Будь ты проклята, грязная, вшивая, ничтожная… АГЪРЫХ… — Ветвь дерева извернулась и прошла через белоснежные зубы живого мертвеца, не давая ему больше произнести ни слова.

Наконец-то наступила тишина, которую так любила Ариана. Да и все дриады…

Агма обнюхала тела и вуфкнула, когда убедилась, что никто не выжил.

— Ну что, сестрёнка… — Ариана подняла знамя, отряхивая его, — идём обратно? Только давай заберём опасные артефакты… Хотя многовато их тут... Давай позовём людей. Люди беспорядок навели, пусть они же и убирают, верно?

Волчица осклабилась в подобии ухмылки.

Две защитницы города растворились в ночи, оставляя за собой лишь вой ветра и стучащие по стволу древа тела убийц, что так и не смогли осознать, где они пытались устроить жалкую диверсию.

Священной Империи придётся держать ответ перед Славией, когда у них спросят, что некромант делал среди священников и почему столь уважаемые люди оказались вооружены и одеты в хламиды убийц «несуществующего» ордена. Конечно же, святоши будут всё отрицать и ничего не признают. Заявят, что это провокация, но… у Алана Пирста настроение точно испортится. И вместо казни осквернившего их святой образ богохульника ему придётся искать новых исполнителей и отвечать на неудобные вопросы Гизельским посланникам…

***

Франтия. Столица Памиж. Булочная «Гуасан».

— Ох! Как вкусно пахнет! Давай перекусим? — не смогла устоять перед чарующими ароматами выпечки Анна, и я, если честно, тоже.

Голод – дело такое… Полезен лишь в меру. А я ел последний раз целых три часа назад: обчистил запасы личного самолёта Иглова. Так что имею полное право побаловать себя голодного вкусняшками! Но есть одна проблемка…

Я кошелёк дома забыл…

— Сделай пока заказ, а я выйду, прогуляюсь, — сказал я Анне и без своего переводчика отправился покорять улицы Памижа.

По городу мы перемещались своим ходом и выглядели как обычная влюблённая парочка. Добрались до торговой улицы, на которой хватало туристов, и я сразу заприметил нужные мне магазинчики.

Это были лавка антикварщика и стоящая рядом с ней лавка магических артефактов. Судя по стилю зданий и вывесок, принадлежали они одному человеку. Вряд ли я что-то у него куплю… Хотя в старине и артефактах покопаться я люблю в свободное время. Только вот этого времени у меня нет. Надо спихнуть что-нибудь из артефактов и обжиться наличкой. По-быстрому…

«Дзинь»

Моё прибытие не осталось незамеченным, а надпись: «Мы говорим на Славианском», – меня очень обрадовала.

— Добрый день.

— О, догогой гость! Здгавствуйте! — с акцентом, пытающим мой слух, произнёс продавец.

Обычный такой торгаш. Глазки мелкие, хитренькие. Сам миниатюрный, высушенный, как сухофрукт. Козья бородка на лице и тонкие уродливые усики.

— Я осмотрюсь?

— Кгонечно! Чувствуйте себя как в дом!

Я не стал поправлять его ошибку. Понимаем друг друга – и ладно.

Беглый осмотр магической лавки показал, что я не ошибся: тут был переход в антикварную лавку. А значит, всё это принадлежит одному человеку.

Краем глаза глянул в антикварную зону и понял, что плюгавый картавый продавец – хозяин заведения. Одна из стен была украшена подписанными фотографиями козлобородого с какими-то людьми. Судя по всему, знаменитости. Уж больно улыбка на лице продавца искренняя на всех этих фотографиях.

Выводы сделаны, подходящий артефакт найден на витрине за бронированным стеклом. А может, и не бронированным… Тут уж не знаю и проверять не собираюсь.

— Что-то выбгали?

— Хочу предложить артефакт на продажу. Мой брат с войны с дикарями привёз вот это. Думаю, вы знаете, что это такое, – протянул я продавцу амулет архаритов, скрывающий его владельца от слимов.

— Это? Да. Гонечно, знаю! Пгекгасный сувенигчик.

— Не беря в руки определяете? — удивился я.

— Ну а как же. Знаете, сколько мне таких подделок пгиносят?

— Это не подделка. Он помогал мне не раз.

— Ох, могодой чеговек… — протянул он мне руку, и я вложил в него артефакт.

— Так… Хм… Ага, ну вот же, смотгите. В огигинальных агтефактах на обоготной стогоне наносится клеймо племени, создавшего агтефакт, и имена владельцев. У вас ни того, ни дгугого.

— Ты за идиота меня не держи, — тыкнул я пальцем в витиеватую мелкую надпись – образец каллиграфического мастерства артефактора, создавшего амулет.

— Пгостая кагявка.

— Тут и символ их племени есть.

— Лишь догазгывает мою пгавоту. Вот, могодой чеговек, попгобуйте найти в сбогнике пгеменных симвгогов это пгемя. Я знаю их все наизусть…

— Сборник не может быть полным.

— Ваша настойчивость… Ладно, исглючительно как обгазец для голлегции мошенников я готов купить эту безделушку за десять фганков.

— Десять франков? Безделушку? Дай сюда и не позорься, — вырвал я артефакт из его рук и, наполнил его магией так, что амулет аж засветился.

— Стойте! Сто фганков!

— Да ты охренел, чёрт старый! У тебя пятнадцать тысяч точно такой же, даже более изношенный и не заряженный артефакт стоит.

— Хогошо-хогошо, теперь я вижу, что был не пгав! Пять тысяч.

— Да в жопу иди, жулик, — разозлился я и вышел из лавки старого козла, пока тот окончательно не довёл меня.

— Больше не могу! Я же плачу налоги! — донёсся его голос из глубины магазинчика.

Чтобы такой обалдевший и наглый врунишка, пытающийся на ровном месте обмануть, и вдруг платит налоги? Не верю.

И всё же проблема у меня осталась прежней... Денег нет, а за кофе с гуасаном надо чем-то будет платить. Да и сменить имидж и одежду нужно, чтобы быстро не нашли. А на это тоже деньги надо…

Ладно, я всё равно собираюсь разрушить экономику Франтии, искоренив рабство в далёкой перспективе… Будем считать это наказанием за античеловеческие поступки, — негромко произнёс я и направился вдоль улицы, выискивая безлюдный переулок с банкоматом.

По дороге незаметно стащил кепку с прилавка, запомнил, где тот находится. Надеюсь, мой географический кретинизм только в лесах работает…

Двадцать минут искал и всё же удалось найти запрятанный в подворотне банкомат, рядом с которым не было никого. Не доходя до него, стал у стены, чтобы не попасть в объектив камеры, и юркнул в подворотню. Думаю, когда-то о таком мечтали все дети…

Уже не особо скрываясь, я подошёл к банкомату и похлопал его по корпусу.

— Ну что, братишка, выручишь? Дай денег. Немного…

«Пш-ш-ш-ш»

«ДЗЫНЬ»

Ожившее механическое устройство, выдало немного денег. Если он всё выдаст, мне сложить некуда будет…

Распихал, сколько смог, по карманам и пошёл обратно в кафе. По дороге зашёл в лавку, где спёр кепку, и незаметно оставил возле кассы деньги, которых хватило бы на все кепки с прилавка.

Вернувшись в кафе, посмотрел на сидящую в ужасе Анну и хмурую официантку со счётом.

— Что за шум, а драки нет? — поинтересовался я у Анны, и она даже в лице поменялась.

— Наконец-то ты вернулся! Я уже думала: бросил меня тут одну, без денег…

— Да что ты такое говоришь? Как бы я посмел? Попроси ещё кофе…

Анна обратилась к официантке, и та что-то сказала на своём гуассановом.

— Просит сперва расплатиться за это.

— Ой, да на, пожалуйста, — выложил я пачку денег из внутреннего кармана и протянул Анне. — Сама отсчитай, сколько там надо. На чай по твоему усмотрению.

— Ага, разбежались. Все нервы мне вытрепали… — Анна протянула одну из купюр официантке и попросила, судя по всему, сдачу.

Закончив с вкусняшками, мы вышли и отправились гулять, словно парочка туристов.

— И что у нас дальше по плану? — поинтересовалась Анна.

— Штурм.

Я думал, у неё выпадут глаза – настолько сильно она вытаращилась на меня.

— Штурм… чего?

— Торгового центра. Надо сменить имидж. Подстричься, побриться мне нужно, сменить одежду. Ещё надо найти берлогу, где мы ночевать будем. Хм-м… Надо будет сумочку тебе купить, чтобы деньги в ней носить, — сказал я, а сам продолжил размышлять…

А затем, как богатенькие туристы мы должны будем найти то место, где продают рабов. На улице их хватает. Выглядят они вполне сносно. Не так, как я ожидал. Если хочу понять, что к чему, я должен сам окунуться в этот грех и изнутри узреть каждую составляющую его часть.

— Ура! Спасибо, спасибо, спасибо! — обрадовалась Анна, вешаясь мне на шею и впиваясь губами в щёку. — Это лучший отпуск в моей жизни!

— А ты паспорт взяла?

— Ну да… А что?

— Вряд ли мы сможем купить раба без документов. А искать, где их нам подделают, я не горю желанием. Да и времени жалко. Так что приготовьтесь на время стать госпожой Анной.

— Мне купить плётку? — ни на миг не смутилась она.

— Зачем?

— Для образа, конечно же… — смущённо улыбнулась она краснея.

Ага, конечно. Так я тебе и поверил…

Глава 2

— Как ты уговорил их сдать нам такой номер без документов? — не выдержала Анна и сразу же накинулась на меня с вопросами, как только мы оказались одни в королевском люксе.

— А ты что, сегодня ушки свои так и не прочистила? Не получилось подслушать, о чём мы разговаривали?

— Нет, то, что администратор говорил на нашем языке, я поняла. Но что вы там говорили… я не услышала, — с грустью ответила она.

— Ещё бы… Ведь я активировал запонки! — с гордостью посмотрел я на элемент своего костюма, который приглушал звуки вокруг меня.

— Так… как так получилось? — не унималась Анна.

Даже пакеты с покупками из первого же подвернувшегося торгового центра просто бросила на диван...

«ТУК-ТУК-ТУК!»

Я открыл дверь, и улыбчивый темнокожий парнишка в странном красном костюме и с тележкой в руках на идеальном славианском произнёс:

— Подарок от заведения… Уф, она действительно горячая. Я вас понима-а-а-а-аю.

Он сверкал зубами, косясь на застывшую за моей спиной Анну, и кивал, как болванчик.

— Сделайте доброе дело: если вдруг придёт кто-то из коллег моей супруги и попытается разнюхать обо мне, убедитесь, что нас не будут беспокоить. Как мужчина, я не останусь в долгу… — попросил я и сунул парню в карман щедрые чаевые.

Возможно, он сегодня в качестве бонуса поднимет денег больше, чем за пару месяцев работы.

— Если что-то будет нужно, на телефоне нажмите цифру три. Я вам принесу всё, что только попросите…

— Хватит пялиться! А то нос откушу! — рыкнула на парня Анна, и я тут же закрыл дверь, взяв с тележки ведро со льдом и шампанским.

— Вот я и спас его нос.

— А чё он пялился? А что значит жена? Кто будет искать? А чего ты… — начала всё громче и громче возмущаться Анна.

Пришлось прикрыть ей рот, унести в зал и бросить в груду покупок.

— Минуту, я проверю.

— Что проверишь?

— Всё… За работу, друзья мои!

Маленькие эльки появились передо мной и разбрелись не только по этому номеру, но и соседним. Я искал шпионское оборудование, которое вполне могло быть установлено в номере.

Надо же… Ничего нет! Ну и хорошо.

«ЧПОК!» — открыл я шампанское и сделал пару больших глотков, утоляя жажду, что начала мучить после многочасовых скитаний по лабиринту магазинов, галерей, бутиков и прочих пыточных, придуманных для уменьшения средней продолжительности жизни местных мужиков.

— У-ух-х-х-х… Хорошее. Интересно: сколько стоит?

— Могу глянуть в сети. Но только… — Анна поднялась с кровати, грациозно подошла, взяла ещё один бокал и протянула мне. — Если ты скажешь, что задумал?

— Всё просто. — Я отпил шампанское и, не наливая Анне, продолжил: — Нам нужно место. А захватить чужую квартиру или найти заброшенный дом – не вариант. Гостиница куда лучше – проверенный временем способ. Особенно если в стране существует коррупция. А в торговой империи, сделавшей целое состояние на рабах… Скажем так, она тут цветёт и пахнет.

— Значит, дал взятку?

— Скорее запудрил мозги. Представился вымышленным именем, сказал, что мне нужен номер без документов для меня и моей глупой и юной подруги. Мне сказали, что такой услуги нет. Я отошёл в сторону, где не снимает камера, и ещё раз поговорил с администратором. Стоило мне сказать, что я плачу двойную стоимость за сутки любого номера, как он стал дружелюбнее. А когда я сказал, что заплачу ему ещё столько же, если моя жена, работающая в полиции, или люди, которые придут по её просьбе найти меня, будут направлены по ложному следу, мы очень быстро обо всём договорились.

— Это я-то глупая и юная подруга?

— Ну да. Ты ещё так глазами захлопала, улыбаясь, и ручкой ему помахала, когда он на тебя посмотрел… Всё вышло просто идеально.

Ещё наплёл ему, мол, развожусь, и жена меня преследует, а тебя обвинила во всех смертных грехах и обещала тебя прикончить, если найдёт. Вот, мол, я и беспокоюсь, — объяснил я.

— Ага, поняла. А так как данные о постояльцах попадают в базы данных полиции…

— Бинго!

— Но нас же реально будет легко найти…

— Это если мы светиться будем. А мы не будем. Да и такой вариант слишком наивный и маловероятный, поэтому они проверят всё разочек, и, если наш друг у стойки отведёт подозрения, мы будем в шоколаде.

— А если нет?

— Тогда я узнаю об этом от моей невидимой разведки. А дальше… Ну, ты же помнишь нашу первую прогулку по Радаевску?

— Ох, да… Это я помню. Слушай… А может, мы для дополнительной убедительности…

Она отставила пустой бокал на стол и потянула меня за пиджак, прижимая к себе.

— Сперва работа, потом развлечения, — развернул я её и направил в сторону спальни. — Нам надо сходить в рабский бутик… Блин, как отвратно звучит…

— Ну да… Что есть, то есть. Но даже не думай там покупать какую-нибудь смазливую рабыню, потому что тебе захочется её спасти! Понятно? Знаю я, как потом эти рабыни благодарят!..

— Откуда знаешь? — удивился я.

— Сериалы смотрела… — надулась она, отобрала у меня бутылку и налила себе шампанского. — И впрямь вкусное! Ладно. Я в душ и переодеваться.

В этот самый момент она так сильно удивилась, что я думал, её брови улетят в потолок.

— Что такое?

— Ты ведь хочешь посмотреть, как я переодеваюсь? Ты поэтому так сказал, да… — Опустив лицо и начав краснеть, она ткнула в меня пальчиком: — Ах ты шалунишка… Ну ладно. Я быстро… — И исчезла в ванной с комплектом нижнего белья.

Я взял шампанское и прямо так, без посредника в виде бокала, допил всё, что было.

Поведение Анны – загадка для меня. Каждый из нас уже всё друг другу доказал и показал в плане характера. Но, с одной стороны, женитьба меня сейчас волнует меньше всего. Не после урегулирования вопросиков с империей заниматься этим. С другой стороны, это всё ещё возможность социализироваться, пригласить местных аристократов на подобное торжество и легализовать свою жизнь тут…

Есть ли варианты лучше Анны? Возможно. Но я не собираюсь устраивать смотр невест по всем империям. Идеальна ли эта егоза? Я слишком стар, чтобы влюблённость вскружила мне голову и не дала заметить минусы, что есть в каждом человеке без исключения. Существует ли вариант более выгодного брака с имперскими вдовами и юными красавицами из куда как более влиятельных родов? Конечно есть! Таких девиц пруд пруди. Но всё же… Я своими словами не разбрасываюсь, а этой егозе доверяю. Она юна, красива и прекрасна в своих искренних проявлениях чувств. И она мне нравится. В том числе своей неусидчивостью. Сколько она там смогла полезную общественную работу выполнять в Буром? Месяц продержалась и уже отпуск потребовала…

В общем… Да. Если на ком реально жениться, хоть для галочки, хоть для собственного душевного и физического комфорта, то на ней. Не буду врать себе. Просто время не подходящее. А саму Анну… Думаю, её стоит ещё хорошенько промариновать…

И тут, словно взрыв мощнейшей магической печати, эта красавица, от которой и глаз-то не отвести в обычное время, вышла из душа в новом, очень даже сексуальном нижнем белье. Кажется, я только что пропустил сильнейший удар...

Атака Анны была ошеломляющей. Движения грациозные, улыбка манящая... Она достала первый из купленных ею нарядов и начала одеваться. Воистину прекрасна. Как богиня…

— Ну как?

— Я в душ!

«Хлоп!»

— СТОЯТЬ! Открой!

«БАМ-БАМ-БАМ!»

— Открой, кому говорю!

— Не одной тебе надо освежиться после сегодняшнего утра.

— Багров! Сволочь ты! Впусти! Или я дверь выбью!

— Тогда нас выселят. Да я быстро…

Анна притихла. Я выдохнул, забрался под струю горячей воды, взял гель для душа и…

«СКРИ-И-И-И-ИП».

— Аня, положи нож…

— Да не очкуйте, ваше величество. Я просто дверь вскрывала… —

Она убрала нож и с вызовом стала осматривать меня краснея.

— Может, я всё же помоюсь?

— Знаю тебя. Ты скорее смоешься… Ну уж нет. В этот раз я всё возьму в свои руки… А то так и останусь старой девой с такими робкими кавалерами! Ну… Ты хотя бы не импотент… А то я уже подумала… всякое.

— Импотент? — удивился я.

— Ну а как ещё объяснить твой игнор? — Анна ловко расстегнула молнию, и платье упало на пол.

Кажется, я сам себя загнал в ловушку, когда решил взять её с собой. Но почему-то я этому только рад…

***

Пока в ванне королевского люкса шла своеобразная битва, по всему миру происходили свои сражения. И последствия были очень серьёзны для всех…

В королевство Гизель приходили ежечасно сотни отчётов о самом масштабном вторжении слимов на земли империй за последние сто лет. И не только на них…

— Господин, наши разведчики подтверждают, что аналогичные по силам слимопады произошли как на территории Мариканы, так и в степях Вокки. Все континенты оказались под атаками.

— Возможно ли, что это вторжение инициировано призывателями архаритов? — уточнил король Гизеля, сидя в зале для приёмов главной королевской крепости.

Она была самой защищённой и великолепной как с эстетической, так и с практической точки зрения. Спроектирована и возведена под личным контролем величайшего архитектора и инженера мира Джордано Ливио.

Над самим островом Гизеля тоже разверзлась тьма, но это королевство магов не получило бы свой невероятный статус и власть, если бы подобные угрозы могли поколебать его спокойствие. Однако же таких мест, как это, в мире больше не было. Даже столицы империй не могли сравниться с этим центром всего цивилизованного мира.

— Никак нет, ваше величество. Подобное им не под силу. Да и наши войска и разведчики по всему миру фиксируют отсутствие ритуалов и призывных кругов под центрами прорывов. Также мы получили и проверяем сведения о том, что слимопад неконтролируемо падает по всем землям архаритов и они так же страдают, как и мы.

— Даже несмотря на их артефакты и заклинателей? — удивился обладатель короны из белого золота, украшенной самыми прекрасными магическими камнями.

— Если вторжение продолжится и его масштаб не уменьшится в течение следующих двадцати четырёх часов, мы можем смело говорить об уровне Чёрного террора, что был триста тридцать лет назад.

— Докладывайте мне каждый час. Организуйте прямую линию с семью императорами. Если потребуется, задействуйте все подготовленные резервы и поддержите самые пострадавшие регионы. Это общая беда, и мы должны удержаться и не допустить массовых жертв.

— Что, если вожди Вокков придут к нам за помощью? — уточнил помощник у своего повелителя, что делать с неподконтрольным континентом, полным кочевников и безумцев культа войны.

— Мы им предлагали нашу помощь в обмен на территории для торговли и безопасность наших аванпостов. Но каждый раз они заявляли, что на то воля их духов и они не могут контролировать горячую кровь своих безумцев, устраивающих набеги. Вот пускай сами и разбираются, у духов помощи просят.

— А… — не успел задать новый вопрос помощник, как король его тут же перебил...

— Мариканским племенам пообещай помощь сразу же, как мы наведём порядок на своих землях. Империи обязательно отправят своих сынов для уничтожения заразы.

— Понял, господин. Разрешите идти?

— Да, исполняй, — кивнул всего лишь король, что вопреки всему имел власти больше, чем все семь императоров.

Чёрное небо продолжало посылать миллионы слуг зла, и не было от них спасения, кроме храбрости сердца человеческого, силы магии и оружия.

***

Далеко от Гизеля, в небольшой деревушке ослабевшего от войны герцогства Шлёнского происходила настоящая трагедия.

Войска герцога, уставшие и сильно сократившиеся за последние два дня в численности, из-за бесконечных стычек с целыми ордами озверевших тварей не успевали добраться до «осаждённой» деревни, пославшей призывы о помощи. Скромные силы деревенских жителей не могли нормально защитить себя. А для слимов подобное поселение было уже десятым на пути за эти сутки. Ярость, голод, разрывающая душу чёрной Геррой боль несли их вперёд. Они жаждали поскорее найти хоть кого-нибудь, кого они пожрут и кто разделит эту их боль.

Старый деревянный частокол был заменён на куда как более прочный бетонный трёхметровый забор, но и тот был снесён первым же крупным отрядом белоглазых озверевших тварей, что не боялись физической боли. Они легко преодолели хлипкую и старую защиту деревни. Единственный маг в деревне тщетно пытался справиться с волной гадов, понимая, что они все обречены…

Родители спрятали детей в подвалы. В руках людей оказались подожжённые палки и факелы. Всюду жглись костры. Но разве это сможет остановить тысячу монстров?

Детский плач, крики женщин, полные ярости рыки мужчин. Умирать никому не хотелось, но вторжение всех поставило на грань…

— Боже, если ты есть… Умоляю, помоги! — рыдала молодая беременная девушка, уходя в укрытие.

— Я не дам им забрать вас у меня… — с остекленевшими глазами произнёс её муж и почувствовал, как к крыльцу его дома, в который он вложил безмерно сил, заботы и любви, пришла ужасающая, гнетущая тишина…

«Уж лучше сгорим все вместе, чем станем их кормом…» — вцепился мужчина в своё самодельное оружие, горящее алым пламенем.

В этот самый момент перед его глазами появился большой чёрный, словно слепленный из расплавленного асфальта, силуэт медведя. Его белые глаза внушали ужас, а клыки были столь большими, что один укус мог оставить мужчину без руки.

Мужчина потянулся к канистре с бензином.

«НЕ ОТДАМ! МОЁ! СДОХНУ И ТЕБЯ С СОБОЙ ЗАБЕРУ!»

Медведь внезапно поднял голову и стал на задние лапы, возвышаясь на целый метр над человеком. А спустя миг его тушу размазало по двору. Мощный порыв ветра вмиг затушил пламя на палке.

Дрожащий прозрачный силуэт появился над телом уничтоженного слима. Он подёргался, подлетел вплотную к человеку, обнял его, укрывая, и улетел, мгновенно уничтожая ещё одного слима, появившегося у двора. Мужчина махнул выглянувшей из-за двери жене, чтобы она пряталась, а сам осторожно, медленно подошёл к остаткам одного слима, затем второго… Посмотрел на улицу и увидел резвящуюся вдалеке даму, словно слепленную из самого огня.

Она металась из стороны в сторону, а к ней бежали и бежали со всех концов деревни слимы. И не добегали, потому как их уничтожали незримые стражи.

«Духи ветра и огня спустились к нам, чтобы помочь? Или какой-то маг отправил подмогу?»

Внезапно оглушил треск падающего из-за битвы забора.

— Что, уже закончились? Как так?! Я только во вкус вошла!.. — разочарованно прокричала огненная воительница.

Люди выходили из укрытий и домов, осторожно подбираясь всё ближе к духу или магу. Они и сами не понимали, что они видят.

— Кхм… Как там он писал? Люди! Жители этой славной деревни! От лица своего господина, короля Сергея Багрова Первого, правителя королевства Данского, первого элементалиста, легендарного освободителя, защитника мира живых от сил зла, уничтожителя слимов, я прошу вас беречь себя и помнить, что нет для людей врагов страшнее тех, что приходят из-за чёрной небесной завесы. Сегодня мы помогли отразить удар. Но кто знает, что будет завтра…

Мы оставим двух незримых защитников для вашего поселения, но подобной волны они не выдержат. Лишь задержат орду, давая вам шанс спастись. Единственное абсолютно безопасное место находится там, где находится наша гвардия – в городе Бурове и его окрестностях. Берегите себя и не дайте вашим близким погибнуть. Сейчас же я ухожу, чтобы остановить новую орду слимов, замеченную севернее, у границ Славии.

— Постой! Кто ты? Как тебя зовут? За кого нам молиться? Кого благодарить за спасение? — начали наперебой спрашивать защитники деревни, и даже выжавший из себя все силы маг упал на колени, прося эту огненную деву остаться.

— Я Таша Златохватова, дева огня и хранительница Данского королевства! А ваши молитвы… Направьте их на то, чтобы мой господин сумел уничтожить тьму небес раз и навсегда. Тогда вы забудете о том, кто такие слимы, — ответила девушка, и пламя её погасло, а сама она улетела, поднятая сразу несколькими элементалями ветра.

— Надеюсь, господин меня за самоуправство не прибьёт… С другой стороны, он не говорил, что мне нельзя спасать людей… Интересно, чем он там занимается? Наверное, мир спасает…

Глава 3

Священная империя. Большой зал Духа и Света в имперской резиденции.

Алан Пирст, величественный, многомудрый, но по меркам своих коллег всего лишь юноша, правящий всего лишь век, молча смотрел на поднимающуюся из печати делегата тень человека, что был за тысячи километров от него.

Рядом с Аланом за большим столом стоял светоносный Саймон Пирст – его родной брат. Один из многих, что были с ним с самого начала, и один из немногих, что дожили до этого момента… Он тоже был здесь не своим телом, а перенёс сознание при помощи уникального и неизвестного даже Гизельским ищейкам артефакта Контроля разделённой души. Пожалуй, Саймон единственный мог пользоваться этим артефактом с лёгкостью. Для него разделение души и путешествие сознанием из одной части в другую при необходимости не составляло труда. Собственно, специально для него величайшие умы империи этот артефакт и создавали.

Саймон сейчас находился на континенте Ойра, что означает «жизнь» на языке древних, но все его знают как континент Шести. Если точнее, то континент Шести Империй. Со временем название стало принято сокращать. Победители любят переписывать историю, возвеличивая себя и принижая успехи побеждённых... Так произошло и с Ойрой.

Оба члена династии Пирст – Священный Император и Великий Магистр – ждали появления третьего человека. Одного из самых лучших разведчиков и шпионов, что способен за день добраться до любой освоенной империями части континента и приступить к миссии, какой бы она ни была.

Услуги церкви стоили дорого, но они приносили существенную пользу империи, давали страждущим надежду и оберегали людей от умертвий, злых духов, проклятий, а ещё зачищали этот мир от опасных, порой появляющихся монстров, ведьм, психов и маньяков. Взамен верующие активно строили храмы и церкви, молились в них и приносили пожертвования, поскольку знали, что вблизи этих мест всегда хорошая аура и лучше атмосфера. К тому же в них можно укрыться от беды. Люди также активно делились с епископами, священниками и другими служителями и посланниками Священной Империи слухами да сплетнями. Но иногда… Порой тем требовалась информация из первых уст, проверенная и точная до мелочей. И тогда они направляли своих агентов на задания.

Так случилось с группой, которая должна была устранить очередного лжепророка, что был ко всему ещё и вторженцем, непонятно как заручившимся поддержкой Славии и её императора. Но шло время, а от группы не поступало никаких новостей. Ни весточки, ни сигнала. Ни-че-го. Подобное было слишком неожиданно и непонятно. Уж о битве они бы точно узнали из надёжных источников. Поэтому правитель империи и Великий Магистр отозвали своего самого лучшего агента, обладающего не только невероятными способностями и магическими талантами, но ещё и опытом, что позволял ему быть одним из ценнейших активов Святого престола. Именно его тень сейчас медленно пробивалась за тысячи километров, следуя воле своего хозяина…

— Ваше первосвященство! Мой повелитель, Магистр! — тень кивнула двум людям и сложила руки в привычном жесте. — Позвольте пропустить церемониал. Соединение нестабильное, магический фон пульсирует из-за многочисленных адских врат, открытых в небесах.

— Да, Гарриш, рассказывай, что с твоей миссией, — согласился не тратить время на пятиминутные поклоны и молитвы император.

Он и сам прекрасно понимал, как временами нестабильна эта техника. Сегодня, например, тень сформировалась лишь с третьего раза.

— Я нашёл их. Мертвы… Все, кроме Битуро Стефано… Он… Как бы вам сказать…

— Как есть говори. В твоей оценке и правильности слов я не сомневаюсь.

— Он стал умертвием… Осознанным умертвием.

— Он узнал тебя? — удивился магистр.

— Да, — кивнул Гарриш.

Два брата на несколько секунд замолчали, пытаясь осознать услышанное…

Их верный член ордена «Серой длани» после смерти переродился умертвием. Лишь те, кто добровольно насыщают свою душу тьмой, после смерти могут сохранить разум и сознание. Для императора и магистра это было плевком в лицо, настоящим ударом по репутации. Если бы кто-то узнал об этом…

— Кто-то ещё знает об этом? — спросил император, опасаясь распространения слухов.

— Я не знаю, кто их всех убил. Их казнь была весьма… экзотичной. Битуро тоже висел на дереве вместе с остальными, но одна из веток стала своеобразным кляпом. Очевидно, они видели, что он стал умертвием.

— Ты прикончил его? — уточнил магистр.

— Да. И сжёг древо со всеми членами ордена и хламидами. Это было рядом с Бурым. Пришлось срочно отступать, так как меня и самого могли бы раскрыть…

— Тебя? У них есть настолько сильные маги?

— Бог мне свидетель, я пытался проникнуть на их территорию. Но пылающий призрак волчицы бдит вокруг города, чует меня и… Он опасен. Даже для меня. Всё, что я смог узнать, – это обрывки информации и слухи. Но даже их хватит для некоторых крайне важных выводов.

— Каких?

— Мы обязаны обратить куда как более пристальное внимание на то, что происходит в бывшем баронстве Буровых. То, что все называют небольшим экспериментом, выглядит как… Новый способ ведения войны и захвата территорий. Причём весьма успешный. Стянуты войска, возводятся фортификации, и… — разведчик сделал многозначительную паузу, — на стройке работают архариты. Пленные, судя по всему. А их охрана тоже из числа архаритов. При этом они действительно выглядят в полном порядке. Я не понимаю, откуда они взялись и почему они так тесно и спокойно стоят рядом с имперскими легионами. Это первое.

— Отличная работа, Гарриш. Мы задействуем свои контакты со Славией и направим к ним больше миссионеров, — кивнул Саймон Пирст. — Что второе?

— Я точно знаю, что на момент прибытия членов ордена нашей цели, Сергея Багрова, уже не было в городе. Он отправился в Славию. Это значит, что наших людей уничтожил кто-то ещё. Его ли это прислужники или тайные мастера Славии, а может, проклятые маги архаритов – неизвестно. Разрушения на месте казни отряда слишком слабые. Очевидно, что их либо застали врасплох, либо смели, и они не смогли даже оказать толком сопротивления. С моими нынешними возможностями я бы поостерёгся предпринимать что-либо ещё до получения более точных данных о нашем враге и его средствах защиты. Мы явно недооценили нашу жертву.

— Хорошо. Возвращайся к наблюдениям и собирай информацию. Как только будет что-либо конкретное – сообщи нам.

— Во имя Святого престола! — И тень растворилась.

Два брата молча сидели целую минуту, пока у магистра не завибрировал телефон. Он открыл присланное на его личную почту сообщение и посмотрел на фотографию. А следом показал её брату.

— Что-то нечистое творится в этой далёкой Славии, брат, — произнёс он, пока император вглядывался в иссушённые, словно мумии, лица в серых хламидах тайного ордена и одно умертвие с горящими глазами.

— Как только вторжение слимов закончится, я отправлюсь в Гизель и вызову к ответу Святослава. Но мне нужно больше данных. Если я хочу его в чём-то обвинить, мне надо знать, в чём именно. Нужно, чтобы остальные империи согласились со мной, и мы смогли продавить один из давно назревших вопросов расширения нашего представительства в западной части континента Шести. Слишком уж долго Славия препятствовала нашему священному походу – и вот результат. Какие-то лжепророки-иномирцы служат ей. Отцы основатели в гробу бы перевернулись… — подавил злобу император, выдохнул и принялся молиться.

— Положись на меня, брат. Я достану для тебя ключ, что откроет нам дорогу к Славии, — ответил Саймон. — Хорошей молитвы.

Сознание покинуло половину души магистра и вернулось к своему основному телу, чтобы продолжить битву за души и сердца людей по всему освоенному миру.

***

Славия. Крепость Стяжская.

Император был не просто в гневе… Он был в бешенстве! И был готов порвать некоторых своих генералов, что допустили чудовищную ошибку, из-за которой вся империя прямо сейчас расплачивалась.

— Проклятые идиоты! Проклятые дебилы! Проклятые слимы! Отдать бы вас всех под плаху, да только ваши головы и так пусты, а слимам чхать на меня, на вас и на всю нашу империю! — кричал он после очередного доклада об уничтожении гарнизона, охранявшего портовый город на западе страны.

Святослав был уверен, что слимопад рано или поздно закончится и что сил его войск и выстроенной многовековой стратегии обороны государства хватит для отражения и куда как более мощного натиска извечного врага. Но реальность оказалась совсем не такой, как ему описывали на докладах в Министерстве обороны.

Он от души зарядил кулаком в живот генерал-лейтенанту, командующему войсками территориальной обороны Кораллового округа – самого прекрасного уголка империи. Кристально чистые пляжи, пальмы, живописные кораллы, на которые приплывали посмотреть любители подводного мира со всех семи империй. Этот регион был жемчужиной. Жемчужиной туристической. И сейчас, в самый разгар сезона, произошла катастрофа, уничтожившая репутацию империи.

Слимопад затянулся, а войска, что должны были нивелировать угрозу, оказались не готовы к столь долгому и напряжённому противостоянию. У них попросту закончились боеприпасы, а имеющихся в том районе магов хватило ещё на меньше! Двое суток – и они сдулись, оставшись без маны и с горящими магическими каналами от перенапряжения.

Всё стало бы совсем плохо, если бы среди отдыхающих не нашлось огромного числа аристократов с их личной стражей. Именно маги, приехавшие поплескаться в водичке, пофотографировать рыбок, позагорать под пальмами, спасли регион. И продолжали это делать, пока империя продолжала позориться, не в силах отправить подкрепление в страдающий регион: кругом хаос, разруха, чёрные твари с небес падают без остановки, а два легиона, что могли бы прикрыть тыл, как назло, прямо перед началом столь масштабного вторжения отправились в пустые земли приграничья!

Перед Святославом появилась дилемма, и идеального, элегантного решения не было. Разве что небеса смилостивятся и закроют проход для чёрной заразы, отравляющей их мир.

— Ваше величество, позвольте отозвать хотя бы один из легионов для стабилизации ситуации на юго-западе! — просил командир объединённого штаба обороны.

Император знал, что это значит. Это значит отказаться от плана по вторжению в приграничье и расширению своего влияния в новых, неосвоенных областях.

После того как его новый поданный прекрасно себя проявил, разгромив армию архаритов, привёл пленных, а ещё каким-то образом убедил самого грозного из королей этих дикарей стать вассалом, у императора открылось невероятное окно возможностей! Легионы, что планировались для защиты территорий, уже получили приказы собираться и передислоцироваться, чтобы ударным маршем по приграничью распространить волю и славу императора, но… Случился слимопад.

Император вышел на балкон и взглянул на пасмурное небо. Вдалеке виднелся очередной чёрный разрыв пространства.

— Ладно. Войска мы ещё раз перебросим в случае чего. Сейчас же мне важно сохранить то, что мы уже имеем. Иначе последствия сожрут львиную долю успеха в приграничных регионах, — решил император и вернулся, чтобы отдать приказ...

Всё же он был император, а новый субъект империи так или иначе был ЕГО землями. Будет обидно лишиться их после столь прекрасного захвата огромного куска земли. А то, что поставленный королём вторженец гарантирует ему защиту этих земель… Сколько таких сказочников империя видела за все эти годы? Единственный шанс не облажаться – это сделать всё самому. И сделать хорошо, а не как отъевший шестой подбородок кретин из Кораллового округа.

— Слушай мой приказ, остолопы. Объявляется срочный военный призыв, и на территории империи вводится военное положение. Немедленно организовать сбор военнообязанных офицеров и солдат в количестве не менее пятидесяти тысяч человек на каждый из регионов империи, а для столичного округа – сто тысяч человек резерва.

Приказываю открыть склады хранения и обеспечить выдачу необходимого обмундирования и вооружения для отражения вторжения слимов. Также приказываю перевести направленные в Данское королевство легионы, оставив на месте не более трети от числа находящихся там солдат и офицеров, дабы не останавливать строительство укреплений и критически важных объектов инфраструктуры. Ежедневные отчёты ко мне на стол о результатах отражения слимов должны лечь до двенадцати часов дня. Выполнять!

— Есть! — подтянули свои генеральские животы величественные аристократы и прыснули в разные стороны, желая поскорее убраться из поля зрения взбешённого императора.

***

Где-то у границы Славии и архаритов.

К миниатюрному лагерю Бурова Павла Андреевича приближался небольшой конвой военных.

— Пограничники Славии, господин, — ответил один из бойцов барона на его молчаливый вопрос.

— И что им надо? — отложил Буров свою любимую серебряную вилку и отставил в сторону сухой паёк. — Ладно, сейчас узнаем.

После двухдневного марша со стремительной зачисткой от слимов приграничных территорий, с молчаливым захватом земель посредством возведения пограничных столбов к ним впервые за долгое время из-за огненной стены, вдоль которой они ехали, направились гости.

Армия из нескольких тысяч элементалей разошлась в сторону по приказу своего командира – Люмина. Именно он с бароном, его войсками и большей частью бойцов Багрова отправились на север, в то время как огненная леди решила двинуться на юг со второй половиной армии элементалей.

Слимы – ценная добыча. Но в последнее время их стало слишком много. После ряда экспериментов удалось найти идеальный способ сдерживать их, вырубать и отправлять в пункт сбора, где они дожидались своей участи под присмотром могущественных элементалей молнии.

Да, именно молния и электричество действовали на них лучше всего, нанося максимум повреждений за минимум времени. При этом, если вовремя убрать электричество, то можно было без особых проблем принести полудохлых слимов. Они напоминали чёрный зефир, набухший и окутавший своей сгоревшей тушей «жидкую» сердцевину. Гопслим становился той самой коркой или же скорлупой, из которой тварям иномирным было слишком тяжело выбраться. А если и справлялись – не беда. Шоковая терапия с превеликой радостью загоняла их обратно в стойло.

И вот барону пришлось сделать паузу. Камень пограничный элементали поставили, слимов побили, но очень уж разбрелись воины в его подчинении по всему приграничью. Так он далеко на север не пройдёт, ведь с каждым переходом их становится всё меньше. Надо дождаться возвращения хотя бы части из тех, кто отправился с добычей к Бурому…

— О, придумал! — внезапно произнёс барон, как только машины остановились.

— Что, ваше благородие?

— Давайте мы не будем их в Бурый отправлять. Будем на местности искать, где слимов выживших оставить. Проще оставить лишних десять элементалей для их охраны, чем отправлять сотни для доставки и потом ждать днями, пока они вернутся. Они же могут и заблудиться, в конце концов… — произнёс он, и Люмин задумчиво почесал свой лысый водяной затылок.

— Здравия желаю! Командир пограничного отряда майор Афанасьев, — представился, держа у фуражки ладонь, офицер империи.

— Барон Буров, командующий операцией по очистке от слимов приграничья Данского королевства, — ответил ему маг земли.

— Ваше благородие… Не сочтите за дерзость, что я лезу не в своё дело, но… Что это за столб странный установлен?

— Пограничный. Показываем, какие территории под нашей охраной и граничат с вами теперь.

— Эм… — замялся служивый. — А императорская канцелярия одобрила?

— А нам нет нужды дожидаться их одобрения. Можете запрос отправить, конечно. Но только зря время потратите.

— Так это что же… Если вы – часть империи, то это теперь земли империи будут? — непонимающе уставился на каменный столб офицер.

— Всё верно. А огненная стена теперь будет границей между княжеством Хладоморским и нашим королевством.

— Новый князь, конечно, будет очень удивлён… А до каких пор ваши границы? — полюбопытствовал офицер.

— Будете докладывать в генштаб, скажите, что точная граница ещё не установлена, так как со всеми приграничными государствами дикарей идут переговоры об их капитуляции и добровольном присоединении в качестве вассалов к королевству Данскому, — подумав, ответил барон.

— Всенепременно, — кивнул офицер и ещё полчаса продолжал расспрашивать людей, то и дело косясь, как и все его солдаты, на невероятных элементалей.

Когда офицер уехал, Щитовой тут же подскочил к барону и чуть не зашипел от злости.

— Зачем? Зачем было раскрывать наши тайные планы?

— Нас и без того раскрыли. А своими словами я только что «забронировал» территорий в десять раз больше, чем моё бывшее баронство. Надеюсь, задержек никаких не будет, и мы успеем установить ещё много каменных указателей.

— Элементали идут… — указал Дмитрий Дорнин на группу примерно в полтысячи бойцов.

— Ну и хорошо. Заканчиваем приём пищи и по машинам. Элементали догонят нас.

Первые из отправленных духов стихий возвращались в строй. Барон рассчитывал, что численность этого войска будет поддерживаться вливаниями отстающих, но на практике ему предстояло сражаться со слимами каждые два-три километра. А непрекращающийся дождь из чёрных порождений зла растворял силу его армии, что курсировала между городом и войском барона и Люмина. И если он ошибётся… то возвращаться через толпы врагов ему придётся в компании Люмина и своих верных соратников. Это явно не лучший расклад для столь дальнего путешествия…

Барон почему-то был уверен, что Багров действительно справится со своей разведывательной миссией и вернётся в город, а позже присоединится к нему, и все вопросы отпадут сами собой. К тому же с ним была его дочь, которая не подготовлена к подобным операциям, а значит, Багров уже скоро вернётся, не совершая ничего безумного.

— Ты ведь не станешь, да?..

Глава 4

— Эй, проснись – уже утро, — попытался я разбудить Анну.

— Добей меня, чтобы я не мучилась, ладно?

— Хм… Ты о…

— НЕТ! НЕТ! СТОП! ХВАТИТ! ОСТАНОВИСЬ! — подорвалась она, садясь на кровати, тяжело вздохнула и принялась слезать.

Я полюбовался фигурой прекрасной девушки, что еле плелась в душ. Ноги тряслись, а её болезненные стоны в этот раз не несли в себе возбуждающих любого мужчину ноток страсти. В дверь снова постучали. И снова тот же самый посыльный со своей неизменной улыбкой.

— Точно, завтрак… Я просил принести что-нибудь, — вспомнил я, накинул на себя брюки и вышел встретить счастливого человека.

Ещё бы, ведь он сидел в конце коридора на диванчике, вслушиваясь в перекрывающую стоны Анны музыку из нашего номера, и каждый раз, как я открывал дверь, мигом подлетал ко мне за очередным поручением. Пять раз он бегал то за вином, то за фруктами, то за цветами. А в три ночи ещё полная сил и уверенности в себе красавица захотела стейка слабой прожарки. Чтобы прям с кровью. Не знаю – как, но парень и с этим справился и получил свои законные чаевые. Чаевые, после которых он, судя по всему, окажется не сильно отстающим от всего отеля по суммарной выручке за вечер.

— Ваш завтрак, сэр… — принёс он целый поднос всяких яичниц, салатиков, бутылку вина, колбаски, зажаренные тосты, свежие овощи…

— Вкусновато, но маловато. Этого даже мне не хватит наесться. А нас двое. Принеси ещё примерно столько же, — вручил я ему денежку и заметил, что всё стянутое из банкомата уже заканчиваются.

Видимо, ночью, будучи в крайне хорошем настроении, я был очень щедр…

Парнишка умчался, буквально порхая на крыльях бабла, к лестнице, а я перетащил немного вкусняшек в номер, чтобы подкрепиться. Оставленные после ночи тарелки сгрузил сперва на подоконник, затем освободил тележку, переставляя еду на изысканный винтажный стол из невероятно красивой древесины с любопытными ярко-красными прожилками, а там уж плюхнулся в кресло и задумался о том, чем я сегодня займусь.

У меня была проблема. После сегодняшней ночи, когда я и Анна получили желаемое, один из нас оказался выведен из строя. Тут уж никакой массаж не поможет. Зельями разве что отпаивать… Но там всё равно организму время на восстановление нужно. А значит, надо как-то распланировать день чуть по-другому.

— Сперва найду ещё денег, затем прошвырнусь по городу, просто исследуя его. Поищу места с плохой энергетикой и духами, чтобы пополнить запасы духовных сил. И ещё постричься схожу, — решил я.

Надо было понаблюдать за местными. В отличие от Славии, где было много аристократов с кучей подчинённых, что, по сути, тоже своего рода рабство, тут это пагубное дело имело совсем другой вид.

Я взял ноутбук, чтобы узнать некоторые нюансы местного рабства.

— Выключен, гад… — не смог я его включить и принялся искать провод и розетку. — Обувь, платье, лифчик, трусики Анны... О, провод! Так, всё есть. А розетки нет… Ладно, телевизор выключу. Хотя… — Мой взгляд упал на роскошный позолоченный торшер, стоящий у изголовья кровати. — От него точно идёт провод!

Телевизор включился на новостной канал, торшер вынут из розетки, ноутбук был подключён к питанию.

Чтобы узнать, о чём говорят местные, мне даже их язык не был нужен. Всё легко считывалось по тревожному голосу диктора и кадрам на экране. Война, война, война… Крики, бегущие люди, храбрые солдаты, что едут на бронетехнике, вертолёты, выпускающие залпы ракет по чёрному проклятью небес.

— Странный у них язык. Какой-то бархатно-шуршащий, — отметил я и услышал, как выключилась вода в душе.

Дверь открылась, я выключил телевизор. Всё и так понятно: сверхсильное нашествие слимов. Угроза повсюду. Армия и полиция справляются, героически защищая каждый уголок Франтии.

— О-о-о-о-ох. Я сейчас умру… Это всегда так будет?

— Ну, я удивлён, что ты столько продержалась с твоим-то опытом. Хорошая физическая форма и гибкость спасли тебя от куда как более печальных последствий.

— А у тебя, значит, опыт…

— Мой опыт спас тебя. Иначе ты бы даже ходить не смогла. И всё же тебе сегодня лучше отдохнуть.

— НУ УЖ НЕТ! ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ МЕНЯ В ТОРГОВЫЙ ЦЕНТР СВОЗИТЬ! — оживилась валькирия шопинга, что любые деньги мира транжирит в ноль.

— Ешь давай, раз хочешь прогуляться, — улыбнулся я и принялся разминаться, растягивать мышцы.

Встретил гонца, забрал вторую тележку с кучей тарелок всяких вкусностей и тоже присоединился к трапезе. Уселся за ноутбук и ещё раз взглянул на городские карты, почитал про рабовладение.

Как и ожидалось, рабство в Славии и Франтии сильно отличалось. Пусть в целом законы были примерно одинаковыми, но всё же и явные отличия имелись. Прочитал на нескольких сайтах. В общем, студенческие работы помогли понять разницу между двумя гранями зла.

Так, во Франтии и всех остальных империях, за исключением Славии и Священной Империи, рабство было «классическим» – когда один человек имел контроль над жизнью другого и слово хозяина для раба было подобно приказу самого императора. Для местных аристократов человек был вещью. Предметом роскоши. Примерно таким же имуществом, как и навороченный телефон или машина. Да и по стоимости с автомобилями рабы были примерно в одной категории.

Священная Империя и их подход мне даже понравились. Рабства у них не было, ибо все, вплоть до императора, были рабами божьими, и один человек не мог довлеть над другим. На словах. На деле, конечно, всё было не так, и жёсткая иерархия, культурные особенности и многовековые привычки превратили «стадо» в рабов, а священнослужителей в надзирателей. Хотя стоит отдать им должное: к людям они действительно относились несколько иначе – терпимей, уважительней. Правда, тех же рабов, привезённых из Франтии, они и людьми-то не считали, за что тоже напрашивались на взбучку с моей стороны. Ну да ладно. Они и от злых духов защищают, и людям помогают. Пусть и далеко не бескорыстно...

Славия имела несколько иной подход. Рабство хоть и было разрешено, но заменялось другими понятиями. Подневольный, батрак, рабочий. Но всё же человек, а не вещь. Если кто-то хотел купить раба во Франтии – пожалуйста. Но, привезя, должен был сделать документы своему подчинённому и обеспечить ему достойные условия проживания, обучить языку и нести ответственность за него. Почему так они решили делать – предмет больших дискуссий.

С одной стороны, Славии это было в минус для экономики. С другой стороны, сама страна не боялась рабских бунтов. А ведь периодические вспышки недовольства и кровавые мятежи поднимались то тут, то там по континенту Шести…

К слову, такие вот рабы – действительно не дешёвое удовольствие, а Славия довольно сурова, особенно зимой и на севере. Страна хоть и большая, но климат в целом весьма отличается от привычного невольникам. И если о них не проявлять заботы, тогда они будут умирать.

В интернете нашлась целая книга, написанная три сотни лет назад. «Трансформация рабства» описывала многие культурно-этнические и географические проблемы Славии и неординарные решения императора для их преодоления. Так что пусть это всего лишь подмена понятий, тем не менее она привнесла заботу о людях. Лучше, конечно, рабство совсем запретить, ибо это выгодно лишь колониальным державам. Да и то до поры до времени…

Перед выходом из отеля подошёл к стойке администрации. Там стоял уже другой человек. Впрочем, он был не менее улыбчив. А вот вчерашний выскочил из подсобки сонный и тут же сопроводил меня к слепой зоне камер, где сказал, что я оказался прав, и моя выдуманная жена действительно отправила человека проверить отель.

— Только он был не из полиции…

— Ну, это неудивительно с учётом того, кто её отец и где он работает... Благодарю за службу. Я хотел бы продлить проживание… Вот деньги за номер, — передал я ему практически всё, что у меня оставалось.

— Благодарю, сэр. Могу ли я попросить вас использовать чёрный ход?

— Опасаетесь, что соглядатая оставили у главного входа? — прошептал я.

Администратор лишь кивнул, и я согласился. Поправил кепку, схватил сонную красавицу под руку и последовал за ним по длинным коридорам отеля.

Я даже надпись «бомбоубежище» успел различить на стене из неприглядного бетона, вдоль которого в сторону кухни шло большое количество труб.

— Прошу прощения… Это не самое презентабельное место нашего отеля, но оно создано для безопасности посетителей.

— Вот пусть и защитит нас. Спасибо. Войти обратно я смогу этим же путём? — уточнил я, и мой сопровождающий кивнул.

— Если будут какие-то вопросы, обращайтесь к Гуилю. Он работает на вашем этаже без перерывов, — уточнил администратор.

— Он что, не спит?

— Спит… Просто, эм… В общем, у нас два Гуиля. Он и его брат-близнец. Они меняются каждые двенадцать часов.

— А, так вот почему после полуночи этот любопытный парень так нос в комнату сунул… Видимо, брат успел похвастаться красотой моей крошки, — ухмыльнулся я, обнимая Анну за талию.

— Да, ваша спутница прекрасна, сэр. Вам с ней очень повезло.

— Не то слово повезло! Слышал? То есть слышали, папик? — подыграла мне Анна. Только подыграла настолько плохо, что я невольно глаза закатил.

Выбравшись на улицу, мы направились вдоль городских улиц, и я увидел свою цель. Одинокую, спрятанную за углом аптеки. Рядом изредка проходили люди, зато часто проносились машины и мотоциклы на высокой скорости. А тротуар очень узкий...

— Какой неудобный банкомат. Кто его придумал тут ставить? Давай другой найдём.

— А у тебя что, карта есть, с которой деньги снять можно?

— Я думала, у тебя есть… — захлопала глазами Анна. — Ты же у нас богатенький папик, спонсирующий юную дурочку, что смогла увести тебя из семьи, да?

— Нет у меня карты. У меня и паспорта нет. Ничего практически нет. Кстати, когда вернёмся, займись этим вопросом. Потряси имперцев, пусть выдадут всё, что может понадобиться. А банкомат идеальный. Что за банк?

— Ну, хорошо, займусь. Но если у тебя нет карты, то что мы тут делаем? Ра… Первый Рабовладельческий банк Франтии.

— Ой… Ой-ой-ой… Ой, как хорошо! Прям камень с души упал, — с невероятным чувством удовлетворения я подошёл к банкомату и похлопал его по корпусу. — Ты же мой хороший, дай папику денежку… Аня, готовь сумочку.

— А? Ты же даже карточку…

«ВЖ-Ж-Ж-Ж-Ж-Ж!»

Оживший банкомат заработал и начал выплёвывать все свои денежки папику.

— Челюсть с земли подними, а то люди споткнутся и лоб расшибут.

— КАК? КАК? КАК? — не знала, куда себя деть, и даже отреагировать по-человечески не могла моя спутница.

— Ты так удивляешься, будто я фокус обезьяне в зоопарке показал.

— Как? А? Ты кого обезьяной назвал?! — ударила она меня в плечо.

— Никого. Я сказал «как», а ты уже восприняла это на личный счёт. Почему – понятия не имею. Сумку открывай. Или тебе денег не надо?

— Дай! Дай деняк!

Анна широко раскрыла сумку, и я стал закидывать голубоватые и зеленоватые фантики, украденные у Первого Рабовладельческого банка Франтии.

Может, и сам банк ограбить? Обчистить их хранилище? Или это может привлечь слишком много внимания? Хм, ладно. Это мы всегда успеем провернуть… А пока не нужно.

Закончив опустошать банкомат, мы отправились гулять по улицам. Шли хаотично. Я следил за окружением, чтобы ни полиция, ни кто-либо ещё не увязался за нами. Сели в первое же попавшееся такси, и Анна с акцентом попросила завезти нас в самый большой торговый центр.

Там я её и потерял… Правда, перед тем как разум Анны захватил демон алчности и шопинга, я приставил к ней воздушного элементаля, чтобы мог её защитить в случае чего или привести ко мне. Ну или меня к ней проводить.

У меня же была своя программа мероприятий. Во-первых, зашёл в книжный, взял словарь. Во-вторых, отправился в парикмахерскую и – попал к какому-то озабоченному стилисту с закрученными усами. Без знаний языка, без телефона, без переводчика мне пришлось долго уговаривать его просто сделать мне крутую, модную причёску и сбрить отросшую щетину. Спас какой-то хлыщ, прошедший мимо салона с кислой мордой и с тремя десятками рабов, что тащили его сумки.

— Как у него! — ткнул я пальцем в богатого проходимца, открыл словарь и быстро нашёл нужные фразы.

К счастью, эта жертва моды меня поняла, и спустя час я вышел посвежевшим, красивым и опрятным.

Новый костюм, дипломат с наличкой, причёска и усы с долбанными завитушками, дорогие часы, бесполезные, но броские, а ещё приковывающие взгляд перстни – всё это создавало определённый образ. Не идеальный, но вкупе с моей харизмой достаточный, чтобы все поняли: я богат, я успешен, я самодоволен. Единственное, чего у меня не было, в отличие от таких же напомаженных местных хлыщей, – это кучки рабов за спиной.

И раз уж выдался выходной, подготовлюсь к завтрашнему дню. У меня остались считаные крохи духовной энергии. Ни одной сферы, даже пустой оболочки…

— Надо это исправлять, — решил я и, выйдя из салона пафосным гламурным аристократиком, побрёл уверенной походкой по первому этажу торгового центра. Мне нужен был магазин с журналами и газетами. Один такой я, кажется, видел возле книжного…

Уже спустя пять минут в моих руках была карта Памижа. А ещё через пару присел за кофейный столик в ближайшем заведении. Пока шёл, послушал, что говорят местные. Запомнил только конец фразы. Ну, и то хлеб…

Тут же подскочил дружелюбный официант и пролепетал что-то на своём. Я нашёл глазами две первые попавшиеся надписи и заказал эспрессо и макиато.

— Эспрессо макиато?

— Пор фаворе, — кивнул я, вспомнив слова той парочки, что была за столиком у входа..

— Ла-ла-ла-ла! — начал он странно танцевать, словно у него случился приступ эпилепсии.

Я посмотрел на это безобразие с неизменным выражением лица, отчего парень ещё больше залился смехом, потряс тремя скрещёнными пальцами перед моим лицом и убежал за стойку со словами: «Но стрессо, но стрессо, но нид ту би депрессо!».

Эту фразу я по большей части понял. Но всё равно выглядело немного странно. Я как будто в телешоу с розыгрышем попал…

Пока он продолжал трястись, заваривая мне кофеёк, ему начали подпевать другие посетители и обслуживающий персонал. Сумасшедшие…

Я открыл карту и ручкой выделил все кладбища города.

— Ну вот. С первыми целями определились… — Довольный этим, я сложил бумажную карту.

Ближайшее кладбище как раз неподалёку от торгового центра. Мы его проезжали. Я тогда заметил людей, что шли к нему. В их руках были цветы, а на лицах грусть и тоска. Надо соответствовать образу. Благо костюм чёрный, выражает траур.

— Ла-ла-ла-ла! Эспрессо макиато, пор фаворе! — поставил самый счастливый на свете официант две кружки передо мной.

Выпил я их за десять секунд и отправился на выход. Надеюсь, географический кретинизм меня не оставит в дураках!

Повезло! Я сориентировался на разноцветное здание с кривыми стенами, что было где-то по дороге после кладбища, и, выйдя из торгового центра, сразу же заметил его. Купил цветы и отправился делать своё дело. Как закончил, двинул к ещё одному кладбищу, но в этот раз уже поехал на такси.

Целый день с кислой миной я мотался по всему огромному Памижу, ловя такси и расплачиваясь наличкой, чтобы добраться от случайной точки в городе к магазину цветов и нового кладбища. Даже пару фраз на местном, хрустящем, как круассан, языке выучил.

День наблюдений, день понимания, день сбора сил для предстоящих побед. Тридцать два кладбища... Многие очень старые. Некоторые идеально зачищены. Были видны следы работы с духовной силой. Будь люди, что занимались этим, большими профессионалами – я бы этих следов не увидел. И всё же своё дело они сделали. А в остальных я уж поработал. Ничего сложного. Сидел себе с грустным лицом на лавочке, смотрел в землю для виду, а сам вёл незримую битву с теми, кто остался душой в этом мире. Помогал им, и самому становилось легче дышать. Маленькое, никому не видимое, но очень полезное и для мира, и для меня дело.

Солнце начинало клониться к закату. Когда я в очередной раз сел в такси, задал водителю мучивший меня весь день вопрос. Ни на одном из кладбищ не было могил рабов. Сжигали их в крематориях или были свои кладбища, я не знал. Вот решил уточнить. Осторожно так, чтобы лишних вопросов не было. Сразу сказал, что я писатель, собираю материалы для новой книги. Ну, как сказал… Где жестами, где кривыми фразами из словаря объяснил.

И мне точно так же объяснили, что такое есть, и оно за городом. И даже не одно. Я запомнил эту информацию и вернулся в отель. Анна уже была в номере и дрыхла, совершенно позабывшая обо всём на свете и объятая тысяча и одной покупкой. От количества пакетов просто пестрело в глазах. И это она всё купила несмотря на слабость в теле… Демон алчности и шопинга воистину страшен.

Я развалился на кровати в другой спальне, куда до этого даже не заходил. Посидел в ноутбуке, пообщался с эльками-разведчиками, создал новых, свеженьких. Понял, что дожидаться пробуждения Анны нет смысла, и направился на поздний ужин в ресторан на другой стороне улицы. Хотелось ещё немного понаблюдать за местным аристократами, свободными людьми и рабами. Их взаимодействия, разговоры, поведение…

Если бы я сегодня отправился покупать раба, моё поведение могло бы выдать меня в два счёта. Хорошо, что я не стал спешить. Сейчас нужна деликатность, гибкость и незаметность.

— Bonsoir, monsieur, êtes-vous occupé? Pourriez-vous offrir un café à deux charmantes dames? — какие-то две курносые бледнолицые профурсетки уже были тут как тут, стоило только светануть кошельком.

— Не говорю по-вашему.

— Ви? Месье иностранец? — без спросу сели они за мой столик.

— Да. Тут занято, я жду свою подругу, — предупредил я двух девиц, которые ни внешне, ни духовно меня не привлекали.

— Месье, — словно невзначай, одна из них, брюнетка, коснулась моей ладони. — Ми с подругой могли бы устроить вам невероятный ночной экскурс в столица культура и мода Памиж! Я же вижиу, ви давно сидьите один, грустный. Памиж нельзя грустить. Памиж нужно веселье! Верьте меня, я знаю толк веселье!

И в этот самый миг на двух суицидниц упала тень Анны. Вот теперь, я уверен, меня ждёт настоящее веселье.

— А ну, сдриснули прочь от моего жениха, прошмандовки помоечные!

В глазах Анны сверкали молнии. Она была готова в любой миг схватить их за волосы и впечатать лицом в стол.

«Не надо…» — покачал я головой, давая понять, что драться с какими-то дурами – не лучшее завершение дня.

— Какая грубая, страшная у тебя баба с мелкий сиськи, фу! — заявила брюнетка.

Источник Анны взорвался после этих слов. Кажется, она уже готова замуровать эту дуру в каменный гроб. И это заметил не только я...

Молчаливая подруга брюнетки тоже оказалась одарена магией.

Кажется, драки не избежать… Если только я не вмешаюсь. Но стоит ли?

Глава 5

Стоит ли вмешиваться в набирающий ход конфликт?

Сомнения появились лишь на секунду. Всё же мы прибыли сюда не для того, чтобы привлекать глупыми драками в публичном месте внимание полиции.

— Анна, сходи, закажи себе что-нибудь. А вы вдвоём – потеряйтесь, — произнёс я и чуть-чуть выпустил своей ауры наружу, чтобы припугнуть их.

Всё-таки женские эмоции куда сильнее мужских, и если они хотят конфликта, то голос разума может не достучаться до них.

Что-то громко вереща на французском и приковывая внимание всех остальных посетителей кафе, эта парочка ушла. Я надеялся, что навсегда, но оказалось, что они просто решили сходить за подкреплением…

Не успела Анна остыть и взять кусочек тортика для успокоения нервов, как три не самых впечатляющих представителя человечества появились рядом с моим столиком. Мы сидели неподалёку от входа и через прозрачное стекло видели ещё двоих парней на улице, а рядом с ними стояли те самые девицы.

Эх… Так и знал, что эти профурсетки за мой столик присели не просто так.

Стоящий по центру чёрт с татуировками на лице, бородой, серьгой в ухе и с ног до головы одетый во всё кожаное, байкерское прохрустел что-то на своём и резко потянулся за моей чашечкой кофе.

Его рука замерла, сжимая края чашки, ведь я держал его руку за запястье стальной хваткой.

— Ань, что эта обезьяна лепечет?

— Говорит, что ты оскорбил его сестру, и он заставит тебя за это ответить, — перевела она, с трудом сдерживая ухмылку.

— Спроси его: они все братья, или мне достаточно будет его одного опозорить, чтобы эта гопота исчезла и перестала портить нам вечер?

Всё это время мачомен из кожи вон лез, чтобы освободить свою руку.

— Он говорит: отпустить его.

Я и отпустил… Байкер улетел прочь с чашкой кофе, выливая всё на себя и роняя стулья соседнего столика.

Поднимаясь, злясь и корча рожу, он тыкнул на меня пальцем и начал сыпать угрозами. Даже бариста прокричал что-то про «полисьон».

Я поднялся и задал ещё один вопрос:

— Ты меня прямо тут, при свидетелях собрался на место ставить или есть местечко поукромней? Ань?

Девушка залпом допила кофе и перевела мой вопрос. Только вот перевод был каким-то долгим, и среди слов звучали такие фразы как «мудасьон, «идиото», «кретино», а в конце она и вовсе на наш язык перешла и просто с акцентом проговорила «жопу порвёт». Кажется, по дипломатии ей давал уроки ворон…

Кретины самодовольно вышли и стали у выхода.

— Ты видел, у них оружие было? — на всякий случай предупредила меня Анна.

— Он так им спешил похвастаться, что тут всё кафе видело. Потому бариста и заголосил, — пожал я плечами.

— А повторишь тот трюк с подпольной арены? — с блеском в глазах попросила Анна.

Вот уж наглядный пример того, что в тихом омуте черти водятся... Месяц была девочкой-паинькой, тихо делала работу, принося пользу. А тут только вырвалась в отпуск и уже к концу второго дня готова местной гопоте ствол в не предназначенную для этого кожаную кобуру засунуть.

Надо бы её немножко успокоить. Кажется, придумал как…

Я оставил деньги на столике, привлекая внимания бариста, и вышел из кафе. Вся компания не разбежалась, не передумала и даже не усомнилась в том, что их ждёт не лёгкая нажива, а куда как более запоминающиеся впечатления.

Девицы с крутышами шли впереди. Двое позади нас. Так и пришли в ближайшую глухую подворотню. Какой-то бродяга здесь устроил ночлежку, но его прогнали пинками.

Сцена грязного переулка напомнила сюжет какого-то романа. Но я даже не помню, сколько веков назад я читал нечто подобное…

Мужики да профурсетки что-то говорили, Аня отвечала. У них в руках начали появляться ножи и арматурины, а любитель кожи вытащил пистолет. Эх, молодо-зелено… Убивать я вас, пожалуй, не буду. А вот Анна…

— Что они там хотят? — проигнорировал я тычок арматуриной в грудь и посмотрел на свою подругу, что дерзко отвечала на любые высказывания этих скудоумных представителей не такого уж и исчезающего подвида человечества.

Хомо гопникус порой умеют раскрасить серые будни…

— Говорят: отдать все деньги, стать на колени, и тогда, быть может, они будут снисходительны, сильно нас не побьют за оскорбление сестрёнки и её подруги.

— Деньги? Эти, что ли?.. — вытащил я из бумажника огромную котлету денег.

Клянусь, у двух из парней даже слюни потекли при виде такой кучи купюр. Ещё больше они оживились, когда я, как заправский фокусник, призвал стихию огня и сжёг эти хрустящие бумажки.

— Э-Э-Э-Э-Э!.. — выкрикивая нечто нечленораздельное и направляя на меня пистолет, заорал кожаный павлин.

— Отдай каку… — вырвал я пистолет, ломая пальцы бездарности. — Аня, остальные на тебе. Проверим, чему ты научилась. И постарайся никого не убить.

— СПАСИБО!

С превеликим удовольствием девушка высвободила свою силу, и земля под нашими ногами превратилась в настоящую полосу препятствий. Бесконечно вылезали да прятались под землю каменные шипы. Провалы появлялись перед людьми, не давая им ни ринуться в атаку, ни убежать. А они в основном, конечно, хотели отступить.

Я отбросил мусор на землю, где его кожаную куртку превратили в наряд бездомного десятки шипов. Крики, полные ярости, боли и страха, разнеслись во все стороны. Я бы сказал, что среди всего этого шума я слышал весьма знакомый мне звук хруста франтийской булки. Эти булки Анна прямо сейчас рвала на части, филигранно пользуясь знанием, где и когда вылезет очередной шип или выступ, чтобы перемещаться по непредсказуемому полю боя.

Но среди всей этой шайки была одна брюнетка и один парень, сумевшие удивить Анну. Девушка, что гордилась своей грудью, но не соображала, перед кем она выпендривается, оказалась магом воды и смылась в безопасный уголок, откуда уже планировала свою дистанционную атаку. А парень – маг земли. У него не было огнестрела, зато был сносный меч. И он вполне недурно контролировал землю вокруг себя. Его шипы не доставали. Под ногами асфальт не шатался, как при мощном землетрясении. Но на большего его магических сил не хватало. Впрочем, он почему-то был уверен, что своим клинком сумеет перевернуть ход битвы…

— О, а ты любишь битвы поострее? — с улыбкой произнесла Анна и приняла боевую стойку с открытой ладонью.

Секунда – и её пальцы срослись, а руки по локоть превратилась в металлические клинки.

Неудачник открыл рот, прокричав что-то. Анна в ответ лишь провела рукой по руке. Послышался скрежет металла о металл и мелькнули искры.

Маг тут же дал дёру, крича что-то. Думаю, это было нечто в духе: «Ну нафиг, я сваливаю».

— Аня, слева,— спокойно предупредил я свою валькирию.

Она скрестила клинки перед собой очень своевременно. Удар водной стихии, словно из пожарного шланга, окатил её. Анна устояла на ногах, но платье всё промокло. И я облизнулся.

— Ты забыла надеть бельё? Специально, надо полагать?

— Секундочку. Я эту мымру сейчас…

Что именно она с брюнеткой сделает, я не услышал. Зато увидел…

Вонзив одну из рук-лезвий в землю, Анна выпустила мощный магический импульс, и спустя миг вокруг водницы поднялась каменная клетка и сковывала её ноги. Дальше моя валькирия сделала то, про что я ей тысячу раз говорил: уничтожила своего оппонента самым эффективным и простым приёмом из всех известных в природе – болью. Когда больно – невозможно что-то наколдовать. Да даже думать в такой ситуации проблематично.

Вывихнутые лодыжки нивелировали магию любительницы водных процедур. А спустя миг Анна устроила ей истинное возмездие. Подскочила и, трансформировав руку во второй раз, своими острыми пальцами-лезвиями вынесла девице модный приговор. Волосы упали на землю, как и порезанная одежда.

Следом схожая процедура ожидала и всех остальных людей, попавших в каменную ловушку. Они тоже были зажаты. Получили десятки синяков и ссадин, много небольших ран и лоскутов одежды.

— Эх, жалко, что последний сбежал, — произнесла Анна.

— Скатертью дорога. Или как там в Славии говорят?..

— Ну и ладно. Что дальше?

— А ты не слышишь?

Анна прислушалась и через нытьё этой компании бесов смогла уловить одну мелодию...

— Сирена? Полиция едет? Нужно бежать! — схватилась она за голову.

— У полиции другая сирена…

— Тогда… что это? — непонимающе покрутила головой Аня. — Скорая?

— Вверх посмотри, — подсказал я.

— О божечки!

Вместо луны и звёзд над городом было бесконечно чёрное небо. И с каждой секундой оно поглощало всё больше и больше света звёзд.

Очередное вторжение, очередная битва с посланниками из другого мира. И Герра тьмы, что будет с вожделением наблюдать за плодами своего труда…

— Хорошо, что ты размялась. Это будет долгая ночь…

***

В отель мы больше не возвращались этой ночью. Но и не геройствовали, открыто спасая столицу Франтии от угрозы так же, как я в своё время помогал Радаевску. Да и не было в этом нужды. Перед нами открылась возможность лицезреть силы и подготовку империи, что находится на пике своего могущества.

Сирена – лишь первое предупреждение. Затем с каждой крыши зданий города на ночное небо начали светить десятки тысяч сверхмощных прожекторов, на фоне которых чёрные пятна клубящейся тьмы и слимов стали прекрасно различимы. Но увидеть противника мало – его надо уничтожить. Желательно до того, как он упадёт на землю и принесёт с собой смерть и разрушения.

Всего в городе было двадцать шесть районов, как я успел прочитать в справочниках. И двадцать шесть куполов, магических и невероятно мощных, вполне сравнимых с тем барьером, что может получиться при активации моей восстановленной стелы. Выходит, что этот город обладает как минимум двадцатью шестью аналогами. Правда, всю площадь районов покрыть они не могли, но люди, разбуженные системой тревоги, уже высыпали на улицы и мчались в обозначенные красным цветом дома укрытых куполами.

Это лишь первый шаг по защите Памижа, созданный местной властью. Вторым шагом следовало использование комбинированных систем противовоздушной обороны. Из сотни мест разом велась стрельба по падающим десантникам врага. Первый выстрел в очереди – пристрелочный. Зажигательным патроном. Яркий, видимый. А следом шли магические боеприпасы.

Пули разрывались в воздухе при контакте со слимами. Иногда это были огненные вспышки, обжигающие чёрную плоть злобных иномирцев. Иногда – морозные. Холод действовал прекрасно, сковывая слимов. После падения с высоты те разбивались на тысячи кусочков.

Третий рубеж защиты – магические противослимовые пушки. Их было немного, но они так меня заинтересовали, что я даже разведку свою незримую отправил, чтобы выяснили работу этого интересного устройства.

Выглядели пушки как огромные телескопы, зашитые в стальной защитный купол на крышах некоторых домов. Эти купола раздвигались, вращались, а внутренние системы пушек запускали генерацию магического заряда, который бил по площади на небольшом расстоянии. Походящие на вспышки фотоаппарата выстрелы испаряли слимов, что оказывались вокруг оберегаемой телескопическим оружием области.

Немного похоже на то, как сражаюсь я, но… Более расточительно, чем требуется. Впрочем, судя по всему, эти огромные механизмы стоят на крышах самых важных для жизни столицы зданиях. И люди не скупятся на расходы, лишь бы обеспечить их безопасность.

Впрочем, даже несмотря на все эти многочисленные методы защиты, слимы прорывались. Нечасто. Но если где-либо замолкала ПВО, чтобы остыть или перезарядиться, или ещё чего, то гады долетали до земли. И вот здесь уже наземные гвардии демонстрировали четвёртую часть плана обороны столицы.

Магический спецназ, полиция, армия, гвардейцы аристократов и даже одарённые магией рабы – все сражались с напастью. По рациям передавались названия кварталов, где видели слимов, указывались пересечения улиц, где нужна поддержка. В общем, франтийцы удивили меня своей слаженностью. Смелые, быстрые, беспрекословно следующие командам из центра.

Слимы уже много раз угрожали человеческим городам. И за эти годы люди научились сдерживать эту опасность. По крайней мере столицы хорошо защищены и могут вести долгое сражение в условиях внезапного вторжения и многодневной осады. Человеческие и военные резервы, я думаю, у них тоже солидные. И в случае проблем они могут выпустить ещё несколько козырей…

— Маги забрались на крышу… — указала Аня на силуэты людей наверху больницы, мимо которой мы двигались.

— Логично. Те, у кого есть возможность атаковать падающих слимов дистанционными атаками, могут и должны это делать. Пятый элемент защиты.

— Чего? Какой элемент? — не столь наблюдательная и опытная Анна просто следовала за мной, пока я специально выбирался на всё более безлюдные улицы, с которых открывался хороший вид.

— У тебя деньги остались?

— Сумочка в номере… — ответила девушка. — А что?

— Тогда ищи банкомат Первого Рабовладельческого.

— Так вот же он, — показала она мне на вывеску.

— Это банк, а не банкомат… Впрочем, какая разница. Нам много не надо. Парни, за работу.

Элементалям воздуха была дана одна простая команда – уничтожить камеры наблюдения внутри и снаружи опустевшего здания. Охрана в нём если и есть, то уже отправилась в убежище.

Быстро и дерзко совершив очередное ограбление банкомата – в этот раз внутри самого банка, – мы побежали по тому же пути, по которому сюда шли.

— И зачем нам сейчас деньги?

— Просто я не хочу грабить честных людей. Пока не смогу убедиться в том, что они этого заслуживают. Ребята, зачистите это здание.

— Торговый дом Левенделла? Это же…

— Магазин для магов.

— И что нам здесь нужно?

— Совершить покупки. Но магазин закрыт, потому взламываем, берём необходимое и оставляем в кассе компенсацию.

— Понятно. А что мы ищем?

— Ты бери себе всё, что сочтёшь нужным. Мне же нужна одежда, как на витрине.

Взгляд Анны упал на широкий бархатный халат мага и прочие элементы одежды.

Я на самом деле просто хочу инкогнито помочь тем, кому не повезло родиться за пределами двадцати шести защищённых районов. Рядом со столицей живёт не меньше людей, чем в самом Памиже. И подобной системы ПВО, как и куполов, у них нет. А значит, ситуация в пригороде куда хуже, чем на столичных улицах.

Мы приоделись, вооружились, надели маски. Конечно, если бы нас встретили патрули, были бы проблемки, но… С моей разведкой, силой и скоростью просочиться через городские улицы не составляло труда. Нас ничего не могло остановить, потому мы очень быстро добрались до пригорода.

— Да, тут ситуация печально выглядит.

— И тут мы можем помочь людям.

Я вытащил впервые за долгое время свой клинок, что прекрасно справлялся с высвобождением стихии.

Я не мог использовать большое количество элементалей, так как выдал бы себя с потрохами перед местной службой разведки. Только элегантных бойцов воздушной стихии призывал и только в критических случаях, когда нужно было спасти чью-то жизнь. Сам же предусмотрительно находился либо слишком далеко, либо занят другим противником.

Люди видели нас. Армия, пусть и не столь многочисленная, тоже видела нас. Пытались остановить, но мы просто проходили мимо и исчезали во тьме ночного города, обрушивая свою ярость на иномирных гадов.

— Аня, ты будешь куда эффективнее, если сможешь использовать магию земли наподобие песчаной ловушки. Облепить, дезориентировать, стереть в порошок, — показал я ей ещё один способ справиться со слимами.

Её магия неплохо защищала и наносила физический урон, но нарушить целостность желеобразного тела слимов ей не особо удавалось.

— Как пескоструйная машина? Так для этого надо ещё и магией воздуха обладать… — показала она, что не просто так училась в магической академии.

— Я примерно представляю, что ты имеешь в виду, но всегда есть альтернативный подход. Смотри.

Мимо нас пробежали люди, а я посмотрел в глаза озверевшего. Вернее, очеловеченного монстра, нашедшего свою жертву.

— Земля! Почва, металл и даже пыль… Ты манипулируешь ими. Но ты ограничена своим видением.

Я создал между нами и сумасшедшей тварью каменную плиту. Анна сама могла бы создать такую, но лишь использовав землю и тротуар под нашими ногами.

Монстр врезался в плиту с разбега, и его расплющило. Теперь ему нужно время, чтобы собраться вновь. Только вот нас окутала тишина, и я, придерживая руку Анны, сделал шагов десять назад, пока этот бесящий эффект, наконец, не пропал.

— Расширь горизонты, раздели кусочки земли на фракции. Они всё ещё содержат в себе частичку твоей магии…

Плита впереди разделилась на многочисленные фрагменты, словно разбилась, но при этом она всё ещё была частью единого магического заклинания.

— Направь мелкие осколки, управляемые единым магическим плетением на своего врага. Обложи его ими со всех сторон. И объедини вновь.

Куски камня стали на миг бронёй слима, облепив его, а следом начали сжиматься, выдавливая чёрную мерзость из всех щелей.

— А если этого будет мало, просто добавь динамики…

Я закрутил рукой, показывая что-то вроде торнадо, и камень, следуя за моими движениями, завертелся внутри и снаружи слима. Он всё ускорялся и ускорялся, пока не создался полноценный вихрь.

К этому моменту с монстром было покончено. И его жертва тоже нашла покой. Мельтешащие камни продолжали дробиться и сливаться друг с другом, выбрасывая наружу ману, что содержалась в этом заклинании. Чужеродная магия внутри тела слима разрушила его структуру.

Вскоре перед нами был уже не враг, а просто груда материала, из которого однажды алхимики или другие маги сделают что-то полезное для человечества. А рядом лежал несчастный раб, ставший жертвой этой иномирной твари, рождённой в агонии, страдании, муках и злобе.

— Это… невероятно. Я никогда не видела ничего подобного. Это какой-то запредельный уровень контроля заклинания… — произнесла Анна.

— Девочка моя, тебе ещё так много открытий предстоит… Твоя стихия хорошо подходит для защиты, для работы, для убийства живых существ… Но против Герры тьмы ты мало что можешь сделать. Научись хотя бы тому, что я показал. Магия практически не знает границ. И ты достаточно талантлива, чтобы зайти по этому пути так далеко, что все имперские маги тебе в подмётки годиться не будут.

— Откуда ты столько всего знаешь? Ты же не можешь контролировать стихии. Ты сам говорил, что стихийная магия тебе недоступна!

— Во многих знаниях многие печали... А порой цена за эти знания была слишком большой, чтобы простой человек мог справиться с последствиями.

Я не стал говорить ей, что симулировал магическое заклинание, направив дикое количество энергии, чтобы буквально удерживать и направлять эти куски камней. Мой предел, как она и сказала, – создать каменную стену, призвать стихию. А всё остальное – голый ручной контроль буквально повисших на моей мане кусков земли. Ни о каких плетениях и речи не шло. Если бы весь этот объём маны взял обычный маг и сумел обуздать и направить на магическое заклинание, вложить в плетение, то, боюсь, от этого пригорода камня на камне бы не осталось…

Но это не мой путь. Я привык к элегантным демонстрациям, что сломают в голове моих соратников ограничения, которые они сами себе поставили. В итоге многие из них за годы практик и наблюдений за мной смогут превзойти свои пределы и превратиться в настоящие стихийные бедствия. Но с одним небольшим ограничением: полное подчинение моим принципам и мне – тому, кто уважает саму суть жизни и стремится к гармонии и минимизации последствий.

Легионы элементалей могут идти в бой и принести победу, но человеческие сердца завоевать могут лишь такие, как Анна. Живые люди, воплощающие саму суть человеческой природы. А без этого – всё бесполезно.

Чтобы стать Даном, необязательно завоёвывать весь мир. Чтобы мир признал тебя Даном, нужно завоевать сердца миллионов людей, что его населяют. А эта битва намного сложнее, чем просто заставить бояться таких, как я…

— Пойдём дальше. Вторжение вряд ли закончится этим утром…

Глава 6

Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Выражение слегка грустное, зато неплохо готовит людей к экстремальным ситуациям. Множество рабов, жителей пригорода и оказавшиеся по воле случая за пределами идеально защищённого Памижа люди делали всё, чтобы справиться с угрозой.

Я видел, как девушки подносили зажигалки к лаку для волос и просто заливали слимов огнём. Даже освежители воздуха и прочие горючие жидкости сметались с полок. Зачастую люди не платили, даже взламывали магазины. Но не ради наживы, а во имя спасения себя и своих близких.

Чем больше времени я проводил в осаждённом городе, наблюдал за местными, что сражались за свои жизни, да своей рукой вытягивал их из-под косы костлявой, тем больше узнавал нового. Я запоминал хитрости, которыми пользовались простые люди.

Вот, например, жилой квартал – это целая группа домов, соединённых друг с другом, и уютный внутренний дворик. Где-то в этом дворике стояла детская площадка, где-то – клумбы с цветами... А под ними всегда было изолированное помещение, герметично закрытое местными жителями. Убежище, надежда… И пока мужчины как могли защищали свои улицы и дома, объединяясь в отряды и используя всё от самых примитивных подручных средств до хитроумных устройств для сражения с монстрами, дети, женщины и старики прятались в этих мини-бункерах.

Что характерно, убежища были достаточно просторные, потому могли вместить даже немного больше людей, чем проживало в квартале. И там было всё необходимое: запасы воды, небольшие запасы еды, свет, противогазы, кислородные маски и баллоны. Так что прячущиеся могли пережить даже многочасовой пожар, если бы армии вдруг пришлось буквально напалмом выжечь захваченный слимами квартал.

В общем, местные подготовили для себя потрясающие убежища. Иногда похожие небольшие комнаты-убежища находились в самом доме или в подвале. И туда могли попасть любые люди с улицы. Но был один нюанс… Франтийцы рабов за людей не считали, так что у тех не было и шанса попасть в убежища. Они не могли спастись.

Раздражает… Отношение этих людей к себе подобным сильно раздражает. Не могу сказать, что я повсюду вижу безумное насилие над рабами, но с этим всё равно надо что-то делать…

Да, при мне не избили ни одного раба. И в целом они были молчаливыми тенями, тихо исполняли свою роль в обществе, пройдя обучение. Но почему-то я уверен, что это всё только верхушка айсберга. Здесь, в столице и её пригороде, все рабы словно кастинг прошли и профессиональное обучение. Никто не дёргается, не перечит, не рыпается… А аристократы и свободные жители их не трогают.

Сложилось впечатление, что эти запуганные бедолаги для франтийцев, как автомобили, показатель статуса и уверенности. Послушные и надёжные. И если их «собственность» начинает сбоить: болеет, стареет, капризничает, – её просто сдают в специализированный сервис, где взамен получают новую…

Если бы не вторжение, уже утром я бы отправился в сам центр зла – в бутик, где продают элитных рабов, чтобы на всё посмотреть лично. В интернете пишут всякое. Большая часть – бред. Лучше проверить всё самому. Правда, теперь не до этого. Вряд ли завтра в восемь утра откроются местные биржы, офисы и магазины…

В общем, именно этих рабов я и спасал в основном. Их воля к жизни была достойна моих стараний. Достойна того, чтобы я взял в руки клинок. А местные… После всего, что я увидел, я уверен, что они и без меня справятся с минимальными потерями.

— Что мы здесь делаем? — спросила Анна, когда я выбил дверь первой же попавшейся на нашем пути квартиры.

— Дальше будет жарко. Огонь опасен для этих нищих кварталов. Поэтому… — Я нашёл холодильник и открыл его, а затем и морозильную камеру. — Мне нужна другая энергия…

Лёд и холод прекрасно справляются со слимами. А я прекрасно умею выделять нужную мне энергию и делать из неё элементалей.

— Просыпайся, дружок. И поделись со мной своей силушкой. Единение…

Я не тратил много времени. Всё же не на прогулке. Все движения стремительны, точны и эффективны. И ощущая, где находится самая «горячая» битва в округе, я бежал напрямик, разбивая окна и прошивая здания насквозь своим телом. Анна следовала по пятам. Не отстаёт, молодец! Хотя бегу не на максимуме… Но всё равно молодец.

По пути «разморозил» ещё два холодильник. Лишние элементали не помешают, пусть и появится много вопросов... Если их заметят, само собой. А их не заметят, ведь я снова использую «Единение», чтобы увеличить запасы энергии духа льда в своей душе.

Вдруг из-за поворота перед нами выбежала группа людей. Женщины, дети, пара мужчин с самодельным оружием: обмотанные горящими тряпками палки, зажигалки и аэрозоль. Надолго их не хватит.

Один из рабов направил лак для волос на слимов, что преследовали группу по узкой улочке, и выдал струю, воспламеняя её зажигалкой. Твари мгновенно отшатнулись. Некоторые получили огнём по своим наглым рожам.

Тишина уже давно накрыла большую часть улиц, поэтому нас никто не слышал. Но стоило спрыгнуть с крыши трёхэтажного здания на перекрёсток, через который бежали люди, как вся эта группа, кроме прикрывающих, тут же бросилась в нашу сторону. Ещё бы… Нарядились мы, конечно, занятно, но не узнать в нас магов было нереально.

С одной из палок упала горящая тряпка, и мужик дал дёру, понимая, что у него защиты больше нет. Слимы сразу же обогнули горящую тряпку, как вода обходит скалу, и защитникам стало ещё тяжелее.

Я кивнул Анне и указал, на чём ей продемонстрировать свои способности. А сам вытащил из ножен клинок и наполнил его морозной силой.

Капли дождя присоединились к бесконечному слимопаду. Вода… Точно! Как закончу с этими тварями, двинусь к реке. Создам водяных элементелей, которые из-под воды будут отстреливать гадов. Надо заканчивать тут побыстрее.

Я ощутил, как два невидимых элементаля воздуха сдвигаются ближе. Затаились в ожидании приказа.

«Вперёд, мои невидимые духи-помощники. Не жалейте сил на благое дело».

Капли дождя содрогнулись, разлетелись брызгами от внезапного столкновения с элементалями. Для чужого глаза они просто случайный порыв ветра. Для меня – дополнительная пара рук. Точнее, клинков.

— Айа! — вскрикнул мужчина, когда я выдернул его рукой из-под атаки монстра и встретил чёрную массу яростным холодом клинка.

«Замёрзни, тварь!..» — мысленно крикнул я, выдыхая облачко пара: температура вокруг резко начала падать.

Люди отступили, а у слимов теперь появилась новая цель. Они уверены, что я достойная добыча. Я же лишь с улыбкой занёс клинок над головой.

Краем глаза увидел, как Анна запечатала одного из слимов с четырёх сторон каменными стенами и создала идеальный куб сверху. Но это не крышка гроба для слима, а пресс, который раздавит его и наполнит иномирную мерзость чёрной Герры местной магией. Молодец, девочка. Экспериментируй, ищи возможности, дави гадов!

Слимы не тянули с атакой. Немного опасений из-за холодного клинка было, но он так высоко вверху, а я, их законная добыча, внизу стою… Они ринулись вперёд, приглашённые мной на это поле боя.

Мгновение – и оружие рассекло воздух, оставляя за собой призрачный след. Ледяное лезвие сорвалось с клинка по широкой дуге, и первый рассечённый слим заморозился. Второй, за его спиной – аналогично. Третий не успел обледенеть. Твари навалились на него, и эта прекрасная в перспективе статуя разрушилась голодом и болью мучеников из другого мира.

С неба прямо за моей спиной упала очередная чёрная капля и разлилась по асфальту в целую лужу. Резким росчерком оборвал бесполезную жизнь аморального творения уродов из другого мира, не давая и шанса новому врагу.

Я потянул ману с силой льда в свои лёгкие и выдохнул морозный ветер в лицо озверевшего, что решил быть хитрее остальных и прыгнул от стены в мою сторону, частично избегая ледяного росчерка. Обмороженный, он потянул ко мне свои руки. Но мой резкий выпад поставил точку и в его бесполезной жизни.

Остальные уже набегали, обходя обледеневшие статуи своих соратников с двух сторон. Бесполезно… Против меня это не сработает.

Два взмаха – и две волны холода замораживают большую часть тварей.

Оглядываюсь. И зачем они так растянулись? Лучше бы просто стояли на этом перекрёстке… Ладно, как хотят. А моя задача – это убить ещё парочку тварей, что бегут им наперерез с остальных улиц.

Я дёрнул Анну за руку и указал на полуобмороженную толпу тварей. Быстрый взмах ладонью у шеи, чтобы объяснить, что с ними делать. И её короткий кивок – приказ понятен: врага нужно добить.

Анна взяла с пояса книгу заклинаний, купленную в лавке магии Памижа. Слова не слетали с её губ, но магия… Она всё чувствует.

Я мчусь вперёд, бульдозером снося небольшие группки монстров. Давлю их, топчу, не тратя лишнего времени и сил. Твари погибают за секунды, а я бегу к следующей цели.

Вокруг хаос, боль, разруха и – тишина. Но я наконец-то в месте, для которого я и был рождён… Все эти переговоры, совещания, дипломатия, шпионство, постели с красотками – это лишь отдых, вынужденная смена обстановки и надежда найти новые ощущения. Но война и поле боя – это моя стихия.

Впереди у кого-то взорвался аэрозоль. Секунда – и я рядом, спасаю человека от кошмарного ожога. Отправляю пинком горящего слима подыхать на обочине. Мужик кивает мне, а я рукой указываю ему бежать в сторону, где меньше тварей, где есть хоть какие-то защитники: маги, армия, полиция… В общем, спасение.

Оборачиваюсь и вижу, как пара слимов разрывается на части яростью ветра и падает на землю чёрной, грязной пеной гопслима.

Анна кричит мне издалека что-то на своём, на женском… Снова тишина и ничего не разберёшь. Вроде бы предупреждает…

Я киваю ей, пока отбиваю ещё одну атаку озверевших монстров. Три твари за два удара. Короткий прыжок – рублю ещё одного слима прямо на лету, не дожидаясь, пока гад шлёпнется на асфальт. Разворот на сто восемьдесят градусов, и ледяной клинок сносит голову ещё одной твари, что сиганула на меня с крыши.

Тишина вновь отступает. Но это ненадолго. Я чувствую его… Чувствую гада, что призывает к себе сотни слимов. Они сливаются друг с другом совсем рядом!

Запрыгиваю на крышу и смотрю на парк. И на сияние красных глаз, пробивающееся через листву. Этого точно надо прибить!

Спрыгиваю, и снова тишина – очередная тварь летит камнем с неба. Совсем рядом. Хватаю женщину с ребёнком на руках и рывком пересекаю дорогу – туда, где никакая тварь не падает на бешеной скорости.

Поставил женщину, развернулся и взмахом клинка уничтожил тварь. И снова звуки атаковали уши.

Дамочка с ребёнком, дрожа, прижимается к стене.

— Merci, monsieur!

— Берегите себя, — бросил ей, надеясь, что она это поймёт.

Надеюсь, как только я уйду, судьба смилостивится и не отправит к ним новых монстров.

Анна присоединяется ко мне, и мы двинулись в сторону парка. По пути остановились у небольшого канала и моста, ведущего на другую сторону.

Тысячи людей бегут из парка, создавая давку. Видимо, все знают или слышали ужасы о красноглазом монстре… Но сегодня им повезло: я оказался рядом.

— Кажется, у местных рабов после сегодняшнего дня появится новая городская легенда, — хмыкнула Анна, мельком глядя на меня и становясь плечом к плечу.

— Идём к каналу… Я создам кое-что против слимов, — позвал я за собой, пряча клинок в ножны.

Пусть он отдохнёт минуту, а в бой вступят новые силы. Элементали воды. Моя водная магическая батарея, что будет патрулировать побережье и набережные, из-под укрытия атаковать врагов. Маленький штрих, что обеспечит капельку безопасности местных жителей. Этот мир не идеален, но он достоин того, чтобы попытаться сделать его лучше.

— Не жалейте сил, убивая монстров, и не появляйтесь перед людьми, когда всё закончится. Будьте неприметны. — отдал я приказ моим водным помощникам.

Я убил много слимов за эту ночь. И ещё больше убью. Сотня незаметных элементалей – самая малость из того, что я могу сделать для защиты слабых.

Дождь усилился. Герра тьмы и не думала прекращать насылать на нас свои проклятые творения. И ночь далека от своего завершения… Но после неё всегда приходит рассвет. Я спасу столько людей, сколько смогу. И ужас наконец отступит прочь, выпуская из своих цепких лап души людей.

— Ну что, вперёд? — поинтересовалась Анна.

— Ты когда-нибудь сражалась с красноглазым?

— Нет…

— Тогда стой рядышком. И учись. Только не шуми, ладно?

— Ха-ха. Очень смешно, — закатила она глаза, цепляясь руками за книжку с кучей стихийных заклинаний.

Переживает? Это нормально… Все мы переживаем. Пока живы. Только мёртвым уже плевать… Если это, конечно, не переполненный эмоциями дух, которому нужно помочь. А после сегодняшней ночи таких духов в Памиже и его окрестностях будет много…

Куда бы я ни пришёл, меня всегда ждёт работа. Проклятье Дана, что прицепилось ко мне и прошествовало за мной в этот мир… Вот бы однажды найти свой идеальный мир для правителя и отправиться туда в отпуск. Звучит фантастично, но кто знает… Найти бы старика, что отправил меня сюда и поговорить с ним по душам. Глядишь, он и откроет подходящее местечко…

***

В кабинет главы разведки Франтии один за другим входили люди. И все они обладали не меньшей властью, нежели сам хозяин этого кабинета…

— Франтуа, я надеюсь, ты нашёл нашу пропажу. Или есть куда более серьёзная проблема, раз ты решил собрать всех нас здесь? — Правая рука императора Франтии, его старший советник и глава королевской администрации Ллойд Де Пуатье одним из последних прибыл в святая святых службы разведки.

Один глаз Ллойда светился жёлтым и не закрывался, и все мгновенно поклонились тому, кто через своего помощника наблюдал издали за всем происходящим. Император находился в отъезде, командовал своей гвардией в прекрасной крепости Руж, но это не значит, что он оставил всё на самотёк. Вот и сейчас, используя артефакт и магию и сидя в удобном кресле, он заглянул на это собрание, ожидая наконец-то услышать хоть какие-то хорошие новости.

Несмотря на то, что империя успешно отбила нападение на столицу и даже её окраины практически не пострадали, сам император и его свита сходились во мнении, что на Франтию пало чьё-то проклятье.

И у них были на то веские причины! Гизель оперативно собирал информацию обо всех вторжениях и фиксировал открытия врат не только на территории семи империй на трёх континентах, но и на других территориях, что не принадлежат им, либо лишь косвенно подчиняются. И на бедную Франтию выпало почти тридцать процентов от сверхмощных вторжений, при которых число упавших слимов по предварительным оценкам превысило сто тысяч! Это ещё хорошо, что география страны располагает к обороне…

Вся страна – это либо высокие труднопроходимые горы, где людей особо то и нет, а если есть, то это укреплённые гарнизонами владения аристократов; либо равнины, поля с продовольственными культурами и пастбища, где издалека виден враг и легко перебросить технику. Ни холмов, ни частых лесов, как в той же Славии, во Франтии нет. В таких условиях, конечно, врагам тяжело застать армию врасплох.

Быстрые и точечные переброски подкреплений избавляли императора и его подданных от угрозы уничтожения слимами, но всё же порой случались проблемы… Местами заканчивались ресурсы и топливо, выдыхались маги. И чем больше таких масштабных нашествий случалось, тем тяжелее имперским легионам было выдерживать натиск врага. Оставалось лишь надеяться, что дальше будет лучше.

Но сегодняшняя встреча отличалась от предыдущей, проведённой онлайн, потому как касалась «позора» разведки и империи в целом. Они как могли отмахивались от запросов Славии о спецпосланнике, что пропал во время перелёта и так и не был найден.

— Господа, буду краток. Мы нашли его, — заявил Франтуа.

— Отлично! Где он? — засучил рукава министр обороны, у которого забрали целую дивизию для прочёсывания потенциальной области падения пропащей пары.

— Не знаю, — ответил Франтуа и поднял руку, останавливая вопросы. — Он почуял, что мы идём за ним, и сбежал. Мы нашли номер в гостинице, где они остановились, нашли там кучу денег и покупок: одежду, сувениры, магические артефакты... Все вещи мы забрали и увезли на склад улик. Но это малое утешение…

У меня есть записи с камер наблюдения, их фотографии, приметы. Мы найдём их и узнаем, зачем они устроили весь этот цирк. Однако причина, по которой я решил всех позвать…

— Да не тяни ты уже! Живее! — устами своего помощника приказал император.

— Он в одиночку, играючи, показательно уничтожил красноглазого. Вот записи с камер… — нажал на пульт, включая огромную плазму на стене, разведчик. — Ох, и ещё… Он же стал легендой среди рабов. Маг в маске, спаситель обездоленных – как только его не называют. Мы допросили тех, кто с ним встречался. Все подтверждают, что спасший их маг говорил на славианском.

Я считаю его потенциальной угрозой и хотел бы объявить по всем каналам информацию не о поиске пропавшего без вести, а о розыске…

— Розыск? Он что-то нарушил? — поинтересовался советник императора по взаимодействию внутренних служб.

— Если не считать ограбление банкоматов?.. Решите сами, когда посмотрите это видео. Предупреждаю, оно может вызвать неприятные ощущения…

— Какие ощущения? — поинтересовался маг со светящимся глазом «императора».

— Страх…

Глава 7

Казалось бы, это был благородный порыв помочь жителям Франтии отразить атаку красноглазого слима. Но мне он вышел боком…

То, что моё сражение засняли камеры парка, неудивительно. То, что к ним получили доступ спецслужбы, тоже очевидно. Но то, что их слили в интернет какие-то добрые люди, восхваляя неизвестного убийцу слимов… Этого я не ожидал.

Я и сам сейчас заканчивал пересматривать это видео, комментируя Анне все свои действия, так как многое было ей непонятно...

— …Вот он вытянул часть тела, словно щупальце, пытаясь достать меня.

— Да, помню… Он после этого как-то странно замер.

— Мне пришлось сконденсировать под его лапой, прямо над своей головой огромное количество энергии.

— Маны? Разве это возможно?

— Ну… Тут сложный вопрос, — сказал я и поставил видео на паузу.

— Манипуляции с маной – это очень тонкое искусство. Множество видов и направлений узкоспециализированной магии требуют очень высокого уровня контроля. Например, это необходимо при деликатной хирургической операции, в разведке, при ментальной работе с целью…

— Откуда такие познания?

— Спецкурс посещала в академии. Мы там разбирали известные методы проникновения архаритских диверсантов. Менталисты прикрывали прибытие призывателей и…

— Прямо под носом случались вторжения. Понял. То, что тебе объясняли, – это всё верно. Так оно и есть. Но мой случай отличается…

Я отрезал себе путь к общедоступной практичной части магии, за счёт чего и усилил альтернативные возможности. Сомневаюсь, что в мире найдётся хоть один человек, который сможет повторить мой путь… Очень много тонкостей, что могут привести к преждевременной гибели. Поэтому ответ на твой вопрос: возможно ли чистой маной заблокировать движение такой туши?.. Ответ нет. Но в моём случае нашлось место исключению из правил.

Все разведчики будут думать, что я телекинетик, но на самом деле я просто большой варвар с дубинкой в мире магии. Ха-ха. Просто моя дубинка невидимая, и она настолько крепкая, а я настолько мощный варвар, что мы можем игнорировать многие общепринятые нормы магов.

— Я поняла! Ты делаешь те тонкие хирургические движения чистой маной, но в таком объёме, что это в тысячи раз превышает нормы остальных магов.

— Да. Но, думаю, даже больше чем в тысячи. Скорее миллионы. Я не нуждаюсь в подчинении маны, мне нет нужды загонять её в источник. Мы с ней и так сроднились. Она вся моя, а я – её. Такой вот симбиоз. Со своими последствиями…

— Элементальная магия?

— Да. Только призыв стихии, которой я не могу магически управлять.

— Но тогда, с теми камнями, когда ты словно в жернова засунул слима?.. — удивилась девушка, вспоминая наше ночное обучение.

— Я просто запечатал камни чистой маной и перемещал их, как руками. Вообще, это сложно… И малоэффективно. Но я делал это для тебя, чтобы показать вариант использования твоей магии. И всё было не зря. Мне понравился твой слимопресс, — кивнул я ей с лёгкой улыбкой и снова стал чуть серьёзнее: — А теперь вернёмся к битве с красноглазым. Как ты можешь заметить, я снова сделал этот ход. Будь ты на моём месте, что бы ты сделала?

Анна задумалась на несколько секунд и вскоре выдала единственный подходящий вариант:

— Создала бы каменный куб вокруг себя, чтобы он не раздавил меня. И переместилась бы на более выгодную дистанцию.

— Верно. Тот, в чьих руках инициатива, способен удивлять врага и заставлять его плясать под свою дудку. Если у тебя ещё и опыта много, то есть все шансы победить в битве, поставив шах и мат своему оппоненту.

Я нажал продолжить и на видео появились кадры, как я отсёк пятую часть слима, выпустив несколько десятков воздушных лезвий в поднятое щупальце.

— Я доминировал в скорости, чем компенсировал нехватку боевой мощи. Сила стихии, полученная на время за счёт элементаля, закончилась, но это не значит, что я остался беззащитным. Просто для победы я нашёл новый путь. И тебе стоит подходить к битвам иначе. Нужно постоянно выдумывать новое. И быстро. Во время битвы думать никто не даст. Но для этого нужен опыт и заготовки. Чем больше у тебя возможностей, тем сложнее врагу загнать тебя в угол будет.

Пока я говорил, видео продолжалось. Отрезанная часть красноглазого распалась на сотню слимов, которые окружили меня и завалили собой. Меня больше не было видно, зато чёрный холм во всех деталях можно было разглядеть.

— До моего тела они не достали. Магический щит на высоких уровнях мастерства может простираться на десятки метров вокруг, и лишь маг определяет, что из окружения является допустимым, а что – опасным. Чему можно пройти за барьер, а что должно быть уничтожено при столкновении, — объяснил я и сделал очередную паузу в тот же самый момент, как из туш сотни слимов за секунду вылетели светлые на фоне тёмных силуэтов воздушные атаки.

— Хотела спросить: а эта атака тоже была клинком сделана?

— Конечно. Просто вместо размашистого движения я сделал укол.

— Разве так можно?

— Если сделать всё очень быстро, то конечно. Импульса движения и захваченной клинком маны хватит для создания подобной атаки.

— Ну и скорость…

— Ты тоже могла бы сделать нечто похожее, если бы дошла до нужного уровня контроля маны и развития тела.

— Да я пыталась каменными копьями протыкать их – бесполезно!

— И вовсе не бесполезно. Просто малоэффективно. Площадь поражения магическими частицами маленькая. Попробуй в следующий раз делать «бракованные» каменные копья, полные трещин, чтобы при столкновении они не пронзали слимов насквозь, улетая, а разламывались и шрапнелью их окатывали. Думаю, они не будут в восторге, — дал я подсказку Анне, и она задумалась.

Мы продолжали смотреть видео и часто останавливались на мелких моментах. Где-то я пояснял, что делал, где-то мы искали альтернативы из магии земли, что могли бы помочь справиться в той ситуации, в какой я оказался. И так мы шаг за шагом разбирали эту битву, что приковала к себе куда больше внимания, чем я ожидал.

Выключив видео и убрав ноутбук, я потянулся и разлёгся на кровати закрытого из-за нападения склада магазина кроватей. Этот район почти не пострадал, но из-за объявленного дня траура магазины не работали. Всем было не до этих огромных складов с кучей матрасов и мебели.

Вокруг же дежурили десятки моих незримых разведчиков. Просто на всякий случай.

Не знаю, каким образом, но нас вычислили, после того как мы привлекли очень много внимания той бесконечной ночью. Стоило только забежать в гостиницу, как эльки забили тревогу. Пришлось эвакуироваться, бросив наше добро. Анна героически держалась, чтобы не заплакать, ведь сотни пакетов брендовых вещей из бутиков отправились на склад вещдоков службы имперской разведки.

Мне осталось сделать, по-хорошему, всего две вещи в этой стране, и можно возвращаться к своим. Купить раба и найти свою цель. Со вторым, к слову, дела обстоят намного лучше, чем с покупкой какого-нибудь несчастного. Я уже знаю, где он.

В интернете указывалось официальное место работы, и сегодня с самого утра Джордано Ливио взялся за дело, ведь красота и эффективность этого города находились под его защитой. Мой бравый воин ветра пробежался по коридорам дворца правительства, где и увидел старого, горбатого, но на удивление шустрого мужичка в богатых одеяниях.

Сейчас нас ищут, и наши приметы известны каждой собаке. А значит, мне снова надо изменить свою внешность, сменить одежду и – всё же отправиться в торговый дом. Но всё это завтра, потому что лишь завтра откроются магазины.

— Давай придумаем нам образ. Нас ищут. И знают, что мы работаем в паре, на каком языке говорим, как выглядим... Есть какие-нибудь идеи?

— Дай подумать… Хм. А нам обязательно лично покупать раба или достаточно будет просто стать частью чьей-то свиты? — поинтересовалась Анна.

— Интересный вопрос… Главное, чтобы те, чьей свитой мы станем, потом не стали мне мешать. Но сделать подставного покупателя и отвести взгляд продавца от нас – неплохое решение. Только я без понятия, как найти кого-то, кто согласится… Бродяга с улицы не подойдёт: он будет вести себя недостаточно властно, не по-аристократически…

— Если я найду такого человека… пообещай вернуть мне все мои покупочки! — загорелись глаза у Анны.

— Ну-ка рассказывай, что ты там задумала…

***

— Я в ней не уверен…

— Поверь мне, она прекрасная актриса! К тому же очень жадная до денег. Она вечно крутилась вокруг аристократов, прекрасно знает все их привычки. Даже кучу раз умудрялась закатывать истерики в ресторанах из-за обслуживания и получала халявные десерты или целые обеды, — уверяла меня Анна.

Мы стояли напротив обычного жилого дома франтийской столицы. Вокруг было множество таких же. Обычные горожане жили здесь либо снимали жильё, следуя за своей мечтой.

Нашей цели дома не было, и мы ждали, когда она вернётся. Благо девица, о которой рассказала Аня, активно вела свои соцсети, потому мы знали, что она сейчас, как и большинство горожан, активно волонтёрит, пытаясь помочь городу. Правда, большая часть людей делала это, считая это своим долгом, а она старательно записывала всё на камеру и выкладывала в блоги, на видеохостинги, а ещё вела стримы. Всё это показное благородство лишь ради внимания большого числа подписчиков.

Рано или поздно она вернётся домой, и мы сможем с ней поговорить. Предложим за хороший гонорар поучаствовать в спектакле.

— Ещё раз: откуда ты её знаешь?

— Она приезжала к нам в академию год назад, и я была вынуждена ей помогать. Какой-то проект по спасению выдр…

— Она вообще в любые дыры залазит лишь бы внимание привлечь?

— Ага. Бог не даровал ей невероятную внешность, иначе она бы, я уверена, уже давно и видео со своим телом продавала. Слышала, что она пыталась даже в кино через постель попасть, но не прошла кастинг… Слишком уж девочка на любителя. Но амбиций и жадности у неё меньше от этого не стало, — произнесла Анна. — В любом случае мы ничего не теряем.

— Вдруг она нас узнает?

— Да откуда? Ориентировки с нашими фотографиями пока ещё не стали показывать по телевизору. Мы ведь ничего такого не сделали…

— Ты недооцениваешь ссыкливость разведуправлений. После той битвы с красноглазым, где я его постепенно разделывал по частям, у них гарантировано в одном месте всё сжалось, — ухмыльнулся я и заметил подъезжающую старенькую маленькую машину красного цвета, всю обклеенную стикерами или чем-то подобным.

— Она! — предупредила Анна и прижалась ко мне.

Мы сидели на лавочке, как влюблённая парочка. Стиль пришлось менять радикально. Даже ограбили соседний склад с одеждой ради этого. Я теперь выглядел как представитель какой-то субкультуры: в огромных рваных штанах стиля «семеро нагадили, а мне носить», безразмерная кофта, кепка с таким козырьком-лопатой, что хоть сейчас на стройку иди да им орудуй.

Анна тоже постаралась одеться как можно… молодёжнее. С её небольшой грудью и миловидной внешностью теперь она напоминала никак не студентку магической академии, а школьницу.

Наша цель вышла из авто и подошла к подъезду. Свет лампы упал на её лицо, и Аня начала действовать. Говорила она на франтийском, но, убивая время, я подучил немного фраз. А этот диалог так и вовсе вместе с Аней готовил, переводил. В общем, я всё понимал.

— Ой, это же вы, Машмеллоу Сан? Я смотрела ваш стрим сегодня! — вскочила Аня с лавочки, словно реальный подросток, и часто-часто хлопая руками. — Вы такая классная!

Алекса – так звали нашу цель, – услышав эти слова, мгновенно преобразилась. Аж воссияла.

Первый контакт есть, теперь надо попасть к ней домой и там уже осторожно сделать предложение, от которого она не сможет отказаться…

Две малявки пищали у входа в подъезд, фоткали селфи, а я делал вид, что недоволен.

— Извините… Мой парень, кажется, ревнует, — произнесла Аня и позже, наклонившись к уху, попросилась в туалет к будущей звезде Ятрубы.

Попытка была наивной, и, если бы не получилось, мы бы просто вломились к ней в дом позже. Но получилось: Алекса была слишком растрогана появлением фанатки. Благо саму Анну она не узнала. Хотя она так замазалась косметикой и оделась, что узнать в ней благородную дочь барона даже я не смог бы.

В общем, Алекса повелась и впустила хищницу в свой дом. И поплатилась за это, когда мы усадили её на кухне и сбросили маски недалёкой молодёжи.

— Здравствуй, Алекса. Не тянись к телефону и не кричи. Этим ты сделаешь только хуже. Мы уйдём через пять минут, если только ты не попросишь нас остаться, — сказала Анна, стягивая резинку с волос и залезая в новую сумочку.

— Неужели… Это… Ограбление? — с ужасом произнесла девушка, ища взглядом кухонный нож.

— Наоборот, мы даём тебе шанс ограбить нас. Это за неудобство, — вытащила Анна деньги – целую пачку купюр – и кинула на стол рядом с Алексой. — Хочешь заработать в десять раз больше?

Девица с жадностью посмотрела на деньги, а затем взглянула на нас.

— Погоди… Я же… где-то тебя видела!

— Да, мы знакомы. Поэтому я и решила, что этот шанс должен быть предоставлен именно тебе. Ты хорошая актриса, подойдёшь для нашего тайного спектакля. Мы хотим снять пранк, отсюда и секретность.

Я залез рукой в эти дебильные штаны и вытащил оттуда свой меч.

— Ой, мамочки! — ужаснулась Алекса.

— Этот меч для чудовищ, а не для красавиц. Не переживай. Просто неудобно… — положил я ножны с клинком на комод и упал в захламлённое шмотками кресло.

Стоило Анне сказать, что именно мы планируем снять, как глаза девицы загорелись и… она сама тут же набросала план воплощения моей идеи в жизнь. Более того, у неё оказалось достаточное количество знакомых, которые могли бы помочь наложить макияж, подобрать наряды и установить скрытые камеры.

Когда же я сказал ей, что этот пранк будет сниматься и выкладываться ещё и на мой канал на Ятрубе, она нахмурила брови и поинтересовалась, кто я такой. С помощью Ани и её телефона я зашёл в свой аккаунт и поделился с Алексой ссылкой. Как у неё глаза загорелись. Значит, обо мне она что-то да знает…

— Это видео с князем стало вирусным, разошлось по всему интернету. Сколько видео уже обыграли, сколько пытались повторить всё произошедшее?!.. Это что, был пранк? — тараторила без умолку франтийка, а Аня всё это мне без устали переводила.

Мы даже стали свидетелями того, как Алекса записала анонс будущего мегахита, бомбы, которую она готовит для своих дорогих подписчиков. Она даже создала чат в мессенджере и разбудила посреди ночи всех своих друзей и знакомых, чтобы те помогли всё организовать как можно быстрее.

По плану мы должны будем найти и выкупить жизнь раба, дать ему свободу в первой части нашего пранка. А вот вторая часть куда веселее… Мы должны будем убедить его, что состоим в подпольной организации, выступающей за отмену рабства, и на весь мир провозгласить лозунги, требующие отмены этого несправедливого, бесчеловечного режима гнобления человека человеком.

Было очень легко внушить Алексе, что это пранк над рабом ради того, чтобы узнать, действительно ли есть такие борцы за свободу. А дальше мы должны будем попытаться проникнуть в банду потенциальных революционеров…

Алекса теперь действительно думает, что это всё пранк, что никакой банды нет и мы создадим её из актёров массовки, а затем якобы сдадим спецслужбам и спасём Франтию… Представляю её лицо, когда она поймёт, что всё происходящее взаправду и мы реально будем искать ниточки, ведущие к сопротивлению. А если его не будет… Что же, тогда мы действительно попытаемся его создать. Немного истины, сокрытой под маской шутки, покажут отношение общества к рабству. Комментарии расскажут, насколько прогнила душа людей этого мира.

Чтобы перейти к следующему пункту моего плана по созданию дома для моего народа, нужно немного раскачать лодку, чтобы местные сделали шаг к более разумному определению ценности жизни.

Завтра выходной, послезавтра 2 главы ;)

Глава 8

Далеко от континента Шести империй и от территорий Священной Империи находится континент, который заселён многочисленными кочевниками. Эти суровые люди, исповедующие собственные племенные религии, имеющие свои ценности и культуру, умело справляются со всеми вызовами и проблемами на протяжении многих лет.

У них свои секреты, что позволяют им уничтожать врагов. Они варятся в вечном котле войны, сражаясь и со своими соседями, и слимами, и с любыми, кто пытается вторгнуться на их земли. Словно кость в горле они у Альянса Семи Империй, ведь контролируют богатые ресурсами огромные территории, от которых ни одно из государств не отказалось бы. Но сколько бы раз империи ни пытались вторгнуться, столько раз их отбрасывали.

Для кочевников континента Вокки война – это блюдо на завтрак, обед и ужин. Они живут этим. Они с радостью умрут, чтобы попасть на пиршество своих предков в божественные чертоги. У них нет постоянных городов, потому бесполезно пытаться атаковать их современным оружием. И сколько бы их ни погибло, на место убитых приходят новые люди и с ещё большей яростью набрасываются на суда, базы и аванпосты. Только за последний век четыре высадки с целью наладить дипломатические отношения провалились…

Кочевников бесполезно брать в плен и пытать: они гибнут быстрее, чем лодка довозит их до корабля связанными, потому что для них лучше утопиться в пучинах океана, чем позорный плен. И подкупить их невозможно, как людей с континента Марикан. Им чужды все блага цивилизации, они не ценят роскошь. А ещё это загадочные, повёрнутые на голову психи, использующие магию даже тогда, когда природа не наделила талантом к ней…

Племенная магия и шаманы Вокки слегка напоминали имперским военачальникам об архаритах. И они были отчасти правы, ведь их магия имеет один корень. Она была подарена вождям Вокки древними магами, когда беженцы массово хлынули в эти земли после разрушительной войны с предателями, основавшими впоследствии семь империй. Получив тайные знания и смешав их с шаманскими практиками, вожди племён создали безумное воплощение магии, которое не существовало ранее.

Да, мир магии может даровать удивительную силу и власть, но, кроме этого, он может ещё и создать бесконечный разрыв между противоположными идеологиями... Вождям кочевников пришлось дать магические клятвы в обмен на древние знания, потому любого имперца нужно было сперва выпотрошить, а лишь затем у него спрашивать, зачем явился на эти земли.

Вместе с тем кочевники прекрасно поддерживали отношения с племенами континента Марикан и понимали, что имперцы, словно паразиты, то и дело лезут туда, куда их не звали. Слышали они и про освящение кровью, мечом и магическим жезлом двух соседних континентов от павших под натиском пришлого бога Священной Империи. Вожди Вокки активно поддерживали связь и со свободными жителями Чёрной Жемчужины – архипелага, что в древности славился своими пиратами, а ныне – пешками Гизеля и подрядившимися обеспечивать безопасность некоторого их груза. Живого груза…

Племена Вокки. Знания вождей, их умения призывать духов предков на войну, их древние артефакты, некоторые из которых предупреждали о прибытии чужаков, позволяли кочевникам выдержать любые нападки имперцев. Они мгновенно прекращали войны, готовясь отбросить тех, кто пришёл к ним.

Иногда они магией поднимали в океане штормы невероятной силы и обрушивали их на корабли ненавистных чужаков. Либо же порабощали вторженцев, чтобы использовать в своих целях. Простых военнопленных у кочевников не было. Они придумали особое применение для жертв жадности, что пришли на их земли со злом в сердце…

Если же к ним прибывали «чистые» – межмировые странники, – то, по заветам древних магов, они должны были провести обряд, после которого иномирцы забывали о своём прошлом и становились частью племени. Впрочем, те могли и отказаться… И жить в запретных землях, не смея покидать их. Вышел – будь готов умереть. Ибо на своих землях кочевники не потерпят чужаков, что не признают местных божеств и не подчиняются приказам вождей Вокки.

Так было раньше, так есть сейчас и так будет дальше. Кочевники умрут ради этого. Они не подчинятся никакому чужаку, потому как свято верят, что лишь их образ жизни истинный и ему благоволят духи предков, что лишь он поддерживает баланс жизни и смерти в мире. И ведь они в каком-то смысле даже правы…

Однако была у них одна проблема. Проблема, которую они боялись и всячески пытались сдерживать, контролировать. Слимы… Чёрные небеса и падающие твари убили миллионы отважных воинов. И пусть ярость детей Вокки была безгранична, но вот их численность – нет.

Год назад прошёл Сход Великих Вождей, чтобы обсудить будущие десять лет и определиться с пастбищами и временными поселениями, которые будут построены для воспитания нового поколения. И тогда же мудрый Ардахан, вооружённый редкими бумагой и ручкой, выступил с речью, что заставила присутствующих вождей задуматься о грядущем…

Они обсуждали численность их племён, количество рождённых детей, смертность… И сравнили нынешние показатели с записями прошлых собраний, чтобы получить неожиданный вывод: они вымирают.

Причин смерти было много, но первую строчку занимали слимы. На них приходилось больше половины погибших. И, в сравнении с прошлыми годами, число смертей из-за этих монстров лишь выросло, а территории, где люди рисковали натолкнуться на блуждающих иномирных тварей, увеличились втрое!

Кочевники медленно, но верно сдавали позиции. Рожать больше не было выходом, ведь больше ртов – больше пастбищ и полей, необходимых для пропитания. Больше хороших пастбищ – выше конкуренция с соседями. И больше войн за эти самые пастбища, после которых племена будут обескровлены и станет ещё сложнее защищаться от слимов. А частота падения «чёрных злых духов» лишь увеличивалась от года к году…

Вожди понимали, что нужно с этим что-то делать. Но любые рассмотренные варианты, как, например, использование более современных технологий, которые появились даже на Марикане после прихода туда имперцев, вели к нарушению древних клятв и предательству заветов. Их предки, которые до сих пор стоят на страже их родовых земель, что призываются или пробуждаются артефактами в час нужды, не простят их за такое.

Какие-то новые магические заклинания, что могли бы решить проблему, они уже давно не могли придумать. Да и само общество кочевников не приветствовало новшеств. И вот они оказались в ловушке… Загнали самих себя в рамки, из которых было слишком сложно выбраться. И если раньше их общая боевая мощь и наследие древности справлялись, позволяя продолжать вести традиционный образ жизни, то теперь их не хватало для поддержания изначальных порядков.

Вожди десять дней думали на последнем совете, как им быть, но так ничего и не придумали. Каждый пообещал вернуться спустя год и предложить решение, что предотвратит их вымирание. И вот это время настало. Но было поздно: пришло настоящее бедствие...

Зло вновь начало падать с небес. И в этот раз его было больше обычного. Не нашлось и клочка земли, что не пострадал бы от слимопада. Не нашлось племени, что не потеряло своей крови из-за духов зла, свалившихся на их головы…

С каждым днём ситуация становилась всё хуже и хуже. И к тому моменту, как вожди собрались вновь, каждый из них уже кипел от ярости, проклиная треклятых губителей из небесных разломов, что раскрылись над их землями.

Вожди по очереди высказали свои предложения: от военного похода на Марикану, набегов на империи и похищение их жителей и техники, что сможет обеспечить хорошие урожаи, и вплоть до того, чтобы подчинить своей воле Чёрную Жемчужину и её капитанов и заставить там всех вновь стать на путь разбоя, захватывать корабли имперцев по всему миру и отдавать половину добычи кочевникам Вокки. Но был один вождь, что молчал вместе со своими спутниками всё это время…

— А ты чего молчишь, Аурзан?! Неужели тебе нечего сказать? — наконец-то кто-то из Великих Вождей обратил на него своё внимание и громогласно призвал высказаться.

— Я думаю, нам надо подчинить слимов. Эти грешники приходят в наш мир, как и разумные. Они безумны в своей ярости, атакуют всё живое на своём пути. Но если мы даём шанс иномирцам, то почему им нельзя его дать? Почему мы не можем обуздать этот грех и вложить в него немного праведности?

— Безумец! — послышались голоса со всех сторон.

— Еретик!

— Глупец!

Крики раздавались ещё долго, но всё же люди устают от подобного. И вот самые крикливые притихли, и не столь скептически настроенные, в основном те, чьи люди больше других пострадали от этого проклятья с небес, спросили его:

— И как же ты хочешь это сделать? Безумцы не знают пощады, не внимают словам. Они приносят лишь тишину и смерть. Не существует ни единого способа договориться с ними!

— Существует, — с уверенностью заявил один из спутников Аурзана, откидывая капюшон и снимая бинты со своего лица. — Просто вы не знаете. Я научу…

Перед всеми вождями появилось слегка фиолетовое лицо похожего на человека существа. Но его острые зубы, похожие на акульи, и словно бы спиленные рога дали понять, что он точно не из этого мира.

— Кто это такой, Аурзан? Кого ты привёл на наше собрание?..

— Пусть мой добрый друг сам расскажет о себе. Для этого он и пришёл. Он принёс всем нам благо и знания, возможность и процветание. Он иномирец, но принял наши клятвы и обряды. Он был изгнан из своего мира, и он знает, как подчинить детей Герры – тех, кого мы и имперцы называем слимами. С тех пор, как он присоединился к моему племени, у меня не погиб ни один человек от этих паразитов.

Шпион рогатых слегка улыбнулся, увидев заинтересованные взгляды вождей людишек.

«Кажется, убедить их будет так же легко, как и этого идиота Аурзана...»

***

Наша спецоперация началась! Я вёл прямой репортаж, впервые за долгое время используя камеру для того, чтобы аккуратно продвигать свои идеи в массу.

После первого сюжета с бывшим князем Хладоморского княжества, который до сих пор занимается строительными работами во благо нового королевства, подписав контракт с нами и став своеобразным бригадиром со своей же бригадой, верной ему и словом и делом, я стал мини-звездой Ятрубы. И сегодня моё редкое шоу снова появится на экранах любителей стримов!

Алекса оказалась… действительно хороша. Настолько идеально отыгрывала роль стервозной аристократки, озабоченной тем, что у неё не осталось «безродных псов, что будут носить её покупочки»… Мне даже захотелось ей втащить без лишних разговоров.

Я же играл роль её охранника. Анна – подружки-советницы. Я молчал и угрюмо смотрел на менеджера рабского бутика, который охреневал не меньше моего от её напора.

Актриса ещё и с ходу вякнула что-то про то, какие тут все никчёмные экземпляры выставлены на первом этаже, и заявила, что хочет сразу видеть всех самых лучших и дорогих, которые не сдохнут от первого же чиха, если на задний двор упадёт парочка слимов.

Алекса раскуривала сигарету через мундштук, бессовестно стряхивая пепел на красный дорогой ковёр. Вскоре ей даже человека с пепельницей выделили, который бегал за ней и пытался ловить падающую гадость в полёте.

Быстрая и резвая, словно шторм, она привлекала внимание и давила не только на работников, но и на посетителей. Её роскошное платье и странная шляпка с сеточкой завершали образ истеричной и любящей всё самое лучшее дочери какого-нибудь богатенького аристократика. Она даже брезговала подать свою руку администратору бутика, словно боялась, что её кожу отравит его прикосновение…

Мы искали кого-то особенного. И в первую очередь – мужчину. Сильного и крепкого, говорящего на местном языке. Вообще, мы очень скоро перешли на третий этаж, и перед нами провели целый парад элитных рабов.

Высокие, широкоплечие, мускулистые. На каждого из них был свой буклет, в котором описывалось всё: от группы крови и стерильности до показателей физических способностей и персональных умений.

Конечно же, все эти рабы обладали даром к магии, иначе их не назвали бы лучшим из лучших. Но все они не нравились взбалмошной и грубой аристократке…

— Это всё не то! Я хочу нечто эксклюзивное – такое, чтобы даже сука Лемузье кипятком ссалась!

— Ох, леди Мелания, вы знакомы с дочерью вице-губернатора Андалузии?

Если врать, то нагло и уверенно. Кто такая эта Лемузье, я не знал, но, судя по полезшим вверх бровям персонала, девица знаменитая.

Да уж… Алекса умело ведёт свою игру. Совсем уж вжилась в роль. Даже стянула красную перчатку с руки и швырнула её мне в лицо, после чего пошла проверять полуголых рабов на наличие хозяйства…

Тут и Аня подключилась. Посоветовала ей ориентироваться на самый большой из «рычагов». Роль скучающей «сучки» она тоже неплохо отыгрывала. Молодец.

— Леди Мелания, можете быть уверены. Я ручаюсь за то, что всё указанное в анкетах, – истина. Они все обладают прекрасной родословной, и вы можете рассчитывать на приплод рабов, если захотите. Вы даже можете выбрать рабыню, которая родит вам новых рабов.

— Содержать эту мелюзгу слишком накладно. Хотя отец давно мечтает о ферме… Может, и начать их разводить… Я подумаю. Пока мне нужен только помощник. Крепкий самец – такой, чтобы тестостерон из него прямо во все стороны брызгал. Может, не такой покорный, но способный порвать голыми руками идиота, что подрежет меня на дороге.

Я с трудом удержал вскипающую в моих венах кровь, ибо я видел детей рабов. Видел семьи рабов. Я спасал их, помогал им. Но в моей голове… Никогда даже мысли не было о том, что их могут вот так разводить, как животных, и с малых лет приучать к подобострастному служению. Чёрт, дайте мне срочно свернуть кому-нибудь шею! Желательно из числа придумавших эту «забаву»!

— Леди Мелания… Кажется, я знаю, кто вам нужен! Сава, принеси буклет на Тома.

— Том? Какое простецкое имя… — скривилась Алекса.

— Вы можете изменить его, если захотите. Но Тому это не понравится.

— В каком смысле? Он что, не обучен?

— Обучен, но весьма агрессивен. Его уже дважды сдавали по гарантии из-за чрезмерной агрессии. Убил семерых рабов в драках, чрезмерно защищая своего хозяина.

— И в чём проблема?

— Проблема в том, что его об этом не просили. Это вызвало проблемы для уважаемых людей. В комплект к нему мы даём сто ампул успокоительного и рекомендации врача. — Белозубая улыбка появилась на лице управляющего.

Выбить бы тебе эти зубы, сволочь…

Вскоре нам принесли журнал, полный записей.

— Вы не говорили, что его били за провинности! — скривилась в очередной раз Алекса, но стоило в кандалах и железной маске ввести пышущего здоровьем громилу, на чьей коже даже издалека виднелись многочисленные шрамы, как я понял: это тот, кто нам нужен.

Сразу же я подал условный знак Алексе, и та демонстративно охнула, увидев этого широкоплечего гиганта.

— А, впрочем, неважно! Для него эти наказания, что слону дробина… Какой же он большой… И мускулистый. Настоящее животное… ХОЧУ!

— Вы уверены?

— Да, давайте мне его. Покупаю!

— Ну что же, раз так… Пройдёмте в переговорную и обсудим условия покупки, страхования, способ оплаты…

— Страхование не нужно. Оплата наличными. Покупаю прямо сейчас, выкупаю контракт полностью с возможностью в дальнем самостоятельно распоряжаться его судьбой!

— Леди Мела…

— Да заткнись ты уже и шевелись! Готовь документы! Рудольф, что скажешь? — обратилась ко мне девица.

— На дуэльный круг и полосу препятствий я бы его загнал. Может, и в гвардии вашего отца ему найдётся место. Странно, что его не определили в воинские подразделения… — произнёс я, внимательно смотря в глаза, за которыми скрывалось целое море ненависти ко всем в этой комнате.

Я взял его документы и посмотрел на графу «происхождение». Был отловлен охотниками в возрасте десяти лет. Понятно… И хорошо. Для меня хорошо.

— Говорю же, у него проблемы с яростью… — влез в разговор управляющий, и я прямо ощутил, как злость и негодование обрушились на него при одном взгляде нашей актрисы.

Вскоре дело было сделано, и взятая в прокат машина увезла нас всех на окраины города, где началась вторая часть нашего спектакля…

— Том! На самом деле, мы искали тебя. Искали, чтобы выкупить и вернуть тебе свободу, — произнёс я, ни капли не соврав.

Почти десять тысяч моих зрителей, что находились в большинстве своём в другой империи, услышали мои слова. И все последующие. Но Том не понял ни слова…

— Аня, переводи.

Девушка быстро обозначила ему, что мы, на самом деле, не аристократы Франтии и что мы хотим дать ему свободу. Но сперва мы должны поговорить и узнать, чего хочет он.

— Спроси у него, что он сделает, когда получит свободу.

И его ответ был: «не знаю». Причём не растерянный ответ, а осторожный. Он явно считает, что мы просто издеваемся или пытаемся его спровоцировать. Так осторожно ведёт себя пантера, когда рядом с ней появляется другой хищник, хех.

— Ты бы хотел, чтобы другие люди – да, ты человек, и мы оба это знаем – не испытывали такую же судьбу, как у тебя?

Он покачал головой, давая понять, что нет – такой судьбы он никому бы не пожелал.

— А если я скажу тебе, что хочу освободить и вернуть на твою родину сотню или тысячу рабов, ты поможешь мне найти тех, кто этого достоин? Станешь моим экспертом, который разделит рабов на тех, кто погибнет, если обретёт свободу, и на тех, кто будет жить и радоваться жизни, не сгибая спины под ударами плетью и электрошокера?

Он осторожно переспросил, действительно ли я такого хочу и готов дать ему шанс выбирать, кто из людей достоин свободы. Я кивнул и положил перед ним две бумаги. На одной расписалась несуществующая леди Мелания, купившая раба по поддельным документам. Сделали их быстро, но за очень большие деньги... Впрочем, всё равно за всё платит Первый Рабовладельческий банк Франтии, так что мне плевать. Кстати, это отменяло юридически сделку по продаже раба, и он должен был бы вернуться в собственность тех уродов, но у меня на него совершенно другие планы.

— Здесь твоя свобода, — указал я ему на первую бумагу. — Ты никому ничего не должен. Можешь жить, как хочешь и где хочешь.

— А что на второй? — осторожно поинтересовался Том.

— Наёмничий контракт в Корпус Праведных. Тех, кто против рабства. Тех, кто не даст одним людям издеваться над другими из-за цвета кожи, веры или любых других отличий. Ты можешь уйти, быть полностью свободным. А можешь взять на себя великую миссию и стать одним из тех, кто принесёт свободу миллионам людей, которые этого достойны. Прослужишь нам, тайно спасая друзей и создавая для нас площадку для дальнейших действий, и твой контракт будет исполнен. Я дам тебе паспорт гражданина новой страны, далёкой от Франтии. Место, где ты сам сможешь решать свою судьбу, где сможешь найти жену, растить детей. Место, где все люди следуют законам праведности. Настолько, насколько хватит их сил.

— Вы… Вы Пакумо? — с ужасом в глазах сказал он.

— Возможно… Что ты знаешь о Пакумо? — прищурил я глаза и, стараясь не выдавать свою неосведомлённость, поинтересовался у него через Анну, которая старательно всё переводила.

— Пакумо – армия гнева из легенд, что обрушится на прокажённых. Когда я был маленьким, я слышал много сказок о героях Пакумо. Когда я попал сюда, я слышал уже новые сказки. О рабах, что сбежали. О тех, кто только делает вид, что повинуется, а сам ищет способы убить прокажённых франтийцев и всех остальных тварей из империй. Говорят, что у Пакумо на сердце есть незаживающий шрам, что всегда болит. Он питает их гнев, и они копят его, чтобы однажды освободить его и раздавить… таких, как те люди, что продали меня…

— Если всё так, как ты описал. То да. Я – Пакумо. И ты тоже можешь стать Пакумо. Если осмелишься…

Я был абсолютно серьёзен, Аня сосредоточена, а Алекса – в восхищении. Она даже достала телефон и снимала всё это на камеру. Впрочем, мне это было неважно…

То, что для неё игра и пранк и она якобы поможет своей стране найти этих Пакумо, революционеров, для меня было истиной. В своём стриме она может писать любой бред, а денег, которые она получит, и порции славы хватит на то, чтобы покрыть все неудобства. Хотя, конечно, вопросики к ней у разведчиков будут… Но мне вообще не жаль эту актрису: она искренне считала рабов животными.

При подготовке операции мы много с ней разговаривали на эту тему, и я совершенно ясно понял, что она за человек. Завистливая, жадная, стервозная, капельку талантливая и трудолюбивая мразь, воспитанная в философии расового превосходства. Это не её вина, а всего общества. И чем скорее оно столкнётся с реальностью и последствиями, тем скорее у него будет шанс признать ошибку и постараться всё исправить.

Миру нужна шоковая терапия. И я её обеспечу... С помощью Пакумо или без.

— Мы будем строить новый мир, избавляя его от ошибок прошлого, избавляя его от рабских оков. Ты со мной, мой друг? — протянул я руку Тому.

И он пожал её, смотря мне прямо в глаза.

Ну, вот и хорошо.

Первая задача для него – исчезнуть и получить свободу. И поможет ему в этом, конечно же, наша актрисулька…

— Настала пора делать документы для нашего друга.

Нас ожидала целая куча работы, после которой Том должен был превратиться в тень, следующую за нашей общей мечтой. А для этого ему нужно подготовиться…

Он должен ненадолго уйти из Франтии и стать новым вождём бывших рабов. Деньги при нас, а рабы даже в Славии есть, пусть и представлены они по-другому. Мы выкупим многих из них, дадим свободу, обучим, поставим в пары и как агентов отправим на поиски и выкуп ещё большего количества тех, кто готов пойти за мечтой и стать Пакумо. Сам я с этим никогда не справлюсь. Мне нужны те, кто знает этот мир и его гнилые проблемы лучше меня.

Для восхождения на самую высокую гору надо сделать один важный небольшой шаг. Всегда. И сегодня мы его сделали. Самый первый и самый трудный. Всегда…

— Аня, забирай нашего друга и уезжай куда-нибудь на заброшенный пустырь. Ты знаешь, как выбрать место для скрытия. Я же пойду навещу нашего знаменитого архитектора, — тихо, чтобы никто не слышал, произнёс я.

— Хорошо. А как ты нас найдёшь?

— Душа подскажет, — подмигнул я и кивнул духу ветра, что следует за ней уже который день, оберегая от несчастий.

Мы разошлись, и я приготовился к вторжению в частную жизнь одного очень богатого и талантливого старика…

Джордано Ливио жил в загородной резиденции, охраняемой прекрасно обученной стражей. Ездил он только в сопровождении десятка автомобилей. Возле его кабинета всегда дежурила стража.

Штурмовать его рабочее место не имело смысла. Я должен был действовать хитрее и менее предсказуемо, чтобы поговорить с ним без лишнего шума.

Первая задача – оказаться рядом с местом его работы. Это было легко сделать. Вторая – отправить туда своих шпионов и выяснить его ближайшие планы. Тоже сделано без лишних проблем. Всё же противостоять невидимым элементалям – это надо уметь. Их никто даже не заметил, ведь каждый день люди сталкиваются со сквозняками. Вот и движения моих разведчиков на них очень похожи.

Дальше было сложнее… Найти возможность и поговорить. Но сегодня мне повезло. Мистер Джордано Ливио решил не ехать сразу домой, а сперва заскочить на место восстановления повреждённого квартала художников, спроектированного его рукой, чтобы на месте внести корректировки. А следом его ждала полуночная встреча в каком-то ресторане клуба для «богатеньких Буратино». Планировалось обсуждение какой-то сделки по проектированию памятника в честь двухсотлетия какого-то главы известного заграничного рода.

Судя по всему, для него это была шабашка, за которую он брался нелегально. И всё ради эссенции жизни. И это странно… Его-то наверняка спонсируют этими эликсирами, продлевающими жизнь, франтийцы. Может, он не для себя хочет её получить? Или создаёт неприкосновенный запас на случай проблем с императором Франтии? Кто знает… Может, однажды он мне расскажет…

В общем, я направился в клуб. Легко и просто смог проникнуть на территорию комплекса, вызвав небольшую аварию в фонарях, благодаря чему половина территории комплекса оказалась плохо освещённой. Камеры без проблем «замылил» – отправил элек воды, что прилипли к ним. Одну даже из строя вывели – короткое замыкание.

Очень даже быстро проник внутрь. А теперь надо решить, что делать дальше... Когда точно приедет старик, я не знаю. И где он будет сидеть – тоже… Ладно, пока жду, сольюсь с окружением.

Я нашёл укромный уголок и разослал разведчиков. Спустя час появилась хорошая возможность, и я заменил вышедшего впервые в ночную смену новичка-охранника, присланного начальником охраны этого и ещё кучи других элитарных клубов. Перехватил его возле комнаты охраны и очень быстро уговорил позволить мне его подменить на работе. Он был не против. Видимо, перспектива работать в ночную смену мало кому по душе…

Он отправился в подвал, где я его, связав, замуровал на время. Пришлось попотеть, чтобы и на камеры не попасть, и на глаза посетителям и сотрудникам комплекса. Зато теперь я готов был приступить к работе и получить первый выговор за опоздание…

Выслушав от старшего по смене много интересного о себе и моей медлительности, я отправился по указу к чёрному входу, куда должна была подъехать бригада электриков, чтобы заняться светом. Даже ночью работают! Удивительно!

Так, скучая и упражняясь в словах, которые я учил каждый день с момента прибытия в эту страну «гуасанов» и модниц – благо память у меня хорошая, за долгие годы только лучше стала, что удивительно, – я дождался полуночи. И тут мой верный разведчик нашептал мне, что прибыл тот, кого я жду. Отлично, пора действовать.

Всё остальное было делом техники. Я дождался, пока он и его заказчик не уйдут в вип-зал, и направился к ним. Попросил с явным акцентом выйти второго сеньора-помидора для сообщения очень важной новости. Нет, он реально был круглый, как томат. И красный… Сгорел на палящем солнце? Не знаю и знать не хочу.

В общем, я быстро отправил его зажатием нужной артерии поспать, положил на диванчик рядом с входом в вип-зал, а сам вошёл внутрь.

Я впервые за долгое время увидел лицо своей цели. Сразу понял, что будет непросто, и приготовился к тяжёлым переговорам. Но как же я офигел, когда он, увидев меня, упал на одно колено.

— Мой Дан! Повелитель! Как вы тут оказались?!

— А? Дядя?