Экзорцизм в маске: Выживание в частилище

Глава 1: Осмотр местности и неожиданный гость

Кейт открыла глаза. Вокруг простиралась бесконечная пустыня. Серая, безжизненная земля уходила за горизонт, но рассмотреть что-то дальше двадцати метров было невозможно — всё вокруг заволок густой, багровый, словно запекшаяся кровь, туман. Он висел в воздухе плотной стеной, скрывая любые ориентиры и опасности Чистилища.

Первое, что почувствовала Кейт — привычную тяжесть на лице. Дерево и фарфор. Она помнила всё: и ад, и свою смерть, и то, как маска шута намертво, навсегда приросла к её коже.

— Мда-уж .Наша Кейти соизволила проснуться! С прибытием в Чистилище, — раздался в её голове привычный, но уже слегка разочарованный голос Хаоса. Из левого прореза маски тут же выкатилась густая капля крови, медленно поползшая по фарфоровой щеке, а в самой глазнице вспыхнул яростный красный зрачок. Левую сторону лица обдало привычным домашним теплом.

— Уймись, шут. Дай ей оценить обстановку. Мы не знаем, что прячется в этой глуши, — ледяной, ровный голос Ниласа эхом отозвался в правом ухе. Правый глаз маски мгновенно ответил каплей светящейся синей жидкости, и в полумраке зажегся холодный синий огонек, заставив правую щеку Кейт покрыться легкой изморозью.

Кейт бережно расправила зеленый, чистый и пышный галстук, который по-прежнему идеально сидел на её груди. В этом сером, пропитанном кровью и пеплом мире, этот галстук оставался единственным ярким островком чистоты и её личным якорем.

— Эй, Кейти, твой бантик на месте, не переживай! Ни одна пылинка Чистилища его не тронет, пока я могу поджарить любого, кто к нему сунется! — весело хохотнул Хаос. Левый красный зрачок маски задорно подмигнул, а капля крови на фарфоровой щеке слегка заискрилась теплом.

— Следи за окружением, а не за одеждой, — сухо оборвал его Нилас, и синий огонек в правом глазу маски сузился, всматриваясь в багровую пелену. — Туман сгущается.

Кейт опустила руки от галстука и сжала кулаки. Два разноцветных зрачка — красный и синий — прорезали багровую дымку.

— Ну что, мальчики, — тихо произнесла она, делая первый шаг по серой пустыне. — Похоже, у нас новые проблемы. Куда двинемся?

Кейт опустила руки от галстука и сделала глубокий вдох. Понимая, что впереди только бескрайняя серая пустыня, она интуитивно подняла голову вверх, пытаясь разглядеть сквозь туман хотя бы намек на солнце или звезды.

Но то, что она увидела, заставило её замереть на месте.

Там, высоко в вышине, прямо сквозь густую пелену красного тумана, на неё смотрел огромный, колоссальных размеров красный глаз. Его зрачок, окруженный пульсирующими багровыми венами, был сфокусирован точно на Кейт. Он не моргал. Он просто наблюдал, словно Кейт была песчинкой на его ладони.

— О-о-у… А вот это уже не смешно, — притихшим, растерявшим весь свой задор голосом произнес Хаос. Из левого глаза маски медленно скатилась новая капля крови. — Похоже, у Чистилища есть хозяин. И у него очень недобрый взгляд.

— Не двигайся, Кейти, — не на шутку встревожился Нилас. Его ледяной голос прозвучал как никогда серьезно, а синее свечение из правого глаза маски стало ярче, покрывая фарфоровую щеку тонкой коркой инея. — Оно смотрит прямо на нас. Если это хищник, любое резкое движение выдаст наши намерения.

Кейт стояла посреди пустыни под этим жутким гигантским взором, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Маска шута на её лице отражала два огня — красный и синий, а над ней раскинулось око самого Чистилища.

Кейт затаила дыхание, не отрывая взгляда от гигантского ока в вышине. Стоило ей на секунду сузить разноцветные зрачки маски, показывая, что она тоже видит его, как по туману прошлась тяжелая дрожь.

Великий красный глаз медленно, почти бесшумно растворился в багровой дымке, словно его там никогда и не было.

В ту же секунду густой туман над головой начал стремительно рассеиваться, поднимаясь вверх и открывая истинный вид над Чистилищем. Небо над пустыней окрасилось в кроваво-красный цвет, а по нему, подгоняемые ледяным ветром, поплыли тяжелые, угольно-черные облака. Они выглядели неестественно плотными, будто высеченными из камня.

— Фух… Уполз, — облегченно выдохнул Хаос, и красный огонек в левом глазу маски снова задорно заплясал. — А я уж думал, придется устраивать ему внеплановое барбекю! Но небо, конечно, у них тут депрессивное. Нам бы побольше огонька!

— Не расслабляйся, шут, — осадил его Нилас. Синяя жидкость на правой щеке Кейт застыла красивым узором. — Туман у земли стал жиже, но эти черные облака… они собираются неспроста. Надвигается буря. И вряд ли это будет обычный дождь.

Кейт поправила свой пышный зеленый галстук, защищая его от порыва холодного ветра, и огляделась. Теперь, когда туман немного рассеялся, видимость стала чуть лучше.

Они шли вперёд уже больше часа, но серая пустыня казалась бесконечной. Под кроваво-красным небом и тяжёлыми чёрными облаками не было ни единого намёка на жизнь — ни зданий, ни руин, ни даже сухих деревьев. Только глухая, зловещая пустота, в которой шаги Кейт по сухому песку звучали неестественно громко.

Но вскоре пустыня перестала быть тихой.

Сначала это был едва различимый шорох, похожий на шелест сухих листьев. Кейт остановилась и прислушалась. Звук шёл отовсюду и ниоткуда одновременно. Багровый воздух Чистилища начал наполняться сотнями переплетающихся голосов. Они шептали, всхлипывали, звали по имени и бормотали неразборчивые проклятия.

— Эй... вы это слышите? — Хаос впервые за всё время заговорил без своей привычной шутливой интонации. Левый красный зрачок маски беспокойно заметался из стороны в сторону, а капля крови на щеке Кейт закипела, превращаясь в пар. — Голоса... Они говорят, что мы никогда отсюда не выберемся. Они смеются надо мной! Называют меня никчёмным шутом!

— Хватит паниковать, — сквозь зубы процедил Нилас, но его правый синий глаз вспыхнул тревожным, резким светом. Синяя жидкость на правой щеке Кейт начала быстро превращаться в острые ледяные кристаллы. — Это иллюзия Чистилища. Оно пытается сломать нас изнутри. Но... один из голосов... он звучит точь-в-точь как мой старый командир. Он говорит, что я предал свой орден.

Шёпот становился всё громче, превращаясь в плотную стену звука. Кейт почувствовала, как голоса проникают глубоко в её собственную голову. Они шептали ей о её смерти, о былых ошибках, о том, что её зелёный галстук — лишь жалкая попытка цепляться за то, чего больше нет.

Кейт крепко зажала уши руками, но это не помогало: голоса звучали внутри неё. Маска шута на её лице начала пульсировать то жарким красным, то леденящим синим светом, пока духи пытались справиться со своими собственными кошмарами.

Стена шёпота продолжала давить на сознание, но вдруг Кейт замерла. Её разноцветные зрачки сквозь прорези приросшей маски сфокусировались на одной точке далеко впереди, где красное небо соприкасалось с серой землей.

Сквозь багровую дымку проступил силуэт. Это был человек, стоящий к ней спиной.

Он казался абсолютно неподвижным, но вокруг него, словно безумная карусель, кружились пять полупрозрачных существ. Приглядевшись, Кейт похолодела: это были призраки, его точные визуальные копии. Но вели они себя совершенно по-разному. Один призрак яростно размахивал руками, другой трусливо сжимался, третий высокомерно задирал голову, четвертый тихо плакал, а пятый безумно хохотал. От этой странной группы во все стороны разносился многоголосый гул — призраки спорили, перебивали друг друга и кричали наперебой, создавая свой собственный, отдельный хаос.

— Ого... Братишка, да у тебя там целая дискотека, — ошарашенно прошептал Хаос. Красный левый глаз маски широко распахнулся, а капля крови на щеке Кейт застыла от удивления. — И я думал, что это у нас в маске тесновато!

— Тише, шут, — мгновенно отозвался Нилас. Синий огонек в правом глазу сузился, а синяя жидкость на фарфоре превратилась в острую изморозь. — Пять духов снаружи... Его сила нестабильна, но огромна. Мы не знаем, друг он или враг. Кейти, держи дистанцию.

Кейт невольно коснулась пальцами своего пышного зеленого галстука на белой рубашке, проверяя, на месте ли её талисман, и сделала медленный шаг вперед. Черные облака над ними словно сгустились еще сильнее, ожидая её решения.

Кейт сделала еще один шаг вперед. Разноцветные огни в её маске — пламенный красный и леденящий синий — прорезали багровую пустоту Чистилища. Шёпот пустыни словно затих, уступая место гулу пяти кружащихся призраков.

— Эй! — громко окликнула незнакомца Кейт, и её голос эхом разнесся под черными облаками. — Кто ты такой?

Кружащиеся фантомы замерли в один миг. Человек медленно, плавно начал разворачиваться к ней лицом. С каждым сантиметром его движения сердце Кейт билось всё чаще.

Из-под его тяжелого плаща первыми расправились четыре огромных, пышных крыла, со свистом рассекшие воздух Чистилища. Следом Кейт разглядела массивные, грозные рога демона, венчающие его голову. Но самое поразительное ждало её впереди.

Когда он полностью повернулся, Кейт отшатнулась. На его лице была точно такая же маска, как и у неё! Из рукава его одежды виднелась обнаженная левая рука, покрытая странной, замысловатой татуировкой — Кейт знала каждый её изгиб, ведь точно такой же знак был выжжен у неё на спине.

— Мама дорогая... — потрясенно выдохнул Хаос. Левый глаз маски Кейт вспыхнул яростным алым светом, а капля крови мгновенно испарилась от волнения духа. — Кейти, у тебя что, есть тайный близнец? Или это зеркало сломалось?!

— Быть не может... — даже всегда спокойный Нилас не смог сдержать шока. Правый синий зрачок задрожал, а синяя жидкость на фарфоре превратилась в острые ледяные иглы. — Маска... И метка судьбы на руке. Он связан с тобой, Кейти. Напрямую.

Пять призраков, паривших вокруг незнакомца, тут же начали перебивать друг друга:

— О-о-о, смотрите, живая! — закричал один.

— Она опасна, бежим! — заскулил второй.

— Тише вы, ничтожества, дайте рассмотреть её, — высокомерно процедил третий.

Незнакомец сквозь прорези своей маски молча и пристально уставился на Кейт, переводя взгляд с её лица на зеленый пышный галстук.

Человек с четырьмя пышными крыльями сделал первый шаг. Кейт инстинктивно попыталась отступить назад, но её тело отказалось подчиняться. Ноги словно намертво приросли к серой земле Чистилища, а пальцы застыли, так и не успев коснуться зелёного галстука. Невидимая, колоссальная сила сковала её, не позволяя сделать даже вдох.

Он приближался медленно, размеренно. Пять его призраков-копий кружили следом, продолжая что-то бурно обсуждать шепотом, но Кейт их уже не слышала. Всё её внимание было приковано к рогам демона, огромным крыльям и маске, которая была точным близнецом её собственной. Из его левой руки, покрытой странной татуировкой, исходили едва заметные волны искажённого воздуха.

— Кейти! Двигайся! Ну же, шевелись! — в панике закричал в её голове Хаос. Левый красный зрачок маски Кейт вспыхнул так ярко, что капля крови на её щеке буквально закипела. Он попытался выпустить огонь, но пламя лишь бессильно испарилось на фарфоре.

— Сила этой татуировки… она блокирует наши способности, — сквозь зубы процедил Нилас. Его синий правый глаз сузился, а синяя жидкость на правой щеке Кейт покрылась инеем, тщетно пытаясь выставить ледяной щит. — Мы заперты, Кейти. Он полностью контролирует пространство вокруг нас.

Мужчина остановился в двух шагах от неё. Он был намного выше Кейт, и его четыре крыла на секунду раскрылись шире, полностью закрывая собой вид на красное небо и чёрные облака, будто отрезая девочку от остального мира.

Он наклонил голову, и сквозь прорези его маски шута блеснул холодный, проницательный взгляд.

— Меня зовут Дарк, — его голос оказался на удивление глубоким, ровным и спокойным, но в нём чувствовалась тяжесть, способная сокрушить скалы. — Расслабься, Кейти. Я не причиню тебе вреда. Хоть и могу.

В ту же секунду невидимые тиски, сжимавшие тело Кейт, исчезли. Она резко выдохнула, едва удержавшись на ногах, и её разноцветные зрачки испуганно уставились на крылатого демона.

В ту же секунду невидимые тиски, сжимавшие тело Кейт, исчезли. Она резко выдохнула, едва удержавшись на ногах, и схватилась рукой за воротник белой рубашки, проверяя свой пышный зеленый галстук. Пальцы слегка подрагивали. Ей было жутко не по себе под этим проницательным, всевидящим взглядом демона.

— Умеешь читать мысли, значит? — раздался из левой части маски Кейт ворчливый, но уже более ровный голос Хаоса. Из левого глаза выкатился багровый зрачок. — Ладно, признаю, напугал. Но если дернешься к нашей Кейти, я устрою тебе такое пекло, что твои крылышки превратятся в угли!

— Замолчи, шут, он видит нас насквозь, — холодно осадил его Нилас прямо из правой половины маски, пока из его глазницы мерцал синий огонек. — Дарк, если ты не враг, то зачем сковал её?

Дарк лишь слегка склонил голову набок, слушая, как духи спорят вслух. Пять его призраков-копий закружились быстрее, хихикая и передразнивая Хаоса с Ниласом. Наконец, крылатый демон снова перевел взгляд на Кейт.

— Поздравляю, Кейти, — в голосе Дарка послышалась едва заметная, уважительная усмешка. — Ты — первая, кто увидел меня в таком обличии. Обычные обитатели Чистилища умирают до того, как успевают рассмотреть мои крылья или рога. А ты стоишь на ногах. И твои спутники всё еще пытаются огрызаться. Это заслуживает похвалы.

Кейт сделала шаг назад, чувствуя, как внутри всё сжимается от необъяснимой тревоги. Черные облака над ними словно стали еще ниже, а багровая пустыня вокруг Дарка казалась еще более чужой и опасной. Ей очень хотелось верить его словам, но интуиция кричала, что расслабляться в Чистилище нельзя ни на секунду.

— Откуда у тебя эта маска? — тихо, но твердо спросила Кейт, стараясь, чтобы голос не дрожал. — И зачем ты пришел к нам?

Глава 2: Пытки и унижения

Дарк промолчал. На вопрос Кейт о маске он не ответил ни слова. Внутри его приросшей маски шута не отразилось ни единой эмоции, но атмосфера вокруг демона мгновенно изменилась — она стала удушающе тяжёлой.

— Никто не должен был видеть моё истинное лицо, — леденящим душу тоном произнёс Дарк. Его четыре пышных крыла за спиной хищно вздрогнули. — И именно поэтому, Кейти… ты отправляешься в пекло.

Дарк поднял левую руку с татуировкой и звонко щёлкнул пальцами.

— Что?! Эй, отпусти!.. — яростно закричал Хаос, но его крик оборвался на высокой ноте.

Из левой глазницы маски Кейт с корнем вырвался поток яростного алого пламени. Следом из правой глазницы с жутким треском рванул сияющий синий лед. Хаоса и Ниласа с огромной силой вытянуло наружу, превращая в два полупрозрачных сгустка энергии. Словно магнитом, их притянуло к пяти призракам за спиной Дарка. Теперь они кружились в этой безумной карусели вместе с остальными, запертые снаружи и бессильные помочь.

Кейт вскрикнула от резкой пустоты внутри. Разноцветные зрачки на её фарфоровой маске мгновенно погасли, став мертвенно-серыми.

Не успела она сделать и шага, как земля под её ногами разверзлась. Из серого песка Чистилища с металлическим лязгом вырвались тяжёлые тёмные цепи. Они намертво обвили запястья и лодыжки девочки, лишая её малейшей возможности двигаться. Бедная Кейт даже не успела коснуться своего любимого зелёного галстука.

Земля ушла из-под ног. Цепи с бешеной скоростью потащили Кейт вниз, в кромешную тьму, глубоко под землю. Мгновение падения — и спина девочки с глухим ударом впечаталась в холодный, покрытый засохшей кровью каменный стол пыток. Цепи тут же приковали её к углам стола, натягиваясь до треска. Вверху, сквозь пробитый каменный потолок подземелья, едва виднелся багровый свет Чистилища, из которого медленно спускался крылатый силуэт Дарка.

Дарк плавно опустился на каменный пол подземелья. Его четыре крыла медленно сложились за спиной, а призрачный хоровод, в котором теперь томились Хаос и Нилас, закружился над его головой. Крылатый демон подошёл к столу пыток и посмотрел на скованную Кейт. В его голосе не было злобы — только холодное, неотвратимое спокойствие.

— Пытать тебя буду не я, Кейти, — негромко произнёс Дарк. — И это не моё личное решение. Да, я здесь главный. Но правила Чистилища писали силы куда древнее меня. Каждый, кто переступает порог этого мира, обязан пройти через стол. Это закон.

Он повернулся и медленно пошёл прочь, растворяясь в подземном полумраке. Стоило его силуэту исчезнуть, как из тёмных углов подземелья к столу начали стягиваться жуткие безликие тени...

Прошло много времени. Для Кейт оно тянулось как бесконечный кошмар. Её долго, очень долго мучили. Каждая минута на этом холодном столе казалась вечностью, но даже среди невыносимой боли девочка изо всех сил старалась удержать в мыслях образ своего зелёного пышного галстука на белой рубашке — своего главного якоря, не позволяющего ей сойти с ума и сдаться.

Тем временем сцена переносится на Хаоса и Ниласа.

Они по-прежнему были заперты в призрачном кругу за спиной Дарка, послушно следуя за ним, куда бы он ни пошёл. Кружась в этой безумной карусели вместе с пятью другими фантомами, огненный шут и ледяной воин отчаянно искали выход.

— Мы должны сбежать! Слышишь, ледышка, мы обязаны выбраться и вытащить Кейти! — в ярости шептал Хаос, чья призрачная оболочка то и дело вспыхивала искрами. — Я не могу просто летать тут и смотреть, как её там...

— Успокойся, шут. Паника нам не поможет, — оборвал его Нилас, хотя его синий полупрозрачный силуэт дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Нас высосало из маски силой татуировки Дарка. Пока мы привязаны к его ауре, сбежать напрямую не получится. Нужно действовать умнее.

Хаос притих, а его красный зрачок замер, глядя на пять других призраков-копий демона. В его безумной голове внезапно зародилась идея.

— Эй... Нилас. А ведь эти пятеро чудил... они же постоянно спорят и орут, верно? Они нестабильны. Если мы сможем переманить на свою сторону хотя бы одного или устроить между ними такую драку, что аура Дарка на секунду затрещит...

— Нам нужен чёткий план, — Нилас задумчиво прикрыл глаза, просчитывая варианты. — Один из призраков труслив, другой высокомерен. Если мы ударим по их слабостям, мы сможем разорвать цепь. Слушай внимательно...

Духи начали шёпотом прорабатывать детали своего рискованного плана, понимая, что у них есть только одна попытка. И они обязаны придерживаться её до конца, ради спасения Кейт.

Хаос и Нилас вырвались на свободу, но Чистилище не спешило отдавать им свою пленницу. Пространство ада искажалось, пряча подземную тюрьму Кейт. Еще пять долгих лет огненный шут и ледяной воин блуждали по багровым пустыням и кошмарным кругам преисподней, отчаянно выкрикивая её имя. Пять лет они пробивались сквозь туман, готовые отдать свои жизни ради её спасения.

Они не знали, что в подземном каземате для Кейт пролетели новые тысячелетия вечной боли.

И каждый божий день к её столу пыток спускался Дарк. Он не прикасался к ней. Он просто стоял рядом, шурша своими четырьмя пышными крыльями, и тихо, вкрадчиво шептал. Он предлагал ей выбор. Он предлагал ей силу. Он предлагал ей самой стать палачом и прекратить собственные страдания.

И однажды... Кейт сломалась. Вековая стойкость уступила место выжигающей пустоте. Она едва заметно кивнула фарфоровой маской и хрипло прошептала: «Да».

В то же мгновение по её измученному телу пробежала легкая, яркая искра. Тёмные цепи, сковывавшие её столетиями, с тихим звоном осыпались на каменный пол. От прежней Кейт не осталось почти ничего — её душа была выжжена, но теперь она снова могла двигаться. Она медленно поднялась со стола и впервые за долгие века встала на ноги.

Дарк сдержал слово. Он наделил её темной силой, дал ей инструменты и, самое страшное, — вдохновение.

— Выговорись этим грешникам, Кейти, — мягко произнес демон, протягивая ей маленький, остро заточенный нож. — Выпусти на них всю ту скопленную злость, обиду и ярость, которую ты бережно хранила в себе столько лет. Они заслужили это.

...Когда Хаос и Нилас с грохотом выбили тяжелые каменные двери подземелья, готовые крушить палачей огнем и льдом, они застыли на пороге. Слова застряли у них в горле.

В центре мрачного зала стояла Кейт. На ней был оборванный, грубый фартук, с ног до головы перепачканный в свежей крови. В её тонких пальцах был зажат тот самый маленький ножичек. Вокруг неё на цепях висели грешники Чистилища, но Кейт больше не кричала от боли — теперь кричали они. Она медленно, методично, с пугающим изяществом вела лезвием по их коже, создавая жуткие, сложные узоры. Это была её личная, извращенная ювелирная работа. Она почти рисовала на них. И самое страшное... по её движениям было видно: ей это по-настоящему нравилось. На фоне этой кровавой бани ярким, абсурдным пятном по-прежнему выделялся её зеленый пышный галстук.

В прорезях приросшей маски Кейт не горели огни. Они были пустыми.

— Кейти?.. — приглушенно, с невыразимым ужасом выдохнул Хаос. На его призрачном лице не осталось и следа от былой жизнерадостности. Левая половина маски Кейт на секунду жалобно звякнула.

— Мы... опоздали…— ледяной голос Ниласа сорвался, превратившись в глухой шепот. Синий силуэт воина бессильно опустился на землю.

Они опоздали. Девочка, которую они так отчаянно пытались спасти, умерла на том столе пыток. Вместо неё в подземелье Чистилища теперь стоял новый, идеальный монстр Дарка.

Медленный, размеренный стук капель крови о каменный пол подземелья на мгновение прекратился. Кейт замерла. Её тонкая рука с зажатым в ней окровавленным ножиком остановилась в паре миллиметров от иссечённой кожи очередного грешника.

Она медленно повернула голову к дверям. В мертвенно-серых, пустых прорезях её приросшей маски шута что-то мелькнуло. Всего на одну короткую секунду там искрами вспыхнули прежние огоньки — испуганный алый и дрожащий синий.

Кейт приоткрыла рот. Из её груди вырвался страшный, сухой скрежет, будто у неё в горле застряли века удушливого пепла и высохла целая куча бензина. Напрягая сорванные связки, она едва слышно, хриплым шёпотом выдавила:

— Ха... ос... Ни... лас...

Призрачные силуэты духов дрогнули. Хаос сделал шаг вперёд, протягивая к ней полупрозрачную руку, а ледяной взор Ниласа наполнился отчаянной надеждой. Они уже были готовы броситься к своей Кейти, веря, что кошмар окончен.

Но багровый воздух подземелья вдруг резко похолодел. Из глубокой тени за спинами грешников беззвучно соткалась монументальная фигура. Четыре пышных крыла Дарка тяжело расправились, заслоняя собой единственный источник света, а рога демона словно стали ещё массивнее.

Он не стал нападать на духов. Он лишь плавно положил свою тяжёлую левую руку, покрытую странной татуировкой, на плечо Кейт.

— Не отвлекайся, Кейти. Не забывай о своей работе, — вкрадчиво, почти ласково произнёс Дарк, и от его голоса каменные стены задрожали. — Ты слишком долго шла к своей свободе, чтобы сейчас всё бросить.

Демон отступил на шаг назад, убирая руку, и теперь между Кейт и её прошлыми друзьями повисла зловещая тишина. Дарк не стал приказывать ей убивать прибывших. Он сделал кое-что похуже — предоставил ей выбор.

Перед Кейт нависла страшная дилемма: обернуться против Хаоса и Ниласа, сделав с ними то же самое, что она только что увлечённо делала с грешниками, или проигнорировать их, остаться у стола и продолжить свою кровавую «ювелирную работу», окончательно признав себя чудовищем Чистилища.

Маленький окровавленный ножик дрогнул в худых пальцах Кейт. Она посмотрела на Дарка, затем перевела взгляд на измученных, но преданных Хаоса и Ниласа. Прошедшие столетия пыток оставили на её душе глубокие шрамы, но глубоко внутри, под слоями боли и копоти, что-то окончательно растаяло. Тепло воспоминаний о первой книге, о том, как они вместе преодолевали ад, пробилось наружу.

Она не могла променять своих единственных друзей на этот бесконечный, кровавый кошмар Чистилища.

Кейт резко развернулась спиной к грешникам и с размаху вонзила маленький нож прямо в каменный стол пыток, наотрез отказываясь продолжать. В ту же секунду в пустых глазницах её приросшей маски шута с оглушительным треском вспыхнули два ярких огня — пламенный алый слева и морозный синий справа. Духи вернулись домой.

— Ах ты тварь пернатая! Получай! — неистово взревел Хаос, почувствовав, что они снова едины.

Дарк, не ожидавший такого неповиновения, на секунду замешкался. Этой секунды духам хватило с лихвой. Нилас мгновенно сковал ноги крылатого демона толстенным слоем вековой мерзлоты, а Хаос выдал мощнейшую взрывную волну огня прямо ему в маску. Раздался страшный грохот. Оглушённый, объятый пламенем и осколками льда Дарк отшатнулся назад, теряя равновесие и контроль над подземельем.

— Бежим! Кейти, бежим! — закричал Хаос, пока Кейт на бегу судорожно поправляла свой пышный зелёный галстук, который чудом остался цел.

Но радоваться было рано. Позади них, из глубины подземного замка, раздался яростный, леденящий душу рык приходящего в себя Дарка. Оглушение спало слишком быстро.

— Найти их! Из-под земли достать! — прогрохотал голос демона, содрогая все круги Чистилища.

Дарк взмахнул своими четырьмя пышными крыльями и отправил в погоню все свои кошмарные силы. В ту же секунду из каждой трещины в стенах, из каждого сгустка багрового тумана начали вылезать его безликие тёмные тени. А следом за ними, оглашая пустыню безумными криками, полетели десятки жутких призраков-копий.

Кейт, Хаос и Нилас выскочили из подземелья обратно на серую землю пустыни. Над ними по-прежнему давило кроваво-красное небо с чёрными облаками, а со всех сторон к ним уже стягивалось кольцо преследователей. На этот раз пощады не будет. Им предстоит по-настоящему, на пределе возможностей, выживать в этом Чистилище.

Глава 3: Улицы Ада и добыча еды

Предупреждение: в данной главе присутствуют непристойные сцены каннибализма, автор полностью осуждает действия, делаемые персонажами.

Кольцо преследователей сжималось. Тёмные тени и безумные призраки обступили их со всех сторон, глуша багровый воздух своим победным хохотом. Силы иссякали. Чувствуя, что им не сдержать этот натиск, Хаос и Нилас внутри маски шута впервые за всё время готовы были опустить руки.

— Всё, Кейти... нам их не сжечь, их слишком много, — обречённо прошептал Хаос, и красный огонёк в глазнице маски жалобно замерцал.

— Слишком сильное истощение, — эхом отозвался ледяной голос Ниласа. — Похоже, это конец.

Кейт тяжело дышала, глядя на прыгнувших на неё из тумана чудовищ. В её серых волосах свистел ветер Чистилища.

— Нет, — твёрдо проскрежетала она своим сорванным голосом. — Не конец. Дайте мне полный контроль над телом. Просто доверьтесь мне.

Духи замерли, но без лишних слов отпустили бразды правления, отдавая Кейт всю оставшуюся ментальную энергию. В ту самую секунду, когда когти демонов уже должны были разорвать её белую рубашку, Кейт зажмурилась и направила всю эту колоссальную силу назад, к своей израненной спине, где столетиями скрывалась таинственная татуировка.

Раздался оглушительный, чистый звук, похожий на звон небесного колокола. Из её спины с силой распахнулись два гигантских, ослепительно-белых ангельских крыла!

Мощная взрывная волна святого света швырнула нападавших демонов в разные стороны, выжигая тёмные тени дотла. Не теряя ни мгновения, Кейт резко взмахнула крыльями и стремительно вспорхнула ввысь, пробивая чёрные облака и улетая прочь из проклятого Чистилища.

Они летели долго, пока багровая пустыня не сменилась зловещей архитектурой. Крылья Кейт вынесли её прямиком на шумные, опасные улицы ада. Здесь кипела жизнь местных обитателей, и оставаться в прежнем виде было равносильно смерти — Дарк наверняка уже объявил на них охоту. Им срочно требовалась маскировка.

Тяжело дыша, Кейт скользнула в первый же попавшийся на пути мрачный магазинчик с красками. Действовать нужно было быстро. Она схватила несколько больших банок густой чёрной краски и щедро вылила её на свои белоснежные перья. Ангельские крылья потемнели, став угольно-чёрными, словно вымазанными в смоле.

Следом изменилась и приросшая к лицу маска: её фарфоровая поверхность окрасилась в глубокий матовый чёрный цвет, на фоне которого теперь резко и жутко выделялись неестественно белые глаза и застывший белый рот. Кейт полностью сменила свою грязную, покрытую пылью веков одежду на совершенно новый комплект. Единственное, к чему она не позволила прикоснуться краске и маскировке, был её зелёный пышный галстук. Он остался прежним — чистым, ярким пятном на её новом, пугающем монохромном силуэте.

Она вышла на улицы ада совершенно другим существом. Маскировка была готова, но впереди ждало самое сложное испытание. Полноценное выживание в бегах.

Внутри маски вдруг раздался глухой, жалобный звук.

— Ох... Кейти, я, конечно, всё понимаю, мы крутые, — слабо протянул Хаос, — но у меня в животе сейчас начнётся пожар. Я чертовски голоден.

— Мои резервы тоже на нуле, — согласился Нилас. — Без подзарядки и еды мы долго не протянем. Нам нужно найти пропитание, пока нас не выследилищейки Дарка.

Чёрный силуэт Кейт растворился в толпе грешников ада. Голод давил на сознание, а город грехов не прощал слабости...

Голод скручивал внутренности Кейт, превращаясь в невыносимую, жгучую пустоту. Хаос и Нилас внутри маски тихо стонали от бессилия, но Кейт уже не слушала их жалобы. В её израненном сознании, закаленном тысячелетиями подземных мучений, созрел новый, чудовищный план.

Она больше не была той испуганной маленькой девочкой. Чистилище выжгло в ней жалость, оставив лишь инстинкты высшего хищника.

— Эй, мальчики, — тихо, со страшным скрежетом прошептала Кейт, заходя в самый темный, зловонный переулок адских улиц. — Раз эти твари все равно уже мертвы... Раз при жизни они совершали жуткие грехи и убивали невинных людей... Почему бы нам не использовать их по назначению?

— Кейти, ты ведь не думаешь о... — Хаос на секунду осекся, а его белый призрачный рот на черной маске испуганно приоткрылся.

— Каннибализм? — ледяной голос Ниласа прозвучал непривычно глухо. — Или точнее, охота на себе подобных. Впрочем... у нас нет выбора. Действуй.

Долго ждать добычу не пришлось. Из-за угла, пошатываясь, вышел одинокий низший демон, бормочущий себе под нос проклятия. Он даже не успел понять, что произошло.

Черный силуэт Кейт бесшумно сорвался с места. Два гигантских угольно-черных крыла на секунду заслонили редкий свет уличных фонарей ада. Кейт набросилась на него сверху, намертво прижимая к грязному асфальту. В её руках мгновенно мелькнуло лезвие маленького ножичка, который она так и не бросила в подземелье.

Голод был настолько велик и невыносим, что Кейт не стала ждать. Изголодавшийся монстр внутри неё требовал плоти прямо сейчас.

С безумной яростью она кромсала демона на куски и ела его мясо абсолютно сырым. Она с хрустом грызла плотную, жесткую плоть, вырывала зубами органы и жадно запивала этот кошмарный ужин горячей, густой кровью грешника. Черная маска шута на её лице покрылась багровыми потеками, а застывший белый рот словно окрасился в зловещий улыбающийся оскал. Белые зрачки маски горели яростным, хищным торжеством.

Вот так пир! Самый кровавый и жуткий пир в её жизни.

Хаос и Нилас внутри маски молча поглощали хлынувшую в тело энергию. Силы стремительно возвращались к ним, черные крылья Кейт за спиной налились небывалой мощью, а истощение наконец-то отступило. Кейт тяжело поднялась на ноги среди безмолвного, растерзанного переулка, вытирая окровавленные пальцы, но бережно следя, чтобы ни одна капля не попала на её чистый, пышный зеленый галстук.

Зато Кейт больше не голодала. Теперь улицы ада должны были бояться её.

Каждую ночь монохромный чёрный силуэт Кейт скользил по мрачным переулкам адского мегаполиса. Охота превратилась в рутину. Бесшумный бросок угольно-чёрных крыльев из темноты, короткий взмах ножичка, хриплый предсмертный стон очередной жертвы — и начинался пир.

Желудок и рот Кейт уже полностью привыкли к солоноватому вкусу сырого мяса, хрящей и горячей крови грешников. Но Хаос и Нилас внутри маски никак не могли смириться с этим кошмаром. Каждый раз, когда Кейт разрывала зубами плоть, духов выворачивало наизнанку от отвращения.

— Кейти, ну пожалуйста, остановись... — жалобно канючил Хаос, и его белый призрачный рот на маске кривился от тошноты. — Мы уже сыты по горло! У меня от этой сырятины скоро все искры потухнут!

— Это уже не просто выживание, Кейт, — сурово соглашался Нилас, чьи белые глаза на чёрном фарфоре испуганно сужались. — Ты переходишь черту. Оглянись, ты превращаешься в дикого зверя.

Кейт лишь раздражённо отмахивалась окровавленной рукой, бережно придерживая пальцами свой чистый, пышный зелёный галстук, чтобы не испачкать его. Её оправдания всегда звучали одинаково хрипло и убеждённо:

— Зато энергия есть! У нас нет выбора, мальчики! Радуйтесь, что мы вообще живы после всего, что со мной сделали под землёй! Если я не буду есть их, они съедят нас!

Но духи замечали страшную закономерность. С каждой новой ночью Кейт уничтожала тела всё сильнее и сильнее. Ей словно постоянно не хватало. Если поначалу она оставляла половину добычи, то вскоре от грешников оставались лишь растерзанные ошмётки. Одно демоническое тело могло бы насытить пятерых взрослых людей, но Кейт оставалась голодной. Этот голод шёл из её выжженной, пустой души, которую невозможно было заполнить.

Однажды ночью наступил предел.

Кейт зажала в углу крупного, сильного рогатого демона. Когда всё закончилось, Хаос и Нилас в паническом ужасе замерли. На грязном асфальте переулка не осталось ни кусочка мяса, ни капли крови, ни единого органа. Кейт съела абсолютно всё, оставив лежать в луже багровой жижи только идеально обглоданный, белый скелет.

На следующий день, когда на улицах ада воцарилось относительное дневное затишье, Кейт наконец-то уснула. Измождённая своим бесконечным голодом, она забилась в тёмный угол заброшенного чердака, укрывшись двумя гигантскими чёрными крыльями.

Пользуясь тем, что Кейт крепко спит и её контроль ослаб, Хаос и Нилас пошли на отчаянный шаг. Прямо из маски они начали шепотом подзывать бродячих теней, чтобы разузнать, что происходит с их Кейти. Тени испуганно указали им путь к местному «священнику». Да, как ни странно, в преисподней была своя извращённая вера и культы.

Оставив тело Кейт отдыхать, духи ментально связались с этим жутким служителем адской церкви — слепым демоном в рясе из человеческой кожи. Тот долго осматривал спящую Кейт издалека, принюхивался, а затем вынес пугающий вердикт:

— На ней проклятие. Глубоко внутри вашей девочки, прямо за её татуировкой на спине, свил гнёздышко древний дух Обжорства. Столетия пыток Чистилища опустошили её душу, и этот паразит занял свободное место. Она никогда, слышите? Никогда не наестся, пока он там. Он сожрёт её личность изнутри, оставив только пустую утробу.

— И как нам выбить этого гада?! — вслух яростно прошипел Хаос, отчего левый белый глаз на чёрной маске Кейт вспыхнул алым.

— Есть один способ, — проскрежетал священник. — Этот дух питается сырой плотью и кровью, но он не выносит истинной, чистой энергии. Вы — духи огня и льда, вы сидите с ней в одной маске. Вы должны добровольно пожертвовать частью своих сил. Вы должны устроить внутри её собственного желудка термический шок: раскалить её изнутри адским пламенем и мгновенно сковать вековым льдом. Дух обжорства просто сварится и замёрзнет одновременно. Он не выдержит и выйдет наружу. Но это будет чертовски больно для неё.

Хаос и Нилас переглянулись внутри разума. Выбора не было.

Они вернулись в тело Кейт как раз в тот момент, когда она начала просыпаться, а её зубы снова заскрежетали от голодного спазма.

— Мальчики... я опять... хочу есть... — прохрипела она, прижимая руки к животу.

— Прости нас, Кейти, — хором отозвались духи. — Придётся потерпеть!

В ту же секунду Нилас перехватил контроль над её правой рукой, а Хаос — над левой. Кейт закричала, когда Хаос направил чистейшую, яростную струю огня прямо ей в горло, раскаляя её изнутри добела. Древний дух Обжорства внутри её живота дико взвыл, почувствовав, как его логово превращается в доменную печь. Не давая паразиту опомниться, Нилас мгновенно пустил следом за огнём ледяной поток абсолютного нуля.

Внутри Кейт произошёл ментальный микровзрыв пламени и льда. Из её широко распахнутого белого рта маски с жутким, свистящим визгом вырвался густой чёрный дым. Этот дым соткался в уродливую, жирную многоглазую тень, которая с визгом растворилась в воздухе чердака, навсегда покидая её тело.

Кейт без сил рухнула на колени, тяжело дыша. Сухой скрежет в горле исчез. Она посмотрела на свои руки, затем на обглоданные кости в углу чердака, и её всю передёрнуло от ужаса и отвращения. Голод ушёл. Наконец-то наступила долгожданная, чистая тишина.

Она бережно поправила свой зелёный пышный галстук. Она снова была собой. Но радоваться было рано: чёрная маска и чёрные ангельские крылья никуда не делись, а Дарк всё ещё шёл по её следу...

Кейт медленно поднялась с колен, прижимая ладонь к груди. Внутри её живота больше не было той пугающей, ненасытной пустоты. Черный дым изгнанного духа Обжорства окончательно растаял под потолком чердака, оставив после себя лишь горький привкус пепла.

Она перевела взгляд на свои дрожащие пальцы, испачканные в крови прошлых жертв, а затем бережно прикоснулась к чистому, пышному зеленому галстуку. Впервые за тысячи лет к ней вернулась абсолютная ясность ума.

— Спасибо вам, мальчики, — тихо, но уже без прежнего жуткого скрежета произнесла Кейт. — Вы спасли меня. Не дали превратиться в окончательное чудовище.

— Да ладно тебе, Кейти! Мы же команда! — весело, хоть и уставшим голосом отозвался Хаос. Из левого белого глаза черной маски выкатилась капля крови, заискрившись теплом. — Но этот жирный дух знатно подпортил нам репутацию.

— Он не один такой, — ледяной, глубокий голос Ниласа заставил Кейт вздрогнуть. Синий зрачок в правой глазнице сузился. — Вспомни, что говорил этот слепой священник. Весь этот город, все улицы Ада и Чистилища кишат древними духами, паразитами и тенями. Они ломают выживших. Они превращают таких, как мы, в безжалостных палачей. Дарк — лишь один из тех, кто использует их ради своей власти.

Кейт подошла к разбитому окну чердака. На улице Ада сгущались кроваво-красные сумерки, а черные облака над головой плыли бесконечным потоком. Внизу копошились демоны, грешники и скрытые в тени монстры.

В её сердце больше не было страха. Столетия пыток не сломали её, проклятие обжорства пало, а за спиной мерно вздрагивали два мощных черных крыла. Она нашла свое истинное предназначение в этом загробном мире.

Кейт крепко сжала кулаки, и в прорези её маски шута одновременно вонзились два яростных огня — алый огонь Хаоса и ледяной синий свет Ниласа.

— Мы не будем бежать, — твердо сказала Кейт. — И мы не вернемся на стол пыток. Раз уж мы застряли здесь... мы очистим это место. Мы найдем каждого древнего духа, каждого паразита в этом проклятом Аду. И уничтожим их полностью. До единого.

Хаос безумно и радостно хохотнул, а Нилас согласно промолчал, активируя боевые резервы. Маска шута Кейт сменила оскал на суровую, пугающую улыбку возмездия.

Великая охота началась.

Глава 4: Япония и агония

Переулки адских трущоб встретили Кейт удушливым запахом гнили и сырости. Здесь, на самых дальних окраинах города грехов, багровый туман смешивался с ядовитыми испарениями. Кейт медленно шла вперёд, шурша по грязным кирпичным стенам своими огромными, выкрашенными в чёрный цвет ангельскими крыльями. Её новый монохромный облик — чёрная маска с застывшим белым оскалом и белыми зрачками — заставлял редких прохожих в ужасе забиваться под лестницы.

Она больше никому не позволит управлять собой. И не позволит ломать других.

— Мы близко, Кейти, — раздался из правой половины маски осторожный шёпот Ниласа. Правый белый зрачок слегка подёрнулся синим инеем. — Я чувствую, как здесь искажается ментальная энергия. Пространство буквально пропитано чужим безумием.

— О да! Гляньте туда, это же ходячие мертвецы! — Хаос злобно хохотнул из левой глазницы, которая на секунду плеснула алым пламенем.

Кейт заглянула за угол и нахмурилась. Посреди площади, шатаясь, бродили десятки грешников. Но они не были похожи на обычных обитателей Ада. Их глаза были абсолютно пустыми, изо рта текла слюна, а пальцы были содраны до крови — они бездумно грызли камни, мусор и собственную плоть, повинуясь чужой воле.

Над ними, зацепившись костлявыми лапами за ржавые провода, восседал Пишачи. Древний восточный дух выглядел отвратительно: тёмное, иссохшее тело, непомерно раздутое брюхо, налитые кровью глаза и пасть, полная острых, как иглы, зубов. От него во все стороны тянулись тонкие, едва заметные ментальные нити, которые впивались прямо в головы несчастных грешников. Демон-паразит с наслаждением впитывал их остатки разума и безумие, довольно урча на всю округу.

Кейт сделала шаг вперёд, и её чёрные крылья хищно расправились за спиной. Пальцы судорожно сжали рукоять маленького ножичка, а вторая рука интуитивно проверила её главный талисман — пышный зелёный галстук на свежей рубашке.

Пишачи резко повернул свою уродливую голову в её сторону. Ментальные нити натянулись.

— О-о-о... Новая игрушка? — прошипел древний дух, и его голос отозвался в головах порабощённых грешников, заставляя их одновременно повернуться к Кейт. — Какая странная маска... Сколько в тебе скрытой боли... Твоё безумие будет самым сладким! Взять её!

Десятки подконтрольных зомби с диким воплем рванулись в сторону Кейт. Но на её чёрном фарфоровом лице не дрогнул ни один мускул.

— Выкусите, твари! — яростно прокричал Хаос, перехватывая контроль над левой рукой Кейт, которая тут же покрылась яростным, чистым пламенем.

— Мы сотрём тебя из бытия, паразит, — ледяным эхом отозвался Нилас, и правая рука Кейт мгновенно превратилась в массивный клинок из векового льда.

Кейт взмахнула чёрными крыльями, срываясь с места навстречу толпе. Контроль Дарка и духов остался в прошлом — теперь она сама решает, кого карать!

Толпа одержимых грешников с диким ревом неслась на Кейт. До них оставались считанные метры, но вместо того, чтобы атаковать несчастных, Кейт резко взмахнула своими гигантскими угольно-черными крыльями и взмыла вверх, зависнув в воздухе прямо над площадью.

— Хаос, твой выход! Выжигай нити! — скомандовала Кейт.

— С удовольствием, Кейти! Устроим небольшое файер-шоу! — безумно хохотнул огненный шут.

Левая рука Кейт вспыхнула яростным, чистым пламенем. Она резко взмахнула ею, выпуская веер огненных лезвий, которые с ювелирной точностью пронеслись над головами зомби. Тонкие ментальные нити Пишачи вспыхивали одна за другой, сгорая, как сухая солома. Освобожденные грешники начали падать на колени, хватаясь за головы — безумие отступало, к ним возвращался их собственный разум.

— Ах ты мелкая дрянь! — в ярости взревел Пишачи.

Из его иссохшей спины с мерзким хрустом расправились огромные, кожистые, покрытые слизью крылья летучей мыши. Он резко оттолкнулся от ржавых проводов, собираясь наброситься на Кейт и разорвать её своим огромным брюхом.

— Нилас, лови его! — хрипло выкрикнула Кейт, уходя от прямого столкновения.

— Уже на мушке, — ледяным эхом отозвался воин.

Правая рука Кейт вытянулась вперед. Из её ладони со свистом вырвался мощный поток абсолютного нуля, мгновенно сковавший багровый воздух трущоб. Ледяной шквал ударил точно по раскрытым кожистым крыльям Пишачи. С жутким треском слизь и плоть чудовища начали покрываться толстой коркой сияющего векового льда. Крылья демона намертво заклинило, превратив в тяжелые ледяные глыбы.

Теряя баланс, Пишачи с диким, испуганным визгом камнем полетел вниз, с грохотом рухнув на грязный асфальт площади. Ледяные крылья от удара разлетелись на тысячи мелких острых осколков. Древний восточный дух оказался полностью обездвижен и заперт на земле, исходя черной, вонючей кровью.

Кейт плавно опустилась прямо перед ним. Черная маска шута с белым оскалом и пульсирующими белыми зрачками нависла над поверженным монстром. В её правой руке зловеще блеснул маленький ножичек.

— Твое время вышло, паразит, — тихо произнесла Кейт, пока Хаос и Нилас раскаляли и вымораживали клинок для финального, стирающего из бытия удара. — Здесь больше никто не будет рабом.

Но когда они хотели уходит, Кейт резко развернулась на мёртвое существо.

— Эй, Кейти, чего это ты на него уставилась? Жалко что-ли? — со смешком произнёс Хаос.

— Ни капельки, — тихо произнесла Кейт — просто я хочу доделать одно маленькое незаконченное дельце.

Кейт аккуратно подошла к мёртвой твари, села на одно колено, обмакнула палец в густую кровь твари и медленно облизнула.

Хаос и Нилас были в шоке. Они не думали, что эта привычка осталась внутри Кейт до сих пор. Кейт поняла, что духи в шоке и сказала: «Чего удивляетесь? Силы поддерживать-то надо». И в части, она была права.

Глава 5: Ашачи и Акума

Путь на восточные окраины преисподней занял несколько дней. Наконец багровый туман расступился, и перед Кейт открылся пугающий, но завораживающий вид. Это был огромный адский город, стилизованный под древнюю Японию: темные деревянные пагоды соседствовали с ядовито-неоновыми вывесками, а вместо рек между кварталами бурлила кипящая черная смола. Здесь повсюду висел запах гари, а в воздухе ощущалась тяжелая, давящая ярость — след магии Акумы.

Кейт шла по узкой, темной улочке, скрывая свои гигантские черные крылья за спиной. Белые глаза на ее черной маске шута настороженно осматривали крыши.

— Впереди засада, Кейти, — резко предупредил Нилас, и синий огонек в правом глазу маски опасно сузился. — Нас ждут ищейки Акумы.

— Опять драка? Ну держись, пернатые, сейчас я подпалю им хвосты! — Хаос уже приготовился выпустить пламя из левой руки, как вдруг из тени пагоды бесшумно соткался высокий силуэт.

— Тише, странники. Если устроите шум, Акума сотрет вас в порошок до того, как вы успеете сделать следующий взмах своими черными крыльями, — раздался спокойный, шуршащий голос.

Из темноты вышел Ашачи. Это был японский дух-изгой. Он выглядел невероятно стильно и таинственно: на нем было темное потрепанное кимоно, за поясом поблескивала рукоять древней катаны, а его лицо скрывала традиционная маска духа-лиса (Кицунэ) с хитрыми прорезями для глаз. От Ашачи исходила мягкая, прохладная энергия, которая ловко маскировала присутствие Кейт от ищеек Акумы.

— Кто ты такой? — хрипло спросила Кейт, рефлекторно коснувшись пальцами своего пышного зеленого галстука на рубашке.

— Меня зовут Ашачи, — дух уважительно поклонился, и в прорезях его лисьей маски блеснули добрые, понимающие глаза. — Я давно наблюдаю за твоим путем, Черный Ангел. Ты уничтожила Пишачи и освободила грешников в трущобах. Это было смело. Я тоже ненавижу Акуму — он поработил мой клан и держит весь этот сектор под своим яростным контролем. Я хочу помочь вам подобраться к нему. Я ваш друг.

Хаос внутри маски недоверчиво хмыкнул, но Нилас, просканировав ауру Ашачи, тихо произнес:

— Он не лжет, Кейти. В его сердце нет зла. Его сила маскировки — как раз то, что нам нужно, чтобы пройти мимо стражи.

Кейт медленно опустила руку от галстука и кивнула новому союзнику.

— Хорошо, Ашачи, — прошептала она. — Веди нас. Нам нужно добраться до Акумы.

Ашачи хитрым жестом поправил свою маску лиса и достал из-за пазухи тяжелые призрачные веревки.

— План такой, — шуршащим голосом произнес японский дух, протягивая путы Кейт. — Прямо через эти ворота ведут всех грешников, которых поймали на окраинах. Я сделаю вид, что поймал тебя в трущобах и веду на суд к Акуме. Стража глупа и жестока, они обожают смотреть на новых несчастных. Нас пропустят без лишних вопросов. Но тебе придется подыграть.

Кейт посмотрела на веревки, и в её груди на секунду поднялась волна леденящего страха. Воспоминания о цепях Дарка и веках подземных мучений обожгли разум. Пальцы судорожно сжали пышный зеленый галстук, словно ища защиты.

— Кейти, эй, всё хорошо, — мягко и непривычно тихо отозвался Хаос из левой половины маски. — Это просто игра. Мы с Ниласом рядом. Стоит этим тварям поверить в обман, и мы устроим им знатный бабах!

— Доверься Ашачи, Кейт. Это самый безопасный путь во дворец, — поддержал Нилас, и синий огонек в правом глазу маски согрел её щеку спокойным холодом.

Кейт глубоко вздохнула, убрала руки от галстука и протянула запястья Ашачи. Японский дух аккуратно, но крепко связал её руки, а затем накинул на её гигантские угольно-черные крылья старый грязный плащ, чтобы скрыть их до поры до времени.

Через несколько минут они уже подходили к колоссальным черным воротам, увенчанным черепами. Дорогу им преградили огромные стражи-демоны Акумы — рогатые чудовища с массивными шипастыми палицами. От них за версту веяло слепой яростью.

— Стой! Кто идет и кого прешь в цитадель Великого? — прорычал самый крупный страж, выставляя оружие вперед.

Ашачи высокомерно задрал голову в маске лиса и дернул за веревку, заставляя Кейт сделать шаг вперед. Она покорно опустила голову, изображая сломленную пленницу.

— Смотрите внимательнее, слепцы, — холодно процедил Ашачи, подражая голосу жестокого наемника. — Поймал эту депрессивную дрянь на границе трущоб. У неё очень странная аура и какая-то дурацкая черная маска. Подумал, Великий Акума захочет лично выжечь из неё эту спесь и послушать, как она будет кричать на его огненном троне.

Стражники присмотрелись к Кейт. Они увидели черную матовую маску с белыми застывшими глазами, оборванную одежду и яркий зеленый галстук, который выглядел как издевательство в этом мрачном месте. Демоны противно, оглушительно расхохотались.

— О да, очередная кукла для нашего господина! Он знатно повеселится, прежде чем стереть её в пепел. Проходи, лис, но если она дернется — твоя голова полетит следом! — крикнул страж и махнул рукой.

Тяжелые кованые ворота с жутким скрипом начали медленно открываться, пропуская их внутрь цитадели. Обман сработал. Они оказались на внутренней территории дворца Акумы, и пути назад уже не было.

Тяжёлые ворота со стоном закрылись за их спинами, отрезая путь назад. Огромные стражи-демоны, весело гогоча и обсуждая, как Акума будет пытать новую пленницу, медленно начали отворачиваться, возвращаясь на свои посты. Это была их роковая ошибка.

Стоило их широким спинам оказаться в поле зрения, как Ашачи изменился в лице. Доброжелательный дух-лис мгновенно превратился в хладнокровного хищника.

Его пальцы мелькнули в воздухе — призрачные верёвки на запястьях Кейт распались за долю секунды, освобождая её руки. В то же мгновение Кейт сбросила с плеч старый грязный плащ, и за её спиной хищно расправились два гигантских угольно-чёрных крыла.

Вжих!

Раздался едва слышный, свистящий звук рассекаемого воздуха. Ашачи молниеносно выхватил из-за пояса свою катану. Лезвие клинка тускло блеснуло в неоновом свете цитадели, описав идеальную полусферу. Двое стражников у ворот даже не успели обернуться — их массивные рогатые головы беззвучно покатились по каменным плитам, а тела растворились в багровом пепле Чистилища.

Второй пост стражи, стоявший чуть дальше в тени пагоды, замер от шока, но Хаос и Нилас внутри маски Кейт сработали на опережение. Левая рука Кейт вспыхнула беззвучным пламенем, а правая покрылась ледяными иглами. Одним мощным, скоординированным движением Кейт рванулась вперёд: Хаос выжег воздух вокруг оставшихся демонов, лишая их возможности закричать, а Нилас мгновенно заморозил их сердца.

Всё закончилось за три секунды. Никто ничего не услышал. В огромном внутреннем дворе цитадели снова воцарилась мёртвая, зловещая тишина. Вокруг не осталось ни одного живого призрака или демона Акумы — только тихо оседающий на землю чёрный пепел.

Ашачи изящным круговым движением стряхнул с катаны невидимую пыль и со щелчком убрал её обратно в ножны. Его маска лиса хитро наклонилась в сторону Кейт.

— Чистая работа, Черный Ангел, — шуршащим шёпотом произнёс он. — Твои духи огня и льда бьют без промаха.

Кейт медленно опустила руки. Белые зрачки на её чёрной маске шута удовлетворённо вспыхнули. Она аккуратно поправила пальцами свой неизменный пышный зелёный галстук на белой рубашке — на него не упало ни единой крупицы вражеского пепла.

— Идём дальше, — тихо, но твёрдо прошептала Кейт. — Время навестить Акуму.

Ашачи бесшумно скользнул к массивным деревянным дверям главной пагоды. Приложив ладонь к резному дереву, он закрыл глаза. На секунду прорези его маски лиса зловеще вспыхнули фиолетовым светом.

— Магическая печать снята, — прошептал японский дух, и двери с тяжелым вздохом приоткрылись. — Но будьте начеку. Внутри коридоры пропитаны проклятием Иллюзий Ярости. Акума подпитывается чужими кошмарами. Если ваш разум дрогнет — вы трупы.

Они шагнули в полумрак дворца. Стены коридора были выкрашены в кроваво-красный цвет, а вдоль них выстроились жуткие доспехи самураев, внутри которых вместо тел клубился черный дым. Неоновые вывески снаружи отбрасывали сюда длинные, уродливые тени.

Вдруг воздух вокруг Кейт стал липким и горячим. Запах гари сменился до боли знакомым, удушающим запахом старой ржавчины и гнилой земли.

— Что за... — Кейт сделала шаг и споткнулась.

Пространство вокруг нее резко исказилось. Стены адского дворца Акумы растворились. Вместо них Кейт оказалась в бескрайней, темной бездне, скованная по рукам и ногам тяжелыми, ледяными цепями. Теми самыми цепями Дарка. Они сдирали кожу, впивались в запястья и тянули ее вниз, в непроглядную темноту, откуда доносился издевательский, громоподобный хохот её давнего мучителя.

— Ты думала, что сбежала, маленькая дрянь? — прогремел голос Дарка из темноты. — Ты навсегда останешься моей рабыней в этих подземельях.

Паника мертвой хваткой сжала горло Кейт. Белые зрачки на ее черной маске шута испуганно задрожали. Руки сами собой потянулись к шее, пальцы судорожно вцепились в пышный зеленый галстук, словно пытаясь разорвать невидимую петлю. Черные крылья бессильно повисли, скованные призрачным страхом. Реальность ускользала от нее. Ей казалось, что все ее приключения, победа над Пишачи, Ашачи — все это было лишь сном, а настоящая она — по-прежнему висит на цепях в сырой пустоте.

— Кейти! Кейт, очнись! Это фальшивка! Смотри на меня! — Безумный голос Хаоса ворвался в ее сознание, но сейчас в нем не было веселья, только бешеная, защищающая ярость.

Левая половина маски шута на лице Кейт раскалилась докрасна. Огненный шут буквально силой пробивался сквозь иллюзию. В следующее мгновение левая рука Кейт, подчиняясь воле Хаоса, сама собой поднялась и сжалась в кулак. Яростное, ослепительно-белое пламя вспыхнуло на ее пальцах. Хаос не стал атаковать темноту — он направил огонь прямо на призрачные цепи, сковавшие Кейт.

— Разбей этот лед в ее голове, Нилас! Сейчас! — взревел Хаос.

— Кейт, держись за мой холод. Вспомни, кто ты, — раздался ледяной, непоколебимый баритон воина из правой половины маски.

Правый глаз Кейт засиял мощным синим светом. Абсолютный ноль Ниласа окутал ее разум спасительной, трезвой прохладой. Лед воина сковал панику, остудил горячечный бред иллюзии, а чистый огонь Хаоса с оглушительным треском пережег ментальные цепи Дарка.

Образ мучителя с жутким воплем лопнул, как мыльный пузырь.

Кейт резко выдохнула и распахнула глаза. Она снова стояла в багровом коридоре пагоды Акумы. Ее руки все еще сжимали зеленый галстук, но дыхание уже выравнивалось. Рядом с ней стоял Ашачи, его катана была наготове — он прикрывал ее, пока она боролась с мороком.

Маска шута на лице девочки вернула свой привычный матовый черный цвет, но белые зрачки теперь горели неистовым, сфокусированным гневом.

— Дарка здесь нет, — тихо, сквозь зубы произнесла Кейт, медленно убирая руки от галстука. — А Акума... Акума только что совершил ошибку, попытавшись заглянуть в мою голову.

За ее спиной с хищным шорохом расправились гигантские черные крылья, сбрасывая с себя остатки красного тумана иллюзии.

— Хаос, Нилас, спасибо, — мысленно передала она духам.

— Всегда пожалуйста, Кейти! В следующий раз подпалим этому Акуме его бумажные стены! — хохотнул Хаос, возвращаясь в свое привычное буйное настроение.

— Мы единое целое, Кейт. Идем, — спокойно отозвался воин.

Ашачи одобрительно кивнул, его лисья маска скользнула дальше по коридору. Впереди, в конце галереи, уже виднелись огромные золоченые двери, из-под которых выбивался ядовитый неоновый свет и веяло нестерпимым жаром огненного трона.

Золочёные двери тронного зала бесшумно разъехались в стороны. Внутри всё полыхало ядовитым неоновым светом. Посреди зала, на троне из обугленного дерева, окружённом рвами с кипящей чёрной смолой, восседал Акума. Он был огромен: багрово-красная кожа, массивные рога и глаза, горящие голодным пламенем. За спиной демона развевался тяжёлый плащ, похожий на застывшую смолу, а к трону была прислонена колоссальная катана, объятая адским огнём.

Ашачи спокойно и уверенно вошёл в зал, шурша полами своего тёмного кимоно.

Акума медленно поднял голову, и на его уродливом лице расплылась презрительная усмешка.

— О, мой верный пёс-лис вернулся, — прогрохотал Акума, и воздух в зале раскалился. — Где депрессивная дрянь, которую ты обещал мне привести, ничтожество?

Ашачи остановился у края рва со смолой. Его рука медленно легла на рукоять катаны, а голос прозвучал леденяще твёрдо, без капли прежней покорности:

— Ты мне надоел, Акума. Твоё время вышло. Сегодня я убью тебя и освобожу свой клан.

Владыка неонового сектора на секунду замер от такой дерзости, а затем оглушительно, раскатисто расхохотался, хватаясь за массивный клинок.

— Ты?! Убьешь меня?! Глупая шавка в лисьей маске, да я сотру тебя в порошок одним взма...

Акума не успел договорить. Он совершил роковую ошибку, сосредоточив всё своё внимание на стоящем внизу духе. Он не догадался поднять взгляд вверх, где на деревянных балках потолка, скрытая теневой магией Ашачи, уже затаилась истинная угроза.

Вжих!

Кейт камнем спрыгнула с огромной высоты прямо за спину демона. В её правой руке, окутанной ледяным шквалом Ниласа и яростным пламенем Хаоса, смертоносной молнией блеснул раскалённо-вымороженный клинок. Мощнейший взмах гигантских угольно-чёрных крыльев придал удару невероятную скорость.

Один чистый, идеальный росчерк. Огромная рогатая голова Акумы с застывшим на лице недоумением беззвучно слетела с плеч и покатилась по каменному полу, а массивное тело рухнуло с трона прямо в кипящую смолу. Ядовитое пламя в его глазах погасло.

— Есть! Минус один рогатый! — безумно хохотнул Хаос в маске, но радость была недолгой.

В ту же секунду, со смертью правителя, цитадель содрогнулась. По стенам побежали кроваво-красные трещины, а неоновые вывески начали взрываться одна за другой. Дворец Акумы активировал финальную ловушку — систему самоуничтожения. Из всех коридоров и скрытых ниш хлынули сотни разъярённых теневых ниндзя и элитных гвардейцев, а потолок начал рушиться, засыпая зал обломками.

— Бежим! Живее! — крикнул Ашачи, выхватывая катану.

Они пробивались к выходу сквозь нескончаемую лавину врагов. Это была настоящая мясорубка. Кейт кружилась в смертоносном танце: левой рукой Хаос выжигал целые ряды нападающих огненными волнами, а правой рукой Нилас возводил ледяные стены, блокируя стрелы и палицы. Ашачи двигался как молния, его клинок оставлял в воздухе сияющие фиолетовые следы, разрезая теневых ниндзя на куски.

Но врагов было слишком много, а дворец рушился. Огромная балка упала прямо перед ними, отрезая путь. Кейт взмахнула крыльями, разбивая её, но время было упущено — они оказались зажаты в узком проходе перед самыми главными воротами. Сзади на них неслась гигантская волна кипящей чёрной смолы, прорвавшая рвы, а впереди путь преграждал несокрушимый отряд гвардейцев с тяжелыми щитами.

Кейт приготовилась к финальному сверхмощному удару, но её пальцы судорожно коснулись зеленого галстука — она понимала, что от волны смолы крылья её не спасут, если они не успеют прорвать заслон за секунду.

— Кейти... позаботься о моём клане, — вдруг тихо и очень мягко произнес шуршащий голос Ашачи.

Прежде чем Кейт успела что-то понять, японский дух резко толкнул её вперёд, прямо в спины гвардейцев. В то же мгновение Ашачи развернулся лицом к надвигающейся лавине смолы и врагов. Он вонзил свою катану в каменный пол, активируя всю свою жизненную энергию. Его маска Кицунэ ярко вспыхнула, и вокруг него вырос колоссальный, сияющий фиолетовый барьер, который намертво заблокировал коридор, отрезая преследователей и смолу от Кейт.

— Ашачи, нет! — отчаянно закричала Кейт сквозь маску шута. Нилас внутри неё глухо выругался от бессилия, а Хаос яростно взревел.

Через прозрачный барьер Кейт видела, как Ашачи в последний раз обернулся. В прорезях его лисьей маски блеснули те самые добрые, понимающие глаза. Он уважительно поклонился ей, своему Чёрному Ангелу. В следующую секунду фиолетовый барьер и сам Ашачи скрылись под тоннами рушащегося потолка и раскалённой смолы.

Взрывная волна от его самопожертвования сдула гвардейцев впереди, буквально вышвырнув Кейт через разрушенные главные ворота наружу.

Кейт упала на колени на грязный асфальт пустеющей неоновой площади. Цитадель Акумы позади неё с грохотом складывалась, превращаясь в руины и погребая под собой и тирана, и их верного друга. Девочка тяжело дышала, её белые зрачки на чёрной маске шута дрожали от подступающих слёз. Она медленно подняла руку и крепко сжала свой пышный зеленый галстук. Ашачи спас её ценой своей жизни. И теперь она обязана была довести их дело до конца.

Руины цитадели Акумы медленно остывали за спиной, окутанные ядовитым неоновым дымом. Кейт шла прочь от разрушенного города по каменистой тропе, ведущей к глубоким расщелинам следующего круга Преисподней. Гигантские угольно-чёрные крылья были плотно прижаты к спине, словно защищая её от леденящего адского ветра.

Внутри маски шута, как обычно, не утихал спор её древних духов.

— Ну каков был лис, а? — без умолку трещал Хаос в левом ухе. — «Я ваш друг, я спасу вас!» Эх, зря он полез под эту смолу! Мы бы с Ниласом устроили там такой грандиозный бабах, что от этой пагоды и щепок бы не осталось! Надо было просто подпалить те щиты!

— Замолчи, поджигатель, — ледяным эхом отозвался Нилас с правой стороны. — Ашачи поступил как истинный воин. Он просчитал риски и выиграл для нас секунды. Без его барьера смола выжгла бы крылья Кейт. Нам нужно проявить уважение к его жертве и двигаться дальше. Ад огромен, и ищейки других демонических лордов уже наверняка почуяли смерть Акумы.

— Ой-ой-ой, какие мы правильные! Да знаю я, знаю. Просто обидно, классный был малый, маска у него стильная... Слушай, Нилас, а как думаешь, у следующего демонюги во дворце тоже будут эти дурацкие ловушки с картинками из прошлого? Я бы с радостью спалил парочку!

Пока духи увлеченно спорили о тактике, грядущих битвах и новых демонах, которых им предстоит стереть из бытия, Кейт их почти не слышала. Их голоса сливались для неё в привычный, фоновый шум.

Её тонкие пальцы по-прежнему рефлекторно сжимали пышный зелёный галстук на рубашке. Белые зрачки на чёрной маске шута неподвижно замерли, устремившись в багровую даль Ада.

Кейт думала о вещах гораздо более важных и пугающих, чем просто охота на очередных монстров. Она думала о том, кем она становится.

С каждым изгнанным демоном, с каждой секундой, проведённой в этих проклятых землях, она чувствовала, как маска шута прирастает к её лицу всё сильнее, почти сливаясь с кожей. Спасая других, не потеряет ли она саму себя? И главное — Ашачи отдал за неё жизнь, потому что поверил в её свет. Но сколько ещё невинных душ и случайных союзников сгорит в этом пламени чужой ярости, пока она пытается добраться до самого низа преисподней?

Иллюзия Дарка в коридоре доказала: её прошлое всё ещё держит её за горло. Но теперь, шагая вперед, Кейт понимала — она больше не та беспомощная девочка в цепях. Она — Чёрный Ангел. И если ради свободы ей придётся сжечь весь Ад и переписать его законы, она сделает это. Чего бы ей это ни стоило.

— Эй, Кейти, ты чего затихла? — вдруг прервал спор Хаос, заметив её молчание. — Увидела кого-то на горизонте?

— Нет, — тихо, но удивительно твёрдо прошептала Кейт, отпуская галстук и расправляя свои огромные крылья, готовая к новому полёту. — Просто вспомнила, зачем мы здесь. Идём. Нас ждёт следующая тварь.

Глава 6: Ключ Боли и Обновка

Кейт, Хаос и Нилас осознают, что бесконечные сражения с демонами не помогут им выбраться из подземного мира, так как небо Ада запечатано барьером. Нилас раскрывает, что единственный путь на свободу — это Врата Рассвета на самом дне Седьмого круга, для открытия которых нужны три Ключа Душ от Великих Повелителей. Герои решают прекратить зачистку кругов и целенаправленно отправиться за ключами, начиная с Цитадели Боли Лорда Маллока.

Багровый туман лениво полз по разбитым мостовым Нижнего Города. Это место напоминало бесконечный, грязный рынок, зажатый между скалами. Вместо товаров здесь торговали осколками проклятых душ, запретными заклинаниями и слухами. Грешники и мелкие бесы шарахались в стороны, едва завидев Кейт: её гигантские угольно-чёрные крылья и матовая маска шута с белым оскалом ясно говорили, что с этой гостьей шутки плохи.

Её пальцы привычно коснулись пышного зелёного галстука, пока глаза на маске сканировали вывески полуразрушенных лавок.

— Нам нужна карта Седьмого круга, — тихо прошептала Кейт. — Без неё мы будем вечность плутать по этим проклятым переулкам.

— Карта? Ой, да ладно тебе, Кейти! Зачем нам карта, когда можно просто идти на самый громкий крик или самый яркий костёр? — весело отозвался Хаос в левом ухе. — Спорим, все дороги в Аду ведут к какой-нибудь грандиозной драке?

— Замолчи, безумец, — оборвал его Нилас. — Нам нужен чёткий маршрут. Нижние круги постоянно меняются, а Цитадель Боли Лорда Маллока защищена магией пространства. Без точных координат мы просто погибнем в живых лабиринтах.

Кейт остановилась перед покосившейся лавкой, над которой качался ржавый знак в виде свернутого свитка. За прилавком сидел старый горбатый бес с длинными когтями, перебирающий светящиеся кости.

— Чего надо, Черный Ангел? — проскрипел торговец, косясь на её грозные крылья. — Сила? Оружие? Души невинных?

— Мне нужна карта пути к Цитадели Лорда Маллока, — твёрдо ответила Кейт, шагнув ближе.

Бес резко замер. Его маленькие желтые глаза испуганно расширились, а кости с сухим стуком вывалились из когтей.

— К Маллоку?! К Повелителю Боли?! — зашептал он, оглядываясь по сторонам. — Ты с ума сошла, девчонка? Никто не ходит туда добровольно! Оттуда не возвращаются! Маллок сотрет тебя в порошок!

— Это не твоя забота, — ледяным эхом отозвался Нилас через маску, и правый глаз Кейт опасно сузился, вспыхнув синим огнем.

— Живее, рогатый, пока я не превратил твою лавочку в филиал вулкана! — добавил Хаос, и левая рука Кейт окуталась нетерпимыми языками пламени.

Испуганный бес судорожно закивал, нырнул под прилавок и вытащил оттуда тяжелый, пыльный тубус из обожженной кожи. Дрожащими руками он достал свиток, который выглядел так, словно был сделан из пергамента, пульсирующего тонкими фиолетовыми венами. На нем зловеще светились меняющиеся линии дорог и огромный обсидиановый замок в самом центре.

— Вот... Карта Живых Дорог, — прохрипел бес. — Она показывает лабиринты Маллока в реальном времени. Но цена...

Кейт не стала слушать. Она просто бросила на прилавок осколок багрового кристалла, который забрала из короны Акумы, перехватила карту и резко развернулась.

Выйдя на улицу, она развернула пергамент. Фиолетовые вены на карте вели прямо к зловещему провалу между скалами.

— Ну что, мальчики, — тихо произнесла Кейт, и белые зрачки на её черной маске шута решительно вспыхнули. — Похоже, наш первый Ключ Душ ждет нас именно там. Мы идем к Лорду Маллоку.

— Ура! Наконец-то настоящее дело! — взревел от восторга Хаос. — Готовься, консервная банка Маллок, мы идем портить твои доспехи!

— Будь осторожна, Кейт, — спокойно, но напряженно добавил Нилас. — На этих дорогах карта — лишь половина дела. Нам придется столкнуться с самой сутью страданий.

Кейт крепче сжала свиток, взмахнула крыльями и устремилась вперед, навстречу Цитадели Боли. Путь к свободе официально начался.

Путь через мёртвые скалы Седьмого круга оказался сущим кошмаром. Кейт шла уже много часов, петляя между острыми, как бритвы, валунами. Пергамент в её руках то и дело пульсировал фиолетовыми венами: карта «жила» своей жизнью, линии дорог постоянно перестраивались.

— Да сколько можно кружить?! — в левом ухе раздражённо рявкнул Хаос. — Карта говорит «налево», скала говорит «бабах тебе в лоб». Кейти, давай я просто взорву этот булыжник, и мы пойдём напролом?

— Уймись, факел, — остудил его Нилас. — Это иллюзорные хребты. Нам нужно найти конкретный ориентир, указанный в углу пергамента. Двойную скалу, похожую на рога рассерженного демона. Именно между ними находится проход к Цитадели.

Кейт промолчала. Она устало взмахнула гигантскими чёрными крыльями, чтобы перелететь через очередной глубокий разлом, и снова подняла взгляд. Белые глаза на её чёрной маске шута настороженно сощурились. На самом горизонте, сквозь багровую дымку, наконец-то показался нужный силуэт. Две колоссальные, перекрученные чёрные скалы высились над ущельем, точь-в-точь повторяя очертания гигантских рогов.

— Нашла, — тихо прошептала Кейт, облегчённо вздохнув.

Она сделала шаг вперёд, собираясь поправить свой неизменный пышный зелёный галстук, как вдруг в её животе раздалось такое оглушительное, жалобное урчание, что оно, казалось, эхом разнеслось по всему каньону.

Кейт замерла на месте. Белые зрачки маски удивлённо округлились.

— Ого! Это что, Маллок уже начал атаковать нас ультразвуком?! — искренне перепугался Хаос, готовый выпустить пламя из левой руки.

— Нет, идиот, — Нилас в правой половине маски выдал короткий и крайне редкий для него смешок. — Кажется, наш Чёрный Ангел просто... проголодался. Сколько дней мы нормально не ели? С самой битвы в трущобных секторах.

— Мда уж... — Кейт обречённо опустила руки и прислонилась спиной к тёплому валуну.

В пылу сражений, побегов и грандиозных планов по спасению из Ада она совсем забыла, что её человеческое тело всё ещё требует обычной еды. Маска шута и древние духи давали ей невероятную магическую мощь, но не могли отменить банальный голод.

— Ну приплыли! Великие спасители, гроза демонов, охотники за Ключами Душ... сидят посреди адских скал и хотят кушать! — Хаос покатился со смеху внутри её сознания. — Интересно, а чем питаются в этих краях? Жареными хвостами бесов? Супом из лавы?

— Не болтай чепухи. Нам нужно найти какое-нибудь поселение грешников или дорожную таверну, — рассудительно произнес воин. — Спесь Лорда Маллока подождет. На голодный желудок много не навоюешь, Кейт.

Кейт огляделась по сторонам. Идти к зловещей двойной скале, шатаясь от слабости, было глупо. Придётся временно свернуть с маршрута и поискать хоть какую-то адскую забегаловку на окраинах этого круга, чтобы раздобыть нормальной (или хотя бы относительно безопасной для жизни) еды. Мда уж, эпичный поход к Цитадели Боли начинался с поисков перекуса.

Кейт устало брела по узкой расщелине, пока Хаос и Нилас в её голове продолжали бурно обсуждать, стоит ли добавлять в адский суп порох для вкуса. Наконец, петляющая тропа вывела её к небольшому, спрятанному между массивных скал поселению. Это была крохотная деревушка для заблудших душ: пара покосившихся каменных хижин и вывеска с криво нарисованной тарелкой.

Прямо в скале была вырублена маленькая, полупустая кафешка. Кейт зашла внутрь, прижимая крылья, села за дальний деревянный столик и, коротко бросив испуганному бесу-официанту заказ, уставилась в окно на багровый закат.

Вскоре перед ней поставили тарелку. Жареная картошка. Самая обычная, золотистая, пахнущая домом картошка, которая казалась настоящим чудом посреди этого проклятого Ада.

В голове снова поднялся привычный шум:

— О-о-о, углеводы! — восторженно завопил Хаос. — Кейти, дай я подпалю её снизу, чтобы с дымком была!

— Оставь еду в покое, огненный дурак, — оборвал его Нилас. — Кейт нужно восстановить силы перед Маллоком. Нам предстоит тяжелый подъем на двойную скалу.

Пока духи ссорились, их голоса стали для Кейт тихим фоном. Она смотрела на тарелку, и её мысли медленно, но верно уходили в глубокую, пугающую темноту.

«Кто я вообще такая?» — тихо думала Кейт, и её пальцы беззвучно коснулись края стола. — «Обычная девчонка, которая когда-то дрожала от ужаса в подземельях? Если бы я тогда не встретила этих двоих... если бы я не подружилась с этими идиотами, меня бы здесь не было. Я бы не стояла на вершинах скал, не побеждала бы демонических лордов. Но... кем я стала?»

Воспоминания о пережитом жгли разум. Она выросла, обрела силу, о которой смертные не смеют и мечтать. Но цена этой силы оказалась слишком высока.

Аромат жареной карточки вернул её к реальности. Голод победил мысли. Кейт взяла вилку, подцепила кусочек и рефлекторно поднесла еду к лицу, собираясь привычным, человеческим жестом приподнять край маски, чтобы откусить.

Но стоило её пальцам коснуться черного матового материала у подбородка и слегка потянуть вверх, как челюсть и щеки пронзила такая дикая, острая боль, что девочка мгновенно сморщилась и тихо вскрикнула. Маска не двигалась. Она держалась намертво, словно живая плоть.

Кейт замерла, тяжело дыша. Внутри всё похолодело. «А как мне... есть?» — промелькнуло в её испуганной голове.

Она посмотрела на вилку, затем на свое отражение в темном стекле окна. Черная маска шута с белым застывшим оскалом смотрела на неё в ответ. И тогда Кейт, сама удивляясь собственной интуиции, медленно поднесла вилку к нарисованному белому рту маски.

Произошло то, от чего по спине пробежали мурашки: кусочек картошки беспрепятственно прошел сквозь черный материал, словно сквозь туман, и Кейт почувствовала вкус еды. Маска шута полностью сплелась с её лицом, став единым целым с её губами, зубами и кожей.

Внутри воцарилась мертвая тишина. Даже Хаос и Нилас замолчали, осознав серьезность момента.

Кейт медленно опустила руку. Белые зрачки на маске неподвижно уставились в пространство. Это уже не вернуть. Граница между девочкой по имени Кейт и волшебной маской шута окончательно стереотипно стерлась. Теперь она была единым существом — Чёрным Ангелом Ада, и пути назад, к прежней человеческой жизни, больше не существовало.

Оставив позади маленькую кафешку, Кейт снова двинулась в сторону багровеющей на горизонте двойной скалы. Свиток с живой картой мерно пульсировал в её руке, прокладывая фиолетовые капилляры дорог сквозь каменистые пустоши. Внутри маски духи снова завели свою привычную шарманку, споря о Лорде Маллоке, тактике боя и о том, как эффектнее взорвать обсидиановые стены его Цитадели.

Но Кейт их почти не слышала. Осознание того, что маска срослась с кожей, вызвало в ней лихорадочное, болезненное любопытство. На ходу она начала всерьёз задумываться: «Как вообще устроен этот проклятый артефакт? Как он работает?»

Пытаясь нащупать границы между собой и магическим деревом, Кейт решила поэкспериментировать. Осторожно, дрожащим указательным пальцем она ткнула прямо в нарисованный белый глаз маски.

— Ай!.. — тихо пискнула она, резко отдёрнув руку.

Оказалось, это чертовски больно. Глаз маски был её собственным глазом. Более того, Кейт с ужасом и удивлением поняла, что маска — теперь самая чувствительная часть её тела. Любое прикосновение к матовому чёрному материалу отзывалось в нервной системе невероятно остро, будто с неё сняли верхний слой кожи.

На этом Кейт не остановилась. Сердце колотилось в груди. Затаив дыхание, она аккуратно просунула два пальца сквозь белый оскал шутовского рта. Пальцы беспрепятственно прошли сквозь теневую завесу и упёрлись в её собственные челюсти. Проведя подушечкой пальца по десне, Кейт похолодела. Строение её рта полностью изменилось. Зубов стало больше сотни. Они рядами теснились во рту — крошечные, но острые и тонкие, словно швейные иглы.

— Чёрт... — Кейт резко отдёрнула ладонь. На кончике пальца выступила капля тёмной крови. Она умудрилась случайно порезаться о свой собственный новый зуб.

Пока она в ступоре разглядывала порез, духи в её голове даже не обратили на это внимания. Для них мир вокруг продолжал оставаться полем бесконечной битвы. Наконец, петляющая тропа привела их к подножию двойной скалы, и они шагнули внутрь мрачных, давящих каньонов, которые незаметно перешли в запутанные подземные коридоры Маллока.

Там начался настоящий ад. Ловушки Цитадели Боли сработали мгновенно. Стены коридора внезапно со скрежетом привели в движение — огромные каменные плиты начали смыкаться, и Кейт едва успела проскочить в узкую щель за секунду до того, как их чуть не раздавило. В довершение всего из темноты подземных расщелин на них хлынула свора слепых, когтистых монстров.

Кейт бежала во весь дух, её гигантские угольно-чёрные крылья то и дело чиркали по рваным каменным сводам. Левой рукой Хаос на бегу выпускал яростные струи огня, выжигая тварей, а правой рукой Нилас возводил ледяные заслоны, сдерживая погоню.

Но для самой Кейт вся эта суматоха, рык монстров, крики Хаоса и ледяные команды Ниласа были где-то на заднем плане. Всё это казалось далёким, смазанным шумом. Она бежала на автомате, уворачиваясь от когтей и падающих камней, а в её сознании, перекрывая грохот рушащихся стен, набатом стучала одна-единственная, отчаянная и горькая мысль:

«Я не хочу быть Чёрным Ангелом. Я не хочу воевать с этими лордами... Я просто хочу домой. К обычной, нормальной жизни...»

Она вспомнила мягкую постель, чистый воздух, солнечный свет, который никогда не пробивался в эту багровую преисподнюю. Ей до слёз захотелось стать прежней Кейт — девочкой без крыльев, без сотни острых зубов и без безумных духов в голове.

Кейт крепче сжала пальцами свой пышный зелёный галстук, словно цепляясь за последнюю человеческую ниточку, и прыгнула вперёд, вглубь очередного тёмного тоннеля. Впереди их ждал Лорд Маллок, и чтобы вернуть свою прошлую жизнь, ей нужно было забрать его Ключ. Во что бы то ни стало.

Обсидиановый тронный зал Цитадели Боли дышал смертью. Лорд Маллок оказался живым воплощением абсолютного кошмара. Закованный в шипастую броню великан безжалостно крушил всё на своём пути. Фиолетовая пустота на месте его лица торжествующе пылала.

Для Кейт этот бой превратился в сущий ад. Без боя Маллок ключ отдавать не собирался, и сейчас она была на грани гибели.

Вся в глубоких ранах и кровоточащих ссадинах, девочка тяжело опиралась на одно колено. Её прекрасные гигантские угольно-чёрные крылья были изломаны и безжалостно изрезаны шипами тирана — они висели плетьми, почти отрезанные у основания. Правый синий глаз маски едва мерцал, а левый огненный почти погас. Духи внутри маски иссякли.

— Кейти... прости... у меня больше нет сил для огня... — хрипел в её голове истощённый Хаос.

— Мой лед... колется на части... Он слишком силен... — ледяной голос Ниласа впервые дрожал от бессилия.

Маллок медленно шагал к ней, и его колоссальная обсидиановая палица скрежетала по каменному полу. Кейт слабеющими пальцами ухватилась за свой пышный зелёный галстук, чувствуя, как сознание ускользает от боли. Духи внутри маски молчали, полностью истощённые. Крылья были изрезаны, тело — в сплошных ранах. Всё казалось конченым.

И тут из тёмных расщелин зала начали выползать те самые слепые, когтистые монстры. Они скалились, капая слюной на камни, готовые разорвать её, как только Маллок нанесёт последний удар. Взгляд Кейт упал на капли чёрной, вонючей жижи, сочившейся из раненого лапой монстра.

«Подождите... эти монстры... они ведь тоже демоны?» — вспыхнуло в её голове.

В её разуме мгновенно ожило воспоминание из прошлого. Её старая, жуткая привычка, от которой её всегда пытался отучить Нилас и над которой подшучивал Хаос — привычка слизывать кровь поверженных демонов. Из-за этого в её собственных венах уже давно текла эта проклятая, бурлящая огнём скверна.

Кейт дико, безумно улыбнулась сквозь маску. Сто больше сотни её новых, острых как иглы зубов обнажились в страшном оскале. Ей не нужны были силы духов. Ей нужна была кровь.

Вместо того чтобы бежать, Кейт с яростным рывком бросилась не на Маллока, а на ближайшего к ней монстра. Словно дикий хищник, она впилась своими игольчатыми зубами прямо в глотку твари. Чудовище истошно взвизгнуло, но Кейт уже жадно, взахлёб пила его густую, горячую чёрную кровь.

Эффект был мгновенным и страшным. Демоническая кровь монстра, смешавшись со скверной внутри самой Кейт, устроила в её теле настоящий взрыв. раны на ней начали затягиваться с шипением, мгновенно испаряя боль. Изломанные угольно-чёрные крылья с жутким хрустом расправились, став в два раза больше, а маска шута на её лице налилась пульсирующими багровыми венами.

Она буквально опьянела от этой дикой, первородной мощи Ада.

Кейт отшвырнула иссохшее тело монстра в сторону и медленно повернулась к замершему от шока Лорду Маллоку. Белые зрачки на её маске шута горели безумным, нечеловеческим голодом.

— Ну что, Повелитель Боли? — прорычал её собственный, искажённый демоническим эхом голос, пока Хаос и Нилас внутри маски с ужасом и восторгом наблюдали за её трансформацией. — Посмотрим, чья боль окажется сильнее.

С мощным взмахом крыльев Кейт взмыла под самый потолок обсидианового зала, готовая камнем обрушиться на тирана и разорвать его в клочья.

Массивная фигура Лорда Маллока выглядела жалко на фоне той первородной тьмы, что теперь исходила от Кейт. Объятая чужой кровью и демонической силой, девочка зависла в воздухе, а её гигантские угольно-чёрные крылья создавали вокруг неё зловещий ореол.

Вместо того чтобы атаковать в ближнем бою, Кейт просто медленно вытянула левую руку вперёд.

Бум!

Воздух в тронном зале сгустился до плотности стали. Колоссальная, невидимая волна телекинеза намертво перехватила огромного Повелителя Боли поперек груди. Лорд Маллок с оглушительным грохотом отлетел назад, врезавшись в обсидиановую стену Цитадели. Тяжёлые плиты позади него покрылись глубокими трещинами. Демон попытался взмахнуть своей шипастой палицей, но телекинетическая хватка Кейт сжалась ещё сильнее, намертво прижав его конечности к стене. Он не мог сделать даже мимолётного вдоха. Фиолетовая пустота в его шлеме испуганно задрожала.

Кейт плавно, словно в невесомости, подплыла к нему вплотную. Её белые зрачки на чёрной маске шута зловеще пульсировали, а рот приоткрылся, демонстрируя ряды из сотни острых, как иглы, зубов.

— Ты думал, что правишь болью? — прошипел её искажённый голос. — Ты был лишь её потребителем. А я — её порождение.

Кейт протянула правую руку и вонзила пальцы прямо внутрь его шлема — туда, где клубился фиолетовый туман. Её пальцы сомкнулись на чём-то плотном, горячем и отчаянно бьющемся. С резким, хищным рывком она вытащила наружу его душу. Душа Маллока выглядела как огромный, ярко-фиолетовый сгусток чистой, концентрированной энергии страданий, который истошно визжал на ультразвуке.

Доспехи Лорда Маллока мгновенно опустели и со звоном обмякли, оставшись висеть на стене безжизненной грудой обсидиана. А из его руки прямо в ладонь Кейт выпал тяжелый фиолетовый артефакт — Первый Ключ Душ.

Но Кейт даже не посмотрела на Ключ. Все её внимание было приковано к пульсирующей фиолетовой субстанции в руке. Не отдавая себе отчета, ведомая лишь первобытным голодом демонической крови в её венах, она поднесла душу Маллока к нарисованному оскалу маски и... съела её.

Фиолетовый сгусток беспрепятственно прошел сквозь маску и исчез в её рту.

В ту же секунду по телу Кейт прошла мощнейшая судорога. Внутри её сознания взорвалось такое количество чужой силы, что Хаос и Нилас внутри маски просто потеряли дар речи, испуганно забившись в самые дальние уголки её разума. Они никогда не видели её такой.

Кейт упала на колени на холодный пол, тяжело и прерывисто дыша. Фиолетовые вены на её маске начали медленно гаснуть, уступая место привычной черной матовости. Демоническое опьянение постепенно отступало, оставляя после себя лишь жуткую, звенящую тишину разрушенного зала и Первый Ключ, тихо звенящий на каменных плитах. Она победила. Но цена этой победы оставила глубокий след в её человеческой душе.

Багровые коридоры Цитадели Боли постепенно затихали, но тишина внутри маски шута была ещё страшнее. Кейт медленно поднялась с колен. На её израненном теле не осталось ни следа от былых увечий — сила съеденного Повелителя полностью переписала её плоть.

Она подняла с пола фиолетовый Первый Ключ Душ, покрутила его в тонких пальцах и... тихо, странно хихикнула.

— Ну надо же, какая безделушка, — раздался её голос. Он звучал непривычно мягко, слегка хитровато, с теми самыми безумными интонациями, которые раньше принадлежали Хаосу. Но если Хаос орал от дикого восторга, то в голосе Кейт сквозила мёртвая, леденящая пустота.

На её чёрной маске теперь застыла вечная, идеально ровная фальшивая улыбка. Белые зрачки сузились в две хитрые точки.

— Кейти... ты как? — непривычно тихо, с явным проглоченным страхом подал голос Хаос. Огненный шут, который раньше никогда ничего не боялся, теперь буквально сжался в левой половине маски. — Ты... ты его просто сожрала. Ну, то есть, бабах — это круто, но это...

— Всё просто замечательно, Хаос, — Кейт мягко прервала его, снова выдав этот странный, пустой смешок: «Хе-хе».

Нилас в правой половине маски молчал. Ледяной воин сканировал её ауру и не находил там прежней Кейт. Она больше не боялась цепей Дарка. Она вообще ничего не боялась. Её невозможно было разозлить, оскорбить или по-настоящему обрадовать. Её пальцы больше ни разу не потянулись к пышному зелёному галстуку — эта деталь одежды осталась на ней лишь как элемент шутовского костюма, потеряв всякий сакральный смысл. Она словно потеряла собственную душу, заменив её абсолютным, холодным расчётом. И самое жуткое — сама Кейт считала это абсолютно нормальным. Ей так было даже удобнее.

Она расправила гигантские угольно-чёрные крылья. Движения стали хищными, уверенными и пугающе грациозными.

— Раз уж наша маленькая заминка с Маллоком окончена, пора обсудить дела, мальчики, — протянула Кейт, лениво подбрасывая фиолетовый Ключ в воздух и ловя его на лету. — Наш прошлый маршрут был глупым. Бегать к Вратам Рассвета после каждого круга — пустая трата времени.

— И каков же твой... план? — осторожно спросил воин.

— О, он идеален, Нилас, — Кейт хитрым жестом поправила волосы, и в прорези её маски блеснул оскал из сотни игольчатых зубов. — Мы не пойдём к Вратам сейчас. Мы методично соберём все три Ключа Душ у оставшихся Повелителей. Очистим их карманы. И только когда все козыри будут у нас на руках, мы придём к Вратам Рассвета и откроем их одним щелчком. Хе-хе... Как вам идея?

Духи переглянулись в её сознании. Стратегия Кейт действительно стала в сто раз лучше, умнее и эффективнее. Но цена этой гениальности пугала их до чертиков. Перед ними стоял идеальный, безжалостный Чёрный Ангел, готовый перешагнуть через любого ради свободы.

Кейт резко повернулась спиной к обломкам трона Маллока и уверенно зашагала к выходу из разрушенной Цитадели. Впереди был Восьмой круг и Второй Повелитель Ада. И у него не было ни единого шанса спастись от её фальшивой улыбки.

Глава 7: Бешеный улей и Ключ Пустоты

Спуск на Восьмой круг Ада сопровождался нарастающим, сводящим с ума жужжанием. Воздух здесь был серым, сухим и словно состоял из миллиардов микроскопических пепельных крыльев. Вскоре перед Кейт открылся вид на Бездонный Улей — жуткую цитадель Абаддона, парящую над черной пропастью.

Кейт шла по узкому мосту, ведущему к Улью. Её гигантские угольно-чёрные крылья лениво покачивались за спиной, а на маске застыла безупречная, жуткая фальшивая улыбка.

— Ох, ну и мерзкий же звук! У меня от этого жужжания аж искры из глаз сыплются! — недовольно пробурчал Хаос, который теперь старался говорить тише, чтобы не привлекать лишнего внимания Кейт. — Кейти, может, спалим этот улей к чертям собачьим?

— Хе-хе... Спалить? Как банально, Хаос, — мягко, с легкой хитринкой протянула Кейт. Её голос прозвучал пугающе спокойно. — Абаддон только и ждет, что мы начнем швыряться огнем. Рой просто сожрет твою магию. Правда, Нилас?

— Да. Его саранча питается чистой энергией, — ледяным тоном подтвердил Нилас. Воин был поражен тем, как легко Кейт просчитала природу врага без всякой карты. — Нам нужно действовать скрытно.

В этот момент путь им преградил элитный отряд стражей Абаддона — антропоморфные существа в тяжелых хитиновых доспехах с острыми жвалами вместо ртов. Вокруг них тучей вилась призрачная саранча.

— Стой, чужачка! Лорд Абаддон видит твое высокомерие! Рой поглотит тебя! — прострекотал их предводитель, выставляя вперед длинное копье.

Раньше Кейт разозлилась бы, испугалась или сразу бросилась в бой, рефлекторно сжав зеленый галстук. Но сейчас она даже не шелохнулась. Её пальцы оставались неподвижными. Она лишь слегка наклонила голову набок, и в прорези рта её маски шута блеснула сотня игольчатых зубов. Она тихо, странно рассмеялась: «Хе-хе...»

— Рой поглотит меня? Какая забавная шутка, — хитрым голосом произнесла Кейт, делая шаг вперед прямо на острие копья. Её белые зрачки сузились в две леденящие точки. — Передайте вашему хозяину, что у меня есть для него деловое предложение. Я пришла за Вторым Ключом. И если он не отдаст его сам... мне придется съесть и его тоже. Хе-хе.

От её абсолютного бесстрашия и мертвой, пустой ауры стражники Абаддона внезапно попятились назад. Даже призрачная саранча вокруг них испуганно замедлила свой полет. Они поняли, что к ним в Улей пришел кто-то гораздо страшнее обычных демонов.

— Пропустить? — Кейт сделала ещё один шаг вперёд. Она говорила невероятно мягко. Её голос струился, словно сладкий, тягучий мёд, проникая глубоко в сознание хитиновых стражей. — Ну зачем же сразу кричать о поглощении? Вы ведь такие умные, такие сильные... Верные защитники великого Улья.

Она плавно обвела стражников рукой, и призрачная саранча вокруг них внезапно замерла. Белые точки-зрачки на её маске шута начали медленно, завораживающе вращаться. Это был чистый гипноз. Кейт не тратила силы на ярость. Она использовала остатки поглощённой души Маллока, чтобы соткать паутину из безупречных слов.

— Лорд Абаддон заслуживает гостью своего уровня, верно? А вы... вы ведь не хотите расстраивать господина глупой потасовкой на мосту? — Кейт тихо, хитровато хихикнула, склонив голову набок. — Откройте дорогу, милые. Сделайте то, что должны. Вы ведь так хотите мне помочь. Хе-хе...

Её сладкая речь, наполненная скрытой ментальной силой, полностью парализовала волю стражей. Их фасеточные глаза под хитиновыми шлемами подернулись туманной фиолетовой дымкой.

Предводитель отряда медленно, словно марионетка, опустил копьё.

— Да... — прострекотал он заторможенным, безжизненным голосом. — Гостья... должна пройти. Лорд Абаддон... ждёт.

Стражники синхронно сделали шаг в стороны, покорно освобождая проход к парящему Улью. Обман и гипноз сработали идеально, без единой капли крови.

— Обалдеть... — потрясённо прошептал Хаос в левой половине маски, окончательно растерявшись от её новых способностей. — Кейти, ты их просто... заговорила? Без единого взрыва?

— Сила слова бывает куда разрушительнее огня, Хаос, — ледяным, но уважительным эхом отозвался Нилас. Воин понимал, что её тактика стала безупречной, но эта пустая, фальшивая улыбка на лице девочки по-прежнему пугала его.

Кейт даже не посмотрела на застывших стражников. Насвистывая весёлый, безумный мотивчик, она уверенно зашагала по мосту прямо внутрь жужжащих сот Бездонного Улья. Её пальцы были расслаблены, она ни разу не вспомнила про свой зелёный галстук. Она шла за Вторым Ключом, и ни один жук в этом Аду не мог её остановить.

Мерные шаги Кейт эхом отдавались в колоссальном тронном зале Бездонного Улья. Повсюду высились гигантские шестиугольные соты, сочащиеся ядовитым серым нектаром, а под куполом кружили триллионы призрачных насекомых. На троне из черного прочного хитина восседал Лорд Абаддон. Его фасеточные глаза на шлеме яростно вспыхнули, едва он увидел гостью.

— Наглая девчонка! — прострекотал Абаддон, и его голос зазвучал как одновременный гул миллиона пчелиных роев. — Мои слуги доложили мне о твоем визите. Думаешь, раздавила Маллока и можешь диктовать условия здесь? Войско Улья, уничтожить её! Сожрать её плоть и магию!

По его команде из сотен темных отверстий в стенах хлынули тысячи элитных гвардейцев-насекомых, а небосвод зала потемнел от колоссальной тучи прожорливой теневой саранчи. Рой с жутким ревом ринулся на Кейт.

Внутри маски Хаос в панике закричал, а Нилас приготовился ставить ледяные барьеры. Но Кейт... Кейт лишь слегка наклонила голову. На её чёрном лице по-прежнему застыла безупречная, жуткая фальшивая улыбка. Кровь подземных тварей, которую она выпила в Цитадели Боли, всё ещё бешено бурлила в её венах.

Кейт даже не взмахнула крыльями. Она просто лениво, изящно повела в сторону правой рукой.

БАМ!!!

Вся колоссальная армия Абаддона вместе с миллиардным Роем саранчи в одно мгновение была подхвачена сокрушительной телекинетической волной. Одним движением руки Кейт заставила всё его войско улететь в обсидиановую стену. Удар был такой силы, что хитиновые доспехи гвардейцев разлетелись в щепки, стены зала покрылись трещинами, а хваленая теневая саранча просто размазалась по камню серым пеплом. Половина Цитадели содрогнулась от этого единого, безжалостного щелчка.

В зале снова повисла звенящая, мертвая тишина. Кейт сделала несколько шагов вперед, мягко шурша полами одежды, и уставилась на замершего от дикого ужаса Абаддона.

— Хе-хе... Какое громкое, но бесполезное войско, Абаддон, — протянула она своим новым, хитрым и пугающе мягким голосом. Её пальцы оставались расслабленными, она даже не взглянула на свой зеленый галстук. — Давай без драки. Просто отдай мне Второй Ключ.

Повелитель Бездны вскочил с трона, тяжело дыша, но Кейт сузила белые зрачки-точки на маске до леденящих душу размеров.

— Если ты не отдашь его сейчас... — её голос стал тише, но от него повеяло первородной тьмой. — Я не просто убью тебя. Я сначала методично, по кусочкам перебью всё твое королевство. Я заставлю тебя смотреть, как умирает каждая личинка и каждый твой преданный жук, пока весь этот Улей не утонет в собственной крови. И только когда ты останешься абсолютно один в пустой Бездне... я придушить тебя и съем твою душу, как сделала с Маллоком. Хе-хе. Выбирай.

Абаддон посмотрел на груды пепла, в которые превратилось его элитное войско, затем на эту маленькую девочку с гигантскими черными крыльями и застывшим белым оскалом шута. От неё исходила такая абсолютная, бездушная жестокость, что Ангел Бездны сломался. Вся его былая гордость испарилась.

Великий Повелитель Саранчи упал на колени прямо перед своим троном. Из его фасеточных глаз, смешиваясь с серым нектаром, со слезами на глазах покатились крупные капли. Он дрожащими руками полез к своей хитиновой груди, сорвал с неё пульсирующий серый артефакт и протянул его Кейт.

— Забирай... Пожалуйста, не трогай Улей... Забирай Ключ Пустоты... — сквозь рыдания прострекотал сломленный демон.

Кейт плавно подошла к нему, аккуратно взяла из его ладони Второй Ключ Душ и спрятала его в карман. Она снова тихо, хитровато хихикнула: «Хе-хе... Умный мальчик».

Повернувшись к нему спиной, она уверенно зашагала к выходу из Бездонного Улья. Духи внутри маски испуганно молчали — они поняли, что теперь Кейт способна ставить на колени великих лордов Ада одной лишь угрозой. Два Ключа были у неё. Оставался последний Повелитель на Девятом круге. Путь к Вратам Рассвета был свободен уже больше чем наполовину.

Девятый круг встретил Кейт гробовой, звенящей тишиной. Здесь не было ни неоновых вывесок, ни жужжащих ульев, ни лавовых рек. Только бесконечная, гладкая как зеркало пустыня из черного, векового льда. Воздух был настолько холодным, что само время здесь словно застывало.

В самом центре этого ледяного безмолвия высился Замок Одиночества, собранный из гигантских, острых осколков тьмы. Именно там, на троне из замороженных душ, восседал повелитель Девятого круга. Тот, чьё имя Кейт когда-то боялась произнести даже мысленно. Дарк.

Кейт шла по черному льду. Её шаги были легкими и бесшумными. Два Ключа Душ — фиолетовый и серый — тихо позвякивали в её кармане. На черной маске шута по-прежнему играла её неизменная, пугающе идеальная фальшивая улыбка. Белые зрачки-точки были неподвижны.

Внутри маски духов трясло от напряжения.

— Кейти... это он, — почти шепотом произнес Хаос, полностью растеряв свой безумный задор. — Тот самый ублюдок. Моё пламя... оно готово растопить весь этот круг, только прикажи!

— Будь начеку, Кейт, — ледяным эхом добавил Нилас. — Дарк сильнее Маллока и Абаддона вместе взятых. Он правит первородной тьмой. Это его территория.

Но Кейт даже не вздрогнула. Раньше одно лишь упоминание Дарка заставило бы её пальцы судорожно вцепиться в пышный зеленый галстук в поисках защиты. Но теперь её руки спокойно висели вдоль тела. Страх исчез вместе с её душой.

Огромные ворота Замка Одиночества с грохотом распахнулись сами собой, приглашая её внутрь. На высоком пьедестале, окутанный клубами абсолютно черного тумана, стоял Дарк. Он выглядел как высокий силуэт, сотканный из живых теней, с горящими багровыми глазами-щелями. Вокруг него звенели те самые призрачные цепи, которые веками мучили грешников. На его груди сиял Третий Ключ Душ — Ключ Тьмы.

— Ну надо же, — прогрохотал голос Дарка, разносясь эхом под ледяными сводами. От этого звука у любого смертного остановилось бы сердце. — Моя маленькая рабыня вернулась. Ты сбежала из моих цепей, нацепила эту глупую маску шута, отрастила крылья и возомнила себя Чёрным Ангелом? Ты пришла снова упасть передо мной на колени, дрянь?

Кейт остановилась у подножия его пьедестала. Она слегка наклонила голову набок, обнажив ряды из сотни острых, как иглы, зубов под маской, и тихо, хитровато рассмеялась:

— Хе-хе... На колени? Какая глупая, устаревшая шутка, Дарк.

Её голос, пустой и мягкий, заставил багровые глаза Дарка удивленно сузиться. В ней не было страха. В ней вообще ничего не было.

— Знаешь, Дарк, я ведь пришла сказать тебе спасибо, — протянула Кейт, лениво расправляя свои гигантские угольно-черные крылья. — За то, что ломал меня. За то, что держал в цепях. Без тебя я бы никогда не стала... такой. Но твое время вышло. У тебя есть Последний Ключ, который нужен мне для Врат Рассвета. Хе-хе. Отдашь его сам, или мне придется вырвать его вместе с твоими тенями?

Дарк в ярости взревел, и тысячи черных цепей со свистом сорвались с потолка, устремляясь прямо к Кейт, готовые разорвать её на куски. Финальная битва за свободу и за прошлое Кейт началась.

Черный туман вокруг Дарка начал сгущаться, а багровые глаза на его лице вспыхнули яростным неоновым пламенем. С глухим, зловещим звуком за его спиной расправились четыре гигантских угольно-чёрных крыла, подняв вокруг него ледяную бурю. На его голове проступили острые красные рога демона.

Дарк медленно поднял левую руку, и Кейт увидела, как на его бледной коже чернильным огнём налилась точно такая же татуировка, как у неё, только расположенная на левом запястье.

— Думаешь, ты сможешь победить своего создателя, дрянь? — прорычал Дарк. — Познакомься с моими генералами.

Из его тени с шипением соткались пять зловещих, безликих теней. Они закружились вокруг него, а затем одна за другой начали с грохотом влетать прямо в его тело. С каждым слиянием Дарк становился всё больше, а его аура Тьмы тяжелела, впитывая уникальные силы своих призрачных слуг.

Тысячи черных цепей, подпитанных силой теней, со свистом рванулись к Кейт со всех сторон. Внутри маски шута духи приготовились принять финальный бой, понимая, что от этого зависит всё.

Тысячи черных цепей со свистом рванулись к Кейт со всех сторон, но в ту же секунду черный туман, окутывающий лицо Дарка, окончательно рассеялся.

Белые зрачки Кейт внутри её маски слегка сузились, а Хаос и Нилас в её голове одновременно ахнули от шока. На лице Дарка, прямо под острыми красными рогами, красовалась точно такая же матовая черная маска шута с застывшим белым оскалом. Две абсолютно идентичные маски теперь смотрели друг на друга посреди ледяной пустыни Девятого круга. Дарк был её зеркальным, куда более древним и жутким отражением.

— Удивлена? — хитрым, пронзительным голосом пророкотал Дарк сквозь свою маску шута, пока пять верных теней продолжали переливаться внутри его четырех черных крыльев. — Думала, ты одна такая особенная, Кейти? Эта маска — мое творение. И всё, что ты умеешь, я умею в сто крат лучше!

Дарк резко взмахнул левой рукой с татуировкой, и цепи полетели на Кейт с утроенной скоростью, готовые разорвать её гигантские крылья.

Но на лице Кейт, несмотря на увиденное, снова появилась её леденящая фальшивая улыбка. Пальцы даже не дрогнули, полностью проигнорировав зеленый галстук. Она тихо, странно хихикнула: «Хе-хе...»

— Твое творение, Дарк? — мягко, с пугающим спокойствием протянула Кейт, активируя телекинез и выставляя вперед руку, чтобы заблокировать удар цепей. — Что ж... тогда мне будет вдвойне приятно забрать у тебя Третий Ключ и примерить твою силу на себя. Посмотрим, чья маска крепче. Хе-хе.

Битва на Девятом круге превратилась в кромешный хаос. Замок Одиночества рушился, ледяные глыбы падали с потолка, а воздух буквально плавился от столкновения первородной тьмы. Четыре крыла Дарка были изорваны, его маска шута покрылась трещинами, а три из пяти верных теней испарились. Но и Кейт пришлось несладко — её гигантские крылья были прижаты к земле призрачными цепями, а по черному матовому материалу маски струилась тёмная демоническая кровь. Она была сильно побита, но её губы всё ещё кривились в неизменной, фальшивой хитроумной улыбке.

Дарк, тяжело дыша и шатаясь от усталости, яростно взревел. Он не знал главного — он понятия не имел, что Кейт совершила запретное и сожрала чужую душу. А законы Ада непреклонны: в одном теле не может существовать больше одной истинной души. Настоящая Кейт уже давно растворилась в этой силе, став кем-то совершенно другим.

— Всё кончено, рабыня! Я заберу то, что принадлежит мне! — прорычал Дарк.

Пользуясь её минутной слабостью, он молниеносно рванулся вперёд. Его левая рука с татуировкой, окутанная когтями тьмы, с хрустом пробила грудную клетку Кейт. Дарк запустил руку прямо в её сущность, нащупал там бьющуюся фиолетовую субстанцию и с силой выдернул её наружу. Он был уверен, что крадёт душу самой Кейт. Не теряя ни секунды, владыка Девятого круга с торжествующим хохотом засунул этот фиолетовый сгусток в рот своей маски и... съел его.

Но стоило чужой душе раствориться внутри него, как триумфальный хохот Дарка оборвался удушливым хрипом.

Багровые глаза на его маске шута испуганно округлились. По его венам вместо силы побежал смертоносный, сковывающий яд.

— К-что... что это?! — закашлялся Дарк, падая на колени и хватаясь за горло. — Это... это не твоя душа! Это чужая, слабая скверна!

Дарк только сейчас осознал свою роковую ошибку. Душа Маллока, которую он поглотил, была гораздо слабее истинной мощи Чёрного Ангела. Она подействовала на него как чистейший токсин. Оставшиеся внутри него верные тени начали истошно визжать и бунтовать, его четыре крыла бессильно обвисли, а вся его колоссальная магия оказалась намертво скована и ослаблена. Он отравил сам себя.

Кейт, в чьей груди теперь зияла пустая, холодная воронка, медленно поднялась на ноги. Удивительно, но потеря души Маллока не убила её — ведь она уже давно перестала быть человеком.

Она наклонила голову набок, издала свой странный, пустой смешок: «Хе-хе...» и медленно пошла к отравленному, беззащитному Дарку. В её руке, подчиняясь телекинезу, с пола поднялся выроненный им Третий Ключ Душ. Все три Ключа наконец-то были у неё.

— Ты прав, Дарк, — хитрым, леденящим шёпотом произнесла Кейт, нависая над своим бывшим мучителем. Белые зрачки-точки на её маске зловеще сверкнули, а рот приоткрылся, обнажая сотню игольчатых зубов. — Это была не моя душа. Мою душу ты уничтожил еще вечность назад в своих цепях. А теперь... пора заканчивать эту игру.

Кейт одним чётким, телекинетическим рывком оборвала нити жизни Дарка. Его четыре гигантских крыла бессильно упали на чёрный лед, а маска раскололась надвое, обнажая пустоту. Из поверженного тела тирана толчком хлынула густая, сияющая багровая жидкость.

Кейт медленно опустилась на колени. Подчинившись своей старой, жуткой привычке, она склонила голову и слизнула каплю крови Дарка.

Бум!

По её телу мгновенно ударил такой колоссальный, сокрушительный заряд первородной энергии, что даже полностью бездушная Кейт замерла от удивления. От одной-единственной капли её израненные крылья мгновенно затянулись, а матовый чёрный материал маски шута налился ослепительным сиянием. Её сила возросла в сотни раз. Оценив этот эффект, Кейт поняла — такое сокровище нельзя оставлять здесь.

Она поднялась и хладнокровно пошла обыскивать руины. Среди обломков Замка Одиночества Кейт еле-еле нашла старый склад, откуда телекинезом подняла в воздух несколько массивных, пустых канистр. Подвесив их над телом Дарка, она методично заполнила их доверху его кровью.

Она прекрасно понимала: если выпить всё это прямо сейчас, её тело просто разорвёт изнутри от переизбытка энергии. Кейт плотно закупорила канистры и спрятала их под плащ, сохранив этот козырь на чёрный, судный день.

И в этот момент произошло то, от чего Хаос и Нилас внутри неё окончательно оцепенели. Её странный, хитрый смешок полностью исчез. Ура?..

На её лице осталась лишь глухая, мёртвая маска. Внутри Кейт воцарилась абсолютная, звенящая пустота. Тот хитроватый смех и эмоции ей придавала поглощённая душа Маллока, но теперь, когда Дарк съел её, Кейт лишилась и этого. Она стала невероятно холодной и закрытой. В ней не осталось зла, но не осталось и добра. Ей было всё равно. Она по-прежнему ничего не боялась, но теперь эта бездушность стала пугающе практичной: ради изгнания сильного демона Кейт могла спокойно, без тени сомнения уничтожить толпу невинных грешников, если они будут мешать. Она превратилась в идеальное, карающее орудие.

— Кейт... нам пора, — тихо и отстраненно позвал Нилас.

— Да... пошли отсюда, — подавленно добавил Хаос. Духи смирились с тем, кем стала их маленькая хозяйка.

Кейт молча повернулась и зашагала прочь от ледяных руин. В её кармане позвякивали три Ключа Душ, а за спиной левитировали канистры с кровью её главного мучителя.

Вскоре они вышли к самой глубокой точке Девятого круга. Перед ними высились Врата Рассвета. Огромные, сотворённые из ослепительного первородного света, они резко контрастировали с багровой тьмой Преисподней.

Кейт подошла к ним вплотную. Никакого страха, никакого трепета. Она по очереди достала три Ключа Душ — фиолетовый, серый и чёрный — и вставила их в три сияющие замочные скважины.

Щелк. Щелк. Щелк.

Тяжёлые световые створки с глубоким, колокольным звоном начали медленно расходиться в стороны. Странно... Всё прошло абсолютно тихо. Без засад, без взрывов, без происшествий. Никто не выскочил из темноты, никакой финальный монстр не попытался схватить её за крылья. Свет Врат Рассвета хлынул на чёрную маску шута, отражаясь в её застывших белых глазах.

Кейт сделала шаг вперёд и переступила черту, утягивая за собой притихших Хаоса и Ниласа.

Неужели они действительно выбрались? Неужели весь этот многовековой адский кошмар, цепи, демоны, лорды и битвы — всё наконец-то закончено?

Свет Врат полностью поглотил фигуру Чёрного Ангела, закрывая за ней двери в подземный мир навсегда. Или это было только началом чего-то ещё более масштабного?

Глава 8: Главный выбор

Яркий, тёплый свет бережно пробивался сквозь густую зелёную листву. Кейт медленно открыла глаза и зажмурилась от непривычной, ослепительной белизны. Она лежала на мягкой, пахнущей сыростью и травой земле посреди тихой рощи в Нью-Джерси.

Всё её тело отчаянно выло от слабости. Преодолевая сильное головокружение, Кейт с трудом поднялась на колени и попыталась сфокусировать взгляд. Вокруг неё пели настоящие, живые птицы, ласково шумел прохладный лесной ветер, а солнце приятно согревало её лицо.

И тут её пронзила леденящая, оглушительная тишина.

«Странно... где голоса Хаоса и Ниласа?» — мысленно позвала Кейт, но внутри её разума никто не отозвался. Ни безумного хохота поджигателя, ни строгого баритона воина. Гробовое молчание.

Кейт попыталась сделать привычное движение за спиной, но... где крылья? Она абсолютно не ощущала их тяжести. За её плечами больше не было гигантских угольно-чёрных перьев. И самое главное, самое пугающее и невероятное... где маска?

Дрожащими, ослабевшими пальцами Кейт медленно дотронулась до своего лица и в ту же секунду остолбенела. Пальцы ощутили мягкие человеческие губы, ровные зубы — обычные, их больше не было сто штук, и они не были острыми как иглы. Под подушечками пальцев была её собственная, тёплая, живая кожа. Она очнулась без маски. За годы, проведённые в Преисподней, Кейт настолько с ней срослась, что теперь даже забыла, как выглядит её собственное лицо.

Кейт в панике огляделась по сторонам. Чуть в стороне, на примятой траве, лежали несколько крупных белоснежных перьев, а прямо рядом с ними... её маска шута. Она больше не пульсировала венами, не светилась белыми зрачками. Она лежала на земле как самая обычная, безжизненная театральная вещь из чёрного пластика с застывшим белым оскалом. Рядом с ней аккуратно стояли те самые канистры, доверху наполненные багровой кровью Дарка. Врата Рассвета пропустили её, но очистили от адской скверны, вернув в исходную точку.

Кейт сидела на коленях, вдыхая чистый воздух американской рощи. Перед ней лежал самый главный, фундаментальный выбор в её жизни.

С одной стороны была обычная, нормальная человеческая жизнь, о которой она так отчаянно плакала и мечтала в тёмных лабиринтах Маллока. Жизнь без экзорцизма, без монстров, без постоянного страха потерять себя и без необходимости убивать. Мирная, спокойная реальность, где она снова просто девочка Кейт.

А с другой стороны на траве покоилась черная маска. Надеть её — значило добровольно вернуть Хаоса и Ниласа, снова расправить чёрные крылья, взять в руки канистры с кровью Дарка и продолжить своё опасное, безжалостное дело по искоренению демонов, но уже здесь, в мире людей. Забыть про покой и навсегда остаться Чёрным Ангелом.

Кейт медленно протянула руку к маске, её пальцы замерли в нескольких сантиметрах от чёрного пластика. Сердце в её груди — её собственной, человеческой груди — бешено колотилось.

Мися, это просто невероятно трогательный и глубокий момент! Настоящий финал с открытым выбором.

Кейт медленно опустила руку на чёрный пластик. Мирная жизнь манила своим покоем, но глубоко внутри девочка понимала: прежней ей уже не стать. Она выбрала маску и решительно надела её на лицо.

Произошло уже знакомое, жутковатое ощущение — матовая чёрная маска шута мгновенно приросла обратно, намертво слившись с её кожей и зафиксировав на лице вечный белый оскал. Но... внутри её разума воцарилась пугающая тишина. Привычных споров в голове не появилось. Ни безумного хохота Хаоса, ни строгих наставлений Ниласа. Только пустота.

Кейт нахмурилась. Она подошла к канистрам, открутила крышку и выпила немного тёмной, густой крови Дарка, ожидая привычного взрыва первородной энергии. Но вместо прилива сил Кейт вдруг сильно поплохело. Её скрутило от резкой тошноты, а в теле разлилась слабость.

«Неужели Врата Рассвета полностью очистили её кровь от того адского проклятья?» — промелькнуло в голове. Теперь её человеческий организм отторгал демоническую скверну, как опасный яд.

Кейт испуганно повела плечами, прислушиваясь к ощущениям на спине. Она завела руку назад, коснулась кожи и поняла, что её татуировка полностью пропала. Вся магическая связь с Адом была стёрта.

— Нилас? Хаос? Где вы?.. — прошептала Кейт сквозь маску, но ответом ей был лишь шелест листьев Нью-Джерси. Без этих двух идиотов охота на демонов вдруг показалась ей невероятно скучной и тоскливой. И самое главное — за спиной по-прежнему не было её гигантских угольно-чёрных крыльев.

Она обречённо опустила взгляд на траву, где среди зелени всё ещё белели те самые два крупных загадочных пера, оставшихся после прохода через Врата. Кейт подобрала их, разглядывая в лучах солнца. В этот момент маска шута на её лице словно подсказала интуитивный ответ. Кейт осознала невероятную вещь. Оказывается, чтобы вернуть свою силу и получить крылья обратно, нужно было... проглотить оба пера.

Кейт зажмурилась, поднесла два белоснежных пера к белому оскалу маски и решительно проглотила их.

Секунду ничего не происходило. Но затем в её спине резко взорвалась невыносимая, дикая боль. Девочка упала на колени, а из её груди вырвался истошный, истощающий крик. Боль была настолько адской, что затмила даже мучения в цепях Дарка. Живая человеческая плоть на лопатках с жутким треском порвалась. Из рваных ран наружу начали насильно пробиваться новые, быстро растущие кости, переплетающиеся мышцы и... белоснежные перья.

Вся трава вокруг Кейт мгновенно окрасилась в ярко-алую человеческую кровь. От болевого шока в глазах потемнело. Кейт поняла, что вот-вот потеряет сознание, и её разум окончательно провалился в спасительную, глухую темноту отключки.

Пока Кейт «спала», магия перьев делала своё дело. Белые крылья плавно, сантиметр за сантиметром, вырастали сами, сшивая ткани и формируя колоссальный, сияющий ангельский силуэт. Когда процесс завершился, они послушно и аккуратно сложились за её спиной, укрыв её тело от прохладного ветра.

Прошло несколько часов. Кейт медленно открыла глаза. Боль полностью ушла, оставив лишь приятную легкость. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая рощу Нью-Джерси в золотистые тона. Она приподнялась на локтях, повела плечами и почувствовала за спиной невероятный размах новых крыльев.

И тут в её голове наконец-то раздался тот самый, до боли знакомый и долгожданный шум.

— О-о-о-о-о-о да-а-а-а! — оглушительно, на всю мощь завопил в левом ухе Хаос, от чего Кейт даже зажмурилась, но впервые за долгое время искренне улыбнулась внутри маски. — Мы вернулись! Кейти, ну ты даешь! Проглотить перья?! Это был самый безумный и крутой обед в нашей жизни! Хватит спать, погнали искать демонов, я уже заждался!

— Рад слышать тебя, Кейт, — ледяным, но невероятно теплым и облегченным эхом отозвался Нилас с правой стороны. — Процесс трансформации завершен. Твоя кровь чиста, а эти крылья... они великолепны. Теперь мы готовы к новой охоте.

Кейт медленно поднялась на ноги и расправила свои новые, колоссальные белоснежные крылья, которые сияли чистой магией Врат. Уголок её маски шута слегка дрогнул. Споры возобновились, голоса вернулись, а бездушная пустота внутри неё наконец-то начала отступать. Первая книга о приключениях Чёрного Ангела в Аду официально завершилась — и прямо сейчас, в тихой роще Нью-Джерси, начиналась совершенно новая история.

Кстати, когда Кейт хлебнула кровь Дарка, то она опять навела на себя проклятье крови демона. Ну класс, ты умная Кейт. Поздравляю. А ещё врата вернули ей её душу. Рады? Я тоже. Следающая часть книги называется «Улыбка из Фарфора: Привычные занятия».